Грешники системы

Слова автора

Привет, дорогой читатель! Если ты открыл моё примечание, значит тебе интересны мои мысли о моей книге и её кратенькая история. На самом деле, я очень давно хотел написать что-то на тему полиции и преступников, а точнее о том, как полицейский и преступник объединяются ради общей цели. Забавно, правда? Мало, кто интересуется такой стороной взаимоотношений человека, обязанный блюсти закон и человека, вынужденный его нарушать. Только вот, об этом я размышлял много лет назад как фанфик, и во что-то конкретное я не смог сформировать. В итоге я забросил эту идею и о ней не вспоминал.

Всё изменилось, когда мне было девятнадцать лет и наступил 2022 год. Меня, как и мир, общество, государства, сильно изменил. В это время я закопался в своих мыслях, не знал, как теперь жить и мыслить в изменившейся реальности. У меня к этому времени сформировались свои гуманистические ценности, уже больше двух лет проникался социалистическими и марксистскими идеями. Они и повлияли и дальше влияют на мои ценностные ориентиры. Не забуду упомянуть и аниме, также повлиявшее на мировоззрение - Психо-Пасс. Я всё больше задумывался о несправедливости современного мира и, как любой социалист, выявил главную причину. Но на этом не остановился, я думал о власти, законе, справедливости, равенстве, будущем, о цифровых технологиях и искусственном интеллекте. Я думал, к какому обществу придут люди, если не преодолеют логику капитала, деля людей на бенефициаров и угнетённых, всеобъемлющую руку власти, порождающую конфликты и войны, и отсутствия альтернативы, которая могла бы задать вопросы обществу, в эпоху становления четвертой промышленной революции…

И тут я вспомнил о давно забытой идее про полицейского и преступника, только я её немного поменял. Их взаимоотношения и столкновение с реальностью будут побуждать задать те же вопросы, что задавал и я, и искать ответы. Я в сентябре 2023 года, когда набросал идеи и расписал сюжет, я начал писать первую главу. С перерывами я закончил писать более-менее через год, в конце 2024 года, но даже после написания вносил коррективы в историю и где-то дописывал. Для меня большой задачей оказалась поиск редактора, что возьмётся за мою писанину и в итоге нашел его в моём хорошем друге. Осенью 2025 года книга была готова выйти, я уже к этому времени начал писать дополнительные истории про конкретных персонажей, сильнее раскрывая мой мир. И вот, в январе 2026, мой читатель, можешь оценить результат совместного труда, открыв читать первую главу.

Хочу я поблагодарить моих друзей, без которых у меня не получилось бы выпустить эту книгу. В первую очередь, моего редактора – Винтера. Он очень мучился с моими литературными оборотами и ошибками, которых было немало, ха-ха-ха. Второй мой верный друг – Никита, нарисовавший обложку для книги, мне нравится его минималистичный стиль, плюс смог передать атмосферу и моих персонажей, основываясь на референсах и иишных артах.

И да, сразу должен отметить, я никого ни к чему не призываю, моя книга – это не манифест и не руководство к действию, а мои мысли, которые формировал на протяжении создания истории. Ты имеешь право на основе моего произведения создавать свой контент, внося свои идеи, а также критиковать его и предлагать своё. Это мой диалог с тобой.

Все персонажи и события вымышлены, любые совпадения случайны.

С любовью, Мамору Линкс.

Глава 1

Мужчина открыл глаза, только что пробудившись ото сна. Громкий и противный звук будильника доносился до ушей, заставляя желать как можно скорее отключить звон. Он протянул руку к лицу и отключил будильник на своих смарт-часах. Внезапно смарт-часы заговорили: «Доброе утро, Итан Болдуин! Время посыпаться и готовиться к новому дню, через час вам надо на работу!»

После произнесённых слов девайса, Итан несколько секунд осматривал свою спальню. Комната выполнена, как и вся его квартира, в нежных, светло-зелёных, тёмно-зелёных и бирюзовых оттенках. Потолки - натяжные, тёмно-зелёного цвета, стены из монотонного бирюзового цвета, а полы также тёмно-зелёные, из паркетных досок. Интерьер и мебель выполнены из черных и белых цветов.

Кровать располагалась с правой стены от двери, ведущей в коридор. Слева от кровати, ближе к балкону, помещалась тумбочка с настольной лампой, справа - горшок с комнатным деревцем. К параллельной от кровати стороне стояла полка с огромным количеством книг, Итан много любил читать, всегда предпочитал именно бумажные книги, нежели электронные, которые уже вытеснили первых. Справа от полки к нему стоит компьютерный стол. Сам же балкон выглядел очень широким, занимавший почти всю сторону комнаты, выполнен полукругом, можно было выйти и любоваться прекрасными красотами леса, так как дом располагался далеко от центра Мосавы – столицы Рутении, ближе к лесному массиву. Слева от книжной полки, к стене с дверью в коридор, стоял шкаф-купе с зеркалом на дверцах.

Он поднялся с кровати, почесал спину и подошёл медленно к этому самому шкафу. Остановился на полметра к зеркалу и посмотрел в него.

В нём он увидел крупного, сероволосого, мускулистого, немного бледного мужчину лет двадцати четырёх в одних трусах, с растрёпанными бирюзовыми локонами и зелёными глубокими глазами, телосложение атлетическое, грудь массивной, а на животе особо выглядывали шесть кубиков.

Итан несколько секунд смотрел на своё отражение и вздохнул.

- Эх, снова надо на работу, - произнёс монотонным глубоким голосом, словно в словах никакого энтузиазма.

Итан уже несколько лет работал в полиции. Еще с детства хотел поступить в полицейскую академию, стать лучшим студентом, закончить и поступить на службу. Он брал в пример своих родителей, которые тоже работали полицейскими. Вся семья любила президента, правящую партию и страну, и поэтому были патриотами, готовыми защищать родину от преступников. В целом, Итан смог пройти весь этот путь, так как он всегда оставался целеустремлён. Он окончил полицейскую академию и поступил на службу в двадцать лет, воплотив свою мечту. В двадцать три уже стал почётным полицейским, вошёл в отдел по борьбе с экстремизмом и терроризмом. В частности, в рамках отдела стал заниматься борьбой и с протестами. Больше года назад, с начала военной операции Рутении, считающейся крупнейшей войной со времен Мировой Войны Человечества, его деятельность проявлялась большей необходимостью. Итан даже хотел попасть на фронт, бороться с врагами страны, но начальство не дало, так как такие гениальные полицейские и внутри страны нужны.

