Хамелеон 2

Прощаясь

Я не мог уйти в новую жизнь, не простившись с теми, кого оставляю в мире, где я обрёл новые способности, нового себя и свою любовь.

Конечно, я навестил их, правда, Сущность не разрешил сделать это, показывая, что я жив. Но Сущность очень многое может, и каждому из обретённых в этом мире друзей, таких настоящих, таких живых и таких разных оборотней, я явился во снах. Поговорил с каждым, дал советы, подбодрил. И Сущность разрешил явиться во сне мамам. Обоим. Он сказал, я это заслужил.

Проснулся в слезах и быстрее вытер компромат. Но мне действительно стало легче, и я готов был двигаться дальше. Жить и расширять свои границы. Пределы знаний и возможностей, умений и опыта. Вперёд! Новая жизнь, я иду!

Глава 1 Замок и выбор

Сущность Равновесия — это серебряная большая фигура. Облако концентрированной магии, имеющее очертания фигуры человека. Он забрал меня на ту серую дорогу. Именно по такой полосе меня в земли людей вёл Жуар. Муж Медины назвал серую полосу Гранью.

Сущность показала, как переходить на неё и как по ней идти. Надо было направлять свои внутренние силы на толчок и движение вперёд. Здесь ходьба была в большей степени не физическая, а магическая. За один шаг, отталкиваясь магическим внутренним резервом, я преодолевал огромное расстояние.

Пришли мы в замок. И кто же меня там встретил? Вначале мне хорошенько съездил по морде, а потом крепко обнял Жуар. Похоже, он был доволен, что я на самом деле жив. Пробурчал, что намылит шеи Вентену и Варьялу. Был убеждён, что ему они просто обязаны были сказать правду. Также он прошептал куда-то в пространство «спасибо!». И я знал, кого он благодарит — серую Сущность, которая исчезла, как только передала меня Жуару в руки. Но я подозреваю, что эта Сила всегда поблизости и всё видит и слышит.

Ни о замке, ни об его обитателях Жуар мне ничего не рассказал. Хотя я видел много мужчин в странной форме на лестницах и в коридорах замка. А также на плацу, куда Жуар меня отводил. Там он мне сказал обязательно тренироваться. И обязательно всеми животными.

Я не удивился его осведомлённости. В предыдущем мире Малан Сил, ректор Корпуса, старался скрыть качества моей крови. Но предупредил, что гости оборотней сумеют понять отличие от заклинания трансформации. Именно им Сил объяснял все мои перевоплощения.

Так что я даже спрашивать не стал, как давно Жуар меня раскрыл. А недруг из прошлого — и единственный друг в настоящем — объяснил, что скоро меня ждёт задание. Он добавил, что для его выполнения, скорее всего, понадобятся все имеющиеся у меня виды обращений.

Поводив по замку, Жуар предложил знакомиться с обитателями самому. А в конце показал мне мою комнату. Она была на одном из верхних этажей. Из окна я видел серое облако внизу, у основания замка. Показалось, что уже парю, и захотелось тут же взлететь. Но я вспомнил, что первый раз по серой дороге я двигался, держась за Жуара. Сейчас же стоял свободно, не ощущая угрозы смерти. Я спросил об этом, и Жуар предложил осмотреть себя на признак чего-нибудь нового. Проверив, обнаружил на коже серебряное мерцающее тату.

— Это допуск на дороги и в замок. Теперь у тебя есть прибежище — место, где ты можешь спрятаться или укрыться.

Я понял, что незаметно для меня Сущность позаботилось об этом. Тату выглядело как ободок вокруг предплечья. В общем-то, смотрелось неплохо. И хотя я совсем не хотел что-то рисовать на своём теле, всё же не был против. Глядя на будущее по-новому, уже был уверен, что позже решу оставить на себе ещё какой-то знак.

Жуар пробыл со мной достаточно долго, но потом всё же оставил меня дожидаться задания. Я втянулся в спокойный, неспешный ритм этого места. Питался в столовой с остальными. Приходил по утрам на плац, как и они. Парней здесь было не слишком много. И обитатели оказались закалёнными. Когда впервые перевоплотился в Архара и занимался в его облике, никто даже бровью не повёл. Шеренги тренирующих даже не шелохнулись. Парни выполняли упражнения, не сбившись с дыхания и ритма. И даже на Ордока никто не среагировал. Хотя без удовольствия смотреть на эту птицу невозможно. Синее перламутровое оперение отливало на солнце, и при взгляде на птицу в небе возникало желание парить.

После того как я увидел такую крепость нервов у местных обитателей, захотелось по больше узнать о замке. И однажды вечером я решил его обследовать полностью. В общем, спуститься в подвалы. Обычно в подобных сооружениях там располагаются казематы и пыточные. Вот мне и стало интересно, так ли и здесь.

Попёрся вниз по лестнице, наплевав на всё более и более мрачную обстановку. Будто сам замок стремился отбить у меня охоту к такому исследованию. Странные тени и затемнения возникали в неожиданных местах. Но я спустился куда хотел и увидел перед собой коридор со множеством дверей.

Конечно, заглянул в окошечко первой. Увидел мужчину, прикованного к стене, и его судорожные, напуганные дерганья. В крике открыт рот. Правда, мне не было слышно. Один из местных жителей замка стоял перед прикованным. Я помню этого парня по плацу и столовой. Сейчас он держал в руке стилет и хладнокровно перерезал прикованному горло. Я замер, а потом хотел уйти. Но ноги словно налились свинцом. Потом я понял, что это какая-то сила держит меня. К тому моменту увидел, что прикованный истек кровью и затих после предсмертных судорог. Чуть позже я с удивлением наблюдал, что исчезла кровь, рана затянулась, и узник, совершенно невредимый, открыл глаза. Новые дерганья в путах. Новые крики. Кажется, он всё помнил, и ему было явно больно. Но ему снова перерезают горло, и всё повторяется. После этого мои ноги отлипли. Но я уже не хотел ничего смотреть. Вот только сила меня заставила.

Меня перетаскивало от двери к двери. В каждой была какая-то повторяющаяся пытка. Смотреть на кровавые сцены до жути надоело. Не сдержавшись, я воскликнул грубое ругательство. В камере меня не услышали, но появилась Сущность — как ответ на мой вопрос. Он рассказал о том, что здесь делается. И я понял, кто здешние обитатели.

Оказалось, что если магом совершается злодеяние, то служители этого места засекают его и отслеживают преступника. Затем поджидают его следующее преступление и берут с поличным. И вот на основании того, что преступник делал другим, его самого ждёт подобное наказание. В камере наложено заклинание. Не остановлены только важнейшие процессы организма. Для палачей оставляется решимость. Для преступника — боль и страх. Они для него вместе с пыткой повторяются до тех пор, пока преступник не раскается, в таком случае то у него появляется выбор: либо идти поступить на службу здесь, получить подобие жизни, отлавливая таких, как он сам. Либо умереть и обрести покой. Далеко нечасто выбирают служение. И выходит, все эти заключённые — бывшие преступники.

Сущность объяснила, что это — Замок Грани. Место наказания преступников и обитания служителей Грани. Только Хранители в этом месте не являются заключёнными. Ни бывшими, ни настоящими. Жуар был Хранителем. И, по мнению Сущности, одним из лучших. Одним из самых справедливых.

Сущность Равновесия рассказала мне всё в моей комнате, перенеся из казематов. Поведала, что моё задание уже готово. Завтра Жуар придёт и расскажет, в чём именно оно состоит.

Жуар стал появляться каждый день и начал постепенно знакомить меня с разными мирами и рассказывать о сложившихся на них ситуациях. Новый день — новый мир. Но пока что я только получал информацию, но никто меня не переносил на место событий. Мне давалась возможность обдумать ситуацию и высказать, какие я готов принять меры.

Планета Двеон. Там жили всего две нации: Курлы и Люги. Курлы в одной ипостаси выглядели как люди, в другой — как птицы. Населяли зелёные районы мира и горные местности. Поэтому подразделялись на два вида — лесные и горные. Подвиды особо не пересекались. Несмотря на общее происхождение, между ними был всего лишь нейтралитет.

Люги выглядели как люди и как змеи. Населяли степи, пустыни и воду. Разделялись на три подвида: степные, пустынные и водные змеи. Вот у них между подвидами была тесная связь и общность.

Курлы владели универсальной магией. Но пользовались только бытовым направлением. Каких-либо боевых и стихийных заклинаний не изучали и не применяли: совершенно спокойный мирный народ.

Люги — полная им противоположность. Агрессивные и вспыльчивые. Магией не владели, но в змеинной ипостаси обладали своими индивидуальными особенностями. Кроме смертельного яда, впрыскиваемого при укусе, они имели на концах хвостов коробочку с ядовитым газом. Коробочка вскрывалась, когда змеи трясли хвостом. Внутри полости, наполненной смертельными парами, находилась кость, которая практически не была прикреплена. И во время боевой тряски хвостом эта косточка отделялась и стучала об хрупкие края коробочки. От этого полости с треском надрывались. Газ выходил, и все, кто был в радиусе смертельных испарений, умирали. Само собой, Люги имели иммунитет к собственному яду и спокойно ползали в ядовитом тумане.

Вот таким вот образом и начали Люги уничтожение Курлов. Нация птиц была на грани уничтожения. С чего начался геноцид, никто уже не помнил, но змеи упорно достигали своего. Жизнь на планете Двеон в результате столь тотального геноцида приближалась к тому, что там население будет только из одних змей.

А Жуар мне доложил, что у Сущностей были планы на этот мир. Они хотели заселить туда ещё два вида, тоже птиц и змей: Фениксов и Нагов. Но сейчас в связи с возникшей войной это было невозможно. Мне было предложено обдумать решение текущей проблемы.

Это было рассказано в первый раз. Я продолжал занятия со своими животными и думал. Мой медведь Архар и Ордок слушались беспрекословно. Я мог полностью отключаться и находиться в размышлениях. Мои звери меня не подводили. Тренировка двигалась своим ходом. Все стойки оттачивались до автоматизма. Сейчас уже животные владели приёмами не хуже человеческой моей ипостаси. Поэтому я был неуязвим в любом виде. Совершенствовался я только как человек, всё ещё углубляясь и постигая науку меча и магии.

Второй мир — Трапит. Там жило очень много разных народностей. Но на планете господствовала раса Гремлинов, небольших некрасивых созданий. Владели магией создания золота. Причём в золото превращали всё что угодно. Поэтому они полностью купили всё, и если кто-то не продался, то они поработили эти народы, превратив часть населения в золотые статуи. У Гремлинов не рождались женщины, они вынужденно уводили их из разных народностей. Эльфы, драконы, демоны, люди, гномы, оборотни — все были порабощены маленькими нескладными уродливыми существами. И женщины каждого народа были забраны Гремлинами. Но ни один народ не родил им.

Если удавалось убить хоть одного Гремлина, то они мстили за каждого жестокими убийствами сотен существ. Но восполнить свои потери им было неоткуда, поэтому нанимали себе охранников. На своей планете никто не согласился бы охранять их. После того как нанятые охранники из местных, подобравшись ближе, убивали своих нанимателей, то Гремлины стали обращаться в межмировые охранные организации. На планету извне прибыли телохранители самого высшего порядка и исправно несли службу. У них не было переживания за чужой мир. Они заботились только о своей неукоснительной репутации.

Так что гремлины перестали умирать и творили бесчинства в ещё большей степени. Весь мир был под их пятой. Небольшая горстка существ численностью чуть больше тысячи держала в страхе целый мир. К счастью, они не умели путешествовать между мирами, иначе установили бы свои порядки и на других планетах. Но они уже подумывали о том, как попасть ещё куда-нибудь. Ведь они по-прежнему искали возможность продолжения рода и готовы были для этого идти на многое.

Следующий мир — Чарнинг. Там издревле жили разные народности и процветали ведьмы. Но какое-то время назад появилось течение наподобие инквизиции по имени Фрилоны. Почему они ополчились против ведьм, пока не выяснили. Но Фрилоны жестоко расправлялись с ведуньями, и всё шло к тому, что скоро случится полное уничтожение ведьм на планете.

Инквизиторы тоже владели магией, но брали её не из природы, а имели внутренние источники. Фрилонами становились только мужчины, в то время как ведьмами на планете были только женщины. Фрилоны использовали магию смерти. По сути, это были некроманты. Но не каждый некромант становился Фрилоном. Обычные маги тоже были в мире. Но они не вмешивались и не пытались прекратить этот геноцид. Поэтому очень скоро ведьмы на Чарнинге будут полностью истреблены.

Ещё мне рассказали про мир Приант. Это был техногенный мир, без магии. Но там рождались люди со способностями. И в этом мире не принимались люди, у которых были какие-то особенности. Их уничтожали. Там была очень развита робототехника, ну и всё в том духе.

Считалось, что люди со способностями не подходили местному населению. Те их не понимали. Боялись и старались уничтожить. Каждый человек на планете был врагом тому, кто родился со способностями. Других народностей, кроме людей, там не было.

Всё это мне рассказал Жуар. Велел поставить цели для каждой планеты. Найти задачи для этих целей и найти пути для их исполнения.

