Гробница в космосе

Главы 1-6

Глава 1

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Девушка зябко поёжилась. Мелкие острые снежинки, оторванные от земли сильным, пронизывающим до костей ветром, летели прямо в лицо, в какую бы сторону она не пыталась отворачивать голову. Она с неудовольствием подумала, что этот ветер её окончательно доконает. Почему так холодно? Судя по многочисленной рекламе и отзывам, которые она просматривала в глобальной инфосети перед покупкой, её экипировка с активной системой электрического подогрева должна справляться с любыми температурами в этой части планеты. Должна справляться и с более низкими температурами. Но факт оставался фактом – ей было холодно. Очень холодно. Рядом пыхтела Эника, пытаясь достать из своего рюкзака коммуникатор.

- Посмотри, как вокруг красиво! – радостно завопила подруга, пытаясь перекричать ветер. Вот уж кому здешний мороз казался совершенно нипочём.

- Угу.

- Эй, ты чего? – Эника оторвалась от рюкзака и вскинула на неё голову. – Всё хорошо?

- Да. Просто этот ветер меня достал.

- Ага, сегодня погодка отстой. Как назло. Но если я правильно помню маршрут, мы почти пришли. Прямо за этим небольшим холмом…

Эника, справившись с рюкзаком и выудив из него комм, активно тыкала в него пальцем в толстенной перчатке. Насупившись и оттопырив два пальца она пыталась совладать с сенсорным экраном. Смотрелось довольно забавно. Наконец, комм сдался, и на экране появилась карта. Эника вздохнула с облегчением, но тут же нахмурилась, увидев, сколько ещё предстоит пройти.

Взглянув на экран через плечо подруги, девушка подняла голову и с сомнением посмотрела на «небольшой» холм, который возвышался перед ней. Холм, конечно, был небольшим только на карте — в реальности он выглядел как настоящая гора, покрытая снегом и льдом. Чтобы взобраться на него, а потом спуститься к замёрзшему озеру с его невероятно чистым, сине-голубым льдом — одному из самых красивых мест в северном полушарии Веридиана, — потребуется немало времени. И это ещё без учёта обратного пути.

Отступив от Эники на несколько шагов, девушка повернула руку, отлепила специальную липучку на внутренней части рукава, под которой скрывалась небольшая панель управления системами её комбинезона. Там же был небольшой чрезвычайно яркий дисплей. На него сейчас выводились часы, данные с электронного компаса, уровень заряда аккумуляторов комбинезона и температура подогрева. Время хорошо за полдень. Девушка вздохнула, ткнула несколько раз в кнопку управления подогревом, добавив пару градусов.

- Слушай, Эника, мне не улыбается топать обратно в сумерках. Да ещё и в такую погоду.

- Да лааадно тебе, - недовольно протянула подруга. – Тут совсем немного осталось.

- Мы будем минимум пол часа ставить палатку, часа два будем только перебираться через «небольшой» холм. А потом ещё обратно переть… Сил к тому моменту у нас явно не прибавиться.

Они знали, что с той стороны холма, на озере, разбивать лагерь нельзя — быстро прилетит солидный штраф. Заповедник, первозданная природа, экологические нормы и прочее, прочее…

Эника недовольно сопела. Она всё прекрасно понимала, но как же хотелось уже сегодня увидеть ледяное озеро, вживую взглянуть на одно из самых красивых мест на планете, своими глазами, а не в очередной рекламе туристической фирмы по голоэкрану. Но идти действительно оставалось ещё прилично и погода правда была отвратительной. В это время года такая погода тут нередкое явление. С другой стороны, именно поэтому сейчас туристические туры самые дешёвые. Вздохнув, Эника повернула к ней голову.

- Да я всё понимаю. Просто сегодня хотелось… А, ладно. Привал?

- Да, ставим палатку и хватит на сегодня. У меня уже сил нет. Сейчас сама начну выть, не хуже этого долбанного ветра.

Ветер, по ощущениям девушки усиливался. Становилось прямо ощутимо холоднее. Зубы начали немного постукивать друг об друга. Повертев головой, кивнула в сторону.

- Эника, давай к тому валуну. Пусть хоть с одной стороны у нас будет настоящая стена.

Подруга не отозвалась, так и сидела возле открытого рюкзака.

- Эника? Эй?

Повернув голову, Эника посмотрела ей прямо в глаза. Взгляд был каким-то пустым, пугающим. Ветер усиливался. Температура, по ощущениям, падала каждую секунду.

- Подруга, ты примёрзла там или что?

- Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

- Чего?

Девушка от удивления забыла про холод, который, по внутренним ощущениям, достиг уже какой-то просто невероятной отметки, вытаращила глаза на подругу.

- Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

- Я не пон…

- Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

- …

- Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

Она распахнула глаза. Темнота. Густая, вязкая, как будто её глаза затянуты плёнкой. Свет. Нет, не свет — что-то ярко мигает, раздражающе, назойливо, прямо перед лицом. Она попыталась сфокусироваться, но взгляд скользил, цепляясь за тени, за очертания, которые не хотели складываться во что-то целое. Всё плыло, как в тумане. Из груди вырвался хриплый звук, больше похожий на стон, чем на вдох. Что-то холодное и склизкое подкатило к горлу, вытекло изо рта, оставив на губах противный привкус металла и какой-то химии. Она дёрнулась, пытаясь откашляться, но тело не слушалось. Колени упёрлись во что-то твёрдое. Пальцы на руках скользили по гладкой мягкой поверхности, не находя опоры. Холод. Он проникал внутрь, сквозь кожу, сквозь мышцы, до самых костей. Её била крупная дрожь, будто всё тело пыталось вытряхнуть из себя эту ледяную оцепенелость.

Где она? Мысли путались, разбегались, как испуганные зверьки. В голове была пустота, прерываемая резкими, обрывистыми звуками. Она слышала голос. Что-то механическое, безжизненное, но настойчивое.

— Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

Девушка начала задыхаться, воздуха не хватало. Она судорожно вдохнула, но вместо облегчения почувствовала, как лёгкие наполняются ледяной жгучей болью. Кашель вырывался из горла, лёгкие горели, как будто она нахлебалась воды. Ещё один судорожный рывок, ещё одна попытка заставить тело слушаться. Левая рука, тяжёлая, как будто налитая свинцом, с влажным шлепком уперлась во что-то гладкое и холодное, прямо над ней. Полупрозрачная крышка. Она была так близко, что её дыхание затуманило поверхность. Справа от ладони часто мигала красная надпись. Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна. Женский механический голос повторял это снова и снова, монотонно, без эмоций. Вбивая эти слова прямо в её гудящую голову.

— Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

Слова доходили до неё медленно, словно пробиваясь сквозь толщу льда, который сковал её мысли. Голова гудела, как будто внутри неё бился тяжёлый молот, а холод проникал в каждую клетку тела. Но этот механический бубнёж — он был важен. Она знала это, хотя сейчас не могла понять почему. Собрав все силы, она попыталась сосредоточиться на этих словах, на мигающей надписи перед глазами.

— Тревога. Экстренный вывод пациента из криосна.

— Вот гадство… - скорее хрип, чем слова.

Правая рука, будто сама по себе, начала шарить вдоль края ледяного гроба, в котором она лежала. Пальцы, онемевшие от холода, нащупали выступ — что-то твёрдое, с рифлёной поверхностью. Кнопки. Шесть штук. Они были чёткими, хорошо ощутимыми даже сквозь одеревеневшую кожу. Она нащупала самую крупную из них, вжала её до упора и замерла.

Ничего. Несколько секунд тишины, которые показались вечностью. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось, а в голове снова начал нарастать шум. Паника. Она снова начала задыхаться, как будто лёгкие отказывались работать.

И вдруг — глухой влажный звук. Крышка над её головой дрогнула, приподнялась на пару сантиметров, а затем с шипением резко откинулась вверх. Одновременно внутри, по краям ледяного ящика зажглись световые полосы. Яркий слепящий свет ударил по глазам, заставив её скривиться от боли. Она зажмурилась, но свет всё равно проникал сквозь веки. Преодолевая боль и слабость, она попыталась подняться. Мокрые руки соскальзывали с гладких бортов, слабые пальцы не могли обеспечить хват достаточной силы. Немного побарахтавшись безо всякого результата, девушка изменила тактику. С трудом перевернувшись набок, она попыталась сесть. Упираясь слабыми руками, удалось немного приподнять трясущееся тело и навалиться подмышкой на правый край. Оставаясь в таком положении, она завертела во все стороны головой. Почти ничего не видно, взгляд метался по большому тёмному помещению, из источников света в котором только светильники чёртового морозильника в котором она сидела.

Держась изо всех сил за край, только бы не свалиться обратно, она попыталась крикнуть.

— Эй, тут есть кто?

Вместо крика глотка издала серию сиплых звуков, которые едва ли можно было назвать словами.

— Вот же гадство…

— Помогите! Кто-нибудь! Эй! - на этот раз получилось немного громче и чётче. Она даже не согнулась в очередном приступе кашля.

Девушка опустила взгляд. Перед глазами ещё всё расплывалось, вспыхивали и гасли белые круги. В голове всплыло слово: «криокапсула». Точно, она сидит в капсуле криосна. Отсюда этот пронизывающий холод, который сковал её тело и заставил зубы стучать как в лихорадке. Но разве должно быть так плохо? Она смутно помнила, что выход из анабиоза — это нечто плавное, почти безболезненное. Что-то явно пошло не так.

Почему ей никто не помогает? Где она? Эти вопросы крутились в голове, но ответов не было. И вдруг, как вспышка сверхновой, в сознании всплыл ещё один вопрос, от которого стало не по себе:

— Кто я? Как меня зовут? Твою же...

Она замерла, ожидая, что память подскажет ответ, но та, судя по всему, объявила ей бойкот. В голове была сплошная пустота. Ни имени, ни лица, ни даже намёка на прошлое. Только холод, тьма и этот проклятый голос, повторяющий одно и то же.

Ещё раз окинув помещение взглядом, она убедилась, что на помощь никто не спешит. Воздух в помещении был таким холодным, что каждое дыхание обжигало лёгкие. Она зашипела себе под нос, пытаясь заглушить электронную бубнелку:

— Так, нужно выбираться отсюда, или я сейчас замёрзну тут нафиг.

Немного поёрзав, она попробовала перекинуть своё тело через борт криокапсулы. Каждое движение давалось с огромным трудом. Наконец, после нескольких неудачных попыток, ей удалось перевалиться через край. Теперь она лежала животом на узком бортике капсулы, а её левая нога болталась в воздухе. Она попыталась нащупать пол. Пальцы коснулись чего-то шершавого и холодного. Пол. Он был близко.

Застонав, она приложила все свои силы, чтобы встать. Ноги дрожали, мышцы непроизвольно сокращались, но она упрямо пыталась подняться. Нога предательски подломилась. Она не успела даже вскрикнуть. С глухим шлепком девушка рухнула на пол, лицом вниз, смачно приложившись лбом о холодный металл, и перед глазами вспыхнул целый фейерверк из разноцветных искр. Сознание поплыло, и её снова поглотила тьма.

Глава 2

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Эника влетела в их комнату, с грохотом распахнув дверь и шугнув какого-то замешкавшегося кадета.

— Тира! Что ты натворила? — её голос звучал так, будто она её хотела в чём-то обвинить.

Девушка, сидевшая на кровати с учебником в руках, вытаращилась на подругу. Эника выглядела так, словно её только что гоняли на полосе препятствий: волосы растрёпаны, щёки раскраснелись, она стояла возле двери сипло втягивая воздух.

— А-аа? — Тира медленно опустила учебник на колени, пытаясь понять, что вызвало такой переполох. — Вроде ничего... — она осторожно посмотрела на подругу, чувствуя, как в груди зашевелилось беспокойство. — А что случилось?

Вместо ответа Эника, шагнула вперёд.

— Где твой коммуникатор?

Тира, всё ещё ничего не понимая, завозилась, пошарила руками по кровати и, в конце концов, выудила из-под подушки искомый предмет. Сразу же обратила внимание на световой индикатор уведомлений, который часто моргал. Разблокировав экран, девушка шумно выдохнула. Пять пропущенных. Придя с лекций, она хотела часик поспать, поэтому перевела его в беззвучный режим, поэтому вызовов она не слышала.

— Ох ты ж…

— Вот тебе и ох ты ж! Лейтенант Элион уже рвёт и мечет. Приказал немедленно тащить тебя к нему.

Тира поёжилась. Какая бы изначальная причина интереса не была у лейтенанта, теперь в любом случае дело закончиться ударной физической тренировкой и каким-нибудь внеочередным нарядом. Хорошо, если одним.

— Ну чего сидишь? — Эника чуть ли не пританцовывала рядом.

— Уже помчалась.

— Погоди, я с тобой. Приказано найти тебя и прибыть вместе.

Девушки бегом рванули по коридору. Нужно было пробежать весь жилой корпус, пересечь внутренний двор, он же плац, и добраться до учебно-административного корпуса. Это займёт несколько минут, а лейтенант уже явно не в духе. Не стоит его злить ещё больше своей нерасторопностью. Хотя, куда уж больше.

Пока бежали, Тира прокручивала в голове события последних дней. Учёба, тренировки, несколько увольнительных, на пару часов, которые они провели культурно и без эксцессов, шатаясь недалеко от академии. В целом, всё, как всегда, ничего интересного. Срочные вызовы от лейтенанта, аж в количестве пяти штук, могли означать всё что угодно. От взбучки, непонятно за что, до внеочередного увольнительного, тоже, впрочем, непонятно за какие заслуги. Хотя теперь явно будет взбучка. Тира тяжело выдохнула. Как будто прочитав её мысли, рядом так же горестно вздохнула Эника.

На их бег никто не обращал особого внимания. То и дело, то тут, то там, можно было заметить бегущих кадетов – обычное дело. Приказы и распоряжения в академии космического флота выполнялись бегом. В буквальном смысле этого слова. Поэтому, завидев мчащегося куда-то кадета, неписаным правилом хорошего тона было посторониться и дать ему дорогу. Девушки беспрепятственно преодолели маршрут от своей комнаты до учебно-административного корпуса, влетели на второй этаж, пробежались по коридору и резко затормозили перед массивной дверью с табличкой «лейтенант Армарис Элион». На секунду задержавшись, они окинули друг друга взглядом. Форма сидит хорошо, не растрепалась во время бега. Сорвав с голов армейские кепки и сделав уши максимально бодрым торчком, девушки кивнули друг другу и Тира решительно постучала в дверь.

— Войдите!

Тира распахнула дверь и шагнула первая, следом проскользнула Эника. Отойдя от двери всего пару шагов девушки замерли, вытянувшись по стойке смирно.

— Кадет Тира Калдран и кадет Эника Меллор прибыли, — девушки синхронно вскинули правую руку с сжатыми кулаками к груди, в приветствии старшего по званию.

Лейтенант Элион оторвался от монитора и перевёл недобрый взгляд на кадеток. Его глаза, холодные и пронзительные, остановились на Тире.

— Премного благодарен, кадет Тира, что вы всё же нашли время явиться. Я так понимаю, срочный вызов для вас — некая несущественная мелочь, которую вы игнорируете? Мне в дальнейшем стоит к вам сразу отправлять гонца?

Тира почувствовала, как её щёки начали гореть. Она знала, что оправдываться бесполезно.

— Простите мою невнимательность и нерасторопность, господин лейтенант!

Элион секунду молчал, словно взвешивая её слова. Потом тихо вздохнул и скосил взгляд на монитор своего терминала.

— Ладно, вольно.

Тира удивлённо замерла. Что-то случилось? Немедленный нагоняй откладывается? Не рискуя изменить свою позу, она стрельнула глазами вправо, на свою подругу. Судя по выражению лица Эники, у той в голове были такие же мысли.

— Значит так, кадеты, — начал лейтенант, снова обращаясь к монитору. — Согласно распоряжению номер... а, не важно. Так вот. Согласно распоряжению Штаба военно-космического флота, кадетам, показавшим отличные результаты обучения, не имеющих порицаний за последние 10 учебных месяцев и имеющих одну из следующих специализаций... так, ага, вот... предписано явиться для прохождения производственной практики сроком два месяца на борту флагмана Военно-космических сил дома Вальтаар — дредноута «Меч Веридиана».

Лейтенант снова перевёл взгляд на девушек. Тира, казалось, забыла, как дышать. Практика на настоящем военном корабле. Это же... Это же... Да тут так сразу и не найдёшь, что сказать.

Тира и Эника были кадетами второго курса и проходили обучение по программе подготовки пилотов малых космических кораблей. Обучение предполагало получение лицензии для пилотирования пассажирских, торговых и боевых кораблей, но они обе знали — попасть на службу на военный корабль шансов нет. Не у них. Не у двух безродных кадеток, что выросли в интернате, на окраине столицы. Которые лишь каким-то чудом, в результате желания одного чинуши пропиариться и показать свою заботу о самых незащищённых, но старательных детях, попали во флотскую академию.

В военном флоте есть кому служить. Детям более достойных, влиятельных и состоятельных родителей. Это было очень престижно. И очень прибыльно — на своём флоте дом Вальтаар не экономил.

Тира это прекрасно знала и не питала никаких иллюзий насчёт своего будущего. Да, пилотировать военный корабль ей не светит, также как и Энике. Ну и что? Окончив академию и пройдя аттестацию, она получит свою лицензию пилота. Возить пассажиров девушка, конечно, не хотела. Но она без труда сможет найти себе место в торговом флоте.

Совсем скоро дом Люмис колонизирует новый мир, подготовка к этому событию идёт полным ходом. А к концу её обучения новая колония будет нуждаться в огромном количестве товаров и грузов, доставка которых ляжет на плечи торгового флота. Конечно, служба в торговом флоте более опасна по сравнению со службой на каком-нибудь внутрисистемном корабле, занимающимся извозом многочисленных толп пассажиров, например, от планеты к поясу астероидов. Но при этом и более интересная.

Мысли в голове Тиры пустились вскачь. Эта практика всё ещё не откроет перед ней двери, чтобы она попала на военный корабль. Но! Прохождение практики на дредноуте, том самом дредноуте, впрочем, как и на другом военном корабле, даст ей специальную отметку в её лицензии. Отметку, выгодно выделяющую её среди остальных пилотов, только окончивших академию. А это, в свою очередь, даст возможность рассчитывать на более интересную и прибыльную работу, что, в свою очередь, даст более быстрое продвижение по службе, что, в свою очередь… Так, стоп.

Тира снова быстро взглянула на подругу. Судя по тому, как немного чаще задышала Эника, как немного порозовели её щёки, она думала о том же. Это шанс! Очередной шанс, который иногда подкидывает судьба и который ни в коем случае нельзя упускать.

Лейтенант Элион Армарис прекрасно видел, как после его сообщения разволновались кадетки. Они пытались не подавать вида, но округлившиеся, начавшие светиться чуть сильнее глаза, задергавшиеся уши, учащённое дыхание — всё это с лихвой выдавало их переживания. Неудивительно, эта практика могла стать для них очень серьёзным бонусом в их дальнейшей карьере. Конечно, вряд ли за два месяца они приобретут какие-то уникальные знания или сверхценный опыт, но эта практика будет отражена в дипломе и лицензии. А хорошая бумажка иногда может быть ценнее корабельной пушки.

Элион незаметно вздохнул. Девушки заслужили этот шанс. Они действительно были лучшими на своём потоке, прекрасно понимая, что только от их навыков и умений зависит то, как сложится их дальнейшая жизнь, и учились без дураков. Решено. Сейчас ему нужно заняться оформлением документов, а кадетам — сборами.

— Калдран! — его голос снова стал строгим, как будто он только что вспомнил о её опоздании. — Я, возможно, не буду отражать в сопроводительных документах вашу безалаберность!

Тира вздрогнула. Мысли о светлом будущем враз вылетели из её головы.

— Спасибо, господин лейтенант!

— Но! — лейтенант поднял палец вверх. — В силу вашей крайней медлительности, кадет Тира, у вас осталось… — Элион кинул быстрый взгляд на экран, — всего полчаса на сборы. Как и у вас, кадет Эника.

— Слушаюсь! — девушки выпалили это синхронно, словно отрабатывали этот момент на тренировках.

— Через полчаса вам надлежит прибыть с личными вещами на взлётно-посадочное поле академии, кадеты. И ни секундой позже. В отличие от меня, корабль вас дожидаться не станет! Выполняйте.

— Слушаюсь! — девушки снова произнесли это синхронно, чувствовался немалый опыт.

Снова вскинув кулаки к груди, Тира и Эника развернулись и покинули кабинет. Уже за дверями Эника повернулась к подруге, её глаза пылали от возбуждения.

— Тира, этот корабль… Дредноут, это же…

— Потом, всё потом. Рванули бегом, у нас осталось меньше получаса, подруга. Вперёд!

Эника уже забыла, что это именно из-за Тиры у них осталось так мало времени, кивнула, и девушки со всех ног побежали в жилой корпус. Им необходимо было спаковать свои вещи и ещё добраться до взлётки.

Глава 3

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Очнувшись, Тира обнаружила, что она лежит. Лежит на металлической ледяной поверхности в холодной луже… Всякого… Медленно подгребя под себя руки, девушка упираясь, приняла сидячее положение, откинувшись спиной на корпус криокапсулы.

— Тира. Меня зовут Тира Калдран! — выдохнула она. —Уф…

Она тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Имя. Она вспомнила своё имя. К сожалению, больше она не помнила ничего. Ну ладно, надо же с чего-то начинать, верно? По внутренним ощущениям, в отключке она пробыла недолго. Хотя беспамятство — штука коварная. Могло пройти и несколько минут, и несколько часов, тут не угадаешь.

В помещении было всё так же холодно, она просто адски замёрзла и мелко дрожала. Было темно. Не работало даже аварийное освещение, хотя оно то как раз должно работать вообще всегда. Что бы не случилось. На то оно и аварийное. Сил что-либо делать не было.

— Нет, так не пойдёт. Давай выбираться, Тира. — Она почему-то шептала, словно боясь нарушить тишину, которая висела в воздухе. Тишину. Даже электронный голос из капсулы уже умолк. Это было глупо. Кто мог её услышать?

Девушка дала себе несколько секунд. Всего несколько секунд. Собраться с силами. Потом нужно вставать. Как бы плохо ни было, нужно встать и начать делать хоть что-то. Ведь никто так и не появился, никто не помог ей, пока она валялась на полу. Она чувствовала, что если продолжит сидеть, то просто уснёт. И больше не проснётся.

— Раз… — упереться ладонями в пол.

— Два… — несколько глубоких вдохов.

— Три… — она открыла глаза.

— Подъём, Тира!

Девушка закряхтела, как глубокая старушка, и, цепляясь руками за корпус криокапсулы, встала. Ноги дрожали, но на этот раз выдержали. Голова закружилась. Тошнота подкатила к горлу. Она развернулась к капсуле, навалилась на неё, чувствуя, как холодный металл впивается в голое тело.

— Нет. Не отключаться, — прошептала она, стиснув зубы.

Постояв так немного, она почувствовала, как тошнота немного отступила, а тёмных пятен перед глазами стало меньше. Всё ещё держась за капсулу, она снова попыталась выпрямиться. Тошнота вернулась, но уже не такая сильная. Девушка медленно подняла руку и аккуратно ощупала лоб. Так и есть — огромная шишка. Поднеся руку к глазам, она увидела, что на пальцах осталась кровь.

— Гадство… Сотрясение. У меня, наверное, сотрясение. Так. И рана на лбу. Не хватало занести заразу.

Тира опустила руку, медленно покрутила головой из стороны в сторону. Свет в капсуле был ярким, но светил как-бы внутрь, словно стесняясь вырваться наружу. Его совершенно не хватало, чтобы осветить помещение, но кое-что она всё же смогла разглядеть. Слева от неё уходила в темноту глухая стена с прямыми, угловатыми выступами., из которой в её капсулу уходили утолщения и несколько труб. Над головой, под потолком, нависал стальной карниз. Возле её капсулы, дальше, стояли в ряд ещё несколько капсул, но они были пусты. Крышки откинуты вверх, свет в них не горел. За ними, у дальней стены, угадывались смутные очертания чего-то — то ли мебели, то ли оборудования. Тира прищурилась, пытаясь разглядеть детали, но тени сливались в однородную массу. Справа, ближе к центру помещения, стояли несколько массивных столов, их поверхности блестели тусклым металлическим отблеском. Над ними свисали манипуляторы, застывшие в неестественных позах, словно чьи-то окаменевшие конечности. Точнее разглядеть не получалось — за столами уже начиналась непроглядная тьма. Хотя... ей казалось, что в этой тьме, есть что-то ещё. Более тёмные пятна, почти невидимые, но от этого ещё более пугающие.

Так, а что за спиной? Медленно, с трудом разворачиваясь всем корпусом, она увидела ещё две странные, высокие капсулы, стоящие у дальней стены. Они отличались от тех, что были рядом с ней, даже отсюда они выглядели намного массивней. Ей показалось, или на них тускло горели световые индикаторы? Нужно что-то делать, куда-то идти.

Ещё раз взглянув на дальнюю стену, Тира приняла решение.

— Ну, давай посмотрим, кто там. Может, ребята захотят составить мне компанию? - девушка невесело хмыкнула.

Отлепившись от своей капсулы, сделала несколько пробных шагов. Ноги дрожали и слушались плохо. Ну, а что ей остаётся? Борясь с тошнотой и головокружением, Тира медленно побрела к странным капсулам.

— Давай, Тира, сейчас разбудишь себе компанию. Спросишь, что происходит. Или хотя бы коварно наблюёшь на кого-то. – Так подбадривая себя, девушка доковыляла до цели, ориентируясь на слабый свет индикаторов. И остановилась, не дойдя буквально пару шагов, горестно вздохнула.

Действительно, на них горело несколько индикаторов, все жёлтые или красные. И ни одного зелёного. Но причина её расстройства была не в этом. Это были не гибернационные капсулы, а капсулы автодоктора. Да, их вроде бы тоже можно было использовать для погружения пациента в криосон, но сейчас их крышки были откинуты, в медкапсулах было пусто.

— Значит, сегодня без компании, - зло выдохнула девушка, — и хрен с вами, обойдусь.

Значит, автодоктор? Работает? Надо проверить.

Тира подошла к ближайшей, перевалилась через край, шлёпнулась на спину. Было больно, в отличии от капсул анабиоза с мягкими упругими лежаками, внутри автодоктора была металлическая дырчатая лежанка. Спину в очередной раз обожгло холодом, хотя, казалось, куда уж ей дальше мёрзнуть?

От такой активности голова начала кружиться сильнее. Она не могла вспомнить что нужно делать. Не видела и не могла нащупать каких-либо кнопок. Может, нужно было что-то нажать снаружи, перед тем как сюда ввалиться, а? От мысли, что ей сейчас придётся снова вылезти и исследовать медкапсулу снаружи, девушка застонала.

Неожиданно, с электрическим писком и щелчками, по краям медкапсулы, одна за другой зажглись световые полосы. Одна, впрочем, несколько раз мигнув, сразу погасла. Прекрасно. Не успев порадоваться, Тира увидела, как сверху упала крышка с набором маленьких манипуляторов. Девушка ощутила лёгкий приступ клаустрофобии. Если крышка умрёт так же, как световая панель, ей конец. У неё не хватит сил выбраться.

На крышке зажегся вмонтированный экран. На экране высветилась надпись:

\ ОЖИДАНИЕ

Возле надписи крутилась вокруг центра анимированная палочка.

— И чего мы ждём, скотина? Пациент уже прибыл! – Девушка не прекращала злиться. Ей было холодно и очень плохо. Мысли путались. А эта чёртова железяка не желает сотрудничать.

\ ДЕЖУРНАЯ СМЕНА НЕ ОТВЕЧАЕТ

\ НЕТ ВНЕШНИХ КОМАНД

\ ПЕРЕХОД В АВТОНОМНЫЙ РЕЖИМ

\ ЗАПУЩЕНА ДИАГНОСТИКА

\ ОЖИДАЙТЕ

В капсуле что-то загудело, запищало и зашипело. Тира с трудом фокусировалась на побежавших строчках. Похоже, дело пошло. Это хорошо, она ощущала, как ей становилось хуже. Она пыталась не отключиться, вдруг от неё потребуются какие-либо действия.

\ ДИАГНОСТИКА ЗАВЕРШЕНА

\ ОБНАРУЖЕНЫ МНОЖЕСТВЕННЫЕ ПАТАЛОГИИ

\ СОТРЯСЕНИЕ МОЗГА СРЕДНЕЙ ТЯЖЕСТИ

\ ПЕРЕОХЛАЖДЕНИЕ

\ ОБЕЗВОЖИВАНИЕ

\ РВАНАЯ РАНА ПЕРЕДНЕЙ ЧАСТИ ГОЛОВЫ

\ ДИЗОРИЕНТАЦИЯ

Строчки продолжали бежать, Тира не успевала за ними следить. Она слабела, чувствовала, что начинает отключаться.

\ РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОКАЗАНИЕ ЭКСТРЕННОЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ

Эту строчку она успела выцепить взглядом и осознать. Прекрасно, это то, что нужно. Давай, железяка, работай!

\ ОЦЕНКА ДОСТУПНЫХ РЕСУРСОВ

\ КАРТРИДЖ А – ПУСТО

\ КАРТРИДЖ Б – ПУСТО

А вот это прям плохо. Тира чуть не завыла в голос, пока автодоктор перечислял то, чего у него нет.

\ ПАЦИЕНТ В СОЗНАНИИ

\ РЕЗУЛЬТАТ ОЦЕНКИ: ДОСТУПНО ОКАЗАНИЕ ОГРАНИЧЕННОЙ ЭКСТРЕННОЙ ПОМОЩИ.

\ ПРОДОЛЖИТЬ? (ДА/НЕТ)

Девушка всматривалась в последние строчки, которые больше никуда не бежали. Последняя строчка противно мигала, заставляя голову болеть ещё сильнее. На секунду, она задумалась, а может попытать счастья в соседней медкапсуле? Но тут же выбросила эту мысль из головы. Нет, сил вылезать у неё уже нет. Если её хоть немного не подлечат, то она тут и останется.

— Да, - вслух сказала Тира.

\ ОЖИДАЙТЕ

Один манипулятор с инъектором дёрнулся и направился к её шее. Девушка почувствовала резкий обжигающий укол и мир вокруг поплыл.

Глава 4

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Тира вдыхала свежий, чистый воздух и довольно щурилась, глядя на белое облако причудливой формы. Оно плыло по небу, медленно и величественно, словно знало, что за ним наблюдают. Они стояли здесь уже, наверное, час, и, судя по всему, простоят ещё минимум столько же. Торжественная часть ещё не закончилась, а вереница выступающих едва перевалила за половину. Тира вздохнула, но без раздражения. Сегодняшний день был слишком хорош, чтобы злиться на что-то.

Тройной гудок, сигнал общего сбора или учебной тревоги, прозвучал, когда она сидела на одном из своих любимых предметов — астрономии и космической механике. Предмет среди её одногруппников был не очень популярен, но ей он нравился безумно. После урока она всегда засыпала бедного учителя десятками вопросов, и ему приходилось задерживаться почти на весь перерыв, а потом почти бегом мчаться на третий этаж к другой группе. Хотя он никогда не жаловался и не выражал недовольства. Наоборот, господин Кассиан всегда с радостью отвечал на её бесконечные расспросы.

И вот сейчас учитель, господин Кассиан, задрал голову к потолку и поводил ушами. Потом посмотрел на оживившихся учеников, скользнул взглядом по скривившейся Тире и громко сказал:

— Так, вещи оставляем на своих местах, встаём. Ребята, не толкайтесь, ну, вы же не маленькие. Выходим в коридор. Прошу вас, не разбегайтесь, а то я вас вовек не соберу.

Потом они организованной толпой, вместе с другими учениками интерната «Синдарин», высыпали во внутренний двор. Это место служило площадкой для сборов перед экскурсиями, учебными эвакуациями и различными мероприятиями. Тира, вместе с одногруппниками, дошла до своего места и замерла. Погода была просто великолепной. Выйдя из здания, в котором системы кондиционирования и регенерации воздуха давно требовали если не замены, то основательного ремонта, девушка вздохнула полной грудью и счастливо улыбнулась. Настроение быстро улучшалось. Ничего, если они прогуляют один из уроков. Это уже ничего не решит. Ведь менее чем через месяц она покинет это место. Да, её ещё ждут экзамены, выпускной. Но потом — свобода.

Ощущения по этому поводу у неё были двоякие. С одной стороны, она не могла дождаться окончания своего обучения. С другой, она ощущала лёгкую панику, ведь привычная и размеренная жизнь подходила к концу.

Тира, вместе с Эникой, её верной подругой, с которой, кажется, они были знакомы всегда, уже полгода выбирали место, в котором продолжат своё обучение. Вариантов было не так много, как хотелось бы. Это должно быть место с бесплатным обучением, а ещё лучше — с стипендией, ведь платить за них никто не будет. У них никого нет… Это резко сокращало доступные варианты, но не до нуля, как твердила неугомонная Эника. Да, не до нуля. Варианты были. Им нужно было выбрать правильный.

У них должно быть свидетельство с хорошими оценками, так как к учёбе девушки относились серьёзно. Это внушало оптимизм. Во всех вариантах, которые они рассматривали, обучалась явно не элита их общества. Ну, так и они не принцессы. Зато свидетельства с прекрасными оценками давали отличные шансы быть зачисленными в любое из этих мест.

Толпа замерла и затихла. Тира поводила головой, выискивая причину. Причина была в директоре интерната, госпоже Элисе Валар. Она вышла на середину поля, спокойно окинула взглядом притихших учеников, поднесла к губам передатчик, и из динамиков, развешанных по периметру внутреннего дворика, зазвучал её голос.

— Приветствую вас, ученики. Времени осталось мало, так что я сразу перейду к делу. Мне сообщили, что сегодня нас почтит своим визитом заместитель мера нашей прекрасной столицы, господин Реми Нолеан. Он прибудет с минуты на минуту, времени у него в обрез. Мы должны быть благодарны, что господин Нолеан нашёл время в своём плотном графике, чтобы посетить Синдарин и оказать ему определённую поддержку. Я надеюсь, что мои ученики будут вести себя достойно, и мне не придётся ни за кого краснеть.

Если на словах о поддержке ученики одобрительно загудели, то на последнем предложении госпожи Валар все поёжились под её ледяным взглядом. Было сразу ясно, что любой нерадивый дурак, посмевший выкинуть хоть какую-то шалость перед очами важного гостя, будет иметь серьёзные проблемы.

Тира хмыкнула. Так вот в чём дело. Время от времени их посещали некоторые добродетели. Некоторые от всей души старались бескорыстно помочь. Некоторые ещё просили пообщаться с прибывшими вместе с ними журналистами, выразить своё мнение об их персоне. Само собой, мнение было наилучшим, ученики с радостью распевали дифирамбы. Потом эти люди делали множество снимков с учениками, своими подарками и уезжали, а интернат возвращался к своей обычной размеренной жизни.

Сегодня, похоже, именно такой день. Это хорошо. Обычно, когда добродетели посещали интернат в конце учебного года, кроме всего прочего, они дарили выпускникам персональные подарки. Иногда это была какая-то бесполезная ерунда, а иногда и стоящие вещи. Например, в прошлом году все выпускники получили по новенькому коммуникатору. Тира им немного завидовала. И вот, в этом году теперь Тира сама уже выпускница. Интересно, ей сегодня улыбнётся удача? За новенький коммуникатор, который стоит половину их подъёмных, которые они получат после выпуска, девушка была готова фотографироваться и расхваливать господина Нолеана хоть весь день.

Заместитель мера прибыл через десять минут после окончания речи директора. Прибыл не один, а с огромной свитой и целой толпой репортёров. Гостей было едва ли не больше, чем самих учеников. И пока последние удивлённо переглядывались, Нолеан быстро прошагал к директору Валар, которая тоже выглядела удивлённой. Он отвёл её в сторону и начал о чём-то беседовать, отдав её передатчик одному из своей свиты. Тот вышел на центр двора, поздоровался с учениками, представился и начал свою речь. Тира не слушала. Она смотрела в другую сторону, пытаясь угадать, о чём разговаривает заместитель мера и директор.

И вот, прошёл уже час. Один оратор сменился другим, тот третьим и так далее. Все говорили что-то умное, давали какие-то наставления, рассказывали истории из жизни. Тира давно отключилась от всего происходящего и просто пялилась в небо, впав в какое-то медитативное состояние. Момент, когда из динамиков зазвучал голос Нолеана, девушка пропустила.

— … в этом году это Тира Калдран, Эника Меллор и Элай Динас. Что скажете, ребята, согласны?

Тира очнулась в тот момент, когда услышала своё имя. Опустив голову, похлопав глазами, она с удивлением обнаружила, что все ученики повернули головы и смотрят на них. И не только ученики — репортёры, директор и вся свита заместителя, все их рассматривали. Тира удивлённо повернула голову, рядом часто кивая стояла Эника.

— Да! Конечно, согласны! Я… Мы… Я не знаю, что сказать… Тира, — Эника повернула к ней своё ошарашенное лицо, — скажи что-нибудь!

Такой подставы девушка не ожидала. Всё внимание резко переключилось на неё, камеры повернулись в её сторону.

— Ну, э… Я так сразу и не могу найти слов… Я очень удивлена, — промямлила она.

— Понимаю, — улыбнулся Нолеан, — не каждый день получаешь путёвку в академию космофлота.

Академию космофлота? Чего? Вот теперь Тира удивилась по-настоящему, во все глаза уставившись на заместителя мера. А тот, не обращая внимания на её ошеломлённый вид, продолжал:

— Конечно, мер, и я лично сразу же оценил и откликнулся на инициативу министра экономики о поддержке способной молодёжи. Мы оценили потенциал данной инициативы, её влияние на будущее нашего общества, столицы и дома Вальтаар в целом! Столица выделит финансирование на ваше обучение, а мне доверено лично проследить за выполнением…

Заместитель Нолеан говорил ещё долго, но Тира уже услышала главное и теперь у неё в голове крутилась только одна мысль: «Академия космофлота». Это было слишком неожиданно, слишком грандиозно, чтобы сразу осознать.

После его речи мероприятие довольно быстро свернулось. Ученикам раздали подарки, приюту пообещали поддержку, выпускникам вручили какие-то подарочные наборы, а ей, Энике и Элаю, как лучшим ученикам, дополнительно вручили по коммуникатору последней модели. И дело перешло к фотосессии и общению с репортёрами. После мероприятия все отправились по своим комнатам, занятия на остаток дня отменили. За всё это время, после того как Нолеан ошарашил её новостями, у Тиры не было возможности перекинуться и парой слов с Эникой. До своей комнаты девушки почти бежали, а влетев в неё, громко хлопнув дверью, Тира повернулась к Энике. Всё ещё до конца не веря в произошедшее, она спросила:

— Эника, мне же сейчас не приснилось, что…

Не дав закончить, Эника выпучила глаза и проорала во всю глотку, от чего у девушки рефлекторно прижались уши к голове:

— Тира! Мы будем пилотами!

Глава 5

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Тира проснулась в прекрасном расположении духа. Она не спешила сразу открывать глаза, наслаждаясь этими минутами покоя. Девушка улыбалась, чувствуя, как тепло разливается по телу. Ничего не болело, не тошнило, голова была кристально ясной, мысли не путались. Вздохнув, она всё же открыла глаза.

\ ПАЦИЕНТ В СОЗНАНИИ

\ ОТЧЁТ ПО ЗАВЕРШЁННЫМ ПРОЦЕДУРАМ

Она всё ещё находилась в медицинской капсуле. На экране быстро замелькали строчки с проделанными процедурами, её состоянием, с тем, что не удалось выполнить. Тира смотрела на них вскользь, не пытаясь особо вникнуть. Ей было хорошо. Слишком хорошо.

\ РЕЗУЛЬТАТ ДИАГНОСТИКИ: Борьба организма с последствиями длительного анабиоза, сотрясение мозга средней тяжести, тяжёлое истощение, обезвоживание средней тяжести, борьба организма с переохлаждением, частичная амнезия, интоксикация, шок, лёгкое повреждение кожного покрова, лёгкое повреждение тканей внутренних органов.

\ РЕКОМЕНДАЦИИ: ОКАЗАНИЕ ЭКСТРЕННОЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ

\ СТАТУС: ОТКАЗАНО. НЕТ ДОСТУПНЫХ РЕСУРСОВ. ОКАЗАНА ДОСТУПНАЯ ЭКСТРЕННАЯ МЕДИЦИНСКАЯ ПОМОЩЬ.

Тира счастливо улыбнулась экрану.

— Не паникуй, железяка, я тебя и так уже люблю.

Строчки перестали бежать, и Тира всё же обратила внимание на свой диагноз. Странно, ничего из перечисленных машиной ужасов она не ощущала. Может, медкапсула сбоит? Хотя там вроде что-то мелькало про введение обезболивающего, противошокового и стимуляторов. Может, причина в этом?

— Соберись, Тира, — сказала она сама себе.

Если автодоктор прав, а он, скорее всего, прав, то её эйфория, лёгкость и хорошее самочувствие в целом — это лишь последствия влитых в неё лекарств. Но это не навсегда, а лишь на время их действия. У неё ещё остаётся множество проблем, с которыми медкапсула не может справиться. А ей нужно выбираться, пока она в состоянии действовать. Девушка поёжилась, вспомнив холод, который царит в тёмном помещении. Внутри автодоктора, похоже, есть обогреватели, которые он выкрутил на всю мощь.

\ ОКАЗАНИЕ ДОСТУПНОЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ ВЫПОЛНЕНО.

Последняя строчка появилась на экране несколько неожиданно. Спустя несколько секунд крышка медицинской капсулы с хорошо слышимым жужжанием сервомоторов уползла вверх. Последняя из работающих световых полосок капсулы стала заметно тусклее. На Тиру снова навалилась темнота и холод. Ладно. Сейчас она действительно чувствовала себя хорошо. Пора выбираться.

Ухватившись за края капсулы, девушка села. Руки прекрасно слушались, хотя в них ещё ощущалась некая слабость. Она подняла руку и ощупала лоб. Там ощущался какой-то шов, на ощупь было особо не понятно, а зеркала в наличии не было. Ладно, проблема пока решена, остальное — не важно. Немного подумав, она внутренним чутьём поняла: помощи ждать не стоит. Если до сих пор никто не появился, то уже никто не придёт. От этой мысли стало не по себе.

Осмотревшись, она решила сначала обследовать помещение, в котором находилась. Нужно хоть в чём-нибудь разобраться. Найти ответ хотя бы на один из вопросов. Например, где она сейчас? Что произошло? И начать нужно с осмотра соседней капсулы автодоктора. Вылезая из капсулы, Тира снова ступила на ледяной металлический пол и недовольно зашипела. Теплее тут точно не стало.

Сделав пару шагов к соседней медкапсуле, Тира ойкнула и подскочила на месте. Резко обернувшись, девушка увидела, как с шипением крышка капсулы, из которой она только что выбралась, опустилась на место. Все индикаторы засветились синим. На наружной стороне крышки, как оказалось, тоже был экран, на котором в данный момент загорелась надпись: «Выполняется самоочистка. Ожидайте». Пытаясь унять пустившееся вскачь сердце, девушка погрозила железному доктору пальцем и повернулась к его коллеге. Нужно его осмотреть. Возможно, получится долечиться, если сейчас нельзя, то потом.

Подойдя вплотную, она увидела, что крышка второго автодоктора разбита. Все индикаторы светились тревожным красным цветом. В крышке, в нескольких местах, зияли огромные дыры, будто кто-то долбил в неё кувалдой. Манипуляторы безвольно обвисли, а некоторые вообще были вырваны с мясом. Подойдя поближе, щурясь, пытаясь рассмотреть заинтересовавшие её детали в слабом свете экрана с соседней капсулы, Тира протянула руку, дотронулась до крышки. Так и есть, не все дыры были огромные. То, что её заинтересовало, — два маленьких аккуратных отверстия. Она тронула их пальцем. Посмотрела на крышку с другой стороны — куски вырванной обшивки. Девушка отступила на шаг и задумалась. Следы от пуль. Это точно следы от пуль. Кто-то здесь стрелял, и пули попали в крышку автодоктора.

— Гадство…

Эта медкапсула мертва, сомнений в этом нет. Она ей ничем не может помочь. Возможно, с неё можно достать лекарства, если они там есть, и пополнить запасы действующего автодоктора. Вот только как это сделать? Память, к ней так и не вернулась, но она была уверена, что она не медтехник и не сервисный инженер. Пока девушка стояла и размышляла, она переступала с ноги на ногу. Тира опять начала замерзать, и стояние на ледяном полу явно ускоряло этот процесс.

Отвернувшись от разбитого автодоктора, она посмотрела вглубь тёмного помещения. Идти туда совсем не хотелось. Ничего не видно, можно споткнуться и упасть или напороться на какие-то осколки на полу, вроде тех, что усеяли пол под крышкой автодоктора. Ей казалось, что её учили действиям в аварийной ситуации. Она не помнила самих уроков, не помнила лиц преподавателей, в голове иногда всплывали лишь обрывки фраз, размытые образы. Вроде бы одним из пунктов, не считая «не паниковать», «сохранять спокойствие», «выполнять указания спасателей», был пункт «при необходимости, воспользоваться аварийным набором». Девушка хмыкнула, продолжая осматриваться.

— Я бы с радостью… И как он выглядит?

Взгляд вернулся к её капсуле, заскользил по маршруту, который она преодолела к автодоктору, и остановился на одном из угловатых выступов на стене, возле которой были капсулы гиперсна. А точнее, на одном из них, который находился левее капсул и был хоть и слабо, но освещён светом из её капсулы.

— А выглядит он, как большой белый ящик с красной надписью «АВАРИЙНЫЙ НАБОР»! — Тира это прокричала, разогнав тишину вокруг себя, и расплылась в радостной улыбке.

Зашагав к стене, девушка размышляла, как она его не заметила раньше? Наверное, ей было очень плохо. Всё же автодоктор — молодец. Не дойдя до настенного ящика несколько шагов, Тира увидела, что нижняя часть его разрушена, выдрана с мясом. Ошмётки ящика валялись на полу, а чуть левее…

— Дерьмоооо, дерьмовоеееее! — с ужасом зашептала девушка, замерев на месте и прижав руки к губам. — Вот же дерьмо!

На полу, под стеной, среди обломков ящика лежал труп. Он был скрыт от неё в сумраке и выглядел просто как одно из множества более тёмных пятен. Но вот, подойдя поближе, она его увидела. Простояв несколько секунд в оцепенении, не в силах отвести взгляд от трупа, она стала различать больше деталей. На трупе обрывки лёгкого медицинского скафандра, а сам труп, похоже, пролежал тут немало времени, успев превратиться в скелет. Девушка шумно выдохнула.

— Успокойся, успокойся, — зашептала она себе.

Она сделала ещё два шага, аккуратно ступая между обломками ящика. В голове всплыли строчки, увиденные в автодокторе: «борьба организма с последствиями длительного анабиоза» или как-то так. Что бы здесь ни произошло, это случилось давно. Так что нужно успокоиться. Легче сказать, чем сделать. Она слышала, как стучит её сердце прямо у неё в ушах: гуп-гуп-гуп-гуп. Чувствовала, как спина покрылась каплями ледяного пота. Тира снова кинула взгляд на скелет в скафандре. Кто бы это ни сделал, их тут уже давно нет. Девушка остановилась перед искалеченным ящиком, ухватилась рукой за дверку. Она поддалась легко и с хрустом открылась. На пол что-то полилось, какая-то слабо светящаяся жидкость, и Тира рефлекторно отступила. В верхней же части ящика быстро наливались светом несколько светящихся полосок. Не электрические, отметила про себя девушка, какая-то химия. Эта же химия сейчас растекалась по полу и противно пованивала. Наверное, это и хрустело при открытии дверки.

Снова шагнув в плотную к ящику, девушка старалась рассмотреть содержимое. Вверху, судя по всему, висели дыхательные маски с прозрачными щитками. Их используют при задымлении в помещении или при лёгкой разгерметизации отсеков. Всего четыре штуки. Чуть ниже были сменные небольшие баллоны, которые крепились прямо к маскам. Воздуха в них вмещалось всего на час. Даже не воздуха, а опять же, какой-то химии, которая вступала в реакцию с выдыхаемым углекислым газом и давала дыхательную смесь. Ещё чуть ниже, ооо, фонарики! Тоже четыре!

Девушка сразу же схватила один, нажала кнопку. Ничего не произошло. Тира недовольно засопела, не желая сдаваться завертела фонарик в руках. На нём был ползунок и ещё одна кнопка. Девушка подвигала ползунок, наверное, регулирующий мощность, яростно нажимая обе кнопки как порознь, так и вместе. Но фонарик категорически не хотел светится. Аккумулятор, похоже, сдох. Тира с силой швырнула его об стену, фонарик брызнув осколками с жалобным треньканьем разлетелся на куски. Она тяжело задышала, зашмыгала носом, очень хотелось сесть и разреветься.

— Так не пойдёт. - прошептала она себе под нос. — Ты ничего не добьёшься, продолжая психовать.

Судорожно вздохнув, она заставила себя успокоиться. Нервы были на пределе. Тира вернулась к осмотру ящика. Под фонариками были какие-то цилиндры, а рядом лежали в лёгком беспорядке длинные палочки с закруглёнными краями. Девушка взяла одну из палочек, секунду повертела перед глазами и резко переломила её пополам. Палочка быстро начала наполняться синим светом и через пару секунд она уже ярко светилась, разгоняя тьму вокруг на несколько метров. Тира выдохнула, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

— Жизнь налаживается, — пробормотала она, но в голосе всё ещё слышалась неуверенность.

Подняв руку с химическим светильником, она окинула взглядом скелет у стены. Теперь, при свете, он выглядел чуть менее пугающим, но всё равно отвратительным. Её внимание привлекли выбоины на стене вокруг ящика. Они шли полосой, пересекая ящик в нижней части, которая теперь превратилась в труху. Именно там, как она поняла, должны были находиться медикаменты и автоматическая аптечка. От неё остался только кусок, лежащий на уцелевшей полке.

Тира сжала губы, чувствуя, как раздражение снова подкатывает к горлу. Но она заставила себя сосредоточиться. В середине ящика лежали тугие блестящие свёртки. Она вытянула один, встряхнула, расправила и тут же заворчала:

— Отлично, просто замечательно.

В руках у неё было лёгкое металлизированное одеяло. Она быстро закуталась в него, оставив снаружи только руку со светильником. Хоть какая-то защита от холода. Попыталась накинуть сверху ещё пару одеял, но они сползали, и удержать их было невозможно. Сдавшись, она просто обмотала ими ноги.

Только после этого, она вернулась к ящику. Полезного там почти не осталось. Сбоку стояли плотно прижатые друг к другу металлические прямоугольники разных размеров. Она взяла один, прочитала красную надпись: «Аварийная заплатка». Рядом лежали баллоны с тонкими раструбами: «Герметик». Набор для латания мелких пробоин.

— Значит, я в космосе, — пробормотала она. — Это корабль или станция. На планетах такие наборы не нужны.

Вопросов только прибавлялось, а ответов не было. Она вздохнула, подхватила ещё несколько химических светильников и решила закончить осмотр помещения. Оно всё больше напоминало ей медицинский отсек.

Отвернувшись от ящика, она вдруг замерла. Светильник в её руке освещал большое пространство, включая часть потолка. И там, свисая на цилиндрическом кронштейне, на неё смотрели два ствола системы автоматической обороны.

Турели.

Они выдвигались из скрытых лючков, чтобы защищать корабли и станции от абордажников. И сейчас одна из них смотрела прямо на неё.

Тира застыла, боясь пошевелиться. Её сердце бешено колотилось, казалось, она даже забыла дышать. Девушка не сводила глаз с турели. Но ничего не происходило.

Тишину нарушило резкое шипение, за которым последовало жужжание. Это была всего лишь крышка автодоктора, которая снова поднялась, ожидая новых пациентов. Но этого хватило, чтобы она подскочила на месте и испуганно вскрикнула.

Она снова уставилась на потолок. Турель не двигалась. Она выглядела мёртвой.

Чуть успокоившись, Тира сделала несколько шагов, не сводя с турели напряжённого взгляда. Никакой реакции. Стволы были направлены не на неё, как ей сначала показалось. Они смотрели на скелет у стены.

Её кольнула страшная догадка.

Она решительно зашагала к разбитому автодоктору. За ним, чуть дальше, лежал ещё один труп. Этот был размолот почти в труху, его одежда превратилась в лохмотья, но в них всё ещё угадывался медицинский скафандр.

— САО стреляла по медперсоналу, — прошептала она, чувствуя, как холодок неприятно скользнул по спине.

У несчастных просто не было шансов.

Тира подумала, что, пожалуй, отсутствие освещения — это даже к лучшему. Турель на потолке явно обесточена, и кто знает, что произойдёт, если вдруг восстановить электроснабжение. Если система автоматической обороны воспримет её как врага, она даже испугаться не успеет. Её просто разорвёт на куски, превратив в кровавый фарш.

Она прошлась по периметру медотсека, убедившись, что это действительно медицинский отсек. На одной из стен она нашла наглухо задраенную двустворчатую переборку. Панель управления рядом с ней была мертва — ни один индикатор не горел. По краям переборки блестел иней, а по центру стекали мелкие капли влаги. Тира протянула руку и почувствовала, как холод буквально исходит от металла.

— Холодно, как в космосе, да, Тира? — пробормотала она себе под нос. — Пробоина?

Ответов у неё не было. Она знала, что нужно продолжать осмотр. Массивные столы с манипуляторами по центру отсека, вероятно, использовались для быстрого снятия повреждённых скафандров с пациентов. Эти скафандры были жутко прочными, и если застёжки и крепления ломались, то без специального инструмента их уже не вскрыть.

Она нашла громоздкие каталки, спрятанные в специальных нишах, несколько операционных боксов и закрытые личные шкафчики медперсонала. Решила пока не взламывать их. В углу отсека она обнаружила что-то вроде рабочего кабинета с комнатой отдыха. Тут она немного задержалась. Потыкала кнопки пищевого синтезатора, пощёлкала переключателями крана, нависавшего над стальной раковиной. Ничего не работало. Воды тоже не было.

Зато над раковиной висело зеркало. Тира посмотрела на своё отражение и скривилась. Её уши, обычно гордо торчащие вверх, теперь поникли и прижались к голове. Щёки впали, на лбу аккуратный шов, глаза едва светились. Она вся была в грязи, подтёках и чёрных разводах.

— Да ты красотка, подруга, — кивнула она своему отражению. — Как с морга сбежала.

Вдруг в животе заурчало. Пить хотелось уже давно, но теперь к жажде добавился голод. Великолепно. Она обшарила шкафчики в комнате отдыха, но нашла только остатки давно сгнившей еды. Намёков на воду не было.

Затем она нашла почти пустой склад с медикаментами. Разочарованно покачала головой, рассматривая этикетки. Это была не домашняя аптечка — все скудные запасы, похоже, предназначались для загрузки в оборудование. На этикетках вместо названий были лишь буквенно-числовые коды, понятные только сканерам.

Но одна вещь внушала ей надежду. На полке лежал большой прямоугольный тубус. С одной стороны были опечатанные коннекторы, а на боках — маркировка «А». Возможно, это картридж для автодоктора, полный лекарств, которые ей так нужны. Знать бы ещё, как его туда впихнуть…

Кстати, о лекарствах. Она уже несколько часов бродила по медотсеку. За это время она сильно выбилась из сил. Руки и ноги снова дрожали, голова кружилась, а боль возвращалась. И она снова замёрзла. Одеяла немного спасали от холода, но лишь немного.

Тира вернулась к закрытой переборке. Прижала к ней одну руку ладонью вверх, не обращая внимания на обжигающий холод, другой попыталась собрать капли воды. Провозившись так минут десять, она всё же смогла получить несколько глотков.

Проковыляв к автодоктору, она залезла внутрь. Крышка послушно опустилась на место.

Лёжа внутри, она лениво наблюдала за результатами диагностики. Автодоктор перечислял её проблемы по второму кругу, но её мысли были далеко. В голове роились сотни вопросов, главный из которых: «Что делать дальше?»

Пока она размышляла, автодоктор включил подогрев, борясь с переохлаждением. Затем он перечислил, чем не может помочь, и наконец высветил запрос:

\ ПАЦИЕНТ В СОЗНАНИИ

\ ВВОД ОБЕЗБОЛИВАЮЩЕГО (ДА/НЕТ)

\ ВВОД УСПОКОИТЕЛЬНОГО (ДА/НЕТ)

Тира кивнула. Хорошо, значит, у неё есть хотя бы по одной дозе обезболивающего и успокоительного. Сейчас она была слишком уставшей, чтобы думать. Ей нужно поспать, согреться, а потом уже решать, что делать дальше.

— Так и сделаю, — пробормотала она. Затем чётче добавила: — Ввод успокоительного.

Один из инъекторов уже привычно ожил, и она почувствовала лёгкий укол. Глаза сами собой закрылись, и она почти моментально уснула.

Глава 6

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

— Ты только посмотри… Вот это махина… Мощь!

— Мощь, - закивала Тира.

