Химера. Последний поход.

Глава 5. Северный Фронтир.

Сани шли легко, а за счет широких полозьев почти не просаживались в снег. Гнедой с серыми пятнами криволап или, как их называют на Юге лошадка шел бойко, выкидывая копытами снежные комья. Иногда с разлапистых веток деревьев осыпалась снежная крошка, попадая за шиворот или метилась прямо в лицо. В те моменты Вероника задористо смеялась, а Брат Сет ей вторил. Со стороны казалось, что это старый дед и его внучка едут на торжок за обновками.

Возница же ворчал на погоду, но больше прислушивался к нашим разговорам. Как мне сказал по секрету Брат, он глаза и уши поселения, потому мы говорили больше на открытые темы. Забава оттаяла и уже не сторонилась меня, а с каждой верстой была всё ближе, пока под предлогом холода и вовсе не прижалась ко мне. Ветеран на то щурил глаза, а Даром он светился тревогой. Меня смущали такие изменения, но тем не менее Я не отвлекался, а зорко приглядывал за лесом. Время от времени, на пределе моего Таланта проскакивали пятна в лесу, но распознать Я их не мог. Когда мелькнули тени в пятый раз, решил указать на то Брату.

-Значит поквитаться решили. Эй возничий, прибавь ходу, засветло нужно в град заехать. Перевертыши идут по запаху твоей лошадки.-прикрикнул Сет.

-Хорошо идем, нечего зазря погонять, как не спеши, а днем не получится, рано Ярило нынче садится, если Род будут милостив к вечеру доберемся.-отозвался санник.

-Что же, значит придется отбиваться.-радостно произнес ветеран, будто и не помирал вчера.

-Сдюжим ли?- усомнился Я.

-Деваться не куда, Я вчера за себя бился, а сегодня еще и за сиротку постоять нужно. Ты покамесь время есть, болты заговори. Да и возничий не лыком шит. Верно Я говорю, Остап?- весело спросил храмовник.

-А тож, мне для Черного Дола надобно товара привезти, а ежели не доеду, то ущерб принесу. Так что помогу по мере сил.- рассудительно заверил нас родовер, а сам тем временим открыл боковую крышку ящика, да достал самострел и тубу с болтами.

-Но ежели будет выбор нам помочь или до городища добраться, что выберешь?- лукаво спросил Брат.

-Ты сам всё разумеешь, старик. Мы квиты меж собой и долга наш Род не имеет. Сани сегодня пошли только из-за памяти предков. Сказывается мне, ты большую услугу Пал Степанычу оказал давно, что он имя твоё помнит. А так... Ты уверен за перевертышей? Лошадка ровно идет, зверья не чует.- усомнился Остап.

-Так то и без ветра идем, а хвостатые по лесу скачат. А как далеко, тебе мой крестник поведает.- старик откинул шкуру да уложил поверх нее топор. - Вероника, внученька. Сядь ближе к возничему и накройся с головой, когда Я тебе скажу. Ничего не бойся, мы тебя в обиду не дадим.

-Не боюсь, тятенька. - отозвалась сиротка.

-Шагов пятьсот-шестьсот может боле, пятна разные по форме и размерам, потому трудно и посчитать и расстояние измерить. Но раньше видел не больше пятиста. Могу и дальше глянуть, но отвар принять треба.

-Не спеши, итак слепишь. А на яркую вспышку ворог и посерьезнее может нагрянуть. Раз стаей бегут, значит еще не решились. Так бы наперерез кинулись. Времечко есть еще.

-Брат, опытом поделись. Чем их заборонить?

-Как и любое зверье. Огонь, сталь да потрава. Хитрые больше как люди, ярые как волколаки. Копьецо бы тебе больше сгодилось, но и меч хорош. И колоть и резать можно. Будем на Севере, нужно будет тебя подучить. Обузе топор отдай, дюже она любит тяжелыми штуками махать.-усмехнулся Сет. Забава на то лишь улыбнулась, вспоминаю свою первую сечу с утопцами.

-Ты говорил, что они последователей Мары разозлили, причем мы тут?- начал расспрашивать ветерана.

-Мы видоки, а про вражду то старая история. Во-первых, ты их в бестиарии не видел, так как они скорее зверолюди, то есть ближе к берендеям,чем к выродкам. Ведьмы и черный люд хвалят смерть, берендеи, родоверы и лесной люд напротив жизнь, просто видят это по разному. Перевертыши промышляют охотой, а стойбища их стая ставит лишь на летний период, когда пищи в изобилии, а их самки тяжелые. Как только щенки встают на ноги, считай трехгодовалые, тут же начинается гон. Слабые и раненные гибнут в пути, остальные имеют право на жизнь. И вот вот думай, стая рванула на новые богатые пищей места, а на них утопцы или прочая нечисть похозяйничала, подчистую подъела все живое. Уж не помнит никто, как первый из перевертышей в своей обиде кинулся на нежить. С тех пор и воюют. А как след свой, ставят снежную бабу, намекая, что Мара толстая, ибо жрет много, а срок ее Солнце определяет. Как приходит весна остается от кумира Мары только мокрое место. А сами они весной празднуют победу жизни. Переняли повадки от своего тотема, тьфу. Обросли шерстью и не чураются человеческого мяса. А здесь на Юге частокол не больше двух полных аршин (четыре метра), а в малых поселках и того меньше. В рыбацкой деревне, наш ночной гость через забор перемахнул легко. Потому, ежели нет зверья, то и человечек может накормить.

-Берендеи их не привечают из-за хитрости. Обмануть простака легко, а вот ежели обман вскроется, то лишь вся стая отобьется от обиженного.-отозвался Остап.

-К Вам заходят беры?- резко спросил Сет.

-Бывал один, все просил грамоте и счету научить. Но как только пальцы на руках заканчиваются, вся наука прекращается. Запомнил его, так как за потуги наши, крепко помог поселению. -ответил возничий.

-Остап, а почему в охранении лишь два человека? Михаил и Еремей? Не мало ли на такое количество людей?-задал Я вопрос.

-То для вас-гостей стоят. Черный Дол сам себя защитить может.-усмехнулся санник.

-Это как?-изумился ответу.

-Тебе же За столом сказали. Мы одно целое, ежели вороги у ворот, то все как один встаем на защиту. У Южан на сотню один десяток ополчения или стражи. У нас из сотню людей, сотня защитников.

-А дети и старики?

-А подавать стрелки и дротики? Вязать раны, приносить воду и пищу? Таскать дрова для жаровни и глазеть в лес? Тебе если палец жечь, рука дернется? Голова направит взор, а тело сожмется для отпора? Я - это Мы. Мы - это Я.-отозвался Остап.-Потому обидев одного родича, ты обидел всех. Поморы и ушкуйники уже узнали, как это бывает, убить одного из нас из-за пустяка или по праву сильного, что будет если снасильничать одну из нас... Всех их,кто был на той Ладье, их детей и стариков, баб и дома.... Род не помнит имена, но не забывает и не прощает Зло. Имя Брата Сета и берендея Мрака выбиты в памяти предков. Их будут знать и помнить моя кровь и кровь детей моих детей.

-Не горячись, Остап. Передай старосте, что за поселением следили, больно скоро хвостатые объявились и нагнали быстро. Значит не более чем в десяти верстах стая стоит. Вожак ранен, то моя заслуга. А четверых они потеряли у реки.

-Хочешь сказать, что одолел пятерых, старик? - c недоверием переспросил санник.

-Я отвел их за собой ниже по реке, к утопцам. Пока стая рубилась с ними, Я подрезал вожака. Затем выбивал по одному. Лишь когда бился с двумя, меня и порвали. -улыбнулся своей хитрости Сет.

-Умно.- признал Остап. - Мы обычно так не воюем. Только от защиты бьемся, сами только в случае смертоубийства родича можем пойти.

-Мрак от вас пару месяцев назад ушел?- одна мысль о том, что Я знаю этого бера, озарила меня.

-Где-то так. - признался возничий. Крепко же захотел учиться, ежели и на Юг ушел к родоверам и с купцом прогулялся до торжка. Такая тяга достойна уважению. Я помню его образ сильного и волевого человека там, на поляне, когда рубились с Плакальщицей.

Оглядев лес в очередной раз увидел мечущиеся тени, что бежали через лес, огибая деревья.

-Брат Сет, десяток рванул на прямую, скоро и сам увидишь, остальные на том же расстоянии держатся.

-Хах. Молодняк не справился с азартом погони, значит и вожака при них нет. Босик, клади стрелку да бей наверняка. Остап, гляди чтобы лошадку не порезали и ее не понесло. Ника, быстро за спину возничего и спрячься под шкуры. Началась потеха. - Брат коротко раздал указания, а сам радостно вскочил на ноги, обвязал пояс веревкой, а второй конец кинул мне. - Привяжи к полозьям, чтобы не выбили с саней. Да и сам подвяжись. Забава перейди на перед к Веронике, толкайся-брыкайся, но не дай себя с саней скинуть, то верная смерть.

Сначала послышался треск веток и маленьких поваленных деревьев, а затем появились и сами твари. В сумерках смотрелись грозно, массивные тела, резкие прыжки взрывающие снежный наст и горящие глаза. Если волколаки больше волки, чем Люд, то перевертыши наоборот. Тело напоминало человеческое, лишь руки были длиннее, лицо более вытянутое и густая шерсть. Уже не скрываясь, твари рванули на перерез. Я перехватил самострел, а рядом положил меч. Глазами выбирая мишень. Но тени двигались рывками, да и сани трясло, потому ни о какой точности речь быть и не могло. Из всей стаи особо выделялся огнено-рыжий. Он яро бежал, временами помогая себе руками и обгоняя всех остальных, да раззадоривал других своими криками и воем.

-Сынок пришел за отца мстить. Тот правда с проседью был. - заметил его Брат Сет, а затем громко и на выдохе закричал. - Ату тебя, рыжая псина. Ату...

Молодой вожак будто взбесился и резко ускорился, отрываясь от собратьев. Спустя сотню ударов сердца, вырвался из леса на дорогу шагах в тридцати, уменьшая расстояние с каждым рывком. Храмовник перевел топор за спину, а сам потянулся к зверю, натягивая веревку. Внезапно слева прыгнула тень наперерез движению саней, тут же щелкнул самострел Остапа. Раздался громкий визг, переходящий в скулеж, и тень кубарем завертелась на обочине. Возничий коротко ударил вожжами по крупу криволапа да потянул струну оружия. Тем временем рыжий сделал рывок, запрыгивая на сани, и тут же последовал сильный удар. Брат Сет махнул топором снизу вверх и отсек левую лапу и повредил ухо. Взрытый санями и копытами лошадки снег окрасился в красный. Стая протяжно завыла, потеряв за короткий миг двоих, но преследовать сани не прекратила. Храмовник выдернул у меня из рук самострел и, быстро прицелившись, метнул стрелку чуть ниже красных глаз преследователя. Заговоренная стрела прошила насквозь шкуру, разрывая ткань, а тело беззвучно уткнулось в сугроб и там упокоилось.

-Заряжай. -Крикнул брат, а сам принялся корчить рожи, дразня стаю. Все больше перевертышей высыпало на дорогу, нагоняя сани.

-Без толкового вожака, просто щенки.-кричал храмовник.-Сколько стрелок осталось?

-Еще три в тубе.-ответил Я, передавая снаряженный самострел. Дорога круто повернулась, а старик присел от неожиданности. Тут же привстав на согнутые ноги, выстрелил второй раз. На сей раз тени метнулись в рассыпную, лишь последний не успел. Стрелка вонзилась в живот, ломая зверя пополам.

Сухо щелкнул струной Остап, отправляя очередного врага крутиться волчком на земле, в попытках вырвать короткий снаряд из груди.

Погоня внезапно прекратилась после потери пятерых.

-Горю весь азартом. Прям молодость в жилах плещется.-произнёс Брат, плюхнувшись на сани.

-Пройдет скоро. То в тебе обрядовый отвар говорит.-охладил пыл Остап.

-А Я то размышляю, что же такого произошло. Будто несмышленыш, рвусь на сечу.-усмехнулся Сет.-Забава, отпусти топор, а ты Вероника пойди сюда.

-Иду, тятенька. -пропищала сиротка, с трудом выбираясь из-под шкур.-Все спокойно?

-Босик, не спи. Огляди лесок, ждать ли гостей?

-Отстали, вернулись к подранку. Ты скажи мне. Так они люди, али нелюди? Поначалу думал зверь, а ближе подпустили из, вроде и человеческого в них немало.

-С волками жить... То люд лесной, что отринул свою природу, а живет по обычаям стаи. Мёртвые земли Севера их изменили сильно, потому и выглядят они иначе. Но не рассчитывай на их дружбу или попытку приручить. За вековую историю никому не удалось. Сколько перевертыша не кормили, а он все в лес смотрит.

-А в неволе, от еды и питья отказываются да помирают со скуки и томления по воле. Ежели убежать не могут, то за Месяц сгорают.-отозвался возничий.

-Делааа...-коротко произнесла Забава.

-Тять, а расскажи про звезды.-Ника отошла от страха и вновь начала пытку расспросами.

-Там, далеко-далеко в небе, живут те, кого прибрал Отец-Грозное-Небо. Те, кто заслужил право уйти за бровь бога и удостоились тризны. Еды там вдоволь, а болезней и потравы и вовсе нет. Ночью, вспоминая Мать-Землю, на которую больше не Вернутся, жгут в память костры из небесных деревьев. Вот по ночам мы их и видим. Ведь что такое звезда, это есть сияние. А что далеко сияет? Костер да слава!!!

-А у нас иначе.-отозвался Остап.-Но в целом похожи былины.

-А они живые или нет? И почему ушли за Грань многие, а звезд видно мало?-продолжала спрашивать сиротка.

-Я вижу лишь своих. Там все те, кто любил меня, кто подставлял плечо и делился водой и краюзой хлеба. Все те, кто сложил голову для чистого неба, потому хмурое чело Отца разглаживается, глядя на наши скромные потуги, морщины уходят. И это знак, что наши жизни не прошли напрасно и все больше погожих дней прирастают в году. Наступят дни, когда наши дети или дети наших детей, а может быть и ты, увидите полный рассвет и зеленые поля. Люд прекратит войны и распри и начнется новый Мир.

-А когда это случится?- воспросил уже Я.

-Когда сгорят в очищающем огне все твари Орды и химеры.-зло ответил Брат, а Забава от тех слов вздрогнула. Значит ее близость, лишь притворство, а голова занята лишь мыслями о Звере.

****

-Местные называют этот град Северный Фронтир, будто стоят на границе с Ордой, а мы выше на Севере там так, в гости заскочили. Слово грозное, а остальное сам увидишь. Смотри внимательно, тут много ссыльных с Юга, народ резкий и лихой. Хотя другие тут и не выдержали бы.-раздавал советы брат.

Сани вышли на хорошо утоптанную дорогу, что петляла между пристройками и вела к крепким воротам. Сами стены были из каменых блоков, а щели забиты и замазаны глиной. По обе стороны от ворот башенки для стрелков и лучников. Ров хоть и не залит водой, но весь утыкан острогами и ежами. У ворот стояли два стражника и мытарь, что собирал мзду и выдавал ярлыки на торговую площадь.

-О, Остап. Чего-то зачастил к нам. Седмицы не прошло, на торговлю приехал? Али извозом занялся?

-И то и другое. Взял попутчиков, вместе и веселее и спокойнее.

-А вы четверо, с какой целью прибыли в наш славный град?

-Отдохнуть и отправляться дальше на Север.-отозвался за всех ветеран.

-Какой Север? Выше нас только Орда и проклятые земли!-отозвался молодой стражник.

-Ты для меня южанин, сынок.-с ухмылкой ответил Сет.

Стража тут же перехватила копья длинным хватом и направила на нас.

-Назови свое имя!-крикнул мытарь, прячась за спину копьеносцев.

-Я ветеран Северных пустошей, Брат Храма, Сет Однорукий. Со мной септ Бос Путевой и две особы под нашей дланью. Направляюсь с Юга на родину.-важно произнёс Храмовник, выпячивая грудь.

-Нам не велено пускать на Юг ваших. Мы должны предать вас смерти!-держа копьецо в дрожащих руках произнёс сторож ворот.

-Дурень, Я же сказал, что возвращаюсь в городище, а не иду на Юг. Где в твоем наказе есть то, что и на Север нельзя?-продолжал издеваться над горожанами Сет. -Пусти в град, а по утру Я отбуду в Югру.

Местные переглянулись между собой, мытарь пожал плечами.-Три чешуйки с каждого, монета с саней.-наконец-то определился с решением.

-Держи две монеты, да портки поменяйте, северяне...-рассмеялся ветеран и кинул деньгу.-Остап, трогай на торговую площадь, с меня ужин.

- Скажи мне, Сет. Ты передал весточку на Юг? -поинтересовался возничий.

-В Югре дам. Да и останемся мы там на пару дней, хоть и времени нет совсем. Пал Степанычу передавай важную весть. Я чую зло, что скопилось на Юге. И это не зверолюди и темные. Это что-то иное, неведомое мне. Потому и не находил себе места. Но полно говорить о плохом, время ужинать да славить богов о дарованном новом дне.-огорошил ответом Брат.

Мы подкатили к торжищу, на котором уже было пусто, запоздавший торговый люд складывал свои пожитки да убирал лавки. Огороженный участок площади был отведен под телеги, сани и навесы для тягловых лошадей. Там же суетились молодые парни, что ухаживали за животными да стерегли загоны. Пока Остап пристраивал лошадку и сани, Брат Сет уверенно повёл нас на постоялый дом, расталкивая зазевавшихся прохожих.

-Запомни это день, Забава. Сегодня ты должна быть яркой и желанной, как себя подашь, такая участь тебя и ждет. Здесь наши дорожки с тобой разойдутся. Я выбрал самый дорогой постоялый дом, чтобы Люд там был при деньгах, но даю тебе выбор. Ты можешь стать учителем хороших манер в Княжьем доме и жить при нём, или сыскать славу первой Благородной, что добровольно пошла на Север для лучшей доли. Хах.. Скажи кому, что свахой на закате лет заделался... Засмеют... В общем решайся сейчас. Завтра мы уходим втроем... - на подъеме душевных сил поделился планами Храмовник.

А Княжну, как пыльным мешком вдарили, ее качнуло в сторону, и лишь моя поддержка позволила ей не упасть на грязные деревянные настилы. Так под руку Я и довел ее до трактира. Эх жизнь дорожная, то кривая дорога, то постоялые дворы. Везде чужой, всюду гость. Без деньги хоть загибайся у ворот, краюху черствую не подадут. А с монетой - лучший друг, пока платишь. Все таки честны родоверы со своим правилом. Все общее, и гори и печали, радости и свершения. Никто не переступит через товарища или грязь, а общими силами делают свой мир чище и светлее.

-Есть и третий расклад. ты можешь вернуться с Остапом в Черный Дол и жить там. - тихj прошептал ей на ухо.

-И прозябать бесправной девкой, которую будут пользовать все, кто смогут? А из личных вещей лишь нательное белье? Где мужей, как блох на бродячей собачине. Нет уж, Я попытаю удачу с богатым и успешным, чем так.- горделиво ответила мне Забава. Затем отстранилась, резко вырвав руку, и пошла с высокоподнятой головой. Высокомерие и презрение прорвалось через кротость и робость, что были с ней два удара сердца назад. Как же так легко Благородным получается менять маски? Меня как ушатом с ледяной водой окатили.

Что же, ее выбор, ее жизнь. Я обещал ей подъемные и топор, вот и всё приданное. Задумавшись отстал от попутчиков, потому прибавил шаг, дабы не потеряться в новом незнакомом городе. Первый град, в который меня не заносят на руках в бессознательном состоянии.

-Куда прешь, оборванец. - с угрозой произнес верзила у дверей постоялого дома. Брат Сет аж опешил, затем склонил голову на бок, разглядывая здоровяка. Криво улыбнувшись, засадил кулаком в кадык нахалу. Тот схватился за горло, в тщетных попытках вздохнуть воздуха, затем покраснел и начал заваливаться на бок. Храмовник наклонился над телом, вправил кадык и потянув за ухо что-то тихо зашептал.