Первых я обдумывал птиц и змей с Двеона. Змеиной ипостаси у меня нет, и новыми навыками я пока что не стану запасаться. Значит, против яда я буду столь же бессилен, как и местные курлы. Почему-то они мне представлялись эдакими большими курами. Наверное, поэтому змеи и повадились их уничтожать. Просто чтобы жрать. А что... Я тоже курочку люблю.

Когда я рассказывал свои соображения Жуару, он нахмурился и попросил отнестись к проблеме серьёзней. Хотя у самого губы то и дело подрагивали от сдерживаемого смеха. Но я настроился серьёзно и со всей ответственностью заявил:

— Мне одному нереально решать проблемы целых планет. Для начала мне нужна команда. Пусть я и супергерой, но один в поле — не воин. — Жуар на это отреагировал похвалой.

Сказал, что у него у самого есть своя группа. Давно сплочённая, и поэтому он полностью со мной согласен. Но потом добавил ложку дёгтя. Он свою команду собирал годами. В каждом мире находил кого-то, кто согласен был бросить всё и путешествовать с ним по мирам и посвятить этому всю жизнь.

Так что команда мне пока что не светит. Но Жуар согласился, что на Двеон я пойду не один. Те самые Фениксы и Наги согласились выделить боевые группы мне в помощь. Они были согласны, что раз хотят жить на этой планете, то им тоже надо начать участвовать в прекращении местных дрязг.

Я понял, что Жуар тоже даром времени не терял. И раз нашлись помощники на Двеон, то я сказал уверенно:

— Группы Фениксов и Нагов надо перенести на планету для разведки. Пусть выяснят, с чего всё началось. А я пойду спасать ведьм на Чарнинге. Женщины всегда в приоритете.

Жуар внимательно посмотрел на меня. Потом, отвернувшись и подойдя к окну, сообщил:

— Здесь безвременье, и в этом месте ход времени останавливается. Ты можешь начать действовать без учёта прошедших дней.

Мне почему-то казалось — он хочет сказать что-то другое. Но, вероятно, ему нужна была для этого моя поддержка. Он боялся. И я знал, кто является его слабостью и отчего такой сильный мужчина может испытывать страх.

Но я не стал ему помогать. Я знал, что Медина навсегда останется единственной в моём сердце. Но всё же смерть давала мне передышку. А Жуар — взрослый мужик, и пусть повременит с взваливанием своих семейных проблем на меня.

Вот что красивые женщины делают с нами, мужиками!.. Верёвки вьют. Я догадывался, что эта пара меня не отпустит. А я ещё собираюсь побороться. Вероятно, мне надо ещё с десяток лет покочевать по мирам, и тогда настолько большая семья станет для меня приемлема.

— Ну что ж... Чарнинг — значит Чарнинг, — повернулся и решительно заявил Жуар.

— Готов идти прямо сейчас? — сверкнул он на меня насмешливым взглядом.

— А то... — ухмыляясь, ответил я, и Жуар хлопнул меня по плечу и велел идти за ним.

Мы вышли из замка на серую полосу. Жуар повесил мне крупный артефакт и объяснил его действие. Сейчас у меня есть возможность двигаться на Грани. Из Грани я могу выходить в любое место мира, но без неё я не имею возможности перемещаться. А на самой Грани пока что тоже не имел понятия, куда двигаться.

Жуар — Хранитель и имеет способность ходить по мирам. К тому же у Хранителей есть вотчины, откуда они исследуют пути в новые миры. А так как я не Хранитель и таких способностей у меня нет, то их заменит мне артефакт.

Камень будет запоминать дороги в миры и в дальнейшем вести туда как навигатор. Сейчас в него уже вложены пути в те миры, о неприятностях которых я успел узнать. Поэтому мне нужно только дать команду и назвать камню название мира.

Я незамедлительно сделал это, и сверху серой полосы будто раскаталась ещё одна такая же. Совершенно идентичная по виду, но откуда-то у меня была уверенность, что теперь я пойду в верном направлении. Жуар ещё раз напутственно хлопнул меня и сказал идти. Я помнил, как здесь надо двигаться, и поэтому шустро разогнался, летя вперёд. Пожелание удачи от него еле успело прилететь ко мне, а я уже был далеко и, оглянувшись, не увидел ни Жуара, ни замок.

Оставшись один, практически наэлектризовался адреналином. Стал отпускать больше силы и помчал невероятно быстро. На какой-то миг у меня даже заложило уши. А от смазанной картинки по бокам немного начало мутить. Пришлось замедлить ход, и тогда вокруг дороги в серой дымке увидел обрывки видов из какого-то мира. Я замедлился ещё больше и стал чётко видеть всё окружающее. Тогда артефакт на груди стал пульсировать, и меня посетило понимание, что какое-то время уже просто хожу дорогами нужного мне мира.

Так же ясно пришло понимание, что мне надо выбрать, в какой из этих уголков я зайду, чтобы сойти с пути и оказаться в самом мире. Я понял, что я там, но не окончательно. Передо мной был Чарнинг, но я вполне мог и не пойти на него. Передумать и вернуться.

Мне было интересно ощущать новые возможности. И я действительно теперь ходил и выбирал точку выхода в мир. Мне понравилась уединённая лесистая местность с небольшим водопадом. Я шёл дальше, думая, что, наверное, всё же вернусь и выйду там, но вдруг увидел другую картину.

Небольшая поляна. Посередине стоит девушка в рваном платье и с растрёпанными волосами. Она, чуть пригнувшись, как хищник, смотрит на окруживших её трёх мужчин. Они держат на руках чёрные магические сгустки. Я не слышу, что они говорят, но она вертится, как загнанная мышка, и я понимаю, что водопад подождёт. Мимо такого я не пройду. Чтобы не опоздать, я стремглав ринулся на поляну и успел остановить время как раз когда шары уже летели в девичью фигурку.

Глава 2 Чарнинг и подвижки к достижению цели

А девушка — молодец! Настоящий боец! Когда подошёл убрать магические шары, а точнее, направить их на Фрилонов, то увидел, что ведунья успела поставить защиту. И довольно прочную. Такая выдержала бы подобное нападение. А разглядев руки ведьмы, я убедился, что и пути отхода у неё были готовы. Она как раз собиралась схватиться за какой-то артефакт. Подозреваю, что портал. И раз она, по сути, справилась бы сама, то я запустил время и вернулся на серую полосу.

Наблюдал, как дальше помчались события. Фрилоны с моей помощью попали друг в друга и с выжженными дырами на груди упали там же. Девушка, будучи большой умницей, не стала задерживаться, несмотря на удививший её исход. И я видел, как она подозрительно осматривает местность перед исчезновением.

Думаю, что если бы ушёл не на полосу, а прикрылся невидимостью, то она, возможно, разглядела бы меня. А так — никаких следов моего пребывания. Это очень удобно и максимально облегчает мне задачу.

Одна ведьма спасена. Но что нужно сделать для уничтожения угрозы? Ликвидировать странный культ Фрилонов. Ну или кто они там? Сейчас народ и все остальные не за них, но и не противодействуют. Как обычно, большинство думает: если их не коснулось, то можно просто отсидеться. Но подобное бездействие всегда оборачивается бедой. Если есть разобщённость, то с народом делают что хотят. Только в единстве — сила. Значит, надо всё поменять. Сплотить остальных. Показать, что эта беда — всеобщая.

Думаю, для этого надо подставить Фрилонов. И подставить качественно. И тогда народ сам уберёт их. А меня здесь будто и не было. Значит, выйти в следующий раз нужно в большом поселении, где побольше народа. А ещё надо найти девушку, похожую на ведьму, но не являющуюся таковой. В общем, работы предстояло много…

Передвигаясь серыми дорогами, вышел в город. Пришлось быстро маскироваться под местных. Денег нет. Воровать не умею. Выход: либо переступать против себя и кого-нибудь обчистить, желательно побогаче, либо искать другие решения. Ведь в древних поселениях раньше для развлечений проводили кулачные бои. «Хлеба и зрелищ!», да… Если найду такой, то будет шанс подзаработать.

Пока думал об этом, то поймал мысль: девушку для подставы нужно искать не только красивую и похожую на ведьму, но и желательно доченьку богатеньких родителей. С мыслью согласился. Сразу понял — везение у меня должно быть глобальное. Иначе с одной только разведкой я застряну здесь надолго.

Пустынными закоулками пробирался по городу. Поначалу шарахался от случайных прохожих. Потом с верёвок сдёрнул вещи. Сушились чьи-то штаны и какая-то хламида. Переоделся и стал более уверенным. Только решил запомнить двор, чтобы, заработав деньги, отнести людям, которых я обокрал. Вдруг у них это единственная одежда.

Теперь я не шарахался, но от меня стали воротить нос. Эта часть города состояла из небольших домов. Квартал не для богатых. Послушав речь, понял, что языковой барьер у меня во всей красе. Я сам заранее не подумал об этом, а Жуар, скорей всего, просто преподал мне урок на сообразительность. Ведь я ломанулся без подготовки и с кучей неучтённых и непродуманных деталей. Я должен был это всё обговорить с Жуаром, и он бы помог. Но я знал, почему он сам не подсказал. Чтобы я тренировал мозги и учился на собственном опыте.

Время проходило, а я понял — двигаюсь не в центр города, а к выходу из него. Как раз за парой домов заметил ворота. Оттуда сейчас выезжала большая красивая карета. Это моя удача, но, похоже, мне придётся поработать бандитом с большой дороги.

Направился к стене и воротам, на ходу обрывал рукава, рассовал по карманам. Чтобы догнать карету, придётся обратиться. А вот чтобы скрыть лицо при нападении, как раз и пригодятся эти лоскутки.

Через ворота прошёл под невидимостью, которой меня научил Вентен и Варьял. Вот кого хорошо бы в свою команду! Но они — парни занятые. Небось давно уже в команде с кем-то другим.

Вокруг города простиралась открытая местность. Это очень удобно для обороны стен, но совсем не подходит для меня. Обернулся пауком и, удерживая невидимость, бежал за каретой. Зрение Архара очень помогло отследить, куда она успела доехать. Вот только впереди на пути её следования обнаружилось довольно много точек, излучающих тепло. Не удивлюсь, если не только я, но и какая-нибудь местная банда позарилась на дорогой экипаж. Тогда надо поспешить. Потому что профессионалы церемониться не станут. Придётся побывать не бандитом, а Робин Гудом, но слегка наоборот: от смерти спасу, а денежки возьму.

Пока бежал в виде архара, ясно ощутил сильный голод. На контроль паука тратилось гораздо больше сил. Потому что он норовил умчаться вслед любой крупной зверушке. Сильно же я на самом деле оголодал! Поэтому, добежав до нужного места, сразу перевоплотился обратно. Всё-таки обуздывать животные инстинкты гораздо трудней. А в человеческом теле разум хорошо контролирует тело, и выдержка у меня на хорошем уровне.

К счастью, подоспел вовремя. Ехавшая парочка не сильно успела пострадать. Кругленький и рыхлый дядечка был освобождён от богатой одежды и украшений и в нижнем белье привязан к дереву. Он был избит, но жив. Его спутница — довольно аппетитная барышня с выдающимися формами. Эти формы сейчас мяли бандиты, заодно снимая дорогую одежду и украшения. Она повизгивала и, кажется, готова была упасть в обморок. А бандиты уже готовы были разложить её на земле. Стелили чей-то плащ, и по жестам я видел, что тот предназначался для пухляшечки. Бандитам явно понравилось её нежное мягкое тело.

Раздался мой жуткий рёв, и из-за деревьев на поляну вышел мой медведь. В шумном дыхании бока ходили ходуном. С челюсти капала слюна. Дайкара сдерживать было ещё трудней. Особенно в таком голодном состоянии. Он видел добычу и шёл на неё. Сам я не был готов лакомиться человечиной и поэтому держал своего зверя жёстко. Но бандитов лучше убить. Они прирезали довольно много охранников кареты. Так что всё честно: жизнь — за жизнь!

Бандиты верещали, как стадо баб. Я вспомнил женщин-оборотней, которые в нелёгкой ситуации держались гораздо более достойно. Они в большей степени воины, чем эта кучка жадных, жестоких и похотливых свиней. Разделался со всеми довольно быстро. Последний даже пытался взяться за меч. Трясущейся рукой он скорее им погладил меня, показывая, что искусство мечника ему незнакомо. Оружие звонко упало, а мужик от страха обделался. Одного удара лапой было достаточно.

Привязанный богач был в глубокой отключке, как и его женщина, разложенная на земле. Я оборвал путы, позволяя привязанному телу кулём свалиться на землю. В себя он не пришёл. Я проверил это, толкнув его пару раз мордой. Кажется, от удара при падении он всё же начал приходить в сознание, но моя медвежья морда вдохновила его на новый обморок.

После этого я перевоплотился. Обыскал вещи убитых бандитов. Там нашлась парочка нормальных штанов с перевязью. И пара достойных чистых рубашек с подходящими куртками. Переоблачившись, подобрал хорошую сумку из имеющихся и сложил оставшуюся смену одежды. Также я обнаружил нехилую заначку бандитов. Эти золотые мне точно пригодятся! А вот драгоценности я брать не стал. На деньгах не написано, чьи они были, а драгоценности — украшение вполне узнаваемое. А бандиты уже свалили в одну кучу всё снятое с парочки из кареты и уже имеющееся в заначке.

