Грэйсвелдъ: Начало Конца

Святая Охота I-III

I

У подножия гор, на маркоградской равнине наступил немного прохладный, свежий вечер. В воздухе витали ароматы черёмухи. Спустя пару минут начался мелкий, но тёплый дождь. Одна за другой капельки разбивались о старую каменистую дорогу; одна за другой стекали они по листьям вековых дубов, обступивших плотным строем и сильно прижавшихся к правому краю дороги. Внезапные раскаты грома лишь усилили дождь и напугали и без того боязливых птиц, которые с громкими криками вылетели из своих укрытий и направились куда-то вдаль. Со следующим раскатом грома дождь прекратился, а из-за расступившихся туч вновь показался пламенный диск солнца.

Солнце близилось к закату, освещая своими последними лучами неровную, усеянную камушками и богатой растительностью дорогу, ведущую к небольшому городу, окружённому невысокими бревенчатыми стенами, за которым тянулись бескрайние поля. Вдали, в горах, виднелись древние, как сам мир, руины крепости...

По дороге верхом на белом жеребце ехал мужчина в чёрном плаще. Внезапно он остановил скакуна, всмотрелся вдаль и увидел приближающиеся к нему два силуэта с оружием в руках. Когда двое подошли на расстояние шагов в двадцать, стало заметно, что один из них глубокий старик, а второй ещё совсем мальчишка. Старик был на странность красив, с выразительной бородой и большими, рыжими усами. На нём была кираса, одетая поверх стёганого мундира, одна латная перчатка на правой руке с острыми, как бритва, резцами и высокие кожаные сапоги. Юнец же был бритым и крайне неприятным внешне, с яркими, как звёзды, голубыми глазами, которые пристально следили за каждым движением всадника. Одет он был легче, чем его спутник, и носил лишь короткую кольчугу поверх простой, но плотной кожаной куртки. Оба были вооружены палашами с золотыми эфесами:

-Думал сбежать от нас? – ехидно оскалив зубы, выдал юнец.

-Никак вы не научитесь, - устало вздохнул всадник, спешиваясь.

- А ну иди сюда! – крикнул голубоглазый и стремительно рванул в сторону путника.

За ним следом побежал старик, который вскоре обогнал своего товарища. Всадник же сбросил свой плащ, под которым оказался кожаный жилет, надетый поверх кольчуги, и молниеносно обнажил изящный клинок своего меча. Приблизившись к старику, мужчина ловко парировал удар противника, и, не останавливаясь, ударил его эфесом по голове. Заметив приближение юнца, всадник встал в защитную стойку и с таким же успехом парировал мощные удары оппонента. Выждав момент, всадник контратаковал, разрубив юнцу ногу, а после, нанеся удар в шею, оставил того захлёбываться в луже собственной крови. Спустя мгновение на всадника вновь напал старик, который смог задеть мужчину. Но доспехи всадника оказались прочнее, и тот в ответ рубанул старого война в незащищённую кисть левой руки, тем самым лишив его нескольких пальцев.

Старик скорчился от боли и упал на землю:

- Мы до вас ещё доберёмся! – прохрипел старик.

Всадник приблизился к нему и занёс меч над его седой головой…

II

-Гер Викторио, откуда близ города появились люди Ордена? Я думал в Маркоградии с ними разговор короткий…

-Эх, господарь Мирэк, мы уже больше года боремся с этой заразой, но ничего не выходит, - пропыхтел толстяк, одетый в яркую, пурпурную мантию, то и дело поигрывая со своим медальоном, символом его статуса, - А ещё, о Боги, неподалёку поселился дракон, и теперь эта па… По… В общем, эта тварь теперь каждый божий день жрёт наш скот и рабочих...

- Дракон говорите? - проговорил Мирэк, отхлебнув из деревянного кубка вино, и удобно устроился на стуле, с красивым, резным рельефом в форме дуба, - Вы желаете, чтобы я укокошил эту тварь, господин?

- Совершенно верно, мой друг! – радостно произнёс староста, и по его толстой туше прошла волна от резкого взлёта со стула, - Если, вы, друг мой, убьёте дракона, я заплачу вам триста крон, чистым золотом!

- Триста крон будет маловато, господин Викторио. Сами понимаете, дракон тварь опасная, - как бы наигранно произнёс Мирэк, - поэтому шестьсот крон, и мы в расчёте... По рукам?

- Кхм, - кашлянул староста, стараясь скрыть своё возмущение. – Хорошо, так уж и быть...

- Вот и прекрасно, Викторио… Гер Викторио. Завтра же разберусь с ним, - Мирэк зевнул и встал со стула, взял сумку и направился к двери, - Я, пожалуй, пойду переночую на постоялом дворе…

Его прервал гнусавый голос старосты:

- Господарь Стальгольм, можете переночевать у меня, вам будет предоставлена самая лучшая кровать, отменное вино и вкусная еда…

Мирэк вошёл в небольшую комнату, освещённую луной и светом догорающей свечи. У окна стоял стол с той самой догорающей свечой и тарелкой, на которой лежали два свежих зелёных яблока, кусочек козьего сыра и что-то, очень похожее на тушёную куриную ножку, со стекающими с неё каплями жира. Больше на столе ничего не наблюдалось, кроме, разве что, прозрачной бутыли с вином и двумя деревянными стаканами. Недалеко от стола находилась кровать, сделанная так, чтобы её нельзя было бы передвинуть. Сделана она была из четырёх досок, прибитых друг к другу и прикреплённых к полу, а в образовавшуюся воронку засыпали солому, которую накрыли большой шкурой медведя. Вместо одеяла тоже была шкура медведя, только более толстая, и подушка, наполненная пухом. Возле кровати стоял самый обычный табурет, а у противоположной стены расположился сундук, окованный железными полосами, с ручками по бокам и отверстием для ключа, выполненным в виде морды дракона…

«Да, в здешних местах издревле почитали драконов, лет триста назад, вроде бы, здесь обитало огромное племя бромголътов, которые поклонялись им. - Рассуждал вслух Мирэк на тему внезапного объявления дракона, - Следовательно, в этих землях мог и может до сих пор обитать дракон или даже целая стая. Но так долго жить и не показываться людям, странно. Очень странно…. Хм, пожалуй, спрошу завтра у старосты, что к чему, а сейчас… - зевнул он, - пора спать...»

Долгий путь и недавняя схватка с преследователями сильно измотали мужчину, от чего он быстро погрузился в глубокий сон...

Солнце своими яркими лучами уже полностью освещало комнатушку, в которой спал крепким, спокойным сном драконоборец. Лучи всё ближе подбирались к его лицу и, достигнув цели, пробудили его.

III

- Господарь Мирэк, ну как вам банька то? – спросил, гордо ухмыляясь, староста.

- Хороша, - довольно произнёс Мирэк, после вновь сделал серьёзное выражение лица. - Гер Викторио, что там с драконом? Приманка, о которой вы говорили, заготовлена?

- А об этом не волнуйтесь, у нас там часовые стоят...

- Там это где?

- А, на поле подле горы. Думаю, вы видели это поле, когда приближались к деревне.

-Понял, иду собираться. - Серьёзно глянув на толстяка произнёс Мирэк.

- Удачи, Мирэк, - серьёзно проговорил Викторио, но при этом сделал такую рожу, что на него нельзя было серьёзно смотреть, и Мирэк еле сдерживался, чтобы не засмеяться, - Как только кончите с этим, то я устрою пир на всю деревню! Вот как! – произнёс староста вслед драконоборцу.

Поднимаясь в свою комнату, чтобы закончить приготовления к дальнейшей схватке с чудищем, Мирэк встретился взглядами с ещё совсем молодой, голубоглазой девушкой, которая, увидев Мирэка, слегка покраснела, и скрылась в одной из комнат, тихонечко прикрыв за собой дверь. Ухмыльнувшись, драконоборец оглядел взглядом дверь, за которой скрылась девушка, и направился в свою комнату.

«Так, чёрт побери, куда я убрал этот пузырёк… - размышлял Мирэк, яростно копаясь в походной сумке, - О!»

Стальгольм достал небольшой пузырёк с густой тёмно-красной жидкостью.

- Данкелл говорил, что должно помочь, - произнёс вслух Мирэк, скрыв снадобье в кармане пояса.

Закончив все приготовления, он отправился на поле, где, по словам старосты, находилась приманка.

Дорога оказалась слишком жаркой и душной, что было огромной редкостью для юго-востока Маркоградии. Тем не менее, бывшему охотнику на драконов пришлось надеть полный комплект своих старых доспехов, состоявший из калёной кольчужной рубахи, поверх которой была надета чёрная кожаная куртка. Руки и ноги были защищены плотными пластинами из варёной бычьей кожи. На поясе расположился экзотического вида меч, родиной которому являются Южные острова, и широкий тесак, прекрасное и простое средство для удаления лишних частей тела.

Ступая по высохшей от вчерашней грозы дороге, Мирэк как в последний раз любовался величественной горной цепью с древними руинами. Он помнил, как несколько лет назад отправился вместе со своими друзьями и сотнями других искателей приключений в Драконьи горы. Он помнил тот ужас и страх, и тех огромных чешуйчатых тварей. Он помнил, как без страха расправлялся с ними, но сегодня в нём вновь появился тот страх битвы, как перед схваткой с первым драконом…

Но его мысли прервал грубый, басистый окрик.

- Господарь Стальгольм, вы как раз вовремя, - произнёс здоровяк с алебардой, поправляя свой запыленный мундир, – всё готово.

Мирэк оглядел присутствующих: три королевских гвардейца в синих мундирах, одним из которых являлся тот самый здоровяк, и который, судя по жёлтому воротнику, являлся офицером, двое ловчих, вооружённых старыми, и в некоторых местах потёртыми, самострелами. Чуть поодаль стоял молодой пастушок, держа своими крепкими не по годам руками цепь, к которой был прикован огромный бурый бык.

- Не жалко ли такого красавца изводить? – спросил Мирэк у офицера. – Козы уже было бы достаточно… Или трёх гвардейцев, - себе под нос добавил Мирэк.

- Так это чтоб наверняка, господарь, мало ль не учуёт скотина, - развёл руками офицер. – Вы готовы? Приступать?

Мирэк уверенно кивнул, смотря прямо в ярко-зелёные глаза офицера, которые после кивка на мгновение выразили страх и сильное недоверие к успеху данной операции.

- Есть, господарь! – с этими словами офицер повернулся к пастуху и махнул рукой.

Юноша достал длинный кривой нож и резким, внезапным движением крепкой руки перерезал глотку быку.

- Удачи вам! – крикнул пастух и побежал в сторону леса, где и спрятался за густыми зарослями снежноягодника.

Наступившая тишина насторожила бойцов. Все в напряжении устремили головы в небо. Мирэк Стальгольм, стараясь игнорировать повисшее напряжение, достал загадочный пузырёк, выдохнул и залпом опустошил его. Эффект не заставил себя долго ждать. Громко прохрустев шеей, вены выступили по всему телу Мирэка, а глаза налились кровью. Его и без того острый слух обострился, и он услышал далёкие взмахи огромных чешуйчатых крыльев.

"И всё же, неспроста деревенские выбрали именно это место, - оглядывая еле проступающие из под густой травы обглоданные кости, подумал Мирэк, - видимо здесь он и повадился кормится, вдали от деревни... осторожничает..."

Обнажив клинок, Мирэк приказал бойцам приготовиться, и в ту же секунду огромное крылатое существо с бешеной скоростью вцепилось в тушу быка.

- Получай, скотина! – завопили ловчие, начав расстреливать дракона.

Но тварь закрылась от града мелких свинцовых пулек своими огромными серыми крыльями.

- Агрх! – вновь прокричали ловчие.

- Спасайтесь, - попытался крикнуть офицер, но из-за волны накатившего страха смог лишь что-то невнятно прохрипеть.

Дракон налетел на ловчих, мигом разорвав их своими острыми как бритва когтями.

- Парни, окружайте его! – громко и чётко крикнул Мирэк и рванул в сторону монстра.

Гвардейцы, заметно воодушевлённые его храбростью, точно так же рванули навстречу своей судьбе. Одного дракон сразу схватил своей пастью, после чего выплюнул изуродованные ошмётки молодого тела куда-то в кусты. Остальным повезло больше. Офицер смог вонзить свою алебарду прямо под ребро твари; второй же боец попал прямо в шею чудовища. Дракон, ошеломлённый таким действием, на пару мгновений угомонился. Этого было достаточно, чтобы Мирэк сумел запрыгнуть на хвост чудовища и добежать до шеи, параллельно порвав точным ударом острого клинка левое крыло твари.

Но внезапно треснуло древко алебарды бородатого офицера, после чего дракон в одно мгновение ока ринулся куда-то в сторону, разорвав на несколько частей солдата, а после выпустив струю пламени в бородатого офицера, который тут же завопил нечеловеческим криком.

Тем временем Мирэк успел вонзить клинок в шею твари, но промахнулся, так и не задев хребет. В следующую секунду Мирэк уже лежал на земле. В голове раздался гул и свист, а левая нога изнывала адской болью, но это не остановило храброго охотника на драконов. Поднявшись с земли, он вновь помчался на чудовище, ловко увернулся от его когтистых лап и в прыжке направил удар прямиком в пасть монстра…

Святая Охота IV

IV

«Истинна та любовь, которая даёт желание жить, а не умирать»

1002 год от падения Андерсганда

Мирсак Масронский

1016 год от падения Андерсганда. Маркоград.

Весь день город поливало как из ведра. Крупные капли холодного осеннего дождя с грохотом разбивались о черепицу кирпичных домов и шумным ручьём скатывались по водоотводам в канализацию. На огромных часах ратуши было уже шесть часов вечера. Внезапно тёмные и мокрые улицы осветили огни тысяч фонарей, зажженные при помощи газовых труб, расположившихся целой сетью под улицами огромного портового города.

В городских казармах было скучно и душно от смрада дешёвого самогона и табака. Мирэк Стальгольм, находившийся здесь по приказу генерала Мишеля Де Ля Скорта обучал дружественных Ливарии маркоградских рекрутов.

- Здравия желаем, господарь Стальгольм! – отдали честь двое рекрутов в ярко-синих камзолах маркоградской гвардии, не спеша бродившие по коридору казармы.

Мирэк лишь устало глянул на юношей и тихо кивнул головой. Эта ленивая обстановка сильно давила на него. Он скучал по тем дням, когда они бок о бок с Данкеллом сражались под знаменем Чёрных Полос, элитных войсках Ливарии. Но теперь, после недавнего нападения дракона на дворец короля, сорвавшего мирные переговоры, Мирэк мог надолго засесть здесь. Единственное, что грело его душу, так это то, что его возлюбленная была рядом и на время устроилась помогать своему престарелому отцу в содержании таверны.

Оказавшись на улице, Мирэк с облегчением вдохнул свежий вечерний воздух. Ему было наплевать на дождь. Так не спеша он брёл по пустым грязным улочкам огромного города. Стальгольм без малейшего напряжения проходил через подворотни, расталкивая, иногда всплывавших на своём пути, пьяниц и босяков.

- Э, слышь! – начал было заводиться очередной зевака, когда Мирэк задел его своим плечом.

Стальгольм обернулся и с безразличием посмотрел на лысую рожу. Босяк начал было уже замахиваться, но Мирэк опередил его, хорошенько вмазав тому в нос.

- Агрх, урод! – закричал босяк, рухнув в лужу.

Стальгольм лишь ухмыльнулся и продолжил свой путь, который, пожалуй, оказался не столь долгим, как ожидалось. Подойдя к дверям таверны, Мирэк услышал громкий хохот и очень знакомую мелодию. Но он не придал этому особого значения и вошёл в таверну.

Только открыв дверь, Мирэка сразу же окутало теплом и ароматами добротного алкоголя. «Пьяный Витязь» был одним из лучших заведений не только в столице, но и во всей Маркоградии. Здесь не подавали крепких напитков, но это не мешало собираться здесь представителям самых разных сословий. И уставшие после тяжёлого дня портовые рабочие, и бедные студенты Маркоградской Коллегии Механизаторов, и заблудшие путники, и даже представители мелкого дворянства – всех можно было встретить в этом большом, но очень уютном заведении.

То ли из-за сильного дождя, то ли из-за грядущей Ночи Костров в таверне было очень многолюдно. Мирэк внимательно осмотрелся в надежде увидеть знакомый стройный рыжеволосый силуэт. Все столики были заняты, а молодые девушки-разносчицы работали без перерыва. И вот вдалеке зала, возле импровизированной сцены, на которой сам старик Джон, владелец заведения, виртуозно играл на скрипке, бегала Клэсс, пассия Мирэка.

Мирэк, зачесав волосы назад, и заметно оживившись, направился в сторону девушки, и та, к счастью, повернулась, посмотрев в его сторону, улыбнулась и кивнула головой в сторону лестницы.

- Как же я рад тебя видеть, - страстно прошептал Мирэк после горячего поцелуя.

- Я уже заметила, - прошептала Клэсс, покраснев и закрыв дверь склада. – Но ты весь промок, не заболеешь?

- Ерунда, бывало и хуже, - улыбнулся Мирэк, обхватив осиную талию Клэсс и прикоснувшись к её прекрасным рыжим волосам. – Именем Трёх, ты самая красивая девушка на свете…

Клэсс, краснея ещё больше, с любовью смотрела в чёрные, но такие живые и добрые глаза Мирэка. В следующую секунду девушка раскатилась громким девичьим смехом.

- Мирэк, ты колючий!

Мирэк наигранно рыкнул и, криво пародируя рык тигра, произнёс:

- Как же люблю этот шрамик, - с этими словами он потёрся своей небольшой щетиной о длинную и прекрасную шею Клэсс. – А ведь из-за него я однажды чуть не потерял тебя…

- Ой! – ахнула девушка от неожиданного прикосновения его сильной руки к своим бёдрам.

- Ой! – вновь ахнула Клэсс, - Я совсем забыла!

- Что такое, радость моя?

- Тебя же ждёт Данкелл.

- Как?! Где?! – ещё сильнее оживился Стальгольм. – Но я думал, он уехал в Энгард.

- Он вместе с парнями в игральной. Они собирались к тебе придти, но их не пропустили.

- Да какого чёрта? Да и ладно, веди меня к ним!

Девушка внимательно посмотрела на него своими выразительными светло-малахитовыми глазами. Мирэк понял намёк и нежно поцеловал девушку. Та, довольно улыбнувшись, повела его в игральную.

- Придти к тебе сегодня? – спросила девушка.

- Ты ещё спрашиваешь? – улыбнулся Мирэк. – Сегодня снова дежурит Феликс, так что проблем не должно возникнуть.

- Тогда до встречи, - девушка поцеловала его в щеку и побежала за стойку.

Мирэк проводил её своим влюблённым взглядом и зашёл в небольшое помещение с большим столом, за которым сидело несколько человек.

- Вы только посмотрите, кто это такой важный к нам идёт! – радостно поприветствовал Мирэка худощавого телосложения маг в красной мантии.

-Алессандро! – раскинув руки, произнёс Мирэк. – Диметарий, Алехан, Славий! Рад вас видеть, друзья!

Мирэк крепко обнялся с каждым из друзей.

- А где же Данкел? – спросил Мирэк.

Алехан, парень атлетического телосложения, поглаживая свою густую каштановую бороду, указал за спину Мирэка. Стальгольм обернулся и встретился взглядами, с облокотившимся о дверной проём, Данкеллом, который держал в руке большую бутыль чёрного рома.

- Данкелл, брат! – Мирэк крепко обнялся с другом, на мрачном лице которого появилась еле заметная улыбка.

- Ну как ты, старый друг? Не заскучал ещё солдатню муштровать? – Спросил Данкелл, прищурив свои разноцветные глаза.

Мирэк вздохнул и страшно выругался.

- Даже так, - поглаживая чёрную бороду и усаживаясь за стол, произнёс Данкелл.

- Ну-ка, капитан Стальгольм, извольте-с выпить с нами доброго рому, - заговорчески сказал Деметарий, открыв бутыль.

- Ну-ка, ну-ка…

Данкелл ухмыльнулся, посмотрев на друзей, и наполнил до краёв два серебряных бокала. Славий, молодой бард, тем временем закончил настраивать свою лютню и начал наигрывать какую-то весёлую мелодию.

Захмелев, Мирэк облокотился о спинку и вновь опустошил бокал с ромом. Данкелл тем временем закурил, а Алехан с Деметарием начали бороться на руках.

- День что ли сегодня такой…всё забываю, - произнёс Данкелл, выпустив подобно дракону дым из ноздрей. – М?

- Давай, - Стальгольм взял протянутую трубку и сделал богатырскую затяжку. – Ух, чёрт побери, жёсткая штука… у Всеслоусъа взял что ли?

- Твою ж мать! – выругался Деметарий, когда Алехан завалил его руку.

- По поводу того инцидента с драконом, - серьёзно начал Данкелл.

- Так, внимательно слушаю, - чуть подавшись вперёд, сказал Мирэк.

- Магистр Ордена Пирэниан предложил кайзеру Мариусу, королю Андросу и королю Краму на время перемирия собрать отряд из лучших бойцов, чтобы вместе с рыцарями Ордена отправиться в Драконьи горы и избавиться от этой так называемой «драконьей угрозы».

- Они думают, всё настолько серьёзно? Нападения же случались и раньше, но вы, Охотники, успешно с ними справлялись.

- Да, это так, - кивнул Данкелл.

- Ну, вот,… а Ностгард? Почему после того случая ничего не предприняли? Ведь там не только драконы были…

- Здесь точно замешана политика, говорю вам! – медленно, но уверенно протянул Деметарий. – Правен говорил то же самое.

- Вот именно, - произнёс вернувшийся Алессандро и поправил свою мантию. – Ко всему прочему заметьте, что Орден подстроил на переговорах всё так, что Алькониум вовсе не участвовал в войне, и условия временного перемирия между королевствами его не касаются.

- Вот, вот, - продолжил Данкелл, - вся эта залупа с экспедицией задумана лишь для отвлечения внимания и, что, скорее всего, уничтожения лучших людей королевств.

- Но тогда почему королевства согласились на это? – недоумённо развёл руками Мирэк.

- Эту экспедицию возглавят сам магистр Ордена Пирэниан и его правая рука сэр Персиваль, - ответил Алессандро, опершись о стену.

- А они и являются организаторами всей этой аферы на переговорах. Ко всему прочему оба причастны к тем происшествиям пару лет назад, - сказал Данкелл.

- Ну, так и всё же…

- Правен предложил нам принять участие во всей этой заварушке, - закатив глаза, произнёс Данкелл, - и если что-то случиться, прикончить магистра и Персиваля, что заметно ослабит Орден, а вместе с ним и Алькониум. Поэтому, Мирэк Стальгольм, готов ли ты принять участие в намечающейся заварушке?

Мирэк засмеялся, закатив голову назад:

- Предлагаешь рискнуть своей задницей с вполне вероятным фатальным исходом, как в старые добрые времена? Я в деле.

Данкелл встал из-за стола и, громко рассмеявшись, произнёс:

- Я знал, что тебя не придётся долго уговаривать, брат! Тогда ждём тебя на рассвете у городских ворот при полном параде. А теперь может ещё по одной, а?

Дождь давно закончился, и Мирэк, всё так же ни куда не спеша, в отличном настроении шёл в казармы, попутно любуясь звёздным небом. Вернувшись в свою опочивальню, он застал уснувшую на стуле Клэсс.

- Лисёночек мой, - с умилением произнёс Мирэк и уложил свою возлюбленную на кровать.

- Ммм, Мирэк, - промурлыкала сонным голосом Клэссия, обняв уставшего, но счастливого Мирэка Стальгольма.

Тот прильнул к ней поближе и, уже засыпая, почувствовал аромат черёмухи…и вскоре Мирэк проснулся от настойчиво бивших ему прямо в глаза лучиков света.

- Чёрт побери…Что, что случилось? – чертыхался он, ощутив острую ноющую боль в плечах и шее.

- Дракон, господарь Стальгольм… он вас так царапнул, - сверкая своими золотыми зубами, расхохотался Викторио. – Ай да Мирэк, ай да сукин сын! Мы уже думали, что ты так и откинешься, но кто ж знал, что вот та бадяга охотничья тебя буквально с того света вытащила!

- Но как я здесь…

- А, это тебя Кастор приволок, а Милера, дочурка моя, залатала тебя. Да ещё всё приговаривала: «Ах, бедняжка…ах,ах». Вот шельма, втрескалась девка, точно тебе говорю! Ночами напролёт сидела возле тебя, по головке гладила.

Мирэк начал сверлить старосту взглядом.

- А, точно, твоя награда…Не обессудь, но вот двести крон.

- Кхм, кхм.

- Сотня ушла на твоё лечение.

Мирэк внимательно посмотрел на старосту, тот лишь произнёс:

- Ладно, ладно, я могу тогда приказать своим людям починить твой семейный дом…

- И, - настойчиво протянул Мирэк.

- Забуду про долги вашего батюшки, господарь Стальгольм.

- Я знал, что мы решим этот вопрос, - улыбнулся Мирэк. – А теперь, если позволите…

- Да-да, поправляйтесь, господарь, - откланялся староста и покинул комнату.

Мирэк облегчённо вздохнул и вновь почувствовал аромат черёмухи, который исходил со стороны стола, на котором лежал свежий пучок цветков черёмухи. Этот сильный аромат вновь начал поглощать сознание драконоборца, и вскоре тот снова провалился в глубокий сон…

Святая Охота V

V

«Часто лицо человека является отражением его души»

921 год от падения Андерсганда

Кайзер Дарегор, правитель Ливарии

Первые лучи восходящего из-за гор солнца освещали просыпающийся город. Постепенно улочки заполнялись рабочими, стражники сменяли друг друга, начинали свою работу первые лавочки. Мимо огромной, ослепительно чистой статуи Крама I, зевая и еле перебирая ногами, шёл Мирэк Стальгольм. Он чертыхался на каждом шагу, параллельно виня себя за то, что выпил слишком много прошлой ночью. Но он был полностью готов, и теперь направлялся на место встречи с Данкеллом.

Пройдя площадь, Мирэк наткнулся на группу курсантов, направляющихся на утреннюю тренировку.

- Бедняги, - произнёс вслух Стальгольм вслед уходящей колонне.

Пройдя через центральную улицу, Мирэк вышел к воротам, у которых уже курил знакомый силуэт в чёрном облачении.

Данкелл Дэ Равэн был приёмным сыном брата кайзера – Николауса Фон Кратца. Это был мужчина среднего роста с широкими плечами, но худыми руками и длинной шеей. У него были длинные чёрные волосы, собранные в пучок так, что лишь часть чёлки свободно колыхалась на ветру, а его чёрная густая борода была аккуратно расчёсана. Но самым выразительным в его внешности были его разноцветные глаза: узкие вертикальные зрачки, подобные глазам змея; правый глаз карим, а второй кроваво-красным. Взгляд этих необычных глаз был мрачен, полон тоски и горького жизненного опыта, они словно зеркало отражали всё то, через что прошёл их обладатель.

Одет Данкелл был в чёрную простую одежду, которую предпочитают небогатые Охотники, впрочем, не смотря на это, на нём была хоть и простая, но чертовски добротно сделанная кожаная куртка с кольчужными усилениями. На шее его висел старый медальон с мордой летучей мыши, который ему подарил ещё очень давно его сводный брат – Правен.

За спиной Данкелла расположился в хитроумных ножнах железный двуручный меч, а на поясе висел полуторный меч из метеоритной руды.

- Ну как тебе ром? – ухмыльнулся Данкелл.

- У меня лишь два вопроса, первый, где ты его достал?

- У одного знакомого купца из Предела. Правда, убийственная штука?

- Да не то слово! А где Славий, Деметарий…

- Они уже выступили с первой половиной бойцов, которую возглавляет Персиваль. Нам же придётся дожидаться остальных во главе с магистром. – Данкелл на минуту задумался, - Пошли пока за лошадьми? Городская атмосфера на меня тоже начинает давить…

- Полностью поддерживаю, - заулыбался Мирэк, положив руку на плечо друга.

Не прошло и часа, как друзья выехали и городских конюшен на добрых жеребцах, встретив уже построившийся на поле, у города, отряд.

- Что-то вы припозднились, месье Дэ Равэн,- укоризненно произнес магистр, облачённый в богато украшенную золотыми узорами и рунами красную мантию. – Вас одних только и дожидаемся.

- Но теперь мы здесь и можем выдвигаться, - невозмутимо ответил Данкелл, после чего они с Мирэком пристроились к группе других всадников.

Вторая часть армии охотников на драконов выдвинулась в путь. Впереди ехал магистр, в окружении лучших магов Ордена, следом за ними двигались конные стрелки из Дендарии. Далее шли повозки с припасами, снаряжением и лекарями, которые сопровождали пешие дварфы-наёмники из кланов Южной горной цепи. После повозок шёл отряд кавалеристов, состоящий из двух отрядов Охотников: отряда Данкелла и отряда Готрика. После Охотников ехали вольные ливарийские мечники, после которых шли мечники из маркоградии, среди которых затесался и сам Мирэк. Замыкали колонну лучшие рыцари Ордена Золотой Руки.

- Грэг, тебя не ящер, не бромголът и не дракон захерачит, а я, если ты ещё раз оставишь своё оружие без присмотра, - ворчал старый Охотник.

- Полно тебе, Франциск, - крикнул Данкелл, подъезжая к двум всадникам.

- Так точно, гер Данкелл, - рыкнул Охотник.

Следом за Данкеллом появился Мирэк.

- Ты не говорил, что командуешь отрядом, - произнёс Мирэк, внимательно посмотрев в глаза другу.

- Особой роли это не играет, - невозмутимо ответил змееглазый. – Каждый отряд действует на своё усмотрение, поэтому, хочешь, можешь присоединиться к нам.

- Ха, да ты ещё спрашиваешь?

- Вот и молодец, - одобрительно кивнул Данкелл.

Две армии встретились спустя три часа у границы большого соснового леса. Объединившись, командующие перестроили войско и объявили перерыв.

- Дэ Равэн! – раздалось где-то вдалеке, и все бойцы из отряда Данкелла вместе со своим командиром посмотрели в сторону приближающейся беловолосой фигуры в кольчуге.

- Готрик! – поприветствовал Данкелл старого знакомого.

- Я так понимаю, нас снова решили разделить? Я слышал, что вас перенаправили в первые ряды, к предельцам.

- Ну, и?

- Прикажи своим вооружиться арбалетами, в горах много гарпий, - с этими словами Готрик протянул змееглазому небольшой арбалет гномьего производства. – И постарайся не умереть.

Данкелл многозначительно промолчал, Готрик кивнул и, окинув внимательным взглядом людей Данкелла, молча удалился.

- Старый знакомый? – спросил Мирэк, вставая с земли и поднимая круглый деревянный щит с гербом Маркограда.

- Скорее давний соперник и чертовски удачливый конкурент, - ухмыльнулся Данкелл, осматривая арбалет на наличие дефектов.

Ближе к вечеру ясное голубое небо быстро затянулось тяжёлыми серыми облаками. Раскаты грома не заставили себя долго ждать. Вот-вот должна была начаться гроза.

- Резче, резче! Но, пошла! – раздавалось где-то в колонне.

- Шевелитесь, Dorkch’pedriko! – крикнул кто-то из дварфов, когда войско начало преодолевать горный перевал.

Внезапный раскат грома предзнаменовал начинающуюся грозу.

- Давайте быстрее! – кричали задние ряды, когда небо рассекли первые разряды молний.

- Спуск уже близко! – громко крикнул Данкелл. – Держитесь, парни! За мной! – с этими словами Данкелл повёл Охотников и Предельцев в обход впереди идущим рыцарям Ордена, освободив дорогу повозкам.

Но этого оказалось недостаточно, потому что уже в следующую минуту со стороны гор послышались ужасные вопли, вслед за которыми начался обвал. Все: лошади, повозки, пехотинцы беспорядочной толпой летели вниз по склону. Кого придавило камнями, кто упал с крутого склона вниз, кого задавили собственные лошади, но половине всё же удалось спастись. Вновь раздался дикий вопль, и обломки породы с грохотом засыпали узкую щель в горах, через которую и прошло войско.

Гроза бушевала ещё около часа, после чего из-за туч выглянули звёзды. Три луны освещали своим ярким блеском дорогу выжившим. Наконец, добравшись до огромного озера, командующие объявили привал, приказав выдать каждому порцию крепкого алкоголя и оказать помощь раненым.

Мирэк, проезжая мимо Пирэниана и Персиваля, стал свидетелем их ругани между собой и того, что вскоре в их разговор встряли и Данкелл с Готриком. Но Стальгольм настолько вымотался и промок, что ему уже было всё равно. Остановив коня у костра, за которым сидели его друзья, Мирэк спрыгнул и, совсем обессилив, рухнул у костра, подложив под себя тёплый меховой плащ. Друзья молча грелись у костра. Деметарий перевязывал руку, Алессандро чертыхался про себя, достав из сумки промокшую книгу, а Славий просушивал свои сапоги с северной росписью. Вскоре к ним подъехали Данкелл и Алехан, привезя с собой целый бочонок рому.

- Так-так-так, - хитро заулыбался Деметарий, - никак целебный эликсир привезли?

- Он самый, - ухмыльнулся Данкелл, раскуривая трубку.

Передохнув, армия, опасаясь, что дождь вновь начнётся, начала ставить палатки и шатры. Затем кто-то отправился хоронить погибших, кто-то веселиться, а кто-то составлять планы дальнейших действий. Компания друзей Мирэка сидела у костра и травила байки:

- Ну, ты и сказочник, Алессандро! – заразительно хорошенько захмелевший Алехан и положил крепкую большую руку на плечо Деметария.

Деметарий, голубоглазый блондин с грубыми угловатыми чертами лица, глянул на Алехана, сделал хорошую затяжку из трубки Данкелла и, отпив ром из деревянной кружки, отрывисто, но складно обратился к Славию:

- Славий, брат…сыграй-ка что-нибудь для души.

- Хм, одну минутку! – ухмыльнулся худощавый бард и начал играть на лютне.

«Не теряй надежды никогда,

Всё будет хорошо.

Всё станет на свои места,

Всё будет хорошо…»

На небосводе ярко сияли звезды, а луны полностью выглянули из-за окончательно расступившихся туч. Костёр громко потрескивал, освещая компанию друзей. С края сидел Алессандро, пухлый молодой маг с длинными вьющимися чёрными волосами. Справа от него лежал, зажав во рту полевой цветочек, худощавый и изрядно захмелевший Деметарий, который подложил руки под свои коротко подстриженные волосы. Возле него стоял и играл на лютни высокий бард – Славий. У него была шикарная сивая шевелюра, серые глаза и прекрасный мелодичный голос. Одежда его была простая, не свойственная бардам, и состояла из белой льняной рубахи и чёрных матерчатых штанов. Справа от него сидел Алехан, глуша ром как в последний раз. Ром стекал по его кучерявой, тёмной бороде с выбритыми усами и капал ему на ноги, скрещенные под себя. Возле него, в такой же позе, сидел Данкелл и умиротворённо, медленно и не спеша потягивал ром из железного кубка. Недалеко от него сидел, смакуя кусочек вяленого мяса, Мирэк погружённый в свои мысли:

-Прекрасно, маэстро! – воскликнул Деметарий, встав с земли и выбросив цветочек, - Спойте ещё что-нибудь!

Костёр догорал, очередная песня закончилась, многие уже спали, за исключением лишь, разве что, Данкелла и Мирэка:

- Брат, почему же ты всё-таки согласился на эту авантюру? – произнёс Мирэк, посмотрев в глаза Данкелла, зрачки которых заметно расширились.

