Хаос, оружие и музыка

Глава 1 "История о первом"

Давным давно, тысячу с лишним лет до эпохи "музыки" и "оружия" миром правило ужасающее существо, Нейродбиль Крайтонис. Оно жило в глубоких водах хаотичного океана, у него было 100 голов, и столько же ног, его чёрная, точно сама тьма кожа вечно дымилась, у него не было чёткого туловища, лишь непонятная масса, скрепленная в кучу, существо было колоссальных размеров, и его можно было увидеть за десятки километров от берега хаотичного моря.

Мир был поглощён вечными штормами, катаклизмами, извержениями вулканов, и прочими бедствиями. В этом мире никто не жил, кроме самого Нейродбиля.

Но однажды, чужаки проникли в его мир. Их выбросило из странного портала недалеко от берега хаотичного моря. Нейродбиль сразу почувствовал это. Он чувствовал всё, что происходило в его мире. И эти ежеподобные существа были явно непрошеными гостями. Тогда он всплыл из глубин моря, и атаковал существ. Один его рык мог убить около десятка живых существ. И ежеподобным существам осталось только бежать. Они убегали вглубь лесов, попутно уклоняясь от молний и падающих деревьев. Когда они были уже очень далеко от моря, то всё ещё могли отчётливо увидеть Нейродбиля. Тогда, они решили создать оружие, из имеющихся материалов. К счастью, то место куда они прибежали, было недалеко от пещеры, в которой находились невиданной красоты кристаллы. Когда один ежеподобный докоснулся до белого и самого яркого из кристаллов, его руку моментально ударило молнией, что вырвалась из кристалла. Другой ежеподобный обнаружил оранжевый кристалл, коснувшись его, руку тут же обожгло, а позднее ещё один ежеподобный обнаружил коричневый кристалл. Когда он его коснулся, то земля немного содрогнулась. Тогда они поняли, что эти кристаллы можно использовать против Нейродбиля. Они выкапывали сотник кристаллов, а умельцы перековывали их между собой, в результате чего получались невероятные оружия. Землебойные молоты - способные содрогать землю, копья молнии - ударяющие противника разрядом молнии, и наконец, огненные мечи - прожигающие противника.

Но были те кристаллы, которые никого не заинтересовали, яркие и прозрачные. Только один ежеподобный дотронулся до них, но вместо чего-то опасного, он столкнулся со звуком. Тогда он ударил по другому кристаллу, что рос рядом. А после этого, ритмично ударил по ним несколько раз. Это вызвало в его душе непонятное спокойствие и умиротворение. Тогда он собрал небольшую горстку, и пошёл к мастеру по ковке. Он попросил сделать не оружие, а тонкие нити. Мастер несколько месяцев старательно обрабатывал, плющил и растягивал их, чтобы получить нужную тонкость. Но и этот ежеподобный не сидел без дела. Он тщательно стругал из дерева то, на что эти струны будут крепиться. Наконец, у него и мастера получилось. Мастер сделал из камня прочные пластины, чтобы тонкие струны могли закрепляться за них, вбил их в то, что состругал ежеподобный. Так, они сделали первый инструмент, что не был оружием.

Пока другие ежеподобные гибли в боях с Нейродбилем, он выбрал путь успокоения этого существа. Он встал на окраине леса, и заиграл. То, что он играл, было столь пронзительным, столь аккуратным, столь прекрасным, что Нейродбиль начал засыпать. Вскоре он вернулся на дно хаотичного моря. Все были поражены тому, что Нейродбиля одолело не оружие, а простой набор звуков. Ещё долгие 30 дней и 29 ночей он играл свою музыку, сидя на берегу моря, пока внезапно, все бедствия не стихли. Тогда все поняли, что если Нейродбиль не умер, то заснул на неизвестный срок. Все начали восхвалять этого ежеподобного, за его победу над ужасающим существом. Они назвали эти звуки в честь этого ежеподобного, имя которому было Музкыа - "Музыкой". Но были и те, кто не был доволен тем, что все внезапно начали поклоняться не оружию, а какой-то "музыке". В итоге общество разделилось на 3 части: сиренийцы, которые назвались в честь того инструмента, что изобрёл Музкыа - сиренис, редосы - которые верят в силу оружия из кристаллов, в честь которых они себя и назвали, кроме прозрачных. И третья часть, самая тёмная и таинственная, те, кто отказался от редосов и сиренийцев, те, кто верит в то, что Нейродбиль является их богом, культисты Нейродбиля, которые скрываются в глубинах леса, о них не знают, ни серенийцы, ни редосы.

Позднее, были обусловлены границы между сиренийцами и редосами. Так, первые создавали своё государство в той части мира, где было больше всего пещер с прозрачными "нотами", так сиренийцы назвали прозрачные кристаллы, ибо их так называл Музкыа, в то время как редосы владели территорией где было больше всего "редосов", которые так назвали в честь первооткрывателя этих кристаллов.

Но кто знает, как скоро Нейродбиль пробудится. Или вернее будет сказать, из-за кого он пробудится.

Глава 2 "Музыка"

Будет Сиренция гнить в собственной гордыне, почти все откажутся от сражения, когда придёт его момент. Но когда он настанет, на спасение мира придёт тот, от кого это не ожидалось, Редос, что в Сиренции жил...

— отрывок из последнего предсказания Музкыа перед смертью.

1254 год от начала эпохи музыки.

Сирениец сидел в своей гримёрной. Он глубоко вздохнул, надел белые перчатки, затянул галстук, и застегнул последнюю пуговицу своего костюма. После чего вышел из комнаты, и направился к выходу.

Когда он вышел на сцену его встретил гул аплодисментов. Сирениец вышел в центр и начал:

-Господа! - начал он - Сегодня я, Сиренал Айротес, представляю вам работу 3-х лет моей жизни - "Музкыанская симфония", в честь нашей королевы! - он поклонился, глядя в её сторону, восседавшую на своём троне.

После этого он развернулся и взял свою дирижёрскую палочку. В следующий момент занавес открылся, показав народу оркестр.

Музыка заполнила зал, как волшебная пелена, погружая слушателей в мир звуков и эмоций. Сиренал сиял, его движения были точны и энергичны, словно он воплощал саму силу музыки. Оркестр, словно живая единая сущность, подчинялся его воле, создавая потрясающие звуковые картины.

Музыка кружилась вокруг, переплетаясь в сложные сочетания звуков. Звуки струнных инструментов наполняли комнату теплотой и лаской, духовые возбуждали жизнь и ярость, а ударные создавали ритм, бьющий прямо в сердце.

Великолепная симфония продолжалась, охватывая все больше и больше слушателей своей красотой.

Когда музыка достигла своего пика, Сиренал поднял руку и дал знак оркестру. Звуки разбились о стены зала и растаяли в воздухе, оставив за собой глубокий след в душах слушателей.

Зал залился аплодисментами. Сиренал поклонился публике и улыбнулся, счастливый оттого, что смог подарить сиренийцам столь непередаваемые эмоции.

-Браво! - кричал один.

-Это невероятно! - кричал другой.

-Эта музыка послана нам свыше! - кричал ещё один.

Но Сиренал не обращал на эти возгласы ни единого внимания. Вскоре он ушёл с сцены.

Вернувшись в свою гримёрную, он закрыл дверь на замок. После чего сел за стол, снял с себя перчатки и кинул их с гневом в зеркало.

-Всё! Я больше не могу! - кричал он - Я больше не могу создавать эту музыку! Ох, я вложил в эту симфонию все свои силы! У меня больше нет идей!

Но вдруг, в гримёрную постучались. Сиренал понадеялся что никто не слышал его криков, и направился к двери. Открыв её, перед его глазами оказался один из участников оркестра.

-А, Люмис, что случилось?

-Ох, Сир, тебя вызывает королева. Прямо на сцену! Прямо сейчас!

-А... Эм... Ох, ха-ха, конечно, щас приду, только перчатки одену, а то я их уже снял.

-Хорошо.

Сиренал снова надел свои перчатки и направился к сцене, выйдя на которую его тут же оглушила толпа апплодисментов.

-Тише, мои подчинённые, тише! Чтож, должна признать, музыка вышла очень хорошей. - говорила Сириния, молодая королева, пришедшая к власти всего 10 лет назад, и было ей от силы 27 лет, её величественный костюм, выделявшийся обилием пурпурных оттенков, говорил о её пристрастии к экзотике и пурпуру, а её вуаль, покрывавшаю нижнюю часть лица, о небольшой загадочности - Однако, я должна признать, что сегодня Сиренал выложился на полном пределе своих возможностей.

-Но что вы, ваше величество, я простой сирениец, вышедший из самой обыкновенной семьи. Моя музыка - это...

-Нечто невероятное, твои сиренийцы из оркестра справляются великолепно. Так вот... Я хочу чтобы ты и твоя команда выступали во дворце, в честь дня рождения нашего первого правителя - Музкыа.

Тут Сиренал опешил.

-Что же я должен буду играть, ваше величество? - спросил он, надеясь на то, что она скажет сыграть что-нибудь из уже сочинённого.

-Я хочу, чтобы ты сам придумал торжественную музыку к нашему празднеству.

-Но до него всего лишь месяц, ваше величество. - тут Сиреналу пришла идея - Нет, я конечно могу создать набросок, но это всего лишь беззвучный набросок. То, что ещё нужно будет репетировать несколько недель!

-Но ведь ты один из выдающихся музыкантов. Да и к тому же, я могла обратиться к кому угодно, но я обратилась именно к тебе, ведь я в тебе точно уверена.

-Но наше общество строится на куче талантов. И выделять меня как самого идеального, неправильно.

-Неужели ты не хочешь?

-Нет, я... Хочу, но просто говорю что это будет очень трудоёмкий процесс.

-Не волнуйся. У тебя полная свобода действий.

-Д... Да, ваше величество - Сиренал почувствовал некую неуверенность.

Вскоре раздался гул аплодисментов и Сиренал натянул свою самую достоверную улыбку, которую только мог.

Спустя некоторое время слушатели ушли из концертного Колизея. Но даже когда все ушли, Сиренал остался в гримёрной.

-Написать музыку... За месяц... - размышлял он вслух - Как это возможно... Даже редосы обучаются военному мастерству несколько лет... А тут... За месяц...

Сиренал достал свою записную книжку и карандаш, и попытался накидать пару нот. Спустя пару минут несколько нот были готовы. Но когда он попытался проиграть получившийся набросок в голове, то понял, что выходит несусветная бредятина. Тогда он вырвал страницу и кинул её в угол, и попытался ещё раз. И ещё раз. И ещё.

Так он и просидел до утра.

Сиренал лежал головой на столе. Он едва открыл глаза, как тут же почувствовал как его спина ужасно болит. А когда он попытался выпрямиться, так тут же все его позвонки захрустели.

-А! Я что... Всю ночь тут провёл? Ужас. Ладно, надо бы домой идти. Хотя... Кому я там нужен. Одинокий, жалкий - говорил он самому себе, глядя на своё отражение в зеркале.

Сиренал встал, и вышел из гримёрной. Как только он вышел на сцену, его встретил ослепительный солнечный свет. Он зажмурился. Затем медленно вышел из Колизея.

Утренняя Сиренция была крайне спокойной. Было мало сиренийцев, чаще всего это были те, кто шёл в небольшие столовые, чтобы перекусить перед работой в шахте для добычи "нот" или в мастерских для производства музыкальных инструментов.

В одну из столовых и зашёл Сиренал. Он подошёл к стойке.

-Здравствуйте - начал он сонным голосом - можно, пожалуйста, кофе, желательно...

-Без сахара, и чтобы был очень крепким. Да, господин Сиренал? - сказала молодая сиренийка.

-Да, вы правы.

-Ну просто вы в эту столовую уже 4 года подряд ходите, уже запомнила.

-Спасибо вам за вашу память.

-Что будете на завтрак?

-Ну... У вас такой богатый выбор... Ну, пожалуй, дайте мне...

-Двойной кайретос?

-Да, очень уж он сладкий. Помогает в сочинительстве.

-Теперь понятно почему вы его так часто покупаете.

-Да, просто... Вы же вчера были на концерте?

-Ох, нет, просто я вчера очень устала, и поэтому всю ночь провалялась дома. Хи-хи.

-Ну, что ж, тогда вы должны знать, что скоро я буду выступать во дворце Её Величества.

-Ух ты, поздравляю вас. С вас...

-125 торесов?

-Верно.

Сиренал достал свой кошелёк и положил на стол несколько кристальных осколков.

-Благодарю, господин Сиренал. Садитесь, я вам всё принесу.

-Спасибо.

Сиренал сел напротив окна, и уставился вдаль. Так он и просидел минут 5, пока его завтрак не принесли.

-Благодарю ещё раз - сказал он.

-Приятного аппетита - сиренийка расплылась в улыбке, после чего вернулась за стойку.

Сиренал приступил к завтраку. Он откусил от кайретоса (пудинг) кусочек, и запил горячим кофе. Он моментально почувствовал прилив сил. Но его одинокое спокойствие прервала вошедшая фигура в доспехах. Едва заметная улыбка Сиренала тут же исчезла, когда он обратил на неё внимание. Она подошла к стойке и заговорила:

-Здравствуйте, дайте пожалуйста... рудес и чай, 3 ложки сахара - сказал мягкий, но уверенный голос.

-Хорошо, присаживайтесь. Скоро вам всё принесу. С вас 113 торесов.

-Спасибо - сказала фигура, кинув осколки на стойку.

Фигура села за один стол с Сиреналом.

-Ох, не ожидал тебя увидеть в Сиренции, Ремод.

-Да ну? А что такое? Между нашими государствами действует договор о свободном передвижении. Что такого?

-Ничего. Как там... Мои родные?

-Отец твой по прежнему о тебе и слышать не хочет, ведь...

-Только говори потише. Во-первых, ты мешаешь работнице, во-вторых, у меня голова болит, в-третьих, это банально манеры.

-Ладно, ладно.

-А что мать?

-Она лишь надеется что у тебя всё хорошо.

-Эх, узнаю её характер.

-Вот тебе мой совет, Сири, возвращайся-ка ты в Редосию. Нечего тебе делать в этой музыкальной дыре.

-Я здесь уже 20 с лишним лет живу. С чего бы мне возвращаться?

-Ради родных?

-Которые уверены что я бездарность? Нет уж, спасибо.

-Где ты живёшь?

-Недалеко от дворца.

-Чем занимаешься?

-Вчера было выступление. И меня назначили главным музыкантом в честь праздника. Я буду выступать во дворце! - гордо сказал Сиренал, приподняв подбородок.

-Да ну? А ты уже придумал, что именно будешь играть? Насколько мне известно, королева ваша любит необычную музыку.

-Ну конечно у меня уже есть...

-Ваш завтрак, синьора - перебила подошедшая сиренийка.

-Благодарю.

Сиренийка ушла.

-Так что, у тебя даже музыка уже есть?

-Да. Осталось только отрепетировать.

-Ну, желаю удачи. Нужно будет и твоих родных позвать. Хи-хи. Пусть увидят что их сын хоть чего-то добился.

-Да хоть всех наших знакомых.

-Хорошо. Я тоже приду.

-На здоровье.

Ре́доска быстро расправилась с завтраком и ушла, оставив Сиренала одного в размышлениях. "Идиот! На кой солгал?!" — мысленно кричал он на себя.

Сиренал тоже быстро доел завтрак и ушёл, поблагодарив сиренийку.

Сиренал вновь оказался на улице. В его голове всё ещё не было идей для музыки. Он решил пройтись по городу. Город начинал потихоньку оживать. Всё больше сиренийцев появлялось на улицах города. Но Сиренал всё так же шёл в никуда. В его голову пришла идея сходить на кристальный двор. "Может мне поможет звук обработки кристаллов" - подумал он.

Спустя час он уже был в нужном месте.

-А, господин Айротес, - раздался радостный голос.

От неожиданности Сиренал немного вскрикнул.

-Да ладно вам, пора бы привыкнуть к тому что я хожу беззвучно.

Сиренал повернул голову влево, увидев высокую фигуру, в серой форме и специальных очках.

-Тьфу ты, господин Реймат, нельзя же так пугать.

-Что вас вновь привело сюда?

-Творческий кризис.

-Хах. И это после того что вы поклялись...

-Как я вижу вы были на выступлении.

-Да.

-Ладно, я просто пришёл сюда в поисках вдохновения.

-Ладно...

-Берегитесь! - раздался внезапный, будто детский голос за спиной Сиренала.

Тот обернулся, но было уже поздно, ящик и мальчик упали на тело Сиренала.

-А! Су... Кхм, извините. Поднимите это с меня, пожалуйста.

Господин Реймат поднял ящик.

-Кху-кху! Спасибо - сказал Сиренал, поднимаясь.

-Простите, пожалуйста, я просто нёс ящик, а потом споткнулся о камень и...

-Ладно, проехали. Господин Реймат, чего же у вас юный сирениец работает? Не порядок.

-Да это сын мой, Айхет. Он сам вызвался мне сегодня помочь. Надеется в будущем стать работником этого двора.

-Вот как. Ну, Айхет, желаю тебе удачи - Сиренал потрепал юношу по голове - кстати, господин Реймат, а пыль из ящика должна сыпаться?

-Что? Нет, конечно!

-Тогда переверните ящик. Вон уже какой холмик образовался на полу.

-Ох ё... Спасибо большое - сказал он, переворачивая ящик.

-Я... Пройдусь у вас немного.

-Да, конечно, только не мешайте производству, как в прошлый раз.

-В прошлый раз не моя вина была, что кто-то котёл не закрыл!

-Ладно, успокойтесь.

После этого отец и сын ушли, оставив Сиренала одного. Тот лишь глубоко вздохнул и побрёл вглубь двора.

Гладя по сторонам, он то и дело видел как сиренийцы берут горсти кристальной пыли, кладут на специальную металлическую противень, и засовывают её в печь. Там уже из-за высокой температуры пыль превращается в жидкость. После этого противень достают из печи, и несут в морозильную камеру. Когда жидкость замёрзнет, снова превратившись в кристалл, то её просто разбивают, и на осколки наносят номинал, чем больше осколок, тем больше номинал. А то что являлется слишком мелким, чтобы стать валютой, работники аккуратно убирают в специальную мармитку, и по окончании рабочего дня вся оставшиеся после этих действий пыль пересыпается в ящики, и после этого может снова используется для производства.

Сиренал проходил мимо сотен работников. Звуки обработки и нанесения номинала давали ему возможность найти хоть какой-то ритм. Он остановился и осмотрелся. Он услышал тысячи различных ритмов. Он подошёл к стене, и положил на неё руку. После этого он попытался набить ритм. Первый был быстрым и немного хаотичным. Следующий услышанным был медленный и аккуратный. Третий был отработан, точен, у ритма было чёткое понятие работы. Он тут же попытался набить пальцами эти ритмы вместе: сначала быстрый, потом медленный, а потом точный. А затем ещё раз, всячески меняя позиции, перемешивая их друг с другом, пока наконец, не получил нужного ритма. Сперва хаотичный, потом точный, после этого медленный. Но оставалось лишь придумать к этому ритму музыку. Он достал дневник и записал комбинацию, чтобы не забыть. После этого направился к выходу.

-Уже уходите, господин Айротес? - спросил вышедший из двери господин Реймат.

-Да, я нашёл то что мне было нужно.

-Рад что смог вам помочь.

-До свидания.

В конце концов Сиренал пришёл к себе домой. Там его ждала неожиданная гостья.

-Ну, как дела? - спросила Ремод, казалось слегка взволнованно.