Но в последнее время он чувствовал себя на работе как не в своей тарелке: былой энтузиазм, преследовавший его на протяжении всей жизни, внезапно угас. То ли с начала военной операции, то ли с поднятия до звания лейтенанта… он не знал. Да и его не волновало, когда это чувство началось. Но оно стало уже глубоким, Итан начал сомневаться во всём происходящем, пусть и старался сохранять веру и целеустремлённость.

После того, как он вдоволь насмотрелся на свое отражение, направился к двери, открыл её и вступил на порог коридора.

Коридор имел развилку только в средине налево, в начале и в конце справа находились двери, направляющие в гостиные комнаты: зал и спальня соответственно. Слева, после развилки сразу показалась дверь на кухню, в конце коридора - прихожая.

Пройдя несколько шагов, Итан сразу же завернул налево: перед ним показался небольшой коридор, слева которого располагались две двери, ведущие в ванную комнату и уборную. Итан пошёл в ванную.

Болдуин вошёл в комнату и направился к раковине, начал умывать лицо, после нанёс на неё пену и начал брить свою щетину. После этой процедуры, полицейский направился в ванну, соединённую с душевой, сняв с себя оставшееся нижнее бельё.

После водных процедур, обтершись, голым направился в свою спальню за вещами. Итан всегда мог ходить голым, ничего не боясь, так как он ни с кем не жил, даже друзья редко приходили.

Добравшись до спальни, достал из шкафа нижнее бельё и начал надевать на тело, начиная с трусов и заканчивая носками. Позднее Итан открыл отдел с рабочей одеждой и начал также надевать костюм: светло-бирюзовая рубашка, китель темно-синего цвета с эмблемой полиции на плечах, того же цвета с кителем штаны. Затем распылил туалетную воду на одежду и взглянул еще раз в зеркало. Выглядел куда опрятнее, а его бледно-бирюзовые локоны слегка завивались на концах, а сама причёска, из-за средней длины напоминала более бро флоу. Насмотревшись, направился на кухню. На плите он пожарил омлет с тостами и заварил зелёный чай, затем сел за стол и принялся завтракать, морально подготавливаясь к новому рабочему дню.

После завтрака он положил посуду в раковину, и пришло уведомление на смарт-часы, что через пятнадцать минут начнётся рабочий день. Итан взял в прихожей ключи от квартиры и автомобиля, надел обувь, затем вышел в подъезд и с помощью опечатка пальца заблокировал дверь. Спрашивается, зачем ему ключи от квартиры? Это уже привычка даёт о себе знать, так как он лишь недавно поставил умный замок, пользоваться научился сразу же, а вот ключи все равно держит при себе.

Болдуин ехал по туманной дороге на своём серебристом автомобиле. Погода, на удивление, пасмурная, хотя близился второй месяц лета, и жара стояла всё время. Видимость была около пяти метров, но, к счастью полицейского, машин не так много, поэтому он мог превысить скорость.

Несмотря на гнетущий туман и ненастную погоду, Итан все же смог разглядеть мимо проходящих людей, их походку, взгляды. Все направлялись по своим делам, кто-то разговаривал по телефону, кто-то, в особенности молодое поколение, шёл с наушниками в ушах, слушая музыку… или новости на смарт-часах. Каждый гражданин государства обладал ими, они стали незаменимой частью их жизни. Окантовка и ремешок имели различные цвета, как например, Итан выбрал для своих часов тёмно-зелёный. На месте циферблата был сенсор. По стилистике они обладали минимализмом, скруглённые формы.

В последнее время люди часто смотрели или слушали новости, в том числе и бездомные, смотрящие на различных билбордах: на стенах здания, на их крыше, у остановок или же у перекрёстков, из-за начавшегося военного вторжения Рутении в соседнюю страну Маргину. В обществе одновременно стали жить чувства страха, уверенности, угнетения, надежды — это все отражалось в людях, в их глазах, в их поведении.

Итан несколько секунд задумался об этом, но, помотав головой, перестал обращать внимания для людей. В принципе, все не так плохо, все-таки есть надежда, уверенность. Итан, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей, включил радио, чтобы послушать музыку. Мужчина всегда включал музыку, чтобы отвлечься от всяких мыслей, особенно таких гнетущих. Слушал в машине, в душе со встроенным водонепроницаемым плеером, в наушниках при работе за компьютером или в кровати.

Но переключая каналы, Болдуин наткнулся на утренние новости.

- А теперь к нынешним новостям, - произнесла ведущая новостей монотонным голосом, - сегодня, к 10 часам, Красная борьба, леворадикальная террористическая организация, объявила о проведении несанкционированного протеста на Болотистой площади. Дорогие граждане, будьте бдительны, старайтесь избегать площади ради безопасности, а также не старайтесь помогать врагам государства и президента ради нашей победы…

Красная борьба – это политическая, общественная организация, образовавшаяся после начала военной операции Рутении. Она противостояла нынешнему режиму и этой самой операции, считая её несправедливой и империалистической войной, продвигающей лишь интересы правящего класса. Организация призывает к революции, свергнуть авторитарный режим, отказаться от капитализма и остановить кровопролитие.

Красная борьба объединила внутри себя бывших членов расколовшейся Социалистической партии, большая часть которой придерживалась левых социал-демократических и демократических социалистических взглядов, а также - бывшие троцкистские, марксистские организации. Организация, до недавнего времени, входила в Коалицию демократический оппозиции, также противостоящей авторитаризму, состоявшей из организаций и движений либеральных, консервативных и социалистических взглядов.

После ослабления Коалиции из-за преследования её руководителей, часть из которых оказалась в тюрьме, а часть заграницей, Красная борьба продолжила деятельность самостоятельно.

Организация начала проявлять всё более агрессивные действия, особенно после объявления минимальной мобилизации. В частности, стала проводить всё больше акций и протестов, а часть членов вообще занялась вандализмом и взрывами около зданий военных комиссариатов и служб безопасности.

С тех пор её стали считать вражеской и террористической организацией. Количество членов неизвестно: данные располагают от десяти до семидесяти тысяч членов. Всё из-за подпольного и нелегального положения.

Итан уже давно знал об этой организации, и его отдел активно противостоял их деятельности. Многих подпольщиков они пытали и сажали в тюрьмы, но им всё никак не удавалось поймать известных им глав организации, а именно - Кантера, Лемарка и Барона.