-Нам выдали приглашение в лучшее заведение! Остап, где тебя носило? Пропустил всё веселье. Девы вперед. - старик открыл дверь и шутейно поклонился. Первая зашла Забава, величественно расправив плечи, походкой Благородной она плыла сквозь ряды столов, привлекая внимание всех. Следом веселой прыгающей походкой заскочила Вероника, ничуть не смущаясь дорогого убранства и Знатного Люда. Я заробел поначалу перед входом, но дружеский шлепок по шее лучше любого приглашения. Остап зашел за мной чинно и уверенно, а Брат Сет нахально, явно ища соперника. К нашей разношерстной компании тут же подскочил служка.

-Госпожа следуйте за мной, а челядь через дальнее крыльцо отправьте. Негоже Вам с ними за одним столом быть.- услужливо кланяясь, любезно посоветовал подавальщик.

-То не мои слуги, а попутчики. Посему достойны восседать за столом, они мне жизнь спасли. Скажи-как любезный, чем потчевать нас будете и на какое место на ночлег определите?-перебила его Забава.

-Только лучшее для наших гостей с Юга.-прогремел голос на всю горницу. -Позвольте Вас угостить милая Барышня. - из-за стола встал дородный муж в богатых одеждах с крупным, одутловатым от постоянного принятия хмеля, лицом. - Я купец, Петр Емельянов, к Вашим услугам.

- Стар ты., Петр, за Благородными бегать. Позвольте отрекомендоваться, владелец копи и приисков, первый владетель Золотошора. Прохор Петрович Громов. - худощавый, с хитрым прищуром и острым взглядом.

-Милая барышня, на что Вам торгаши, с ними же скучно. Княжич Ростислав Межинский готов скрасить этот вечер. Ну и безусловно проводить Вас в более подобающие хоромы.-отозвался третий стол.

-Хех, сложный выбор предстоит Забаве. Купец, золотая курица и княжич. Пойдем ,Остап, пригубить пора вина, Знатные угощают.-просмеялся Сет. Родовер оскалился, но отказываться не стал. Заняв лавку, обитую тряпицей, мы запросили снедь. Стол быстро наполнялся изысканными яствами, возле каждого положили весло и вилы, на что Княжна наморщила носик и вопросительно поглядела на подавальщика. Тот шумно сглотнув, помчался за остальными приборами.

-Тять, а тять. Зачем столько вилок то? Нам нужно через плечо их кидать, ежели испачкаем?-задумчиво спросила Ника, мужы посмеялись в кулачок, Забава пренебрежительно поджала губы.

-Вероника, для каждого блюда, что нам подадут, требуется свой ключ. Ежели рыбную похлебку дадут, возьми весло вот это, с хвостом рыбьим у основания. Ежели мясные щи или борщица, то соседка первой слева.-подсказал Я сиротке.

-Э как, етикету обучен?-спросил меня Сети, а Забава задумчиво оглядела меня.

-Был у святых отцов на обеде. Там науку преподали.-скромно ответил Я потупив глаза.

-А вот эта ложка, называется десертная.-подняв длинную, витиеватую ложечку над столом, произнесла Забава.

-А сама то определилась, какой ложкой будешь хлебать жизнь?-усмехнулся Остап.

-А Вы уважаемый, брат Сет. Что бы посоветовали, зная жизнь на Севере?-чинно отложив десертную ложку, спросила Барыня.

-Тут зависит от того, что ты в итоге вкусить хочешь. Княжич очень интересен, но он гуляка и повеса, а также третий сын. Очередь наследования до него не скоро дойдет, да и чета его уже подрастает. У благородных узы в первую очередь по расчету, а уж потом ...Стерпится-слюбится. Значит седмицу, а то и месяц с ним будет весело. Купец еще крепок, от того стать молодой вдовой тебе не грозит, скорее по пьяни, зная твой характер, он тебя пришибет. Золотой мальчик Громов нуждается в имени. Сейчас он просто богатый муж, а благородства в нем, только то, что сам выпестовал. Но больно он дотошен в мелочах, не сводит глаз с твоих манер. Я бы повременил с выбором. Не ясно, какое угощение Мать-Земля тебе приготовила.-рассудительно вещал ветеран.

-Благодарю за полный ответ. Пожалуй воспользуюсь Вашим советом.-сложив руки на колени, Княжна бросала осторожные взгляды на пригласивших ее мужей.

-А можно привечать всех троих и каждого доить. Как там у вас на Юге? Ласковый теленок у трех мамок сосёт?-засмеялся Брат. Забава показала всем своим видом, что не потерпит такого ответа, а на лоб легла печать раздумья.

-Время отужинать. Эй, служка, ты решил голодом уморить гостей?-крикнул Остап. Скоро Появился подавальщик и начал укрывать стол снедью.

-Кого Я вижу? Ветеран Северных Пустошей, Брат Сет! Я думал, ты уже сдох старая развалина.-раздался голос из-за спины.

-Я бы сообщил тебе о том лично.-отозвался Храмовник, не оборачиваясь.-Садись за стол, Данила. Пчелы, что слетелись на вот этот прекрасный цветок, щедро угощают нас медом.

-Добрый вечер. Данила Ветров, начальник стражи этого славного града. - произнёс крепкий мужик со многими морщинами на лице.-Думаю можно и пригубить вина со старым боевым сотоварищем.

****

-Не переживай ты так. Данила присмотрит за ней, Я ему рассказал про Любомира, да на первой в его доме поживет, супруженица его согласна. Денег ты ей отсыпал изрядно, на пару месяцев точно хватит. Топор только жалко. Пойдем весточку отправим, да скоро обоз на Север пойдет. Со вчерашним купцом будем, он вчера потратился на ужин, а остался "голодным". хех.. К вечеру уже в Граде будем, дорога спокойная и широкая. Но поглядывай изредка, лихие люди везде есть....

Мое большое путешествие подходило к концу, меньше чем за четыре дня мы прибудем на Родину, а Брат Сет обещал, что заскочим в мое поселение, передать травы да повидаться с родными.

Глава 1 Крестный.

Рассвет нового дня Я встретил в натопленных комнатах лечебницы, в прошлую ночь меня не мучали кошмары, и боль, стараниями двух Дев, пошла на убыль. Быстро обмывшись холодной водицей и прошептав короткую молитву во славу отца и матери, готовился к длинному пути домой. Сборы были скорыми, да и добра много не нажил, собрал в заплечный мешок новые травы и отвар, что вновь приготовила Анна. Перевязал лентой для волос поврежденный дневник да затянул шнурок сумы. Покрутив в руках костяной наконечник, доставшийся от Любомира, улыбнулся мысли, что есть на продажу второй трофей для Ситни. Обмотав кисточку тряпицей, закинул его в голенище сапога, во второй сапог уложил подарок от горбуна, затем прошелся ладонью по ожогам на лице и оправил одежду. Спрятал под капор обожжённую голову, да разложил по карманам награду от Князя, вот и все сборы. Пришло время прощаться и поблагодарить всех тех, к кому успел привязаться. В первую очередь направился к бывшему немому, Георгию, что оказался весьма замкнутой и таинственной личностью, что почти ничего о себе так и не поведал за время, что Я с ним общался. Я протянул ему руку для прощания, на что он сгреб меня в охапку, крепко сдавил плечи. С трудом подбирая слова и вставляя длинные паузы, ответил мне на прощанье.

-Милостью богов ты встретился на моем пути. Излечил от душевной раны и дал новую жизнь. Ты пробудил меня своим даром. Да встретишь ты полный рассвет.

-Благодарю за теплые слова и за спасение из горящего дома. Направь свои силы на приумножение добра, да прибудут с тобой милость Отца-Грозное Небо и благость Матери-Сыры Земли. Прощай.-скупо ответил Георгию, но многие слова Мужам и не нужны. Повернулся к Анне, глянул в ее раскрасневшееся от слез лицо, мокрые глаза и шмыгающий носик-пуговку. Улыбнулся Травнице, прижал ее к груди и поцеловал в наморщенный лоб.

-Будь здрава и не разменивай время, отведенное тебе только на лечение хворых. живи полной жизнью. Пусть Мать Сыра Земля приоткроет тебе тайны трав во благо Люда. Прощай, Травница Анна.

-Надеюсь подготовленные мной сборы помогут твоей сестричке. Возвращайся скорей, только волосы отрасти, а то страшен, как нелюдь.-горько пошутила Дева и отстранилась. Я поискал глазами по лечебнице Ведьму, не найдя искомое, горестно вздохнул и пошел на выход.

На улице было очень людно. Все те с кем пересеклись тропинки Судьбы были на небольшом дворе. Богдан со своим десятком. Служки Детинца и Китеж-града, случайные зеваки. Поодаль брат Сет и Адель о чем-то общались. Привычно нырнув в Дар, оглядел Людей. Вои держались вместе, потому раскрашены были почти одинаково. От них тянуло лёгкой радостью избавления от груза и предвкушением ратных подвигов. С моим появлением они простительно склонили головы, но Я видел их окрас, лишь Десятник и Борис светились грустью, остальные были напряжены. Что же, Я чужд им и непонятен. Толпа горела любопытством и ожиданием чуда. Лишь двое были чрезмерно дерганными и бросали тревожные взгляды вокруг, то были мои знакомые убийцы, что встретил на Ладье. Коротко кивнув и приложив ладонь к груди, дал знак, что Я их заметил и помню обещанное слово, затем наступило время прощаться. Вои хлопали по плечам, пожимали руки, неудачно шутили и желали доброго пути. Зеваки же старались коснуться или просили благословления, чем сильно меня смущали. Остались лишь двое, моя спутница Адель и встречающий храмовник, что как и раньше чадил чёрным дымом от потерянной конечности и глядел острым, пронизывающий взглядом. Увидев мое смущение, хмыкнул и произнёс.-Прощайтесь, Я подожду еще немного.

Ведьма подошла ко мне медленно и плавно, положила голову мне на грудь и часто задышала. Я чувствовал ее горячее дыхание и трепет от предстоящей разлуки. Мы стояли продолжительное время молча, нам слова были не нужны. Все закончилось внезапно. Адель отстранилась, быстро и горячо поцеловала, а затем, не оборачиваясь, пошла к дому, где упала в объятья Анны. Я низко поклонился всему Люду и развернулся к брату Сету.

-Ну здравствуй. крестник. Пойдём скорее , поедим и поговорим по дороге.-после этих слов храмовник развернулся и направился к воротам. Я последовал за ним, напоследок оглядев детинец, в окне мелькнула черная тень Князя, что провожал меня тяжелым взглядом. Я был первым и единственным, что нарушил его приказ о высылке из Китеж-града. Стража на воротах при моем появление начала стучать древком копья по мощенной мостовой, в противовес их ударам нарушая торжественность момента, натужно скрипели удавки висельников да каркали на поживу вороны...

****

По лесной дороге шли не торопясь, насколько позволяла прыгающая походка старшего брата. Пар вырывался из рта, поднимаясь облачком вверх, где пропадал, слившись с серой утренней дымкой.

-Пока есть время, необходимо поговорить о том, что случилось, младший брат Босик. В эти края нет ходу жителям городищ. Лишь гварды и Септории могут сюда заходить, не нарушая Запрет. Согласно положению, принятому в своде Храма, Я должен тебя казнить. Что скажешь, Светоч?

-Старший Септорий отдела Дознания Олег посвятил меня в сан младшего септа под именем Бос Путевой. Причина моего появления на южных землях было похищение людьми Князя для поиска убийцы. Но Я всецело полагаюсь на мудрость старших братьев и готов понести заслуженное наказание.

-Правильные слова, сынок. А теперь поговорим о том, что ты тут узнал или услышал и как обстоят дела на самом деле. Не хотел бы Я, чтобы в тебе было сомнение. - старик глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. - Начнем с появления Городищ. После Исхода было много лжи и греха. Люд одичал и искал себя в новом Мире, сбиваясь в стаи и племена, со своими правилами и законами. Каждый род жил обособленно и решал все свои сложности в одиночку. Позже, дабы разбавить кровь, племена начали меняться невестами, а кое-где и женами. Со временем такие рода связались в общины и верфи. Так и появились первые крупные поселки, соплеменникам было проще строить свой быт и отражать нападки врагов и зверья большим числом. Но Север порождал новых тварей, что перли нескончаемым потоком, и народ переселялся южнее и южнее, сбегая от напасти, пока не уперся в Желтое море с его имамами, халифами и жадными до рабов кочевниками. Так и застрял Люд посреди Севера и Юга, страдая от невзгод и набегов с обеих сторон . Многие тысячи сложили свою голову в борьбе за выживание супротив Орды и изменённых, пока однажды, на совете больших и малых племен, роды Берендеев и калеченных, поселок Афанасьевых и Горельских не встали, как один на защиту земель. На том вече было принято решение о разделении земли руссов на кромешников и земельщиков или опричнины и земщины иначе. Первые от слова кромка, так как ушли к кромешной тьме, пробивая путь на Север огнем и мечом, все вои и ярые. Оставшиеся на землях были люди честного труда, что без оглядки на тревожный лес могли растить урожай, делать инструмент и оружие, воспитывать детей. В те времена каждый третий муж из земщины ушел в поход, а Берендеи, горынычи и афанасьевы люди сорвались со своих мест от мала до велика. Раз в месяц, земельцы отправляли обоз с провизией и оружием на Север, каждое вновь присоединившееся племя должно было выставить от себя третью часть мужей. Такова была цена защиты от Юга, зверья и Орды. И платили ее охотно. Кромешники или опричники, от слова опричь (кроме), как они себя сами назвали, перли вперед, оставляя за собой лишь сожжённые ульи Орды и малые лагеря со стенами, в котором отлеживались раненые и хворые и находили приют обозники. Только болезнь и раны отступали, бросая мирную жизнь, бежали на Север, ибо без сечи и огня более жить не могли. Сильно увечные оставались в лагерях, выращивая новую смену новиков, передавая им знания борьбы с ордой и жизни по новому Уставу. За пятьдесят лет вои продвинулись далеко, каждый год отбивая все новые и новые земли... Наконец, устав от сражений, разбили три града на пути Орды, Горынычи правее нас, далее Афанасьевы люди. Наше городище, основали калеченные. Берендеи вернулись в леса, живя в согласии с книгой Велеса. -тут брат Сет замолчал, выбирая слова.-Много зим прошло с тех пор, а земельцы по прежнему шлют обозы с одеждой, инструментом и оружием. Мы все так же стоим на рубежах мирной жизни, выжигая язвы леса и откидывая тварей назад, в топи и ледники.

-А чистый Четверг к чему и ясли для сирот?

-То была сделка. Нашими руками убрали всю грязь с Земельщины, а сироты... Сироты к нам приходят токмо увеченные, от которых родичи отказались, а горынычи и афоньки принимают только мастеровых детей . Хех, сынок. У каждого своя правда, а вот истина одна. Трудно судить о мече, когда ты землепашец, потому и взгляд у них на многие вещи иной. То, что у нас дается с большим трудом, например, посеять гречу или овес, им не в тягость. Но и порядка и нас больше и народ честнее. Хотя, как Я разузнал, ты и в городище смог грязь найти.- брат покачал головой, погрузившись в свои мысли, затем продолжил.-

А последние лет десять и вовсе тяжко стало. Земельцы отказываются дань платить, а в каждом граде свой князь или царь, что законы устанавливает. Только торговля и откупные за ссыльных получаем, так как больно давно в мире и спокойствие живут. А раз угрозы с Севера не чуют, значит ее и нет вовсе. Под Омском один князек так и сказал, что вы мне эти кости привезли, как отчет? Живую тварь хочу, а то непонятно от козла тебя принесли мослы или может собачины какой. Курва....

-Как порешали?

- Снарядили ветеранов с лагеря для отчета. А вои осерчали, ну и решили по своему сделать. Волколака ему в детинец кинули, клыки да когти посшибав заблаговременно, дабы ущерба не принес. За ночь считай вся охрана, сам боярин и его челядь пол терема обгадила, кха-кха. Голову опосля по утру срубили зверю, как подарок оставили. Новость быстро разлетелась, после никто и не спрашивал, как мы землю обороняем. Кажись решили всё, а вот прошло немного лет, опять вопросы появляются, нужно ли кормить Север. Итак на подножном корме, травой да отравой питаемся, ну не считая Благородных. На сейчас раз ты спомог, почитай года на три вперед разговоров будет о Святоче с Городища. А раз было чудо, значица и беда есть. А не поймут ежели, то можно волчонка и с клыками пустить в этот курятник. Гряземесы одни, душонка пустая, как пузырь на болоте, зато вони и гнили, как со всей топи. Сплюнул бы, да грех не хочу из-за этих дураков пред Матерью брать. Разжирели, расслабились. На сотню люда хорошо если десяток воев наберется. У нас иначе, новиков с семи лет к ратному делу представляют, а с двенадцати уже в лагеря берут. Болтаю много. Давно один хожу, никак наговориться не могу, может вопросы какие есть?

-Это Любомир Вас так изувечил?

Старший брат сбился с шага и остановился. Самообладание быстро вернулось, но на короткий миг Я узрел искорки злости, обиды и лютой ненависти. Сделав следующий шаг, ветеран ответил-Это северная пустошь, сынок. Там много зла. На многие лета грязи, не отмоем, не отмолим никак. Но вопрос твой меня удивил, мало кто знает, что Я видел Химеру.

-И почти никого, кто знает, что вы его спасли от обезумевшего Стража.- тихо произнёс Я, тотчас укорив себя за длинный язык.

-Что ты сказал, щенок? Откуда такие хулёные мысли в твоей лысой голове взялись?-не на шутку взъярился старший брат.

-Увечья на Вашей ноге носят характер раны, то не перелом или болезнь. Через разные расстояния одинаковым оружием нанесены порезы. Септ Олег учил меня, как определить каким способом вбили жертву, а в голенище моего сапога лежит прощальный подарок от Химеры, костяная косточка с хвоста. На моей плече и теле, такие же порезы, как и у Вас. Не нужно быть большого ума, чтобы сопоставить очевидное. Я видел Любомира в мою последнюю ночь в таверне. Он пришел потешить свое самолюбие и указать на мою слабость пред ним. Хвала Отцу и Матери за заступничество, не дали вражине совершить злодеяние.

-С доводами согласен, лгать подобные тебе не могут, но такие подробности ты мог узнать только лишь... -ветеран вновь остановился, резко развернулся и сверлил меня глазами.- Все сводится к тому, что ты его и впрямь встречал и мило пообщался, покажи свой трофей.

Я потянул кисточку из сапога, развернул тряпицу и протянул брату Сету. Тот брезгливо осмотрел ее, да отвернулся. Вида не показал, но Дар не обманешь, настроение у брата поднялось и зашагал он не то, чтобы быстрее, но увереннее.

-Брат Сет. А почему мы не водой или на телеге пошли?

-Вода больше не безопасна. Сейчас черти на гон пошли, не то, что на лодки, на топляк кидаются. Опять же ветер поднимется на днях. Телега не пройдет и верст двадцать, дороги все расхлябаны до первых морозов, да и службу нести нужно. Твой дар и мой опыт многое укажут. Если орды нет, не значит, что нежити не будет. Последователи Мары тут лихо плодят. А сейчас их время, пока Солнце силу не наберет. Ради власти надо миром такие непотребства совершают, что руки опускаются. Порой Орда честнее люда, да и тварь-враг привычный, а вот люди с грязной душой порой хуже измененных... Луковицу будешь?

-А как же отправленные ссыльные от Князя водой пошли?

- А кого отправили? Изменников и весь его род. Ежели потонут, так том и быть, горевать никто не будет. Мореманов жаль только.

-Почему городища по одному виду построены?

-За пятьдесят лет войны строить научились быстро и качественно. Дабы не путаться в устройстве лагерей, их создавали по одному образцу. Лагерь на сотню похож, только меньше, на узел для трех сотен. Городище на тьму отличается только размером, высотой стен и количеством вспомогательных зданий, такие как дьяков дом, стряпчие службы, золотарей дом, срамный дом. А в остальном тоже расположение. Сразу увидишь чужаков и пришлых, что не знают куда идти и спрашивают дорогу. Рыночные и торжище всегда удалены от града, ибо наше дело оборонять и воевать, а торгаши пусть в поле за монету бьются, исключение корчма и лавки стряпчих, они скорее ремесленники, чем торговцы. Не люблю Я последних, То еще, сучье племя. Ежели не спомогали малым поселкам с обменом, то гнали бы их на юг. А так, с паршивой куслицы хоть кожи клок.

-Но ведь Я видел в нашему городище Старые здания, те, что еще до Исхода стояли.

