Гувернантка для варвара

Глава 1

Утро началось с запаха горячих булочек со сливочным маслом. Я лениво поворочалась на своей узкой постели и заставила себя сесть. Глаза слипались, но это неважно, сама виновата. Зачиталась справочником продвинутой домохозяйки. Нудная книга с кучей рецептов и советов по дому, но ничего другого в библиотеке не нашлось. Или я всё уже прочитала, или на руках. Ну ничего! Мне обещали придержать в следующий раз новенькую приключенческую книжечку! Вот я оторвусь!

Я включила свет и нашарила ногами тапочки. Если потороплюсь, то как раз успею выхватить булочку до завтрака! Быстро натянув на себя джинсы и футболку, повязала на голову косынку и побежала в туалет умываться. Новый день — новые возможности, и ни одну из них я не хотела упускать.

По дороге вспомнила, что книгу надо как раз сегодня вернуть в библиотеку. Резко затормозила, вернулась в комнату, закинула талмуд в сумку, докидала полезных мелочей, которые обязательно пригождаются при работе с маленькими детьми: бинты, пластыри, перекись водорода, жуткую зелёнку, которой я сама побаивалась, детские книжки с картинками, которые, не удержавшись, купила на первую зарплату, облепиховое масло, аскорбиновую кислоту и активированный уголь, чтобы раздавать тем, у кого болит голова. В общем, кого я обманываю, сумкой это безобразие назвать сложно. Баул — вот куда более подходящее слово. Кстати, где мои влажные салфетки?

Вздохнув, выкинула всё из баула и переложила в большой туристический рюкзак. “Мириам, ты неисправима!” — прозвучал в голове голос директрисы, я с умным видом покивала ему и продолжила собирать свои сокровища. Жизнь сироты научила тому, что всё своё надо носить с собой, и некоторые моменты не испаряются просто так по щелчку пальцев. Поэтому сокровища рано или поздно оказывались на расстоянии вытянутой руки. И лучше взять их с собой с утра, а не бегать за ними целый рабочий, между прочим, день!

Времени на умывание не осталось, а эксперимент “не таскай весь свой хлам на своём горбу” провалился, пришлось налить в ладонь воды из графина, стоящего на тумбочке, наскоро протереть глаза и бежать.

— Опять со своим чумоданом припёрлась, — недовольно проворчала Наталья Степановна, наша повариха. — Я же просила.

— Простите, — пискнула я, забрала у неё тележку с кастрюлями и покатила её в сторону столовой.

Вообще, всё должно быть проще, но в столовой ремонт, и едят наши воспитанники в бывшей игровой. Поэтому катить мне эту бандуру через весь первый этаж!

Втолкнув тележку в игровую-столовую, я замерла. В комнате сидел дивный зверь. Первое, что бросалось в глаза, это странный цвет его меха. Зелёный. Небось кто-то постарался и облил несчастного зверя зелёнкой. Да что ж это за утро-то такое?

Позабыв о тележке, я попыталась поймать кота. Он посмотрел на меня своими большими чёрными глазами и ловко запрыгнул на подоконник. Ну где наша не пропадала! Я за ним. Нельзя оставлять животное в беде!

Кот ловко выпрыгнул в парк, а я, перемахнув через подоконник, бросилась вдогонку. У нашего детского дома большой красивый парк с кучей клумб, дорожек и даже маленьким фонтаном, который включали к приезду проверок.

Наша игра в догонялки закончилась неожиданно. Я зацепилась за корень сосны и полетела на землю, чудом не выставив вперёд руки, точно бы переломала. В глазах на мгновение потемнело от боли, я жалобно завыла, жалея себя. Плач Мириам длился ровно три секунды, потом удалось взять себя в руки и осмотреть повреждения. Как оказалось, не всё так страшно. Ссадины, одна хвоинка в качестве занозы, которую я тут же вытащила.

Сбоку раздался хруст веток, я подпрыгнула на месте, хотела обернуться, но не успела. Чьи-то огромные лапищи приподняли меня над землёй и тряхнули.

— Ты что тут забыла? И кто ты вообще такая? — рыкнули со спины, и я порадовалась, что сзади висит рюкзак, отделяя меня от этого жуткого незнакомца.

— М-м-маша! — еле выдавила я, представляясь адекватным именем.

От мамашки-кукушки мне досталось только странное Мириам, которое никак не вязалось ни с отчеством Ивановна, ни с типичной фамилией Петрова. Уж лучше бы Иванова, чем это идиотское сочетание. Впрочем, бабуля явно давала мне имя со всей возможной любовью.

— Странное имя, — снова прорычали сзади. — Что ты тут делаешь?

— У… уп-пала! — только и смогла ответить я.

Меня на мгновение поставили на землю, и только я решила попробовать дать дёру, как те же огромные горячие лапищи развернули меня и снова подняли над землёй. Хрупкой девочке Маше оставалось только перебирать ногами в воздухе.

— Кто такая будешь? — повторил свой вопрос мой пленитель.

А он… ничего такой. Грива волос, как это сейчас модно. Руки сильные, наверняка не один час в день проводит в качалке… Вот только одежда… он что, из каменного века вывалился? Какие-то шкуры. Чистенькие, надо отметить, но всё-таки шкуры.

— Отвечай? Кто такая? Род занятий, из каких земель?!

В глазах потемнело. Я поняла, что каким-то образом в наш замечательный парк пробрался самый натуральный псих. Нет, к нам и раньше дурачки захаживали, больница для душевнобольных недалеко, но чтобы настолько буйный сбежал? Да ещё свои вещи прихватить смог? Может, прямо из скорой и вырвался. Тёть Надь, спасите!

Меня тряхнули и сурово посмотрели прямо в глаза, пока я старалась вспомнить, как нужно вести себя с психами. Ничего дельного в голову не приходило, и я решила начать по чуть-чуть отвечать на вопросы. Главное — потянуть время, а там наша директриса, Надежда Михайловна, обязательно меня спасёт! Я ей ещё пригожусь, да!

— В-воспитательница, — заикаясь, ответила я.

По факту, конечно, нянечка, но тётя Надя в меня верила и разрешала иногда заниматься с детишками, когда все остальные были заняты.

— В-воспитательница? — переспросил псих. — И что же ты делаешь?

— Д-д-детишек… в-в-воспитываю… — проблеяла в ответ. — А ты кто? Как тебя зовут?

Между его кустистых бровей пролегла глубокая складка.

— Меркесова девка?! — спросил он и хорошенько тряхнул меня.

Я попыталась что-то пискнуть, но псих неожиданно улыбнулся, ловко закинул меня себе на плечо, словно я не весила ничего, и двинулся вперёд по лесу. Так, стоп, какому ещё лесу?! Где наш прекрасный садик?

— Да что вы себе позволяете?! — возмутилась я.

— Жить хочешь? — неожиданно спокойно спросил мужчина, останавливаясь и поворачивая голову в мою сторону. Я ему уверенно закивала. Хочу! Ещё как хочу! — Значит, тебе нужна защита. Места здесь тёмные. Меркесы всё, что им не принадлежит, клеймят и прибирают к своим лапам. Хочешь остаться свободной и живой — будешь моей воспитательницей. Работу тебе найду. И защищать буду. А ты мне с детьми поможешь.

— Кто такие меркесы? — осторожно спросила я, понимая, что псих точно находится в каком-то своём мире и лучше делать вид, что я верю в его бредни, и ждать подходящий момент для побега.

— Захватчики. Пришли с югов, привели чернокожих пленников, а у самих кожа бледная, словно снега. И холодом от них веет.

— И зачем им все эти люди?

— Да ллярд их знает, этих меркесов. Просто не попадайся им на глаза, и всё будет хорошо. А завидишь — беги быстрее, чем можешь бежать. Может, и повезёт. Дурная охота сегодня, Маша. И имя у тебя дурное. Будешь Мирой, как тут принято. Нечего детям голову дурить. И платье себе сошьёшь новое, как в наших землях принято. Спросишь у Кириан, где кладовая. Выберешь любой отрез, какой понравится.

— А что, если я не захочу оставаться? У меня там… мои воспитанники. Они по мне будут скучать.

— Если ты бежала так, что не помнишь, кто такие меркесы, то нет больше твоих воспитанников, Мира. И ты каким-то чудом спаслась. Так что смирись и продолжай жить. Может быть, нам повезёт, и мы увидим восхождение Изумрудной Звезды.

Я поняла, что спорить бесполезно. Если псих решил, что реальность такая, проще смириться и не сопротивляться. В конце концов… рядом с детским домом действительно был лес, мы там с детишками иногда отдыхали. Получается, что этот странный мужик меня выкрал. Самое страшное, что со мной может случиться, это несколько часов ожидания. Потом Надежда Михайловна поймёт, что я пропала, вызовет полицию, а они уже быстренько меня найдут. Весь дом камерами обвешан, несложно будет понять, куда меня утащили!

Глава 2

Надежда на скорое спасение таяла так же быстро, как обронённый на асфальт пломбир. Мой сумасшедший уверенно рассекал по лесу, словно тот был его вторым домом. Я болталась у него на плече и на любые попытки высвободиться получала недовольный рык. Злить психа себе дороже, и я продолжала висеть.

Через пятнадцать минут мы добрались до какого-то шалаша, из которого мой пленитель, так и не снимая меня с плеча, вытащил оленью тушу и двух дохлых то ли зайцев, то ли кроликов, я в них не разбираюсь. Повалив добычу на второе плечо, он понёс меня дальше.

То ещё приключение, скажу я вам, болтаться головой рядом с башкой уже порядком остывшего оленя! И он так на меня смотрит своим огромным карим глазом и будто бы спрашивает: “Что ж ты меня не спасла, Мириам? Почему? Я же такой хороший был. По травке бегал. Прыг-прыг, прыг-прыг. А теперь что? Теперь мы оба добыча!”

И как-то так жутко становилось, совсем-совсем не по себе. Но я старательно гнала прочь дурные мысли, чтобы было проще дождаться спасения. Хотя чем больше я размышляла, тем больше приходила к неутешительному выводу: если меня и ищут, то явно безуспешно.

Почему я так думала? Ну, начать следует с того, что выбегала за зелёным котом я поздней весной, почти-почти перетёкшей в лето. Но листва на деревьях была ещё изумрудных оттенков, а трава не цвела. Что же вокруг? Старые грубые листья на деревьях и кое-где уже семена. Не слышно пения птиц, а они ещё заливались почём зря, выискивая себе пару.

Ах да, лес был лиственный. Берёзки, осинки, ивы иногда попадались, ясени. А у нас вокруг детского дома росли сосны. Ну, иногда, в качестве исключения, можно было найти какую-нибудь ёлочку маленькую, но не вот это вот всё лиственное великолепие!

Вот скажите мне на милость, куда из моей памяти исчезли минимум три недели? Ответа на этот вопрос тоже не было. Ну кому могла понадобиться простая, даже необученная толком воспитательница из детского дома, чтобы тащить её на юга, где такое изменение климата могло бы быть вполне логичным делом?

— Да не дрожи ты так, не зверь, не обижу! — рыкнул мой похититель, и я с ужасом осознала, что меня всю трясёт от страха.

Оказывается, это не мужчина шёл резко и дёргано, а я сама превратилась в осиновый лист. Мужчина ступал мягко и неслышно, как будто бы сливаясь с лесом. Ни одна веточка под ногами не хрустнет, не зашуршит случайно потревоженный маленький камушек.

— Слушай… я уже поняла, что никуда от тебя не денусь. Может, я сама пойду? — от безнадёги предложила я.

Болтаться головой вниз порядком надоело. Укачивало. Да и общество молчаливого оленя, озвучиваемого моим внутренним голосом, порядком наскучило.

Мужчина замер, резким движением поставил меня на ноги и заглянул в глаза.

— Зачем тебе это? Что ты задумала, чужачка?

От взгляда его карих глаз становилось не по себе. Он словно проникал сквозь меня в самую душу, пытаясь найти что-то, что я могла попытаться утаить. Ох, хотела бы я сама знать, что творится у меня внутри! Но никакого понимания эмоционального статуса не было.

— Я не люблю болтаться вниз головой, знаешь ли.

Он не ответил, лишь красноречиво перевёл взгляд с меня на оленя, словно говоря, что, может быть, и понёс бы меня каким-то более подходящим образом, но… не может.

— Так, хватит! — Я начинала выходить из себя. Ощущение твёрдой земли под ногами придавало сил и уверенности. — Давай подумаем логически. Ты сильный взрослый мужик, я девочка метр с кепкой. Никуда убежать от тебя я всё равно не смогу. А тебе будет легче, если меня не придётся тащить на своём горбу. Ну что, я иду своими ногами?

Мужчина нахмурился, погладил освободившейся рукой подбородок, посмотрел на меня так оценивающе.

— Ладно, лл[я]рды с тобой. Но потом не ной, что устала. Нам надо добраться до жилища к вечеру.

Я радостно закивала в ответ. Что угодно, лишь бы не трястись вниз головой! Мир вокруг тут же стал куда приветливее. Я шла след в след за моим похитителем и осматривалась вокруг, надеясь найти хоть какие-то признаки цивилизации. Знаете, там, где люди бывают, можно всякое найти. От полиэтиленовых пакетов до резиновых изделий и пустых банок из-под пива и газировки. Но… ничего. Девственная чистота, словно в этом лесу никого не было.

Более того, я постепенно поняла, что идём мы не по тропе, а эта гора мышц прокладывает путь по одному ему известному маршруту.

— О, смотри, земляника! — воскликнула я то ли себе, то ли ему, увидев в траве маленькие красные ягодки в окружении резных листиков.

Стоило мне потянуться к ягодам, как меня, словно котёнка, за шкирку подняли над землёй, хорошенько тряхнули и поставили на место.

— Ночноягода. Ядовитая. Ты из каких подземелий выбралась, Мира, что таких мелочей не знаешь?

Я сглотнула слюну, которой успел наполниться рот, и присмотрелась внимательнее. Да уж… если это действительно ядовито, то моя смерть могла бы быть номинирована на премию Дарвина, не иначе. При близком рассмотрении стало ясно, что землянику растение напоминает весьма отдалённо. Зубчатых листиков было не три, а пять, а на самой ягодке ни одной семечки.

Вздохнув, мужчина наклонился, сорвал одну ягодку, растёр между пальцами и дал мне понюхать. Одного вдоха было достаточно, чтобы у меня закружилась голова.

— Сама видишь. Обходи стороной. И вообще, раз ты такая неразумная, Мира, как ты детей собралась воспитывать?

Я виновато потупилась. Уж не знаю, где я нахожусь, но явно придётся хорошенько изучить всё, что тут вокруг, прежде чем давать советы ребятне. А не то быть беде.

Дальше шли молча. Я то и дело натыкалась на что-то, что привлекало моё внимание, но старательно проходила мимо. Кто его, этого сумасшедшего, знает. Вдруг я надоем ему со своими невольными выходками, и он решит меня прикопать под ближайшим кустом как совершенно бесполезную тварь?

А ещё я постепенно начинала жалеть, что слезла с его плеча. Ноги натёрла, становилось больно идти. По-хорошему бы заклеить их пластырем, но стоило мне посмотреть на спину здоровяка, как желание окликнуть его и попросить притормозить пропадало. Больше молчишь — целее будешь.

Через, наверное, часа четыре, когда сумерки стали сгущаться, а лес постепенно превращался из дружелюбного в таинственный и зловещий, мы добрались до… замка. Нет, не вру! Самого настоящего замка. Он стоял на небольшом возвышении, окружённый рвом. А вокруг метров на пятьдесят не было ни единого деревца. У меня даже дух захватило от вида этого величественного сооружения. Неведомый зодчий выбрал для своего творения красный гранит. Выглядело очень необычно, а зубцы стен, выточенные из чёрного камня, придавали строению сходство с каким-то тропическим цветком.

— Иди впереди, — скомандовал мой псих. — Пойдёшь сзади, может быть беда.

Я даже спрашивать не стала, какая беда, и почему она минует, если я вдруг буду двигаться перед ним. Сделав над собой усилие, обогнала его и двинулась к замку. Ноги гудели, и единственное, чего я хотела, так это снять кроссовки, вытянуть ноги и просто посидеть. А уж если удастся опустить их в какую-нибудь ёмкость с чистой водой… У-у-у! Душу бы продала, если бы кто-то покупал.

Мы добрались до опущенного через ров моста и замерли перед решёткой. Она надёжно закрывала проход в замок. Я опёрлась о стенку спиной и прикрыла глаза. Даже такая передышка была мне как манна небесная.

— Кого это ты притащил, Ш[е]рвин? — спросил с той стороны звонкий детский голос.

Я с трудом разлепила веки и посмотрела туда, откуда доносился голосок. Да уж, не так я себе представляла маленьких девочек! Вот совсем не так.

С ручным арбалетом наперевес за решёткой стояла девчушка лет двенадцати на вид. Она не сводила с меня пристального взгляда карих глаз и недовольно хмурилась. Что-то мне подсказывало, что лучше не дёргаться лишний раз, а не то она подстрелит меня, как этот Шервин подстрелил бедолагу оленя.

— Нашёл. Будет по дому помогать, — лаконично ответил мой пленитель. — Открывай давай, Кириан. Нам бы отдохнуть с дороги. Пришлось сегодня уйти подальше, чтобы оленя подстрелить. А потом… неважно. В общем, потом её нашёл.

— Нам она не нужна, — сурово заметила девчушка, поглаживая спусковой крючок.

Я сглотнула. Вот уж неясно, кто из этих двоих больший псих, то ли взрослый амбал, то ли ребёнок с оружием. Но я совершенно точно не хотела ни отправляться на тот свет, ни получить дырку где-нибудь в важном месте.

— Кириан, я что тебе говорил?

Девочка недовольно нахмурилась.

— Ты главный. Но она нам не нужна! Я справляюсь!

— Не сомневаюсь. Но если мы хотим, чтобы зима прошла спокойно, нам нужно готовиться. Тут лишняя пара рук пригодится.

— Я сама смогу! Я уже лучше разбираюсь в магии, — продолжала упорствовать девочка.

— И ты в этом большая молодец. Без тебя нам было бы худо. Кириан, открывай. Я устал. У неё ноги болят, надо осмотреть, что там с ней случилось. Ты будешь заниматься магией, а она — хозяйством. Это не обсуждается.

Девочка посмотрела на меня взглядом взрослой женщины, говорящим что-то в духе: “Только попробуй сделать что-то, что мне не понравится. Я тебя убью!” Но она всё же отошла куда-то в темноту, потянула рычаг, и решётка медленно поползла вверх.

Шервин проскользнул первый, пока железка не поднялась высоко, сгрузил оленя, дождался, пока я войду, и принялся крутить колесо с ручками, закрывая проход.

Глава 3

Говорят, надежда умирает последней. Что ж, я лучше умру позже этой самой надежды! Это была самая настоящая катастрофа. Кириан с меня не сводила взгляда, постоянно держа на мушке. Знаете, не самое приятное ощущение, когда ты вот-вот можешь оказаться одной ногой в могиле. А мне казалось, что я в ней двумя стою и при этом каким-то невероятным образом умудряюсь двигаться по замку.

Что ж, строение капитальное. Штурмовать такое — удовольствие явно ниже среднего. Это не окна в дачных домиках выносить, не с крыши высотки на креплениях спускаться. Тут всё по законам оборонительного зодчества. Кажется, романский стиль. Увы, блеснуть знаниями архитектуры не получалось, да и не перед кем.

Шервин ушёл сразу же в какую-то низенькую каменную постройку во дворе, утащив за собой и оленя, и зайцев. Он попросил девочку провести мне экскурсию по замку. Честно, я бы лучше с ним посидела. Он хотя бы не пытался меня убить.

— Иди быстрее, — скомандовала Кириан. — На ближайшем повороте налево. Дальше пустующей кладовки я тебя не пущу.

Я обернулась и увидела, как девочка кивнула самой себе. Уверенно так, словно ей не двенадцать было, а все двадцать четыре!

— Почему?

— Потому что ты чужая. И ты нам не нужна. — Она нахмурила тонкие светлые бровки, посмотрела на меня волчонком своими серыми глазами и тряхнула арбалетом. — Давай, двигайся. Я тебя до вечера ждать не буду. Мне ещё Шервину помогать тушу разделывать и ужин готовить потом.

Она явно хотела упереть руки в бока, чтобы казаться более важной, но лишь дёрнулась, а потом поувереннее перехватила арбалет. Палец у неё соскользнул на курок, болт пролетел в опасной близости от моей ноги, я вскрикнула и отпрыгнула в сторону.

— Допрыгалась? — раздражённо спросила я, глядя на Кириан сверху вниз.