Так что в этом плане палиться я не стал, как и с лошадью. Те, что были впряжены в карету и отобраны у охранников, я оставил. Они были дорогими, с хорошими сбруями и сёдлами. Я же взял одну из лошадей бандитов с большой дороги. Им она уже явно не понадобится. На всякий случай прикрыл пледом седло. Вот теперь можно возвращаться в город. Надо бы рассказать охранникам на воротах, что видел пустую перевёрнутую карету и следы нападения. Но рассказать не получится. По крайней мере, пока не доеду до лавки мага и не обзаведусь артефактом, позволяющим понимать их речь и говорить на ней. Наверняка такие должны быть.

Охранникам у ворот я отдал одну из золотых монет и по счастливому возгласу и низкому поклону понял, что значительно переплатил за въезд. М-да. Надо узнавать местные эквиваленты.

Конь мне был совсем не нужен. Взял его только для солидности. Ибо парень, сорящий деньгами и без транспорта, — это всяко странно. Да и на того, кто едет верхом, смотрели гораздо более любезно, чем на пеших. А мне нужно было обзавестись достаточным статусом, чтобы побоялись задавать лишние вопросы. Хорошо, что ещё в поместье Дайкари я всё же успел несколько раз покататься верхом. Вспомнить и укрепить навык. И сейчас конная езда не вызывала никаких проблем.

Проблема заключалась в другом. С учётом непонимания письменности и языка я осознавал, что магическую лавку буду искать довольно долго. Быстро ехал вверх по центральной дороге. Наверняка нужная мне лавка располагается в богатом квартале. И если маги здесь не дураки, то как раз у центральной мостовой и должен стоять такой магазинчик. На проходном, стало быть, месте. Маркетинг — наше всё!

Внимательно разглядывал эмблемы и вывески. Все были довольно узнаваемы. Сапог, пирог, рубашка, цветок, драгоценный камень. Практически все эти изображения были железные и плоские, словно флюгер. Висели над дверью под надписями.

И вот я увидел странную вывеску: «Руна». Книжный магазинчик попался раньше: на вывеске нарисован свиток. Видимо, здесь ещё не было изобретено книгопечатание. Значит, руна — это не имеется в виду что-то написанное. А, вероятно, подразумевается волшебное. И я направился к этой лавке. Оставив коня привязанным к специальным перилам, зашёл внутрь.

Столкнулся с выходящим оттуда Фрилоном. Я хорошо запомнил костюмы этих убийц: чёрные плащи, расшитые красным шитьём. Красная рубашка и чёрные штаны. Головы обмотаны красными платками наподобие бандан. Мечей не было, вооружены ножами. Вот передо мной прошёл как раз подобный экспонат. Внимательно посмотрел на меня. Кажется, магически отсканировал. Также в распахнутой алой рубашке на груди виднелся кулон в виде кольца, которое мигнуло светом. Не удивлюсь, если это определитель тёмных магов. Я ведь и есть такой. Ну почти. А мои особенности никому здесь знать не надо. Возможно, с этим Фрилоном я столкнусь ещё раз. К тому моменту надо уже уметь разговаривать на местном языке.

В лавке торговала немолодая женщина очень приличного вида. Вероятно, жена мага, который создавал нужные артефакты. Поскольку мы были одни, я показал жестами, что мне нужно. Но она отрицательно помотала головой, с ног до головы окинула взглядом. И такое сожаление в глазах!.. Поняла ли она меня? Этого я не знал.

Я заговорил, а то могли принять за немого. Кажется, так и было. Потому что женщина сразу радостно загалдела и показала мне артефакт. Но в руки не дала. Достала пять золотых монет, и я понял — это стоимость артефакта. Монеты она убрала, а я достал деньги, взятые у бандитов.

После того как оплата легла на столешницу, женщина поманила меня, жестом велела наклониться и надела небольшую цепочку с маленьким камушком, похожим на малахит. Не отрываясь смотрела она при этом на артефакт, данный мне Жуаром. Что-то говорила, и я уже в процессе стал понимать слова.

— Артефакт отдаю добровольно. Теперь у него новый хозяин. А что у вас за подвеска? Это не просто украшение?

Надо же! Оказывается, камень Жуара был очень хорошо прикрыт. Она не увидела, что это артефакт. Это было очень хорошо. Я поблагодарил женщину, сказал «спасибо» и услышал, как произнёс незнакомую мне фразу. Отлично! Камень работал. Женщина тоже этому обрадовалась, и мы расстались довольные друг другом. На её вопрос я так и не ответил.

На выходе у коня меня поджидал Фрилон. Пока что удача на моей стороне.

— Парень, ты — некромант? — без вступления, приветствия или хоть какой-то вежливости спросил он. Прямо в лоб. Видимо, сказывается *********** безнаказанность.

Я позволил себе пропустить его вопрос мимо ушей, и он попытался схватить меня за руку. Не на того напал, придурок! Он глазом моргнуть не успел, как стоял согнутым в три погибели и с заломленной рукой.

— Не советую снова пытаться меня трогать. Руку сломаю, — говорил спокойно и отвязывал коня.

Когда пустил идиота, вскочил в седло и тронул шагом. Теперь надо найти жильё, лучше в людном месте. Комнатка в трактире — лучше всего.

Своим финтом с тем Фрилоном я разворошил осиное гнездо.

Трактир нашёл, заселился. Плотно поел и выяснил нужную информацию. Но заметил слежку. Причём шпики даже не скрывались, наблюдали в открытую. Лохи. Я сумел спокойно уйти от слежки. С насмешкой наблюдал, как шедший за мной Фрилон дёрганно озирается в поисках моей фигуры. А *** вам. После этого пошёл по названному адресу.

Дело в том, что я прикинулся желающим обзавестись парой и выяснил, где живут наиболее перспективные невесты. С богатыми родителями и серьёзным приданым. Разговаривал с самим трактирщиком. Он уважительно покачал головой. Как очень практичный человек, он одобрял деловой подход во всём. Ему очень понравились мои планы. То, что у меня деньги есть, он заметил. Я специально случайно показал ему содержимое моего кошеля. Здесь кошельки были кожаными или бархатными мешочками на шнуре или тесёмке. Крепились кому куда удобно.

Получив заветный список невест и адресов, направился по первому.

Купеческая дочка Айрила. По словам трактирщика, самая завидная невеста. И дом их был виден издалека, потому как это был дворец. Хоть купец титула не имел, но в княжеских палатах себе отказывать не хотел. Так как Айрила была барышня на выданье, то для молодых людей вход в дом всегда был открыт. Можно было приходить, представиться и оставить свою карточку. Что-то типа визитки тех времён. Такой у меня, конечно, не было, но я мог передать девушке записку. Что я и сделал. Не особо, правда, надеясь на положительный или даже скорый ответ.

Таким образом я обошёл несколько домов. Всем черкнул несколько строк. В последнем доме, более благородном, но менее богатом, неожиданно улыбнулась удача. Девушка вышла ко мне сразу, как я изъявил желание познакомиться. В холле не успел я выразить желание прогуляться с барышней Честой, как услышал звонкий голосок, отзывающийся с верха лестницы. По ней спускалась юная красавица. Прелестная и милая девушка, но на ведьму совсем не похожа. Светловолосая и голубоглазая. Это был ангел, а не нужная мне бестия.

А ведь я загодя выяснил, что все ведуньи были темноволосы и с зелёными глазами. Исключений не было. Поэтому искал только темноволосых девушек. На цвет глаз в нужный момент наведу иллюзию и потом сниму. Так что с милой Честой я прогулялся, но дальнейших планов на неё не строил.

Решил заодно проверить себя. Вглядывался в неё и ловил её улыбки и кокетливые подглядывания. Но в душе моей не было отклика. Я не был разочарован. Моё поведение не выбивалось из нужного по легенде прикрытия, а значит, вполне катило. К тому же я не ждал, что смогу влюбиться. Скорее ждал отголоска страсти. Хотел доказать себе, что не настолько увяз в любви к Медине. Что хоть какая-то лазейка есть.

Глава 3 Операция и первая подстава

Времени даром не терял. Обследовал местность и присматривался к народу. Решил, что нужно начать нагнетать атмосферу. Чем раньше — тем лучше. Застоялся сей мир в своём ленивом спокойствии.

Мне нужны были нищие — те, что просят подаяние, но делают это у дорогих домовладений. Я заметил, что в городе чёткое разграничение кварталов. Нищих не пускали туда, где они могли просить милостыню. Послушав разговоры, понял, что обеспеченные горожане скудно, но содержат их. При этом богачи настаивают, что взамен не хотят видеть это отребье на своих улицах. И городская управа жёстко следит за этим. По слухам я понял, что для соблюдения своих условий управе богачи платят гораздо больше, чем отдают на содержание бедняков.

Получается, что ниша управления самыми нижними слоями общества тут пустует. Иначе было бы по-другому. Значит, придётся это исправить. Организую восшествие какого-нибудь короля воров. Ну и потребую ответную помощь.

Захотеть легче, чем сделать. Бедняки слишком пугливы. Середнячки слишком озабочены выживанием. Простые люди не стремились возвыситься, а только как-то прожить. А тех, кому был дан хоть какой-то дар, возвышали сразу. Одарённые здесь ценились, и после получения хорошего обеспечения они не стремились это терять ради какой-то там мифической «социальной справедливости».

К вечеру я был выжат как лимон. Зелёный — практически как фейхоа. Постоянные уходы на Грань протянули часы, оставшиеся до вечера, практически в сутки. Я пришёл в снятую комнату и рухнул спать.

Утром был в форме и с новым зарядом позитива. Несмотря на вчерашнюю неудачу, решил не отступать. Если сумею встретить того, кто хоть немного будет заинтересован в моей идее, то начну работать в этом направлении. А пока что надо придерживаться дальнейшего плана по поиску подходящей девушки.

Вчера вечером я заказал нужные карточки, а утром мне их принёс посыльный. Я пошёл по второму кругу, и в первом же доме красавица Айрила выбежала мне навстречу. Сама забрала мою карточку и, провокационно взирая, спрятала её за корсаж.

Взгляд, да и весь вид красавицы говорил, что она меня ждала. И уже знает, как я выгляжу. Видимо, свидание с барышней Честой не было напрасным. Она разнесла новость обо мне не хуже социальных сетей будущего. Теперь будет легче.

К тому же мне уже повезло. Красавица Айрила была настоящая чертовка: густые чёрные волны волос и ярко-голубые глаза. То сочетание, которое мне так необходимо. Я, конечно, сразу оценил свою удачу. Но, вероятно, не среагировал, как все остальные её поклонники. Её взгляд выражал недоумение, а пухленькие губки обиженно сложились в ниточку.

Девушке невдомёк, что превзойти Медину вряд ли возможно. После того как увидишь её, остальной мир становится пресным…

Пылкая ревность Айрилы меня повеселила. Она не поняла, что я встречал женщин красивей её. Она подумала, что я показным равнодушием разжигаю её интерес. И она действительно разожглась. Сама потянула меня на прогулку в открытой коляске. Там она постоянно прижималась под тем или иным предлогом. Я удивлённо смотрел и назначил ей свидание. Не сказал, на какой день, только предупредил, что утром пришлю посыльного с сообщением. После этого она решила, что я всё же увлёкся ею, и очень призывно выпячивала губы при прощании. Я поцеловал ей руку и по взгляду понял: моя таинственность возымела своё действие. Девушка решила во что бы то ни стало меня покорить.

Ощутив внезапную тоску, ушёл на Грань, потому что слишком ярко налетели воспоминания о Медине. Я не смог бы сейчас себя защитить — и перешёл туда, где был в безопасности. Тут я мог думать о Медине сколько угодно. Айрила меня совсем не привлекла. Целовать её будет не противно, но желания к ней не появилось. На секунду испугался, что ***** ********.

А потом перед глазами, будто вчера это было, встал образ Медины. Как она надвигается на меня. Прижимает к стене. Шепчет слова любви. И другой момент — как она, обхватив шею, повисла сзади и целует мою спину. Как призывно потом расстёгивает одежду. Я сразу ощутил ураган страсти и бурление всех чувств. И что тело функционирует как часы. Всё как надо. Вот только не с той. Я подумал, что она, наверное, уже родила. Представил её с ребёнком на руках. Как она кормит малыша грудью…

Что-то опять не туда мысли ушли. Эти образы не дали ни освобождения, ни разочарования. Я громко выругался. Так дело не пойдёт. Я ещё раньше понял, что полюбил Медину навсегда. Всю жизнь её любить буду. Но надеялся, что не только её. Это ж какая жопа. И надежду оставлять не буду. Мне обязательно должен глянуться кто-то ещё.

Собравшись и решительно настроившись, вернулся к делам. Попутно выяснял планы Фрилонов и где я могу встретить хоть одного из них. Они патрулировали по часам и сменам. Всегда одними и теми же маршрутами. Я запоминал точки постов, сектора и векторы обходов. Вместе с этим я встретился со всеми остальными девушками. Пытался вызвать в себе хотя бы страсть. Симпатия возникала. Но больше ничего.

Понял, что устал, отсюда и мысли — упаднические. Вернулся в таверну, упал на кровать и лежал там, совершенно отключившись от реальности. Отдых помог: появились новые идеи. Информация о Фрилонах полезна, и она не будет собрана напрасно. И отдыхать лучше в пространстве серой полосы Грани. Потому что ночь я буду использовать для другого.