-Эх малец. Так и места для строительства не абы как выбирались. Наличие чистой воды, близость леса и полей да и более менее сохранившиеся дома, все подспорье и Люду легче.

****

Уже стемнело, как мы добрались до трактира. Кособокое двухэтажное здание с пристройками слабо освещалось двумя масляными светильниками. Перед самым входом ветер швырнул в лицо первый колючий снег, заставив поежится да повыше натянуть ворот. Добротная дверь со скрипом отворилась, пуская в тепло тысячи снежинок и двух уставших путников. В голову ударили гам веселящихся людей, тихий перезвон лютни и стук башмачков подавальщиц. Пробивая путь широкими плечами, брат Сет направился к трактирщику.

-Что угодно господину?-широко улыбнувшись спросил крепкий муж за стойкой.

-Две койки, плотный ужин с выпивкой и снедь на дневной переход.- ответил трактирщику Сет.

-У нас сегодня людно, может в чулан подать? Мест за столом нет, да и комнат свободных тоже.-с той же улыбкой процедил корчмарь.

-За столом место мы найдем. А вместо чулана сенница подойдет. Платит молодой.

-Две монеты за постой и четыре за ужин.

-Ты что мне весь трактир решил продать? Две монеты за все! И если ужин будет плох, клянусь Отцом-Грозное Небо, Я Старший брат Храма Сет Однорукий лично разрисую твою харчевню.-разъярился Храмовник, перейдя на крик.- Ибо сказано : Север ближе, чем ты думаешь!

После его слов замолкла музыка, а разговоры стали тише. Все обернулись от окрика кто в изумление, кто с испугом на лице. Трактирщик изменился в лице, резко побледнел.

-Ваша правда, господин. Редкий гость в наших теплых краях северянин. Примите в качестве извинений девку. Редкий товар, закладная из Благородных. Ее род отказался от нее, а долг за жилье и пищу вырос неимоверно. А стол сейчас освободят для знатных особ.

-То-то же. Что из пойла у тебя есть?-требовательно произнёс Сет.

-Ячменное пиво, медовуха. Могу разогреть сбитень или вина. Ежели нужно, могу бычину сделать. Но ждать нужно и доплатить бы пару монет.

-Вина мне, а вьюноше кваса или отвара. Пошевеливайся, с самого утра топаем. Бычину по утру сготовь, путь предстоит долгий. А оплату отдадим, как суму соберешь защитникам Юга.-проворчал вой.

-Все будет, вы присаживайтесь.-кланяясь, пролепетал Муж.-Марьям, етить тебя, быстро мечи с кухни на стол.

Сделав заказ, ветеран пошел вдоль столов, выбирая место трапезы. Наконец свернул к такому и навис над хмельными.

-Мне понравился этот стол, подвинься. -не дожидаясь ответа, грузно уселся на лавку.

-Дядь, тут занято, поищи свободные места, тут тебе не рады. Чего скалишься? Али напрашиваешься?-пробубнил крепкий парень лет двадцати.

-Голод лучшая приправа к любой пище, а кабацкая драка помогает разогнать кровь по жилам. Ну что, Светоч, готов поджарить южный окорок?- явно нарываясь на неприятности, произнес Сет. Я принял правила игры, скинул капор и оголил обожжённую голову. -Может хоть тут выспимся? Я только отошел от сгоревшей корчмы в Китеж-граде.

Хмельной народ быстро засобирался на выход. Ветеран громко засмеялся.-Ну, что Я тебе говорил? Душонка гнилая, четверо взрослых мужей испугались калеку и пацана. Ответь мне, Светоч, как бы поступил на из месте?

-Стоял на своем, так как Я прав.

-А если поколотили?

-Земля-Мать почует, Отец-Небо узрит да накажет обидчиков.

-То-то же! Машка, где мой ужин?-заорал Старший Брат.

На столе появились яства, тушеная капуста с ребрами барашка, хлеба корзинка и овощи. Из знакомых мне лишь репа и луковица, остальные ярких цветов, что даже внушали опасения.

-Не сиди ты, как засватанный, руби ножом ребра, остынут если, не такие вкусные будут.-проговорил Сет, наливая вино в чашу. Я последовал совету, отринув скромность, ножом Мирко ударил по хрящу, отделяя косточку.

-Брат Сет, а это Вы были на берегу, когда меня на лодке к Ладье тянули?

-Глазастый. Не успел немного. Сквозь лесных братьев пробивались долго. Ох что за сеча была, залюбуешься. Твой выводок хорош, так яро наседали, что если бы не ловушки да стрелы, на руках бы септов к реке вывели да на Ладью подняли.

-Все живы из побратимов? Целы ли Септы?

-Милостью богов, мы отделались лишь ранеными и увечными, обозники не в счет. Таран и Куница живы, все рвались за тобой в вдогонку, чуть приказа не ослушались. Марук плохой, но оклемается, старые раны открылись да и перегорел малясь. У Вязя новый шрам на лице, с каждой сечей все краше становится, ха-ха. Олега только заговоренное оружие берет, не иначе. -старик остановился выпить вина, закинул пальцами капусту в рот и продолжил. -Выводок ваш разделили на пальцы и кулаки. Старая задумка наконец-то сработала, раньше оно как было. Стражи со следопытами на ножах. Волокуши всех злили своей медлительностью, а гварды и светочи отдельно ходили. А тут, все за всех горой, не иначе провидение нашло. Теперича в пальце два стража, столько же волокуш и один следопыт. Есть и другие, где количество и состав разнится, но в целом правильно получилось, отряд цельный. -Налив в чашу вина, задумчиво поглядел на меня.-В общем так, вокруг да около ходить не буду. Знаю про поход на Север, потому вызвался провожатым. Сам тварь хотел загнать, но наймиты разбежались после первой трепки, а идем мы за яйцом, где вот-вот должен вылупиться птенец один, жаль что не наш общий знакомый, но все ж неплохо. Срока у нас месяц, а то и поменьше. У Олега цель - вар собрать. Моя с твоей схожа, чем меньше этой твари будет Матушку топтать да Людей смущать, тем быстрее наступит светлые времена. Я много чего видел, особо на Севере, но могу сказать одно, с каждой убитой Химерой Солнце чаще из-за туч выходит. Вот только есть одна штука, что мне мешает, не пойму, зачем тебе горбун нож свой отдал? И еще хотел бы знать, кто поход устраивает? Олег один не потянет, там много монет нужно. Может слышал чего?

-Отцы основатели настаивают на своей руке, но сказывается мне, что готовы и в складчину собрать. Мирко отдал мне нож без условий, это не заклад. И это оружие уже дважды спасло мне жизнь. Куда делся Мазур?

-То не моя тайна, не скажу, а то светишься постоянно, будто на допросе себя чую. Рано тебе еще меня проверять, то дело Септов, а они тебе вряд ли скажут всю правду.

-Любомира прошлый поход отряд Олега брал?

-Откуда... Ты или через чур прозорлив, или кто-то тебе дает правильные вопросы. Я все сказал, ешь молча.-грозно отрезал ветеран и схватился за мясо. Когда тарелка опустела, а вино было выпито, старика разморило. -Там бабу обещали, но Я наелся от пуза да и не хочется сегодня, как в прочем и год назад, хех. В общем забирай, этой мой подарок и приказ. Собери тут все, согласно нашим обычаям, да ступай в сенницы. Нечего клопов кормить. Эй, наливайщица, почему моя чаша пуста?

Живо подскочила девка да уважила ветерана, затем кивнув мне следовать за ней, пошла через дверь, указывая путь к сараю.

-Ты уж господин построже с ней, а то видишь ли наела на сотню монет, а отработать ни кухаркой, ни полотером не хочет. Раньше все Мужем грозилась да гневом княжеским, а как молва пришла....Теперича, опосля тебя быстро смирная станет, бремя закроет за пару лет, ежели не забрюхатит кто. Ступай наверх, там она уже. Огонь не разводить, не для света, не для сугрева. Спалишь всех враз. Бывай, северянин. Ежели мало девки будет, меня разыщи.- Марьям махнула юбками и понеслась в натопленный кабак, перепрыгивая через затянувшиеся льдом лужи.

Натужно скрипела лестница, казалось, упрись ногой покрепче, да сорвешься в тот же миг. Но не смотря на опасения, свою службу она выполнила. Темень была несусветная, потому Я сразу переключился на Дар. В дальнем углу спряталась барышня, пытаясь слиться со стогами сена.

-Я тебя вижу, да и замерзнешь ты одна без одёжи. Посему не дури, а иди на голос. Не трону Я тебя, клянусь Матерью-Землей.

-Северянин.-прошипела Дева.-Что же вам не сиделось то в своих болотах, сгнили бы уже давно, а то душат своим бременем, вспоминают ушедшие времена. А сами как клещи присосались к здоровым и полным крови городам и селам. И тянут и тянут.

-Тебя послушать ежели, то нет никакой Орды? Куда же вы шлете столько лиходеев и душегубов? -ухмыльнулся Я.

-Ни разу не видела изменённых тварей и род мой не видел.

-То кривда, Химеру то ты видела, та еще тварь.-возразил ей в ответ.

-Молчи, чернь! Он не тварь, а венец! Лучшее, что есть на белом свете. Люди слабы и невежественны, их заботит только еда, тепло да похоть. А он не такой, честный, благородный. Очень умный и знает все на свете. Он разберется с одним врагом с Севера и придет за мной.

-Враг с Севера это Я, Светоч Путеводный. А сама тварь ушла на Драккаре на Юг. Ты же просто удобный инструмент для получения власти. Его любовница Маришка, что помогла тебе сбежать, должна была отравить Князя. А твой новый суженный из Ярлов, княжить вместе с тобой хотел.

-Замолчи, это поклеп! Не может того быть. Скоро меня освободят из этой тюрьмы и Я уеду в терем на княженье. Первым указом запрещу появляться уродам как ты на нашей святой земле.-взъярилась Благородная, но в голосе сквозила неуверенность.

-Указом Князя ты лишена всех привилегий и чинов. Мятеж у рыбацкой деревни подавлен, а все ваши союзники из тиунов, дьяка и волхвов отправлены в чистый четверг на Север. Потому ты одна на этой святой земле.

-Ложь!!!- раздался сломленный голос.

-Я не могу лгать, сама кривда режет меня словно нож. Чем быстрее ты это примешь, тем проще тебе будет выбраться из грязи. Заплати долг своими каменьями, что прихватила из терема, да отправляйся с первым обозом прочь.-посоветовал Я и начал набивать сено для ночлега.

-У меня больше ничего не осталось. Я отдала любимому, чтобы он вооружил воев....Как же быть. Я подпалю сено и воскресну, как Жар-птица, тогда Любомир увидет зарево, да заберет меня возрожденной и равной ему. Как он и обещал.-совсем раскисла барыня и хваталась за любую соломинку, пытаясь сама себя убедить в том.

-Маришка болтается в петле на воротах, не воскресла за три дня. Боюсь, что и ты только невинный люд с собой заберешь кострищем. Ну, раз ты Жар-птица, значит не замерзнешь. Да увидишь ты полный рассвет. Спокойной ночи.-после этих слов Я зарылся в сено, да начал шептать вечернюю молитву.

-Эй, ты где? Я замерзла и хочу есть. Сходи за постельными, пусть укроют сено, как следует. - не смотря на расклад, пыталась отдавать приказы.

-Кто ж меня будет слушать? Я же урод, а ты барыня, потому прикажи черни сама, а из еды есть овощи и хлеба немного. Иди на свет.-нырнув в Дар, загорелся ровной лучиной, разгоняя мрак вокруг себя. Морщась со слепу, ко мне шла барыня, взлохмаченная и вся в соломе. Из одежды только ночное платье и платок в руке.

-Угощайся, чем боги послали. - произнес Я, разворачивая узел. Несмотря на голод, Благородная выбирала самые ровные и без изъяна куски, откладывая в сторону прочие. Меня такое отношение к предложенной пище обидело, потому Я и притушил Дар.

-Я трапезничаю, дай свет!- приказала мне барыня.

-Мимо рта не пронесешь. Доброй ночи, а куски, что останутся назад в узел сложи, тебе завтра ими еще завтракать. - после этих слов завалился на тюфяк.

-Эти объедки? Доставь меня на Юг к Любомиру, и Я попрошу за тебя. Он меня любит, от того послушает. Деньгой тебе оплатим и каменьями. А ежели откажешься, до конца дней своих бегать будешь от гнева нашего.

- Я с Севера, брат Храма и Церкви. Указывать мне могут лишь старшие братья и отцы. Смерти Я не боюсь, так как жизнь более мне не принадлежит. А ты свои замашки брось, пока ты простая девка, без Рода и поддержки. И стоишь посреди кухарки и полотера. Гонор свой сбавь, так как Я тебе не кровник и не покровитель. Спать ляжешь, где вздумаешь. эх... От добра добра не ищут. - расстроенно произнес и повернулся на бок.

Проснулся от того, что мою руку теребила замершая дева, а в пару локтях храпел хмельной Сет.

- Возьми меня с собой, молю. А иначе Я брошусь в воду. Ты можешь меня спасти, клянусь тебе угождать во всем. Хочешь женой забери, хочешь наложницей или слугой.

-Я устал от тебя, закладная трактирщика. Я не могу принять твою клятву, ибо ты изменила Роду. Князю. А сейчас и Химере. Трижды за неполный месяц. Ложись рядом, обогрею слегка.

Глава 2. Обуза.

-Вставай, крестик, нас ждет долгий путь. Пусть Отец убережет от напасти, а Мать направит честной дорогой. Да оторви ты эту грелку с груди...-разворчался Сет.-Спускайся в кабак, меня ждет бычина, да и тебе не мешало бы ее отведать. В общем поторопись.

-Забава, просыпайся. Мне пора уходить на Север, а тебе возвращаться к новой жизни.-расталкивая барыню, ненароком залюбовался. Сонное лицо, вздернутый нос, усеянный веснушками и пушистые ресницы соломенного цвета. В мелких кудряшках застряли соломинки , превращая голову в сорочье гнездо. Я медленно вытянул руку из-под ее головы , отряхнул одежду и собрался было уходить. Отложив в тряпицу остатки ужина, аккуратно положил в туесок снедь. Лестница вдруг вновь заскрипела и показалась голова Брата. Он ворчливо произнес что-то неразборчивое, потом глянул мне за спину и прокричал. - А ну девка, не дури. Убери нож.

-Мне не зачем жить.- раздался твердый голос Забавы.- Как только вы уйдете Я останусь на потеху рыбакам да крестьянам. Лучше сейчас уйти за Грань, чем стать потаскухой.

-Босик, ты что ей вчера такое рассказал, что она сегодня на себя руки решила наложить? Историю детства или захрапел раньше, чем штаны подтянул? -поднимаясь в сенницы, вопрошал старик.

-Это бывшая княгиня Забава, что лишена имени и рода. Та, что сбежала с Любомиром и чуть не привела Ярлов править Китеж-градом.-с тяжёлым вздохом поведал Я историю барыни.

-Вот оно что. Ну Я с ней согласен. Проще уйти свободным, чем влачить жизнь тряпкой. Девица, давай скорее, мы нож заберем и уйдем. Но лучше тебе в речку уйти, так хоть чертей накормишь, и на нас не будет поклепа. Подумай сама, кого обвинят в смерти закладной? Вчера ушла с молодым септом, а на утро мертва от ножа Святоча. Давай не дури.-посоветовал Брат.

- Сколько ты должна?-осторожно спросил Я отчаявшуюся благородную.

-Двести две монеты. - скорбно прошептала Дева.

-Э как, а мне вчера говорили сотню. А платье в уплату забрали или чтобы не сбегла?

-Забрали почистить, как и сапоги. И не вернули.- положив нож на колени, произнесла Забава.

-Брат Сет, Я не могу так. Позволь взять ее до ближайшего града. А после мы с ней попрощаемся.- повернувшись к храмовнику, обратился с мольбой в голосе.

- Все повторяется... Ты же Это твердо решил? Дела...Если вдруг отстанет или попадет в беду, даже шаг не сбавлю. До ближайшего града, после пусть даже не попадается на глаза, сам упокою. А денег есть на выкуп?- глядя на мой кивок, ветеран осклабился.- Говорить Я буду, а то пока спустимся вниз, должок подрастет дважды. И если у тебя еще раз оружие пропадет, лишу сана.-пригрозил старик.

****

-Мирон, а готова ли моя бычина?- громко произнес Сет.

- Эт, мать чесна. Еще чуток осталось, сцеживают для Вас, господин. -засуетился под пристальным взглядом Корчмарь.

-Тогда другой вопрос, что у южан делают за пособничество изменникам? -наклонив голову на бок, продолжал вопрошать Храмовник.

-Дык, виру, наверное. Не помню Я. А к чему вопрос? - понимая, что сейчас произойдет что-то нехорошее, попятился хозяин таверны назад к кухне.

-Первым приказом, бывшего Князя, а ныне Царя Святополка, Собирателя земли Руссов, был возврат к правИлу отца своего. А как Я помню по нему, казнь через виселицу или отсечение головы всех, кто мог знать об измене, но не доложил. Из присутствующих в трактире это ты, Мирон. Все подавальщицы, что забрали платье и сапоги Благородной, а ее на выкуп оставили. Твоя чета и дети, что старше десяти годов. Как решать будем?-сверка глазами, пророкотал Храмовник.

***

-Что это такое мы выпили?-изумился Я произошедшим изменения в себе.

-Бычина это стравленная кровь с вола или быка, но не коровы, а также сырые яйца и крепкое вино, ну в твоём случае сбитень. Зачастую животное не убивают, а немного сцеживают кровь, не больше меры (0.6 литра) Все что нужно, чтобы поддержать путника на дальнем пути. Могу тебе обещать, что в ближайшие три-четыре версты тебе будет жарко, да и мелкие ранки быстрее затянутся. Знал бы ты сколько мы лошадок на юге выпили... Эхх, времечко. - мечтательно закатил глаза, затем вдруг встрепенулся. - Шесть монет за постой и еду правильно, что отдал. Мы не лиходеи, а вот выкуп за Забаву можешь мне отдать. Но только половину, Я честен с тобой.

-Я благодарю заступника Ярило за то, что он осветил мой путь и дал возможность искупить свои грехи.-начала причитать Забава.

-Заткнись, курва. Еще вчера мы были клещами, что всем пили кровь и выродками, а венцом творения являлась для тебя Химера. Но Любомир больше не обогревает тебя своими лживыми словами да похотью, из залога не вытащил. И ты сразу вспомнила Хорса, бога-Солнце. Когда хлебала бычину, от чего не отказалась? Та же кровь, то же живое существо. Выгода тобой движет, а не честь или вера. Потому закрой свой рот, и пока к тебе не обратились, держи его закрытым. А ежели мои слова не по нраву, у этой дороги сотни перекрестков, уходи на любом.-зло ответил ей Сет.-Отстанет ежели, проще бросить, чем тащить-эти слова он произнёс уже мне, но так, чтобы и Дева услышала.

Я обернулся к Забаве, покривил губы, подавая знак, чтобы молчала и не отставала.

-Брат Сет, вчера ты мне говорил про слуг Мары и творимые ими бесчинства. А как получилось, что южане с этим не борются?_-спросил Я мучающий меня вопрос.

-Власти хотят, над людьми, судьбой или жизнью, потому и смотрят сквозь пальцы. Через кровь и грех ее проще получить, чем через добрые дела. Доброе оно же, как данность воспринимают, а вот зло долго на устах и в сердце застревает. Хочешь избавится от соперника или недруга, али нежеланного плода? Может отец долго не оставляет этот Мир и тебе наследие? Разлучница семью разбила или соседская коза борщицу поела? Вместо того, чтобы по Правилу решать да через Дьякову службу, темный здешний люд идет на болота, к ведьмам и ведуньям. Приносит жертву кровавую, обещание первенца отдать или услугу в будущем. В ответ получают потраву, узлы заговоренные или подклады. А утром идут на поклон своим богам, молят об урожае или приплоде, а сами... А сами, как твоя обуза, как выгодно, в того и веруют. Потому и душа гнилая, потому и ненавидят нас, северян. Ибо наши помыслы прямы, без увертов и лишних слов. Это как ежели в ссоре ты с соседом и прознал, что язва леса рядом. И вместо того, чтобы позвать недруга вдвоем лесолесье сжечь да обиду общим делом закрыть, ты ему дверку в дом приоткрыл, а на утро узнаешь, что зайцегрыз измененный всю семейку соседа извел. Твои руки не в крови, никто про зло не ведает.