Моему терпению пришёл конец. Окончательный и бесповоротный. Тут не чаша переполнилась, она разбилась на множество мелких осколков. Я резво подошла к девочке и отобрала у неё арбалет. Тяжёлый, зараза! И как она умудрялась его держать так легко?

Я ещё раз осмотрела её, выискивая хоть какие-то признаки обычного современного ребёнка. Ну там какая-нибудь переводная картинка на руке. Может быть яркая резиночка с каким-нибудь мультяшным персонажем. Ага, размечталась!

Простое платье по типу деревенского. С передником, надо отметить, и широким поясом. На нём болталась связка ключей, мелодично позвякивая. С другой стороны висит мешочек маленький. На ногах… лапти. Да какой нормальный ребёнок будет носить это?!

— Отдай! Немедленно отдай! — закричала на меня девочка, сжимая кулачки.

Я уверенно подняла арбалет повыше, продолжая рассматривать мою провожатую. В свете небольшого окошка, выходящего во двор, сильно не поразглядываешь, но я заметила какую-то цепочку у неё на груди под воротом платья.

— Оружие — не игрушка, юная леди. Ведите себя достойно, — посоветовала я ей.

— Откуда ты... — Она задохнулась, не задав вопрос до конца. — Ты точно шпионка! Я тебя сейчас!

Отскочив от меня на шаг, она забормотала какие-то странные слова. На её пальцах заплясали искорки, а потом в мою сторону полетел огненный шарик. Я даже испугаться не успела, как он, коснувшись моего плеча, растаял с тихим шипением.

— Ведьма! Ты ведьма! Шпионка! — заголосила девочка и бросилась наутёк.

До двери, выходящей во двор, было совсем недалеко. Я рванула за ней. Скажу честно, бегать с грузом минимум в пару килограммов, не очень легко. Но я просто испугалась за неё. Мало ли что может прийти в голову ребёнку? Откроет ещё ворота, убежит в лес, а мне потом от Шервина выслушивать.

В том, что именно я буду виновата в побеге, сомневаться не приходилось. Судя по опыту общения, я буду виновата во всём, что происходит вокруг! Даже если дождя не будет, потому что повадки у него какие-то средневековые. А в эти тёмные века баба — она же дура! Существо неразумное. Удивительно, как он Кириан этой доверяет.

— Шервин! Шервин! Ты ведьму притащил! Беда! Беда, Шервин! — истошно вопила девчонка, залетая в то самое маленькое здание.

Я остановилась перевести дух. Уж если она там, с тем психом, то явно никуда убегать не собирается. Я выдохнула и осмотрелась. Всё по классике. Крепостные стены, четыре штуки, на сочленениях и над мостом — башни. Слева хозяйственная постройка, справа лестница, ведущая на стену. А за постройкой, судя по всему, колодец. Я отошла на несколько шагов и внимательно осмотрела сами жилые помещения. Их сложили тоже из красного камня. Три этажа — это внушительно, много труда… Смотровая башня и донжон, последнее место защиты.

Воображение тут же нарисовало рыцарей, сражающихся за безопасность замка. Рядом свистели стрелы, пела сталь, а я стояла и наблюдала за всем этим, словно со мной ничего не могло произойти.

И тут я снова увидела странного зелёного кота. Он смотрел на меня большими глазами, а потом, махнув лапой, побежал по лестнице на крепостную стену. И что-то меня дёрнуло пойти за ним. Рядом продолжалось сражение, а я, лавируя между бойцами, гналась за зелёным котом.

Почему-то подумалось, что это может быть как у Алисы. Она за кроликом, а я за котом побежала. Может быть, вернусь домой. Кстати да, а что, если всё происходящее мне просто снится? Я же могла где-нибудь там упасть, получить сотрясение мозга, и меня просто глючит, пока тело восстанавливается.

Такое объяснение всего происходящего мне понравилось. Тем более что недели две назад я как раз прочитала фэнтезийный роман про рыцарей, так что мои глюки вполне себе объяснимы.

Взобравшись на стену, я каким-то чудом догнала кота. Он сидел и умывался, поглядывая на меня. Я посмотрела во двор и с удивлением поняла, что никакого сражения рядом и нет. Чудеса да и только! Вот она — великая сила воображения. Лучше бы оно так на ЕГЭ по литературе разыгралось, когда я писала сочинение!

— Вот и поговорить можно, — сказал кот.

Я замерла как вкопанная. Только говорящих зверей мне не хватало для полного счастья.

Улыбнувшись, словно Чеширский Кот, он запрыгнул на зубец крепостной стены и посмотрел мне прямо в глаза. Мамочки! Он же огромный. Ну… мейн-кун, конечно, поменьше будет. Но у этого морда странная.

— Вот и что ты стоишь, время теряешь? У тебя явно вопросы есть. Задавай!

— Г-говорящий, — проблеяла я.

— Конечно, говорящий. А каким ещё быть духу-хранителю? При помощи спиритической доски общаться предложишь? Фу, какая пошлость! Итак, у тебя есть вопросы или предпочтёшь разбираться сама?

— Где я? Как мне попасть домой?

— Ох… вот так вот сразу с неприятных вопросов. — Кот посмотрел на меня с укоризной. — Ты в другом мире. Называется Эрв[е]рус. А назад ты не попадёшь. Нет дороги назад.

— К-как нет? У меня там поступление… работа… Мне домой надо! Надежда Михайловна рассердится.

Кот посмотрел на меня своими огромными грустными глазами и спросил:

— А что, если не рассердится? Что, если вообще не вспомнит, что ты была? Ты о таком не думала?

От неожиданности я даже села на камень. Ну как так? Как так может быть?

Кажется, последний вопрос я задала вслух, потому что дух-хранитель принялся объяснять:

— Вот это хороший вопрос. Почему о тебе забудут? Потому что я постарался. Ты тут нужнее. Кто ты там? Сирота безродная, а здесь у тебя есть шанс занять хорошее место в обществе. Да и мир твой немагический. Из таких часто люди пропадают, а мир подтирает сам, чтобы никто не увидел и не понял. Так что… даже если каким-то образом тебя туда вернуть, то некуда будет тебе идти, Петрова Мириам Ивановна.

— А мир сам не вернёт всё как было? У меня там экзамены сданы. Между прочим, довольно неплохо. Есть шанс на бюджетное место попасть! Да ещё и с направлением!

— Не вернёт. Мне жаль. Я не знаю, как это работает, но не вернёт. Так что привыкай к новому дому. Эрверус довольно похож на твой мир. У нас тут материки, моря, океаны, хорошая погода, — принялся заговаривать мне зубы кот.

— И никого, кому бы я была нужна! — со злостью возразила я, вспоминая детишек, о которых заботилась.

— Так ли никому? А как же Шервин? А Кириан? Неужели ты думаешь, что ты им не нужна?

— Ну да, да. Один притащил меня как добычу, вторая чуть не подстрелила, — хмыкнула я в ответ.

— Не все умеют говорить на языке любви, знаешь ли. Кто-то говорит на языке силы, а кто-то на языке страха. Ты хотела большую семью. Вот будет возможность потренироваться, выучить разные языки, чтобы создать крепкий союз. А мне пора. — Кот улыбнулся и начал таять, постепенно становясь прозрачным. — Мы, ллярды, в последнее время ослабели. Спроси у Шервина, что надо сделать…

Судя по тому, как округлились глаза, кот не ожидал, что окончательно растает прямо посреди предложения. Я вздохнула. Если всё сказанное правда, то я вляпалась и очень крупно. Другой мир… ладно, допустим, каким-то чудом у нас один язык, ладно… но ведь болезни-то разные! А я без иммунитета! Я же сейчас подхвачу какую-нибудь гадость и умру!

Глава 4

— Что ты тут делаешь? — Резкий оклик заставил меня прийти в себя.

Я подняла взгляд и упёрлась в Шервина. Он стоял и недовольно хмурился. М-да, вот это называется влипла!

— Кота ловила. Зелёного! — решительно ответила я, понимая, что мне всё равно не поверят.

Что ж, кажется, я в очередной раз ошиблась. На лице этого варвара, успевшего порядком перепачкаться в крови, я надеюсь, оленьей, отразилось странное понимание.

— Простите… леди… Мира, да? — Он посмотрел на меня ясными карими глазами, обеспокоенно осматривая всё вокруг. — Рад принимать вас в своём... доме.

Я только и смогла, что икнуть. Что-то явно изменилось. И мне это совсем не нравилось! Мало мне было психа, так у него, похоже, ещё и раздвоение личности! Мамочки, божечки-кошечки, злобушки-воробушки! Мириам, ты влипла по самую маковку.

— Вы выглядите напуганной. Что случилось?

Он обвёл меня внимательным взглядом, оценивая, кажется, каждую клеточку тела, а потом протянул раскрытую ладонь, предлагая помочь подняться.

— Я не знаю, что привело вас в мой дом и из каких земель вы происходите, леди Мира, возможно, вы уже рассказывали мне. Последнее время странные провалы в памяти забирают у меня очень много важного, но прошу вас, перестаньте бояться, я не причиню вам вреда. Мне кажется, дорога была долгой, вам нужно привести себя в порядок.

М-да. До принца из сказки ему как мне до родного мира, конечно, но галантности явно прибавилось.

“Что, развесила сопли, леди Мира? Захотелось поиграть в принцессу?” — спросила я у себя.

Ответ нашёлся сразу же. Уж лучше в принцессу, чем в пленницу варвара и его дикарки-дочери. Я смущённо улыбнулась и вложила свою ладонь в ладонь Шервина. Сильные пальцы обвили моё запястье, и мужчина потянул вверх. Осторожно, даже нежно. Я и представить не могла, что такая гора мышц может быть настолько аккуратной.

Поднявшись, я попыталась отобрать у него конечность, но не тут-то было. Держа руку на той высоте, на которую её подняла я, Шервин наклонился и поцеловал меня в пястье. Вот уж точно верх галантности! Особенно с учётом того, что на леди я мало походила в своих джинсах и байке.

— Пройдёмте, я подготовлю для вас баню. К сожалению, слуг сейчас нет, но можете быть уверены, я о вас позабочусь. Позволите забрать ваш груз? — Шервин посмотрел на мой рюкзак и приблизил к нему руку. Я кивнула, и жить сразу же стало легче. Подумав, отдала ему и арбалет. Что я с ним таскаюсь?

Расправив плечи, я почувствовала себя почти что заново родившейся. А ведь это всего лишь снятый рюкзак. Если мне дадут даже таз тёплой воды, я могу и лужицей растечься!

“Мира! Мира, опомнись! Ты что творишь?! Нельзя расслабляться. Мало ли куда тебя заведёт этот псих!” — напомнила я себе, беря Шервина под локоть и вместе с ним спускаясь по каменной лестнице.

Вот как взбираться, так я и не смотрела, что она узкая, а ступеньки мне до середины голени! Неудобно — жуть. Впрочем, с помощью варвара я смогла с честью преодолеть это испытание.

— Откуда вы прибыли, леди Мира?

— Мириам, — неожиданно для себя поправила я.

Почему-то полная форма имени показалась мне какой-то защитой, хоть я обычно и называлась Марией, но эти шесть букв — всё, что осталось у меня из того, родного, мира. Почему-то вспомнился мультик, в котором отбирали имя, а вместе с ним уходили и воспоминания. Я хотела быть собой, а значит, буду.

— Прошу меня простить. Конечно. — Он замер, заглянул мне в глаза и виновато улыбнулся.

Что ж, когда он ведёт себя {так}, можно подумать, что он даже миленький. Вот только в этом до смешного мало толку. Как будто за красивые глазки можно что-то получить. Можно было бы… я бы явно не прозябала в детском доме. Но нет… нужно что-то ещё.

— Почему вы живёте без слуг? — осторожно спросила я, пока мы приближались к хозяйственной постройке.

Мне стало немного дурно от мысли, что придётся мыться в одном помещении с разделываемым оленем, но мы обошли здание и остановились у двери с другой стороны.

— Не знаю, леди Мириам. Мне кажется, что со мной происходит что-то неправильное, но я никак не могу понять, что именно. Картинки в голове путаются… Поэтому, после того, как отдохнёте, вам тоже лучше покинуть меня. Я не хочу даже случайно причинить вам вред.

Я слышала в его голосе сожаление и какую-то затаённую боль.

“Да он же ужасно одинок! — осенила меня внезапная мысль. — Похоже, он просто хочет с кем-то поговорить!”

— Подождите, я проверю, всё ли в порядке в бане, — попросил он.

Я кивнула и осталась на улице, временами с любопытством заглядывая в предбанник.

Внутри было чисто, хоть и темно. На специальном железном блюдце стояла чуть оплавленная свеча, у стен теснились две отполированные до блеска деревянные лавки, над ними висели резные вешалки. Мой рюкзак нашёл приют на большой бочке. А ещё оттуда просто умопомрачительно пахло можжевелой. Я обожала этот запах, но даже валика с ним не было. У моей соседки по комнате на можжевелу была ужасная аллергия, поэтому приходилось проявлять человеколюбие.

— Всё в порядке. Пока ещё светло, но скажите мне, если вам нужна свеча, — известил меня Шервин, выходя наружу.

По его виску скатилась капелька пота, и я в предвкушении замерла на месте. Похоже, меня ждала баня. Самая настоящая горячая банька! Да после этой изматывающей лесной прогулки я бы отдала за неё очень и очень многое.

— Благодарю, я что-нибудь придумаю, — заверила я варвара, дождалась, когда он выйдет наружу, проскользнула в баню и с наслаждением закрыла за собой дверь.

Немного одиночества мне явно не помешает. Оказавшись в темноте, я сначала испугалась, а потом нащупала дверь в парилку, приоткрыла её и впустила в предбанник немного света.

Миленько. Полки для парения, камни, бочки с водой, надеюсь, холодной, железный бак, где должен быть кипяточек, тазики, кадочки… и небольшое окошко, закрытое кружевной занавеской.

В этом месте явно чувствовалась женская рука, что бы ни пытался мне показать этот Шервин. Если он живёт тут не первый месяц, конечно. Но что-то мне подсказывало, что нет. Например, протоптанная к замку тропка.

Становилось жарко. Я стянула с себя одежду и с грустью осмотрела ступни. Мокрые мозоли, штук пять точно, может, чуть позже появятся ещё. Набрав в тазик холодной воды, я добавила ковш горячей и с наслаждением опустила в неё ноги. Постояв так с минуту, передвинула таз к лавке и села.

Если бы было можно, я бы не выходила из бани никогда. Так можно представить, что я в деревне у бабули. И пахнет почти так же. Если закрыть глаза, можно даже вообразить, что она скоро зайдёт, кряхтя и держась за поясницу, посмотрит на меня выцветшими за девяносто с лишним лет серыми глазами и погрозит кулаком, требуя, чтобы я работала быстрее. Почему “работала” я никогда не понимала, ведь в бане моются, но от одного вида Аграфены мне всегда хотелось двигаться быстрее.

Эх, бабуля… К сожалению, ты ушла слишком рано для того, чтобы я была самостоятельной булочкой. Твой пирожочек даже не плакал, когда ты умерла. Просто очень сильно грустил.

Я стёрла кулаком непрошенные слёзы. Пожалуй, ради бабули я бы вернулась. Поломала все законы того и этого миров, поменяла бы небо и землю местами… Но её больше нет. Интересно, присмотрит ли кто-нибудь за могилкой?

Вздохнув, я поднялась и вылила на себя таз воды. Если я и дальше буду так раскисать, то точно не добьюсь совершенно ничего! Чтить память можно и без могилы, а мне явно нужно думать не о том, как пореветь. Нужно искать способы к выживанию.

— Что ты сделала, ведьма?! — распахнув дверь, с порога спросила Кириан.

Я едва успела прикрыться ладонями и отвернуться.

Ну вот, только этой егозы мне не хватало для полного счастья!

— Тебя не учили стучаться, прежде чем войти? — строго спросила я её, обернувшись через плечо.

На хорошеньком личике застыла гримаса оскорблённой невинности. Девчушка скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на меня.

— Я у себя дома и могу делать то, что считаю нужным, — заявила она, демонстративно поглаживая себя по висящим на поясе ключам.

— Угу. Я за тебя рада. А теперь выйди и зайди как положено, — сказала как отрезала я.

Сначала я сама вздрагивала от этой фразы в школе, теперь вот она пригодилась мне. Глаза девочки наполнились слезами, но мой уверенный, спокойный и строгий взгляд сделал своё дело. Она развернулась на пятках, вышла, а спустя секунду я услышала ужасающие удары по двери.

М-да… возможно, лучше было её не выгонять. Я быстро нашла взглядом полотенце, закуталась в него и властно велела:

— Войдите.

Что ж, если я надеялась на то, что воспитание — процесс мгновенный, то я очень сильно ошиблась. Дверь снова с треском ударилась о стену, на пороге, уперев руки в бока, стояла Кириан.

— Что ты сделала, ведьма?! — ещё громче повторила она свой вопрос.

Не такого я ожидала, не такого, но начало положено.

— Заходи, закрой дверь, — велела я. — А теперь объясняй, что тебя тревожит.

— Ты ведьма! — снова сорвалась на крик девочка.

Мне оставалось только печально вздохнуть. Ну что она заладила. Ведьма да ведьма. Да во мне магии нет. Я из немагического мира.

— Почему ты так думаешь?

— Тебя не берёт моя магия! А ещё Шервин… — Она замолчала, прикусив язык.

— Что Шервин?

— Неважно! Ты — ведьма!

Я закатила глаза. Вот почему дети не могут думать логично и структурно? Потому что это сложный навык, вот почему!

— Кириан, пожалуйста, успокойся, — попросила я. — Не претендую я на твоего Шервина. Не нужно ревности.

Судя по тому, как вспыхнули её щёки и как натянулась струной спина, я попала в точку. Я и сама в её возрасте ревновала бы ко всему, что видела. Это совершенно нормально, но рано или поздно нужно взрослеть.

— Итак, теперь, когда ты немного пришла в себя, расскажи мне, пожалуйста, почему тебя беспокоит то, что я, возможно, я подчёркиваю, возможно, ведьма. Мы ещё не решили, ведьма я или нет.

— Колдуны…. они всё портят.

— Но ты же сама учишься магии, так Шервин сказал.

— Это — другое! — решительно заявила девочка.

— Неужели ты думаешь, что ты одна — другая? — с улыбкой спросила я. — Иди сюда, давай помоемся вместе, я тебе помогу вымыть волосы, а ты мне расскажешь о том, что тебя беспокоит...

Глава 5

Девочка продолжала смотреть на меня волчонком, но помощь приняла. Неудивительно. Волосы у неё длинные, густые. С такими в одиночку вряд ли легко управляться, а Шервина просить о помощи она не будет. Слишком гордая и самостоятельная.

Я видела, как Кириан недовольно покусывала губы, как делала вид, что ей всё равно, что я вижу её голой. Жаль, что она не понимала, что мне вот точно всё равно. За свои года в приюте я помогла вымыть столько детей, что уже не воспринимала детскую наготу. Это просто тело, которое надо очистить от грязи.

Осмотревшись, я достала большую лохань с верхней полки и наполнила её холодной водой.

— Что ты делаешь? — недовольно спросила Кириан.

— Готовлюсь тебя мыть. Ты не любишь плескаться в воде?

— Это для маленьких! — недовольно нахохлившись, ответила девочка.

Мне оставалось только вздохнуть в ответ. Двенадцать — тот самый возраст, в котором уже пытаются отвоёвывать свои границы. И ничего с этим не поделаешь. Хотя на самом деле можно оставаться ребёнком и начинать принимать ответственность. Но в сознании мальчиков и девочек это две несовместимые вещи. Увы и ах!

— Нет. Это для тех, кто не хочет замёрзнуть, — уверенно заявила я, задумчиво поднимая лохань с пола.

Тяжёлая! Надо было сразу поставить её на нижнюю полку, но все мы сильны задним умом. Хорошо хоть не полностью наполнила!

— Как можно замёрзнуть в бане? — недоумевающе спросила Кириан.

Тут пришёл мой черёд смущаться. Ну да. Баня хорошо протоплена, это не душевая и не ванная в холодном доме.

— Тебе не нравится, когда о тебе заботятся? Сама назвала меня чужачкой. Не хочешь попробовать мыться так, как это делают… в моих землях.

Я чуть не сказала “в моём мире”, но вовремя прикусила язык. Если меня обвиняют во всяком, лучше не давать повода лишний раз себя уколоть. Чем меньше она обо мне знает и чем меньше я буду болтать лишнего, тем лучше. Мало ли что ещё может смутить эту резкую даму?

— Ну… давай попробуем, — скрывая любопытство за недовольством ответила Кириан.