Так что, отдохнув, я обернулся пауком. Накинул невидимость и, шустро перебирая лапами, вылез из окна комнаты. Затем, прыгая с крыши на крышу и держась за паутину, спускался по стенам и приклеивал с четырёх сторон домов маленькие кусочки паутины. За одну ночь я не смог пометить так даже и половину города.

Но зато теперь у меня качественные следилки. Вентен и Варьял научили накладывать на вещи заклинания слежения. Но раньше надобности не было, и я подзабыл о столь нужном заклинании. Отдых сказался благотворно, и я вспомнил всё нужное. Из маленьких кусочков паутины соорудил полноценные камеры. Только магические.

Они были запрограммированы конкретно на Фрилонов и начинали работать при приближении кого-то из представителей данного культа. Записывали внешность, фиксировали дату и время. Также посылали сигнал и на сетке мира горели красными огоньками. Развесив сколько смог, вызвал нужное зрение, чтобы видеть карту, и наблюдал, как на ней вспыхивают огоньки и через время выключаются. Я, конечно же, запускал магическое запоминание, и теперь у меня будет очень много нужной информации по передвижению и работе деятелей этого культа.

Также решил использовать тех Фрилонов, которые были поставлены следить за мной, потому что за мной постоянно следует один из них. А в пересмену аж вдвоём полчаса ходят или сидят и чешут языком. Я уже понял, что сменяются они через каждые три часа. И вот-вот должна была произойти очередная смена.

Я поставил свою иллюзию. Мой фантом этим утром беззаботно сидел в кресле уличного кафе и попивал местный чай. Фрилон расположился здесь же, и к нему как раз подошёл второй. Посетителей немного. Сидела за столиками всего ещё пара человек. Поэтому я надеялся остаться незамеченным. Под невидимостью сделал значительный обход и замер рядом с двумя ничего не подозревающими парнями.

— Опять завтра три часа потеряю из-за этого бабника, — недовольно говорил первый.

— И не говори!.. До смерти надоело шататься за ним и смотреть, как он клеит этих глупых куриц, — сокрушался второй.

— Мне даже пришлось перенести посещение цирюльника. Был записан сегодня на десять утра, а теперь пойду только завтра вечером в десять, — наконец выдал нужную инфу первый Фрилон.

— Тебе мастер Артип согласился перенести на следующий вечер? На меня он так обозлился, что перенёс на другую неделю. Представляешь, как я зарасту за это время, — второй тоже подкинул полезных данных.

Дальше я слушать не стал. Мой фантом уже пил из пустой кружки, и я по-быстрому вернулся на место и заменил его. Осталось выяснить, где находится цирюльня этого знаменитого Артипа. А узнал, как обычно, у словоохотливого трактирщика.

Ночью не только вешал следилки, но и незаметно обследовал местность. Засекал время и рассчитывал его в связи с нужной дорогой. Утром отправил записку, в которой назначил Айриле свидание на девять в небольшом ресторанчике. Там я собирался просидеть с ней до нужного часа, и после недолгого пути мы практически столкнёмся с Фрилоном нос к носу. Дальше одно заклинание иллюзии, другое — ментальное для повышения агрессии, и дело будет готово.

И снова целый день я встречался с кокетливыми девушками. Они уже знали о свидании с Айрилой и намекали, что тоже не против. Я бы и не отказался, но среди них не было темноволосых. А менять их цвет иллюзией никак не подходило. Я и цвет глаз Айриле особо менять не буду. Мне хватит на пару мгновений иллюзорного зелёного блеска. Этого будет достаточно. И такое вполне может показаться в конце тяжёлого дня. Ну а с волосами такой финт не прокатит. Поэтому я виделся с девушками последний раз. Я бы и сейчас не пошёл с ними, но хотелось позлить шпиков-Фрилонов.

Вечер. Айрина сидит за столиком напротив, мы пьём вино, и девушка уже навеселе. На вине она сама настояла. Видимо, хотела почувствовать себя взрослой. Спьяну забыв о приличиях, утверждала, что я обязательно должен на ней жениться. Потому что я, видите ли, ужасно красивый. Я просто *******. Так я ужасный или я красивый? До чего же глупенькая девчонка!..

К лавке цирюльника я почти что тащил её на себе. Судьбоносная встреча — и полный провал. В нужный момент Айрина просто отключилась. С девушкой на руках, сжимая от злости зубы, топал пешком к её дворцу. Придётся всё переносить. Хорошо ещё, что вовремя свернул и не дошёл до цирюльника. Слишком частые столкновения с Фрилонами могут быть подозрительными. Они и так следят за мной, а так могут и объявить охоту.

Новое невезение... С пьяной Айрилой на руках меня застала её маманя. До этого как-то удавалось не пересекаться. А тут такой попадос... Тётка разоралась. Я не стал сдавать дурочку и объяснять вопящей мамаше, что это не я пытался споить её дочурку, а она меня. Что-то ещё придётся придумывать, потому что этот дом стал для меня закрыт. Но потом пришла уверенность, что такая дама сумеет ко мне пробиться. Этот чертёнок найдёт ко мне путь. Так что нужно только выждать время.

Пока ждал Айрилу, следил за Фрилонами. Они таскались за моим фантомом. Из информации, вложенной Вирингом, доставал всё новые и новые знания. Просто фантом создавался словом «слепок», но на магическом языке — «Улсемдэре». И чертить в воздухе магическую руну «слепок». Дальнейшие функции фантома так же добавлялись магическими словами «ходить, сидеть, говорить, пить» и т. д. Так что мои фантомы на глазах наращивали свою функциональность и значительно помогали мне.

Проработал я всё качественно и детально. Просто робота сделал, так что можно было спокойно отслеживать передвижения других Фрилонов. Часть из них плотно занята мной и личной жизнью.

Поначалу ничего не происходило. Я пробрался в их резиденцию. Мрачное местечко. Там они учились и тренировались. Были и камеры, и пыточные, но в данный момент пустые. И вдруг началась движуха. Появился из портала Фрилон и, кажется, с известием о найденной ведьме. Вот это плохо!..

Они впятером ринулись в портал, и я еле успел за ними. Портал схлопнулся, чуть не отрезав мне часть тела.

Еле успел, поёжился, слишком сильно рисковал. Но потом понял, что сделал правильно. Под невидимостью, следуя за Фрилонами, оказался в лесном домике. Тут была та самая девушка, которую я тогда спас. Всё те же спутанные волосы и не самый лучший вид одежды. Вот только образ не обманул Фрилонов, и в этот раз они были более качественно подготовлены.

На девушку надели антимагические кандалы. Сцепив запястья за спиной, двое её держали, а третий раздавал ей оплеухи, требуя сказать, где другие ведьмы и кто помог ей убить троих Фрилонов. Я искал способ ей помочь, но я в этом доме — как в ловушке. Спасу девушку — открою себя перед ней. Тут спрятаться негде. Ни медведем, ни пауком в доме не появишься. Я размышлял, как лучше поступить. К сожалению, не проработал план на такой случай. А долго размышляя, видел, что время идёт, и моё тугодумство имеет свои последствия.

Лицо девушки стало красным от оплеух. А Фрилонам стало этого мало. Они стали срывать с тела девушки прикрывающие её тряпки. Ранее, когда видел, что бандиты мнут округлости той богатой пышнотелой тётки, то её повизгивания не вызвали вообще никакого расстройства. Хотя основное я тогда предотвратил. А сейчас вскрики ведьмы тревожили и приводили в бешенство. Мыслить надо было с невероятной скоростью, и идея всё же пришла!

Сразу остановил ход времени. Подошёл к тому Фрилону, что в стороне смотрел, как с ведьмы срывают последние лоскутки. Оттащил его на серую полосу. Время для него пошло, но эти секунды оказались последними в его жизни. Там, на полосе, он смог только начать хрипеть и покрываться сединой и инеем. Умер на моих глазах за считанные мгновения. Но его смерть далась ему с ужасом не только поэтому. Без какой бы то ни было жалости к мужику я раздевал его, пока он смотрел на меня сумасшедшим от страха взглядом.

В этой данной прикинуться одним из них — решение идеальное. Я незаметно подменил того, кто, уже скрюченный и мёртвый, пустыми глазами смотрел вдаль идущей серой полосы. Не забыл наложить иллюзию на лицо. Но специально сделал, чтобы было заметно — образ ненастоящий. Запустил время и напал. Пришлось тянуть и кидать в них магические тёмные сгустки не так быстро, как я мог. Мне надо было, чтобы один успел уйти. И чтобы это выглядело естественно. Будто он сам успел убежать.

Удалось как нельзя лучше. Четвёртого убил, когда он рванул к порталу вслед за уходящим пятым Фрилоном. И тот — прежде чем портал схлопнулся — видел, как его напарник, взмахнув руками, падает замертво. Он посмотрел на меня через закрывающийся проём, а моя иллюзия будто случайно пошла рябью.

Один на один остался с ведьмой, но иллюзию пока что с лица не убрал. Размышлял: как быть? Девушка чем меньше знает — тем лучше. Она по-прежнему в опасности. Но в этом мире для неё нет места, где спрятаться. Наверное, придётся перед ней раскрываться полностью. Я собрался привести её в свою комнату в таверне. Только то место в этом мире было настолько экранировано мной, что для всех в мире Чарнинг его практически не существовало.

Посмотрел на девушку. По её виду можно было сказать, что она будет бороться, ведь я один, а не пятеро Фрилонов. С ней справиться можно моментально, но не хотел терять на это время. Поэтому освобождать от пут её не стал. Подошел и, сняв иллюзию, пригрозил, что если она будет сопротивляться, то останется голой и в кандалах. С одного убитого Фрилона снял халат и добавил, что предложение единоразовое. Начнет рыпаться — пойдет со мной голяком.

Девушка была неглупая и потому притихла. Но я видел, что она просто на время затаилась. Нападёт точно, но позже.

Снял кандалы и помог натянуть одежду. Вообще молодая женщина красивая. Фигура точёная, как у совершенной статуэтки из белоснежного мрамора. Лицо её Фреоны открыли, собрав волосы сзади. Черты гармоничные и очень привлекательные. Как жаль, что на это всё я смотрел равнодушно. Можно было потребовать за спасение хотя бы поцелуй. Но мне не хотелось. Правда, если она всё же нападёт, то постараюсь её проучить.

Перенёс в свою комнату и заэкранировал пространство ещё больше. Теперь не только от звуков, но и от взглядов. Добавил к заклинанию «антизвук» — Тавелвш, ещё и «антивид» — Ваксаг. Также пришлось полностью скрыть вид из окна и отрезать какой-либо выход наружу. Я оставил лазейку только для себя, чтобы свободно перемещаться. Но она срабатывала на мой личный отпечаток ауры.

В комнате снял шмотки Фрилонов и оставил их в шкафу. Думаю, ещё пригодятся. Если что, я их прямо отсюда перемещу. Девушке велел ждать и принять ванну, привести себя в порядок; причесаться хотя бы. Сам ушёл подменять своего фантома. Появился на его месте вовремя.

По дороге в трактир меня разыскал посыльный от Айрилы. Девушка назначила встречу: поздно вечером у фонтана. Что ж, это шанс. Информации о Фреонах я собрал уже достаточно. Был особый час, когда на улицах их было большинство. Это время я и решил использовать. А также брать в раскрутку тех Фрилонов, кто за мной следит. Прежде чем зайти в трактир, я снова подменил себя фантомом и подслушал, что говорят мои провожатые.

К следящему за мной как раз подошёл ещё один Фреон. Он был взбудоражен, и я догадывался почему. Но следовало узнать точную информацию, что и сделал.

— Среди нас есть предатель. Ты не представляешь, как тебе повезло. Ты в очень подходящий момент следил за этим придурком, и у тебя есть алиби. Всех остальных шерстят по полной, некоторые уже в пыточной. Меня отпустили, потому что я делал доклад, когда появился Марган, и сообщил, что было нападение, а он еле ушёл. Теперь у нас будут новые сменщики — те парни, которые спали, устав таскаться за этим бабником. Подтвердить это никто не может. Их сейчас пытают. Я-то знаю, что они ни при чём, но главным этого мало. Они подняли ужасную суматоху.

Услышал много интересного, и всё было очень полезным. Подобного отклика и добивался. Пусть Фрилоны пытают и убивают своих же. Глядишь — ряды убийц поредеют. Мне это очень на руку. Буду делать следующий ход.

Глава 4 Когда сделано почти как надо

Раздобыл женскую одежду. Ведьму выпускать из комнаты не намеревался, мои рубашки и штаны для неё слишком велики. Так что пусть девушка ходит в своих женских тряпках. Добавил к покупкам другие милые женскому сердцу штучки. Ходить по лавкам пришлось под хорошей иллюзией, потом в переулках исчезать под невидимостью.

Бросив на кровать женские шмотки и прочую ерунду, велел ведьме одеться и вышел из комнаты — заказать еду. Отдам её ведьме, а сам схожу покушаю в другом месте.

Когда появился с одеждой, она, сжавшись и кутаясь в халат Фрилона, сидела в углу кресла. Забилась туда, как мышь. Вот же дурочка!.. Пока она ведёт себя послушно, для меня её всё равно что нет. А вот если начнёт создавать проблемы, тогда проучу маленько.

