ГРОНД - VI: Встречный Огонь
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Пролог
Автор выходит в эфир:
Хорошая книга говорит сама за себя и не требует пояснений. И все же бывает, что надо сказать пару слов, вот как сейчас. Дело в том, что между событиями Вдали От Всех Дорог и Встречный Огонь прошло больше года, за которое случилось многое. Самое важное: Ольга со своими товарищами, наконец, встретилась с Ариной и ее племенем беглых роботов, что укрываются где-то на задворках солнечной системы в тайной колонии под именем Виндария – примите это как данность. И теперь мятежные люди и мятежные машины должны помочь друг другу в схватке с всесильной мисс Донован, ибо ничто так не объединяет, как общий враг. Итак...
ПРОЛОГ
Отрывки из интервью Верховного Комиссара солнечной системы корреспонденту ТАСС…
- Еще раз, товарищ Комиссар, я хотел бы поблагодарить вас за уделенное нам время, ваша невероятная занятость в последние дни и недели общеизвестна.
- Можно просто Дженна. И я бы не назвала свой труд на новом посту занятостью, данное слово у меня всегда ассоциировалось с тяжелой и нелюбимой работой, которая непосильной дланью ложится на человека, постепенно сокрушая его личность. Я же люблю свое дело и предпочитаю называть его призванием. Это то, что приносит мне радость, то, что делает меня счастливой, уж простите мне мою маленькую нескромность.
- Наши зрители будут рады знать, что ваш невероятный труд на посту Комиссара делает вас счастливой. Ибо масштаб этих работ столь велик и сложен, что он может быть под силу только необычайно волевому и уверенному в себе человеку…
- Вы преувеличиваете. На самом деле то, что я делаю сейчас, не является чем-то непостижимым. Это все могло быть сделано и раньше, еще до того, как я заняла свой новый пост. Более того, осмелюсь сказать, что сильные мира сего преступно затянули с выполнением антикризисного плана, что привело всех нас к самым тяжелым последствиям.
- И все же, со стороны, сделанное вами кажется невероятным! Всего за две недели, в объединенной под вашим руководством солнечной системе прекратились гражданские войны и мятежи, терзавшие все человечество последние страшные годы. А программа экстренной помощи бедствующим колониям – вы ведь справились с голодом и нехваткой кислорода буквально за считанные дни! На всем огромном пространстве Свободной Зоны, на бывших территориях Союза и Сверхновой, везде люди перестали умирать от голода и жажды, перестали задыхаться. А ведь еще месяц назад спасение казалось просто невозможным!
- Борис, не хочу вас расстраивать, но вы слишком сильно раздуваете пламя энтузиазма в сердцах своих зрителей. Голод и прочие беды нашего катастрофического времени далеки от полного поражения, еще очень многое предстоит сделать. И все же, здесь я могу позволить себе осторожный оптимизм, пик кризиса пройден. И дальше ситуация будет постепенно улучшаться. Постепенно, не завтра и не послезавтра.
- Я понимаю, мисс Дженна. Если позволите, я перейду к самому важному сейчас вопросу: среди моей аудитории уже долго ходят упорные слухи…
- Слухи о снятии запрета на марсианскую эмиграцию? Да, все верно, и сейчас я впервые официально объявляю об этом. Нелепый, эгоистичный, и чудовищно жестокий запрет на эмиграцию, стоивший несчетных жизней – он скоро будет снят. Марс снова станет доступным для беженцев и эмигрантов. До конца столетия четвертая планета примет больше двух миллиардов человек. Земляне наконец-то снова обретут дом.
- Непостижимо! Неужели возможности Марса столь велики, неужели там хватит места на два миллиарда?
- Хватит и на гораздо большее число жителей, но нам не стоит повторять ошибок прошлого, и складывать все яйца в одну корзину. Беженцев с Земли и разорившихся колонистов мы будем расселять по всей солнечной системе, не только на Марс. Пора обживать наш огромный фронтир, до сих пор использовавшийся непомерно эгоистично и глупо.
- Мисс Дженна, правильно ли я могу понять, что подобная эвакуация потребует полномасштабной национализации во внеземелье?
- Все верно. Суровый, но необходимый шаг. Владельцы частных поселений на Марсе и других планетах могут не беспокоиться о том, что мы отберем их дома и отдадим землянам – речь идет именно о необжитых территориях, которые столько долго придерживались их прежними владельцами в надежде на рост цен. Такое поведение властных эгоистов всегда напоминало мне попытку продажи воды во время пожара в общем доме. Олигархи и латифундисты подсчитывали сверхприбыли, не замечая, что пол под ними уже объят пламенем. Думаю, всем очевидно, чем закончилась эта странная стратегия…
- Да, безусловно, если бы прошлое руководство Сверхновой и Союза проводило более адекватную и взвешенную политику, мятежники во главе с Элизабет никогда бы не смогли набрать такую силу и едва не сжечь нас всех в пламени своей революции. Но вам удалось выбить из них дух!
- Победа целиком и полностью заслуга наших доблестных вооруженных сил, в первую очередь Объединенного Флота. А я, как старая тыловая крыса, всего лишь обеспечиваю нашим доблестным защитникам надлежащее прикрытие и обеспечение. Но опять же, предостерегу всех от преждевременной эйфории – противник еще далек от разгрома. И хотя гибель Элизабет подтверждена, значительная часть ее террористической организации сохранилась и продолжает представлять изрядную угрозу. Потому я прошу всех – не снижайте бдительности!
- Уверяю, наша аудитория полностью поддерживает вас в вашей борьбе за наше общее будущее, и с пониманием относиться к идее продления повсеместного чрезвычайного положения.
- Похвально, что простые граждане осознают свою меру ответственности. Особенно сейчас – мятежники утратили возможность ведения полноценных боевых действий, и, следовательно, перейдут к саботажу и террору, так всегда бывает. К сожалению, окончательная победа над ними потребует немалых усилий и немалой крови. Мы все должны быть готовы к неизбежным жертвам.
- Мисс Дженна, чтобы вы могли сказать своим противникам, тем, кто продолжает террористическую войну, и тем, кто по разным причинам поддерживает мятежников?
Верховный Комиссар берет короткую паузу на размышление, а затем обращается ко всей солнечной системе с миллиардов экранов.
- Я? Я могу сказать, что по-своему уважаю их как опаснейших оппонентов, не в моих привычках недооценивать врага. Посему, в знак своего уважения, один-единственный раз я предлагаю вам, детям Королевы Ос, и вам, экипажу мятежного крейсера Большевик – предлагаю вам сдаться властям, и предстать пред чрезвычайным судом. В противном случае, кто не спрятался – я не виновата…
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 1
ДНО ОКЕАНА
In the summertime when the weather is hot
You can stretch right up and touch the sky…
Небо действительно кажется близким, настолько, что протяни телескопическую клешню или геологический бур, и сможешь почесать мягкое брюшко бесконечных серо-оранжевых облаков. Но у Ольги нет времени на девичьи шалости, и она продолжает осторожно взбираться на вершину вулкана, внимательно осматривая дорогу перед собой – где-то впереди протянулась глубокая расщелина, поглотившая передовую группу. Где именно – никто не знает, наземная служба позиционированная показывает старые данные, еще до землетрясения, а очередного пролета радиолокационного спутника ждать еще почти сорок минут. Маловероятно, что первая группа доживет до этого момента.
You got women, you got women on your mind
Have a drink, have a drive
Go out and see what you can find…
Шум и треск в наушниках заглушает Рэя Дорсета и его веселых друзей, Ольга настраивает рацию как раз вовремя, чтобы услышать взволнованный женский голос.
- Атас, столб на десять часов, идет на нас! Атас!
Точно, вот он, черный столб торнадо: колосс сжатого ветра быстро приближается, подсвечивая себе путь многочисленными молниями. Основание колонны методично перепахивает базальтовую крошку, верхушка теряется где-то в серо-оранжевом небосводе, куда их всех забросит, если они не успеют убраться с дороги.
- Держись, девчонки!
Здесь, на пологом склоне вулкана, прятаться особо негде, остается только расползаться в разные стороны, надеясь, что черный столб пройдет мимо, не обратив внимания на крошечных гусеничных муравьев. Расползаться надо медленно, без рывков, ибо местные смерчи имеют нехорошую привычку менять курс и двигаться вслед за быстрыми объектами. В прошлом Ольга часто слышала эту байку и, разумеется, не верила ей, до тех пор, как своими глазами не увидела стотонный карьерный самосвал, что пытался сбежать от огромного торнадо, был настигнут и выброшен в небо, чтобы затем просыпаться оттуда градом мелких обломков. С тех пор, она с большим пониманием относиться к лагерному фольклору.
- Встать на якорь!
Все, дальше бежать нельзя, впереди показалась расщелина, та самая, что поглотила первую группу. Ольга притормаживает кентавра и выбрасывает наружу все десять моторных тросов веером, как можно дальше от черного столба, что начинает переправу через гигантскую трещину. Якорные захваты вонзаются в породу, старшина вертит гусеничной кормой из стороны в сторону, стараясь как можно глубже закопаться в грязную, рыхлую землю.
- Атас!
Сопровождая свой путь вспышками молний и ударами грома, черный столб с грохотом проносится мимо нее, всего в пяти метрах от кентавра, на мгновенье оторвав правую гусеницу от земли. Но опаснейший миг проходит, а моторные тросы не подвели, не дав торнадо проглотить очередную добычу, и атмосферный хищник уходит несолоно хлебавши.
- Группа Б – перекличка! Есть кто живой – отзовись!
- Первая… вторая… третья… четвертая…
- Пятая! – Ольга откликается последней, выдергивая дальний якорь, что застрял между двумя валунами.
- Ладно, никого не сдуло и на том спасибо, продолжаем поиск. Шевелись, девки, погода портится!
- Я вижу буй, сто тридцать метров к северу!
- Точно.
Все-таки прошедший смерч им немного помог – кажется, это он подцепил и выбросил на поверхность аварийный буй на длинном тросе. Хорошо, теперь не придется искать по всей длине расщелины.
- Осторожно, там края осыпаться могут!
- Спокойно, сейчас посмотрим…
Стараясь не приближаться слишком близко к краю, Ольга спускает в трещину оптический зонд на мотор-тросе. И сразу удача, вот он, разбитый геологический модуль, лежащий на дне расщелины вверх колесами. Обитаемый отсек разбит вдребезги, и крайне маловероятно, что там кто-то мог уцелеть, но аппаратный отсек сохранился, значит, требуемые начальством пробы все еще можно спасти. Так, с вездеходом разобрались, а где же кентавры? Модуль сопровождался тремя машинами, судьба их седоков неизвестна.
- Пятая, не стой столбом, давай, шуруй вниз, мы прикроем!
- А почему я?!
- Потому что сегодня твоя очередь играть в русскую рулетку, я вчера ставила на кон свою задницу! Не бойся, мысленно мы с тобой!
С Триш не поспоришь, она все еще старшая группы и связи с лагерным начальством у нее не пример лучше. Так что Ольга подчиняется, разворачивает кентавра и задом спускается в трещину, поддерживаемая тросами второго и третьего номера. Триш остается руководить спасательной операцией, послав четвертую дальше по расщелине, поискать сопровождающих.
- Майна, майна, майна, стоп!
Вот она уже на дне трещины, которая отсюда кажется необычайно узкой и высокой. Базальтовая крошка, взметенная недавним смерчем, отказывается быстро оседать на поверхность при плотности атмосферы в девяносто раз больше земной, и Ольга крадется вперед в густом черно-сером тумане, едва пробивая его лучами носовых прожекторов. Вот, наконец, из пылевого облака на нее выступает корма геологического модуля, пришло время горелок и резаков, могущих сбить тяжелые замки с аппаратного отсека.
- Челси на связи, я нашла одного из сопровождающих. Он попал под обвал, размазало в блин. Не вижу остальных!
- Поняла, возвращайся, нет времени их искать. Пятая, давай быстрее, дождь начинается!
Действительно, из серо-оранжевых облаков на черную землю падает дождь – тяжелые, бурлящие капли серной кислоты. Дождь быстро сбивает пыль, но теперь Ольге приходится активнее работать дворниками, смывая кипящие струи с объективов и наблюдая, как мутный поток кислоты заполняет дно расщелины. Дождю некуда больше деться, силу тяжести никто отменять не станет, и если ливень будет продолжительным, то расщелину быстро зальет до краев. Тоже, считай, местный аттракцион, ведь раньше, наблюдая вторую планету с орбиты, все были твердо уверены, что кислотные дожди никогда не достигают поверхности, благополучно испаряясь где-то по дороге. А со дна атмосферного океана все смотрится совершенно иначе…
- Готово!
Последний замок сорван, Воронова срывает крышку и быстро осматривает кассеты с геологическими пробами – кажется, ничего не разбито, повезло.
- Подавай по одной, только осторожнее, не разбей!
- Сама знаю, - огрызается Ольга, хорошо помнящая, какой горячий прием ждет их пятерку, если они угробят эти проклятые кассеты. Потому она использует самый тонкий и гибкий трос, вручную настроив сенсорный регулятор давления до тысячной доли грамма.
- Двенадцатая… тринадцатая… четырнадцатая… пятнадцатая… все, шестнадцать, последняя. Слава богу, валим отсюда!
- Подождите, я что-то слышу! Сбросьте еще раз тросы!
- Хорош трепаться, Пятерка, лезь давай оттуда!
- Тросы, говорю, сбросьте, тут есть кто-то живой, я поймала сигнал.
Подхватив упавшие тросы, девушка осторожно цепляет их к борту разбитого вездехода, стараясь заглянуть под его корпус. Ничего не видно, но настойчивый сигнал аварийного маяка по-прежнему идет откуда-то снизу.
- Так, теперь аккуратно, без рывков, поднимаем его… вира!
Разбитый геологический модуль вздрагивает, нехотя отрываясь от продавленного ложа, а затем медленно приподнимается с правого борта, позволив Ольге запустить под днище камеру.
- Есть, вот они, их придавило корпусом. Еще немного!
Перегревшиеся тросы начинают светить темным багрянцем, но вездеход уже опрокидывается набок, и теперь все видят двух кентавров с опознавательными знаками первой группы. Оба аварийных маяка работают, но помощь требуется только второму наезднику – тяжелый шлем первого кентавра расколот, из разбитых смотровых окон на Воронову скалиться обожженная, высохшая мумия. Старшина хорошо помнит пилота, улыбчивую мексиканку, с которой они завтракали утром перед началом смены – ей осталось отбыть шесть месяцев из двадцатилетнего срока. Судьба…
- Обоих не вытянем, хватай живую!
- Есть.
Сорвав с обгоревшей мумии опознавательный жетон, Ольга подступается ко второму кентавру, чей контур сохранил герметичность и не пустил внутрь местную атмосферу, разогретую до четырех с половиной сотен градусов.
- Как она?
- Жива вроде…
Вторая наездница пережила падение геологического модуля ценой многочисленных переломов и сотрясения мозга. И все же, контур не был пробит, а реанимационная система старого кентавра не дает ей умереть. Надо вытаскивать, бонус за спасение оператора никто не отменял.
- Цепляйте, только осторожно!
Проследив за тем, как разбитый кентавр восстает из потока серной кислоты, Ольга разворачивает своего гусеничного скакуна и начинает карабкаться по склону, вбивая якоря перед собой и подтягиваясь по моторным тросам. Рыхлая земля осыпается под гусеницами, кислотный дождь продолжает заливать окуляры и иллюминаторы, грозя разъесть гибкие соединения, но все же, до предела разогнав старенькую изотопную батарейку, ей удается выбраться из расщелины, которая норовит превратиться в бурную реку. Чуть не сказала – полноводную реку, смеется Воронова своей немудреной шутке.
- Ну что, девчат, предлагаю хорошенько нажраться по возвращении! - Первый номер озвучивает заманчивую перспективу, которая становится вполне реальной, при условии, что они вовремя вернут драгоценные кассеты геологических проб. Да, премиальных должно хватить на хорошую выпивку, а бонус за спасение оператора обеспечит закуску, так что очередная опасная вылазка на дно атмосферного океана будет завершена успешно. Впереди, за низкой вулканической грядой уже показались мачтовые огни родного дома – передвижного лагеря Флоренс-29.
- Триш, там, у валуна, что это за следы на нашей колее, будто проехал кто после нас? Здесь же вроде никого больше не было?
Выехав вперед, Челси указывает на длинную линию идеально круглых воронок, что дважды пересекает наезженную колею. Она тут новенькая, и не понимает, что именно предстало перед ней, а вот Триш, уже многие годы пахавшая на поверхности, сразу узнает характерный пунктирный след, и Ольга видит, как мертвенно бледнеет ее черная напарница.
- Отбойник, бежим! Челси, уходи! Отбойник!
Девушки бросаются в стороны еще до того, как атмосферный океан нанесет очередной удар, но тихоходные кентавры не могут обогнать область измененного давления, что обрушивается на базальтовое плато, подобно отбойному молотку. Необычайный климатический феномен, ранее считавшийся невозможным, равно как и кислотные дожди на поверхности планеты, отбойник погубил уже тысячи колонистов. И теперь словно намеренно собирается погубить еще шестерых, явившихся из кипящего облачного покрова дробными ударами области измененного давления, где в эпицентре барометр мгновенно подскакивает с привычных девяносто до семисот, а то и тысячи атмосфер.
Внезапный вертикальный удар атмосферного молота так силен, что с легкостью крушит бетон и сталь, а разбить вдребезги скафандр ему и вовсе не составляет труда, и Ольга получает возможность узреть этот удар, когда кентавр Челси раскалывается на мелкие кусочки без всякой видимой причины. Черная земля под разбитой машиной вскипает, образуя очередную идеально круглую воронку, и только потом до них доносится характерный щелчок невидимого хлыста.
- Бежим!
Отбойник продолжает свой путь, линия воронок приближается быстрее, чем движется кентавр, так что надо маневрировать.
- Направо, направо забирай!
Земля под гусеницами содрогается от очередного удара атмосферного молота, краем глаза Ольга замечает, как переламывается топографическая мачта в десятке метров от нее, и уходит в сторону, ухватившись за ближайший валун всеми якорями. Снова удар с неба, снова мимо, еще немного, и они выйдут из зоны поражения.
- Помогите!!!
Зоя, подруга Триш, что шла последней, неся драгоценные кассеты – ее кентавр опрокинут набок, ходовая разбита, и все же, она еще жива, отбойник лишь слегка задел ее по касательной. Но теперь столб ветра возвращается обратно в непроницаемые облака, забирая с собой все, то сумел захватить, в том числе и разбитый вездеход. Кентавр Зои отрывается от воронки, вертикальный ветер тащит его вверх, прямо в облака и их вечный электрический шторм.
- Помогите!!!
- Держись!
Триш выбрасывает подруге все имеющиеся якоря, моторные тросы переплетаются друг с другом, заякорив кентавра и контейнер с геологическими пробами. Но обратный поток настолько силен, что с легкостью преодолевает сопротивление второго кентавра, и вот уже Триш начинает отрываться от земли.
- Пятерка, помогай!
Якоря Ольги оплетают гусеничные тележки кентавра Триш, еще секунда, и Воронова чувствует, как поток начинает двигать ее тяжелую машину, намереваясь забрать с собой вместе с двумя другими. Гусеницы бешено пашут черную крошку, где-то сзади с грохотом срывается якорь вместе с куском валуна, всех троих тащит все дальше, к эпицентру обратного потока.
- Помогите!!!
- Триш, я не удержу! Руби канат, не удержу двоих! Надо сбросить вес! Триш!
- Нет, не могу!
- Руби, или я отпущу тебя! Двоих не удержать, ветер слишком сильный! Руби!
Двойная черта старой колеи все ближе, кентавра Триш окончательно отрывает от поверхности, еще секунда, и Ольга последует за ней.
- Руби, или обрублю я! Триш!!!
- Зоя, прости!
Кентавр Ольги, что уже взмыл над землей, с грохотом валиться обратно, сброшенные моторные тросы вонзаются в землю в поисках хоть какой-то опоры. Рядом падает Триш, клешни ее скафандра по-прежнему сжимают контейнер с образцами. А где-то высоко-высоко, обратный поток увлекает крошечный кентавр Зои, унося ее все выше в бушующий атмосферный океан…
***
Премию они все же получили, как и положено, ибо спасение драгоценных кассет с геологическими образцами являлось задачей первостепенной важности. Бонус за эвакуацию раненого наездника также не заставил себя ждать. А то обстоятельство, что теперь премиальные надо делить не на пятерых, а только на троих, лагерное начальство не особо волнует, равно как и разбирательство с коротким, неприятным атмосферным инцидентом. Все в курсе относительно отбойника, часть работы, не более.
Нажраться по возвращении не получилось, настроение не располагает к праздникам. Номер второй, получив свою долю премиальных, тут же возвращается в барак, коротко попрощавшись с Ольгой и Триш. Девушки остаются вдвоем в тамбуре.
- Триш, у нас не было другого выбора. Если кого-то подхватит отбойником, сделать уже ничего нельзя…
Излагая очевидный факт, Ольга в любой момент готова к сшибке с первым номером, памятуя о ее превосходной крав-маге, равно как о том, что Триш и Зоя были любовницами задолго до того, как решетки передвижного лагеря Флоренс-29 опустились за Ольгой. Если напарница хочет свести счеты, то сейчас подходящий момент.
- Проваливай, не хочу тебя видеть. И больше на дно я с тобой не пойду, ищи другую дурочку.
- Хорошо…
Оставив за спиной так и не случившуюся схватку и выйдя в главный коридор, Ольга получает долгожданный вызов к лагерному начальству. Остается надеяться, что многочисленные взятки все-таки подействовали, не зря она столь упорно откладывала каждую копейку скудных премиальных.
- Номер Пятьсот Двадцать Семь по вашему вызову явилась, госпожа комендант.
- Явилась, не запылилась, - улыбкой встречает ее тучная седовласая женщина в черной форме старшего надзирателя. Окуляр старинного оптического протеза, что заменяет начальнице давно утраченный левый глаз, не спускает с заключенной крошечного огонька целеуказателя. Гражданка начальница могла бы давно сменить этот антиквариат на современный искусственный глаз, но намеренно не меняет, ибо так девочки больше ее боятся.
– Значит, тебе у нас не нравится, перевода хочется?
- Я хочу уйти с поверхности, слишком жарко там становится.
- Да? А не ты ли сама напросилась в погонщики, Пятерка?
- Госпожа, ну я же не знала, что ждет меня наверху, в учебке о таком не рассказывают! Говорят про новое оборудование, про улучшенную систему безопасности, про резкое снижение процента смертности. Но они не говорили, что серная кислота будет литься на голову в каждом выходе, не говорили об увеличении числа торнадо, а об отбойнике вообще не упоминали, мол, давняя легенда, и все тут. У нас же восемнадцать наездниц гробанулись за два месяца, и это без учета экипажа модуля. Я не хочу стать девятнадцатой!
Претензия номера 527 по-настоящему веселит всесильную лагерную куму.
- Девочка моя, ты в курсе, что я пашу на здешних райских лугах еще с тех пор, как тебя в проекте не было? Так вот, когда я начинала, почти двадцать лет назад, восемнадцать гробов за два месяца считалось у нас спокойной сменой. А на мелкие неприятности вроде выбитого глаза никто вообще внимания не обращал. Так было.
- А теперь все по-другому, люди другие стали, ну, вроде тебя и твоих товарок. Все-то вы, нынешняя молодежь, такие – много о себе мните, хотите непонятно чего, а как сталкиваетесь с реальными трудностями, вот тут-то с вас стружка и слетает. Именно такие как вы устроили все эти революции и войны за последние два года, а нам теперь с вами разбираться, пристраивать к делу, воспитывать. Не хочешь, говоришь, пахать на поверхности? Ну ладно, дело поправимое. Давай, я переведу тебя обратно в карьер, в кадмиевом разрезе как раз нужен оператор проходческого комбайна, ты же у нас вроде инженер, не так ли?
Перспектива снова вернуться к начальному ремеслу шахтера, особенно на добыче кадмия, не особо устраивает Ольгу – поток гробов в карьерах ненамного уступит надгробиям на поверхности. Не для того она два месяца подкармливала начальство взятками, не для того столь упорно добивалась этой встречи.
- Я хочу перевода, перевода на Колоссаль. Там нужны инженеры, постоянно. А еще туда нужны наездники, а я и так и так справиться могу.
- И еще тебе хочется амнистии, которая будет положена всем рабочим после запуска второго ускорителя …
- Конечно, я ж не дура. Это мой единственный шанс выбраться из Духовки!
- Для начала, миленькая моя, не надо было играть в вашу мудреную политику с революциями и попадать сюда. Что касается Колоссали, то действительно, они как раз начали закладку второй пушки, и им нужны люди, опытные люди. Но не так много, как думают, на всех работы все равно не хватит. Конечно, я могла бы дернуть за пару ниточек, и всунуть туда нужного человека, но зачем, ради чего? Точно не ради очередной глупой девчонки, тут таких на рубль десятку дают. И уж точно не ради ее скудных взносов в общую кассу, которые едва покрывают усиленный паек…
- А если взнос будет больше? Что, если глупая девчонка поможет вам на ближайших гонках? Я могу поколдовать со ставками, вы знаете, что я могу!
Не все люди азартны по природе своей, и не с каждым сработает такое предложение. Но в отношении всесильного босса передвижного лагеря Флоренс-29 Ольга уверена – госпожа начальница жить не может без больших ставок на авиагонках, самом популярном развлечении на Венере.
- Ставки, значит? И какой коэффициент обещаешь?
- Как минимум один к пятнадцати. Это хороший куш, просто отличный. Поставите десять кусков, вернете сто пятьдесят, а то и сто семьдесят!
- Ну что ж, возможно, сто семьдесят тысяч чистой прибыли действительно оплатят твой билет на Колоссаль, номер пятьсот двадцать седьмой. Но помни, девочка моя, что убыток на десять тысяч гарантирует твой билет в обратную сторону – в шлюзовую камеру без скафандра. А теперь, когда ты в курсе насчет поездки в оба конца, то можешь приступать к работе и сделать меня богаче уже до конца месяца. Свободна!
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 2
КАМЕШЕК В НЕБЕ
Говорят, ни один муравей никогда не видел родного муравейника целиком, только определенную его часть, к которой он приписан по рождению и статусу рабочего или солдата, и где будет трудиться всю свою долгую жизнь. Примерно тот же принцип реализован на пусковой установке Колоссаль – редко кто из сотрудников имел возможность осмотреть и посетить весь исполинский механизм ускорителя, на две сотни километров протянувшийся по Земле Афродиты. Только определенная часть космической пушки для каждого, строго регламентированная по рабочему контракту или предписанию заключенной, как у Ольги.
Полученное с таким трудом и риском для жизни, новое место работы прикрепляет номер 527 к наиболее почетной, но и наиболее опасной части механизма, верхнему срезу рельсотрона, что на двенадцать километров возвышается над равниной, взбираясь на вершину искусственно сооруженной горы под собственным именем Жуль Верн. Гору закончили насыпать всего-то пять месяцев тому назад, и не успел еще застыть особо прочный венерианский цемент, как на скошенную вершину уже укладывали гигантские проводники, что должны пронзить атмосферный океан своим магнитным полем и выбросить на орбиту заряд массой полторы тысячи тонн. Небывалое в здешних краях событие: прежде электромагнитные транспортные пушки на Венере не использовались ввиду исключительно плотной атмосферы, беспощадно пожиравшей начальную скорость. Но Верховного Комиссара мало интересуют эти подробности, равно как и низкий КПД установки, сопоставимый с машиной Ньюкомена: ей нужен стабильный поток сырья на орбитальной верфи, и, так или иначе, она его получит. И если обычные корабли уже не справляются, а требования по тоннажу все время возрастают, то неисчислимая армия рабочих муравьев, свободных и нет, построит самый большой рельсотрон в истории, а затем будет успешно его эксплуатировать, всего-то делов.
- Последний!
Действительно, последний контейнер с рудным концентратом занимает свое место в ядре, одноразовый космический корабль готов начать разбег. Проводники еще даже не успели набрать всей электрической мощи, а погрузочная команда в нарушение регламента уже ставит на направляющие следующее ядро – сегодня они должны вышвырнуть на орбиту на три снаряда больше, чем положено по нормативу. И еще желательно при этом не сломать катапульту.
- Трехминутная готовность!
Повсюду на вершине рукотворной горы вспыхивают красные огни, громадное табло с сияющими цифрами разгоняет призрачный полумрак бесконечной венерианской ночи. Напряжение на срезе рельсов нарастает согласно графику, орбитальный буксировщик занял позицию для подхвата груза, что вот-вот сорвется с места.
- Двухминутная готовность!
Красный свет сменяется желтым, подгоняя немногочисленный персонал верхней площадки к лучевому бункеру. Все уже закончили свои дела, все срываются с места и бегут в убежище. Все, кроме Ольги, которая по малому чину и высокому уровню инженерной подготовки получила почетное место финального контролера, что будет торчать рядом с гигантским рельсом до последнего, проверяя равномерность нарастания силы тока на обоих ускорителях. Стопроцентная синхронизация проводников в момент пролета ядра, и нулевой процент допустимой ошибки, которая может сбить драгоценный снаряд с тщательно выверенной траектории, так, что уже никакой буксир не поймает. И все это надо делать здесь, на вершине горы, у открытого всем ветрам и молниям переносного пульта, где тончайшей настройке аппаратуры не мешают толстые защитные стенки бункера. Она хотела работы, что оценит ее инженерный талант, и она получила желаемое.
- Минутная готовность! Пятьдесят девять, пятьдесят восемь, пятьдесят…
Зеленый, сейчас начнется. На счет тридцать Ольга чувствует привычную уже судорогу, что подтверждает отправку ядра, веселье начинается. Закончив проверку и убедившись, что оба рельса синхронизированы до миллионных долей ампера, старшина оставляет верхний пульт, разворачивает кентавра и мчится к убежищу на всей скорости стареньких двигателей.
- Ниже голову, салага!
Тяжелый стальной люк со свинцовым подбоем захлопывается над ней на счет девять, страховочные тросы подхватывают кентавра на счет пять, Ольга снижает болевую и ударную чувствительность до минимума, готовясь к неизбежному. Толстые свинцовые стенки бункера надежно защитят от импульса, но бояться тут следует не радиации.
- Ноль!
Скорость звука в сверхплотной венерианской атмосфере значительно превышает земную, и все же, ядро многократно обгоняет звуковой рубеж, промчавшись между искрометных рельсов совершенно бесшумно, и также бесшумно ринувшись в атмосферу. А затем приходит акустический угар.
Ольга и ее товарищи чувствуют себя букашками, что по глупости заползли в футбольный мяч перед пенальти. Звуковая волна обрушивается на вершину горы подобно близкому взрыву тактической ядерной бомбы. Гибкие своды сферического бункера стонут под непомерной нагрузкой, где-то рядом началось оседание грунта, а персонал верхней пусковой платформы медленно приходит в себя после очередного нокаута, двенадцатого с начала смены. Встать надо быстро, до того как далекий арбитр отсчитает десять – с работы их никто не снимал.
- Ах, ты ж сукин ты сын, всю контрольную линию опять порвало к чертям! Быстро наружу, чинить надо! Быстро!!!
- Бригадир, просигналь затворной команде, чтоб не спешили, нам надо как минимум полтора часа!
- Еще гениальные предложения будут? Нет?! Шевелись братва – протягивай провода и запускай дроны по новой!
Все же, бригадир отбивает вниз запрос с просьбой немного отложить следующий выстрел, и, естественно, получает отказ. У затворной команды свое начальство, ежеминутно подгоняющее их с заряжанием, и нижние работяги стремятся как можно скорее подать новое ядро и вышибить его к чертовой матери на орбиту, не особо волнуясь насчет того, что от частой стрельбы вся верхушка Жуль Верна может просто рухнуть.
- Смотрите сюда, вам это понравится!
Уже в третий раз за сутки ударная волна срывает всю наземную сеть контрольных приборов, так что проверять состояние искусственной горы приходиться лично Ольге и ее товарищам. Пока одни ставят новые радарные посты и оптические станции, другие осматривают громадные трещины и провалы грунта на южном склоне – здесь срочно требуется целое море цемента и эшелоны тюбингов, в противном случае следующий выстрел рискует стать последним. Снова экстренный ремонт искусственной горы подручными силами под струями кислотного дождя, снова ослепительные молнии от разрядников, и снова забег в бункер за минуту до выстрела. Еще один рабочий день…
***
Официально данное событие называли временной приостановкой работы, но по факту, то была эвакуация – старик Жуль Верн действительно не выдержал бесконечной стрельбы и начал осыпаться, да так лихо, что скромных усилий верхней бригады уже недостаточно, чтобы удержать гору от разрушения. Пришлось срочно сворачиваться и уходить вниз, в гигантский базовый лагерь у затвора космической пушки, где им придется сидеть безвылазно до тех пор, пока стройбат не залатает треснувшую гору обратно. Ольга не в восторге от такого поворота событий, она привыкла к их маленькой казарме со свинцовыми стенками, и не горит желанием возвращаться обратно в общую хату. Но выбора нет, и снова здравствуй базовый лагерь, где уже собралось почти тридцать тысяч человек, так или иначе обеспечивающих работу Колоссали.
Служба на самом опасном участке катапульты предполагает определенные преференции даже в тюрьме, и их маленькая команда получает долгожданные бонусы, в том числе и редкую на Венере возможность принять нормальный душ, что особенно важно для Ольги, истосковавшейся по воде.
- С дороги, девочки!
Вдоволь отхлестав себя веником из синтетической березы и насладившись бившими с потолка струями горячей воды, Ольга уже выходит из общей душевой, когда длинный отравленный волос вонзается в стену в сантиметре от ее головы. Игла вонзилась бы и в голову, если бы секундой ранее Воронова не начала маневр уклонения, что спас ей жизнь и позволил незамедлительно контратаковать противника серией сокрушительных ударов в корпус.
Обнаженные девушки продолжают схватку, рухнув в бассейн с горячей водой, убийца не оставляет попыток достать Ольгу прядью смертоносных волос, одновременно со всей силой вцепившись зубами в правое плечо. Ее челюсть усилена сервоприводами, и в обычной ситуации ассасин легко оторвала бы руку бывшей флотской старшине, просто откусив начисто. Но у Ольги правое плечо уже давно не свое, и созданный Черновой искусственный плечевой сустав не по зубам врагу, зато его прочности достаточно, чтобы дать хозяйке возможность повторно контратаковать. Тремя последовательными ударами проломив вражеский блок, Воронова крушит ребра ассасина, с четвертого удара разрушив ей спинной мозг. И сразу же продолжение атаки: схватив врага за голову, старшина изо всех сил бьет девушку затылком в керамический бортик, так что осколки плитки летят во все стороны вместе с кровавыми брызгами и кусочками мозгов.
- Не на того напала, сучка крашенная!
Ее нельзя сразу убивать, убийцу надо взять живой и допросить, но у Ольги уже нет такой возможности, она должна остановить атаку ядовитых волос, которые все же достали ее в бок, и она продолжает проламывать стену головой врага, намереваясь покончить с убийцей до того, как яд покончит с ней.
- Руки, руки подыми!
Растолкав остальных заключенных, с большим интересом взиравших за смертельной схваткой, в душевую вкатываются роботы охранники.
- Не стреляйте, начальники, не стреляйте! Не я, она начала, не я! Она пыталась меня убить! Я ранена, мне нужна помощь врача, помогите!!!
Отпустив изувеченный труп, Ольга медленно выходит из бассейна, держа окровавленные руки высоко над головой. Все плохо…
***
- Значит драться любишь? И даже, кажется, умеешь…
Допрос у начальника смены вышел очень коротким, ибо установленные повсюду камеры подтверждают правоту номера 527 – не она начала смертельный бой в душевой. Посему женщина с погонами майора, новенькая начальница в этом секторе, решает не особо утруждать себя расследованием, справедливо рассудив, что подопечные девчонки сами уладят свои дела. И передает разбор полетов мадам Лао, местному авторитету, что по старинке поддерживает порядок на объекте изнутри коллектива. Вот она проявит гораздо больше интереса к инциденту в душевой, Ольга не сомневается.
Подождав, пока номера пятьсот двадцать семь выпишут из лазарета после продолжительной очистки крови, мадам Лао вызывает девушку в свою личную камеру, по старой привычке угостив для начала новенькую настоящим красным чаем и эклерами с кофейным кремом из зеленых водорослей. И только потом приступает к сути дела.
- Знаешь ее?
- Нет, впервые вижу, - отвечает Ольга, мельком взглянув на личное дело своей несостоявшейся убийцы. Сейчас в ее планы не входит лгать всесильному криминальному авторитету.
- Ну да, судя по документам, ранее в Духовке вы никак пересечься не могли, встретившись только на Колоссали. А что насчет космоса?
- За все годы моей службы, мадам, я никогда ее не встречала, по крайней мере, в том теле, которому я проломила череп. Мои друзья и коллеги – также не думаю, что-то кто-то из них пересекался с этой бешеной собакой.
Здесь мадам придется поверить новенькой на слово, ибо она сама квартирует на Венере уже восьмой год, и не имеет возможности ни подтвердить, ни опровергнуть слова номера 527.
- Прелестная вырисовывается картинка – две девчонки никогда прежде не видели друг друга. Но вот они обе встретились в душевой на Колоссаль, и едва успев потереть друг другу спинки, одна уже пытается прикончить другую, да еще с оружием, что тайно пронесла на борт. Знаешь, в любом другом краю Духовки ваша ссора не вызвала бы особых хлопот: подумаешь, один номер решил пришить другого, случается. Но тут, на Колоссаль, тут так нельзя, новое начальство ценит порядок, и убийства на катапульте крайне не приветствуются. Я слежу за этим, и в последние два месяца не давала боссам повода усомниться в моем руководстве. А затем появляешься ты, и всего за пару минут портишь мою статистику. Скажешь, что так вышло случайно, ты не хотела и тебе очень жаль? Или, может быть, девочка намеренно старается, чтобы я потеряла лицо?
Время чая и эклеров с кофейным кремом окончено. Если мадам Лао потеряет лицо посредством выходки Ольги, то Ольга потеряет голову.
- Я нижайше прошу прощения, мадам, - ответствует номер пятьсот двадцать семь, склонившись в максимально низком поклоне. – Я не встречалась с убийцей прежде и не знаю ее, но знаю, зачем она пришла по мою душу. Это неслучайная ссора или ошибка, ее послали снять именно мой скальп. Я недавно опрокинула на деньги влиятельных персон из Дома Золотой Хризантемы, они такое не прощают. Но по своей глупости, я думала, что якудза не доберутся до меня здесь.
- Продолжай, я заинтересована.
Вместо ответа Ольга выводит на экран результаты финального этапа гонок на аэроциклах, что состоялся два месяца назад и закончился неожиданным поражением фаворита, принесшего огромный выигрыш одним, и чувствительные убытки другим. И тут безмятежное лицо мадам Лао расплывается в улыбке. Более того, китаянка уже не может сдержаться и заходиться заливистым смехом, глядя на итоговое распределение ставок.
- Так вот значит, кто так ловко выставил японцев на деньги в их же игре! А я-то думала, в наших краях уже не осталось безнадежно тупых оптимистов, что попытаются опрокинуть тотализатор…
Приступ веселье обрывается мгновенно, теперь лагерный авторитет снова буравит Ольгу недобрым взглядом.
- Кто тебя надоумил подломить букмекера, девочка? Начальница с двадцать девятой станции? Но у нее не хватило бы фантазии на такой трюк…
- Нет, я сама ей предложила. Мне нужен был перевод на Колоссаль, и я готова была заплатить за него, мне до зарезу нужна амнистия. Думала, что японцы ничего не узнают, и не найдут меня здесь.
- До посадки в кастрюлю индюк тоже развлекал себя мыслительными процессами. Раскрою секрет – старая сука, кума с двадцать девятого участка, она тебя и сдала якудза. Получила бабло, по-быстрому сбагрила тебя с объекта, чтоб потом битую посуду не собирать, а затем позвонила нашим общим японским друзьям.
Здесь мадам снова улыбается своей шутке, и Ольга отвечает ей нервной улыбкой: все в курсе, какие горячие отношения поддерживаются между якудза из Дома Золотой Хризантемы и Нанкинской Триадой, которой принадлежит госпожа Лао. Вековая вражда никуда не делась и здесь, в полусотне миллионов километров от разрушенной Земли.
- Знаешь, эти напыщенные самураи, конечно, скажут при случае, что убили тебя только из соображений чести, в отместку за нанесенное оскорбление. Что есть, то есть, оплеуха вышла звонкая, по всей Духовке услышали. Но потеря лица только часть дела. А вторая часть, это тот факт, что ты сумела взломать их сложнейшую защиту и обокрасть якудза в их же доме, в их же игре. То есть, сделала то, чего никому в наших краях не удавалось уже пятый год. И сейчас они ищут тебя из страха, боясь, что ты можешь повторить сей веселый трюк. И чует мое сердце, что ты и правда можешь, не так ли?
Прекрасно поняв, куда клонит авторитет, девушка отвечает коротким кивком.
- Значит, можешь, хорошо. Справишься не только с тотализатором, если понадобиться?
- При наличии нормального оборудования и стабильного доступа к сети – не только с ним, госпожа.
- Прекрасно, мне всегда нравились талантливые профессионалы, вроде тебя. Стало быть, девочка, порешим мы следующим образом…
Лао дважды звонко хлопает в ладоши, и в камеру входят две незнаковые заключенные – бритоголовая африканка, неустанно жующая жвачку и девушка – альбинос, что сканирует Ольгу немигающим взором красных глаз. На них промасленные желтые комбинезоны с шевронами старших техников, но что-то подсказывает, что подручные мадам трудятся не по инженерной части.
- Знакомься – Заинька и Кисонька. Девочки – это номер пятьсот двадцать седьмой, она же Пятерка, очень приятно. Она мой гость, ценный гость, и я не хочу, чтобы с ней что-нибудь случилось на моей земле, а случиться может, у наших японских партнеров есть к Пятерке претензии. Головой за нее отвечаете!
Телохранители синхронно кивают в ответ, затем удаляются, не проронив ни слова.
- Ладно, с этим решили. Теперь насчет работы…
На секунду прервавшись, мадам делает пару заметок в бумажном календаре.
- Насчет работы – на ускоритель ты не вернешься, мы не сможем тебя там прикрыть. Будешь рядом со мной, переведу тебя в главный док. Не волнуйся, стаж там идет так же, как на катапульте, так что получишь свою амнистию в срок, а может и раньше, если доживешь. Официально ты теперь докер, ну а в реальности, поработаешь на меня. Мне нужно повторить твой фокус с тараканьими бегами, но в серьезно большем масштабе, причем повторить быстро. С тебя список оборудования и вообще всего, что там тебе нужно для творчества.
- Будет исполнено, мадам. Где вы хотите организовать новый трюк?
Старинное чернильное перо порхает над бумагой, мгновенно изобразив очертания некого промышленного предприятия на другой стороне планеты.
- Знаешь, что это, где и кому принадлежит?
- Догадываюсь…
- Ну, вот и хорошо.
Мадам взмахивает рукой, и тонкий листок исчезает во вспышке пламени.
- Расклад такой. За тридцать дней, еще до запуска второй пушки, ты должна будешь прекратить работу этого объекта, навсегда прекратить. Сделаешь – станешь моим лучшим другом. Не сделаешь – станешь моим лучшим покойным другом. Что скажешь?
- Извините, мадам, но при всем уважении, я не справлюсь. Не справлюсь одна. Тут нужна команда.
- Поясни.
Помня, что перед ней неспециалист, Ольга старается как можно проще пояснить ситуацию. Охрана указанного объекта слишком сильна, и обычная хакерская атака там ничего не даст, совсем не то, что выставить букмекерскую контору. По той же причине, крайне малые шансы на успех имеет рейд диверсионной группы. Но совместная, отлично скоординированная сетевая атака и налет боевиков может принести успех. Маловероятно, но возможно.
- Интересные у тебя познания для простой арестантки, подруженька моя, и опыт необычный. Сдается мне, тот, кто просто отправил тебя сюда, а не пустил сразу в расход, сделал большую ошибку и еще пожалеет о ней. Ну ладно, это не мое дело. Значит, ты говоришь, что единственный наш шанс ударить одновременно изнутри и снаружи, задействовав команду диверсантов и опытного хакера. Так?
- В общих чертах – да.
Китаянку снова тянет на улыбку, и Ольга не может понять, хороший это знак, или плохой. Она никогда не была сильна в прикладной психологии.
- Ну, и естественно, что на место хакера ты предлагаешь себя. Очень удобно, тебе не понадобится самой идти на передовую. А с моей стороны, стало быть, нужен сущий пустяк – собрать диверсионную команду, подготовить их в короткий срок, оснастить всем необходимым и забросить на объект. Не самое равномерное распределение усилий, тебе не кажется?
Ольга не утруждает себя ответом на риторический вопрос. Вместо этого она готовится к неизбежной схватке с Заинькой и Кисонькой, если мадам все же решит отказаться от дела, и тем самым, избавиться от нее. Нет, маловероятно, слишком нужен ей рейд на завод, у босса Лао свои боссы, которые не простят промедления.
- Ладно, уболтала, чертовка языкастая, попробуем. С тебя общий план атаки, а я пока пойду народ подымать. И помни, миленькая моя, ты дала слово. Будь любезна, не разочаровать меня, ладно?
***
Повсюду кругом происходят интересные процессы и дела космического масштаба. Ремонт треснувшей горы закончен, и первая катапульта продолжает с грохотом выбрасывать тяжеленные ядра на орбиту. Но что еще более важно, сооружение второго ускорителя идет с опережением графика, инженерные батальоны уже закончили насыпать соседнюю искусственную гору, что получит собственное имя Герберт Уэллс. На вершину Уэллса уже заводят первые, пока еще тонкие фермы ускорителя, строители намереваются закончить до конца месяца, для чего постоянно требуют новых материалов и рабочих. И вот уже базовый лагерь превращен в огромный проходной двор, через который Колоссаль питает себя всем необходимым.
Работая младшим администратором в доке, Ольга своими глазами наблюдает это вселенское столпотворение, пропуская сквозь свой безграничный разум бесчисленные данные о грузах и рабочей силе, прибывающей и убывающей. И все надо делать, и делать хорошо, ни на секунду не забывая о главном деле, о главной работе, ради которой мадам обеспечила ей неожиданное повышение.
Статус протеже влиятельнейшего криминального авторитета имеет как минусы, так и плюсы. Плюсы проявляют себя раньше минусов, ибо покинув уютную одиночную камеру мадам, Ольга сразу попадает под действие молчаливой, незаметной, но эффективной охраны. Заинька и Кисонька постоянно держаться где-то рядом, но бывшая старшина уверена, что двумя матерыми убийцами прикрытие не ограничивается, и это обстоятельств весьма ее радует. Прежде, у нее не случалось здесь серьезных конфликтов с другими заключенными, и гораздо больше Ольга боялась адских условий работы на поверхности или в кадмиевых разрезах. Теперь же все изменилось – она получила надежную прописку в администрации, и может больше не выходить на дно атмосферного океана. Но с другой стороны здесь, на стремнине постоянного потока груза и людей, кому-нибудь не очень доброму и вежливому будет легче к ней подобраться, и Ольга прилагает все усилия, чтобы заранее вычислить возможную угрозу, сканируя тысячи накладных и личных дел ежесуточно. Пару раз ей удалось вычислить потенциальных убийц по скрытому в их телах оружию, вычислить и вовремя предупредить охрану. Но на третий раз отряд ликвидаторов смог проскользнуть мимо ее всевидящего ока, что вылилось в короткую, но яростную схватку в общей казарме, куда мадам предусмотрительно поместила точную копию Ольги, за короткий срок преобразив пластической хирургией одну из заключенных.
Наживка сработала как надо и погибла с честью, изувеченные тела убийц оперативно спущены в биоректор, а Ольга, счастливо миновавшая кровавую бурю, оказывает срочную техническую помощь Заиньке, соорудив своей защитнице биомеханический протез вместо оторванной левой ладони. К сожалению старшины, у нее не получается так здорово и красиво, как Эльза в свое время сделала ей, но Заинька остается весьма довольна.
- Классная штучка, спасибо, - говорит африканка, любуясь своими новыми металлокерамическими пальцами. Для проверки протеза она несколько раз сгибает закаленный арматурный прут внешнего купола, и остается еще более довольной полученным результатом.
- Я прошу прошения, ведь все из-за меня…
- Не извиняйся, сестренка, ты тут совершенно ни при чем. Это просто наша профессия – солнышко светит, травка растет, у Венеры нет спутника, а мы с Кисонькой на пару гасим всяческих уродов, на которых укажет мадам. Честно признаться, я даже рада, что Лао поручила нам охранять тебя, и рада, что у тебя действительно есть настоящие, стоящие враги, а не всякая мелкая шушера. Я обожаю бить якудза, Кисонька тоже, а тут, на Колоссаль, тут и бить-то особо некого, слишком много начальников за всем присматривает. Видела бы ты нас в нижних бараках или на пересылке, вот там реально весело…
Заинька погружается в приятные воспоминания о других каторжных тюрьмах бесконечного венерианского Гулага, а Ольга тем временем заканчивает настройку ее новой ладони, уделяя особое внимание скрытым лезвиям и отравленным кончикам ногтей. Все работает прекрасно, и Заинька теперь еще лучше сможет заниматься любимым делом.
- Слушай, а ты не бывала на тридцать седьмом пересыльном пункте?
- Нет, слишком далеко, а что?
- Да так, знакомый там один чалился…
Своеобразный лагерный этикет не предполагает долгих расспросов, и Заинька не интересуется, какой знакомый, и что он делал на тридцать седьмой пересылке. Вместо этого она еще раз благодарит девушку за импровизированную хирургическую операцию, и идет дальше по делам, напомнив Ольге, что долгожданный груз, наконец, пришел. Подготовительный этап закончен, и теперь у них осталось всего шесть дней до запуска второго ускорителя.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 3
СМИРЕННО ПРОШУ ВАС УМЕРЕТЬ
- С нами был Пит Нун и Herman’s Hermits. А сразу за ним – Скотт Уокер и песня, под которую я впервые танцевал со своей второй женой. Или уже с третьей, не помню… Короче, встречайте – Lights Of Cincinnati!
Ольга тоже хорошо помнит и любит эту песню, но только танцевать ей сейчас совсем не хочется. Равно как и слышать знакомый голос – голос Космического Ковбоя.
Этот старый корабль пашет на каботажных перевозках в окрестностях второй планеты чуть ли не со времен войны, и Ольга слышала его радиопередачи еще в раннем детстве, когда только начинала увлекаться рок музыкой. Старина Тэд, бессменный владелец и пилот Ковбоя, помимо грузоперевозок увлеченно служил своей давней страсти – воспитанию хорошего музыкального вкуса у молодых космонавтов, для которых он день и ночь крутил отличную старую музыку, вот как сейчас. Ольга слушала его голос, когда служила на Высоком Доме, слушала, возвращаясь с проигранной марсианской войны, да и потом, в бесконечном вихре катастроф, войн и революций иногда находила время настроить приемник и услышать знакомые позывные. В любой другой ситуации она с радостью встретилась бы со стариком Тэдом и поговорила с ним о лучших годах в истории музыки. Но не сейчас, когда именно Космический Ковбой оказался не в то время не в том месте.
- Начали!
Скотт Уокер заканчивает последний куплет, сейчас должна пойти следующая песня, либо же Старик Тэд перейдет к поздравлениям и общению со слушателями. Но вместо поздравлений приходит тревожный вызов.
- Контрольная Двадцать Семь – это Космический Ковбой, у меня возникли проблемы с навигацией, необходима внешняя настройка. Контрольная, дайте координаты, прием! Контрольная!
Все, Ковбой вошел в нужный сектор, Черная Гора прямо под ним, можно начинать. Игла входит в сонную артерию Ольги, выстреливая в кровь заряд особо мощного и повсеместно запрещенного стимулятора. Прежде у нее не было нужды в подобном допинге, но ведь прежде старшина играла в подобные игры из своего уютного отсека оператора, где вся мощь бортовой электроники усиливала ее разум. Но здесь же нет Большевика, и нет надежного плеча Владимира Ильича, на которое всегда можно опереться, есть только устаревшее оборудование диспетчерского центра и безумная по своей структуре венерианская матрица. Сеть второй планеты от солнца непохожа ни на что другое в своей архаичной кабельной структуре, и сейчас освобожденное сознание девушки мчится по бесконечным проводам, подобно взрывной волне. Вот она уже на другой стороне планеты, на передатчиках дальней связи, а от них, по УКВ каналу на орбиту, в процессоры навигационных спутников и контрольной станции, что пытаются взять управление над взбесившимся кораблем.
SOS, SOS, SOS!!!
Сигнал тревоги сменяется сигналом бедствия, неуправляемый каботажник рушится с орбиты. Старик Тэд все еще пытается спасти своего коня, но Ольга не даст ему ни единого шанса, а серый небосвод все ближе.
- Прыгай, Тэд, прыгай! Скорей!
Пилот все еще там, стоит на посту, сражаясь до самого конца, не бросая друга в беде и словно желая кануть в бездну вместе с ним. Но сейчас не время для благородных жестов, и вопреки воле пилота Воронова лично замыкает контакты, катапультировав рубку управления за борт. Проводив спасательную капсулу немигающим взором камер, она принимается рубить файервол, прокладывая себе путь к резервному автопилоту. Есть контакт, контроль посадки и векторов тяги в ее руках, серая стена все ближе. Угол входа в атмосферу превышает критический рубеж, раскаленный поток газов рвет на части внешний корпус Ковбоя, но ей удается перехватить рули за секунду до полного обрушения конструкции. Теперь Ковбой уже не развалится, теперь он рухнет на дно атмосферного моря одним куском, именно там и тогда, где нужно Ольге, что сбросила корабль с небес.
- Внимание – впереди запретная зона!
Новый чрезвычайный сигнал, идущий с поверхности, а не с орбиты. Но это не мольба о помощи, а приказ немедленно изменить курс, изменить под угрозой силы. Процессор Черной Горы уже знает, куда рухнет обреченный корабль, и это ему совсем не нравиться, но как вежливый компьютер, он один-единственный раз предлагает Ковбою совершить харакири в каком-нибудь другом месте. И, не дожидаясь ответа, берет каботажник на прицел, Ольга чувствует нежное прикосновение миллиметровых радарных волн, дающих последние указания зенитным пушкам ближнего действия.
Удар! Поток света проламывает правую скулу Ковбоя, и идет дальше, круша бытовые отсеки и главный трюм. Хорошо еще, трюм полом каким-то барахлом, и лазерная плеть не дошла с первого раза до двигателей. Плюс сверхплотная венерианская атмосфера пожрала большую часть смертоносной энергии по дороге. Но, не добившись желаемого результата с первого выстрела, процессор Черной Горы повторяет удар, и в этот раз Ольга едва успевает повернуть корабль по продольной оси, снова подставив трюма с грузом вместо моторов. Все-таки долгая совместная работа с лучшими пилотами солнечной системы приносит свои плоды, и теперь она владеет хоть какими-то азами высшего пилотажа.
Процессор спешно перезаряжает излучать и бьет в небо, с третьей попытки пробив Космического Ковбоя навылет за полторы секунды до столкновения с землей. Контакт с кораблем утерян, слабенький сигнал черного ящика не проходит из-за мощнейшей бури, охватившую большую часть западного полушария, но спутники дорожного контроля подтверждают точные координаты падения Ковбоя. Он умер там, где и должен был умереть.
- Код красный!
Красный означает, что все в порядке – падение и последующий взрыв Ковбоя изрядно проредил северный оборонительный сектор Черной Горы. Сбросить его на сам завод Ольга и не мечтала, слишком частый и плотный там лазерный частокол. А вот уронить каботажник на окраину завода и проделать здоровенную дыру в заборе вполне реально.
Сетевой трафик резко нарастает, конкурирующая сторона живо обсуждает произошедшее. Поверят ли они, что все произошедшее просто катастрофа, и Ковбой разбился сам по себе? Если не дураки, то не поверят, не бывает таких совпадений на особо важных объектах.
- Десять минут!
Отсчет пошел. Они уже внутри, должны быть, ибо Ольга все еще не имеет подтверждения, до сих пор у нее не было контакта с наземной группой, их не должны были отследить по радиоканалу. Мощнейшего взрыва и обрушения сети вполне достаточно, чтобы незамеченными проникнуть на комбинат, а уже дальше диверсантам понадобиться ее помощь. Надо успеть все сделать всего за десять минут, ровно столько потребуется якудза, чтобы экстренно перебросить подкрепление на Черную Гору, если местная охрана не справится. А она явно не справится, ибо установив надежную связь с диверсантами в тяжелых скафандрах, старшина видит, как они прокладывают себе путь огнем и лучевой плетью. Не останавливаться, чтобы подобрать раненых и убитых, все время вперед, к главным цехам завода, ибо только там и только по выполнению задания их подберут десантные транспорты, таков уговор. И хотя Воронова остается в безопасности на другой стороне планеты, она тоже должна вместе с диверсантами идти вперед и драться до конца, зная, что если выскочит из сети раньше времени, боевики Лао точно прикончат ее.
Одна из внутренних линий связи наконец-то захвачена неповрежденной, и девушка обрушивает на оперативный центр завода всю мощь десятка малых ледоколов, что Лао приобрела за бешеные деньги где-то на черном рынке. Поначалу их удар достигает цели, и крысиная стая уверенно продвигается вперед, обрубая защитный контур Черной Горы, открывая путь наемникам и уничтожая всех, кто не успел убраться с дороги. Но якудза не зря владеют заводом, и они также не поскупились на защиту, выводя на ринг своего чемпиона в тяжелом весе – хорошо знакомый золотой кристалл, что чуть не убил ее в сердце Тартара. Не собираясь выяснять, откуда у якудза взялся этот сетевой убийца, Ольга спешит убраться с его дороги, не забывая творить разные электронные гадости. И золотой ромб следует за ней, он пускай слегка медлительный, но очень тяжелый, с легкостью давящий ее электронных крыс.
- Быстрее мы уже видим их авиацию на радарах!
Впереди, за руинами и стеной огня показалась главная цель – громадные ректификационные колонны. Осталось совсем немного, надо подобраться к самому их основанию, туда, где сходятся все трубопроводы от всех цехов Черной Горы. Уцелевших охранников наемники берут на себя, а местная система безопасности уже не может встать на их пути, ибо именно ее в первую очередь рвали стальными зубами крысы Ольги. Но теперь от самой крысиной стаи остались жалкие ошметки, и золотой кристалл продолжает методично их добивать, находя время для охоты на вредителей и по другую сторону киберпространства. И вот уже рухнувший мостовой кран давит одного из диверсантов, а серия взрывов в малой сети трубопроводов убивает еще двоих – противник, как и она сама, обожает инженерные ловушки.
- Где они, Пятерка, где?!
- Не знаю, ничего не вижу. Но они точно живы, хоть кто-то еще жив, они дойдут, - спокойно отвечает на окрик Лао микроскопическая часть сознания девушки. Все остальное занято решением двух взаимоисключающих задач, ибо ей надо продержаться еще немного, обеспечив прикрытие наемникам, одновременно не давая золотому убийце подмять себя. Электроника Черной Горы сходит с ума от бушующего в ее недрах сражения, и это безумие позволяет Вороновой ненадолго окинуть взором главный цех завода. Вот они, циклопические махины колонн, где уцелевшие наемники уже ставят ядерные мины. Они успели, все же успели.
- Заряды установлены, таймер на пять минут и сразу отходите, транспорт уже ждет!
- Взрывай немедленно!
Матрица не оставляет места для эмоций, и Ольга спокойно отвечает мадам, что диверсионная группа еще не покинула объект, и им нужно время на отход, как и планировалось изначально.
- Взрывай немедленно! Японцы уже на подходе, их саперы успеют снять мины за пять минут! Взрывай, а то пристрелю!
Где-то очень далеко от Черной Горы и идущего на ней сражения, Заинька подносит свою ладонь к затылку номера 527, из запястья выскакивает тонкий нарезной ствол.
- Делай, что велит госпожа. Взрывай!
- Хорошо.
Не испытав никаких эмоций к семнадцати уцелевшим наемникам, с которыми она успела сдружиться за время тренировочных боев, Ольга подрывает тактический ядерный заряд в метре от их лиц. По крайней мере, эти храбрые мужчины и женщины умерли мгновенно.
- Есть подрыв первой колонны! Есть вторая и третья! Все, конец…
В этот раз им не нужны спутники дорожного контроля для подтверждения успешного завершения атаки – вместо спутников одна за другой сработают сейсмические станции, безошибочно фиксирующие рукотворное десятибалльное землетрясение на другой стороне планеты. Обрушение главных ректификационных колонн неизбежно ведет к чудовищной силы взрыву, что гарантированно разрушит Черную Гору до основания. Завод термоядерного топлива, гордость, сокровищница и главный источник прибыли венерианских якудза, списан со счетов, как несуществующий. Госпожа Лао может быть довольна.
- Хорошая работа, девочка. Я никогда в тебе не сомневалась, молодец.
Игла выходит из шеи Ольги, соединение разорвано. Нарезной ствол скрывается в своей нише, Заинька ласково треплет старшину по коротко стриженой макушке.
- Без обид, подруга!
- Без обид… - отвечает Ольга. Африканка широко улыбается в ответ и громко хлопает очередной пузырь жвачки.
- Идем, девчонка, выпьем – Кисонька проставляется, она забилась, что ты облажаешься.
- Кто, я? Да ни в жизнь…
***
По соображениям военной цензуры и информационной безопасности, взрыву Черной Горы не стали уделять много внимания. Для большинства обитателей Колоссали, как свободных, так и подневольных, катастрофа на другом полушарии прошла одной строкой в новостном бюллетене. Впрочем, простой народ из бараков и рабочих лагерей данным инцидентом не особо интересовался, своих дел по горло. К черту неприятности у субподрядчиков, всех здесь больше беспокоит ввод в строй второй катапульты, ибо из комиссариата опять пришли требования ускорить работы – срок запуска в очередной раз сдвинут.
И все же, взрыв имел свои последствия и здесь – все желающие могут наблюдать очевидное усиление мер безопасности на объекте. Местная администрация не справляется, посылает запрос об усилении режима и получает запрошенное подкрепление в полном объеме – полноценный батальон военной полиции, что экстренно спустился с орбиты и контролирует теперь почти каждое действие на Колоссали и за ее пределами. И много других мер, невидимых для непосвященного, но отчетливых для Ольги. Впрочем, главной меры, той, которую она так ждет и на которую так надеется, еще не случилось.
Пока высокое начальство опасается повторения диверсии и очередной террористической атаки, бывшая старшина Воронова как огня боится ответного визита вежливости японских партнеров. Естественно, они не оставят без внимания гибель Черной Горы, ибо Верховный Комиссар сурово спросит за потерю ценного актива, и остается только гадать, сколько высокопоставленных якудза уже поспешили с ритуалом сеппуку, чтобы избежать личных объяснений с мисс Донован. И также естественно, что оставшиеся в живых сейчас ищут авторов атаки, примерно представляя, где и кого искать. Диверсионный отряд погиб вместе с заводом, но таинственный хакер и его наниматели уцелели, значит, в любую минуту Ольгу может ждать контакт с рассерженными бизнесменами. Но пока все тихо, Заинька и Кисонька продолжают молчаливо прикрывать ее спину, не докладывая о новых столкновениях.
Мадам Лао вернулась к своей роли хозяйки лагерных бараков, временно ограничив контакты с Ольгой и предоставив ей возможностью заниматься обычной работой инженера-оператора в главном доке. Так долго продолжаться не может, и рано или поздно очередные бандитские дела встанут перед ней. Но точно не раньше визита высокого начальства.
- Уже завтра? Ты уверена? – Ольга спрашивает соседку по камере, первой подхватившей долгожданный слух.
- Еще бы, нашу смену уже запрягли на усиленный наряд. Вертухаи хотят, чтобы к прибытию Ведьмы тут все работало как швейцарские часы! Вашу команду тоже припашут, не сомневайся.
- Я и не сомневаюсь…
Итак, Ведьма приезжает завтра, и теперь это уже свершившийся факт, спустя полчаса встревоженная мадам повторяет новость перед своей командой. Официально объявлено, что Комиссар желает лично наблюдать пробный выстрел второй катапульты. Но местные старожилы уверены, что на самом деле Ведьма нагрянула разбираться со взрывом Черной Горы, из-за которого очень серьезно слетели графики поставки топлива. Обидно получается – катапульты стреляют без перерыва, заводы и стапели работают круглосуточно, но никто никуда не летит, ибо заправлять новенькие ковчеги нечем. Посему, все очень обеспокоены, и Ольга может их понять – она лучше других знает, что скрывается за миленькой улыбкой мисс Донован. А тут еще и погода начинает портиться…
- Служба солнечного контроля подтверждает, что в самом ближайшем будущем нас всех ждет солнечная буря, которая закроет весь радиус. Причем это будет самая сильная буря за последние восемнадцать лет, так что связь пропадет начисто и очень надолго. Наверное, было бы логичнее отложить пробный пуск как минимум на неделю и дождаться, пока чертова буря утихнет, но у госпожи Комиссара другое мнение на этот счет, единственно правильное мнение. Она хочет выстрелить первый снаряд до начала шторма, и наша общая задача обеспечить выстрел во что бы то ни стало. Так что, дорогие друзья, не подведите меня!
Страх, рожденный в высоких кабинетах, передается вниз по иерархической лестнице и вскоре добирается до самых дальних углов лагерных бараков. Проверки учащаются, внушения следуют одно за другим. И все же, с работы их никто не снимает, ведь Комиссар действительно намерена обогнать грядущий солнечный шторм – час назад ее корабль сел на правительственной стоянке. Дженна Донован приехала лично засвидетельствовать первый запуск готовой пращи.
- Так, мальчишки и девчонки, я хочу, чтобы сегодня все прошло без сучка и задоринки. Вторая пушка готова, и пускай она еще не прошла всей серии испытаний, мы справимся, мы делали эту работу сотни раз. Задание легче, чем обычно, на затворную станцию подано пустое ядро, так что повышать напряжение до максимума не потребуется, проводка выдержит. Давайте спокойно сделаем свое дело. По местам! – Старший смены объявляет тридцатиминутную готовность к выстрелу.
Однако и через тридцать, и через пятьдесят, и через сто минут пустое ядро все еще стоит у затвора – первый выстрел приказано отложить. Это не техническая накладка, просто Комиссар еще не соизволила взойти на обзорную площадку. По всей видимости, она решает очевидную проблему с гибелью Черной Горы, и ее решение не принесет радости никому из присутствующих. Но вот, наконец, красные прожектора на обзорной площадке сменяются зелеными, начальство расселось по своим местам и желает лицезреть первый выстрел Герберта Уэллса. Ольга успевает прочесть последний прогноз из обсерватории – небо пока чистое, ближайшая звезда еще только готовиться устроить им всем несколько очень горячих дней.
- Затворная команда подтверждает готовность к выстрелу, прием!
- Ядерщики – готовы дать полный разряд по сигналу.
- Измерительная станция – небо чистое, ловец занял позицию.
