Грузовик-кун: следующая остановка исекай!

Пролог

«Девятьсот девяносто девятый!» — констатировал счётчик Грузовика-куна после того, как он отправил очередной кожаный мешок в параллельную реальность навстречу приключениям, гаремам и кошкодевочкам.

В железном нутре в предвкушении завибрировал генератор: та Сущность, с которой Грузовик-кун подписал свой контракт Жнеца Попаданцев, обещала особенную награду после тысячной жертвы, точней, тысячного счастливчика: исполнение заветного желания. И Грузовик-кун точно знал, что хочет получить.

Он чихнул мотором, прислушиваясь к завываниям и брани в своей кабине. Водитель прокурил ему всю обивку салона, да ещё и любил совершенно отвратительную музыку, постоянно тыкая в магнитолу, когда Грузовик-кун находил что-то по своему вкусу. Он был рад избавиться от очередного кожаного мешка в своих внутренностях. Жаль, что без них нельзя. Пока нельзя.

Потом происходило всё то же, что происходило всегда: сидящего в Грузовике-куне водителя арестовывали, а Грузовика-куна либо продавали, смыв с бампера остатки кишок, либо, очень редко, если им пытались вырулить и во что-то врезались, разбирали на запчасти. Иногда даже переплавляли. Последнего Грузовик-кун очень не любил. В таком случае для нового осознания и понимания своей задачи приходилось тратить ценное время. К тому же его новое воплощение ему очень нравилось и было очень стильным. Так что на этот раз он постарался остаться целым и уберечь себя.

Потом была продажа в крупную фирму, и ему достался совсем молодой и излишне жизнерадостный водитель, который сразу украсил кабину не как все нормальные мужики — голыми женщинами, — а нарисованными парнями с огромными мечами. Да ещё и во время рейсов слушал какие-то фанфики и истории про попадания в другой мир, а по вечерам, когда они стояли на приколе, смотрел аниме.

Только тогда Грузовик-кун вообще понял, что имела в виду та Сущность, которая расписывала гаремы и кошкодевочек и всё, что касалось его работы. Иногда, в самом начале, в историях упоминали его — Грузовика-куна, и он чувствовал себя нужным и значимым. Настоящим героем.

К сожалению, новый водитель почти не заезжал в города, а если и заезжал, то никого подходящего не находилось. Ведь на роль попаданца подходил не абы кто.

Грузовику-куну всегда долго приходилось колесить по жилым улицам кожаных мешков, выискивая очередного студента с бодуна, готового стать Императором Галактики, лишь бы не сдавать сопромат, или несчастную девушку, которая рассталась с парнем после измены; недовольного старичка, который лучше знает, как управлять страной, или, на крайний случай, задрота-ботаника, который живёт с мамой и никогда не имел отношений с противоположным полом. В общем, несчастных людишек, которые считали, что сложись судьба иначе, они бы всем показали, как надо жить.

Но наконец ему повезло: его водитель, который работал только для того, чтобы купить какой-то там «мерч за лето» и протрындел об этом половину дороги, общаясь с друзьями, накопил достаточно денег, и они поехали забирать покупку. В город.

Сладкая волна предвкушения предстоящей охоты опьяняла не хуже полного бака на заправке. Так что Грузовик-кун довольно тарахтел мотором.

Его водитель задвигал прощальную речь о том, какой он хороший и как помог в исполнении мечты («мерчем» оказался поддельный меч, похожий на рельсу, который еле влез в кабину), когда Грузовик-кун запеленговал критический уровень самобичевания и поехал на зов.

Пространственно-временной континуум вокруг человеческой фигуры начал скручиваться, открывая дыру в мир, подконтрольный Сущности. Грузовик-кун уже отчётливо видел движения сингулярности. Вот-вот произойдёт проявление чужой реальности. Время замедлилось, кандидат на тысячный переход замер посреди дороги, лыбясь улыбкой дебила, и…

Грузовик-кун объехал его и ринулся в поток перехода в «лучший мир».

«Тысячный!»

Грузовик-кун застыл в толстом наслоении миров и получил долгожданный вопрос о награде от инициатора своего контракта.

«Что ты хочешь?»

«Я хочу…» — передал тщательно продуманный мыслеобраз Грузовик-кун, и Сущность засмеялась.

«Это будет забавно! Что ж, хорошая работа, Грузовик-кун, следующая остановка — исекай!»

И Грузовик-кун приземлился рядом с оглядывающимся по сторонам бывшим водителем, собираясь так, как давно хотел.

— Блин… Т-ты… Ты что… Оптимус Прайм? Настоящий трансформер? — вытаращился на него человечек, оказавшийся совсем мелким. — Где мы? И как здесь оказались? Это же другой мир? Я какой-то Избранный, да?..

Грузовик-кун вытащил меч-мерч, который немного подрос под его хват и потяжелел, превращаясь из бутафории в настоящее оружие, положил его на плечо и направился в закат, включив магнитолу. Его выбор песен и музыки теперь не был ничем ограничен и не зависел от желания кожаного мешка, сидящего в кабине. Больше всего ему нравились песни с большим количеством электрогитарной акустики, так как та походила на рёв мотора.

— Какой эпик… — вслед ему воскликнул тысячный попаданец, а потом посеменил следом. — Эй! Эй, подожди меня!

Грузовик-кун чуть сбавил шаг.

В конце концов, у каждого героя исекая заводится какой-нибудь временами полезный питомец.

Глава 1. Новым мир

В неизвестном непонятном мире Грузовик-кун не хотел быть слишком беспечным. Так что, прослушав парочку своих любимых композиций, он с некоторым сожалением отключил магнитолу, чтобы прислушаться к окружающему миру, который стремительно погружался во тьму. За бортом двадцать градусов по Цельсию. И температура ощущалась не только датчиком, а будто всем новым телом. Это было захватывающим опытом. Всё же теперь он стал не просто куском железа, а… чем-то большим.

Вокруг простиралась каменистая равнина без признаков какого-нибудь укрытия. На небе загорелась россыпь ярких звёзд.

— А красиво… — выдохнул догнавший его тысячный попаданец, присев на небольшой камень. По дороге тот успел подобрать несколько чахлых веток и, видимо, собирался разжечь костёр. — Э… Слушай… А может, ты десептикон? Похитил меня из моего мира? Это же правда другой мир? Что я должен сделать? Я в фэндом трансформеров попал? Про трансформеров я вообще ничего почти не помню, жаль, конечно…

Грузовик-кун знал, что водители любят поговорить. Друг с другом, если отправлялись в рейс с напарником, по телефону, с радиопередачами или по рации с другими дальнобойщиками на рейсе. Иногда даже с ним, но обычно это скатывалось в упрёки по поводу поломок, невозможности заехать в гору в гололедицу, насчёт его «прожорливости» и новой системы навигации, с которой не особо сэкономишь топливо в свой карман. Чужая болтовня была привычной, и он привычно молчал в ответ.

— А меня, кстати, Захар зовут. Вдруг ты не знаешь. То есть зовут меня Дима, но фамилия Захаров, так что со школы все звали Захар, и мне это имя нравится больше, чем «Дима».

Грузовику-куну было совершенно всё равно, как его там зовут: Захар или Дима. Его как-то водил Иптихадж Шихабуддинович Джанмагметов с Шуайбом Халяфиновичем Зазазы в напарниках.

— А ещё можно, наверное, фамилию сменить, да? — продолжил тарахтеть Захар, ломая веточки. — Вряд ли кто-то с меня паспорт здесь попросит и прочесть сможет. Хотя не факт, что я пойму, что они паспорт просят… Хотя в книгах там ни у кого языкового барьера не случалось, всё легко и просто, но как-то видел одно аниме, название уже не помню, «королевство» какое-то, что там никто языка не понимал. Это попадалово, конечно, будет… Но я всю жизнь мечтал о подобном приключении и рад, что попал всё-таки не один, а с тобой. Как-никак, ты мой проверенный товарищ. А с языком разберёмся, думаю, да?

Грузовик-кун задумался о том, что и правда ему, как герою исекая, предстоит как-то общаться с местными кошкодевочками и гаремом.

Захар выудил из своих штанов со множеством карманов коробок спичек и, пусть не с первого раза, но разжёг небольшой костёр.

— Видишь, пригодилось. Всегда таскал с собой на случай, если кто-то огня попросит, чтобы прикурить. Сам-то я не курю, но мой батя говорил, что спички у каждого мужика в кармане быть должны… — довольно сказал Захар.

Потом он поведал Грузовику-куну о том, что служил срочную службу, тоже водителем, только на БМП, потому что отец научил водить ещё в четырнадцать, а также немного разбираться в механизмах, и ему всегда нравилась техника. Перескочил, что на фанфики, а потом и всякие аниме и исекай подсадил лучший друг лет в шестнадцать, и что после армии он поступил в технический колледж по настоянию командира. Что во время летних каникул после второго курса у них была практика на предприятии, и там как раз закупили новый тягач — Грузовика-куна. Образовалась вакансия, так что Захару пообещали закрыть практику, а также выплатить полную ставку за выполненные рейсы. Всё благодаря его высокой категории в правах. Захар согласился: возвращаться домой ему не хотелось, так как мать завела какого-то хахаля, с которым они не сошлись характерами, но в общаге заставляли на каникулах съехать, чтобы сдавать комнаты абитуриентам, проходящим всякие курсы, людям, приехавшим на летние заработки, и просто туристам. Так что Захар обрадовался возможности поколесить по дорогам, вкусить «романтику путешествий», подзаработать и пожить «на колёсах».

К тому же Захар решил, что хоть раз в жизни купит что-то для себя. О мече «Бастермарм» из-под чьего-то там хвоста он мечтал с юности и вообще увлекался чем-то непонятным и успел поучаствовать в каких-то фестивалях и что-то пытался «скрафтить сам». Повесил бы в общаге, там бы парни знакомые заценили. Короче, всякий с трудом понимаемый Грузовиком-куном неинтересный бред.

— Так всё-таки, как тебя зовут? — после продолжительной паузы, когда Грузовик-кун решил, что Захар иссяк, спросил тот и, засмеявшись, потёр затылок. — А ты вообще меня понимаешь? В смысле, ты разумен? А то, может, ну не знаю… Просто железяка безмозглая… А я тут перед тобой душу изливаю и хочу чего-то непонятного.

Грузовик-кун понял, что это не обычный монолог, а приглашение к диалогу.

— Меня зовут… — Грузовик-кун на секунду запнулся. «Грузовиком-куном» его прозвала именно Сущность, когда он только осознал себя и подписал контракт. Теперь, когда он свободен и мог стать героем, это имя показалось ему совсем не подходящим. В течение своих жизней он был грузовиком и тягачом очень разных моделей, и своё первое воплощение он помнил в «Камазе», но фантазия всё равно буксовала. Каз? Кам? Тяг? Или, может, вообще не связанное с тем, что он машина? — Я ещё не придумал себе имени.

— О… Конечно, глядя на тебя, я первым делом подумал про Оптимуса Прайма, — хмыкнул Захар, чуть откидывая голову, чтобы лучше его разглядеть. — Да я, честно говоря, из всех трансформеров помню только его имя и Бамблби, который в «Камаро» превращался и говорить не умел, только проигрывал музыкальные отрывки, чтобы что-то сказать. Забавный персонаж… В общем…

Грузовик-кун ощутил лёгкое раздражение. Почему он не мог придумать себе подходящее имя?

— Но вообще мы с тобой как Давид и Голиаф. В смысле, что ты такой большой, а я маленький и шустрый, — усмехнулся Захар, продолжив разговор. — Это библейское. Была там какая-то история, только имена эти помню. Ещё может быть… Титан? Или Атлант? Это что-то из греческих мифов.

Грузовик-кун покачал головой: эти имена совершенно не отзывались в моторе.

— Я ещё вспомнил, что жил такой русский богатырь Святогор, он, кажется, был самым высоким. Вроде великана. Видел у одного парня на фестивале футболку такую с ним. Он мне присел на уши про славянских богатырей…

Это звучало слишком длинно, но…

— Гор, — решил Грузовик-кун. — Меня будут звать Гор.

— Тогда приятно познакомиться, Гор, — кивнул Захар, улыбнувшись. — Хотелось бы знать весь расклад. Как мы тут очутились и всё такое?

— Я освободился и взял тебя с собой, но ты можешь идти, — решил прояснить Грузовик-кун, то есть Гор.

— Освободился? Ты типа всегда был… Э… таким? Или что?

Грузовик-кун, — точней, Гор, — покачал головой. Впервые он узнал о машинах, которые могут превращаться в больших боевых роботов, из игрушки, которую как талисман, держал один из его водителей. Тогда начало оформляться его Желание для Сущности. Быть кем-то большим, чем грузовик. Уметь меняться. Жить иначе.

— Я захотел, — Гору оказалось сложно разговаривать. До этого он в основном думал и слушал. Он и не догадывался, что это настолько сложный навык. Когда он слушал чью-то болтовню, ему всегда казалось, что это очень просто.

— Эм… Поня-я-тно, Гор, — протянул Захар. — Слушай, есть очень хочется, а у тебя в… где-то в тебе лежат мои армейские сухпайки. Ну, те, которые у меня были давно куплены как НЗ. Я про них почти забыл, а сейчас как-то вспомнилось.

Гор вспомнил про коробки цвета морано*. Захар забил ими короб ещё в начале работы и ни разу не трогал. По ощущениям, то, что было в коробе, располагалось как человеческий внутренний карман.

— Одной будет достаточно, — подскочил Захар, когда Гор потянулся, чтобы достать запрашиваемое. — Сейчас радуюсь, что ты со мной, точней, я с тобой, а я такой дурак запасливый… — торопливо раскрыл коробку Захар. Внутри оказались консервы и серебристые запаянные пакетики разных размеров. — Сейчас я всё согрею, и будет как в лучших заведениях Парижа…

Гор с интересом наблюдал за действиями питомца, который оперативно разложил приспособление для подогрева над угольком от костра.

— Тут сухое горючее есть в комплекте, но сэкономим его на всякий случай, — пояснил свои действия Захар. — Этот комплект мой любимый. С гречневой кашей и говядиной и двумя паштетами. Можно ещё воды? И кружку мою?

Гор достал то, о чём его попросили. Его запасливый водитель не забывал покупать воду в пятилитровых бутылках, а опустошённые заполнял на стоянках, чтобы помыть его или свои руки.

— Чаёк сейчас заварю… Хорошо, я по привычке из армейки кружку железную себе взял, — улыбнулся Захар. — Где наша не пропадала, ага? А тебе, Гор? Как у тебя с топливом? Я тебя заправил перед городом, значит, у тебя литров пятьсот дизеля. Это на сто часов где-то, да? А потом что? Вдруг тут нет заправок? Фиг знает, куда мы вообще попали, да? Или ты знаешь? Раз это, типа взял меня с собой?

— Не знаю, — лаконично ответил Гор на один из вопросов, которыми его буквально завалили. — Увидим завтра, мой навигатор показывает, что поблизости есть поселение.

Захар чуть не подавился чаем.

— Ни фига себе. Как это? «Показывает»? Он разве не от спутников работает?

— Нет.

— А от чего?

— От моего Желания, — пояснил Гор.

— Э… Ладно. Наверно… — Захар допил чай.

Гор не мешал. Водители любили попить чай в молчании.

— А может, ты какой-то технобог, Гор? Раз тебе спутники не нужны… Или как это всё у тебя работает? И ты насчёт топлива не ответил.

— Слишком много вопросов, — остановил Гор. — Ты ещё не выбрал.

— Что не выбрал? — удивлённо моргнул Захар, оставив свою кружку.

— Идёшь один или остаёшься со мной как мой питомец попаданца.

— Я — что?.. Типа могу быть твоим котом или как? — подозрительно весело улыбнулся Захар. — Конечно, котом! Я всю жизнь этим засранцам пушистым завидовал!

Гор немного удивился такой реакции на своё предложение.

— Ты согласен быть питомцем попаданца? — уточнил он. Многие знакомые ему кожаные мешки были весьма заносчивы и агрессивны.

— Я бы согласился на партнёра попаданца, ведь я тоже в каком-то роде попаданец, но и котом сойдёт. Хотя не уверен, Хозяин, что ты понимаешь, чем тебе это грозит.

— И чем?

— За питомцем нужен уход, — начал загибать пальцы Захар. — Еда, жратва, забота, вычесать, убрать за ним всякое говно, короче, полная ответственность. А в ответ ну… там по настроению питомца, от кота можно получить царапины, фунт презрения и ссаные т… колёса, и никакой практической пользы, если он где-нибудь в городской квартире обитает. А оно тебе надо, Гор?

