Гроза-000
Д+14825
Дом, милый дом
г. Москва
Российская Федерация
18.58 по московскому времени
06 июня 2024 года
Расчетное время - Д+14825
Однажды самый известный в мире балагур, алкоголик, любитель стриптиза и нобелевский лауреат по физике Ричард Фейнман сказал: "Если вы учёный, квантовый физик, и не можете в двух словах объяснить пятилетнему ребёнку, чем вы занимаетесь, - вы шарлатан". Написание хоть сколько-нибудь даже и развлекательного текста тоже является той еще работой, по крайней мере если Вы хотите сделать его ну хоть немножечко уникальным. Стало быть, рано или поздно перед любым автором во весь рост встают два вопроса: "зачем?" и "почему?". Будут они в кожаных куртках, спортивках, со стрижеными затылками и пудовыми кулачищами, которыми начнут выгрызать себе вожделенные ответы.
Поэтому, желая избежать подобных эксцессов, я сформулировал их заранее. Скорее всего, они не имеют никакого отношения ни к сюжету произведения, ни к тем смыслам, которые в нем можно будет при желании найти. Эти ответы - лишь странная попытка самомотивации и ответа на внутридушевные запросы. А еще эдакий эпиграф (не путать с эпиграммой) или эпитафия всему, что можно будет прочесть дальше. Прошу прощения, если кого-то он разочарует.
И начну я с второстепенного вопроса о причинности, то бишь "почему". Так получилось, что СССР проиграл свою идеологическую войну. Особенно досталось Вооруженным Силам. Если раздачу квартир, высокое качество некоторых категорий потребительских товаров и общую атмосферу сытой безопасной безмятежности еще вспоминают с теплотой, то вот ВС СССР периода Хрущева и далее не досталось даже этих крох народной любви и ностальгии. Остались разве что прекрасные (хотя идеологически совершенно ошибочные) фильмы вроде "Атаки" или "В зоне особого внимания". В остальном же - глухо, пустота. Дедовщина, бесконечные хозяйственные работы и легендарные "6 патронов". Ну а сверху все приправлено обилием культурных достижений наших дражайших и ближайших вероятных партнеров, строчивших и снимавших кассово успешные книги и фильмы о том, как десять избранных героев уничтожат всю советскую армию... Так что ответ на вопрос "почему" крайне прост. Потому что наше прошлое было славным и его нельзя забывать, к какой бы политически активной прослойке какого бы направления Вы не принадлежали. И эти 45 лет Холодной Войны ВС СССР действительно защищали страну от страшной внешней угрозы и, что самое важное, защитили.
Теперь же позволю себе перейти к вопросу о цели, он же - "зачем". Цель, которая оправдает затраченные на данное мероприятие средства и усилия. А цель очень простая - показать свой взгляд на все их возможные "Красные рассветы", "Красные шторма" или "Третьи мировые войны", в последнее время вновь набирающие самоуспокоительную популярность. Это не "наш ответ Чемберлену", не "очередное исследование на тему "родины слонов"". Просто попытка автора на основе имеющихся у него данных создать картину того, как бы развивались события, если бы внезапно мир решил сойти с ума по определенным причинам.
Перед Вами, уважаемый читатель, лежит самая что ни на есть твердая фантастика. В ней есть одно фантастическое допущение, сурово переменившее нить судьбы, и проклятый мир, который оно и создало - все исключительно по канонам классиков. Простите его многочисленных героев - эволюции их характеров и становление личностей не являлись целью и смыслом повествования. Если кто-то изменится - то лишь под тяжестью сложившихся обстоятельств, а не потому, что того требует закон жанра. Отнеситесь к происходящему как к сериалу. Пожалуй, так будет только проще для всех.
С уважением,
Автор
Д-136
Авиабаза Кляйне Брогель
Провинция Лимбург, Фламандский регион
Королевство Бельгия
3.20 по среднеевропейскому времени (4.20 по московскому времени)
21 июня 1983 года
Рассчетное время - Д-136
Господин Райнер Вольфганг Рупп имел все основания считать себя везунчиком. Красавица-жена, ребенок, весьма респектабельная денежная работа, позволявшая обеспечивать своей семье достойный уровень жизни, внушительная библиотека - все слагаемые счастливой жизни представителя интеллектуальной прослойки среднего класса. Сытной, разумной, безопасной. Увы, сегодня этот уютный пузырь вступил в определенный конфликт с реальностью, по итогам которого господин старший делопроизводитель политического отдела директората экономики пришел в себя в багажнике Ford Escort, заботливо спеленутый и с кляпом во рту. Он попытался было, как и все жертвы в такой ситуации, бить в крышку багажника и пытаться привлечь к себе внимание, но гортанный голос на немецком с ярким акцентом уроженца Шлезвига пообещал ему отстрелить колени, если "свинка не прекратит брыкаться". Определенно рассчитывающий по итогу данной ситуации остаться в живых и с острой необходимостью куда-нибудь передвигаться на своих двоих, Райнер утих.
Мысли у него в голове роились не самые веселые. Данных для анализа, конечно, было недостаточно, но кое-что уже известно. Форд - машина неприметная, только за последние 2 года она уверенно держала 9% рынка Бельгии. Стало быть, похитители точно знали, кого и как именно они похищают. Вопрос лишь в том, кто именно похитил и кого именно они похитили? Судя по акценту, в машине сидят однозначно немцы. Причем вряд ли это "американские немцы", такой шикарный жесткий акцент доступен только прирожденному полувикингу-полуславянину с Даневирке*. Стало быть, возможны два варианта. В первом случае имеет место быть рядовая проверка со стороны НАТО сотрудника на готовность сломаться. Необходимо выдержать 24 часа допроса без применения физического насилия. Сложно, но, в целом, возможно. Во втором - за похищением стоит ячейка RAF**, которые донельзя желают наказать еще одного приспешника капиталистического милитаризма путем расстреляния. Иронично...
О третьем Райнер старался не думать. Он работал профессионально и честно, а потому никто не мог его обвинить в лживости или подлоге информации. Поэтому, хотя интриги в его ведомстве и были частью повседневной деятельности, Рупп мог позволить себе держаться в стороне от них благодаря статусу ОЧЕНЬ ценного специалиста. И перспектива того, что его все же подставили и сейчас вывезут в лес расстреливать как предателя... откровенно пугала. Впрочем, данный вариант с каждой минутой становился все нереалистичнее. От Брюсселя до побережья, где труп можно без проблем скинуть в воду на обгладывание рыбам, ехать не так уж и далеко. Они же, судя по радио, достигли уже Фламандского региона и продолжают двигаться дальше. Но границу им с телом в багажнике не пересечь, пограничники все равно настоят на проверке содержимого, пусть даже самой поверхностной. Стало быть...
Здесь его планомерно-логическое течение мыслей грубо прервала резко завилявшая машина. Влево, вправо, снова влево... Болезненно приложившись шеей, Райнер недовольно замычал. Тем не менее, на душе у него полегчало. В стране относительно прямых дорог подобные резкие неровности присутствовали только в одном месте - на подъездах к КПП армейских баз. Антивоенная молодежь в последнее время полюбила таранить ворота КПП, демонстрируя свои исключительно миролюбивые взгляды с ущербом для окружающих, а потому дороги на въезде резко усилили бетонными блоками, вынуждавшими вилять и сбрасывать скорость даже завзятых лихачей.
Машина остановилась, протарахтела минуту вхолостую, затем рыкнула двигателем и медленно устремилась куда-то вглубь армейской базы, навстречу гулу реактивных движков. Еще минут через пятнадцать автомобиль, изрядно попетляв, остановился.
- Вылезай! - рявкнули снаружи.
Щелкнул замок багажника.
Рупп возмущенно забурчал сквозь кляп.
- Чего он там мычит? - произнес недовольный голос.
- У него кляп во рту и мешок на голове, - прохрипел "шлезвигец". - Сам он не выберется.
"Недовольный" выругался на английском.
- Ну доставайте тогда! - рявкнул он.
Крышка багажника откинулась и две пары рук выволокли Райнера наружу, поставив на ноги.
- Давайте, снимите мешок!