— Тогда садись в лохань спиной ко мне. Да, вот так. И сейчас голову чуть назад запрокинь, — попросила я, разбавляя в ковше горячую воду и окатывая Кириан. — Вот так. Чем ты обычно моешь волосы?

Наверняка у такой важной дамы были свои любимые настои, а заниматься угадайкой в этой бане можно долго. На полке тут десятка два разных стеклянных колб, банок, коробов.

— Настойка мыльного корня с пионом. Она в зелёной бутылке, третья слева.

Я кивнула, взяла указанный сосуд и встряхнула. Мутноватый осадок метелью закружился внутри. М-да, это не однородные шампуни из пластиковой банки. Зато эко-френдли, зелёное и ещё все эти модные словечки. В общем, “как у бабули в деревне”. Почти.

Я откупорила склянку и с наслаждением втянула чуть горьковатый пряный запах. Таким мыться одно удовольствие, никакого тебе приторно-сладкого запаха, от которого не отделаться потом несколько дней.

— Что не так? — недовольно спросила у меня Кириан.

— Воспоминания. У бабушки было что-то похожее, когда мылись, — с улыбкой призналась я. — Так, давай чуть откидывай голову назад, чтобы в глаза не попало, и я хорошенечко тебя промылю.

Я поймала на себе заинтересованный взгляд и смутилась. Нет, мы, конечно, обе девочки, но не надо так на меня пялиться.

— Что не так? — задала я Кириан её же вопрос, выливая немного шампуня на ладонь и проверяя, как он пенится.

— Ты странная женщина. Точно ведьма. Это у них нет взрослых волос, — уверенно заявила она. — И бабушка твоя с травами работала. Ведьма! Потомственная.

Мне оставалось только вздохнуть. Да, в далёкие времена, очень похожие на местный быт, никто действительно не убирал лишние волосы. Разве что мужчины на лице, и то не все. М-да… выгляжу я для девочки странно. Но это ведь нормально — быть разными.

— Давай запрокидывай голову, — велела я и плюхнула ей на затылок шампунь, осторожно вспенивая. — В моих краях так принято. Если у женщины есть волосы где-то кроме головы, то это считается некрасивым. Дней семь пройдёт, кое-что отрастёт обратно, — попыталась я успокоить и девочку, и себя, чего уж греха таить.

Не хотелось бы угодить на костёр из-за такого недоразумения.

— А какая она, бабушка-ведьма? — спросила Кириан, закрывая глаза и на всякий случай складывая над бровями ладони козырьком.

Похоже, она переживала, что мыло попадёт в глаза.

— Она не была ведьмой, Кириан. Там, где жила я, вообще нет магии.

— Ну да, да, так я и поверила. Ты моё волшебство отразила.

— А что, если я его каким-то образом поглотила? Я не знаю, как это работает, просто предполагаю. Но магии у нас действительно не было. Что, если все, кто из наших земель, просто вбирают в себя магию, но не могут её выпускать?

— Тогда вас надо срочно призвать к нам сюда, чтобы вы победили меркесов.

— Ох, моя милая, если бы это было так просто, — со вздохом ответила я. — Кто такие эти меркесы?

— Я первая спросила. Какая она — бабушка-ведьма?

— Просто бабушка, — поправила я. — Она… знаешь, такая уже вся в морщинках, ей под восемьдесят лет было.

— Ну точно ведьма! Простые люди столько не живут! — радостно хлопнула в ладоши Кириан.

— Не ведьма, — устало поправила я. Это начинало понемногу раздражать. — В моих краях люди часто живут долго. Это нормально. Так вот. Она была старенькая и ходила, опираясь на палочку. Медленно так… Постоянно держалась за поясницу. У неё был огородик. Небольшой, но там росли пряные травы, — ударилась в воспоминания я.

— А я же говорила! Ведьма! Ведьма!

— Не ведьма. — Я начинала закипать. — Обычная старушка с маленьким огородиком. Что у вас за места такие дикие?

— Не дикие! Нормальные! — тут же обиделась Кириан. — Это у вас ведьминское логово.

— Слушай, ты явно хочешь поссориться. А я вот не хочу. Я хочу помыться, выспаться и пойти домой.

— И как ты пойдёшь, если тут меркесов тьма? Они не магией, так мечами тебя изрежут. Нет, если Шервин тебя притащил, значит, просто так не отпустит. Так что… готовься помогать мне с работой по дому. Надо будет ещё кое-кого помыть.

***

Мне оставалось только согласиться. Я хорошо помнила, как совсем рядом просвистел арбалетный болт. Маленькая разбойница явно найдёт способ добиться своего. Я не верила в её хорошее настроение. Кириан умело играла на эмоциях, изображая из себя просто чудо какого замечательного ребёнка, а в глазах плясали дьявольские огоньки. Мне не удалось убедить её, что я не ведьма. Она не верила в то, что к магии я не имею никакого отношения. Но это было, пожалуй, неважно. Зато у нас установилось своего рода перемирие. Кириан не пытается меня убить, а я ей понемногу рассказываю байки.

Когда с мытьём головы было покончено, девочка быстро спрыгнула на пол, схватила мочалку и с остервенением ей натёрлась. Я за это время успела только голову намылить. Что-то мне подсказывало, что и с мытьём головы она прекрасно справилась бы сама.

— Так. Сейчас придут Ариан и Гейвин. Я их к тебе пришлю.

— Кто это?

— Брат с сестрой. Их надо будет тоже вымыть, пока баня не простыла и всё такое. А я займусь ужином.

— Так. Погоди-ка. Сколько лет твоему брату? — опасливо спросила я.

— Девять.

— Тебе не кажется, что он… взрослый мальчик и может справиться самостоятельно?

— Нет. Не кажется. Ты же меня мыла? Мыла. А я старше.

— Дай мне хотя бы привести себя в порядок. И Шервин говорил, что ты принесёшь одежду.

— Уже принесла, — кивнула девочка.

— Вот посмотри, есть ли там какое-то нижнее платье. Чтобы после того, как я закончу с мытьём твоих брата и сестры его можно было поменять.

— Зачем? — непонимающе спросила Кириан.

— Как ты думаешь, твоему братику нужно видеть взрослую голую женщину? — устало спросила я.

Объяснять что-то Кириан было сложно. Она жила совсем в другом мире. Мире, в котором всё было одновременно и во много раз проще, и сложнее. И некоторые мои опасения могли быть для неё не больше, чем пустым звуком.

— А что такого?

— Нет. Я не буду помогать тебе с мытьём, если ты не дашь мне нижнее платье. Я лучше пойду готовить.

— Ещё чего! Отравишь нас, ведьма. Нет уж. Готовить буду я сама!

Я украдкой выдохнула с облегчением. Готовить я умела, но совсем немного. Откуда в сиротском приюте такие замечательные навыки добыть? Да и… судя по всему, на ужин нас будут ждать зайцы-кролики или олень. Сомневаюсь, что каждый повар в нашем мире может такое приготовить.

— Тогда я жду платье? — спросила я у Кириан.

— Ждёшь. И быстро моешься. У тебя пятнадцать минут на всё про всё. Я пока подготовлю брата и сестру.

Глава 6

Я медленно и верно катилась по списку из пяти стадий принятия неизбежного. Отрицание? Было! Гнев? Ещё как. Кажется, даже торг я прошла успешно. Правда, не с самой собой, а с этой маленькой девочкой, разговор с которой как-то поразительно быстро помог смириться с тем, что я действительно нахожусь в другом мире. Что дальше по списку? Депрессия? Вот буду гнать её поганой метлой! Нет никаких причин для того, чтобы хоронить себя заживо. Ну подумаешь, мир другой! Ну подумаешь, я здесь как бельмо на глазу!

Зато у меня есть крыша над головой и очень шаткое место. В целом, не так уж и плохо, если подумать. Не у каждой попаданки, кажется, так называются девушки, попавшие в другой мир, есть такой набор. Зато у меня нет того, что меня всегда раздражало в этих книгах. Нет навязчивого ухажёра. Шервин, как бы ни старался, на него не тянет. Он слишком странный. Грубовато-заботливый, скажем так. Но этого классического “ты будешь моей”, нет погонь за “редким сокровищем”. То ли я недостаточно сокровище, то ли в книгах всё врут. И я не знаю, какой вариант мне нравится больше.

Закончив с мытьём, я вышла в предбанник и нашла на своём рюкзаке два комплекта одежды. Один полный, а поверх него лежало простое платье без рукавов со шнуровкой на груди. Ни тебе приталенного силуэта, ни какой-то вышивки. Как и заказывала: простое платье, чтобы помыть молодняк.

Только я успела натянуть моё монашеское облачение, как дверь распахнулась и в предбанник вбежала девчушка лет пяти на вид. Она задорно смеялась и совсем не смотрела под ноги. Результат закономерен. Она врезалась в меня. Да с такой силой, что я покачнулась.

— Ой! Простите! А вы та ведьма, про которую говорила Кириан, да? Вы нам с братиком расскажете сказки? — затараторило чудесное создание.

Я с удивлением рассматривала её. Простое платье, похожее на то, в которое была одета я. Светлые волосы уложены в замысловатую причёску по типу колоска вокруг головы. На лице довольная улыбка, в которой не хватало одного нижнего зуба. И глаза карие, как у Шервина.

— Я не ведьма, — ответила я, прижимая девчушку к себе.

Дверь в баню снова распахнулась, и на пороге показался парнишка. Одетый в одни штаны, он напоминал ребятню из деревни, которая тайком убегала на речку или в лес строить дом на дереве. Те же характерные синяки весёлого детства, тот же огонь во взгляде. Да уж, повезло мне! Надеюсь, больше детей в этом замке не предвидится.

— Попалась, Ариан! Теперь ты водишь! — Мальчишка довольно показал язык и собрался разворачиваться, чтобы дать дёру.

— Стоять! — рявкнула я, делая рывок вперёд и хватая его за руку. — Всё, игры окончены. Время мыться.

Кажется, только в этот момент он меня и заметил. Замер, осторожно положил свою ладонь поверх моей, а потом медленно принялся отгибать мои пальцы, освобождаясь. Смотрел он на меня изучающе, я даже почувствовала себя мышкой, на которую сверху пикирует сова. Да что ж они все такие дикие тут? Я что, зло во плоти, что на меня сразу скалятся.

— А… ты эта… как её. Мира, добыча Шервина. Не нужно меня мыть. Я мужчина. Я сам справлюсь. Ты Ари помоги, она ещё маленькая.

— А ты?

— А я потом вымоюсь. Нечего мне с бабами в баню ходить! — уверенно заявил мальчик, хотя по поведению его впору было называть парнишкой. — Пойду помогу пока Шервину, а вы тут своими бабскими делами занимайтесь.

Он чуть скривился, словно собирался смачно харкнуть на пол, но сник под моим строгим взглядом и, ссутулившись, поплёлся к двери.

— Не задерживайтесь, — строго сказал он мне. — Полчаса, не больше. А то Кириан будет недовольна.

Я почувствовала себя немного спокойнее, когда за ним закрылась дверь с другой стороны. Повернувшись к Ариан, с теплом посмотрела на девочку. Ну какая же куколка! Такую принарядить, и будет прямо маленькая принцесса!

— Ну что, идём мыться?

— Не хочу. Но, похоже, надо, да?

— А почему не хочешь? Не любишь мыться? — спросила я у неё, помогая стянуть платье.

— Косы не хочу расплетать. У Кириан не всегда есть время меня заплести. А когда коса простая, она часто превращается в мочалку. А я должна выглядеть хорошо. А ещё…

Я опустилась на колени и заглянула прямо ей в глаза.

— А что, если я заплету тебе косы? Мыться ведь и вправду надо. Чистота — залог здоровья.

— Чистота — залог того, что Кириан не будет ругаться, — со вздохом отозвалась девочка, а потом в её глазах загорелся огонёк любопытства. — А ты умеешь плести косы?

— Умею. Разные-разные. Но это только для чистых и опрятных девочек, которые со мной дружат. Ну что, будем дружить?

Я протянула ей ладонь для рукопожатия. Ариан посмотрела на меня с прищуром, пряча руки за спиной.

— А ты точно не ведьма? А то ведьмы потом детей крадут. А я не хочу, чтобы меня украли. А ещё…

— Нет, милая, я не ведьма. Зачем ведьме врать, тайком пробираться в замок, чтобы украсть девочку? Ведьма бы тебя ночью где-нибудь поймала, схватила за руку, посадила за собой на метлу и увезла бы в далёкие дали.

— А что, ведьмы так умеют? А откуда ты знаешь?

— Это же сказки. Их все знают.

— А ты много сказок про ведьм знаешь?

Это аканье постепенно начинало надоедать. У детишек часто бывают слова-паразиты, а тут всего лишь звук-паразит. Когда я была маленькая, меня бабуля постоянно отчитывала за то, что я через слово вставляла “это”. Надо будет поработать над речью Ариан, а то во взрослом возрасте избавляться от такого маленького изъяна будет тяжело.

— Много знаю. И расскажу, если будешь хорошей девочкой.

— А я буду! Обязательно буду.

— Тогда первое задание для хорошей девочки, — сказала я, хитро подмигивая и подхватывая девочку на руки. — Перестать говорить с кучей “а” в начале предложений. Это не очень красиво.

— А почему? — удивлённо спросила Ариан, прижимаясь ко мне.

Я открыла дверь в парилку, и на нас дохнуло жаром. Ещё немного, и я словлю тепловой удар, не иначе.

Я намеревалась быстро покончить с мытьём и освободить помещение, но не тут-то было! Ариан оказалась той ещё егозой. Да и поплескаться любила. Если Кириан я уговаривала сесть в лохань, то Ари плюхнулась в неё и довольно забарабанила ладонями по воде. Брызги полетели во все стороны.

— Что это за безобразие? — строго спросила я.

— Веселье. А что, нельзя веселиться?

Я шумно выдохнула. В приюте я чаще работала с детьми постарше, и что делать с такой егозой просто не представляла.

— Можно. Но давай мы немного меня пожалеем. В бане очень жарко, если я перегреюсь, то не смогу вечером рассказать сказку. Я заболею.

— Ты, как снежная дева, растаешь? А почему?

Вот уж правду говорят, что не придумывай оправдания, оправдают сами тем способом, в который поверят.

— Нет, милая. К сожалению, нет. Я обычный человек, как и ты.

— А Кириан говорит, что ты ведьма.

— А ты веришь всему, что тебе кто-то сказал? — спросила я, недовольно морщась от того, что подхватила эту странную манеру речи.

— А как не верить? Она моя сестра. Она обо мне заботится. Значит, она желает мне добра.

— Кстати об этом, — осторожно начала спрашивать я. — А почему вы живёте одни в лесу?

— Меркесы. А это всё они виноваты. Но я не могу рассказать. Кириан рассердится.

— Почему?

— А я не могу рассказать. Так что лучше давай ты расскажешь сказку? Я хочу сказку!

Она обернулась и посмотрела на меня своими карими глазищами. Определённо, Ариан не знала, что нельзя использовать магию вне школы. А маленьким детям всем подвластна эта сверхспособность: смотреть огромными вот-вот наполняющимися слезами глазами и требовать исполнения их прихотей.

— Я подумаю. Нам нужно ещё много всего сделать.

— Хочу сказку.

— А я хочу понять, где я оказалась. Вы четверо — семья?

— Ну… да.

— А Шервин?

— А Шервин — он главный. Всё, ничего больше не скажу. Нельзя. Беда будет! — перестав акать, испуганно заявила Ариан и закрыла рот ладошками.

Сколько ни пыталась я её разговорить, Ари сидела, словно воды в рот набрала. Всё, что от неё можно было услышать, — просьбы рассказать сказку. У меня складывалось странное ощущение, что я совершенно ничего не понимаю. Три ребёнка, один мужчина. Допустим, он их отец. Судя по тому, как детишки на него похожи, очень даже может быть. Но… где их мать? Что случилось?

Меркесы, меркесы… Почему-то мне казалось, что дело именно в них. Убили? Похитили? Сложно сказать. Детская психика пластична. Даже если случилось что-то по-настоящему страшное, они легко это забывают и живут дальше. И всё же… я не очень подхожу на роль их матери. Как минимум потому, что я совершенно не знаю этот мир! Что я могу дать этим детям?

Я посмотрела на Ариан и поняла, что главное я действительно им могу дать: любовь и заботу. А остальное наладится.

На мгновение мне показалось, что я каким-то чудом выиграла в лотерею, даже не покупая билета. Я, Мириам Иванова, всегда хотела иметь то, чего у меня не было. Большую и дружную семью. И сейчас у меня есть шанс её получить. Или нет?

Вспомнив Шервина, я вдруг осознала, что он может всё ещё любить мать этих детишек. Судя по разнице в возрасте между ним и Кириан, любовь была яркой и скорее всего первой. А значит… у него в сердце может не быть места для ещё одной женщины.

Глава 7

Я заканчивала вытирать довольную Ариан и кутать её в полотенце, когда дверь предбанника распахнулась и на пороге показался Шервин. Он посмотрел на меня внимательным, но немного безумным взглядом.

— Кириан выделила тебе комнату. Я отнесу вещи. Ари, Ари, не спи! — потребовал он, и девочка у меня в руках сонно заворочалась.

Недовольно посмотрев на Шервина, я прижала к себе Ариан.

— Зачем? Она так сладко дремала.

— Ужин. Все должны прийти на ужин, — сурово ответил мне Шервин. — Ариан, проводи гостью на кухню.

— Да, конечно.

Маленький комочек в моих руках зашевелился, пытаясь выбраться из полотенца. Не выдержав, я поцеловала Ариан в макушку. Она была такая сладенькая. От неё пахло травами и детством. Что-то сладкое, неугомонное и жажда жизни.

— Ариан, ты устала? — спросила я её, когда Шервин вышел, забрав с собой мой рюкзак.

— Немного. Но я провожу.

— Давай я помогу тебе одеться, оденусь сама и отнесу тебя на кухню. А ты мне будешь только говорить, куда идти? — предложила я.

Девчушка опёрлась о моё колено двумя ладошками и заглянула в глаза, довольно улыбаясь .Вот правду говорят, что милота — это их оружие, а её немного щербатая улыбка — это вообще незаконно.

— А покажу. Только давай быстрее. А не то Кириан будет злиться, что она готовила, а мы опаздываем.

— Как она успеет что-то приготовить так быстро? Или она разогревает? — спросила я, помогая Ариан надеть панталоны и подвязать маленькие изящные чулки.

Они были сшиты из невероятно мягкой и нежной ткани. Она совсем не вязалась с верхним платьем из грубого льна, как будто эти вещи принадлежали двум разным девочкам.

— А она волшебница. Для неё нет ничего невозможного, — с гордостью ответила Ариан.

Мы вышли из бани во двор, и я вдохнула пьянящий лесной воздух полной грудью. Стало немного грустно, ведь детский дом стоял в сосняке, невероятно пахнущем по вечерам хвоей и смолой, но тёплые ладошки Ариан, обвивающие мою шею, тут же прогнали эту хандру.

— А когда мы пойдём? — спросила девочка, устраивая голову на моём плече.

— Да вот прямо сейчас. Указывай, куда, — попросила я, поудобнее подхватывая её.

Кажется, я немного переоценила свои силы. Ариан оказалась несколько тяжелее. Или это я устала. Или каждый грамм через каждые десять метров увеличивает свой вес вдвое.

— В замок, — скомандовала Ариан, указывая ладошкой на дверь.

Мы вошли, и на нас опустилась ещё более тягучая прохлада. После жара бани это было по-своему приятно.

Я узнала коридор, в котором Кириан стреляла в меня из арбалета, и тут же стало неуютно. Я не ребёнок, чтобы просто так расставаться с неприятными воспоминаниями. Ариан уверенно командовала у меня на руках. Мы прошли несколько дверей, повернули направо, потом налево и оказались на кухне.

Что ж, как-то так я себе и представляла средневековую кухню. Много ножей, столов для готовки, в углу простой деревянный стол для еды прислуги.

— На лавку! — скомандовала Ариан, привлекая внимание Кириан.

— Вот и вы. Ведьма, помогай, — тут же принялась командовать старшенькая.

Я решила лишний раз не спорить. Ну нравится ей называть меня ведьмой, пусть так и будет. В конце концов… что поменяется от того, что я запрещу себя так называть? Да ничего! Вот и нечего переливать из пустого в порожнее.

— Что нужно делать? — спросила я, улавливая в голосе нотки усталости.

Да уж! Денёк выдался тот ещё, хоть какая-то его часть и выпала из жизни.

— Крути зайца, чтобы поджарился равномернее, — велела Кириан, указывая мне на ручку.