- Знаешь, - заметно помрачнев, произнёс Данкелл, - после той битвы…

- Да, я помню…

- После той битвы, - как бы ни слушая Мирэка, продолжал Данкелл, - всё пошло наперекосяк…

Руки Охотника задрожали, он сделал глубокую затяжку:

- Я не могу без неё, Мирэк, понимаешь? Без неё моя жизнь похожа лишь на никчёмное существование никчёмного человека…

- Не говори так.

- Поэтому я и согласился на это задание, - Данкелл тяжело вздохнул. - Я знаю, что это очень опасно, я знаю, что возможно мы все умрём.

С этими словами Данкелл посмотрел на мирно спящих друзей.

- И они это знают…

Мирэк сглотнул.

- Но это нужное дело, если не мы, то кто?

- Постой, то есть ты тоже считаешь, что драконы представляют реальную угрозу?

- Да, и не только они.

- Так, но постой…у мне в голове не укладывается… но…

- Орден хочет найти древнюю библиотеку.

Мирэк посмотрел на друга, прищурив глаза.

- Персиваль, как и я, является последним дунклеосъилом. И он всё это время занимался поиском древних знаний и артефактов.

- Но как это связано с драконами? – непонимающе произнёс Мирэк.

- Они являются как бы хранителями древних знаний, веками сохраняя секреты древних от корыстных помыслов людей. Цель Ордена – уничтожить всех драконов и завладеть этими самыми знаниями. Наша же задача не дать им сделать это, иначе в своей борьбе за власть Орден загубит множество невинных душ.

- А что если мы завладеем этими знаниями?

- Произойдёт то же самое, - мрачно ответил змееглазый.

- Но почему же?

- Каждое королевство стремится захватить власть и завладеть Небесными горами. Все эти пророчества, громкие слова учёных о важности исследования их территории – всё это лишь пустые оправдания в тяге людей завладеть этим богатым на различные ресурсы регионом.

- А как же древние знания? Все же эти пророчества неспроста же были написаны.

- Возможно-возможно, - Данкелл зевнул. – Чёрт побери, Стальгольм, мне нельзя столько пить… нельзя…

С этими словами Данкелл обессилено лёг на землю и заснул крепким сном. Мирэк ухмыльнулся, посмотрев на друга, а затем тоже улёгся на плащ и провалился куда-то в пустоту.

Святая Охота VI

VI

«Самая страшная трагедия для бойца - гибель лучшего друга»

1013 год от падения Андерсганда

Филарон Ваторецкий

-Гер Мирэк, пожалуйста, не дёргайтесь, – произнесла нежным, но строгим голосом дочка старосты, - иначе придётся заново зашивать. Вот.… Теперь выпейте этот отвар.… Да, вот этот…

Она, закончив возиться с ранами Мирэка, склонилась над его телом и, покраснев, поцеловала его в лоб. Когда она выпрямилась, он увидел очертания её сильно вздымавшейся из-за тяжёлого дыхания груди, проступающие через тонкое белое платьице. Она заботливо посмотрела на погружённого в свои мысли Мирэка, вздохнула и направилась к двери. Остановившись, она оглянулась на драконоборца, замешкалась, а потом тихо спросила:

- Хотите я вам спою?

- М? – мыкнул Мирэк, отойдя от своих раздумий, - Почему бы и нет, - улыбнулся он.

Девушка подбежала к нему, села на рядом стоящий табурет, укрыла Мирэка шкурой и, гладя его по голове, начала петь звонким девичьим голоском:

«Однажды ранним утром,

Пред тем, как солнцу встать,

Пред тем, как птицы запели…»

Мирэк слушал, но её приятный голос, ласкающий его слух, и нежные руки убаюкивали его. Он сдерживал себя, чтобы не уснуть, но всё было тщетно, и вскоре он провалился в глубокий, спокойный сон…

Гремел гром, а небосвод раздирали ослепительные разряды молний. Огромная армия ящеролюдов рвалась через укрепления на позиции охотников на драконов. На полуразрушенной башне стоял Данкелл и пытался подстрелить из баллисты кружащего над крепостью белого дракона. Внезапно, к нему заползло трое ящеров, вооружённых золотыми саблями. Данкелл, под действием снадобий, обнажил свой двуручный меч и нанёс несколько молниеносных ударов, которых хватило, чтобы расправится с тварями. Отложив меч в сторону, он зарядил баллисту и вновь нацелился на дракона:

- Чёртов дракон, - чертыхался Д'Равен, - снова мимо!

На расстоянии в десять ярдов вновь послышался рык бромголъта. Данкелл ловко отскочил от мощного удара коварной рептилии, облачённой в панцирные доспехи. Охотник вырисовал руну и оттолкнул противника, после чего выхватил метеоритный клинок и, сделав выпад, срубил монстру голову…

- Дэ Равэн! – раздался где-то вдалеке голос Готрика. – Отступай к библиотеке! Брось ты это дело!

Данкелл огляделся. От его отряда осталось лишь двое: Мирэк и Грэг.

- Чёрт побери! – Данкелл сплюнул и, схватив двуручник, спрыгнул с башни прямо в стог сена. – Курва мать, Стальгольм, Гростор, к библиотеке, живо!

-Получай, падла, – Мирэк не без труда, но сумел одолеть окруживших его бромголътов, после чего крикнул в сторону змееглазого Охотника. - Эти черти окружили Предельцев у ворот во внутренний двор!

- Давай-давай, бежим туда! – скомандовал Данкелл, помогая выбраться из под завала трупов Грэгу. – Беги к Готрику и передай ему вот это.

С этими словами Данкелл вручил Грэгу какую-то записку, после чего молодой Охотник начал ползти по выступающим камням вверх на стены.

Два брата по оружию пробивались через залитые кровью руины крепости, отбиваясь от наступающих орд бромголътов. Оба ловко, не смотря на вес доспехов, перепрыгнули яму, в которой валялась туша, убитого в ходе штурма крепости, огромного огра. Уже издали было видно, что что-то неладное происходит возле разрушенных врат…

Возле их развалин кипел бой. Дракон разрушил старые каменные ворота, после чего огромная толпа людей-ящеров, сметающей всё на своём пути волной, ворвалась во внутренний двор крепости. Но вот из толпы сметённых охотников поднялся Алехан. Он в одиночку выступил против дюжины ящеров. Без страха в глазах он убивал и убивал! Кружа вокруг разрушенных ворот, Алехан ловко парировал атаки рептилий своим щитом. Отразив удар, он тут же контратаковал. Но вскоре одна из рептилий расколола его щит огромной дубиной, сбив Алехана с ног. Увернувшись от удара копья, Алехан поднялся с земли, разрубил рептилию с копьём, и, закружившись в пируэте, разрубил рептилии с дубиной глотку своим острым, как бритва палашом.

Только он собирался вздохнуть с облегчением, как в него прилетела стрела. Алехан схватился за живот, и тут же вторая стрела пронзила его грудь. Увидев это, только что прибывший Данкелл закричал, и в ярости испустил разряд молний в ящера, притаившегося за обломками.

-Алехан!!! Нет! – крикнул подбегающий к Алехану Мирэк.

-Друзья…– Алехан упал на руки подхватившего его Мирэка, в его глазах, таких добрых и весёлых проступили слёзы. – Неужели это конец?

-Алехан, держись. Держись! Алехан!! Нет! Нет!! – закричал Мирэк.

Внезапно из-за руин одной из башен, судьба, которой не отличилась от судьбы разрушенных врат, вышел Деметарий, раненый, с опущенным вниз мечом и дырявой кольчугой.

-Что произошло? – сглотнув, спросил Деметарий с перевязанной головой, но увидев истекающего кровью Алехана, побледнел. - Что с ним? Что с ним!?

Деметарий подбежал к Алехану и сказал мрачным голосом:

-Друзья… ступайте… помогите остальным… - в прекрасных глазах Деметария заблестели слёзы. – А я их задержу, - с этими словами Деметарий поднял клинок и уверенно посмотрел в сторону новой волны ящеров.

Два друга добежали до донжона крепости, где кипело сражение. Они решили разделиться, после чего Данкелл отправился на выручку Готрику и Персивалю, которых прижали к обрыву. Мирэк же, заметив, что дракон уселся возле одной из башен, побежал в его сторону.

С каждой минутой гроза лишь усиливалась, а ящеров становилось всё больше и больше.

Добежав до дракона, Мирэк запрыгнул на его морду и вонзил клинок в челюсть, хлестнула кровь, и дракон сбросил противника на землю, испустив в того волну синего пламени, расплавившего оставленный в пасти меч. Дракон попытался схватить Мирэка своей пастью, но тот отпрыгнул, схватив меч одного из убитых охотников, которого проткнули насквозь боевой косой, и срубил дракону часть нижней челюсти. Зарычав от боли, дракон взлетел и схватил Мирэка своими цепкими лапами. Но бывалый боец вырвался из лап чудовища, разрезав лапы дракона бритвенно острым клинком. Ухватившись за истекающую кровью лапу, Мирэк взобрался на летящую тушу дракона и вогнал клинок глубоко в основание его шеи. Дракон неистово зарычал и начал стремительно падать на землю.

- Ну, держись, паскуда, - оскалив зубы произнёс Стальгольм, направив дракона прямо на обгорелые деревянные колья, и спрыгнув с туши в самый последний момент.

- Чёрт побери, - прошипел Мирэк, неудачно приземлившись на землю.

На глаза ему стекала горячая алая кровь, в голове зашумело, и он почувствовал, что вот-вот упадёт:

«Что это? Неужели я падаю? Моя голова… - с этими мыслями Мирэк упал на мокрую, холодную, пахнущей кровью и гарью землю. Последним, что он увидел, было то, как Данкелл бок о бок сражался с Персивалем. Оба заклятые враги, но сражались подобно лучшим друзьям, и один прикрывал другого, рискуя умереть. Вот их вновь окружили, но тут к ним возвращается Готрик, и уже втроём они дают достойный отпор нескончаемой армии ящеров. – Неужели это и вправду конец? – снова подумал Мирэк и посмотрел на небо, усеянное грозовыми облаками, которое, как казалось, жило своей жизнью, независимо от всех этих мирских забот. – И зачем я только сюда пошёл, и зачем мы все сюда пришли? – силы покидали его, и тут как будто из под земли возник знакомый силуэт полноватого мага.»

- Эй, держись, - улыбаясь, произнёс Алессандро, - не смей отключаться! Сейчас, потерпи чуть-чуть…

Друзья стояли под огромным одиноким дубом, склонив головы вниз. У дуба расположились огромная братская могила и камень с высеченными на нём именами. Славий, распустив свои длинные, измазанные в крови волосы, возложил венок на могилу и прошептал:

- Покойтесь с миром, братья.

Бард повернулся к друзьям. Алессандро тихо читал молитву, Мирэк опирался о шест, периодически поправляя повязку на голове. Данкелл стоял в стороне и, о чём-то задумавшись, курил.

Друзья посмотрели в сторону заходящего солнца, и как только оно окончательно скрылось из-за горизонта, всё так же молча, спустились с холма.

Спустившись вниз, Мирэк направился к одной из стоящих телег. Стальгольм, превозмогая боль в ноге, запрыгнул на неё:

- Отец Лифанор, как они?

- Жить будут, - спокойным и добрым голосом произнёс седобородый старичок, - но в строй вряд ли вернуться.

- В каком смысле? – Мирэк надеялся услышать добрые вести.

- Они живы, вот ентот Ал… Алхо…

- Алехан.

- Да, ему ещё очень повезло, стрелы не коснулись жизненноважных органов.

- Но он же…

- Просто сознание потерял, – с улыбкой произнёс монах.

- А с Деметарием что?

- С ним было сложнее, ящеры оттяпали ему правую руку и глаз...

- Он потом что?

-Да, он всё равно продолжил бой, свидетелем которого я стал. Он один уложил два десятка ящеров, – с азартом начал описывать старичок тот бой.

- А сейчас что с ними?

- Они спят. Пускай отдохнут.

- Вы с ними останетесь?

- Да, сынок.

Мирэк радостный побрёл вдоль телег и повозок, пока не увидел вдалеке Данкелла, который, закончив разговор с Готриком, стал мрачнее тучи.

- Что произошло? – настороженно спросил Стальгольм.

- Да так, ничего серьёзного, – произнёс Данкелл, в змеиных глазах которого читались злость и гнев, но лицо не дрогнуло.

- Это по поводу библиотеки?

Данкелл кивнул головой и тяжело засопел. Но вскоре успокоился и спросил:

- Так, ты коня своего забрал?

- Точно, спасибо что напомнил.

Мирэк быстро рванул вперёд, но его остановил спокойный голос Данкелла:

-Далеко собрался? – с улыбкой спросил змееглазый. – Вот твой скакун.

Данкелл указал на стоящих у телег лошадей. Мирэк запрыгнул на своего коня и, вместе с Данкеллом, поскакал вперёд, в начало колонн…

Он проснулся от нежного поцелуя в губы и увидел её добрые, голубые глаза, но она отстранилась, испугалась и покраснела. Потом быстро встала с постели, отошла к двери и отвернулась:

- Ну, ты чего? – удивлённый её состоянием, невозмутимо спросил он.

Он и не ожидал, что она вновь посмотрит ему прямо в глаза, вновь подбежит к постели лёгкими шажками. Он приподнялся, а она прильнула к нему, обняв его крепко-крепко. Мирэк заботливо погладил Милеру по головке, после чего они посмотрели друг другу в глаза и слились в горячем поцелуе…

А за окном уже была ночь, на улице стоял аромат прошедшего дождя, было холодно, но Мирэк был не один, он наконец-то чувствовал себя счастливым и снова провалился в свои воспоминания…

Святая Охота VII

VII

«И воздастся им по делам их…»

21 год от падения Андерсганда

«Пророчество Криегера» том II, глава XVII

Знойное лето 1020 года. Четыре года прошло с начала экспедиции, три месяца назад оставшиеся охотники на драконов покинули Горный Предел и разбили большой лагерь за территорией Драконьих гор. Магистр Пирэниан хотел восстановить некогда огромную армию для нанесения финального удара по драконам и их прислужникам. В лагере же тем временем шла подготовка к празднованию Ночи Костров, и никто не сидел без дела.

Шатёр друзей расположился на вершине холма под большим старым каштаном, откуда открывался прекрасный вид на горы и соседний холм, где находились шатры Ордена. У дерева расположился костёр, у которого сидели Славий и Алессандро. Бард что-то играл на лютне, после чего брал в руки кусочек угля и старательно записывал им что-то в своём дневнике. Алессандро же практиковал огненные чары на кусочке конины. Чертыхаясь и ломая пальцы, вскоре ему удалось испустить из рук волну пламени, хорошо так зажарив кусочек мяса.

Аромат жареного мяса начал быстро распространяться по округе, проникнув также в шатёр, из которого вскоре выполз сонный и голодный Мирэк Стальгольм. Поглаживая свои длинные чёрные усы, он подошёл к котелку с холодной водой и вылил его на себя. Взбодрившись, Мирэк, раздетый по пояс, подошёл к дереву. Ухватившись за низко растущую ветку, он начал подтягиваться. Его крепкое тело не было искажено множеством шрамов, в отличии от тела Данкелла, который где-то пропадал ещё с прошлой ночи.

Спрыгнув с дерева, Мирэк в приподнятом настроении уселся у костра:

- Так парни, есть что-нибудь съедобное? – потирая ладонями, спросил Стальгольм.

- Да вот, мяско поджарил,- облизываясь, произнёс Алессандро, отрезав кусочек жареного мяса,- Вот, угощайся.

- Хм… Вкусно, - произнёс Мирэк, не без удовольствия смакуя кусочек мяса. - Кстати, а где Данкелл?

- А он у магистра, - выдохнул Алессандро, пытаясь вновь выпустить пламя. - Они с самого утра спорят из-за чего-то.

Компания продолжала свою трапезу под песни Славия, на которого снизошло долгожданное вдохновение:

«На родине любовь моя, во сиреневом саду,

О, как бы мне хотелось быть там с ней!

Но должен я скитаться во дали,

Вдали от нежности любви её…

Умру я вдалеке!

Никто не вспомнит обо мне,

И лишь дрожание свечи

Напомнит обо мне.

Ох, тяжко без её тепла

В сырой земле лежать.

Но вновь я подниму свой меч,

Ради её любви!

Умру я вдалеке!

Никто не вспомнит обо мне,

И лишь дрожание свечи

Напомнит обо мне…»

До того ясное небо, как бы проникнув песни молодого барда, стало пасмурным, принеся долгожданную прохладу. Вскоре, на горизонте появился знакомый силуэт в чёрном.

-Ну, что на этот раз…

-Ай, ну его к чёрту, – рыкнул Данкелл и закурил.

- Эй, друзья, смотрите! – воскликнул маг, указывая пальцем на идущего к крутому склону магистра, в сопровождении двух латников, вооружённых двуручными мечами с золотыми эфесами.

Пирэниан подошёл к склону, с укоризной бросил взгляд на собравшихся внизу охотников:

-Сыновья мои! Всевышний послал нам своё благословение! – И указал в сторону деревянных врат, через которые проехало несколько телег нагруженных бочками пива и эля.

Телеги сопровождала толпа окрестных жителей, живших в близлежащих деревнях. Среди деревенских оказалось очень много девушек, что очень обрадовало многих охотников…

- Пирэниан! Какого чёрта вы привели сюда мирных жителей!? – покраснев, зарычал Данкелл, врываясь в шатёр магистра.

- Месье Дэ Равэн, вы зря волнуетесь, ступайте и отдохните вместе с остальными…

- Разве вас ничему не научил Горный Предел?

-Это была простая случайность.

- Эта случайность унесла жизни сотен наших товарищей! А вместе с этим и многих мирных жителей!

- Данкелл, - пытаясь успокоить змееглазого, произнёс Готрик.

- На то была Его воля!- возмутился архимаг.

- Плевал я на Его волю! Мы, только от нас зависят наши судьбы и судьбы других!

- Не богохульничай! – старый магистр схватился рукой за сердце, а после упал на стул, – Свободен, уйдите, прошу вас…

- Дэ Равэн, - начал Персиваль, - они прибыли с сопровождением лучших рыцарей Ордена, которые и будут следить за их безопасностью. Давай закроем эту тему.

Данкелл сердито глянул сначала на Персиваля, потом на Готрика. Лицо его потемнело, а зрачки резко сузились.

- В прошлый раз ты говорил то же самое, - произнёс Данкелл, тыкнув пальцем в шлем Персиваля. – Если в этот раз случится то же самое, я за вами приду.

С этими словами Данкелл указал Мирэку на выход, и друзья удалились из палатки.

- А ведь этот сукин сын прав, - ухмыльнулся Готрик и посмотрел на Персиваля.

С наступлением темноты по лагерю один за другим загорались костры, через которые то и дело прыгали подвыпившие бойцы и деревенские девушки. Мирэк незаметно для себя погряз в этом круговороте песен, выпивки и разврата. Потеряв из вида Данкелла, он насторожился и, расталкивая гуляк, направился в сторону своего шатра. Проходя мимо палаток раненых, он не увидел там ни Деметария, ни Алехана.

- Что за чёрт, - недоумевая, произнёс он.

Идя в сторону своего шатра, он и не надеялся услышать истошный женский крик, донёсшийся из одной из палаток. Быстро, но тихо добежав до того места, откуда донёсся крик, Стальгольм укрылся за одной из бочек и увидел, как два война Ордена вывели из палатки обнажённых девушку и охотника, который в свою очередь хотел вытащить меч, но его опередили ударом в голову тяжёлым золотым эфесом. Удар оказался настолько сильным, что охотник лишь чуть качнулся и упал замертво, после чего бойцы принялись за девку:

- Ну что, Генри, сначала развлечёмся, а потом к месье Пирэниану.

- Хе-хе, конечно! Но не забудь, нам ещё ливарийских выродков надо прихлопнуть, – и стражник, убрав меч с золотой гардой, схватил девушку за волосы и, прижав к себе, закрыл ей рот свободной рукой.

Встретившись взглядами с девушкой, Мирэк не выдержал, схватил камень и, выйдя из своего укрытия, метнул его точно в голову одному из бойцов. Второй, который держал девушку, бросил её обратно в палатку и, обнажив меч, ринулся на Стальгольма, который уже выхватил кинжал из-за пояса. Увернувшись от удара противника, Мирэк вложил всю силу в удар, вонзив кинжал глубоко в тело бойца, пробив при этом его кольчугу. Вынув кинжал, Мирэк нанёс второй удар, но уже чётко в шею противника. Оставив врага захлёбываться в собственной крови, Мирэк поднял клинок убитого охотника на драконов и пригвоздил им, оглушенного попаданием камня, второго бойца.

- Надо срочно найти Данкелла, - прошептал вслух Мирэк и побежал в сторону своего шатра.

Перед Стальгольмом предстало ужасное зрелище, как только он поднялся на холм. Между охотниками на драконов и рыцарями Ордена началась жестокая резня. Кто-то задел пылавшие костры, и огонь моментально перекинулся на стоящие поблизости палатки и шатры…

Влетев в шатёр, Мирэк никого не застал, но услышав яростные крики на соседнем холме, недолго думая, схватил свой меч и направился туда.

Возле шатра магистра Мирэк увидел Данкелла, который ловко расправился с двумя телохранителями магистра и скрылся в шатре.

- Стой! – крикнул Мирэк, но получил в ответ лишь тёмный, пронизывающий взгляд друга.

Мирэк понял, что не сможет остановить его…

Когда Данкелл исчез в покоях магистра, Мирэк ускорил шаг. В шатре лежало три рыцаря, изуродованных яростными ударами Данкелла. Змееглазый стоял в центре, а перед ним, обнажив клинок, стоял раненый Готрик:

- Это ничего не изменит, Дэ Равэн, - хриплым голосом прохрипел беловолосый Охотник.

- Готрик, я не хочу твоей смерти, поэтому либо ты со мной, либо уходи, - произнёс Данкелл, голос, которого с каждым словом становился всё более и более жутким и пугающим.

- Я уже поклялся в верности Ордену, - тяжело вздохнув, сказал Готрик и вновь поднял свой меч.

- Я не хотел этого, старый друг, - с этими словами Данкелл набросился на Готрика.

Два Охотника обменялись молниеносными атаками, после чего Данкелл парировал удар оппонента и сразу же контратаковал точным ударом в голову. Готрик выронил меч из рук и, схватившись за лицо, был отброшен заклинанием Данкелла.

- Прости, - прошептал Данкелл и, не замечая присутствия Мирэка, направился к склону, на котором уже стоял магистр Пирэниан, выпустивший в Данкелла мощный разряд молний.

Но Охотник сумел увернуться и, сократив дистанцию, нанести удар, который был заблокирован посохом. Магистр выпустил силовую волну, отбросившую змееглазого обратно к шатру. И только Пирэниан собирался выпустить в ошеломлённого Данкелла новую молнию, как высунувшийся из шатра Мирэк выстрелил из арбалета. Стрела насквозь прошла руку, державшую посох. Магистр упал на колени, схватившись за простреленную руку. Этим воспользовался Данкелл, который в то же мгновение приблизился к магистру.

- Нет, молю тебя, опомнись! Нет! Стой!! Нет!!!

Данкелл вонзил меч прямиком в сердце Пирэниана, после чего вырвал голыми руками его голову…

- Вот и всё, – тяжело дыша, сказал Данкелл и посмотрел на настороженного Мирэка. – Идём, нам нужно как можно скорее убраться отсюда!

Мирэк кивнул и быстро выбежал из шатра. Данкелл последовал за ним, схватив при этом несколько бумаг со стола магистра.

- А где Персиваль?

- Видимо почувствовал, что здесь будет жарко, вот и сбежал гадёныш.

- Так это ты всё организовал?

- Парни помогли, - ухмыльнулся Данкелл, - и Готрик…

- Но…

Спустившись с холма, Мирэк увидел лошадей, на которых сидели их друзья и, что немало удивило Мирэка, сидела Мариан. Чародейка взмахнула своей красной гривой, дав знак о том, что пора бежать. Парни быстро оседлали коней и помчались прочь из горящего лагеря, прямо через самую гущу боя. Но деревянные врата обрушились, и Мариан пришлось в самый последний момент создать портал, в который и влетели всадники.

-Ха-ха-ха! Мы в Ливарии! Глядите, - засмеялся Алессандро и плюнул в сторону закрывшегося портала, - Выкусите инквизиторы клятые!

Мирэк поднялся с земли и увидел вдали очертания огромного города между двух гор.… Внезапно, он почувствовал, как силы начали покидать его и вскоре…

- Дорогой, - нежный голос Милеры разбудил, заснувшего у огромного дуба, драконоборца, - посмотри, как мы украсили наше гнёздышко.

Бывший драконоборец протёр заспанные глаза и поднялся с земли. Обняв молодую жену, он посмотрел на заново отстроенный огромный фамильный дом, шикарно украшенный к грядущему празднику Красного Дракона.

- Да, наше уютное гнёздышко…

С этими словами, Мирэк положил свою голову на голову Милеры.

Избранник Тьмы I

I

«Однажды ночью мрачной

Пришёл в корчму герой,

Чье сердце жаждало свободы,

Чья жизнь была ему тяжёлым,

Невыносимым бременем судьбы…»

Крам Радонельский «Кончина Рихтера Дель’Берга»

187 год от падения Андерсганда.

Луны робко выглядывали из-за затянувших небо облаков. Их тусклый свет с трудом пробивался сквозь густые еловые ветви, чуть освещая мощёную серым камнем дорогу, по которой мчался путник в чёрном одеянии. Его разноцветные змеиные глаза сверкали во тьме.

Вдали виднелись очертания старого потрёпанного временем трактира. На резной вывеске, расположившейся над тяжёлой деревянной дверью, красовалась надпись: «Пьяная Лилия». Всадник подъехал к стойлу и спешился. Спустя пару минут он вошёл в большое светлое помещение, в котором на удивление было немноголюдно. Лишь группа дварфов, купцов с юга, и несколько захмелевших крестьян, которые верно уже возвращались с ярмарки и, что ещё вернее, решили прокутить заработанные деньги в трактире. Находящиеся в этой сонной, но от того ещё более уютной и спокойной обстановке, не обратили внимания на вошедшего путника, который тем не менее и сам не желал привлечь к себе лишнего внимания.

Спокойно пройдя через весь зал и остановившись у стойки, за которой стоял сухой, тощий старик с длинными седыми усами, путник проговорил:

- По пинте пива мне и братьям.

- Лелья, сучка крашеная, подмени меня, - шикнул старик сидящей неподалёку девушке в чересчур откровенном наряде.

- Да, дедушка, - не отрываясь от своего зеркальца, произнесла девушка.

- Тю, - махнул рукой трактирщик. – Пройдёмте, господарь.

Старик и путник направились к лестнице, которая вела прямиком в погреб. Пройдя по нему, старик вывел путника на дверь, открыв которую тот увидел сидящую за большим круглым столом компанию.

- Данкелл, что произошло, почему так долго? – обеспокоенно спросил высокий мужчина в белом геральдическом камзоле с гербом Ливарии – красной короной.

- А где Мирэк? – внимательно оглядев присутствующих и насторожившись, произнёс Дэ Равэн. – Илиард, ты предупредил его? Славий?

После этих слов змееглазый вновь оглядел присутствующих: Илиард, самый высокий из присутствующих был чем-то сильно обеспокоен, отчего его выразительные чёрные брови нервно двигались. Справа от него сидел коренастый, со светлыми волосами и огромной бородой дварф – Всеслоусъ, который протянул Илиарду какой-то отвар.

Алессандро и Андре, златовласый мужчина средних лет, что-то очень внимательно выискивали в картах, различных книжках и документах. Алехан задумчиво смотрел куда-то вперёд себя, а Деметарий смотрел то на Данкелла, то на Илиарда, параллельно разглаживая протезированной рукой свои светлые усы. Славий сидел с опущенной головой чуть поодаль остальных.

- Славий, кхм-кхм, - повторил Данкелл.

Бард поднял голову на друга.

- Что случилось? Вы же вместе были в Новом Андерсганде…

- Дело в том, что нас спалили, - вздохнул бард, - пришлось бежать через весь город от людей Ордена. Но в порту нас зажали… - Славий ухмыльнулся, - Мирэк зарубил троих преследователей, после чего мы решили разделиться. Я убрался из города на лодке, а Мирэк направился в городские конюшни…

- Если верить информаторам Мишеля, - отпив из кружки, начал Илиард, - то наш друг навёл неплохую такую суету в городе и за его пределами, после чего направился куда-то на север, и точно не через земли Ливарии.

- Парни, а он же мог через Калинов Лес пройти! – воскликнул Алессандро.

- Но ты пойми, это ж чистое самоубийство, - заявил грубым, но спокойным голосом Андре, - хотя стоит признать, так он мог избавиться от преследования …

- Странно… - Данкелл задумался и облокотился о стену. – А не мог ли направиться в Маргард? Городок тихий, прекрасное место, чтобы скрыться на время из виду.

- Ты о его доме? – подался чуть вперёд Илиард. – Так, тогда нужно послать ему весточку…

- Нужно ли? Думаю, мне он обрадуется больше, - ухмыльнулся Данкелл, доставая из-за пазухи трубку.

- Хорошо, но нам нельзя терять ни минуты, скоро наступление, помнишь?

Данкелл кивнул, раскуривая трубку.

- Кстати, пока ты не ушёл, - начал Андре, - а какую информацию накопал ты?

Змееглазый поднял глаза на самого старого из друзей, после оглядел остальных и выпустил дым из ноздрей:

- В столице Алькониума, Алейгарде, складируются и изучаются все найденные Орденом артефакты, также они в скором времени планируют экспедицию к центру Небесных гор. Вот, парочка интересных документов.

- Такие вещи на дороге не валяются... кого зарезал?

- Господари, - прокашлял внезапно вошедший трактирщик, - тут вам письмо.

- Ну-ка, ну-ка, - произнёс Илиард, получив письмо. – От гера Николауса…

- Что там?

- Да, что пишет?

- Пишет, что кого-то из наших засекли при столкновении между маркоградцами и алькониумцами у… Маргарда.

- Точно Мирэк! – воскликнул Славий.

- Но если там произошло столкновение…Данкелл, там, скорее всего, остались войска противника, - произнёс Андре, - думаю, тебе будет лучше найти более безопасный путь.

- Найду, найду, - снова ухмыльнулся Данкелл.

- И всё же, удачи, дорогой друг, - кивнул Андре.

- Удачи, Данкелл, - произнёс Илиард, положив руку на плечо Охотника.

Змееглазый Охотник оглядел друзей, кивнул и, молча, вышел за дверь. Его ожидал долгий путь.

Избранник Тьмы II

II

«Кто ищет, тот всегда найдёт, кого ищут – обязательно найдётся»

Десять заповедей Искателей

Конец лета 1022 года.

За окном как обычно шумел дождь. Предательски громко скрипнуло открывающееся окно, разбудив этим красноволосую чародейку:

- Ох, Дан, ты снова куришь, - потягиваясь, промурлыкала она. – Да и к тому же тот же табак, что и Правен. Фу, выбрось это!

Стоящий у раскрытого окна Охотник приподнял бровь и посмотрел на Мариан.

- Ну же!

Данкелл чертыхнулся и высыпал содержимое трубки в окно.

- Вот и умничка, - улыбнулась чародейка и поманила тонким пальчиком змееглазого к себе.

Данкелл вздохнул, делать было нечего.

- Ну и чего же ты хотел от меня? – хитро сверкая глазками, произнесла Мариан.

- Телепортируй меня к Маргарду, – ровным тоном произнёс тот.

- Ох, ну и зачем?

- Понятно…я уже говорил, что собираюсь разыскать Мирэка.

- Ой, а что с ним? Я лишь что-то слышала от кайзера и… Правена, что вас после той экспедиции для чего-то разослали по миру.

- Да, мы должны были разведать планы ордена.

- И…

- И по возможности устранить их лидеров.

Чародейка ухмыльнулась и провела пальчиком по покрытому шрамами телу Данкелла:

- Снова в самое пекло отправили…

- А кого, если не нас? – положив голову на подушку, выдал Охотник. – Жаль, мы с Мирэком были разлучены….

- Думаешь, мог бы что-нибудь изменить?

- Не знаю…

- Не делай такое лицо!

Данкелл хмуро поглядел на чародейку. Мариан до сих пор не могла избавиться от мыслей о Правене. Всё, включая даже картины, которыми была завешена башня, напоминало о нём. Чародейку это ни коем разом не радовало, от чего она часто срывалась по мелочам. Казалось, в чём проблема избавиться от картин и навязчивых воспоминаний, но…

- Я могу только отправить тебя в столицу, порталы возле Маргарда разрушены, и лишь одному Криегеру известно, когда их восстановят.

- И на том спасибо.

- Будь осторожен… и это, - чародейка задумалась. – Раз уж будешь в Маркограде, найди мою приятельницу Клэсс и передай это письмо. Лично в руки, понял?

Данкелл вновь чертыхнулся и посмотрел на чародейку, после чего снова выругался и и задумчиво произнёс:

- Она наверняка должна что-то знать о Мирэке.

Чародейка усмехнулась:

- И почему вы раньше не решили у неё спросить?

Охотник многозначительно промолчал. Мариан снова усмехнулась и направилась в сторону лежащего на богато украшенном кресле платья.

- Не забудь про письмо, - напомнила чародейка стоящему посреди пентаграммы Данкеллу.

Данкелл послушно кивнул. В ту же секунду чародейка начала вырисовывать руками в воздухе символы и шёпотом произносить заклинание. Охотник закрыл глаза и ощутил лёгкую дрожь и покалывание на кончиках пальцев.

Громкий звон в ушах. Данкелл делает глубокий вдох. Выдохнув, открывает глаза.

- Тю, чёрт подери, снова дождь, - пробурчал кто-то из горожан.

- Эй-эй, поосторожнее, - раздалось где-то в толпе.

- Грёбаный нелюдь, - рыкнул один из рабочих, когда змееглазый толкнул его плечом.

- С дороги, - рынкул в ответ Данкелл и, тяжело дыша, продолжил свой путь через портовый квартал Макрограда.

«До чего ж злачное место, - подумал Данкелл, глядя на то как в очередном грязном переулке избивают очередного работягу такие же прокуренные и синюшные работяги.»

Война серьёзно ударила по экономике всех королевств, но Маркоградия – некогда одно из самых богатейших, пострадала больше всего. Армия, мануфактуры, новое вооружение и постоянные реформы быстро расходовали скопленные за многие столетия богатства. А пока король Крам находился на южном фронте, с севера начались налёты Предельцев, из-за которых оказались перекрыты многие торговые пути на севере.

Из раздумий Данкелла вывели звуки знакомой скрипки. Перед ним стоял знакомый тёплый трактир.

«Шесть лет прошло, а он так и не изменился, - улыбнулся змееглазый, войдя в уютный зал».

Посетителей было немного, и найти рыжеволосую, практически не изменившуюся Клэсс не составило особого труда. Но стоило Данкеллу приблизится, как она резко повернулась к нему лицом.

- Что с Мирэком? Где он? Отвечай, - серьёзно произнесла Клэсс, бросив тряпку на пустой стол.

- Кхм, - Данкелл явно не ожидал такого приветствия.

- Что молчишь, убийца? Больно было смотреть на чужое счастье? Своё то не уберёг, так решил и других лишить?

- Извини, - не понимая, начал Данкелл, но его вновь прервали.

- Не извиню.

- Но…

- Что «но»? Что «но»?

Клэсс начала заводиться, а те немногие посетители, что находились в трактире, с интересом наблюдали за ними.

- Вы! Вы все! Вы все виноваты в том, что я лишилась близких мне людей! Сначала Айлея, а теперь и Мирэк…зачем ты подписал его на эту экспедицию? Для чего?!