— Что ты тут делаешь?

— Это неважно, я тебя первая спросила.

-Более чем.

-По тебе не скажешь.

-Я всегда такой - сказал он, садясь за своё кайемондо (пианино).

-Да ну? Что ты щас делать будешь?

-Не твоё дело - он поднял крышку.

-Ну вот давай без секретов. Ну скажи...

-Нервы буду расслаБЛЯТЬ! - внезапно крышка кайемондо упала на пальцы Сиренала.

-Ты в порядке? - обеспокоенно спросила Ремод.

-А... Да, такое бывает. Пальцы отобьёт получше прута наших дейротинов. А...

-Могу я как-то помочь?

-Хм... Да. Оставь меня одного. Иди обратно.

-Но...

-Никаких "но"!

Ремод ушла, с явной печалью в глазах.

Наконец, Сиренал остался один. Он был неплохим самоучкой в акртёрском мастерстве, часто наблюдая за повадками других музыкантов, и этот трюк был не исключением. Он заключался в том, чтобы не до конца поднять крышку кайемондо, а затем в последний момент убрать руки чтобы их действительно не отбило. А дальше это уже дело актёрского мастерства. Так или иначе, он остался один. Наконец, он сел за свой рабочий стол и начал придумывать саму музыку. Как это должно быть, кто в какой момент вступает. Но опять всё безрезультатно. Он не мог положиться на импровизацию или интуицию. Он снова проделал тот ритм что он придумал. Возможно, сперва было бы неплохо если бы начал играть кайемондо, чьи звуки способны возобновить ту быструю и хаотичную ритмовку. Затем в игру вступают губросимы и фалитенди, чьи звуки, получающееся благодаря дыханию, можно будет контролировать. Наконец, последний ритм достался сиренисам. Осталось только придумать ноты для каждой из партий...

Долгие 4 часа спустя.

Очередной листок с нотами скомкался и был брошен в угол. "Может дать им шанс поипровизировать, и самые удачные варианты взять на заметку?" - подумал Сиренал. Он перевёл взгляд на окно, а затем и на часы. 15:46. Сиренал не особо любил засиживаться дома, а потому решил немного пройтись по городу, и успокоить свои нервы.

Выйдя наружу, он глубоко вздохнул и пошёл к выходу из города, к хаотичному морю.

По прибытии туда, он был удивлён увидеть ещё кого-то, кроме себя самого. Это была Ремод. Сиренал с лёгкостью узнал её, ко характерной причёске, одна сторона связана резинкой, а вторая всегда распущена, и доспехам, которые имели на своей спине семейный герб - два кристалла с молнией в центре.

-Что ты тут делаешь? - спросил он, садясь на берег.

-К тебе тот же вопрос - сказала она, натянуто улыбнувшись.

-Я сюда часто прихожу. Но обычно тут больше никого нет, кроме меня - он перевёл взгляд на Ремод.

-Как дать понять сиренийцу или редосу, что он эгоистичный идиот, который отвергает помощь других, и сбегает в другой город, чтобы воплотить свои детские фантазии?

-Ну, ответ на этот вопрос я не могу дать.

-Да ну? А по описанию ты не узнаёшь себя?

-Спасибо блин.

-Ну просто... Ты покинул нас, ни о чём не предупредив. Покинул... Меня...

-Ой, да брось ты. Наши отношения и так были натянуты. Мне напомнить кто кидал в меня вещи по поводу и без?

-Идиот, идиот.

-Ну почему сразу "идиот"? Меня ни во что не ставили в Редосии. Но зато в Сиренции, я нашёл своё призвание.

-Но ты семью променял на призвание!

-Но, не кричи. Мы же не хотим пробудить Нейродбиля.

-Да, тут ты прав.

-Знаешь, иногда лучше просто отпустить и забыть. Уверен, ты найдёшь того кто бдет терпеть твои выходки.

Тут Ремод расплакалась.

-Ну и ну, а я думал ты крепкая редоска. А тут расплакалась из-за бывшего парня - Сиренал издал лёгкий смешок - но знаешь, лучше прекращай это дело. Как никак... Мы рядом с ним. Мы до сих пор о нём ничего не знаем. Откуда он взялся, кто он такой?

-Замолчи. Просто замолчи. Предатель.

-Давай решим наш спор старым добрым способом. Дуэлью до падения.

-Хорошо.

-Насколько я помню, свой мейне я оставил у тебя.

-Да, держи - она сняла со своего пояса один из двух мейне и кинула Сиреналу.

Он поднял ножны и достал мейне.

В один миг Ремод кинулась на Сиренала, но он ловко блокировал удар, после чего оттолкнул её, и пошёл в контратаку. Ремод тоже блокировала удар, однако она забыла что Сиренал на всех тренировках отличался особым напором на противника, а потому, она быстро повалилась с ног. Сиренал поднёс меч к её горлу.

-Я победил - он ехидно улыбнулся.

-Да, победил. Поздравляю.

Сиренал протянул ей руку, и помог встать.

-Спасибо что помогла расслабиться, мне давно этого не хватало.

-Ага. Не благодари. Ну, мне пора. Меня небось все сослуживцы заждались.

-Удачи.

Ремод ушла, оставив Сиренала наедине со своими размышлениями.

-Долго думаешь, это явно не просто так - раздался мужской голос из-за спины.

Сиренал резко обернулся, и выставил меч. Но вместо молодого сиренийца или редоса, он увидел простого старика, в чёрных одеяниях. Но тем не менее, старик был куда выше Сиренала, и имел явные хорошие физические качества.

-Кто вы? - спросил Сиренал, не убирая меча.

-Ох, хо-хо, я - просто старикашка.

-Но всё же.

-Кто я - не имеет значения. Меня больше интересуешь ты. Кто ТЫ такой?

-По происхождению - редос. По мастерству - сирениец.

-Вот как... Хе-хе... Но тем не менее, родился ты в Редосии.

-Не имеет смысла. Говорите, что вам нужно!

-Грядёт нечто ужасное, будь готов, Сиренал, ты можешь быть одним из немногих, кто остановит забвение мира.

-Я что, избранный какой-то? Вы это оставьте для детей. А мне этого не надо.

-Я не говорил что ты избранный. Я сказал, что ты - один из немногих.

Сиренал закрыл глаза и покачал головой. Открыв их, он не обнаружил старика. Внезапно у него заболела голова и он отключился.

На следующий день.

Сиренал очнулся у себя дома. У него на голове была мокрая тряпка. Он чувствовал себя не слишком хорошо. Нос был забит и почти не дышал, горло резало сильнее чем когда-либо. Он чихнул, и горло заболело ещё сильнее. Он посмотрел на часы, 9:32.

Дверь его дома открылась, и в неё вошла Ремод.

-Ох, доброе утро - сказал Сиренал.

-Оу, ты уже проснулся? Я тут...

-Ты меня сюда при... Апхи! ...Несла?

-Да. Я... Захотела взять реванш, но увидела тебя лежащего на земле, и... Ну... Повела тебя домой... Пришлось покопаться в твоих карманах, чтобы...

-Спасибо.

-Что?

-Не важно. Сколько я пролежал?

— Часов 12, а может и больше...

— Сколько?!

-Ещё, я... Ну... Поглядела твою эту... Музыку, у тебя в дневнике....

-Ох, вот как.

-А эта... "Новая работа"... Это же...

-Да, это для праздника.

-Но ты же...

-Я много чего говорил. Но ты же не всему верила.

-Ну, да... Но услышав твои речи про... "Готовую музыку", это сбило меня с толку... И...

-Ой хватит мямлить! Ауч! - Сиренал схватился за горло.

-Тише, тебе сейчас лучше не кричать... И воздержаться от...

Вдруг в дом вошла королева.

-Может научитесь стучаться хотя бы - шуточно сказал он.

-Мне сообщили что у вас плохо со здоровьем, я здесь чтобы в этом удостовериться. Редоска может идти.

-Нет, Ваше Величество, она останется здесь.

-Что? - спросила королева.

-Я у неё в долгу. Так что, пока я не выздоровею, она останется здесь. Просто редоский обычай.

-Хм, ладно, раз уж вы настаиваете. Как думаете, вы успеете закончить музыку вовремя?

-Не волнуйтесь. Всё будет. Кху-кху!

-Вот и отлично!

Королева ушла.

Сиренал лишь прокашлялся.

-Ты думаешь ты успеешь выздороветь? Просто помня как ты болеешь...

-Я успею. Но... Ты мне поможешь?

— Как?

— Кху-кху! Короче, бери вон ту книгу — Сиренал указал на книгу, лежащую на краю стола — я буду диктовать, а ты записывать.

— Думаю ты ничего не поймёшь, если этим буду заниматься я. Я такие рисунки впервые вижу.

— Сама ты рисунок. А это... Нотная грамота.

— О да, ещё одна ваша сиренийская книженция. Знаешь, куда лучше уж изучать "Боевую дисциплину".

— Ладно, понял. Можешь быть свободна.

Сиренал начал подниматься с кровати, и медленным шагом побрёл к столу.

— Ох, какой же ты упрямый, Нейродбиль тебя побери! Тебе говорят что нужно лежать, а ты как упёртый баран...

— Я всегда таким был, напомнить? Как я в поединке сумел раскидать всех своих соперников... АПЧХИ!

— Нет, ты просто упрямый.

— Ну что поделаешь? Каков уж есть.

Сиренал взял перо и начал медленно вести по бумаге, вычерчивая ноты. Ремод заметила, что он весь судорожно дрожит. Она взяла одеяло с кровати и предложила Сиреналу.

— Что?

— Ты весь дрожишь. Давай я тебя хоть укутаю, чтобы не было так холодно.

— Вот вроде бы и редоска, а заботишься как сиренийка.

— Вот ты сам жил в Редосии долгое время, и понимаешь же, что несёшь чушь. Тебя накрыть или нет?

— Давай уже. А, и принеси пожалуйста из ванны... Апхи! ...Отвар из лепестков райхины. Он помогает с недышащим носом справиться.

— Хорошо. А где у тебя ванна?

— Смотри, вот видишь входную дверь? От неё иди направо, после этого сверни ещё раз направо, и ты окажешься перед дверью в ванную.

—Ага, хорошо.

Ремод ушла. Он остался наедине со своими мыслями. "Дура, надеется вернуть меня обратно туда, где меня не терпят. Я же уже не один раз говорил, что не вернусь, а она как упрямый ребёнок продолжает и продолжает меня доставать. Чтоб её!" — думал он, не замечая как его ноты стали более агрессивными. Но когда до него наконец дошло, что что-то не так, он сразу же захотел вырвать лист, но внимательно просмотрев на то, что получалось, ему понравился результат. Это и звучало неплохо, да и какая-никакая изменчивость происходила. Сиренал продолжил с тем же темпом. Постепенно музыка снова приобрела спокойный характер. Ритмы сладостно переплетались друг с другом, создавая ту симфонию, которую Сиренал и хотел видеть. Он сам этого не понимал, но, похоже, его мыслями, его эмоциями, будто кто-то контролировал, ведь у него самого первоначально не было как таковых идей по музыке. Медленно, всего за 10 минут, он исписал почти 2 листа.

Неожиданное возвращение Ремод отвлекло его.

— Держи, Сири, — сказала она, протягивая бутылёк с отваром.

— Спасибо.

Сиренал взял его в руку, после чего открыл, закинул голову назад, и закапал несколько тёплых капель в нос.

— Благодарю, Ре́ми.

Сиренал отдал бутылёк. Ещё несколько минут он просидел с закинутой головой, пока не почувствовал что дышит более свободно.

— Что-то ещё? — спросила Ремод

— Э... Да. В ящике возле кровати лежит средство от головной боли. Принеси пожалуйста.

Ремод отошла. Уже спустя минуту она принесла ему коробочку с белым порошком.

— Благодарю.

Сиренал взял её, взял в руку небольшую горсть и положил себе в рот, после чего проглотил.

— Что-то ещё?

— Слушай, ты не моя служанка, не моя рабыня, не моя собственность. Так что может хватит?! Ты можешь меня хоть на 5 минут оставить в покое?!

— Я просто о тебе забочусь...

— Да обо мне не надо заботиться, я всю свою жизнь после того как уехал из Редосии прожил сам! У меня не было никого! Только лишь моя команда! Со всеми своими проблемами я справлялся сам! Так что будь любезна, уйди от меня!

— А теперь слушай сюда, ты, неблагодарный ублюдок, я ради тебя старалась, из кожи вон лезла чтобы тебе помочь! И вместо благодарности, ты меня прогоняешь!?

— Да! Изыди прочь! Не хочу тебя больше видеть! Мы с тобой расстались 6 лет назад, а ты всё ещё от меня не отвыкла?!

— Да потому что я люблю тебя!

— Ох, ну так разлюби! Мне нет до тебя никакого дела! Я сам по себе!

— Вот как. Тогда... Тогда ты меня больше не увидишь!

— Скатертью дорожка, сука!

В этот момент по его лицу прошла жгучая пощёчина. Сиренал кинул лишь презрительный взгляд в след уходящей Ремод.

Он снова уселся за стол, взял перо, и продолжил писать. Со временем, тон его произведения становился всё мрачнее и мрачнее, добавлялась нотка грусти, гнева, презрения, злости. Словно он был в состоянии войны с кем-то или чем-то. Он просидел ещё полчаса за столом, прежде чем вскочил со стула и вышел из дома. К удивлению для него самого, впервые за всю неделю пошёл дождь. Не то чтобы это было прямо что-то неожиданное. Боль в горле Сиренала сильно терзала его, головная боль снова вернулась. Сиренал искал повсюду, в столовых, расспрашивал случайных прохожих, но всё было зря.

Тогда он вновь пошёл к тому месту, где любил провести время. К хаотичному морю. Придя туда, он был совершенно подавлен, он сожалел о своих словах, он просто хотел побыть один, но он не хотел так грубить ей. Что изменилось, неужели он и впрямь просто идиот, который заботится лишь о самом себе.

Сиренал сел на берегу. По его глазам начали течь слёзы. Он проклинал всё что только можно. И себя самого, и родных, и саму Ремод, и прочее.

— Что случилось, мальчик мой? — раздался знакомый старческий голос.

— Снова вы? Ох, не ваше дело.

— Может и не моё, но видеть тебя таким подавленным... Это нечто удивительное.

— Вы наблюдали за мной?

— Можно и так сказать. Я слежу за всеми, кто сюда приходит чтобы побыть в одиночестве. Кто-то приходит сюда проститься с жизнью, кто-то просто отдохнуть.

— И? К чему вы клоните?

— Ты оплошал, мальчик мой. По тебе видно.

— Я сделал больно своей... Знакомой.

— Редоске?

— Да! Вы её видели?! — спросил Сиренал, будто получив прилив сил.

— Да... Она приходила сюда. Но более мне ничего не известно.

— Вот как. Ну, всё равно спасибо.

— Не за что, Сиренал.

— И ещё вопрос. Откуда вы знаете моё имя?

— Я много чего знаю. Даже того, что тебе неведомо. Вот тебе мой совет. Если ты любишь - борись, если нет - отпусти.

Сиренал повернул голову на старика, но того уже не было. Сиренал испугался. Но взял себя в руки и пошёл дальше на поиски. Туда, куда ему не очень хотелось возвращаться. В Редосию.

По прибытии к вратам Редосии, его остановило двое стражников.

— Куда идём? — спросил первый стражник, хриплым и грубым голосом.

— А мне казалось у нас свободное передвижение между государствами.

— Это простая формальность — сказал второй стражник немного скрипучим, но приятным голосом.

— Родных повидать. И не только.

— Сиренал, ты что ли? — второй охранник снял шлем.

— А ты собственно... кто?

— Ах да, ты ведь меня скорее всего не помнишь. 20 лет прошло в конце концов. Это же я, Рион, мы в одной академии учились! Да и неплохие отношения у нас были.

— Извини, но... нет, не помню. Так мне позволят пройти?

Стражники подняли свои коперы (копья), и пропустили Сиренала.

Редосия была такой, какой Сиренал её запомнил. Повсюду работали кузни, где работники выковывали оружие из ре́досов. Воинские училища, где тренировались все воины Редосии. Бараки, в которых жили редо́сы, за частую были расположены в самих училищах, которые могли быть в сотни километров в ширину и длину. Можно было сказать, что Редосия - это одно большое училище. Размышления Сиренала прервало то, что кто-то положил на его плечо руку. Обернувшись, по его лицу тут же прилетел тяжёлый и жёсткий удар.

— Ай! Кху-кху-КХУ! КАКОГО ХУ... Отец?! — Сиренал задрожал от удивления.

— Ох, смотрите-ка кто явился. 20 лет не было, а он тут явился! — говорил отец, старый редо́с с седыми иглами, шрамом возле правого глаза, во рту отсутствовала пара зубов — Ты, неблагодарная сволочь!

— А с чего бы мне быть благодарным!?

— Да ладно бы ты просто ушёл да поддерживал связь с нами, так нет же, полностью бросил!

— Потому что...

— Ты неотёсанный болван! Мы тебя 20 лет растили, чтобы ты просто ушёл?!

— Вот по этой причине я и ушёл! Из-за твоего вечного недовольства, из-за твоего давления! Я был лучшим дуэлянтом в Ренирском Училище, но тебе было наплевать! Ты мне только и твердил что моих усилий недостаточно, что надо больше усилий, чтобы стать приближённым императора, но если Я не хочу этого, если я просто хотел добиться возможности оборонять свой дом! А не охранять императорский зад!

— Ты таких речей мне тут не веди, щенок! Нет ничего и никого выше чем император!

— Тогда у меня для тебя другое мнение! И я тот кто основал это мнение! Защищать свой дом! Вот истинное предназначение воина! Нашему императору сколько, 100, 200 лет? Какого чёрта мы должны защищать его как нашего национального героя, если он даже не застал войну с Нейродбилем? Ни я, ни ты её не застали! И поэтому сейчас нужно думать не о службе у императора, а о простой возможности защитить свой дом! Да и вообще, я не к семье пришёл. Я ищу Ремод.

— Её сегодня не было тут, — сказал отец, сплюнув.

— Что? Бл... — Сиренал ударил ладонью по лицу, после чего глубоко вздохнул — Понятно. А куда она могла деться?

— Возле Хаотичного моря?

— Смотрел. Нет её там.

— Хм, тогда я без понятия где её искать.

— Понятно. Даже тут ты оказался бесполезным.

— Слушай, я понимаю, что ты злишься и всё такое... Но в мои обязанности не входит смотреть за твоими бывшими!

— Заткнись! Куда она могла деться?

— В последнее время она часто заседала в одном баре...

— У нас есть бар!?

— Недавно пересмотрели законы о воинских обязанностях. Для самых успешных воинов открыли несколько баров в концах государства. Ремод заседала в, что не удивительно, в Ренирском.

— Понятно. Что ж, я ушёл.

— Постой. Когда будешь уходить, навести хотя бы свою мать. Она о тебе до сих пор волнуется. Просто покажи, что ты жив и здоров.

— Хорошо.

Сиренал ушёл.