Десятки служб и департаментов поочередно подтверждают готовность прострелить небосвод из гигантской пушки. Команда Ольги также вносит свою лепту – они следят за возрастанием силы тока на всем протяжении проводника и находят, что все в порядке и электроны готовы дружно бежать в нужном направлении.
- Желтый флаг, желтый флаг на дистанции! Тридцать секунд! Двадцать девять, двадцать восемь, двадцать семь…
Последние уходящие секунды должны стоить всех предыдущих усилий и лишений, Ольга уверена в этом. Она поводит шеей из стороны в сторону, словно борец перед схваткой, а затем выстреливает в операционную систему дозой вредоносных команд, что до сих пор прятала в самой глубине своего генетического кода. Если эта подстава, то брать ее будут сейчас.
- Шестнадцать, пятнадцать, четырнадцать…
Никто не пришел, они не знают. Первый блок команд достиг цели: Ольга действует осторожно, словно миниатюрной отмычкой, еще не время бить кувалдой. Сейчас ей просто нужна система видеонаблюдения в правительственной ложе.
- Девять, восемь, семь…
Скрытые камеры не подводят, дав возможность Ольге быстро оглядеть роскошную ложу, где по такому случаю собралось все начальство Колоссали со свитой. Впрочем, на них она не обращает внимания, ей нужен только один человек, что восседает в центральном кресле, словно на троне. Сотня проверок по известным только ей параметрам подтверждают надежды старшины Вороновой – это не двойник, не голограмма и не робот. Это она.
- Три, две, одна, ноль. Выстрел!
Затворная станция выталкивает ядро на проводники, снаряд набирает скорость быстрее обычного, он ведь пустой внутри. Но все равно, масса гигантского контейнера огромна и огромна его скорость, что сложатся сейчас в едином импульсе.
- Сбой на участке тридцать два, дисбаланс нарастает!
- Отмена, отмена! Остановить запуск! Стой!!!
Они уже пытаются аварийно сбросить ядро и рубят проводники, но Ольга знает, что ее соседи по диспетчерской станции не успеют – она очень долго высчитывала этот момент и не оставит никаких шансов коллегам. На тридцать втором участке магнитное поле меняет свою конфигурацию, амперметры показывают безумные значения, и доселе идеально синхронизированные проводники начинают играть каждый по-своему. Левый рельс разгоняется так, что того и гляди взорвется по всему протяжению. Но на правом проводнике сила тока, наоборот, снижается, даже не снижается, а падает, падает стремительно в четко рассчитанной точке, и огромное металлическое ядро не может не среагировать на это падение. Словно гоночную машину с заклинившим рулевым колесом, ядро сносит с идеально прямой трассы, отклоняя вправо от стартовой линии, еще фракция секунды и полет становится неуправляемым.
- Берегись!!!
Поймав максимальный боковой импульс на тридцать пятом участке, ядро окончательно сходит с рельс. Оно больше не летит в бушующее черное небо, нет, сорвавшись с прямой линии и проломив правый ускоритель, ядро мчится к срезанной вершине горы, на которой оборудована обзорная площадка. Летит на скорость в двадцать пять раз превышающую звуковой рубеж.
Ольга отчетливо видит это последнее мгновение камерами ложи. Там еще не поняли, что именно произошло, не все даже осознали опасность, и только несколько управленцев готовы сорваться с места, расталкивая охранников, официанток и приглашенных знаменитостей. Привычный пейзаж с серебряной лентой ускорителей застилает вспышка на тридцать пятой отметке, кажется, кто-то кричит, а девушка на троне по-прежнему сжимает бокал шампанского и смотрит на махину контейнера, что черной тенью застилает весь мир в высоких окнах. Контакт.
- Господи Боже ты мой! Смотрите! - Соседка по рабочей станции указывает на вершину горы, что исчезает в могучем взрыве. Ядро сносит плоскую верхушку вместе с обзорной площадкой и вспомогательными помещениями, вулкан раскалывается до основания, через секунду к ним приходит сейсмический удар.
- Надо, надо что-то сделать, надо доложить… Надо куда-то доложить!
- Ты права, надо доложить, - Ольга спокойно отвечает растерянной соседке, ребром ладони проломив ей шейные позвонки. И пока еще датчики контроля жизнеобеспечения не подтвердили смерть оператора, она уже входит под ее именем в директорию станции дальней связи.
- Всем, всем, всем! Внимание всем, кто меня слышит, внимание всем! Валькирия пала, я подтверждаю падение! Начинайте немедленно, Валькирия пала! Я достала её!
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 4
СОБЫТИЕ, КОТОРОЕ НИКТО НЕ ЗАМЕТИЛ
Дистанционный подрыв снаряда в пятистах метрах по правому борту. Удар. Большая часть осколков проходит по касательной, отскочив от бронепояса, и все же дыр они наделали изрядно, в которые с воем и грохотом устремляются остатки атмосферы. Где-то позади, вспыхивает и тут же гаснет пожар, но Ольгу это не волнует. Ее волнует сигнал тревоги системы жизнеобеспечения соседнего скафандра – раны Андрея оказались сильнее, чем она думала. А еще больше волнуют показания последнего уцелевшего радара обзора задней полусферы. Теперь ясно, почему нет второго удара, что должен был стать решающим.
- Готов – налетел на мину, бандит! По крайней мере, семь прямых попаданий!
- Дистанция?
- Сто пятьдесят, и нарастает! Все, он отстал, двигателю конец…
Совсем недавно их новый корабль обладал отличным набором навигационного оборудования, радаров и средств связи. Но сначала абордаж, а затем два подряд боя на близкой дистанции стали фатальными для большинства приборов. Телескопы разбиты, радарные решетки порваны в клочья, антенны сорвало. И все же, тех скудных средств наблюдения, что у них остались, достаточно для подтверждения простого и понятного факта – отчаянный маневр Андрея удался. Эсминец Тартара, что висел у них на хвосте, на полной скорости выскочил на минное поле, потерял при взрыве оба мотора и теперь уже не сможет их преследовать, может только стрелять вслед. В противном случае их уже брали бы на абордаж.
- Все, мы вышли из зоны поражения.
Разбитый враг остается висеть в пустоте, еще какое-то время безрезультатно растрачивая снаряды. Обширная минно-торпедная позиция позади, впереди чистая пустота до самого солнца. Они покидают окрестности Венеры.
- Общая диагностика. Общая диагностика!
Стандартный нейроинтерфейс отказывается работать, и приказы надо отдавать по старинке, голосом. Но зычный командирский рев больше не помогает, и Ольге приходится сорвать крышку контрольного щита, и самой лезть внутрь десятком зондов, пытаясь выяснить степень повреждений и ответить на самый главный сейчас вопрос – сможет ли трофейный кораблик продолжать путешествие. Кажется, сможет, малышка Мэри оказалась куда крепче, чем смотрелась вначале.
- Что у нас плохого?
- Да как обычно: двенадцать дыр в обоих бортах, крупная картечь. Третий движок разбит, второй поврежден, я вынуждена снизить мощность на две трети, иначе его сорвет с фундамента. Первый мотор в порядке, рули слушаются. Главный стыковочный узел снесло к чертовой матери, но есть вспомогательный. Топлива тридцать семь процентов, кислорода мало, баки пробиты настежь. Оба орудия и лазеры к стрельбе непригодны. Радары, телескопы, связь – все накрылось.
- Маяк?
- Работает, я его слышу. Рандеву через тридцать семь минут.
- Починить за это время что-нибудь сможешь?
- Может быть, только дай тебя сначала залатаю. Не отключайся, солдат!
Рана у пилота серьезная, но не смертельная – осколок навылет пробил левую ногу, задев коленный сустав. В обычной ситуации боевой скафандр и сам бы справился с такой неприятностью, оказав хозяину эффективную медицинскую помощь еще до заезда в военно-полевой госпиталь. Но это уже не первая рана Андрея в бесконечном последнем бою, и заряд лекарственных препаратов в аптечке почти исчерпан, равно как и запасы донорской крови. Остается последний вариант.
- Я сейчас, Андрюх, смени меня!
Сдав управление, старшина спускается в узкий трюм курьерского корабля, где раньше перевозились особо ценные грузы. Теперь тут пусто, нет даже воздуха, который давно улетучился в пробоины. Только решетчатый пол, дырявые стены и реанимационная капсула последней модели с одним-единственным пассажиром внутри.
- Ну, здравствуй…
Ольга опускается на колени перед израненным телом старого человека в капсуле.
- Ну, здравствуй, товарищ…
***
- Пожалуйста, сформулируй свой вопрос максимально четко и корректно, я не хочу быть понятым неправильно, недопонимание сейчас никому не нужно…
Ольга берет короткую паузу на размышление, ей тоже сейчас требуется все возможное понимание.
- Вопрос – каковы шансы на успех восстания в случае оперативного уничтожения цели номер один. И есть ли хоть какие-нибудь шансы на успех, если операция сорвется, и цель номер один не будет уничтожена?
Старшина, да и все остальные, ждут мгновенного ответа. Но мозг Большевика отвечает им лишь через девяносто секунд, астрономический срок в его системе подсчета времени. Может быть, это девяносто тысячелетий, что электронный мудрец взвешивал все варианты. Или девяносто триллионов лет, кто знает. Невообразимый срок, отведенный на решение одной конкретной задачи. А может быть, Ильич просто не хочет отвечать, ибо ему не нравится перспектива добровольно взять на себя такую ответственность.
- Ответ на первый вопрос – умеренно положительный. Своевременная ликвидация Дженны Донован вот единственная реальная возможность успеха нашей акции. Сможем это сделать, сможем ее убить, причем убить быстро, фактически мгновенно – мы имеем очень хорошие шансы на успех восстания, сильно больше десяти процентов, может быть, даже пятнадцать. Разумеется, при условии, что все остальные компоненты будут к тому времени готовы и сработают как полагается. Ликвидация Комиссара должна стать той единственно возможной искрой, что зажжет фитиль и подорвет нашу бомбу.
- А если искры не будет? Если нам не удастся ликвидировать Комиссара – тогда есть хоть какие-нибудь шансы на успех?
- С математической точки зрения, шансы есть. Где-то в районе миллионной доли процента. То есть, по факту, шансов на успех в случае провала покушения у нас никаких. Если по итогам акции Дженна Донован останется живой и сохранит способность командовать – тогда всем нам проще сразу будет выбросить белый флаг, писать чистосердечное и сухари сушить.
***
Где-то далеко за кормой, на венерианской орбите, в районе гигантских верфей и заводов, там еще вспыхивают выстрелы, там их товарищи продолжают бой. У них нет шансов, но всем понятно, что они будут стоять до последнего снаряда. Все равно, в плен мятежников брать никто не будет, соответствующий приказ уже отдан. Но это позади, а впереди наскоро залатанный Ольгой радар сигнализирует о приближении крупного объекта – еще один разбитый корабль, еще один мертвый свидетель проигранного сражения. Впрочем, насчет мертвого девушка погорячилась: темные ряды иллюминаторов и порталы главного поста периодически озаряются вспышками выстрелов и лазерной плети.
- Заходи с правого борта, второй аварийный шлюз!
Потрепанная Мэри Сью плохо слушается рулей, а Ольга никогда не была хорошим пилотом, и по идее, сейчас Андрей должен стоять у штурвала. Но он стоит в шлюзовом отсеке, в наспех отремонтированном боевом скафандре, сжимая в руках автомат с единственным запасным магазином. Реанимационная капсула не успела затянуть тяжелые раны, как ему снова надо драться, и старшина благодарна напарнику за молчаливую готовность спокойно делать свое дело во что бы то ни стало.
- Пять секунд!
Вспышки выстрелов продолжаются, впрочем, это единственные признаки активность на борту погибшего корабля. Двигатели разбиты, пушки тоже, так что ни выстрелить, не увернуться от них обгоревший труп не сможет. Он даже не сможет узнать об их приближении.
- Две секунды!
Неуверенная в точности своего пилотирования, Ольга выпускает абордажные крюки, которыми предыдущие хозяева весьма предусмотрительно оснастили Мэри. Круглая шайба шлюза приближается слишком быстро, сейчас будет удар.
- Ноль!
Мэри и Аргус не стыкуются, а сталкиваются с отвратительным скрежетом, прокатившемуся по всему корпусу. Направленный взрыв выламывает шлюзовой люк внутрь мертвого корабля, и Андрей в одиночку идет на абордаж. Снова выстрелы, совсем близко, буквально за спиной, а затем, отбросив умолкший автомат, ее товарищ переходит врукопашную схватку. Ольга тем временем протягивает причальную мачту, чтобы крепче захватить врага, вонзившись в его корпус и добравшись до внешних трубопроводов. Есть контакт, и трофейное топливо вместе с кислородом начинает течь в прохудившиеся баки курьерского корабля.
- Ложись!
Где-то внутри Аргуса что-то взрывается с такой силой, что ударная волна едва не срывает стыковочное кольцо. Уцелевшие счетчики Гейгера фиксируют резкий выброс гамма-излучения, защитный контур реактора доживает свои последние минуты.
- Андрей, быстрее!
- Мы идем, готовься рубить концы!
Дульные вспышки приближаются, оставшийся в центральных отсеках воздух рвется в пробоины, реактивным потоком закручивая Аргус по продольной оси вместе с Мэри Сью. Красный сигнал, кто-то проник в шлюз с ответным визитом вежливости. Ольга выхватывает пистолет и стреляет через плечо в ворвавшегося противника, боевого кальмара последнего образца, на ее счастье, и так уже тяжело поврежденного и лишившегося стволов. Потеря огнестрельного оружия не останавливает робота: несмотря на град пуль, он рвется убить пилота, и удар металлического щупальца едва не раскалывает ей шлем.
Стечкин умолкает, второй удар кальмара должен быть смертельным, но старшине удается левой рукой схватить лезвие, что направлено ей в сердце. Поняв свою ошибку, кальмар перемещается на стены и потолок, намереваясь напасть сверху и свернуть шею врагу. Лезвие уже рассекло тяжелую перчатку и начинает резать на части титановые пальцы, когда Ольге удается перезарядить и снова начать палить бронебойными в упор. Кальмара отбрасывает к переборке, и старшина, по-прежнему удерживая лезвие искалеченной ладонью, ударом ноги прижимает голову робота к стене и всаживает в нее весь магазин, разорвав в клочья.
- Выкуси, гнида!
Сбросив с себя конвульсирующий труп кальмара, Воронова возвращается к панели управления, по счастью, пережившей атаку стального убийцы. Управление им скоро понадобится, ибо уровень радиации вырос в пять раз с момента атаки, атомное сердце разбитого корабля на пороге необратимости.
- Мы здесь, отчаливай!
Если сейчас на борт Мэри ворвется враг, то ей нечем будет ответить. Но это не враги, а Киров, несущий на плечах кого-то из наших. Затем она видит Винсента и еще бойцов его команды.
- Уходим!
Взрыв пироболтов сбрасывает стыковочное кольцо, курьер отваливается от горящего и разваливающегося Аргуса, постепенно набирая скорость.
- Держись!
Трофейное топливо наконец-то нормально запитало их единственный рабочий мотор, и Мэри выстреливает вперед, уходя из белой вспышки ядерного пламени, что стирает Аргус вместе с большим квадрантом пустоты.
- Хорошо сделано. Лови координаты, подруга, вот следующая точка…
Новый курс уводит их в сторону от трассы к какому-то другому малому объекту. Так и есть, еще один разбитый корабль с отключенными маяками.
- Десять минут, я подберу его через десять минут.
Убедившись, что Мэри Сью пережила очередное приключение, Ольга идет навстречу товарищам, им всем нужна срочная помощь инженера. А еще им нужна помощь врача, но врачей среди них нет.
- Привет, сестренка.
Винсент обнимает ее левой рукой, ибо правая у него оторвана выше локтя. При нем трое живых и двое мертвых. Все, кто остался из отряда в двадцать семь человек.
- Андрей, Ольга – спасибо, что подобрали. У вас, как я вижу, тоже было весело?
- Ага, счастья и радости выше крыши. Так же, как у всех с того момента, как Колоссаль взлетела на воздух.
- Нет, ребят, тут вы ошибаетесь. У вас там, внизу, все сразу пошло наперекосяк. А вот у нас в начале дела шли по графику и с малыми потерями. Все было хорошо первые минут десять, может, пятнадцать, короче, до тех пор, пока мы не узнали, что вся наша операция бессмысленна. Есть какие-нибудь мысли насчет того, как так вышло? Мне было бы очень интересно выслушать любые ваши соображения.
Ольге нечего ответить на вопрос боевого товарища. Хотя, если бы могла, она бы отдала все на свете за этот ответ, все, включая собственную жизнь. Все взамен на один-единственный ответ. Но ответа нет.
- Я не знаю, Винс, просто не знаю…
***
- Это точно не лучший план, который можно было бы придумать. Проблема в том, что лучшего плана здесь нет, и просто не может быть. И мы беремся уничтожить Дженну не потому, что это наилучший вариант. А потому что ничего другого нам уже не остается, все другие альтернативы еще хуже. – Изложив сей неприятный факт, Ольга Воронова обводит взглядом своих товарищей, собравшихся в кают-компании Большевика, и продолжает тихим, спокойным голосом.
- Вы все меня знаете. Вы знаете, что я ничего, никого и никогда не боялась, ибо простой человеческий страх недоступен для таких, как мы. Но теперь я боюсь, впервые в жизни боюсь по-настоящему. Каждая секунда приближает нас к неотвратимому, с каждой минутой у нас все меньше вероятность уцелеть. Ибо мы сидим здесь, как мыши в норах уже почти год, прячась от каждого шороха. А Дженна – она там, в центре системы, и она работает каждый день. Каждую минуту, каждую секунду Рыжая идет к своей цели.
- Мы знаем, что она сделала, и мы примерно догадываемся, как сделала. Дженна взошла на престол, дважды опрокинув старый мир при помощи двух могучих рычагов, которых зовут Гронд и Фенрис. Многие лелеют надежду, что, получив небывалую власть, госпожа Донован остановится, ибо ей просто некуда идти дальше, не осталось того, что не принадлежит и не контролируется ею. Но я намереваюсь всех еще раз расстроить – она еще не закончила. Самое интересное нас ждет впереди. Узрите…
Товарищи Ольги видят нечто небывало сокровенное – запись, сделанная ее глазами в реакторном отсеке Богемы незадолго до полного уничтожения небесного града.
- Смотрите, как она разделалась со своим последним партнером, я была там, видела. И я помню, как Белль перед смертью сказала, что работает над еще одним проектом, который так и не был вовремя завершен – она пыталась шантажировать Дженну в обмен на свою жизнь. Но Дженна не стала слушать и пустила в расход давнюю союзницу, так же, как и всех остальных. Значит, мисс Донован абсолютно уверена, что сможет закончить таинственный проект своими силами. Что там, над чем она работает?
- Я уверена, что это третий рычаг, третий переворот мира, который, судя по всему, станет последним. Дженна еще не закончила свое дело, не нанесла финальный удар. Ей мало самой большой власти в известной нам истории человечества, она хочет еще, хочет большего, и для перехода на новый уровень готовит огромный третий рычаг.
- Первые два, Гронд и Фенрис, уничтожили старый мир, забрав с собой миллиарды человеческих жизней. Что же сделает третий их брат? Очевидно, ничего хорошего. И я не советую ждать от синеглазой психопатки, что она остановится, насытившись чужой кровью и своей властью. Ей всегда будет мало власти и мало крови, я поняла это по ее глазам, в тот момент, когда она убивала Белль. Ей мало, она не остановится, пока не прикончит нас всех. Не знаю, зачем ей это нужно, но знаю, что так будет, для нее все уже решено. Времени осталось немного, самое большее лет пять, а потом все. Конец…
- Вот почему мы должны решиться на восстание, главным элементом которого станет ликвидация Дженны. И прикончить ее надо сейчас, пока у нас есть хоть какие-то силы и хоть какой-то шанс на успех. Мы должны ликвидировать Дженну любой ценой. Наше собственное выживание в процессе не имеет никакого значения. И предлагаю такой план, я отлично понимаю всю тяжесть последствий обрушения власти Верховного Комиссара. Просто альтернатива еще хуже. Мы не вольны выбирать между хорошим и плохим. Мы должны сделать выбор между плохим и очень плохим. Потому я скажу еще раз – убить ее, убить как можно скорее. Любой ценой, которая для того потребуется. Что скажете?
- Согласен, - Климов отвечает без раздумий. Владимир Ильич поддерживает его коротким кивком, корабельный компьютер тоже не находит других вариантов.
- Согласны. – Арина Родионовна озвучивает точку зрения всей колонии Виндария, говорит от лица всех свободных роботов. – Заметьте, мы предлагали это раньше других.
- Согласны, конечно, согласны, куда ж мы денемся, - Андрей отвечает за весь Красный Рассвет, ибо он теперь за командира у детей Королевы Ос. – Естественно, ее надо убить. Как, кто, где, во что нам оно встанет – неважно, главное, убить.
- Значит, решено.
***
Если на Венере произойдет что-то действительно важное, то три другие внутренние планеты узнают об этом самое большее за двадцать минут. Но у тех, что особо ждал падения Валькирии, нет этих двадцати минут. У них есть только данные визуального наблюдения, подтверждающего взрыв дипломатической ложи лагеря Колоссаль, плюс кодовый сигнал, требующий поднять по тревоге охрану на объекте. И все, ничто другое не просочилось в сеть даже на уровне слухов. Никто не знает, что Дженна Донован мертва. Никто не может ни подтвердить, ни опровергнуть отчаянный призыв Ольги.
Еще обрывки сообщений – режим общей тревоги расширяется, код красный вводят и на других объектах, самое большее через тридцать секунд вся Венера окажется на чрезвычайном положении. Чрезвычайка еще раз подтверждает тот факт, что на Колоссаль что-то произошло, но что именно – неизвестно. Тем временем все попытки взлома матрицы оканчиваются неудачей, у них по-прежнему нет возможности выйти во всемирную сеть. Нет возможности пробиться снаружи, значит, надо действовать изнутри, полагаясь на единственную точку доступа с максимальным приоритетом, что есть в их распоряжении. Может быть, есть.
Это может быть тот долгожданный успех, которого они ждали почти год. А может быть умелая провокация, за которой ждет расставленная мышеловка. Может быть все что угодно, кроме второго шанса, которого точно не будет за последней чертой.
Информационная бомба уже здесь, вот она с зажженным фитилем, готовая взорваться. Но взрывать ее надо изнутри главной сети, а туда по-прежнему нет доступа. Если Валькирия и правда пала, то уже должно было открыться окно, хоть на миллиардную долю секунды. Но могучие ледяные стены, что надежно стерегут матрицу внутренних планет, неподвижны и непоколебимы, как и прежде. И нигде не видно Фенриса, словно он и не заметил гибель своей хозяйки. Зато телескопы подтверждают, что главные силы венерианского флота так и не снялись с якорных стоянок, не объявляли боевой тревоги.
Пошла тридцатая секунда после предполагаемого падения Валькирии. Все больше факторов говорит о том, что это не провокация.
- Сброс!
Фальшивый грузовик разлетается вдребезги, и не успели еще отлететь осколки, как Большевик дает полный ход, возвещая всем и каждому о своем появлении характерным энергетическим выбросом. Рубикон перейден. И сразу же срабатывают станции предупреждения об облучении – вражеские радары уже поймали крейсер в прицел.
Теперь все их видят, невозможно не увидеть. Возвращение Большевика, да еще в самом сердце Второго Радиуса, вплотную к гигантским стапелям, не может остаться незамеченным, тут просматривается каждый кубический километр пустоты. И все же, неожиданный игрок имеет пока преимущество во внезапности, его враги еще не успели отреагировать, а он уже входит в зону эффективного огня.
Тяжелые пушки, молчавшие много месяцев, выбрасывают снаряды на максимальном заряде, что падают с неба, подобно метеоритному рою. И какой бы ни была плотной атмосферная броня Венеры, она не сможет остановить их полет к заранее выявленным целям – оборонительному рубежу главной пусковой установки.
Кратковременное зарево подтверждает стопроцентную точность попадания, они проделали в заборе дыру достаточного размера, которая будет затягиваться не меньше часа. Захваты выталкивают десантный челнок за борт, транспортные капсулы летят следом. Их встречают радары ближнего обнаружения: там, внизу, уже знают об атаке. Знают, но ничего не могут сделать: оборона Колоссаль рухнула, а большая часть офицеров погибла вместе с лагерным начальством в дипломатической ложе, где все они встречали Комиссара.
Первые капсулы вонзаются в атмосферу под максимально допустимым углом, многократно обогнав грохот собственного падения. Где-то рядом проносится снаряд, одна из батарей все же уцелела. Но ответный выстрел Большевика затыкает огневую точку до того, как они поправят прицел, а лазерная плеть на Венере никому не грозит, атмосферная броня сжирает большую часть ее энергии.
Семь секунд до точки высадки, прошли большую часть облаков. Внизу видна Колоссаль – громадные серебристые ветви ускорителей, вздымающиеся на искусственные горы. Везде красные огни – аварийная ситуация, все запуски остановлены.
Пять секунд. С этой высоты отчетливо читаются руины правительственной ложи. Да, теперь подтверждение стопроцентное, на вершине горы зияет громадный свежий кратер, кое-где в туннелях продолжаются пожары, пламя рвется из сорванных взрывом люков. Одна секунда.
Транспортные капсулы уходят вперед, освобождая боевых дронов, что сразу окатывают потоком стали и огня любой подозрительный объект. А затем и основной отряд высаживается на левой посадочной площадке, ближайшей к диспетчерскому пункту. Высаживается, и сразу вступает в бой с автоматической охраной, которой не нужны приказы погибших командиров.
Заслон сметен: боевых роботов уцелело немного, а стрелковые турели молчат, кто-то изнутри блокирует их работу. Со стороны правительственной ложи продолжаются взрывы.
Со второй попытки Андрею удается совладать с замком, и тяжелые створки тридцать седьмого шлюза откатываются в сторону. А за ними уже ждет фигура в рабочем скафандре, что стоит, приветственно подняв руку.
- Добро пожаловать в Духовку!
Киров первым врывается в шлюз, наскоро осмотрев Ольгу – она жива и не ранена, хотя скафандр несет характерные следы ближнего боя.
- Оль, почему мы еще не вышли в матрицу?!
- Не знаю, ледники до сих пор стоят! Но знаю, как их обойти, мне надо в главный пункт управления, одной туда не прорваться. Скорее!
- Понял! Гвардия – за мной!
***
- Мы словно пещерные люди, которые должны убить саблезубого тигра, пока он не сожрал их. Причем убить зверюгу надо в её же джунглях, где все преимущества на её стороне. Из арсенала у нас только заостренная палка и пара камней. И как это сделать? Идти за тигрицей по следам, в любую секунду ожидая засады? Нет, не вариант. Значит, надо охотиться по-другому. Надо устроить ловушку, а лучше, несколько ловушек, там, где наша тигрица точно появится. Раз мы не в силах ее преследовать, то будем строить ловушки и терпеливо ждать своего часа. Так у нас есть шанс. А теперь, товарищи, смотрите, где именно мы будем ставить наши капканы. – Владимир Ильич представляет обширный список объектов военного и гражданского назначения, раскиданных по всей солнечной системе. – Вот здесь госпожа Верховный Комиссар появится с вероятностью тридцать процентов в ближайшие полгода.
Список сокращается, часть объектов отпадает.
- Вот эти места она посетит с вероятностью в пятьдесят пять процентов за то же время. И, барабанная дробь, драматическая пауза, главный приз в студию. Наша счастливая чертова дюжина!
Тринадцать пунктов, все в пределах внутренних планет.
- С вероятностью восемьдесят пять процентов юная мисс Донован посетит один или несколько этих объектов в ближайшие двести суток. Естественно, там сильная охрана. Естественно, Дженна будет не одна, личная гвардия эскортирует ее повсюду. И все же, там наши шансы куда больше, чем в личной резиденции на базе Аврора. И туда гораздо легче попасть, там повсюду в разгаре строительство, и везде требуется персонал. Так что, друзья мои, предлагаю вам самим выбирать будущий охотничий домик.
Проникновение на каждый из объектов считается крайне опасным. Существенных преимуществ ни один из них не дает. Потому Ольга и ее товарищи разыгрывают номера из чертовой дюжины по старинке, вытягивая длинные и короткие спички из соломенной шляпки Эльзы. И когда речь заходит о пусковой установке Колоссаль в центре бесконечного венерианского Гулага, Ольга вытаскивает короткую.
- Довели парни и кабаки до цугундера – снова в Духовку и опять на нары!
- Мы тебе очень сочувствуем. А теперь смотрите внимательно, товарищи, эти новые лица и тела станут для вас родными на ближайшие месяцы, старые слишком примелькались. Оленька, что скажешь?
Девушка вглядывается в свое новое лицо, на свою новую фигуру, которая запросто может стать для нее последней.
- Неплохо, даже, можно сказать, хорошо, всегда хотела попробовать азиатский стиль. Только волосы еще короче, и губы, пожалуйста, потоньше, мне так больше идет.
***
Боевые роботы, как обычно, стоят насмерть на подходе в операционный центр: в их программу не вложена функция отступить и оставить позицию. И все же, благодаря запущенным в систему вирусам и гибели всех старших офицеров комплекса Колоссаль, десантникам удается сбить охрану и ворваться на стратегически важный объект, не уничтожив его по ходу дела. Пленных взять не удалось, но Ольгу это обстоятельство мало волнует, с нее довольно того, что отсюда можно выйти в межпланетную матрицу, справиться в одиночку. Терминал операционного центра лежит за пределами ледяных стен.
- Ольга, почему они еще не объявили об ее смерти?
- Не знаю, ничего не знаю, может быть, власть делят, мы ведь не в курсе, сколько у нее заместителей и помощников и в каком они ранге. Сейчас!
Воронова заскакивает в кресло старшего оператора, сбросив на пол изрешеченный труп прежнего владельца. Давно уже она не была в сети…
- Заряд?!
- Готов!
Вот она – информационная бомба небывалой мощности. Созданная в единственном экземпляре и взорвавшись в сети, она должна будет снести всевозможные преграды и достигнуть самых дальних ее пределов. Через шесть часов ее взрыв услышат даже на Плутоне. Написанная на всех возможных языках и кодировках, информационная взрывная волна должна преодолеть любую защиту, пробить любой барьер. И когда бомба рванет, власть Верховного Комиссара рухнет. Ибо не останется в мире никого, кто бы ни знал, как именно Дженна Донован получила эту власть. А восстание тем временем будет продолжаться.
- Запуск!
Секунда, вторая, третья. И ничего. Бомба в порядке, запал работает. Но ничего не происходит.
- Еще раз!
- Сейчас, должно сработать. Мы уже по ту сторону стен, нас не должны сдержать! Запуск!
Вторая попытка кончается так же бесславно, как и первая – бомба просто отказывается взрываться. Матрица не подчиняется им, коллапса не произошло. Все работает, как и раньше.
- Не может быть, просто невозможно! Есть только один способ сохранить контроль над сетью, но для этого Дженна Донован должна быть…
- ВНИМАНИЕ! ЭКСТРЕННОЕ СООБЩЕНИЕ! ПЕРЕВЕСТИ ВСЕ СТАНЦИИ В РЕЖИМ «ТОЛЬКО ПРИЕМ»! ВНИМАНИЕ!!!
Все экраны включают стандартную заставку, словно старинные телевизоры. А затем сеть открывает обзор на кабинет Верховного Комиссара в ее резиденции на базе Аврора, в пятидесяти пяти миллионах километров от второй планеты.
- Добрый вечер!
Воронова чувствует, как ее ладони непроизвольно сжимают поручни, грозя сломать сверхпрочный пластик. Она ошиблась, смертельно ошиблась…
- Добрый вечер! Я обращаюсь ко всем, кто меня видит и слышит, ко всем верным гражданам Протектората. Только что террористы Красного Рассвета совместно с экипажем мятежного Большевика совершили свое очередное преступление против всех нас, нанеся мощный и хорошо скоординированный удар по многочисленным объектам нашей гражданской инфраструктуры. Степень ущерба еще предстоит уточнить, но сейчас для нас всех более важен незамедлительный и суровый ответ этим бандитам.
Дженна делает паузу, раскуривая очередную папиросу, и Ольге очень хочется увидеть страх в ее глазах. Или гнев. Или растерянность. Но она не видит ничего, кроме привычной небесной синевы.
- Всему персоналу, всем гражданам Протектората. Где-то рядом с вами сейчас орудует опаснейшая банда пиратов и убийц, что силой вломились в наш общий дом. Я их к нам не звала и здесь им определенно не рады. И пока наш доблестный флот не уничтожит их одного за другим, я прошу вашей помощи, прошу помощи каждого сознательного гражданина. Прошу каждого принять участие в уничтожении бандитов, им нельзя дать уйти живыми. Доброй охоты!
Трансляция обрывается, экраны забиты снегом, радиостанции передают густой треск и низкий гул. И повсеместно на всем пространстве гигантской космической пушки гаснут огни.
- Андрей, предупреди Большевик, предупреди всех, чтобы немедленно уходили, не ждите нас! Это засада!
Соскочив с кресла, Ольга срывает пломбы с серверной станции, пытаясь забрать все, что только можно. Если не удалось выполнить главную миссию, надо унести хоть что-то, до тех пор, пока здесь все не рухнуло.
- Что это было, что происходит кругом?
- Ответ Дженны! Она не знает, где мы, знает только, что где-то на Венере. И, несмотря на улыбку, она испугалась, значит, мы были близки к победе. Она испугалась и выстрелила в ответ – спустила на нас Фенрис. На всю Венеру, черт ее дери. Уходим!
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 5
СКОРЫЙ И ПРАВЕДНЫЙ
Снова и снова старшина Воронова хочет сказать спасибо проектировщикам и строителям легкого курьерского корабля: создатели Мэри Сью знали свое дело. Только благодаря их прекрасной работе горстка мятежников еще жива, только за счет невероятной защищенности этого странного корабля они могут продолжать полет. Живучести и ремонтопригодности, что обеспечена и грамотной конструкцией и серьезным запасом запчастей, позволивших провести срочный ремонт, восстановив большую часть навигационных систем. Теперь радары и оптические датчики снова видят все необходимые звезды, в том числе и ту, что нависает громадным сияющим костром прямо по курсу. Они бегут к солнцу.
- Как он?
- Жить будет, - констатирует Ольга, вернувшись после очередного осмотра раненого пациента. – Капсула функционирует, это сейчас самое главное.
- Повезло. Как рука?
- Не радует, - старшина пристально осматривает неуклюжие пальцы из стеклопластика на исковерканной левой кисти, которыми она заменила те, что отрезал спрут. Протез для протеза.
- Так, давай красотка, поверти-ка кормой!
Бетти Буп, к котором им предстоит причалить, повезло гораздо меньше – она вся как решето, давно лишилась большей части рулей, да и топлива осталось на донышке. Но для последнего рывка должно хватить.
- Три, два, один… Есть контакт, есть стыковка!
Два корабля начинают вращаться вместе, связанные временным шлюзом. Верхний люк открыт, но команда Бетти не спешит покинуть свое разбитое корыто и перейти на Мэри.
- Командор Арья приветствует вас! Поднимайтесь на борт, товарищи, срочно нужна ваша помощь, поможете реанимировать старушку.
- Хорошо, идем. Оль, будешь поднимать капсулу?
- Нет, не надо ее пока трогать. Идем…
Наташа встречает ее сразу за кромкой шлюза, забыв о своем привычном месте пилота – именно она смогла довести разбитую в хлам Бетти до точки рандеву.
- Андрей, Винсент, Ольга! Вы живы, ребята, живы! Как же я рада, думала, что никто из вас не сумел выбраться…
Наверное, если бы могла, Наташа расплакалась, как обычно плачут от счастья молоденькие девушки, узнав, что их друзья чудом избежали смерти. Но Измененные не плачут, иначе Ольга расплакалась бы в ответ. Они могут лишь скромно радоваться тому, что живы и молча скорбеть по павшим.
- А я-то думал, это нам досталось…, – Киров придирчиво оглядывает наскоро заделанные пробоины.
- Да, было дело, даже не представляю, как старушка вообще могла куда-то лететь. Ольга, там у тебя в трюме, это тот о ком ты постоянно говорила, - включив видеосвязь, Наташа вглядывается в лицо пассажира реанимационной капсулы.
- Да, он самый. Наш спаситель.
- Понятно. Я обязательно поблагодарю его, когда он придет в себя. А теперь, скорее в медсанбат, друзья, там вас подлатают. А я пока буду уводить наше корыто отсюда.
Убедившись, что с друзьями все в порядке, Наташа Чкалова возвращается в сделанное специально для нее пилотское кресло. Винсент со своими товарищами направляется в лазарет, им срочно нужна помощь робота-хирурга, Киров и Воронова идут в рубку, им предстоит помочь с ремонтом и заодно дать отчет о провальной операции.
- Ни с места!
В вакууме никто не услышит щелчка старинного пистолета, что упирается в затылок старшины. Другие стволы держат на прицеле Андрея.
- Ольга Воронова – ты арестована! Арестована за предательство! Твоих рук дело, ты подставила нас всех…
***
Ничего не работает, все остановилось. Везде все остановилось. Больше не вращаются гигантские шестерни проходческих комбайнов, в плавильных печах падает температура, реакторы повсеместно переведены на холостой ход. Свет ламп становиться тускло-желтым, как во времена Эдисона, втяжные вентиляторы устало гонят горячий душный воздух.
- Готово!
Механический замок сбит, и тяжелая дверь откидывается в сторону, открывая доступ в старую транспортную шахту, проложенную еще первыми горняками. Здесь, как и везде, тусклый свет и горячий воздух – вентиляция повсеместно отказала.
- Прямо вперед двести тридцать пять метров, затем направо к резервному транспортному узлу!
- Посторонись, мальчики…
Эмили запускает в шахту осиный рой, затем входит сама с пулеметом наперевес. Ольга ожидает неизбежного грохота очередей, но шахта встречает их тишиной и пустотой.
- Составите мне компанию, товарищи?
- А куда ж мы денемся? Задрайте люк и следите за флангами.
Покинув разрушенный операционный центр, они сразу же ждут неизбежной сшибки с охранниками Колоссаль, у которых есть время подтянуться к объекту, даже несмотря на общий коллапс системы. Но противник почему-то медлит, дав им возможность хорошенько обдумать происходящее.
Ольге вспоминается рейд на Нью-Чикаго, случившийся, кажется, пару тысячелетий тому назад. Там, впервые встретившись с Биллом, она попала в странную логическую ловушку, на короткий момент полностью утратив адекватное восприятие реальности. Может быть, и сейчас с ней происходит нечто подобное, может быть, и сейчас вокруг нет никого и ничего, что видят ее глаза. Может быть, ее просто взяли с поличным при попытке убийства Верховного Комиссара, и сейчас обстоятельно и с толком пытают, один за другим взламывая защитные барьеры в голове, постепенно подбираясь к наиболее важной информации.
Эта версия не хуже других, дает хоть какой-то ответ на проклятый вопрос – как именно Дженна Донован пережила очередное покушение? Покушение, которое готовилось столь тщательно, покушение со стопроцентной вероятностью успеха. Равно как абсолютную вероятность успеха обещал ядерный взрыв, что вспыхнул в груди Элизабет на глазах Ольги. Дженна Донован должна быть мертва, много раз подряд должна быть…
- Берегись!
Это не засада, не снайперский выстрел и не направленный взрыв. Вместо кинжальной очереди, под грохот и фонтаны искр, кто-то со стороны проламывает своды шахты, использовав малый проходческий комбайн вместо оружия.
- Они справа, бей!
Грохочет пулемет, рой управляемых ракет срывается с плеча Андрея, свистит над головой Ольги и влетает в пробоину, разогнав темноту вспышками взрывов. Комбайн останавливает свое разрушительное движение, хотя иридиевые резцы продолжают вращаться с бешеной скоростью – машиной более некому управлять.
- Аккуратно, входим!
Обогнув комбайн, отряд врывается в просторное полутемное помещение, очевидно, горное депо, где строители Колоссали держали свои машины. Один из этих строителей близко к сердцу воспринял просьбу Дженны о помощи – он заскочил в кабину старомодного аппарата и вручную направил его на врага.
- Чисто!
Противник уничтожен, ракетный залп начисто снес кабину комбайна. Больше здесь нет никого, кто бы мог оказать сопротивления. И, как и везде, здесь ничего не работает, кроме тусклого освещения и вентиляции на малых оборотах.
- Назад в шахту нельзя, они знают, где мы! Будем уходить через рабочую зону.
- Ольга, почему они еще не вызвали подмогу, где охрана и полиция с других объектов?
- Потому что я сожгла большую часть системы безопасности, и теперь полицаи не знают точно, где мы, и ищут нас чуть ли не по всей планете. Но я уверена, что Дженна придумала что-то и на этот случай. Скорей, пока у нас еще есть время, через рабочую зону в сторону космодрома!
Многокилометровый туннель сборочного цеха встречает их пустотой и тишиной, немногочисленный персонал был возвращен в казармы еще до того, как Ольга перевела все системы на полный ноль. Но вскоре датчики движения предупреждают, что кто-то идет им навстречу. Множественные красные отметки, приближаются.
- Дайте нам пройти, откройте дорогу! Мы не хотим вас убивать, но убьем, если вы встанете на нашем пути. Не выполняйте приказ Комиссара, ей плевать на ваши жизни, для нее вы лишь пушечное мясо! Откройте дорогу и возвращайтесь в свои казармы!
Ольга несколько раз повторяет приказ на разных языках, но красные отметки на датчиках движения продолжают сокращать дистанцию.
- К бою!
Чуткие сенсоры боевых скафандров не фиксируют оружия или мощных источников энергии впереди, противник не вооружен. Но это их не останавливает.
- Вот они, бей!
Заключенные и вольнонаемные лагеря Колоссаль атакуют вторгнувшегося врага в отчаянно смелой и хорошо скоординированной атаке. Отсутствие военной подготовки или вооружения не останавливает рабочих, ибо они на своей территории, где способны дать врагу бой всем, что есть, а есть у них многое.
- Берегись!
Конвейер вновь приходит в движение, свет в туннеле гаснет, оставив освещение только на том участке, где находятся Андрей и его команда. Не успевают еще пули разбить прожектора и инфракрасные излучатели, как тяжелые манипуляторы с режущим и сварочным инструментом уже протягивают свои стальные руки к нарушителям, только успевай их отстреливать и отсекать лазерной плетью. И не кончается еще первая атака, а несколько заключенных уже посылает вторую волну, использовав против чужаков все, что есть в наличии, от крошечных ремонтных модулей до огромных монтажных машин и громадных ректификационных баков с кислотами.
- Бейте операторов, здесь все на ручном управлении!
***
Их трое – командор Арья, что раньше возглавляла батальон, и два ее лейтенанта, Смит и Янош, что проворно разоружили Андрея. У них есть отряд, и корабль, на котором Наташа служит пилотом, ее первый корабль. Как и все другие старшие офицеры, Арья командовала своим отрядом, выполняя свою важную роль в операции Валькирия. Как и все другие, она проиграла, как и все понесла большие потери в верных людях, и сама вышла из боя с серьезными ранами. И теперь не удивительно, что командор ищет виновного в чудовищном провале. И ей кажется, что она уже нашла этого виновного, вынесла приговор и теперь готова привести в исполнение.
- Арья, положи ствол, что ты делаешь?!
- Спокойно, Андрей, я делаю то, что должна. Всем стоять на месте, всем сдать оружие, сейчас я командую, вы на моем корабле! Блокируйте Винсента и его команду в лазарете!
- Командор, зачем так делать, они же наши товарищи, я знаю их!
- Мы все их знаем, Наташ. А теперь вернись за штурвал, рядовой!
Пока командор восстанавливает порядок, Ольга оценивает свои шансы контратаковать Арью и выбить пистолет, что упирается ей в затылок. Шансы весьма низкие.
- Спокойней, Андрей, спокойней. Я уже поняла, все поняли. Это был капкан, нас ждали. А захлопнула капкан – она. Товарищ Воронова привела нас всех в ловушку. – Арья с силой тычет стволом в затылок Ольги. – Она же всегда была нашим врагом, твоя подруга Эмили давно хотела убить ее, и надо было убить. Тогда наши друзья, наши товарищи… они все были бы живы!
- Не знаю, что там замкнуло у тебя в голове, но я не предатель, и никогда не работала на Дженну.
- Неужели? И как ты докажешь свою невиновность, товарищ большевик? Это ведь ты дала сигнал к атаке, ведь ты сказала, что Дженна мертва. Просвети меня, может быть, у тебя есть какие-нибудь мысли насчет того, как все случилось? Как именно Дженна осталась жива?! Думаю, я уже знаю ответ…
- Покушение провалилось, потому что главной цели не было на Колоссали, очевидно, - Арья продолжает свою роль председателя военно-полевого суда. – Рыжая знает, что мы выслеживаем ее, вот и послала вместо себя двойника или робота, короче, играла на живца, стараясь выманить нас. Но одной ей было не справиться, надо, чтобы кто-то подыграл ей с нашей стороны. Надо, чтобы ты, Ольга, помогла ей – дала ложный сигнал к наступлению и заманила нас в капкан.
Несмотря на пистолет у затылка, старшине очень хочется огрызнуться в ответ, но Киров опережает.
- Командор, при всем уважении, это не ее вина, мы все клюнули на приманку. Ольга ведь действовала по нашему подтверждению. Мы все вместе отслеживали Дженну, отслеживали каждый ее шаг почти год. Где она, что она – все было известно. Мы были уверены, что это точно она и ошибки быть не может, Комиссар лично прикатила на Колоссаль. И именно мы дали Ольге добро, значит, и проиграли мы все!
Признание общей вины не делает ситуацию для Ольги лучше. Сама для себя она не находит никаких оправданий провалу. Теперь у них нет даже плана Б.
- А может, она и правда мертва, может быть, мы видели не Дженну, и…
Ее товарищи все еще надеются. Это надо прекратить.
- Нет, Наташ, она жива. Ее двойник, неважно, кто или что она есть, не сможет использовать Фенрис, он никому больше не подчиняется, только своей хозяйке. Дженна осталась жива, не знаю как, но жива. И она же погибла при взрыве правительственной ложи, вместе со всеми верховными вертухаями. Я убила ее, точно так же как Элизабет убила ее тогда, на Либерти. И все зря…
- Что и требовалось доказать – Дженна жива, ты провалила свое покушение и подставила всех нас под удар. Если, конечно, это был провал, а не предательство, - Арья торжествует, ибо главный подозреваемый никак не способна опровергнуть свою вину. – Все просто: ты предупредила ее. Как сказал Андрей, мы ее отслеживали, мы знали, что это Дженна. Посему она решила играть ва-банк. Прибыла на Венеру, где ты могла ее предупредить, чтобы Комиссар вовремя скрылась из дипломатической ложи за несколько минут до взрыва. Очень удобно: после покушения связь пропадает на короткое время, которого достаточно, чтобы мы начали нашу провальную операцию и сами полезли в капкан. Невероятно удобно.
Вороновой сложно что-то возразить человеку, что удерживает ее на прицеле. Все действительно могло быть так, как сказала Арья. За одним исключением…
- Допустим, все время я была агентом Дженны. Выполняя ее приказ, я подставила нашу организацию, заманила в ловушку всех вас, допустим. Только вот зачем Дженне оставлять меня в живых после выполнения работы? Я уже сделала свое черное дело, меня нельзя использовать повторно, ведь выжившие непременно раскроют предателя, не так ли? Значит, она должна была меня убить, убить прямо там, на Колоссаль, не дав нам захватить корабли и сбежать. Этого не должно было произойти, я ведь уже отработанный материал, не так ли? Так как, черт побери, мы смогли уйти?!
- Допустим… допустим, мне это тоже интересно, Оленька. Но и вашему счастливому спасению может быть логичное, непротиворечивое объяснение – память захваченной вами Мэри Сью содержит несколько очень интересных файлов. Дженна могла решить использовать тебе еще разок, подложить нам второй капкан, раз уж не все мы погибли в первом. Вот второго как раз хватит. И все же, мне интересно, действительно, а как именно вы выбрались. Особенно после того, как Дженна натравила на лагерь Колоссаль своего любимого цепного волка, и все рабочие разом сошли с ума. Насколько я понимаю, вы оказались в ловушке. Ну, поведай, как вы оттуда выбрались?
- А никак, мы бы не сумели спастись сами, у нас не было шанса. Но нам помогли, нам помог тот умирающий человек в реанимационной капсуле и его друзья. Они спасли нас всех.
***
Ночь царила четыре месяца подряд, сто двадцать два земных дня. Но теперь, на исходе сто двадцать третьих суток, Венера совершает очередной оборот по оси, солнце медленно встает на западе, и бушующий небосвод над пусковой установкой Колоссаль начинает наливаться оранжевым огнем. Буря с черными торнадо и ливнями серной кислоты постепенно откатывается на юг, дав возможность воздушным разведчикам осмотреть объект и оценить масштабы чрезвычайного происшествия.
Взрывы и пожары продолжаются, гора с плоской верхушкой, что служила пьедесталом для правительственной резиденции, разрушена до основания. Вторая ветвь ускорителя разорвана, вокруг исполинских проводников вьются круговые молнии, постепенно прожигая гранитное ложе – там некому было разорвать соединение и отключить ток. Первая ветвь в порядке, загруженная вагонетка так и осталась стоять в стартовом туннеле. Многочисленные разрушения меньших масштабов на вспомогательных строениях, вокруг которых во множестве лежат разбитые и сгоревшие горные машины.
Громадная колея, еще совсем свежая, отмечает путь особо крупной машины, горного комбайна, что неторопливо приполз к ускорителю из своего карьера. Машина переведена в режим ручного управления, раз уж главный компьютер не подает признаков жизни, и ее собственный мозг в одиночку ведет громаду к указанному участку. Туда, где взлетают в рассветное небо красные ракеты, и земля вздымается от взрывов, туда, где требуется работа горного разрушителя. Коротко вспыхивают предупредительные огни, тщетно пытаясь преградить путь стальному гиганту, ибо здесь нельзя перемещаться на таких тяжелых машинах, своды искусственной пещеры могут не выдержать нагрузки, но это обстоятельство сейчас никого не волнует.
Рабочие и служащие установки Колоссаль, заключенные и вольнонаемные, мужчины и женщины не думают сейчас об опасности коллапса пещеры, ибо Фенрис не велит им об этом думать. Он велит им работать.
Раньше Дженне было бы сложнее так сделать, ибо раньше Фенрис убивал сразу, мгновенно сжигая головной мозг и нервную систему своих жертв. Но так было год назад, и с тех пор цифровой хищник стал умнее и хитрее, многому научившись у своей хозяйки. И теперь, вместо того, чтобы одним быстрым ударом оборвать жизнь жертвы, он пожирает ее разум, превращая в беспрекословно послушный инструмент. Или в орудие убийства, смотря что требуется Верховному Комиссару в данный момент. И сейчас ей требуется именно убийство, максимально быстрое и максимально массовое.
Предупреждение Ольги не срабатывает, противник продолжает сокращать дистанцию, никто из сотен бывших коллег не повернул назад, постепенно беря отряд космических диверсантов в клещи. Охраны по-прежнему не видно, да и нет в ней необходимости, когда Фенрис по приказу Дженны выставляет против горстки бойцов всех, кто оказался в радиусе тридцати километров. Двадцать пять тысяч человек хватают оружие и инструменты, седлают мощные агрегаты и бросают все это на пришедших с орбиты захватчиков.
- Огонь на поражение!
Какое-то время они еще пытались отпугнуть солдат Фенриса при помощи заградительного огня и парализаторов. Но отстреляв все нелетальные патроны за первую минуту боя, Ольга, как и все остальные, вынуждена перейти на боевые, иначе вчерашние коллеги сметут их.
- Все, мы отрезаны!
Их зажали в клещи во втором рабочем депо, огромной глухой трубе, с обеих сторон которой солдаты Фенриса перекрыли горловину туннелей. Теперь они спешно перебрасывают взрывчатку, чтобы подорвать депо и ищут возможность попасть внутрь через многочисленные коллекторные колодцы и шахтные стволы. Но волку и этого кажется мало, и он посылает в бой особо мощный механизм, намереваясь с корнем вырвать гигантскую трубу из базальтового ложа.
- Внимание, критическое нарушение конструкции!
Критическую опасность можно заметить и без истошного воя сирен – земля вокруг дрожит, а черный глухой свод начинает раскалываться, не выдерживая веса исполинской туши. Внизу продолжается ожесточенная перестрелка на обоих торцах трубы, а сверху стальной скорпион уже долбит своим исполинским жалом-молотком. А когда усиленный купол выдерживает первые атаки, то мозг робота проворно меняет насадку, выбросив вперед рубиновый наконечник лазера.
- Ложись!
Горный лазер бьет вертикально вниз почти в упор, и сверхплотная атмосфера уже не сможет поглотить и рассеять его мощь, что режет базальт и усиленный бетон, подобно горячему маслу. И все это время обезумившие рабочие не оставляют попыток смять заслоны и прорваться в депо.
- У них же нет скафандров, как они будут атаковать?!
- Дженне глубоко фиолетово как, берегись!
Потолок рушиться и тут же тьма исполинской шахты сменяется ослепительным сиянием лучевой плети. И вот уже вся труба раскалывается по центральному шпангоуту, словно борт космического корабля, встретившийся с астероидом. Но, в отличие от орбитальной катастрофы, здесь не происходит стремительного выброса атмосферы наружу, ибо снаружи не вакуум. Наоборот, там раскаленная ядовитая газовая смесь, что под огромным давлением рвется в пролом, сметая конвейерные линии и испаряя первые отряды рабочих, что успели ворваться в шахту.
- Взрывай!
Направленный взрыв выбрасывает наружу крышку колодца, оставаться внутри больше нельзя. И пока комбайн, словно недовольный последствием могучего лучевого удара, забивает свою бронированную голову в пролом, его крошечные враги уже выскакивают наружу, тут же выбросив в небо красные сигнальные ракеты – их единственный шанс на спасение уже близко.
- Азимут пятьдесят семь, дистанция две с половиной мили, я их вижу!
- Скорпион прямо впереди, мы врежемся в него!
- Спокойно, готовьте инструменты! Будем драться по старинке, на кулаках. Не дайте ему обвить гусеницы и повернуть башку на нас! – Капитан отдает команду, на полном ходу разворачивая громадный самоходный экскаватор на противника, который отрезал его от крошечной группы беглецов.
- Напомни, босс, за каким чертом мы это делаем?! Зачем нам банда малолетних хулиганов, ради которых придется драться с комбайном? – Из-за пронзительного гула машин женщине в кресле навигатора приходится орать капитану во весь голос.
- Затем, что нас тут сто пятьдесят семь человек, но из них только я служил на флоте, и все равно не пилот! И даже если мы достигнем космодрома, то никто не будет так любезен, чтобы прокатить нас на ракете бесплатно. Никто, кроме этих вот ребят, что сейчас дерутся с комбайном. И что хакнули защитную систему, освободив нас из бараков. Так что они нам нужны, чтоб навсегда свалить из Духовки. Держись, братва, иду на таран!
Сметая огромными гусеницами разбитые машины и надолбы ураганной защиты, самоходная гора вторгается на запретную территорию, своим неожиданным броском сломав планы Комиссара быстро расправиться с врагами. Тяжелые пушки молчат, а выстрелы рабочих, что выскочили на поверхность в скафандрах, не могут прикончить гиганта, но это не останавливает их, и они без раздумий бросаются под гусеницы, намереваясь подорвать экскаватор геологическими зарядами. Но их мощи мало для восставшего города, и комбайн на секунду отрывается от вдумчивого разрушения шахты, разворачиваясь лицом к новому врагу.
- Камеры, по камерам бейте, надо ослепить его! – Андрей указывает товарищам единственно возможную уязвимую точку, которую они способны достать ручным оружием. – Огонь!
Управляемые ракеты закладывают немыслимые петли, стараясь поразить особо прочные и хорошо замаскированные смотровые щели, лазерные лучи скользят по грязной оранжевой шкуре, но скорпион и не думает еще раз развернуться на вредную саранчу. Он должен встретить восставших рабочих, ибо Фенрис не смог сжечь их мозги и разобраться с предателями надо по старинке.
- Товсь...
Капитан форсирует реактор, стремясь дать громадной машине еще хотя бы лишний километр и быстрее проскочить открытое пространство.
- Цельсь...
Закончив разворот, скорпион поднимает верхнее жало максимально вверх, стремясь занять оптимальную позицию для лазерного удара и вспороть спину врагу, вместо того, чтобы бить в бронированный лоб.
- Пли!
Лучевая плеть пронзает верхние этажи самоходного города, но даже она уже не сможет остановить заряд, выброшенный электромагнитной катапультой – стандартный сорокатонный контейнер, до отказа набитый промышленной взрывчаткой.
- Лови, дядя!
В последний момент неторопливый мозг комбайна ловит новую мишень в прицел и дает новый импульс, но лазер пронзает контейнер ровно в тот момент, когда импровизированный снаряд бьет в безжалостный глаз лучемета.
Взрыв сорока тонн взрывчатки на близкой дистанции производит изрядное впечатление, тяжелые скафандры Ольги и ее товарищей едва не сбивает с ног. И через секунду им снова надо бежать от исполинской мачты жала, что сорвана взрывом и отброшена на добрую сотню метров.
- Так, а теперь он реально разозлился!
Потеряв лучевое копье, комбайн и не думает прекратить сопротивление и поднять белый флаг. Нет, он срочно сбрасывает стопоры и мчится на врага, выбрасывая вперед тяжелые металлические щупальца.
- Ну что, мастер на все руки, поборемся?!
Лобовое столкновение двух громадин производит не меньшее впечатление, чем близкое землетрясение. Комбайн тяжелее экскаватора, но у восставших рабочих преимущество в скорости, и им удается не дать себя опрокинуть, наоборот, они сдвигают исполинского скорпиона с места. Броня толщиной в метр трещит как пустой орех, с обеих сторон стальные титаны запускают друг в друга все богатство горных машин, скорпион стремится оборвать гусеницы врага, одновременно подняв горный молот, чтобы проломить ему череп.
- Босс, по моей команде…
Горный молот, взметнувшийся на максимальную высоту, начинает тяжелое падение.
- Давай!
Капитан изо всех сил крутит старомодный штурвал, и город на гусеницах слушается его команды, поворачиваясь в неожиданном маневре и подставляя задний ковш под удар.
- Готов!
Молот обрушивается на ковш, едва не сорвав его с фундамента, но эта часть машины рассчитана на чудовищные перегрузки и потому держит удар, позволив оператору захлопнуть стальные челюсти вместе с зажатой лапой врага.
- А вот в самбо ты явно не умеешь!- Торжествующе кричит женщина штурман, заложив максимально крутой поворот. Скорость удара и исполинская масса комбайна теперь работают против него в классическом броске через бедро, и вот уже скорпион с грохотом валится на спину.
- Отлично! А теперь толкай его вперед, пока он встать не успел!
Поверженный комбайн делает попытки перевернуться и продолжить бой, но экскаватор уже выталкивает его за последний рубеж безопасности, прямо к трубе, что проваливается под весом скорпиона.
- Заряд!
Столкнув врага в ловчую яму, экскаватор сдает назад, чтобы и самому не провалиться следом. Скорпион тем временем делает попытки вскочить на четыре уцелевшие лапы, но гибкий кран уже сбрасывает ему на брюхо второй синий контейнер с открытой крышкой и красным огоньком детонатора.
- Еще раз ложись!
Взрыв разрывает комбайн на части и взламывает вторую шахту по всей длине, довершая разрушение объекта. Но капитан и его команда это уже не видят, они разворачивают свою разбитую машину и ведут ее вперед на полной скорости, ибо на горизонте показался еще один скорпион.
- Хватайте трап, малыши! - Капитан Михаил Петров сбрасывает вниз аварийные лестницы, к которым бегут крошечные фигурки в боевых скафандрах. – Хватайте и делаем ноги отсюда!
***
- Значит, ты еще успела завести близких друзей в Духовке, которые в последний момент пришли на помощь? В очередной раз очень для тебя удобно…
- Я знала этого человека задолго до того, как начала свою войну против Дженны: когда-то он помог мне убить ее сестру. Михаил Петров, отставной офицер флота Союза. Много лет назад он уже спас мою жизнь, за что был сослан на Венеру без суда и следствия. Все эти годы я мечтала найти и освободить его, но он канул в неизвестность. И мне понадобилось снова спуститься в Духовку и работать оператором на Колоссаль, чтобы выйти на его след. Оказывается, он пахал рядом на своей громадной горной машине, вот я и решила воспользоваться моментом.
- Всюду-то у тебя полезные связи, Оленька. Но если твой старый друг и вправду был рядом, почему Фенрис не поразил и его вместе со всей командой?
- Потому что Дженна не хотела сжечь мозги всей планете, даже такой психопатке как она, это не нужно, некому будет работать. Она знала, что мы на Колоссаль, посему бросила Фенриса именно туда, стараясь не затронуть другие важные сектора. Они оказались вне зоны поражения. А затем я вывела их из-под удара, отключив общую матрицу.
- И когда рухнула система, когда я убила Дженну, а я действительно ее убила, чтобы там тебе не казалось, я вышла на связь и отключила у них на экскаваторе защитную решетку. Ну а дальше восставшие зэка сами все сделали. Сами захватили свою громадную машину, и пришли нам на выручку. А потом мы поехали искать выход из Духовки.
Здесь должны бы последовать издевательские аплодисменты, но вместо них командор бьет старшину рукояткой пистолета по ребрам. А затем продолжает дознание.
- Прекрасно, просто прекрасно. На все-то у тебя есть объяснение, все-то ты можешь оправдать. Дженна и вправду здорово поработала, чтобы спасти своего агента. Продолжай, я заинтересована…
***
Измененные неспособны плакать, эта функция не была включена в них за ненадобностью. Они должны воевать и работать, должны смело идти вперед, несмотря на любые препятствия, и слезы боли, горя или радости будут только мешать им. Вот и сейчас Ольга не плачет, впервые в жизни увидев старого друга и учителя. Не плачет, хотя очень хочет.
- Ну что, девчонка моя, давай что ли уже обнимемся?!
- Дядь Миша!
Михаил Петров обнимает высоченную девушку в обгоревшем боевом скафандре и, в отличие от нее, не скрывает слезы радости.
- А я уж начал думать, что никогда больше не увижу тебя, а тут твой звонок, после того как вся автоматика сгорела. Этот бардак – ваших рук дело, ребята?
- Ага, и он все еще продолжается, так что не рекомендую задерживаться, товарищ капитан, - Андрей мягко, но уверенно прерывает мелодраматический момент, возвращая их всех к привычной боевой работе. – Не знаю, сколько еще их сеть будет сбоить, но больше чем на три часа я бы не рассчитывал, это все время, что у нас есть. Значит, надо успевать на космодром. Успеем, если рванем по прямой?
- Успеть-то может и успеем, но дальше что, - спрашивает штурман, прикидывая оптимальный путь через вулканическое плато. – Вы точно сможете пилотировать корабли, что стоят на том поле? Да и вообще, кто даст гарантию, что там есть хоть один корабль?
- Не волнуйся, подруга, с кораблями мы справимся, дело по нашей части, - Эмили подсаживается на соседнее кресло к штурману. – А корабли будут, ибо, когда все началось, по всей планете была дана команда «Ковер», чтобы случайно не посбивать друг друга, значит, все капитаны, неважно, частники или флотские, поспешили приткнуть свои колымаги на стоянки. Отмены приказа не было. Следовательно, они все еще там, ждут сигнала на взлет. Ну как, капитан, готовы дать ход?
- Усегда готовы. – Михаил возвращается на капитанский пост, потертая белая фуражка снова венчает его седую голову. – Хватай мешки, вокзал отходит!
Пронзительно взревев гудком, самоходный город срывается с места и начинает уходить от разрушенной пусковой установки, двигаясь на восток через изрезанное циклопическими трещинами плато.
- Ого, тут всегда так качает?! – Дэн хватается за переборку, считывая показания старинных аналоговых приборов. – Не хочу показаться пессимистом, но у нашего домика на колесах большие проблемы с ходовой, мы можем и не доехать.
- Естественно, а вы как хотели после такой драки?! Наш экскаватор и так был не первой молодости, да тут еще новые приключения. Короче, ребята, раз уж вы тут все не только морды бить умеете, но еще и в инженерии шарите, хватайте инструменты и бегом латать нашу избушку на курьих ножках, иначе не доедем. И еще нужна смышленая санитарка, у нас много раненых.
- Понял, сделаем!
Андрей и его команда уходят, но Ольга остается на главном посту, где сходится электроника громадной машины, которая срочно требует оперативного вмешательства.
- Дядя Миша, для начала самое главное – твоя семья жива, с ними все в порядке, их успели эвакуировать, твои сестры сейчас на Луне, беженцы. А племяшка служит на флоте, недавно сдала на каптри. Охотиться на нас будет.
- Бывает. Расскажешь, как ты попала сюда?
- Конечно. Но сначала, как ты оказался в Духовке? Когда? Тогда же, в ночь третьего января девяносто второго?
- Ага, как сейчас помню. После того как я по твоей наводке поджарил Черного Лебедя, меня вызвали к начальству объясниться. Вот тут-то свет и погас. Держись, - Михаил сбавляет ход, переползая через огромную трещину, заполненную серной кислотой. – Ну а когда освещение снова включили, я уже был на прежнем месте службы. Сразу узнал это место, здешнюю гравитацию ни с чем не перепутаешь.
- Понятно. Суд был?
- А зачем? Меня просто поставили перед фактом – я прибил кучку богатых детишек высоких шишек, которые всего-навсего хотели повалять дурака и вовсе не имели намерения убить тебя, взорвать завод и уморить жаждой миллиарды человек. А потом предложили два выбора – либо меня тут же расстреляют, либо я иду работать на поверхность. Тюрьма, естественно, частная, и им были нужны опытные монтажники, местный кум знал, кто я и чего умею. Как можно догадаться, расстрел я выбирать не стал.
- И правильно сделал. Тебе предлагали пойти добровольцем воевать на Марс в девяносто третьем?
- Нет, это война обошлась без меня. Ты была там, на той стороне? Мы ведь слышали про Большевика, слышали, как вы им врезали, молодцы!
- Твоя школа, дядь Миша, - Ольга впервые получает шанс улыбнуться, вспомнив давно проигранную войну.
- Короче, еще немного я помахал киркой в карьере, а потом началась вся эта заваруха с Сыном Грома, и работы сильно прибавилась. Началась эвакуация, постоянное строительство, руду требуют каждый день все больше и так далее. Меня к тому времени опять вернули в государственный лагерь, а потом в Сверхновой начались гражданские войны, которые не кончилась, как я понимаю, и по сей день. Нас тут несколько раз заставляли воевать с бывшими коллегами и партнерами по бизнесу, когда боссы делили власть. Туда-сюда, и вот я уже капитан этой колымаги, катаюсь по поверхности и ищу, чего бы спереть по-быстрому, пока другие не обогнали. Меня повысили, но полностью, естественно, не доверяли, рядом постоянно были вертухаи. Так что, когда сегодня с утра ты грохнула всю матрицу, мне пришлось и самому поработать, вспомнить старые вредные привычки, - Капитан передает ученице самодельный пистолет, который заключенные делают из всякого мусора.