Полгода назад полицейский, еще до введения минимальной мобилизации, зимой проводил подавление акций протеста. Тогда, Красная борьба еще не занималась большой активностью, но уже была настроена против рутенской власти. Именно в тот день он увидел одного из руководителей организации - Барона. Тот, чтобы не попадаться в руки полиции, попытался скрыться, однако лейтенант начал погоню за ним. Итан едва его не поймал, но Барон внезапно развернулся и сбил полицейского с ног, заставив встать на колени, после чего схватил первого за шею. Краем глаза на секунду мужчина увидел в красной повязке лицо Барона: кажется, ему было около шестидесяти, но физические данные были хороши для такого возраста. Устрашающий взгляд предводителя повстанцев пробирал до глубины души. Болдуин начал терять сознание от нехватки воздуха, и в это мгновение Барон ударил его по затылку со всей силы. Когда полицейский очнулся, мужчины уже нигде не было. С тех пор Итан хотел поймать всех известных руководителей, чего бы ему это не стоило.

Вспоминая все эти события, полицейский наконец-то доехал до шестиэтажного здания главного управления полиции, построенная в стиле, совмещавшего ампир, неоклассицизм и ар-деко. Главное здание имело два крыла, которые вместе образовывали внутренний двор, прикрывая его. По середине сквера, направляющая к главному входу, стоял памятник какому-то генералу полиции прошлого.

Итан вышел из машины и начал осматривать здание сверху вниз. Дунул лёгкий ветерок, и полицейский задумался, его взгляд оставался таким же легким, но насколько опустевшим. И вот, он смотрел на место, где его детские и юношеские мечты реализовались, столько всего он смог сделать за пять лет своей работы: добился звания лейтенанта, уважения и даже любви своих подчинённых и коллег.

Но также он ощущал какую-то отстранённость, словно с это произошло не с ним, что эти лавры не к нему относились. Пустота в глазах лишь подтверждает его мысли. Итан не знает, чем он мог бы дальше заняться: подниматься по званию, или же начать строить свою личную жизнь, - но ничего не приходит в голову.

Всё же мужчина откинул все эти мысли, и настроился на сегодняшнюю работу.

Открыв дверь и вступив на порог здания, он заметил, что с восхищением и радостью поприветствовали его коллеги из дежурной части. В полиции он был своего рода идолом, примером для подражания, ведь столько сделал для процветания полиции и государства. За три года работы в Отделе по борьбе с экстремизмом и терроризмом подавил не менее сотни вспышек протестов разной величины, уничтожая каждую возможность врагов государства испортить благоприятную ситуацию в обществе. Помимо прочего, Итан окончил обучение как лучший выпускник академии. Его самоотверженность и целеустремлённость вызывали зависть и восхищение. Также сама начальница, полковник полиции, с уважением к нему относилась и питала большие надежды на него.

Пусть Итан и благодарил за такое уважение к нему, но все старался не выделяться среди остальных, принижал свои заслуги, говоря, что достигали вершин все вместе, что это общее достижение.

Лейтенант прошёл дальше, в коридоре уже другие коллеги также приветствовали его.

И вот он наконец-то дошёл до своего отдела. Открыв дверь, лейтенант увидел, что его подчинённые уже активно заняты работой: кто-то сидит за компьютером, заполняя всякую документацию, кто-то сидит за бумажными документами, которые собираются отправить в Отдел по борьбе с киберпреступностью, которая также занимается поиском в интернете запрещённых постов и высказываний.

В отделе рабочие места стояли параллельно друг у другу, и имели форму галочки. С внутренней стороны в одной части располагался компьютер, а с другой – свободное пространство, которое можно занять либо документацией, что в эпоху тотальной кибернетизации становилось редкостью, либо личными и рабочими вещами, как например фотографии близких или всякие бумаги, планшет, канцелярские приспособления. Некоторые сотрудники даже умудрялись ложиться головой на неё и немного вздремнуть. Вершины «галочек» обращены к стене, тем самым коллеги сидели напротив спиной, никто не мог подсмотреть, не обернувшись, кто и чем занимался.

Тотчас они увидели своего начальника, сразу на минуту прервались от своей работы и как следует поприветствовали его. Полицейский был доволен такому приветствию и с более бодрым настроением сел за своё место. Его же свободное пространство было пустым.

Как только он приступил к делам, все остальные продолжили работу. Сам же сероволосый мужчина вновь ушёл в себя и дальше задумался о своей жизни.

Не прошло и пяти минут, как стук рукой по столу вывел его из пространных размышлений. Полицейский перевёл взгляд повыше и увидел перед собой мужчину с мягкими, короткими рыжими волосами, ярко-голубыми глазами и веснушками на щеках. Это был его давний друг. Зовут Лука Калвер. Они давно дружат, ещё с университетских времён.

Оба поступили в одну академию, сильно сдружились и окончили вместе. Однако они ушли в разные отделы: сам Болдуин пошёл в Отдел борьбы с экстремизмом и терроризмом, а Кавлер же – в Отдел по борьбе с киберпреступностью. Конечно, друг не достиг таких высот и звания, как Болдуин, Лука сейчас является прапорщиком, хотя и старается быть ответственным. Но как в университетские годы, так и сейчас характер к Кавлера добродушный, веселый, но несносный. Он постоянно приставал к Итану, когда нечего было делать или скучно. Ни капли не изменился.

- Ну привет, дружище, как начался твой рабочий день? – улыбнулся Лука.

- Чего тебе надо? – произнёс Итан с холодным взглядом.

- Ну вот, какой ты злыдень, к тебе пришёл дорогой друг, а ты… - говорил это прапорщик, зажимая в объятия своего друга. На это обратили внимание остальные коллеги.

- Ладно-ладно. Что ты тут делаешь? У тебя других дел нет?

- Да как бы нет, у меня в отделе спокойно, с самого утра нечем заняться, скучно, - после этих слов Лука облокотился об стол своего друга беззаботным взглядом.

- Придётся разочаровать. Регин скоро отправит тебе документы для дела, как раз работёнкой займешься, - взглядом указал Болдуин на кареглазого брюнета с короткими волосами, сидящего справа от него.

- Я ж говорю, злыдень! - нахмурился друг.

Несколько секунд друзья не разговаривали, и даже не смотрели друг на друга. Возникла небольшая неловкость.

- С тобой в последнее время что-то не так, ничего же не случилось? – обеспокоенно наклонился Кавлер.

- Ничего такого, все в порядке.

- Вы же скоро отправитесь подавлять протесты Красной борьбы. В прошлый раз не получилось поймать Барона. Начальница, конечно, была расстроена, но не зла…

- В этот раз она очень надеется, что я смогу кого-то из лидеров поймать. Я поймаю, в этот раз меня не напугать, - голос Итана зазвучал увереннее.