Ренирское училище располагалось не так далеко от дома в котором родился и вырос Сиренал. В училище он и познакомился с Ремод. Изначально их взаимоотношения были скорее сопернические. В училище каждый пытался проявить себя с лучшей стороны. Но постепенно, их отношения стали перетекать в дружеские, а потом, и в романтические. Там где отставала Ремод, Сиренал первым приходил на выручку. А если Сиренал не мог понять что-то из боевого приёма, на помощь спешила Ремод. Ренирское училище славилось своими мероприятиями, как например, дуэли на мейнах (мечах). Сиренал был первым из тройки лидеров. На втором месте была Ремод. Он даже сумел одолеть мастера военного дела Дорвуда Сарианха, самого первого, кто стал приближённым Императора Терина 2. Но после того как Сиренал ушёл из дома, он бросил и это училище. Но он никогда не бросал тренировки. Его отношения с Ремод продолжались ещё 4 года, после того как он ушёл. Но постепенно, Сиренал стал более замкнутым, редко выходил на улицу, и почти забыл о существовании самой Ремод. Но всё же, когда они наконец встретились,то Сиренал чётко сказал, что они расстаются. Это была самая короткая встреча, ведь Сиренал даже не дождался ответа, и сразу ушёл. Когда он добрался до училища, его снова остановило двое редосов.

— Вход только выпускникам, мастерам, приближённым императора, или учащимся. И то нужно предъявить необходимые бумаги, — сказал высокий стражник,одетый в костюм из светлых кристаллов.

— Не волнуйтесь, он со мной, — сказал седоигольчатый старик, положив руку на плечо Сиренала.

— А, господин Сарианх. Приносим свои извинения. Можете проходить.

Они спокойно прошли.

— Сколько лет, Сиренал. Мы ведь не виделись с тех самых пор, как ты бросил училище.

— Да, бросил, Дорвуд. Я бы вообще сюда не вернулся. Если бы не одна бестия.

— Ремод?

— Да.

— Видел её в баре. Он в левом конце училища.

— Благодарю.

Сиренал ушёл. Относительно быстро он дошёл до нужного места, это было понятно по вывеске "Бар для солдат". Сиренал глубоко вздохнул, и вошёл.

Внутри была, на удивление, спокойная атмосфера. Редосы мирно сидели, попивали из кружек пенистое пиво, и что-то оживлённо обсуждали.

После недолгих осмотров, Сиренал увидел, что за барной стойкой сидит редоска, облокотившись лицом на саму стойку. Сиренал медленно пошёл вперёд. Казалось, на него не обращают внимания. Однако вскоре на его пути встал редос, в чёрной броне и с мейне в ножнах.

— Эй, сирениец, ты не можешь тут быть! — сказал он, растянув свою улыбку до ушей.

— У меня есть разрешение, — Сиренал уже понимал, к чему всё идёт.

—Вот как! Ха! Да я плевал с высокой башни на твоё разрешение! Обнажай мейне!

Редос достал свой мейне и направил в сторону Сиренала.

Сиренал глубоко вздохнул, но всё же обнажил своё оружие.

— По дуэлянтской традиции нужно отдать поклон, если я правильно помню, — сказал Сиренал.

— В смысле, "помню"? Но так ты прав, — сказал редос.

— Вот это уже не важно, — Сиренал поклонился.

— Ну как скажешь, — редос поклонился в ответ.

Присутствующие начали делать ставки.

В следующий момент редос кинулся в атаку, замахнувшись мейне. Сиренал блокировал удар, и оттолкнул воина. После этого Сиренал сам пошёл в атаку. Вскоре, их мейне пересеклись, начался этап давления, кто окажется сильнее, чтобы повалить врага на пол. Это считалось одним из условий победы.

— Давай, Карий, я на тебя 200 мубаров поставил! — донёсся голос из толпы.

— Карий, не подведи! На твою победу суммарно 15 000 стоит! — крикнул ещё один голос.

— Кстати, забыл спросить, — начал Сиренал — до первой крови или до повала?

— Как тебе удобно?

— Всё равно!

— Тогда до... — Карий поставил свою ногу за ногой Сиренала — повала!

Он толкнул Сиренала, и тот споткнулся и начал падать на пол, но тут же он поставил свою свободную руку на пол, и оттолкнулся от него ногами, тем самым сделав трюк "высшего пилотажа" - кувырок на руках. Это поставило Кария в затруднительное положение. Он не мог поверить, что "сирениец" сможет сделать такой трюк. Сиренал тут же выпрямился и кинулся на него, вынеся меч вперёд. Карий не успел прийти в себя, как тут же почувствовал режущую боль в щеке, а повернув голову, он увидел меч, по которому стекала капля крови. В следующий миг Сиренал схватил Кария за горло, и повалил на пол.

— Я победил, — сказал Сиренал, убирая мейне в ножны.

После этого он помог Карию встать.

— Стоит признать, для сиренийца ты неплохо сражаешься, — сказал Карий поднявшись.

— Ну, как сказать сиренийца... а впрочем неважно.

— Подождите, господин... — сказал тот кто принимал ставки.

— Сиренал.

— Господин Сиренал, заберите свой выигрыш. 15 000. — тут редос схватил Сиренала за шею и прошептал ему на ухо — Ты нажил себе врагов на всю жизнь, болван. Ты связался с Карием Нортанским, наследником самого императора!

— Наследник императора? — удивлённо, и намеренно громко переспросил Сиренал — Ха! Последний раз когда я видел императорского сына, то я без проблем одолел его на дуэли, 20 с лишним лет назад! Кажется ту серию дуэлей назвали... "Рерирским избиением"...

Многие молча, с выпученными глазами уставились на Сиренала. Многие замерли в ожидании, что будет дальше.

— Более того, — продолжил Сиренал подходя всё ближе к стойке — я был чуть ли ни единственным кто его одолел! И я помню ту его физиономию в момент поражения, её надо было видеть! Ха-ха! Баредос, так вас называть? Налей пожалуйста, пива.

— К-как понимать, вы выиграли самого Кария... Быть этого не может! — вскрикнул редос.

—О, ещё как может. Присаживайся поудобнее.

_____________________________________________________________________________________

Дело было 20 с лишним лет назад. Я тогда был ещё молодым, неплохо знающим теорию военного дела. Уже тогда в училище ходили истории о том, что я неплохо сражаюсь в дуэлях. Многие пытались опровергнуть это. Но! Я, в отличии от вашего современного большинства, не прогуливал занятия по акробатическому мастерству! Потому то я так хорошо подкован в подобном. Так вот, в тот самый день серии дуэлей, я был назначен на это мероприятие как "самый искусный боец". Со мной была ещё одна. Но, к сожалению, мне пришлось сражаться с императорским убожеством...

_____________________________________________________________________________________

— Да как ты смеешь!? — резко выкрикнул Карий

— Не перебивай. Неужели отец не научил тебя манерам? Ай-яй-яй. Так вот, возвращаясь к истории.

Баредос подал Сиреналу кружку пива.

— Благодарю.

______________________________________

Когда все мои противники были разгромлены, и мой второй противник был известен, начался момент финальной дуэли. Я стоял на правом конце арены, он на левом. В конце концов, мы схлестнулись в схватке. Стоит сказать, что он мухлевал. Давно известно, что мейне у нас делаются из огненных и водных редосов, у него же был какой-то... как это назвать... скрещение огненного, и редоса молний. Схватка конечно затруднилась этим фактом, но я закрыл на это глаза. Он пошёл в атаку, я в оборону, и тут он применил свой излюбленный приём. Нога за ногой противника, и нужен лишь хороший толчок. Казалось, в тот момент сам мир замер в ожидании итога. Однако, серии дуэлей у нас проходят до первой крови, а не до повала на землю. Таким образом, я без проблем сделал кувырок через лопатки и кинулся на противника. Тот выпад я запомню навсегда. Он ошеломлённый, в моих глазах решимость. В конце концов, меня настигла победа, когда его доспех был сломлен, а плечо ранено. Ох и крику тогда было. Победу не хотели присуждать 2 часа! Но всё же, мне выдали награду. И я ушёл с гордо поднятой головой!

_____________________________________

— Вот так дело было, — Сиренал допил пиво.

— Да ты врёшь! — крикнул один из слушателей.

— Этим событиям есть живые свидетели! Одна из них лежит на стойке, другие в моём бывшем доме, а последний в императорском дворце и перед нами! Ведь так, Карий?

— Подумаешь! Ты меня ничем не удивил! Очередной мухлёж с твоей стороны!

— Ах, с моей стороны. Ну да, ну да. Говори мне тут.

— Да ты знаешь что с тобой могут сделать за такие слова?!

— Ой, я испугался. А теперь слушай сюда. — Сиренал подошёл к Карию — Мне плевать на мои слова, мне ничего не будет. Я из Сиренции. Редосия мне больше не дом! Уже давно! Кху-кху!

— Тогда на кой ты прибыл сюда!?

— По важным делам. — Сиренал перевёл взгляд на Ремод, лежащую на барной стойке — Но тебя они не касаются.

— Что ж, ладно. Но учти, что ты нажил себе пожизненного врага...

— Да-да. Давали бы мне по осколку, каждый раз когда я это слышал, я бы был уже самым богатым редосом или сиренийцем во всём мире.

Сиренал взял Ремод на руки, и направился к выходу. Выйдя из бара, он кинул печальный взгляд на лежащее тело в своих руках.

Несколько минут спустя.

Сиренал стоял возле двери своего дома. На его руках всё так же лежала Ремод. Он постучал ногой по двери. Ему открыла уже не молодая редоска. Кинув взгляд на Сиренала, её глаза округились от удивления.

— Сири, родной, неужели ты вернулся?! — крикнула редоска, кинувшись обнимать Сиренала.

— Как видишь, мам. Извини, мне сейчас не слишком удобно...

— Ох, вижу. Бедная Ремод, опять в запой ушла.

— Опять? То есть...

— Сейчас не важно. Положи на койку в гостинной.

— Понял.

Войдя в дом, на Сиренала налетели сотни воспоминаний из детства. Его первые шаги, первый урок владения мейне, первая ссора с отцом. "Если подумать, я с ним почти всё время конфликтовал..." — подумал Сиренал. Он уложил Ремод в постель, и сел рядом.

— Ох, сынок, ну рассказывай, как твоя жизнь?

— Ну... За прошедшие 20 с лишним лет я сумел создать неплохой музыкальный коллектив, стал успешным музыкантом и дирижёром, а теперь у меня задание от самой королевы! Я должен успеть сочинить музыку, к дню рождения Музкыа.

— То есть, у тебя всё хорошо. Это радует... ох, совсем забыл ты о своих стариках, бросил их, ничего не присылаешь, чтобы дать понять, что с тобой всё хорошо...

— Да... всё время не могу найти что-нибудь такое... удивительное. Чтобы вас впечатлить.

— Вот как. Так а что тебя сюда привело? Мне казалось, ты навсегда ушёл, особенно после того письма...

— Ну... можно сказать это из-за Ремод.

— А с этого места подробней.

Сиренал глубоко вздохнул, и рассказал матери всю историю.

— Вот как. Ну, ты действительно повёл себя не совсем хорошо. А почему решил навестить своих родных?

— Да... — Сиренал задумался, пытаясь что-то выдумать — да просто один хрен за этой пьянью шёл, и вот... решил...

— Ага, да я ему сказал чтобы навестил тебя, Шаини, так бы он тебя и оставил в неведении! — крикнул отец, войдя в гостинную.

— Но, ладно тебе, Ронни, главное что он сейчас здесь, с нами.

На глазах Шаини появились слёзы.

— Тише, мама, не плачь, — Сиренал подошёл и обнял мать — тише, я же сейчас здесь, рядом с тобой, как в старые времена. Тише...

— Ох, ну начинается...

— Внимание! Срочно всем явиться на площадь! Император Териан 2 выступает с важным объявлением своему народу! Всем явиться на главную площадь! — раздавался звонкий голос глашатая.

— Что за объявление? — риторически спросил Ронни, после чего перевёл взгляд на Сиренала — Что ты натворил уже?

— Ну... возможно, когда я зашёл в ренирский бар меня вызвал на дуэль императорский сынок, в итоге я его победил, и ВОЗМОЖНО... я рассказал историю как 20 лет назад я надрал ему зад на дуэли...

Ронни и Шаини приложили руки к лицу.

— Опять Карий будет твердить о задетой чести и бесчестной дуэли... — устало сказала Шаини.

— При всём уважении к императорской семье, но этот наследник просто ничтожество. Я застал троих правителей, и этот наследник на данный момент самый жалкий.

— Если он меня увидит, то мне явно будет не слишком хорошо...

— Это мягко сказано! — резко крикнул отец — Он всем способен вынести рассудок своими многочасовыми россказнями об очередной проигранной дуэли. Вот серьёзно, на его счету только одна выигранная дуэль, если брать дуэли после окончания обучения.

— Вот как. Всё ещё хочешь и имперскую гвардию, зная за какого императора в будущем придётся воевать? — Сиренал улыбнулся смотря на своего отца.

— Сиренал, не начинай! — резко сказала Шаини.

— Ладно, ладно. Ну, я пожалуй тут посижу, послежу за Ремод.

— Как знаешь, — сказал Ронни.

Родители ушли, а Сиренал снова сел рядом с Ремод.

— Ох, дура, дура. Не бережёшь ты себя.

Он погладил её по щеке. И ему показалось, что он впервые за всё время увидел в ней что-то новое. Нежный румянец на щеках, мягкая серебристая кожа, милые глаза, которые закрывали веки. Сиренал на мгновение задумался: "Она всё равно не узнает, так что..." — подумал он, опускаясь ближе к щеке Ремод. Мгновенно его губы коснулись её щеки, после чего тут же отдалились. "Ох, чем я занимаюсь" — подумал Сиренал — "Мне надо придумывать музыку, а я...точно, музыка!"

Он вскочил и уже хотел выйти из дома, но его остановила схватившая рука.

— Ну и куда ты собрался? — спросил сонный голос Ремод.

Сиренал покраснел, понимая что она могла вообще не спать всё это время.

—И... Как давно ты не спишь? — спросил смущённый Сиренал.

— Ну... С момента как ты меня на руках нёс, — её хитрая улыбка ещё больше засмущала Сиренала.

— Понятно. Слушай... я...

— Полный дурак, незадачливый музыкант?

— Я... хочу извиниться.

— Ну, такой вариант тоже был очевиден.

— Слушай, я совершил кучу ошибок, о которых ещё не раз пожалею. Но... можно ли мне получить твоё принятие?

— Хм... хорошо. Но...взамен ты заберёшь все свои слова обратно. Ну... что мы расстаёмся, что я такая плохая, и прочее.

— Д... хорошо...

— Сири, посмотри на меня.

— Что? — Сиренал повернул голову на Ремод.

Внезапно её губы прикоснулись к губам Сиренала. Они слились в прекрасном поцелуе. Сиренал закрыл глаза. Вскоре Ремод повалила его на койку, и села ему на пояс. Она начала расстёгивать костюм Сиренала, но тут в дверь постучали, тем самым прервав двух ежеподобных.

— Кого там принесло? — риторически спросил Сиренал, поднимаясь с койки, и застёгивая пуговицы.

Но открыв дверь, ему промеж глаз тут же прилетел удар рукоятью мейне, после чего Сиренал потерял сознание. Пришёл он в себя уже с завязанными глазами, и слышимой глухой речью. Ему развязали глаза.

— Именно этот сирениец докажет свою никчёмность в дуэли чести!

Взгляд Сиренала оставался непонимающе сонным. Вскоре он встал.

— Дуэль насмерть? Что ж, ладно.

Сиренал огляделся, среди толпы он увидел своих родных и Ремод. Глаза матери были залиты слезами, отец огорчённо смотрел в землю, а Ремод непонимающе смотрела на Сиренала.

Дуэль чести представляла собой сражение в одну пользу. Чаще всего те, кого вызывали на дуэль чести, сражались голыми руками. Поэтому в таких дуэлях победителями выходили исключительно те, кто устраивал дуэль. За убийство на дуэли чести победившему ничего не было, неважно, смерть кого произошла, смелого воина, или самого императора. На дуэлях чести сражения всегда проходят без защиты, чтобы немного сравнять шансы обоих сражающихся на ранения.

Сиреналу развязали руки. На лице появилась улыбка. Он хрустнул пальцами,после чего размял шею и плечи.

— Объявляю дуэль начатой! — крикнул Терин 2.

— Ну же, нападай! — крикнул Карий.

— Я по твоему идиот? — ехидно спросил Сиренал, после чего рассмеялся — Давай лучше ты!

Карий двинулся в атаку. Резким выпадом он попытался совершить укол прямо в сердце, однако Сиренал увернулся, и ударил кулаком по плечу Кария. После этого Карий вновь попытался атаковать, но Сиренал назад.

— Ну, где же та сила самого наследника престола!? — с лица Сиренала не спадала улыбка, то ли от прилива энергии, то ли оттого, что впервые в жизни он почувствовал полную волю действий.

— Да как ты смеешь?! — вскрикнул Карий.

Наследник вновь кинулся на Сиренала с целью нанести размашистый удар. Сиренал парировал, нанеся контрудар по животу, а потом и в челюсть. Карий отошёл в бок. Сиренал уже хотел пойти в наступление, но вдруг, среди толпы, он увидел того самого старика, которого уже пару раз встречал у моря, тот лишь покачал головой.

Внезапно Карий закричал, будто обезумел, и побежал на Сиренала, размахивая мейне из стороны в сторону. Сиренал не растерялся, и успел уклониться, однако Карий всё таки сумел задеть своим оружием плечо Сиренала. После этого Сиренал ударил по позвоночнику, отчего Карий упал на землю, и выронил своё оружие. Сиренал подобрал мейне, и направил его на Кария, попутно ударив того ногой в бок, тем самым повалив его на спину. Сиренал поставил ногу на живот Кария. С тяжёлым дыханием, но всё с той же улыбкой Сиренал замахнулся и уже собирался нанести удар.

— Остановить дуэль! — крикнул Терин, вскочив со своего трона и упёршись руками в перегородку балкона, с которого наблюдал за дуэлью.

Сиренал, и все присутствующие перевели свой взгляд на императора.

— Я объявляю Сиренала Айротеса победителем данной дуэли. Сложить оружие!

Нехотя Сиренал бросил мейне куда подальше, и отошёл от Кария. С его лица всё ещё не сходила улыбка, но теперь он перевёл взгляд на императора, ожидая дальнейших слов.

— Воины! Сегодня мы стали свидетелями невероятного события! — начал Терин — Сегодня сирениец впервые победил редоса не просто на дуэли, а на дуэли чести! Предоставляю слово победителю!

Сиренал легко усмехнулся, и громко начал, невзирая на усталость и боль в горле, его речь была прямой и чёткой.

— Что ж, да, я победил! И победил честно! Но... справедливости ради, я не совсем сирениец. Некоторое время я жил здесь, в Редосии, а потом ушёл в Сиренцию! Что можно сказать об этом поединке? Пустая трата времени! Императорского сынка так задело то, что я его победил во время его хвастовства в ренирском баре, что он решил вызвать меня на дуэль чести! Это ли не лицемерие!? Сейчас, я обращаюсь к вам, император! Ответьте на вопрос, справедливо ли то, что уто угодно может вызвать кого угодно на эту дуэль, даже за самое малейшее оскорбление в свой адрес!? Ответьте мне, император!

Терин опешил. В его горле встал ком, и он с трудом дышал.

— Д... да... ты прав, — выдавил он из себя — в наше время слишком много таких дуэлей. Но ведь мы не можем просто отказаться от этой традиции, сложившейся за годы нашего существования!

— Я не говорю вам отказаться от неё, а лишь пересмотреть поводы, по которым можно эту дуэль устроить, или пересмотреть правила этой дуэли!

— И как же ты это предлагаешь?!

— Ну... тут есть два возможных варианта: первый - полный запрет дуэлей чести за мелкие оскорбления, второй - за мелкие оскорбления дуэль чести должна вестись не до смерти, а до повала или первой крови!