Пожалуй, это было по мне. Я радостно опустилась на ближайший табурет и вытянула вперёд ноги. Мозольки неприятно побаливали, облегчение после бани сошло на нет. Как бы мне сейчас пригодился мой рюкзак. Там есть пластырь. Можно было бы заклеить все эти мелкие ранки.

— Что к кролику? — спросила я, чтобы не молчать.

Ариан уже успела уснуть, устроив голову на сложенных локтях.

— Ш-ш-ш! — прошипела Кириан. — Видишь, она спит? Не мешай.

— Так ещё вся ночь впереди, — шёпотом ответила я. — Выспится.

— Она тоже может быть волшебницей, как я. Волшебникам важен хороший сон. Не буди. Всё равно толку от неё пока мало. Ребёнок же, — рассудительно заметила Кириан. — На гарнир рагу из кореньев с грибным соусом. На первое суп из листьев арн[ы]шника. И компот на десерт.

— Внушительно. И всё это сама? — спросила я, не забывая медленно поворачивать зайца над огнём.

В животе неприятно покалывало. Всё-таки за целый день я не съела ничего. Ни тебе завтрака, ни обеда, а вот тут, пожалуйте, вкусно пахнущий ужин. Если бы это был наш домик с бабулей, я бы уже вовсю накладывала себе порцию супчика, не дожидаясь её. Но это не наш дом.

— Я — главная. Так что да, сама, — гордо ответила Кириан, подошла к подвесному шкафчику, достала оттуда глиняные тарелки и принялась расставлять их на столе.

Я с интересом наблюдала за ней. Кажется, в этом всём было больше смысла, чем могло показаться на первый взгляд. Она как будто хранила какие-то важные для них всех традиции. Маленькая хозяйка огромного замка, которая не сгибается под тяжестью навалившихся дел. Пожалуй, Шервин прав, Кириан нужна помощь. Вот только примет ли её девочка?

На большие глиняные тарелки легли льняные салфетки, сверху Кириан поставила плошки для супа. Ложка справа, вилка и нож слева. Даже для малышки Ариан! Оставалось лишь надеяться на то, что рядом будет кто-то, кто поможет.

— Не зевай. Заяц должен прожариться со всех сторон, ведьма, — напомнила мне Кириан.

— Ты же знаешь, что я не ведьма. Почему продолжаешь так называть? — шёпотом спросила я, поворачиваясь к огню.

— Потому что мне нравится. Да и имя Мира какое-то слишком приторное. Оно не подходит для сильной женщины. А слабые здесь не выживут.

— Как насчёт Мириам? — предложила я полный вариант.

— Хм-м-м. — Кириан повернулась ко мне и бросила оценивающий взгляд. — Давай попробуем.

— Почему ты так цепляешься за имя? В наших землях говорят, что хоть горшком назови, только в печь не ставь…

— Магия меркесов. Я кое-что успела понять. Она не такая, как у меня. Они не плетут узоры из потоков нитей. Они работают иначе, — поделилась откровением Кириан.

— И как же?

— Они узнают имя. Настоящее имя человека. И, если оно слабое, действуют через него.

— Получается, что эти меркесы действуют только на живых существ? — задумчиво спросила я.

— Почти. У многих важных предметов тоже есть своё имя. Нужно его только найти. У этого замка есть имя. У нас у всех есть тайные имена, у каждого. И у тебя тоже. Но ты своё имя пока не нашла, а наши я не произнесу вслух, это опасно. Сокрытое имя — последняя защита перед этими…

— А кто знает это скрытое имя?

— Так жрецы. Его дают жрецы. Первое, что сделали меркесы, это попытались сломить волю жрецов. Но их защитил Смотрящий Сквозь Звёзды. Если кто из меркесов пытается напасть на жреца, то его сразу пронзает звёздный огонь. Поэтому меркесы действуют хитрее. Это дольше, но они все равно добиваются своего.

Она печально вздохнула, внимательно посмотрела на меня, явно намереваясь что-то сказать, но не успела. Дверь распахнулась, и на кухню вошли Шервин и Гейвин.

— Что на ужин, хозяюшка? — зычно спросил варвар.

Ариан подскочила на месте и принялась сонно тереть глаза руками.

— Вот вечно ты так. Дай поспать ребёнку, — недовольно отчитала старшего Кириан. — Садись, там и разберёмся. И ты, Мириам, садись.

— Она Мира, — поправил Шервин.

— Мириам. Это имя сильнее. Пусть будет так.

— Это?..

— Нет. Не скрытое. Я не вижу скрытых имён. А теперь давайте все есть, а потом Мириам пойдёт укладывать Ариан. А я займусь уборкой.

Мне показалось, что она говорила с лёгким облегчением. Всё-таки следить за ребёнком — это большая работа. А когда у тебя и так дел невпроворот, то исчезающие заботы только радуют.

Глава 8

Моя комната оказалась небольшой, но уютной. Я морально приготовилась отбиваться от полчищ тараканов и клопов, но ни одного насекомого, кроме залетевшего через приоткрытое окошко комара, не было. И это внушало надежду на то, что не всё так плохо в мире, в который я провалилась. Я как могла старалась уговаривать себя, что всё в порядке, что мне только и нужно, что немного пообвыкнуться, и всё будет хорошо. Не хотелось верить зелёному коту, но и тешить себя напрасными надеждами было чревато.

Итак, у меня была кровать. Широкая, на такой два человека могут спокойно спать. По углам столбики, явно для того, чтобы на них закрепить балдахин, но его не было. У окна стоял небольшой столик, определённо предназначенный для письма, чуть сбоку от него пристроился шкаф с удивительными резными дверцами.

Первое время я сидела на кровати и рассматривала рисунок, поражаясь искусству неведомого мне мастера. Сверху, на изголовье, был изображён мужчина в маске. Вместо глаз у него были звёзды. Звёзды украшали его мантию, которая перетекала на дверцы, звёзды сыпались из его ладоней. Под его ногами простирался мир. Схематичные изображения людей, растений и зверей. Они все смотрели на звёздное небо, и мне казалось, что они видели свою вечность, постигали какую-то невероятную истину.

— Смотрящий защищает мир, — услышала я тоненький голосок сзади и обернулась.

В дверях, прижимая к себе подушку и деревянную куклу, стояла Ариан.

— Привет. Смотрящий — это бог, да? — спросила я у неё, похлопав рядом с собой по постели.

Девочка тут же села рядом и прижалась ко мне.

— А то ты не знаешь? Он же наш спаситель. А легенды древние говорят, что когда-то было много богов, но они ушли, оставив всё смертное развиваться самостоятельно. А потом из Загранья…

— Загранье? — осторожно спросила я, приобнимая девочку.

— А, да, Загранье. Его нет на шкафу. Может быть, у Кириан в книгах есть. А завтра и посмотрим! А из Загранья пришли тёмные силы. Одни из них были понятны, другие нет. А ещё среди них были меркесы. Странные колдуны, порабощавшие всё на своём пути.

— Что такое Загранье? — спросила я, пытаясь направить столь необходимый мне поток откровений в нужное русло.

— А это то, что за гранью. Гранью нашего мира, за которой открываются другие миры. А мир меркесов, говорят, совсем разрушился. Поэтому им нужен мир, в котором они могли бы стать полноправными хозяевами. И они нашли нас. А потом начали порабощать, узнавая имена и приказывая. Тогда Смотрящий Сквозь Звёзды вернулся.

— Зачем?

— А кто его знает? Он же бог. Но он избрал тех, кто защитит мир. Он дал им право менять имена, давать новые, сокрытые.

— И меркесы не смогли тогда порабощать?

— А они и сейчас не могут. Избранные передают дар божества, делятся им, приумножают. Защищают. А наши предки смогли как-то изгнать меркесов. Никто не знал куда, но они вернулись. А ещё они стали сильнее. И узнают имена легко-легко. И только сокрытые имена продолжают защищать нас милостью Смотрящего.

— Красивая легенда, — прошептала я, прижимая девочку к себе.

Она выглядела немного напуганной. Чего греха таить, я тоже немного переживала. Сложно представить себе силу, которая может по одному только имени заставить человека повиноваться.

— Ариан, а что будет, если меркес узнает сокрытое имя?

— Он поработит человека. Но его можно спасти. А знаешь, что нужно делать?

— Откуда, моя хорошая? Я из других земель. У нас нет ни меркесов, ни скрытых имён…

— А нужно человека связать и отвести ко жрецу, чтобы он дал новое скрытое имя. Кажется, что просто, вот только тот, кого поработил меркес, становится сильнее. И никого он не услышит.

— Поэтому вы прячетесь в лесу? Чтобы никто вас не нашёл?

— Не поэтому. А почему, рассказать не могу. Это опасно.

— Ну… ладно. Может быть, потом расскажешь? — спросила я, но в ответ получила отрицательное мотание головой. — Что ж… зачем ты пришла?

— Долго тебя ждала. А я хочу сказку. А ты говорила, что много знаешь. Расскажи сказку. А я сразу и усну.

— А мне потом тебя нести к тебе в комнату? — немного устало спросила я.

Нет, конечно же, я справлюсь. Просто… день действительно выдался тяжёлым, и мне тоже нужен отдых. Хоть немного.

— А можно… можно я останусь? — доверчиво спросила Ариан, заглядывая мне в глаза. — Раньше со мной Кириан спала, а потом Гейвин приглядывал. Но он теперь считает, что он слишком большой, чтобы спать в одной комнате с девочкой. А я…

— Боишься темноты? — предположила я, прижимая её к себе.

О, темнота — то, что будоражит наше воображение, призывая из самых его недр потаённые страхи. Когда ушла бабуля, я долго не могла заснуть. Постоянно мерещилось то то, то это. Казалось, что сама Леди Темнота хочет обнять меня, поцеловать в лоб, как Снежная Королева, и увести в далёкие дали, где я никогда не увижу света солнца.

— Нет. Я… А ты умеешь хранить тайны? Говорят, ведьмы умеют. Но ты говоришь, что ты не ведьма.

Я устало вздохнула. Что я могу сказать? То, что я окончательно запуталась? Что мне кажется, что эта девчушка лет пяти, ну шести максимум на вид мне кажется умнее и мудрее меня самой? Что я совершенно потерялась и не знаю, что будет дальше? Да, могу. Вот только что это даст? Поможет ли это кому-то.

— Я никому не выдам твою тайну.

— Мне кажется, что во мне тоже есть магия. В нашей семье она всегда была у девочек. Мальчики… они не пустые, но не открываются. Всё-таки волшебство, как говорит Кириан, — это тонкое кружево. Так вот… А моя магия другая. Я… А я похожа на меркеса, — чуть не плача, призналась она. — Я… я вижу какие-то нити, их переплетения, но всё, что я могу, это говорить, где и когда они пересекутся. А иногда могу угадать, к добру или к худу…

— Так ты гадалка? — предположила я.

— Не знаю. Но… я боюсь. Мне страшно. А что, если меркесы придут за мной? Они часто забирают тех, кто похож на них.

— И ты не хочешь попасть к меркесам?

— А кто захочет? Все, кого они забирают к себе, умирают и только потом становятся меркесами. Я лучше умру! А ещё я хочу сказку!

Она словно забыла все свои переживания и требовательно сжала мою руку, требуя историю.

— Я никому не отдам тебя, маленькая принцесса. Всё будет хорошо.

— Ты… ты тоже видишь эти нити, да? — с испугом спросила Ариан.

— Нет. Не вижу. Итак, хочешь сказку про петушка и лисичку?

— А у неё хороший конец?

— Конечно, принцесса, хороший. Это же сказка. Она должна быть доброй…

***

“Сказка должна быть доброй”, — повторяла я себе раз за разом, поглаживая сопящую Ариан. Я действительно хотела бы попасть в добрую сказку. Какая девочка не мечтает стать принцессой, жить в замке? Чтобы у неё было всё и ещё немного? На самом деле, таких достаточно, но я не из их числа. Я хотела быть чьей-то маленькой принцессой, чтобы обо мне заботились, чтобы любили, читали сказку перед сном и целовали в лоб. Сидели рядом, если я не могу уснуть, объясняли то, что я не понимала, подсказывали, направляли. Это была бы моя сказка. И да, в детстве я тоже мечтала о замке, о карете, запряжённой лошадьми. Что ж, замок у меня есть. А у меня ли? Хороший вопрос. Пока совершенно точно у меня есть дети, о которых нужно позаботиться, и тайны, которые нужно раскрыть.

А ещё есть скрытое имя. Если проводить аналогии. Не думаю, что в мире, в котором совсем нет магии, можно провалиться в другую реальность. Наверняка магии просто очень мало. А что, если бабуля покрестила меня и дала то самое тайное имя? Как же его?

Я закусила губу, пытаясь вспомнить, но не могла. Оно определённо было похоже на то, что в паспорте. Но какое? Бабуля старательно выбирала что-то похожее, но незаезженное. Как же? Как же меня зовут? Кто я?

С этими мыслями я прижала к себе Ариан и попыталась заснуть. Тёплый ветерок приносил запах леса и воды. Наверняка где-то рядом есть река… нужно будет… сводить туда… искупаться...

Глава 9

Провалившись в сон, я забыла обо всех проблемах. Перестали болеть ноги, отошли на задний план мысли о настоящем имени. Мне даже что-то снилось. Что-то про пони и единорогов, радугу и мир, в котором не было тёмных красок.

А потом снаружи что-то завыло, и я проснулась. Резко села в постели и прижала к себе перепуганную Ариан.

— Меркесы! Они пришли! — испуганно прошептала девочка, вжимаясь в меня. — А ты сдержишь слово? Не отдашь?

Я чувствовала, как её буквально трясёт от страха. Тоненькие пальчики впивались в мои плечи до боли, но я понимала, что нельзя её отталкивать. Что бы ни случилось, я должна защищать её. Должна!

— Не отдам. Всё будет хорошо. Если это они, то что нам нужно делать?

— Бежать к Шервину. Только он может нас защитить. Один раз смог, значит, и второй справится. Бежим!

Она спрыгнула на пол, схватила меня за руку и потащила по тёмным коридорам замка. Я едва успевала за ней, боясь, как бы нас не услышали. Хотя это было глупо. Снаружи грохотало, кому какое дело до того, как шлёпают по камню наши босые ноги? А уж когда мы ступали на ковёр, и вовсе попробуй услышь!

У дверей комнаты мы столкнулись с Кириан и Гейвином. В руках у девочки было два арбалета, а парень сжимал меч. Пожалуй, слишком большой для него, но решительность в глазах говорила о том, что он не сдастся.

— Держи. — Кириан впихнула мне в руки арбалет и обернула вокруг пояса ремень с колчаном. — Заряжаешь рычагом, стреляешь. Целиться через мушку. Не думай, стреляй! Слушай, что говорит Шервин. Он наша надежда.

Я неуверенно кивнула и погладила Ариан по голове. Я-то надеялась, что это просто какое-то землетрясение. Ну мало ли, бывает… А нет, кажется, всё куда серьёзнее.

Открылась дверь, и на пороге показался Шервин. Его привычный наряд варвара из каких-то драных шкур сменился на кожаный доспех. Шлем на голове, двуручный меч в руках. Он обвёл нас всех внимательным взглядом и скомандовал:

— Кириан, броню, Гейвин, защита, Ариан, прячься, Мириам… береги себя.

Я услышала странное тепло в его голосе, и мне сразу стало легче. Я почувствовала ту заботу, которой мне не хватало с того момента, как бабуля ушла.

— Нам нужно продержаться до зари. Они ещё далеко, пока не чую их смрад. Поднимаемся в донжон. Держать оборону будем оттуда. Гейвин — замыкающий.

— Да, командир! — отозвался мальчик и пошёл последним, как и было приказано.

Шервин уверенно двигался вперёд, замирал возле узких окон, выглядывал наружу, потом пригибался и продолжал свой путь. Идущая за ним Кириан копировала каждое его движение. Что-то мне подсказывало, что следует делать то же самое. Мало ли какая гадость прилетит снаружи. Вероятность, конечно, маленькая, но раз в год и палка стреляет.

Бахнуло! Я завизжала так, что Ариан закрыла ладошками уши.

— Ты ранена? — спросил Шервин, замирая у стены.

— Н-нет… — неуверенно ответила я, ощупывая себя.

Определённо, всё цело, всё на месте.

— Ну тогда не ори, — резонно заметила Кириан, перебегая к следующему простенку.

— Да баба она, глупая. Чего вы от неё хотите? — недовольно проворчал Гейвин.

Стало стыдно. Да уж, я действительно балласт! Но я обязательно стану полезной. Сжав всю волю в кулак, честно старалась не пугаться. Ночью замок казался больше, чем при свете солнца. Чудилось, что мы идём целую вечность, плутаем по запутанным коридорам.

Снаружи ещё несколько раз бахало. Я подпрыгивала на месте, но уже не кричала. После пары ярких вспышек стало как-то всё равно. Страх испарился, осталось чёткое понимание того, кто я, где я и за кем мне нужно идти. Наверное, подобное состояние можно назвать бесстрашием, но на самом деле это всего лишь животный ужас, который отбирает все эмоции, оставляя только возможность думать и искать выход.

К счастью, самих поисков у меня не было. Просто идти за Шервином. Что бы ни случилось. Мы добрались до башни с высокими ступенями. Мне они были чуть ниже колена, а вот малышка Ариан если и могла взбираться по лестнице, то именно взбираться. Хвататься за ступеньку руками, подтягивать одну ногу, потом вторую.

Шервин двигался вверх уверенно, а у меня появился тяжёлый выбор: то ли тащить мой ужасно тяжёлый арбалет, то ли помогать Ариан. Впрочем, с малышкой мы порой понимали друг друга без слов: она забрала у меня арбалет, а я подхватила её на руки и принялась с трудом подниматься.

Не знаю, чего добивался архитектор, но явно не того, чтобы по этой лестнице было удобно взбираться. К концу подъёма у меня горели лёгкие, кружилась голова, а перед глазами плясали огромные чёрные пятна. Я опустила Ариан на пол и прислонилась спиной к стене, пытаясь перевести дух.

Это вам не лёгкая утренняя пробежка, скажу я вам! Да и ту я периодически пропускала, потому что лень и тяжело. Наверное, всё же зря…

— Слабая баба, — презрительно фыркнул Гейвин, за что тут же получил несколько осуждающих взглядов, включая мой. — Что?

— Понижаешь мораль союзников. Неправильно, — сжав губы в ниточку, прошипела Кириан, осторожно подходя к окну. — Всё чисто.

— Не спеши, — с заботой поправил её Шервин, указывая рукой куда-то левее того места, в которое смотрела девочка.

Хотя девочкой её язык не поворачивался называть. Девушка, внезапно ставшая взрослой. Я могла бы удариться в грустные размышления о том, что Кириан лишили детства, но вместо этого заставила себя подняться, взять в руки арбалет и подойти к ним со спины.

— Что там? — шёпотом спросила я.

Если уж нас ждёт сражение, я должна быть готова. Готова ко всему.

— Ничего особенного. Пугальщики. Смотри.

Шервин взял меня за руку и подтянул к другому окну. Он цепко сжал пальцами мой подбородок и повернул голову в нужную сторону. Я сначала не увидела, а потом как увидела! Да уж. Пугальщики — лучшее название из всех. В воздухе парили огромные летучие мыши с черепами коров вместо голов. И они… орали. Я как-то успела привыкнуть к их крикам и уже не обращала на них внимания. Как быстро странности перестают отвлекать и кажутся чем-то естественным.

Я осмотрелась. Судя по всему, мы находились в самой верхней комнате донжона. Шервин закрывал окна чем-то вроде ставен, но изнутри, запирал дверь на огромный засов. Он готовился к осаде, а вот Кириан, примостившись возле узкой бойницы, уверенно щёлкала арбалетом.

Оставалось только подивиться, откуда у маленькой девочки столько силищи богатырской. Выстрел, щёлкает тетива, а Кириан уже вовсю крутит ручку механизма, вновь взводя арбалет.

Стало даже как-то немного неловко и стыдно. Маленькая девочка сражается, а я? Я взяла несколько болтов и пристроилась у соседней бойницы. Если на нас нападают, мне нужно защищаться!

Первый выстрел — и мимо. Я даже завыла от досады, чем вызвала недовольный взгляд Кириан и Шервина.

— Неумеха, — прокомментировала девочка. — Но ты стреляй. Чем больше хаоса, тем лучше.

Я неуверенно кивнула ей, взвела арбалет и выстрелила ещё раз. В тот момент я не думала о том, что сами по себе болты имеют ценность, что каждый мой выстрел — это чей-то труд. Я просто пыталась сосредоточиться и подстрелить хоть одну тварь. От их воя постепенно начинала болеть голова, и я хотела тишины.

Шервин и Гейвин замерли по бокам единственного незакрытого окна.