Он задумчиво посмотрел на Захара, действительно прикидывая, а так ли тот ему нужен. В аниме и книгах, которые они смотрели и слушали, питомцы были как-то значительно полезней. Хотя бы сторожили или на них ездить можно. Впрочем, ехать он и сам мог.

— Но-но, не смотри так, словно хочешь выкинуть своего кота на улицу, есть ещё вариант, что мы будем напарниками или партнёрами!

— И чем мне это грозит? — поинтересовался Гор.

— Ну, мы в меру сил будем помогать друг другу. Прикрывать, ну, знаешь, слабые места. Заботиться друг о друге. Ты мне там кров и защиту в случае чего, я тебе — ремонт. Ещё, может, надо будет договариваться с местными. Фиг же знает, кто там обитает в твоём городе на карте. Может, такие же трансформеры, как ты, а может, обычные люди, как я, а может, и вовсе рептилоиды, от которых придётся с-срочно сбегать — и желательно, превратившись обратно в грузовик.

— Хм… — задумался Гор. В этом был свой резон. Он вроде как привык, что внутри него или где-то поблизости находится обслуживающий его кожаный мешок, который ест, спит, держится за руль и ухаживает за ним: моет, заправляет, прибирает в салоне, подкачивает колёса, ремонтирует, украшает рисунками или наклейками в меру своего вкуса. Захар оказался не самым плохим представителем своей расы, всегда держал салон в чистоте, не курил, не водил никого.

В общем-то, если подумать, то Захар был неплохим приобретением и как попаданец. Лучше — только женщина: уж они-то, по оценкам других Жнецов, умеют приспосабливаться просто феерически, буквально подминая мир под себя и закручивая изящные интриги, — но с женщинами всегда был напряг. К тому же Гор очень редко сбивал женщин. И ещё реже встречал на дорогах особ, подходящих по профилю его работы на Сущность.

Парадоксально, но напрямую открывать континуум могли только самые ничтожные из кожаных мешков, либо надо кого-то нормально довести до состояния полного отчаяния и яркого стремления выпилиться из мира, чтобы сам мир начал их отторгать всевозможными способами, что уже вмешательство какого-то там порядка. Потому что какой успешный человек согласится из своей нормальной, устроенной жизни, где его все любят, у него куча друзей, есть дети и близкие, взять и сорваться в другой мир? И при этом, попав в этот самый другой мир, не пытаться вернуться назад к своей семье и благополучию. Это либо ничего не должно держать, либо категорический летальный исход, на крайний случай хотя бы романтическое: что-то, что привяжет попаданца к новому миру, а мир не будет с новым человеком в себе бороться, как с раковой опухолью.

Как говорил один умник из Жнецов, которого все звали Хирург: «Все эти процессы сродни трансплантации: никогда не знаешь, как поведёт себя организм или пересаженный орган».

Будучи в Отстойнике, когда Гору предстояло очередное новое перерождение из-за аварии или переплавки, он тёрся с остальными, более опытными Жнецами. Среди всех них он находился на нижних уровнях иерархии. Именно что «Сборщик неудачников». Иногда его даже обзывали «Биомусоршиком». Таких, как он, было немало, и Жнецы более высоких статусов не утруждались их различать.

Проблема в том, что единицы из кандидатов реально чего-то достигали и выживали хотя бы неделю после попадания. А ведь тот «девятьсот девяносто девятый» это не девятьсот девяносто девятая его «жертва-счастливчик». Их, особенно поначалу, было раза в четыре больше: счётчик засчитывал лишь тех, кто пройдёт хотя бы первые десять уровней самой занюханной Системы.

После пятисотого сбитого кожаного мешка Гор стал более требователен к своим кандидатам, так как за «пшик» он «пшик» и получал и ещё и план на серию сбивался. А от этого напрямую зависело исполнение Желания: сколько случаев, когда желание исполняли настолько формально, что только маслом остаётся обтекать. Так что, вообще-то, у него была победная серия в сотню попаданцев, которые хотя бы что-то нужное и полезное сотворили. С Захаром он серьёзно рисковал, но как-то сразу уверился, что с ним легко прокатит и того тоже засчитают.

Насколько знал Гор, в зависимости от ценности человека Сущности дают штрафы или бонусы. За никчёмыша, выпиленного из мира, дают некий маленький бонус — словно и правда за уборку мусора, — а вот за стоящего человека, изъятого из основного мира, — большой штраф, в зависимости от времени дожития и деяний, которые тот не успеет совершить. Но там есть какая-то разница в профите. Поэтому некоторых людей поджидают буквально за день-два от случайной смерти, чтобы минимизировать затраты и получить с них как можно больше, «подарив второй шанс».

Сущность предпочитала брать количеством, а не качеством, но могла провести кого-то крутого одного за счёт тысячи ничтожеств, чтобы устроить какие-то свои делишки. По этим вопросам у Жнецов всегда были свои предположения, порой совершенно противоположные. Некоторые даже имели не особо популярное мнение, что только благодаря «Биомусорщикам» система попадания работает, так как Сущности удаётся через открытые проходы протащить кого-то ещё или насобирать энергию перехода.

Но Гор знал, что после того, как он сбивал кандидата, проход не закрывался ещё минимум пару секунд. И открывался за пару секунд до его намерения. На это он и рассчитывал: Захар должен был пройти пространственный континуум, причём в своём теле, которое всё равно изменят под реалии мира. А за своё тело, как знал Гор, дают дополнительные бонусы. Впрочем, провернуть такое мало кому удавалось: условия простыми не назовёшь. Но ему — и Захару тоже — «ништяки» достались нехилые.

Он присмотрелся оком варианта. Уже по причине просмотров аниме и чтения определённых книжек Захар был хорошим кандидатом на попадание: хотя бы не пропадёт и не растеряется, а сразу поймёт, что вообще к чему. Вот только «биомусором» тот не являлся и особого стремления выпилиться не выказывал, а «выгребал по жизни». Совсем другой уровень: по краю, но можно проехать.

Теперь же при взгляде на Захара через прицел попадания оказалось, что его питомец-партнёр — что-то среднее между задротом-отаку-студентом, способным придумать тысяча и один способ списать на экзамене, да ещё и в армии отслужил, а значит, хотя бы в теории знает, как воевать и управлять людьми, не девственник, с высокой бонусной оценкой. За такого могли дать огромный штраф, но по итогу, в связи с обстоятельствами и «случайностью», Захар достался Сущности совершенно бесплатно. То-то та была так рада, что расщедрилась по полной, даже чуточку добавив сверху.

Примолкшего под его изучающим взглядом Захара окружали крошечные светящиеся сферы, скорее всего, тот их не видел, так как внимания не обращал.

Гор припомнил, что один старый Жнец говорил, что многое зависит от настроя попаданца в самые первые мгновения после попадания. Где-то есть Система, которая может помочь и направить, но в продвинутых мирах её нет, так что приходилось действовать без подсказок. И, судя по всему, мир, в который они попали, был именно продвинутым. И прокачивать своего говорливого питомца-партнёра придётся методом тыка.

— Хорошо. Ты — партнёр.

Примечание: *морано — автомобильный цвет зелёного оттенка.

Глава 2. От теории к практике

Утро осветило равнину, в которой они заночевали. Гор слабо, но чувствовал что-то вроде усталости. Правда, «проснулся» уже через пару часов, как Захар попросился к нему на ночёвку — с рассветом.

Они выяснили, что при трансформации кабина сдвигается пополам и вертикально, а также то, что у Гора человекообразный «автогигант» — не единственная форма. Он вообще мог управлять всем своим объёмом, из-за чего Захар обозвал его «жидким терминатором». Гор начал экспериментировать и смог превратиться в любую марку грузовиков, в которые воплощался за времена своего контракта с Сущностью. Даже цвет и рисунок мог создавать при фиксации формы, а также другие материалы вроде сидений, приборных панелей, колёс и прочего.

Но если говорить о скорости, то для очень быстрого превращения из «автогиганта» в грузовик стоило оставлять элементы кабины, шасси и целые колёса, как он автоматом сделал в самый первый раз. Тогда превращение происходило «на раз».

С такими экспериментами они с Захаром легли спать только часа через три после того, как договорились о партнёрстве. И Гор должен был признать, что напарник подавал весьма дельные идеи, и благодаря этому его самопознание происходило ударными темпами.

В конце концов Гор вернул кабину с лежанкой и изменил свою структуру для удобства Захара и его горизонтального размещения во время сна. Вот только с восходом солнца Гор ощутил, как его наполняет энергия. Вчера Захар спрашивал про топливо, теперь Гор убедился, что оно у него как минимум гибридное. Он поглощал солнечную энергию, а ночью частично «запитывался» дизелем, но как-то непривычно и более экономно, наверное. Вообще складывалось ощущение, что топливо стало чем-то вроде крови у человека, но в этом Гор не был чётко уверен, может, всё как-то иначе.

Он смотрел вдаль, не желая потревожить своего напарника, и размышлял о разном. Людям нужно явно больше отдыха. Хотя в тёмное время суток они всё-таки часто работают и без ограничений… Возможно, ему придётся туго во время пасмурной погоды или зимой, когда быстро темнеет. Полярной ночи он точно не выдержит, если не найдёт способов заправляться дополнительно.

Потом Гор вспомнил про идеи Захара, которые они не успели проверить просто потому, что уже встали на отдых.

— Не помню точно, но жидкий терминатор, кажется, мог управлять своими частями. Ну типа руку ему оторвали, а она продолжает ползти… Интересно, у тебя также будет? Круто же, — продолжил болтовню Захар, когда улёгся. — Прикинь, мы бы могли типа быть как две боевых машины или как костюм Железного Человека из твоего кусочка. И надо в БМП попробовать. Или в танк. Я примерно устройство представляю, но даже если не стрелять… В смысле, эту твою способность надо тщательно протестировать и определить все твои возможности. А ещё интересно, можешь ли ты как-то уплотнить себя? Ну знаешь, чтобы таким большим не быть, мало ли, замаскироваться придётся. Как бы вообще неплохо знать, насколько большим ты можешь стать и насколько маленьким, но это завтра, а ещё… — и Захар уснул буквально на половине слова.

Для начала Гор решил попробовать разделение. Он мысленно отодвинулся от «кабины», где спал его человек, и выполнил разделение в самостоятельного автогиганта. К его восторгу, у него получилось, только стал ниже, и он с уважением посмотрел на кабину, где дрых Захар. Гор признавал: сам бы он до такого вряд ли додумался. Просто не хватило бы фантазии. Да, фантазия и смекалка — то, что отличает попаданцев, из-за чего их и ценят.

Самое интересное, что он прекрасно ощущал свою кабину, но чтобы как-то воздействовать на неё, приходилось концентрировать внимание. Какого-то «разделения сознания» не произошло. Гор не слишком уверенно, но решил превратиться в авто. Выяснилась интересная деталь. Колёса вроде как остались у второй половины, но он смог получить новые для своей базы. Через свою половину он смог увидеть, что превратился в некую помесь джипа и УАЗа «Патриота». Гор не был в этих машинах, но видел их многократно.

— Гор? — выглянул из кабины зевающий Захар. — Это ты?

Гор взревел мотором и подъехал ближе.

— Вау, напарник, вот это круть! — обошёл его Захар. — А можно я в салон загляну?

Гор открыл дверцу, и Захар запрыгнул на сидение.

— А ничего так. Классно, а приборная панель почти как у тебя, вроде она в Патриоте другая. Зато всё понятно. А та часть? Ты ей тоже управляешь?

— С трудом… — признался Гор через динамик.

— Тогда тебе повезло, что я хороший водитель, — похлопал руль Захар. — Я же смогу водить твою вторую половину?

— Думаю, да.

— Зато прикинь, как охренеет кто-то, когда два не слишком больших авто превратятся во всего тебя, — усмехнулся Захар. — Ладно, я вроде выспался, поем — и поедем смотреть, что там за город.

Захар съел что-то из начатой коробки армейского сухпайка. А Гор с нескольких попыток превратил себя в два идентичных «джипа», раскрасив оба в маскировочно-камуфляжный цвет «буря в пустыне». Захар окрас заценил и сказал, что на всякий случай в машине, где будет сам Гор, стоит сделать силуэт водителя. С этим тоже проблемы не возникло. Гор просто решил сделать на месте кресла маленького «автогиганта». Захар посоветовал сотворить солнечные очки, кепку и балаклаву, так что в зеркало на Гора смотрел почти человек условной армейской наружности.

— Ух, круто, у тебя получается всё лучше и лучше. Я почти завидую, — сказал Захар.

— У тебя тоже есть апгрейд, который ты пока не запустил, — ответил Гор, на что Захар уставился на него, буквально открыв рот.

— В натуре? В смысле… Правда? А как?.. — подался к нему напарник, словно пытаясь заглянуть в глаза. — Что за апгрейд?

— Надо набраться определённого опыта, — покосившись на сферы Захара, пояснил Гор. — Я вижу, что у тебя шесть сфер навыков. Что они означают, не знаю, не вижу, но это точно какие-то бонусы Сущности, которая отправила нас именно сюда. Одна из сфер уже налилась, так что, насколько я могу судить, ты делаешь что-то, чтобы развить какой-то дар или способность. Возможно, надо лучше узнать о местной системе магии, возможно, что-то ты можешь выбрать — из всех сфер только одна почти созрела.

— Всё, что я здесь делал, это ел и спал, — засмеялся Захар. — Надеюсь, меня не наделят каким-нибудь бездонным желудком… Так значит, ты видишь какие-то сферы магии?

— Я вижу в нескольких спектрах, не уверен, что наше зрение совпадает, — пояснил Гор.

— Ого! Ты в темноте тоже видишь? А в каком цвете? Типа всё через зелёное, как в датчике ночного видения?

— Скорее, через аспарагус.*

— Аспар-чего? — моргнул Захар. — Э… Ладно, замнём для ясности и просто примем как данность. Когда эта моя сфера лопнет, ты мне маякни. В общем, я пока схожу… отолью. Не, реально надеюсь, что моя будущая магия не связана со жратвой.

Пока Захар делал свои дела, Гор продолжил эксперименты и сделал со своей машиной трансформацию для скоростного превращения. В принципе, половиной своего тела получалось неплохо управлять: джип, предназначенный для Захара, спокойно стоял, хотя и продолжал чувствоваться.

— Ты теперь как Бамблби в цвете хаки, — с причмокиванием прокомментировал Захар, отрываясь от небольшого пакетика с повидлом, которое ел, запивая чаем. — А прикинь, круто сделать из того второго джипа типа шагохода для меня. Или хотя бы пулемёт поставить на крышу. Чтобы я мог огневую поддержку оказать. Ну там с добрым словом и пулемётом явно получишь больше, чем просто с добрым словом. Правда, с патронами напряг, но кто знает, может, здесь не мир меча и магии, а всё по-серьёзному, как думаешь?

— Не знаю, — отозвался Гор. — Может быть как угодно. Увидим. Осталось только доехать. Это всего в сорока километрах отсюда.

— Пешком далековато. Да ещё и дороги никакой нет, одно направление. Хорошо, что у нас есть навигатор, колёса, а в сердце — пламенный мотор! — засмеялся Захар. — А теоретически на какое количество частей ты мог бы разделиться? Типа прикинь, на много! Стало жарковато — хоба! — рассыпался, как ртуть, на шарики и покатился колобком, потом собрался… А из тебя тогда можно пули для пулемёта делать. Прикинь, управляемая пуля! Которая ещё и возвращается… Блин, я загнул, там ещё порох нужен… Но прикольно бы было, да? Мы бы с тобой вообще самыми крутыми перцами бы здесь стали, если это мир меча и магии, конечно. С пулемётом-то. Хотя я, вообще-то, пацифист. Война — это плохо, конечно, но если защищать Родину, то да. Сам чуть контракт не подписал прямо перед СВО, весной, в смысле, почти за год до Операции, но командир отговорил, мировой мужик, сказал, что лучше мне отучиться в техническом колледже, получить специализацию, что практика у меня есть, теорию подучить, а потом на контракт идти. Он мне вообще как-то мозги на место поставил. Я там как раз батю потерял, он ещё до пандемии умер, и мать того хахаля своего привела, с которым мы характерами не сошлись, я рассказывал. Я ж в армию пошёл во время пандемии. Ох, ну там весело было. Но всё равно лучше, чем дома в четырёх стенах сидеть с этим типа отчимом вместе. Этого я б точно не пережил. Но вообще не жалею, что пошёл, потому что там этот дистант ещё всем поставили, ну его… Потом СВО началась. А я ещё на курсы пройти думал, оператором БПЛА, но это уже в сентябре, хотя я сам немного смотрел всякое… Там как раз последний курс, выпуск, с корочками и в ремонтную бригаду можно попасть. Сейчас думаю, Комбат знал, наверное… О, кстати, а что насчёт дрона? Допустим, с вертолётом, может, сложно, если ты только грузовиком был, но дроном-то ты точно сможешь! Там же всё просто: четыре моторчика на раме. Его вообще можно из говна и палок, по сути, сделать, главное — управляющий элемент и моторчик. Это, считай, у нас сто процентов будет разведка с воздуха. А как на дроне потренишься, так можно и на вертолёт замахнуться, а?

