Хищники во мраке

Предисловие: Чёрный ящик

В открытом космосе дрейфовал всё ещё рабочий голотерминал. При нажатии кнопки включения на голотерминале сначала возникнет расплывчатый силуэт крупного чёрно-алого ящера, который с задумчивым видом будет сидеть и смотреть вперёд, а затем закурит сигарету и начнет с шипящими интонациями рассказывать:

— Не знаю, как и зачем вы нашли эту запись, но если вы её слушаете, то знайте — что я уже, скорее всего, мёртв. Эта запись была сделана на тот случай, если мне не удастся достичь своих целей. Меня схватят или убьют. А, может, то и другое сразу. Хрен его знает, но если ты, мой дорогой слушатель, нашёл этот терминал, то давай-ка я поведаю о себе.

Для начала о том, кто я такой. На случай, если я для тебя всего лишь очередной безымянный драко-демон. Меня зовут Эллинор. Родом я вовсе не из галактики Энн’Лирро, где нас обычно находят, а из мира под названием «Огненные Просторы» или Дар’Ша на языке моего народа. Пусть вас не пугает, что я по расе драко-демон. Уж поверьте: я гораздо адекватнее своих собратьев-ксенофобов. Начнём же: я вылупился в клане Эуркарназ в общей кладке. Родителей своих я не знал, да и не принято у нас было этим вопросом интересоваться. Первые года меня воспитывали как будущего воина клана — с ранних лет, едва я научился держать свою первую палку в лапе, меня водили на охоту вместе с моим сводным братом Лэйнероном. Развлекаться в свободное время и жаловаться на судьбу было некогда, так как всё время занимали тренировки. Не просто же так нас называют самой свирепой расой — мы прирождённые воины. Но по итогу мою дальнейшую судьбу определил вовсе не я, а работорговцы, что решили посетить наше измерение. Это был караван из другого мира. Да-да, в Эльсинорских Измерениях довольно много мироходцев и странников по измерениям, так что не удивляйтесь.

Эллинор медленно докурил сигарету и затем, выбросив её, хитро улыбнулся, продолжая:

— Мне было семь лет, когда на меня напали какие-то шерстистые гуманоиды во время одной из моих охот. Позже я понял, что это были так называемые хэл’куры, и они схватили меня, зачем-то решив, что драко-демона в качестве раба иметь очень круто. Возможно, их уже тогда заинтересовало наличие необычных рун на моём теле, а может — моя энергетика, Даггонат их знает. Но как итог — меня отправили в иное измерение под названием «Пустыня Кхавра», где продали на невольничьем рынке. Оно не сильно отличалось по климату от Огненных просторов — за тем лишь исключением, что вместо пепла и потоков лавы под лапами были тонны песка, а уровень развития тамошней цивилизации был на уровне бронзового века. Меня там заключили в оковы и заставили горбатить хвост в качестве работника мастерской. Естественно, меня почти не кормили и не считались с моими интересами, а скорее просто эксплуатировали, зная, что дракх’кханы очень выносливы, сильны и могут многое выдержать. Так продолжалось ещё три года, пока одна случайность не спасла меня от голодной смерти и лишений рабства.

Я отчетливо помню этот день. Я был отправлен за каким-то грузом на другой конец города, и по пути увидел молодую длинноносую особу в белом балахоне и с большим посохом в руке. Это было странно, ведь мне до этого не приходилось видеть подобных существ. Я из интереса на секунду отвлекся от своего задания и отправился за ней. Она смотрела на меня и почему-то улыбалась. Я был, разумеется, очень рад ответить ей улыбкой и попасть под покровительство этой госпожи. Но я не знал, что она являлась прокуратором этого полиса. И я ей чем-то приглянулся. Но, как оказалось, сердце у неё было чёрным.

Драко-демон на голограмме внезапно замолк, а затем налил себе бокал вина и стал его пить, продолжая:

— Госпожа Клепсидра Лованд, так её звали, выкупила меня у прошлого хозяина. Она устроила меня в гладиаторскую школу, где меня научили орудовать сначала копьями, а затем и мечами, рассказали про основы выживания и помогли раскрыть мой физический потенциал. Я сначала проигрывал, но с каждой дракой становился сильнее и выносливее. Затем и вовсе начал побеждать местных гладиаторов. Я одерживал победу за победой, пока, наконец, не стал чемпионом арены. Этим я привлёк Клепсидру, и она звала меня к себе во дворец. Я стал её сопровождать везде в качестве телохранителя, а по ночам обслуживал её в постели. Неприятно, скажете вы? А то! Но каждый крутится, как хочет. Если бы не она, я бы сгинул уже где-нибудь в шахтах. Но однажды… одно создание изменило мою жизнь. Её звали… Атакама — моя будущая любовь, к которой я до сих пор горю чувствами, но не уверен, что она жива сейчас. Она тоже была драко-демоном, как и я, и точно так же угодила в рабские цепи.

Однако Атакама горела желанием выбраться из рабства, и в один день нам предоставилась возможность бежать. Мы смогли улизнуть из лап злой госпожи, и провели много дней и ночей в пустыне, без еды и воды, пока нам не помогли духи местности. Они отвели нас к другому полису — Шаммурамат, где мы встретили местного правителя — Дэйдалона, который стремился вернуть свободу всем. У него были и личные мотивы изменить мир, но нам он приглянулся сразу.

Он стал моим учителем, который научил меня в том числе и местной магии: предвидению и звёздному покрову. А затем мы решили выступить против тирании Клепсидры и других правителей, которые поддерживали устаревшие порядки.

Он составил краткий план действий — захватить пять башен, которые поддерживают энергополя в мире, а самому Дэйдалону двинуться в сторону главной из них — где и находился его бывшая наставница, которая являлась главной в секторе. Эту наставницу звали Энха, и она была в союзе с Клепсидрой. Но сначала мы решили свергнуть прокуратора города-полиса Дженеба — ту самую госпожу, у которой мы были в рабстве долгое время. И у неё была самая боеспособная армия во всей пустыне Кхарва.

Спустя долгое время и трудности, мы достигли стен нашего старого дома, но местные воины, которые были набраны из рабов, не особо горели желанием защищать старый режим, и действовали из страха. Часть воинов нам удалось переубедить встать на нашу сторону, но коварная Клепсидра, используя свои силы, захотела погубить весь город. Именно поэтому против неё боялись восставать — она представляла собой угрозу. Однако Атакама с моей помощью всё-таки смогла одолёть её, тем самым увековечив своё имя и подвиг навеки в полисе Дженеб. А впоследствии и во всех Эльсинорских измерениях.

Затем мы выдвинулись, чтобы свергнуть Энху — главную правительницу в пустыне Кхарва. Однако вместо полноценного сражения Дэйдалону предложили дуэль во имя сохранения подопечных. Он без вопросов согласился, и они схлестнулись в схватке. В её ходе ему удалось победить Энху, но её предсмертная речь… Энха перед смертью поведала, что скоро их мир погибнет, если Дэйдалон не остановит некоего… «Демона», который вскоре проснётся. А ещё она сказала, что зря Дэйдалон убил её, ибо вскоре она возродится в другом обличии.

У меня остались вопросы, и Дэйдалон решил поведать мне и Атакаме то, что знает сам. Как выяснилось, в Эльсинорских Измерениях всем заправляют Хранители — это наделённые неограниченной властью над энергетикой существа, которые приставлены для того, чтобы охранять миры от так называемой Пустоты — мистической силы из иного измерения, которая стремиться поглотить всё, что создали Хранители. Если тебе, мой дорогой слушатель этой записи, всё ещё непонятно, о ком речь, то просто прими то, что Хранители — это аналоги ваших богов, и они могут как создавать миры, так и разрушать их. Они часто являлись в образе драконов или в более хтоническом виде перед смертными, но могли принимать любой удобный для них облик. Так что их называть как-то по расе — глупо, как и пытаться описать, какими они являются.

Дэйдалон также рассказал мне, что у меня необычная душа и энергетика, и именно это привлекло меня. Он говорил, что моя энергетика души похожа на его, и поэтому он и приютил меня и Атакаму, так что мне было чем заняться, когда война с Энхой была окончена.

Жизнь в пустынном мире стала постепенно налаживаться, равно как сейчас осушается этот бокал вина, — тут Эллинор рассмеялся и указал на полупустой бокал, который всё ещё держал в лапах, — рабство отменили, города восстанавливались, но что-то было здесь не так.

Мы с Атакамой отправились в иное измерение, связанное с пустыней Кхавра. Им оказалось Ильзирское нагорье, где главную политическую роль занимало королевство с одноимённым названием. Это оказалось ксенофобное государство, готовящее войну с другими расами. Но мы с бывшей охотницей из клана Рокхана оказались в переплетении политических интриг. И, честно сказать, после всего этого я очень невзлюбил политику. Поэтому всегда говорю: в жопу вашу эту политику.

Силуэт дракх’кхана усмехнулся, а затем он отставил пустой бокал и скрестил лапы на груди.

— Но мы смогли распутать клубок интриг, и тогда же я познакомился с самым мутным типом, которому я, тем не менее, обязан своей жизнью и тем, что сейчас говорю с вами. Бывший жрец Кархагора, нынешний жрец Даггоната или кем он себя считает. Очень скользкая и противная личность, но, думаю, его настоящее имя не стоит раскрывать. Как он сам говорит — от него у многих мурашки под чешуёй. Но не у меня.

Тем не менее, далее моя роль в освобождении Эльсинорских измерений от диктаторов-жрецов, которые хотели сохранить свою власть или что они там делали, продолжалось, и мы с Атакамой прошли через ещё несколько миров, прежде чем нашли главного врага — Хранителя Кархагора, которому Арканайзийцы поклоняются. К слову, если им сказать, что их бог мёртв, они очень агрессируют и обвиняют в ереси и святотатстве. Проверено лично. Но, пожалуй, самое главное, что я сделал — это помог Атакаме защитить один из монолитов управления миром. Если бы не я, скорее всего мы бы проиграли эту войну. Но цена этому была… — тут Эллинор многозначительно промолчал и затем провёл одним пальцем по груди, — моя жизнь и душа. Но на этом моя история не закончилась. Потому что тот бывший жрец Кархагора оказался гением.

Он восстановил мою душу практически с нуля, воссоздал моё тело на основе генетического кода и положил мне новую жизнь. Даже память сохранилась вплоть до моей смерти. Тем не менее, у него ушло на это очень внушительный срок — целых семнадцать тысяч лет. Только представьте: Атакама и остальные, кого я знал, скорее всего умерли, став мифом, и вот я оказываюсь здесь, в Энн’Лирро. Представили? Молодцы. А теперь продолжим, ибо я не хочу, чтобы меня жалели.

— Я попал в космооперу в далёкой галактике. Нет, не ту, где Дарт Вейдеры душат своих подчиненных и отдают приказы взрывать планеты, хотя эту серию фильмов я оценил. Но что-то похожее тут было. Инопланетяне кругом, космические станции, галактические империи и прочее. Люди тоже имелись, даже умудрились дорваться до космоса и колоний, но однозначно доминирующей расой их назвать нельзя. И представьте — я, прежде ни разу не видев ничего подобного, попадаю в эту вселенную. Это был настоящий культурный шок, но я адаптировался со временем. На это ушло около тридцати лет. К сожалению, я связался не с той компанией и не в то время, и потому меня затащили в космическое пиратство. Благо — учился и адаптировался я довольно быстро, даже с техникой стал разговаривать на «ты», так что я стал на какое-то время типичным космическим гопником. Грабежи, убийства, наемничество — мне это даже пришлось больше по душе, но пагубно повлияло на мой характер. Я вот начал курить, пить, материться, так что хорошо, что вы меня тогда не знали. Скорее всего — я бы тебя при встрече, мой слушатель, облапошил бы и свалил в закат. А ведь я когда-то устранял даже коррумпированных правителей планеты. Чего стоит только убийство арканайзийского лорда на охоте, когда я его «случайно» траванул.

Именно тогда для меня стерлись границы морали и принципов, которые до сих пор являются размытыми. К хорошему привыкаешь быстро, а вот забыть — не так уж и про-о-о-осто.

Эллинор немного погрозил указательным пальцем, после чего закурил новую сигарету, и продолжил:

— Тем не менее, я снискал себе печальную славу, и со временем стал очень известным бандитом с десятизначной суммой за голову. Думаю, арканайзийские лорды на неё бухали бы годами, а феодалы и торговцы купались бы в золоте, сидя в своей космической яхте… но я не хотел, разумеется, им давать такую привилегию, а потому просто радовался вниманию. Не каждый же день становишься настолько известным, чтобы за тобой охотились.

Следы Атакамы и остальных знакомых я не искал, но мне было всегда интересно — почему меня восстановил Экзерон? С какой целью? Я был обычным дракх’кханом с необычной судьбой, но, тем не менее, он это сделал. Но с тех пор я его не видел, так как он просто отпустил меня жить в Энн’Лирро. На связь не выходил, весточки и писем не писал. А ведь я по нему даже немного заскучал. Правда… — тут Элли задумчиво облизал свои клыки, — я так и не понял, как к нему относиться.

И вот, наконец, я после очередного пиратского рейда, встречаю Астамару — кажется, шпионку из арканайзийской империи. И двух странных на вид драконидов — один из них являлся дарканцем с Харадола. Доводилось слышать о той планете, как и о том, что там живут могучие энергетики, сопоставимые по силе со жрецами Кархагора. И наконец… о мать Арканайза! Живой Энн’нирр, которых я видел на Эльсиноре, — драко-демон тихо рассмеялся, и затем налил себе новый бокал вина, попивая его, — она была немного растеряна, и, как выяснилось, тоже новая в этом мире.

Как ни странно, судьба распорядилась так, что мы оказались на одном корабле, а затем и на планете Энн’Тиера. Здесь правили опять политические интриганы и дома, что мне не очень понравилось, однако деваться некуда, пришлось остаться там. Благо, меня, как пирата с огромной наградой за голову, никто не узнавал — видимо, тот ещё Татуин. Но именно там всё и началось… или закончилось. Я помог там устранить угрозу тех стальных жоп, которые нас преследовали, но сразу же угодил в другой капкан — к некому странному и безобидному на вид существу. В любом случае — моя судьба теперь неизвестна и находится в руках других в очередной раз. Не люблю это чувство, но он хотя бы не проявляет ко мне враждебности. Так что, запомните меня, как Эллинора, отважного космического пирата, который успел нашуметь за эти годы, и того, кто когда-то спас целый мир. Чао-какао!

На этом запись обрывалась. Два существа, что её просматривали, переглянулись.

— Где ты его нашла? — спросила с усмешкой одна из них, драко-демоница с синей чешуёй. Вторая, мохнатая и с длинной остроносой треугольной мордой, сергалка или арас'энн, покачала головой под капюшоном со звёздными узорами:

— Не на нужной планете. Но я поражена удачливости и живучести этого наглого существа. Даже жаль, что в своё время он не остался со мной.

— Даже не думай его присваивать себе, — строго предупредила её дракх’кханка и затем взяла голотерминал в когтистую лапу, осматривая его единственным целым глазом. — Значит, будем искать его… — вздохнув, заключила она и жестом отправила арас’энн готовиться. А оставшись одна, дракх’кханка поправила свою одежду и тихо добавила: — Эллинор… а ты неплох.

Глава 1: Цитадель Звёздного Крыла

* * * Цитадель Звёздного крыла * * *

Эллинор сидел уже несколько часов в небольшом пустом помещении. Ни окон, ни дверей, лишь голые металлические стены, фонарь над головой и сидение, на котором и разместился драко-демон. Двухметровая антропоморфная рептилия уже и пробовала ходить по комнате, и звать кого-то на помощь, и бить по стенам когтями, но никто не отзывался. В итоге дракх’кхану пришлось сдаться и просто усесться, пытаясь разобраться в своих воспоминаниях последнего дня.

Эллинор не помнил ничего. Даже не запомнил имя и внешность того, кто его сопровождал, хотя это было странно. Помнил лишь то, что его привезли сюда и оставили. Что могло означать лишь одно — в его голове хорошо так покопались. Но хотя бы меч не отобрали.

— Вот проклятье Даггоната. Почему каждый второй так хочет изменить мне память, покопаться в голове? Им что — так интересно узнать о проведённых ночах в плену у Клепсидры, да? — самоиронично пошутил Элли, вставая с места и прикладывая обе ладони к стене. Никто ему не ответил. И драко-демон, вздохнув, уселся обратно. Так прошло пять минут, десять, но, наконец, тихо щёлкнуло, и стена перед Эллинором медленно отъехала в сторону. А в проходе показался фиолетово-чёрный рептилоид — энн’нирр… или дракх’кхан. Эллинор так и не понял.

Но внешность у того была явно неординарной: одна половина тела фиолетовая, а другая — чёрная. Левый глаз, находящийся на «фиолетовой» половинке, был ярко-зелёного цвета, а правый имел грозный красный оттенок на фоне чёрной чешуи. Картину дополняли характерные для драко-демонов клыки и костяные наросты на плечах, однако крылья у того были перьевыми, словно это была мутация, доставшаяся ему от нирров.

Несколько секунд незнакомец сверял Эллинора внимательным взглядом, а затем кивнул:

— Не могу поверить… мы нашли тебя, Эллинор. Добро пожаловать.

Дракх’кхан нахмурился и нащупал у себя на поясе рукоять меча, который у него так и не отнимали, спросив:

— Ты кто вообще такой? Смотрю на одну половину — вижу друга. А на другую — врага.

— Буду откровенен: меня зовут Хранитель Рэйдериан. Возможно, ты меня знаешь как Хранителя Порядка Рэйдена. Я твой друг и пришёл, чтобы забрать тебя отсюда, — улыбнулся он и сложил лапы на груди, посматривая на Эллинора. Тот рассмеялся:

— Ох-ох! Хранитель Порядка, говоришь? Что-то я смотрю на тебя и вижу лишь хаос во внешности. Тогда меня зовут Владычица Палантайра.

Дракх’кхан вздрогнул, когда произнёс это имя, ощутив, как воздух становится более густым от одного упоминания Владычицы. Тот, кто назвался Рэйдерианом, ощутимо сжал свои пальцы, но больше никак не отреагировал на опасное имя.

— Меня предупреждали о твоём… неоднозначном характере. Впрочем, если хочешь узнать ответы на вопросы — следуй за мной. А тебе, я уверен, узнать не терпится, — чёрно-фиолетовый ящер развернулся, уходя. На его спине Эллинор успел заметить аккуратно вложенный в тубус двуручный меч. «Очередной артефакт Нирров», — определил дракх’кхан и поспешил за Рэйдерианом.

Вместе они вышли в просторный сад перед гигантским пирамидальным дворцом. Гигантские растения и деревья всех мастей и пород, между которыми были проложены дорожки из камня и бетона. По дорожкам из камня и бетона между растениями и деревьями всех пород ходили нирры. Видя перед собой Рэйдериана, они почтительно расступались. А вот на Эллинора бросали настороженные взгляды.

— Никогда не видел столько нирров в одном месте. Так где я нахожусь? И куда мы направляемся? — сразу начал сыпать вопросами чёрно-алый, когда он догнал Хранителя. Рэйден посмотрел на него красным глазом:

— Похоже, мой коллега предпочёл немного обезопасить нас всех. Видимо, придётся объяснить мне, — вздохнул собеседник драко-демона. — Мы находимся в так называемой «Цитадели Звёздного крыла». Где она находится — боюсь, даже я не смогу объяснить. Мы направляемся ко дворцу — где тебя ждёт Владычица.

— Владычица? Ох… я давно с ней хотел увидеться, — усмехнулся себе под нос Эллинор и потёр лапы. — А зачем я ей неожиданно понадобился?

— Она очень заинтересовалась тобой с тех самых пор, когда ты заявил о себе. Я проверил твою энергетику и убедился в твоей уникальной природе, — хмыкнул Рэйдериан. — Но дела Владычицы касаются только её. Я всего лишь её исполнитель.

— Хм. Подожди ка… Если ты, получается, один из Хранителей, то это значит, что Владычица стоит над вами всеми. Она — мать Арканайза? — неожиданно пришёл к определённым выводам Элли. — Ну и муть… я бы не поверил, что вы вообще существуете.

— Не все из нас предпочитают отсвечивать и заявлять о себе, — ответил ему чёрно-фиолетовый. — Так-то даже я не знаю, сколько всего Хранителей у Владычицы. Возможно, даже несколько десятков. Однако у нас хватает и врагов.

— Каких же? Пустота на пятки наступает, да? — вспоминая прошлое, задумался Эллинор.

— Не только. Внутренние враги. Такие, как Экзерон, двое драконидов плавно подошли ко входу во дворец, который преграждала решётка. — Рэйдериан коснулся прутьев, что-то прошептав, и решётка медленно отъехала в сторону, открывая проход внутрь. — Некоторых врагов даже Владычица считает предельно опасными, поэтому позволь тебе лучше рассказать некоторую правду про Экзерона.

— Правду мне пока никто ещё не рассказывал. Поэтому сочту это за привилегию, — усмехнулся дракх’кхан и остановился, сложив лапы на груди, чтобы выслушать Хранителя внимательно.

* * * Икосаэдр * * *

На космической станции «Икосаэдр-8» была объявлена красная тревога. Один космический корабль незаконно проник в доки, каким-то образом обманув систему сигнализации и тревоги. Экзерон знал, что его как-то раскрыли, и по его душу вылетел один из самых неприятных Хранителей, и всё, что он хотел сделать — это не допустить, чтобы информация попала в руки Владычицы. Он знал, что против такого существа у него нет шансов, и он вручную принялся уничтожать компьютерные сервера, кристаллы памяти и прочие носители информации. Но он не заметил того, как из корабля вылез странного вида чёрно-фиолетовый драконид, обнажив свой двуручный меч. Охрана станции сразу же отправилась на задержание.

Рэйдериан не обращал внимания на выстрелы и атаки в ближнем бою. Ему достаточно было просто посмотреть на цель, чтобы та на мгновение вздрагивала и затем падала парализованной. А выстрелы он спокойно отбивал своим мечом, предвидя, кто и куда будет целиться. Наконец, от двух ударов пал и самый мощный охранник — киборг-инфильтратор. Камень душ, что подпитывал его, выпал из металлического тела. Чёрно-фиолетовый положил этот камень в карман своей мантии и уже поднял голову, чтобы продолжить путь, как услышал обратный отсчёт до уничтожения станции.

«Я должен спешить!» — он направился в комнату, где он чувствовал присутствие Экзерона. Но к моменту, когда он достиг её, он нашёл лишь его труп у фиолетового кристалла, подавляющего энергетические способности. Четырёхрукая чёрно-зелёная нага лежала на спине, распластавшись, а из его головы шла кровь.

Экзерон покончил с собой.

* * * Цитадель Звёздного крыла * * *

— Так если он мёртв, то почему вы тогда о нём беспокоитесь? — дослушав историю до конца, спросил Эллинор.

— Потому что это был не настоящий Экзерон. Вернее, не весь он, — они уже шли по коридору, усеянный лестницами и различными проходами, уходящими вверх и вниз, так что без гида драко-демон тут бы запутался. — Экзерон уничтожил все данные и информацию, и также покончил с собой… при помощи оружия Нирров, которое стирает ещё и душу, если правильно им нацелиться. Однако минимум информации из его тела нам удалось получить. А его тушу я забрал в качестве трофея сюда, — и хитро улыбнувшись, Рэйдериан пасом ладони открыл дверь в одну из комнат, и Эллинор увидел там наполненный жидкостью инкубатор, в котором находилось тело наги. Или же региуса, если выражаться языком Эльсинора. Возле него стоял человек-мужчина средних лет в фиолетовой одежде и шлеме, похожим на тот, что носили древнегреческие воины, и что-то записывал на планшет. Обернувшись, он почтительно кивнул Хранителю и отступил в сторону.

— Вы пришли с гостем, господин. Я рад, что вы закончили все дела. Вам рассказать то, что нам удалось выяснить? — спросил человек, переключая внимание на Эллинора. Драко-демон сверил того в ответ удивлённым взглядом — мол, а что он делает здесь у Нирров? Они не слишком уважают людей.

— Не обязательно. Я и так уже знаю, — с этими словами Рэйден прикоснулся к стеклянному баку и продолжил. — Экзерон является жрецом Кархагора, Хранителя Пространства. Это важно, потому что Хранитель передаёт жрецам часть той силы, которой он обладает. И Экзерон очень хитро использует это — так, как никто из нас не стал бы. Он это делает на себе, и за счёт этого хитрый жрец разделил себя на восемь клонов, в каждом из которых заключена частичка его души. Поэтому я и сказал, что настоящего среди них нет. Каждый из них — это и он, и не он одновременно. И между этими клонами непрерывная энергетическая связь.

— Хм… а он хитёр. Мне бы такую способность — я бы уже, наверное, одним клоном забухал где-нибудь в баре, а вторым — трахал бы дракх’кханочку, — усмехнулся Эллинор, о чём-то подумав. — Но мне было всегда интересно, что же он из себя представляет. Я его знаю давно, но не думал, что он за семнадцать тысяч лет практически не изменился.

— Никто не знает. В любом случае, его клонов ловить бесполезно. Убьёшь одного — и другие сразу залягут на дно, сменят дислокацию и имя — и выслеживай их по-новой, — уже серьёзно ответил Рэйдериан. — Однако из остатков генетического кода этого клона Экзерона я понял, что осталось ещё семь таких же тел. Экзерон не может их быстро воспроизводить, так как ему нужна какая-то основа, вокруг которой нужно выстроить тушку. Как с его киборгами, например.

И Рэйден показал камень душ, который он вынул из тела поверженного противника на станции «икосаэдр-8».

— Это душа обычного дракх’кхана, которому он заменил воспоминания. Так эти киборги и управляются. В них заложена программа безоговорочного подчинения Экзерону, а также использования любых методов, чтобы одурманить своих соперников. Насколько я слышал, один из клонов даже был создан на основе тебя, Эллинор.

— Как интересно… а воспоминания как он получил? — задумался дракх’кхан, внимательно смотря на бак, где плавало тело наги.

— Просто вспомни, когда ты в последний раз видел Экзерона, и когда он брал у тебя, скажем так, образец крови. Он работает с ДНК других, и в том числе и драко-демонами, и семнадцать тысяч лет он выстраивал свою систему в галактике. А также обчищал неизвестным образом Хранилища Нирров. Иначе мы не можем объяснить, как к нему попало наше оружие и артефакты.

— Видел-видел… чёрт! По моему, это было слишком давно, когда я его видел, — рассмеялся Эллинор и хлопнул ладонью по стеклу, заставив то слегка завибрировать, — ладно. Про Экзерона мне всё понятно. Но неужели Владычица не может просто взять и напрячь все силы, чтобы выловить и устранить эту угрозу раз и навсегда?

— У нас много врагов, — Рэйдериан внимательно посмотрел на камень душ и затем положил его на стол, — сил отбиваться от всех и одновременно уничтожать по одному не хватает.

— Кто ещё есть? — поинтересовался драко-демон, но вместо ответа к нему подошёл человек в шлеме и вручил несколько досье.

— Это лишь некоторые из них. Самые опасные, — сказал ему безразлично мужчина и вернулся к своим делам.

Сначала Эллинор явно со скукой изучал листы, так как эти враги были ему незнакомы, потом он усмехнулся, когда нашёл среди них Экзерона и Даггоната, но дальше… его начало охватывать некоторое беспокойство.

— Клепсидра Лованд, «Демон Эльсинора», Экзерон… и… — Эллинор неожиданно выронил все листы кроме одного. — Не может быть… если я скажу, что охренел, то это как «пшик» в открытом космосе… — сказал он тихо.

На него единственным целым глазом смотрел портрет Атакамы.

В этот момент за его спиной вырос силуэт Рэйдериана, который протянул лапу и забрал у него бумагу — ненавязчиво, но уверенно.

— Ими ты заниматься не будешь. Они слишком опасны для тебя. Это контракты для наших охотников. Сейчас тебе важно познакомиться с твоей матерью, — заявил он, кладя бумаги на место и подзывая драко-демона следовать за ним. Эллинор недоверчиво хмыкнул, но отправился за ним.

— А кто моя мать?

Хранитель загадочно улыбнулся и какое-то время молчал. И лишь затем ответил предельно серьёзным тоном:

— Владычица Палантайра.

Эллинор замер и даже открыл пасть от удивления. И даже не потому, что он почувствовал, что за ним кто-то незримый наблюдает, а от такого откровения.

— Владычица… кто? Извини, кажется, я прослушал или мне показалось, что ты сказал одно нехорошее ругательное слово, — попытался обратить это в шутку чёрно-алый, улыбаясь. Хотя всё его нутро сжалось от волнения.

— Познакомишься с ней сам. Она всё расскажет тебе, если посчитает нужным, — и Рэйдериан направился по просторной лестнице вверх, а Эллинор, следуя за драконидом, осматривался. Он видел и Нирров, и людей, и других неведомых существ, которых ещё не встречал в своих странствиях. Особенно его удивила одна особа, с которой он едва не столкнулся.

Засмотревшись на двух нирров, что стояли в стороне и негромко что-то обсуждали, Элли едва-едва не вписался мордой в грудь какой-то белоснежной… не то драконидки, не то химеры. Но когда он поднял взгляд и встретился взглядами с существом, он был поражён.

Это существо представляло собой пушистую мускулистую химеру ростом в три с половиной метра с длинной вытянутой мордой, напоминающую волчью. У неё до середины спины спадали длинные белые волосы, но больше всего выдавался её объёмный бюст шестого размера. Благо, он был прикрыт красной тканью, поэтому разглядеть его у драко-демона не получилось бы. Завершало картину длинный пушистый хвост и широкие бёдра.

— Вот это женщины у вас… буду звать тебя «боевыми сиськами». Не против, красавица? — как заядлый бабник, Эллинор не мог не флиртануть с такой особой. На что та разърённо фыркнула и замахнулась кулаком на драко-демона.

Рэйдериан сразу же ладонью остановил кулак химеры:

— Ша. Не надо. Палантайра не одобрит, если физиономия Эллинора будет разукрашена твоим кулаком. Пожалуйста, пройди к своей «двойке», потому что, возможно, у Владычицы будет задание для вас, — спокойно объяснил он, поднимая голову на агрессивную химеру. Та где-то с секунду постояла, не двигаясь, а затем опустила кулак, разжав его.

— Ша подчиняется только Хранителю Диэрарху. И Рэйдену повезло, что Ша не может задержаться и наказать наглеца. Но Ша ещё бросит вызов… новенькому… — задержав взгляд своих покрасневших глаз на чёрно-алом, грудастая химера расслабилась и пошла дальше. А Рэйдериан тихо вздохнул Эллинору:

— Пожалуйста… не лезь к жрецам Хранителя Диэрарха. Они неадекватно могут отреагировать на твой… так называемый юмор. Это была Шадарра — третья жрица Диэрарха. И пусть тебя не обманывает её внешний вид и номер — она одна из сильнейших среди жрецов.

Элли тихо присвистнул:

— Боюсь, для спарринга и прочих утех я немного в иной весовой категории. Хотя я бы ей все равно помял грудь, — украдкой глянув назад, усмехнулся Элли. — А что ты вообще можешь сказать про жрецов и прочих? Если мне, конечно, дозволено знать.

— Если ты ступаешь по Цитадели Звёздного Крыла, в которой мы находимся, значит, ты уже один из нас. У Хранителей есть помощники — жрецы, чемпионы и избранники. Им обычно и делегируем различную работу — от «подай и принеси» и до «устрани нежелательную личность». Остальные — мелкий персонал, администраторы и разведчики.

— Как интересно… я немного не так представлял себе место, где живёт эта ваша Владычица. Хотя тут всё равно красиво. А где оно на галактической карте находится? — Эллинор улыбнулся слегка и потянулся крыльями, продолжая идти за Хранителем.

— Это вне пространства и времени. Всё, что могу сказать, — безразлично пояснил Рэй и затем свернул по коридору налево. Поднявшись по ступенькам вверх, оба существа остановились у просторной двери. Рэйдериан потянул её за ручку и медленно приоткрыл её для Эллинора. — Ступай. Твоя мать уже ждёт тебя.

Глава 2: Владычица Палантайра

Эллинор обнаружил себя даже не в комнате и не в тронном зале, а в каком-то неопределённом и необычном месте, где энергетические нити скручивались в потоки. Пространство казалось бесконечным, освещаясь то голубым светом, то красным, то вовсе скрывалось в темноту. Дверь за спиной медленно захлопнулась, исчезая. Эллинор ощутил странное чувство беззащитности. Будто он сейчас стоял перед чем-то могучим, и его читали как открытую книгу.

— Мой сын… — прогремел женский голос, который исходил отовсюду, — мы наконец-то встретились.

Эллинор вздрогнул и осмотрелся. Он тяжело дышал, а сердце, казалось, было готово вырваться из груди.

— …Мам? — неожиданно тихо он спросил, и увидел, как перед ним возникает силуэт чего-то огромного, который затем приобретает форму человеческой женщины лет тридцати с длинными чёрными волосами и фиолетовыми глазами. Она была одета в длинное платье тёмно-фиолетового цвета, а опиралась она на посох с ярким голубым камнем на его конце. Эллинор сделал неуверенный шаг вперёд, навстречу ей.

— Можешь не пугаться. Ты под надёжным крылом теперь, — и Палантайра неспешно прошла к драко-демону. Хоть Эллинор и был выше на целую голову, но он теперь уже более уверенно подошёл и крепко обнял её.

— Надеюсь… надеюсь, ты расскажешь теперь мне всё, мам, — неуверенно прошептал он ей и разомкнул объятия, отступая на шаг. Эллинор до сих пор пребывал в шоке и не мог поверить, что его матерью оказалось самое могущественное существо во вселенной.

— Для начала… сменим обстановку на более привычную, — и женщина, стукнув посохом по полу, преобразовала комнату. Звёздное пространство и энергетические потоки сжались и начали впитываться в одежду Палантайры. Теперь вокруг находился прекрасный сад с деревьями, который тянулся бесконечно далеко. Птицы разносили гармоничную трель, а лёгкий свежий ветер приятно дул в лицо.

— Как… как ты это сделала? — Эллинор подошёл к ближайшему дереву и коснулся его. И затем недоверчиво хмыкнул: ощущалось оно как настоящее.

— Поменять реальность на нужную — то, что я умею делать лучше всего, — улыбнулась слабо Палантайра и присела на ближайшую лавку, положив посох рядом с собой. — Кто-то произносит моё имя с благовейным трепетом. Кто-то с уважением. Некоторые с презренной ненавистью. Но практически все делают это… — Владычица выдержала небольшую многозначительную паузу, — …со страхом. Меня ты можешь звать просто Палантайрой. Или мамой.

Эллинор нервно сглотнул и затем осторожно уселся на лавку рядом. Вопросов в голове было уйма, однако начать он решил с самых очевидных:

— Меня несколько раз пытались убить твои подопечные энн’нирры. Почему ты их не предупредила заранее, кто я, если они подчиняются тебе?

Палантайра повернула к своему сыну голову, глядя ему прямо в глаза:

— Энн’нирры подчиняются прежде всего Хранительнице Эннаре, хоть они и приносят клятву верности лично мне. Однако о том, что ты жив, мне стало известно недавно. Всё благодаря тому, кто верой и правдой наблюдал за этим миром.

Владычица подняла одну ладонь на уровень груди, и перед двумя существами возникли виртуальные экраны. Каждый из них показывала какой-то отрывок из жизни случайных существ: людей, нирров, драко-демонов и многих других. Взмахом ладони Палантайра двигала экраны, и перед ней возникала то одна сцена, то другая. Пока, наконец, Эллинор не увидел перед собой фиолетового остромордого арас’энна в медицинской одежде, который помогал человеческой синеволосой женщине, вылечивая её раны. И до его ушных пластин донеслось имя Владычицы… «Палантайра».

— Непосредственно те, кто подчиняется мне, не трогали тебя, а наоборот — помогали. Ещё меня очень заинтересовала эта женщина, которой помог мой подопечный. Надо будет за ней проследить внимательно, — заключила Палантайра задумчиво и поправила прядь своих чёрных волос. — Каждый раз, когда кто-то произносит моё имя, я слышу его и получаю информацию о том, что там происходит. И потом могу воспроизвести эту сцену здесь.

Эллинор присмотрелся к носатому пушистику. Он не мог вспомнить, кто это и кого он из себя представляет. Как будто это стёрли из его памяти:

— А сколько вас, Хранителей? Эннара, Диэрарх, Рэйдериан… В арканайзийкой мифологии их всего девять, включая Даггоната. Они все здесь или как?

Лицо Владычицы помрачнело и она тяжело вздохнула, когда речь зашла о Хранителях:

— Боюсь, я не могу с тобой поделиться всей информации, мой сын. Не потому, что я тебе не доверяю. Как раз наоборот — я удостоила тебя аудиенции, потому что хотела тебе показать, что ты — наш союзник. Но твой разум слабо защищён от того, чтобы враг не воспользовался случаем, и не выведал через тебя наши секреты…

Эллинор задумчиво подвигал гребнем и внезапно улыбнулся:

— Звучишь так, матушка, будто мы от кого-то прячемся. Кто наши враги в таком случае? Даггонат? Экзерон? Или те, кто в листовках обозначены?

— Врагов куда больше, и они намного могущественнее, чем ты думаешь, Эллинор, — строго отметила женщина, и её глаза слегка засветились пурпурным цветом. — Даггонат вне нашей досягаемости, и у него несколько могучих последователей. Но проблема не только в нём. Галактика полна не менее опасных сущностей, которые способны остановить даже таких, как Хранители. Поэтому мы больше изучаем и пытаемся удержать то, что имеем сейчас.

Эллинор хмыкнул. Он понимал эту точку зрения, как и то, почему Палантайра не хочет делиться с ним всей информацией. Но, тем не менее, он всё расспрашивал её и расспрашивал:

— А что мы имеем сейчас? И… какова будет моя роль во всём этом?

Палантайра слегка улыбнулась, издав лёгкий смешок:

— Мой порядок контролирует сотни различных измерений. Сражается с тысячами опасностей во всех уголках вселенной. За Энн’Лирро вскоре развернётся нешуточная борьба, потому что это первое измерение, которое создали Хранители. И именно здесь сосредоточено наибольшее количество энергии, — Палантайра посмотрела вперёд, сложив обе руи на своих коленях, и затем добавила. — Твоя роль определена уже с самого начала. Ты станешь на путь совершенства.

Эллинор был явно удивлён. Он даже приподнял свои чешуйчатые брови в недоумении:

— Что? А разве я уже не прекрасен?

— Ох, что ты? Тебя даже жрецы могут остановить одним пальцем. Тебе ещё многое предстоит у нас узнать, однако самую главную задачу мы выполнили — тебя доставили к нам до того, как Экзерон и другие захватили твою волю. Хотя это почти случилось. Ты почти в его лапах, — пояснила спокойно Палантайра.

Но прежде, чем Эллинор задал следующий вопрос, Владычица неожиданно встала. Несколько секунд она стояла и смотрела вперёд, а затем перед ней открылся портал, который выкинул перед ней тело какого-то драконида. Левая нога и рука у него отсутствовали, словно их аккуратно разрезали каким-то нано-лезвием. Он извивался от боли, харкал кровью и пытался приподняться. Эллинор сразу же поднялся и достал из ножен меч, однако его мать жестом велела драко-демону остановиться и наклонилась к дракониду, кладя ему ладонь на лоб. Тот приоткрыл свои глаза, и дракх’кхан с ещё большим удивлением обнаружил, что их у него пять, и все они разных цветов.

— Ты что вообще такое? — спросил Элли у незнакомца. Драконид издал протяжный кашель, выплёвывая кровь, но за него ответила Палантайра:

— Его зовут Хазарис. Он Коготь Владычицы и сильнейший среди тех, кто не является Хранителем. Однако он — живое свидетельство того, с какими опасностями нам предстоит иметь дело. Он едва успел спастись.

— Кто это его так… попытался поделить надвое? — с явной усмешкой спросил Эллинор, и он сразу почувствовал на себе взгляд пятерых прищуренных в ярости глаз:

— Ланра… её зовут Ланра Ергамен. Из Нашара, о ней до недавнего времени было мало что известно, однако она показала, что её потенциал далеко превосходит предел смертной.

— Возможно, стоит установить за ней особый контроль и назначить награду за устранение, — Палантайра убрала ладонь от морды Хазариса и сильнее сжала посох. — Начальный уровень её угрозы будет составлять семьсот пятьдесят тысяч. Даже Экзерон оценивается лишь в триста тысяч.

Владычица взмахнула посохом, и энергетические нити окутали тело умирающего драконида, после чего он просто исчез. А затем Палантайра ударом древка о землю преобразовала сад обратно в пустую бесконечную комнату с кучей дверей, выстроенных в ряд.

— Идём, Эллинор. Это серьёзно.

У драко-демона оставалось ещё уйма вопросов, однако он без промедления последовал за Владычицей:

— Боюсь, мам, я вынужден потребовать объяснений всему этому. Что значит уровень угрозы? И какие из них вы считаете самыми опасными?

Палантайра медленно прикоснулась ладонью к одной из дверей, но задержалась и повернула голову к Эллинору.

— Уровнем угрозы мы измеряем потенциальную силу противника, а также его способность нам навредить. Самыми опасными считаются: демон Эльсинора с уровнем угрозы в три с половиной миллиона; Даггонат с уровнем угрозы в чуть более, чем три миллиона; фракция выходцев из Эльсинора, потому что они подрывают своим существованием сами устои нашего порядка. Вероятно, ты ещё помнишь так называемую Атакаму. Уровень её угрозы одно время составлял девятьсот тысяч, но о ней уже много тысячелеьий ничего не известно, так что мы с Эннарой и Рэйдерианом рассмотрим возможность снизить её уровень угрозы. Есть вероятность, что она уже давно мертва и не представляет опасности.

«Атакама…» — сердце чёрно-алого забилось сильнее. Он помнил её из прошлой жизни. Он жил с ней, сражался бок о бок, помогал ей… а потом, в самом конце, он пожертвовал собой, чтобы спасти мир, за который так боролась эта дракх’кханка. И что в итоге? Теперь она в списке на устранение и занимает практически самый верх по уровню угрозы. Почему?

— Атакама? Но она бы в жизни не сделала ничего плохого вам! Почему вы так хотите её убить? — спросил Эллинор, уже понемногу начиная негодовать от такого решения.

— Атакама — разыскиваемая преступница в кругах нирров. Именно благодаря ей в Эльсиноре установился порядок, что является угрозой всем нам. Она настраивала впоследствии целые расы и народы против меня, подначивала их сопротивляться ниррам. Но самое главное… — Палантайра выдержала небольшую паузу, — она смогла уничтожить одного из нас, а также обладает частью сил Даггоната. Именно поэтому мы оцениваем её уровень угрозы так высоко. Наконец, скажу, что её голову очень хочет получить Эннара. Но, пожалуй, я не стану вмешиваться в её личные чувства и переубеждать.