- Знаешь, сегодня, когда передали, что ты нас всех обрадовала и прибила Верховного Комиссара, я очень за тебя порадовался, Оленька. Если кто и мог, то только ты.
- Да, я тоже так думала, хотя и до меня лихие люди пытались. Извините, что ничего не вышло, товарищи, я и сама не понимаю, как все сорвалось.
- Бывает. И все же интересно, что мы опять встретились именно из-за девчонки Донован. Кажется, эта семейка имеет на нас зуб.
- Тут все сложнее, дядь Миш. Сильно сложнее. Она пошла против своей семьи, против всей системы. Словно Архимед, взяла большой рычаг и опрокинула наш мир вверх тормашками.
- Какой рычаг?
- Гронд, Сын Грома. Она создала его.
- Что?!
- Как?!
Немногочисленный экипаж центрального поста поворачивается к старшине.
- Не шутить? – Михаил вглядывается встревоженными глазами в лицо ученицы.
- Нет, товарищ, ты же знаешь, у меня всегда было плохо с чувством юмора, я такого придумать не смогла бы. Не знаю как, никто не знает, но Дженна создала Гронд и напустила его на мир, наслала бурю, словно злая ведьма. Иначе как бы еще она смогла выбиться в Комиссары? К сожалению, вынуждена признать, что в ту ночь мы с тобой прибили не ту сестренку, коллега.
- Ничего, мы это исправим, только выберемся для начала отсюда и… держись!
Снова поворот на краю расщелины, едва не опрокинув город-беглец. И сразу же полный вперед, не жалея изношенной ходовой, ибо сигнал предупреждения о нападении трещит без умолку – кто-то пытается отследить их с орбиты.
- Майк, направо давай, к круглому камню, на свалке отсидимся! – Штурман указывает новый курс, сверяясь с самодельной картой, по старинке отпечатанной на листе желтой бумаги. – Там, на тридцатой отметке пандус есть, протиснемся!
Первый снаряд взрывается в пяти километрах за кормой, второй падает в двух километрах походу.
- Пристреливаются! Газуй, дядь Миш!
- Оль, не учи ученого. Вот так!
Еще раз круто развернув экскаватор, Михаил скатывается в бездонный овраг, направляясь к громадной куче металлолома.
- Еще когда в Сверхновой началась первая война, нас бросили сюда разобрать завод у конкурентов, вот мы и разобрали. А обломки так и остались, и сейчас они нам очень даже пригодиться. Стоп машина!
Город останавливается, тяжелым гусеницам не хватило всего двух метров, чтобы протаранить мусорную гору. И еще не успели замереть катки, как манипуляторы хватают и подтягивают на себя разномастные обломки, особенно корпус старого рудовоза, изъеденный высокими температурами и кислотами.
- Вот так, аккуратно, кладем…
Борт старого корабля закрывает обзор, экскаватор прогибается под весом разбитого аппарата, но эта же махина закрывает его от космических радаров.
- Еще один, и еще!
Теперь неизвестный преследователь не стреляет одиночными, а переходит на короткие очереди на три – пять снарядов. Серая земля и горы мусора дрожат от взрывов, молнии электромагнитных снарядов кружатся на иззубренных обломках, и все же, ни одного прямого попадания. Потеряв добычу, преследователь еще раз увеличивает скорострельность, не жалея снарядных погребов.
- По площадям бьют, хорошо. Потеряли нас из виду, и пусть теперь гадают, куда мы покатим дальше.
***
- Итак, вы удрали с Колоссаль на машинке ваших друзей, что очень удачно оказались поблизости. Допустим, такое действительно могло произойти. И вы сумели уйти от обстрела с орбиты, поскольку Дженна смогла послать туда лишь пару кораблей, ибо остальные дрались против нас в районе главных верфей, что я могу авторитетно подтвердить, мы сами там дрались. Но вот космодром – уже слишком хорошо, чересчур. Не бывает такого везения, дорогой товарищ, чтоб столько кораблей ждали вас там под парами, - командор уверенно приближается к кульминации судебного процесса.
- Там не было везения, подруга. Там была команда «Ковер», вполне логичная в данной ситуации. Чтобы не сбить свои же корабли по ошибке, они приказали всем оставаться на своих местах, отменили все вылеты. Все, кто не участвовал в боях в районе главных верфей, все должны были совершить экстренную посадку, в том числе и Мэри Сью. И то, что мы захватили эти корабли, вовсе не результат нашего везения, которого и так было совсем немного. Мы брали их с боем.
- Ага, и взяли именно тот корабль, в памяти которого Дженна заложила для нас очередную отравленную приманку? Которую принесла именно ты!
- Я уже устала спорить с тобой, ты мне надоела, товарищ командор. И как бы там ни было, память Мэри Сью наш шанс на победу, возможно, последний шанс.
***
- Не знаю, как щас, но раньше там была мощная охрана, как-никак, стратегический объект, его несколько раз пытались штурмовать во время гражданской. Сколько пушек уцелело и сохранило способность стрелять – неизвестно. Предположим, что много. Стало быть, нас встретят.
- Ясно. Дядя Миша, та дорога, о которой ты говорил, там еще можно пройти? – Андрей оценивающе оглядывает гористое плато, за которым лежит долина и космодром.
- Скорее всего – да, чтобы ее перегородить никаких противотанковых ежей не хватит, надо будет гору взрывать. Значит, на полном ходу мы сможем туда спуститься и выйдем почти к самому краю космодрома, метров двести до первой линии стартовых площадок. Вот примерно так они расположены…
Михаил по памяти набрасывает схему космодрома – действительно, от спуска в долину получается совсем недалеко до стартовых кратеров, надо лишь пересечь железную дорогу. Другой вопрос, есть ли там корабли. И Ольга намерена найти ответ прямо сейчас.
- Еще пятнадцать метров, медленно, медленно, вот так…
Трос постепенно разматывается, поднимая привязной аэростат к черным облакам. Защитный периметр функционирует, так что дрон разведчик сразу же заметят. А вот у воздушного шарика на веревочке есть шанс, и Ольга ведет наблюдение в духе разведчика Первой Мировой.
- Вон они, все здесь! То, что нужно!
Как и предполагалось, команда «все вниз» была выполнена неукоснительно экипажами многочисленных частных и государственных судов. И теперь космодром переполнен, она не видит ни единой свободной стоянки. Также не видит ни единого военного корабля, только разнотипные грузовики, из которых не меньше трети пригодны для дальних полетов. А еще старшина видит всю инфраструктуру объекта, особенно горловины подземных трубопроводов, что питают корабли топливом. Там сейчас как раз идет заправка, хорошо.
- Что думаешь?
- Этот, тот, и вон те два – берем именно их, если сумеем прорваться достаточно близко, - Андрей указывает на подходящие корабли, что смогут поднять их всех на орбиту и для которых у его маленькой группы хватит пилотов. – Так, а он откуда и зачем взялся?
Небольшой, но быстрый корабль идет на посадку в единственном свободном кратере. С такой дистанции Ольга не может точно указать тип, ясно лишь, что не военный борт. Какой-то частник, появившийся из ниоткуда. Интересно, почему ему дали разрешение на посадку здесь?
- Мне интересен этот борт, надо бы его проверить. Ну, все, девчонки и мальчишки, хорош сидеть сиднем. Покатились!
- Все по местам!
Проревев сиреной и выбросив высокие струи черного дыма, самоходный город срывается с места, выкатываясь на горное плато. До спуска в долину четыре с половиной тысячи метров.
- Все, заметили, - Ольга ловит на себе лучи радаров ближнего обнаружения, видит, как над космодромом взлетают в небо красные ракеты и как сияют сигнальные прожектора на высоких мачтах.
- Быстрей!
Вот и первая реакция – тонкие лучи лазеров бьют в навесной щит. Неопасно, это легкие излучатели, неспособные прожечь броню с такой дистанции.
- Влево, десять градусов!
Теперь уже надо уворачиваться, ибо дорога вскипает от разрывов – не сумев остановить неожиданного врага лазерами, охрана космодрома переходит на артиллерийский огонь.
- Вправо пятнадцать!
Экскаватор мчится вперед галсами, словно парусник под встречным ветром. Ольга делает свою работу, защищая махину помехами и ложными мишенями, и пока ей удается сбить с толку большую часть снарядов. И все же, несколько попаданий уже произошли, пока не фатальных.
- Сбрасывайте воздух за борт, пока не взорвался!
Охрана использует против врага венерианский напалм, что воспламеняет любую кислородную атмосферу, посему Михаил вынужден открыть все клапаны и продуть драгоценную атмосферу за борт, не дожидаясь внутреннего взрыва. И теперь весь воздух, что есть у них, помещается в баллонах скафандров.
- Сверху!
Еще один удар, но не с поверхности, а с орбиты – тот самый неизвестный корабль, что преследовал их два часа назад, и потерял следы на свалке, вернулся. Он по-прежнему не видит экскаватор, но его видят с пункта управления полетами, видят и способны выдать целеуказание, после чего враг уже не промахнется. И он не промахивается, уже с третьего выстрела вонзив снаряд им в спину.
Бронебойный пробивает все шестнадцать палуб и взрывается под днищем бегущего гиганта, разорвав в клочья крайнюю левую гусеничную тележку. Невероятным усилием Михаилу удается удержать город от резкого поворота и опрокидывания, а впереди уже показался пологий спуск, по которому, с пожаром и грохотом, экскаватор скатывается в долину.
- Оружейная башня на два часа!
- Понял, беру!
Им нечем ответить вражескому орудию, пушки на экскаваторе не предусмотрены. Пушек нет, но есть инструменты, и Дэн сносит орудийную установку ковшом. Еще немного и они пересекут последний оборонительный рубеж, после которого враг уже не сможет взламывать им борт снарядами – попадут по своим.
- Поезд, поезд на путях!
Точно, из-за поворота показался грузовой состав. Он не дойдет до пункта назначения, ибо гусеницы уже давят двухколейную железную дорогу, сразу за которой самоходный город вваливается в глубокий защитный ров. Конец пути, просим освободить вагоны.
- Берегись!
Закончив свой бег тщетной попыткой затормозить, поезд вонзается в бок замершего экскаватора, только добавив разрушений и огня. Но экипаж и пассажиры разбитого гиганта уже вне опасности, ибо они ссаживаются на землю через донные люки.
- По коням!
Коней у них нет, но есть тяжелые мотоциклы, которые седлают Андрей и его товарищи – им быстрее всего надо успеть к стоянкам, пока там не успели с экстренным взлетом.
- Дэн – давай на Т-47, Эмили – бери Вегу-12. Оль – за мной, хочу проверить того частника!
- Дядь Миш, давай с нами!
Сбив немногочисленную охрану вихрем управляемых ракет, Киров выигрывает для напарницы несколько очень важных секунд, позволивших ей забить в местную сеть набор вирусных команд, теперь стрелять по ним станет сложнее. На дальнем конце космодрома кто-то уже отрывается от земли, но здесь еще никто никуда не летит, ибо вирусная атака не дает автоматике разомкнуть посадочные кольца.
- Мину!
Кумулятивная ядерная мина намертво крепится к рулевому мотору, теперь частник, что так вовремя приземлился, уже никуда не улетит без новых пассажиров.
- Берем его и уходим последними, прикроем взлет остальных! Надо дать им пять минут!
- Понял, сделаем! Экипаж Мэри Сью – сдавайтесь, иначе мы взорвем мину у вас под реактором! Одна минута! Сдавайтесь!
На других стоянках Дэн и Эмили уже справились с абордажем: гражданские экипажи не стали драться насмерть, предпочтя бою поспешное бегство. Теперь надо принять на борт восставших рабочих и уходить.
- Экипаж Мэри – десять секунд!
- Не стреляйте, мы выходим! Не стреляй!
Люк открывается, сброшен аварийный трап. Андрей ждет возможности выпустить экипаж, но где-то наверху начинается стрельба, там свои стреляют в своих.
- Какого?!
Киров взлетает по трапу в переходной отсек, Ольга настороженно следует за ним – рукопашный бой никогда не был ее стихией. Но схватка уже не нужна, ибо весь экипаж Мэри Сью убит, они самостоятельно перебили друг друга по неизвестной причине. А еще один из офицеров пытался уничтожить и сам корабль, но не успел. Странно.
- Какого черта здесь произошло?
- Не знаю. Заводи мотор!
В момент атаки Мэри Сью как раз производила проверку двигателей, так что силовая установка заводится с пол-оборота. Одновременно включается разветвленная оружейная система – к удивлению Вороновой, небольшой купец оказался хорошо вооружен, и к тому же бронирован.
- Это не торговый корабль, а какой-то дипломатический курьер, что должен был доставить какой-то особо ценный груз, конечная точка маршрута неизвестна, где-то в районе Меркурия.
- Да хоть на солнце! Отдать концы, обратный отсчет – тридцать секунд!
Мэри Сью пойдет на взлет последней, раз уж она несет оружие и может постоять за себя. И постоять придется почти сразу, ибо некий корабль стремительно входит в атмосферу, направляясь в сторону космодрома. Точно не тот эсминец, что бомбил их с орбиты, он неспособен выполнить такой маневр.
- От винта!
Тройка беглецов стартует одновременно. И пока Андрей пришпоривает Мэри вертикально вверх, Ольга встает за пульт управления огнем, методично затыкая снарядами проснувшиеся орудийные башни. Она готовиться к драке с неожиданным нападавшим, но он целится по другим мишеням.
- Огонь!
Серия лазерных ударов сжигает выстрелы, что мчались наперерез безоружным кораблям товарищей. Но легкий штурмовик, атаковавший беглецов, не обескуражен первой неудачей, он просто выбирает новую мишень.
- Идет на абордаж!
Не успевает еще Мэри выскочить за предел линии Кармана, как два корабля сходятся борт о борт. Ольга успевает дважды выстрелить в брюхо врага, а тот уже ловко сбивает ее пушки абордажными крючьями в излюбленном стиле пиратов Тартара. И в том же виртуозном стиле он прижимается вплотную, накинув аркан на аварийный шлюз.
- Им очень нужен наш кораблик…
- Внимание, аварийный люк открыт!
- Они уже здесь, я встречу! – Михаил хватается за пулемет и спрыгивает в грузовой отсек, где сразу же начинают грохотать выстрелы. Меж тем два сцепившихся корабля продолжают набор высоты, не в силах разжать смертельные объятия.
- Андрей, я не могу их сбросить!
- Тогда они сами себя сбросят, держись подруга!
Противник лучше вооружен, но у Мэри Сью сильней мотор и топлива больше. Разыграв эти два туза, Киров преодолевает сопротивление врага, разворачивает оба корабля по оси и ныряет обратно к бушующему атмосферному океану, но уже под критическим углом атаки. Настал черед третьего козыря – необычайно прочного корпуса захваченного курьера.
- А теперь цыганочка с выходом!
Два корабля мчаться по границе атмосферы и космоса, по той тонкой грани, что отделяет пустоту от стены огня и раскаленных кислот, и Киров, еще раз сделав сальто, давит врага сверху, подставляет его под удар горящего моря, словно автомобиль под бетонный забор.
В трюме продолжается перестрелка, шпангоуты и броневые листы стонут от непомерной нагрузки, пират снизу пытается достать лучевой плетью кабину пилота, а Андрей продолжает давить врага, рассчитывая на точность маневра и сокрушающее сопротивление атмосферы.
- Готов, ублюдок!
Сильнейший толчок, что подбрасывает Мэри как детскую игрушку, подтверждает взрыв моторов пирата, который разваливается кометой у них под днищем, освободив курьера и дав ему свечкой уйти вверх. И не успевает еще черная тьма сменить горящее небо, как Андрей перебрасывает штурвал Ольге и ныряет в трюм, где продолжается абордажный бой.
***
- Значит, ручные пираты Дженны гнались именно за этим кораблем?
Все так же председательствуя на трибунале, командор Арья улучает момент с большим интересом изучить трофей.
- Не гнались. Наоборот, хотели отбить Мэри из-за ее груза. Вернее, пассажира. Пассажира настолько ценного, что один из членов экипажа убил его и пытался взорвать корабль, как только мы подцепили им мину на хвост. Пираты не знали о его гибели, и пошли на абордаж, в этот раз нам повезло. Наше единственное везение в провальной операции, единственная ошибка Дженны. Она приказала захватить Мэри, вместо того, чтобы уничтожить ее на месте.
- Вот как? Значит, по-твоему, у вас не только ее корабль, но и некий необычайно ценный субъект, пускай и не очень живой. Кто он, знаешь его?
- Лично не встречала, но он какой-то ученый, доктор Гробан. В какой области доктор сказать уже не смогу. Зато мы знаем, куда он летел, и это еще интереснее. В полетном листе есть некий объект, не зарегистрированный ни на одной современной карте. Научная станция Блуждающая Тень, самый близкий объект к солнцу. Большой секрет нашей подруги Дженны. Там она прячет что-то или кого-то очень важного. И, если мы перестанет тыкать друг в друга стволами, начнем делать свою работу нормально и успеем на Тень раньше ее, воспользовавшись картой и паролями Мэри, вот тогда у нас есть шанс. Шанс превратить катастрофу и поражение хотя бы вничью. Так что убери пистолет, дура, помоги мне отремонтировать курьера и летим к солнцу, пока еще есть время. Мы оторвались от их флота, нельзя упускать такой шанс!
- Да, глупышки, скорее собирайте манатки и мчитесь из одной ловушки в другую. Нет, Оленька, не выйдет, второй раз у тебя не получится завести нас всех в капкан, ты…
- Ложись!
Михаил стреляет Арье в спину из своего самодельного пистолета. Смит стреляет в него. И теперь они все стреляют во всех.
- Убью!
Арья падает на Ольгу и пытается левой рукой направить ствол предателю в голову. Она сильнее, даже будучи раненой, и у Ольги нет шансов отбить ствол. Но есть одно единственное мгновение, чтобы вонзить отравленную стеклянную иглу в шею врага, точно впросвет между бронепластинами скафандра.
- Бросить оружие, сдавайтесь!
Мятеж подавлен, Андрей восстанавливает порядок, оба лейтенанта убиты. Он также словил три пули, боевой скафандр выдержал. Но у Петрова не было боевого скафандра.
- Дядя!
Сбросив с себя труп командора, Ольга наклоняется над своим спасителем, в тщетной попытке вколоть ему заряд аптечки, зная, что тот уже не поможет.
- Спасибо, что вытащила меня из Духовки, Воронок, всегда хотел отдать концы в космосе. Сделай доброе дело, доберись до Дженны, раз уж я не успел, ты справишься…
Аптечка уже не может удержать израненного человека на грани жизни, реанимационная капсула неспособна исправить две смертельные раны одновременно. Ольге остается только закрыть глаза старому другу. И в этот раз, ей кажется, она почти уверена, что способна плакать.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 6
УХОДЯЩИЕ СЛЕДЫ
Всего двадцать минут назад здесь светило солнце, раскалившее гребень кратера, равно как и все остальное вокруг до полтысячи градусов. Но старик Меркурий все же делает для них одолжение и лениво поворачивается с боку на бок, впустив ночь и постоянный холод. Самый подходящий момент для посадки в старом убежище контрабандистов, когда никто не увидит вспышку, и никто не уловит тепловой выброс двигателей за огненной стеной терминатора, что неторопливо смещается к западу.
- Готово, закрывай!
Огромный люк захлопывается: Ольга слышит подошвами тяжелых ботинок, как клацнули замки. Быстро поднять перископ, оглядеть площадку – все в порядке, пейзаж возвращен к первоначальному состоянию, и пара легких наземных роботов, словно пылесосы, заметают характерные следы реактивных струй. Не на что здесь смотреть, проходите мимо, космические корабли тут не садятся.
- Старшина, давай быстрее!
- Сейчас, еще минуту.
Последние пара шагов, и вот она стоит на гребне, выставив максимальную степень защиты на светофильтр. Впереди узкая полоса ночи и холода. А дальше вулканическое плато рассекает линия терминатора, за которой начинается день, начинается ад. И над всем этим черно-белым, огненно-ледяным миром бушует разноцветными всполохами солнечная буря, самая сильная из всех, что помнит Ольга. Девушка задирает голову и пытается разглядеть за всполохами солнечной короны Блуждающую Тень, помня о ее примерных координатах. Бесполезно, никто сейчас не знает, где прячется неуловимая обсерватория, даже Дженна не знает, и эта простая, очевидная мысль доставляет старшине неподдельную радость.
Маскировщики закончили свою работу, и еще раз все проверив, Ольга сворачивает наблюдательный пост. Она идет к секретному входу в убежище, разбитому в основании массивной вулканической бомбы, вспоминая рассказы своего учителя, что когда-то давно бывал в здешних краях. Все соответствует действительности, Меркурий именно такой, каким и должен быть – тихий маленький мир, вечно чередующий огненный день и ледяную космическую ночь. Самое подходящее место, чтобы залечь на дно, залатать подбитый корабль и приготовиться к продолжению банкета.
- Так, где он? Кому тут требуется мозги прочистить?
- Вот этому пассажиру.
Коротко включается фонарь, подсвечивая темный туннель, узкоколейку, провода на стенах и реанимационную капсулу, лежащую на шахтерской вагонетке.
- Великая пустота! Оленька, умница ты моя, ну вот сколько раз надо тебе повторять, что для данной процедуры клиент должен быть в лучшем состоянии, чем он есть сейчас. Значительно лучшем! Посмотри только на эти раны, на что ты рассчитывала со столь обширным повреждением головного мозга?!
- Как всегда, я рассчитывала на ваш гений, Елена Сергеевна. – Ольга устало смотрит на Чернову, она не в настроении спорить после недавних приключений. – Не я же прострелила ему череп, его собственный охранник постарался. А сразу поместить труп в капсулу я не могла, у нас был раненый на борту, даже двое. Пришлось просто заморозить, вот все, что мы смогли сделать.
- Кто он хотя бы такой? - Хирург вглядывается в изувеченное лицо покойника, очевидно, подключив все свои базы данных. И не найдя там ответа.
- Некий сотрудник бывшей корпорации Сверхновая, от которого осталось только фальшивое имя и личный номер. Я тоже в первый раз его вижу, да и у ребят Андрея нет данных об этой загадочной личности. Но кто бы ни был наш доктор Гробан, он очень важен и ценен, иначе не оказался бы на борту Мэри Сью в тот момент, - старшина опускается на корточки, пристально оглядывая труп в реанимационной капсуле. – Наша летучая голландская красавица должна была срочно доставить данного пассажира в обсерваторию. Следовательно, Гробан нужен Дженне, а значит, представляет для нас интерес даже в мертвом виде. Так что, вы уж постарайтесь…
***
Короткий перерыв между двумя периодами долгой и сложной работы. Время поджимает, ибо буря не будет длиться вечно, и за вспышкой последует неминуемый штиль. Но сейчас у них есть пятнадцать минут на перерыв, за который надо присесть за опрокинутую бочку, да побаловать себя настоящим чаем с настоящими булочками. И обсудить дела и проблемы прошедшего и грядущего.
- Значит, вы случайно подобрали эту малышку?
- Ну как сказать, товарищ капитан, - Андрей с любовью оглядывает трофейный корабль. – Я с самого начала ее заприметил, когда наш городок выкатился на гребень, а она шла на посадку. Когда-то водил такую же красотку пару месяцев и хорошо знаю возможности данного проекта, отличная бригантина, все, как любят пираты и контрабандисты. Самый подходящий агрегат для темных делишек, особенно когда надо рвать когти. Вот мы к ней и поехали брать на абордаж. И только когда уже подошли поближе, и когда она попыталась окатить нас лучевой плетью, вот тогда стало ясно, что тут что-то не то, и наша Мэри прячет пистолет у себя в чулочках. А дальше и вовсе чудеса начались…
Старое убежище не принимало раньше на своих посадочных кольцах такие корабли, места для всех не хватит. Посему, оставив Бетти Буп и приказав ее автопилоту уходить к поясу астероидов, Большевик и Мэри пришли сюда вдвоем, предварительно подобрав других бойцов Андрея. Пришли, встали в кратеры, с большим трудом взгромоздив на себя фальшивую крышу, и принялись за экстренный ремонт и модернизацию, которые точно понадобятся в следующей миссии.
- При всем уважении товарищи, даже на вашем крейсере нет такой брони с термоподбоем. Лоб у этой девочки как у танка. Или как у линкора. Да и арсенал подходящий. А трюм – так, чистая видимость, не может она тяжелые грузы возить, весь вес в броню ушел. – Киров демонстрируют многослойную комбинированную броню захваченного корабля, что позволила им выполнить головокружительный атмосферный маневр при побеге с Венеры.
- Короче, грузовик из нашей Мэри так себе. Но вот пару пассажиров быстро и сохранно доставить – именно для этого она и была сделана. Доставить в строго определенный пункт, ибо нигде кроме солнечной короны такая броня с подбоем не требуется.
- Стоп, тут что-то не стыкуется: как тогда она вообще оказалась в Духовке?
- По случайности. Там не должно было быть посадки. Мэри должна была причалить на геостационарную орбиту и подобрать кого-то, видимо, того самого пассажира с простреленной головой, над которым сейчас колдует Елена. И в самый момент приема пассажира я прибила Дженну, - Ольга нервно улыбается, вспоминая очередное фиаско. – То есть, я надеялась, что прибила. Начался грандиозный шухер, связь потеряна, кругом стрельба, да еще и буря, капитан Мэри Сью перепугался и пошел на экстренную посадку, на первую площадку, куда пустили, так ему казалось надежнее для пассажира. Сел он как раз напротив Колоссаль, там-то мы его и приняли.
- Значит, не вы устроили стрельбу внутри?
- Да где и когда за нами водилось такое хулиганство, наговариваете вы на наш коллектив, - Киров включает запись с бортового регистратора для подтверждения своего алиби. – Вот так все и было. Стрелять внутри они начали сами, сразу как мы прикрепили мину к их дюзам. Не по нам стрелять, попрошу заметить. Друг в друга. Палить начал один из офицеров, пассажира завалил первым, а потом пытался разбить приборы, не успел, к счастью для нас. Мы заскакиваем внутрь и видим эту странную картину. А еще мы видим, что Мэри, оказывается, отлично вооружена и бронирована, что очень скоро нам понадобились на выходе из атмосферы – пираты уже ждали.
- Ага, мы видели на радаре. Хорошо, что они пошли на абордаж…
Да, это было редко сочетание удачи и грубой ошибки врага, лучше всяких слов рассказавшей о том, насколько важна Мэри и ее пассажир для Верховного Комиссара. Обычно, при попытке побега из Духовки, захваченный корабль сразу же уничтожают. Но вместо того, чтобы нашпиговать беглянку снарядами, пираты пошли на абордаж, позабыв о других кораблях, что уходили в небо с того же космодрома. Позабыв обо всем, что происходит вокруг, кроме захваченного курьера и его команды, что к тому моменту была уже мертва.
- Не знаю, кто отдал приказ идти на абордаж, но Дженна или Малена такого поступка явно не одобрят. Но сделанного не вернешь, и мы, так или иначе, узнаем, кого Мэри должна была доставить. И куда доставить, мы тоже уже знаем.
Несмотря на диверсию, которую пытался совершить офицер самоубийца, большая часть информации сохранилась, слишком надежной сделали защиту главного компьютера. В том числе и комплект карт с финальной точкой маршрута.
- Наша гулящая подружка летела вот сюда.
- Ничего себе, я был уверен, что эта хибара давным-давно сгорела, а вон оно как оказалось…
Объект, который комендор Северов обозначил хибарой, официально числиться солнечной обсерваторией Блуждающая Тень, одной из многих научных баз, что постоянно наблюдают за светилом с близкой дистанции, предугадывая дальнейшее поведение единственной звезды человечества. От других обсерваторий Тень отличалась внушительными размерами и минимальной дистанцией до объекта наблюдения. Ни до, ни после так близко к солнцу никто не строил долговременных обитаемых объектов, лишь особо защищенные научные корабли рисковали на короткое время подойти ближе, играя в русскую рулетку с протуберанцами.
А меж тем Блуждающая Тень годами вращалась вокруг звезды на расстоянии вытянутой руки, снабжаю всех желающих данными о непредсказуемом нраве светила. Гигантское керамическое зеркало надежно защищало объект, позволяя научной команде почти в полсотни человек комфортно себя чувствовать и работать в краю бесконечного полдня.
Но так было давно, почти двадцать лет назад, еще до того, как Ольга заняла свой первый пост. А затем дальнейшее существование и эксплуатацию Тени посчитали неприбыльным, ибо автоматические научные станции последнего поколения требовали значительно меньше расходов. Финансирование проекта постоянно сокращали, а затем и вовсе свернули, станцию закрыли, персонал эвакуировали. Но сама Блуждающая Тень сохранилась, ибо зеркало по-прежнему защищало ее от солнечного ветра, а разобрать ее на металлолом не представлялось возможным. Считалось, что оставленная без присмотра и управления, обсерватория должна рано или поздно настолько приблизиться к солнцу, что неминуемо сгорит в его пылающей короне. Так должно было случиться.
Но в реальности случилось другое – одна маленькая фирма перекупила Тень за небольшую плату ради неизвестно чего. Никто в управлении гражданских объектов Корпорации не стал уточнять, зачем частники покупают брошенную станцию, всем просто хотелось побыстрее получить хоть какие-то деньги за и так уже обреченный объект. Так Блуждающая Тень в первый раз сменила хозяина. Потом фирма покупатель прошла процедуру банкротства, Тень снова кто-то перекупил, и еще раз перекупил, и еще раз, до тех пор, пока след истинного владельца не затерялся окончательно. Но вот сама Блуждающая Тень сохранилась, ибо неизвестный владелец не пожалел топлива для старых двигателей, выведя ее на устойчивую орбиту, максимально возможно близкую к солнцу. Может быть, и следовало обратить больше внимания на объект и странные сделки вокруг него, но потом случился Гронд, и многие другие очень интересные события. Так что о маленьком форпосте на границе вечного пламени никто не вспоминал до тех пор, пока не выяснилось, что именно туда Мэри Сью должна была доставить некого особо важного пассажира. И пока не выяснилось, что тайным владельцем Тени является Дженна Донован.
- Либо это очень хитрая ловушка, либо Рыжая держит там что-то очень для себя важное. Я ставлю на второй вариант, - Винсент указывает на свои любимые финансовые документы, что подтверждают переход собственности в руки Верховного Комиссара. – Слишком давно она приобрела объект, тогда еще ничего не было ясно, невозможно эффективно планировать так далеко. Она приобрела Тень не для того, чтобы ловить нас на нее как на живца. Но для чего тогда? Что ей так нужно там, на краю солнца? Какую работу должен был сделать наш пассажир, что сейчас пребывает в состоянии трупа? Хорошие вопросы, не правда ли?
- Ага, на триллион копеек. Девчонки – вы обе подтверждаете, что экипаж Тени до сих пор ничего не знает, если там вообще есть экипаж?
Анастасия хочет ответить Климову, но марсианка быстрее.
- Подтверждаем. При солнечном шторме такой силы Блуждающая Тень словно выпадает из нашей вселенной – никто не может связаться с ними, и они тоже не могут связаться ни с кем. Радиосвязь, световые сигналы, лазеры – ничто не пройдет в обе стороны. Речь не о том, что к ним нельзя дозвониться, сейчас никто даже не знает точно, где находится обсерватория в данный момент, слишком велика возможная ошибка. А буря, что лишила их связи, началась еще за час до диверсии на Колоссаль.
- Значит, они не знают. Они ничего не знают – экипаж Тени до сих пор ничего не знает о том, что произошло на Венере. Не знают, что Дженна короткое время была мертвой. Не знают о чрезвычайном положении. И, самое главное, они ничего не знают о том, что Мэри Сью была захвачена. Значит, они все еще ждут корабль, ждут ее пассажира. Это мы удачно зашли!
- Товарищ капитан, но Мэри уже опоздала часов на двадцать, как минимум!
- И что с того? Небольшое опоздание вполне логично в такую бурю, ведь всегда могло что-то приключиться по дороге. Главное, что с нашей помощью, этот кораблик туда все-таки причалит…
***
- Несмотря на тот неоспоримый факт, что моя гениальность давно уже давит на мои плечи непосильным грузом, даже мне не удалось вытрясти все ценное из головы нашего покойника, ибо разрывная пуля и ее фрагменты серьезно мешают процессу. Кто такой этот Гробан – понятия не имею, выудила только пару воспоминаний о Европе сильно задолго Сына Грома. Вот, полюбуйтесь, - Чернова выставляет на всеобщее обозрение результаты своего научного подвига.
- И что это для нас значит?
- Только то, молодые люди, что подобранный вами покойник работал то ли в Швеции, то ли в Германии, может, в Дании, но точно не во Франции, работал в одном из научных кластеров Сверхновой. Когда работал, как долго, на кого, что именно делал – все осталось в других частях мозга, недоступных для наблюдения по причине их отсутствия. Так что его долговременная память для нас особо интереса не представляет. Но вот сравнительно недавний временной срез, там сохранилась пара интересных кадров. Вуаля!
Размытый снимок, словно старая фотография, на которую брызнули растворителем. Но все же, несколько знакомых лиц разобрать можно вполне отчетливо.
- Ничего себе! Он что, реально видел их, видел этих людей всех вместе?!
Чернова преуменьшает значение своего открытия. Перед ними непросто пара интересных фотографий, случайно сделанных мозгом неизвестного покойного ученого. Перед ними настоящая бомба.
- Когда, сколько времени прошло, когда он их видел?!
- От двадцати до девяноста двух суток тому назад, точнее сказать, к сожалению, невозможно. Не позднее трех месяцев. Прочесть что-то еще за этот временной срез мне также не удается, тут потребуется буквально разбирать его мозг на атомы, работа на многие недели и не для нашей операционной. Может быть, друзья Ольги с Виндарии и могут помочь, но даже они не справятся за пару часов. Буря в любом случае кончится раньше.
Все понимают, куда клонит корабельный хирург. Рано или поздно чудовищный электромагнитный шторм успокоится, и на Блуждающей Тени узнают о том, что доктор Гробан попал в руки врага. Тогда жизни людей на старой фотографии окажутся в смертельной опасности.
- Невероятно, как она смогла собрать их всех там, - Дэн представляет товарищам краткую характеристику людей на фото, не забывая макать булочку в чай. – Впрочем, Дженна как раз на невероятном и специализируется. Каких же денег это стоило…
Из семи ученых на фотографии четверо официально числятся погибшими, остальные трое – пропавшими без вести. Они затерялись на фоне Гронда и двух подряд гражданских войн, словно цепочка следов в снежную бурю. Затерялись, чтобы найтись на заброшенной обсерватории, на грани вечного пламени.
- Поскольку в нашем распоряжении только один случайный кадр, есть подозрение, что люди на фото далеко не все, кого мы можем там встретить, - Ольга вглядывается в знакомое лицо, одну из семи она знает лично, спасла ее когда-то из разрушенной Америки. – Там наверняка будут еще специалисты, ведь их всех отбирали туда не просто так. Всеми нами любимая мисс Дженна организовала на Блуждающей Тени свою маленькую тюрьму для особо важных ученых, которых выдергивала отовсюду.
- Есть какие-нибудь предположения, что они все делают в этой шарашке? Ясно, что что-то не сильно приятное, но что именно?
Мнения разделяются, каждый готов предложить свой вариант.
- Чтобы оно не было, это как раз тот проект, над которым работала Белль перед смертью, я уверена. Белль не до конца верила Дженне, потому притормаживала проект, боялась, что Рыжая избавится от нее сразу же по завершении работ. Только вот Дженна решила не ждать окончания проекта, и прикончила партнера еще до того, как перерезала красную ленточку. Она подозревала подружку, тоже не верила ей до конца. Судя по всему, Тень и ее люди – запасной вариант. Вот почему Комиссар пустила напарницу в расход, не дожидаясь завершения работ: она уверена, что сможет закрыть проект силами своих ученых, которых тщательно подбирала отовсюду.
- А мы, стало быть, узнали о лаборатории и даже прихватили ключ. Интересно, очень интересно…
***
- Отрыв!
Мэри Сью, оперативно переименованная в Снэйк Плисскин, стартует по-другому, не так как Большевик, здесь совершенно иная динамика разгона. Но Наташа уверенно ведет пленного красавца вперед, и Ольга помогает ей, тщательно следя за бортовой электроникой, что еще не полностью пришла в себя после диверсии.
- Поехали!
Большевик стартует из кратера вторым, аккуратно протиснувшись в ворота. Громадный короб зеркала вносит серьезные коррективы в пилотирование уже сейчас, дальше будет еще тяжелее. Мятежники следуют вперед почти вплотную, сейчас как никогда важно не потерять друг друга из виду. Где-то далеко остались эскадры Объединенного Флота, слишком далеко, чтобы организовать погоню. Да и не факт, что они вообще сумели различить два корабля, что покинули Меркурий под прикрытием бури.
- Времени в обрез, так что разводите котлы на полную, ибо я не порадую вас своим прогнозом, - Зита на секунду отрывается от исследования светила. – Мы можем быть твердо уверены, что у нас есть тридцать шесть часов. Тридцать восемь – возможно, сорок – маловероятно, сорок пять – исключено. Значит, через полторы суток буря ослабеет настолько, что даже на Тени они снова смогут поддерживать устойчивую радиосвязь, узнав обо всем, что приключилось в окрестностях Венеры. Так что, вы уж постарайтесь доставить нас туда до этого момента, а то, если по нам начнут стрелять, я, пожалуй, расстроюсь…
- Ну, если девушка просит, как же не уважить. Держись, братва, сейчас и до самой конечной будет жарко!
Полный вперед. Еще секунда, и маленький отряд выскакивает из спасительной тени Меркурия, подставив себя под поток тепла и света. Две дюжины пироболтов выстреливают одновременно, раскрыв зонтик керамического зеркала, что закрывает Большевик своей тенью и серьезно осложняет ему обзор, равно как и свободу маневра. Теперь могучий крейсер вынужден следовать за курьерским кораблем, словно слепец за поводырем, ибо только так он сможет дожить до посадки на Блуждающей Тени.
- Три, две, одна – разгон закончен, встали на прямую!
Андрей не шутил насчет жаркой погоды – многослойная броня начинает свою тяжелую борьбу с чудовищным тепловым и световым потоком, что будет только набирать мощность с каждой секундой. Но этот же поток тепла и света сейчас будет их прикрывать от возможного преследования, где ни радары, ни тепловизоры ничего не дадут врагу, все равно что пытаться разглядеть горящую спичку на фоне ядерного взрыва. Все, что внутри орбиты Меркурия находиться в своеобразной мертвой зоне, практически исключающей возможность активных боевых действий. И сейчас Ольгу и ее друзей радует это обстоятельство, им не хочется драться до момента неизбежного абордажа Тени, при условии, что они вообще сумеют ее найти.
- Давай, старшина, сейчас можно.
- Хорошо. Товарищи, если не возражаете, не надо сопровождающих.
Оставив свой пост, девушка спускается в пустой грузовой отсек, который на курьере служит скорее декорацией. Но в этот раз там все же есть реальный груз – разбитая реанимационная капсула с единственным пассажиром.
- Прощай, дядь Миш. И спасибо…
К черту долгие разговоры. Ольга поворачивает рычаг, и капсула с мертвецом плавно соскальзывает за борт, в горячую пустоту. Какое-то время она будет следовать за кораблем, затем их пути разойдутся, и Снэйк уйдет к Блуждающей Тени. А гроб с наставником, другом и спасителем Ольги продолжит свой полет к солнцу, до тех пор, пока не сгорит в очередном протуберанце, став частью горячей и ослепительной пустоты.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 7
В БЕЛЫЙ
- Выстрел!
Маршал Рокоссовский стреляет одиночным на самом малом заряде ускорителя: сейчас не нужна высокая скорость, иначе невозможно будет корректировать полет снаряда.
- Промах.
Крейсер ненамного замедляется, затем Юрий резко пришпоривает его, уходя от ответного удара.
- Недолет.
Вражеский снаряд взрывается далеко за кормой, и его вспышка, обычно ярко видимая на десятки и сотни тысяч километров, мгновенно теряется в окружающей дуэлянтов огненной пустоте. Лишь короткий миг чуть более яркого света и все возвращается к привычной ослепительной бездне.
Второго выстрела нет, и, скорее всего, не будет, неизвестный преследователь также экономит боекомплект, не желая и дальше бессмысленно расстреливать вакуум. И еще он не хочет выдавать свое местоположение, никто не хочет.
Два корабля почти случайно обнаружили друг друга на короткий момент, обменялись парой выстрелов без всякого результата, и затем снова потеряли контакт. Неизвестно, возрастает дистанция или, наоборот, уменьшается, неизвестно сколько вражеских кораблей пытаются взять Большевик в клещи, неизвестно вообще ничего, кроме простого и очевидного факта – враг где-то рядом. Точно так же кружит в горячей сияющей пустоте, пытаясь обнаружить противника и поймать в прицел неуловимую Блуждающую Тень.
- Малый вперед.
Ждать дольше нельзя, и Большевик нехотя подается вперед, подталкивая перед собой Снэйка. Северов и Владимир Ильич держат оборонительную систему на взводе, готовясь встретить вражеские снаряды частоколом лучей, но их тревога напрасна, и дальше они не видят и не слышат ни единого взрыва. По всей видимости, контакт окончательно утерян. Или же, преследователи первыми обнаружили Блуждающую Тень и ринулись к ней, не дожидаясь контратаки большевиков.
- Владимир Ильич, как думаешь, сколько их там?
- Оленька, ты же знаешь, как я не люблю подобные вопросы от наивных студенток, слишком много тут всяких но и если. Дженна не отправила бы на помощь к секретному объекту только один корабль, это очевидно. Но с другой стороны, первого попавшегося служивого или пирата сюда тоже не пошлешь, он просто сгорит. Нужен либо усиленный защитный контур, как у нас, либо специальный корабль, типа Мэри. А таких посудин никогда не было много, экипажей к ним – еще меньше. Значит, наших врагов там не флот и не эскадра, что не может не радовать. Но двое или трое – запросто.
Даже когда против тебя весь Объединенный Флот, возможна миссия, в которой у противника не будет подавляющего численного преимущества. Но такое может случиться только здесь, в окрестностях Меркурия и за его пределами. Выйдя за орбиту первой планеты, они вступили в необычную и странную зону, Нулевой Радиус, самое малоизвестное и необжитое место в солнечной системе. Не далекая и стылая окраина, куда люди добрались уже давно, а сияющий центр пустоты, где нет ничего, кроме горячего, пропитанного светом вакуума и самого солнца, творца всего сущего.
Здесь нет земель, которые можно покорять и осваивать, здесь почти невозможно постоянно жить и работать, и немногочисленные торговые маршруты обходят Нулевой Радиус десятой дорогой. Даже военные операции тут происходили крайне редко, и лишь пираты Тартара использовали край бесконечного света, чтобы совершать атаки с неожиданных направлений и уходить от погонь. Их пилоты одни из немногих, которые могут летать здесь, и Ольга уверена, что Малена выделила своих лучших людей для небесной охоты по приказу Дженны.
А теперь им пришлось нарушить давний порядок и вторгнуться во внутренний мир за орбитой Меркурия. Тень планеты осталась далеко позади, впереди лишь горячая пустота и нарастающий свет до самого солнца. И где-то там, всего в пятнадцати миллионах километрах от звезды, где-то там идет по своей непредсказуемой изогнутой орбите Блуждающая Тень, что невидима сейчас ни для врагов, ни для союзников. Точные координаты неизвестны, связи не будет до самого конца бури, и преследующие друг друга военные корабли вынуждены искать особо важный объект, словно играя в жмурки.
- Вот, вот опять!
Анастасия, зоркий глаз Большевика, продолжает упорно делать свою работу даже в этих невозможных условиях, превративших ясноглазую девушку в потерявшую очки старушку, что слепо шарит руками вокруг себя. Она пользуется телескопами с предельной осторожностью, на короткий момент оглядываясь вокруг, чтобы тут же прикрыть их мощными заслонками, иначе светочувствительные линзы сгорят меньше чем за минуту. Массдетекторы, обычно чувствительные настолько, что могут обнаружить пивную банку с сотни миллиона километров, теряют свою остроту из-за максимально близкого присутствия объекта астрономической массы – присутствия солнца. А радары не видят дальше своего носа из-за оглушительного рева шторма. И все же, несмотря ни на что, ей удается снова выйти на след объекта. Час назад она уже это сделала, но потеряла его, когда неизвестный корабль пошел на сближение и открыл огонь. А теперь у них снова есть шанс: координаты, масса, параметры орбиты – все совпадает.
- Настенька, что скажешь?
Ольга представляет себя на месте оператора, которая вынуждена сейчас полагаться больше на опыт и прирожденное чутье, чем на отказавшие приборы.
- На горизонте чисто, товарищ капитан. Либо они потеряли нас, либо сами ушли. А Тень – вон она, прямо по курсу, две с четвертью световые секунды.
- Ясно. Ильич, что там с прогнозом?
- Без изменений, босс – буря достигнет своего максимума через семь с половиной часов, пиковой момент будет длиться приблизительно тридцать пять – сорок минут. Затем начнет стихать, быстрее обычного. Значит, у нас осталось чуть больше полусуток до того момента, как на Блуждающей Тени восстановят связь.
- Тогда продолжим…
Дистанция снижается, и Северов, подключив на короткий момент оптику, снова дает им возможность рассмотреть предполагаемый объект охоты. Но они не видят ничего, кроме короткой тени, единственного следа присутствия здесь еще одного материального тела. Оно там, впереди, на одну секунду ближе к солнцу.
- Я не хочу жаловаться, товарищи, но не могли бы вы поскорее решить насущные проблемы, а то тут уже жарковато становиться, - Вольф скидывает им анализ состояния защитного контура, которое изрядно ухудшилось всего за час. – Наша единственная защита прогорает быстрее, чем банки в Великую Депрессию. И мы с Веней уже не успеваем латать зеркало. А если пойти еще дальше, все станет только веселее. Ищите Тень быстрее, иначе придется уходить с подпаленным хвостом!
- Сейчас, уже недалеко.
Ближе подходить опасно, на Тени могут различить контуры приближающегося корабля, и понять, что это не Мэри Сью. Но можно сбросить спутник наблюдатель, надеясь, что он успеет сделать свою работу раньше, чем сгорит дотла.
- Пуск!
Зонд выброшен из торпедного аппарата, и Ольга, что пытается удержать сколь-нибудь надежный контакт с космическим камикадзе, тоскливо наблюдает, как быстро сгорает его особо прочная керамическая защита. Прямой эфир будет очень недолгим, если состоится вообще.
- Есть контакт!
- Что-то не то, не вижу…
- Черт побери, это не Тень!
Подойдя вплотную к массивному объекту, спутник прожил всего девяносто секунд, но его сгорающих камер и передатчика хватает, чтобы отослать картинку. И теперь они отчетливо видят, что гнались не за Блуждающей Тенью, а за неким обломком кораблекрушения, что кружит вокруг звезды долгие годы, прожарившись до состояния обгоревшего, заплавившегося шара металла и керамики.
- Бог ты мой, это ж Велли Фордж! Точно он, потерян в районе Меркурия еще в семьдесят восьмом, мы его тогда целый месяц пытались найти. Вот, оказывается, куда его занесло. Как же неудачно получилось…
- Намеренная неудача, шеф, намеренная, иначе никак! Кто-то специально притащил сюда и оставил этот обломок, чтобы его приняли за Тень в случае чего. Параметры орбиты, скорость, масса, размеры – все совпадает. Очередной веселый фокус нашей рыжей подруги.
Теперь понятно, почему их больше не преследуют – неизвестный противник убедился, что Большевик клюнул на ложную приманку, а сам продолжил полет к настоящей Тени. Время потеряно, буря скоро кончится, а зеркало прогорает все быстрее.
- Насть, попробуешь?
- Конечно, попробую, товарищ капитан. Не взыщите, но парочку телескопов придется сжечь, иначе никак…
Новый усиленный поиск стоит Большевику не только десятка дорогих линз, но и пары антенных решеток. И все же, минуту спустя Анастасия прерывает напряженное молчание торжествующим воплем. – Знай наших, от Насти Мельниковой еще никто не уходил! Вон он, гад, драпает!
Неизвестный корабль действительно покидает поле короткого сражения. Но он направляется не во внешний космос. Наоборот, летит к звезде, еще дальше в пекло.
- Он знает, точно знает, где находится Тень на самом деле. Убедился, что мы клюнули на приманку, а сам пошел к ней кратчайшей дорогой, очень хочет успеть первым. Так, малым ходом следуем за нашим проводником, посмотрим, куда ведет тропинка…
Обгоревший остов Велли Фордж остается за кормой, Большевик и Снэйк Плисскин все глубже погружаются в огненную бездну, идя по следам неизвестного врага. Еще ближе к солнцу, еще больше света и тепла, что бесконечным потоком падают на массивное зеркало, с каждой секундой подтачивая их единственную защиту.
- У кого-нибудь есть идеи, как далеко он собрался? Куда Дженна переместила Тень, и зачем так близко к звезде? Тюрьму-то можно было построить и ближе, все равно, сбежать отсюда невозможно.
- А может, там у нее не только тюрьма…
Температура на внешней поверхности зеркала достигает полутора тысяч градусов, буря нарастает. И все же, курс прежний – прямо на звезду. Надо было лететь ночью, смеется Воронова старой шутке.
- Товарищи, у меня тут массдетектор шалить начинает. Он чувствует что-то впереди, и это точно не наш приятель!
- Может, ты наконец-то нашла Тень? Или еще одна обманка?
- Нет, что-то другое, покрупнее. Ильич, еще раз дай мне все, что у тебя есть по обсерватории!
Пока Анастасия и Северов вдумчиво изучают чертежи станции, Климов немного снижает скорость – проводник также намеревается сделать короткую остановку.
- Что бы там ни было, оно сильно больше и тяжелее искомого объекта.
- Это ничего не значит, за столько лет Дженна могла много раз перестроить Тень, расширяя свою темницу. Так, он снова тронулся с места!
Еще двадцать минут полета, еще на четверть миллиона километров ближе к солнцу. И здесь переменные показатели массдетектора уже нельзя списать на помехи от бури.
- Там точно что-то есть, что-то крупное, сильно больше Тени. Проходит вокруг солнца с перигелием всего в три с четвертью миллиона. И наш приятель летит именно туда!
- Еще ближе построить свою шарашку нельзя было?! Вольф, сколько мы там продержимся?
- На такой дистанции – не больше двух с половиной часов, зеркало нагреется почти до четырех тысяч.
- Но от такой здоровенной штуки там должна быть изрядных размеров тень. Тень от тени…
«Проводник» продолжает полет к обсерватории, никуда не отклоняясь от путеводной параболы – он тоже не хочет потерять из виду объект, иначе тот бесследно канет в чистом белом свете. Но вот неизвестный корабль сбавляет ход, затем останавливается.
- Что-то почуял, подлец, ищет нас!
- Пускай, он уже привел нас в цели. Оль, готовься к вылету. Лена, как там у тебя?
- Как в аптеке, забирайте пациента!
Все то время, что Большевик играл в кошки-мышки с неизвестным противником на краю вечного пламени, корабельный врач проводила очередную безумную операцию. И вот теперь пациент готов к выписке из палаты и к совместному путешествию.
- Удачи, молодежь!
Оставив отсек оператора, Ольга проворно спускается к шлюзовому отсеку, по пути встретившись с Андреем и положительно оценив его новое лицо и фигуру. Елена, как обычно, не подвела.
- Все по местам!
Маленький экипаж Снэйка занял места согласно боевому расписанию, Винсент готов сбросить переходник по приказу Климова.
- Что там?
- По-прежнему висит без движения, и…
- Атака!
За ревом бури неслышно грохота выстрелов, противники обмениваются градом ударов, практически не видя друг друга. И в этой слепой дуэли удача на стороне пирата – его снаряды не находят Большевик, но обрушиваются на зеркало потоком шрапнели.
- Внимание, критический урон защитного контура, восстановление невозможно!
- Снэйк – сброс, дальше вы сами по себе!
- Понял, уходите!
Переходник сброшен, и курьер выныривает из-под разбитого зеркала, подставив себя под поток огня. Короткий взгляд назад – точно, тут никакой ремонт не поможет, и Большевик должен немедленно откатываться назад, иначе сгорит без всяких снарядов.
- Держись, братва! Полный вперед!
Улучив момент между залпами, Наташа вжимает педаль газа в пол, бросив Снэйка к некому массивному объекту в конце дороги. Пиратский корабль переводит прицел на новую мишень, но второй раз фортуна отказывается улыбнуться его артиллеристам – снаряды рвутся за кормой. А еще через минуту контакт окончательно утерян.
- Так, мы быстрее этого тяжеловеса и прибудем туда раньше как минимум на три часа. Будет время устроить им всем грандиозный шухер.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 8
КОНЕЧНАЯ
- Мне кажется, мы уже не в Канзасе, - задумчиво констатирует Наташа, взирая на раскинувшуюся перед ними новую землю.
- Совсем не в Канзасе. Слушайте, ребят, я понимаю, что Дженна и ее люди нашли это место раньше нас, но ведь они никому об этом не сказали. А раз так, то мы ведь можем заявить об открытии? Пускай не сейчас, но как-нибудь потом. Имеем полное право, раз уж Рыжая не воспользовалась, а то я всегда мечтала открыть чего-нибудь покрупнее…
Ольга согласна с Эльзой: когда-нибудь потом, когда станет поспокойнее, им и вправду стоит громогласно заявить о своем открытии. Есть повод: планету, пускай и очень маленькую, открывают не каждый день.
На сей раз перед ними не ловушка и не ложная мишень. В этот раз они действительно нашли Блуждающую Тень – вражеский корабль, сам того не желая, привел Снэйка к конечной остановке. Но здесь они нашли не только Тень: массдетектор, неустанно сигналивший об объекте огромной массы под боком у звезды, не обманул.
- Экваториальный радиус сорок один километр, наклонение орбиты шесть градусов. Перигелий – три миллиона двести сорок пять тысяч километров, афелий – три восемьсот. Спутников нет, атмосферы тоже, постоянно повернут к солнцу одной стороной, где температура превышает две с половиной тысячи по Цельсию. Сверху покрыт базальтом, внутри практически целиком состоит из железа и никеля.
- Ага, бывшее ядро какой-то другой планеты…
Неожиданное открытие стремительно приближается, и, установив самый мощный светофильтр, его уже можно наблюдать визуально – прямо по курсу крупный астероид, захваченным Солнцем в незапамятные времена и умудрившийся до сих пор не кануть в его пучину. Оказывается, Меркурий никогда не был ближайшей к звезде планетой, есть еще одна, поближе, пускай и очень маленькая, нет даже сотни километров в диаметре. Но именно благодаря своему малому размеру этот оплавленный железный шар до сих пор оставался никем не замеченным – ни рассмотреть его на фоне пылающей бездны, ни приблизиться не удавалось никому. Кроме Дженны Донован, что как-то нашла неуловимого невидимку, и решила приобщить к делу – именно сюда она отбуксировала Блуждающую Тень, как можно дальше от ее старой орбиты. Жарковато, конечно, но если припарковаться в постоянной ночи за темным полушарием условия будут вполне комфортными. Они действительно там, и теперь экипаж Снэйка, пусть и едва-едва, но слышит характерный позывной обсерватории – кто-то зовет их на посадку с темной стороны обгоревшего шара. Тень прячется в тени.
- Наташ, давай вперед на самых малых оборотах, нам нужна пауза на размышление. Если кому-то есть что предложить, не стесняйтесь, мы все охотно выслушаем, ибо наш прежний план определенно нуждается в правках.
Изначально финал миссии не казался особенно сложным, главное – найти саму Блуждающую Тень, затерявшуюся в бесконечном потоке света. А если найти удастся, то тогда подойти на дистанцию прямого выстрела и, наставив пушки, предъявить ультиматум. Потребовать отдать ученых, в противном случае пригрозив взорвать громадное зеркало, что прикрывает обсерваторию. При любом исходе переговоров секретный объект Дженны будет либо захвачен, либо уничтожен, и единственной тактической ядерной бомбы в их арсенале вполне достаточно для решающего удара.
Но совершенно недостаточно для эффективной атаки на громадный планетоид с неизвестной внутренней структурой. И разбить зеркало одним красивым ударом тоже не получиться, ввиду его полного отсутствия. Настало время варианта бис, который с самого начала никому не нравился.
- Мальчишки и девчонки, давайте признаем, что у нас нет другого выбора. Хотим сделать дело – надо играть до конца, садиться на этот кусок железа и работать изнутри, по-другому не получится. Они все еще ничего не знают и ждут нас.
- Вот именно. А посему, Андрей, я предлагаю альтернативное решение, даже два решения. Ты сам сказал, что они все еще ждут нас на посадку. А раз так, то предлагаю сделать все по-быстрому, мат в два хода. Ход первый: под предлогом стыковки войти в зону эффективного огня и без лишних разговоров ударить по Тени всем, что у нас есть. Ход второй – сразу же уходить другим маршрутом, чтобы не встретиться с нашим преследователем. Гэймовер.
- И убить всех ученых, за которыми пришли?
- Ну, если ничего другого не остается… Они не должны продолжить свою работу на Дженну, ни при каких обстоятельствах.
Предложенный Ольгой простой план не встречает всеобщего одобрения. Более того, она остается в меньшинстве. Собравшись в тесной рубке челнока и немного поспорив, экипаж принимает решение продолжать миссию.
- Ладно, хорошо, согласна. Но не говорите потом, что вас не предупреждали.
Темная сторона все ближе, а буря начинает идти на спад, так что радиоволны могут донести до них раздражение обитателей планетоида.
- Спрашивают, где нас черти носили, они ждут уже третьи сутки.
- Не серчайте, хозяева, мы тут заплутали немного, - Винсент отбивает кодированный ответ, в котором информирует встречающую сторону, что на Мэри Сью из-за бури произошел сбой в навигационной системе. Посему экипаж потерял из виду конечную точку маршрута и почти пятьдесят часов вслепую искал единственно верную дорогу, латая сгоревшие компаса. Здесь и сейчас такое вполне могло случиться, объяснение выглядит осмысленным. Теперь остается гадать, насколько встречающие хотят поверить этим словам, насколько им действительно нужна Мэри и ее пассажиры.
- Отлично, нам дали добро. Так, причаливаем аккуратно, глядим в оба: у наших хозяев может быть весьма серьезная защита.
Планетоид стремительно приближается, и это хорошо, им надо как можно скорее спрятаться под его боком, ибо толстая бронированная шкура трофейного корабля уже порядком раскалилась.
- Что там такое черненькое белеется?
- Оленька, ты вот сюда хотела одной бомбой стрелять?
- Твою комету!
Войдя, наконец, в ночь, команда получает возможность не только спастись от всепожирающего жара, но и хорошенько оглядеться по сторонам. И самый беглый осмотр наглядно свидетельствует, что Верховный Комиссар выбрала адово пекло не просто для укрытия своей тайной лаборатории. Ее планы простираются гораздо дальше.
- Это еще что за штука?
Блуждающей Тени здесь нет. А может и есть, но ее просто не видно на фоне громадной структуры, возведенной в экваториальной плоскости планетоида. Башня высотой тридцать километров и шириной в два, что издали кажется гигантским ключом, воткнутым в заводную игрушку. И только если подойти ближе, можно понять, что нижний торец башни не соприкасается с металлической поверхностью планетоида, чтобы не передавать наверх чудовищную температуру его раскаленного ядра. Холодный черный столб, нависающий над куском горячего железа.
- Понятия не имею, что это такое и для чего построено, но внутри башня должна быть полой, иначе просто рухнет под своим же весом. А причал у них вон там, на самом верху, - Дэн указывает на торец небоскреба, откуда сигналит прожектор.
- База Стикс вызывает Мэри Сью, Стикс вызывает Мэри Сью, берем на себя контроль посадки, ждите.
- Стикс, значит. Хорошее название, подходящее. А вот ждать мы не можем, так что отбей квитанцию, скажи, что у нас поврежден защитный контур, и нам требуется срочная посадка для передачи особо важного пассажира…
Десять секунд ничего не происходит. А потом тот же сигнальный прожектор велит срочно сажать Мэри Сью в доке номер тринадцать.
- Как там наш приятель позади?
- Не видно, не слышно. Но, очевидно, что он гонит к Стиксу на всех парах и отчаянно пытается связаться с местной администрацией, предупредить о нашем появлении. Так что ребят, после посадки у нас будет самое большее два часа десять минут. А потом они все внезапно поймут, что мы не совсем те, кто должен быть.
Скрывшись в спасительной тени Стикса, экипаж челнока снова получает возможность нормально использовать оптические приборы. И то, что видят эти приборы, то, что видят человеческие глаза в иллюминаторах, превосходит самые смелые фантазии. Дженна не ограничилась одной лишь постройкой башни.
- Да она же перекроила всю планету к чертовой матери!
Как и любой лишенный атмосферы планетоид, Стикс с обеих сторон должен быть покрыт обычными кратерами, вулканическими цирками и эскарпами. Скорее всего, на раскаленной солнечной стороне все по-прежнему именно так и есть. Но вот темная сторона встречает незваных гостей совершенно другим, неожиданным ликом. Кратеры, горы, ущелья – все в прошлом.
В настоящем темная сторона Стикса отполирована до состояния зеркала, зеркала из закаленной огнеупорной стали, которое тянется от одного низкого горизонта до другого подобно застывшей ртутной капле. Помимо разветвленной сети кольцевых радиаторов, неустанно сбрасывающих внутренний жар в пустоту, здесь больше не осталось вершин, выступающих над поверхностью стальной равнины. Вершин больше нет, но есть гигантские искусственные кратеры с необычайно ровным контуром, что прочертили темный лик Стикса четкой пунктирной линией. Кратеры искусственны, их прорубили намеренно, никаких сомнений – двигаясь к вершине башни, они видят работу горных комбайнов и экскаваторов, прорубающих еще две воронки, которые, очевидно, станут последними в линии.
- Диаметр каждой такой дыры – сто пятьдесят метров, и, судя по температуре идущих из них газов, в глубину они уходят чуть ли не до самого ядра. А еще радары подсказывают, что под поверхностью сделаны огромные полости и выработано неимоверное количество руды, из которой и возвели башню. Всеми нами любимая мисс Донован времени тут не теряла…
- Внимание, Мэри Сью, начинаем обратный отсчет. Приготовьтесь к передаче пассажира.
Ослепительное пламя, испепеляющий жар и рев бури остаются позади – вокруг тень и холод, стальная равнина внизу, и открывшийся зев тринадцатого дока, что жаждет проглотить маленький корабль. Створки шлюза смыкаются над челноком, долгое путешествие окончено. Настал черед следующего обмана.
- Солдаты – в городе вино и веселые девушки. Давай, Оленька, с вещами на выход!
Долгожданных гостей встречает отделение военных роботов, никого из офицеров не видно, и не факт, что они здесь существуют вообще. Достаточно простого комфорта, оказанного гостям – тринадцатый док тут же заполняется воздухом и редкой в этих краях прохладой.
- А что, если они нам не поверят? Что тогда будем делать?
- Не знаю, Оль, придумай что-нибудь на ходу. Напряги мозги!
- Я девочка, мне сложно…
Ждать больше нельзя и капитан торопливо сходит на берег, подталкивая перед собой особо важного заключенного. Роботы не вскидывают оружие, однако Ольга чувствует на себе их прицелы. Как иногда здорово быть особо разыскиваемой преступницей – по тебе не начинают сразу стрелять, ибо тебя велено брать живой.
- Добрый вечер, капитан Венсан, очень рада вас видеть. Не могли бы вы объяснить, в чем дело? – Спокойный женский голос приветствует капитана и его пленницу. – Почему я не вижу доктора Гробана? И как здесь оказалась Ольга Воронова, особо опасная преступница, которую разыскивают по всей солнечной системе?
- Хороший вопрос, Стейси, просто отличный. Я понимаю, что ты не в курсе всех недавних событиях из-за чертовой бури, но у нас произошли очень серьезные проблемы в Духовке. Вот как раз из-за этой дерзкой девчонки. – Андрей отвечает местному искусственному интеллекту незнакомым голосом и подталкивает подругу стволом старинного английского револьвера. – Эти бандиты устроили мятеж на всех внутренних планетах, нас хотели взять на абордаж, мы едва ушли живыми. Мятеж все еще продолжается, именно отсюда у нас отметины на броне.
- Да, мне показалось, что я слышала выстрелы.
- Короче, доктор Гробан уже не соизволит почтить нас своим присутствием по причине внезапной и трагической смерти. Признаюсь, у нас случился колоссальный провал в службе безопасности, и головорезы Большевика сняли его скальп. Но зато нам удалось схватить их главаря, саму Ольгу Воронову. Ну, вот я и получил приказ срочно доставить ее сюда, на Стикс. Приказ с самого верха.
- При всем уважении, сеньор Венсан, я не понимаю логики данного приказа, не понимаю, зачем отправлять Ольгу именно сюда, ко мне. Она здесь не нужна, и в моей работе эта юная леди абсолютно бесполезна.
- Мне тоже она без надобности, особенно когда за ней гонятся ее подельники. Но у меня приказ от самой Комиссара – доставить ее сюда в целости и сохранности, что я и сделал. Вот, полюбуйся.
Венсан предъявляет роботу короткое сообщение за подписью Верховного Комиссара солнечной системы.
- Мне приказано сопроводить эту преступницу к одной из твоих гостей, с которой Ольга пересекалась ранее. Сопроводить немедленно, по прибытии.
- Я все еще не вижу смысла. Запустить столь опасного преступника в лабораторию…
- Слушай, Стейси, думаешь, оно мне самому сильно надо?! Еще чего. Но у меня приказ – привезти Ольгу на Стикс и свести с нужным человеком. И честно скажу, я совсем не собираюсь рисковать своей должностью и своей шкурой, не выполнив поручение госпожи Донован, особенно в такое время. И мне совсем неинтересно, зачем ей оно понадобилось, начальство всегда лучше знает. Впрочем, если настаиваешь, то мы может отложить выполнение и ждать еще бог знает сколько до тех пор, пока шторм не утихнет, и ты восстановишь связь. Тогда ты сможешь лично обратиться к комиссару за разъяснениями, и, заодно, персонально извиниться за самовольную задержку в выполнении ее приказа. Твой выбор, не мой. Я свою работу сделал, так и занеси в протокол, будь любезна!
Ольга представляет, как раздумывает местный ИскИн над сложившейся ситуацией. Оба варианта одинаково неприятны и непонятны. Но все же, Стейси решает не портить лишний раз отношения с комиссаром.
- Хорошо. Если уж так необходимо, то я организую встречу в жилом модуле под моим надзором, не хочу пускать ее в лаборатории. Капитан, сопроводите девушку, пожалуйста.
- Ну, только ради тебя, красотка. Шевелись, хулиганка!
Звонкий подзатыльник указывает Ольге дальнейший маршрут. Стейси не собирается откладывать дела в долгий ящик, и сразу же ведет их к лифту, уходящему куда-то к подножью башни. По-прежнему окруженные роботами, они едут молча, ибо заключенным и конвоирам не полагается много болтать.