Император задумался.

— Я подумаю над твоими словами! А пока, раз уж ты вышел победителем из этой горе дуэли, может у тебя есть желание что-нибудь получить в награду? Я могу предоставить много чего!

Сиренал задумался, после чего посмотрел на своих родных, после чего перевёл взгляд в землю и почесал подбородок.

— Да, есть одна вещь, которую я хочу у вас взять. Но это не для меня!

— Так для кого же?

— Для... моего отца!

— Что же ты хочешь попросить?

— Мой отец долгие 47 лет служил вам верой и правдой, как учитель Тиренского училища, а после доказал вам свою верность во время "Редоского бунта", когда он сплотил под своим руководством всё училище! Так вот, я прошу у вас поручения о...

— Я тебя понял. На самом деле, твой отец воистину хороший воин. Но... насколько это будет справедливым? — император резко замолчал.

— Это вы щас о справедливости сказали!? Это мне сказал тот, чей сын буквально за не за что хотел меня убить!? Ответьте, разве я много прошу? Всего лишь приближённую грамоту.

— Но...

— Хорошо, давайте посмотрим на ваших текущих приближённых! Как минимум тех кто из Ренирского училища! В своё время у меня был доступ к архивам, и я много чего знаю о некоторых выпускниках. Леорий Крейтон, прославился в Ренире как невменяемый из-за своих выходок и нападок на учителей, Трианист Приметс, прославился как тот кто вместо занятий посвящал себя женскому вниманию, если вы меня понимаете, и наконец, Тарквиний Вунериш, просто непойми как оказался вашим элитным рыцарем, хотя у него был самый низкий балл на всех экзаменах! Он все их завалил! Зато я знаю, что семья Вунеришей, весьма богата, и не хочу никого уличать в...

— Я тебя понял, Айротес, я... в ближайшее время выдам твоей семье приближённую грамоту. Слово императора!

— К тому же это самая малая цена которую вы можете заплатить, — пробормотал Сиренал.

Вскоре толпа начала расходиться. Сиренал пытался взглядом найти того старика, но всё было безуспешно. Когда толпа разошлась,Сиренал подошёл к своей семье. Мать кинулась обнимать своего сына, и чуть ли не расцеловывать, отец же стоял и смотрел на Сиренала удивлённым взглядом. Спустя пару мгновений, он подошёл к сыну, и положил руку ему на плечо.

— Сын, я...

— Слушай, пап, я знаю, что поступил не так как ты бы того хотел. Но... формально я даровал тебе то, что ты хотел очень долгое время...

— Я знаю. А потому, я тебе благодарен. Но... ты бы мог потратить императорскую милость на себя, почему ты этого не сделал?

— Всё моё имущество в Сиренции, тут мне ничего не нужно. Но зато здесь, у меня есть семья, так что... живите теперь хорошо. Надеюсь мы ещё увидимся.

— Стой,ты уже уходишь? — спросила Шаини.

— Да. Мне пора. Просто... у меня не слишком много времени. Мне нужно составить симфонию ко дню рождения нашего первого правителя.

— Вот как, ну, береги себя, сынок, — сказал Ронни.

— Вы всегда можете меня навестить. Не забывайте что у нас свободные границы.

— Ты тоже не забывай о своих родных, сын, — сказал Ронни.

— Обещаю.

Вскоре полил дождь, вдали послышался удар молнии.

— Прежде чем ты уйдёшь, позволь перевязать тебе плечо, — сказала Ремод.

— Да нет, не надо рана не такая глубокая. Скорее просто царапина.

— А если в неё попадёт какая-нибудь зараза?

— Не волнуйся. Сколько таких ты мне оставила в училище. Одна до сих пор на ноге красуется.

— Да ну тебя, — усмехнулась Ремод.

Вдруг издалека раздался оглушающий рёв, который содрагал саму земную твердь.

Глава 3 "Оружие"

...Будет процветать Редосия и печали не знать. Оружие в их руках станет их же спасением. Они поведут своих воинов в атаку, и им удастся сдержать неминуемую гибель. Но выше всех них будет та, кто не думала о том, что однажды ОН вернётся в мир...

— Отрывок из последнего предсказания Музкыа перед смертью.

1258 год от начала эпохи оружия.

Редоска нанесла последний удар. Противник упал на землю. Она тяжело дышала, а в руке сжимала мейне.

— Дуэль окочена! — крикнул Дорвуд Сарианх — Победителем, уже 6-ой год подряд объявлена Ремод Киротия!

Моментально трибуны взорвались в аплодисментах, и радостных возгласах. Ремод моментально изменилась в лице, и протянула проигравшему руку, помогая ему встать. Вскоре все вернулись в тренировочный зал. Почти сразу раздалось 2 хлопка, и все построились в единую линию.

— Молодцы! Горжусь вами! — начал Дорвуд — Вы все проявили себя, показав стойкость и мастерство! Возможно, когда-нибудь, вы сравнитесь с одним из лучших учеников, Сиреналом Айротесом. Ладно, все свободны. А тебя, Ремод, я попрошу задержаться.

Ремод остановилась возле выхода.

— Да, господин Сарианх, что вы хотели?

— Ты единственная, кроме меня и его родных, кто знает где находится Сиренал.

— И что вы хотите? Чтобы я убедила его вернуться? Извините, но это невозможно.

— Я не прошу тебя вернуть его, а лишь узнать как он там... сама понимаешь.

— Чем вам это так интересно?

— Я его учитель, вот и волнуюсь о своём ученике.

— Хорошо... могу завтра сходить...

— Только обо мне ни слова.

— Вас поняла. Могу идти?

— Да, иди.

Ремод развернулась, и пошла к выходу. Выйдя из училища, она пошла к своему дому. По дороге она столкнулась с Ронни.

— Ох, здравствуйте, господин Айротес, извините... я немного уставшая...

— Ничего, я был на дуэли. Признаться, ты меня впечатлила.

— Спасибо.

— Почти такая же, как и мой непутёвый сын.

— Ну, вы ведь понимаете что в этом есть отчасти и ваша вина.

— Да, понимаю. Но... я лишь хотел как лучше. Его боевые навыки просто созданы для приближённого самого императора...

— Вам не следовало на него давить. Глядишь, и мы бы не расстались.

— Ну вот не надо опять... я свою вину осознаю. Но он тоже хорош, это я на него давил?! Да он в армии её не был! Ох, извини, не буду тебя задерживать. Прости за эмоции.

— Ничего, я понимаю. Ещё увидимся, господин Айротес.

Ремод двинулась дальше. Наконец, она дошла до своего дома, зайдя в который, она сразу же пала на койку. И так заснула.

На следующий день.

Ремод проснулась рано. Солнце ещё только показывало свои первые лучи. Она встала с кровати и пошла в ванную комнату. Там она сняла свою броню, тунику, которая защищала кожу от натирания редосами, и наконец остальное нижнее бельё. Наполнила ванну водой, и легла в неё. Она почувствовала, как её кости расслабляются, по коже пробежала дрожь. Ремод уставилась в потолок, размышляя о жизни. "Интересно, как там Сиренал? Последний раз я с нм виделась лет 16 назад" — думала она. "Он везунчик, живёт наверно припеваючи, бед не знает. Вот же гадина. Ненавижу его за это. Я, в отличии от тебя, с гордостью принимаю все трудности, что мне бросает жизнь. А ты сбежал. Да, именно так я ему и скажу!". Спустя час пребывания в воде, Ремод вылезла из ванны, вытерлась полотенцем, и оделась обратно в свою броню. Когда Ремод вышла из своего дома, солнце уже ярко светило над Редосией. Она глубоко вздохнула, и пошла к выходу из Редосии. По дороге её остановил один из знакомых по обучению.

— Хей, Рем, ты сегодня на занятиях будешь? — спросил он.

— Ох, нет, не думаю. Неважно себя чувствую, сам понимаешь.

— Хорошо, понял. Береги своё здоровье, — он ушёл.

Ремод опять вздохнула и пошла дальше. Дойдя до выхода из государства, её остановило двое стражников.

— Куда собираетесь? — спросил первый.

— По делам. Каким, не ваше дело.

— Хорошо, проходите, — сказал второй — не смеем вам задерживать.

— Благодарю.

Она вышла из Редосии, и направилась в Сиренцию, к Сиреналу. По дороге она всё думала, как он отреагирует, что подумает, заговорит ли он вообще. По дороге, она прошлась по берегу Хаотичного моря, и посмотрела вдаль тёмно-синих вод. На неё снизошло непонятное чувство тревоги. Вдруг она столкнулась со стариком, в чёрных одеяниях.

— Ох, прости, ты в порядке? — старик протянул руку Ремод.

— Нет, это моя вина, — сказала Ремод, принимая помощь старика — я засмотрелась на море.

— Да... Непонятное чувство тревоги. Как думаешь, это связано со спящим в глубинах Нейродбилем?

— Я не знаю. Я не слишком в этом разбираюсь. Я лишь хочу немного спокойствия.

— Да... Все мы этого хотим. Эх, мой друг, как же давно ты там покоишься...

— Что вы сказали?!

— Грядёт буря, девочка моя, ты одна из тех кто сможет остановить её.

— Вы о чём?

— Ты поймёшь, когда время придёт.

Ремод лишь закрыла глаза и вздохнула, опустив голову к земле. Но вновь подняв голову, она не увидела старика. Её это неслабо испугало. Ведь он только что стоял перед ней. Она решила продолжить свой путь. Дойдя до Сиренции, Ремод была удивлена что граница вообще не охранялся. "Видимо они слишком самоуверенный, раз не охрант своих границ" — подумала она.

Утренняя Сиренция была малочисленна на идущих куда-то сиренийцев, только редкие шахтёры, идущие на работу. Проходя мимо одной столовой, она увидела одиноко сидящего сиренийца. В чертах лица она узнала Сиренала.

Она без лишних раздумий вошла в столовую, после чего подошла к стойке для того чтобы сделать заказ.

— Здравствуйте, дайте пожалуйста... рудес и чай, 3 ложки сахара.

— Хорошо, присаживайтесь. Скоро вам всё принесу. С вас 113 торесов.

— Спасибо - сказала она, кинув осколки на стойку.

Ремод села за один стол с Сиреналом.

— Ох, не ожидал тебя увидеть в Сиренции, Ремод.

— Да ну? А что такое? Между нашими государствами действует договор о свободном передвижении. Что такого?

— Ничего. Как там... Мои родные?

— Отец твой по прежнему о тебе и слышать не хочет, ведь...

— Только говори потише. Во-первых, ты мешаешь работнице, во-вторых, у меня голова болит, в-третьих, это банально манеры.

— Ладно, ладно.

— А что мать?

— Она лишь надеется что у тебя всё хорошо.

— Эх, узнаю её характер.

— Вот тебе мой совет, Сири, возвращайся-ка ты в Редосию. Нечего тебе делать в этой музыкальной дыре.

— Я здесь уже 20 с лишним лет живу. С чего бы мне возвращаться?

— Ради родных?

— Которые уверены что я бездарность? Нет уж, спасибо.

— Где ты живёшь?

— Недалеко от дворца.

— Чем занимаешься?

— Вчера было выступление. И меня назначили главным музыкантом в честь праздника. Я буду выступать во дворце! - гордо сказал Сиренал, приподняв подбородок.

— Да ну? А ты уже придумал, что именно будешь играть? Насколько мне известно, королева ваша любит необычную музыку.

— Ну конечно у меня уже есть...

— Ваш завтрак, синьора — перебила подошедшая сиренийка.

— Благодарю.

Сиренийка ушла.

— Так что, у тебя даже музыка уже есть?

— Да. Осталось только отрепетировать.

— Ну, желаю удачи. Нужно будет и твоих родных позвать. Хи-хи. Пусть увидят что их сын хоть чего-то добился.

— Да хоть всех наших знакомых.

— Хорошо. Я тоже приду.

— На здоровье.

Ремод доела то что ей принесли, встала из-за стола и вышла. Она не могла поверить, что Сиренал до сих пор так и не изменился, хотя с их расставания прошло уже 4 года. Максимум он стал немного раздражительный. Она глубоко вздохнула, и пошла обратно в Редосию. По пути обратно, её голова была занята мыслями о Сиренале. "Да что с ним не так?! Столько лет не виделись, а он почти не изменился! Бесит! Хотя его слова о том что у него всё хорошо радуют, но... Аргх! Какой же он раздражающий и хвастливый!" — думала она. Проходя мимо Хаотичного моря Ремод снова увидела этого старика, смотрящего на воду. В этот раз она решила не тревожить его, а просто пройти мимо.

— Скоро, старый друг, скоро мы будем вместе, — говорил старик, аккуратно коснувшись водной глади — но до тех пор, тебе нужно ещё немного подождать.

Эти слова немало встревожили Ремод, но она решила просто по-быстрому уйти, пока старик не заметил её.

— Юная боевая девица и стойкий юнец снова загонят тебя в вечный сон, но ты не печалься, а прими это, как милость...

Что этот старик только что сказал? Ремод решила сделать вид, что ничего не слышала, а потом расспросить в своём поселении об этом старике, может его и видел кто-нибудь до неё. Да и вообще, что это за слово такое, "девица"? Она его слышала впервые. Спустя некоторое время она вернулась в своё государство, но на границе её снова попытались остановить.

— В чём проблема вас обоих?! Это же я, Ремод!

— Правила охраны, останавливать всех, и спрашивать причину по которой они хотят... — начал первый

— С дороги, болваны, пока я вам эти коперы не запихала так глубоко...

— Ладно, проходите... — боязливо сказал второй, поднимая свой копер.

Но не успела она войти, как тут же ей на встречу вышел Дорвуд.

— А, Ремод, ты мне как раз нужна — сказал он, хватая её за руку.

— Чего... Ладно.

Они шли около 5 минут быстрым шагом, пока наконец не подошли к Хаотичному морю.

— Ну, как там Сиренал? — спросил он.

Ремод огляделась по сторонам, пытаясь найти старика которого только недавно видела.

— Да... Более чем.

— Чем ты так обеспокоена?

— Вы... Никогда не наблюдали здесь старика... В тай, чёной мантии... Высокого...

— Впервые слышу. А вот что я не впервые слышу... Но это всего лишь мифы... Это море способно перемещать между пространствами... — он перевёл свой взгляд на Ремод.

— Что... О чём вы?

Но только Ремод обернулась, как тут же Дорвуд её толкнул, и она упала вглубь моря. Ремод уже не могла сопротивляться, а тяжёлый доспех всё тянул её вглубь, в объятия Нейродбиля. Она закрыла глаза. Но в следующий момент открыв их, она оказалась в чьём-то доме. По обустройству это был не её дом. Вдруг дверь открылась, и в неё вошёл Сиренал. Она решила ему ничего не рассказывать, ибо тогда он точно посчитает её сумасшедшей.

— Ну, как дела? — спросила она

— Что ты тут делаешь? — озадаченно спросил он.

— Это неважно, я тебя первая спросила.

— Более чем.

— По тебе не скажешь.

— Я всегда такой — сказал он, садясь за своё кайемондо.

— Да ну? Что ты щас делать будешь?

— Не твоё дело — он поднял крышку.

— Ну вот давай без секретов. Ну скажи...

— Нервы буду расслаБЛЯТЬ! - внезапно крышка кайемондо упала на пальцы Сиренала.

— Ты в порядке? - обеспокоенно спросила Ремод.

— А... Да, такое бывает. Пальцы отобьёт получше прута наших дейротинов. А...

— Могу я как-то помочь?

— Хм... Да. Оставь меня одного. Иди обратно.

— Но...

— Никаких "но"!

Ремод погрустнела в лице, но всё же ушла. Она вновь направилась в Редосию. Помимо претензий к Сиреналу, который слишком эгоистичный, у неё были претензии и к Дорвуду. Её лицо вмиг сменилось от грусти к злости.

Спустя некоторое время она уже была возле Редосии. Старжники перекрестили коперы, но увидев лицо Ремод, они решили не нервировать её лишний раз, а потому убрали преграду. Вскоре она была уже в Ренирском училище. Без лишних разбирательств Ремод подошла к залу главы училища, и выбила дверь с ноги.

— Р... Ремод, ты совсем?! — ошеломлённо спросил Дорвуд.

— Ох нет, господин Сарианх, это в совсем! — она указала на него, упёршись рукой в стол.

— О чём ты?!

— Вы меня скинули в море!

— Я?! Да я весь день тут сидел! Кстати... Ты ходила...

— Не переводите тему! Я чётко видела ваше лицо! Ваш голос в конце концов слышала! Я была верна вам, а вы... — на её глазах появились слёзы.

— Тьфу ты, Реми, говорю же, это не я... — сказал Дорвуд, сажая её на свою койку — успокойся, тебе воды принести?

— Н... Не откажусь... — она вытерла слёзы со своего лица, но дыхание всё ещё было прерывистым.

Спустя некоторое время он принёс ей стакан с водой.

— А теперь в подробностях, что случилось? А потом и про Сиренала расскажешь — сказал он, садясь рядом с Ремод.

— Н... Ну... Я возвращалась из Сиренции, на входе в Редосии меня остановили стражники, а потом "вы" вышли навстречу и повели меня к морю, чтобы... "Я всё рассказала там"... А потом... Он толкнул меня в воду, сказав что хочет проверить один миф.

— Ну... Судя по всему этот миф удачный. Да?

— Ну... Скорее всего.

— Так а что насчёт Сиренала?

— Эгоистичная сука! Вот он кто!

— Но... Не может же быть всё так плохо...

— Знаете, ему было всё равно на то, что я у него дома оказалась, как раз таки после падения в море! Когда я с ним в первый встретилась, он... Он... Аргх, не могу просто!

— Понятно... Ну... Он уже пропитался этой сиренийской натурой. Эгоизма и... Как это они называют... Индивидуализма. Не то что мы, коллективная ответственность за сохранение своего государства, совсместная борьба! Мы знаем что такое честь, в отличии от них!

— Да... А он не выдержал. Ну, как он мне это вписьме написал. 20 с лишним лет... Прошло с тех пор...

— Да. Ну, в любом случае, если у него всё хорошо...

— Ох, ещё как! Он видите ли, "во дворце королевы выступает" — сказала она, подражая его голосу — тьфу, эти публичные выступления ничто иное как повод развлечь простой люд, пока эти "выдающиеся музыканты" наживаются на их любви к этой "музыке". Не то что наши дуэли. Где каждый желающий может получить честь и славу!

— Да... И не говори. В любом случае... Ты не могла бы мне кое с чем помочь? Мне назначили обучать сразу 2 группы воинов, а я... Ну, не могу разделиться. Скажем так. Так что...

— Хорошо, господин Сарианх, я готова их обучить... В пределах своих возможностей и знаний.

— Очень хорошо. Спасибо огромное.

Дорвуд вскочил с койки и вышел, Ремод поспешила за ним. Спустя несколько секунд она догнала его.

— Смотри, твои воины-новобранцы будут находиться в восточном конце училища, мои в противоположном. Просто импровизируй и обучай их тому, что знаешь сама.

— Поняла.

— Отлично! Я и не сомневался.

Через некоторое время Ремод уже стояла возле шеренги воинов-новобранцев.

— А где господин Сарианх? — спросил один из них.

— Господин Сарианх сейчас занят обучением другой группы. Сегодня занятия с вами проведу я. Проверим присутствующих!

Она начала называть имена, и по очереди из шеренги выходили те, кого она называла. По итогу из 50 названных присутствовало 49.

— А где Нирома? — спросила Ремод.