Девушка была абсолютно согласна с подругой. Они уже с полчаса не отрывались от иллюминатора челнока, который медленно приближался к гигантскому кораблю. Дредноут. «Меч Веридиана». Он находился на финальной стадии постройки, и через полгода должен был сойти со стапелей. Новости о нём не сходили с первых полос, и с каждым днём их становилось всё больше.

И это неудивительно. «Меч Веридиана» был не просто кораблём — он был символом мощи дома Вальтаар. Стройка растянулась на долгих восемь лет, но оно того стоило. Он перепрыгнул через целый класс кораблей, которые пока существовали только в проектах, — линкоры. По всем параметрам: огневая мощь, защита, дальность гиперпрыжка, количество десанта и экипажа — он не имел равных.

Челнок пролетал мимо закрытых створок главного ангара, расположенного в нижней части корабля. Если верить заголовкам, туда легко поместятся два лёгких крейсера, которые уже строились специально для него. К моменту завершения ходовых испытаний дредноута они должны были быть готовы.

Тира не могла оторвать взгляд. Корабль был величественным и пугающим одновременно. Его бронированные борта отливали тусклым металлическим блеском в лучах местной звезды. Вокруг сновали десятки дронов, челноков и кораблей поменьше, но на фоне «Меча» они казались букашками.

Челнок, описав плавную дугу, заходил на посадку к правому борту дредноута, где располагался один из дополнительных ангаров для малотоннажных кораблей. В салоне вспыхнул сигнал, предупреждающий о скорой посадке. Курсанты, включая Энику, поспешили занять свои места в креслах.

Тира бросила последний взгляд на дредноут через иллюминатор, который медленно закрывался бронещитками. Гигантский корабль уже заслонил собой всё видимое пространство, его массивные борта стремительно приближались. Она ощутила странное волнение, смешанное с тревогой. Сердце забилось чаще.

Спустя несколько минут Тира почувствовала лёгкий толчок. Челнок приземлился на посадочную платформу. После этого пришлось подождать ещё немного, пока платформа втягивалась в ангар и проходила шлюзование. И только после этого пилоты дали добро на выход.

Тира быстро отщёлкнула широкие страховочные ремни, схватила свою сумку и подождала Энику, которая с застёжками провозилась чуть дольше. Вместе они направились к выходу.

Ангар встретил их ярким светом, который резал глаза после полумрака челнока. Гул механизмов, шипение остывающих двигателей и многоголосый шум техников и грузчиков оглушили после тишины салона. Вокруг сновали погрузчики, дроны и люди в рабочих скафандрах.

Часть курсантов уже высыпала наружу и быстро строилась под крылом челнока перед встречающим их офицером. Тира с Эникой поспешили присоединиться к группе, стараясь не отставать. Офицером был мужчина средних лет с короткой стрижкой, одетый в чёрно-оранжевый лётный скафандр. На плече и груди — знаки отличия старшины второго класса. Он спокойно дождался, пока последний из курсантов займёт своё место в строю, поглядывая на них оценивающим взглядом.

Когда все наконец построились, он заговорил.

— Добро пожаловать на борт, курсанты! — Его голос легко перекрывал шум ангара.

Курсанты дружно вскинули кулаки к груди и приветственно рявкнули.

— Я — старшина Эрон Янг. На время вашего пребывания здесь я буду нести за вас ответственность, выдавать рабочие наряды и поручения. Сейчас мы…

За спиной старшины появилось несколько человек с видеооборудованием. Раздался писк камер, несколько раз полыхнули вспышки. Курсанты с удивлением смотрели на это, но задавать вопросы никто не решался. Старшина Эрон запнулся, вздохнул и продолжил ровным голосом:

— Сейчас мы пройдём в тактический зал. Там вас ожидает первичный инструктаж. После этого вам покажут ваши каюты. Сегодня остаток дня потратьте на акклиматизацию и знакомство с кораблём. — Тут старшина хмыкнул. — Во всяком случае, с той его частью, в которую вас пустят. Вопросы?

Ни у кого вопросов не было. Всё это время за спиной старшины стояли репортёры и вели съёмку, что явно нервировало Эрона.

— Ну раз вопросов нет, тогда за мной. Не отставать, я не хочу разыскивать вас по всему кораблю.

Курсанты шеренгой поспешили за Эроном, который уже развернулся и бодро зашагал в сторону выхода из ангара. Идти пришлось недалеко. Тактический зал находился рядом с ангаром, и через пару минут они уже стояли перед массивной створкой. Возле неё, на стене была гравированная металлическая табличка: «Тактический зал».

Зайдя внутрь, старшина кивнул курсантам на ряды кресел, расположенных каскадом, как в учебных аудиториях их родной академии. Сам он о чём-то тихо заговорил с мастер-сержантом в таком же чёрно-оранжевом лётном скафандре, который, судя по всему, дожидался их здесь.

Тира и Эника выбрали места рядом, на втором ряду кресел, и с интересом огляделись. Помещение представляло собой просторный зал с множеством кресел, но курсанты заняли едва ли треть из них. Перед рядами кресел стояли несколько трибун для докладчиков, на которых виднелись экраны терминалов. За трибунами висели три огромных экрана, на которых медленно вращалась эмблема военно-космических сил Вальтаара — чёрный щит с изображением Веридиана и двух его лун, а за щитом — два скрещённых клинка.

Наговорившись, старшина Эрон кивнул на прощание курсантам и покинул зал. Мастер-сержант, оставшийся в зале, прошёл к трибунам. Шёпот среди курсантов затих, все обратились в слух.

Голос мастер-сержанта, усиленный динамиками, разнёсся по залу. Курсанты начали вскакивать, но он их опередил.

— Отставить! Сидите, — махнул он рукой.

— Меня зовут мастер-сержант Таллон Уолтон. Значит так… — Он сделал паузу, оглядев зал, словно оценивая, с кем ему предстоит иметь дело. — Даже не знаю, с чего начать. Ладно, чего тянуть… Значит так, кадеты, учебных вылетов и занятий на лётных тренажёрах у вас, во всяком случае пока, не будет.

Зал наполнился лёгким недовольным гулом и недоумёнными переглядываниями. Тира, впрочем, удивилась не сильно. Ей казалось, что их срочное отбытие на практику — это неспроста и она ожидала некоего «но». Девушка посмотрела на подругу. Эника тоже сидела спокойно и ни на кого недовольно не зыркала, лишь слегка скривила губы в ухмылке.

— Знаю, знаю, это не то, что вы хотели услышать. Но! — Таллон поднял палец, призывая к тишине. — Сейчас нашему дому не нужны какие-либо эксцессы во время вашего обучения. Ему нужно, чтобы вы проявили себя, кхм, публично, медийно... В общем, кадеты, дому Вальтаар нужно, чтобы камеры репортёров увидели лучших из лучших. То есть вас. Будущее космофлота.

Какой-то парень из старших курсов поднял руку. Таллон кивнул ему, разрешая говорить.

— Мастер-сержант, я правильно понимаю, что наша задача, гм, шататься по кораблю с умным видом?

Таллон вздохнул, но в его глазах мелькнула тень улыбки.

— Ну, если максимально упростить — то да. Шататься с умным видом, не встревать в неприятности. Если репортёры захотят пообщаться, а они захотят, уж поверьте, то с восторженным видом рассказать, как вам повезло оказаться на этом корабле, как он вас восхищает, какие усилия в академии вы прикладывали, спя и видя, как окажетесь здесь.

Он сделал паузу, оглядывая зал, словно проверяя, насколько хорошо его слова доходят до аудитории.

— Вы — лицо академии. Лицо дома Вальтаар. И если вы думаете, что это просто прогулка под камерами, то ошибаетесь. Каждое ваше слово, каждый жест будут разобраны на молекулы. Вас будут хвалить, критиковать, обсуждать. И от того, как вы себя покажете, зависит не только ваша репутация, но и репутация всего дома.

Таллон слегка наклонился вперёд, опершись руками на трибуну, и добавил:

— Так что, кадеты, это не просто «шатание с умным видом». Это ваша первая настоящая миссия. И если вы справитесь, то, возможно, получите шанс доказать, что достойны большего. А если нет... — Он развёл руками, оставляя фразу незаконченной, но смысл был ясен. Вам всё ясно, кадеты?

Кадеты утвердительно рявкнули. Мастер-сержант ещё раз вздохнул, но на этот раз с оттенком облегчения.

— Я всё понимаю, ребята. Репортёры пробудут на борту ещё минимум две недели. Как спровадим их отсюда, так и займёмся нормальной учёбой. Возможно! — Он подчеркнул это слово. — Возможно, вам продлят практику. В общем, посмотрим.

На этом инструктаж завершился. Таллон провёл им короткую экскурсию, показал жилые блоки, спортзал, столовую и скинул на их коммуникаторы внутрикорабельный распорядок дня. После этого он откланялся, оставив кадетов привыкать к новой обстановке.

Тира и Эника выбрали для себя четырёхместный блок, но занимали его только вдвоём. Экипаж корабля ещё не прибыл в полном составе, заканчивая тренировки на других кораблях, поэтому большинство жилых блоков были пусты. Это позволило немногочисленным курсантам расселиться так, как они хотели, сбившись в группки по интересам или знакомствам.

Завалившись на соседние койки, которые были полностью утоплены в стены, девушки переглянулись.

— Что думаешь про всё это, Тира? — спросила Эника, устроившись поудобнее.

Девушка на секунду задумалась, глядя в потолок.

— Показуха. Но от нас тут ничего не зависит. Напортачим перед камерами — и про хороший результат практики можем забыть. Так что натягиваем на лица восторженные улыбки и пытаемся сойти за умных.

— Вот так? — Эника состроила дурашливую физиономию и свела глаза к носу.

Тира прыснула, едва сдерживая смех.

— Ага, именно так. Сразу попадём на первые полосы во всех новостях. Правда, с академии в дурку переведут, но что уж тут поделаешь…

Они обе рассмеялись.

— До отбоя ещё три часа. Чем займёмся? — Тира посмотрела на подругу, увлечённо тыкающую коммуникатор.

— А знаешь, Тира, судя по присланному распорядку, на корабле столовка работает не по часам, как в академии, а постоянно.

Девушка услышала, как её живот заурчал, намекая, что с самого утра его не кормили.

— Так чего мы сидим? Вперёд! Сожрём тут всё!

Эника рассмеялась, поднимаясь с койки.

— Ага, всё сожрём. Или, хотя бы, понадкусываем. Но обязательно с умным видом.

Глава 7

\ ПАЦИЕНТ В СОЗНАНИИ

\ ВВОД ОБЕЗБОЛИВАЮЩЕГО (ДА/НЕТ)

Тира проснулась и уже с минуту тупо смотрела на эти строчки. На этот раз пробуждение не принесло лёгкости и эйфории. Наверное, запас лекарств, которыми автодоктор накачал её в первый раз, всё же иссяк. Сейчас девушка чувствовала себя разбитой и больной. Всё тело ломило, в горле першило, голова была тяжёлой и ныла. Она зажмурила глаза, пытаясь отогнать мрачные мысли.

— Гадство, гадство, гадство! — прошептала она, стукнув ладонью по бортику капсулы.

Открыв глаза, Тира снова посмотрела на строчки. Нужно выбираться и что-то делать. Причём быстро.

— Да, — отчётливо сказала она, чувствуя, как голос звучит хрипло и слабо.

Манипулятор с инъектором скользнул к ней и сделал быстрый укол. Через несколько секунд боль начала отступать, но облегчение было лишь частичным. В целом, она всё равно ощущала себя плохо, но девушка понимала — дальше будет только хуже.

Она глубоко вздохнула, собираясь с силами. Автодоктор выдал очередной диагноз, но Тира уже не обратила на него внимание. Её мысли были заняты одним: как выжить в этом кошмаре.

Крышка медкапсулы откинулась, и Тира снова уставилась в темноту. Химический светильник, который она бросила возле медкапсулы, уже почти не светился, оставляя вокруг лишь слабый тусклый ореол. Девушка кряхтя и постанывая села, чувствуя, как каждая мышца в её теле протестует против любых движений.

В ящике аварийного набора были ещё светильники. Сначала надо туда. А потом — выбираться из этой западни любой ценой.

Обмотавшись одеялами, Тира направилась к ящику на стене. Переломив очередную светящуюся палочку пополам, она несколько секунд постояла на месте, ожидая, пока та разгорится в полную силу, а потом быстро прошагала к задраенной переборке.

Быстро собрав несколько капель конденсата, попутно осматривая и ощупывая ледяную сталь, девушка размышляла.

Еды нет. Воды, по сути, тоже — эти капли не в счёт. Никто не придёт. Если за этой ледяной створкой вакуум — ей конец. Но оставаться тут тоже не вариант. Она либо умрёт с голоду, либо замёрзнет в конце концов. А значит, нужно открыть эту чёртову дверь и надеяться на чудо. Или, хотя бы, на быструю смерть.

Вздохнув, Тира упёрлась руками в одну из створок и, напрягаясь изо всех сил, попробовала сдвинуть её в сторону. Пыхтя и скользя ногами по стальному полу, она поняла, что с таким же успехом может попытаться сдвинуть, например, противоположную глухую стену.

— Что б тебя! — Девушка отвалилась от створки и с ненавистью глянула на переборку. Последней было явно плевать на её возмущения.

Развернувшись, Тира зашагала в сторону комнаты отдыха с личными шкафчиками. Нужно чем-то поддеть эту железяку. Возможно, там она найдёт подходящий инструмент.

Шкафчики для личных вещей были сделаны из пластика, и девушка, подхватив по пути стул, с силой обрушила его на дверки несчастной мебели. С первого удара открыть дверки не получилось — пластик всё же был ударостойкий. Но Тира не отступала. Нанеся ещё несколько ударов, она увидела, как одна дверка сначала треснула, а за следующим ударом стул проломил в ней дыру.

Отбросив стул в сторону, девушка уцепилась руками за острые края и с силой рванула на себя. Треснуло. В руках осталась солидная часть дверки. Тира заглянула внутрь.

— Ни-че-го… — сказала она вслух, разочарованно выдыхая.

Подхватив светильник, она просунула его в трещину соседней дверки, прислонилась к ней лицом, стараясь заглянуть внутрь. Во втором шкафчике тоже было пусто. Кинув взгляд на оставшиеся закрытые дверки, девушка отвернулась, привалилась спиной к разбитому шкафчику и прикрыла лицо ладонями, тяжело задышала.

— Думай, Тира! Думай! — зашептала она себе. — Думай!

К сожалению, умных мыслей в голову не приходило. Наоборот, она начала ощущать подступающую панику. Стараясь отогнать от себя дурные мысли, девушка подхватила светильник и решила снова обойти медотсек. На этот раз она обследовала его максимально тщательно, оценивая каждую вещь с позиции того, как она может помочь открыть переборку.

— Думай, думай, думай, — бормотала она себе под нос, делая очередной круг по помещению.

Дойдя до склада, Тира ещё раз внимательно его осмотрела. Прохаживаясь возле полупустых стеллажей, она осматривала немногочисленные запасы лекарств более внимательно, проверяя, вдруг на одном пластиковом пузырьке, тюбике или коробочке окажется понятная надпись, а не код.

Под последним стеллажом, на полу, было несколько закрытых ребристых ящиков. Заинтересовавшись, Тира присела перед ними и, ухватившись за ручку на боку, вытащила один из них. Ящик оказался не очень тяжёлым. Откинув незапертые фиксаторы, девушка открыла крышку.

Внутри, под полупрозрачной плёнкой, оказались инструменты для полевого вскрытия повреждённых скафандров. Тира судорожно начала доставать их один за другим. Все они были из достаточно лёгкого, серебристо-белого металла. Механический расширитель, щипцы, несколько отвёрток с комплектом разнообразных насадок, что-то похожее на загнутое острое зубило, несколько молоточков с утяжелёнными головками разных размеров, массивные ключи и ключики, электрические шуруповёрты. Всё новое, блестящее, чистенькое. Этим явно никто ни разу не пользовался.

Взяв в руки один шуруповёрт, девушка покрутила его в руках. В ручке виднелось отверстие. Порывшись в ящике, Тира нашла аккумуляторы. Вставив один из них, она понажимала на кнопки. Никакой реакции.

— Ладно… ладно… — пробормотала она, откладывая нерабочий инструмент в сторону.

Шагнув к следующему ящику, она открыла и его. Внутри оказался точно такой же новенький запечатанный набор инструментов. Тира покивала головой, поскидывала инструменты обратно и поволокла оба ящика к переборке.

— Сейчас посмотрим, кто кого! — сказала она, чувствуя, как в груди загорается искра надежды.

Распотрошив ящики перед переборкой, Тира решила начать с загнутых зубил и молотков. Носики зубил выглядели достаточно острыми, и она надеялась, что сможет загнать их в стык между створок.

— Приступим, — пробормотала девушка и принялась за работу.

Спустя несколько часов ударного труда, обливаясь ледяным потом, Тира в очередной раз промазала по неудобному зубилу. На этот раз молоток попал ей прямо по пальцу. Выронив инструмент из рук, девушка схватилась за ушибленную конечность и замычала. Из глаз покатились слёзы, было очень больно. Она отошла на несколько шагов и посмотрела на результат своей работы.

На створках были множественные царапины, оставленные зубилом и молотком в те моменты, когда она промахивалась. Больше никаких результатов не было. Створка не поддавалась. Она не смогла вбить зубило даже на миллиметр.

— А-аа! Аааааааа! — девушка закричала, пнула ящик с инструментами, который с грохотом отлетел в сторону, а потом упала коленями на холодный пол и разрыдалась в голос.

— Эй, кто-нибудь! Ну пожалуйста! Пожалуйста! — Она несколько раз стукнула руками об пол. Ушибленный палец отозвался дикой болью.

— Аааа! Гадство! — Тира поджала руку к груди и закачалась вперёд и назад.

Девушка понимала, что это истерика, но ничего не могла с собой поделать.

— Почему?.. — прошептала она, глядя на свои дрожащие руки. — За что?..

Тира отползла к стене, прислонилась к ней спиной. Холод от металла проникал сквозь одеяла, но она уже почти не чувствовала его. В голове крутились одни и те же мысли: «Это конец». Девушка опять разрыдлась.

Она не знала, сколько она так просидела. К реальности её вернул всё тот же пронизывающий холод. Тира почувствовала, как её тело дико задубело, пальцы онемели, а дыхание стало прерывистым. Часто заморгав, она высморкалась прямо в одеяло, но сейчас ей было всё равно. Всхлипывая и стуча зубами, Тира заставила себя подняться. Ноги сами зашагали к автодоктору, такому близкому и тёплому. Но она заставила себя остановиться.

Нет, у неё не было времени отлёживаться. Она чувствовала, как слабеет. Нужно найти выход отсюда или способ, как быстро прервать мучения. Медленно умирать от голода и обезвоживания она не хотела. Возможно, нужно пойти на склад, вскрыть пластиковые баночки и выпить их до дна? Одну за другой… От последней мысли девушка вздрогнула.

— Пфуу… Так, так… Давай ещё раз подумаем, да, Тира? — зашептала она себе.

Девушка снова пустилась в обход по медотсеку, горестно шмыгая носом и шаря заплывшими глазами по сторонам. Зайдя в комнату отдыха, Тира, аккуратно ступая между обломками раскуроченных нею же шкафчиков, дошла до валяющегося на полу кресла. Перевернув его обратно на ножки, девушка плюхнулась в него и тяжело задышала. Нос заложило, и Тира немного запрокинула голову, уставившись в потолок. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать увиденное, а затем её буквально выбросило из кресла.

На потолке, покрытом множеством прямоугольных серых панелей, одна панель, прямо возле стены, выделялась среди других. Она была квадратной формы, со сторонами, на вид, сантиметров семьдесят. На ней был нанесён какой-то мелкий текст и, покрупнее, номер: «352», а так же имелись две ручки, утопленные внутрь.

Технический люк. Тира знала, что подобные люки нужны для обслуживания внутренних систем кораблей и станций. В них, при необходимости, загружались сервисные роботы, которые и выполняли все необходимые работы. Девушка, запрокинув голову вверх, застыла под люком, раздумывая, как к нему добраться. Высота потолка — метра три с половиной, так просто не допрыгнешь. Чувствуя, как в груди бешено колотится сердце, Тира ткнула в люк пальцем.

— Никуда не уходи! — пробормотала она, словно боясь, что люк исчезнет, если она отвернётся.

Потом развернулась и побежала к найденным ранее каталкам. Девушка попыталась сразу ухватить две штуки, но у неё ничего не вышло. Каталки были достаточно массивные, предназначенные для транспортировки пациентов в тяжелых скафандрах. Ругаясь сквозь зубы, Тира бегом сделала три ходки. Уперев две каталки в стену, девушка пыхтя и продолжая ругаться, взгромоздила на них третью. Подозрительно осмотрев получившуюся конструкцию, она полезла вверх.

Протянув руки к ручкам люка, девушка на секунду замешкалась. А что, если там вакуум? Хотя, чего ей бояться? Тира сердито тряхнула головой и решительно ухватилась за ручки. На них были кнопки, похожие на курки, и, вжав их внутрь, она потянула панель вниз. Люк поддался на удивление легко. С шуршанием, толстая, сантиметров тридцать, панель люка опустилась на телескопических направляющих примерно на метр вниз. Девушка быстро взобралась на неё и сунулась в открывшийся тёмный проём.

Стоя на опущенной панели, Тира осматривалась, размахивая светильником. Это действительно был технический тоннель. Воздух, к её огромному облегчению, здесь был. Сверху, на металлических стяжках, тянулись ровные дорожки множества кабелей. По бокам тоннеля, то тут, то там, висели щитки и коробочки. На некоторых горели или мигали световые индикаторы. В целом, свободного пространства хватало, чтобы она могла пролезть ползком. Кинув взгляд вниз, на панель, на которой она стояла, девушка увидела две такие же ручки, как и с другой стороны.

— Хорошо, хорошо… — закивала она, чувствуя, как адреналин снова наполняет её тело.

Спустившись, Тира сходила за оставшимися светильниками. Бросила взгляд на автодоктора, который снова приглашающе поднял свою крышку, обвела взглядом медотсек и решительно зашагала к люку. Перед тем как снова сунуться в проём, Тира сбросила с себя одеяла.

Выбрав направление наобум, девушка решительно залезла в тоннель. Ледяной металл болезненно впился в голое тело, дыхание сбилось. Тира захекала и постаралась двигаться как можно быстрее.

— Ползём, Тира, ползём отсюда нафиг, — подбадривала себя девушка, чувствуя, как её пальцы скользят по холодному металлу.

Глава 8

Девушка ползла по узкому техническому тоннелю уже довольно долго. Всё её тело дрожало от холода, а мышцы ныли от постоянного напряжения. Свет от химического светильника, зажатого в руке, освещал лишь несколько метров впереди. Вокруг царила тишина, нарушаемая только её тяжёлым дыханием и шуршанием кабелей, которые она иногда задевала спиной. Каждый метр давался с трудом, но останавливаться девушка не собиралась.

— Только вперёд, — шептала она себе, чувствуя, как холодный металл впивается в ладони. — Только вперёд.

Тоннель то сужался, то расширялся, иногда в нём появлялись ответвления. Одни узкие, другие достаточно широкие, что бы она смогла в них протиснуться. Свернув в одно из них, и проползя совсем немного, Тира наткнулась на то, что искала. Прямоугольник с ручками, в нижней части тоннеля. Не задумываясь, она ухватилась за ручки, вжала кнопки-курки и надавила. Люк послушно уполз вниз, сопровождаемый лёгким шипением пневматики.

Девушка высунула голову, выставила руку с зажатым светильником и осмотрелась. Взгляду предстал широкий восьмиугольный коридор. Его стены были покрыты матовым металлом, на котором виднелись следы ржавчины и потёки от конденсата. Коридор начинался от какой-то развилки с одной стороны и тянулся вдаль, теряясь в полумраке. По бокам тянулись трубы, панели терминалов, а кое-где виднелись закрытые створки отсеков. В верхних и нижних углах коридора были вмонтированы световые полосы. Некоторые даже светились аварийным оранжевым светом.

Тира замерла на мгновение, прислушиваясь. Тишина.

— Ладно, тут мы и сойдём, — пробормотала она.

Ухватившись за край тоннеля, девушка ногами опустила панель люка максимально вниз. Как и панель в медотсеке, она выдвинулась примерно на метр и застыла, издав лёгкий металлический скрип. Скинув свои светильники вниз, Тира вылезла следом. Спрыгнув на пол, она задрала голову. Потолок был таким же высоким и если тут не окажется выхода, то обратно она уже не заберётся.

Снова идти в темноту решительно не хотелось. Девушка подхватила свои светильники, развернулась в сторону развилки и, растирая заледеневшее тело, быстро пошла вперёд. Окружающую тишину нарушили частые шлепки босых ног по металлу.

Дойдя до развилки, она остановилась и осмотрелась. Коридор, из которого она вышла, упёрся под прямым углом в ещё один, более широкий тоннель — метров пятнадцать в ширину. Он тянулся на сотни метров влево и вправо, теряясь в полумраке. На полу была нанесена разметка светоотражающей краской, которая слабо мерцала в тусклом свете. Справа виднелось несколько перевёрнутых автоматических транспортных платформ, застывших посреди тоннеля. На полу валялись ошмётки внутренней отделки.

Взглянув на потолок, девушка увидела свисающие то тут, то там турели САО. Их стволы были направлены вниз. Сейчас они не подавали признаков жизни, но их присутствие всё равно вызывало дрожь.

На противоположной стене виднелась маркировка, выполненная всё той же светоотражающей краской: «Транспортная магистраль К-5». Под ней располагались три столбца текста, который она не могла разобрать с такого расстояния. Под каждым столбцом была нарисована стрелка: две указывали в разные концы тоннеля, а одна смотрела прямо вниз.

Едва она вышла из своего коридора, её тут же обдало волнами ледяного воздуха. В этом тоннеле был ощутимый сквозняк, который, казалось, пронизывал до самых костей. Тира сгорбилась и перебежала на противоположную сторону. Там она остановилась, дрожа всем телом, и начала растирать кожу с удвоенной скоростью.

Столбцы текста представляли собой списки мест, куда можно было добраться, выбрав определённое направление. Если пойти вправо, можно было выйти к складам, водным резервуарам, жилым блокам, комнатам отдыха и ангару номер три. Прочитав последнюю строчку, Тира почувствовала, как в её голове всплывают обрывки образов и фраз. Она была уверена, что бывала там раньше, но память отказывалась выдавать что-то конкретное.

Средний столбец указывал, что, вернувшись в коридор, из которого она пришла, можно добраться до жилых блоков, магистральной подстанции, отсека гидропоники, больничных палат и медотсека. Тира оглянулась. Где-то там, за задраенными створками, находилось хорошо знакомое ей тёмное помещение с двумя трупами. Передёрнув плечами, она взглянула на последний столбец текста.

Список был длинным, но она быстро выделила главное. Если пойти налево, то можно выйти к ангару номер два, арсеналу и главной транспортной магистрали номер три.

Тира замерла на мгновение, чувствуя, как сквозняк пронизывает её тело. Ей нужно было решить, куда идти, и сделать это быстро. Мысли о еде и воде, которые могли быть на одном из складов, вытеснили из головы все остальные варианты. Она не могла продолжать бороться с холодом и усталостью на пустой желудок.

Развернувшись, Тира побежала направо. Магистраль, по которой она двигалась, была пронизана зияющими провалами коридоров и проходов, ведущих куда-то вглубь. Каждый из них казался мрачным и безжизненным. Возле каждого были указатели, и девушка, кидая на них быстрый взгляд, двигалась дальше.

— Наконец-то! — вырвалось у неё, когда она заметила заветную надпись: «Склад продовольствия № 6».

К складу вёл широкий коридор. Его стены были покрыты тонким слоем пыли, а на полу лежали разбросанные обломки — куски металла, пластика и обрывки кабелей. Посередине коридора застыла пустая транспортная платформа, вставшая поперёк. Коридор за платформой и корпус самой платформы были исцарапаны, будто её какое-то время тащили.

Тира замедлила шаг, осторожно ступая среди обломков и мусора. Коридор не был длинным, но каждый метр давался с трудом — острые осколки больно впивались в босые ноги. Перелезши через несчастную платформу, девушка почти сразу добралась до входа в огромное помещение.

Как и везде, тут горели не все световые полосы, но тусклого света хватило, чтобы Тира увидела масштаб царившего тут бардака. Нет, это был не просто бардак — на складе царил настоящий хаос. Множество ящиков, ящичков, стеллажей — всё это было разбросано, сбито в кучи, разломано. Одни ящики лежали вверх дном, их содержимое рассыпалось по полу, другие были раздавлены под весом упавших стеллажей и контейнеров, третьи вообще разлетелись на куски, будто кто-то их швырял об стену. По всему полу валялись какие-то брикеты, обрывки упаковок, металлические банки, пустые контейнеры и куски пластика. Складывалось ощущение, что в помещении пронёсся ураган, сметая всё на своём пути.