- Клэссия…

- Убирайся! – бывшая воительница со всей яростью ударила Данкелла стоявшей рядом деревянной кружкой, да так, что та треснула и развалилась на несколько частей.

Данкелл разъярённо зарычал, после чего заметил как к нему начали приближаться несколько посетителей. Избегая кровопролития, он вышел из трактира, направившись в сторону конюшни.

«Вот чёрт, ну хотя бы стало ясно, что Стальгольм тут не объявлялся… Только бы с ним всё было хорошо, а не то ещё Клэсс убийц нашлёт».

- И где же он такую нашёл…

Данкелл на секунду остановился, в памяти всплыли обрывки тех воспоминаний, от которых его сердце заколотилось сильнее, а лицо побледнело.

- Твою мать, - выкрикнул он в сердцах и пнул что есть мочи стоящее у стены полуразрушенного дома ведро.

Он тяжело дышал, сжав кулаки. Несколько прохожих испуганно посмотрели в его сторону. Вновь выругавшись, дрожащими руками он достал трубку и нервно закурил, прислонившись к старой каменной стене. Где-то вдалеке прогремели первые раскаты грома.

- Пятый раз за неделю, весь урожай похерит, - прохрипел, выглянувший из окна, старик в зелёном берете. – Хэй, господарь Охотник, лучше вам укрыться где-нибудь, дожди ой какие нынче злые. Ой, злые…

Данкелл поднял взгляд на старика, после посмотрел на небо. Вздохнув, он на секунду закрыл глаза. Открыв их, он обнаружил, что старик скрылся во тьме своего дома. Постояв ещё несколько минут, Данкелл возобновил свой путь.

Отдав с полсотни крон за коня, Данкелл Дэ Равэн взял курс на Маргард. Грозовые тучи прошли мимо, на дорогах было пусто и на удивление тихо. Ни типичных в последние годы криков и воплей хищной живности, ни мерзкого запаха полуразложившейся нежити, ни снующих от одного поля битвы до другого жадных до наглости мародёров. Но возможно причиной тому служили тяжёлые мысли, заполнившие разум Данкелла и унёсшие его далеко от реальности.

Переезжая через мост, Данкелл выехал к крутому склону, за которым простирались бескрайние равнины Маркоградии. Множество деревень, крепостей и городов…где-то пылали огни войны, а где-то мелькали огни грядущей Ночи Костров. Но всё это меркло в сравнении с завораживающим, величественным видом уходящих далеко за серые облака Небесных гор.

Данкелл вновь задумался, после чего пустился во весь опор…

Избранник Тьмы III

III

Данкелл неторопливо проезжал мимо очередного поля усеянного трупами.

«И за что они все умерли… - подумал Данкелл, раскуривая трубку, - Ещё совсем молодые… хм, что тогда, что сейчас…ничего не меняется…»

Проезжая мимо очередного трупа, змееглазый внезапно остановил лошадь. Спешившись, он подошёл к телу. Крепкого телосложения мужчина с длинными чёрными волосами лежал лицом вниз. Из его спины торчал обрубок меча. Данкелл нагнулся и, ухватившись за плечи война, перевернул тело, после чего выдохнул.

- Показалось…

Подул холодный ветер, и неподалёку раздалось чьё-то приглушённое урчание. Данкелл моментально обернулся, заметив в паре метров от себя неуклюжую физиономию упыря, которая быстро приближалась к нему.

- Совсем обнаглели! – прорычал Данкелл, вырисовывая в воздухе руну.

В следующую секунду из рук Охотника вырвался столб священного пламени. Тварь загорелась, от чего упала на колени и злобно зашипела. Пользуясь моментом, Данкелл обнажил метеоритный клинок и, сократив дистанцию рывком, нанёс удар, после чего, не останавливаясь, вновь взмахнул мечом. Голова упыря с плеском упала в лужу.

- Ёптить, - произнёс Данкелл, увидев, как к нему приближается десяток тварей.

В Маргарде вовсю кипела работа, кто-то занимался укреплением стен и заготовлением стрел, а кто-то украшением города к предстоящей Ночи Костров.

- Стой, кто такой будешь? – прокричал стоящий на башне стражник и направил в сторону Данкелла заряженный арбалет.

- Данкелл Дэ Равэн, капитан Чёрных Полос Ливарии! – прокричал в ответ он.

- А чего такой помятый? – вновь крикнул стражник, опустив арбалет.

- А чего вы нечисть в округе не изводите? – укоризненно спросил змееглазый.

- А, ну это… - стражник замешкался и почесал затылок, - Ну мы это, не Охотники же…

- Дайте проехать!

- А, да…Парни, открывайте!

Данкелл ухмыльнулся и въехал в город. Здесь о нём знали не понаслышке.

«А городок заметно преобразился, - подумал Данкелл»

- Господарь! Господарь, возьмите, пожалуйста, - всадника окружила компания молодых девушек.

Самая молодая из девушек, как показалось Данкеллу, протянула ему красный цветочек и, поправив свои чёрные локоны, улыбнулась. Змееглазый принял цветок и еле заметно улыбнулся. Девушки звонко засмеялись и отправились себе дальше. Охотник посмотрел на красный цветочек, и улыбка его стала ещё заметнее.

Остальной путь до дома старосты прошёл без каких-либо происшествий. Стражи у дома практически не было, а те, что и были, помогали украшать этот большой и без того богато украшенный деревянный дом. Данкелл беспрепятственно сумел войти в дом.

Помещение было большое и тёплое, у камина стоял староста и что-то напевал себе под нос, в кресле, неподалёку, расположилась его жена, плетущая венок. Завидев вошедшего гостя, женщина произнесла:

- Дорогой, это, наверное, к тебе…

- А? – переспросил староста, повернувшись. – А вы, господарь, кем являетесь?

- Данкелл Дэ Равэн, капитан Чёрных Полос, - змееглазый чуть поклонился.

- Ливариец? Ну хвала Трём, сколько вас?

- Постойте, герр Викторио…

- Ох, только не говорите, что вы за рекрутами…у нас и так людей нет! Зачем же мы у вас подкреплений просим!

- Позвольте сказать…

- Жрачки тоже не дам! Лишней нет!

- Викторио… - Данкелл начал закипать.

- По поводу баб всё сказал, - староста топнул ногой и упёрся руками в бока.

- Послушайте… - Данкелл сжал ладони в кулак.

- Вы лучше б от нечисти избавились, а не тратили время здесь! Ничего не дам! Всё…

- Да послушайте, наконец! – Данкелл что есть мочи ударил кулаком по стене.

Удар оказался настолько сильным и громким, что староста отшатнулся и сразу затих. Данкелл поднял голову и продолжил:

- Мне нужен человек по имени Мирэк Стальгольм, говорят, что его видели в окрестности вашего города. Вы что-нибудь знаете об этом? – Данкелл уверенно отчеканил каждое слово.

Староста вмиг побледнел и, сглотнув, прошептал:

- А зачем он вам нужен?

Внезапно на втором этаже раздались крики и грохот:

- Держи его, чёрт подери!

Далее последовало то, что шокировало и Данкелла, и старосту: с лестницы, с невероятным грохотом слетел старый платяной шкаф, за которым уже кубарем, ругаясь самыми страшными словами, свалился мужчина с длинными чёрными усами.

- Вы живы? – раздалось сверху.

- Грёбаная ступень! – зарычал мужчина. – Сколько раз я просил её заменить…ещё и шкаф расхерачили…

- Давно пора было от этой рухляди избавиться, - невозмутимо произнесла жена старосты.

- Фрайчилинья! – возмутился староста.

- Данкелл? – сползая с развалившегося шкафа, произнёс мужчина. – Сколько лет, сколько зим, брат!

- Стальгольм! – улыбнулся змееглазый и обнял старого друга.

- Герр Викторио, позвольте представить вам моего старого друга Данкелла Дэ Равэна собственной персоной!

Староста кивнул и грустно посмотрел на развалившийся в хлам шкаф:

- Ещё моего прапрадеда был…

- Данкелл, брат, позволь, я сейчас закончу с этой рухлядью и мы с тобой выпьем, как в старые добрые? Герр Виктрио?

- Ой, да ступайте уже…

- Я так погляжу, ты здесь неплохо устроился, - произнёс Данкелл, когда они с Мирэком вошли в большой уютный дом.

- Хах, ну и как тебе? – Мирэк ухмыльнулся, приподнял один палец и быстро скрылся в одной из комнат первого этажа.

- Я так понимаю, это и есть то самое поместье, о котором ты так много рассказывал? Кто-нибудь ещё знает, что его отстроили?

Данкелл подошёл к деревянному столу, на котором лежало несколько вскрытых писем.

- От Илиарда?

- Да, ворон принёс, но я подумал, что опасно было бы отвечать сейчас, к тому же я не знал, что мне делать…вот, смотри, тебе должно понравиться! – Мирэк заулыбался и протянул бутыль с какой-то жидкостью.

- Что это?

- Пшеничная водка!

- Ты же знаешь, что я такое не пью.

- Да ты только попробуй, это самая лучшая водка на всём материке! – Мирэк поставил бутыль на стол и вновь удалился.

- Даже лучше, чем у Всеслоусъа? – хитро улыбаясь, спросил Данкелл.

- Ну, у Всеса она настолько убойная, что даже дикого вепря свалит.

- Или заставит Деметария вломиться в опочивальни к монашкам, - ухмыльнулся Данкелл.

- И не говори, - засмеялся Мирэк. – Но вот эта ни сколько пьянит, сколько своим вкусом поражает.

- Неужто ты начал разбираться в выпивке? – приподняв брови, произнёс змееглазый.

- Ну, - вновь вернувшись с тарелками, заполненными разными соленьями, протянул Мирэк. – Вот, угощайся. А потом я тебе такую баню шикарную покажу…тебе точно понравиться!

- Если настаиваешь, - ухмыльнулся Данкелл, отпивая из кружки. – Хм, обычная водка, горькая и терпкая…

- Да ты подожди, сейчас распробуешь.

- А как ты вообще дошёл до такой роскошной жизни?

- Ну, я ещё на границе Дендарии отправил письмо Мишелю, с отчётом.

- Подожди, не было никакого письма, - удивлённо произнёс Данкелл.

- Разве? Значит… твою ж мать…

- И что же было в том письме?

- В общем, рассказываю по порядку, - активно жестикулируя начал Стальгольм.

- Внимательно слушаю, - серьёзно произнёс змееглазый.

- Если ты знаешь, нас со Славием направили в Дендарию, дабы мы похерили тамошние планы Ордена.

- Ну.

- Пару месяцев всё шло тихо и гладко, Славий устраивал беспорядки своими концертами, а я незаметно подрезал одного влиятельного человека за другим. Потом мы познакомились с местными противниками власти Ордена, которые готовили переворот, или что-то в этом духе, но это не то... в общем, около года мы работали бок о бок с ними, после чего вышли на главу Ордена в Дендарии. Ну и в итоге по-тихому прирезали его, не без помощи тех самых заговорщиков. Но вскоре эти паскуды сдали нас, и нам пришлось бежать из столицы.

- Я слышал, что потом всех заговорщиков казнили.

- Вот! Вот и поделом этим ублюдкам! Подлей ещё, пожалуйста.

- Не вопрос. Славий сказал, что вы разошлись в порту Нового Андерсганда.

- Да, так и было, я решил переманить большую часть преследователей на себя.

- И как я погляжу, ты успешно от них избавился, - ухмыльнулся Данкелл.

- Более чем, брат. Сняв с одного из фанатиков отличительные знаки и притворившись одним из них, я смог без особых проблем выбраться из города, - Мирэк развалился в кресле и хитро заулыбался.

- Ай, шельмец… Ну а потом?

- А потом я решил бежать из страны, но из-за очередной назревающей войны пришлось пробираться через Калинов лес.

- А почему именно в Маргарде решил укрыться?

- В одной из таверн по пути я услышал, что здесь завёлся дракон.

- Дракон? Снова со стороны гор?

- Вряд ли, слишком уж здоровым оказался, что-то мне подсказывает, что со стороны Драконьего Глаза прилетел. Возможно, голод стал причиной…

- О, да ты ещё и знаток драконов, - засмеялся Данкелл.

- Ну, сам посуди. Как бы то ни было, я решил помочь, всё же родной городок…

- А там, небось, в награду и полцарства, с молодой княжной дали, так? – ехидно произнёс Данкелл.

- Ну…как бы да, - пожал плечами Мирэк.

- Это как так?

- Ну, пришлось с Викторио немного поторговаться, да ещё и дочь его в меня была влюблена…

- Ну, прям как в балладе Славия, - Данкелл достал трубку.

- А вот этого лучше не надо, брат, - Мирэк указал на трубку и получил в ответ удивлённый взгляд друга. – У Милеры, что-то со здоровьем, поэтому лучше не стоит…

- Хм, тогда давай выйдем куда-нибудь.

- У меня такой балкон! Сейчас покажу.

Два старых друга, опьянённых пшеничной водкой, чуть пошатываясь, вышли на просторный балкон, с которого открывался прекрасный вид на городок и бескрайние поля за его пределами. Солнце неторопливо близилось к закату. Данкелл раскурил трубку и протянул Мирэку, который сделав богатырскую затяжку произнёс:

- Ты же, наверное, слышал, что здесь неподалёку была бойня?

- Слышал, и поля, усеянные свежими трупами, видел…

- Да…Войска Алькониума как-то смогли пройти через Калинов лес.

- Скорее всего, по твоим следам и прошли.

- Возможно. Когда я подъезжал к городу, на меня напало несколько человек Ордена.

- И что сейчас планируешь делать? – спросил Данкелл, смотря вдаль.

- Не знаю, брат, не знаю…

- Клэсс убивается по тебе.

- До сих пор?

- То есть ты знал об этом?

- Ещё шесть лет назад, перед отъездом, мы решили расстаться. Я не хотел, чтобы она потратила свою молодость на тщетное ожидание моего возвращения. К тому же она хотела тихой семейной жизни, а я был попросту не готов к этому…

- А сейчас?

- Я ещё молод, мне всего тридцать два, брат, я хочу ещё столько всего повидать, пережить…

- Но всё же решил отстроить дом, завести семью.

Мирэк отпил из бутылки и задумчиво посмотрел вдаль.

- Все мы не вечны, брат, но всем нам хочется оставить после себя что-то… Дракон чуть не убил меня, и то, что я выжил, можно считать настоящим чудом… Я понял, что могу умереть в любой момент. Умереть и оставить после себя ничего… Знаешь, я решил, что хочу от Милеры ребёнка, мальчика, потому что даже если я умру, я буду знать, что мой род продолжиться, и память обо мне останется.

- Я понимаю тебя, брат, - произнёс Данкелл и положил руку на плечо Мирэка. – Айлея тоже хотела тихой семейной жизни…а хотел совершить какой-нибудь подвиг… Если бы не моя опрометчивость, всё было бы по-другому.

- Не вини себя, все совершают ошибки.

- Не могу, Мирэк…хочу, но не могу. Я всё ещё люблю её…

- Мирэк, дорогой! – раздалось на первом этаже.

- Да, любовь моя?

- Батюшка потянул спину, я пойду за лекарем.

- Хорошо, солнце моё! – Мирэк вздохнул, после чего слегка улыбнулся, - С Милерой намного проще…

- Кажется, ты хотел мне баню показать?

- О, да, точно!

Данкелл неспешно вошёл в тёмную комнату. Быстро нарисовав руну, он зажёг пару стоящих на столе восковых свечей. В вмиг освещённой комнате стали различимы аккуратно разложенные на стуле вещи. Данкелл взял в руки потрёпанную кожаную сумку. Достав из неё кипу бумаг и бросив её на стол, заметил письмо Мариан, которое Данкелл так и не передал Клэсс. Без лишних раздумий он закинул письмо в ящик деревянного стола. Оперев голову о руку, змееглазый ненадолго задумался, после начал активно разбирать кипу старых писем, указов, распоряжений. В какой-то момент на пол упал маленький аккуратно сложенный листочек. Бережно подняв и развернув его, пред Данкеллом предстал красивый рисунок, на котором была изображена счастливая молодая пара: парень с красивым, выбритым лицом в богатом вечернем костюме, и прекрасная молодая девушка в вечернем платье. Они счастливы, они обнимаются и искренне улыбаются. Неизвестный художник сумел прекрасно изобразить их…

- Данкелл, любовь моя, прошу тебя, давай уйдём, это ведь не наша война…

- Любовь моя, послушай, мы не можем оставить наших друзей, мы не можем предать их и нашу Родину!

- Но ради нас, Данкелл, прошу же, услышь меня! Ради нашего ребёнка!

- Посмотри мне в глаза, что ты видишь?

- Я…я вижу себя…

- Вот именно, я – это ты, а ты – это я. Знаешь, почему я до сих пор жив? Я жив только благодаря тебе, ты единственная кто поддерживает огонь в моей душе и ты единственная ради кого бьётся моё сердце. Когда ты рядом, я не боюсь ничего, и ни одна преграда не остановит меня…

- Данкелл, я люблю тебя…

- И я тебя люблю…

- Я не оставлю тебя, что бы ни случилось, я буду рядом, буду всегда рядом, слышишь! Я буду твоим щитом…

- А я твоим мечом.

- Навсегда.

- Навсегда и до последнего дня…

- Я твоя, а ты мой.

- Ты моя, а я твой.

- И даже смерть не разлучит нас…

- И что бы ни случилось…

- Один из нас…

- Всё так же будет любить другого…

Их губы слились в горячем поцелуе…

- Данкелл!!!

Змееглазый услышал истошный крик, за которым последовала невыносимая, сжигающая всё его естество, боль и тяжесть в груди.

- Навсегда, - прошептал Данкелл.

Избранник Тьмы IV

IV

Внезапный стук в окно вывел Данкелла и раздумий. Он повернул голову и увидел чёрную птицу, настойчиво бьющуюся своим изогнутым клювом в закрытое окно. Открыв его и взяв птицу в руки, Данкелл снял с лапки ворона слегка потрёпанную записку.

- Хм, от Мишеля, - прошептал вслух он.

«Герр Данкелл, пребывая в полной уверенности в важности Вашей текущей миссии, мы просим Вас как можно скорее направиться к северным берегам Райки для помощи генералу Николаусу Фон Кратцу в предстоящем прорыве на Южном фронте. Опережая Вас, Вы зарекомендовали себя как блестящий боец и крайне харизматиный лидер, и Ваши качества будут как нельзя кстати.

Удачи Вам, и да прибудут с Вами Трое.

Герцог Мишель Де Ля Скорт, верховный главнокомандующий ордена Чёрных Полос»

Данкелл очень удивился, получив письмо от Мишеля. К счастью, он выполнил своё задание, нашёл Мирэка Стальгольма, который официально считался погибшим в ходе выполнения «дипломатической» миссии в Новом Андерсганде.

Написав подробный отчёт, Данкелл вновь открыл окно. Высунув голову и посмотрев направо, он увидел полные осуждения глаза ворона. Как будто обладая своим собственным разумом, птица неторопливо прошла вперёд и важно протянула правую лапу. Как только змееглазый привязал письмо, Ворон взлетел и вскоре скрылся в ночном небе.

Посмотрев какое-то время вдаль, Данкелл отправился за трубкой. Засыпав табак, он щёлкнул пальцами, прошептав заклинание.

«А ведь удобно, и почему нас этому не обучали, - задал он себе этот риторический вопрос».

Вновь встав у окна, Данкелл с минуту глядел куда-то в пустоту, после чего направился обратно к столу. Взяв несколько чистых листов, он начал что-то писать…

Два друга с разбитыми носами плелись по людной площади. Оба были одеты в красивые праздничные одеяния, и у обоих в волосы были вплетены красные цветы.

- Э…друг, постой, - чуть пошатываясь, Мирэк обратился к молодому парню, раздававшему пиво. – Во, Дан…держи. Ну, до дна!

- Ай, чёрт с тобой, до дна!

Ударившись деревянными кружками, оба друга залпом их опустошили.

- Ой-ой, - произнёс Мирэк и обильно проблевался в ближайшие кусты.

- Что, как в старые добрые, ха-ха? – рассмеялся Данкелл, похлопывая друга по спине.

- Как в старые добрые? – спросил, хитро заулыбавшись, Мирэк и накинулся на Данкелла.

Два старых друга начали бороться и смеяться, полностью погрузившись в праздничный хаос...

Дверь с грохотом отворилась, и в дом залетели Данкелл и Мирэк, распевая при этом какую-то похабную песню.

- Много девок достойных встречал, - пропел Данкелл.

- И ту самую милую даже… - съев последнее слово, Мирэк ещё громче запел, - дочь кузнеца, златая…

- Во имя Трёх, Мирэк, хватит похабщины в этом доме! – строго произнесла Милера и без разговоров вырвала из его рук бутылку.

- Ну-у, дорогая…

- Всё, Мирэк, пойдём в кровать.

- Ну, мы же ещё с Данкеллом…

- Всё-всё-всё, пошли спать.

Данкелл ухмыльнулся и опёрся о стену. Вдруг перед ним, словно из под земли появилась молодая девушка с чёрными волосами.

- Господарь Данкелл, - покраснев, девушка вытащила из его волос красный цветок.

- Точно, - затаив дыхание прошептал змееглазый.

Девушка медленно приблизилась к нему. Он почувствовал её тяжёлое дыхание. Крепко обнявшись, Данкелл ощутил, как быстро бьётся её сердце.

- Неужели, - прошептал он.

Спустя мгновение девушка осторожно поцеловала его…

Всё было как в тумане, он не понимал что делал. Это чувство, страсть… да, страсть, которая, как казалось, давно покинула его. А ещё… ещё любовь. Его сердце забилось вновь, когда их обнажённые тела слились, вспыхнули пламенем дикого, неукротимого желания овладеть друг другом… и стать началом чего-то нового. Стать началом чего-то важного, великого.

- Почему? – спросил он.

- Потому что так должно быть, - полушёпотом ответила она.

- Но…

- Так предначертано судьбой, избранный.

Избранник Тьмы V

V

Данкелл проснулся от ужасной головной боли и ломоты во всём теле. Он безуспешно попытался встать, но был обречён упасть прямо на деревянный пол. Выругавшись, он всё же смог доползти до стола. Казалось руки его стали тяжелее тонны на две, и, приложив невероятное усилие, он смог взять глиняный кувшин. Пролив пол кувшина и, намочившись, он начал жадно пить.

- Больше никогда… не буду так пить, - произнёс Данкелл вслух.

Почувствовав небольшое облегчение, он начал обрывками вспоминать события прошедшего праздника. В голове вновь и вновь прокручивались воспоминания о черноволосой девушке, которая до последнего не хотела выходить из его головы. И эти её слова…Данкелл не помнил, было ли это в действительности.

Боль в голове вновь дала о себе знать. Тяжело встав, Данкелл, шатаясь, направился на первый этаж.

Мирэк уже был там. Сидя с опущенной головой за круглым деревянным столом, он, как и Данкелл проклинал весь белый свет.

- Неплохо мы с тобой, братец, выпили вчера, - Данкелл попытался выдавить из себя улыбку.

- Ну почему так всегда происходит, когда мы встречаемся? – пробурчал Стальгольм. – Но стоит признаться, было весело.

- А это, - Данкелл уселся рядом с Мирэком, - где все?

- Милера у лекаря должна быть.

- Снова Викторио что-то потянул?

- Хах, если бы…но в этот раз старый пердун ни при чём. Она за средством от…ой, ой, чёрт бы всё побрал! – Мирэк схватился за голову. – От похмелья этого проклятущего…

- А эта девушка, та, которая с чёрными волосами, не видел её?

- Какую такую ещё? А…понял. Да чёрт её знает.

Дверь тихо отворилась.

- Ну, нравиться пить? – Милера упёрлась руками в бока. – Нажрались, как свиньи!

- Ну, дорогая моя, - виновато произнёс Мирэк.

- Вот, пейте, а потом быстро в баню.

Друзья переглянулись и, молча, кивнули. Милера внимательно посмотрела на них и всё так же молча, прошла наверх.

- Вот в такие моменты мне вновь хочется вернуться к нашим приключениям…

- Сам же говорил, что пора остепениться, - серьёзно произнёс Данкелл.

Мирэк промолчал.

- Пару дней назад пришло письмо от Мишеля, они готовятся к прорыву на Южном фронте. И вот понимаешь, он так настоятельно попросил нас прибыть туда, да как можно скорее, - внимательно смотря на Мирэка, произнёс Данкелл.

- Куда прибыть? Какой прорыв? – Милера моментально появилась на лестнице. – Мирэк, о чём он говорит? – её голос задрожал.

- Дорогая, пожалуйста, не суетись, - Мирэк еле встал из кресла, но как можно быстрее добрался до неё и крепко обнял. – Я тебе сейчас всё объясню, только не волнуйся, хорошо?

Избранник Тьмы VI

VI

"Конец одной историй – непременное начало другой"

Николаус Фон Кратц «Мысли и суждения о гражданской войне 963 – 991гг»

- Вот и встретились мы вновь, душа моя, - произнёс Данкелл, положив руку на холодный камень, - не думал, что вновь вернусь сюда.… Многое произошло за эти долгие семь лет. Вот и в этот раз долг привёл меня…сюда.

Длинные чёрные волосы змееглазого Охотника развивались на холодном осеннем ветру. Множество воспоминаний одно за другим всплывали в его голове

- Данкелл, всё чисто, до лагеря всего пара вёрст! – раздался со стороны дороги голос Мирэка.

Стальгольм внимательно посмотрел на друга. Тот был полностью погружен в свои мысли. Спрыгнув с коня и привязав его к рядом растущему дереву, Мирэк подошёл к Данкеллу.

- Всё хорошо? – положив руку на плечо Охотника, произнёс Стальгольм.

- Ради чего мы умираем, Мирэк? – вдруг произнёс Дэ Равэн.

Мирэк лишь озадачено почесал затылок.

- Ладно, поехали.

С этими словами Данкелл посмотрел в сторону уходящих далеко за облака Небесных гор.

Три сильнейших армии Ливарии обустроили лагерь у самого подножия Небесных гор, зажав уступавшие по численности войска Дендарийцев, укрывшихся за стенами древней андерсгандской крепости.

В лагере было очень шумно, кругом кипела работа. В срочном порядке ремонтировалось снаряжение, строились осадные орудия. Ни привычных телег со спиртным, ни весёлых компашек из старых вояк. Всё было строго, даже рекруты, и те расхаживали в геральдических камзолах. Один за другим, солдаты и офицеры отдавали честь Данкеллу. Без проблем доехав до штаба командования, Данкелл и Мирэк спешились, отдав лошадей юным оруженосцам, на чьих камзолах красовались геральдические знаки Ливарии и Чёрных Полос. Но подойдя к огромному бело-красному шатру, друзья услышали яростные крики.

- Чёрт побери, сколько мне раз вам повторять, четвёртая рота не сможет противостоять дендарийским пехотинцам! Лучше оставьте их в резерве, а в бой пошлите наёмников из седьмого легиона!

- Герр Правен, но у нас приказ как можно скорее занять Вересковую башню, - попытался возразить один из капитанов, поправляя, дрожащими руками, красный берет.

- Да как вы понять не можете, при таком исходе потери будут в разы больше! – генерал ударил кулаком по столу. – Мы не можем так неразумно терять людей!

- Правен, ну, полно тебе, - произнёс Мишель, сидя в дорогом кресле и закинув ногу на ногу. – А вы, господа, действуйте, как приказало его превосходительство герр Николаус.

- Мишель, какого чёрта вы творите?!

- Пускай, пускай рота вашего батюшки идёт в атаку. А мы лучше прикажем начать обстрел Храмовой горы… О, герр Данкелл! Мы вас ждали!

Зайдя в шатёр, Данкелл осмотрелся. Генерал Мишель, седой, худощавый мужчина с хитрым пристальным взглядом сидел в кресле и был на странность очень спокоен и даже, как показалось Данкеллу, расслаблен, в отличие от возвышающегося над огромным круглым столом генерала Правена. Это был человек с прекрасным лицом без единого изъяна; длинные пепельные волосы, выразительные усы и красивые чёрные брови. Лицо его было красным от ярости, а тёмно-карие глаза пристально смотрели то на Данкелла, то на Мишеля. Казалось, что вот-вот он взорвётся и вновь ударит сильной рукой по столу, но внезапно выпрямился и абсолютно спокойным и ровным тоном произнёс:

- Герр Данкелл, мы рады вашему прибытию. И вашему, герр Стальгольм.

Правен слегка кивнул головой, после чего произнёс:

- Господа офицеры, собрание окончено, всем немедленно приступить к выполнению назначенных указаний, - убрав руки за спину, Правен холодно посмотрел на офицеров, которые в свою очередь поспешили немедленно удалиться.

- Присаживайтесь, господа, - Мишель указал на стоящие у стола кресла.

- Как меня достали эти идиоты! – взорвался Правен и упал в кресло.

- Ром, вино, виски? – спросил Мишель у севших за стол Данкелла и Мирэка.

- Доставай виски, - произнёс Правен. – Где же Илиард и Андре, когда они так нужны?

- Мы получили твой отчёт, - произнёс Мишель, достав бутыль и несколько бокалов. – Надеюсь, господин Стальгольм поможет нам, потому что нам очень срочно требуется капитан для восьмой ударной роты. Сможет ведь? – Мишель пристально посмотрев в глаза Мирэка. - Кстати, с западных островов, - ухмыльнулся генерал, переведя взгляд на бутыль.

- Для меня это будет честью, герр Мишель…

- Но-но, полно вам, как-никак мы помним ваши былые заслуги.

- А тебе, Данкелл, предстоит опасная работёнка, - серьёзно начал Правен, сложив пальцы в некое подобие треугольника.

- Внимательно слушаю.

- Завтра будет штурм Храмовой горы, захватив её, мы не только лишим противника пути к отступлению, но и получим новый путь к землям Дендарии. Но как ты понимаешь, дело рисковое, противник надёжно укрепился, и осадными орудиями мы лишь завалим без того узкую и труднопроходимую дорогу к горе.

- Так же, если герр Правен позволит сказать, - Мишель с ухмылкой посмотрел на генерала, - нам стало известно, что дендарийцам помогает небольшой отряд паладинов Ордена Золотой Руки.

- Вот, а учитывая твою популярность среди простых солдат и юных Охотников, ты и поведёшь их на штурм. Надеюсь, не разучился толкать пламенные речи?

- Обижаешь, - ухмыльнулся Данкелл. - Можешь рассчитывать на меня.

Правен на миг задумался, после чего заулыбался и произнёс:

- Другого ответа я и не ждал, брат. А теперь немного больше о деталях завтрашнего наступления…

Холодная осенняя ночь незаметно опустилась на лагерь, но лишь немногие готовились ко сну. В лагере царило напряжение перед грядущим наступлением. Неспешно из палатки высунулся Данкелл. Оглядев территорию холма, на котором расположился штаб, змееглазый заметил сидящего на самом краю крутого обрыва Правена. Тот задумчиво глядел куда-то вдаль:

- Тоже не спится? – холодно произнёс Правен, всё так же глядя перед собой.

- Можно и так сказать.

- Почему ты приехал?

- Это мой долг.

- Перед кем? – Правен чуть наклонился в сторону обрыва.

Данкелл промолчал.

- Я тебя спрашиваю, перед кем? – Правен начал заводиться.

- Перед Родиной…

Правен разразился нервным смехом.

- Перед какой ещё Родиной? Ты хоть понимаешь, что только что сказал?!

Правен повернулся лицом к Данкеллу и пристально посмотрел ему в глаза:

- Нет у нас Родины. Нет у нас и семьи. Нас никто и никогда не будет ждать. Мы никто, понимаешь?

Данкелл вновь промолчал.

- Молчишь…потому что понимаешь…

- Ты ошибаешься, брат. Наши друзья, Мирэк, Илиард, Андре…все, все они и есть наша семья. Все мы сражались и сражаемся за общее дело – за величие нашей Родины, дома, который приютил всех нас, дома, который взрастил и сделал нас теми, кем мы сейчас являемся.

Правен опустил голову:

- Слишком много…слишком многое мы потеряли на этом пути, Данкелл. Сколько крови на наших руках…сколько на моих… И всё же, почему? Почему ты приехал?

- Многие десятилетия мы сражались за эти земли. Многие наши близкие отдали здесь свои жизни, дабы наша Родина вернула былое величие. Я хочу вновь сражаться, сражаться до победного конца, дабы почтить память всех павших, дабы окончательно покончить с той войной, которая отняла у нас самое дорогое, Правен.

- Ты чертовски прав, брат мой, - неожиданно начал Правен, странно ухмыльнувшись. – И мы закончим эту чёртову войну, я тебе обещаю. Клянусь!

- Братья, гордые сыны Ливарии, сегодня знаменательный день! – громко прокричал Данкелл облачённый в тяжёлые штурмовые доспехи. – В этот день никто не умрёт напрасно! В этот день мы, наконец, покончим с бесконечной войной за реку Райку! В этот день мы покажем всему Востоку, что значит истинная мощь Ливарии! В этот день мы закончим дело наших отцов и братьев! Мы почтим их память кровью наших врагов! Сегодня все мы войдём в историю как герои, положившие начало возвращению земель, принадлежавших нам с начала времён! Мы и наш подвиг станет предзнаменованием конца господства Алькониума и их ложного бога! Так обнажим же свои клинки и пойдём в бой во славу Ливарии! В Ад и обратно, братья!

- В Ад и обратно! – хором прокричало с полсотни солдат в таких же тяжёлых доспехах и обнажило свои клинки.

Избранник Тьмы VII

V

31 октября 1022 года. В девять часов тридцать семь минут начался штурм Храмовой горы у Подножия Небесных гор. Специальная ударная группа тринадцатой роты под командованием капитана Данкелла Дэ Равэна начала наступление сразу же после сигнала седьмой дивизии.

- Генерал? – к стоящему на холме Правену подошёл невысокий парень в лёкгих кавалерийских доспехах.

- Ещё не время, они слишком далеко.

- Врата уже рядом! – прокричал Данкелл и опустил забрало шлема.

В следующий миг огромный огненный шар попал прямиком в древние полуразрушенные врата, взорвав их.

- Да, чётко в яблочко! – крикнул стоящий недалеко от Правена Алессандро и оглядел остальных магов.

- Свободны, - холодно скомандовал генерал. – Да прибудут с ними Трое…

«Снова эти крики, - глядя на пылающие тела ещё живых людей, подумал Данкелл.»

- За Ливарию! – яростно кричали солдаты, столкнувшись с дендарийской пехотой.

- Единый с нами! – раздалось вдали.

«Сколько их здесь? – Данкелл на секунду остановился, видя превосходящие в десятки раз силы противника. – Неважно! Настал их конец!»

Яростно закричав, Данкелл ворвался в самую гущу врагов. Без страха в глазах он убивал одного противника за другим. Ринувшись вперёд и махнув двуручным мечом, он отрубил одному из противников ногу. Не останавливаясь, Данкелл закружился вокруг себя.

«Никто не уйдёт живым! – с этими мыслями он разрубил голову одного из пехотинцев».

- В атаку! – со стороны разрушенных ворот послышался стук копыт.

Мирэк Стальгольм вёл за собой не меньше сотни кавалеристов, которые подобно волне ворвались в ряды противника.

- Прорываемся к Храму! – скомандовал Данкелл оставшимся бойцам и направился к узкой тропе.

- Но, капитан, у нас не хватит сил! – прокричал один из солдат, подняв забрало.

Данкелл остановился. Медленно повернув голову, он пристально посмотрел на напуганное лицо молодого война.

- Все кто искренне верит в нашу победу, за мной!

- Но…

Чуть меньше десятка солдат рванули следом за своим командиром, оставив молодого бойца позади.