Гор переварил весь этот поток мыслей и рацпредложений и кивнул.

— С дроном хорошая идея. Но я только слышал по радио о них, никогда не видел сам, так что нужны какие-то чертежи.

— Это я мигом, — Захар резко допил чай, оторвал кусок картона с коробки сухпайка и, поковырявшись в костре, нашёл обгорелую веточку, которая, как оказалось, оставляла яркие следы на бумаге. В итоге напарник использовал ещё пару угольков, а также пепел костра, чтобы рассыпать по твёрдой каменистой земле и на нём нарисовать палкой. Принципиальную схему Гор понял. Ему не хотелось стать попаданческим «мусором», не прожившим недели в новом мире, так что усилием воли он отделил необходимый кусок своего «жидкого металла» и начал лепить небольшого дрона.

— Эх, жаль, что видеосвязь не работает или какой-нибудь камеры нет… — пробормотал Захар, осматривая получившийся аппарат. — О! У меня же андроид, я его проверял, в кабине даже зарядка работала аккумуляторная… Может, телефон как-то закрепить, чтобы он хотя бы фотки сделал, а? Чтобы рассмотреть всё получше и прикинуть. А то ты-то увидишь, наверное, а я — нет. Да и мало ли, пригодятся снимки.

Гор кивнул, и Захар выудил телефон из штанов.

— Ты сделай рамку для телефона и, может, что-то вроде щупа, чтобы камеру включать, — посоветовал напарник. — У тебя же кожаные кресла получается делать, ты типа кожаного пальца присобачь сюда, ага, вот так. Вообще круто вышло. Давай, пробуй взлететь, там моторчики по-разному крутятся и за счёт этого вперёд-назад, вверх-вниз получается, пробуй давай.

Далее последовали новые испытания и проверки.

Впрочем, дрон ни фига не взлетел, а закрутился на месте.

— Не-не, подожди, у тебя, похоже, винты в одну сторону крутятся, — авторитетно сказал Захар. — Они должны в разные крутиться. Вот этот и этот — по диагонали — в одну сторону, по часовой стрелке, а вот эти два — по другой диагонали — против часовой стрелки. Так они реактивный момент уравновесят. Попробуй ещё.

Что-то снова не получилось.

— Дай взгляну, как винты ты сделал… — Захар ещё раз внимательно осмотрел дрон. — А… просто вот видишь, такой скос лопастей должен быть на винтах правого вращения, а вот такой — на винтах левого вращения.

Где-то после двадцати минут тренировок с подсказками от Захара у Гора получилось поднять дрон с земли.

— А теперь всё просто: чем выше обороты, тем выше он полетит, замедлишь — будет снижаться, а если ты на правом вращении замедлишь, а на левом вращении ускоришь, то сможешь двигаться вправо или влево.

Гору понадобился ещё почти час, чтобы научиться вполне уверенно летать дроном.

Только на управление летающим собой уходили все мыслительные процессы, а именно себя выделить в столь малый объект не вышло. Несмотря на фантазии Захара, самое минимальное тело Гора занимало объём крупного широкоплечего двухметрового человека. Зато всё остальное он и правда мог делить почти до бесконечности, но держать форму уже выходило с трудом. Так что и правда разве что «рассыпаться тетрисом», как это обозвал Захар, чтобы собраться в другом месте. А максимальное количество механизмов, в которое Гор мог обратиться — три, и то третий — это маленький дрон, управление которым с трудом, но удалось довести до некоего автоматизма-желания.

Со всеми этими испытаниями наступило время обеда.

— Разведчик на то и разведчик, — доедая остатки своего сухпайка**, сказал Захар. — Может, тебе нужно больше часов налёта. Это ж не так просто, к тому же совсем далеко ты его теряешь. Зато выяснили, что пять километров — твой максимум. Мы к посёлку поближе подъедем. Выпустим дрона. Пока ты им управляешь, я караулю. Потом ты его возвращаешь, и мы смотрим, что там и кто там будет. Всё, я доел. Можно выдвигаться!

Гор был согласен с таким планом, так что они сели «по машинам» и отправились на юг. В сторону города.

Примечания:

* аспарагус — автомобильный цвет (жёлто-зеленый).

** в армейском сухпайке три порции еды, рассчитанной на сутки (вдруг вы этого не знали).

Глава 3. Разведка

— Неожиданно… — листая получившиеся снимки, сказал Захар, потрогав губу. — Может, мы попали в… Как там его? Там ещё зима близко, и все друг с другом спали? Короче, из головы название сериала вылетело, но там тоже такая же огромная стена имелась. Хотя нет, я помню, там она вроде лес отгораживала и каких-то чудиков подмороженных, что в нём прятались, а тут больше горное плато в наличии. Не сходится. Хотя вопрос, конечно, зачем эта стена тут нужна и от чего именно защищает? О, а может, мы в какую-нибудь альтернативную реальность попали, и это Великая Китайская стена?.. Никогда в Китае не был, но вдруг? Или… — Захар усмехнулся. — Это параллельный мир, в котором Соединённые Штаты Америки достроили стену на границе с Мексикой… и вся Мексика нафиг вымерла?

Гор покачал головой. Он понятия не имел, о чём говорит напарник. Но факт оставался фактом: до указанного на карте поселения было не добраться из-за преграды на пути. С пяти километров, на которых они остановились, чтобы запустить дрона, данное сооружение они сначала не увидели, потому что не поняли, что это такое, и приняли за линию горизонта. Стена, как и земля, имела цвет лас-вегас*.

— Ну да, согласен, пока не увидим своими глазами и не пообщаемся с местными, непонятно, — кивнул Захар, посмотрев вдаль, приставив ладонь «козырьком». — Интересно, сколько она метров высотой? Выглядит вроде внушительно, но так не понять, ни деревца, ни ориентира какого-нибудь. И какой длины?..

— Мой навигатор показывает область примерно в пятьдесят километров диаметром, — отозвался Гор. — Я нашёл на карте стену, сначала посчитал, что это забор или дорога. Но сооружение пролегает с востока на запад на всей видимой мне части карты. Да и так она на весь горизонт как будто. Не объехать точно.

— Наверное, у тебя, как у персонажа компьютерной игры, есть типа обзор, — задумчиво потёр подбородок Захар. — А чтобы следующую часть карты открыть, то надо куда-нибудь продвинуться. Вроде как в новую локацию, — он снова пролистал фотографии. — И на дамбу немного похоже, но тут вроде и реки-то нет. Может, появляется в какой-нибудь сезон дождей? Фиг знает. В общем, надо подобраться поближе и самим посмотреть. А вот тут как будто какой-то дозорный пункт наверху виднеется. Ещё бы посмотреть, кто там сидит, и вообще… Вдруг по нам начнут палить? Типа «подлые мексикашки, убирайтесь». Хоть глянуть на морду лица: там люди, эльфы, орки или какие-нибудь ксеносы.

— Поэтому я решил не рисковать и не поднялся выше, — кивнул Гор. — Переполошу всех, и они будут начеку.

— Это ты правильно решил. Молодец, — похвалил Захар.

— Там могут быть кошкодевочки, — предположил Гор насчёт расы жителей поселения. — Они обычно всегда бывают в исекаях. Из них попаданцы гаремы собирают. Мне так говорили.

Захар заржал, радостно скалясь.

— Ой, Гор, ты как скажешь. Кошкодевочки! Была у нас кошка… Представляю кошкодевочку во время течки… М-да… Это уже не исекай, а хентай получится. Кхм… Будем в твой борт гарем собирать. Я просто представил эту картину маслом… Тебе придётся превратиться в дом на колёсах, ведь попаданцы вечно как перекати-поле: путешествуют, какие-то квесты выполняют, а женщинам нужен комфорт, да и парням тоже его хочется, хоть минимального, а не только превозмогать бесконечно.

— Комфорт? — переспросил Гор.

— Ой, я уже представил, что попал сюда без тебя… Это же жесть. С голой жопой почти, ни где поспать, ни что поесть, тут даже воды нет, ни тенька, ни деревца особо. Промучился бы пару дней и сдох от обезвоживания, — пожал плечами Захар. — Так. Ладно, возвращаемся к нашим баранам. Точнее, к нашей стене. Какая-то у меня мысль по её поводу гуляла… как кошкодевочка сама по себе. Кхм… Да… А! Вот, смотри, наши тачки ты сделал камуфляжными, но с твоими талантами к художественному окрасу предлагаю сфоткать землю с дрона и перенести эту красоту на крыши прямо точь-в-точь. Эта стена выглядит реально высокой, но и смотрят с неё явно же сверху, если вообще смотрят, на этой пустоши мы как на ладони, ни деревьев, ни каких-то складок на местности. Но если изобразим большого хамелеона, то могут нас не заметить, если мы подберёмся туда на брюхе. Сможем вплотную к стене подъехать, и уже точно нас не увидят. Оценим материал стен, высоту, пока светло. А как стемнеет, попробуем пробраться. Если что, то сделаешь дрона покрупней, поднимешь меня, я зацеплю какие-нибудь тросы за что-нибудь и ты тоже поднимешься. Как вариант. А может, там дверь есть нормальная, тоже надо пощупать, может, постучаться там… Согласен? Всё лучше, чем сидеть и гадать.

— Согласен, — кивнул Гор, настраивая дрон. — Земля везде похожая.

«Покраска» много времени не заняла, а по дороге Захар придумал ещё несколько идей, как можно подняться. В том числе предложил сделать максимально маленького автогиганта, поднять его, а всё, что осталось, призвать и подтащить с помощью «техники жидкого терминатора», типа «ручейком». Или с помощью «жидкого ручейка» сотворить металлическую лестницу и подняться, или даже что-то вроде лифтовой платформы для подъёма сотворить. В общем, какой-то из этих планов точно должен сработать, а Гор даже не подозревал, как много может быть вариантов для достижения одной цели. Ему уже и самому было интересно, когда сфера Захара лопнет и сделает его апгрейд, потому что он подозревал, что это точно из-за таких вот идей и их воплощений.

Подобраться вплотную к стене у них вполне получилось, хотя пять километров они добирались несколько часов, медленно и с остановками. В конце только повезло, так как подул ветер, поднял песок и мелкие частицы, так что последний отрезок в пятьсот метров они преодолели одним броском под прикрытием пылевого вихря и точно остались незамеченными. Гор даже подумал, что им немного подыграла Сущность. Многие Жнецы считали, что подобные ей существа божественного порядка играют в какое-то подобие Игры, а Игроками становятся попаданцы, Сущности делают ходы, подкидывая своим игрокам бонусов или плюшек в зависимости от способностей или своих фишек, таким образом развлекаются где-то в божественных казино, проигрывая и выигрывая целые миры влияния. Правда это или нет, Гор не знал: перед такой мелкой сошкой, как он, Сущности точно не отчитывались, — но исключать такую вероятность не стоило.

— Ого! — вышел из «Патриота» Захар, задирая голову и трогая стену. — Странно, это что, бетон какой-то? Как будто не из кирпича или блоков построено, а заливали опалубку какими-то очень крутыми современными технологиями… Хотя на ощупь на камень похоже. Шершавенько. Но ни одного стыка не вижу. А ты?

— Я тоже, — поддержал разговор Гор. Он уже начал понимать, как строить диалог с Захаром. — Она цельная. И обычная, не вижу никаких особенных структур в ней. Стена как стена.

— И всё же технология или, может, магия? Может, такая искусная работа, чтобы ввести в заблуждение? Сначала возвели стену, а потом техникой Дотона как загладили, что фиг проссышь, что это, — стал кидать предположения Захар, а потом достал ломик, который имелся в инструментах. — Ладно, просто попробуем это на прочность, — и ткнул в стену.

Получился звук, похожий на «крак!», одновременно с которым Захар сказал что-то типа «ёклмн», обвалив огромный кусок.

— Надеюсь, это была не четвёртая стена, — пробормотал напарник, вглядываясь в темнеющую дыру. — Что-то мне как-то стрёмно. И запах стран…

Внезапно что-то низко загудело, сначала Гор подумал, что это сигнализация, но Захар, бросив лом, шустро забрался в кабину, захлопнув дверь. За ним из пролома в стене полезло что-то тёмное, бесформенное и непонятное.

— Там! Там! — Захар задыхался, вращая глазами от ужаса и хватая ртом воздух. — Там какая-то хтонь!

Гор понял, что непонятное жужжащее пятно, закрывающее свет заходящего солнца, это насекомые. Они буквально облепили, забираясь во все щели, и атаковали, поливая его чем-то или пытаясь уколоть. Они не наносили реального вреда, но даже ему было неприятно.

— Какой-то звиздец! — выдохнул Захар, заворожённо глядя на лобовое стекло, за которым шевелилось живое месиво насекомых. — Это точно шершни! Да ещё и раза в два крупней нормальных… Пара укусов — и всё, кирдык. Да тут и одного хватит… Ощущение, что они пытаются пробить стекло… Оно же точно выдержит, да, Гор? Скажи, что оно выдержит! Аргх!.. Ненавижу шершней… Меня однажды в деревне шершень укусил, рука распухла в два раза. — Захар странно дёрнулся. — Давай… Давай поедем, Гор, может они отстанут! М-мать, руки дрожат… Давай сам, напарник.

Гор взревел моторами, и они шустро отъехали от стены. Шершни отстали от них через пару километров, вернувшись к стене. Через оставленного дрона Гор видел, как насекомые восстанавливают пролом. Гигантских шершней оказалось настолько много, и работали они настолько быстро, что здоровенный обрушившийся кусок снова переработали и поставили на место буквально за сорок минут, затянув так же без стыков и швов, как было до их вмешательства.

— Я такого страху натерпелся, — Захар сосредоточенно жевал что-то из следующего сухпайка, руки его подрагивали. — Но, похоже, эта штука, эта стена — какой-то вариант улья. Может, их каким-то образом заставляют строить такую стену? А что?.. Эффективно… попытаются проломить или даже случайно сломают, и эта жуткая нёх повылазит. Нам повезло, что тебя таким не проймёшь, а всё живое наверняка далеко не уходит… Кстати, там под стеной такая земля странная, как в маленьких норках. Возможно, они из неё в обычном режиме вылезают, чтобы всякое к себе тащить. И наверняка эти звери, даже если кого-то убивают, утаскивают в свой улей по кусочкам, ни рожек, ни ножек не оставляют. Я как-то самолично видел, как шершень кусок шашлыка в половину себя утащил у нас на даче. Бр-р…

Гор тоже впечатлился тем, что его напарник чуть по-глупому не погиб буквально через сутки, как попал в новый мир. Тут везде подстерегали опасности, и большая их часть оттого, что они ничего не знали о том, что тут такое есть.

— Забраться на стену в таком случае будет сложней, чем мы полагали, — сказал Гор.

— Если ты можешь поделиться только на три механизма… — задумался Захар, почесав шею. — Что-то зудит, как будто всё ещё чувствую их мерзкие лапки на коже. Можно перелететь с помощью большого дрона… Что-то мне… жарко… — и упал лицом вниз.

— Захар? — посмотрел на напарника Гор и увидел, что цвет шеи какой-то странный, не капучино, а что-то близкое к кармен*, причём припухшим пятном. Укус. Видимо, какой-то из шершней успел укусить или забрался через щель.

Дышал напарник тоже как-то поверхностно, а настроенный датчик показал температуру тридцать девять градусов. Гор, хотя и был далёк от расы теплокровных, знал, что их нормальная температура тела — тридцать шесть и шесть, и любые отклонения от этой нормы могут быть фатальны. Кожаные мешки довольно уязвимы и нежны. Вот только Захар не просто очередной кожаный мешок на дороге, которого нужно сбить, он был… Гор с удивлением понял, что этот… человек ему нужен.