Подхватив одну из валяющихся повсюду серых упаковок, Тира прочитала вслух:

— Обед. Мясо в кисло-сладком соусе с гарниром.

Шумно сглотнув, она тут же потянула за синий маркер в верхней части упаковки. Та послушно открылась, зашипела, и из неё повалил горячий пар, наполняя воздух ароматом мяса и специй.

— Ооооо, — протянула девушка, вдыхая волшебные запахи, — Ооооо!

Рот моментально наполнился слюной, а живот громко заурчал, напоминая, как давно она не ела. Весь остальной мир для неё перестал существовать, сузившись до размеров очумительно пахнущей упаковки.

Девушка сунула туда руку, но тут же отдёрнула и зашипела:

— Горячая, зараза!

Покрутив головой по сторонам, она ухватила лежащий под ногами пластиковый обломок, сдула с него пыль и, недолго думая, зачерпнула хорошую порцию. Несколько раз подув на неё, она сунула еду в рот и быстро заработала челюстями.

— Ммммм, — она зажмурилась и закивала головой, — О да!

Память к Тире так и не вернулась, но она была готова поклясться, что это самое вкусное мясо, которое она когда-либо ела за всю свою жизнь. Быстро орудуя пластиковым обломком, обжигаясь и сыча, девушка быстро расправилась с содержимым пачки. Отбросив её в сторону, она хищно оглянулась по сторонам и подхватила следующую.

Пройдя к уцелевшему пластиковому ящику, она забралась на него с ногами, которых почти не чувствовала, и, не читая названия, снова потянула за синий маркер. На этот раз запах был другим, но не менее аппетитным. Зачерпнув горсть содержимого, она подула и отправила её в рот. Какая-то каша с тонкими волоконцами мяса и овощами.

Расправившись со второй порцией, девушка заставила себя остановиться, хотя руки уже тянулись к очередной пачке.

После каши жутко захотелось пить. Вздохнув, Тира слезла с ящика и полезла копаться в валяющихся повсюду упаковках. Довольно быстро она нашла пачки, которые были немного длиннее и сильно уже. На боках красовались надписи: «Тонизирующий напиток». Маркер находился на более узкой части упаковки. Тира привычно его оторвала. За ним скрывалось маленькое пластиковое горлышко. Вытащив горлышко, что сделало пачку больше похожей на тюбик, девушка принюхалась. Пахло чем-то химически-фруктовым.

Хмыкнув, она сделала небольшой глоток. Сладко-солёно-кисло. Именно так Тира оценила вкус напитка. Почмокав губами, она, щадя своё першащее горло, небольшими глотками вылакала всю пачку-тюбик до дна.

— А всё же неплохо, — оценила девушка вслух.

Напряжение последних часов немного отступило. Настроение улучшилось. Потерев лицо руками, Тира почувствовала, как сильно она всё-таки устала. Если бы не проклятая холодина вокруг, она бы упала спать прямо тут на складе, посреди валяющихся вокруг ящиков.

Подхватив несколько пачек с едой и водой, девушка двинулась на выход из склада. Кажется, в главной транспортной магистрали были указатели к жилым блокам.

Идти пришлось недолго. Уже через десять минут Тира, следуя указателям со стрелочками, свернула в очередной коридор. Этот коридор был ещё темнее, чем магистраль. Световые полосы здесь горели реже, и их тусклый свет едва разгонял тьму. Тира покрепче прижала к груди упаковки с провизией одной рукой, выставила вторую со светильником вперёд, замедлила шаг, прислушиваясь к тишине. Её босые ноги, ступая по холодному металлу, издавали влажные шлепки, которые негромким эхом отражались от стен пустого прохода. От этого становилось немного не по себе. Тира недовольно передёрнула плечами.

— Как там называется боязнь одиночества и замкнутых пространств по-научному? — пробормотала девушка себе под нос.

Впереди виднелись открытые створки с маркировкой на стене «Жилой блок 12-С. Авиакрыло». За створками был небольшой тупиковый проход с рядами дверей по обеим сторонам. В воздухе витал запах пыли и затхлости.

Возле каждой двери была панель управления. Некоторые панели выглядели нерабочими, а на некоторых тускло светились кнопки. Девушка пошла вперёд, тыкая пальцами в каждую. Ей повезло на пятой. Нажав на кнопку открытия двери, на панели зажёгся небольшой экранчик, на котором сразу же побежали красные строчки ошибок. Тира не успела их рассмотреть. Строчки замерли:

\ Нет связи с внутренней сетью

\ Список приписанных членов экипажа: - ПУСТО –

После этого дверь с шипением отъехала в сторону. Девушка зашла внутрь, оглядываясь. Тут было немного теплее, чем в коридорах, возможно, из-за отсутствия сквозняков, но всё равно холодно. На потолке, несколько раз мигнув, зажглись световые полосы, засветившись мягким, немного желтоватым светом.

Жилой блок казался нетронутым, словно тут никто никогда не жил. По центру блока располагался пустой металлический стол с задвинутыми под него стульями на магнитных ножках. Напротив стола висел большой экран, вмонтированный в стену. По краям блока располагались шесть индивидуальных спальных мест, утопленных в стенах, проход, закрытый раздвижными дверями с нарисованным значком уборной, и ряд пластиковых шкафчиков, на замках которых горели зелёные огоньки.

На всех койках лежали аккуратные стопки с комплектами постельного белья и одеял. Выбрав ближайшую койку, Тира кинула на неё упаковки с пайками, а затем прошлась по блоку, собирая все одеяла, которые смогла найти. Вернувшись, она сложила их в подобие гнезда, стараясь создать хоть какое-то подобие уюта. Залезла внутрь, сверху натянула ещё несколько одеял, закрывшись ими с головой.

— Немного отдохну, а потом осмотрюсь. Жаль, оставшиеся светильники на складе забыла, надо будет сбегать… — ещё успела подумать Тира, а потом провалилась в глубокий сон.

Глава 9

Писк коммуникатора застал девушек во время изучения меню в столовой. Эника вскинула руку с прилепленным к внутренней стороне рукава комбинезона устройством.

— Что там? — Тира заглянула через плечо подруге.

— Сообщение от Таласа. Спрашивает, не хотим ли мы узнать, как ремонтируют гидравлику правой посадочной опоры транспортного челнока.

Эника почесала голову.

— Что ответить?

— Ммм, сержант Талас. Мне он не пишет, кстати, – подначила зардевшуюся подругу Тира.

И добавила уже более серьёзно:

— Соглашайся, всяко лучше, чем сидеть в каюте.

Эника быстро отстучала пальцами по сенсорному дисплею и покосилась на подругу.

— До начала их смены ещё час, успеем перекусить.

Девушки познакомились с техниками, когда им пришлось свернуть в незнакомый коридор, удирая от ищущих новых жертв репортёров. Пропетляв по незнакомым проходам, они ввалились в отсек гидропоники, где бригада инженеров что-то крутила и по чему-то стучала в системе аэрации водорослей. Удивлённо уставившись на подруг, выслушали совершенно жуткую историю о многочасовом допросе, устроенном несчастным кадеткам извергами с камерой, ребята, посмеиваясь, предложили девушкам проводить время с ними в инженерном отсеке, который располагался рядом с третьим ангаром. Туда ни репортёры, ни лидеры сетевых мнений не совались.

Девушки, недолго думая, согласились. Заканчивалась уже вторая неделя их «практики» на борту дредноута, но за всё это время им не выдали ни одного задания. Поэтому Тира с Эникой просто шатались по кораблю, иногда совершая набеги на постоянно доступную столовку, пока, во время очередной прогулки, не наткнулись на репортёров. Те, завидев кадеток, задав несколько быстрых вопросов, потащили их на интервью.

Интервью длилось долго. Репортёров интересовало буквально всё: от их происхождения и успеваемости в академии до их отношения к политике, проводимой домом Вальтаар и другими домами Веридиана. Девушки, памятуя наставления мастер-сержанта Таллона, потели, кряхтели, экали и долго выбирали слова, прежде чем давать какие-либо ответы. В итоге, когда их, спустя несколько часов, всё же отпустили, пообещав задать оставшиеся вопросы попозже, девушки рванули бегом в свою каюту с намерением больше из неё не выходить до конца практики.

На следующий день их вызвал к себе старшина Эрон Янг. Тира немного нервничала, вспоминая интервью и раздумывая, не взболтнули ли они чего лишнего, но всё обошлось. Старшина был доволен, похвалил их за взвешенные ответы и за то, что они не повелись на некоторые провокационные вопросы, и приказал продолжать в том же духе. Вскинув руки к груди, девушки покинули каюту старшины и привалились спиной к стене коридора.

— Ну нафиг такое счастье, — сказала Тира. — Не хочу я так продолжать.

— Угу, — кивнула Эника. — Так ляпнешь чего-то и вылетишь с практики с отметками, что только транспортник с отходами пилотировать дадут.

— В лучшем случае, — поддакнула Тира.

После этого девушки свели свои прогулки к минимуму, а завидев хоть кого-то не в военном комбинезоне или скафандре тут же совершали манёвр уклонения, как называла Эника их позорное бегство, и направлялись в другую сторону.

И вот, в очередной раз убегая от вездесущих репортёров, они и познакомились с одной из смен корабельных техников. Это оказались отличные компанейские ребята, которые приютили их в своём инженерном отсеке, не давая закиснуть в своей каюте. В благодарность, девушки развлекали их разными весёлыми историями и сплетнями, и бегали в столовку за перекусами, а техники, в свою очередь, травили свои байки и анекдоты, иногда давая им прикрутить какую-нибудь гайку.

Особо рад их компании был молодой инженер, сержант Талас Вейн. Талас был высоким, с узким скуластым лицом и вечно растрёпанными волосами, которые он пытался пригладить, но безуспешно. Его шутки всегда поднимали им настроение, а его умение рассказывать истории о корабельных буднях заставляло девушек смеяться до слёз. Особое внимание он уделял Энике, что не оставалось незамеченным.

Подруга же, в присутствии Таласа, как будто терялась. Она начинала время от времени нести какую-то чушь, путать слова и иногда краснела, что вызывало хохот у Тиры.

— Эника, а у нас есть история про посадочные опоры! — вспомнила Тира, когда они уже вошли в ангар. — Помнишь, как ты на пилотажке забыла магнитные замки отключить и чуть не взлетела с куском посадочной площадки?

— Тира! — Эника покраснела, бросив на подругу убийственный взгляд. — Только заикнись об этом!

Девушка расхохоталась, любуясь злющей подругой. Вдруг в ангаре раздался жуткий грохот. Тира как раз смотрела на Энику, и пока та, с недоумением на лице, поворачивала голову на шум, успела увидеть, как погрузчик, перевозивший металлический поддон с баллонами в три ряда, вдруг ударился краем поддона о стоявший на посадочной площадке пассажирский челнок. Погрузчик качнуло вперёд, баллоны съехали, а верхний ряд и вовсе посыпался на стальной пол ангара. Один из баллонов упал особенно неудачно, отбил кран и, со свистом сначала подлетев вверх, а потом, ударяясь о пол и отскакивая от него, с бешенной скоростью понёсся в их сторону.

Тира только и успела оттолкнуть не успевшую обернуться Энику. После чего девушка почувствовала мощный удар в ноги, и ангар начал вращаться вокруг неё. Упав на спину, выбив весь воздух из лёгких, она попыталась сесть, но правая нога отозвалась резкой сильной болью ниже колена.

— Аааа! — завопила Тира, из глаз покатились слёзы, — Ааааа!

Рядом плюхнулась на колени Эника, подложив свои руки ей под голову.

— Тира! Что, где болит?

— Нога! Гадство!

— Ох ты ж, — сказала Эника, глянув на ногу, — капец. Сейчас что-то придумаем!

Сквозь боль и слёзы, Тира всё равно уловила какие-то странные нотки в голосе подруги, попыталась посмотреть на бедную конечность. Нога, на её шевеления отозвалась новой порцией жуткой боли.

Рядом, с другой стороны, присел какой-то парень в форме службы логистики.

— Ой… Как же я… Я не хотел! Прости! — быстро затараторил он, пытаясь просунуть руки под её тушку, — Я тебе сейчас помогу! Сейчас всё будет!

Не обращая внимания на слабые протесты растерявшейся подруги, парень, нещадно дёргая подвывающую Тиру, всё же смог подхватить её на руки и начал подниматься. Нога, оторвавшись от пола, заболела так, будто на неё раскалённым металлом полили. Парень успел поднять её совсем немного, как в ангаре вновь раздался грохот.

Погрузчик, до этого накренившийся вперёд и застрявший в такой позе, вдруг упал обратно, на все четыре колеса, окончательно вывалив поддон с оставшимися баллонами, и медленно покатился назад, в сторону стоящего на другой платформе катера с эмблемой крупного новостного канала.

Парень с Тирой на руках, так и не успевший выпрямиться, застыл, наблюдая за погрузчиком, а когда тот с металлическим лязгом врезался в катер, схватился за голову, выронив Тиру обратно на пол.

Девушка, выпучив глаза от боли, уже не стесняясь заорала ругательтства. От её воплей тот подскочил, едва не наступив на Тиру, зачем-то дважды присел и затараторил ещё быстрее.

— Прости! Прости! Прости! Сейчас! Сейчас я тебе помогу! — он опять потянул к ней руки.

Тут, наконец-то, пришла в себя Эника.

— Не вздумай её больше трогать! Уйди отсюда! — завопила подруга.

— Да нет! Я же помочь хочу!

— Тебе сейчас самому помощь понадобится! Я сказала, пшёл вон, рукожопый! — рявкнула она таким злобным голосом, что паренёк отпрыгнул на шаг назад.

Возле Тиры что-то лязгнуло, и над ней нависла огромная чёрная тень — так ей, во всяком случае, показалось сквозь слёзы, застилавшие глаза. Многострадальную ногу в районе бедра больно кольнуло, а над ухом раздался спокойный, чуть насмешливый голос:

— Чего вопим, кадет?

— А? — Девушка удивлённо потёрла глаза. Боль очень быстро отступала. — Нога…

Возле неё, опустившись на одно колено, застыл огромный экзоскелет. Тира никогда не встречала таких машин в жизни, но часто видела их на голоэкранах, когда там крутили ролики про десантников. Перед ней сейчас был роботизированный штурмовой комплекс, или РШК, как его сокращённо называли военные. Мощная чёрная махина постоянно вжикала скрытыми сервомоторами и клацала сегментами брони, отзываясь на малейшие движения оператора. Оператором был мужчина средних лет с коротким ёжиком волос на голове и ярко горящими голубыми, насмешливыми глазами, которые сейчас с интересом смотрели на неё. Его шлем, примагнитившись к броне, висел сбоку.

— На месте твоя нога, хотя ты и орёшь так, будто тебе её по самую задницу оторвало, — хмыкнул он, отводя бронированный кулак, в который с лёгкостью поместилась бы голова девушки, от её бедра.

В руке Тира успела заметить коробочку автоматической аптечки. Не ожидая такого ответа, девушка поперхнулась словами и покраснела, чувствуя, как жар разливается по щекам.

— Угу, — сказал мужчина, посмотрев на её ногу, и его ухмылка чуть померкла, сменившись лёгкой тенью беспокойства.

Боль ушла, и Тира, опёршись на руки, села, уставившись на свою ногу. Там был виден отчётливый изгиб в другую сторону, и это зрелище заставило её сглотнуть.

— Выглядит плохо, — грустно сказала она, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Выглядит как несколько дней в медотсеке, — ответил мужчина, слегка смягчив тон. — Бывает и хуже.

Он отлепил шлем, но не надел его, а просто приложил к уху, словно проверяя связь.

— Медиков в третий ангар. — Пауза. — Что? А, нет, лёгкий. Но нужна транспортировка. Отбой.

— Да уже не болит, спасибо, я и сама теперь могу, — слабо запротестовала Тира.

Экзоскелет, погромче вжикнув моторами, выпрямился во весь свой почти трёхметровый рост. Ракетная установка на плече, отодвигавшаяся в сторону, чтобы дать место руке со шлемом, теперь встала обратно и несколько раз дёрнулась, словно выискивая цели.

— Что можешь? На одной ноге скакать до самого медотсека? — мужчина бросил на неё сверху очередной насмешливый взгляд.

Тира снова почувствовала, что краснеет.

— Значит так, кадеты, — он говорил серьёзно, но в глазах плясали смешинки, — ты, — он ткнул стальным пальцем в Тиру, — лежишь и не дёргаешься, ждёшь медиков. А ты, — теперь он смотрел на притихшую Энику, — стереги подругу, чтобы её снова не уронили.

Недалеко раздались смешки. Посмотрев в их сторону, Тира увидела штук двадцать военных, все были закованы в такую же жуткую чёрную броню. Мужчина бросил на неё последний взгляд, развернулся и кинул коробку аптечки женщине с отметками медика на бронированном наплечнике. Та, быстро сунув её в металлический рюкзак, закинула его себе за спину. Раздался щелчок, когда рюкзак примагнитился к броне. Вся группа развернулась и, лязгая подошвами по металлическому полу, зашагала к десантно-штурмовому кораблю, который уже медленно двигался в дальней части ангара на посадочной платформе.

— Круто, — прошептала Эника, завороженно смотря вслед удаляющимся экзоскелетам.

— Эй, у тебя тут подруга раненая, — недовольно заворчала Тира, — бди меня давай, чтобы этот, — девушка кивнула в сторону паренька, наматывающего круги вокруг погрузчика, — меня не добил.

Эника прыснула и уселась рядом. Ждать пришлось недолго. Два медика появились с каталкой, отправили Энику заниматься своими делами, аккуратно погрузили девушку и укатили в медотсек.

— Не самый приятный перелом со смещением, юная леди, — над ней склонился один из медиков, мужчина с сединой в волосах и нашивками капитана медицинской службы.

— Сейчас всё поправим, но несколько недель придётся отлежаться, пока не срастётся.

— Как несколько недель? — ужаснулась девушка. — Мне нельзя столько валяться! Через неделю репортёры покинут корабль, и нам обещали учебные полёты! Я же всё пропущу!

Опомнившись, Тира неловко поднялась на одной руке, вскинув другую к груди, и грустно пробормотала:

— Простите мою несдержанность, господин капитан.

Медик махнул на неё рукой.

— Да лежите уже себе спокойно.

— Значит, через неделю учебные полёты? — хмыкнул он.

— Возможно, я не знаю точно, — сказала Тира, снова откинувшись на койке. — Хотя мне уж теперь какая разница.

— Ладно, кадет, постараемся организовать вам полёты, — подмигнул ей медик.

Он ввёл несколько команд в компьютер, и манипуляторы над девушкой ожили. Некоторые склонились к её ноге, подсветив её красной лазерной сеткой.

— У нас пока, как видите, — мужчина кивнул на пустой медотсек, в котором Тира была единственным пациентом, — аншлага нет, так что можем выделить некоторые ресурсы медблока только для вас.

— Правда? — Тира снова поднялась на руках, с надеждой уставившись на медика.

Медицинский терминал издал предостерегающий писк, сетка на ноге задвигалась из стороны в сторону.

— Я же сказал, лежите спокойно, — погрозил он девушке пальцем.

— Простите, — она снова откинулась на кушетку. Терминал опять недовольно запищал.

— Постараемся. Сейчас вправим перелом, а потом положим в криокапсулу и зальём вас регенерирующим биогелем. Вы бывали уже в анабиозе?

— В криокапсулу? — Тира опять поднялась на руке. — Нет, ни разу. Мы только на тренировках, в тестовом режиме их использовали. А зачем? Ой, простите!

Медик закатил глаза к потолку, реагируя на очередной писк медицинского терминала. Нажал несколько кнопок, и к шее девушки спустился манипулятор с иглой.

— Затем, что биогель лучше всего себя проявляет при низких температурах. Поэтому мы положим вас в анабиоз дня на четыре, скажем. Не бойтесь, это не страшно. А как проснётесь, у вас ещё останется несколько дней на отдых и восстановление. Согласны? Вот и славно, а теперь полежите, наконец-то, смирно.

И не успела Тира ещё что-то сказать, как медик ткнул пальцем в терминал, и манипулятор с иглой сделал быстрый укол в шею.

Глава 10

Коммуникатор, лежавший на столике среди разбросанных бумаг, внезапно разразился резкими, раздражающими трелями, сигнализируя о важном уведомлении. Руан Восс устало взглянул на него и спокойно продолжил застёгивать мундир. Очередное срочное дело. Сколько их уже было? И сколько ещё будет?

Закончив, он мягко закрыл дверцу шкафа, в которой теперь висел его лёгкий лётный скафандр, а затем повернулся к большому экрану, ожидавшему команд. Одно касание мерцающей пиктограммы — и над дисплеем вспыхнул белый светодиод. Блок стереокамеры ожил, развернувшись в его сторону, экран засветился, превратившись в зеркало.

Руан отступил на пару шагов, внимательно изучая своё отражение. Из зеркала на него смотрел высокий, крепкий, лет восьмидесяти, мужчина с густыми чёрными волосами, лишь слегка тронутыми сединой у висков. Его лицо было изрезано морщинами, каждая из которых казалась отметиной прожитых лет и принятых решений. Широкая челюсть, слегка выдающиеся скулы и прямой нос придавали его облику строгость. Глаза очень тускло светились, выдавая его усталость.

На нём был строгий мундир графитового цвета с белыми и оранжевыми вставками. На груди и плечах — безупречно вышитые знаки отличия адмирала военно-космического флота. Каждый значок, каждая нашивка рассказывала историю: о битвах, победах и потерях. Руан провёл рукой по высокому воротнику, поправил его, пытаясь привести в порядок не только форму, но и свои мысли.

Коммуникатор снова о себе напомнил. Мужчина помахал рукой, и умная электроника, реагируя на жесты, вывела на экран список уведомлений. Последнее было от старпома: «Уже направляюсь к вам.»

Едва успев пробежаться глазами по списку, Руан обернулся к двери, терминал которой замигал сигналом вызова. Вздохнув, мужчина потушил экран, тяжело прошагал через свою большую трёхкомнатную каюту и нажал на сенсор. Толстая створка с тихим шипением быстро скользнула в сторону.

— Приветствую, адмирал Восс! С возвращением на борт!

Мужчина, лишь на пяток лет младше него, молодецки вскинул руку к груди, преданно «поедая» глазами начальство. Руан окинул взглядом коридор, где немногочисленный экипаж, завидев командира, тоже приветствовал его. Он, соблюдая формальности, поднял руку в ответ и посторонился, пропуская старпома в каюту.

— Проходите, старший помощник Блэйз.

Закрыв дверь, Руан молча махнул старпому на кабинет-гостиную и направился к небольшому кухонному уголку. Кофемашина запищала, принимая команду.

— Что будешь, Ариан?

Повернувшись к старпому, Руан удивлённо моргнул.

— У тебя ноги сгибаться перестали? Чего маячишь посреди комнаты?

— Ты что-то не в духе, Руан. Вот и думаю, можно ли мне усадить свои старые кости в присутствии старшего по званию или нет, — ухмыльнулся старпом.

Адмирал покачал головой. Ариан Блэйз, единственный, кого он мог назвать другом, с которым они были знакомы, казалось, вечность, всегда безошибочно угадывал его настроение с первого взгляда.

— Та садись уже, что б тебя в бездну засосало, Ариан. Или ждёшь, пока я тебе как распрекрасной барышне в лучшем заведении столицы, стул под задницу подпихну? — недовольно заворчал Руан. — Так что ты будешь?

— Просто кофе покрепче, большую чашку, — всё так же ухмыляясь, сказал старпом, разваливаясь в высоком кресле.

— Ты только прилетел, извини, что не дал передохнуть. Это действительно важно, и я не мог отправить сообщение по внутренней сети, — как-то задумчиво проговорил он.

Руан удивлённо посмотрел на старпома. Только сейчас он заметил, что тот выглядел довольно уставшим. Подхватив чашки с испускающим пар напитком, он прошагал к столу и уселся напротив, пододвинув к нему его чашку.

— Всё нормально. Выкладывай, что стряслось?

И, вспомнив список просмотренных уведомлений, добавил:

— И что там уже за две отметки об инцидентах, Ариан?

— А? — удивлённо моргнул тот. — А-аа, ерунда, — Ариан зажмурился и устало потёр виски.

— Сначала репортёры, хотя, какие они репортёры, — старпом скривился, — идиоты с коммуникаторами и многомиллионной аудиторией, решили, что им тут дозволено вообще всё. Они попытались вломиться в каюту к десантникам, чтобы те поучаствовали в каком-то то ли сетевом соревновании, то ли ещё в чём-то — хрен его разберёшь. Там какие-то силовые трюки вроде бы надо показывать.

Короче, — заметив сморщившийся лоб адмирала от усиленной работы мысли, — это не суть. В общем, пристали они к десантникам, как магнитная подошва к полу. А мы ребят и так считай на несколько недель заперли в каютах, во избежание, так сказать…

Руан согласно покивал.

— Так вот. Те сначала вежливо попросили покинуть их каюту и поискать циркачей в другом месте, потом ещё раз вежливо попросили. А потом лейтенант Карен, там настоящий здоровяк, ему половину РШК по спецзаявкам производят, поднял одного из этих идиотов за грудки и пообещал всё же показать трюк. С исчезающим коммуникатором этого недорепортёра. Прямо у него, я извиняюсь, в заднице. А, стоит заметить, он человек действий, а не слов.

Руан поднял бровь, едва сдерживая улыбку.

— И что, показал?

— Нет, хвала звёздам, — Ариан хмыкнул, — те решили воспользоваться первым предложением и умотали. Умотали жаловаться мне. Великая пустота, как я понимаю этого лейтенанта. Эти... репортёры — настоящая чума. Они везде лезут, как будто корабль — это их личная съёмочная площадка.

Руан отхлебнул кофе, задумчиво глядя на старпома.

— Многие считают, что ресурсы, которые были потрачены на постройку «Меча», стоило потратить, эмм, по-другому.

Ариан возмущённо фыркнул.

— Сейчас каждый идиот с доступом в сеть что-то да считает. И повсюду делится своим ценным мнением.

Адмирал кивнул.

— Тем не менее, глава дома хочет получить максимум поддержки населения, Ариан. Всех его слоёв, в том числе и той части, для которой авторитетами являются, кхм, лидеры сетевых мнений. Так что нужно усмирить десантников. Пускай где угодно находят в себе силы, но терпят. Терпят, как и все остальные. Сейчас действительно так надо.

— Да уже. Отправил их на учения, организовал ударные тренировки. Пускай несколько дней поскачут по астероидам, выпустят пар.

— Правильно, — одобрительно моргнул Руан. — А второй инцидент?

Ариан вздохнул, поставив чашку на стол.

— Второй... Это уже серьёзнее. В ангаре произошла авария. Погрузчик с баллонами потерял управление, один из баллонов отлетел и травмировал кадета.

— Кадета? — Руан нахмурился. — Кто пострадал?

— Тира Калдран. Перелом ноги. С ней всё будет хорошо, она проходит процедуру ускоренной регенерации, её обещали вернуть в строй в течение недели.

— Понятно.

— У нас происходят инциденты, хотя из экипажа почти никого нет. А через два месяца на борту будет почти сорок пять тысяч душ, — теперь Руан прикрыл глаза и потёр виски. — Нам нужно время на подготовку и слаживание, а его нет, — пробормотал он. — Ладно, Ариан, ладно. Ты ведь не об этом хотел поговорить?

Лицо старпома стало очень серьёзным.

— Нет, Руан, не об этом. Не буду ходить вокруг да около, в общем… У нас утечка информации в результате шпионажа.

Адмирал поперхнулся кофе.

— Слушаю, — сухо бросил он.

— Я тебе сейчас всё расскажу в общих чертах, а более подробно и профессионально сможет объяснить наш компьютерный техник, который обнаружил утечку и сейчас этим занимается.

Ариан вздохнул и поудобней устроился в кресле.

— Если честно, ты вовремя вернулся, я не знал, что делать. На данный момент об утечке знаю я, техник и ты. Вот что мы имеем на данный момент…

Глава 11

Тира очнулась от удушливого кашля, который не давал ей покоя последние несколько часов. Она с трудом приподнялась, сгорбившись, и, прикрыв рот ладонью, попыталась подавить новый приступ. Казалось, лёгкие готовы вывернуться наизнанку. Тело ныло, особенно поясница и спина между лопатками.

— Гадство... — прохрипела она, отдышавшись. Голос был хриплым, слабым. Она откинулась на смятые одеяла и прикрыла глаза. — Просто долбанное гадство.

Рука бессильно упала на покрывало, и в воздух поднялось облачко шерстяной пыли. Тира снова закашлялась, спазм вывернул её наизнанку. Стиснув зубы, она с раздражением потянула края одеяла. Ткань поддалась, осыпаясь в руках крошевом, а по швам разошлись прорехи.