- Ну уж нет, - молодой человек нахмурился и, опустив забрало, рванул за остальными.

По пути к кладбищу, отряд встретила группа хорошо экипированных солдат в красных накидках. Солдаты ордена Золотой Руки встали в строй и направили в сторону атакующих копья. Внезапно за строем появилось с десяток стрелков, вооружённых мушкетами.

- Огонь! – прокричал один из них.

«Какого чёрта?!»

Прогремели выстрелы, и половина отряда полегла на месте.

- Ублюдки! – сбросив латные перчатки, Данкелл начертил в воздухе руну и столкнул часть противников с обрыва.

Воспользовавшись суматохой, змееглазый сбросил шлем и обнажил метеоритный клинок. Быстрыми и резкими шагами он приблизился к противникам.

«Удар, уворот, снова удар, - Данкелл продумывал наперёд каждое своё движение».

Парировав удар копья, змееглазый сделал шаг к противнику и столкнул вниз.

- Умри, грязное отродье! – рыцарь ордена нанёс удар, но Данкелл увернулся.

В следующее мгновение змееглазый Охотник совершил выпад, пронзив открытую шею рыцаря. Заметив краем глаза какое-то движение, Данкелл обернулся. Стрелок направил на него ствол мушкета.

- Капитан! – молодой боец с яростными криками влетел в стрелка и, упав, прижал того к обломкам древней башни.

Выхватив кинжал и схватив стрелка за ворот геральдической накидки, юнец заколол противника.

- Твоё имя? – Данкелл приблизился к бойцу.

- Грестор Коргут, капитан!

- Поднимайся, Грестор, - Данкелл протянул юнцу руку.

- А…так точно, капитан!

- Кто-нибудь ещё выжил?

- Точно не знаю, господин капитан, но я видел как Генри и Джорбуш бежали в сторону кладбища.

- Капитан!!! – закричал бегущий по тропе солдат с повязкой на глазу. – Мы в ловушке!

- Элан, что ты такое говоришь?! – взволнованно закричал Грестор. – А где Рехт и Виср?

- Что произошло? – спокойно произнёс Данкелл, достав эликсир.

- Дендарийцы направили все свои силы к воротам! Они оттеснили наши войска обратно к проходу…

- Твою мать! – выругался Грестор. – Что нам теперь делать?!

- Пути назад уже нет, - Данкелл выдохнул и залпом выпил содержимое флакона.

- Как это нет пути назад…

Данкелл зажмурился и резко задёргал головой, после чего раскрыл глаза, зрачки которых резко сузились.

- Пути назад уже нет. Мы должны сражаться да конца.

- Но, капитан!

- Если мы сбежим, смерти наших товарищей окажутся напрасными. Как хотите, но я пойду до конца.

С этими словами Данкелл крепко сжал свой меч и направился вверх по тропе. Бойцы переглянулись, но после побежали следом за своим командиром.

- Что, ты, чёрт возьми только что сказал?! – Правен ударил кулаком по столу.

- Г-господин генерал, противник выбил нас! – вновь повторил офицер. – Герр Правен, мы не справились! Нам не хватило людей!

Правен ещё сильнее покраснел. Глаза его начали наливаться кровью.

- Как… как…как вам сука не хватило людей?! – взорвался Правен.

Офицер разразился плачем и выкрикнул:

- Они как будто знали о нападении!

- ОТКУДА ОНИ МОГЛИ ОБ ЭТОМ ЗНАТЬ?!

- Генерал, прошу прощения, - в шатёр вбежал офицер охотников.

- ЧТО ТАКОЕ?!

- Капитан Готрик, он куда-то исчез.

Глаза Правена расширились, а лицо побледнело. Генерал медленно повернул голову в сторону Мишеля. Тот, вытаращив глаза, смотрел на прибывшего Охотника:

- Что? – выдавил Мишель. – Но он же не должен был возвращаться в их лагерь…а остальные?

- Все остальные шпионы в лагере…

- УБЛЮДОК!!! – закричал Правен.

- Получай, падла! – срубив голову раненому чародею Ордена, прокричал воин.

- Генри, сзади!

- Что?

Воин повернулся, но было уже поздно. Паладин Ордена с размаху ударил его по голове боевым молотом.

- Генри! – закричал Грестор, когда шлем бойца смялся в бесформенный кусок стали. – Сейчас ты сдохнешь!

Юнец рванул в сторону паладина, который, замахнувшись, нанёс молниеносный удар, смяв нагрудник и отбросив Грестора в сторону.

- Сучий сын, - прохрипел юнец, пытаясь встать.

- Ты справа, я слева, - произнёс Данкелл.

Элан, молча, кивнул и побежал за капитаном, который приблизившись к паладину, начертил в воздухе руну и выпустил в противника столб пламени. Ослеплённый паладин нанёс удар, но Данкелл блокировал его защитным заклинанием.

- Давай! – выкрикнул змееглазый, глядя на Элана.

Солдат всё так же молча понёсся на противника, сжимая в правой руке топор,а в левой кинжал. Взмахнув топором, Элан проломил облачённому в кольчугу паладину ключицы и, увернувшись от внезапного удара молотом, всадил кинжал в прорезь для глаз. Поднявшийся с колен Данкелл замахнулся, и срубил паладину голову.

- Грестор! – выкрикнул Элан, подбежав к другу и сняв с того помятый нагрудник.

- Нельзя останавливаться, иначе нас зажмут! – с этими словами Данкелл побежал по старому каменному мосту.

Элан и поднявшийся с земли Грестор посмотрели в сторону тропы, по которой уже приближался отряд из десятка дендарийских латников.

- Элан, беги, а я что-нибудь придумаю!

Элан помрачнел, он знал, что с другом лучше не спорить, и поэтому, молча, побежал вслед за капитаном.

«Они близко, - подумал Грестор, судорожно оглядываясь по сторонам. – Ага».

Заметив недалеко от моста несколько бочек с порохом, юнец, подбежал к ним и повалил на бок.

«Только бы силы хватило, - подумал он».

Схватив горящий у пушки факел, Грестор прикатил бочку к мосту и, проделав клинком отверстие, просыпал немного пороха. Тем временем враг уже приближался.

- Закат…Он такой красивый, - смотря вслед заходящему солнцу, прошептал юнец.

Раздался звук выстрела, а затем оглушающий взрыв…

- Эй, смотри!

- Что там?

- Мост рушится, а вместе с ним и укрепления Дендарийцев!

- Парни, в бой! В атаку! За Ливарию!

- Генерал Правен, храмовый мост разрушен!

- Что?! Но как? А ну, дай сюда, - выхватив у одного из офицеров подзорную трубу, Правен вылетел на улицу. – Этого не может быть! Ха-ха!

- Генерал, прикажите выступать? – ухмыльнувшись, спросил вышедший следом из палатки Мишель.

- Так точно, Мишель, начинайте наступление!

- Эй, парни, смотрите, там капитан Данкелл Дэ Равэн! – прокричал один из офицеров, глядя в трубу. – Они добрались до Храма! Но почему их двое?

«Но там же ставка Ордена»

- О нет! – произнёс вслух Правен.

- Ептить, - прошипел Данкелл, заметив отряд паладинов, вышедших из Храма.

- Бросай оружие, грязный выродок! – прокричал один из паладинов.

- Ну уж нет, - лицо Данкелла исказилось в маниакальной улыбке.

- Капитан, что будем делать?

- Драться, до последней капли крови…

Вырисовав в воздухе руну, Данкелл щёлкнул пальцами. Внезапная вспышка света ослепила противников. Змееглазый воспользовался этим. Сократив дистанцию, змееглазый прошептал заклинание и выпустил в противников мощный поток молний. Трое паладинов погибли сразу, ещё двое без чувств упали на землю.

- Что это? – с этими словами Элан повернулся в сторону моста. – Капитан Готрик..?

Беловолосый Охотник взмахнул мечом…

- Генерал, что с вами?

- Храмовая гора…срочно отправьте туда отряд!

- Но ведь ворота отбиты…

- ЭТО ПРИКАЗ! – закричал Правен.

- Герр Правен, при всём уважении, все мы понимаем, что без войска генерала Николауса мы не сможем пробиться…

- Да, никто не согласится идти на верную смерть.

- Трусы! Чёртовы трусы! Герман, коня.

- Но господин…

- Это приказ, - устрашающе спокойно произнёс генерал.

Герман, юный оруженосец генерала, сглотнул и сказал:

- Так точно!

- Но ты понимаешь, на что идёшь?

- Да.

- Дэ Равэн, может в прошлый раз ты и смог помешать нашим планам, но сегодня ты умрёшь.

Казалось, Данкелл не слышал Готрика, всё так же молча расправляясь с паладинами.

- Мы положим конец твоему существованию, а после примемся и за твоих дружков.

- Нет, стой, нечестивый! – прокричал из последних сил паладин, после чего Данкелл пронзил его мечом.

- Что? Что ты такое говоришь, Готрик? – стоя спиной к беловолосому Охотнику, произнёс Данкелл.

- Эм…

- Нет смысла толкать перед ним пафосные речи, Готрик, - произнёс вышедший из храма Персиваль. – Думаю лучше сказать, что своими действиями он сам выкопал могилу себе и своим близким. Не так ли, Данкелл Дэ Равэн?

Данкелл промолчал.

- Как бы то ни было, но сегодня ты умрёшь, - заключил Персиваль, обнажив свой меч.

«Только бы успеть, только бы успеть, - сердце Правена колотилось в бешеном ритме»

- Генерал, рота построена!

- Рота, слушай меня! Нам необходимо вновь прорваться через Храмовые врата! Мы обязаны захватить эту гору!

- Но, генерал, если это не удалось отряду господина Дэ Равэна…

- ОСТАВИТЬ ПОДОБНЫЕ РАЗГОВОРЫ!!! – закричал Правен, после чего в небе прогремел гром.

- Ой, дождь…

- ВЫ МЕНЯ ПОНЯЛИ?!

- Так точно, генерал!

- Мне кажется, или ты стал ещё лучше драться, а, Дэ Равэн? – ехидно спросил Готрик, нанося один удар за другим.

- Мне кажется, или ты стал разговорчивее? – с этими словами, Данкелл пнул беловолосого Охотника в живот, одновременно с этим парировав удар Персиваля.

Быстро вскочив на ноги, Готрик совершил выпад, но Данкелл увернулся. Тогда беловолосый Охотник достал кинжал, слегка задев ногу Данкелла между сочленениями доспеха. Но этого было достаточно, чтобы вызвать кровотечение.

- Агрх, - упав на колено, рыкнул Данкел, но тут же пришёл в себя и, оглушив Персиваля мощным ударом по шлему, накинулся на Готрика.

Удар за ударом, а вместе с тем и воспоминания былых времён…

- Почему? Почему ты предал нас? - спросил Данкелл, скрестя клинки с Готриком.

- Тебя это волнует? – ухмыльнулся Готрик. – Другие интересы и взгляды на мир, Данкелл.

Готрик оттолкнул Данкелла.

- И цели в этой жизни.

Данкелл пропустил молниеносный выпад беловолосого Охотника и упал на землю.

- В отличие от тебя, у меня есть семья, безродный.

Услышав это, Данкелл остолбенел.

- Что, неприятно такое слышать?

«Вы, вы отняли у меня близких…»

- Конечно, кому будет приятно осознавать, что любовь всей его жизни умерла по его вине…

Левый глаз Данкелла задрожал. Лицо покраснело. Сжав изо всех сил меч в руках, Данкелл поднялся, краем глаза заметив неподвижно стоящего Персиваля.

- Вы…вы виноваты …это ваша вина…я…НЕНАВИЖУ ВАС!

Готрик не заметил, как Данкелл оказался за его спиной.

- Что…что это…

- УМРИ, УБЛЮДОК! – Данкелл схватил истекающего кровью Готрика и столкнул в пропасть.

- Ты следующий, - лицо Данкелла исказилось в жуткой гримасе.

- Генерал! Нам срочно необходимо подкрепление! Нам их не остановить!

- Генерал, надо отступать!

- Нет! Стойте до последнего!

«Держись, брат, я иду!»

Данкелл наносил молниеносные удары, но каждый был удачно парирован Персивалем.

- Как бы хорошо ты не сражался, - начал Персиваль, - но от судьбы не убежишь.

- Не знаю, что ждёт меня, - Данкелл ударил наотмашь, сбив шлем Персиваля. – Но я точно знаю, что твоя история закончиться здесь! Долго ты сбегал от меня, падонок, - с этими словами Данкелл отшвырнул Персиваля заклинанием.

Отлетев метров на десять от Данкелла, Персиваль сразу же встал на ноги. Пошатываясь, он крепко сжал свой меч и понёсся на Данкелла.

- Генерал, войска герра Николауса идут нам на помощь!

- Отлично! – прокричал Правен, пробиваясь с группой Охотников к Храму.

- Правен! Правен, скорее! – раздалось со стороны моста.

- Стальгольм? – произнёс Правен, выйдя к разрушенному мосту.

«Там, вдали…Он один, ему нужно срочно помочь!»

- Генерал, что вы делаете? – раздалось, когда Правен навалился на стоящую неподалёку каменную колонну.

- Стальгольм, помогай!

Правен и Мирэк вместе навалились на колонну, прикладывая титанические усилия, чтобы повались её.

Персиваль с каждой секундой становился всё ближе и ближе… Данкелл поднял свой меч, и когда Персиваль приблизился, нанёс удар…

- ДАНКЕЛЛ!!!

- Как так…нет…нет…не может быть…

Данкелл почувствовал невыносимую боль в груди. Меч Персиваля смог пробить его стальную кирасу…

- Как?! – из последних сил кричал Персиваль.

Данкелл опустил голову.

«Я…попал…»

Ослабевшими руками Персиваль схватил Данкелла за шею.

- НЕТ, Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! – с яростными криками Данкелл выхватил кинжал и вонзил его шею Персиваля.

- НЕТ-НЕТ-НЕТ! – захлёбываясь собственной кровью, кричал Персиваль.

Но Данкелла было не остановить. Он вновь и вновь вонзал клинок в шею Персиваля…

«Неужели это конец?»

Обмякшее тело Персиваля упало на землю.

«Дождь…холодный...»

Данкелл опустил голову. Обхватив обеими руками рукоять клинка, Данкелл вырвал его из своей груди.

«Так…тепло…»

Он упал на колени.

- Данкелл!!!

«Правен…это его голос…»

Время вокруг замедлилось, а тучи разошлись…

«Солнце? Ночью?»

- Данкелл…

- Айлея?

Перед ним стояла прекрасная девушка с золотистыми, подобно летнему рассвету, волосами. Её яркие голубые глаза с любовью и нежностью смотрели на него.

- Наконец, после стольких лет…

Айлея протянула Данкеллу руку:

- Пойдём, дорогой…

Он хотел протянуть ей руку, как вдруг услышал позади себя:

- Папа! Папочка! Пожалуйста, не бросай меня! Папа!!!

«Девочка…с белоснежными волосами…»

- Папа, не уходи!

- ДАНКЕЛЛ!!! - вновь раздался крик Правена.

- НЕТ!!!

- Правен, стой! – кричал Мирэк, повалив генерала на землю.

- Данкелл, нет! – охрипшим от крика голосом хрепел Правен, когда начался обвал.

Огромные каменные глыбы сорвались с высоты. Обрушившись на древнее кладбище, они разрушили Храм и прилегающие к нему строения…

- Нет…почему…опять…

Мирэк в полном шоке смотрел то на бьющегося в истерике Правена, то на заваленное камнями древнее кладбище.

- Данкелл, нет, ты же не можешь вот так умереть… - тихо прошептал Мирэк.

Между двух огней (Предисловие)

- Правен Эсэлаер, вас следовало бы казнить за нарушение приказов командования. Ваши бездумные действия повлекли за собой множество потерь и падение боевого духа в ряде наших корпусов. Что скажете в своё оправдание?

- Ничего…

«Согласись, Правен, это далеко не первый случай в твоей карьере. Но скажи, почему? Из-за чего так происходит? Да. Ты слишком эмоциональный. Ты боишься. Боишься рисковать тем, что для тебя так дорого. Ты не учишься на своих ошибках… Ах, ты помнишь как она хотела увидеть его? Ты помнишь их взгляд? А мольбы? Скольких ты убил под властью своих эмоций? А скольких мог бы спасти, но не захотел? Ты монстр, чудовище, которому следовало умереть в том пожаре. Ты тот, кто должен был погибнуть в Ностгардских погромах. Ты не заслуживаешь сочувствия, пощады. Ах, твой любимый братец Данкелл…он же никто для тебя, он совершенно другой. Ему суждено было стать генералом, будущим наследником престола. Это же он Великий Освободитель Ностгарда, кумир многих… Сколько раз он спасал тебя? В Ностгарде? На войне? А что сделал ты? Из-за тебя погибла Айлея, человек, которым жил Данкелл. И почему тебя все спасают? Почему Мариан до сих пор любит? За что? Ты столько раз делал ей больно…Почему люди до сих пор готовы отдать за тебя жизнь, Андерсгандский мясник? О да, ты же помнишь, как перезал всю королевскую семью, ублюдок? Ах, принцесса Стефана так сильно тебя любила, а ты воспользовался её искренними, настоящими чувствами…Ах, какая же ты мразь, Правен. Ну и что теперь? Всё так же будешь плакаться? Может пора смириться и принять себя? Сам посуди, как бы тебя не любили, ты всё равно остаёшься один. Ты пытаешься помочь другим, но всё тщетно…так может начать думать о себе, а? Возьми себя в руки, грёбаный опездал, и прекрати переживать за других. Забудь про свой «долг» перед Родиной, которая не ценит твои старания. Ты же всегда хотел узнать кто ты. Всю жизнь ты мечтал найти своего отца. Ты всё ещё помнишь его облик? Ты помнишь слова Волдхара? В тебе живёт невероятная сила, но её надо пробудить. Пробудить кровью тех, кого ты так ненавидишь. У тебя мало времени, Правен. Хоть ты и реликс, но здоровье уже слабое. Ты должен действовать и как можно быстрее. Ты всем ещё покажешь своё истинное лицо, но потерпи. Совсем чуть чуть… а пока набирайся сил, скоро прибудут твои друзья…»

Между двух огней I

I

«Скольким мы жертвуем ради людей,

Порою, теряя себя, желаем

Чтоб каждый жил в мире с собой

И мир приносил другим…

Глупы мы, герои.

Даровав людям жизнь,

Пожертвовав собственным миром, мы вновь и вновь

Теряем доверие к ним.

Так и рождаются злодеи,

Коих изводим мы,

Продолжая цикл порочный,

Ведущий во тьму злодеяний…»

«Откровение Криегера» том I

1024 год от Падения Андерсганда. Ливария, предместья Ностгарда.

В начале весны Ностгард, как и всё южное побережье материка Грэйсвелдъ окутывают непроглядные туманы, рассеивающиеся лишь после полудня. Ах, эти чудесные равнины, на которых расположены сотни окутанных различными тайнами древних крепостей, и почти про каждую есть своя баллада… Несмотря на своё близкое расположение к центру боевых действий, этот район считается самым тихим и безопасным в стране, на что отчасти и повлияло наличие множества укрепительных сооружений.

Тем временем холодный туман начал постепенно рассеиваться…

По тракту проезжало двое. Коренастый дварф с огромной светлой бородой и высокий мужчина, закутавшийся в меховой плащ с символикой королевского двора. Это были Всеслоусъ и Илиард, два неразлучных друга, прошедших и повидавших на своём веку многое. Илиард был прекрасным дипломатом, невозмутимости которого можно было только позавидовать, а Всеслоусъ бесстрашным рубакой, проявившим себя во множестве сражений. Оба зарекомендовали себя как надёжные люди, тем самым дослужившись до личных помощников самого кайзера.

Два друга держали путь на Тоденвахт – жуткую крепость на востоке Ностгарда, являющуюся последним пристанищем для военнопленных. До сих пор никому не удалось выйти оттуда живым. До этого момента…

- Графиня Де Алантель, - задумчиво произнёс Илиард.

- Тобишь знакома? – пробасил дварф.

- Можно и так сказать.

Врата Тоденвахта, огромные, устрашающие, сложенные из чёрного кирпича, как и сама крепость, казались неприступными и такими холодными. По слухам, этот замок был воздвигнут ещё на заре Андерсгандской империи. Столетиями это место вселяло дикий ужас в сердца каждого, кто хоть раз видел его. Не впервые друзья посещают его. Здесь прошло детство Илиарда, и здесь он бок о бок со своими друзьями сражался с вампирами, искавшими в древних залах Тоденвахта знания предков.

Чёрная стража покорно расступилась пред друзьями, и те въехали в увядший сад, в котором уже стоял командор Гати. Настоящий амбал, с повязкой на глазу и огромным шрамом на лысой голове, его холодный, бесчувственный взгляд был направлен на прибывших всадников.

- Миледи Де Алантель готова, - командор оскалился в мерзкой улыбке.

С абсолютно невозмутимым видом Илиард спрыгнул с коня и подошёл к командору.

- Ох, Ленлосс, ты здорово вымахал с нашей последней встречи.

- Командор Гати, ведите, - не скрывая отвращения, приказал Илиард.

- Ох, какой важный бастард, - усмехнулся командор. – Хей, Карлос, псина вшивая, быстро сопроводи нашего господина до покоев госпожи Велли.

- Так точно, отец!

- Люблю своих мальчиков, - вновь оскалился Гати, провожая всё таким же холодным взглядом путников.

«Ну и вонь, - подумал Илиард, проходя по мрачным коридорам»

Сотни искалеченных, изуродованных пленников. Глаза их пусты, взгляд потуплен, а воля сломлена. Смотря на всё это, Илиард не раз вспомнил своё детство…

-Паршивец, думал, что можешь воровать с барского стола? – маниакальным голосом прошипел палач. – Будешь воровать, не будет у тебя семьи.

- Нет-нет-нет, дяденька, пожалуйста! – кричал юноша.

- Как я приказывал ко мне обращаться, чёртов бастард?!

- Папа, пожалуйста, нет! Я больше не буду!

- Поздно, сучёнок! – палач с мерзким хохотом обнажил кривой, усеянный зазубринами нож. – Молись! Молись Трём, бастард!

Палач начал медленно надавливать на безымянный палец мальчика.

- Моли их о прощении!

- О, Великие Трое…

- Громче, выблядок!

Палач начал неспешно пилить его палец.

- О, Великие Трое, простите душу мою грешную!

- Ха-ха-ха, ГРОМЧЕ!

Не сдерживая мерзкого смеха, палач пилил и пилил палец юноши. Алая кровь ручьем стекала по полусгнившему столу.

- Умница, а теперь в угол, - играясь отрубленным пальцем, произнёс палач и исказился в ехидной улыбке.

- Brakto, всё хорошсо?

- А, идём, - Илиард перевёл взгляд со своей четырёхпалой руки, на друга.

«Лучше бы здесь и дальше жили вампиры»

Между двух огней II

II

Маленькая, холодная и очень грязная камера, в которой содержалась такая же маленькая, хрупкая, перепачканная в собственной крови девушка. Её исхудавшее бледное лицо не выдавало никаких эмоций, а взгляд был устремлён куда-то в пустоту. Но стоило тяжёлой металлической двери скрипнуть, как в её глазах появился страх. Дикий, животный ужас охватил её, когда на пороге она увидела худощавую фигуру Карлоса, своего мучителя.

- Ну, приве-е-ет, золотце, - Карлос ехидно улыбнулся, прищурив узкие чёрные глаза. – Сегодня мы с тобой не поиграем, ты уж извини.

- Прочь с дороги, - Илиард оттолкнул Карлоса плечом.

- Оу, бра-а-а-атик, как так можно? – Карлос наигранно ухватился за плечо своей четырёхпалой рукой.

«Грёбаная Чёрная стража, - Илиард с презрением посмотрел на стражника»

- Илиард? – огонёк надежды промелькнул в глазах девушки, когда тот приблизился к ней.

- Велли, любовь моя, я пришёл забрать тебя, - Илиард нежно обнял её.

- Илиард, - девушка взяла его четырёхпалую руку и приложила к своей исхудавшей щеке.

Из её сухих глаз проступили слёзы.

- Ах, ещё поплачьте здесь… - язвительно произнёс Карлос, как тут же получил в живот мощным кулаком Всеслоусъа.

- Завали свой рохт, Deriboshka.

- Больно-о-о, - простонал стражник и улыбнулся.

- На, - пропыхтел дварф, с силой вмазав по черепушке Карлоса.

Вновь получив мощный удар, стражник упал на пол.

- Чёртов нелюдь…

- Всес…

- Достхал он менэ, - дварф развёл руками и непонимающе посмотрел на друга.

- Агрх, думаю…думаю, - кряхтел Карлос, - вам пора идти…

Чёрная стража была образована ещё во время гражданской войны между орденами Золотой Руки и Кровавой Короны. Поначалу в её ряды вписывали всех пленников без разбора. Подвергая тех ужасным пыткам, палачи ломали их волю и желание жить, получая, таким образом, идеальных солдат, не боящихся смерти и желающих лишь одного – убивать. Но к началу Первой Великой Войны в крепость начали ссылать бастардов и сирот. Одним из таких бастардов был Илиард, прозванный Ленлоссом за свою строптивость и несгибаемую волю. В 1001 году, в самом конце Первой Великой Войны, крепость была взята штурмом и разрушена Дендарийскими рыцарями, а находившиеся в ней пленники освобождены…

Второй раз Илиард побывал в Тоденвахте в 1014 году, когда он в составе отряда специального назначение под предводительством самого Мишеля Де Ля Скорта занялся ликвидацией клана Порождений Огня. Множество ужасных воспоминаний… узнав, что кайзер Мариус вместе с бывшим предводителем Чёрной Стражи Гати решили отстроить Тоденвахт, Илиард начал молить Мишеля, дабы тот высказался против воскрешения Чёрной Стражи, но всё было тщетно…

«Тогда я поклялся себе, что стану влиятельнейшим человеком в стране и раз и навсегда уничтожу Чёрную Стражу, сотру её в пыль, и вычеркну эту позорную главу из нашей истории… но для этого нужно заслужить доверие и уважение кайзера. Я смогу!»

Между двух огней III

III

Долгий и местами затруднительный путь занял около недели. Переправившись на правый берег Райки, друзья оказались, будто в ином мире. Туманные зелёные равнины сменились на выжженные леса и усеянными трупами поля, а маленькие уютные деревушки, коих полным полно на юге Ливарии, на разграбленные пепелища…

«Война…она никогда не меняется, - думалось Илиарду, проезжая через очередное пепелище, - Одни хаос и разрушения…»

Впрочем, война бушевала лишь на западе Дендарии, почти не затрагивая центральных регионов. Завершившийся пару недель назад второй прорыв отбросил силы противника к Новому Андерсганду, сделав передвижение по северо-западным районам Дендарии относительно безопасным.

И вновь удача была на стороне друзей. Ещё оказавшись на правом берегу Райки, они получили известие о разгроме армии графа Младэка Де Аланателя, и отступлении его войск к родовому имению семейства Де Алантель.

Имение представляло собой небольшой, но хорошо укреплённый замок, расположенный на вершине холма. Построенный совсем недавно, он стал неприступной твердыней и последним оплотом Дендарии на севере страны. Не раз союзные войска Ливарии и Маркоградии пытались захватить его, но каждый раз их ожидало поражение. Последним храбрецом, отважившимся захватить замок Алантель, стал Правен Эсэлаер. Но, как и всех до него, его ожидало поражение.

Ходило множество слухов, кто-то уверял, что разжалованного генерала убили при штурме, кто-то твердил, что его взяли в плен и до сих пор пытают, но абсолютно каждый мог подтвердить, что генерал сражался так, будто гнался за собственной смертью. Впрочем, всё это было лишь слухами.

- Увэрен, шо стоит рисхнуть? – произнёс дварф, разводя костёр.

- Нет, - Илиард сложил своё оружие возле разгорающегося костра.

Всеслоусъ недоумённо посмотрел на друга.

- Младэк страшный человек, коварный, но ради своей дочери пойдёт на всё, - Илиард посмотрел в сторону спящей Велли. – Этим мы и воспользуемся, чтобы высвободить пленников. Но если я не вернусь к закату, тебе придётся убить её…

Всес удручённо посмотрел на спящую девушку:

- Така молодая…

- Другого выхода, к сожалению, нет.

- А коль всё по-добре выйдет?

- Тогда будем держать курс на башню ласточек, где сможем засесть до прихода армии генерала Андре. В случае непредвиденных ситуаций придётся импровизировать…

Посмотрев на прояснившееся небо, Илиард произнёс:

- Я чувствую, что удача на нашей стороне.

- Месье Ленлосс, не думал вас снова встретить, - равнодушно произнёс Младэк, развалившись на возвышающемся троне. – Никак с посланием от своего хозяина?

- Его величество Мариус Фон Кратц предлагает вам обмен.

Граф Де Алантель приподнял левую бровь.

- Ваша дочь в обмен на пленных Ливарийцев.

- Ха, думаешь, от них что-то осталось?

- Жаль, тогда придётся казнить вашу дочь, - ровным тоном сообщил Илиард и развернулся в сторону выхода.

- Тогда что мешает мне прикончить тебя здесь и сейчас?

- А что вам это даст? Вы уже обречены, и моя смерть ничего вам не даст, к тому же, если я не вернусь, вашу дочь сразу же прикончат. Вы этого хотите?

- Агрх, вот паскуда! – зарычал Младэк. - Так и быть, я подумаю над вашим предложением.

- Тогда я приду на рассвете. И это, отзовите своих людей, вы же человек чести, не так ли? – Илиард ехидно улыбнулся, посмотрев на пыхтящего от напряжения графа.

Покинув замок и добравшись до лагеря, Илиард застыл от напряжения.

Солнце давно скрылось за горизонтом, и лишь свет костра мог рассечь надвигающийся мрак ночи. Всеслоусъ задумчиво смотрел на дрожащее, тихо потрескивающее пламя. Затянув горький дым из старой, потрепанной трубки, он стал тихо напевать себе под нос какую-то печальную мелодию. Спящая напротив графиня перевернулась на другой бок.

- Така краса, эх…и словно пешка в этхой страшой игре…

- Ах, вы что-то сказали? – тихо спросила графиня, приоткрыв глаза.

- Проснулася? – дварф мило улыбнулся.

Девушка кивнула и тоже улыбнулась. Дварф открыл кожаную сумку и вынул небольшой свёрточек.

- Поешъ, тоби надо силы восс…восста… khfm, dodirka Vses…

- Я поняла, - вновь улыбнулась девушка, приняв свёрточек.

- Кхех, я пока отхойду, - Всеслоусъ поднялся и, поклонившись, отправился в ближайшие кусты.

Близ замка Алантель разросся густой лес. Возле него друзья и разбили лагерь.

Справив нужду, дварф услышал странные шорохи. Тихий хруст веток. Кто-то неуверенно приближался. Графиня? Но зачем? Всеслоусъ насторожился, обнажив короткий широкий нож. И снова хруст, но уже с другой стороны.

- Нихрена не видать, - тихо пробурчал дварф, притаившись.

Внезапно во тьме мелькнул чей-то клинок, а хруст становился всё ближе и ближе. Времени на раздумья нет, надо действовать! Здесь и прямо сейчас!

Вынырнув из-за дерева, дварф застал противников врасплох. Необычайно ловко и быстро сократив дистанцию, он вонзил клинок в живот врага.

- Паскуда, - прохрипел противник, когда дварф вонзил ему нож в глотку.

Неподалёку показался ещё один.

- Стхрелок хэров, - буркнул дварф, прикрывшись телом поверженного противника.

Вернувшись в лагерь и не застав Всеслоусъа, Илиард насторожился.

- Велли, а где Всес? – спросил он, подойдя к графине.

Вздрогнув, та улыбнулась и прошептала:

- Сказал, что живот прихватило.

- Надеюсь всё хорошо? Куда он пошёл?

- Он сказал, что вернётся чуть позже…Ох, Илиард, согрей меня, мне так холодно!

Девушка мигом прижалась к нему, страстно поцеловав в шею.

«Что здесь происходит?»

- Прости, Илиард, - прошептала графиня, оттолкнув его.

- Прикончить его! – раздалось со стороны леса.

- Как так, - Илиард недоумевающее посмотрел на Велли, которая подняла его меч.

- Ну же, Ливариец, покажи, насколько сильно ты хочешь жить, - лицо девушки исказилось в маниакальной улыбке.

- Почему…

- Илиард!!! – закричал Всеслоусъ, выбегая из леса.

- Всес…

«Как же так? Велли, почему?»

- Ну же, Илиард, ты же хотел меня убить, - смеялась графиня, играясь с его мечом. – Какой глупенький.

Больше десятка головорезов окружили Илиарда, отрезав тем самым от Всеслоусъа.

«Велли, я же не хотел…но…так было нужно…»

- Илиард!!! – вопил дварф.

- Да! Да! Бейте его! Ну же, сильнее! – смеялась Велли. – Ах-ха-ха-ха-ха, а теперь разойдитесь! Лови, любимый!

Клинок вонзился в землю, рядом с Илиардом.

«Я должен. Должен, во что бы то ни стало, выжить!»

Схватив меч, Илиард ринулся на противников. Первый, второй, третий…Илиард бился, словно загнанный в угол лев.

«Я не хочу умирать!»

- Твоя жизнь ничего не стоит, - раздался голос палача Гати. – Ты никто, и ничто. Ты ошибка, совершённая твоими родителями. Тебе не место среди нормальных людей. Моли Трёх о прощении! Моли!

- Нет, я такой же как все, я хочу жить! – в бешенстве закричал Илиард, начав без разбора рубить противников. – Я буду сражаться до последнего вздоха! Я тоже заслуживаю жизни!

- Миледи, вам стоит уехать в замок, мы с ними разберёмся, - произнёс главарь головорезов, подойдя к замолчавшей от страха графине.

- Д-да, пожалуй стоит…

- Так, парни, разойдись! – прокричал главарь, наведя арбалет на Илиарда. – Сдохни, тварь.

И главарь выстрелил. Илиард попытался увернуться, но болт угодил ему в ногу.

- Чёрт побери, промазал, - разгладив длинные вьющиеся усы, пробурчал главарь.

«Нет, я не должен…это не конец!»

Илиард сражался до последнего. Удар, удар, ещё один…внезапно чем-то тяжёлым ударили по голове. Перед глазами всё поплыло, а потом наступила тьма. Бесконечная холодная тьма…

Между двух огней IV

IV

- Нет смысла бороться, Илиард, - спокойно произнёс Гати, подойдя ближе. – Прими свою судьбу и смирись с ней. Там, за этими стенами, ты никому не нужен. Тебя отправили сюда, подобно остальным, за ненадобностью. Ты, я, Карлос и остальные…всех нас когда-то привели сюда против воли и превратили в чудовищ. Нас никто не полюбит, никто не протянет руку помощи. Вокруг нас лишь ненависть. Все нас ненавидят, понимаешь? А почему? Потому что мы не люди, мы с тобой никто. Мы отбросы, бракованные и не нужные, нас всех ожидает один конец, ты знаешь…

- Но кто так решил? Кто и почему? Почему мы не можем творить свою историю?