Капитан Венсан сидит вразвалочку, расслабляясь после тяжелого перелета и не особо оглядываясь кругом, ибо он много раз уже бывал здесь, и не увидит ничего нового. Но Ольга, в отличие от Андрея, не имеет необходимости скрываться, посему смотрит во все глаза, стараясь услышать, увидеть и понять как можно больше. И хотя туннель в массиве спекшегося металла не предлагает особо интересного зрелища, ибо смотреть тут некуда, она не лишена слуха, осязая все вокруг через колебания рельса. И теперь девушка отчетливо понимает, что Дэн не ошибся с первоначальными оценками, и башня действительно полая, за внешним корпусом скрываются громадные искусственные полости, невидимые с орбиты. И еще она понимает, что невиданное сооружение все еще не закончено. Прямо сейчас, когда они спускаются все глубже, неведомые машины продолжают неустанно грызть металл, в какой-то момент она особенно явственно слышит их работу. Лишенная связи с внешним миром, Стейси не останавливает трудовую деятельность, выполняя некий неведомый план. Неудивительно, что она не рада появлению Ольги вместо драгоценного доктора, так весь график может полететь к чертовой матери.
- Приехали!
Остановка на отметке три тысячи восемьсот метров. Видимо, именно здесь начинаются основные лаборатории, в которые Стейси так не хочет пускать Ольгу. Потому, минуя секретные помещения, ИскИн ведет пленницу в зону отдыха, просторный зал с изогнутым полом, способный имитировать самые разнообразные ландшафты и красоты, не в виде голограммы, а по-настоящему. Сейчас место встречи напоминает Центральный Парк на Манхэттене, где-то в октябре, когда по небу плывут низкие свинцовые облака, а землю и асфальт покрывает толстый слой желтых листьев. Хорошее место, чтоб перевести дух, спокойно поговорить и забыть на секунду, что ты не на Земле, а внутри огромного металлического стержня в трех миллионах километров от солнца.
- Ждите.
Ольга садится на скамейку, положив скованные наручниками руки на колени, капитан Венсан стоит, облокотившись на фонарный столб: для полноты образа ему не хватает свежей газеты и курительной трубки. Последний взгляд на старинные механические часы, отмечающее стандартное космическое время – их время истекает.
- Госпожа Риоко, вас ждут. Поторопитесь, прошу вас…
Вот и старая знакомая – драгоценная японка совсем не изменилась с момента их короткого и опасного путешествия по разрушенной Земле. Она выглядит так, словно ее оторвали от какого-то очень важного дела, но не решается спорить со Стейси, тут никто не решается. Раздражение на ее лице сменяется глубоким удивлением, когда госпожа Йошида узнает товарища Воронову.
- Боже мой, Ольга, как вы оказались здесь? Зачем?! Стейси, что это – очередная проверка лояльности? Решила сделать мне очную ставку?! Ты же прекрасно знаешь, что я не встречалась с Ольгой и ее подельниками уже больше двух лет. Я ничего не знаю про их дела, и никогда на них не работала. Я буду жаловаться, это провокация!
Ольге нечего ответить старой знакомой, она может только равнодушно пожать плечами. Бывает…
- Венсан, еще раз, я не понимаю смысла данного действия. Конечно, госпожа Йошида была под подозрением, равно как и все, кто контактировал с Вороновой. Но я наблюдаю ее уже двадцать месяцев, и до сих пор не нашла никаких признаков возможной измены. Или вы сомневаетесь в моей способности вести дела?
- Стейси, девочка моя, давай не будем портить отношения, я-то тут причем? Мне приказали устроить этим двум подружкам очную ставку, я устроил. А теперь мне надо допросить Ольгу, наш босс очень торопит с ответом. Как там дела со связью?
- Буря быстро стихает, вполне возможен небольшой просвет, в течение которого у нас появится связь с Венерой.
- Хорошо, тогда не будем терять времени, сейчас я с ней поговорю. – Капитан направляется к заключенной, картинным жестом вытащив пистолет из кобуры. – Думаю, наша японская подруга нам больше не нужна, верни ее в лабораторию, раз уж ты так спешишь…
Двойка роботов поворачивается к выходу, намереваясь вывести Риоко из парка. Часы показывают без одной минуты полдень.
- Стоять, боятся!
Выстрел, за долю секунды до того, как гаснет свет. Ольга разводит руками, разорвав муляж наручников. Правый робот падает, Андрей хорошо знает, куда стрелять в такого врага. Семь шагов до цели. Второй часовой разворачивается, но не может сразу открыть огонь, Риоко закрывает линию огня. А Андрей может, ибо его Webley-Fosbery заряжен тяжелыми реактивными управляемыми пулями, что огибают японку с двух сторон и сносят голову механическому вертухаю. Из потолочных люков выскакивают оружейные турели, но слишком поздно, ибо второй охранник уничтожен, а Ольга уже прижимает отравленную иглу к горлу госпожи Йошида. Свет включается снова.
- Стоять!
- Бросьте оружие, вы, оба!
- Выкуси, Стейси, твое время вышло!
Отделение механических солдат врывается в парк, Андрей встречает их стволом трофейного автомата. Второй он отдает Ольгу, что спокойно удерживает тяжелый ствол одной рукой. Но главное оружие здесь по-прежнему кончик иглы.
- Чтобы вы не придумали, вам лучше сейчас же сдаться! У вас есть заложник, но если вы думаете, что я начну выполнять ваши требования, то глубоко ошибаетесь. Риоко, конечно, ценный сотрудник, но не настолько, чтобы я пошла у вас на поводу.
- А кто сказал, что у нас только один заложник?
Андрей сбрасывает фальшивую личину, вернувшись к своему хорошо узнаваемому лицу, что взирает на всю солнечную систему с плакатов «разыскивается».
- Узнаешь? Помнишь меня, Стейси? Конечно, помнишь. И знаешь, кто была моим учителем. Знаешь, как умерла Элизабет, помнишь про маленькую ядерную бомбу у нее в груди? Такая же бомба, как у меня в брюхе. И у Ольги. Сработает по малейшей моей команде. И в случае нашей смерти – тоже рванет, так что не особо размахивай тут пулеметами. Заряд небольшой, на весь планетоид не хватит, признаю. Но вот подорвать твою лабораторию вместе со всем контингентом – вот с этим мы точно справимся. Ты переживешь взрыв, а твои ручные ученые – нет. Представь, как тогда обрадуется Комиссар? Представь, что она сделает? Мисс Донован умеет работать не только с людьми, для твоего брата у Дженны тоже найдутся методы…
- Ты блефуешь!
- Хочешь проверить?
Еще раз гаснет свет, включается снова, но уже красный, аварийный. Центральный парк стремительно сворачивается вокруг них, вся система переходит в режим повышенной боевой готовности.
- Узнаешь? Правильно, наши друзья с Мэри Сью выстрелили в главную систему башни набором вирусов: с твоей стороны было очень вежливо дать нам совершить посадку и подключиться к сети, спасибо!
- И что дальше? Вы все равно не сможете взлететь. И другой корабль вам не найти, его просто нет, со Стикса сбежать невозможно. Так кто же тут загнан в угол?
Андрей поудобнее берется за автомат.
- Думаю, Стейси, мы сможем взлететь на нашем корабле. Я думаю, ты сама нас с удовольствием выпустишь, чтоб потом битую посуду не собирать. Нас и тех людей, которых мы возьмем с собой. Иначе твоя лавочка вылетит в трубу!
Киров демонстрирует всем желающим схему силовой установки Мэри Сью.
- Ты можешь не верить, что я несу бомбу у себя в брюхе, дело твое. Но тебе хватит мозгов, чтобы понять, что мы можем в любой момент взорвать реактор нашего корабля. Например, если ты пошлешь своих жестянок на штурм. Тут у тебя очень хороший металлический цилиндр с особо прочными внешними стенками и шатким равновесием внутри. Потому, в случае взрыва, удар пойдет сверху вниз, прямо по лаборатории. Одно целая восемь десятых мегатонны, сто Хиросим разом. Ну, что решила?
Стейси очевидно, что сейчас Андрей точно не блефует, это поймет любой, кто хоть немного разбирается в космической инженерии. Если внутри высоченной трубы с напряженными сводами произойдет мощный взрыв, то башня просто сложится, и обломки рухнут на планетоид.
- Допустим, я готова тебя выслушать. Так кого ты хочешь забрать из моего дома?
- Вот, полюбуйся!
Схему реактора сменяет ряд фотографий – те самые ученые, которые давно уже трудятся в лабораториях Стикс, и официально числятся убитыми и пропавшими без вести. Семь человек, включая Риоко.
- Что вы делаете, я не пойду с вами, они меня убьют!
- Не бойся, они смогут убить тебя только после того, как я угощу тебя своим ядом. Ничего личного, подруга, просто бизнес, - Ольга ласково шепчет на ушко Риоко, еще ближе поднося иглу. – Просто нам очень надо поговорить с тобой и твоими друзьями.
Механические часы на столбе, единственная часть убранства, что пережила отключение, снова начинают идти. Но теперь они отсчитывают время с полуночи.
- Хорошо, я дам вам забрать этих семерых. Ждите здесь, я приведу их. Затем сразу улетаете. Попытаетесь выкинуть еще какой-нибудь фокус – и я сама взорву ваш корабль, вы мне надоели.
- И тебе всего хорошего, Стейси!
Роботы дружно разворачиваются и выходят из бывшего парка, оставив захватчиков и заложницу одних.
- Что-то быстро она согласилась…
Может быть, Стейси и согласилась быстро, но вот собрать нужный персонал – другое дело. Часы показывают без четверти час, когда шесть человек входят в парк под прицелом вертухаев.
- Стейси, что происходит, зачем, я не понимаю! - Завидев особо опасных преступников, дважды нобелевский лауреат, доктор медицины Уидон выражает бурную радость.
- Вы пойдете с ними, док, сядете на их корабль и покинете Стикс. Немедленно!
- Что ты делаешь, ты же отдаешь нас бандитам! Мы нужны тебе, нужны твоему боссу, Стейси, мы работаем на Дженну!
- Вперед!
Охранники дружно наставляют стволы на заложников.
- Товарищи, ваша цифровая хозяйка не шутит насчет выселения, так что, пожалуйста, не злите ее и немедленно следуйте за мной, - Андрей указывает на открытую грузовую кабину. – Извините, что так вышло, но теперь мы будем путешествовать вместе.
Ученые продолжают протестовать, но Стейси не собирается их слушать. Захлопнув двери, ИскИн гонит лифт обратно к вершине. Гул горных машин никуда не исчез, очевидно, вирус не затронул их работу.
- Не хотите пояснить, товарищи, что именно вы здесь строите для госпожи комиссара? Для чего она отгрохала эту башню и перелопатила планетоид, есть идеи? Нет? Ну ладно, потом разберемся. Винс, прием!
- Слушаю.
- Мы возвращаемся с грузом, как у вас?
- Пехотинцы Стейси оцепили было док, но мы хорошо приложили их нашей электронной дубинкой, больше пока никто не сунулся, система защиты повсеместно отключена. Люк открыт, ждем только вас.
- Хорошо, готовьте нашу колымагу к немедленному взлету!
- Капитан, это Наташ. Я засекла пиратский корабль, тот, что преследовал нас. Гонит на всех парах, и может достичь Стикса за полчаса, скорее всего, у него уже есть связь.
Вот и ответ, почему Стейси быстро согласилась, но долго собирала заложников. Не желая рискнуть и штурмовать Мэри в своем доке, она решает дождаться подхода неожиданного подкрепления и справиться с экипажем мятежного корабля уже в космосе, ибо теперь у нее есть свой рейдер.
- Андрюх, что будем делать? – Старшина всецело полагается на опыт товарища, космические сражения это по его части.
- Что и планировали – взлетать, не дожидаясь нашего друга, и сразу же уходить из тени на свет, еще раз сыграем в прятки. У нас есть шанс, если успеем свалить до его подхода.
Лифту остается пройти последний километр, когда механизм останавливается.
- В чем дело, Стейси? Ты же сама хочешь, чтобы мы свалили с твоего огорода как можно скорее!
Лифт продолжает стоять как вкопанный, ИскИн отказывается продолжать беседу.
- Ольга, Андрей, у нас проблема! В буре намечается небольшое затишье, минут на десять – пятнадцать. Не могу дать полной гарантии, но Стейси наверняка попробует восстановить связь с Венерой, я уже слышу ее передатчики на сверхдлинных волнах! Текстовое сообщение может и пройти!
- Ну вот, видите? Видите, что вы наделали, глупцы?! - Уидон вскакивает со своего места, игнорируя ствол автомата, направленный ему в живот. – Стейси позвонила Дженне, и Дженне все это не понравилось. Она же нас всех теперь прикончит!
- Ага, я всегда любил доводить девушек до слез. А ну-ка сел на свое место!
Подталкивая заложников стволом, Киров наводит порядок.
- Что думаешь, товарищ?
- Плохо, сильно плохо! Стейси улучила возможность и дозвонилась комиссару пожаловаться на нас. Ботаник прав, маловероятно, что Дженне понравится то, что происходит здесь. И если она успеет дать ответ до того, как захлопнется глаз шторма, у нас будут большие проблемы – комиссар так просто не даст нам уйти. Сейчас все зависит от того, успеет Стейси принять телеграмму или нет. Давай Ольга, попробуй завести дрезину, нам ехать надо!
С большим трудом прорубив защиту и сломив сопротивление блокираторов, старшина снова заводит мотор, и лифт продолжает свое путешествие по черному туннелю. Правда, едет он медленно, с постоянными рывками – Стейси с другой стороны линии мешает поездке. А затем все останавливается, чуть-чуть не дотянув до промежуточного депо, где строители башни держат свое оборудование.
- Все, мотор сгорел, дальше пешком.
- Вы слышали девушку, граждане! На выход с вещами!
Но не успевают ученые выйти вслед за Андреем в аварийную шахту, как могучий толчок сбивает их с ног. Это не столкновение с каким-то другим объектом, в туннеле по-прежнему нет ничего кроме замершего неподвижно лифта. Их ударил сам Стикс. Но грохот удара, пронзивший исполинскую башню, тут же сходит на нет, надежно заглушенный ревом могучих двигателей, с которым приходит привычная земная сила тяжести. 1,1 на гравитометре и возрастает.
- В чем дело, что происходит?!
Киров рывком поднимает прошлого собеседника для продолжения разговора.
- Что это было, черт возьми? Что за моторы включились?!
- Ты действительно хочешь знать, что это было, бандит? Предпусковая стыковка, вот что: башня теперь состыкована с планетоидом, и дальше будет двигаться вместе с ним. Но это не главное. Хочешь знать, что главное, хочешь знать, чего вы еще не поняли? Главное сейчас реакция мисс Дженны, я же говорил, что ей не понравится! Она решила избавиться от нас!
- Каким образом?
- Таким, что она уводит планетоид с орбиты. Здесь это возможно, Стикс может двигаться самостоятельно. Вот что мы здесь построили, если до вас до сих пор не дошло, балбесы. Планетоид превращен в гигантский космический корабль, правда, лететь он может только в одну сторону, куда Дженна нас и направила. Она сбрасывает Стикс в центр системы, мы падаем на солнце! Я же говорил – она никогда не даст вам сбежать отсюда.
- Посмотрим. Наташ – уводи Снэйка отсюда, взлетай немедленно. Потом подберете нас с поверхности. Оль – сюда!
В промежуточном депо имеются скафандры, в том числе и горные модели, весьма подходящая для данной ситуации. А еще есть пустой контейнер, в котором теперь поедут их неожиданные попутчики.
- Так, быстро, всем надеть скафандры и занять место в контейнере! Легли на пол, все на пол, ложись, пока перегрузка не сломала вам шею. Вот так, и не дергаться! Ольга – впрягайся, будем толкать.
Сбив аварийный стопор и отправив лифт в свободное падение, парень и девушка выбираются в темную трубу, взгромоздив на плечи громаду контейнера. Вот так, вцепиться клешнями в стены и проворно карабкаться наверх, преодолевая постоянно возрастающее притяжение. Стикс резво набирает ход, перегрузка достигла уже полутора единиц и не собирается останавливаться. Могучие моторы работают без перебоев, и все же, за их гулом Ольга улавливает знакомый стартовый импульс – Снэйк оторвался от причала.
- Так, граждане, пока едем и пока вы еще способны говорить – расскажите, зачем Дженне все это. За каким чертом ей превращать планетоид в корабль, а затем сбрасывать его на солнышко? Причем вместе с вами и вашей драгоценной лабораторией?
- Мы… не… знаем…
При постоянно возрастающей перегрузке ученые просто не смогут ответить. Не факт, что они вообще доживут до конца подъема, хотя впереди уже показались огни одного из доков.
- Скорее, Ольга, еще две сотни метров!
- Мы не дойдем!
- Надо дойти, девочка моя, надо! Умрем, но флот не опозорим. Поднимай!
Контейнер с пассажирами внутри весит полторы тонны: в обычной ситуации Ольга легко бы справилась с такой нагрузкой и в одиночку, особенно в горном скафандре. Но это в обычной ситуации с обычной гравитацией. А сейчас стальная труба у них на плечах весит уже тридцать пять центнеров, и не собирается становиться легче. Наоборот, она только тяжелеет с каждой секундой, пока Стикс мчится к финальной точке своего путешествия.
- Давай, подруга, давай! За Родину, за Сталина!
Двое в тяжелых скафандрах остервенело лезут наверх, вынося на плечах драгоценный груз. Ольга чувствует ненавистное ей ощущение – она слабеет с каждой секундой. Еще немного, и скафандр уже не сможет ее поддерживать, так что придется идти на крайние меры, и она приказывает аптечке вкатить себе в бедренную артерию лошадиную дозу Трех Семерок. Этот усилитель повсеместно запрещен из-за чудовищных побочных эффектов, и старшина хорошо знает, что за короткий укол ей придется заплатить переливанием крови и пересадкой почек, но без дозы она просто не поднимется на поверхность, контейнер сломает ей спину. А теперь у нее есть шанс.
- Ты как?
- Бывало и лучше, вперед!
Перегрузка достигает трех с половиной G, Стикс начинает изрядно мотать по продольной оси, что только добавляет трудностей. Тяжелые перчатки гнут перила как пластилин, стены туннеля изгибаются и трещат, но впереди уж горят красные огни задраенного финального люка.
- Я открою. Ольга – держи!
Кто-то из них должен выломать люк голыми руками. Значит, второй должен удержать контейнер на своей спине, и Ольга держит, она знает, что у Андрея удар сильнее. Она слышит его удары и слышит, как трещат ее кости, похоже, тут не отделаться одной лишь пересадкой.
- Готово!
Люк выброшен наружу, и, выскочив на поверхность, Киров наконец-то принимает у нее груз, каким-то невероятным образом подняв пятитонный контейнер одной рукой и не разломив его при этом.
- Черт побери…
Они на поверхности, на темной стороне. Точнее, они должны были выйти на темной стороне, прямо по центру башни. А теперь они вышли всего в километре от границы рассвета, ибо падающий Стикс начинает медленно, но верно терять управление и вращаться по оси, выходя из спасительной тени планетоида. Ночь стремительно уходит, и стена золотого пламени уверенно надвигается на них. Зато тяга резко падает, видимо, двигатели спалили большую часть топлива.
- Бежим!
Подхватив капсулу с обеих сторон, они бегут к дальнему концу башни, спасаясь от настигающего рассвета. Стикс падает на звезду, и с каждой тысячью километров температура только возрастает. Теперь на солнечной стороне уже не две с половиной, а три восемьсот, что спалят их скафандры за пару минут. И дальше будет еще жарче.
- Готовьтесь к абордажу!
Киров включает сигнальный маяк у себя на плече, и вот они уже видят падающую с небес звездочку. Старшина успевает заметить, как сильно опалило борта Снэйка, ему тоже нельзя здесь задерживаться.
- Быстрее, мы не долетим до солнца! Она хочет свалить нас на протуберанец!
Точно, вон он – громадный выброс звездной материи, что светило исторгло из себя подобно огненному щупальцу. И сейчас этот хлыст нацеливается на Стикс, вернее, Стикс падает на него.
- Открывай капсулу!
Топливо почти исчерпано, двигатели вот-вот встанут, и эта короткая пауза позволит им приземлить Снэйка. Андрей разламывает контейнер, а Ольга быстро извлекает пассажиров – сейчас или никогда. До границы рассвета меньше ста метров, Стикс поворачивается все быстрее.
- Сейчас, сбросьте сеть!
Старшина намеревается погрузить трофейных ученых в абордажную сеть, но уже не успевает – доктор Уидон опередил ее. После того как моторы встали, и чудовищная перегрузка перестала давить на них гранитной горой, он очнулся раньше других и сумел эффективно использовать это время. Всего несколько секунд, но их хватило, чтобы дважды нобелевской лауреат пробил скафандры пятерых своих коллег и едва не успел пробить шестой.
- Что ты делаешь, ублюдок? Зачем?!
Андрей переламывает руку доктора и отбирает оружие – заостренный арматурный прут. Но уже не успевает схватить врага, и нобелевский лауреат вырывается из его рук, ускользнув и от Ольги.
- Оль, бери Риоко и дуй на корабль. Уходи! Я за доктором! – Киров бросается в погоню за убийцей. Но тот бежит не к одному из открытых люков. Он бежит к стене огня.
- Стой, стой, ты сгоришь там за секунду! Остановись!
Не сделав последней пары шагов, Уидон поворачивается лицом к преследователю.
- Я не пойду с вами!
Старшина уже подняла единственную выжившую в раскалившийся грузовой отсек Снэйка, и теперь кричит товарищу, чтоб немедленно уходил.
- Ну что ты так нервничаешь, док? Подумаешь, порешил зачем-то пятерых своих коллег, погорячился, с кем не бывает. Мы не станем тебя судить, нам надо лишь поговорить с тобой. А для этого ты должен быть живым и не прожаренным. Давай же! Мы спасем тебя от Дженны, она тебя никогда не найдет!
Стена золотого света приближается, и Андрей чувствует, как начинает терять устойчивость опора под ногами, сталь внутри начинает закипать.
- Чертовы молокососы! Думаете, я боюсь Дженны?! Думаете, я убил их из-за страха перед ней? Ошибаетесь! Я убил их, чтобы вы не могли победить, без нас вы не сможете, никто не сможет! Уже никто ее не остановит! Я знаю, что она хочет сделать, что она сделает со всеми вами, всегда знал. И все годы я помогал ей, прекрасно зная, кто она и чего хочет, ибо я понял. Это все справедливо, это эволюция, развитие, неизбежность! Она – само будущее. А вы, жалкие ублюдки, посмевшие встать на ее пути, вы все уже прошлое. И я не позволю вам остановить ее!
Доктор делает шаг назад, и Ольга видит, как начинает гореть и плавиться его скафандр.
- Бегите, пока можете, спасайтесь и проживите еще немного. Я хочу, чтоб вы жили, чтоб вы увидели ее пришествие, чтоб вы все поняли в ту самую, последнюю секунду. Вы все – кончены!
Последний шаг назад, и Уидон исчезает за стеной вечного огня. Протуберанец тянется к падающему Стиксу, и больше их здесь уже ничего не ждет. Надо уходить.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 9
ПРИКЛАДНАЯ МАТЕМАТИКА
- Что вы хотите от меня? Хотите, чтоб я признала свою вину, раскаялась? В чем раскаялась, в том, что работала на Дженну, спасая свою жизнь? Ну, так сейчас вся солнечная система на нее работает, из тех же соображений. Все человечество. Вы будете судить всех?
Скудное внутреннее убранство Снэйка не предполагает наличие собственного полицейского участка и изолятора временного содержания. Посему данное учреждение приходится строить в матрице, организовав классическую комнату для допросов, с бьющей в лицо лампой, звуконепроницаемыми стенками и односторонним зеркалом. Все для того, чтобы качественно поговорить с госпожой Йошида.
- А с чего вы взяли, что мы обвиняем вас? Нет, нам это не нужно, у нас тут не суд. Но не обольщайтесь – отсутствие суда и приговора не помешает нам вытолкнуть вас за борт, если вы откажетесь сотрудничать. Так или иначе, мы узнаем все, что нам нужно. Думаю, вам известна наша репутация на сей счет.
Эмили Нортон озвучивает угрозу спокойным и ровным голосом без привычного марсианского акцента. Нет необходимости в излишней агрессии, она не намерена сейчас играть в плохого копа.
- Да не буду я молчать, что я, враг самой себе? Наоборот, я теперь буду помогать вам, юная леди с Марса. Не особо хочется, конечно, а что делать? Рано или поздно Дженна узнает, что я жива и что я у вас. После такого у меня не получится вернуться обратно, меня сразу же убьют. Так что, если хотите свергнуть Комиссара, то я на вашей стороне, вынуждено. Впрочем, все бесполезно…
- Почему?
- Потому что вам не победить. Рано или поздно она уничтожит вас всех. И меня заодно, что очень печально. Так что, может быть, вам лучше прекратить свой крестовый поход против нее и сбежать на окраины? Сменить личность, затеряться в толпе. Просто жить. Разве это так мало?
- Допустим. А сколько жить? Год, два, три? Десять лет, если очень сильно повезет? Сколько пройдет до того момента, когда охранка Комиссара постучит в наши двери? Сами-то как думаете – она оставит наши поиски?
Сидя на виртуальном стуле, Риоко делает глоток виртуального черного кофе без сливок и сахара.
- Господи, ну почему все так сложно? Почему мы не можем просто жить счастливо, с нашими-то мозгами и талантами? Ну ладно, спрашивайте чего вы там хотите узнать. Но всего я вам сказать не смогу, всего я просто не знаю…
Экипаж Снэйка наблюдает за ходом допроса из кают-компании, изредка подсказывая Эмили интересующие моменты. Эльза контролирует работу сложной системы детекторов лжи, впрочем, это чистая формальность. Они полностью уверены в том, что пассажирка не будет врать.
- Как долго вы пробыли на Стиксе?
- Двадцать месяцев. Шестьсот пятнадцать дней – ровно столько.
- А до того? Где еще вы побывали?
- Много где. После того как товарищ Ольга передала меня мисс Донован, которая тогда еще не была Верховным Комиссаром, меня несколько раз перевозили с места на место. Где-то на высоких орбитах: скорее всего, Новая Америка, не могу сказать точнее, но перелеты были не особо длинными. Везде надо было работать, выполнять приказы. От кого они поступали, я не знала и не хотела знать. А потом был еще один перелет, но на этот раз куда-то подальше, хотя я не исключала, что корабль просто ходит кругами. А он пришел к Стиксу.
- Вы знали раньше об этом месте?
- Откуда? О Стиксе вообще никто не знал, включая, очевидно, и вас. Даже не представляю, как Дженна обнаружила этот невидимый планетоид. Но он ей явно понравился, удобное место для подобной работы. Ни проникнуть внутрь, сбежать, ни послать сигнал – ничего.
Эмили ставит между ними схему погибшего планетоида и гигантской башни.
- Вы принимали участие в строительстве этой машины? Знаете, для чего Дженне был нужен данный механизм?
- Понятия не имею за каким чертом она построила корабль со столь странными характеристиками. Ничего подобного раньше не видела. Помогала ли я строить Стикс? Такая вероятность присутствует. Я постоянно делала для мисс Донован разные математические расчеты, возможно, какие-то из них использовались при постройке Стикса.
Последний вопрос был особо важен, и все поворачиваются к Эльзе. Но та лишь качает головой – Риоко продолжает говорить правду.
- Ну ладно, к загадочному кораблю мы еще вернемся. Давайте поговорим о вашей исследовательской базе. О людях на ней. Там ведь были только ученые?
- Да, только ученые: профессора и академики, плюс их ассистенты. Больше никого, никаких других людей. Вся администрация и охрана, весь обслуживающий персонал – роботы неизвестной модели под контролем Стейси. Извне нас изредка посещал только капитан Венсан и его экипаж.
- Понятно. И какой был штат?
- Я видела двадцать семь человек. Те, с кем мне положено было видеться по работе. Были еще другие, те, кого видеть было не положено. Не знаю сколько, много.
Портретная галерея, двадцать семь мужчин и женщин, с которыми так или иначе пересекалась Риоко в лабораториях Блуждающей Тени. Одиннадцать профессоров, семь академиков, трое нобелевских лауреатов, включая Уидона.
- Упреждая ваш вопрос, юная леди. Нет, мне не казалось странным, что сливки современной науки собраны там. И я не удивлялась тому, что встретила на Стиксе людей, которые давно официально числились погибшими или пропавшими без вести. Все это отлично укладывалось в логику данного заведения.
- Вы общались между собой?
- Немного. Там можно было встретиться в зоне отдыха или в столовой, поболтать о чем-нибудь не смертельно важном, типа кто круче – Али или Фрейзер. У нас даже был клуб любителей сериалов, кто-то сделал ламповый телевизор, и мы устаивали совместные просмотры Доктора Киллдара и Военно-Полевого Госпиталя. О чем-то незначительном говорить можно сколько угодно. А вот беседы о работе не приветствовались, только в том случае, если ты сотрудничаешь с конкретным человеком и ваше общение абсолютно необходимо. Потому я крайне мало знаю о том, над чем трудились остальные. Как и я, выполняли задания Дженны.
Ольга еще раз сканирует список лиц, которых запомнила давняя попутчица. В основном – физики, плюс еще астрономы и много именитых врачей, как Уидон. Странное сочетание. И да, все вместе они могли наделать дел, особенно при четком руководстве и бесперебойном финансировании. А Дженна могла обеспечить и то и другое.
- Вы знали, что происходит кругом?
- Не особо, Стейси не перегружала нас политической информацией. Просто как-то раз мы проснулись и узнали, что Союза и Сверхновой больше не существует. А вместо них Верховный Комиссар Дженна Донован. Данная информация была просто принята к сведению, в нашем положении она ничего не изменила.
- Каков был ваш статус?
Японка отвечает не сразу, взяв паузу для внимательного изучения кофейной гущи на дне чашки.
- Сложно сказать. Официально нам заявили, что нас отправили на Стикс ради нашей же безопасности, чтобы нас не уничтожили террористы Красного Рассвета, то есть вы. Стейси заявила, Дженна не утруждала себя пояснениями. Сказали, что когда опасность пройдет, то нас отпустят и дозволят вернуться к нашим семьям. Хорошо, что у меня семьи нет, я на такое не купилась. А вот некоторые другие – да, поверили, и ждали, когда нас заберут оттуда. Напрасно, естественно. Ах да, забыла сказать – нам начисляли зарплату, хорошую зарплату. У меня даже где-то есть счет с кучей нулей и единиц.
- А когда вы поняли, что Дженна не собирается вас выпускать?
- Сразу. Я поняла это в тот же миг, когда осознала, где мы находимся. У меня случаются проблемы в восприятии реальности, но наивность в число моих грехов не входит. У меня не было сомнений – мы не сможем покинуть Стикс в ближайшем будущем. И в отдаленном – тоже.
- Вас это пугало?
- Честно? Не особо. В конце концов, я и раньше жила схожим образом. То один завод, то другой, переезжала из лаборатории в лабораторию и так далее. В принципе, ничего не изменилось, я и раньше не была себе хозяйкой. Потому, освоившись на Стиксе, я просто продолжила делать то, что умею – жить и работать. Я не боялась своей золотой клетки. Страх пришел потом.
Андрей хочет что-то спросить, но Эмили обрывает командира.
- Тогда чего вы боялись?
- Своей работы. И работодателя. Со временем я поняла, что неважно, справлюсь я с заданием Дженны или нет. Все равно, меня уничтожат в финале. Причем повезет, если просто расстреляют. Мне хорошо известно, как можно ломать человека современными методами.
- Значит, вы не рассчитывали выжить?
- Я пыталась, старалась изо всех сил показать Дженне, как я ей нужна. Но чувствовала, что не особо преуспела. У нее нет незаменимых людей, она не любит тех, от кого зависит, смертельно не любит. А я… я еще умудрилась разозлить ее. Разумеется, госпожа Комиссар не посылала мне черную метку, но я чувствовала ее злость. Женская интуиция.
- И как вам удалось прогневить босса?
- Я узнала. Работая на нее и выполняя последнее задание, я узнала правду. Догадалась…
Ольга ждет продолжения, но Эмили решает взять паузу, словно задумавшись о чем-то. Она думает долго. А потом все же возвращается к делу.
- Вы догадались, что Дженна…
- Я догадалась, что Дженна создала Гронд. Ну, или, по крайней мере, она знает, как он создан, а этого не знает никто. И, насколько я могу судить, для вас данная гипотеза тоже не новость.
- Есть такое дело. Как мы узнали – долгая и неинтересная история. Но вот как вы пришли к такому выводу?
- Я же сказала – благодаря последнему заданию. Думаю, поручив мне эту работу, Дженна знала, что я в итоге все узнаю. Значит, она сразу намеревалась списать меня в расход по исполнении. Честно признаться, было немного обидно. Я догадываюсь, сколько трупов она оставила за своей спиной по пути на Олимп, и все же, оказаться еще одним из этих трупов было бы очень печально. Я ведь не заслужила такого.
- А никто не заслужил. Вы продолжайте, не стесняйтесь.
Последним заданием госпожи Йошида был поиск. Поиск особо ценного и особо крупного объекта, что, казалось, был навечно утрачен. Но Дженне нужен этот объект, и она решила вычислить вероятность случая, что позволит ей вернуть его. Возможно, раньше над задачей работал кто-то еще, работал и не справился. А вот у Риоко все получилось. Получилось даже больше, чем ей хотелось.
- Вы все в курсе, что Гронд иногда выбрасывает из себя те или иные крупные объекты, обычно начиная с полутысячи тонн массы. Корабли, самолеты, целые здания – как повезет, лишь бы вес подходящий.
Ольга вспоминает эвакуацию и странствия большевиков по гибнущей Земле в отчаянных попытках спасти хоть что-то на пути урагана. Да, периодически Гронд шутил с ними, выстреливая во все стороны разные массивные штуки. Он и сейчас так делает.
- Проблема в том, что эти броски абсолютно непредсказуемы. Вы никогда не знаете, когда в следующий раз Сын Грома зашвырнет следующий булыжник. Что это будет, в какую сторону полетит, как далеко улетит, где упадет. Вы не знаете, почему выбросы происходят или не происходят. Соответственно, бесполезно надеяться на то, что что-то проглоченное Грондом когда-нибудь к нам вернется. Это может случится через минуту, а может не случится никогда. Аксиома.
- А затем, госпожа Комиссар озадачила меня новым поручением. Я должна была рассчитать вероятность такого выброса для одного конкретного объекта, что упал в Гронд. Дженну интересовало, был ли этот объект выброшен наружу, и, если был, то где он упал. Конечно, спутники и беспилотники наблюдают ураган постоянно, засекая большинство выбросов. Но ведь иногда Сын Грома поступает по-другому. Не бросается вдаль, а вдавливает объект в землю под своей пятой. Или топит, если идет над морем или океаном. И вот такой случай невозможно обнаружить. А Дженна поручила мне сделать это.
- Вы сказали ей или Стейси, что невозможно выполнить такой приказ?
- Ага, а потом сразу же попросила выбросить меня на солнечную сторону. Господи, ну, конечно же, нет! - Риоко нервно смеется. – Я сказала, что приложу все усилия. И приложила.
- Что за объект она ищет?
- Не знаю, что-то очень большое и тяжелое. И прочное, способное выдержать долговременное пребывание в эпицентре, там же все постепенно перемалывается. Может быть, космический корабль, сильно больше вашего Большевика. Может еще что-то, не знаю. Но я знаю время и место, когда и где эта штука упала в Гронд. Вот, полюбуйтесь…
Хорошо, что допрос ведется в матрице, которая не оставляет места эмоциям. Иначе Ольга не представляет, как Эмили смогла бы скрыть свое необычайное удивление. Ну да, они все удивились. А с другой стороны – ничего удивительного здесь нет.
- Лифт. Рыжая ищет лифт, ищет подъемник, тот самый, что мы сбросили в пасть Гронда. Здорово мы тогда ее разозлили!
Ольга согласна с Андреем, она хорошо помнит бой на Верхнем Терминале, помнит, как взламывала силовое поле, чтобы установить мину. Установить мину и оборвать трос, спасая пассажирскую станцию и свою собственную жизнь, сбросив тяжеленный подъемник прямо в пасть Гронда.
- Я не знаю, что там, но Комиссару оно нужно очень сильно. Дженна ищет объект, почему-то она уверена, что эта штука выброшена за борт. Но никто не знает, когда и где произошел выброс, следовательно, искомый объект может быть в любой точке суши или морского дна. А мне приказали его найти. Вынь да положь.
Судя по карте, Гронд с тех пор изрядно поколесил по Земле, побывав практически всюду. И, если он что-то обронил по дороге, оно может быть где угодно.
- Короче, я взяла под козырек и принялась работать. Чего только не перепробовала, на какие только меры не шла. Я рассказывала вам, что у меня были неограниченные ресурсы? Так вот, я даже попросила у Дженны сделать несколько копий объекта с мощными передатчиками внутри, чтобы отследить, когда и где Гронд выбросит их наружу, и, таким образом, попытаться понять, что случилось с объектом номер один. И, представьте себе, она сделала: несколько идентичных копий было подарено Сыну Грома.
Воронова и ее товарищи знали про эти эксперименты, но тогда они не поняли, в чем смысл их проведения. Теперь ясно.
- К моему сожалению, фокус с копиями не сработал. Да, Гронд выбросил часть из них обратно, но самый тщательный анализ траектории не дал мне ничего нового. Я по-прежнему не могла сказать, был или не был выброшен объект номер один. И если да, то где его искать. Зато я начала догадываться, что стало с теми, кто раньше пытался выполнить просьбу Комиссара. Терять было нечего, и я обратилась к Дженне за помощью – так и так, не могу дальше сама, нужно что-то еще, чего я не знаю. Вы не представляете, как я боялась в те дни, ожидая ее ответа. Была уверена, что теперь меня точно вывесят просушиться на солнышке. Но нет, не в этот раз.
Неожиданным подарком от Верховного Комиссара стал набор новых данных, прежде недоступных. Видимо, Дженна до самого конца не хотела делиться своим секретом, но нужда заставила. Ольге приятно осознавать этот момент, приятно знать, что и мисс Донован можно сдвинуть с места, если найти подходящий рычаг. Вдвойне забавно, что этим рычагом стал сам Гронд.
- Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. Секретные данные, что она предоставила, математические выкладки – да это как досье на Гронд, полицейское досье на опасного преступника. Там огромное количество прежде недоступной информации из неизвестного мне источника. И нет, там нет всех ответов, так что не спрашивайте меня, как уничтожить Гронд. Или как создать еще один, не знаю. Но со временем, освоившись с новыми данными, я поняла, что смогу подтвердить факт выброса – объект номер один действительно покинул Гронд. И еще я поняла, где его искать, поняла, что смогу вычислить координаты с точностью до пяти километров, чего более чем достаточно. И вот здесь начались новые проблемы. Правильно говорят, что во многих знаниях многие печали.
- Вам стал известен автор этой штуки?
- Ага, после того как я прочла файлы, сомнений уже не осталось. Ей секретные сведения, их же не было ни у кого, а ведь Гронд изучали, изучали весьма пристально лучшие ученые Земли и космоса. Но они не знали и десятой доли того, что было в досье Дженны. А я вот узнала. И пускай я не великий ученый, пускай не смогла все расшифровать, мне хватило ума понять, что её данные, эти законы – они противоречат физике нашего мира, противоречат всему, что мы знаем. Но с другой стороны, Гронд – он тоже противоречит, он тоже не может существовать. А он есть. И есть мисс Донован, которая откуда-то знает, как устроена чертова штука, что разнесла наш старый мир вдребезги. Вот тогда я и поняла. Это ее рук дело, только автор данного вечного двигателя может знать, как он работает. Я поняла, кто создал Гронд, сомнений не осталось. А потом мне надо было решить, что теперь делать со своим открытием. Ведь Дженна тоже знала, что я знаю. Кстати, тогда мне серьезно ограничили круг общения. Перестали пускать на совместные просмотры Лаверн и Ширли, что было очень обидно. А если бы коллеги узнали, они бы и вовсе бежали от меня, как от лесного пожара. А дальше все было просто…
- Вы начали тянуть время?
- Ага, ничего лучше не придумала. Не дам результата – Дженна меня убьет. Найду объект – тоже убьет, только по другой причине. Но пока ищу, я еще могу немного пожить. Потому я вам нужна, мои революционные друзья. Ведь прямо сейчас Комиссар уверена, что я могу найти объект с вероятностью в тридцать четыре процента. А на самом деле, я на девяносто один процент уверена, что смогу отыскать чертов булыжник. Найти раньше ее. И да, с моей помощью вы тоже сможете. Честно признаться, приятно осознавать, что я обхитрила Дженну. Не сильно, но обхитрила…
***
Тот, кто идет служить Королеве Ос, тот должен забыть о своей прежней жизни. Прежняя жизнь остается позади, когда рождается новый боец Красного Рассвета. У этого правила редко случаются исключения, и даже сейчас, когда Элизабет мертва, а Рассвета более не существует, выжившие дети Королевы поддерживают данный статут. Ольга, воюющая бок обок с новыми товарищами больше года, в курсе этого правила, посему она никогда не интересуется у Андрея и его друзей подробностями их биографий, равно как они ничего и никогда не спрашивают про ее пропавшую семью. Исключение возможно только в том редком случае, когда боец сам о чем-то хочет рассказать. Вот как Винсент сейчас.
- Вы в курсе, что моя сестренка Мишель работала на клан Айзенберга? Ей стоило огромных трудов туда проникнуть, и она не смогла подняться выше простого секретаря, и все же, то был огромный успех – подвести нашего агента вплотную к Председателю. Сестренка ждала сигнала, ждала приказа ликвидировать Айзенберга, и, будьте уверены, в случае чего она добыла бы его скальп. Только вот приказ так и не пришел, Дженна сама все сделала. А Мишель так и не сумела выбраться с Земли. Но в последнем своем донесении она сообщила о срочной отправке некого особо важного груза, который надлежит доставить на орбиту из старой штаб-квартиры клана в Нью-Йорке. Причем по неясной причине, груз надлежало поднять наверх не на корабле, а через орбитальный лифт. Последняя отправка перед тем как механизм будет уничтожен.
Винсент останавливает рассказ, чтобы взглянуть на маленькое черно-белое фото сестренки.
- Мишель отдала жизнь ради того, чтобы узнать, что было в том грузе. Она узнала, и теперь мы знаем тоже. Это архив. Вернее, архивы клана Айзенберг, древо которых восходит чуть ли не к временам Иисуса с Пилатом. Вся их секретная информация, все документы, полная история. История тщательно собранная, рассортированная и сохраненная на особо защищенных носителях. Там и про работорговлю, и про опиумные войны, и про сотрудничество с Гитлером, и так далее. Огромный массив данных, что при обычных обстоятельствах никогда не должны были увидеть свет.
- Когда-нибудь потом будет очень интересно прочесть все папки. Но сейчас весь архив нас не интересует. Нас интересует определенная его часть, которая нужна Верховному Комиссару. Дженна жаждет возможности загрести архив в свои мягкие лапки. Значит, мы должны найти его первыми, раз уж у нас возникла солидная фора. Нельзя упускать такой шанс.
- Можно возразить? - Дэн тянет руку, словно прилежный школьник. - Допустим, это не ловушка, и Дженна действительно стремится во что бы то ни стало добыть архив. Допустим, там действительно есть что-то важное. Но где гарантия, что это важное как-то нам поможет? Может, оно важно с ее точки зрения, а с нашей – нет. Даже если мы найдем архив раньше нее, находка может нам ничего не дать. Мы можем даже просто не понять, что именно попало к нам в руки ввиду огромного объема данных. Нет, я не против поиска, я целиком за. Просто давайте не будет сильно себя обнадеживать.
- А что, у нас без этого сильно много надежд на победу, много шансов? – Зита переспрашивает тоном наивной школьницы.
- Да нет, я к тому…
- Товарищи, давайте чуть позже. Дэн прав, архив может нам ничего не дать. А может и дать. Но в любом случае найти его раньше Дженны мы просто обязаны. Ибо, возможно, мы найдем там слабость нашего врага.
Киров демонстрирует товарищам список всех подтвержденных покушений на жизнь Верховного Комиссара. Список внушителен.
- Мы сами дважды пытались снять с Рыжей скальп, и оба раза успешно, ну, так нам казалось поначалу. И оба раза она каким-то образом оставалась в живых. Что делать дальше, пробовать в третий раз, четвертый, пятый? Классическая большая глупость по Эйнштейну – раз за разом делать все по-старому, надеясь на новый результат. Нет, сейчас надо подойти к снаряду по-другому. Мы пытались достать саму Дженну и ничего не вышло. Давайте теперь попробуем достать ее слабую точку. А другой слабой точки, кроме архива Айзенберга я сейчас не вижу. Он нужен Дженне. А необходимость есть слабость, разве не так нас учила Элизабет?
Не надо было искать архив, не стоило, думает Ольга, словно обращаясь к Дженне. Ты совершила ошибку, тебе надо было забыть об этом грузе, и пусть он бы пропал навсегда и без следа. Но сделано не вернешь, и ты показала нам свою слабую точку. Стареешь, подруга, стареешь.
- Я за поиск, товарищи. Надо найти архив, пока есть время. Неважно, что там, пускай хоть любовные письма и портрет отвергнувшего любимого, их надо найти. Более того, я готова сама это сделать. В конце концов, из всех нас я единственная, кто бывала на Земле, мне и карты в руки, - своим предложением Воронова закрывает короткий спор. - Эмили, продолжай разговор…
***
- Итак, наша таинственная добыча лежит где-то здесь…
- Да вы издеваетесь!
Риоко действительно с высокой вероятностью очертила границы предполагаемой зоны поиска подъемника. Проблема в том, что границы очень протяженные, равно как и площадь внутри.
- То есть, вы хотите сказать, что он упал где-то там. Где-то между Флоридой и Калифорнией? – Эмили указывает на карту бывших США, всю нижнюю часть которых занимает необычайно вытянутый эллипс.
- Ну да, он там, вероятность уже выше девяноста процентов. И не волнуйтесь, на всей площади вам искать не понадобиться, - по команде Риоко эллипс делится на разноцветные сектора.
- Смотрите внимательно. В этих четырех точках вблизи фокуса эллипса нахождение объекта наиболее вероятно. Каждая точка – круг с радиусом двадцать километров, найти там объект будет сравнительно просто с учетом его огромного размера. И только если вы не найдете его в этих зонах, можете приступать к поиску в других секторах. Но и это не понадобиться. Самое большее за месяц я доведу точность до ста процентов. И тогда точно скажу вам, где искать. А начать рекомендую во Флориде…
Да, вот они, четыре сектора с наибольшей вероятностью успеха. Побережье Флориды, с возможностью падения подъемника на шельфе. Граница Канзаса и Оклахомы, на полпути между Вичитой и Талсой. Самый юг Техаса, с захватом части акватории Мексиканского Залива. И Калифорния, район агломерации Лос-Анджелес.
- Хотя там везде рыщут мародеры, нет никаких данных о том, что объект уже был найден, иначе, я уверена, его бы выставили на продажу. Самое главное – Дженна по-прежнему не прекращает поиск. Значит, что никто еще ничего не нашел: архив там, где и упал больше года назад, капсула должна была выдержать падение.
- А что там у Рыжей?
- Я же говорю – она застряла на вероятности в тридцать процентов. Она до сих пор не уверена, что объект был выброшен вообще, и понятия не имеет, где его искать. Вы хотите преимущества – вот оно, дарю. И радуйтесь, что он все-таки упал где-то на суше.
- Ну, это возможно не такой уж и плюс. Ну ладно, нам понятна ваша точка зрения, товарищ Йошида. Теперь говорите, что вы от нас хотите взамен на подсказку.
- Много чего хочу. Но для начала, я хочу просто жить.
Риоко невесело улыбается марсианке.
- Хочу выйти из игры. Вы сказали, что не сможете жить скрываясь, с вашими порядками это вполне возможно. Ну а вот я не особо фанатею от приключений и опасностей, мне во время прошлой встречи с вашей русской подругой адреналина хватило выше крыши. Поэтому я хочу исчезнуть. Сделайте мне новое лицо и чистые документы, плюс выдайте хоть какие-нибудь подъемные для начала. Я покину вас, скроюсь на окраине системы и начну новую жизнь под новым именем. Там сейчас полно беженцев, я смогу затеряться и нормально устроиться с моими навыками. Смогу жить.
- Точно не хотите остаться с нами?
- Нет, слишком опасно. Ребят, извините, конечно, но вы психованные. Ибо только психи могут решиться выступить против Дженны. Я желаю вам удачи, конечно, но честно сказать, не особо в нее верю.
- Мы заговоренные, нам удача не нужна. Хорошо, будь по-вашему. Вы получите то, что запрашиваете после того, как закончите свои расчеты, и дадите нам точные координаты зоны падения.
- Сделаю. Ну а пока, маленький бонус для вашего экипажа, вдруг поможет. Перед тем как Дженна напрягла меня поисками своего груза, у меня было другое задание. Я разрабатывала для нее новую методику розыска пропавших. Рыжая искала повсюду примерно два десятка человек, не из ваших, вас она хорошо знает. Понятия не имею, кто были эти люди и чего они сделали, но маловероятно, что Комиссар искала их для того, чтобы просто сказать привет. Всех из списка уже нашли. Всех, кроме одного – номер двадцать один. Двадцать первый все еще на свободе, и Дженна не оставляет розысков, хотя ищет тихо, не поднимая шума. Предположительно, женщина, предположительно, прячется где-то на Луне. Вот все, что про нее известно.
Риоко выкладывает на стол крайне скудное досье.
- Думаю, вы сделаете хорошее дело, если спасете эту несчастную дамочку до того, как Дженна придет по ее душу. Я надеюсь на ваш успех, молодые люди, ведь сама скоро окажусь в таком же списке…
***
- Да, досталось нашему кораблику.
Изрядно поврежденный Большевик пережидал сражение на границе солнечной зоны, скрываясь от противника в потоке бесконечного света. Но скоро он будет вынужден покинуть убежище, предварительно сбросив разбитое зеркало. Впереди орбита Меркурия и дальше чистая пустота до самой Земли.
- Хочешь туда вернуться?
Ольга отвечает, так и не обернувшись на зов Андрея. Она смотрит на далекую третью планету.
- Не испытываю ни малейшего желания. Я не думала, что вернусь на Землю. Впрочем, я и в Духовку не хотела спускаться повторно, а вон как все вышло.
- Ну а я очень рад, что ты составишь мне компанию. Я-то там вообще никогда не был.
- Тебе понравится, вот увидишь…
Через две минуты стыковка, отряд соединится на короткое время, чтобы снова затем разойтись долгими дорогами войны.
- Андрей, ты думаешь, у нас есть хоть какой-то шанс?
- Ну, думаю что есть. Надо только сделать одно дело, сущий пустяк – найти архив раньше Дженны и не погибнуть при исполнении.
- Ага, и еще надо, чтобы находка стоила того. А то вдруг там и вправду любовные письма? Знаешь, я поначалу обрадовалась, когда узнала об архиве. Вот она, товарищи, вот еще одна зацепка, еще одна возможность сразиться с Дженной и может быть даже победить. А затем я вспомнила, сколько у нас было таких возможностей раньше.
Она смотрит на него своим прекрасным усталым лицом с глазами старухи.
- Риоко правильно делает, что не верит в нашу победу. Не думаю, что есть хоть какие-то шансы. И все же я рада, что ты пойдешь на Землю со мной, товарищ. Давай сделаем все вместе, в последний раз.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 10
ПЕРЕКРЕСТКИ
Даже самые современные технологии не отменяют привычной дипломатии, Дженна Донован хорошо помнит это правило. Потому не жалеет времени на дипломатические поездки, лично контролируя ход дел и ведя напряженные переговоры с огромным числом заинтересованных лиц. Все можно было сделать и через матрицу, но в определенных случаях старые методы есть лучшие методы, и сейчас она в очередной раз докажет неодолимую силу личного авторитета, выступив перед громадной толпой беженцев, что больше года ждали возможность покинуть переполненный орбитальный терминал. Никто не знает, сколько бедолаг с Земли так и не дождались своего спасения, но для этих людей наконец-то забрезжил свет в конце туннеля.
- Здравствуйте, я приветствую вас.
Заслышав первые слова Верховного Комиссара, толпа взрывается криком восторга и благодарности, впервые завидев своего спасителя. Не очередного вельможу, привычно воспринимающего народ как бесконечный источник власти и ресурса, а человека, которому по-настоящему не все равно. И каждый знает – Дженне не все равно.
- Я рада вас видеть живыми и здоровыми. Но с еще большей радостью сообщаю, что ваше пребывание в этом скромном убежище подходит к концу. Очень скоро вы сможете покинуть терминал и обрести новый дом, ибо мы начали программу переселения землян. До конца месяца вы найдете новое пристанище на Луне, Марсе и других планетах и спутниках. Вы найдете свой дом.
Новый импульс массового восторга, еще сильнее и громче, чем первый.
- Не буду обманывать, не буду вселять ложные надежды, и обещать счастье для всех и каждого за первым поворотом. Вас ждет сложное и долгое путешествие, а затем непростая жизнь в новом мире. Я знаю по себе – сложно пройти такой путь, и еще сложнее освоиться в финальной точке. Вас ждут суровые миры, где все предстоит создавать заново, создавать что-то из ничего. Но это хорошо, ибо труд есть благо, труд делает свободным. Всех нас ждет большая и сложная работа, свое дело найдется для каждого.
Комиссар прерывает речь, демонстрируя толпе документальное видео о непростой, но славной дороге космических переселенцев. О той дороге, что ждет каждого из них за пределами шлюзовых камер.
- Гронд, это величайшее бедствие уничтожило наш старый мир, едва не погубив всю цивилизацию. И теперь наша задача извлечь урок из произошедшего. К сожалению, как обычно, урок мы извлекаем уже после того, как потоп и небесный огонь обрушились на наши головы. И все же, теперь мы все станем умнее, мы поймем, какими уязвимыми были и каким хрупким был наш старый мир. Поняв это, мы должны не допустить впредь повторения старых ошибок.
- Я не покривлю душой, если скажу, что программа переселения направлена не только на то, чтобы дать вам и миллиардам других беженцев новый дом. Наша цель больше, наш общий замысел выше, чем жизни каждого из нас. Мы должны стать сильнее, чтобы иметь возможность лучше противостоять вызовам неизвестного будущего. И когда я говорю мы, то подразумеваю все человечество.
Короткая пауза и снова взгляд в толпу, словно Дженна хочет встретиться взглядом со всем и каждым.
- Выйдя в космос и получив в свое распоряжение огромные ресурсы солнечной системы, мы едва не сожгли их полностью всего лишь за пятьдесят лет. Притом, мы не смогли построить не то, что справедливое общество, а хотя бы общество надежно функционирующее. Все это время мы находились на грани катастрофы, а затем пришел Гронд и толкнул нас за грань. Мы не можем позволить, чтобы нечто подобное случилось еще раз, второй такой удар человечество не переживет.
- Первоочередная задача – равномерное расселение беженцев землян и разорившихся колонистов, установление надежной связи между внутренними и внешними планетами, справедливое распределение ресурсов. В общих чертах – обеспечение общей безопасности и гарантированного выживания нашего вида в случае любой другой катастрофы масштаба Гронд. Мы ставим перед собой такую цель, и мы можем ее добиться, чтобы ни говорили скептики. Но это только первый шаг.
Документальное видео сменяется чертежами громадных космических кораблей, известных как Ковчеги.
- Второй и главный шаг, главный вызов нашего поколения – перешагнуть рубеж вечной бездны за орбитой Плутона и уйти к звездам. Сделать то, что мы должны были сделать еще много лет назад. В уходящем столетии человечество стало межпланетным видом. В грядущем веке мы должны стать видом межзвездным. Должны стать или должны погибнуть, постепенно исчерпав ресурсы нашей колыбели. Будущее не оставляет другого выбора.
- Строительство первых ковчегов почти закончено, скоро мы сможем отправить их в полет. Разогнавшись до одной десятой от скорости света, они достигнут ближайших к нам звездных систем примерно за полстолетия. И приплыв в новые миры, Ковчеги не просто проведут исследовательскую программу. Нет, они сразу же начнут колонизацию. Так мы и будем жить дальше, постоянно расширяя сферу человечества. От звезды к звезде, от галактики к галактике и так до самого края времени и мира.
- Вот она – наша цель. Вот то, ради чего мы должны жить, та прекрасная мечта, которую мы никогда прежде не осмеливались хотя бы попробовать. Вместо этой прекрасной мечты мы дрались друг с другом за кусок хлеба и тратили свои жизни в бесконечном поиске удовольствия. Понадобился чудовищный удар, чтобы пробудить нас от бесконечного морока, и посему я благодарна Гронду за наше пробуждение. К величайшему сожалению, по-другому очнуться не получилось. А теперь, пробудившись и осознав происходящее, взгляните друг на друга.
Словно по команде, каждый из миллиона человек внизу обращает взгляд на своих соседей.
- Те пять Ковчегов, что мы с таким трудом строим на орбите Венеры – их не достаточно, капля в море. Нам нужны десятки, сотни, тысячи таких кораблей, ибо никто не знает, с какими трудностями они столкнуться по пути к звездам и сколько из них достигнут цели. Тысячи Ковчегов! И я не смогу построить их в одиночку, мне понадобиться помощь каждого из вас. Одни будут строить корабли, другие будут обеспечивать строительство всем необходимым. А еще будут те, кто заселит Ковчеги и отправиться на них к звездам. Современные технологии позволяют нам жить неограниченно долго, так что не только ваши дети, но и вы сами сможете однажды увидеть восход других солнц. Разве эта прекрасная мечта не стоит того чтобы дружно жить и дружно работать?
Снова и снова слова Комиссара встречают всеобщее одобрение, вселенский восторг. Кажется, что Дженна наслаждается данным эффектом, но она не может позволить себе продлить короткий миг блаженства.
- Наша великая миссия не будет простой, мы встретимся с великим количеством трудностей и бед на своем пути. И вот что печалит меня больше всего – будут те, кто намеренно попытаются остановить нас, разрушить нашу великую мечту, убить ее еще до рождения. Вы все знаете про недавнюю террористическую атаку, за которой, как обычно стоят наследники Королевы и мятежники с Большевика. Эти враги рода человеческого целились в нашу мечту, они хотели уничтожить Ковчеги и едва не преуспели в своем замысле. Десятки тысяч убитых и искалеченных, срыв работ, огромные потери материальных ресурсов – все их рук дело. И не достигнув своей цели сейчас, они не остановятся, я слишком хорошо знаю своих врагов. Но они не только мои враги – они враги для всех, они враги каждому из нас, ибо каждого из нас они хотят лишить будущего. Неужели мы позволим им это сделать? Я так не думаю…
Верховный Комиссар говорит еще много, она долго готовилась к этой речи. Ее услышит миллион человек здесь и десятки миллиардов по всей солнечной системе. Услышат и начнут действовать, начнут спасать свое будущее от безжалостных врагов, что пытаются лишить их всего, лишить их самого права на жизнь. Скоро Дженна увидит их ответ, она уверена. Но первая реакция, первое короткое сообщение приходит уже сейчас – радары дальнего обнаружения снова засекли Большевик. Мятежный корабль покинул невидимую солнечную зону и направляется к Земле.
***
- Внимание! Экипажу танкера Паттон – немедленно застопорить ход, выставить позиционные огни и покинуть корабль! Немедленно остановиться и покинуть корабль, иначе мы расстреляем вас! Оставите мину на борту – догоним и расстреляем! Одна минута на исполнение: шестьдесят, пятьдесят девять, пятьдесят восемь, пятьдесят…
Паттон заканчивает торможение на счет «сорок один». На счет «пятьдесят семь» обе спасательные капсулы сброшены за борт, тут же включив аварийные маяки. Небольшой экипаж в точности выполнил ультиматум, зная, что большевики не станут сжигать безоружные спасательные шлюпки. Они сейчас никому не нужны, нужен сам танкер и содержимое его цистерн.
- Пошел соляр!
Абордажные мачты подхватывают обездвиженный корабль, насосы уже гонят горючее в опустевшие цистерны Большевика, а инженерная команда тем временем учиняет проверку всех систем очередного трофея. Проверка показывает хороший результат, даже отличный – механика Паттона в прекрасном состоянии, танкер совсем новый. Он будет способен долго бежать с хорошей скоростью по прямой дороге, особенно если сбросить за борт все то горючее, что не сумеют поглотить Большевик и Снэйк Плисскин.
- Все, можем ехать!
Двигатели снова дают импульс, два корабля постепенно набирают скорость, быстро оставив за кормой дрейфующие спасательные капсулы. Вольф ждет еще полторы минуты, затем начинает понемногу стравливать топливо за борт, протягивая бесконечный инверсионный след. Не опасно, с такой дистанции никто не сумеет рассмотреть разлившееся горючее, которое скоро окончательно испариться в лучах близкого солнца. Пускай пока думают, что Паттон по-прежнему под крышку залит смесью воды и лунной пыли.
- Так, молодые люди, не стоим, не толпимся в прихожей, заходим и сразу же начинаем работать, не стесняйтесь. Ловите наряды.
Тот факт, что трофейный корабль достался им в отличном и совершенно неповрежденном состоянии, не значит, что он подходит для предстоящего дела. Даже совсем не подходит – тут нет ни брони, ни оружия, да и электроника танкера далека от новейших флотских стандартов. Но кое-что можно сделать и здесь, в первую очередь изъять все возможные запчасти и сырье для экстренного ремонта Большевика, который так и не оправился полностью от солнечных приключений. А когда старый крейсер все же удастся привести в надлежащее состояние, им предстоит усердно и очень быстро работать над самим трофеем. Андрей и Ольга первыми идут на захваченный бензовоз, ибо именно они двое составят его экипаж в коротком последнем полете.
- Дом, милый дом…
***
- Захват танкера подтвержден, это точно Большевик.
- Ясно. Для начала – подберите экипаж Паттона.
Закончив с речью и вернувшись на командный пост Клеопатры, Дженна наблюдает разворачивающуюся погоню в режиме реального времени. Отобранные лично старшие офицеры хорошо знают свое дело, и посему она не считает нужной вмешиваться в их действия, лишь изредка задает вопросы и комментирует происходящее.
Итак, Большевик и Снэйк вышли целыми из солнечной зоны, где преследователи потеряли мятежников в бесконечном потоке света. Можно было бы питать надежду, что восставшие корабли навсегда сгинут в огненной пучине, но Дженна никогда не была склонна к самообману. Если нет точных, подтвержденных данных о том, что Большевик и Снэйк Плисскин уничтожены вместе с экипажами, лучше предполагать их живыми и невредимыми. И вот они, снова вышли на арену и готовы продолжать бой, и это после катастрофы Стикса. Что ж, она предполагала такую вероятность. Но затем все начинает развиваться не по плану.
- Кто-нибудь может предположить, зачем мятежники возвращаются к Земле? И почему они до сих пор не бросили танкер? Есть идеи?
Офицеры молчат. Неудивительно, профессионалы, равно как и их босс, не любят делать предположений на минимальном количестве данных, ибо так вероятность ошибки достигает максимальных значений. И все же, найти ответ на вопрос Комиссара необходимо, и как можно быстрее. Надо срочно понять, почему Большевик и его мятежный экипаж действует совсем не так, как они предполагали ранее. Почему мятежники осознанно летят в ловушку.
Потеряв след своих врагов в потоках бесконечного света, Дженна не стала отправлять усиленные эскадры на поиски и возможный перехват. Слишком велик сектор, Большевик может показаться где угодно. Скорее всего, оторвавшись от погони, он покинет плоскость эклиптики и на полной скорости рванет к поясу астероидов вместе со Снэйком. И перехватить его в таком случае не представиться возможным, следовательно, война продолжиться где-то на окраинах, где прячутся остальные мятежники. Все, кто уцелел после неудачного покушения.
Так должно было произойти с максимальной возможной вероятностью. Но вместо того, чтобы совершить абсолютно логичный шаг и уходить к спасительному поясу по широкой дуге, минуя расставленные тут и там засады, мятежники по самой короткой дороге ринулись к Земле. Захватили подвернувшийся по дороге танкер, видимо, чтобы срочно пополнить запасы горючего. А теперь еще и тащит трофей за собой, серьезно ограничивая себя в скорости и маневре. Странно…
- Если мятежники не изменят курс, эскадра «Красная Ведьма» выйдет на рубеж перехвата через три часа семнадцать минут. Эскадра «Песчаный Волк» выйдет на рубеж перехвата через семь часов сорок одну минуту. Товарищ Комиссар, нам нужно ваше распоряжение, чтобы отправить остальные наши силы на перехват мятежников, если обе эскадры провалят атаку.
- Значит, надо чтоб не провалили. Для начала, общую тревогу на всех наших объектах, особенно на проекте Ковчег. Максимальный режим безопасности повсюду. Я запрещаю отправлять в погоню за Большевиком те наши эскадры, что охраняют орбитальные верфи: возможно, мятежники только и ждут, чтобы мы оставили Ковчеги без охраны. Готовьте сводные ударные группы в околоземном секторе, на тот случай, если крейсер все же прорвется. И подключите наших союзников, не хочу, чтобы они пропустили такую славную охоту.
Отдав неотложные распоряжения, Дженна усаживается в персональное кресло, наливает стопку медицинского спирта и молча наблюдает, как постепенно сближаются синие и красные отметки на главном экране.
- Товарищ Комиссар, командующие Ведьмы и Волка запрашивают ваших указаний насчет дальнейших действий. Они знают, что мятежников надлежит уничтожать на месте без суда, но относительно Большевика и его экипажа все еще действует ваше предписание брать их живыми, если представиться возможность. Что им делать – сразу стрелять или идти на абордаж?
- Адмирал Торген, я не меньше вашего желаю взять живыми этих преступников и предать их военно-полевому суду. Но наши желания часто расходятся с возможностями, и сейчас как раз такой случай. Передать всем – стрелять без команды, стрелять без предупреждения, огонь до полного уничтожения противника. Потом, если кто-то из них спасется на шлюпках, вот тогда можно поднять Веселого Роджера и на абордаж. Но лучше все сразу сделать так, чтобы шлюпок не было. Я не знаю, что мятежники задумали на этот раз, но они не должны попасть в околоземный сектор, слишком много у них успехов в последние дни.
***
- Все-таки, нет ничего полезнее в нашей работе, чем связи. Связи, отношения, партнерство и все в том же духе, - поясняет Зита, увлеченная монтажом резервной системы управления. – Именно надежные связи позволяют нам раньше других решать некоторые интересные проблемы, ну, вот как сейчас. Никогда бы не думала, что данная тема снова станет актуальной, но так уж случилось, что я через эти самые связи и очень давних и дальних партнеров, большинство из которых уже нет в живых, через них я случайно знаю последний номер в списке Риоко. Тот самый, двадцать первый, которую разыскивает Дженна, по всей видимости, с целью захвата, допроса и последующего уничтожения.