— Чёрт... — она нахмурилась. — Такое чувство, будто это одеяло валялось тут сотни лет. Может, просто некачественная ткань? Или... причина в другом?

Она поморгала, силясь собраться с мыслями. В голове всплыли строчки с экрана автодоктора — организм борется с последствиями длительного гиперсна. Но насколько длительного? И что вообще происходит?

Тира тяжело вздохнула и провела рукой по лицу. Сидя здесь, она не получит ответов. Тем временем тело дало понять, что пора посетить уборную — впервые за время её пробуждения. Значит, еда пошла на пользу.

Кряхтя, ругаясь сквозь зубы, она кое-как выбралась из своего кубла. Едва скинув одеяла, её пробрала дрожь, словно в помещении стало ещё холоднее. Она сжала в ладонях кончики ушей — они горели, как от лихорадки.

— Чёрт возьми!

Девушка натянула одно из одеял на плечи и, продолжая ворчать, побрела к уборной. Перед глазами мелькали чёрные мошки, голова кружилась.

Сделав всё, что требовалось, Тира нажала кнопку утилизации отходов. Раздалось характерное шипение, а затем на панели высветилось: «Дезинфекция». Таймер начал отсчёт — двадцать секунд. Девушка облегчённо выдохнула.

Чуть приободрившись, она подошла к раковине и несколько раз нажала на кнопки управления краном. Тишина. Воды не было.

Покачав головой, Тира двинулась в душевую, но и там её ждал тот же результат. На экране в стене душевой мигал код ошибки.

— Ну и ладно, — пробормотала она. — Что-нибудь придумаем.

Она вернулась к своей лежанке, вновь зарылась в одеяла и достала один из пайков. Какая-то вязкая каша. Есть не хотелось, но выбора не было. Каждый глоток давался с трудом — горло першило и будто разбухло.

— Для начала надо во что-то одеться. Хватит уже голыми булками сверкать, — размышляла девушка, шмыгая носом.

Она потянулась к тюбику с водой, заранее представляя, насколько «приятным» будет глоток холодной жидкости.

Медленно, маленькими глотками она запивала кашу, помогая себе проглотить хоть что-то. Закончив с первым пайком, удивлённо хмыкнула — захотелось добавки. Поколебавшись, потянулась за следующим.

Тира, погружённая в мрачные мысли, не сразу заметила, что новый паёк, стоило ей потянуть за маркер, не зашипел, разогреваясь. Лишь когда она уже сжала упаковку с двух сторон и занесла осколок ящика, чтобы зачерпнуть содержимое, забитый нос наконец уловил жуткую вонь.

Она резко замерла. От пайка тянуло химией и чем-то гнилым — настолько мерзко, что у неё скрутило желудок, и стоило немалых усилий удержать содержимое предыдущей порции внутри.

— Феее... — передёрнувшись, Тира вскочила, держа злополучную упаковку на вытянутой руке. — Буэээ.

Судорожно оглядевшись, она поискала, куда бы от неё избавиться. Взгляд упал на дверь уборной. Точно! Система утилизации, кажется, работает. Не тратя больше ни секунды, Тира, даже не накинув одеяло, заспешила к закрытой створке.

Примерно на середине пути освещение резко сменилось. Световые полосы на потолке, ещё мгновение назад излучавшие мягкий жёлтоватый свет, вспыхнули холодным синим с лёгким голубоватым отливом.

Тира застыла на месте, забыв и о пайке, и обо всём остальном. В голове отчётливо вспыхнула тревожная мысль: боевое освещение.

Она удивлённо заморгала, всматриваясь в потолок, а в сознании продолжали всплывать воспоминания. Такой свет включается только во время ведения боя — при нём лучше различимы индикаторы на панелях терминалов и изображения на экранах.

Но сейчас-то кто и с кем воевал? Или это просто глюк в системе?

Тира ещё пару секунд неподвижно смотрела в потолок, но затем тряхнула головой, пытаясь отогнать тревожные мысли. Сейчас не до этого.

Она перевела взгляд на смердящий паёк в руке и уже сделала шаг к уборной, когда пол сильно вздрогнул.

Тира вскрикнула и инстинктивно отпрыгнула назад… но на пол не приземлилась. Вместо этого её тело оторвалось от поверхности, и она закувыркалась в воздухе. Искусственная гравитация отключилась.

Пол. Потолок. Стены. Всё вокруг быстро вращалось. Барахтаясь и размахивая руками, девушка врезалась боком в потолок.

Паёк, который она выронила, завис в пространстве рядом и выплёскивал зловонное содержимое во все стороны.

Тира оттолкнулась, но не рассчитала силу — её снова понесло вниз. Она с размаху влетела в облако из вонючих брызг и понеслась к полу.

В этот момент в коридоре протяжно завыли баззеры боевой тревоги.

— Да какого хера?! — закричала она в панике.

Не долетев до пола каких-то пятнадцать сантиметров, Тира внезапно рухнула вниз. Гравитация снова включилась.

Снаружи раздался глухой звон — что-то падало в коридоре. В следующее мгновение вокруг начали приземляться капли и кусочки буро-чёрной массы. Чуть дальше с влажным шлепком упала упаковка от пайка.

Тира перевернулась на спину пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Спину обожгло холодом. Тело дрожало, но на этот раз не от слабости, а от огромной дозы адреналина, выброшенного в кровь.

— Что б вас всех, суки, на атомы разорвало, - с чувством сказала она в потолок.

Потолок ответил очередным изменением цвета освещения – теперь тревожно-оранжевым. Чертыхнувшись, девушка поднялась с холодного пола. Её всё ещё потряхивало. Тяжело дыша, Тира потёрла лицо и тут же отдёрнула руку – в нос ударила нестерпимая вонь. Взглянув на ладонь, она увидела бурые тягучие капли.

— Да что б тебя… – зло выдохнула девушка.

Она быстро прошагала к спальному месту, ухватила первое попавшееся одеяло и начала с силой вытираться. Материя трещала и расползалась в её руках, пылинки прилипали к влажным участкам кожи, но девушка не обращала на это внимания, пытаясь оттереть свежие и старые пятна и разводы.

Мысли путались. Что это вообще было? Она была уверена, что она тут одна. Но если здесь есть кто-то ещё… почему ей никто не помог? Или, наоборот, ей повезло, что пока никого не встретила?

Тира зло отшвырнула изорванное одеяло в середину жилого блока, опёрлась о стену и попыталась успокоиться. Глубокий вдох, ещё один.

— Мне нужны долбанные ответы, — прохрипела она, но тут же закашлялась. — Гадство!

Простуда никуда не делась, но злость и адреналин придавали сил. Стиснув зубы, она направилась к противоположной стене, где висел ящик аварийного набора. Сильным рывком открыла дверцу и выругалась сквозь зубы.

Пусто.

Даже защёлка фиксатора, которая должна была ломаться при вскрытии и зажигать химическую подсветку, оставалась нетронутой — её прикрывала защитная пластина.

Тира резко развернулась на пятках и шагнула к шкафчикам. Не заперты. Одна за другой дверцы распахивались и тут же с глухим стуком захлопывались. Пусто. Лишь немного осевшей пыли.

Постояв ещё немного возле шкафчиков, девушка вернулась к облюбованному спальному месту, уселась и принялась обматываться одеялами.

— Нам нужна одежда, Тира, - мрачно напомнила она себе.

Закончив обматывать ноги, она крепко затянула одно из одеял вокруг пояса, а второе накинула на плечи. Мазнув взглядом по химическому светильнику, который уже почти не горел, девушка поднялась и решительно зашагала к выходу из жилого блока.

Глава 12

Выйдя в коридор, Тира остановилась. Закинула голову и сделала несколько глубоких вдохов свежего воздуха, казавшегося особенно чистым, после жуткой вони. Он обжигал воспалённое горло, но девушка не обращала на это внимания.

Полминуты она стояла так, с закрытыми глазами, стараясь сосредоточиться. Но когда вновь открыла их, мир вокруг показался другим. Коридор словно сжался, стал теснее. Каждый угол, где не доставало света, каждая пляшущая тень от моргающих световых полос, каждый случайный скрип металла или гул вентиляции отзывались внутри тяжёлым эхом тревоги.

Уставшее сознание, как назло, рисовало пугающие образы — жуткие силуэты, выныривающие из темноты, враждебные фигуры, готовые броситься из-за поворота.

Тира несколько раз сжала кулаки, вгоняя ногти в ладони, и медленно выдохнула.

— Успокойся, Тира. Тут никого нет, — она заставила себя проговорить это в слух.

Тряхнув головой, девушка мысленно напомнила себе о первоочередной задаче, которую она перед собой поставила. Одежда. Найти хоть что-то, чтобы прикрыть себя.

Развернувшись, она направилась в сторону соседних жилых блоков. Панели у входов к большинству из них были неактивны или светились красными индикаторами блокировки. Но несколько поддались — створки с шипением приоткрылись, пропуская её внутрь.

Оглядевшись, Тира поняла: здесь никто не жил. Те же стандартные комплекты белья в упаковках, пустые шкафчики, незапечатанные аварийные ящики. Всё идеально, почти стерильно… мёртво.

Промедлив в последнем блоке, она понуро вышла обратно в коридор. Смирившись с тем, что мародёрствовать здесь не выйдет, Тира развернулась и зашагала в сторону транспортной магистрали.

Там стало хуже. Гораздо хуже. Мусора прибавилось — грязные, застывшие следы хаоса. Половина световых полос не работала, остальные мигали, как будто уже и сами не знали, живы они или мертвы. Платформы изменили своё положение, разбросав вокруг остатки своего груза.

Тира на секунду подумала, не сбегать ли за забытыми светильниками, но отмела эту мысль. Вместо этого она свернула направо. «Ангар № 3» — светящаяся стрелка указывала путь.

Чем ближе она подходила, тем сильнее менялся коридор. Он переставал быть просто заброшенным — он начинал походить на поле боя. Вырванные панели, клочья кабелей, мусор, нагромождённый так, будто нечто огромное и безумное выметало всё сюда, сваливая в беспорядке.

Но всё это было только прелюдией. По-настоящему жуткие находки ждали её немного впереди.

Первую она заметила, проходя мимо перевёрнутой платформы. Та, похоже, пыталась свернуть в боковой коридор — но что-то пошло не так. Сейчас она лежала на боку, зацепившись за край гермостворки, освещаемая тревожным оранжевым светом уцелевших светильников.

Кинув на неё взгляд, девушка вздрогнула. На неё пустыми глазницами смотрел череп, который застрял между задней парой колёс.

Это было так неожиданно, что Тира почувствовала, как на спине выступила испарина, а сердце застучало чаще.

Она заставила себя подойти ближе. Часть скелета была разбросана вокруг — обломки рук, грудная клетка, кусок позвоночника. Таза и ног не было. Или они остались под платформой, или... лучше не думать.

Непроизвольно передёрнув плечами, девушка отвернулась и зашагала дальше. С каждым шагом — всё больше разрушений. Всё больше мусора. И больше останков.

Внутренне содрогаясь, Тира обходила видневшиеся то тут, то там кости и обрывки скафандров.

— Великая Пустота, сколько же вас здесь?.. — прошептала девушка, переступая через чью-то руку.

Из глаз покатились слёзы. Наверняка, она кого-то знала. А кто-то знал её. И вот теперь, возможно, она перешагивает через останки своих товарищей.

Тира остановилась, потёрла глаза руками. Идти вперёд совсем не хотелось. Хотелось развернуться и побежать обратно, забиться в один из пустых жилых блоков, зарыться в одеяла и больше никогда оттуда не выходить. Просто лежать и ничего не делать. Ждать своего конца, который, несомненно, настанет очень быстро.

Испугавшись собственных мыслей, девушка вздрогнула.

— Нееет… Нет, сука, я тут не сдохну!

Стиснув зубы, девушка двинулась вперёд. Спустя несколько минут она дошла до широких ворот, возле которых на стене красовалась большая надпись: «Ангар № 3».

Гигантские герметичные створки были распахнуты. Пройдя внутрь, Тира оказалась в просторном шлюзе, за которым открывалось огромное слабо освещённое помещение. Ангар занимал несколько палуб по высоте, и девушка вышла на широкий металлический мост, тянувшийся вдоль стен на среднем уровне.

Ограждение моста напротив шлюза было выломано, и теперь острые обломки торчали в сторону ангара. Тира сделала несколько шагов вперёд, но к самому краю подходить не решилась — падать было высоко.

Даже скудного освещения хватало, чтобы оценить масштабы разрушений внизу. Пол был усеян грудами обломков: кусками обшивки, разбитыми ящиками, искореженными грузовыми платформами и повреждёнными механизмами. Некоторые корабли — а может, и все — получили серьёзные повреждения. Несколько малых судов лежали на днище, их посадочные опоры подломились. Пара крупных транспортов устояла, но в бок одного из них впечатался небольшой пассажирский катер, который, судя по его виду, уже никогда никуда не полетит. А в верхней части второго торчала транспортная платформа — её нос застрял в обшивке.

Тира покачала головой. Спускаться вниз, укутавшись лишь в одеяла, было слишком опасно – любая неосторожность могла обернуться серьёзной травмой. Она медленно осмотрелась.

Слева мост заканчивался у массивного грузового подъёмника, платформа которого легко вместила бы небольшой пассажирский челнок. Справа мост терялся в полумраке, уходя к противоположной стене ангара. В отдалении виднелись другие широкие проходы, зияющие чёрными провалами. Напротив каждого такого провала ограждение моста было повреждено.

Тира перевела взгляд на массивные выпускающие створки ангара и скривилась, ощущая, как по спине пробежали мурашки. Она догадывалась, что здесь произошло.

Ещё раз бросив взгляд на тёмные провалы коридоров, девушка пожалела, что не вернулась за светильниками. Эта тьма казалась почти осязаемой — густой, вязкой, словно способной поглотить любого, кто осмелится войти.

Взглянув вниз на хаос обломков, Тира покачала головой — не сегодня — и зашагала обратно, стараясь не смотреть по сторонам. Обратный путь показался короче. Возможно, из-за роящихся в голове мрачных мыслей.

Возле склада продовольствия она свернула в знакомый коридор, прошла к разбросанным упаковкам. Взяв одну, с сомнением повертела её в руках.

— Теперь вы все, ребята, под подозрением, — хмыкнула девушка.

Со вздохом оторвала маркер и облегчённо улыбнулась, когда из пайка повалил пар, наполнив воздух аппетитным ароматом. Подняв найденный тюбик с питьём и новый обломок вместо ложки, она устроилась на ящике.

Неспешно пережёвывая пищу, Тира задумчиво разглядывала разбросанные упаковки. Сколько их здесь? Сколько полных ящиков осталось? Есть ли пустые? Как определить испорченные пайки?

— На сколько мне хватит еды? — задумчиво пробормотала она. — Или, вернее, как скоро ты умрёшь с голоду, Тира?

Это случится не скоро, но этот момент неизбежно наступит. Нужно будет провести инвентаризацию — хотя бы примерно оценить запас времени. И выяснить, есть ли тут другие подобные склады.

Девушка устало потёрла виски. Голова гудела, а перед глазами маячил список нерешённых задач. Дожевав паёк, она едва не отшвырнула пустую упаковку, но остановилась.

С кряхтением поднявшись, она вытряхнула остатки пайков из одного полупустого ящика, перевернула его и сложила внутрь пустую тару. Потом собрала упаковки от прошлой трапезы — все до одной — и отправила их следом.

После этого вернулась назад и вскрыла новую порцию еды. Конечно, это ускоряло расход продовольствия, но она ничего не могла с собой поделать.

— А может это не я много жру, а порции маленькие, — недовольно проворчала девушка, отгоняя каверзные мысли.

Закончив с едой, Тира отправила пустые упаковки в самодельную "мусорку", собрала оставшиеся светящиеся палочки, несколько пайков и, шмыгая заложенным носом, двинулась обратно.

Глава 13

Выйдя на транспортную магистраль, она остановилась у указателей, размышляя о дальнейшем маршруте. Гидропоника, подстанции, склады запчастей... Ни один из вариантов не вызывал энтузиазма. Взгляд зацепился за надпись "Арсенал".

— Что обычно находится в арсенале, мм? — почесала лоб Тира. — Оружие, понятное дело. Но что ещё? Аптечки? Обмундирование? — На её лице появилась хищная улыбка.

— А вот сейчас и проверим!

Развернувшись, она бодро зашагала по направлению стрелки, стараясь гнать от себя мысли о том, что арсенал может оказаться наглухо запертым и она сейчас просто тратит силы зря.

Путь оказался долгим. Транспортная магистраль К-5 внезапно оборвалась, переходя в гигантский коридор — такой широкий, что здесь могли бы разминуться четыре планетарных грузовика.

Тира замерла, поражённая масштабами. Пространство уходило влево, делало резкий поворот под прямым углом, именно в этом углу заканчивалась К-5, а затем терялось в темноте. На полу красовалась огромная надпись: "Главная транспортная магистраль №3", протянувшаяся через весь коридор.

Немного потоптавшись на месте и похмыкав, впечатлённая размахом, Тира переломила светильник и двинулась вперёд. Сквозняк здесь был ещё сильнее, ледяные потоки воздуха буквально пронизывали насквозь. Девушка держалась возле стены, стараясь не пропустить нужный указатель.

Но тревоги оказались напрасными. Вскоре в стене возникла массивная шестигранная арка, очерченная жёлтыми предупредительными полосами. Над ней в мерцающем свете аварийных ламп белела крупная надпись "АРСЕНАЛ" — такое не заметил бы разве что слепой. У основания арки на полу красовалась транспортная разметка и предупреждающие знаки.

Заглянув в арку, внутренне ожидая увидеть очередные запертые двери, девушка непроизвольно улыбнулась. Удача, похоже, ещё не совсем от неё отвернулась. Между массивных створок были зажаты два автоматических транспорта. Мощные заслоны превратили их в металлический "бутерброд", почти разрезав напополам. Если бы транспорт был один, несомненно, так бы и произошло. Но с двумя створки справиться уже не смогли. Между ними оставалась щель, шириной сантиметров в сорок, за которой была уже привычная полутьма.

— Бочком протиснуться можно, — оценила Тира, уже примериваясь к проёму.

Сложив припасы у стены, Тира зажала светящуюся палочку в зубах и начала карабкаться по искореженному транспорту. Каждое движение приходилось просчитывать — острые обломки торчали во все стороны.

Протиснувшись в щель, она так же аккуратно полезла вниз, но одеяло, обмотанное вокруг пояса, зацепилось за железяку с зазубринами и задралось вверх, частично перекрывая обзор. Недовольно укая, девушка с силой подёргала его в разные стороны, пытаясь освободиться.

Старая материя, не выдержав такого отношения, затрещала и порвалась. В тот же момент железяка, за которую она держалась одной рукой, со скрипом провернулась в корпусе транспорта. Испуганно укнув, Тира полетела вниз.

Падение получилось болезненным. Упав набок, больно ударившись локтем правой руки, девушка выплюнула светильник и злобно зашипела, растирая пострадавшую конечность.

— А что б вас! — Тира пнула слетевшие с неё тряпки, кривясь от боли.

Постояв немного, потирая ушибленную руку, Тира почувствовала, как она снова начала замерзать. С неохотой подняв светильник, она принялась собирать ненавистные одеяла.

Неожиданно с щелчками зажглись потолочные светильники. Яркий свет заставил её зажмуриться. Часто моргая и протирая слезящиеся глаза, она продолжила путь, кутаясь в одеяла и озираясь по сторонам. Посмотреть было на что.

Минуя укреплённый тамбур с бойницами и двумя массивными турелями САО, она оказалась в просторном отсеке, разделённом на секции. Несколько секций были разворочены турелями, перемолоты в щепки. Чуть дальше была развилка с несколькими проходами. Над шестигранными арками красовались надписи, выполненные особым, каким-то военным шрифтом. Если им верить, то тут имелись два склада боеприпасов, оружейная, тир, склад обмундирования и сборочный цех.

Пожав плечами, Тира направилась к первой арке. Склад боеприпасов оказался практически пустым. Длинные ряды стеллажей вдоль стен стояли абсолютно пустыми, в металлических шкафах был лишь тонкий слой пыли. Лишь у дальней стены громоздилась груда из десятка массивных ящиков с различной маркировкой.

Подойдя к ближайшему, она отщёлкнула замки и с удивлением обнаружила, что толстая крышка поднимается почти без усилий. Секрет был прост, ящик был оснащён пневмомеханизмом, облегчающим открытие и фиксацию. Внутри пространство было разделено на четыре секции: в первой и третьей лежали пустые обоймы, во второй - патроны с красными наконечниками, в четвёртой - с серебристыми.

Осмотрев несколько патронов и аккуратно вернув их на место, Тира перешла к следующему ящику. Там в упругих ячейках покоились гранаты. Остальные она решила не проверять, а просто пробежалась глазами по маркировкам: патроны, энергоячейки, гранаты, два ящика с минами. Пока для неё тут не было чего-нибудь интересного.

Вернувшись к развилке, Тира направилась прямо в оружейную, минуя второй склад боеприпасов. Здесь ситуация выглядела куда интереснее. У одной из стен располагались стойки с разнообразным оружием: от снайперских винтовок до массивных энергетических пушек и гранатомётов. Она медленно прошлась вдоль них, кончиками пальцев скользя по холодному металлу, но не решаясь ничего взять.

У противоположной стены в аккуратных креплениях стояли десятки одинаковых плазменных винтовок и пистолетов. Под ними — шкафчики, забитые энергоячейками и снаряженными магазинами.

Не удержавшись, Тира сняла один из пистолетов. Оружие оказалось неожиданно тяжелым. Рифленая рукоять приятно холодила ладонь. На корпусе располагался рычажок и две кнопки, а под стволом — блок с фонарем и лазерным прицелом. Со странным трепетом она провела пальцами по матовой поверхности.

"Похоже, я никогда раньше не держала в руках оружия", — мелькнула мысль. Перевернув пистолет, Тира обнаружила отсутствие магазина и батареи. Подобрав энергоячейку, она вставила ее на место. Понажимала кнопки — никакой реакции.

— Разряжена, что ли? — пробормотала она.

Затем взяла магазин с красными патронами и со щелком загнала его в рукоять. Ощущение было странное — будто совершала что-то запретное, но чертовски увлекательное. Поводив стволом, она не смогла сдержать улыбки. Дико захотелось выстрелить. Прямо сейчас.

— Кажется, тут был тир?

Быстро вернувшись к развилке, она нашла нужный проход. В просторном тире выбрала дорожку с мишенью в полный рост, прицелилась и нажала курок. Точнее, попыталась нажать. Курок не поддавался. После нескольких неудачных попыток Тира пощёлкала рычажком на корпусе. Пистолет клацнул, но выстрела снова не последовало.

—Да чтоб тебя! — выругалась она, хлопнув себя по лбу. — Дура!

Ухватившись за верх, она с трудом передёрнула хрустнувший затвор. Взяла оружие в левую руку, прицелилась и в очередной раз нажала на спуск. Пистолет рявкнул и улетел вверх, лишь чудом не вывернув ей пальцы.

Потряхивая рукой, девушка перевела взгляд на мишень. В груди предполагаемого противника зияла сквозная дыра размером с ладонь, с рваными краями.

— Уф! — выдохнула Тира, чувствуя, как учащается пульс, а на лицо наползает довольная улыбка.

Она снова прицелилась, на этот раз крепко держа пистолет двумя руками и неспеша сделала ещё три выстрела, с трудом удерживая рвущееся из рук оружие. Первый — промазала, на стене за мишенью вспух маленький взрыв. Второй выстрел оторвал от мишени руку. Третий — снова мимо.

Не унимаясь, девушка перевела рычажок на боку на одну позицию вниз. Нажала курок. Пистолет выдал короткую злую очередь, которая прошла снизу вверх, разрывая мишень в клочья. На этот раз сил удержать оружие в нужном положении всё же не хватило, и последние пули пролетели над мишенью.

Тира, шмыгая носом и довольно улыбаясь, отщёлкнула магазин. Заглянула внутрь — он был почти наполовину пуст. "Надо найти полный или зарядить этот", — подумала девушка. Пистолет она твёрдо решила забрать с собой.

"По крайней мере, с голоду теперь не помру", — пронеслась в голове невесёлая мысль.

По пути в оружейную девушка рассматривала магазин и вертела в руках пистолет, щёлкая кнопками и рычажком. Рука начала уставать, оружие весило килограмма три. Тира согнула руку в локте, подняв дуло вверх, продолжая играться рычажком, пытаясь дотянуться к нему большим пальцем.

— Тяжёлый, зараза, — протянула она вслух, переведя рычажок в нижнее положение.

Нажала курок, но тот был зафиксирован. Переведя рычажок на одну позицию вверх, снова вжала спуск. Грохнуло. Световая панель на потолке разлетелась в щепки, орошая всё пространство вокруг осколками и искрами. Пистолет выскочил из руки и полетел на пол.

Тира взвизгнула и сгорбилась, вжимая голову в плечи. В правом ухе звенело, а сердце колотилось с бешенной скоростью, будто пыталось вырваться из груди.

Она покрутила головой и крепко зажмурилась, пытаясь успокоиться.

— И всё же я дура, — прошептала девушка.

Облизнув пересохшие губы, она дрожащими руками подняла оружие с пола. Несколько раз передёрнула затвор. Щёлкнула предохранителем, заблокировав курок. Быстро сходив в оружейную, взяла два полных магазина. Один, с красноносыми патронами, сразу вогнала в рукоять.

Решив, что на сегодня экспериментов хватит, девушка вернулась на развилку. Осторожно обходя световую панель, которая продолжала сыпать искрами, она направилась к складу амуниции.

Склад оказался забит под завязку. Ящики, коробки, контейнеры — многие всё ещё были затянуты транспортировочной плёнкой. Тира медленно шла между стеллажами, заглядывая внутрь: инструменты, сканеры, беспилотники, антенны спутниковой связи — всего было в избытке. В одном длинном ящике лежал цилиндр с нашлёпками и мотками катушек, если верить маркировке — генератор электромагнитного импульса.

— Тут нужно основательно покопаться, — пробормотала она.

Но сил на полноценный осмотр уже не оставалось.

На складе Тира обнаружила проход в соседнее помещение — огромное пространство, больше похожее на гардеробную. Только вместо обычной одежды здесь в специальных креплениях висели пехотные и лётные скафандры, аккуратно запакованные в полупрозрачную пластиковую упаковку.

Мысль взять массивный пехотный скафандр отпала почти сразу. Едва попытавшись сдвинуть его с места, Тира поняла — укрытый композитной бронёй и слоем искусственных мышц, он весил едва ли не больше её самой. Да, с заряженными батареями можно было двигаться, но когда они сядут, она сможет в нём только лежать.

Покачав головой, она направилась к более лёгким лётным комбинезонам. "Как странно, — подумала Тира, — своё имя вспомнила не сразу, а размер одежды помню отлично". Найдя подходящий размер, она повозилась с креплениями, и пятнадцатикилограммовый скафандр с глухим стуком подошв об пол упал ей в руки.

Помня об узкой щели у входа, Тира подавила желание сразу примерить добычу. Закинув шелестящую упаковку на плечо, она направилась к выходу. "Теперь точно хватит — нужно отдохнуть и собраться с мыслями".

На выходе из арсенала Тира накинула одно из одеял на острые обломки транспорта, пытаясь защитить скафандр от возможных порезов. Хоть сегменты лёгкой брони и прочная металлизированная ткань были рассчитаны на куда более серьёзные испытания, рисковать находкой ей совсем не хотелось. Девушка осторожно вскарабкалась наверх, принялась аккуратно проталкивать скафандр сквозь узкую щель между створок.

Процесс протискивания скафандра занял добрых десять минут. Тира ползала по стальным обломкам, кряхтя и ругаясь, когда упаковка цеплялась за каждую неровность. Наконец протолкнув добычу, она сбросила сверху пистолет с запасным магазином и выбралась сама.

Ледяной сквозняк моментально заставил её сжаться в комок. Вспотевшее тело мёрзло сильнее обычного.

Размотав одеяло с ноги и свернув его в импровизированный баул, Тира затолкала туда припасы, подхватила скафандр и заковыляла в сторону жилых блоков. Она помнила — несколько жилых отсеков должны были быть недалеко от развилки с главной магистралью.

Свернув в уже родную К-5, девушка сбавила шаг. Даже короткие прогулки выматывали её, а сейчас ещё приходилось тащить добрых двадцать килограммов груза.

Тяжело дыша, она свернула по указателю к жилым блокам, мысленно молясь, чтобы хоть один оказался открытым. Пройти ещё пару сотен метров до проверенных помещений у неё уже не было сил.