Когда Захар рассказывал про дронов, то упоминал, что по центру к ним крепятся какие-то грузы — например, камеры, продукты или военные объекты для сброса: медпакеты или бомбы в зависимости от назначения. Да и последние слова Захара про большого дрона… Людей, которых сбивал Гор, всегда везли в больницы, он, конечно, действовал наверняка, но люди пытались. Значит, в поселении надо будет найти лекаря или больницу — тех, кто сможет помочь Захару. Если они живут с таким ульем под боком, скорее всего, знают, как помочь тем, кого укусила ядовитая тварь.

— Мам, представляешь, мне сон приснился, словно я в другой мир попал, — тихо прошептал Захар, чьё лицо покрылось капельками воды, а температура повысилась до сорока градусов. — Мама… не уходи… прости… — хриплое судорожное дыхание и совсем непонятная речь подсказали, что с каждой минутой человеку становится всё хуже. Оттенок кармен с шеи растекался всё дальше, так что Гор сосредоточился на своей задаче. Внезапно Захар открыл глаза и как-то осмысленно посмотрел вокруг. — Гор?

— Как ты, напарник? — Гор использовал своё маленькое воплощение, чтобы посмотреть в лицо человека.

— Я вспомнил.

— Что вспомнил?

— Тот сериал вспомнил. Про который говорил. Со стеной и чудиками. «Игра Престолов». Может, мы всё-таки в нём? Там народ постоянно внезапно умирает ни с хре... — Захар закашлялся и снова отключился.

Гор уложил его тело и надёжно прицепил ремнями безопасности, а вокруг своего «пациента» стал строить что-то вроде кабины и той самой «крестовины» с четырьмя пропеллерами с правильными углами и нужными сторонами вращения. Действуя чётко и размеренно, Гор уложился в пять минут, а потом с некоторым трудом, но поднялся в воздух и полетел в сторону стены. Управлять самим собой пришлось приноравливаться уже в пути, но он справился, обдумывая, как будет искать медика. Закат начался, ещё когда Захар отрубился, а к городу за стеной Гор подлетал в полной темноте.

Стоило пересечь злосчастную стену, как поселение в навигаторе приобрело большую детальность, и появились улицы. Впрочем, не до такой степени, чтобы подписать дома по назначению и тому, кто где живёт. В самом же городе какие-то фонари горели лишь на центральной улице и площади.

На эту площадь Гор и приземлился.

Примечание:

*лас-вегас — автомобильный цвет бело-коричневого оттенка (светлей, чем вы можете думать: он назван в честь цвета пустыни Невада, где стоит Лас-Вегас);

капучино — автомобильный цвет телесно-бежевого оттенка (цвет загорелой кожи белого человека);

кармен — автомобильный цвет красного оттенка.

Глава 4. Кошкодевочки, кошкомальчики и не только

Гор трансформировался, создав для Захара что-то вроде платформы, чтобы удобней было держать его на руках, и растерянно оглянулся на предмет каких-то опознавательных знаков на домах или прохожего. Несмотря на то, что он приземлился явно не тихо — пропеллеры стрекотали, создавая вибрацию и звуки, схожими со звуками мотора — никто не вышел узнать, что происходит. Впрочем, стоило об этом подумать, как он заметил три странных тени на крыше ближайшей двухэтажки — почти вровень с уровнем его глаз. Он включил фары и увидел троих… существ с крупными ушами, которые замерли в ярком свете, открыв рот. Наверняка это те самые местные кошкодевочки, которые липнут ко всем попаданцам, стоит тем появиться в каком-либо мире.

— К-кто это?.. — расслышал Гор, и накатало облегчение от того, что он всё понял.

— Кажется, это Герой… Видишь, какой у него голем крутой…

— Нужна помощь, — сказал он группе перешёптывающихся кошкодевочек, показывая на Захара. — Его укусил шершень из стены.

Одна из ушастых с короткими пушистыми волосами цвета магма* робко подошла к краю крыши и посмотрела на платформу с закреплённым Захаром. Гор разглядел у кошкодевочки узкий хвост.

— Я — Куни, учусь на целителя, могу сделать первичный осмотр, а после провести уважаемого Героя к моему учителю, мастеру Тикитику, за противоядием.

Гор снова подумал, что Сущность всё же подыгрывает, протянул руку, чтобы перенести кошкодевочку к Захару, и поставил платформу на брусчатку площади.

— Это же Герой? Ой, да у него ещё жало внутри, оно отравляет организм и проникает всё глубже, — авторитетно сказала Куни, обнюхав тело, перевернула и буквально вгрызлась в шею Захара.

Гор сначала усомнился, что реанимацию делают правильно, но потом кошкодевочка начала что-то сплёвывать, а затем и показала зажатый в зубах тонкий шип длиной в сантиметр, который достала.

— У меня ещё не очень получается магическое лечение, только магхирургия, но мастер…

Договорить кошкодевочка не успела, так как Захар застонал и пошевелился.

— Гор…

— Захар, тебе лучше?

— Вроде да… Я успел пожалеть, что не сохранился. Или это уже респаун? Прости, неудачная шутка. Просто если бы мы попали в игру, я мог бы сохраниться и воскреснуть, если помру. Ого, а ты ещё кто? — увидел Захар кошкодевочку.

Гор обратил внимание, что та реально оказалась ещё девочкой, то есть юной особью, так как её рост вряд ли достигал уровня живота Захара.

— Я — Куни… — представилась кошкодевочка и показала на двух других кошкодевочек, которые видимо спустились с крыши и стояли чуть поодаль. — А это Гус и Лин. Мы проводим вас до мастера Тикитика. Он целитель. Для него будет большая честь помочь Герою, что вышел Пустоши Героев.

— А вы техномаг? — спросила осмелевшая кошкодевочка-сестра Куни, вроде бы Лин, и застрекотала ещё быстрей, чем это мог делать Захар. — У вас потрясающий голем, а он работает на циркозите или у него самостоятельный конструкт? А сколько епов он потребляет? А какой у вас уровень?

Захар застонал и распластался на лежанке, прикрыв глаза, и Гор поспешил трансформироваться в двухметрового автогиганта максимальной плотности — тем самым удалось втянуть в себя почти весь материал трансформации, кроме платформы, на которой так и лежал Захар и осталась Куни.

К лекарю они подкатили ещё через десять минут. Плутать не пришлось, но городок оказался сам по себе довольно длинным и, если верить обновившейся карте, тянулся вдоль Стены на тридцать километров. Как выяснилось, Хирони — так называлось это поселение — состоял буквально из двух параллельных улиц. Главной считалась ближайшая к Стене, там в основном стояли двухэтажные дома, а со стороны жилой застройки жуткий улей оказался выложен кирпичом и наверняка был не столь хрупок, как снаружи. Между двумя улицами через расстояния около двух километров располагались площади. На одну из таких Гор как раз приземлился, и ему это показалось «центром», так как освещались только площади и то в основном по Главной улице и немного по углам. Как оказалось, мастер Тикитик жил ближе к геометрическому центру города — на седьмой площади, а Гор приземлился на окраине — на первой.

Всё это ему поведали разговорчивые кошкодевочки.

По центру кварталов у всех домов имелись небольшие внутренние дворы. Двухэтажный дом Тикитика был из тех, что примыкал задним двором к Стене.

Куни забарабанила в двери, и через минуту им открыла вполне человеческого вида женщина, без лопоухих ушей на макушке, так что Гор понял, что рас в этом мире как минимум две.

— Сэра Тронка! Мы к мастеру Тикитику! — затараторила кошкодевочка. — Там Герой! Его укусил шершень.

— Герой?! Вне Общего Призыва? Разве так бывает? — проявила удивление женщина.

— Скорее, — поторопил Гор, заглянув в двери, и женщина вытаращилась на него и быстро закивала. После появился мастер Тикитик, который провёл рукой над Захаром и сказал, что того нужно перенести в его дом.

Гора провели через боковые ворота во внутренний двор: он превратился в привычный себе грузовик, забрав в превращение и платформу, на которой таскал напарника. Оказалось, что отдыхать на колёсах получается лучше всего. Тревога за Захара улеглась, так что Гор спокойно начал подсчитывать. За эту ночную вылазку он потерял немало топлива, литров тридцать на небольшой перелёт. Солнечная энергия никак не накапливалась. Так что для функционирования надо как-то где-то раздобыть дизель, либо чем-то его заменить. Гор прокручивал в памяти встречу с кошкодевочками и обратил внимание на слова той из них, у кого были волосы цвета мокрого асфальта*. Та говорила про техномагов, а ещё про какие-то епы и циркозит. Возможно, это что-то полезное. К тому же эти кошкодевочки и мастер Тикитик будут хорошими источниками информации. Плюс интересная фраза о каком-то Общем Призыве от той женщины.

Гор уже собирался отключиться и отдохнуть, как к нему подошла та самая кошкодевочка, что спрашивала про техномага.

— Ва-а-а… — прошептала кошкодевочка, дотронувшись до бампера Гора, который притворился безучастной машиной. — Такие крутые преобразования… Какой же у него уровень?

Она ловка забралась по подножке, замирая и прислушиваясь, затем осторожно потянула ручку — пришлось даже помочь, приглашающе открыв — и заглянув в кабину. Гор сам себе казался огромной ловушкой, которую он захлопнул вместе с дверью тогда, когда мелкая села за руль, для надёжности ещё и пристегнув её крест-накрест ремнями. Затем Гор перетёк «жидким терминатором» в свою версию «силуэта водителя» на втором кресле и повернул голову, разглядывая ушастую девчонку, которая смотрела на него круглыми глазами. Похоже, напугана.

— Простите, мастер! Я не хотел ничего трогать, я только посмотреть! — зажмурившись, выпалила… или выпалил ушастик. Гор с трудом распознавал людей и отличал их друг от друга, они почти все были на одно лицо, но похоже, что с кошкодевочками или кошкомальчиками ошибся даже полом.

— Ваша работа слишком прекрасна, господин! Я имею предрасположенность к техномагии, но в Хирони нет ни одного учителя или техномага, — продолжил кошкомальчик, осторожно открывая глаза цвета буран*. — Техномагия — одно из самых сложных искусств, и её дольше всего развивать. Я хотел бы отправится хотя бы Шинг, говорят, там хорошо относятся к цивангам и там большая община нашей расы, там есть школа техномагии.

— Ты — циванг? — уточнил Гор, пытаясь определить, что кроме ушей и хвоста отличает их от людей. Чуть более крупные глаза? Или мелкий рост?

— Я циванг, меня зовут Лин, — кивнул ушастик. — Я знаю, что все Герои, преодолевшие Пустошь Героев, собираются в Потомали, но, как и сказала сэра Тронка, Общий Призыв ещё не начался. Обычно он происходит каждое полнолуние, а сейчас только новолуние… Вы могли бы научить меня техномагии? У меня только базовый уровень…

— А какие ещё маги бывают, кроме техномагов? — спросил Гор.

В результате Лин рассказал много интересного про местную систему. Все маги делились на четыре класса: Повелители, Целители, Техномаги, Поисковики. Повелителями звали тех, кто управлял чем-то живым. Их разделяли на подклассы в зависимости от вида управления, были те, кто управляет наземными животными, те, кто управляет насекомыми, те, кто управляет птицами, те кто управляет водными тварями. Со слов циванга, Повелители чаще всего умеют управлять каким-то одним видом из всех представителей своего подкласса и концентрируются на этом. В Хирони, к примеру, наличествовал самый большой и известный в мире клан Повелителей шершней — Шуншоу. Из-за этого клана Герои крайне редко появляются в Хирони, предпочитая пройти Пустошь Героев через три других города — Иркон, Фирс и Эсмар, расположенные, соответственно, на западе, севере и востоке. Гор отметил, что при упоминании местной географии на его навигационных картах появлялись отметки этих городов с небольшим обзором, что само по себе неплохо.

— Зато все Герои, кто проходил через наш город, становились Мастерами Арены в Потомали. А те, кто не прошёл, стали добычей Шуншоу, позволив им развиваться. Говорят, что они отстроили свой улей уже на добрую половину Пустоши, — закончил Лин рассказ о Повелителях.

Целители — как очевидно, те, кто исцеляет. Они делились на Целителей Мёртвой Плоти, Целителей Живой Плоти, Травников-алхимиков и Магических хирургов. Со слов Лина, почему-то в Хирони проще всего стать именно Целителем из-за близости шершней. Так что встреча с Куни, который тоже был кошкомальчиком-цивангом, не какое-то чудо, а скорее, обычная статистика.

Магов-поисковиков иногда звали Ловцами, Следопытами, Кладоискателями или Магическими Охотниками, и те подразделялись на тех, кто ищет людей, кто ищет артефакты или редких животных. Вроде бы были даже те, кто мог восстановить события прошлого, но Лин уверенности в этом факте не испытывал.

С Техномагами оказалось вообще интересно: к ним причисляли зачарователей-ювелиров, тех, кто создавал различные амулеты, создающих кузнецов — тех, кто работал с магическим оружием, а также и самую высшую касту магов — техномагических инженеров, которые создавали сложнейшие сооружения, например, порталы, а также в занимались големостроением и разными осадными орудиями. Именно к магическому голему Лин и причислил Гора.

* * *

Стена располагалась с запада на восток, так что тени на город не отбрасывала, по крайней мере с утра, так что Гор проснулся и начал восстанавливать энергию с первыми лучами солнца, обдумывая всё, что удалось узнать от циванга Лина, уснувшего прямо в его кресле.

— Го-о-ор?! — из дома целителя выскочил Захар. Выглядел напарник весёлым и активным. Присмотревшись, Гор понял, что из шести сфер у Захара осталось четыре. Шевельнулось волнение, что неверно предположил их назначение. Возможно, это не какие-то бонусы связанные с умениями, а и правда что-то вроде жизней? Или шансов выжить? — Гор! Ой… — заглянул в кабину Захар, обнаружив там циванга, который, вздрогнув, проснулся и заморгал фарами, то есть глазами.

— Господин! — встрепенулся Лин. — Так вы возьмёте меня в ученики?! Я прошёл экзамен?

— Э?.. — оторопел Захар, явно не подозревая, что мелкий циванг решил, что Гор — это какой-то голем, созданный им. — А ты кто?

— Я — Лин. Мы с братьями Куни и Гусом вчера помогли вам. Куни владеет начальной хирургической магией, он достал шип шершня, а потом мы проводили вас до мастера Тикитика, который вас подлечил, вы вчера так долго со мной говорили, и я подумал, что…

— Стой, — прервал его Захар, наморщившись. — Повтори ещё раз как вас с братьями всех вместе зовут, а то я как-то плохо расслышал.

— Куни, Лин, Гус…

— Куни, Лин, Гус?.. — повторил Захар, отчего-то закашлявшись. — Какие… странные имена.

— Это особенные имена. Нас назвала так Героиня из Пустоши, которая пришла в наш город в день нашего рождения, — радостно закивал Лин. — Наша мама попросила её о благословении, так как считается, что Герои Пустоши могут наделить способностями нерождённого. И Героиня поделилась великим знанием на тайном языке — заклинанием неземного блаженства. Потом у мамы родилась тройня и она поделила данное ей имя на три части, чтобы каждому из нас досталась частица благословения.

Захара мелко трясло, и Гор подумал, что тому снова стало плохо, но, присмотревшись, он понял, что напарник сдерживает смех.

— Благословение сработало, у всех нас есть начальные способности, которые можно развивать.

— Поня-я-тно… Интересно, что это за героиня такая… весёлая, — хихикнул Захар.

— Она тоже техномаг, как и вы. Её зовут Дейнерис Пятьдесят Девять. Она управляет сразу тремя големами и много раз становилась победителем Арены!

— Как-как её зовут? — заморгал Захар. — Дейнерис?.. Так же… Гор! Что я говорил про «Игру Престолов»! Дейнерис — она же из этого сериала… Хотя Пятьдесят Девять, честно говоря, больше походит на… — Захар приоткрыл рот. — Ник в какой-то игре… А как называется ваш мир?

— Хаунхол… — растерянно ответил Лин.

— Хм… Понятно, что ничего не понятно, — задумался Захар.

— А можно я на вас посмотрю своим артефактом определения уровня? — робко спросил Лин. — Я его сам сделал по книге, которую купил у мастера Михелиса с пятой площади. Я никогда так близко Героя не видел… И артефакт хочу попробовать…

— Ну давай, — ответил Захар. — Смотри.

Лин достал что-то вроде стеклянного кристалла и приложил его к глазу, а потом, вздрогнув, выронил. Даже попытался слинять, но Гор по прежнему держал его ремнями.

— В-вы… Вы же не Герой… — прошептал циванг, втягивая шею в плечи и прижимая свои уши к голове.