Яркий, нестерпимый свет ударил в глаза. Рупп зажмурился и почувствовал сквозь закрытые веки, как по щекам побежали слезы. Два или три, он точно не заметил, прожектора для одного авиационного ангара были явным излишеством, но хозяев явно все устраивало.
К нему подошел какой-то человек, шаркая по полу военными ботинками, и, выдохнув в лицо табачный дым, спросил голосом "недовольного".
- Агент "Топаз"?
- Что?
Рупп едва овладел собой. Он попытался взглянуть на собеседника, но из-за яркого света прожекторов толком ничего не сумел разглядеть, кроме джинсового костюма и огромных очков-авиаторов. Даже сигарета скорее угадывалась ароматом виргинского табака.
- Вы - Райнер Вольфганг Рупп, старший делопроизводитель директората экономики? - спросил американец.
- Да, это я! - пробормотал Райнер, морщась и отворачивая голову.
- Тогда Вы - агент "Топаз" Главного Управления Разведки.
- Что? Вы о чем вообще? - опешил допрашиваемый.
Рупп старался изо всех сил не поддаться панике. Его раскрыли? Он был осторожен. Стало быть, кто-то сдал. Связной? Протечка где-то в недрах Ауфклярунг Штази***? Или они ничего не знают и все это лишь стрельба из пушки по воробьям, попытка допросом всех относительно подозрительных добиться хоть какого-то результата?
- Вы - агент разведки Германской Демократической Республики, позывной "Топаз", так? - упрямо продолжал гнуть свое американец.
- Да что вы заладили как попугай, топаз-топаз-топаз? - рявкнул Райнер. - Я - гражданин Федеративной Республики Германия Райнер Рупп, сотрудник штаб-квартиры НАТО, а не какой-то там драгоценный камешек! Требую, чтобы со мной обращались, как с гражданином ФРГ, а не бандитом с большой дороги!
Удар в живот был болезненным, но закономерным. Райнер ожидал, что за его истерический экспромт ему прилетит. Разве что не думал, что до рукоприкладства опустится сам американец, вроде как главный здесь.
- Вы - агент иностранной разведки. И обращаться с Вами будут так же, как с агентом иностранной разведки. То есть - с предателем.
- Я... Не... Предатель... - прохрипел повисший на руках у немцев Рупп, выплевывая слова вместе с воздухом. - Я... Не... Агент...
- Хватит запираться, Топаз! - произнес американец с ощутимой усмешкой в голосе. - Мы все прекрасно знаем о Ваших делах.
- Я. Не. Топаз.
В ангаре сочно лязгнул хорошо смазанный затвор, досылая патрон. Услышав и осознав эти звуки, Райнер ощутил странное спокойствие внутри себя. Он глубоко вдохнул воздух. Что ж... Можно и так. Это было бы неплохо.
- Господин Третий, разрешите, я пристрелю этого коммуняку к чертям? - громко крикнул "шлезвигец"
- Да давайте! Все равно молчит, бесполезный кусок навоза!
Виска Райнера коснулось холодное дуло пистолета.
- Ты будешь говорить, Топаз? Или дать друзьям из БНД закончить их дело?
- Я. Не. Топаз.
Раздался выстрел. В воздухе резко запахло порохом.
- Твою мать... - прошипел американец. - Гасите прожектора, гасите! Включайте обычное освещение! Санитара сюда, срочно!
По ангару тут же начали бегать и наводить пустую суету с десяток людей.
- Не поможет уже санитар... - мрачно пробормотал второй немец, скидывая джинсовку и пытаясь стряхнуть с нее остатки мозгов.
- Ты зачем стрелял?! - заревел Третий, нависая над "шлезвигцем".
- Так Вы же сами сказали! - пожал он плечами.
- Ты должен был стрелять по ногам! По ногам, мать твою! Это же был условный сигнал! Мы же отрабатывали!
- Ну... Перестарались, подумаешь...
- Подумаешь?! Вас там что, по объявлению набирали?! Нам нужна была информация в его голове! А теперь ты что мне предлагаешь, допрашивать обмывки мозгов на полу?!
- Одним коммунистом меньше. Уже хорошо.
- Ты совсем тупой что ли? - опешил американец. - Ты что, не понимаешь, что Топаз был ценным источником информации? Агенты. Связные. Информация. Множество всего. А ты предлагаешь разменяться на его труп?
- Мы - силовики. Задавать вопросы - по Вашей части. Вы запросили двух специалистов, способных извлечь человека и доставить его до места. И сами забыли показать условный знак, что не надо его стрелять насмерть, - немецкий контрразведчик был спокоен, как удав.
- Ну так это же было очевидно очевидно!
- Нам - нет. И Вы не показали условный знак.
Кровь медленным ручейком текла по бетону ангара.
*Даневирке - Датский Вал, система укреплений в Южной Дании (ныне - земля Шлезвиг-Гольштейн, ФРГ), по легенде построенная для защиты датчан от возможного вторжения Империи Запада.
** RAF (нем. Rote Armee Fraktion, Фракция Красной Армии) - террористическая организация западно-германской левой молодежи. Вели активную "городскую войну" против представителей финансовой и политической элиты. Доказательств связи организации с СССР или ГДР нет.
*** Hauptverwaltung Aufklärung Stasi (Главное Управление Разведки Штази/Министерства Государственной Безопасности ГДР) - управление политической разведки Германской Демократической Республики.
Д-128
Абонентский ящик Москва-300*
Окрестности г. Краснокаменск
Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика
Союз Советских Социалистических Республик
11.21 по якутскому времени (05.21 по московскому времени)
29 июня 1983 года
Расчетное время - Д-128
- Не спать, товарищ Гордиевский, не спать! - жизнерадостно гаркнул молодой человек, вошедший в комнату. - Нас с вами ждут великие дела!
Средних лет мужчина, сидевший на деревянном стуле посреди бетонной коробки без окон, никак не отреагировал на эти слова, свесив голову на грудь в полузабытьи.
- Часовой, приведите его в чувство! - отдал команду вошедший, развешивая свои плащ и шляпу на крючки на стене.
Часовой, прапорщик с петлицами войск КГБ, послушно подошел к Гордиевскому и потряс того за плечо. Эффект оказался околонулевой.
- Хм-м-м... Дайте ему пить
Часовой снял с ремня флягу, чуть откинул голову допрашиваемого назад и приложил горлышко к его губам. От хлынувшего ручейка воды Гордиевский чуть не захлебнулся и судорожно закашлялся, сложившись.
- Так, ну ты его уж совсем не топи! - усмехнулся следователь, усаживаясь поудобнее за стол и выкладывая на него все необходимое.
Кое-как пришедший в себя допрашиваемый посмотрел на него мутным взглядом.
- Можно... Попить?
Молодой человек кивнул прапорщику.
- Дай ему флягу.
Гордиевский практически вырвал алюминиевую емкость из рук часового и осушил ее в четыре глотка, после чего протянул обратно.
- Спасибо! - прохрипел он.
Взгляд допрашиваемого постепенно приобретал все большую осмысленность. Через пару минут он сфокусировался на следователе, который терпеливо ждал, поправляя на столе чернильницу и стопку бумаг.
- Готовы? - спросил молодой человек, обмакнув перьевую ручку в чернильницу.
- Любите... Старое? - хмыкнул Гордиевский.
- Нет, просто так утилитарнее... Готовы отвечать на вопросы?
- Готов.
- Руки под себя.
Допрашиваемый послушно засунул руки под ягодицы, чувствуя пальцами уже ставшие привычными шероховатости обивочной ткани.
- Фамилия, имя, отчество.
- Опять?
- Фамилия, имя, отчество.
- Восьмой раз?! - не выдержав, рявкнул мужчина.
- Фамилия, имя, отчество. Фамилия, имя, отчество, - монотонно давил на свое следователь, выделяя каждое слово паузой.
- Гордиевский Олег Антонович!
- Пол.
- Мужской!
- Год, месяц и число рождения.
- Десятое октября 1935 года...
- Место рождения.
- Москва...
- Национальность.
- Русский...
Спустя 40 вопросов стандартной анкеты и полтора часа времени следователь вооружился чистым листком бумаги, вывел на нем шапку и вновь принялся задавать вопросы абсолютно монотонным, ничего не выражающим голосом:
Должность на момент отзыва из загранкомандировки.