- Илиард, к сожалению, есть такие вещи, которые нам никогда не дано понять. Будучи молодым, я не раз задавался подобным вопросам. Мне, как и тебе, всегда хотелось спросить у своих родителей, почему они так поступили со мной. И однажды…однажды я сделал это. Я спросил у тех старых, беспомощных дворян. И они ответили, что я был ошибкой, что оставь они меня, это могло бы сильно ударить по их репутации. Но я спросил, а почему я должен страдать, расплачиваться за ИХ ошибки? Они промолчали…а после я убил их. Я зарубил их этими четырёхпалыми руками. И в тот момент, когда голова моей «матери» превратилась в кровавую кашу, я почувствовал себя лучше. Я понял, что отомстил, воздал им по заслугам. А после я осознал, каким монстром стал. Впервые я пожалел, что не смог забыться, лишиться здравого рассудка в тех мрачных коридорах Тоденвахта… Знаешь, Илиард, я понимаю, что ты ненавидишь меня за всё, что я с тобой сделал. Но как оно вышло в действительности? Велли тебя предала, а ведь ты любил её… И почему она так поступила? Ты не понимаешь до сих пор. Но ведь ты ей не нужен. Она дворянка, а ты безродный. Она дендарийка, а ты ливариец. У вас нет, и никогда не было общего будущего. Так зачем пытаться бороться с этим? Пытаться понять и возможно простить её? Илиард, отбрось сомнения, она предала тебя, хотела твоей смерти. Так пожелай ей смерти! Убей её! Пусть все знают, что случается, если перейти тебе дорогу!

- Я не ты, Гати. Я не убийца.

- Не глупи Илиард. Если ты хочешь стать влиятельнейшим человеком в королевстве, ты должен стать твёрдым, беспринципным, жестоким человеком с холодной головой. Борись, борись, Илиард. Ты можешь до последнего сопротивляться и до последнего не принимать меня! Но вскоре ты вновь поймёшь, что я был прав.

- Нет…нет…нет…

- Идиот! Я же приказал прикончить их! – сквозь тьму послышались яростные крики Младэка.

- Но, месье, они могут быть ценными заключёнными.

- Да, папенька, Аластер прав, эти двое являются личными помощниками самого кайзера, и наверняка располагают ценной информацией.

- Возможно, ты и права, доченька… Гримвальд, брось их в темницу. Хм, думаю в камере мясника им будет самое место.

- Да, пааап, - тяжёлый басистый голос эхом разлетелся по мрачным холодным коридорам замка.

Постепенно приходя в сознание, Илиард всё отчётливее слышал приближающиеся тяжёлые шаги. Закоптившаяся на лбу кровь мешала обзору, но и так было понятно, что к нему приближался кто-то огромный. Чья-то здоровая рука небрежно подняла его в воздух.

- Хех, ну и задохлик, - над ухом раздался язвительный басистый смешок. – Ух, тяжёлый коротышка.

- Ба, ты кхого коротышкой назвал, Eldikh, - раздался возмущённый голос Всеслоусъа.

- Ха-ха, коротышка говорит смешные слова.

- Эй, Deriboshka, кхуда нас поволок?!

- Хе-хе, к моему другу-у. Хе-хе, а вот и его комната. Эй, задохлики, откройте, - великан крикнул куда-то вдаль.

Послышались быстрые шаги, лязганье ключей и скрип железной двери. Великан запыхтел:

- На, мясник, жуй!

В следующее мгновение Илиард упал на холодный каменный пол. Он попытался подняться, но тело его не слушалось. Нога ужасно болела, а рана от стрелы раскрылась. Схватившись за лицо, Илиард содрал запёкшуюся кровь. Вокруг было темно.

«Где Всес? – в тщетных попытках Илиард пытался нащупать тело друга»

Вновь подняв голову и осмотревшись, Илиард увидел сверкающий во тьме серый глаз. Выглянувшие из-за туч луны на мгновение осветили темницу. Высокий мужчина атлетического телосложения с повязкой на глазу, он с недоверием, чуть прищурив открытый глаз, смотрел на Илиарда. Вытерев перепачканную кровью бороду, мужчина произнёс:

- Илиард?

- Герр Правен? – с удивлением прошептал он. – Но я думал что…

- Думаю, много, кто так думает, - отрезал Правен. – Как ты сюда попал?

Правен присел возле Илиарда:

- Твоя нога…

- Стрелу поймал, - с горечью улыбнулся Илиард.

- Потерпи, - Правен начал что-то чертить в воздухе, после чего рану окутал светло-зелёный туман. – Видишь, уже лучше.

- У тебя медальон Данкелла.

- Да, единственное, что от него осталось…

- Я слышал... Ты тогда пошёл наперекор командованию?

- Да, хотел спасти его… Ты не ответил на мой вопрос, как ты здесь оказался?

- Кайзер решил пойти на переговоры, хотел организовать обмен военнопленными.

- Неужто дядюшка Мариус начал думать о своих подчинённых? – усмехнулся Правен. – Но нас мало, чуть меньше двадцати человек, наверно…

- Ты не знаешь?

- В темницы нас забросили по два человека. Ни еды, ни воды…даже пыток. Но в один из дней Гримвальд, этот мерзкий громила сказал, что если мы хотим жить, то один должен сожрать другого…Альвин, ещё совсем мальчишка… - Правен схватился за голову. – Мне пришлось…пришлось сожрать его, чтобы восстановить силы… А теперь эти твари схватили и вас…

- Правен? – спросил Илиард, когда Правен насторожился.

Снаружи начали доноситься странные звуки. Крики и топот то приближались к темнице, то отдалялись.

- Это снова произошло по моей вине, но в этот раз я всё исправлю. Если Герман ещё жив, то он наверняка ждёт моего сигнала, - глаз Правена загорелся, а на лице промелькнула улыбка. – Кажется, я кое-что придумал.

- Господин, вы целы? – произнёс юноша, толкая лежащего на холодном полу дварфа.

- Ох, Angroho, хто здэсь?

- Меня зовут Герман, я оруженосец сэра Эсэлаера, господин.

- Полно тоби, хде я?

- Вы в темнице, вас приволок Гримвальд со словами, что оставит вас на «сладенькое».

- Шо?

- Эй, Гримвальд, дружище! – послышался окрик Правена.

- Ах-ха-ха, мясник проснулся!

- Этхо же Правен! – Всеслоусъ поднялся и подбежал к железной двери.

- Гримвальд, друг, я голоден! – Правен начал бить в дверь. – Господин которого ты приволок оказался костлявым и совсем не вкусным! Лучше принеси мне того жирного дварфа! Ну же, Гримвальд!

- Ох-хо-хо, сейчас Гримвальд принесёт тебе этого коротышку, - захохотал великан.

- Не-не-не, дружище, забери сначала этого дохляка, от него так мерзко пахнет!

- Эй, Гримвальд, - прокричал Аластер, гремя доспехами, - я забираю твоих парней! А ты сиди смирно, пока мы с господином Младэком не вернёмся!

- Забирай, забирай, - махнул рукой здоровяк, проводив стражников и заперев дверь.

- Гримвальд, я уже не могу, я хочу есть! – кричал Правен.

- Подожди, подожди, - пробурчал великан, отпирая дверь. – Подвинься. Эй, мясник, ты чего?

- Что такое, дружище? – лицо Правена исказилось в жуткой маниакальной улыбке. – Что-то случилось?

Великан застыл на месте, когда Правен сделал шаг вперёд.

- Ну, ты чего, дружок? Может поиграем?

Правен сжал ладони, и в следующий же миг выпустил в великана струю пламени. Схватившись за пылающее лицо, здоровяк закричал и упал на пол.

- Ну же, Гримвальд, ты помнишь, как играл с моими людьми? Давай же тоже с тобой сыграем в неё, - Правен с разбега пнул здоровяка в промежность, после чего уселся на его брюхо. – Ну-ка, покажи мне свои глазки.

Надавив на глазницы большими пальцами, Правен выдавил глаза Гримвальда. Встав с ослеплённого противника, узник подошёл к стоящей неподалёку табуретке.

- А теперь ответь на мой вопрос, дружище, ты любишь орехи? Такие хрустящие и очень вкусные. О, да, – Правен присел возле скорчившегося здоровяка, - Ах, но для того чтобы их съесть, надо приложить усилися, чтобы расколоть скорлупу, - встав, узник занёс табуретку над головой и произнёс, - Вот сейчас мы и расколем один орешек!

- Мясник, пожалуйста, не надо, - из последних сил прошептал великан.

Спустя мгновение раздался хруст и треск костей...

- Правен? – произнёс Илиард, держа в руке связку с ключами.

Узник поднял голову, закинув назад длинные пепельно-серые волосы окровавленными руками:

- Отпирай двери.

Около пятнадцати человек собралось возле дубовой двери.

- Братья, - воодушевлённо начал Правен, оглядывая измученных пленников, - мы многое с вами пережили. Сейчас у нас появилась отличная возможность покинуть это чудесное местечко, чем мы с удовольствием и воспользуемся. Наша цель – арсенал, находящийся двумя этажами выше. Почти вся стража поспешила на юг, что подтверждает мою теорию об успешном прорыве к столице Дендарии – Новому Андерсганду. Оставшиеся в замке стражники немногочисленны, но они вооружены, поэтому в открытый бой мы пойти не можем. Герман, - Правен посмотрел на черноволосого юношу с жидкой бородкой, - доверишься ли ты мне?

- Так точно, господин, - моментально ответил юноша.

- Вы, господин Ленлосс?

Встретившись взглядами, Илиард задумался.

- Прикроете ли вы мне спину? – произнёс Правен.

- Так точно! – задрав нос, выдал Илиард.

- Господин Менхель, вы помните маршрут до склада?

- Так точно, командир! – ответил седовласый мужчина.

- Тогда извольте проводить туда наших людей.

- Будет сделано!

- Хоспадин, - проговорил дварф, - возьмитхе меня!

- Прости, Всеслоусъ, но ты должен защищать Менхеля и остальных, - с этими словами, Правен вложил в крепкую руку дварфа длинный нож.

- Будет сдэлано, - пробурчал он.

- Тогда в ад и обратно, братья, - Правен открыл дверь.

«Очень странно, ни одного стражника, за весь путь»

- Подозрительно тихо, не так ли? – ухмыльнулся Правен.

- Эй, вы, что здесь делаете?! – выкрикнул стражник, обнажив меч.

- Ой, какая незадача, - Правен развёл руками, сделав простоватое лицо. – Кажется, наш маленький побег был раскрыт…

- Что ты только что сказал?! Тревога!!!

- Ох, да заткнись ты, - необычайно холодно произнёс он, толкнув плечом Германа.

Юноша мигом начертил в воздухе руну, и ослепительная молния вмиг испепелила стражника.

- Отличная работа, Герман, - Правен поворошил сильной рукой волосы на голове парня. – Илиард, хватай оружие и за нами. Скоро здесь станет жарко.

Добежав до арсенала, Правен с разбега влетел в дубовую дверь. Освободив проход, Правен с наигранной вежливостью произнёс:

- Добро пожаловать, господа.

«Почему так тихо? – взяв запасной меч, подумал Илиард»

- Ну как тебе мой новый костюм, Герман, - Правен ухмыльнулся, позируя перед оруженосцем.

- Вам очень идёт, сэр, - юноша улыбнулся, складывая в мешки боеприпасы и оружие.

И, правда, комбинированные доспехи из кольчуги с латными вставками весьма неплохо смотрелись на Правене. Дополнительно убрав за пояс два одноручных меча, бывший генерал сжал полуторный клинок в правой руке, а в левой связку из пороховых бомб.

- Ты помнишь план, Герман. А ты, Илиард, как отправишь его, поднимайся наверх, надо выиграть время для отступления. Ну а я пойду, отвлеку стражу на себя!

- Удачи, господин! – крикнул вслед уходящему Правену Герман.

Ночную тишину прервал грохот и внезапный взрыв порохового склада. Выглянув в окно, Аластер увидел столб огня, жадно пожирающий деревянные постройки на стенах замка.

- Какого лешего здесь происходит?!

- Ах, Аластер, что за шум? – недовольно зевнула графиня Де Алантель.

Через секунду прогремел ещё один взрыв, совсем рядом с башней графини.

- Ах, Аластер!!! – запищала графиня, когда башня покосилась.

- Госпожа, скорее, бежим! – мужчина схватил графиню за руку.

Те секунды, пока они бежали по бесконечным коридорам замка казались вечностью. Один взрыв за другим. Истошные крики стражников. Девушка ещё крепче сжала руку Аластера, когда оглушающий взрыв раздался прямиком в тронном зале.

- Ой, кажется, наш маленький побег кого-то прервал, - глядя на обнажённую пару, произнёс Правен. – О, господин Илиард, а вот и вы! Разберитесь с ними, а я изволю идти.

Наигранно кланяющийся и перепачканный в крови, Правен выглядел неестественно жутко. Убрав меч в ножны, он с ухмылкой посмотрел на стоящего в недоумении Аластера.

- Прощай, ублюдок, - Правен холодно махнул рукой на прощание, и скрылся во тьме замка.

- Илиард, прошу, выслушай меня! – Велли упала на колени.

- Да пошла ты к чёрту! – выкрикнул тот, и побежал в сторону графини.

Аластер среагировал моментально. Взамхнув клинком, он отбил удар Илиарда:

- Ещё никто не выживал после встречи со мной!

- Такой же случай, - прорычал Илиард, вновь атаковав противника.

- Ну, ничего, четырёхпалый, в тот раз может тебе и повезло…

Илиард, не дав договорить Аластеру, пнул того в живот. Закружившись в пируэте, он нанёс удар в голову противника.

- Ублюдок, - упав на холодный пол, прокряхтел Аластер.

- Илиард, пожалуйста, - прошептала Велли.

Они ненароком встретились глазами. Она робко подошла к нему с цветочком в руках.

- Ты грустный. У тебя что-то случилось?

- Нет. Что тебе надо? – скрестив ручки, Илиард отвернулся.

Девочка обошла его, вновь смотря в глаза и мило улыбаясь.

- У тебя четыре пальца...

- И что теперь, будешь, как и все смеяться?

- Я вижу, что тебе грустно, и что тебе не хватает тепла. Давай я всегда буду тебя греть? – с этими словами девочка обняла Илиарда. – Меня зовут Велли, а тебя?

- Илиард…

- Илиард, прошу, - из глаз графини текли слёзы.

- Велли, - Илиард не решался нанести удар. – Почему? Почему ты предала меня?

Девушка молчала. Гнев вновь начал охватывать Илиарда.

- Нет, что я…о Трое…я не могу! Но я должен! Я…

И вновь перед глазами предстала та маленькая девочка с добрыми голубыми глазами.

«Её тепло, почему я до сих пор его ощущаю? Идиот! Забудь! Это всё была ложь! Она использовала тебя! Нет! Именем Трёх, нет! Да! Да! Убей эту шваль! Вот кто не заслуживает жизни! Нет! Разве я имею право решать чьи-то судьбы? Соберись, тряпка! Посмотри на Правена, он добился своего места только благодаря своей решительности! Так убей же эту порочную девку!»

- Илиард, нет!

- Нет! Я не смогу! Я всё ещё люблю тебя, Велли, - Илиард опустил меч. – Прости меня…

«Чёрт побери! Я не смог!»

- Не смог! Не смог! – кричал Илиард, несясь по холодным коридорам.

- Ты не смог отпустить своё прошлоё, - разочарованно произнёс Гати. – Может оно и к лучшему…

Зацепив верёвку, Илиард собирался спуститься вниз, как из тьмы коридоров появился истекающий кровью Аластер с арбалетом в руках:

- Ты не уйдёшь от меня, паршивец!

- Что за..?

Свист стрелы и…

«Я падаю? Силы на исходе…я упал... Небо…какое же оно всё таки красивое. А звёзды…словно глаза той девочки из воспоминаний…как жаль, что она умерла…и навсегда осталась в тех воспоминаниях…»

Из глаз Илиарда потекли слёзы. Сознание вновь начало затуманиваться, и вскоре он провалился во тьму…

Между двух огней V

V

- Чёрт побери, Илиард, держись, - ругался Правен, вынимая зубастый наконечник стрелы из груди товарища. – Глубоко зашёл, гнида.

- Велли… Веллия, - бредил Илиард.

- С ним всё кхорошо буде? – Всеслоусъ присел возле друга.

- Да, чёрт возьми! – выругался Правен, в глазах которого горел огонь. – Хвала Трём! – прокричал он, вытащив наконечник. – Герман, бинты!

- Вот, господин.

- Мало, тащи ещё! Всес, помогай, давай!

«Ты будешь жить, старый друг, - Правен слегка улыбнулся и обессилено рухнул на землю».

- Господин, у вас кровь…

- Не смеши, Герман.

- У вас рана на ноге открылась! – Герман начал забинтовывать ногу командира.

- Да ладно тебе, - Правен слегка приподнял левую бровь и вновь лёг на землю.

- Ваш медальон, - робко произнёс юноша, - он потух…

- Да ты что, - невозмутимо произнёс командир. – И, правда, потух…

Правен попробовал использовать руну, но тщетно.

- Доигрался…Герман, вино ещё осталось?

- Вроде как…

- Неси. Всес, выпьешь?

- Тхолько кода друже очухаеца, - пробурчал дварф, накрыв Илиарда меховым плащом.

Башня ласточек - старое полуразрушенное сооружение времён гражданской войны. Окружённая густыми лесами с юго-запада и непроходимыми болотами с северо-востока, она представляла собой надёжное укрытие. Именно здесь и расположились беглецы, дожидаясь подкрепления.

Правен сидел возле разрушенной стены, свесив ноги вниз. Достав из кармана смятую сигару, он чертыхнулся.

- Господин, - Герман с улыбкой протянул ему сделанную из тонкого металла табакерку, - угощайтесь.

- Ах, ты ж мой спаситель, - ухмыльнулся Правен, достав ровную сигарку. – Хм, алькониумские… Ну-ка, - командир щёлкнул пальцами и прикоснулся к сигаре.

- О, зажглось.

- Странно он работает, - почесав затылок, пробурчал Правен и посмотрел на медальон. – Не так, как остальные…

- Илиард, Boratko! – раздались радостные восклицания дварфа.

- Господин, вы слышали? – засуетился Герман.

- Ну-ка пойдём.

- Во имя Трёх, не кричи, Всес, - простонал Илиард, схватившись за голову.

- Господин Ленлосс, - важно задрав голову, начал Правен, - вы проявили истинный героизм, прикрывая отход наших людей. Вы не побоялись рискнуть своей жизнью, поставили на кон всё, свою жизнь, мечты. И всё ради нас с вами, друзья, - Правен обратился к товарищам. – Так отплатим ему тем же! Будем защищать его ценой собственных жизней!

- Есть, сэр! – прокричали бойцы, подняв правые руки вверх.

- Ты наш герой, Илиард, - командир по-дружески улыбнулся. – А теперь всем вернуться к своим обязанностям! Всеслоусъ, отправляйся с Эрнестом на разведку.

- Такх тхочно, - поклонился дварф. – Отдыхай, Илиард.

Илиард полными непонимания глазами посмотрел сначала на друга, а потом на командира, который уже сидел рядом и докуривал сигару.

- Как?

- М? – непонимающе глянул Правен.

- Как я выжил…я же…

- Скажи спасибо Всеслоусъу, он наперекор моим приказам бросил товарищей и побежал на твои поиски. Повезло же тебе найти такого верного друга... Жаль только ты не избавился от Аластера и этой сучки Веллии.

Илиард сглотнул, сжав кулаки.

- Я всё видел, - Правен посмотрел куда-то вдаль. – И хорошо понимаю тебя.

- До сих пор не верю, что она предала меня… Прости, Правен, я не смог выполнить твой приказ...

- Ох, друг мой, - командир улыбнулся, затушив сигару. – Никто в здравом уме не выполнил бы этот приказ. Впрочем, всякое могло быть… На что ты готов пойти ради своих целей? Этот вопрос задал мне Волдхар накануне своей кончины, - Правен опустил голову. - Скажи, Илиард, а на что бы ты пошёл ради исполнения своей мечты?

- Раньше бы я ответил, что готов на всё, но теперь… теперь я не знаю, чего хочу на самом деле.

- Эх, а я всегда хотел лишь одного, чтобы все были счастливы, - улыбнулся Правен и вновь закурил. – Но вот так хочешь как лучше, а выходит как всегда… Что тогда в Ностгарде, что в битве под Райкой, что у Храмовой горы… Эмоции, чувства взяли надо мной верх. Думаю, ты понимаешь.

Илиард кивнул.

- Значит, от них надо избавляться, так? Но избавившись от них, ты невольно перестанешь думать об окружающих, не так ли? – Правен внимательно посмотрел на друга.

- И что же тогда делать?

- Если бы я знал… но одно могу сказать наверняка, если хочешь достичь вершины, будь готов пожертвовать всем.

С этими словами командир встал и похлопал товарища по плечу.

- А что ты ответил Волдхару? – вдруг спросил Илиард.

Правен вдруг остановился и сжал кулаки:

- Я не успел, - мрачно произнёс командир.

Ночь опустилась незаметно. Наконец Правен чувствовал себя свободным. Но все эти мысли, воспоминания не давали ему покоя. Впрочем, он уже давно принял своё прошлое. Да, он несёт за собой смерть, да, он совершает роковые ошибки, но он жив. Он жив, и пока бьётся его сердце, он будет идти дальше. Ничто не остановит его на пути к своей цели. Правда, а к чему он стремится? Найти отца? Так он, скорее всего, мёртв. Завести семью? А успеет ли? К сожалению, его время на исходе, неправильно проведённый в юности ритуал обрёк его на скорую смерть, а последние события лишь ускорили этот процесс.

- Протянуть бы ещё лет десять, закончить эту грёбаную войну и спокойно уйти на покой…хм, чем не цель? – Правен задумался.

С другой стороны может, обойдётся? Если и существуют какие-то высшие силы, то они же не зря столько раз спасали его? Смерти Волдахара, Айлеи и многих других близких Правену людей не были же напрасными? Может он живёт для какой-то высшей цели? Или его задача просто напросто вовремя умереть?

- Эх, слишком много вопросов, и ни одного ответа, - цыкнул он.

Впрочем, не только эти воспоминания беспокоили бывшего генерала…

***

- Господин! – окрик Германа развеял тьму, пробудив Правена.

- Пф, что такое? – его голова загудела, а в глазах помутнело.

- Господин, там с востока и юга…два отряда…

Правен приподнял левую бровь и непонимающе посмотрел на напуганного оруженосца.

- Два отряда, хм… видать Младэк прознал про наш маленький побег. Сколько человек? - необычайно спокойно произнёс командир и спрыгнул с обломков стены.

- Человек сто…не меньше…

- О, даже так, - Правен ухмыльнулся и положил руку на плечо юноши. – Как там наши?

- Вооружены и ждут ваших указаний…

- Мой меч, – Правен указал взглядом на изысканный клинок, который держал Герман.

- А, да, вот, господин…

- Не бойся, мы им ещё покажем, - командир улыбнулся и похлопал помощника по плечу. - Всё будет хорошо.

Похоже, юношу воодушевило абсолютное спокойствие Правена. Улыбнувшись в ответ, он повёл того к бойцам.

- Всем успокоиться, - крикнул Правен, увидев напуганные лица подчинённых. – Возьмите себя в руки, парни! Мы бывали в ситуациях и похуже! Но в данный момент у нас преимущество, мы на вершине! У нас есть самострелы, копья и острые мечи! На днях мы укрепили щели в стенах, а потому у врага нет ни единого шанса пробиться к нам без серьёзных потерь! Илиард, ты как, сможешь драться?

Все посмотрели на сидящего с опущенной головой Илиарда. Подняв её, все увидели улыбку и огонь в его глазах.

- Так точно, командир, - отчеканил Илиард, подняв свой меч.

- Что ж, тогда Альгейм, Всеслоусъ, Фредрик, Ромул, Мерри и Ланц, вы переходите под управление герра Илиарда! Быстро схватили самострелы с болтами и на южную стену! Остальные, за мной! Трое с нами, братья, - Правен посмотрел каждому в глаза, - И знайте, братья, для меня честь, сражаться бок о бок с вами.

«Они боятся, пытаются скрыть это. Но они вверять в меня, - Правен улыбнулся. – И я их не подведу!»

- Вот! Вот это пристанище еретиков! – прокричал инквизитор, указав булавой в сторону башни. - Положим конец существованию Дьявола и его приспешников!

- Отомстим за гибель наших братьев! – орал Младэк сквозь забрало бацинета.

Два больших отряда, будто не зная о существовании друг друга, начали взбираться на холм. Но в этот же момент из-за полуразрушенных стен показались стрелки.

- Стреляй! – прокричал кто-то из них, и оба отряда пришли в замешательство, теряя одного бойца за другим.

Лёгкая пехота Де Алантелей и закованные в кольчужные доспехи рыцари Ордена падали под градом мелких свинцовых пулек. Герман, воспользовавшийся замешательством во вражеских рядах, взобрался на одну из уцелевших стен. Сделав глубокий вдох, он начертил в воздухе руну и выпустил в толпу рыцарей столп всепоглощающего пламени.

- Молодец! – крикнул Правен спускающемуся юноше. – А теперь дуй к Илиарду.

- Есть, сэр! – из носа Германа потекла кровь.

- Так, секунду, - командир вытер нос оруженосца. – Аккуратней давай и лишний раз не рискуй.

Парень кивнул и побежал к южной стене. Проводив его взглядом, Правен выпил эликсир:

- Ну, в ад и домой, - его лицо потемнело, а глаза налились кровью.

- Давайте скорее! Зайдём им в тыл! – кричал инквизитор Ордена.

- Что-что ты сказал? – на стене появился Правен.

Лицо его исказилось в жуткой гримасе. Он взмахнул рукой, нарисовав в воздухе руну и в следующее же мгновение, ударил ею по стене, взорвав её. Старые, поросшие мхом камни разлетелись в стороны, придавив несколько противников и наведя ужас на выживших. Но когда дым рассеялся, небольшой отряд врага ворвался в руины башни, где был встречен залпом из самострелов.

Но доминирование ливарийцев продлилось недолго. Во много раз превосходящие силы противника смогли прорваться за укрепления, вырезая одного бойца за другим.

- Всем держаться до последнего! – скомандовал Илиард и, превозмогая боль, ворвался в бой.

Оставшиеся бойцы последовали примеру своего командира и несмотря ни на что продолжили сражаться. Они знали, что это бой не на жизнь, а насмерть.

- Пленных не брать! – прокричал, закованный в латы Младэк.

Заметив Илиарда, граф крепче сжал свой меч.

- Boratko! – завопил Всеслоусъ, вмазав увесистым топором по шлему графа Де Алантеля.

- Всес, осторожнее!

- Чёртов коротышка, - Младэк наотмашь махнул мечом, раскроив череп дварфа.

Илиард стиснул зубы и рванул на врага. Он знал, что в этот раз спасения ждать бессмысленно. Возможно это его последний бой, но просто так он не сдастся, ни за что…

- Парни, вы как?! – Правен в одиночку сдерживал наступавших с тыла рыцарей Ордена.

- Эрнест убит, господин! – прокричал Менхель, разрядив самострел.

В следующее же мгновение в его голову прилетело копьё. Испустив последнее дыхание, старый солдат рухнул с обломков стены.

- Менхель, - прошептал Правен, смотря, как падает в бездну тело его старого соратника.

В то же мгновение острая стрела пронзила руку командира. Но Правен вырвал её, и как ни в чём ни бывало, продолжил бой.

«Если мне, как Менхелю и остальным, суждено сложить здесь свою голову, - Правен посмотрел на сгущающиеся, на небе, тучи, - я сделаю это достойно!»

- Ха-ха-ха-ха, ну привет, старый друг, - на горизонте показался силуэт высокого мужчины, полностью закованного в латы.

Правен узнал этот хриплый, мертвецки холодный бас.

- Столько лет я ожидал схватки с лучшим учеником Волдхара, - паладин Ордена раскручивал в руках тяжёлую булаву, готовясь в любой момент пустить её в ход. – Надеюсь, ты не разочаруешь меня, как твой учитель.

Паладин вновь рассмеялся, с каждым шагом приближаясь к остолбеневшему Правену.

- Впрочем, тебя ждёт лишь один исход - смерть, - холодно произнёс латник, приготовившись к бою.

- Вот оно тебе надо, бастард? Ради чего ты сражаешься? – ехидно прошипел Младэк, скрестив мечи с Илиардом. – Не думал, почему тебя послали на верную смерть?

Ленлосс молчал, лишь изредка на его усталом лице мелькала злобная ухмылка. Парировав выпад графа, он контратаковал, но безуспешно. Тем временем войска Де Алантелей окружили его.

- Посмотри, Ленлосс, ты в ловушке, - Младэк оттолкнул Илиарда и развёл руки в стороны. – Вот и наступил твой конец. Бойцы, убе…Агрх, чёрт побери!!!

- Дха кхак ж тхы менэ зайобал! – яростно заорал Всеслоусъ, вонзив широкий нож в открытый участок на ноге графа. – Я ж тхоби закхерачу!

Сплюнув кровью, дварф вырвал нож из ноги Младэка, напрочь срубив все суставы и расколов кость.

- Сраный карлик! – граф упал на колено.

- Илиард, ебошъ! – из последних сил завопил дварф, схватив графа за руки и повалив на землю.

Правен кружил вокруг паладина, ловко уклоняясь от его атак. Он искал уязвимое место, брешь в броне этого гиганта.

- Долго будешь бегать от меня, ничтожество?

- Я бы с радостью испепелил тебя, да силы на исходе, - прошипел Правен, увернувшись от удара тяжёлой булавы.

Вот оно! Шлем этого громилы был не закреплён. Собрав последние силы в кулак, Правен испустил силовую волну, оглушив паладина. Но стоило ему нанести удар, как противник тут же контратаковал, сломав меч Правена. Обрубок со свистом задел командира, оставив на его лице ужасный шрам.

- Умри, паскуда! – паладин одним ударом булавы отбросил Правена на несколько метров. – Нет, всем стоять! – крикнул он своим подчинённым. – Это мой противник! Пусть все знают, что Буйфул Черноголовый прикончил Андерсгандского мясника!

Паладин понёсся на поднявшегося Правена, словно разъярённый бык. Ещё вот-вот и наступит конец…

«Вот и всё, - подумал Правен, - вот и пришла моя смерть. Я погибну от рук того же человека, что и многие мои близкие. Как же я жалок и слаб…»

- Господин! – закричал внезапно появившийся Герман.

Юный оруженосец встал между бывшим командиром и паладином Ордена Золотой Руки. Нарисовав в воздухе руну, он испустил столп огня, но…

- Умри! – Буйлуф нанёс удар, пробив голову юного оруженосца. – Сдохни, скотина!

Вторым ударом паладин отбросил Германа в сторону.

«ГЕРМАН, КАКОГО ЧЁРТА?! – зрачки Правена резко сузились.»

- Ты, - прохрипел командир, взглянув в глаза возвышающемуся паладину. – Ты убил его…

- Не волнуйся, и до тебя очередь дойдёт, - Буйлуф взмахнул булавой.

«Ну что, Правен, сдашься теперь? Снова пойдёшь, поноешь, какой ты никчёмный? Из-за твоей слабости погиб последний близкий тебе человек. Твой отряд, твоя гордость – сломлен, уничтожен. И что же теперь делать? Не знаешь… А вот я знаю. Ты же ещё помнишь меня? Ну же, возроди Андерсгандского мясника! Убей их всех! Тебе больше нечего терять! Пусть смертные познают праведный гнев!»

Прогремел гром, а на небосвод разрезала молния.

- Какого чёрта?! – воскликнул паладин, когда Правен схватил его руку.

- Любишь орехи, Буйфул? – лицо командира исказилось в маниакальной улыбке.

- Грёбаный еретик! Дьявол! – паладин всадил нож в грудь Правена.

Но командира уже было не остановить. Свободной рукой он сорвал шлем с головы Буйфула и схватил того за длинные чёрные локоны.

- Что ты делаешь?! – паладин упал на землю.

- Колю орешки, - ещё шире улыбнулся Правен.

В следующее же мгновение он приложил голову паладина о рухнувший кусок стены. Затем ещё раз и ещё, постепенно превращая лицо Буйфула в бесформенное месиво из плоти и крови.

- Ты просто не представляешь, как я люблю орехи, - прошипел Правен, сорвав с паладина кольчужное оплечье. – Ты даже не представляешь, какие они вкусные…

В следующий момент Правен вцепился зубами в глотку Буйфула Черноголового, прокусив артерию:

- Вы забрали у меня всё, что было мне дорого. По Вашей вине я стал таким. Я ненавижу Вас всех, - командир поднял булаву паладина и занёс её над головой. – Но я прощаю Вас, ибо вы сделали меня сильнее.

Начался дождь.

- Ч-что ты ч-чёрт поб-бери такое несёшь, - захлёбываясь в собственной крови, прохрипел Буйфул.

- Чувства ослабляют, - холодно произнёс Правен, нанеся удар.

Раздались дикие вопли и глухой хруст костей, эхом пробежавшие по руинам старой башни, и слившиеся воедино с шумом дождя.

- Г-господа, - неуверенно начал один из рыцарей.

- Ну, кто следующий? – закинув голову назад, произнёс Правен.

На его окровавленном лице больше не было улыбки. Лишь капли дождя быстро стекали по его щекам и бороде.

***

Вдали прозвучал ливарийский рог. Огромная армия приближалась к залитой кровью башне. При виде неё остатки дружины Де Алантелей бросились в бегство. Но сам граф Младэк был захвачен живым…

С приходом подкрепления, дождь прекратился, а тучи расступились, открыв прекрасное алое вечернее небо.

- Г-господин, Правен, - из последних сил прошептал Герман.

- Прости меня…сынок, - Правен обнял умирающего оруженосца.

- Вы были для меня всем, господин…Ах, какой прекрасный день, чтобы умереть, - взгляд юноши был устремлён на закат, а из глаз прокатились две крохотные слезинки.

После его сердце перестало биться.

***

Граф Младек стоял на коленях в окружении чётырёх человек: генерала Андре, недавно подошедшей прекрасной чародейки Моники, ещё державшегося на ногах Илиарда и Правена, командира без отряда.

- Господин Де Алантель, - начал генерал Андре, - скажите, сожалеете ли вы о всех своих военных преступлениях?

- Кха! – сплюнул кровью граф. – А сожалеет ли месье Эсэлаер о своих, а? Вот и я нет!

- Мы все здесь считаем, что он и его люди сполна отплатили за свои грехи, - Андре поправил свою золотую гриву.

- Ленлосс, ты же хотел мою дочь в жёны…

- Она мертва, Младэк, - отрезал Правен, с презрением смотря на графа.

- Граф Младэк из рода Де Алантель, вы обвиняетесь… - Андре начал зачитывать длинный приговор.

С каждым словом генерала, взгляд графа опускался всё ниже и ниже:

- Примите смерть с достоинством, подобающим дворянину, - закончил Андре. - Илиард, окажите честь? - генерал протянул Ленлоссу свой двуручный меч.

- Так точно, господин, - Илиард принял меч и подошёл к графу, занеся клинок над его головой.

- Ваши последние слова?

Младэк молчал, лишь потерянно смотрел вниз.

Удар был нанесён моментально.

- Вы единственные, кто выжил? – Андре повернулся к Илиарду и Правену.

Оба мрачно переглянулись.

- Господин, - произнесла Моника, - ещё один выжил.

- Кто?

- Дварф. Он уже доставлен в лазарет.

Илиард переменился в лице:

- Всес жив?!

- Лучше его не беспокоить, он тяжело ранен, - сказала чародейка вслед Илиарду.

- Бородатый ты сукин сын! – заорал Илиард, запрыгнув в телегу с ранеными.

- Ох-хо-хо, Boratko, - расхохотался одноглазый дварф, пытаясь встать.

- Да какого чёрта ты хохочешь? Я думал ты погиб!

- Кха-ха-ха-ха, насмешил, Илиард, знатхо насмешил!

- Кхм-кхм, Илиард, по коням, - безэмоционально произнёс подошедший Правен.

- Герр Правен, - Илиард посмотрел сначала на кровоточащую рану бывшего командира, а потом на его побледневшее лицо.