Взгляд девушки зацепился за надписи на стене: "Офицерский отсек". Сдувая грязные пряди с лица, Тира фыркнула и направилась к ближайшей двери.

— Значит, теперь я офицер, — пропыхтела она. — Всегда чувствовала в себе потенциал.

К её удивлению, первая же панель управления мигнула зелёным, и дверь плавно отъехала в сторону. Шагнув внутрь, Тира замерла. Световые полосы на стенах и потолке медленно разгорались, освещая...

Не жилой блок. Настоящую малогабаритную однокомнатную квартиру.

Кухонный уголок. Встроенные шкафчики. Рабочее место с откидным столиком. Магнитные стулья. И — о чудо! — полноценная широкая кровать вместо стандартных спальных ниш. Даже прикроватная тумбочка присутствовала.

— А неплохо вы тут устроились, — хмыкнула Тира, сбрасывая пожитки на пол. — Очень даже неплохо.

Пройдясь по комнате, она обратила внимание на две двери, сливающиеся с левой стеной. Открыв первую, она попала в душевую. Без особой надежды девушка повернула кран — и ахнула. Форсунки на потолке захрипели, плюнули острыми брызгами, а затем оттуда ударили тугие струи воды.

— Я точно замёрзла в коридоре, и это предсмертные галлюцинации, — прошептала она.

Девушка покрутила регулятор температуры. Когда от струй повалил белесый пар, а пластик душевой начал покрываться испариной, Тира счастливо рассмеялась. Она судорожно сбросила последние лохмотья и нырнула под воду.

Белоснежный поддон быстро покрылся бурыми потёками. Сколько она простояла под душем, греясь и оттирая давно зудевшую кожу, Тира не знала. Очнулась только, когда блок управления тревожно запищал, а на дисплее замигало:

// Суточный водный лимит исчерпан

Внизу появился таймер, отсчитывающий тридцать секунд. Когда время вышло, душ захрипел и потоки воды иссякли.

Неохотно выбравшись, Тира оставила мокрые следы на полу. Её взгляд упал на грязные вонючие одеяла. Без сожаления она вышвырнула их в коридор вместе с импровизированной переноской.

Пистолет занял почётное место на тумбочке. Потом — возня с постельным бельём, несколько неловких движений — и наконец-то она зарылась в чистые простыни.

— Бррр! — дёрнулась Тира. — Полотенец-то и нет! Какая экономия на офицерах!

В этот момент в изголовье зажегся экран, а скрытый динамик тихонько пискнул. Перевернувшись, девушка удивлённо уставилась на интерфейс управления. Подсветка... Будильник... И...

— Беру свои слова обратно! — выдохнула она, увидев пункт "Подогрев".

Сразу же протянув ползунок температуры на максимум, девушка прислушалась к своим ощущениям. Сначала вроде бы ничего не происходило, но спустя несколько секунд она почувствовала исходящее от кровати тепло, и температура понемногу росла.

Откинувшись на спину, она довольно зажмурилась. В голове пронеслась осторожная мысль: "А может, и выберусь из этого дерьма". Спустя несколько минут Тира уже сладко спала крепким здоровым сном без сновидений.

Глава 14

Адмирал Руан был в отвратительном настроении. Начиная с того злополучного экстренного совещания на планете и до текущего момента, скверные, дурные и просто тревожные новости обрушивались на него непрерывным потоком.

Он устало потер виски и откинулся на жесткое сиденье электротранспорта, мчавшегося по полупустой главной магистрали палубы. Машина спешила доставить его к защищенному залу совещаний и переговоров.

«И почему я не ушел в отставку десять лет назад?» — в который раз подумал он. «Сейчас бы всё это разгребали другие.»

Руан ненадолго отключился, погрузившись в воспоминания. Десять лет назад его флот выследил и разнес в клочья пиратскую шайку, терроризировавшую все Четыре Дома. Громкая победа и прежние заслуги открывали перед ним двери в политику — ему предлагали теплые места в правительстве. Но он отказался. Не хотел участвовать в интригах и грызне за власть.

«А теперь ты всё равно в этом варишься,» — усмехнулся про себя Руан. «Ну и балбес.»

Похоже, последнюю фразу он произнес вслух, потому что сержант за рулем удивлённо покосился на него.

— Простите, господин адмирал?

— Не вам, сержант. Просто… мысли вслух.

Электрокар свернул с главной магистрали, тянувшейся от носа до кормы корабля, в один из поперечных коридоров. Через несколько секунд они остановились у тупикового ответвления, где дежурили пехотинцы в полной боевой экипировке. Двое охраняли проход, а остальные отсекали случайных прохожих, отправляя их на противоположный край коридора. Заметив адмирала, бойцы вытянулись в струнку и ударили себя кулаками в грудь.

Кивнув солдатам, Руан направился к переговорной. У входа в отсек также стоял караул. Отсалютовав, один из бойцов быстро набрал код на панели, и массивные створки с тихим шипением разошлись в стороны.

Руан переступил порог. В просторной переговорной уже собрался старший офицерский состав. Голубоватый свет экранов освещал усталые лица. Похоже, ждали только его.

Тихие перешептывания смолкли в тот же миг, когда его сапоги гулко стукнули по металлическому полу.

Заняв место во главе полукруглого стола из матового черного поликарбоната, он медленно провел ладонью по сенсорной панели, активируя свой экран. Дождавшись, пока все рассядутся, а на экране загорится надпись «Защищённый режим» он заговорил низким, нарочито спокойным голосом:

— Господа офицеры, — его пальцы нервно постукивали по краю столешницы, — понимаю, что вам не терпится узнать причину этого... внеочередного сбора. — На последних словах он сделал едва заметную паузу, давая понять, что и сам не в восторге.

— Но дабы сэкономить время и не повторяться, предлагаю сразу заслушать, — тут Руан немного полистал планшет, — ага... вот. Мастер-техника Кая Дэлленира.

Офицеры начали перешёптываться — никто не мог вспомнить этого Дэлленира. Адмирал кивнул адъютанту, и тот стремительно скрылся за дверью.

— Это наш специалист по компьютерным системам, — пояснил старпом.

Через минуту дверь снова открылась. В отсек чеканя шаг вошёл парень в тёмно-синем комбинезоне с нашивкой компьютерного техника.

— Господин адмирал, мастер-техник Кай Дэлленир по вашему приказанию прибыл!

— Вольно, мастер-техник.

Руан изучающе осмотрел парня. Молодой, но с умными глазами. В досье значилось, что он из обедневшего рода. В последние годы дела семьи Дэлленир шли откровенно плохо, но денег на достойное образование Каю найти смогли. С предыдущего места службы он имел отменную характеристику. Сейчас парень явно нервничал — это дело могло сильно повлиять на его карьеру. И тот пока не понимал в какую сторону.

— Кай, расскажите, что вам удалось выяснить? — адмирал намеренно говорил мягче, стараясь успокоить подчинённого. — Подробно, с самого начала. Постарайтесь не упускать деталей, хорошо?

Техник снова козырнул, затем провёл рукой по переносице:

— Эм... Всё началось с крупного обновления наших систем месяц назад... — техник немного запинался. — Сначала казалось, что всё прошло штатно, проверочные значения сходились... Но потом пошли сбои.

— Что-то необычное? — уточнил Руан.

— Не в характере, а в масштабе, сэр. — Кай оживился, немного забыв о волнении. — Заявки посыпались со всего корабля: ботаники, транспортники, даже связисты...

Старший связист подтвердил кивком:

— Да, у нас в последнее время иногда возникают ошибки при передаче и приёме. Ничего критичного, просто некоторые пакеты данных повреждены. Списывал на возросшую солнечную активность.

Руан перевёл взгляд на техника:

— И это навело тебя на мысль о диверсии?

— Не о диверсии, господин адмирал. — Кай тряхнул головой. — О шпионаже, да и то не сразу. Именно из-за проблем со связью, кстати.

Офицеры начали перешёптываться. Связист вытаращил глаза и уже открыл рот, чтобы что-то сказать технику, но адмирал остановил его жестом.

— Поясни. Пока не понимаю связи, — Руан слегка наклонился вперед, положив сцепленные руки на стол.

— Да, сэр. Так вот... — Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Перед тем как появились заявки от связистов, я уже две недели носился по всему кораблю. — В его голосе прозвучала горькая нотка. — Такое количество сбоев — это не нормально. Я трижды связывался с главным техотделом флота, но они... — Кай скривился, — они были уверены, что это мы тут что-то напортачили.

Адмирал заметил, как у парня сжались кулаки.

— Отчасти я их понимаю, — техник тяжело вздохнул. — Сбои начались в системах, которые вообще не были затронуты обновлениями. Транспортная сеть, например. — Он беспомощно развел руками. — Да и на их оборудовании всё работало идеально.

Адмирал нахмурился. Умники из штаба сплошь из знатных родов. Он представлял, как проходило их общение с Каем. На этот раз они переступили черту, отнесясь халатно к своей работе. Руану было плевать, насколько именитые родители у штабных техников, поэтому он спросил:

— Для протокола, мастер-техник, — адмирал произнес медленно, подчеркивая каждое слово, — вам оказали хоть какую-то помощь? Или хотя бы консультацию? — Его взгляд, тяжелый и неумолимый, впился в Кая. — Говорите как есть.

— Они... посоветовали мне... — голос парня стал тише, — найти кого-то "достаточно компетентного" для ремонта тележек и дверей, раз уж я сам... не справляюсь, сэр.

Руан кивнул и посмотрел на старпома. Тот что-то быстро записывал у себя в планшете.

— Продолжайте, — кивнул адмирал. — Вы решили доказать штабным их ошибку?

По смущенной улыбке техника было ясно — попал в точку.

— Так вот... — Кай оживился. — Я начал разбираться в свободное время. Долго не мог за что-то зацепиться, пока не появились заявки от связистов. — Его пальцы затанцевали в воздухе, будто печатали на невидимой клавиатуре. — Четыре дня назад, когда опять попались битые пакеты, я снял полную копию системных логов на свой коммуникатор. Ещё обратил внимание на количество записей в журнале, представляя, сколько мне придётся над всем этим просидеть. Рассчитывал в перерывах позаниматься, но времени не было. — Техник потер переносицу, вспоминая.

— Вечером того же дня я подключился к журналу со своего терминала. И... — Кай развёл руками, — записей было меньше, чем я запомнил!

Адмирал бросил быстрый взгляд на старшего офицера связи. Тот выглядел озадаченным и слушал очень внимательно. А компьютерный техник продолжал.

— Сначала я решил, что ошибся, — продолжал Кай, его голос теперь звучал увереннее. — Но сверившись с копией на коммуникаторе обнаружил что я прав. Расхождение в шесть строк. Это же очень странно, и я задумался... — Он поднял палец в характерном жесте лектора, — а точно ли это просто сбой? Ну а дальше — дело техники. Я проверил архивы журналов энергосистемы и сравнил данные с журналами системы связи.

Руан первый понял куда клонит техник:

— Погоди... При активации антенн на них подаётся питание и это фиксируется? — Он прищурился. — Никогда не задумывался, что у нас такой подробный учёт.

Техник буквально просиял от такого понимания:

— Точно, господин адмирал! Каждый раз при приёме и передаче энергопотребление немного возрастает и система фиксирует этот скачок. На корабле фиксируется вообще всё, вплоть до количества включения кофемашин в жилых блоках! Но главное вот что: — он резко выдохнул, — расхождения начались задолго до обновления. Уже полгода на антенны подаётся питание, а следов в системных журналах связи нет.

В зале повисла гробовая тишина. Адмирал медленно покачал головой в такт своим мыслям.

— Кай, — наконец заговорил Руан, — ваше профессиональное мнение. Это делается вручную? Кто-то из членов экипажа? Или это вирус? Почему чёрт возьми мы обнаружили это только сейчас?

— И да, и нет, господин адмирал. — парень потёр лоб. — Это определенно вредоносный код, работающий в автоматическом режиме. Временные метки активации, за редкими исключениями, совпадают до сотых долей секунды. — Но загрузить такой вирус удаленно... Нет, это невозможно сделать незаметно. Это сделал кто-то, кто имеет доступ ко многим системам корабля.

— Техники, офицеры, рабочие верфи… Список, конечно, не бесконечный, но довольно обширный, — задумчиво протянул старпом. Руан кивнул, соглашаясь.

— А заметили мы это сейчас потому, что вирус был идеально адаптирован под старую систему. А с обновлением появилась какая-то несовместимость, — закончил техник.

— А почему никто раньше не заметил расхождения в журналах? — продолжил Блэйз, косясь на старшего связиста.

Тот развёл руками:

— Кто станет копаться в архивах без причины? А вживую этого не отследить, каждую секунду там появляются сотни записей. Любой обмен данными со спутниками, кораблями во всей округе, верфью, беспилотными дронами… Каждое из этих событий — отдельная запись.

Адмирал устало потёр виски.

— Так, — он откинулся в кресле, — последний вопрос. Можно ли изолировать эту заразу или хотя бы понять, какие данные утекают, не поднимая шума?

Техник покачал головой.

— К сожалению нет, господин адмирал. Тут нужна команда специалистов. Один я мало что смогу сделать, — он беспомощно развел руками, — максимум смогу подтвердить факт утечки. Незаметно — нет.

— Вы ещё кому-то сообщали о том, что вы обнаружили?

Техник немного смутился.

— Н-нет, господин адмирал, — виновато проговорил он. — Я... растерялся. Не стал идти к командиру техотдела или в безопасность... — его голос стал тише, — а направился сразу к старшему помощнику Блэйзу.

— Вы всё сделали правильно, — махнул рукой адмирал. — Значит так. Всё, что здесь обсуждалось, получает гриф "Совершенно секретно". Этого обсуждения не было. Ведём себя как обычно.

Повернувшись к молчаливому Сарону, старшему офицеру безопасности, добавил:

— Господин Сарон, под видом учений усильте охрану ключевых точек и систем корабля.

Безопасник кивнул.

— Мы опасаемся диверсии?

— В течение двух дней я организую доставку нужных специалистов и кое-кого из контрразведки, — покачал головой адмирал, — всё может случиться, когда мы прижмём гадов.

Посмотрев на Кая, добавил:

— Наблюдайте, но пока ничего не предпринимайте. Будете работать с прибывшими специалистами.

Затем обратился к старпому:

— Блэйз, наша связь под угрозой. Готовьте курьерский челнок для сообщения в штаб. Лично проконтролируйте.

Старпом козырнул и сделал несколько отметок в планшете.

Адмирал отдал ещё несколько распоряжений, а потом хлопнул ладонями по столу:

— Совещание окончено. Господа, у нас много работы.

Офицеры поднялись, отдали честь и потянулись на выход.

Глава 15

Блейз постучал пальцами по столу и снова взглянул на Руана. Тот продолжал набирать сообщение для штаба, сосредоточенно и не торопясь. Все офицеры уже разошлись выполнять распоряжения и обдумывать услышанное на совещании. В переговорке остались только они вдвоём. Кинув взгляд на монитор, вмонтированный в столешницу, и убедившись, что там всё ещё горит надпись «Защищённый режим», он не удержался:

— Вот как ты думаешь, кто из них осмелился? Люмис? Или Аэлион с Верроном так уверовали в силу своего союза?

Адмирал, не отрываясь от планшета, качнул головой:

— Это Люмис, — сказал он, будто констатируя очевидное. — Нам осталось только выяснить, как именно они это провернули... и кто им помог.

Старпом, внутренне радуясь, что его друг не прочь поговорить, подозрительно протянул:

— Ты так уверенно это говоришь, будто что-то знаешь.

На этот раз Руан всё же поднял взгляд и, немного прищурившись, проговорил:

— Ариан, я адмирал и член Высшего совета дома. Моя работа обязывает кое-что знать.

— В последнее время у меня странное ощущение, — задумчиво сказал старпом, описывая рукой неясные фигуры в воздухе. — Будто в самом воздухе витает напряжение... Даже не знаю, как объяснить.

— Всегда поражался твоей интуиции, — пробормотал Руан и вновь вернулся к планшету.

— Ну так, может, поделишься хоть немного со старым другом? Или не доверяешь? Не переживай — если я предатель, то мне недолго осталось. Ребята из контрразведки всех обязательно прогонят через медикаментозный допрос на детекторе лжи, — весело хохотнул Ариан.

Руан оторвался от планшета, сложил руки перед собой на столе, сцепив пальцы в замок, и посмотрел ему прямо в глаза. Ариан внутренне поёжился. Светящиеся глаза его друга смотрели на него, как дула плазменной батареи. Казалось, Руан видел его насквозь — все мысли, все проступки. Сейчас перед ним сидел не просто старый друг, а адмирал военно-космического флота, привыкший к жестоким решениям.

Пауза затягивалась. Первым молчание нарушил Руан:

— Никто не будет тебя допрашивать, Ариан. В этом нет необходимости, — медленно проговорил он.

Старпом усмехнулся:

— Мне, конечно, приятно, что ты мне так веришь, но...

— Я действительно верю тебе, Ариан, почти как себе, — перебил его адмирал. — Но моя вера тут совершенно ни при чём. — Он на мгновение замолчал. — Ещё в моей каюте, сразу после того, как ты всё рассказал, я подсыпал во вторую чашку кофе специальное средство и задал тебе один вопрос.

Ариан вскинул брови:

— Не ты ли предатель, случаем?

— Именно.

— И что, выяснил? — обиженно спросил старпом.

Руан плотно сжал губы и, вздохнув, откинулся на спинку высокого стула.

— Я могу ещё раз повторить: я был в тебе уверен. Но слишком многое стоит на кону. Я должен был знать, Ариан. Знать наверняка.

Какое-то время они сидели молча, каждый погружённый в свои мысли.

Ариан покачал головой и тихо пробормотал:

— Дерьмо. Я вроде всё понимаю... Но всё равно обидно. Спасибо, что рассказал.

Руан едва заметно выдохнул, словно сбросив с плеч невидимую тяжесть. Он морально готовился к тяжёлому разговору с другом сегодня вечером, но, похоже, всё сложилось проще, чем он ожидал.

К счастью, серьёзной размолвки удалось избежать.

— Понимаю, — мягко сказал он. — Кстати, я как раз описывал этот момент в своём докладе.

Старпом хмыкнул:

— А если бы я был предателем, смог бы выкинуть меня в шлюз?

— Если бы ты был предателем, я бы лично тебя расстрелял. Как аристократа. В честь нашей давней дружбы. А потом, да, выкинул бы твою дряхлую тушку в шлюз, — ответил Руан самым злобным тоном, на какой был способен.

Они секунду молча смотрели друг на друга, а потом запрокинули головы и расхохотались.

— Так ты мне расскажешь, что происходит? — Ариан быстро вернулся к делу, стряхнув остатки веселья. — И почему вдруг Люмис решил действовать открыто? Чтоб их в бездну засосало. Всегда думал, что если и дойдёт до конфликта, то мы ударим первыми. А тут гляди ж ты…

Руан сразу посмурнел. Черты его лица словно заострились.

— А мы и ударили, Ариан.

— Да? — Старпом мгновенно забыл обиды, подался вперёд. — Это как так?

— Помнишь аварию на их станции дальней связи? Ту самую, на астероиде, восемь месяцев назад, — проговорил адмирал.

— Как такое забудешь! — фыркнул Ариан. — Рвануло так, что каменюка на куски разлетелась. Погоди... Ты хочешь сказать...

— Да. — Руан кивнул. — Станция была не совсем гражданским объектом. По совместительству — центр дальнего обнаружения и постановки радиоэлектронных помех. Если бы они её достроили, смогли бы отслеживать наши корабли, рассчитывать вектора входа в гиперпрыжки... Чёрт, да многое могли бы. Но своими действиями мы развязали им руки.

— Дела... — протянул Ариан, мрачно нахмурившись. — И как вообще согласовали такую операцию? Ведь ясно было, что они узнают... что будут последствия.

— Да, это было ясно, — устало произнёс Руан. Он зажмурился, потёр переносицу и, чуть слышно, выругался:

— А, дерьмо...

Он на секунду замолчал, словно раздумывая, стоит ли продолжать, а потом всё же заговорил:

— Я тебе даже больше скажу, — Руан наклонился чуть вперёд. — Аэлион и Веррон, как оказалось, тоже нашли планету. Но, как выяснила наша разведка, там бедная почва, мало воды, сплошная скалистая местность. Конечно, они поставили аванпост, но...

Экономически они надорвутся, если попытаются снабжать крупную колонию всем необходимым. Особенно едой. А снабжать придётся — там почти ничего не растёт.

Ариан сидел молча, хлопая глазами. Он вдруг понял, как мало на самом деле знал.

Руан продолжил, чуть усмехнувшись, но улыбка его была безрадостной:

— Кстати, насчёт еды. Люмис об этом молчат, но на их планете, заметь, самой перспективной из ныне обнаруженных, тоже проблемы, — Руан говорил спокойно, почти отрешённо. — Что-то в почве: почти все привычные нам культуры гибнут. Их генетики бьются над этой загадкой, но ясно одно — к началу экспансии проблему решить они не успеют.

А местные растения в пищу почти не годятся. К тому же вопрос снабжения стоит для них особенно остро: им и на родной планете не хватает продовольствия.

Он тяжело вздохнул.

— Это же основы, Ариан. Пища, вода, безопасность. Без них любая колония обречена.

Ариан невольно вздрогнул, вспомнив жуткие кадры, которые не так давно заполонили все новостные каналы. Заголовки кричали о голоде, охватившем отдельные провинции Люмис.

— И что же теперь?.. — тихо спросил старпом.

Руан чуть наклонился вперёд, в его голосе звучала тяжёлая неизбежность:

— Им отчаянно нужны наши ресурсы и наши технологии. И, как ты понимаешь... — он на секунду задержал взгляд на друге, — отдавать мы их не собираемся.

— Мы уже несколько раз засекли их разведчиков возле наших станций и рудников в глубоком космосе. А ещё, по ряду косвенных признаков, полагаем, что они побывали на научном поселении на Ифаате-2. Там всё еще осталось неплохое оборудование, и наши умники клянутся, что зафиксировали работу активного сканера.

Они снова замолчали. Каждый думал о своём.

Ариан невольно вспомнил Ифаат-2. Он был там лет десять назад, в составе патрульной эскадры. Тогда это уже было крупнейшее поселение в глубоком космосе, почти настоящая колония. Почти триста тысяч человек — и наверняка теперь больше.

Поселение выросло из небольшого исследовательского комплекса на планетоиде, вращающемся вокруг газового гиганта. Всё началось с того, что сборщики газа наткнулись там на древние постройки. Настоящие. Эта находка тогда вызвала фурор — особенно среди военных и учёных.

Развалившиеся уровни древних строений действительно были старыми — не менее нескольких сотен тысяч лет. Но главное — они принадлежали неизвестной инопланетной расе. Уже одного этого оказалось достаточно, чтобы поселению присвоили особый статус.

Правда, практической пользы от находки оказалось немного. Удалось выяснить, что неизвестные инопланетяне сильно от них отличались. Но никаких артефактов или технологий обнаружить не удалось. Во всяком случае, ему, Ариану, о таких не было известно.

Со временем статус сняли. Рядом с бывшим научным комплексом обосновались газодобытчики, потом — несколько шахтёрских бригад, занявшихся выработкой редких металлов в астероидном поясе той системы. Постепенно Ифаат-2 превратился в настоящий форпост, транспортный хаб с развитой инфраструктурой и населением, которое давно перевалило за первоначальные прогнозы. Но несмотря ни на что, поселение по-прежнему называли научным.

«Во уж сила привычки», — хмыкнул про себя старпом.

— Мы исследовали десятки систем, — наконец заговорил он. — И, как оказалось, пригодных для жизни миров не так уж и много. Нам просто не повезло.

— Возможно, раньше их было больше, — пробормотал Руан, всё ещё задумчиво глядя куда-то сквозь стену.

— Больше пригодных планет? — переспросил Ариан, приподняв бровь.

Но адмирал, казалось, не услышал. Или просто не захотел развивать мысль.

— И главное… как всё не вовремя. Как всё паршиво складывается, — добавил он с тихой злостью.

Он перевёл взгляд на старпома:

— Знаешь, чему было посвящено срочное совещание на планете?

— Я так понимаю, возможной заварушке? — предположил Ариан. — И вариантам, как этого не допустить?

— Не только. Очень скоро все старшие офицеры с определённым уровнем допуска получат специальное сообщение. Инструкции — на определённый случай. В качестве исключения, ты узнаешь кое-что немного раньше, — усмехнулся Руан. — Как ты правильно заметил, нам не повезло: пригодных для колонизации миров найдено всего два. И оба — не наши. Хотя мы и прилагаем колоссальные усилия, удача улыбнулась другим. Несколько лет назад было решено кардинально расширить зону поиска.

— Да, я помню, — кивнул Ариан. — Мы послали автоматические разведчики. Неужели они нашли планету?

— Нашли, — кивнул адмирал. — В восемнадцати стандартных прыжках. Две системы, всего в двух прыжках друг от друга. Обе планеты — просто идеальны.

Старпом присвистнул:

— Восемнадцать прыжков… Ни фига себе. Нет, это отличная новость, но… так далеко…

— Главная проблема, Ариан, вовсе не в расстоянии, — Руан махнул рукой.

Он вызвал что-то на планшете, поколдовал с данными и, развернув экран, толкнул устройство по столу.

— Сам посмотри.

Ариан послушно взглянул на экран. Адмирал с интересом наблюдал, как лицо старпома вытянулось, брови поползли вверх, уши стали торчком. Он загрёб планшет ближе, начал перелистывать изображения, что-то негромко бормоча себе под нос. Дав ему несколько минут, Руан нарушил тишину:

— Ну, что скажешь?

Ариан оторвался от экрана:

— Руан… Я даже не знаю… Кто они?

— Инопланетяне, Ариан, — мрачно произнёс адмирал. — Настоящие, чёртовы инопланетяне. Внимательно посмотри на их корабль. Как тебе?

Старпом снова взглянул на экран. Изображение корабля было смазанным, рябило помехами. Похоже, снимки сделали в движении и на огромном расстоянии. Но, хоть мелкие детали и терялись, в общем корабль можно было рассмотреть вполне сносно.

Чужой звездолёт был огромен. По размерам, он был даже немного больше дредноута. Его конструкция — смесь практичности и изящества — сочетала в себе массивный центральный модуль с узлами, стыковками и цилиндрическими фермами, и пять гигантских колец, вероятно, используемых для создания искусственной гравитации путём вращения.

С обеих сторон от корпуса раскинулись широкие «крылья» солнечных панелей — как серебристо-синие паруса, ловящие не ветер, а энергию далёких светил. Бело-серые панели корпуса местами были покрыты следами микрометеоритных ударов и техническими надписями на непонятном языке.

В носовой части корабля, утыканной модулями, антеннами систем связи и датчиками, было пристыковано несколько челноков с широкими плоскими крыльями. Увеличив изображение, Ариан рассмотрел заинтересовавшую его деталь — огромную эмблему в носовой части, и надпись, подсвеченную бортовыми огнями. На эмблеме была изображена планета и странное животное с крыльями.

Он покачал головой.

— Знаешь, а он красив. В отличие от тех построек на Ифаате… он почему-то не кажется мне чужим.

Руан не сразу ответил. Его пальцы неспешно скользили по столешнице, вычерчивая невидимые фигуры.

— Наши аналитики пришли к тем же выводам, — наконец проговорил он. — Они во многом похожи на нас. И ещё… мы видели его прыжок. У нас есть только примерный вектор, но, похоже, они направились к одной из найденных нами планет.

Ариан продолжал разглядывать снимки, периодически увеличивая заинтересовавшие его участки.

— Наши станции дальней связи не ловят никаких сигналов. Мы думали, недалеко от нас нет ничего, кроме пыли, камней и мёртвых миров… — Он замолчал, потом медленно спросил: — Как думаешь, они знают о нас?

— Теперь знают, — усмехнулся адмирал. — Наш разведчик как раз вышел из прыжка, включил активный радар на полную — и тут засёк их корабль. Контакт длился сорок восемь секунд. Они уже почти завершили разгон и прыгнули, но… явно заметили нас. Было зафиксировано воздействие на корпус их сканеров, а также лазерных дальномеров. Более того, были признаки работы систем наведения.

Ариан нахмурился, не отрывая взгляда от экрана:

— Не похоже, что это боевой корабль.

— Нет, определённо нет, — согласился Руан. — Все эксперты сошлись во мнении: это гражданский или исследовательский корабль. Но вооружения у них хватает. Если приглядеться… — он наклонился вперёд и постучал пальцем по планшету, — вот здесь, и здесь, и вот тут. Видишь? Орудийные башни. И ещё — вот это может быть пусковой блок. Возможно, ракетный комплекс.

— Если у них такие гражданские корабли, то как же тогда выглядят военные? — хмуро пробормотал старпом.