Отдав ей еду, увидел, что она в новом платье и туфельках. Но волосы по-прежнему зачёсаны на лицо. Чистые и расчёсанные, но будто обвешалась ими. К тому же ужасно сутулится, как будто стараясь быть незаметней. Она не понимает, что для меня она и в полном параде будет незаметна. Ну ничего, скоро поймёт.

Пообедал в заведении неподалёку от трактира. Узнал слухи. Оказывается, Фрилоны шерстили по всему городу и окрестностям. А может, и по всему миру. Простые граждане жаловались на внезапные визиты, которые проходили грубо, с нарушением всех прав людей. Народ уже поднимал ропот. Это было очень хорошо. Но людям нужен руководитель. Когда восстание в свои руки возьмёт богатый купец, это станет концом Фрилонов.

Правда, придётся поработать таким же образом и в других городах. Но главное, что механизм будет запущен, и его колёса раздавят культ Фрилонов. Сотрут полностью с лица планеты.

Прошёлся перед своими топтунами-Фрилонами. У них как раз была пересмена. И старый — тот, кто меня уже знал, — показал новенькому, как я выгляжу. Потом они вдвоём шлялись за мной, а после остался один.

И как раз настало время свидания.

Встретился с Айрилой не совсем там, где она назначала. Примерно предположил, откуда она появится, и ждал в подворотне. Там схватил её и прижал к себе. Она вначале взвизгнула, не узнав, но тут же поняла, кто её обнимает, и сама повисла на шее. Полезла целоваться первая, встав на носочки и наклоняя меня к себе. Я ответил, но долго ей перекрывать кислород не стал. Она мне нужна в сознании и возбуждённая. Больше будет визга и негодования, когда свидание резко накроется.

После горячих поцелуев чинно подал ей свой локоть, и она, сверкая страстным взглядом, ухватилась за него. У неё так блестели глаза, с таким азартом и вызовом, что даже иллюзию не особо надо накладывать. Но я добавил, и мы вышли к людному месту у фонтана, где Фрилон уже весь изнервничался, не находя меня. И вот теперь всё произошло как надо. Новый Фрилон не знал в лицо Айрилу. Взвинченный потерей объекта слежения, он сразу среагировал на иллюзорный зелёный свет глаз девушки.

С громким воплем «ведьма!» он без раздумий кинул чёрный сгусток убийственной энергии в мою спутницу. Тут оставалось только прикрыть её собой. Постарался, чтобы задело несильно, но удар принять пришлось, чтобы на меня меньше обращали внимания. Не надо было подозрительным видом отвлекать от основной звезды представления — от накосячившего Фрилона.

Айрила, конечно, заверещала на всю улицу. Я упал перед ней, а она с криком осела, склонившись надо мной. Ещё до этого я распознал все артефакты среди всех её висюлек. В том числе один посылал сигналы об угрозе, а другой был маяком. Так что кто-то из семьи сейчас всенепременно пожалует. Что и произошло.

Мощного вида дядечка появился, да не один, а с толпой вооружённой охраны. Мне, если честно, было плоховато. Я позволил себя ранить, но, наверное, всё же надо было организовать иллюзию. Остальное было как в тумане. Фрилона схватили, а он лепетал про ошибку, что обознался и тому подобное. Иллюзию с глаз девушки я давно снял, и она чистыми голубыми глазами гневно смотрела на хорохорившегося мужчину. Его стали дубасить на месте и, доведя до нокаута, сковали руки за спиной. И как мешок поволокли куда-то.

Айрилу охранники отца оторвали от меня. Она умоляла папу, чтобы меня лечили в их доме. В общем, потащили туда.

Встречала нас маманя со слугами. Вот она пригрозила, что сама лично добьёт меня, если моя нога переступит её порог. После этого я, видимо, должен был радоваться, что меня бросили не в сточную яму. Впрочем, эта семья в моём плане свою роль сыграла. Больше нам было не по пути. Но, вероятно, Айрила нескоро меня забудет. Её насильно уводили, а она, не таясь, кричала, что любит меня.

Хорошо, что меня швырнули туда, где не было освещения. Прямо в лежачем состоянии я переместился в комнату. Сквозь шум в голове услышал тонкий вскрик. Ах... это же ведьма!.. Я совсем о ней забыл. Пришлось, шатаясь, встать и брести в ванную. Там я уже перешёл на серый путь.

И уже на нём отключился.

Мне приснилась Медина. Её склонённое лицо, непонимание во взгляде... Забота. Исцеляющая магическая сила. Тихие слова нежного прекрасного рта:

— Поспи... — и усыпляющее касание.

Я так давно не видел её!.. Она ещё красивее, чем прежде. Хотя разве можно быть настолько прекрасной? Моя душа так сильно потянулась к ней, что я почувствовал, как рвутся какие-то то ли струны, то ли нити,— и вот невыразимая лёгкость, а я стою перед ней. Вижу своё тело и плачущую Медину, сидящую рядом.

Она протягивает дрожащую ладошку и бережно прикасается к моему лицу. Шепчет:

— Дик. Кто же ты теперь? — снова плачет.

Опускается ко мне, гладит и целует. Шепчет, что не переставала любить. Ни на миг. Признаётся, что Жуара тоже любит. Потом резко вскидывает голову:

— Жуар! — рычит.

Поднимается. Идёт по Пути. Вот это скорость! Я как приклеенный двигаюсь за ней. Она не чувствует, как я ухватился за её куртку. Она умеет ходить по этим дорогам невероятно быстро.

Ворвались в какой-то замок. Это был не дворец, а во много раз круче. Медина выходит с полосы в коридоре и врывается в зал. Там — группа мужчин и парочка женщин. Также находится Жуар и, кажется, идёт какой-то совет.

— Жуар! — снова рычит Медина, на полуслове прерывая при этом какого-то парня. Все, кроме Жуара, встали и молча вышли.

А Медина как заорёт:

— Жуар! — Даже стены содрогнулись.

Жуар поднимается и стоит перед ней. Он выглядит мрачно. Смотрит на Медину бесстрастно, но как воину мне видно, что он готов к нападению. Ну и отношения у них с женой!.. Они что, сейчас реально подерутся? Но Медина поступила, как все женщины. Начала крушить всё вокруг. В Жуара с большой меткостью полетели стулья и другие предметы — те, что Медина могла поднять.

Жуар уклонялся от летящих в него вещей. Медина продолжала кричать его имя и рычать. Вместе с вещами она стала выпускать силу. Жуар держался, укрываясь за магическим щитом. Всё остальное вокруг начало разрушаться. Кажется, ярость девушки приведёт к тому, что дом будет полностью разрушен. Но тут, вдруг будто прислушиваясь к чему-то, Жуар сказал:

— Дикарочка проснулась.

Медина тут же замерла, и её лицо полностью преобразилось. Они вдвоём пошли в другое крыло, и Медина забрала у няни крошечную малышку. Я смотрел на ребёнка, которого качала Медина, и твердил:

— Ди... Дикарочка? — будто решив осуществить те образы, что были в моей фантазии, Медина приложила дочку к своей груди.

Та радостно зачмокала, и даже эти призрачные ноги, которые были сейчас у меня, не смогли меня держать. Жуар сбоку прижался к жене. Та пыталась незаметно его толкать, стараясь не тревожить ребёнка. Жуар не отлипал, вцепившись как клещ.

— Мы оба знаем, насколько ты меня любишь. Медина, ты пожертвовала Диком ради меня. Поэтому давай поговорим как семья. Чего ты хочешь? Оставь свою обиду и скажи, что мне сделать, чтобы ты была счастлива? — Было больно слышать эти слова. И видеть их двоих с ребёнком.

Медина сказала, что хочет, чтобы второй её ребёнок был от второго мужа. И этим вторым супругом должен стать я.

А я уже не тот, что прежде. Сейчас я не распустил слюни и сопли от этих слов, а решил вернуться. А то видно было, что у этой парочки всё идёт к бурному примирению.

В тело вернулся не так, как двигался сюда. Просто захотел появиться рядом с ним, и сразу встал над своей распластанной фигурой. А теперь надо как-то попасть обратно в себя. Страшно было, что не удастся. Но я настроился на себя и почувствовал ту нужную тягу. Полностью отдал себя тонкому притяжению и погрузился во тьму без сознания.

Когда очнулся — не знаю, но всё, что видел без сознания, вспоминалось поистёртым сновидением. Но я знал, что это было. И, видимо, надо ждать поступка от этой парочки. Только зная мою упёртость, я предполагал, что Жуар сделает так, как никогда ранее.

Отдохнувший в безвременье серой полосы и исцелённый силами Медины, я вернулся в свою комнату в трактире. В этот раз не забыл настроить возвращение на тот же момент, когда уходил. Умывшись в ванной, вышел в комнату. На меня смотрели яркие зелёные глаза на красивом милом лице. С тревогой и заботой.

Опять забыл о ней!.. Ведьма, которую спас. Надо бы покормить. Мысль пришла, что думаю о ней, как о каком-то домашнем животном. Но я совершенно не знал, что сейчас думать. Поэтому отмахнулся, но, чтобы отношение выглядело более человечным, спросил — хочет ли она есть?

— Я — Самиэль... — вдруг сказала девушка.

Я кивнул.

— Понятно… — ответил, при этом вспомнил своё новое имя: — Я — Альтан.

Девушка сразу спросила, не хочу ли я разделить с ней трапезу. Посмотрел на неё: глаза грустные, личико бледненькое... Ей, наверное, ужасно скучно тут в четырёх стенах.

— Да, поедим вместе, — согласился и заметил радостный блеск в глазах.

Сердце отозвалось грустной волной тепла. «Как к милому котёнку», — пришла мысль, и я выругался, мысленно себя обругав. Сходил за едой и объяснил трактирщику, что проспал так долго, что сейчас чувствую себя ужасно голодным. Трактирщик щедро положил еду не в двойном, а скорее в тройном объёме. Сообщил, что хочет поделиться со мной последними новостями. Ну прямо кумушка-соседка. Да и я сам в такой же роли выступаю. Чертыхнулся и с тяжеленным подносом потопал к себе. Спуститься узнать новости, само собой, нужно. Но только после еды. Да-да, «Не читайте до обеда никаких газет!».

Мы с Самиэль сидели за небольшим столиком. Ведьма попросила разрешить ей поухаживать за мной. Я не стал отказывать девушке в единственном развлечении.

И вот тут, разрывая все мои плетения и экраны, в комнату перемещаются двое. Ну кто ещё может так нагло и бесцеремонно врываться? Конечно, Жуар. А вот то, что он притащил с собой Медину, стало неожиданностью.

До этого я полулежал на диванчике, а Самиэль в соседнем кресле как раз приподнималась, подкладывая мне какой-то соус. Я резко выпрямился, увидев визитёров, а ведьма так и замерла, уставившись на прекрасную гостью. Потом сразу села с обиженным выражением лица и поглядывала украдкой на нас с Мединой.

Жуар как ни в чём не бывало, с дружеским настроем подошёл ко мне и, хлопая по плечу, будто вспоминая спросил:

— Тебя же теперь Альтан зовут? — интриган чёртов. Всё он прекрасно помнил. Но пришлось подтвердить своё новое имя.

— Помнишь, ты просил себе кого-то в команду. Вот, принимай. Старую знакомую. У неё имя не менялось; ты его помнишь.

Мы с Мединой будто заново знакомились. Словно начинали всё сначала. Но я не хотел так, как прежде. Не должен я один так мучиться. У неё муж... Они там вовсю... Кувыркаются... А я — снова один? Ну уж нет!..

Меня уже давно брала злость на то, что я даже отомстить Медине не могу — взять и переспать с кем-то. От других девушек конкретно воротило. Заставить себя поцеловать кого-либо было верхом моих возможностей. Но я собирался прямо сейчас до него допрыгнуть.

Резко встав, сверкнул на Медину взглядом, и она поняла: я что-то задумал. Смотрела подозрительно и осторожно, и я исполнил свою месть. Рывком притянув к себе Самиэль, сказал:

— Конечно, я помню тебя, Медина. Ты — жена Жуара. Познакомься. А это Самиэль, моя девушка.

Не обращая внимания на распахнутые от удивления глаза ведьмы, тут же закрыл ей рот поцелуем. Раздался мученический стон Жуара. Быстро отпустил от себя Самиэль. Девушку стало жаль. Она так задрожала в моих руках, что я понял — делаю что-то не то. Посадил её и, глядя во влажные глаза, испытал стыд. Она и так настрадалась, а тут ещё я со своей местью.

Обязательно извинюсь. Сейчас эти двое уйдут, и сразу попрошу прощения. Но нас покинул только Жуар. Он встал, уперев кулаки об стол, и устало наклонившись над ним, поднял голову, посмотрел на меня и недовольно заявил:

— Детский сад!.. Разбирайтесь сами. — И исчез.

Самиэль даже вскрикнула, так быстро и легко он это сделал. Медина, посмотрев на меня и на ведьму, прищурила глаза и, разбивая выстроенное мною отчуждение, сразу сказала:

— Даже если бы я не умела считывать с пространства и не видела, что ты просто её спас, то при взгляде на её ауру видно, что она ещё девушка, и никаких отношений у вас нет.