Не дав больше Эллинору ничего спросить, Владычица открыла дверь и прошла внутрь, покинув загадочное измерение. Эллинор прошёл следом и обнаружил себя в огромной комнате, посреди которой стоял огромный кристалл ярко-розового цвета. Вокруг него ходили несколько людей и нирров. Перед самим кристаллом на алтаре располагался Хазарис, возле которого стоял Рэйдериан и что-то приговаривал. Заметив Палантайру, он тут же отступил в сторону и почтительно ей поклонился.

— Владычица, — поприветствовал он её и, дождавшись жеста ладони от Палантайры, продолжил, — мы извлекаем память из Хазариса, а также то, что он собрал от «Теней Эльсинора». Боюсь, это тело слишком сильно повреждено, как и его душа. Однако мы можем попробовать его исцелить, хоть это будет и непросто. Палата Знаний ждёт ваших распоряжений.

— Извлеките все знания, которые он собрал. Самые важные вынесите в отдельный кристалл и передайте мне. Тело и душу восстановить, — отдала распоряжения женщина и затем указала посохом на Эллинора. — Отдаю нашего нового гостя в распоряжение Хранителя Рэйдериана.

— Подожди… а что он будет делать со мной, мам? — вмешался чёрно-алый, глядя то на Владычицу, то на драконида-полукровку. Палантайра приблизилась к Эллинору и вложила в его руку какой-то предмет:

— Он тебе расскажет всё. Мне необходимо созвать собрание Старших Хранителей и разработать план действий. Надень то, что я тебе дала, Эллинор, и можешь не бояться больше меня звать. Я всегда теперь будут с тобой, даже мысленно. Достаточно только произнести моё имя, — Палантайра благодушно улыбнулась своему сыну и бесшумно скрылась в двери, откуда они только что прошли. Эллинор сначала посмотрел на то, что ему подарили и, поняв, что это золотое кольцо, надел его на мизинец левой руки.

— Договорились, Палантайра, — произнёс он и с лёгким удивлением обнаружил, что он не испытал страха или неудобства после произнесения этого слова.

Рэйдериан подошёл к драко-демону вплотную и внезапно превратился в бесформенный рой чёрных точек, который затем принял вид серой наги. К счастью, не четырёхрукой, как Экзерон.

— Приветствую. Я Дарренгор-два, первый жрец Хранителя Рэйдериана, управляющий нексусом и кристаллическим архивом. Владычица созвала всех Хранителей на экстренное собрание по случаю нападения на Хазариса, но я могу ответить на все твои вопросы. С чего начнём, энн’Эллинор?

— Ну раз позволил, то начнём… Почему ты меня так называешь? Что эта приставка значит? — Элли с неким сомнением клацнул зубами. — Что значит — нексус и кристаллический архив? И что вы со мной собираетесь делать?

— Слово «энн» — значит «пресветлый» на языке нирров. Так как ты являешься сыном нашей Владычицы, то к тебе необходимо обращаться с уважением, — голос наги звучал безразлично и безэмоционально, что насторожило Эллинора. Он будто зачитывал объявление. — Мы находимся сейчас в кристаллическом архиве. Здесь мы храним все накопленные за тысячелетия знания. Однако принцип его работы на текущем этапе тебе понять не получится. Нексус — наша лаборатория и технологический отдел, где проводятся различные эксперименты. Возможно, мы позже познакомим тебя с его устройством подробнее. А что до планов… — на этих словах нага задумалась и внимательно посмотрела на Эллинора. Затем она коснулась его тела и начала преобразовываться сначала в бесформенное облако, а затем она приобрела форму клона Эллинора, потягиваясь.

— Эй! В галактике и так достаточно моих клонов и самозванцев! Решил тоже следовать их жалкому тренду, да? — усмехнулся настоящий Эллинор, складывая руки на груди. Дарренгор-два никакой эмоции не проявил:

— Я взял твой образец ДНК и попробовал принять твой облик, чтобы оценить первичные физические возможности. Ты был создан по образу и подобию драко-демонов и неотличим от них. Это интересно. Но у нас планы на тебя гораздо глубже, — псевдо-Эллинор обошёл настоящего вокруг и затем принял вновь облик серой наги.

— Только не говорите, что я буду вашим подопытным кроликом. Палантайра это не одобрит, — с явным предупреждением сказал драко-демон, кладя лапу на рукоять меча, который всё ещё был при нём. Не нравилось ему, к чему клонил жрец Рэйдериана.

— Нет. Всё гораздо серьёзнее. Ты ведь знаешь, что этот меч, что ты держишь, когда-то был сделан для последователей нашего Хранителя? Традиционное оружие, которым владеем все мы — это меч. У нас много общего на самом деле.

— На что ты намекаешь, Даггонат тебя дери? — не отпуская рукояти клинка, спросил Эллинор.

— На будущее — здесь это имя не любят произносить. Проклятый Хранитель может следить за нами так же, как и Владычица. Но тебя ждёт очень интересная судьба, Эллинор. Поэтому я спрошу тебя лишь один раз — хочешь стать жрецом Рэйдериана?

У драко-демона на миг пропал дар речи от удивления. Он здесь всего несколько часов, а они вот так просто готовы дать ему возможность получить особые силы лишь потому, что он является сыном Палантайры? Удивительно… и ощущается, как ловушка.

— Стать жрецом Хранителя после сына Владычицы — это даже не шаг назад, это почти дно пробить! И ничего, что я тут всего лишь первый день? Вы мне вообще доверяете или просто терпите, как важную шишку?

— Почти все из нас когда-то были здесь впервые. И то, что ты здесь, уже означает, что ты заслужил наше доверие. Наша защита не пустила бы тебя на территорию Цитадели Звёздного Крыла. И тебе, Эллинор, желательно согласиться. Это твой шанс получить новые способности и быть полезным нам.

Драко-демон вздохнул и закрыл глаза на миг. Он вспомнил жрецов, с которыми встречался. Они все являлись пособниками Хранителя Кархагора и были невероятно опасными даже без своих способностей. Жестокая госпожа Клепсидра, холодный иерарх Кизмиз, безумный учёный Экзерон и, наконец, главный среди них — Мрак, который наводил ужас на всех одной своей неестественной природой.

И сердце Эллинора сжалось от одной мысли, что он может стать со временем таким же. Потерять себя, свою природу. Исказиться.

— Знаешь? Это хороший вопрос… Давай я подумаю над всем этим. У меня же есть время, да?

— Подумай, — кивнул ему Дарренгор-два, а затем поспешно добавил, — тебе ещё всё расскажет мой господин Рэйдериан. Но если хочешь — можешь стать жрецом у другого Хранителя. Любого, кроме Светозарной Эннары.

— А с ней то что не так? — усмехнулся Эллинор. — Я недостаточно светлый для неё?

— Она принимает только нирров, — всё так же безразлично пожал плечами первый жрец. — А теперь — не хотел бы перекусить? Уверен, ты сейчас голоден.

Эллинор лишь пожал плечами. На него столько информации за последнее время вывалилось, что он даже позабыл, что является обычным смертным среди могущественных мира сего, с биологическими потребностями и страхами.

— Ну давай. Попробуем, так сказать, пищу богов на вкус. Всегда хотел узнать, что она представляет из себя в прямом смысле этого слова, — едва сдерживая смех, согласился дракх’кхан.

Нага показала Эллинору в сторону двери и первая поползла туда, но прежде чем драко-демон открыл её, Дарренгор-два внезапно остановился, приподняв голову и затем тихо зашипел, высовывая свой раздвоенный язык.

— Кто-то из смертных произнёс имя Владычицы в Энн’Лирро… это необходимо увидеть, — заявил он и взмахнул ладонью перед собой. Из ниоткуда перед ним вырос полупрозрачный экран, в котором Эллинор увидел огромный зал с кучей стульев и балконов, на котором сидели существа различных рас. Они что-то громко обсуждали и показывали на стоящих в центре зала двух существ: мохнатой драконицы и пони-аликорна.

— Подожди-ка… кажется, я узнаю это место на экране. Мне его несколько раз довелось видеть в различных выпусках галактических новостей, — тут Эллинор озадачился, прежде чем уточнить свой ответ. — И это зал заседания Галактической Коалиции.

— Там имя Владычицы ещё ни разу не звучало. Поэтому это заседание будет особенным, — пояснил Дарренгор-два и стал внимательно всматриваться в экран.

«Ага. Вот что происходит, когда ты произносишь это имя…» — наконец, усмехнулся Эллинор, осознавая, насколько же Палантайра вездесущая из-за этого свойства.

Глава 3: Заседание в Галактической Коалиции

Шеат и Ренаре, крылатому единорогу из Эквистрайна и драконице родом из Нашара, повезло, что они успели прибыть на станцию до начала заседания. Когда они сообщили помощнику о важной новости, их записали в качестве выступающей стороны. Конечно, служащим кратко пришлось объяснить о том, что за новость они хотят сообщить, но когда до председателя дошло одно лишь слово «Перцептрон», то их сразу же пустили в зал, похожий на смесь стадиона и лектория, и усадили на одну из трибун. Делегаты двадцати четырёх государств Коалиции только начали собираться, но тут уже можно было увидеть и привычных джайнесситов с пустынных планет, и экзотических грибоподобных ми-ко.

— Ой… я этот огромный зал видела только с экранов до сегодня… Никогда бы не подумала, что я его увижу когда-то вживую… И, честно, мне что-то не очень радостно от этого, — пони нервно сглотнула и переминалась с ноги на ногу, — а ещё… здесь сидит моя старшая сестра, которая уже участвует в политике. Я очень боюсь, что она меня увидит и захочет утащить обратно…

Шеат не спроста переживала. Когда Ренара глянула туда же, куда опасливо озиралась её подруга, то заметила белую аликорншу с развевающейся сине-звёздной эфемерной гривой, а рядом с ней — ещё одного аликорна постарше.

— От этих ты улетела, да? — чуть хмыкнув, уточнила у Шеат драконица, — в любом случае, они не рискнут прямо во время заседания выяснять с тобой отношения. А вот после постараемся сразу скрыться. У наших сыщиков, Аль’Хаара и Дауда появилась интересная идея…

— А они уверены, что им не отдадут приказы задержать нас или идти на другое задание? — бывшая принцесса Эквистрайна скривила уголки губ и занервничала вновь.

— Дауд говорит, что ему визирь всея Империи Рассвета дал лишь одно указание — защищать корабли, которые прыгают в гиперпространство. Если он последует с нами, то он будет просто выполнять свою работу. А что до Аль’Хаара… он сам нас пообещал защищать. Забыла?

— Хорошо… — коротко кивнула Шеат, — но давай говорить будешь ты. Мы хоть и поступили на факультет дипломатии и политики, но… я не чувствую в себе уверенности.

— Ага… а вот лорд Кадмий. Представитель арканайзийской империи в Коалиции, — Ренара указала на трибуну в противоположной части комнаты, где разместился синеволосый арканайзиец в яркой золотой одежде. — А там и от Федерации людей. Герцог Клавдий Флоу. Говорят, он правая рука их лорда-командующего, который в свою очередь имеет почти столько же власти, что и у консулов. Знаешь же имя этого лорда?

— Нет. Даже не слышала, — покачала головой пони.

— Я тоже. Его все называют по прозвищу: генерал Ассаулт. Ещё вон, у соседней трибуны, встают трое в доспехах: представители Солнечного Королевства.

Они имели большой рост — около трёх метров, грубоватую коричневую кожу, длинные вытянутые морды, оканчивающиеся небольшим клювом, а также иглы на затылке и шее, которые напоминали те, что носили дикобразы. Среди этих трёх рыцарей особенно выделялся третий представитель: с угольно чёрной кожей и в вызывающей красной броне. Их посол посмотрел туда, где находились Шеат с Ренарой, пророкотал что-то на своём языке и тут же отвернулся от них, видимо, потеряв интерес.

— А это… таррасианцы, — Ренара продолжала рассказывать, тыча когтем в сторону разных делегатов. — Самые могучие воины в галактике родом с ядовитой планеты Таррасиан. У них правит древняя семья Санни, а перед тобой — дочь самого Императора Солнца. Её зовут Дея Санни, но к ней все обращаются «Пресветлая». Она самый сильный воин в их ордене и управляет их военной организацией. Говорят, не проиграла ни одной битвы за всю свою жизнь.

— Надо было к ней за помощью обращаться. Вдруг Ланру скрутит в баранку, раз она не проиграла ни одной дуэли? — захихикла пони, прикрыв рот копытом, но затем вернулся серьёзное выражение мордочки. — Для студентки, которая только недавно поступила на факультет дипломатии, ты очень многих знаешь в Коалиции…

— Не так уж и многих. Это просто самые известные представители в галактике. Остальные мне незнакомы, — пожала плечами перепончатых крыльев нашаранка. — Кстати, заседание в Совете на этот раз откроет представитель от Харадола. Вот с ней я как раз не знакома, как ни странно.

— Почему? — поинтересовалась Шеат.

— Её избрали голосованием совсем недавно. Не знаю, что в ней такого нашли, но… а вот и она! — Ренара тут же напряглась, когда на центральном балконе появилась белошёрстая драконица. Длинная синяя грива спадала до плеч и закрывала чёлкой половину морды, однако из-под неё так и чувствовался тяжёлый и строгий взгляд, да и выпирающие клыки добавляли грозности. Избранная председательница начала говорить в микрофон сразу, как в зале набралась должная квота делегатов:

— Господа, я Альциона из Верхнего Слоя Нашара, и открывать Совет для меня честь, однако приступим сразу к делу. — Первым я приглашаю выступить археолога Астамару с планеты Палангея. Она расскажет об Энн’Тиере. Прошу.

Зал всколыхнулся, чуть напоминая грязную лужу, на которой ветер поднял мелкие волны. Делегат-кентавр, который сидел справа от Шеат, пробормотал своему соседу от той же страны:

— Спорная территория двух наших стран и пары государств-выскочек. Что-то намечается…

Из первого ряда на сцену взволнованно вышла синеволосая девушка-человек. Она глубоко вздохнула несколько раз, осмотрела присутствующих. Колыхание амфитеатра уже улеглось, только некоторые делегаты выкрикивали неопытной в выступлениях исследовательнице слова одобрения — учитывая, что председала сейчас нашаранка, такое поведение оставалось в рамках приличий по её мнению.

— Да’эн Арканайзен вас лаяннэ ворр, — громко произнесла археолог, обращаясь к публике. На Кхорум Аведа, литургическом языке арканазийцев, это означало «Пусть Арканайза озарит ваш истинный путь»: благодарность Хранительнице Вселенной за то, что Она всех собрала в этом амфитеатре.

Астамара вставила в голопроектор диск, и над её головой с жужжанием возникло трёхмерное изображение Энн’Тиэрры:

— За время своей последней практики перед выпуском из Палангейской академии исторических наук мне предстояло встретиться с останками древней цивилизации нирров, — Астамара начала как можно увереннее. Не её интонация, но её слова заставили зал замолчать резко. Повисла гробовая тишина.

Даже те, кто был далёк от истории и археологии, замерли в ожидании. Взять и обнаружить останки нирров — погибшей цивилизацией, которая расселилась по всей известной нами части галактики, но по странным и мистическим причинам исчезла — казалось фантастикой. Но если бы это не произошло, простого стажёра не допустили бы выступать в Совете первой.

Астамара чувствовала пристальные взгляды нескольких тысяч глаз, но она продолжала, стараясь не замечать их, лишь переключая изображения на голографическом проекторе. Перед зрителями и слушателями предстало изображение подземного «храма» и ангара, в котором нирры прятали огромный межпланетный корабль:

— Перед вами одна из построек Нирров. Вы видите это изображение самой Арканайзы. Из него следует, что культура на Файрасе, где я была, и на Палангее, где находили такие же изображения некогда, схожи. То, что Энн’Тиэрра некогда называлась Файрас, ясно из письменности на стенах.

— Это та самая планета… Слышали ведь, как она нагло заявила о своей независимости, и её примеру последовали некоторые другие планеты… — пронесся шёпот возбужденных слушателей по рядам. — Значит, теперь она законно арканазийская? Империя — наследник культуры нирров… Немыслимо!

— Это значит только то, — продолжила Астамара, — насколько же была развита цивилизация Нирров в своё время. Они владели совершенными технологиями на тот момент, однако до сих пор нет никаких свидетельств о том, кто они такие, и есть ли ещё где-нибудь живые нирры? Разве может бесследно вымереть такая развитая цивилизация, некогда правившая всей галактикой? Мой ответ — нет. И я встречала Нирров вживую, — Астамара выдержала небольшую паузу, слушая очередную волну шёпота по залу и переключила изображение, показывающая найденные на Файрасе обелиски. — Найти их можно. Они оставляют нам загадки, ключи, по которым сами же ориентируются. Они обладают целой сетью связи между своими колониями. Вот только где они располагаются… Никто не может дать ответ. В том числе и я…

Однако внезапно зал стих и замер в мучительном трепете. Сначала Астамара не поняла, почему так резко переменилось настроение в зале, но, глянув на арканазийский балкон амфитеатра, она потеряла дар речи. Со своего места перед рядом охраны в белых плащах и с кинетическими копьями встала арканазийка настолько высокая, что её белоснежные волосы, скреплённые серебряной заколкой с сапфирами, почти доставали до гранитного свода ложи.

— Наше императорское высочество Шерра Аргонари, — она представилась ради правил, а не потому, что её могли не знать, — дочь её императорского величества Эльзары Аргонари и представитель арканазийского совета на этом заседании. Ваше сведения вызывают большой интерес у нашей исследовательской гильдии. Мы хотели бы после заседания подробно обсудить возможность более глубокого сотрудничества с вами. Что же до остального — безусловно, планета пока остаётся в статусе спорной территории, однако там произошло вопиющее убийство одного из наших достопочтенных лордов. Как вы это можете объяснить?

В это время стоявший рядом лорд Кадмий засуетился и затем достал транслятор, связавшись с кем-то. Что-то ответив оператору на той стороне, он тут же повесил трубку и, учтиво поклонившись, что-то передал дочери императрицы. Шерра же лишь едва заметно кивнула, не проявив никаких эмоций.

— Ваше высочество, — Альциона склонила голову и учтиво раздвинула крылья в стороны, приветствуя нового гостя, — это большая честь для всех нас видеть столь высокопоставленное лицо на заседании Коалиции, Шерра Аргонари. Мы для того и собрались, чтобы обсудить ситуацию с планетой. Так как мы знаем, что там находятся и другие дома, представители иных фракций. Например, дом Красновых от Человеческой Федерации и дом Андурон от Империи Рассвета Джайнес. Мы искренне соболезнуем гибели лорда Виррэя, однако вопрос о статусе планеты сейчас поднимать невозможно. Если только жители сами не проголосуют за то, какой путь развития они должны принять. Мы можем только направить на Файрас независимых экспертов, которые проведут опрос и полный анализ ситуации на планете.

Внезапно слово взял представитель Федерации человечества — некий герцог по имени Эндонтон Лаведа. Он встал и отдал воинское приветствие всем присутствующим:

— Господа. Вопрос о статусе планеты уже поднимался двадцать лет назад, когда случился последний конфликт между домами Красновых и Дракхартов. У нас остались старые отсчёты и показания жителей. Разрешите оказать вам помощь и выслать старые документы, а также помочь в организации независимых экспертов. Надеюсь, госпожа Альциона, вы прекрасно понимаете, что моя задача — защищать интересы моей расы, поэтому я обязан вам предоставить своих помощников, чтобы они проследили за тем, чтобы нарушений в сторону человечества совершено не было.

Старый семидесятилетний герцог с седыми усами и зелёными глазами уселся обратно. Он был плешивым и кряхтел немного, а его покрытое морщинами и бородавками лицо выражало усталость. Но его неожиданное заявление вызвало лёгкое удивление как у Шеат, так и у Ренары.

— А он довольно активно хочет помогать… — тихо пробубнила пони.

— Астамара, продолжай, — настойчивым, но не приказным тоном обратилась наследница арканайзийского трона. Астамара поклонилась и неуверенным голосом продолжила рассказывать:

— Древнейшие постройки Файраса принадлежат ниррам, значит, если они объявятся, планета принадлежит им по праву первенства. А нирры объявились, причём ещё при жизни Виррея, и даже совещались с ним о чём-то. Безвременная кончина лорда оборвала переговоры.

Астамара запустила голограмму арканазийского космопорта, на причал которого сходило драконоподобное существо, состоящее будто бы из клочка ночного неба, полного звёзд.

Никто не шелохнулся и не произнёс ни слова. Даже просто встретить существо из легенд — событие, а тем более, когда запечатлели на запись тех, кто правит более, чем тысячей планет, тех, кого многие считали богоподобными, а некоторые им поклонялись.

— Это не подделка? — Альциона строго уставилась на синеволосую девушку.

— Экспертиза проведена, не подделка, — заверила Астамара. — К тому же, есть много свидетелей.

— Интересное… существо. А тот, кто рядом с ним, кто они? — Альциона внимательно всматривалась в силуэты.

— Эти существа мне известны. Синяя с белыми крыльями назвалась Нарой Блэйз, и она является одним из энн’нирров.

По залу прокатился восторженный вздох, но никто не перебил девушку.

— Тот чёрный драконид с мечом — это всем известный Эллинор, за которого во многих секторах галактики назначена огромная награда.

В зале послушался ещё один громкий вздох, но уже негодующий. Некоторые голоса в хоре начали подхватывать:

— Преступник…

— Казнить его…

— Как они могут сотрудничать с теми, кто приговорён на территории государств-участниц коалиции к смерти?!

— Тихо! — Альциона напряжённо хлопнула крыльями. Лишь она одна не проявляла никаких эмоций. — А тот дракон… белый. Кто он?

— Он? — Астамара кивнула на чешуйчатого, который тоже вышел из корабля нирров. — Это Аркамон. Он занимался исследованиями руин нирров на Файрасе. Не думаю, что он представляет интерес для всех остальных. Он не преступник и не разыскивается. Что-нибудь ещё хотите уточнить, госпожа председатель?

— Нет. Благодарю, Астамара, — Альциона сделала знак лапой, и синеволосая девушка удалилась с небольшим поклоном. А белая драконица продолжила:

— Ситуация на Файрасе патовая. Без повторных переговоров с ниррами её не решить. Нам необходимо отправить туда команду экспертов, чтобы их отыскать вновь. Я возглавлю её лично. Кто желает нам помочь в этом деле? — наконец, решительно заявила Альциона.

Послы и стороны в зале начали удивлённо перешёптываться. Экраны перед сидениями послов загрузили форму голосования и внесения предложений — это позволило не превращать заседание в какофонию и быстро отметиться всем желающим помочь. Но у Ренары и Шеат были свои заботы. И как раз им предстояло выступить следующим.

Выйдя в центр амфитеатра, Ренара начала прямо:

— Господа, убийство лорда Виррея — не единственное убийство правителя за ближайшее время. Два дня назад убили Воплощение Небетхет. В той же комнате избавились от Эвервея, техномага, который пытался очистить от заражения первичным вакуумом мою страну. Вместе с его сыном. И важным иерархом культа Владычицы. Не знаю, связано ли это с Перцептроном, которым захотела овладеть арканазийская разведка, чтобы буквально переписывать исторические события в своём мироздании, но у нас в Нашаре есть поговорка — чем больше совпадений, тем вероятнее заговор. Я не знаю, кто убил Виррея и кто заставляет пропадать энергетиков по всему космосу, но я знаю, кто убил четверых высокопоставленных особ в Нашаре — Ланра Ергамен, глава корпорации «Гильдия Странников». Советую вам к ней присмотреться. Не важно, это она лично всё подстроила, нанята кем-то или её тоже заменил злой клон. Через неё вы выйдете на остальных заговорщиков. Нашей волей.

Весь зал притих. Прошло пять секунд, десять, кто-то начал перешёптываться, указывая на арканайзийскую трибуну. А затем начали говорить и про Харадол в обеспокоенном ключе.

Застрекотал один из таррасианцев, что сопровождал Пресветлую Санни:

— Госпожа Альциона, а как вы, будучи представительницей Нашарской стороны, можете прокомментировать происходящее на вашей родной планете? Почему проблемы таких масштабов вынуждены сообщать совершенно левые лица?

Белая драконица, чувствуя, что внимание всех членов заседания приковано исключительно к ней, задумалась. Было видно, что ей нелегко даются ответы на такие щепетильные вопросы, однако Альциона старалась держать себя в лапах:

— Гильдия Странников — общегалактическая организация, и никакого отношения ко мне или к моей Родине не имеет. Её филиалы находятся на многих планетах, однако это не делает правительство на них причастным к этому делу. Галактическая коалиция решает вопросы исключительно при наличии доказательств и подтверждённых слухов. По данной проблеме у меня на лапах сейчас нет ни того, ни другого. В то время, как проблема Файраса очевидна, хоть и второстепенна на текущий момент по важности. Безопасность галактических транспортных путей является приоритетной целью нашей галактической организации. Однако ориентироваться по одним слухам о Владычице, причастности империи к той или иной деятельности или же потенциально опасной личности невозможно. У вас есть дополнительная информация о произошедшем? — Альциона внимательно посмотрела в сторону Ренары и Шеат.

— Может… тогда имя Палантайра вам о чём-то скажет? — наконец, выдала пони, сама того не ведая, что творит.

Все в Совете притихли, а затем испуганно ахнули, когда запретное имя пронеслось по залу. Даже Альциона слегка округлила глаза, но тут же взяла себя в лапы и прижала к себе крылья:

— Это имя не произносят, но его можно писать, — Альциона вновь активировала заполняемую форму на экранах. — Кому известно что-то про озвученную личность? Какой информацией мы владеем сейчас о ней? — наконец, потребовала она от остальных показаний.

В зале повисла тишина. некоторые из присутствующих начали отправлять сообщения. В основном о том, что они впервые слышали это имя, и лишь от герцога Клавдия поступило предложение обсудить всё с глазу на глаз после заседания. Это вызвало у Шеат и Ренары некоторое удивление.

— Нам тоже надо попасть на личный приём к этой… — и аликорн указала рогом в сторону Альционы. Нашаранка кивнула и тоже набрала сообщение о том, что знает о так называемой «Палантайре».

— Прекрасно, — заключила председательница, когда все прислали ей предложения, — тех, кому известна информация о Владычице, жду в личном кабинете после заседания. Но вернёмся к остальным вопросам. Насчёт безопасности галактических путей. Я санкционирую задействие Галактического Флота в качестве эскорта транспортных судов на время расследования этих обстоятельств.

Слова вновь попросила Шерра:

— Мы уже занимаемся расследованием, поэтому проясним ситуацию. В последний месяц с кораблями арканазийцев стали происходить странные явления. Сначала мы прямо посреди пути теряем сигнал с ними, а затем, когда мы высылаем туда патруль, находим лишь пустое судно, где нет ни души. Аппаратура, электроника и энергокристаллы, которые должны защищать корабли от энергетического влияния, остаются нетронутыми. Кто-то похищает весь экипаж, но цель похищения, очевидно: энергетики, преступники с тюремных кораблей, а так же у нас пропали некоторые Лорды точно таким же образом. Исчезли безо всяких следов убийства и насилия. Я не уверена, что усиление эскорта защитит пассажиров и экипаж. Их, скорее всего, насильно телепортировали с борта.

Альциона ответила почти сразу:

— Полагаю, вы уже составили отчёты по вашему расследованию. Буду рада поспособствовать восстановлению безопасности галактическим флотам. Я считаю, что выделять средства на организацию защиты кораблей не имеет смысла, так как всем и каждому мы не сможем обеспечить её, однако… — тут драконица застыла и подняла одну лапу, указывая пальцем куда-то наверх, — мы можем собрать команду, которой поручим обнаружить самих похитителей и найти их. Кто согласен с этой позицией?

— Поручик всея вселенной, — хмыкнула Ренара тихо. — Не похожа она на нашаранку, мы решаем проблемы сами. В этом и смысл лидера — он сильнее остальных и способен сделать то, что остальные не могут.

— Тогда какой смысл был бы в Коалиции? — подняла на неё взгляд больших глаз Шеат. — Вместе можно сделать то, что не получится даже самому сильному. Альциона это знает и не пренебрегает помощью.

По итогам дальнейшего обсуждения Совет избрал команду сильных энергетиков, возглавляемую Аль’Хааром — практически легендарной личностью, способной воплощать предметы из ничего и контролировать чужое сознание на расстоянии. Арканайзийцы тоже хотели оказать помощь в организации экспертизы: лорду Кадмию позвонил Селигер и как раз он сказал, что тайно окажет поддержку в организации. Но Альциона не дала ход этой инициативе. На этом заседание было окончено.

Глава 4: Политика за кулисами

Арканайзийское дипломатическое крыло на станции Галактической Коалиции было выполнено в классическом стиле, который использовался на Палангее. Астамара его сразу узнала по огромным колоннам, пирамидальному куполу, статуям непрямоходящих драконов и стенами, расписанными различными сценами из жизни великих деятелей древней империи. Во всех крупных залах журчали фонтаны. Каждый корпус страны, входящей в состав членов Коалиции, выполнялся в стиле их архитектуры, наполнялся их музыкой и культурой, так что именно здесь можно было с какой-то стороны почувствовать себя как дома — на Палангее.

На огромной лестнице, ведущей в переговорную арканазийцев, Астамара и повстречала главную представительницу Империи в Коалиции — её императорское высочество Шерру Аргонари. Её сопровождали два безоружных на первый взгляд арканайзийца: с яркими красными волосами и зеленоволосый. Первого она встречала на Энн’Тиере: знаменитый сыщик Мидориан Вест, который несколько лет преследовал Эллинора. В зеленоволосом Астамара узнала Рэйзриана Дракхарта, сына ныне покойного лорда Виррэя Дракхарта.

Они вчетвером прошли в переговорную, где уместились в уютной комнате с видом на космос, и прислуга им сразу принесла по чашке чая. Шерра сидела неподвижно и с холодным выражением лица наблюдала за Астамарой. Та старалась даже не смотреть в её сторону, но дочь императрицы проявляла неподдельный интерес:

— Я заинтересована твоим докладом про Нирров. Однако у меня есть ряд вопросов, — заявила она высокомерным тоном, складывая руки на столе в замок.

— Ваше высочество, — Астамара обратилась с почтением в голосе и вполне себе уверенно, — это по поводу того, что случилось на Файрасе?

— В том числе, — Шерра неожиданно улыбнулась и добавила более мягким тоном: — Я такая же, как и ты — слуга Арканайзы и Восьми Хранителей. Меня интересует, что ты ещё видела на Файрасе? Включая то, что ты мудро решила не рассказывать остальным.

— Что вас интересует конкретно?

На этот вопрос ответил уже Рэйзриан:

— Судьба Виррэя, Эллинор, нирры. Кто-то хотел уничтожить Файрас. Мы уже в курсе того, что ты встречалась с чёрно-красным драко-демоном и невольно ему помогала, так что желательно тебе ничего от нас не скрывать. Если ты не хочешь, чтобы энергетики сами вытащили правду из твоей головы.

Астамара невольно оглянулась. За её спиной уже стоял один такой «маг» из личной охраны Императрицы, и она всем телом ощущала его пристальное внимание. Одно неверное движение, и его космическая сила тут же остановит синевласую, а он залезет в её голову. С Астамарой такого ещё никогда не делали, и она искренне надеялась, что и не будут: эта процедура очень болезненная, а зачастую после неё сходили с ума.

— Эллинор… — Астамара собиралась с мыслями. — Да. Я с ним встречалась. Но ведь его впоследствии убила Ланра.

— Вряд ли он умер, — поправила тут же Шерра девушку. — Это не похоже на поведение Эллинора — первым встревать в спор сильных энергетиков и прямо на виду у них пытаться завладеть артефактом. Он бы скорее подгадал момент и похитил артефакт втихую…

Астамара заметно волновалась. Она не знала, что ответить, полагая, что любое её слово могло быть использовано против неё, и поэтому растерялась после фразы её величества. Однако ситуацию спас вмешавшийся Мидориан, который встал рядом с археологом и мрачно заявил:

— Эллинор определённо не умер. Скорее, инсценировал свою гибель, чтобы уйти от лишнего внимания. Я недавно тайно посещал Харадол и добыл вот этот вот рог, принадлежавший якобы «Эллинору», — Мидориан, надев на руки перчатки, показал обломок красного рога принцессе. — Он имеет неорганическую природу, а также полый внутри. Очевидно, умерла синтетическая копия Эллинора, — убрав рог, Мидориан поставил на стол прожектор, после чего предложил Астамаре: — Помнится, ты говорила, что на Энн’Тиере у тебя в руках оказалась загадочная голопластина. Давай ты её вставишь, и мы поглядим, что там.

Астамара тихо вздохнула, мысленно поёжившись. Делать доклад прямо перед вторым лицом в Империи ей не приходилось, равно как и ощущать себя песчинкой в руках наделённых властью арканайзийцев. Ведь если им что-то не понравится, они будут вправе её и убить, и воспользоваться энергетикой, чтобы силой вытащить из неё правду. Это сильно отличалось от обычного брифинга и доклада куратору, который затем передавал ей указания от тайного лидера их организации, чью личность она даже не знала. Здесь она себя ощущала осуждённой на заседании по её делу. Впрочем, подготовка Астамары не позволяла ей терять голову и впадать в панику.

— Эту голопластину мне передал Эллинор, прежде чем пропасть неизвестно куда. Я уже просматривала её, вирусов нет, только неожиданные откровения Эллинора, — с этими словами Астамара достала из кармана своих брюк небольшое записывающее устройство с несколькими разъёмами и положила его на стол. Мидориан сразу забрал голопластину себе, внимательно её осмотрев, после чего кивнул Шерре Аргонари:

— Ваше Величество, мы готовы. Подключаем?

— Действуйте, — она дала отмашку дочь, и Мидориан аккуратно подключил устройство к проектору.

Над столом зависла трёхмерная карта галактики с нынешними границами империй и государств. Подсветились несколько звёзд на карте, а закадровый голос Эллинора начал вещать:

— Если вы слышите это сообщение, значит, что я, скорее всего, мёртв или пропал без вести. Я хотел доверить эти файлы тому, кто мог бы продолжить моё дело. Для кого-то я, скорее всего, покажусь преступником, однако вся моя деятельность была направлена для осуществления одной деятельности: я искал Экзерона.

В комнате повисла короткая тишина. Никто не знал о том, кто же такой этот «Экзерон», кроме, пожалуй, Астамары:

— Я слышала от него упоминание об этом главе крупнейшей преступной группировки, «Голов Гидры». Как и то, что Эллинор его хотел убить. Интересно… почему? — задумалась синеволосая девушка и продолжила слушать запись.

— Экзерон обманывал меня и использовал в своих целях. И я намерен ему отомстить за это. Но а лучший способ выйти на его след — это прославиться и стать кандидатом на клонирование в его элитный отряд. Так сложилась судьба, что мне проще было это сделать через пиратство. Не потому, что я злой, всё ради дела, — и раскатистый смех драко-демона пронёсся по комнате. Слушатели переглянулись, пытаясь разобрать смысл его слов. А Мидориан тихо усмехнулся:

— Благородный пират… Да кто, во имя Арканайзы, в это поверит? За ним грабежи, разбой, нападение на арканайзийского лорда, мутная история с Лордом Виррэем. И это он готов оправдать тем, что искал Экзерона?

Рэйзриан тяжко вздохнул:

— Экзерон, Экзерон… раз уж он причастен к смерти моего отца и событиям на Энн’Тиере, я вложусь в награду за его голову. Только уточню у Альционы, сколько на него уже зарезервировано в бюджете Коалиции.

Все присутствующие согласились с этим предложением, и затем запустили запись с голосом Эллинора дальше:

— Двадцать лет скитаний, пиратской жизни и свободы. Я нажил себе большое состояние, славу и ещё больше врагов, однако так и не нашёл Экзерона. Только три зацепки, я их отметил на карте и добавил пояснения. Клянусь Даггонатом, если мне не удастся добраться до Экзерона, вы сделаете это за меня. Искренне ваш, драко-демон Эллинор. Чао.

На этом запись оборвалась. И в комнате вновь воцарилась тишина. Мидориан прервал её лишь через минуту:

— Посещать эти точки лично — глупость. Лучше отправить хорошо подготовленных спецагентов проверить на ловушки.

Астамара присмотрелась к трём отмеченным координатам. Все — вне контролируемого Коалицией пространства и вне известных империй. Галактика была изучена лишь на тридцать процентов, а флоты государств и организаций контролировали того меньше. На границе изученного ожидали пираты и дуриканцы — жестокий союз арканазийцев-еретиков, заменивших свои тела кибернетикой. За пределам изученного ждала неизвестность, а, возможно, и того пострашнее. Исследователи не рисковали пока так далеко отправляться на изучение неизведанного.

Рэйз Дракхарт поднялся со своего места, дал знак Мидориану и поклонился дочери императрицы:

— С вашего позволения мы готовы организовать встречу с главой коалиции и рассказать ей об этом.

Шерра закрыла глаза и вздохнула:

— Разрешаю. Да благословят вас Хранители в вашем начинании, — а затем посмотрела на Астамару, которая тоже думала покинуть комнату. — Ты останься.

— Да, ваше Высочество?

Шерра велела прислуге принести ей и Астамаре по бокалу вина. Когда на столе оказался живительный красный напиток, она дала охране и энергетикам понять, чтобы те вышли из комнаты, и лишь оставшись наедине с синеволосой девушкой, наследница арканайзийского престола взяла элегантный бокал тремя пальцами:

— Мы предполагаем, что не только отца Рейза и Эллинора могли подменить двойником, — начала Шерра мрачным тоном. — Мне доложили о мутной деятельности ещё одного лорда — Селигера. Он раньше служил верой и правдой нам, управляя внутренней и внешней разведкой, но его операция по краже Перцептрона, или праха арканайзийского императора, как он пытался выразиться, выглядит слишком подозрительным и не согласовывалась с нами. Я опасаюсь худшего, и хочу, чтобы у меня было доверенное лицо, которое могло бы проследить за деятельностью лорда Селигера, докладывая лишь мне или Императрице.

Астамара тревожно вздохнула. Она устала держать всё в себе, а потому потёрла виски, пытаясь собрать все кусочки паззла воедино:

— И этим лицом должна стать я, верно?

— Совершенно верно. Ты уже работаешь на внешнюю разведку, хотя тебе не был известен начальник. Знай, твой куратор получает приказы непосредственно от Селигера. Но сейчас я собираюсь особым приказом повысить тебя до ранга небесного крыла, что соответствует офицерскому званию. Это позволит тебе работать с лордом Селигером непосредственно. Ты согласна?

Астамара кивнула, ничего не отвечая.

— Тогда останься здесь для оформления документов с императорской печатью, и когда мы их подпишем, ты направишься на Палангею, вступив в новую должность. Только помни — никому ни слова о том, о чём мы договорились. Не предпринимай ничего против лорда Селигера, а все доклады делай по закрытым каналам связи. Дальнейшие инструкции будут указаны на особом документе, после изучения уничтожь его. Задача ясна?

— Приняла. Я ценю ваше доверие и не подведу. Но что по поводу моего предыдущего задания? Я его не выполнила до конца.

Астамара на миг прикрыла глаза и вспомнила то, чем занималась до того, как оказалась в цепких лапах преступника Эллинора. Её задачей было достать информацию по хранилищу Нирров, но на пиратской космической станции её перехватили те самые элитные киборги Экзерона. От них и пришлось скрываться на звездолёте Вилмира вместе с Эллинором, ибо преследователи оказались слишком сильными и подготовленными…

Постойте, если Эллинор искал Экзерона, почему убегал от его гвардии? Ведь и на пиратской станции, которая через пирата Вепря принадлежит Экзерону, он явно не просто так оказался!

— Ваше Высочество, разрешите поделиться подробностями моего предыдущего задания? — попросила Астамара и, получив согласие от арканайзийки, продолжила. — В прошлый раз я шпионила как раз за станцией, которая и принадлежала Экзерону. Моей задачей была добыча информации по хранилищу древней расы Нирров, и именно для этого я надела маску археолога. Раз мы все ищем Экзерона, то мои результаты могут быть полезны. Нам необходимо связаться с куратором, у которого сейчас мой отчёт по этому заданию.

Шерра приподняла свои пышные брови, а затем довольно улыбнулась. Что ж, похоже, что для неё паззл постепенно складывался в единую картину:

— Но ты же помнишь своё задание и без отчёта. Могу ли я услышать кратко, чем ты занималась? — поинтересовалась госпожа Аргонари.

— Разумеется. Я провела на той станции около двух лет, представляясь археологом, которая изучает древнее, но превосходящее наше вооружение оружие. Экзерон собирался искать и вскрывать один из арсеналов Нирров. Мы выяснили, что эти хранилища защищены особым полем, которое оглушает всех, кто не является Нирром и не обладает должной защитой. Чтобы попасть в хранилище, необходим особый ключ, который открывает пространственную воронку внутрь подпространства хранилища. Без него любой, кто заглянет за вход, увидит лишь голый камень. Эта информация стала известна Экзерону лишь недавно, а теперь доступна и нам.

— И на Энн’Тиере нашли подобное хранилище. Теперь понятно, почему Экзерон проявлял такой интерес к этой планете и хотел подменить лордов. А есть ли координаты других таких хранилищ? — спросила вновь наследница престола.

— Нет, ваше Высочество, — покачала головой Астамара, и затем добавила. — Меня ещё кое-что беспокоит. Эллинор на голодиске признался, что искал Экзерона. Но почему тогда он убегал от его слуг?

— Это объяснить просто. Эллинор искал Экзерона ради мести, погибать от его охраны в планы не входило. Вот и получается, что его маскировку раскрыли и отправили убийц за ним, а он надеялся от них убежать и затаиться до следующей попытки поквитаться с Экзероном… Ты свободна. Мне надо составить отчёт и направить его лично императрице, затем займёмся оформлением тебя на новую должность, Астамара, — Шерра дала отмашку, и синеволосая девушка, облегчённо выдохнув, покинула комнату.

* * *

У выхода из арканайзийского крыла Астамара заметила нескольких уже знакомых ей существ. Перед входом стояли Рэйзриан, Мидориан и человеческий герцог Эдмонтон Лаведа. Все трое активно спорили с крупной белой драконицей, которая и возглавляла коалицию на текущий момент. Той, что была названа в честь звезды — Альционой.

Заметив Астамару, все четверо мгновенно прекратили беседу, и повернулись к ней, а Альциона жестом лапы поманила к себе:

— Есть вопрос к тебе. Он касается Аркамона, — неожиданно сообщила синегривая самка, пристально взглянув на Астамару. Той показалось даже, что драконица пыталась прочитать мысли, отчего по спине человека пробежался холодок.

— Да? Какой вопрос? — натянув усилием воли безразличное выражение лица, спросила Астамара. — И почему вас так заинтересовал этот дракон?

— Он мой сородич, и его похитили на Энн’Тиере. Аркамон утверждал, что на Энн’Тиере он искал материал для диссертации. Это верно? — строго спросила драконица.

— В-верно… да, — неуверенно покивала головой Астамара, не зная, к чему клонит собеседница.