-Не может такого быть, Мать-Земля видела, Отец-Небо ведает. И как такое в голове провернуть, ведь угол у всех один то? Ведь после этого никто никому доверять не сможет.

-Наша Вера, сынок, есть наша совесть, правило и уклад. А у них тут это разные вещи. Оттого и множат сами себе зло, не замечая истинных врагов, погружая самих себя в пучину. Да, у нас не все правильно, Благородные тянут из людей соки, но их тридцать семей! Число четко определено и конечно. Калеченные всегда жили по такому правилу, ибо помнят истоки, что для Люда мы выжили, все удары судьбы встречались грудью. Оттого мы сильны, так как весь шлак со временем и ударами невзгод выбился и ушел с кровью в Мать-Сыру Землю.

-Калеченные? Первый раз слышу такое название. Вас же каликами перехожими называют.- проговорила Забава, что внимательно слушала наш разговор.

-Мы более не ходим и калика наша всегда при нас с самого рождения. Еще раз вмешаешься, удавлю.... Но Я отвечу для понимания твоего, брат. Когда Мать пострадала от Зла, дурная кровь проснулась в людях. Стали меняться и внутри и снаружи. Все прочие Рода изгоняли таких из своих мест, дабы не омрачали своим видом и без того скорбное существование. Время шло, таких изгнанных становилось все больше и больше. Раньше они просто уходили в лес, где погибали от невзгод или зверья, но порой, то что украла дурная кровь, вернулось сторицей. Кто-то стал лучше видеть или слышать, вторые сильны многократно, третьи выдерживают множество ударов и живучи, как волколаки. Всю свою злобу на несправедливость Мира, они направили не против Люда, а выплеснули на Орду. Голыми руками, палками и камнями ломали хребты и пробивали головы, делали ловушки и прятались. Один раз вбили малый гон, отразив нападение орды у селения. Когда поселковые увидели сие чудо, поклонились низко. Более никто не бросал чадо с изъяном в лесу, а отдавал каликам перехожим. Мы жили в лесах возле поселений, так как зависели от них, а они от нас. Выносили нам еду и ненужную одежду, как духам леса или реки, а в ответ получали защиту.-Брат Сет сбавил шаг, пристально осмотрел лес. Затем продолжил повествование.- Потом был Великий Поход! На том Вече, где разделились Рода, нас первый раз пригласили, долго рассматривали с недоверием, ощупывали и сравнивали. А еще сильнее удивились, узнав сколько нас таких, поломанных, но не сломленных. Сотню лет гнали прочь, выкидывали в лесу, хоронили заживо, выжигали, а вон как повернулась. Тогда в руках первый держали калики настоящее оружие!!! Не самодельное из костей и палок, а боевое!!! Пятьдесят лет войны и у калеченных появилась Родина. Наше городище! Мы не такие, как остальные, мы с изъяном и болезнями, но честным трудом и самопожертвованием отвоевали право жить. Берендеи долго были среди нас, но мы живем с верой в Мать и Отца, а у них свой бог и своя книга. Ты увидишь их быт и самих последователей Велеса, мы во многом схожи, нрав, уклад и отношение к Земле.

-Расскажи про горынычей и афанасьевых. Чем они знамениты и их нравы.

-Могу только про первых, так как знаю их неплохо. Городище Афанасьево закрыто для других, известно лишь то, что это самое снаряженное воинство на Севере. Воюют не числом, а умением. Механизмы у них в почете и грамота. Горынычи очень... -тут старик напрягся. -Светоч, а глянь-ка чуть правее дороги шагов на триста.

Я тотчас укорил себя, будто не было мне науки, что всегда следить нужно вокруг себя. Кинув взор Даром, заметил малые очертания.

-Трое, невысокого роста, сидят на кортах у дороги. Слева еще двое. Только ....-тут Я замешкался, пытаясь объяснить увиденное мной. - Это не животные и не люди, Я таких еще не видел. Пятна еле живые, чуть подсвечены, будто раненые или во сне.

-Маровы твари. Жаль лучника нет или самострела, шугнули бы тварей да время не теряли. Не дай им себя задеть, когти, клыки и слюна, все гнилью и смертью пропитано. Еще снег не упал, а они уже повылазили из нор. Наваливаются лишь числом да на одиноких путников. Но раз ждут, то или голодны чрезмерно, или приказ имеют от кукловода. Подбери жердь, пару локтей в длину, с твоим ножом тут не сладишь. Сам не бейся, просто отталкивай. Береги себя, сынок.

Беспрекословно выполнив наставление, срезал ножом пару веток, толщиной в три пальца. Тут что покороче передал Деве, свою же слегка заострил, на пример копьеца. Сунул нож в кольцо на поясе и приготовился. Прочитал коротко молитву от раны и помощь в ратном деле да покрепче сжал древко, а мысли были только о том как уберечь себя и Деву.

-Твои слева двое. Просто толкай от себя и не дай окружить.-ветеран потянул за шнуровку плаща, высвобождая покалеченную руку. Потянул топор из-за спины. -Босик, кинь камень в кусты, а то чего-то они задремали, а мне ждать не с руки.

Каблуком сапожка отбив замерший ком глины, Я прицелился и на выдохе швырнул в кусты.

-Ну хоть в ту сторону, что нужно кинул и то хлеб.-посмеялся надо моим броском Брат. Я же переключился на другую сторону, откуда раздавались шорохи и сопение.

-Ну и паскудный же ты!- крикнул Храмовник, отправляя первого выползня в лес ударом топора. Наконец на моей стороне из чащи леса Появился первый противник. Склизкая кожа с прилипшими листьями и землей. Лысая голова с залитыми черным глазницами и впалый нос. Само тельце тщедушное и худое и передвигалась на согнутых ногах, пошатываясь из стороны в сторону. Помня наставление Сета , Я ткнул в грудь жердиной, с целью оттолкнуть. Заостренная палка встретив слабое сопротивление, неожиданно для меня, погрузилась на две ладони в тельце. Из раны тут же брызнула грязная вода, а края прокола задымились мутным паром. Слева взвизгнула Забава, увидев вторую тварь, что неспешно вывалилась из леса и поперла прямо на нее. Обуза она и есть... Резко крутанув корпусом, налег на древко, уводя противника в сторону. Тщедушная грудь соскочила с древка, а сам утопленец рухнул оземь. Повернувшись, поспешил на помощь Деве, но она так отчаянно лупила палкой по голове и плечам серого ходока, что было опасно подходить ближе, дабы не попасть под горячую руку. Удары не причиняли большого вреда твари, но их было много, от того поднятого шатало после каждого удачного попадания, как камыш при сильном ветре. Дабы не оставлять за спиной соперника, Я подскочил к первой твари и точным ударом проломил ему голову. Тот булькнул и затих. Покончив с опасностью, принялся обходить мертвяка со спины, мазанув даром по лесу. Лес словно ожил. Тут и там шагах в трёхстах, а где и ближе, поднимались огоньки поднятых. Понимая, что время играет против нас, наколол голову, многократно битую Забавой, прекращая издевательства.

-Брат Сет, их больше сотни в лесу. Хотя Я их не чуял до этого. - быстро доложил об увиденном.

-Уходим быстро. Они хоть и вялые после спячки, но пятерых Я упокоил. Ты когда успел жердину заговорить? -вопросил меня Брат.

-Заговорить?-изумился Я.

-Позже поговорим, ходу давай ,ходу. Главное не шумим. До заката нужно быть далече от леса и от реки или на дереве спать будем.- прошептал Тот, перекидывая топор на плечо. Затем ускорил шаг, постоянно озираясь на недружелюбный лес. Я последовал его примеру, схватил Деву за руку и потянул за собой.

-Что это было? -дрожащим голосом произнесла Забава.

-Это то, во что ты не веришь. Твари земли, от которых мы оберегаем Юг. Эти еще хилые, утопцы. Я их по бестиарию вспомнил. Черная ворожба подняла их к вечно голодной жизни. Не болтай и поспеши за нами. Брат Сет не поможет тебе.- зашептал Я, постоянно проверяя лес Даром. Вся нечисть тянулась из подлеска в сторону недавней сечи, не считаясь с дорогой. Вся округа наполнилась шумом и треском ломаемых веток и сучьев. Пройдя пару верст в тишине и постоянном ожидании нападения, брат свернул в сторону от дороги. Найдя поваленное бревно, присел и вытянул ноги.

-Все-таки под приказом твари были. Своего разума не имеют, в погоню не пустились. Сейчас пожрут все что мы с тобой набили и опять по норам уйдут. Шума много наделали, сколько их прознал?

-Больше сотни. Считать некогда было. Но Я не вижу над ним чужой воли.

-Их подняли приказом. Так бы они от реки далеко не ушли. Вот теперь появились вопросы. Первый, по чью душу они сторожили дорогу? Кого-то из нас или просто отрезав Север? Второй, как предупредить южан? Третий, не засада ли это? Потому мысли такие. Изначально Я хотел поесть и отдохнуть в хуторе, что в верстах пяти выше, а в зависимости от погоды, что пошлет нам Отец-небо, то и переночевать. Теперича думать нужно, а в хутора с опаской заходить. Доставай снедь. На сытое пузо шагается легче.

Быстро перекусив нехитрую, но сытную еду, не разжигая огня, засобирались в путь. Перед уходом Сет меня удивил. Подойдя к огнецвету, стал на колени, откопав малую ямку у корней, положил запрятанную в кармане монетку и кусок хлеба. Что-то прошептал в кулак и быстро засыпал подклад, поднялся да отбил колени от грязи.

-Ходу. Снег повалит с минуты на минуту, будет тяжко в лесу. О том, что сейчас увидел, молчи. Позже тебе поведаю о том. - спокойным голосом произнес старик, но в глазах его Я видел и чувствовал тревогу.

Шагалось легче, когда знаешь, что в лесу рядом лишь зверье и опасность миновала. Талант безошибочно показывал отсутствие тварей, людей и опасных хищников на многие шаги вперед. Разговоры не вели, обратив мысли внутрь себя. Как и предсказывал Сет Хромой повалил густой снег, крупными хлопьями укутывая Мать-Землю в саван, готовя ее ко сну. Ветер перестал раскачивать высокие деревья, погрузил лес в сказочный Мир. Но чем ближе мы подходили к деревне, тем мрачнее становилось вокруг, да и бледная тень солнца почти не освещала Землю. Забава, что от усталости отставала на пару десятков шагов, с наступлением вечера нашла в себе силы нас догнать. Стены острога уже показались в сумраке вечера, но ветеран не торопился зайти под защиту частокола. Стоял, упиравшись на топорище, покусывая губу не отрывая взгляд от ворот.

Я молча присоединился к нему и нырнул в Талант. Не увидят никакой жизни или опасности, сообщили о том Хромому.

-Я тоже не чую живых. Но три дня назад тут было шумно, да на воротах стояли в дозоре. Не слышно собачин и скотины. Нет следов у ворот, а сами створки приоткрыты. Кровью не пахнет.

-Я замерзла.-тихим голосом пожаловалась Забава.-Почему мы не зайдем во внутрь.

-Тут такое дело... Хутор мертв, госпожа. Нет людей и животины. Нет запаха гари или крови. Воронья и того нет. - задумчиво проговорил Сет.-Скажите, барыня, как быть? Укажите нам путь.

-Я не знаю.-растерянно произнесла Дева.

-Тогда стой молча и жди, а коли скучно, можешь первой сходить да разведать. -старик притих, пытаясь определить, что делать дальше. Затем повернулся ко мне.-Босик, ты у нас Светоч Путеводный же? Может есть мысли или догадки куда делись сельчане?

-Мысль есть одна. Что мы их по дороге встретили. Иначе как селение дворов в двадцать не прознало про утопцев? Да и ты три дня назад тут был. Значит отсюда эта мерзость и полезла. И ответ, почему живности не слышно тот же. Пожрали их утопцы.-поделился Я своими размышлениями.

-Все сходится , вроде бы. Но кто смог за три дня сотню человек обратить? Сельской ведьме это не под силу, тут жертв принести много нужно. Или пытками да посулами пару седмиц измываться над людьми.

-Мелкий порезы по всему телу, те что не смертельные, но жутко болезненные? Пока разум от боли не помутнеет?-неожиданно догадался. Ветеран изумленно покосился на меня.

-Ты у кого-то видел такое? Если да, то это есть знаки. Обезумевший от боли становится разносчиком хвори, что травит Люд. Сам того не ведая, в тепле умирает, а отравленных потом кидают в воду и через пару дней тот перерождается в утопца. Но так он может один дом заразить при своей смерти. Но не сотню же, да и на реке черти бы пировали, половину сожрав.

-Если только их всех в колодец не бросили. А ты три дня назад тут воду не пил?-задал вопрос ветерану.

-Нет, только вина. Надо думать, как поступить. -Хромой постоял еще немного, затем рухнул на колени, мазанул рукой землицу и нанес себе на лицо полосы грязи.: Мать-Земля да Отец-Грозное Небо, дайте знак своему чаду. Уберегите меня и путников от напасти.

Постояв на коленях еще долгое время, старик тяжело поднялся.

-Ждем знак. Без него Я не сдвинусь.

В лесу за спиной завыли волки, побуждая принять решение, но Старший Брат стоял твердо на своем решении. Скрипнула воротина, раскрывая двор, а следом вышла маленькая девчушка, с соломенной куклой под мышкой. Она брела вперед, не смотря по сторонам, босоногая и отрешенная. Забава кинулась было, но была перехвачена рукой Сета.

-Босик глянь, не морок ли это али может нежить?-голосом полным сожаления вопрошал меня Сет.

-Живая.-ответил Я и поспешил ей на встречу. Старик рванул следом, приготовив топор.

Наконец девчонка нас заметила, ее ноги подкосились и она рухнула оземь. Волчий вой раздался совсем рядом. Перехватив худое тельце за пояс, Я ускорил шаг. Забава заскочила следом, а Сет уже тянул воротину здоровой рукой, борясь с ветром.

-Девка, накинь засов. Да поспеши, волчьи морды рядом.

Забава сбилась с шагу, удивившись такому обращению, затем обернулась скоро к воротам, поднимая тяжелый брус. Заправив его в стремена, начала дуть на озябшие пальцы.

-Пойдем дом выберем, где ночевать будем.-проговорил Старший Брат.-Босик стой. Хотя...Сказывается мне, что он уже выбрал.

Я шел по следам босоногой девчушки, которые еще не замела метель, прижимая к груди маленькое замершее тело. Трудно представить, что пришлось ей пережить в селе, где разом обратились все жители, а незараженных пожрали их же соседи. А вторая мысль, что не давала мне покоя, что оставался еще кто-то, кто сбросил тела мертвых в колодец. Пролить свет мог лишь единственный видок, но жизнь уходила из нее с каждым вздохом на морозном воздухе. Отпечатки ног привели меня к раскрытой калитке и ухоженной дорожке.

Дом был ладный, ставни с узорами и окрашены в желтый, а сами бревна тщательно вышкурены и облиты янтарной морилкой . Вход в дом о двух ступенях, на котором остались клоки волос и куски плоти. Крыльцо венчал навес, что покоился на двух толстых столбах с резными крестами. Крепко сбитая дверь была исцарапана, а правое окно горницы зияло чёрным провалом. Не забывая проверить Талантом темные углы, Я смело шагнул в сени. Споткнувшись об утварь, что была навалена у стен, сделал два быстрых шага, с трудом сохранилось равновесие, практически влетел в проем двери, ударив многострадальное плечо. Горница бы в ужасном состоянии. Следы борьбы и перевернутая мебель раскрывали детали произошедшего. А черные липкие пятна крови и пенные лужи, говорили о том, что хозяин защищал свой дом до последнего.

-Надо смыть кровь. А Я позабочусь о печке.-уложив ребенка на полати и прикрыв своей курткой, засобирался в дровницу.

-Вода же отравлена!-возмутилась барыня.

-Топи снег, а ежели не отмоем до чиста, сами сгинем.

-Может другой дом выберем? Целее и чище? -с надеждой в голосе произнесла Забава.

-В этом селе не осталось чистых домов, все жители обратились, а тут оставались живыми. А ежели чем не довольна, то Я неволить не буду. Выбирай себе любой другой, а с завтрашнего дня, можешь остаться княжить этим селом. -не желая более спорить, ушел за дровами.

На улице было зябко без одежды, а снег валил пуще прежнего. Окинув селение Талантом, увидел красные точки волков, что кружили у ворот и золотое свечение моего крестного, который в это время собирал припасы для дальнейшего пути, в открытую входя в дома и рыская по погребам.

Подобрав сухой валежник и с десяток рубленных дров, засобирался обратно. У печки немного замешкался, вспоминая устройство и способ распалки. Наши очаги и кострища палились в открытую, лишь успевай дым отводить, а тут все иначе. Нарезав с валежника тонкие лучины, уложил их елочкой. Затем начал бить искры из огнива. Принялась первая щепка, за ней вторая. Окрыв заслонку, выгреб золу из шестка и открыл вьюшку наполовину. В устье тот час появилась тяга. Аккуратно перенеся запаленные лучины, начал по маленьку подкладывать щепу и валежник. Огонь весело затрещал, уплетая предложенную пищу, дарят свет и тепло. Закинув поленья побольше, увеличил зазор на вьюшке и прикрыл заслонку. Так неожиданно для себя скормил печке все запасенное. Подрезав длинные лучины, запалил их и воткнул в камелек (место у печи для лучин или свечей) . Стало светлее, от того и тоскливо. Свет озарил то, что прятала тьма. Детскую простую обувку, следы борьбы и крови, лоскуты окровавленный одежды да серую слизь утопцев. Пора идти за добавкой, набрать полен на всю ночь. Необходимо натопить избу да залатать оконце. Иначе лишь мы-северяне сможем выжить без тепла. Натаскав дрова впрок, принялся разбирать завалы, стараясь не угодить рукой или сапожками в отравленную кровь, затем взяв две лохани, набил их снегом и оставил у печки. Осталось лишь закрыть окна ставнями и заправить засов. Выйдя на крыльцо втянул морозный воздух и огляделся. Волки ушли искать более легкую добычу, все избы мертвы, да и брата Я не смог разыскать. Прошелся вокруг дома, заглядывая во все темные углы, выставляя вперед копьецо, крепил ставни на окна и забивал подклинья. Дошел до амбара, но кроме крыс, которые обьедали кости скотины никого не нашел. Сенницы порадовали набитыми тюфяками. Высыпав сено из мешковины, приготовил занавес для разбитого окна и поспешил вернуться.

Печь быстро нагрела горницу, не смотря на пустое оконце, которое Я сразу по прибытию начал подбивать мешком. Забава в тепле сомлела и теперь клевала носом, прислонившись спиной к зеркальцам (отдушина в печке для вывода горячего воздуха). Справившись с окном, принялся наводить порядок. Растаявший снег с двух лоханок перелил в деревянное ведро, остатки прыснул на пол и начал скоблить косарем (широкий хозяйственный нож с толстым обухом)* доски полов. Время от времени приходилось отвлекаться для замены лучин и набора снега, а когда с полом было покончено, тщательно отмыл руки и одежду. Брата все нет, но оставлять дверь открытой было весьма опрометчиво. Накинув простой засов в стремена, принялся к готовке позднего ужина. Хоть к горячей еде сильно привыкнуть не успел, все же пользы от нее больше чем мороки. Да и найденышу она нужна больше чем когда-либо.

Сельская еда обычно простая и сытная, без лишних изысков и богатых на вкус блюд. Сечка крупы две луковицы, две меры топленой воды и сальце. растопив жирок и обжарив лук, кинул поверх крупу , слегка перемешал да закрыл горшок крышкой, осталось только собрать прогоревший уголь да подкинуть свежих дров. В дальнем углу стоял здоровый сундук, на котором можно спокойно разместится для сна, скинув циновки с трудом поднял тяжелую крышку. Наряды для красного дня и праздников, мужские рубахи и платья, сапоги натертые жиром. Мотки ниток и настоящая ценность - свечи! Большие, толщиной в детскую руку, в пол локтя длинной. На самом дне сверток из мешковины, с трудом извлек его из под вещей, развязал ремешки и раскрыл узел. Короткий прямой меч в полтора локтя, с обоюдоострым лезвием и без гарды. Как учил септ Олег, таким колят, а не рубят.

-Это моего папы. -раздался голос из-за спины.