- Я знаю, и верю тебе, но с того раза ты сам не свой стал. Менее активный в работе…

- Ошибаешься. Я справлюсь, - нахмурился полицейский

Лука похлопал его по плечу.

- Я желаю тебе удачи, и поменьше хмурься, морщины появятся, - рассмеялся друг.

Слова Луки слегка приободрили Итана. Он посмотрел на всех своих подчинённых, и понимал, что он никого не должен подставить: ни своих коллег, ни начальницу, ни власть. Он понимал, что он все делает ради интересов государства, что подавление Красной борьбы – путь к победе Рутении в операции на Маргине.

Итан решил встать со своего места и чуть пройтись по зданию. Остановился он, как и другие полицейские, около большого плазменного телевизоры в зале для отдыха. На экране телевизора появилось изображение часов, тикающие отсчет до начала новостей по Первому. После того, как часы показали ровно девять часов, стали показывать заставку новостей, вскоре появилась и сама ведущая.

Итан заметил, что все устремили взор именно на телевизор, абсолютно каждый, будто тот околдовал их, заставил смотреть именно на себя, приковал взгляды. Мужчина не раз видел подобное зрелище - длилось уже несколько месяцев. Люди стали каждую новость смотреть по телевизору или телефону, или же слушать через наушники, чего никогда не было раньше. Если до этого была апатия к новостям, к тому, что делает власть, что происходит в мире, то сейчас есть не только некоторый интерес, но и также влечение, манящее смотреть новости. Наступила гнетущая атмосфера, словно туман с утра.

- А теперь к новостям с фронта, - произнесла ведущая, - маргинские националисты отбили утром два небольших населенных пункта, устроив обстрел мирных жителей. Сейчас они ближе продвинулись к югу реки Дугай, где располагаются рутенские базы. Также эти националисты потеряли две сотни солдат при продвижении к реке. Рутенские освободители все еще четко держаться на севере реки, отбивая их населенные пункты…

Итан, конечно, и сам интересовался новостями, но всегда слушал фоном, или читал бегло в интернете. Его никогда не увлекали новости так, как остальных людей. В этом он замечал некую странность в поведении окружающих.

- А теперь к другим новостям, - сказала ведущая, поворачиваясь к боковой камере, - сегодня западные страны направили еще 20 танков с обеднённым ураном на помощь Маргины, а также договорились о спонсировании еще 200 миллионов ойро. Вот, что на сегодняшней встрече Совета безопасности Рутении говорит президент, Вольдемар Пихлер…

Все увидели лицо своего горячо любимого президента, Болдуин тоже не смог отвести взгляд.

- Мы очень раздосадованы, что наши недруги продолжают спонсировать и помогать стране, которая ответственна во всей этой ситуации, - произнёс президент страны и продолжил дальше, - Мы очень обеспокоены этой ситуацией, как и восемь лет назад, так что мы будем дальше продвигать свои войска, чтобы обезопасить нашу национальную безопасность. Мы боремся за благое дело, мы спасаем себя и других людей. Мы будем бороться с врагами и внутри нашей страны… И успешно мы этим занимаемся.

Все полицейские после этих слов стали громко аплодировать. Настолько громко, словно были на каком-то важном мероприятии, вроде свадьбы или конференции.

После новостей все полицейские начали расходиться, а Болдуин вернулся в свой отдел. В это же время зашла немолодая женщина, лет шестидесяти. Несмотря на седину и некоторую усталость в лице, она выглядела красиво и статно для своих лет. Глаза были яркими карими, а причёска выполнена в боб-каре. Это и была начальница, полковник полиции – Виктория Степашина.

- Весь отдел в сборе, отлично, - начала строго разъяснять, - сегодня у нас серьёзная задача, выполнить её не составит труда – это подавление протестов Красной борьбы.

Присутствующие обратили на нее внимание. Лука, который все это время находился в отделе, тихо забрал документы Регина и шёл прямиком к выходу.

- Простите, мадам, - резко смотался из отдела, не оставив и следа своего присутствия.

- Кхм, продолжим, - произнесла полковник, - есть инсайдерская информация, что на этих протестах будем никто иной, как сам Лемарк. Это сложная задача, но мы обязаны поймать его.

- Есть, товарищ полковник! – крикнули все.

Итан осознал, что он наконец-то сможет поймать кого-то из лидеров, наконец-то исполнить свою мечту. На его лице отразилась мягкая, но уверенная улыбка. Полковник обратил на него внимание.

- Лейтенант Болдуин, ты с Регином ответственные за выполнение задач.

- Так точно! – воскликнул он.

Виктория, кивнув ему, медленно развернулась и также, не торопясь, вышла из отдела.

***

Спустя некоторое время, отдел уже во всю приготовился и выехал к Болотистой площади. Отряд его состоял из двух легковых полицейских машин, в одной из которых ехал сам лейтенант с Регином, и десять фургонов, на случай задержания протестующих. К этому времени дорога к площади была свободная от людей, что позволило быстрее доехать до пункта назначения.

Итан до выезда уже успел перенести досье о Лемарке на устройство. Оно ему стразу показалось несколько странным.

В нём указано прозвище, отсутствует имя и фамилия Лемарка. Указан предполагаемый возраст, примерно 20 лет. Практически везде стоят прочерки, за исключением дополнительных сведений, где написано, что Лемарк - один из лидеров "Красной борьбы", и в качестве приметы указано, что он носит на лице красную повязку.

Он знал, что лидерам хорошо удавалось скрываться, но насчёт Барона и Кантера хранилось больше информации, нежели о Лемарке. Барон был мужчиной предпенсионного возраста, примерно пятидесяти шести лет, в то время как Кантер, бывший военный, - тридцати шести лет. В "дополнительных сведениях" говорилось, что они с самого основания Красной борьбы числились лидерами. Возможно также, что Барон вышел из Соцпартии, а Кантер из марксистского кружка. Возможно также, что Барон вышел из Соцпартии, а Кантер - из марксистского кружка.

В отличие от Лемарка, который стал лидером только недавно. Из-за его юной внешности предполагалось, что вступил в организацию он тоже недавно, но хорошо зарекомендовал себя, благодаря активному проведению протестов.

Сероволосый полицейский обратил внимание на фотографию: она слегка размазана, но на ней можно разглядеть некоторые детали, как, например, красную повязку, янтарные, слегка узкие глаза и золотистые локоны, небрежно вылезающие из-под капюшона спортивной одежды.

Итан поймал себя на том, что несколько секунд смотрел в глаза Лемарка, потому что посчитал их привлекательными: обрамлённые длинными и густыми ресницами, большие глаза смотрели на камеру с недоверием. Полицейский надеялся, что он сможет поймать и узнать, кто прячется за этой маской. Кто же этот загадочный человек на самом деле?