— Я лично пребуду на Энн’Тиеру и поспособствую расследованию. По предварительной версии его похитили агенты преступного лидера Экзерона. Мне утверждают, что обнаружено ещё несколько зацепок, которые могут вести к нему, поэтому я ищу тех, кто готов мне помочь устранить угрозу. Пока я нашла только двух, включая спонсора Рэйзриана Дракхарта, — Альциона крылом указала на Рэйза, который отсалютировал небольшим поклоном всем присутствующим.

— Для меня это уже дело чести и принципа, — добавил он. Астамара задумчиво приложила палец к губе:

— Разве Коалиция не может выделить средства и агентов на поиск и ликвидацию угрозы? Вы командуете самой влиятельной организацией, которую спонсируют несколько передовых империй.

— Учитывая все кошмарные события, что сейчас происходят, выделять средства из бюджета на поиск сородича это, как говорят люди, «кумовство». А просить о помощи как частному лицу мне никто не запретит, — Альциона прищурилась хитро.

— Господа, — диалог прервала Ренара, за которой к разговаривавшим подскакала Шеат, — позвольте взять у вас внимание Альционы. Есть нечто, что мы не могли ей сказать при всех.

Драконица сначала посмотрела на собеседников и затем кратко кивнула им.

— Оставьте нас. Я встречусь позже и договорюсь о деталях предстоящей миссии, — и когда все дипломаты и переговорщики ушли, оставив Ренару, Альциону и Шеат наедине, бело-синяя улыбнулась им клыкастой пастью. — Что вы хотели уточнить?

— Вряд ли Рейз был единственным клоном, — Ренара сказала на праговоре. Чтобы, если уж их подслушивают, был какой-то шанс, что поленятся переводить. — Возможно, начальника арканазийской разведки тоже подменили. И, скорее всего, не только их. Просто эти двое сорвались и раскрыли себя больше, чем следует.

Альциона же глянула сначала в ту сторону, где скрылся совсем недавно Рэйзриан, а затем прищурилась и ответила им уже мысленно:

«Мы имеем право вмешиваться в дела суверенных империй только при очень веской причине, но у нас нет доказательств. Сейчас получить санкцию на немедленный арест и допрос ещё одного арканайзийского лорда не представляется возможным, но я этот вопрос подниму с представителями арканайзийской империи.»

А затем Альциона неожиданно одарила гостей лучезарной улыбкой, обнажив даже свои немаленькие клыки:

— Вы что-то ещё хотели обсудить? Если желаете — можете остаться здесь, под нашей защитой столько, сколько пожелаете. Я некоторое время буду отсутствовать, но за меня останется мой заместитель.

— А… куда вы направляетесь, позвольте узнать? — скромно опустила взгляд аликорн.

— Энн’Тиера. Я должна разузнать про одного пропавшего дракона, — кратко объяснила бело-синяя, немного подняв голову.

— Неужели… судьба одного дракона волнует вас больше, чем политика? Почему он так важен? — вновь поинтересовалась пони.

— Потому что он, вероятно, мой родственник. И если ему грозит опасность, то я готова даже в чёрную дыру нырнуть, чтобы защитить его, — совершенно серьёзно ответила драконица.

— Ох… понимаю. Прошу прощения тогда, — немного поклонившись, ответила бывшая принцесса Эквистрайна и поспешила удалиться, на прощание сообщив: — Если вы не возражаете, мы задержимся на какое-то время здесь.

Альциона же ничего не ответила гостям, лишь грустно вздохнув, после чего отправилась доделывать свои бюрократические дела.

Глава 5: Галактика за один шаг

Эллинор и Дарренгор-два сидели перед экраном, слушая заседание в галактической коалиции, разговор Астамары с Шеррой и остальными, и, под конец, разговор Альционы с Шеат и Ренарой. Затем действие мистической силы закончилось, и экран погас. Некоторое время дракх’кхан молчал, не в силах сказать и слова, и лишь когда Дарренгор-два отодвинул экран в сторону и спросил его о самочувствии, чёрно-алый перевёл взгляд на собеседника и кивнул:

— Экзерон… они собираются искать того, кого я уже двадцать лет ищу. Занятно, хотя не шибко вериться, что им удастся выйти на его след. Уж слишком вёрткий уж, — усмехнулся он, вставая с места.

— Ты с ним тоже хочешь поквитаться. Я ведь прав? — нага скрутил хвост в несколько колец и расслабился, глядя на Эллинора.

— Ну допустим. Но вы меня не отпустите. Угадал? — с этими словами он сложил лапы на груди. Дарренгор-два медленно подполз к нему и взял за плечо:

— Ты пока слишком слаб, чтобы отпускать даже с прикрытием от высших Хранителей. Тебя способен победить даже обычный посвящённый нирров. Нам уже известно, что тебя едва не убила Нара Блэйз. Пожалуй, за нападение на сына Владычицы надо бы её тоже в розыск объявить и представить перед Палантайрой за своеволие…

— Ни я, ни она не знали о том, кто я. Она не виновата и, к тому же, оказалась не такой уж упрямой, как я ожидал от нирров, — неожиданно вступился за неё Элли и потёр свою спину — там, куда его когда-то поразила энн’ниррка.

— Но нирры невероятно сильны в прямом столкновении. Это первая раса из тех, встречи с представителями которой даже я опасаюсь, — дополнил он, на что Дарренгор-два пожал плечами.

— Они всю жизнь тренируются. Воспитываются как войны в боевом монастыре и сражаются. Но только их женщины. Самки нирров намного сильнее, выносливее и проворнее самцов. Среди жрецов и охраны нашей Цитадели Звёздного Крыла тоже немало представительниц этой воинственной расы.

— Ладно. Пока они не приставят ко мне лезвие косы или меча, буду считать, что я с ними в нейтралитете, — отмахнулся Эллинор. — Но мне интересно другое. Почему я, будучи сыном вашей Владычицы, всё-таки дракх’кхан? Я бы не поверил, что мою мать соблазнил представитель моей расы.

«Всё дело в твоём происхождении, сын мой, — неожиданно в голове зазвучал грозный голос Палантайры, отчего Элли встал, как вкопанный. Настолько неожиданным он был для него. — Ты был создан из энергии, однако спрятан в Эльсинорском мире — первородном мире Хранителе, в состоянии стазиса. И условие твоего пробуждения гласило, что ты примешь вид того, кто первым коснётся артефакта, в котором ты находился. Так вышло, что первым существом за много лет оказался дракх’кхан, и ты принял облик детёныша этой расы».

Дарренгор-два застылна месте, а Эллинор задумчиво начал ходить из стороны в сторону:

«Мам? Но… почему вы меня куда-то там спрятали? Всю жизнь я думал, что у мои родители — неизвестные мне дракх’кханы, но теперь… почему я не у вас с самого начала?» — почти с обвинением начал спрашивать Эллинор. Ему сначала не ответили, но стоило драко-демону подумать о Владычице вновь, как перед его носом возникла дверь, через которую и прошла женская фигура с посохом. Дарренгор-два сразу же поклонился ей и отполз в сторону:

— Владычица… — только и вымолвил он, и Эллинор сразу невольно вспомнил Клепсидру, перед которой так же были обязаны все лебезить.

— Это очень долгая история… и запутанная, — грустно улыбнулась Палантайра. — Ты был создан во времена войны Хранителей между собой. У нас было куча правил и запретов, и я была вынуждена спрятать тебя, чтобы никто не заметил, что я решила разделить свою силу и спрятать её в тебе. Но сейчас Ордена Хранителей уже не существует, и ничто нам не помешает вновь быть вместе. Теперь только вместе мы восстановим порядок в галактике.

Эллинор посмотрел в глаза Владычице, но некоторое время не говорил ни слова. И лишь затем вздохнул:

— Тогда… ты поможешь мне найти Экзерона? А также стать сильнее? Мне предлагали стать жрецом одного из Хранителей, но боюсь, что мне не очень хочется лизать пятки Рэйдериану или Эннаре…

— Ни слова больше, — жестом остановила его Владычица, и затем добавила, — есть другой вариант, которая я надеялась оставить на потом, но раз ты настаиваешь, то, похоже, выбора у нас нет. Тебе необходимо освоить звёздную силу на новом уровне, связать свою душу с Арканайзой и Вселенной. Это будет сложно, и ты будешь далеко от нас. Тебе придётся довериться первому Хранителю этой вселенной — самой Арканайзе.

Эллинор вздохнул в ответ и уже начал терять терпение.

— Слушайте… просто скажите, что мне делать. Я в ваших притчах не понимаю ничерта…

— Общайся уважительно перед Владычицей, — грозно зашипел Дарренгор-два, но Палантайра просто недовольно глянула на жреца Хранителя, и тот сразу замолчал.

— Хорошо. Ты знаешь драконицу по имени Альциона? Она может помочь тебе, но для начала тебе необходимо войти к ней в доверие. Она не с нами и не на нашей стороне, однако мы уважительно относимся к представителям её вида, как и ко всем драконам. Мы можем тебя доставить к ней. Я попрошу Нэррия обеспечить путешествие и приставить к тебе боевого жреца в охрану.

Эллинор несколько смягчился:

— Ну вот… уже понятнее стало. Значит, найти и поговорить с Альционой… а такой вопрос. Я могу ей сказать, что я твой сын и от тебя? Или оставим этот вопрос как тайну за семью печатями? — Эллинор вышел из комнаты в коридор вместе с Владычицей, оставив Дарренгора-два за спиной.

— Ей — можешь. Но больше никому. Она собирается на Энн’Тиеру, бывший мир нирров. Там всё намного опасностей, а также могут быть ловушки от того, кого ты ищешь. Она хочет найти своего родственника, Аркамона. Думаю, вы сможете прийти к соглашению, и она поможет тебе в ответ.

— Хе… так и думал, что эта Альциона не так проста. Она как-то связана с вами? Не является ли она чьей-либо дочерью? — вновь пошутил Эллинор. Палантайра не отреагировала на это:

— Она является аналогом жреца Арканайзы. Но с этой Хранительницей не всё так просто. Для всех нас она является той, существование которого находится за пределами понимания обычных смертных. Мы знаем, как с ней общаться, но тебе понадобится для этого проводник. Альциона — одна из них.

— Ладно. Тогда ещё вынужден предупредить, что есть новая зацепка по Экзерону, — признался сразу Эллинор. — Арканайзийцы подозревают какого-то своего лорда Селигера в работе на нашего врага. Сможете ли вы его так же схватить и привести, как меня?

— Им уже занялись, — кивнула в ответ Владычица, останавливаясь перед очередной дверью, ведущей в огромный зал с длинным столом, — но я не могу вдаваться в подробности. Об этом не должны знать окружающие.

«Понятное дело. О секретных планах не делятся с кем попало», — сразу понял Эллинор, проходя в зал. Там за столом уже сидел фиолетовый сергал-арас’энн в длинной черной мантии, а рядом с ним находился двухметровый гуманоид в экзоскелете и длинным красным плащом. По форме его шлема было понятно, что это не энн’нирр или рептилоид, а некто человекоподобный.

— Здравствуй снова, — встал арас’энн. — Ты меня помнишь? Это я вытащил тебя с Энн’Тиеры в прошлый раз. Большинство разумных, кто знает о тебе, считает тебя погибшим… И хорошо бы, чтобы так оно продолжалось. Мне поручено следить за твоими инкогнито и безопасностью и, не буду скрывать, чтобы ты не действовал вопреки воле матушки. Лично я не смогу тебя сопровождать на этот раз, но за тобой неотступно будет ходить Плащ, мой первый жрец.

Бронированый снял шлем, под которым оказалось облачко мелких звёзд в темноте, и произнёс невнятным голосом:

— Я могу принять любой облик. Но перед тобой скрываться незачем. Или предпочитаешь нечто конкретное? Атакаму, например?

Элли округлил глаза, изучая новое непонятное существо:

— Плащ… ну что за имена вы себе выбираете? Даже какой-нибудь «Дрейфус Позорник» звучало бы лучше… — фыркнул он, но Палантайра его остановила, положив ладонь на плечо. Правда, для этого ей пришлось протянуть руку вверх, ибо ростом она была ниже своего сына.

Арас’энн встал:

— Его настоящее имя не столь важно для тебя. Просто так удобнее к нему обращаться. Кстати, если забыл моё имя, то можешь меня звать просто Нэррий. Без приукрас, прозвищ и прочего бреда.

Эллинор прищурился, ибо это имя показалось ему подозрительно знакомым, однако он не придал этому большого значения.

Звёздный гуманоид тем временем снял свой плащ, и приподнял его подол так, будто закрывая что-то им. Нэррий сначала переглянулся с Владычицей, а затем прижал к себе уши.

— Значит, ты хочешь обучаться у лучших из лучших? Что ж. Правильный выбор. Но, боюсь, тебе нужно будет хорошо скрываться. Экзерон и другие не дремлют. Палантайра очень не хочет тебя потерять снова. Поэтому я и даю тебе самого лучшего друга. Несмотря на свой молодой возраст, Плащ очень опытен и многогранен.

— Да уж… заметил. Ну, пусть. Что уж спорить? — Элли пожал крыльями и затем сделал шаг вперёд, поправляя ножны. — Как вы меня отправите к Альционе?

— Она сейчас ведь находится на станции Коалиции, верно? Думаю, будет хорошим решением, если мы сразу тебя с ней сведём. Не волнуйся. Хоть она и знает о награде за твою голову, думаю, вы сможете договориться, — Нэррий хитро улыбнулся и подошёл к своему жрецу. Протянув ладонь, он коснулся Плаща и произнёс: — Отражение реальности.

Плащ поплыл своими контурами и стал будто бы широким проёмом портала в некий кабинет. Эллинор от удивления приоткрыл пасть:

— Да вашему изобретению цены нет! — попытался пошутить он, задумчиво глядя на то, что сделал неизвестный ему арас’эн.

— Что стоишь? Заползай давай! — кивнул ему Нэррий, указывая на изображение кабинета.

Эллинор глянул в последний раз на Владычицу, улыбнувшись, и прошёл через Плащ в кабинет. Портал свернулся обратно в скрипнувшую доспехами фигуру Плаща. Оглядываясь, Эллинор заметил, что над ними вместо потолка находился купол, за котором расположилось звёздное небо.

— Эллинор? Плащ? — рыкнул женский голос. — Не знаю, что вы здесь делаете, но у вас есть десять секунд для объяснений, прежде чем я приму меры!

А ещё дракх’кхан заметил крупную белошкурую драконицу, а за ней тех двоих присутствующих на совете: пони и антро-драконицу.

— Нихрена себе… и в самом деле попал к тебе… — драко-демон не сразу взял себя в лапы, но затем сделал реверанс перед белой драконой. — Да хранит тебя Арканайза, дитя Хранителей. Я по делу.

— Прямо сейчас идите к начальнику станции и передайте, что я приказала вас разместить. Я сделаю вид, что не видела вас, — не слишком элегантно, но вполне доходчиво прогнав своих просителей, Альциона подошла ко своим внезапным визитёрам ближе. — Тебя разыскивают несколько галактик. Ты в курсе?

— Преувеличиваешь, — Эллинор пристыженно крутанул хвостом. Действительно преувеличивает… но не в разы. — И я могу оправдаться. Если бы мне дали слово. Но сейчас есть нечто важнее.

— Что ж, дракх’кхан… не тяни, — вздохнув, ответила собеседница, переключая всё внимание на Эллинора. Чёрно-алый сначала взглянул на двух присутствующих гостей, которые и не подумали уходить, затем вздохнул:

— Я хочу вам помочь вернуть Аркамона. Я его знаю лично и помог ему избежать верной смерти в пещере.

В кабинете воцарилось гробовое молчание. Альциона сначала удивлённо округлила глаза, а затем нахмурилась, будто заподозрив что-то:

— Что ж… у меня только два вопроса. Откуда ты узнал про то, что я ищу этого дракона? И с чего тебе внезапно предлагать мне помощь?

— Ну… я многое знаю, Альциошка, — прохихикал драко-демон, будто беседуя не с нынешним председателем в коалиции, а со старой боевой подругой. — Не хочу открывать всех секретов, однако я знаю, что тебе очень дорог этот дракон, и ты готова на многое пойти ради его спасения. Ведь готова же?

В это время к драконице медленно подошла Шеат и шепнула ей:

— Клон?

Альциона тихо зарычала и тяжёлым взглядом посмотрела на дракх’кхана:

— Я не хочу знать, как ты обо всём догадался, не обладая сильным контролем энергетики, но если это всё, что ты мне хотел сказать, то уходи. И прихвати с собой Плаща. Я обо всём позабочусь сама, — требовательно заявила она и слегка вжала когти в пол.

Элли же переглянулся с Плащом в это время. И сопровождавший дракх’кхана жрец медленно склонил голову:

— Дитя вселенной. Аркамон сейчас находится в куда большей опасности, чем вы можете себе представить. Я, как представитель одной из сильнейших политических фракций в Энн’Лирро, готов оказать вам и коалиции содействие в ослаблении нашего общего противника — Экзерона. Именно он по нашей информации и забрал Аркамона. Мой покровитель благосклонен к роду звёздных драконов и готов оказать от своего имени помощь в ваших поисках, госпожа Альциона.

— Так вы не за Экзерона? — рыжая драконесса удивлённо выдала. — Есть какие-то доказательства этого?

— Слава Палантайре! — громко сказал он в ответ, и все, кроме Альционы и Эллинора, вздрогнули от такого лозунга, ощутив, как в воздухе повисло напряжение. — Экзерон никогда бы не произнёс её имя, потому что боится нас.

Альциона же тихо вздохнула от такого и добавила:

— Во имя вселенной, мы не враждуем, поэтому готова сотрудничать. И наверняка вы знаете, что я собираюсь предпринять.

Эллинор же неопределённо пожал крыльями, поковырявшись в зубах:

— Ну да, ну да. Смотаться на Файрас, поискать, куда пропал твой Аркамончик, и… а хрен знает, что вы там дальше хотите? Я вот тоже кое-что хочу от тебя, Альциона.

— Не знаю, что дракх’кхану, вроде тебя, понадобилось от председателя Коалиции, но если твои условия не «снять награду за голову», я готова обсудить этот вопрос, — бело-синяя прищурилась.

— Нет. Всё куда проще и сложнее одновременно, но, боюсь, некоторые не поймут, что я хочу, — Элли зыркнул в сторону Шеат и Ренары, после чего добавил: — Я хочу… обучиться у Арканайзы некоторым навыкам.

— АРКАНАЙЗЫ?! — воскликнула громко Шеат, округлив глаза. Похоже, она была в полном шоке от сказанного. — Но это… это же… Первая Хранительница…

— Да. Я знаю. Можешь не рассказывать, — махнул лапой драко-демон. — Вопрос в том, как мне с ней поговорить? Говорят, ты, Альциона, можешь помочь.

Бело-синяя же несколько секунд сверяла Эллинора подозрительным взглядом и вновь тяжело вздохнула.

— Этот разговор не стоит продолжать здесь. Обсудим, когда ты мне поможешь. А пока хочу спросить всех — какой способ перемещения вы предпочитаете?

— Мгновенный и бесплатный, — рыжая драконица многозначительно посмотрела на Плаща. — Только Альциона не может вот так просто покидать станцию с межмировым преступником, её тоже объявят в розыск.

— Выплатить награду за нас обоих ни одной казны не хватит, — усмехнулся Элли в ответ, но затем глянул на отстранённую Альциону, которая открыла старинный на вид компас. — Так что про способ перемещения?

— Просто держитесь ко мне ближе. Для вас мой метод перемещения может показаться страшным, но главное — не двигайтесь и дышите ровно. Мы уже через несколько минут будем на Файрасе, — сообщила она, внезапно улыбнувшись и продемонстрировав свои клыки.

— Подождите, госпожа… но вы же несколько минут назад хотели подготовить какой-то транспорт и команду для отбытия. Разве нет? — неожиданно вспомнила пони. Бело-синяя драконица же тихо усмехнулась:

— Это лишь для отвода глаз. Моё ближнее окружение и так прекрасно знает, как я предпочитаю перемещаться. Но для широких масс я не хочу раскрываться. А что до компании… думаю, я её и так нашла, и потому не вижу смысла тянуть.

— Раскрываться… звучит так, будто у тебя есть свои тайны, — Эллинор задумчиво покачал гребнем, но затем лишь пожал плечами и медленно подошёл ближе к бело-синей. — Мне как за тебя подержаться? За гриву, за рога?

— Наглости тебе не занимать… — несколько раздражённо пробубнила себе под нос Альциона и, дождавшись, пока все к ней подойдут, нажала кнопку на компасе. Стрелка остановилась на определённой отметке, и Альциона просто расстворила компас в воздухе. В следующий миг стены в кабинете начали опускаться, обнажая космический вакуум, но пригодная для дыхания атмосфера никуда не делась, а сама драконица стала обращаться в сверкающее облако пыли, расходясь вокруг её команды.

— Ой… А с нами точно… всё будет в порядке? Здесь же кругом вакуум! — чувствуя, как гравитация перестаёт действовать, испугалась пони и стала в страхе озираться. Все остальные же были спокойны.

— Никогда с навами не путешествовала? - рыжая драконица поскоблила угол стола.

— Не бойся, принцесса. Это почти так же, как и телепортироваться, — успокоил её Плащ, и едва он договорил, как свет вокруг них сменился непроглядной тьмой, а звёзды вокруг них завертелись в танце. Буквально несколько секунд, проведённых в тишине и темноте, и вся четвёрка плавно приземлилась на голубую траву, а сверкающая пыль начала собираться обратно в драконицу.

— Добро пожаловать на Энн’Тиеру… бывшую столицу величайшей цивилизации, которая существовала здесь много циклов назад — нирров, — собравшись обратно, сообщила Альциона и добавила, — но будьте внимательны. Экзерон или, возможно, не только он, проявляет интерес к этой планете.

— А кто же ещё? — спросила Шеат, насторожившись.

— Как минимум, Аустарнайз. Максимум — вероятно, гости из иных измерений, — тихо добавила бело-синяя и плотно прижала к себе крылья, будто сама переживая. — А теперь найдём Аркамона.

Плащ тихо хмыкнул и достал небольшое зеркальце из-за пояса, принявшись смотреть на своё отражение в нём. К счастью, все были отвлечены разговором и не заметили этого жеста, поэтому он мог совершенно спокойно передать коллеге указания.

Глава 6: Конфликт интересов среди добряков

— И где она, чёрт возьми?.. — Астамара вышла из кабинета Альционы. — Подошла меня спросить об Аркамоне, а теперь её нет… Уже грохнули, что ли?

Там она встретила лишь её всполошённую секретаршу — существо, похожее на грифона и лошадь разом. Она сама обыскалась внезапно пропавшую председательницу.

— Она… бывает. Отлучается по резким делам. Но чтобы так внезапно… это впервые, — только и сообщила гиппогриф-секретарша, принявшись экстренно что-то набирать на планшете. Астамара тяжко вздохнула и поправила прядь прямых синих волос на лбу, приложив к лицу ладонь.

Ладно, политика сложна и многогранна, нельзя решать проблемы всей галактики разом. Сейчас у Астамары чёткая миссия, внедрение к лорду Селигеру. К нему и нужно идти сейчас в первую очередь. Для того, чтобы её доставили к обозначенноу лорду, понадобится небольшая помощь Аль’Хаара.

К счастью, арканазиец быстро отыскался, и он сразу же поинтересовался у Астамары о причине её поисков.

— Моё задание завершено. Я возвращаюсь с тобой на Палангею. Моё начальство хочет видеть меня, — сообщила ему Астамара, помня, что ей нельзя рассказывать о планах касательно лорда Селигера. И в самом деле — чем меньше знают про то, что Шерра Аргонари сообщила шпионке, тем лучше.

— Начальство… что ж. Арканайза благословила нас, направив по одному пути, — арканазийский энергетик с почтением поклонился, сложив ладони вместе. — Мне сообщили, что Шеат и Ренара перешли под крыло лично госпожи Альционы. Я не знаю, почему так, но я не осмелюсь перечить председательнице Коалиции. Поэтому я и Дауд сочтём за честь сопровождать тебя до нашего родного мира.

— Благодарю. А Дауд не окажется лишним? Он же не арканазиец и подчиняется другим… — усомнилась было Астамара, но тут в коридоре появился сам Дауд, человек в длинном халате и с красным шарфом на шее. Именно он и являлся партнёром Аль’Хаара по работе.

— Во имя солнца и луны! Меня уже давно перевели под попечительство ордена арканазийцев, и мы всегда работаем в паре. Но если тебя волнует, достаточно ли я силён, то заверю: мой уровень обучения ничуть не хуже, чем получают в лучших арканазийских академиях для энергетиков, — с таким же уважением и почтением ответил человек из Империи Джайнесс. Астамара же поглядела с сомнением сначала на одного сопровождающего, затем на другого, после чего вздохнула, осознав, что если бы они не различались по расе, то она бы не смогла отличить между собой этих двух энергетиков.

— Хорошо. Когда вы планируете вылетать? — только и добавила синеволосая девушка. Аль же слегка улыбнулся и притронулся к своему амулету на груди:

— Хоть сейчас.

* * *

Во время полёта Астамаре снился сон, смысл которого она чётко понимала, пока спала, но потеряла по пробуждении. В этом сне в иллюминатор заструился холодный свет, будто далёкие планеты перестали отражать свет звёзд во все стороны и направили свои лучи точно в каюту. Астамара вышла по ледяному мосту этого света в космос, за пределы звездолёта, и прошла в иной мир, внутрь своей души, где грелась в горниле рождающейся вселенной.

Там она в лучах света увидела покойного лорда Виррэя Дракхарта, который сидел посреди пустыни на камне, а рядом с ним лежала тёмно-зелёная виверна, которая уплетала свою добычу. Астамара сначала остановилась, задумавшись над тем, что он делает здесь, но когда арканазиец поднял взгляд и переключил своё внимание на синевласую женщину, то он был полон грусти и отчаяния:

— Да хранит тебя Арканайза и вселенная, Астамара. Не лучшее время для нашей новой встречи, не так ли?

— Что… что всё это значит? Зачем ты здесь? — с опаской и явным недоверием спросила его шпионка, хмурясь. Она помнила, чем закончилась прошлая встреча с лордом, и потому не знала даже, что от него ожидать.

Прошлый правитель Файраса пояснил ей спокойно:

— Бояться здесь нечего больше… можешь не переживать. То, кем я был до смерти и сейчас — уже как земля и космос. Мне многое необходимо было тебе рассказать, но мне не дали. Поэтому пришлось с тобой связаться через сны.

Женщина застыла в недоумении, округлив глаза. Сны? Он что — реально способен передавать сообщения через сновидения?

— Предвосхищая твой вопрос — да. Я энергетик и обладаю редкой способностью проникать в сны тех, кого я знаю. Ты работаешь на благо Арканазийской Иперии, и ты умеешь хранить секреты, поэтому никто не должен узнать об этом разговоре, — Виррэй повернулся вновь к виверне и аккуратно погладил её по голове, почёсывая за рогом.

Астамара же остановилась на месте, наблюдая за ним, но делая паузу на некоторое время.

— Лорд Виррэй… — сухо продолжила она, — что ты хочешь мне сказать?

— Меня контролировал скрывающийся во мраке хищник. Тот, кто назвал себя потомком рода Дракхартов, который некогда был древнейшим и сильнейшим в Арканайзийской империи, но сейчас пребывает в упадке. Хищник, который любит управлять из тени, который заставлял меня помогать ему. И сейчас, когда он украл моё тело, он собирается что-то сделать со мной окончательно.

— Ты… ты говоришь о… — тут Астамара задумалась на секунду, но затем вспомнила, кто был на уме всё это время, — об Экзероне? Верно?

— Экзерон Дракхарт. Так его зовут на самом деле. Он говорил мне, что все, кто носят эту фамилию, имеют корни с первородными Хранителями и являются носителями редких энергетических способностей, но он не объяснил мне всю правду, а в его сны я опасаюсь заходить, чтобы проверить, не лжёт ли он, — Виррэй тяжело вздохнул и вновь поднял голову, приглашая Астамару подойти поближе. — Он убил меня. А моё тело забрал из могилы и оживил, заставив ему служить. Он догадывается о наличии во мне редких способностей и хочет заполучить их, но пока я в своём сознании, я постараюсь предупредить тебя и помочь. Моё тело сейчас заключено в одной из его лабораторий, и пока он ни о чём не подозревает, я решил связаться с той, кому я бы доверился больше, чем самому себе.

Агент арканазийской разведки медленно подошла ближе и уместилась на колени на песке перед ним, сложив ладони на колени:

— Расскажи больше. О чём ты хочешь предупредить меня и чего мне следует опасаться?

Виррэй перевёл взгляд куда-то вдаль и вновь вздохнул:

— Бойся Экзерона. Он знает о тебе и захочет тебя устранить. И прошу… защити моих детей. У них тоже… есть особые энергетические возможности.

— И что же я смогу сделать с тем, кто имеет доступ к редким технологиям, кто неуловим даже для нашей разведки и кто может противостоять… даже самой Владычице? Я приму предупреждение к сведению, но… что мы можем сделать тогда? — спросила его Астамара, готовая внимательно слушать погибшего Арканайзийского лорда.

— Экзерон… он планирует что-то грандиозное. Выясни, что именно. Возможно, всем нам грозит большая опасность. И боюсь, что когда мы встретимся вновь лицом к лицу, тебе придётся меня убить… и лучше окончательно. Пока мой разум не утерян, я постараюсь тебе ещё помочь и предупредить, если я смогу что-то выяснить, но не пытайся меня спасти. Это… слишком опасно.

— Виррэй… — Астамара тяжело вздохнула и склонила голову, — от имени империи благодарю тебя за помощь. Может, я уже схожу с ума, но мне кажется, что тебе можно доверять. И если будет возможность — мы постараемся помочь тебе.

Арканайзиец лишь грустно улыбнулся ей и добавил:

— Иди. И постарайся запомнить нашу встречу.

* * *

На этих словах женщина проснулась и сделала громкий хриплый вдох. Обрывки разговора вихрем пронеслись в её разуме, и она постаралась запомнить всё, что слышала от лорда.

— Виррэй… что же это было? — бросила она себе под нос. Космос затраханный, почему я его не спросила, где его тело и где Экзерон?

Это было не просто видение, а самое настоящее предупреждение. Род Дракхартов оказался не так прост — стоит найти информацию, чем он был знаменит в прошлом и откуда берёт своё начало.

Астамара спала достаточно долго, чтобы их корабль прибыл на место, однако почему-то он сейчас стоял в открытом космосе, а в иллюминаторе виднелся какой-то корабль класса крейсер, не меньше.

— Что там происходит? — крикнула она, надеясь, что Аль’Хаар или Дауд её услышат.

— Говорят, проверка, — раздался голос арканазийца из соседней кабины, после чего там послышалась лёгкая возня, — но что-то мне это кажется подозрительным. Дауд, побудь с Астамарой, я поговорю с ними.

Тюрбанистый энергетик вошёл в каюту Астамары так быстро, что та даже подумала: не стоял ли он под дверью, подслушивая, как она спит. Да нет, скорее, просто предвидел приказ коллеги. Не даром же основная способность этих колдунов называется «предвидение».

* * *

Аль’Хаар, встречая у шлюза ревизоров, с огромным удивлением увидел тех двух синих драконов, в которых превращались энергетические существа на показанном Галактической Ассамблеи видео. Одеты были длинноволосый самец и короткогривая самка в обычные светло-серые комбинезоны таможенный службы и в целом вели себя, будто всё так и надо.

— Вилмир Эвервей и Зан’Нара Блэйз, — самец представился за обоих, прикладывая руку-лапу к сердцу в одном из драконьих жестов приветствия. — А вы энергетик третьего уровня Аль’Хаар? Как у вас с записью и трансляцией внутренних помещений? — не дожидаясь от удивлённого арканазийца ответа, Вилмир вытащил из кармана длинный прибор, посканировал им немного, убрал его обратно. — никак, и это отлично. Мы с тобой сможем поговорить без лишних глаз и ушей, значит. Где тебе удобнее и проще, тут или есть специальная комната?

Энергетик же сложил руки на груди в однозначном жесте и недоверчиво хмыкнул. Эти существа позиционировали себя как нирры, но мысли Вилмира Аль’Хаар прочесть мог. И поэтому понимал, что он действительно желал обсудить такие вещи, которые арканазийской разведке знать не нужно было, слишком много там имелось двойных агентов… Вплоть даже до главы Ордена.

— Интересно… С какой именно целью вы нас останавливаете? У нас задание, и если вы — похитители, о которых говорит вся галактика…

— Они не похитители. Я знаю их! — внезапно вмешалась синеволосая женщина, показываясь из-за спины арканазийца. Астамара приветливо кивнула им и положила руку на плечо Аль’Хаару, сообщая ему коротко: — Они мне уже спасали жизнь. Им можно доверять.

— Вопрос только, насколько можно доверять, — Вилмир опустился на все лапы перед Аль’Хааром. — Я тебе доверяю достаточно. Можешь проверить мои воспоминания насчёт Экзерона.

В это время в самый разгар разговора к Аль’Хаару подошёл и второй энергетик — Дауд. Он полупоклоном поприветствовал новых гостей на борту и затем чуть улыбнулся.

— Будьте как дома, гости. У нашего народа принято гостей встречать подобающе. Аль, если ты закончил, то пусть пройдут на борт корабля, — сообщил он коллеге и остальным. Арканайзиец чуть постоял и затем медленно отошёл в сторону от прохода, встав в более расслабленную позу.

— Во имя Арканайзы, пройдёмте! Заодно расскажете подробнее про Экзерона и почему он вам так важен, — как выяснилось, Аль’Хаар не особо был в курсе про этого скользкого типа, и потому хотел услышать больше про него.

Кают-компания орденского корабля больше походила на кухню, чем на гостинную, а стульев под драконью анатомию не имела вовсе, но Вилиир не был привередлив и снова сел на пол, пока Нара неприкаянно стояла за ним.

— Основная опасность Экзерона в том, что это сразу несколько искусственно выращенных организмов с общим сознанием. Поэтому его и называют «гидрой» члены его преступной сети. За подменой политиков стоит Экзерон, и ему удалось не только Рейза Дракхарта подменить клоном с собственным разумом, но и лорда Селигера, — сообщил Вилмир, рассказав в лоб. Аль’Хаар был не особо удивлён произошедшему, как и все остальные. Арканайзиец переглянулся с коллегой Даудом, затем с Астамарой.

— И мы как раз направляемся к нему. Однако он ещё не знает о том, что мы раскрыли его тайну, — заключила Астамара, кивнув, — каков ваш план действий тогда?

— Думаю… я попробую на нём свои новые… способности продавца справедливости, — сурово заключила Нара, сложив передние лапы на груди, — проведите меня к лорду Селигеру, и я совершу над ним правосудие…

— Особых поводов вам для этого не требуется, — добавил Вилмир, — ведь по сути мы только что обвинили вашего начальника в государственной измене. А если этот повод не подходит, то у нас есть ценные сведения касательно подмен, которые мы можем сообщить лишь главе арканазийской разведки.

Астамара же нахмурилась. Но ничего не сказала. Аль’Хаар почесал острый подбородок:

— Предлагаете сразу нанести визит лорду Селигеру, нанять нескольких охранников и арестовать его? Думаю, это правильное решение, если мы быстро это сделаем. Но какими способностями обладает Экзерон, помимо подмены политиков клонами? Есть шанс, что наш враг заготовил план и на этот случай.

— Естественно заготовил. Но больше шансов его застать врасплох, чем долго готовиться и давать ему множество шансов нашу подготовку саботировать или изобрести контрмеры. У нас тоже есть, что неожиданного предложить, — Вилмир оглянулся на Нару.

Лазурная просто кивнула, но Астамара прервала беседу, громко кашлянув.

— Вы знаете, где находится лорд Селигер? На него сначала необходимо выйти. Даже я не знаю, где его искать, но представляю, как выйти на связь с ним. Поэтому я отправлюсь с вами, — девушка позволила себе чуть улыбнуться и затем сложила руки на груди, — вам предлагаю не показываться до поры до времени, пока я не разведаю обстановку. Потому что мне и назначили личную встречу с лордом.

— Разумно, — кивал Вилмир. — Поэтому мы и просим вашей помощи. Без вас к Селигеру нас и не пустят с порога.

— Полагаю, разведка обстановки займёт какое-то время. Так что вам, вероятно, придётся некоторое время жить на Палангее. К счастью, наша столица очень гостеприимна к чужеземцам, поэтому, думаю, вам не составит труда там обжиться. А когда придёт время, я дам вам знать и свяжусь с вами, — Астамара многозначительно глянула на дарканца и энн’ниррку, а затем перевела взгляд на Аль’Хаара и Дауда, — а вот нам лучше держаться вместе.

Они кивнули согласно, а вот Вилмир наморщил нос:

— Имей в виду, что чем дольше готовится встреча, тем больше у Селигера и Экзерона нас всех времени раскусить. Если мы и будем в принципе приземляться на Палангею до вашего приглашения на встречу, то постараемся вести себя незаметнее. Но мы понимаем, конечно, что арканазийская бюрократия поинертнее драконьей. Делайте что требуется. Остались ли у вас ещё вопросы к нам?

— Только один. Чем вы займётесь в ожидании и как лучше всего с вами выйти на связь? — Астамара слегка сжала губы.

— Пока не придумал, — отвечая на первый вопрос, Вилмир отдал свои контакты квантовой связи для второго. Нара же чуть хмыкнула, взяв любимого за руку.

— Значит, по-старинке тогда… приключения да поиски?

Вилмир потёр ей пальцы:

— Если хочешь отдохнуть, это тоже можно!

На деле Вилмир ждать не собирался, слишком уж явно Астамара желала его задержать. Но ни говорить, ни думать Вилмир этого не стал.

Астамара тоже собиралась к Селигеру сразу, пока эти горячие драконьи головы не натворили бед. Ведь если устранить клона слишком рано, выяснить цели остальных не получится. И тоже не стала произносить это ни вслух, ни про себя.

— Да, и ещё кое-что, — Вилмир встал, собираясь уходить на свой корабль, но одёрнул себя в последний момент. — Аркамон, пропавший археолог, изучавший нирров для Арканазийской Империи, сейчас у Экзерона на его тайной базе. Его нужно вытаскивать. Куда нам его подвезти, чтобы вы могли его принять, защитить и расспросить о внутреннем устройстве самого логова вашего основного врага?

Астамара хотела было сначала предложить Палангею, но затем, вспомнив недавний разговор с Альционой на тему этого дракона, выдала:

— В Галактическую Коалицию. Там есть кому о нём позаботиться.

— Но и захватить тоже… Впрочем, надеюсь, Альциона в обиду его не даст, — Вилмир оглянулся на Дауда, который от обилия новой информации и гиперактивности дракона застыл ошарашено. — Ну извини, если в этой галактике все хотят всё и сразу! Я сам едва кручусь, чтобы ставить на место злодеев.

Глава 7: Альциона без обёртки

Эллинор до сих пор не мог поверить, что буквально за несколько секунд они оказались на Файрасе. Вот они были до этого на станции, а теперь они ощущают голубую траву под лапами, смотрят на зеленоватое небо над головой, размренно дышат влажным воздухом.

И пока Шеат и Ренара озирались, Элли не преминул возможностью подойти к бело-синей драконице, которая и доставила их через магию на планету, и поинтересоваться:

— Альци… у меня, если честно, множество вопросов к тебе. И как к политику. И как к личности? Позволишь задать?

Голубые глаза синегривой переключились на дракх’кхана, и она склонила немного голову, глядя на Эллинора.

— Обращайся. У тебя есть пока такая возможность.

— Ну… вопрос первый. Я надеюсь, ты понимаешь, что раз нас видят вместе, то это будет означать конец политической карьеры для тебя? Я — преступник. А ты — главная в Коалиции сейчас. А нас видят, как минимум, трое, — он указал на пони, драконицу и гуманоидную галактику в скафандре, — у них есть компромат на тебя, если что. Насколько ты уверена в них?

— Вы, смертные, любите стучать друг на друга. Но ты ведь знал, на что шёл, являясь ко мне в кабинет. Да и я могу постоять за свою репутацию и за свою безопасность, — заметив, как Элли потянулся к своему оружию, произнесла гордая драконица. Плащ, который всё это время смотрел в зеркало, несколько напрягся, подняв голову.

Элли хитро так улыбнулся:

— Сдаётся мне, что если ты хотела меня сразу арестовать, то сделала бы это ещё там, на станции. Значит, есть на нас планы, а? — потом он оглянулся на остальную троицу. — Насчёт того странного типа в скафандре и зеркалом, которого зовут Плащом, я не знаю. Он как появился, так и исчезнет со мной, и уж точно никому лишнему не проболтается, но та парочка…

И прежде чем кто-то из сопровождающих открыл рот, чтобы ответить, Альциона внезапно улыбнулась клыкастой пастью и сообщила:

— Разумеется. Вы можете сказать о моих преступлениях и нарушениях закона, и меня даже выгонят из Коалиции. Но если вы думаете, что можете арестовать меня, нацепить наручники и заточить в темницу, то ошибаетесь. Я за несколько секунд перетащила вас на десятки световых лет, и вы всё ещё думаете, что решётки способны что-то сделать мне? В любом случае, я всегда могу вернуться туда, откуда и прибыла, и продолжить наблюдать за вашей политической игрой.

Элли неопределённо переглянулся с бывшими студентками и покачал головой.

— Ладно. Тебя ловить бесполезно. Мы это поняли. Но зачем тебе нарушать закон? Разве ты не воплощение галактического свода правил, призванная, чтобы его соблюдать? — спросил чёрно-алый осторожно.

— Чтобы разобраться, необходимо не только поверхностно изучить материалы, но и погрузиться самой. Я единственная из звёздных драконов, которая решила с недавнего времени направлять вас. Я смогу привести Коалицию к тому виду, который и должен соответствовать ей. Но если вам по душе душные бюрократы, которые лишь отдают приказы, а не разбираются лично в проблемах — хорошо, я не буду возражать и молча уйду.

Элли вновь неопределённо прокашлялся, пытаясь переварить сказанное. Плащ же, который насмотрелся таки в своё карманное зеркало, поднял голову и добавил шипящим голосом:

— Не копай слишком глубоко, Альциона. Не стоит переходить границу там, где не нужно.

Бело-синяя лишь строго глянула на жреца, но ничего не сказала. Кажись, они поняли друг друга без лишних слов.

— Ох. Так значит то, что ты с Харадола — это неправда? — поинтересовалась Шеат, наконец, когда неопределённое молчание затянулось дольше положенного.

— Почему неправда? Тот облик, который я принимаю сейчас, был сформирован именно там. Я не врала насчёт своего происхождения. Но моя природа гораздо древнее этого мира, — вновь загадочно ответила Альциона на этот вопрос.

— Тьма говорила так же, — в разговор вмешалась Ренара, слегка покачав головой, — точнее, те, кто назывался её Воплощениями, а на деле оказались такими же смертными. Так же говорила архидемиургесса Арислодара… По итогу и тех, и другую мы прогнали из власти за высокомерие. Не допускай их ошибок, и тогда, возможно, ты станешь чуть ближе к тому миру, которым ты хочешь владеть.