- Звание на момент отзыва из загранкомандировки.
- Сфера деятельности на момент отзыва из загранкомандировки.
Олег почувствовал, что вот-вот снова начнет уплывать. Процедура длилась уже тридцать седьмой час и резервы организма подходили к концу. Все это время его не били, не применяли каких-то спецсредств или инструментов и даже ничем не угрожали. Были лишь одни и те же вопросы и сменяющиеся каждые 6 часов следователи, большая часть из которых курила отвратительную и совершенно ядерную "Охоту". Изматывающее мероприятие. Неудобная поза, отсутствие сна и необходимость постоянно выбирать слова создавали выматывали психику в разы лучше, чем все эти неэффективные пытки эпохи протестантской охоты на ведьм. А следователь все продолжал монотонно и убаюкивающе гнусавить, склонив голову к бумаге.
- В какое управление Вы входили?
- В какой отдел управления Вы входили?
- Сфера Ваших должностных обязанностей?
Вопросы убаюкивали. Гордиевский пытался пару раз отключиться, но прапорщик вновь возвращал его в реальность, тряся за плечо и брызгая водой в лицо. Он отвечал на вопросы уже совершенно механически, не вдумываясь, просто выталкивая подходящие, примерно встающие в нужные пазы слова изо рта. И, совершенно не заметив этого, он ответил на очередной вопрос не так, как собирался:
- Тысяча фунтов, - и тут же прикусил язык, осознав, ЧТО он только что сказал. Сонливость сняло как рукой. Сердце застучало, словно бешеное, а лоб покрыла липкая холодная испарина страха.
Следователь, казалось, совершенно не заметил этого и продолжил гнусавить:
- Сколько Вы получили от агента MI5 Питера Гиллема за список советских резидентов в Британских Зависимых Территориях?
- Но... нисколько. Я никогда ничего не получал!
- Вы отрицаете ранее подтвержденный Вами факт, что Вы получили от агента MI5** Питера Гиллема одну тысячу британских фунтов за список советских резидентов в Великобритании?
- Отрицаю! Этого не было!
Следователь положил ручку на подставку и посмотрел на допрашиваемого. Гордиевский выглядел понуро и жалко. Капельки пота бежали по лицу. Выпученные глаза бегали и не задерживались толком ни на одном предмете.
- Ваша зарплата в рамках занимаемой должности заместителя резидента по линии политической разведки?
- Но какое это имеет...
- Ваша зарплата в рамках занимаемой должности заместителя резидента по линии политической разведки?
Тишина
- Ваша зарплата в рамках занимаемой должности заместителя резидента по линии политической разведки?
Снова тишина.
- Ваша зарплата в рамках занимаемой должности заместителя резидента по линии политической разведки?
Сдавленный всхлип.
- Де... Де... Девятьсот фу... фунтов! - наконец, произнес всхлипывающий Гордиевский.
- За месячную зарплату? Серьезно?
- Я... Я не специально! Я не хотел! - закричал Олег, прикрывая лицо руками.
- Что именно не хотели?
- Я не хотел, чтобы все так закончилось!
- Принято. Часовой, вызывайте конвой!
- Есть! - прапорщик откозырял и исчез за дверью, закрыв ее на замок.
Следователь покачнулся на стуле, потянулся и что-то нажал под столом. Раздался громкий щелчок.
- А еще - не под запись. Просто так, для понимания насущного вопроса.
Молодой человек встал, обошел стол и облокотился на него филейной частью, скрестив руки на груди. Всхлипывающий Олег поднял голову и посмотрел на него умоляющими, красными от слез и недосыпа, глазами. Лицо комитетчика приобрело крайне брезгливое выражение.
- Тебя сдали, Олежек. И не за тысячу фунтов, не за пятьсот. Даже не за банку ФРАМКа***. А просто так, за идею. Потому что некий марксист в Великобритании решил доказать делом свою веру в светлое будущее человечества. Помни об этом всю свою короткую никчемную жизнь.
Замок щелкнул и в помещение вошли двое солдат.
- Вызывали?
- Да. Забирайте это говно отсюда!
- В камеру?
- Изолятор.
Плачущего Гордиевского подхватили под руки и потащили из комнаты, словно мешок с мукой. Вслед ему устало смотрел следователь, прикуривавший от спички свой "Полет"...
* Советские закрытые города и предприятия по соображениям секретности обычно не имели никакой привязки к стандартной адресной системе "область-город-улица-дом" и часто представляли собой на бумаге лишь "абонентский ящик № ХХХ".
** Служба контрразведки Соединенного Королевства
*** В силу экономического кризиса, охватившего Великобританию в 60-е годы и продолжавшегося до конца 80-х, многие семьи были вынуждены на регулярной основе питаться дешевыми полуфабрикатами - консервированными макаронами в соусе. Macaroni & Cheese от компании "Franco-American" (FRAMC/ФРАМК) были одним из самых популярных продуктов данного типа на рынке.
Д-115
Командный пункт обороны Северной Америки
Гора Шайенн
Штат Колорадо
Соединенные Штаты Америки
17.12 по горному стандартному времени (02.12 по московскому времени)
11 июля 1983 года (12 июля 1983 года по московскому времени)
Расчетное время - Д-115
- Вы в этом уверены?
- Да, господин генерал. Наши британские коллеги передали по официальным межведомственным каналам, что агент Солнечный Луч исчез.
- Бесследно?
- Да, господин генерал. Согласно имеющейся информации, его не покидал пределов Соединенного Королевства ни одним из официальных или полуофициальных способов.
- Стало быть, красные его выкрали. Похоже, господин советник, нам придется проститься с этим бесплатным источником бесценной информации!
- Бесплатным? - голос тут же стал подчеркнуто бесстрастным. - Позвольте мне напомнить, господин генерал...
- Я прекрасно знаю, господин советник, во сколько нам обходился этот человек. И уж поверьте, сведения, полученные от Солнечного Луча, стоят куда больше той сотни тысяч фунтов, которую тот получил в том числе и из нашего бюджета. Фактически он работал чуть ли не бесплатно.
- Скажите еще, что за идею! - в голосе добавилось сарказма.
- О нет, точно не за идею! - "генерал" засмеялся. - За идею можно разок попросить помощь с покупкой жилья или ссуду на дело, но чтоб требовать плату за каждый кусочек информации...
- Может, мы вернемся к основной повестке? - недовольно перебил третий голос. - Кажется, мы здесь собрались обсуждать не финансовые запросы русских перебежчиков!
- Да, господин директор! - вкрадчиво произнес "советник". - На повестке дня у нас, собственно, проблема, которая привела к обсуждению цен на услуги этих перебежчиков. Пропал один из самых высокопоставленных британских агентов - Солнечный Луч. Кроме того, есть подозрение, что этот случай не единичный и контрразведка красных за последнюю неделю очень частым гребнем прошлась по нашей разведывательной сети. Был потерян контакт как минимум с 3 агентами в США, по 2 - в Великобритании и Бельгии. В контрольное время не вышли на связь трое сотрудников в Восточной Германии, пять агентов в Польше и более десяти - в Советском Союзе. Все это говорит о том, что коммунисты серьезно занялись вопросами внутренней безопасности.
- Хм... А были ли подобные массовые чистки спровоцированы с нашей стороны? Например, устранением их агента или провокацией с использованием местных где-нибудь в Третьем Мире? - спросил "генерал".
- Отнюдь нет, - ответил "директор". - Насколько мне известно, за последний месяц не был задержан или устранен ни один агент коммунистов ни у нас, ни в странах периферии.
- То есть Вы хотите сказать, что красные сами по себе внезапно решили закрутить гайки? Внезапно и без причины, впервые за 21 год?
- Пока складывается впечатление, что так и есть, господин генерал. Возможно, конечно, что красные поймали какого-нибудь агента МОССАДа в столовой Кремля, но за евреев, слава Богу, мы не отвечаем, и они это знают.
- Но что если чистки и правда были спровоцированы иной стороной, например, китайцами или арабами, а в результате пострадали все? - спросил еще один голос.