— Она на прошлом занятии 2 ребра сломал. Господин Сарианх в курсе что его не будет.

— Хех. Да... Бывает. Ну, начнём... — она сделала глубокий вдох — Азы вы и так знаете, но не помешало бы повторить... Кхм... Оружие - это продолжение вашей руки. Оружие опасно для жизни, но при этом может спасти вашу, если возникнет такая необходимость. Именно таким оружием наши давние предки эффективно боролись с ужасающим Нейродбилем Крайтеносом. И мы бы его убили, если бы не вмешался первый сирениец, со своей "музыкой", которая не дала его убить, а лишь усыпила... Какие базовые приёмы вы прошли на прошлом занятии?

— Выпады и размашистые удары базовой сложности, госпожа, — сказал один из новобранцев.

— Хорошо... Тогда... Пройдём рукопашные приёмы.

— А как же... Право оружия? По которому... — начала другая воительница.

— Право на оружие не спасёт вас от дуэли чести! И не сметь спорить с учителем! — Ремод немало удивилась собственным словам.

— Да, госпожа — сказала вся шеренга разом.

2 часа спустя.

— Так, закончили. Часовой перерыв! — сказала Ремод, вытирая со лба пот.

— Ах, Ремод, — сказал неожиданно подошедший Дорвуд — рад видеть что у тебя всё неплохо получается.

— Спасибо, господин Сарианх. Но, должна признать... Это уматывает.

— Да, это всегда трудно в первые разы. Ну, можешь быть свободна. Дальше я сам справлюсь.

— А другая группа?

— Их занятия уже кончились. В конце концов, они из Тайтинского училища.

— Вот как. Ну, как знаете.

На всякий случай, Ремод решила проверить, правда ли это был Дорвуд. Она прошла в западный конец училища и действительно не обнаружила его там. "Ну, значит действительно он" — подумала она, и направилась к выходу из училища. Ей нужно было побыть немного одной, вдали от всех. Хаотичное море показалось ей хорошей идеей. Она вышла из Редосии, и направилась к морю. Дойдя до него, Ремод села на берегу и закрыла глаза, вслушиваясь лишь в шум волн. Её это успокаивало. Звук шелестящейся траву, напряг редоску, но она продолжала делать вид, что всё хорошо, будь что будет.

— Что ты тут делаешь? — спросил неожиданный голос Сиренала, садясь рядом с ней на берегу.

— К тебе тот же вопрос — сказала она, улыбнувшись от облегчения.

— Я сюда часто прихожу. Но обычно тут больше никого нет, кроме меня — он перевёл взгляд на Ремод.

— Как дать понять сиренийцу или редосу, что он эгоистичный идиот, который отвергает помощь других, и сбегает в другой город, чтобы воплотить свои детские фантазии?

— Ну, ответ на этот вопрос я не могу дать.

— Да ну? А по описанию ты не узнаёшь себя?

— Спасибо блин.

— Ну просто... Ты покинул нас, ни о чём не предупредив. Покинул... Меня...

— Ой, да брось ты. Наши отношения и так были натянуты. Мне напомнить кто кидал в меня вещи по поводу и без?

— Идиот, идиот.

— Ну почему сразу "идиот"? Меня ни во что не ставили в Редосии. Но зато в Сиренции, я нашёл своё призвание.

— Но ты семью променял на призвание!

— Но, не кричи. Мы же не хотим пробудить Нейродбиля.

— Да, тут ты прав.

— Знаешь, иногда лучше просто отпустить и забыть. Уверен, ты найдёшь того кто бдет терпеть твои выходки.

Тут Ремод расплакалась.

— Ну и ну, а я думал ты крепкая редоска. А тут расплакалась из-за бывшего парня - Сиренал издал лёгкий смешок — но знаешь, лучше прекращай это дело. Как никак... Мы рядом с ним. Мы до сих пор о нём ничего не знаем. Откуда он взялся, кто он такой?

— Замолчи. Просто замолчи. Предатель.

— Давай решим наш спор старым добрым способом. Дуэлью до падения.

— Хорошо.

— Насколько я помню, свой мейне я оставил у тебя.

—Да, держи - она сняла со своего пояса один из двух мейне и кинула Сиреналу.

Она знала, что шансов у неё немного, но в конце концов, он 20 с лишним лет не брал в руки оружие, скорее всего, он уже и держать его не умеет.

Он поднял ножны и достал мейне.

В один миг Ремод кинулась на Сиренала, но он ловко блокировал удар, после чего оттолкнул её, и пошёл в контратаку. Ремод тоже блокировала удар, однако она забыла что Сиренал на всех тренировках отличался особым напором на противника, а потому, она быстро повалилась с ног. Сиренал поднёс меч к её горлу.

—Я победил — он ехидно улыбнулся.

—Да, победил. Поздравляю.

Сиренал протянул ей руку, и помог встать.

—Спасибо что помогла расслабиться, мне давно этого не хватало.

—Ага. Не благодари. Ну, мне пора. Меня небось все сослуживцы заждались.

—Удачи.

Ремод ушла, оставив Сиренала наедине со своими размышлениями.

По пути Ремод всё размышляла, что Сиренал, невзирая на свою "сиренийтость" он по прежнему умелый редос. Её это обрадовало, и одновременно немного огорчила. Она хотела похвастать, что наконец-то превзошла его по силе, но увы, это было не так. На полпути к Редосии, к Ремод подошёл тот самый старик.

— А, юная девица, какая неожиданная встреча, — сказал старик, поклонившись ей.

—Как вы меня назвали? Что ещё за... Девица? Я редоска!

— Ах, не обращай внимания на мои незнакомые тебе слова.

— Вам что-то нужно?

— Мне - нет, а вот твоему другу -да. Ему помощь нужна.

— Какому другу?!

— Тому что на берегу.

Глаза Ремод расширились, ведь речь явно шла о Сиренале. Она обернулась в сторону моря.

— А... Какая именно помощь? — Ремод повернула голову к старику.

Но его уже не было.

Ремод развернулась и быстро побежала к морю. Пусть они с Сиреналом и были в ссоре, но всё же она всегда о нём волновалась. Добежав до берега, Ремод увидела Сиренала, лежащего на земле. Ей в голову тут же бросились мысли о том, что она опоздала. Но подбежав к его телу, и послушав, бьётся ли его сердце, она облегчённо вздохнула.

— Бьётся, — прошептала она.

Но Ремод смутил нездоровый румянец на его лице. Она дотронулась до его лба. Он был горячим, даже немного обжигающим. Ремод знала, что Сиренал всегда плохо переносил болезни, даже невзирая на его тренировки и закалённый организм. Она взяла его на руки, и понесла до его дома. Дойдя до Сиренции, на Ремод сразу же уставились сотни глаз. Хотя скорее они были уставлены ее на неё, а на лежащего у неё в руках Сиренала. К несчастью, Ремод забыла дорогу, которой она уходила из его дома.

Ремод подошла к первому сиренийцу и спросила:

— Извините, вы не знаете где он живёт? — спросила она.

— А мне какое дело? Не знаю я где он живёт, — сказал сирениец, с сильной раздражительностью в голосе.

Она подошла к другой сиренийке.

— Извините, вы...

— Отстаньте от меня, редоска — сказала она, резко отмахнувшись от Ремод.

Так редоска и проходила с телом на руках. Пока к ней не подошла одна сиренийка, в пурпурных одеяниях.

— Что ты ищешь, редоска? — спросила она.

— Мне нужно узнать, где он живёт! — рявкнула Ремод, указывая на лежащего на руках Сиренала.

— К северу от королевского дворца, — сказала она — пошли, я тебя проведу.

Этот ответ поразил Ремод, ведь она уже услышала столько отказов, или ответов из разряда: "Не знаю", "Отстаньте от меня".

Она пошла за сиренийкой. Шли они около получаса, пока наконец не дошли до его дома.

— Вот мы и на месте, — сказала сиренийка.

— Спасибо вам огромное! — сказала Ремод, открывая дверь дома.

— Надеюсь скоро он поправится, — сказала сиренийка, уходя в сторону дворца.

Ремод зашла к Сиреналу домой, и кинула его тело на незаправленную кровать. После этого сняла с него обувь и накрыла его одеялом. После этого с трудом нашла кухню, взяла первую попавшуюся тряпку, намочила её холодной водой и положила Сиреналу на лоб.

Ремод огляделась вокруг, и увидела ужасный бардак. Различные книги лежали раскрытыми на полу, возле рабочего стола и не только был огромный слой пыли, в открытом шкафу вещи лежали кое-как, некоторые были просто кинуты рядом. "Да, запустил ты себя, Сири." — мысленно сказала Ремод.

Она сняла броню, чтобы та не сковывала движения, и принялась за уборку, перед этим глубоко вздохнув. Прежде чем приниматься за уборку пыли нужно было убрать всё с пола, а поэтому она решила начать с вещей.

Ремод удивилась разнообразию одежды в шкафу: туники с короткими рукавами и до пояса, нижнее мужское бельё с длинной тканью вниз, до ступней, где уже есть вырезы для ног, белая туника с вырезами на одной стороне для странных твёрдых кружков на другой, хотя примерно такая же была надета на самом Сиренале сейчас, да в принципе вся остальная часть одежды выглядела как та, что сейчас на нём. Она принюхалась к одной из туник, после чего сразу же вытянула руки подальше от носа. Ужасный запах "пробил её наповал", как сказали бы во время быстрой победы на дуэли. Она взяла все эти вещи и отнесла на кухню, так как была точно уверена, что видела таз для мытья именно там.

Пройдя на кухню она кинула все вещи на стол, и принялась искать таз. В конце концов, её поиски увенчались успехом. Она наполнила таз водой, взяла ещё одну тряпку, и принялась стирать одежду.

Спустя 2 часа работы, вся одежда была выстирана. Ремод вытерла пот со лба. После этого она попыталась найти место, где её можно вывесить сушиться. К сожалению, такого места найдено не было. Поэтому она решила просто повесить вещи на вешалки и оставить их как есть в шкафу. Так она и сделала.

Дальше пошли книги. Она взяла одну из них, и сдула всю пыль с одной из страниц, после чего закашляла, так много пыли было на них. Ей было непонятно, как тот кто вечно следил за порядком, смог опуститься до такого беспорядка не то что в своей комнате, в своём собственном доме! Ну, делать было нечего. Она расставила книги по полкам, и начала искать чем можно вымыть полы. В конце концов поиски увенчались успехом, и на всё той же кухне она нашла ведро, в нём тряпку и швабру. Она наполнила ведро и принялась мыть полы.

Уже под вечер они были вымыты. Ремод посмотрела на Сиренала. Он всё ещё не пришёл в себя. Она не могла оставить его одного, в таком состоянии. Она посмотрела на часы: 21:56. Она и сама не заметила как прошёл остаток дня. Она села на стул, что был возле рабочего стола, единственного чистого места, которое не подверглось уборке. Ремод глубоко вздохнула, скрестила руки на столе, и положила на них голову. Вскоре она заснула.

На следующий день.

Ремод едва подняла голову, как всё её тело тут же пробила боль. "Чтобы я ещё хоть раз сидя спала" — подумала она, разгибая хрустящую спину. Она посмотрела на Сиренала. Всё ещё спит.

Она посмотрела на часы: 6:32.

В её животе раурчало. "Да... Еды у него наверняка нет. Пойду тогда в местные столовые" — подумала она. Надев свои броню, Ремод вышла из дома. По дороге она много думала, почему он так внезапно заболел? Обычно дело было обычным: заложенный нос, потом повышенная температура, а потом уже будь что будет. Она глубоко вздохнула, когда дошла до той самой столовой, где она встретила Сиренала. Войдя внутрь, она тут же подошла к сиренийке за стойкой.

— Здравствуйте, мне бы... Просто дайте что угодно. Мне всё пойдёт. И чай, — сказала Ремод, уставшим и слегка опечаленным голосом.

— Хорошо, тогда я дам вам наши лучшие завтраки, присаживайтесь, — сказала она, всё тем же мягким голосом — только... С вас... 213 торесов...

— А можно своей валютой?

— Да, конечно. Потом разменяю.

— Спасибо.

Ремод достала свой мешочек и положила на стойку несколько ромидов. После этого она отошла и села за столик, где они с Сиреналом разговаривали во время встречи. Она задумалась о всяком разном: о прошлом, будущем, Сиренале, старике. Прошло несколько минут, прежде чем её еду принесли.

— Держите, — сказала сиренийка, ставя на стол кейотен (каша) и чай.

— А... Да, спасибо — сказала Ремод, выходя из раздумий.

— Извините, возможно я вмешиваюсь не в своё дело, но всё же... Вы выглядите подавленной...

— А вам-то, сиренийцам, какое до этого дело? Все вы эгоисты!

— Не стоит судить всех сиренийцев по "талантливым" личностям. Да, они высокомерны, ибо имеют свои небольшие участки земли рядом с дворцом, но есть и обычные сиренийцы, которые работают в рудниках, на кристальном дворе, в мастерских, или в обычных столовых.

— Вот как значит... — Ремод глубоко вздохнула.

— Так всё же, что с вами случилось?

— Не со мной, а с одним моим знакомым. Его внезапно схватила болезнь, и он до сих пор не проснулся. Хотя дыхание есть, сердце бьётся.

— Ну, я в этой ситуации не помощник, уж извините. Но... Я слышала что редосы плохо переносят болезни...

— Да, это так. Поэтому мы в укрепляем свой организм как можем, чтобы нас не скосила болезнь!

— Правда? Я вот тоже хочу начать это делать. Вы... Не могли бы подсказать, с чего лучше начинать?

— Ну... Тут всё ещё зависит от возможностей. Но смотрите. Я бы рекомендовала начинать свой день с прохладной ванны, после чего сходить на пробежку, ну там... На часик-другой, после этого принять тёплую ванну. Так же, желательно иметь стабильный режим сна.

— Вот как, а что ещё?

— Иметь стабильное питание. Не зацикливаться на определённой еде, например на китойах (фрукты), а чередовать это с мертони (мясо), кейотенами, и прочим. Так же желательно сократить употребление хилопира (жиры) до необходимого минимума.

— Поняла.

— К слову о кайотене. Она была очень вкусная, спасибо огромное — Ремод отпила немного чая.

— Спасибо. Я... Я старалась.

— Вы сами это всё готовите?

— Ну, что-то сама, с чем-то мне помогают другие работники. Я в конце-концов тут не одна работаю.

— Вот как.

— Простите если лезу не в своё дело, а кто этот ваш знакомый? Просто вы сказали о нём как о редосе, но при этом вы сейчас в Сиренции. Уж не Сиренал Айротес ли?

— Он самый. Этот идиот себя забросил. Вы бы видели что у него в доме творится... Это... Это... Ну, тут без редоских словечек не обойтись.

— Вот как. Понятненько. Ну, надеюсь он поправится. Скоро праздник...

— О да, конечно поправится, куда он денется. Но... Я всё равно о нём беспокоюсь.

— Это вполне обычная эмоция, если вы его действительно любите, то поэтому и волнуетесь. Вв случаем раньше не...

— Да раньше он хотел на мне жениться! Да, мы были немного глуповатыми редосами, но... После его ухода он сильно изменился... Откуда в нём вся эта...

— Я поняла. Из вас бы получилась хорошая лимнеда (жена).

— Спасибо за поддержку. Ну, мне пора. Спасибо что уделили время такой как я.

— Не за что. Вы всегда можете сюда прийти, и поговорить со мной. Меня... Толья зовут...

— Хорошо. Тогда вы можете звать Ремод.

— Как скажите.

Ремод допила чай, встала и ушла.

По дороге обратно, она задумалась о сказанных сиренийкой словах. Лимнеда Сиренала, да ей в голову часто лезли такие мысли, когда они были парой, но точно не теперь... А может Сиренал не такой уж и эгоистичный, как может показаться, может она ошибается? Эти мысли не давали ей покоя. В конце-концов, она дошла до дома Сиренала, и зашла в него.

— доброе утро - сказал Сиренал.

—Оу, ты уже проснулся? Я тут...

—Ты меня сюда при... Апхи! ...Несла?

—Да. Я... — на мгновение Ремод задумалась, она не хотела говорить об это странном старике, поэтому сказала первое, что пришло в голову — Захотела взять реванш, но увидела тебя лежащего на земле, и... Ну... Повела тебя домой... Пришлось покопаться в твоих карманах, чтобы...

—Спасибо.

— Что?

— Не важно. Сколько я пролежал?

— Часов 12, а может и больше...

— Сколько?!

— Ещё, я... Ну... Поглядела твою эту... Музыку, у тебя в дневнике....

— Ох, вот как.

— А эта... "Новая работа"... Это же...

— Да, это для праздника.

— Но ты же...

— Я много чего говорил. Но ты же не всему верила.

— Ну, да... Но услышав твои речи про... "Готовую музыку", это сбило меня с толку... И...

— Ой хватит мямлить! Ауч! - Сиренал схватился за горло.

—Тише, тебе сейчас лучше не кричать... И воздержаться от...

Вдруг в дом вошла королева, в тех же пурпурпурных одеяниях, в которых она проводила Ремод до дома Сиренала. Ремод неслабо удивилась, но сохранила молчание.

— Может научитесь стучаться хотя бы — шуточно сказал он.

— Мне сообщили что у вас плохо со здоровьем, я здесь чтобы в этом удостовериться. Редоска может идти.

— Нет, Ваше Величество, она останется здесь, — неожиданно для Ремод сказал Сиренал.

— Что? — спросила королева.

— Я у неё в долгу. Так что, пока я не выздоровею, она останется здесь. Просто редоский обычай.

— Хм, ладно, раз уж вы настаиваете. Как думаете, вы успеете закончить музыку вовремя?

— Не волнуйтесь. Всё будет. Кху-кху!

— Вот и отлично!

Королева ушла.

-Ты думаешь ты успеешь выздороветь? Просто помня как ты болеешь...

-Я успею. Но... Ты мне поможешь?

— Как?

— Кху-кху! Короче, бери вон ту книгу — Сиренал указал на книгу, лежащую на краю стола — я буду диктовать, а ты записывать.

— Думаю ты ничего не поймёшь, если этим буду заниматься я. Я такие рисунки впервые вижу.

— Сама ты рисунок. А это... Нотная грамота.

— О да, ещё одна ваша сиренийская книженция. Знаешь, куда лучше уж изучать "Боевую дисциплину".

— Ладно, понял. Можешь быть свободна.

Сиренал начал подниматься с кровати, и медленным шагом побрёл к столу.

— Ох, какой же ты упрямый, Нейродбиль тебя побери! Тебе говорят что нужно лежать, а ты как упёртый баран...

— Я всегда таким был, напомнить? Как я в поединке сумел раскидать всех своих соперников... АПЧХИ!

— Нет, ты просто упрямый.

— Ну что поделаешь? Каков уж есть.

Сиренал взял перо и начал медленно вести по бумаге, вычерчивая ноты.

Ремод заметила, что он весь судорожно дрожит. Она взяла одеяло с кровати и предложила Сиреналу.

— Что?

— Ты весь дрожишь. Давай я тебя хоть укутаю, чтобы не было так холодно.

— Вот вроде бы и редоска, а заботишься как сиренийка.

— Вот ты сам жил в Редосии долгое время, и понимаешь же, что несёшь чушь. Тебя накрыть или нет?

— Давай уже. А, и принеси пожалуйста из ванны... Апхи! ...Отвар из лепестков райхины. Он помогает с недышащим носом справиться.

— Хорошо. А где у тебя ванна?