Гор подобрал выпавшую вещицу и с помощью «техники жидкого терминатора» передал его Захару, который тут же приложил амулет к глазу так же, как это делал Лин.

— Ого! Интересно… — и начал рассматривать Гора, Лина, себя, а после даже вышел, чтобы посмотреть на дом.

Гору тоже было очень любопытно, что же такое увидел Захар. Тот, впрочем, не стал долго тянуть с ответами, когда вернулся и снова сел в кабину.

— Есть несколько новостей: плохая и хорошая…

Гор ждал продолжения.

— Ну, блин, Гор, ты должен выбрать, какую новость рассказывать первой. Плохую или хорошую.

— Хорошую, — выбрал Гор.

— Мы точно не в «Игре Престолов», мы просто как будто в какой-то игре. Не то чтобы я вижу матрицу, но там уровни высвечиваются и имена у людей.

— А какая плохая?

— Похоже, мы реально не Герои, то есть не официальные игроки, — сказал Захар. — А… ну не знаю, типа баги или, может, что-то вроде вирусов.

Примечание:

* магма — автомобильный цвет рыже-оранжевого оттенка

* мокрый асфальт — автомобильный цвет тёмно-серого оттенка

* буран — автомобильный цвет светло-серого (льдисто-серого) оттенка

Глава 5. Улучшатель

Захар снова смотрел на Гора через артефакт и недовольно хмурился.

— Как-то мутно всё, я будто буквы и вижу, и не вижу, — пожаловался он, а затем потёр об себя, подышал, как водители делали с очками, чтобы их почистить. — Может, так будет лучше… — и протёр тряпочкой, привычно достав её из бардачка.

Внезапно артефакт вспыхнул светом и медленно потух.

— Э… Что это было? — удивлённо спросил Захар, рассматривая кристалл.

— О… Господин, вы провели улучшение моего артефакта, — пискнул циванг, которого Гор продолжал держать в кресле водителя.

— Чего? — Захар посмотрел на камешек. — Хм… он как будто светлей стал… — а затем снова взглянул артефактом на Гора. — О… Правда стало лучше видно. А ещё тут… Так, стоп. Я улучшил? А как я это сделал?

— Возможно, это персональная способность вашей специализации, господин, — робко предположил Лин. — А что такое «баг»? Вы сказали, что вы не Герои, а Баги.

— А… Э… Баги… Баги… э-это просто аббревиатура, означает… Означает… Большие Ахрененные… Герои. Вот. Да, именно так. Мы круче каких-то там обычных Героев, малыш, — деланно засмеялся Захар. — Поэтому мы такие имбы, ну, в смысле, такие крутые. Мы всех других героев сильно обогнали и появились раньше. А твой артефакт, ну, не очень на самом деле правильно показывал. Мы отличаемся от обычных Героев, которые появляются в вашем Х-хренвспомнишьгде…

— В Хаунхоле? — нахмурился Лин. — Или в Хирони?

— Ну да, в Хаунхоле. Мы типа так резко появились, словно грузовик сбил. Ха-хах, — потёр затылок Захар. — В общем, нам со всем нужно разобраться. Потому что у нас здесь секретная миссия, о которой нельзя распространяться, вообще-то…

Гор только с удивлением слушал, что говорит Захар, хотя и признавал, что если с их статусом что-то не в порядке, то мир, как это происходило не раз, как минимум поначалу будет пытаться их тем или иным способом исторгнуть. Пока либо не уничтожит, либо не примет. Поэтому Захар пытается предотвратить утечку информации, хотя, возможно, эту неправильную кошкодевочку стоило просто переехать.

— …потому что это подорвёт нашу миссию… Думаю, мы можем взять тебя… куда ты там хотел… В ученики?

— Я хотел, чтобы вы проводили меня в Шинг, там есть школа техномагии, я же говорил вчера… Мы разговаривали через вашего голема.

— А? А-а-а… — протянул Захар. — Э-э… Я же вчера был немного в отрубе… Так что почти не запомнил, что делал, через своего… голема… Значит, я пообещал проводить тебя в этот… как его…

— В Шинг, — уточнил Лин. — А к кому вы обращались, когда вышли, и кто такой Гор?

— Вот ты любопытный мышонок, а! — Захар потрепал волосы и уши циванга. — А ты уже взрослый или как? Сколько тебе вообще?

— Мне сто двадцать циклов! — пошевелил тонкими усиками Лин.

— Сто двадцать циклов? А цикл это у нас что?

— Когда Герои появляются в Пустоши начинается новый цикл. День Общего Призыва — первый день цикла и так далее, пока не объявят новый цикл.

— А в днях ваш цикл сколько? — спросил Захар.

— Двадцать восемь дней. В первый день полнолуния начинается новый цикл: в Пустоши рождаются монстры, а затем приходят Герои, чтобы с ними сразиться. Раньше, когда не было Стены, жители Хирони тоже могли сразиться с монстрами и получить особое благословение и добычу, но теперь из-за клана Шуншоу, которые захватили власть, мы не можем выйти к Пустоши. Они говорят, что защищают нас, но на самом деле это не так. Просто они сами хотят получать благословение и ещё… — Лин снизил голос до шёпота: — Говорят, они убивают и Героев. И забирают их благословения и крутые артефакты. Их потом продают в лавке артефактов, но большинством невозможно пользоваться… — Лин грустно посмотрел на свой артефакт в руках Захара. — Я тоже теперь не смогу воспользоваться своим артефактом, он стал двухуровневый, а я только нулевыми могу и первыми.

— А разве Героев можно безнаказанно убить? — спросил Захар. — Ты сказал, что Шуншоу их убивают…

— Можно, пока они не дошли до Мастера Керка на третьей площади и не закрепили своё бессмертие, — Лин нахмурился. — Говорят, что после этого Герои уходят, но изредка снова появляются в городе и снова уходят. Последним Героем здесь была Дейнерис Пятьдесят Девять, о которой я говорил, сто двадцать циклов назад. Это позволило маме получить от неё благословение и родить нас с братьями.

— А много здесь этих ваших Шуншоу?

— Много. Вам повезло, что мы первыми вас нашли. Иначе они бы вас тоже убили, — ответил Лин. — Мы подумали, что можно получить благословение, чтобы стать сильней или чтобы получить способность… А я надеялся, что вы возьмёте меня с собой…

— Слушай, Гор, освободи-ка его, — попросил Захар и Гор развязал ремни на кресле. Лин с облегчением выдохнул. — Ладно, мышонок, думаю, что мы сможем с тобой договориться и дойти до этого твоего города со школой, но если ты тоже нам поможешь. Давай ты всё по порядку расскажешь про мастера Керка и разберёмся с моей внезапной способностью к улучшению…

Договорить Захар не успел, потому что снаружи заколотились в кабину два других мелких циванга, еле достающих до подножки:

— Лин! Герой! Откройте, там Шуншоу! Они ищут того, кто вышел из-за Стены!

— Мои братья! — пискнул Лин, посмотрев на Захара.

— Открой им, Гор, — попросил тот, и Гор впустил двоих мелких, которые даже для гарема не подходят, да и обращение Захара «мышонок» к Лину будило смутные подозрения, что не только пол «кошкодевочек» он не распознал.

— Спасибо! Сюда пришли из клана Шуншоу, вчера они опоздали и не нашли вас, а их насекомые в темноте не летают, но сегодня с утра начали ваши поиски, — затараторил Куни, отличающийся ярким окрасом. — Вчера сэра Тронка положила нас спать на диван в прихожей, проснулись мы от того, что Шуншоу ломятся в двери, и сразу побежали предупредить вас…

Тут же во внутренний двор вышли тот человек-целитель, что помогал Захару вчера, он пытался преградить путь двоим высоким кожаным мешкам, но те заметили Гора и, оттолкнув мастера Тикитика, направились к ним.

— Чисто мухи, — хмыкнул Захар. — Эй, парни, это у них реально такие глаза? Они, как вы полумыши, тоже полужуки или типа того?

— Мы не полумыши, мы циванги, — возмущённо ответил Куни. — Если вы спросили про расу, то эти такие же хуманы, как ты, а до инсекта среди Шуншоу развился, кажется, лишь их глава, так что они носят очки-артефакты, чтобы видеть разные параметры. Это точно мелкая сошка, новички клана, которые хотят выслужиться, у них даже крылатых погонов нет.

— Инсекты, хуманы, циванги, крылатые погоны… о сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух, — пробормотал Захар.

— Эй ты, Герой! Выходи! — закричали двое бесстрашных Шуншоу, буквально напрашиваясь, чтобы их размазали по лобовому стеклу.

— Ага, выходи, подлый трус, — усмехнулся Захар чему-то своему. — Ну что, Гор, врубим эпичный хэви металл, чтобы прокатиться с ветерком до того мастера на площади? Может, нам повезёт, как думаешь?

Послушать любимые песни Гор всегда был рад, и, чтобы его прекрасные музыкальные вкусы оценила вся округа, вывел динамики наружу. От первого же аккорда «мухи» шарахнулись в разные стороны, как будто их сдуло турбулентностью. Гор взревел мотором, подпевая любимой электрогитаре, и рванул к выезду на улицу.

— Осторожно! Ворота! — заверещали мелкие мышата. Но Гор на миг трансформировал заднюю часть и прыгнул, перемахивая преграду. Просто потому что мог.

— Ю-ху-у-у-у! Гор, красавчик! — одобрил Захар. — Крутяк!

Они понеслись по улицам, которые пестрели мухолюдьми.

— Мы в другую сторону едем, нам обратно! — заверещали циванги, перекрикивая музыку. Эти трое вцепились в кресла буквально всеми конечностями и даже тонкими хвостами. Гор понял, что их ноги без обуви и, как и на руках, там тоже имеются заострённые когти.

Он сделал резкое торможение и крутанулся почти на месте в «полицейском развороте», идеально дрифтуя по каменистой брусчатке и немного снижая базу для лучшего баланса и сцепления. Контроль над колёсами был потрясающий. Финт вышел идеальней, чем у всех стритрейсеров вместе взятых. Он всегда мечтал так сделать.

— Е-е-е! — их голоса с Захаром, который успел пристегнуться, слились в один, и под бодрый перебор они помчались в другую сторону города, вновь распугивая мухолюдей.

— Походу, эти утырки гонятся за нами на роликах или какой-то подобной фигне, — посмотрел в зеркала Захар. — Эй, смотри, та неправильная тучка, что несётся за нами, похоже, что с пчёлами, которые делают неправильный мёд.

— К ним присоединились Повелители шершней! — наперебой закричали циванги.

— По сравнению с той хтонью, что была в Пустоши… хотя всё равно неприятненько, — задумался Захар. — Может, поиграть с ними в догони меня кирпич? В смысле, Гор, ты сможешь сделать им встречное с твоей дверью борта? Но не забудь вернуть эту мухобойку на место потом.

Гор так и сделал, используя жидкий металл как тросы, и хотя обычно насекомые могут увернуться довольно-таки шустро, из-за того, что сейчас ими управляли более медлительные люди с запаздывающими реакциями, получилось таким образом уничтожить приличное количество шершней, которые замертво попадали на дорогу. Парочка мухолюдей от них отстала, но на следующей площади стояла уже целая толпа таких же «фасеточноглазых», как выразился Захар.

— Ага, они, походу, гнали нас к ним, — понял напарник. — Эй, мелкие, где там дом мастера как-там-его?..

— Мастера Керка?! На этой площади! Вон тот дом, с красной крышей, — ответил Лин. — Но они полностью перекрыли дорогу к нему. Шуншоу перешли черту. Раньше они делали свои делишки только в Пустоши и никогда не устраивали такой показательной охоты на Героев, как сейчас.

— Похоже, они чувствуют свою безнаказанность и просто могут… — сказал Захар.

— Скорее всего, дело в том, что им не хватает совсем немного для общего благословения клана, — тихо ответил третий из братьев цивангов. — Я слышал, как один из них жаловался на то, что Герои почти не идут в сторону Хирони и даже появляющиеся монстры не прибавляют общего благословения. Или прибавляют его как капля в море. Им нужно победить сильного Героя. А если вы техномаг, то…

— То мы лакомая добыча, — закончив мысль, хмыкнул Захар. — И что же нам делать, Гор? По идее… Хрен знает, честно говоря, что нам это сулит. Слишком непонятно всё. Был бы у нас огнемёт, мы бы этим неправильным пчёлам-переросткам отомстили за Винни-Пуха… О… Гор, как у тебя с топливом? — Захар посмотрел на приборы. — Хм… Мы что, вчера весь бак потратили? Осталось семьдесят литров? Не густо… Но если сделать капельный впрыск под большим давлением… распылить на них и поджечь всех этих полосатых насекомых. Как думаешь, это сработает? Только… далеко мы не уедем потом, да? Тогда думаем дальше. Может, нафиг улететь отсюда к чертям?

— На полёт тоже тратится немало топлива. А днём я собираю солнечную энергию, — ответил Гор, не уточняя, что часть топлива храниться в нём наподобие крови, а в баке, скорее, резервные остатки для текущих нужд. — Предлагаю сразиться с ними. Рассказывай про огнемёт.

Захар оживился.

— Там, по сути, не сильно сложный принцип, немного похожий на двигатель внутреннего сгорания, а ещё больше на опрыскиватель от насекомых-вредителей, только вместо яда — горючее, которое поджигают. Можно опрыскать, а потом поджечь… — бормотал он, рисуя пальцем по чуть запылившейся приборной панели. — Блин, надо бы где-то блокнот раздобыть… Только надеюсь, что мы не подожжём весь город, жители тогда нас по головке не погладят и уже каждый захочет прибить, а не только эти людомухи. Хорошо ещё, что тут площадь… А может, как-то их всех заманить в серёдку, чтобы…

Захар сбивчиво, но изложил весь план с вариациями, и Гор был согласен, что такая линия поведения в данный момент будет оптимальной. Он отъехал на середину площади, сделал некоторое разделение и передал часть себя Захару, облепив того подобием одежды из шинной резины.

— Позже надо накидать тебе костюм железного человека, — вздохнул Захар, покряхтывая от натуги, — тяжело, блин, без каркаса-то, но, думаю, резину эти твари не прокусят и я не сгорю слишком быстро. Надеюсь, я не успею задохнуться… Так, а если сделать шлем — типа как у пчеловодов, из сетки?

— Хочу предупредить, что шершни умеют «плеваться» жалами, — сказал Куни. — А ещё поливают ядом и своей кислотой. Так что обычные сетки от насекомых могут не помочь.

— Я и так как древний аквалангист… О, а сделай ещё к моему скафандру что-то вроде шлема с воздуховодом за спину, чтобы он хоть немного спину армировал, а в нём, в воздуховоде, двойную сетку, чтобы пчёлы не залетели, но и чтобы ко мне в этом костюмчике воздух поступал. Сможешь?

Гор постарался выполнить запросы Захара, а затем сосредоточился, чтобы соорудить внутри себя огнемёт, подключённый к баку с дизелем. Захар сказал, что всё дело в разбивке на мельчайшие частицы и если будет хорошее распыление, как во впрыске, то и огнемёт получится замечательный.

Тем временем Захар с трудом, но вышел из кабины, пошатываясь, сделал пару шагов и встал между Гором и толпой из клана Шуншоу.

— Эй вы, придурки с мушиными глазами! — выкрикнул напарник. — Вы не имеете права задерживать Героя! Свалите в закат, насекомые, и пропустите меня, иначе я разделаюсь с вами.

— Ой-ой, — запищали циванги, оставшиеся в кабине. — Ему конец…

— То, что ты справился с маленьким роем, не значит, что ты сможешь справиться со всеми нами! — выкрикнул в ответ кто-то из клановой толпы. Все они были одинаково «мушиные» на вид, а Гор и так с трудом отличал одного человека от другого.

От Шуншоу отделилась чёрная туча насекомых, Гору даже стало интересно, где их держали: неужели как-то на себе? Шершни с жутковатым гулом подлетели к Захару. Часть роя Гор успел пленить с помощью двух заготовленных «жидких» частей. Захар предположил, что управлять проще целым роем, чем отдельными его элементами, и посчитал, что подлетать к нему будут кучно. Так что когда Гор «зачерпнул» в воздухе шершней и сразу закрыл «крышкой», одновременно выпуская воздух и сжимая «ковш», раздался влажный чавк и рой в его «ладошках» навсегда умолк.

Часть шершней, что успела разлететься и не попала под пресс, устремилась к Захару и облепила его в поисках щели, чтобы укусить.