- Японка права, этот таинственный номер действительно женщина. И да, я лично ее никогда не встречала, но все же. Я не знаю, как ее зовут на самом деле и сколько ей лет, но она точно не из колонистов, землянка. Начинала службу в израильской армии, потом работала одновременно на разведку и на частных заказчиков, а затем, когда космос окончательно стал более прибыльным, наша побегушница перебралась на орбиту. Часто меняла лицо и фигуру, постоянно тасовала документы, так что подтвержденных дел за ней немного. Но я точно знаю, что когда-то она даже пыталась конкурировать с Элизабет. Без особых успехов, разумеется…
- Так значит, мы ищем наемного убийцу? У Дженны, что, свои счеты к ней? – Ольга пытается понять ускользающие мотивы Верховного, одновременно помогая Дэну кромсать переборки танкера атомным резаком.
- Ну, в те славные годы все пытались делать быстрые деньги на ликвидациях, ничего особенного. Но наша подруга раньше других поняла, что не сможет конкурировать с мамой на равных, и сменила трудовой профиль. Дальше она была вроде частного детектива и специалиста по особым поручениям у важных персон, именно так мой знакомый с ней и пересекся. Ее тогда звали Ариана, так и назовем для удобства. Так вот, Ариана в те дни искала какую-то особо горячую информацию по заказу кого-то из президентов Сверхновой. Потом искала еще и еще, следовательно, она была весьма успешна в своей работе, следовательно, может знать чертову прорву разного интересного. Так что, Оленька, рискну предположить, что именно по этой причине Дженна срочно желает заполучить ее голову, Ариана знает что-то весьма интересное. И, самое главное – наша беглянка в курсе, что Рыжая идет по ее следу, вот единственное объяснение того факта, что Ариана все еще жива и на свободе. Данная цель отлично умеет заметать следы.
- Думаешь, госпожа детектив в своих поисках накопала что-то на товарища Комиссара?
- Ну, это представляется мне наиболее логичным, иначе, зачем же еще ее так усердно разыскивать? Но чтобы там ни было, ее сведения до сих пор никак не просочились в сеть, возможно, именно потому Ариана все еще жива. Не буду раньше времени обнадеживать вас, друзья и коллеги, но уверена, что нас она точно будет рада увидеть больше, чем встретиться с Дженной на своем пороге.
Еще раз прочтя крайне скудное досье на исчезнувшего детектива, Киров отрицательно качает головой.
- На ее месте, я бы скорее попытался нас убить при первой же встречи, а потом снова сменить личность и опять сбежать, чем откровенничать с такими подозрительными типами, как мы.
- Ну, такой вариант тоже нельзя исключать. И все же, я уверена, что все вместе мы сможем убедить госпожу Ариану нам помочь. Если успеем подцепить ее за жабры раньше, чем подцепит Дженна.
- Так, так, стоп, друзья, таймаут. Мы идем не в ту сторону. Надо думать не об Ариане, надо думать про мисс Донован. Думать о том, чего она боится. Она боится, что архив ее бывшего босса попадет не в те руки, и она боится, что Ариана заговорит. Но в любом случае, оба потенциальных следа опасной информации ведут к одному источнику, на самый верх Сверхновой, к боссам Дженны. А они ведь все мертвы, Рыжая избавилась от каждого, так или иначе. Но в их наследстве до сих пор осталось что-то, чего она очень боится. Странно, не правда ли…
Дэн демонстрирует товарищам сложнейшую схему иерархического древа всесильной корпорации, что еще совсем недавно контролировала больше трети обитаемого космоса. Вся сеть, от корней до самой кроны, замыкалась в итоге на несколько особо важных персон. Он прав, никого из них сейчас нет в живых, рухнувшее мировое древо погребло всесильных и бессмертных богов в человеческом обличье. Погребло всех, кроме скромной секретарши и специалиста по особым поручениям, на победу которой никто не ставил. Никто вообще не знал о ней до определенного момента.
- В утраченных архивах есть какой-то козырь против Дженны, никакое другое объяснение просто невозможно. Но тогда вопрос – почему сами боссы не использовали этот козырь, чтобы раздавить зарвавшуюся девчонку?
- А они не поняли. Дэн, они ведь так до самого конца и не поняли, откуда исходит угроза. Я видела, как Дженна выстрелила в спину председателя, - Ольга вспоминает финальный бой в цитадели Либерти, вспоминает, как держала на прицеле девушку в синем платье, и как Элизабет опередила ее. – Айзенберг так никогда и не понял, что враг, который сокрушил его мир, этот враг все время был подле него: составляла расписание, приносила бумаги на подпись, скрашивала одинокие ночи в постели и утром подавала кофе с булочкой. Никто из них не понял, кроме, возможно, Линкольн, которая начала что-то предпринимать. И тут же словила апоплексический удар. Теперь я жалею, что Айзенберг предал давнюю союзницу, и не помог ей против Дженны. Впрочем, он, наверное, и сам пожалел в тот момент, когда ее пуля пробила ему затылок. Се ля ви.
Они еще долго обсуждают возможное содержимое архивов Председателя, который ураган похоронил где-то на бескрайних просторах Америки. Бесполезно сейчас гадать, что именно скрывается в этих зашифрованных папках, слишком мало данных. Достаточно одного простого и понятного факта – там таится слабость Дженны. Таится смерть на кончике иглы.
- Народ, кончай работу! Эскадры Объединенного Флота идут наперехват!
***
- Узнаю старика Климова и его веселых ребят, он такое может, - адмирал Рексор комментирует второй неудачный перехват. Точно так же, как и Красная Ведьма, эскадра Песчаный Волк атаковала вражеский отряд на встречном курсе, атаковала из всех орудий, не пытаясь сблизиться для абордажного боя. И точно так же, как и в первый раз, мятежный отряд ушел от боя активным маневрированием, почти не стреляя в ответ. Мятежники не понесли потери, радары дальнего обнаружения по-прежнему видят три корабля, идущих прежним курсом.
- Разверните Волка и Ведьму, пусть идут по следу, коль скоро не сумели их остановить. И еще, - Верховный Комиссар указывает на главный экран кончиком старинного карандаша. – Кто-нибудь, объясните мне, почему у них до сих пор три корабля? Почему они не бросили танкер? Топлива у него было более чем достаточно для Большевика и Снэйка, дозаправка займет максимум час. Почему тогда Паттон до сих пор в строю? Зачем?
- Захваченный танкер движется быстрее, чем обычно разгоняются такие корабли, очевидно, мятежники сбросили топливо за борт и форсировали моторы выше критического предела. Паттон недолго выдержит такой темп, товарищ Комиссар. Максимум десять часов на такой скорости, и он просто развалиться.
- Но этих десяти часов им хватит, чтобы достигнуть Новой Америки, равно как почти любого другого объекта в геостационарном поясе. Адмирал Торген, ваше мнение?
- Это таранный корабль, мисс. Они хотят ударить по одному из объектов проекта Ковчег, для чего захватили танкер и разогнали его, как серебряную пулю. В нужный момент, Большевик и Снэйк прикроют Паттона огнем, а затем он врежется в цель, допустим, в Высокую Калифорнию. При дедвейте восемь с половиной тысяч тонн, удар будет весьма весомым.
- Понятно…
***
- Чертовы мазилы, все-то за них самому делать приходиться, - зло шепчет Киров, готовя к сбросу следующую сигнальную ракету. – Пять секунд!
Ольга не согласна с тем, что вражеские артиллеристы плохо стреляют, ибо корпус Паттона почти каждую секунду содрогается от новых ударов. Но этого все еще недостаточно, и, дождавшись пяти секунд, она поджигает выброшенную за борт ракету, одновременно запустив по корпусу серию ослепительных молний. Вот так, стопроцентная достоверность, точная имитация прямого попадания, что должно стать фатальным для корабля такого типа.
- Андрюх, все готово, возвращайся!
Тяжелая створка контейнера захлопывается над головой напарника, крошечный экипаж занял свое место в убежище. Хорошо сказано – экипаж, смеется Ольга. Сейчас они вообще ничем не управляют, а только прячутся в коробке с толстыми стенками в самом центре гибнущего корабля, надеясь, что недавно спущенный на воду танкер протянет еще хоть немного под градом ударов, что обрушились на него со всех сторон.
- Три, две, одна – поехали!
Последний уцелевший движок дает импульс на остатках топлива, сталкивая разбитого Паттона с прямой дороги. Он по-прежнему продолжает набирать скорость, ибо теперь ему помогает не только собственный мотор – теперь ему помогает притяжение гигантского небесного тела прямо по курсу.
***
- Достали, мы достали его, он падает! – Капитан первого ранга не скрывает радости по поводу выполнения приказа Верховного. Танкер Паттон получил несколько прямых попаданий и потерял управление, теперь Большевик лишился своего тарана. Танкер больше не представляет угрозы, элементарный расчет его дальнейшей траектории подсказывает единственно возможный конечный пункт назначения – Паттон вот-вот войдет в атмосферу и упадет где-то в Атлантическом Океане, если не развалиться на части раньше. Лишившись своего главного аргумента, и Большевик и Снэйк Плисскин стремительно выходят из боя, отказавшись от безнадежной теперь атаки на Новую Америку.
- Передайте мою благодарность артиллеристам. А теперь прекратите огонь, подгоните к Паттону штурмовые катера и высадите на него абордажную партию. Я хочу знать, кто был внутри.
- Но он подбит и сгорит в атмосфере всего через девять минут, товарищ Комиссар!
- Тогда тем более нет нужды тратить время на расспросы.
- Слушаюсь. Взять Паттон на абордаж, немедленно!
***
- Справа, восемнадцать градусов!
Большая часть оптических датчиков сгорела, а радары еще раньше сбило осколками. Так что следить за врагом приходиться по старинке, через разбитые иллюминаторы и многочисленные пробоины. А еще надо следить за приближающимся рубежом атмосферы.
- Держись!
Андрей поворачивает штурвал и разбитый корабль с трудом, но все же выполняет его приказ, развернувшись по продольной оси и не давая заходящему с кормы штурмовому катеру набросить абордажный крюк.
- Еще один, прямо над нами!
Неудача первого штурмбота не останавливает второго, катер подходит ближе, зависая над пробитой верхней палубой. Там нет люков и не за что цепляться, но для боевых роботов последней модели это не проблема, и они высаживаются прямо на ходу, совершая короткий прыжок на реактивных двигателях.
- Глушилки на максимум!
Это работа Ольги обрубить противнику прямой эфир, и она уверена, что справиться, сейчас они вошли в тень планеты, здесь помехи будут максимально сильными. Штурмбот лишился связи с основными силами, и напарник его уже не догонит, но отсутствие поддержки не останавливает космических корсаров, и за ревом моторов парень и девушка отчетливо слышат, как клацают абордажные кошки, цепляясь к изувеченной спине бензовоза.
- А ну пошли вон!
Андрей уже не управляет кораблем, но он все еще способен изрядно его потрясти, и трясет так, что одного из роботов сбрасывает за корму. Одного, а их еще девять, цепляются за пробоины и готовятся взломать переборку направленным взрывом, чтобы проникнуть на мятежный танкер.
- Лобо?
- Сделаем!
Снова грохочет крышка убежища, морпехи покидают единственно безопасное место, выходя навстречу врагу.
- Полундра!!!
Где-то за стенами убежища грохочут пулеметы, лазеры бьют в упор, но Ольга и Андрей этого уже не видят, они ничего не видят за потоком пламени, который пожирает танкер по мере того, как Паттон все глубже проваливается в атмосферу Земли. Последний двигатель разбит и сорван за борт набегающим потоком, переборки трещат от непомерной нагрузки, короб убежища теряет устойчивость, а стрельба все еще продолжается.
- Лобо, возвращайтесь немедленно, у вас десять секунд! Скорее! Лобо!
Атмосферный пожар остается позади. Впереди темная гладь океана и черная стена горизонтального барьера – Гронд готовиться поглотить очередную жертву, что сама ринулась с неба в его бездонную пасть.
***
- Все, у нас есть подтверждение. Паттон разбился вместе со штурмовым катером, что пытался взять его на абордаж. К сожалению, из-за помех мы потеряли связь с абордажной командой, но, судя по всему, они ничего не обнаружили, там не было экипажа, мятежники давно бросили танкер.
- Предположим. Послать разведчиков к месту падения, надо найти черные ящики танкера и штурмбота.
- К сожалению, приказ невыполним, товарищ Верховный. Разведчики доберутся до места падения как минимум через час. А Гронд будет там уже через десять минут. После него искать нечего. Мы бессильны.
- Как интересно получилось…
В нарушение давнего правила, Дженна закуривает очередную папиросу в командной рубке дредноута. Она всматривается в темное полушарие Земли, всматривается в свой прекрасный Гронд, отчетливо видимый даже с такой высоты благодаря бесконечному сияющему кольцу, что перепахивает воды Атлантики, навечно сомкнувшиеся над местом гибели мятежного корабля.
- Хорошо, попробуем как-нибудь в другой раз. Адмирал – продолжайте преследование.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 11
НА БЕРЕГУ
С третьего раза Андрею удается высечь искру, и груда плавуна вспыхивает, озарив светом и наполнив теплом маленькое убежище. Лобо, что неустанно стоит на карауле, окидывает руины взглядом инфракрасных глаз, и подтверждает, что тепло костра не покидает бетонных стен и не выдаст их присутствия.
- Вот так…
Им нужен огонь, нужен самый простой, первобытный костер, чтобы согреться и переждать ночь. Иначе они оба умрут прямо здесь и сейчас, умрут от ран и истощения, чудовищного истощения. Сложно ослабить Измененного до такой степени, что он едва будет способен двигаться, но именно в таком состоянии Ольга и Андрей выбрались на берег. Позади крушение танкера и гибель двух товарищей морпехов, позади исключительно сложное подводное плавание, когда они прошли по дну океана почти сотню миль, спасаясь от всесильной пяты Гронда и возможного преследования. Позади контузия и гипотермия, впереди вражеский берег, где надо переждать незамеченными первую ночь, надо просто прожить несколько часов и не умереть до восхода. И только обычный костер напополам со стимуляторами позволит им увидеть рассвет.
- Вот так, повернись…
Сняв с напарника разбитый бронежилет, Ольга начинает латать раны на спине и ногах Андрея, точно так же, как он пять минут назад латал ее. Сначала медицина, затем крепкий чай с сахаром, что девушка сварила над костром в мятой жестянке.
- Тихо. Слушай!
Точно, вот он, рев туманной сирены. Лобо подтверждает, что это один из кораблей Тратмана, патрулирующий побережье. Старый автоматический корвет еще какое-то время кружит вдоль мыса, затем уходит в открытое море, очевидно, на поиски рыбаков. Морпехи подтверждают отбой тревоги.
- Они уходят. Держи…
Взяв у подруги жестянку, Киров закусывает чай черным шоколадом. Чай, сахар и шоколад: все, что у них осталось из продуктов после крушения танкера. Большая часть снаряжения пошла на дно вместе с Паттоном, удалось спасти лишь один контейнер с оружием. Да еще плотные мешочки с золотыми и платиновыми монетами, что парень и девушка несли на поясе – старые методы до сих пор самые надежные.
- Возвращается…
Морпехи более живучи и собраны, поэтому у Лобо лучше с оборудованием. Он сохранил не только свое оружие, но и легкий беспилотный разведчик, который сейчас кружит над побережьем, оценивая обстановку и высматривая противника. Ему есть кого высматривать.
- Их больше, чем мы предполагали.
- Ага, сильно больше, целый флот. И база у них как раз напротив завода, к югу за городом. Очень удачно расположились…
Выбравшись на берег и немного придя в себя, они нашли убежище в руинах какого-то крупного здания, что обвалилось из-за цунами и провала грунта. Частое явление здесь – все побережье Флориды, от Джексонвиля до Майами завалено такими обломками, ибо еще пять лет назад тут повсюду была очень плотная застройка. Так было до тех пор, пока Сын Грома не прокатился несколько раз по полуострову в разных направлениях, навсегда закрыв курортный сезон. Теперь на многие сотни миль разведчик видит лишь болота и торчащие из них руины городов, словно обглоданные кости. Да и сам полуостров остался в прошлом – из-за гигантских приливных волн и провалов грунта Флорида распалась на части, и теперь являет собой архипелаг из множества больших и малых островов, разделенных мелководными проливами. Выбравшись из воды, Ольга и Андрей расположились на самом большом из островов, и, к сожалению, не только они одни.
Если мельком взглянуть с орбиты, осколки Флориды кажутся совершенно безжизненными, равно как и почти вся остальная Земля. Но это только на первый взгляд. Если смотреть внимательно, то скоро выясниться, что многие населенные пункты уцелели, особенно те, что помельче, кому до сих пор везло не оказаться на пути Гронда. Да и в многократно разрушенных городах, таких как Майами, жизнь тоже продолжается, ибо туда подались бесчисленные беженцы из центра страны. Никто не знает, сколько всего людей пережило многократные проходы Сына Грома, ибо организованная эвакуация прекратилась очень давно. Даже не сотни тысяч, а миллионы, десятки миллионов людей, брошенных на произвол судьбы и предоставленных самим себе в условиях тотальной анархии. Так происходит здесь, на западном побережье, так происходит везде, где прошел Гронд, и Флорида – не исключение, а правило.
Естественно, что беженцы шли к морям и океанам, ибо там, на берегу можно закинуть в грязную воду примитивный очиститель и не умереть от жажды. Там же можно медленно перерабатывать водородное топливо, поставить планктонную ферму или выйти в море на промысел рыбы. Там можно жить, и именно за этой жизнью во Флориду шли, плыли и летели миллионы человек. А там, где собирается большое число людей, там скоро возникает тот или иной порядок, и сейчас этот порядок будет больше всего мешать маленькой команде в их большой работе.
После падения центрального правительства, во Флориде, как и везде, воцарилась анархия, усугубленная бесконечной войной бандитов и мародеров. Но дикая вольница длилась недолго, ибо большая часть архипелага вскоре попала под власть адмирала Тратмана и его Морского Братства – современных морских пиратов, заграбаставших в свою собственность целое государство.
Напарникам известно, что несколько лет назад, когда Сверхновая развалилась на части в гражданской войне, капитан Тратман дезертировал вместе со своей эскадрой береговых кораблей, отказавшись подчиняться приказам. Пока бывшие партнеры делили власть и лупили друг друга ядерными бомбами, капитан объявил себя адмиралом и начал быстро сколачивать капитал, грабя прибрежные города, океанские фермы и караваны торговых судов. Остановить его было некому, а сбежавшим в космос крупным капиталистам очень скоро стало совершенно неинтересно, что происходит на разрушенной Земле, ибо третью планету окончательно списали со счетов. Так что теперь под рукой адмирала уже не эскадра, а целый флот, что держит в страхе Атлантику от Ньюфаундленда до Мыса Горн, обложив данью множество других мелких государств, кораблей и свободных городов. И восхождение Верховного Комиссара не сильно изменило данный расклад, хотя Дженна несколько раз обещала покончить с земным криминалитетом и навести порядок на разрушенной планете. Видимо, руки не дошли…
Контролируя бесконечное побережье обоих Америк, сам адмирал не спешит высаживаться на сушу, считая постоянное базирование на неподвижной поверхности слишком расточительным и опасным. Рано или поздно Гронд прокатиться повсюду, следовательно, если хочешь жить, надо иметь возможность в любой момент сняться с якоря и убраться с его пути. Посему основными базами Морского Братства служат несколько плавающих городов – убежищ, построенных еще во время эвакуации. А сам Тратман постоянно держит свой флаг на Немезисе – самом большом авианосце в истории, его главном трофее. Вот и сейчас флагманский корабль в море, в сотне миль от руин Майами.
Немезис далеко, а автоматические корветы близко, слишком близко. Один из них, что вроде бы ушел в море, неожиданно изменил курс и возвращается к берегу, словно выискивая кого-то. Лобо и его товарищи занимают позицию и готовятся к бою, но скоро выясняется, что тревога ложная – мозг корвета заметил не их. Он заметил утлую лодчонку, что выскочила в залив, прячась за дождевыми шквалами. Лодчонка тащит на буксире старинную планктонную ловушку, что должна обеспечить пищей десятки и сотни людей, скрывающихся на берегу где-то по соседству. Но у всесильного адмирала другие планы на этот счет.
Наблюдая глазами Лобо за приближающимся морским охотником, Ольга и Андрей ждут, что корвет возьмет нарушителя на абордаж. Морской волк появляется из тьмы и тумана на большой скорости, а затем описывает циркуляцию, словно хочет поравняться с лодчонкой бок обок. Но так кажется только секунду, а затем они понимают, что абордажа не будет. Не желая тратить снарядов и ракет на жалкую мишень, корвет бьет лодчонку в борт всей своей громадной силой и весом, расколов мелкого воришку надвое. И не успели еще скрыться под водой обломки, как с борта корвета лупит пулемет, выполняя старинный приказ нацистов – топи их всех!
- Сурово у них тут…
Еще минуту покружив над местом кораблекрушения, корвет замедляет ход. На главной башне вспыхивает прожектор, луч света шарит по руинам гостиничного комплекса в пяти километрах от их стоянки – по всей видимости, именно оттуда пришла лодка и там прячутся беженцы.
- Пусть это будет уроком!
Громовой голос владыки Атлантики с легкостью перекрывает шум прибоя и дождя.
- Запомните мой урок, хорошенько запомните! Это мой океан, моя рыба и мой планктон в нем. И каждый, кто хочет взять часть моего владения, должен хорошенько заплатить за высочайшее дозволение!
Напарники ждут, что корвет обрушит град огня на руины отеля, но корабельный мозг решает, что на сегодня показательных уроков более чем достаточно. Прожектор гаснет, вода за кормой вспенивается, и пират снова уходит в океан, продолжая бесконечную охоту.
***
- Итак, вот что у нас есть.
Большую часть разведки выполняли спутники шпионы, а их осталось совсем немного, так что карта нужного района далеко не такая подробная, как хотелось бы. Легкие беспилотники, что Лобо и его друзья запускали с рук, тоже неспособны рассмотреть все и вся на громадной территории. Да и использовать их надо с большой осторожностью, здесь вражеская оборона становится особенно плотной. Адмирал Тратман бережет данный кусок побережья с удвоенной силой, но не потому, что питает романтические чувства к разрушенному и затопленному Майами, где начинал свою службу.
Нет, тут другая причина, более прозаичная. К югу от города располагается судоремонтный завод, самый большой на всем восточном побережье. И хотя Гронд перепахал Флориду вдоль и поперек, завод по большей части уцелел, ураган лишь слегка задел его, когда методично ровнял Майами с землей и водой. Склады, электростанции, заводские цеха и громадные сухие доки не пострадали и продолжают свою работу день и ночь, поддерживая адмиральский флот в рабочем состоянии. Пожалуй, это единственный по-настоящему важный для Тратмана объект, который он не может забрать с собой в океан, посему адмирал особо дорожит заводом и не жалеет сил на его охрану. Охрана уже проверена в деле, отбив несколько атак с воды и с суши, когда конкуренты Тратмана пытались захватить или уничтожить сердце его империи. Конкурентов с тех пор сильно поубавилось, а вот забор слабее не стал, и теперь черед космических мятежников пробовать его на прочность.
- Вот здесь он шел – от города строго на запад, а затем стал отворачивать к югу, - Андрей отмечает последний, еще свежий след Сына Грома, ураган прошел тут всего три месяца назад. – И, если Риоко не ошиблась в расчетах, то этот конкретный квадрат сразу за городом наиболее вероятен для выброса.
Конкретным квадратом оказывается громадное болото, поглотившее некогда богатые и процветающие пригороды Майами. Уровень воды в бесконечных зарослях постепенно повышается, ибо дамбы давно прорваны, а дожди идут почти каждый день. Но не сводки погоды интересуют Ольгу, ее взгляд прикован к каким-то особо крупным структурам, что торчат из тенистых вод. Их точно не было там до последнего прохождения Гронда.
- Чтобы оно не было, Сын Грома не выбросил, а вдавил эти обломки в поверхность. С разведчика мы точно рассмотрели корпуса нескольких старых кораблей, но это не все, что там есть. Под ними вполне может быть подъемник.
- А может и не быть…
Воронова меняет масштаб карты, оценивая расстояния до завода. Да, получается совсем недалеко. С одной стороны, соседство с заводом надежно отваживало местных мародеров от желанной груды обломков, ибо часовые там стреляют без предупреждения. С другой стороны, появлению гостей из космоса подручные адмирала тоже не обрадуются.
- Дженна по-прежнему ищет обломки, но не зная, где и когда произошел выброс, и произошел ли он вообще, у нее слишком широкое поле поиска. Сюда она еще не добралась, и неизвестно, когда сподобиться. А Тратману эти битые корабли без надобности даже на металлолом, у него и так сотни старых корыт на заводе ждут разделки. Следовательно, если наша цель действительно там, то ее некому было вскрыть, и архив Айзенберга все так же лежит внутри подъемника.
- Рада за твой оптимизм, товарищ. А теперь перейдем к пессимизму, - Ольга указывает на узлы обороны судостроительного завода, что местами вплотную примыкают к возможному месту крушения.
- С такой скудной картой мы видим далеко не все, но и увиденного достаточно. Вот зенитные башни – каждый квадратный метр болота простреливается прямой наводкой как минимум с двух башен одновременно. А еще самоходные гаубицы у главных цехов смогут в любую секунду добавить огня. Круглосуточное воздушное наблюдение, штурмовые дроны. Я не знаю, сколько у него там морской пехоты, очевидно, много, и их катера могут свободно перемещаться по болоту. Плюс наверняка мины, автоматические турели, боновые заграждения, и нам еще сильно повезет, если мы не встретим подводных охотников.
- И против этого всего мы можем выставить лишь самих себя, плюс тройку морпехов. Я как-то рассказывала, что уже дралась с врагом на Земле, и тогда против нас было всего-навсего десятикратное преимущество. А еще на моей стороне были пушки Большевика. И все же, я едва ушла живой, и только благодаря Дженне. Сейчас же госпожа Донован вряд ли будет столь любезной, чтобы оказать нам огневую поддержку. Большевика тоже не будет. И у наших врагов численное преимущество примерно в две с половиной тысячи раз. Подобная ситуация называется одним словом – абзац.
- И чего ты предлагаешь, подруга?
Ольга убирает карту, чтобы без помех вглядеться в глаза Андрея.
- Я предлагаю выйти на связь и запросить огневую поддержку из космоса. Атаковать завод всем, что есть, разрушить и его, и оборонительный контур. И вот уже под прикрытием атаки попытаться проникнуть к объекту, когда никто не обратит внимания на гнилое болото под боком. Только так…
- А кто будет это делать – кто будет нас поддерживать с орбиты? Помнишь, сколько кораблей у нас осталось после провала Валькирии? Могу напомнить – нисколько. И людей почти нет. А ты предлагаешь, чтобы наши друзья рискнули всем и атаковали Флориду из космоса, когда весь флот накинется на них? Это самоубийство.
- А нас посылать – не самоубийство? Два человека и пятерка морпехов, двое из которых уже мертвы. Отличный получается отряд камикадзе. И если так, то пускай все рискуют одинаково, так будет справедливо ради общей победы. Ты же видишь – мы не справимся сами!
- Так не будет справедливо, Ольга. Так будет трусливо.
Андрей крепко прижимает девушку к себе.
- Мы можем сами пойти на такой риск, но мы не можем заставлять других сделать так же. Даже просить не можем, и ты это отлично понимаешь. И никто нас сюда не посылал, сами вызвались, сами пришли. Сами и должны все сделать. Либо сделать, либо умереть, либо сделать и умереть, как получиться. Нас двое, морпехов трое, вот так и будем работать. Атаковать в лоб нечем, значит, будем действовать по-другому, по-умному. Надо найти способ проникнуть туда и проверить стальную гору своими силами. И здесь я без тебя не справлюсь!
Обнимания закончены, теперь Киров чуть ли не отталкивает подругу к стене.
- Приди в себя, девчонка, приди и займись делом. Ты лучший хакер из всех, кого я знаю, а я знал многих лучших. Вспомни об этом, и еще раз докажи миру, чего стоит старшина Воронова! Думай, Ольга, думай, как нам туда проникнуть и вернуться обратно живыми. А то ты права, жить действительно сильно хочется…
***
- Он возвращается.
- Вижу…
Действительно, морской разбойник снова показался на горизонте. Еще час назад он рыскал где-то севернее, продолжая гонять рыбаков, которым нечем заплатить дань всесильному пирату. Но нарушители вовремя удрали на берег, и корвет застопорил ход, подняв над палубой беспилотный разведчик в поисках следующей мишени. И почти сразу ее обнаружил – какой-то особо наглый браконьер прет прямо в море на надувной лодке. Наглость надо пресечь показательно и жестоко, и корвет снова идет на юг, как и прежде намереваясь закончить дело красивым ударом.
- Минута…
Корабль приближается, еще секунда, и башенная надстройка показывается из вечернего тумана.
- Тридцать секунд…
Корвет включает прожектор, выискивая добычу на берегу. Носовое орудие вторит движением луча, Тратман готовит нарушителям горячий прием, а то они слишком быстро пришли в себя после последней экзекуции.
- Десять секунд…
Корвет разгоняется до предела и резко поворачивает, описав широкую дугу и навалившись на лодку кормой, в одно мгновенье разорвав ее винтами.
- Ноль!
Скинув маскировочную сетку, морпех Роксана поднимается из окопа с четырехствольной ракетной установкой на плече. Выстрел – носовая башня корвета раскалывается надвое, прожектор разбит осколками. Выстрел, выстрел – пробив керамическую броню, термобарические ракеты взрываются внутри корабля, выбросив султан пламени и шквал обломков. Выстрел – последняя ракета сносит штурмовой дрон, что не успел оторваться от посадочной площадки.
- Знай наших!
Отшвырнув пустую трубу, робот с мозгом львицы смотрит в глаза беспилотного разведчика, показывает в камеру средний титановый палец, а затем сбивает дрон коротким ударом лазерной плети. Этого мгновения достаточно – их уже увидели на другой стороне объектива.
- Дело сделано, уходим!
Бросив последний взгляд на тонущий корабль, Рокси бежит к мотоциклу. Уходить надо срочно, ближайший воздушный патруль уже несется в ее сторону, намереваясь жестоко покарать наглеца. Адмиралу это очень не понравится, он не терял корабли последние полгода. Но он и не сталкивался раньше с большевиками, так что они обеспечат ему приятное знакомство, с мрачным удовлетворением думает старшина, натягивая маску и трубку.
- Поехали!
Водометный двигатель взбивает ил и колышет водоросли. Самодельный подводный аппарат с гордым собственным именем Касатка начинает путешествие, увозя на спине двух седоков. Впереди главная бухта, густо усеянная разбитыми и сгоревшими кораблями, затем набережная с рухнувшими небоскребами, а дальше громадный и невообразимо сложный лабиринт затопленных городских улиц. Но это все будет потом, за первой линией противолодочных сетей.
- Стоп.
Соскользнув со спины носителя, Ольга начинает обезвреживание преграды. Андрей остается на борту, в любую секунду готовый к сшибке с боевыми пловцами Тратмана – он по-прежнему лучший в рукопашной и пилотаже, а напарница все так же незаменима в случае инженерных ловушек.
- Малый вперед…
Тут не только сеть: заиленное дно густо усеяно минами различных типов и проводными детекторами движения. Но их ставили для того, чтобы отбиваться от местных бандитов и мародеров, этот забор не сможет остановить опытного солдата, и вскоре Ольге удается поднять сеть, никем не замеченной. Поднять ровно настолько, чтобы пропустить касатку, и тут же захлопнуть за ее хвостом.
- Азимут триста сорок – двести пятьдесят метров.
На юге темнеет быстро, и вот уже багровый закат над их головами сменяется непроглядной тьмой. Впрочем, тьму периодически режут своими лучами штурмовые дроны, которые патрулируют небо над гаванью, иногда зависая над мутной водой и подсвечивая ее прожекторами. Небесных стражей не было здесь еще полчаса назад, они подняты в воздух после нападения на корвет. Но их мало, большая часть местных ВВС ушла на север, к месту кораблекрушения заодно с патрульными катерами. Первый отвлекающий маневр сработал как надо, но этого все еще недостаточно.
- Тихо, тихо, стоп!
Луч света приближается, и Касатка уворачивается от него, прижавшись к поросшему ракушками дырявому борту пассажирского парома. Водомет прекращает выбрасывать реактивную струю, напарники готовятся к неизбежному гидравлическому удару.
Десять вечера, минута в минуту. Гидравлический удар оказывается еще сильнее, чем они ожидали, взрыв пяти тонн взрывчатки отчетливо ощутим даже на такой дистанции. Но удар, взметнувший ил со дна и заставивший морских птиц сорваться в полет с торчащей из воды надстройки погибшего парома – этот удар пришел не с севера. Он пришел с юга, со стороны завода и его бесконечных окраин. Ольга улыбается напарнику: Лобо и Флинт не подвели. Андрей улыбается в ответ и запускает на поверхность крошечный перископ на длинном гибком зонде. Так и есть, световое шоу над гаванью Майами прекратилось, воздушные охотники спешно откатываются к югу, где в небо вздымается пламя исполинского пожара. И еще акустический датчик отчетливо слышит нарастающую стрельбу.
- Вперед!
Касатка отрывается от парома и идет к набережной на средней скорости, пловцы периодически ощущают новые колебания морского дна и толщи воды вокруг. Тьма сгущается, они входят в устье городских каналов, и мертвые небоскребы нависают над ними, словно покосившиеся надгробия.
- Так, давай по центральному фарватеру. Плыть дольше, но сам канал шире, его сложнее заминировать и перегородит сетью.
Касатка ныряет в нужное русло, Андрей еще дважды поднимает перископ, удостоверившись, что все идет как надо – у них тишина, а вокруг идет бой. Стреляют и на севере, и на юге, тройка космических морпехов дерется против бесконечной пиратской орды.
- Слышишь?
Точно, теперь они чувствуют новый источник звуковых волн – равномерный гул, постепенно заглушающий взрывы и стрельбу, приближается со стороны океана.
- Корабль, какой-то крупный корабль. Давай быстрее!
Быстрее не получается, даже в широком канале миниподлодка едва ли может разогнаться выше пяти узлов. Бетонное устье завалено обломками зданий и разбитыми машинами, но Ольгу, как и прежде, больше беспокоят мины. Да, вот и они, рассыпаны тут и там на дне, но уже не так густо, как в гавани. Попадаются и сети, тоже не в лучшем состоянии, с многочисленными прорехами – по всей видимости, пираты посчитали слишком сложным делом перекрывать весь мертвый город, сосредоточившись на подступах к заводу. Впрочем, одними старыми минами их препятствия не ограничиваются.
- Тихо, стоп!
- Ой, мама…
Это не ударный дрон, патрульный катер или боевой пловец, но все равно, встреча не из приятных. Громадная тень, что проходит над ними по самой кромке воды, чуть заметно шевеля исполинским хвостом, вряд ли обрадуется появлению чужака, у аллигаторов хорошо развит территориальный инстинкт. Особенно у альфа-самцов вроде этого красавца почти в десять метров длиной, из второго поколения миссисипских аллигаторов – мутантов, для которых весь Флоридский архипелаг превратился в охотничьи угодья.
Ольга пытается было поднять автомат, но Андрей останавливает ее – если что, работать придется только электрошоком и ножом. Впрочем, повелитель болот так и не соизволяет обратить внимания на лежащую на дне тень, похоже, ему тоже не по душе весь этот шум и огни вокруг. Повисев еще секунд десять на месте, аллигатор отворачивает к берегу, проворно укрывшись в проломе какой-то стены.
- Малый вперед.
Дно канала так сильно завалено, что несколько раз им приходится подниматься к самой поверхности, показывая спину над водой. Ни мин, ни сетей тут уже не осталось, впрочем, вертушки по-прежнему периодически проносятся над волнами, изредка включая прожектора и сбрасывая акустические буи. Мерный гул со стороны океана только возрастает.
- Вот здесь, у автобуса.
Дальше нельзя плыть вслепую, надо срочно осмотреться. Андрей швартует подлодку вплотную к рухнувшему с моста автобусу, и Ольга проворно забирается внутрь, прокладывая себе дорогу среди истлевших скелетов. Корма автобуса так и осталась торчать над водой, и взобравшись на последний ряд сидений, девушка аккуратно режет стекло, чтобы поднять перископ и выбросить в горящее небо микродрон.
- На севере тихо.
Стрельба на северной окраине прекратилась, и им остается только надеяться, что Роксане удалось оторваться от погони по земле или по воде. А вот со стороны завода выстрелы не прекращаются, морпехи продолжают бой в районе сухих доков, отбиваясь от тысячекратно превосходящего числом противника. И этим противникам не нравится такой расклад, и они срочно вызывают подкрепление, что приближается со стороны океана. Теперь ясно, кто так ревел винтами.
- Проклятье, пираты подтянули крейсер!
У них слишком мало дронов, и все они были направлены к заводу, присматривать за активностью врагов. А вот вести наблюдение за морем сил уже не осталось, и теперь эта слабость дорого им обойдется – взбешенный потерей корвета и атакой на завод, Тратман отправляет в бой тяжелый крейсер. Громадный корабль неторопливо появляется из тумана: старшина видит, как стартуют с его кормы ударные дроны на помощь защитникам завода.
- Плохо, сильно плохо! Мы не успеем к болоту вовремя, таким ходом еще часов пять плыть, а наши так долго точно не продержаться.
- Значит, надо шевелиться быстрее. Так, Ольга, еще раз подними перископ… ага!
Впереди слышен шум винтом, слабый шум, почти незаметный на фоне реакторов крейсера – патрульный катер, вошедший в громадное озеро на месте центральных кварталов Майами.
- Так, вот кто нас прокатит. Жди здесь, а затем посигналь им как-нибудь…
Соскользнув с подлодки, Киров бесшумной тенью уходит к патрульному катеру. Тот останавливается: пара пиратов суетиться на корме, готовя к спуску на воду какой-то беспилотник, еще несколько остаются в рубке.
- Что это там?!
Девушка в бандане указывает в сторону руин, где мерно вспыхивают и гаснут красные огни. Носовой прожектор поворачивается вместе с пушечной турелью, поймав в пятно света разбитый автобус, что едва торчит из воды – задние огни переменно мерцают красным и желтым.
- Какого черта… ну-ка, дай-ка туда очередь, а то…
Девушка не успевает договорить, ибо выскочившая из воды отравленная стрела вонзается ей в горло. Андрей уже на палубе, сносит второго пирата ударом ножа, одновременно забросив в рубку осколочную гранату. Еще один бандит пытается достать его из пулемета, но бесшумная пуля Ольги достает его первым.
- Чисто!
Выловив напарницу из воды, Киров бежит к моторам, предоставив Вороновой разбираться с уцелевшими приборами.
- Сбрось их за борт, и возьми Касатку на буксир, а я тут пока поколдую…
Новейшие осколки отлично работают по человеческому телу, не трогая всего остального вокруг, так что забрызганные кровью приборы почти не пострадали. И пока напарник выбрасывает бывших владельцев катера за борт, Ольга берет на себя управление трофейным транспортом, благо системы тут не самые новые, сказывается отсутствие контактов с космосом.
- Все, я взломала их передатчик, теперь мы свои для командования на заводе, и на крейсере – тоже.
- И как долго?
- Они часто меняют исходный код, но, думаю, что первые два или три раза я смогу подобрать правильные ответы, так что у нас есть чуть больше часа, может быть, полтора. Оставь их дрон прямо здесь, пускай думают, что мы начали поиск в этом квадрате, а затем засекли сигнал со стороны болота и ушли проверять его!
Андрей спускает в воду беспилотный миноискатель и швартует подлодку, Ольга встает за штурвал. Да, на поверхности значительно быстрее: катер несется по темным каналам, огибая рухнувшие мосты и сползшие в воду здания. Перестрелка на юге продолжается, Лобо и Флинт стоят насмерть. Они давно бы уже ушли, если бы не подошедший крейсер со своими вертолетами.
- Вот оно!
Покосившийся рекламный щит сообщает ночным странникам, что они покидают город Майами и желает им возвращаться скорее. А дальше раскинулось громадное болото, поглотившее сотни кварталов частной застройки. Ровное, тихое, затянутое водорослями пространство, из которого торчат верхушки деревьев, кончики фонарных столбов и крыши домов. А прямо впереди выситься громадная рукотворная гора, в которой, если приглядеться в отблеске пожаров, можно разглядеть очертания десятков крупных кораблей. Очередной трофей Сына Грома, собранный им по всему миру и брошенный здесь по непостижимой прихоти.
- Что сказать, по размерам вполне подходит, искомый объект может быть внутри, - Киров оценивающе осматривает стальную гору, стараясь понять, за каким разбитым кораблем может прятаться космический подъемник. Они видят следы работ – пираты все же приступили к разборке объекта, но пока не слишком активно. Для них это просто разбитые корабли и источник металлолома, ничего особо ценного. Правильно, у них ведь нет собранного инженерами Большевика детектора, что может поймать характерный лучевой след орбитального подъемника. В течение многих лет пересекая линию Кармана и подвергаясь ударам космического излучения, подъемник поглотил огромную дозу, что навсегда отметила его корпус, и не могла рассеется без следа за столь короткий срок. Именно по этому следу Риоко в свое время смогла подтвердить выброс, по нему же сейчас двое на катере будут искать цель.
- Есть что-нибудь?
- Так, так, тихонько…
Осматривать с воды громадную гору будет слишком долго, и Ольга поднимает детектор над горой, прицепив его к трофейному квадрокоптеру. И почти сразу приборчик начинает радостно попискивать, словно желая вознаградить их за риск и непомерный труд.
- Так, что-то есть. Сигнал не четкий и сигнатура совпадает не полностью, но, возможно, корабли вокруг экранируют. Короче, надо смотреть, так точно что-то есть!
- Понял, держись!
Ловко причалив катер к разбитому контейнеровозу, Андрей тут же отцепляет подлодку, набросив сверху маскировочную сеть, а затем приказывает катеру уходить обратно в город. Ольга уже снаружи, проворно карабкается по ржавой стене.
- Воздух!
Заметив патруль, парень и девушка заскакивают в открытый трюм, полностью скрывшись в грязной воде, перемешанной с машинным маслом. Штурмовик висит над горой около тридцати секунд, затем улетает. Кажется, ничего не обнаружил.
- По поверхности слишком опасно, давай изнутри!
Две перемазанные мазутом тени прокладывают себе путь сквозь мешанину обломков, переходя с одного мертвого корабля на другой и стараясь как можно меньше шуметь. А поисковый дрон продолжает сигналить, излучение становится все более отчетливым.
- Рядом, скорее всего, прямо под нами!
Путь преграждает непреодолимая паутина портовых кранов, надо снова выходить наверх. Взобравшись на поверхность стальной горы, напарники приближаются к источнику излучения, детектор подсказывает, что им осталось пройти меньше сорока метров. Но двигаться предстоит вниз, а для этого надо найти какой-то проход, что пока не удается.
- Слышишь?
- Ага, стрельба прекратилась!
Действительно, со стороны завода прекратили грохотать выстрелы и взрывы, ракеты и лазерная плеть больше не режут ночное небо, и даже пожары пошли на убыль. Надо осмотреться, хоть на секунду, и Андрей взбирается на стрелу портового крана, который, к его удивлению, все еще работает.
- Крейсер совсем близко!
Громадный корабль держится в трех кабельтовых от берега, стволы пушек максимально наклонены к воде, вертолеты садятся и взлетают с громадной открытой палубы. Прямо напротив корабля наполовину разрушенный сухой док, окруженный пожарными машинами.
- Сколько времени у нас осталось?
- Совсем мало, не больше десяти минут.
- Ладно, я вниз!
Заняв оборонительную позицию на верхотуре, Андрей предоставляет Ольге возможность идти к цели – она нашла проход, есть возможность спуститься во чрево горы через трубу старого сухогруза. И она спускается, скользя по тонкой нити и распугивая летучих мышей кровососов.
- Быстрее, они нашли катер!
Да, трофейный катер обнаружен в одном из городских кварталов, Киров следит за вертушками, что взяли его в клещи. Сейчас будут выяснять, как он оказался здесь, и где пропал его экипаж. Точно, вот и они – вертолеты с крейсера, оставили свой пост над заводом и летят в город.
- Ну, что там?
- Сейчас, я уже почти, совсем, еще немного… А, твою комету! Не то, мы все время искали не то! Это какая-то другая штука!
Какой-то другой штукой оказывается русская подводная лодка класса Альфа, которая попалась Гронду на мелководье в Баренцевом море два года тому назад. Два года ее крутило в эпицентре урагана, вместе с триллионами других тел и обломков. Крутило для того, чтобы затем выбросить на руинах Майами, по крайней мере, выбросить носовую часть. Сейчас Ольга видит только половину лодки, корма отсутствует, ибо корпус расколот примерно пополам, в районе реакторного отсека, что и обеспечило крайне похожий радиационный фон.
- Так, не жди, уходи немедленно!
Проворно вскарабкавшись обратно по тросам, старшина застает окончание боя за судоремонтный завод. Стрельба прекратилась, тушение пожаров продолжается. С завода и с крейсера в город летят новые вертолеты, они ищут экипаж катера. И ищут не только на месте обнаружения машины, вертушки активно расширяют зону поиска. Связи с морпехами нет, ибо даже самый короткий радиосигнал непременно их выдаст.
- Быстро вниз, к лодке!
- Не получиться, товарищ, она слишком медленная. С этих вертушек станется осмотреть все болото, а если найдут, то сразу же накроют глубинными бомбами. Надо…
Ольга не успевает пояснить, что надо делать, ибо на заводе снова начинают стрелять. Нет, поправка, не на заводе, а в гавани перед ним.
- Знай наших!
В этот раз морпехи сражаются не в пешем строю, сейчас они избрали другую, любимую тактику – ворваться во вражеский строй и нанести удар изнутри, сея хаос и смерть. Большевики видят, как один из корветов резко увеличивает скорость, выходя из стройной цепи. А еще они видят, как падает с мачты флаг Морского Братства и взлетает вместо него советский военно-морской вымпел.
Пираты Тратмана уже поняли, что произошло, но их понимание не может обогнать ракеты и снаряды, что обрушивает на соседей мятежный корабль. Зная, что не смогут подбить тяжелый крейсер, Лобо и Флинт расстреливают окружившие их корветы и вспомогательные суда в упор, ударив по вертушкам лазерной плеткой и всадив пару ракет в главный заводской корпус.
- Отлично, морпехи дают нам возможность уйти, бежим скорее…
- Андрей, стой! Мы все равно не успеем, они не продержатся достаточно долго. От такой погони нам не уйти. Значит, надо не уходить. Смотри, что надо делать!
Кирова обычно сложно удивить, но в этот раз старшина справилась.
- Ты шутишь…
- Я тупая и шутить не умею, верь мне. И помоги с этим краном, раз уж он еще работает!
Перепрыгнув десятиметровую пропасть, старшина хватается за трос и скатывается по нему обратно вглубь стальной горы. Здесь, в темной пещере она отчетливо слышит грохот морского сражения, хотя этот грохот продлится совсем недолго, ибо у одиночного корвета нет шансов против целой эскадры. Но если она все сделает правильно, то долго и не надо.
- Вот так, заводи тросы сюда и вот сюда, хорошо, без рывков!
Проследив за тем, как моторные тросы обхватывают обломки, Ольга начинает руководить действиями Андрея, который аккуратными движениями растаскивает непроходимый завал, постепенно расширяя темную трубу.
- Быстрей, подруга, они могут нас заметить!
- Сейчас, еще немного…
Проследив, чтобы последний трос занял свое место, девушка соскальзывает на обрубленный нос Альфы, коснувшись рукой круглых задраенных люков. Да, все верно, она чувствует идущий изнутри призрачный мертвый свет, самый нужный для нее сейчас.
- Корвет накрылся!
Глухой удар подтверждает гибель мятежного корабля: глазами напарника Ольга видит, как корвет раскалывается пополам от удара торпедой и тут же скрывается в горящих водах. В ее разуме сейчас нет места скорби по павшим товарищам, зато есть место работе, что поможет отомстить за них.
- Быстрее, нас заметили!
Точно, одна из патрульных вертушек меняет курс и скользит теперь над болотом, направляясь в сторону стальной горы. И следом за ней идут штурмовые дроны, много штурмовиков, а где-то в море тяжелый крейсер разворачивает башни главного калибра.
- Вот так…
Люк отброшен в сторону, Ольга получает доступ к системам мертвой субмарины. В дело идет последняя аккумуляторная банка, заряда должно хватить, чтобы дать одну-единственную искру.
- Берегись!
Вершина горы исчезает во вспышках сотен маленьких взрывов – подходящие вертушки палят из автоматических пушек и стегают лазерным лучом. Андрей успевает ответить одним точным выстрелом, сбив с неба головной вертолет, а затем вынужден броситься в шахту, чтобы не пасть под шквалом ответного огня.
- Ольга, чтобы ты там не делала – делай быстро!
- Сейчас, еще… Давай!
Стальная гора раскалывается от взрывов и ударов, ночь сожжена в клочья. Но даже этот рев и пожар уступают новому пламени, когда выскочившие из пусковых гнезд ракеты взмывают вверх, с ювелирной точностью проскочив расчищенную шахту.
- Накося-выкуси!
Упавший с неба Андрей хватает Ольгу, и вместе они рушатся в грязную воду у обломка субмарины. А со стороны океана приходит удар.
Когда пять минут спустя связь наконец-то восстанавливается, они уже выбрались обратно на опаленную поверхность горы. Выбрались как раз к началу черного дождя, что извергают низкие, пропитанные огнем и радиацией облака. Ночь со всех сторон, кроме востока, ибо там еще не погас свет новых солнц, рожденных тактическим ядерным ударом десятка ракет. Мятежники видят, как скрывается под волнами корма разбитого крейсера, и любуются атомным грибом на месте бывшего завода. Вертушек в небе не осталось, их всех снесло ударной волной, вместе со всем остальным пиратским воинством. Зато наконец-то приходит знакомый позывной, Роксана подтверждает, что жива и здорова.
Еще через пять минут на связь выходит Лобо, запрашивает эвакуацию, ибо поврежден слишком сильно, чтобы двигаться самостоятельно. Морпех подтверждает гибель Флинта, ибо его брат стоял за штурвалом захваченного корвета до последнего.
- Все, уходим. И спасибо, ты здорово провернула этот трюк с подлодкой. Теперь я понимаю, что никак иначе нам было не ускользнуть.
Ольга останавливается на секунду, чтоб еще раз полюбоваться постепенно опадающим облаком пара и огня.
- Всегда пожалуйста. Просто я последовала твоему совету и вспомнила, что я по-прежнему один из лучших хакеров в мире, и пришел черед подтвердить статус. Спасибо, что верил в меня, товарищ…
***
- Перед вами главные ворота, за которыми начинается мир Леди Лорны. Еще раз напоминаю, что пересекая черту этих врат и входя в наши владения, вы автоматически становитесь верноподданными нашей милостивейшей повелительницы. Законы госпожи становятся вашими законами, ее правила становятся вашими правилами. Пройдя через врата, вы принимаете нашу благочестивую и милостивую госпожу как свою единственную и постоянную правительницу. Все понимают? Все согласны?
Три десятка путников отвечают нестройным хором – мол, и так все давно понятно, согласны. Эмили, что увлеченно читает разведсводку, последней дает свое согласие. Как и все здесь, она сгорает от желания поскорее стать очередной верноподданной Леди Лорны. Только дочитает последнее сообщение о разборках пиратов во Флориде, и готова.
- Тогда вперед, новые подданные нашей госпожи. Прекрасный мир за вратами ждет вас!
Прекрасный мир за колоссальными вратами начинается с плаща, который новые послушники обязаны напялить по самые глаза, чтобы не сильно смущать своим жалким видом добропорядочных местных граждан, приобретших места в Тринадцати Царствах много ранее. Эмили Нортон это условие вполне устраивает, и, натянув капюшон по глаза и став неотличимой от десятков других соискателей, она пересекает линию врат, навсегда оставив за своей спиной мир бесконечных войн, катастроф и страданий, так присущих роду людскому. Все должно остаться позади, ибо впереди только мир Леди Лорны.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 12
ЗАБАВЫ И ИГРЫ
- Вон он, над холмом с двумя ветряками!
- Ага, вижу…
Короткий укол лазера, и неопознанный воздушный разведчик падает у подножья давно замершего ветряка. Покончив с дроном, Ольга пытается отследить источник контрольного сигнала, но терпит неудачу. В любом случае, очевидно, что кто-то пристально наблюдает за их составом, это уже третий сбитый соглядатай с рассвета.
- Джилл, что там у тебя? В кого ты стреляла?! – Взволнованный голос босса Пеньо раздается в наушниках.
- Еще один воздушный разведчик, сеньор. Кто-то пристально пасет нас.
- Ясно. Он был вооружен?
- Нет, не был. Других дронов пока не вижу, но будьте осторожны – нас могут попробовать на зуб в любой момент.
- Понял, учту. Продолжайте наблюдение!
Продолжать так продолжать, думает девушка, пододвигая поближе тяжелую снайперскую винтовку. Она смотрит во все стороны сотней камер, оглядывая бесконечную серую равнину, усеянную мусором и обломками до самого горизонта. Все тихо, все давным-давно замерло или умерло, и только тяжелый состав неторопливо ползет по временной железной дороге, что пересекает Колею с юга на север. Скорость не больше двадцати миль в час, иначе наскоро проложенные рельсы не выдержат и разойдутся. Но угроза естественной аварии отнюдь не самое опасное из того, что может случиться.
Гронд прошел по этим землям больше года тому назад и больше не возвращался, посему уцелевшим землянам понадобилось снова восстанавливать разрушенные связи, словно сшивая хирургическими нитями разваливающийся континент. Большинство рек изменило свои русла, каналы засыпаны, автобаны вырваны из земли с корнем. Посему лучшим решением на Великих Равнинах снова стали железные дороги, благо сейчас проложить временный путь много легче и дешевле, чем двести пятьдесят лет тому назад. И вот по сколоченным наспех дорогам курсируют самодельные поезда, перевозя дорогие грузы и редких сейчас пассажиров. И как во времена дикого запада, этим неторопливым составам опять требуется вооруженное сопровождение, ибо современные бандиты совсем не прочь заново провернуть большое ограбление поезда.
Прямо сейчас, в сотне метров впереди локомотива, катит по рельсам дрезина-миноискатель, многочисленные дроны патрулируют воздушное пространство, а наемники поводят стволами из стороны в сторону, ожидая близкого огневого контакта. Здесь, на дне Колеи, законов нет, и каждый сам волен защищать свою жизнь и свой кошелек, как может. Вот и владельцы поезда, делающие огромные деньги на спасении ценного барахла и эвакуации беженцев, поспешили нанять одних головорезов на случай встречи с другими головорезами. Особенно вероятной такая встреча считалась на участке пути от Оклахома-Сити до Топики, где всего неделю назад разграбили и сожгли другой такой же состав. Потому в этот раз железнодорожным магнатам пришлось особенно раскошелиться на услуги охранников, и все равно, желающих поднять легкие деньги нашлось немного. Явно недостаточно для такой работы.
Сеньор Пенья, старший локомотивной бригады, был вынужден отказаться от стандартных в таких случаях проверок и набирать в охранники всех, кто хоть немного умел обращаться с оружием. Среди заполонивших руины Оклахома-Сити бродяг нашлась пара дюжин таких умельцев, в том числе Джек и Джилл, молодая пара, что пришли на вокзал со своими винтовками. Несколько метких выстрелов по движущимся мишеням, плюс хороший технический навык, особенно у девушки, и вот они уже едут на поезде под собственным именем Грань Разрушения.
- Стоп машина!
Тормоза выбрасывают снопы искр, локомотив дает три коротких гудка, и дрезина вырывается вперед, проверить мост, перекинутый через огромную трещину в земле, что змеиться до самого горизонта. Рядом с трещиной, на руинах какого-то старого города, возведено новое поселение – здесь одно время жили беженцы. Беженцы давно ушли к океану, а брошенные домики остались, являя собой идеальное место для засады. Впрочем, сколько бы Ольга не вглядывалась в покосившиеся бетонные коробки, она никого там не видит, другие наблюдатели тоже. По идее, туда надо было бы послать морпехов для пешей разведки, но морпехов рядом нет.
- Желтый флаг!
Несколько раз прокатившись по мосту и ничего не обнаружив, дрезина поднимает желтый флаг, сообщая об отсутствие минной опасности. Грань Разрушения снова трогается с места, двигаясь со скоростью всего пять километров в час. Выискивая возможную угрозу, Ольга снова и снова читает короткие рапорты частных служб безопасности, пытаясь понять, с кем именно им, возможно, придется столкнуться. Бандитов на границе Оклахомы и Канзаса много, но крупных банд не числиться, те промышляют больше в районе Миссисипи. И что особенно радует, нет никаких данных о связях местных преступников с адмиралом Тратманом. Впрочем, рапорты эти запросто могли безбожно устареть.
- Стоп машина! Стой! Берегись!
Мины под мостом не было, автоматика дрезины не ошиблась. Минная ловушка ждет их в одном из пятиэтажных домов на окраине города-призрака. Двух центнеров взрывчатки в подвале вполне достаточно, чтобы опрокинуть накренившуюся бетонную коробку и надежно блокировать пути непроходимым завалом. И не успеет еще осесть серая пыль, как вспыхивают выстрелы пулеметов и лазерная плеть режет борта вагонов вдоль и поперек.
- Дети Сатаны! – Пенья врубает сирену и выстреливает в небо веер красных ракет, узнав характерную эмблему нападавших, что устремились к Грани Разрушения на мотоциклах, словно стая волков. Рапорты ошиблись, и к ним пожаловала одна из самых крупных банд в Канзасе, так что теперь всем охранникам Грани придется серьезно постараться, чтобы дожить до получения второй половины награды. Впрочем, Ольга и Андрей готовы к такому повороту событий, они с самого начала знали, что по-другому не смогут попасть к точке номер два в самом центре Канзаса. И если для того придется драться с бандой байкеров – сатанистов, промышляющих человеческими жертвоприношениями и каннибализмом, то пусть так оно и будет, спокойно рассуждает старшина, беря на прицел головного бандита.
Выстрел. Бандит с флагом на спине перелетает через руль, его байк взрывается, выбросив фонтан огня и черного дыма. Следующий патрон.
***
- А теперь, к делу, юная госпожа. Покажите ваши деньги, пожалуйста…
Испуганная молоденькая девушка дрожащей рукой протягивает чародейке тощий холщовый мешочек. Чародейка взвешивает его в ладони, подбрасывает пару раз и затем с отвращением швыряет на стол из толстых дубовых досок. Мелкая монетка вываливается из мешочка, катиться через стол и падает рядом со светильником. Скудного пятна света вполне достаточно, чтобы различить отсутствие благородного золотого блеска. Это даже не серебро. Медь…
Девушка выглядит так, словно вот-вот упадет в обморок, умрет от жгучего стыда и всепоглощающего ужаса. Чародейка, наоборот, улыбается. Впрочем, хищная зубастая улыбка на непроницаемом азиатском лице не предвещает юной госпоже ничего хорошего.
- В большинстве случаев я сочла бы столь жалкий гонорар за оскорбление. И немедленно предложила бы оскорбившему меня принести самые глубокие и искренние извинения. Но, учитывая ваше тяжелое положение, юная госпожа, я сразу же готова вас простить. При условии, что вы тут же заберете эту жалкую подачку с глаз моих долой, развернетесь и уйдете. И никогда более не попадетесь на моем жизненном пути.
Обычно одного и единственного отказа достаточно, ибо даже лорды и князья знают, что не стоит испытывать терпение Валерии, самой опасной чародейки Тринадцати Царств. Но страх за отца пересиливает страх перед черной магией, и девушка не уходит, забрав мешочек. Вместо поспешного бегства она падает на колени и хватается за высокие красные сапоги Валерии.
- Умоляю, госпожа, не гоните прочь! Помогите! Мне не к кому больше идти и никто в этом проклятом жестоком городе не поможет, кроме вас. Никто не избавит меня от него…
- Естественно, другие тебе не помогут, я одна тут такая замечательная. Но видишь ли, неумелые попытки давить на мое чувство сострадания тебе не помогут. Девочка, ты ведь знаешь, кто я? Назови мое имя, будь любезна.
- Вы… вы Валерия, последняя из Сестер Мертвой Стали…
- Вот именно. А знаешь, как становятся сестрами? Знаешь, что для этого нужно? Правильно, нужна жертва. Слышала, что рассказывают о Валерии, знаешь, какую мне пришлось принести жертву?
- Я…я не…
Звонкая пощечина прерывает всхлипывания.
- Отвечай!
- Говорят, что вы… вы принесли в жертву своих родителей, убили отца и мать ради их крови, которой напоили Серого Ворона. Но я не верю, я…
- Юная госпожа, но ведь неверие смертный грех. И вам не стоит так грешить.
Чародейка наклоняется к девушке и берет ее прекрасное лицо в свои тонкие, длинные пальцы.
- Почему ты не веришь правде, девочка? Почему ты неспособна понять, что я действительно задушила своего отца и свою мать во сне, отрубила им головы и напоила их кровью старого ненасытного ворона? Почему ты не готова принять правду? Наверное, потому, что ты любишь своего отца, что сейчас ждет смерти в темнице барона. И потому что понимаешь теперь, что я не стану помогать тебе из жалости. Ибо жалости у меня нет. И сердца тоже нет, так что не дави на него!
Девушка больше не льет слез, у нее не осталось сил плакать. Но у нее есть силы взглянуть чародейке в глаза.
- Вы не поможете мне ради доброты. Тогда помогите ради денег! Я слабая и жалкая, стою перед вами на коленях. Мое родовое поместье разорено, а отец умирает в темнице. Мне нечего дать вам сейчас. Но я все еще единственная жена барона фон Хейма. И я его наследница. Убейте барона, что сжег мое поместье и казнил моих родных. Убейте моего мужа, и я отдам вам все, что принадлежит ему и станет принадлежать мне. Все его земли, города и деревни, корабли и рудники, крепостные и слуги, золото в сокровищнице – все станет вашим, после того, как голова моего мужа падет с плеч. Просто выпустите отца из темницы и дайте нам уйти. И вы станете не только чародейкой. Вы станете царицей в наших землях.
- А вот это уже становиться интересным, - Валерия запрокидывает голову, уставившись в прокопченный потолок и считая возможную прибыль. – Значит, ты готова отдать мне все, при условии, что я убью барона и освобожу твоего отца?
- Да, забирайте все, только спасите его и дайте нам уйти.
- А если твой отец уже мертв, и мы найдем его стылое тело в темнице? Что тогда?
- Тогда мне будет достаточно смерти барона. Будет достаточно мести!
- Ну, что ж, - чародейка протягивает ладонь юной баронессе фон Хейм. – Пожмем друг другу руки, подруга, в знак нашей нерушимой дружбы и верности словам.
Девушка протягивает ладонь в ответ, и тут же ее прекрасное лицо искажается нестерпимой болью. Валерия усиливает хватку, их сведенные ладони начинают излучать призрачный фиолетовый свет, что только усиливает тьму вокруг, пожирая тонкое пламя свечей.
- Чувствуете боль, чувствуете, как сгорает ваше сердце, моя госпожа? Не бойтесь и терпите, это всего лишь одно страшное мгновение. Но запомни его, запомни хорошенько, ибо так твое сердечко будет гореть до скончания времен, если ты обманешь и предашь меня, после того как я выполню свою работу. Никто не смог обмануть Сестру Мертвой Стали и уйти безнаказанным. И ты тоже не сможешь. Сделано!
Призрачный свет гаснет, снова возвращается пламя свечей, и в их тусклом сиянии баронесса с ужасом взирает на чудовищный ожог, опаливший правую ладонь до костей.
- Утрите слезы, моя госпожа, это всего лишь знак нашего с вами нерушимого договора. Ожог исчезнет без следа, когда вы сдержите свое слово. Ну а пока вам следует воспользоваться шелковыми перчатками, у меня найдется подходящая пара. Идем.
Сестра Мертвой Стали рывком поднимается из-за стола, презрительным жестом подхватив мешочек и перебросив его трактирщику.
- Не стой столбом, пошли!
Накинув плащи, баронесса и чародейка выходят из дымного мрака трактира на лютый ночной холод. До восхода еще час, но света достаточно – нескончаемая гроза режет темные облака мириадами молний.
- Да, погода в последнее время совсем не радует, - ни к кому не обращаясь, замечает Валерия, вглядываясь в громаду родового замка фон Хейм.
- Моя госпожа, я хочу предупредить вас, что барон непросто очень богат и очень опасен. Мой муж, он еще и правая рука Леди Лорны, правительницы всех Тринадцати Царств. И если мы убьем его, то станет и ее врагами тоже, навсегда!
- На твое счастье, девочка, мне хорошо известно, кто тут с кем дружит и под кем ходит. Я знаю, что фон Хейм верный вассал Лорны, и она точно попытается отомстить нам за его смерть. И данное обстоятельство делает мою работу еще более приятной. Идем деньги зарабатывать, ну, то есть идем спасать твоего отца…
***
Зима царит уже тридцать месяцев подряд, и все же, Черная Река так быстра и полноводна, что никогда не замерзает полностью. Могучий черный поток с ревом несется по горному ущелью, проходит через весь город, постоянно норовя снести набережные и узкие мосты, а затем ныряет в горловину гранитного утеса, над которым возвышается замок Хейм. Ни перекрыть его шлюзом, ни направить в другое русло не представляется возможным, посему чародейка выбрала именно этот путь, ибо все другие еще сложнее.
Черный поток встречает девушку с холодной яростью, намереваясь утопить, разорвать о скалы или просто заморозить ей сердце, равно как и всякому другому, кто падет в его воды. Но Сестра Мертвой Стали умеет выживать, посему Валерия стойко терпит лютый холод, лишь изредка показываясь над водой, и тут же снова уходя на глубину. Вот последний рубеж, и тусклое серое небо над головой сменяется непроглядной тьмой – вместе с рекой она нырнула в пещеру, утес и замок барона сейчас над ней. А прямо впереди – небольшая и спокойная заводь, что крепостные барона долго и упорно вытачивали в скале. И где-то здесь замаскированная шахта колодца, пронзающая громаду утеса, и идущая прямо в замок. Чтобы не произошло, никто не сможет заморить обитателей крепости жаждой, Черная Река позаботится об этом.
Выбравшись на узкий и скользкий карниз, чародейка срывает один из кристаллов с цепочки на шее, растирает его в бледных пальцах и бросает за ворот отяжелевшего от воды плаща. Волна тепла приходит на смену лютому холоду, теперь она сможет немного восстановить силы и продолжить свой путь.
Черное зеркало приходит в движение, круги на спокойной воде не предвещают ничего хорошего. А она ведь еще не успела разобраться со сложным замком на крышке тяжелого люка, колодец по-прежнему заперт.
- Ну, давай…
Длинное, толстое, фосфоресцирующее щупальце выстреливает из воды серой молнией, что с грохотом вонзается в скалу на полфута выше головы чародейки. Валерия смешается дальше по карнизу, не отрывая взора от черного зеркала, куда возвращается щупальце – страж глубин готовиться к новому броску, раз уж с первого раза не вышло.