— Смотри, вот видишь входную дверь? От неё иди направо, после этого сверни ещё раз направо, и ты окажешься перед дверью в ванную.

—Ага, хорошо.

Она оставила Сиренала наедине с бумагой, где были различные ноты, а сама ушла за отваром. "Вот же дурак, ну не могу я этим заниматься. И он тоже, он натурально спину держать ровно не может, а тут же сидит и пишет, будто мне на зло" — думала она, проходя дальше по коридору. Вскоре она дошла до двери в ванную. Открыв её, она ожидала тоже увидеть полнейший хаос, но нет, ванная была ухожена и чиста. Ремод увидела бутыль, с белой надписью: "отвар на случай если нос не сможет дышать". Она взяла его и пошла к Сиреналу. Когда она пришла, то Сиренал что-то усиленно калякал в своей книжке.

— Держи, Сири, — сказала она, протягивая бутылёк с отваром.

— Спасибо.

Сиренал взял его в руку, после чего открыл, закинул голову назад, и закапал несколько тёплых капель в нос.

— Благодарю, Ре́ми.

Сиренал отдал бутылёк. Ещё несколько минут он просидел с закинутой головой, пока не почувствовал что дышит более свободно.

— Что-то ещё? — спросила Ремод

— Э... Да. В ящике возле кровати лежит средство от головной боли. Принеси пожалуйста.

Ремод отошла. Уже спустя минуту она принесла ему коробочку с белым порошком.

— Благодарю.

Сиренал взял её, достал небольшую горсть и положил себе в рот, после чего проглотил.

— Что-то ещё?

— Слушай, ты не моя служанка, не моя рабыня, не моя собственность. Так что может хватит?! Ты можешь меня хоть на 5 минут оставить в покое?!

— Я просто о тебе забочусь...

— Да обо мне не надо заботиться, я всю свою жизнь после того как уехал из Редосии прожил сам! У меня не было никого! Только лишь моя команда! Со всеми своими проблемами я справлялся сам! Так что будь любезна, уйди от меня!

— А теперь слушай сюда, ты, неблагодарный ублюдок, я ради тебя старалась, из кожи вон лезла чтобы тебе помочь! И вместо благодарности, ты меня прогоняешь!?

— Да! Изыди прочь! Не хочу тебя больше видеть! Мы с тобой расстались 6 лет назад, а ты всё ещё от меня не отвыкла?!

— Да потому что я люблю тебя!

— Ох, ну так разлюби! Мне нет до тебя никакого дела! Я сам по себе!

— Вот как. Тогда... Тогда ты меня больше не увидишь!

— Скатертью дорожка, сука!

В этот момент по его лицу прошла жгучая пощёчина. Ремод тут же выбежала из дома, пошла как можно дальше, обратно в Редосию. С её щёк стекали горькие слёзы. Она бежала быстро, желая убраться из этого места, и больше никогда тут не появиться. Через несколько минут она уже выбежала из Сиренции и была в лесу. Спустя ещё минут 5 бега, она остановилась чтобы перевести дух. Её рука невольно потянулась к горлу. Впервые за столько лет, она почувствовала острую и обжигающую боль в горле, которая возникает если неправильно дышать во время тренировок. Она всё ещё плакала.

— Будь ты проклят, ублюдок! Чтоб у тебя твоя музыка попрёк горла встала! Эгоистичный подонок! — кричала Ремод во всё больное горло.

Ей было всё равно, что будет дальше с её голосом, она была преисполнена ненависти к Сиреналу. Она достала свой мейне и подошла к одному из деревьев, после чего сделала быстрый размашистый удар, от которого на коре осталась глубокая рана.

Вскоре она дошла до Хаотичного моря. Ремод подошла к берегу и закрыла глаза.Сильный ветер был ей прямо в лицо. Она уже собиралась сделать шаг, как тут:

— Что ты задумала, девочка моя? — спросил старик.

— А не понятно? Я хочу... Чтобы это наконец закончилось. Всего один шаг, и я буду плыть в темноте...

— Дело, безусловно, твоё. Но я не рекомендовал бы так торопиться. Расскажи, что случилось?

— В... Вас это не касается! — Ресод кинула свой меч в сторону старика, но того уже там не было.

— Неплохая попытка, — сказал старик, выходя из-за спины Ремод.

— Откуда вы... Да кто вы вообще такотакой?!

— Я, обычный старик. И вот мой тебе совет. Не серчай на того, кто тебя обидел. Подожди немного. Он сам прибежит извиняться.

— Мне его извинения не нужны! Я... Я...

— Ты раздавлена, по тебе видно. Ни одна дуэль не смогла тебя сломить, но сломила любовь. Это злая штука.

— И что, вы говорите просто его простить?!

— Вовсе нет. Просто подождать. Если он придёт, значит ему искренне жаль, что так получилось. А если нет, то тогда нечего из-за него плакать.

— Д... Да... Возмож... Возможно вы и... П... Правы...

Немного успокоившись, Ремод повернула голову в сторону старика, но того уже не было. Тогда она села на колени и зачерпнула руками немного воды из моря, после чего плеснула ей себе в лицо. Вода была холодной, и даже освежающей. Ремод не знала, насколько это безопасно, но она ещё раз зачерпнула воды, после чего выпила её. Вкуса не было, и это её радовало.

В конце концов она дошла до Редосии. Там стражники уже знали, что с ней лучше не иметь дело с этой редоской, а потому сразу пропустили её. Она направилась в заведение, что звалось "баром". Недавнее преобразование, которое сделал император, с целью дать возможность расслабиться достойным воинам.

Ремод дошла до бара, и вошла внутрь. На неё никто не обратил внимания. Она села за барную стойку и заказала выпить. Затем ещё раз, и ещё. И так пока её голова не опустилась на стойку, и она уснула.

Но даже во сне она не могла найти спокойствия.

Она очнулась в пустом баре. Осмотревшись по сторонам, в её глазах были лишь перевёрнутые столы и выбитые окна. Ремод встала ср стула, и вышла из бара. Редосия будто бы опустела. Всюду были брошенные мейне и коперы. Так она пришла к императорскому дворцу. Он выглядел заброшенным, с балкона висела зелень, а на стенах были трещины. В центре площади около дворца стоял старик, который стоял спиной к ней, но его голос можно было с лёгкостью услышать. Между тем, ветер всё усиливался.

— Ветер хаоса близится к нам всё быстрее, если ничего не сделать, старый друг, ты вновь вернёшься... — остальные слова Ремод не могла, ибо сильные порывы ветра заглушали голос старика.

В следующий момент он испарился в густом тёмном дыме. Тут же небо окрасилось в кроваво-красный цвет, взошла красная луна, в за спиной Ремод взошло алое, обжигающее солнце. Земля начала дрожать, дворец императора тут же разрушился, земля треснула, трещина эта поползла к Ремод, в следующий момент земля треснула под ногами редоски, и она провалилась вниз. После днее, что она увидела, был тот самый старик, и тёмная, точно сама тьма, голова.

Ремод проснулась от некой тряски. Она едва приоткрыла глаза, но увидела до жути знакомое очертание лица Сиренала. Она ничего на это не сказала, а лишь сделала вид, что спит. Дальнейшее развитие событий стало для неё сюрпризом. Сиренал пришёл к своему бывшему дому. Он постучал. Дальнейший диалог Ремод слышала очень чётко.

Мать и сын разговаривали между собой. Сиренал рассказал что он делает в Редосии, что произошло между ним и Ремод. Последняя была поражена тем, как Сиренал ругает самого себя, за то, что он поругался с Ремод. Позднее к разговору присоединился отец Сиренала. Спустя некоторое время раздался крик глашатая, который оповестил о важном объявлении императора. Его родные ушли.

Так Ремод и Сиренал остались вдвоём. Но вдруг, Сиренал резко вскочил, и уже явно собирался уходить, но Ремод схватила его за руку.

— Ну и куда ты собрался? — спросил сонный голос Ремод.

Сиренал покраснел, понимая что она могла вообще не спать всё это время.

—И... Как давно ты не спишь? — спросил смущённый Сиренал.

— Ну... С момента как ты меня на руках нёс, — её хитрая улыбка ещё больше засмущала Сиренала.

— Понятно. Слушай... я...

— Полный дурак, незадачливый музыкант?

— Я... хочу извиниться.

— Ну, такой вариант тоже был очевиден.

— Слушай, я совершил кучу ошибок, о которых ещё не раз пожалею. Но... можно ли мне получить твоё принятие?

— Хм... хорошо. Но...взамен ты заберёшь все свои слова обратно. Ну... что мы расстаёмся, что я такая плохая, и прочее.

— Д... хорошо...

— Сири, посмотри на меня.

— Что? — Сиренал повернул голову на Ремод.

Внезапно её губы прикоснулись к губам Сиренала. Они слились в прекрасном поцелуе. Сиренал закрыл глаза. Вскоре Ремод повалила его на койку, и села ему на пояс. Она начала расстёгивать костюм Сиренала, но тут в дверь постучали, тем самым прервав двух ежеподобных. Ремод слезла с Сиренала.

— Кого там принесло? — риторически спросил Сиренал, поднимаясь с койки, и застёгивая пуговицы.

На душе у Ремод было неспокойно. Но только Сиренал открыл дверь, как тут же раздался глухой звук удара, после чего Сиренал упал без сознания. Она вскрикнула.

— Ох ё... Перестарался, — сказал тот, кто ударил.

Ремод узнала воина, это был её знакомый ещё с учёбы.

— Ты совсем?! Что он сделал?! — кричала она, вскочив с койки.

— Ремод, не по моей воле, честно. Если он целым придёт к Карию, то тогда это с нас спросят. Лично Карий, чтоб его.

— Вот как... И что де Сиренал сделал?

— Сиренал?! Ох чёрт, не признал... Ах, да, он устроил дуэль с Карием, и победил в ней.

— Да чтоб его... Он хоть когда-нибудь признает поражение. Он уже 3-х на тот свет отправил.

— Извините что прерываю ваше беседу, — вмешался ещё один воин, стоявший рядом — но если мв его не доставим вовремя, то он и нас тоже на дуэль чести отправит.

— Да... Ты прав. Что ж, тогда давай... Взяли!

Они подняли тело Сильвера, завязали ему глаза, и потащили на площадь. Ремод поспешила за ними. Добежав до неё, там уже была огромная толпа, а 2 воина освобождали себе дорогу, чтобы дотащить Сиренала до нужного места. Ремод тоже пробивалась через толпу, чтобы получше рассмотреть то, что будет происходить дальше.

Когда Сиренала наконец донесли до площади, то Карй принялся за обвинения.

— Этот сирениец обвиняется в измене Редосии, и жульничестве на дуэли!

С Сиренала сняли повязку, как оказалось, он уже был в сознании.

— И именно этот сирениец докажет свою никчёмность на дуэли чести! — закончил наследник, спускаясь к Сиреналу.

Ремод подумала, что это конец, что его быстрое извинение звучало как искупление перед смертью. Ведь что может безоружный, пусть и отличный дуэлянт, против редоса с оружием? Но нет, она знала, что Сиренал был не так прост. Он бы не допустил, чтобы он так просто проиграл.

Сиренал встал в полный рост. На его лице появилась растянутая улыбка.

Император Терин 2 дал начало дуэли.

Карий отдал приказ об атаке, но Сиренал не был готов идти на первый шаг, а вместо этого спровоцировал принца.

Ремод закрыла глаза, чтобы не видеть его смерти. Но неожиданный и изумлённый вскрик толпы заставил её поднять веки. Сиренал был жив, и даде больше, он сумел атаковать Кария. Тот продолжил атаковать, но Сиренал умело уворачивался и переходил в контратаку. В толпе раздавались крики, поддерживающие Сиренала. Но один крик был громче других.

— Давай, сынок, не давай ему тебя убить! — кричал Ронни.

Тогда Ремод тоже решилась подать голос.

— Давай, Сири, ты сумеешь!

Её голос был несколько тише других, но тоже громким.

Наконец, спустя некоторое время Сиренал сумел повалить Кария на спину, взял его меч, и уже собирался нанести последний удар.

— Остановите дуэль! — крикнул император.

Ремод и вся толпа кинули взгляд на Терина.

— Я объявляю Сиренала Айротеса победителем данной дуэли. Сложить оружие!

Нехотя Сиренал бросил мейне куда подальше, и отошёл от Кария. С его лица всё ещё не сходила улыбка, но теперь он перевёл взгляд на императора, ожидая дальнейших слов.

— Воины! Сегодня мы стали свидетелями невероятного события! — начал Терин — Сегодня сирениец впервые победил редоса не просто на дуэли, а на дуэли чести! Предоставляю слово победителю!

Взгляд толпы был уставлен на Сиренала.

— Что ж, да, я победил! И победил честно! Но... справедливости ради, я не совсем сирениец. Некоторое время я жил здесь, в Редосии, а потом ушёл в Сиренцию! Что можно сказать об этом поединке? Пустая трата времени! Императорского сынка так задело то, что я его победил во время его хвастовства в ренирском баре, что он решил вызвать меня на дуэль чести! Это ли не лицемерие!? Сейчас, я обращаюсь к вам, император! Ответьте на вопрос, справедливо ли то, что уто угодно может вызвать кого угодно на эту дуэль, даже за самое малейшее оскорбление в свой адрес!? Ответьте мне, император!

Терин опешил. В его горле встал ком, и он с трудом дышал.

— Д... да... ты прав, — выдавил он из себя — в наше время слишком много таких дуэлей. Но ведь мы не можем просто отказаться от этой традиции, сложившейся за годы нашего существования!

— Я не говорю вам отказаться от неё, а лишь пересмотреть поводы, по которым можно эту дуэль устроить, или пересмотреть правила этой дуэли!

— И как же ты это предлагаешь?!

— Ну... тут есть два возможных варианта: первый - полный запрет дуэлей чести за мелкие оскорбления, второй - за мелкие оскорбления дуэль чести должна вестись не до смерти, а до повала или первой крови!

Император задумался.

— Я подумаю над твоими словами! А пока, раз уж ты вышел победителем из этой горе дуэли, может у тебя есть желание что-нибудь получить в награду? Я могу предоставить много чего!

Сиренал задумался, после чего посмотрел на своих родных, после чего перевёл взгляд в землю и почесал подбородок.

— Да, есть одна вещь, которую я хочу у вас взять. Но это не для меня!

— Так для кого же?

— Для... моего отца!

— Что же ты хочешь попросить?

— Мой отец долгие 47 лет служил вам верой и правдой, как учитель Тиренского училища, а после доказал вам свою верность во время "Редоского бунта", когда он сплотил под своим руководством всё училище! Так вот, я прошу у вас поручения о...

— Я тебя понял. На самом деле, твой отец воистину хороший воин. Но... насколько это будет справедливым? — император резко замолчал.

— Это вы щас о справедливости сказали!? Это мне сказал тот, чей сын буквально за не за что хотел меня убить!? Ответьте, разве я много прошу? Всего лишь приближённую грамоту.

— Но...

— Хорошо, давайте посмотрим на ваших текущих приближённых! Как минимум тех кто из Ренирского училища! В своё время у меня был доступ к архивам, и я много чего знаю о некоторых выпускниках. Леорий Крейтон, прославился в Ренире как невменяемый из-за своих выходок и нападок на учителей, Трианист Приметс, прославился как тот кто вместо занятий посвящал себя женскому вниманию, если вы меня понимаете, и наконец, Тарквиний Вунериш, просто непойми как оказался вашим элитным рыцарем, хотя у него был самый низкий балл на всех экзаменах! Он все их завалил! Зато я знаю, что семья Вунеришей, весьма богата, и не хочу никого уличать в...

— Я тебя понял, Айротес, я... в ближайшее время выдам твоей семье приближённую грамоту. Слово императора!

Император ушёл, толпа тоже начала потихоньку расходиться. Вскоре на площади остались толтко Сиренал, его семья и сама Ремод. Сиренал подошёл к ним.

— Сын, я... — начал Ронни, но был перебит Сиреналом.

— Слушай, пап, я знаю, что поступил не так как ты бы того хотел. Но... формально я даровал тебе то, что ты хотел очень долгое время...

— Я знаю. А потому, я тебе благодарен. Но... ты бы мог потратить императорскую милость на себя, почему ты этого не сделал?

— Всё моё имущество в Сиренции, тут мне ничего не нужно. Но зато здесь, у меня есть семья, так что... живите теперь хорошо. Надеюсь мы ещё увидимся.

— Стой,ты уже уходишь? — спросила Шаини.

— Да. Мне пора. Просто... у меня не слишком много времени. Мне нужно составить симфонию ко дню рождения нашего первого правителя.

— Вот как, ну, береги себя, сынок, — сказал Ронни.

— Вы всегда можете меня навестить. Не забывайте что у нас свободные границы.

— Ты тоже не забывай о своих родных, сын, — сказал Ронни.

— Обещаю.

Вскоре полил дождь, вдали послышался удар молнии.

— Прежде чем ты уйдёшь, позволь перевязать тебе плечо, — сказала Ремод.

— Да нет, не надо рана не такая глубокая. Скорее просто царапина.

— А если в неё попадёт какая-нибудь зараза?

— Не волнуйся. Сколько таких ты мне оставила в училище. Одна до сих пор на ноге красуется.

— Да ну тебя, — усмехнулась Ремод.

Вдруг издалека раздался оглушающий рёв, который содрагал саму земную твердь.

Глава 4 "Хаос"

...И перед самим Хаосом, появится его ужасающий предвестник, который вернёт Нейродбиля в этот мир, и погрузит вновь всю землю в вечный хаос. Никто не будет способен им противостоять. Но явится Редо́с из Сиренции и редо́ска из своего родного государства, и вместе они бросят вызов Нейродбилю Крайтонису...

— Отрывок из последнего предсказания Музкыа, перед его смертью.

Очередной год с падения Нейродбиля.

Райс проснулся от того, что его кто-то толкал в плечо. Время было позднее, поэтому уже много кто спал.

Открыв глаза, он увидел перед собой фигуру в мантии.

— Брат Райс, ожидается очередная казнь. Не пропусти, — сказал ежеподобный в мантии, с перечёркнутым мейне и сиренисом. Знаком, культа Нейродбиля.

Райс встал с кровати и протёр свои глаза. Его палатка была ближе всех к месту проведения казней. Он встал с земли, и пошёл на казнь. Его сонные глаза подводили его, отчего он пару раз чуть не столкнулся с собратьями по культу.

Вскоре Райс прибыл на место. Кол был тщательно наточен, а возле него стояли 4 палача, и связанная женщина средних лет, с завязанными ртом. Райс знал её раньше. Она сказала ему, что хочет покинуть культ. Только у этого были последствия. Негласное правило гласило: "Всякий, пожелавший покинуть культ Святейшего Владыки Хаоса Нейродбиля будет казнён за предательство. Она этого не знала. Райс доложил об этом желании главе культа, и тот, ничего не сказав, сказал что он может идти. Теперь имя женщины должно быть вычеркнуто из истории культа, и забыто всеми. Райсу было не впервой видеть, как казнят тех, кто осмелился заявить о том, что хочет выйти из культа.

Вскоре, на "площади Казни" собралась огромная толпа. Райс посмотрел вокруг себя. Весь культ собрался на это зрелище. Через пару секунд появился сам глава культа - Голианс Румадус. Старик, весьма крепкого телосложения, невзирая на возраст.

— Слава Хаосу! — сказал Голианс.

— Слава Нейродбилю! — сказали все собравшиеся.