- Такое возможно, господин директор, но все же правила приличия 1962 года требовали хотя бы уведомить нас о подобной ситуации с целью последующего разрешения кризиса без излишнего нагнетания обстановки. Сейчас же сигналов нет ни по "красной линии"*, ни через неофициальные контакты на уровне атташе в третьих странах.
- То есть налицо неспровоцированные агрессивные шаги России по отношению к нам, - заключил "директор-2". - И, я так понимаю, от нас сейчас зависит то, какие ответные меры будут приняты.
- Именно так, господин директор, - произнес "генерал". - Весь вопрос в том, на какие меры мы готовы пойти, чтобы не привести мир к катастрофе ядерной войны, но при этом показать этим русским всю серьезность наших намерений?
- Может, стоит начать аналогичный отлов агентов? - пробормотал "директор-1". - Думаю, у наших служб наверняка в разработке есть ряд лиц, которые могут оказаться коммунистическими агентами или шпионами.
- Но к чему это приведет, господин директор? - спросил "советник". - Думаете, мы их просто переловим, а потом взаимно обменяем? Боюсь, что это не приведет ни к чему и продемонстрирует красным нашу слабость. Одно дело, если бы мы меняли какого-нибудь супершпиона на его аналог, мост для этого у нас предусмотрен**. Но прогнать через него почти шестьдесят человек? Подозрительно смахивает на обмен военнопленными. И если русские явно знали, кого хватают, то нам придется хвататься за соломинку и предъявлять тех, кого получится понахватать. Фарс, классическая античная комедия в трех действиях!
- В таком случае набор ответных действий у нас крайне ограничен. Ни санкций, ни ответных действий. Остается разве что увеличение поставок в Афганистан, но это потребует сбора сенатской комиссии и будет означать предание всей ситуации крайне нежелательной огласке... - голос "директора-2" был сух и полон задумчиво растянутых гласных.
- Если мы хотим остаться в рамках наших засекреченных бюджетов, выход необходимо найти максимально непрямой, позволяющий успешно блефовать даже с отвратительными картами, - прокомментировал "директор-1" с нотками озабоченности в голосе. - Афганистан - тоже не выход.
- Хм-м-м-м... Если русские нарушили правила 1962 года первыми, то что нам мешает ответить тем же? - вкрадчиво поинтересовался "генерал". - Они отказались соблюдать одно правило, мы взамен откажемся от другого. И так до тех пор, пока они не сделают нам шаг навстречу, передав хотя бы часть захваченных агентов.
- Почему Вы думаете, господин генерал, что они согласятся пойти навстречу?
- Потому что если мы перестанем выходить на контакт по каналам 1962 года, то они занервничают. А когда они занервничают, то начнут искать способ возобновить контакты. Вы же знаете этих русских! Стоит им пригрозить войной на их территории, как они тут же запаникуют и сделают все, чтобы ее не случилось.
- И стоит им запаниковать, как их будет ждать списочек наших требований? - спросил "директор-2" с иронией в голосе.
- Именно! - уверенно произнес "генерал". - Само собой, списочек будет скромный. Если запросить слишком много, коммунисты могут и упереться. Знаете ли, не хочу, чтобы мне на старости лет угрожали ядерной дубиной. Это прерогатива ВВС США, а не каких-то краснопузых! Но в списке будет требование выдать захваченных агентов, недопущение подобного в будущем и парочка выполнимых условий на Ближнем Востоке. Чтобы впредь они не рисковали дергать орла за перья и думать, что любое самодовольство им сойдет с рук. Уважаемые члены собрания, как Вам мое предложение? Господин советник, Вы сегодня за секретаря заседания.
- Хорошо. Итак, кто "за"? Кто-то "против"? Хм, воздержавшихся нет. Что ж, все, кроме одного - "за"...
- Простите! - произнес "генерал-2" и тут же закашлялся. - Особое... кха-кха!.. мнение... кхе-кхе-кхе!
Остальные участники беседы вежливо дождались, пока тот не откашляется и не промокнет губы носовым платком.
- Все хорошо, господин генерал? - спросил "советник" заботливо. - Не вызвать ли доктора? Или, может, аспирин?
- Нет, все хорошо, господин советник, спасибо...
- Итак, особое мнение***! - пробурчал "директор-1".
- Да... Кхм! Я в корне не согласен с выдвинутым предложением по одной простой причине - Вы исходите из того, что русские любой ценой захотят восстановить с нами контакты. Это замечательная, здравомыслящая идея, но она годится для политика, ведущего Большую Игру, в то время как русские считают, что не играют, а ведут борьбу за выживание. Если вся эта акция коммунистов изначально являлась самостоятельным шагом, а не ответным ходом на некий, - последнее слово "генерал-2" выделил особо, - раздражитель, то следует перестать рассматривать ситуацию как партию в го, где есть ход, очередной ход, еще ход и так до победного. Следуя за красными в русле эскалации ситуации, мы рано или поздно окажемся у той черты, которую сами же не захотим перейти, как в приснопамятном 1962 году. Думаете, что с помощью ответных ходов и режима тишины вы свяжете им руки и вынудите играть по правилам Игры?
- Что же, господин генерал, Вы предлагаете просто не заметить, как более двух десятков наших людей внезапно пропали в застенках их КГБ? - едко поинтересовался "директор-1".
- Зачем? У русских уже есть одна головная боль под названием "Афганистан". Они уже завязли там по самые перья своего двуглавого орла.
- Э-э-э-э...
- Хорошо-хорошо, господин советник, по самые колоски своего серпа и молота! Какой бы герб они ни налепили на свой фасад, за ним все равно находится русская империя. И сейчас она с разбега вляпалась в самую крупную свою проблему за последние 30 лет. Даже регулярное снабжение оружием и попытки обучения необучаемых египтян им обходились гораздо дешевле, чем один год войны в этой горной стране. Как справедливо отметил господин директор, наши бюджеты засекречены и если мы выделим некую толику на поддержку этой войны, то сможем ответить куда больнее и существенней, чем все эти попытки прекращения диалога. И без каких-либо возможностей это отследить.
- У нас нет на это свободных денег! - повысил голос "директор-1". - Операция "Циклон" и так высасывает миллионы, эффект от которых будет хорошо, если через год-два!
- Вы не поняли. Я не требую увеличить объем операции "Циклон". Я лишь предлагаю за небольшое увеличение пенсии парочки генералов в "часовом Индии"**** активизировать деятельность Межведомственной Разведки.
"Генерал-1" позволил себе фыркнуть.
- Неужели Вы думаете, что ISI***** и так не работает против коммунистов в Афганистане?
- Работает, разумеется работает. Но сейчас у них в руках лишь управление потоками, которые затем должны достаться афганцам. Я же предлагаю выделить небольшой фонд, который будет идти непосредственно ISI на ведение прямой диверсионной деятельности.
- Да, но... Что это даст?
- Во-первых, итоговый выхлоп все равно будет быстрее. чем у операции "Циклон". Быстрый результат, красивая картинка. Во-вторых, это не является строго говоря ответом СССР на устроенную им провокацию. Следовательно, руки русских по дальнейшей эскалации будут связаны. Продолжительная истерика трехлетнего ребенка требует активного участия родителей в этом вопросе, иначе он быстро поймет, что ничего не добьется и переключится на другое. Не ведите себя, как слишком заботливые родители. Дайте русским прокричаться, потопать ножками... И усугубите уже имеющиеся проблемы. Поняв, что они ничего не добились, коммунисты придут мириться и согласятся на куда большее, чем если бы мы участвовали в эскалации ситуации. Но при этом на самом деле ответные меры будут приняты, просто информация о них не покинет недр этой горы.
В помещении воцарилась тишина. Лишь через пару минут "советник" набрался смелости и формулировок нарушить ее.
- Господин генерал, при всем уважении к Вам и Вашему опыту... Но дело в том, что за нашими действиями смотрят не только русские, но и страны Западной Европы. Мне не хотелось бы, чтобы призрак Вилли Брандта****** вновь заходил по Европе. Пару лет назад Москва слишком успешно выгуляла по равнинам Восточного Блока свой многотысячный танковый зверинец и теперь многие сомневаются в нашей способности остановить красную чуму в случае, если этот нарыв все же лопнет и выплеснется в сторону Атлантики. Британцы уже заявляют, что именно от нас произошла утечка, которая привела к раскрытию агента Солнечный Луч. А потому мы не можем себе позволить делать вид, что ничего не произошло и играть в стратегии непрямых действий. Реакция должна быть.