-Ты давно проснулась? Согрелась ли? Как себя чуствуешь?-от неожиданности Я подскочил. Только на миг отвлекся, разглядывая меч и ножны и меня опять проучили.

-Меня разбудил голод, но мне тепло, дяденька. - тихо прошептала девченка.

-Потерпеть нужно немного, скоро каша сготовится. Как тебя звать-величать?

-Вероника Лебедева. А сельчане Верой Подкидышем называют. А кто эта тетя, что одета,как барыня, а сопит, как свинка в полуденницу?

-Забава ее имя. А что за прозвище такое? За что же тебя так кличут?

-Папка на заработки уехал, через месяц после смерти маменьки, а меня своему брату на постой оставил. Дал деньгу и наказ, чтобы не обижали. Дядька добрый был, принял меня в семью и воспитывал на равных. Говорил, где пятеро, там и шестеро. Но когда зло пришло, он детишек при себе держал, а меня в погреб спрятал. Дядь, может сырую поедим кашу?

Наш разговор прервал скрип ступеней на крыльце. Я знаком дал понять, чтобы Вероника молчала, а сам ,перехватив меч, пошел к входной двери. В зазоре проема блеснуло лезвие ножа, кто-то с другой стороны пытался поддеть засов. Взглянув Даром, увидел двух человек, что стояли у двери, а со стороны калитки крался золотой огонь брата Сета. Дождавшись, когда лезвие поднимет засов, резко ударил ногой в дверь. Тяжелая воротина столкнулась с головой ночного гостя, от того он кубарем полетел с лестницы, а второй зло выругался и потянул за ручку, распахивая настежь. Я коротким ударом кольнул в грудь мечом оставшегося на ногах, супостат застонал от боли и выронил топор, не теряя времени, Я потянул за ручку на себя. Засов повесить уже не успевал, потому вложил в стремена меч.

-Ах ты ж сука. Он меня подрезал. Вершок давай подпалем хату.

-А спать ты где собрался? Да и баба там, Я видел. Ломай топором ставни, тут оконце было разбито, прошлый раз подметил.

За дверью раздался короткий свист, а потом грохот тела. Тот час вынул меч и открыл дверь. На улице успел рассмотреть обезглавленное тело подранка и борьбу Брата Сета со вторым лиходеем за топор. Сделав быстрые шаги вперед, прижал лезвие меча к шее противника. Тот сразу расслабил хватку, отпустив топор, и поднял руки

-Не губите, искали место для ночлега, а тут один единый дом с дымящей трубой, вот и попутали нас навьи на грех.

-Сказывается мне, что колодец сельчанами вы в паре с подельником наполняли. Скажешь правду, отпущу за ворота. Солжешь хоть в слове, голова с плеч.

-Я...я не могу... - после этих слов пленник резко дернул головой, разрывая шею об приставленное лезвие меча. Брат Сет поморщился и от души приложил топором, разбивая голову врагу.

- Пошли жрать... За оборону хвалю, правильно все сделал. - старик вытер топор об тело и направился в дом.

- А этих прям тут бросим? - изумился Я.

-Можешь к колодцу оттащить, завтра еще раз убьем.

Глава 3. Найденыш.

-Пригорела немного, но есть можно.-сняв пробу с чугунка, изрек Сет.-Поскольку посуды не найдем без потравы, едим с одного стола. - затем обратился к девчонке. -Малышка, а где твоя ложка?

-Я не нашла.-смущенно произнесла девчушка.

-Что же, возьми мою, а в городище тебе обновку присмотрим. И привыкай. У тебя должна быть своя ложка и чашка. -протягивая весло, с улыбкой проговорил Старший Брат, и после его слов Я поперхнулся.

-Брат Сет, ты решил ее с собой до городища взять?

-Так наша служба такова, сиротам приют, кров и любовь дарить. А у тебя какие мысли были? Тут ее оставить или бросить в ближайшем городе случайному человеку? А ты можешь доверять незнакомцу-южанину после того, как лучше их узнал, их желания и мотивы? Конечно Даром ты можешь прознать их посылы, но через пару месяцев, когда зима придёт, а с ней холода, голод и смерти, как поменяется отношение к подкидышу? Не смотря на наши суровые будни и невзгоды, в яслях или приемной семье она будет родной, как бы не изменился Мир.- твёрдо решил Ветеран.

Пока мы перекидывались планами на завтра, Забава и девчушка совсем сомлели от горячей печки. Я надел куртку, освободив место для ночлега и на руках отнес на полати. Сразу вспомнилась сестричка. Сколько раз Я в тайне от родителей выносил ее укутанную под небо, когда идет снег или дождь. Больше всего она любила солнце, но то было в редкость. Воспоминания горько укололи сердце. Как она там? Жива ли?

-Надо решить, кто ляжет на печи. Рассуди сам.-поставил меня под неудобный выбор Брат.

-Тут все сложно и просто. на печи место лишь для одного взрослого. Я не могу, так как решаю эту задачу. Остаешься ты и Забава. Крепкий сон на печи поможет унять твою ногу и набраться сил. А ты наш единственный воин. Правило требует в первую очередь помочь воям, а во вторую всем нуждающимся. Но, ежели Дева будет нас тормозить на нашем пути, то это плохо скажется на результате. Ежели она будет на печи, то мы сможем по очереди нести дозор, да и привычны мы для холода. Потому, дабы не нарушать правило и не ставить под удар долг слова. А Мы его дали, что доведем Княжну до града, предлагаю отправить на печь Деву.

-Ход рассуждений мне ясен, по правилу ты должен уступить место мне. Но позабыл еще кое-что. Я не могу возлечь с Вероникой, так как она мала возрастом и Я не являюсь ее родичем или опекуном. Так что вопрос решён. Второй выбор. На столе или сундуке меня приютишь?

****

- Вставай крестник. Нужно согреть избу и прибратся во дворе. Заодно проверим остались ли твари в селении. - растолкал меня Старший Брат. Находясь еще во власти сна, с трудом разлепил глаза. Что же, время отдать дань дому, что приютил нас, дал защиту от непогоды, тепло и стол. Потянувшись на сундуке, зевнул сладко и резко соскочил на пол. Быстро раздул угли, обложил их щепкой да подложил дрова. Выйдя на улицу зажмурился с непривычки. Вчерашняя метель покрыла землю белым ковром и слепила не хуже солнца. На скорую растер лицо снегом, отгоняя сон и придавая себе ясность мысли и бодрость духа. Прошептав молитву в благодарность за подаренное утро, поспешил на помощь Брату. Тот стоял над телами вчерашних лиходеев.

-Смотри внимательно. Слуги темных богов, веря в свою исключительность, всегда наносят на свои тела отметки. На кистях одного нанесены раны так, чтобы получился треугольник, острием вниз.У наших братьев треугольник вершиной вверх, а в нем глаз. Но вернемся к телу, шрамы белёсые, от того что старые. Это есть кровник. Тот, кого отдали в услужение в детстве или вообще в младенчестве за услугу. Второй имеет на груди серп Мары. Это жнец ее, значит добровольно пошел под длань приспешников богини смерти, зимы и справедливости. Да-да, сынок, справедливости. По местным поверьям, Мара уравнивает всех, и богатых и бедных, сильных и слабых, лиходеев и праведников. Нас же ждет в свои обьятья Мать-Земля или призывает в свои чертоги Отец-Небо. Потому Дев и поборников Церкви мы упокаиваем в могилы, а воев и братьев Храма тризной, вместе с дымом от погребального костра отправляем ввысь. Второе, смотрим на внешний вид и оружие, эти знания нам откроют многое. Одежда простая, но добротная. Снятая не с тела, а купленная или сшитая на заказ. Потому ищи клеймо мастера кожевника или стряпчего по пошиву на куртке и сапогах. Так мы узнаем откуда эти ребята взялись, где харчевались или жили.

- Тавро на ручке ножа вижу. Такое же на голенище сапога. - осмотрев тела, нашел искомое.

-Это плохая новость. Тот знак, что ты увидел на ноже, означает одно, мастера- Велеса Люди, но не берендеи, слишком тонкая работа для них. Значит искать придется долго. Срежь клеймо с сапога, а нож Я себе приберу. Теперь перейдем к оружию. Вот два топора, расскажи про них.

- Топоры выбраны под руку, у здоровяка было большое топорище и тяжелый колун. У второго полегче и короче. Ковка схожа да и древо пользовалось одного вида. Клинья у обоих также одинаковы, трехгранные. Сказывается или верфь или мастер один был. Кожанные шнурки на ручке и кольца для равновесия появились позже, топор явно подгоняли под себя.

-Тоже верно. Но смотри на травку стали кислотой. Значит это не один мастер делал, а артель или верфь и уж точно не сельский кузнец. На клине опять же стоят насечки, то мастер отметил свою работу по сборке. Дерево проклеяно рыбим варом, оттого воды не убоится. Топоры хороши и весА имеют правильные. Если бы ты не нашел меч, то Я настоял бы на этом оружие. Большой оставим в доме для новых хозяев, а малый отдай бабе, можешь его заговорить на борьбу с нечистью. С копьецом то получилось. - подмигнул мне Ветеран. - А теперь плохие новости. Вчера был еще один гость, в час волка приходил (время между 4-5 утра), ежели бы не нужда, то и не услышал его. Огляделся и ушел через заборы в лес. Срезал шнурки нательные с ворога, но Я их еще вчера запомнил, не велика потеря. А вот шаг его мне очень не нравится, судя по размеру человек не малый, выше тебя всяко будет, значимо и тяжелее. Но следы... Слишком слабо давил на снег или ногу ставил иначе, следы еле видны. Так что, на твой Дар уповаю, в дороге чаще оглядывай лес. Он только с виду безобиден, вчера тому было доказательство.

-Я постараюсь не подвести под Черту. Нужно собираться, темнеет рано. Куда лиходеев определим?- спросил Я.

-В амбар, подвесим вверх ногами, привет оставим кое-кому.- произнес наставник и ухватил за ногу здоровяка. Натужно потянул его ко входу в пристрой. Схватив за вторую, деревянную от мороза конечность, Я и сам запрягся в похоронную процессию. Дотянув до амбара первого, вернулись во двор за головами и вторым. Этот был легче чуть ли не вдвое, потому управились скоро. Быстрые поиски веревки увенчались успехом. Брат Сет перекинул бечеву через балку, соорудил удавку на конце и подвязал ногу.

-Сапоги нужно снимать, так как придет ощепенец или могильные воры, да подрежут веревку у висельника. Или пожрут мясо крысы и выскочит кость. А противнику всего живого нет места ни в Матушке земле ни на небесах. Навьи духи не найдут тела лиходеев, так как они застряли меж Мирами и не уведут их за Черту. Пусть вечно скитается неупокоенная душа убивца целого селения. Сорок дней нужно, для того чтобы сбылось сказанное мною. А теперь Я тяну, а ты подвяжи у столба.

Справившись, старик поднял за волосы голову лиходея, да заправил её ему под рубаху, затянув пояском.

-Пойдем кровь присыпем, да пора завтракать и в путь отправляться. Снег нам и в тягость при ходьбе и в радость, что следы дасть прочитать.

***

-Дед Сет, Я в жисть так далеко не ходила сама. А ты заправду меня на Север заберешь? А тебе нравится мое платье? Оно только для больших праздников было. А долго нам еще идти? - смешно прыгая возле ветерана, спрашивала Вероника.

-Ну если не умру до вечера от твоих вопросов, то доведу до Севера. - не смотря на хрупкость девчонки и перенесенные невзгоды, сил скакать и постоянно что-либо спрашивать у ней не уменьшалось. Как Брату удавалось её терпеть, Я не понимал. Даже Забава нервно кусала губы от постоянных распросов. Наука мне вчера была дважды, оттого Я останавливался и просвечивал Даром дорогу вперед себя.

-Не части, Святоч. А то скоро сгоришь, не сдюжу тебя до хутора тащить. И спину не забывай заглядывать, иначе ворог в нее может стрелку пустить. - посоветовал Сет. Я развязал заплечный мешок, доставая флягу с отваром, что приготовила Анна. Горечь вара не перебивала даже перечная мята, мед и сушеные цветы мирта. Засунув остатки в рукав для сугрева, огляделся за спину Даром. А там, шагах в пятиста, зажглась огнем одинокая фигура. Значит у нас есть провожатый. Зла от него не было, лишь любопытство и легкая нервозность.

-Ты прав брат... Дважды...- ответил ветерану. На что он махнул мне рукой, чтобы догонял.

-Сколько их?-тихо прошептал дабы не вселять в Дев тревогу.

-Один. Зла не чую. Любопытство лишь.-также тихо ответил Я.

-Не части с Даром. Лучше передавай мне дозор, а сам копи заряд. А ежели привал нужен, дай знать. Да и девки скоро умаятся, нужно волокуши рубить, двуось делать. До следующего селения пол дня пути осталось. Завтра уже в град зайдем. Обычно столько деньги не сбивал раньше, потому сани наймем да закупим товаров для севера. Молотки, пилы, бечевку да на посев. Гороха, семена солнцесвета да голубя (маис, кукуруза). Твоя служба не только добро нести, но и приумножать его. И это правильно. Молот на деревню - это забитая свая в частокол, а значит ворогу или измененному не пройти в лагерь или поселение. Пила поможет приготовить дров на зиму, замерзших будет меньше. А посев берем только тот, что может вырасти на топях или курумах (каменистая осыпь, накрывающая большие площади). Потому каждое зерно поможет вырасти урожай и накормить чью-то семью. Нам монеты легко не даются, да мы и не ропщем. А ежели и завелась какая, нужно в дело пускать. Ибо скряжество есть зло, а чем больше скопил, тем больше зло приумножил. Все также идет за нами?

-Да. На том же расстоянии. Думаю по следам ведет, топчем мы знатно. Думаешь он знает, что Я светоч? От того такую фору держит?

-Или привык за зверем хищным ходить. Шагов триста мало, а вот более самое то.

-Тять, Я устала.- виноватым голосом произнесла Вероника, что до этого утомляла Забаву расспросами. Я молча передал меч и мешок Сету, а сам подхватил на спину найденыша.

-А пока молодой септ тебя тащит, нужно будет вспомнить все что сможешь о той злой ночи и день до нее. Так, хныкать не нужно, не то в граде тебя оставлю... Пойми доченька, то нужно для понимания, что за враг был и как его заборонить. иначе он много горя принесет. Вспомни все необычное за седмицу, кто, что говорил или хвастал. Я вот у Вас снежную Бабу видел у старосты, кто ее слепил?

-Какую Бабу? Снега же не было.-изумилась Ника.

-Хм... И прямь, не подумал. Старый Я стал. А ты рассказывай, всё! - мягким голосом произнес Сет.

- Ну... Прям старый, Вы когда в Утяшево пришли, первым делом в корчме морду поморам расколотили. Народ о том судачил долго. Потомеся было вече малое, что-то взрослые судачили. Дяденька мой сердитым пришел. Ванька Рябой учудил, на тряпицу нарядную помета наложил свинячего, да на край крыши уложил. Бабка Марфа ту тряпицу увидала, да давай тянуть. От усердия аж рот открыла и прилетело ей. А Ваньку потом пороли, через смех, но пороли... Лешка старосты сын из горячки вернулся, застудил себя всего. Говорят по лесам и весям седмицу бродил. Но дядька говорил, что он его блуд водил. А побитым он вернулся оттого, что в чужой курятник забрался, а петух больно встрогим был. Токмо куры то клюют, а он весь порезанный был.

-А когда Лешка вернулся?

-За день до Вас, а вечером на следующий день пропал опять. Дядь Босиком, а тебе не тяжко меня нести, а то Я отдохнула уже.

-Еще покатайся, двужильная наша... Брат Сет, провожатый пропал.

-Позже поймем хорошо это или плохо. Скоро привал, пару верст пройдём еще.

****

-Без костра?-спросил Я , доставая припасы.

-Знать бы, что за соглядай такой, ответил бы тебе. Рисковать не будем. Ты девок уважь, а Я пройдусь немного. Тень от воон той сосны как доползет до метки, собирайтесь и топайте вперед, меня не ждите, нагоню. Мне отломи, на ходу поем. Запомни сынок, твоя задача дойти до хутора. Называют его Черный Дол. Там в корчме возьми комнату да еды на всех. Это ежели до вечера вас не догоню. Сторонись попутчиков и советчиков. А если и до утра не дойду, тогда заказывайте сани на торжище и не теряйте времени, двигайте на Север по направлению к Нижневартовску. Забаву пристрой учителем манер в Княжий дом или к благородным. За Веронику головой отвечаешь, на мою долю да еще в суме что найдешь, купи о чем раньше говорили, из расчета на тридцать поселков. Молотов, пил ручных, зубил, инструмент бери добротный. Бечевка, пенька, проволока. Зерен вскупе пуд разной на три поселка.Итого десять пудов. Найми сани до Юганска, дальше через земли Велеса до пограничья. Дай слово, что сдюжишь!

-Все, что будет в моих силах. Даю слово перед Матерью-Сырой-Земли и Отца-Грозное-Небо, что сделаю все, о чем поговорили или умру.- дал клятву ветерану.

-Но-но. Умри, но то, что обещал сделай. Бывай, крестник. Убережет если Мать с Отцом, то свидемся.- Сет хлопнул меня по плечу, перехватил малую узел и собирался идти. Я ухватил его за руку.

-Дай топор.-попросил Я оружие. Ветеран улыбнулся и протянул мне. Схватив за древко, все свои чаянья и желание сохранить этого человека живым, перенес вместе с молитвой. С непривычки меня аж повело.

Старший Брат принял топор, поклонился. А проходят мимо указанной сосны, прочертил линию, отмечая нам время роздыха...

Я с сожалением вернулся к обедающим Девам.

-Куда старикан ушел?-с вызовом спросила меня Забава.-Ты с ним прощался, Я все видела. Он нас бросил? Одних в лесу? Какая же от тварь, ребенка и девушку оставил с сопляком.

-Дед Сет обещал меня до града довести, а северяне не лгут.-кинулась в защиту Брата Вероника.

-За нами следят, он ушел обезопасить нам проход. Потому закрой свой рот едой, которую ты не заслужила. Завтра ты будешь свободна от моего слова. -Я отвернулся , прекращая спор. Ника схватила снедь и села рядом, отвернувшись от Бывшей Княжны.

-Больно важный стал. А не боишься ли ты, что Я в граде к ответу призову? За поруганую честь, за оскорбление Рода, за смуту против благородных?

-Род то какой? Изменников и клятвопреступников? Хулителей бога Ярило да почитателей твари? Голова у меня другим занята, как Нику в новый дом доставить и Юг о напасти предупредить. А тебе и прям нужно одной пройтись.

-Постой, то Я со страха и сгоряча ляпнула.-сменив тон на ласковый, начала Забава.-Ну посуди сам, что мне думать? Ты у нас теперь один муж, на тебе лежит ответственность, вот Я и испугалась, что не сдюжишь. Вдруг у нас денег даже на еду не будет. Что же делать? Веронику на паперти поставить? Мне не подадут, больно хорошо одета.

-Светоч хорошо чует ложь. Завтра ты сможешь стать кем угодно. И княжной и полотером, блудницей или женой трактирщика. А сегодня ты моя закладная. Так что закрой свой грязный рот. -прожевав кусок, глянул на метку.Тень на нее вот-вот наползет.-Время вышло, в путь. Через пару верст будет хутор. Там заночуем, если на то будет милость богов.

-Не командуй мной, чернь. Я еще не насытилась. Пойдем тогда, когда Я дам на это позволение.-опять подняла голос барыня.

-Как знаешь, нагонишь, если захочешь. Да встретишь ты полный рассвет. Пойдем Вероника, скоро стемнеет, а нам еще до Хутора нужно добраться.- быстро собрав припасы и перевесив через плечо обе сумы, взял девченку за руку и пошел по дороге. Последний раз Я был так зол, когда Курва попался в амбаре и обещал вырезать наш выводок. Выйдя на дорогу, огляделся Даром вокруг себя. Не было опасности и зверья, красного пятна сопровождающего и золотого сияния Старшего Брата.

-С тятей все будет хорошо?- тихо произнесла Вероника.

-Он умеет за себя постоять, на Юг же шел один, через лесолесье и опасности. И в этот раз всё будет хорошо.- успокоил Я девченку. Мне показалось на миг, что Храмовник прощался со мной, отправляясь на охоту за охотником. А мы, неспешно топая по дороге, были всего лишь приманкой. Тот час отогнал от себя дурные мысли, думать нужно о долге. Перед сироткой, городищем и словом, данным ветерану. Снега была не много, по щиколотку, но под ним скрывались ямки и корни деревьев, о которых время от времени спотыкалась Ника, непривычная к ходьбе через лес. Позади раздался голос Забавы.