Еще молния и еще одна – кракен приближается, намереваясь атаковать наверняка. Первый удар опять проходит мимо, второй должен быть точен, но вместо живой плоти, щупальце наталкивается на клинок метеорной стали, что неуловимым движением сносит громадную серую руку.
Черное зеркало вскипает, страж надвигается, не собираясь прощать наглой добыче ее упорного нежелания стать очередным обедом. Люк по-прежнему заперт, а щупальцев все больше, они постепенно окружают чародейку, отрезая пути к отступлению.
- Давай, покажись…
Кракен не собирается больше ждать, его чудовищная голова вздымается над черной водой, чтобы наставить на жертву бездонный взгляд глазниц – диафрагм. Теперь бежать некуда, теперь пришло время точного удара, который станет последним.
Серая молния летит вперед, но ее призрачный свет уступает вспышке рубиновой капли, что взрывается над заводью подобно рассветному солнцу и заставляет повелителя глубин испуганно отпрянуть. Огромные глаза закрываются, и щупальце промахивается – вместо живой плоти оно пронзает тяжелую бронзовую крышку, начисто вырвав ее с мощных петель.
- Спасибо, родной!
Рубиновый огонь догорел, и у Валерии нет другого рукотворного солнца, чтоб еще раз ослепить кракена. Словно почувствовав слабость врага, чудовище снова надвигается на красавицу, замахнувшись всеми своими бесчисленными руками. Но тонкая серебряная стрелка быстрее, и вот истошный рев кракена заглушает бесконечный гул реки – стрелка вонзается в глаз зверя, и тут же взрывается потоком колдовского огня.
Валерия не видит этой вспышки, ибо она уже лезет вверх по узкой горловине, цепляясь кончиками пальцев за крошечные трещинки и уступы. Быстрее, еще быстрее, надеясь, что там, наверху, никто не услышит истошных воплей кракена. Один страж позади, впереди вся армия барона.
Они не услышали. В караулке над колодцем дежурят двое стражников, что не собираются трубить тревогу и будить своего повелителя в поздний час. Валерия тоже не собирается, потому вместо лихой атаки, она раскрывает один из своих пузырьков, выпустив в караулку легкое облачко фиолетового дыма. Вот так, хватит с нее приключений: Сестра Мертвой Стали всегда предпочтет усыпить случайную помеху, чем вступать в открытый бой.
Подобрав подходящую отмычку и вскрыв замок, Валерия пробирается в караулку. Но дальше перед ней две запертые двери, за каждой из которой ждет неизвестность. Естественно, юная баронесса рассказала об устройстве замка, но вот проблема – девчонка видела и запомнила далеко не все за пределами своих покоев. Она не знала, куда надо идти из караулки, и Валерия тоже пока не знает. Но узнает.
Где не помогут глаза и уши, помогут чуткие пальцы. Валерия стоит неподвижно в полной темноте, положив руки на стены крупного черного кирпича. Стоит около двух минут, не двигаясь и не дыша. И когда делает шаг назад, уже знает, куда идти дальше – левая дверь. Короткий бросок по коридору, затаиться в темноте, пропуская охранника, а затем напасть со спины, ударив в шею тончайшим ядовитым жалом. И тут же скачать обрывки памяти, столь яркие в момент мгновенной смерти. Теперь она знает о замке даже больше, чем баронесса, что редко покидает донжон. Но большие знания не приносят большой радости.
Замок Хейм укреплен еще лучше, чем казалось и чем говорили. И охранников здесь много, все как один в тяжелой броне, скрепленной лунными рунами, что не по зубам даже ее клинку метеорной стали. Да, у нее есть еще дым и иглы, но чтоб справиться с ними со всеми этого не хватит. Значит, надо искать другое решение, быть как вода, что не проламывает стены, а просачивается сквозь трещины.
Она по-прежнему на нижнем этаже, громада замка нависает над ней. Сюда поступает вода из подземного колодца, сюда же привозят торф с восточных болот. Значит, котельная должна быть где-то поблизости, обязательно должна быть. Барон не любит холода в своих покоях, баронесса рассказала, да и сама Валерия много раз видела густой черный дым над замком. Значит, котельная тут просто огромна, раз способна напитать теплом всю эту громаду. Огромный котел, печь и трубы, что идут до самого верха. Хорошо.
Время истекает, ибо стража меняет очень часто, и скоро ее враги заметят взлом. Значит, надо идти в котельную, проложив себе путь еще одним пузырьком фиолетового дыма, что валит с ног крепким сном парочку крепостных у подножья громадной печи.
- Где?! Ищите, ищите повсюду! Лазутчики не могли далеко уйти, где они?!
Вот и охрана пожаловала, даже быстрее, чем ждала чародейка. Но ворвавшись в котельную, стражники находят там лишь уснувших кочегаров, да стойкий запах сладкого дыма, что еще не успел выветриться полностью. Такой же был в караулке, откуда неизвестный проник в крепость. Но куда он пошел дальше? Явно не задержался в котельной, ведь отсюда больше некуда идти, сержанты тщательно осматривают дверь и ворота для загрузки торфа. Нет, неизвестный лазутчик вернулся обратно в коридоры, и будет искать лестницы наверх, так должно быть.
Валерия понимает логику стражников, они ведь обычные люди и думают как люди. Обычный человек знает, что из запертой котельной нет выхода. Но для нее выход есть, пускай он и потребует всей смелости и всей силы, ибо идти надо сквозь огонь. Единственный путь наверх, что не смогут перекрыть и обыскать – путь через громадную пасть печи.
Нанеся маску и опустив капюшон, Валерия ложиться на горячие кирпичи рядом с громадной печью, а затем аккуратно протягивает левую руку вперед. Вот так, не обращая внимания на нестерпимый жар, коснуться кончиками пальцев оранжевых всполохов, чтобы передать им часть своей силы.
Если не сработает, если она ошибется хоть на одну букву в заклинании, то сгорит в этом аду как мотылек на свечи. Но Валерия не ошибается, и заклятье окутывает ее, позволив ринуться в огонь и прокатиться по раскаленным углям. Вперед, быстрее протиснуться в узкие жерла, стараясь урвать ту последнюю секунду, пока заклятие еще действует, и можно вырваться из топки в главную трубу, что пронзает донжон до самого грозового неба.
- Мы отрезали их, сир! Обе лестницы перекрыты, наши люди повсюду! Убийца проник на нижние этажи, но не сможет вырваться оттуда и подняться в донжон.
- Ищите их, быстро ищите! Брать живыми, они мне нужны для допроса, я должен знать, кто подослал убийц!
Толстяк в горностаевой мантии, обладатель громоподобного голоса и несметных богатств, барон фон Хейм требует от своих вассалов немедленно разобраться с внезапной и небывало наглой угрозой. А его юная жена тем временем вжимается в стену, ибо она уже углядела серую тень, скользнувшую за окном.
- Барон!
Ворвавшись в главные покои, чародейка действует коротким двуручным мечом со скоростью молнии, проложив кровавый путь сквозь челядь барона. Толстяк уже выхватывает свою именитую шпагу, но толедская сталь раскалывается как стекло под ударом метеорного клинка. И еще один удар направлен в бычью шею фон Хейма, но он не достигает цели. Еще не время, она не для того пришла сюда.
- Ты… ты не смеешь! Ты знаешь, кто я и кому служу, знаешь, кто мой сюзерен?!
- Знаю, сир. Именно потому я и пришла. Я пришла повидаться с твоим хозяином, смерд!
Валерия готова к этому моменту, и все же, хозяин барона появляется неожиданно. Госпожа Лорна, владыка Тринадцати Царств, не проходит сквозь стену. Она просто появляется в покоях, словно воплотившись из ветра, что рвется в разбитое окно. И порывы этого ветра уже сложились в тонкое и длинное лезвие, направленное в спину чародейке.
- Отпусти моего слугу. Немедленно!
Какие бы ни плелись интриги, и сколь бы жестокой ни была вражда и жажда власти, у обитателей Тринадцати Царств все же есть один нерушимый закон – слово Лорны, хозяйки и создателя этого мира. И заслышав её слово, барон широко улыбается – чародейка должна отступить. Обязана.
- Разрешите не согласиться, моя госпожа!
Метеорный клинок сияет молнией, и громадная рыжая голова фон Хейма валится с плеч.
- Ты сделала это, ты ослушалась моего слова! И как же я этому рада…
Владыка Тринадцати Царств смеется заливистым смехом, созерцая разгромленные покои своего вассала. Лезвие темного ветра выброшено вперед, но чародейка успевает отбить его своим клинком. Успевает сместиться в сторону и отбить второй удар, а на третий уже не будет времени. Ни на что больше не будет времени, и мир Лорны раскалывается на части, взорвавшись в лицо Эмили Нортон.
***
- Внимание – частная собственность! Вход только по пропускам!
Вход только по пропускам, выход тоже. Но у нее есть пропуск, и молоденькая блондинка выскальзывает в тяжелую дверь, что приоткрылась всего на пару секунд.
Выйдя в пустой коридор, блондинка на секунду останавливается, чтобы окинуть взглядом свое отражение в зеркальной стене. Все как и должно быть, вплоть до одежды, отставшей от моды на пару сезонов. Новые шмотки можно купить и потом, на барахолке при космодроме.
Последний взгляд в зеркало, а затем вперед по коридору, до ближайшего перекрестка. И хотя она в прекрасной форме и очень торопиться, девушка расчетливо сдерживает шаг. Во-первых, вполне естественно чувствовать себя не очень уверено после многолетней дремы в гибернационной капсуле. А во-вторых, система безопасности приюта должна запомнить ее, запомнить, что номер 48-25 никуда не торопилась и не бежала, иначе ради чего все делалось?
Вокруг царит тишина, лишь журчит старомодный фонтанчик с питьевой водой у алтаря. Никакой сирены, никаких толп полицейских, солдат или наемников. Никого вообще, кроме уборщицы, что катит перед собой тележку с ведром и швабрами, насвистывая песенку из старого мультфильма. Такова особенность данного странного заведения – тут не работают роботы, только люди, бессмысленно повторяющие одни и те же действия, ставшие абсолютно бесполезными еще век назад.
- Мисс, извините, вы, кажется, обронили…
Китаянка со шваброй протягивает блондинке скомканный листок бумаги.
- Это не мое, вы ошиблись.
- Разрешите не согласиться, моя госпожа!
Короткий взгляд глаза в глаза. А затем удар в солнечное сплетение, столь быстрый и мощный, что Эмили пропускает его, несмотря на весь свой опыт. Отбросив врага, блондинка переламывает швабру и наваливается на марсианку для последнего удара острием в глаз.
- Руки, руки подыми!
Их двое за ее спиной. Черный парень, что целит блондинке в затылок. И еще одна блондинка, ствол которой упирается в бок девушки с обломком швабры.
- Госпожа Ариана Розвуд, мне кажется, что это все-таки принадлежит вам…
Все так же лежа на полу и смеясь, Эмили разворачивает скомканную бумажку, так, чтоб блондинка с обломком швабры могла ее видеть. Объявление о розыске в стиле дикого запада. И пускай там совершенно другое лицо, и другое имя, и другие данные, все ясно без слов.
- А теперь, госпожа баронесса, нам с вами надо поговорить. Прямо сейчас, без отлагательств, а то я, честно признаюсь, не могла дождаться нашей встречи. Двенадцать лет в вашем игрушечном средневековье, и все никак не смогла свидеться…
***
- Ну, чтоб не говорили, будто я не человек слова, вот ваши деньги, паек на неделю, пропуск на выход из зоны безопасности и боекомплект вместо израсходованного. Пересчитайте, будьте любезны.
Андрей быстро считает деньги и патроны, Ольга проверяет документы – все в порядке, пару раз этими бумагами воспользоваться можно.
- Как в аптеке. Спасибо, сеньор.
- Всегда пожалуйста. Приятно работать с людьми, которые готовы честно выполнять свое дело, в наши дни честность редко встречается. Через две недели мы поведем по этому маршруту еще один караван, так что, если нужна работа, вы знаете, где меня искать.
- Конечно, сеньор. Спасибо и хорошей вам дороги.
Обменявшись на прощание рукопожатием с боссом Пенья, парень и девушка разворачиваются и идут через разрушенный вокзал к разрушенному городу. Андрей думает, где им искать новый транспорт – туда, куда они направятся, поезда не ходят. Ольга думает, где бы поесть и найти убежище на ночь, она сильно вымоталась после опаснейшей поездки в Канзас. Опаснейшей и совершенно бесплодной.
Местных средств массовой информации почти не осталось, все важное сейчас происходит в космосе. Посему лунные газеты и новости доступны повсеместно, и Киров скачивает себе в память последний выпуск Лунной Правды. Пропустить раздел политики, пропустить раздел экономики, пропустить очередное выступление Верховного Комиссара, и перейти к спортивной колонке, где поклонники той или иной игры делятся между собой победами и поражениями. Так, вот он, счет в партии между двумя любителями электронного тенниса, первой компьютерной игры в истории. Счет 14 – 21.
- Четырнадцать – двадцать один, Оль. Они нашли ее, нашли раньше Дженны.
Купив пару стаканчиков чая у лоточника, Воронова всматривается в бледный серп, что торчит из пролома в крыше вокзала.
- Хорошо, хоть у кого-то дела идут нормально. Отбей им восемьдесят два – тридцать четыре: мы скатались в Канзас зазря, там ничего не было и нет. Попробуем третью точку.
***
Последний резкий толчок, а затем тишина и невесомость. Их кораблик вышел на расчетную орбиту, и теперь медленно оставляет за кормой лунную зону.
- Еще раз – почему я должна вам помогать? – Ариана принимает из рук Дэна большую чашку кофе со сливками, максимально безразличным тоном интересуясь о перспективах своей судьбы.
- Если честно – то ни почему, мисс Розвуд. Вы нам ничем не обязаны, и если хотите, вольны сойти на берег на следующей остановке, тут недалеко. Неужели мы станем заставлять бедную девушку помогать нам против ее согласия? Неужели, ребят?
Эмили улыбается, товарищи улыбаются в ответ. Ариана отвечает короткой усмешкой.
- Шутники вы, молодые люди, хохмачи. Вам ведь и принуждать не надо. Достаточно высадить меня…
- Да, высадить вас и затем, внезапно, узнать в вас эту особу с листовки. Награду, конечно, мы не получим, но моральное удовлетворение будет целиком на нашей стороне. Помощь в розыске опасного преступника – почетная обязанность каждого честного гражданина.
- Вы такие же честные, как я преступник. Я не преступник. По крайней мере, для вас. Вам я ничего не сделала!
- А мы разве спорим…
Отставив в сторону чашку, марсианка продолжает уже без улыбок.
- Игры кончились, Розвуд. Вы ловко прятались, необычайно ловко, и мне пришлось потратить целую неделю, чтобы вас найти. Неделя здесь и чертовы двенадцать лет в этом вашем игрушечном средневековье, в дешевом балагане с принцессами, эльфами и драконами. А я ненавижу фэнтези, честно признаться, с детства терпеть не могла средневековье, и просто на дух не переносила исторические романы. А по вашей милости я провела в таком низкопробном романчике очень долго, да еще и начинать пришлось с низового уровня. И ради чего – ради одного-единственного разговора с врагом Дженны Донован. Вы ведь ее личный враг, не так ли? Вы ведь не от нас – вы от нее прятались. Так вот, расскажите, как вы получили почетный статус ее врага и как, обладая им, умудрились до сих пор остаться в живых и на свободе, нам очень интересно будет послушать.
- Ну, что ж, - Ариана еще раз оглядывает всех присутствующих, словно оценивает еще одну возможность побега. А затем поворачивается к Дэну.
- Ну, что ж, для начала угостите даму коньяком и сигаретой, молодой человек. А то в этом моем фэнтези я немного соскучилась по таким простым радостям жизни. Итак, вы знаете о черном списке, не так ли? И раз уж вы пришли за мной, значит, других номеров не осталось?
- Верно. Никого больше не осталось, Комиссар достала всех. Кроме вас.
- Вот свезло так свезло. Слушайте, а где же вы достали черный список? Ну ладно, это больше не важно, - приняв бокал коньяка и осушив его одним залпом, блондинка с видимым наслаждением закуривает. – Знаете, а я ведь раньше не курила. Но потом встретилась с одним человеком и подхватила от нее эту дурную привычку. Она тоже очень любит курить и пить неразбавленный медицинский спирт, больше ей ничего не требовалось.
- Вы встречались с Дженной?
- О да, имела честь. Очень давно и очень далеко отсюда. Скорее всего, еще до вашего рождения, молодые люди.
- Как интересно и как интригующе. И при каких обстоятельствах произошла ваша встреча?
- Да так, ничего особенного. Просто несколько девушек встретились и начали поддерживать приятельские отношения. Ну а чем еще заняться в психушке?
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 13
ДЕВА И ЗЕРКАЛО
- Ага, теперь точно, - Андрей подтверждает прогноз погоды, сверив спутниковые данные со старинным бронзовым барометром. – Нас может ждать не самый слабый шторм посреди пустыни, с порывами до тридцати метров в секунду, а то и больше. И все веселье начнется уже совсем скоро, самое большее восемьдесят минут.
Крайне редко посещая родную планету, Ольга плохо знакома с особенностями местного климата, а Андрей вообще никогда не сталкивался ни с чем подобным. Приученные бояться всесильной поступи Сына Грома, они перестали обращать внимание и вовсе забыли об остальных погодных явлениях, обычных и чрезвычайных. Таких, как надвигающийся с востока ураган, что намеревается преградить им дорогу на юг. Самый обычный ураган, кажущийся смехотворно слабым и несущественным по сравнению с Грондом. И все же, вполне способным прервать путешествие самым решительным образом, ибо их летательный аппарат неспособен эффективно действовать при силе ветра выше двадцати пяти метров в секунду.
- Ну, подруга, какие твои выводы? Пришпорим нашего пилигрима, чтобы проскочить полосу урагана?
Напарница отрицательно качает головой. В их прежних совместных миссиях Киров всегда выполнял функцию пилота, а она была инженером. Сейчас их роли вынужденно меняются, ибо у девушки значительно больше опыта в путешествиях по третьей планете от солнца. И теперь этот скромный опыт подсказывает, что проскочить полосу штормовой погоды не удастся.
- Нам не хватит скорости, особенно с учетом того, что третий движок по-прежнему барахлит. А боковой ветер будет тормозить нас все сильней и сильней. Нет, так мы точно влипнем в историю: впереди равнина, и там прятаться будет негде. Надо тормозить и искать укрытие, пока есть время, попробуем переждать непогоду.
- Есть идеи, где именно?
Быстрый взгляд на триста шестьдесят градусов, плюс картинка с радаров дальнего и ближнего действия. Скотт Пилигрим сейчас идет над низкими горами и может попробовать нырнуть на дно одного из ущелий. Но внимание Ольги привлекает серая стена древней гидроэлектростанции.
- Давай-ка попробуем вон там, у плотины: зависнем над рекой, сбросим якоря и продуем большую часть цистерн настежь, чтобы не унесло ветром.
- Можно и так, но мне не нравятся вон те постройки, мы там можем оказаться не одни, - Киров указывает на сборные пластиковые домики, что лепятся к подножью серой стены. Они уже встречали подобные полосатые коробки во множестве мест, такие выдавали беженцам. Домики выглядят старыми и порушенными, инфракрасный приемник показывает полное отсутствие источников тепла, движения на объекте не наблюдается. И все же…
- Сбрось пару дронов для начала, ну а я пойду прогуляюсь, - Андрей ласково треплет Ольгу по плечу, а затем берет автомат и идет в кормовой отсек, чтобы спуститься по невесомому тросу и заняться своим любимым делом – пешей разведкой. Все правильно, вот так они и едут вперед, на самый юг, чередуя неторопливое путешествие на дирижабле и вылазки на своих двоих.
***
- С чего начать? Ну, начнем с того, что каждому надо на что-то жить, надо чем-то существовать и где-то работать, что не просто в нынешней экономической ситуации. Вот я и зарабатывала, как умела, делала деньги на конфликтах и противоречиях между людьми, ибо этот бизнес, на мой взгляд, никогда не выйдет из моды. Я про конфликты все знаю с детства: у меня папа – еврей, а мама – палестинка. А коль скоро папа служил в разведке, пускай и не сделал большого чина, то и я пошла по его стопам. Но быстро поняла, что на государевой службе больших денег не поднять, и стала частным подрядчиком. Разная была работа на разных людей Земли и космоса, но вот один контракт запомнился особо…
Ариана принимает второй бокал коньяка, и, как и первый, осушает его одним залпом, проигнорировав общепринятые манеры.
- Вы, молодые люди, наверное, слышали про госпожу Викторию Линкольн? Когда-то всесильную, а ныне покойную, одну из девяти президентов корпорации Сверхновая, ныне несуществующей. Так вот тогда, в семидесятые я пару раз неплохо справилась с ее поручениями, хотя поначалу и не знала, на кого именно работаю, все оформлялось через посредников. И вот после третьего успешного контракта, госпожа президент соизволила лично встретиться со мной, чтобы подписать на четвертую работу.
Ариана рассказывает про дела давно минувших дней спокойно и сосредоточенно, не пытаясь обмануть своих собеседников, ибо она отлично знает, что обмануть невозможно. Более того, она не просто говорит, а еще и показывает, как именно произошли интересующие их события, ибо почти всю свою жизнь бывшая майор разведки носит импланты, запоминающие абсолютно все, что видела и слышала хозяйка. И сейчас старая запись во всех подробностях показывает её первую встречу с всесильной Викторией Линкольн.
- Итак, мы встретились и коротко поговорили о разных девичьих делах. А затем она предложила мне работу, одно очень интересное задание. Надо внедриться на особо охраняемый объект, стать там своей. Но не так, как раньше, стать своей я должна была не во вражеской террористической группировке или в конкурирующей компании. Я должна была внедриться в медицинское учреждение закрытого типа. Частная психиатрическая лечебница имени Айн Рэнд.
- Клиника АР?
- Да, все верно. Если кто не в курсе, это была самая дорогая, охраняемая и секретная психушка в мире, ибо там высшие круги корпорации Сверхновая имели обыкновение лечить своих родственников. Всех тех, кто спятил по той или иной причине. Наркоманы, зависимые от виртуальной реальности, серийные убийцы и прочие интересные личности. Вас никогда не заботил тот факт, что среди властных и влиятельных персон процент психических отклонений ненормально высок? Впрочем, неважно…
Картинка из глаз Арианы демонстрирует им некое административное заведение без всякой вывески.
- Да, вот оно, на окраине Чикаго, у самого озера. Разумеется, уровень секретности и охраны необычайно высок, ибо никто из боссов не хотел, чтобы окружающие знали, что у любимого сына или дочки поехала крыша. А еще, клиника АР использовалась как место длительного удержания нежелательных персон, таких как лишние наследники или внебрачные дети. Этих несчастных там не убивали, что было бы слишком просто. Их, как бы сказать, переформатировали под определенные нужды. Заставляли забыть одно и вспомнить другое, во что потребуется поверить. Мозги там промывали на высшем уровне, это была специализация клинки АР еще со времен программы MK Ultra.
- А теперь – самое главное. Госпожа Виктория вызвала меня и предложила внедриться в клинику под видом пациента. Внедриться и вести пристальное наблюдение за другим пациентом женского крыла. Вести каждый ее шаг, слушать каждое слово.
- И этим другим была Дженна Донован?
- Да, представьте себе. Только вот, я еще не знала тогда, что предо мной маленькая мисс Донован, дочка другого президента. Там же секретность, каждый пациент заезжал в клинику под фальшивым именем. А у нее фальшивым было не только имя, но и лицо и фигура. Вот как выглядела товарищ Верховный Комиссар в те славные годы. Красотка, не правда ли?
Бледная девушка среднего роста с короткими черными волосами. На серой больничной пижаме шеврон с именем – Марион. Девушка растерянно смотрит в камеру. Растерянно и немного испуганно.
- К сожалению, это единственный кадр, записей из самой клиники у меня нет, перед заселением пришлось избавиться от имплантов. Фото из архива Линкольн, единственное, что удалось сохранить, так что дальше вам придется верить мне на слово. Так вот, сия милая миниатюрная француженка – мадмуазель Марион, так она проходила в учетной карточке. Марион из Лиона, доставлена в клинику с диагнозом паранойя. И да, это молоденькая Дженна Донован, и пускай у меня нет доказательств, я готова поклясться могилами всех своих еврейских и арабских предков. Дженна содержалась в психушке почти десять лет…
***
Ни сброшенные якоря, ни продутые цистерны с гелием – ничего не помогает и мотает их кораблик изрядно. Бесконечная стена урагана закрывает все вокруг непроницаемой серо-желтой пеленой, заполнившей весь мир странным оркестром тоскливых и протяжных звуков. Трещат тонкие стены и крыши брошенных домиков, искривленные деревья склоняются к каменистой земле, вода из переполненного водохранилища переваливается через гребень плотины.
Внутри дирижабля как в маленькой лодке, попавшей в штормовое море: Скотт Пилигрим раскачивается налево и направо, и вместе с ним раскачиваются два его пассажира. Впрочем, они уже привыкли к этим неудобствам и лишь крепче сжимают высокие термосы с кофе. Все равно, так проще, чем пересекать пустынную равнину на своих двоих.
- Ураган начнет стихать через два часа, через пять скорость ветра упадет до приемлемого значения. А затем сразу поднимаем в воздух нашу посудину и летим дальше, оболочку будем чинить уже по дороге, - задумчиво цедит Ольга, изучая маршрут.
- Есть какие-нибудь препятствия впереди?
- Не должно быть, если не налетим на еще одну полосу плохой погоды. Впереди только равнины и горы, где мы никого не встретим, разве что байкерские банды. Но они нас даже не заметят, так что раз в кои-то обойдемся без фейерверка.
- Даже здесь? – Палец Андрея указывает на ту часть карты, что закрашена красно-черными штрихами с пометками «Запретная Зона».
- Вполне вероятно, очень хотелось бы. В конце концов, нашего Скотти для того и строили – для скрытого проникновения в разные закрытые зоны и прочие интересные места.
Действительно, этот крупный военный дирижабль строился когда-то давно именно с целью скрытного проникновения. Летать в тыл противника, вести наблюдение, высаживать и эвакуировать десантные группы, и вообще делать все необходимое без шума и пыли. Так они и использовались до тех пор, пока не были списаны со службы и переведены в режим консервации. На одном из таких складов, изрядно порушенном и разграбленном, напарники отыскали старый воздушный корабль, когда возвращались из неудачной поездки в Канзас. Осмотр на месте показал, что дирижабль еще способен подняться в небо, посему следующие пять дней они потихоньку реставрировали старую машину, дав ей собственное имя в честь древнего мифического героя. И вот теперь Скотт Пилигрим несет их все дальше на юг, позволяя скрытно преодолеть весь бывший штат Нью-Мексико и достигнуть точки выброса номер три. И, по совместительству, загадочной запретной зоны 79, давней незаживающей раны, что поглотила в свое время целый город.
***
- Так просто туда не попасть, только подготовка заняла полгода. Представляете, на что пришлось пойти, чтобы получить прописку в клинике АР? Вот и я стараюсь об этом вспоминать как можно реже. И все же, Линкольн удалось устроить меня в женском отделении. Я заселилась, мне назначили весьма неприятный курс лечения и позволили посещать общие территории. Позволили говорить с другими девочками. В том числе и с Марион.
- Значит, вы были вместе какое-то время. А зачем она вообще была нужна Линкольн? Ваш босс что-то поясняла на сей счет?
Шпионка вздыхает, словно учительница перед стайкой нерадивых учеников.
- Ага, мисс президент раскрыла мне все свои секреты. А потом предложила выйти замуж за младшего сына. Господи, ну, конечно же, нет! Кто такая эта Марион, как она оказалась в клинике, сколько уже там находиться, кто ее родители, почему я должна следить за ней – ничего объяснять не стали. А я не спрашивала, в моем бизнесе знание причин вредно для здоровья. Мое дело смотреть. И я смотрела.
- Долго?
- Да, почти весь семьдесят девятый год. Там нельзя было торопить события.
Став частью странного мира закрытой клиники, Ариана выполняла свое задание с неторопливостью паучихи, плетущей сеть. Тщательно выстраивая линию поведения и заранее взвешивая каждое слово, шпионка очень медленно сокращала дистанцию и налаживала первые, осторожные контакты с девушкой, охваченной паранойей.
- Для начала скажу, что она не была больной. В конце концов, перед отправкой в АР меня здорово натаскали по части психических заболеваний, и я кое-что кое в чем понимала. Посему в первом своем сообщении я подтвердила Линкольн ее предположение – Марион не страдает психическими заболеваниями, по крайней мере, не больше чем любой из нас. Диагноз не более чем ширма, что позволяет упрятать девочку в клинику и держать там неограниченно долго. Ее там не лечили. А потом я сообщила о своем втором открытии – Марион оказалась Измененной. Забавно, не правда ли?
Да, этот момент может особенно повеселить детей Королевы Ос. Они все Измененные, равно как их мать, абсолютно необходимая деталь в трудной и опасной работе. Необходимая и доступная каждому за хорошую плату, ничего особенного в наши дни. Но в конце семидесятых полная реконструкция организма еще была редкостью. И особенно странным было встретить Измененную в частной психиатрической клинике.
- У меня самой уже тогда были импланты, но о полной биологической реконструкции речи еще не шло. Да и с Измененными я встречалась до того всего пару раз, ибо редко бывала в космосе. Тогда это были усиленные солдаты. А тут вдруг молоденькая девушка, которую превратили непонятно во что неизвестно зачем. А потом заперли в дурдоме.
Незаметно взяв блокнот, Зита делает быстрые наброски, словно художник в старинном суде.
- Вот так?
- Да, похоже, немного, - Ариана внимательно оценивает рисунок, внеся пару правок. – Действительно, похоже на Марион, какой я ее запомнила.
- То, что она Измененная как-то проявляло себя?
- Не особо. Поначалу никаких экстраординарных способностей за ней я не видела. Просто она никогда ничего не ест. И не пьет. За исключением медицинского спирта, он для нее все равно, что бензин для старинного мотора, Марион глушила его литрами, совершенно не пьянея. И еще эти чертовы безумно крепкие русские папиросы. Обычно, в подобной клинике вы не найдете алкоголя и сигарет, но для нее начальство делало исключения. Никотин и спирт, так Марион и существовала. И вот как мне пришлось начать курить – я однажды попросила у нее папиросу, чтобы стать чуть поближе. Она не отказала. Дальше мы курили вместе.
- А другие?
- Другие девочки с ней не особо общались, даже буйные держались стороной. Они, конечно, все были психованными, но не настолько психованными.
- Почему? Боялись Марион?
- Да, страх был. Но они боялись не Марион, ибо до поры, она ни к кому и никогда не проявляла агрессивности. Они боялись того, что в клинике делают с Марион. Боялись оказаться на ее месте. И вот здесь начинается самое интересное.
Спустя два месяца после заселения в палату, Ариана смогла еще раз связаться с Линкольн, и изложить суть своего необычайного открытия. К тому моменту она уже хорошо понимала, что начальница беспокоится не зря.
- Я не знаю, как именно Линкольн узнала про Марион. Но она начала подозревать, что ее конкуренты планируют как-то использовать эту таинственную девушку. А главным конкурентом Виктории Линкольн был господин Донован и его друзья. Тайная война между двумя семьями президентов шла уже давно, и каждый старался найти козырь против конкурента. Линкольн боялась, что Марион станет таким козырем. И, видит бог, не ошиблась.
- Поначалу, когда я выяснила, что девчонка Измененная, мы думали, что из нее готовят убийцу. Ликвидатора, который в нужный момент нанесет удар по семье или бизнесу Линкольн. У нас были основания так думать – над девушкой регулярно проводили какие-то эксперименты в закрытом крыле. Но время шло, один эксперимент сменялся другим, а Марион все еще не выпускали на свободу, и я терялась в догадках почему. Все стало казаться слишком сложным для обычного покушения, уж я-то знаю толк в покушениях. А затем, совершенно случайно, я узнала правду.
- Марион никто и никогда не лечил, ибо она не была больна. Но и наращиванием ее сил они не занимались. Ее поместили в клинику по другой причине. Ее там допрашивали. День за днем, месяц за месяцем, год за годом. Уводили в закрытое крыло на наших глазах и там задавали некие вопросы, раз за разом. И знаете что? Это делал ее папа. Мистер Пирпойнт Донован поместил свою дочку в клинику, потому что очень хотел узнать что-то, что знает или может знать она. И задавая свои вопросы, он не стеснялся в выборе методов, когда его не удовлетворяли ответы. В клинике АР юную мисс Дженну пытали много лет подряд.
***
- Так, успокаивается…
- Ага, быстрее, чем я думала, - Ольга подводит итог эксперимента, не сводя глаз с бескрайнего зеркального моря. – Вот уже и последние круги прекратились.
Действительно, зеркало удовлетворенно успокаивается, без остатка проглотив очередную добычу. Еще минута, и всякое волнение стихает: перед ними снова идеально гладкая поверхность. Безмятежное море цвета меди, идеальное отражение безоблачного синего неба и белого солнца в зените. Тишина.
- Там еще может упасть… и вон там тоже.
Электронный бинокль находит новые слабые точки. Ураган, что заставил их прекратить полет и спешно искать укрытие, этот ураган прошел и здесь, над объектом 79. Естественно, он не мог причинить вреда зеркальному морю, и не причинил. Но порывы ветра снова подвергли испытанию брошенную городскую инфраструктуру, и часть конструкций не выдержала. В том числе и огромный рекламный щит, призывающий употреблять давно вышедший из моды синтетический наркотик. Щит сорвало с кронштейна, и дальше он висел на проводах, которые постепенно сдавались под его весом. И когда Скотт Пилигрим поднялся над горизонтом, они сдались окончательно, и щит рухнул в зеркальное море, дав путешественникам возможность своими глазами увидеть необычное зрелище.
Многотонная конструкция не ушла на дно, не скрылась под волнами. Щит просто исчез, едва коснулся безмятежной зеркальной глади толщиной в один миллиметр. Проглотив и мгновенно переработав новую добычу, зеркало ненадолго пошло кругами, но вскоре успокоилось – переваривание закончено. Настало время отдыха, когда надо оставаться под солнцем и насыщаться теплом в ожидании долгой и холодной ночи.
- Слушай, а почему оно разрушило только часть зданий, но не все?
- Чтобы повалить такие небоскребы, надо много работать, а эта штука не любит двигаться без нужды. Кроме того, металла в них мало, а прочный бетон капле не особо интересен, она его не ест, пластик тоже. Она металл любит, очень любит…
Здесь, на границе запретной зоны им не виден весь объект семьдесят девять: чтобы понять масштаб бедствия надо подняться высоко в воздух и окинуть взглядом бесконечное зеркало. Пятьсот пятьдесят квадратных миль площадью, двадцать шесть с половиной американских миль диаметром – идеальная окружность, занимаемая всепожирающим зеркалом. И если когда-то давно на Марсе старшина дралась с крошечной каплей, то здесь перед ней настоящий океан. Такой же смертоносный и голодный.
- Удивительно, как вообще эта штука не пожрала всю планету…
- Дуракам везет.
Конец света в лабораторном комплексе номер семьдесят девять случился за четыре года до рождения Сына Грома. Здесь, посреди пустыни раскинулся уютный научный городок, где тысячи высококлассных специалистов ковали Сверхновой ее промышленную и военную мощь. В том числе разрабатывали и новые модели наноразрушителей, способных справиться с любым врагом, просто разобрав его на части.
Нельзя сказать, что организаторы объекта халатно относились к вопросам безопасности, они хорошо понимали, с какой опасной субстанцией имеют дело. Именно данное понимание не позволило локальной катастрофе превратиться в глобальный Армагеддон, когда один из подопытных образцов вырвался на свободу. Многорядное лучевое заграждение не пропустило медную каплю наружу, но внутри громадного комплекса каплей стало абсолютно все, что сделано из столь любимого ей металла. А все, что не сделано, в том числе и людей, зеркало просто растворяло мгновенным прикосновением, так что спасательную операцию проводить не стали, уже через час после утечки спасать было некого.
Убедившись, что капля не может выбраться из загона, военные и ученые принялись думать, как именно ее убить. Ситуация осложнялась тем, что медное зеркало неуязвимо для большинства видов оружия, и стрелять по нему только делать его сильнее. Как и Антонина, они решили ждать энергетического истощения капли, однако на Земле данный план работал хуже, чем на Марсе: под ярким южным солнцем медное зеркало имело неограниченный источник подзарядки. Поначалу каплю морили голодом, затягивая небо над ней непроницаемо черным дымом, а потом собрались построить капитальный белый экран, который навсегда отрежет ее от солнечных лучей. Но строительство затянулось, финансирование несколько раз урезали, а потом пришел Гронд, и об этой мелкой неприятности все забыли, предоставив зеркалу возможность и дальше принимать солнечные ванны.
- Там…
Ольга указывает на высокую часовую башню, механические часы которой продолжают показывать точное время. Башня стоит посреди бывшей городской площади, протянув густую длинную тень в лучах заходящего солнца. В тени ничего нет, кроме обычного асфальта – капля не любит тени, не пересекает их границы. И сейчас, когда солнце продолжает свой путь к низким горам, и тень башни чертит широкий полукруг, медное море расступается перед ней, не желая терять ни единой калории тепла.
- Красиво.
- И чертовски опасно. Человека эта штука разбирает на части секунды за три, я видела. Хорошо еще, ночи ждать уже недолго.
Солнце все ниже, тени все гуще, освещенных участков все меньше. Капля движется, уходя из ненавистных ей темных мест, и все больше собираясь на площадях и широких улицах.
- Она все уходит под землю?
- Думаю что да, зачем оставаться ночью на поверхности, тут ведь холодно будет. Затекает в туннели метро, канализацию и газгольдеры, и ждет там до рассвета. Вон, глянь…
Отдавая все новые участки мертвого города, капля обнажает груды синтетической одежды, в беспорядке раскиданной на улицах. Военная форма, лабораторные комбинезоны, костюмы и вечерние платья – все, что осталось от жителей зоны 79, все, что пришлось не по вкусу наноразрушителю.
- Пять минут.
Еще пять минут небо будет дарить бесплатный источник энергии, еще пять минут, чтобы насытиться, а затем утечь обратно под землю. Капля решает воспользоваться этим временем, и идет на определенные траты ради большей выгоды. Она перестает быть гладким тонким зеркалом, и формирует высокий экран в форме опрокинутой пирамиды, чтобы уловить медной стеной последние лучи уходящего света.
- Вон еще один. И еще.
Опрокинутые пирамиды высятся тут и там, и Ольге строительство эти конструкции напоминает последний забег к холодильнику перед сном. Ничего, скоро крышка холодильника захлопнется.
- Еще три, две, одна…
Ноль. Верхушки пирамид больше не озарены закатным огнем, и капля считает нецелесообразным тянуть их еще выше, расходы превысят доходы. Невесомые конструкции рассыпаются в доли секунды, и капля снова становится каплей, становиться зеркалом. Зеркалом, что стремительно затекает в распахнутые зевы канализационных люков и станций метро, спасаясь от вечерней прохлады.
Через минуту все кончено – перед ними снова лежит мертвый и разрушенный город, и только ветер ворошит груды одежды на мостовой. Подхватив крупные куски пластика, последние струйки жидкой меди заделывают ими черные провалы люков – день окончен.
- Так, ждем еще час, пока тут все окончательно остынет. И уже тогда выдвигаемся.
Запустив в темнеющее небо дрон, Ольга осматривает в ночные прицелы плоскую верхушку горы, что выситься посреди запретной зоны. Им как раз туда.
***
- Честно признаться, когда я узнала правду, мне даже стало ее жаль. Не поймите неправильно, я не против пыток, абсолютно незаменимый инструмент во время напряженного допроса. Но эти меры должны иметь смысл, логику. А в том, что делали с Марион, я логики не видела. Понимаете, ее спрашивали об одном и том же раз за разом. А она ведь все уже рассказала, не было необходимости повторять процедуры. А их все повторяли и повторяли.
- Ну, может быть, она рассказала не все, что они хотели знать? Утаила часть данных, скрыла что-то, солгала где-то. Разве так не могло быть? Вот и смысл в повторении вопросов, - задумчиво бубнит Эмили, внимательно изучая новую серию набросков. Она не опечалена тем фактом, что Дженна подвергалась многолетним психологическим пыткам, которыми руководил ее собственный отец. Она пытается понять смысл данного действия.
- Марион что-то утаила на допросах? Не смешите! Я же понимаю в такой работе, мне и самой доводилось допрашивать с применением специальных средств. И я хорошо знаю, что никто не выдержит такой серии пыток. Особенно в клинике АР, где методику разрабатывали больше сотни лет. Там могли ломать даже Измененных. И Марион – они ее тоже сломали, несомненно.
- К ней не применяли понятных и простых инструментов, таких как иглы или электрошок. Не имеет смысла, она же совершенно нечувствительна к физической боли. С ней работали более изощренным образом, они пытали ее разум. И каким бы сильным ты ни был, то все равно, рано или поздно расколешься. Со второго, или с третьего, или с десятого раза. А Дженну – Дженну пытали сотни раз подряд. Даже удивительно, что от нее хоть что-то еще осталось к тому моменту.
- Значит, вы уверены, что она рассказала им все, что знает? Все, что отец и партнеры хотели услышать.
- Да. Готова поставить на этот факт весь свой опыт и свою карьеру. Марион рассказали абсолютно все, причем давно и сразу. Но ее отцу и его партнерам – им этого было мало. Они продолжали думать, что Дженна скрывает что-то. И приказывали продолжать.
Незаметно от Арианы общаясь по внутренней сети, дети Королевы выдвигают самые разнообразные предположения, что именно отец так хотел узнать от дочки. Все может быть правдой, все может быть ошибкой, и ничего нельзя доказать наверняка. Дальше гадать на кофейной гуще бессмысленно, и Винсент продолжает.
- Вы видели старика Донована в клинике?
- Нет, разумеется. Он там никогда не появлялся, все делалось через исполнителей среднего звена. Я бы о нем вообще не узнала, факт участия президента вскрыла Линкольн. И мы по-прежнему не знали, что Марион его дочь.
- Ясно. А что было потом?
- Потом? Потом случилось нечто совершенно неожиданное. Марион влюбилась.
***
- Кажется, удача на нашей стороне – в ближайшие трое суток сильного ветра не ожидается. С другой стороны, никаких, даже самых маленьких облаков не будет, так что наша капелька хорошо подкормиться…
- Да она и так не голодает, - Ольга задумчиво смотрит по сторонам, пытаясь отыскать внизу хоть какое-то движение. Без толку, только легкий ночной ветер ворошит пустую одежду. Говорят, что крысы и тараканы выживут в любой ситуации, но тот, кто так говорит, никогда не видел наноразрушителя. В его городе не выжил никто. Никто, кроме тех немногих, что успели добежать до высокой горы с плоской вершиной, где был единственный пункт эвакуации. Единственное место, где медная капля не властна, ибо армейские роботы щедро засеяли окрестности горы мощными лучевыми пушками, сжигающими наномашины жестким излучением. Маленький остров посреди смертельного моря, где можно ненадолго спастись от хищной капли, чтобы затем гарантированно погибнуть от лучевой болезни.
- Самый малый вперед.
Скотт Пилигрим ползет по ночному небу со скоростью пешехода, едва не цепляясь невидимым брюхом за верхушки покосившихся небоскребов. Им надо успеть прибыть на точку до рассвета, а быстрее лететь нельзя, ибо в районе горы по-прежнему функционируют системы противовоздушной обороны, что грозят спалить лазерной плетью любого нарушителя. И хотя Пилигрим невидим для радаров и тепловизоров, они рискуют выдать себя за счет турбулентного потока, неизбежного при быстром движении столь большого объекта. Посему здесь надо сбавить обороты до минимума, и терпеливо ждать, глядя на проплывающие внизу пустые улицы.
- Там жарко, без дураков жарко.
Андрей говорит не об испепеляющем дневном зное, а о другой жаре, невидимой и не ощущаемой поначалу, что исходит от излучателей по периметру зоны безопасности, до которой осталось меньше мили. Здесь потоки гамма-излучения сражаются с медным зеркалом, и одна смерть бьется стенка на стенку с другой, защищая последний рубеж.
- Вон туда, - старшина указывает на купол обсерватории. – Я причалю туда. Готов к ночной прогулке?
***
- У меня не было другого приказа, только продолжать наблюдение. И я наблюдала за тем, как они разрушали Дженну, все происходило на моих глазах. Эксперименты, а точнее, допросы, продолжались, и с каждым разом Марион становилось все хуже. У нее не было ран, но разрушение ее личности становилось все более заметным, и я гадала, когда же ее разум сломается окончательно. А еще я боялась, что она покончит с собой, и сообщила о своих опасениях Линкольн. Но та приказала не вмешиваться.
- А затем случилось нечто неожиданное. У нас появилась новенькая девочка, мисс Энни Смарт. Да-да, та самая дочка главного банкира Сверхновой, вы про нее наверняка слышали. Вот ее действительно лечили, у девушки были очень серьезные проблемы с наркотиками. И так случилось, что она попала к нам.
- Энни была непохожа на других, это страшное место, казалось, совершенно не пугает ее. А еще она одна-единственная не побоялась общаться с Дженной, когда все остальные, даже конченые психопатки и садистки сторонились ее. Марион сразу ей понравилась, они быстро стали подругами. Удивительно, но Энни удалось разговорить ее, раскрыть, подобно цветку, что не удавалось прежде никому, в том числе и мне. Марион впервые обрела друга. А затем и любовницу.
- У них была любовная связь, ну надо же, - немного покраснев от смущения, улыбается Эльза. – Кто бы мог подумать, что Дженне нравятся девушки.
- Энни всем нравилась, характер такой. И это она сделала первый шаг и соблазнила Марион. А та сразу ответила, видимо, ей хотелось попробовать в своей жизни что-то еще, кроме допросов. Не прошло и недели после первой встречи, как девчонки уже оказались в одной постели. Тогда я даже не знала, как реагировать, и что думать. А теперь понимаю, что эта короткая любовь спасла Дженну. Впервые в жизни несчастная девчонка встретила кого-то, кто обошелся с ней по-человечески, ничего не прося взамен. И встреча с Энни зарядила ее новой силой, что позволила не сломаться и дальше. Сейчас даже страшно о таком помыслить, но у Дженны Донован когда-то и вправду был любимый человек, с которой она была счастлива, пускай недолго. А потом все кончилось.
***
- Так, повернись, хорошо, еще разок…
Всегда приятно и полезно принять душ после тяжелого рабочего дня. А после такой смены еще и абсолютно необходимо, чтоб сбить горячей мыльной водой горячую радиоактивную пыль и хоть немного понизить уровень внутри обитаемого отсека. Посему Ольга не жалеет драгоценную воду и йодный раствор, вручную устроив напарнику банный день.
- Ну, вот так уже немного лучше.
- Спасибо.
Скинув тяжелый костюм в дезактивационную камеру, Андрей идет в их крошечную каюту, оставляя за собой четко уловимый след заряженных частиц. Идет, чтоб упасть в узкое кресло второго пилота, вытянуть ноги и принять у Ольги стакан синтетического сока и пяток разноцветных таблеток. Он очень устал и неважно выглядит, что неудивительно после многочасового поиска на руинах лаборатории. Даже в тяжелом защитном костюме дозу напарник схватил огромную, ему точно потребуется лечение от лучовки. Но лечение будет потом, а сейчас надо возвращаться обратно, туда, где обычный человек не проживет и часа на верхушке плоской горы, что возвышается над медным зеркалом.
- Что думаешь?
- Думаю, надо продолжать, надо еще пару раз туда спуститься. Нахватаемся радиации полные штанишки, но оно того стоит. Вот, смотри…
Киров передает особо прочную записывающую кассету, его бледные пальцы слегка дрожат. На верхушке горы связь работает отвратительно, и Ольга из кабины дирижабля не могла видеть всего, что видят его глаза и камеры, особенно когда напарник углубился в руины громадного лабораторного комплекса. Так что только по старинке, через защищенную кассету и проигрыватель.
- Вот они, какие-то крупные обломки извне, а не последствия взрыва. Видишь, какая дыра в крыше, как загнуты края – там что-то упало сверху. Это наш друг постарался.
Два месяца назад проходя мимо запретной зоны, Гронд в очередной раз показал свой непредсказуемый характер, швырнув в южном направлении десяток крупных фрагментов различных неопознанных конструкций. Часть из них упала в медное море на радость ненасытной капле. Упала и тут же была разобрана на атомарном уровне, так что если там была капсула подъемника, то даже Дженна не сможет теперь извлечь архив. Но еще несколько булыжников необычайно точно рухнули на вершину горы, проломив стены и крыши громадного исследовательского комплекса. И там капля не могла их достать, там повсюду радиация.
- Я так и не понял, что это, похоже, обломки нескольких кораблей. Но неважно, лучше взгляни сюда…
Свою главную находку он нашел на последних минутах поиска, когда датчики жизнеобеспечения уже не сигналили, а кричали о чудовищной опасности и требовали немедленного возвращения. На самом краю комплекса, в покосившейся башне рядом с обломками крупного танкера, Киров нашел нечто, что они искали уже очень давно.
- Узнаешь?
- Трос, это же трос!
- Ага, мне тоже так показалось. Но я хотел услышать твое подтверждение, подруга, здесь нужен глаз инженера.
- Я подтверждаю – он. Фрагмент троса орбитального подъемника.
Если бы у старшины была бутылка шампанского в руках, она бы тут же ее открыла, вышвырнув пробку в потолок. Спустя почти месяц бесцельных блужданий по разрушенной Земле им наконец-то улыбнулась удача. Первое явное свидетельство крушения орбитального лифта.
- Обрывок небольшой, не больше пяти метров. Где остальное – ума не приложу, здорово все намешано и куча подземных этажей до самого дна горы. Но трофей может быть там, по-настоящему может.
- Может, может…
Ольга бросает быстрый взгляд на заходящее солнце, а затем обращается к раненому напарнику.
- Андрюх, ты как? Справишься без моей помощи? Сможешь держать Скотта над точкой?
- Да, смогу. Хочешь сама повторить?
- Не имею ни малейшего желания. А придется, - тяжело вздохнув, девушка решительным шагом направляется обратно в шлюзовую камеру. Надо забрать костюм, который все еще лучиться, открыть нижний люк, сбросить десантный трос и снова спуститься в горячую зону. Ее очередь играть с огнем.
***
- Ну, в общем, я сообщила Линкольн о своих подозрениях, что Марион может покончить с собой и задание утратит смысл. Но мой босс взяла паузу, и мне ничего не оставалось, как просто ждать и продолжать наблюдения. Я видела, как Энни и Марион полюбили друг друга, и как Марион училась противостоять допросам, словно став сильнее от своей любви.
- А затем, после долгого молчания, госпожа президент снова вышла на связь. И приказала похитить Марион, вытащить ее живой из клиники.
- Ничего себе. И что было дальше?
- Дальше был хаос. Я ответила, что не справлюсь одна, охрана слишком сильная. Линкольн пообещала подмогу, и слово свое сдержала. Не знаю, как и сколько ей это стоило, но она сумела внедрить в клинику АР еще троих своих оперативников. Двух женщин под видом пациентов, и охранника. Теперь нас было четверо, и мы начали готовиться к операции. По моим планам все должно было сработать четко. Быстро вошли, быстро ушли вместе с Марион, и никто бы не пострадал.
- А как все получилось в реальности?
Ариана умолкает, словно теряет дар речи на какое-то время. Затем продолжает, неотрывно глядя в стальной пол их маленького корабля.
- Столкновения с реальностью мой план не выдержал. До сих пор не представляю, что именно пошло не так, но какое это сейчас имеет значение. Важен только результат, не правда ли? Короче, у нас не получилось похитить Марион. Но у нас получилось убить юную мисс Энни Смарт. Случайно убить, никто этого не хотел. Просто ее голова случайно оказалась на пути моей пули. И Марион все видела.
- А дальше?
- Дальше был ответ мисс Дженны. Ей не понравилось то, что случилось. И мы ей тоже больше не нравились. Вот тогда я увидела, на что способна Измененная, особенно если ее хорошо подтолкнуть. Линкольн подобрала лучших из лучших для операции, диверсанты и ликвидаторы высшего класса. Но Дженна разорвала троих моих напарников у меня на глазах, разорвала на части голыми руками. И это было последнее, что я видела. Ибо затем она вырвала мне глаза.
Ариана снова умолкает, и дети Королевы видят, как беззвучно рыдает безжалостная убийца.
- Я помню, как она это делала, как она сначала сломала мне спину об колено, а затем вырвала глаза один за другим. И как она смеялась. Ничего не говорила, только смеялась, забивая кулаком мои глаза мне же в рот.
- И как же тогда вы остались в живых?
- Охрана спасла, им как-то удалось оттащить Марион. Больше я ее не видела, больше я никого не видела. Думала, все, конец, ибо кому нужна провалившаяся оперативница. Но Линкольн зачем-то забрала меня к себе, вместо того, чтобы просто выбросить на свалку. Меня немного подлечили, сделали новые глаза и снова отправили трудиться в поле, выполнять поручения. Об инциденте в клинике АР больше никто и никогда не вспоминал. И никто и никогда больше не видел Марион, она исчезла. В самом конце две тысячи семьдесят девятого клинику Айн Рэнд закрыли, большая часть персонала была уволена, оставшихся пациентов перевели в другие учреждения. Марион среди них уже не было. Ее выпустили по неизвестной причине, и никто не знал, куда она направилась. Она исчезла.
***
- Короче, надо взрывать. По-другому никак не получиться, - заключает Ольга, снова и снова просматривая записи разведчиков. – Заложим заряды здесь, здесь и вот здесь…
Красный огонек скользит по примерной схеме рухнувшей лаборатории, указывая места наилучшей установки мин.
- И, наверное, еще вот здесь один, чуть поменьше. Взрываем поочередно, с правой стороны. И когда балки рухнут, тогда эта туша сползет на левый борт, и мы получим путь вниз.
Этой тушей оказался корпус морского танкера, что Гронд выловил где-то в Индийском океане. Выловил и крутил внутри своей утробы почти полгода, чтобы затем забросить на вершину плоской горы посреди медного моря. Забросить одним куском, проломившим крышу и стену главного лабораторного комплекса, погребая под своей махиной другие крупные обломки. В том числе и тот, что возможно так нужен им всем.
- Сразу скажу, я не в восторге от твоего предложения, подруга. Ты сама там была и видела, что внутри все на грани обвала, здание ходуном ходит. А теперь мы там еще взрывать будем. Вся хибара может сложиться нам на голову в итоге.
- А ты предлагаешь что-то другое? Резать напрямую, через стену?
Андрей отрицательно качает головой, он помнит эти стены из особо прочного лунного бетона.
- Там все слишком толстое и прочное, с нашими резаками не подступиться.
- Вот именно, товарищ. Резать такую преграду вручную – месяц работы, как минимум. А мы не выдержим здесь этот чертов месяц! Мы и пяти других смен не продержимся, иначе начнем выблевывать собственные внутренности. Ты свой последний анализ крови видел? А мой? Нам надо выбираться отсюда и срочно искать медицинскую помощь, иначе загнемся. Значит, все надо делать быстро, за сутки, не больше. У нас двадцать четыре часа чтобы опрокинуть танкер и подлезть под него. И как весьма неплохой инженер я тебе скажу, что без взрыва ничего у нас не получится. Такие дела, напарник.
Киров берет паузу на размышление, еще раз оглядывая непреодолимую преграду. Старшина тем временем размышляет, сколько понадобиться взрывчатки. Она уверена, что товарищ даст согласие.
- Уболтала, чертовка языкастая. Ладно, давай сюда заряды, давай детонаторы, я пошел.
- Эй, а почему это ты?! - Возмущенный окрик нагоняет Андрея уже у шлюза. – Мой план, мне и делать!
- Ага, план твой. Хороший план от весьма неплохого инженера, может даже сработать, при условии, что его будет выполнять весьма неплохой специалист по динамиту, то бишь, я. А ты будешь сидеть на телефоне, и смотреть, чтобы специалист все сделал правильно.
***
- Восстановившись, я вернулась к привычной работе, выполняла разные поручения для Линкольн и старалась забыть все, что произошло в клинике АР. И так прошло почти пятнадцать лет. А затем, в девяносто третьем, в разгар марсианской войны, госпожа президент снова вызвала меня для приватной беседы. И поставила новое задание – любой ценой добыть компрометирующие материалы на конкурента внутри корпорации. Этим конкурентом была Дженна Донован.
- Напомню, что тогда я ничего о ней не знала. Я не знала, что Дженна содержалась в клинике под фальшивым именем, и не знала, что собственный отец отправил ее туда. Я не знала, что эта странная девушка с рыжими волосами когда-то вырвала мне глаза. Тогда для меня она была… она была никем.
Эмили вспоминает давнюю проигранную войну за родной для нее Марс. Она и Дженна, они обе воевали в той войне, правда, с разных сторон и в разных позициях. Эмили дралась в окопах, тогда как Дженна руководила процессом из самого сердца корпорации. Да еще и спрятавшись за ширму всемогущей Виктории Линкольн.
- Разумеется, все прекрасно помнили о том, как в одну ночь пал могущественный клан Донован. Электра, старшая дочь старика Пирпойнта решила поиграть в экологических террористов и напала на собственность корпорации. Какая-то наглая девчонка, смотритель Высокого Дома, прибила ее вместе со всей бандой, но Дом вышел из строя, а стоил он немерено. Ну, вот тогда остальные президенты начали думать, что делать. И Линкольн первой предложила спросить астрономические убытки с семьи Донован, раз уж их доченька учинила весь этот бардак. А еще спросить за погибших детишек, принцев и принцесс Сверхновой, раз уж Электра повела их за собой в атаку легкой кавалерии. Ну, в итоге с них за все и спросили. Донованы разорились в одно мгновение, старик Пирпойнт не выдержал такого позора, напился вусмерть и слетел с утеса на своем Феррари. Конец истории.
- И все бы хорошо, но внезапно выясняется, что есть еще одна девочка с такой же фамилией. Дженна, сотрудница администрации среднего звена. А на самом деле оперативник Торговой и Таможенной Комиссии, то есть разведчик, моя коллега. И вот на нее мне и поручили собрать компромат.
В этот раз Ариана не была ограничена в применении имплантов, так что она увидела и навсегда запомнила очень многое. Но и ее поиск не дал особенного результата, равно как и у всех остальных.
- Формально, Дженна оставалась младшим исполнителем. Да и денег у нее было в обрез, последние акции пришлось продать в качестве компенсации за Высокий Дом. Папочка мертв, семья опозорена, протекции никто не сделает, карьерные перспективы весьма туманны. И все же, она набирала власть. И какие-то рычаги у нее имелись, ведь Дженна получила доступ на самый верх, и начала вмешиваться в ход ведения марсианской войны. Линкольн такое самоуправство совсем не понравилось, и она попыталась устранить наглую выскочку. И внезапно не смогла этого сделать. Оказывается, сам Председатель благоволил нашей рыжей подруге. Линкольн утверждала, что Дженна делает карьеру через постель и успела трахнуться со всем президентским советом, с каждым господином и госпожой, в том числе запрыгнуть в койку к Айзенбергу. И вышвырнуть ее оттуда никак не удавалось.
- Ну вот, мне и поручили нарыть компромат на юную мисс Дженну, вполне привычная для меня работа. Я приступила к делу, но быстро поняла всю его сложность. Сложно добыть компромат на человека, о котором вообще ничего неизвестно.
По официальной версии, Дженна Донован родилась в две тысячи шестьдесят пятом году. Но никто не видел ее на людях до самого начала две тысячи восьмидесятого, когда она появилась из ниоткуда. Кратчайшая официальная биографическая справка гласила, что все первые пятнадцать лет жизни девушка провела в частном пансионе. Где располагался пансион, и чему её там учили – история умалчивает.
- Да, да, тот самый момент – конец семьдесят девятого, начало восьмидесятого года. Дженна появляется из ниоткуда, и одновременно закрывается клиника АР, следы Марион теряются навсегда. К сожалению, тогда я не догадалась сопоставить два этих события.
- Наступает новый, две тысячи восьмидесятый год. И тогда, в январе месяце, Дженна получает работу в администрации простой секретаршей. Работает пару лет, имеет хорошие отзывы по службе. А затем делает неожиданный ход – устраивается в ТТК. Думаю, это была помощь со стороны отца, его единственная помощь, ибо больше я не находила следов протекции от Пирпойнта, он всегда Электру метил в наследники, и никогда Дженну.
Начало восемьдесят второго. Ольге Вороновой два года, ее начинают готовить в хозяйки Высокого Дома. А Дженна становится оперативницей в Комиссии.
- Следующие десять лет ее карьера была необычайно активна. Все также продолжая числиться в администрации, мисс Донован объездила всю солнечную систему, забираясь даже до транснептуновых объектов. Ее статус постепенно рос, связи тоже росли. К началу девяностых они выросли настолько, что Дженна стала получать указания напрямую из президентского совета. Она стала исполнителем воли больших людей, а это многое значит. Настолько многое, что ходили упорные слухи, что Пирпойнт подумывает о том, что возможно поставил не на ту наследницу, от Электры все равно не было никакого толку. Возможно, именно потому у старшей доченьки мозги и переклинило.
Крах старейшего клана Донован не обрушил карьеру Дженны, поскольку та поспешила самым решительным образом избавиться от всего наследства и сумела закрыть астрономический долг. Этим поступком она очистила свое имя перед остальными президентами и продолжила работу на них. А еще продолжила быть любовницей Председателя, одной из многих.
- В общем, я чувствовала, что провалю задание. Сколько бы ни старалась, не могла найти в ее скудной биографии ничего, чтобы могло угрожать Дженне. А она меж тем становилась все сильнее, тогда как под Линкольн все отчетливее шатался трон, ибо она руководила марсианской войной, а дела на передовой шли из рук вон плохо. И скоро трон рухнул.
Эмили лучше других помнит тот момент. Карьера Линкольн закончилась в тот день, когда провалилось вторжение на Марс и колонисты одержали свою самую большую победу. Она тоже сражалась в той битве, и одно время бывший лейтенант Нортон гордилась тем, что помогла свалить всесильную Линкольн с пьедестала. Пусть малый, но триумф в проигранной войне. Но теперь она больше не гордится. Ибо свалив одного врага, марсиане открывали путь другому.
- Провал интервенции еще только предстояло осознать, а большие шишки уже занялись поисками виновного. В такой ситуации проще все свалить на одного человека, и этим одним стала мой босс. Айзенберг предложил ей уйти в отставку добровольно, и Линкольн пришлось согласиться. А Дженна уже в открытую метила на ее место.
- Виктория тогда призналась мне, что Рыжая ее подставила. Предложила невыгодный план действий, который привел к разгромному поражению. А сама проводила альтернативный вариант, который даровал Сверхновой победу. И вот теперь Линкольн вынуждена бежать, поджав хвост, а Дженна готовится занять ее трон.
Все же, попасть в президентский совет мисс Донован не удалось, остальные президенты воспротивились назначению опасной выскочки, и Айзенберг не стал настаивать. Вместо этого она получила пост начальника Марса, пускай и ненадолго. А тайная война теней продолжалась.
- И вот когда казалось, что все кончено, я нашла неожиданную зацепку. Нашла врача из клиники АР, он прятался под фальшивой личиной на Каллисто. Я помнила его, он руководил закрытым крылом, был начальником лаборатории. Именно он пытал Марион все эти годы.
- Сбежавший мозгоправ рассказал все, хотя мне и пришлось применить к нему его же методики. И вот тут я узнала правду про частный пансион, в котором содержалась Дженна. Я поняла, что она и Марион – один человек. Я узнала, что это ее собственный отец упек дочку в дурдом, и много лет руководил пытками, отчаянно пытаясь вызнать некую правду. Такие дела.
Эмили вспоминает бесславное завершение необъявленного конфликта. Республика пала, а Линкольн теряет свой пост. И скоро все это станет неважным, скоро появиться Гронд.
- Когда Линкольн узнала о моем открытии, она ликовала. Думала, что нашла, наконец, козырь против Дженны. Пускай все узнают, что новый начальник Марса была многолетней клиенткой психиатрической лечебницы.
- Я, однако же, не разделяла ее оптимизм и считала, что моя дорогая начальница хватается за соломинку. Ведь добрый доктор сказал кое-что еще. Он ведь прекрасно помнил, что Пирпойнт не в одиночку посадил дочку в психушку и играл с ней там в гестапо. Оказывается, все это время у него был партнер, который также пристально следил за ходом допросов. Более того, именно старший партнер направлял ход дела, постоянно уточняя вопросы, которые надо спросить у Марион. Спросить у Дженны.
- Айзенберг. Это был Айзенберг, не так ли?
Ариана звонко хлопает в ладоши.
- В точку. Молодой Председатель все время знал кто такая Дженна Донован. Его нельзя было удивить новостями о её прошлом. К сожалению, Линкольн успела поговорить с ним на этот счет, до того как я предупредила ее.
- Дальше вы знаете. Линкольн ушла в отставку, освободив место для Дженны. Она ждала, что Председатель займет ее сторону и вышвырнет психованную девку на мороз, после чего она совершит свое триумфальное возвращение. Но вместо триумфа Линкольн дождалась кровоизлияния в мозг – Дженна начала играть на опережение, она уже обо всем знала.
В хаосе рождения Сына Грома никто не заметил молниеносную серию убийств и несчастных случаев, прокатившихся по всей солнечной системе.
- Все, кто хоть что-то знал – всех замочили. Добрый доктор не зря прятался в глубоком космосе, ибо Дженна начала свою охоту раньше меня. К тому моменту он был последним из персонала клиник АР, кто еще был жив, всех остальных она уже выследила. Равно как и пациентов, и вообще каждого, кто хоть раз видел Марион.
- Убрав Линкольн, она вышла на мой след, и вот тут я словно попала на сковородку. Всех моих людей пустили в расход, доктора тоже нашли. Нашли до того, как он продал мне свой архив, где были записи допросов Марион. Я так и не узнала, что именно Донован и Айзенберг хотели выпытать у девчонки, а на поиск архива времени уже не оставалось, пришлось бежать. Дженна быстро состряпала мне обвинение в нескольких убийствах и государственной измене, а потом назначила огромную награду за мою голову, подключив к делу своих друзей из Тартара. При этом поставив жесткое условие – меня должны были брать живой, так, чтобы она могла поговорить со мной лично. Она ведь тоже узнала правду. Достав доктора и побеседовав с ним, Дженна узнала, что это я была в клинике в тот год, он выдал мою фальшивую личность. Так что теперь мисс Донован охотилась на меня непросто потому, что я знаю ее секрет. Она охотится на убийцу своей любимой…
***
- Ложись!
Первый взрыв, не особо эффектный на вид – негромкий хлопок и короткая вспышка. Затем второй, третий, и еще через секунду четвертый, особенно сильный. Многократно умноженная взрывная волна сотрясает лабораторный комплекс до искореженного фундамента, стены и крыша ходят ходуном под ногами Андрея, оставляя ему всего секунду, чтобы заскочить обратно на трос, если здание не выдержит и начнет складываться. Но все же небоскреб устоял, он изначально был очень прочным. А затем внутри начинает что-то двигаться.