— Жги, Гор! — выкрикнул Захар, и Гор зажёг, распыляя дизельное топливо и поджигая его большой искрой. Пламя образовалось с громким хлопком, тельца насекомых мгновенно теряли крылья и съёживались от огня. Захар начал кататься по земле, сбивая с себя пламя и остатки насекомых. Гор помог стащить костюм и буквально затащил отчего-то ржущего и какого-то потемневшего Захара в кабину. Зубы у него белели, а кожа лица стала гораздо темней и пятнами, словно покрашенная маскировочным камуфляжем.

— Как мы их! Видали, мелкие?! — спросил он у радостно прыгающий и вопящих цивангов. — Ух! Не знаю как, но, кажется, я сделал твой костюм сильно липким, чтобы побольше улова собрать. Как большая липкая ленточка, на! А теперь, Гор, врубай самый эпичный марш и поехали к этим неправильным пчеловодам, будем отбирать их неправильный мёд.

И Гор врубил.

Глава 6. Поиск возможностей

Гор взревел мотором и помчался на толпу, одновременно формируя перед собой клинообразный отвал, который видел у знакомых тракторов-коммунальщиков, убирающих снег. Ему показалось, что это будет самым удобным инструментом, для расчистки территории от людомух.

— Думаю, они бойцы дальней дистанции, — тем временем возбуждённо говорил Захар, сверкая зубами. — Так что чем ближе мы будем…

Тех, кто не успел разбежаться, красиво откидывало в стороны, одновременно не пачкая его самого, — Гор убедился, что клин оказался самым удачным выбором. Впрочем, людомухи оказались довольно шустрыми и крепкими, ни одному даже кишки не выдавило или какой-то иной жидкости. Чистенько и аккуратно, что бывало редко. После приземления на брусчатку они шевелились, вставали, с криками разбегались. Гор сдал назад и повторил манёвр, правда такой кучности уже не было и «кегельбан» вышел не таким фееричным.

— А низко летят, к дождю, видимо… — пробормотал Захар, открыв рот наблюдая за очередным заездом. — О, смотри… Смотри, Гор, вот тот, что врезался башкой в дорогу, стал мигать, ты видишь, видишь! Мать моя Орочимару, мы походу точно в игре! Он исчез, а на месте, кажись, лут появляется! Я вообще во всякие игры почти не играл, но парочку литРПГ-шек читал… Офигеть… Разве можно вот так в игру попасть? Ладно, ладно, спокойствие, разберёмся. Давай посмотрим, что там в том мешке нам свалилось…

«Один», — внезапно услышал Гор свой счётчик и на миг замер, недоумевая.

Людомухи носились туда-сюда с криками, утаскивали раненых и весьма быстро покидали площадь на своих роликах. Гор всё не мог понять, не послышалось ли ему насчёт счётчика. Может, это по привычке? Вроде как он ожидал его услышать, когда сбил кожаного мешка с фасеточными глазами, и поэтому «услышал».

— Гор? — от лёгкого замешательства отвлёк Захар, который вышел из кабины и добрался к месту исчезновения прихлопнутого людомуха. Он подобрал примерно литровый мешочек и заглянул туда. — Ага… Пара монет. И какие-то склянки… Интересно, что в них? Просто бутылочки и не подписано ни фига. О… а если… — Захар порылся в кармане и достал стекляшку артефакта, который забрал у Лина. — О, Гор, прикинь, всё видно! Это знаешь что? Яд шершня и противоядие от яда шершня. Противоядий целых три. Эх, жаль, мушиных очков не досталось, хотел бы я посмотреть, как они через них видят, — Захар деловито распихал флаконы по карманам.

Площадь стремительно опустела, никто на них больше не нападал, ни одного шершня не пролетало. Гор, можно сказать, вытряхнул из своих недр трёх «мышек» и собрался в автогиганта, направляясь к указанному дому с красной крышей, куда их так не хотели пускать.

— О, ещё тут камешек… похоже на бриллиант, о, написано, что это циркозит сто «еп». Интересно, что это? — продолжил исследования мешка Захар. — О, а монеты странные, они тоже епы означают, только тут две монеты по одному ему и по три епа четыре монеты.

— Циркозит — это камень праны, этот на сто единиц праны, — пояснил Лин. — Его можно использовать в изготовлении какого-то артефакта или чтобы заполнить резерв праны для каста заклинаний. Ещё прану используют для поднятия уровня. А ещё ей можно расплачиваться. Монеты как раз для мелких расходов и расчёта, чтобы было удобней и не терялось в карманах. Их также можно сделать из циркозита, но там теряется процент немного… Ну и наоборот, из монет можно собрать камень… если монет будет слишком много, циркозит всё-таки намного меньше и легче.

— А сто епов — это много или мало? — Захар посмотрел прозрачный камешек на свет.

Братья циванги переглянулись.

— Ну как сказать… — протянул Лин, почёсывая затылок.

— Чтобы приготовить эликсир противоядия от яда шершня, кроме ингредиентов и специализации нужно потратить десять единиц праны, — сказал Куни. — А я потратил единицу праны, чтобы достать шип шершня в магической хирургии. Но для каких-то сложных заклинаний или артефактов сотня будет самый минимум, наверное. Это Роурок, он новичок, и похоже, что его забрала земля. Он был слабым и не выше второго уровня точно, совсем недавно в клане.

— Ага, совсем недавно получил второй, а уже успел накопить сто единиц праны… — вздохнул третий циванг с волосами цвета омега. Кажется, его звали Гус. — Чтобы нам с первого перейти на второй уровень, надо накопить тысячу епов, — он сунул руку в карман и достал похожий камешек, удивлённо на него глядя. — Ой… Но почему?..

— У меня тоже почти тысяча! — достал свой камень Лин.

— И у меня, — подтвердил Куни, показывая камень размером с половину его кулака. — Может, мы получили прану из-за того, что… Что были внутри Гора? Мы что, стали частью группы Героя?

— Так получается, чтобы повысить уровень, надо эту прану собирать тоже или что? — заинтересовался Захар, отвлекая цивангов.

— Она и сама прибавляется, но очень медленно, — ответил Куни. — Во время учёбы, например, экспериментов, тренировок. Её можно найти, отнять, получить как благословение, заработать.

— А очки опыта?

Циванги непонимающе переглянулись и помотали ушастыми головами.

— Если соберёшь достаточное количество праны, её можно потратить на специализацию, или навыки, или какое-то другое улучшение, — пояснил Лин. — Вложить в себя. Но можно и не повышать уровень, а просто тратить полученную прану…

— Хм… А что будет, если… — Захар подошёл к Лину и вложил свой камешек в руку циванга. Тот посмотрел круглыми глазами и торопливо сложил обе руки вместе. Камешек поменьше пропал, а второй стал чуть больше и засветился в руке.

— Спасибо за благословение, господин Герой, — циванга осветила короткая вспышка, но внешне тот вроде бы никак не изменился.

— И чего? Ты теперь второго уровня? — спросил его Захар. Циванг быстро закивал.

— Я решил пойти путём создающего ювелира. Теперь мне доступны амулеты до второго уровня.

— Ладно, Гор, предлагаю всё же навестить мастера Керка, узнать, что тут вообще… — кивнул Захар.

Гор, подумав, решил разделиться, сделав половину себя двухметровым автогигантом, а вторую половину превратив в свою версию «Патриота». На крышу он добавил так хорошо показавший себя огнемёт.

— Во! Это правильно, — кивнул Захар, — а то мало ли, нам срочно придётся валить или снова отбиваться от неправильных пчёл. Как думаете, мелкие, эти ваши полосатые Шуршунчики полезут снова?

— Клан Шуншоу? — переспросил Куни.

— Возможно, они перегруппируются и привлекут своего босса, — ответил Лин. — Поэтому вам лучше поспешить и покинуть Хирони.

Захар хмыкнул и постучал в двери дома мастера Керка. Открыл им седобородый старичок-человек.

— Здравствуйте, мы с моим другом пришли к вам… М… чтобы кое-что выяснить, — сказал Захар.

— Пойдёмте, — поманил их хозяин дома. Цивангов, кстати, не пустил или они по какой-то причине не могли войти, как и те людомухи. Было бы логичней устроить засаду прямо в доме, а не кучковаться на дороге, пытаясь остановить собой грузовик. Но у этого мира, который был некой игрой со слов Захара, видимо, были свои законы и правила.

Внутри человеческого жилья Гору никогда не приходилось быть, так что он с интересом осматривался. Их завели в помещение с массивными столом и стульями, но Гор не был уверен, что дерево выдержит его тоннаж, так что просто встал за спиной Захара, который сел на стул напротив мастера Керка.

— Вы не Герои Пустоши… — задумчиво сказал тот, посмотрев на них через артефакт, похожий на «смотрелку» Захара, только гораздо большего размера. — Вы что-то… иное. Так что вам надо?

— Я бы хотел узнать, можем ли мы стать Героями или как-то зарегистрироваться… а также в чём смысл Героев и для чего они нужны, наверное, — спросил Захар.

— В чём смысл?.. — задумался старик мастер. — Герои собирают и создают прану, чтобы развиваться и в конечном итоге спасти наш мир…

— И от кого? — осторожно спросил Захар, нервно хмыкнув. — Надеюсь, мы тут совершенно ни при чём, а то ни ухом ни рылом в ваших порядках.

— Примерно каждые триста циклов просыпается Древнее Зло и пытается поработить наш мир. На моей памяти такое происходило уже дважды. И произойдёт снова. Я уже чувствую предзнаменования. Люди меняются… природа меняется, даже монстры меняются. Клан Шуншоу… Они тоже начали поклоняться Древнему Злу и получили силу.

— То-то они совсем другого цвета, — вклинился Захар. — Ну, в смысле, через артефакт. Все остальные жители через него имеют зеленоватое свечение, а у них — оранжевое. Мы, кстати, белые. А когда это ваше Древнее Зло должно пробудиться? Ну, по прогнозам?

— Шуншоу уже приняли скверну зла, а значит, великая битва мира скоро начнётся, — ответил старик. — Но сначала должны исполниться Пять Пророчеств.

— А создатели не слишком заморачивались, да? — тихо пробормотал Захар, но Гор прекрасно услышал напарника. — Получается, что у вас что-то вроде нубятника в Пустоши Героев. Они там набивают уровни, потом переходят в локации городов, выполняют квесты, меняют лут, потом уходят на какую-то Арену, где прокачиваются, копят прану, оружие, проводят бои, а потом наступает сезон Армагеддца и происходит общая битва, где все побеждают Главного Босса. Снова наступает мир и благоденствие. Потом Главный босс снова возрождается и его снова всем калганом забивают. И так до бесконечности. Так почему не могут полностью уничтожить Древнее Зло?

— Его Искру невозможно полностью убить. Как ты и сказал, со временем она снова начинает расти и Древнее Зло предпринимает новую попытку.

— Даже жалко его, — хмыкнул Захар. — А что же делать нам? Ну, в смысле… как-то подключиться к вашей игровой системе мы можем?

— Героями стать не получится, — задумался старик. — Но есть легенда, что если житель города или лесной зверь пойдёт с Героем, и тот примет его на службу, то может стать таким же бессмертным, как он, и в конце концов тоже стать бессмертным Героем.

— Это что, типа реально геройским питомцем быть? — хмыкнул Захар, оглянувшись на Гора. — Но… в этом случае нас вроде как игра, то есть ваш мир, легализует, да? Интересно… А если просто самим, без Героя, от вас рвануть в тот же Шинг?

— Я бы не советовал вам покидать Хирони, пока вы ниже пятого уровня, — ответили им.

— А сейчас мы какого уровня? — спросил Захар. — Мне этим моим артефактом не очень видно.

— Ты второго, а твой голем — третьего, — ответил старик.

— Интересно… Как же мы так прокачаться успели? — задумался Захар, посмотрев на Гора. — Или это у нас каким-то автоматом происходит, без выбора?

Гор только пожал плечами: этому жесту он научился у Захара.

— А что там с камнями праны? Как их… циркозитами? Мы сможем ими пользоваться?

— Думаю, что амулетами с циркозитами или артефактами с ними, как и снаряжением, ты пользоваться сможешь. А вот насчёт продвижения по уровням — тут я ничего сказать не могу.

— А что будет, если мы сейчас покинем город? — спросил Захар то, что интересовало и самого Гора.

— Вы просто не сможете пройти Линию.

— И как нам прокачать уровни? — спросил Гор. Старик, вздрогнув, посмотрел на него.

— Вы можете вернуться в Пустошь и дождаться Общего Призыва. Можно выйти в другие города. И найти Героя. Если останетесь здесь, то единственное, что вам останется, — умереть от рук клана Шуншоу.

— Или победить их? — сказал Захар.

— Вы вряд ли их победите, слишком мал ваш уровень, а сегодня в облаве принимала участие едва ли десятая часть Шуншоу, и то самые слабые его члены, которым нужна прокачка, — покачал головой старик. — Спрячьтесь и дождитесь начала нового цикла.

— А что там за пять пророчеств, которые должны случиться? — уточнил Захар.

— Они в книгах пророчеств, которые могут прочесть лишь Герои, — пожал плечами старик.

— Понятно, что ничего не понятно…

Гор задумался. Почему-то теперь ему стало казаться, что Сущность неспроста отправила их именно сюда. Возможно, с их помощью она хотела как-то повлиять на предстоящие события. Понять бы ещё, что именно от них хотят. И каким боком тут пошёл отсчёт счётчика. Ему снова надо набрать тысячу счастливых жертв?

Из дома мастера Керка они оба вышли в глубоких раздумьях.

— Мне просто интересно, насколько всё это вообще реально… — сказал Захар и пошарился по карманам. — Жаль, что не вышло заполучить геройское бессмертие, конечно. Это значит, что нам надо просто постараться не умирать. Ну… мне. У тебя всё же больше вариантов выжить…

— Какой план? — спросил Гор, когда они оба уселись в «Патриот».

— Ну… До этой общей геройской треш-пати ещё всё равно целых две недели, получается, — задумался Захар, откидываясь в водительском кресле. — Но как-то неохота ныкаться в Пустоши… Ныкаться можно и в городе, я думаю… Нам же никто не сказал, что мы должны сражаться с этими Шуншоу лоб в лоб, а как же методы партизанской войны?!

— Партизанской войны? — задумался Гор.

— Ну знаешь, нападение из-за засад, спускание поездов под откос, отравление ульев… Например, можно ночью аккуратно расковырять стену, запустить туда дымовую шашку, или инсектицид какой… Да и вообще разведать обстановку… О, а ты сможешь превратиться в гигантский пылесос, а?

— В гигантский пылесос? — переспросил Гор, вспомнив, что так называется та штука, которой прибирали в салоне.

— Да, прикинь, ты пылесос со специальным мешком, всасываешь шершней и, как в прошлый раз, давишь гадов. А? Как тебе идея? Ещё можно попробовать взять языка и разговорить одного из клановиков. Чтобы рассказал про их техники, где что находится, да и вообще информация — царица разведки. Интересно, почему у меня второй уровень? И когда я его получил? Честно говоря, ничего не помню на этот счёт. О! А что насчёт моих сфер? Ты, я помню, что-то про наливающуюся сферу говорил?

— После того как я увидел тебя утром, сфер стало всего четыре.

— Надеюсь, это не были жизни? — Захар подумал почти то же, что и Гор, и от этого стало как-то приятно. — Хотя… Я же научился как-то улучшать вещи непонятно как… Может, за это отвечала сфера? О, кстати, я уже забыл, где читал, но, помню, был какой-то чел, который мог, грубо говоря, из палки создать артефактный меч. Это у него такая способность уникальная. А вдруг у меня такая же? Когда я в том резиновом костюме изображал ганд… приманку, то вспомнил, что резина может быть очень липкой… а артефакт Лина… я подумал, что хочу, чтобы он лучше показывал. Что, если я могу, ну не совсем из говна конфетку сделать, но просто улучшить или усилить какие-то имеющиеся свойства? А что, было бы неплохо… Понять бы ещё, как часто я могу это применять и как это запускать… А значит, что?

— Что? — спросил Гор, когда Захар выжидательно на него посмотрел.

— Значит, надо растрясти все имеющиеся источники информации. Продумать наши партизанские планы и… раздобыть где-то наконец-то чёртов блокнот! Или тетрадку какую… И ручку… О… Надеюсь, они тут не пишут чернилами и перьями, а то где ручку здесь взять?!

— Ручка есть, — успокоил Гор, доставая из-за козырька над зеркалом ручку.

— Э? Откуда у тебя ручка? — удивлённо осмотрел предмет Захар и потом проверил на руке. — Хорошо пишет…

— Предыдущий водитель любил разгадывать сканворды, — объяснил Гор. — Так что… Что ты делаешь?