— Ариан, давай, — уверенно сказал мой варвар, и маленькая девочка, зажмурившись, встала так, что её было видно из окна.

Пугальщики заорали ещё громче, у меня заложило уши, и я на несколько секунд потеряла возможность слышать. Я обернулась и с ужасом смотрела, как один из монстров, сложив крылья, влетает в комнату.

Ариан, до того выглядевшая ужасно напуганной, ловко перекатилась по полу вбок, а Шервин и Гейвин напали на пугальщика. Несколько резких ударов, и голова чудовища покатилась по полу.

Кириан тем временем уже закрывала окно. Я заставила себя подняться и помочь ей, хоть и совершенно не понимала, что происходит.

Снаружи продолжали кричать пугальщики. Они несколько раз ударялись в ставни, и мне становилось неуютно. А вдруг проломят? Что мы тогда будем делать? При ближайшем рассмотрении оказалось, что у тварей острые длинные когти, с которых что-то капало. Наверняка яд. Вот уж не горю желанием проверять, что именно это такое. Да и в пасти зубы острые. В два ряда. Треугольные, как у акулы.

Шервин уверенно взял голову пугальщика, кивнул Гейвину, тот ненадолго открыл дверь и снова опустил массивный засов, когда варвар вышел.

— Скоро всё закончится, бесполезная баба, — прокомментировал мальчик, и я едва ли не прожгла его взглядом.

— Что ты себе позволяешь?

— Называю вещи своими именами. Даже от Ариан больше толку, а она ещё маленькая, ребёнок. И на кой он тебя притащил? — с презрением спросил мальчик, отворачиваясь, словно даже смотреть на меня ему было противно.

Впрочем, ничего удивительного. Я успела немного испачкать платье, которое Кириан назвала ночным, когда стреляла из арбалета. Надо будет постирать. Да и растрёпанные волосы не то, что красит женщину. Хотя вряд ли что-то подобное должно волновать мальца лет девяти от роду, это интересует ребят постарше. Хотя бы года на три.

— Она хорошая! — встала на мою защиту Ариан, подходя ко мне и обнимая за ногу. — Она знает много сказок!

— Что толку от твоих сказок, Ариан? Ты же знаешь, что…

Кириан шикнула на него.

— Не пугай!

— Я не пугаю. Я предупреждаю. Тебе бы тоже было неплохо помнить об этом. Играть в собственный замок было весело только поначалу. Сейчас это становится опасно.

— Шервин сможет нас защитить, — уверенно сказала Кириан. — Это просто пугальщики. Да, это знак того, что {они} знают, где мы.

— Кто — они? — тихо спросила я.

Дети переглянулись.

— Ты что, совсем ничего не знаешь, баба? — с презрением спросил Гейвин.

Не выдержав, я подошла к нему, взяла за ухо и чуть потянула.

— У меня имя есть. Мириам. Меня зовут Мириам. Назовёшь ещё раз бабой и…

— И что ты мне сделаешь? — смеясь, спросил мальчик, ловко вырываясь из моего захвата.

Да уж… это тебе не городской мальчик-сирота. Гейвин — настоящий воин. И применять против него силу… было плохой идеей. Я почувствовала, как он до боли сжимает моё запястье, но не подала виду.

— Я найду, как тебя приструнить. Вот уж поверь. Нет человека без слабого места.

— Хватит. Если мы хотим выжить, нам нельзя ссориться! — рявкнула на нас Кириан. — Что тебе говорили по поводу неуважения, Гейвин? Суди людей по делу.

— Я и сужу, — недовольно буркнул мальчик. — Она ни одного пугальщика не подстрелила.

— Не все обязаны сражаться. Ты это тоже знаешь. Тебя учили. Есть те, кто беззащитен, но хранит знания, стирает одежду, готовит еду. Не так важно, что ты делаешь. Главное — делать это хорошо. — Она внимательно на нас посмотрела, убеждаясь, что все её услышали и кивнула. — Кажется, послание получено. Они улетели. Предлагаю сходить выпить чая с ромашкой и спать.

Глава 10

Детишки довольно быстро закончили с чаепитием, Кириан подхватила на руки уснувшую Ари и унесла, вслед за ней, недовольно на меня посмотрев, ушёл и Гейвин. А у меня сна ни в одном глазу не было. Не каждый день с тобой происходит что-то такое же невероятное и опасное! Адреналин бурлил в крови, и я понимала, что можно долго ворочаться в кровати, но сна не будет. Не сейчас. Нужно успокоиться.

В печи ещё тлели угли, и я подумала, что можно поиграть в хозяюшку, и решительно добавила пару поленьев в топку. Конечно, в приютах готовить не учат, но у нас был интернет, в котором много роликов на ТыТрубе. Да и одним чаем на ночь глядя сыт не будешь. Я порылась в подвесных шкафчиках и нашла что-то отдалённо по вкусу напоминавшее муку. В корзине в холодном углу лежали яйца. Оставалось найти что-то похожее на сахар, соль и соду. А ещё нужна начинка.

Предположив, что на кухне я ничем не отравлюсь, я принялась открывать все подряд баночки и коробочки и пробовать. Не самое приятное занятие, но я твёрдо вознамерилась попробовать приготовить себе пиццу. По видео это было проще простого, а дети явно обрадуются новой еде… Главное, придумать сказку, откуда я знаю, как это готовить. Почему-то мне не хотелось признаваться в том, что я из другого мира, словно это было чем-то порочащим.

За перебиранием ингредиентов меня и застал Шервин. Он вошёл на кухню, повесил факел в держатель у косяка и удивлённо на меня посмотрел.

— Что лесная нимфа забыла на моей кухне? — спросил он, явно немного переигрывая.

Я покосилась на него и поняла, что сейчас вижу галантную версию нашего варвара. Знать бы ещё, как вызывать её почаще, а то грубости немного пугают.

— Я Мира, Мириам. Вы забыли? — спросила я, возвращаясь к перебиранию продуктов.

Под ложечкой сосало, и я бы не отказалась закинуть в желудок хоть что-то!

— Нет. Не забыл. Но сейчас ночь. Почему вы не спите?

— Поспишь тут, — со вздохом призналась я. — После таких переживаний хочется перекусить. Чем-нибудь сытным.

— Кириан вас не накормила?

— Она унесла Ариан спать. Я думаю, я справлюсь сама. Да и… я же в гостях, да? В гостях же? — с надеждой спросила я.

Очень не хотелось услышать, что я пленница и не имею прав вообще ни на что.

— Я не знаю, Мириам. Я не помню. Но, думаю, я могу помочь вам с готовкой. Что вы хотите сделать?

— Пиццу! — торжественно сказала я, показывая рукой на уже отобранные пряности и небольшой бочонок с мукой.

— Пиццу? Что это такое? — непонимающе спросил Шервин.

— Вид пирога такой. Думаю, вам понравится.

— Ну так бы сразу и сказали.

— Кажется, мы были на ты, — решила напомнить ему я.

Общение на “вы” даёт некоторые преимущества, но я хотела быть ближе к этому странному существу, чтобы в случае чего получить его защиту. Кажется, он единственный, кто не проявлял ко мне агрессии. Ну, ещё Ариан, но она слишком мала, чтобы быть моей защитницей.

— Простите… то есть прости. Я очень многого не помню, Мириам. А вежливость порой лучшая защита. Итак, что нам нужно, чтобы приготовить этот твой странный пирог? Тесто?

— Да. Начать нужно с теста. Кажется, там было два стакана муки…

Шервин протянул мне стоящий на верхней полке стеклянный стакан, и я вздохнула. Ничего общего с гранёным, он, конечно же, не имел. А значит… придётся тесто подбирать на глаз. Да без опыта. Где эта наша удобная стандартизация? Верните меня обратно в мир, где всё понятно!

Вздохнув, я набрала два стакана муки и высыпала на доску для теста. Она в замке была довольно интересная. Квадрат из подогнанных друг к другу дощечек, по периметру которого шёл бортик высотой примерно в палец. Должно быть, это довольно удобно. У одного из углов не хватало сантиметров десяти бортика, и через эту брешь можно было удобно ссыпать остатки муки. По крайней мере, именно так я предполагала себе.

Мой варвар, вот привязалось же называть его моим! Он сам! Свой собственный, как мальчик из Простоквашино. В общем, Шервин терпеливо ждал, пока я набросаю всё, что посчитаю нужным, на доску, а потом подошёл к висящему на стене рукомойнику, сполоснул руки с мылом и довольно умело принялся замешивать тесто. Я даже позволила себе несколько секунд полюбоваться тем, как у него под кожей перекатываются мышцы. Он… хороший. Я как-то подсознательно чувствовала это. Да и слова кота о большой семье грели душу. Может быть, он прав, и моё место тут? В этом странном мире? Вместе с этими детьми и странным мужчиной в роли домработницы?

В целом, не такой уж и плохой вариант. Если я смогу разобраться с тем, что происходит вокруг, конечно! А вопросов с каждым днём становилось всё больше. Вот о чём я должна была спросить Шервина по просьбе кота? Наверняка о чём-то важном. Но почему он не договорил?

— Шервин? Нам нужна начинка. Есть что-то из мяса и овощей?

— Смотри в бочках. Это территория Кириан, я не сильно знаю, что у нас по запасам. Она просит принести — я приношу.

Кивнув, я углубилась в изучение бочек. В одной из них в воде лежало что-то похожее на мочёные яблоки, в другой я нашла корнеплоды, похожие на картошку, а вот в третьей были помидоры. Я взяла один на пробу, отрезала кусочек и скривилась. Кислятина страшная. Но наверняка будет вкусно!

Пока я перебирала припасы, у нас с Шервином завязался разговор.

— А что происходит вокруг? Вот эти ночные крики.

— Пугальщики, — с ненавистью произнёс он, ударяя кулаком в ком теста. — Предвестники беды. К сожалению, они приходят всё чаще…

— Приходят? Вроде же прилетели… — заметила я.

— Не цепляйся к словам. Так или иначе, они идут впереди меркесова отродья, предупреждая о том, что конец близок.

— Тебя это беспокоит? — понимающе спросила я.

— Конечно. Я не помню, что произошло в прошлом, Мириам, но я твёрдо знаю, что я потерял что-то очень важное. По их вине. Что-то, что было здесь. — Он коснулся раскрытой ладонью своего сердца, и на его груди остался белёсый след от муки. — Они забрали что-то очень важное. Что-то, без чего я чувствую себя пустым и неполноценным, наверное. Но у меня есть Кириан, Гейвин и Ариан. И ради них я буду стараться.

Он сжал кулаки и опёрся о столешницу. Зрелище было странное. Я видела невероятно сильного мужчину, который многое может изменить, но… он выглядел в то же время слабым и беззащитным. Шервин напоминал мне воробушка, промокшего в бурю.

Следуя зову сердца, я подошла к нему со спины и обняла. Он был весь липкий от пота, но я не отшатнулась. Ему нужна поддержка. Тяжело в одиночку тащить на себе троих детей. Ещё тяжелее терять их мать. Терять и не помнить об этом. А, если верить Шервину, именно так и произошло. Именно эта дыра в сердце и болит.

Варвар обернулся и посмотрел на меня. Я тут же почувствовала себя крошечной и слабой. Хрупкая девчонка, которая всегда прогуливала физкультуру и считала зарядку чем-то неважным… и, нет, не бодибилдер, а просто сильный физически развитый мужчина. Не удивлюсь, если он сможет поднять меня одной рукой!

Наши взгляды пересеклись, и я увидела тепло и понимание.

— Всё в порядке, Мириам. Я справлюсь. Я смогу тебя защитить. Не бойся. Пусть я и не помню, что происходит со мной в моменты безумия, я уверен, что ни тебе, ни детям я вреда не причинял и не причиню. Верь мне.

Я немного неуверенно улыбнулась ему. Хотелось прижать его к себе и сказать, что я верю. Не знаю почему, но действительно верила каждому его слову!

— Вернёмся к готовке? — спокойно спросил он, и я отступила на шаг. — Я рад, что вы решили остаться, хоть это может быть и опасно для вас.

Осмотрев гору продуктов для начинки, я со вздохом признала, что пицца у меня не получится. А вот пирог — запросто. Я сняла со стены здоровенную сковородку, подкинула ещё несколько полешек и начала нарезать то, что пойдёт в начинку, пока Шервин работал с тестом.

“Решила остаться. Тоже мне, знаток чужих мыслей! Да я за забором просто-напросто умру, а твои странности как минимум выглядят безопасными!”

Всего вышло два вида мяса, три вида овощей, а ещё я нашла что-то отдалённо похожее на клюкву и кусок марли. Поручив Шервину отжать ягоды через марлю, я занялась раскаткой теста. Дело оказалось непростое, но весёлое. Я вся перемазалась в муке, но чувствовала себя самой лучшей хозяйкой на свете. Рановато, конечно, но это чувство окрыляло, и я не спешила гнать его прочь.

Спустя, наверное, полчаса, у нас с Шервином был открытый пирог, щедро политый клюквенным соусом. Совершенно сырой пирог, надо отметить. Мой варвар ловко запихнул его в печь, посмотрел на меня, сделал из хлеба и остатков начинки несколько сытных мясных бутербродов, заварил мне чай и предложил:

— Ему запекаться до утра, наверное. Жара в печи маловато, — немного смущённо пробормотал Шервин, закрывая заслонкой окно печи и усаживаясь рядом со мной. — Перекуси и пойдём спать. Провожу тебя в комнату.

Я с готовностью впилась зубами в бутерброд, удивляясь, как не додумалась сама до такого простого решения. Тоже мне, хозяюшка! Небось ещё и продукты перевела!

Стало стыдно. Шервину явно непросто их добывать. И если с мясом всё более-менее понятно, сходил на охоту, то огорода для овощей и зелени я не увидела.

— Чего нос повесила? — спросил Шервин, увидев моё замешательство.

— Я ведь не умею готовить, — честно призналась я. — Наверняка выйдет какая-нибудь гадость, а продукты добывать нужно. С мясом-то, допустим, понятно, но мука и овощи…

— Тут деревня рядом. Часа четыре ходу, — с обезоруживающей улыбкой пояснил Шервин. — Меняемся мы. Я им мясо и шкуры, они мне то, что Кириан закажет. Вот завтра как раз иду, ярмарка у них будет. Жаль, оленью шкуру не успею подготовить. За неё хорошо бы дали. Хорошая шкура.

В разговорах о бытовых мелочах прошёл наш поздний ужин или слишком ранний завтрак, а потом Шервин подхватил меня на руки и опустил только перед дверями комнаты. Я была слишком сонная, чтобы сопротивляться, а он слишком сильным, чтобы это вызывало у него затруднения.

— Спокойной ночи, леди Мириам.

— Я не леди. Вы же знаете.

— Знаю, — уверенно кивнул он. — Но этому замку нужна его леди. Кириан слишком мала, так что остаётесь только вы.

Он улыбнулся, поклонился мне и ушёл, а я осталась в растерянных чувствах. Вот как понимать то, что замку нужна леди? Это что, такое средневековое признание в чувствах? Ответа не было.

***

Я долго ворочалась, пытаясь уснуть. Постель была непривычной. Поначалу я уснула потому, что на моём плече лежала Ариан и мне было страшно пошевелиться и разбудить её. Сейчас же такого милого снотворного не было. Я даже шумно выдохнула, понимая, что скучаю по девочке. А ведь сначала хотела полежать с ней немного и отнести в комнату. Да вот как-то всё пошло не по плану.

— Смотрю, ты времени зря не теряешь, — прозвучало прямо над ухом.

Вскрикнув, я отскочила в сторону и увидела… Да-да, того самого зелёного кота. Он лениво развалился на мой постели, потягиваясь и подставляя пузо кверху.

— Ллярдушка вернулся, — ехидно протянула я, прижимая к себе одеяло.

Нормальный кот от того, что я соскочила с одеялом, упал бы на пол, а этому хоть бы хны!

— Вернулся. Работа у меня такая, рядом быть, знаешь ли. Я тут смотрю, ты уже прямо липнешь к нашему Шервину, — заметил он, щурясь.

— Не липну, а поддерживаю, — возразила я.

Вот ещё! Что этот кот себе позволяет?!

— Все вы так говорите, — хмыкнул зелёный.

— Так, хватит! Как тебя зовут? И что ты за кот такой?

Кот посмотрел на меня с видом оскорблённого достоинства, лизнул массивную лапу, умылся и только потом ответил:

— Я манул, существо гордое и свободное. И тебе бы поучиться разговаривать с уважаемым ллярдом, знаешь ли.

— Слишком много пустых слов. Имя! — рявкнула я.

Тут же стало стыдно. Кот, конечно, виноват во всех моих неприятностях, но это же не повод срываться. Кто сорвался — тот и виноват. Так всегда говорила бабуля… А значит, надо быть сдержаннее.

— Р[и]гон, — нехотя признался кот. — Дурацкое имя!

— Значит, Ри, Ришка, — спокойно заметила я. — Итак, почему ты говоришь, что я не теряю зря времени? — устало спросила и села на постель.

Вот как только этот кошак явился, так сразу спать и захотелось. Да что за безобразие такое?! Почему как что-то важное, так меня клонит в сон.

— Ну, пусть будет так. А ты всё делаешь правильно. Всё идёт по моему плану.

— По какому плану?! — возмутилась я.

— Скоро всё узнаешь. А ещё узнай у Шервина, как…

И он снова не договорил, растаяв облачком в воздухе. Стоило коту исчезнуть, как сон окончательно сморил меня, и я наконец-то обрела покой. Не вечный, и то хорошо.

Глава 11

Утро началось с Ариан, радостно прыгавшей по мне. Вот оно, то самое “щастье материнства”, да? Не знаю. Я как-то не оценила. Сначала я пыталась как-то от неё отмычаться, потом отмахаться, но в конце концов неугомонная девочка победила, и мне пришлось открыть глаза.

Голова гудела. Я явно спала меньше, чем того требовалось здоровому человеку.

— Что случилось? — сонно спросила я, зевая и прикрывая ладонью рот.

— У нас ночью на кухне кто-то был. Кто-то готовил! Пошли смотреть.

Сон как рукой сняло. Моя пицца, точнее, мой пирог! Никогда в жизни я не одевалась так быстро. Тем более в незнакомую одежду. Куда подевались мои джинсы и футболка — понятия не имею. Выясню позже. А пока нужно спасать пиццу. Ну хотя бы отбить кусочек на попробовать! Интересно же! Не каждую ночь готовишь в первый раз, понимаете ли.

Подготовленная Кириан одежда оказалась довольно удобной. Пришлось, конечно, пользоваться подсказками Ари, но в целом не так плохо, как я предполагала. Панталоны до колена, конечно, смущали, зато и чулки были ровно до этого самого колена. Подвязав их лентами, я проверила, не сползут ли, накинула нижнее платье, потом верхнее, подвязала всё это дело поясом и побежала на кухню, на ходу заплетая волосы в некое подобие косы. Со сна они были немного взлохмаченными, поэтому я в целом выглядела скорее как такая сонная пастушка прямиком с сеновала, а никак не “леди замка”.

Ворвавшись на кухню, я увидела Кириан и Гейвина, стоящих над моим пирогом.

— Доброе утро, доброе утро, — поздоровалась я, протискиваясь мимо них и отодвигая мою прелесть подальше от детей.

Первый кусок должен быть мой. Вдруг получилась гадость несусветная? Не хочу позориться.

— Ты что делаешь?! — возмутилась Кириан, глядя на то, как я уверенно отрезаю кусок от пирога.

— Пробую то, что готовила ночью, — немного удивлённо ответила я, откусывая.

То ли я была слишком голодная, то ли действительно получилось что-то годное. Тесто, немного суховатое снаружи, поближе к начинке пропиталось соком овощей и несло в себе приятную кислинку, мясо чуть хрустело, и в целом каким-то непостижимым образом оставалось сочным.

— М-м-м! — промычала я и с наслаждением впилась зубами в пирог.

— Ты мне сковородку испортишь! — заверещала Кириан, а Гейвин, подкравшись сзади, резким движением выбил нож у меня из руки.

Я посмотрела на девочку очень и очень удивлённо. О чём это она говорит?

— Это просто чугунная сковорода. Её нельзя испортить, проведя по ней один раз ножом, — уверенно заявила я.

Строго говоря, не факт, что чугунную, я в сплавах не разбираюсь, но вес у неё был немаленький.

— У неё магическое антипригарное покрытие, — поджав губы, заявила мне Кириан. — Так что не трогай ничего на моей кухне без разрешения.

— Странно, а Шервин был не против. Даже помогал мне, — заметила я, кусая ещё раз. — Пробуйте. Ничего вышло.

— Шервин… помогал? Тебе?! — возмущённо спросил Гейвин.