-Погодите меня. - мы же не обратили на то никакого внимания, и через сотню шагов она нас нагнала. - Ты тоже решил меня бросить, как твой старик? А как же слово северянина?

-Я не давал слова, что насильно буду тащить тебя в град. Также не клялся, что выполню любое твое пожелание. Ежели ты решила посвоевольничать, не взирая на обстановку, то тем самым сделала свой выбор. Ранее ты не роптала из-за Храмовника, опасаясь его гнева и то,что он может оставить тебя одну. Только он ушел, как сразу поменялась. Мне нет дела до твоих обид и чаяний, ты взрослая Дева, хоть и не можешь принять изменения своего статуса.- спокойно проговорил барыне.

-Я законорожденная Княжна, мои предки все были Благородными и такие как ты нам прислуживали. Потому смири свою гордыню и прими мою волю. Богом было дано нам Правило - кому княжить, а кому служить. И никакой человек не в праве ту долю изменить. Моя исключительность в том, что Я знаю, как нам выжить. Потому ты должен передать мне казну, дабы Я могла ей верно распорядится. А то, что мой братец ляпнул в горячке не меняет моего Права от рождения! - задрав нос, поучала меня Забава.

-Где топор, что Я отдал тебе для защиты? - разглядев пустые руки Девы промолвил Я. - А сума с остатками еды? Топор можно было хорошо продать, он не для лесоруба, а для воя. Снедь пригодилась бы для вечерни, дабы сберечь монету. А по счет моей казны, деньга, которую Я получил за службу Царю принадлежит Храму и Церкви и будет потрачена на их нужды. Поведуй мне исключительно благородная и законорожденная, как ты распорядилась своей шкатулкой с каменьями и кем ты, окромя десятка теток, управляла? Молчишь... Скажи мне, сколько тебе нужно монет, дабы ты ушла добровольно в ближайшем хуторе?

-Мне нужно всё. Я пожертвую Северу, как только встану на ноги и освоюсь в большом граде. Пойми, дурачок, тебя облапошат на первом же торжище. А мне нужно лишь весточку передать, что Я вырвалась с Китеж-града. Все наладится.

-Он ушел на Юг с Ярлами. Готовится к войне, что развязал, и зализывает раны после нашей встречи. Потому решение есть такое. Ночевка в хуторе, затем на санях до града. Там мы расходимся. Тебе оставлю подьемные. - Что Я мог еще сказать этой спесивой Деве? Откупиться от нее для меня лучший выход.

-Какие раны? Его не берет сталь и стрела, огонь и мороз. Он само совершенство. Он живет и властвует с начала Исхода! - восторжено изрекла Забава.

-У него три пальца на руке, обоженное лицо и больше нет костянного копья на хвосте. За двести сорок лет он так и не нашел себя в этом мире. Его интересует лишь власть и исполнение желаний. А люд для него просто инструмент, каким была и ты. Ты могла быть женой Князя, а стала лишь опальной девкой, без роду и племени. Такая ему больше не нужна.

-Заткнись, он неуязвим!- прокричала Барыня.

Я остановился, потянулся к сапогу. Княжна в испуге попятилась назад. Медленно Я достал прощальный подарок Любомира и предъявил на показ. У Девы подкосились ноги и она бухнулась коленями на снег.

-Это...этого не может быть, он мне говорил. Но три пальца и еще кисточка. Все ложь...- Сквозь слезы и всхлипывания прорывались слова.

- Беги за топором и остатками снеди. Мы пойдем медленно. Не успеешь затемно, ворота хутора закроют. Без выполненного наказа не возвращайся, не приму. Я долго терпел твой гонор, а ты восприняла это как слабость. Беги быстрее, возможно успеешь...- резко высказал свое недовольство, запрятал трофей и потянул за руку найденыша.

Оглянувшись, увидел, как Забава сначало медленно брела, а затем перешла на бег..

-Дядь, зачем ты так с ней. Она не плохая, просто балованная. А еще много знает про прически и наряды.- пожурила меня Ника.

-Когда детки балуют, их наказывают. Мой наказ ты слышала, то не порка и не унижения. К добру нужно относится с благодарностью, а не оставлять его в лесу, потому что руки устали. Мы ее немного подождем. Ушли то недалече, не более версты. А Я за ней отсюда присмотрю. - успокоил Я сиротку.

- Так то правда, что ты за много верст видеть можешь, как Финист-Ясный Сокол? - изумилась девочка.

- Правда. А кто такой Финист? Раскажешь?- подогрел Я ожидание разговором.

Мы немного посмеялись и делились историями. Сиротка была очень любопытной, наверное как и все детки. Я согревал ее маленькие ладошки дыханием, пока не обнаружил Даром плетущуюся шагах в трехста Деву.

- Можем идти, нагонит, а то сами околеем тут. - указав на Забаву, Я успокоил Нику.

- А еще Я две буквицы могу написать. "Веди" и "Людие". То первые в моей имени и имени рода.-похвасталась мне Вероника.

-Веди, значит: ведаю мудрость на небесах и земле. А Людие, объединенные миром Люды.-голосом наставника сказал Я.-В городище ты бы уже знала буквицу и счет. Дев с измальства тому учат. А Я тебе покажу, как имя свое написать.Не замерзла еще? Потерпи немного, к вечеру уже будем в тепле.

-Ежели и там горя не случилось...- ляпнула догнавшая нас Дева.-Держи свой проклятый топор и объедки, как же мы без них до града дошли бы?

-Не ерничай. Это твой ужин. А ежели Я топор возьму, то оборонять тебя не смогу.

-Дядь, давай Я немного понесу топор. Мы за него деньгу выручим, а ты мне за то, леденец купишь.

-Что значит мой ужин? Ты мне подъемные обещал или измываешься надо мной? А оружие Я сама сторгую, это же подарок или отымешь?- с вызовом произнесла Забава.

-Ну раз подарок, то ты его и неси.-подытожил Я спор.

***

Мы успели в аккурат перед закрытием. Дозор уже ставил факелы и поджигал жаровню, дабы не околеть на посту.

-Кто такие?-отозвался грубый голос со стены.

-Путники, кров и приют ищем.- крикнул Я , пытаясь перекричать метель.

-У старосты постоялый двор. Законы соблюдать, вести себя чинно и с уважением.-голос немного подобрел.

-Так и будет, уважаемый.-отозвался Я.

-Мишка, открой дверцу. Гости в нашем селении. Проводи их до старосты, шобы не шастали без просмотру. Трое, кажись супруги с ребетенком.

Забава только хотела возмутиться, как Я положил ей руку на плечо.

-Так будет лучше, нежели тебя за добычу считали. Лишнего не говори, веди себя скромно.-дал указания Деве, схватил покрепче Нику. Дверь отперли и запустили внутрь. Наш провожатый оказался молодым парнем, что напускал на себя важности и раздувал грудь. Из оружия у него лишь строганная палка, заостренная кое-как. Вся спесь с него вышла, только он узрел мой меч, а у Княжны боевой топор. Понуро поплелся вглубь хутора, указывая нам путь.

-Вот тута. Хозяина зовут Пал Степаныч, любит честность и чистоту, потому ноги обметите веником перед входом. Бывайте, мне на пост пора. Всю ночь буду ваш покой охранять от ворога и нечисти.- закинув на плечо палку, пошел походкой бывалого воя.

-Дядь Босиком, а чего он петухом тут так ходит? Грудь вперед, ноги в развалку. Он где таких воев видел?-засомневалась в доблести стражника Ника.

-Так наверное ему удобнее шагать. Может отсидел чего или плетей поймал... А так то Парень у дела, покой сторожит. Потому нужно с почтением к Честному труду относиться. Пойдем во внутрь, обогреемся да поесть не мешало бы.

Постоялый двор разительно отличался от трактиров, тебе что Я видел раньше. Тут скорее всего по домашнему, нежели гостевое. Длинные полати за единым столом, занавески на окнах да маслянные лампадки. Самого хозяина Я не увидел, от того зайдя вовнутрь, постучал об стол да окликнул.

-Кого там в такую погоду принесло?-раздался громовой голос. Затем в горнице показался и сам хозяин. Здоровый муж, почти в две сажени ростом, веса не менее осьми пудов, смотрел на нас грозным взглядом из-под широких бровей. Я внимательно изучил его, перед тем как ответить.

-Мира этому дому, будь здрав, Павел Степанович. Просим приюта на ночь, поесть бы с дороги да пару советов спросить.

-Деньга есть?-сверля глазами нашу троицу, вопрошал Муж.

-Имеется, заплатим все по совести, если цена честная.-ответил Я.

-Деваться вам все равно некуда. Но лишнего не спрошу. Воды велеть набрать или баньку желаем? Застелено все чистое, потому не потерплю грязь.

-Баня не помешала бы, но раньше поесть нужно.

-Добро. Присаживайтесь за стол, вскоре все подадут.-сам Здоровяк присел во главе стола. Мы сели с краю . Первый от хозяина Я, за мной Ника, а крайней Забава.

-Откуда путь держите и куда?-начал расспрашивать нас мкж.

-С Китеж-града идем на Север.

-О,как. Далече и время не лучшее для поездки выбрали. Видать нужда в том есть. А сами кто такие будете? На семью не похожи. Баба вона отдельно села, хотя знают все, что подле мужа должна быть по правую руку. Вместо нее девчушка, но не сестра и не родич, не похожи не лицом, не повадками. Стало быть чужая. Ты раньше сел, а меч держишь так, будто оборонять решил, а мне доверия нет. Значит защиту им предоставляешь, но не как наймит. Скажешь честно, заночуешь. Промолчишь ежели или соврешь, то после ужина идите в ночь. У нас тут чужаков не привечают.-размышлял вслух владелец дома.

-Северянин, сиротка и опальная Благородная.Путь держим в городище. Возможно к нам присоединится мой Старший Брат.

-Городище оно больно далеко....-начал было говорить Муж.

-Север ближе, чем ты думаешь.-перебил его услышанной присказкой.

-Полно тебе, убедил.- здоровяк повернулся в сторону кухни и крикнул- Катрин неси закуску да баньку сделай. Опосля за стол всем родом и гостями сядем. -кивнув мне головой, собрался было уходить, как Я его остановил.

- Павел Степанович, а поведайте мне, в каких богов Черный Дол верует, дабы не нарушить устои или законы. Сильно обяжите, так как не увидел у вас капища или кумиров. На занавесях и домах нет защитных знаков или рун. Ставни без узоров и дома построены иначе, чем на Севере или Юге.

-Что же. Правильный вопрос и своевременный. Родоверы мы. Верим в единое начало мира и живем одним родом. Потому все жители этого селения родня. Но за ужином ты все увидишь. Вкусите пищу и примите одежду для купания, ваши вещи можете оставить на чистку. Позже мне нужно с тобой поговорить, северянин.

После легкого перекуса, дабы не идти с полным животом, Я отправил Забаву и Нику в баньку, а сам вышел на улицу. Я не мог много вспомнить про Родоверов. Верят то что две птицы родили яйцо, из которого в последствии появился Мир. Одна Алконаст, а вторая.... Не помню или не знаю. Живут общиной и все добро общее. Супругов выбирают и выкупают в других деревнях и селах, дабы мешать кровь. Дети общие, а самое большое наказание-изгнание и забвение имени. Окинув Даром поселок, увидел, что весь людей собрался в большом амбаре и лишь староста и дозорные были не с ними. Со стороны леса темнела угроза, и маленькое золотое пятнышко светлело на Юге. Я скоро заскочил в горницу, схватил меч и побежал к воротам. Дозорный выскочил из сторожки, направив мне в грудь копьецо.

-Куды прешь, до рассвета нельзя выходить.

-Там мой Брат. Он ждет подмоги.

-Ты за него ничего не говорил.

-Я сказал старосте, что жду его к вечеру.

-Мишка спроси отца, правда ли то. Я посторожу. А ты гость, дернешься, стрелу поймаешь.

Скоро пришел Михаил.

-Велено пустить северянина. Казну и вещи он в доме оставил.-важно произнёс Дозорный.

-Ну, дык и чаво стоишь. Открывай калитку.-раздался голос сверху.

Я бежал, что есть мочи к бледному золотому огоньку. Чем ближе Я был, тем отчетливее видел раны храмовника, а за спиной Брата горели голодом десятки глаз.

Глава 4. Догнать уходящее время.

- Нашел все таки меня, крестник. А Я уж и не надеялся. Подставь плечо, проще будет доковылять. - сквозь стоны проговорил Старший Брат.

-Как же так получилось? Кто Вас поранил?-участливо спросил Я.

-Перевертыши, сучье племя. Вчера мог догадаться, кто Маре Бабу слепил да шнурки подрезал, ох и позлили они её. Кха-кха. Позже поговорим. А то силы теряем да отвлекаемся почем зря. - проскрипел сквозь зубы Сет. Последние сотни шагов Я уже тащил тяжелое тело Ветерана, а с ворот глядел Дозорный и даже пальцем не повел помочь мне. Факелы освещали площадку у ворот, играя с лежащими толстым слоем снежинками, а на свежевыпавший снег падала горячая кровь северянина.

-Открывай калитку.-крикнул Я.

-Кто такие и цель вашего визита в Черный Дол?-раздался прежний голос.

-Ты же только что меня выпустил. Уже забыл? -изумился вопросу.

-Скажи ему, он пока не услышит от тебя правильный ответ, не впустит.-прохрипел ветеран.

-Путники, ищем кров и стол. Один подраненый.

-Доложи старосте, что у нас гости.-приказал Старший.

Я усадил Брата на землю, так как сил поддерживать его стоящим не было. Вскоре пришел Михаил и о чем то доложил, а сторож на воротах произнёс заученный текст: -Постоялый двор у старосты. Законы соблюдать, вести себя чинно и с уважением. Мишка проводи путников.

Парень открыл сторожку и направил на нас копьецо.

-Подсоби с раненым. - взмолился Я.

-Никак не можно. Ежели путник не в силах дойти, то мы оставляем его за воротами.

-Не спорь с ним, Босик. Староста должен дать мне добро на нахождение в Черном Доле, иначе отправит за забор.-тяжело произнёс Сет, упершись на подставленное плечо, медленно поднимался.-Уж такие они, родоверы. Только семья и Род важны, остальное все временно.

-Ты знаешь правила, старик. Следуйте за мной.-медленно и чинно шел впереди . Дойдя до постоялого двора, вновь обратился к нам.-Хозяина зовут Пал Степаныч, любит честность и чистоту, потому ноги обметите веником перед входом. А Я пойду в дозор, охранять селение от ворога.

-Иди вперед, мне нужно подвязать порезы, а не то залью их горницу кровью. Ежели отец поселения спросит за меня, расскажи о ранах и моем уважении дома. Не могу зайти грязным.

-Понял тебя. Попрошу тряпицы и бинты.-Я прислонил Брата к стене и помог снять куртку. зайдя в дом, изумился переменам в нем. Стол был совсем другим, а ранее потушеные свечи горели через одну. Накрытый праздничной тряпицей общинный стол уставлен лоханями. А слева от него стояла бадья с чистой водой и стопкой уложены чистые полотенца. Слева стояла кадка поменьше, а к ней приложены тряпицы иного цвета. Как Я понял для нас. Привычно постучав по столу, окрикнул Старосту. Павел Степанович ступал важно и уверенно.

-Тебе бы стоило быть в бане, негоже за стол с грязным телом или мыслями садиться.-нахмуря брови, произнёс он.-И где твой Брат, северянин?

-Брат Сет не может зайти в общинный дом, раны его кровят. Из уважения к Вашим обычаям и общине, просит принять на постой. Сам он на крыльце.Прошу позволения остаться ему и, если ненужные тряпицы или бинты, дать для излечения. Со своей стороны обещаю оплату и чистоту.

-Открой дверь, мне нужно задать пару вопросов, приму решение исходя из ответов.

Я распахнул дверь, чтобы свет от лампад из попал на раненого.

-Будь здравствуйте, Пал Степаныч. Слава Роду!

-Слава Роду! Я тебя знаю, хотя и не должен. Скажи мне Сет, куда ты держишь путь и кто тебя поранил?

-С Юга на Север. А бился Я с перевертышами в трех верстах ниже по реке.- хрипло произнёс Храмовник.

-Э как, думал все эти твари ушли на Север. Что-то их сорвало с охотничьих угодий. Что еще расскажешь?

-Ниже по реке, в бывшей рыбацкой деревни вырезали всех жителей. Девчушка - Вероника осталось одна. Маровы приспешники подняли сотню утопцев.

-Нам то какое дело?-с улыбкой произнёс Староста.-Забор крепок, люди здоровы, а амбары полны снеди.

-Их подняли под приказ и за один день. Подкладом был сын старосты и, как ты понимаешь, это дело рук не болотных ведьм.-с вызовом сказал Старший Брат. Павел Степанович задумчиво потер подбородок. Затем кивнул головой и изрек:

-Я получил ответы и принял решение. Остаться могут только трое в качестве гостя. Или кто-то из Вас входит в Род или уходит из поселка.

- Сынок, помоги дойти до ворот, значит пришло моё время. - кряхтя произнес ветеран.

-Но так же нельзя! Должен же быть еще какой то выход! Что значит войти в Род?

- К чему терзания? Баба тебе чужая, а нам она принесет много новых сыновей и дочерей. А ежели у самого есть виды, оставь сиротку. Будем за родню, как и все мы тут!.-тут же проговорил Хозяин.

-Я дал слово, что доведу ее до града, а Веронику до городища. Мой крестный не заслуживает такой смерти, его растащут на куски зверье и даже тризны не сыграю. Потому мой черед идти за ворота.-принял решение за всех.

-Одумайся, сынок. Отдадим обузу и освободим руки. Да и местные знахари меня до обедни на ноги поставят!- прошептал синими губами Брат Сет.

- Нет другого решения, крестный. За забор уйду сам. Завтра с утра зайду вновь. - повернувшись к старосте, произнес. - Я уважаю Ваши обычаи, в ответ прошу об одном, проявите заботу ветерану Северных Пустошей.

-Не торопись, сначала оттяни своего Брата в баню, приведите себя в порядок и отужинайте. Голодные от родоверов не уходят.- раздраженно произнес Павел и захлопнул дверь.

Я схватил брата за руку и начал поднимать. Перекинув руку через шею, потянул к помывочной, благо видел, куда уводили моих попутчиц. Старик сначал хрипел, с трудом наступаю на ногу, а затем разошелся. Чуть позже рассмеялся.

-Задал ты ему задачку сынок. Ха-ха. Я раненый, от того не гожусь в большой посев. А ты мог покрыть двоих-троих за ночь. Теперь Хранитель Рода будет думать, что лучше для его дома. А правило трех он отменить не может. И еще, Я тебе благодарен за топор, будто легче стал вдвое и кости он, как веревку рвал. Ежели не твой Дар, остался бы в лесу без вестей, а так может и смилуется Мать-Земля и даст мне встречу с Химерами.

В бане было сильно натоплено, отчего Я быстро покрылся испариной. Раздев брата до нательного и стянув с него рубаху, ужаснулся его ранам. Помимо новых рванных порезов, в большом количестве тело покрывали шрамы, увечья и синяки. Руки так вообще покрыты паутинкой белёсых и розовых линий разной толщины и протяженности. Звание ветеран запросто так не дается.

Разделся сам, стесняясь своей наготы. Отведя брата к воде, принялся оторванным рукавом нательной рубашки смывать кровь, стараясь не потревожить раны.

-Полно тебе. Сейчас знахарь и помывальницы придут. Иди сам распарься немного. За меня не переживай, вытяну. Ежели бы не время к вечерни, то расспросами бы замучал нас староста, в надежде, что околею. Мне налей в черпак воды из воон той кадки. Там она родниковая. Как на Юг попадаю, напиться не могу, зубы уже сводит и живот болит, а Я все жаждой по чистой водице одержим.

Выполнив поручение, направился в парную. С трудом открыв тяжелую дверь, тут же присел на корты. С натопленного помещения так обдало жаром, что уши загорелись, а не затянувшиеся ожоги напомнили о себе. Пригнувшись, зашел в помещение и прикрыл дверь. Печка парила знатно, наполняя тело невиданной раньше негой и истомой. Мысли выветрились, погружая в странное, необычное состояние. Счет времени Я потерял, очнулся после громких шагов в предбаннике и разговора.