От её слов сразу рассвирепел:

— Значит, у нас нет близости? — угрожающе начал я, сдвигая со своего пути стол.

— Нету! — крикнула Медина, но начала пятиться. Глаза её сверкали. Видно было, что она испугалась, но её взгляд горел страстью.

— Значит, будет? — рыкнул я, надвигаясь на ту, которая моя любовь и моя жизнь.

— Что? — тихо переспросила она, а в глазах плескалась боль.

Самиэль забилась в угол кресла и всхлипнула. Опять я её напугал. Но боль в глазах Медины расстроила меня ещё больше. Не могу больше с ней бороться.

— С тобой... — тихо прошептал, прижимая Медину к стене.

— Думаешь, я соглашусь? — шепчет упрямо, но уже дрожит и сама вжимается в меня всем телом.

— А я не буду спрашивать, — произнёс в её губы.

Она их судорожно облизала, от чего моё тело заныло. Я уже весь был натянут, как струна. И дрожь прижавшейся ко мне девушки отзывалась накатывающими волнами страсти. Но я заставил себя взять в руки. Не время предаваться любви! Как бы мне ни хотелось этого…

— Потом... — сказал сосредоточенно и отошёл от той, которую люблю больше жизни и желаю как сумасшедший.

— Прости, Самиэль, — сказал ведьме, как и намеревался.

Она удивлённо и с интересом смотрела на меня. Кивнула и что-то пролепетала. Я не разобрал. Не обижается — и ладно. Посмотрел на Медину.

— Ты будешь кстати, — сказал ей уверенно.

Я видел всю смену настроения на её лице. Обиду от того, что я не потерял голову. Но после — сосредоточенность и внимание. Молодец! Вспомнила, зачем мы здесь. И мне бы хорошо не забывать об этом. Разберёмся с Чарнингом, и можно будет вернуться к этому разговору.

— Пошли! — сказал Медине и открыл портал.

Сразу же обновил разорванное экранирование комнаты. Настроил его на Медину, как и на себя.

И мы перенеслись в город.

Глава 5 Мой рай и то как Самиэль его рушит

Мне казалось, я умер и попал в нирвану... Именно это чувствовал, сидя вместе с Мединой в маленькой уличной кофейне. Кайфовал, глядя в её блестящие глаза. Когда я умер до этого — умер ради её счастья, то никогда даже подумать не мог, что и мне перепадут столь счастливые моменты…

Было слишком поздно для работы таких заведений. Поэтому как предоплату пришлось хозяину отвалить практически размер дневной выручки. После этого зажёгся одинокий тусклый фонарь. На нашем столе стояла свеча. Хозяин удивился отказу от вина, но фужеры поставил. Мы пили из них сок. Мужчина был уверен, что у нас романтическое свидание. Впрочем, кто ещё будет в такое время снимать целое кафе?

Медина не была голодна, и поэтому еду я не заказал, только лёгкий десерт. Успел подумать — как хорошо, что у неё не зелёные глаза. Я поднял слишком большую суматоху, и теперь Фрилоны будут ошибаться чаще. Главное, чтобы не ошиблись в данный момент. Я не знаю, в какое бешенство приду, если нам сейчас кто-то помешает.

Несмотря на обуревавшие шквалом чувства, говорить себя заставлял только по деловым вопросам. Узнал, что ей успел рассказать Жуар. Было неприятно выяснить, что сдал он меня с потрохами. Медине было известно, что я пошёл в мир без знания языка, денег и нужной одежды. В общем, по подготовке у меня, по словам Медины, была двойка.

— Как твоя учительница говорю это. — Я сразу вспомнил, КАК она вела себя, когда была моей учительницей, и это не добавило в беседу безмятежности.

Захотелось схватить её и... Дальнейшие мысли я отбросил. Но мой взгляд не скрыл желания, и она, приоткрыв губы, всем телом потянулась ко мне. А я, продолжая начатую тему, охладил её пыл:

— Как видишь, я уже успел исправить свою оценку. Ты считала, какие действия были мной произведены?

Медина отклонилась назад и, ревниво посмотрев, сказала:

— Конечно! Я уже успела увидеть, скольким девушкам ты вскружил голову. Дик, ты решил оставить за собой мир, полный разбитых девичьих сердец?

Поправил её:

— Альтан. Медина, я теперь Альтан. — Она, видимо, сразу вспомнила, почему я перестал быть самим собой, и ревность тут же прошла.

— Ты провёл идеальную работу. Меньше всего нынешние беспокойства и волнения связывают с твоей персоной. Город бурлит. Скоро здесь нельзя будет вот так спокойно посидеть на улице. Но потом всё успокоится, и жизнь вернётся в мирное русло. И самое главное, что к тому времени от Фрилонов не останется даже и следа, — Медина говорила одобрительно, наверное, считывая всю информацию о происходящем в этом мире.

— В других городах тебе не придётся разыскивать настоящую жительницу. Теперь хватит какой-то другой подставы, — подсказала Медина, и я согласно кивнул.

Она права. После возникшего ажиотажа достаточно небольшой искры, чтобы всё окончательно вспыхнуло. Так что теперь надо будет выдвигаться в другое большое поселение.

— Что будешь делать с Самиэль? — спросила Медина. Я не сразу понял, о ком она.

Потом вспомнил и глубоко вздохнул:

— Мне пришлось спасать её дважды. Боюсь, что безопасно ей находиться только рядом со мной. Пока всё не изменится, и мы не подчистим оставшиеся хвосты, Самиэль будет следовать за мной. — Медина скуксилась, но кивнула, только потом вдруг резко привстала и наклонилась ко мне. Взяла мою рубашку на груди в свой маленький кулак и подтянула меня к себе.

— Только попробуй ещё раз вызвать мою ревность! Увидишь, что будет! — пригрозила.

А потом её губы, такие манящие, такие призывные, поцеловали меня. Сложно бороться с опытной женщиной, которая знает, что хочет. Но её ревность выглядела так трогательно! Когда она, думая, что ведёт себя грозно, на самом деле была так беззащитна!.. Её угрозы вызывали в сердце бурю нежности.

Понял, что один-единственный раз я всё же вывел её из равновесия: сегодня, когда солгал, что ведьма — моя девушка. Впервые увидел, что напугал её. И уж точно не тем, что приближаюсь к ней. И вот теперь она наказывает меня за свой страх. Как же мне придётся себя подавлять, практически ломая, чтобы продолжения у этого поцелуя не было. Хотя мне очень его хотелось. Прямо здесь и сейчас.

Ответил на поцелуй. Обнял ладонями её лицо, и моя нежность слилась с её болью и яростью. Она сдалась. Ненадолго отстранилась и обошла стол. Села на мои колени и, обхватив за шею, снова целовала. Я осторожно обнимал и наслаждался её нежными касаниями. Не противился, как раньше, но и не торопил нашу историю. Всё ещё больно было понимать, что она не одинока. Пусть я уважал Жуара и, можно даже сказать, что мы стали друзьями; пусть я понял, что Медина для меня навсегда останется единственной; пусть я наконец узнал, что она всё же любит меня не меньше своего мужа, — но спешить тем не менее не стоило.

— Дик... — протянула она, а потом сразу сама исправилась: — Альтан, — это прозвучало уже менее страстно.

То, что я не подталкивал к остальному, приводило её в чувство.

Она вдруг произнесла:

— Это в тебе больше всего бесит. Твоя сдержанность. Мне никогда не приходилось бегать за мужчинами. А Жуар до сих пор бегает за мной. Но когда-нибудь твоя сдержанность даст трещину, — высказалась она, и стало понятно, какие у неё планы на меня.

Вот только не советовал бы её добиваться именно этого. Если я хотя бы на день позволю себе отпустить чувства полностью, то она сама же взвоет. Она просто не знает, чего желает, и это тот случай, когда исполнения своих желаний стоит опасаться.

Но ей этого не сказал. Встал, оставив на столе монеты за проведённое здесь время. Мы ведь уже решили, что будем перебираться в другой город. Пора было действовать.

Это не девушка, а подстава. Мы с Мединой вернулись в комнату за ней и за моими вещами. А ведьма вдруг бросилась ко мне. Схватила за руки, попыталась их целовать и падать передо мной. Я успел удержать и забрать руки и, слегка встряхнув, спросил, что за цирк она тут устраивает.

— Вы же меня не оставите? Не бросите? Я без вас пропаду. Вы — единственный, кто помог мне. Я готова быть вашей девушкой, только не оставляйте меня! — И эта полоумная кинулась мне на шею и прижалась к губам. Предотвратить не успел, и мягкие девичьи губы коснулись моих уст.

Я ошарашенно стоял и пытался её отодвинуть, а она так вцепилась, что не так-то легко это сделать.

Рядом раздалось рычание. Понятно, кто так сильно взбесился. А ведь Медина только что потребовала, чтобы никаких намёков. А тут какие намёки? Всё предельно ясно.

Но Самиэль услышала реакцию Медины и сама перестала целовать. Всё так же прижимаясь ко мне, девушка вдруг сказала:

— Я правильно услышала тогда: у тебя есть муж? Значит, ты уже успела узнать счастье. Не будь такой жадной, зачем тебе двое? Дай узнать счастье другим, не мешай!

Тут уже взревел я.

Всё же отодвинул от себя ведьму и, уставившись на неё, недоумённо спросил:

— Что ты говоришь? Я тебе не давал повода думать обо мне.

Но девушка посмотрела большими влажными глазами и дрожащими губами зашептала:

— Ты спас меня. Моя жизнь и так принадлежит тебе. Но ты можешь сделать меня счастливой. Зачем тебе та, что принадлежит другому?... Я буду твоей, и ты будешь у меня единственным.

Я, не веря своим ушам, слушал и думал, что такого попадалова у меня ещё не приключалось.

Осторожно взглянул на Медину, но она резко отвернулась и молчала. С усилием я всё же оторвал от себя ведьму, но так как совсем не знал, что говорить, пробурчал, что надо собираться и что Самиэль идёт со мной.

Она озарилась будто светом. Бросилась складывать мои вещи. Поколдовала над моей сумкой, и я удивлялся, что всё туда влезало. Всё ещё чувствовал себя неловко. К тому же Медина по-прежнему молчала и не поворачивалась. А потом всё же заговорила, перебив радостное щебетание ведьмы. Но теперь напоминать грозовую тучу стал я.

— Прости, Дик… — начала Медина.

Самиэль резко перебила её:

— Он — Альтан, — собственнически поправила ведьма. Медина стала злиться ещё больше.

Звенящим голосом продолжила:

— Альтан, я поспешила обнадёжить тебя. Я не смогу помогать тебе и входить в твою команду. У меня есть два дорогих человека, нуждающихся во мне. Боюсь, что одному из них я нужна больше, чем тебе. — Я понял — она о дочке.

Вздохнул и, кивнув, сказал, что понимаю.

— Ещё раз прости. Возможно, мы попробуем снова, — грустно подвела она итог, а потом, зло сверкнув глазами на ведьму, добавила: — В другом мире. — И исчезла, не прощаясь. Так же легко, как и Жуар.

Самиэль удивлённо уставилась на место, где только что была девушка, и выдала:

— Ого, сколько у неё сил! — Моё сердце заполняла горечь, и я промолчал.

Самиэль подошла и тихо прижалась.

— У меня не так много сил. Но я вся полностью — и временем, и возможностями, и своими чувствами — хочу принадлежать тебе. Распоряжайся мной как хочешь! — При столь провокационных словах я всё же посмотрел на девушку. Куда делся её страх? Она, кажется, твёрдо намерена стать моей.

— Самиэль… — осторожно начал я.

Вот только слова не хотели находиться. Она чересчур бодро начала говорить сама и быстро собирать оставшиеся вещи. Но её личных вещей здесь не было. Надо будет исправить это упущение. Я купил ей только одно платье, а надо бы — целый гардероб. И, наконец приняв её помощь, я решил разузнать: в каком городе больше всего Фрилонов? Где их главный штаб?

Туда нам и надо — окончательно подорвать людское мнение и настроить людей против этого культа.

Самиэль подумала и назвала. К сожалению, у меня был прокол. Я не успел обзавестись картой этого мира. Сейчас даже обрадовался, что Медина ушла. У меня ещё столько недочётов, что я перед ней постоянно краснел бы. Ведьма не вызывала подобных эмоций.

Набросил на плечо сумку и, взяв за руку, вывел девушку в серое подпространство. Засмущавшись, она смотрела на наши ладони. Но я сразу одёрнул её, объяснив, что это не романтический жест, а суровая необходимость.

— Я тебя отпущу на секунду, и ты поймёшь, почему мне надо тебя держать.

Она не знала, что это за место, и поэтому не почувствовала опасности. Но когда стояла без прикосновения моей руки, то глаза её расширились, и в них отразился ужас. Я быстро схватил её ладонь, а она уже тряслась, будто в лихорадке. В тёмных волосах появилась седая прядка, а глаза посветлели.

— Прости! — сказал я.

Видимо, у девушки гораздо меньше сил, чем у меня. Либо это из-за того, что магия ведьм черпает силы из окружающей природы, а не из внутренних резервов. А тут окружение состоит из серого безжизненного тумана. Боюсь, если бы продержал её на пару секунд дольше, то у меня уже не было бы подопечной ведьмы.