Итан и его отряд наконец-то доехали до места событий. Площадь пустовала – на ней отсутствовали гражданские. Это было отличное условие, чтобы отряд выстроился и загородил путь дальнейшему продвижению колонны Красной борьбы.

Лейтенант внимательно присмотрелся на движущуюся колонну: около полтысячи озлобленных людей, может даже больше. Подождав около минуты, Итан вышел из машины и достал громкоговоритель.

- Внимание, в строй! – рявкнул полицейский, после чего передал устройство Регину.

Рядовые из несколько десятков людей начали выстраиваться в ряд, заполняя дорогу и ограничивая дальнейшее продвижение по Болотистой улице. Рядовые были в полицейских касках, держа в одной руке резиновые дубинки, а в другой - пуленепробиваемый щит.

Колонна Красной борьбы все больше приближалась к полицейскому ограждению.

Каждый член Красной борьбы носил на лице красную повязку, закрывающую нос и рот, а иногда и всю шею, тем самым скрывая свою личность. Также эти повязки являлись отличительным символом этой организации.Кто-то из протестующих удерживал плакаты, а кто-то взмахивал красным флагом, символом революционной борьбы и левого движения. Но все, сплочённые единством и солидарностью, хором вскрикивали и скандировали.

Впереди всей колонны несколько человек держали огромный плакат с надписью «Да здравствует мирная и справедливая Рутения». На средних и маленьких плакатах были следующие лозунги: «Долой войну!», «Долой капитализм!», «Да здравствует социализм!», «Да миру, нет войне!».

Протестующие повторяли тоже различные лозунги: «Нет войне!», «Да свободной Рутении!», «Нет капиталистическому гнёту!», «Долой несправедливую войну!», «Свободу политзаключённым!», «Да здравствует мир, демократия и социализм!». Определённая часть повстанцев начали петь Интернационал и антивоенные песни, поднимать сжатый кулак вверх.

Колонна становилась всё ближе и ближе, до её было уже около ста метров. Регин взял в руки громкоговоритель.

- Граждане, попрошу вас мирно разойтись по домам, пока вы можете это сделать. В противном случае нам придётся применить силы для наведения общественного порядка, - предупредил Регин.

Но в ответ протестующие все больше начали кричать, полностью игнорируя требования полицейских. Но Регин попытался еще два раза призвать митингующих разойтись и не создавать неприятностей.

Спустя еще небольшое количество времени повстанцы уже были на десятки сантиметров ближе к полиции. Но они все никак не останавливались, бунтующая толпа собралась прорвать оборону рядовых. Полиция поняла, что их не остановить словами, и начали удерживать силой.

Спустя мгновение это превратилось в колоссальное побоище: полицейские нападали, бунтующие сопротивлялись. Она нападали на них и наоборот. Вскоре уже вся ограда была разбита. Рядовые стали отлавливать, избивать и сажать в фургоны протестующих, кто-то начал на полицейских кидать коктейль Молотова — это приводило в еще большую ярость полицейских. Начала гореть ближайшие объекты: столбы, фонари, мусорные баки, лавочки, некоторые попали в машины. Некоторые полицейские впопыхах начали все тушить, к этому времени сбежались все репортёры.

Агрессивность в столкновении все росла. В суматохе мужчина уже плохо различал своих и чужих. Он пытался смотреть во все стороны, поймать взгляды подчинённых, переориентировать людей и контролировать ситуацию. Ничего не получалось, ситуацию поглотила стихия. Голова начала раскалываться, мужчина не знал, что делать.

Среди всей этой неразберихи он заметил знакомую и цепляющую глаза человеческую фигуру. Стройное телосложение с приятным на вид талией мелькнуло среди протестующих и побежало в совершенно другом направлении. На секунду этот человек обернулся, и Итан смог четко разглядеть знакомые глаза.

Желтоватая кожа, золотистые волосы и янтарные глаза, остальное лицо скрыто красной повязкой. Мужчина сразу понял — это Лемарк Сейчас был близок к шансу поймать его. Он сошёлся взглядом с Регином.

- Я увидел Лемарка. Я должен его поймать! Следи за ситуацией! – вскрикнул мужчина.

- Угу, - кивнул Регин.

Он сорвался с места и побежал следом за парнем.

Расстояние оказалось большое: около ста пятидесяти метров, но все же полицейский старался не упустить из виду преступника. Зрение орлиное не позволило упустить беглеца.

Как только он выбежал с площади на улицу, старался увидеть среди обычных людей его силуэт. Итан заметил, как Лемарк забежал в переулок, после чего осознал, что тому не сбежать - в конце ждал тупик. Он рванул вслед за лидером повстанцев.

Лемарк бежал, пытаясь оторваться, игнорируя препятствия. Он уже начал равно дышать, так как не был натренирован на дальний бег. Пот потихоньку стекал с лица. И спустя несколько секунд, сам не ожидая, оказался в тупике. Осмотревшись вокруг, парень не смог найти место, куда можно проскочить или вспрыгнуть, чтобы оторваться от погони. Повернувшись, он увидел перед собой полицейского, который тоже глубоко дышал, пытаясь восстановить ритм. У обоих колотилось сердце.

- Наконец-то я тебя поймал, Лемарк! – со злобным выражением прошипел мужчина.

- Все-таки догнал… - промолвил про себя паренёк, слегка согнув голову, глянул на землю.

- Ты арестован, преступник! – воскликнул Итан.

Сначала со стороны Лемарка послышался смешок, а потом он начал хохотать в голос. Это смутило полицейского: он не понимал, почему тот смеётся. Спустя секунду Лемарк глянул на него завораживающими янтарными глазами.

- Я-то, и преступник, - продолжил парень смеяться, - А я думаю, мой дорогой лейтенант Итан Болдуин, все не так просто. И я кто угодно, но точно не преступник.

- Что за бред ты…

- Давай уясним: наша встреча случилась рановато, и я не ожидал с тобой столкнуться. Так что лучше отпусти меня, - прервал Лемарк.

Эти слова шокировали Болдуина, но не поколебли его желание арестовать этого мерзавца.

- Я тебя не отпущу!

- Лейтенант, ты умный мужчина, понимаешь, что я просто так не сдамся.

Болдуин начал доставать пистолет с транквилизатором, из-за чего парень снова стал смеяться.

- А это уже опасно. Хотелось бы мирно разойтись, но… Скажу напоследок, мы встретимся еще раз, и тогда ты узнаешь точно, что действительно происходит в стране, поймёшь, что все не так, как кажется, как показывают по новостям.