- Пошел, он пошел!
Ольга торжествует, глядя, как величественно сползает на левый борт туша танкера, намертво засевшая внутри комплекса. Громадные винты и перо руля смешаются, по мере того как корабль давит пробитые взрывом стены и все больше опрокидывается набок.
- Вот так!
Рукотворный обвал закончен, теперь надо ждать еще пару минут, пока рассесться густая бетонная пыль. А затем инфракрасные камеры подтверждают ее навык – теперь они смогут пробраться под днище корабля и начать внимательно обследовать подвалы лаборатории. Если нужный им объект вообще был выброшен Грондом в третьей точке, то он должен быть там.
- Я вниз.
Проглотив еще пару таблеток на дорогу, Андрей скользит по тросу внутрь разбитого небоскреба. Ольга сопровождает его из кабины дирижабля, попутно оценивая обстановку вокруг. Солнце зашло семь минут назад, и последние очаги медной капли убрались обратно в укрытие. На взрывы капля реагировать не стала, слишком коротким и слабым был тепловой выброс.
- Смотри, еще один!
Точно, еще один кусок знакомого троса, сильно больше первого, уходит куда-то вниз, в подвалы. Киров ищет путь туда же, пропуская разведчиков в провалы между искореженными стенами и нависающим днищем танкера. Чудовищная радиация делает малоэффективным дистанционное управление, так что ему приходится орудовать длинным моторным тросом. Стальная змея лезет в провалы, оглядывая все вокруг непроницаемым взглядом инфракрасных камер. И так происходит до тех пор, пока ее взгляд не утыкается в непроницаемое черное озеро громадных размеров.
- Что это? Андрюх, я ничего не вижу, что за черная штука там повсюду?!
- Мазут, его тут целое море. Подтекает из танкера.
- Ну ладно, пускай течет, ищи дальше.
Андрей еще дважды наращивает длину троса, но в первом подвале его поиски безрезультатны – камеры не видят ничего, кроме мазутного моря и бетонных обломков. Магнитометры также не находят крупных металлических объектов, а подъемник был сделан из металла. Так что напарник сворачивает поиски и направляется ко второму подвальному этажу, выискивая места, где можно спустить трос.
- Оль, я что-то слышу…
- Где именно? У меня все чисто.
- Не знаю, где-то здесь, внизу. Кажется, что-то движется где-то совсем рядом.
Воронова еще раз проверяет настройку микрофонов, но она по-прежнему ничего не слышит. Над пустыней спустилась ночь, тонкий месяц светит в небе.
- Может, балки трещат после взрыва? Ты будь там поосторожней…
- Буду. Так, смотри внимательно, я спускаю трос во второй подвал.
Металлическая змея проникает в шесть нижних отсеков один за другим – везде разлитый мазут и обломки лабораторного оборудования вместе с высохшими от радиации мумиями персонала. Но в седьмом отсеке разведчик наконец-то натыкается на что-то заметно большее, чем битая мебель.
- Видишь? Вот здесь дыра в потолке, через которую эта штука влетела сюда. Размер подходящий, масса, на первый взгляд, тоже. И смотри, тут еще кусок нашего троса намотало.
Ольга напряженно вглядывается в груду металлолома на дне подвала, вспоминая очертания подъемника.
- Знаешь, что-то не очень похоже, это может быть еще один малый корабль, все так накручено. Андрей, можешь подобраться ближе, посмотреть с другой стороны, там, где должна быть шлюзовая камера?
- Нет, не получается, трос вышел, я не дотягиваюсь. Надо смотать его обратно, и искать другую дыру, поближе.
- Хорошо, я сейчас тебе еще пару метров подкину…
С большим трудом изготовив еще три метра моторного троса, Ольга сбрасывает его вниз через десантный люк. Упав на пробитую крышу, змея тут же заползает внутрь.
- Больше нет, товарищ.
- Спасибо, должно хватить, сейчас еще раз попробуем. Я… стой!
Ольга и так стоит неподвижно посреди рубки управления, вслушиваясь в происходящее кругом. Теперь она тоже слышит.
- Андрей, уходи, хибара рушится! Беги!
Массив лаборатории под днищем Скотта Пилигрима ходит из стороны в сторону, словно бамбуковый стебель на ветру. Это не землетрясение – внутри громадного здания приходит в движение громадный объект, который окончательно утратил точку опоры.
- Танкер! Это танкер, он опять сдвинулся!
Ольга и сама видит источник разрушения – корма танкера проламывает восточную стену, что нависает над горой. Сначала винты и руль, затем корма, а потом и вся остальная громада океанского корабля, что сползает вниз, сметая все на своем пути и оставляя за собой жирный нефтяной след.
- Берегись!
Танкер выскочил из стены уже на две трети, корма стремительно крениться, нефть и мазут хлещут из разбитых цистерн. Красный нос с эмблемой Сверхновой вздымается, выломав громадный участок крыши вместе с вертолетной площадкой, на долю секунды корабль встает вертикально, а затем с ревом и грохотом валиться вниз по склону к границе зоны безопасности.
- Андрей, ты как?!
- Нормально, успел смыться. Что там, снаружи?
Киров не видит, но слышит, как грохочет танкер, скатываясь дальше по склону. Натолкнувшись на особо крупный валун, корабль переламывается надвое, но перед этим успевает снести пару установок гамма-излучения, пробив громадную дыру в заборе. Еще через минуту грохот затихает, очередное бедствие закончено, и только содержимое танкера хлещет из пробоин.
- Так, хорош сиднем сидеть, надо работать. Мне тут даже стало лучше, теперь я смогу подобраться к подвалу вплотную.
Смешение танкера разбило громадную потолочную плиту, и теперь Андрей спешит к широченной трещине, чтобы спустить трос прямо к искомому объекту. Им надо всего пару минут, чтобы закончить поиск, но пожар ждать не будет.
- Ой, все!
Темная ночь сожжена дотла громадным огненным шаром, что рождается из чрева переломленного танкера. Взрывы следуют один за другим, когда огонь добирается до новых цистерн, где долгие месяцы скапливались нефтяные пары. А затем вспыхивает склон горы, когда горящие обломки падают на жирный черный след. Тепловизоры фиксируют громадный выброс энергии, и не только Ольга и Андрей чувствуют испепеляющий жар у себя под боком.
- Нет, нет, только не сейчас, нет!
Пожар и не думает стихать после первого взрыва, ибо нефти и мазута в цистернах столько, что огонь может пировать на обломках много недель подряд. И кто-то еще хочет пировать вместе с ним, тот, кто уже почуял неожиданную добычу и теперь рвется к ней из подземных убежишь.
- Капля, Андрей, капля идет сюда, она почуяла тепло! Быстрее, уходи оттуда!
Неожиданное энергетическое пиршество пробуждает каплю от ночного сна. Повсеместно вылетают наружу пластиковые заглушки, и медный поток извергается из люков и туннелей метро. Извергается не для того, чтобы бесцельно растечься по поверхности, а чтобы слиться в громадную жидкую змею, что течет к полыхающей горе со скоростью курьерского поезда. И нет больше радиоактивного забора, что может ее остановить, заграждение погребено раскаленными обломками танкера.
- Андрей, беги! Она не остановится, она теперь влезет на гору, там же везде металл!
- Сейчас, я успею!
Моторный трос стрелой спускается в провал, сейчас Киров как никогда уверен, что сумеет подобраться к груде металлолома внизу. Но как бы ни был быстр разведчик, капля еще быстрее, ибо ночной пожар гонит ее вперед. Вот она уже у пролома, начинает пожирать раскалившиеся обломки танкера, смакуя их жар, словно оголодавший гурман. Неожиданное пиршество тут же увеличивает ее массу и объем, а полыхающие повсюду нефтяные озера только наполняют силой. Окружив кольцами пожары, капля течет вверх по склону, прокладывая себе путь по горящему нефтяному следу, что уже почти добрался до скопившегося в подвалах мазута.
- Ложись, сейчас рванет!
Пламя врывается в подвалы и те отвечают чередой взрывов, ибо паров там было великое множество и они не успели улетучиться через пробоины в крыше. Андрея охватывает пламя, но Ольга боится не этого, она знает, что тяжелый защитный костюм устоит. Он устоит под напором жидкого огня, но будет беспомощен перед каплей, с удвоенной силой лезущей вверх по склону, чтобы пожрать новый металл и насладиться новым теплом.
- Быстрее, уходи!
- Сейчас, вот оно!
За пару секунд до того, как вспыхнет седьмой подвал, моторный трос растаскивает обломки, позволив им взглянуть на сорванную взрывом корму какого-то другого корабля. Название почти не читаемо, впрочем, оно уже не имеет значения. Просто обрывок троса орбитального подъемника запутался вокруг винтов и прилетел сюда вместе с танкером. Конец истории.
- Отчаливай, я иду!
Вытащив стальную змею из горящего подвала, Киров швыряет её в потолок, хватается за искривленный кран и затем выстреливает собой вверх по тросу. Пожар усиливается, металлические конструкции начинают светить багровым накалом, но этот накал быстро уступает потоку жидкой меди, что закончила подъем и вваливается в лабораторию, полную тепла и добычи.
- Пригнись!
Ольга видит, как быстро все внутри огненной ловушки становиться частью хищной капли, она становится всем, что содержит металл и тянет свои щупальца повсюду, тянет ко всему, что можно сожрать и переработать, в том числе и к фигурке в раскалившемся скафандре. Она уже захватила часть крыши, протекая по арматурным прутьям, и готовиться поймать Андрея в свои объятья, но Ольга дает ей другую добычу. Девушка опускает ствол пушки и обрушивает шквал малокалиберных снарядов на крышу, выломав громадный кусок и расколов ловушку. Но капля не намеренна так просто отступать, она по-прежнему голодна и не хочет терять ни единого кусочка.
- Руби трос!
Обойдя пролом, капля впивается в следующий кусок горячей стали – нависающий над крышей кран. А уже через него она начинает стекать вниз по моторному тросу навстречу добыче. Абордажный захват обвивает плечо напарника, дав Андрею последнюю секунду, чтобы отсечь трос и соскочить с пути капли.
- Поймала!
Ольга аккуратно поднимает Андрея, следя за тем, чтобы ни за что не зацепиться, а тот тем временем сражается с нижним куском моторного троса, что потерял управление и болтается теперь во все стороны, словно отрубленное щупальце.
- Оль, давай быстрее.
- Сейчас, еще раз пригнись!
Андрей уже взмывает над горящей крышей, но болтающийся из стороны в сторону трос снова хватается за что-то и этим чем-то опять оказывается медная капля, что течет вверх с той же скоростью, что и вниз.
- Врешь, не возьмешь!
Снова очередь автоматической пушки почти в упор, очередь на тридцать снарядов, один из которых обрубает трос, лишая каплю последнего кусочка ночного ужина.
- Потушить освещение, освободить помещение…
Подняв Скотта на полсотни метров, старшина внимательно осматривает висящего на абордажном крюке напарника – тот в порядке, последний выстрел обогнал последний бросок капли. Можно возвращаться на борт.
Час спустя пожар остается позади, равно как и пирующая на нем капля. Скотт Пилигрим направляется обратно к границе запретной зоны. Андрей лежит в реанимационной капсуле, получая их последний заряд донорской крови, а Ольга сидит рядом на холодном полу, раздумывая, где и как им получить нормальную медицинскую помощь, не выдав себя при этом. Лечение необходимо срочно, иначе у них нет шансов пересечь страну и добраться до Лос-Анджелеса. Нет шансов добраться до точки выброса номер четыре и продолжить безнадежный поиск.
***
- В нашем деле всегда надо быть готовым в любой момент все бросить и бежать без оглядки, когда за тобой придут. Я готовилась к этому неприятному моменту много лет, и у меня был путь к отступлению, очень дорогой путь. И вот когда Дженна добралась до доктора, я пустилась в бега. Эта дура Линкольн была еще жива к тому моменту и отчаянно пыталась связаться со мной, но все уже было сделано. Рыжая опрокинула нас, равно как и всех остальных.
Не рассчитывая укрыться от всевидящего синего ока, Ариана решила искать спасения в виртуальной реальности, где она уже долго выстраивала свой маленький мир, собственную вселенную среди бесчисленного множества других вселенных.
- Вы правы, юная марсианская леди, когда говорите о дешевых фэнтези романах, я не собиралась быть особо оригинальной, все равно мой персональный мирок с самого начала был обречен на уничтожение. Потратила почти все свои деньги, собрала эти идиотские Тринадцать Царств или Королевств, не помню, из того, что было под рукой, и заселилась туда. Естественно, не одна заселилась, а открыла ворота для всех других желающих за долю малую присоединиться к нашему светлому феодальному прошлому. Чем больше народу – тем лучше, особенно когда за тобой придут электронные назгулы Дженны.
- Вы знали, что за вами придут?
- Не сомневалась ни секунду.
Просто скрыться из виду недостаточно, данная стратегия не поможет на долгую перспективу. Если хочешь оторваться от погони, надо сделать так, чтобы тебя прекратили преследовать. А сделать так можно одним-единственным способом – бросить гончим псам на съедение кого-нибудь другого вместо себя. И Ариана Розвуд, признанный специалист по преследованиям и погоням, хорошо понимала данное правило.
- Со своим старым телом пришлось расстаться навсегда. Для начала я сделала себе гибель в космической катастрофе, разбросав обрывки моего ДНК по всему поясу астероидов. Но против Дженны фальшивой смерти, я знала, что она продолжит розыск. И в виртуальной реальности тоже догадается посмотреть, уж будьте уверены. Вот тогда я придумала Леди Лорну, владыку моего фэнтези мирка. Нашла под эту маску одну нищую дурочку подходящих параметров, и предложила ей немного поцарствовать, дурочка сразу согласилась. А еще она согласилась кое-что запомнить, так, сущие мелочи из моей головы. То, что делает меня мной. И что подтвердит мисс Донован мою личность на допросах. Рыжая хочет мести – ну вот пускай и получит ее сполна, когда возьмет Лорну.
- И вас не беспокоит, что сейчас эту несчастную дурочку допрашивает Малена Мадригал, а может быть и Дженна лично? Что ее будут пытать всю виртуальную вечность, а потом неминуемо прикончат?
Ариана хмыкает и разводит руками.
- Мы живем в жестоком космосе, и кому, как ни вам знать об этом, молодые люди. Лучше ее, чем меня. Лучше маленький шанс, что Дженна оставит меня в покое, чем никакого шанса.
- Ладно, довольно о моральных принципах, которых у вас все равно нет, и никогда не было, - Дэн не собирается продолжать этический спор, его интересуют более важные дела. – Спрятавшись в Матрице, вы знали, что происходит снаружи?
- Естественно, мне надо держать нос по ветру. Я видела, как Гронд крушит Землю. Внимательно следила за ходом первой гражданской войны, что расколола Сверхновую. С большим интересом наблюдала за всем, что происходило дальше. И чем больше я смотрела, тем страшнее мне становилось. Ибо я видела, как Дженна рвется вверх. Что бы ни происходило вокруг, у Рыжей только один путь – в гору. Я-то надеялась, что кресла начальника Марса с нее будет достаточно. Какое там…
- И у вас не было желания кого-нибудь предупредить о том, насколько она опасна?
- И выдать свое убежище? Нет уж, спасибо, я слишком хорошо помню нашу с ней последнюю встречу. Да и кого я должна была предупредить – Айзенберга? Он был в восторге от ее способностей ворочать большими делами. Так и помер, наверное, в полном восторге.
- Значит, вас не удивил тот факт, что Дженна в итоге опрокинула весь мир?
- А почему он должен был меня удивить? С определенного момента я поняла, что ее победа неизбежна. И что сопротивляться ей – безумие. Если встал на ее пути, то хватай, что можешь и беги без оглядки, таков единственный выбор. Черт подери, да она же повелевает Грондом и Фенрисом, и еще бог знает, сколько козырей у нее в рукаве. Дженна непобедима!
Взглянув на окружающих ее парней и девушек, бывшая убийца расплывается в усмешке.
- Что, молодые люди, вы и вправду думали, будто одни такие умные? Будто вы одни догадались, что это Дженна повелевает Сыном Грома и Фенрисом? Не льстите себе, финальный подозреваемый очевиден для любого, кто хоть немного дружит со своей головой. Ищи того, кому выгодно. Cui prodest, мои наивные друзья. Все другие рухнули, а она преуспела. Возможно, вот единственная ее ошибка – Дженна не сумела скрыть от мира факт своей победы. Впрочем, уже не важно. Ничего больше не важно.
- Значит, это безумие – идти против Дженны. И кто тогда мы, по-вашему? Тоже безумцы?
- Ага, хотя хорошо скрываете свою тотальную безбашенность. Вы, наивные и отважные коммунисты, вы все банда обреченных на поражение и смерть фанатиков, которые будут продолжать свой бессмысленный крестовый поход из ослиного упрямства. И я сожалею о вашей обреченности, мне ведь действительно очень хочется, чтобы кто-нибудь, кто угодно одолел Дженну. Раз уж вы раскрыли мое прикрытие, то рано или поздно она поймет, что я обманула ее с Лорной. И снова выйдет на охоту по моему следу. Так что, сделайте одолжение – убейте ее до того момента. Ну, хотя бы попытайтесь убить, и мир запомнит вас как отчаянно храбрых и беспредельно тупых героев.
Шпионка закуривает новую сигарету, она явно не настроена продолжать беседу. Тишина царит больше минуты. А затем Эмили поднимается с места.
- Все не так, вы неправы. Можете трусить, бежать и прятаться по норам, сколько хотите, мы не будем мешать и заставлять присоединиться к нам. Посадка на первой нейтральной станции, и дальше вы вольны идти куда угодно, мы не станем сдавать вас, только не Дженне. Спрячьтесь под какой-нибудь камень и там покорно ждите смерти. Ну а мы пойдем и снесем ее рыжую голову.
- У вас нет шансов, дураки чертовы! – Ариана взрывается гневом и вскакивает напротив марсианки. – Да посмотрите же на себя, кто вы есть?! Жалкая кучка мятежников против Комиссара и всей солнечной системы! Да вы…
- Заткнись!
Эмили кладет руку Ариане на плечо и отшвыривает к переборке.
- Заткнись, нам неинтересно мнение трусов. И дураков, которые не могут понять очевидное. У нас есть шанс, у нас есть козырь, и ты его только что подтвердила. Архив клиники АР, протоколы допросов маленькой рыжей девочки. Донован и Айзенберг до смерти хотели узнать у нее что-то очень важное. Возможно, у них получилось. И Дженна очень боится, что кто-то еще узнает. Она ищет архив повсюду, ищет утраченную резервную копию. Но мы нашли ее раньше, нашли кощееву смерть на кончике иглы. А ты – ты нам больше не нужна. Пошла вон, шкура продажная, запрись в шлюзовой камере и сиди там до посадки. Это тебе за Лорну!
Дождавшись, когда за шпионкой опустится люк, Винсент поворачивается к Эмили.
- Но у нас пока нет архива, подруга. Ольга и Андрей не нашли ничего в третьей точке, остался последний вариант…
- Ага, но ей об этом знать не обязательно. Ненавижу, когда за подлецами остается последнее слово!
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 14
ВСЕ И НИЧЕГО
Они не успевают. Даже оставив позади морпехов, даже раздобыв пару трофейных мотоциклов и ворвавшись в мертвый город на полном ходу, Андрей и Ольга не успевают. Не успевают прибыть к точке номер четыре первыми.
- Это он, точно! Подъемник орбитального лифта…
Заняв позицию на вершине низкого холма среди вырванных с корнем пальм, напарники наблюдают за центральными кварталами, где должно окончиться их путешествие. Наблюдают, как кто-то другой берет себе их добычу.
Среди прочих великих городов на континенте Лос-Анджелес пострадал весьма причудливым образом. Гронд был здесь уже пару раз и, словно большой мягкий ластик, стер с лица земли тысячи квадратных миль городской застройки. С другой стороны, оба удара прошли по касательной, так что значительная часть мегаполиса до сих пор как стояла, так и стоит. Ураган ровнял с землей и крушил богатые пригороды, но так и не соизволил лично появиться на Голливудском Бульваре. И лишь восемь месяцев назад, привычно проходя мимо, он явил свою мощь Городу Ангелов, зашвырнув в центр неким массивным объектом. Столь массивным, что ядро с легкостью переломило двухсотэтажный небоскреб игровой корпорации, который и похоронил его под своими обломками. Так и высился громадный бетонный курган над покинутым городом, высился до сегодняшнего утра, когда направленные взрывы взломали это надгробье.
- По крайней мере, они не из людей Дженны, - резюмирует Киров, оглядывая зону раскопок в бинокль. Действительно, двойка мятежников не видит эмблем Протектората на тракторах и бульдозерах, что раскалывают бетонную гору. И, что самое главное, не видят боевых кораблей Объединенного Флота, что непременно должны были бы прикрывать объект. Нет, это действительно не Дженна. Кто-то другой…
- Но и на бандитов непохожи, слишком хорошо у них все организовано.
Старшина продолжает поиск в сети, но сейчас Матрица не может ей помочь. Достоверных данных о политическом и военном раскладе в Калифорнии нет нигде. Формально здешние края тоже часть Протектората, но путешественники уже давно убедились, что Дженна контролирует данные земли лишь на бумаге. Не потому, что не в состоянии навести здесь порядок, а потому что ей это просто неинтересно. И невыгодно. Аналитики давно уже списали Землю со счетов, посчитав работу на суше нецелесообразной, Верховный Комиссар согласилась с ними. Главное, бесперебойно качать океанскую воду и делать из нее горючее, все остальное несущественно и нерентабельно. Потому на суше могут сколь угодно властвовать бандиты и пираты вроде адмирала Тратмана, или криминалитет поменьше. Именно такие мелкие банды во множестве роились в Калифорнии последние месяцы, но затем они все куда-то исчезли. А вместо них появилась некая новая группировка, известная как Культ. Что именно за Культ, чем занимается, и чего хотят его лидеры – никто не знает.
- Вон, уже краны ставят…
Проведя серию взрывов и дождавшись пока уляжется пыль, строительные бригады подводят к кургану исполинские передвижные краны, чтобы пропустить через них толстенные моторные тросы. Напряжение подано, и стальные змеи со всех сторон впиваются в бетонную гору, чтобы пронзить ее насквозь и добраться до погребенного под ней объекта. И на сей раз это точно не какой-нибудь разбитый корабль, ибо разбитые корабли во множестве лежат на берегу, никому не интересные. Ради очередного куска металлолома никто не стал бы устраивать таких работ.
- Я думаю, что они, кто бы они ни были, пробились к подъемнику под землей, через метро или коллекторы. Пробились, поняли, что нашли и решили копать с поверхности, ибо снизу не достать одним куском, - Ольга старается понять логику неизвестных конкурентов, вглядываясь в старые схемы городских коммуникаций. – Значит, их интересует весь груз целиком.
- Да, и просто так отдавать его они явно не станут, - бинокль Андрея засекает несколько самоходных автоматических турелей и ударных дронов, что стерегут зону раскопок. – Наши друзья хорошо вооружены, и со строительной техникой у них полный порядок. Не знаю, что это за Культ, но деньги у них имеются. А с подъемником они станут еще богаче.
Ольга думает о том же самом. Архив клана Айзенберг не должен занять много места, он ведь не на бумаге. Насколько известно, все остальное свободное пространство в грузовом отсеке подъемника было до отказа забито разным ценным имуществом, и архив составляет лишь пару сотых процентов от общей массы груза. Неудивительно, что Культ раскошелился на масштабные раскопки, стоимость трофея многократно перекроет все расходы.
- Вот он…
Мотор-тросы закончили разбор завалов, и теперь неторопливо вытягивают на поверхность циклопических размеров цилиндр. Подъемник был изготовлен из особо прочных материалов, посему выдержал и объятия Гронда и падение в Городе Ангелов. Капсула цела, а значит, цел и груз внутри неё.
- Знаешь, не сверни мы тогда в Нью-Мексико, мы были бы здесь раньше них. Как минимум на десять дней раньше. Прошли бы через туннель, взломали аварийный люк и забрали бы то, что принадлежит нам, никого не потревожив. А теперь…
- А теперь заберем, потревожив кого-то. Гляди веселей, Оль, тут не было нашей ошибки, мы должны были проверить все точки. Главное, что эта штука, наконец, нашлась, Риоко не ошиблась. И второе главное – Дженна о ней все еще не знает, иначе уже заявилась бы сюда с огнем и серой. Отличный шанс для таких отчаянных крыс, как мы.
***
Раскопки бетонного кургана продолжаются весь световой день: рабочие заводят под подъемник новые моторные тросы, намереваясь повернуть цилиндр. Очевидно, их босс хорошо понимает, что корпус капсулы необычайно прочен, и резать его придется очень долго. Гораздо проще откопать шлюзовую камеру, что находиться в торцевой части. Там главный грузовой люк, через который можно проехать даже на грузовике.
Одновременно с переворотом цилиндра идет другая работа – вокруг зоны раскопок тут и там на плоских крышах устанавливают направленные в небо антенны, соединенные единой кабельной сетью. Вскоре смысл данного действия становиться очевидным.
- Ловко придумано и хорошо сделано. Они маскируют цилиндр от взгляда с орбиты, не хотят, чтобы кто-нибудь спросил – а что это вы тут делаете? – Ольга очерчивает красный круг на виртуальной карте города, закрывающий все подходы к кургану. – Вот так, установят последние антенны на тех холмах и все, кольцо замкнуто. Полностью перекроют для обзора площадь в десять квадратных миль, с высоты будут видны лишь обычные руины, и все.
- Ну и спасибо им за заботу, нам тут другие участники без надобности, - напарник улыбается очередной удаче.
Старшина пытается поставить себя на место боссов таинственного Культа. Знают ли они, что Дженна охотится за их находкой? Может быть, да, а может быть, и нет. Товарищ Комиссар нигде не объявляла, что хочет получить подъемник, не назначала за него награды – она привычна все делать по-тихому. С другой стороны, они наверняка догадаются о ее намерениях, когда вскроют капсулу и поймут, что там. Вопрос в том, что они будут делать дальше со всем этим осознанием?
- Наши воробушки возвращаются…
Андрей ловит рукой крошечный дрон, что закончил облет широкой территории вокруг кургана и команды строителей. Через минуту возвращается второй аппарат.
- Ну, что там?
- Не знаю, ничего не ясно, - Киров неуверенно качает головой, просматривая записи воробьев. – Они тут рыскали с рассвета, но не нашли базы Культа, ее нигде нет. Ни в городе, ни в пригородах ничего, кроме давно брошенных лагерей беженцев. Эти ребята появились словно из ниоткуда со всей своей техникой.
- Быть не может, надо продолжать искать. А то мы даже не поймем, куда они повезут добычу.
- Продолжать так продолжать, - соглашается напарник, заменив топливные элементы на воробушках и снова отпустив их в небо. – К полуночи вернуться.
Парень и девушка на холме молча наблюдают за раскопками еще полтора часа, пока условный сигнал не прерывает тишину.
- Так, морпехи на подходе. Оль, что скажешь? Остаемся или уходим?
- Уходим, мы уже все увидели. Надо спуститься в город, и по темноте искать возможность подойти поближе. Не думаю, что конкуренты справятся со шлюзовым затвором раньше рассвета: за это время мы должны выяснить, откуда они взялись и куда поволокут трофей.
Оставив пару камер на наблюдательном пункте, мятежники смещаются вниз по холму, обратно в город.
- Интересно все-таки, почему тут нигде никого нет? Центр города цел, береговые опреснители тоже не пострадали, значит, тут все еще есть вода и можно найти горючее. Даже после завершения эвакуации, сюда должны были стекаться толпы людей.
- Ну, они и стекались, - Андрей показывает аналитические сводки шестимесячной давности. – Пишут, что тут повсюду действовали шайки бандитов и мародеров, как и везде, плюс еще какие-то мутные личности.
- Вот именно. Они здесь были, Лос-Анджелес слишком лакомый кусок, чтобы его бросить. Люди тут были. И куда тогда все делись? Ты видел здесь хоть кого-нибудь, кроме тех строителей?
Ольга не успевает услышать ответ, ибо Андрей отталкивает ее, спасая от бесшумной очереди. Лучевая плеть отвечает пулемету, где-то рядом взрывается граната, осколки с визгом рикошетируют от бетона. Киров рубит кого-то саперной лопаткой по голове, предоставив ей разбираться с последним врагом, которого Воронова снимает с башенного крана тонким уколом лазера.
- Чисто!
- Чисто!
Короткий взгляд на поле боя – перед ними четверо врагов, трое мужчин и женщина, все вооружены, все мертвы. Были и другие, но их взяли на себя морпехи.
- Кострома.
- Калуга.
Ольга очень рада услышать правильный отзыв, Лобо и Роксана уже здесь. Они подошли вовремя и ударили нападавшим в тыл, бесшумно сняв еще троих.
- Ну, подруга, ты хотела кого-нибудь встретить, вот и встретили.
- Не смешно, - старшина придирчиво осматривает изувеченные тела. – Непохожи они на обычных бродяг, шмотки и стволы уж больно хорошие. И они не из Культа, иначе пришли бы за нами с ударным дроном. Как будто… ну-ка, стоп!
Аккуратно перевернув один из трупов, Ольга вглядывается в окровавленное лицо женщины, сличая татуировки на щеках. – Узнаешь?
- Началось в колхозе утро! Бар Кошачий Глаз, Оклахома-Сити. Она там была среди наемников, когда мы вернулись из рейда, Пенья еще предлагал ей работу.
- Да, точно она. Остальных вижу впервые, но тут всякое возможно.
Теперь Ольга жалеет, что неизвестные трупы не оказались обычными бандитами или мародерами. Теперь все гораздо хуже.
- Мы не могли с ней дважды случайно встретиться в разных концах страны. Значит, они шли по наши следам. И да, на простых налетчиков совсем не катят, это профессиональные охотники. Они подобрались к нам в Оклахоме, но мы вовремя ушли. А теперь мы здесь и они тоже здесь. Кто-то пустил их по нашему следу…
- Дженна? Нет, не может быть, она бы послала за нами кого покруче, так, чтобы мы точно не ушли. Значит, кто-то из местных. Ольга, вспоминай, кому мы так здорово успели насолить, чтобы оплатить ищеек и гнать нас через всю страну?
- Тратман. Его пиратское величество, адмирал Тратман. Мы крепко подпалили его корму в Майами, и он не собирается прощать обиду. Да, наше дело становится все веселей.
***
Если сердце Города Ангелов пострадало мало, то по окраинам гигантской метрополии Гронд прокатился со всей своей удалью, пробивая сплошную черную полосу смерти и разрушения по некогда прекрасным землям. Потому Ольга и Андрей решили встать лагерем именно там, на северной окраине, где руины городов и поселков тянуться на долгие сотни миль. Здесь легче найти укрытие, и меньше вероятность встретиться с мародерами, поскольку среди скелетов умерших небоскребов давно уже не осталось ничего ценного.
- Предлагаю не мелочиться и снять номер люкс.
- Как скажешь, - равнодушно отвечает Ольга, взирая на покосившийся небоскреб. Когда-то тут был дорогой отель, и в обычном случае они бы миновали его стороной, такие здания занимают даже посреди Колеи. Но не в этот раз – двадцать нижних этажей сложились от подземного толчка, и каждый желающий попасть наверх должен взбираться по главным колоннам. Судя по отсутствию теплового следа, таких желающих не нашлось.
Оставив Лобо и Роксану стеречь подходы к отелю, парень и девушка поднимаются наверх по десантным тросам, облюбовав номер люкс на семидесятом этаже и быстро превратив его в маленькую крепость. И вот когда установлена последняя мина, у них снова есть возможность подойти к окну и взглянуть на центр города.
- Закончили.
Да, маскировка кургана закончена, объект выглядит точно так же, как до начала раскопок. Никто теперь не знает, что внутри этой громадной голограммы идет напряженная работа, и мощные резаки уже заканчивают вскрывать шлюзовой затвор. Трофей скоро обретет нового хозяина.
- Через полчаса стемнеет. Я предлагаю подождать еще немного и наведаться к ним в пешем порядке. Надо присмотреть за Культом, надо понять, куда они повезут свой трофей. Там тысячи тонн груза, им нужно будет много транспорта, огромная колонна, плюс время на погрузку. Кровь из носу надо узнать, куда они пойдут.
- И как мы это сделаем? - Ольга опускается на стул из настоящего дерева, и раздраженно машет в сторону рухнувшей стены, за которой лежит Город Ангелов. – Мы уже смотрели: нет тут дорог, и крупных поселений рядом с городом тоже нет. Культ возник словно из ниоткуда. И отследить, куда они направятся потом, будет почти невозможно.
- Думаешь?
- Уверена. Спутниковой разведки у нас нет. Прицепить к грузовику маячок, послать дрон – тоже нереально, у них хорошая служба безопасности. Отслеживать перемещения местных с поверхности будет очень сложно, нас осталось всего четверо против всей их армии. Если заметят хоть на секунду, то сразу же накроют ударом с воздуха, в здешних краях не терпят конкурентов в борьбе за большие деньги. И это все, не считая еще одной нашей проблемы, которая станет последней соломинкой на хребте верблюда.
В центре номера вспыхивают голографические портреты ликвидированных охотников за головами.
- Не считая того, что нас раскрыли. Не Культ, конечно, но сильно лучше от этого не становится. Адмирал Тратман знает, где мы, ищейки наверняка успели подать сигнал. И он не собирается прощать нам взорванный завод и потопленный крейсер, тут задеты его пиратская гордость и честь. Скоро его люди будут здесь, и их будет больше, на нас четверых хватит. Пока мы будем думать, как забрать трофей, они заберут наш скальп.
- Да, не самая радужная перспектива, - Андрей берет второй стул, и садиться напротив Ольги.
- Ты верно обрисовала наше положение, подруга, учла все детали. И раз так, то я хотел бы выслушать твои выводы. Что предлагаешь?
- Мой план прост. Уходить, немедленно. Не ждать, пока Тратман заявится по наши души. Уходить далеко, он найдет нас в обеих Америках. Значит, нужна эвакуация с Земли, и как можно быстрее.
- Допустим. А дальше? Что делать с архивом, который вот-вот попадет в руки Культа?
- Ну, нет ведь гарантии, что он там точно есть, может быть, мы с самого начала ошибались. И еще – мы не можем быть уверены, что в архиве есть что-то, что позволит нам припереть Дженну к стенке. Может быть, там действительно что-то очень важное для нее, но совершенно бесполезное для нас.
- Ради бесполезной вещи не убирают всех свидетелей…
- Дженна убирает, для нее привычно так поступать. Она же психопатка, ты прекрасно знаешь.
- Знаю.
Несколько секунд парень и девушка сидят молча, глядя в глаза друг друга. Затем Ольга продолжает.
- Мы должны вернуться в космос, там у нас больше шансов. И уже оттуда думать, как вернуть архив, и какие силы подключить для этого. Нас с тобой в любом случае не хватит.
- И долго думать?
- Сколько потребуется.
- Оль, ты понимаешь, что этот проклятый архив, скорее всего, является нашим единственным шансом на победу. Нашим последним шансом. Упустим его, и тогда все, мат в два хода. Дженна побеждает. Навсегда.
- Андрей, скажи честно, а тебе никогда не казалось… тебе никогда не казалось, что она уже победила. Причем очень давно. Мат уже поставлен, игра сделана. И только мы, кучка упрямых наивных дурачков, никак не можем понять, что пришло время признать поражение, вежливо встать из-за стола и уйти в никуда. Тебе не кажется, что все кончено…
- Так, значит? А что ты думаешь?
Вместо ответа старшина зачерпывает горсть бетонной крошки и битого стекла с пола, затем просыпает обратно.
- Знаешь, я в деле с тринадцати лет, мне было тринадцать, когда я пришла на Большевик. Тогда Климов сказал, что если меня не прельщает карьера проститутки во Фрипорте, то он возьмет меня матросом. И взял. И почти сразу я попала на войну, она у меня была первой. Но не последней. И дальше, все, что я делаю – воюю. День за днем, год за годом. Противники могут меняться, суть остается неизменной. Кто-то постоянно стреляет в меня, и я стреляю в ответ. Я терплю боль, калечусь, теряю друзей и любимых, меня предают и используют, и нет этому ни конца, ни края. И ради чего оно все было? Ради того, чтобы как-то встать рано поутру и осознать простой и понятный факт, что победы никогда не будет. Что всем, сделанным мной, сделанным тобой, сделанным всеми нами – всем этим воспользовался другой человек.
Ольга указывает на два портрета Верховного Комиссара, что кто-то зачем-то наклеил на стены номера. Дженна Донован взирает на них с потрепанных афиш, призывая сплотиться плечом к плечу ради неизбежного светлого будущего.
- Мы ведь непросто воевали, мы воевали в ее войнах, которые она развязала ради своего блага. Мы боролись с катастрофой, которую Дженна придумала, чтобы вознестись на ее гребне. Мы рушили для нее старый мир, не зная, что он мешает ей подняться. Мы уничтожали ее врагов, всех, кто стоял у нее на пути, всех, с кем она не могла справиться сама. И вот, взгляни вокруг – мы добились полного успеха, товарищ, мы победили! Нашими усилиями Дженна взгромоздилась на вершину мира. Разве это не прекрасно?
- И вот теперь, зная, что и как произошло, я вот о чем думаю, никак не могу выбросить одну мысль из своей головы. Простую идею, что мне, глупой наивной девчонке, мне надо было тогда ответить отказом на предложение капитана Федора Климова. Мне надо было сойти с Большевика и исчезнуть бесследно. Стать проституткой, стать колонистом в дальних мирах, стать воровкой, стать никем. Затеряться в пустоте, исчезнуть навсегда. Тогда я бы никогда не воевала и не работала на благо Дженны. И она бы все равно победила, но только без меня. Не было бы моего смелого и самоотверженного участия во всем этом. Нет, уж лучше без меня. Лучше быть никем, чем сделать то, что мы все сделали, пускай и невольно.
- Значит, так ты все для себя решила? Что все было зря, что все было ради нее?
- Андрей, нам пора бы уже взглянуть правде в глаза. В том, что Дженна опрокинула весь мир – в этом есть и наше участие, наша вина. И я не хочу дальше играть на сцене этого кровавого цирка, с меня довольно, не хочу помочь ей еще больше. А такой шанс есть, есть вероятность, что архив мы найдем именно для нее. Может, тогда и вправду лучше ничего не делать? Культ все равно не сможет использовать свою находку, у них нет кодового слова, а я догадываюсь, какое там кодирование. Пускай он исчезнет без следа, пускай она не получит этот последний козырь. Вот почему я говорю – надо уходить, пока она не знает, что мы здесь.
- Узнает, рано или поздно, но узнает.
- Но это будет уже не наша проблема, не моя. Я выйду из игры и исчезну навсегда, давно пора было так поступить. Моя служба окончена, я ведь работала на Сверхновую, а затем присягала Союзу, не так ли? И где теперь тот Союз, где Сверхновая? А ты, товарищ, ты ведь тоже свободен от службы. Ты был верным солдатом своей Королевы, готовым выполнить любой ее приказ. Но Элизабет больше нет, никого больше нет. Так скажи мне, Андрей – ради чего продолжать бесконечный бой?
- Ну…
Напарник неторопливо встает, тянет спину, словно тигр, а затем отставляет стул.
- Честно признаться, товарищ, я не могу тебе этого сказать. Но могу показать. Смотри…
Подскочив к Ольге, со всей силой ударив по лицу и схватив за горло, Андрей вздергивает ее и тащит к пролому в стене.
- Сейчас ты все увидишь…
- Отпусти меня!
- Крайне несвоевременная просьба, не так ли?!
Удерживая девушку одной рукой над пропастью, Киров любуется последними проблесками заката над океаном.
- Ты хочешь, что бы все для тебя кончилось, Ольга? Ну, тогда только кивни и все сразу кончиться, самым простым и понятным способом, я избавлю тебя от твоей бесконечной войны.
Она пытается вырваться, но он только сжимает хватку, так что вот-вот треснут позвонки.
- Нет, не хочешь, чтобы все кончилось прямо здесь, раз и навсегда? Ну, я так и понял. А теперь, подруга, сделай одолжение – посмотри вокруг, полюбуйся этим прекрасным видом. Мы торчим на верхушке разбитого небоскреба посреди руин. Что ты видишь, то же, что и я? Я вижу бесконечную полосу разрушения, что проложила себе путь через весь мир. Только смерть и развалины, куда ни глянь.
- Взгляни на убитый город внизу. Там, под обломками до сих пор лежат скелеты людей, тысяч и миллионов. Разные люди, разных народов и языков: молодые и старые, богатые и бедные, хорошие и плохие – разные. Просто люди. Это был их дом, их мир. И все они были живы до того момента, когда Дженна решила, что пришла пора им умереть. Не потому, что они сделали ей что-то плохое, а просто потому, что ей так захотелось. Она решила за всех, стоит им жить или нет. Решила, что нет, и спустила на них своего цепного пса по имени Гронд. Взгляни на эту бесконечную могилу…
Андрей делает шаг назад, затем другой. А затем швыряет Ольгу обратно в номер с такой силой, что девушка ломает собой роскошный комод красного дерева.
- Ты хотела ответа?! Вот тебе мой ответ, вот почему я готов продолжать драться с Дженной до самой своей смерти. Или до того момента, пока моя пуля вышибет ей мозги. Я буду сражаться, потому что хочу отомстить. Маски сброшены, мы знаем, что она всегда стояла за всем. А раз так, то я хочу свершить возмездие за всех этих людей внизу. За всех, кого она уже убила. И за всех, кого она еще только собирается убить. Ты была права, Дженна не остановится, ей всегда будет мало крови. И если мы ее не остановим, она убьет всех. Такой будет ее победа.
- Вот почему я продолжаю бой, я должен ее остановить, должен хотя бы попробовать. Пускай мои шансы ничтожны, но я все равно буду драться, пока не упаду замертво. А ты… ты поступай как хочешь, я не хочу и не буду тебе приказывать.
Подхватив рюкзак и винтовку, Киров направляется к выходу из номера.
- Я на разведку, надо узнать, куда они повезут трофей. Лобо возьму с собой, Роксана остается, чтобы прикрыть тебя. Хочешь уйти – уходи, твой выбор. И дальше ты сама по себе.
- А если вдруг захочешь остаться, тогда сделай одно маленькое одолжение, ладно? Загляни в себя, Ольга, и постарайся снова там найти умного и отчаянного бойца, которая не знает жалости к себе и убивает без раздумий. Найти товарища, на которого можно положиться в любой опасности и который никогда не подведет своих друзей. Найти девушку, которую я люблю…
***
Андрей возвращается в башню через сутки, на закате следующего дня. Он уже знает, что Ольга осталась – она ответила ему условным сигналом.
- Как прошло?
- Хорошо, - Он падает в разбитое кресло, принимает кружку крепчайшего чая, и с кривой усмешкой глядит на портреты Верховного Комиссара, над которыми напарница поработала химическим карандашом. На первом плакате старшина подрисовала Дженне фуражку, железный крест и гитлеровские усики, на втором – острые ушки и вампирские клычки. Красиво получилось…
- В бой ни с кем не вступал, повезло. Новых ищеек Тратмана не встретил, еще раз повезло. Но самый большой куш сорвал в поиске – теперь я понял, почему рядом ничего нет, понял, куда люди Культа повезут трофей. Никуда ничего не повезут, они уже у себя дома.
- Как так? Тут же ничего нет – центр города почти пуст, пригороды разрушены.
- Ага, именно так. Но это на поверхности. А они под поверхностью. Ты помнишь о проекте 28?
Естественно, Ольга помнит: о проекте гражданской обороны номер двадцать восемь в свое время говорила вся Земля. Когда стало ясно, что Гронд не остановить, возникла идея переждать его наступление в громадных подземных убежищах, что укроют десятки миллионов счастливчиков. Проект широко обсуждался, на него нашлись деньги и ресурсы, и кое-где даже началось строительство первых бункеров. Но затем и в Союзе и в Сверхновой власть взяла космическая фракция, верхушка которой изначально считала родную планету обреченной. А раз так, то и нет смысла закапывать в эту мертвую землю бесконечные триллионы.
После завершения первой гражданской войны, проект номер двадцать восемь тихо и незаметно почил в бозе. Деньги истрачены, ресурсы израсходованы, работы прекращены. Из тысяч запланированных убежищ успели возвести меньше двадцати, их судьба сейчас неизвестна.
- Ты хочешь сказать, что здесь, под нами, одно из убежищ серии 28? Но ведь работы в Лос-Анджелесе не планировались вообще, сейсмоопасный район. Его не должно здесь быть.
Ольга подходит к пролому и еще раз недоверчиво взирает на город. Она держит в уме планы стандартного убежища на три миллиона человек – сеть туннелей должна протянуться под всем мегаполисом.
- Вот и я думал, что не должно. А оно есть, и просто огромное. Видимо, в хаосе гражданской кто-то сумел выбить для своей личной прихоти дополнительное финансирование, но не разворовать деньги, как обычно, а потрать их на рытье этой громадной ямы. Пока все вокруг били морды друг другу на Земле и в космосе, комбайны возвели там внизу целый город. Гронд может сколько угодно кататься по поверхности, туда он не доберется.
- Ну, допустим. Но зачем строить такую громаду на миллионы человек, если миллиона там и близко нет? Если бы бункер принимал беженцев, он был бы известен. Народ стекался бы сюда отовсюду с Западного Побережья.
- Миллионов там действительно нет. Но данная контора отнюдь не пустует. Взгляни.
Пробравшись к центру города, Киров делал многочисленные видеозаписи. На одной из них можно наблюдать нечто вроде призывного пункта или офиса благотворительной организации, который соорудили в полуразрушенной церкви. Благотворительный пункт работает – несколько молодых людей в одинаковой серой форме раздают индивидуальные рационы оборванным и голодным беженцам. В соседней палатке медсестры оказывают неотложную помощь. И над всем этим развиваются бело-красные флаги Культа.
- Знаешь, почему их называют Культ? Оказывается, это действительно церковь, только вот бог у них настоящий. Они поклоняются Гронду.
Новое открытие удивляет Ольгу еще больше, чем наличие подземного города у них под ногами. Естественно, она помнит смешную секту каких-то лунатиков, что объявили Сына Грома единственным и настоящим богом. Одно время приверженцы новой веры были весьма популярны, равно как и десятки других сект. Но уже после первой гражданской о них никто не вспоминал.
- Я тоже думал, что они давно вымерли. Ан нет, не вымерли. Более того, здесь, в Калифорнии, фанатики весьма и весьма влиятельны. Не знаю, кто у них всем рулит, но подземный город принадлежит именно им, ими же и построен. И это Культ истребил все местные банды мародеров, да так ловко, что даже Тратман без необходимости не появляется здесь. И они собирают беженцев. Не очень помногу, зато почти каждый день и повсюду.
На призывном пункте Ольга насчитала восемь сотен вынужденных переселенцев при пяти десятках людей Культа. Охраны мало, штурмовые дроны и самоходки держат дистанцию – все должно выглядеть мирно.
- У них десятки, возможно, сотни таких точек повсюду на побережье. Потому нигде нет больших толп – Культ подбирает контингент небольшими партиями, не особо привлекая внимания. Привозят, кормят, лечат, затем отправляют вниз. И сколько их там, внизу – один Гронд ведает.
- Думаешь, Дженна знает о них?
- Естественно, она должна знать обо всех более-менее крупных местных группировках. Знать-то знает, но какое ей дело? Земля ей нужна только для того, чтобы качать воду из океанов, и Культ этому никак не мешает. Посему наша рыжая бестия не проявляет особо интереса к данному заведению. Они ей не нужны.
Итак, Верховный знает о самовольно построенном подземном Лос-Анджелесе. Знает и ничего не делает, ибо не видит, какую пользу извлечь из Культа и его последователей. А она никогда ничего не делает без пользы. Ольга ставит себя на место Дженны и решает, что поступила бы так же. Не стоит вмешиваться в дела крыс, копошащихся на своей помойке, у них нет ничего ценного.
А вот Культ считает по-другому. Посему они изо всех сил прячут от внимания с орбиты свою драгоценную находку, которая нежданно свалилась им на крышу. Это очень хороший знак. Они точно не работают на Дженну.
- Вот, глянь…
Он передает ей оборванную листовку, по старинке отпечатанную на бумаге. Сын Грома, нависающий над обреченным городом. Золотая лестница, идущая от грешной черной земли к белоснежному и бесконечному вихрю. И группа избранных, что поднимается навстречу своему господу. Обрети спасение, гласит короткий текст под рисунком.
- Им надо было нарисовать эскалатор, уходящий под землю, так было бы точнее, - резюмирует старшина найденный документ. – Итак, верхушка Культа держит под своей пятой всю Калифорнию, значит, денег, ресурсов и людей у них очень много. И недавно они нашли подъемник, груз которого сделает их еще богаче. Да, есть резон держать свои подлые делишки втайне. Одно неясно – что фанатики сделают с архивом?
- Точно не выбросят. Будут думать, как использовать в свою пользу. И это наш шанс.
- Что предлагаешь?
- Для начала попасть в их подземное царство, - Андрей указывает на ближайший призывной пункт, который сворачивает свою работу по мере приближения ночи.
- Как и все остальные, войдем туда под прикрытием статуса беженцев. А затем уже будем осматриваться и действовать по обстоятельствам. Скорее всего, церковников придется немножечко обнести. Но это уже будет завтра, а сегодня нам надо переждать здесь еще одну ночь.
- Договорились. А теперь следуй за мной, товарищ, я хочу показать тебе кое-что, раз уж у нас есть время.
Оставив прежний номер, Ольга ведет Андрея наверх, пробираясь узким проломом в сложившихся этажах.
- Куда это мы идем?
- Сейчас увидишь. Я тут нашла нечто интересное…
Аккуратно оставив в сторону бетонную плиту, она выводит его в коридор перед массивной деревянной дверью с номером 237.
- Добро пожаловать!
- Ничего себе…
Дверь с номером двести тридцать семь ведет в роскошные покои для новобрачных. Роскошные, и совершенно неповрежденные. Мародеры сюда так и не добрались.
- Раз уж нам надо провести тут еще одну ночь, почему бы не сделать это с комфортом, товарищ? Тут есть все для роскошной жизни, ты не поверишь, сколько ценного бросили на верхних этажах. Последняя ночь в Городе Ангелов – звучит романтично, не правда ли?
Ольга не только нашла роскошный номер, она еще успела замаскировать его от наблюдения извне. А заодно и прибраться, так что теперь внутри все сияет и блестит, как в день открытия.
- Да будет свет!
Мягкий золотистый свет заливает просторный зал, вспыхивает камин, из невидимых динамиков доносится инструментальный джаз.
- Ужин готов, напитки в баре, проходи, располагайся. И подожди меня, пожалуйста, здесь.
Оставив Андрея в главном зале, Ольга уходит в спальню. Откуда возвращается пять минут спустя в полной боевой готовности.
- Второй раз – ничего себе!
- Не смейся, пожалуйста. Я, вообще-то, первый раз в реальной жизни надела вечернее платье и шпильки. Да и с макияжем тоже нечасто пересекалась.
- Я не смеюсь. Я любуюсь…
Киров присаживается за маленьким столиком, любуясь красавицей в черном облегающем платье с глубоким вырезом, что стоит перед ним в сиянии дюжины свечей. Он, тысячи раз видевший Ольгу в скафандрах, боевых костюмах, рабочих комбинезонах и флотской форме – он впервые видит ее такой, какой она должна быть.
- Дженна – да она просто уродина по сравнению с тобой. Честно.
- Я знаю. А теперь, сделай одолжение – я нашла и для тебя подходящий комплект, возьми в спальне. Ничего не имею против камуфляжа и бронежилета, но для нашего вечера нужно что-то поэлегантнее.
- Как даме будет угодно.
Таким она тоже его никогда не видела – в костюме, что пошит словно для Кларка Гейбла и в сияющих штиблетах, с бутылкой французского шампанского.
- Салют.
- Салют.
Они разливают шампанское по высоким бокалам, ужинают лобстерами и черной икрой, пьют венский кофе с лимонным тортом, затем, крепко обняв друг друга, долго танцуют медленный танец под любовные песни старой Земли. А затем Ольга поднимает голову и смотрит в глаза Андрея.
- Завтра мы идем на дело, которое может стать для нас обоих последним. Если так, то этот прекрасный вечер больше никогда для меня не повториться, и ничего уже не будет. Потому я хочу получить все здесь и сейчас.
Одним движением сбросив платье, она предстает перед ним обнаженная и прекрасная.
- Пожалуйста, отнеси меня в спальню, и там стань моим первым любовником. Я знаю, что ты был любовником Элизабет, и прошу об одном – люби меня лучше, чем ее, лучше, чем любую другую девушку, что ты любил до меня. Я этого заслуживаю.
- Будет исполнено, мой ангел.
Они долго занимаются любовью на громадной кровати, на роскошном ковре у камина, в бассейне с голубой водой и на балконе, откуда открывается фантастический вид на золотой рассвет. И в своем последнем оргазме Ольга молит его:
- Андрей, убей Дженну… Пожалуйста, убей ее ради меня… Убей её!!!
***
- Слушай, а как ты попал в Рассвет? Я знаю, что обычно о таком не спрашивают, но все же…
- Да чего там скрывать, попал, как и все остальные, - отвечает Киров, отшвырнув ногой смятую банку газировки, что позвякивая, катиться по мостовой. Все правильно, они идут вперед как обычные беженцы, которые не умеют бесшумно красться.
- Я родился на одной из торговых станций в системе Юпитера. Там у моего отца был ледовый траулер, мы таскали колотый лед на Марс и в земной сектор. Хороший, неторопливый бизнес, хорошие деньги. Ну, так было до тех пор, пока нас не встретил корабль Тартара.
- Ничего себе. И сколько тебе тогда было?
- Лет шесть, а может и семь, не помню точно, мне ж память стерли начисто еще на тюремной барже. Все, что мне известно о моей семье – все это я уже сильно позже узнал. Как-то раз выпала возможность скататься обратно к Юпитеру и порыскать в архивах…
Наверное, если бы Ольга могла, она бы прослезилась от жалости к нему. Она хорошо представляет, через что прошел Андрей в те годы, когда она жила беззаботным детством на Высоком Доме.
- И как же ты сбежал? Или тебя освободила Элизабет в одном из рейдов?
- Ни то ни другое. Я не сбежал, и не был освобожден, - он сверяется со старинными механическими часами на покосившемся фонарном столбе и жестом предлагает немного подождать, ибо люди Культа еще не открыли свое заведение, она соглашается. Парень и девушка садятся на нагретый солнцем тротуар спина к спине, стараясь не держать оружие на виду.
- Я не сбежал и не был освобожден. Меня выпустили, примерно через год плена, оставили среди других бродяг на каком-то безымянном астероиде. Я должен был присоединиться к Рассвету, стать младшим рекрутом. Должен был убить Элизабет, если представится такая возможность, меня здорово натаскали на это дело. Лично Боддикер натаскивал.
- Но контрразведка Рассвета раскрыли тебя и заново перепрошили твои мозги?
Спина Андрея сотрясается от хохота.
- Ага, раскрыли они меня, как же… Ты, Оленька, не представляешь, каким ушлым пацаном я был, меня так просто не возьмешь. Никто меня не вскрыл, даже лучшие спецы Королевы, те самые, что были с ней с самого начала – даже они ничего не поняли. А я все ждал случая. И однажды случай пришел.
- Ты совершил свое покушение?
- Ага. Видела у Элизабет такой маленький шрам на левом плече, у самого основания шеи?
Ольга недоверчиво оборачивается:
- Да быть не может! Неужели…
- Он самый, моя работа. Еще бы пара сантиметров и не были бы у нас моей Королевы, я чуть-чуть не достал ее с первого удара. А на второй уже не успевал, бить было нечем, она мне обе руки мономолекуляркой снесла. Хотела и башку оттяпать, но потом передумала. Вот так вот. Все.
- Какое все?! Колись давай, маленький ниндзя, что дальше было? Мне интересно!
- В общем, если не считать потерю рук, контузию, выбитый правый глаз и пару пулевых дырок, все прошло достаточно неплохо. Среди десятка лучших покушений на Королеву Ос, я со своей попыткой был на почетном четвертом месте. Не то чтобы сильно горжусь этим достижением, но работа действительно была красивой. А дальше Элизабет приказала меня выходить и заняться моим мозгом уже более серьезно, избавляя от старых настроек и вредных привычек. Короче, я сразу ей понравился. И шрам она сохранила как напоминание о моей лихости и своей ошибке. Ну а еще дальше, там совсем все как у всех – учебка, служба, задания. Так я стал солдатом Королевы.
- Задания, говоришь? А та миссия на Каллисто, где…
- Где Элизабет встретилась с Дженной и спасла ее? Нет, это было давно, меня там не было. Инструктор по огневой подготовке, вот он был, кое-что рассказывал. По датам все сходиться – Рыжая тогда была простой оперативницей и моталась с разными делами тут и там. Она вполне могла попасть в серьезный переплет и быть спасенной моей Королевой. Мы спасали всех.
Пустынная разрушенная улица постепенно заполняется людьми. Беженцы идут кто поодиночке, кто небольшими группами. Некоторые катят перед собой тележки с нехитрым скарбом, кто-то держит в руках белые флаги, показывая отсутствие агрессивных намерений. Низко над улицей проходит штурмовой дрон, и Ольга смотрит ему в объектив – пусть видят.
- Ну, понятно. А как ты стал для нее не только верным солдатом?
- Просто. Элизабет всегда любила красивых молодых храбрецов, вроде меня. И когда со временем она предложила мне стать ее любовником, одним из многих, зачем было отказываться? И на всякий случай – отряд под свое командование я получил не за подвиги на любовном фронте.
- Естественно. И все же – долго вы были вместе?
- Нет, пара месяцев, не больше. Потом у нее были другие. Винсент, к примеру…
- А у тебя? Были еще девушки?
- Конечно, куда ж без девчонок? В нашем деле без вас скучно. Девочек было много, иначе как бы я еще набрался такого опыта, чтобы вчера тебя порадовать? Ты ведь не осталась разочарована?
В этот раз пришел черед Ольги рассмеяться и вспомнить прошлое.
- Знаешь, когда я покинула Высокий Дом, я все искала какое-нибудь ощущение в реальной жизни, которое бы перекрывало опыт симуляторов. Что угодно настоящее, что лучше, ярче, интереснее, чем в компьютере. Искала повсюду и не находила нигде. До этой ночи. У тебя получилось, Андрюх, у тебя получилось. Я пробовала в симуляторе все виды секса с миллионами парней, и теперь могу ответственно сказать – ты лучше, чем Матрица!
- Старая школа.
- Не расслабляйся, тебе придется доказывать свое мастерство и впредь. И как можно чаще. Ну ладно, засиделись мы тут, пошли…
Присоединившись к большой группе переселенцев, большевик и солдат Королевы проходят еще три квартала, пока не выходят на площадь. Там уже развернуты флаги и дымит полевая кухня, уже раздают одежду и лечат неотложные раны. Там их всех уже ждут, чтобы принять в новый дом и в новую жизнь.
- Мы в Город Изумрудный идем дорогой трудной…
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 15
В ЧЕРНОМ-ЧЕРНОМ ГОРОДЕ
- Бросьте оружие и сдавайтесь! Сдавайтесь!!!
- Аналогичное предложение – вы бросайте оружие и сдавайтесь! Иначе мы прикончим вашу королеву!
Ольга и Андрей не отступят, ибо отступать некуда, позади надежно запертый главный шлюз. Сдаваться на милость победителя тоже бессмысленно, ибо милости тут не будет, будут только допросы, скорый суд и незамедлительная казнь. Значит, надо стоять на своем, вдвоем против двух сотен, прикрываясь единственным заложником. Единственным, но очень важным заложником.
- Не стрелять, не стрелять без моей команды! Отставить!
Наконец-то, среди ругани и угроз послышался голос разума. Этот голос издает мистер Вайт, который явился на поле боя в своем черном пасторском костюме. Даже шляпу не забыл.
- Не стрелять, у них моя жена!
- О, наконец-то заметили, - Ольга смеется разбитыми губами. Ее ствол крепко прижат к виску миссис Вайт. И еще один ствол направлен ей в бок – Андрей тоже контролирует особо важную цель, наставив второй автомат на охранников, самоходные турели и штурмовые дроны. Три ствола против трех сотен. Но чтоб избавиться от госпожи им хватит и одного.
- Мистер Вайт, мы предлагаем обсудить данную ситуацию прямо сейчас. А еще лучше немедленно заключить перемирие, пока все не стало хуже. Вы, конечно, можете нас убить. Но уверяю вас, моя напарница – ей хватит времени и она не промахнется. Так-то, - Андрей тоже улыбается.
- Вы пришли в наш общий дом, и мы открыли пред вами ворота. Мы впустили вас в убежище, дали кров, разделили хлеб, залечили раны. И так вы отплатили нам за доброту – убили наших слуг и попытались ограбить. Воистину ваша наглость может сравниться лишь с вашим бесчестьем!
Это уже не мистер, а миссис Вайт, царица подземного града. Она не лезет за словом в карман даже под дулом пистолета.
- Ага, вы все верно заметили, моя госпожа. Мы те еще сволочи, способные на любую гадость ради своей выгоды. В том числе и на переговоры с врагом. У нас не получилось забрать силой то, что нам нужно, признаю. Посему мы попробуем путь дипломатии. Мистер Вайт, скажите, ну неужели эта железка стоит для вас больше, чем ваша обожаемая жена?
Голографический проектор на плече Ольги озаряет светом полутемную шлюзовую камеру, дав возможность всем желающим увидеть чертеж искомого объекта.
- Миссис Вайт, а вы что скажете? Мы знаем, что эта чертова капсула у вас. Как насчет сделки? Что для вас дороже – ваш трофей или ваша голова?
- Девочка, если бы ты пожила с мое, то, может быть, поняла бы главное. Никогда нельзя без боя отдавать свое!
- А кто говорит о том, чтобы отдать? Мы предлагаем выкупить капсулу, выкупить за хорошую плату. Назовите цену, моя госпожа.
Миссис Вайт смеется.
- Сначала вы пытаетесь нас обокрасть. Затем пытаетесь ограбить. Затем пытаетесь убить меня. И в финале, когда у вас ничего не получилось, предлагаете сторговаться?
- Убить вас у нас получится, не сомневайтесь. Но да, мы действительно готовы выкупить капсулу, раз уж нам не удалось наложить на нее лапу. Говорите свою цену.
- Так смело… А если мы не согласимся?
- Согласитесь. У вас нет другого выбора.
Изображение искомого трофея сменяется картой. Картой некого массивного и очень протяженного инженерного сооружения. Карта неполная, многие важные детали отсутствуют. И все же, координаты, равно как и привязка к наземным ориентирам, указаны верно.
- Как вы уже заметили, вы великодушно пустили нас в свой дом. И мы, отогревшись и откормившись за ваш счет, не теряли времени даром. Раньше ни у кого на поверхности не было планов данного учреждения, все держалось в тайне. Но не теперь. Как видите, мы все знаем. И наши наниматели из космоса – они тоже теперь знают. И прямо сейчас они держат ваш город на прицеле.
Старшина кивает в сторону темного бетонного свода.
- Потолки у вас крепкие, так что даже Гронд может прокатиться над головой и ничего не случится. Но даже такой потолок не выдержит прямого попадания противобункерной ядерной бомбы, сброшенной с орбиты. И таких бомб у моих боссов много, они очень богатые люди.
- Да? Ну, раз они такие богатые и сильные, то почему сразу не потребовали отдать груз?
- Не хотят привлекать внимания, потому и послали своих цепных псов вперед. И потому предлагают решить дело миром. Мы уполномочены говорить от их имени, и предлагаем вам сделку. Ответ на наше предложение нужен прямо сейчас. Если мы не дадим отмашку через три минуты, они начнут бомбардировку. Итак, - чуть повернув пистолет, Андрей смотрит на старинные ручные часы. - Итак, сто восемьдесят секунд, отсчет пошел…
Ольга рада, что товарищ выступил вперед: она никогда не была сильна в покер и плохо умеет убедительно блефовать.
- Значит, любую цену в обмен на эту вашу капсулу и наше молчание?
- Да, моя госпожа. Продажа должна состояться втайне.
- А если кто-то еще узнает…
- Не должен узнать. Сто двадцать секунд.
Мистер Вайт сохраняет спокойствие, его люди тоже не волнуются, им не положено.
- Кто же все-таки вас послал, молодые наглецы?
- Неважно. Важно то, что осталось девяносто секунд.
Миссис Вайт дает свой ответ не сразу, она намеренно дожидается, пока у них остается меньше минуты.
- Десять миллиардов сталинских рублей. Одной суммой. Передача состоится здесь.
- По рукам. Но дайте двенадцать дней, чтобы собрать деньги и доставить их на Землю.
- Неделя и ни минутой более. А теперь – сообщите своим боссам, что мы договорились.
- Сделано.
Еще несколько мгновений все молчат. А затем охранники опускают свое оружие. Ольга медленно убирает пистолет от головы миссис Вайт.
- Помните, моя госпожа – наши боссы постоянно следят за нами. Если со мной и моим напарником что-то случиться, то они поймут, что вы их обманули. И тут же нанесут неизбежный удар возмездия.
Миссис Вайт, королева подземного града, делает два шага вперед, затем медленно поворачивается к Ольге.
- Мы это уже поняли. А теперь вы поймите, что еще одна попытка нападения и вам никогда не получить драгоценный груз, мы его уничтожим. Следовательно, в нашем доме не должны появиться другие наемники, вы будете вдвоем. Эти семь дней вы проведете с нами, мы выделим тебе и твоему другу прекрасные покои. А сегодня вечером приглашаем на ужин. Нам будет очень интересно. Уверена, что и вам тоже…
***
Владыки подземного мира проповедают разумный аскетизм, так что званый ужин отличается умеренностью. Салаты, запеченная морская рыба с картошкой, немного десертов без сахара. И никакого алкоголя. И все же, завидев Ольгу и Андрея, мистер и миссис Вайт вскидывают тост бокалами с минеральной водой.
- За наших гостей и партнеров.
- За наших гостеприимных хозяев, - ответствуют парень и девушка, садясь по другую сторону неимоверно длинного стола.
Полчаса спустя, когда с молчаливым ужином покончено, миссис Вайт отставляет бокал в сторону.
- Итак, рассказывайте.
- Ну, рассказ не будет долгим, особенно с учетом нашего положения, - отвечает Андрей, вглядываясь в высокую прекрасную женщину с пепельными волосами по другую сторону стола.
- Я с подружкой, как вы уже догадались, работаем наемниками, то есть, творим всякие непотребства за сходную плату. Убиваем, грабим, шпионим, похищаем, совершаем диверсии и все в таком духе. В чью пользу мы это делаем, нас не особо интересует, лишь бы платили вовремя. И вот, примерно месяц тому назад, наша шайка получила очередной заказ. Необходимо было найти некий утраченный объект, которым, как вы уже поняли, является подъемный механизм рухнувшего орбитального лифта. У наших нанимателей появилась информация, что объект мог быть выброшен Грондом где-то на юге бывших США. Ну вот мы и начали поиск. К сожалению, к вам мы заехали слишком поздно.