— Ага. Замесил тесто. Так что это совместный экологически чистый продукт.

— Экочего? — переспросила Кириан. — Ты точно ведьма! Что это за слова такие?! Чугун, экочего-то там.

— Это вы необразованные дикари, — передразнила её я. — В общем, есть можно. Давайте завтракать? Эх, молока бы сюда, — мечтательно протянула я, доставая с подвесной полки толстые глиняные тарелки.

Кириан суетилась рядом, подготавливая всё необходимое. Она была той самой маленькой хозяйкой большого дома, которую хочется обнять, взять на руки и пообещать, что детство ещё вернётся. Я видела раньше таких детей. У пьющих родителей. Когда приходится учиться делать всё самостоятельно, выживать. У них часто бывает затравленный волчий взгляд, но Кириан была сильнее. Она улыбалась и делала то, что должна, с достоинством истинной леди. Пожалуй, мне следовало бы у неё поучиться.

— Не начинай еду без Шервина. Он главный, — тихо сказала мне Кириан. — Без него никто не ест, если он дома. Это касается завтраков и ужинов. И первый кусок всегда принадлежит ему. Не нарушай правила, и у тебя будет шанс остаться.

Она говорила спокойно, без угроз, и от этого становилось ещё более неуютно. Я… я никогда не жила в семье, пусть и такой странной. Да, с бабулей было хорошо, но я была совсем ребёнком и, как я поняла намного позже, мне многое позволялось и прощалось, если была возможность.

— Хорошо. Учи меня, — ответила я Кириан, невольно утопая в воспоминаниях.

Лето. Бабуля уже и корову подоила, и в стадо её отправила, даже успела что-то полить, а я всё спала на чердаке, валяясь в пахучем сене. Да, оно немного кололось, но в детстве это казалось совершенно незначительным. Зато повыше, подальше от надзора… и из окошка так хорошо видно звёзды.

Дверь распахнулась резко и неожиданно. На кухню вошёл Шервин и размашистым шагом добрался до места во главе стола, посмотрел на наш скромный завтрак и улыбнулся. Я видела, что сейчас с нами тот самый варвар, который тащил меня на плече сквозь лес, но… улыбка была другая. Аристократичная, что ли? Надо будет расспросить у Кириан, что происходит с добытчиком и защитником замка. И Ариан расспросить. И Гейвина.

— Ну, чего замерли все? Пир горой! Мира вчера так старалась, а вы, я смотрю, всего один кусочек взяли! — довольно воскликнул Шервин, вооружился ножом и лопаточкой и потянулся к моему пирогу-пицце, который Кириан переложила на деревянную подставку. — Итак… кому первый кусочек? Конечно же, нашей гостье, — чуть переигрывая, говорил варвар.

— Она свой уже съела, — строго заметила Кириан. — Первый кусок — хозяину. Это правило.

— Кто устанавливает правила?

— Общество, — спокойно ответила Кириан.

— Правильно. А сейчас нас всего пятеро. И я считаю, что угостить гостью тем, что она приготовила, правильно.

— Нет! Не правильно! Глава ест первый! — возмутилась Кириан, подставила под кусок пирога тарелку и выхватила у Шервина лопаточку. — Всё должно быть правильно. Мы должны чтить традиции.

Она совсем не боялась его. И это вызывало уважение и удивление. С одной стороны… Шервин явно был не из тех, кто злится по таким пустякам, но, с другой стороны… если такого разозлить, можно получить серьёзные неприятности.

Девочка уверенно пододвинула тарелку Шервину. Они вперились друг в друга взглядами. Со стороны это выглядело забавным. Суровый мужчина, сидящий на единственном в кухне стуле, и маленькая девочка, стоящая на полу, уперев руки в бока. Их глаза находились на одном уровне, но ни у кого не оставалось сомнения, что слово Шервина имеет больший вес.

— Хорошо. В следующий раз будет так, а сейчас…

— Ариан! — недовольно воскликнула Кириан и пригрозила кулаком малышке.

Мне оставалось только посмеиваться, стоя в стороне. Пока старшие спорили, кто получит первый, а по факту второй, кусок пирога, Ари решила, что голод не тётка, и стащила тарелку под стол. Сидя там, она с удовольствием поедала пирог.

Эта детская непосредственность умиляла и заставляла улыбаться. Ведь Ариан права. Совершенно не важно, кто съест первый кусок, важно, чтобы все были сыты.

— Вкусно! — довольно сказала девочка. — Хочу добавки.

— Опять ребёнка голодным оставляете, — подал голос Гейвин, отбирая у Кириан нож и лопаточку и нависая над пирогом.

Он несколько секунд всматривался в него, а потом, выбрав кусочек, где на вид лежало побольше мяса, отрезал его.

— Ари, садись за стол. Ты же леди.

— Я не леди. Я девочка! — возразила она, но на лавку забралась и протянула тарелку. — И я голодная!

— А леди не может быть голодной? — спросила я, садясь по правую руку от неё.

— Не может. Леди должна есть как птичка и пить росинки поутру, — выдала она явно заученную фразу, поймав при этом недовольные взгляды всех остальных. — Так мама говорила! — уверенно сказала Ариан, ненадолго скрестила руки на груди, а потом резко схватила кусок пирога и вцепилась в него зубами.

— А где?.. — хотела спросить я про маму, но прикусила язык, поймав строгий взгляд Кириан.

— Ешьте уже и не болтайте. Это неполезно.

У меня назревало много вопросов, но под строгим взглядом Кириан даже Шервин предпочитал есть молча, тщательно пережёвывая каждый кусочек.

От пирога ничего не осталось. Надо отметить, удался он на славу. Я даже немного воспряла духом. Значит, не так уж я бесполезна даже в этом безумном мире.

Составив тарелки и остальную грязную посуду, которой после ночной готовки было много, в большой таз, Кириан поставила его на небольшую тележку и покатила в сторону выхода.

— Мира, жду тебя во дворе, — заметила она, пронзив меня строгим и уверенным взглядом.

— Да, я сейчас, — кивнула я.

— Гейвин, ты будешь мне нужен. Завтра в деревушке ярмарка. Нужно подготовить товары. Ариан, подготовь мою одежду.

— Да! Всё сделаю! — радостно ответила девочка и чуть не сбила меня у двери. Виновато улыбнувшись, она чуть поклонилась и понеслась вперёд.

Вот в ком “леди” не было от слова совсем, так это в ней. Детская непосредственность и искренность. За это я её и люблю.

— Хорошо. Сделаю, — сказал Гейвин, поднимаясь из-за стола. — А ты чего встала, баба? Тебя Кириан ждёт.

Последнее уничижительное обращение предназначалось мне. Я замерла, не зная, как на это реагировать. Спускать подобное и дальше было нельзя, но… я не знала, что ему ответить. Почему-то перед этим мальчишкой я пасовала. То ли потому, что он действительно был мудрее и сильнее меня, то ли потому, что в моём мире мальчиков учили не обижать девочек, и в большинстве своём уважительное отношение к старшим было нормой. Не знаю, но злилась я на Гейвина страшно. И на себя злилась, потому что не могла ничего ему ответить!

Я всё же вышла за дверь и краем уха услышала:

— Если ты думаешь, что становишься сильнее, унижая тех, кого должен защищать, то ты совершаешь страшную ошибку.

Глава 12

Я вышла во двор и довольно потянулась. Каменные стены вокруг, к сожалению, немного давили. Верхушек деревьев не было видно, но я чувствовала запах невероятной свежести. В городе такой, к сожалению, даже в парке не встретишь. Даже хвоя не перебьёт выхлопные газы и чуть горьковатое амбре заводов.

Вдохнув невероятный воздух, я прислушалась и пошла на звуки плеска воды. Кириан сидела возле колодца и в большом деревянном корыте перебирала посуду после завтрака. Я прекрасно знала эту осанку. Горделивая, но чуть сведённые вперёд плечи красноречиво говорили о том, что девочке грустно, а она просто пытается играть роль всей из себя такой сильной и несгибаемой.

— Привет. Я пришла помочь, — сказала я, становясь напротив неё. — Как в ваших землях принято мыть посуду?

Честно говоря, совершенно не представляла, как я справлюсь без привычного моющего средства. Конечно, можно долго и упорно тереть всю эту грязь, но мне не хотелось.

Кириан подняла на меня серые глаза, блеснувшие сталью в лучах солнца, убрала запястьем выбившуюся из косы светлую прядь и вздохнула:

— Какая ты ведьма, если не знаешь, как посуду мыть?

Я не ответила ей сразу, зашла за спину и принялась поправлять причёску. Нет ничего хуже постоянно мешающих волос!

— А я тебе говорила, что я не ведьма. И я спросила, как посуду моют у вас. В моих землях алхимики продавали специальную жидкость. С ней было легко. Но я вижу, что у тебя такой нет.

— Горчица, крапива, щёлок! — оттарабанила девочка. — Всё просто. Так и быть, научу тебя.

Она отчаянно изображала, что делает мне одолжение, но на самом деле было очевидно, что ей хочется на кого-то спихнуть эту нудную, никогда не кончающуюся работу.

— Значит, смотри. Берёшь горчичный порошок, крапиву и трёшь. Давай, начинай. А я пока воды погрею.

— Зачем греть? В бане же должно было остаться.

Кириан посмотрела на меня гневным взглядом.

— Мне нужно практиковаться в магии! Не задавай лишних вопросов. Просто бери и три.

Пока я старательно натирала чуть шершавые глиняные тарелки и металлические столовые приборы, вспомнилась детская загадка. Что будет, если три и три, и три, и три, и три… Так вот… будет дырка! Мне, конечно, пришлось бы знатно постараться, чтобы дотереть до отверстия, но почему-то было приятно про себя повторять эти слова. Я словно возвращалась в деревню. К бабуле.

Что бы сказала она, узнав, что со мной приключилось? О! Я знаю! Что я выдумщица, магии не существует, а мне всё это приснилось. Пожалуй, не самый плохой вариант, если так подумать. Я здесь никому не нужна. Разве что Шервин проявляет некоторый интерес, но его приступы сумасшествия меня пугают!

Я замерла, внезапно осознав ужасную вещь. А в родном мире я ведь тоже никому не нужна! И дело даже не в том, что, по словам Ригона меня оттуда стёрло, нет. Я… сирота. Да, Надежда Михайловна была добра ко мне. Но, если так подумать, дело было не во мне, а в том, что ей отчаянно были нужны рабочие руки, а за забором очереди желающих горбатиться за копейки не было. А я? А мне просто некуда идти. За годы простоя наш с бабушкой домик прогнил, его можно только разобрать. Квартиру сиротке обещали предоставить, но это будет года через два… а в приюте можно было жить. Поэтому я и решилась работать там. Действительно ли я хотела быть воспитательницей?

Когда была моложе, мне казалось, что это что-то вроде гувернантки из старых книжек. Такая чопорная дама, которая для детей всё и вся. Для меня мои воспитатели именно такими и были. Невероятными! Но вот я для детишек была скорее кем-то, кто мешает и не даёт веселиться. Никакого уважения.

За этими невесёлыми мыслями, которые так и подталкивали к тому, что попадание в новый мир — мой лучший шанс, я не заметила, как перетёрла всю посуду.

Кириан всё это время колдовала над внушительным металлическим котелком на небольших ножках. Под таким хотелось разложить костёр, чтобы тот пламенем облизал стенки и нагрел воду внутри, но волшебница упорно бормотала какие-то странные, чуть рычащие слова. На кончиках её пальцев на редкие мгновения вспыхивали искорки, устремляющиеся к котелку. Их явно было недостаточно для того, чтобы вода хоть сколько-нибудь нагрелась, и девочка злилась.

— Не получается? — спросила я, утирая рукой внезапно выступивший пот.

Обернувшись, Кири бросила на меня гневный взгляд. В нём читалась злость, но не на меня, на ситуацию, ненависть ко всему происходящему и даже желание что-нибудь сломать. Частые эмоции ребёнка, у которого не получается освоить простую на первый взгляд вещь.

— Иди сюда, — поманила я её и похлопала ладонью рядом с собой на низенькой лавочке. — Давай подумаем, почему не получается.

— Да откуда тебе знать! Ты же… ведьма! Точно! Ты ведьма. Ваша магия не такая, но что-то ты можешь понимать. Учи меня! Это будет твоя плата за крышу над головой.

“Ну вот, началось! — подумала я, но улыбнулась. — Со мной начали считаться. Это уже неплохо. И не вздумай унывать, Мира!”

— Милая, я тебе говорила, что я не ведьма. Я воспитательница. Там, откуда я родом, я помогала учиться. Думаю, что-то из того, что я знаю, можно применить и к магии. Только расскажи мне, как она работает. Я хочу понимать, с чем работаю.

Кириан устало села рядом со мной, чуть сгорбившись. Потом резко расправила плечи и посмотрела на меня как настоящая леди, чуть свысока, хоть моя голова и была на добрых пять сантиметров выше.

— Ты просто хочешь узнать наши секреты, ведьма! Ничего я тебе не расскажу! — скрестив руки на груди, заявила она.

— Ну… раз ты ничего не расскажешь, — улыбаясь, заметила я, — то надо идти в баню за горячей водой и обмывать посуду. Кажется, у нас ещё много дел на сегодня, не так ли, госпожа волшебница-недоучка?

От моего лёгкого укола Кириан вспыхнула, её руки по локоть покрылись пламенем, которое очень быстро погасло.

— Я не недоучка, — обиженно заметила Кириан. — Я… самоучка! Это ценнее!

— Но ты должна хоть что-то знать про магию. Давай разбираться вместе? — предложила я, вспоминая, что в наших книгах говорилось о том, что магический талант нужно развивать, иначе появлялись не самые хорошие последствия.

Мне подумалось, что вспыльчивость Кириан и её явно огненная магия могут быть связаны. Что, если дело в том, что её внутренний огонь не может найти выхода и вырывается наружу через довольно резкие эмоции и высказывания? Чем-то похоже, наверное, на психосоматику и эмоциональное выгорание в одном флаконе. Я не готова дать руку на отсечение, что это так, но попробовать стоило.

— Мне что, лекцию про магию читать? — недовольно буркнула Кириан.

— Ну хотя бы коротенько. Вот как она — магия — работает?

— Волшебство идёт от нитей, которые тянутся от наших божеств. Мне говорили, что вся магия — она от богов. Поэтому меркесы и чужие.

— А ты не думала, что если магия от богов, то нужно немного спокойствия, чтобы ей овладеть? Боги, они же рассудительные.

— У нас один бог, Смотрящий Сквозь Звёзды. И я бы не сказала, что он образец безмятежности.

— А ты попробуй. Закрой глаза, почувствуй, как дышишь. Очень странное чувство, когда начинаешь чувствовать воздух в лёгких. А уже потом потянись к своей магии. Она у тебя огненная же. А значит, нужен воздух, чтобы пламя было сильным.

Кириан посмотрела на меня как на сумасшедшую. В её взгляде прямо читалось всё, что она обо мне думает. Пожалуй, если бы я была на её месте, то тоже бы решила, что гостья немного куку. Впрочем, мне терять совсем нечего. Получится — хорошо. Не получится — будем пробовать дальше.

— Ты даже не попыталась, а уже думаешь, что это глупость, — заметила я, подставляя лицо тёплым солнечным лучам.

Скоро начнётся пекло, и мне хотелось спрятаться где-нибудь в недрах каменных стен.

— Глупости говоришь.

— А ты попробуй!

Девочка смерила меня недовольным взглядом, но послушалась. По её лицу читалось, что делает она это не для того, чтобы у неё что-то получилось, а для того, чтобы доказать мне бессмысленность всего происходящего.

Кириан чинно посидела пару минут, а потом поднялась, с видом победительницы посмотрела на меня, подошла к котелку и…

С её ладоней сорвался поток пламени. Я испуганно отскочила в сторону, а вот Кириан заворожённо наблюдала за всем происходящим. Её руки окутало огнём по локоть, но девочка явно не испытывала никаких неудобств от жара. Огонь змеёй закручивался вокруг котелка, и вскоре вода в нём вскипела.

— Получилось… — удивлённо прошептала Кириан, встряхивая руками и гася пламя. — Ты точно ведьма! Ведьма!

Я ожидала потока обвинений и даже приготовилась защищаться. Да, арбалета при Кириан не было, но в необмытой посуде лежало несколько весьма острых и длинных ножей. Девочка подбежала ко мне и обняла, уткнувшись носом в живот.

— Ведьма! А говорила, что не ведьма! — неожиданно радостно верещала девочка.

— Я не понимаю. То ты нападаешь на меня за то, что я ведьма. То благодаришь.

— Ты помогла мне кое-что понять. За это и благодарю. Но… ведьмы всегда что-то просят в ответ за свои услуги. Говори сразу, чего ты хочешь! Я должна расплатиться как можно скорее.

Мне оставалось только вздохнуть. Странный мир с его странными правилами. Я просто хотела помочь. И делала всё для того, чтобы у меня получилось.

— Что тебе нужно, ведьма? Шервина не отдам! Он мой! — решительно заявила девочка.

— Да я и не претендовала. Как насчёт крыши над головой и нормального отношения? Знаешь, я порядком устала от того, что ты постоянно пытаешься меня уколоть. Да и не ты одна. Я понимаю, что вы не ждали кого-то ещё в вашу маленькую семью, но, если так вышло, давай как-то сосуществовать? Я ж не монстр какой-то и явно не хочу тебе вреда.

Кириан недоверчиво на меня посмотрела. Похоже, в её мире ведьмы были чем-то похожи на ведьм из моего: хитрые и вечно доставляющие проблемы. Не зря я обижалась на это прозвище!

— Хорошо. Пусть будет так. А пока нужно закончить с посудой.

И мы принялись ополаскивать посуду кипятком, а потом складывали сушиться на большой деревянный поднос. Я думала о том, что это всё очень похоже на жизнь в деревне. И, кажется, эта жизнь постепенно начинала налаживаться.

Глава 13

В замке оказалось куда больше дел, чем в приюте. Оно и неудивительно. Маленькая девочка двенадцати лет вряд ли справится даже с городской квартирой, а Кириан тянула на себе огромный замок. И даже не заикалась о том, что она устала и хочет отдохнуть.

Краткий осмотр владений показал, что у нас был небольшой подвал, где на льду хранились мясные припасы, рядом с ним прохладное помещение с кучей бочек, заглядывать в которые у меня не было ни сил, ни желания, если честно. Да и Кириан смотрела очень ревниво на это всё, так что я решила не злить лишний раз эту огненную женщину. Мало ли… решит меня сжечь к чёртовой бабушке ещё!

Ещё был длинный коридор, выводящий куда-то за пределы замка, но он оказался слишком сырым и грязным, так что я не решилась его исследовать. Положилась на слова Кири о том, что, если что, мы сможем по нему сбежать. Сможем — значит, сможем. Точка.

На первом этаже расположилась кухня, банная комната, выглядевшая весьма монументально, но очень запущенно. Как на картинках из учебников по истории: мраморные полы и стены, бассейн, на дне которого лежал какой-то хлам, массивная чаша ванны, в которой наверняка очень приятно отмокать.

— А почему мы моемся в бане, а не здесь?

— Ты представляешь, сколько эту комнату отмывать после того, как сам помоешься? Нет уж, я на такое не подписываюсь. Да и воду сюда носить дольше. Насос сломался, так что всё вёдрами. Хочешь помыться как аристократка — отмывай это всё и мойся. Я как-то перебьюсь, — резко заметила Кириан, выходя в коридор.

В общем, я не стала настаивать и пошла осматривать складские помещения первого этажа, а потом мы забрались на второй. Тут находились спальни. Самая большая отводилась Шервину, потом были комнаты Кириан, Гейвина и Ариан. Последняя и самая маленькая досталась мне. Не очень-то просторно, но в целом жить можно.

На третьем этаже располагалась библиотека. Светлое помещение с книжными полками. Практически пустыми, к сожалению. Я с интересом вошла внутрь и чихнула от обилия пыли.

— И нечего…

— Я просто чихнула. Не надо тут. Слушай… а окна достаточно большие. Не помешает обороне?

— Нет здесь никаких окон, — уверенно заявила Кириан, подошла к одному из них и коснулась ладонью.

Свет тут же пропал, и я с печалью осознала, что это была магия.

— Жаль. Библиотека с окнами — это красиво.

— Но небезопасно, как ты сама заметила, — кивнула Кириан. — Ещё на этом этаже рабочие кабинеты, но мы ими не пользуемся. А на четвёртом защитная комната. Вот и всё.

Я кивнула и взяла в руки книгу. Совсем как в учебнике по истории. Плотная обложка с тиснением и несколькими самоцветами в качестве украшения. Я открыла обложку и с удивлением посмотрела на закорючки.