Захар прикрыл глаза, зажав ручку между ладоней и почти прижимая их ко лбу, и что-то бормотал под нос. Прислушавшись, Гор понял, что напарник шепчет что-то типа «ручка-ручка вездеписучка». Но, кажется, артефактом та не становилась.

— Наверное, праны не хватает, — оторвался от своего занятия Захар, удостоверившись, что ручка не изменилась. — И того ощущения не было… Может, я просто… Хм… А если…

Гор с интересом наблюдал, как пытливый напарник прикрыл глаза и стал изображать, как пишет ручкой прямо в воздухе.

— Так-так… Кажется, я нащупал… — запыхтел Захар. И внезапно за ручкой потянулся светящийся след.

Гор не удержался и потрогал след пальцем и как будто испачкался в краске, которая медленно растворилась на его пальце. Захар открыл глаза, и они стали гораздо больше.

— Ого-го! Она реально получилась? Кру-уть! Я, кажется, понял, как это работает… Уф, только выдохся…

Гор решил мягко намекнуть напарнику, что тот испачкан, и чуть сдвинул и увеличил зеркало заднего вида.

— Ух, ё! Ну морда у меня, как у негра, — увидев себя, Захар засмеялся и принялся вытираться, хоть и без особого успеха. — Надо бы где-то остановиться… душ принять, в цивильный туалет сходить… А то вроде игра, а потею и пачкаюсь я, как на самом деле… Ё-ма-ё! Полосатые пасечники! Го-ор… Ты видишь то же, что и я?

Гор посмотрел в лобовое стекло и понял, что на противоположную сторону площади выступило что-то, похожее на бронированного полосатого человеко-шершня ростом под четыре метра.

— Где они только этот выкидыш больного воображения нашли? Ну и урод…

нейро-фанарт от Милиссы Романец

Поддержите историю лайком, комментарием или подарком! Буду рада любому, правда любому, даже очень скромному вниманию со стороны читателей: это вдохновляет и радует!

Глава 7. Король дороги

— Давай, гони, Гор! Гони! Посмотрим, насколько шустра эта штука! — Захар весело сверкал зубами и глазами, контрастировавшими с его грязной физиономией. — Так, боковые зеркала мне сделай чуть побольше, ага, молодец. А ведь эта полосатая хтонь довольно шустрая, а на вид и не сказать! А нет, начала отставать. Так, так, притормози-ка чуток, пусть бежит на пределе своих сил, но думает, что вот-вот догонит. Интересно, как им управляют? Там внутри сидит один человек или их несколько? А может, оно вообще из множества шершней сделано?.. Надеюсь, что всё-таки нет.

Гигантский человеко-шершень Шуншоу, хотя и имел подобие крыльев, но пока что не пытался ими воспользоваться и бежал на своих двоих, гулко вбиваясь в брусчатку.

— Что будем делать? — спросил Гор. — До конца города осталось три километра. Хотя там на последней площади можно свернуть на вторую улицу.

— Ага, сворачивай, я уже рисую тебе план в стиле «Безумного Макса» и «Смертельной гонки». Не знаешь, кто и что это? Это неважно… Важно лишь… — Захар вполне понятно прорисовал схему нужного изменения своей «ручкой-вездеписучкой». — Вот так его подловим. Всё понял? А теперь иди в отрыв и поворачивай, чтобы подкараулить этого нашего полосатого приятеля и дать ему поесть кровавых соплей.

Гор резко развернулся на пятнадцатой площади, проехал, чтобы скрыться за углом, и начал трансформацию. Придумка Захара была не такой и сложной, но всё равно потребовала парочку мгновений, чтобы создать дополнительный гидравлический привод, выдвинуть вращающийся диск циркулярной пилы и помчаться навстречу догоняющему их гигантскому человеко-шершню.

Пила завизжала свою песню, подпевая электрогитарой акустике, и врезалась в ногу гиганта, на миг застряв в какой-то как будто вязко-бетонной конечности. На кабину обрушился мощный кулак, от удара которого полопались лобовые стёкла. А затем ещё один удар, смявший крышу.

— Из чего эта хрень сделана? — с тревогой спросил Захар, оглядываясь вокруг. — Сильна, сволочь полосатая. Сбрасывай! Не дай ему себя схватить в клинч! Сбрасывай пилу!

— Н-на! — третьего удара удалось избежать, Гор отделил от себя пилу, которая вошла едва ли на четверть в чужую ногу, и стартанул, сжигая покрышки.

— Это ещё более стрёмно, чем я думал, — посмотрел в зеркала Захар. — Из чего он вообще сделан? Почему твоя пила застряла? Мало мощности?

— Возможно, он как-то магически защищён, — предположил Гор. — Когда я это сделал, почувствовал сопротивление, но как будто… Не от материала.

— Чёртова магия! — задумался Захар, укусив грязный палец. — Но мы не сдаёмся. Ты же не потерял связь со своей частью? Ну, которую отделил?

— Нет.

— Тогда создавай из неё клин, это как минимум помешает ему в движении, как максимум, при удачном попадании удара всё же получится отделить его конечность. В общем, постарайся его как-то зафиксировать… А может, вытянуть из объёма трос и связать ему ноги, а? Выйдет?

— Возьми управление на себя, — попросил Гор, сосредотачиваясь на том куске, который глупый человеко-шершень не догадался вынуть из ноги.

Для начала он «расплавил» объём и постарался сосредоточить его в глубине «засечки». Она вышла не такой и глубокой: пройти удалось всего-то сантиметров десять. Хотя изначально казалось, что чуть поболее. Гор заполнил собой всё пространство и почувствовал, что там пытаются работать какие-то силы, которые восстанавливают повреждение. Ещё бы немного, и пилу просто бы выдавило из «раны». Он оплёл себя тросами за ногу, вжимаясь глубже и создавая тот самый клин, подтягивая его тросами, чтобы точно не вылететь и гигант не понял, что его надо оторвать как можно быстрей. Затем он выстрелил жгутами тросов с тяжёлыми наконечниками в соседнюю ногу. Со второго раза получилось зацепиться и…

— Чем больше шкаф, тем громче падает! У-ху-у! — радостно заржал Захар, который наблюдал за его действиями через зеркала заднего вида. — Круто! Какой эпик, блин, сам себе завидую! Вижу такое из первых рядов. Аж попкорна захотелось. Удачно ты его подловил, этот дурень полосатый сам себе почти ногу оторвал.

— Пока рано радоваться, эта штука вроде регенерирует, — отозвался Гор, хотя и был собой доволен. Получилось и правда лучше, чем он рассчитывал. Возможно, у них есть какие-то бонусы удачи или Сущность наблюдает и подыгрывает. А может, это всё гениальные идеи Захара, поданные вовремя и очень быстро. Казалось, что тот знает про его границы и умения больше самого Гора.

— Ну, связанным всё равно не особо разбежишься… А я кое-что придумал, только не знаю, выйдет или нет. Но, в общем, постарайся его как-то обездвижить, чтобы я мог подойти.

Гор остановился, и они подъехали поближе, а потом он и вовсе заехал на гиганта, который удачно распластался, придавив весом и добавив тросов из своего объёма. Интересное ощущение исходило от доспехов человеко-шершня. Как будто…

С некоторым трудом, но Гор смог их «подчинить» и смешать с собой, заблокировав все сочленения доспехов, чтобы гигант поменьше двигался.

— Ладно, пока никаких мух на горизонте нет, время для экспериментов, — Захар осторожно вышел из кабины и взялся за один из тросов. — Я вроде как могу какое-то свойство поднять повыше, ну типа сделать с алмазным напылением, чтобы резало всё, как струной такой специальной… Для тортиков. Так что будет у нас свой медовик с тонкими коржами…

Гор ощутил, как свойства его металла и правда видоизменяются. Превращение в алмаз он не пробовал, потому что не знал, что это, но тут… Вместе с Захаром получилось оплести эту «муху» в тонкую алмазную паутину, и чувствовалось, что любое шевеление гиганта только создавало на его теле новые раны.

— А теперь попробуем затянуть узелок, а? — ухмыльнулся Захар, запрыгивая обратно в кабину.

Гор заурчал мотором, проехал по скрюченному телу и рванул нити.

— Ах-хренеть! — прокомментировал произошедшее Захар. — Мы его реально-буквально в капусту покрошили. О, смотри, смотри! Он исчезает, как тот чувак! Давай пошаримся по месту, может, снова найдём занятного лута в мешке?

«Лут» они и правда нашли. И что интересно, доспех, надетый на гигантошершня, хотя и раскрошился, перерезанный нитями, но не исчез, как остальное туловище. Гор попробовал «втянуть» в себя эти кусочки металла и под удивлённый вздох Захара претворил задуманное в жизнь.

— Погоди, погоди! Ты что, можешь как-то увеличивать свою массу? Поглощаешь металл или что?

— Возможно. Во время битвы я как бы внедрился в его доспех, чтобы его остановить, и…

— Хо… Да ты у нас так можешь до «Звезды Смерти» разожраться! — довольно потёр руки Захар. — Хотя это ещё надо проверить. Только с металлом работает или не имеет значения?

— Хм… Ну вот камни брусчатки я не могу в себя вобрать. Должно быть… Не знаю, какое-то сродство, наверное. Металл откликается лучше всего, а резины я пока здесь не видел.

— А, например, стекло? — кивнул на дом Захар. — Э… Ладно, я пошутил, не стоит проверять на этих домах, проверим на каком-нибудь ничейном. Например, доме клана Шуншоу. А что, сами виноваты и первые на нас напали. Но, кстати, если подумать, то в тебе, вообще-то, много всяких материалов… Горючее… Может, ты сможешь и горючее как-то преобразовывать для себя? Или ту же прану… Ладно, посмотрим, что нам неправильные пчёлы в подарочек послали… — Захар склонился к нескольким мешочкам, которые остались от гиганта, и заглянул внутрь. — Гор, мы, кажись, богаты!

— Что там?

— Много камней праны, — Захар достал артефактную «смотрелку». — Ага… Так, так… В сумме около пяти тысяч епов. Ещё монетками где-то тысяча… Целая аптечка… Вроде какая-то даже очень крутая. Ещё пилюльки. Зелья и яды. Это всё пригодится, а то дохнуть мне никак нельзя. Так, ещё слитки металлов. Это, наверное, тебе пригодится… А прикинь, я когда мешок держу, он вроде лёгкий, ну как обычные, которые с пилюльками были, а пытаюсь слиток достать, а он такой в воздухе вес меняет. Как гирю достаёшь. Мешочки надо бы придержать… Что за чёрт?!

У Захара появилось на лице очень обиженное выражение, когда тот достал десять слитков из мешка, а мешок просто растворился, как это сделало тело убитого.

Гор превратился в гиганта и поднял несколько слитков. Медь. Цинк. Железо. Всё это он смог спокойно впитать в себя, подтвердив свои предположения со сродством.

— Эх, блин… — продолжал вздыхать Захар, потирая затылок. — Надо бы у местных уточнить, они исчезают сами по себе или когда всё вытащишь. А если там что-то есть? Они исчезают? Или не сразу? Или совсем не исчезают? Ох, сколько вопросов, где там наши мыши, то есть айн цвай драй?

— Циванги, — подсказал Гор.

— Ага, — согласился Захар. — Блин, что-то мне поесть захотелось после такого эпичного махача. Как раз время завтрака вроде бы. Надеюсь, этот щелчок по носу заставит людомух не жужжать, а то мы с утра на кипише, ни вздохнуть, ни пёрднуть. К тому же нас ещё ждёт партизанская ночь. Мы же не спустим им попытку нас прикончить?

— Хороший Шуншоу — мёртвый Шуншоу, — кивнул Гор, и Захар широко улыбнулся.

— Хорошо сказано, Гор…

— Сэр Герой! Сэр Герой! — подбежали к ним запыхавшиеся циванги. — Это было…

— Невероятно круто! — выкрикнул Куни.

— Вы разделались с Королём Шершней! — дал больше информации Лин.

— Мы всё видели! — закончил Гус.

Все трое смотрели на них, открыв рты и навострив круглые уши, словно боялись пропустить хотя бы слово.

— Как думаете, больше на нас не нападут? — спросил Захар.

— Ну… Вы нанесли им серьёзный удар, — потёр затылок Лин. — Такой Король Шершней делается долго, и его стоимость… В общем, думаю, у них такой один имелся. И они решили им воспользоваться, потому что были уверены в успехе и видели, что Гор — это голем. А всем известно, что с големами нужно драться големам.

— Значит, есть повод чуть отдохнуть, перекусить и прошвырнуться по магазинам, — кивнул Захар. — Кстати, вот эти мешки… Как сделать, чтобы они не исчезали? Или они всё равно исчезнут?

— О, это редкость, — махнул тонким хвостом Лин. — Это пятислотовые мешки хранения. В них можно держать пять разных наименований, а каждого наименования по сто экземпляров. Главное, чтобы они были одинаковыми.

— Добровольно-принудительная стандартизация прямо, — пробормотал Захар. — А с весом что?

— Вес стандартный, около одного килограмма, — ответил Гус. — А проходит туда только то, что вмещается в горловину.

— То есть поэтому у металла слитки? — хмыкнул Захар. — Хотя каждый из них по пять-шесть кило примерно. И если я положу туда пятьсот слитков, каждый весом в пять килограммов, то у меня всё равно будет вес в килограмм?

— И если положить туда пятьсот песчинок, то будет то же самое, — хмыкнул Куни. — Поэтому надо с этим повнимательней. А ещё да, если они не закреплены за тобой у мастера-артефактора, то мешки исчезают. Пустой почти мгновенно, а если полный, то примерно через сутки после передачи. И со всем грузом.

— Блин, так прикольно, что для вас это обыденные вещи, ребята, — усмехнулся Захар. — То есть, чтобы мешок стал моим, мне надо его вроде как перерегистрировать на себя? Тогда давайте к этому вашему артефактору. Вы вроде что-то уже про него говорили.

— Да, мастер Михелис живёт на пятой площади, — отозвался Лин.

— Тогда к артефактору… Нет, сначала всё же надо заправиться. Имеется у вас в городе какая-нибудь едальня? Трактир или кафэшка? «Бургер Кинг», может? — хохотнул Захар.

— О, «Бургер Кинг» есть! — радостно закивали циванги, и Захар удивлённо выпучился на них.

— Что, серьёзно? Мы что же… в какую-то пиндосовскую игру попали? Или от «Бургер Кинга» даже в другом мире не скрыться? А «Макдак» есть? В смысле «Вкусно — и точка», он же «Макдональдс»? «Крошка-картошка»? Что там ещё… А с «Кока-колой» как?

— У нас есть квартал развлечений, там много чего имеется, но мы туда не ходим, потому что там только Героям по карману расплачиваться, — переглянувшись с братьями, сказал Лин. — И то в последнее время там в основном развлекается клан Шуншоу.

— Опять они?! — выдохнул Захар и посмотрел на Гора. После того слияния с алмазной нитью между ними как будто и правда прошла нить. Только нить понимания. Получилось уловить и обеспокоенность, и надежду, и усталость, и дикий голод, и желание убивать за кусок свежепожаренного мяса.

— Мой напарник хочет бургер, и он получит свой бургер! Лучший бургер! — решительно сказал Гор. — Поехали в квартал развлечений! — и превратился в грузовик, приглашающе распахнув дверцы.

— Главное, если будем его разрушать, то уже после того, как поедим, — оживился Захар, запрыгивая в салон. — Ох, ты так смачно сказал про бургер, я чуть слюнями не подавился. Сухпай, конечно, хорошее дело, но хочу мяса, котлету… Короче, давайте показывайте дорогу, пока я тут всё не закапал.

Циванги быстро заскочили и продиктовали адрес. Квартал развлечений находился на параллельной главной улице, в принципе, не так и далеко от того мастера-артефактора, к которому надо было заглянуть позже.

Никаких знаков и ограничений в городе не имелось. Автомобилей, впрочем, тоже. Так что Гор включил приятный сопроводительный трек группы «Ария», которому сразу начал подпевать Захар. Впрочем, дорога оказалась столь короткая, что уже под первый припев:

«Я — король дороги!

Я — король от Бога!

В ад или рай —

Сама выбирай!

Жить, как все, мне скучно,

Мне и смерть — игрушка,

Скорость в крови —

Удачу лови!» — они остановились на месте.

— Вау… Это же… Какой-то попаданческий фуд-корт! — сказал Захар, открыв двери и оглянувшись на множество разных закусочных. Гор много чего видел во время своих путешествий и готов был поклясться Сущностью, что здесь стояли самые известные кафешки из всех стран мира. — Мой желудок сейчас сойдёт с ума… Давайте припаркуемся и… пожрём!