— Сегодня, мы собрались здесь чтобы сказать "пока" нашей сестре, чьё имя запрещено называть. Обойдёмся без лишних речей. Палачи! Начинайте!

Палачи накинули свои капюшоны. Двое взяли женщину, и повалили её на землю. Другие двое взяли кол, и вонзили его в женщину. Даже сквозь повязку на рту, она громко закричала. Двое палачей, державшие девушку, отпустили её, и после этого взялись за концы верёвок, другие двое подняли кол, и крепко вставили его в землю. Тело женщины колыхалось на острие кола, в то время как палачи крепко держали верёвки, чтобы женщина не соскочила. В конце концов, острый кол пронзил её, и она начала сползать вниз по нему, пока он не пронзил её насквозь, и остриё не вышло из её рта. Она была мертва.

— И так будет с каждым предателем! — сказал Голианс, указав рукой на тело.

Некоторые смотрели на эту картину с горечью, некоторые с безразличием, кто-то с фанатичной улыбкой. И только Райс не улыбался. Он хотел спать.

— А теперь, всем спать! Нейродбилю нужны бодрые слуги!

Толпа начала быстро расходиться, но только Райс сумел сделать шаг в сторону от площади, как Голианс остановил его.

— Постой, брат Райс, остановись ненадолго, — сказал он.

Райс послушно остановился.

— Я вижу, — начал Голианс — что в последнее время вы относитесь безразлично к нашему делу... Что вы можете сказать в своё оправдание?

— Ох, старший брат Голианс, уверяю вас, что я всё так же фанатично верен делу наших предков. Но сегодня, я... Я просто вымотан последними делами. Спина ломится от усталости, руки почти не гнутся, вечная сонливость...

— Я понял. Что ж, тогда ты можешь идти. Спи спокойно, брат Райс.

— Конечно, старший брат Голианс.

Райс развернулся, и ушёл. Зайдя в свою палатку, он невольно пустил слезу. После этого он без задней мысли лёг на землю, и моментально уснул.

Проснувшись утром, и выйдя из своей палатки, его сразу же встретил Голианс.

— С очередным днём, который приближает нас к возрождению Нейродбиля, брат Райс.

— Да... Вас тоже, старший брат Голианс.

— Ты по прежнему выглядишь уставшим. Возьми на сегодня отдых. Ты заслужил.

— Благодарю вас, старший брат, — Райс поклонился, после чего отошёл от Голианса, и направился к себе в палатку.

Райсу хотелось пойти к морю, но увы, без высшего разрешения самого старшего брата, это было нельзя. Он и так даровал ему день отдыха, это максимум, на который он мог рассчитывать. Райс без сознания упал на землю, и закрыл глаза. Но спустя некоторое время его разбудили.

— Что... Кто... Зачем... — сказал заспанный Райс.

— Брат Райс, — начал посланник Голианса — вас хочет видеть старший брат.

— Х... Хорошо... — Райс попытался встать, но тут же повалился лицом вниз.

"Проклятье. Да что ж такое? Почему я чувствую такую слабость" — думал Райс, неуверенно вставая на ноги.

— Ты готов идти, брат Райс?

— Да... Вроде бы.

— Отлично. Ступайте за мной.

— Постараюсь, брат Сирон.

Пока они шли, Райс то и дело чувствовал непонятную для него усталость. Он всегда делал то, что нужно с максимальной отдачей и фантастичностью делу. Но теперь, его слабость в теле не давала ему покоя. Ему казалось, что он не сможет отодвинуть даже ткань своей палатки. Вскоре они дошли до палатки старшего. Она сильно выделялась своим размером, ибо была куда больше чем все остальные, и была украшена черепами некоторых диких животных, которые бродили по округе. Некоторых было опасно ловить, потому что они могли загрызть своими клыками или разорвать огромными когтями. К тому же на некоторых из них охотились редосы.

Райс сделал глубокий вдох, и вошёл в палатку. Посланник остался снаружи.

— Вы хотели меня видеть, старший брат?

— Да. Брат Райс, меня беспокоит твоё здоровье. Наша кожа пусть и серебристо-белая, но ты явно выделяешься куда большим преобладанием белого, нежели серебряного.

— Я... Не знаю как это объяснить, старший брат Голианс. Возможно... Я что-нибудь не то съел. Возможно, какую-нибудь ягоду, или мясо.

— Но всё же, это не отменяет того факта, что ты явно нездоров. Поэтому, я дарую тебе отдых на 3 дня. Тебе позволено свободно ходить по местности. Но только помни, что посещение двух "государств" под запретом.

— Конечно я помню, старший брат. Позвольте идти?

— Да, можешь быть свободен.

Райс вышел из палатки, и решил направиться туда, где ему всегда было спокойно. К хаотичному морю. Туда культисты ходили только в случае паломничества, и если донощики заверяли, что путь чист, и никто не потревожит их.

Спустя некоторое время Райс пришёл на место. Морской бриз ударил его лицо. Он сел на берегу и предался успокоительному лёгкому ветерку.

— Приятный и освежающий ветер сегодня, не правда ли? — спросил появившийся будто из ниоткуда старик, садясь рядом с ним.

— Да... Такой успокаивающий.

— И что привело сюда тебя?

— Мне нездоровится.

— Ох, да, серьёзное дело. О своём здоровье нужно заботиться. А как дела в личной жизни?

— Всё... Всё хорошо.

Но внезапно Райс почувствовал как в его горле растёт ком, и он пытался сдержаться.

— А как... Дела у твоей возлюбленной? Всё хорошо?

Наконец, Райс не сдержался и разрыдался.

— Нет! Ничего хорошего! Её казнили ночью! На моих глазах!

— Вот как...

— Будь проклято это всё! Я на что угодно готов, лишь бы познать нормальную жизнь! Или сдохнуть по-нормальному! Вот хоть сейчас, возьму и утоплюсь!

— Я тебя останавливать не буду.

Райс встал, и посмотрел на водную гладь. Сейчас она была такой холодной для него. То, в чём покоился идол его поклонения, пугало его. Он сжал кулаки, дыхание было тяжёлым, по лицу катились слёзы. Но внезапно, он почувствовал будто его самочувствие улучшилось. Его сонливость резко пропала, пусть тело всё ещё болело. Тогда он снова сел на берег, и немного успокоился.

— Неужели передумал?

— Не твоё дело старик — он вытер слёзы с лица.

— В этом и есть ваша проблема. Запрет на эмоции, очень сильно давит на тебя. Тебе хочется закричать, зарыдать по утрате, но увы, ты не можешь. На твоём месте я бы... — старик сделал паузу — ... Вышел оттуда, и обосновался бы в Сиренции или Редосии. Лучше во втором, я слышал там почти преобразовали кристаллы для гражданских нужд, в то время как у сиренийцев ты найдёшь только притеснение и презрение от музыкантов.

— Вот как... Нет, не могу. Мне моя жизнь дорога.

— Вот как. Знаешь, я могу помочь вам в вашей цели...

— И как же? Старик, ты просто безумный дед, и всё тут. Что ты можешь знать о самом Нейродбиле?

— Очень много. Держи. — старик протянул Райсу книгу, со странной обложкой, будто из кожи.

— Что это? — спросил он, взяв её в руки — какая-то повесть о Нейродбиле?

— Не совсем. Я... — старик сделал паузу — Нашёл эту книгу

— Где? — спросил Райс, открывая первую страницу.

— Не знаю как, но она валялась на земле, неподалёку от Редосии.

— Как это возможно?

— Хороший вопрос.

Продолжая читать, Райс всё больше удивлялся тому, как всё было точно написано. Согласно всем древним текстам. Так же описывалась эпоха до Нейродбиля. Что каждый зверь "воевал" друг с другом, о том, как сильный сжирал слабого, о том, что цветы почти моментально увядали, едва успев распустить свои лепестки. Но вдруг, Райс испуганно убрал глаза от книги.

— Который час?!

— Ну, думаю что-то около полудня.

— Во имя Нейродбиля, я же опоздаю.

Райс судорожно убрал книгу за пазуху, и побежал прочь от моря.

Старик же ещё долго был возле него.

По пути обратно в культ, Райс всё думал, что скажет Голианс, когда он увидит эту книгу, и что с ним сделают за опоздание. Он мог использовать книгу, как попытку откупиться от наказания.

Когда он вернулся, то он никого не увидел, что было логично, ибо все были по своим палаткам и молились. Райс быстро прошёл по пустынным тропинкам, и подошёл к палатке старшего брата.

— Старший брат Голианс, у меня для вас... Подношение — сказал он, заходя в палатку.

— Что-о-о может быть важнее чем подарок своей жизни служени-и-ию самому Нейродбилю? — спросил Голианс, не переставая молиться.

— Это книга с бесценными знаниями о нашем хозяине!

Голианс раскрыл свои глаза, после чего поднялся, и с недовольным видом подошёл к Райсу.

— Какие знания?

Райс улыбнулся, осознавая что заинтересовал Голианса. Он достал из-за пазухи книгу, и протянул её старшему брату. Райс с подозрениям посмотрел на книгу, но с каждым разом медленно пролистывая страницы, его глаза расширялись, а на лице появлялась всё более маниакальная улыбка.

— Ты понимаешь, что ты нашёл, Райс? — спросил он.

— Догадываюсь, но предпочту услышать ваше мнение.

— Эта книга была написана ещё до прихода нас в этот мир. По легендам, в этом мире жил некий старик, которого видели всего пару раз, и он вёл подробнейший дневник. Где ты его нашёл?

— Я... Проходился по лесу, в направлении Редосии, и нашёл эту книгу на земле, — сказал он первое, что пришло в голову.

— Вот как... Ну, что ж, да я тебя... Оставь эту книгу себе. Она нам ещё пригодится. Изучи её от корки до корки. Нам пора готовиться к возвращению Бога. Если мы не дождёмся его пробуждения, то мы его пробудим.

— Да, старший брат Голианс.

— Великий день близок. Иди, брат Райс. Мне надо закончить молитву.

Райс тревожно взглотнул, и вышел из палатки. Тот день, ради которого он жил, близок. Но придя в палатку, его ждал неожиданный гость.

— Как я вижу, ты показал ему книгу, — сказал старик.

— Ответь. Кто ты? Я тебя уже не в первый раз вижу, но ты каждый раз просто исчезаешь, и появляешься будто из ниоткуда...

— Ох, тебе всё возьми и расскажи. Нет, я не такой... Вообще, вы идеально играете моему плану.

— Каком к Нейродбилю...?

— Плане о его возвращении. Для этой жалкой пьесы нужен интересный финал. И вы будете теми, кто принесёт его в этот мир.

— Что ты...

— Ха, вы заставите его вернуться. И ты никак не повлияешь на ИХ решение. Тебя просто казнят за то, что ты посмел отказаться от их затеи. Хе, ты в ловушке, парень.

— Я... Я...

— А теперь беги, пока есть силы. Иначе...

Старик скинул свой капюшон. Под ним оказалось нечто более ужасное, чем сморщенное лицо, которое представлял Райс. Это было перекошенное лицо, раскрытый рот, седая борода, как он думал ранее, оказалась огромным высунутым языком. Старик сгорбился, его руки вытянулись, как и пальцы, на которых появились огромные когти. И вот, "старик" уже замахнулся, чтобы сделать удар, но внезапно, Райс будто вышел из своего ошеломления и с криком выбежал из палатки, крепко сжав книгу в своих руках. Он бы и продолжал бежать всё дальше, если бы его не остановили два культиста, которые повалили его на землю.

— Что случилось, брат Райс? — спросил первый, помогая встать.

— Ты будто увидел нечто ужасающее, — сказал другой.

— Я... Я видел... Я видел... Предвестника Хаоса!

Голос Райса был настолько громким, что почти моментально на него собралось огромное количество культистов.

— У него был вытянутый язык, прямиком до живота, он был весь сгорбленный, словно... Словно провёл годы в молитвах Нейродбилю не разгибая спины, его руки... Вытянутые словно колья где казнят еретиков...

— Остановить ораторство! — приказал пришедший Голианс.

Райс тут же прервался.

— Брат Райс, о чём ты говоришь? Предвестник Хаоса? Не смеши. Мы и есть предвестники Хаоса.

— Нет, старший брат, вы не понимаете, я его видел! Он был... Он был...

— Вы видно так и не послушались моего приказа отдыхать, и всё же нагружали себя. Вам должно быть показалось.

— Нет, старший брат, не показалось! Я его видел!

— Должно быть, на вас плохо повлияла эта книга. Возможно вы не готовы к тому, чтобы узреть то, что на ней сокрыто. Передайте её мне.

— Нет, это испытание, которое Нейродбиль мне посылает. Я докажу, что я достоин того, чтобы стать его истинным после...

Удар по голове резко оборвал Райса. После чего тот упал на землю вновь, напоследок, к нему вновь вернулась головная боль. Он потерял сознание.

Когда Райс открыл глаза, то перед ним вновь предстал тот старик в своей истинной форме.

— Хм, да, неловко вышло. Но позволь тебе кое-что сказать...

— Нет! Ответь мне, что тебе нужно от меня?! Почему именно я?! Почему не старший брат?!

— Он слишком истов в своей вере в Нейродбиля. Ты же, в тебе есть сомнения о правильности выбранного тобой пути. И то, что ты не побоялся от меня сбежать, это радует. Но ты должен знать одно. Музкыа ошибся в своих предсказаниях. Я не намерен ожидать возрождения Хаоса. Нет, я хочу чтобы он наконец нашёл своё упокоение. Он слишком стар для этого мира.

— Я... Нет, я...

— Вспомни разговор у моря. Нет, ты не тот за кого себя выдаёшь. Просто позволь своим сомнениям вырваться наружу. Ты обязан остановить его, как и все остальные. Смиренно прими то наказание, что тебе уготовят редосы и сиренийцы. Будь терпелив и сознайся во всём. И возможно тебя ждёт спасение.

— Постой... А как ты.. Разговариваешь со мной?

—Я? Ох, я всегда молчу. Мои слова, это лишь то, что я посылаю в твою голову, и ты меня слышишь. А сейчас, очнись, и ты узришь конец всего, и начало великой битвы.

Старик исчез, а под Райсом образовалась дыра, в которую он упал.

Он вернулся в сознание. Но было уже поздно. Культисты читали заклинание, в то время как он был привязан к дереву. Ритуал уже подходил к концу, и в следующий момент, из под воды вылезла голова.

— О великий Нейродбиль, всю нашу жизнь мы посвятили тому, чтобы призвпризвать тебя в наш мир, — начал Голианс — а потому, прими скромное подношение что мы тебе даруем, — он указал на Райса.

Голова потянулась к нему, и начала обнюхивать. Райс сжался от страха. Но внезапно, голова отодвинулась вверх. И из под воды начало вылезать всё тело Нейродбиля.

Голова издала оглушающий рёв.

Глава 5 "Битва"

...И сплотят они вместе всех своих собратьев. И поможет им в этом тот, кто был верен Нейродбилю. И так, битва начнётся. Много полягут, реки крови будут неизбежны. Но всё же, потеряв всё, Редос и редоска спасут этот мир от падения в хаос. За сим, моя воля в этом мире, окончена.

— Отрывок из предсказания Музкыа перед его смертью.

Райс смотрел на происходящую картину с ужасом в глазах. Тот, ради которого он жил, вернулся.

— О, великий повелитель мира сего, чем мы так тебя разгневали? Неужели дар оказался недостойным твоего величественного... — не успел Голианс договорить, как был съеден второй головой, выплывшей наружу.

Затем из воды раз за разом появлялось всё больше голов, и в каждую попало по культисту. Но Райса ни одна не тронула. Вдруг, верёвки, обвивавшие его тело спали, будто их кто-то развязал, и он пустился в побег, в сторону Редосии. Когда он добежал, то ему на встречу уже бежало 2 ежеподобных. Вскоре они столкнулись.

— Ауч! — крикнул Сиренал, держась за голову.

— Какого Нейродбиля? Кто ты? — спросила Ремод у Райса.

Райс поднял голову, и видя перед собой этих двух, он сразу пустился в слёзы.

— Молю, пощадите! Пощадите!

— Успокойся, — сказал Сиренал — Что случилось? У нас тут проблемы как бы.

— Мы пробудили его, мы пробудили его!

— Что значит, пробудили? — спросила Ремод.

Сиренал увидел символ культа.

— А что это за знак? — спросил он.

— Я... Я был служителем Культа Нейродбиля, мы верили что он вернётся! И вот он вернул...

Не успел Райс договорить, как тут же получил удар ногой по лицу.

— То есть, это ты причастен к этому?! Ты понимаешь, что ты натворил?! — Сиренал сел Райсу на пояс и начал его избивать.

— Молю, пощадите! Я... Я...

— Что ты?! А?! Ты жалкая мразь, из-за которой мы обречены на погибель!

— Постой, Сири, он явно напуган тем, что он увидел.

— И что?! Я должен его пожалеть?!

— С ним будет разбираться трибунал! А сейчас нам нужна любая помощь, даже от таких как он. Если он объяснится, то он не будет мёртв на этом месте.

— О-объясню! Объясню!

Сиренал встал с Райса. Последний поднялся за ним, но тут же упал на колено, из-за удара Ремод.

— Я... Ябыл служителем Нейродбиля с самого рождения. Всю свою жизнь я..

— Ближе к сути, имбецил! — крикнул Сиренал.

— Да, да, конечно... Пару дней назад ко мне подошёл один старик. Знаете, весьма добродушным казался...

Он сумбурно пересказал последние события его жизни.

— Понятно, — сухо отрезал Сиренал, сплюнув скопившуюся в его рту желчь от кашля.

— То есть, тебя Нейродбиль не тронул? — переспросила Ремод.

— Да, и... Я не знаю почему. Я просто хочу покоя...

— В гробу отдохнёшь. Ты заслужил.

— Я знаю, я знаю... Но я молю вас, позвольте мне исправить свои грехи. Пожалуйста...

— Ладно. Ремод, он на тебе. С собой я его брать не буду.

— Хорошо, Сири.

За сим, они разделились.

Сиренал побежал обратно в Сиренцию, чтобы посмотреть на уровень подготовки местных к защите. Он с трудом пробегал мимо голов Нейродбиля, которые то и дело искали его, чтобы убить.

Добравшись в конце концов до самого государства, он с ужасом обнаружил что всё опустело. Сиренал побежал дальше. В конце концов, он добежал до королевского замка. Там он увидел ещё более ужасающую картину, все известные музыканты собирали свои вещи.

— Что вы делаете?! — воскликнул он.

— А что, не видно? Мы сваливаем!

— Что? Нет, нельзя! Мы должны быть теми кто...

— Да нам наплевать! Нам жизнь дороже! Уже некоторая часть сбежала! А мы вдогонку.

Сиренал пытался остановить их речами о чести и справедливости, о том что их призвание это спасти мир как тысячу лет назад, но всё было тщетно. Они отходили всё дальше и дальше, пока...

— Остановиться всем! — крикнула королева, вставая перед толпой музыкантов — Вы жалкие выродки нашего общества! Что, думаете если вы такие особенные то это ничего не значит?! Что можно вот так взять и сбежать!? Ну уж нет, я вам не позволю!

— А что вы нам сделаете, Сириния? Прикажите нас казнить? Ха-ха! Не смешите! Мы не Варвары как эти прокляты редосы! — крикнул один из тех, кто намеревался покинуть Сиренцию.

Но в следующий момент, по его ногам прошёл режущий удар. После этого Сиренал повалил его на землю, и поставил мейне возле его лица. Лицо редоса источало ненависть и презрение к этим словам.