- Что ж, убедительно... - произнес "генерал-2". - Но своего особого мнения я не отзываю.
- Хм-м-м-м-м... Уважаемые господа, считаете ли Вы необходимым переголосовать?
Раздался многоголосый шелест тканей.
- Тогда по итогам первого голосования объявляю решение принятым. Господа, совещание объявляю закрытым!
Кто-то громко отхлебнул.
* Итогом Карибского кризиса 1962 года стало не только разрешение ракетного кризиса на Кубе и в Турции, но и появление системы прямой связи между Москвой и Вашингтоном, получившей название "красная линия". Данная система ЗАС-связи позволяла вести прямые переговоры между сторонами без каких-либо посредников. Кроме того, вполне возможно, что именно тогда стороны пришли к соглашению относительно правил ведения противостояния США и СССР, которые бы с бОльшей вероятностью не приводили к всеобщему уничтожению, превратив борьбу двух мир-систем в Большую Игру.
** Речь идет о Глиникском мосту на границе между Западным Берлином и ГДР, получившем в СМИ название "шпионский мост", так как именно на нем проводились все официальные обмены пленными агентами между НАТО и ОВД.
*** Особое мнение - термин, принятый в юриспруденции и обозначающий мнение одного из членов коллегиального органа, не совпадающее с мнением большинства. Как правило, применяется только в судах и подается в письменном виде в качестве дополнительных материалов по делу, но также может использоваться и в иных органах коллегиального управления.
**** Пакистан. Согласно распространенному мнению, Пакистан создавался не как государство для мусульманского населения, а в качестве злобного и вооруженного до зубов сторожа Индии, должного не дать последней пойти социалистическим путем развития с помощью постоянной угрозы войны.
***** ISI - Межведомственная Разведка Пакистана.
****** Вилли Брандт - 4-й канцлер ФРГ (с 21 октября 1969 по 7 мая 1974), взявший курс на налаживание политических и экономических контактов с странами соцлагеря (т.н. "новая восточная политика"). Так как курс Брандта резко отличался от прежней политики ФРГ, подвергался негласному преследованию со стороны США.
Д-96
Сторожевой пост №318
Провинция Газни
Кольцевая Дорога
Демократическая Республика Афганистан
14.26 по кабульскому времени (12.56 по московскому времени)
31 июля 1983 года
Расчетное время - Д-96
- Дарова, славяне! - крикнул часовой, опуская шлагбаум.
- Хех, ну привет, дальний родственничек! – ответил ему в тон Когоонг Евтюгин и сплюнул.
Часовой зашелся хохотом и нырнул к себе в спасительную прохладу за мешками с песком
Сыто урча движком, БТР лихо зарулил внутрь площадки, отведенной на сторожевом посту для техники, и резко остановился рядом со своими двумя товарищам. Солдаты, чуть не посыпавшиеся от этого с брони на землю, недовольно забарабанили прикладами по корпусу.
- Слышь, ты там че, картошку везешь?! - возмутился сержант, влепивший улыбающемуся водителю подзатыльник.
Тот поправил сбившийся шлемофон, посмотрел вверх на командира и довольно улыбнулся.
- Так сами же просили!
- Так не на заставе же, олух!
Рядовой фыркнул и нырнул в БТР. Сержант, поморщившись, развернулся лицом к своим бойцам.
- Взвод, с брони!
Пехотинцы посыпались с бронетранспортеров. Их уже встречал старший прапорщик с донельзя опухшей рожей.
- Кто старший?
Андрей, привстав на броне, махнул рукой.
- Я! - и спрыгнул на землю.
- Кто такой? - насупился усатый прапор.
- Старший сержант Беляев, замкомвзвода.
- Старший прапорщик Головачев, врио начальника поста, - пробубнил тот, протянув свою широкую ладонь.
Они обменялись рукопожатием. Вопреки внешнему виду, рука у старшего прапорщика была сухой и твердой.
- А где старший лейтенант Кривонос? Мне докладывали, что он будет командовать взводом сопровождения.
- Слег. У него паратиф.
- Хреново... Ладно. Поснедать будете?
- Нет, спасибо. С собой есть, объедать не хочу. А где гидростроители? С ними еще должен был быть взвод охраны из ВДВ, они должны были передать...
- Десантники-то? - прапорщик почесал затылок под панамой. - Тю, они испарились сразу же, как этих сюда привезли. Даже чаю не выпили. Загнали автобус за шлагбаум, развернулись и покатили себе.
У сержанта от такой новости даже брови поднялись.
- А почему?
- Я сначала тоже не понял. А потом ка-а-а-а-ак понял! Из-за этих вот гидростроителей, мать их... Они сейчас в казарме, солдат развлекают. Делать им, блин, нечего. Понаприсылают из Союза шушеру... Как в цирк или на курорт приезжают, ей Богу! Один другого тупее и безумнее! Представляешь, как приехали с утра, так и расстелили полотенца позагорать! Мне как раз капитан дела передавал перед отпуском... Понимаешь, я из отпуска, а он в отпуск... А тут - на тебе, картина Репина "Приплыли!", четыре щачла на крыше казармы стелят полотенчики. Думал, пристрелю их лично вместо бородатых. Так что, сержант, забирай ты этих гавриков подобру-поздорову, пока у меня нервная система еще целая!
- Да уж заберу... - хмыкнул Беляев, поправив на плече автомат. - Это их автобус? - показал он на стоящий рядом желтый обгоревший на солнце ПАЗик.
- Ага.
- Сколько их?
- Пятеро и водила.
- Солдат охраны?
Громкий фырк был ему ответом.
- У них там барахла в автобусе столько, что туда мышь не влезет. Все какие-то чемоданы, коробки, узлы... Цыганский табор какой-то, а не рабочие в командировке.
- Так может там палатки? - засомневался Андрей.
- Палатки?! - рявкнул старший прапорщик так, что сержанту на миг показалось, будто бы того сейчас хватит удар. - Да нет там никаких палаток! Я солдата проверять отправлял. Барахло там. Ковры, одежда, еще всякий триппер... Да вон, сам глянь!
У автобуса, вопреки всем руководящим документам, не стояло даже часового. Открытая боковая дверца словно бы приглашала заглянуть внутрь этой раскаленной металлической сковородки. Беляев не удержался и заглянул.
Внутри действительно было накидано столько вещей, что свободными остались только три двойных сидения, да еще кресло водителя. Все остальное закрыли собой чемоданы, узлы, свертки и прочая вещевая тара.
- Та-а-а-ак... - выдохнул сержант, начиная ощущать подступающую ярость.
Влажный горячий воздух пронзил стрекот автоматной очереди. Солдаты тут же залегли на землю, ощетинившись стволами в разные стороны. Часовые на постах тоже сначала оживились, но затем принялись заниматься своими обычным делами. Сержант пришел в себя в пыли, сжимающим в руках автомат. Невозмутимость сохранил лишь старший прапорщик, сочувствующе глядя на бойцов.
- Да не бойтесь, это гидровики стреляют! Полчаса тому ребята спросили дать им пошмалять по горам. Окрест все равно никаких деревень нет, так что если кому в голову и прилетит...
Андрей поднялся, отряхнул форму и бронежилет и основательно, с чувством, толком и расстановкой, выматерился. Солдаты взвода тоже не испытывали каких-то светлых эмоций, исключительно положительные.
- Так... - выдохнул, наконец, Беляев. - Первое и третье отделения - минутная готовность к маршу! Воды, оправиться. Пермяков со своими - за мной! Где тут ваша казарма?
Через минуту они уже стояли у здания из серых каменных блоков со следами от пуль и осколков (часть из которых даже была относительно свежей) и прислушивались к взрывам хохота, музыки и голосам изнутри.
- Слышь, Белый! - прошептал Пермяков, достав из подсумка "эфку". - Может, закатим?