— Да. Я наслышана про них, — вспомнила Альциона про тех, кто в какой-то мере являлись её предшественниками, — однако мои цели гораздо более глобальны. Именно поэтому я заседаю в высшем органе власти лично и без посредников. Этот мир нуждается в моём покровительстве, и это лишь подтвердилось теперь, со всеми этими недавними инцидентами.

Альциона первой плавно взобралась на холм, и перед ней, а потом и теми, кто взошёл вслед за ней, открылся удивительный вид на скалы, море, чистое небо и безбрежный океан. Крылатая единорожка распахнула крылья, наслаждаясь красотой. Ренара пробубнила:

— Ради этого вида действительно можно было пройтись…

— Ну хорошо. Допустим, я и эти трое, что за нашей спиной, будут помалкивать. Ты им поверишь, — Эллинор вздохнул, указывая на пони, драконицу и загадочного жреца Хранителя, — но а что делать с простыми смертными? Твоя морда на каждом мониторе. Моя — на каждом постере с кругленькой наградой. Если ты планируешь со мной сотрудничать, придётся как-то выкручиваться из этого.

Альциона перевела взгляд своих голубых глаз на драко-демона, однако первым вмешался Плащ, который достал откуда-то небольшой амулет с рубином и протянул его Эллинору:

— Артефакт, благословлённый самими Хранителями. Надень его, и все, кто будет думать о тебе, начнёт воспринимать, как невинного незнакомого дракх’кхана без имени.

— Ух ты! Интересно, — Эллинор задумчиво покрутил в своих лапах подарок, — а как он работает, не расскажешь?

— Он просто отражает любые агрессивные мысли о тебе, как об Эллиноре, и они воспроизводятся без агрессивного подтекста. Это твоя защита личности от смертных, — пояснил безэмоциональным голосом Плащ, вставая рядом с ящером. Тот немного подумал и всё-таки надел амулет, глянув на Альциону.

— Ну? Альциона — изменилось что-то в твоих мыслях обо мне?

— Нет. Такие штуки на меня не работают. Для этого нужно что-то более мощное, — белая драконица покачала головой, — развитые существа с сильной волей могут противостоять такому.

— Ого… интересно. А меня… научишь ли такому? Вроде как меня сюда и прислали для того, чтобы ты помогла мне стать сильнее, — сразу прицепился к своей цели Элли, хитро улыбаясь. Альциона же нахмурилась в ответ:

— Мой маленький дракх’кхан… я не обучаю кого попало, даже окажись передо мной родственник первородного Хранителя. Сила — это в первую очередь, ответственность, и помогать раскрыть её лишь ради удовлетворения эгоизма я не стану. Лучше ответь, для чего тебе нужна эта сила?

— Ну… признаться честно… — Элли потупил взгляд вниз, вспоминая, как его атаковала Нара и победила. Обычная ниррка, даже не звёздный генерал или же жрец Хранителя, — я устал быть слабым существом. Я не хочу, чтобы мою жизнь за меня решали сильные мира сего, хочу взять её в свои руки и быть хозяином своей судьбы. Быть в подчинении у Хранителя — значит, зависеть от его воли. Он может как тебе дать эту силу, так может и отнять по своей прихоти. Жрецы — это пешки в руках сильнейших, и ими двигают как захотят. А потом могут и вовсе удалить с доски, когда придёт время. Я не хочу такой судьбы себе.

Этот ответ заставил синие брови Альционы подняться в небольшом удивлении. Она несколько секунд помолчала, но затем разразилась низким хохотом, похожим на рычание.

— Что ж. Я не ожидала от тебя такого ответа, Элли. Твои цели весьма эгоистичны, хоть и благородны. Однако я не уверена пока, что тебе стоит доверять. Экзерон тоже многому научился со временем, и куда это его привело? К тому, что он вставляет палки в колёса всей галактике и строит свои козни против всех. Я не хочу породить второго Экзерона своими действиями.

«Вот чёрт… а убедить тебя сложнее, чем казалось,» — мысленно сплюнул Эллинор, но ответил он весьма спокойно:

— Ладно. А что я тогда должен, по твоему, делать? Спасать принцесс, сражать демонов?

— Для начала — прояви себя. Покажи мне свой предел, помоги найти Аркамона. Если мы сработаемся, тогда поговорим, — ответила ему звёздная дракона, и её грива медленно воспламенилась синий огнём, — но нам придётся действовать раздельно. Общаться через посредников. Думаю, мы поняли друг друга.

Элли тяжело вздохнул лишь и, скрестив лапы на груди, посмотрел в сторону моря. Спустя около минуты молчания в разговор решила вмешаться Ренара, гулко откашлявшись.

— Прошу прощения. Может, я и влезаю не в своё дело, но что мы здесь вообще делаем сейчас? Почему мы всё-таки здесь, на Файрасе, раз мы пришли сюда обсуждать такие тонкие политические вещи?

— Это место местные жители Файраса называют Пиком Испытаний. Это место когда-то служило ареной для дуэлей между представителями семей Дракхартов и Джайнес. Раньше на Файрасе решали вопросы таким образом. Но с тех пор прошёл не один десяток лет, и это место забросили, а сюда никто не возвращается. Я посчитала, что здесь не будет лишних камер и ушей, как на станции Коалиции. И к тому же, я должна узнать лично текущую политическую обстановку, прежде чем приму решение, что делать с этой несчастной планетой.

— А как же эти… нирры? Если они прибудут сюда и заявят права на эту планету, как было отмечено Астамарой во время заседания? — неловко улыбнувшись, спросила Шеат.

— Тогда… мы будем решать этот вопрос при участии всех сторон. Вероятно, придётся идти на компромисс, но это вопрос завтрашнего дня. Сейчас на повестке стоит вопрос — что делать с политически-нейтральной планетой. Я была здесь несколько раз, хоть и не как представитель Коалиции, и судьба этого голубого мира мне не безразлична, — тяжело вздохнув, сообщила Альциона.

— Но брать нас… должно быть, на это должна быть очень весомая причина? И ты, должно быть, очень доверяешь нам, раз позволила нам присутствовать на этой встрече с… как его там… — Шеат вопросительно уставилась на Эллинора, даже не осознавая, что попала под действие работы амулета.

— Потому что вы уже работали с Экзероном. Вы можете быть полезны, когда будем искать следы его деятельности. И воля Вселенной привела вас ко мне. Думаю, это не случайно, — пояснила Альциона и затем добавила, — я верю в Арканайзу и считаю, что наша встреча была предопределена. Вы поможете мне. Я помогу вам. Можете не опасаться — я не причиню вреда ни вам, ни даже Эллинору, и сдержу своё слово. Надеюсь, это объяснение вы сочтёте наиболее приемлемым.

Сам же ящер стоял неподвижно, размышляя о всяком. Пока, наконец, не осмелился спросить:

— Ладно. Это был лишь первый вопрос. Второй вопрос заключается вот в чём: с чего мы начнём?

— На этой планете у меня целых четыре насущных дела, но самое срочное… — скрестив руки, Альциона задумалась, глядя на горизонт, — нужно найти Аркамона.

— Этого пропавшего археолога? — удивилась Шеат, Ренара дополнила:

— Неужели это насущнее организации переговоров с Ниррами и расследования пропаж?

— Да. Потому что Аркамон… не прост. Он наше потерянное звёздное дитя, хоть и не знает об этом пока. Наши дети — это наше будущее. У нас довольно долгая история, почему он был потерян для нас много веков назад, однако я расскажу об этом немного позже. У нас есть возможность сделать сразу несколько дел. Эллинор правильно подметил, что нам необходимо разделиться. Я попробую сначала облететь все известные дома и организовать встречу с главами семей. Но прежде чем мы приступим, скажите: что вам известно об Экзероне и где вы в последний раз видели Аркамона? Как вы разлучились с ним?

— Могу повторить то, что я сказала всей Коалиции, — Ренара развела крыльями. — В политике нужно быть предельно честным, чтобы потом не попасться на лжи… Но если я упустила что-то — задавайте нам наводящие вопросы. Надеюсь, Альциона, что ты и правда поставишь этого нага на место. Вся остальная власть не захотела. Аркамона, скорее всего, и увёл Экзерон, я теперь подозреваю.

— И понятно, зачем… — округлила аликорн глаза от шока. — Клонировать звёздного дракона!..

— Немыслимо… но предположу, что у него хватит знаний и для этого, — сурово произнесла Альциона, пока её грива от ярости поднималась, будто струямь огнём, — а если Экзерон получит секреты звёздных драконов, то в Энн’Лирро появится новый очень опасный соперник. К счастью, Аркамону без нас не раскрыть свой потенциал, и Экзерон не сможет им без нужных знаний воспользоваться. Поэтому шанс спасти ситуацию ещё есть.

Эллинор пожал плечами:

— Ну, вообще… Аркамон в последний раз был здесь во дворце Виррэя. Но раз там нету ни его, ни сына, то всем заправляет дочь, Арди Дракхарт. Ладно, куда направимся тогда в первую очередь?

Огонь гривы звёздной драконицы медленно затих, превращаясь обратно в голубые волосы:

— В Лорран, — приняла она решение. — Это город, не принадлежавший ни одной из фракций Файраса, обитель поселенцев, которые бежали от ужасов локальных конфликтов и обосновали несколько колоний на планете ещё до прибытия Джайнесс или арканайзийцев. Главенствующей политической силой они так и не стали, предпочитая не вмешиваться в дела семей. Однако Лорран — прекрасная нейтральная территория. Мне доводилось лично знать местного правителя.

— Когда успели познакомиться? — решил уточнить Эллинор. Но Альциона лишь слегка улыбнулась:

— Я же говорила, что несколько раз была на этой планете. Ещё до того, как стать председателем в Коалиции, я навещала отставного генерала Галактического Ордена Рыцарей, Александра Владимировича Вечина.

— А… это те, которые типа «за превосходство людей» и «покараем ксеносов»? Не знаю, как вы, но для меня это уже клеймо, — дракх’кхан лениво поковырялся в зубах, — это орден отмороженных ксенофобов, которые воюют за возвышение человеческой расы.

— Он потому и отставной, не пришлась ему по нраву политика Ордена, — Альциона покачала головой, поясняя, — в любом случае, я за этой планетой приглядывала в былые дни. Основная причина — это то, что она когда-то была столицей нирров и необычна по энергетике. Поэтому она притягательна для всех хищников, что притаились во мраке космоса.

— Ну… плохо приглядывали, скажу честно. Раз проворонили огромный взрыв и похищение, — признался откровенно Эллинор, усмехаясь. Альциона прищурилась, надвинув на глаза брови, но оставила это утверждение без комментариев.

— Эллинор, — обратилась она к нему, — вам с Плащом лучше пока не находиться рядом со мной, пока мы устраиваем встречу с Вечиным. Итоги встречи я вам передам. Что планируете делать?

— Эээ… ну вообще, я должен тебе ассистировать, — издал ехидный смешок Элли, задумавшись попутно, — но если вашему высочеству так угодно, то перенеси нас куда-нибудь в бар. В Лорране есть нормальные заведения, где можно хорошо выпить?

— Хорошо. Держитесь рядом со мной тогда. Это перемещение будет гораздо медленнее, чем межпланетное, поэтому оставайтесь рядом. Шеат, Ренара? — спросила синегривая у двух других спутниц.

— Мы с тобой. Куда мы денемся с подводной лодки? — только и ответила Ренара за двоих. Альциона дождалась, пока все встанут рядом с ней, и затем закрыла глаза. Эллинор на миг успел заметить вспышку между рогами Альционы, прежде чем пространство вокруг них исказилось, перемещая за тысячи километров на юг.

Глава 8: Экзерон делает ход

Начальник арканазийской разведки лорд Селигер, как Астамаре и двум сопровождающим её энергетикам сообщили, сейчас находился на крупной космической станции «Властелин», которая представляла собой скорее оборонительную звёздную крепость. Она была построена арканазийцами около двух тысяч лет назад как символ и оплот их империи, расположившись на той же орбите, что и Палангейская луна Тиань. Космическая крепость служила и доком для всех прибывающих на столицу огромной космической империи кораблей.

В доке номер тридцать четыре позволили пристыковаться и кораблю коалиции, как только Аль’Хаар назвал нужный код доступа диспетчеру.

— Ну что? Какого это — встретиться, наконец-то, с главой Ордена? — спросил у девушки Аль’Хаар, заворачивая корабль на посадочную площадку. — Хотя, скорее всего, ты сначала встретишься с его заместителем или помощником. Лорды любят бюрократию, и я с ней уже не первый раз встречаюсь.

— Как ни крути, но это моя работа. Мне дали указание, я его выполняю, — Астамара достала документ с императорской печатью, убедилась, что всё на месте, и убрала его.

Дауд сложил руки, одобряя профессионализм:

— А в столовую или закусочную не хотите заглянуть? Думаю, после такой дороги отведать традиционной арканазийской пищи будет самое то! — предложил бородатый мужчина. Астамара с Аль’Хааром переглянулись и затем согласно кивнули.

Арканазийцы и прочие существа сновали по пассажирскому отсеку туда-сюда, торговали различной всячиной, общались и делились впечатлениями, в то время как диктор громко оглашал на общегалактическом все прибывающие и отбывающие корабли, берущие курс на другие планеты.

На станции хватало как общепитов, так и различных отелей и гостиниц, где спутники могли за небольшую плату хорошо отдохнуть несколько арканазийских суток. Так что долго искать ресторан не пришлось, и троица зашла в наполненное различными существами заведение, где под мелодичную и спокойную музыку сидели посетители, негромко что-то обсуждая между собой. У потолка висел экран телевизора, где транслировалась запись выступления в коалиции, и Астамара подозревала, что именно его сейчас обсуждают за столами посетители.

«А ведь на Палангее тоже нашли множество руин нирров. Именно благодаря им арканазийцы поклоняются Хранителям, имеют развитую культуру и уникальный язык», — решила синевласая девушка, усаживаясь за ближайший стол. Она глянула направо, где два громких гуманоида что-то обсуждали. Один из них, полный бородатый мужчина лет тридцати, в кожаной куртке, косухе, закрывающей волосы, кожаных перчатках и обвешанный металлическими цепями… таких земляне называют то ли «металлистами», то ли «байкерами», хотя эта субкультура ни к мотоциклам, ни к металлургии не имела отношения, во всяком случае, в космической эре. Собеседник же этого мужчины — тощая антропоморфная ящерица без крыльев. Серовато-синяя, с большим загнутым рогом на лбу. Самка, судя по голосу. Она была одета в восточный халат вызывающе-красного оттенка, а рядом с ней стоял завёрнутый полиэтилен длинный предмет. Вместе с человеком она громко обсуждала что-то с подошедшим к ним официантом.

«Необычные… посетители», — хмыкнула про себя разведчица, подмечая, что именно они больше остальных выделяются. Человек и… нет, не энн’нирр и не дракх’кхан, а какой-то странный рептилоид. Возможно, она была из той расы, о которой мало что известно в империях, состоящих в коалиции. Но раз ей удалось как-то пройти таможню, то она угрозы не представляет.

Дауд отправился к терминалу заказывать еду и напитки, а вот Аль’Хаар проследил за взглядом Астамары:

— Тебя они тревожат? — поинтересовался он. Девушка скривила губы и пожала плечами:

— Думаю, нет.

В это время телевизор начал показывать выступление Астамары в коалиции, особенно то, как она начинает рассказывать про нирров, и в ресторане началось оживление. Всё больше посетителей начало к ней оборачиваться, да так, что кто-то даже начал перешёптываться между собой.

— Это же ведь она, да? Не может быть!

— Да точно она!

«Вовремя…» — мысленно закатила глаза Астамара, но предпочла сидеть ровно, делая вид, что она не при чём. Между прочим, к синевласой обернулись и те двое необычных посетителя, изучая её взглядом. А затем они вовсе встали и начали к ней подходить.

Аль'Хаар первый заметил шевеление, и потому сразу попытался просканировать их энергетикой. Однако он… ничего не ощутил от них, они умело отражали его ментальное сканирование. И потому рука невольно потянулась к оружию.

— Госпожа Астамара? Я ведь ничего не перепутала, верно? — первой к девушке обратилась худощавая ящерка, держа в одной руке завёрнутый инструмент, — вы недавно выступали в коалиции. Вы столь молоды, а уже известны.

— Хо-хо! Да! Наглости заявлять про древнюю цивилизацию нирров вам не занимать, Астамара! — хлопнул в ладони металлист, улыбнувшись добродушно, — но выступили вы прекрасно. Почему бы вам не угоститься за наш счёт?

Астамара инстинктивно напряглась и переглянулась с Аль’Хааром, который взял её за ладонь, предупреждая.

— Нет. Спасибо. Мы сами, — коротко ответила синевласая, — благодарю.

— Да брось, чёрт возьми! Мы всего лишь хотели немного побазарить с той, кто так блестяще выступила в Коалиции. Вы ведь в курсе, что на Палангее сейчас идут очень жаркие дискуссии по поводу вашего выступления? Все всполошились! — человек сложил руки на груди, словно усмехаясь.

Астамара хотела было ответить, но Аль’Хаар поднял одну руку, останавливая всех, после чего крепко хлопнул ею по столу, отвечая:

— Оставьте нас! Мы не будем с вами беседовать.

Металлист что-то хотел сказать ещё, но дёрнула за рукав сопровождающая, которая гулко откашлялась и слегка покраснела:

— Во имя Арканайзы, прошу прощения. Мой напарник немного невоспитан и лезет не в своё дело. В любом случае надеюсь, мы вам не помешали. Мы нездешние, и совсем не знаем порядков в вашей империи. Я и вовсе половину жизни не знала ничего, кроме возделывания полей. Очень рассчитываем на Палангее найти новую работу... А тут такое дело. Неспокойно у вас нынче.

— Тогда надеюсь, вы ознакомитесь со сводом законов нашей империи, узнаете основные культурные особенности. А про безопасность… — Аль’Хаар почесал свой острый подбородок, — не волнуйтесь. Орден Рейдена позаботится о вашей сохранности. Да хранит вас Арканайза на вашем пути.

Этим он ознаменовал конец разговора, и затем отпустил ладонь Астамары, дождавшись, пока эти двое удалятся к выходу из ресторана. А затем к ним подоспел и Дауд, который всё это время наблюдал со стороны за развернувшейся сценой.

«Во имя ликов! Что этим двоим нужно было от вас?» — спросил он у коллеги телепатически. Аль приложил палец к губам и ответил так же мысленно.

«Подозрительная пара. От них я не почувствовал ничего, никаких мыслей. Надо их задержать, но тихо, не поднимая шум».

Астамара, для которой так же были открыты мысли обоих энергетиков, молча кивнула, соглашаясь. Ей уже было известно про клонов Экзерона, которых могло быть много, и неизвестно — являлись ли они этими самыми возможными противниками? В любом случае, у их разведывательной организации, Ордена Белого Феникса, было право задерживать всех подозрительных личностей до выяснения обстоятельств.

— Давайте тогда так поступим. Я с Аль’Хааром займёмся нашими «гостями», а ты, Астамара, сама знаешь, к кому идти. Координаты штаба на твоём планшете. Удачи. И будь наготове.

— Ладно. Будьте не менее аккуратны, — решив больше не вдаваться в подробности, ответила им девушка. Похоже, что обед отменяется.

Аль’Хаар поднялся из-за стола и немедленно направился за двумя гостями. К счастью, те не успели далеко отойти. И когда они что-то жарко обсуждали, прислонившись спиной к стене, их тут же нагнали арканайзиец и джайнессит, останавливая разговор быстрой фразой:

— Арканайзийская разведка. Вы задержаны до выяснения обстоятельств, — строго предупредил их Аль’Хаар, показывая значок в виде змеи, обвивающей икосаэдр. Дауд же встал рядом, положив руку на рукоять пистолета, готовясь его применить в любой момент.

Спор между металлистом и его ящеркой стих. Они оба синхронно посмотрели сначала на задержавшего их, а затем на значок, и брови обоих подозрительных личностей поднялись вверх.

Первой опомнилась самка, положив руку на грудь.

— Ох… по какой статье или причине? Мы абсолютно честно прошли таможню, необходимые документы с нами. Мы порядок не нарушали.

— Мы имеем право не раскрывать мотивы нашего решения. Пройдёмте с нами. Если вышла ошибка, то мы быстро проверим ваши документы и отпустим вас, — Аль’Хаар был непреклонен. Он махнул задержанным головой и повёл их по станции в сторону одного из офисов разведки на нижнем служебном уровне станции.

— Интересно… это не потому ли, что мы хотели поговорить с уважаемой Астамарой? Она неприкасаема, что ль? — усмехнулся мужчина, поправляя свою кожаную куртку. Но ответа на вопрос он не получил. Вместо этого их провели по уровню, который был полон работниками станции, различными военными, обслуживающими инженерами и техниками, а также военными ангарами и казармами. Наконец, задержанных привели в чистый и просторный вестибюль, где за столом сидела белая арас’энн* в синей мантии, что читала отчёт. Подняв взгляд на арканайзийца, его коллегу, она где-то с несколько секунд молчала, а затем посмотрела на гостей. Те, в свою очередь, тоже внимательно посмотрели на неё, но ничего не сказали.

* - Арас’энны, в некоторых мирах известные ещё как сергалы. Раса млекопитающих гуманоидных существ, покрытых шерстью. Имеют длинные хвосты, а также вытянутые морды с треугольными ушами и острым носом, напоминающие акулий. Не очень распространённая раса в галактике, но в Арканайзийской империи такие встречались.

— Да благословят вас Хранители, коллеги. У вас есть какое-то дело? Нарушители правопорядка? — взяв чашку с кофе, поднялась с места сергалка и медленно подошла к ним.

— Пусть Арканайза одарит вас своей мудростью, — поприветствовал её в ответ Дауд, складывая ладони вместе и отвешивая ей небольшой поклон, — мы задержали двух подозрительных личностей на верхнем уровне. Аль’Хаар обеспокоен, что они могут оказаться шпионами. Думаю, необходимо оповестить лорда Селигера о задержании. Пусть он решает их судьбу.

Металлист и рептилия переглянулись между собой, а секретарь легонько хохотнула, попивая чашку с кофе:

— Не волнуйтесь. Ведите их пока в камеру. Досмотрите их вещи, попросите документы. Я сделаю небольшой звонок нашему начальнику, — сообщила она, хитро улыбнувшись, взяв планшет и что-то на нём набирая. Аль’Хаар же пожал плечами и сделал знак Дауду.

— Ладно. Посмотрим, кто это вообще такие. Может, и впрямь ошибка вышла, — прокомментировал это арканазиец и повёл двоих гостей в сторону комнат для допроса. Там их посадили в отдельную камеру, попутно отобрав у них все вещи и разложив их на столе. С человека сняли куртку, рюкзак, где находились его вещи, а также чёрные светоотражающие очки. У ящерки же забрали наплечную сумку и тот завёрнутый в полиэтилен инструмент. Больше ничего с ними и не было.

— Дауд… — тихо попросил Аль своего коллегу, — тут что-то не так. Нутром чую.

— Истинно так. Та секретарша, что нас встретила — новая. Она может тоже оказаться на службе у Экзерона. Если и эти двое работают на него, то Селигер скажет нам их выпустить. Сдаётся мне, мы должны будем полагаться только на нашу интуицию.

В это время к ним подошла та самая белоснежная сергалка, которую они только что обсуждали. Она приблизилась ко столу, где были разложены вещи задержанных, и затем дала знак своим коллегам:

— Вы пока свободны. Мы сами допросим задержанных и примем решение касательно них, — сообщила она, поднимая одну руку на уровень груди. Аль’Хаар же тяжело вздохнул.

— При всём уважении к вам и лорду Селигеру, мы бы хотели присутствовать на допросе. Если только ему не угодно, чтобы мы удалились.

Арас’энн несколько секунд поколебалась и затем слегка улыбнулась:

— Как скажете. Мне не поступало распоряжения вас отстранять от этой работы. Для начала — осмотрим их инвентарь.

— С благословения Арканайзы и мудростью Рэйдена приступим, — со вздохом ответил Аль’Хаар, подходя к арас’энну. Он едва заметил смешок в глазах задержанной серой ящерки, но не придал ему особого значения, и развернул тот инструмент в полиэтилене, что носила с собой подозрительная личность. — Вилы? Плуг? Серп? Что это, фермерский инвентарь времён падения Даггоната? — Аль’Хаар удивлённо замер, беря в руки серп и осматривая его. Работа была добротной — отполированная серая сталь, рукоять из материала, по внешнему виду напоминающий синтетический полимер, небольшое утолщение в середине.

— Я из семьи фермера. Я прибыла на Палангею, чтобы продать этот инвентарь, выручить деньги и устроиться работать на благо вашей великолепной империи. Вам же нужны фермеры, я права? — невинно улыбнулась рептилия. Аль’Хаар переглянулся с Даудом и передал секретарю серп на осмотр.

— Твоё имя. Планета, откуда прибыла. Документы, подтверждающие личность. Всё это похоже на контрабанду, — настойчиво потребовал у задержанной Аль’Хаар.

— Сайтанора. По расе — хазар, думаю, с небольшой примесью крови иных рас. Планета Хазарис, феодальное устройство, средневековье. Узнав, что есть космические империи, более развитые моего несчастного мира, собрала всё то, что представляет ценность и улетела строить лучшее будущее. Мои документы находятся у вас. Можете их изучить.

Секретарь нахмурилась, слушая рассказ, а Аль’Хаар открыл бумажный рукописный документ, который нашли при Сайтаноре. Дауд достал планшет, начав что-то в нём искать. Арканазиец сложил руки на груди:

— По документам всё так. Только одно но… он рукописный, и проверить подлинность невозможно. Подозреваю, что вас нет и в нашей базе данных. Первый визит на Палангею, да? — со вздохом отложив бумагу в сторону, спросил он у Сайтаноры.

Та умоляюще улыбнулась, изображая боль:

— Да. Первый… я слышала, что ваша империя очень благосклонна к чужакам, здесь легко получить гражданство и работу. Мне на таможне рекомендовали сразу зайти для оформления документов, но я не успела… вы раньше меня задержали.

Длинноносая арас’эннка в это время с небольшим усилием открутила рукоять от металлической части серпа и нашла там внутри бриллиант. Глаза её на миг расширились, после чего она подозрительный взгляд перевела на Сайтанору.

— Контрабанда, да? — гулко прокашлялась она.

— Нет. Это семейная реликвия. Всё то, что я притащила — это исключительно принадлежит мне. Думаете, я стала бы продавать сельскохозяйственный инвентарь, не имеющий ценности сам по себе? — уже несколько возмущённым тоном осведомилась задержанная. Арас’эннка молча хмыкнула, закрутила обратно рукоятку и вернула серп на место. То же самое она проделала с вилами и плугом, обнаружив и там по драгоценному камню.

— Вы что — в каждый такой инструмент вкладываете столь ценный драгоценный камень? За продажу таких можно выручить не одну тысячу зоев. Неудивительно, что вы так тщательно прячете инструменты в полиэтилене, — Дауд аж усмехнулся от своих мыслей. Невероятно, подозрительно и очень хитро. Но всё же арканазийская разведка оказалась бдительнее.

— Ладно. А ты что скажешь, человек? — Аль’Хаар начал присматриваться к металлисту.

— Можете звать меня Вороном. Двадцать девять лет. Так меня прозвали на той станции, где я родился и вырос. Чё? Не верите? Ну вот такая традиция у нас была. Я родом с пиратской станции Пасть Акулы, однако не спешите пробивать старину Ворона в базе данных — награды за мою голову нет. Я решил устроиться работать в вашей империи космическим пилотом. Получить лицензию, гражданство и вообще кататься, как сыр в масле.

— Пока ты катаешься только по комнате пять на пять. И у тебя перспектива лишь оказаться пилотом своей камеры до конца дней, — пытался мрачно пошутить Дауд, но арас’эннка грозно просмотрела на энергетика, прерывая его:

— Пожалуйста, Ворон, продолжай, — попросила секретарша.

— Меня тоже нет в базе данных. Вы же не ведёте учёт тех людей, которые жили на пиратских станциях? Мы хотели после вашего ресторана подойти в регистратуру, отметиться там, трали-вали, но вы схватили и всё! Хрен ли тогда говорите, что документов нет у нас?

Арканайзиец покопался в куртке Ворона и извлёк оттуда его доковую карточку, изучил его данные там. Затем изучил очки человека, не найдя в них ничего подозрительного, не считая того, что они были ну слишком уж тёмными для ношения не в пустыне или на пляжу. Наконец, в рюкзаке он обнаружил простой комплект одежды, немного архаичных золотых монет, два рекомендательных письма, подписанные Вепрем — криминальным лордом станции Пасть Акулы. Видимо, Ворон хотел их показать как доказательство навыков пилотирования.

— И того имеем… — наконец, заключил арканазиец, складывая все вещи на столе, — хазар-гибрид, которая провозит, вероятно, контрабанду. И это после громкого случая похищения Перцептрона из Араназийской Империи. И человек с пиратской станции, который явно не на последнем счету у криминального лорда. Эти грамоты не котируются в нашей империи. Конечно, мы всегда рады дать второй шанс тем, кто действительно стремится к мирной жизни, но будь я на месте судьи, я бы вас депортировал без права пересмотра. Диссидентов у нас и так хватает.

— Это решать не нам, а постановлением Ордена Рэйдена, — вмешался Дауд и затем покачал головой, обращаясь к задержанным, — мне очень жаль, но придётся вам остаться здесь до решения суда.

Сайтонора явно приуныла, опустив голову, а Ворон сложил руки на груди, плюнув куда-то в сторону.

— Любите вы, имперцы, делать всё по букве закона.

В это время секретарша тронула обоих допрашивающих за плечо и сказала им:

— Думаю, мы закончили. Пора уходить.

На выходе сергалка внезапно остановила Аль’Хаара и Дауда и сказала им уже мысленно:

«Вам нужно покинуть станцию. Немедленно. Ради вашей же безопасности. И возьмите с собой Астамару. Вот координаты места встречи. Мы ответим на все вопросы, но не здесь», — с этими словами она вручила небольшую карточку в руки Аль’Хаару.

Арканазиец на миг притормозил, но коротко кивнул, хоть арас’эннка и заметила неуверенность в его глазах: «Кто ты? И скажи — они работают на лорда Селигера, верно?» — так же мысленно спросил у неё арканазиец.

«Хотела бы я так сказать, но… Идите. Просто идите. Всё расскажу на месте,» — белоснежная сергалка легонько толкнула собеседника в сторону выхода под пристальные взгляды задержанных, что сидели за решёткой, и затем закрыла за ними дверь.

Пока арканайзиец рассматривал карточку и пытался всё понять, Дауд прислушался к тому, что происходило сейчас за дверью, однако там наступила гробовая тишина. Затем, наконец, джайнессит вздохнул:

— Охохо… не к добру это. Тогда нам надо срочно Астамару вытащить. Только где она?

— Где-где… у лорда Селигера, конечно же! — с сожалением в голосе проговорил Аль’Хаар, — и, разумеется, если всё так, как я думаю, она в огромной опасности сейчас. Я думаю, на нас пытались навести справки или даже совершить покушение, — он махнул головой в сторону двери, где скрылась арас’эннка, — они очень пристально интересовались Астамарой.

* * *

Астамара же после того, как группа разделилась, направилась сразу к общественному терминалу. Она ввела там секретный код и затем отсканировала документ с приказом императрицы, отослав его лорду Селигеру. Система заверила, что документ проходит проверку на подлинность и предварительное рассмотрение. После чего через несколько минут она получила письменный ответ от секретарши:

Небесное Крыло Астамара,

Ваш документ был рассмотрен и одобрен. Пожалуйста, пройдите в сектор тридцать три в зону отдыха в комнату двести пятнадцать для встречи с лордом Селигером.

Буревестница

«Интересно… кто такая буревестница?» — немного удивилась девушка. Всё же не каждый день встречаешь секретарш с таким странным именем. Должно быть, это один из агентов их разведки, раз настоящее имя не раскрывается. Ну что ж, пусть будет так. А ей необходимо было идти.

Поднявшись на лифте до нужной платформы, Астамара оказалась в гостининце, где размещались важные гости. Пройдя по коридорам до номера «215», Астамара сначала аккуратно постучалась туда, и когда щёлкнул электронный замок, открыла дверцу.

Шпионка оказалась в просторной комнате с бассейном, столом, отдельной спальней. А перед огромным иллюминатором, с которого открывался обзор как на планету, так и на огромный строящийся космический флагман, размерами превосходящий, вероятно, любой из арканазийских крейсеров, стоял он. Лорд Селигер. Во фраке, в цилиндре, с тростью в руке. Он смотрел через иллюминатор куда-то вглубь космоса, но стоило Астамаре войти, как он тут же развернулся к ней боком и улыбнулся, снимая цилиндр:

— Да хранит тебя Арканайза, юная леди. Закрой дверь, прошу.

Синевласая щёлкнула замком и склонила голову перед ним:

— Лорд Селигер, Небесное Крыло Астамара прибыла в ваше распоряжение.

Арканазиец взглянул на распечатанный приказ на столе, рядом с которым он стоял, и затем медленно проследовал к девушке.

— Отрадно видеть твоё продвижение по службе. Последнее задание было тяжёлым, и оно сопровождалось трудностями. Однако ты их преодолела и готова к большему. Расскажи мне, что удалось узнать. Я хоть и видел отчёт от твоего куратора, однако я хотел бы узнать полную версию произошедшего от твоих уст. Прошу, садись. Я приготовил для нас двоих чай.

«Наверняка отравлен. Или подмешано что-то в него», — глянув на две чашки, решила Астамара, присаживаясь:

— Я не испытываю жажды. Но охотно поделюсь информацией. Но прежде, чем я расскажу, ответь: что вы думаете об Экзероне? Это расследование напрямую касается его. Наверняка вам известно про него больше, чем кому-либо ещё. Нам нужно систематизировать всё, что нам известно о нём, и противодействовать. Экзерон действует против нашей Империи.

— Хороший вопрос, Астамара. Предусмотрительный, — заявил лорд Селигер, пронзительно глядя прямо в глаза синевласой. — Экзерон, безусловно, угроза галактической безопасности. Он собирает силы, он исследует древние хранилища угасшей цивилизации, пытаясь получить новое оружие. Он спутывает планы, пытаясь присвоить себе артефакты древней силы. Поэтому он поставлен у меня на особый контроль.

Девушка, услышав такой ответ, слегка успокоилась, однако невольно положила руку на бедро, где спрятала свой мобильный телефон. Он был поставлен на запись разговора, и потому, если лорд Селигер как-то выдаст свои намерения, то у неё будет доказательства измены главы разведки.

— Говорят, что тот флот, который собирается на границах исследованных систем, подчиняется ему. Мне удалось подобраться к нему, но точных мотивов не выяснила. Он очень настойчиво ищет артефакты нирров. Его активно обсуждают даже в Коалиции, — дополнила Астамара. — Что мы можем против него предпринять?

Лорд Селигер несколько секунд пронзительно смотрел на Астамару, затем достал из стола ещё один бумажный документ и положил его перед девушкой.

— Астамара Дэйнмаар, — назвал он её полное имя, — двадцать семь лет, оператор терминала безопасности, техник, служащий отдела безопасности. Представилась у них, как мятежница, разочарованная в порядке. Проникла в ряды «Голов Гидры» по рекрутскому набору. За два года деятельности далеко не продвинулась, но добилась доступа к поверхностной информации. Была замечена за шпионской деятельностью затем и бежала, — лорд Селигер сложил руки за столом, вновь выжигая своим взглядом Астамару, — почти поймана на пиратской станции Пасть Акулы приспешниками Экзерона, кои оказались роботами, сделанными под образ и подобие некоторых личностей. Они же организовали покушение и убийство лорда Виррэя и остальных на Энн’Тиере. Затем помешала Экзерону завладеть планетой и сделала доклад в Коалиции, расшатав политическую обстановку в галактике.

— Всё так… но… я разве должна была скрыть правду про нирров и их возможное возвращение? — стараясь сохранять безмятежность и спокойствие, спросила девушка.

— Всё идёт по плану, хотя твоё сообщение Коалиции всё же скорее навредило… но даже твоё «случайное» попадание на Энн’Тиеру — это часть плана, — совершенно серьёзно заявил лорд Селигер, убирая все документы в стол. — Не думай, что я не следил за твоими шагами и успехами. Всё это было лишь подготовкой к тому, чтобы ты попала сюда и разговаривала со мной. Признаемся, я и ожидал, что императрица захочет тебя приставить ко мне, чтобы шпионить за мной.

— К чему вы ведёте тогда? — лицо Астамары сделалось предельно серьёзным. Кажется, вон он, подвох.

— Ты узнала на Энн’Тиере про нирров, поняла, насколько опасно их наследие, увидела охотников за их сокровищами. Теперь то понимаешь, что Экзерон — не самая страшная проблема в галактике? Напротив, он может помочь нам.

Девушка, наконец, поняла, что к чему. И её разум настигло озарение:

— Вы… вы работаете на Экзерона. Я догадывалась об этом, — слегка дрожащим голосом заявила она, вставая из-за стола и сжимая пальцы в кулак. — И ты всё это время обманывал всех?

Лорд Селигер безразлично смотрел на девушку, а затем мирно отпил из чашки чай, вздохнув.

— Не знаю, поверишь ли ты мне или нет. Но я скажу больше. Я не работаю на Экзерона. Экзерон… — лорд Селигер выдержал небольшую паузу и затем положил руку на грудь, приглаживая свой костюм, — это я.

Астамара застыла. Ужас, гнев, отчаяние, желание восстановить справедливость и решимость смешались в ней. Она понимала: вот он, финал. Конец. Рука медленно потянулась к карману, нащупав там записывающее устройство, и шпионка незаметно нажала на кнопку «отправить запись».

— Понятно. Каков тогда твой следующий шаг, Экзерон? — делая вид, что всё в порядке, спросила она. Тот сначала, прищурившись, глянул на свою подчинённую, затем глянул куда-то вбок, слегка приподняв брови, и лишь после этого коротко ответил:

— Просто будь рядом в ближайшее время.

Глава 9: Вече у Вечина

Первый город, основанный на Файрасе — Лорран — за триста лет широко разросся по побережью залива Аргуса, и даже частично вышел за металлические стены, возведённые для защиты от песчаных бурь, организованных разбойничьих рейдов и просто нередких военных конфликтов. Шутка ли, Файрас до сих пор считали своей территорией две империи и одна федерация, и это ещё не считая местные самоорганизации, что регулярно появлялись и пропадали. Но Лорран был крепок как убеждениями, так и обороной, и до сих пор сохранял статус независимого, политически-нейтрального города.

Высотных строений, как в арканазийских городах, в Лорране не строили, чтобы по ним не навешали баллистики через стены - город состоял в основном из низких пятиэтажных домов, офисов, портовых доков, а роль здания правления и городского центра исполнял величественный космический крейсер на главной площади, что возвышался горой над крышами домов.

Крейсер «Свобода Файраса» по местной легенде был первым кораблём, который обнаружил Исмэру и планету на ее орбите, пригодную для жизни. Именно на нём и прибыл один богатый торговец с колонистами, бежавший от произвола Федеративных чиновников. Внешне судно не выглядело, как человеческий шаттл, вылизанный овалоид арканазийцев или дуриканская коробочка, не прослеживались и конструкции, общепринятые в типовых кораблях Коалиции, и поэтому однозначно определить, в каком доке данный крейсер был построен — сказать не мог никто. Хозяин корабля и вся его команда уже давно отдали свои души Хранителям, и ответ на этот вопрос затерялся во времени. Первопроходцы высадились в заливе Аргуса, и именно здесь впервые ступила на поверхность планеты нога колониста спустя много лет после ухода нирров. С тех пор крейсер в воздух ни разу не поднимался, и вокруг него основали первую колонию, а сам корабль наполовину демонтировали, а остаток превратили в укреплённый командно-огневой пост.

Колония постепенно развивалась, создавались новые аванпосты, позже ставшие городами. Но спустя всего сто лет слухи о плодородной и спокойной планете Файрас, которую на арканайзийских картах называлась Энн’Тиерой, начали возникать другие колонии. И сразу две империи начали претендовать на эту планету: Федерация человечества и Арканайзийская империя. Разумеется, и семья Красновых, и семья Дракхартов хотели стать частью своей стороны, но тогдашний глава Коалиции объявил её спорной и запретил воевать как за планету, так и за систему Исмэра в целом. Одновременно с этим Империя Рассвета Джайнес также развернула крупный аванпост на планете, пользуясь нейтральным статусом планеты, но они хотя бы не раскачивали политическую обстановку, что являлось большим плюсом. Они просто хотели торговать ресурсами с местными обитателями и заниматься своими исследованиями, ведь вскоре после их прибытия были обнаружены многочисленные развалины древней цивилизации — нирров. Кто-то в связи с этим даже продвигал статус «неприкасаемой» планеты, при которой её запрещено заселять вообще, но эта позиция не находила поддержки.

Но Альциона, Ренара и Шеат прибыли в Лорран явно не вовремя для экскурсий. На улицах чаще встречались полицейские патрули, чем мирные прохожие. Где-то слышались крики, битьё стёкол, ревела сирена. Хорошо, что троица разделилась с Эллинором и Плащом ещё в районе пригорода. Неизвестно, справился бы маскировочный амулет утаить самого разыскиваемого преступника в Коалиции, да и в целом драко-демон и непонятный гуманоид в боевом скафандре вызвали бы вопросы. Да и всё равно к трём явно инопланетным созданиям пристал патруль, пусть его офицер и обратился к рослым драконицам и явно опасной рогатой даме не слишком смело:

— Стойте! Документы. В городе беспорядки и введено военное положение!

— Альциона. Председатель Коалиции, — с этими словами драконица сформировала буквально из воздуха карточку, которую перехватила одной лапой и показала ошарашенному офицеру, — двое других со мной, вы будете задерживать меня?

Человек, не ожидавший внезапного прибытия высокопоставленного лица на их скромную колонию, замер в шоке, а затем тут же опустил винтовку и дал дорогу компании:

— Нет, мисс. Никак нет! Я… никогда не задержу вас, — замямлил он испуганно, пытаясь оправдаться, — это… в последнее время участились случаи, когда под чужим именем проникают в город и творят беспорядки. Вам уже известно, что Виррэй Дракхарт был убит как раз таким образом?

Альциона лишь махнула лапой и растворила карточку в воздухе, щёлкнув своими короткими пальцами.

— Это ваша работа, не нужно оправданий. Я и прибыла сюда, чтобы разобраться с ситуацией и поднять важные для Коалиции вопросы. Почему в городе беспорядки и могу ли я прямо сейчас встретиться с вашим руководителем, Александром Вечиным?