-Плох совсем, но вытянет. Двужильный. Давай девоньки отбейте с него коросты, а Я пошью немного да латки поставлю. Какой цвет выбираешь, северянин?

-Синюю, как небо или зеленую, как земля. - глухо отозвался раненый.

- Все надеешься увидеть чистое небо и травушку без порчи? Второй где? Тая глянь в парилке.

Дверь распахнулась и зашла крепкосбитая Дева с толстой косой на груди. Из одежды лишь купальный сарафан. Увидев меня прикрывающим стыд, рассмеялась по-доброму: -Туточки он, голенький и смущенный.

-Кинь ему рубаху, чтоб прикрылся да пусть выйдет.

Кое-как натянув рубаху на мокрое и вспотевшее тело, Я поспешил в предбанник. На палатьях боком лежал нагой Сет, а седой Муж тянул иглой нить, прижимая пальцами края ранки. Знахарь оторвался, глянул на меня.

-Ух ты ж. Редкий гость в наших краях да еще и светится ярко. Хворый только телом, что же, будем радушными хозяинами, как предки завещали. Маланья готовь тесто на семечках. Будем банькой лечить да мертвый хлеб печь. - отдал от приказ второй деве, что стояла с тряпками и бинтами поотдаль. Та передав поклажу Тае, выбежала на снег голыми ногами и помчалась по улице.

-Свезло тебе сынок, большую честь оказали, или Мать-Земля награду определила. Такое не часто бывает, будто подвиг свершил али имя защитил. Поведаешь?

-Меня вызвали на Суд Богов на Ладье. Последователь Одина Рагнар, Я его приговорил за хульство Отца нашего. -робко ответил ветерану, боясь, что воспримут как самохвальство.

-Что? - воскрикнул Брат, зайдясь кашлем.

-Ляг смирно, нитки разходятся. - проворчал Знахарь, слегка ударив по голове раненого.- Ну раз Суд Богов определил, нам тогда судачить не о чем.

Стяжки ложились легко, а игла порхала в руках мастера.

Тем временем появилась Маланья. Раскрасневшая с мороза, с трудом тянула большой тюк с мукой и мешок с различной утварью.

-Тая, вяжи деда тряпицами, да не в натяг, а с послаблением. А ты молодой, раздевайся да садись на лопату. - произнес Знахарь, откинул шкворню и разогнал угольки. Кинув добрую жмень можевельника, топнул ногой. Затем закружил рукой выходящий сизый дым. Банька наполнилась приятным запахом, а от дыма защипало глаза. Лекарь начал расскачиваться в такт.

-Пойду да нарву травы.

Да поутру и с росою.

Поклонюсь на четыре стороны.

Мать земельца выносилааа. Отец небо напоиллл. Огница сестренка согрела.Ветер брат раздулллл . - растягивая окончания пропел-проговорил Муж. Топнув второй раз босой ногой, хлестанул меня ветками по спине и плечам, царапая их. Помощница тут же растянула узел с опарой. К запаху дыма от хвои, прибавился кисло-сладкий запах сырой сдобы и закваски.

-У семи дорог травы собирал, на семи ветрах просушил.Тело бледное страдает, от болячек. Душа хворая бежит из клети. Дело ратное зовет, труд честной застаивает. Дайте травы заговоренные , дайте хлебакошенные силушку. Водица родниковая оживи плоть, Огонь да зажги свет.- голос громкий по началу спустился на шепот, одурманивая разум и выметая мысли прочь из головы. Краем глаза Я заметил, как Девы обнажились и обходили вокруг меня, намазывали мое тело опарой и посыпая зернами и мукой. Все быстрее и быстрее кружились Тая и Маланья, закутывая меня в кокон из теста и лишь голова была открытой.

-Хватит. Тяни его в печку. - произнес Знахарь, а сам кинул из мешочка что-то синее. Порошок вспыхнул ярко и от его света Я потерял сознание.

Очнулся Я по привычке от голосов.

-Смотрите девки, совсем черный хлебушек, но то не зло, что сам причинил, а то зло, что руками разгребал, потому и пачканый злом, как сажей. Не всё бело, что чисто. Как оторвете все от кожи, тащите в помывочную. Смотри, что бы хлебушек скотина или люд не сьел. Горя не оберемся. А с тобой старик пойдем готовиться отужинать, есть о чем побалакать старым людям.

Затем пришли чуства. Будто кто-то отрывает от меня кожу и тут же смазывает место холодной мазью, что затупляет боль и дает оздоровление.

-Молодой совсем, а Трофим сказал, что он святоч. Как из сказаний...

-Та ну, те же богатыри считай, а этот малохольный, да еще и лысый совсем.

-Дура ты Тая, видишь ожоги не сошли еще, горел парень и недавно совсем.

-Сама ты дура или виды на него имеешь?Собралась просить отца небось? Тебе лучше к ветерану, он в том деле толк знает, быстро тебе тропинку к детям проложит во Славу Рода!. А с молодым заблудитесь по дороге.

-У самой то глаза горят. Хочешь новой крови получить, забыла уже про Михаила? А он из-за тебя в дозорные подался. Служит теперь вместе с лучником Еремеем. А тот нелюдимый совсем.-отозвалась Маланья. -Хватит болтать, давай обмоем его, а потом к ужину готовить нужно.

Меня перевернули на живот и начали тереть щелоком. Смыв остатки теста со всего тела, мягко просушили полотенцем, аккуратно промакнув обновленную кожицу.

- А если отец не принял решение, оставить ли его на ночь?-неожиданно спросила Тая.

-К чему тогда рубашку обрядовую принесли? Побуди его, нужно имя выспросить да порадовать с новым рождением. - отозвалась Маланья.

- Очнись, добрый молодец. Время праздновать.- похлопывая меня пощекам и плечам, дождалась, когда Я очнусь. Раскрыв глаза, узрел двух обнаженных Дев, что не смущались своей наготой, а больше пытались меня раззадорить. Дар указывал азарт и предвкушение.-Как имя твое зановорожденный?

-Я брат Церкви и Храма, Светоч Путеводный, Босик. Расскажите, к чему меня готовят?

-То Хранитель общины скажет, а нам не велено. Вещи твои на чистке. Возьми одежду приготовленные да поршни. Ждем тебя в общинном доме.-произнесла Маланья. Девы натянули сарафаны и, весело смеясь, помчались на перегонки по чистому снегу. Я глубоко вздохнул приятный запах трав и хлеба, а затем оделся. Неожиданно для себя решил пройтись босиком по белой скатерти-тропинкe. Потому перекинул обувку через плечо, вышел на улицу. Тело сразу же стало исходиться паром, а лицо приятно защипало от мороза. Забытое чувство, когда ноги ощущают Мать-Землю, все неровности и ямки, но между тем ступается легко и свободно. Скоро преодолев короткую дорогу до светлицы, постоял немного перед крыльцом, ловя одинокие снежинки, затем открыл дверь.

В натопленной горнице ноги закололи с мороза, Я тут же надел просторные поршни. За столом сидел весь поселок по своему распорядку, а гости были на краю, ближе к двери. С моим появлением тут же вскочила молодая дева из местных и подошла к лоханке с водой для умывания. Перекинув через локоть полотенце, набрала черпаком водицу и терпеливо ждала меня. Поклонившись Люду, Я подошел к девице, обмыл руки и лицо. Приняв тряпицу, обтерся да вернул обратно.

-Что же. Время потчевать гостей да праздновать. Займи свое место, Светоч. Сегодня наш Род видет троих путников пред собой. Каждому досталось от щедрот наших, согласно нашему укладу. Герою Севера Босику и Ветерану Юга Сету мы даровал и избавление от болезней и ран. Сиротке Веронике оберег на долгую жизнь и наше позволение свободного посещения поселения, в надежде, что она найдет свой дом или примет наш. Долгие беседы вести не будем, итак задержались с трапезой. Гуляй поселение, ярко и жарко, как в последний день. Слава Роду!

-Слава Роду!-грянуло в ответ.

-Тая, Маланья уважьте гостей.-приказал Павел Степанович. Знакомые мне по бане Девы проворно соскочили с лавок да обнесли морсом и едой наши лохани и чаши, лишь Забаве не предложив ничего. Я удивленно раскрыл глаза,но под столом меня ударил ногой Брат Сет. Затем наклонился ко мне и произнес на ухо.

-Чтобы Забава смогла остаться в поселении на ночевку и тебе за ворота не выходить, всем обьявили, что она твоя раба по праву закладной. А раз это твоя собственность, то и ухаживать тебе самому за ней нужно. Надкуси хлеб впервую очередь, прояви уважение к дому, во вторую пригуби с чаши напитка родового, можно сказать почти без хмеля молоко на травах и меде, чуть крепче кваса. Кутью ложку прими в третью очередность. Потом можешь со своего стола переложить барыне. Но кушать начать можно после Хозяина. Гляди во все глаза, только Даром не пользуйся, итак светишь на всю горницу, Люд смущаешь. - ветеран отстранился от меня после этих слов и оглядел стол. Напротив сидели девки и вовсю кидали голодные взгляды на нас с Братом и завистливые на прислуживающих нам Дев. Поотдаль, ближе к старосте мужи, раньше восседали седые и с окладистыми бородами, а чем дальше от Главы, тем моложе со смешными чубами на голове. Детей и старух Я не видел совсем, или их нет или в яслях да в дальных домах живут.

-Воздадим почести Отцу Роду, что уберег наш Дом от зла и страданий. Слава Роду! - крикнул староста.

-Слава Роду !!! - отозвался стол.

Павел Степанович поднялся, протянул руку к большому караваю и переломил его надвое по подготовленному заранее срезу. Себе оторвал немного с каждого куска и пустил хлеб по обе стороны. Принявший подношение кланялся, отбирал себе ломоть и передавал дальше. Дошла очередь и до нас. Старик поднялся, принял хлеб на вытянутых руках, поклонился Хлебу, затем столу, опосля Хозяину, оторвал кусок Веронике, положив перед ней, затем себе. После развернулся и знаками показал повторить. Мне ничего не оставалось, как последовать за ветераном. В чужом поселении со своим правилом не ходят. Глядя на наши действия, Люд одобрительно зашептался. Значит высказали уважение. Оставшиеся куски тотчас перехватила молоденкая девчонка и понеслась в сторону ворот, угостить стражников.

-Разделю с Вами свой хлеб, свой кров и свои печали, свою радость и ложе. Мы есть дети Рода, непослушные, спесивые и глупые, как и все остальные. Но знайте родичи, знайте гости, что Я есть это поселение, Я есть дом и уголь в камине, Я есть свет в лучине и вода в колодце. Потому нанеся мне или кому из родичей обиду, вы огорчаете всё поселение. А поселение ответит быстро. А ежели с заботой и любовью вы согреете меня, то и каждый дом, каждый муж или дева вернет вам сторицей. А сейчас время отужинать.- долгая проникновенная речь старосты произвела на меня глубокое впечатление. Я глянул Даром на горницу и обомлел. Исключая нас пришлых, весь стол был залит одним цветом, как единое тело. Брат горел азартом, Забава стыдом, а сиротка любопытством. Как Только староста вкусил хлеба и отпил из чаши, все последовали его примеру. Каравай был еще теплым, от того и вкусным. Напиток вмеру терпкий и сладкий, а вот кутья мне пришлась не по вкусу. Пресная и водянистая. Высказал дань традициям, все довольно улыбались в предвкушении ужина. Слово вновь взял Павел Степанович:-Мы разделили хлеб и соль, пора бы и насытиться в этот Святой для нас день.

-А какой сегодня день?- спросил Я тихонько ветерана.

-Сегодня неделя, последний день седмицы. (Неделя- старое название воскресенья, до крещения. Означает нет дела или не делай). День памяти предков и заветов их. Поминальный день уже у них был, обычно собираются в общинном доме да празднуют жизнь, не забывая при том о смерти. - подсказал мне Храмовник. А тем временем на столе показались угощения, а маленькие розетки с кутьей забрали. В деревянную лохань навалили варенных корней, хороший кусок мяса и тушенных овощей.

-Не забивай живот сильно. Сегодня у тебя еще есть важная задача!- заговорщически произнес Сет.

-Какая? - изумился Я.

-Отплатить добром за излечение, стол и кров. Они не привечают чужих или соседей, так как считают их временными людьми. Для них важен лишь их собственный Род. Поскольку поселок закрыт, то и связь у них лишь внутри поселения, а свежая кровь им ох как нужна. Считай что рыбацкая деревня для них мертва, с поморами они не особо дружат. А следующая деревня или в пятнадцати верстах выше или сама в нужде. Вот и катаются по слабым Родам, меняясь кровью. Полно тебе переживать, ты пышешь здоровьем после баньки.

-А где все детишки у них? И стариков не вижу.

-Празднуют жизнь только те, кто могут ее дать. Таков закон. Тут за столом только такие, да и мы - гости. Забаве то отсыпь еды, а то измаялась девка, не привычно ей быть бесправной.

****

А праздник жизни только разгорался. Подавальщицы несли и несли еду, подливали слабый хмельной напиток, но мне, с непривычки, крепко ударило в голову. Местами Люд смеялся, кто-то вел разговоры, а меня все чаще задевали за плечо, теребили рубашку и прижимались телом. Все вокруг мельтешило, Девы сменялись Мужами, которые задавали различные вопросы и просили рассказать басню или былину. Лишь староста сидел ровно и безучастно, пережевывая хлеб и запивая его простой водой.

Голова моя все чаще клонилась к столу, вдруг чьи-то настойчивые руки обняли меня за плечи, затем потянули в глубь общинного дома. В комнате освещенными лампадками и свечами было жарко. В руки тот час подали прохладный и терпкий напиток, от которого мысли выветрились, а сознание улетело. Очнулся Я лишь утром, нагим и в окружении сопящих дев. Двое мне были знакомы, Тая и Маланья. А в третьей с трудом признал Забаву. Стараясь не разбудить, Я выскочил из кровати, оделся и подпоясался, поршни не нашел и на цыпочках вышел прочь. Босым спустился в светлицу, где восседал павел Степанович.

-Ты рано встал, северянин.- произнес зычно сидящий за столом староста, при том даже не обернулся.- Я не слышал шаги, просто знаю обо всем, что происходит в поселении Черный Дол. Присядь за стол. Нужно поговорить.

Я не стал отказывать от приглашения, лишь сначала подошел к бадье да обмыл руки и лицо.

-Трапезничать будем позже, а пока выпей молока и хлеба.- тут же из-за его плеча выплыла Катерина с крынкой и завернутым в тряпицу караваем. Староста улыбнулся. - Род принял твое семя, значит будет жизнь и будет расти наши поселение. У тебя вчера были вопросы, на которые ты получил не совсем полные ответы. Старики у нас доживают свои дни в отведенном доме, возятся с детьми и учат их нашим законам и правилам. Не скромничай, выпей молока. Дети у нас общинные значит до созревания мы все их родители. Когда Я стал старостой, много лет назад, у нас было всего шесть семей и одна повозка с добром. Все что ты мог увидеть здесь, построено и сделано руками родичей. Позже к нам присоединялись семьи, но многие были не готовы делить всё на всех. Верили в своих богов и жили особицей. Искали выгоду, алкали лучшую долю, прятали припасы и не делились кровью, такие уходили навсегда. Их имена преданы забвению, а ступить на землю родоверов они более не могут. Трудно обьяснить чужакам, что главное это РОД, и если всему РОДу хорошо и сытно, то и РОДичу равно также. Вы - северяне, нам близки по духу, просто Ваша Мать-Земля и Отец-Небо есть две чаши одного яйца, что мы зовем Родом. Вы честны и самоотвержены, за малым исключением и уже точно Я не про благородных говорю. А уж про светочей сколько всего прознали, ты такой же как мы, любишь правду и справедливость, веришь в то, что люди Братья, готов отдать последнее ради цели. У нас нет секретов и разлада, нет своего дома или угла, нет своей одежды или обуви. И мы не отдаем детей, даже если родились те болезные или с изьяном. Один бог, одна цель, один Род. Ты ярко светился после бани и это отметили все.-Муж улыбнулся своим мыслям и продолжил.- Но у нас есть и беды. Воинствующие язычники на Юге. Ведьмы и темный Люд на западе. Людоеды и зверолюди на Востоке. Орда и измененные на Севере. За все время, что Я староста, нас неоднократно грабили, убивали и насиловали. Все они поплатились. Поморы и ушкуйники брали на меч село, но мы выходили все, как один.Дважды был мор и неурожай. Все наши правила и запреты родились от этих невзгод. Мы хотим жить и славить Бога своего и более ничего. Так чем же мы провинились перед всем Миром, что нас так невзлюбили? Маровы дети каждую зиму у наших ворот. Ведьмы шлют заклады и больных детей, дабы посеять смерть. Южане требуют дань и шлют мытарей. Лишь Север дарит нам свою кровь или заливает землю нашей. Слава Роду мы живы-здоровы. Надумаешь после службы к нам податься, милости просим хоть одному, хоть с семьей или братьями. Но помни правила трёх. Лишь трое могут быть гостями, остальные или ночуют за забором или для вступления в поселение пришли. Будь здрав, а мне пора готовить вам сани на Север. По счет оплаты не беспокойся, ты закрыл свое бремя этой ночью.

****"

Обед был скромным, но сытным. Плотно покушав и купив на дорогу провизию и один самострел, мы попрощались с Чёрным Долом. Провожать нас вышло все селение, лишь староста не покинул общинный дом, а махнул нам из открытой двери. Маланья и Тая довольно улыбались и приветливо стреляли в меня глазами. На Храмовника смотрела другая троица, от чего ветеран приосанился и не сводил с них глаз. Покидали мы сей добрый дом в разных чувствах. Я с грустью, Брат Сет с сожалением, а Забава сгорала от стыда и прятала от меня свой взгляд. Лишь Вероника не прониклась, а торопилась задать следующую сотню вопросов да хвасталась новой куклой-оберегом. Возничий накрыл нас шкурами, вывел сани за ворота, а затем низко поклонился поселку. Прыгнул на ящик да погнал по узкой дороге на Север.

Старик подозвал меня рукой. Я тотчас пересел.

-Сынок, смотри за лесом. Чую не просто так староста нас раньше времени выпроводил. Значит нашептал ему кто-то, что так нужно. Меч вынь из ножен да положи рядом, а самострел можешь сейчас взвести, только стрелку не заправляй. И чего это закладная твоя такая сегодня? Никак приключилась чего?- брат хитро моргнул мне да заржал в голос.

Я смущенный сел обратно, с той ночи запомнились мне лишь стол да пробуждение. А что было между нами, все в тумане.

Глава 6. Лесное племя.

-Ты меня слышишь? Мне нужно двадцать пудов груза отвезти, что ты сватаешь свою развалюху. - разорялся Брат.

-Эта крошка возьмёт даже больше. Мы-северяне, друг друга не обманываем. - продолжал стоять на своём тщедушный мужичок, в драном полушубке. По его бегающим глазам можно было догадаться, что он лжет. Тем не менее Я скользнул в Дар. Так и есть. Ложь, желание наживы и боязнь.

-Чего ты боишься, северянин? - задал Я свой вопрос.

-Я? Да что ты такое мелешь малец? - изумился хозяин саней.

-Это не малец! Для тебя он, брат Храма, Светоч Путеводный, Босик. А Я, ветеран Пустошей, Брат Сет. Посему отвечай на вопрос и сможешь встретить за ужином семью. Или продолжай лгать и позавтракаешь в лечебнице! - перешёл к угрозам храмовник.

-Для вас есть только эти сани. Остальное не про вашу честь тут стоят. - произнёс санник и начал двигаться прочь от разъярённого Сета.

-Оставь его, брат. У него приказ не давать нам иное. Нужно искать другой выход. - положив руку на плечо, успокаивал своего напарника.

-Поищите в корчме дураков, никто в такую погоду по своей воли не поедет. Замёрзнуть можно да и от лиха оборонять не кому. А караван через седмицу будет, с ним и другие согласятся. А коли не мила моя лошадка, то и разговор окончен.

Немного поостыв брат начал думать. - Так то он прав, время сейчас не лучшее для поездок. Погода портится, уж скоро время Бадьяка. Эх, ежели бы снарядить добрые сани да в два криволапа. Почитай через пару дней уже в городище были. Тут три перехода осталось. Пойдём на постоялый двор. Может сможем кого уговорить или посулами заманить. Вероника, не отставай.