— Кто знает… — Руан потер виски, устало прикрыв глаза. — У нас мало данных. Но похоже, что наши технологические уровни сопоставимы.

Они на мгновение замолчали, каждый погружённый в свои мысли.

— Мы уверены, что они пока не знают, где находится Веридиан. Но теперь это вопрос времени. Новый контакт неизбежен. Сейчас политики ломают головы: как обнародовать информацию — и перед обществом, и перед другими домами. Важно сохранить единство. Если понадобится — выступить единым фронтом.

— А мы тут едва не начали грызть друг другу глотки, — мрачно бросил Ариан.

Руан лишь кивнул:

— Поэтому мы пока молчим. Любая искра — и всё вспыхнет. Любая неосторожная новость может вызвать панику или, что ещё хуже, спровоцировать один из домов на необдуманные действия.

— Ладно, это всё нужно обдумать, переварить, — адмирал постучал руками по столу, а потом забрал у Ариана планшет. — Сейчас займёмся текущими проблемами.

Глава 16

Тира сидела на небольшой транспортной платформе, предназначенной для перевозки малогабаритных грузов, и задумчиво пялилась на очередные закрытые гермостворки.

— Тенденция, однако, — невесело хмыкнула девушка в такт своим мыслям.

Аккуратно распечатав паёк и подозрительно втянув носом воздух, она принялась неспеша жевать, раздумывая над тем, как она провела последние несколько дней.

После вылазки в арсенал — вернее, после блужданий по холодным отсекам в почти голом виде — её всё-таки свалила злая простуда. Сколько времени она провалялась в каюте, укутанная в одеяла и с трудом добираясь до санузла, она точно не знала. Но, по ощущениям выходило недели две. Почти всё это время она либо спала, либо дрожала в лихорадке, пытаясь стать частью греющейся кровати.

Позже, когда смогла заставить себя поесть, её ждал очередной неприятный сюрприз — очередной протухший паёк. Шатаясь, она тащила его к утилизатору, думая только о том, чтобы не рухнуть и не размазать вонючую жижу по полу. Ведь покидать занимаемую каюту она не собиралась.

Позже она прикинула: испорченными были один-два пайка из десятка. «Ещё терпимо», — решила Тира. Могло быть и хуже. Вопрос пропитания пока не стоял остро, но в будущем это станет серьёзной проблемой. И пока девушка не представляла, как будет её решать.

Немного оклемавшись, ей пришлось ещё раз кутаться в выкинутые одеяла и совершить поход на склад. Ведь все припасы съестного она прикончила, а сил влезть в скафандр и тащить его вес на себе у неё не было.

Существенно лучше ей стало лишь дня три назад. Первым делом она приняла душ, снова израсходовав весь суточный лимит воды, и только потом занялась скафандром.

Тщательный осмотр не выявил никаких визуальных дефектов, что сильно порадовало девушку. Вставив два элемента питания в разъёмы под пластинами брони, она попробовала активировать его системы. Но маленький экранчик на внутренней стороне левого рукава оживать отказался, намекая, что батареи полностью разряжены.

К счастью, в специальном кармашке на том же рукаве она нашла три коротких провода. Судя по разъёмам, два предназначались для подключения носимой электроники, вроде коммуникатора, а третий — самый толстый — имел стандартный штекер для подключения к энергосети.

До последнего не теряя надежды, девушка подтащила скафандр к рабочему месту и воткнула штекер в сеть. Какое-то время ничего не происходило. А потом, с тихим писком, зажглись контрольные индикаторы, а на экране появились значки меню и строки скупой информации:

// ПИТАНИЕ ОТ СЕТИ

// ИДЁТ ЗАРЯДКА (0 %) -- МЕДЛЕННАЯ ЗАРЯДКА --

// НЕТ ПОДКЛЮЧЁННЫХ УСТРОЙСТВ

// АТМОСФЕРА: НОРМА

// ДАТА: Н/Д

// ВРЕМЯ: 00-00-31

— Йес! — выкрикнула Тира и хлопнула ладошками по столу, — Да! Да!

Немного попялившись в экран на размеренно тикающий таймер, девушка первым делом решила узнать, сколько времени она провалялась в криокапсуле. Но тут её постигла неудача. При попытке синхронизировать дату и время с сетью, на экране высветилась ошибка. Локальных и глобальных сетей, транслирующих эту информацию, скафандр найти не смог. Тогда она запустила сканирование эфира. Но и тут вышел облом. Компьютер скафандра не смог найти вообще никаких информационных сетей или каналов вещания. Вообще ничего. Либо мощности встроенного передатчика не хватало, либо эфир был действительно пуст. От таких мыслей по спине пробежал холодок.

Глянув на индикатор (теперь гордо показывавший 1%), она отошла к кровати, собираясь немного передохнуть — и провалилась в сон на добрых девять часов. Зато батареи зарядились полностью.

После пробуждения Тира всё же влезла в скафандр. И с удивлением обнаружила, что он свободно на ней болтается, будто она похудела на размер или два. Или просто забыла свой настоящий размер? Девушка с досадой подумала о своей амнезии и принялась проверять работоспособность систем.

Первым делом, разумеется, включила обогрев. Почти сразу стало не просто тепло — жарко. Она довольно усмехнулась и убавила температуру до комфортной, затем продолжила проверки.

Минут через десять Тира облегчённо выдохнула. Кажется, всё работало как надо. Помня о недавнем отключении гравитации — синяки и ссадины ещё напоминали о себе — она активировала магнитную систему скафандра. В сочетании с обогревом это заметно сокращало время автономной работы. Вместо тридцати часов в начале, осталось восемнадцать.

Но отказываться от них она не собиралась.

«Ещё не хватало замёрзнуть или свернуть себе шею, если гравитация снова пропадёт где-нибудь в коридоре», — подумала она.

К тому же были и другие плюсы. Пистолет и запасную обойму больше не приходилось таскать в руках — они удобно «прилипли» к левому бедру.

Сделав несколько пробных шагов по каюте, Тира нахмурилась. Тяжеловато. А ещё пайки, светильники... Передвигаться можно, но отдыхать придётся часто.

Для пробы она решила прогуляться по знакомому маршруту. Выбор пал на арсенал. Во-первых, он был относительно недалеко. Во-вторых, она помнила о складе амуниции и своём желании порыться там более основательно. Да и до сборочного цеха она тогда так и не дошла.

Путь занял двенадцать с половиной минут. Тира поймала себя на мысли, что теперь постоянно смотрит на время.

Тяжело дыша, она опёрлась на остовы раздавленных транспортных платформ.

— Гадство, — скривилась она. — Ну чего же так тяжело, а?

Немного отдышавшись, Тира посмотрела на щель между створками и снова выругалась. В скафандре пролезть туда не получится. Постояв ещё немного, отдыхая и уговаривая себя, что других вариантов нет, она начала раздеваться.

Но снова бродить по коридорам голышом она не собиралась. Как и в прошлый раз, ей пришлось ползать по остовам, проталкивая скафандр через щель. А на той стороне снова надевать его.

Ругаясь сквозь зубы и обливаясь потом, Тира побрела к знакомой развилке. Первым делом решила проверить, что находится в сборочном цехе, но тот оказался закрыт.

Обиженно поджав губы и пнув створку, она направилась к складу амуниции. Там девушка провела следующие несколько часов, осматривая полки и заглядывая в каждый ящик и контейнер. В результате она совсем выбилась из сил, но нашла немало полезного: универсальное зарядное устройство, запечатанный планшет неизвестной модели, два фонарика, разгрузочный жилет, автоматическую аптечку, широкий нож с ножнами, мультитул из складных вилки, ложки, штопора и странных по форме крючков, а также герметичный армейский рюкзак, в который всё это и запихала.

Полок было много, и нужного — тоже, но она старалась брать только самое необходимое. То, что пригодится прямо сейчас или в ближайшее время, стараясь давить в себе желание забирать вообще всё подряд. Было непросто.

Во время короткого отдыха ей пришла в голову идея, как увеличить автономность скафандра.

— Нужно просто распечатать ещё один-два и снять с них батареи, — пробормотала она.

— Молодец, Тира, — похвалила себя.

Направившись в гардеробную (так она про себя называла отсек со скафандрами), Тира выполнила задуманное. Правда, ограничилась одним скафандром — каждая батарея весила около полутора килограммов, и таскать шесть лишних кило было бы глупо, если она собиралась куда-то дойти.

Осмотревшись внимательнее, она нашла и шлемы. Выбрала подходящий по размеру и примерила. Как только он защёлкнулся, на забрале тут же отобразилась вся информация о системах скафандра. Удобно. И голова не мёрзнет. Вот только мигающее красное сообщение об отсутствии подключения к системе жизнеобеспечения корабля — или хотя бы к картриджам с дыхательной смесью — ясно давало понять, что долго так не походишь. Максимум пару минут.

Примагнитив шлем к скафандру, она сложила батареи в рюкзак и закинула его на плечи. Двигаться стало ощутимо тяжелее.

— Пу-пу-пууу, — пропыхтела она, направляясь к развилке. — Весёлая получится прогулочка.

На развилке сбросила рюкзак и сходила в оружейную за несколькими энергоячейками. Вернувшись, ещё раз покрутилась на месте, вспоминая, не забыла ли чего. Так ничего и не вспомнив, побрела к выходу.

Как она потом лезла обратно и тащила всё это до жилого блока, ещё долго снилось ей в кошмарах.

Дожевав паёк, Тира аккуратно свернула пустую упаковку и засунула её под колесо платформы. Ещё раз посмотрела на гермостворки впереди.

Этот день она решила посвятить разведке. Тело после вчерашней вылазки в арсенал ныло, но она напоминала себе, что просто лежать в кровати — тактика провальная и бесперспективная. Вот уже четыре часа она бродила по стальным коридорам, стараясь лучше понять, где находится.

На данный момент удалось выяснить, что на этой палубе есть три главные транспортные магистрали — длинные и широкие тоннели, от которых отходят более мелкие транспортные артерии, а уже к ним примыкают обычные коридоры. Между всей этой паутиной проходов разбросана масса помещений — каюты, склады, технические отсеки и прочее. На полноценное изучение всего этого понадобятся дни если не недели.

После прогулки по главным коридорам, которые, похоже, тянулись через всю длину палубы, Тира решила отправиться в сторону, противоположную третьему ангару.

И тут её ждал сюрприз.

Попытавшись мысленно восстановить маршрут — начиная от того места, где свернула с первой главной транспортной магистрали, — Тира поняла: огромный участок палубы оказался наглухо перекрыт гермостворками. Маркировку коридора она не запомнила, но это и не требовалось — вывод был очевиден. Она несколько раз возвращалась к первой магистрали, проходила чуть дальше и снова сворачивала в ответвление — каждый раз утыкаясь в плотно сомкнутые створки.

Что давала ей эта информация? Прежде всего — осознание того, что там произошло нечто серьёзное. Пожар? Разгерметизация? В любом случае, ничего хорошего.

— А ещё — понимание, что выбираться нужно быстрее. Пока следующие гермостворки не захлопнулись прямо у тебя перед носом, Тира, — проворчала она, вставая.

Прислушавшись к своим ощущениям, девушка решила, что пора закругляться. Она очень устала, а обратный путь был неблизким. Подхватив рюкзак, Тира побрела в сторону жилого блока, который временно превратила в своё убежище. Необходимо было спокойно всё обдумать и делать это лучше в тепле, уминая вкусный паёк.

Вернувшись в жилой блок, Тира сперва как могла очистила скафандр — обтерла его влажной тряпкой и поставила на зарядку. Затем, пересилив усталость, залезла в душ.

Горячие струи ударили по телу, и оно сразу отозвалось болью в нескольких местах. Осмотрев себя, девушка пришла к неутешительному выводу: таскать на голое тело скафандр, который ещё и не совсем по размеру — плохая идея. На плечах, подмышках, пояснице и бёдрах появились саднящие потёртости.

«Найти бы нормальное термобельё…», — с тоской подумала Тира.

Выбравшись из душа, она позволила себе час отдыха, а потом наконец взялась за планшет, до которого вчера так и не дошли руки.

Вскрыв упаковку, Тира начала осматривать содержимое. Первым делом она достала само устройство — массивный планшет в защищённом корпусе с множеством разъёмов, прикрытых упругими заглушками. Попытка включить его успехом не увенчалась, похоже, аккумулятор был разряжен.

Отложив планшет на кровать, она вытряхнула остальное. Из коробки выскользнул пучок кабелей: один стандартный коннектор переходил в связку мелких проводов, каждый с уникальным разъёмом. На кровать также упали зарядное устройство, складная клавиатура, чехол с ремешками и запечатанный накопитель данных. Судя по маркировке — весьма объёмный.

Поставив планшет на зарядку, Тира вернулась на кровать, включила подогрев и закуталась в одеяло.

— Итак, что мы имеем, м? — пробормотала она.

Прикинув, сколько ей сегодня пришлось пройти, Тира вздохнула. Палуба была огромной. А если вспомнить ангар, то таких палуб здесь не одна. Кажется, на второй транспортной магистрали она даже видела указатель к станции монорельса.

— А имеем мы полную задницу, Тира, — резюмировала она мрачно.

— Просто бродить туда-сюда и искать непойми что — глупо. Так? Так, — продолжила она вслух. — Что тогда делать?

Она уставилась в потолок, чувствуя, как тепло от подогрева медленно растекается по телу.

— Нужно найти центр управления. Или командную рубку. Или что тут вместо этого, бездна его раздери.

Немного подумав, Тира сцапала паёк и принялась с аппетитом жевать.

«Где может быть командный центр?» — продолжила она рассуждать уже молча. — «Где-то в центре. На то он и центр, так? Так. Значит, завтра двигаем на другие палубы. Посмотрим, что там и как».

Покончив с едой, Тира сунула пустые упаковки в коробку от планшета и откинулась на спину. Нужно было отдохнуть и набраться сил — завтрашний день обещал быть долгим.

Глава 17

Проснулась Тира спустя всего шесть часов. Несколько минут она лежала, глядя в потолок и пытаясь вспомнить сны. Странные они были. Ей снилась девушка. Лица она разобрать не могла, но была уверена — они примерно одного возраста. Они стояли в одном из этих чёртовых коридоров, обе в военной форме. Та что-то говорила строгим голосом, но слова искажались, расплывались эхом по пустым стенам — ничего нельзя было разобрать.

— Что? — переспрашивала Тира. — Не понимаю... — качала головой.

Девушка напротив только печально вздыхала и исчезала. А Тира делала пару шагов вперёд — и всё повторялось: холодный коридор, неразборчивые слова, ощущение бессилия. И снова по кругу.

Сев на кровати, Тира потерла лицо руками. Она ощущала странную, какую-то далёкую тоску.

«Кто-то из прошлого?» — подумала она. — «Или просто бред, вызванный усталостью и замкнутым пространством?»

— Ладно, хватит. Дел полно, Тира, — пробормотала она вслух, заставляя себя подняться.

Неохотно выпутавшись из одеяла, она прошлёпала в душ, потом проверила заряд скафандра и планшета. Оба показывали, что полностью заряжены и готовы к работе.

Первым она сняла из зарядки планшет и попробовала его включить. На этот раз устройство послушно включилось. На экране появилась эмблема — щит со скрещёнными мечами, а на нём — планета и две луны.

— Красиво, — оценила девушка.

Эмблема мигнула пару раз и исчезла, сменившись надписью:

«Выполняется подготовка к первому запуску. Ожидайте.»

Под текстом топтался на месте мультяшный человечек в военном скафандре, поглядывая на воображаемые часы. Тира невольно улыбнулась.

Спустя полминуты планшет завершил загрузку. Девушка быстро проскочила первичные настройки и с головой ушла в изучение устройства. Первое, что бросалось в глаза — огромное количество установленных программ. Были как знакомые ей, так и какие-то явно специализированные, предназначенные для работы с зашифрованными данными, анализа, взлома паролей, для запуска сред программирования и ещё десятки утилит, названия которых ей почти ничего не говорили.

Листая список программ, Тира зацепилась взглядом за одну с лаконичным названием — «Связь». Из любопытства запустив её, девушка начала разбираться в интерфейсе. Тот оказался перегружен: кнопки, вкладки, ползунки, переключатели — всё буквально кричало о продвинутости утилиты.

Открыв вкладку «Сканирование», девушка отмахнулась от окна с предложением подключить внешнюю антенну и выбрала пункт «Поиск доступных частот». На экране побежали строки и цифры — планшет начал перебирать частоты. Этот процесс оказался медленнее, чем в случае со скафандром, но заметно информативнее. На экране мелькали системные сообщения:

// НЕСУЩАЯ ЧАСТОТА ВКС: -- НЕ ОБНАРУЖЕНА –

// ГЛОБАЛЬНАЯ СЕТЬ: -- НЕ ОБНАРУЖЕНА –

// СГР: -- НЕ ОБНАРУЖЕНА –

И так далее, в том же духе. Тира понимала далеко не всё, но, судя по всему, планшет отлично знал, что именно он ищет.

Неожиданно устройство пискнуло, и на экране появилась новая строчка:

// ИСТОЧНИК БЕСПРОВОДНОГО СИГНАЛА: -- ИСХОДЯЩЕЕ ПОДКЛЮЧЕНИЕ –

— Оп-па… — удивлённо выдохнула девушка, нажимая на кнопку «Детали».

На экране отобразилась расширенная информация:

// ТИП: Исходящее подключение

// ЧАСТОТА: Гражданская, 2Ф

// УСТРОЙСТВО: Стивком 7-А

// АДРЕС УСТРОЙСТВА: 15:12:0:0:123:55:36

// ШИФРОВАНИЕ: Отсутствует. Трансляция ключа авторизации (начать дешифровку)

// УДАЛЕНИЕ: ~25 м

— Двадцать пять метров?! — Тира отпрянула от планшета.

В голове всплыли обрывки воспоминаний. «Стивком» — один из самых известных производителей личных коммуникаторов. А значит, кто-то с таким устройством находился совсем рядом. Возможно, в одной из дальних кают. Или прямо сейчас бродит по коридору. А двери она ведь не блокировала... Последняя мысль о том, что кто-то или что-то прямо сейчас идёт к ней, была особенно пугающей.

Сердце забилось с бешеной скоростью, гулко отдаваясь в ушах. Тира метнулась к тумбочке и схватила пистолет. Руки дрожали так сильно, что она едва не выронила оружие. Щёлкнув предохранителем, девушка подскочила к двери и затаилась, прислушиваясь. Вроде бы тихо.

Нажав кнопку на подствольном модуле, она активировала лазерный целеуказатель — тонкую, ярко-синюю нить. Ещё раз мысленно поблагодарила себя за то, что тогда нашла в себе силы вернуться за энергоячейкой. Луч был заметен не только ей, но и любому, кто смотрел в её сторону, но без него прицелиться дрожащими руками было бы почти невозможно.

Сделав несколько глубоких вдохов, Тира собралась с духом и ударила по сенсору. Створка мягко скользнула вбок. Она мгновенно выглянула в коридор, вскинув оружие. Синий луч протянулся к противоположной стене, заплясал, вырисовывая причудливые узоры. Пусто. Она резко повернулась в другую сторону. И там — никого.

Постояв пару секунд, оглядываясь и ловя каждое шорох, она наконец опустила пистолет. В ушах всё ещё стучала кровь. Коридор был пуст. Только гул систем и шелест сквозняков.

— Ладно, — прошептала она, возвращаясь в каюту и активируя внутреннюю блокировку двери. — Хорошо...

Секунду постояв на месте, Тира подошла к кровати и посмотрела на экран планшета. Расстояние до источника сигнала не изменилось. Значит, устройство не двигалось.

Чуть успокоившись, она решила, что пора одеваться. Натягивая скафандр, Тира размышляла: поход к командному центру придётся отложить. Сначала нужно выяснить, что за сигнал она поймала.

Закончив со скафандром, Тира огляделась и принялась собирать свои нехитрые пожитки. В рюкзак отправились запасные батареи, несколько упаковок пайков, фонарик и аптечка. С последней она колебалась. Тогда, в арсенале, находка её обрадовала — хоть какая-никакая, а медицинская помощь. Но позже, поразмыслив, она решила, что воспользуется аптечкой только в самом крайнем случае.

Причина была проста: ей не хотелось стать жертвой собственных попыток спастись. Это не продвинутая медкапсула, которая точно не навредит. Это — тупая железка с автоинъектором, которая может влить в тебя что угодно: хоть обезболивающее, хоть просроченную химию столетней давности. Выживет ли она после такого коктейля — вопрос. Рисковать не хотелось. Но и выбора особого не было.

Потом Тира надела разгрузочный жилет, пристегнула к нему планшет в чехле и запасную обойму. Закинула рюкзак за плечи, проверила пистолет — лазер отключён — и, глубоко вздохнув, решила, что готова выдвигаться.

Перед тем как выйти, она снова подошла к двери и прислушалась. Всё тот же гул вентиляции, редкие скрипы и шелест откуда-то сверху. Бросила взгляд на экран планшета: сигнал по-прежнему был на месте и не двигался.

— Ну что, — пробормотала она, — посмотрим, что у нас там, Тира.

Створка двери ушла в стену, выпуская её наружу. Девушка вышла, выставив перед собой пистолет и медленно направилась по коридору, стараясь идти беззвучно, вслушиваясь в каждый шорох, в каждый треск далёких панелей. Теперь эти мрачные коридоры её пугали.

Она прошла всего несколько шагов, когда планшет коротко пискнул. Сигнал исчез. На миг её накрыла паника, но Тира взяла себя в руки и вернулась назад. Шаг… ещё шаг… снова писк. Сигнал вернулся. Удаление: двадцать восемь метров.

«Просто пошла не в ту сторону» — поняла она.

Девушка зашагала обратно. Миновала свою каюту, шаг за шагом сверяясь с планшетом. Двадцать семь метров, двадцать шесть, двадцать… Она шла вперёд, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Двенадцать метров. Тринадцать, четырнадцать.

— Эй, — воскликнула она, обнаружив, что расстояние опять стало увеличиваться.

Снова прошла на пару шагов назад. Двенадцать метров. Слева и справа — закрытые створки других кают. Панели возле дверей активны.

«Если там какая-то жуткая тварь кого-то доедает, я просто охренею…», — подумала она, удобней перехватывая пистолет.

Включив лазер и фонарик, Тира решила проверить каюту слева. Коснувшись сенсора, отскочила назад. Дверь ушла в стену. Поводив стволом туда-сюда, освещая внутреннее убранство фонариком, девушка никого не увидела и вошла внутрь. Сработали датчики движения, каюта налилась светом. Пусто. Она взглянула на планшет — шестнадцать метров. Значит, она опять пошла не туда.

Девушка вернулась в коридор и мрачно взглянула на противоположную дверь. Если там кто-то был, то её возню могли услышать. Но выбора нет.

Она подошла к двери напротив. Рука зависла над сенсором. Сердце колотилось, как будто собиралось выскочить из груди.

«Ну давай же!», — попыталась она себя убедить и коснулась панели.

Створка с лёгким шипением отъехала в сторону. В каюту ворвался свет фонаря, выхватывая из тьмы знакомые очертания: кровать, шкафчики, столик.

Пусто.

Тира сделала шаг вперёд, медленно осматривая пространство. Свет автоматически включился — всё то же безжизненное, забытое помещение. Девушка сверилась с планшетом. На экране светилось расстояние примерно в десяток метров.

— Другая палуба, — пробормотала она и постучала пальцем по числу. — Это где-то над головой… или под ногами.

— Вот только как понять, куда именно?

Помедлив, Тира поставила пистолет на предохранитель, закинула его за спину и осторожно влезла на койку. С трудом удерживая равновесие в скафандре, вытянула руки с планшетом вверх, ближе к потолку. Цифры на экране дрогнули — десять… девять… снова десять… девять.

— Значит, идём вверх, — кивнула она, спрыгивая обратно на пол.

Глава 18

Сарон Вейн привалился спиной к только что закрывшейся створке входа в его каюту. Необходимость продолжать играть роль, выполнять ожидаемые от него действия — вроде расстановки постов на ключевых позициях — не давала ему начать паниковать. Но и не давала возможности спокойно обдумать ситуацию и что-то предпринять для своего спасения.

Он со стоном сполз на пол. Вскинул руку с коммуникатором — прошло уже четыре часа после совещания. Сарон хорошо знал адмирала Руана. Это был человек действий, а не слов. А значит, компьютерные спецы и служащие из контрразведки прибудут очень быстро. Время неумолимо утекало.

Вместо чёткого плана в голове почему-то вертелись мысли и воспоминания о том, как его завербовали. Он помнил, как в баре к нему подсел незнакомец, как тот толкал высокопарную речь, рассказывал о перспективах сотрудничества с домом Люмис, необходимости выбрать правильную сторону. Сначала он решил, что это их СБ шалит. Но незнакомец предоставил доказательства, предложил гарантии. И Сарон, допив в два глотка какой-то крепкий напиток (который выбрал наугад — просто захотелось чего-то нового), улыбнулся, ответив согласием.

Лицо незнакомца в этот момент надо было видеть. Сначала он не поверил, что всё прошло так легко. Что старший офицер безопасности (без ложной скромности) самого продвинутого корабля их цивилизации вот так просто решился на предательство. Но они договорились, ударили по рукам.

Сарон прислушался к себе. Как он сейчас относится к тем событиям? Может, он ошибся? Нет, он всё сделал правильно. Он не ощущал за собой никакой вины. У него не было богатой семьи и высоких покровителей. Он добился успехов, дорос до этого звания лишь благодаря своим талантам, своему уму. Но... выше ему было не прыгнуть. Да что там выше. Его уже несколько раз пытались перевести на другое место. Чудом удержался. А выше… Высшие должности доставались только потомственным аристократам, передавались чуть ли не по наследству. Дескать, у них соответствующее образование, много практического опыта. Вот только он видел, они — идиоты.

Заметил Сарон это не сразу. Но чем выше он продирался по карьерной лестнице, чем больше сталкивался с представителями древних семей, тем больше укреплялся в мыслях, что флот деградирует. И не только флот. Он был уверен, что текущая политика дома Вальтаар в конечном счёте приведёт его к краху. Так зачем ему падать в бездну вместе с остальными?

Встряхнув головой, Сарон заставил себя вернуться к реальности. Сотрудничество с конкурентами было долгим, плодотворным и щедро оплачиваемым. Его захвата Люмис не допустит. Слишком многое он может рассказать, оказавшись в руках умелых специалистов.

Перед последней операцией — внедрением стороннего кода в систему корабля — он получил чёткие инструкции на случай, если всё пойдёт наперекосяк.

Вздохнув, он вызвал на коммуникаторе скрытое меню, ввёл длинную, хранившуюся в памяти последовательность. На экране вспыхнуло уведомление: «Установка защищённого соединения. Ожидайте…»

Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал.

— Слушаю, — голос был напряжённый, с явной примесью удивления. — Что произошло?

Чётко, по-военному, Сарон изложил ключевые события последних часов: перебои, инциденты, подозрения, устранение следов. И в конце — как бы между прочим:

— Ожидаю эвакуацию.

Пауза. На другом конце явно переваривали информацию.

— Принято, — отозвался голос. Напряжения в нём явно прибавилось.

Сарон слышал, как кто-то быстро говорит что-то негромкое на фоне, и это не прибавляло уверенности.

Минуту никто ничего не говорил. Сарон не выдержал:

— Каковы мои действия?

Он постарался сохранить спокойствие, но голос всё равно предательски дрогнул.

— Господин Сарон, я правильно понимаю — на текущий момент вас не раскрыли?

— Пока нет, — коротко бросил он.

Снова тот негромкий голос на фоне, почти шёпот. Но на этот раз он смог разобрать последнюю фразу:

— Времени мало. Действуйте.

Затем снова заговорил первый, чуть жёстче, чем прежде:

— Господин Сарон, сохраняйте текущую позицию. Не покидайте её до получения дальнейших инструкций. Конец связи.

Прежде чем он успел ответить, экран мигнул, и появилось последнее сообщение: «Соединение прервано».

— Дерьмо, — тихо выдохнул он. — Вот не нравится мне всё это…

Эника выскочила из лифта и свернула в сторону магистрали, ведущей к третьей ангару. Талас прислал сообщение: у него для неё какой-то сюрприз.

«Ну что ж, у меня тоже есть сюрприз», — усмехнулась девушка.

Буквально за полчаса до его сообщения пришло уведомление о продлении учебной практики. А следом — план занятий. Расписание было составлено на несколько месяцев вперед. Она с удивлением пролистала документы: чего там только не было. Но главное — там были запланированы учебные полёты.

«Ты просто офигеешь, Тира, как проснёшься. Вот просто офигеешь», — подумала Эника о подруге, так не вовремя угодившей в медотсек.

Неожиданно офицер, шедший ей навстречу, слегка вильнул, больно ударив её в плечо. Девушка едва сдержалась, чтобы не рявкнуть: «Смотри куда прёшь, болван!», скрипя зубами, выдавила: «Простите, сэр». Но офицер даже не взглянул на неё. Он замер, запрокинув голову, и уставился куда-то в потолок.

Удивлённо моргнув, Эника тоже подняла взгляд. Погружённая в свои мысли, она не сразу заметила изменения, произошедшие в коридоре. А между тем из скрытых люков в потолке выдвинулось несколько оборонительных турелей.

Все вокруг замедляли шаг или вовсе останавливались, запрокидывая головы и перешептываясь в недоумении.

— Да ведь учения объявили несколько часов назад! — раздался чей-то возглас позади.

Эника обернулась, пытаясь разобрать обрывки разговоров, но её внимание перехватила группа, человек семь, в лётных скафандрах. Они высыпали из бокового прохода, громко переговариваясь и смеясь. Их смех гулко разнёсся по внезапно притихшей магистрали.

Турель прямо над головой Эники дёрнулась, и развернулась в сторону пилотов. А потом...

В уши вклинился пронзительный визг. Все турели одновременно ожили. Скорострельные электромагнитные пушки, способные взламывать броню штурмовых роботов и пехотинцев в РШК, в считанные секунды превращали ничем не защищённых членов экипажа в кровавый фарш.

Группку пилотов, только появившихся в коридоре, буквально перемололо на куски. В воздухе повисла вполне заметная кровавая взвесь.

Эника застыла, широко раскрыв глаза. Перед ней разворачивался самый настоящий ад. Крики. Хаос. Кажется, она тоже кричала. Офицер, с которым она столкнулась минуту назад, вдруг сорвался с места и побежал. Это вывело её из ступора.

Развернувшись, она рванула к ближайшему ответвлению ведущему прочь, из этой страшной магистрали.

Ей оставался с десяток метров до поворота, когда очередь настигла бегущего немного впереди неё техника, распилив несчастного напополам. А мгновением позже, Эника почувствовала сильный толчок в спину.

Мир перевернулся. Она упала на рифлёный металлический пол, попыталась подняться... Но тело не слушалось. С ужасом она наблюдала, как её собственная рука беспомощно скребёт по полу.

«Вставай! Почему я ничего не чувствую?» — была последняя мысль, пронёсшаяся в угасающем сознании. Боли Эника так и не почувствовала.

Глава 19

Эдгар Колман в который раз пересматривал последние отчёты, нервно постукивая руками по терминалу. Цифры, графики, сводки — всё сходилось до последней запятой. Но этот проклятый тревожный зуд между лопатками не унимался уже вторые сутки.

«Чуйка», — усмехнулся он самому себе, открывая новый файл.

Чуйка старого солдата, которая не раз спасала его шкуру с тех давних времён, когда он ещё был зелёным техником в пехоте. Последний раз она просыпалась много лет назад. Как раз перед тем, как его жена умотала к молодому любовнику, прихватив с собой половину всего имущества.

И вот вчера, когда он любовался махиной дредноута через огромный иллюминатор в прогулочной зоне, меж лопаток снова засвербело. Что конкретно вызывало у него беспокойство, Эдгар понять не мог.

«Может, какая нежданная проверка нагрянет?», — подумал он.

На всякий случай, он решил перепроверить все документы. Но пролистав несколько файлов он понял — всё не то. Возвращаясь мыслями к кораблю, занимавшему почти все обзорные экраны в рубке, он ощущал приближающиеся неприятности.

— Что же с тобой не так, а? — пробормотал он, устало откидываясь в кресле.

Его взгляд медленно скользил по величественному силуэту корабля. Мимоходом Эдгар слушал обрывки разговоров вахтенной смены.

— «Новый Рассвет», ваш разгонный коридор семнадцать двадцать пять. Счастливого пути, — донёсся голос Ены, их связистки. Её пальцы что-то привычно отстукивали на консоли.

— Принято, «Тинву Мирин», семнадцать двадцать пять. Спасибо, конец связи.

Мысли Эдгара невольно обратились к «Новому Рассвету» — небольшому тихоходному пассажирскому судну, покинувшему верфь пару часов назад. На его борту находились несколько сотен детей и их преподавателей. Как всегда бывает в конце учебного года, лучшим ученикам доставались бесплатные экскурсионные путевки. Он и сам в детстве не раз становился одним из таких счастливчиков.

А теперь вот... Теперь он сам побывал экскурсоводом. Всего несколько часов назад он лично встречал этих ребятишек в ангаре, водил их по самым интересным уголкам станции, рассказывал забавные истории и легенды. Например, о том, как верфь получила свое имя — "Тинву Мирин", что на древнем наречии означало "Небесный Кузнец".

Эдгар пробежался пальцами по клавиатуре, выводя на свой экран информацию о корабле. Он только что покинул их зону контроля и направился к разгонному коридору для гиперпрыжка.

Эдгар автоматически отщёлкнул страховочные ремни — привычка всегда быть пристёгнутым, выработанная за годы службы, — и направился к кофейному автомату. Не успел он сделать и пары шагов, как услышал голос Глейда, оператора строительных дронов, снова дразнящего связистку:

— Ена, у тебя такое лицо, будто Хас опять пошлые анекдоты на общем канале рассказывает!

В рубке раздался сдержанный смех. Но Эдгар вдруг почувствовал — вот оно! По спине пробежали ледяные мурашки. Он медленно развернулся и взглянул на Ену. Девушка сидела с выражением крайнего недоумения, прижимая рукой гарнитуру к уху.

— В чём дело, Ена? — спросил он неожиданно сиплым голосом.

— Я... я не уверена, сэр, — пробормотала девушка. — Вызов поступил с дредноута, с чьего-то личного коммуникатора, но... я не могу разобрать... Вот, сами послушайте...

Ена включила громкую связь. Несколько секунд в рубке раздавались только скрипы и шорохи. А потом, где-то в отдалении, на грани слышимости, микрофон уловил странный визг. Визг, который Эдгар не перепутает ни с чем. Какой-то потусторонний, пробирающий до костей звук. Такой звук издают только работающие электромагнитные пушки.

Несколько секунд он стоял в оцепенении, не веря собственным ушам. А в это время из динамиков донеслись отдалённые крики. Это мигом вывело Эдгара из ступора.

— Боевая тревога! — рявкнул он.

Дежурная смена в ответ удивлённо переглянулась. Эдгар за два прыжка добрался до пульта, активируя канал общего вещания, — а экипаж ещё даже не начал пристёгиваться.

«Гражданские, чтоб вас!..» — мелькнуло у него в голове.

К счастью, центральный компьютер верфи так не тупил. Услышав приказ, освещение тут же сменилось на боевое, а на палубах станции протяжно завыла сирена. Её перекрывал механический голос:

ВНИМАНИЕ! БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ВСЕМУ ЭКИПАЖУ ЗАНЯТЬ МЕСТА СОГЛАСНО ШТАТНОМУ РАСПИСАНИЮ!

Эдгар уже потянулся к панели, чтобы дать объявление, но его опередил Глейд.

— Командир, с кораблём что-то не так. У них… — оператор вглядывался в экран, моргая, будто не веря глазам. — Да какого хрена?!

— Что там, Глейд? Ну?! — прикрикнул на него Эдгар.

— Они открывают люки, сэр! — голос Глейда срывался. — Они открывают все люки!

Последние слова он буквально прокричал, резко обернувшись к командиру. На мгновение в рубке повисла гробовая тишина — даже сирена на этом фоне казалась далёкой и приглушённой.

Эдгар поднял взгляд на обзорные экраны. Было видно, как из раскрытых люков корабля вырывались клубы белёсого пара, вытягивая за собой обломки техники, мусор… и шевелящиеся фигуры экипажа.

Некоторые из них отчаянно дёргались, словно пытались ухватиться за что-то невидимое. Большинство были без скафандров. Компьютер станции тут же начал обводить их красными маркерами — «ТРЕБУЕТСЯ ЭКСТРЕННАЯ ПОМОЩЬ».

— Глейд, не тормози! Всех дронов на спасение! Живо! — заорал Эдгар, наблюдая, как движения фигурок замедляются с каждой секундой.

— Уже отправляю! — пальцы оператора с бешеной скоростью заплясали по клавиатуре, рассылая десятки команд.

— Ена, подгоняй спасателей! — рявкнул он, обернувшись к связистке.

— Да… да! Это «Тинву Мирин»… — торопливо заговорила она, щёлкая тумблерами.

Слева раздался назойливый лязг — металл бился о металл. Эдгар раздражённо обернулся и увидел, как побледневший оператор систем жизнеобеспечения не может пристегнуться. Он судорожно бил фиксатором, не попадая в паз.

— Да чтоб тебя… — выругался Эдгар, шагнул к нему, защёлкнул ремень одним движением и уже собирался вернуться на своё место, как вдруг в рубке раздался механический голос компьютера верфи:

— ТРЕВОГА. ЗАХВАТ СИСТЕМОЙ НАВЕДЕНИЯ.

Он метнул взгляд на обзорные экраны и увидел, как одно из кинетических орудий главного калибра разворачивается в сторону станции.

— Поднять щиты! — выдохнул Эдгар, но было поздно.

Дредноут дал залп. Болванка из сплава вольфрама, никеля и железа, разогнанная до невероятной скорости, врезалась в нижние палубы верфи, вызвав чудовищные разрушения.

Станцию тряхнуло. Эдгара подбросило вверх, но, действуя на чистых рефлексах, он успел развернуться в воздухе и активировать магнитную систему скафандра, прилипнув пятками к потолку. Под ним пролетела верещащая Ена — она так и не успела пристегнуться.

Ругаясь на чём свет стоит, Эдгар пробежал по потолку, оттолкнулся от него и полетел вниз, успев схватить кувыркающуюся девушку за грудки. Швырнув её в своё кресло, он быстро примотал её ремнём.

Тем временем компьютер верфи захлёбывался, перебивая сам себя: декомпрессионные взрывы, аварийный отстрел седьмого и девятого энергоблоков, пожарная тревога, отказ систем искусственной гравитации...

Эдгар услышал, как с шипением захлопнулись гермостворки, отрезав рубку от остальной части станции.

А меж тем, остальные пушки дредноута оживали. Заработали ПТО, отстреливая строительных дронов и небольшие пассажирские челноки, в панике улепётывающие прочь от взбесившегося корабля. Одна из плазменных батарей ударила по ферме, тянущейся от верфи к кораблю — и та, расплёскивая капли раскалённого металла, начала разваливаться пополам.

— Управление огнём! Ответный залп! Стрелять на поражение! — прорычал он.

Медленно, слишком медленно, но орудия станции начали приходить в движение. Сначала одна, потом вторая, третья, пятая… и вот уже десятки батарей в упор поливают плазмой дредноут, который, впрочем, уже успел окутаться защитным экраном.

Всё ещё работающая громкая связь передавала ужас происходящего в ближнем космосе: эфир заполонили панические сообщения. Корабли экстренно меняли курс, стремясь убраться подальше. Крики раненых и мольбы о помощи звучали со всех сторон — кто-то оказался заперт в разрушенных отсеках, кто-то — болтался в открытом космосе между станцией и дредноутом.

Несколько военных кораблей, оказавшихся неподалёку, спешили на помощь. Активировав аварийные частоты, их диспетчеры пытались навести хоть какой-то порядок.

— Великая Пустота… они запускают двигатели! — раздался голос Ены.

Бледная девушка всё ещё была примотана к креслу и с ужасом смотрела на экраны, где в соплах дредноута разгоралось синее зарево.

По станции прокатился гул — не то грохот, не то стон. Огромный корабль пришёл в движение, выламывая захваты, фермы, стыковочные коридоры, разрывая трубы и шланги, соединявшие его с верфью.

Центральный компьютер разразился новой серией сообщений о повреждениях и авариях.

А тем временем дредноут продолжал набирать скорость, нещадно форсируя двигатели, сжигая их ресурс.

Когда гигантский корабль сдвинулся с места, ситуация окончательно вышла из-под контроля. Сотни гражданских судов, забыв обо всех инструкциях и указаниях диспетчеров, бросились врассыпную: одни рванули к планете в надежде укрыться под орудиями орбитальных крепостей, другие — к разгонным коридорам, стремясь совершить спасительный прыжок.

Их хаотичные манёвры полностью перекрыли возможные траектории атаки для прибывающих военных. Их командиры, не стесняясь в выражениях, орали в эфир, пытаясь образумить охваченных паникой гражданских, но толку было мало.

А вот для орудий дредноута, похоже, не существовало понятия «союзные цели». Космос озарился сине-фиолетовыми всполохами — плазменные залпы вспарывали пространство, за ними следовали взрывы. Один за другим корабли превращались в раскалённые обломки.

Военным тоже досталось. Перезарядившиеся кинетические пушки открыли огонь. Быстроходный фрегат, оказавшийся ближе всех, принял удар почти в упор. Щит не выдержал. Со стороны казалось, будто корабль налетел на невидимую стену — его нос просто исчез, разлетевшись ошмётками. Остатки начали бешено вращаться в нескольких плоскостях и медленно уносились в сторону астероидного пояса.

«Выживших там не будет», — отстранённо подумал Эдгар.

Два выстрела достались лёгкому крейсеру. Первый пробил щит, второй — расколол корпус пополам.

Полыхнув маневровыми двигателями, дредноут сменил курс и направился в прыжковую зону. Помешать ему было уже некому. Ударная группировка, стартовавшая с орбиты Веридиана, катастрофически не успевала, а в районе гиперкоридора серьёзных сил не имелось.

Орудия верфи тоже замолкли. Корабль вышел за пределы радиуса действия плазменных пушек, и станция лишь вяло постреливала ему вслед из нескольких лазеров, не способных пробить щиты.

Эдгар отдавал приказы спасательным отрядам, когда его терминал вспыхнул, сигнализируя об установке зашифрованного соединения со штабом Военно-космических сил.

Он принял вызов. Из динамиков раздался напряжённый голос:

— Командор Эдгар Колман?

— Так точно, — отозвался Эдгар.

— Я адмирал Ксарион Зеф. Командор… — голос слегка дрогнул, но Зеф продолжил:

— Прямое распоряжение штаба: задействовать систему «Рубеж» и уничтожить «Меч Веридиана». Передаю коды запуска.

Экран мигнул, подтверждая приём кодированного пакета данных.

Эдгар похолодел.

«Рубеж» — система запуска стратегических ракет. На станции их было шесть: шесть М29 «Молот», каждая — с боеголовкой, снаряжённой антивеществом. При воздействии определённого спектра энергии антивещество детонировало, вызывая взрыв чудовищной силы. К тому добавлялось агрессивное излучение, распространяющееся на сотни километров — от него нельзя было просто спрятаться.

Запуск таких ракет в зону прыжка означал смерть для всех, кто не успеет уйти в гипер.

— Сэр… — выдавил Эдгар, сам не узнавая своего голоса. — Я…

— Отставить, Колман. Вы получили прямой приказ. Выполняйте.

Он молча смотрел на терминал, всё ещё не веря, что действительно собирается это сделать.

Рука сама собой набрала код допуска. Компьютер подтвердил активацию системы. Потом пискнул, сообщая об окончании загрузки целей.

Одеревеневшими пальцами он нажал «Пуск».

В центральной части верфи сработали пирозаряды, отстреливая бронеплиты, скрывавшие ракетные установки.

Мгновением позже шесть хищных силуэтов выскользнули из пусковых шахт и, полыхнув двигателями, рванули вслед за уходящим дредноутом.

Через тридцать секунд, отстрелив разгонные блоки, ракеты активировали маршевые двигатели и резко ускорились.

Компьютер сообщил: до удара остаётся семь минут.

Корабли, находившиеся в зоне прыжка, так же засекли пуск. Те, что не смогли сами — приняли специальный сигнал с верфи, предупреждающий об угрозе.

Медленно потянулись секунды.

На обзорных экранах дредноут продолжал набирать скорость, приближаясь к точке гиперпрыжка. Его оружейный компьютер, здраво оценив уровень угрозы, сосредоточил весь огонь на догоняющих его «Молотах», полностью игнорируя корабли вокруг.

Каким-то образом пушки дредноута создали настоящую стену огня. В ход пошло всё: ПТО, плазменные батареи, лазеры, противоракеты и даже кинетические орудия.

Но «Молоты» были не просто ракетами. Это были, по сути, миниатюрные космические корабли с автономными ИИ, маскировочными системами, собственными щитами и резервными блоками управления.

Ещё до того, как в них полетели первые снаряды, они перешли в рваный режим, хаотично меняя траекторию, сбрасывая приманки, но продолжая неуклонно сближаться с целью.

В эфире творилось что-то среднее между паникой и настоящей истерикой. Кто-то умолял отменить запуск. Кто-то кричал проклятия. Кто-то запрашивал курс для выхода из-под удара. А кто-то просто молчал, наблюдая за приближающимся концом, осознавая, что ни спрятаться от взрыва, ни уйти в гипер уже не успевают.

Некоторые гражданские суда начали экстренные прыжки, не дожидаясь завершения расчётов навигации и выхода из зоны гравитационного влияния окружающих объектов. Нескольким кораблям это действительно удалось. Другие — не стабилизировали вектор, но всё же прыгнули, оставив после себя вихрь из обломков.

Эдгар не мигая смотрел на терминал.

До удара оставалось пять минут.

Внезапно одна из меток на экране мигнула и пропала. Спустя несколько мгновений исчезла ещё одна.

Две ракеты уничтожены. Осталось всего четыре.

— Ну давай… — прошептал Эдгар.

Со стороны было неясно, за кого он болел.

Четыре минуты. Ещё одна метка погасла.

Система связи выделила сигнал, по её мнению, более приоритетный, чем остальные. Через пару секунд из динамиков раздалось:

— Это «Новый Рассвет», мы в зоне гиперпрыжка, коридор разгона семнадцать-двадцать пять. Отмените запуск. Повторяю, отмените запуск! У нас на борту гражданские! Дети! Бездна, вы слышите нас?!

— Да никто нас не слышит! — вклинился второй голос. — Стэн, экстренный прыжок по моей команде!

— Нам не хватает скорости! — в первом голосе послышалась паника. — До разгона ещё двенадцать минут! Мы долго стояли в очереди!

— У нас нет двенадцати минут! Прыгаем немедленно!

— Потерпи! Ещё немного! Давай, выжмем всё! Это «Новый Рассвет», кто-нибудь, приём!

На экране Эдгара погасла ещё одна ракета. Осталось две.

Он с ужасом слушал мостик «Рассвета». Стэн, наверное, пилот, был прав — разгона катастрофически не хватало. Но и время ещё было. Эдгар потянулся к консоли, но тут эфир разорвали крики:

— Я здесь капитан! — голос сорвался на визг. — Приказываю прыгать! Они рванут в любой момент!

— Нет! Подожди, ещё чуть-чуть!

— Беру управление на себя!

— Что ты творишь?! Не смей! Нет!

— ИНИЦИИРОВАН ПРОТОКОЛ ЭКСТРЕННОГО ГИПЕРПРЫЖКА.

— ГИПЕРДВИГАТЕЛЬ АКТИВИРОВАН.

— ДО ПРЫЖКА: ПЯТЬ… ЧЕТЫРЕ… ТРИ…

Эдгар до боли сжал пальцы на панели.

«Ну же… Давайте…»

— ВНИМАНИЕ! КОЛЛАПС ГИПЕРВРАТ.

— ОШИБКА ГИПЕРДВИГАТЕЛЯ. ПРЫЖОК НЕВОЗМОЖЕН.

В эфире вновь раздался тот же визжащий голос:

— Нет, нет, пожалуйста! Помогите! Это «Новый Рассвет»! Стэн, сделай что-нибудь!

В кресле позади него тихо завыла Ена. В этот момент исчезла ещё одна метка.

Последняя ракета, выкручивая невероятные пируэты в пространстве продолжала рваться к цели. Когда до удара осталось меньше минуты, системы верфи засекли мощное искажение пространства.

Дредноут активировал гипердвигатель. Пространство вокруг него заколебалось, изогнулось, будто корабль врезался в жидкое зеркало и тут же расколол его на куски.

Компьютер последнего «Молота» произвёл быстрые расчёты, определил, что догнать корабль не получиться, но цель всё же находиться в зоне поражения, отдал команду на подрыв.

На мгновение в космосе вспух огромный белый шар, по своей яркости способный посоперничать с местным светилом.

Сенсоры станции зафиксировали огромный выброс энергии и воздействие агрессивного излучения. Крики в эфире стихли, сменившись негромким треском помех.

Глава 20

— Офигеть! — повторила Тира, снова заглянув в лифт.

Какое-то время она стояла, согнувшись, упираясь руками в створки шахты, но не решалась ступить внутрь. Взгляд застыл на панели управления: интерфейс на электронном табло явно барахлил — символы и элементы интерфейса мигали и дергались, порой вовсе исчезая. Зато рядом красовался массив кнопок с выгравированными номерами палуб. Если верить гравировке на последней, то палуб-этажей насчитывалось сто двадцать две штуки.

— Да вы, блин, издеваетесь… — пробормотала она и вынырнула обратно в коридор.

Скинув рюкзак, Тира опустилась на пол, привалилась спиной к стене и с удовольствием вытянула гудящие ноги.

Подняв руку, девушка проверила заряд и взглянула на время. Хмыкнув, она задумалась. Уже больше двух с половиной часов она бродила по стальным кишкам и отсекам, тщетно пытаясь забраться повыше.

Сначала проверила две станции монорельса — те, что заметила ещё в прошлую свою вылазку. Но попасть на них не удалось: гермостворки перекрыли доступ. Не отчаиваясь, Тира продолжила искать — проверяя все указатели к подъёмникам и заглядывая в каждый закуток, где могла бы скрываться техническая или аварийная лестница.

Несколько раз попадались люки — в полу или потолке, но их панели не подавали признаков жизни. Ещё она наткнулась на два широких пандуса с пологим уклоном — явно под какие-то транспортные платформы. Метров по сто каждый, эти пандусы тянулись вдоль стен и упирались в гермостворки наверху.

Живот заурчал, возвращая её в реальность. Прикинув, она поняла, что ела последний раз ещё вчера.

«Меня пора кормить!», — решила Тира, выудив из рюкзака паёк.

Уминая пюре с мясным гарниром, она вновь перебирала в голове весь пройденный маршрут.

Огромная палуба. И таких тут — сто двадцать две.

Тира откинула голову назад и закрыла глаза. Масштабы этого места — станции, комплекса, или что это вообще такое — просто не укладывались в голове. Огромные площади, пустые и гулкие.

«Я тут могу бродить пару месяцев и всё равно не всё обойду», — промелькнула невесёлая мысль.

Где-то в глубине коридора что-то негромко щёлкнуло. Она тут же открыла глаза и прислушалась. Тишина. Только слабый гул вентиляции да собственное дыхание. Тира проверила планшет — тот работал в режиме сканирования эфира, но сейчас не улавливал ни единого сигнала.

— Нервы… — пробормотала она и снова принялась за паёк.

В последнее время её не отпускало чувство настороженности, хотя за всё время своих блужданий она так и не встретила ни души — ни людей, ни даже намёка, что кто-то тут был недавно.

Иногда на неё накатывали приступы необъяснимого страха. Несколько раз приходилось буквально заставлять себя сунуться в какой-нибудь тёмный закоулок — проверить, не скрывается ли там люк или что-то полезное.

Пару раз коридоры отзывались особенно громкими звуками — где-то что-то трещало, шуршало или с грохотом падало, подхваченное сквозняком. Каждый раз она судорожно хваталась за оружие и замирала на месте, не в силах перебороть липкий приступ паники.

— Гадство… — выдохнула она. — Просто гадство.

Посидев ещё пару минут, тупо уставившись в противоположную стену, Тира доела паёк и сунула пустые упаковки в боковой карман рюкзака.

Ойкнув и кряхтя, она поднялась, закинула рюкзак на плечи — те тут же отозвались глухой болью.

Какое-то время она задумчиво смотрела на открытые створки лифта. Но страх оказаться запертой внутри заглючившей стальной коробки где-то посреди этих бесконечных уровней оказался сильнее. Со вздохом Тира развернулась и шагнула в сторону очередного тёмного коридора.

Шла она в полутьме, редко включая фонарик и стараясь не трогать химические светильники. Мало ли что с энергией наверху? Какие там повреждения? Есть ли аварийные наборы? Вопросов было куда больше, чем ответов, поэтому свои скудные запасы девушка решила беречь.

«Проходы для экстренной эвакуации или, может, для техперсонала должны быть обязательно, — размышляла она. — С обычными люками и простыми механическими замками, безо всякой электроники. Осталось их только найти».

Пройдя от лифтов по длинному коридору, Тира вышла на перекрёсток. Покрутила головой — читать бесконечные указатели и маркировки уже не было сил — просто свернула налево.

Этот коридор отличался от остальных — не было видно никаких дверей в отсеки или каюты, просто длинная стальная кишка. На потолке горели тусклые светильники. Лязг подошв по металлическому полу эхом отдавался от стен.

Коридор давил. Тени от редких светильников ложились на стены неровными пятнами, создавая обманчивое впечатление движения. Тира поёжилась — здесь было заметно прохладнее.

«Вот нафига я сюда попёрлась? — мрачно подумала она. — Может вернуться?»

Остановившись, неуверенно оглянулась. Перекрёстка уже не было видно.

— Гадство…

Развернувшись, она медленно пошагала дальше.

«Ладно, рано или поздно куда-то выйду», — решила девушка.

Углубление с дверью появилось перед ней внезапно, вырастая из очередного тёмного пятна. Перед дверью на полу виднелась ограничительная разметка.

— Хмм… — протянула она, разглядывая новую деталь интерьера.

Панели управления возле двери не было. Вместо этого на ней красовалось большое колесо. Над ним и под ним — полукруглые стрелки, подсказывающие, куда его нужно крутить.

В голове табуном забегали мысли.

«Это похоже на то, что мы искали, Тира? — мысленно спросила она у себя. — Ещё как похоже!»

Девушка прислонилась лбом к холодному металлу, чувствуя, как он обжигает кожу.

— Мне нужно совсем немного удачи. Пожалуйста… Совсем немного, — прошептала она.

Отстранившись, она взялась за колесо и, немного помедлив, попробовала повернуть его по стрелкам.

Оно поддалось неожиданно легко. Внутри послышался тихий скрип. Осмелев, Тира закрутила его быстрее, пока не раздался отчётливый металлический щелчок.

Она толкнула дверь — и та послушно ушла в сторону. Девушка осторожно заглянула внутрь.

За дверью открылось небольшое прямоугольное помещение, подсвеченное аварийными лампами. Чем-то оно напоминало шлюзовую камеру. Слева висели два ящика аварийного набора, в дальнем углу прямо из стены торчали полукруглые скобы лестницы без перил. Под лестницей, вровень с полом, располагался большой люк с рычагом и ручкой. Такой же люк виднелся и в потолке, над лестницей.

Тира зашла внутрь и оглянулась. Дверь, которую она открыла так легко, оказалась толщиной с ладонь. На внутренней стороне было такое же колесо — почему-то этот факт её немного успокоил.

Сработали датчики движения, и с электрическим треском вспыхнуло основное освещение, наполняя помещение ярким белым светом.

Немного поколебавшись, девушка скинула рюкзак и поставила его возле лестницы. Достав один химический светильник, зажала его в зубах и, вздохнув, полезла вверх.

Добравшись до потолка, она ухватилась за рычаг. Тот поддался без всяких усилий. Отодвинув его до упора, Тира потянула за ручку. С тихим шипением пневматики крышка откинулась вниз ровно на девяносто градусов. Чуть выше был точно такой же люк с таким же механизмом.

Перелезла на пару перекладин выше и повторила действия.

Вторая крышка поддалась так же легко и ушла вверх, застыв в открытом положении.

Поднявшись ещё немного, она осторожно высунула голову и осмотрелась. Помещение оказалось точь-в-точь таким же, как внизу.

— Хофошо, — кивнула Тира. — Офень хофошо.

Спустившись, она убрала ненужный светильник, подхватила рюкзак и снова полезла вверх.

Осмотревшись ещё раз и убедившись, что новое помещение ничем не отличается, девушка шагнула к двери.

На этот раз она уже знала, что делать — уверенно взялась за металл и провернула колесо.

Механизм сработал мягко, внутри щёлкнуло. Тира потянула дверь, и та открылась с тихим скрипом.

За дверью был ещё один коридор. Редкие полосы ламп под потолком слабо освещали пол и ряды труб, тянущихся вдоль стен.

Она прислушалась — тишина, только привычный низкий гул вентиляции. Достав планшет, девушка убедилась, что он пока не ловит никаких сигналов.

«Ну, значит, идём дальше», — подумала Тира и шагнула за порог.