— Что ты там взяла? А? — спросила Кириан, ловко выхватывая у меня книгу и зачитывая название с титульного листа. — Справочник начинающего травника. Ну и что ты на неё так странно смотришь?

— Я… не понимаю, что тут написано, — честно призналась я, поймав удивлённый взгляд Кириан.

— Тут на арм[и]йском. Ты же на нём говоришь. В чём проблема? Неграмотная ведьма?

— Да не знаю я! — немного обиженно ответила я девочке, забирая книгу и пытаясь понять хоть слово из написанного.

Ничего! Просто закорючки. Хорошо хоть пробелами слова разделены, могу посчитать, сколько их в предложении!

“А вот и трудности. Скажи спасибо, что возможность разговаривать тебе подарили!” — напомнила я себе, с сожалением закрывая книгу.

— Что, серьёзно не понимаешь? — с сожалением спросила Кириан.

Я покачала головой.

— Увы. Я не узнаю ни одну закорючку.

— А алфавит ты хоть знаешь?

Я снова покачала головой. Откуда? Я второй день в этом чёртовом мире, и единственное, в чём я уверена, — мне тут не так уж и плохо, как показалось поначалу. Всё остальное слишком туманно. Даже то, что мне тут “неплохо”, не даёт гарантии, что я не захочу сбежать, замаячь такая возможность где-то на горизонте.

— Ясно. Убери в библиотеке. И приходи готовить обед. Надо заняться твоим образованием, да и Ариан с Гейвином не помешает вспомнить основы.

В первый момент я растерялась. От Кириан ожидалось что-то в духе: “Глупая, глупая ведьма! Бесполезная”, а никак не желание помочь.

— Хорошо. Займусь. Что на обед, кстати?

— Пойду посмотрю, что в запасах, там и решу, — пожав плечами, ответила Кириан. — Вода в колодце, принадлежности для уборки в кладовой, она возле кухни. Не замочи тут всё и береги книги. У нас их немного. Всё, экскурсия закончена. На стену я не хожу и тебе не советую. За дело!

Кириан радостно хлопнула в ладоши и поплелась вниз. А я осталась в библиотеке, прислонившись лбом к холодной стене. Положа руку на сердце, я чувствовала себя немного обманутой. Ну вот почему в книгах у попаданок было всё? И приключения… Ладно, допустим, приключений мне хватило. Но у них же ещё был лучший мужчина, принц там или король, а у меня какой-то варвар? Почему вместо роскоши я попала во вполне себе обычный замок, в котором даже слуг не было и маленькая девочка пяти лет тоже имеет свои обязанности? Нет, это не плохо. Пожалуй, по сравнению с рутиной детского дома, даже очень интересно, но… почему я чувствую себя обманутой?

Я спустилась на первый этаж, достала из кладовой ведро и отправилась к колодцу. Как я и предполагала, днём стало невыносимо жарко. Быстро набрав воды, я поспешила вернуться в холодные каменные стены. Я даже привыкла к тому, что замок весь из себя красный с чёрными прожилками, и почти не обращала внимания на странности.

В кладовой я нашла и швабру, и тряпку, и даже какое-то подобие пипидастра… о боги, будь проклят тот, кто придумал это ужасное слово! Единственное, что не обнаружилось, так это щётка. Я заглянула на кухню и встретилась взглядом с Кириан, что-то толкущей в небольшой ступке.

— Что? — строго спросила она.

— А щётки есть? — неуверенно помявшись, задала я вопрос.

— Кухонную не отдам. А там что, заячьих лапок нет?

— Ч-чего?! — опешив, спросила я.

— Там должны лежать заячьи лапки. Используй их.

Тут-то мне и поплохело. Я, конечно, подозревала, что голь на выдумку хитра, но чтобы так. Уж лучше, наверное, крапивой! Впрочем, в новом мире нужно пробовать новое, и я, немного неуверенно кивнув, вернулась в кладовую. С трудом преодолев брезгливость, я нашла коробку с заячьими лапами.

Всё оказалось не так плохо, как я могла подумать. Мягкий мех на косточке. Очень мягкая и нежная щёточка, если так подумать. Вот только… главное, не думать о том, что некоторое время назад это существо прыгало и бегало. И не царапнуть себя острыми когтищами.

Подхватив инвентарь, я поднялась на третий этаж. Сердце гулко билось о рёбра, лёгкие горели. Да уж… оставался один вопрос: как я смогла дойти до замка?! Да ещё и с рюкзаком!

— И чего ты нос повесила? — Ригон, разлёгшийся на одном из шкафов, застал меня врасплох.

Я даже вскрикнула и чуть не выронила ведро с водой. Вовремя опомнилась. Если разолью — придётся идти за новым. Понятно, что мне ещё не раз придётся побегать с этой тяжестью по неудобной каменной лестнице, но… чего греха таить, лучше меньше!

— И долго ты будешь меня пугать? — недовольно спросила я. — Что на этот раз? Очередная порция нотаций? Вот лучше скажи мне, милый Ри, почему я говорить на местном языке могу, а читать — нет? Что это за неполноценное обучение языку?

Не дожидаясь ответа, я подошла к ближайшему пустому шкафу и начала вытирать пыль. Работа сама себя не сделает.

— Ну, допустим, моя вина. Что дальше?

— Буду требовать моральную компенсацию, — ухмыльнувшись, ответила я.

— Ой, этот ваш мир… чтоб его. Выращивает бытовых инвалидов. Кажется, вы это так называете.

— Нет, это не про это. Бытовой инвалид — это тот, кто не может сам о себе позаботиться. Я вот и убрать могу, и, оказывается, приготовить. Так что никакой я не бытовой инвалид!

Хотелось этого наглого кота стукнуть. Вот понаберётся умных слов, а потом использует совершенно не так. Это как я в детстве путала кастратов и дистрофиков. Ох и схватила я тогда профилактических люлей от воспитателей. И ведь действительно не имела ничего плохого в виду, когда Пашку называла кастратом. Он такой худенький. Смотреть на него было жалко, хоть и ел он за троих!

— Не можешь, — заметил Ригон. — В твоём мире не могла, не было средств к существованию. И тут не можешь. Так что очень даже подходит. Радовалась бы, что я тут ей мечты помогаю исполнять.

— Знаешь… я не мечтала о том, чтобы попасть в другой мир.

— А о семье? О семье мечтала? — прищурившись, спросил кот.

Я замерла. Вот откуда он?!

— Допустим. Но это не семья!

— А я не фея-крёстная, чтобы исполнять желания в точности. Я даю возможности, а тебе нужно работать. Кстати, ты так и не спросила у Шервина, как…

И он в очередной раз не сказал, что именно я должна спросить! А я как-то и забыла уточнить, когда он только появился. Наглая кошачья морда?!

Глаза боятся, руки делают, а времени всё равно не хватает! Я провозилась в библиотеке до обеда, но даже пятой части не отмыла. Кириан заглянула ко мне и печально вздохнула.

Она выглядела уставшей, но довольной. Передник перепачкан продуктами, я даже заметила парочку следов, как будто она вытирала о него ладони. От Кириан пахло специями и травами. В животе сразу заурчало.

— Да уж, скоростью ты не отличаешься, — заметила она, заходя внутрь и придирчиво осматривая три дочиста вымытых шкафа и стены, полностью очищенные от паутины.

По-хорошему их бы ещё щёткой почистить, чтобы совсем замечательно было, но я решила, что для первичной уборки будет достаточно и такого.

— Пойдём принесём мебель, — предложила Кириан. — Нам бы тут класс организовать нормальный.

Я с радостью ополоснула руки в мисочке с чистой водой, вытерла их свежей тряпкой и потянулась. Признаться честно, до маленького перерыва, вызванного визитом Кириан, я и не чувствовала, как устала.

— Да, идём. Что нам нужно?

— Доска, стол и парочка стульев. Возьмём в кабинете.

— А почему бы там и не позаниматься? — без задней мысли спросила я и тут же поймала недовольный взгляд Кириан.

— Воспоминания. Давай не будем трогать их. Тебе нужно научиться читать, а мне нужно сделать так, чтобы всем было хорошо. Кстати, пока придётся запоминать, не уверена, что Шервин сможет купить бумагу.

— А воск он сможет купить? — задумчиво спросила я. — Бумага — это всё-таки недешёвое удовольствие.

— Да нет, цена нормальная. С тем, какие он шкуры добывает, позволить можно. Просто везут её издалека, для старосты. А тот может не захотеть поделиться.

— Понятно, — кивнула я, хотя понятно не было.

Мы вышли в коридор, Кириан некоторое время деловито перебирала висящие на поясе ключи, а потом открыла дверь. В комнатушке было темно, тонкая полоска света пробивалась сквозь плотно зашторенное окно. Она разрезала помещение на две неровные половины. Кириан решительно прошла вперёд и дёрнула одну половинку штор. Воздух тут же наполнился запахом пыли, я снова чихнула. Кажется, у меня начинается аллергия. Несильная, но лучше как можно скорее избавиться от пыли, чтобы не перешло в острую форму. Вряд ли я здесь смогу найти адекватные лекарства, а на магию надеяться не стоит, Кириан не похожа на опытную колдунью.

— Понесли, — скомандовала Кири, и мы занялись физическими нагрузками.

***

Спустя полчаса чистая мебель стояла в библиотеке. Я с чувством собственного достоинства осмотрела дело рук своих и улыбнулась. Всё-таки приятно видеть результаты. Потом мой взгляд упал на недочищенную часть библиотеки, и хорошее настроение как ветром сдуло. Да уж… Работы ещё — конь не валялся. А я уже расслабилась.

— Пойдём перекусим. Мужчины и Ариан уже поели, можно и нам, — заметила Кириан, увлекая меня на первый этаж.

Я не сопротивлялась. С завтрака прошло довольно много времени. Плюхнувшись на лавку, я с благодарностью приняла плошку с чем-то похожим на рагу и уверенно запустила в него ложку. Ещё вчера я, наверное, десять раз подумала бы, а стоит ли, а не хотят ли меня отравить… и ещё куча всяких вопросов. Сегодня я просто хотела есть!

— Вкусно! — заметила я, когда распробовала.

Коренья напоминали нечто среднее между кабачком и почему-то редиской. На мой вкус, они немного недоваренные, но зато забавно хрустели на зубах. Много зелени и поджаренное соломкой мясо. Мне нравится!

— Спасибо. Ты мне подсказала кое-что, и теперь готовится быстрее, — радостно призналась Кириан. — Можно не мучиться с долгим розжигом, а ещё не бояться, что угли погаснут. Так что… появилось время на обучение.

— Но ты сначала предложила учиться, а потом уже занялась готовкой.

— Я умею прогнозировать, — нахохлившись, ответила девочка.

— Допустим, — согласилась я и быстрее заработала ложкой.

Хотелось привести библиотеку в как можно более божеский вид к началу занятий.

Глава 14

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, когда в мою обитель уборки вошла Кириан, а за ней, недовольно кривясь и демонстративно медленно передвигая ногами, притащились Ариан и Гейвин.

— Учиться — нужно, — назидательно повторяла им Кириан, усаживая за стол.

Гейвин уселся по центру стола с видом оскорблённого достоинства, мы с Ариан переглянулись и заняли места рядом с ним. Я видела, что малышка была бы рада сидеть возле меня, но решила, что для первого урока можно принять правила игры мальчика. В конце концов, пока его уважение я заработать не смогла. Это Кириан хоть как-то приняла меня, и то взгляд всё ещё колючий и недоверчивый. Ну хоть из арбалета не целится! А с этим волчонком ещё много работы. Пожалуй, даже слишком много.

— Итак, начнём наш урок с повторения букв.

— Я вообще-то умею читать, — недовольно буркнул Гейвин. — Лучше бы из лука пострелял.

— Шервин не разрешает тебе стрелять из лука без его помощи. Поэтому ты тут. Шервин занят, — с нажимом сказала Кириан, подходя к доске.

Она взяла в руки мел, покрутила его и принялась выводить на чёрной поверхности закорючки. Я слышала, как Гейвин недовольно скрипит зубами, но… слушается. Похоже, Кириан или слова Шервина были для него важны. Что именно, конечно, вопрос хороший. Но я была рада, что хоть кто-то может на него повлиять. Сама я терялась.

— Итак, напоминаю, что в нашем алфавите тридцать семь букв, из них гласными являются восемь…

***

Спустя как минимум полчаса урока у меня пухла голова. Я думала, что учиться легко, ленилась что-то записывать, запоминая на ходу в школе… как же мне не хватало хоть какого-то листика и карандаша. Незнакомые символы прыгали перед глазами, порядок у букв был совсем непривычным, и мне, чего уж скрывать, хотелось побиться головой о стенку.

Чувствовать себя маленьким беспомощным ребёнком, который не в состоянии запомнить простые вещи, — это ужасно. Ещё хуже, когда ты понимаешь, что ничего не можешь изменить. И что надо брать себя в руки и пытаться сделать хоть что-то.

К счастью, спасение пришло откуда не ждали. И нет, это был не зелёный кот. Хотя ему я была бы очень рада. Надо спросить у него, что он хочет рассказать мне устами Шервина. Но нет, наглой морды не было, зато явился варвар.

Впервые я видела его уставшим. Мне даже начало казаться, что он не может утомиться. Эдакий вечный двигатель, который постоянно рвётся вперёд, к своей цели.

— Как успехи? — спросил он у Кириан, прислонившись плечом к косяку.

— Вспоминаем. Гейвин пытается срывать урок, — пожаловалась девочка.

Взгляды мужчин пересеклись, Гейвин некоторое время пытался упрямо держать спину ровно и задирать подбородок, но вскоре сник под тяжёлым взглядом главы нашего маленького сообщества. Честно говоря, я бы тоже сникла. Взгляд у Шервина был тяжёлым.

— Мы хотим выжить. А значит, нам нужно стараться изо всех сил.

— Лучше бы ты меня из лука учил стрелять. От этого больше толку, чем от этих закорючек, — недовольно буркнул Гейвин.

И тут произошло то, чего я не ожидала. Взгляд Шервина посветлел. Он подошёл к столу, сел на корточки с другой стороны так, чтобы смотреть Гейвину прямо в глаза и улыбнулся.

— Мой дорогой Гейвин, мы должны развиваться во все стороны, пока у нас на это хватает сил. Если мы хотим называть себя людьми достойными. А мы все хотим. Возможно, это окажется бессмысленным, но ведь именно мы сами решаем, что важно, а что нет. Я займусь с тобой стрельбой из лука после того, как вернусь с ярмарки. А пока позанимайтесь с Кириан. Это {тоже} важно.

Он говорил спокойным ровным голосом, от которого по коже сначала пробежала толпа мурашек, а потом всё тело окутало тепло. Появлялась уверенность в том, что всё будет хорошо. Что любые преграды будут преодолены. Что главное не сдаваться и продолжать двигаться вперёд. Остальное обязательно получится.

— Леди… Мириам. Я хотел бы поговорить, — сказал Шервин, поднимаясь. — Позвольте пригласить вас на позднюю прогулку.

Я нерешительно кивнула и поднялась. Что бы ни задумал Шервин, выслушать его будет не лишним. Ещё бы кот подвернулся, чтобы напрямую спросил у нашего варвара, что он там хотел!

Мы вышли на улицу, и я вдохнула полной грудью. Ночной воздух Эрверуса опьянял, а звёзды вызывали неподдельный восторг. Что я видела в городе? Кажется, Венеру… возможно, Полярную звезду. Когда мы выезжали за город, маленьких колючих точек на небе было больше, но всё равно не столько, сколько здесь.

Замерев, я всматривалась в небо, безуспешно пытаясь найти хоть что-то знакомое. Где-то глубоко внутри ещё теплилась надежда на то, что я просто в другой части Земли, а кот — какая-нибудь современная приблудина. Что вокруг актёры, что это всё розыгрыш… Но я понимала, что нет. Всё реально. И надо привыкать.

Это было больно. Пусть в родном мире мне и не за что цепляться, там осталось всё привычное и нужное. Я не хотела это терять, но уже потеряла.

— Поднимемся на стену? — предложил Шервин, когда стало понятно, что я слишком сильно ушла в свои мысли.

— Да, конечно, — кивнула я, подавая ему руку.

Взбираться по каменной лестнице бок о бок с ним оказалось проще. Со стены открывался по-своему интересный вид. Во рву плавали голубые кувшинки, на их круглых листьях сидели, отчаянно квакая, то ли жабы, то ли лягушки. Вокруг кружило комарьё. Правда, почему-то не спешило нападать на нас.

— Нас не искусают? — обеспокоенно спросила я.

Сам по себе укус не страшен, но место потом довольно долго чешется.

— Нет. Я позаботился. Леди Мириам… я понимаю, что вы можете быть растеряны, но я должен спросить. Почему вы не покинули это место? Вы не поверили мне, что тут может быть опасно? — серьёзно спросил Шервин, заглядывая мне в глаза.

Сердце ёкнуло. Кажется, как-то так описывали начало влюблённости в книгах. И это мне не очень нравилось. У меня должна быть трезвая голова, а не все эти бабочки в животе и ветер в голове.

— Мне некуда идти, — честно призналась я, отводя взгляд. — У меня… больше нет дома. Так что, я думаю, тут будет безопаснее, чем снаружи. Не выгоняйте меня!

Оказаться совершенно одной в этом мире мне не хотелось. Да чего уж там. Это была бы верная смерть! Я даже Ригона готова простить за его шуточки, лишь бы меня не выгоняли!

А ведь в книгах попаданки все такие самостоятельные. Всё могут… вот почему? Почему я такая попаданка-неудачница?

— Не переживайте. Я просто действительно забочусь о вашей безопасности. Вы уже должны были видеть… что…

— Что в вас живёт два разных человека? Да, заметила. Но я верю каждому, Шервин. Ни вы, ни он не обижали меня. И всегда проявляли заботу. Хоть и каждый по-своему...

Я смущённо отвела взгляд и даже отступила на шаг. Это было странное признание, которое в некотором роде стало откровением и для меня. Они ведь… действительно заботятся. Зачем? Почему? Если тот Шервин, который стоит рядом со мной, похож чем-то на аристократа, который видит во мне равную и пытается оказать положенные почести, то варвар… Зачем ему это? Лишний рот — это лишняя обуза. Его надо одеть, накормить и обеспечить безопасность.

— Надеюсь, то, о чём вы говорите, действительно правда, — с сомнением заметил Шервин. — В любом случае… я не могу прогонять вас, если вы желаете остаться. Вам выделили достойные покои?

— Да, всё в порядке, — ответила я, решившись поднять на него взгляд.

Смотреть на Шервина было приятно. Чёткие черты лица, открытая улыбка. Хотелось подойти к нему, обнять, спрятать голову на груди. Но я усиленно гнала эти мысли прочь. У него трое детей, о которых он будет заботиться. Кириан вряд ли примет меня как мачеху… Да и… Где гарантии того, что он готов принять новую женщину рядом с собой? А что, если это помешательство, и две личности появились после того, как погибла его возлюбленная? Что, если выгнать он меня хочет не только потому, что тут может быть опасно, но и потому, что я одним своим присутствием делаю больно?

***

Мы постояли ещё некоторое время на стене, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Я чувствовала себя девочкой-подростком, которая вдруг оказалась один на один с кем-то очень важным, но… все заранее подготовленные темы для разговора вылетели из головы, и я не могла и двух слов связать. Я даже забыла хотя бы просто спросить про Ригона. Вдруг Шервин догадался бы о том, чего хотел кот?

О зелёношёрстном я вспомнила уже в постели. Похоже, я пропустила ужин. А Шервин этого не заметил. Впрочем, обед был достаточно сытный, и уснула я быстро.

Глава 15

Утро началось с боли. Это только в фильмах всё выглядит мило, когда по родителям ползают их счастливые дети. Все улыбаются, в окно светит солнышко и далее по сценарию. В реальности ребёнок пяти лет — это тот ещё мешок картошки. И просыпаться под его весом — удовольствие сомнительное.

Я сонно потёрла глаза и сощурилась.

— Ариан… что случилось? — спросила я у лежащей на мне девочке.

— Сегодня день похода в деревню. Мы останемся в замке одни! Можно будет повеселиться! — радостно доложила она, а меня словно ведром холодной воды окатили.

Ярмарка! Я же хочу пойти вместе с Шервином на ярмарку!

Я чуть ли не кубарем скатилась с постели, едва не увлекла за собой малышку Ариан и принялась быстро одеваться.

— Ты тоже хочешь веселиться? — радостно спросила она, обнимая меня за ногу.