— Да. Он сидит в главном крыле «Свободы Файраса». Пройдёмте, — кивнул сразу же полицейский и указал в сторону центра города, где возвышался корпус корабля. И, почётно конвоируя политических гостей, рассказал, — беспорядки у нас по весьма очевидной причине, мисс. Ваше заседание в Коалиции транслировалось по всем планетам, подключённым по галактической сети. Вечин недавно отдал приказ подключить нас к ней, и мы транслировали ваше открытое выступление по всем средствам связи. Новость о том, что вернулись нирры, повергла граждан в шок. Ведь они наверняка потребуют свою территорию назад! Жители Лоррана разделились на два лагеря, — с этими словами полицейский развёл руками и вздохнул, — кто-то собирается в спешке покидать планету на первом же торговом судне. Кто-то, наоборот, хочет остаться и присягнуть на верность ниррам, надеясь, что при сверхразвитых хозяевах начнётся безопасная жизнь. Эти две группы начали сталкиваться, творить беспорядки - и не только у нас, во многих городах Файраса. Поэтому мы вынуждены были объявить военное положение и всех рассадить по домам. Вы вовремя прибыли, мисс Альциона. Нам очень нужно разъяснить ситуацию и успокоить людей и остальных жителей этой несчастной планеты.

Синегривая самка тяжело вздохнула, глянула куда-то вдаль, затем в небо, о чём-то размышляя, а затем коротко произнесла:

— Хорошо. Ведите. Я обсужу это с Вечиным.

И полицейский повёл группу по пустынным улицам, где клубы пыли и песка поднимались в воздух, попадая в глаза и нос. Лорран был расположен в субтропической пустынной зоне, хотя и место выглядело живописным — небольшая река, впадающая в залив, давала жизнь этому месту. Вокруг источников воды росли причудливые деревья с голубой листвой, летали не то, чтобы птицы, а целые рептилии — виверны. Неудивительно, что колонисты когда-то выбрали именно залив Аргуса как место для первой колонии.

Однако условия жизни на планете были суровыми: резкие перепады засушливого и влажного климата, высокая температура воздуха, что обуславливается близостью планеты к солнцу, а также сильные ветра, вызывающие так называемые «зелёные бури», о которых поспешил напомнить офицер по дороге.

— Вынужден вас предупредить, что вы прибыли не очень вовремя. Приближается зелёная буря. Рекомендую вам в ближайшие несколько дней переждать в укрытии. К счастью, Александр Вечин готов вам выделить койки в… — тут он осёкся, глянув на Альциону, — место в лучшем отеле и заведении нашего города.

— А что такое зелёная буря? — сразу поинтересовалась Шеат, не особо понимания значения этого словосочетания.

— Воздух Файраса пропитан опасными водорослями, которые прорастают в лёгких. Местная фауна привыкла к такому и имеют иммунитет, но мы, колонисты… к сожалению, без антибиотиков в таком случае не обойтись. Поэтому не забудьте защитить глаза и органы дыхания в случае чего, — пояснил человек, который вывел троицу на огромную площадь, на которой и стоял крейсер. Он уже за долгое время оброс ржавчиной, водорослями, и становилось очевидно, что он больше никогда не взлетит, однако он стоял как символ непокорённой воли колонистов перед безжалостной судьбой.

Со стороны грузового входа их встречала уже делегация из людей и дипломатов в составе которой была заметна фигура пожилого человека в военной форме и фуражке. Заметив старую знакомую в виде Альционы, он подал знак охранникам расступиться и уступить ей дорогу, и затем вышел вперёд, снимая фуражку в знак приветствия:

— Альциона! Рад видеть тебя в такой трудный час. Признаюсь, твоё появление — сюрприз для меня. С тех пор, как тебя назначили председателем Коалиции, ты почти не заглядываешь сюда.

— Пятнадцать лет прошло с момента моего последнего визита на Файрас. Хотя для меня это время пролетело очень быстро, — ответила ему драконица, слегка наклоняя голову в ответ, — однако я здесь не с самыми радостными вестями. Полагаю, у тебя есть возможность, как и раньше, созвать всех глав домов в крейсере и организовать встречу?

— Сейчас с этим сложнее. Главы домов стараются лишний раз не покидать своих владений, опасаясь покушения. Но видеоконференцию устроить можно. Пройдёмте. Вы тоже, уважаемые гости, проходите, — бывший генерал жестом позвал за собой и Шеат с Ренарой.

Делегация прошла на борт крейсера, который изнутри был обставлен гораздо комфортнее и в целом казался просторнее, чем снаружи. Широкие коридоры с отреставрированными под мраморную кладку стенами, роскошные фонари, висящие над потолком, расстеленные на полу ковры. Едва ли поверишь, что ты находишься внутри старинного космического корабля, а не правительственного здания. На одной из стен кобыла даже заметила фотографии людей, среди которых были две женщины и трое мужчин. Шеат на секунду остановилась, приглядываясь к их лицам:

— Интересно… а кто это? — поинтересовалась она у Вечина. Александр чуть улыбнулся и обвёл рукой вывешенные портреты людей:

— Это мои предшественники. Те, кто был избран народом. Мы назначаем правителя пожизненно до тех пор, пока либо он сам не уйдёт, либо большинством голосов в нашем совете его не отстранят от власти. До меня было пять правителей вольных городов, и все они здесь. Когда я умру или же уйду в отставку, мой портрёт точно так же повесят здесь, рядом с этой женщиной, Анной Кобылаш, — бывший генерал указал на портрет женщины средних лет, полной и с выразительными голубыми глазами.

Альциона хоть и видела эти портреты уже несколько раз, но обернулась, слушая краткий экскурс нынешнего правителя Лоррана:

— Любопытно… ты ведь не уроженец Файраса. Почему избрали тебя?

Отставной генерал слегка приподнял брови и кивнул:

— У Файраса довольно долгая и драматичная история. Да, это место политически дискуссий и споров. Это место, где обнаружено огромное количество руин древней цивилизации. Но здесь когда-то была база крупной преступной группировки — «Пустынных Рейдеров». Лорран страдал от них больше всего, и я, когда прибыл сюда около двадцати пяти лет назад, предложил тогдашней правительнице — Анне, свои услуги, — он показал на портрет своей предшественницы. — Буквально за два года мне удалось не только вычислить местоположение их главной базы в скале, но и организовать самую крупную облаву в истории Файраса, все фракции приняли участие. Рейдерам тогда нанесли настолько сокрушительный удар, что они так и не смогли оправиться, и благодаря этому я обрёл положительную репутацию в умах колонистов. Хотя странные вещи мы замечали тогда при штурме.

— Какие же? — уши Шеат даже поднялись от любопытства.

— Например, то, что лидер этих самых рейдеров был дуриканец. Это отступники арканазийцев, тяжело киборгизированные жестокие... А когда мы его завалили, его тело просто исчезло вместе со всем снаряжением. Да, обычно в их костюмы встроена система самоуничтожения, которая взрывает их после смерти, не давая получить передовые дуриканские технологии, но этот просто телепортировался.

Александр поднял указательный палец вверх и посмотрел также на Альциону в ожидании комментариев. Та на миг задумалась:

— Телепортация — плохо изученный феномен даже среди энергетиков. Я постараюсь порыться в архивах и посмотреть, кто из дуриканцев использовал эти способности.

Ренара несколько раз прокашлялась:

— Телепортацию мы видели за короткое время несколько раз, это точно редко?

Аликорница распахнула крылья гордо:

— Я тоже могу телепортироваться! Многие единороги и все аликорны такое умеют в нашей стране. В этом что-то особо удивительное есть?

— Среди других рас — да, — пояснила несколько холодным тоном Альциона. — Корабли научились искривлять пространство вокруг себя и пробивать сверхсветовой барьер, однако обычным существам секреты перемещения за доли секунды неподвластны.

— И что же в этом сложного? — пони, следуя за возобновившей движение группой, цокала по ровному полу. Альци тяжело вздохнула и, прищурившись, глянула на Шеат:

— Это очень сложное явление. И то, что ваша раса это умеет делать без проблем — большое чудо и редкое исключение из правил. Когда ты телепортируешься, ты создаёшь небольшой «пузырь» из пространства вокруг себя и силой мысли пробиваешь трёхмерное измерение, оказываясь на миг в измерении между вселенными. Некоторые называют это измерение «Первородным миром», некоторые — «навью», мы же зовём его просто — Пустотой. И все, кто освоил телепортацию на должном уровне, понимают опасность застрять там навсегда. К счастью, я имею не телепортацию, а просто очень быстрое перемещение, поэтому я не открываю каждый раз «портал» в другой мир.

Александр Вечин пожал плечами, выслушивая всё это. И лишь затем добавил, после небольшой паузы:

— Если честно… я не понимаю ничего в теории вашей телепортации, но вот насчёт дуриканцев мы сделали некоторые выводы. Мы столкнулись не с обычными рейдерами, кто-то снабжал их технологиями, которые они получали извне. Вероятно, как раз дуриканцы, но не уверен. Я пытался начать расследование, но мы зашли в тупик. Не так давно на Файрас прибыл арканайзийский следователь, и когда я его попросил помочь с этим делом, он заподозрил в первую очередь... знаете кого? — отставной генерал вновь выдержал короткую паузу, — Эллинора.

Шеат с Ренарой переглянулись, Альциона слегка улыбнулась:

— Могу ли я увидеть этого следователя?

— Да. Он сидит прямо сейчас в моём кабинете. Мы пришли, — Вечин привёл делегацию к большой металлической двери, украшенной гербом вольных городов с четырьмя парящими в небе орлами, и приложил к терминалу карточку. Дверь плавно отъехала вбок, явив большой кабинет с круглым столом, над котором висело несколько мониторов. Огромное окно, занимающее всю стену, открывало обзор город с высоты бывшей верхней обзорной палубы крейсера. За столом красноволосый арканайзиец листал журнал, но стоило ему увидеть Альциону и остальных, он немедленно встал и отвесил поклон председательнице Коалици:

— Леди Альциона! Не удивлён, что Александр Вечин так долго вас встречал. Я — Мидориан Вест. Сыщик и расследователь из Палангеи. Назначен и прибыл расследовать несомненно известное вам дело.

— Да хранят тебя звёзды, бравый арканайзиец, — кивком головы поприветствовала его Альциона, немного нависая над красноволосым сыщиком за счёт своего трёхметрового роста, — буду рада с тобой сотрудничать. Даже Коалиция наслышана о твоих расследованиях.

— Разумеется, леди Альциона, — арканайзиец вежливо отошёл в сторону, давая дорогу драконице и её гостям. Однако ко столу первым прошёл Вечин, который достал из шкафа какую-то старинную бутылку, наполненную загадочным синим напитком, в котором плавали светящиеся медузы:

— Я на случай важной встречи припас бутылку дорогого алкоголя. Это сок Каамских медуз. Всегда подаётся вместе с ними. Один из самых дорогих напитков в наше время. Мне его подарил шах семьи Андурон во время одного из визитов. Но я лично не могу пить его в неразбавленном виде. Их сок прожигает глотку не хуже расплавленного железа, — пояснил человек, вопросительно глядя на гостей.

— О нет, дорогой мой друг-человек. Я предпочту ясность рассудка торжественности встречи. Я ведь прав, да? — Мидориан Вест обернулся к гостям из Коалиции.

— Ну давайте… Оценим этот ваш сок, — немного подумав, ответила Ренара. Шеат же просто молча покачала головой.

А вот сама Альциона также согласилась:

— Только налейте в ёмкость побольше, — ответила она.

Александр поставил на стол глубокое блюдо и неуверенно посмотрел на председателя Коалиции. Стоит ли такому высокопоставленному существу стоит наливать крепкий алкоголь в подобных объёмах?

— Расслабься и налей. Я в курсе, что у вас нет посуды под размеры драконов, — рассмеялась синегривая, демонстрируя всем ряд острых зубов и голубую пасть. Вечин же открыл бутылку и вылил половину содержимого в блюдце вместе с медузами, а потом в небольшой стакан для Ренары:

— Аккуратнее с медузами. Обычно их тоже выпивают для остроты вкуса, — но закончить отставной генерал не успел, заметив, как Альциона подняла лапами ёмкость и просто начала вливать себе в пасть. Похоже, что аккуратность звёздному дракону не свойствена.

— Ух… Этот напиток прожигает горло с силой солнечной вспышки, — осушив предложенный напиток, выдохнула хрипловато драконица, отставляя блюдце в сторону. Ренара же сделала лишь один глоток, но еле-еле проглотила его, ибо сок медуз обжигал посильнее водки.

— Ядрёно. Не представляю, как такое можно пить, — выдохнул она, и тут же потянулась к закуске, которую вовремя поставили на стол служащие на корабле-штабе.

Александр, удовлетворившись, что гости угостились и были готовы к дальнейшему разговору, продолжил:

— Вернёмся к расследованию. Мидориан Вест, поделись подробностями.

Красноволосый арканайзиец встал, достал несколько фотографий, разложив их на столе перед остальными:

— Двадцать лет назад Рейдеры воспользовались редкой технологией, неизвестной даже моей империи. У меня есть список тех организаций, которые могли поставлять её. Одна из них — Головы Гидры. Организация Экзерона.

Шеат с Ренарой задумчиво переглянулись. Да, они попались на крючок в свое время и поработали невольно на арканайзийскую разведку, выполняя мутное дело. Но что от них сейчас потребуется? Хороший вопрос, однако сейчас они были полностью под покровительством Коалиции.

— Продолжай, Мидориан, — Альциона пока не имела вопросов.

— Другая организация, владеющая в теории технологиями, недоступным даже нам — это Аустарнайз. Террористы с филиалами и пособниками по всей галактике. Известны тем, что изготавливают и продают запрещённое вами же оружие! — арканайзиец указал на Альциону, как прямого представителя Коалиции. — Покупатели это обычно частные организации, государства, не входящие в состав Коалиции, или такие криминальные группы, как Пустынные Рейдеры…

Альциона продвинула одним когтем к себе несколько фотографий. На них изображались известные космические станции этой организации, где и производилось запрещённое оружие. Химические бомбы, бактериологическое оружие, вирусы, вызывающие мутации. Покупателей по всему известному сектору галактики находилось уйма, но, естественно, такие операции проводились втёмную. Однако насколько вероятно, что Аустарнайз заинтересован в разработке технологии телепортации? Сложно сказать.

— Коалиция не запрещала телепортацию как способ передвижения по галактике, однако, если будет резон, в ближайшее время подниму вопрос. В настоящий момент Аустарнайз признан Коалицией как враг, и мы активно выделяем средства на обнаружение и разрушение таких станций, однако с организацией не так просто покончить. Но я полагаю, у тебя есть и ещё одно предположение, касательно того, кто замешан в беспорядках на Файрасе. Не так ли, бравый арканазиец?

— Разумеется, леди Альциона, — уверенно ответил Мидориан, доставая среди набора фотографий ту, которая изображала космодесантников в жутких экзоскелетах черного цвета. Грозные тела полностью скрывались за внушительной бронёй, которая казалась настоящим монолитом даже по меркам развитых империй. — Сами дуриканцы, — с суровым выражением лица заключил следователь, — Когда-то они являлись нашими братьями и сёстрами, арканазийцами, но они отступили от веры, занимаясь экспериментами над душами умерших. Мы их изгнали навсегда с Палангеи, и они нашли пристанище на планете Дурикан, которая известна своим мощным радиоактивным фоном. Там они резко развили военную сферу, что привело их к вершинам технологии в убийстве подобным нам. Не знаю, осталось ли под этими экзоскелетами и сейчас хоть что-то, напоминающее нас, но никто так и не смог разгадать их тайны. Говорят, они или плотно сотрудничают с Аустарнайз, или даже основали их, хотя связи между ними никто не обнаружил. Но факт есть факт: их технологии гораздо сильнее тех, которыми мы владеем. Они не входят в состав Коалиции, не имеют общепризнанного государства и не вступают в контакт. Что думаете на их счёт?

— Пхех… Дурики, — бело-синяя внезапно рассмеялась, но тут же сдержанно прикрыла пасть крылом, успокаиваясь, — да. Тоже проблема. Террористами не считаются, но очень враждебны ко всем. Живут в подземных базах, скрытых по всему сектору. Их костюмы при критических повреждениях взрываются, не оставляя после себя ничего, поэтому это лишь первый зарегистрированный случай из телепортации.

Шеат же, нахмурившись, медленно наклонилась к Ренаре и ткнула её мордой в бок, привлекая внимание:

— Обсуждают телепортацию, но при этом Альциона сама этим не брезгует. И мы сами видели, кто ещё этим занимался.

Нашаранка же кивнула, добавляя:

— У нас тоже были такие, но это магические виды телепортации, а тут они обсуждают исключительно технический вопрос.

Мидориан сразу заметил, что двое гостей о чем-то шепчутся:

— Кажется, вы хотели что-то добавить? Я внимательно слушаю.

— Я думаю, вам стоит также рассмотреть варианты с магической телепортацией, — сообщила Ренара, вставая со своего места, — та же Альциона посвящена в секреты мгновенного перемещения. Преступники тоже могли найти мага.

Председательница подвигала синими бровями, задумавшись, и лишь затем ответила:

— Подобное заявление одновременно сужает и расширяет зону поиска. Возможно, сюда стоит включить и Энн’нирров, чье существование уже не поддается сомнению. Или даже некоторых личностей с Харадола…

— О! Подождите с подозреваемыми, — внезапно прервал спор Мидориан Вест, поднимая указательный палец вверх, — ведь я подозреваю в этом Эллинора. Почему он? Смотрите…

Сыщик пододвинул новые фотографии к группе. Среди них, очевидно, был Эллинор в бронекостюме, его побег от «киборгов» на станции «Пасть Акулы», и его фотографии уже на Файрасе во дворце Виррэя. Затем на Харадоле, в Ардине, но уже в ином бронекостюме.

— Каждый раз, когда что-то случается, в центре внимания оказывается он, Эллинор. Неуловимый преступник, который скрывается от властей уже двадцать лет. И покушение на Виррэя с целью дестабилизировать обстановку — не первое убийство достопочтенного лорда. Также на его совести разбой, пиратство, убийство группы лиц, работа на террористические организации и обман.

Шеат и Ренара вновь переглянулись, без слов понимая друг друга: никто не стал бы подставлять безобидного драко-демона двадцать лет подряд так, чтобы это не вскрылось. Альциона покачала головой:

— Любой преступник оставляет на месте преступления улики. Я собиралась навестить каждый из домов Файраса, но основную задачу по поимке Эллинора оставлю на вас.

— Я хотел продолжить это дело, но на планете начались беспорядки после вашего заявления, леди Альциона, — с лёгким недовольством в голосе пояснил Мидориан, — после того, как они узнали, что эта планета принадлежала ниррам, и они готовы в любой момент прилететь сюда и заявить права на планету, жители разделились на три лагеря. Один из них забеспокоился и массово заказывают транспорт для эмиграции с планеты. Но есть и другие: те, кто готовы признать нирров новыми хозяевами, присягнуть им на верность, признать их владыками в надежде поселиться и жить с ними рядом. Нирров были известны тем, что владели значительной частью галактики в своё время…

— И что-то их уничтожило… точнее, заставило отступить, — звёздная драконица нахмурилась и затем отложила фотографии в сторону, — чем новые ниррские лоялисты вам помешали?

— Мне отказываются выдавать разрешение на изучение одного из мест преступления. Тот офицер, который этим занимается, заявил в грубой форме, что мне нечего делать в руинах цивилизации наследников галактики. Якобы это вызовет их гнев. Во имя Арканайзы, очень неприятно вышло вчера. А ещё они там в пустыне рядом с новым кратером решили обосновать лагерь и теперь собираются там, как на паломничество.

— Откровенно говоря, эти настроения на Файрасе царили ещё до вашего выступления, Альциона, — пояснил Вечин уже более спокойно, — однако сейчас значительно радикализировались. Что вы предложите нам сделать с этими… назовём их диссидентами?

Шеат и Ренара с надеждой глянули на бело-синюю, которая погрузилась в свои мысли. Она некоторое время молчала, смотря в опустевшую кружку, куда ей наливали сок медуз, но затем тяжело вздохнула и подняла лапу в воздух, формируя из звёздной пыли листок бумаги:

— Я создала документ, который признаёт вашу планету как отдельное и независимое государство на официальном уровне. Это означает, что никто не назовёт вашу землю спорной, и вы сможете заиметь собственное представительство в Коалиции и обращаться напрямую к нам со всеми вопросами. В приложении к документу вы найдёте перечень правил, которые необходимо соблюдать для того, чтобы иметь посольство у нас. Процесс признания вас как нового государства не самый быстрый, но я максимально ускорю его. Как только на следующем заседании Коалиции вопрос с признанием вас новым космическим государством будет решён, я смогу подписать следующий указ о выделении вам помощи на развитие. В том числе для того, чтобы усмирить диссидентов, — с этими словами драконица положила документ на стол и протянула его остальным для ознакомления. Мидориан Вест и Александр Вечин склонились над ним, читая содержимое.

— Неплохо. Но одной моей подписи будет явно недостаточно. К тому же, как этот документ будут проверять на подлинность? — поинтересовался бывший генерал. Альциона лишь улыбнулась и прокусила палец большими клыками, после чего брызнула на нижнюю часть документа каплю собственной крови, которая оказалась на удивление ярко голубой.

— По ДНК-тесту проверяющие поймут, что это подлинный документ. Мою кровь подделать невозможно, и это сведёт вопрос сертификации к минимуму. Но вы правы — под этим документом необходимо будет расписаться всем главам домов. Только так мы сможем признать вашу планету независимой и положить конец вашему неопределённому статусу.

— Интересно… В Коалиции такие вопросы рассматриваются, обычно, от года и больше, а диссиденты уже сейчас нам продыху не дают. Может, через неделю они возьмутся за факелы и винтовки, а затем соберутся на площади перед крейсером, выдвигая свои требования. Как мы с ними поступим? — спросил Александр, читая приложение к документу на обороте. Заметив один важный пункт там, он поднял указательный палец вверх и добавил: — особенно учитывая, что мы просто инакомыслящих не должны подавлять жестокими методами и запрещённым оружием, как написано в приложении.

— Хороший вопрос… думаю, нам в этом должны помочь дома, — предложил Мидориан. Шеат же взяла телекинезом бумагу, подтверждающую право Файраса быть независимым государством, и хмыкнула:

— А ещё не забыть собрать все подписи. Вы собираетесь собирать здесь представителей всех домов или как? — пони подняла голову и вопросительно наклонила её набок.

— Или можем самостоятельно к ним прийти. Думаю, легче всего будет договориться с домом Андурон, который сейчас ответственен за джайнессистскую часть планеты. Затем Красновы от Федерации людей. И, наконец, многострадальные Дракхарты… — Альциона вздохнула тяжело и кивнула Шеат, давая ей знак убрать важный документ.

— Я распишусь в самую последнюю очередь. Вольные города всегда служили регулятором отношений между тремя домами Файраса, поэтому если у них есть какие-то претензии к нам, то лучше урегулировать их до подписания соглашения, леди Альциона, — немного поклонился Александр бело-синей и показал в сторону выхода, — позвольте на этом вас сопроводить к вашим апартаментам, если мы уладили основные вопросы.

— Хорошо. Но на следующее утро я и мои сопровождающие отправляются в путь. Никакого транспорта нам не нужно готовить, — гордо заявила драконица и, наконец, глянула на сидевшего арканазийского сыщика, который всё размышлял о своём.

— Леди Альциона… — наконец, заговорил он, вставая, — позвольте тогда с вами отправиться тоже. Пускай я и не имею никакого политического влияния на этой планете, но я всё ещё собираюсь выполнить свою цель на Файрасе, а у нас они одинаковы — сделать планету более мирной. Пусть мой острый ум послужит в ваших непростых переговорах с домами, особенно с Дракхартами.

Бело-синяя оглянулась на арканазийца, который начал собирать в рюкзак свои вещи: портативный планшет, передатчик, различные инструменты и бластер, который он использовал для самозащиты. Он был настроен серьёзно, что, несомненно обрадовало председателя Коалиции.

— Да будет так, бравый арканазиец. Тогда добро пожаловать к нам, — только и добавила она, приглашая его в свой небольшой отряд.

— Мы пока чем-нибудь попроще займёмся, — тихо произнесла Ренара, наклонившись к Шеат. — Проведаем, как там наши другие друзья и их поиски...

"Не пропадайте надолго и берегите себя. С рассветом мы отправляемся," - Альциона повернула голову к ним и молча кивнула, добавляя им мысленно. Мидориан прищурился, заметив разговор, но лишь пожал плечами, никак это не комментируя.

Глава 10: Глубокие экзистенциальные вопросы

В баре «Хлоп Копытом» было весьма тихо и безлюдно. Всего каких-то несколько посетителей: людей, уставших с дороги, да чёрно-алый дракон, вольготно расположившийся у стойки. Владелец бара Хуром — жирное кабаноподобное существо, в честь себя и назвавший заведение — что-то тихо хрюкал себе под нос, невнятно комментируя последние новости на Файрасе, бормоча про раскол в обществе, и водил рылом, наливая посетителям новые порции алкоголя. Несколько людей играли в шашки и громко галдели на весь бар, кто-то просто сидел и смотрел новости по телевизору прямо над барной стойкой. Но в целом давлело ощущение пустоты — расположившийся в двадцати километрах от Вольного и нейтрального ко всем семьям города Лоррана бар не мог привлечь к себе много посетителей хотя бы потому, что по южной дороге через Пустоши мало кто проезжал. Оставалось только гадать, почему Хуром решил разместить своё заведение именно здесь, посреди пустыни.

— Новости из Лоррана: только что была обнаружена незаконная контрабанда… — вещал по телевизору человек в пиджаке, сообщая что-то про преступность. Один из посетителей нахмурился и медленно достал пистолет из-за пояса и направил его на экран.

— В телевизор не стрелять-хр! — хрюкнул бармен угрюмо, — и так уже расстреляли один. Я для кого повесил-хр надпись?

Эллинор подавил смешок. И в самом деле: к телевизору была приклеена бумажка с корявой надписью «В телевизор не стрелять!». Видимо, для совсем отбитых отморозков, но ведь такие и прочесть не потрудятся. Хулиганы и головорезы довольно часто заглядывали сюда, чтобы промочить горло или даже продать что-то трофейное, и нередко устраивали прямо в заведении пальбу или драки: об этом говорили многочисленные вмятины от пуль в стенах.

Человек убрал пистолет обратно за пояс:

— Да заколебали эти долдоны в телике… Переключите канал. Я хочу послушать, например, что у Арканизийцев. — крикнул пьяным голосом он, присвистнув.

— У Арканизийцев-х какая-то х-х-хрень! Говорят-х, хр-хр, убивают правителей, интриги, разные непр-риятности. — ответил с жутким акцентом Хуром. Эллинор не стал это комментировать, залпом выпивая виски.

— О! А вот тебя я смутно узнаю, ящер! — внезапно окликнул его тип, который хотел выстрелить в экран.

— Чего тебе? — грубо ответил ему дракх’кхан, даже не глядя в его сторону.

— Тебя часто по телику крутят, хе-хе! Конечно, не понимаю, за что ты такая знаменитость, но я бы не отказался стать таким же. Хе-хе! Чё забыл то на задрипанной дыре под названием Энн’Тиера? — гаркнул ему идиот.

Драко-демону оставалось лишь закрыть лоб лапой и вздохнуть.

— Мне тебе вырвать язык или сам заткнёшься? — драко-демон хотел было подняться, но сидевший рядом Плащ, жрец Хранителя, опустил свою ладонь ему на плечо, призывая сесть.

— Не обращай внимания на смертных. Они болтать горазды, но толку от их слов нет, — сообщил он через шлем, и Элли, несколько подумав, успокоился, видя, что человек сам засуетился и испугалс реакции.

— Оукей, бессмертный. Я спокоен. И кстати, мне кажется, твой подарочек не то, чтобы работает хорошо, — он показал на амулет, который ему и предлагал плащ.

— Он отражает только враждебные мысли о тебе, Эллинор. Этот смертный видел тебя раньше, но не может понять, что с тобой связано. Так оно и работает. Это не идеальная защита, хотя и довольно надёжная.

— Эээ… а как она вообще… работает то? Объясни на языке смертных, — немного проморщившись на последнем слове, зажестикулировал Эллинор лапами. Плащ же, выслушав его, подпёр голову кулаком и ответил:

— Энергетика — это волны, колебания в пространстве. Твой мозг их производит ежесекундно, передавая в пространство информацию. Мы все так же получаем информацию от колебаний, для этого у нас есть органы чувств. В пространстве колебания мыслей тоже отражаются от тебя и поступают обратно смертным. Если изменить характер этих колебаний, то изменится и информация, которую получает мозг. В данном случае идёт изменение колебаний, которые воспроизводит твой мозг. Отсюда всем и кажется, что ты не тот, кем являешься. Полиция к тебе не будет проявлять внимание, если ты не будешь совершать новых преступлений.

Элли же задумчиво подвигал гребнем, опрокинув заодно ещё одну стопку виски, даже не поморщившись при этом.

— Ну… вроде несложно понять. Но меня интересует другое… — драко-демон посмотрел на бутылку алкоголя, которая стояла на столе между двумя собеседниками, и налил вторую стопку, протянув её Плащу, — как будем искать пропавшую белую жопку на букву А по просьбе второй белой жопки на ту же букву?

Плащ развёл руками и вздохнул, взяв предложенный ему напиок в руку.

— В этом и состоит твоя задача. Считай, это тест на эрудицию, — ответил Плащ, покрутив в ладони стопку.

— Слушай… А можно задать вопрос личного характера?.. Шучу, не буду спрашивать, — усмехнулся Элли, — вот вы, жрецы, как живёте? Как вас выбирают и как служите? Возможно, это моя будущая судьба, так что… Знать полезно будет.

Существо потянулось к шлему, который скрывал его голову, отстегнул его и поставил на стол, и перед Эллинором предстал человек лет тридцати азиатской внешности. Ровное и чистое лицо, короткие чёрные волосы, желтоватая кожа, узкие карие глаза, которые слегка светились оранжевым оттенком.

— До моего предназначения я был обычным смертным — человеком. Если тебе так удобнее, можешь звать меня по старому имени — Лао Джи. Это не имеет значения. Я родом с Земли, жил в древнем Китае много тысячелетий назад. Я участвовал в защите земель от кочевников и был сражен на поле боя. Но вместо смерти меня взял к себе один из Хранителей. С тех пор я выполняю то, что он скажет и получаю за это частичку его силы. Пусть тебя не смущает, что я всего лишь человек. Во мне уже давно мало что от первоначального Лао Джи осталось.

И с этими словами он выпил залпом стопку, чуть поморщившись от крепкого напитка. Элли же был действительно несколько ошарашен откровением жреца Хранителя.

— Интересно… получается, тебя могут заметить, даже если ты не одарённый в чём-то изначально? — поинтересовался дракх’кхан. Лао слегка приподнял уголки губ.

— Только если ты силён волей и духом. Тренировки не каждый может выдержать, и ещё надо уметь отказаться от прошлого, чтобы оно не отягощало тебя. Если ты не теряешь связь со своим прошлым, то последствия могут быть печальны. Помнишь Клепсидру? А Экзерона? Кизмиза?

— Как же этих забыть… — рассмеялся Элли и налил себе ещё стопку алкоголя, выпив её.

— Единственный из их компании, который смог полностью отречься от прошлого — это Мрак. Переступить через себя, отречься от прошлого я, чтобы обрести новое и более могущественное — это часть тренировок.

Чёрно-алый помолчал, а затем тяжело вздохнул, отставляя стопку в сторону.

— Значит, и мне тоже придётся выбирать. Что-то я не особо горю желанием делать такое… — заговорил он себе под нос. Элли хотел было дополнить свою реакцию дальше, но в этот момент в бар вошли Ренара и Шеат, и всё внимание переключилось на новых посетителей.

— А… — протянул Эллинор, когда драконесса и аликорн сели по бокам от него и Плаща. — Наскучило трындеть о политике с Альционой и с кем она там сейчас?

— Нам нужно знать правду, — чётко процедила синегривая, ставя копыта на столешницу, а Ренара вытянула голову в сторону драко-демона:

— Я понимаю, что награду за твою безвинную голову объявили ни за что, но какие именно обвинения из сотен приписываемых тебе правдивы? Тебя разыскивают десятки лет, если не врут, а за такое время ты бы успел оправдаться или загладить вину, если бы и в самом деле не заслужил порицания.

Элли с наглой усмешкой откинулся назад, затем осмотрелся, приметив нескольких посетителей, которые внимательно смотрели за разгорающейся баталией, и наконец-то ответил:

— Обвинений много. Но одно из первых деяний, за которые я схлопотал первую награду, это пиратство. Грабёж торговых путей и конфискация того, что не моё. Но а что? Надо же как-то выживать в суровом мире, а один жирный хрен мне неплохо отстёгивал за рейды. Тут не спорю, заслужил. Капиталисты никогда не любили тех, кто подрезал их прибыль.

— А остальные? Ходят слухи, что ты террорист номер один, — настойчиво стукнула копытами Шеат по столу, заставив бутылку с виски пролиться. Элли грустно проводил взглядом вытекающий из горлышка алкоголь и вздохнул.

— Ну да. Я был бы обычным рядовым пиратом, если бы не совершил кое-что страшное. Убивать коррупционеров — это о-очень страшное дело, знаете ли. А сейчас наверняка на мой счёт записали ещё и убийство лорда Виррэя. Я прав?

В баре повисла тишина, а Хуром залез под стойку, достав оттуда дробовик и перезарядив его, а посетители напряжённо переглянулись между собой. Лао Джи же издал едкий кашель из-под непрозрачного шлема, привлекая внимание, и указал пальцем в сторону выхода.

— Обсудим всё там. Подальше от посторонних ушей.

— Точно, — Эллинор презрительно хохотнул в сторону болтливых девок, вставая. — А то в помещенни душно. Тут такая жара, что ещё немного — и станешь жареной котлетой под чешуёй.

Шеат смущённо прижала уши:

— Сомброва борода… Нас же вместе с тобой теперь могут схватить!

— Схватить — в лучшем случае, — иронизировала Ренара, но она единственная из всей четвёрки не выглядела сильно испуганной — то ли по своему нашарскому темпераменту, то ли просто плохо осознавала, когда стоило молчать, когда говорить намёками, а когда рубить правду в открытую. Откровенный разговор, во всяком случае, она продолжила, едва успев выйти из «Хлоп копытом». — Мы тут ненадолго совсем, скоро нужно вернуться к Альционе, поэтому поясни быстро, что ты хотел нам рассказать.

— Быстро не получится, — Эллинор скривил пасть и мотнул гребнем. — Но спасибо хотя бы на том, что не сдали меня вертухаям сразу.

— Так ты расскажешь? — в нетерпении спросила Шеат.

— Расскажу. Но быстро не получится, как уже и сообщил. Так что? Отправимся выбирать укромное место? Здесь всё ещё много ушей, — мотнул Эллинор хвостом на вывеску.

Лао Джи просто глянул назад и тяжело вздохнул, но затем пожал плечами и заявил:

— Не то, чтобы нас внимательно слушают сейчас. Достаточно просто отойти на десяток метров от дороги, и можете улаживать свои смертные вопросы.

Элли оглянулся. И в самом деле: пригород Лоррана выглядел пустынным. То ли из-за военного положения, объявленного по телевизору недавно, то ли из-за паники и волнений, охватившей планету, то ли сам по себе город был пустынным. Лишь поднимаемые в воздухе тучи песка да редкие проезжающие автомобили могли как-то помешать, поэтому Эллинор лишь махнул в сторону между двумя низкими домами, где нашёл кем-то выкинутую железную коробку и уселся на неё, сложив лапы вместе.

— Ладно. Начнём с самого начала, где выбора у меня, по сути, и не было, — когда он увидел, что Шеат и Ренара готовы слушать, заявил ящер и закрыл глаза, вспоминая свои первые шаги в новом мире. Он достал из ножен своего меча старую потрёпанную записку и развернул её, пробегаясь по ней глазами и ностальгируя о прошлом.

* * *

Эллинор не помнил точно, как он оказался на космической станции «Сундук Мертвеца». Последние его воспоминания были связаны с далёким миром — Эльсинором. Миром, в честь которого он и получил своё имя. Он защищал один из обелисков мира от разрушения, ведь приведи Кархагор и Мрак свой план в действие, и всё, что Элли защищал — было бы уничтожено. В конечном итоге драко-демон встретился в бою с действующим главой преступной организации «Прилив» — Тангаром. Он оказался на редкость мощным противником, усиленным артефактами, доставшимися ему от Мрака и нирров, и смог смертельно ранить Эллинора в грудь. Однако дракх’кхан последним усилием отрубил тому голову и пал после этого сам замертво. Темнота застелила его взгляд, и следующее воспоминание, которое запомнил разум драко-демона — являлось его попадание на станцию. В руках у него был лишь его меч — Кровавая Гадюка, а перед ним стоял золотистый кобольд, который вручал Эллинору бумажку.

— Ну вот и всё, чешуйка! Конечная. Мне сказали тебя довести до станции, остальное уже твоё дело. Вот бумажка, в которой сказаны дальнейшие инструкции. Если что — тут кое-кто за тобой будет приглядывать. Так что не пропадёшь, дылда. Бывай!

И не успел Эллинор ничего даже спросить, как рогатый коротышка скрылся, как будто его никогда не было. Чёрно-алый лишь открыл бумажку, где он нашёл флешку и краткую инструкцию на дракх’кханском наречии:

«Эллинор,

Ты нужен этому миру. Восстань и вернись. Ты многое пропустил, но ещё больше тебе предстоит выяснить и выучить. Но для начала — явись к местному криминальному лорду — «Звёздное Копьё». Скажи, что тебя прислал «Кецалькоатль». Он всё поймёт и выдаст тебе несколько предметов для адаптации к твоей новой жизни. Я на какое-то время оставлю Онеода рядом, он же должен тебе выдать эту бумажку. В критических ситуациях он обеспечит тебе прикрытие, но я уверен, что твоих навыков и сил хватит, чтобы позаботиться о себе в любой ситуации.

Помни — Звёздное Копьё — Кецалькоатль — Работа. Иди.

Кецалькоатль».

С тех пор Эллинор таскал эту записку с собой везде. Как напоминание о том, кто его вернул к жизни и своих первых шагах. Онеода драко-демон больше не видел, но он и сам прекрасно справился с первой задачей, без него. Вепря найти было несложно — через его сподручных, правда, ввиду незнания общегалактического языка Эллинор смог произнести лишь одно знакомое им слово — «Кецалькоатль», и почему-то его после него пропустили.

«Звёздным копьём» оказался просто молодой и деловитый синекожий мужчина с неплохой такой коллекцией копий и оружия ближнего боя, который встретил Эллинора условно с распростёртыми объятиями. Он сначала предложил надеть на запястье ящера устройство, которое переводило речь дракх’кхана на общегалактический и обратно, а затем усадил его на кресло перед собой, решив объяснить ситуацию.

— Добро пожаловать на станцию «Сундук Мертвеца», гость. Да, Кецалькоатль мне говорил, что он пришлёт кое-кого мне в помощь, но я не думал, что это будет дракх’кхан. Впрочем, я вижу, ты очень плохо знаком с этим миром. Даже странно, что Кецалькоатль тебя решил не готовить совсем, но это не страшно. Будешь лишь делать то, что я тебе скажу, а я тебе дам жильё, оружие, работу, знания. Всё, что ты пожелаешь.

— Но я не то, чтобы хочу работать на какое-то плоскомордое существо, которое неожиданно считает, что раз я пришёл, то должен в ноги упасть… — начал было пререкаться дракх’кхан, но охранники за его спиной ясно намекнули, что либо он работает на них, либо…

— В открытом космосе полно места для таких любителей пререкаться. Эллинор ведь, верно? — улыбнулся коварно Звёздное Копьё, — или ты можешь просто встать и идти. Тебе без знаний и адаптации не выжить в нашем обществе. Поэтому предлагаю начать сотрудничать сейчас.

И Эллинору пришлось согласиться. Ему было некуда идти, мистический Кецалькоатль даже через Онеода не выходил на связь, а без хотя бы элементарных знаний о том, как вызвать лифт и активировать компьютер, жизнь на пиратской станции была обречена на страдания и быструю смерть. Поэтому он начал работать на криминального лорда. Сначала работа была максимально простой — помогать грабить различные суда, убивать всяких работяг и честных людей за долю награды, за добычу, за знания и обучение в новом мире. Так за два года Эллинор получил признание среди пиратов и первую награду за голову. Но он не стал бы самым знаменитым, если бы являлся обычным пиратом, коих миллионы в галактике.

А затем Элли начал задаваться вопросами про Кецалькоатля. К сожалению, его мистический покровитель держался особняком от «Звёздного Копья» и его станции, а единственная зацепка, которая вела к нему, была через ушлого кобольда Онеода, встречу с которым удалось организовать спустя много попыток.

— Ого. Да ты прям вырос, Эллинор. Правда, моя награда за голову все равно пока выше твоей, — и он хитро подмигнул драко-демону.

— А это повод радоваться?

— У нас, у пиратов так принято. Мериться наградами. А потом сравнивать, кто сколько набедокурил! Все равно мы друг друга не можем сдать властям, вот и остаётся лишь сравнивать. Хе-хе! Но все равно Кецалькоатль — гораздо более разыскиваемая личность, поэтому даже у меня нет прямого контакта с ним, что уж говорить про бедолагу по имени Звёздное Копьё, — кобольд, который носил прозвище «Золотой Коготь», усмехнулся.

Элли же задумчиво подвигал гребнем, оценивая сказанное:

— Что? Хочешь сказать, что Кецалькоатль вечно в тени? Если ты меня воспринимаешь, как такого же бедолагу, то я прямо сейчас тебе выпишу щелбан в лоб, — драко-демон сложил лапы на груди, ожидая ответа от Онеода. Ну должен же он хоть что-то знать про эту личность!

И чутьё дракх’кхана не обмануло. Кобольд и в самом деле затих сначала, а затем украдкой пояснил:

— Ладно, чешуйчик. Слухай сюда: здесь ты ничего не найдёшь про Кецалькоатля. Зато я знаю того, кто может нарыть про него какую-нибудь инфу. Его зовут Вепрь. Сделаешь там для него пару услуг, и он тебе поможет. Но если что — я ничего тебе не говорил, окей? Не знаю, на какой ляд тебе этот Кецалькоатль, но если ты прям его хочешь найти, то дерзай! Координаты логова Вепря я тебе подкину.

Так Эллинор получил данные станции «Пасть Акулы», а заодно и отправную точку в своих поисках. Будучи уже известным в пиратских кругах, он довольно быстро привлёк внимание и заслужил личную аудиенцию у Вепря — управляющего станцией «Пасть Акулы». Крупнейшей в арканазийском секторе. Поначалу у ящера возникали вопросы по поводу того, почему эту станцию до сих пор не снесли местные власти, однако довольно скоро он получил ответ: «Пасть Акулы» являлась не просто сборищем пиратов и пиратского отродья, а местом, где местные арканазийские лорды и леди набирали головорезов и наёмников для выполнения грязной работы, а также сами зачастую пользовались услугами пиратов, чтобы устранить конкурентов, а также подпортить репутацию оппонентам. И этим беззастенчиво пользовался Вепрь — очень толстый и неуклюжий, но сказочно богатый человек лет тридцати. Сейчас ему уже за пятьдесят и он уже теряет прежнюю хватку, однако его имя всё ещё гремит в узких кругам и за ширмой.