- Что? А, это… Просто царапина, не более…

Сделав пару шагов вперёд, в его глазах потемнело. Он пошатнулся.

- Как же так, - Правен прикоснулся к повреждённой груди. – Вот же ублюдок…

Рана, нанесённая Буйфулом, оказалась слишком глубокой и не смогла затянуться даже под действием мощнейших эликсиров. Пошатнувшись во второй раз, Правен не смог устоять на ногах и рухнул на холодную мокрую траву. Сознание стало медленно покидать его.

Илиард что-то кричал. Подбежал Андре и несколько стариков в рясах. Следом за ними Моника. А за ней, она… Её нежные красные волосы, и искренний взгляд.

- Мариан, - прошептал Правен, прежде чем провалиться в небытие.

Между двух огней VI

VI

- Правен.

Чей-то неизвестный, чужой, но очень спокойный голос рассеял тьму.

- Много лет прошло с нашей последней встречи.

Смутные, размытые очертания чьего-то неизвестного лица становились всё чётче.

- Кто…кто ты? – каждое слово давалось с трудом.

В голове шумело. Неизвестный гул сдавливал черепную коробку сероволосого.

- Эх, ты забыл меня, - в голосе слышалось разочарование. – Впрочем, моё имя мало что даст тебе.

- Агрх, и всё же… - Правен попытался встать, но тщетно.

Всё его тело было сковано цепями.

- Я твоя душа.

Образ мужчины среднего роста стал чётким. Правильные черты лица, яркие, будто бы светящиеся серые глаза и курчавые каштановые волосы – он казался таким знакомым, но воспоминания о нём словно были стёрты из памяти.

- Но как, - сердце Правена словно пронзило стрелой.

Кровь подступила к горлу. Он сплюнул.

- Ты умираешь, - с грустью заключил мужчина.

- Н-но я не…я не… Агрх! – сердце начало разрываться. – Я не хочу…

- И я не хочу, - мужчина горько ухмыльнулся. – Мы проделали такой долгий путь.

- Кхм, почему? По… кхм-кхм… почему именно сейчас?

- Таков уговор, Правен, - мужчина присел возле сероволосого. – Но ещё есть шанс. Ты должен принять меня.

Мужчина приподнял голову Правена, посмотрев в глаза.

- Ты – это я, а я – это ты. Мы один человек. Ты должен пробудить силу, дремлющую в тебе.

- Но всякий раз, - кровь вновь подступила к горлу, - когда я использую её…

- Ты должен совладать с ней, - мужчина встал. – Ты прошёл долгий путь. Многие дорогие тебе люди погибли на этом пути. Ответственность за их смерти лежит на тебе. Ты погубил множество невинных… и ты должен это принять, Правен. И ещё многие погибнут по твоей вине. Но запомни, ты, только ты, никто другой, принесёт этому миру спасение. Ты – это я, ты повторишь мою судьбу, Правен Эсэлаер, сын Ревана, Порождение Пламени. Ты завершишь Цикл, ты убьёшь Первородного. Ты совершишь то, что не смог я. Но для этого тебе надо принять меня, - мужчина улыбнулся и протянул руку. – Ты Единый, Правен.

И он протянул руку, и спали оковы…

- Правен, - раздался нежный голос.

Тьма рассеялась, и он открыл глаза.

***

- Правен, - Моника сидела возле кровати.

Эти прекрасные багровые глазки. Чародейка выглядела уставшей и была готова, вот-вот обессилено рухнуть на пол.

- Моника? – сознание окончательно прояснилось.

- Правен, - чародейка слегка улыбнулась и потеряла сознание, опустив голову на грудь Правена.

В дверь постучали.

- Госпожа Моника!

- Катитесь к чёрту, - пробормотала чародейка.

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл высокий беловолосый мужчина в сопровождении двух рыцарей:

- О, герр Правен, вы живы.

Беловолосый слегка приподнял брови, приблизившись.

- Хах, думал похоронить меня, папаша, - Правен чуть улыбнулся.

Сероволосый попытался встать, но Моника не позволила, вцепившись своими аккуратными ручками в постель.

- Моника, вставайте. Вы, Эсэлаер, тоже. Скоро начнётся церемония.

- Он ещё слаб, Николаус, - тихо произнесла чародейка с явным раздражением.

Генерал приподнял густые белые брови. На его старом, видавшим многое лице промелькнула едва заметная ухмылка.

- Всё хорошо, - Правен прикоснулся к чародейке, но тут же встретил её уставший сердитый взгляд.

- Господин Николаус, я три ночи боролась за жизнь герра Эсэлаера, - Моника повернулась к генералу. – Поэтому настоятельно прошу быть с ним аккуратнее.

- Как того изволите, - Николаус Де Кратц кивнул и повернулся к охране. – Прикажите принести господину Эсэлаеру зеркало и костюм по статусу. Прошу поторопиться. Вам тоже, - генерал посмотрел на Правена.

- Бестолочи, - фыркнула девушка в сторону закрывающейся двери.

- Кхм, - Правен вновь попытался приподняться.

- Ах, Правен, - Моника положила голову на его грудь. – Давай никуда не пойдём… ты так ещё слаб… только ведь пришёл в себя…

Девушка потянулась к его губам.

- Ах, Правен, как я по тебе скучала…

Он почувствовал нежный аромат роз и сладкий привкус её губ.

- Ой, госпожа Де Монтель, - пискнула вошедшая служанка.

- Пшла нахуй! – чародейка покраснела и быстро подошла к двери. – Стучаться не учили, бестолочь белобрысая?

- Я…мне…

- Моника, оставь её, - Правен встал с кровати.

С трудом поднявшись, он чуть было не упал обратно, не сумев устоять, но быстро пришёл в норму. Что-то изменилось, но что именно – пока загадка. Чародейка тем временем поспешила скрыться в коридоре.

- Герр Эсэлаер, - молоденькая служанка покраснела и отвела взгляд от него.

Правен стоял голым. Но это его ничуть не смутило. Ухмыльнувшись, он подошёл к служанке.

- Кхм-кхм, - он указал на костюм.

- А, ой, да, - девушка протянула одежду.

- Спасибо, дорогая. Что насчёт помочь мне собраться?

- Д-да, милорд...

***

- Господа, вот и наступил великий для всей Ливарии день, - торжественно произнёс Мишель Де Ля Скорт, обращаясь к присутствующим в тронном зале. – Спустя почти сотню лет, мы вернули Новый Андерсганд, и положили конец войне с Дендарией!

- В этот знаменательный день мы спешим объявить о возвращении Ливарии статуса Великой Империи! – провозгласил господин Дер’Рихтер, верховный магистр Ордена Трёх.

- В этом заслуга сотен тысяч наших соотечественников, все вы, господа, активно помогали все эти годы вернуть нашей Родине былую честь и славу! И знаете что? – Мишель вышел вперёд. – Благодаря вашим усилиям Ливария снискала куда большую славу, чем в былые времена! Вы построили новую империю, более могущественную, чем раньше! Все вы настоящие герои! – Мишель расставил руки в стороны под оглушающий гул сотен аплодисментов.

Все высшие слои Ливарии собрались в Императорском Дворце Энгарда отпраздновать завершение войны.

- Но приберегите овации для тех, кто снискал уважение самого кайзера! – Мишель указал на восседающего на троне Мариуса. – Ваше величество, просим объявить имена этих героев!

Все умолкли, с нетерпением глядя на поднявшегося кайзера.

- Генерал Мишель Де Ля Скорт, мой старый и верный друг, вы были моим соратником ещё со времён гражданской войны, - старый кайзер кивнул в сторону генерала Мишеля. – Вы гениальный стратег и полководец. Благодаря вашим талантам вы смогли не только приблизить нашу величайшую победу, но и уничтожить внутренних врагов нашей отчизны. Я награждаю вас платиновым крестом и вновь подтверждаю статус второго человека в королевстве. Епископ Пирокар, прошу, - кайзер посмотрел в сторону епископа Трёх, который преподнес генералу Мишелю орден.

- Во славу Ливарии! – Мишель приложил кулак к груди и отдал честь кайзеру.

- Генерал Андре Де Андросс, вы доказали свою преданность Ливарии, - Мариус повернулся к подошедшему к основанию трона Андре. – Вы истинное воплощение чести и благородства. Настоящий пример доблести и отваги. Вы – настоящий рыцарь, господин Де Андросс. Благодаря вам, мы сумели вернуть Новый Андерсганд. Я преподношу вам этот меч в знак вашей силы, а так же назначаю лордом-протектором Дендарийской провинции!

- Во славу Ливарии! – отдал честь генерал Андре.

Адмирал Весемир Старший, его сын – командующий Весемир Младший, командующие Эречилла Кольтский, Фридрих Ностгардский, Левиан Антильский и многие другие были награждены новыми статусами и владениями.

- Капитан Мирэк Стальгольм, за проявленный героизм в битве у Храмовой горы и при Втором прорыве дарую вам дворянский титул!

- Служу Ливарии!

- Господин Илиард Де Ленлосс, вы были моим верным слугой. Вы неисчислимое множество раз рисковали своей жизнью во имя величия нашей Родины. За это я вправе даровать вам титул графа! Отныне вы не только являетесь дворянином и получаете в своё личное распоряжение земли подле западного подножия Небесных гор, но и становитесь командующим имперской гвардии!

- Служу Ливарийской Империи! – громко прокричал Илиард.

Глаза его сияли огнём, а лицо светилось от счастья. Наконец, после стольких лет он заслужил уважение и признание самого кайзера…

- Хм, столько пафоса, - двери тронного зала отворились.

- Правен Эсэлаер! – поприветствовал кайзер.

Все присутствующие начали перешёптываться.

- Рад видеть вас, Мариус, - Правен склонил голову у основания трона.

- Вы живое воплощение духа Ливарии! Вы воплощение нашей непокорной воли! Нашей силы! Нашего духа!

- Простой мясник, - прошептали в зале, - ничего особенного.

- Эй, он же избавился от Золотой Руки!

- Да, просто повезло выжить в схватке с ними…

- А как же оборона левого берега Райки? А Райская Мясорубка?

- Вот-вот, а резня во дворце Нового Андерсганда?

- Благодаря вам наша армия стала той непобедимой силой, благодаря вам и вашим планам была предрешена судьба Дендарии! Позвольте вернуть вам статус графа и наследника престола, - кайзер поклонился. – А так же примите меч вашего брата в знак моей доброй воли, - Мариус посмотрел на епископа, который преподнёс Правену завёрнутый в чёрный щёлк метеоритный меч, на клинке которого были высечены древние символы.

Правен принял меч, который в тот же миг засиял алым светом.

- Служу Ливарии! – прокричал сероволосый, подняв меч вверх и повернувшись на собравшихся в зале. – Нас ждёт великое будущее, братья и сёстры!

Вновь раздались гул аплодисментов и восхищённые крики.

***

Пиршество длилось до самого вечера. Вся аристократия новой Ливарийской Империи собралась в величественном древнем дворце. Были здесь и послы Стального Предела и Маркоградии. Впрочем, во всём этом пиршественном хаосе было уже сложно определить, кто есть кто.

Словно в ритм этого хаоса играли музыканты, коими руководил Славий, ни на минуту, ни сходивший со сцены. Казалось, он оставался единственным трезвым человеком в этом пьяном царстве.

- Господин Эсэлаер!

- А-а-а, герр Фридрих, - Правен поприветствовал графа и его молодую спутницу. – Приятно видеть вас живым.

- А мне-то как! Видели бы вы лицо графа Эречиллы, когда он узнал, что вы живы! – старый граф разразился громким хохотом. – Он поставил на то, что вы погибли, двести тысяч дукатов! Вы только представьте! Понимаете, два радостных события в один день! Возможно, будет и третье! Позвольте представить вам мою дочь Элайзу…

Граф вывел вперёд совсем юную графиню с двумя длинными сивыми косами. Увидев надменный взгляд графа Эсэлаера, она покраснела и отвернулась.

- Простите, граф, но я женат, - Правен улыбнулся и пошёл дальше.

- Правен! Правен! Правен! – на удивление чётко выкрикнул пьяный в стельку дварф.

- Всес, ты уже поправился? - сероволосый граф приблизился к столу, за которым сидела большая компания.

Здесь были все: Илиард, Всеслоусъ, Мирэк, Алессандро, Деметарий и Алехан. Хотя среди них очень недоставало одного очень важного человека.

- Жаль Данкелл не видит этого, - Мирэк закрыл лицо руками.

В груди Правена всё сжалось, он сжал рукоять меча. Меча, принадлежащего его брату…

- Он больше всех нас хотел мира, - Правен сел за стол. – Его надо называть героем...

- Друзья, может это прозвучит цинично, но его время прошло, - Деметарий шевелил пальцами на протезированной руке.

- Бля, Деметар-р-р-рий, - начал пьяный Алессандро, - скаж-жи, ты пил?

- Увы, но сегодня я трезв, - спокойствие Деметария поразило всех. – Просто сами подумайте, он спас Ностгард, он был лучшим воином Ливарии, он помог в Охоте на Драконов. Но после смерти своей возлюбленной… вот, почему он погиб? Вы не думали? Вот сука скажите мне по чести, какого хуя он посмел сдохнуть?! – Деметарий ударил кулаком по столу. – Мирэк, подтверди, что он из абсолютно любых передряг выходил сухим!

- Ты прав, - Мирэк отпил из кубка. – Сама смерть, казалось, боялась его…а после смерти Айлеи… в ночь, когда мы только ступили на земли драконов, он сказал мне, что не может жить без неё, что он специально ищет достойной смерти… Ему уже были неважны все эти легенды, мифы, пророчества. Ему не нужны были подвиги… Он лишь хотел тишины, упокоения. Он хотел уйти с честью, но боялся оставить нас. Он знал, что все мы любим его, и от этого он страдал. Я помню его глаза, помню тот последний взгляд. Умирая, он вновь почувствовал жизнь… Знаете, парни, - Мирэк оглядел каждого. – Я тоже всех вас люблю! Вы моя безумная семья! – Стальгольм обнял сидящих рядом Деметария и Всеслоусъа. – В Маргарде у меня есть дом. Большой такой. И жена-умница. А недавно мне пришла весточка о том, что у меня появился сын. Так что давайте, как закончим со всеми этими войнами, соберёмся и поедем ко мне! – Мирэк улыбнулся. – У меня баня такая шикарная! А водка, а вино!

- Ты прости меня, друже, - Деметарий впервые за весь вечер выпил, - но прежде нам с Алеханом надо посетить родные края. Скажем так, дела политического характера.

- Ыгы… ыгы, - пробормотал уснувший Алехан.

- Правен, друг, а ты-то с нами? – остальные посмотрели на графа, который задумчиво глядел в кубок с вином.

- М? Ну раз уж предлагаете… А вообще, - Правен ухмыльнулся. – Я хочу построить собственное поместье.

- О кхак!

- Ишь как, - Мирэк задумался. – Слышал я про одного хорошего архитектора…

Пока друзья опустошали один кувшин с вином за другим, Правен всё так же задумчиво глядел в кубок.

«Ах…прекрасный день, чтобы умереть!»

- Герман, спасибо тебе, - прошептал Правен и закрыл глаза.

- Кхех, я бы вот хотэл пивоварню отстхроитъ, - дварф заулыбался. – Буду Dvarfishko пиво варить. И будэм мы, кхакх в стхарые дхобрхые нажиратхся! Кхе-кхе-хе-кхе-хе, - Всес начал расчёсывать свою длинную бороду.

- Обязательно, брат, - Илиард положил руку на плечо друга. – Прямо на моих землях и построим! Вот честью клянусь, построим!

- Кхм-кхм, граф Эсэлаер, граф Де Ленлосс, - Андре в сопровождении двух молодых людей приблизился к компании. – Позвольте представить вам моего старшего сына – Седрика, и лучшего ученика Ностгардского Университета – Николаса.

Правен обернулся. Седрику на вид было чуть больше двадцати лет. У него были короткие русые волосы и жидкая бородка.

- Хах, весь в мать пошёл, - старый Андре улыбнулся, потрепав волосы сына. – Герр Правен, примете к себе в оруженосцы?

- Что умеет? – граф ухмыльнулся.

- Всё тоже, что и я, - Андре ухмыльнулся в ответ.

- Тогда принимаю, но все церемонии утром…

- Конечно-конечно. Сынок, ступай к господину Мишелю.

- Так точно, отец.

- Герр Илиард, примете ли вы себе в оруженосцы Николаса?

Николасу на вид было около четырнадцати лет. Длинные чёрные волосы, голубые глаза и аккуратные черты лица – мальчик был невероятно красив.

- Ах-ах-ха, да, конечно! – сходу ответил Илиард, опустошив очередной кубок вина.

Когда в зале стало совсем душно, Правен решил выйти на свежий воздух. Но подходя к балкону, он заметил её…

- Мариан, - сердце графа забилось с новой силой, когда он увидел красноволосую девушку, одиноко стоящую на балконе.

- Не меня ищешь? – Моника вмиг появилась перед остолбеневшим графом.

- Мариан…

Сердце было готово вот-вот выпрыгнуть наружу. Ноги слегка подкосились, и Правен упал в объятия Моники.

- Давай потанцуем, - чародейка положила руку графа себе на талию. – Правен? Ты меня слышишь?

- Сколько лет прошло…

- Эсэлаер, твоё сердце…

- Мариан, - прошептал Правен, оттолкнув Монику.

Выйдя на балкон, графа тут же обдуло холодным ночным воздухом.

- Вы, - красноволосая чародейка смотрела куда-то в морскую даль, - я думала, вы погибли.

- Все так думали. Но как видишь, всё нормально.

- Ваше лицо. Кто оставил это уродство? Какой госпоже вы изменили на этот раз?

- Мариан…

- Не называйте меня так. Для вас я госпожа Костольм.

- Мариан, столько лет прошло.

Чародейка попыталась уйти, но Правен схватил её за руку:

- Послушай меня, пожалуйста. Хотя бы раз.

- Что вам надо от меня? Я слушаю.

- Скажи, где Вильгельм?

Она промолчала.

- Мариан, что с нашим сыном? – Правен начал заводиться.

- Давай-давай, покричи, пусть все услышат, - она повернулась лицом к графу. – Иди за мной.

***

Они поднялись на храмовую гору, расположенную возле дворца. Идя мимо могил, на Правена давила эта гнетущая тишина. Мариан за весь путь не проронила ни слова.

- Зачем так далеко идти? – не выдержал граф.

- Посмотри на своего брата, - чародейка осудительно глянула на Правена.

Впрочем, посмотреть действительно было на что. Трёхметровая статуя Данкелла грозно смотрела в сторону Ностгарда, сжимая в руках двуручный меч, украшенный королевской символикой. Из спины статуи росли большие белоснежные крылья.

- Это ведь ты обрёк его на верную смерть? – Мариан смотрела на статую.

- Говоришь и смотришь так, будто была влюблена…

- А может и так, - перебила чародейка.

- Специально делаешь больно? – Правен вздохнул.

Мариан промолчала.

- Знаешь, я прекрасно понимаю, что ты никогда не простишь меня за все мои прегрешения. Но скажи, почему из-за меня страдает наш сын?

- …, - она опустила голову.

- Так и думал.

- Да что ты думаешь? Что ты понимаешь?!

- Ответь на один вопрос, что с Вильгельмом? – Правен повернулся к чародейке.

- Нет!

- Хватит вести себя как малолетняя шлюха, Мариан, - он посмотрел в её глаза, которые всё равно оставались прекрасными.

- Ты бросил меня! Тебе было наплевать и на меня, и на мою любовь! Я была тебе не нужна!

- Тогда почему раз за разом возвращалась?

Она покраснела от злости.

- Тебя это когда-либо волновало? Я для тебя была просто шлюхой. Бесплатной нестареющей шлюхой!

- То есть ни венчание, ни сын для тебя ничего не значат?!

- Да я их всех ненавижу, чтоб ты знал! Поэтому и Вильгельма в Королевский Приют сдала!

- Что-что ты сейчас сказала? – зрачки Правена расширились.

- Я их обоих в приют сдала, глухой ты ублюдок!

- Их обоих…? – Правен непонимающе посмотрел на Мариан.

- Да, ещё в десятом году! Когда ты, тварь, бросил меня, ради своей войны!

- Так давно…но…но Вильгельм же в пятнадцатом году родился…

Правен вновь посмотрел на Мариан, а после опустился на ближайший камень, закрыв лицо руками:

- Как же так, - прошептал он. – Почему я не знал об этом… Но это же получается…

- Правен? – чародейка приблизилась к графу.

Сердце заколотилось с бешеной скоростью, а голова начала гудеть.

«Как же так вышло…Почему она ничего мне не сказала? Столько лет прошло…а о чём она ещё мне не говорила?»

Внутри начал разгораться пожар. Глаза Правена налились кровью, а кулаки сжались:

- Почему ты мне врала? - тихо спросил граф.

- Ч-что?

- Почему ты всё это время врала мне? - Правен встал. - Почему?!

- Правен, я…

- Скажи, что у тебя было с Данкеллом?

- Я…я…Правен…Пожалуйста…

- Я любил тебя, Мариан, я был твоим Данкеллом, а ты мой Айлеей. Я делал всё, для блага нашей семьи. Но, видимо, не судьба. Видимо, мы оба просто не созданы для любви.

- Правен, не говори так, - из её глаз потекли слёзы. – Все эти годы я хотела увидеть тебя…

- Чтобы снова выставить виноватым во всех бедах?! Где, чёрт побери, хоть какая-то логика?!

- Я люблю тебя, Правен…Ты мой, а я твоя…

- Нет. Ты не моя, а я не твой. Пора закончить этот порочный цикл. Пора перебороть себя, Мариан. Пора повзрослеть. Мы уже не те дети, встретившиеся в ночь костров. Прости, но эта наша последняя встреча. Живым ты меня больше не увидишь, прощай.

- Правен! Нет, постой, пожалуйста! Не уходи, - девушка разревелась, упав на колени.

«А ведь, правда, живым ты точно уже не вернёшься, понимаешь?»

«Я понимаю. И я готов встретить свою судьбу»

«Значит, ты точно уверен?»

- Да…

Между двух огней VII

VII

Дверь со скрипом отворилась. В кабинет вошли двое: Мишель и Николаус. Стоящий у окна кайзер обернулся:

- Он выжил, - Мариус развернулся, подойдя к столу. – И я чувствую, как растёт его сила…

- Думаете, он представляет угрозу? – Мишель присел в дорогое кресло.

- Да, причём всем нам, - кайзер на мгновение задумался. – Николаус, брат мой, мы ошиблись?

Герр Николаус закрыл глаза. Вдох. Выдох.

- Да, - сухо ответил он.

- Моё время на исходе, сделка подходит к концу, - Мариус открыл комод. – А потому, когда мою душу поглотит Бездна, ты, Николаус, должен встать на моё место. Только ты один сможешь выполнить завещание отца. В этой шкатулке его кольцо.

- Ты точно уверен, что стоит Им воспользоваться?

- Да, иначе Цикл повториться.

- Хм, но как он повторится, если Реван и Равен мертвы? – Мишель закурил.

- Их сыновья… - кайзер передал шкатулку Николаусу. – Данкелл погиб, но если пророки ошиблись... Нас будет ждать ещё большая опасность.

- Но ведь он ни разу не проявлял силу отца, даже во время Ностгардских погромов, - заключил Мишель.

- Это верно, - кайзер вновь задумался. – И всё же, если он объявиться… Господин Дер’Рихтер будет готов убить его?

- Клятва будет исполнена, - Николаус приблизился к окну, выходящему на храмовую гору.

- Хорошо… Мишель, друг мой, что с детьми Правена?

- Оба были проверены. Сайрус Костольм заключил, что они чисты.

- Это точно?

- Абсолютно.

- А от госпожи Андресс?

- Девочка была убита в ходе штурма. Мальчик погиб в огне.

- Вы видели это? – кайзер внимательно посмотрел на Мишеля.

- Да.

- Кто исполнил приказ?

- Андре Де Андросс.

- Значит, на данный момент угрозу представляет лишь Правен…отлично. Мишель, вам новый приказ.

- Слушаю, господин.

***

Правен вошёл в комнату. Было темно, но граф отчётливо увидел силуэт невысокой дамы, сладко дремлющей на постели. Щелчок пальцев, и стоящие на столе свечи зажглись. Моника слегка улыбнулась, увидев милые черты графа.

- Что ты тут делаешь? – он явно был не в духе.

- Что-то случилось? Ты сам на себя не похож…

- Будто не догадываешься, - Правен вздохнул, закрыв глаза.

- Как обычно?

- Как обычно.

- Но…

- Но это был последний раз.

- Ну, не говори так, - Моника подошла к графу.

- Нет. Мне осталось недолго, я чувствую это.

- Правен, что ты такое говоришь?

- Моника, спасибо тебе.

- Эй, слышишь, не говори так!

- Почему?

- По…просто…я…

Правен вздохнул и обнял чародейку:

- Ты всегда спасала меня. Всегда делала это безвозмездно. Я благодарен тебе, - он прикоснулся к её лицу и посмотрел в глаза. – Но это был последний раз.

- Правен, нет, - прошептала девушка.

- Прошу тебя, позаботься о Вильгельме.

- Правен…

Граф улыбнулся и нежно поцеловал Монику.

- Ты давно этого хотела, - прошептал Правен, положив руку на талию чародейки.

- Да, - томно вздохнула она.

Он чувствовал её разгорячённое дыхание, ощущал, как вздымается её грудь. Лицо Моники было красным, и оттого ещё более прекрасным. Граф незаметно развязал её тёмное платье. Теперь чародейка была совсем голой. Ну, почти…

- Скорее, Правен, - простонала девушка, прикусив нижнюю губу.

Его губы чуть коснулись её горячей груди. Было слышно, как стучит её сердце.

- Да…продолжай…

Она лежала, закинув голову ему на плечи.

- Прошу, Правен не останавливайся…

Казалось, что чародейка вот-вот сгорит. Вспыхнет, подобно тем свечам…

- Ах, Правен, - она вцепилась ногтями в его могучую спину. – Ах, Трое, что же мы творим, - стонала она. – После стольких лет…Ах… как же хорошо!

***

- Хочешь оставить о себе светлую память?

Правен открыл глаза. Вокруг было темно, но глаза быстро привыкли. Рядом лежала обнажённая Моника, крепко вцепившись в его тело. Граф осторожно поднялся, стараясь не разбудить любовницу. Укрыв её одеялом, он накинул простую белую рубашку и надел сапоги, после чего поспешил выйти. На душе было неспокойно, Правен не знал куда идти.

Во дворце было тихо, пиршество подошло к концу. В тронном зале, где ещё пару часов назад творился хаос, было пусто и темно. Лишь редкие компашки из пьяных офицеров и графов о чём-то робко толковали, сидя в отдалённых уголках зала. У дотлевающего камина спал Славий. Рядом лежали его лютня и записки. Правен поднял одну из них:

- Прекрасный день, чтобы умереть… Да, пожалуй весьма прекрасный, - хмыкнул граф, смяв записку и бросив в камин.

Выйдя на улицу, Правен почувствовал ту самую свежесть весенней ночи. Ему стало легче. Вид на бескрайнее звёздное небо и две большие луны заставили его вновь задуматься о чём-то недосягаемом, возвышенном, бесконечном.

***

- О чём думаешь?

Илиард обернулся. Рядом стоял Мирэк.

- Столько лет прошло, а мы всё те же, - Илиард улыбнулся, опустив голову.

Мирэк Стальгольм, всё такой же крепкий с длинными тёмными усами и не менее длинными волосами, он по-прежнему улыбался, а взгляд был простым, задорным. Казалось, он, как и раньше, готов в любой момент отправиться на поиски приключений. Но одно отличало Мирэка нынешнего, от Мирэка прошлого. Шрамы – его ошибки, которыми было покрыто его тело. И тот самый, последний, чуть не лишивший его жизни, шрам на шее. Рваной, неровной линией он проходил от левого уха до правой ключицы. Такой же извилистый, как и жизненный путь его обладателя. Казалось, что вся жизнь Стальгольма отображена на этом шраме.

- Что в двадцать, что в тридцать четыре, - Мирэк опёрся о стену, - мы совершаем всё те же ошибки.

- Мы идиоты? – задал Илиард старый, как мир вопрос.

- Мы идиоты, - выдал Стальгольм старый, как мир ответ.

- Но если мы не учимся на своих ошибках, не означает ли это, что мы плохие?

- Знаешь, нет плохих или хороших людей. Все мы в какой-то степени одинаковы. Все мы совершаем ошибки. Только кто-то раньше учится на них, кто-то позже. – Мирэк задумался. – И знаешь, - он подошёл к окну и посмотрел на небо, - я не хочу войны. Я всем сердцем хочу вернуться в Маргард. Я чертовски сильно хочу вернуться к своей семье.

- Но почему ты не вернёшься к ним? Ты же теперь дворянин и волен делать всё, что вздумается.

- Данкелл, мой самый близкий друг, погиб, сражаясь за мир. Я не хочу обесценивать его смерть. К тому же, я поклялся в верности Ливарии, и буду подобно Данкеллу Дэ Равэну сражаться за её величие.

- Маркоградец на службе Ливарии, звучит как баллада Славия, - Илиард вновь улыбнулся.

- Мой отец был дворянином, но погиб во время Первой Великой Войны. Он был одним из тех, кто призывал к объединению маркоградцев и ливарийцев. Я поддерживаю его взгляды, - Мирэк вздохнул, опустив голову. – Посмотри, какой силы добились наши государства совместными усилиями. Но это не предел. Получив титул здесь, я смогу так же вернуть свой титул на родине. Отстроив поместье, я заполучу власть над Маргардом, а далее буду расширять своё влияние. Правящая династия угасает, у короля нет наследников, а всё старое дворянство, как и мой отец, погибло ещё в Первую Великую…

- То есть ты последний представитель старого дворянства? – Илиард сильно удивился.

- Да, но всё это ещё надо доказать, - Мирэк тяжело вздохнул. – Но я должен доказать, - он сжал кулаки. – Для того, чтобы память обо мне осталась в веках. Для того, чтобы оставить после себя лучший мир…

***

Погружённый в свои раздумья, Правен не заметил, как оказался у храма Единого. Какая-то неведомая сила тянула его к этому месту.

Рядом никого не было. Тишина. Абсолютная тишина, каждый шаг в которой, казалось, эхом разносился по столице.

Правен вошёл в храм, внутреннее убранство которого привело его в трепет. Древние, сохранившиеся ещё со времён Андерсгандской империи, колонны тянулись ввысь, удерживая на себе огромный купол из белого хрусталя. Лунный свет падал точно на возвышающуюся статую Единого – мужчину облачённого в монашескую рясу, который опирался на пылающий двуручный меч. Голова была опущена вниз. Талантлив был тот, кто изготовил статую. Казалось, руками Бога была создана она, ибо лицо статуи, словно живое. Правильные черты лица, делали лик статуи прекрасным , а глаза,казалось, были полны сожаления, сострадания к людям, и в то же время в них читалась ненависть ко всему злу.

Граф прошёл через нескончаемые ряды скамей, приближаясь к статуе, от которой исходила такая знакомая, родная аура. Сотни свечей освещали её. Правен чувствовал их жар. Он чувствовал, как и в его груди разгорается пламя.

- Граф Эсэлаер, - голос епископа эхом разнёсся по храму.

- Отец Пирокар, прошу вас, - словно заговорённый, Правен встал на колени, - научите меня молитвам.

Епископ явно не ожидал такой просьбы. Тем более от самого графа Эсэлаера, в прошлом ярого противника церкви Единого. Но Пирокар быстро взял себя в руки:

- Повторяй за мной, сын мой, - и епископ зачитал длинную, сложную, но такую красивую молитву на старо-имперском.

Правен с упоением повторял. И с каждым повторённым словом он чувствовал, как пламя внутри него разгорается с новой силой. Силы наполняли его тело и разум, а глаза налились кровью…

***

- Господин Ленлосс! – раздалось где-то на другом конце коридора. – Господин Стальгольм!

По коридору бежал молодой офицер. Что-то случилось.

- Что такое? – Илиард нахмурил брови.

- Беда… - офицер жадно глотал воздух. – Срочно… в кабинет… Генерал Мишель…быстро…

Мирэк и Илиард переглянулись.

***

- Где я?

Тишина.

- Почему я ничего не вижу?

Тьма. Холодная и непроглядная.

- Правен, - послышалось где-то вдали.

Голос явно был женский, но Правен слышал его впервые.

- Эй, кто здесь!? Эй, меня кто-нибудь слышит?!

- Не стоит кричать, - раздалось сзади.

- Ты, - граф прищурил глаза, увидев позади знакомый силуэт. – Что это за место?

- Это Бездна, - силуэт поправил откуда-то появившееся подобие окуляров.

Силуэт стал меняться.

- Я умер? – Правен ужаснулся.

Как так? Когда?

- Нет, ты жив, но смог попасть при помощи медитации, - силуэт совсем изменился. – Мы так уже делали.

Правен опустил голову на свои руки:

- Что за?

- Природа бездны нам не ясна до сих пор, друг мой.

- Ч-что?

Правен не мог поверить своим глазам. Перед ним стоял он сам.

- Я тоже первое время удивлялся, - копия улыбнулась. – Бездна словно живёт вне времени и пространства.

Копия сложила руки за спиной и пошла куда-то вперёд:

- Но подобно Инферно, Бездна тесно связана с нашим миром, - тьма рассеялась и они оказали в цветущем саду. – Но в отличие от Инферно, план которого связан с нашим миром координатами, план Бездны завязан на нашем сознании. Понимаешь? Находясь в своём времени, ты не можешь предстать в ином, то есть, ты помнишь лишь своё физическое прошлое и недавнее настоящее. Собственно, плюс Бездны и заключается в том, что научившись управлять ей, ты сможешь выходить за эти рамки. Нет, помнить прошлое души не сможешь, но сможешь увидеть, а так же связаться с самим собой. Впрочем, такое можно провернуть и с будущим. Надеюсь, ты меня понимаешь?

- Отчасти, - Правен сел в плетёное кресло.

- Какое же это интересное чувство, - копия ухмыльнулась, - ещё совсем недавно я сам всё это слушал…

- И…что же в будущем?

Копия резко вцепилась в кресло и оскалила зубы. Страшно выругавшись, копия-Правен ответил:

- Существует некоторая линия, по которой всё происходит. Ай, чёрт, как же я бы хотел себе всё рассказать, но какая-то неведомая сила не позволяет. Знаешь, мы ещё не раз расскажем себе об этом.

- Не понимаю…

- Я тоже, - копия поморщилась. – Правила будущего несколько странны. Ты не можешь наставить себя прошлого на лучший исход, если этого не было предрешено, но ты можешь настроить на него будущее. Но снова эти чёртовы ограничения…

- Кхм-кхм, - Правен прокашлялся.

- Я твоё прошлое, - копия изменилась, и вновь перед Правеном предстал знакомый силуэт. – Прости за внезапность, но тебя прервали. Знаешь, я давно ждал этого момента, когда ты сам дойдёшь до Бездны. Здесь, как бы это сказать, больше возможностей, - силуэт закинул ногу на ногу и ухмыльнулся.

***

Жгучие солнечные лучи светили прямо в глаза.

- Чёрт побери, какой странный сон, - Правен схватился за голову.

Странное чувство, будто всё тело залито воском. Залито как снаружи, так и внутри.

- Мишель? – прокашлявшись, спросил Правен, увидев стоящего напротив генерала.

- Епископ сказал, что ты так самозабвенно молился… Что сказать, я удивлён.

- Не знаю, как так произошло…

- Ну, хоть не опорочил это место, и на том спасибо, - Мишель ухмыльнулся, похлопав графа по плечу. – Идём, у нас полно дел.

- Тю ёмаё, - цыкнул граф, запрокинув голову.

Солнце светило прямо в глаза. Правен прищурился.

- Вот тебе и ёмаё, - Мишель сел рядом.

Они были одни.

- Алькониум вторгся в Маркоградию.

- Что?! – Правен вытаращил заспанные глаза.

- Они как-то смогли пройти через Калинов лес.

- Но… Ёбаный рот, какого чёрта?!

- Это нам ещё предстоит выяснить, - Мишель закурил прямо в храме.

Словно из ниоткуда появился монах, осуждающе покачав головой. Генерал поспешил затушить папироску.

- Мишель, лес ведь кишел нечистью. Сколько раз мы устраивали вылазки, так и не искоренили её…

- Видимо Охотники помогли, - заключил генерал Де Ля Скорт.

- Ну не могли они этого сделать. Я хорошо помню тех, кто ушёл за Готриком. Это не те Охотники, они с рядовыми вампирами-то еле справлялись. У Ордена тоже не хватило бы сил…

- Но это полбеды.

- Что-что?

- Корабли-разведчики замечены у Горного Пролива.

- Так, стоп, - Правен посмотрел на Мишеля.

Генерал сидел с опущенной вниз головой, изредка поглаживая седые усы.

- Алькониум собирается вторгнуться и в Ливарию, - вдруг произнёс Мишель.

- Слушай, а ловко они это придумали, - нервно хмыкнул Правен. – Центральные земли никак не укреплены… Но… Я всё равно не понимаю… в горах нечисти ещё больше…Как они на кораблях смогли проплыть? НА КОРАБЛЯХ?! Выходит, на четыре фронта воюем? – граф закрыл ладонями лицо.

- Ну типа… Впрочем есть и хорошие новости.

Правен многозначительно посмотрел на генерала.

- Островитяне отступают. Мы захватываем одну крепость за другой. То же и со Стальным Пределом.

- Так.

- Генерал Де Ля Скорт! – двери храма распахнулись. – Срочно…Кайзер… вызывает…

«Знакомый, однако, голос, - подумал Правен»

- Ну, что там? – Мишель обернулся.

- Там… - казалось, что молодой офицер вот-вот потеряет сознание. – Готрик…

- Чего!? – в глазах Правена промелькнул огонёк.

***

- Вот холера, не думал, что вновь окажусь здесь, - горько ухмыльнулся беловолосый.

Он стоял на коленях. Ноги были связаны, а руки…точнее то, что от них осталось, было перебинтовано. Похоже, кто-то отрубил их старому Охотнику прямо по локоть. Этот кто-то был явным профессионалом.

Помимо Готрика, в тронном зале находились, за исключением стражи, кайзер, восседающий на троне, Николаус, который бродил туда-сюда, скрестив могучие руки на груди, и Весемир Младший – крепкий юноша с пламенной гривой и короткой бородкой.

- Милорд, при нём нашли послание, - Весемир Младший, молодой капитан, протянул кайзеру распечатанное письмо. – Вам стоит лично прочесть его.

- Спасибо, сынок, - Мариус раскрыл послание.

- Хах, герр Эсэлаер, вы живы, - язвительно произнёс Готрик, заметив подошедших Правена и Мишеля.

- О, Готрик, как я погляжу, ты тоже жив, - язвительно ответил Правен. – Жаль только кто-то вперёд меня вырвал твои поганые ручонки. Впрочем, видно кто-то умелый выдрал их.

- Агрх!

- Ой, кажется, на больное надавил. Давай пожмем, друг другу руки, и полюбовно разойдёмся? Ай, точно…

- Эсэлаер, перестаньте, - осуждающе произнёс Николаус.

- Весьма интересное послание, - закончив чтение, кайзер встал с трона и приблизился к Готрику. – Ответь, почему тебе вырвали руки и прислали сюда?

- Бей своих, чтобы чужие боялись, - с горечью прошипел Готрик. – Король Алехандро выжил из ума и, вырезав всех приближённых, собрал все свои силы для последней атаки. Вы бы знали, сколько погибло в этих горах, - на его лице расползлась безумная улыбка, - а ведь это с учётом того, что вся нечисть куда-то исчезла.

- Что-что ты сказал? – перебил Правен.

- Что слышал, Эсэлаер, - буркнул беловолосый.

- Хм, интересно, - кайзер скрестил руки за спиной и направился к окну.

- Падение Дендарии шокировало короля. А добило его то, что так горячо любимый им Орден Золотой Руки не смог справиться даже группкой ваших шпионов. Ах, да. Смерть его друга – Персиваля… стоит отдать должное Дэ Равэну, он сумел вселить ужас в сердца дворянства и церковной верхушки… вот только хорошо, что отправился следом за Персивалем!

Готрик рассмеялся, но тут же получил по голове – Правен с ноги ударил беловолосого, сломав нос и отбросив Охотника на метр. Сплюнув кровью, Готрик попытался встать, но снова получил по лицу – в этот раз крепким кулаком Правена. Граф молча месил его лицо. Он бил бы и дальше, если бы не кайзер.

- Полно, граф Эсэлаер, - Мариус положил руку на плечо Правена.

- Пусть, - прошептал Готрик. - Позвольте ему добить меня…

Все собравшиеся в зале недоумённо посмотрели на беловолосого.

- Всё, абсолютно всё, что я, когда-либо совершал, я совершал ради семьи, - Готрик машинально попытался вцепиться обрубком руки в руку Правена. – Старый друг, я не прошу простить меня, но хочу, чтобы…кхм-кхм…чтобы ты понял меня. Я всегда хотел, чтобы все были счастливы, но это невозможно, - в голубых глазах Охотника проступили слёзы. – Дорогие мне люди жили на севере Алькониума, и когда начались религиозные чистки, мне не оставалось ничего другого, как присоединиться к Ордену, заслужив тем самым их доверие и безопасность для моих близких… И все последовавшие за мной, все хотели спасти свои семьи… Но всё тщетно! Они всё равно убили их! Они распяли на кресте мою дочурку! Моё самое ценное сокровище… Правен, друг мой, я молю тебя, я заклинаю тебя, убей меня! ПОЖАЛУЙСТА! МНЕ НЕЗАЧЕМ ЖИТЬ!

Правен, молча, встал.

- Нет, - внезапно произнёс он, глядя в глаза Готрика.

- Уведите его, - приказал кайзер.

- Я хотел его остановить, - тихо произнёс беловолосый, опустив голову. – Надеюсь, у тебя, Эсэлаер, получится.

- Что будем делать, господа? – Мишель обратился к присутствующим.

Повисло напряжённое молчание. Граф Эсэлаер сжал кулаки и повернулся в сторону генерала.

- Сражаться. Мы должны сражаться! Господа, – Правен оглядел присутствующих, – это будет война не за величие, не за ресурсы, это война за наше выживание! И либо нас сотрут с лица земли, либо их.

- Они близко, - кайзер повернулся к Правену. - У нас есть три дня.

- Тогда медлить нельзя! Мы должны во что бы то ни стало остановить Алькониум! - в глазах графа загорелся огонь. Казалось, у него уже появился план, и он уже точно знал, как поступить.

"Зверь вновь пробудился, - ухмыльнулся Николаус, глядя на графа"

Возрождение зверя (сон Правена)

14 мая 1015 года от падения Андерсганда. Южный фронт. Предместья реки Райки. Штаб Чёрных Полос.

- Капитан Дэ Кратц, - произнёс широкоплечий мужчина, чьи змеиные глаза ярко блестели в полумраке хижины.

- Брат, я ждал тебя, - Правен встал из-за стола, приветствуя Данкелла.

- Славий передал, что у тебя есть для меня задание.

- Завтра будет наступление. Наш отряд будет одним из первых форсировать Райку. Наша задача – укрепиться на Вороньем холме…

- Хм, - змееглазый задумался, предчувствуя что-то.

- …и мы должны удерживать его до тех пор, пока войска Мишеля и Андре не займут Ведельский форт. В теории ничего трудного. Дендарийцы этот холм не укрепляли, а до ближайших укреплений не меньше полукилометра.

- План надёжный, как маркоградские часы, - ухмыльнулся Данкелл, скрестив руки и посмотрев на карту.

- Был бы, да только никто не берёт в расчёт войска Ордена, которые подчиняются лишь Инквизитору Персивалю.

- Так-так-так…

- Они были замечены недалеко от этого самого холма.

- И к чему ты клонишь? – Данкелл посмотрел в ясные глаза Правена.

- Я говорю тебе то же, что и офицерам. Ты с Охотниками и маркоградцами должен удерживать подножие холма у небольшого пролеска. В спину к вам не зайдут, Илиард и Деметарий с бойцами будут удерживать мост…

- А отряд Виттории?

- Беспокоишься об Айлее? – Правен закурил. – Они будут вместе с моими Охотниками на холме. Кстати, она разве не говорила об этом?

Данкелл помотал головой.

- Значит ещё скажет… - в змеиных глазах Данкелла читалось волнение.

Правен внимательно посмотрел на брата, после чего произнёс:

- Не беспокойся, даю тебе слово, с ней ничего не случится.

- Ты только об этом хотел сообщить?

- Нет, есть ещё одно дело…

- Тогда я не представлял, чем всё обернётся, - Правен тяжело вздохнул.

- Никогда точно не знаешь, к какому исходу тебя приведут твои же собственные поступки.

- Ты прав… - Правен попытался назвать образ по имени, но осёкся, будто неведомая сила заставила его замолчать.

- Со временем научишься контролировать это, - образ задумчиво посмотрел в расходящуюся тьму Бездны.

29 мая 1015 года. Центральная Дендария. Новый Андерсганд. Королевский дворец.

- Друзья мои, у нас вновь получилось изгнать ливарийских псов обратно за Райку, - король, довольно улыбаясь, наполнил чаши вином. – За Дендарию! За величие Старой Империи!

- Ура! – гордо повторили генералы и знатные бароны.

- Помимо прочего, есть и другие не менее чудесные новости, - король отпил из чаши. – Был пойман Данкелл Дэ Кратц, наследник ливарийского престола! Господин Рагнар лично сразил его в бою!

- Силён был гад, чуть не лишил меня жизни, - барон с огромной светлой бородой рассмеялся, - да и сейчас брыкается, правда в темнице моего замка! Ух-хах-ха, если милорд позволит, то я ещё немного с ним позабавлюсь.

- В-всё хорошо? – взволнованно спросила девушка, вцепившись в рукав Правена.

- Вы спрашиваете это у Меня? – холодно произнёс он.

Правен был спокоен. Слишком спокоен. Это насторожило юную принцессу.

- О-отец!

- Да, моя милая Стефана? – король с нежностью посмотрел на девушку.

- П-пожалуйста, отпустите того господина…

- Кхм, милая…

- Не стоит, ваше величество, - Правен схватил принцессу, приставив к её шее короткий нож.

- Какого чёрта?! Кто его обыскивал?!

- Спокойно, - невозмутимо произнёс король. – Месье Дэ Кратц, по-хорошему, отпустите мою дочь.

- А дальше? – на лице Правена мелькнула лёгкая улыбка.

- Ты знал, на что идёшь?

- Да.

- Ты мог умереть. Одно неверное движение, и тебя порубили бы мечами…

- В тот момент в моей груди словно вспыхнул огонь. Адское пламя, пытающееся вырваться наружу…

- И оно вырвалось…

Правен оттолкнул принцессу в сторону, да с такой силой, что бедняжка подвернула свою хрупкую ножку и сильно ударилась головой. В то же время, Правен приблизился столу и, схватив тяжёлый золочёный стул, с силой ударил им стоящего поблизости пожилого барона с перевязанной и всё ещё кровоточащей головой.

- АХ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! – засмеялся Правен, пробив старику голову.

Такой прыткости от ещё недавно лежащего при смерти капитана Чёрных Полос не ожидал никто. Выхватив меч убитого барона, и не медля ни секунды, Правен зарубил второго – совсем ещё молодого офицера, за которым полегли и остальные…

- Ах ты, неблагодарная скотина! С тобой обошлись по-людски…

Молча, Правен увернулся от выпада короля и, опустившись на колено, ударил того точно в колено.

- Агрх!

- Ты допустил свою самую главную и последнюю ошибку, Андрос, - произнёс Правен.

- Чёртов выродок, - бородатый барон направил арбалет на Правена. – Умри!

Но он отбил стрелу и бросил меч, прибив Рагнара к книжной полке.

- Тщетно, - рыкнул сероволосый, поднимая меч короля. – Прощай, - на его лице появилась маниакальная улыбка.

- Н-нет! Правен…Прошу, - простонала пришедшая в сознание принцесса.

- Почему ты остановился? Мог ведь уже тогда положить конец Дендарийскому королевству.

- Её глаза, - Правен с любовью смотрел на полное непонимания личико Стефаны, - она вернула меня к жизни и подарила свою любовь. Она верила мне и искренне любила… а я предал её…

- Но ты же думал о своей родине, о друзьях и…

- Нет, - отрезал граф. – Меня достала война. Тогда я хотел убить всех. Уничтожить всё живое… Это странное чувство отвращения ко всему миру… и к этой бессмысленной войне. Я мог убить Стефану, добить Андроса. Мог в любой момент убить кайзера и Николауса…но это ничего бы не принесло. Насилием я бы ничего не добился. Да, мои действия положили конец войне, но надолго ли? После Охоты на Драконов вновь началась война, более страшная и жестокая.

- Но если насилия не избежать…

- Придётся до последнего ступать по гвоздям. Я чудовище, Мясник из Нового Андерсганда… меня боятся, но уважают.

Правен задумался, но вскоре произнёс чётко и уверенно:

- Знаешь, я буду чудовищем до тех пор, пока в мире не воцарится мир.

30 октября 1022 года. Южный фронт. Подножия Небесных гор.

- Тоже не спится?

- Можно и так сказать, - голос брата был спокойным.

- Почему ты приехал?

- Это мой долг.

- Перед кем? – Правен чуть наклонился в сторону обрыва.

Данкелл промолчал.

- Я тебя спрашиваю, перед кем?

- Перед Родиной…

Правен разразился нервным смехом.

- Перед какой ещё Родиной? Ты хоть понимаешь, что только что сказал?!

Он повернулся лицом к Данкеллу и пристально посмотрел тому в глаза:

- Нет у нас Родины. Нет у нас и семьи. Нас никто и никогда не будет ждать. Мы никто, понимаешь?

Данкелл вновь промолчал.

- Молчишь…потому что понимаешь…

- Я до сих пор не понимаю его… война забрала у него всё. Глупые конфликты сильных мира сего навсегда оставили на его лице шрамы, а он до последнего верил в правоту нашего дела.

- Ты ошибаешься, брат. Наши друзья, Мирэк, Илиард, Андре…все, все они и есть наша семья. Все мы сражались и сражаемся за общее дело – за величие нашей Родины, дома, который приютил всех нас, дома, который взрастил и сделал нас теми, кем мы сейчас являемся.

Правен опустил голову:

- Слишком много…слишком многое мы потеряли на этом пути, Данкелл. Сколько крови на наших руках…сколько на моих… И всё же, почему? Почему ты приехал?

- Многие десятилетия мы сражались за эти земли. Многие наши близкие отдали здесь свои жизни, дабы наша Родина вернула былое величие. Я хочу вновь сражаться, сражаться до победного конца, дабы почтить память всех павших, дабы окончательно покончить с той войной, которая отняла у нас самое дорогое, Правен.

- Он был патриотом и многое сделал. Но ты сделал не меньше. Он был верен короне и друзьям, а ты всему человечеству. Ты не убивал невинных, Правен.

- Но как же…

- Ты пощадил Андроса, который думал лишь о своей Родине. Ты не тронул Стефану, которая не причастна к войне. Ты убивал дворян – людей, думающих лишь о своём богатстве, но никогда не желал по-настоящему смерти тем, кто желал мира и процветания. Ты пощадил дочь Младэка – ты видел, что Илиард занёс меч над её головой, ты видел, что он не смог, ты понял его и не стал завершать начатое. Ты всегда хотел счастья для всех, но при этом понимал, что не всем его суждено обрести. Ты всегда действовал правильно, и будешь действовать дальше. Ты должен закончить эту войну, Правен из рода Эсэлаеров, именно ты будешь защищать этот мир.

- Ты чертовски прав, брат мой, - неожиданно начал Правен, странно ухмыльнувшись. – И мы закончим эту чёртову войну, я тебе обещаю. Клянусь!

Холодный ветер обдувал братьев. Оба смотрели друг на друга, словно это их последняя встреча.

- Конец одной истории – непременное начало новой…

Возрождение зверя I

I

Полдень. Во дворце было неспокойно: повсюду бегали стражники, офицеры, купцы и извозчики; дворяне что-то с шумом обсуждали в тронном зале, а на главной площади строились колонны солдат. Правен только что закончил с существенными и не очень проблемами и направлялся в кабинет кайзера.

- Правен! – послышался голос Моники.

- М?

- Я тебя всё утро искала, - искала она, судя по покрасневшему и запыхавшемуся лицу, усердно. – Вот, я же забыла тебе отдать…

Она протянула медальон Данкелла.

- А ещё… у меня есть две новости…

Правен вопросительно посмотрел на чародейку, которая опиралась о его плечо.

- Ты выжил только благодаря этому медальону… не зна… не знаю как, но… Ох-ох…

- Лучше присядь и отдышись, - Правен слегка улыбнулся, доведя Монику до ближайшей скамьи, расположенной у большого витражного окна.

- Такое ощущение, будто он живёт своей жизнью, - отдышавшись, быстро проговорила она. – А ещё эти камни на месте глаз…

- Они источали алое свечение, ровно, как и клинок Данкелла в моих руках.

- Я нашла несколько старых книг, в них сказано о подобных вещах…

- Так-так-так…

- …что меч, что медальон будто созданы для тебя. Только вот… им несколько тысяч лет… Но в книгах об этом тоже написано!

- И что же?

- Господин Эсэлаер, - на горизонте появился Мишель, - Его Величество ждёт.

- Пришли известия с Горного Пролива? – Правен тотчас переключился на разговор с генералом.

- Да, поэтому следуйте за мной.

- Так точно, - кивнул Правен. – Давай обсудим всё вечером? – он посмотрел в возмущённые глаза чародейки.

- Н-но…ладно…

***

Дверь со скрипом отворилась. В кабинет вошли двое: Мишель и Правен. Стоящий у окна кайзер вздохнул и тихо пробурчал:

- Сколько не смазывай, а скрипеть, похоже, будет до самой моей смерти…

Солнечные лучи ослепительно ярко освещали старый, но опрятный кабинет. Резная мебель из красного дерева, множество книг и висящего на стенах оружия создавало какой-то странный уют. От этого места веяло приятными для Правена воспоминаниями…

- Господа, пришли известия с Горного Пролива, - низким, но очень харизматичным голосом произнёс Весемир Старший и закинул свои длинные пламенные усы за спину.

Адмирал был невысокого роста, но очень мощного телосложения. Лицо его было живым несмотря на множественные шрамы и увечия. В глазах всё ещё горел огонёк той молодецкой удали, которой уже не было ни у кого из присутствующих. Весемир сидел ровно, сложив могучие руки на столе. Напротив его стоял командующий Андре, задумчиво рассматривая то карту, то лежащие неподалёку бумаги. Недалеко от него сидел Николаус, закрыв глаза и закинув назад голову.

- Что пишут? – граф Эсэлаер быстро подошёл к столу с развёрнутой картой пролива и близлежащих земель.

- Около двадцати галер и почти в два раза больше вспомогательных судов, - ответил адмирал Весемир. – Это почти два десятка тысяч человек, большая часть из которых хорошо вооружённые бойцы регулярной армии.

- Откуда такая информация?

- Спасибо разведгруппам, патрулирующим западный участок Небесных гор.

- К тому же многое рассказал Готрик. Врать не мог – маги заставили говорить правду, - добавил Мишель, приблизившись к одному из шкафов.

Старый генерал явно искал, чем промочить горло.

- Вот холера, - задумался Правен.

- Побережье пролива устроено так, - задумчиво начал Андре, - что высадка возможна лишь у небольшого участка, где расположены руины старого форта, ведь так, герр Весемир?

- Подтверждаю, это единственное удобное для высадки место. Правда есть ещё пара вариантов…

- В каком состоянии форт? – Правен посмотрел сначала на адмирала, потом на Николауса, в чьих землях и располагался пролив.

- Состояние средней паршивости. Но это легко исправить, - Дэ Кратц раскрыл глаза и выпрямился. – По поводу тех местечек, о которых говорил Весемир, ситуация следующая – очень узкие берега и крутые подъёмы. И это вполне возможно исправить за день-два.

Несмотря на довольно расслабленный тон и простую речь, он был серьёзен:

- Но остаётся одна проблема – сколько человек мы можем отправить уже сейчас, и хватит ли нам лошадей и повозок для этого?

- Милорд, у нас в порту стоит галеон и три галеры, и это только военные суда. А сколько торговых, более вместительных? Думаю, на них можно будет переправить часть войска и ресурсов.

- Успеете ли вы за столь короткое время проплыть по реке Марша… - Николаус снова задумался.

- Господа, в данный момент в городе находиться немного немало девять тысяч человек. Ещё столько же в окрестностях, - произнёс Мишель.

- Это-то хорошо, но, сколько у пролива? – спросил Правен, повернув голову в сторону генерала Чёрных Полос.

- Чуть меньше сотни, так, герр Весемир?

- Верно.

- Да уж, не густо, - процедил граф Эсэлаер. – Ваше Высочество, что вы думаете по этому поводу?

Кайзер медленно повернул голову. Солнечные лучи, ярко освещавшие кабинет, затмевали лицо Мариуса Фон Кратца. Лишь его тёмно-синие глаза слегка сияли, выражая спокойствие и задумчивость.

Мариус, как Николаус и Правен был реликсом – человеком с бледной, почти белоснежной кожей и светлыми, серебряными волосами. Он был очень стар, и, казалось, видел всё в этой жизни. Кайзер прошёл многие войны, а потому знал, как стоило поступить:

- Нам должно уже сейчас отправить войско к проливу. Корабли вместе с экипажем оставим в Энгарде, город должен быть защищён. Вместе с этим вам, герр Андре, следует как можно скорее вернуться в Новый Андерсганд. Вы должны объявить народу о смене власти. Мишель, принцесса Стефана подтвердила отречение?

- Да, милорд.

- Прикажите после собрания составить все необходимые бумаги. Теперь вернёмся к теме пролива.

Кайзер подошёл к столу.

- Герр Правен, у вас есть какой-нибудь план? Я считаю, надо отправить гонцов в ближайшие селения, чтобы уже оттуда привезти материалы к форту и начать его укрепление. Параллельно с этим, думаю, стоит отправить стрелковые и кавалерийские части армии господина Николауса к проливу, а сразу за ними и артиллерийские.

- Соглашусь, - задумчиво произнёс Правен. – Но думаю, вместе с кавалерией стоит послать и рыцарей. Со стрелками и артиллерией отправить войска Чёрных полос Мишеля, а следом за ними…

- Уже и наши с вами войска, - слегка улыбнулся кайзер.

- Хм…в таком случае надо бы вперёд выслать отряд Стальгольма, Предельцев и оставшихся Охотников. Они хорошо себя проявили в прошлых битвах, а их командующие способны на оперативные решения.

- Вы уверены?

- Да, Ваше Величество.

- Хорошо, тогда, думаю, вам стоит лично сообщить своим подчинённым об этом решении. Остальные детали мы обсудим и сразу сообщим вам. Мишель, вы тоже свободны.

- Да, господин.

- Мишель, где держат Стефану? – покинув кабинет, спросил Правен.

- А на что она тебе? – генерал ухмыльнулся, повернувшись лицом к старому соратнику.

- Просто интересно.

- Хм, в северной башне, под надёжной охраной.

Ответ Мишеля был на удивление быстрым и чётким.

- Но увидеть её у тебя не выйдет - Кайзер отдал приказ никого к ней не пропускать.

- Жаль, - цыкнул Правен.

- Знаешь, дело, конечно, твоё, но я бы не стал связываться сразу с несколькими женщинами, - генерал достал коробочку с сигарами. – М?

Правен принял сигару и закурил, продолжив слушать Мишеля.

- К тому же ты женат и у тебя есть сын. Да, я знаю, что вы с госпожой Костольм в ссоре, но может попробовать помириться?

- В чём-то ты, несомненно, прав, но…

- Она спрятала Вильгельма?

- Это лишь полбеды. Оказывается, у нас с ней был ещё один ребёнок.

- Кхм, - генерал закашлялся.

- И как она сказала, ребёнок был сдан в королевский приют, - мрачно процедил Правен.

- Да, это место ничем не лучше Тоденвахта…

- Только пальцы не отрезают…

- Я могу поговорить с Мариусом. Подключим нужных людей, и, может, найдём его.

- Не стоит, - отрезал граф. – Уже слишком поздно, не думаю, что ребёнку стоит знать, кто его отец. К тому же с такой репутацией…

- Соблазнитель женщин, безжалостный убийца и талантливый генерал… В тебе много противоречий. Я бы сказал слишком много, для простого человека.

- Поэтому, Мишель, - Правен остановился, - прошу, позаботься о Вильгельме.

Генерал остановился, удивлённо посмотрев на друга:

- Что ты задумал?

- Многое может произойти в грядущей войне. Не думаю, что враг будет брать пленных. Мне кажется, что его целью является уничтожение всех нас – первых людей государства. Вы должны быть осторожны, и вы должны защитить кайзера. А я…я буду выполнять то, что умею лучше всего – убивать. И я убью столько врагов, сколько смогу.

- Рано ты начал речи толкать, - ухмыльнулся Мишель и похлопал графа по плечу. – Как скажешь, я защищу кайзера, и позабочусь о Вильгельме. Но, как и ты, я буду сражаться. Посмотрим, кто убьёт больше.

- Думаешь, сможешь? – хитро улыбнулся Правен.

- Не забывай, я Охотник, как и ты, только более опытный. Ну, так что, заключим пари?

- Ах, ты сукин сын, я в деле, - хмыкнул граф и пожал протянутую руку.

***

На тренировочной площадке было не многолюдно. Небольшая группа молодых солдат усердно тренировалась, упражняясь в бою на мечах. Это были люди из нового отряда Илиарда, который в свою очередь бродил вдоль площадки, внимательно наблюдая за движениями подопечных.

- А вот у того явно талант, - на лице Правена сияла лёгкая ухмылка.

- Чем-то тебя напоминает, - смотря на своего оруженосца, произнёс Илиард.

- Николас вроде?

- Он самый… Смотри как быстро двигается, я такое впервые вижу!

Николас парировал удар своего оппонента и тут же контратаковал, обойдя того сбоку.

- Техника островитян, рассчитанная на лёгкие режущие удары. Против хорошо бронированного противника малоэффективна. Как и в бою с несколькими... Ты собираешься взять его с собой?

- Ну а как ещё? – Илиард удивился.

- Ну да, правильно. Пусть сразу привыкает к настоящей битве. Кстати, куда Мирэк запропастился?

- Вроде как своих муштровал здесь неподалёку…

- Понятно, если увидишь…

- Кто-то меня искал? – словно из-под земли появился Мирэк.

- Тьфу на тебя, - чертыхнулся Правен.

- Как ты меня не услышал…

- Всё это стереотип, чтобы чернь не лезла лишний раз, - граф закатил глаза.

- Так значит Данкелл мне напи…

- Так, неважно. Стальгольм, - серьёзно начал Правен, - говорю тебе то же, что и Деметарию - твой отряд уже сегодня выступает вместе с армиями Николауса и Мишеля, ясно?

- О как, - Мирэк кивнул. – Так точно.

- Всё, свободен.

- Тогда, может, выпьем?

- Весьма соблазнительное предложение, - Илиард потянул воротник геральдического камзола старого типа.

- Нет, Стальгольм, сначала поднимай людей и дожидайся дальнейших указаний, - строго приказал граф.

Стальгольм вздохнул и послушно произнёс:

- Ох, есть, сэр.

И направился в сторону дворца с опущенной головой.

- Выпьем, как всё закончится, - сказал вслед Правен.

Мирэк обернулся и довольно заулыбался.

- Порою, он мне напоминает Всеса, - заметил Илиард.

- Он прост и никогда не отчаивается. В какой-то степени я ему завидую, - Правен проводил взглядом Стальгольма, который к тому времени уже скрылся в стенах дворца.

- Ай, больно в ноге! - послышалось на тренировочной площадке.

- Я же говорил, ноги надо ставить пошире, - стоя с простоватым выражением лица, произнёс Николас. – Ставил бы шире, не потерял бы равновесие и не подвернул бы ногу…

Юноша возвышался над валяющимся в песке парнем, который сопел и громко стонал от боли.

- Эй, вы там живы? – крикнул Илиард.

- Не двигайся, сейчас помогу, - спокойно произнёс Николас, бросив деревянный меч и присев рядом с парнем.

Голос его был мягким и успокаивающим. Холодными от прохладной апрельской погоды руками он прикоснулся к ноге своего оппонента.

- ЫЫЫ-МММ-ЫГЫХ, - замычал парень, когда Николас вправил стопу.

- Ну вот, видишь, чтобы такого не было, старайся ставить ноги шире и удерживать равновесие, - Николас слегка улыбнулся, чуть прикрыв свои большие голубые глаза. – Всё уже хорошо, господин Ленлосс!

- Хорошо. Смена пар! – прокричал Илиард, повернувшись обратно к Правену, который с интересом наблюдал за Николасом. – Всё хорошо?

- М? – непонимающе посмотрел граф.

- Господин, может позволить Эрису отдохнуть? – произнёс кто-то из солдат.

- Нет, в настоящем бою враг не будет смотреть на ваши раны. Его цель – убить вас. А вы должны не только выжить, но и суметь победить! – Илиард на миг задумался. – Фрост и Нормир, вы оба будете биться против Эриса!

- Н-но…

- Слышали приказ командира? – начал Правен. – Быстро выполнили! Хотя кто бы говорил… - шёпотом добавил он.

- Николас, ко мне! – скомандовал Илиард.

- Да, господин, - парень поправил волосы и поспешил к господину.

- Скажи, где ты так научился драться? – чуть наклонившись, спросил он.

- Этой технике не обучают даже Охотников, - добавил Правен, внимательно смотря на юношу. – Зато обучают островитян… но я не слышал, чтобы в Академии обучали ей.

- Я просто умею… - с полными непонимания глазами, произнёс Николас.

- Это как? – теперь и у Илиарда были непонимающие глаза.

Николас действительно не понимал заданного вопроса. Правен чувствовал, что это так, поэтому произнёс:

- Ладно, не бери в голову. Нам с господином Де Ленлоссом просто стало интересно, - граф улыбнулся, положив ладонь на бледное плечо юноши.

- Милорд, вас ищет госпожа Костольм! – из дворца уверенной походкой вышел Седрик.

- Тц, и для чего же? – Правен скрестил руки на груди.

- Говорит, у неё к вам серьёзный разговор, - невозмутимо спокойно ответил он.

- Вот холера, - вздохнул граф.

- Она ждёт вас вместе с госпожой Де Монтель в ваших покоях.

- Кхм-кхм, что-что?

Делать нечего, надо идти, но факт присутствия обеих чародеек сильно настораживал графа. Обе были давними врагами и на дух не переносили друг друга. Впрочем, все же взрослые люди? Они же уже не дети? Да, Мариан иногда вела себя как глупый наивный ребёнок, но вот Моника…

С тяжким вздохом, Правен вошёл в свою опочивальню.

- Милый, я тебя заждалась, как твоё здоровье?

- Дорогой, всё хорошо? Я слышала, вы скоро выступаете…

Мариан ровно сидела в кресле у окна, сложив бледные ручки на коленях, лишь изредка поправляя красные пряди длинных волос. Моника же сидела возле кровати, держа в руках несколько старых книг. Она, в отличие от Мариан, была напряжена и часто постукивала ноготками по стулу. Багровые глазки бегали из угла в угол.

- Моника, - бесстрастно начал Правен, поймав бегающий взгляд чародейки, - я договаривался продолжить, - он посмотрел на заинтересованный взгляд Мариан, - наш разговор вечером, когда закончу со всеми делами.

- Мне уйти? – понурив голову, спросила она.

- Да, - вздохнув, ответил граф.

- Хорошо. Тогда. До. Вечера.

Слова графа, видимо, расстроили её.

Когда дверь захлопнулась, Правен обратился к Мариан:

- А что тебе нужно?

- Я хотела поговорить…

- Мне, казалось, мы уже всё с тобой обсудили.

- Просто столько всего произошло. Я столько хотела сказать тебе…

Правен решил выслушать её, хоть и знал, к чему всё идёт.

- Прости за такое поведение…

Она уже не в первый раз извиняется. И каждый раз Правен прощал её. Он прощал, потому что любил. Но только не в этот раз.

- Но после того, что я сделала, ты, наверное, ненавидишь меня…

Она опустила взгляд.

- Я не хочу тебя терять… когда тебя нет, мне так плохо…

Голос начал дрожать.

- Я…я…

- Это всё? – холодно спросил граф.

Этот разговор стал ему надоедать.

- Почему ты…всё ещё носишь кольцо?

Правен посмотрел на руку.

- Как память.

- Д-добрую?

- Нет. Я ношу его в память о совершённых ошибках, - соврал он.

- Н-но…

Мариан тяжело задышала. Такого ответа она не ожидала.

- Тебе стоит забыть меня, - Правен встал.

- Но почему?..

Граф распахнул окно и закурил.

- Почему, - чародейка ещё сильнее опустила голову.

- Помнишь тот обряд восемнадцать лет назад, когда нас с Данкеллом обратили?

- Да…

- Помнишь, что тогда произошло?

- Прилетел дракон…

- В тот момент, когда мне вводили яд. Лишь чудом я не умер от интоксикации, но процесс разрушения начался. И если раньше я мог бороться с этим, то сейчас… - Правен замолчал.

- Но ведь выход должен быть, - Мариан подняла голову на графа, который задумчиво смотрел вдаль.

- Он есть – я умру. Умру и ничего после себя не оставлю. Хотя нет, все будут помнить меня лишь как кровавого убийцу. И даже мои дети будут проклинать меня за то, что я бросил их…

- Правен, прошу, не говори так, - Мариан встала. – Спасение должно быть! Оно найдётся! Мы…мы вместе всё исправим!

- Нет уже нас, и никогда не будет, - заключил он, затушив сигару. – У нас с тобой был шанс всё исправить.

- Он и сейчас есть! Ведь никогда же не поздно…

- Не будь как ребёнок. Наши пути давно разошлись. И если я умру, то ты ещё будешь жить. Для меня уже поздно что-либо менять. Но вот для тебя, - Правен повернулся к чародейке и взял её за руки, - для тебя ещё есть шанс. Прошу, верни Вильгельма и люби его всем сердцем. Люби за нас двоих. Люби так же, как и я.

- Правен, - слёзы проступили на её глазах.

- Ты была самым лучшим счастьем в моей жизни, Мариан. Ты была моей Айлеей, а хотел быть твоим Данкеллом. Но слишком поздно я осознал это. Прости и отпусти меня, - граф поцеловал чародейку в лоб и крепко обнял.

- Правен, нет, - прошептала она, прижавшись к нему, - я всё равно не хочу отпускать тебя…я исправлюсь…ты увидишь…я обещаю…только не покидай меня…

***

В тронном зале было чересчур многолюдно. Кайзер только что закончил речь и направлялся к выходу.

- Ну что же господа, видно в серьё-ё-ё-зную заварушку мы попали, - с ухмылкой произнёс Деметарий, приблизившись к компании друзей.

- Вот кажи, Demerihko, тоби совсема не трашно? – недоумённо пробурчал Всеслоусъ, почёсывая светлую бороду.

- Хах, а чего бояться? – широко улыбаясь, Деметарий почесал затылок. – Где мы только не бывали. Хех, и с нежитью бились, и вампиров резали, и рыцарей Ордена будучи в плену пыряли, и даже драконов ловили, - он посмотрел на свою руку, вернее, на добротно сделанный протез. – Знаете, что ни делается, всё к лучшему. Не отруби мне тогда руку, я бы не получил такой чертовски хороший протез. Да я теперь одной правой огра уделаю!

- Вот только стрелять не сможешь, - констатировал Алехан, указывая на повязку на правом глазу.

- Ха, а надо ли оно мне, с такой-то рукой?! – засмеялся Деметарий.

- А ведь и не поспоришь, - Мирэк почесал свои длинные усы.

- Всё как обычно поменялось? – появился Алессандро.

- Ты про что? – Мирэк повернулся к другу.

- Мой отряд выдвинется вместе с вами, сказали.

- А, так ты про это…

- Поменялось не только это, - произнёс подошедший Правен. – Наши с Илиардом отряды выдвинутся следом за вами, в полночь.

- Так поздно, - задумчиво произнёс Мирэк.

- Честно скажу, порою их идеи находятся за гранью моего понимания, - вздохнул Правен, скрестив руки и опустив голову. – Впрочем, возможно поступила новая информация. Как-никак враг уже близко, и может перейти в наступление в любой момент.

- Может, стоит узнать точно? – внезапно спросил откуда-то взявшийся Славий.

- А вот и мой второй помощник, - спокойно произнёс граф, не поднимая головы. – Впрочем, действительно стоит узнать.

- Кхакой-то ты чудной, Правен, - пробурчал дварф. – Авось случивши чаво?

- Нет, всё нормально, - Правен поднял голову, увидев вдали знакомую фигуру с седыми короткими волосами и чёрными, как смоль усами. – Мишель!

Возле двери, за которой пару минут назад скрылся кайзер, стоял генерал Де Ля Скорт и, молча, покуривал. Взгляд его был пустой, а сам он был расслаблен.

- Кто изменил план? – спокойно спросил Правен, подойдя к генералу.

- Противник перешёл в наступление. К счастью, часть повозок добралась до форта вместе с несколькими отрядами. Началось укрепление позиций, но, боюсь, это не поможет.

- Почему же?

- Корабли вооружены пушками и их орудия просто раскрошат форт, сделав его оборону бессмысленной.

- Но как тогда они смогут высадиться?

- Этого, друг мой, я не знаю…

- Мишель, ведь должен же быть какой-то способ их остановить! – Правен сжал кулаки.

- Западная стена – она находится далеко от берега и имеет лишь одни ворота. Будем надеяться, что их орудия не настолько дальнобойные.

- Значит, мы должны удержать стену, - огонёк надежды мелькнул в глазах Правена.

- Именно, - Мишель закурил вторую. – Через час я со своим войском выдвинусь к Горному Проливу, - он посмотрел на большие механические часы на центральной колонне.

- Семь часов…

- А через четыре часа, после нас, выдвинетесь вы, - произнёс Мишель. – Помнишь, ты спрашивал у меня про Стефану?

- Ну?

- Вот ключи. Охрана тебя пропустит. Вместе с вами столицу покинет и Андре. Он заберёт с собой Стефану. Так что это твой последний шанс увидеться с ней.

- Но почему?

Мишель лишь молча, посмотрел в сторону окна, за которым сиял закат. Огромный огненный диск приближался к бескрайнему океану.

- Прекрасный день, чтобы подвести итоги и попрощаться с близкими, - тихо ответил генерал. – Но мне лично прощаться не с кем, в отличие от тебя, Эсэлаер...

- И ты туда же? – перебил Правен, приподняв бровь.

- Оглядись по сторонам и скажи, что ты видишь. У всех них своя жизнь, свои хлопоты и переживания. Они хотят жить несмотря ни на что, но при этом осознавая всю серьёзность происходящего. И все они готовы умереть за Родину, за своих близких.

- Теперь и ты начал речи задвигать, - Правен прислонился спиной к каменной стене.

- И всё же, я верю в нашу победу.

- Почему?

- Потому что мы боремся за жизнь, а они (враги) за смерть.

- То есть? – граф посмотрел на генерала, который поправил прядь белоснежных волос.

- Они хотят лишь нашей смерти. В их сердцах хаос. Непроглядная тьма. Внутри они мертвы… Битва будет очень трудной, многие погибнут. Но мы победим, потому что здесь наша земля, потому что мы хотим жить.

- Да, кажется, я понял, - прошептал Правен, раскрыв серые, чистые глаза.

- А теперь ступай к Стефане, - ухмыльнулся генерал. – Встретимся у Горного Пролива…

***

- К вам посетитель, - объявил королевский гвардеец, сидящей возле узкого окна принцессе, которая всё так же безразлично смотрела в окно.

Не смотря на богатое убранство и горящий камин, в темнице было очень холодно. Но принцессе, казалось, было всё равно.

- Стефана…

Этот до боли знакомый голос заставил девушку обернуться. Эта статная фигура, это прекрасное лицо и эти потерянные глаза…

Кресло с шумом упало, задев и уронив следом за собой небольшой столик на резной ножке.

Её глаза сияли.

Возрождение зверя II

II

- Это предзнаменование, Правен… Близится конец, и ты как-то будешь связан с этим.

- Но как?

- Я пока не знаю, но если мне удастся добраться до церковных архивов…

- Этому клинку много тысяч лет. Посмотри на символы, некоторые повторяются… это язык древних, но я не знаю его… шесть символов… те же, что на медальоне.

- Ты помнишь, кем были твои родители? Они же были реликсами?

- Твоя кровь…всё дело в твоей крови!

- Моника, почему?

- Ты дорог мне, поэтому я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось…

- Мне страшно, Правен…пожалуйста, не покидай меня!

- Прости меня…

- За что? Ты ведь не виноват…

- Я предал тебя, предал твои чувства.

- Глупый, ты же подарил мне смысл жизни.

- Твои руки такие тёплые…

- Потому что я всегда любила тебя и буду любить.

- Но ведь…

- Они их убили? Почему… Они знали?

- Да…

- Я не понимаю…но ведь ты же подписала отречение…

- Они боятся тебя. Они знают о твоей силе.

- Перестань говорить загадками!

- Вот как. И что мне теперь делать?

- Я не знаю… но мне кажется, всё дело в твоём происхождении...

- Наши дети, в них тоже была сила. В них была твоя кровь…

- Если всё дело в ней…

- Значит, ты должен найти её, Правен, но для этого ты должен призвать смерть.

- Что ты такое говоришь?

Образ жутко улыбнулся, поправив очки:

- Только смерть откроет то, что скрыто во тьме. Лишь познав её, и став её частью ты покоришь Бездну.

***

Телега резко покачнулась, из-за чего граф широко распахнул глаза и тяжело засопел.

- Милорд, вы в порядке? – рядом, верхом на белом коне, ехал Седрик.

- Просто сон. И даже не смотри на меня так, нам всем есть чего бояться.

- Вы правы, господин, - Седрик поравнялся с телегой. – Я вот боюсь не выполнить свой долг.

- Хм, ну а я… - граф задумался, смотря на чистое звёздное небо. – Я, наверное, боюсь не успеть сделать всё в этой жизни.

- Можно узнать, почему?

- Хм, я всегда хотел найти своего отца. Хотел узнать кто он, откуда, чем занимался и почему бросил меня, - Правену с трудом дались последние слова.

- А как же мать? Вы её знали?

- Я помню лишь её прекрасный облик и нежный голос…

- Я тоже лишь помнил облик матери, - Седрик как-то печально улыбнулся.

- Расскажи, если хочешь, я послушаю, - Правен повернулся в сторону оруженосца.

- Её глаза были точно эти звёзды, холодные, но такие прекрасные…после того, как отца нарекли предателем и отобрали все земли, нас поселили в летнем дворце короля, чуть южнее Нового Андерсганда. Мать всегда была в работе, день за днём решая проблемы столичных дворян…

- Она ведь была королевских кровей?

- Да, и из-за этого её постоянно впутывали в интриги. Она пыталась нас с братом защитить, но… - Седрик опустил голову. – Потом нам пришлось плясать под дудку влиятельных семей... Мы с Людвигом, фактически, были единственными претендентами на трон, а потому были угрозой для короля…

- Вот как.

- Но мне это надоело. Я не хочу быть королём, тем более в стране, в которой каждый думает лишь о своей выгоде.

- Мне говорили, что когда начался штурм в столице, ты открыл ворота.

- Да... Дендарии требовалось очищение.

- Я понимаю тебя.

- Поэтому я и захотел присягнуть вам, человеку, чьи поступки считаю правильными и оправданными.

- И тебя не отпугнула моя репутация?

- Никак нет, господин. Я уже поклялся в верности вам, и если потребуется, с честью приму смерть ради вас.

- Хм, ты напоминаешь мне одного молодого человека, - Правен ухмыльнулся, вновь посмотрев на звёзды. – Его глаза тоже были, как эти звёзды.

***

13 апреля 1024 года от падения Андерсганда. В пять часов тридцать шесть минут армия генерала Правена Эсэлаера прибыла к форту Марша, располагавшемуся близ побережья Горного Пролива.

В шесть часов девятнадцать минут со стороны гор появились первые корабли Алькониума. Без промедлений они начали обстрел ещё не укреплённого форта.

Ливарийские маги пытались обрушить горы на головы врага, но магические барьеры над его флотилией позволили большей части кораблей уцелеть.

В семь часов сорок четыре минуты началась высадка.

Спустя ещё час войскам Алькониума удалось укрепиться на берегу.

Всё это время ливарийские орудия без перерыва покрывали противника огнём сотен пушек.

Девять часов восемь минут. Штаб ливарийцев:

- Ваше величество, вы, наконец, прибыли! – генералы отдали честь вошедшему в шатёр кайзеру.

Мариус Фон Кратц был облачён в белые латы с выбитыми на них символами империи. Он был готов в любой момент ринуться в бой.

- Как проходит высадка?

- Милорд, они укрепляются на берегу.

- Что насчёт магов?

- Планируют возводить барьер.

- А на кораблях?

- Суматоха, мы постоянно обстреливаем их.

- Да, - начал Правен, держа в руках подзорную трубу, - мы планируем при первой же возможности сжечь их корабли.

- Хорошее решение, - улыбнулся кайзер. – Мишель уже передал, что близится флотилия Весемира? Кстати, а сам он где?

- Отправился отби…

- Южный холм отбит! – торжественно объявил генерал, сняв грязный от закоптившейся на солнце крови шлем. – Ваша честь, рад вашему прибытию!

- Полно, господин Де ля Скорт, - кайзер похлопал старого друга по плечу. – Каковы ваши дальнейшие действия, господа? Господин Эсэлаер?

Правен выглянул из шатра, внимательно разглядывая через трубу позиции противника.

- Сейчас враг в глухой обороне, но это ненадолго. Снаряды быстро кончаются, и, боюсь, растратив их, мы позволим ему перейти в наступление.

- Есть какие-нибудь предложения?

- Да, милорд, мы должны дать части его армии возможность перейти в наступление, после чего вновь начнём обстрел, - Правен хлопнул по сжатой в кулак руке. - Так мы возмём их в капкан.

- Мы уже делали так, господин, - произнёс Мишель. – Враг приблизился к нашим южным позициям, но потерял больше трёх сотен человек!

- Насколько глубоко продвинулся? – кайзер склонился над картой.

- Метров десять, не больше.

- Хм, такими темпами…

- Милорд! Они идут в наступление на центральные позиции! – в шатёр вбежал помощник Николауса Де Кратца.

- Стоп, что?! – подскочил Правен и, схватив трубу, выбежал из шатра. – Вот дерьмо! Их ведут паладины Ордена.

- И как будем бороться с ними? – Мариус стоял наравне с Правеном.

- Пока они используют магические щиты, нам их не атаковать…чёрт, возможно, стоит рискнуть и дать им возможность добраться до позиций, чтобы разорвать строй…

- Господин Пирокар, наши паладины смогут противостоять им? – кайзер обратился к вышедшему из палатки епископу.

- Да, милорд, они много лет готовились к этому дню.

- Хорошо, тогда высылайте. Ты, передай Николаусу, чтобы прекратил огонь до моего сигнала!

- Да, милорд!

- А как западные врата? – кайзер обратился к Правену, который внимательно наблюдал за происходящим на побережье.

- Мои ребята пока держаться, жаль только не успели укрепить подходы к позициям.

- Генерал! На южном холме закончились боеприпасы!

- Мишель!!! – закричал Правен.

- Срочно отправляйте телеги! А мы пока удержим позиции! – по своему обычаю с сигарой в зубах, приказал генерал Де ля Скорт, направляясь к запрыгивающим на коней рыцарям в воронёных доспехах.

Не меньше полусотни закованных в броню всадников ринулось вниз к пляжу, направляясь к холму, на котором когда-то располагалась величественная башня. Ныне же от неё остались только жалкие останки, за которыми укрылось бесчисленное множество стрелков и артиллерийских орудий, каждую минуту дающих залп по наступающим рядам противника.

***

К полудню всё побережье Горного Пролива стало красным от проливающейся крови.

Генерал Николаус, будучи раненым в руку, продолжал сражаться. План сработал, у ливарийцев получилось разорвать строй противника и вновь начать обстрел. Но слишком много врагов успело проникнуть за укрепления.

- Отступаем! – приказал Николаус, как вдруг в его золочёный шлем прилетел удар моргенштерна. – Агрх!

С яростным рыком старый воитель разрубил рыцаря Ордена широким двуручником. Старая рука изнывала от боли, истекала кровью, но Николаус не обращал внимания. Всю свою жизнь он провёл в войне за свой народ.

- Господин, их слишком много! Вам лучше спасаться! – кричал помощник.

В следующий миг его нагрудник был пробит выстрелом из аркебузы.

- Все ливарийцы, которые слышат меня, СРАЖАЙТЕСЬ!!! СРАЖАЙТЕСЬ ИЛИ УМРИТЕ!!!

Николаус издал воинственный клич и, подобно героям древних легенд, с яростью бросился в толпу противников.

Знал ли он, что умрёт? Знал ли он, к чему приведут его ярость и безрассудство? Нет. Он и не хотел знать. В тот момент он страстно желал знать, что всё это не напрасно…

***

Илиард не находил себе места. Запасы пороха неимоверно быстро заканчивались, а поставки становились всё реже и меньше. Да и командующий Эсэлаер так и не появился.

- Илиард, ты слышал? – Мирэк был взволнован.

- А? – его резко выдернули из раздумий.

- Линию Николауса прорвали…

- Господин Ленлосс, пороха больше нет, - потерянно произнёс юный Николас.

Илиард повернулся к своему оруженосцу.

Эти глаза…нет, юноша не боялся, но и не был в ярости. Он не выражал никаких эмоций, словно вот-вот умрёт, или уже умер. Он был бледен. Бледен, пребывал смятении. Он ждал приказов Илиарда…

- ЧАВО СТОИМ?! РУБИ ГАДА!!! – это был Всеслоусъ.

Могучий гном, вместе с ватагой таких же коренастых храбрецов ринулся навстречу смерти, дабы защитить своих друзей.

- Деметарий, срочно, ты должен явиться к кайзеру!! – быстро тараторил Славий, несясь за скачущим верхом другом.

- Некогда мне трепаться, когда враг на подходе! – лихой пределец захлопнул забрало и обнажил саблю. – Братцы, за мной! За честь и отвагу! УРА!

- Ура!!!

Три десятка кавалеристов с саблями и копьями наперевес ринулась вслед за дварфами.

- Вот безумцы, - Славий опустил голову.

- Может и нам стоит? – странно заулыбался Мирэк, подтолкнув плечом Илиарда.

- Друзья! – послышался окрик Алехана.

***

Час тридцать одна минута. В тени старого дуба, задумчиво глядя на поле боя, сидел Правен. Рядом, глядя в подзорную трубу, стоял Седрик, облачённый в латы.

- Они приближаются к воротам, - произнёс он.

Правен, выдернутый из своих раздумий, посмотрел на оруженосца:

- Наши ещё держаться?

- Так точно, но их мало. Враг теснит к воротам.

- Ну-ка…

Выхватив трубу у оруженосца, Правен внимательно посмотрел в сторону ворот и окрестностей. Там шли ожесточённые бои.

- Милорд, нам срочно требуется подкрепление! – граф не вошёл, а влетел в шатёр.

- Хе-хе-хе, мы смогли на время задержать выродков, - следом за Правеном, в шатёр влетел Николаус, с головы до ног покрытый кровью и вмятинами. – Но они собирают силы для нового удара…

- Что с Мишелем? – кайзер встал из-за стола.

- Он не вернулся? – удивился Николаус. – У них там сейчас очень жарко…

- Сколько людей осталось? – Мариус посмотрел сначала на Николауса, потом на Правена.

- Около двух сотен.

- Чуть меньше сотни охотников, - произнёс Правен.

- А у вас Святой Отец?

- Сотня паладинов для вашей с нами защиты, милорд.

- Ваше величество! – в шатёр вбежал гонец со стрелой в плече и бешеными глазами. – Адмирал Весемир с флотом и войском Дер’Грихтера в двух часах плаванья от нас! Нам осталось продержаться всего лишь два часа!

В глазах гонца сияла надежда. Такая сильная, что даже стрела в плече казалась мелочью.

- И того, с моим отрядом у нас шесть сотен человек, - задумчиво проговорил кайзер.

- Мариус, они не должны прорвать ворота! – выкрикнул Правен.

- Господин, но мы же не можем послать все силы на их удержание, это глупо, - произнёс епископ.

- Но…

- Они должны дождаться прибытия флота…

- Да идите в нахер! – выкрикнул Правен. – В этот раз я не дам никому умереть!

- Эсэлаер, это преступление! – повысил тон епископ.

- Помолчите, Пирокар, пусть действует так, как считает нужным, - вслед уходящему графу, произнёс кайзер. – Николаус, брат мой, мы должны…

- Запоминай, Седрик, может я и совершил множество ошибок в своей жизни, но все они были совершены лишь из-за моей слабости, - граф запрыгнул на коня. – Может, и сейчас я совершаю ошибку, но запомни, те ворота защищают наши братья, которые гибнут ни за что, которые умирают только из-за того, что кто-то сверху побоялся придти на помощь. Я не хочу, чтобы их смерти были напрасны.

- Но где же тогда вы совершаете ошибку, милорд?

- Я поддаюсь своим чувствам, - Правен надел шлем и обратился к войску. – Господа, нам, во что бы то ни стало надо защитить западные врата! За ними – наш дом! Запомните, мы идём умирать за него! За нашу Отчизну! ЗА ЛИВАРИЮ! УРА!!!

***

« Мой милый Мирэк, мой герой, как бы я хотела сообщить тебе об этом в жизни, я так хотела бы видеть выражение твоего лица! Даже не побоюсь поспорить, что оно выглядело бы ещё счастливее, чем лицо моего батюшки!

Прости, что томлю тебя ожиданием, но я так счастлива, потому что наш мальчик сказал своё первое слово! Наш милый Маркус, увидев твой портрет, висящий над головой сражённого тобой дракона, сказал: «П А П А». Клянусь всеми Тремя, он твоя точная копия! Такой же сильный и красивый! Мы ждем, не дождёмся вестей от тебя! И так жаждем увидеть!

Твоя на веки, та, которая любит всего тебя и ждёт,

М. С.»

- Я должен вернуться! – с этими словами Мирэк оттолкнул навалившегося на него противника, и, парировав атаку второго, зарубил обоих своим изогнутым мечом. – Им я рубил драконов, им же и порублю вас, ушлёпки!

В глазах бывшего драконоборца пылал огонь. Он не мог умереть, не мог оставить свою семью так же, как когда-то оставил его отец…

- А-А-А-А-А-А-А-А!!! – яростно закричав, он пробился через ряды противников, ведя за собой солдат. – Отходим к вратам!

Геройство, подвиги, всё это отошло на второй план для него. Сейчас он хотел спасти не только себя, но и людей, у которых, как и у него, была семья...

***

- Николас!!!

Этот голос, он показался таким родным…

- Айх! – юноша упал на залитый кровью грунт.

В ушах звенело, а из носа текла кровь. Кто-то, невероятно сильный, нанёс удар в его шлем. Что-то упиралось в него, мешая повернуть голову.

- АХ! Ах-ха…ха-ха…

Разрубленная надвое голова Эриса валялась возле него. Николас попытался встать, но тут же кто-то столкнул его вниз. Из-за закрытого забрала, он не увидел, кто это сделал.

- АХ, ха…аха… - он ударился о камень, дыхание сбилось.

Юноша думал, что это конец, как вдруг увидел приближающиеся знамёна герра Правена…

***

Приближаясь к врагу, Правен сбросил шлем и сжал обеими руками меч брата, который засиял алым свечением.

«Без страха ты бился этим клинком. Ярость переполняла тебя в каждой битве. Так чем я хуже, Данкелл? Нет. Я буду куда яростнее тебя, - на лице Правена появилась маниакальная улыбка. – Ну же, где твоя сила? Я ВЕСЬ ТВОЙ!»

- Отправим ублюдков в Бездну!!! – яростно прокричал Правен и под общий крик влетел в самую гущу боя.

***

- Только смерть откроет то, что скрыто во тьме. Лишь познав её, и став её частью ты покоришь Бездну.

- Значит, мне надо умереть? – Правен скрестил руки, внимательно слушая образ.

- Твоя кровь бессмертна, а значит…

***

- АГРХ!!! СУКИНЫ ДЕТИ!!! – прокричал Правен, когда пуля, выпущенная из вражеского мушкета, пробила его кирасу. – Жри сталь, падаль!

Прорубив голову стрелка, Правен пошатнулся. В следующее мгновение он упал с коня и оказался на окровавленной земле.

«Ну, уж нет, так просто я не сдамся!»

Рядом упало безрукое тело молодого Охотника.

«Умру или не умру? А впрочем, какая разница…»

Граф с трудом смог дотянуться до ремня Охотника, на котором висело несколько эликсиров. Недолго думая, Правен выпил все.

- Ха, так вот о чём говорил Волдхар, - Правен оскалился.

Тело графа буквально разрывало на сотни, нет, тысячи кусков. Он горел, а старые раны раскрылись. Мир померк в его глазах, и он провалился во тьму.

***

Николас с трудом смог подняться на холм. Обессиленный и в шоке, он пытался различить союзников и врагов, которые будто не замечали его. Встав на ноги, он заметил лежащего на спине Правена, чья кожа стала белой как мел.

- Н-Нет, в-вы же н-не могли…

- Господин! – раздался крик Седрика. – Герр Правен, где же вы?!

***

«Что это? Я всё ещё жив?»

Правен раскрыл глаза, которые налились кровью.

Возрождение зверя III

III

- Ты был тем, кого поклялся уничтожить…

***

Стоя посреди горы трупов, покрытый останками врагов, Правен упал на колени. Жажда... дикий животный голод раздирал его существо. Он не видел и не слышал ничего вокруг себя. Вокруг были враги, которых надо уничтожить. Животные, которые вторглись в его дом. Варвары, желающие смерти ему и его близким…

Сознание стало проясняться. Среди разорванных тел не было друзей. Сердце вновь забилось. А солнце засияло ярче и теплее. Повеяло весной. Настоящей, тёплой и светлой…

- Герр Эсэлаер, господин, вы целы? – откуда ни возьмись, появился Седрик.

- Милорд, мы думали, вы погибли, - следом подбежал Николас.

Этот взгляд, эти наивные детские глаза, впервые увидевшие и прочувствовавшие смерть…

- Сколько нас? – быстро спросил граф.

- Около тридцати человек, - спокойно доложил Илиард, заматывая бинтами левый глаз. – Это кто ещё может держать оружие.

- Седрик, забери Николаса в лагерь.

- Ч-что? – непонимающе произнёс юноша.

- Сейчас будет жарко…

К вратам приближалась королевская гвардия. Десятки закованных в броню паладинов во главе с самим королём Алехандро…

- Илиард?! – прокричал Правен. – Мирэк?! Всеслоусъ?! Деметарий?! Алехан?! Славий?! Вы здесь?!

- Так точно! – один за другим ответили друзья.

- Парни, - Правен посмотрел в сторону врат, в сторону друзей, - сегодня чертовски прекрасный день, чтобы умереть, не так ли!? Ха-ха-ха-ха-ха, в Ад и обратно, друзья!

- В Ад и обратно! – один за другим прокричали друзья, подняв оружие.

Правен сбросил сломанный нагрудник, распустил длинные серые волосы и крепко сжал меч Данкелла.

- Вперёд! – скомандовал он.

Ослепительно яркое солнце осветило израненные, измазанные кровью, но переполненные праведным гневом лица друзей. Все, как один, прошли долгий путь. Все, как один, яростно сражались за свою страну. Все, как один, без малейшей жалость рубили врагов и без страха смотрели в лицо смерти.

- Господин Эсэлаер, - словно заворожённый, прошептал Николас.

- Что нам приказали? – Седрик, схватив юнца за кольчужное оплечье, тащил его до уцелевших лошадей. – Мы должны отступать.

- Но ведь они погибнут!

- Они? – Седрик ещё раз посмотрел на компанию друзей. – Вместе они никогда не умрут, поверь мне…

***

- Ваше высочество, - в шатёр вошёл офицер из армии Николауса.

- Что такое?

- Флотилия…она доплыла, - офицер широко улыбнулся, после чего обессиленный рухнул на землю.

Кайзер поднялся из-за стола и вышел из шатра. Огромная армия Алькониума хаотичной волной приближалась к ливарийскому лагерю.

- Милорд, они нас прижали! – Мишель, верхом на вороном коне приблизился к кайзеру.

- Нам осталось совсем чуть-чуть и наши задавят их со стороны Пролива! – прокричал прихрамывающий Николаус.

- Что будем делать, ваше величество? – из шатра вышел епископ.

- Дайте мне коня. Быстро! – приказал кайзер, сняв корону и схватив флаг. – В первую очередь я воин и патриот, святой отец, поэтому сохраните эту корону до победы.

Запрыгнув на коня, Мариус прокричал:

- Сыны Ливарии, поднимите же в последний раз своё оружие! Ваш король идёт в бой! Это верная смерть! НО ЭТО СМЕРТЬ ЗА ЛИВАРИЮ! Мы либо умрём и будем вечно пировать в Чертогах Трёх, либо вернёмся с победой домой! ЗА ЛИВАРИЮ! В АТАКУ!

С яростным криком, сжимая флаг в руках кайзер понёсся на встречу собственной смерти. Много лет он искал её. И нашёл ту самую смерть достойную короля – смерть за свою страну.

***

Оглушающий крик сотен израненных, но всё ещё живых ливарийцев эхом пронёсся по полю битвы. Слишком злые для того, чтобы умереть, они как один шли в бой.

Раздался залп мушкетов и конь рухнул на землю. Кайзер поднялся и, сбросив дорогой королевский плащ, обнажил меч. Сражаясь как лев, он не обращал внимания на раны. Он не чувствовал боли, не чувствовал ничего кроме ярости. Но удар, нанесённый безымянным солдатом, оказался смертельным…

- Мариус!!!

Гнев овладел Николаусом. Пробиваясь к телу брата, он безжалостно убивал одного противника за другим. И, наконец, добравшись, он услышал:

- Закончи дело нашего отца, брат, - отхаркиваясь кровью, прохрипел кайзер, протягивая флаг.

Николаус принял его. И оглядев поле брани, прокричал:

- Где же вы, сыны Ливарии?! Отзовитесь!!!

Королевский галеон дал залп по побережью, после чего несколько сотен лучших солдат империи ринулись вслед за врагом. Они мстили за павших товарищей, жестоко расправляясь со всеми, кто встречался им на пути...

***

Удар, пируэт и снова удар – нанося молниеносные удары, Правен кружил в кровавом танце вокруг владыки Алькониума - виновника всех войн и чисток. И даже сделанные из лучшей стали доспехи не могли выдержать яростных ударов графа.

- Не стоило приходить на мою землю, - прошипел граф Эсэлаер, когда их клинки соприкоснулись. – Как вам ещё не хватило?! Так трудно жить в мире, да?

Ловко увернувшись от атаки короля, Правен обошёл того с боку, вонзив меч в открывшуюся щель в шлеме.

- Агрх, - прорычал король, отшатнувшись.

- А-А-А-А! – яростно закричал Правен, рубанув по открывшимся рукам.

Но внезапно король контратаковал. В последний момент Правен закрылся клинком, но удар оказался таким сильным, что пробил его блок и оставил глубокий порез на груди.

- АГРХ, тварь! – отшатнулся Правен.

Его амулет сиял алым пламенем, и граф, недолго думая, выпустил столп пламени в противника, следом за которым оправил силовую волну, сбросившую шлем с обгоревшей головы короля.

- Ах-ах, - король Алехандро тяжело дышал. – Мы хотели избавить этот мир от власти Тьмы… Хотели завершить цикл…

- Да когда же ты заткнёшься?! – закричал Правен и нанёс удар.

Это был последний.

Король замолчал, и уже мёртвый упал на залитую кровью землю.

- Неужели, - прошептал Правен, посмотрев на лужу крови, под своими ногами. – Да как так…

Разум вновь помутился, меч выпал из рук, а медальон задрожал.

- Время остановилось.

Финал (Возрождение зверя IV)

IV

Ветер чуть колыхал его серые, измазанные в крови волосы. Рана затянулась, оставив лишь неровный шрам.

- Так тихо, - прошептал граф, словно боясь нарушить наступившую тишину.

Всё остановилось. Всё, кроме ветра, кроме этого бессмертного странника и него, такого же странника, который смог защитить, который спас тех, кто был ему дорог.

Чьи-то шаги. Чёткие и спокойные. Человек среднего роста с правильными чертами лица и вьющимися каштановыми волосами вышел навстречу.

- Ты только посмотри на то, что ты устроил, Правен.

- Кто ты всё-таки такой?! – громко спросил граф, подняв меч.

- Я – это ты, а ты – это я, - невозмутимо ответил человек. – Ты живёшь в одно время, я в другое. Неужели забыл?

- Тогда почему ты всё знаешь?!

- Я ничего не знаю. Я могу лишь предполагать, как всё может произойти.

- Тогда что я сейчас сделаю?! – Правен сильнее сжал меч.

- В тебе всё ещё идёт борьба.

- Тогда что будет дальше? Что может произойти в будущем? – Правен опустил меч.

- Осмотрись. А то что-то не нравятся мне эти горы…

- Что это? – он выронил меч из рук.

Невероятных размеров армия нежити, молча и неподвижно, стояла на вершинах Небесных гор.

- Это Князь Тьмы. Он пришёл за погибшими, - человек задумался, после чего произнёс. – Он скоро придёт. У вас мало времени.

- В смысле… Эй, постой?! Ты куда?!

- Я сделал всё, что нужно, - человек ехидно улыбнулся. – Теперь твоя судьба в твоих руках.

***

- Милорд, вы живы!

- Хвала Богам, он жив!

- Ч-что…что я пропустил? – сознание стало медленно возвращаться к нему.

Правен лежал в шатре, вокруг было много раненых.

- Я в лазарете?

- Ну а где же ешшо! – захохотал Всеслоусъ, у которого не было нескольких фаланг на руках.

- Хах, если бы не Алессандро, ты бы вряд ли выжил…рана была такая глубокая, - рассказал Илиард покуривая сигару и периодически кашляя.

- Да говорю же вам, она сама заросла! – закричал чародей.

- Эво ты, хе-хе, Shytnaro, ге-ге-ге, - засмеялся дварф, строя рожки оставшимися пальцами.

Все друзья громко смеялись. Несмотря на раны, они были счастливы, что смогли пережить и победить в этом тяжёлом бою.

- Друзья! – в шатёр влетел Славий.

- Ты че такой бледный? – сидя возле раненого Деметария, спросил Мирэк.

- Блэдный, как сама смэрть, - снова захохотал дварф, похлопав по перевязанному плечу Алехана.

- Кайзер мёртв…

- Что-что? – переспросил Правен, поднявшись с лежанки.

- Убили в бою…

- Эхе-хе-хе, да быть такого не может, - смеялся Деметарий держась за перевязанное лицо.

- Он там, - бард указал на шатёр командования.

- Да ну, ну не может же быть такого…

Правен тоже поднялся и направился вслед за друзьями. На улице было прохладно, но пламенный закат каким-то магическим образом согревал его. Граф сделал глубокий вдох.

- Милорд, я рад, что вы живы, - Николас стоял рядом.

- Ты как, цел?

- Так точно, господин, - юноша улыбнулся.

- Так тебе больше идёт, - Правен распустил чёрные волосы юноши, которые тут же развились по ветру.

- Что будет дальше?

- Ты про что?

- Кайзер мёртв, король Алькониума мёртв, будет ли война? И какое место в ней займём мы?

- Знаешь, лет двадцать назад, я тоже об этом думал, - Правен уселся на обломках стены, смотря в даль бескрайнего вечернего неба. – И как видишь, до сих пор не пришёл к ответу. Надо просто жить, Николас. Жить и не сдаваться. И всегда следовать за своей мечтой. У тебя же есть мечта?

- Знаете, я всегда хотел найти своих родителей, чтобы узнать, почему они бросили меня…

- Ты их обязательно найдёшь, Николас, - Правен улыбнулся, ощупывая свои карманы. – Вот холера…

- Вы это ищете? – юноша протянул металлическую коробочку с сигарами.

- А впрочем, знаешь, оставь себе, считай, это подарок за храбрость в бою, - граф похлопал юношу по плечу.

Вновь подул ветер, и оба поправили свои длинные волосы.

День подходил к концу, а вместе с ним и эпоха Кровопролития и борьбы за Небесные горы. Будущее туманно, но что-то можно предположить. И возможно это сбудется…

- Конец одной истории, непременное начало другой, - тихо произнёс Правен.

Он знал, что его путь не закончен. Он знал, что за этим закатом последует новый рассвет. А вместе с этим рассветом наступит новая глава его жизни...

Немного от автора

Вот и подошла к концу первая книга цикла... Хех, самому не вериться, ей-богу.

Скажу честно, если бы не активное комьюнити АТ, то эта книга так и лежала бы на дальней полке. Благодаря вам, друзья, у меня появляется желание писать дальше, стараясь становится лучше :)

По поводу справочника с лором: планирую написать несколько коротких рассказов, рассказывающих события между первой книгой и второй. Вот.

Ну а пока держите небольшой фрагментик из будущего...

Они лежали, встречая последний рассвет

- Всё произошло как и в прошлый раз, - улыбнулась она и закрыла глаза.

Они лежали на крыше древнего замка. Где-то вдали тихо свистели и чирикали первые птицы. Ночь отступала, и из-за гор показались первые лучи восходящего солнца.

- Как давно я не видела солнца, - еле слышно прошептала она и приоткрыла свои большие красные глаза. – Небо такое красивое…

- Нам пора идти, - он попытался встать, но она схватила его за порванный рукав куртки.

- Я не хочу…

Он недоуменно посмотрел на её уставшее бледное лицо. После всего произошедшего оно оставалось по-прежнему прекрасным.

- Но ведь ты умрёшь.

Она тихо вздохнула:

- Я устала жить в вечной тьме, - притянув его ближе, она прошептала, – Прошу пойми меня.

Она взяла его руку, и приложила к своему личику.

- Ты дал мне надежду на искупление, - она улыбнулась. – Всё будет хорошо.

- Прошу... - прошептал он.

- Я люблю тебя… - с этими словами её губы робко коснулись его.

Яркое солнце медленно поднималось, освещая руины древнего замка. Тьма постепенно рассеивалась, а вместе с ней и исчезла она…

- И я, - прошептал он, когда прах развеялся…