- Я те дам, закатим! - Беляев поднял кулак и поднес его к носу подчиненного. - Эти охламоны не поймут, а ребят пугать не надо.
- Да блин... - резко погрустнел младший сержант.
- Ладно, пошли разгонять этот шалман!
Когда они открыли дверь, то им в лицо ударил табачный дым, звуки "Малиновки" ВИА "Верасы" и многоголосый гомон, на все лады расхваливающий кассетную магнитолу Sharp - новинку 1983 года, добравшуюся до Демократической Республики Афганистан по старинке, караванными тропами контрабандистов. Беляев решительно зашел внутрь и рявкнул:
- Гидростроители, строиться!
Разом повисла ватная тишина, слегка смягченная хоровым исполнением "Прошу тебя, в час розовый напой тихонько мне..." из Электроники-321. Все остались на местах с выражением лиц тужащихся в лоток котов.
- Я что, не по-русски разъясняюсь? Гидростроители, строиться и на выход! В Газни отчаливаем!
- Да, подождите полчасика! - наконец, ответил один из них, в джинсовом костюме и кепкой-"аэродромом". - У нас еще ребята хотят пострелять сходить.
Андрей от такой наглости только рот раскрыл. Поглядев на замершего командира, Пермяков решил сгладить ситуацию самолично.
- Слушайте, не доводите до греха! Нам еще вас сопровождать, потом на базу ехать... Давайте, ноги в руки и в ПАЗик!
- Да ладно вам! - улыбнулся парень в джинсовке. - Всего-то полчаса!
Он подошел к куче всякого электронного барахла, валявшегося на полу в центре комнаты, поднял оттуда один из бумбоксов и протянул его младшему сержанту.
- Вот, это вам. "Фирма"! "Сони", настоящий! Давайте махнем не глядя! Мы вам кассетник, а вы нам еще полчасика?
Андрей сдернул с плеча автомат и с перекошенным лицом ударил прикладом по магнитофону. Шокированный гидростроитель остался с одной ручкой в руках, в то время как корпус бумбокса, и без того поврежденный стальным тыльником, раскололся от удара об землю.
- Да вы что, с ума сошли?! - зашелся в инфразвуке парень в джинсовке. - Он же бешеных денег стоит! Я буду жаловаться!
Ответом ему был дружный хохот всех солдат вокруг. Все те, кто еще недавно с восхищением и завистью слушали про несомненные достоинства головки в Sharp, теперь искренне веселились над наивным и глупым штатским, не понимающим простых истин.
- Да хоть в ОБХСС пиши, только если через пять минут вы все со своим триппером не будете в автобусе, то я вас к тросу привяжу и потащу за БТРом пешком. Усвоили? Мухой!
Гидростроители сначала замерли, не веря тому, что с ними, ценными специалистами, обращаются подобным образом, но Беляев поднял левую руку и начал внимательно смотреть на циферблат часов. Осознав, что военные тупые, без чувства юмора и даже не собираются им обзаводиться, штатские начали собирать манатки, хлопоча над ними, как клуши над цыплятами. Кто-то сбегал за своими, азартно поливающими из автоматов окружающие горы, из-за чего процесс сборов только ускорился.
Им удалось уложиться в 278 секунд.
Провожал их все тот же старший прапорщик, к тому моменту уже немного "сдувшийся".
- Ну все, мужики! Ни пуха вам!
- Да к черту! - выдохнул Андрей, устраиваясь на броне поудобнее. - Давай, трогай! - стукнул он по корпусу прикладом.
Колонна из 3 БТРов и одного ПАЗика тронулась и двинулась вперед по грунтовке...
Д-80
в/ч 44708
г. Москва
Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика
Союз Советских Социалистических Республик
14.42 по московскому времени
16 августа 1983 года
Расчетное время - Д-80
Вжимаясь поглубже в красную землю в надежде укрыться от свиста пуль, младший сержант Сергей Алтынов проклинал две вещи. Первым на орехи досталось природному любопытству, заставившему его учить испанский и португальский языки по какому-то старому самоучителю в городской библиотеке. Весьма логичный выбор для того, кто с детства грезил себя соратником Сида Кампеадора и хотел стать специалистом по истории Реконкисты. Но именно в данный момент как-то так неожиданно получилось, что его знания здорово выходили ему лишь боком. Вторым виновником происходящего была назначена галочка в анкете на КМБ, которая свидетельствовала что он, Сергей Борисович Алтынов, 19 лет от роду, холост, не судим, не состоял, кряшен, готов нести службу за границей Союза ССР. Совокупность этих факторов и привела к той печальной ситуации, что сейчас бравый десантник вынужден вжиматься в грязно-красную почву, пытаясь укрыться от плетей пулеметных очередей. И ведь не сказать, что все хорошо начиналось...
Период с июня по август, который в Южном Полушарии весьма самоуверенно именуют зимой, откровенно разочаровывал. Конечно, Сергей и не ожидал, что в стране, приличную часть которой занимают редколесья и саванна, будет столь же щедрый снегопад с сугробами и снеговиками, как в родном Калязине. Но хотелось бы ощущать хоть какие-то отличия касимбо от сезона дождей, кроме отсутствия, собственно, самих дождей. В Кабо-Ледо, городке в окрестностях Луанды, единственным свидетельством того, что сухой сезон вступил в свои права, были утренние туманы, с лучами солнца уползавшие обратно в море.
На плоскогорье в районе Кангамбы, куда их вторую роту парашютного батальона ФАПЛА* закинули два дня назад охотиться на артиллерию противника, зима была выражена куда более ярко. Стоило солнцу зайти, как температура быстро опускалась до плюс 15, совершенно непохожие на привычные Сергею плюс 15 в Тверской области. Холод пробирал до костей настолько, что приходилось кутаться в кубинскую камуфляжную куртку и проклинать командование, запретившее разводить костры, чтобы их отблески в ночи не привлекли внимание антиправительственных сил. В обычных условиях на запрет все давно бы положили с прибором, но опытные кубинцы отнеслись к его соблюдению очень ревностно. Настолько, что субтеньете**, командовавший кубинским взводом, избил командира роты-ангольца в чине капитана, приказавшего какому-то солдату сварить ему кофе, после чего снял того с должности и возглавил подразделение сам. Личный состав на данный coup d'état*** отреагировал философски и беспрекословно подчинился. Советские советник и переводчик, направленные с ротой приказом ГВС, на происходящее не отреагировали вообще никак, привыкнув за последние несколько лет наблюдать абсолютное самоуправство солдат и офицеров кубинского военного контингента по отношению к местным. Впрочем, субтеньете с русскими вел себя подчеркнуто уважительно и регулярно интересовался их мнением по тем или иным вопросам, нередко к нему прислушиваясь. Мнением Сергея, младшего сержанта срочной службы, разумеется, никто не интересовался.
Впрочем, даже у кубинцев моральные силы к утру были на исходе. Для того, чтобы третий день питаться холодными консервами и спать на непрогретой земле, к утру покрывающейся инеем, требуются изрядная воля и высокая мотивация. И тем и другим парашютисты обладали в избытке, но все же их дух постепенно падал. Спасло ситуацию только то, что четыре часа назад передовой дозор наткнулся на следы большого числа людей в ботинках, уходивших на восток. Следопыты, расковыряв след от подошвы, заявили однозначно, что их оставили американские военные ботинки где-то минут сорок-пятьдесят тому. При этих словах все сразу собрались и словно бы стряхнули с себя груз мучений последних дней. Цель была близка и это чувство гончей, настигающей добычу, взбодрило всех и каждого. Осталось только догнать, разогнать, захватить груз, взорвать его - и можно вызывать вертолеты и улетать из этой негостеприимной саванны на базу, к кроватям, душу, туману вместо холодов и к горячему питанию три раза в день. Субтеньете думал недолго.
- Рота, развернуться цепью! - рявкнул он на настолько ломаном португальском, что Сергей его насилу понял. - Пулеметы на фланги!
Люди, до этого медленной ленивой гусеницей тащившиеся вперед, подсобрались, развернулись в широкую цепь и устремились вперед если и не бегом, то быстрым шагом. Алтынов, числившийся телохранителем, быстро догнал советника и теперь шел чуть впереди и сбоку от него, прикрывая своей тушкой.