Самиэль, трясясь и отходя от пережитого ужаса, прижималась ко мне. Она по-другому смотрела на это место. Уже понимала, что при переходе в серую дымку мы не просто напустили тумана в комнату. Мы перешли в другое измерение, куда дорога простым магам закрыта.

Осторожно шагнул из серой комнаты на рядом проходящую дорогу. Самиэль шепнула, что не видела её. Очевидно, Путь для большинства тоже закрыт. Повёл девушку по дороге и велел смотреть на рядом проносящиеся виды. Если увидит нужный город — то скажет мне.

Через какое-то время она вскрикнула, что перед нами столица со штабом Фрилонов. Город Тадинжут! Увидев подворотню, вывел её с Пути. Она так шумно выдохнула, что я понял, каким испытанием для неё была эта дорога. Надеюсь, она поняла, что моя жизнь не так радужна, чтобы мечтать стать её частью. Но девушка вдруг сказала:

— Второй раз я буду идти смелей. Я сумею привыкнуть к твоим Путям, Альтан. Я хочу ходить везде с тобой рука об руку. — И она нежно посмотрела на наши сцепленные руки, а потом вдруг подняла их и прижала к своей щеке. Я не стал убирать руку. Я же не истеричная барышня. Потрогал белую прядь, так и оставшуюся в волосах.

— Это надо как-то исправить, — тихо сказал ей.

— Пусть будет… — не согласилась она.

— Мне нравится всё, что связано с тобой.

После этих её слов, отпуская её ладонь, спросил в лоб:

— Откуда такие перемены? Ты же боялась меня, — она посмотрела озорно и лукаво и, приподнявшись на носочках, пальчиком коснулась моего носа.

— Ты ничего не знаешь о женщинах, Альтан. Иногда мы боимся, но только своих чувств, потому что с ними невозможно бороться.

И после этой загадочной фразы развернулась и сказала, что знает этот город, и мне нужно идти за ней.

Глава 6 Тадинжут

Было слишком поздно, и народа на улице не было. Но девушка всё равно шла закоулками, и я только посматривал на город в проёмах между домами. Потом она подвела меня к какому-то дому с его задней стороны и сказала, что здесь ей всегда помогали. Но мои инстинкты остановили, и я понял, что нужно проверить. Перешёл с ней в серое подпространство. Она хоть и вздрогнула, но держалась хорошо. Мы зашли в дом, осматривая местных постояльцев. К сожалению, я увидел целую группу Фрилонов. Они отирались у стойки, и мы застали часть их разговора с хозяйкой заведения.

— Появится... появится... Ей некуда идти. Ты главное — сразу извести нас. Пошли нашего человека с донесением. — И Фреон показал на парня, протирающего столы. Самиэль вдруг побледнела и покачнулась.

— А я всё не понимала, почему меня раз за разом находят, — тихо сказала она, и глаза её вдруг будто потухли.

Стало жаль девушку. Видимо, это был дорогой ей человек. Я потянул её уходить оттуда, но она была вялая и словно утратившая стержень.

— Кто этот парень? — поинтересовался я.

Может, её настоящий возлюбленный? К счастью, мне она в любви не признавалась. Просто предложила себя. Я знал, что это от страха и желания быть защищённой. Я никак не воспринимал её предложение. Так же, как её, я защищал бы любую ведьму. Да и она наверняка предложила бы себя любому мало-мальски нормальному парню, способному её защитить.

— Это мой брат, — ответила она тихо, будто выдохнула, и начала оседать.

Увидев это, хорошенько выругался, подхватывая её на руки. Вправить бы мозги такому родственничку! Впрочем, наличие мозгов не исправит отсутствие сердца...

Не выходя из подпространства, нашёл таверну, где можно было заселиться. Внёс Самиэль в одну из незанятых комнат и, выйдя в основную реальность, оставил её ждать на кровати. Она в себя пришла, но вставать не хотела. Повернулась на живот и спрятала лицо. Захотелось, чтобы парень, из-за которого она плачет, был не таким плохим. Ведь он её брат…

Может быть, его пытали? В этом случае трудно не сломаться. Мне это надо выяснить. И в этом случае вполне подойдёт допрос с пристрастием. К тому же я посчитал, что внести смуту убийством нескольких Фрилонов будет полезно.

Заселился в таверну официально. Дополнительной оплатой повлиял на хозяина, чтобы он дал мне нужную комнату. После этого вошёл туда и снова посмотрел на девушку. Она, бледная и несчастная, сидела в кресле.

— Его наверняка пытали, — со всхлипом сказала она.

И снова залилась слезами. Я сжал зубы. Надо будет значительно уменьшить количество Фрилонов на квадратный метр этого города.

— Попытайся поспать, — предложил ей.

Завалился на единственную койку и отключился, не успев продумать до конца все свои убийственные планы по наведению шороху и неслабого кипеша в данном граде. Перед сном вспомнил, поставил ли экранировку, и на автомате сделал её. Потом вырубился.

Утро началось с сопящей под боком девушки. По лицу было видно, что она рыдала полночи. Я осторожно встал, стараясь не будить, и сходил за завтраком для неё. Прикрыл салфеткой ароматные пирожки и напиток из каких-то местных ягод и оставил на столике возле кровати. После этого решил сам «позавтракать» иным способом. Уничтожение нескольких Фрилонов станет для меня прекрасной утренней трапезой.

Отправился убивать. В разных подворотнях выходил под невидимостью из серого подпространства. Видел Фрилонов и сразу атаковал. Средь бела дня. Выстреливал тёмной магией большущим сгустком прямо в стоящую толпу Фрилонов.

Заметил, что в этом городе их довольно много. После трёх нападений улицы опустели. Но Фрилоны вычислили источник нападений и поставили засаду. Я обнаружил, что больше никого вокруг, кроме засевших в засаде, и занялся этими. Одного уничтожил быстро, а второго выдернул на серую полосу. Бросил и смотрел, как он подыхает. Потом наклонился и сжал его горло. Дохнуть он перестал, и я велел колотящемуся от ужаса мужчине:

— Говори!

Он начал выкладывать их пароли и шифры. Я жёстко отмёл это:

— Не это!

Фрилон с ужасом метался и, икая, рассказывал, где их казна и как её забрать:

— Ещё! — рыкнул я, когда это он выложил полностью.

Он начал уже спокойней говорить, где содержатся ещё живые ведьмы:

— Подробней! — прорычал я, чуть сдавливая его горло.

Но он вдруг потребовал, чтобы я пообещал сохранить ему жизнь за эти сведения. Я холодно посмотрел и решил для себя, что свой шпион и разведчик в одном из миров мне не помешает. Обещание я дал, но ему от этого точно не будет настолько хорошо, как он предполагает.

Выслушал его до конца и поднял. Перехватил за шею сзади и почти не двигался, а, настроив камень, мчал только своей силой.

Мы прибыли в техногенный мир, где уничтожались одарённые. Выкинул парня на Приант и предупредил, что он больше не на своей планете и здесь не такой, как у него, мир. Тут одарённых убивают. У него есть шанс: маленький, но есть. И также добавил: если он справится с моим заданием, то я сумею помочь ему в будущем.

Когда он спросил про задание, то я объяснил: надо выяснить как можно больше об этом мире. Организовать сопротивление, находить других одарённых и поддерживать их. Оставив парня из магического средневекового мира вот в таком нелёгком положении, направился обратно на Чарнинг.

По правилам самых лучших повстанческих нападений вывел всех содержащихся в казематах ведьм и взорвал к чертям всю резиденцию, в подвале которой они содержались.

Девушек было пять. Деть их было некуда. Случай был подходящий, чтобы позвать Жуара. Ради своей жизни, наверное, не стал бы — а так необходимость требовала. Он появился в подпространстве и узрел композицию, которую можно было бы назвать «Беженцы из концлагеря». Ну, это если говорить словами моего родного мира, который я не забывал.

Ведьмы и в правду были истощены. Видно было, что их пытали, и без бешенства нельзя было смотреть на измождённые фигуры…

— Я их заберу. Там их хорошенько подлечат и полностью восстановят. Как физически, так и во всём остальном. Но память придётся подчищать, образы подменять. Знать о других мирах для них — лишнее. Но всё будет аккуратно. Не переживай.

Я переживал и скрепя сердце согласился. Жуар прав: девушкам не стоит помнить, причём очень многое.

— Узнал, что у тебя появилась девушка, — сообщил Жуар, когда связался с кем-то и ведьмы исчезли с полосы.

Этого разговора было не избежать. Тем более что у меня в мыслях давно уже было привести Самиэль к Жуару и сплавить её.

— И как ты узнал об этом? — спросил для начала.

— Да вот поинтересовался, почему замок, переданный мне отцом и переживший многие поколения моих предков, был разнесён по камушку, — недовольно выложил он.

Значит, Медина всё же переживала, это грело сердце. Но потом я услышал то, что хотел. Жуар сказал, что ведьму также надо отдать на стирание памяти и где-то поселить в родном мире в ожидании перемен.

— Она знает слишком много, — спокойно сказал Жуар.

На это я был полностью согласен, но договорился и о её брате. Жуар согласился, что он перейдёт сейчас к девушке и подождёт в комнате, пока я заберу её брата.

Всё сделал быстро. Парень на кухне таверны в одиночестве мыл посуду. Он даже не понял, что сзади кто-то появился. Я нажал на нужные точки, отправляя его в сон. Взвалил на плечо и через пространство Грани перешёл в комнату.

Видно было, что Самиэль нервничает. Увидев брата, бросилась к нему. Потом, когда проверила его самочувствие, сказала откровенно:

— Альтан! Я хочу вместе с тобой уничтожать Фрилонов. Отомстить за брата и за себя!

Я понимал её желания, но ответил как есть:

— Если ты будешь с остальными спасёнными ведьмами, то освободить Чарнинг от Фрилонов будет гораздо легче.

Это было жестоко, но с правдой. Ведьма она недостаточно сильная, чтобы помогать мне. Сейчас она являлась для меня скорее обузой, а не помощницей. К тому же, вместо того чтобы сидеть одной в комнате, она присоединится к другим женщинам, и там ей всяко будет лучше.

Самиэль опустила влажные глаза.

— Ты всё же не согласен взять меня себе? Тебе милее его жена?.. — надавила она на моё больное место.

Разочарованные женщины умеют быть жестокими. Но она не знает, что та вспышка ярости уже прошла, и я больше не хотел мстить Медине и лгать о том, что у меня кто-то есть.

— Там позаботятся о тебе и о твоём брате, — как последнее слово сказал я.

И Жуар взял их руки и пропал, перенося в место, о котором он мне ничего не рассказал. А я и не стремился узнавать.

После слов Сущности, что Жуар — очень хороший парень, я в нём ни на секунду не сомневался. Он, вероятно, со своими командами делает то же самое, что и я, только более сложное.

Он неожиданно вернулся. Я уже сидел в кресле и просто расслабленно размышлял.

— А я думал — ты из своей упёртости поборешься за ведьму. Хотя знаю, что она тебе совсем не нужна, — выдал Жуар, усаживаясь в кресло рядом.

Поставил на столик посередине пару бутылок и фужеры. Сам налил вина и предложил мне. Я взял и, щедро хлебнув, сказал:

— Ты же прекрасно знаешь, что невозможно предпочесть другую девушку Медине.

Жуар был полностью согласен, но оставался вопрос:

— Тебе же больно от того, что я с ней, — он говорил тихо, и я понимал: мы сейчас говорим о том, что идёт от самых глубин сердца. Такое сложно с кем-то обговаривать.

У меня сжались зубы и кулаки. Но я был в ловушке своей любви к Медине, и если не начну делать шаги навстречу — так и продолжу страдать. И она тоже страдает. Поэтому я ответил Жуару. Знал что это нас с ним сблизит. А значит, приблизится тот миг, когда я смогу сблизиться с Мединой.

— Сейчас мне действительно слишком больно от того, что я не единственный и не первый, которого Медина полюбила…

Вот. Я сказал это. Будто какая-то стена раскрошилась в мелкую крошку. Стало светлей и свободней.

Больше Жуар ко мне не лез с личным. Мы посидели. Немного выпили, и он узнал мои дальнейшие планы. Расспросил, куда я дел двух Фрилонов. Я честно признался, что один свою жизнь закончил на Грани, а второй отправлен мной в другой мир в качестве шпиона — помогать набирать нужные сведения и проводить подготовку к моему появлению. Жуар дал добро. Ему было безразлично, скольких я убил. Он заверил, что поддержит меня в любом случае.

— Не слишком ли большая у меня свобода? — несказанно удивился я.

— Тебя избрал Сущность. Он не ошибается. Но если ты хуже, чем он думает о тебе, то это скоро проявится, — уверил меня Жуар.

На прощание хлопнул меня по плечу. Он исчез, а я, оставшись один, подумал, что с Самиэль было всё-таки веселее.

Глава 7. Повстанцы

Не давая себе скучать, решил устроить себе веселуху. Вначале снял все лишние плетения с комнаты, а потом пошёл в город искать казну Фрилонов.