Эти слова сковали движения лейтенанта, словно цепи, помешав выстрелить в повстанца. То ли из-за смятения, то ли из-за шока он не мог нажать на урок. Ясно было одно: Лемарк с ним игрался. Его яркие янтарные глаза, как коршуны, внимательно наблюдали за каждым его действием.

- Ну прощай, Итан, - после этих слов Лемарк кинул дымовую гранату.

Спустя секунды распылились облака дыма, закрывающие всякую видимость для полицейского. Итан начал откашливаться. Дым полностью дезориентировал его. Он начал бежать в обратную сторону, чтобы уйти от дыма. Как только вышел на улицу, отдышавшись, осмотрелся вокруг: никого, кроме гражданских, не увидел. От Лемарка не осталось и следа…

Глава 2

Футуристический дизайн, вызывающий вызов прошлому, нежные бежевые стены несколько успокаивали, а темные пол и потолок будто с двух концов всасывают в бездну, вызывают угнетающее и боязливое чувство – в этом необычном стиле выполнен кабинет полковника полиции – Виктории Степашиной. Она любила подбирать необычный интерьер и стиль комнат: так, вазы с цветами выделяются фарфоровым белым цветом, а полка с книгами и всякими папками с делами преступников, вместе с продолговатым т-образным столом сделаны в древесном коричневом оттенке.

Сама же Виктория, сидела на своём месте, слегка скрестив руки, а позади неё висела большая карта государства, уже с обозначением новых территорий. Она несколько минут сидела с задумчивым видом, выслушивая весь отчет Итана и Регина о результатах миссии. Еще в кабинете находилось несколько людей, в основном прапорщики и сержанты.

После того, как она все до конца выслушала, полковник встала со своего места, подошла к окну. Та на малое мгновение посмотрела в него, стуча указательным пальцем по виску. Лицо было спокойное и сдержанное, а после небольшого выдоха повернулась к своим подчинённым.

- Что же, вы выполнили основную задачу и это похвально… - произнесла это монотонным голосом и продолжила, - Спасибо, коллеги, за вашу работу и отвагу при выполнении этой миссии. Я надеюсь, что наша деятельность будет помогать и дальше в защите страны.

Эти слова Итан, Регин, и остальные подчинённые уже не раз слышали - совершенно обыденные и традиционные слова от начальницы после выполнения каждой миссии по подавлению протестов. Они уже привыкли, и выражали такую же сдержанность в лице.

- А сейчас, я бы попросила всех разойтись по своим рабочим местам, кроме лейтенанта и младшего лейтенанта, мне нужно с ними поговорить, - после её просьбы все коллеги, отдав честь и вздохнув, разошлись.

В кабинете остались только Кларк и Болдуин. На миг нависла громовая тишина, они ожидали услышать явно нелестные слова от полковника.

- Это ужасно, парни, - начала говорить это с разочарованным выражением лица. Степашина серьёзно нахмурилась, стараясь сдерживать злость, но сохраняла невозмутимость в голосе, - Мы можем сто тысяч раз подавлять протесты, это легко, потому что эти безмозглые протестующие – лишь пешки в игре этих ублюдков… но мы уже два раза просрали свой шанс кого-то из них поймать, а когда они вновь объявятся…

Её речь все больше становилась фамильярной. Лейтенант сразу же понял, что её слова – это упрёк ему, что он два раза не смог поймать Барона с Лемарком.

- Простите, это моя вина, я погнался за ним и завёл в тупик, но не ожидал, что у него с собой была дымовуха… Я не смог его поймать, - тихо говорил Итан с чувством вины, склонив голову.

Заметив это, Виктория сменила выражение лица, сделав его более мягким.

- Ничего не поделаешь, я сорок лет работаю в полиции, сама ошибок совершала, однако все же ужасно, что так получилось. Нужно будет усилить слежку за телефонными разговорами и сообщениями, надо поручить Отделу по борьбе с киберпреступностью этим заняться, - произнесла Степашина.

- А зачем это надо? – спросил Регин.

- Возможно, есть сообщники Красной борьбы, количество протестующих только растёт. Возможно, мы выйдем на тех, кто связан с лидерами.

- Это возможно, однако на это уйдет время, некоторое оборудование придётся переработать, настроить новые программы, есть вероятность, что они вообще используют закрытую сеть, отследить будет намного сложнее, - обдумывал Регин.

- Понимаю, но времени у нас не так много. Я займусь всеми вопросами. Задачи Президента надо выполнять, - Виктория снова взглянула в окно, - оба свободны, дорабатывайте день, немного осталось.

Итан и Регин удалились из кабинета и направились в свой отдел. Лейтенант чувствовал себя более подавленным. Не только из-за ошибки с Лемарком, теперь объём работы вырастет в разы, переработок, скорее всего, будет больше, как и оказываемого давления на коллектив. Он готов к такому, уже смирился с тем, что из-за врагов государства придётся больше работать, но определённое сомнение в решении начальницы все же присутствовало. Болдуин не понимал, поможет ли вообще побороть врагов, или наоборот, поспособствуют их росту.

Полицейский наконец-то уселся за свое место и продолжил углубленно заниматься своей работой: писать документы и рапорты, стараясь отринуть неприятные мысли. По лицу видно было, что он не хотел ни с кем общаться, что его настроение куда хуже, чем с утра.

Чуть скоро Лука решил навестить своего друга, но прежде подошёл к Регину, которые так же разбирался с документами. Калвер похлопал по плечу, взглянув на коллегу с улыбкой.

- Привет-привет, Регин! Как я вижу, уже вернулись с задания? – спросил риторически Лука.

- Привет, недавно вернулись. Кстати, я кое-какие документы отправил тебе, потом изучите в отделе, - покрутил пальцем в воздухе коллега, - И кстати, уже расспрашивают ребят из Красной борьбы, скорее всего некоторых отпустят по домам, на учёт только поставят их.

- Окей, отправлю своим товарищам, пусть занимаются этим! – с еще большей улыбкой произнёс Калвер.

- А ты что, не будешь заниматься? Видимо совсем обленился.

- Да какой там! Меня не особо так уважают на работе, можно и полениться. Я все-таки не такой как Итан, не так предан своим обязанностям.

- Не преувеличивай, ты хорошо справляешься.

- Спасибо, приятно от тебя услышать! – Лука кратко взглянул на своего друга, который глубоко погрузился в монитор компьютера и свои мысли, ни на кого не обращая внимания, - Кстати, об Итане. Надо б с ним переговорить.

- Ты смотри там, он сейчас ни с кем особо не хочет разговаривать.