- Не торопись! - усмехнулся майор в усы, рывком поправив рюкзак. - Успееешь еще отличиться!
- Так я же как учили, товарищ советник... - пробормотал Сергей, обернувшись.
- Ты лучше не как учили, сержант, а бери пример с Алехандро! - кивнул переводчик в сторону телохранителя субтеньете. - Тот всегда рядом, но в нескольких шагах в стороне. Не кучкуйся, а то превратишься в групповую цель и тогда кто-то из бибизьян может и попасть!
В ответ на эти слова раздался дружный фырк как сержанта, так и субтеньете, стоявшего рядом. Потрясающая воображение "меткость" ангольцев по обе стороны конфликта была притчей во языцех. Навыки обращения с оружием в парашютном батальоне, конечно, отличались в лучшую сторону по сравнению с обычной армией, но такой результат потребовал неимоверных усилий от наставников как в боеприпасах, так и в кулаках. Кубинцы, готовившие личный состав под чутким руководством советских военспецов, гуманизмом по отношению к местным не отличались.
- Понял, товарищ переводчик! - и десантник послушно сместился на пару шагов влево от советника.
Советник поправил кепи на голове.
- Слушай, Хоакин, а там впереди разве не озеро? Что-то такое на карте было.
Субтеньете на секунду остановился и задумался, после чего расстегнул планшет, быстро оглядел карту, кивнул и бросился догонять, на ходу приводя себя в порядок.
- Да, товарищ Андрей, оно там есть, - произнес он на неплохом русском. - В десяти километрах от нас Лунге-Бунго расширяет русло так, что там образовалось небольшое озеро. Думаешь, они остановятся на привал там?
- Я бы так и сделал. Скоро уже обед, а озеро - удобный источник воды. Плюс оно достаточно широкое, чтобы гарантировать, что на противоположном берегу не засядут снайперы и не начнут портить прием пищи. Так что если они где и остановятся, то именно там.
- Когда за ними...э-э-э... охотятся, - вспомнил, наконец, после долгой паузы это хитрое русское слово кубинец, - правительственные войска?
- Более чем уверен, что они чувствуют себя в безопасности. Кангамбу они взяли, на руинах пофотографировались. Колонны действуют вдоль дорог и от трасс не отходят. За кубинскими десантниками в Луанде следят в четыре глаза как агенты южноафриканцев, так и американцы. Кого им здесь опасаться?
- Хорошо, - кивнул субтеньете. - Атакуем с марша?
- Посмотрим, что твои дозорные принесут! Выдвинь их вперед метров на 500, пусть возьмут языка.
- Обнаружим себя, - покачал головой кубинец. - Лучше усилить фланги, чтобы окружить их и прижать к воде.
- Это разумно! - кивнул майор. - Но ведь нам надо знать, сколько их и чем они вооружены.
- Если их там взвод, то они заметят отсутствие своего часового и сбегут раньше, чем ты успеешь вспомнить, какое у меня третье имя. А если их там батальон, то они смогут приготовиться к бою. Я против дозоров.
- А если их там куда больше, чем 200 человек? Вдруг мы выйдем на основную их отступающую колонну. Думаешь, имеет смысл ломиться прямо Савимби в лапы?
Кубинец задумался на несколько мгновений, а затем кивнул.
- Хорошо. Я пошлю дозор вперед.
Преодолеть десять километров по пересеченной местности - не самая простая задача. Даже подготовленный и отдохнувший человек вряд ли справится с задачей за привычные нам прогулочные два часа. А уж когда вы зверски устали и не помните, когда в последний раз ели горячее, - то и подавно. Взбодрившиеся было в предвкушении боя десантники быстро поникли, едва стало ясно, что их цель еще где-то в районе прекрасного далека. Сержантам то и дело приходилось подгонять нерадивых подчиненных, чтобы не дать цепи разползтись на кучку независимых звеньев, объединенных болтовней, сигаретами и прочими времяпрепровождениями. Пара десантников даже попытались на ходу жевать сушеную говядину, за что очень быстро получили по мозгам прикладом. Лишь в километре до цели теньете, наконец, смилостивился над подчиненными:
- Рота, привал! Выставить часовых! - и тут же посуровел. - Сержантам следить, чтобы личный состав не ел!
Десантники забурчали, причем на этот раз кубинцы не отставали от своих визави. Время обеда уже прошло, завтрак давно и успешно переварился и молодые растущие организмы требовали свое.
- Поясняю. Если кого-то ранит в живот, с едой в животе он не доживет до госпиталя. Выбирайте, что вам нравится больше, еда и смерть или жизнь и возможность покопаться в южноафриканских пайках, но потом?
Сергей, переводивший эти слова советнику, не удержался и спросил:
- Товарищ майор, а что, правда, что при ранении в живот больше умирают?
Тот серьезно кивнул и погладил пальцами усы.
- Сепсис. Попадут тебе в кишки, а там еда. Вся эта дрянь быстро окажется в крови, а там и до заражения недалеко. Тебе мы, конечно, вертушку вызовем, но даже тогда до госпиталя в Луанде можно не дотянуть. Так что есть не вздумай!
- Да я и не собирался!.. - вяло запротестовал младший сержант.
- Ага, вот и не надо! Не подрывай авторитет кубинских товарищей. Они нас за это не поблагодарят. Ничего не скажут, конечно, но управлять ротой им станет тяжелее.
- Почему?
- Уф... - вздохнул советник, как будто бы те вещи, о которых он рассказывал, должны были быть очевидными. - Они заставляют ангольцев им подчиняться потому, что сами делают то же самое. Если показать, что кто-то может делать не так, как они сказали, то в роте начнутся брожения и неподчинения приказам. В лучшем случае, кто-то дезертирует. В худшем, они наведут на нас какую-нибудь банду УНИТА****. А я хочу через годик вернуться в Союз, знаешь ли, к жене и дочкам. Желательно - целый и невредимый.
Тут майор осмотрелся по сторонам и поежился.
- Я, конечно, коммунист и за победу нашего дела готов, при необходимости... Но что-то Советский Союз я люблю больше, чем местных бибизьян. Так что не нагнетай обстакановку понапрасну. Принял, сержант?
- Принял! - кивнул Алтынов.
- И вернешься ты тогда в Союз целый и модный, в "авиаторах" и с чемоданчиком... Или с чем сейчас принято из Афгана в запас уволняться?
- Не знаю, я там не был. Меня из школы сержантов сюда сразу, - он с тоской оглядел окрестности.
Редколесье миомбо, как по-научному именовался данный регион Анголы, своей красно-зелено-желтой палитрой наводило тоску и жгучее, до рези в животе, желание увидеть молодой березняк. Хотя бы еще раз в жизни.
- Вот-вот! - кивнул советник, вглядываясь в его лицо. - Сам все понимаешь. Тоска здесь жуть. Но долг есть долг и мы его выполняем. Лучше уж мы с тобой здесь, чем пара миллионов вновь в окопах под Москвой, как в сорок первом. Только в этот раз Москва еще по ночам светиться будет от радиации. Уж поверь, они бы, все эти американцы и их прихлебалы, очень охотно нам бы такое устроили...
- Я понимаю, товарищ майор! - Сергей уставился на землю и принялся пальцем гонять по пыли камешек. - Только от этого не легче. Все вокруг совсем чужое какое-то. Воздух чужой, люди чужие со своими законами в голове, мир чужой...
- О как тебя на философию потянуло! - фыркнул майор. - Что ж, ты прав. Тут остается только терпеть. Потому что боец что обезьян?
- Военнослужащий обезьян стойко и мужественно переносить все тяготы и лишения воинской службы!
- Именно! Потому что нас выбрали за способности. Тебя - так точно. Ты вообще зачем испанский и португальский принялся учить? Поступать хотел в МГИМО или в ВИИЯ...
- Я? - тут сержант смутился. - Не, я бы на исторический хотел, чтобы с Реконкистой и рыцарями. А учить начал... Ну, тут сложное...
- Да давай, не тяни резину!
- Так а вдруг нас сейчас поднимут?
- Не поднимут. Хоакин вперед разведку отправил, нам тут еще час куковать. Давай, рассказывай!