Первым делом — отвлекающий маневр. Я обернулся своим Медведем, и Дайкар вышел в городе. Обычные жители с криками и визгами разбегались. Я порыкивал на них и целеустремлённо переставлял лапы по направлению к группе Фрилонов. Там я без предупреждения напал, а ошарашенные мужики поначалу визжали не хуже местных барышень. Но потом я заметил резкую перемену. Будто они уже не они, а кто-то другой. Вот тогда началось противостояние.

Но я сразу же заменил себя фантомом. Ещё ранее я разработал фантом своего Дайкара и сейчас с лёгкостью применил его. Увидел, что к этому месту сбегаются другие Фрилоны, и был доволен тем, что план работает как надо.

Фантом двигался как надо, как настоящий взбесившийся медведь. Шерсть его, как и моя, справлялась с ударами меча и магическими атаками. Я мог спокойно продолжать задуманный план.

Казна охранялась знатно. Но Фрилоны проявили рассеянность. Душой они, видимо, были вместе с остальными и отбивали атаки огромного медведя. Я переоделся одним из них, чтобы добавить большей сумятицы. Но мне не понадобилось много усилий, чтобы справиться с охраной.

От летящих магических плетений уходил в подпространство и потом выходил и выстреливал сам. Уничтожив всех охранников, добрался до нужной двери. Вошёл в хранилище и поставил прозрачный, но прочный заслон. Подбежали ещё охранники и колотили в преграду, сжигая меня яростными взглядами. Поздно, но мужики всё же активизировались.

У меня половина лица была скрыта, но и в этом случае я сделал иллюзию. А потом оглянулся на имеющееся богатство, и передо мной встала дилемма: как тащить эту тонну золота. Или даже больше тонны. Сам я не потяну, и звери мои с этим тоже не справятся. Да и светить их сейчас нельзя. Заклинания, увеличивающего силы, не знаю. Вспомнил про заклинание, облегчающее вес, и применил его. После просто перетащил всё в подпространство. Комната стала пуста. Там ещё были артефакты, но их я попрошу посмотреть кого-нибудь не в этом мире. Станут моими трофеями. А золото потом раздам людям. Это их достояние, и я им его верну.

После этого я не задерживался в Тадинжуте. Переходил из города в город. Фрилоны были настороже. К ним присоединились войска. В поселениях ввели военное положение и комендантский час. Люди бунтовали, но их ропот пытались подавлять. Видимо, этот культ гораздо глубже пустил свои корни, сплетясь с управленческим аппаратом стран. Получается — без гражданской обороны тут не обойтись. Наверное, будет настоящая война, а не просто переворот, как я предполагал.

Я продолжал отлавливать Фрилонов для добычи информации. Зачастую убив при этом ещё нескольких. А военных не трогал. Они теперь ходили с Фрилонами и передвигались только большими группами. Пойманного я зашвыривал на серый путь и допрашивал. Обычно все становились очень разговорчивыми. И так как им очень хотелось жить, то я отправлял их как подмогу к первому перенесённому в другой мир Фреону. У них там уже должна была быть целая группа. Меня не волновало, как они справляются со своей ролью. Но тот самый первый Фреон выглядел уже освоившимся и с нужным настроем.

В каждом городе разрушал казематы и резиденции Фрилонов. Освобождал всех заключённых. Теперь там были не только ведьмы, но и простые мужчины. Видимо, оказавшие сопротивление. Их я выпускал, и они спешили раствориться в городских закоулках. А ведьм по-прежнему отправлял с Жуаром. Пока что в этом мире им было небезопасно. А для помощи они не годились, поскольку были слишком измучены.

Но Жуар при каждом появлении давал мне в помощь то одно, то другое. Первым он дал мне кулон для передвижения по Грани и перехода в другие миры. Сказал — если я найду себе помощника, то кулон пригодится. Но, к сожалению, в этом мире не было сильных магов, способных стать моей поддержкой. На Чарнинге и мужчины и женщины очень нуждались в ком-то сильном и его защите.

В следующий приход Жуара я сам попросил его предоставить информацию. Вспомнил всё неучтённое при переходе сюда и намеревался восполнить пробелы. Попросил артефакт со знанием языка других миров, которые мне надо посетить, а также карты тех местностей, поселений и важных — опорных и стратегических — пунктов.

— Я всё ждал, когда ты заговоришь об этом,— Жуар протянул мне несколько кристаллов.

— Приложи к виску — и поймёшь, что это,— объяснил, когда увидел мой непонимающий взгляд. В дальнейшем он так и снабжал меня кристаллами, а я пополнялся с помощью таких носителей новыми и новыми знаниями.

Прибыл в новый город, и тут у меня не заладилось с самого начала... Атмосфера накалена до предела. Везде посты. Они хватали каждого второго. Просто так, на всякий случай. Видимо, здесь мне придётся от заключения избавлять очень многих. Но вначале я собирался добыть сведения.

Два Фрилона стояли в подворотне, и я вышел к ним. Удивился такому маленькому количеству, и не зря. Это была ловушка. Не успел глазом моргнуть, как откуда-то в меня швырнули чёрной силой. Сгусток летел стремительно но фаерболлы — не пули. Я успел упасть перекатиться и ответить в ту сторону своей магией. И тут Фрилоны стали выходить кто откуда и закидывать меня фаерболами из чёрного магического огня. Я был окружён, меня постоянно атаковали.

Я устроил им жуткое представление. Исчез на том месте, где был. Зашёл в другое пространство и вышел сразу за одним из атаковавших, тот заверещал. Я рукой обхватил горло и был за ним, как за щитом. Но у остальных нервишки сдали, и они, целясь в меня, сразу обстреляли своего же. Тогда я проделал то же самое ещё с одним. Только после третьего до них дошло, что они делают, и бросились оттуда наутёк. Но мои плетения догнали их, а я сам настиг последнего и устроил ему хороший допрос.

Узнал, что ловушка предназначалась не мне. Наконец появились повстанцы, и Фрилоны нападали на них. Выяснил расположение казематов и узнал, что если сунусь туда — то меня ждёт отличная заварушка.

Надо разыскать сопротивление. Во-первых, передать трофейные деньги. Повстанцы наверняка нуждаются в финансовой поддержке. Ну и пусть помогут мне освободить пленных. Возможно, в этот раз ведьм не придётся никуда переносить.

Повстанцев выслеживал и наконец нашёл, когда они угодили в одну из ловушек. Моя помощь оказалась очень кстати. Группу мужчин, напавшую на двух Фрилонов, неожиданно для них атаковали со всех сторон. Для помощи сначала пришлось остановить время. Пустив атакующие плетения в неверном направлении, я избавил эту группу магов от неминуемой смерти. Их же плетения должны были попасть в цель. Значит, на два Фрилона меньше.

Сам же появился, запустив время и атаковав засаду с тыла. Началось настоящее сражение!

Больше время я не останавливал предоставив, ходу битвы идти своим чередом. Атакующие шары грохотали, проносясь и врезаясь то в здания, то в мостовую. Я сворачивался, пригибался и спешно отклонялся, переходя от одного Фрилона к другому. Успел убить нескольких, прежде чем повстанцы расправились с остальными.

Меня, конечно, заметили, и я ждал напряжения, но вдруг был узнанным. Несколько мужчин оказались теми, кого я освобождал в других городах. Не задерживаясь в подворотне, мне кивнули идти с ними, и я побежал следом за этой группой.

Как я и подозревал, убежище повстанцев было бедным и скудным. И сами они перебивались как попало. Послушав разговоры, определил: ведьмы им были безразличны. Как и раньше, они боролись за то, чтобы не было Фрилонов, но это было из-за очень большой власти культа,— власти, которую культ Фрилонов использовал несправедливо. Ведь тем Фрилонам, из-за которых пострадали мирные граждане, им ничего за это не было.

За ведьм было обидно, но я не стал переубеждать повстанцев. Вначале решил внести существенную материальную лепту в их существование. После этого уже можно будет о чём-то говорить, хотя они меня уважали и без того. В этом небогатом небольшом домике, затерявшемся среди таких же домов, на стене висела карта, на ней отмечались все мои нападения и атаки повстанцев, шедших по моим следам. Они вычислили, какой город будет на моём пути. Потому что я прокололся и шёл последовательно, по прямой. Из-за этого повстанцы смогли объявиться в этом городе раньше меня. Я решил это запомнить. Потому что если среди Фрилонов отыщутся такие же умники, мне будет несдобровать.

Сами повстанцы выглядели как группа мужчин в недорогой, но чистой одежде. В этом мире не было делений на разные расы, поэтому внешность людей была разной, но если сравнивать с моим родным миром, то похожи скорее на шотландцев. Крупноваты и простоваты внешне, но внутренне готовы к переменам и борьбе.

Дом, как и всё внутри, был прибран. Большинство мужчин владело бытовой магией, и поэтому с обиходом вопросов не вставало. Но еды было крайне недостаточно. И в такой одежде не пробраться в дорогой район, где находится резиденция Фрилонов с казематами и заключёнными. Также мужчинам часто не хватало резерва для полноценной битвы. А я успел разузнать, что эту резиденцию придётся брать штурмом.

Моё предложение о покупке еды, одежды и артефактов-накопителей было встречено с одобрением. Я пообещал на следующий день предоставить им всё сказанное. Ушёл не скрываясь. Потому что успел узнать, что место моего ночлега они уже выяснили. Я туда не пошёл, и всё нужное купил не в этом поселении. После того как на следующий день повстанцы были сыты и одеты, мы стали планировать предстоящее нападение.

Подбираться к зданию было решено под невидимостью. А там уже после нейтрализации первого ряда охранников мы пойдём не скрываясь. Нападать решили со всех сторон, полностью взяв здание в кольцо. Только я заметил, что повстанцы не то что бы хлюпики, но, вероятно, долго не продержатся. А мне был нужен только положительный результат.

Мы перенесли разработку плана ещё на день, а я начал искать подмогу. За хорошие деньги нанимал магов. Видно было, что подобное им в новинку, но те что помоложе, соглашались. А парочке постарше я после отказа стёр воспоминания и перестал даже подходить, приводить их в жилище повстанцев не стал. Мы встретились в городской черте. Тут были парки и сады, так что мест для встреч хватало.

Маги дали клятву о неразглашении информации. После этого мы перебрались беседовать в штаб. Но я снял для этого новый дом. Гораздо более благоустроенный и в респектабельном районе.

На следующий день назначили дату нападения. Тянуть никто не хотел. Оплаченные маги влились довольно органично. Я им платил за это, и они справлялись. Они были вместе со мной назначены в первую волну нападающих. Я себя и их сам назначил, категорично и не принимая возражения.

Раннее утро. По мостовой стелется туман. Он раздвигается от невидимых идущих фигур. Это жутко для восприимчивых барышень. Но полный провал для нас. Неожиданного нападения не вышло. Нас начали обстреливать ещё на подходе. Мы убрали ненужную теперь невидимость и нападали в открытую. Тогда же обнаружили, что стиснуты с двух сторон. Фрилоны выбрасывали плетения из резиденции, кроме того, сзади нас из подворотен вышли нападающие с тыла.

Зябкое туманное промозглое утро из тихого стало раскатисто гулким и невыносимо шумным. Нас интенсивно атаковали. Оплаченные маги хоть сражались не за идею, но стояли упёрто и держались. А вот повстанцы один за другим были ранены. Их принципы не давали им сдаваться, а накопители помогали держать оборону. Но вылетающие из-за углов атакующие магические шары снова и снова находили свою цель.

Сам я вертелся между всеми. Стремительно перемещаясь, старался отталкивать шары, направляя их по новой — бесполезной — траектории. Успевал выстреливать в ответ и попадал в свою цель. Но Фрилонов было чересчур много. И гул стоял очень большой. На него примчалась подмога. И она была не нам. Под прикрытием магических атак Фрилонов в дело вступили воины. Неопытных повстанцев атаковали опытные вооружённые бойцы.

Пришлось остановить время. Сразу всё затихло. Гул сражения и какофония взрывающихся плетений смолкли. Но отдыхать было некогда. Пробегая между застывших в нелепых фигурах людей, я направлял и перенаправлял оружие и шары. В застывшем воздухе добавлял от себя снаряды, наводя их по нужной траектории, и бежал дальше. Это будет один из последних залпов и моментов боя. У замахнувшихся застывших воинов я разжимал пальцы. Когда запущу время, они уронят свои мечи. Срезал ремни на их доспехах, закрывающих грудь, и, целясь в их тела, которые станут незащищёнными, вытаскивал у повстанцев стилеты и отправлял их в направлении нападающих.

Ещё миг — всё на своих местах, и я сейчас — тоже. И вот время снова начинает свой ход. Со всех сторон — сверкание падающего и выброшенного оружия. Грохот шаров, не достигших своих целей. Стоны раненых и умирающих, атака на которых была успешна. На миг всё затихает, и я с повстанцами и магами стоим уже в безопасности.

Через секунду выбегает новый отряд воинов, пришедших на помощь, но мы уже внутри резиденции и наглухо закрываемся от атакующих. Я набрасываю плетения —теперь никто не пройдёт. Фрилоны, держащие оборону, скрылись внутри,— в переходах,— и нас поджидают их ловушки. Но первый шаг пройден. Мы внутри. Снаружи всё ещё беснуются недовольные воины, но здесь гораздо тише. Первым делом нанятые маги начинают исцеление раненых повстанцев, а затем те, скрипя зубами и превозмогая себя, идут следом за нами.