- Это еще почему?

- Чувствует себя подавлено из-за задания. Не смог поймать Лемарка, да и начальница его неплохо так отчитала… Ну как, завуалированно, конечно.

- Ох, ну понятно, постараюсь его сейчас приободрить.

Затем Лука подскочил и крепко обнял своего бедного друга. Итан от удивления и нелюбви к прикосновениям сразу же подскочил.

- Ты чего это делаешь?! – воскликнул Болдуин.

- Надо же тебя отвлечь от работы, - посмеялся друг.

- А я уже думаю сказать начальнице, чтобы запретила тебе появляться тут, - нахмурился он.

- Ой-йо, кое-кто разозлился еще больше, чем днём. Регин мне сказал, что ты не смог поймать Лемарка, так?

- Не просто смог поймать, я подвел Отряд, а теперь из-за моей ошибки всем придётся усерднее работать, - продолжил корить себя полицейский, прикрывая глаза рукой, - Может я уже свое отработал…

- Хэй-хэй, ты чего это? – Лука убрал руку Итана, - Ты отлично справлялся всегда, все на тебя равняются. Просто... ты слишком зациклен на работе, много думаешь, практически не отдыхаешь, перерабатываешь и выгораешь. Ты когда отдыхал, уходил в отпуск? – поинтересовался друг.

- Не помню.

- С начала военной операции вообще стал больше обычного работать, уже помешался на Красной борьбе. Ты должен отдохнуть, - Лука подставил пальцы рук к подбородку и на несколько секунд задумался, а потом его осенило, - Кстати! У моей сестры послезавтра свадьба будет, совсем из головы вылетело… короче, не хочешь ли присоединиться? Я тебя приглашаю, развлечешься и отдохнешь.

- Не знаю, - подумал Итан, - я давно не развлекался и на свадьбах не был.

- Ну вот как раз и сходишь за столько-то времени. Хоть там перестанешь думать об иноагентах, врагах и какой-то там Красной борьбе.

- Ну раз уж ты приглашаешь, - слегка улыбнулся Болдуин и затем кинул, - твоя взяла.

- Ура! – воскликнул во весь отдел Кавлер. Уж в третий раз коллеги обращают внимание на друзей.

- Вы это, потише давайте, - недовольный голос прошёл одного из коллег.

- Ой, - смутился Лука, - я тогда пойду.

- Давай, а то тебя уже не я выгоню, - махнул в ответ Итан.

Друг помахал всем рукой и как можно скорее свалил от свирепых взглядов.

Вскоре Итан наконец-то закончил свою работу. На часах уже десять часов вечера, дневная смена начала расходиться. На улице начало темнеть, фонари улиц зажигаться. Мосава превращалась ночью в красочный и яркий город. Подсветки, вывески неоновые, ночные билборды полностью меняли картину города. Ночная жизнь переменялась, становилась куда оживленнее, чем дневная. Молодёжь во всю выходила гулять, развлекаться в парках, ходить в бар, смотреть кино.

Итана эта ночная жизнь вовсе не интересовала, хоть тот и наблюдал за этим сквозь окно здания. Вдоволь насмотревшись, мужчина собрал все свои вещи и покинул отдел. Он увидел, как подоспела ночная смена. Ребята приветствовали своего дневного коллегу, а тот лишьь махал им в ответ.

Выйдя из здания, мужчина взял сигарету в руки и сделал несколько затяжек, смотря на бескрайнее чистое вечернее, почти ночное, небо. Лучей солнца вот-вот уже не станет, и Мосава полностью погрузится во тьму.

Докурив, бросил в мусорку и направился к машине. Сел в неё, поправил переднее зеркало, завел мотор и выехал за пределы здания. Весь город, его разноцветный блеск искажался и растворялся в движении. Но в голове Итана была только одна мысль – как можно скорее приехать домой.

И вот скоро он доехал до парковки, прилегавшей к его дому. Вышел из машины, поставив на блокировку, вздохнув, что уже у здания, и направился сразу к нему.

Через пару минут полицейский оказался у двери своей квартиры, приложил опечаток пальца к дверному сканеру, блокировка двери снялась. Отворив дверь, оказался в своей тихой и спокойной квартире, где никто его не ждал. Такая тишина стала для него эвтюмией, уже привык к такой жизни и ничего не собирался менять, не помышлял ни о супружестве, ни о сожительстве. Ему нравилось жить как одинокий волк.

Раздевшись, Болдуин сразу направился обмыться, сегодняшний день истратил много энергии. Через свои смарт часы заказал себе доставку еды, ему было лень что-то готовить. Сообщили, что заказ приедет через полчаса.

В это время мужчине пришло в голову посмотреть телевизор. Направился в гостиный зал. Зал сделан в таком же однотипном стиле, как и вся квартира. Спереди от двери виднелось окно, открывающее вид на улицы. Слева располагались горшки с деревьями, за которыми офицер любил ухаживать. Так в зале собиралось больше свежего воздуха, особенно в окружении большой компании. Справа стоял домашний кинотеатр с большим плазменным телевизором. Он управлялся голосовой командой от компании Яникс, пульты ушли в прошлое. Посередине помещался стеклянный гостевой столик, спереди которого располагалось кресло, а слева диван в темно-зеленном оттенке.

- Привет, Алисия, - голосовая команда сработал, и включился телевизор, а мужчина уже уложил оголённое тело на диван, - включи Первый.

На Первом снова показывали новости с фронта: что рутенская армия смогла продвинуться еще на несколько километров, и это заметный успех для армии. Несколько минут Итан смотрел новости, затем стал переключать на другие каналы, но ничего интересного он не смог найти. Нормальных фильмов сейчас не посмотришь, власть поставила жесткую цензуру на западные фильмы из-за, как выражался министр культуры, «извращенской пропаганды». Одни фильмы про войну, про героизм, программ развлекательных все меньше, все больше политических. Скучно - одним словом можно описать нынешнее телевидение.

Пока оголённый мужчина просматривал каналы, ушло полчаса, раздался звонок в дверь. Он подошел и открыл дверь. Перед ним стояла молодая двадцатилетняя девушка низкого роста, из-за чего ему пришлось наклонить голову. Она, в виду своего роста, прежде всего обратила внимание на оголённое тело, на эти мускулы с кубиками. Её это очень смутило, она впервые видит, чтобы кто-то почти нагой показался.

- Это вы курьер? – спросил он глубоким голосом.

Услышав этот голос, девушка сию минуту покраснела, ей этот тембр показался очень приятным и привлекательным.