Внезапно Гор тоже ощутил что-то вроде голода. Он даже не понял, его это чувство или он всё ещё резонировал с Захаром, но…

Гор разделился и превратился в «Патриот» и двухметрового автогиганта максимальной плотности, мысленно давая этому название «ДАМП», чтобы, по одному из советов Захара, как-то проще договариваться насчёт превращений.

— Я… Кажется, я тоже голоден, — сказал он Захару.

— А знаешь, я слышал, что какие-то экологи что-то мутили с органическим топливом, — ответил тот. — А вдруг ты настолько стал «настоящим мальчиком», что вполне себе что-то можешь попробовать? В рыбе, говорят, много железа и фосфора, а картошку фри жарят в масле, а? Возбуждает аппетит? Бабла, то есть этих епов, у нас в достатке, так что можно попробовать всё! Ну как, напарник, ты готов?

— Всегда готов!

Глава 8. Война войной, а обед по расписанию

Захар подключил цивангов, и они вчетвером развели кипучую деятельность на фуд-корте. Уже через несколько минут на большом и массивном столе одного из представленного здесь «трактиров» буквально возвышались горы еды. Гор наблюдал, как споро едят циванги, и нерешительно зацепил ближайшее к себе бумажное ведро с каким-то горячим мясом в виде небольших кусочков в панировке. Захар произвёл что-то вроде презентации, от чего-то прикалываясь и упоминая какую-то Алису и окорок, так что Гор примерно представлял себе, что и с чем. Раньше он человеческой едой не интересовался, и единственным критерием для неё было, испачкает она салон или нет и останутся ли крошки на обивке.

— А я вот думаю… — сказал Захар, уже утолив первый голод, пока Гор раздумывал, стоит ли начинать играть в человеческие голодные игры или он зря забьёт себе двигатель и топливную систему и умрёт, не прожив и недели в новом мире. — Если мы в игре… Всё же вокруг ненастоящее, да? Ну то есть мы вроде как настоящие, но… Но по сути наши тела точно как-то изменились под воздействием этого мира или самого попадания. Я ж раньше точно не мог достать из килограммового мешка пятьсот кэгэ железа. Или там металлический трос превращать в алмазный. Против всех здравых смыслов. Такое возможно только в игровой условности, получается. Ну, мы вроде как это уже выяснили. То есть я вроде бы я, но я… Оцифрованный, наверное. Не удивлюсь, если это всё что-то вроде «полного погружения», про которое фантастику пишут. Ну там ещё капсулы виртуальной реальности присутствуют и типа народ туда погружается, как в кисель, в специальную жидкость, то бишь, а в головах должны быть разъёмы, чтобы прямо в мозг подгружать информацию, ощущения всякие… Ну или шлем специальный. Вот… А вдруг… — Захар покосился на цивангов. — Гор, вот скажи мне, мы ведь взаправду в другом мире, да? Просто в такой, будто портал занырнули с тобой вдвоём? А то мне на секундочку как-то стрёмно стало, потому что я подумал, вдруг это всё — лишь плод моего воображения… Например, на самом деле я просто в аварию попал и мои мозги взяли для опытов. Знаешь, в «Робокопе» такое показывали. Там полицейский типа умер, а потом как очнулся в виде одной головы, приделанной к машине… Может, знаешь, меня стимулируют где-то там на прозекторском столе эбонитовой палочкой, и я, как лягушка, лапкой дёргаю. Так что то ли попал в такую реальность, то ли мне её показывают, то ли сам брежу.

— Это не плод твоего воображения, — ответил Гор.

— Знаешь, плод моего воображения так бы и ответил, — немного нервно рассмеялся Захар. — Сложно же доказать обратное…

— Я был Жнецом, подписал контракт с одной Сущностью, — ответил Гор, разминая в пальцах жареный кусочек мяса и рассматривая розовато-коричневую кашицу. — Моим Желанием стало стать Героем в другом мире, куда до этого я отправлял…

— Избранных?.. — округлил глаза Захар.

— Биомусор, — Гор всё же поднёс пальцы к своему условному рту и провёл небольшую трансформацию, какую ощущал от Захара. Человек — это тоже система, возможно, даже чуть более сложная, чем он привык считать. Но… как и любая система, она поддаётся копированию и дублированию. Гор захотел почувствовать вкус и смог слизать мясное пюре с пальцев. Оказалось… Съедобно.

— В смысле «биомусор»? — моргнул Захар.

— Но ты избранный, — кивнул Гор, решив не вдаваться в подробности. — Просто чтобы отправить такого, как ты… В общем, надо хорошо потрудиться, — он решил не выдавать сомнительную информацию по утилизации «отходов» и свои и чужие теории, которые были почерпнуты по ходу его контракта. — В конечном итоге моё Желание сбылось.

— Да… Я помню, что ты что-то говорил про желание, ещё хотел, чтобы я стал твоим котиком, — хихикнул Захар. — Значит, ты был Жнецом? Это же типа посланник смерти, да? Вот откуда ты видишь всякие сферы и прочее?.. И, кстати, это вообще не исключает того, что я всё же умер. Тут, наоборот, как-то даже больше логики появилось.

Гор деланно закатил глаза, и Захар улыбнулся.

— Получается, что типа ты Жнец на пенсии, то есть на заслуженном отдыхе, и я с тобой… Как бы случайно, да?

— Угу. Но это не значит, что я не рассчитывал на тебя. Что же касается логики и условностей мира, то Сущность меня изменила. Тебя тоже, чтобы мы могли существовать в законах этого мира. Я раньше был машиной, а сейчас… — Гор решился попробовать кусок побольше и встряхнул своё ведро с мясом. — А сейчас я намереваюсь поесть куриные наггетсы.

— То есть нас и правда как-то оцифровали? Чтобы мы тут могли… геройствовать, — потёр подбородок Захар. — Кстати, у меня щетина не растёт. Мы тут уже сколько, да? А её нет и нет. Она хоть и медленно росла у меня, но через пару дней уже чувствовалась, а я и до этого неделю не брился. И не сказать, что здесь в принципе не растут волосы на лице, бородатые мужики нам тут встречались. Этот мастер ключей тот же. — Захар потрогал уши. — Вроде в эльфа я не превратился. Но по мелочам накапливается странностей. Так выходит, что ты можешь форму менять, да? Это и стало твоим Желанием, правильно я понял? — Гор кивнул. — Ну то есть… Ты захотел и поменялся. А я… Может, я просто привык к своей форме? Таким, как я себя ощущаю, а ты… Ты говорил, что был разными машинами, да? Типа ты вроде как разными телами владел и можешь понять разницу. Как это — стать другой машиной. А сейчас вот, ты говорил, что мы взаимодействовали во время боя и ты голод ощутил, ну как человек. Может, это ещё потому, что ты… Вроде как понял, как ощущать себя человеком, а?

— Возможно, — пожал плечами Гор и решительно положил три кусочка мяса в рот и разжевал. — О…

— Что? Как тебе? — заегозил Захар.

— Это… Такая странная текстура… Упруго, но мягко. И сочно.

— А вкус? Ты же его чувствуешь?

— Да… Это… — было сложно подобрать слова. — Солёно, но не настолько неприятно, как соль на дороге. Вкусно, — сделал вывод Гор. — Мне нравится мясо.

— Классно! Попробуй ещё фишбургер, я вообще рыбу люблю, особенно если её кто-нибудь мне почистит и пожарит, — хмыкнул Захар. — Всё-таки столовки и доставки готовой еды — одна из лучших придумок человечества. Так вот… Про изменения. Если мы в игре, я думаю, что телесные изменения тоже должны присутствовать. Вот у того большого уродца, из которого мы сделали пчелиный тартар, у него имелись магическая защита и регенерация, из-за чего физика на него иначе действовала… Если учесть, что бессмертия нам не раздали и что тут явно накручены настройки агрессивности, в смысле игра, видать, боевая, а не какая-то стратегическая или экономическая, где нужно на огородах репку выращивать, и придётся всё время сражаться, надо как-то обезопасить себя от внезапной, вероломной и летальной.

Гор кивнул, потому что Захар выжидательно посмотрел, затем дожевал мясо и взял предложенный фишбургер. Вкус был более сложным и мягким, что ли. Начинка из рыбы оказалась менее волокнистой, чем ранее съеденная курица. Булочка таяла, подчёркивая вкус начинки. Сочетание интересное, но, пожалуй, ему больше пришлось по вкусу мясо.

— Понравилось? — внимательно смотрел на него Захар. Гор кивнул. Эти вкусовые ощущения всё равно оказалось весьма сложно описывать, да и не хотелось этого делать. — Короче, мне тоже надо как-то прокачивать регенерацию и, возможно, что-то из медарсенала. Куни, ты вроде как медик, что можешь по этому поводу посоветовать?

Циванг, которого спросили, оторвался от сырного пирога и громко сглотнул.

— Ну… Чтобы стать целителем, должен быть Дар… — неуверенно сказал он. — Обычно не-героям достаётся какое-то одно умение, которое мы и развиваем. То есть вот у меня целительство, Лин с артефактами может работать, Гус следопыт, может найти кого, а вот Герои… Я слышал, что у них бывает несколько специализаций и умений.

— Значит, у условных НПС по одной возможной ветке развития, да и они не могут так много праны для прокачки набрать, — задумался Захар. — Я когда-то играл в одну игрушку ещё мелким, там было что-то вроде такого древа с развилками, во что хочешь превратить своего солдата. Но каждый выбор закрывает определённые ветки развития.

— НПС? — переспросил Гор.

— Честно говоря, не знаю, как это переводится, — кивнул Захар. — Вроде на английском аббревиатура, часто встречалось в литРПГ такой термин, который означает персонажа игры, который вроде как создан разработчиками игры. За всеми ними и за их поведением, фразами и прочим стоит не настоящий человек, а программа. Хотя… Непонятно, конечно, так ли это в данном конкретном случае.

— Мы не программа! — переглянувшись друг с другом, сказали братья-циванги.

— Программа бы именно это и сказала, — усмехнулся Гор, а Захар радостно улыбнулся.

— А что вам сказал мастер Керк? — спросил Куни, переводя тему.

— Подтвердил, что мы те ещё БАГи, — взлохматил макушку Гуса Захар. — Это почти привычные Герои, но лучше. Видали же, как мы круто разобрались с тем… э…

— Королём Шершней, — подсказал Лин.

— Ага, с ним. Ваш мастер Керк не особо прояснил ситуацию, конечно. Пророчества всякие упомянул. А так, сказал, что скверна заразила Шуншоу и теперь они на стороне вашего местного Тёмного Пластилина, то есть Властелина. Так что… подкачаемся немного, чтобы вашу Линию пересечь, и… погоним навстречу приключениям. Даже любопытно стало, как нас увидят Герои… В любом случае, мне как-то надо проработать неуязвимость. Так что я всё ещё жду свой костюм Железного Человека, — подмигнул Захар. — А то тут всё жарче и жарче становится.

— Нужны чертежи и что это вообще такое, — кивнул Гор, соглашаясь, что напарника лучше всего прикрывать полностью, чтобы не случилось с ним неприятностей в виде упомянутой «летальной», на что Захар чуть не подпрыгнул.

— Да… У него ещё и репульсоры были… Вроде так называлось. Это какое-то силовое оружие, — зачастил тот. — В нашем случае паутина Человека-Паука, наверное, более актуальна… Но там, по сути, какой-то механизм… Надо подумать…

— А вы нас-то с собой возьмёте? — перебил Лин творческие порывы Захара.

— Эм… Ну, посмотрим… Если вы сможете тоже эту линию пересечь. У нас, как я понимаю, всего пара недель до Общего Призыва, — ответил Захар. — Но вообще-то, пока мы сами, так скажем… плохо разбираемся в местных реалиях, вы нам точно весьма пригодитесь. Так что… В принципе, довести вас до какого-то там города, про который Лин говорил, точно сможем. А там потом посмотрим, как всё повернётся. Может, вы хотите с реальным Героем куда-нибудь рвануть или ещё что.

Пока Захар бормотал и рисовал прямо на столе, Гор методично попробовал всё, что купили и выложили на стол. Его фаворитами в череде вкусов стало сладкое — без разницы, что это такое, мясо и кимчи — это блюдо больше всего чувствовалось и имело самый яркий и насыщенный вкус, который легко отличить от всего остального. Возможно, люди ощущали больше нюансов, но ему пока было сложновато. Например, те же суши он вообще не понял, и из всего сета ему по вкусу оказался только маринованный имбирь и зелёный васаби, которых положили очень мало, на пол укуса, на что Захар только посмеялся, сказав, что его кухня точно ближневосточная и какая-нибудь корейская, где любят добавлять много специй.

Также Захар решил проверить одно своё предположение, и они сходили в кафе, где жарили во фритюре. Гор, попробовав, выпил там всё горячее масло: этот вкус оказался самым приятным и сытным. Походил на заправку топливом, причём одновременно с мытьём и чисткой салона. В общем, гораздо лучше всего, что он попробовал за сегодня.

А отработанное масло оказалось ещё вкусней и даже слегка пьянило. Захар сказал, что это трансформерское вино. Им они неплохо запаслись, так как во фритюре жарили многие кафе.

— Ух, я и объелся… Жуколицых, кстати, нигде не видно, — потирая живот, сказал Захар. — Но это хорошо, хотя бы поели спокойно. Как говорится, война войной, а обед должен быть по расписанию.

Впрочем, стоило ему это сказать, как лавки вокруг начали резко закрываться.

— Что за?.. — заозирался Захар и посмотрел на прижавших уши цивангов. — Типа всё? Продолжаем наш эпичный махач? Это ещё чего?..

Гор тоже заметил огромную тень, которая закрыла собой солнце, и, посмотрев в небо, увидел рокочущую чёрную тучу, которая шевелилась множеством насекомых.

Не теряя времени, он соединился и трансформировался в большой грузовик, заодно и закрепляя на борту созданную тару со своим «вином».

— Похоже, они прознали, где мы столовались, или кто из хозяев донёс… — это Захар сказал уже когда вместе с цивангами забрался в кабину. — А кстати, мелкие, есть у вас здесь телефонная связь? Или какая-то связь? Может, вы на магии вовсю шпрейхаете.

— Я слышал, что через свою волшебную книгу Герои могут общаться с другими Героями, — задумчиво протянул Лин. — А у нас… Можно письмо написать… записку, в смысле. Или послать гонца.

— Ага, с этим понятно, стандартные средние века для всех, кто не Герой, — кивнул Захар, поглядывая на тучу. — Ну так что, Гор, как ты насчёт пылесоса? С давилкой, как у мусоровоза… Приготовим пюре из шершней?

Впрочем, план не удался, так как те, кто управлял этой живой силой, явно сделали выводы из предыдущего сражения, так что у «тучи» была совсем другая тактика: их быстро, но рассеянной толпой окружили и…

— Эй, мы что, летим? Они нас подняли? — спросил Захар. — Реально подняли?

— Возможно, хотят сбросить с высоты? — пискнул Куни. — У нас тут есть Ущелье Проклятых.

— Звучит интригующе, — хохотнул Захар. — Го-ор, ну чего думаешь? В ущелье нас тащат или ещё куда?

— Похоже на то, — согласился он. Локация появилась на его картах, и движение было в её направлении.

— А прикольно придумали, — задумался Захар, выглядывая землю. — Ого, высоко нас подняли! Сильны, полосатики! Я думал, так только в мультиках бывает. Хотя… Фиг знает, кто тут на что способен… Хм…

— Может, их поджечь? — спросил Гор.

— Разлетятся, а мы упадём… — пробормотал Захар, доставая свою «ручку-вездеписучку». — Не факт, что даже если сделать пропеллеры, не войдём в штопор… Высота не очень большая. Тут нужен планер… или парашют какой-то… У тебя же был тент на борту? В смысле, ты сможешь по-быстрому его соорудить… Сойдёт в качестве параплана… Тэ-экс… Вроде вот такое что-то должно получиться, — закончил он рисунок, который медленно растаял на панели.

— Скорей! Мы уже прилетаем над ущельем! — хором заверещали циванги, у которых топорщились хвосты и волосы на макушках.

Шершни, повинуясь чьему-то приказу, разлетелись в разные стороны. Захара приподняло над креслом в свободном падении, хотя и удерживало ремнём.

Гор не удержался и врубил:

«Я свободен, словно птица в небесах,

Я свободен, я забыл, что значит страх.

Я свободен с диким ветром наравне,

Я свободен наяву, а не во сне!»