Часто приходилось работать на арканазийских лордов, при этом вскрывалась их коррумпированная подноготная. Отмывание денег, которые выделяла императрица на развитие сектора, тайные убийства конкурентов, перехват грузовых транспортов, чтобы насолить той или иной гильдии, а один раз даже пришёл заказ на диверсию линейного крейсера Коалиции, который прибыл, чтобы разобраться с разгулом пиратства — со всем этим Эллинору приходилось иметь дело. Разумеется, лорды приплачивали и за молчание их связей с пиратами, поэтому дракх’кхан со временем стал сказочно богат и невероятно известен, а его награда за голову росла в геометрической прогрессии, так что порой даже нельзя было присесть в баре, чтобы не получить косой взгляд от нанятого за ним охотника за головами. Началась разгульная пиратская жизнь — рейды, погони, убийства, отсиживание в барах, наподобие «Хлоп Копытом», где ещё можно было спокойно выпить рюмку крепкого и не устроить перестрелку. И всё по-новой. Именно за счёт пиратской жизни Эллинор стал тем, кем является сейчас — преступным отродьем. Продуктом нынешней эпохи нестабильности и подковёрных политических игр. Так что неудивительно, что, вероятно, даже Альциона захотела использовать Эллинора, как инструмент. А в том, что у бело-синей председательницы были какие-то планы на него, чёрно-алый не сомневался. Это был лишь вопрос контракта и оплаты.

Но возвращаясь к прошлому, Эллинор упомянул, что хоть он и работал на Вепря, но он в ответ попросил своего нового начальника поискать информацию про Кецалькоатля. Однако взамен Вепрь потребовал выполнить последнюю, но самую опасную для него работу. А именно — устранить главу арканазийской планеты Ирреденвар. Лорда Спаркса. Он пользовался услугами наёмников долго, но он отказался платить в нужный момент, и Вепрь принял решение просто устранить его, чтобы показать всем, что с пиратами лучше не шутить. Естественно, убийство хоть и требовалось выполнить безопасно, но необходимо было со временем раскрыть, что оно было совершено именно им, Эллинором.

Дракх’кхан долго готовился к этому делу. Сначала он искал информацию про Спаркса, выяснив, на каком корабле он летает, какие места посещает, какое у него хобби. Требовалось сохранить полное инкогнито, отказаться от своих прошлых привычек и даже в пределах допустимого изменить внешность, чтобы не раскрыться раньше срока. Эллинор, фактически, залезал в логово змей, откуда был очень низкий шанс выбраться.

Проведя над собой несколько временных генетических мутаций, Эллинор затесался в ряды техников космического корабля, на котором летал лорд. Некоторое время поработав в отсеке наладчиком, Эллинор затем спас лорда от им же устроенной тайной диверсии, когда на Спаркса набросился хищный зверь, после чего удостоился стать уже телохранителем арканазийского вельможи. Так он проработал примерно полгода, пока лорд, наконец, не захотел вызвать Эллинора для совместной охоты на Палангее. И тогда дракх’кхан, наконец, решился, отравить еду Спарксу, незаметно впрыснув из клыков яд под видом проверки еды на пригодность. Про эту особенность своего организма Элли никому и никогда не рассказывал, поэтому когда лорд упал с синеющим лицом, драко-демон понял, что покушение успешно, и сбежал. Ему в этом снова помог Онеод, с который он договорился провести самое дерзкое убийство в арканайзийской истории.

Такое преступление уже никто не мог терпеть. Для расследования дела был нанят лучший арканазийский сыщик — Мидориан Вест, который выяснил, что к этому был причастен Эллинор, и затем постепенно он вышел на Вепря. Но по мистической причине его дело не получило никакого развития, так как местные лорды, опасаясь пиратов и наёмников, отказались поддерживать его как финансово, так и силовыми ресурсами. Но сигнал был понят верно — никто не должен нарушать условия сделок.

Так Эллинор получил самую большую награду за голову в новой истории галактики. Пиратство, убийства в больших масштабах, выполнение грязной контрактной работы преступных лордов, диверсия на корабле Коалиции, убийство арканазийского лорда — всё это сделало Эллинора легендарным пиратом, за которого и назначена столь огромная награда, соразмерная опасности его личности и способностям. Поэтому не все заинтересованы в убийстве Эллинора на месте здесь и сейчас, ведь он — профессионал своего дела.

Вепрь же выполнил свою часть сделки и поделился информацией про Кецалькоатля. Однако про него было известно немногое. Фактически, Элли выяснил лишь одно имя и род деятельности — Экзерон, глава «Голов Гидры». Террористической организации, с которой косвенно имел дело Вепрь. Прячет свою личность сильнее, чем Эллинор свою. Поэтому остальное уже было на плечах дракх’кхана — найти и выяснить про организацию больше, вступить в неё, подобраться к Экзерону или Кецалькоатлю ближе и всё уладить… мирно или в поединке.

Эллинор как раз собирался искать возможность вступить в ряды «Голов Гидры», но именно тогда внезапно на станции «Пасть Акулы» оказывается Астамара, и Вепрь даёт Эллинору задание — выяснить, кто она, и остановить её. И по воле судьбы именно эта арканазийская шпионка и являлась отправной точки нового витка его путешествий.

* * *

Закончив свой рассказ, Эллинор подпёр лапой подбородок и кивнул слушателям.

— Однако я не спорю, что я не только преступник, но и политический инструмент в руках тех, кто хочет добиться определённых целей. Например, Альциона. Не думали в этом ключе о ней?

— Согласна, — она нервно дёрнула хвостом. — Работать с тобой, перед этим не оправдав перед своим государством, лицемерно.

— Зато я честен, — драко-демон положил лапу себе на грудь, поглаживая её, — что бы вы ни думали обо мне, теперь вы знаете всё о моей жизни и понимаете, что мой список преступлений больше, чем длина моего члена. И доверять мне или нет — решать вам. Вы можете, конечно, попробовать схватить меня, но я абсолютно уверен, что вам этого не удастся, — и Элли посмотрел на Плаща, который всё так же стоял с безразличным выражением лица, сложив руки на груди.

А Ренара обернулась на Шеат:

— Что принцип Дружбы сказал бы об этом? Прощать его или нет?

Пони же тяжело вздохнула.

— Он… он убийца. Он убивал и грабил честных торговцев, но лишь для того, чтобы выжить. Однако его ли вина на самом деле, что он лишь порождение эпохи раздора и коррупмированности общества? Не свяжись он с бандитами, его бы жизнь сложилась совсем по-другому. Мне сложно принять решение, — принцесса опустила голову в глубокой задумчивости.

Ренара думала не менее тяжело, отклонив уши назад, потом подняла их вместе с бровями, когда она догадалась о чём-то:

— Ты не помнишь, как переместился из Эльсинора на станцию? Что, если ты тоже клон, которого специально создали для себя преступники из того Эллинора, кто остался на родине? В этом случае не уверена, что тебя можно винить за сомнительное начало жизни — тебя специально сделали таким. Но если ты нашёл в себе волю перестать браться за любое грязное деело — тебя, наоборот, надо благодарить за личностный рост не меньший, чем у Светлейшего Мирдала. Наш демиург тоже был создан безвольным орудием в драконьем теле, но переборол и себя, и желания хозяйки. А без Мирдала и Нашар бы не был тем хорошим местом, которое оно сейчас, там продолжали бы убивать ради душ или владеть рабами.

Эллинор же, услышав всё это, изменился в морде. Она стала более суровой и… обречённой?

— Спасибо за правду, — наконец, выдал он, доставая из кармана сигарету, которую «стрельнул» ранее в баре. Он сформировал на кончике когда звёздную искру и зажёг её, делая затяг, и лишь после этого продолжил. — Признаюсь… сам задавался вопросом, а настоящий ли я или всего лишь идеальная копия, сделанная безумным учёным? Я Экзерона знал очень давно. Ещё до своей гибели. И он уже тогда был склонен к обману и чудовищным экспериментам. А что было в период между смертью и встречей со «Звёздным Копьём», я не знаю. Возможно, мне просто стёрли память, чтобы я не распространил лишнюю информацию. А возможно… — Элли тяжело вздохнул, — вы разговариваете сейчас вовсе не с Эллинором, а всего лишь с идеальной копией, которая владеет даже предвидением и звёздным покровом. А настоящий я где-то там… где произошла битва за целый мир. Просто напомню, что я был убит оружием из звёздного металла, которое не оставляет от тебя даже души. Так что… хочу найти Экзерона в том числе и для того, чтобы понять, кто я. Спасибо, что напомнили мне о моём экзистенциальном кризисе.

Драко-демон не смеялся, не улыбался, не подмигивал, как он это любил делать. Лишь холодное и суровое выражение морды встречало драконицу и пони.

— Давай и займёмся этим, — Ренара, внезапно расчувствовавшись, положила Эллинору лапу на плечо. — Нам Экзерон нужен, чтобы он ответил за свои злодеяния, тебе — ради ответов. Так что у нас общий путь, на котором уже не важно, по какую сторону закон.

Драконица посмотрела на Плаща. По его каменному лицу было сложно прочесть эмоции, но по его позе, по его ауре и взгляду было понятно — он стремился защищать Эллинора, куда бы он не пошёл.

Изучив реакцию Лао Джи, драконесса хмыкнула и обернулась на копытную подругу:

— Ну что, поможем драко-демону «одружбомагичиться»?

Однако до того, как Шеат что-то ответила, Элли нахмурился и поднял раскрытую ладонь.

— Ох, не стоит оно того. Я не хочу слушать нотации о том, как плохо убивать и что мне надо принять другую религию. Да и по правде говоря, мой кровавый путь — это не желание, а необходимость. Как только доберёмся до Экзерона и прижмём этого удава к стене, то я сам просто возьму, выкину этот меч куда подальше, — Элли показал на своё оружие в ножнах, — и молча уйду в закат. И больше вы обо мне никогда не услышите. Вам этого недостаточно?

— Эм… ну… — Шеат явно помялась, шаркая копытом, — понимаю. Да, возможно, ты прав. Но чем мы можем тогда помочь тебе?

— Для начала — найти Аркамона. Передать его в добрые лапки Альционы и разойтись. Всё, что я хочу. Остальное уже будет моим личным делом, — категорично заявил Эллинор, сложив лапы на груди и усмехнувшись.

Однако до того, как Эллинору ответили, в разговор вмешался Лао, который поднял указательный палец вверх, привлекая внимание:

— У меня есть информация, где видели Аркамона в последний раз. Он был здесь, на Файрасе, во дворце Дракхартов. Но нас туда не пустят после всех произошедших событий. Однако мы можем поступить иначе.

— Чё? Абракадаброй своей проникнешь, да? — Эллинор поводил раскрытой ладонью перед собой, вспоминая, как манипулировали энергетикой «маги» из одного старого человеческого фильма.

Плащ с некоторым осуждением и недовольством посмотрел на драко-демона, затем тяжело вздохнул и указал в сторону Ренары и Шеат:

— Объясню план, когда останемся наедине. Дамы, вы можете идти, если у вас нет вопросов больше, — сообщил он гостям. Но прежде чем те что-либо сделали, Лао Джи достал из подола плаща, где был небольшой карман, компактное складное зеркальце, которое передал драконице.

— Это для связи со мной. Когда мы закончим с Аркамоном — передайте Альционе то, что мы скажем через него.

Ренара задумчиво открыла зеркальце, выслушивая жреца Хранители, и увидела там просто своё изображение. Пони, не совсем понимая слов Лао Джи, заглянула сама мордой в зеркальце, а затем перевела непонимающий взгляд на человека.

— И каков принцип его работы? Волшебное слово?

— Нет. Оно работает как передатчик, но не нуждается в прямой связи. Зеркало завибрирует, если потребует ответа от вас. Не потеряйте его, — предупредил их Лао Джи и затем сделал небольшой поклон дамам, прощаясь с ними. Но Ренара уходить не желала:

— Останемся вас проконтролировать. Вдруг вы смоетесь в закат гораздо раньше, и на вызовы не станете отвечать? Да и помочь, возможно, у нас вам получится. Шеат особенно. Мы нигде не замешаны, а она принцесса и может выдать себя за посла.

Лао Джи несколько подозрительно хмыкнул, а Элли напрягся.

— Вы хотите нас удержать и заставить ответить перед законом? — сопровождающий драко-демона человек говорил нейтрально, однако очень уверенно, — я совершенно чист. А что до Эллинора: я за него поручился своей душой. И к тому же, я для того и даю вам зеркальце, чтобы иметь с нами связь всегда. Просто назовите имя того, с кем хотите связаться, и мы ответим. Зачем вам наше непосредственное присутствие?

— Закон вы уже нарушили давно, и мы, как видите, вас не сдали, — Ренара накрыла спину Шеат крылом. — Нас интересует совесть, а не закон. Будет ли настоящий вред от вашего плана или не будет.

Плащ же переглянулся с Эллинором, словно спрашивая. Тот кивнул.

— В наших же интересах не раскрываться и не убивать без крайней нужды. Мы наоборот — спасатели, а не убийцы, — заключил человек в бронекостюме.

— Тогда объясните план. Если он хорош и мы в нём помешаем, то мы займёмся другими делами, — Ренара упрямилась.

— Хех… да тебя не пронять. Но скажу так — мы собираемся и в самом деле сделать не совсем легальную вещь, — заключил Лао Джи тихим голосом, оглянувшись вокруг и убедившись, что никто больше не подслушивает, — большая часть информации, которую мы хотим проверить про Аркамона, находится в закрытом доступе. Эллинор — хороший взломщик, это у него в крови. Так что, надеюсь, намёк понятен.

— Да, тут мы вам уже вряд ли поможем, — Ренара, как ни странно, легко отступилась, узнав этот факт о предстоящей миссии. — Тогда удачи вам и не попасться за то, за что не справедливо.

- Бывайте. И привет Альционе, - помахал им лапой Эллинор напоследок. И когда те двое удалились, к нему неожиданно обратился Лао Джи, хоть и мысленно.

"Эллинор. Ты же недавно разговаривал с Владычицей. Неужели ты все ещё сомневаешься в собственной реальности после личной встречи с Палантайрой?"

"Дорогой друг Лао..." - Эллинор вздохнул иподпёр ладонью щёку, переведя взгляд на жреца Хранителя, - "Я всё понимаю и я хочу поверить ей, но... я её увидел лишь в первый раз за... сколько-то там лет! И то, что моя мать - это могущественная сущность, от одного имени которого трепещут, вызывает больше вопросов, чем ответов. Почему она меня сразу не нашла и не забрала? Почему только сейчас? Почему она позволила мне умереть, если она могла спасти меня? И точно ли она моя мать?"

Плащ промолчал. Видимо, аргументы его собеседника были железными, хотя он все равно был удивлён. Тем, что Эллинор так легко мог оспорить то, что говорила сама Владычица.

"Что ж... что именно тогда будет способно развеять твои сомнения?" - неожиданно спросил его Лао Джи. драко-демон лишь развёл свободной лапой.

"Слова того, кому можно доверять."

"Очень хорошо. Тогда... попробуй как-нибудь задать этот вопрос Альционе. Я уверен, она сможет тебя убедить," - посоветовал ящеру жрец, невозмутимо потирая локти ладонями. Элли же, даже не раскрывая рот, вздохнул через нос.

"Альциона, Альциона... как будто все звёзды на ней сходятся. Кто же ты такая?"

Однако Плащ даже не ответил на этот вопрос. Или же он не знал точного ответа.

Глава 11: Сила Справедливости

Нара и Вилмир приняли решение разделиться. Пока дарканец занимался взломом подсистем Палангейской крепости «Властелин», Нара отправилась встречать лорда Селигера лично. Лезвие из звёздного металла сверкало от насытившей её энергии, а на шее блестел кулон — то, что помогало поддерживать связь с возлюбленным и помогало чувствовать то, что ощущал Вилмир. Как и наоборот.

«Одно прикосновение — и я снова вернусь к тебе. Я не позволю тебе снова быть на острие атаки. Пусть за тебя сражается та, кто всю жизнь к этому готовилась,» — думала энн’ниррка, находясь уже в доках космопорта, в то время как Вилмир, пробравшись по вентиляционным системам к серверной, отключал систему охраны.

«Перехватил сигнал, — Вилмир сказал ей тем временем по ментальной связи, — из него выходит, что Селигер и есть Экзерон».

Нара прищурилась. Кажется, они нашли цель.

— Во имя Света… я так и подозревала. Тогда я думаю, бой с ним будет коротким, — Нара нащупала рукоять клинка под мантией и задумчиво оглядела все стоявшие корабли в доке. Интересно, на борт которого сядет Селигер? Или его судно спрятано ото всех, он всё же глава разведки? Как бы то ни было, он мог предусмотреть все варианты, и недооценивать хитрость этого типа не стоит.

Посреди всего этого хаоса арканазийцев, механизмов, обилия трапов и коробок, которые перевозили по космопорту, Нара неожиданно уловила ещё одно мысленное послание, но не из кулона, а прямо в голову. Голос незнакомый, однако Нара ясно уловила энергетику сородича, что заставило её на миг осесть в удивлении.

«Энн’нирр! Во имя Эннары, не ожидала, что почувствую в этом ужасающем месте родную душу. Мне нужна твоя помощь. Твой долг — прийти и оказать поддержку в поимке опасного преступника.»

Нара занервничала. Она уже очень давно не встречалась с настоящими сородичами-ниррами, и потому несколько секунд она помедлила, прежде чем собраться с мыслями и передать так же мысленно ответ:

«Кто ты? Ты ловишь Экзерона, верно? Какого рода помощь тебе нужна?» — Нара тяжело вздохнула, находясь под пристальным взором двух охранников, которые медленно к ней приближались для сверки документов и досмотра. Вовремя. Пришлось сделать вид, что копаешься в подолах мантии в поисках бумаг.

«Подробности моего задания тебе знать не нужно. Меня зовут Сайтанора, и я жрица той, кто дарует нам свет и исцеление. Пройди в нижний уровень, где находятся силовики и охранники. Не волнуйся, что тебя не пустят туда сразу. Скоро…»

Голос неожиданно оборвался. А затем пол задрожал, так что даже охранники, которые уже ждали, пока Нара протянет им документы, замешкались.

— Мать Арканайза! Это что за грохот? — спросили они друг у друга. А затем в доках внезапно поднялась тревога и разревелась сирена:

— Внимание всему персоналу! Объявлен красный уроень тревоги. Вторжение и нарушение целостности сектора тех.обслуживания. Всем гражданским — эвакуироваться. Всему персоналу станции — действовать по защитному протоколу номер пять. Это не учебная тревога.

Пол снова тряхнуло, но на сей раз слабее.

— Вы слышали. Вам лучше улетать отсюда. Мы разберёмся. Во имя Арканайзы! — один из охранников крикнул энн’ниррке, после чего они оба позабыли о Наре, спешно двигаясь в сторону главного выхода из доков. Посвящённая нирров лишь улыбнулась уголками пасти, решив, что это её шанс, и тут же смешалась с бушующей толпой, пробивая себе путь вперёд, пользуясь нарастающей паникой и эвакуацией гостей:

— Я двигаюсь. Думаю, я знаю, где Экзерон, — только и сообщила она Вилмиру, который тоже озадачился тряской, но быстро понял, что ситуация внештатная и тоже приступил активно ко взлому.

* * *

А началось всё с долгого допроса секретаршей-арас’энном оказавшиеся за решёткой двоих подозрительных гостей станции — ящера с планеты Хазарес Сайтаноры и «байкера» Ворона. Точнее, с момента, когда эти трое остались без свидетелей. Белошёрстая арас’энн, хитро улыбаясь, прижалась плечом к стене камеры временного заключения, положив одну руку на бедро:

— Поговорим теперь прямо, — она бросила лениво взгляд в сторону двери, где пару минут назад скрылись арканазийские энергетики, — думаете, я вас не узнала, не почуяла? Отсутствие всяких мыслей от существ вроде вас может означать только две вещи: либо вы знаете, как ограждать свой разум от подобного, либо же вы просто марионетки, исполняющие волю ваших хозяев. Какую версию примем за настоящую, красавцы?

Ворон рассмеялся, прижав руку к животу, и покачал головой:

— Ну ты и чувырла! Я, конечно, в курсе, что ты предала нас давным давно, но так рано с тобой встретиться не ожидал. Ваша компашка предателей во главе с «Демоном Эльсинора» и одноглазой каргой уже давно напрашивается на раздачу шишек.

Вторая ничего не отвечала. Она просто глянула взглядом на белую сергалку, и её взгляд не выражал ничего, кроме решительности и презрения.

— Предательница, — наконец она указала пальцем через решётку на секретаршу, — и какого же тебе жить без своего Хранителя, Клепсидра Лованд?

— Ох, умоляю. Я это имя уже давно не использую, хотя и ожидала, что вы меня так назовёте, — арас’эннка вытянула ладонь вбок, и в ней из звёздной энергии материализовался золотой жезл с ярким сапфиром на его конце, — но вы же не будете сражаться прямо здесь и сейчас? Это нарушит вашу маскировку. К тому же, вы боитесь вмешательства более старших сил, не так ли? Я знала, что Владычица пошлёт «Теней Эльсинора», но…

— Мы не тени, чёрт тебя побрал бы! — сплюнул на пол Ворон и затем сжал прутья решётки, — думаешь, что мы не станем сражаться только лишь потому, что у нас пока не было планов охотиться именно за тобой? Думаешь, эти прутья нас удержат?

— Ох… вот для этого я и здесь, — покачала головой та, которую назвали Клепсидрой, после чего она нарисовала жезлом в воздухе круг, — но думаю, вы правы. Вас стоит убить тайно. Обоих.

Сайтанора посмотрела куда-то наверх, закрыв глаза, но этот жест не остался без внимания контролировавшего их существа.

— Ох, ну надо же! Вы пытаетесь вызвать подмогу. Но не волнуйтесь, ваш крик в космосе никто не услышит, — хотела было сказать секретарша и она попыталась тут же коснуться жезлом руки Ворона... но Сайтананора внезапно проявила и распахнула белые энергетические крылья, выдав, что она энн’ниррка, а не хазар.

За один шаг Сайтанора преодолела расстояние от стены до решётки и ударом ладони выбила её, впечатав вместе с ней Клепсидру к стене. А затем, схватив ту за горло, усиленным энергетикой ударом швырнула её в пол, проломив в нём дыру, отправившись вместе с ней в полёт к нижним уровням станции.

«Ворон — за Селигером! Предательницу я беру на себя», — рявкнула Сайтанора мысленно коллеге, и тот сразу же выскочил из помещения, приступив к основному заданию.

Ниррка же вместе с Клепсидрой оказались на техническом уровне, что был полностью усеян трубами, различными механизмами, панелями, компьютерами, роботами и техниками, которые, услышав грохот падающих с потолка плит, тут же разбежались, услышав шум драки, кто-то дёрнул рубильник тревоги. Сайтанора впечатала противницу мордой в пол, но удар, который должен был превратить череп в фарш, не нанёс никакого вреда Клепсидре. Её голова распалась на звёздную пыль, на миг оголив голубоватые кости, и она в таком виде высвободилась из хватки энн’ниррки, материализовавшись обратно в паре метров от той и одним движением коснувшись её концом жезла.

— Мрак пространства… — скомандовала она, и они обе внезапно оказались в пустоте, окружённые лишь вакуумом. Ни воздуха, ни гравитации, ни света. Однако Сайтанора сжала зубы, зажмурившись, и успела за миг до этого окружить себя аурой, уплотнив её собственной силой — гравитационными волнами.

«Как забавно… из всех жрецов, с которыми я могла встретиться, мне попалась именно та, которая может сражаться со мной в полном вакууме», — мысленно передала Сайтаноре в голову своё искреннее удивление Клепсидра, отлетая от той на пару метров назад и опуская жезл.

«Свет нашей Хранительницы пробьётся даже здесь, предательница. И нет, мы не Тени Эльсинора. Мы избранники самой Эннары, прошедшие особую подготовку. Чтобы быть карающим клинком в её руках, несущим возмездие таким, как ты», — Сайтанора даже не повела и ухом, пытаясь удержать гравитационную ауру вокруг себя. А затем она резко толкнула силой вперёд и взмахнула когтями, которые покрылись аурой звёздного покрова. Она с невиданной силой схватила Клепсидру за левую ладонь и резко сжала её, но сломать не смогла — та успела защититься собственным покровом, а в следующую секунду ударила ногой в бок энн’ниррку, но та успела отскочить назад:

«Очень хорошо. Я могу с тобой вообще не драться. Просто интересно посмотреть, сколько ты сможешь без воздуха протянуть. Ты можешь защитить себя от отсутствия давления. Можешь управлять телом в пространстве без гравитации. Но дышать всем живым существам надо. Не так ли?» — Клепсидра улыбнулась одними уголками губ, явно предвкушая, как её противница начнёт умолять отпустить их из пространства, которое создал её жезл. Пространства, где не слышны никакие крики, звуки, никто не придёт на помощь, ибо её жезл создавал вокруг них отдельную мини-сферу, в которую так просто не попасть.

Серая ниррка же осуждающе глянула на колдунью и сжала кулаки, которые тут же засветились от сконцентрировавшейся на них сжатой звёздной энергии.

«Клепсидра… Мне жаль, что нам не довелось встретиться раньше. Но я сочту за честь продемонстрировать моей Хранительнице твою голову», — таков был ответ суровой жрицы. От прежнего образа скромной и растерянной фермерши, которую Сайтанора демонстрировала вначале, не осталось и следа. Её сероватая, слегка голубоватая чешуя, тускло отражала блики от её светящихся кулаков, а на морде не проступало ни эмоции. Только сухая уверенность.

Арас’энка бережно погладила себя по груди и затем улыбнулась сопернице, отвечая ей:

«Клепсидра? Всё же давно меня так никто не звал. Но неожиданно приятно, что вы меня помните. Я не говорила тебе, что ты пытаешься выловить слишком зубастую рыбу? Ты сражаешься со мной на моих же условиях и в моём… чуть не сказала «дворце». Привычка».

«Это неважно. Даже если мне не суждено будет тебя победить, ты не увидишь меня ползающей на коленях», — оскалилась беззвучно жрица Эннары и атаковала вновь. Её тело двигалось в абсолютном вакууме, пока силы её Хранительницы позволяли управлять гравитацией и создавать её энергетикой, но запас сил понемногу уходил. Клепсидра, заметив такое, и в самом деле не сражалась даже, а просто вертелась, уворачиваясь от атак соперницы, то подставляя покрытые звёздным покровом одежды, которые то мерцали звёздами на поверхности, то и вовсе начинали светиться золотым светом.

«Ух… жрица самой Эннары. Не помню тебя раньше, но вы когда-то мне доставили очень много неприятностей. Такая уверенность была свойственна мне лишь в самом начале моей жизни, ящерица!» — Клепсидра словно бы насмехалась над попытками Сайтаноры достать до неё, но в какой-то момент ниррка сложила обе ладони вместе, и с них сорвался луч звёздной энергии, попав той прямо в морду. На пару секунд Сайтанора увидела голый сергалий череп, который тут же покрылся звёздной пылью вновь, восстанавливая белую плоть обратно:

«И что ты мне сделаешь? Ты можешь сколь угодно долго меня бить! Но без вашего оружия пытаться одолеть не получится. Ты обречена умереть здесь. В одиночестве, в пустоте, без помощи и веры. Твоя Эннара не вмешается и не поможет тебе», — потерев сросшуюся обратно морду, заключила сергалка и наставила на Сайтанору вновь жезл.

Энн’ниррка замерла, наклонив голову набок. Взгляд её уже туманился, сохранять концентрацию в полном вакууме было сложно, в горле пересыхало, а лёгкие уже сжимались, требуя кислород, но сила её веры, а также подготовка, отличающаяся даже от той, которую проходили Тени Эльсинора — скрытые убийцы Палантайры, помогали ей выживать даже в таких условиях. Наверное, она была единственной из всех жрецов, которая могла достойно сражаться даже в космосе:

«Думаешь, я чувствую отчаяние и страх? Нет, только жалость к тебе. За что ты сражаешься? За Экзерона, который продал всех, кого только мог, как и ты? За Атакаму, которая истребила многих наших сородичей и самолично погубила нашего Отца? За проклятого Хранителя Даггоната?» — Сайтанора, двигая себя гравитационными волнами, начала описывать круги вокруг противницы, высматривая слабости в обороне Клепсидры. Времени оставалось всё меньше и меньше, поэтому она хотела одним решительным действием всё закончить.

«Какая прелесть… Тебе меня жалко, — если бы сергалка могла сейчас рассмеяться вслух... но она только скорчилась от мыслей Сайтаноры, сохранила самообладание и крепче сжала жезл, — впрочем, ты мне напоминаешь Атакаму. Такая же упрямая и живучая».

Последние мысли прозвучали раздражённо, и Сайтанора, приподняв чешуйчатые надбровные дуги, вновь попыталась накинуться на бывшую Клепсидру с когтями, но та успешно отбивала все атаки, а один из ответных ударов прямо в грудь заставил даже хрустнуть рёбрами и едва не выбил весь воздух из лёгких. Если бы в вакууме были слышны звуки, Сайтанора бы не сдержала стона. Повезло, что её одежда была соткана из волокон звёздного металла. Она защищала от жара звёздного покрова, а также от различных рубящих и атак, основанных на энергетике. Но банально удар кулаком в грудь, особенно от такого могучего соперника, мог сломать кости.

Только сейчас Сайтанора поняла, что Клепсидра не позволяет ей касаться жезла. Возможно, в этом разгадка её способности лежит.

«Атакаму, которая тебя уже заставила пожалеть о содеянном? Я не знаю, что ты испытала в прошлом, но у тебя остались какие-то сомнения в душе, верно?» — ниррка вновь замерла, восстанавливая неподвижность в пространстве держась одной ладонью за сердце.

«Нет, как и в том, что, когда ты замолкнешь навсегда, я заточу твою душу. С ней мои возможности станут шире», — усмехнулась Клепсидра и решила не ждать, пока Сайтанора окончательно выдохнется. Энн’ниррка перехватила руку предательницы за запястье, сжав её и попыталась отнять жезл, но получила удар прямо по морде, и сергалка утопила когти глубже прямо под челюсть Сайтаноре, пуская той кровь, пользуясь тем, что она была не скрыта тканью. Та, контактируя с вакуумом, сразу начала испаряться, пузырясь, но жрица Эннары из последних сил, приоткрыв рот в беззвучном крике боли, выбила жезл из хватки противницы гравитационной вспышкой и затем, схватив когтями сверкающий камень на артефакте, разъединила его с оправой под возмущённый взгляд сергалки. Чернота стала быстро отступать, и обе соперницы опустились на пол станции, среди обломков труб и плит, а Сайтанора судорожно задышала, моргая своими покрасневшими глазами, пытаясь подняться на своих дрожащих ногах и руках.

Но Клепсидра пришла в себя раньше, и заметив, что ниррка смогла разгадать её способность, решила не медлить:

— Это ничего не значит, если ты будешь мертва. Прощай, — схватив одной рукой обломок трубы и покрыв его золотым звёздным поровом, та прыгнула к всё ещё приходившей в себя жрице, намереваясь просто пронзить ту. Но её планам не суждено было сбыться. Из темноты вынырнула синяя тень, которая со свистом рассекла воздух и отрубила той руку, что держала занесённую над головой трубу, и та с грохотом покатилась по полу, а рядом с ней приземлилась сама Нара, наставив на Айрэс-Клепсидру мачете из звёздного металла.

— Ты вовремя… — порадовавшись своевременному вмешательству сородича, улыбнулась Наре Сайтанора, поднимаясь на лапы, — это Клепсидра. Предательница. Она очень опасна и ненавидит нас.

— Я… я не боюсь её, — чуть помедлив, ответила той Нара, заметив, что та ранена и без оружия сейчас. Помедлив секунду, та протянула мачете Сайтаноре, слегка поклонившись, — возьми.

Но серая ниррка, держась одной ладонью за рану под челюстью, нахмурилась и хвостом щёлкнула по полу, подняв вторую руку над головой.

— У меня есть. И я, наконец-то, его достану, — Сайтанора сделала лёгкий пас ладонью, и сверху через дыру в потолке уровня полетели вилы, которые та ловко перехватила в воздухе, обхватив их затем на манер копья.

— Вилы? У вас довольно извращённые вкусы, нирры. Впрочем, ты зря сюда пришла, — последнюю фразу бывшая Клепсидра бросила уже Наре, — ты умрёшь ещё быстрее.

Место, где её рука была отрублена по локоть, начала медленно обрастать звёздной пылью и принимать форму той конечности, которую противница только что потеряла. Завершив восстановление, та подвигала вновь отросшей конечностью и покачала головой:

— Повезло, что это была не настоящая рука. Когда-то такие же нирры, как и вы, лишили меня её, и теперь это лишь управляемый мыслью придаток из материи… но зато теперь есть возможность отплатить вам сполна за эту рану, — и Клепсидра резко двинулась вперёд, пытаясь схватить Нару.

«Какая она быс…» — не успела даже двинуться вбок ниррка, как её тут же сжали за горло, а звёздный покров стал опалять её кожу. Но к счастью, эта пытка продлилась лишь миг, и молниеносной атакой вилами Сайтанора заставила предательницу распасться на звёздную пыль, чтобы избежать серии атак, которую та усиливала гравитацией. Клепсидра материализовалась за спинами жрицы Эннары и попыталась выдрать той кожистые крылья, но серая ниррка обернулась назад и ударила древком своего оружия в бок, откинув соперницу на пару метров от себя.

— Вилы — оружие, над которым смеются ровно до тех пор, пока ты не увидишь себя насаженной на них, — спокойно произнесла Сайтанора, вставая в боевую стойку. С её шеи и челюсти капала тёмно-синяя кровь, но это жрицу нисколько не волновало. Всё её внимание было переключено на соперницу.

— Ну надо же… думаешь, если ты получила звёздный металл, то… — договорить Клепсидра не успела. Сайтанора внезапно вся загорелась золотым светом и скользила с такой скоростью к противнице, что Нара лишь видела золотой луч, который наносил один удар за другим вилами, возвращаясь на место и совершая затем новый выпад. Стена за спиной сергалки начала деформироваться от частых ударов, а сама она превратилась будто бы в месиво из космической пыли и обломков металла и композитов.

Нара, наблюдая, невольно припала на одно колено, поражаясь способностям жрицы. Воистину, только самые преданные последователи могли получить способности, соответствующие тем, которыми обладали герои древних времён, и она даже не сомневалась, что Клепсидра после такой серии ударов просто рассыплется и больше никогда не соберётся. Однако, когда Сайтанора остановилась и устало вонзила вилы в пол, оперевшись о них, как шест, это «месиво» из пыли, металла и светящихся искр начало собираться вновь в форму арас’энна.

— Ох. Я погляжу, твоё тело не выдерживает. Гравитация вызывает сильнейшие перегрузки, — выявив причину, почему жрица Эннары остановилась, заключила с притворным сожалением Айрэс, скорчив кислую мину на морде. Кивнув союзнице Сайтаноры, «секретарша» спросила её: — Как жаль, что ты не можешь не только убить меня, но и защитить ту, кого ты призвала. Как тебя зовут хоть, смертная? Хоть узнаю, чья душа будет сегодня поглощена.

Нара не шелохнулась, подняв мачете на уровень груди:

— Зан’Нара Блэйз. Продавец Справедливости, — она не мигала.

Клепсидра расхохоталась — наконец-то вслух:

— Справедливости? Что такое это ваша справедливость? Покорять чужие дома, называя их своими, брать смертные души в рабство, заключать их в камни, используя затем в оружии. Это вы называете справедливостью? Или же у тебя своя интерпретация, Зан’Нара? — «секратарша» даже на какой-то миг замолкла, задумавшись.

Нара не шелохнулась, а затем хотела было сделать шаг к врагу, но её тут же остановили.

— Не подходи… она убьёт тебя, даже не моргнув. Ты даже не представляешь, кто перед тобой, — предупредила ту Сайтанора, неуклюже поднимая вновь вилы и выставляя их перед собой, — но если придётся, я защищу тебя даже ценой своей жизни.

Нара медленно положила ладонь на оружие Сайтаноры и плавно опустила его вниз:

— Не надо… я знаю, что делаю. Может, её и не настигает наша сила, но от справедливости никому не уйти, — к удивлению обоих слушательниц, Нара выглядела серьёзной. Она подняла мачете и указала его концом на Клепсидре. — Справедливое возмездие настигнет тебя, злодейка! За каждую каплю пущенной нашей крови и всех тех…

Нара вновь не успела даже договорить. Она почувствовала, как за её спиной из звёздной пыли собирается сергалка, практически буквально телепортируясь. Она дёрнулась вбок, но что-то горячее впилось ей в бедро, заставив зашипеть от боли. Это оказался новый обломок трубы, который Клепсидра притянула в руку и покрыла звёздной тканью мироздания. Нара попыталась отбить этот удар, но когда она коснулась светящейся золотым светом плоти соперницы, её звёздный покров плавно исчез и рассыпался, будто его и не было:

— Ох, мне тебя вдвойне жаль, Нара. Ты веришь в справедливость, хотя должна знать, что её нет, кроме той, что вершат сильнейшие, — ладонь, сжимающая обломок светящегося звёздами металла, начала глубже вгонять импровизированное оружие в плоть ниррки, заставляя ту кричать, — ты даже не помнишь, что более слабый покров подавляется сильным. Передо мной ты слаба. О какой справедливости может идти тогда речь, энн’ниррка?

В ход их беседы вмешалась Сайтанора. Собравшись с силами и преодолевая боль, та вонзила вилы прямо в горло сергалке, на что та отшатнулась и таки отпустила раненую Нару. Как ни странно, но на этот раз она не рассыпалась на пыль, а из её ран полилась густая багровая кровь.

— Это звёздная плоть, которая может обращаться пылью и собираться обратно… не настоящее тело, — пояснила поражённой Наре сородич, вставая между ней и Клепсидрой, — но что-то сейчас случилось. Потеряла хватку?

Вытянув ладонь вбок, Сайтанора притянула себе жезл и вытащенный оттуда камень, однако оба предмета были перехвачены прямо в воздухе Клепсидрой, которая недовольно взглянула на жрицу, закрывая рану на шее:

— Брать чужое… нехорошо, — выдохнув в два присеста сказала она, и её голос в этот момент неожиданно показался усталым. Нара хотела было ринуться и нанести ей удар, но рана в бедре слишком сильно болела, поэтому дело было за её новой союзницей. Сайтанора сжала зубы и, ускорив себя в последний раз, пронзила вилами плоть сергалки, пригвоздив её к стене, и попыталась вырвать оба артефакта из её рук. Но та притянула осколки металла в воздух одним движением и пасом ладони вонзила их в плоть Сайтаноры, в те места, где одежда не прикрывала её серую плоть. Та зарычала, её хватка ослабла, и энн’ниррка припала на землю, но напоследок вонзила ещё раз вилы в живот Клепсидре, на что та отшатнулась, явно удивляясь подобному удару.

— Что… вы сделали со мной, твари? Мои силы меня словно не слушаются, реагируют с запозданием! Вы становитесь проблемой. Но сейчас это не столь важно… — недовольно нахмурилась раненая сергалка и, взявшись за свой жезл, вставила камень обратно. — Ещё увидимся, нирры. Мрак поглотит ваши души, — совершенно серьёзно заявила она и взмахнула жезлом, постепенно распадаясь на звёздную пыль. Сайтанора яростно закричала и попыталась пронзить исчезающий в воздухе силуэт Клепсидры, но опоздала. Облако сверкающих искр поднялось вверх и исчезло в потолке, оставив обеих ниррок приходить в себя после схватки. Сайтанора, держась за вилы, как за трость, медленно подошла к Наре и взглянула на её рану:

— Это серьёзная травма, но нанесено не нашим оружием. Но… что ты сделала с Клепсидрой? Она именно после тебя внезапно начала терять способности и реагировать медленнее, — поинтересовалась жрица Эннары, доставая из подолов одежды бутыль с гелем и намазывая его на рану боевой подруги, заставляя ту с шипением и неприятным зудом затягиваться.

— Я… сама не уверена, как оно должно было работать. Я просто очень захотела справедливого возмездия этой твари. Я же Продавец Справедливости. Но, кажется, я начала понимать, как оно работает. С кем мы имели дело? — Нара не шевелилась, пока Сайтанора обрабатывала ей рану, будучи сама истекая кровью из множества порезов и шеи. Такая самоотверженность жрицы и восхищала, и пугала одновременно.

— Клепсидра Лованд. Я много про неё не знаю, но раньше она была такой же, как и мы. Жрицей Хранителя, который был убит много циклов назад. Она предала наши идеалы и веру и объединилась с нашими врагами, чтобы уничтожить всех нас. Её тело — это элементальная звёздная пыль, в то время, как сама она уже давно не является живым существом. Если она успевает реагировать, а с предвидением это довольно просто, то поразить её становится сложно. Грубо говоря, пока она летает в виде «облака», она неуязвима.

— Мне удалось ей отрубить руку и при этом особым нашим оружием, — Нара, почувствовав, что боль от раны постепенно уходит, медленно поднялась и показала мачете Сайтаноре, — но она приросла обратно, хотя это должно было отрубить ей часть сущности.

Серая ниррка же тяжело вздохнула и убрала опустевшую бутыль с заживляющей жидкостью обратно в карман своей одежды.

— Ты невнимательно слушала, сестра. Ты отрубила Клепсидре не руку, а то, чем она заменила её. Это как кибернетический имплант, протез. Моё оружие смогло нанести ей урон, но сил преследовать её уже не осталось. Придётся отступить.

— Ясно… я не ожидала, что придётся сражаться с таким могучим соперником. Во имя Эннары, я испугалась даже, что погибну, — лазурная даже вздрогнула, вновь прокручивая в голове сцену, когда Клепсидра неотвратимо наносила Наре удар, даже когда она знала о нём. Слишком быстрой была противница.

— В галактике таких полно. Существуют даже те, которые способны выдержать даже натиск Хранителя. Например, Атакама. О ней не слышно уже много столетий, но если ты её когда-то увидишь или почувствуешь, лучше беги и не сражайся, — Сайтанора стала внезапно мрачной, а затем тяжело вздохнула, вновь опираясь обеими ладонями о вилы, которые сейчас напоминали скорее трезубец, нежели крестьянский инвентарь.

Нара внезапно вспомнила сцену на Энн’Тиере, где слуги Экзерона выдавали себя за дракх’кханов, являясь киборгами. И одним из них так и представлялся.

— Атакама? Она… я видела её у Экзерона. У того, кого мы преследуем.

— Это была не она, а всего лишь душа с копией её сознания и внешности. Но это вызывает тревогу. Надеюсь, Ворону не придётся с ней иметь дела. Вся надежда на него теперь, — Сайтанора подняла голову к дыре, куда влетела Клепсидра, но ничего больше не сказала.

Нара же глянула туда, куда был обращён взор сородича, и затем уверенно сжала рукоять мачете:

— Я помогу вам с Экзероном, — заявила лазурная, на что встретила усталый взгляд покрасневших глаз жрицы Эннары.