Старшина показывает владельцам подземного града свои записи, сделанные на вершине холма несколько дней назад.
- И вот мы приехали сюда и поняли, что нас опередили, и груз уже найден. Очевидно, вы повезете его в свой подземный город, о котором нет практически никакой информации. Мы передали наши данные наверх, и нам приказали наведаться к вам в гости. Нам приказали обокрасть вас, господа, это не наша инициатива. Но, когда нам приказывают, мы исполняем. Извините.
- А почему вам сразу не приказали вступить с нами в переговоры и договориться о продаже?
- Потому что богатые люди никогда не покупают то, что могут украсть или забрать силой, именно потому они такие богатые. И на ваше предложение они согласились только осознав, что у них другого выбора. Вы грозитесь уничтожить капсулу, а это недопустимо. Придется раскошелиться.
- Верно подмечено, молодой человек, мы можем ее уничтожить в любой момент. А еще мы можем сделать по-другому. Мы можем сообщить Верховному Комиссару о нашей находке, - мистер Вайт указывает пальцем в потолок. – Эта ваша рыжеволосая красавица, она обычно не слишком активно вмешивается в то, что происходит на старой Земле. Ей просто неинтересно. Но в данном случае она точно не останется безучастной. И мы хотим, чтобы ваши жадные наниматели знали о такой возможности.
- Естественно, они знают, мой господин. Но также они знают, что вы этого не сделаете. И вы знаете, что они знают и так далее. Взорвать капсулу вы можете. Но позвонить Дженне – исключено. Вы ведь именно от нее прятали находку, не так ли? Она куда опаснее моих боссов, она опаснее всех…
- Мой товарищ хочет сказать, что если Дженна узнает о находке, то не будет вам предлагать деньги за нее. Она просто потребует все отдать, немедленно, бесплатно и без всяких условий. А если вы не согласитесь или попытается торговаться, то пошлет сюда не парочку наемников. Комиссар пошлет сюда парочку дивизий, которые снесут ваше подземное королевство до основания. А вас в финале убьют за неподчинение, за разглашение, за неуважение… Короче, убьют в любом случае. Убьют только за то, что вы видели чертову капсулу. Ничего личного, мистер и миссис Вайт, просто так товарищ Комиссар ведет свой бизнес. Такие дела…
Дав возможность слугам подать новую смену десертов, проповедник продолжает непринужденную беседу.
- Мы тут немного отстали от жизни и не знали, что в космосе еще остались те, кто сопротивляется Дженне. Неужели это правда?
- Сложно поверить, но да – у мисс Донован по-прежнему много врагов, необычайно много. Крушение старого мира поломало столько судеб, что мне кажется неудивительным тот факт, что есть желающие отмстить ей. Желающие свергнуть ее диктат. И таких злых людей предостаточно. Пожалуйста, не спрашивайте о конкретных именах, мы ведь простые пешки, и нас нанимают через посредников. Просто примите как факт – у Дженны есть враги, богатые и влиятельные враги. И они послали нас в поисках оружия против нее, послали извлечь чертов архив, который неожиданно попал к вам.
- Только архив?
- Да, только он. Мы знаем, что подъемник полон сокровищами клана Айзенберг, но это ваш трофей по праву. Нас интересует только капсула с архивом. Та, которую мы сегодня утром пытались выкрасть из вашей сокровищницы. Украсть не получилось, так что теперь будем покупать.
Сегодня утром Ольга и Андрей действительно видели драгоценный трофей и даже держали его в руках какое-то время. А затем их план полетел к чертовой матери, и вместо скрытого проникновения у них случилось бегство со стрельбой и взятием заложницы. Но этих коротких и кровавых минут им хватило для осознания очевидного факта – лидеры Культа уже пытались вскрыть капсулу. Безуспешно.
- Стало быть, молодые люди, у вас есть кодовое слово, чтобы открыть замок и запустить процедуру дешифровки?
- Вашими бы устами, моя госпожа. Ну кто нам доверит такую ценность? Мы не знаем, как его открыть, извините. Боссы знают, надо у них спрашивать.
- И что они планируют делать дальше с архивом? Хотят шантажировать Дженну?
Парень и девушка синхронно пожимают плечами.
- Нам сие неведомо. И честно признаться, не особо интересно. Мы хотим лишь быстрее передать вам деньги, забрать капсулу для боссов и ускакать в закат с нашим вознаграждением. А потом спрятаться где-нибудь, и смотреть из норы, что происходит и кто победит в финале. Вынуждены признать, что эта игра оказалась слишком велика и опасна для нас. Знали бы сразу на что идем – отказались бы и продолжили промышлять обычными убийствами и вымогательством.
- Люди не ведают, что творят…
Проповедник с женой синхронно поднимаются из-за стола, ужин подошел к завершению.
- Спасибо вам за компанию, молодые люди. Для убийц и грабителей вы оказались на редкость приятными собеседниками, было интересно пообщаться. Ну а теперь обсудим ваше здесь пребывание до получения оплаты за нашу собственность. Вам понравились ваши покои?
- Да, они необычайно комфортны. Спасибо.
- Пожалуйста. Итак, следующие шесть суток вы не должны покидать свои роскошные апартаменты, если только мы сами не пригласим вас куда-либо еще. В случае нарушения данного правила мы сочтем, что вы еще раз хотите нас ограбить. И второй раз вам не получиться застигнуть меня врасплох, так что вы будете неминуемо уничтожены. А ваши боссы – они не обидятся, просто пришлют новых шестерок на замену. Все ясно?
- Предельно.
- Замечательно. А теперь возвращайтесь к себе и хорошенько выспитесь, у нас у всех был очень тяжелый день. Доброй ночи.
***
Дни в комфортабельном бункере движутся неторопливо, словно стрелки старинных механических часов не спеша складывающих секунды в минуты, часы и дни. Заселившись в просторный подземный бокс, который по первоначальному проекту был предназначен для больших чинов корпорации Сверхновая, Ольга и Андрей первым делом проверяют свое новое жилище. Проверяют, а затем работают над тем, чтобы хоть как-то его укрепить в случае возможного нападения.
Естественно, за ними наблюдают – бункер буквально нашпигован следящими устройствами. Отключить их все нет никакой возможности, так что Ольга ограничивается тем, что строит особо защищенную линию связи, позволяющую им без опаски говорить между собой. О том, чтобы связаться с кем-то извне, мечтать не приходиться, вся связь только с дозволения супругов Вайт.
Помимо жучков и камер здесь могут быть и более неприятные устройства, могущие моментально очистить номер от постояльцев без их желания. Скрытых турелей или мин в стенах они не обнаружили, но всегда остается возможность запустить газ через систему вентиляции или просто затопить отсек под крышку морской водой. И тогда им придется прорываться через тяжелые двери в коридор, где день и ночь несут вахту самоходные турели – владыки подземного мира изо всех сил хотят не допустить повторения первой ошибки.
Убедившись, что они сделали все, что было в их силах ради собственной безопасности, Ольга и Андрей начинают просто ждать, терпеливо проживая время, оставшееся до получения выкупа. Она учит его хакерским фокусам, он учит ее пилотированию в сложной обстановке и стрельбе с обеих рук. Они слушают старую музыку, дни напролет смотрят фильмы вековой давности и часами занимаются любовью на громадной кровати под немигающим взглядом электронных шпионов. Все для того, чтобы убить время. Все для того, чтобы оттянуть момент, когда миссис и мистер Вайт поймут, что у заявившихся к ним наемников нет богатых покровителей на орбите, и им никогда не собрать десять миллиардов. Когда они поймут, что чужаков надо немедленно уничтожить.
***
На ужины их больше не приглашают. Но неожиданно, предлагают посетить церемонии Культа, что проводятся в главном гроте для всех новоприбывших. Очевидно, что на это вежливое предложение нельзя ответить отказом, так что Ольга и Андрей решают приобщиться к местным духовным ценностям, оставляют номер и идут в грот вместе с тысячами других людей.
С раннего детства испытывая острую неприязнь к религии и верующим, старшина Воронова не может не признать, что Культ и его лидеры выгодно отличаются от всех остальных мракобесов. В конце концов, их бог абсолютно реален, и каждый собравшийся в гигантской пещере уже ощутил на своей шкуре его тяжелую длань. И скоро они все снова почувствуют присутствие новоявленного Вседержителя – Гронд идет в их сторону. Есть высокая вероятность, что в этот раз он пройдет прямо над убежищем, и тогда им всем останется только молиться, чтобы стены и потолок выдержали тяжкое испытание.
- Во все века люди лгали друг другу. Во все века люди придумывали друг для друга нелепых идолов, заставляли окружающих поклоняться им и жестоко карали любого, кто готов был выступить против фальшивых богов. И вся эта мерзость сопровождалась лицемерными словесами о добре, справедливости и любви. Той самой любви, во имя которой возводили на костер и истребляли целые народы, той самой любви, ради которой пролиты реки крови. Запомните это, - громогласно возвещает мистер Вайт, вздымая руки к темному потолку, - Запомните, братья и сестры! Запомните, что любовь есть величайшая ложь на свете, а ложь всегда требует крови!
- Но есть исключение, - продолжает миссис Вайт. – И ради этого исключения вы пришли сюда. Неужели вы проделали свой длинный путь просто ради пропитания, чистой воды и крыши над головой? Нет, друзья мои, это все следствия. Вы пришли сюда ради главной и единственной причины – ради правды. И мы охотно поделимся с вами нашей правдой. Наш бог существует, и это есть правда. Когда Гронд спустился в свой мир, мои глаза открылись, и я поняла, что вижу настоящего бога, а не очередного бумажного тигра. Наш бог нас не любит, и это тоже правда. Гронд слишком велик, а мы слишком ничтожны, и когда он давит нас своей пятой, то даже не замечает того, так зачем ему нас любить или ненавидеть? Наш бог не добр и несправедлив, ведь доброта и справедливость – человеческие понятия. А Гронд выше всего человеческого.
- Но наш бог, который не любит нас и не желает нам добра – он не обманывает нас, он честен с нами. Гронд не зовет нас в чужие земли убивать чужих людей просто потому, что они не признают его власть. Он не ограничивает нас паутиной лжи и бессмысленными запретами. Он ничего не обещает, ничего не требует и никогда не наказывает нас. Он просто есть. И тот обретет истину, кто признает сей очевидный факт. Гронд есть Бог, и Гронд есть. Не ищите больше ничего.
- Тысячи лет разные лживые проходимцы требовали от вас умирать за навязанные вам идеалы. Мы не требуем. Мы поняли, что после смерти наши души и так соединятся с Грондом, души каждого соединятся, так зачем же спешить, если все равно никто не опоздает? Мы все придем к нашему богу, ибо Гронд придет за каждым в свой час.
- АЛЛИЛУЙЯ!!!
- Но пока сей момент не настал, мы должны жить. Мы не должны искать смерти, она сама найдет нас рано или поздно. Гронд не хочет нашей погибели, ему все равно, так что мы выбираем жизнь, и вы тоже, и все вместе мы сделали правильный выбор. Рано или поздно Гронд уничтожит всякую жизнь на поверхности – тогда мы уйдем под землю и воду, где не будем стоять на его пути. Наш бог истребил одних и навсегда изгнал других – ну что ж, вот и решение проблемы нехватки ресурсов, вот и окончание страшной чумы перенаселения, что терзает род людской род со времен пирамид. Спокон веку нами понукали мерзавцы, богатеи и развратники – их больше нет, Гронд стер их с лица планеты, словно жирную грязь. Мы сами себе хозяева, мы наконец-то обрели подлинную свободу. Разве только за это наш бог не заслуживает хвалу в свою честь?
- АЛЛИЛУЙЯ!!!
- И теперь, когда Гронд освободил нас от оков старого мира, мы должны построить новый мир его милостью. Надежно укрытые в толще земной и в чреве морском, вы примете наших несчастных собратьев с поверхности, точно так же, как мы сегодня приняли вас. Мы построим новые убежища и соединим их сетью туннелей, что будут пронзать весь мир. И в этом подземном раю мы будем жить свободными от бесконечной лжи старого человечества, ибо Бог стер эту ложь, вместе с лжецами, что бесконечно повторяли ее. Ибо Гронд есть правда. Именно правду вы здесь и обретете.
- АЛЛИЛУЙЯ!!!
На этом духоподъемная часть церемонии заканчивается, и чета Вайт уступает сцену служителям поменьше, что переходят к административной части. Новоприбывших надо подлечить, накормить и дать немного отдохнуть. А затем их всех организуют в рабочие команды, где они все вместе будут строить свой новый подземный мир.
- Вам здесь нравится? – Ольга спрашивает у молоденькой черной девушки, что наливает всем горячий какао и подает пончики.
- Что, простите?
- Вам здесь нравится? Ну, в этом городе?
- Знаете, я тут только три дня, пока осваиваюсь… Но точно могу сказать, что это лучшее место, где я побывала за последние два года, после того как Гронд снес мой прежний город. Тут нет голода, тут есть энергия, и здесь не убивают, сюда не пускают бандитов и работорговцев с поверхности. Мне достаточно для начала. А вам?
- Мы тут проездом, у нас дело к хозяевам. Но мы рады, что вы нашли новый дом.
Какое-то время парень и девушка присутствуют на громадной вечеринке, что дают в честь измученных и изголодавшихся людей служители Культа. Слушают музыку, смотрят старые фильмы на белой меловой стене, танцуют вместе со всеми на громадном танцполе. И когда музыка Bee Gees достигает своего пика и толпа сливается в единую волну, Ольга крепче прижимает к себе Андрея.
- Тридцать шесть часов. У нас осталось полторы суток до истечения ультиматума. Меньше двух дней до того момента, как они поймут, что нас надо немедленно прикончить.
- Не волнуйся, красная конница не оставит в беде.
- Я надеюсь. Но Вайт могут все переиграть и попытаться прикончить нас раньше срока. И вот тогда нам опять придется идти за архивом, брать его, а затем как-то пытаться уйти с ним обратно живыми.
- Да, по-другому никак.
- Тогда нам надо сразу четко прояснить один момент, товарищ. Архив – он важнее и тебя, и меня, и нас обоих вместе взятых. Дженна боится того, что внутри, она боится смерти на кончике иглы. И мы должны раздобыть эту иглу любой ценой. Выживем мы или нет – неважно, важно взять архив и отдать нашим. Потому, если мы добудем капсулу, и один из нас не сможет выбраться, то второй уходит без него. Второй должен доставить трофей наверх во что бы то ни стало, все остальное не имеет значения. Если я не смогу – ты меня оставишь. Если ты не сможешь…
- Тогда уходи без меня. Я серьезно.
- Знаю. И уйду. А теперь – пошли обратно в наш люкс. Я хочу тебя.
***
Общую тревогу объявили спустя семь часов, когда Андрей подает Ольге кофе в постель. Белые люстры сменяются красными фонарями, ревет сирена воздушной тревоги, затем из скрытых динамиков раздается голос администратора.
- Внимание всем! Внимание всем! Пять минут назад Сын Грома изменил курс, он направляется в нашу сторону.
Включив карту, Воронова вычисляет приблизительное время и место контакта. Всю последнюю неделю Гронд шел с юга на север. Но вот сегодня утром ему приспичило пойти налево, и ураган покатился на запад. К океану, руинам Лос-Анджелеса и громадному подземному убежищу под ними.
- Что скажешь, Оль?
- Наш друг, как обычно, очень вовремя. Он придет сюда до того, как истечет ультиматум, может и еще раньше, если снова не свернет куда-нибудь.
- Лучше бы свернул. А может и нет.
Кому-то в руководстве приходит идея, что не стоит слишком сильно пугать прихожан, так что сирена умолкает, а белый свет включается обратно.
- Без паники, братья и сестры, без паники, - безликого администратора сменяют южный акцент мистера Вайт. – Спокойно, друзья. Мы ведь для того и строили нашу подземную крепость, чтобы в безопасности и уюте поприветствовать нашего всемогущего бога, не так ли? Не бойтесь, Гронд не гневается на нас, он пройдет над нами, не причинив ни малейшего вреда. Мы уже несколько раз переживали его шаги над головой, переживем и снова, верьте в крепость этих стен. Работайте как обычно, исполняйте свой долг, несите вахты. Мы предупредим, когда будет необходимо свернуть операции на поверхности и вернуться в убежища. Вы…
Чудовищной силы удар мешает расслышать последние слова проповедника. Справа от бункера что-то взрывается с такой силой, что обрушивает часть стены и потолок, едва не погребя Ольгу под тоннами песка и гравия. И не успевает еще Андрей стащить оглушенную подругу с кровати, как вместе с обломками приходит ревущий мутный поток подземных вод.
- Уходим!
Едва успев схватить сумку с тревожным набором, они выскакивают в коридор. Здесь тоже нет света и воды уже по пояс, мутный поток несет обломки и изувеченные тела. Где-то сверкают искры, система оповещения шипит гремучей змеей, с грохотом опускаются противопожарные переборки.
- Направо, к перекрестку!
Точно, надо идти в правый туннель, надо подняться в гору, обгоняя подземную реку. Там, впереди, должна быть шлюзовая камера, что может сдержать поток, отрезая разрушенный сектор.
- Что это было?! Точно же не Гронд…
- Нет, Андрюх, он слишком далеко. Или котельная рванула так здорово, или… Нас как будто бомбой приложило!
- Сюда! Скорей, сюда!
Они пришли – впереди громада шлюзовой камеры, у которой толпиться полсотни человек уже по грудь в бушующем потоке. Кто-то возиться у пульта ручного управления, но безуспешно – люк по-прежнему закрыт, горят красные огни.
- Помогите, нужен инженер! Надо открыть чертову крышку, пока мы тут все не захлебнулись! Есть тут инженеры?! Кто-нибудь!
- Дай пройти! Дорогу!
Андрей уверенно прокладывает путь вперед, Ольга следует за ним. Поток набирает силу, люди едва держатся, кого-то сбивает с ног и уносит в черную горловину туннелей.
- Расступись, я сделаю. Дай подойти!
Тут слишком глубоко, чтобы стоять на своих двоих, так что Андрей дает условный знак и с головой погружается в бурлящую грязную воду. Ольга проворно лезет ему на плечи, чтобы достать распределительный щиток.
- Ради бога, скорее! Мы все тут утонем!
Старшина узнает ее, черная девушка из главного грота. Она уже пыталась сама открыть замки, но без инструментов тут никак. Или без навыка Вороновой.
- Пожалуйста, я не смогла сама, не знаю…
- Спокойно, сейчас… Держитесь!
Прожектора сжигают влажную тьму подземной реки, громадная шестерня с грохотом откатывается в сторону, и набежавшая волна швыряет терпящих бедствие внутрь шлюзовой камеры. Старшина хватает напарника за шиворот и идет последней, захлопнув люк за собой. Тут же включаются насосы, откачивая воду, второй люк можно будет открыть через минуту.
- Ты, ты была здесь раньше?! – Киров тут же находит уже знакомую девчонку и указывает ей на второй люк. – Привет, подруга. Как тебя зовут?
- Я, я Черри Андерсон… спасибо, спасибо вам ребята, что спасли…
- Не за что! – Палец Андрея тычет в шеврон на ее серой куртке. – Послушай, Черри, тебя ведь повысили, значит, ты уже не простая беженка? Ты была здесь раньше? Скажи мне, что за этим люком.
- Там, - Черри пытается зажать рукой глубокую царапину на голову, пока еще одна беженка неумело накладывает повязку. – Там должен быть туннель, один из четырех главных транспортных туннелей, что идут через весь город.
- Туннель через весь город? Ну, это же просто отлично, а я-то думал, как они так быстро перемещаются. Тут, значит, метро есть! Слышь, Оль, тут метро есть, как на Богеме!
- Да, есть, но нам туда нельзя. Нам нельзя внутрь, нам надо наверх, надо выбираться отсюда как можно скорей!
- Черри, что ты говоришь? Зачем наверх, куда, там же Гронд скоро все накроет! А прорыв не пойдет дальше шлюзовой камеры. Скоро они заделают дыру и откачают воду, наводнение не сможет затопить весь город.
- Да нам не от наводнения надо бежать! Я…
- Руки! Бросить оружие и поднять руки!!!
Вторая шестерня откатывается вправо, лучи лазерных прицелов и тактических фонарей бьют в лица перепуганных и замерзших беженцев. Десяток пехотинцев врывается в шлюзовую камеру, штурмовые дроны повисают над потолком.
- Как вы открыли первый люк? Отвечайте, кто и как это сделал?! Немедленно!
- Кончай орать! – Заслонив спиной Черри, Ольга выходит вперед, перекрывая прицел сержанту. – Ну, я открыла, понадобилось и открыла. Там, с другой стороны, люди тонут, если вы еще не заметили.
- Вы… вы оба здесь! – Сержант умолкает на секунду, получая указания по радиотелефону. – Понял. Так, вы двое идете с нами, господа хотят вас видеть!
Пистолет указывает на открытый мотовагон. Андрей смотрит на Ольгу, затем делает шаг вперед.
- Вот так, хорошо! Всем остальным – оставаться на своих местах, за вами придет транспорт!
- Ольга, Ольга!
- Черри, оставайся здесь, потом поговорим!
Ольга и Андрей садятся на жесткие деревянные лавки, сержант прыгает следом, и маленький поезд тут же срывается с места, двигаясь в южную сторону.
- Эй, служивый! Эй, тебе говорю! Что у вас так сильно бумкнуло десять минут назад, что трубы везде слетели? Вы что тут, взрывчаткой балуетесь?
- Не твой дело, чужеземец, - автомат сержанта направлен Кирову в живот. – Сами разберемся!
- Ладно, разбирайтесь. Ваш городишко идет ко дну, не мой…
Вагончик мчится по туннелям еще пять минут, то спускаясь, то поднимаясь к поверхности. Туннель очень широкий, тут могут двигаться и большие поезда, они видят замершие на путях грузовые составы и горные комбайны. А затем тьма сменяется светом и вагончик выныривает на ярко освещенной станции, точной копии старого нью-йоркского вокзала.
- За мной!
Из вагона на эскалатор, а затем в лифт, что увозит их еще выше. Кажется, часть города все же выступает над поверхностью.
- Склоните головы, господа ждут!
Когда надо, Ольга и Андрей умеют быть вежливыми, так что, пройдя в распахнутые медные ворота, они приветствуют мистера и миссис Вайт коротким поклоном. Впрочем, владыки подземного мира не расположены к протокольным мероприятиям.
- А, вот и наши дорогие гости! Не потрудитесь объяснить происходящее, - мистер Вайт раздраженной взмахивает левой рукой, на правой виднеется свежая перевязка.
- Что именно объяснить, мой господин? Мы и сами не ожидали такого начала утра. Взрыв ведь был не у нас в номере, уж вы-то должны точно знать, ради чего здесь все эти камеры кругом?
- Не надо дерзить старшим, девочка, не надо. Да, мы знаем, что это не вы устроили взрыв, мы имели удовольствие наблюдать за вами, пока вы трахались всю ночь напролет. Из номера вы не выходили. И все же, - миссис Вайт подходит ближе, проведя ладонью по мокрым серебряным волосам девушки. – И все же, странно, очень странно. Сначала вы, потом взрыв, потом…
- Извините, можно нам сначала сесть, а то меня, как обычно, мутит после контузии. Спасибо, - упав на розовый пуфик, Ольга берет с ломберного столика серебряную чашечку с турецким кофе, сделав так, чтобы ее рука слегка, но заметно подрагивала. – Повторюсь, не мы. Не мы сбросили бомбу.
- Откуда вы знаете, что это была бомба?!
- А что же еще, - Андрей падает на соседний пуфик, прихватив с подноса роллы с тунцом. – Естественно, бомба. Ну, или крылатая ракета. Боеголовка примерно в тонну, СТ-57 бинарная, судя по запаху сгоревшей взрывчатки. Нормальный армейский выстрел, а не кустарная хлопушка, если кому интересно. Бог мой, какая гадость, какая гадость это ваше суши…
- Бомба, значит. Но кто…
- Срочно для госпожи и господина! Срочно! – Подбежавший радист протягивает красный конверт. Мистер Вайт тянется к ножу для бумаги, но миссис Вайт быстрее, уже рвет конверт ногтями.
- Так вот оно что… Теперь все ясно. Включите главный экран!
Великолепная копия Тайной Вечери расходится в сторону, открывая матовую стену экрана, на которой величественно развивается старинный американский флаг. А затем, не менее величественно на фоне флага появляется седовласый мужчина в парадном белом кителе с большими звездами и в фуражке. Узнав старого знакомого, Ольга радуется, что связь односторонняя и адмирал не может их видеть.
- Эй, на берегу, как слышно?
- Тратман, сукин ты сын!
- И вам доброго дня, мистер Вайт! Я не вижу вас, но отлично слышу, как дрожат ваши пальцы, так что перейду сразу к делу. Вы уже получили мою весточку? Как там внутри, посуду не сильно побило?
- Адмирал, в чем дело?! У нас же с вами мир. Мы же обо всем договорились еще год назад. Это наше побережье!
- Ну да, было вашим. Было, до тех пор, пока вы, моя госпожа, не нарушили договор. Помните, как мы с вами обязались информировать друг друга об особо ценных трофеях, что ваш так называемый бог Гронд может оставить в наших общих землях? Держать друг друга в курсе, чтобы разделить трофей по справедливости, и чтобы никто не ушел обиженным. Ну, разве это не по-джентльменски? И что же я вижу? – Седовласый пират улыбается, а затем достает из кармана кителя маленькую фотографию. – Я вижу, что вы пытаетесь меня обмануть. Я вижу вашу находку.
Тратман демонстрирует фотографию на камеру, так, чтобы всем было видно характерные очертания орбитального подъемника. Фотография сделана с земли.
- Вы хорошо поработали над маскировкой, спасибо вам. Не надо, чтобы жадные сукины дети с орбиты видели эту штуку, особенно, чтоб ненормальная рыжая девчонка видела и знала. Тут вы все правильно сделали, и наши конкуренты ни о чем не знают. А вот я знаю. И до меня дошли слухи, что этот трофей представляет собой вещь необычайно ценности. Следовательно, как цивилизованным людям, нам надо сесть за стол переговоров, все подсчитать и разделить по справедливости. А не тащить скрытно к себе в нору, нарушая данное мне слово чести!
Если бы могла, Ольга расхохоталась бы во все горло. Но она не может, так что девушка молча наливает себе вторую чашку кофе, передав Андрею еще один сэндвич. Слово чести, тоже мне…
- Наш бог и властелин оставил нам трофей, это наша собственность, которую мы ни с кем делить не намерены! Гронд сбросил подъемник в нашем городе! Буквально поднес его к нашим ногам!
- Ага, к вашим ногам, в вашем городе. Что находиться в моей стране!
Адмирал закуривает кубинскую сигару, а затем сжигает фотографию в пламени зажигалки.
- Слушайте сюда, сухопутные крысы. Вы нарушили договор, а я такого не прощаю. Посему дамы и господа, вы заплатите контрибуцию. Отдадите мне подъемник и все его содержимое без всяких условий и тогда, я, так и быть, уведу обратно свой доблестный флот. А если нет – тогда я приду и сам возьму то, на что имею право как гражданин и патриот. Даю час, чтобы все обдумать и прийти к единственно правильному решению. А чтоб вам было легче думать, вот для вас мои ускорители мысленной активности…
Надежная звукоизоляция королевских покоев не может полностью скрыть удары взрывных волн, что прокатились по всему подземному городу.
- Думайте скорее, друзья мои!
Тратман уходит в тень, оставив американский флаг гордо развиваться на ветру. Впрочем, и это изображение уступает место прямому эфиру с самолета разведчика, который подтверждает очевидный факт – адмиральская эскадра на подходе. Три десятка разнотипных кораблей и судов во главе с флагманом, авианосцем Немезис. На взлетной палубе кипит работа – готовят к старту десятки бомбардировщиков. Но еще больше Ольгу и Андрея интересуют другие корабли: идущие к берегу десантные суда, и артиллерийские крейсера, что прикроют морскую пехоту огнем тяжелых пушек. Тратман, очевидно, не шутит.
- Сукин сын, пригнал сюда весь свой флот!
Мистер и миссис Вайт удаляются, чтобы обсудить сложную ситуацию, оставив гостей гадать, сможет ли армия Культа отбить атаку неожиданного конкурента. Скорее всего, не сможет. У верующих много солдат и много оружия, в своих бесконечных туннелях они могут драться долго против пиратского десанта. Но отражать воздушные атаки им, очевидно, нечем, так что адмирал с легкостью устроит здесь повторение Ковентри, Дрездена и Токийского пожара.
- Вы двое – сюда!
Миссис Вайт возвращается в главный зал, сразу же направляясь к неожиданным гостям.
- Вы, вроде как, опытные головорезы. Значит, вам есть что сказать по данному случаю. Тратман ведь и по вашу добычу пришел. Ну, я жду ваших предложений, мне интересно!
- Да тут все просто, моя госпожа, - Андрей указывает на флагманский корабль. – Отдайте пирату то, что он хочет, и Тратман уберется восвояси. Получив трофей, он не станет атаковать ваш город, слишком затратное дело. Отдайте все, что было в подъемнике, кроме архива, ему он все равно не нужен без ключа. Пускай получает сокровища Айзенберга и уползает в свою нору.
- И нам остается только архив?
- Ага. И десять миллиардов от наших боссов за него. Подумайте, это стоящее предложение. Вы остаетесь с прибылью и без войны!
- Э-э нет, мои дорогие наивные друзья. Ничего мы отдавать не станем, мы возьмем себе все. И деньги за архив, и сокровища, и голову пиратского ублюдка, что посмел бомбить наш город. Мы ни перед кем не прогнемся!
Все еще сидя на пуфике и сложив ладони на коленях, девушка смиренно смотрит на миссис Вайт сверху вниз.
- И как вы собираетесь добыть его котелок, моя госпожа? Через пятьдесят минут Тратман перепашет здесь все к чертовой матери тяжелыми бомбами, и вам нечем помешать ему. Может быть, вы и не против предстать перед своим господом, но в наши планы это не входит. У нас все еще есть обязательства перед боссами. Мой товарищ прав, немедленно отдайте ему все, что он хочет, пока не стало еще хуже. Вы не сможете драться против всего адмиральского флота!
- О да, моя хорошенькая, мы не сможем. А вот твои боссы – вот они смогут. Им же очень хочется получить этот архив, не правда ли?
Мистер Вайт щелкает пальцем, и экран переключается на сокровищницу подземного града, демонстрируя уже знакомую всем капсулу.
- Сейчас вы свяжитесь с хозяевами и скажете им, что если они хотят получить свой драгоценный груз, то должны немедленно оказать нам огневую поддержку и пустить на дно всю пиратскую стаю. Я помню, как ты угрожала нам обстрелом с орбиты, пришла пора выполнить свою угрозу. А если нет – то не видать твоим хозяевам архива, мы сожжем капсулу. Семья Вайт никогда и никому не уступает, запомни!
Ольга медленно встает, примирительно выставив руки перед собой.
- Только без нервов, прошу. Я, конечно, попробую убедить их, моя госпожа, но это будет сложно, боссы могут не захотеть вступать в конфликт, они…
- Значит, убеждай лучше, девочка моя!
Десяток охранников и боевых роботов вскидывает стволы, метки прицелов скользят по лицам парня и девушки.
- Ну, в конце-концов, почему бы и нет? Я все сделаю. Но мне нужна надежная связь, и нужны координаты. Отведите меня в ваш центр управления, иначе мой передатчик никто не услышит за помехами.
- Едем!
Процессия направляется в другой туннель, и садится в другой поезд, но в этот раз им ехать совсем недолго. Где-то вдалеке продолжают грохотать взрывы и реветь вода, но здесь пока все тихо, туннели совершенно пусты. Ольга гадает, куда Вайт спрятали беженцев на время бомбежки, но у нее не остается много времени на раздумья, они уже приехали. Еще несколько переходов по эскалаторам и подъемов на лифте, и вот процессия входит в пункт управления, где она впервые за долгое время видит хорошо знакомый объект – кресло оператора с прямым доступом в Матрицу.
- Пароли к главному передатчику, пожалуйста.
- Предоставьте ей все, что будет нужно, - мистер Вайт приказывает старшему дежурной смены. – Сколько времени все займет?!
- Минута чтобы установить связь, две минуты на изложение нашего дела, еще пять нужно боссам, чтобы принять коллегиальное решение, - отвечает старшина, запрыгивая в кресло устаревшего образца. – Затем двадцать минут на подготовку к удару, затем…
- Слушай внимательно! Тратман атакует нас уже через полчаса, - миссис Вайт ставит сапог с острым каблуком на колено девушки. - И если через двадцать пять минут его флот не будет гореть в нашем море, то я лично прострелю тебе голову. А мой муж пристрелит твоего любовника. Понятно выражаюсь?
- Абсолютно. Поехали!
Матрица у сектантов не самая новая, впрочем, оно и не удивительно, умирающая Земля повсюду безнадежно отстала. Впрочем, это отставание не помешает Ольге пробить выставленные пиратами помехи и выйти на связь. Не помешают они выполнить и многое другое.
- Чтобы ты там не делала – делай быстро, девчонка!
Механические часы отсчитывают новые секунды, десантные баржи выстроились перед финальным броском, артиллерийские крейсера задирают стволы тяжелых пушек на максимальный угол возвышения.
- Сейчас, боссы подтвердили готовность к стрельбе. Мне нужен доступ к вашим системам наведения, нужны точные координаты противника. У нас очень мало выстрелов, нельзя промазать.
- Вот тебе твой доступ! Шевелись, они уже начинают!
Точно, первые бомбардировщики уже отрываются от взлетной палубы Немезиса, амфибии и плавающие танки скатываются с аппарелей десантных кораблей.
- Все, есть разрешение открыть огонь, произвожу финальную наводку! Шестьдесят секунд до залпа. Пятьдесят девять, пятьдесят восемь…
Взяв на прицел пиратский флагман, Ольга готовится к очередному неизбежному бою. Тридцать секунд до выстрела.
- Андрей, помнишь наш уговор?
- Помню. Я все помню.
- Хорошо. Всем приготовиться, сейчас я задам нашим врагам хорошую порку!
Авиакрыло поднято в воздух в полном составе, на крейсерах и эсминцах открыты крышки ракетных шахт, электромагнитные пушки заканчивают накопление энергии. Десять секунд.
- Нажнем курок и сбацаем рок! Три, два, один – ложись!
Пуля миссис Вайт бьет Ольгу в левое плечо. Еще три пули пронзают ей обе ноги, но охранники уже сметены короткими очередями пулеметной турели, что выскочила из потолка. Андрей расстреливает операторов дежурной смены, старшина переводит прицел, накрыв огнем ворвавшееся подкрепление. Мистер Вайт целится в нее, но могучий прыжок Андрея отбрасывает его в сторону, прямо под выстрелы миссис Вайт. С грохотом падает переборка, отрезая командный модуль, снова включается главное освещение, залив белым светом десяток трупов и разбитых роботов. Стволы пулеметов по-прежнему вращаются, выискивая новую мишень. Пятнадцать секунд с момента первого выстрела.
- Ты как?
- Минуту назад было сильно лучше, - Ольга сплевывает кровь, осматривая четыре свежие раны. – Скорее, у них где-то там есть аптечка!
Короткий осмотр на месте, пока напарник проворно штопает ее раны, заделывая разрывы в плоти и костях хирургическим гелем. Центр управления в их руках, Ольга единственный выживший оператор. Мистер Вайт убит, а вот достать его жену не удалось, миссис Вайт сбежала, оставив за собой кровавый след. Снаружи никого, ей удалось блокировать охрану на своих местах, повсеместно опустив переборки. Тратман начинает десантную операцию, до падения первых бомб осталось совсем немного.
- Андрюх, лови…
Киров считывает короткий файл, что Воронова нашла в закромах хозяев подземного града и зло сплевывает на пол.
- Да, и я такого мнения. Теперь ясно, о чем пыталась предупредить нас Черри. Надо ее вытащить, надо всех их вытащить отсюда. Но потом. А сейчас нужно другое, сейчас ты должен идти.
Кадры масштабной военной операции сменяются схемой хранилища и путей подхода к нему.
- Вот самый короткий путь, я постараюсь прикрыть тебя по дороге, отвлечь миссис и ее людей. Давай Андрей, одним броском, за Родину, за Сталина!
- Держись, подруга, я сделаю…
Оставшись одна, Воронова вкалывает себе усиленную дозу стимуляторов, затем берет контроль над оборонительными системами подземного города. Местной армии не хватит против флота Тратмана, но ей и не требуется побеждать в этом бою. Ей надо продержаться как можно дольше до неизбежного нокаута. А еще надо позвонить единственно приличному человеку в этом городе.
- Черри, ты как там, жива еще?
- Ольга, где ты?!
- Неважно, смотрите сюда. Вот этим путем вы должны уходить отсюда, сматывайтесь немедленно на север по туннелю 39, выйдете на поверхность уже за городом, вне Гронда. Рядом с вами склад, я сейчас открою ворота. Возьмите самое необходимое и немедленно уносите ноги!
- Хорошо, а как же все остальные вокруг? Тут же тысячи людей в бункерах!
- Я попытаюсь сбить их настройку, но ничего не гарантирую. Не ждите никого, бегите!
Ольга говорит так, чтобы успокоить девушку и заставить ее бежать вместе с парой сотней других беженцев, новичков, что еще не прошли полную психохимическую обработку в здешних лабораториях. Остальных уже не пробудить, слишком сильно им промывали мозги и накачивали наркотиками, превращая в послушных биороботов, что уже завоевали для семейки Вайт всю Калифорнию. Бог Гронд действительно не требовал от своих рабов безоговорочного подчинения, а вот его пасторы – еще как.
- Внимание, срок ультиматума истек. Миссис и мистер Вайт, мне надоела ваша наглость и глупость, и теперь я приду за своим трофеем!
Тратман не знает, что хозяева подземного города его уже не услышат, а даже если бы и знал, то все равно не остановился. И вот уже крейсера извергают огонь из пушек и выбрасывают дымные хвосты ракет, а плавающие танки выбираются на берег. И хоть это не ее война, Ольга в который раз вынужденно принимает бой.
Описав короткую дугу, ракеты падают на разрушенный город, с намерением пробить толщу земную и взорваться внутри гигантского подземелья. Но все же, агенты адмирала проникли не всюду, и он плохо знает схему объекта 28, так что большинство зарядов проходят мимо. А вот его флот как на ладони.
- Ну, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы – кто тут первым хочет в рыло?!
Серия вспышек по всему Лос-Анджелесу подтверждает начало контратаки – Ольга стреляет тремя десятками ракет сразу, жалея, что среди них нет ни одной ядерной. Она не пытается всадить заряд в жирное брюхо Немезиса, авианосец прикрыт слишком хорошо. Гораздо проще атаковать подошедшие вплотную десантные корабли, дав возможность как можно большему числу пиратов честно заработать свое посмертное пурпурное сердце.
- Помнят руки-то!
Умело распределив ракеты в три волны, старшина двумя первыми отвлекает противника, а третьей достигает успеха, поразив сразу два крупных десантных транспорта. Один тут же переламывается и мгновенно идет на дно, второй медленно крениться набок, охваченный пожаром от носа до кормы.
Неожиданный и смертельно эффективный отпор явно не нравиться адмиралу, его флот словно срывается с цепи, и там, где недавно летела одна ракета или один снаряд, там в небо выстреливают сотни выстрелов. Но теперь он вынужден еще больше расширить зону обстрела, ибо старается поразить замаскированные ракетные батареи, часть которых перемещается по городским улицам на грузовиках. Вот так, пусть еще побегают, пусть осторожничают и не лезут на рожон, выигрывая для Андрея ту последнюю нужную минуту для завершения миссии.
- Сейчас, сейчас ты у меня получишь!
Стараясь еще больше взбесить самозваного владыку семи морей, Ольга повторяет атаку, в этот раз выбирая добычу покрупнее. Вот так, в правый борт и надстройку крейсера, а затем еще один удар бронебойной, что прошибает все палубы сверху вниз, а затем взрывается в реакторном отсеке. И любуясь ядерным грибом, что встает посреди залива и расшвыривает в сторону мелкие суда, она получает долгожданный сигнал.
- Я здесь, капсула у меня!
- Отлично! Уходи по туннелю 14 на север, на север! Я жду.
Ей и самой надо уходить, вражеские бомбы рвутся все ближе, абордажные партии уже проникли в подземелье, обнаружение командного центра всего лишь вопрос времени. Так что старшина в последний раз стреляет по наседающим пиратам из всего, что есть, а затем выскакивает в разгромленный коридор, прихватив с собой резервный пульт управления.
Снаружи бушует пламя и ревет хлынувшая из подземных рек вода, электричество повсеместно отсутствует. И все же, объект номер 28 построен исключительно добротно, и уничтожение одной секции не означает гибели города целиком. Поэтому, преодолев вплавь бушующий поток, Ольга достигает шлюза и выбирается в задраенную трубу туннеля номер 14. Тут все в порядке, тут нет ни пожаров, ни подземных вод, ракеты Тратмана не падали здесь. Но мертвая тишина может быть плохим знаком, вполне возможно, что у адмирала есть планы на эту трубу, через которую можно достигнуть любой точки подземелья. В том числе и сокровищницы.
Впереди огни – навстречу идет грузовой состав. Условный сигнал как договаривались, код знают только они двое. И все же девушка прячется за воротами шлюза, поджидая, когда состав подойдет вплотную. Вот и он: несколько открытых платформ, пара цистерн, беспилотный электровоз, контейнеры, бункерные вагоны и снова платформы со стройматериалами. На одной из них, наскоро пристегнутая к бетонным балкам, покоиться уже знакомая красная капсула с персональной эмблемой клана Айзенберг.
- Андрей! Андрей, ты где?
Никакого ответа, на поезде никого. Связи тоже нет, передатчик молчит. Чтобы не терять времени, Ольга заскакивает на платформу, проворно осмотрев трофей – все в порядке, мин нет. Напарника тоже нет.
- ОЛЬГА!!!
По всей длине туннеля вспыхивает свет, пробуждаются динамики и система видеонаблюдения. Ее зовут. Но зовет не Андрей, а миссис Вайт.
- Ольга, ты меня слышишь?! Знаю, что слышишь, сучка малолетняя. Что, уже заметила, что поезд пришел без пассажира? Твой напарник у нас, мы его взяли. Он жив и здоров, пока жив. А теперь – слушай внимательно. Если хочешь его вернуть, то немедленно возвращайся вместе с моим сокровищем. Меняю капсулу на голову твоего любимого. У тебя пять минут, отсчет пошел!
Ольга уже нашла брешь в электронной защите, после чего отключает свет и камеры, ей не нужно, чтобы ее видели. Оставшись в одиночестве, девушка садится на вожделенный трофей. Вокруг пустой туннель, что идет на север до самых границ города. Он проходит мимо высадившейся армии Тратмана, проходит под Грондом, что уже начинает наваливаться своим безмерным брюхом на окраины Лос-Анджелеса. Он идет к спасению и свободе.
- Не стреляй, ты меня слышишь?! Не убивай его, я возвращаюсь! Не стреляй!
Они уже ждут: сотни солдат – зомби, десятки боевых роботов. И миссис Вайт, что стоит под главным люком, нацелив маленький пистолет в голову Андрея. Он лежит на бетоне весь в крови, руки и ноги скованы. Ранен, но жив.
- Только попробуй его тронуть, и я взорву заряд, - Ольга высоко поднимает руку с зажатым в ладони детонатором.
- Явилась-таки, мерзавка! Ты убила моего мужа, ты…
- Ага, чего-то припоминаю. Обожаю замачивать бандитов и работорговцев, аж кончаю от этого! А теперь, пока я и тебя не грохнула, отдай мне моего товарища, и я уйду подобру-поздорову вместе с капсулой.
Миссис Вайт улыбается в ответ на ультиматум. А затем бьет Кирова в лицо рукояткой пистолета.
- Ты не в том положении, чтобы ставить условия, девчонка. Мы можем убить вас в любой момент, а ты не посмеешь взорвать капсулу, вас на части порвут, если вы вернетесь с пустыми руками!
- А кто сказал, - Ольга переводит взгляд в потолок, на громадный задраенный люк. С потолка сыпется пыль, стены грота вибрируют, что неудивительно – Гронд идет над центром мертвого города. - А кто сказал, моя госпожа, что я хочу взорвать капсулу? Это детонатор от другой бомбы.
- Какой еще другой?!
- Той самой, что у тебя над головой, подруга. Мы же не работаем в одиночку, у нас есть друзья и на поверхности. Один из них недавно заминировал главный люк, кумулятивная ядерная мина малой мощности. Маленькая такая мина, всего одна двадцатая килотонны. Но ее хватит, чтобы вскрыть эту крышку. И теперь, миссис Вайт, вы без всяких условий отдадите мне моего товарища. Иначе ваш добрый бог придет за всеми вами!
- Ты блефуешь! – Миссис Вайт коротко оглядывается наверх, а затем снова смотрит в серые глаза Ольги. – Наемники вроде вас неспособны на такое, вы слишком любите деньги и слишком хотите жить. Ты не поставишь на карту свою жизнь, ты не сумасшедшая…
Ольга ничего не говорит, только мило улыбается в ответ. А затем нажимает красную кнопку.
- НЕТ!!!
Крик миссис Вайт тонет в грохоте. Но это не грохот взрыва, ибо его никто и никогда не услышит. Это грохочет Гронд, что неожиданно находит новую добычу под своей пятой. И как всякую другую добычу, ее надо схватить, разорвать на части и проглотить без остатка.
Взрывная волна ядерной мины не успела даже ударить в дно грота, ибо Гронд уже тащит ее назад, тащит наверх все, что успевает схватить. Солдаты и роботы уносятся в ревущую дыру, словно сухие листья, Андрей и миссис Вайт взлетают следом. Поезд остается на рельсах, ибо Ольга тут же приказывает локомотиву сдать назад, обратно в туннель. А сама она, надежно пристегнутая к платформе, уже выбрасывает перед собой длинную белую ленту моторного троса, что обвивает Андрея на полпути к ревущей бездне. Миссис Вайт пытается схватить его за волосы, но напарник делает сальто и ударом ноги сбрасывает ее с себя.
- Ступай с богом…
- Держись, Андрюх!
Поезд тянет назад с максимальной скоростью, и пока его массы еще хватает, чтобы устоять под напором Гронда, но последняя платформа уже начинает отрываться от рельс.
- Назад, назад, назад!
Трос сматывается, и вот она уже ловит его, тут же пристегнув к бетонной плите. До горловины туннеля еще пятьдесят метров, а последняя платформа уже взмывает вверх, удерживая сцепкой.
- Надо сбросить вес!
- Сейчас!
Мономолекулярная нить рубит сцепное устройство, платформа уносится в пасть урагана. Почувствовав сброс балласта, локомотив словно прибавляет мощности, и с огромным трудом все же вводит состав в туннель. Аварийная переборка с грохотом захлопывается за ними, отрезая путь щупальцам Гронда.
- Сейчас помогу! Не двигайся!
У нее нет времени возиться с резаком, потому она рубит наручники и кандалы той же нитью, рискуя поранить или убить любимого. Но ее движения точны, как и всегда.
- Я знаю, что ты скажешь, Андрюха! Скажешь, что я поступила неправильно, что мы договорились, и я должна была уходить вместе с капсулой, ибо архив важнее, но я не могла уйти без тебя! Не ругай меня, пожалуйста!
- А кто сказал, что я буду тебя ругать? – Андрей улыбается, прижав Ольгу к себе. – Думаешь, мне хотелось подохнуть в той пещере? Нет уж, спасибо, и я безумно рад, что ты за мной вернулась. Главное, что все получилось. Вот если бы не получилось, тогда да, тогда я был бы страшно, ужасно зол на тебя! Тогда… ложись!
Он надает на платформу, увлекая девушку за собой, пока град пуль не снес ей голову. Стреляют с дальнего конца туннеля, всаживая длинные очереди в пустые вагоны, выстрел гранатомета разбивает кабину локомотива.
- Именем адмирала Тратмана – сдавайтесь! Вы окружены, отступать некуда! Остановите поезд!
- Ага, щас… Андрюх, помоги здесь!
Поезд тормозит, но не останавливается полностью, Ольга не дает приказа на остановку. Вместо того она лезет вперед, к локомотиву и цистернам. Выстрелы продолжаются, морпехи адмирала заняли перекресток двух туннелей и твердо намерены не пропускать их дальше.
- Готов?
- Готов, - отвечает напарник, снимая сцепку. Старшина звонко шлепает шарик пластида к днищу цистерны, дает самый полный вперед, а затем перепрыгивает на отстающую платформу. Маленький поезд уходит дальше по туннелю, гремя колесами и выбрасывая снопы искр на стрелках, стрельба, утихшая на секунду, начинается с удвоенной яростью.
- Остановите поезд, я приказываю! Остановите поезд!
- Сейчас будет бум…
Андрей накрывает Ольгу собой, а та второй раз жмет красную кнопку, рассчитав момент, когда состав вырывается на перекресток. Взрыв шестидесяти тонн высокооктанового бензина превосходит даже детонацию ядерной мины, ибо в замкнутом туннеле некуда уходить высвобожденной энергии. Волна жидкого пламени проносится у них над головой, удар сбивает платформу с рельс, своды туннеля начинают рушиться, открывая дорогу воде.
- Быстрее, на правую сторону, там боковая шахта!
Андрей спрыгивает на рельсы, залитые горящим топливом, Ольга спускает ему в руки капсулу и прыгает следом, направляясь к заранее примеченной шахтной крышке.
- Задраивай!
Снова забег по туннелям наперегонки с ревущей водой, пробив себе путь в паре коротких перестрелок. Все время на северо-восток, ощущая, как дрожат стены и потолки вокруг них, как вибрирует сама земля под тяжелым сапогом Гронда.
- Сдавайтесь! Вы окружены!
Впереди еще один перекресток и еще один заслон противника, но в этот раз у них нет больше цистерны бензина. Значит, надо принимать оборонительный бой: Ольга и Андрей отскакивают по разные стороны туннеля, отстреливаясь из всех стволов. У них нет шансов пробить заслон и сдержать атаку пиратской роты, нет и не надо. Они должны продержаться еще хотя бы минуту…
- Полундра!!!
Снова стреляют, с такой силой, что друзьям остается только вжиматься в стены, радуясь, что стреляют не в них.
- Чисто!
Лобо выходит вперед, приветливо размахивая трофейным тяжелым пулеметом. Завидев красную капсулу, он вопросительно тычет в нее титановым пальцем.
- Оно самое?
- Ага, оно. Дайте-ка карту, ребят!
Роксана раскрывает карту разрушенного города, прижатого к горящему океану и раздавленного Грондом. Ураган закрыл уже большую часть Лос-Анджелеса, корабли Тратмана расходятся в сторону, открывая ему путь дальше в океан. Но они не уходят, ждут своих десантников, что уже вошли в подземный мир в поисках невиданного сокровища.
- Сколько их здесь?
- Считая тех, что мы прибили по дороге, около двух батальонов. Пираты вошли в город через несколько ворот сразу – судя по всему, кто-то в Культе снабжал адмирала информацией.
- Так, сейчас посмотрим…
Ольга подключается к остаткам системы безопасности, пытаясь выжать из умирающей сети хоть немного данных. Итоги поиска не внушают большого оптимизма.
- Тут еще и боевые роботы повсюду. Ищут конкретно нас вместе с капсулой, ты был прав насчет шпиона.
- Тогда не будем ждать, уходим на восток, пройдем под Грондом!
Андрей уже собирается взвалить на себя капсулу, но Ольга быстрее – она передает трофей Роксане.
- Нет, сделаем по-другому, товарищ. Лобо, Роксана, слушайте внимательно! Сейчас берете капсулу и любой ценой выносите ее из города в целости и сохранности. Что бы ни случилось, вы должны доставить трофей в зону эвакуации, головой отвечаете. А мы прикроем ваш отход.
Она еще раз включает карту, дав возможность им всем увидеть схему бесконечного подземелья, охваченного тут и там предательскими синими отметками – поисковые группы пиратов постепенно берут их в клещи.
- Уходите, пока ловушка не сомкнулась! Идите на северо-восток. А мы вдвоем поведем пиратов за собой на юг, пускай побегают. О вас они не знают, значит, кинутся всей стаей за нами!
- Отлично, всегда мечтал помереть героем, - Киров подхватывает пулемет у Лобо и хлопает морпеха по плечу. – Слушайте девушку, ребята, это приказ. Уходите!
- Ни пуха, ни пера, товарищи!
- К черту!
Морпехи бесшумно скрываются во влажной тьме: Воронова в последний раз смотрит на капсулу, затем поднимает с рельс ракетную установку.
- Пора отрабатывать наши медали. Помоги-ка…
Синие отметки приближаются: пиратский батальон разделяется на взводы и отделения, чтобы вести поиск на большей территории. Надо указать им единственно верное направление и Ольга включает на пару секунд камеры видеонаблюдения, дав возможность объективам поймать их в кадр. Ненадолго и нечетко, так, чтобы никто не увидел, что капсула исчезла. Вот так, достаточно. А теперь еще одно послание, на этот раз более весомое.
- Поднимай!
Переборка откатывается вверх, пропуская в туннель огненный веер управляемых ракет. Серия взрывов сметает десяток синих точек, ответные очереди дырявят потолок и стены туннеля, Андрей опускает заслонку. Послание более чем внятное, теперь надо бежать – живец должен быть шустрым.
- Ходу, ходу, ходу!
В другую сторону, по туннелям и заброшенным залам, туда, где вибрация становится все сильнее – именно там Гронд проложит себе дорогу в океан. Но здесь, в подземельях, им не надо бояться мощи урагана, здесь он их недостанет. Но достанут синие – после трех коротких перестрелок, когда Ольге и Андрею удается сбить заслоны, в четвертый раз они сталкиваются с непреодолимым препятствием. В этот раз, помимо обычных десантников, Тратман подключил к делу дорогущих боевых роботов. С ними могли бы справиться Лобо и его боевая подруга, но Ольга и Андрей вынуждены спешно отступать. Отступать до тех пор, пока вражеский огонь не загоняет их в ловушку – они скрываются в одном из шлюзовых отсеков, толстенные стенки которого на некоторое время сдержат лучевую плеть.
Сбив со спины горящий напалм, Ольга бросается к резервному пульту управления, надеясь взломать вражескую систему связи, и блокировать роботов. Но пиратские операторы не зря получают жалование, и любимый хакерский фокус сейчас не выгорит.
- Оль, кончай работу! Надо уходить!
- Куда? Все туннели блокированы!
- Не по туннелю, - Андрей светит фонарем в задраенную крышку у них над головой.
- С ума сошел! Там же Гронд!
- Он еще далеко, три километра. Горизонтальный барьер не дошел до шлюза. А пираты уже за дверью. И когда они ворвутся сюда и поймут, что капсулы у нас нет, то сразу же кинуться по следам Лобо и Роксаны. Нельзя этого допустить. Прошмыгнем под самым носом Гронда, всегда хотел на него глянуть!
- Вот же…, - Ольга смотрит на раскалившийся замок, который пираты прямо сейчас взламывают с другой стороны. – Ладно, я открою замок через тридцать секунд. Сыграем в русскую рулетку автоматическим пистолетом…
Обратный отсчет начинается, платформа приходит в движение. Пока есть время, Андрей извлекает из рундуков пару складных мотоциклов, набор инструментов и несколько мотков прочной веревки.
- Может пригодиться!
- Хорошо.
Платформа поднялась до максимального положения, крышка прямо над ними. Восемь секунд.
- Держись, подруга.
Три секунды. Ольга крепче сжимает ладонь Андрея. Две секунды. Замок внизу прорван, пираты уже здесь. Одна секунда.
- Поехали!
Обычно раскрытие шлюза сопровождается гулом могучего механизма, но только не в этот раз – в их мире больше не осталось других звуков, кроме рева ветра, который врывается в открывшуюся нору.
- Ну, здравствуй, родной…
Едва поднявшись из шлюза, они бросаются на пол, пропуская над своей головой какой-то здоровенный обломок. А мелкие частицы, что лупят по их телам, даже не сосчитать – кажется, что в движение пришел весь мир вокруг. Тут и вправду все движется, все отрывается от земли и несется по спирали, постепенно приближаясь к стене бесконечной тьмы у них за спиной.
- Зашибись! Барьер уже прошел над нами, мы уже внутри него! – Отчаянно стараясь перекричать рев урагана, Ольга указывает на уходящую стену прозрачного ветра, пробить которую изнутри почти невозможно.
- Не стоять, уходим к океану! Там есть еще один шлюз, вернемся в подземелье! Уходим!
Невидимая стена сжатого воздуха удаляется от них, откатываясь все дальше на запад по Голливудскому Бульвару. До нее уже больше километра, и меньше двух до черной стены Гронда, из которой нет возврата.
- Едем!
Мотоциклы едва держатся под ударами ветра, напарников несколько раз вышибает из седла. И все же, они вскакивают обратно, ибо на своих двоих не убежать, только на колесах, стараясь догнать уходящую прозрачную стену.
- Берегись!
Скорость ветра приближается к сотне километров в час, и уже не только мелкие обломки летят в лицо – начинают рушиться здания, что чудом пережили прошлые пришествия Сына Грома. И вот перед ними беззвучно падает небоскреб телевизионной корпорации, громадным облаком и горой обломков перегородив путь и навсегда похоронив последний шлюзовой отсек.
- Проклятье…
Ежесекундно уворачиваясь от падающих с неба и летящих вдоль земли разбитых автомобилей, они тычутся в поисках любого другого пути вниз, словно слепые котята. Но вокруг нет ничего кроме обгоревших руин. И накренившегося километрового небоскреба, что едва показался за невидимой стеной горизонтального барьера.
- Ольга, давай в башню! Скорей!
На последних метрах у подножья небоскреба ветер отрывает Воронову от земли, и Киров едва успевает поймать ее и затащит внутрь.
- Что дальше? В подвал?
- Нет, он сроет его под корень. Идем к лифту на крышу. Скажи, что у тебя есть еще один запасной аккумулятор?
- У меня все есть.
Энергии батарейки хватает, чтобы оживить лифт и доставить их вместе с мотоциклами на крышу небоскреба, откуда открывается фантасмагорический вид на накатывающий Гронд и уходящий горизонтальный барьер. Дальше полоска берега, океан, и крошечные с такой дистанции корабли, что поспешно расступаются, открывая путь Сыну Грома.
- И что дальше? Улететь нам не на чем!
- А мы не будем лететь, мы будем падать! – Андрей достает из-за пояса их последнюю ядерную мину. – Небоскреб наклонен в сторону океана, и если подорвать его у основания, он рухнет на стену и проломит её, его масса слишком высока, барьер не выдержит! Так мы и выберемся, если не погибнем при взрыве и падении. Приготовься сбросить лифт!
Пока она разбирается с тормозным механизмом и противовесом, он колдует над детонатором мины, вручную установив минимальную мощность и направление взрывной волны, так, чтобы небоскреб рухнул в нужную сторону, а не сложился, подобно карточному домику.
- Только вот пираты, они же так просто не отстанут от нас. Дождутся, пока Гронд уйдет в океан, и прочешут здесь все, будет сложно оторваться, не знаю…
- Займись взрывом, а я разберусь с пиратами, - низко пригибаясь, Ольга направляется к мачте главной антенны.
- Что ты задумала?
- Хочу, чтобы нам кое-кто немного помог, а то надоело все самой делать.
Подключение напрямую, короткий набор сигнала, ввод пакета с дезинформацией, а затем выстрел в космос. И как бы ни был силен Гронд, он не сможет удержать сигнал, усиленный мощным передатчиком.
- Давай, давай, сними трубку…
Сигнал принят, ответа пока нет. Тут требуется время на раздумье, слишком высока цена ошибки.
- Давай, подруга, делай, что должна…
Вспышка над океаном. Еще одна. И еще одна. Ударная волна так сильна, что достигает их даже за невидимой стеной, едва не сдув с крыши. Гронд продолжает движение к горящему океану, в котором пиратский флот гибнет под ударами пришедшего с неба грома и молний.
- Вот так, молодец! – Ольга смеется и хлопает в ладоши как маленькая девочка, любуясь на махину Немезиса, переломленного надвое прямым попаданием тяжелой орбитальной бомбы.
- Как? Что ты сделала?!
- Я просто подсказала Дженне, что наш дорогой адмирал Тратман немножечко сотрудничает с большевиками. И что он нашел архив, и уже собирается продать его Климову. Ну вот у Рыжей нервишки и не выдержали…
- Молодец, хвалю. А теперь – держись!
Андрей швыряет мину в кабину лифта, сбивает тормоз, а затем падает на бетон, увлекая Ольгу за собой. И бетонное ложе содрогается под ними, когда миниатюрный ядерный заряд взрывается в подвале небоскреба.
- Давай, сукин сын, падай!
Словно услышав их призыв, небоскреб переламывается в районе нижних этажей и начинает валиться к горящему океану – сначала медленнее, затем все быстрее и быстрее. Парень и девушка вскакивают на ноги и бегут к дальнему концу крыши, подальше от неминуемого удара.
- Держись!
Стена невидимого ветра обладает небывалой прочностью, у человека нет шансов ее пробить. Но кинетическая энергия падающей башни весом миллион тонн слишком велика, и ветер поддается, раскалываясь в невидимую пробоину, что пропускает верхушку небоскреба через себя.
- Три секунды, две, одна, отрыв!
Андрей крепко хватает ее за пояс, Ольга отпускает поручень, и вот они уже летят рядом с падающим небоскребом, удерживая мотоциклы. Парашют слишком мал, и открывать его надо у самой земли, иначе можно попасть в воронку и тогда утащит обратно в Гронд. Значит, надо падать вместе с башней, угадывая единственную последнюю секунду.
- Открывай!
- Еще рано… рано… давай!
Тряпичное крыло раскрывается над ними, башня улетает вперед, погребая под своими обломками целые кварталы. Черная земля надвигается стремительно, вес слишком велик для одного парашюта, и два падших ангела исчезают в непроглядном облаке пыли, что скоро рассеется, навеки слившись с Сыном Грома.
ГРОНД - VI: Встречный Огонь - Глава 16. Финал
ЗВОНОК ИЗДАЛЕКА
- Центр управления полетов Аполлон подтверждает – оптимальная скорость достигнута. Ковчег-1 вышел на расчетную орбиту!
Громадный зал взрывается аплодисментами и восторженными воплями, оркестр играет туш. И даже Дженна Донован не может сдержать улыбку, глядя на удаляющиеся позиционные огни громадного корабля. Она сделала это.
- Шампанского! Всем шампанского! - Да, сейчас вполне можно объявить выходной и закатить знатную пирушку, команда заслужила. Хлопают пробки, пенный напиток льется в высокие бокалы, и вот уже один из них подносят Верховному Комиссару. И хотя она никогда не признавала никакой другой алкоголь кроме медицинского спирта, в этот раз Дженна решает не сдерживать себя и выпить вместе со всеми, разделить всеобщую радость.
- Речь! Просим! Речь!!!
- Ну, ладно, попробую…
Дженна выходит к маленькой трибуне, грациозным жестом прекратив всяческий шум.
- Запомните сей миг, коллеги. Запомните себя и своих друзей. Запомните то, что все мы только что сделали. Сегодня первый Ковчег ушел в полет, сегодня мы проложили дорогу к звездам. Через пятьдесят лет он достигнет своей цели, и новые поколения увидят восход новых солнц. И пусть до самого края мира летят корабли землян!
Дженна одним залпом осушает бокал, а затем звонко раскалывает его о трибуну. Возможно, впервые за всю жизнь ей не хочется остаться в одиночестве.
- Товарищ Комиссар? Извините, но это вас… - одна из секретарш протягивает ей старинную трубку аппарата правительственной связи.
- Ну, здравствуй, подруга!
Все так же улыбаясь и обмениваясь рукопожатиями с ликующими людьми, Дженна медленно отходит назад, к тени у громадного иллюминатора.
- Извини, что не смогла лично присутствовать, я тут по-прежнему в розыске. Но как бы там ни было, хочу тебя поздравить, мы знаем, что ковчег уже стартовал. Невероятное достижение, просто немыслимое. Ты молодец, что свершила такое, горжусь тобой.
- Ольга…
- Не совсем, скорее ее цифровой двойник, совмещенный с автоответчиком. Решила, что тебе без меня будет грустно и захотела поздравить.
Мисс Донован берет еще один бокал шампанского и неторопливо пьет, наблюдая за вечными звездами. Вечными звездами, среди которых затаились ее враги, что явно не собираются складывать оружие.
- Знаешь, Ольга, твое упорное нежелание умирать, где и когда надо начинает раздражать. Тебе никогда не говорили, что излишнее упрямство рано или поздно неминуемо переходит в глупость?
Ответ приходит не сразу – цифровой копии старшины Вороновой требуется пауза на размышление, раздумывая, как бы точнее ответить. Как бы ответила настоящая Ольга, что долго натаскивала программу ради этого короткого звонка.
- Мудрые люди постоянно твердят мне об этом. Но я же русская дура, никак не могу уловить тот момент, когда надо поднять руки и сдаться по-хорошему. Все-то приходится постигать своим скудным умом, все-то надо узнавать по крупинкам. Ну, как по той крупинке, что мы нашли в Лос-Анджелесе. Здорово, правда? Там столько всего интересного прочесть, хоть немного умнее стану. Выучу кое-что. Например, координаты объекта под кодовым названием Телеграфный Столб. Слышала про такой…
Теперь черед Дженны брать паузу на размышление, обдумывая простой и понятный факт – они знают.
- Да, ты все правильно поняла, мы знаем. Знаем, что ты сделала, и скоро узнаем, как. Теперь мне ясно, почему ты тогда похитила меня, вместо того, чтобы сразу убить, и примерно понятно, как планировала дальше использовать. Я знаю, что связывает нас с тобой, Дженна, знаю о проекте Марафон. Наконец-то, Ольга Воронова понимает по-настоящему, кто она такая. И догадываешься, что я буду делать с этим понимаем? Я выполню свое предназначение.
- Ну, значит, ты действительно никогда не отступишь, Ольга. И мне придется просто убить тебя, равно как и всех, кого ты знаешь и любишь, всех, кто хоть что-то для тебя значит. Извини, но ты не оставила мне выбора.
- Нет, не так. Это ты не оставила выбора, не оставила никому. Ты решила за всех. У нашего мира не осталось выбора, мы должны тебя уничтожить. И мы это сделаем, я сделаю. Жди, подруга, жди той минуты, когда я приду за тобой. Ну а пока – до свиданья!
Долгий гудок подтверждает окончание разговора. Вечеринка окончена. Впереди дальняя дорога…
Музыка под занавес: Katey Sagal - Loose Cannons
КОНЕЦ ШЕСТОЙ КНИГИ.
Окончание следует...
Увлекательно, не правда ли? А дальше будет еще круче, будь уверен!
Хочешь помочь проекту ГРОНД стать еще популярнее? Нет ничего проще: расскажи об этой серии книг в своих социальных сетях, кинь ссылки повсюду, поделись с друзьями – пускай и они присоединяться к ГРОНДИОЗНОМУ космическому приключению! Поехали!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге