Грезы охотника

Глава 1

И вот опять я оказался в обстоятельствах, совершенно не подобающих приличному молодому имперскому охотнику.

Я лежал раздетый по пояс на кровати в небольшой комнатке на втором этаже гостиницы. За окном по карнизу мерно барабанил мелкий дождь, начавшийся ещё днём и никак не планирующий заканчиваться. Упершись затылком в спинку кровати, я смотрел на стекающие по стеклу капли воды. Пикантности ситуации придавало то, что под моей кроватью, как в одном из тех похабных анекдотов, которыми обмениваются пьяные посетители таверн, прятался мужчина.

Я медленно поглаживал рукоять револьвера, лежащего справа от меня. Самое тяжёлое в таких ситуациях — это ждать. Сначала кровь кипит, и ты предельно сосредоточен. Но время, как вода, понемногу стачивает остроту твоего внимания, и ты становишься…

Я услышал шум на улице. Я надеялся, что это всё-таки мой гость, и все эти усилия не зря. Из-под кровати раздался шорох и недовольный стон. Я шикнул и замер в нервном ожидании.

Вот почему мне в голову приходят такие дурацкие планы? Но, не влезая в эту авантюру, был огромный шанс уехать ни с чем. А ведь ещё пару дней назад всё было спокойно.

Но обо всём по порядку.

***

Прошло уже примерно восемь дней с момента возвращения Артура домой. С самого первого дня его физическое здоровье не вызывало ни малейших опасений, но был ряд небольших ограничений по использованию магии, а если точнее — полный временный запрет. Поэтому Анна временно отстранила его даже от визитов в трущобы, и он всё время находился дома, за исключением пары вылазок до ближайших лавок.

Кульминацией этого домашнего ареста стало то, что Анна хотела, чтобы я, а не Артур, пошёл на доклад к капитану. Я, ставший невольным свидетелем этой сцены, встал на сторону товарища, и нам удалось отбить часть его свободы.

Надо признать: пока Артур был болен, нас никто не трогал. Дни были спокойными, и мы были предоставлены сами себе. Я не стал терять время даром и решил посвятить его учёбе. Кроме ежедневной практики заклинаний и работы с источником, я приобрёл учебник по ритуалистике. Такие знания — вещь крайне полезная для любого мага, а для меня, как средство избавления от лунатизма, просто бесценна.

*«Пока молод, можешь гулять по городу ночью раздетым, а лет через десять в туалет устанешь бегать», * — думал я.

А если серьёзно, не хочется делить тело ещё с кем-то, поэтому надо решить этот вопрос как можно скорее. Да и пока я иду в нужном направлении, никаких пакостей можно не ждать. Учебник содержал в основном базовые знания: как рассчитать количество энергии, что можно или нельзя использовать в ритуалах, а от чего стоит воздержаться. Риту листика шла рука об руку со знанием рун, которое мне ещё предстояло восполнить.

Сегодня я нашёл время и отправился в трущобы, чтобы встретиться с Диаром. Время и место я заранее назначил в записке, отправленной ещё вчера с местным мальчишкой. Лишний раз мелькать в доме не хотелось: рано или поздно кто-нибудь задастся вопросом, почему охотник так часто захаживает в гости. Вот и приходилось идти на такие маленькие хитрости.

Я остановился в конце одной из улиц на границе трущоб. Здесь улица упиралась в реку, а освещение давал лишь одинокий фонарь, светивший неровным, мерцающим светом. От воды веяло прохладой, и пришлось поплотнее завернуться в плащ. Отойдя в тень здания, я стал ждать. Лёгкие шаги Диара я услышал задолго до его появления.

Дождавшись, когда он окажется ко мне спиной, я вышел из укрытия.

*«Ты опоздал», * — раздалось у меня в голове.

Диар вздрогнул и быстро развернулся, но, увидев меня, расслабился.

*«Ну вот зачем эта театральщина?«* — прозвучало в моём сознании. Я слышал неподдельное раздражение своего внутреннего гостя. ─ *«Почему делаешь ты, а стыдно мне? Вот засадил бы он тебе нож в пузо на развороте, вот тогда бы ты и подумал пару оставшихся минут, что в этой жизни делаешь неправильно». *

Диар, конечно, ничего этого не слышал и, улыбнувшись, протянул мне руку в приветствии. Из нашего недолгого разговора я не узнал ничего нового, что не могло не радовать. Никаких проблем, которые надо было бы решать прямо сейчас, не было. Но у меня возникло стойкое предчувствие, что это не может продолжаться долго. Даже если проблемы не найдут нас, то мы, а точнее Диар, найдёт их сам.

И дело было здесь не в острой интуиции, всё гораздо проще, чем кажется. Намерения Диара были прозрачны, как вода озера, на дне которого видны огромные камни неприятностей. Он предлагал совершить ещё один налёт. Пытался убедить меня, что парни засиделись без дела, да и деньги начинали заканчиваться. Его можно понять: в моменте это выглядело хорошим решением, избавляющим его от нескольких головных болей сразу. Как кормить людей и как контролировать, чтобы никто не совершил глупостей.

Я же думал о чём-то менее рискованном, но таком, что поможет нам встать на ноги. Пускай не быстро, но крепко, и позволит на них держаться. Всё-таки тогда, с контрабандистами, нам отчасти просто повезло. И всегда есть шанс заиграться, и тогда последствия дадут под хвост так, что мало не покажется. Но чтобы он не наделал глупостей без меня, я пообещал: если он найдёт хорошую цель, мы обязательно подумаем над этим вместе. А пока пусть сильно не высовываются.

***

Вернувшись домой, я закинул плащ на вешалку в углу комнаты и, ополоснув лицо и руки, спустился вниз ужинать. Артур влетел в дом так, что чуть не снял входную дверь с петель. Его лицо было серьёзным, но детский азарт в движениях выдавал, что он доволен. Я был уверен: если бы у него был хвост, он махал бы им так, что обколотил бы бока до синяков.

─ Где все? — пытаясь сохранить серьёзность, спросил Артур.

Я, жуя кусок мяса, глазами показал, что наверху. Артур буквально взлетел по лестнице. Стук в двери, короткие фразы. И вот он уже сидит напротив меня с плохо скрываемой улыбкой и таскает еду из моей тарелки. Видимо, он устал сидеть дома настолько, что готов зацепиться за любой шанс вырваться из-под опеки Анны.

В принципе, ничего необычного нам не предстояло: патрулирование маршрута и поиск разрывов в округе. Быстро распределив обязанности на утро, мы разошлись спать, так как вставать надо было очень рано. Зайдя в комнату, я быстро накидал нужные вещи в рюкзак, проверил оружие и завалился спать.

***

Наше утро началось ещё до первых лучей солнца, в серых предрассветных сумерках. Сначала я помог Руду подготовить и загрузить фургон, затем он занялся лошадьми, а я отправился с Артуром получать дополнительные печати Сора. Две всегда находились у нас дома, но для выезда этого могло оказаться мало. Анна в сопровождении Альна упорхнула на рынок за продуктами в дорогу.

Разобравшись со всеми делами, нам удалось выехать из города около полудня. В этот раз наш маршрут был другим. Конечной точкой был небольшой городок Фоствур. Если бы мы просто ехали на фургоне по прямой, это заняло бы дня три пути. Но надо было проверить также раскиданные в округе деревушки, которые иногда забирались довольно глубоко в лес. Поэтому всё путешествие могло занять порядка десяти дней.

Проехав пару часов по основной дороге, мы свернули на прилегающий тракт и отправились к первым деревням нашего маршрута. В каждой деревне повторялся примерно один и тот же сценарий: разговор со старостой, небольшой отдых для нас и лошадей, и дальнейший путь. Так как деревни находились вблизи города, появление разрыва, о котором бы не узнали в течение суток, было крайне маловероятным.

Приехав под вечер в одну из деревень, мы переговорили со старостой и, не обнаружив ничего интересного, отправились спать в один из домов, предоставленных жителями. Альн закрыл дверь на засов, а затем они с Рудом подперли её лавкой. Может показаться, что такая предосторожность излишняя, если не знать пару занимательных историй о беспечных охотниках и просто не проснувшихся путниках.

***

К середине следующего дня моё тело затекло настолько, что казалось, если сейчас резко пошевелиться, то что-нибудь сломается. С медитацией я закончил, а читать в полумраке было настолько тяжело, что я засыпал несколько раз, пытаясь расправиться с одной главой.

Аккуратно потянувшись, чтобы не разбудить дремлющую по соседству Анну, я решил выбраться и устроиться на крыше фургона. Фургон катил не спеша, изредка подпрыгивая на небольших кочках, поэтому на ходу, открыв дверь, я выбрался наружу. Зацепившись за крышу, я одним движением вытянул себя наверх. После чего лёг на живот, протянул руку и захлопнул дверь. Устроившись поудобнее, я продолжил чтение.

В главе объяснялись основные принципы передачи энергии и как меняются расчёты с увеличением расстояния или сменой измерения. Даже здесь каждую строчку приходилось перечитывать по три раза: вроде буквы и слова все знакомые, но смысл постоянно ускользал. Промучившись так какое-то время, я отложил книгу и подставил лицо приятным порывам ветра. Голова была тяжёлой, нужно было немного передохнуть.

За первые четыре дня мы объехали с десяток деревень. Обнаружили два разрыва: один молочного цвета, а другой светло-серый. Оба находились в отдалении от поселений. Первый заметил Руд: он расположился у зелёного кустарника у речушки, из-за чего на зелёном фоне был отлично виден. Второй нам показали жители одной из деревень: его обнаружили на дальнем поле местные женщины и больше туда не ходили. Оба мы закрыли без каких-либо происшествий: ни тебе монстров, ни воздействия на наш мир.

К обеду пятого дня мы заехали в довольно зажиточную деревню. Здесь было не меньше тридцати дворов. Всё было как обычно: любопытные глаза детей, настороженные взгляды женщин. Затем, спросив дорогу у одной женщины с корзиной белья, мы нашли дом старосты.

Остановившись напротив ворот, мы все стали спускаться из фургона на землю, чтобы растянуть задубевшие мышцы и немного пройтись. Из-за ворот послышался лай двух собак, затем скрипнула калитка, и на крыльцо вышел крепкий черноволосый мужчина средних лет.

— Здравствуйте, господа охотники, — поздоровался он, протискиваясь между створками и шикая на собак.

Перед нами он встал уважительно, но без каких-либо заискиваний. Взгляд прямой, но не вызывающий. Такие люди невольно вызывают симпатию у окружающих. Артур вопросительно взглянул на него. А тот, улыбнувшись, ответил:

— Я раньше стражником в городе был и на охотников насмотрелся. Вы ведь все друг на друга похожи. Как есть что-то общее у всех кузнецов, так и у вас ремесло оставляет свой след. Да и периодически бывают они и сюда заглядывают, вас правда в первый раз вижу.

— А что, в городе жизнь не понравилась? — спросил Руд, который с неподдельным интересом разглядывал хозяйские постройки, стоя на крыше фургона.

— Да нет, в принципе всё хорошо было. Я же родом отсюда, а когда был молодой, хотел посмотреть мир, вот и подался сначала в Нограст. Но как-то так получилось, что устроился в стражу, да там и остался. В общем, короткое у меня путешествие получилось. — Он отпихнул ногой пытающуюся протиснуться собаку и продолжил: — Сначала приехал просто родителям помочь, старые стали, всё затянулось, и вернуться уже, как видите, не получилось. А потом ещё и старостой выбрали, — немного смущённо ответил он.

Тут из ворот выглянул босоногий карапуз и с любопытством стал разглядывать гостей, одной рукой придерживаясь за ухо пса.

— А вот, наверно, и само «не получилось», из-за которого остался, — усмехнулся я.

— Да вот, одна из причин, — поднимая на руки малыша, ответил староста.

Ещё немного поговорив, мы попрощались и стали залезать в фургон. Хозяин, конечно, предложил нам остаться и на обед, и на ночёвку, но по времени было ещё слишком рано, и мы могли успеть до следующей деревни. Руд, развернув фургон, отправился в обратную сторону. В этот раз я сменил Альна и устроился на козлах рядом с Рудом.

Деревня только скрылась за поворотом, как на обочине я заметил стоящую женщину. Даже с расстояния я заметил, что возраст у неё довольно почтенный. Её спина была согнута так, как будто она держала на плечах небеса. Она помахала рукой, привлекая внимание Руда, чтобы он остановился.

— Вы ведь охотники? — спросила женщина, хотя в её голосе было больше утвердительных нот.

— Да, а что случилось? — спросил Руд. Я уже в голове прорисовал ряд возможных происшествий: например, потерялась корова, соседка-ведьма или призрак деда гремит ночью посудой.

Я наблюдал, как женщина борется с сомнениями: стоит ли начинать этот разговор или нет. Альн вылез из фургона, повернулся к женщине и выдал свою самую очаровательную улыбку, на которую был способен, и сказал:

— Да, а что у вас произошло, рассказывайте.

Женщина ещё пару мгновений перетаптывалась, взвешивая все за и против. Но, решившись, набрала в грудь воздуха и начала рассказывать:

— Господа охотники, я местная травница, и сейчас полнолуние. — Речь её была быстрой, но не сбивчивой, заметно, что она готовилась к этому разговору. — Сирва — это лечебная трава от простудных хворей, и она сейчас набрала силу.

Мы не перебивали и слушали её.

— Так вот, растёт она у нас только на старом кладбище, что за перелеском. И пошла я давеча туда её собирать, а там огни ночью летают.

— Почему ночью? — вмешался Руд. — Сирве без разницы время сбора. — Видимо, как деревенский житель, Руд был знаком с этой травой.

Женщина лишь пожала плечами:

— Меня так моя бабка научила, так я всю жизнь и делаю.

— Ну ладно, и что там на кладбище? — поинтересовался Альн, которому тонкости травничества были до всех демонов Бездны.

— Огни над могилами. Кружат над ними, да ещё так быстро. Ну, я, честно, сильно испугалась и припустила оттуда обратно в деревню что было духу.

— Мы только что говорили со старостой, и он ничего такого не упоминал, — при этом Альн больше смотрел на нас, чем на женщину. Я лишь в ответ пожал плечами.

— Да я ему рассказала. Сразу ночью его подняла. Он с деревенскими мужиками сразу пошёл туда, но там уже ничего не было. Они даже две ночи дежурили рядом.

— Ты бы, мать, и насобирала травы, пока дежурили, — предложил Альн.

— Да я насобирала, но много уж там трав разных растёт нужных, а ходить страшно. Староста, конечно, обещал помочь, но мне кажется, что подумал, будто мне на старости лет привиделось. Да и кладбище старое, и далеко, и отношения к деревне не имеет никакого.

Я улыбнулся про себя: бабка-то фанатик своего дела. Ещё чуть-чуть, и она бы всё равно пошла туда, несмотря на страх. Она продолжала рассказывать о целебных свойствах разных трав, которые растут там, причём так увлечённо, что её пришлось перебить.

Альн посмотрел на Артура и, дождавшись утвердительного кивка, сказал:

— Вы нам покажите, где старое кладбище, и мы посмотрим, что там.

Женщина обрадовалась, и слова стали быстрыми и сбивчивыми:

— Вот, сейчас на горку поднимитесь, и там дорога неприметная направо, вот по ней поедете и в него упрётесь.

Весь наш словесный маршрут сопровождался такой активной жестикуляцией, что, если сфокусироваться на её руках, могло бы укачать.

— Вы не переживайте, мы посмотрим. И если завтра там не будет нашего фургона, можете спокойно собирать траву. А если будет фургон без нас, то скажите старосте, пусть отправляет человека в город, к капитану охотников, и всё рассказывает, как есть, — сказала выглянувшая наружу Анна.

Женщина покивала головой в знак того, что поняла, попросила быть осторожными и пошла в сторону деревни.

***

Мерзкий скрип покосившихся створок старого кладбища поднял в воздух стаю ворон. Под возмущённое карканье встревоженных птиц мы зашли внутрь. Я огляделся вокруг и отметил, что размеров оно было немаленькое: видимо, раньше сюда свозили умерших со всех окрестных деревень. Пройдя чуть дальше, я увидел небольшое обветшалое каменное здание. Крыльцо уже сгнило и провалилось, краска от стен осыпалась на землю, а окна смотрели на нас пустыми глазницами.

Я достал револьвер, кивнул Альну и, накинув «каменную кожу», аккуратно поднялся по остаткам крыльца. Альн тоже достал револьвер и двинулся следом за мной. Внутри царило такое же запустение, как и снаружи. Под ногами хрустели осколки стёкол и какой-то мусор. На стене с трудом угадывались блёклые очертания изображения Кассандры.

Осмотрев две комнатки и никого не обнаружив, мы вышли на улицу.

— Что там? — спросил Артур.

— Пусто. Раньше, видимо, был небольшой храм Троих, — убирая револьвер обратно, ответил Альн.

— Интересно, как давно здесь перестали хоронить? — вслух поинтересовался он же.

— Думаю, что уже с десяток лет, не меньше, — разглядывая что-то у могилы, откликнулся Артур.

— Почему ты так решил? — не унимался Альн.

— Давай это назовём способностью некромантов и табличками с датами смерти.

Пройдя в конец кладбища, нам стала понятна причина, по которой оно стало заброшенным. Оно примыкало к реке и шло вдоль её берега. И видимо, в один момент пологий берег начало размывать по весне, так что часть могил обнажилась. Вот даже торчала половина сгнившего гроба, который смоет следующей весной. И вроде нельзя спокойно смотреть на то, что кто-то из твоей почившей родни может отправиться в речное путешествие, но, видимо, и сделать тоже ничего не получилось. Вот люди и решили просто забыть об этом месте. Забыть иногда так заманчиво выглядит, что тяжело удержаться.

Немного постояв у обрыва, Артур сделал шаг назад и сказал:

— Ладно, давайте осмотримся.

Мы разошлись и начали бродить по кладбищу в поисках чего-либо, выходящего из нормы. Я шёл через два ряда могил от Руда и увидел, как он мне махнул рукой, подзывая к себе. Я подошёл ближе, и он кивнул в сторону, где кладбище плавно переходило в лес. А если быть точнее, то лес наступал на кладбище медленно, но неотвратимо. Он мотнул головой:

— Смотри, кусты завяли.

И действительно, в одном месте листья у пары кустов потеряли цвет и начали сворачиваться. Подойдя ближе, я потянул за дерево и без труда вытянул его из земли: край был срублен под углом. За кустами обнаружилась старая могила, которая уже проиграла битву природе, о чём свидетельствовала треснувшая табличка с именем. Я присел и дотронулся до земли. Земля была хоть и утрамбована, но всё равно немного провалилась, а маленькие комки глины говорили о том, что недавно здесь копали.

— Что у вас тут? — спросила подошедшая сзади Анна.

— Да выбор небольшой: либо у нас тут появились жадные до мертвецов люди, либо трупоеды стали за собой прибираться, — усмехнулся я.

Мы походили ещё немного и, не найдя больше ничего интересного, решили вернуться сюда позже. Отъехав недалеко обратно по дороге, мы нашли небольшую полянку, затащили туда фургон и разбили лагерь.

Как только начало смеркаться, мы с Артуром и Альном укрыли фургон срубленными ветками, а Руд стреножил лошадей, и мы все выдвинулись на кладбище. Света пока хватало, чтобы видеть, что происходит вокруг, но уже всё приобрело серый цвет и потеряло краски. Мы с Альном заняли довольно удобную ложбину в кустарнике и легли там. Артур с остальными расположился в здании.

Я устроился поудобнее и стал ждать. На небо выползла убывающая луна, ветер мерно качал листву. Обстановка была безмятежной настолько, насколько это вообще возможно.

— А если никто не придёт? — прошептал Альн.

— Тогда мы спокойно соберёмся и уедем завтра утром, а в городе доложим начальству, и это уже будет не наша головная боль, — ответил я.

Но, видимо, у судьбы были другие планы. Сначала со стороны реки появился огонёк. Он не спеша раскачивался, приближаясь к нам, а затем мы услышали голоса. Голоса приближались и становились всё отчётливее, так что можно было разобрать, о чём говорят.

— Да хватит тебе хвост поджимать. Если боишься, то не надо было и лезть со мной, я бы один всё сделал, — услышал я голос одного.

— Да нет, Вурм, я с тобой. Просто мне кажется, староста что-то заподозрил после рассказа старой Мирты, — послышался второй, оправдывающийся голос.

— Да если бы ты не стал метаться с фонарём, как блоха на бешеной собаке, а сразу потушил его и спрятался, то ничего бы и не было, — зло прошипел первый.

— Я уже говорил, что я немного растерялся, — немного обиженно буркнул второй.

— Ага, растерялся ты, а сидеть караулить две ночи тут пришлось обоим. Может, староста чего и заподозрил, но сегодня вечером я видел, как он с Туром и его братом на охоту собирался, так что можно не опасаться, вернутся они только под утро.

В этот момент они как раз проходили напротив места, где были мы с Альном. Это были два молодых парня. Первый нёс небольшую лампу с зеленоватым светом, подсвечивая дорогу, а у второго на плече был инструмент.

— А если опять бабка-травница сунется? — не унимался второй. Они прошли дальше, и я не разобрал, что первый ответил на этот вопрос.

Поставив светильник на землю возле одной из заросших кустарником могил, они принялись срубать кусты. Мы стали ждать: надо было посмотреть, для чего эти парни хотят разрыть захоронение. По итогу оказалось, что это обычные грабители: они начали складывать вещи из вскрытого гроба в мешок. Ритуал похорон предполагал дары богам, которые мертвец должен передать от родственников. А разграбление могил считалось серьёзным религиозным преступлением, за которое можно было лишиться жизни. Но жадность иногда побеждала, особенно в глухих местах.

Я увидел огонёк в окне здания — это был условный знак от Артура, что надо начинать. Толкнув Альна, мы аккуратно стали выбираться из кустарника. Под моим сапогом хрустнула ветка, потом ещё одна под Альном, и я понял, что таиться уже нет никакого смысла, и просто постарался выбраться из кустов побыстрее.

Наши расхитители быстро сообразили, что они теперь не одни. К моему большому сожалению, парней от страха не парализовало, а наоборот, придало скорости. Тот, что был в могиле, совершил, наверное, лучший прыжок в своей жизни. Второй ещё в растерянности держал мешок, а первый уже был на поверхности и успел сделать пару шагов в сторону реки. Затем второй тоже вылез и, выйдя из ступора, бросил всё, что было в руках, и побежал к выходу с кладбища.

Всё это произошло за считаные мгновения. Я побежал наперерез первому и сбил его с ног на землю всем своим весом, когда он начал чуть притормаживать у обрыва. Мы со всего размаха упали ровно на тропинку вдоль реки и немного проехались по ней. Он начал судорожно вырываться из-под меня: силой парень обделён не был. Но тут уже подбежал Альн и ударил несколько раз ногой по голове парня, и тот разом обмяк и притих.

Краем уха я уловил продолжительный крик со стороны ворот кладбища, затем треск кустов, и всё затихло. Мы связали незадачливому грабителю руки за спиной и поволокли обратно на кладбище. Оказалось, что тот, который побежал к выходу, нарвался на воздушный таран Руда, который отправил его в плотный кустарник. Когда мы дошли до них, его уже выковыряли оттуда и связывали руки. Он, видимо, отошёл от первого испуга и начал кричать, но Руд быстро запихал какую-то тряпку ему в рот, затем так же поступил и с тем, которого притащили мы.

Мы вчетвером, оставив Руда на охране, отошли посоветоваться, что делать с незадачливыми грабителями.

Если сделать так, как положено, нужно сейчас звать сюда старосту деревни и ещё пару людей в свидетели, а потом вести грабителей в ближайший город и сдавать страже. А там дальше они попадают под взгляды инквизиции. Кража у богов — её вотчина. А там, как уж карта ляжет: может, под пытками и допросами ещё в чём-то сознаются. Я усмехнулся своим мыслям. *Может быть? Ну да, как же. Точно сознаются.* И всё, конец истории.

Можно просто отдать старосте на самосуд, но тогда, если их не заколотят насмерть родичи, они сбегут и снова могут чем-то подобным заняться, и опять рано или поздно попадутся. Я посмотрел на парней. Сейчас они представляли жалкое зрелище: наши ровесники, у одного заплыл глаз и текла кровь из губы, а второй был изодран ветками кустарника.

Не знаю, что на нас повлияло: нежелание возиться с ними либо попытка облегчить их участь от суда инквизиции и от местных плетей. Но мы все приняли предложение Артура.

Подтащив их обоих к раскопанной могиле, Руд вынул кляпы.

— Вам есть что сказать в своё оправдание? — ледяным голосом спросил Артур.

Они наперебой начали говорить, что не хотели тревожить мертвых. Просто берег размывается, и сначала они искали по берегу ценные вещи, а потом решили, что всё равно всё смоет, можно же успеть забрать.

— Это вас не оправдывает, — таким же безразличным голосом сказал Артур и кивнул Руду.

Руду не надо было повторять дважды. Ловкими движениями он вернул кляпы на место. Альн вытряхнул то, что успели сложить в мешок, обратно в могилу. И, разрезав мешок, завязал обоим глаза.

Вот они стоят на коленях у выкопанной ими же ямы. Сухие щелчки взводимых курков револьверов разрезали ночную тишину. Мы переглянулись с Артуром, стоя сзади над ними, и, кивнув друг другу, выстрелили. Одновременно толкнув грабителей ногами в спины.

Два тела упали на кучу выкопанной земли. Буквально миг тишины, а потом безумное карканье ворон разразилось с верхушек деревьев. Их было столько, что при желании они могли бы нас унести отсюда.

— Ладно, можете шевелиться. Считайте, что вам обоим сегодня очень сильно повезло, — крикнул Альн, пытаясь, чтобы его голос не утонул в шуме, и потянул одного за шиворот, стягивая повязку.

Руд поднял второго, снял повязку и вынул кляп.

— Мы… мы больше никогда, никогда… — захлёбываясь, начал он. Как я понял по синяку, это был бежавший к реке.

— Что, испугался? — спокойно спросил Руд, развязывая ему руки.

Всё, на что хватило парня, это судорожно покивать головой.

— А не надо воровать у мёртвых, и всё будет в порядке, — успокаивающим голосом продолжил Руд. — Чтобы всё закопали и сделали так, будто вас здесь никогда и не было. Утром проверим. Вздумаете убежать — найдём. Поняли?

Холодный голос Артура был убедителен. Наши незадачливые расхитители закивали в ответ. Артур что-то им добавил, отчего парни стали ещё бледнее и начали закапывать могилу со скоростью, которой я раньше не видел.

Мы не стали ждать, пока они закончат, и вернулись в лагерь, разбив остаток ночи на дежурства. Мне повезло, досталась первая очередь. Я был ещё достаточно взбудоражен и спать не хотелось. Я развёл костёр и уселся рядом, глядя в огонь. Если честно, я не знал, правильно ли мы поступили. Всё-таки преступление есть преступление. А с другой стороны, мы дали им шанс, а уж воспользуются ли им или нет — это уже другой вопрос.

— —

**Глава 2**

Проснувшись утром, я с трудом встал: голова была тяжёлой. Спать, сидя в фургоне, было ещё тем удовольствием. У догорающего костра дежурил Артур. Я кивнул ему в знак приветствия, глядя на всё одним полуоткрытым глазом.

— Слушай, Артур, а что ты им вчера ещё сказал, что они так ускорились?

Он усмехнулся:

— Если коротко, я сказал, что мы охотились не на них, так что туда они вряд ли сунутся.

В городок, который был конечной точкой маршрута, мы добрались к обеду седьмого дня. На первый взгляд город был неплох: каменные двухэтажные дома, центральная улица, от которой змейками разбегались более мелкие, упиралась в площадь. По её периметру располагались здания местной власти: ратуша, суд и храм Троих.

Мы решили остановиться в небольшой гостинице, а если быть точнее, в таверне, второй этаж которой имел комнаты для ночлега. Артур пошёл договариваться с хозяином, а мы загнали фургон на задний двор и, взяв оружие, печати Сора и кое-какие вещи, отправились вслед за ним. Ночлег, еда и корм для лошадей обошлись бы нам в десять серебряных монет. Но Артур показал медальон, и хозяин понятливо кивнул, хотя и немного скис. Видимо, получать деньги за наше нахождение здесь от местных властей — то ещё удовольствие.

После обеда я, Артур и Анна отправились к зданию местной стражи. Пройдя пару улиц и спросив дорогу у прохожих, мы без труда его обнаружили. Удача была на нашей стороне: капитана местной стражи мы застали на месте. Довольно молодой мужчина встретил нас немного недоверчиво, но, как только понял кто мы и зачем приехали, его отношение стало более радушным. Из разговора выяснилось, что он совсем недавно сменил ушедшего на заслуженный покой старого капитана и немного переживал.

— Да у нас всё спокойно, господа охотники. Разрывов в округе, слава Троим, уже полгода как не было. — Потом он немного задумался: — Ладно, я скажу, что вы сами в мертвецкую попросились.

— В мертвецкую? — У Анны приподнялась одна бровь.

— Да. Я думаю, там есть то, что вас может заинтересовать. Вы посмотрите, а там уж решайте сами.

Мы перешли две улицы от здания стражи и зашли в дверь, за которой была лестница, ведущая в подвал. На помещение явно было наложено заклятие, поддерживающее температуру. Заходя с улицы, даже чувствовался этот перепад, как будто входишь в холодную воду. В подвале прямо на полу лежало четыре тела. Капитан подошёл к крайнему и наклонился.

— Вот, посмотрите. — Он отдёрнул простыню, закрывающую тело.

Перед нами лежал лысеющий полноватый мужчина. На обескровленном сером теле в области живота было два колотых ранения. Но внимание привлекало совсем другое: через шею, задевая ключицу, пролегли четыре рваные раны.

— Любопытно. Как будто на него напал медведь или росомаха с кинжалом, — присев и разглядывая рану, сказал Артур.

— Сначала ударил ножом, а потом добавил лапой?

— Тогда ближе к росомахе. Медведь бы и голову снёс, — поддержал шутку друга я, затем, присев рядом, тоже стал разглядывать повреждения.

— Убитый был аптекарем. Два дня назад его нашла жена, сидящим в луже крови у прилавка. Рядом лежал револьвер, — начал рассказывать капитан. — Коронер сказал, что раны в животе не глубокие и не смертельные, даже внутренние органы не задеты.

— Пули? — оглянувшись, спросил я.

— Все на месте. Жена говорит, что он хранил его под прилавком на всякий случай. Но, видимо, не успел или не смог выстрелить.

— «Так хранил всю жизнь, что уже и перед смертью решил не стрелять», — раздался смешок, который мог услышать только я. Мой вечный спутник со своими едкими замечаниями никуда не делся.

Ещё немного осмотрев труп, мы вышли на улицу, на солнце. Обратный эффект был таким же: удар волной жара, как будто отворяешь заслонку от горящей печки.

— Что думаете делать с убийством? — спросил Артур.

Капитан сделал глубокий вдох и, выдохнув, ответил:

— Будем расследовать как обычное. Шум поднимать не будем, чтобы не пугать горожан.

Было видно, что инструкции по этому делу он уже получил. Ещё немного постояв на улице, мы разделились. Артур с капитаном пошёл в ратушу подписывать бумаги о том, что мы здесь были и в нас не нуждаются. А мы с Анной решили наведаться в лавку, поговорить с вдовой и посмотреть на место убийства.

Постучав в закрытую дверь аптеки, мы стали ждать. Послышался звук приближающихся шагов. Ручка двери повернулась, и нам открыла молодая девушка, старше нас от силы на пару лет.

— Добрый день. — Я показал медальон. — Нам бы хотелось поговорить с хозяйкой аптеки по поводу недавнего происшествия.

— Да, конечно, проходите. — Она отступила от двери, запуская нас внутрь, затем закрыла её и, развернувшись к нам, спросила: — Я вас слушаю.

Я немного опешил, но всё-таки решил уточнить:

— Вы вдова?

— Да, это я. А что вас так удивляет?

— Я думал, вы будете старше. Извините.

— Не извиняйтесь. Я из бедной семьи. Я жила с отцом, он продавал травы аптекарю для лекарств. А потом заболел, и дела у нас стали совсем неважны. Вот он и решил пристроить меня.

— Мы осмотримся?

— Да, конечно.

В лавке не было ничего необычного. Следы крови уже убрали, только мелкие капли на стене ещё свидетельствовали о недавнем убийстве. Не найдя ничего интересного, мы поднялись на второй этаж. Здесь была небольшая гостиная с диваном, двумя стульями и маленьким столиком между ними. Мы с Анной по жесту хозяйки заняли диван, а сама она присела на стул.

— Как я могу к вам обращаться? — приподняв брови, спросил я.

— Лиза.

— Лиза, а у вашего мужа были враги или ссоры с кем-нибудь в последнее время?

— Нет. Ну какие враги у аптекаря? — Девушка утёрла уголки глаз платком.

— Что-нибудь пропало?

— Нет, всё на месте, и я уже всё это рассказывала.

— Как давно вы были женаты? — вступила в разговор Анна.

— Почти два года. Простите, мне нужно попить.

После этого она встала и прошла в соседнюю комнату, вернувшись со стаканом воды. Я заметил, что в её движениях сквозили ловкость и грация, более характерные для тренированного воина, чем для молодой девушки. Она села на свой стул, отпила воды и поставила стакан на стол.

— Какие у вас были отношения с мужем? — не унималась Анна.

Я посмотрел на неё. Обычно я не замечал в ней такого рвения к допросам.

— У меня были прекрасные отношения с мужем. Да, любви, как в сказках, у нас не было. Но я уважала его и была благодарна за всё. С возрастом понимаешь, что это не самый плохой вариант. — Тут у неё заблестели глаза. — Это я нашла его тело, спустившись на шум. Или вы думаете, я разорвала ему шею?!

На последней фразе слёзы у неё катились градом.

— Извините, мы не хотели… — сказал я. Если честно, не выношу женских слёз. — Мы, пожалуй, пойдём.

Я встал и посмотрел на Анну. Та насупилась, но встала и пошла за мной. Мы вышли на улицу и направились в сторону таверны.

— Тебя что-то смущает? — спросил я.

— У жены кто-то есть, — внезапно выдала Анна.

Я удивлённо посмотрел на неё:

— С чего ты решила? Да, она, конечно, не убита горем. Но и я бы на её месте, возможно, тоже не сильно грустил.

— Да дело здесь не в грусти. Ты, Галар, смотришь на всё как мужчина. А ты взгляни с её стороны. Она из бедной семьи, родни нет. Муж погиб. Как жить дальше, непонятно.

— Есть же аптека, проживёт как-нибудь, — неуверенно ответил я.

— Аптека? — фыркнула Анна. — Какой смысл в кузнице, если ты не кузнец? Да и чувствую я, что у есть другой мужчина, с которым у неё роман. Не спрашивай, как. Тебе не понять.

Я внимательно посмотрел на нашу застенчивую Анну. С каких пор она стала разбираться в любовных делах?

— Может, новый возлюбленный и расправился с мужем. Неплохо бы посмотреть на её кавалера. Ладно, пойдём, обсудим твою версию с остальными и решим, что делать.

В таверне Артур сказал, что два дня мы пробудем здесь по просьбе местных властей. Если никому из жителей не разорвут горло когтями, убийством будет заниматься стража, а мы поедем обратно. За ужином Анна рассказала свои предположения. Все решили, что, раз уж здесь торчать два дня, можно и понаблюдать за домом вдовы. Жребий выпал так, что мы с Рудом отдыхаем в первую ночь, а остальные идут наблюдать за аптекой. Я, ни капли не сожалея, пожелал им удачи и, доев ужин, отправился спать с чистой совестью.

***

Встав пораньше, я быстро умылся и разбудил Руда. Мы перекусили на скорую руку тем, что у нас было, так как кухня ещё не работала, и отправились менять ребят. Те стояли в небольшом закоулке: если прислониться к стене одного из домов, был виден вход в аптеку. Сейчас пост нёс Альн, а Артур и Анна сонно кутались в свои плащи, сидя на каких-то ящиках.

— Ну что? — спросил я.

— Пришёл ночью в плаще, прошмыгнул в дверь, — несмотря на усталость, довольно сказала Анна. Её хорошее настроение можно было понять: несмотря на бессонную ночь, она оказалась права.

Я сменил Альна, и они серыми силуэтами выпорхнули из переулка и отправились спать. Руд подошёл и присел на корточки напротив меня.

— Я вот только не пойму: мы выяснили, что есть любовник, но что делать дальше? — зевая, спросил он.

— Есть у меня одна идея. Если не выгорит, просто расскажем страже при отъезде.

Внезапно дверь быстро открылась, из неё вышмыгнула тень и дверь тут же захлопнулась. Человек, вышедший из дверей, пошёл в противоположную от нас сторону. Я невольно подобрался и быстро прошептал Руду, не отрывая взгляда от идущего:

— Если что-то пойдёт не так, поможешь. А так держись позади, чтобы он тебя не видел.

Дождавшись его кивка, я отправился догонять ночного гостя.

Догнать его удалось только на соседней улице. Расстояние между нами было около трёх шагов, и я уже собирался его окликнуть, как он резко развернулся. Пришлось резко тормозить, чтобы не врезаться в него. Я поднял руки в примиряющем жесте.

— Почему вы меня преследуете? — вскинув одну бровь, спросил он.

Я достал жетон охотника, одновременно разглядывая его. Ну что могу сказать: последние сомнения в том, что это любовник, отпали. Именно таких красавцев любят женщины. Высокий, темноволосый, с красивыми хищными чертами лица. А движения и мимика чего стоили! Рядом с его плавностью чувствуешь себя деревянной куклой, дёргающейся на нитках резко и рвано от неумелых движений кукловода.

— Не слишком ли ранний час для посещения аптек?

— Нет неподходящего времени, чтобы позаботиться о своём здоровье. Или это теперь преступление? — снисходительно ответил он.

— Да нет, конечно, не преступление.

Признаться честно, этот тип взбесил меня своей снисходительностью, и все сомнения в моих методах отпали.

— Но больно уж интересная картина получается. Не успело тело мужа остыть, как уже нарисовался такой статный мужчина. А если взять во внимание, что он умер при весьма странных обстоятельствах, то я думаю, что получу одобрение на использование магии менталиста. И, по совпадению, у нас в отряде такой есть. Может, ещё какие секреты всплывут?

О, как я блефовал! Но улыбка его смазалась. Я не стал отпускать инициативу и продолжил:

— Но у тебя всё ещё есть возможность прожить счастливую жизнь. Принесёшь два золотых до завтрашнего обеда, и я забуду о твоём существовании и даже ничего не расскажу местным. Я снял комнату в «Полосатой лошади», крайняя слева. Так что думай.

Он ничего не успел мне ответить. Я отвернулся и зашагал обратно.

***

В небольшой комнате было двое. Она сидела в кресле, а он ходил по комнате, как загнанный тигр в клетке. Его глаза светились жёлтым светом в полумраке.

— Да перестань ты уже ходить туда-сюда, раздражаешь, — сказала она.

Он резко развернулся и сверкнул глазами. Как же она изменилась после того, как приняла дар! Дар его предков, который когда-то достался и ему. Ещё до прихода Троих, когда люди поклонялись животным-богам, лучшие воины племени удостаивались дара. Раньше им гордились, но всё изменилось с приходом Троих, и теперь те, кто ещё не забыл свои корни, вынуждены прятаться в тени. Виктор был одним из немногих, кто ещё носил благословение богини-кошки Сат Аха. В своё время святая церковь сначала уговорами и посулами забрала последователей старых богов, а когда набрала силу, огнём и железом выжгла остатки.

А теперь, когда Лиза стала его женой перед ликом богини, она тоже получила дар. Сначала она оставалась всё той же тихой девушкой, которую он встретил у лавки бакалейщика. А сейчас это уже была тигрица в человеческом обличье. Всё поменялось с первой кровью. Это она в гневе ударила мужа ножом для конвертов, когда он пригрозил донести на Виктора инквизиции, если она захочет уйти. Как он это узнал, для неё до сих пор было загадкой, но и этот молодой охотник тоже как-то догадался. А когда муж схватился за револьвер, она испугалась и в первый раз трансформировалась. Реакция была молниеносной: вот он только что-то кричит и хватается за оружие. Удар — и он, зажимая рану руками, сползает на пол.

— Давай сбежим, вот и всё. Нас не найдут, — прервала его размышления Лиза.

— Всю жизнь провести в бегах? Не такой жизни я тебе желаю.

— Тогда давай просто убьём этого заносчивого охотника.

— Может быть, ты и права. Но если станет известно о выживших воинах Сат Аха, по следу отправят лучших ищеек. И смерть будет только вопросом времени.

— Я думала, воины Сат Аха не боятся смерти? — вызывающе спросила Лиза, чуть привстав с кресла.

Виктор устало посмотрел на неё. Всё-таки она ещё слишком наивна, и ответил спокойно:

— Не боятся. Но если мы оба умрём, что мы принесём богине? Иногда воин должен быть мудрецом. Не переживай, Лиза, я всё улажу.

С этими словами он накинул плащ и вышел на улицу.

***

И вот теперь я тут, в надежде, что моя уловка сработает. Лежу на кровати и прислушиваюсь к шорохам, доносящимся с улицы. Спустя пару мгновений что-то протиснулось в щель между оконными створками и заскребло в поисках запора. Провозился он недолго: подцепив запирающий крючок, ловким движением потянул его вверх. Окно распахнулось, и на пол лёгким, неслышным движением прыгнула тень.

Я был готов к появлению гостей, но сердце бешено заколотилось. Тень сразу замерла. Вот почему всегда у них всё лучше, чем у людей? Сила, слух, зрение, реакция. Почему нет монстров, которых можно просто разогнать громким криком, например? Если Альн не успеет, то шкуру мне подпортят. Надо избавляться от этого авантюризма и начинать думать головой, прежде чем ввязываться в такое. Мысли ураганом неслись в голове, а кровь начала стучать по вискам.

*«Может, ещё какой секрет всплывёт,* — мысленно передразнил я сам себя. ─ *Просто рассказали бы про любовника стражникам, и пускай сами разбираются.»*

Внезапный прыжок тени застал меня врасплох, несмотря на то, что я старался не сводить с неё взгляда. Вот я вижу, как она стоит у окна, я сжимаю рукоять револьвера, моргаю — и там, где она стояла, стало пусто. Тень вытянулась в прыжке, хищно раскинув руки. И, к моему негодованию, Альн не успел выставить щит. Она приземлилась мне на грудь, выбив воздух. Вместе с воздухом вылетели ругательства в адрес Альна.

Удар когтистой лапы пришёлся мне по шее. Когти заскрежетали по «каменной коже», которую я успел активировать. Удар был такой силы, что меня здорово тряхнуло головой. Я судорожно ударил раскрытой ладонью с «касанием молнии», чтобы спихнуть с себя ночного гостя. Я попал ровно в мохнатую грудь. Монстр отлетел на пол, по пути сбивая табурет.

Я успел сбросить ноги с кровати и сесть, когда повторилась атака. В этот раз Альн успел выставить щит: полёт начал замедляться, и приблизившись в упор ко мне, тварь потеряла почти всю скорость. Я не стал терять время и со всего размаха ударил кулаком с «каменной кожей» и зарядом энергии по оскаленной, похожей на кошачью, морде. Получился неплохой такой удар, жаль, без размаха. Тварь отлетела, ударившись спиной об стену.

Я нащупал на кровати выпавший у меня из руки револьвер, направил его в сторону твари и выстрелил. Тень шарахнулась в сторону, и пуля выбила только каменную крошку из стены. Монстр не стал терять время и дать мне прицелиться: вскочил на четвереньки и побежал в сторону открытого окна. Видимо, получив отпор, решил ретироваться. Я сопровождал его прыжки выстрелами, каждый раз немного не успевая. Прыжок твари в силуэт окна — и я по звуку понимаю, что попал. Мне кажется, я успел даже увидеть осколки черепа и брызги, попавшие на раму, прежде чем она выпала вниз. Спустя мгновение — глухой шлепок об землю.

Я встал, подбежал босиком к окну и, аккуратно выглянув, увидел: внизу лежало мохнатое тело, нелепо раскинув длинные лапы.

— Альн, можешь вылезать, — позвал я.

— Знаешь что, Галар? В следующий раз сам лезь под кроватью. Меня там чуть местная живность не сожрала, — вылезая из-под кровати, бухтел он.

— Как скажешь. Я не против полежать и под кроватью, только толку от меня там мало.

При этих словах я повернулся и скривился от боли. Вроде тварь сломала мне пару рёбер своим прыжком.

— Что с тобой? — увидев моё бледное лицо, заволновался Альн.

— Да ничего страшного. Просто в первый раз тварь прыгнула на меня всем весом.

Я кое-как натянул сапоги, и мы спустились во двор. По дороге Альн шикнул на взбудораженного шумом хозяина таверны. Артур, Анна и Руд уже стояли над телом. Они дежурили в доме напротив.

— Как только его заметили, выбежали к вам. Но когда были у дверей таверны, он уже выпал из окна, — поймав мой взгляд, сказал Артур.

Я кивнул в ответ: тварь была чересчур проворной. Я посмотрел на тело. Признаться честно, я не планировал убивать. Мы увидели, как когти втягиваются, а кошачья морда меняется, превращаясь в женское лицо.

— Лиза!

Нас вывел из ступора крик. Это был Виктор. В руках он держал кошель, который звонко звякнул об мостовую, выпав из его рук. Он подбежал к телу и бросился на колени. Схватив её на руки, начал баюкать, гладя по чёрным, сырым от крови волосам.

— Ублюдки! Палачи! — подняв жёлтые глаза, прорычал он. — Я убью вас всех!

С этими словами он вскочил. Артур и Руд только начали поднимать ружья, но Виктор трансформировался очень быстро, и поэтому на мушке уже был монстр, покрытый чёрной шерстью, с кошачьей мордой. Сейчас мне удалось разглядеть всё лучше, и я был уверен: Виктор, как и Лиза, были воинами древнего культа. Не помню, как он назывался, но что-то связанное с богиней охоты.

Мои мысли тут же вернулись обратно с первым выстрелом Руда. Виктор нырнул вниз, вставая на четыре лапы и пропуская пулю над собой, и сразу атаковал ближайшего к нему Альна. Расстояние было близким, и он не успел выставить щит. Виктор одним прыжком сократил дистанцию. Замах лапой с когтями — и воздушный таран Руда снёс обоих, меняя угол атаки Виктора. Удар когтями прошёл ниже намеченной цели и попал по груди. Но силы удара хватило, чтобы отбросить Альна в сторону. Он несколько раз кувыркнулся по земле и затих.

По Виктору одновременновыстрелили из ружей и атаковали двумя фаерболами. Он отпрыгнул от них, но у Руда оказался заряд с дробью, и часть облака попала по задней лапе. Тварь взревела и на четырёх лапах ринулась в атаку. Огненная стена Анны взметнулась между нами и монстром, заставив его поменять направление и уйти вправо. Артур и Руд разрядили барабаны ружей, после чего, отбросив их, достали револьверы, не давая Виктору приблизиться, заставляя его отпрыгивать и вновь начинать атаку.

Так как я свой револьвер разрядил ещё наверху, мне оставалось только накинуть «каменную кожу», достать нож из-за пояса и готовиться принять первый удар, когда он всё-таки сможет подобраться ближе. И вот пули во всех револьверах закончились. Анна ещё раз заставила тварь сменить направление, но и её силы подходили к концу. Где-то неподалёку слышались мужские крики: скорее всего, сюда спешил патруль стражников, так как шум не мог не привлечь их внимания.

Виктор оббежал огненную стену и атаковал нас. Прыжок — и он закрутился вокруг своей оси, пропуская костяное копьё Артура мимо себя. Я побежал ему навстречу, замахиваясь ножом. Столкновение — и он просто снес меня, так что нож выпадал из моих рук. Мы покатились по земле. Я просто обхватил его руками и ногами, прижался к твари что есть сил, и бил «касанием молнии», опустошая весь основной источник.

Злобный рык, и он попытался высвободиться. Как же он был силён! Укусил меня за плечо. Неприятный скрежет: хоть «каменная кожа» выдержала, но я почувствовал, что ещё чуть-чуть, и мои кости треснут. Он сбросил мой корпус на землю, так что я висел на нём только ногами. У меня перехватило дыхание от удара, и яркая вспышка боли в рёбрах парализовала меня.

Я увидел, как водяная плеть обхватывает его горло. И он, вместо занесённого для меня удара, пытается сорвать её с шеи. И в этот же момент из его груди выглянул наконечник костяного копья. Тварь зарычала. Потом замерла и посмотрела мне в глаза.

— Ну, одного я ещё заберу с собой.

И его лапы сомкнулисьна моей шее. В мгновение всё поплыло. Я даже пытался бить его разрядом, используя теневой источник, но он рычал и продолжал душить. Звук выстрела — и хватка ослабела, а Виктор безвольным мешком упал на бок. Я скинул его руки с горла и попытался отдышаться. Анна стояла рядом с опущенным, дымящимся револьвером. Всё вокруг плыло. Я попытался сесть. Краем сознания увидел Артура с хлещущей из носа кровью. Видимо, костяное копьё далось не так просто. Увидел прибежавших стражников. Руда, сидящего на Альне и кричащего что-то про лекаря. Всё как будто через толщу воды.

***

На следующее утро мы никуда уехать, конечно же, не смогли. Альна хоть и подштопал местный лекарь, но круг у мага был только третий, а рана довольно серьёзная. Как минимум, даже после лечащих заклинаний, пару дней ему нужен был покой.

Я сидел на заднем дворе и пожёвывал травинку. Ко мне вышел Артур и сел рядом.

— Ну как всё прошло? — спросил я.

— Понятно, что особо никто не доволен нашим шумом, но поблагодарили с кислыми лицами. Ты же знаешь, что после этого сюда прибудут церковники и ещё кто-нибудь, а это всегда лишние хлопоты.

— А твой источник?

— В норме. Мне говорили, что в первое время может быть такое, — отмахнулся он.

Он посмотрел на меня:

— Ты доволен? Твоя идея сработала, мы нашли убийцу.

Я посмотрел наверх, на яркое солнце, и, прищурившись, ответил:

— Нет. Вместо одного загадочного трупа получили три обычных. Одно бытовое убийство превратили в любовную трагедию. И вроде всё по правилам и по справедливости, но ощущение, что что-то не то.

— —

**Глава 3**

Через пару дней, когда жизни Альна уже ничего не угрожало, мы отправились обратно. Конечно, на козлах он не сидел, а лежал в фургоне, изредка постанывая на больших ухабах. Мои рёбра тоже подлечили, но при резких движениях их всё ещё прихватывало болью.

Вернувшись в город, мы отвезли Альна и Анну домой, а сами отправились заканчивать рабочие дела. Разделились: Артур ушёл на доклад, а мы с Рудом получили деньги за заполненные печати. Триста серебряных монет. Закончив все дела и разгрузив вещи, я с блаженством залез мыться. Когда я смыл с себя дорожную пыль и грязь, мне показалось, что даже дышать стало легче.

Я хотел прилечь поспать, но снизу поднялся Артур и сказал, что прибегал мальчишка и передал мне записку. Неприятные предчувствия сразу поднялись волной откуда-то изнутри и застыли тяжёлым комом в районе груди. Я открыл аккуратно сложенный втрое небольшой листок бумаги.

Записка была короткой, но ёмкой: *«Надо срочно встретиться. Жду за столом». *

Артур смотрел на меня, пока я читал.

— Что-то случилось?

— Нет, всё нормально. Просто мне надо ненадолго отлучиться.

Артур не сводил с меня внимательного взгляда:

— Да, конечно. Но если тебе понадобится помощь, ты скажи.

— Обязательно. И даже не надейся, что я не обращусь.

С этими словами я заткнул револьвер за ремень, накинул куртку и проскочил мимо Артура. До таверны «Плавник» я добрался быстро, но Диар меня опередил и уже ждал за тем же столом, за которым мы разговаривали в первый раз. Днём внутри народу было немного, большинство столов пустовало, но ещё пару часов — и ситуация изменится. Диар потягивал местное пиво, но глаза смотрели сквозь всех: было видно, что мыслями он где-то далеко. Заметив меня, в его взгляд вернулась осмысленность, и он помахал мне рукой.

Я поприветствовал его и сел напротив. Диар хотел начать говорить, но к нам подскочила молоденькая официантка, и ему пришлось подождать, пока она примет мой заказ и упорхнёт на кухню. Диар выдохнул и начал:

— Я узнал, что Вирс нас ищет.

Я скривился, как от зубной боли. Я, конечно, надеялся, что пока им до нас дела не будет, а когда настанет время, мы разберёмся и с Вирсом, и с Толстяком.

— Это точно? — не хватало ещё из-за пустых подозрений навести суету и привлечь к себе внимание по-настоящему.

— Помнишь Гара, мальца, которого мы пока оставили на рынке?

— Да, припоминаю.

— Так вот, он рассказал, что уже неделю как по трущобам нас ищут люди Вирса.

— Неделю? А где он был раньше?

— Не мог никуда отлучиться. Там и раньше было несладко, а теперь вообще всё напоминает рабство.

Я выдохнул и спросил:

— Сколько, по-твоему, у нас есть времени?

— В трущобах не всё так просто, чужих, что-то вынюхивающих, здесь не любят. Так что, если притаимся, возможно, у нас есть ещё дней пять. Они ищут попрошаек, но, возможно, уже завтра им кто-то расскажет о новой банде, и они решат проверить.

— Сколько людей есть у Вирса? — я устало потёр глаза.

— Вместе с ним обычно человек восемь-девять. Но, если нужно, человек пятнадцать крепких головорезов наберёт.

— Ладно, мне нужно подумать. Пока затаитесь, но завтра мы встретимся.

С этими словами я положил серебряную монету за свой заказ, которого так и не дождался: не было ни аппетита, ни времени.

Я шёл домой, а в моей голове рой мыслей перекрывал друг друга. Вообще, идея со второй личностью требовала дальнейшего развития. Не могу сказать, что я до этого не прикидывал различные варианты. Сначала я склонялся к заклинанию иллюзии, но это решало лишь часть вопросов: сильный маг мог заметить наложенное заклинание, что привело бы к нежелательным трудностям в будущем. Тогда я вспомнил о довольно специфичном заклинании из метаморфии — «Зеркало». Популярностью оно не пользовалось, и самая важная причина крылась в ограничении: один круг — один образ.

*«О нет, нет. Что-то мне подсказывает, что причина кроется в том, что пока образ не закрепится в Саду Духа, каждое превращение — это боль. Много боли», * — раздался смех у меня в голове.

— Ну, боль можно потерпеть ради чего-то стоящего, — возразил я, невольно произнеся это вслух, чем привлёк внимание пары прохожих.

*«Ну извини, Галар. Ты сам должен понимать, что маги народ гордый, и не многие готовы после превращения находить себя в луже собственных соплей и слёз». *

Под мои цели оно подходило, хоть и с натяжкой. Я даже готов был бы сейчас раскошелиться. Но в моих карманах, даже после оплаты за наши две печати, было сто с небольшим серебряных (или ползолотого), а заклинание стоило два золотых. Нужно срочно что-то придумать.

*«Конечно, надо придумать. Сможешь наконец стать красивым. А им, красивым, всегда можно чуть больше. Может, даже лишний раз стрелять в тебя не будут, или монстр не станет вырывать такие красивые глаза», * — издевательски хохотнул мой гость.

И вдруг в голове блеснула идея. Настолько дерзкая, что граничила с идиотизмом. Но тяжёлые времена требуют решительных действий. С этими мыслями я свернул на боковую улицу в направлении рынка. Мне срочно нужна была новая одежда.

***

В лавке «Корстон и сыновья» звонко брякнул колокольчик, свидетельствуя о новом клиенте. «Множество заклинаний в самые короткие сроки» — именно так гласила вывеска на входе.

В лавку зашёл довольно типичный уроженец Сартувийских островов: яркий полосатый халат, не менее яркий плащ, на голове намотан национальный головной убор. Но что было особенно характерно — это подкрашенные чёрным глаза. Если бы нужно было кратко охарактеризовать жителей этой части империи, подошли бы слова: торговцы, авантюристы, любители женщин. Весь спектакль был придуман мной на ходу и опирался на одну из ключевых человеческих слабостей — жадность. Так как магия метаморфов очень специфична и не пользуется большим спросом, не так много людей создают эти заклинания. А если говорить конкретно, то только один человек в этом городе делал такие свитки, и он работал не здесь.

— Чем могу быть полезен? — прямо передо мной материализовался довольно любезный продавец с хитрым прищуром.

Я, слегка прищурившись, максимально попытался изобразить характерный для островитян акцент, меняя интонацию так, чтобы каждая фраза могла быть вопросом:

— Мне срочно нужно одно заклинание.

— Ну, это вы как раз по адресу. Что именно вас интересует?

— «Зеркало».

— Может, вам лучше выбрать заклинание иллюзии?

— Не подойдёт, — огорчённо ответил я, всплеснув руками. А затем доверительно наклонился к нему поближе и, понизив голос, сказал: — Влюбился я в одну красотку, просто бархат моих снов. А её отец меня на дух не выносит. И обещал вывернуть меня наизнанку, если приближусь к их дому хоть на выстрел. Тысяча бед на мою голову.

— Тогда, может, вам лучше что-то из щитов?

— Какие могут быть щиты от разочарования всей моей жизни? — здесь я закатил глаза к потолку. — Он маг пятого круга. Мой щит будет для него как пергамент для клинка. А репутация у него человека слова и дела.

Продавец продолжал слушать меня, но поглядывал как на идиота.

— Завтра в полдень отплывает мой корабль. И мне нужно заклинание, чтобы я мог его освоить за время дороги. — Тут я манерно заломил руки. — Я же умру, если не увижусь с ней! Я всё понимаю, что заказ сложный, но я заплачу в полтора раза больше. Вот задаток, а завтра принесу остальное.

С этими словами я бросил на прилавок увесистый кошель со ста двадцатью серебряными монетами. Последние пятнадцать монет пришлось доставать из небольшого тайника на чёрный день. Осталась у меня привычка из прошлой жизни делать запасы. Кошель весело брякнул монетами о прилавок. Взглянув в глаза продавца, я увидел, как он подсчитывает, сколько он может оставить себе, а сколько отдать изготовителю. Расчёты происходили мгновенно.

— Всё будет сделано, и завтра мы ждём вас. — Он провёл рукой, и кошель как будто испарился.

Я, довольный, поблагодарил его и вышел на улицу. Всё, на удивление, прошло как по нотам. Завтра, конечно, предстоит вторая часть спектакля, но там, независимо от результата, я буду в любом случае в плюсе. Я встал у торца здания, и спустя буквально пару минут из дверей выбежал мальчишка и побежал с моим заказом к исполнителю.

Я перешёл дорогу и поймал экипаж. Назвав извозчику адрес, залез внутрь и откинулся на жёсткую спинку. Хоть дорога была и недолгой, накопившаяся усталость дала о себе знать. Я даже не заметил, как меня немного укачало, и я задремал. Резкая остановка вернула меня в реальность не самым приятным образом. Я вылез, заплатив остатками денег извозчику, и стал ждать. Я огляделся по сторонам: ничего необычного, середина рабочего квартала. Дома здесь, как и жители, не отличались богатством, но и бедностью здесь тоже не пахло.

Какое-то время я ещё разглядывал окружающую местность, как увидел, что в конце улицы появилась знакомая кепка. А парень-то спешит, я ждал его чуть позже. Спустя буквально минуту он пробежал мимо меня по противоположной стороне дороги, весь красный и разгорячённый от бега. Пробежав два дома, он заскочил на крыльцо и забарабанил в дверь. *Да, Галар, в такой расчёт можно и влюбиться.* После того как он зашёл внутрь, я отправился домой пешком, так как денег у меня уже совсем не осталось.

У самых дверей я столкнулся с Анной и Артуром. По их лицам можно было прочитать как по открытой книге, что у них есть вопросы к тому, как я выгляжу. Когда я уходил из дома в таком виде, мне удалось ни с кем не пересечься: никого из ребят не было дома, а наши соседи съехали ещё когда мы были в первом патруле (так, кстати, и не удалось с ними познакомиться).

— Галар? — удивлённо спросила Анна.

Я поднял правую руку, останавливая все расспросы. После чего, протискиваясь побыстрее в дверь, сказал:

— Я всё объясню, но чуть позже.

Они переглянулись, но расспрашивать не стали, и я спокойно отправился в свою комнату. Да, так долго продолжаться не может, скоро придётся придумывать какое-то объяснение всем моим странностям. С этими мыслями я скинул одежду, с трудом отмыл подводку и завалился на кровать.

***

Проснувшись вечером, я с ужасом обнаружил, что проспал встречу с Диаром. Выскочил из кровати, быстро оделся, схватил револьвер и, пролетев по ступеням, почти их не касаясь, оказался на улице. Денег на извозчика не было, и пришлось бежать. Не хватало ещё того, чтобы всё провалилось из-за того, что я проспал. Добежав до назначенного места, я чётко чувствовал привкус железа во рту, а лёгкие норовили покинуть тело.

«Да пошло оно всё в Бездну», — в сердцах выругался я.

Я, конечно, понимал, что Диар уже, скорее всего, ушёл, но надежда не оставляла меня до последнего. Увидев пустой закоулок, я всё-таки расстроился. Но отступать сейчас не было никакой возможности. Одиночная прогулка по ночным трущобам была тем ещё мероприятием. Кстати, интересно, как Диар приходил? Или парни ждали его где-то неподалёку? И я, проверив револьвер ещё раз, отправился в путь.

Пару раз приходилось останавливаться и пережидать в тени идущие навстречу компании или обходить подозрительных личностей. Для верности я ещё накидывал «ауру тени». Но моя незаметность сыграла со мной злую шутку. Весёлую компанию из человек пяти я услышал раньше, чем увидел. Я встал в угол между домами, где тени были гуще, и, накинув ауру, замер. В нос бил неприятный запах: видимо, здесь часто останавливались путники чтобы справить естественную нужду. Я поморщился. *Ну ладно, и не такое терпели.*

Компания появилась из-за поворота, распевая песни. Один из гуляк откололся и, чуть наклонившись вперёд, двинулся в мою сторону. Я до последнего надеялся, что он всё-таки найдёт другое место, но нет: он остановился прямо передо мной и начал расстёгивать штаны. Я начал прикидывать в голове, что лучше: отшагнуть в сторону или просто оттолкнуть его, чтобы он упал.

Как мой внутренний голос всё решил за меня.

*«Что?! Чтобы какая-то шваль обоссала мага?! Не бывать такому!»*

После этих слов правая рука начала жить своей жизнью. Мужик только-только нашёл то, что искал в штанах, как получил прямой удар в грудь с «касанием молнии». Так он и пролетел метра три, держась одной рукой за своё хозяйство. Приземлившись в лужу, он обрызгал остальных. И, воспользовавшись неразберихой, я решил ретироваться.

***

*«Цинк». * Маленький камень ударил в окно комнаты Диара. Я решил, что зайду в дом только в крайнем случае. Пауза. Ничего не происходило. Тогда я подобрал ещё один камень, размах и: *«Цинк»*.

Вроде задвигались тени. Затем окно на втором этаже распахнулось. Диар аккуратно выглянул и начал всматриваться в темноту. Я помахал рукой, чтобы он меня заметил. Он сосредоточил взгляд и, видимо, узнав меня, кивнул головой и закрыл окно.

Ждать мне пришлось недолго. Диар вышел из дома и направился в мою сторону. За ним высунулся, если мне не изменяет память, Иль, и что-то спросил. Диар махнул ему рукой, и тот закрыл дверь.

— Я подумал, что что-то случилось, когда ты не пришёл. С утра думал тебе письмо отправлять.

— Всё в порядке. Просто всё пошло немного не по плану.

Затем я объяснил Диару, что от него и парней требуется. Он внимательно слушал, кивал и задал пару уточняющих вопросов.

— Времени у нас мало, поэтому у вас сегодня бессонная ночь.

Диар в ответ лишь пожал плечами:

— За нас не беспокойся, потом отоспимся.

Ещё раз напомнив Диару, чтобы не было никакой крови, я отправился домой.

***

Яркие лучи утреннего солнца пробивались через окно. Увор встал из-за стола и потянулся, разминая застывшие от долгого сидения мышцы. Ему пришлось не спать всю ночь, но оно того стоило. Заклинание составлено и готово к передаче заказчику. Он был рад заказу: не так часто кому-то интересны заклинания метаморфии или аниморфии, а тут выпал удачный шанс заработать.

Сознание было слегка мутным от расчётов и усталости от бессонной ночи. Всё-таки он уже не молод, и годы берут своё. Но надо ещё чуть-чуть потерпеть, отнести заклинание в лавку Корстону, забрать свои деньги, и можно будет выспаться. Выйдя на улицу и закрыв за собой дверь, он отправился в направлении рынка. Это был самый короткий путь к лавке, расположенной у самой границы с Верхним городом.

На улице людей было немного, но совсем скоро всё изменится, поэтому Увор спешил, чтобы не толкаться с рабочими, идущими на мануфактуры. Ему с самого детства не нравились скопления людей, и он старался не соприкасаться с ними без лишней необходимости.

Почти добравшись до моста, чтобы пересечь реку, он увидел крытый фургон, застрявший колесом в выбоине. Двое подростков пытались его вытянуть, но у них никак не получалось. Не хватало сил, чтобы его приподнять, да и с запряжённой лошадью они не могли сладить. Тот, что помладше, утирал бегущие градом по щекам слёзы, размазывая по лицу грязь.

— Отец нас убьёт, если мы не успеем приехать!

— Да не ной. Сейчас что-нибудь придумаем.

Тут Увор встретился с ним глазами.

— Помогите, пожалуйста! Нам срочно нужно ехать, товар пропадёт, отец с нас шкуры спустит! — Тот, что ревел, ещё больше разрыдался и в унисон добавил: — Помогите!

Увор сначала хотел пройти мимо, но потом тяжело вздохнул: *от минуты ничего не изменится.*

— Ладно, давай вместе. А ты, малой, иди и тяни лошадь за уздцы.

После чего он подошёл к углу телеги и, взявшись поудобнее, потянул вверх. Он увидел, как колесо начало подниматься из выбоины. Краем глаза уловив резкое движение теней, он хотел отшатнуться. Но все мышцы были напряжены, и он не успел. Резкая боль в затылке. Картинка замерла. Всё стало каким-то непонятным: что за колесо, что он здесь делает и кто он сам. Этот калейдоскоп мыслей проводил его в темноту забвения.

Диар с Илем высунулись из глубины фургона и затащили под руки бессознательное тело внутрь.

— А с виду такой худой, — пыхтя, пожаловался Иль.

Сова спрятал чулок, набитый песком, и подтолкнул обмякшее тело снизу. После того как Увор был проглочен фургоном, как огромной змеей, он заскочил на козлы.

— Ну и здоров ты, Мышонок, рыдать.

Тот в ответ спокойно вытер слёзы и улыбнулся:

— Так подавали больше.

После чего дёрнул вожжами и лошадь спокойно вытащила фургон из ямы, не спеша потащив его дальше.

***

Колокольчик лавки звонко брякнул, когда я зашёл внутрь. И снова продавец появился рядом со мной как по волшебству.

— Здравствуйте, здравствуйте! Присаживайтесь, скоро ваш заказ принесут.

Вместе с этими словами он нервно взглянул на висящие на стене часы. Я понимал, что его беспокоило: ведь заказ уже давно должен быть тут, а отправленный проверить мальчишка постучал в закрытую дверь и, никого не обнаружив, вернулся обратно. Вот он и тянет время в надежде, что заказанное заклинание всё-таки принесут.

— Вы можете пока оплатить остаток.

— Знаете, как говорят у меня на родине? Заплатить задаток вперёд — это доверие. А заплатить всё вперёд — это путь дурака.

С этими словами я сел на предложенное мне кресло. Продавец немного скорчился, но настаивать не стал. Я немного подождал и начал поглядывать на часы и нервно ерзать, изображая боящегося опоздать на корабль путешественника. На мои вопросы продавец меня уверял, что мой заказ вот-вот принесут.

Прошла четверть часа, и дверь в лавку открылась. Зашли двое посетителей. По одежде было заметно, что с деньгами у них проблем нет. А я ещё думал, что продавец вчера мне улыбался. Здесь он превзошёл сам себя. У моего спектакля появились зрители, и такой шанс нельзя было терять. Всё-таки один на один торгаш мог упереться и не вернуть залог, сказав приходить завтра или жаловаться в гильдию, зная, что мне надо уплывать. Такой вариант событий я держал в голове, но и в таком случае я бы не остался в накладе.

Я вскочил и возмущённо вскрикнул:

— Да сколько это может продолжаться?! Клянусь своим родом, что здесь нет хозяев своего слова!

Двое посетителей, мужчины представительного вида, любопытно посмотрели на меня. Кислая гримаса на лице продавца явно свидетельствовала, что я попал прямо в яблочко. И разгорающийся скандал ему был совсем не нужен. Такая прекрасная в начале сделка обернулась прахом. Мало того, что этот долбаный Увор куда-то пропал с заказом, так ещё и этот «недоделанный любовник» собирается устроить непонятно что. Надо было спасать ситуацию, а самое важное — деловую репутацию.

— Ну что вы шумите, сейчас всё принесут, — попытался успокоить меня продавец.

— Вы мне это уже говорили! Мне некогда ждать, мой корабль вот-вот отплывёт. Вы взяли деньги, вы обещали!

Здесь я уже перешёл на крик и вскочил на ноги.

— Верните мне задаток, и я ухожу!

Один из покупателей хотел уже уйти, но второй, явно заинтересовавшись разгорающимся скандалом, что-то шепнул первому на ухо, и они остались наблюдать.

Продавец тяжело выдохнул, но не стал спорить и достал из-за прилавка кошель, суетливо протянув его мне. Было видно, как ему тяжело расставаться с деньгами.

Я взвесил кошель в руках и удивлённо посмотрел на него, вскинув брови. Понизив голос так, чтобы слышать мог только он, я сказал:

— Здесь не хватает трети.

О, если бы взгляд мог убивать, то я был бы уже мёртв. Его глаза буквально метали молнии, и куда-то пропала его вечная улыбка. Он прекрасно знал, что это был мой кошель и там всё было на месте. И в ответ на такую наглость его хватило только злобно прошипеть:

— Здесь всё на месте!

Я решил не отступать и доиграть до конца, тем более мой кошель уже у меня в руках. И, не отводя взгляда, я так же полушёпотом продолжил:

— Вы не сдержали слово, и здесь теперь не хватает трети.

Он быстро отсчитал сорок монет и протянул их, всё так же шипя:

— Убирайся на свои вонючие острова или тебе переломают ноги уже к вечеру.

Я забрал монеты и, развернувшись, поклонился посетителям, проходя мимо них. Колокольчик весело звякнул, провожая меня из лавки. Уже в открытой двери меня окликнул посетитель, который заинтересовался нашим разговором.

— Уважаемый?

*«Ну, тебе-то что надо?«* — про себя взвыл я, а вслух сказал:

— Да?

— *Ист гор тарус длан*, и удачного плавания.

Мужчина лишь заинтересованно смотрел на меня, ожидая моего ответа. Первая часть фразы была на наречии островов, и я её, конечно же, не знал. Что-то нужно было делать. Я учтиво поклонился в благодарность за пожелание. Он склонил голову в ответ.

Я вышел на улицу. *Неужели пронесло?* Судьбу я испытывать дальше не стал и нырнул в ближайший переулок, оглядываясь, чтобы никто не шёл за мной следом. Ещё пару раз свернув и найдя тихое место, я стянул с себя халат и головной убор и выбросил их в кучу мусора неподалёку. Умылся из рядом стоявшей бочки с дождевой водой. И когда на руках перестали оставаться чёрные пятна от подводки, отправился к трущобам.

Сто шестьдесят серебряных монет весело звякнули у меня за пазухой. Я был ужасно доволен собой. Если остальная часть плана пройдёт так же, это будет великолепно.

Диар уже ждал меня у лестницы, ведущей в квартал трущоб. Он молча передал мне сумку. Внутри было заклинание, а также пара заметок, касающихся его изучения. Было видно, что он тоже очень доволен своей работой.

Я бегло пробежался глазами по заметкам и спросил:

— Живой?

Диар улыбнулся и ответил:

— Как видишь.

Я поднял взгляд от листов и посмотрел на него:

— Да не ты.

Улыбка так и осталась на его лице. Видимо, он сразу понял, про кого я спрашиваю, и решил немного поострить:

— Живой, живой. Всё как договаривались.

Я сунул листы за пазуху, отдал сорок серебряных монет Диару. Тот не спеша убрал их и посмотрел на меня, ожидая дальнейших указаний.

— Пришли мне посыльного дня через два, а лучше три, если ничего не случится. И пока лишний раз не высовывайтесь, нам важен каждый день. И помнишь, что я тебе говорил по поводу кого-нибудь из людей Вирса?

Тот понятливо кивнул, и мы отправились каждый в свою сторону.

Глава 4

На обратной дороге я заскочил в аптеку и, отдав десять серебряных, забрал кулёк сушёных листьев Болотной Норлеи и порошок из корней Некапии. Вторым местом была лавка алхимика, где я отдал сто серебряных за пузырёк с мутноватой красной жидкостью.

Придя домой, я выложил всю свою добычу на кровать. Прочитав заклинание и сверившись с заметками, приступил к практике. Первые попытки не принесли никаких результатов, но на пятый раз мне удалось поменять цвет одной фаланги пальца. Она стала фиолетовой, почти чёрной. Я испугался, отпустил энергетическую конструкцию заклинания, и всё вернулось как было.

— Так, вроде получилось, — вслух произнёс я. — А значит, пора.

С этими мыслями я взял пузырёк, открыл пробку и выпил содержимое одним залпом. Штука, конечно, дорогая, но очень уж она ускоряет появление древа заклинания в Саду Духа. Я менял цвета кожи и глаз, длину ногтей, стараясь не удерживать образ, а рассеивать его, как только удастся, экономя энергию.

К вечеру настало время более решительных действий. Сначала я заварил листья Норлеи, одновременно перечитывая заметки, чтобы ничего не упустить. Отвар имел горький вкус, а самое неприятное — вязал рот так, что хотелось постоянно высунуть язык. Но боль он притуплял хорошо, что сейчас мне и требовалось.

Взяв с кровати одну из деревянных палочек, я обернул её тканью и зажал между зубами. Первой была рука. Я сосредоточился, создал контур и начал менять. Укол боли был терпимым. Она даже не нарастала, видимо, отвар отлично справлялся. Затем резкая вспышка снесла барьер нечувствительности. Мои зубы впились в дерево, а из глаз брызнули слёзы.

Я даже хотел всё прервать и отступить, но не успел: потерял сознание и знатно приложился лбом об пол, о чём очень красноречиво говорила здоровая шишка посередине лба. После ещё двух попыток мне захотелось отбросить идею с освоением этого заклинания.

— «Да, сдайся прямо сейчас», — едко хмыкнул голос в голове.

— Отвали, и без тебя паршиво, — огрызнулся я в ответ.

После чего прошёл к кровати, взял щепотку корней Некапии и отправил себе в рот. На вкус — как земля. Судя по моим расчётам, энергии двух источников вместе с ним должно хватить.

Уснул я под утро, когда израсходовал всю энергию и половину запаса корня. Рядом лежала измочаленная деревяшка, а заметки были спихнуты на пол. Это был глубокий сон без сновидений.

Проснулся я от настойчивого стука в дверь. С трудом поставив ноги на пол, проковылял к выходу. Стук не прекращался.

— Да иду я, иду. — Признаться честно, мне было всё равно, кто там и что случилось. Голова раскалывалась, а я чувствовал себя хрупким, будто состоял из стекла.

За дверью стоял Руд. От него веяло энергией. Как же я ему сейчас завидовал.

— Мы собираемся на рынок, ты пойдёшь с нами? — Затем он присмотрелся ко мне. — Галар, как ты себя чувствуешь? А то выглядишь довольно паршиво.

— А чувствую себя ещё хуже. Что-то мне нездоровится сегодня.

— Ладно, мы принесём тебе что-нибудь, — с этими словами он развернулся и направился вниз.

Я с трудом прикрыл дверь и, оперевшись спиной на косяк, старался прийти в себя. Но как только вспомнил, что мне предстоит, застонал и сполз вниз по стене.

Мальчишка прибежал вечером на третий день. Но уже не за моей запиской, а с сообщением от Диара. Заплатив парню пару медяков и отпустив его, я поднялся наверх. Откинул барабан револьвера, ещё раз убедился, что он заряжен, и прицепил нож сзади к ремню. Снял плащ с вешалки, подхватил с пола уже собранную сумку со всем необходимым, спустился вниз и вышел на улицу. Солнце уже клонилось к закату, освещая город поверх крыш и делая тени у земли более глубокими. Пройдя две улицы, я заметил экипаж и помахал рукой. Откинувшись на спинку сиденья и закрыв глаза, я отправился в Сад Духа.

В моём саду ничего не изменилось, но я одним прыжком оказался у источника и сделал шаг вперёд. Вышагнул я из источника уже в Теневом. Именно здесь был результат моих мучений. Новое древо, совсем ещё небольшое и неокрепшее. Его серая кора текла в разных направлениях, постоянно меняя

форму. Теперь я был готов создать первый образ.

Экипаж остановился за улицу от трущоб, и дальше мне пришлось идти пешком. Диар встретил меня в переулке, недалеко от своего дома. Когда я подходил, то видел, что он натянут как струна и нервно переминается на месте. Увидев меня, он немного расслабился.

— Всё в порядке? — спросил я.

— Сейчас сам всё увидишь. Пойдём, здесь недалеко, — и направился вглубь переулка.

Я, накинув капюшон поглубже, последовал за ним. В конце мы пролезли в дыру в покосившемся заборе и оказались перед заброшенным домом. Стараясь не отстать от Диара, я поднялся по обгоревшему крыльцу и прошёл в ещё не обвалившуюся часть здания. В комнате, кроме нас, было трое. Двое парней стояли над третьим. Лиц из-за темноты мне было не разглядеть.

— Риз, Сова, отправляйтесь осторожно домой и скажите остальным приготовиться. — Один из силуэтов лишь кивнул, и они вышли, пройдя мимо нас.

Волосы у сидевшего слиплись от крови, а во рту был вставлен кляп, но это никак не мешало ему кидать злые взгляды. Диар зажёг факел и, потянув пленника за волосы, сказал:

— Познакомься, этот кусок дерьма — самый молодой из людей Вирса.

Диар явно испытывал к нему довольно однозначные чувства.

— А зовут его Золь. С утра увидели, что следит за домом. Какое-то время наблюдали, один он или нет. Ну а потом Сова с Ризом сюда его притащили.

— Что говорит?

— Молчит, ничего не рассказывает. Я парням запретил сильно допрашивать, помня, что он тебе нужен в более-менее приличном виде.

— Да Золь, ты просто подарок судьбы, избавил нас от лишних хлопот. — Изначально я думал незаметно захватить кого-нибудь из людей Вирса у рынка. Но после пары вопросов, возможно, сойдёт и он. — Ну что, давай немного поговорим.

С этими словами я с трудом вытащил тряпку из его рта. Золь размял челюсть, двигая ею вперёд-назад, затем сплюнул кровавый сгусток, и следующее, что я услышал, были проклятия, перемешанные с обещаниями, что он с нами сделает, когда выберется отсюда. Надо признать, парень был не робкого десятка. Ему от силы было лет двадцать. Но, несмотря на молодость, печать порочного образа жизни наложила след на лицо, а в первую очередь на глаза. Это редкость: смотришь и понимаешь — спиной к этому человеку лучше не поворачиваться. Оборвав гневную тираду на полуслове, я с силой затолкал кляп обратно.

Затем прямо перед его лицом зажёг демоническую руку. Специально так, чтобы он её увидел и ощутил жгущую ауру, но пока без какого-либо вреда. Надменный блеск в глазах сразу сменился страхом.

— А теперь, если ты не хочешь, чтобы я вырвал твою жалкую душонку, ты ответишь на все мои вопросы. Кивни, если понял? — С этими словами я положил руку ему на запястье.

Глаза парня наполнились слезами, крик заглушил кляп, только ноги судорожно дёрнулись, роя пятками землю. Я убрал руку, и он замер.

— Ты понял меня или спросить ещё раз? — Я снова протянул руку к его запястью.

Тот быстро, почти судорожно закивал.

После короткой беседы Золь поведал нам, что сегодня была их очередь прочёсывать трущобы. Утром им рассказали о новой банде и даже дом показали. И эти два старых козла посчитали, что сделали достаточно, и отправились в таверну. Золь решил остаться и наблюдать, а с пьянчугами бы вечером Вирс разобрался. Он злобно сплюнул.

В голове раздался едкий комментарий: *«Вот что бывает, когда отрываешься от коллектива». *

Я внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы и одновременно доставал всё необходимое из сумки. Аккуратно вынул лист с уже нарисованной печатью. Дальше один за другим стали появляться мои постоянные спутники последних дней: обезболивающее, деревянная палочка, заметки по метаморфии и, наконец, бритва. Я расположился за спиной Золя, чтобы не сбивать его рассказ.

— В принципе, я узнал всё, что мне было интересно.

Диар без слов запихал кляп ему обратно в рот.

— Давай его перетащим, — мотнул я головой в сторону немного покосившегося опорного столба.

Мы проволокли его пару шагов под руки и прислонили спиной к опоре.

— Так, засунь факел сюда и держи его голову, чтобы не дёргалась.

Диар потянул за волосы назад так, что голова парня с глухим стуком ударилась о деревянный столб, а к горлу приставил нож.

— Только дай мне возможность, — прошипел Диар ему на ухо. — Или ты думаешь, я не помню, как ты со своими дружками просто ради забавы облил маслом старика Хоркоса и поджёг?

Теперь мне стала понятна неприкрытая ненависть Диара. Тот замычал в ответ. Диар больше ничего не сказал, просто немного ослабил хватку, голова подалась вперёд, а затем резко потянул назад. Она опять ударилась о столб, отчего Золь болезненно скорчился.

Я открыл маленький флакон с отваром, который приготовил дома. За последние дни я уже привык и к терпкому вкусу, и к вяжущему ощущению, и даже находил в этом какое-то удовольствие. Осушив флакон двумя глотками, бросил его обратно в сумку. Присев напротив Золя, посмотрел на него:

— У меня для тебя есть хорошая новость: мне будет гораздо больнее, чем тебе.

Я поднялся, вставил деревянную палочку между резцами. Задача стояла не из простых — не потерять сознание при трансформации, иначе весь план пойдёт прахом. Наложил лист с печатью ему на лицо и, придерживая его одной рукой, бритвой сделал пару аккуратных порезов в нужных местах, чтобы печать пропиталась его кровью. Затем провёл лезвием по своей руке, державшей бумагу. Моя кровь тугими каплями упала на лист.

Затем я сосредоточился, активировал заклинание, вливая энергию в печать. Резкая боль пронзила тело, от кончиков пальцев прошла через позвоночник и свела мышцы так, что невозможно было пошевелиться. Я упал на четвереньки — не знаю почему, но в какое-то мгновение мне показалось, что найду там спасение. Кости ломились, смещались только в известном им направлении, скрежетали друг о друга. Стиснув зубы на палке и вцепившись руками в землю, я не то рычал, не то скулил. Надеюсь, рычал. Я был бы рад потерять сознание, но, видимо, в печати это было предусмотрено, потому что моё сознание даже не делало намёка на то, чтобы покинуть меня.

Затем всё закончилось так же внезапно, как и началось. Слава Троим, это длилось недолго. Сначала я увидел пол и понял, что на него что-то капает. Через мгновение осознал, что это мой пот со лба. Вся одежда была сырой, будто я окунулся в воду. Я поднял голову и, сфокусировав зрение, посмотрел на Диара. Его испуганные глаза на выкате говорили о многом: он даже отпустил голову Золя, хотя тот таращился ещё больше.

— Ну? — прохрипел я.

— Если бы я не видел всё своими глазами, никогда бы не поверил, что это ты, а не он.

Поднявшись с земли и немного пошатываясь, я проверил источник и остался доволен: энергия не уходила. А это значит, создание первого образа увенчалось успехом.

— Он нам ещё нужен?

— Только его одежда.

Спустя час я бежал у рынка, направляясь в нужный дом, чтобы разыграть свои карты максимально достоверно и создать у Вирса ощущение, что нужно спешить. Под мышкой у меня был кувшин с вином, разбавленным отваром Некапии. С алкоголем это растение давало довольно неоднозначный эффект.

Вот и нужный дом. Дальше ориентироваться пришлось только по рассказам. Надеюсь, описания, данного Диаром, мне хватит, чтобы не проколоться с разбега. Я заскочил на крыльцо, дёрнул тяжёлую дверь. В меня сразу шибанул запах кислого вина, пота и жареной капусты. За столом посередине комнаты сидело человек пять. Пили вино и играли в кости. Вирса среди них не было. Поймав на себе заинтересованные взгляды, только переступив порог, я заорал:

— Нашли! Нашли!

— Ты, Золь, суету не наводи, а рассказывай по делу: кого и где нашли? — спросил один из сидящих, не отрывая взгляда от костей.

Судя по рассказам Диара, это был Гун, правая рука Вирса и тот, с кем могли возникнуть проблемы. Уже побитый жизнью старый пёс был осторожен и мог не дать Вирсу кинуться ночью в трущобы.

— Мы нашли попрошаек в трущобах.

— Вирс у себя?

— Подожди, не торопись. Расскажи нам всё с самого начала. И что у тебя за кувшин?

В этот момент Вирс спустился по лестнице. *О нет, старый хрыч, ты мне ничего не испортишь,* — подумал я. И начал рассказывать. История была правдой наполовину. Как мы узнали о новой банде, как Седой с Шоном отправились в таверну. Как Золь, то есть я, остался наблюдать за домом. И что я уверен, что видел Диара. А вот дальше моя история была ложью. Рассказал, что к вечеру начался какой-то переполох и Диар с людьми стали грузить телеги. Как два старых козла вернулись вдрызг пьяными, и пришлось оставить их наблюдать за домом, а самому бежать сюда.

— А что за кувшин? — не унимался Гун.

— Это я у них забрал, и то еле на ногах стояли.

— Так собираемся! Поднимайте всех, кого можно, и вперёд!

— Вирс, давай подождём до утра. Что-то предчувствие нехорошее.

— Да эта пьянь их проспит, и они свалят. А Монета потом с меня шкуру спустит, — огрызнулся Вирс.

Один из сидевших за столом потянулся к моему кувшину.

— А ну завязывайте жрать, нужно ещё сегодня поработать, чтобы я был последним, кто сядет в фургон.

Всех, кроме Гуна, как ветром сдуло. Кувшин с вином остался сиротливо стоять на столе. Я выругался про себя и лихорадочно стал искать выход из сложившейся ситуации, оглядываясь по сторонам.

— А тебе что, особое приглашение надо? — посмотрел на меня Вирса.

Я помотал головой и выпорхнул на улицу от греха подальше.

В фургон нас залезло восемь человек. Вирс с Гуном были на козлах, и мы тронулись по направлению к трущобам. В суете сборов я заскочил на кухню, но кувшина уже не было на столе. Не знаю, сколько человек выпили из того кувшина и пил ли кто вообще. Но мне не улыбалось, чтобы мой план провалился, и я в последний момент, найдя бутылку рома на кухне, прихватил её с собой. В полутьме качающегося фургона я сгрёб из внутреннего кармана последние пять листков Некапии и начал быстро их жевать, скатывая в плотный травяной комок. Как только закончил, пришло время рома. Я потихоньку достал бутылку и откупорил. Сделал это незаметно, но запах крепкого рома почуяли почти все.

— Золь, если Вирс унюхает, он тебе и сломать что-нибудь может.

— От глотка ничего не будет! — Я сделал вид, что пью, а сам пропихнул языком травяной комок в бутылку. Но после этого мне в горло резко полилась ядрёная жидкость, отчего я невольно поперхнулся и закашлялся.

— Рано тебе ещё такое пить, — хохотнул кто-то.

— Ладно, от глотка действительно ничего не будет, — чья-то рука забрала у меня бутылку.

Бутылка быстро сделала круг и вернулась ко мне почти пустой. Все были разгорячены предстоящим весельем. Для них подростки-попрошайки — не соперники, а развлечение. Люди Вирса начали хмелеть, но пока ещё недостаточно. Главное, чтобы Некапия успела подействовать в полную силу к нашему приезду.

— Золь! — послышался стук по крыше фургона. — Вылезай и показывай, куда ехать!

Я уселся на козлы и стал показывать дорогу, естественно, не самую прямую и короткую. Просто на всякий случай: бережёного и Бог бережёт. И вот мы заехали в нужный переулок.

— Если пройдём до конца, там хорошо будет виден их дом. Да и наши пьянчуги там сидят.

Гун остановил лошадей. Вирс спрыгнул на землю и поколотил по фургону.

— Приехали, вылезайте!

Все стали выходить. Крайним вылез седой и потрепанный жизнью мужик. Он стоял на согнутых ногах и придерживался за фургон. Видимо, этот парень очень любит ром. Остальные делали вид, что всё в порядке, но по движениям было понятно, что координация им даётся с трудом. Про себя я отметил, что не зря немного подзадержались.

— Гун, пригляди за фургоном, а мы посмотрим, что там.

Мы зашагали за Вирсом в темноту, оставив фургон в тусклом свете фонаря на углу. Шум наших шагов прервал характерный звук, тот, когда желудок человека пытается избавиться от лишнего. Первой ласточкой был всё тот же седой.

— Морн, скотина, когда ты успел так нажраться? Когда-нибудь я пристрелю тебя как псину! — Вирс был в ярости, но подходить не стал.

Морн попытался что-то ответить, но не смог: его речь прервал ещё один приступ рвоты. Вирс брезгливо поморщился:

— Оставьте это пьяное дерьмо, заберём на обратном пути.

После чего зло сплюнул на землю и зашагал дальше. Пройдя ещё немного, в свете луны стали различимы два силуэта по

разным сторонам переулка. Они сидели, прислонившись плечами к стене, и смотрели в противоположную от нас сторону.

— Вот их дом, — подойдя к Вирсу, я указал пальцем. Отсюда отлично было видно, что в окнах горит свет.

Вирс подошёл ближе к одному из силуэтов:

— Ну что тут?

В ответ — ничего. В переулке повисла тишина.

— Ты что, оглох? — Он подошёл и толкнул в плечо. Но вместо ответа тот кулем повалился на землю и уставился на Вирса мёртвыми стеклянными глазами.

— Ловушка! — С этими словами он выхватил из-за пояса револьвер и начал шарить глазами вокруг. Остальные тоже потянулись к оружию. Но ничего не происходило: никто не стрелял и не нападал.

Я сделал шаг назад в маленький закуток, и аура тени сделала меня фактически незаметным.

— Так, все обратно к фургону, — скомандовал Вирс.

Ждать больше не имело смысла, тем более как минимум двое, судя по звуку, доставая револьверы, упали и пытались подняться. Некапия усилила опьянение настолько, что если в течение получаса никто из них не уснёт, обмочив себе штаны, то это можно приравнять к подвигу. Ну а драка в грязном переулке — это не благородный поединок, везде свои правила.

Я достал из ножен свой нож. Шагнул в переулок, ударил одного из ближайших дважды в шею и отступил обратно в тень. Он захрипел, схватившись за рану, но сил у него не хватило ни на что. Шагнул назад, нашёл спиной опору, замер и съехал по стене вниз, загремев мусором. Я пробежал три шага вдоль стены, оказавшись как раз над тем, кто пытался встать с четверенек после падения. Быстрый удар сверху в основание черепа. Клинок не почувствовал сопротивления, и человек Вирса рухнул лицом в грязь.

И здесь мой путь незаметного убийцы был закончен. Как только я метнулся в другую сторону, в месте, где я стоял, в стене дома тремя пулями выбило каменную крошку. Я присел и замер. Кроме Вирса, опасность представлял ещё один. Может, он не пил, или на него позже подействует. Но он так же водил стволом, выискивая меня. Остальные представляли жалкое зрелище.

— Ты видишь его? — крикнул Вирс.

— Нет, надо уходить, — ответил я.

Я боялся пошевелиться. Надо было сразу достать револьвер, но я думал, с ножом буду незаметнее. А теперь можно получить на какое-нибудь шуршание пулю. Ещё и под ногами могло что-нибудь не вовремя хрустнуть. Единственное, что один из оставшихся оперся рукой на стену и начал блевать. Воспользовавшись моментом, я подобрал камень и кинул его в сторону. Переулок разразился звуками выстрелов, а мои ноги, как пружины, толкнули меня вперёд. Удар в подмышку, затем в шею, и последняя опора Вирса завалилась на землю.

— Выходи, тварь! — пустые щелчки барабана сопровождали его крик. Он откинул бесполезный револьвер и достал огромный нож. — Выходи! Попробуй, убей меня! — заорал он, в этот момент похожий больше на зверя, чем на человека.

Вот чего уж делать не стоило, так это выходить сейчас. Опираясь на стену, мимо меня попытался пройти один из бесполезных. У него уже не было оружия, а глаза не видели ничего перед собой. Зато глаза Вирса отлично видели. Демонической рукой я схватил бедолагу за лицо и потянул в нишу, в которой замер. Чёрные когти разорвали мягкую плоть, а аура плавила кожу так, что она текла, как воск. Несмотря на опьянение, крик боли заставил его сфокусировать взгляд на Вирсе, а рука протянулась в мольбе о помощи. Это стало последней каплей. Вирс сорвался в безумный бег, отталкивая одного из своих людей, перегородившего ему дорогу.

*Да что за сука здесь происходит?* — эти мысли пронеслись у него в голове. Всё очень быстро. Вот они ехали позабавиться и вернуть остатки зазнавшихся попрошаек на место. Ну точно без этого мелкого ублюдка Диара. Это он всех взбаламутил, доставив кучу неприятностей. Его судьба была бы предостережением многим на будущее. Но ничего: если он только выберется отсюда, он всех убьёт, и эту тварь тоже. Сердце бешено пульсировало. Он бежал как никогда раньше. Краем глаза он увидел тень, которая, распахнув руки, кинулась к нему.

— Ну давай, ублюдок! — Он подсел, одновременно выкидывая клинок вперёд.

Огромный нож с лёгкостью вспорол брюхо. Вирс толкнул руку ещё вперёд, одновременно поворачивая нож.

— Сейчас я намотаю твои кишки.

— Хэээээ… — хрип принёс с собой запах рома и рвоты. Сосредоточив взгляд, Вирс увидел непонимание в глазах Морна. — Вот же дерьмо.

Не веря глазам, он отшатнулся назад. Морн ещё мгновение смотрел на него, затем на свои вываливающиеся внутренности, а потом с подкошенными ногами подался вперёд. Вирс сорвался с места. Фургон был уже близко. В тусклом освещении он казался спасительным маяком.

— Гун, гони на хрен отсюда! — Он подбежал к козлам, вцепившись руками, начал подниматься. Но что-то было не так, и, замерев на полпути, он поднял взгляд.

Дуло ружья, смотрящего прямо ему в лицо, в руках этого ублюдка Диара — вот что было не так.

— Что за дерьмовый день… — молнией пронеслась мысль в его голове и мелким кровавым дождем осела на дороге и стене одного из зданий.

Я стоял в переулке. Всё было почти закончено. Все были мертвы, кроме двоих. Затем я услышал выстрел в начале улицы. Теперь уже одинокий. Живым остался тот, которого я схватил за лицо; он тоже был близок к уходу, но ещё похрипывал, зажимая рану в боку. Выглядел он так себе: страшный ожог перекрывал нижнюю половину лица возрастного мужчины, делая его почти неузнаваемым. Чёрные волосы с сединой. И серые, почти бесцветные глаза. Не знаю, были ли они всегда такими или стали такими сейчас. Вся правая сторона, за исключением лба и глаза, была страшно обожжена демонической аурой. То ли адреналин от боя ещё действовал, но я решил: если я сейчас не сделаю этого, то, возможно, не решусь ещё долго. Я достал из внутреннего кармана вторую печать для образа и наложил ему на лицо. Надо было торопиться пока он не отдал Троим душу.

Ко мне подошёл Диар. Я сидел, пытаясь прийти в себя. Если у моего организма и были резервы, то они закончились.

— Зачем тебе такое лицо? Да ещё и изуродованное?

— Теперь это лицо одного из вас. Устал я камни бросать в окно и от твоих людей прятаться. Скоро бы начались вопросы, догадки. Золя могли узнать. А этого теперь уже при всём желании не узнать.

Диар понимающе кивнул.

— Дальше всё по плану?

— Давай только вот этому на лицо накинем что-нибудь на всякий случай, — я мотнул в сторону того, с кого взял образ. — И зови парней, будем знакомиться.

Половина была в одном конце переулка, другая в другом, чтобы никто не ушёл из капкана, даже если я не справлюсь. Ночь была довольно бессонной. Мы порядком нашумели, и, хоть стражи до утра здесь не увидеть, стоило прибрать за собой. Все тела мы погрузили обратно в фургон и вернулись к дому Вирса. Время было уже за полночь, когда мы закончили. Тела были разложены по разным комнатам, так, как будто они спали. И небольшое пламя от перевёрнутой масляной лампы охватило одну из них.

Диар подошёл ко мне.

— Вот что мы нашли в тайнике.

Я посмотрел и присвистнул: один золотой, ещё два в серебре и какие-то украшения минимум на золотой.

— Как делим? — спросил он.

Я заметил краем глаза, что парни Диара тоже навострили уши. Очень им было любопытно, как я распоряжусь добычей. Хоть Диар и был их главарём, но после сегодняшнего моё почти любое решение было бы принято.

— Нам нужно отдать долг. А остальное, как мы и раньше договаривались, я забираю одну треть.

— Если ты настаиваешь, что мастеру надо заплатить, то пусть будет так.

— Надо, Диар. Иначе мы заплатим в другом месте, но больше.

Когда я уже подходил к дому, а Диар с парнями, я думаю, был уже на границе трущоб, красное зарево пожара стало освещать небо. Хорошо, что обратное превращение проходило лишь с лёгким дискомфортом. Я сосредоточился и активировал заклинание, не пытаясь ничего изменить. Дискомфорт, не переходящий в боль, и всё. Потрогав своё лицо и убедившись в отсутствии шрамов, я успокоился.

Проснувшись ближе к обеду и кое-как спустившись с кровати, я оделся и, не поев, вышел на улицу. По дороге, купив пирогов у уличного торговца, проглотил их, даже не жуя. Пришло время вернуть мой маленький долг. Я накинул капюшон, сгорбился, поднялся на крыльцо нужного дома и постучал. Дверь мне открыл мужчина, немного помятый и растерянный. На лбу красовалась шишка, которая хоть и начала спадать, но её очертания всё ещё оставались довольно заметными.

— Это вам передали, — прохрипел я и протянул кошель с деньгами. Тот, машинально взяв его в руки, хотел что-то спросить, но я уже развернулся и спустился с крыльца. Оглянувшись через плечо, прежде чем свернуть, я видел, что кошель уже развязан и мастер провожает меня задумчивым взглядом.

Глава 5

На зубах скрипел песок, быстро смешиваясь с кровью от прикушенного языка. Я сплюнул в сторону, вытирая губы рукавом куртки. Часть песка всё ещё оставалась во рту, но это не мешало. Резко сорвавшись с места, я попытался сделать нападение неожиданным. Но противник первым воздушным шагом перелетел через меня, а вторым оказался уже в десятке шагов. Мерзкое заклинание, особенно когда у тебя нет ничего дальнобойного.

На этом ничего не закончилось: в меня тут же полетели воздушные кулаки. В отличие от воздушного тарана, это были небольшие сгустки плотного воздуха. Первый из них я решил принять на руки. Удар был подобен кувалде, но не железной, а из чего-то упругого. На этот раз я подставил руки, защищая голову.

— Уф… — только и выдохнул я. Кончиков пальцев я уже не чувствовал.

— Уффф! — второй кулак ударил ниже, прямо в живот. Меня откинуло, и я приземлился на задницу. Если бы не «каменная кожа», схватку можно было бы считать оконченной. Третий кулак прогудел над головой. Видимо, Дарл рассчитывал, что я заблокирую второй удар, а третий придётся в голову. Самое обидное: я уже трижды пытался до него дотянуться, но каждый раз повторялось одно и то же.

Ну ладно, надо опять пробовать. Резерв у него не бесконечный. Я вскочил и побежал к нему. Но когда он совершил первый прыжок, я оттолкнулся ногой и рванул в противоположную сторону. Когда он приземлился, я оказался не в десятке шагов, а в трёх. И если бы Дарл уже не держал воздушные кулаки, готовясь к атаке, он успел бы отскочить в сторону. Такой шанс я упустить не мог. Я прыгнул к его ногам, пытаясь хотя бы задеть касанием молнии. Первый кулак прогудел справа.

*Наконец-то достал*, — подумал я, касаясь его ноги.

Я почувствовал, как разряд перешёл от моей ладони к его сапогу и побежал по телу. На этой мысли всё и прервалось.

Сначала в глаза ударил яркий свет, затем он сфокусировался в образы. Когда зрение прояснилось, я разглядел лицо лекаря.

— Всё, пришёл в сознание. Остались ушибы да ссадины. Но он молодой, на нём всё заживёт, как на собаке.

Я повернул голову. Рядом полулежал Дарл, он так же моргал, пытаясь понять, что произошло.

Перед нами встал Крейн. По его хмурому лицу было понятно, что он не очень доволен.

— Поздравляю, вы оба трупы. Это, конечно, похвально — погибнуть героем. Но из схватки желательно выходить победителем, а не трупом. Вот ты, Галар, если не начнёшь думать, так и будешь скакать как собака.

— Просто мне не хватает заклинаний, которыми я мог бы его достать, — буркнул я.

— Единственное, чего тебе не хватает, чтобы достать его, это мозгов. А ты, Дарл, во-первых, ещё чуть-чуть — и потратил бы весь свой резерв. А во-вторых, потерял бдительность, за что и был наказан.

Лекция продолжалась, пока мы приходили в себя. Как я понял, Дарла я вырубил касанием молнии, но пропустил воздушный кулак прямо в затылок.

— Ладно, я думаю, на сегодня с вас обоих достаточно. Надеюсь, вы учтёте свои ошибки. — После этих слов Крейн потерял к нам интерес и уже кричал следующим двум магам заходить на арену. Надо отдать ему должное: времени он уделял нам порядочно. Конечно, я сначала не очень обрадовался, что всех новичков отдали Крейну, но потом подумал, что так даже лучше.

Когда я вышел на улицу, солнце ещё висело над крышами домов, но уже собиралось спрятаться за ними. Я потянулся и отправился домой. С момента пожара в доме Вирса прошла неделя. Если в первые дни я ожидал каких-то последствий, то сейчас чувство тревоги сошло на нет. Тем более жизнь не стояла на месте, и надумывать было некогда. Ещё сразу после схватки с Виктором, когда ранили Альна, мы решили, что кому-то из нас необходимо освоить заклинание лечения. Иначе любое ранение вдали от лекаря могло отправить каждого из нас на преждевременную встречу с Троими. Артур не стал оставлять кошель Виктора на мостовой или передавать властям, а забрал себе. Часть ушла на лекаря, но Артур пообещал достать заклинание лечения за эти деньги. Не знаю, как ему это удалось, но сегодня утром, собрав нас на кухне, он положил на стол «Прикосновение Касандры».

— Церковники не будут против? — Альн удивлённо приподнял брови.

— Они никогда не узнают, если мы сами не расскажем. А в Саду Духа оно не будет отличаться от «Исцеляющих рук».

— Ей можно лечить самого себя? — задал я риторический вопрос. Ответ и так был очевиден. Именно в этом заключалось основное отличие.

— Именно, — просиял Артур.

— Ну а теперь самый главный вопрос: кому она достанется? — нахмурив брови, спросила Анна.

— Я не могу взять заклинание жизни. Я и так ограничен в кругах.

Артура никто не мог осудить. Все, будучи магами, понимали: для некроманта, ограниченного в развитии, каждое заклинание в Саду Духа на вес золота. По лицам остальных я тоже видел, что никто не хочет осваивать исцеляющую магию. Я посмотрел на всех. Такого подарка я, конечно, даже не ожидал, но, видимо, у богов были другие планы.

— Ладно, я возьму его себе.

— Ты не обязан. Можем кинуть жребий.

— Не обязан. Но видели бы свои кислые лица.

Напряжение в комнате резко спало. Я даже не подозревал что это настолько болезненный вопрос.

Хотя, возможно, я потом и пожалею, но не сейчас. Мне еще надо достать два заклинания, чтобы подготовиться к прорыву на третий круг.

─ Да что бы тебя демоны драли! ─ в сердцах выразился я. Повозка, проезжавшая рядом, попала в выбоину с водой и окатила меня. Я отряхнулся, провожая взглядом своего обидчика. Догонять его не было ни каких сил, и я отправился дальше, еще пару раз приласкав невнимательного возницу нелестными эпитетами.

Открыв дверь дома, первое, что я увидел, было встревоженное лицо Анны.

Что-то случилось?

За тем я увидел хмурые лица остальных. И понял, что точно что-то случилось не очень хорошее.

─ Ты что-то сделал? ─ в глазах Анны читался испуг.

─ Подожди, Анна, ты сейчас больше запутаешь его, ─ вмешался Артур

─ Да объясните мне, что происходит, пока я не умер от страха!

─ К тебе пришел инквизитор, сказал, что хочет поговорить с тобой.

Я наморщил лоб, прикидывая, что одному из инквизиторов понадобилось от меня. Неужели все-таки как-то узнали о моем прошлом. Да нет, вряд ли, тогда бы не было никаких разговоров.

─ А где он?

─ Сказал, что подождет тебя в твоей комнате.

По моему лицу было видно, что мне это не понравилось. Артур взял меня за локоть и, отводя на два шага, шепнул: ─ Я сначала не хотел его пускать, а потом он мне показал медальон. Знаешь какой цвет?

─Серебро?

Артур помотал головой.

─ Неужели золото? ─ хотя сам не верил, что я могу понадобиться столь важным птицам.

─ Черный.

─ Черный? ─ недоуменно поднял брови я. — Не думал, что когда-то буду интересен кому-то из черных.

─ Как думаешь, что ему нужно?

Я пожал плечами, поднимаясь на первую ступеньку. Что нужно от меня одному из двенадцати верховных инквизиторов для меня было неразрешенной загадкой. Идя по лестнице, я прикидывал есть ли у меня в вещах что-то, что могло бы меня явно скомпрометировать в глазах святейшей церкви. Никогда еще подъем по этой лестнице не был для меня таким долгим. И как бы я не старался себя убедить, что все в порядке, липкий страх стал подкрадываться и скручивать внутренности в узел. Я замер перед своей дверью, протянув руку к ручке, но не решаясь взять ее и повернуть.

─ Не стой, заходи, ─ услышал я через дверь.

Я открыл дверь и перешагнул через порог.

Спиной ко мне у окна стоял мужчина в довольно модном сером костюме.

─ Я смотрю вы не успели на корабль? ─ после чего развернулся и оценивающе посмотрел на меня.

Это был тот же мужчина, который с интересом разглядывал меня в лавке торговца с заклинаниями. На вид ему было около тридцати, но это могло быть очень далеко от его реального возраста. Все-таки сильные жрецы, как и сильные маги, могут удлинять себе жизнь и продлевать молодость.

─ Здравствуйте, ─ я сделал паузу, не зная, как обратиться к своему гостю. Я не знал его имени, а титулы — это вообще у черных отдельная история. Дело в том, что они не входили официально в иерархию церкви.

─ Не утруждайте себя именами, юноша, они нам сейчас не нужны. Присаживайтесь и немного послушайте меня. А затем вы сможете задать вопросы, если они будут.

Он провел по аккуратно подстриженной, черной, как смоль, бороде и начал:

─ Не так давно я стал свидетелем одной небольшой аферы. В лавке заклинаний покупатель очень старательно притворяется островитянином. И, не дождавшись своего заказа, забирает задаток. Чуть позже становится известно, что утром ограбили мастера, изготавливающего заклинания. Ловкая афера, и кажется ничего больше.

Посмотрев на меня и убедившись, что я внимательно слежу за полетом его мысли, продолжил:

─ Но затем мастеру приносят деньги, даже чуть больше, чем он получил бы от хозяина лавки. И вот здесь мое кошачье любопытство берет верх. А когда я выясняю, что один из грабителей ─ охотник, то я решаю познакомиться с ним поближе.

Я начал прикидывать как выпутаться из сложившейся ситуации.

─ Не пытайтесь врать. Вы только разочаруете меня в своих способностях, — прервав мою попытку заговорить, сказал он.

─ Я жду от вас правильных вопросов, ─ и он слегка улыбнулся.

─ Что вы хотите?

Он улыбнулся еще шире:

─ Я рад, что мы друг друга быстро поняли. Преступления как бы и почти нет, так как вы компенсировали вред, но официальное расследование все равно идет, и они, возможно, выйдут на вас, но чуть позже.

─ Вот, ─ он протянул мне бумажку, ─ подумайте до завтрашнего утра и, если согласитесь, об инциденте все забудут.

─ А если я откажусь?

Он пожал плечами:

─ Сейчас услуга за услугу. А если откажешься и тебя найдут, то цена моей помощи будет выше.

─ А так как вам нужна моя услуга, меня точно найдут.

─ Я знал, что я в тебе не ошибся. Так что решать тебе.

Он поправил костюм и направился к двери.

─ Ах да, мой тебе совет, смешивай Некапию с красным мхом, это облегчит превращение. А сейчас я, с твоего позволения, покину тебя. Друзьям можешь сказать, что вербовал тебя.

Я нахмурился:

─ И крайний вопрос: как вы узнали, что я не островитянин?

─ Переигрывал, ─ бросил он через плечо ну и конечно же: «Ист гор тарус длан».

После чего дверь за ним захлопнулась, и я услышал звук шагов по лестнице.

Ощущения после беседы были смазанными. Вроде бы я попался на крючок, но могло быть все гораздо хуже.

— Хуже, ─ задумчиво сказав вслух я, развернул записку и невольно застонал. Но я не успел ничего осознать, как двери моей комнаты чуть были не снесены с петель. Вообще не понимаю, как они выдержали такой напор. На меня уставились пять пар любопытствующих глаз.

─ Ну, что он хотел? ─ чуть ли не хором спросили они.

Утром я брел к указанному в записке адресу. Выспаться мне не удалось, из-за этого в голове был туман. Мало того, что до полуночи пришлось объясняться с друзьями, так еще потом и уснуть смог только под утро. Единственное, что утешало, что я все-таки смог убедить в том, что ничего страшного не произошло. И попросил их забыть о визите столь странного гостя. Перескакивая с мысли на мысль, я дошел до назначенного места. Небольшое уютное кафе. Пять небольших круглых столиков с плетенными стульями. Здесь пахло свежей выпечкой и кофе. Такие места приют для влюбленных парочек и тех, кто мог позволить себе безделье днем. Я заметил Черного сразу же, он сидел за столом, читая газету. Сегодня на нем был темно-синий костюм, а волосы убраны в конский хвост.

«Хм, а инквизитор у нас тот еще щеголь». ─ раздался смешок в голове.

«А что-нибудь полезное будет»? — мысленно спросил я.

«Полезное? Куда уж полезней. Мы в этом полезном по самый рот. И стоим на носочках, чтобы не нахлебаться! Так что постарайся, чтобы мы не захлебнулись хотя бы!»

«Постараюсь». —

И отправился к столу, тем более меня уже заметили.

─ Я рад, что ты согласился, ─ инквизитор был довольно дружелюбен и явно в хорошем расположении духа.

─ А у меня был выбор?

─ Нет. Разумеется, нет. Ты прочитал записку? Я покивал головой.

─ И что думаешь?

─ Я думаю, что выбираю странный и довольно болезненный способ уйти из жизни.

Инквизитор оценил мою шутку и улыбнулся.

─ Нет, умирать пока еще рано, так что поменьше пессимизма. — С этими словами он снял с указательного пальца кольцо из серого тусклого метала. Оно было настолько невзрачным, что мой взгляд не зацепился за него, пока оно было на его руке.

─ Надень, — и протянул его мне.

─ Что это? ─ Я взял кольцо в руку и покрутил его.

─ С помощью его ты попадешь в покои графини.

— А дальше что мне искать, и как выглядит то, что вам нужно?

─ Я думаю то, что мне нужно, лежит в какой-нибудь шкатулке. Или ещё в чем-то. Кольцо будет нагреваться, когда ты приблизишься к нужному предмету. И вот еще. ─ Он достал платок из ткани серебристого цвета, на ощупь сотканный из металлических нитей. Но по весу это была ткань.

─ Ничего не открывай. Берешь им и заворачиваешь в него же. Руками ничего не трогай.

Я надел кольцо на указательный палец, и оно обожгло холодом. Да так, что я едва не вскрикнул от неожиданности.

Дальнейшие инструкции были короткими, но четкими. У меня даже появилась надежда на успех нашей затеи.

Когда я уже собрался уходить, я задал крайний вопрос:

─ А если меня поймают, не боитесь, что я все расскажу, все-таки чревато неприятностями?

─ Не, т не боюсь. Потому что, если тебя поймают, ты умрешь. Но это будет безболезненно.

И кольцо на пальце едва ощутимо нагрелось.

─ Снять я его, конечно, теперь не могу?

Он отрицательно покачал головой. И я, встав из-за стола, вышел на улицу.

«Ну, что скажешь»?

«Я просил тебя не наглотаться. Но вроде нас сполна накормили дерьмом».

Я выдохнул. Здесь у меня было такое же ощущение.

Переодевшись и оставив все оружие дома, я вышел на улицу и отправился по указанному в инструкциях адресу. По пути я зашел к травнику в поисках красного мха. Так, и сколько, интересно, кидать? Я взял щепотку и бросил в бутылку с отваром Некапии. Местом для превращения я выбрал глухой тупик одной из улиц. « Ну надеюсь будет полегче, ─ и, взболтав пузырек, выпил его содержимое. Подождав, пока начнет вязать язык, я выдохнул. — Ну деваться все равно не куда».

К городской резиденции графини я подходил в образе Золя. Меня три раза останавливала стража в верхнем городе. Все-таки я выбивался из местного богатого окружения. Здесь даже слуги были одеты гораздо лучше меня. Но я каждый раз показывал рекомендательные письма и объяснял, что меня ждут на работу.

Обойдя графскую резиденцию сбоку, я нашел вход для прислуги. Позвонив в небольшой медный колокольчик, я стал ждать. Мне открыла молодая девушка, все ее лицо было усыпано веснушками.

─ Здравствуйте, что вам нужно?

─ Здравствуй, я бы хотел устроиться на работу. — И протянул ей свои рекомендательные письма.

─ Подождите, я сейчас позову Господина Порго. ─ И она упорхнула внутрь, прикрыв за собой двери.

Как мне объяснили, у графини завтра начинался традиционный ежегодный бал, который продлится два или три дня. Количество слуг, нужное на это время, было больше. И мелкие дворяне, бывало, предоставляли своих слуг. Это была и честь, и ответственность. А прислуга могли подзаработать.

Через какое-то время появился управляющий. Его лицо больше подошло бы некроманту, чем управляющему. Та же восковая маска, лишенная хоть каких-то эмоций.

Взглянув на меня, проговорил заученную фразу таким же безжизненным голосом, как и лицо:

─ Наем на четыре дня, оплата семь серебряных в день. Если что-то выкинешь, охрана выпорет тебя до полусмерти. Заходи и жди вон там, ─ указал мне на небольшую пристройку у дома прислуги, где уже сидело пара человек. ─ Через пару часов повезут продукты в поместье и вас заодно.

После чего потерял ко мне всякий интерес.

Глава 6

Нас подняли ещё до восхода солнца. До полудня я носил, подавал, держал — и всё это под нескончаемые крики управляющего. Сейчас поместье графини де Кавир напоминало огромный пчелиный улей. Сама резиденция занимала обширную территорию, огороженную высоким кованым забором. Здесь были пруды с диковинными рыбами, плавающими в кристально чистой воде. Сад тоже являлся отдельным произведением магического искусства: зелёные изгороди образовывали коридоры, местами превращаясь в причудливые фигуры и сцены. Всё это я видел лишь мельком и издалека. Моя безумная беготня длилась до обеда. Затем нас плотно накормили.

— Ешьте сейчас побольше. В следующий раз поедите в лучшем случае завтра. — Голос управляющего, скрипучий, как старая дверь, перекрывал стук ложек. Чего я не ожидал, так это того, что нас поведут мыться. После быстрой помывки нам выдали одежду прислуги в цветах графини: здесь присутствовали зелёный, красный и чёрный.

Меня и ещё девятерых отдали под начало одного из местных слуг.

— Так, послушайте меня внимательно, — широко расставив ноги, он встал перед нами. Было видно, что ему нравится его роль. — Наш участок — вот эта площадка перед садом. Здесь всегда должны быть еда и напитки. Любое желание гостя для нас закон. Чтобы добраться до кухни, заходим сюда. — Он показал нам маленькую дверцу в зелёной изгороди. — И по этому коридору идём до конца. По саду не ходим, если не хотите нарваться на уединившуюся парочку аристократов, а заодно и магов. Увидеть или услышать то, что вам не следовало, — значит быть убитыми за оскорбление чести. Так же в саду есть охранные растения, которые могут посчитать вас чужаками.

«А ещё считается, что охотник — опасная профессия, — хохотнул голос у меня в голове. — Нёс бутерброды, а тебя задушила лоза».

— А на гостей они не нападают? — задал вопрос совсем молоденький парнишка. Было видно, что его распирает от любопытства.

— У гостей будут специальные браслеты.

— Может, и нам браслеты? — не унимался парень.

Чем явно рассмешил слугу.

— Нет. Браслет — это приглашение на бал. И получить его даже аристократу — огромная честь.

Начали приезжать первые гости, и вновь началась беготня, но уже без криков. Слуги тенями мелькали то тут, то там, а управляющий ураганом проносился, раздавая последние указания. Сколько людей прибыло, я точно не знал, но, судя по паре десятков пар, которые уже решили скоротать время на свежем воздухе, гостей будет много. Напротив нас расположились музыканты, играющие лёгкие мелодии для создания непринуждённой атмосферы. Я успел сбегать по зелёному коридору на кухню раз десять, когда прозвучало приглашение для гостей зайти в дом на открытие бала. Я был очень рад передышке, потому что местная элита уничтожала всё со скоростью саранчи, и сил у меня оставалось не так много.

Гости кучками потекли по широкой лестнице, ведущей в дом.

— Так, не стоим истуканами! — сразу засуетился старший слуга. — Ты принеси вино, и только смотри, чтобы оно было охлаждено. А ты ещё куропаток, и давайте шевелитесь, шевелитесь! У нас не так много времени, пока гости ушли. — Он пошёл дальше раздавать указания, а я выскочил в маленькую дверь и направился на кухню за куропатками. Удобно всё-таки сделали проход прямо в изгороди: лишний раз не попадаться на глаза гостям и хозяевам. Я посчитал, что именно сейчас — идеальный шанс для кражи. Да и, признаться честно, я опасался, что если так побегаю туда-сюда, то сил не останется ни на что.

Я проскользнул мимо кухни. Из инструкций инквизитора я знал, куда мне нужно идти. Прислонив кольцо к замку на неприметной дверце, я попал на лестницу, ведущую на третий этаж дома, в хозяйское крыло. Видимо, по ней носили завтраки или ещё что-то прямо с кухни. Я вышел из такой же неприметной двери, расположенной в нише и прикрытой тяжёлыми занавесками. Аккуратно выглянув в коридор и никого не обнаружив, я вышел потихоньку, прикрыв за собой дверь. Так, сейчас мне нужно налево. Где-то там находились покои графини. Кольцо на пальце чуть потеплело, почти незаметно. Я сперва подумал, что показалось, но, прислонив палец к мочке уха, понял, что всё-таки двигаюсь в нужном направлении. Высокий и густой ворс ковра приглушал звуки моих шагов, но сердце бухало в груди так, что мне казалось, его могут услышать даже внизу. Я, как заяц, был готов метнуться в любую сторону, чтобы не попасться на глаза случайному гостю или слуге, или, не дай бог, хозяйке дома. И тут мой невольный компаньон чуть не довёл меня до сердечного приступа.

*«Тёмный, мрачный коридор, я на цыпочках, как вор», * — раздалось в голове. Но, к своему сожалению, я не отпрыгнул, а просто впал в ступор.

«А ты не мог бы музицировать в более подходящей обстановке»? — выругался я про себя.

*«Сейчас это единственная и самая подходящая обстановка,* — фыркнул он мне в ответ. — *Когда-нибудь ты это поймёшь». *

Я не стал включаться в его философский монолог и отправился к нужной двери, стараясь не нашуметь.

Подойдя к нужной двери, я прислушался к своим ощущениям. Кольцо ощутимо припекало.

— Ну ладно, была не была. — С этими словами я потихоньку приложил кольцо. Что-то внутри щёлкнуло. Немного подождав, я плавно повернул ручку и прошмыгнул внутрь.

Тёмно-зелёное платье графини слегка шелестело по полу. Она уже поприветствовала гостей и сейчас, лавируя между танцующими парами, направлялась к балкону.

— Господин инквизитор, что вас привело в нашу обитель греха и развлечений? — поприветствовала она стоящего на балконе мужчину в маске совы.

— Лиза, не паясничай. Ты прекрасно знаешь, зачем я приехал.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Мортьер? — Постаравшись выдать самую удивлённую интонацию, сказала графиня.

— Мне нужна кровь древнего. Ты прекрасно знаешь договор. Мы не можем создавать себе подобных без разрешения церкви.

Её глаза сверкнули злым красноватым блеском.

— Договор! — внезапно взорвалась она. — Со смерти Картана прошло уже двадцать лет. И мы выполнили договор: ты встал на его место и, как верный пёс, мечешься из одного конца империи в другой. Но свою часть церковники не торопятся выполнять. — Последние слова она буквально прошипела. После чего залпом осушила бокал, не придерживаясь никаких манер.

— Ждут, наверное, когда ты где-нибудь сдохнешь. И мы дадим ещё одного. И так будет продолжаться, пока все не передохнем. Или нас останется так мало, что у нас не будет выбора, как бегать у них на поводу.

— За это ли мы сражались? — Её пыл незаметно спадал.

— Ты же знаешь лучше меня, Мортьер: договор соблюдается, пока сторонам хватает силы обеспечить его исполнение.

— Лиза. — Устало выдохнул мужчина. — Тебе уже больше семисот лет, а ты порой ведёшь себя как взбалмошная девчонка. Время — наш лучший союзник. Дай мне ещё год, и мы вместе создадим не одного, а четверых, и выровняем баланс.

— Я слышала эту же речь год назад. Нет, я устала ждать. Я всё сделаю сама.

— Ты не оставляешь мне выбора, Лиза. Я не дам тебе сломать всю мою работу и развязать бойню. Я уже договорился. И если ты не отдашь его сама, я заберу его силой.

Она фыркнула и отвернулась.

— Можешь попробовать. Там всё равно стоит печать от таких, как мы. Я же не дура: если бы ты мог её забрать, ты бы даже не пришёл разговаривать. А тех слуг, что ты подкупил, я ещё неделю назад отдала своим питомцам.

Лиза качнулась на ногах вперёд и назад, после чего развернулась и через плечо бросила:

— Я должна это сделать. Извини.

Я прикрыл за собой дверь и поставил на пол магический светильник из коридора. Его света хватало, чтобы не спотыкаться о мебель в огромной комнате. Надо отдать должное, графиня знала толк в красивой жизни. Я дошёл до середины комнаты и именно в этот момент заметил, как в дальнем углу загорелись два красных уголька. Затем они чуть поднялись и заинтересованно посмотрели в мою сторону. Видимо тварь спокойно дремала, пока я не зашел.

— Вот же дерьмо. Так и думал, что случится что-то подобное.

Тварь была похожа на огромного волка. Но даже в полумраке я без труда отличил неестественно длинные клыки, которые саблями пересекались снизу и сверху. Она принюхалась и не спеша, не рыча, пошла в мою сторону, огибая огромную кровать с балдахином. Я накинул «каменную кожу» и пошёл по кругу в противоположную сторону, пытаясь сохранить дистанцию. Упершись в кровать, я, недолго думая, залез на неё. Видимо, это было последней каплей, и такую наглость от незваного гостя тварь стерпеть никак не могла. Она бросилась вперёд. Оказывается, отличия были ещё и в когтях на лапах: они были огромные и острые, как бритва. В прыжке она распорола балдахин, расставив лапы. Но я успел прыгнуть в бок, и тварь пролетела мимо, взорвав ворох подушек так, что облако перьев взлетело в воздух. Кровать была такой ширины, что мне не хватило длины прыжка, и я перекатился кубарем, чтобы оказаться на полу. По инерции я снёс прикроватный столик с какой-то посудой. Монстр, поняв, что промахнулся, хотел кинуться следом за мной, но когти цеплялись за мягкую кровать, распарывая матрас. Это дало мне мгновение перед его атакой: я успел схватить стул и выставить его перед собой. Не самая эффективная защита, но приходится пользоваться тем, что имеешь. Волк графини вцепился в спинку зубами и с силой мотнул головой, вырвав мой импровизированный щит из рук. Но мне этого было достаточно: когти демонической руки полоснули по морде, и он даже попятился от неожиданности. Я старался зацепить глаза, но безуспешно. Два красных уголька уставились на меня с дикой злобой. Не теряя времени, я откатился назад и встал. Зарычав, тварь бросилась за мной вдогонку. Я подхватил и бросил в неё ещё один стул, который она просто отбила в сторону лапой. Ещё прыжок — и её зубы щёлкнули совсем рядом со мной. Я потянулся касанием молнии к морде.

*«Сейчас ты у меня получишь», * — промелькнуло в голове. Но удар её лапы отправил меня в полёт, и я оказался опять на кровати. *«Надо же, побывал в постели у графини», * — пронеслась неуместная мысль. Я задел демонической рукой перья из разодранных подушек. Весёлые языки пламени взметнулись так быстро, что мне пришлось улепётывать с кровати. Тварь зарычала и попятилась в угол, подальше от света.

— Что, не любишь огонь? — Такой шанс я не мог упустить. Оторвал одну ножку от стула и, намотав часть балдахина, сунул в пылающую кровать. Выставив перед собой импровизированный факел, я пошёл вперёд. Монстр скулил, рычал и жался в дальний угол. Внезапно мне обожгло палец огнём. В пылу боя я не заметил, как нагрелось кольцо, но сейчас игнорировать его было невозможно. Где-то рядом то, за чем я пришёл. Я повёл рукой из стороны в сторону, и жжение усилилось у стены.

«За картиной», — раздался голос в голове. Скинув картину на пол, я увидел за ней тайник с металлической дверцей и каким-то светящимся рисунком на ней. Разглядывать его не было ни времени, ни желания. Я прислонил кольцо, и дверца без каких-либо эффектов сухо щёлкнула замком и открылась. В открывшейся нише оказалась только маленькая шкатулка. Одной рукой держа факел, а другой завернув шкатулку в серебряную ткань, я сунул её за пазуху. И здесь охранник графини не выдержал и пошёл в атаку. Видимо, долг победил страх. Я ткнул в его сторону факелом. И, видимо, к нему в голову пришла другая идея: он метнулся к двери, перекрывая мне выход, и пронзительно завыл. Как говорится: если не можешь унести то, что взял, — это не кража. *«Вот же догадливая зверюга». * Кровать уже вовсю пылала, заволакивая помещение удушливым дымом. А по коридору уже слышался топот бегущих ног. Выбора у меня не оставалось. Вся ситуация имела чёткий привкус приближающегося провала, и я выскочил на небольшой балкон. Высота была такой, что прыгать угрожало как минимум переломом ног, если не хуже. До соседнего балкона было не допрыгнуть. Из-за плотных занавесок гости пока ещё не заметили огненных всполохов, и никто не смотрел в эту сторону. Когти демонической руки впились в декоративную отделку стены, и я быстро поехал вниз, оставляя борозды. Я уже мысленно похвалил себя за сообразительность. Но граница между вторым и первым этажами была очерчена каменным выступом наружу. Когти с искрами черканули по камню, вонзаясь в него самыми кончиками. Через мгновение они выскочили под моим весом, отправляя меня в свободное падение. На моё счастье, высота уже была не сильно большой. Но и навык приземления меня подвёл. Шлёпнулся я в какую-то клумбу с цветами, погубив старания местного садовника. Я бросился в самый тёмный угол, попутно накидывая ауру тени. Прятаться не было смысла: как только станет известно о пропаже, меня здесь обязательно найдут. Тем более если выпустят ту тварь из комнаты. Я бегом побежал вдоль здания, ближе к саду. Вокруг уже начала подниматься суматоха из-за пожара. Где-то слышались чьи-то крики. Я проверил источник, осталось около трети от первого. Ну что могу сказать, у меня большой запас прочности для второго круга. Пробежав по кустарнику и выскочив у прудов, я пересёк их по небольшому мосту. Мне нужно было попасть в дальнюю часть сада, там была небольшая калитка. По инструкции именно через неё я должен был выйти. Но что-то мне подсказывало, что уже так сделать не получится. Приметив дерево, ветви которого свисали на другую сторону ограды поместья, я направился к нему.

Загвоздка была в том, что первые ветви, за которые можно было бы зацепиться, были высоко. Я разбежался, затем в прыжке оттолкнулся от ствола, чтобы прыгнуть повыше, и вцепился демонической рукой за кору. Кое-как подтянувшись, оставшейся рукой и ногами я обхватил дерево тремя конечностями, а когтями впился выше. Так я повторил несколько раз. Да, способ не был грациозным, но давал результат. Добравшись до нужной ветки, я пополз по ней на четвереньках, придерживаясь когтями. Когда острые пики забора уже были подо мной, а ветвь начала клониться вниз под моим весом, я сделал ещё одно движение вперёд и повис на руках. Высота была ещё неприятной, но отступать уже было поздно. Я стал перебирать руками, постепенно приближаясь к земле. Ещё один перехват — и прыжок. Не могу сказать, что земля встретила меня мягко. Во время приземления я не удержался на ногах и больно ударился копчиком. Но времени жалеть себя не было, и я, вскочив, побежал со всех ног к ближайшей кромке леса. Я оглянулся только один раз, прежде чем скрыться в густом кустарнике. Огня не было видно, значит, потушили. Надо убираться отсюда. Неизвестно, что это за тварь была в питомцах у графини и сколько их, а самое главное — умеют ли они брать след. Дарила надежду мысль, что их не будут выпускать, пока не разъедутся гости.

В город я добрался только ближе к утру. Мало того, что путь и так был не близким, так ещё и приходилось уходить с дороги и пережидать каждый раз, когда слышал кого-нибудь. Добравшись до дома, я на всякий случай забрал нож и револьвер и отправился в условленное место. В этот раз встреча была в таверне, которая отличалась от первого места встречи, как окунь от голубя. Здесь в ходу было дешёвое пойло с незатейливой едой. Низкий потолок крал пространство, а тусклое освещение делало место ещё невзрачнее. Я отыскал взглядом сидящего за столом инквизитора и не спеша двинулся к нужному мне столу. Инквизитор с аппетитом ел что-то непонятное и запивал местным пивом. Да и одет он был по-другому. Я даже на мгновение подумал, что ошибся. Но нет: встретившись с ним глазами, он кивнул мне на стул напротив.

— Вот, — я выложил свёрток на стол. Он исчез со стола, я даже не успел глазом моргнуть.

— Конечно, ты молодец, что у тебя всё получилось, но и переполох ты устроил порядочный. Все только и говорили о пожаре.

— А о краже?

— Нет. Никому не нужен урон по репутации. Графиня попытается, конечно, найти тебя своими силами, но я немного прибрал за тобой, так что можешь не переживать. Да и гости всё ещё продолжают веселиться.

— Что теперь? Вы выполните свою часть?

Он посмотрел на меня, дожёвывая что-то похожее на мясо: — Да. Считай, что о том случае уже всё забыли. И, с твоего позволения, я тебе на будущее дам один совет.

Я молча ждал.

— Благородство стоит проявлять только тогда, когда ты можешь себе это позволить. Вот я могу себе его позволить и отпустить тебя вместо того, чтобы скинуть твоё тело в реку, а вместе с ним все следы. А ты не мог себе этого позволить и возвращать деньги, поэтому тебе пришлось доплатить.

Я не стал ничего отвечать, потому что грань этой позиции была очень тонкой и размытой.

— Кольцо?

— Можешь снимать. — Кольцо легло на стол. Инквизитор улыбнулся и спокойно убирал его в карман.

Я встал из-за стола и отправился к выходу. Вышел на улицу и вдохнул полной грудью. Мне казалось, что даже солнце стало ярче. Так бывает, когда чувствуешь нависший над шеей топор, и если он пропадает, то приходит пьянящее чувство свободы. Надо заглянуть к Диару. Всё-таки после нашего ночного рейда мы так и не виделись. Хоть записок от него и не было, но проведать его не мешало бы. Быстро переговорю — и домой спать. Когда я добрался до трущоб, решил не идти по центральной улице, а протиснуться переулками.

Повернув в переулок, я сделал широкий шаг, переступая лужу, а когда поднял голову, то сначала не поверил своим глазам. Буквально нос к носу я столкнулся с молодой красивой женщиной. Ярко-зелёные глаза смотрели прямо в мои. Одета она была в дорогой костюм для путешествий, который только подчёркивал её фигуру. В общем, она была крайне неуместна здесь. Как ребёнок ночью на кладбище. Моё чутьё также заорало об опасности.

Я машинально шагнул в сторону, пропуская её. Она повторила шаг в сторону, оставаясь напротив меня. Я шагнул в другую — она повторила. Возможно, это всё случайность, но с каждым мгновением надежда на это таяла.

— Простите, — я слегка поклонился, жестом уступая дорогу. Она даже не пошевелилась, чтобы пройти мимо, всё так же стояла и молча смотрела прямо на меня.

— Я могу чем-то вам помочь?

— Да. — Голос был звонкий и мелодичный. — Я кое-что потеряла.

— Давайте, я вам по… — Конец фразы так и не сорвался с моих губ, повиснув в воздухе, так как я потерял землю под ногами и полетел куда-то вверх головой. Приземлился я в кучу мусора. Что-то загремело, две крысы метнулись в стороны. Сфокусировав взгляд, я увидел, что женщина стоит в паре шагов и наблюдает, как я пытаюсь вылезти из кучи мусора. Я потянулся за револьвером и уже почти достал его, но снова куда-то полетел. В этот раз конечной точкой оказалась стена деревянного сарая. Не знаю, что треснуло от удара: доски или моя спина, но звук был что надо. Из меня вышибло дух. Я накинул «каменную кожу» и встал. Револьвер куда-то улетел. Я понимал, что бежать не было смысла, активировал демоническую руку и хотел достать нож. Но тут началось что-то странное: меня начали бить, а я даже не понимал, откуда. Кажется, она стояла в паре шагов, всё там же, потом в один момент она уже смотрела в упор.

— Это тебе за Бальза.

«Какой ещё к чёрту Бальз»? — только успело промелькнуть у меня в голове.

— А это тебе за сожжённую спальню.

— Испорченную стену дома. — Сквозь туман ко мне начало приходить понимание, что происходит.

— Я так и думала, что Мортьер не удержится и захочет лично встретиться со своим крысёнышем.

Мортьер. Вот значит, как зовут чёрного, который заметал за мной следы. Лучше бы свои замёл как следует.

Хотелось бы сказать, что это была драка, но нет: меня просто избивали, причём даже не утруждаясь. Всё, что я испытал, — это отвратительное чувство беспомощности.

— Это тебе за цветы! — После этого — темнота.

Не знаю, сколько прошло времени, но я обнаружил себя сидящим у стены. Прислушался к ощущениям: как минимум сотрясение, ещё откуда-то текла кровь.

Передо мной присел расплывчатый силуэт. Сфокусировавшись, я увидел всё то же красивое лицо.

— Эх, оторвать бы тебе голову да отправить Мортьеру. Но ему наплевать, так что это неинтересно. — Она макнула свой палец в мою кровь и облизала. — Теперь я тебя найду где угодно.

— А у тебя огромный долг передо мной, и его придётся заплатить.

— Мне кажется, я только что заплатил достаточно, — прохрипел я.

— Тебе кажется. Если даже ты умрёшь, этого будет недостаточно.

Мгновение — и никого уже нет. Я посидел какое-то время, приходя в себя. Да, опять угораздило меня влипнуть. Вечно так: попадёшься, мало того, что тебя как куклу дёргают за верёвочки, так ещё и обязательно окунут в дерьмо. Я принюхался и поморщился. Судя по запаху от моей одежды, окунули во всех смыслах.

Глава 7

Я стоял в Теневом Саду Духа, разглядывая Дерево Метаморфоз.

— Что, теперь не каждый раз будешь терять сознание? — моя копия с ярко-зелёными глазами кивнула на появившийся на коре образ Золя, который тут же исчез, поглощённый движением древесины, а затем проявился в другом месте.

— Да, а то я уже устал постоянно не чувствовать язык от Некапии.

Пользуясь разговорчивостью своего гостя, я решил спросить:

— Может, скажешь хоть своё имя?

Тот задумчиво посмотрел на источник голоса, потом на меня.

— Ты, Галар, выдернул меня оттуда, где имён уже нет. Человек многое не может забрать с собой на ту сторону, и имя в том числе. Всё, что у меня осталось, — разбитые осколки каких-то воспоминаний, хотя я даже не уверен, что они мои. В коридоре множество душ одновременно, они сталкиваются, перемешиваются. Это тяжело объяснить. Когда придёт время, ты сам всё увидишь.

— А что в конце коридора?

Он посмотрел на меня как на дурака:

— Я-то откуда знаю? Я там не был.

— Ладно-ладно. — Я примирительно поднял ладони. — Но тебе всё равно нужно имя.

— Я подумаю и скажу.

***

Я открыл глаза, лёжа в кровати. Тело ещё ныло, но уже не так сильно. Вчера я практиковался в «Прикосновении Кассандры» и долго спал. После устроенной мне трепки в переулке проснулась жгучая тяга к знаниям. Первые попытки были неудачными: часть резерва просто рассеялась в воздухе. Заклинание могло забрать от трёх до шести варт. Естественно, в начале часть энергии утекает мимо, но со временем будет получаться лучше. Вчерашний вечер закончился двумя удачными наложениями, которые забрали остатки резерва, и я провалился в сон.

Сейчас источники были почти полными — по тридцать два варта в каждом, и я мог ещё немного попрактиковаться. Я присел на край кровати, начал с повторения движений и проговаривания слов, пока без вливания энергии. Как только появилась уверенность, я выпустил поток. Волна холода, сменившаяся жаром, пробежала по телу. Стало заметно легче.

Я умылся и с благодарностью посмотрел на постиранную одежду, аккуратно сложенную у двери. Руд — не человек, а золото. Вчера забрал у меня грязную и пропитанную кровью куртку, отнёс в прачечную. Надо позавтракать и добраться до Диара.

Зайдя в трущобы, я принципиально свернул в тот самый переулок, где столкнулся с графиней лицом к лицу. Я понимал, что её там не встречу. Это нужно было мне самому: доказать, что я не боюсь. По-детски, смешно, но необходимо.

Я повернул за угол рокового переулка. Внутри — никого, кроме парочки крыс. Сломанный забор и развороченные кучи мусора молча напоминали о поражении.

*«Представь, она бы тоже заглянула и опять отделала тебя так. Забавы ради», * — хмыкнул голос в голове.

*«Не меня, а нас. Ты ведь тоже в этом теле», * — огрызнулся я мысленно.

*«Нет, как раз тебя. И по делу. Не стань ты разыгрывать благородного разбойника — и деньги бы у нас остались, да и здоровья побольше было бы». *

В середине переулка я оглянулся, убеждаясь, что рядом никого нет. Накинул капюшон, прижался ладонью к стене и присел, чтобы ноги не подкосились. Даже если кто-то увидит, не придаст значения: здесь полно пьяниц и любителей пыльцы. Главное, чтобы не успели напасть, пока я лёгкая добыча.

С этими мыслями я вставил деревянную палочку в рот и начал трансформацию. Укол боли был резким, как всегда. К такому никак не получалось привыкнуть. *«Поскорей бы это закончилось», * — пронеслось вспышкой в голове, прежде чем я свалился на колени. Вид, конечно, у меня был так себе: мычащий, с выпученными глазами на покрасневшем лице, вены на шее и лбу готовы лопнуть от пульсации. Внезапно всё прекратилось, но тело ещё пару раз судорожно дёрнулось. Я провёл рукой по лицу, нащупал знакомые шрамы от демонической руки и убедился, что всё получилось, как надо.

Именно этот образ я выбрал для своей деятельности в трущобах. Одарённый, уже в возрасте, с обезображенным лицом. С одной стороны — колоритная фигура для местного окружения. Для рыб покрупнее — неудачник и недоучка, который уже никогда не станет полноценным магом и вынужден связаться с уличной швалью.

***

В дом Диара меня пропустили не сразу. Какой-то новенький парень сидел сбоку у двери. Он напрягся, когда я подошёл к крыльцу.

— Стой. Кто такой? Чего надо?

— Диар дома?

— А кто спрашивает?

— Шрам.

*«А ты оригинален», * — услышал я в голове. — *«Сам придумал или подсказал кто?»*

Я немного сконфузился. Действительно, не подумал об имени, и парень застал меня врасплох. Самое интересное, что его это нисколько не смутило.

— Жди здесь. — И он скрылся за дверью.

*«, Пожалуй, я тоже выберу себе имя. Как тебе: Призрак или Дух?«* — не унимался голос.

*«Ой, да пошёл ты», * — беззлобно ответил я и пошёл навстречу вышедшему Диару.

Большинство парней Диара впервые увидели меня при нормальном освещении. Я заранее попросил Диара аккуратно рассказать о моём «неудачном эксперименте» и его последствиях. Ведь когда мы грабили склад Солоса, никаких шрамов у меня не было. Сейчас они были видны, даже если закрыть нижнюю часть лица платком.

Поприветствовав тех, кто был внизу, я с Диаром поднялся наверх. Пока я шёл по лестнице, до ушей доносились обрывки разговоров:

— Я думал, он моложе.

— Тебя бы так покорёжило, тоже бы десяток накинуло.

— Да у него и без этого рожа — только на паперти стоять.

— Ах ты, урод!

За нами закрылась дверь комнаты Диара, и голоса затихли.

Я сел на стул.

— Так, записок не было. Значит, ничего серьёзного не произошло?

Диар начал рассказывать. Драгоценности пока спрятали, сбывать не стали, чтобы не попасться. После смерти Вирса у Монеты начались проблемы на рынке, так что он пока даже не будет нас искать.

— А про пожар ты сделал, как мы договаривались?

Он кивнул:

— Парни постарались на славу. Распускали всякие небылицы в тавернах. Была даже версия про месть сбежавших попрошаек. Теперь там такие сказки, что правды не найти.

— Ну и замечательно.

— Единственная проблема: Мышонок с Совой столкнулись с людьми Крысы на рынке. — Он немного помедлил.

Я напрягся:

— Ну, продолжай.

— В общем, напали толпой. Те не успели ничего сделать, отобрали у них еду, у Совы револьвер.

— А сами?

— Да живы. Так, синяки. Могут дорогу подсвечивать по ночам.

— Так, вы уже задумали месть.

По лицу Диара я понял, что попал в точку. Как же вовремя я всё-таки пришёл.

— Так, Крысу пока отложите. Парням скажешь, что обязательно ответим, но позже.

Он хотел возразить, но я прервал:

— Я тебя, Диар, не подводил. Я сказал: всё сделаем, но позже.

Он опустил голову, соглашаясь.

Я уже собирался уходить, как Диар меня остановил.

— Я увидел у местного старьёвщика две книги и решил сделать тебе небольшой подарок. — Он достал две книги: «Растения: свойства и сочетания» и «Духи и демоны: изгнание и уничтожение». Обе были довольно распространёнными сборниками. Они не стоили больших денег, но как дружеский жест это было очень приятно.

Я поблагодарил Диара и, попрощавшись, вышел из дома. На улице меня встретил мелкий дождь. Накинув капюшон, я двинулся в сторону дома.

***

На следующее утро Артур был вызван к капитану, и уже спустя час мы стояли на крыльце чужого дома. На верхней ступеньке темнело засохшее пятно крови.

— Артур, напомни, что мы здесь хотим найти? — полюбопытствовал Альн.

Артур лишь пожал плечами:

— Я не знаю. Может, что-нибудь странное.

Он потянул дверь, и она без скрипа открылась.

— А у прошлых пропавших находили что-нибудь? — Анна зашла в дом вслед за Артуром.

— Нет. Но до этого этим занималась стража. Могли чему-то не придать значение. Дом расположен в рабочем квартале, но так как охотники, чья это территория, были в патруле, дело передали нам.

В доме не было ничего необычного. Довольно неплохая обстановка: не богато, но уютно. Мы разбрелись, осматривая каждый угол.

Анна задумчиво провела рукой по комоду, затем залезла на табуретку и заглянула в верхний шкафчик.

— А наш пропавший явно ждал гостей! — крикнула она из кухни, заглядывая в духовку, работающую от магических кристаллов.

— Ужин?

— Да. Причём праздничный. Так красиво для себя одного не готовят. Да и чисто везде. Точно здесь прибирались.

— Надо пройтись, поговорить с соседями, — предложил Альн.

— Да, пойду с тобой, — откликнулся я, не увидев в доме ничего примечательного.

— Начнём с дома напротив. — Я кивнул на противоположную сторону улицы.

Альн постучал в дверь, и мы стали ждать. Спустя время послышались шаркающие шаги, дверь приоткрылась.

— Что вам надо? — прошелестела тихим голосом женщина преклонного возраста.

Я достал и показал медный медальон охотника.

— Мы бы хотели поинтересоваться вашим соседом.

— Господине Эгрике?

Я кивнул. Несмотря на возраст, женщина оказалась идеальным информатором. Мы узнали, что жил он один уже около года, после смерти жены и дочери. Раньше дружил с семьёй Дарби, у которых мясная лавка через дом, но сейчас вёл замкнутый образ жизни.

— А ночью вы слышали что-нибудь?

— Вы знаете, я по ночам плохо сплю, больше хожу туда-сюда по дому или вяжу. Да, было, — припомнила она. — Около полуночи крик был на улице, но я подумала, что Эгрик опять напился. Бывало, как зверь завоет: что-то кричит, ругается, потом заревёт, а может и уснуть прямо на улице.

— И долго он кричал? — полюбопытствовал Альн.

— Нет, крик прервался очень быстро. Мне даже стало интересно, что случилось, выглянула в окно — на улице никого. А дверь у соседа открыта.

— И вас это не насторожило?

Она усмехнулась на вопрос Альна:

— Молодой человек, я старая слабая женщина, да ещё и в придачу редкая трусиха. Это насторожило меня настолько, что я задёрнула шторы, проверила дверь и пошла спать.

— Спасибо большое, — поблагодарил я и хотел спуститься с крыльца.

— А что случилось-то? — полюбопытствовала соседка. Было видно, что ей жуть как интересно.

— Мы пока не знаем, но хотелось бы найти вашего соседа.

— Ой, убереги нас Трое! — запричитала она нам вслед.

— Ну что, зайдём к его друзьям? — не оглядываясь, спросил Альн.

— Да, давай.

Из беседы с женой Дарби мы узнали, что именно она утром обратилась в стражу, когда обнаружила, что Эгрик пропал.

— Я ношу ему кое-что из еды с утра. А сегодня прихожу: дверь открыта, в доме никого нет. Да ещё кровь на крыльце. Ну, я прикрыла дверь и пошла к местной страже.

— Может, он просто ушёл куда-нибудь пьяный и уснул? Почему вы решили, что с ним что-то случилось?

Здесь она замялась. Было видно, что ей неловко рассказывать. Она оглянулась назад:

— Просто я не рассказывала об этом мужу. — Здесь она понизила голос. — До этого он обмолвился, что к нему скоро вернутся жена с дочерью.

— Как вернутся? Они же погибли?

— Вот именно. Я ещё подумала, что совсем уж бедняга с горя с ума сошёл.

— А он не говорил, когда их ждёт?

— Нет, я услышала это дня три назад. Я принесла ему еду утром, а он прибирался. Дом без хозяйки пришёл в запустение, а тут такая активность. Вот я и спросила, каких он ждёт гостей.

— А ещё что-нибудь говорил?

Она отрицательно помотала головой:

— Я больше с ним не разговаривала об этом. Как-то жутковато было.

— А мужу почему не хотели рассказывать?

— Он бы испугался за меня и запретил еду носить. А мне так жаль Эгрика…

После этого мы попрощались и пошли обратно. В этот момент из дома выходил Артур с остальными.

Артур посмотрел на меня:

— Если он и умер, то явно не здесь. Никаких даже отголосков эманаций смерти я не чувствую.

— А у нас есть кое-что любопытное. — И я пересказал то, что нам с Альном удалось узнать.

— Может, подождем немного? Он мог поскользнуться на крыльце, разбить нос, заорать и пьяным уйти по своим делам, — предложил Руд.

— Да нет. Слишком много странностей. Я предлагаю посетить дома других жертв, а там обсудим. Может, и найдём что-то общее, — возразил Артур.

Выбора в действиях не было, и мы разошлись по городу.

***

К вечеру мы собрались дома.

— Ну, есть у кого-то какие-то мысли? — Артур пришёл последним, скинул куртку и уселся за стол.

Все переглянулись. Мы уже успели обсудить собранное, и мыслей было не так уж много. Общего у исчезнувших людей почти не было: сегодняшний вдовец, портной из купеческого квартала, домохозяйка, моряк, вышибала из таверны — не были знакомы, общих интересов не имели. Жили в разных частях города, имели разное материальное, семейное и социальное положение. Единственное, что их объединяло, — внезапное исчезновение ночью. Вышибала вышел из таверны до погреба, но так и не вернулся. Нашли только пятно крови утром.

— Может, жертвоприношение? — предложила Анна.

— Жертву можно найти проще, чем вытаскивать из дома. Вот если пройтись по трущобам, никто даже не заметит пропажи парочки, — зевая, заметил Альн.

— Да, может, и там пропадали, просто мы действительно об этом не знаем, — я встал на сторону Анны.

За вечер у нас не родилось ни одной рабочей версии, выдерживающей серьёзную критику.

— Надо завтра идти в архив и библиотеку. Может, там будет что-то похожее, — предложила Анна.

Все, кроме Артура, немного скисли от перспективы сидеть целый день за пыльными фолиантами. Артур, возможно, тоже был не в восторге, но не мог показать, что не воодушевлён идеей. Да и признаться честно, других вариантов всё равно не было.

С утра мы всей компанией отправились искать зацепки в прошлом. Уже к обеду сфокусироваться было почти невозможно, а к вечеру я с ватной головой пялился в книгу, пытаясь уловить хоть что-то нужное. Ближе к полуночи мы вывалились на улицу и глотнули свежего воздуха. Голова гудела от количества информации. Наиболее важные вещи я выписывал на листки. У Анны и Артура были аккуратные блокноты в кожаном переплёте. Я, Руд и Альн пожалели три серебряных за такую вещицу, поэтому держали в руке по стопке листов.

Из того, что я узнал сегодня, люди пропадать могут по разным причинам. Но почти ничего не подходило под наш случай. Был «зов океана», когда целые команды исчезали, оставляя корабль. Проваливались в пространственные разломы. Их похищали, съедали монстры, убивали ради развлечения сумасшедшие маги, приносили в жертву культисты. Все архивы, связанные с исчезновениями людей, были нами прочитаны.

В голове как бы невзначай прозвучал голос:

*«А может, они ушли за хлебом?» *

*За каким ещё, демоном, хлебом? * — я так устал, что даже не заметил, как сказал вслух. Но все были настолько измотаны, что никто не обратил внимания.

*«Ну, как знаешь. Есть множество историй, когда человек уходил за хлебом и не возвращался», * — голос ещё что-то подхихикивал про зов, которому никто не может сопротивляться.

Я отмахнулся. Уже начал привыкать к своеобразному чувству юмора моего спутника, хоть и не понимал большую часть его шуток. Поскорей бы уже лечь спать.

Глава 8

К вечеру становилось прохладно. Укутавшись в плащ поплотнее и спрятав длинные тёмные волосы под капюшон, Кавиль вышла на улицу. Сердце предвкушало такую желанную встречу. Она буквально на крыльях долетела до места, где её уже ждали.

— Я так рад тебя видеть, — как только Генри её увидел, он засиял от радости.

— И я. — Она замерла в шаге, не решаясь сделать ещё один навстречу.

Генри был высоким кареглазым брюнетом, а тяга к жизни из него била ключом. Он не выдержал первым, шагнул вперёд и обнял её. Они познакомились всего неделю назад, но казалось, будто знают друг друга целую жизнь.

Позже вечером, в доме Генри, она смотрела ему в глаза и понимала: он весь её.

Кавиль привстала на цепочках, прижалась грудью к его груди и прошептала:

— Чего ты сейчас хочешь больше всего?

— Тебя! — прижимая её ещё сильнее, прохрипел Генри.

— А что бы ты за это отдал? — с игривыми нотками в голосе, уворачиваясь от поцелуя, спросила она.

— Всё!

— И даже жизнь? — удивлённо спросила девушка.

— И даже жизнь!

— Тогда этого для меня достаточно.

После чего она впилась в него таким поцелуем, что Генри почувствовал вкус крови на языке. Два тяжело дышащих тела повалились на кровать. Голова Кавиль лежала на груди Генри, а она задумчиво покусывала пальцы его руки. Как вдруг в дверь постучали.

— Всё ещё готов отдать всё? Или уже нет? — Ответить он не успел. В дверь настойчиво постучали снова.

— Никуда не уходи, я посмотрю, кто там, и вернусь. — Он вылез из-под одеяла и, на ходу натягивая штаны, пошёл к двери.

— Кто там? — До двери оставалось пару шагов. Ответа не было, а стук продолжался. Генри достал небольшой револьвер из кармана висящей рядом куртки, взвёл курок и повернул ручку.

— Кого там ночью принесло?!

Стук резко оборвался, как только он открыл дверь. К своему удивлению, Генри обнаружил, что крыльцо пустое. Да и вообще на улице царила пустота и тишина. Настолько густая, что становилось жутковато. Может, соседские подростки балуются?

Он уже хотел закрыть дверь и забыть об этом, но мерзкий холодок, пробежавший по спине, заставил его оглянуться. Он невольно вздрогнул. Это была Лея. Она стояла в упор. *Как она успела спуститься так быстро?* — пронеслось у него в голове.

— Лея, что-то случилось?

Повернув голову слегка набок, она посмотрела ему в глаза. В них не осталось ничего от той девушки, с которой он знакомился и делил постель. Нет, они не поменяли цвет или форму зрачка. Просто в них плескался океан злобы. Колючей, жаждущей захлестнуть всё, до чего дотянется её взгляд.

— Ты обещал отдать всё.

После чего с силой, несоразмерной её хрупкому телу, она толкнула его в грудь. Генри вылетел за порог на улицу, не задев ступенек крыльца. Но упасть на землю ему уже не удалось. Ещё в полёте что-то острое вцепилось в его голову, затрещал череп, и его потянуло куда-то с огромной силой. Он судорожно нажал на спусковой крючок. Звук выстрела прорезал темноту, но второго уже не последовало. Генри исчез в сгустке мрака прямо под фонарём.

Кавиль отправила воздушный поцелуй в то место, где пропал Генри, спокойно накинула плащ и спустилась по ступенькам. Настроение было прекрасным: такое испытывает охотник после успешной добычи. Она покрутила в руках небольшую запонку Генри и любовно убрала трофей во внутренний карман плаща.

***

Входная дверь закрылась. Кавиль скинула плащ и прошла в гостиную.

— Ну что, закончила со своим брюнетом? — Дорана полулежала в кресле, закинув ноги на боковую спинку. В одной руке у неё было надкусанное яблоко, в другой — дешёвый роман, от которого она была без ума.

Кавиль улыбнулась и молча достала запонку, покрутив её в воздухе.

— Вот любишь ты эти сентиментальности, — фыркнула Дорана. — Кем ты была на этот раз? Бедной сироткой Леей? Или супругой ужасного мужа-тирана Вией? Или подожди… может, это была роковая Мари?

Вечные придирки старшей сестры Кавиль не трогали.

— Контракт заключён кровью и оплачен. Остальное не твоё дело.

Услышав их разговор, младшая, Бри, вышла в гостиную.

— Сколько же мужчин погубила наша красотка?

— По крайней мере, они получили хоть что-то, — огрызнулась Кавиль.

— Ну не скажи. Вот мой последний как горевал о своей жене и дочери! Я сказала, что могу помочь им воссоединиться, и он подписал контракт. И я подарила ему три дня, когда он жил в надежде.

Кавиль лишь отмахнулась. Этот разговор звучал уже сотни раз в различных вариациях. Всё сводилось к одному: найти в душе человека маленькую петельку желания, зацепиться за неё и раскрутить клубок настолько, чтобы он был готов отдать всё что угодно. За прошедшие десятилетия они стали мастерами в ремесле недомолвок, двусмысленностей и обмана.

— Дорана, я устала от этой провинциальной помойки, — застонала Бри.

— Нам осталось три контракта, и мы можем вернуться в столицу, — напомнила старшая.

Хотя кто из них какого возраста, было неясно: все трое выглядели ровесницами.

***

Спать нам долго не удалось. Прибежал посыльный и передал открывшей дверь Анне записку от капитана. Содержание было коротким: адрес, имя и фраза: *«Проверьте. Скорее всего, тоже ваш.»*

Я поднялся наверх, взял куртку, револьвер, перекинул сумку через плечо и вышел на улицу ждать остальных. У дома мы решили не терять времени: я с Артуром пошёл внутрь, а остальные решили побеседовать с соседями.

В первой комнате не оказалось ничего интересного. Ни следов крови, ни борьбы. Словно человек просто вышел на улицу. А вот в спальне всё обстояло куда интереснее.

Разбросанная мужская одежда. Смятая простынь.

— Либо он так сильно хотел спать, что раскидывал одежду, либо у него вчера был хороший вечер, — сказал я Артуру, хотя и так всё было очевидно. Он поддержал меня и в саркастической манере добавил:

— Ну да, ещё и крутился во сне, как юла.

— Кстати, штанов не хватает. — Мы ещё раз огляделись. Действительно, штанов нигде не было.

— Так, подожди. — Я откинул подушки и одеяло в изножье кровати и начал водить ладонью с расставленными пальцами по простыне. Подцепив парочку длинных чёрных волос, я продемонстрировал их Артуру.

— Только как нам её найти?

Я пожал плечами. Сильный маг, специализирующийся на ритуалах, за хорошие деньги мог бы и найти её. Но мечтать, как говорится, не вредно. Мы ещё немного походили по дому и вышли на улицу.

— Вопрос только в том, что это за женщина и какой образ жизни вёл он.

Артур вопросительно взглянул на меня.

— Так, давай с этого момента поподробнее, — подошедшая Анна уловила обрывок моей фразы и заинтересовалась.

— Сегодня наш исчезнувший имел успех у одной девушки, которая может нам что-нибудь рассказать про исчезновение.

— Его, кстати, звали Генри, — перебила Анна.

— Вот весь вопрос: насколько богата была личная жизнь Генри? Если он был как перекати-поле, то шанс на успех поисков очень низкий, и мы просто потратим время.

— Я думаю, у меня есть ответ на твой вопрос. — Артур удивлённо приподнял бровь.

— Ну, рассказывай.

— Одна из соседок видела его вчера с красивой девушкой. И она была очень удивлена. Генри уже несколько лет жил один и никого домой не приводил.

— Описать сможет?

— Красивая, длинные чёрные волосы, «разобьёт бедному мальчику сердце», — процитировала Анна.

— Тогда надо узнать, где он работал, и найти его приятелей. Думаю, столь яркое событие в его жизни должно было быть замечено окружающими, или он с кем-то им делился, — задумчиво сказал Артур.

Разделившись, мы весь день потратили на поиск следов неизвестной девушки. Я вернулся домой без каких-либо весомых зацепок. Все, с кем вёл дела пропавший, отзывались о нём хорошо, но близких отношений не имели. Зато Альн с Рудом сегодня были на коне. Они вытащили из приятеля Генри подробности его знакомства с девушкой по имени Лея. Описание совпадало с рассказом соседки. Но самое главное: Генри обмолвился, что они познакомились и всегда встречались у небольшого сквера в купеческом квартале.

— Если она не знает, что Генри пропал, то, возможно, придёт туда, если встреча уже назначена. Можно подождать, — предложил Руд.

— Либо она никогда туда не придёт, если она замешана или что-то видела, — возразил Альн.

Артур и Анна тоже согласились с Альном, что в парке ждать не имеет смысла. Но Руд заупрямился и стал настаивать на сквере. До этого я не видел такого упорства у скорее избегающего конфликтов Руда. И решил встать на его сторону:

— Давайте мы посмотрим пару дней в парке, а вы отработаете другие варианты.

Ещё немного пообсуждав, решили, что я и Руд будем ждать в сквере, а Альн, Артур и Анна займутся поиском на близлежащих улицах, обходя дома и постепенно отдаляясь от нас.

Утром, не спеша идя по скверу, я решил поинтересоваться у Руда, почему он так настоял на том, чтобы ждать именно тут.

— Ты был когда-нибудь на охоте?

Я озадаченно посмотрел на него.

— Я имею в виду обычную охоту на зверей.

Я отрицательно покачал головой. В прежней жизни охота не входила в круг моих интересов.

Тогда он продолжил:

— Без разницы, на кого охотишься: на хищника или травоядного. У всех есть свои повадки и любимые места. И чем лучше ты их знаешь, тем выше шанс на успех.

— То есть ты считаешь, что девушка всё-таки причастна к исчезновению?

Руд пожал плечами:

— Я считаю, что хаос и непредсказуемость дают преимущество, но они чужды всем живым существам. Поэтому стоит подождать здесь.

На третий день, ближе к вечеру, когда я уже был готов сдаться, Руд толкнул меня локтем, привлекая моё внимание к молодой девушке. Она спешила, идя по дорожке через сквер. Длинные чёрные волосы развевались на ветру. Должен признать, она была действительно красива. Какой-то холодной, бездушной красотой. Руд хотел пойти ей на перерез, но я незаметно придержал его, так что его нога на мгновение зависла в воздухе, а затем он поставил её обратно.

— Давай сначала посмотрим, куда она так торопится, — предложил я. Хоть я и почти не сомневался, что это именно наша темноволосая гостья Генри, мы могли её сейчас только спугнуть.

Мы, стараясь оставаться незамеченными, последовали за ней. Но долго шпионить у нас не получилось. Девушка пересекла сквер, перешла через улицу и сходу села в экипаж, который, видимо, ждал её. Слежка за экипажем имела свои особенности: это был рваный бег, попытки срезать путь через переулки, пиная местами мусор. Да что там говорить, я даже штаны порвал у колена, зацепившись за торчащий гвоздь, перелезая очередной забор. Один раз я чуть не побежал за другой повозкой, перепутав экипажи, но Руд, как настоящий ценитель лошадей, указал на нашу.

К концу пути мы, тяжело дыша и с явным привкусом железа во рту, наблюдали, как из остановившегося экипажа выходят двое: девушка, а с ней мужчина. И судя по тому, что можно было рассмотреть на расстоянии, он был гораздо старше её. Они зашли в дом, и в окнах загорелся свет. А извозчик, хлестнув поводьями, отправился дальше.

— Может, не она? — озадаченно спросил Руд.

— Может, и не она, но сейчас всё бросать глупо. Надо ждать.

Тот лишь кивнул в ответ.

Примерно через час свет на первом этаже дома потух, а затем ненадолго загорелся на втором. Но спустя пару минут окна превратились в чёрные провалы. Ночь уже вступила в свои права, и на улице стало ощутимо прохладно. Когда в остальных домах начал гаснуть свет, нас с Рудом уже потряхивало от холода. Я ходил с места на место, пытаясь согреться, но не теряя из виду нужную дверь.

Когда я уже проклинал всё на свете, мы услышали отдалённый стук, а затем скрежет по стеклу. Я стал смотреть внимательнее, чтобы найти источник звука. Хоть пустую улицу и освещали фонари, я никого не видел.

— Смотри, Галар.

Я тоже заметил, что на втором этаже нашего дома загорелся свет. А затем и на первом. Дверь дома резко распахнулась, и оттуда вышел полуобнажённый мужчина, что-то держа в руках. Он уверенно шагнул за порог, оглядывая округу, видимо, выискивая хулигана. Но звук прекратился, как только он открыл дверь. Дальше всё происходило очень быстро. Чёрный бесформенный силуэт отделился от крыши дома. Схватив свою жертву за голову, тряхнул её, как куклу, в воздухе с такой силой, что предмет выпал из рук мужчины. А затем безвольно повисшее тело потащило к сгустку теней на стене противоположного дома. Небольшая вспышка — и то место, где было пятно, снова освещается фонарём. Обычная стена. Не было никаких криков. Если бы я отвернулся, я бы и не заметил, куда и как он пропал.

Мы с Рудом переглянулись, и я, достав револьвер, осторожно побежал в сторону дома. Руд поступил так же. Не знаю, помогли бы нам револьверы, но с ними было гораздо спокойнее. Тишину улицы нарушало только наше шумное дыхание и топот шагов.

— Обойди дом, а я посмотрю, что внутри, — шепнул я. Руд кивнул и отправился в обход. У крыльца на земле валялось короткое ружьё. Понятно, почему хозяин дома так уверенно выскочил на улицу. Я аккуратно подобрал его и быстро осмотрел: два вертикальных ствола, приклада нет, для удобства под нижним стволом есть накладка, за которую удобно придерживать второй рукой. Прицельно стрелять из такого тяжело, но вблизи — очень хорошая вещь. Я переломил ствол, проверил наличие патронов и, поудобнее перехватив, поднялся по крыльцу. Сердце бешено стучало, но страха уже не было.

Внезапно проснулся мой спутник и начал мурлыкать какую-то песню. Слов я не слышал, только мотив.

— Хочу тебе сказать, что ты выбираешь очень интересные моменты для своего появления. Видимо, тебе нравятся ситуации, когда я могу отдать Троим душу.

На секунду прервавшись, голос ответил:

«Отдать ты можешь в любой момент, просто обычно ты этого не осознаёшь. Так что и сейчас не беспокойся».

— Легко тебе говорить. Ты, если что, теряешь только перспективу стать живым, — буркнул я.

Я на цыпочках поднимался по лестнице, стараясь держаться поближе к стене, чтобы ступени не скрипели. Обрез на удивление удобно лёг в руку и придавал уверенности. Но это если не вспоминать, как он сослужил прошлому хозяину. Несмотря на опасность, злое веселье моего спутника постепенно начало передаваться и мне. Я краем сознания отметил, что он поёт про миндальные глаза и запах жасмина. Буквально только вступив с лестницы на второй этаж, из двери в пяти шагах от меня вышла молодая красивая девушка. Она вздрогнула, увидев меня, но сразу взяла себя в руки и посмотрела на меня своими большими карими глазами. Я замер на мгновение в растерянности. Она уже хотела шагнуть в мою сторону, как в голове раздался такой крик, что меня выкинуло из оцепенения:

«Стреляй, дурак»!

Прогремел выстрел. Я стрелял не целясь, от бедра, надеясь на короткую дистанцию. Облако дроби вырвало огромный кусок косяка над её головой, заставив её присесть. Не вставая, она хищником прыгнула на перила, отгораживающие от падения на первый этаж. Я проводил её ружьём, а в голове голос продолжал петь с ещё большим азартом:

«Потанцуй со мною, ведьма».

В этот момент я выстрелил во второй раз. Девушка, или то, чем она притворялась, не успела спрыгнуть вниз. Она только начала отталкиваться. Деревянные перила и её правая стопа раскрылись уродливым алым цветком от попадания. Её крутануло в воздухе. Ударило затылком до хруста о край пола второго этажа, после чего она мешком свалилась вниз. Я отбросил ружьё, выхватил револьвер, подбежал к перилам и перегнулся через них. Остатки оторванной стопы валялись на полу, а существо на трёх конечностях рвануло к выходу. Причём скорости его могло позавидовать любое животное. Я почти кубарем слетел вниз по лестнице. На середине лестницы я услышал выстрелы на улице. Перепрыгнув финальным прыжком оставшиеся ступени, я в два шага оказался на улице. Когда я увидел Руда, он уже стрелял в темноту.

— Галар, что, к демонам, это такое было?! — выругался Руд.

— Это была наша красотка.

— Что будем делать?

— Ну, её нам не догнать. Побежали к Артуру и остальным, а там уже будем думать.

— Только подожди минуту, я кое-что оставил в доме. — Я быстро поднялся и убрал обрез за пазуху.

После чего мы побежали в противоположную сторону от скрывшегося в темноте чудовища.

***

— Что произошло?! — вскочила с кресла Дорана, когда Кавиль влетела в комнату, чуть не сняв с петель входную дверь.

— Не знаю, — прорычала Кавиль, садясь на диван. Кровь из ноги уже не шла, да и боль была не такой уж сильной. — Я всё сделала, хозяин забрал подношение, и я собиралась уходить, как столкнулась с каким-то психом. Он даже разговаривать не стал со мной, а сразу выстрелил из ружья.

— Да, сестричка, обаяние тебя явно стало подводить, — младшая Бри не могла упустить возможность уколоть сестру даже в такой момент. Но никто не обратил на неё внимания.

— Может, это церковник или охотники? — Дорана уже была не на шутку взволнована.

— Я же сказала, я не знаю, кто это был. Но был бы он стрелком получше, то снёс бы мне башку ещё первым выстрелом. А, вспомнила, был ещё второй на улице.

Дорана, поморщившись, потерла виски.

— Так надо уезжать из города.

— Надо переждать, пока нога восстановится. Меня с такой культей быстро приметят.

— Нет, ждать нельзя. Они сейчас возьмутся за это дело серьёзно и начнут прочёсывать город. А если у них найдётся толковый маг крови, то они довольно быстро поймут, где тебя искать, а заодно и нас. Надо уехать подальше. Там проведём ритуал, восстановим твою ногу и подменим след крови. Не в первый раз.

Дорана подошла к шкафу и достала из шкатулки маленький пузырёк.

— На, пей.

Выпив мутную жидкость из склянки, Кавиль откинула голову назад и моментально уснула.

В трясущемся фургоне было непривычно неуютно. Не помогали ни мягкая обивка, ни разложенные подушки. Угнетало осознание, что это место может стать их последним пристанищем. А от того, что гроб обложить подушками, он приятнее не станет. На выезде из города стоял усиленный пост стражи с человеком в рясе.

— Блин, не успели. Что теперь делать будем? Может, развернёмся? — заерзала Бри.

— Замолчи! Не паникуй раньше времени.

Их досмотрели, но, не найдя ничего интересного, пропустили.

— Всё, можешь вылезать.

Стражник заглянул в фургон.

— Что-то случилось? — проворковала Дорана.

— Прошу прощения, леди, просто сказали досматривать всех покидающих город.

— Да, а может, тогда поедете с нами, раз так опасно? — предложила Бри.

— Мы бы не отказались от такой компании. — И обе залились хохотом. Охранник смутился, даже немного покраснел, махнул кучеру и крикнул: — Проезжай!

Церковник только мазнул взглядом по фургону, ни капли им не заинтересовавшись.

Фургон спокойно покатил по дороге, оставляя город позади. Теперь уже вряд ли им что-то угрожало.

— Всё, можешь вылезать. — Дорана пересела на сторону Бри и постучала по скамейке. Крышка зашевелилась, откинулась, и из неё показалась взлохмаченная голова Кавиль.

— Наконец-то. А то я думала, задохнусь там.

Через какое-то время, когда город уже скрылся из виду, фургон понемногу начал сбавлять ход, а затем совсем остановился. Откинув штору и выглянув в окно, Дорана сразу всё поняла. Лошадей уже отпрягали от фургона. А кучер беспомощно болтался в воздухе. Два человека в рясах, ещё трое с перстнями на руках (явно охотники) и два боевых доспеха.

Обида и досада. Она понимала, что выкрутиться уже не получится. Но играть стоило до конца.

— А что случилось, что вы, как разбойники, нападаете на юных дам?

К ней начал подходить один из церковников. Судя по серебряному медальону на шее, представитель Инквизиции. Ещё совсем молодой, почти мальчишка. Интересно, насколько сильным клириком он станет, если у него уже серебряный медальон?

— Выйдите, пожалуйста, из… — речь прервал плевок Дораны, попавший ему в лицо. Тот упал, пытаясь стереть с лица что-то невидимое. Из фургона вылетело три фиолетовых пульсара. Один из охотников выставил полупрозрачный магический щит, закрыв второго инквизитора, который оказался под ударом. Пульсары били в щит один за одним, заставляя охотника сгибаться всё ниже и ниже.

Но тут своё слово сказали маги в боевых доспехах. Первый доспех начал стрелять из своего ружья, разом разрядив весь барабан. Каждый выстрел проходил насквозь сквозь фургон, забирая с собой части интерьера и плоти сидящих внутри. Второй доспех воспользовался «дыханием дракона», и струя жидкого пламени ворвалась внутрь повозки. Послышался страшный крик боли. И одна из тварей выпрыгнула через окно. Объятая пламенем, с висящей на коже левой рукой. Она даже отдалённо не напоминала кого-то из пассажирок. Да и человека можно было узнать с трудом: огромная пасть с игольчатыми зубами, непропорционально длинные руки и ноги, заканчивающиеся острыми когтями, и чёрные глаза без каких-либо зрачков.

Она кинулась в атаку на магов. Прыгнула. Но один из охотников вскинул вторую руку, и она, как кучер, беспомощно повисла в воздухе. А рядом стоящий охотник размахом руки отправил две серебристые дуги, которые прошли через тело, как горячий нож через масло. И на землю тварь упала уже тремя раздельными частями.

— Капитан, с этим что делать? — спросил тот, кто держал кучера в воздухе заклинанием.

— Отпусти пока на землю. Сначала разберёмся с останками. — С этими словами капитан развоплотил щит и помог подняться клирику, которого он прикрыл.

— Сожги это! — он мотнул в сторону останков твари. Маг перенаправил сопло и выпустил струю пламени, держа её, пока останки не занялись огнём сами.

Капитан подошёл и перевернул инквизитора, которому достался первый плевок. Парень уже не дышал. Лицо почернело, а вены проступили алыми жгутами. Черные глаза смотрели в никуда.

— Предсмертное проклятие. У парня не было шансов, — прогудело из подошедшего боевого доспеха.

— Да, но всё равно жаль. Говорят, талантливый был.

— Будет тяжёлый разговор?

— Будет. Но это их вина, что молодняк послали. Нам хоть хватило ума своих уберечь.

Глава 9

Прошло около трёх дней после той стычки в доме. В ту ночь Артур решил сразу доложить капитану. Сначала мы возмущались, когда капитан отправил нас домой и сказал, что разберётся со всем сам. Но вчера мы узнали, что при стычке погиб инквизитор, и решили, что наша гордость ни капельки не пострадала.

Свободные дни я посвятил учёбе, наконец завершив «Основы ритуалистики». В конце книги были описаны два простых ритуала. Первый — «Взгляд мага» — позволял увидеть место, где проводился ритуал, вместе со всеми энергетическими линиями или магическими загрязнениями. Второй — «Очищение пространства» — самостоятельно почти не применялся, но служил важной подготовительной частью для других заклинаний.

Несмотря на то, что я только проснулся, решил начать день с самого неприятного: практики лечащего заклинания. Чтобы отточить навык, нужна практика. А для практики — раны. Можно было бы пойти в местный госпиталь, но это долго, да и выжмут меня там сердобольные медики досуха. Я взял бритву, порезал ладонь и, как только на коже выступили тугие капли крови, сразу приступил к заклинанию. Ощущения при лечении себя можно описать так: горячий комок формируется в груди, а затем тёплой волной разбегается по организму, стягивая края раны. В дальнейшем надо будет стараться отправлять энергию только в нужном направлении, не распыляя её по телу. Наконец, опустошив один из источников, я закончил тренировку и спустился в столовую. Судя по звукам, все уже проснулись.

***

То, что я пересёк границу трущоб, мне сообщили сапоги, наступив на землю вместо брусчатки. Краем глаза я заметил, что со мной кто-то поравнялся, и невольно повернул голову. Вздрогнул, потянулся к висящему под плащом короткому ружью. Для графини моё движение не осталось незамеченным.

— Мне кажется, Галар, это не имеет никакого смысла. Во-первых, ты уже пытался меня застрелить, и из этого ничего не вышло. — Я невольно поморщился от её напоминания. — Но давай представим на мгновение, что ты достиг успеха и с невероятной скоростью выстрелил из… Кстати, что именно у тебя под плащом?

Я буквально физически ощущал сарказм в каждом её слове. Отвечать на такой вопрос было выше моих сил.

— Хотя не важно. Ты стреляешь, я падаю с пробитой грудью и истекаю здесь кровью.

— Почему именно в грудь?

— Ну, хочется уйти с красивым лицом. — Я лишь пожал плечами.

— И что бы ты делал дальше? Ты застрелил графиню. Высшая знать не прощает убийство себе подобных.

Я задумался, не найдя что ответить. Самое обидное, что она была права: в обоих случаях результат был печальным.

— Ладно, давай ближе к делу, охотник. Есть у меня для тебя работа.

После того как она назвала меня по имени, я уже не сомневался: всё, что можно было узнать про меня, она узнала.

— Бесплатная?

В зелёных глазах графини сверкнула сталь, но она не показала недовольства моей дерзостью.

— Ты сначала долг отдай, а потом будешь об оплате спрашивать, — ответила она на удивление милым голосом.

— И что от меня требуется? Что-то украсть?

— О нет. Ты будешь расти или падать в своих нарушениях закона. Тут смотря как посмотреть.

Её энтузиазм мне вообще не внушал доверия. Я отчётливо понимал, что буду кошачьими лапками в этой истории.

— Ладно, давай ближе к делу.

— Работа даже по твоему профилю. Ты ведь охотник и убийца чудовищ. А вот твои чудовища. — Она протянула аккуратно сложенный листок. — Как ты это сделаешь — твоя забота. Мне важен результат.

Я развернул и пробежался глазами по тексту.

— Вы хотите, чтобы я убил людей?

— Не совсем так. Эти двое — вампиры. Встречался уже с вампирами?

— Нет.

— Ошибаешься. Ты знаком уже как минимум с двумя.

Вот откуда эта чудовищная скорость и сила.

— А кто ещё один?

— Подумай головой на досуге, а не разочаровывай меня глупыми вопросами.

— Тогда я задам ещё два. С вашего позволения, постараюсь, чтобы они не были глупыми. Первый: есть ли у мне шанс, или это своеобразный способ отправиться к Троим?

— У тебя есть фактор неожиданности, так что шанс есть. Да и разница между мной и ними просто огромна. — Конец фразы она произнесла уже стоя с другой стороны от меня.

— Тогда второй вопрос: почему бы вам, проходя мимо, просто не оторвать им головы?

— Скажем так, с возрастом я стала немного сентиментальна, а котят топить уже тяжело.

Я уже хотел спросить ещё что-то, но на ухо донёсся шёпот: *«У тебя две недели»*. А я стоял один в небольшой улочке. Покрутив головой и не обнаружив собеседницу, быстрым шагом отправился к Диару.

***

Узнав во мне Шрама, дежуривший Мышонок открыл мне дверь.

— Диар дома?

Тот кивнул:

— Наверху.

Я поднялся по лестнице и, прежде чем войти, постучал. Войдя в комнату, обнаружил Диара за чтением какой-то толстенной книги по мореплаванию.

— Всё-таки не передумал стать моряком?

— Не совсем, — усмехнулся он. — Я бы хотел плавать на корабле, но на своём.

— А я смотрю, амбиции растут. Возможно, будешь плавать и на своём. Что тебе известно про Крысу?

Диар задумался на мгновение, а потом начал рассказывать:

— Его территорией считается юг трущоб, а промышляют где придётся. Количество не знаю, но у него самого человек десять, да ещё у двух приближенных — по пять.

— Двадцать человек. Серьёзная сила.

Диар призадумался:

— Ходят слухи, что он начал промышлять похищениями людей.

— И что он с ними делает?

— А кто его знает. Может, продаёт в бордели или ещё куда.

— Надо бы узнать об этом поподробнее.

— Хорошо. Скажу парням, чтобы поспрашивали как бы невзначай.

— Да, я тоже поинтересуюсь у местной стражи, хотя вряд ли они что скажут.

Попрощавшись, я отправился на рынок. По просьбе Артура купил пять небольших артефактных фонарей. Работали они благодаря маленькому энергетическому кристаллу, рассчитанному, наверно, на два варта. Хоть и неприятно было отдавать по два серебряных за каждый, но в темноте искать на ощупь какого-нибудь монстра в случае необходимости тоже не хотелось.

Позже вечером я сидел на кровати. Перед мной лежал лист с двумя именами и адресами. Конечно, мне не нравилось быть заложником сложившейся ситуации. А осознавать, что ты дёргаешься, как муха в паутине, было крайне неприятно. Да и всегда есть шанс превратиться из охотника в добычу. Может, кто-то из двоих не захочет умирать, а решит лучше прибить меня. Или графиня, наигравшись, свернёт мне шею. Но проблемы надо решать по мере поступления. Накинув плащ, я вышел на улицу и направился в сторону одного из адресов.

На улице торгового квартала было ещё оживлённо. Когда я прошёл мимо нужного дома, понял, что жизнь вампиров (если они на самом деле вампиры) не вписывается в мою картину мира. Жизнь графини из неё не выбивалась: шикарная резиденция, огромные деньги и связи. Именно так я представлял существование разумного существа, которое живёт долго. Либо другая крайность: заброшенное кладбище, откуда упырь выбирается только на охоту. Но здесь был дом, где сдавались комнаты. И, судя по всему, нужный мне вампир не хозяин этого дома.

Я подошёл к двери и спокойно постучал. Решил перестраховаться и использовать образ Золя, который набросил заранее. Пришлось немного подождать, но в итоге мне открыла немолодая, но приятная женщина. Седые волосы были заплетены в тугой пучок, а на плечах лежала толстая шерстяная шаль. Подул ветер, и она, поплотнее укутавшись, вопросительно посмотрела на меня.

— Добрый вечер. У вас есть комнаты под сдачу?

— Добрый. Да, как раз осталась комната на одного человека. По одному серебряному в день.

Я немного помялся:

— Понимаете, завтра приедут два моих кузена. Мы могли бы разместить двоих?

Она нахмурилась:

— Вы знаете, двоим там будет тесно.

— Я заплачу по полтора серебряных за день.

— Ну, если кто-то из ваших кузенов согласится спать на полу.

— О, не беспокойтесь, они не привередливы.

— Задаток один серебряный. Дальше оплата вечером за следующий день.

Я достал монету и передал женщине.

— Завтра до обеда они будут у вас. Спасибо, вы меня очень выручили. Просто, признаюсь честно, комнату на двоих мне сейчас не потянуть. — Я немного смущённо пожал плечами.

Она понимающе улыбнулась:

— Какие ещё ваши годы.

Второй дом я нашёл без особого труда. Заходить туда не стал, так как свет уже не горел. Просто прошёл мимо и отправился домой. Завтра подумаю, что делать со вторым.

***

Утром я отправился к Диару. Застал его завтракающим за столом вместе с Мышонком, Илем и Корстом. Кстати, надо отдать должное: питались они неплохо, видно, что Диар не стал жаться на добытые деньги.

— Мне нужны двое человек на неделю.

Диар даже поперхнулся от неожиданности, но, прокашлявшись, сказал:

— Забирай.

— Есть желающие?

По всей видимости, я, а точнее Шрам, пользовался авторитетом у банды. Пока Мышонок хлопал глазами, не понимая, что нужно делать, Иль и Корст быстро подняли руки.

— Отлично. Доедайте и собирайтесь. Оденьтесь так, будто вы с дороги, и прихватите какие-нибудь сумки.

Ждать долго не пришлось. Спустя полчаса оба были готовы. Я критично осмотрел их. Надо отдать должное: переодевшись, они выглядели весьма прилично. Видимо, в каждом из бывших бродяг жила тяга к хорошей жизни, и они компенсировали её по возможности.

Уже идя по улице, я инструктировал их, кто они и что от них требуется. Протянул Корсту листок с адресом:

— Дальше пойдёте сами. С завтрашнего дня вечером один из вас приходит в таверну у Калёного мосту. Если я не прихожу до заката, можете уходить.

Парни понятливо закивали.

— Ну всё. Не подведите меня.

Проводив взглядом удаляющиеся спины, я отправился ко второму дому.

***

Тело изломанной куклой упало на землю. **Карлия** не стала пить, так как не была голодна. Она просто сломала шею незадачливому выпивохе, который был не против приударить за заплутавшей красоткой. Сегодня что-то было не так. Она не смогла получить удовольствия ни от охоты, ни от убийства. Непонятно куда пропала эта приятная дрожь, которую она открыла при первом убийстве. Чувствовать, как жизнь другого медленно утекает сквозь твои руки. Она всегда следовала правилам и не убивала людей, даже когда пила. Следы от укуса пропадали за считанные минуты, а слюна не только обездвиживала жертву, но и стирала краткосрочные воспоминания.

Но один раз её заметили. Она растерялась, догнала и задушила свидетеля. Сначала испугалась своих ощущений, но неделю спустя спровоцировала одного из загулявших моряков пойти с ней. Она до сих пор помнила тёплый фонтан крови, ударивший ей в лицо из разорванной артерии. Ей даже показалось, что кровь того парня несла солёный морской ветер свободы. Да, от тел избавляться хлопотно, но отказаться от этих ощущений она была не в силах.

Мысли быстро вернулись к тому юноше, который подошёл к ней днём и попросил разрешения помочь такой очаровательной девушке донести корзины с продуктами. Интересно, какой он на вкус? Несмотря на первое впечатление, было в нём что-то жгучее и даже тёмное.

***

Анна уже не первый день сидела в библиотеке, изучая книги по комбинаторике заклинаний. Сейчас у неё стоял выбор следующего заклинания. Она хотела, чтобы оно дополняло предыдущие, позволяя использовать их по-новому. Польза некоторых сочетаний была довольно сомнительной или отложена до четвёртого, а то и пятого круга, когда маг изучит все нужные формулы. Других днём с огнём не сыщешь, а третьи могут разорить целые семейства.

— Вижу, у будущего мага проблемы с выбором?

Анна вздрогнула и повернула голову. Перед ней стоял мужчина. Если бы она встретила его на улице, то даже не вспомнила бы потом его лица: настолько он был неприметен. Однотонная одежда, ничем не выделяющееся лицо.

— Да, пока не знаю, что выбрать.

— Мне кажется, вашим клинком мог бы стать ваш разум.

— Мне не очень хочется ковыряться в чужих мыслях.

Он заливисто расхохотался. В контраст своей внешности он обладал живым, переливающимся смехом.

— Простите меня, пожалуйста, я не хотел вас обидеть. Просто даже у опытных менталистов, к сожалению или к счастью, это не всегда выходит. То, что вы выразились как «ковыряться в чужих мыслях», — скорее ювелирное искусство, чем способ вести бой. Но я бы на вашем месте присмотрелся к иллюзиям, внушению или даже контролю.

— Монстров контролировать чревато.

— А вы охотница. Поверьте моему жизненному опыту: от людей у вас проблем будет куда больше. Просто рассмотрите не совсем стандартную комбинацию. А теперь я вас покину, с вашего позволения.

***

Утро я провёл на арене. Сегодня была только отработка с холодным оружием, но с меня сошло семь потов. А вечером я встретился с Корстом. На удивление, парни поняли всё, что от них требуется, с первого раза. Придя домой, я уже планировал завалиться спать, но Анна сказала, что мне принесли записку. Я прочитал короткое сообщение от Диара и снова начал накидывать уже снятую куртку.

— Ты куда это в ночь? — Читающая в кресле Анна озадаченно посмотрела на меня.

— Шпионить на благо инквизиции, — горестно вздохнул я.

— Напомни мне, пожалуйста, не иметь с тобой дел, — пошутила Анна.

— Обязательно. — Я улыбнулся и вышел на улицу.

Время было ближе к полуночи, когда мы с Диаром и Роном подошли к нужному дому.

— Этот дом? — шепотом спросил я.

Рон ещё раз огляделся:

— Да, точно он. Именно здесь.

— Стойте тут. И если начнётся шум, постарайтесь меня не подстрелить.

Я накинул ауру тени и перешёл дорогу, освещаемую только тусклым светом луны. Стараясь не шуметь и не запнуться за какой-нибудь валяющийся мусор, я прошёл вдоль стены дома и замер у окна. Аккуратно заглянул в тёмный проём, но разглядеть ничего не удалось. Прислушивался какое-то время: если что и удалось услышать, так это мышиную возню где-то в стене. Тихо.

Тогда я всё-таки решился, поднялся по крыльцу и дёрнул дверь. Она оказалась закрыта. Вернулся к окну, просунул нож под раму и начал двигать им влево-вправо, пытаясь нащупать крючок. Вот лезвие уперлось, не желая больше двигаться вправо. Перехватился второй рукой, потянул сильнее. Щелчок. Я достал нож, поднял оконную раму и протиснулся внутрь. Достал из сумки артефактный фонарь, дававший ровный голубоватый свет. Накинул на него платок, чтобы не было заметно отблесков с улицы, и опустил пониже к полу. В другой руке держал револьвер.

В доме, по всей видимости, давно никто не жил. Половицы мягко поскрипывали под ногами. Я замирал время от времени, прислушиваясь. Обошёл весь дом, не найдя ничего интересного. По словам Рона, он подслушал разговор пьяных людей Крысы. Один из них хвастался, что если бы ему так платили, то он за день сотню девок туда притащил. Даже если это была неправда, проверить всё равно стоило.

Вернувшись обратно, я поймал на себе заинтересованные взгляды.

— Ну что там?

— Пусто. Странно, что никто ещё не занял этот дом. Но я вернусь сюда через пару дней днём и осмотрю всё получше.

Я видел, что Рон смущён тем, что его информация не подтвердилась.

— Рон, всё нормально. Проверить всё равно было нужно, да и я не рассчитывал, что нас тут ждёт что-то интересное. Этот дом служит скорее местом сделки. — Решил немного подбодрить парня.

— Так, а сейчас давайте возвращаться.

***

— Игнар, да никому до нас нет дела! Мы уже сменили несколько городов. И везде скрываемся. Когда мы вернёмся к нормальной жизни? — устало сказала София.

Игнар отшагнул от угла окна, из которого аккуратно выглядывал на улицу, и с плохо скрываемой злобой взглянул на неё. Она до сих пор не понимает, чего ему стоило её превращение. Он видел, как она понемногу умирала каждый день от лихорадки. И он нарушил один из законов, за который наказанием была безоговорочная смерть. Он даже был уверен, что готов отдать за неё жизнь в тот момент. Если бы тогда сразу кто-нибудь ворвался и снёс ему голову, было бы легче. Но никто не пришёл. Ни в тот вечер, ни в следующий.

Где-то в глубине зародилась маленькая надежда, что, может, всё будет хорошо. Она росла с каждым днём, но вместе с надеждой рос страх потери. Он даже не успел понять, когда страх перерос всё остальное. Начал вздрагивать от резкого окрика на улице или стука в дверь. Через пару недель напряжение наросло настолько, что он собрал вещи со своими накоплениями и сорвался в бега, прихватив Софи. В новом городе сначала всё было хорошо, но когда он прожил неделю, чувство тревоги снова начало нарастать. И с каждым переездом это происходило всё быстрее и быстрее. Прибыв в Ногарт, он уже не выходил на улицу. Длительное отсутствие крови в рационе тоже не добавляло ни сил, ни уверенности. Один раз Софи принесла кошку, но сказала, что больше так делать не будет. О, как это было унизительно, но голод взял своё. Ему нужна была человеческая кровь. Можно было даже воспользоваться кем-то из жильцов дома, как делала Софи, но ему было жутко страшно.

Так больше продолжаться не может. Надо брать себя в руки.

— Завтра уезжаем, — отвернувшись от окна, сказал Игнар.

— Я никуда не поеду. Я устала бегать.

— Да как ты смеешь! — Взрыв гнева накрыл Игнара волной. Пощечина, и София летит кубарем. Будь она человеком, возможно, этот удар для хрупкой девушки был бы последним.

Она подняла взгляд. Это первый раз, когда он её ударил. И в этот момент что-то сломалось внутри неё. Она молча поднялась и вышла из комнаты.

— Куда ты идёшь, неблагодарная тварь?! Ты никто без меня!

У него был порыв догнать её, но она уже выскочила на улицу. И страх не позволил идти ему дальше. Пускай катится ко всем чертям. Завтра корабль, он уплывёт из империи и начнёт новую жизнь. Он сел, откинул голову. Гнев начал спадать, и вместе с ним пришло сожаление о том, что он сделал. Он так погрузился в свои мысли, что не услышал шагов, а только звук открывающейся двери. Первая мысль была, что вернулась София. Он поднял глаза, но в нос ударил чужой запах.

***

Прошло пять дней с того момента, как я подселил Корста и Иля в небольшую съёмную комнату. А сегодня утром они попрощались с хозяйкой и покинули дом. Но теперь я знал, в какой комнате живёт нужный мне человек. Точнее, вампир. Трудности создавало то, что жил он не один, так что нужно было выгадать момент.

Я заметил, как белокурая девушка выскочила из двери нужного дома и быстрым шагом направилась вниз по улице. Это был идеальный момент. Хозяйка по своему обыкновению ушла за продуктами и вернётся не раньше обеда. А из постояльцев сейчас в доме остался только Игнар. В облике Шрама я поднялся на крыльцо. Дверь была не закрыта, и я проскользнул внутрь. Поднялся на второй этаж. Замер у нужной комнаты и аккуратно взвёл курки ружья. Легонько толкнул дверь и шагнул внутрь. В комнате царил полумрак: через плотные шторы почти не проникал свет. Я увидел измождённого небритого мужчину, который радостно посмотрел на меня. Но радость в глазах быстро сменилась осознанием.

Он хотел встать, но я не стал терять ни мгновения, а с ходу разрядил в него ружьё. Его откинуло на спинку дивана, а комнату заволокло дымом. Я переломил ствол и выкинул гильзы, но понял, что вставить новые патроны мне никто не даст. Игнар с огромной дырой в груди бросился на меня. Я бросил ружьё, оно повисло на ремне, и начал доставать револьвер. Несмотря на измождённый вид, силы в нём было как в здоровенном мужике. Столкновение было такой силы, что револьвер вылетел у меня из рук и покатился по полу. Игнар оказался сверху и сразу попытался укусить, но зубы проскользнули по каменной коже.

Воспользовавшись моментом, я вогнал демоническую руку прямо в открытую рану и пропустил несколько касаний молний, потратив на них четверть источника. Запахло горелым мясом. Игнар взревел от боли и дёрнулся, вырвавшись из моей хватки так, что у меня в зажатых когтях остались части какого-то органа.

— Что тебе надо?! — прохрипел вампир.

Отвечать я не собирался. Вместо этого нащупал на поясе патрон, переломил ружьё. Игнар рванул ко мне, и я в последний момент успел закрыться от удара ногой. Меня кубарем откинуло к окну, ударило об стену. Я потянулся к ружью, но Игнар уже был рядом и наступил мне на правую руку.

— Ну всё, повеселились, и хватит с тебя, — прошипел он, занося непонятно откуда взявшийся кинжал.

Я дёрнул левой рукой за занавеску, срывая её. Солнечный свет на мгновение ослепил Игнара, и он, зажмурившись, поднёс руку к глазам. Мне этого хватило, чтобы скрутить корпус и схватить ружьё левой рукой. Возвращаясь обратно на спину, я вытянул левую руку на всю длину. В тот же момент срез ствола оказался под самым подбородком Игнара. Выстрел. Голова Игнара откинулась назад, повисая на одной коже. С небольшой паузой всё тело по инерции свалилось на спину.

Я встал и замер. Белокурая девушка стояла в дверях и смотрела на меня. Я поплотнее перехватил ружьё. Это не спасёт меня, если она сейчас решит отомстить. Шансы давал только полный второй источник.

— Вам не обязательно меня убивать. Я ничего не нарушала. Игнар говорил, что за ним придут, а я не верила. — Было видно, что ей страшно. — Я только заберу вещи и уйду.

Я мотнул головой, провожая её дулом ружья. Краем глаза заметил, как плоть Игнара осыпается серыми лоскутами.

*«Вот это они здорово придумали. Неудивительно, что про вампиров никто не знает», * — прозвучал голос у меня в голове.

*«Плевать. Надо сваливать отсюда», * — ответил я мысленно.

Подобрал револьвер, не сводя ружья с блондинки, выскочил на лестницу, а затем на задний двор. Оглянувшись и никого не обнаружив, стал петлять по переулкам, как заяц, пока не оказался в трущобах.

Глава 10

Рон замер, спрятавшись за двумя деревянными бочками. В пятнадцати шагах от него стояла повозка. Он пытался разглядеть, кто именно приехал, но в щель между досками видно было немного. Вот двое вытаскивают из фургона шевелящийся мешок и тащат его к дому.

*Надо рассказать Диару и Шраму, что в доме всё-таки что-то есть.*

Дверь дома открылась. Рон уже собирался подобраться поближе, но внезапно услышал шорох за спиной. Он хотел оглянуться, но не успел. Мир погрузился в темноту.

***

Утро началось с того, что к нам прибежал мальчишка от капитана стражи и передал записку. Артура и Анны не было дома, поэтому в трущобы мы выдвинулись втроём.

— Ну, не знаю, Руд, — сказал я по дороге. — Мне кажется, заклинание «Рокот» неплохое, особенно против тварей, полагающихся на слух. Но уж больно маленькая дистанция.

Руд лишь пожал плечами:

— Я думал об этом. Но теперь уже поздно колебаться.

Руд с Альном уже второй день обсуждали новое заклинание Руда. Мне выбор товарища нравился. Единственное: пора бы подумать о какой-нибудь защите. И следующим взять что-то из оборонительных формул.

Впереди я увидел толпу зевак, которую пытались оттеснить два стражника. Мы приближались к тому самому дому, который смотрели с Роном и Диаром. Я не верил в случайности, и у меня неприятно засосало под ложечкой. Мы начали проталкиваться через толпу. Я показал медальон охотника, и стражники нас пропустили.

Капитан стражи Прайт стоял у бочек, разглядывая тело. Труп сидел, прислонившись к дереву, а на его бёдрах лежала его же голова.

— Вот же дерьмо, — вслух выругался я. Рона я узнал, хоть и не сразу.

Капитан обернулся и посмотрел на нас уставшим взглядом:

— Не говори, Галар. Другого слова тут и не подберёшь. Я столько всего повидал за свою службу и всё думаю: когда же люди устанут от своей жестокости?

— Может, не люди, — предположил Альн. — Как в прошлый раз.

— Нет, тут точно люди, — возразил капитан и протянул Альну смятый листок. — Вот было во рту.

На листке было написано всего несколько слов: *«Он смотрел не туда»*.

— А что там написано? — раздался голос из толпы.

— Да, мы должны знать, мы здесь живём! — вторил ему другой. Зеваки начали наседать на стражников.

Я посмотрел на Руда:

— Давай разгоним их.

Руд улыбнулся и кивнул.

— Капитан, пусть ваши люди отойдут назад и прикроют уши!

Руд приблизился к толпе, одновременно бормоча формулу и делая короткие пассы пальцами. Капитан, крикнув стражников по именам, приказал бегом подняться на крыльцо. Когда они оказались за спиной Руда, тот крикнул: «Зажмите уши!», сам прикрыл свои ладонями и открыл рот, направляя волну рокота над головами зевак.

Эффект был мгновенным: многие невольно присели, морщась и зажимая уши. В мгновение образовалась звенящая тишина.

— Расходимся! Если кто не понял, я повторю! — Руд снова вскинул руки.

Ушли не все, но даже те, кто остался, предпочли отойти подальше.

***

Позже днём, когда вернулся Артур, я попросил его сходить со мной в мертвецкую. Некроманты в трупах разбирались лучше всех. Мы спустились в прохладный подвал. Тело Рона с прислонённой головой лежало на одной из полок. Сейчас, когда тело было без одежды, стали заметны многочисленные колотые и резаные раны. Артур начал внимательно изучать останки.

Меня грызло чувство вины: за два дня я так и не собрался осмотреть тот дом днём. Возможно, тогда Рон не пошёл бы в одиночку ночью и остался бы жив.

— На теле много колотых и резаных ран. Но все они нанесены уже после смерти, — отвернувшись от стола, сообщил Артур.

— Думаешь, ему сначала отрубили голову?

— Нет. Это тоже было посмертно. — Он осторожно повернул тело на бок. На спине виднелась небольшая треугольная рана. — Один удар. Прямо в сердце. Он умер мгновенно, даже не поняв, что произошло.

— Ну, хоть так, — выдохнул я.

— Я так понимаю, ты знал его, раз мы тут? Не хочешь поделиться?

— Есть слухи, что одна из банд занимается похищением людей. И дом в трущобах служит перевалочным пунктом. Куда пропадают жертвы дальше — неизвестно.

— Я так понимаю, перед нами лежит источник информации?

Я кивнул, подтверждая догадку Артура.

— Надо осмотреть этот, как ты выразился, перевалочный пункт.

— Я был там, но ночью. Надо идти с утра. А сейчас, Артур, извини. Мне нужно ещё сообщить его родственникам.

— Да, конечно.

Я уже был у дверей, когда Артур окликнул меня:

— Галар.

Я развернулся.

— Не лезь, пожалуйста, никуда один. Я не хочу потом так же осматривать твоё тело.

Я кивнул и вышел на улицу.

***

Утро началось с головной боли. Я явно недоспал и чувствовал себя разбитым. Вчерашний разговор с Диаром и остальными парнями забрал кучу сил. Только Трое знают, чего мне стоило удержать всех от идеи нанести ответный удар здесь и сейчас и перебить столько людей Крысы, сколько будет возможно. Мне даже пришлось проглотить упрёк Диара, который напомнил, что я так же говорил, когда они избили наших парней и отобрали еду. Сдержавшись и пообещав, что мы отомстим и достанем самого Крысу, я предложил обсудить погребение Рона. Диар решил взять этот вопрос полностью на себя.

Наконец смыв холодной водой воспоминания вчерашнего дня, я оделся и спустился вниз.

Дом встретил нас всё той же пустотой. Ничего не изменилось, только при дневном свете он выглядел не мрачно, а просто грустно и заброшенно. Я ещё раз прошёлся по всем комнатам, осматривая, не пропустил ли чего.

— Идите сюда! — услышал я голос Анны с улицы. Она стояла за домом, у одного из окон на первом этаже.

— Что случилось? — спросил Альн, подошедший первым.

— Смотри, как здесь поверхности отличаются.

Я тоже присмотрелся. Действительно, одна из плит основания дома была более гладкой, будто её терли чем-то. Анне надо отдать должное за внимательность: я бы десять раз обошёл дом, но не заметил бы. Я достал нож и начал проводить по стыкам. Вверху было небольшое пространство. С трудом, но удалось пропихнуть клинок. Руд куда-то сбегал и принёс два огромных лома. Спустя какое-то время нам всё-таки удалось создать рычаг. Надавив, мы отпустили плиту вниз.

Присев, я протиснулся в отверстие и оказался в глухом подвале. Поставив фонарь на пол, стал осматриваться.

— Что думаешь, Артур?

В ответ он лишь пожал плечами.

— Может, здесь проводят ритуалы? — соскочив вниз, предложил Альн.

— Маловероятно. Но давай посмотрим.

Я достал из сумки небольшой кусок угля и начертил на полу контур, в который одну за другой поместил семь рун. Затем пустил два варта своей энергии через чертёж. Контур исчез во вспышке, но в подвале стали заметны различные энергетические линии и сгустки. Ничего необычного: такое есть почти везде. Но здесь явно не проводили никаких ритуалов, и пространство не чистилось.

— Тогда здесь должно быть ещё что-то, — не унимался Альн.

Анна зажгла в руке фаербол и пошла, держа его у самых стен. В одном месте язык пламени немного дрогнул.

— Анна, ты сегодня просто на высоте, — восхитился Руд.

Но радость Анны была недолгой: оказалось, что второй проход ведёт в городские стоки. Она с грустным видом взглянула на свою одежду, затем вниз, но, смирившись с судьбой, спустилась следом за нами. Ноги по щиколотку скрывала вода. Чтобы не заблудиться, мы шли прямо, никуда не сворачивая.

— Не думал, что у города такая канализация, — эхом прозвучал голос Руда. Размер тоннеля действительно был таким, что человек мог без труда идти в полный рост, да ещё и вытянуть руку вверх.

— Это не совсем канализация. Когда было восстание тёмных, это была разветвлённая сеть коммуникаций и убежищ. Считай, город под городом. А где-то и не в один уровень.

— А что потом стало?

— После того как восстание было подавлено, в катакомбах отпала необходимость. Где-то проложили стоки и пустили по ним подземную речушку, а что-то просто замуровали.

Так мы дошли до реки. Выход перегораживала металлическая решётка, и нам пришлось возвращаться обратно. За время, пока мы были там, я принюхался и почти не обращал внимания на запахи. Но когда мы благоухающей компанией возвращались домой, я видел, как морщились лица прохожих, и они старались уступить нам дорогу. Подойдя к дому, Анна пулей взлетела на крыльцо. Её усталость как рукой сняло.

— Я первая мыться! — триумфально заявила она, глядя на нас сверху вниз. Спорить никто не стал.

***

Утром было погребение Рона. Людей было немного. Если быть точным, только обитатели дома в трущобах и я. У кого-то были хмурые лица, у кого-то время от времени глаза становились влажными. В такие моменты невольно задумываешься: люди не готовы отпускать даже мёртвых. Хороня их тела в земле, они оставляют себе возможность встречи не с самим человеком, а с памятью о нём.

— Как думаешь, кто из людей Крысы может знать наверняка о всех делах? — уже на дороге с кладбища задал я волнующий меня вопрос Диару.

— Я думаю, его правая рука Лин точно что-нибудь знает. Тем более, рука не против сама стать головой.

— Надо с ним поговорить. Где я могу его найти?

Диар лишь пожал плечами:

— Говорят, любитель женщин и игры в кости.

Я ухмыльнулся:

— Игрок, любовник. Не жизнь, а мечта.

***

— Да у меня глаза змеи, сраный ты урод. Это моя партия! — с пеной у рта доказывал темноволосый пьяный амбал. Он был побрит налысо, поэтому два уродливых шрама, проходящих через всю голову, были заметны издалека.

— Лин, все видели, что ты толкнул кость. — Мужчина, сидевший напротив за столом, явно был не в своей тарелке.

— Ты сказал, что я мухлюю? — Лин привстал, упираясь огромными руками в стол и нависая над всеми.

— Нет, Лин. Я сказал, что правилами запрещено касаться костей после броска.

— То есть, я играю не по правилам? — продолжал напирать он.

— Ты выиграл, — явно уходя от назревающего конфликта, промямлил игрок.

— То-то же. — Лин сгрёб выигрыш в свою сторону. Сидящие за столом трое его товарищей опустили глаза.

Когда дверь открылась, шум заведения смолк. В зал вошло пятеро молодых парней. Нет, Лин сфокусировал взгляд: одна из них была девка. Этих троих он где-то видел, но вспомнить точно не мог. А девка-то ничего. Он бы погрел её, а потом и за волосы оттаскал, но ей бы наверняка понравилось. Пошатываясь, он приподнялся из-за стола, направляясь прямо к ней.

В забегаловке было душно. Запах готовящейся еды из кухни перемешивался с потом местных посетителей, создавая неповторимый аромат. Я сразу заметил сальные глаза верзилы, направленные на Анну. И судя по двум здоровенным шрамам через башку, это был именно тот, кто нам нужен. Он поднялся из-за стола и, чуть покачиваясь, направился в нашу сторону. Я хотел загородить Анну, но она отодвинула меня рукой и начала делать пассы, проговаривая формулу.

— Ну что, красотка, бросай своих обсосов и пойдём позабав…

На этом одна его нога подкосилась, и он начал падать. Не выставив рук, он ударился лицом об пол, но тут же вскочил с налитыми кровью глазами.

— Ах ты, драная ведьма!

Вместо того чтобы двинуться к нам, он накинулся на сидевшего за соседним столом моряка с товарищами. Завязалась драка, которая как ураган втягивала в себя всё новых участников. В нас полетел стул. Альн выставил щит, и стул, ненадолго зависнув в воздухе, упал на пол.

Артур оглянулся на Руда:

— Может, оглушим их?

Я потянул ребят к выходу:

— Не стоит. А то всей толпой навалятся на нас. А получить нож в бок в такой толкучке — плевое дело. Шанс на разговор и до этого был мал, а теперь вообще равен нулю.

***

Всю дорогу Альн расспрашивал Анну о её новом заклинании. Так мы узнали о её выборе.

«Контроль» позволял магу ненадолго брать тело другого человека под управление. Принцип был прост: маг должен быть сильнее разумом, чем тот, кого он берёт под контроль.

— Алкоголь, сильные эмоции делают разум слабее? — уточнил я.

Анна кивнула.

— А если попытаться атаковать более сильного противника?

— Если он не обладает ментальной магией и не может дать сдачу, то это будет его отвлекать. Мысли спутаются, но полного контроля не будет.

— Ладно, Анна. А теперь объясни мне такую вещь. Я понимаю, ты отработала заклинание, устроила массовую драку. Но зачем ты заставила его справить нужду в штаны? Он же встал с огромным пятном! — хохотал Альн.

— Да я не хотела, — смущённо сказала Анна. — Просто в один момент я отключила всё, что ниже пояса, чтобы он упал. Вот так и получилось.

Придя домой, я не стал раздеваться, а поднялся к себе в комнату, запер дверь, выскользнул в окно и отправился обратно.

Замерев в тени, я ждал в небольшом закутке у таверны. Здесь воняло так, что резало глаза. Видимо, тут было излюбленным местом посетителей для справления нужд. Спустя время Лин вышел, пошатываясь. Лицо было разбито, и он явно ещё запивал удар по самолюбию от Анны.

Он, шатаясь, направился в противоположную от меня сторону. За ним вышли ещё трое пьяных и слегка побитых мужиков.

Я выругался про себя. Видимо, он решил закончить этот вечер пораньше. Лишь бы они с ним не увязались.

— Идите на хрен! Я ещё всем, сука, покажу! И вам, и этой ведьме, и Крысе! Всем покажу!

Один из вышедших хотел догнать его, но его остановили:

— Оставь его. Проспится, и завтра всё забудет.

Дождавшись, когда они зайдут внутрь, я вышел из укрытия, махнул рукой Диару и Корсту, стоящим в другом переулке, и последовал за Лином. Хоть я его и не видел, но его местоположение можно было определить по выкрикам.

Вот показался его силуэт. Я старался двигаться в тени, издавая как можно меньше шума. Когда до него оставалось пару шагов, я растянул в руках отрезок верёвки и намотал концы на ладони. Приблизившись почти в упор, одним движением перекинул её через его голову, а потом потянул на себя. Одновременно с тем как верёвка начала давить на шею, ногой ударил в подколенный сгиб, чтобы сломать осанку Лина. А то этот здоровяк даже в таком состоянии мог перекинуть меня через себя.

Краем уха я услышал топот приближающихся ног. Корст с ходу обхватил его ноги и потащил на себя.

─ Ну и кабан, ─ прошипел Корст, удерживая брыкающиеся ноги.

─ Держи крепче. ─ Диар перехватил руки, ищущие верёвку.

— Фургон далеко?

— Через улицу. Сова уже побежал за ним, — затягивая ремень на руках Лина, ответил Диар.

***

— Просыпайся!

Ведро с холодной водой вылилось на Лина. Его руки и ноги были крепко связаны между собой, руки за спиной привязаны к крюку в стене так, что он касался пола только кончиками пальцев ног. На голове — плотный мешок.

Он начал хаотично дёргаться, пытаясь освободиться:

— Кто вы?! Я вас всех порву! Дайте только выбраться!

Короткий удар под дых чем-то твёрдым оборвал гневную тираду.

— Ты убил Рона? — Диар не стеснялся и сопроводил вопрос ещё одним хорошим ударом.

— Кого?!

Ещё удар. Снова под дых.

— Тело, которому дали его голову в руки и положили записку в рот.

— Зачем мне его убивать?! Я даже не знал, кто это!

— Он узнал, что вы стали похищать людей, и следил за вами.

— Я же говорю, я ничего не знаю!

« — Мне кажется, Лин, ты очень любишь улыбаться», — сказал я хрипловатым голосом Шрама.

Я обошёл его сзади, стянул мешок и подождал немного, пока он перестанет кашлять. Активировал демоническую руку и поднёс её так, чтобы он мог её хорошо разглядеть.

— Улыбка может стать шире.

Когтем указательного пальца я подцепил край рта и потихоньку потянул на себя. Сначала Лин пытался поворачивать голову следом за когтем. Но когда возможности шеи закончились, плоть, как масло, стала разъезжаться под обсидиановым ногтем. Крови почти не было: она сворачивалась от жара. Всё закончилось на разрезе шириной в три пальца.

— Я скажу! Скажу! — закричал Лин. — Крыса сказал, что есть очень выгодное предприятие! Всего-то надо отловить пару бродяжек!

— Что вы делали с людьми дальше?

— Я не знаю!

Я перешёл на другую сторону и указательным пальцем подцепил другой угол рта. Тот успел разъехаться почти на полпальца.

— Он говорил про каких-то богачей, которым скучно, и они готовы хорошо заплатить что бы развлечься! — орал Лин. — Я больше ничего не знаю!

— А теперь, Лин, выбирай. Выходов у тебя отсюда не так уж много. Либо твоё тело найдут где-нибудь в реке дня через три. Либо сейчас приходит охотник, ты рассказываешь всё как есть, помогаешь зажать Крысу и занимаешь его место.

— Но меня же убьют как стукача!

— Перспектива такая. До Крысы теперь всё равно доберутся. С тобой или без тебя. Так что выбирай.

***

К моему удивлению, уже на следующий вечер принесли записку от Лина.

*«Есть заказ на молодую девушку. О месте встречи сообщат отдельно». *

Я показал её Артуру.

— Что думаешь? Сколько им потребуется времени на поиск?

Артур пожал плечами:

— Я думаю, у них уже есть кто-то на примете. И сейчас они просто выберут удачный момент. Так что-либо сегодня, ну, может, завтра.

Глава 11

Утром я отправился к дому, где жила Карлия. Я знал, что обычно в это время она ещё дома. У меня оставалось чуть меньше недели, но как подступиться к исполнению приказа, я не знал. Хотя, наверное, знал. Просто очень не хотелось.

Я купил небольшой букет и перебежал дорогу.

— Ты за каждым монстром так ухаживаешь? — Зелёные глаза графини с интересом изучали меня.

Сказать, что я смутился, — ничего не сказать.

— Давай я расскажу тебе кое-что. Возможно, так тебе легче будет принять решение. — Она не стала дожидаться моего ответа, просто продолжила. — Знаешь, за что Игнар, которого ты убил, был приговорён?

— Он влюбился в ту блондинку. И когда та заболела, пожалел её и обратил. Ах, Игнар… ты писал такие великолепные картины, — вздохнула графиня.

*«За это смерть?»*

Она кивнула:

— Только Первые могут обращать.

— Строгие правила. Проблемы с кормовой базой?

Она звонко расхохоталась. Было видно, что мой вопрос её действительно рассмешил.

— Нет, совсем нет. Давай я расскажу тебе, откуда появились вампиры. Уж больно хочется поделиться тем, насколько ты промахнулся. Что ты знаешь о восстании тёмных?

— Ну как и все. Маги, использующие так называемую тёмную магию, восстали против Империи и Императора. Они хотели привести мир к новым богам.

— Историю пишут победители, поэтому сейчас всё выглядит как борьба добра со злом. Но тогда обе стороны выглядели одинаково.

— А затем появились паладины и решили исход войны.

Она фыркнула:

— Паладины появились только лет сто спустя, после того, как был уничтожен последний оплот сопротивления. Как раз вампиры переломили исход. А создали их из лояльных магов крови и некромантов с помощью крови Древнего. Которую, неизвестно как, удалось заполучить церковникам.

— Древнего?

— Существо с одного из планов смерти. Крайне могущественное. И вот Церкви удалось создать идеальных воинов из лояльных магов крови и некромантов. В итоге получался идеальный воин: быстрый, сильный, обладающий магией. Но было одно «но».

— Какое «но»? — Мне стало крайне интересно, и я рассчитывал выудить как можно больше, пользуясь случаем.

— Мы стали чужими для этого мира. Он буквально выдавливал нас из себя. Для нас стала ядом местная вода, солнце, даже воздух. Именно для этого и понадобилась кровь. Но она усваивалась лучше всего.

— Так как о вас нет никакой информации в истории, дальше что-то пошло не так?

— Дело в том, что в отличие от паладинов мы оставались в каком-то смысле людьми, а не бездушными машинами для убийств. А тем более мы были магами, в которых огонь познания горит ярче любых догм. Неизвестно, кто первый дал попробовать свою кровь человеку, но так появились Младшие.

— И что случилось дальше?

— А дальше желающих стало слишком много. А ты знаешь, как тяжело подчиняться, когда тебя почитают тысячи людей и они готовы умереть по одному твоему слову?

— Первые захотели самостоятельности?

Она кивнула, застыв взглядом, направленным куда-то в прошлое, затем стряхнула оцепенение:

— Кто-то свободы, а кто-то власти. В общем, была война, которую тоже приписали к восстанию тёмных.

— Вы проиграли?

— Нет. Если бы мы проиграли, нас бы уничтожили. Можно сказать, мы не выиграли. И вот как итог: есть правила, которые нельзя нарушать ни нам, ни Церкви.

— А тот инквизитор… он же…

— Да. Это тоже часть договора. Чтобы никто не хотел взять реванш. Мы теперь на одной стороне.

— Вы сказали, что облегчите мне работу. Но сейчас я понимаю, что я убил вампира только за то, что он обратил девушку, чтобы спасти её.

Графиня кивнула:

— А вот дальше будет легче. Карлия распробовала вкус к убийству людей и теперь не может остановиться.

— За это тоже смерть?

— Жизнь — сложная штука, и всяко бывает, особенно когда тебе нужна кровь для жизни и надо всё сохранять в тайне. Но когда убивают ради забавы, таких нужно отсекать.

Я не заметил, как за разговором мы подошли к дому Карлии. Я на мгновение отвёл взгляд, а когда повернулся, графини уже не было. А я стоял озадаченный на тротуаре. И вроде бы проще нисколько не стало.

***

Свет луны ярко отражался от водной глади реки, местами ломаясь в появляющихся волнах. Белш сидел рядом с возницей и наблюдал за округой, время от времени поглядывая на воду, вдоль которой они ехали. Ему не очень нравилось то, чем они занимаются. И вопрос был не в похищении людей, а в том, что каждый раз в присутствии заказчика он испытывал тревогу. То самое ощущение, когда хочется оказаться подальше и как можно скорее. А ведь он уже не мальчишка, и на его руках немало крови и причинённых страданий.

Ещё Лин опять нажрался так, что не мог даже подняться в фургон. Брать его с собой не имело смысла, и придётся за всё отдуваться ему. Зачем его Крыса держит при себе? Белш сплюнул на дорогу, пытаясь вместе со слюной выплюнуть неприятные предчувствия, но они так где-то и застряли в горле, никак не желая его покидать.

Фургон медленно закатился на территорию речной пристани. В этот раз покупатели назначили встречу здесь. Сначала устроили непонятно что со смертью того парня. Нет бы камень к ногам да труп в воду. Нет, им нужен театр. Он ещё раз сплюнул. А теперь сами к своему пристанищу не суются. Пристань была в запустении. Если здесь и появлялись торговцы, желающие разгрузиться, сэкономив на пошлинах, то это были единичные случаи, как правило больше не повторявшиеся. По пути из трущоб кто-нибудь из банд обязательно решит тебя пощипать, либо местные жители попытаются стащить товар.

Фургон не спеша закатился на склад. Здесь было ощутимо темнее, но два огромных прохода со стороны реки и вход пропускали достаточно света, чтобы можно было ориентироваться без фонарей. Сам деревянный причал местами прохудился, и неосторожный шаг мог привести к нежеланному купанию. Возница натянул вожжи, лошади остановились. Белш огляделся, поглаживая лежащее у него на коленях двуствольное ружьё. Убедившись, что всё в порядке, он постучал по фургону и спрыгнул вниз, подняв небольшое облако пыли. Дверь фургона открылась, и двое его людей выволокли стонущий мешок наружу. Особо не церемонясь, они бросили его на землю, отчего всхлипы только усилились.

— Поаккуратнее! — гаркнул Белш. — Или сами будете отвечать за повреждённый товар.

Двое насупились, но ничего не сказали. Лодка с четырьмя людьми плавно подошла к причалу. Все четверо были в длинных балахонах с накинутыми на голову капюшонами. Один правил лодкой, отталкиваясь шестом от дна. Двое сидели посередине у вёсел, и один — на носу. Белш сплюнул и прошипел:

— Затрахали со своей загадочностью. — И пошёл вперёд к причалу, махнув своим, чтобы следовали за ним. Они подхватили мешок и поволокли его следом.

Люди Белша передали брыкающийся мешок сидящим в середине лодки. После чего плывший посередине встал, достал из-под балахона туго набитый кошель и протянул Белшу. В момент, когда Белш брал кошель, раздалось еле слышное шуршание воздуха. Звон монет, кошель полетел в сторону, а Белш зажал рукой отрубленный палец и злобно заорал.

Но воздушные лезвия Альна оказались только первой ласточкой. Дальше из темноты заговорили ружья. Мы с Артуром, не жалея патронов, опустошали барабаны. Краем глаза я отметил, как тот, что потерял палец, пригнулся, подхватил кошель и метнулся к пытавшемуся удержать лошадей вознице. Оставшимся на причале повезло гораздо меньше: один завалился на землю ещё с первыми выстрелами, а второму прямо в шею и грудь угодили воздушные диски Альна. Он всеми силами пытался зажать многочисленные раны, через которые утекала жизнь. Нападение было неожиданным, поэтому никто даже не попытался дать отпор.

Ещё с первыми выстрелами лодка начала отчаливать от пирса. Стоящий сзади отчаянно толкался огромным шестом, а двое сразу налегли на вёсла. Сначала неохотно, а затем, подхваченная течением, лодка начала набирать ход. Но главная проблема была в том, что тот, кто передавал деньги, оказался магом. Он выставил щит глубокого фиолетового цвета, который отгораживал их от пуль. Артур вскочил, откинул ружьё и, пробежав поближе к пирсу, метнул костяное копьё с привязанной верёвкой. Копьё с треском врезалось в борт, пробив его. Я поменял барабан и побежал следом за Артуром. Альн подхватил ружьё Артура и, перезарядив, продолжал стрелять по лодке. Верёвка на копье была привязана к столбу, и когда она натянулась, лодка дёрнулась, закрутившись. Для меня открылась отличная возможность для стрельбы по сидящим на вёслах. Вскинув ружьё, я три раза нажал на спуск. Один успел лечь на дно лодки, а вот второй оказался менее проворным и завалился в тёмную воду с простреленным животом и грудью. Державший щит маг махнул рукой в сторону верёвки, и она, быстро истлев, обрубленным концом беспомощно ускользнула в воду.

— Артур, кидай второе! — крикнул я, пытаясь подстрелить мага.

Тот перенёс щит на себя, вытянув руку в нашу сторону, и открыл для Альна рулевого. Пытающийся из всех сил оттолкнуться шестом от дна, он не заметил, что защита пропала. И после очередного выстрела Альна рухнул на дно лодки. Костяное копьё пролетело мимо меня с тянущейся за ним верёвкой, и вонзилось в борт. Лодку течением развернуло поперёк реки. Мы с Артуром стреляли из револьверов, не давая магу сосредоточиться. Но ему удалось избавиться и от второй верёвки, и лодку стало уносить течением.

Артур рванул вдоль пирса, пытаясь догнать лодку, а я побежал следом за ним.

Белш заскочил на козлы. Как ему удалось добежать до сюда, только Троим было известно. И заорал что есть силы:

— Гони своих кляч! Быстрей!

Вознице не надо было повторять дважды. Ему и так стоило большого мужества дождаться Белша и огромных сил сдержать беснующихся от страха лошадей. Возница орал и щёлкал кнутом.

Лошади с безумными глазами сорвались с места. Они выскочили из склада и, закладывая крутой поворот, вылетели к выезду с территории причала. Когда они уже почти выехали, у входа с гулом из земли вырвалась огненная стена. Лошади, не слушаясь команд возницы, заложили такой поворот вправо, что фургон развернуло, и он по инерции продолжил полёт. Удар. Белш услышал какой-то противный хруст и отключился.

Сознание приходило медленно и тяжело. Вместе с ним возвращалась и боль. Сначала он слышал только звуки: жалобное ржание лошадей, чей-то голос и стоны. Белш открыл глаза и искал источник боли. То, что он увидел, ему не понравилось: ногу раздавило фургоном, огонь уже потух, рядом стонал возница.

— Ружьё, — прохрипел он, увидев его неподалёку. Забавно, он даже не попытался отстреливаться, когда ему отрубило палец.

Он попытался дотянуться до ружья, но оно резко отскочило в сторону.

— Оно тебе не нужно, — услышал он мужской голос. Он поднял голову. Перед ним замерли двое: мужчина и женщина. Хотя нет, ещё нет, слишком молоды. Мысли неслись забавным калейдоскопом. Его заботил их возраст и совсем не заботили револьверы, направленные на него.

— Нам живым нужен только один. Ты или возница? И пока он без сознания, у тебя есть шанс.

***

Пирс закончился, и нам пришлось сделать крюк, чтобы выбежать к самой реке. Когда мы, тяжело дыша, оказались у воды, ее гладь была ничем не нарушена.

— Куда они делись?

— Вон, смотри, — я показал на тёмное пятно у противоположного берега. Чтобы добраться до лодки, пришлось бежать до моста, а потом, петляя по дворам, мы оказались у неё.

— Она?

— Да, — ответил Артур, ещё на подходе заметив торчащее одно из своих костяных копей.

Я достал фонарь и осветил лодку.

— Вот же уроды.

Артур сразу понял, о чём я. Они не стали забирать жертву с собой, но и не стали оставлять её в живых.

— Нам, кстати, ещё повезло, — заметил он.

— Ты о чём? — посмотрел я на него.

— Маг мог дать нам серьёзный отпор. То, что он решил ретироваться, — только из-за неожиданности. Он не знал, сколько нас и кто мы.

— Думаешь, уже с перстнем?

Артур кивнул:

— Ты видел, сколько пуль удержал его щит. Так что либо четвёртый круг, либо готовящийся на четвёртый.

***

Домой мы попали под утро. Сдали людей Крысы страже. Пришлось даже их немного подлечить, чтобы они не отдали душу Троим до беседы с инквизицией. Страшно хотелось спать, и ломило от усталости всё тело. Но было ещё одно срочное дело, поэтому, переодевшись, я бесшумно покинул дом. Сделать это было совсем нетяжело: остальные тоже без задних ног завалились спать. Только Руд возился на кухне, пытаясь найти ещё что-нибудь поесть. Сначала, договариваясь о встрече с кузнецом, я хотел расширить нашу территорию. Но сейчас был план получше.

Кузнецу не спалось. Он получил с вечера записку и ждал гостя с интересом. Револьвер лежал на столе. Так, на всякий случай.

В дверь постучали.

— Открыто.

Дверь открылась, и в помещение шагнул человек в длинном плаще с накинутым капюшоном. Он откинул его, прошёл и сел напротив кузнеца. Уже немолодой мужчина с изуродованным лицом смотрел ему в глаза прямо и без какого-либо страха.

— Довольно рискованно приходить ко мне одному. Да ещё после того, как покалечил моего человека.

Сидящий напротив лишь пожал плечами:

— Мои люди на улице. А что касается покалеченного, то я оказал тебе услугу. И ты это сам прекрасно понимаешь. Через сколько бы он тебе вцепился в глотку? Максимум через год.

— Ладно, я уже понял, что ты не извиняться пришёл.

— Лучше! У меня есть предложение. У меня есть информация, которая создаст Крысе и его людям дорогу в один конец. Ты сможешь занять столько его территории, сколько удержишь.

— А тебе что с того?

— Мне нужен речной причал и земля рядом с ним. Две улицы.

— А если я откажусь?

— Я предложу это кому-нибудь другому. Даже тому же Крысе. Только уже информация никуда не уйдёт.

Кузнец задумался:

— Ладно, хорошо. Я согласен. Но с причалом разбирайся сам. Мешать я тебе не буду.

— Этого достаточно.

Глава 12

Поспать толком в эту ночь мне так и не удалось. Было такое ощущение, что я только закрыл глаза, как в дверь уже начали барабанить. Покачиваясь, я дошёл до неё, на ощупь нашёл засов и открыл. Передо мной стоял Артур.

— Что случилось?

— Нас вызывает капитан. Оказывается, ещё ночью прибыл кто-то из инквизиции и допросил пленников. Так как трущобы — наша территория, мы обязаны оказать помощь Церкви.

— Дай мне пару минут, я оденусь и спущусь.

— Хорошо, но поторопись. Ждут только нас.

Солнце ещё только поднималось над крышами, а мы уже тряслись в фургоне. Надеюсь, кузнецу не понадобилось много времени на подготовку. Видимо, Белш наговорил достаточно, чтобы инквизиция так взбудоражилась. Фургон остановился, и мы вылезли наружу. Всего инквизиторов было четверо. Трое из них облачились в боевые доспехи. Тот, что стоял без брони, подошёл к нам и представился:

— Я отец Герн. Это я допрашивал ваших пленников.

— Вы очень быстро отреагировали, отец. — Раньше я уже имел дело с инквизицией, и меня удивила скорость и способ их реагирования. Никаких сложных ходов, просто штурм боевыми доспехами. Ладно, когда они ворвались ко мне, там переплелись личные мотивы. Видимо, Герн, допросив людей Крысы, решил снять сливки самому. А если информация дойдёт до старших, про него просто забудут. А тут похищение людей для каких-то культистов. Если всё выгорит, можно и по карьерной лестнице прыгнуть.

— Нет, такое гнездо ереси оставлять нельзя, — ответил Герн.

— Ну, это же не сами культисты. Это просто бандиты.

— Это мы уж сами разберёмся: кто они и что с ними делать.

Неподалёку топтались три стражника из дежурной смены, которые наверняка не очень обрадовались, что под конец ночной смены им прилипло такое «счастье». Стража осталась с фургонами, а мы отправились к дому, служившему базой Крысе и его приближённым.

Надо отдать должное, дом был вполне неплох. Добротная входная дверь окована металлом. Но её судьба была предрешена, когда инквизитор в боевом доспехе размахнулся огромным молотом. Ударом он проломил створку, а затем, крутанув рукоять, потянул на себя. Дверь с жалобным скрипом оторвалась от петель. В проём, согнувшись, протиснулся второй доспех с барабанным ружьём.

— Именем Троих, сдавайтесь!

Изнутри послышались ругательства, а затем выстрелы. Судя по звуку, это были револьверы.

То, что было дальше, кроме как бойней, и не назовёшь. Пока оставшиеся доспехи протискивались в дом, там уже гремели выстрелы из огромного ружья.

*«Сразу видно, работают профессионалы», * — раздался смешок в голове.

*«Да не удивлюсь, если и дом потом сожгут», * — пронеслось у меня в мыслях.

Отец Герн стоял рядом с нами, покачиваясь с пятки на носок и заложив руки за спину. Спустя минуту всё было кончено.

— Я сдаюсь, я сдаюсь! — верещал обнажённый мужчина, которого инквизитор в доспехе тащил за ногу.

Он замер в дверном проёме и посмотрел в нашу сторону. Отец Герн качнул головой. Доспех наступил сапогом на голову кричащему, и всё оборвалось.

***

— И кого они будут допрашивать? Как искать культистов? — Анна была в замешательстве от происходящего.

Артур тоже не понимал.

— Всех, кого надо, уже допросили. Да ведь, отец? — Не знаю, уловил ли он сарказм в моём голосе, но ответил буднично:

— Да. Инквизиция всех допросила, и уже вынесено решение.

— А мы здесь тогда зачем? — По лицу Руда было видно, что он кипит.

— Ну, вы же нашли еретиков и должны были увидеть, что все ваши старания не зря.

— Я тебе, Руд, по дороге домой расскажу, почему мы здесь и как нас обвели вокруг пальца. А здесь нам больше делать нечего. — И я потянул Артура за рукав к фургону. Тела членов банды уже выволакивали из дома во двор.

— А дом осмотреть?

— Только после нас! — тут же оживился отец Герн.

— Пошли, Артур. Пускай сами разбираются. — И я всё-таки утянул недоумевающего товарища.

***

Фургон не спеша катился в сторону дома.

— Я всё-таки не понимаю: зачем надо было убивать всех до одного? Да, они мерзавцы. Но ведь надо найти ещё и тех, в балахонах.

— А никого искать не будут. Людей Крысы допросили как надо. Они сознались не только в похищениях, но и в жертвоприношениях. И вот еретики уничтожены, уже на утро. Все до единого. Отец Герн и остальные получают заслуженные награды, и все счастливы. Скорее всего, и те двое, которых мы оставили страже, уже мертвы.

— То есть только карьерный интерес, и он никак не замешан в реальном деле?

— Более чем уверен. Всё-таки их обязательно проверит менталист после такой операции.

— А мы зачем?

— Да тут всё ещё проще. Чтобы мы потом не начали жаловаться, что инквизиция загубила расследование. И вообще, это просто бандиты. Мы же тоже участвовали в уничтожении.

— Но мы же ничего не делали.

— Это уже другое.

***

Я стоял у окна, наблюдая, как один за другим зажигаются фонари. Время, отведённое графиней, неумолимо подходило к концу. Я отщёлкнул барабан револьвера, проверяя патроны. Забавно, что делаю это я уже, наверное, в пятый раз.

«Ты, конечно, Галар, меня удивляешь», — голос в голове оторвал меня от мыслей.

«Чем»? — всё ещё немного отстранённо спросил я.

«Жертвам в глаза стараются не смотреть. А ты умудрился закрутить роман. Вот теперь стоишь и щёлкаешь».

Возразить мне было нечего.

«Я, конечно, могу расправиться с твоей любовью, если попросишь. Ты даже не вспомнишь, что было».

«А почему тогда спрашиваешь? Сделал бы, и проблемы не было».

«Ну да. И получить потом от тебя нож в спину вместо нового тела. Нет уж, увольте».

«Тела не будет, если графиня решит меня убить за отказ».

«Ну, может, ты всё-таки решишься».

— Галар, иди сюда, я тебя уже заждалась, — раздался из другой комнаты голос Карлии.

— Иду. — Я защёлкнул барабан на место, отошёл от окна. *Может быть, и решусь.* И шагнул в темноту соседней комнаты.

***

Морской воздух раннего утра забирался под одежду, заставляя плотнее закутываться в плащ. Карлия стояла и грустно заглядывала мне в глаза.

— Галар, может быть, всё-таки поплывёшь со мной? Там вместе начнём всё с чистого листа.

— Я не могу. Ты же прекрасно знаешь.

Она прижалась ко мне:

— Спасибо тебе огромное. Я надеюсь, мы с тобой ещё увидимся.

— Я тоже.

После этого она сделала шаг назад, развернулась и поднялась на корабль, ни разу не оглянувшись. Вот трап подняли, и судно начало понемногу отчаливать. С капитаном я договорился ещё позавчера и оплатил плавание. Мне было немного грустно, но о своём выборе я не жалел. По моим расчётам, у Карлии есть два дня, прежде чем закончится срок моего заказа.

Я не заметил, как рядом со мной появилась фигура в тёмно-зелёном плаще. Тёмные волосы торчали из-под капюшона, но я уже догадался, кто стоит передо мной.

— Да, охотник… Как интересно меняется мораль. Если монстр страшен и уродлив, его готовы забить камнями, даже если он не представляет никакой опасности. А если чудовище опасно, но красиво, мы готовы не только оставить ему жизнь, но и помочь.

— Я не жалею.

— Жалеть ни о чём не нужно. Но иногда нужно сделать то, что нужно. Возможно, ты подарил ей шанс, но забрал у десятка других, тех, кто станет её добычей. Живи с этим.

— Если вы знали, что я дам ей сбежать, почему не вмешались?

Графиня вздохнула и оперлась руками на бочку, подставив лицо морскому ветру:

— Я слишком долго живу, Галар, и понимаю, что всё будет, как должно быть. Может, чуть раньше, может, чуть позже.

— Она всё равно умрёт?

— Да. Обязательно. Как и все мы. — После чего она громко и заливисто рассмеялась. — Ладно, Галар, хватит этих соплей. Мне просто любопытно, чем закончится история охотника и чудовища. Только поэтому я не оторвала вам ваши бестолковые головы. Но помни: долг не уплачен.

— Да тут вроде забыть не получается.

***

Карлия не спеша прошла по покачивающемуся коридору в свою каюту. Повернув ключ и толкнув дверь, она обнаружила сидящего внутри мужчину. Он поднял на неё взгляд и улыбнулся:

— Заходи.

Она на ватных ногах переступила порог. Бежать можно было даже не пытаться. Ощущение, когда рядом один из Первых, ни с чем не перепутаешь.

— Я думаю, ты понимаешь, кто я и зачем я здесь. — Всё, на что её хватило, — лишь кивнуть.

Он достал чёрный медальон инквизитора и продемонстрировал ей, заявив спокойным голосом:

— За нарушение договора ты приговорена к смерти. — Тугой комок подступил к её горлу.

— Но не знаю, что ты такого сделала… За тебя попросили. А мне как раз нужна помощница. Так что выбор за тобой.

— А что я должна буду делать?

— Твои таланты мы применим во благо Церкви.

***

Когда я вернулся домой, все уже собрались внизу за столом.

— Я был у капитана Торса и объяснил, что произошло на самом деле. Он нас очень просил довести всё до конца и постараться найти настоящих культистов. Так и люди будут в безопасности, и будет чем эту ушлую группу инквизиторов прижать. У кого-нибудь есть какие-то идеи, что нам делать дальше? — Я слушал и одновременно набивал рот едой, оставшейся на столе. Всё-таки до этого я сильно волновался, и в организм ничего не лезло, а сейчас он пытался наверстать упущенное.

Альн потер глаза:

— Надо узнать, не опознал ли кто того, кто свалился в реку. И там попытаться поискать.

— Я завтра отправлюсь в архив, поищу что-нибудь похожее. Кто со мной? — посмотрев на нас, спросила Анна. Мы все перевели взгляд на Артура. Тот вздохнул, но со своей судьбой смирился.

— Ну, надо смотреть стоки, но один я туда не полезу, — прогудел Руд.

— В архив ещё есть место? — засуетился я с набитым ртом. Но, увидев злорадную улыбку Артура, махнул рукой.

*«Слушай, а ты умеешь выбирать непыльную работёнку», * — хохотнул голос в голове.

Я поднялся из-за стола:

— Я переоденусь и буду готов. Только давай зайдем ещё в одно место, пока от нас приемлемо пахнет.

***

— Зачем нам сюда? — задал вопрос Руд, когда я направился в алхимическую лавку.

Я достал концы верёвок от костяных копей Артура. Ничего не проходит бесследно: как минимум остались какие-то щепотки энергии, которые подскажут хотя бы стихию, с которой соприкасался этот предмет.

— Ну, покажет огонь. И что делать дальше?

— Тогда Руду дальше останется только пожалеть о потраченных серебряных монетах, — с улыбкой ответил я.

На моё удивление, алхимик оказался молод. Просто слово «юн» не совсем подходит для такой профессии. Я подумал попытать сначала счастья в другой лавке, но он, выслушав меня и понятливо кивнув, задал несколько уточняющих вопросов. И я понял, что доверить это дело можно только ему.

***

Я спрыгнул в воду и чуть не распластался, так как под слоем воды был скользкий ил.

— Осторожней, тут скользко! — крикнул я спускающемуся Руду. Но ему всё равно пришлось хвататься за меня в поисках опоры. Мы пробирались по стокам до самого вечера, разгоняя местных крыс. Ну, признаться честно, «разгонять» — слово не совсем подходящее. В одном месте они так обнаглели от своей безнаказанности, что норовили спрыгнуть прямо на голову. И тогда Руд не выдержал: поймал одну наиболее наглую за хвост водяной плетью, раскрутил так, что она своим визгом распугала товарок, после чего, придав ещё больше ускорения, отправил в полёт в темноту.

Уставшие, злые и вонючие, мы выбрались наружу. Чистый воздух поверхности буквально пьянил.

— Ты как хочешь, а я больше туда не полезу. Там можно бродить до конца жизни. — По виду Руда, он тоже не горел желанием повторять сегодняшний день.

Я смутно помню, как мы добрались до дома. Один раз нами заинтересовался патруль стражи. Я с каменным лицом показал жетон охотника, и мы пошли дальше. Стянув всю грязную одежду и обувь на заднем дворе, я пошёл мыться.

Когда я, переодевшись, спустился вниз, Альн, Анна и Артур сидели за столом, расстелив две карты. Меня кольнуло неприятное предчувствие, которое я попытался поскорее отогнать.

— Ну что, как успехи?

Альн отставил бокал с разбавленным вином:

— Хочешь шутку?

— Ну, если только смешная.

— Не знаю, смешная или нет, но тело в мертвецкой заменили.

— Как заменили?

— А вот так: забрали то, а на его место положили какого-то бродягу.

— Что коронер говорит?

— Разводит руками. То тело он не видел, поэтому ничего сказать не может.

— Понятно. Если родственники узнали, а при таких сомнительных обстоятельствах смерти решили похоронить по-тихому, без ущерба репутации…

— А у вас что? — не желая заглядывать в карты, просто поинтересовался я у Анны.

— Вот смотри: это тот дом в трущобах. А вот место, где причалила лодка.

— Так они почти по прямой. И что?

— А вот карты старых убежищ. От дома идёт проход на соседние улицы, от места, где причалила лодка, тоже.

— Ну, мы же ходили там и уперлись в реку.

— Да. Потому что нужный нам коридор проходит под рекой.

Всё-таки предчувствие меня не обмануло. Но я всё же с надеждой спросил:

— И?

— И нам нужно его найти.

Сказать, что я не разделял энтузиазма Анны, — значит не сказать ничего.

Глава 13

Назвать утро бодрым язык никак не поворачивался. Усталость ещё не до конца покинула тело, но больше всего меня беспокоил предстоящий спуск. Холодная вода смыла остатки сна, и я начал проверять снаряжение. Бросил в карман дополнительные патроны для ружья. Надо бы собраться и разориться на патронташ. Проверил заряд магического фонаря, покидал в сумку всё, что могло пригодиться из моих небогатых пожитков. Ещё раз пробежавшись глазами по амуниции, я отправился вниз завтракать.

Мои сапоги сразу вступили в непонятную жижу, а в нос ударил резкий запах.

*«Как говорится, не зарекайся. А то жизнь так повернёт, что сам побежишь навстречу тому, от чего открещивался», * — начал философствовать мой гость.

Сзади послышались шлепки спускающихся ребят.

— Ну, Анна, куда нам идти?

— Давай посмотрим.

В итоге мы полдня пробирались по боковым ответвлениям, но наконец нашли то, что искали. Я шёл впереди, подсвечивая дорогу фонарём. Вдруг остановился и поднял руку, призывая к тишине. Все замерли. Впереди слышалось шуршание. Оно становилось всё ближе, пока свет фонаря не выхватил шагающую в нашу сторону фигуру. Мертвец не торопился. Скорее просто плёлся, подволакивая одну ногу и неестественно выгнувшись в бок.

— Галар, подними фонарь повыше, — Артур достал костяное копьё и пошёл навстречу трупу.

Я выполнил просьбу, стараясь дать больше света. В левой руке Артура замерцал зелёный огонёк. Он провёл этой рукой вдоль древка, и копьё переняло спокойное изумрудное свечение.

— Руд, Альн, если что — готовьтесь, — бросил он, не оборачиваясь.

Но ничего не понадобилось. Артур сделал ещё шаг вперёд и воткнул копьё в грудь мертвеца. Такое ощущение, будто из тела в один момент вынули все кости, и оно кулем свалилось на каменный пол.

— Слушай, Артур, это что, заклинание? — Альн выглянул из-за моего плеча.

— «Упокоение».

— А на живом как подействует?

— Если воткнуть в грудь — крайне негативно. Если просто коснуться — уснёт ненадолго.

— Это, конечно, круто, но мог бы и метнуть копьё, а не сходиться в рукопашную, — надулась Анна.

Обычно сдержанный Артур звонко рассмеялся:

— Да это стихийный зомби. От него максимум — испугаться.

— А в итоге ты напугал нас! — отступать Анна явно не собиралась.

Я подошёл ближе к Артуру и лежащему рядом телу. Чтобы прекратить спор, поинтересовался:

— Ладно, просвети немного в тонкости твоего искусства. Что значит «стихийный»?

— Так бывает, когда рядом с кладбищем или местом старых захоронений появляется разрыв реальности. Его закрывают, но отголоски ещё какое-то время порождают таких вот «бродяг».

— А почему ты решил, что он стихийный?

— Это намеренность. Я их узнаю по движениям: они сами не понимают, чего хотят.

— Может, он связан с нашими любителями человеческих жертвоприношений? — Руд тоже подошёл ближе, разглядывая мертвеца.

Артур начал осмотр тела, затем перевернул его. Крысы уже изрядно поработали, зрелище было малоприятным.

— Череп проломлен сзади. Может, ограбили и скинули в стоки, а может, забрёл сюда сам, куда не нужно. Сейчас можно строить много версий, только смысла в этом мало.

— Что будем делать с телом? — Я уже переступил через труп и подсвечивал тёмный проём коридора.

— Давай отойдём подальше, и Анна его подожжёт. Всё лучше, чем кормить крыс.

Идя впереди группы, я не прекращал размышлять о случившемся, а затем всё-таки решился спросить у Артура, верны ли мои догадки.

— Артур, а вот если такой парень поднялся где-то неподалёку, значит, должен был быть разрыв?

Артур кивнул.

— Может, он и сейчас открыт?

— Нет. Или он очень далеко. Но мертвецы сами от них не разбредаются.

До конца коридора мы прошли почти без проблем. В конце пути уперлись в лестницу, ведущую и вверх, и вниз. Посветил фонарём вниз: свет выхватил один пролёт, дальше всё уходило в темноту.

— Куда пойдём? — оглянулся я на товарищей.

— Ты же знаешь ответ, — хохотнул Альн.

— Знаю, знаю. — И начал потихоньку спускаться. Как назло, свет в фонаре замерцал. Я потряс его, и он засветил ровно. Но источник надо бы поменять.

Внизу оказался довольно просторный зал овальной формы. И абсолютно пустой. Ни статуй, ни алтарей, ни следов ритуалов.

— Да, не так я представлял место, где приносят людей в жертву, — Руд был явно разочарован.

— Может, и не приносят. Соберутся, напьются, устроят оргию да по домам, — Альн, обойдя зал по кругу и не найдя ничего интересного, вернулся к нам.

— Может, и так. Если бы не девчонка в лодке, — парировал я.

— Галар, давай посмотрим, что здесь вообще есть, — предложил Артур.

Я понял, о чём он, достал из сумки кусок угля, поставил фонарь на пол и начал чертить контур, вписывая в него необходимые руны. Потратил два варта энергии. Лёгкая вспышка — и ничего. Никаких остатков магии или другой энергии.

— Зал явно чистили.

— Да, здесь определённо прибирались.

— Вообще, какие-то мысли есть?

— Я думаю, здесь мы уже ничего не найдём. Стоит выставлять засаду. — Руд всё-таки оставался приверженцем классической охоты.

— Здесь придётся жить месяц. Или мы их спугнули, и они вообще поменяют место, — Альну совсем не улыбалась перспектива жить в канализации, да и остальным тоже.

— Если, как ты говоришь, труп поднял разрыв, то я думаю, что во время жертвоприношения как раз и происходит открытие. Но это нужно проверить. А заодно, может, поймём, с кем имеем дело, — взял фонарь в руки я.

— Как будем проверять?

— Пойдём, расскажу по дороге домой.

***

После ужина я успел дойти до алхимика.

— Ну что, получилось что-нибудь?

— Да! — Он буквально просиял, доставая из-под стола два куска верёвки. — Вот смотрите. На обоих магический рисунок почти одинаковый. Вот с этого конца заметны отголоски магии смерти, а вот с этого, — он показал на обрубленные концы, — остались крохи демонологии.

— Ты уверен?

— Ну, остатков было очень немного. — Он виновато развёл руками.

— Да нет, спасибо огромное. Ты очень помог.

Я отдал деньги и вышел из лавки. В голове крутились мысли. Есть несколько «если», и с каждым совпадением шанс на успех повышался. Если алхимик не ошибся. Если человек в балахоне был демонологом. И если он местный. Надо было хорошо обдумать, как правильно потянуть за эту ниточку.

***

Следующее утро началось для меня с уже традиционных порезов. Первый, второй, третий… На четвёртом я почувствовал знакомую дрожь. Нужно проверить. Я закрыл глаза и провалился в Сад Духа. Да, вот оно: новое заклинание проросло ярко-зелёным деревцем. Листва была такой пышной, что ствола не то что не было видно, а до него и рукой не добраться. Я потрогал шелковистые листья и неохотно убрал руку. Ладно, надо возвращаться. Сегодня ещё много дел. Открыл глаза и снова оказался на кровати в своей комнате. Настроение поднялось настолько, что я буквально слетел вниз по ступеням.

— Так, и что мы ищем? — поинтересовался Руд.

— Если здесь под землёй периодически открываются разрывы, это всё равно как-то отражается на поверхности. Ищем всё, что выходит за рамки обычного.

Разделившись на две группы, мы пошли обходить дома. Сказать, что это было легко, — значит нагло соврать. Люди не очень хотят рассказывать, когда стоят три охотника и начинают расспрашивать о странностях. Но есть нюанс: про себя молчат, зато про соседей могут вывалить столько, что выудить зерно правды почти невозможно.

Я поднялся на крыльцо и постучал в очередную дверь. Руд с Альном стояли чуть ниже, чтобы не толпиться у входа. Дверь открыла молодая женщина в домашнем платье и с интересом посмотрела на нас.

— Доброе утро. — Я постарался улыбнуться как можно дружелюбнее.

Достал из-под куртки медальон охотника и показал ей. Женщина немного побледнела и отступила на полшага.

— Что с вами?

В моменте она взяла себя в руки, придержавшись за косяк:

— Нет-нет, всё в порядке. Просто дети в последнее время плохо спят. Особенно маленький.

— Да? — Я постарался изобразить искреннее удивление. — Мучают кошмары?

Она побледнела ещё сильнее, если это вообще было возможно. Я понял, что попал в точку.

— У маленького просто колики.

— А у старшего?

Взгляд её резко поменялся, став решительным, как у львицы:

— А у старшей всё в порядке. У нас всё хорошо.

Она попыталась закрыть дверь, но я не дал, просунув ботинок в щель. Альн быстро подскочил и потянул дверь на себя. Открыв её, я аккуратно отодвинул женщину за плечи, пропуская Альна и Руда внутрь.

— Сейчас придёт муж, и вам не поздоровится.

— Если придёт ваш муж, мы так же осмотрим дом. И если всё в порядке — принесём извинения и уйдём. — После этого я отпустил её и пошёл следом за Рудом. Женщина побежала за нами, упала на пол и разрыдалась. Кроме звуков её рыданий, в доме было тихо и спокойно. Руд поднял женщину, посадил на стул и дал стакан воды.

— Простите, я не знаю, что на меня нашло, — всхлипывая и пытаясь отпить воды, проговорила хозяйка.

— Где дети?

Хозяйка вздрогнула от моего вопроса, но собралась:

— Маленький спит в соседней комнате, а старшая наверху. Я сейчас её позову.

— Не надо, я сам схожу. Альн, пойдём со мной. Руд, останься.

Мы поднялись по лестнице, прошли в дальнюю комнату, и я аккуратно открыл дверь. Одну руку с револьвером держал в кармане куртки. Детская кровать, валяющиеся игрушки — ничего необычного. Я открыл дверь до конца и вошёл. Беспокойство матери стало понятно, когда я взглянул на стены. Сначала не разобрал: какие-то размытые чёрные пятна. Но, увидев сидящую на полу девочку, рисующую углём, всё понял. Мать просто стирала её рисунки. Девочка лет десяти так и не обратила на нас никакого внимания, продолжая что-то старательно выводить.

— Привет.

— Здравствуйте. — Она наконец отвлеклась и подняла на меня огромные серые глаза. Длинные светлые волосы, как у матери, забавно взлохматились. Было видно, что она только недавно проснулась.

Я присел рядом на корточки:

— А что ты рисуешь?

На рисунке красовалось дерево без листвы с огромной норой под корнями.

— Это дом Унура.

— А кто такой Унур и где находится его дом?

— Дом у него далеко. Туда просто так не попасть, надо быть другом Унура. — Она немного задумалась. — Унур — это тот, кто дарит сны.

— А он дарит хорошие сны?

Девочка опять задумалась, потом пожала плечами:

— Разные. Если ты добр к Унуру и ты его друг, то он подарит хороший сон.

— А если нет?

— Тогда сон будет страшный.

— А тебе какие дарит?

— Сначала были хорошие. А потом, когда я сказала, что не хочу дарить ему подарки, стали плохими.

— А что он хочет в подарок?

— Унур одинок, и ему нужны друзья.

— То есть он хотел, чтобы ты стала его другом?

Она помотала головой:

— Не я, а мой маленький брат. Он хотел, чтобы я отнесла его к стокам.

— А покажи, что ты ещё рисуешь, кроме дома Унура.

Она полезла под кровать и достала несколько исписанных с двух сторон деревянных дощечек, протянула мне. Я рассматривал и передавал Альну. На одной, как я понял, был изображён Унур, точнее — его рука и глаз с вертикальным зрачком, подсматривающий из-за занавески.

— А это кто? — На дощечке были нарисованы размытые фигуры, образующие что-то похожее на круг перед тёмным пятном, напоминающим разрыв.

***

Артур с Анной обошли уже несколько домов. Внятными результатами похвастаться пока не получалось. Самое трудное — не было понятно, что именно искать. Не будешь же вламываться в каждый дом и рассматривать каждый уголок.

— Надеюсь, у ребят дела лучше, чем у нас, — сказал Артур скорее себе, чем Анне, и поднялся на очередное крыльцо. Постучал, немного подождал, постучал сильнее. Уже почти развернулся, чтобы уйти, как за дверью послышались шаги.

— Иду, иду! — донёсся звонкий старушечий голос. Скрипнула задвижка, дверь открылась. На пороге появилась милая старушка, спина которой уже согнулась от тяжести лет. Она куталась в огромный шерстяной платок, больше напоминавший плащ.

— Здравствуйте. — Артур достал серебряный жетон охотника и показал женщине. — Мы бы хотели с вами поговорить. Вы замечали что-нибудь странное дома? Или, может, соседи что-то рассказывали?

— Нет, я ничего не замечала. Правда, муж мне все уши прожужжал сначала своими снами, потом ещё чем-то, а потом заявил, что я отрыжка демона. Совсем уж с ума старый сошёл.

— А можно нам с ним поговорить?

— Ну, он сейчас спит. Если разбудите, будет куча криков.

— Простите, но нам очень надо.

Старушка ненадолго задумалась, затем развернулась:

— Ладно, пойдёмте. Я вас чаем напою. Может, и старый хрыч к тому времени проснётся.

Артур пропустил Анну вперёд, прикрыл дверь и зашёл в дом. Старушка повернула налево и повела их по коридору на кухню. Проходя мимо одной из комнат, Артур увидел лысый затылок старика, сидящего в кресле-качалке и накрытого пледом. Анна продолжила идти за женщиной, а Артур шагнул в комнату. Знакомое ощущение щекотки в сознании заставило его насторожиться. Он начал обходить кресло.

Его окатило ледяным душем осознания и страха за Анну. У старика было вскрыто горло по всей ширине. А весь плед был бурым.

— Анна, берегись!

Именно этот крик спас её. Она буквально на мгновение замерла, и это спасло от старушечьего удара ножом. Лезвие прошло в ширине ладони от её лица. Самое страшное — выражение лица женщины не поменялось. Она смотрела всё так же дружелюбно и мило улыбалась. Анна попятилась, споткнулась и беспомощно села на пол. Ей ничего не оставалось, как выкинуть навстречу обезумевшей старухе фаербол. В критический момент он получился что надо: напитанный максимальным количеством энергии, на которое была способна Анна. Огненный шар с гулом врезался женщине в грудь и откинул её прямо к столу. Шерстяной платок вспыхнул ещё до того, как она приземлилась.

***

Мы с Рудом вышли на улицу. Я показывал ему рисунки, после чего убирал их в сумку. Краем уха слышал беседу Альна с матерью:

— Вам есть где пожить какое-то время?

Что отвечала мать, я не расслышал.

— Вот и замечательно. Собирайте детей и поживите там месяц-два. Она что-то отвечает. — Дайте ей время восстановиться от влияния. А затем найдите хорошего экзорциста, он уберёт последствия взаимодействия.

Что он говорил дальше, услышать не удалось. На противоположной стороне улицы разбилось стекло. На улицу вылетел живой факел.

— Ты имел в виду такое, когда говорил, что искать надо необычное? — Руд тоже замер рядом, наблюдая, как факел с безумными криками пробежал с десяток шагов, упал на дорогу и начал кататься, пытаясь сбить пламя. Всё произошло за считанные мгновения, я даже не успел спуститься на мостовую. Когда я перевёл взгляд на разбитое окно, то увидел озадаченные лица Анны и Артура.

*«Помнишь, я говорил, что отец Герн с теми тремя парнями — профессионалы?«* — спросил голос в голове.

*«Угу». *

*«Я должен принести им извинения. Всё-таки вы их заткнёте за пояс». *

Я подошёл ближе. С трудом, но можно было определить, что жертвой оказалась старая женщина.

— Я предлагаю всё свалить на старую. Да и дело с концом.

— Ты сегодня чересчур разговорчив.

— Ну, вы не каждый день бабок поджигаете.

Глава 14

На следующий день вечером я зашёл в таверну. Судя по времени, остальные уже должны были быть там. После вчерашнего происшествия Артура с утра вызвали к капитану. Анна засела в архивах. А Руд с Альном хотели ещё раз поговорить с коронером, а затем помочь ей с материалами. Я же решил выяснить, кто из демонологов присутствовал в городе за последний месяц.

Я подошёл к столу. Лица у всех были довольно кисловатые.

— Так, судя по лицам, у нас не всё хорошо?

— Смотря как посмотреть, — отозвался Артур.

— Анна нашла описание Унура по его печати на одном из рисунков, — продолжила она.

— Так это очень даже интересно. — Я перевёл взгляд на Анну.

— Унур — довольно интересный персонаж. У него есть свой крохотный карман между мирами, граничащий с планом Бездны.

— То есть он не демон?

— В каком-то смысле да, в каком-то нет. Но его основная пища — сильные эмоции. Не вся его деятельность направлена на еду, иногда он может просто развлекаться.

— Так хорошо, с ним понятно. А вот что от него хотят получить наши друзья в балахонах? Есть что-нибудь, что он может дать?

— Да. Он может подарить сон, в котором человек испытает блаженство. И он может помочь открыть коридор в сон человека.

— Не дороговата ли цена — человеческая жизнь — за сон?

Анна лишь пожала плечами:

— Ну, а чего сидели грустные? Это всё-таки лучше, чем ничего.

— Я сегодня был у капитана и получил знатную выволочку за бегающий факел. А когда рассказал про всю ситуацию и действия инквизиции, получил вторую за то, что не пришёл сразу.

— И какой итог?

— Если найдём культистов, отец Герн знатно получит по ушам, а не повышение. А если нет, то хотя бы нам надо не допустить новых жертвоприношений, чтобы люди не сходили с ума от временных разрывов.

Альн отпил разбавленного вина из кружки:

— От временных пострадают только самые беззащитные и внушаемые. Остальные, может, отделаются головной болью да кошмаром.

— Так, ладно. Тогда моя очередь рассказывать, что я узнал.

Я кратко изложил данные о следах магии на верёвке и перечислил демонологов, замеченных в городе за последний месяц.

— Да, но я думаю: даже если мы добьёмся разрешения на его арест, мы не найдём никаких следов его причастности, — высказался Артур, выслушав меня.

— Я тоже более чем уверен в этом. Поэтому у меня есть другое предложение.

***

Верлон задумчиво сидел, глядя в окно на пробегающие мимо дома. Сколько проблем возникает, когда что-то важное доверяешь сделать кому-то другому. Всё началось с того мальчишки, которому отрезали голову в трущобах.

Идиоты. Кого они хотели напугать? А самое главное — зачем? Надо было это предусмотреть, когда связываешься с избалованной детворой. Они и в начале-то сообразительностью не сильно отличались, а от снов демона совсем мозги растеклись. Затем нападение, арест Крысы…

Как же всё не вовремя. Ему нужен последний коридор в сон этого ублюдка барона Эрла. Тогда он поквитается за все унижения, которые тот причинил ему. Надо найти ещё одну жертву, и можно будет залечь на дно. Этот ритуал станет последним для всех, кроме него. Концы — в воду. Культ сам себя уничтожит в ритуале и избавит общество от недалёких недоумков.

Вдруг он заметил, что в повозку запрыгнул мужчина с закрытым платком лицом. Но даже через ткань было видно, что его лицо сильно изуродовано.

Верлон удивлённо приподнял бровь, глядя на незнакомца:

— У вас буквально пара мгновений, прежде чем я спрошу с вас за вашу наглость.

Одновременно с фразой он продемонстрировал перстень мага четвёртого круга. Мужчина примиряюще вскинул руки и заговорил. Его хрипловатый голос неприятно резал слух:

— Я хотел предложить вам свои услуги.

— С чего вы решили, что я нуждаюсь в ваших услугах?

— Ну, вы прибегали к услугам уже покинувшего нас моего коллеги.

— Я не понимаю, о чём вы говорите.

— Я говорю о Крысе. Признаться честно, странный выбор.

— Никогда о таком не слышал.

— Я не сомневаюсь. Но он знатно наследил. И если по его следу смог пройти я, то пройдут и другие.

Мужчина уже собирался уходить.

— Ладно. Что вы хотите?

Он сразу же закрыл обратно дверь:

— У вас есть доступ к тому, чего нет у меня. — И он активировал заклинание, обнажив демоническую руку. Второй круг, не больше. — Я ни за какие деньги не смогу купить заклинание демонологии. Вы мне заклинание, я вам оказываю ту же услугу, что и Крыса. И ещё заметаю все следы за ним.

***

Уже знакомое мне помещение выглядело совсем по-другому. Оно всё было исчерчено сложными узорами. В точках силы конструкции были закреплены энергетические кристаллы. А в центре как раз было место для жертвы, на котором сейчас лежала Анна.

Все были против этого плана не только потому, что не хотели рисковать ею, но и потому, что у нас выпадала целая боевая единица. Её уже напоили чем-то, и она пребывала в трансе. Следом за мной в зал стали заполнять люди в балахонах со свечами в руках. Я держал такую же. Я знал, что под несколькими балахонами тоже скрывались охотники. Остальные должны были ждать сигнала неподалёку.

Удивительно, но ритуал начался, как только все зашли в зал. Никаких пафосных речей, только сугубо деловой подход. Демонолог начал вливать энергию в контуры. Кристаллы стабилизировали важные участки. По помещению пробежал резкий порыв ветра, хотя ему здесь было неоткуда взяться. Фиолетовая линия пролегла в пространстве и начала понемногу расширяться. Ещё чуть-чуть, и демонолог будет полностью беззащитен. Но, видимо, у кого-то из охотников сдали нервы, и он выстрелил в кристалл.

И вот тут начался хаос. В сторону мага полетели заклинания и пули. Я краем глаза заметил, как кто-то накрыл Анну щитом от начавшегося безумия. Демонолог перестал удерживать разрыв, отражая атаки, но щель начала расширяться сама. Видимо, с той стороны тоже помогали. Но в одиночку дело не пошло. Разрыв сначала замер, а потом резко схлопнулся, образуя ударную волну, которая сбила всех с ног.

Я вскочил со звоном в ушах, пытаясь найти взглядом Верлона. Увидел, как он бежит в конец зала и начинает шарить по стене.

*«Он нам нужен!«* — прокричал голос в голове.

*«Знаю я», * — огрызнулся я в ответ и побежал за ним.

Я видел, как он на что-то надавил. Кусок стены отъехал, и он юркнул в щель. Подбежав к стене, я начал лихорадочно ощупывать её в поисках выступов.

*«Смотри, кровь», * — прозвучал голос в темноте.

И действительно: в полумраке было тяжело заметить багровые пятна на камне. Я сосредоточенно искал в том месте, где крови было больше всего, и она даже небольшими потёками спускалась вниз. Указательным пальцем я попал в выемку и надавил. Что-то щёлкнуло. Одна из плит немного повернулась, открыв узкий проход, в который я с трудом протиснулся.

Оглядываться я не стал, но, судя по раздающимся приказам, снаружи всё было кончено. Плита за мной сразу же задвинулась. Меня невольно пробрал холодок: вот так немного замешкайся, и тебя разомнёт между двумя огромными булыжниками.

Я достал фонарь и зажёг его. Голубоватый свет охватил узкий коридор. Сразу бросились в глаза огромные пятна крови на полу. Похоже, Верлон серьёзно ранен. Я не спеша пошёл по следам. Бежать не стал, чтобы не нарваться на повороте на выпущенное заклинание или пулю.

Внезапно фонарь выхватил на своей границе сидящий силуэт. Я накинул «каменную кожу» и, не спуская с него револьвера, стал подходить ближе.

Верлон сидел на полу, широко расставив ноги и опершись спиной на стену. Его голова безвольно повисла. Огромное бурое пятно растеклось от его ног.

*«Походу, эпичной битвы с финальным босом не будет», * — весело заметил мой гость.

— Да с резервом он бы выжил. А тут то, что не потратил в ритуале, забрала схватка. Ранение.

— Нам же проще.

Тут я был полностью согласен.

— Ну что, Верлон. За тобой ещё должок. — Не знаю, зачем я это сказал. Возможно, для самоуспокоения, что я не мародёрствую, а забираю своё.

Я начал обыскивать тело. Вот оно: плотно закатанный рулон бумаги, скреплённый печатью. Я надломил воск и развернул свиток. Заклинание, которое демонолог обещал отдать мне после ритуала.

— Вот же урод.

Конечно, когда он говорил, что не может предложить что-то конкретное в такой короткий срок, я понимал: достанет то, что получится. Но проклятое оружие… этого я не ожидал. Зачем вообще оно кому-то нужно?

*«Да, подарочек знатный на прощание получился». *

Ладно. Сейчас нет времени сожалеть. Надо выбираться отсюда и постараться успеть кое-что ещё сделать.

Пройдя ещё немного прямо, я попал на лестницу, ведущую в стоки. Вышел в один из каналов, где бежала вода, и направился в сторону реки.

***

Я постучал в дверь. Мне открыл дворецкий. Полный мужчина со смешными усами, но с позой полного внутреннего достоинства. Он умудрился посмотреть на меня сверху вниз, хотя был на голову ниже.

— Что вам угодно, э-э… — Последнее слово так и повисло в воздухе. Оно и неудивительно: я в облике Шрама на уважаемого господина никак не тянул. Да ещё и стойкий запах канализации шлейфом тянулся за мной.

Я не стал ничего придумывать и сказал правду:

— Господина Верлона схватили охотники прямо на горячем. Так что собирай всё, что нужно спасти от них, и уноси либо в убежище, либо просто спрячь.

Я не сомневался, что такое место есть, но крайне маловероятно, что о нём знал дворецкий. Но попытка не пытка.

— Что значит «схватили на горячем»? — Он пытался сохранить невозмутимость, но голос на секунду поймал петуха.

— А то и значит. Через пару часов они будут здесь. И я думаю, ты и сам им что-нибудь расскажешь.

— Ладно. Моя задача — предупредить, а ты уж сам решай, что делать.

Он хотел ещё что-то спросить, но я уже спустился с крыльца, перешёл на другую сторону улицы и завернул за ближайший угол.

***

— Ну что, запомнили?

Диар и Корст кивнули.

— Посмотрите, куда он пойдёт. Возможно, он знает про какой-нибудь тайник демонолога или захочет просто свалить с деньгами хозяина. В общем, лучше взять побольше, но лучше взять хоть что-то, чем ничего. Ладно, мне пора. — И я почти бегом отправился к базе охотников, уже на ходу придумывая историю о том, как заплутал в стоках.

— Слушай, Диар, ты не подумай, я ничего против Шрама не имею, да и парни тоже. Но тебе не кажется, что он нас просто использует? — спросил Корст, когда они остались одни.

— Не знаю, Корст. Шрам ещё при первой встрече мог вскрыть мне горло от уха до уха, и на то у него были причины. А насчёт «использует»… тут ещё вопрос, кто из нас получает больше выгоды. Шрам бы и без нас всё провернул. А вот мы бы, может, так и остались сидеть на рынке да попрошайничать.

— Смотри, дверь открылась.

Они оба увидели, как из дома почти бегом вылетает полный мужчина. Одной рукой он на ходу обтирает вспотевший лоб платком, а во второй держит небольшой кожаный саквояж. Мужчина начал ловить экипаж.

Руд заскочил на козлы фургона:

— Ну давай посмотрим, куда он собрался.

Корст последовал его примеру и уселся рядом. Они следовали за экипажем на расстоянии, чтобы не спугнуть добычу раньше времени. Внезапно экипаж остановился у одного из мостов. Толстяк вышел и пошёл по мосту.

— Давай подъедем поближе. Что-то очень странно он себя ведёт, — прошептал Руд.

Они почти поравнялись с ним примерно на середине реки. Мужчина обтирал лоб и посматривал вниз. Видимо, в чём-то убедившись, он замер.

— Корст, мне кажется, он задумал выкинуть сумку.

— Да, и мне так кажется, — сдавленно ответил Корст, взведённый как пружина.

И вот толстяк отвёлт руку назад и сделал широкий размах. Но саквояж упал на землю с повисшим на нём Корстом. А у толстяка в руках осталась только серебристая ручка.

— Что вы себе позволяете?! — закричал мужчина.

— Именем Церкви! — не растерялся Корст, поднимаясь с земли.

Надо было видеть, как менялся оттенок лица дворецкого. Такой резкий переход от багрово-красного до бледно-белого многого стоил.

— Это не моё! — сдавленно пискнул мужчина, отползая назад. — Не моё!

— Это мы разберёмся, — сказал Корст, запрыгивая обратно на козлы и пригрозив дворецкому кулаком. Диар хлестнул поводьями, и фургон начал набирать ход, оставив дворецкого в полном недоумении.

***

На базе охотников ещё творился хаос. Сюда всё ещё свозили культистов. Видимо, кому-то из них всё же удалось ускользнуть и какое-то время прятаться в стоках. И теперь их, грязных и сырых, тащили такие же грязные и сырые стражники или охотники. Тут же сновали инквизиторы.

— Вы обязаны передать их инквизиции! — услышал я приближающийся крик. Капитан Торс шёл по коридору, а его преследовал отец Герн. Тут, видимо, терпение капитана лопнуло, и он, развернувшись, заорал в ответ:

— Я передам их не тебе, а главному инквизитору города — вместе с письмом о твоей некомпетентности!

Отец Герн сразу стушевался. Мне показалось, он даже уменьшился в размере. Затем он выдохнул и пошагал на выход. Проходя мимо меня, он зло посмотрел.

*«Ну что сказать, опыт прошлой жизни тебя ничему не учит. С кем надо дружить, например», * — мой спутник был полон злого веселья. Я даже чувствовал, что он рад, что мы смогли наступить на хвост отцу Герну.

*«Да я не против. Но ты же видел Герна: такие во врагах безопаснее, чем в друзьях», * — ответил я мысленно.

— А, Галар! — Меня заметил капитан и пошёл в мою сторону. — А ты где был?

Я рассказал, что преследовал демонолога, а затем обнаружил его истёкший кровью труп, после чего пытался выбраться на поверхность.

— Так бери тогда пару стражников, тело надо вытащить и доставить в мертвецкую.

— Хорошо. Как там Анна?

— Спит. С ней сейчас лекарь, я думаю, всё будет нормально.

Я кивнул и отправился выполнять приказ капитана.

***

Пошёл четвёртый день после арестов культистов. Я лежал на кровати и смотрел на свиток, который достался мне от демонолога. Стоит ли начинать изучать это заклинание или всё-таки поискать что-то ещё? Ладно, сейчас позавтракаю и приму решение.

Поднявшись с кровати, я отправился вниз. Ещё только выйдя за дверь своей комнаты, я услышал, как хлопнула входная дверь, а затем чьи-то быстрые шаги. На лестнице я увидел поднимающегося Альна. Он посмотрел на меня.

— Отгадай, куда мы едем?

— Не знаю куда, но ехать сейчас туда я не хочу.

После наших приключений в стоках я два дня отсыпался и приводил себя в порядок. Я даже Диара ещё не видел.

— Один из культистов оказался слугой одного очень зажиточного торговца. И на допросе рассказал, что он каким-то образом смог открыть разлом к Унуру в доме своих господ.

— Может, врёт?

— Там что хочешь можно рассказать. Да вот он не одарённый, поэтому нас отправляют просто посмотреть.

— Альн, ты же знаешь, что если это правда, то «просто посмотреть» не получится.

— Но это ещё не всё. С нами направляют того инквизитора, который убил всю банду.

От этих слов у меня свело зубы, как от зубной боли. Вот чего нам только не хватало, так это опального инквизитора, жаждущего вернуть расположение любой ценой.

— Сколько у нас времени?

— Да нисколько. Он уже сидит внизу с вещами, так что собираемся и едем.

Я тяжело вздохнул. Но поделать ничего не мог, развернулся и пошёл собирать вещи.

Глава 15

Фургон медленно полз по дороге. Дождь размыл пару участков в низине, по одному из которых мы сейчас и ехали. Колёса местами проваливались в ямы, и приходилось вылезать, чтобы толкать повозку.

Отец Герн почти с нами не разговаривал, да, признаться честно, и мы не горели желанием общаться. Даже вечером на стоянках он не стал есть с нами, а просто брал что-то из своих запасов и забирался спать.

Я дожёвывал кусок хлеба, глядя в огонь. Завтра к обеду мы должны быть в усадьбе. Дорога занимала два с половиной дня, но из-за присутствия постороннего казалось, что мы едем уже неделю. И дело было не только в том, что приходилось следить за каждым словом, а атмосфера была напряжённой, но и в том, что в фургоне стало банально тесно. Сегодня мне выпало время дежурить посреди ночи, поэтому, расправившись с остатками еды, я отправился спать.

К обеду из-за поворота показалась усадьба.

— Довольно странный вкус, — Альн, сидевший на козлах, не смог скрыть удивления.

Довольно милый сад с ровными кустами и симпатичными деревьями ярко контрастировал с мрачным трёхэтажным особняком. Уже остановившись, я пригляделся к дому. Отделка местами вспучилась уродливыми волдырями, из-под которых сочилась тёмная жижа. Тёмные провалы окон смотрели на тебя так, будто хотели сожрать. Если бы дом был монстром, он выглядел бы именно так.

— Если разрыв открылся совсем недавно, окружающее пространство не должно было измениться так быстро, — озвучил я свои опасения.

— Да и людей что-то не видно, — Альну явно не нравилась обстановка.

— Какие мысли у вас, святой отец? — Артур посмотрел на инквизитора. Всё-таки тот был старше нас и мог уже сталкиваться с подобным.

— Надо просто закрыть разрыв как можно быстрее, так что готовьтесь и пойдём внутрь.

Было видно, что отец Герн хочет побыстрее закончить с этим делом, чтобы избавиться от нашей компании и реабилитироваться в глазах начальства.

— Я надеюсь, что вы хорошо рассчитываете свои силы. Здесь у нас всё-таки нет такого преимущества, как тогда в трущобах, — не удержался я, чтобы не уколоть инквизитора.

Тот взглянул на меня с плохо скрываемой ненавистью:

— Дайте мне печать, и я сделаю всё один, если вы боитесь.

*«Ой, да пускай идёт. Тогда при любых раскладах решится одна наша проблема», * — уже обрадовался голос в моей голове.

— Собираемся, — скомандовал Артур.

— Ну вот, зачем мешать человеку совершать подвиги? — горестно прокомментировал решение Артура мой гость.

***

Закончив с приготовлениями, мы отправились к дому. Я и Руд с ружьями заняли позиции для стрельбы. Инквизитор толкнул дверь, но она не поддалась. Он навалился плечом. Результат был тем же.

— Может, через окно? В любом случае, этот демон уже знает о нашем присутствии, — Альн одной рукой держал револьвер, а во второй сформировал воздушный щит.

После этих слов дверь внезапно сама открылась, словно приглашая нас войти.

— Ну, теперь же очевидно, что нам не надо туда идти? — Альн взглянул на меня, но я лишь пожал плечами.

Надо отдать должное инквизитору за решительность: пока мы с Альном переглядывались, он уже шагнул вперёд, и нам ничего не оставалось, как последовать за ним.

Широкий полукруглый холл рассекала напополам массивная лестница, ведущая на второй этаж. Видно было, что хозяева не скупились на отделку. Мы напряжённо замерли, сбившись в кучу у двери и ощетинившись оружием в разные стороны.

— Я так рада, что вы решили зайти в гости, — поприветствовал нас мелодичный женский голос.

Я закрутил головой в поисках говорившей. Молодая красивая женщина в строгом чёрном платье стояла на втором этаже, у самого начала лестницы. Возможно, когда-то она была здесь хозяйкой. Краем сознания я отметил, что дверь за нами с тихим щелчком закрылась.

Инквизитор сделал шаг вперёд:

— Назовись именем Троих!

— Имена… Как же вы, люди, привязаны к этому сочетанию букв. Ты и так знаешь моё имя, клирик. Ты думаешь изгнать меня?

— Если даже я не смогу, придут те, кто сможет отправить тебя обратно, тварь.

Мелодичный голос женщины сменился мерзким, поскрипывающим смехом.

— Может быть, может быть, — сквозь смех проскрипел Унур. — Но когда это будет? До этого мы успеем провести с вами очень много времени вместе. — И он снова залился хохотом.

Инквизитор без слов вскинул руку, и из неё вырвался белый луч света, ударивший женщине в грудь. Удар отшвырнул её, как ничего не весящую куклу, к стене, оставив в груди отверстие размером с кулак. Она попыталась встать, скребя руками по ковру, но затем замерла, бессильно повесив голову на грудь.

Мы замерли на какое-то время, ожидая, что произойдёт ещё что-нибудь, но всё было тихо.

— И это всё? — озадаченно спросил Руд, готовый стрелять во всё, что шевельнётся.

— Ни один демон не может устоять перед силой Троих, — инквизитора, видимо, нисколько не смутила лёгкость победы.

У меня, конечно, была парочка едких замечаний на этот счёт, но я промолчал.

— Надо найти разрыв и как можно скорее его закрыть, — Артур всё ещё внимательно смотрел на труп, будто ожидая, что он сейчас вскочит и нападет.

Мы решили разделиться на две группы. Я, Анна и инквизитор должны были обследовать первый этаж и подвал. А Руд, Альн и Артур — второй и третий.

— Если обнаружите разрыв, стреляйте два раза, и мы придём, — посмотрев на меня, сказал Артур.

— А если три?

— Если три, то мы тем более придём. Будьте аккуратны.

Инквизитор презрительно фыркнул:

— Не беспокойся, со мной не пропадут.

Я взял одну печать Сора и перекинул её через ремень за спину, чтобы не мешала при ходьбе. Мы отправились осматривать левую часть дома.

***

— Руд, прикрой меня. Я всё-таки осмотрю тело, — Артур не спеша поднялся по лестнице и остановился в паре шагов от убитой женщины. Внимательно осмотрев её ещё раз, он аккуратно убрал растрёпанные русые волосы, закрывавшие лицо. Довольно милое лицо уже приобрело бледно-серый оттенок. Может, будь с нами экзорцист или менталист, удалось бы выгнать демона из тела, не убивая её. Ещё раз взглянув, он поднялся и махнул рукой, чтобы Альн и Руд поднимались следом.

Зайдя в левое крыло второго этажа, они стали осматривать комнату за комнатой. Везде было аккуратно и чисто, будто здесь не разрыв открылся, а вчера целый день делали уборку.

Открыв предпоследнюю дверь, Артур увидел разрыв тёмно-фиолетового цвета, занимавший полстены спальни. Руд, заглянувший в комнату, присвистнул:

— Не маленький.

— Согласен. Ставь печать быстрее, — скомандовал Артур.

Руд протянул Артуру ружьё и начал доставать перекинутую через плечо печать.

— Я пойду выстрелю, чтобы возвращались к нам, — с этими словами Альн развернулся и хотел шагнуть в коридор.

— Ну что вы, котики, так быстро хотите закончить веселье?

Молоденькая девушка стояла за спиной Альна и буквально прошептала это ему на ухо. Судя по скромному костюму, она была кем-то из местной прислуги. Альн резко развернулся, но она оказалась быстрее. Одно движение руками, мерзкий хруст. И голова Альна, развёрнутая в обратную сторону, с непониманием смотрела на Артура с Рудом. Артур видел в глазах друга скорее удивление, чем страх. Это длилось мгновение, и он рухнул на спину.

Артур выстрелил из ружья Руда. Близкое расстояние позволяло не целиться. Три выпущенных снаряда легли точно в цель, сметая тварь обратно в коридор.

Руд, собиравшийся ставить печать, замер с ней в руках, не отводя остекленевшего взгляда от тела Альна.

— Ставь печать! — рявкнул Артур, чтобы вывести друга из ступора.

***

Мы постепенно проходили левое крыло первого этажа.

— Странно. Чтобы содержать такой дом, должна быть куча прислуги, а здесь мы никого не встретили, — прошептала Анна.

— Меня больше удивляет: внешне дом был уродлив, а здесь всё аккуратно и чисто. Откуда такой контраст?

*«На лицо ужасные, добрые внутри», * — раздался голос в моей голове. Ну, насчёт «добрые внутри» я бы поспорил.

Мы услышали донёсшиеся сверху выстрелы. Видимо, у парней неприятности.

— Надо идти наверх, — начал я, но ответить мне никто не успел.

Внезапно дверь в конце коридора распахнулась с такой силой, что ручка с грохотом ударилась о стену. Из неё выбежал мальчуган лет десяти, его глаза были наполнены ужасом. За ним следом нёсся огромный мужик с красными от ярости глазами, рычащий что-то нечленораздельное.

Увидев нас, парень закричал:

— Помогите! — и ускорился из последних сил.

Я прицелился над головой парня, и когда он приблизился настолько, чтобы его уже не задело, крикнул:

— Ложись!

И выстрелил в его преследователя. Один за другим четыре снаряда врезались в гиганта.

Анна хотела подхватить парня, но инквизитор закрыл ей дорогу, схватил ребёнка за плечи и остановил на вытянутых руках. Присев на одно колено, он сказал:

— А ну, дитя, дай мне посмотреть на тебя.

Парень забился в истерике:

— Отпустите! Отпустите! Я хочу к маме! Мамааа!

— А ну посмотри мне в глаза! — крикнул инквизитор.

Мальчик скуксился, а затем его лицо исказилось в неестественной гримасе.

— Опять ты. Всё портишь, клирик, — одновременно со словами он ударил неестественно удлинившейся рукой по шее инквизитора, а зубами вырвал кусок предплечья.

Клирик инстинктивно оттолкнул тварь и ударил лучом света из здоровой руки. Маленького демона откинуло в стену, и он обугленным трупом упал на пол. Запахло палёным мясом. Инквизитор пытался зажать рану на шее здоровой рукой, но кровь толчками вытекала из-под ладони. Анна бросилась к нему, пытаясь помочь заткнуть рану, оторвав ткань от своего платья.

— Прикрой меня! — я дал ей ружьё, а сам, присев рядом, положил ладонь на клирика и начал использовать заклинания лечения одно за другим.

С первого касания кровь потекла чуть медленнее. На третьем совсем остановилась. Затем рана начала стягиваться. Я использовал семь касаний Кассандры, полностью осушив один из источников. Инквизитор сидел весь бледный, опираясь спиной на стену. Явно уже не боец, но хоть жив остался, и то хорошо.

Мы с Анной переглянулись и поняли друг друга без слов. Я кое-как взвалил инквизитора на плечи, и мы отправились обратно. Самое тяжёлое было преодолеть лестницу на второй этаж с телом клирика на плечах, который к тому же потерял сознание и растёкся по мне, как кисель. Я обошёл тело женщины в чёрном по широкой дуге.

Поднявшись наверх, мы никого не обнаружили.

— Артур!

— Сюда, мы тут!

Я свернул в коридор и увидел в конце лежащее у стены ещё одно тело. Видимо, вот из-за чего началась стрельба. Дойдя до двери, я увидел рядом стоящего Артура в отсветах разрыва. На полу лежал Альн. Анна, выглянувшая из-за моей спины, увидела его и бросилась вперёд, но остановилась в паре шагов, замерев и не решаясь подойти ближе.

Артур поднял на неё взгляд. Он уже осознал потерю друга. Я снял инквизитора с плеч и положил у стены.

— Что произошло?

— Ещё одна тварь. Как будто материализовалась в воздухе за нашими спинами, — он мотнул в сторону лежащего тела. — Мы не успели ему помочь.

— Мы тоже убили ещё двух, — тихо сказал я.

Я взял ружьё у Анны и встал в дверном косяке, держа коридор на прицеле. Печать равномерно гудела, понемногу сужая разрыв.

Вдруг я услышал неспешный стук каблуков по паркету.

— Кто-то идёт! — предупредил я остальных, не сводя глаз с угла коридора.

Стук приближался, пока из-за поворота не появилась хозяйка особняка. В её груди всё ещё зияло отверстие, но оно уже затягивалось и было не так заметно.

— Мне кажется, вы рано собрались домой.

Я не стал ничего отвечать, а просто выстрелил несколько раз из ружья.

— Галар, берегись!

Я отскочил обратно, и два фаербола Анны с гудением пролетели рядом со мной, врезавшись в начавший шевелиться труп мальчика, который лежал у стены. Я захлопнул дверь.

— Артур, Руд, помогайте!

Я взялся за тяжёлый стол и начал тащить его к двери. Мы вместе подтащили его, блокируя проход.

Когда я развернулся от придвинутого стола, то увидел поднявшегося на качающихся ногах инквизитора.

Анна сделала шаг ему навстречу:

— Вам не нужно вставать, вы потеряли много крови и слабы…

Последние слова так и повисли в воздухе. Анна рухнула на подкосившихся ногах. А в руках того, что ещё секунду назад было отцом Герном, трепетало её собственное, ещё бьющееся сердце.

— Теперь её сердечко моё, — прохрипел он, после чего мерзко захихикал.

Артур побелел, всё ещё не веря своим глазам, переводя взгляд с его руки на лежащее на полу тело.

— Ах ты, урод!

Костяное копьё вылетело из его руки, пробив инквизитору череп и вонзившись в стену за ним. Тело свалилось с глухим стуком. Артур хотел броситься к Анне, но я удержал его.

— Не сейчас. Ты ей уже всё равно не поможешь.

Но он оттолкнул меня, сел рядом с ней и, перевернув тело, ничего не делал, а просто смотрел.

Печать уже почти затянула разрыв, как по коридору послышался топот множества ног. Затем — резкий удар в дверь. Я налёг на стол, упершись ногами в пол. Но, видимо, их было так много, что меня начало потихоньку отодвигать вместе со столом.

Когда появилась маленькая щель, Руд высунул туда ствол ружья и разрядил оставшийся барабан. Напор немного ослаб, и пришедший в себя Артур помог мне задвинуть стол на место. Руд в это время лихорадочно перезаряжал барабан.

Какое-то время мы просто прижимали стол к двери, упираясь в него втроём.

— У меня вот какая проскользнула мысль, — сказал Руд, упираясь изо всех сил, но находя в себе силы говорить. — Я уже не в первый раз оказываюсь в логове монстра и всеми силами пытаюсь закрыть разрыв, прежде чем меня сожрут. Если так охотиться на медведя, то надо забраться к нему в берлогу и не пускать его туда всеми силами.

— Я думаю, что мы ближе к охоте за мёдом, — нервно хохотнул я. — Забраться в улей, взять мёд и не быть искусанным.

Печать усиленно завыла и наконец-то закрыла разрыв. В коридоре стало резко тихо.

Мы немного подождали, а затем оттащили с Артуром стол. Я начал открывать дверь и почувствовал, что кто-то давит снаружи.

— Там кто-то есть! — крикнул я, отскакивая в сторону и целясь из револьвера.

На пол сначала упала рука, а затем и половина тела молодого мужчины. Я выглянул: перед дверью громоздилась куча тел, которая давила на неё своим весом.

— Надо выбираться, — я посмотрел на Артура, а затем перевёл взгляд на лежащие тела наших друзей. Я не мог поверить, что Анны и Альна больше нет, поэтому пока был спокоен, как в тумане.

Артур поднял тело Анны на руки и стал пробираться к выходу. Руд закинул печать на спину, а затем поднял Альна на плечи. Мне достался наш бывший спутник.

Вот она, злосчастная входная дверь. Артур без труда открыл её и шагнул в светлый проём. Затем в проходе исчез Руд, и я шагнул следом.

Яркий свет ударил в глаза, и я на мгновение зажмурился, а свежий воздух так закружил голову.

Я открыл глаза и понял, что снова стою в холле и смотрю на широкую лестницу, уходящую на второй этаж.

Рядом со мной Анна ощупывает свою грудь, проверяя, цела ли она. Артур не выдерживает и бросается к ней, не веря, что видит её живой. Альн нервно потирает шею, морщась от остаточной боли.

Глава 16

— Это было просто бесподобно. Сколько эмоций! Давно я так не развлекался. Люди обычно бегут в ужасе и прячутся. Всё ярко и вкусно, но, увы, так однообразно, — Унур в образе хозяйки дома спокойно стоял наверху, опершись руками на перила. — А тут жгучая ярость, горькая печаль…

— Проклятый демон! — взорвался инквизитор, и луч света ударил женщине в грудь.

Её, как и в прошлый раз, откинуло на стену, оставив в груди зияющую дыру.

— Что будем делать? — спросил Альн, оглядываясь по сторонам.

Артур развернулся к двери, но на её месте была глухая стена.

— Сначала закроем разрыв, а там посмотрим.

В этот раз мы все вместе пошли наверх. Проходя мимо тела хозяйки, инквизитор достал небольшой топорик. От его руки по оружию пробежало ярко-синее сияние. Интересно, сильно ли отличается благословение оружия церковников от проклятого артефакта, доставшегося мне?

Одним ударом голова хозяйки отделилась от тела, а затем пинком сапога была отправлена на первый этаж.

Поймав наши взгляды, отец Герн буркнул:

— Так надёжней.

— Надолго хватает? — я кивнул на топор.

Он с ходу понял, о чём я говорю:

— По-разному бывает. Если хорошо контролировать, да ещё выбрать вещь покрепче, то послужит неплохо.

Артур посматривал на отца Герна с недоверием после его фокуса с вырванным сердцем в предыдущей «петле».

— Вы знаете, что вашим телом овладел демон?

— Демон? Последнее, что я помню, — это свет разрыва, а потом я снова стою с вами перед этой лестницей.