— Ворон с ним разберётся. Мы едва справились с предательницей, но Экзерон намного хитрее и опаснее. Я чую, что он расставил на пути ещё кучу ловушек, в которые мы рискуем попасть.

— Ясно… — Нара опустила своё оружие и затем одним движением убрала его за пояс, поправив подол своей скомкавшейся робы, собираясь прощаться, — пусть Эннара озарит ваш путь к победе.

— Не торопись, сестра! — внезапно прервала её Сайтанора, жестом дав понять подождать, — у тебя… довольно интересная способность, которой мы остановили предательницу. Справедливость. Не хочешь отправиться со мной? Возможно, Палантайра заинтересуется тобой.

Нара вздрогнула, почувствовав, как будто что-то за ней начало пристально наблюдать. Мурашки проникали под кожу, её кости начало ломить, а ощущение присутствия незримого и всеобъемлющего только нарастало.

— Нет. Я пока не готова, — наконец, сказала она, опомнившись после произношения этого имени, — когда придёт время, я сама к ней приду. Но пока пусть будет так, сестра, — небольшим поклоном Сайтаноре ответила Нара и, не дожидаясь ответной реакции, взялась за кулон на шее, тут же телепортировавшись.

Серая ниррка же, проводила взглядом сородича и затем, глянув на дыру в потолке, использовала гравитационную воронку, чтобы подпрыгнуть и подтянуться, скрывшись из виду. К уровню уже вовсю подходили охранники, и задерживаться здесь означало нажить им кучу новых проблем.

Глава 12: Переговоры в техническом тупике

Астамара и лорд Селигер спускались по лифту на технические уровни. Это несколько удивило синевласую женщину, учитывая, что космопорт находился на верхних. Ладонь то и дело норовила обхватывать рукоять пистолета, что находился в кармане, но агент себя сдерживала. Пока никаких распоряжений касательно того, что делать с Экзероном, не поступало, и она надеялась, что как только лифт остановится, их встретит отряд ордена Рэйдена или Аль’Хаар с Даудом, чтобы арестовать террориста.

Но пока лифт ехал, у них обоих было пару минут обсудить детали.

— Лорд Селигер. Позволите небольшой вопрос? — осторожно спросила у арканайзийского самозванца Астамара. Тот медленно снял цилиндр и обернулся к ней, кивая и улыбаясь:

— Конечно. Для той, кто так преданно служила нашему правому делу столько лет, сколько угодно.

— Почему я должна была шпионить за вашей же организацией? Какой в этом был смысл?

Лорд Селигер опустил взгляд к телефону, слегка выпиравшему из кармана Астамары:

— Всё это было сделано для того, чтобы тайно завербовать тебя в наши ряды. Ты же ведь не только шпионила для меня, но и выполняла работу, чтобы не сдать себя. Ты смогла так легко сбежать из «голов гидры» в том числе и потому, что я позволил тебе. Я привёл тебя на Файрас, чтобы показать технологии нирров, частичку их культуры и рассказать тебе об их наследии, которое я хочу заполучить. Всё это не случайность. Ты — одна из важнейших фигур в моей игре, Астамара. Но всё рассказать я смогу лишь тогда, когда прибудем на мою базу.

Экзерон так уверенно себя вёл, будто он знал, что уйдёт живым со звёздной станции. Но, с другой стороны, Астамаре это пока было на руку: он не знал о готовящейся ловушке от возглавляемой им же разведки.

— Пусть Хранители нам в этом помогут, — слегка поклонилась Астамара, — но почему мы тогда спускаемся вниз по лифту, на технические уровни, когда космопорт находится на верхних?

Селигер посерьёзнел. Астамара невольно потянулась рукой к пистолету, но остановилась на полпути — успеет ли она его достать, если Экзерон внезапно решит напасть?

— Астамара, — он вздохнул, — неужели ты думаешь, что после того, как я раскрылся, меня не попытаются схватить? Я даже не про смертных, которые не особо мне помешают. На нижнем отсеке находится мой резервный корабль. И да, можешь даже не браться за пистолет: он мне ничего не сделает. Недоверие ко мне — это естественное следствие слухов, что распускают обо мне. Однако…

Лифт внезапно тряхнуло. Свет на пару секунд погас и тут же зажёгся вновь, но этого времени хватило, чтобы шпионка резко выхватила пистолет и наставила его на лорда Селигера.

— Что бы ты ни замыслил, ты арестован! — твёрдо и с угрозой произнесла она, щёлкая предохранителем, — как только лифт остановится, я передам тебя в руки ордену Рэйдена.

Лорд Селигер же просто молча поднял руки и улыбнулся.

— Вот оно что… ты хотела меня арестовать с самого начала. Думаешь, что я — причина всех бед и проблем. Но ты невнимательно меня слушала, Астамара. Я уже знал, что ты придёшь, чтобы схватить меня. Молодец. Но что дальше?

— Галактика станет безопаснее. Арканайзийская империя избавится от паразита во власти. Этого мало? — сухо ответила Астамара, глядя прямо в глаза самозванцу. Тот пожал плечами, но как-то безразлично, даже не обращая внимание на заряженное оружие, направленное в его сторону.

— Не спорю. Но если ты хочешь докопаться до истины, то опустишь оружие и позволишь мне тебе всё показать. Если бы я хотел от тебя избавиться, то уже давно это сделал. Но ты мне стала почти как дочь. Поэтому… отправляйся со мной.

Астамара промолчала, но руки слегка дрогнули от его слов.

— Не хочешь? Что ж, я не сомневался в твоей преданности Арканайзийской империи. Ты прекрасная шпионка… — хотел было продолжить Экзерон, но недоговорил. Лифт остановился, и за его спиной створки разъехались, открывая за собой просторное, но невысокое помещение технического уровня.

— Медленно выходи. Так, чтобы я видела твои руки, — скомандовала Астамара и, держа преступника на мушке, достала из кармана телефон, начиная набирать дежурному по станции, однако откуда-то из помещения раздался задорный голос и протяжный свист, в котором синевласая узнала что-то знакомое.

— Йоу! Что тут у нас? Сам лорд Селигер, которого арестовала молодая девушка. Стареешь, однако.

На одной из коробок сидел мужчина средних лет в кожаной байкерской куртке. На коленях он держал дробовик, который прижимал сверху одной рукой. А на лице его застыла злорадная ухмылка.

— Постой-ка… Я тебя знаю. Ты тот самый, который приставал ко мне в ресторане, — сразу вспомнила его Астамара и мысленно закатила глаза. Вот только его здесь не хватало. — Посторонним сюда вход запрещён. Покинь уровень, сейчас же!

Однако мужчина лишь спрыгнул с коробки вниз, оказавшись в паре метров перед самозванцем, и нацелил дробовик ему прямо в грудь.

— Вообще-то я не посторонний. Брысь отсюда, дамочка, и позволь мужикам побазарить тет-а-тет, — легонько качнув дробовиком вбок, сказал он, а его интонация стала угрожающей.

— Что за манеры… — с недовольством проворчала шпионка, но всё-таки послушала его и отступила вбок, чтобы их обоих было удобнее держать на мушке.

— Это Ворон. Один из жрецов её Владычества, — пояснил кратко Экзерон, опуская руки, но всё ещё держа их на виду, — и раз ты здесь, то полагаю, моя секретарша потерпела крах. Досадно. Но она мне и раньше не сильно симпатизировала.

Ворон несколько секунд молчал, а затем издал лёгкий смешок, покачав головой.

— Догадливый. Но твоя песенка спета, Экзерон. Так что — Аста Ла Виста, детка.

Арканайзиец поднял руку, чтобы что-то сделать, но оглушительный выстрел прогремел быстрее, и лорд упал на спину, истекая… нет, не кровью, а зелёной жидкостью, в которую начало превращаться всё его тело, образуя лужу.

— Трахнуть мой мозг… — выругался жрец и, дёрнув оружие за цевьё, выстрелил ещё раз в жижу, затем ещё и ещё. На пятый выстрел он остановился, сделав несколько шагов назад.

Жидкость не остановилась и начала стремительно двигаться в сторону Ворона, затем резкий выпад, и полупрозрачное щупальце выбросилось вперёд, обвив ногу человека.

— Да иди ты… — Ворон выстрелил в щупальце, и дробь разорвала его, отпуская человека. Байкер одним мощным прыжком отпрыгнул в сторону Астамары, на миг приподняв свои чёрные очки и посмотрев на жидкость уже без них.

— Это… и есть Экзерон? Кажется, в него стрелять бесполезно… — заключила Астамара, но Ворон, положив ладонь на цевьё, нахмурился.

— Не ссы, девчушка. Он не может быть неуязвим к моим выстрелам, — и он наставил вновь дуло оружия на жидкость, которая начала собираться уже не форму арканайзийца, а крупного нага с четырьмя руками, одетого в тот же костюм, в котором ходил лорд Селигер. Синевласая заметила на плече и шее у показавшегося существа многочисленные дыры, из которых вытекала зелёная жидкость.

— Плохо, очень плохо-сс, Ворон, — покачал головой Экзерон, приняв свой истинный облик. Во вспышке на его запястье возник браслет с недобро сверкнувшим сапфиром. — Спрош-шу лиш-шь один раз-з. Твоя задача именно убить меня или прос-сто найти?

Ворон не ответил. Астамара думала сделать шаг назад, но байкер её остановил, подняв руку.

«Это бессмысленно, девочка. Он владеет способностями, связанными с пространством. Ещё неизвестно, что он ещё может выкинуть. Лучше замри и не мешай», — предупредил он её мысленно, держа Экзерона под прицелом дальше.

«Чёрт… опять какие-то разборки в небесах», — с досадой подумала шпионка, слушая Ворона, но ловя себя на мысли, что сама судьба её уже в который раз впутывает в бои, где она ничего не может сделать.

А другие только рады впутаться.

— Экзерон! — из технического тоннеля выглянул Вилмир, держа наготове небольшое вытянутое устройство размером с фонарик. — Ты себя выдал, Глот с планеты Катрук! Даже убивать тебя не понадобилось, чтобы показать, как глубоко ты проник в арканазийскую разведку… Запись с камер видели уже вся охрана станции и ещё парочка агентов безопасности.

— Ох. Мой мальчик Вилмир, — Экзерон слегка покачал головой, ухватившись одной ладонью за браслет на запястье, — рад тебя видеть в полном здравии. Только я сейчас слегка занят. Я и так знаю, что скрываться смысла нет, но обещаю, что я оставлю вашу империю в покое.

Ворон же нахмурился, махнув стволом вбок, указывая на выход.

— Бери девчушку и брысь отсюда! — крикнул он дарканцу, возвращая внимание к Экзерону.

— Ты-то вообще кто? — Вилмир перебежал к Астамаре, но уводить её не собирался.

— Тот, кто защитит вас от Экзерона. Впрочем… — тут Ворон посмотрел на дарканца исподлобья, а не через тёмные очки, — если вы такие рискованные, можете остаться. Экзи… — повернулся он к наге, которая сжимала браслет на лапе, — на чём мы остановились?

— На том, что я убью тебя, а затем сбегу. А твоё тело станет отличным материалом для моих исследований, — и змееподобный нага начал преобразовываться в тень большого драконоподобного существа. Через пару секунд перед Вороном уже стоял шестиметровый чёрный дракон с рогом, произрастающим вперёд изо лба. Всё тело померцивало звёздной россыпью.

— Ахренеть… Я что — ещё и драконоборцем должен стать? — только и успел спросить жрец, наставляя дробовик на дракона, но Экзерон его опередил, впившись челюстью в его тело. Ворон едва успел поставить оружие на пути его зубов, но несколько из них впились в его бок, и тот охнул от боли, а очки Ворона упали на пол и разбились.

Нара стремительно и бесшумно переместилась к супругу. Она сначала удивлённо посмотрела на дракона, а затем всё её естество сжалось от осознания того, что она в нём увидела.

— Во имя Эннары… Если я не сошла с ума… — она потеряла дар речи и осела, а на её морде нарисовался ужас, а конечности ниррки дрожали от увиденного, — это Проклятый Хранитель Даггонат!

Экзерон, принявший драконью форму, заметил краем глаза новую гостью, но ничего не ответил, продолжая бороться со жрецом. Заметив, как тот собирается выстрелить прямо ему в пасть, тот резко мотнул головой в сторону и откинул человека к стене, отступив назад.

— Ему помоги, — очень быстро Вилмир мотнул Наре на Ворона, а сам прыгнув в сторону чуть ближе к Экзерону. — Экзерон, твоё поручение мне достать ключ ко хранилищу Нирров ещё в силе? Так я его добыл! Чего тебе эти оболтусы?

— Они сами на меня напали. Я всего лишь защищаюсь, — прошипел иным, уже низким и раскатистым голосом Экзерон в облике дракона, однако реплика Вилмира несколько успокоила его. Он краем глаза проследил за тем, как энн’ниррка подходит к Ворону и применяет целительную магию, призывая Эннару помочь ей, а затем махнул крылом в сторону напавшего жреца. — Пусть опустит и уберёт оружие. Тогда поговорим.

Мужчина, опираясь на дробовик, медленно встал, когда Нара при помощи маленьких вспышек света остановила его кровотечение, а затем всё же нехотя, но убрал дробовик:

— Лады, змеюка. Но если нам не понравится то, что ты скажешь, то в следующий раз удава придёт душить кое-кто посерьёзнее, — подняв свои упавшие очки, Ворон их внимательно осмотрел, а затем убрал в карман.

— Услышь бы тебя этот твой… Нэррий, он бы рассмеялся наверняка, — слегка запнувшись на имени, ответил Экзерон, а затем переключил всё своё внимание на дарканца. Вилмир вытащил из нагрудного кармана белого научного халата вполне обычный на вид ключ, латунный с зеленоватой патиной, но Экзерон при его виде довольно помахал языком в воздухе.

— Выпускай Аркамона, — потребовал Вилмир. — Да, ты можешь забрать и силой, но это невежливо, а за нами наблюдают твои «подчинённые» из арканазийской разведки. Вряд ли ты перед ними захочешь ещё больше рисковать репутацией.

— Сделка есть сделка. Можешь пока оставить ключ при себе, — Экзерон в форме дракона пренебрежительно махнул лапой, — тогда предлагаю встретиться на одной из баз. Я передам вам Аркамона. Вы — ключ. Идёт?

— Встретиться на территории переговорщика — большой риск, — здраво подметила Нара, — необходима нейтральная территория.

— И да… кто сказал, что мы так просто тебя отпустим, засранец? — Ворон выглядел неважно, однако прыти в нём всё ещё было предостаточно. — Мы столько искали тебя, а ты просто возьмёшь и улизнёшь?

— Можешь спросить, что твой покровитель думает на этот счёт. Если он не против, то позволь мне лично с ним поговорить, — совершенно спокойно пророкотал Экзерон и затем кивнул Наре, подмечая её комментарий, — а ты сообразительна. Впрочем, моя территория совсем недалеко. Я буду у вас на виду всё это время.

И пока байкер копался у себя в кармане, доставая небольшое компактное зеркальце и что-то в нём разглядывая, энн’ниррка сложила лапы на груди, прикидывая, а насколько резонно бить Экзерона силой справедливости.

— Что-то ты недоговариваешь… — наконец, подметила лазурная.

— И чем нынешняя территория плоха? — Вилмир мотнул носом в угол ангара. — Подготовить её не успел? Боишься, что через две минуты сюда набегут арканазийцы?

— Единственные, за кого я боюсь, это смертные, которых придётся убить… или, быть может, позволить им увидеть явление Даггоната воочию? — Экзерон, притворяясь Проклятым Хранителем, негромко рассмеялся, рыча. — Но оставим филосовские вопросы тем, кому они интересны. Аркамон находится на одной из моих станций, а не здесь. Попасть туда вы можете. Заберите просто это. Остальное вы поймёте.

И дракон достал под внимательный взгляд всех присутствующих совершенно обычный старинный ключ, положив его на один из ящиков и сделав шаг назад, пока Ворон крепче сжимал оружие в руках.

Первой подошла к ящику Астамара и аккуратно подобрала ключ, осмотрев его.

— Что он открывает? — поинтересовалась она. Экзерон же просто оскалился, облизывая свои зубы.

— Дверь, очевидно. Ты сыщик и шпион, Астамара. В твоих силах понять, где именно находится эта дверь. Я буду ждать тебя там, — и с этими словами безумный наг схватился за браслет в лапе, начав преобразовываться обратно в свою стандартную форму наги. Но жрец Хранителя прервал его, свистнул.

— Эу! И всё? Я прекратил драку лишь для того, чтобы ты очередную загадку рассказал? Думаешь, мы тебя так просто отпустим?

— А ты хочешь, чтобы наше маленькое противостояние превратилось в битву между Хранителями? — Экзерон, приняв форму зелёного четырёхрукого змея, показал длинный язык, — можешь спросить у того же Нэррия, насколько резонно со мной сражаться сейчас. Его коллега уже попробовал, но не сказать, что многого добился.

Ворон, задумавшись, всё же нехотя, но отпустил оружие.

— Лады. Но ты же понимаешь, что мы отпустить тебя не можем? Ты явил себя миру, мы раскрыли, кем являемся на деле. Ситуация патовая. Какие предложения?

— Сделка, Ворон, — показал указательный палец Экзерон, зашипев, — убьёте это тело, и все сделки отменяются, включая возвращение Аркамона. Палантайра… — при упоминании её все, кроме Ворона и самого нага, вздрогнули, — должна догадываться, какую сделку я хочу ей предложить, чтобы она сменила гнев на милость. Я знаю, что она хочет. И если она не против взаимовыгодного сотрудничества, то я готов с ней это обсудить, но исключительно при личной встрече.

— Личная встреча?! Это ловушка, Эннарой клянусь! — возмутилась Нара, скрестив руки на груди. — Ты убил лорда Виррэя. Ты организовываешь террористические акты, пытался убить нас, а затем подчинить себе. И ты рассчитываешь, что тебе поверят после всего?

Экзерон с совершенно безразличной мордой глянул на энн’ниррку и вздохнул. А затем переключил взгляд на лифт за своей спиной, который внезапно заработал и начал двигаться вверх. Очевидно, скоро здесь будут гости.

— Задержите их, если не хотите громкого скандала, — попросил он, возвращаясь к Наре. Он медленно к ней приблизился на пару метров и остановился, пронзая её своими жёлтыми очами, словно копьями. — можешь не верить мне, энн’ниррка. Вас переубедить сложно. Тебе я ничего не предлагаю. Но что ответят другие?

«Признаюсь… я просто хочу объединить со всеми вами силы и напасть на Экзерона. Думаю, у всех нас есть шанс против него…» — наконец, произнесла Нара, но мысленно, обращаясь к Вилмиру, Ворону и Астамаре. От последней лазурная ожидала больше, что человек спрячется и просто не будет мешать, но остальные… могут помочь.

«Сколько стоит справедливость по отношению к Экзерону?» — Вилмир знал, что без предварительной архетипической «оплаты» способность Нары не работала. Лазурная же внимательно смотрела на Экзерона, видя в нём не то террориста, не то учёного, который хотел помочь, но своеобразно. Но…

«Необходимо… очистить потускневший сапфир. Не знаю, о ком речь, но мы этим займёмся сразу после того, как разберёмся с Экзероном,» — Нара была настроена решительно, и потому она взяла в руку мачете, направив его на нага.

Но прежде чем она что-либо сказала, раздался выстрел, и контрольная панель на лифте разбилась вдребезги от дроби, а дверь оказалась автоматически заблокирована.

— Хорошо, змеёныш. Я не подпущу сюда смертных, но только лишь потому, что это анафема для жрецов Нэррия — вредить непричастным. А теперь… Сайтонора!

Из-за ближайшего ящика вынырнула серая энн’ниррка с вилами в руках. Она выглядела израненной и растрёпанной, но в глазах второй жрицы горел яростный огонь. Она остановилась слева от Экзерона, пытаясь окружить его, но пока не нападала.

— Вас всё больше и больше… значит, сделка отменяется? — усмехнулся змей, покачивая своим капюшоном и высовывая длинный раздвоенный язык. Его тело начало вновь преобразовываться: когти на лапах удлиняться, как и зубы, а чешуя приобретать большую шероховатость. Кажется, он готовился ко второму раунду боя.

Нара шагнула назад. Вилмир вставил ключ в прибор

— Ты её сам отверг, пока предлагали, — провернул, прочертил когтем пару рун на экранчике.

Открылись двери лифта. Экзерон взмахнул лапой перед собой:

— Так бы сразу и сказали… Удачи, — и он наклонился назад, прыгая назад и скрываясь в шахте лифта. Ворон чертыхнулся и хотел прыгнуть следом, но увидел, как нага пропал ровно в проёме, будто прошёл через невидимый портал. Выстрел Ворона уже прошёл в обычном пространстве, выбив искры из дальней стенки шахты.

Сайтонора крутанула оружием в воздухе:

— Сбежал! Позор нам…

— Нет, это я его вышвырнул, — Вилмир вынул ключ из устройства и показал его остальным. — Изначально собирался отдать ему фальшивый… но, видимо, он мой трюк раскусил. Пришлось поэтому подождать, пока он пройдёт через проём, чтобы чинилкой навесить туда переход в измерение-ловушку.

Жрицы хмуро переглянулись между собой, а Ворон достал из кармана несколько патронов из звёздного металла, что горели слабым голубым светом, и зарядил их последовательно в свой дробовик.

— И что это измерение-ловушка даёт? — спросила Сайтонора, стуча древком трезубца по полу.

— Как следует из названия, — Вилмир ухмыльнулся недогадливости столь развитого существа, — запирает в зацикленной саму на себя метрике, откуда порталом или телепортацией не выбраться. А союзного нава, который бы вытащил Экзерона через внепространство, у него нет. Так что он сейчас ползает по бесконечным лифтовым шахтам и техническим трубам.

Астамара глянула на тот старинный ключ, что дал ей Экзерон. Интересно, что же он на самом деле открывает? Что-то очень важное? Или такую же ловушку?

Вдруг серая ниррка достала в руку небольшое зеркальце и, глянув на своё отражение в нём, тяжело вздохнула, закрыла глаза и повернулась к Наре:

— Сестра, Вилмир… мне неловко вас просить, но… кое-кто хочет со всеми нами встретиться и поговорить. У неё важная информация. Отказ не принимается.

Лазурная взяла любимого за ладонь и слегка её сжала, напрягшись:

— Кто же это? Только не говорите, что…

— Да. Всё именно так, как ты и подумала. Наша Прародительница и та, что даёт нам силу, Эннара Светоносная, желает видеть вас, — заключила Сайтанора и убрала зеркальце, с решимостью глядя на всех присутствующих, — всех, кроме Астамары. Ты свободна, человек. И не рассказывай никому, что здесь произошло.

Синевласая женщина сначала недоверчиво глянула на остальных, пытаясь понять, правду ли говорят эти, без сомнения, потусторонние существа, а затем вздохнула.

— Ладно уж. Раз сами Арканайзийские боги решили вмешаться, то кто я такая, чтобы вас останавливать? Идите и не отсвечивайтесь. Мне всё равно никто не поверит, даже если попробуют прочитать память.

— Даже я не верю, что тебе не поверят, — Вилмир принялся чинить двери лифта, чтобы вызвать его по-нормальному.

Глава 13: Аудиенция с Богиней

На корабле Вилмира была только одна двухместная каюта, но вчетвером на нём и не нужно было долго лететь — просто высадиться с орбитальной станции на саму Палангею. К счастью, всей группе, состоящей из двух жрецов, энн’ниррки и дарканца, удалось незаметно проскочить к докам, воспользовавшись суматохой на станции, и вылететь без вопросов диспетчера и тем более конвоя. Дарканец сидел за штурвалом, пока Сайтанора диктовала координаты встречи. Как выяснилось, они оказались совсем недалеко — Серебрянные горы Палангеи. Одинокая вершина горы Бахрана — высочайшей в мире. Там находилась заброшенный Арканайзийский маяк, куда и направлялся сейчас корабль. Технологии постановки помех позволяли хотя бы на время скрыться с радаров местных спецслужб и спутников, однако рано или поздно их заметят и вышлют представителей Ордена Рейдена, поэтому времени на всё про всё было не более пары часов.

— Какого это… через несколько часов встретиться с нашей Покровительницей? — Сайтанора решила поинтересоваться у Нары, которая явно нервничала и хваталась за подолы своей робы.

Та явно была напряжена предстоящей встречей:

— Я… я не знаю. Практически никто из нирров не видел Светоносную лично. Я даже не звёздный генерал, чтобы настолько приблизиться к Ней. Что мне надо ей сказать? Как поприветствовать? — она с обеспокоенностью посмотрела на жрицу.

— Я вижу Её каждый раз, когда она мне даёт указания. Мы, жрецы отвечаем напрямую перед нашими Покровителями. Но не волнуйся, сестра, — серая ниррка неожиданно положила ладонь на грудь лазурной, прижимая её к кулону, — просто веди себя так, как со мной. Она делает всё ради нас, энн’нирров.

— Эм… я не знаю… — Нара тяжело вздохнула и явно смутилась, — а как Она отреагирует на… мой союз с ним? — махнула головой в сторону Вилмира, — Она же не разлучит нас, верно?

— Нет. Наша Покровительница хоть и не любит, когда нирры смешивают свою кровь с другими расами, но если вы счастливы… — Сайтанора сурово сощурила взор, — думаю, Она не будет возражать.

— А в чём проблема? — Вилмир не оглядывался на неё, чтобы не отвлекаться от управления, но напряжение в голосе почувствовал. — Эннара живёт на планете, полной арканазийцев, пусть даже тайно. Значит, вряд ли другие народы ей так уж и мерзки, иначе бы она жила на отдельном мире. Да и можно ли нас считать разными расами, если у нас выросла дочь без вмешательств в генетику?

Сайтанора же прищурилась, внимательно глядя на Нару. Изучала её форму морды, крылья, гриву.

— Светоносная не живёт среди смертных. Это всего лишь место встречи. И Нара… в ней чувствуется энергетика нирров, как и воспитание, но… кое-что меня смущает в её внешности. Кожа вместо чешуи, перьевые крылья. Я никогда не видела таких нирров. Мои крылья выглядят по-другому, — жрица на миг закрыла глаза, и из звёздной энергетики за её спиной материализовалась пара драконьих кожистых крыла, которые она наполовину раскрыла. Они имели полупрозрачный силуэт, с сияющим звёздым узором на их поверхности. — Вероятно, вы потомки нирров. Генетический код драконообразных весьма легко поддаётся изменениям при желании. Или сочетается с генетикой иных рас. Мы сторонники чистоты расы, но с вами уже ничего не поделаешь, — добавила Сайтанора, рассеивая крылья из энергетики.

Нара же задумалась.

— Я не знаю своих родителей… кто они, кем были… если генетически нирры совместимы со многими видами драконообразных, то… могу ли я являться кем-то ещё? — с надеждой встретилась она взглядом сначала с возлюбленным, а затем с Сайтанорой. Та промолчала, не зная, что ответить.

Корабль, тем временем, начал входить в атмосферу. Его начало пошатывать, потряхивать, а корпус слегка раскаляться от температуры. Поверхность планеты Палангея стремительно приближалась, обнажая белые заснеженные пики гор. Однако нарастало напряжение среди тех, кто находился на борту.

— А он… — Нара указала мордой в сторону Ворона, который сидел и насвистывал главную тему какого-то старенького фильма. Кажется, звёздных войн, — он не энн’нирр, но тоже жрец. Что Эннаре от него потребовалось?

— Он не отвечает перед нашей Покровительницей, но является моим энх’дариархбоевой товарищ (ниррский). Мы всегда вместе ходим на задания. Пусть тебя не смущает, что он человек — у того, кому он служит, довольно странное мышление, как и выбор подопечных…

— Чё вы там вякнули? А? — внезапно прервавшись от собственных мыслей, человек приподнял солнцезащитные очки и сложил руки на груди, — будем мериться письками? Давайте, я не против.

И он шутливо потянулся к штанам, однако обе энн’ниррки отвернулись от него, прокашлявшись.

— И как тебя Нэррий ещё терпит… — Сайтанора приложила руку к голове, покачав ею. Нара же вопросительно округлила глаза.

— Нэррий?

— Ах да… я совсем забыла об этом. Впрочем, не обращай внимания на то, что это имя вызывает вопросы в голове, — серая «крестьянка» махнула второй рукой в воздухе, словно выполняя джедайский жест, — но, как видишь, мы отвечаем перед разными начальниками. Большего рассказать не можем. Возможно, Эннара предложит тебе кое-что…

— Что же? — лазурная потянулась мордой к сородичу, выпрашивая ответ.

— Предположу, что она захочет помочь тебе раскрыть эту твою силу, которую ты продемонстрировала против Клепсидры. Большего сказать не могу. Алта’агор [Тысяча извинений (нирр.)], — с сожалением покачала плечами Сайтанора.

— Нари ра' нуса... [Спасибо от всего сердца (нирр.)] — на родном языке ответила посвящённая и положила ладонь поверх руки сородича, а затем внезапно обняла её, — но я все равно очень рада видеть ещё одного нирра спустя столько лет. Когда я, вернувшись, услышала, что вся моя раса канула на страницы истории, я перепугалась, что осталась последней среди всей нашей расы. Я… столько хотела бы рассказать вам и услышать!

— Сантя! [Уменьшительное от Сайтаноры] Я не помню, чтобы ты была столь сентиментальной. А теперь поцелуйтесь… — хотел было встрянуть в разговор Ворон, но грозный взгляд Сайтаноры остановил его, пока она обнимала Нару.

— Я тоже… но думаю, расскажешь всё при встрече с Покровителем, — и с этими словами серая ниррка отпустила Нару Блэйз и потрепала её по плечу, — мне несвойствены тактильные жесты проявления внимания, но я рада тебя встретить.

— Так что же случилось с ниррами, что они исчезли навсегда? — медленно выпустив Сайтанору из объятий, спросила Нара. Она уселась за соседнее сидение пилота, рядом с которым находился дарканец, и внимательно глянула на сородича.

Серая энн’ниррка вздохнула тяжело и задумалась, глядя в собственное отражение в иллюминаторе.

— Для начала… напомни, какое последнее воспоминание прошлого тебе открыто, сестра?

— Я служила в одном из монастырей ордена Сай’Таннэри [Ревущая буря (нирр.)]. Отдалённые системы нашей славной цивилизации. Планета называлась Арсангор. Своих родителей я не знала, поэтому меня воспитывали нирры-послушники монастыря, где я обрела боевые навыки. Когда мне миновало семнадцать Арсангорских циклов, я, как и полагается, принесла клятву Владычице и Эннаре Эльсинари [очень уважительное обращение к вышестоящему или к Хранителю]. Затем я участвовала в нескольких сражениях на различных планетах против обращённых против нас нирров-отступников и их искажённой Даггонатом версии — дракх’кханов. Эннара шайн фтораль Т' аз, тайра нирро эстуар [Да простит Эннара меня за это, верную служительницу нирров (нирр.)].

Нара грустно опустила голову, словно сожалея о чём-то. Даже Вилмир отвлёкся от пилотирования, доверив посадку автопилоту, после чего аккуратно взял ладони Нары в свои:

— Ты про это не рассказывала… При нашей первой встрече ты так всё объяснила, будто угодила на остров измерения-ловушки прямо из монастырской трапезной.

— Всё верно. Но перед этим… я успела повидать несколько битв. Против сородичей, которые обратились против нас… и не только против них, — взгляд Нары внезапно стал суровым, после чего она продолжила: — Я не только искала в библиотеке про нирров и то, куда они пропали спустя шестнадцать тысяч лет… но и про тех, из-за кого они, вероятно пропали.

— Выяснила? — Вилмир спросил у Нары, но посмотрел на Сайтанору, проверяя по её реакции, может ли она знать больше. Жрица Светозарной была спокойна и натянула на свою морду маску безразличия, но вот Нара…

— На самом деле нирры погибли не из-за внутренних распрей, которые организовал Даггонат и его подопечные, — вздохнула она наконец, — нас в монастыре Сай’Танэрри тренировали для иной цели. Противостоянию так называемому «Звёздному Пламени». Пламени, что выжигает любую достаточно разумную жизнь.

— Ёптыть-моптыть! — удивился было Ворон, но по его тону было ясно, что он придуривался, — то есть… я имел в виду… не оглашайте при всех эту информацию. Это одна из тайн, которую лучше не знать пока широким массам.

— А мне интересно другое… спонтанные порталы, затягивающие существ в измерения-ловушки… раньше такого не было. Ткань мироздания весьма нестабильна, — Сайтанора сложила ладони на груди, недоверчиво щурясь.

— Предлагаю сделку. Рассказываю о своём сверхоружии, а вы о своём, — развернулся Вилмир к ней увереннее.

В ответ на такое предложение Сайтанора нахмурилась, даже крылья дёрнулись непроизвольно:

— Хочешь узнать военные тайны нирров? Опасно для чужака. Была уже такая особа, которая пыталась торговать нашими технологиями. Спасло только то, что они так и не смогли договориться между собой. Так что лучше вам оставить эту затею и не пытаться узнать что-то о нас. А если будете продолжать копать, то я лично полечу с вами, чтобы убедиться, что оно будет или в надёжных руках, или уничтожено, как и положено своду правил.

— Ну вот, — Вилмир довольно откинулся на спинку, пока Нара брала его за руку, качая головой, — а вы хотели меня на нечто подобное развести.

— Эээ… нет, — вмешалась энн’ниррка, пытаясь сгладить разгорающийся конфликт, — да и мы сами совсем не ради оружия сюда прибыли. Я хотела больше узнать, что в целом с ниррами случилось. Если мы летим к нашей пресветлой покровительнице Эннаре Эльсинари, то я с радостью расскажу ей полную историю. Ну а «Звёздне Пламя» это не супероружие, если ты о нём так подумал, Вилмир, это угроза… Причём угроза галактического масштаба. Но мне мало что про неё известно.

К счастью, обстановку разрядил Ворон, который с радостью вставил свои пять копеек, когда корабль ощутимо тряхнуло, а в иллюминаторе показалось голубое небо.

— Ладно. Вас, конечно, весело слушать, но мы почти прибыли. Увидитесь со своей… ну как сказать… мамкой, — усмехнулся человек, поправляя чёрные очки на лице. Обе энн’ниррки недовольно зыркнули на него.

— Люди несносны… десятки тысяч лет назад вы бегали с примитивными палками и считали себя царями природы, когда мы вас защищали от космических угроз. Ваше поведение только подтверждает, что вы как были на примитивном уровне сознание, так и остались, — изысканно упрекнула жрица Светоносной своего коллегу. Ворон же лишь пожал плечами, ругнувшись на «напыщенных пуристов», а Вилмир взялся свободной от Нары рукой за подлокотник, когда корабль ощутимо тряхнуло снова:

— Желаю и вам в старческий маразм не впасть, а сохранить всю мудрость тысяч веков.

— Нирры не живут тысячи лет… — Нара устало вздохнула, — не уверена насчёт тех, кто себя называет дракх’кханами, но если тебя не одаривает Хранитель своим бессмертием, то срок жизни составляет примерно сто двадцать Астагорских циклов. Или примерно двести земных лет, если переводить на всем понятную систему исчисления.

Наконец, внизу показались серебряные горы — самый высокий хребет на Палангее. Где-то вдалеке горели огни небоскрёбов и пирамидальных зданий арканайзийцев, однако корабль был надежно замаскирован от посторонних глаз, а на землю опускалась ночь, из-за чего заметить его в воздухе было сложной задачей. Судно плавно начало опускаться на более-менее ровное плоскогорье, однако в какой-то миг оно неожиданно зависло в воздухе на одном месте, а система предупредила о каких-то перегрузках.

— Да какого чёрта… — возмутился было Ворон, доставая вновь дробовик, однако Сайтанора подняла руку, призывая человека остановиться.

— Эннара Эльсинари видит нас. Давайте выйдем и поприветствуем нашу Создательницу, — заговорила она томным голосом и первая двинулась на выход, пока корабль сам по себе опускался на поверхность скал, ведомый некоими мистическими силами. Вилмир всё равно выключил управление, только когда звездолёт коснулся земли:

— На богинь надейся, а техника безопасности писана кровью.

Зато сошёл с трапа он первым, осматриваясь. Их корабль находился на плоскогорье, овеяном туманом. В туманной дымке он заметил силуэт драконидки. На энн’нирра он был слабо похож: трёхметровый, с большими кожистыми крыльями, худой, а также с длинной шеей и вытянутой мордой, украшенной тремя рогами. Один из них при этом находился между глаз на лбу, а сам он слегка горел голубым светом и как будто искажал вокруг себя пространство. При дальнейшем рассмотрении можно было заметить, что внутри рога будто бы образовывалась целая миниатюрная чёрная дыра, что выглядело удивительно и пугающе одновременно.

Эннара вышла к кораблю, и перед всеми посетителями предстал образ серебристой драконидки, одетой в броню тёмно-синего цвета. Эта броня укрывала верхнюю часть морды, плечи, грудь, живот, а также бёдра. Янтарные глаза Хранительницы внимательно изучали всех прибывших гостей: от Вилмира, до энн’ниррок: Нары и Сайтаноры. Обе, едва к ним вышла хранительница, низко поклонились ей, хотя Ворон ограничился лишь небольшим кивком.

Голос Энеары был не таким громоподобным, как ожидалось изначально, но твёрдость и мелодичнгсть присутствовали:

— Д' энн ронэ лирро энуар [Да сохранит вас свет на вашем пути! (нирр.)], гости и сородичи! Отрадно видеть, что вы сразу отреагировали на мой зов. Однако у меня для всех нас тревожные новости, о которых хотела бы рассказать лично.

Вилмир молча приложил ладонь ко груди, приветствуя, но и время на слова не тратя, будто бы богини для него мало отличались от глав корпораций с очередным заданием. Нара же буквально потеряла дар речи:

— Го…спо…жа, — дрожащим голосом заявила она, не поднимая головы, — Я… это… это величайшая честь для меня, увидеть вас воочию…

Эннара, сложив ладони на груди, которая была такой же плоской, как и у любого другого нирра, благосклонно улыбнулось.

— Не нужно кланяться, дитя. Встань и послушай. Как и вы, гости, — она обратила уже иной, чуть более холодный взгляд на Вилмира и жрецов. Сайтанора тоже выпрямилась и встала в более расслабленную стойку. — Когда Экзерон исчез в двери измерений, я почувствовала что-то очень важное. Важное и близкое одновременно, — голос Повелительницы нирров раздавался как в воздухе, так и в головах присутствующих, пока она неспеша расхаживала голыми лапами по снегу. Её тощее тело и шея извивались в такт шагам, будто она танцевала, и это зрелище завораживало с какой-то стороны, однако никто не проронил и слова, слушая её. — Ему удалось вырваться за пределы ловушки, но он использовал энергетику, связанную с пространством. Эта энергетика была присуща лишь одному существу, которое нынче мертво, хотя ему всё ещё поклоняются жители этой планеты.

— Речь… речь идёт про Кархагора, верно? — предположила жрица Эннары и глянула на Нару. Та кивнула:

— Кархагор — это родной брат Эннары согласно легенде, — пояснила для возлюбленного лазурная, — но… я никогда не слышала о том, что он мёртв. Это Хранитель тьмы, противоположность свету Эннары, который даёт этому миру тень. В переводе с нашего языка его имя означает «сотрясающий горы».

— К великому прискорбию да. Он был жестоко обманут и убит, а его сила перешла к проклятому Хранителю Даггонату. Именно он и его подопечные ответственны за то, что произошло примерно шестнадцать тысяч лет назад… — Эннара с каким-то сожалением даже посмотрела на Нару. Лазурная вздрогнула и невольно сделала шаг назад:

— Так что же они сделали? Убили вашего брата? Но Хранители же… — неуверенно замямлила она, но Эннара издала печальный вздох.

— Могут умереть. Он использовал оружие, которое принадлежало нашим врагам, дал его своей пешке. Своему слуге, и она пронзила сердце Кархагора своей гнилой стрелой, заслужив мою вечную ненависть и презрение. А Даггонат воспользовался шансом и заполучил душу моего брата, обратив её в свою пользу. Но до тех пор никто никогда не пользовался его силой, и я только сейчас почувствовала возмущение в энергопространстве, которые мог создавать лишь мой брат.

— Чёрт… семейные скандалы, мёртвый брат… слышал я от моего покровителя о таком. А может, это тот чёрт по имени Даггонат решил спасти своего слугу? — вклинился Ворон в разговор, но тут же оторопел. Он неожиданно почувствовал, как под ним затрескалась земля, а Эннара недовольно прищурилась, обращая внимание на наглого человека. — Эй, эй! Полегче! Я пошутил! Не гори ты так при упоминании наших врагов!

— Даггонат… никогда… не использовал… свою силу. Он даже не показывался здесь. Он пропал сразу, когда получил желаемое. Однако его слуги как-то смогли подчинить часть его силы, и я почувствовала, как Экзерон буквально выдёргивает себя из мира-ловушки, переносясь в район Палангеи. На эту планету, — Эннара сделала ещё несколько шагов и остановилась рядом с Нарой и Вилмиром, глядя на них сверху вниз. Её средний рог загорелся мягким голубым светом, а пространство вокруг неё начало покрываться рябью.

Лазурная взяла Вилмира за руку и сделала с ним почтительный шаг назад:

— Светозарная… мы… пытались убить Экзерона. Он предлагал нам сделку, информацию, но… но мы не смогли его поймать. Он ещё принимал образ Даггоната перед нами. Может… он как-то связан с ним?

— Экзерон… предатель. Подлец. Учёный. Убийца, — сухо перечислила владычица нирров, скривившись от последнего слова, будто выплёвывая яд, — он бывший жрец моего брата, который предал его. Объединившись с драко-демоном по имени Атакама, он поспособствовал в устранении моего единственного брата. Нет сомнений, что он был напрямую связан с ним. Но Экзерон замыслил что-то действительно опасное, раз он смог воспользоваться той силой, которой никто не пользовался до этого.

— Но он всё ещё смертный, госпожа Света, — Вилмир поднял морду на Эннару, глядя на неё с уважением, но прямо. — Он по-прежнему хочет большего и может ошибаться, желая этой власти. А если так, я с большой вероятностью предположу, где возможно его подловить. Он поручал нам найти хранилище Нирров и ключ от него. Раз Экзерон не доверился мне, когда я предложил ему ложный ключ, то, найдя истинный, он отправится к хранилищу сам, может быть, со свитой, но точно не останется в своём логове, пока его заместитель, возможно, забирает все сокровища себе. Так что если хочешь поймать Экзерона — встречай там. Что смертному невозможно, возможно богине.

Эннара прищурилась, услышав про ключ. А затем недовольно скривила губы.

— Хранилище нирров? Расхватывает технологии, значит. Вилмир, ты правильно поступил, что сообщил об этом мне. Дай мне ключ тогда. Я думаю, мы все прекрасно понимаем, кто именно должен позаботиться о сохранности наших секретов.

Эннара медленно подошла ближе к дарканцу и протянула ему лапу, требуя этот самый ключ.

— Мне казалось, он у тебя, — он на неё поглядел не менее скептически, — как повелительницы нирров.