***

Натопленная корчма была с низким потолком и с редкими окнами, то и понятно. Обогревать дома, как на Юге, здесь не получится. За столами сидел разный Люд, сжигая время за едой и хмельным. Кто-то вёл неспешные разговоры да искал работу. Судя по отрывкам фраз, было понятно, что лесорубы да сборщики валежника прожигали накопленные деньги, в ожидании нового сезона. Сейчас при деле лишь торфяники, что копают глубокие ямы на топях да срезают замерзший слой рыхлых коричневатых комьев перегноя, да охотники, что бьют дичь. Те же сидели кучно, всем своим видом отделяя себя от остальных. То было странно для меня, ведь и те и другие жили честным трудом. Мы сделали заказ, горячий кулеш и пироги. Брат взял медовуху, а нам сладкий отвар. С едой передалась лень и истома

За одним столом началась перебранка. Сцепились двое мужей, один, что побогаче одетый, отчитывал молодого и крепкого парня.

-Уговора такого не было. Как расторгуюсь, так и отдам. Сам видишь, торгового Люда много, а интереса мало, с Юга уже две седмицы никого не прибывало, на ушкуйников надежды нет, берег сковало льдом. Потерпи месяц, не больше, там и расчёт получишь.

-Я свою работу выполнил, груз доставил. Меня за месяц из-за неуплаты долга в острог кинут! Я не выживу там, или ты на то и рассчитывает? Отдавай монету за провоз.

-Она тебе без надобности, весь долг не закроешь, так или иначе. Посему бежать тебе нужно и чем скорее тем лучше. Мытарей дня через два жди, а Я могу тебе десять монет на первое время дать. На еду и прокорм лошадки.

-Перед мытарями бремени нет у меня. - сокрушался молодой.

-Ты что, дурень, услугу за деньгу должен? Кто же берет деньги в рост под такие обязательства? Не мог сани свои заложить? Нечего мне лясы с тобой точить. Или половину отдаю завтра и мы в расчёте, или жди месяц, там все отдам. Будь здрав, знаешь, где меня найти. - купец хлопнул по столу, припечатывая плату за выпивку. Шумно поднялся и, оглядев тяжёлым взглядом возничего, потянулся к выходу.

-Брат Сет, мне сказывается, что он нам поможет. - указав пальцем на огорошенного новостями мужа, тихо произнёс Я.

-Не дело это, на чужой беде руки греть. Или хочешь его в Чёрный Дол сосватать?

-У меня есть монета, что нужна ему, у него есть сани. Так что наймем его до городища, а там и зиму встретит. Нам ещё по посёлкам развоз нужен.

-Добро, быть посему. Пойду приглашу его за стол. - хлопнул по столу Брат и резко поднялся. В последнее время Я замечал за ним некую торопливость и нервозность. Будто гложет его что-то и не может места себе найти.

Быстро перекинувшись с возничим, Сет указал на наш стол. Тот недоверчиво оглядел меня и с обречённым видом потянулся к нам.

-У тебя и в правду есть закладная монета? - подойдя к столу, сразу перешёл к делу муж.

-Для начала здравствуй, во-вторых прояви уважение к этому молодому септу и назови себя. - окоротил его Храмовник.

-Если нет монеты, то и разговора не будет. - зло выплюнул из себя санник.

Дабы пресечь дальнейшие препирательства, Я достал из потаенного кармана прощальный подарок Васьки Кривого. От увиденного, возничий переменился в лице.

-Это больше чем нужно, Я ваш. Имя мне Мирон. Сани на одну упряжь, но добротные. Крайний раз почитай сорок пудов да двоих стражников сверху притянул. Когда грузимся? Можем двинуть после обедни, рысака не так давно отпоил и накормил, припасы мне собрать быстро, только шкур нет. - зачастил муж.-Только... - замялся, а потом продолжил. - Мне нужно монету вперёд взять, иначе свободу потеряю. Но готов купчую сделать на сани. Как ход сделаем, вернёте.

-Не части, Мирон. Преломи хлеб да поведай про свою тяжбу.-положив руку на плечо, силой усадил нашего возничего.

-Да о чем там говорить, взял в рост деньгу, рысака захотел. Все отказывались, год был так себе. А тут купчиха этот, сватал меня за шкурой на торжище скатать. Дескать прошлый раз расторговался знатно и обратно не порожним бы вертались. Вот и загорелся Я, в счёт будущего барыша сменить лошадку. Старая больше двадцати вёрст уже не ходила. Прошёлся по всем, кто мог деньгу занять. Вот только в храме И дали. Но под закладную. Вернулся обратно, а монеты белой ни у кого нет или берегут на чёрный день. Вот и весь расклад. А по совести ежели говорить, разузнал Я, что на пять чёрных монет лишь три белых идут, чтобы всегда в долгах люд был. Уже отчаялся было, хотел на юг поехать беляка на сани выменять, кроме свободы у меня ничего не осталось. А её уже не вернёшь. - с грустной улыбкой поведал нам свою историю Мирон. Затем взял предложенный хлеб да долго мял в руках, прежде чем отправить в рот. Мы все прониклись его рассказом и думали о своём.

-Так куда едем то? - вдруг прервал наше молчание санник.

-Северное городище калеченных. - глухо отозвался Сет.

-Вот те на, из огня да в полымя. Там же гон! - расстроился Мирон.

-Месяц назад отбились, почитай ещё два в запасе есть, пока силу наберут. А ты чего про гон знаешь? Слухи или встречал? - подозрительно прищурив глаз, вопрошал Брат.

-Говорили, что Пожарские пропустили малую орду, вот они до нас и дошли. Считай два месяца сиднем сидели, боялись в лес выйти. Пока огневцы ихние на дали добро. Наши охотники много битой твари потом встретили. Страсти разные рассказывали да трофеи тащили.

****

-Эх как умыли мытарей. Видел Сет? У старшего аж губа затряслась, так хотел меня в заклад забрать. Небось уж и хозяина мне подыскали, как на заказ. Хрена вам солёного, а не мою свободу... Погуляю ещё, на Юг подамся, мир посмотрю. А то и женюсь, долго ли бобылем ходить? Отсыпали монетой сдачу, кровопийцы, не нашлось размена большого беляка. Раньше то иначе думал. Жил, как жилось. Вперёд не заглядывал, лучшей доли не искал. Не было бы счастья, да несчастье помогло... - разгоряченный Мирон не на минуту не умолкал. - Дорога тут одна на десятки вёрст, мимо не проедим. Пошла, пошла... Скоро лесных людей земля, нужно требы оставить у капища.

-Брат Босик, помнишь как думали делить добро? Берендеев завтра пройдём, даст Мать-Земля ежели. Пройдём три посёлка по уключине, раздадим подарки, Я далее с Вероникой уйду в ясли, а ты полный круг сделаешь. Надобно бороду сбрить, а то на старика из сказаний похож, вместо посоха топор только, а так и на санях и с внучкой, и с Дарами в аккурат под длинную ночь. - усмехнулся Сет, поглаживая седую бороду.

-Меня смущает только одно, не слышу зверья и птицы. Не вижу живых и спрятанных в норах. Как так то? - поделился своими переживаниями с ветеранами.

-Мирон же сказывал, что горынычи пропустили малый гон. Вот и ответ тебе. - успокоил меня Брат.

-Ты мне так и досказал про наших соседей. - напомнил про нашу незавершенную беседу.

-Огнепоклонники они и, кроме как сжечь весь мир, нет у них другой цели. - зло высказался возничий.

-Не совсем так. Да, они поклоняются огню, как первопричине мира. Огонь есть их суть. Мы бьемся силой духа, афанасьевы механизмами, а они пламенем. Синий огонь их придумка. Выжигать торф и добывать уголь, лить сталь и выбирать кровь Земли тоже они. Очищающее пламя, в котором родилось зло, что грибами поразило Мать-Землю, считают пришествием блага, что принесло очищение Мира от грязи и грехов Люда. Народ прямой и жёсткий, торговли нет, только обмен. Но с ними просто. Дай факел и укажи на врага. Вои делятся на рубак, метателей огня и поджигателей. Лишь нужда в обмене их мирит со всеми остальными. Во время Большого похода на Север их страсть к поджогам лишь разгоралась, пока не выжгла весь разум. Многие помнят их безумные танцы у кострища под звуки набата, шрамы, что сами себе на носили головешками и прижиганиями. Сначала это были попытки прижечь раны, а потом.... И сейчас они одержимы НЕ меньше, чем раньше.

-А за афонек, что знаешь, старик?-спросил Мирон. - Знатные умельцы с большой головой. Бестиарий они нарисовали и размножили через деревянные оттиски. Самострелы их изобретение, телеги на подвесах опять же они, но нелюдимы и высокомерны. Вот сынок и думай. Дело общее делаем, а вроде как врознь. Чем дальше шли на Север, тем больше разногласий было, пока в край не разругались. Нас тянула ненависть к Орде, горынычей страсть к огню, а афанасьевых тяга к познанию. На том и разошлись в разные стороны, взяв слово, что в случае большой беды вновь соберёмся, как братья и дадим отпор ворогу. Только вот, все попытки наших отцов собрать поход на Север и добить Орду не увенчались успехами. Каждый так и тянул в свою сторону, желая встать во главе похода. Афоньки, как их назвал Мирон, дают нам надежду, что быт станет легче, с помощью их изобретений. Но купить их для нас не под силу и не по средствам. Так и живём. У нас есть вера и правило, у горынычей запал и ярость, а у афонек знания и мастерство, но воз и ныне там. Встретить три племени можно лишь в пустошах, где каждый занят по своим интересам.

-ОСТОРОЖНО!!! - прокричал Мирон и резко потянул вожжи. Я обомлел, ведь смотрел в лес и не видел лиха. Пока оглядывался, брат Сет уже был на ногах с топором в руке.

-Мирон, отрыжка ты волколачья, чего случилось то? - не заметив опасности, раздражённо пробурчал ветеран.

-Не знаю. Как морок был, будто древо кренится на дорогу. - осенняя себя защитными знаками, испуганно пропищал возничий.

-Морок говоришь? Босик, видишь чего? - я замотал головой-Нет... Пройдусь немного, готовь самострел.

Ветеран шёл неспешно, внимательно осматриваясь вокруг. Вокруг повисла тишина, а Вероника прижала куклу-оберёг к груди и испуганно выглядывала из-под шкур. Вдруг раздался Стук топора, Брат Сет рубил толстый ствол сосны. Через три десятка ударов древо застонало, а затем громко треща на весь лес, завалилось вдоль дороги. Ветеран вернулся раскрасневшийся от работы.

-А скажи-ка, Мирон. Откуда ты родом и кто твои родители? - пристально глядя на возничего, произнёс Брат.

-Дык, сирота Я. Отсюда родом, с Севера. - замялся санник.

-А Я все гадаю, на кой ляд простой санник нужен капищу, а он не простой. Там засада была, дерево подрублено правильно. Пару ударов и завалилось бы в аккурат посреди дороги. Только сторожей нет, чтобы его свалить. Путь свободен, понукай рысаком.

****

Солнце село очень быстро, будто не день ещё, а глубокая ночь. Ему на смену вышла синяя, из-за туч, луна, что хоть сколько-то освещала заснеженную дорогу, да Местами всполохами загорались звезды.

-Тять, кушать хочу. - жалобным голосом произнесла Вероника.

-От Я дурная голова, совсем разумение потерял из-за близости дома. Мирон, подскажи долго ли до Лесной Стоянки осталось? - Встрепенулся Брат.

-Так и не скажешь, может вёрст пять, а то и десять. Примет особых нет. Как черепа на деревьях появятся, значит рядом совсем. Ежели бы правой дорогой пошли, то раньше бы встретили могилы на деревьях. Тогда бы точно сказал сколько осталось. - раздумывая, поведал нам возничий.

-Могилы на деревьях? - переспросил Я.

-Да... Культ коня. Они не хоронят своих, не сжигают тела. Молодых оборачивают в бересту и вяжут высоко на дереве. Старых или благородных заковывают в деревянный ящик и приколачивают его. А черепа оленей и их копыта крепят ниже. Так они прощаются с близкими. - охотно рассказал Мирон.

-Первые лесные братья, что помогли против Орды. - с почтением вторил ему Сет. - Мы мало о них знаем, практически все время они кочуют за своими стадами. Себя называют эвены. Особо не делятся своими обычаями и правилами. Их оружие, богатство, еда и жизнь это стадо. Лишь на праздник весны приходят в эти края и водят хороводы. Старшие при этом считают, как сильно их племя выросло или напротив уменьшилось. Но о том поговорим позже. Не дело обсуждать хозяев этих земель в их отсутствие. - твёрдо пересёк распросы брат.

-А вон и черепа на деревьях, тятенька. - отозвалась глазастая Вероника.

***

Постоялый двор был похож на жилище купца на торжке. Длинные лаги собраны узлом на вершине и обтянуты шкурами. Посреди очаг, накормленный углем. Не смотря на видимую шаткость и лёгкость в сборке, внутри было тепло и достаточно свободно. На огне стояла медная посуда, где варился кулеш и постоянно булькал травяной отвар.

-Мира Вашему дому. - произнёс Брат Сет, низко поклонившись сидящим у костра.

-Проходи путник, согрейся у костра. - ответил им старый сморщенный старик, что не выпускал дюмящую чашу из рук. - Что привело тебя в мой чум?

-Дорога домой и долг перед живыми. - усаживаясь на шкуры, отвечал ветеран.

-Долг это не всегда хорошо, долг перед живыми лучше. Калика? - прищурив глаза, спросил дед.

-Калеченный. - поправил того ветеран.

-Хорошо. Вы добрый народ. Будь моим гостем. Кто с тобой? - продолжал расспрашивать хозяин.

-Мой брат, возничий и сиротка. - коротко отбил Сет.

-Если ты за них ручаешься, то и они мои гости. Пусть присаживаются. Скоро будет готова похлебка, а пока можете перекусить стружкой оленя. Расскажи, что видел на своём пути, что слышал.

-Видел зла много, видел подвиги людей. Видел начало войны. Перевертышей и Маровых детей. Родоверов и Южан. Скоро война Солнцепоклонников и детей степи. Жизни и смерти. Живых и Мёртвых.

-Духи говорят, что ты не лжешь. - Затем старик задумался и казалось вовсе уснул, внезапно тело его выгнулось, а глаза страшным образом зажглись. - Духи говорят, что нам нужно уйти на Север или выбрать сторону. За кого будет биться твой народ?

-Ничего не меняется, у нас один враг-Орда и изменённые.

-Мы не будем тебе врагами, но и помощи не жди. Уходим к солёной воде. Тут не осталось ягеля и коры для наших оленей. Все что встретит наш конь будет втоптано в лёд. Потому у твоего народа будет время до новой орды. Старейшины говорят, что тварь меняется. Её повадки, количество и время гона. Их лежбища все ближе к Югу, будто гонит их что-то, не иначе как другая напасть. Нум-отец и Пугос ждёт своих детей, чтобы спасти от Зла и провести под светом звёзд в лучший мир. Во время длинной ночи мы уйдём.

-Благодарю за предупреждение, хозяин. - ветеран поклонился старцу. Тот улыбнулся, а затем махнул рукой, и сидящие возле него пришли в движение. Тут же на расстеленную скатерть у ног начали появляться чаши и лоханки. Сухие лепёшки и редкие северные ягоды. Большой кусок отварного мяса и поднос с солью. В каждую миску налили густого кулеша. Затем старший надломил хлеба и окунул его в похлебку, после схватил со стола, как мне казалось, деревянный маленький бочонок, охватил его губами и жадно втянул.

-Ешьте. - дал свое разрешение старик. Всё присутствующие тут же накинулись на угощение. Мясо рвали пальцами и тут же макали в соль. А сухие лепешки были вместо ложек. Ими макали в кулеш или подхватывали редкие овощи в отваре. Те бочонки, что Я принял за деревянные стопки, на деле оказались спилами рогов с мягким розовым наполнением. Брат толкнул меня плечом, ободряя мой интерес. -Такое ты больше нигде не попробуешь. Только посоли немного.

Вкус был интересный, нежный и в меру жирный. Я держал во рту содержимое, наслаждаясь тем, как тает во рту, превращаясь в сок. От удовольствия аж закрыл глаза. Шумно проглотив, накинулся на мясо и кулеш.

-Будешь у беров, передай от меня араку на молоке. Я возвращаю им добро за добро. - насытившись, старик продолжил говорить о делах.

-Думал пройти их стороной, по речушке и спокойнее и видно ворога издали. - поделился планами Сет.

-Прими совет. Иди через берендеев. Духи говорят, что только так ты достигнешь родины. За совет много не спрошу. Отдай нож, что с сироткой приобрёл. Мне он нужнее. А тебе возничий другое наставление. Вернись на Юг. Справь дело и лети без оглядка. А теперь нужно отдохнуть. - старик поднялся при помощи подручных и ушёл из чума.

Остались лишь мы, вчетвером да костёр.

-Что же, утро вечера мудренее. Босик подкинь угля и ложись спать. Завтра будет трудный переход. И нож нужно оставить, не дело это, за добрый совет просьбу не уважить. К тому же веруем почти в одно. Их бог Нум-отец, сродни нашему Отцу-Грозное Небо. По их поверьям, умение управлять оленем, строить дома и добывать огонь подарил им он. А Пугос-мать всех их родила и оберегает. Так и у нас... А тебе, Мирон, Я скажу. Это не совет, а наставление. Значит ты нужнее на Юге, там больше пользы принесёшь. У нас не выживешь, у себя в городе попадёшь в кабалу. Так что у тебя одна дорога.

-Тять, а он в правду с духами говорит? - уже зевая, протянула Вероника.

-Может и так. Босику же Мать-Земля дала силу, чтобы Люд оберегать. Вот и старому шаману подсобила. - задумчиво произнёс Сет.

***

Тихо трещали угли, даруя тепло и мнимую уверенность в безопасности. Дым сизым столбом поднимался вверх чума, уходя все выше к звездам. Давно мне не снились столь яркие и добрые сны. В нем Я видел своих родителей и братьев, что встречали меня у поселения. Наших соседей, занятых привычным трудом. Встречая меня, приветливо махали рукой и участливо интересовались здоровьем. Было так здорово увидеть всех веселыми, как на празднике Весны и Жизни, когда весь Люд был нарядный и свободный от дел. Ходили к друг другу в гости и менялись всякой всячиной просто так, без выгоды. Можно было в обмен на чешуйку получить леденец или деревянный меч. А порой и ушат воды, тут у кого какие шутки. Но не обижался никто, ибо после обливания, тащили в жилище, обогревали да кормили, пока сушитcя одежда. Мой сон резко оборвался чужим присутствием. Я быстро потянул нож и искал причину моего беспокойства.

У кострищ сидел старый знакомец Свадар и ворошил палкой угли. Не оборачиваясь, тихим голосом спросил. - Добрый сон? Жаль что так получилось и благодарю за то, что ты не поднял шума. Я редко с кем встречаюсь больше раза, а вот ты особый случай. Не смотря на совет, ты пошёл своим путем. Наблюдать за тобой с каждым разом всё более и более интереснее. Садись ближе. Нам нужно о многом поговорить. Как Я понял, ты нашёл ответ на мой последний вопрос? Согласен, Правда и впрямь не худший выбор.

Я тихонечко встал, дабы не разбудить своих попутчиков, и присел рядом. Теперь у меня появилась возможность рассмотреть мудреца. Яркие голубые глаза источали большой опыт и знания, а лоб прорезали морщины из-за частных размышлений. Борода была окладистая и белая, как снег. Нырнув в дар, чуть не ослеп. От него так и разило белым светом и большой печалью.

-Что же, раз любопытство твоё удовлетворенно, то у меня вновь будет один вопрос и совет. Но сначала, Я отвечу на то, что тебя интересует. Задавай...

-Я теряюсь. У меня есть вопрос о сыне Матери-Земли и Отца-Небо. А второй, про твой совет. Что ты имел в виду, говоря о Химере? Убей всех, кто пойдёт за ней. Пойдёт на охот у за ней или её последователи?

-Вопросов два, значит отвечу Я на тот, что пожелаю сам. Ммм... Сложный выбор... Убей всех последователей Химеры или измени их судьбу, как ты сделал с Забавой. А теперь, моя очередь...