— Ты. Жалкое, никчёмное, бесполезное отродье. — речь Сиренала была прямой, точной, громкой — именно ты и тебе подобные будете страдать если мы проиграем.

— Сиренал прав, сейчас не время для побегов! Вы, это крысы подобного общества! Как бы не было горько это признавать, но сейчас мы должны быть такими же жестокими, как и редосы. Мы должны одолеть Нейродбиля раз и навсегда! Мы не должны оставаться в стороне! Так слушайте же меня, и мой голос...

Тем временем.

— Воины мои! — начал Терин 2, облачённый в свою боевую броню, смесь из нескольких ре́досов — не успели мы отойти от одного несчастья, как тут же нас настигло другое. Ужасающий Хаос вновь настиг нашу землю. Но мы недаром готовились всю свою жизнь! Мы обязаны отстоять своё право на жизнь силой! Мы одолеем Нейродбиля!

По толпе пронёсся грозный рёв. Все были готовы к битве.

— Ваше императорское величество! — крикнула Ремод, выбегая из толпы вместе с Райсом, который снял свою мантию — у меня к вам важный разговор!

— Какой же? Нам щас не совсем есть дело до...

— Дело чрезвычайной важности! Это очень-очень важный разговор! Который я могу провести с вами только наедине!

— Хорошо, но не более 5 минут. Остальным воинам проводить последние учения и строиться в отряды под руководством ваших учителей!

Ремод и Райс вошли в замок. Ей всегда казалось, что замок будет величественнее, более пышным или что-то в этом духе. Но всё же, всё было более скромно. Но не было времени разглядывать интерьер. Они побежали прямо в тронный зал, что был этажом выше. Добежав дотуда их уже ждал император.

— Что у вас за разговор такой? — спросил он.

— Ваше величество, разрешите вам представить одного из виновников возвращения Нейродбиля — Ремод указала на Райса.

— Что?! Так это ты виновен в этом?! — Терин подбежал к Райсу, отчего тот быстро упал на колени.

— Не велите казнить, молю вас! Позвольте мне объясниться! Я...

Спустя ещё один очень сумбурный пересказ, сопровождавшийся всхлипами и прерывистыми вздохами.

— Вот как. Культисты в лесах. Кто бы мог подумать... Что ж, ты был обманут и шёл за этими чокнутыми. Но это не снимает с тебя ответственности. Ты будешь подвергнут суду после битвы. А сейчас, как ты можешь быть нам полезен?

Внезапно в тронный зал вбежал Карий.

— Отец, я готов!

— К чему ты готов, дурень?! Ты только что опозорился на всё государство! Ты думаешь что достоин того чтобы войти в летописи...

— Ваше величество, сейчас нам пригодится любая помощь, чтобы сразить это чудовище.

Терин был поражён тем, что его посмели перебить. Но и не согласиться с этим утверждением он не мог.

— Ладно. Но только если ты будешь реально полезен, а не чисто обуза для отряда.

— Да!

— Тогда иди к вратам Редосии!

Карий тут же выбежал. Терин перевёл взгляд обратно на Райса.

— Так вот. Как ты можешь быть полезен?

— Я готов хоть простым мясом идти против него. Прошу вас, позвольте мне...

— Нет. Тебя должно предать суду! Хм... — Термин перевёл взгляд на доспех, что стоял рядом с его троном.

Тем временем.

Старик наблюдал за тем, как Нейродбиль медленно, но верно, восстаёт из морской пучины. Его размеры уже превышали все возможные деревья, что росли в лесу. Он испытал чувство грусти. Не этого он добивался. Он пошёл прямо к чудовищу.

— Нейродбиль, старый мой друг, ты вернулся. Наконец-то. Но пойми, что твоё время на этой земле окончено. Даруй им право на жизнь. Тебе настало время уйти, но не оставь их без достойного боя, — говорил старик, подходя всё ближе и ближе к нему.

Одна из сотен голов опустилась к старику, и он приложил к ней руку.

— Мне будет тебя не хватать, старый друг. Но пойми, что тебе пора на покой. Вечный покой, — по его щеке прокатилась слеза, которая попала прямо на морду Нейродбиля.

Белые глаза Хаоса погрустнели, и он поднял свою голову ввысь. Старик вновь исчез, а чудище лишь издало рёв, в котором слышалась печаль.

Небо потемнело ещё сильнее дождь превратился в настоящий ливень, море волновалось сильнее чем когда-либо, молнии били без разбора.

В Сиренции.

Вещи музыкантов были на разбросаны по земле. Сиренал лично об этом позаботился. Путь к побегу был отрезан. Все не музыканты укрылись в королевском замке, в то время как музыканты нехотя держали в руках сиренисы.

— Вот теперь, вы выглядите как те, кто готов усмирить хаотичный нрав Нейродбиля! — яростно крикнула королева на своих подданных.

— И знайте, что если вы попытаетесь сбежать с поля битвы, то вас выслежу я, а я буду беспощаден к предателям! — яростно сказал Сиренал, выдвинув на них свой мейне, из которого вырвался язык пламени — я не побоюсь им воспользоваться!

— Готовы ли вы усмирить нашего вечного врага? — спросила Сириния.

По толпе разнеслось неуверенное: "Да".

В Редосии.

Райсу было не совсем удобно дышать. Броня, которая была ему немного мала, отчего давила на грудную клетку. Он стоял в строю солдат, рядом с ним была Ремод.

— Воины! Вы готовы?! — спросил Терин.

— Да! — вскрикнули все воины как один.

Тогда мы выдвигаемся!

Армия Ронни Айротеса идёт по правому флангу, армия Сарианха Дорвуда за ним. Центральная же часть идёт за мной!

Они выдвинулись.

Спустя несколько минут.

Нейродбиль грустно рычал. Он не заметил приближения сиренийцев и редосов. Последние сразу ринулись в атаку. Одна из голов наконец заметила это, и бросилась в атаку. Тут же из воды высунулось щупальце, и кинулось на атакующих. Оно было тут же разрезано надвое императором, и мгновенно исчезло. В мгновение ока щупальце отросло заново. Из воды вылезло ещё несколько и теперь бой был трудным, потому что никто не мог контролировать то, как будет атаковать Нейродбиль. Тут же с правого фланга выбежали воины Дорвуда и Ронни. Чудовищу было немного сложнее справиться с тысячами сражающихся, которые то и дело отрезали его конечности, попутно прикрывая друг друга.

К тому же, сиренийцы выстроились в стройные ряды, и начали играть мелодию, которой учат всех сиренийцев ещё в начале их музыкального пути. Ту самую музыку, что когда-то играл Музкыа. Молнии начали стихать, как и сам Нейродбиль. Но внезапно, одна из голов яростно зарычала, и из воды наконец вылезло бесформенное тело, из которого вылезли тысячи щупалец. Они кинулись на всех разом. В едином порыве редосы пытались сдержать натиск Нейродбиля.

— Музыка не помогает! — Крикнул Сиренал.

— Так что же нам тогда делать? — спросила Сириния со страхом в глазах.

Сиренал на мгновение задумался.

— Оружие. Теперь только оружие усмирит эту тварь!

— Но...

— Всему можно обучиться и на поле боя. Берите оружие павших, и вперёд на врага!

Нехотя сиренийцы бросили сиренисы и быстро хватали всё что валялось на земле. Сиренал присоединился к битве.

— Ох, Сири, наконец-то! — сказала Ремод, отбив очередное щупальце.

— Ничего, щас мы ему покажем...

Отвлёкшись на секунду, он не заметил как за его спиной появилось щупальце, что уже почти было проткнуло его, но вовремя подоспевшая Шаини отбила его.

— Благодарен, мам! — крикнул Сиренал, отбиваясь от неотступающих атак Нейродбиля.

Ещё один рёв Нейродбиля, и все были оглушены. Огромное щупальце полетело прямо в Сиренала. Но тут, появился Ронни, что прикрыл собой сына.

— Отец... Где... Твоё оружие? — спросил Сиренал, осознавая что произошло.

— Покоится в морской пучине, сын мой. Что-то я... Устал... — щупальце вытянулось из тела Ронни, и он упал на землю замертво, с огромной сквозной дырой в животе.

В этот момент, перед Сиреналом будто замер весь мир. В его голове пронеслось всё то, что он хотел сказать своему отцу, но теперь уже не сможет, его дыхание прервалось на несколько минут, глаза не моргали. Он приподнял тело своего отца. Глядя в пустые, лишённые жизни глаза, в нём будто что-то щёлкнуло, он ощутил ненависть, злобу, грусть, прилив энергии, желание мести. Он медленно встал, и глядя прямо в глаза одной из голов Нейродбиля, издал истошный крик, после чего бросился в яростную атаку. Шаини попыталась его остановить, но внезапная атака отвлекла её.

Ремод была занята обороной от атак чудища, и не видела того, что произошло.

Райс пытался быть хоть сколько-нибудь полезным, а потому оборонял других воинов от внезапных атак Нейродбиля.

Сиренийцы, только что вооружённые оружием, а не инструментами, смогли показать достойный результат в сражении.

Шаини храбро оборонялась от атак Нейродбиля, но всё же, одно из щупалец застало её врасплох, и отбило точно в дерево, отчего она потеряла сознание.

Сиренал отбивал атака за атакой, волну за волной.

Но всё же, силы были не на стороне сторонников порядка. Хаос был безграничен в энергии, в то время как им требовалась передышка.

Собрав последние силы в кулак, Сиренал запрыгнул точно на одно из щупалец, и понёсся вверх, прямо к одной из голов Нейродбиля. Смесь ярости и печали одолели его. Одолеваемый порывом энергии, он прыгнул и оказался точно на шее одной из голов. После этого он с яростью воткнул в неё мейне. В следующий миг, произошёл взрыв. Который оглушил Нейродбиля и всех присутствующих. Атаки Нейродбиля прекратились. Или так показалось.

Одно из щупалец кинулось на императора, пока тот успел сделать лишь один вдох спокойствия. Он был, бы уже мёртв, если бы неподоспевший Райс, который оттолкнул императора, и получил размашистое ранение по левой части груди. Удар Нейродбиля пробил броню насквозь. Райс еле-еле пребывал в сознании. Смотря на серое небо. Освежающий дождь капал на его лицо, заставляя чувствовать спокойствие. "Хоть что-то в своей жизни я успел сделать правильно" — подумал Райс, прежде чем закрыть глаза.

Теперь атаки точно прекратились. Многие это поняли лишь спустя получасовое затишье. Императору помогли подняться, после чего он посмотрел на лежащее, но ещё живое тело Райса. Но это не был взгляд презрения, скорее усталой благодарности.

— Живо, остановите кровотечение этому воину! — приказал Терин.

— Неужели, мы победили? — спросил сирениец.

— Что это был за взрыв? — спросил редос.

Многие принялись устало радоваться победе. Но внезапный вопрос прервал эту радость.

— Где Сиренал? — спросила Ремод.

Сиренал очнулся в полной темноте. Такой, что не мог разглядеть собственного тела.

— Где я...? — спросил он.

— Ты в моей обители, сирениец — сказал искажённый голос из тьмы, что эхом раздался в воздухе.

— Что... Кто ты?

— Вы называете меня Нейродбиль Крайтонис. Но на деле, у меня нет имени. Послушай меня, сирениец. Положи конец моим мучениям. Вонзи своё оружие в моё сердце и покончи с этим. Мне уже больше миллиона лет. Я хочу уйти на покой.

— Тогда зачем ты...

— Я не хотел уходить без грандиозного сражения, которое вы мне подарили.

— Ты убил...

— Твоего отца? Да. Я это сделал. Но пойми, ты должен лишиться всего, чтобы без зазрений совести убить меня.

— Где моё оружие?

— Ты был с ним.

Тем временем.

Ремод и некоторые редосы и сиренийцы принялись искать среди погибших Сиренала. Но безрезультатно. Ремод отчаялась. Пока из воды не всплыл его мейне.

— Это же его оружие... — Ремод перевела взгляд на то, что называлось телом Нейродбиля — подавись этим оружием подонок!

Она кинула его в Нейродбиля.

В это же время.

Сиренал был без понятия, идёт он, или просто топчется на месте. Пока ему в голову не прилетело рукоятью от мейне.

— Ауч!

Он поднял оружие, и зажёг огонь. К его удивлению, он был совсем рядом к сердцу Нейродбиля. Это была тёмная сфера, что была окутана серой дымкой. Он подошёл к ней, и ударил со всей силы. В следующий момент, произошла яркая вспышка.

Её увидели все. Даже те, кто был вне Нейродбиля. И в миг, его тело растворилось. Это видели все живые. Даже Райс который на пару мгновений пришёл в себя.

Хаотичное море начало отступать. Показался печаный берег, которого под водой точно не было. Когда вода отошла на достаточное расстояние, Ремод наконец-то увидела лежащена на песке Сиренала. Она подбежала к нему и упала на колени. Он дышал, значит был живой. Она взяла его на руки, и понесла к остальным.

Час спустя.

Он медленно открыл глаза. Первое, что он увидел, это рыдающую мать и Ремод. Он медленно огляделся, едва открытыми глазами, они всё ещё были у Хаотичного моря.

— Эй... Мы... Победили? — сквозь боль в голове спросил он.

Ремод и Шаини тут же обернулись на голос. Мать подбежала первой. Она обняла сына, и в слезах ответила, что да. Сиренал взглянул в небо, всё ещё серое.

— Сири, ты как? — спросила Ремод, аккуратно садясь рядом.

— Со мной всё хорошо.

— Как ты в воде оказался? Тебя откинуло тем взрывом?

— Не совсем. Я... Ты мне всё равно не поверишь. Когда-нибудь... Потом. А сейчас, я слишком устал... — Сиренал вновь опёрся на дерево, и закрыл глаза.

Ремод испуганно слушала удары его сердца. Оно уверенно билось.

Райс лежал на земле. Над ним возились лучшие лекари-воины. С него была снята броня. Он чувствовал некоторую боль в голове, и в теле. Его правая рука невольно потянулась к ранению на груди. Неожиданно для себя он нащупал перевязку на ранении. Он хотел уже встать, но тут подошёл император.

— Лежи, — сказал Терин — твоя рана весьма серьёзна. Не думай, что суд над тобой сойдёт на нет. Но твоё участие в этой войне, и спасение моей жизни, пойдут в смягчительные обстоятельства.

— Я приму любое наказание. Смерть, каторгу, тюрьму, что угодно. Я насмотрелся на смерти, ваше величество.

Райс позволил себе предаться спокойствию, и закрыл глаза, слушая лёгкий бриз ветра и шелест травы.

Сириния сидела, опёршись на дерево. По её щекам текли слёзы. К ней подошёл старик.

— Что случилось, ваше Высочество? — спросил он.

— Я... Я подвела своих граждан. Я... Предала убеждения своего народа. Оружие показало своё превосходство над музыкой...

— Тише, тише. Вы поступили правильно, временно отринув музыку. Но это не значит, что теперь от неё нужно отказаться.

— Но ведь...

— Это теперь факт, что вы сильнее только вместе, а не по отдельности. Ведь стоит заметить, что ваша музыка его всё таки ослабила.

— Но ведь...

— Послушай меня, по отдельности вы ничто, поэтому только объединившись вы добьётесь успеха. Соедините своё мастерство. Объединитесь. Прощай, Сириния.

Королева обернулась, внезапно услышав своё имя. Но старика уже не было.

Мир был восстановлен. Стабильность и порядок восторжествовали вновь.

Эпилог

Прошла неделя с войны. Отстройка государств шла полным ходом. Как оказалось, пока они сражались с Нейродбилем по их странам то и дело прилетали ослепительные линии света.

Сиренал был опечален фактом того, что его труды оказались под развалинами дома, но он не испытал особого раздражения. Скорее облегчение. В спешке он любезно объяснил его решение Сиринии. Он решил вернуться домой, и она не собиралась его останавливать. Он ушёл, и вернулся в Редосию.

Ремод после войны наконец-то получила долгожданный покой. Ей была выдана приближённая грамота. Она стала верным воином самого императора. Но сердце редоски завлекло ещё и то, что император отменил запреты, связанные с музыкой. Когда Сиренал прибыл в Редосию, то она почти сразу же попросила научить её играть хоть на каком-то инструменте.

Райс был отдан под суд, после окончания войны. Он обвинялся в начале новой войны с Нейродбилем, и содействии с теми, кто изначально это замыслил. Но, поскольку судебным делом руководил сам Терин 2, он учёл те слова, что сказал Райсу о смягчающих обстоятельствах. Когда приговор был готов к оглашению, то многие удивились, не услышав того что они хотели. Райс был приговорён к 2-м годам принудительных работ в шахтах Редосии. Но даже там, он принёс свою пользу. Выковыриваю кристаллы, он обнаружил странную трещину. Взяв свою кирку, он сделал пару ударов по трещине, и с удивлением для себя обнаружил твёрдый бежевый камень. Райс попытался расколоть его, но это было бесполезно. Позднее он показал эту находку своему надзирателю, и тот оказался в недоумении, ведь никогда ничего подобного не видел. Ещё позднее выяснилось, что этот материал можно плавить, и всячески деформировать, как редосы. Райсу даровали возможность назвать этот материал, и тот, вспомнив один из разговоров со стариком, который упоминал нечто подобное, назвал его "железом".

Королева Сириния изменилась после войны. Она ожесточила её, и кажется, дала вечный жизненный урок: "Не балуй особо народ - обнаглеет". Осознав пользу от оружия, королева сняла запрет на его использование и производство. Теперь королева известна как одна из первых, кто взял оружие в руки на редосских дуэлях в качестве приглашённого гостя. Конечно ей не удалось победить Ремод, она доказала что сиренийцы могут сражаться ничуть не хуже профессиональных редосов.

Император Терин 2 осознал что пусть оружие и превосходит музыку, но последнее нельзя забывать, словно её не существует. Постепенно были проведён реформы, что отменяли запрет на использование музыкальных инструментов. Сам король Терин тоже нехотя прикоснулся к этому делу. Первоначально выходило не очень, но позднее у него стало получаться всё лучше и лучше. Наконец, он смог самостоятельно сочинить собственную музыку. Ре́досы тоже смогли найти своё применение в музыкальном плане. Но это уже иная история...

И только старик стоял на песчаном берегу, глядя на тихую водную гладь. Внезапно, к нему из-за спины подошла тёмная, одетая в чёрный плащ, с накинутым капюшоном на голову, от которого исходил тёмно-серый дым, глаза её сияли белым светом.

— Всё прошло... Как нельзя лучше, скажи? — сказал старик, посмотрев на фигуру.

Она повернула голову, и уставилась прямо в душу старика.

— Слушай, я понимаю, ты не особо доволен тем исходом. Но я тоже не намерен жертвовать теми, кого поклялся защищать от собственного питомца!

Взгляд фигуры всё ещё пристально смотрел на старика.

— Тебе меня не запугать, старый друг. У меня своя игра. Вне твоих интриг со всякими междумирчатыми штуками. Я простой наместник и смотритель этого мира. А ты, смотритель за всеми мирами. Ты сам взял на себя эту обязанность. Никто тебя не засзаставлял. Ни я, ни Райкес и Тевор, ни Герос, ни... Ты его имя никогда не называл.

Фигура глубоко вздохнула, и изменила свой взгляд.

— Что ты хочешь сказать? — спросил старик, закуривая сигарету.

Взгляд фигуры был прикован к нему.

— То есть, ты хочешь вернуть его в родной мир? Как и то давно погибшее место? Ну, дело твоё.

Фигура исчезла, как и старик.