Эннара несколько секунд смотрела на дарканца, во время которых он мог почувствовать, будто чьи-то невидимые лапы касались его со всех сторон, после чего Эннара заговорила вновь:

— Лично мне ключ ни к чему. Но уберечь наши технологии от рук других рас — моя прямая обязанность. Вы же не думали, что я дам вам разрешение на вскрытие такого важного объекта?

— Интересно… почему же нирры тогда оставили эти склады, а не забрали их с собой? Не смогли? Помешало «Звёздное Пламя»? — неожиданно вмешалась Нара, но заметив строгий взгляд своей покровительницы, тут же опустила взор и прокашлялась. — Виновата, Эннара Эльсинари, — она точно так же ощутила, как десятки невидимых ладоней ощупывают её, будто проверяя, а затем у неё из-за пояса вытащился клинок, мачете, то, что осталось от её косы. Это оружие зависло в воздухе перед ней в течение пары секунд, а затем вложился телекинетической хваткой в руку Эннары. Она внимательно осмотрела его и провела ладонью по камню, что был вставлен в рукоять клинка. — Сайрен… Энх’дида эрат. Анима эн’атар [Боевая коса. Камень духовной энергии (нирр.)] на месте, но оружие повреждено. Я думала, что подобное уничтожить сложнее, чем кажется. Но смертные довольно быстро учатся воевать против тех, кто их защищал когда-то… — вздохнув, произнесла она и протянула рукоятью вперёд оружие его владелице. Нара неуверенно взяла мачете и посмотрела на голубой камень, который тускло светился и переливался мягким светом. — Это была сверхестественная сущность, которую я встретила внутри Перцептрона. Владычица и энн’нирры тоже охотились за ним, Светоносная. Мне очень жаль, что не удалось никак помочь вам в этом. Клянусь, что моя вера Палантайре и вам так же сильна, как и раньше, — Нара явно волновалась и испугалась за себя и остальных, когда Эннара обратила на сородича внимание, но Светоносная неожиданно успокоилась и внезапно коснулась её шеи тощей рукой.

— Нара… Блэйз, — произнесла она раздельно имя и род лазурной, убирая ладонь обратно, — я Хранительница нирров, а не каратель. Считать меня угрозой — ошибка. Не стоит печалиться, дитя моё. Пусть мы и не достали Перцептрон, но эти артефакты слишком опасны даже для нас. Поэтому я не торопилась лично к нему. Но сейчас не об этом тема разговора. Вилмир — расскажи, как ты узнал о ключе и какую часть плана Экзерон раскрыл тебе?

— Нара рассказала про ваш метод защиты хранилищ ещё на Энн’Тиере, когда мы обнаружили склад нирров там. Ключ — это гены и энергия высшего нирра, кто угодно не подойдёт. И, как ты уже почувствовала, — Вилмир не слишком довольно похлопал себя ладонями по плечам и бокам, — настоящего ключа у меня нет, только тот, который я собирался отдать Экзерону, дабы его заманить в ловушку. Но, видимо, он тоже до этого догадался. Помимо ключа, Экзерону нужны и координаты хранилищ. И чем больше, тем лучше. Но вряд ли в галактике так часто встречаются тайники божественной расы.

Покровительница нирров окинула Нару оценивающим взглядом, а потом её взор внезапно сощурился. Энн’ниррка вздрогнула, сглотнула и опасливо стиснула губы, явно начался напряжённый мысленный диалог.

Наконец, через пару секунд она вновь переключилась на дарканца, который всё больше был недоволен Эннарой:

— Что плохого том, что она мне это рассказала? Я с вами разве на разных сторонах?

— Ты точно так же, как и мне, мог выболтать всё Экзерону… Но раз он так покушается на наши технологии, то мы его остановим. Я лично займусь этим, — слово «лично» Эннара подчеркнула, а затем сложила руки на груди, скрипнув бронёй, — Экзерон — безумный учёный. Для него самое важное — это коллекция, хранилище. Нет сомнений, что его он охраняет лучше, чем что-либо ещё, поэтому я отправлюсь с вами его вскрывать. Начнём с офиса этого лорда смертных арканайзийцев, лорда Селигера, за которого Экзерон себя выдавал.

— Ух ё… лаборатория прямо в сердце арканайзийцев. Это очень мило, конечно, но моя роль тут в чём-то заключается? Или я могу ноги в руки и пойти покурить? — Ворон изобразил пальцами жест ходьбы. Эннара на него даже не посмотрела.

— Ты вне моей сферы влияния, человек. Спроси у своего Хранителя, что он от тебя хочет сейчас, и выполняй то, что потребует. Свободен. Сайтанора, Нара, — обратилась она к двум нирркам, пока Ворон отходил куда-то в сторону и копался у себя в куртке в поисках чего-то, — вы отправитесь со мной.

— Сочту за честь, Светозарная, — ответила жрица Хранительницы, а Нара, чуть погодя, скромно кивнула, неуверенная в себе, ностараясь сохранить твёрдость.:

— Да. Как скажете, Эннара Эльсинари.

Эннара указала им в сторону космического корабля, куда направились и остальные, включая Ворона:

— Мне тут… кое-кто нашептал, что я должен пока остаться с Сантей. То место, куда им попадём, очень опасное. Так что, как говорится в классике, мой дробовик с вами.

Эннара с некоторой неприязнью посмотрела на человека и тяжело вздохнула, после чего положила ладонь на плечо Наре.

— Останься на минуту, дитя. Остальные — идите, — заявила она. Лазурная тут же почувствовала тяжёлый ком в горле, понимая, что сейчас будет:

— Я… думала, что это поможет нам. Но… я понимаю, что допустила ошибку

Вилмир тоже остался и спросил, когда другие поднялись по трапу:

— Эннара, ты поручила Наре возвращать хранилища владельцам. Как бы ей следовало относиться к союзникам по этому делу? «Это слишком секретно для вашего внимания, постойте снаркжи, пока я одна что-то поделаю в бункере»? Я понимаю, что нельзя кому угодно рассказывать тайную информацию, но если совсем не приобретать союзников, вы так и останитесь одни, как уже сколько тысяч лет. И если даже представителю расы общего предка с вами вы не доверяете лишь по этому расистскому принципу, тогда зачем тащите меня с собой на нынешнее задание?

Эннара присела перед ними на камень и сложила руки на коленях, опустив почти до их уровня свою морду. От приблизившецся миниатюрной сингулярности чувствовалось втягивание воздуха. Эннара щёлкнула пальцами, и пространство вокруг них троих потемнело, покрывшись пеленой, будто они резко перенеслись в какое-то карманное измерение. Нара сделала глубокий вдох, привыкая к внезапной смене обстановки, но не запаниковала.

— Нирры помогают низшим расам вроде тебя, — строго вперилась она в глаза Вилмиру, — но не раздавая каким попало «союзникам» вещи, опасные в первую очередь для них самих, а вернувшись за этими вещами самостоятельно, когда придёт время вами править. По твоей глупой логике, если ты уйдёшь из своего дома, твоя дочь имеет права привести туда с улицы любого бомжа и вместе с ним вынести все фамильные ценности, которые ты более не увидишь?

— Так значит, нирры не исчезли… — Нара обратила внимание на формулировку, — но тогда могу ли я узнать полную картину происходящего, как и то, что нам следует ожидать от Экзерона?

Хранительница же несколько секунд думала, а затем взмахом руки выпнула из пространства для тайных диалогов Вилмира и неожиданно улыбнулась Наре уголками губ:

— Хорошо, дитя моё. Если кратко — мы проиграли войну в галактике и были вынуждены сбежать. Мы отступали в спешке и смятении, поэтому не могли забрать всё с собой. Но наш враг, судя по всему, тоже отступил. Мы планируем скоро вернуться. Времена золотого века империи нирров ещё настанут. Но Экзерон — враг иного рода, никогда не дерётся в открытую и делает всё из тени. Он как Атакама — пускает стрелу в самый неожиданный момент, точечно, и затем пропадает.

Нара задумалась. Древний враг, который называли «Звёздным Пламенем», нирры, потерпевшие поражение, возвращение их расы… остальные государства, включая галактическую Коалицию, не обрадуются этому факту:

— Старый враг ещё жив? — только и решила уточнить она.

— Мы его пока не встретили. Но низшие исследовали не всю галактику, а враг притаился где-то там. Если он разбудит Звёздное Пламя до того, как мы подготовимся, то всё мироустройство, которое мы знаем, будет разрушено. Поэтому не распространяйся никому об этом, дитя, в том числе развратным бомжам, иначе я буду вынуждена прибегнуть к мерам, чтобы ты не раскрыла карты, — поучительно заявила Эннара.

Бывшая посвящённая сжала пальцы в кулаки. Неужели Эннара угрожает ей?

— Нет. Я никогда не сделаю плохо сородичу, — прочитав эмоции Нары, сразу же поправила себя Хранительница, — однако придётся тебя забрать под своё крыло. Сайтанора передала, что у тебя довольно интересная сила, и теперь Экзерон захочет её получить. Не попадайся ему.

— Нари ра' нуса, — приложив руку к груди, поклонилась ей Нара, тут же выпрямившись обратно. Она понимала, что ей грозила опасность. Пугалка в виде Атакамы, избранницы Даггоната, Экзерон, желающий её теперь заполучить серьёзно… точнее, она один раз уже попадалась ему, но как-то смогла избежать полного плена. Возможно, именно благодаря её возлюбленному, Вилмиру, который Эннаре так не нравился.

— Дитя моё… — внезапно обратилась к посвящённой Эннара, когда улыбка пропала с её морды, — заводить отношения с чужаками это плохая идея. Ничем хорошим они ещё не оканчивались для нирров.

Тут сердце Нары забилось сильнее. Неужели Хранительница хочет разорвать её союз? Это как-то неправильно…

— Но… я… — решила она, но заметила неожиданно печальный взгляд Эннары, направленный на неё.

— Твой пример напоминает мне об одной истории, Нара Блэйз, — неожиданно поолным именем, как это было вначале, назвала её Светоносная, — надеюсь, ты её не повторишь. Она закончилась смертью очень смелого нирра и развалом семьи. Думаю, придётся мне за тобой приглядывать иногда.

— Эм… но… — Нара явно расстерялась от такого. Она не знала, как на такое реагировать. То ли радоваться, что она получила личное покровительство богини, то ли, наоборот, беспокоиться излишнему вниманию со стороны сильнейших мира сего.

— Это не затронет твою личную жизнь. Разрушать отношения не стану, и твоя мне сила ни к чему, но те, кому она нужна, могут очень заинтересоваться тобой, дитя. Но сейчас… — на этих словах Эннара поднялась с каменистой земли и вновь щёлкнула пальцами. Пространство тьмы рассеялось, и они оказались вновь в горах у космического корабля, на котором и прибыли остальные. Они стояли у судна и ждали.

— Наведаемся в гости к офису Экзерона на Палангее, — закончила Эннара мысль и кивнула остальным.

Глава 14: Наука против Хранителей

Астамара вместе с Аль’Хааром медленно спускались на лифте вниз. В руках они держали оружие, а взгляды их напряжённо созерцали стенки лифта.

— Аль, надо понимать, что мы можем найти самого Селигера-Экзерона в его кабинете. Даже если его самого там нет, он мог там всё заминировать. Огромный риск туда соваться, — сурово заметила синеволосая женщина, ощущая, как потряхивает лифт при спуске.

Офис лорда Селигера находился на Палангее — в самом центре империи. Много лет начальник арканазийской разведки здесь заседал, собирая информацию и управляя секретным разведывательным орденом Феникса. Теперь, когда вскрылось, что он предатель, можно было ожидать от его логова чего угодно. Но временно исполняющий обязанности главы разведки — лорд Найрэ — приказал обыскать здесь всё и доложить о находках.

Лифт остановился, и створки его раздвинулись, открывая большой тёмный кабинет в старинном стиле: длинный деревянный стол, полки с книгами, потухший камин, какие-то бумаги на столе. Но изучать вещи оба разведчика не спешили. Аль’Хаар вспомнил, как бывал здесь пару раз:

— Селигер как-то приглашал на личную беседу. Но с тех пор он старался держать меня подальше. Кабинет как кабинет, только попасть сюда без допуска сложновато, и, насколько мне известно, наш ложный лорд часто любил отлучаться по делам.

— Неудивительно. Ему и там нужно быть, и здесь, и где-то ещё… — хмуро подметила девушка, выходя первой из лифта. Она, включив фонарик на наручном браслете, внимательно осмотрела пол, стены на предмет ловушек, и вышла затем в центр комнаты. — Мне кажется, он и важные улики тут не оставлял, если готовил побег заранее. Что мы хотим обнаружить?

Аль’Хаар осмотрел столы, проверил его личный компьютер на наличие взрывчатки, осмотрел полки:

— Даже если ничего нет, то мы должны опечатать эту комнату и полностью обыскать. Это офис преступника, который неизвестно сколько лет занимал должность лорда Селигера и прикидывался его именем. Возможно, он даже хуже Эллинора. Коалиция должна узнать о его преступлениях, — размышлял арканазиец, пытаясь включить компьютер, а потом вставил в него флешку и начал взлом системы. Астамара же сложила руки на груди, убрав пистолет в кобуру, и откинулась спиной о холодный камин:

— Честно? Я не верю в Коалицию. Когда-то на Земле существовала такая организация… которая объединяла все государства людей. Организация Объединённых Наций. Там представители государств собирались, решали совместно важные вопросы. Однако она так и не справилась со своей ролью, новую мировую войну не остановила, и правила политической игры переписались. Коалиция создавалась под тем же лозунгом, что и ООН — не допустить новой галактической войны. По итогу они наступают на те же грабли, что и люди.

Аль, оторвавшись от монитора, скептично глянул на Астамару.

— Ты удивительно осведомлена в истории землян для той, кто родилась и выросла на территории Арканазийской империи. Однако менталитет у людей один, у нас же, арканазийцев, он иной, — строго подметил энергетик, вводя что-то на сенсорном мониторе. — Мы никогда не воевали с братьями и сёстрами. Даже биологически мы лишены агрессии как таковой, ибо по природе вегетарианцы. Но защищать своё будем до конца. Люди же, даже несмотря на внешние сходства с нами, довольно жестоки по отношению к себе подобным, не говоря уже о чужаках. Другие же расы тоже имеют иной менталитет, нечеловеческий.

— Лично я вижу дипломатический кризис в складывающейся ситуации. Наша императрица ничего не делает, даже не контролирует системных лордов. Экзерона упустили, и теперь он будет где-то вынашивать свои планы… — хотела было раскритиковать действия правительства синевласая, но Аль’Хаар её внезапно прервал:

— Во имя Арканайзы и Эннары… — выдохнул он, когда таки взломал компьютер. Астамара, удивившись реакции энергетика, быстро подошла к нему и заглянула в экран, тоже обомлев.

Как оказалось, Экзерон через заранее настроенную программу слил в сеть кадры, где он превращается в Даггоната, принимая тот образ, который арканазийцы изображали в своих мифах и легендах — чёрного всепожирающего дракона, что накидывается на других и убивает.

— Это видео уже набрало больше десяти миллионов просмотров меньше, чем за день. И я вижу много панических комментариев под роликом. Не знаю, как ты, но, может, пока удалить ролик и объявить его фейком от нейросети? — предложила Астамара, когда увидела реакцию от арканазийцев на ролик. Одни из них перепугались, посчитали явление Даггоната над Палангеей началом конца, роком. Другие же, напротив, то ли в шутку, то ли всерьёз клялись ему в верности, де проклятый Хранитель вернулся, и теперь жизнь изменится к лучшему.

— Видео уже распространилось. Раскол общества начался здесь и сейчас, — посетовал Аль`Хаар, сразу отправляя короткий отчёт об этом по своему коммуникатору. — Орден Рейдена уже расследует этот инцидент на станции, но волну остановить будет не так просто. Вот что… я докладываю об этом лорду Найрэ. Он свяжется напрямую с императрицей Эльзарой. Да пребудет с нами мудрость Рэйдериана в этом деле…

Тут лифт внезапно заработал и начал подниматься. Астамара и её напарник отложили споры и достали пистолеты.

— Я… кого-то чую там… его мысли. Кто-то прознал о нас! — предупредил он, пока Астамара занимала позицию за столом, нацелив пушку в сторону единственного выхода.

Когда лифт опустился и открылся, первыми вышли Вилмир с Нарой, а за ними ещё двое ящеров: серая драконидка и заключённая в доспех высокая самка, которая своими рогами едва ли не задевала потолок, настолько она была огромной. Аль’Хаар тяжело вздохнул, опуская пистолет, понимая, что это оружие бессмысленно. После чего обратился к ним:

— Во имя Арканайзы! Это закрытая территория, мы ведём расследование. Не знаю, как вам удалось её обнаружить, но покиньте её немедленно!

— Я ж послушаюсь, — Вилмир отвернулся к выходу, хотя ещё глядел на экран компьютера, — а вы не узнаете, как нивелировать даггонатскую видеопанику.

Аль хотел что-то сказать, но Астамара его остановила жестом ладони, после чего, не сходя с места, спросила:

— У тебя есть план?

Вилмир так же резко развернулся обратно и подошёл к компьютеру. Однако высокая ниррка в доспехе подняла руку и остановила его.

— Стой, смертный. Компьютер может быть ловушкой, — строго подметила она, выходя к центру комнаты. Взгляд её внимательно изучал комнату, словно пытаясь заметить возможные ловушки. Однако Вилмир ей показал на Астамару:

— Других смертных он не задел.

Астамара подтвердила:

— Мы уже трогали этот терминал, даже пытались взломать. Однако всё, что он показал — распространение одного файла. Я не знаю, кто вы, но…

— Это не столь важно, кто я. Важно лишь понять, с кем мы имеем дело, — Эннара с важным видом прошла к потухшему камину и остановилась перед ним, повернувшись лицом к группе.

— Это правительница нирров, — Вилмир пояснил с меньшим пафосом, подходя к компьютеру. Эннара продолжила:

— Экзерон — существо с многолетней историей. Он многое знает и продумывает наперёд. Если он решил нам показать что-то, то это было необходимо ему с той или иной целью. У него есть средства борьбы против всех нас, и он умело этим пользуется. Нам удалось его застать врасплох, но только лишь один раз. Все остальные разы он был готов к нам. Поэтому будьте предельно осторожны и думайте, как Экзерон. Он бы не стал самое важное оставлять на виду.

— Но у нас есть поговорка… весьма интересная, — подметила Астамара, обходя стол кругом, — хочешь лучше всего спрятать, положи на самое видное место. Поэтому… что дала проверка компьютера, Вилмир?

— Он действительно практически чист, я другим занят, — вставил гривастый дракон чинилку в один из разъёмов. — Скидываю по тому же каналу продолжение видео, которое выставляет Экзерона уже не в столь пафосном свете. Великий Даггонат убегает в лифтовую шахту и прячется там, как побитый Чужой… Паника спадает, судя по комментариям, где спорят, это целиком фейк или «пожиратель миров» действительно позорно отступил.

Нара тем временем начала обходить комнату кругом, проверяя все уголки, даже полки с книгами, наполненные старинной арканазийской литературой. Подошла и к камину, нагнувшись и заглянув внутрь.

— Тут стена выглядит потёртой, — она пробубнила, указывая в сторону находки, — будто она двигалась. Подозрительно.

Аль’Хаар осторожно приблизился и присмотрелся:

— Потайной ход… вот на нём могут быть ловушки.

Высокая и грозная Хранительница медленно приблизилась к камину и затем начала щупать стену за ним, водя по нему копьём. Затем она подозвала Нару к себе:

— Нажми на второй кирпич сверху. Он выглядит немного более потёртым, словно его двигали чаще остальных.

Лазурная кивнула и положила ладонь, надавливая. Стена за камином начала отодвигаться сначала назад, а затем вниз, оголяя тёмный проход, сделанный будто из неполированного угля.

— Во имя Арканайзы… невероятно… — прошептал Аль’Хаар, заходя первый внутрь и включая фонарик. Но стоило ему сделать один шаг вперёд, как неожиданно его дыхание перехватило, и он почувствовал, как ноги подкашиваются, а сознание куда-то улетает. Но к счастью, его тут же перехватила Нара и вытащила обратно в кабинет, где проверила кратко его состояние.

— Пульс в норме. Дыхание стабильно. Хм… даже не знаю, что это могло быть… — развела она лапами, но Эннара довольно прищурилась:

— Защита энн’нирров. Любой, кто проникает в лабораторию и не связан никак с нашей древней расой, теряет сознание. Приятно осознавать, что наша защита всё ещё совершенна, — самодовольно заметила она и глянула на остальных.

Сайтанора выглядела уверенно:

— Первой пойду я, госпожа, — сделав небольшой поклон, вызвалась серая драконидка. Дав знак Вилмиру, Наре и Астамаре, она первая двинулась по коридору. Как и ожидалось, на неё не подействовала защита.

Эннара задумчиво посмотрела на всех остальных:

— Полагаю, на вас тоже защита не сработает. Полукровка, человек с древней энергетикой и звёздная сущность. Шагнём же во тьму и осветим её светом, что дарит Эннара всем достойнейшим.

Нара почтительно склонила голову перед своей покровительницей и отстранилась от бессознательного тела арканайзийца:

— Интересно… почему же здесь такие чёрные стены? И я впереди ощущаю лишь… пустоту. Что там нас ждёт?

Сайтанора, на ходуц осторожно щупая стену перед собой, держала вилы — своё фирменное оружие — в другой руке:

— Полагаю, Экзерон строил своё убежище с учётом защиты от нас. Стены не отражают никаких бликов, также они поглощают любые волны, и сдаётся мне, что если Экзерон ждал даже таких, как я, то мне следует войти не как Светоносная Эннара, а как смертный пилигрим в храм богини.

— Неужели ты слабее него?.. — Вилмир поводил чинилкой по стенам. — Зато отражение идёт в энергетическом диапазоне. Будьте осторожнее с применением способностей.

— Экзерон напрямую помог Атакаме убить моего родного брата. Много лет тому назад, — на этих словах Эннара сжала копьё в руке сильнее, — и Владычица не раз предупреждала меня об осторожности. Он тактический гений и имеет способы противостоять нам.

Нара Блэйз же, услышав такое, удивлённо вздохнула:

— Я часто слышу о них… Экзерон, Атакама… но я не знаю… насколько они опасны на деле?

— Достаточно знать, что первый причастен к проведению чудовищных экспериментов над ниррами, часть из которых обратилась неуправляемыми мутантами, а другая — теми, кого принято называть дракх’кханами. Вторая же… — Хранительница помрачнела ещё сильнее, — братоубийца. Если когда-нибудь она объявится, я лично позабочусь о том, чтобы её стёрли из этой вселенной. Но о ней ничего не слышно уже шестнадцать тысяч лет, только легенды ходят.

— Должно быть, кто-то стёр её до тебя, — предположил Вилмир, мотая головой.

— Да… Экзерон и Атакама связаны напрямую. Потому что я видела, что один из тех киборгов, которые нас преследовал, представлялся именно этим именем — Атакама, — подметила Нара, ступая рядом с Сайтанорой, осматривая коридор. Он вёл вниз и разветвлялся на различные комнаты, некоторые из которых были закрыты, а некоторые открыты, но пустовали. — А Экзерон лично пытался меня и моего возлюбленного подчинить, но его наноботы оказались не столь эффективны перед умом любимого, — и она перевела взгляд на Вилмира.

Тот поднял голову, шевельнув ушами:

— Просто механизмы, даже совершенные, на разум звёздных драконов и других энергетических существ не могут воздействовать.

Эннара на пару секунд остановилась, затем перехватила копьё получше, покрутив его в воздухе, затем коротко кивнула:

— Хорошо. Тогда я за ваши жизни могу не пугаться.

Вместе они начали спускаться по лестнице. Под ней что-то щёлкало, но ничего не происходило. Нара и Сайтанора насторожились, но лазурная обняла её за запястье и опустила ладонь вниз:

— Я… ничего не ощущаю впереди. Вселенная молчит, — подметила она и опустилась первой в длинную комнату с множеством инкубационных камер, расположенных в двух рядах. Сайтонора же не успокоилась и подала знак ладонью, чтобы остальные притормозили.

— Вселенная молчит, но я разумом чувствую чьи-то отголоски. Они будто кричат мне: «помогите». Они исходят… от сородича? Светоносная… стоит ли нам спасать его?

Эннара, которая спустилась следом, застыла, прислушиваясь к ощущением, а затем передала:

— Я тоже чувствую его. Но это может быть ловушка. Будьте осторожны…

И не успела Повелительница нирров что-либо сказать, как на них выскочило двое. Они выглядели как дракх’кханы, но были оба куда выше них: примерно три метра ростом. Их сгорбленные спины были усеяны рядом шипов, а из морды выпирали вовсе не два клыка, а все зубы. Их грудные пластины, плечи и бёдра были прикрыты пластинами из церебрия, а вместо крыльев торчали два перепончатых щитка из звёздной энергии.

Сайтанора и Нара Блэйз тут же выпустили свои оружия, вставая перед остальными.

— Мы с ними разберёмся! — крикнула жрица Светоносной. Вилммр вытащил обрез и выстрелил над крыльями самок, метя в незащищённые морды напавших:

— Жаль, богиня всю мощь не покажет!

Астамара тоже выстрелила из пистолета пару раз в них, но все пули застряли в мордах этих врагов, и послышался металлический «звяк», когда пули отскочили от них. Всё встало на свои места: они были роботами, которых Вилмир и Нара встретили ещё на Файрасе. Только эти казались ещё страшнее. Их когти неожиданно покрылись звёздным слоем, и пытались пробиться через двух энн’ниррок. В результате Сайтанора ушла вбок, касаясь своим трезубцем лапы роботизированного монстра и увлекая его за собой, а Нара вскинула свою одежду, покрывая её в ответ звёздной защитой и отражая атаку.

Хранительница оценивающе подняла свои глаза, пока Астамара за её спиной чем-то занималась, а, может, укрывалась под лестницей.

— В них души энн’нирров. Нара, Сайтанора, ослабьте их, остальное сделаю я, — с этими словами она достала копьё и нахмурилась. — Здесь использовать мои способности, как аспекта, не получится. Придётся действовать старыми методами, — добавила Эннара тихо и устремилась к лазурной, отражая древком оружия атаку когтями. После чего она рывком помогла той подняться.

— Ослабить… как? Они же роботы… изобретения Экзерона! Вилмир, ты сможешь как-то повлиять на их… электронику?

— Я, конечно, попробую… — он сменил дробовик на чинилку, пробуя их взломать кодами, полученными от Экзерона в момент службы ему. Конечность одного из роботов дёрнулась, благодаря чему Нара смогла нанести в шею удар и глубоко вонзить лезвие мачете туда, заставив тело вздрогнуть. В ответ тот схватил когтистой лапой за плечо энн’ниррку, сдавливая её до хруста, но Нара даже не шевельнулась.

— Ээ. Ваш… ход! — прижав к себе уши и стиснув зубы от боли, крикнула лазурная Эннаре, сдерживая на себе натиск одного из роботов. Та ударом копья под грудь проделала там дыру, а уже через секунду запустила туда ладонь и извлекла камень.

— Аккуратнее с ним. Я сейчас подойду, — и, передав в руки лазурной камень, Хранительница нирров лёгкой походкой стремительно двинулась к месту, где сражались Сайтонора и второй робот, что крушили лабораторное оборудование, сражаясь. Они катались по земле, пытаясь пересилить друг друга. Когти роботизированного монстра тянулись к шее жрицы, а та задними лапами отталкивала от себя нападавшего. В какой-то момент код доступа Вилмира сработал, и робот завис, что позволило уже изрядно потрепанной Сайтаноре оттолкнуть противника в стену.

— Скорее! Он подключает конечности напрямую к душе, минуя электронику! — предупредила та, но Эннара уже была на месте. Она проделала ту же самую процедуру, бережно вытаскивая камень души, и затем заставляя тело робота зависнуть.

— Экзерон никогда бы не стал доверять чистой электронике охрану столь важных объектов, — Эннара взяв оба камня душ, задумчиво на них смотрела, прикидывая, кем были этими ниррами и какова были их предыстория.

Нара, прижав ладонь к своему раненому плечу, прошептала несколько слов на ниррском, и её рана медленно затянулась, оставив лишь небольшой шрам там и ощущение зуда.

— Уф… интересно. А откуда у Экзерона души… НАШИХ сородичей? Я не помню, чтобы он в последнее время захватывал наших… кроме меня и его, — кивок на Вилмира.

Светоносная же хмуро и мрачно осматривала камни душ, после чего вручила их своей жрице — Сайтаноре:

— Это древние души. Вероятно, относятся к периоду падения Даггоната. Я узнаю их по колебаниях их энергий. Нара, эти души когда-то принадлежали ниррам, которых я отправила в Первый Мир — Андо’Геа. Его называют ещё Элсьинором, — пояснила сурово Хранительница, и затем неожиданно улыбнулась Наре, — это была экспедиция в количестве двухсот моих сородичей. Я отправила их помочь жрецам моего брата Кархагора вернуться поскорее к жизни, но в один момент я вдруг перестала ощущать с ними связь, а затем они были убиты. Что самое удивительное, Нара Блэйз, их возглавляла твоя мать — Оронэра Блэйз. Я сразу узнала по тебе, что ты — дочь пропавшего яр’гаранд… звёздного генерала.

Услышав имя своей матери, вероятно, впервые в своей жизни, Нара зависла, открыв рот. А её оружие выпало из рук на пол рядом с её лапами. А затем лазурная медленно упала на колени, чувствуя, что её ноги подкашиваются.

— У меня… у меня была мать? Но… мне всегда говорили, что меня воспитали в монастыре на отдалённом мире, — энн’ниррка едва-едва дышала от волнения, — Ты знала Оронэру? Кем она была? Она мертва?

— Конечно знала. Я знаю всех своих близких сородичей. Я умею чувствовать нирров даже за пределами этого мира, но именно Оронэру Блэйз я не могу почувствовать с того самого момента, когда она пропала. Боюсь, что она стала жертвой Экзерона, который находился с ними тогда. Так что, если вдруг мы встретим душу твоей матери, я обещаю, что приложу все усилия, чтобы восстановить её.

Лазурная сидела на коленях, пребывая в шоке и смятении. Её руки и крылья дрожали:

— …Мне иногда снилось, что меня кто-то относит в монастырь и говорит позаботиться обо мне, после чего уходит, — она закрыла обеими лапами морду, всхлипывая, — мама… почему?

— Найдём её, — Вилмир положил ей руку на плечо и хвостом подал ей её оружие. — По резонансу с твоей душой.

Лазурная подняла голову, утерев выступившие слёзы и аккуратно взяла его ладонь в свою.

— Я не уверена, что она вообще жива… но если так, я готова потратить вечность, чтобы её найти и спасти, если потребуется.

В это время к Эннаре подошла Сайтонора и с небольшим поклоном протянула ей два камня душ.

— Лучекрылая! А что делать с ними? Мы не можем их оставить, их души в критическом состоянии и измучены, а тела уже давно рассыпались на звёздную пыль. Боюсь, они даже имён своих не вспомнят.

Хранительница посмотрела вновь на камни душ, которые едва-едва мерцали, переливаясь, и затем стиснула зубы.

— Я знаю, кто может им дать новые тела, но она может немного возмутиться. Ты же в курсе, кто представляет в Энн’Лирро аспект созидания?

— Альциона… бывшая… — начала было пояснять Сайтонора, но Эннара её прервала:

— Да. Благодаря её силе у Клепсидры новое тело. Мы не можем полностью восстановить тела и души этих нирров, но мы можем дать им новую жизнь. Когда выйдем отсюда — отправляйся и покажи эти камни председателю Коалиции. Альциона может отказаться поначалу это делать, но напомни ей, что я всё помню и могу напомнить о моменте, когда она решила идти своим путём.

— Альциона тоже богиня? — Вилмир к ней обернулся.

— Не совсем, объясню позже, — Эннара задумчиво посмотрела на своё копьё, стукнув его древком о пол, — пока что изучим это место до конца.

— Ну и ну! Альциона что — тоже одна из вас? Одна из Хранителей? — В этот момент к разговаривающим существам подошла синевласая женщина, широко улыбнувшись. — Пока вы тут дрались и общались, между прочим, я под лестницей нашла нейтронную бомбу. Она бы сработала при малейшем колебании гравитации. Сдаётся мне, она была направлена против кого-то. Рискну предположить, что против вас, — она указала головой на Эннару, — но не волнуйтесь. Я её обезвредила. Просто подумала, что щелчки под лестницей слишком уж подозрительны.

— Нейтронная бомба выжигает внутренние органы, невзирая ни на какую защиту. От тебя и Вилмира есть польза, — подметила Сайтонора, чуть улыбаясь им и кивая.

— Покажи её, — Вилмир, не особо среагировав на похвалу — от волнения или просто думая о другом — подошёл к Астамаре. — Бомбу эту. Я щелчков не слышал.

Астамара просто повела учёного под лестницу, где она открыла ничем не примечательную дверь, замаскированную под плитку, и под ней под стеклом виднелось устройство, напоминающее большую газоразрядную лампу с подключённой к ней проводами, которые Астамара уже отсекла, а также несколькими горящими камнями явно магического свойства. Процессы генерации внутри устройства уже прекратились из-за отключения подачи энергии.

— А я слышала. То-то они мне странными показались, — синевласая опустила ладонь на одну из ступеней, и она негромко щёлкнула, опустившись буквально на пару миллиметров.

— Да… Но Экзерон то как-то обходил эту ловушку, раз регулярно сюда спускался, — заметил Вилмир.

— Это устройство предназначено именно против Хранителей. Вы видите, что здесь кругом чёрные стены? А также сюда не доходят никакие сигналы снаружи? Эти камни регистрировали изменения колебаний и гравитационных волн. Если бы Эннара воспользовалась своими способностями здесь, это привело бы к срабатыванию, — пояснила подоспевшая Сайтонора, опускаясь на одно колено и вглядываясь в устройство. — Экзерон многое предусмотрел. Но мы оказались на шаг впереди него.

— Излучение Эннары было бы опасно само по себе в таких стенах… — с посмотрев на Астамару с уважением, Вилмир вернулся в лабораторию, оглядывая то, что там сохранилось после драки. — Ладно, стоило ли оно того?

— Это и узнаем, — Сайтанора, выставив трезубец перед собой, двинулась первой по коридору, от которого в стороны расходились небольшие ответвления в комнаты. Эннара, чуть пригнув голову, следовала за ней, далее уже Астамара, внимательно осматривая стены и потолок. Замыкали процессию Нара и Вилмир.

За одной из дверей обнаружилась комната, где в законсервированном состоянии лежала одна из этих тварей, по образу и подобию которых были созданы роботы с вставленными в них душами нирров. Рядом с ней висел планшет с записью. Взломав при помощи отвёртки систему, Вилмир получил доступ к информации и зачитал вслух запись.

Образец номер 528

Вид: Энн’нирр, класс: Когтистый убийца

Статус: Мёртв, заморожен

Состав ДНК:

Энн’нирр — 30%

Дракх’кхан — 40%

Арканайзиец — 10%

Мортафанг — 10%

Таррасианец — 10%

Данный образец демонстрирует крайне высокую мобильность, выносливость и кровожадность. ДНК энн’нирров очень податлив к изменениям, в него легко внедрить любую другую ДНК и вызвать немедленные мутации, усиленные воздействием гамма-лучей. Препарат «Коготь 2», успешно опробованный на образце 4 А, показал резкое улучшение боевых качеств с вызовом случайных мутаций в виде появления молочных желез, нарушения функции сейсмозрения и усиления внешнего слоя кожи. Удивительно, что это меняет форму рогов.

Внедрение генов таррасианцев в ДНК нирров убирает побочные эффекты, оставляя только усиление кожного покрова. Образец Когтистый убийца показывает огромный потенциал в выживании в условиях холода, жары, а также полного вакуума, что в условиях космоса полезно.

Образец номер 528, являющийся нирром изначально, не пережил мутации, однако образец номер 4 А, дракх’кхан, пережил первую версию препарата и выжил, обретя вышеупомянутые характеристики.

На образце номер 529, энн’нирре, опробован препарат «Коготь 2». Результат неизвестен.

Экзерон

В коридоре повисла мёртвая тишина, а затем Эннара со скрипом сжала копьё в руке.

— Он ставит опыты на наших собратьях! — с едкой злостью проговорила Хранительница и глянула на то, что осталось от некогда её сородича. Энн’нирра в этой груде чешуи, шипов и когтей было не узнать. Он представлял собой уже сгорбившееся существо черного цвета, с двумя загнутыми вниз рогами, лишённое крыльев и изящности. У него были огромные конечности с выступающими когтями, мускулистый шипастый хвост, а всё тело покрыто жёсткой чешуёй и нарости.

Прикасаться к этому продукту безумного учёного никто не решился. Вилмир и вовсе больше на отчёт смотрел:

— Кому он это писал, он же вроде как главный и сам по себе… Если это рабочий дневник, он бы не подписывал каждую запись.

— Как бы не Даггонату… Идём дальше, — сухо решила Нара, не желая больше смотреть на этого монстра. Такой же жуткий вид имели и роботизированные монстры, управляемые душами её сородичей, но получить подобные жуткие мутации… как же хорошо, что они с Вилмиром не остались с Экзероном!

Далее по коридору они нашли ещё несколько камер с замороженными образцами. Записи на них говорили об экспериментах с ДНК, а также размышления Экзерона на тему, какие души лучше подходят для управления его машин.

Наконец, в конце коридора, где располагался вход в крупный грузовой лифт, выходящий на посадочную площадку на вершине строения, висел терминал, и там, наконец-то, группа исследователей получила что-то полезное. А именно: логистические данные с координатами.

Императрице Эльзаре Аргонари

От главы разведки Лорда Селигера

17.212 год ПД, 13 и 2/25 оборот Тиань

Партия из 100 мутантов вида «Когтистый убийца» успешно доставлена на базу Тиара. Боевые импланты внедрены, вся память жертв стёрта. Следующая партия ожидается не менее, чем через четыре оборота Тиань в 17.213 году.

Когтистый убийца слушается любых команд, подаваемых с ручного компьютера на нужной частоте. При отключении и взломе компьютера Когтистый убийца впадает в состояние бешенства, при которой они начинают всех воспринимать противниками. Рекомендуется использовать только в гуще врагов. Данные образцы были ранее успешно испробованы в бою против аванпоста Федерации Человечества в системе Файраса. Потери нулевые.

Астамара застыла, слегка открыв рот.

— Ну и ну… поверить не могу, что императрица пользовалась услугами подобного рода. Экзерон выращивал для арканайзийцев армию уродцев! — скривилась женщина, но Вилмир, который листал записи, продолжал искать нужные зацепки:

— А ещё у них тут стройка века…

Главе гильдии творцов Леди Лионэль Сапфир

От главы разведки Лорда Селигера

17.209 год ПД, 7 и 14/25 оборот Тиань

200 тонн необходимого оборудования успешно доставлены на планету Арсангор. Строительство «Меча Арканайзы», подходит к завершению. Ориентировочный год окончания строительства — 17.213 год ПД. Это новое оружие способно функционировать как в ручном, так и в автономном режиме. В этом году было установлено оружие, способное разрушать даже целые планеты. Ни для кого не секрет, что вторая галактическая война на пороге, и необходимы новые методы ведения боевых действий. Держите разработку оружия в секрете.

Ниже должно было что-то прилагаться, однако эти данные были удалены. Но даже этого оказалось достаточно, чтобы озадачить всех.

— Меч… Арканайзы? Это что? Химера? Оружие? — наконец, осмелилась спросить Нара.

— Космическая станция, судя по длительности возведения, — Вилмир предположил, Астамара развела руками:

— Или супероружие, которое ещё не целиком изобрели. Сложно сказать. Лорд Селигер не посвящал меня в такие подробности. Но зато я знаю, где можно найти Леди Лионэль. Она глава гильдии творцов, которые отвечают за строительство, включая космическое. Но это очень высокопоставленное лицо в Арканайзийской империи. Добиться аудиенции с ней непросто.

Эннара потёрла свою щёку под шлемом:

— Это всё очередные игрушки смертных. Когда им становится скучно, они придумывают новые способы убийства себе подобных.

Однако Вилмир наконец-то обрадованно поднял уши, когда он увидел ещё одну запись:

— Так… а вот это уже интереснее. Тут написано, что срочно был отправлен груз на станцию «Крест» с координатами в… сектор Икс. Дата — сегодня. Интересно. Вот мы и поймали гадюку за хвост. Он срочно эвакуировал всё самое ценное в самый опасный пограничный сектор известной части галактики. Ниже пометка о том, что вылет санкционирован, но теперь там стоит знак вопроса. Судя по всему, служба безопасности озаботилась, и теперь может оказать нам помощь в выслеживании Экзерона.

— Станция «Крест»… название подозрительное. Это случайно не пиратская станция? — задумалась Нара, смотря на остальных.

— Именно. И там мы, скорее всего, сможем найти Экзерона. Или хотя бы его наводку.

Эннара же кивнула Сайтоноре и затем добавила:

— Я останусь на некоторое время здесь, а затем отключу защиту этого комплекса, чтобы сюда могли попасть остальные смертные. Я предпочту сначала изучить здесь всё и узнать всю правду о нашем враге. Вы оказались полезны, смертные. И если вы захотите как-то связаться непосредственно со мной или запросить помощь, то пусть Нара мысленно позовёт меня. Я отвечу, — она подняла одну ладонь и коснулась мягко затылка лазурной. Та вздрогнула, а затем почтительно склонила голову.

— Эннара Эльсинари! Это большая честь для меня… — только и вымолвила она, когда Хранительница подняла свою ладонь.

Сайтонора, убрав своё оружие за спину, хлопнула крыльями и так же поклонилась Светозарной:

— А что мне делать теперь, Покровительница?

— Возьми две души наших сородичей и отправляйся к Альционе — председателю Коалиции. Она должна их восстановить. Что же до мутантов и новом оружии, которые Экзерон передавал империи… — Эннара на миг прикрыла глаза и вздохнула, — есть одно предположение. Смертные замышляют новую войну, и Экзерон их к этому постепенно подталкивает, создавая напряжённость. Скорее всего, он то же самое делает и с другими сторонами. Его мотивы неизвестны, однако он очень опасен. Берегите себя, смертные, и пусть свет моего величия озарит ваш путь.

— И ты будь здорова, а то сгинем во мраке, — Вилмир произнёс с такой интонацией, что в сарказме его уличить было нельзя. Астамара же взяла коммуникатор и начала перенос логистических данных с терминала на него:

— Наши пути здесь расходятся. — она кратко посмотрела на энн’нирров, но не стала кланяться. — Я никому не сообщу о том, что лично увидела ту, которой арканайзийцы поклоняются, как богине, но… я запомню эту встречу. Но я всё ещё должна отчитаться лорду Найрэ, временно исполняющему обязанности главы разведки, а затем буду ждать его дальнейших указаний. Удачи вам в поимке Экзерона. Зададите ему жару от меня, — она не решилась протянуть руку Хранительнице для рукопожатия, поэтому попрощалась так только с Нарой и Вилмиром.