Мы прошли по коридору до нужной нам комнаты. Руд приготовился стрелять, а я, накинув «каменную кожу», потихоньку повернул ручку и открыл дверь. Остановившись на пороге, я замер, не входя внутрь. Вроде бы всё та же комната: вот стол, которым мы подпирали дверь. Но не хватало одного, самого важного элемента — разрыва.

— Что будем делать теперь? — обратился я ни к кому конкретно, прекрасно понимая, что в замешательстве сейчас были все.

Где-то на первом этаже послышался мерзкий, скрипучий смех. Вдруг в конце коридора появился тот мальчик, который в прошлый раз ранил Герна. В руках он нёс голову хозяйки.

— Кто из вас обидел маму?! Я уверен, что это опять ты, мерзкий клирик! — яростно выкрикнул он.

Отец Герн выпустил луч света, но демон был готов и отпрыгнул в сторону, скрывшись из виду. Уже оттуда прозвучал его голос:

— Мы ещё станем с тобой лучшими друзьями!

Судя по удаляющемуся смеху, он направился на первый этаж.

— Походу, мы в ловушке, — задумчиво произнёс Руд.

— Никогда не верь демонам! — чересчур ревностно ответил отец Герн.

— Если понадобится, мы убьём их сотню раз, но выберемся отсюда.

Мы спустились на первый этаж.

— Стойте. — Отец Герн поднял руку, призывая нас остановиться.

Откуда-то сверху раздался шорох. Я поднял глаза и увидел горничную, которая, как паук, расположилась в углу на потолке.

— На потолке! — одновременно с моим криком с потолка посыпались тени, а также начали выскакивать из дверей.

Я успел накинуть «каменную кожу», но выстрелить не получилось: в ружьё руками вцепилась та самая горничная, не давая мне прицелиться. Силой она обделена не была, и мне пришлось напрячься, чтобы она не вырвала оружие. Одновременно с этим приходилось держать её на расстоянии вытянутых рук, так как она всё время пыталась вцепиться неестественно огромной пастью мне в лицо. Видимо, смирившись, что сразу сделать это не получится, она извернулась и вцепилась зубами мне в предплечье.

Меня немного тряхнуло, и на моей руке осталась висеть только её голова, которая всё ещё смотрела на меня и хлопала глазами. Инквизитор опять воспользовался своим топором, который оказался очень полезной вещью в такой драке. Я успел заметить, как он ловким движением отделил руку демона, схватившую Анну за волосы. Стряхнув с руки голову, я подумал, что, если выберусь, обязательно приобрету себе такой топор.

Освободив ружьё, я в упор разрядил два патрона в бывшего садовника, который с тяпкой в руке наседал на Альна. Я перевёл ружьё на мелкого сухого старичка, как вдруг резкая вспышка боли пронзила мне голову. Я ещё видел, как сражаются мои друзья, но тело уже не слушалось. Я падал лицом на пол, но мне не было больно, будто тело уже не моё. Какое-то время я ещё видел узор паркета, который казался мне на удивление красивым. Странно, что я раньше этого не замечал.

И темнота.

***

Резкая вспышка света — и я снова стою в коридоре.

— Браво! Вам опять удалось закрыть разрыв, — я поднял глаза и увидел стоящую наверху хозяйку дома.

Я посмотрел на Артура с немым вопросом: *что случилось?*

— Разрыв был в подвале. Мы его закрыли, но ты и Руд погибли. Я видел, как тебе вонзили в голову какую-то тяпку.

— Никогда бы не подумал, что умру от садового инструмента.

Хозяйка дома что-то говорила, но я даже не слушал. Инквизитор тоже в этот раз не спешил её убивать. Я открыл сумку и начал в ней рыться. *Так, где-то они должны быть здесь.* Альн с интересом смотрел, что я так усердно ищу.

— Вот же оно! — Я был очень доволен своим успехом, достав аккуратно свёрнутый листок с записями, который забыл после работы в архиве.

Я развернул лист и присмотрелся. Отдельные буквы были понятны, но прочитать что-то связное не получалось. Буквы плыли, складываясь в бессмысленные каракули. Я протянул листок Альну, он посмотрел.

— Мы что, спим?

— Спим?! — повторил услышавший инквизитор.

— Текст невозможно прочитать, — Альн передал ему листок.

— Всё правильно, вы спите. Но всё, что здесь происходит, вы чувствуете, — вклинился в наш разговор демон. Он вальяжно начал спускаться по лестнице вниз, продолжая говорить: — И вам никак не выбраться отсюда. Сейчас вы ещё сопротивляетесь, но скоро понемногу я почувствую кисло-сладкий вкус вашего отчаяния, проникшего в ваши души. Ух, какой сладкий вкус…

Он мечтательно втянул воздух носом. Улыбка растянулась на всё лицо хозяйки, сделав его довольно жутким.

— Подавишься, демон.

Выстрел из ружья Руда стёр ухмылку с лица хозяйки, подошедшей уже довольно близко, вместе с частью её черепа.

***

Я стоял, опершись на стену, весь в поту, пытаясь отдышаться. Что-что, а попотеть демон заставил нас изрядно. После того раза, как мы обнаружили, что это всё сон (если я не сбился со счёта, всё начиналось заново раз двенадцать, не меньше), из них я умирал уже раз семь. Раза четыре мы закрывали разрыв и выходили на улицу. Один раз даже пленили хозяйку дома.

В памяти всё начинало превращаться в лоскутное одеяло. Все сражения сливались в одно. Усталость напирала всё больше и больше. Шаги по коридору выдернули меня из мыслей.

— Выходи, охотник! — писклявый, протяжный голос принадлежал кухарке.

За эти разы я выучил не только планировку дома, но и всех его обитателей. Я прижался к двери и переломил обрез, чтобы зарядить его. Ружьё осталось в подвале после стычки, где погибли Анна и Артур. В этот раз я остался один. Печати остались лежать в холле.

Шаги приближались.

— Или можешь не выходить. Вышиби себе мозги, и мы начнём сначала, — это был дворецкий. Значит, их двое.

*Ну уж нет, эти патроны будут для вас, твари.* С этими мыслями я достал из кармана куртки два патрона и зарядил их в ружьё. Проблема была в том, что всё приходилось делать правой рукой, так как от кисти левой почти ничего не осталось после того, как горничная подняла ружьё убитого Руда и выстрелила по мне. Касанием Кассандры я остановил кровь, но от культи толку было мало. Взявшись за ручку, я с силой тряхнул рукой, чтобы защёлкнуть обрез.

Я прекрасно понимал, что дальше счёт идёт на мгновения. Отскочив от двери и одновременно взводя курки, я направил его на вход. Первой ворвалась кухарка и получила сразу два выстрела в грудь и лицо. Отбросив обрез в сторону, я встретил дворецкого демонической рукой. Хоть она и вонзилась ему в шею, он, хрипя, вцепился в мою руку своими, не давая мне её выдернуть. Сильный удар в ноги сбил меня на пол.

Мои источники были уже пусты, и пока мы катились кубарем, я понял, что демонической руки у меня уже нет. Как назло, дворецкий оказался сверху. Не знаю, каким чудом, но мне удалось выхватить нож из пояса. Я выставил вперёд левую культю, в которую тут же впились острые зубы.

— Ааа! — полукрик-полурёв вырвался из моего горла от боли.

Удар правой рукой, и нож с сухим хрустом вошёл демону в висок. Дворецкий резко обмяк, и я попытался скинуть его с себя. Но тут в меня вонзилось что-то острое в районе бедра. Видимо, эта тварь, которая сбила меня с ног. Кто-то ещё навалился сверху, выбивая воздух из моей груди. Следом навалился следующий, забирая последние шансы вырваться. Я выдернул нож из виска и колол им вслепую. В ответ меня кусали и рвали когтями. Мозг из последних сил пытался найти выход из западни.

Но не успел. Всё закончилось, и вот я опять стоял в коридоре.

— Ну что, попробуете ещё раз? — лицо хозяйки расплылось в отвратительной улыбке.

Как я уже ненавидел это выражение лица! Внезапно на её лице появилась тревога, и она замерла, будто прислушиваясь. Затем она вцепилась взглядом в меня.

— Ты? Как ты смог? Ты же здесь?

Не знаю, что я там смог. Но она, как дикая кошка, прыгнула вперёд прямо через перила. Вот это скорость. Я даже услышал треск связок, когда она отталкивалась от одной из стен и полетела в нашу сторону. Если бы она выкинула такой фокус в первую нашу встречу, последствия были бы печальными. Но надо признать: наши боевые навыки и слаженность тоже улучшились за это время.

Она врезалась в воздушный щит Альна, а затем её встретило свинцовое облако из наших ружей. На пол упало только то, что отдалённо напоминало бывшую хозяйку дома.

Послышался топот ног по коридору.

— Что происходит?! — крикнул Альн.

— Не знаю, но я думаю, нам стоит убраться отсюда и постараться выжить. Потому что демону что-то очень сильно не понравилось.

— Наверх! Там мы сможем их удержать, — скомандовал Артур, и мы все побежали вверх по лестнице.

По пути нам попытались перегородить дорогу двое крепких мужчин. Из-за визуального сходства мы решили, что они явно были родственниками. Их снёс воздушный таран Руда, и ещё в полёте в них полетел луч света от инквизитора и фаерболы Анны.

Я уже краем глаза увидел тени, нагоняющие нас.

— Анна, ставь стену! — крикнул Артур, когда мы забежали на третий этаж.

Анна махнула рукой, и перед входом взметнулась стена пламени, подарившая нам возможность добежать до небольшой комнаты под крышей. Она была отделена от чердака и, судя по обстановке, служила кому-то уединённым местом. Узкая лестница делала поворот на девяносто градусов и упиралась в дверь. Идеальное место для обороны.

— Бегите, я их задержу! — крикнул инквизитор, доставая топор.

— Кого ты там задержишь?! — потянул его Руд за куртку. — Там от тебя больше пользы будет, а здесь в два счёта сомнут.

— Герн, руби ступени, — скомандовал Артур.

Инквизитор, идя последним, топором наносил по два удара по каждой ступени. Он успел испортить четыре штуки, прежде чем в начале лестницы мы услышали топот бегущих ног.

— Альн, щит!

Воздушный щит возник на углу, не пропуская демонов и давая инквизитору время порубить верхнюю ступень.

— Альн, сколько ещё продержишь? — я отдал Анне ружьё, а сам достал обрез и револьвер.

— Недолго! — весь красный и с мокрым лицом пропыхтел Альн.

— Готовы?! Альн, отпускай!

После команды Артура он с облегчением отпустил руку. Первые два демона показались из-за угла. Человеческие черты исказились настолько, что ничего общего с людьми они не имели: огромные пасти с острыми зубами-иглами, бугристая красная кожа и ярко-жёлтые глаза.

Залп Руда снёс пару тварей. Здесь не было смысла выцеливать, и он просто семь раз нажал на спуск. Лестницу наполнил вой и дым. Руд откинул барабан и принялся перезаряжать. Анна сменила его и продолжила стрелять.

Я увидел, как маленькая тень выметнулась сверху дверного проёма и побежала по потолку. Затем ещё одна, и ещё. Эти проворные раньше были детьми.

— На потолке! — успел крикнуть я, прежде чем на меня бросилась одна из них. Это был тот десятилетний пацан. Я догадался по обгоревшим лохмотьям знакомой одежды.

Когти заскрежетали по «каменной коже», а зубами он вцепился в обрез, как собака в палку. Большим пальцем я дотянулся, чтобы коснуться ствола. Касание молнии через железо тряхнуло демона, и он разжал пасть. Мне этого было достаточно, чтобы развернуть ствол обреза в его сторону и спустить курок. Я вскочил, брезгливо стряхивая остатки демона с себя.

Маленькая комната превратилась в побоище. Анна и Альн расправились с ещё одним мелким демоном и помогали Артуру с третьим. Инквизитор с топором пытался сдержать двух демонов в дверном проёме, а Руд помогал ему водяной плетью.

Вдруг я услышал нарастающее гудение. Его ни с чем не перепутаешь. Гудела печать.

— Вы слышите?! — закричал я, но мои слова потонули в гуле, а затем последовала яркая вспышка.

***

Я обнаружил себя стоящим в одной из комнат на первом этаже. Передо мной на полу лежала заполненная печать.

*«Ну вы, охотники, конечно, даёте. Только вступили за порог дома, как все в отключку ушли. Специалисты. Гордость империи попадала штабелями в коридоре», * — услышал я ехидный голос внутри.

Голова трещала так, что было больно смотреть, и тошнило. Пришлось сесть, а потом и прилечь рядом с печатью.

— А ты? Я же слышал твой голос.

*«Да, если честно, я сначала тоже не понял, что происходит. Но когда понял, решил взять твоё тело под контроль. Обнаружил вас лежащих без чувств у лестницы. Посмотрел на это всё дело, достал из-под этого телёнка Руда печать и пошёл искать разрыв». *

— Я должен признать, что без тебя нам было бы не выбраться. Спасибо.

— Галар! — крик Артура ударил новой волной боли по голове.

— Я здесь! — кое-как поднявшись, я побрёл в сторону холла.

Первым делом мы все вывались на улицу, подальше от дома, чтобы убедиться, что это всё не оказалось опять сном. Тёплые лучи солнца так непривычно припекали кожу.

— Интересно, сколько нас не было? — зажмурившись, спросил Альн.

— Недолго. Может, час или два, судя по солнцу.

Я не стал рассказывать, что знаю: все наши попытки выжить длились ровно столько, сколько печать закрывала разрыв. Ну, может, чуть больше.

— Может, день или два? — предположил Альн.

— Нет, Галар прав. Вон, посмотри на лошадей, они даже не заметили нашего отсутствия, — кивнул в сторону спокойно стоящих животных Руд.

Из дома послышались крики и бой посуды. Мы сразу бросились туда. На кухне мы обнаружили уже знакомую нам кухарку. Женщина плакала и каталась по полу. Увидев нас, она закричала и бросилась бежать.

Руд сориентировался первым, и водяная плеть догнала женщину, обвившись вокруг её ног и не дав наделать глупостей. Остаток дня мы провели, отлавливая и связывая обитателей дома. Кто-то лез в драку, кто-то пытался бежать. Самое трудное было справиться с хозяйкой дома. Она, как львица, стояла над двумя детьми с безумным взглядом, пытаясь нас отогнать.

Хорошо, если менталистам удастся полностью вернуть им разум. Что они пережили в плену сна, мы не знали. Первыми в себя начали приходить дети. Уже к вечеру детский разум быстро стёр все страшные воспоминания, превратив их в забытый ночной кошмар.

Мы с Рудом сходили до ближайшей деревни к старосте. Он пообещал нам, что две телеги с лошадьми будут у нас утром, и, к счастью, не обманул. Многих взрослых на утро можно было развязать: они перестали кидаться и пытаться убежать. Но сидели замкнутыми, смотрели в одну точку и ни на что не отвечали. Мы посадили их в телеги и отправились обратно в город.

Глава 17

В кабинете было светло. Я сидел в довольно удобном кресле напротив седовласого мужчины с орлиным носом, который внимательно читал лист бумаги. Затем он отложил его в сторону и пристально посмотрел на меня. Я невольно поежился под этим тяжёлым взглядом.

— В отчёте отца Герна говорится, что именно вы закрыли разрыв, а ваши товарищи это подтверждают, — начал он.

Я утвердительно кивнул. Отпираться от очевидных вещей не было никакого смысла.

— Так и как вам это удалось?

— Я уже писал об этом в рапорте.

— Я читал ваш отчёт, но я хочу услышать это от вас. Бумага невольно крадёт какие-то моменты. Как вы утверждаете, всё началось с того момента, как вы осознали, что находитесь во сне?

Я кивнул и продолжил:

— Да, именно тогда я в первый раз «проснулся» и обнаружил всех спящими.

— И что происходило дальше?

— В первый раз я не понял, что произошло, и через какое-то время меня снова закинуло в сон.

Тот согласно кивнул.

— А как вы поняли, что не спите во второй раз?

— Я очнулся в небольшой комнате, до которой дошёл в первый раз. Там я взял печать и пошёл искать разрыв.

— Почему вы не попытались вытащить всех из дома?

— Я не знал, что будет происходить во сне и как демон отреагирует на это. По этой же причине я старался вести себя естественно и внутри иллюзии, чтобы демон ничего не заподозрил.

Инквизитор тяжело вздохнул:

— Вам просто сказочно повезло, юноша. Демоны наподобие Унура и без разрыва могут донимать кошмарами и даже влиять на поведение людей через них. А здесь он устроил себе целую усадьбу развлечений. Вы, кстати, знаете, что видели обитатели дома?

Я отрицательно покачал головой.

— Сначала за ними охотился демон, а затем пришли охотники. Люди испытали надежду, но каков был их ужас, когда охотники стали убивать их раз за разом.

Я невольно поморщился. Унуру даже придумывать ничего не нужно было. Нашей жестокости хватило сполна.

— Если он был так опасен, почему туда отправились именно вы?

— Потому что таких мест было шесть, и мы не могли везде отправить опытных экзорцистов. А у отца Герна не хватило знаний и умений для борьбы с таким демоном. Но не будьте к нему строги: он сталкивался с демонами не так уж часто. Несмотря на то, что всё закончилось благополучно, мне нужно ваше согласие на проверку вашего Сада Духа менталистом.

Он протянул мне листок, где нужно было поставить подпись.

— Ваших друзей мы проверили тоже. Это скорее мера предосторожности: после контакта с такими сущностями проверка обязательна, всё-таки он был у вас в голове и довольно долго.

— Я ведь не могу отказаться?

Он кивнул:

— Нет, не можете.

В этот момент в дверь постучали, и вошёл мужчина в балахоне с накинутым капюшоном. Он молча прошел за спинку моего кресла.

— Приступайте, — мотнул головой инквизитор.

— Расслабьтесь и не сопротивляйтесь, и всё пройдёт легко, — услышал я мягкий голос за своей спиной, и его руки легли мне на голову.

Хорошо ему говорить «расслабьтесь», а у меня сердце стучит, как у загнанного кролика. Я закрыл глаза и попытался хотя бы не сопротивляться. И почувствовал, как проваливаюсь в Сад Духа, но будто через плотную вату.

Я открыл глаза в своём саду. Равномерный шум воды в источнике. Три небольших дерева заклинаний.

Менталист начал обход. Он не спеша пошёл по широкому кругу там, где сад переходил в туман. Временами он совал руку в эту дымку. Затем подошёл к каждому дереву, внимательно рассматривая их. Потрогал зелёную листву «Касания Кассандры». Посмотрел на меня, но ничего не сказал. Затем зачерпнул из источника воду и попробовал её на вкус.

После этого он не спеша подошёл ко мне.

— Всё в порядке?

Но вместо ответа он слегка толкнул меня в грудь, и я снова оказался в кресле в кабинете инквизитора.

— Ну что скажете? — Инквизитор с любопытством смотрел на менталиста.

— В источнике присутствуют незначительные демонические эманации.

Вот здесь моё сердце замерло. Я не видел смысла прогонять кровь через живой труп, если приговор уже вынесен.

— Но не больше, чем у остальных после такого контакта, — закончил он фразу.

Я с трудом не выдохнул вслух от облегчения.

— Спасибо, позже поговорим, — бросил инквизитор.

Менталист поклонился и ушёл, прикрыв за собой дверь.

— Я могу идти?

— Да, пока можете. Я надеюсь, вы не затаите обиду на старика за его подозрительность. Всё-таки в моём возрасте в чудеса уже почти не верится.

Я озадаченно спросил:

— Пока?

— Да, у меня будет для вас одна просьба, но это позже. Вы ведь не откажете старику?

*«Ох уж эта вежливость», * — только и подумал я. Он же прекрасно знает, что у меня нет возможности отказать, иначе бы послал его куда подальше вместе со всеми просьбами.

Но вслух я сказал совсем другое:

— Я к вашим услугам в любое время.

***

Придя домой, я достал из-под кровати небольшой свёрток. Развернул ткань: передо мной лежал свёрнутый в трубку лист. Аккуратно развернув его, я быстро пробежал глазами по рунам и описаниям движений рук.

Ну что ж, решение уже принято, и откладывать не имеет смысла. До прорыва на третий круг осталось не так уж много времени, а мне необходимо приобрести ещё одно заклинание. Но всё равно неприятно осознавать, что мой Сад Духа похож на сокровищницу мальчишки, где такие нужные вещи, как лапы лягушки или обломок ножа, свалены в кучу без всякой системы. Немного не так я представлял своё развитие.

***

Тёмный коридор освещался ровным магическим светом. Гулкие шаги мужчины эхом разносились по каменным стенам.

— Ну как, всё прошло? — раздался приятный, мелодичный женский голос.

Мужчина вздрогнул всем телом от неожиданности, но, сохранив самообладание, повернулся в сторону говорившей и почтительно поклонился.

— Графиня, прошу прощения, вы появились так незаметно.

— О, вы мне льстите. Лучший менталист инквизиции графства и не почувствовал меня.

— Это не лесть, ваше сиятельство.

— Ну, что ты можешь рассказать мне о моём юном друге?

— Он очень заинтересовал инквизитора Карса тем, что смог устоять перед мороком демона. И тем, что смог найти культ прямо под носом у инквизиции. Он написал письмо в столицу, и когда парень будет переходить на третий круг, ему предложат место в рядах инквизиции.

Графиня поморщилась:

— Не самые приятные новости. В мои планы никак не входит отдавать его в лапы инквизиции.

Менталист пожал плечами:

— Церковь заинтересована в таких кадрах. Он может стать сильным инквизитором. И третий круг идеален для перехода.

— Я думаю, что он откажется.

— Это не имеет значения. Система его выдавит туда. А чем больше он будет сопротивляться, тем болезненнее это произойдёт.

— Эх, жаль, мальчишку придётся убить.

Менталист немного опешил, не зная, что сказать.

— Расслабься, Зир, я пошутила, — графиня улыбнулась уголками губ. — Есть у меня идея гораздо получше.

И, легко попрощавшись с менталистом, она растворилась в тенях коридора.

***

Пробуждение было похоже на прыжок в холодную воду. Глаза резко открываются, сердце стучит с бешеной скоростью, организм готов драться или бежать. По мне катился холодный пот, простыня была мокрой насквозь. Такие пробуждения после Унура были не редкостью.

Прошло уже пару недель после нашего возвращения. В своих ночных кошмарах я был не одинок: я не раз просыпался ночью от чьего-нибудь крика в соседней комнате. Я подошёл к окну и открыл его, впуская прохладный ночной воздух. На улице уже начинало светать.

На столе лежали две новые книги, которые мне отдал Диар. Часть вещей демонолога пришлось утопить в реке: если попасться с ними, ни к чему хорошему это не приведёт, а кое-что удалось выгодно продать. Я втянул полной грудью свежий воздух и отошёл от окна. Так как уснуть уже не получится, да и не очень-то хочется, я умылся и вышел на улицу.

Я направился к причалу. После той истории с Крысой всё прошло довольно гладко, удалось избежать вообще каких-либо стычек. Кузнец выполнил свою часть сделки, а остальные банды замерли в нерешительности. Я настоял, чтобы Диар нанял охрану из числа бывших солдат и занялся ремонтом причала. Хоть пока это место ничего не приносило, всё может измениться.

По дороге я на ходу перекинулся в образ Золя: взъерошил волосы, достал из сумки яркий зелёный шарф и намотал его на горло. К причалу я вывернул из-за угла, подворачивая левую ногу внутрь, что придавало мне сходство с хромающей уткой. Вроде бы даже от охраны я получил именно такое прозвище. Здесь хозяином числился Диар, а я изображал его доверенное, но недалёкое лицо, приходящее время от времени. На самом деле мне просто было нужно безопасное место для тренировок и хранения вещей.

Я прошёл через ворота и направился к небольшому домику за причалом, который занял под себя.

— Что-то сегодня ты рано, — один из дежуривших охранников без труда узнал меня по походке.

Я улыбнулся:

— Не спится мне, вот и решил прогуляться.

— Не лучшее время, чтобы ходить по трущобам.

— Наоборот, под утро уже все спят.

Если поначалу бывшие солдаты относились ко мне с осторожностью, то потом, после пары моих рассказов о том, что «если бы не нога, я бы обязательно пошёл в солдаты» и как я «мечтаю накопить на лекаря и исправить свою хворь», охранники стали смотреть на меня скорее со снисхождением. Как матерые псы смотрят на маленького домашнего щенка, который мечтает вырасти, но они прекрасно видят, что даже исправив ногу, порода у него не та. Меня такое отношение вполне устраивало.

Я зашёл в небольшую комнатку, прикрыл за собой дверь и передвинул засов. Открыл сумку и достал пять ножей, разложив их на столе.

Новое заклинание требовало тренировок, чтобы оно стало частью Сада Духа. Но был очень неприятный побочный эффект: вещь, на которую накладывалось заклинание, очень быстро приходила в негодность. Если быть точным, польза и негативный эффект были тесно связаны с умениями самого мага. А у меня сейчас присутствовал явный перекос в сторону порчи вещей. Поэтому я сразу купил самые дешёвые ножи, точнее, даже ещё не ножи, а только заготовки — просто острые куски стали без рукоятей.

Усевшись поудобнее, я приступил к тренировке.

Первый нож. Я сосредоточился, проговорил заклинание, направляя энергию в клинок. Получилось с третьего раза. Энергия вышла импульсом: от моей руки по ручке пробежала к клинку. Но проконтролировать её не получилось: она тёмной вспышкой вырвалась через острие и рассеялась. После чего кончик ножа осыпался ржавыми хлопьями.

На второй раз получилось проконтролировать поток и удерживать его какое-то время, но в результате кусок стали превратился в непонятно что. Я постучал им по столу, и он переломился на три части. Если так пойдёт дальше, я могу разориться. Самое неприятное, что разные вещи имели разную структуру, и, допустим, проклинать деревянные палки было равносильно попытке научиться играть на скрипке, практикуясь на барабане. А самая простая вещь, близкая любому оружию (кроме огнестрельного, там вообще другая история) — это острая полоска стали.

Я успел испортить ещё три заготовки и опустошить теневой резерв на две трети, как услышал шум на улице. Выглянув в окно, я обнаружил трёх мордоворотов, стоящих за каким-то щеголем, который агрессивно спорил с охранниками.

Я открыл дверь и торопливо подковылял к говорящим.

— Господин, что-то случилось? — Я постарался изобразить максимальную вежливость и покорность.

— Случилось! — рявкнул он мне в ответ так, что меня даже слюной обдало. — Этот идиот требует оплату за разгрузку!

— Успокойтесь, пожалуйста. Этот причал теперь принадлежит моему хозяину. И чтобы здесь разгружаться, действительно нужно платить, как и на других причалах.

— Тебе имя Солоса что-нибудь говорит?

Похоже, к нам пожаловали контрабандисты.

— Да, конечно. Господин Солос очень уважаем в определённых кругах, и его имя мне знакомо, — продолжал я гнуть свою линию.

— Так вот, слушай сюда, щенок: мы никому не платили и платить не собираемся. А если ты что-то имеешь против, или твой хозяин, мы быстро это изменим.

Я кивнул охраннику, чтобы тот возвращался на пост.

— Вы можете пользоваться нашими услугами в любое время, господин, — смиренно произнёс я.

Щеголь довольно усмехнулся, бросив на меня презрительный взгляд:

— Вас бы выпороть. Ладно, пойдём, парни.

Они прошли внутрь, а я остался стоять, но на моем лице уже не было дурацкой покорной улыбки.

Глава 18

— У тебя есть какие-нибудь идеи на этот счёт? — я сидел напротив Диара, который задумчиво барабанил костяшками пальцев по столу.

— Я думаю, что ты их мог убить, но не стал. Значит, идеи есть у тебя.

Я выдохнул:

— Мог-то я мог, но за своих псов Солос решил бы мстить. А ссориться с главным контрабандистом города в мои планы не входило. Но до этого Щеголя я всё равно доберусь. Да и надо сделать так, чтобы причалом пользовались контрабандисты не просто так.

Диар поднялся со стула и сделал пару шагов, как внезапный грохот и ударная волна опрокинули меня вместе со стулом и отшвырнули к стене. Я закрыл голову руками, инстинктивно активируя «каменную кожу». По рукам крепко ударило чем-то, упавшим с потолка.

В моменте я подумал, что обвалилось всё здание, но затем всё затихло. Помещение заволокло пылью и дымом. Послышались встревоженные голоса снизу, топот ног. Вот голоса уже близко, и внезапно мне стало легче дышать. Видимо, стащили с меня то, что придавило. Затем чьи-то руки помогли мне встать. Меня спрашивали, и я вроде бы всё понимал, даже отвечал. Но голос звучал как будто не мой, он доносился откуда-то издалека, ноги стали ватными, и меня немного подташнивало.

Затем я увидел, как поднимают Диара. Он был без сознания, по подбородку текла кровь. Я отбросил руки, державшие меня, и на ватных ногах подошёл к нему. Положив ладони ему на грудь, я отправил три «касания Кассандры» одно за другим. Я хотел продолжать, но земля резко переместилась вверх, и я отключился.

***

Сознание вернулось ко мне ближе к вечеру. Я сел, пытаясь прийти в себя, и потрогал лицо. Шрамы на месте — значит, всё в порядке. Поднялся на ноги, но меня качнуло, и я сел обратно: голова трещала жутко. Первое лечение чуть не закончилось вывернутым желудком, но я кое-как удержал всё внутри. Второе прошло легче, затем ещё и ещё.

Я предпринял ещё одну попытку встать. Она оказалась более удачной, чем первая. Неуверенными шагами я отправился к двери, повернул ручку и вышел из комнаты.

Сидевший у двери Корст встрепенулся:

— Диар?

Я показал в соседнюю дверь:

— Тоже недавно пришёл в себя.

Я кивнул и не спеша прошёл в комнату.

— Как ты?

— Как будто по мне телеги весь день катались, — вымученно улыбнулся Диар. Ему досталось явно больше, чем мне: в паре мест он был перебинтован. — Лекарь сказал, что мне ещё повезло. Сотрясение да пара царапин.

— Меня тоже осматривал?

— Да. Сказал, что страшнее ты уже не станешь, а заживает на тебе всё как на собаке.

В комнату зашёл Корст.

— Есть свидетели, что вообще произошло? — спросил я.

— Бомба. И хорошо, что она сдетонировала, попав в стену, а не в окно.

— Стражники уже приходили?

— Ещё пока нет, но не думаю, что у них есть желание разбираться, что здесь случилось.

— А здесь у тебя есть какие-нибудь мысли? — Я посмотрел на Диара.

Тот болезненно поморщился, пошевелившись:

— Бомба у алхимиков стоит немалых денег, и я не знаю, кто бы решил их на нас потратить.

— Корст, займитесь с парнями, попробуйте узнать, может, кто что слышал. Но без фанатизма.

Тот кивнул, хотя я думаю, они бы это сделали и без моих слов.

— Дом сильно пострадал?

Корст немного подумал:

— За пару дней вернём всё как было.

— Ладно, мне пора идти. Восстанавливайся, у нас много работы. — Я похлопал Диара по руке, отправив ему ещё одно «касание Кассандры».

***

Следующее утро принесло ещё больше вопросов. Всё началось с того, что меня одного вызвали к помощнику капитана. Мне быстро объяснили, что я передан в помощь экзорцисту, дали адрес, куда нужно прийти, и пожелали хорошей охоты. Чувство юмора у помощника было довольно своеобразное.

Я вышел на улицу и мысленно позвал:

*«Эй, ты тут?»*

*«А где мне ещё быть?«* — внутренний голос сочился сарказмом.

*«Ну что, всё, считай, ты допрыгался: меня отправили к экзорцисту». *

Он в ответ лишь фыркнул, но язвить не стал. Ну а что, не всё же ему меня кусать.

У дома меня встретил седой щупленький мужчина. Тонкие седые волосы были завязаны в хвост, а блуждающий взгляд не мог задержаться на чём-то надолго. Если бы я не знал, кто он, то подумал бы, что у старика скорее «не все дома». Хотя, возможно, это и так.

Я редко встречался с людьми этого ремесла. Всё-таки изгнание демонов и сущностей из человека мне никогда не было близко. Хороший экзорцист ценился на вес золота. Нет, не проблема выгнать демона из тела: ритуалов и заклинаний хватало. А вот сделать это без последствий для человека — вот это уже почерк профессионала. Но всё-таки к некоторым вещам нужен природный талант.

— Здравствуйте.

Но он вместо ответа быстро взглянул на меня и, мотнув головой, приглашая следовать за ним, пружинящей походкой двинулся вперёд.

— М-м-м, чувствую, будет здорово, — негромко сказал я и последовал следом.

Мы дошли до небольшого фургона. Скучающий возница сидел на козлах и что-то усердно разглядывал у себя под ногтями. Мы сели напротив друг друга, и фургон не спеша тронулся с места. Взгляд старика всё так же блуждал, а затем в один момент резко остановился на мне. На мгновение мне показалось, что он что-то скажет, но нет. Затем он продолжил своё изучение окружающего пространства. Причём он не мог замереть на месте: постоянно перебирал пальцами или дёргал коленом.

Так мы доехали до одного из домов в торговом квартале. Он достал кожаную чёрную сумку с золотистой ручкой и протянул её мне.

— Что бы ни случилось, стой справа от меня.

Слова были короткие, рубленые, как будто он платит за каждое открытие рта. Мне начинало всё раздражать: вроде носильщиком сумок я не нанимался. Но решил сдержать возмущение и посмотреть, что будет дальше.

Дверь нам открыла взволнованная женщина с бледным лицом и заплаканными глазами.

— Проходите, проходите.

— Где он?

— Там, в комнате.

Старик пихнул женщине в руку какой-то свёрток и что-то шепнул на ухо. Женщина провела нас по коридору и замерла у двери, не решаясь войти.

— Как давно?

— Со вчерашнего утра, — ответила женщина сквозь слёзы.

Экзорцист открыл дверь и шагнул в комнату, я последовал за ним. Комната была завешана плотными простынями, так что дневной свет не проникал в окна. В полумраке сидела фигура и ела, при этом смачно чавкая. Старик закрыл дверь, взял стул и сел за стол напротив фигуры. Я, как он и сказал, встал по правую руку от него.

— Ну что, как дела? Как с приятелем? — начал диалог старик.

— Да всё неплохо, но еды маловато.

Я пригляделся: это был мужчина, судя по возрасту, скорее всего, муж женщины.

— Неси ещё!! — рявкнул он в дверь.

— Любишь поесть?

— Да, люблю. И я здесь не впервой, старикашка. С вашим братом я встречался: начнёшь изгонять меня, и я переломаю все кости этому кожаному мешку, прежде чем ты расстегнёшь свой саквояж.

— Ну, может, ты и прав. От еды хуже никому не было, тем более вроде даже я ем больше.

— Кто ты?! — взорвался смехом мужчина.

Причём я опасался, что, так смеясь, он просто подавится куском курицы, и изгнание начнётся, даже не успев начаться.

— Что ты ржёшь? — не на шутку взвинтился старик. Он вскочил из-за стола. — Ты на себя посмотри, уже и есть-то не можешь толком.

— Кто, я не могу?! — взревел демон. — Да я ещё съем столько же!

— Да я за минуту съем больше, чем ты, плевок суккуба! — закричал в ответ экзорцист.

Я стоял и наблюдал за этим абсурдом, не в силах оторваться.

— Пари!! — заревел демон, вскакивая из-за стола.

— Пари! — не менее энергично ответил старик.

— Если за минуту съешь больше, чем я, то ты можешь остаться здесь и жрать, пока не лопнешь. А нет — убираешься восвояси.

— Идёт! Исира, неси нам пожрать, да побыстрее!

Экзорцист достал из кармана песочные часы и поставил их на стол. В этот момент в комнату зашла Исира и, не глядя ни на кого, поставила на стол огромную тарелку куриных ножек. От них шёл пар и приятный запах чеснока. Я невольно сглотнул слюну.

— Ну что, готов, старикашка?

Экзорциста даже потряхивало от возбуждения. Было видно, что он испытывает неподдельное удовольствие от разворачивающихся событий. Всё-таки профессия очень сильно отражается на человеке. Деятельность формирует мысли, а мысль порождает новое действие. Экзорцист кивнул.

— Галар, переверни часы.

Я удивился, что старик знает моё имя, но взял часы в руки. В комнате повисло напряжение: они оба замерли, готовые к прыжку. Я перевернул часы и поставил их на стол. Демон задал такой темп, что было ощущение: он даже не доносит еду до рта, как кость уже летит в тарелку. Но это всё ладно, больше меня удивил старик, который не отставал. Только стук костей об стол.

— Я победил! — взревел демон, поставив две руки на стол и вытянувшись вперёд, чтобы сказать что-то ещё прямо в лицо проигравшему.

Именно в этот момент старик ударил навстречу большим пальцем ему в лоб. Демон не ожидал такого подвоха и не успел ничего сделать. Не было ни вспышек, ни чего-либо ещё — просто обмякшее тело мужчины упало на стол.

Сгусток тёмной энергии бросился в мою сторону, обжёг холодом и ринулся на экзорциста. Тот встретил его светящейся ладонью. Сгусток вытянулся, как змея, и попытался проскользнуть по руке к горлу, но экзорцист держал крепко. Через какое-то время движения стали всё слабее и слабее, а потом затихли. Но старик не отпускал руку, пока сгусток дымкой не растворился в воздухе.

— Ну-ка, помоги мне.

Мы взяли мужчину и положили его на пол, на левый бок.

— Поверни его немного на меня. Да, вот так. — Старик умелыми движениями придал ему позу, положив одну руку под голову.

Увидев немой вопрос в моих глазах, он пояснил:

— Чтобы не задохнулся от рвоты. Открой занавески и распахни окно. И можешь пока погулять на улице.

Это было последнее, что я слышал, прежде чем он согнулся над мужчиной, и того начало рвать. Я открыл окно и попытался подойти, но экзорцист вытянул руку с открытой ладонью, показывая, что этого делать не нужно. Нашего изгоняемого тоже начало тошнить. Я вышел в коридор и увидел испуганные глаза женщины, смотрящие на меня.

— Всё в порядке. Но сейчас туда ходить не стоит.

***

Мы сели в фургон, и надо признать, что от былой энергии и резких движений экзорциста не осталось ничего, как будто всё ушло вместе с демоном.

— Зачем я тут? Я ведь не был вам нужен.

Он посмотрел на меня, как будто заново увидел.

— Не был. Но, скажем так, к тебе присматриваются в связи с твоей устойчивостью к демоническим эманациям. Ты отличная заготовка. Но если в тебе есть изъян, он может всё испортить.

— И что, есть во мне изъян?

— Я не заметил.

Я понимал, куда он метит и в чём заключается заинтересованность.

— Я не хочу быть экзорцистом или инквизитором.

— Демонологом?

— Тоже нет.

— Боюсь, юноша, у тебя не такой уж и большой выбор. Система тебя поставит в нужное русло. А если ты не придёшь туда сам, тебя притащат за ногу и без сознания.

Я решил сменить тему и спросить про сегодняшний случай. Всё-таки обряд изгнания я представлял себе не так.

— Своим ремеслом я уже занимаюсь около сорока лет. И я примерно знаю, с чем столкнусь. Слабости демонов, как и людские, в том, что мы любим, и в том, чего мы боимся. Страсть этого была еда. Поэтому масло из травы шорула я отдал жене, чтобы она добавила его в еду. Оно ослабило связь с оболочкой. Но нужно было сделать так, чтобы демон не заметил, что теряет контроль над телом.

— А чем можно соблазнить любого, кто живёт достаточно долго? — Старик с любопытством посмотрел на меня.

— Деньги, власть, женщины, — предложил я.

Старик лишь ухмыльнулся:

— Это всё потребности твоего молодого тела. Игра — вот перед чем устоять действительно сложно.

— Но вы же проиграли. И не соблюли договор.

Он отмахнулся:

— В кости тоже мухлюют, главное — не быть пойманным. Я изначально знал, что не выиграю. Но это не важно.

— А что важно?

— Чтобы они не знали, что не выиграют. Поэтому я не оставляю демонам лазейки ускользнуть обратно. Именно для этого ты и стоял рядом.

Он похлопал рукой по саквояжу. Не знаю, что там было, но именно эта вещь не давала улизнуть демонам обратно в свой мир.

— Нельзя давать им набираться опыта.

После чего старик отвернулся к окну и понемногу задремал.

Эпилог

Я вышел из дома Диара. Что не могло не радовать: Диар постепенно шёл на поправку. Ещё пара дней постельного режима — и он будет почти как новенький.

Внезапно ко мне подбежал мальчишка и сунул в руку небольшой конверт, запечатанный воском.

— Сказали отдать вам.

— Точно мне? — я с любопытством посмотрел на парня лет десяти.

— Точно. Таких страшных шрамов больше ни у кого нет.

Я дал ему пару медяков, и он тут же побежал дальше. Сломав восковую печать, я открыл конверт. Внутри лежала небольшая записка:

*«Я вас нашёл. Надеюсь, вам понравился мой подарок». *

А на дне, в качестве подписи, лежала небольшая медная монета.

— Вот же дерьмо, — выругался я. — Я думал, он от нас отступится. Но, видимо, мы крепко прижали его к стене.

Не очень приятно, что обстоятельства постоянно подхватывают меня, как бурное течение, и тащат куда-то вперёд. А я лишь пытаюсь временами набрать побольше воздуха перед новой волной.

Вот и сейчас: мало того, что надо успеть заполнить Сад Духа и развить источник для прорыва на третий круг, придумать, как не стать инквизитором… Так ещё Луи хочет нашей крови. И я не удивлюсь, если Графиня появится в самый неудобный момент с предложением, от которого нельзя отказаться.

*«Ну, а чего ты хотел?«* — раздался внутри меня голос.

*«Спокойной жизни? Завести семью и умереть оттого, что однажды под утро твоё сердце остановится просто потому, что устало?»*

— Да вроде нет, — отмахнулся я вслух.

Действительно, странно было выбрать свой путь, а потом жаловаться на дорогу.