- Ну... В общем, мне просто персонаж Паганеля понравился. Из Жюля Верна. И я решил последовать его примеру и стал учить португальский. А потом как-то в один день перепутал книгу и смотрю, что ничего не понимаю в тексте. Подумал, что последствия сотрясения, принялся с самого начала и только через пару занятий понял, что это испанский и я ничего не забыл. Так и учил оба языка попеременно.
Советник с трудом подавил хохот. Глаза его покраснели, а усы немного встопорщились.
- Ну сержант... - выдохнул он, наконец. - Ну ты даешь... Я уж думал, что слышал все, что только может сказать солдат, но ты прям смог удивить. Ладно, обещаю, если за год не напортачишь, то выпишем тебе из аппарата ГВС такую справку, что тебя с ней без экзаменов возьмут куда захочешь. Изучай свою Реконкисту. Мултар?*****
- Обригаду, камарада мажор!******
Разведчики вернулись через сорок минут с спеленутым по ругам и ногам негром в американской оливковой форме. Его принялись было допрашивать, но эффект оказался почти нулевой. Пленный не умел ни писать, ни читать, ни считать и сообразительностью не отличался.
- Что с ним делать будем, товарищ Андрей? - спросил субтеньете с разочарованием в голосе. - Вдруг это подсадной часовой? Дурачок, которого специально оставили, чтобы мы решили, что их мало?
- Слишком сложно, - покачал головой советник. - ЮАРовцы такое еще могут организовать, у них есть грузовики и техника, им не нужно ходить ногами. А вот УНИТА как раз ходит. Ты бы стал тащить с собой десятки километров бесполезного идиота, причем с неизвестным шансом того, пригодится он или нет?
- Нет, товарищ Андрей.
- Вот то-то и оно. Так что давай, этого в расход, а сами готовимся к бою.
Впервые Сергей видел, как убивают человека. И не просто пулей, которая, как известно, дура и летит себе по физике вдоль геометрии поперек географии Земли, а ножом буквально отрезают от человека жизнь вместе с горлом. И зрелище было так себе. Прийти в себя помогло лишь осознание того, что этот самый испуганный недотепа в другой ситуации охотно бы его расчленил с помощью мачете. УНИТА любила производить показательно-запугивающие акты расчленения тел убитых или попавших в плен кубинцев.
- Рота, строиться цепью! Пулеметчики, на фланги! К бою! - рявкнул субтеньете.
Десантники повскакивали с земли и рассыпались по местности. Два здоровых ангольца, несшие на себе пулеметы ПК, заняли свои места на концах цепи. Гранатометчики снимали колпачки со своих гранат.
- Вперед!
С ревом и визгом, достойными скорее команчей, чем одного из лучших подразделений ангольской армии, они выкатились на пляж и принялись поливать огнем лагерь антиправительственных сил. Бойцы ФАЛА заметались под огнем, словно перепуганная стая кроликов. Одни пытались дать отпор и палили в белый свет, как в копеечку. Им мешали другие, искавшие спасения в какой-нибудь стороне света подальше от свинцовых плетей "калашниковых", но пулеметчики на флангах изо всех сил пытались не дать им разбежаться и загоняли обратно в лагерь, как овчарки загоняют овец обратно в отару. Третьи, самые смелые, бросались в воду. Казалось бы, победа, однозначная победа, несмотря на то, что противника было минимум в 3 раза больше.
Но в рядах ФАЛА нашелся достаточно грамотный офицер, который не поддался панике и принялся организовывать сопротивление. Сначала то тут, то там принялись огрызаться автоматными очередями. Затем ожил ДШК, принявшийся поливать трассерными очередями боевые порядки десантников. Заткнуть его сразу не удалось и ангольцы залегли, укрываясь от смертоносных желтых плетей. Вжимаясь поглубже в красную землю в надежде укрыться от свиста пуль, младший сержант Сергей Алтынов проклинал две вещи. Первым на орехи досталось природному любопытству, заставившему его учить испанский и португальский языки по какому-то старому самоучителю в городской библиотеке. Вторым виновником происходящего была назначена галочка в анкете на КМБ, которая свидетельствовала что он, Сергей Борисович Алтынов, 19 лет от роду, холост, не судим, не состоял, кряшен, готов нести службу за границей Союза ССР...
- Гранатомет!! - заревел на португальском субтеньете.
Находившийся ближе всех гранатометчик, щуплый и невысокий негр, вжался в землю еще сильнее, накрыв голову руками. ДШК продолжал лупить по позициям десантников, подавляя и не давая им огрызаться огнем.
- Гранатомет!!
Тот не реагировал. Двое других лежали еще дальше и грохот стрельбы не оставлял и шанса до них докричаться.
- Святая Мария Гваделупская! - в сердцах рявкнул командир роты и, ужом проползя по земле, добрался до гранатометчика.
- Бери гранатомет, олух! - заорал он на испанском.
Негр в панике принялся отпихиваться ногами. Субтеньете, получивший по голове ботинком, выматерился и затряс головой. Подобравшийся вслед за ним телохранитель Алехандро не стал тратить время на выяснение отношений с каким-то там десантником, сам схватил гранатомет, приподнялся над землей, выстрелил и залег обратно.
Негромкий взрыв, если он и был, утонул в грохоте стрельбы. Просто в один момент кто-то взял и выключил ДШК, как выключают свет в комнате, раз - и нет.
- Эй, обезьяны! Вам кто-то разрешал отдыхать?! - голос командира роты был полон ярости. - Вперед! Кто останется лежать, тому я прострелю колени и оставлю здесь гнить! Вперед, я сказал!
"Замотивированные" такой речью, десантники заревели и поднялись, паля в белый свет, как в копеечку. Бойцы ФАЛА, восстановившие было хоть какое-то подобие порядка в своих рядах, вновь запаниковали и принялись разбегаться, бросая оружие, снаряжение, форму и даже ботинки. Правительственные солдаты, скорее подбадривая себя звериным ревом, нежели пытаясь запугать врага, вломились в лагерь...
- ... 127 винтовок G3 производства Португалии, 2 пулемета BREN производства Великобритании, 1 пулемет Максима производства США... - гнусаво бормотал младший сержант.
- Не Максима, а Кольта! - поправил майор.
- Кольта? А разве это не револьверы? - недоуменно прищурился Сергей.
- Не умничай! Фабрика Кольта и пулеметы производила, до сих пор на вооружении Армии США стоят.
- Разве? Я про те пулеметы, которые... с кожухом таким круглым над стволом...
- Продолжай! - прошипел советник, немного багровея. - Хватит оружие перечислять, потом в отчете заполним. Что еще было?
- Э-э-э-э, хорошо! - испуганно залопотал десантник. - Также на поле боя было обнаружено четыре трупа и десять раненых бойцов антиправительственных сил. Первых уже закапывают, вторым оказывают первую медицинскую помощь.
- Сколько трупов?!
- Ну... четыре...
- Гребаная Африка... - сквозь зубы выдохнул майор. - Хочу в Союз!
* ФАПЛА - Вооруженные Силы Народной Республики Ангола
** Субтеньете - младший лейтенант в РВС Кубы
*** Переворот (фр.)
**** УНИТА - Национальный союз за полную независимость Анголы (União Nacional para a Independência Total de Angola, UNITA), политическая партия из представителей народности овимбунду, проживающих на востоке Анголы. Созданная в 1966 году Жонашем Савимби, партия и ее вооруженные отряды ФАЛА (Вооружённые силы освобождения Анголы - Forças Armadas de Libertação de Angola, FALA) проиграли в 1975 году борьбу за власть в получившей независимость стране и перешли на сторону ЮАР, боровшейся против влияния коммунистов в регионе. Получая от Южной Африки и США щедрые поставки оружия, боеприпасов, снаряжения и иных материалов, УНИТА будет вести борьбу вплоть до 1992 года. Затем борьбу с коммунизмом сменит откровенное желание перехватить власть и нещадная эксплуатация природных ресурсов на захваченных землях. Окончательно мир в Анголе наступит только в 2002 году.
***** Хорошо? (порт.)
****** Спасибо, товарищ майор (порт.)
Спасибо за чтение
Вернуться к книге