В груди защемило. Маленькое искреннее существо. Какая же она милая! Как не хочется уходить от неё, но… если я хочу разобраться в этом мире, мне стоит посмотреть на то, как тут живут другие люди. Да я должна знать, куда бежать с детьми, если что-то случилось. Ну не бросят же женщину с малышнёй? Сложно, конечно, будет, но мы справимся.

Я помотала головой из стороны в сторону. Нам не придётся никуда бежать. Всё будет хорошо! Никаких опасностей не будет!

— Я хочу на ярмарку.

— Шервин никого с собой не берёт. Говорит, что это опасно.

— Я попробую, — уверенно заявила я, завязывая пояс. — В конце концов, пробовать же не запрещено?

— Нет. Гейвин каждый раз пытается, — хихикая, доложила мне Ариан. — Но его не берут. Кириан тоже не берут. А мне и проситься бесполезно. Я маленькая.

— Ничего. Я думаю, когда-нибудь всё наладится, и ты тоже сходишь на ярмарку.

— Ну… попробуй. Только торопись. Он скоро собирался выходить.

Кивнув, я побежала вниз. На середине лестницы опомнилась, что не спросила, где Шервина искать, но решила не возвращаться. Ворвалась на кухню и упёрлась носом прямо в широкую грудь варвара. Принюхалась.

От него пахло чем-то похожим на розмарин и гвоздику. Пряно, но, кажется, и вчера от него шёл такой аромат. Похоже, что-то для защиты от насекомых.

Я отступила на шаг и внимательно на него посмотрела. Сегодня Шервин совсем не походил на варвара. Скорее какой-то богатый горожанин, на крайний случай зажиточный крестьянин, но никак не варвар или аристократ!

Штаны из тёмной прочной ткани подпоясаны широким кожаным ремнём с подсумком. Простая льняная рубаха из грубого материала с немного небрежной вышивкой зелёными нитками по подолу и воротнику. Я не успела рассмотреть рисунок, как Шервин сурово спросил у меня:

— Зачем проход закрываешь?

По интонациям было понятно, что передо мной варвар. Нет, конечно, надеяться увидеть аристократа было глупо, но всё же… с аристократом договариваться было как-то проще.

Собрав всю свою решительность, я уверенно посмотрела ему в глаза.

— Я хочу пойти с тобой в деревню.

— Исключено, — решительно ответил Шервин, пытаясь сдвинуть меня в сторону.

Не тут-то было! Я стояла ровнёхонько в дверном проёме и, раздвинув ноги пошире, взяла упор, не давая здоровяку выйти.

— Я. Хочу. Пойти. В. Деревню, — повторила я с нажимом.

Если он варвар и понимает только язык грубой силы, значит, нужно играть по его правилам, даже если мне это не нравится!

— Опасно.

— Я справлюсь.

— Тяжело.

— Сюда же дошла.

— Помогал.

— Ну так помоги ещё раз. Я… я могу кое-что дать на продажу. Но только если ты возьмёшь меня с собой! — выдала свой последний козырь и замерла.

Расставаться с безделушками не хотелось, но… это явно могло помочь нам всем выжить. Пока я ходила по замку, пришла к выводу, что небольшой ремонт ему не помешает. Особенно к осени или даже к зиме. Да и дров нужно больше. Кириан не сможет обогреть всю эту махину. Её не хватит даже на жилые комнаты. Слишком неопытная. Я должна приносить пользу, если не хочу быть обузой!

— Допустим, — согласился Шервин. — Что ты хочешь продать?

— Давай поднимемся наверх и посмотрим? — предложила я. — Всё в моём рюкзаке.

Он кивнул и выразительно уставился на меня. Не сразу пришло понимание того, что это я не даю ему пройти. Посторонившись, пропустила Шервина вперёд и поймала удивлённые взгляды Гейвина и Кириан.

— Он никого с собой не берёт, — обиженно заявил мальчик.

— Ну… если договоримся… что бы ты хотел получить с ярмарки? Ничего не обещаю, но вдруг получится? — тихо предложила я. — И ты, Кириан?

— Нож хочу. Острый.

— Соль. Если будет, купи.

— Мира! — раздалось громогласно от лестницы.

Я кивнула и поспешила на зов. Не стоит Шервину знать о наших маленьких договорённостях. Мало ли как это на него повлияет?

В комнате я нашла в шкафу свой рюкзак и порадовалась тому, что никто в него не полез. Я принялась решительно вынимать из него вещи. Вот как со мной сыграла не злую шутку моя привычка носить всё ценное с собой. Если так подумать, то на Земле у меня даже ничего ценного и не осталось.

На покрывало легла стопка книг, косметичка, моя походная аптечка, я смущённо затолкала за неё две пачки прокладок, с ужасом думая о том, что я буду делать, когда они закончатся. Нижнее бельё я доставать не стала, верхушку разгрузила, и уже хорошо. Запустила руку пониже и достала мешочек из органзы с моими сокровищами.

— Вот. Тут немного, но вдруг что-то ценное?

Варвар осторожно развязал ленточки и высыпал на покрывало мои сокровища. Стало даже немного неуютно. Всё-таки не такие уж и большие у меня богатства. Так, на сэкономленные деньги купила несколько стеклянных бус. Одни имитировали камень натуральный. Синий такой, с блёсточками. Авантюрин, кажется. Было ещё несколько ниток блестящих в солнечных лучах бусин, имитирующих кошачий глаз.

Их Шервин решительно отодвинул в сторону и посмотрел на низку простых крупных бусин из стекла, в котором цветом было сделано что-то в духе пёрышек. Взял их в руки, покрутил.

— Хорошая вещь. Возьмём её. Остальное пока лучше не показывать. Привлечём много внимания.

— А хватит? — неуверенно спросила я.

— Не знаю. Но у мужчины из леса не должно быть таких вещей.

— Так это и не твоё, а моё. Я там пришла… кстати, откуда я пришла?

— Да кто ж знает? Скажи, что из Ничт[а]ры. Там вроде бы такие штуки делают. Кстати… А откуда ты? У тебя была странная одежда.

Он навис надо мной, и я почувствовала себя очень неловко. Я-то надеялась, что он обо всём забыл, что мы пройдём мимо этой щекотливой темы, ан нет, не прокатило.

— Я… я не из этого мира, Шервин. Мне кажется, это понятно.

Варвар нахмурился, покрутил в руках мои бусы, потом внимательно посмотрел на выложенные вещи и кивнул.

— Вполне может быть. Я слышал о том, что переходы возможны. Но свидетельств не было слишком давно.

Я смотрела ему в глаза, надеясь лишь на то, что он внезапно не впадёт в ярость. Конечно, Шервин при мне такого не делал, но мало ли… Вдруг это станет последней каплей в чаше его терпения? Не хотелось бы умирать так глупо, но и врать было бессмысленно. Да, я могу пытаться притворяться местной, но лучше сразу расставить все точки над их закорючками и жить спокойно, а не вертеться как уж на сковородке каждый раз.

— Это плохо? — на всякий случай уточнила я.

— Наверное, об этом лучше не говорить. Будет много лишних вопросов. Появятся любопытствующие. А мы должны прийти и уйти тихо и незаметно.

— Почему? — удивлённо спросила я.

— Меркесы. Они рядом. Понятно, что то, что замок обитаем, многим уже известно, но лучше лишний раз не привлекать к себе внимание. Собирайся быстрее и идём. В самом начале лучшие торги.

Я кивнула и просто пошла за ним. Собирать мне было нечего. Когда мы проходили по первому этажу, Кириан сунула мне в руки небольшой холщовый узелок. Я благодарно кивнула и поспешила за Шервином. Если меня берут на ярмарку, в деревню… то надо доставлять как можно меньше неудобств.

На улице варвара уже ждал Гейвин с чем-то в духе рюкзака. Повесив его на спину Шервина, Гейвин подал здоровяку ещё две вязанки шкур, посмотрел на меня недобрым взглядом, но ничего не сказал. Похоже, то, что “баба” пошла на ярмарку, его здорово злило, но вероятность получить нож была важнее высказывания недовольства.

— Кириан, займись воротами, — потребовал Шервин, бросая на меня оценивающий взгляд.

Под ним я тут же стушевалась и уставилась в землю. Кажется, мой варвар был не очень-то рад компании даже из одного человека, но слово держал. Решётка подъёмного моста приподнялась, и мы с Шервином протиснулись наружу.

— Держись рядом и не болтай.

— Стойте! — услышала я сзади окрик Гейвина.

Он бежал к нам и успел просунуть под опускающуюся решётку небольшой свёрток.

— Пусть она несёт. Может, и это удастся продать.

Я подняла свёрток и осмотрела. Ещё одна шкура. Развернула её и поняла, почему прозвучало “может”. Зверя подстрелили не очень удачно, прямо по центру дыра. Посмотрев на Гейвина, я увидела, как тот смущённо отводит взгляд.

— Твоя работа?

— Да, — тихо ответил он.

— Ну так здорово же. Целая шкура, — заметила я, сворачивая её в рулон и перевязывая верёвкой.

— Не забудьте взять кореньев! — крикнула нам на прощанье Кириан, и мы отправились в путь.

Глава 16

Путь до деревни был неблизким. Я вдоволь успела налюбоваться местными видами и найти множество несоответствий. Всё было очень похожим на первый взгляд, но стоило присмотреться, как я находила незначительные, но всё же отличия. Например, листья у берёз были с ровным краем, а жёлуди почему-то насыщенно-фиолетового цвета.

Расспрашивать, впрочем, не решалась. Как и пробовать аппетитные ягоды малины. Помнила я про “земляничку”. Нет уж, спасибо, Кириан очень даже хорошо готовит. Я спокойно поем то, что сделает она!

Мы подошли к небольшому ручью, и Шервин остановился. Я едва не врезалась в его спину, вовремя успела свернуть в сторону.

— Что случилось? — осторожно спросила я.

— Разувайся, — скомандовал он мне. — И чулки тоже снимай. Пойдём по воде.

— Зачем? — удивлённо спросила я, но приказ начала выполнять.

Бабуля всегда говорила, что, когда не понимаешь, что происходит, нужно выполнять приказы, а уже потом спрашивать. Так я и поступала.

— Запах. На всякий случай собьём след, — пояснил мой варвар и принялся стягивать свои сапоги.

Дальше мы шли по ручью. Его дно было устлано мелкими камушками, которые то и дело норовили впиться в мои ступни. Я мысленно шипела, морщилась, но старалась не подавать виду. Сама вызвалась отправиться в это путешествие, значит, должна терпеть! Бабуля говорила, что нужно принимать ответственность, и я старалась делать всё по её заветам. В конце концов, что у меня от семьи-то осталось? Я даже не знаю, жива ли моя мать. Да и какая разница? Всё равно родительских прав лишили.

— Ты откуда-то убегала? — спросил меня Шервин, когда мы выбрались на довольно крутой берег.

Ну… как выбрались. Он подсадил меня, схватив своими лапищами за талию и буквально вытолкнув наверх, а потом забрался и сам. Мы сидели на траве и растирали порядком замёрзшие ноги.

— Почему ты так думаешь? — удивлённо спросила я.

— Много вещей с собой. Женщины обычно такое не носят.

— Не убегала… боялась, что украдут, — неохотно поделилась я.

— Кто украдёт? В дом вломятся? — предположил Шервин. — Так если украдут, вора найдут быстро и накажут.

— Никто не будет искать. Других дел достаточно. И дом этот общий, — неохотно поделилась я, вспоминая. — Мы все там жили… сироты.

— Это как? — удивлённо спросил варвар, натягивая сапог.

— Ну такой большой дом. Раза в три больше замка. И в нём живут воспитатели и дети, у которых нет родителей.

— А дядьки-тётки? Что, не забрали?

— Не забрали, — с печалью ответила я. — А у кого-то и родители живые есть, да жить с ними опасно. Поэтому живут в детском доме.

Шервин посмотрел на меня округлившимися от удивления глазами. Натянул второй сапог, поднялся и скомандовал:

— Собирайся.

Я кивнула, быстро обулась, и мы пошли вперёд по лесу. Я начала замечать, что места тут хоженые. То тут, то там трава примята, ветки у кустов обломаны.

— Мы близко?

— Да. Уже близко. Поэтому просто помалкивай. Мало ли что странное скажешь. Не хочу проблем.

Я кивнула, глядя ему прямо в глаза, и пошла следом, думая о том, что вариант жизни у дядюшки или тётушки не всегда так хорош, как может показаться на первый взгляд. Могут и работать заставить, и не любить…

Невольно скривившись, уставилась в землю. Да уж… а вот в детском доме меня любили! Вот прямо до зубовного скрежета! Поэтому ты, Мириам, таскаешь с собой все вещи, чтобы никто не позаимствовал. Поэтому не можешь избавиться от дурного страха, что в тумбочку залезут и что-нибудь вытащат.

На мгновение мне стало дурно. Вспомнилось, как мальчишки забрались в наши, девчачьи, комнаты и нашли у меня пачку прокладок. Позор был месяца на три, если не меньше. Мало того, что достали, так потом носились по коридорам, играя в телефончики…

На глазах невольно навернулись слёзы. Не от детской жестокости и глупости, а от безразличия взрослых. Их устроил ответ: “А пусть не пользуется!”

Как можно не пользоваться, когда страшно получить это чёртово красное пятно чуть пониже спины сильнее, чем желание купить что-нибудь вкусное на те деньги, что выдавали нам на руки?

— Что случилось? — спросил Шервин, останавливаясь и оборачиваясь.

Я врезалась в его грудь и шмыгнула носом. Вот как ему объяснять? Я даже не знаю, табуирована эта тема в мире или нет. Вдруг я нанесу ему какое-то оскорбление.

— Мира, что случилось? Ты поранилась? — строго спросил он, взяв меня пальцами за подбородок и потянув вверх.

Вынужденная смотреть ему в глаза, я смахнула непрошенные слёзы.

— Просто воспоминания. О детстве. Давай не будем.

Он ничего не ответил, но посмотрел на меня так строго, что стало не по себе.

— Шервин… не надо. Это действительно больно. И я не уверена, что тебе стоит знать. Это… о женском.

Варвар кивнул, но в глазах я не увидела понимания, только тёплое искреннее сочувствие. Он на мгновение прижал меня к себе своими огромными ладонями, и я почувствовала себя в безопасности. Рядом с ним и прошлое не имело значения, и настоящее выглядело радужным. Поразительный дар: вселять надежду в тех, кто потерян.

***

До деревни добрались в молчании. Мне повезло, что мы заходили со стороны холма, и я могла всё хорошенько рассмотреть. Ничего похожего на место, в котором я выросла. Со всех сторон поселение было обнесено прочным частоколом. Заострённые края брёвен вызывали страх даже с такого расстояния. Почему-то вспоминался Иван Грозный и его излюбленный метод казни. Он явно бы оценил!

Домики в деревне теснились друг к другу, а по центру располагалась площадь. Возле неё уголком стояло два больших дома. Я решила, что один принадлежит старосте, а второй что-то в духе постоялого двора. Как выяснилось позже, я оказалась права. От площади в четыре стороны уходили улочки, на которых стояли, собственно, домики. С крышами бежевато-серого цвета, явно не черепичными.

— Немного опаздываем. Поторопимся, — сказал Шервин, и мы прибавили шаг.

Вскоре вышли на грунтовую дорогу, обогнали пару телег. На нас не обращали внимания, болтая о чём-то своём. Говор у местных был немного не такой, как в замке. Грубее и резче. Если отвлекаться от смысла слов, то можно подумать, что собаки лают.

На воротах стояло ополчение. Один из мужчин кивнул Шервину, но потом придирчиво посмотрел на меня.

— Она со мной, — гаркнул варвар, умело подражая говору местных.

— А говорил, что не женишься. Поздравляю. Пусть…

— Она. Просто. Со. Мной, — рыкнул Шервин. — Не жена.

— Ладно, ладно… дело ваше, — отмахнулся от него ополченец, а потом внимательно посмотрел на ношу и заинтересованно спросил: — Беличьи шкурки есть?

— Десяток будет.

— Давай на мешок муки обменяемся.

Шервин нахмурился и сурово на него посмотрел.

— Мешок сейчас и мешок, когда урожай будет.

— Согласен, — коротко ответил варвар, и мужчины обменялись рукопожатиями.

Я не могла понять, хорошая ли это сделка, но решила положиться на моего проводника. В конце концов, это его охотничий труд, ему и менять.

А потом у меня закружилась голова. Столько людей, и надо ещё не выпустить Шервина из виду! Я едва успевала понимать, что и на что он меняет. Договора скреплялись рукопожатием, мы ничего не забирали, Шервин иногда отдавал шкуры, и мы двигались дальше и дальше. Одних торговцев он обходил стороной, зато с другими вёл почти дружеские беседы, пока я изнывала от жары. Знала бы, что ярмарка окажется такой скучной — ни за что бы ни пошла.

Но назвался груздем — полезай в туесок. И я терпела, понимая, что всё равно ничем не смогу помочь. Часа через два после полудня мой варвар вспомнил, что я вообще-то рядом с ним.

— Сейчас пойдём к старосте. Продадим украшение. Возьмём в аренду лошадь и домой.

— Нам бы нож и соли, — сказала я, вспомнив просьбы детей. — И что-нибудь для Ариан.

Шервин замер, прикидывая что-то в уме. Он хмурился, перебирая пальцами.

— Посмотрим, — в конце концов отметил он, взял меня за руку и потянул за собой сквозь толпу к дому старосты.

На высоком крыльце за столом сидел мужчина лет сорока. Судя по тому, что большинство людей вокруг было моложе, достаточно почтенный возраст.

— А, Шервин. Пришёл засвидетельствовать сделки? — поинтересовался он, поднимаясь и протягивая ладонь для рукопожатия.

Я замерла за спиной у варвара и наблюдала, иногда выглядывая.

Мужчины принялись перебирать сделки, и у меня поплыло перед глазами. Шервин перечислял, староста записывал, что-то высчитывал на черновике сбоку, иногда хмыкал.

— Пошлины на серебряк выйдет. Оформляю?

— Ещё не всё, — отметил Шервин и достал из-за пазухи мои бусы. — Ещё на продажу.

Глаза старосты загорелись. Он двумя пальцами взялся за нитку бусин и принялся их осматривать. Кажется, Шервин не прогадал с выбором, возможный покупатель был заинтересован.

— И откуда у тебя такие ценности? — с прищуром спросил староста, положив бусы на стол.

— Оплата защиты. Её. — Он резко выпихнул меня из-за спины и показал старосте.

— Защиты, значит. То есть это ваши бусы? — строго спросил меня староста.

Я растерялась. Вот что ему отвечать? Почему Шервин не предупредил! Бабуля, спасай! Как говорила ба, лучшее, что мы можем делать, это быть честными. Хотя бы с собой.

— Это его, — коротко ответила я и уставилась в землю.

Соврала? Возможно. Но ведь всё, что у меня есть, осталось со мной только благодаря Шервину. Включая мою жизнь. И бусы я ему отдала для продажи. Продаёт он — значит, его!

Староста испытующе на меня посмотрел и промолчал.

— Хорошо. Три серебряка пошлины будет. Какие товары нужны?

— Дрова на зиму, провиант, соли три стандартных меры, посуда. Вот она скажет, какая нужна. — Шервин кивнул на меня и продолжил перечислять.

Бабуля-я-я! Да бог его знает, какая посуда мне нужна! И нужна ли вообще.

— Шерстяного полотна и льняного, верёвки конопляной…

Он называл какие-то меры, но поначалу меня хватало лишь на то, чтобы отмечать в уме товары, а после я и вовсе потерялась. Просто стояла у него за спиной и молчала. В душе было тепло и радостно. Кажется, сделка оказалась хорошей, и нам будет легче. Я не такая уж и бесполезная! Да, вечно продавать то, что перенеслось, чудом, между прочим, спасибо моей мнительности, из другого мира не выйдет… но я научусь! Я смогу!

Обернувшись, я увидела старика. Он шёл по ярмарке, опираясь на посох, сделанный, казалось, из самой страшной и узловатой палки, которую только можно было найти. И он смотрел на меня. Тяжёлый взгляд, пробирающий до костей. Я поспешила спрятаться за Шервином.

К старосте собралась очередь. Многие спешили засвидетельствовать сделки, а список Шервина никак не кончался. Вот скажите на милость, зачем нам перья? Я ещё могу понять пух гусиный, подушки сделать… но перья?!

Выбрались мы минут через десять.

— У вас стариков так мало?

— Стариков? — удивлённо спросил Шервин. — Ты видела что-то странное?

— Да. Такой сморщенный мужчина. На посох опирался при ходьбе.

— Ясно. Сейчас возьмём лошадей, нам выделят. И поспешим домой.

Спорить не стала. Хоть я и ничего не делала, устала жутко. Хотелось домой, в баню, обнять Ариан, послушать ворчание Гейвина...