- Д-да, прошу, п-поставьте опечаток пальца, чтобы подтвердить заказ, - произнесла она, преподнося смартфон. Она закрыла кепкой свое лицо, чтобы тот не увидел её смущения.

Он, недолго думая, поставил. Биометрия стала заменой подписи в любых процессах: от заказа товара до оформления недвижимости.

- С-спасибо большое, возьмите заказ, - та протянула ему коробку с содержимым, - в-вам пришлют сообщение, чтобы вы оценили доставку. Всего вам доброго.

Девушка быстренько собралась и ушла, мужчина не успел даже проследить за ней. Итан с заказом направился на кухню, поставил всё на стол, чтобы распаковать. В этот раз он взял восточную еду, центром которой стала острая лапша. Ему в принципе нравилась острая еда, да так, чтобы не только горел рот, но и язык покалывало. Желудок легко все это переносил.

Как поел, выкинул ненужный мусор, и направился в свою спальню. Но совсем не для того, чтобы спать. Он задумал послушать музыку, чтобы настроиться на спокойный сон. Итан предпочитал из музыки рок, метал и иногда поп. Чаще всего слушал группу «Starright», вокалистом которой был парень с нежным голосом Сэм Купер.

Слушая в очередной раз одну и ту же музыку, внезапно вспомнил парня с золотистыми волосами и янтарными глазами - Лемарка. Но вместо злости, он почувствовал какую-то манящую таинственность в парне, среди остальных лидеров он самый скрытный. Итан вновь открыл досье парня, чтобы перечитать. Он все никак не смог понять, к чему были его слова о том, что все не так, как кажется.

- Видимо ты тот еще монстр, - произнёс Итан, снова задумавшись, - не важно, что ты скрываешь, я тебя поймаю, обещаю…

Итан встал со своей кровати, направился на балкон, прихватив с собой сигарету. Он её зажёг, затянул и выдохнул дым. После посмотрел на звездное небо, на полную яркую луну, вновь предавшись мыслям. Спустя некоторое время все же отправился спать.

***

Новый день наступил, пошла середина мая, пятнадцатое число на календаре. Итан, как и всегда, сидел за рабочим местом, разбирая новые заявления на проверку контента. В основном – жалобы на известный мировой видеохостинг, где публиковались лживые данные о проведении военной операции. Проблема для отдела скорее заключалась в том, что эти жалобы не имели конкретной аргументации. Очень сложно было через искусственный интеллект проанализировать контент на наличие нарушений, учитывая очень поверхностные законы, которые мало, что поясняли, какой контент все-таки экстремистский. Приходилось порой ломать голову, находить сомнительные выражения и слова и выдвигать запрос на удаление контента.

Чаще всего можно привлечь за то, что собеседники вместо «военной операции» и «маргинская хунта» называли «войной» и «маргинская власть». Конечно, надо воевать с врагами не только на военном поле, но и на языковом. А за то, что рутенские войска называли не освободителями, а захватчиками, оккупантами можно вообще сесть за дискредитацию.

Этой уморительной работой приходилось заниматься лейтенанту Болдуину, сытым по горло от таких заявок. Сейчас бы вместо этой компьютерной сидящей работы половить реальных преступников, например тех же красных. Враги всегда есть и внутри страны. Вот если бы создали искусственный интеллект, который смог сам все это делать…

Закончив со своей частью работы, он потянулся, пока суставы не начали хрустеть, затем встал с рабочего места и направился к окну.Эта работа настолько скучная, что офицер разделался с ней без особого стремления. Сделал столько, сколько планировалось для отдела.

Итан взглянул в окно. Красные звёзды, красные и красно-белые ленты, неоновые подсветки с датой простирались на окнах, на крышах заданий рядом со зданием главного управления. Сегодня пятнадцатое мая - это День победы. В этот день, восемьдесят дет назад, страна победила агрессивных иностранных захватчиков, чья цель состоялась в захвате Рутении и установлении своих порядков во всём мире, построить своё «жизненное пространство».Рутения победила и стала новым гарантом нового мира вместе с союзниками. Сейчас же эти союзники стали врагами, такими же агрессивными и со своими амбициями, например Маргина.

Президент Пихлер был на празднестве, походившее на главной площади. Он поздравил своих соотечественников с этим праздником и зачитал речь, в которой говорил о будущей победы Рутении, и как восемьдесят лет назад, Рутения победит врагов и установит новый порядок. Эту речь показывали по всем телевизионным каналам, в Интернете, начали создавать нарезки из его слов и распространять везде по сети.

После речи начались демонстрации военного потенциала страны: танки, дроны, турели, вертолёты и, самое главное, солдат. Люди на площади их восхваляли.

Итан, поскольку работал, не смог поучаствовать в праздновании на главной площади, но отряд из Отдела по общественной безопасности охранял людей и мероприятие. Сегодня и еще несколько дней они будут охранять различные митинги, концерты, литературные чтения и другие мероприятия, посвящённые победе и сегодняшним перспективам по нынешней операции.

Болдуин на это смотрел несколько отрешённо, хотя с родителями постоянно посещали День победы. Помнил, как маленький с блеском в глазах наблюдал за демонстрациями, как люди отмечали праздник, как кричали про величие страны. Но сейчас… так радоваться не удаётся. Гордости за страну хоть отбавляй, он был готов эту страну даже воевать, но… в груди постоянно существовало смятение. Откуда и почему… Ещё и те слова преступника…

- Так, хватит, - Итан приподнял свой взгляд и немного качнул головой, - Надо продолжить работать.

Развернувшись, увидел, что Регин тоже закончил со своей работой и вышел из своего места.

- Итан, я заметил ты долго смотрел в окно, - махнул рукой Кларк.

- Да, есть такое.

- Всё из-за Дня победы?

- Может быть, сейчас все празднуют.

- Да уж, наш отдел работает без перерыва, этими заявками ещё заниматься, - подтянул руки к верху Регин, - а после праздника их будет ещё больше.

- Это точно, наши граждане очень инициативны, - они оба вышли из отдела и прошлись по коридору.

- Даже интересно, откуда у ни столько сил и желания отправлять в Управление столько запросов.

- Тоже интересно, хотя такие часто объединяются в какое-то сообщество. Их тоже за это награждают, как Лига свободного интернета, - задумался Итан.

- Это точно, Лига очень их обеспечивает.

- Надеюсь, они хоть сегодня дадут отдохнуть, не люблю эту всю волокиту.

- Понимаю тебя. Кстати, - Регин остановился у автомата с напитками и взял себе минеральную воду, - Ты будешь праздновать? Куда собираешься?

- Даже не знаю, не думал. А ты?

- Я скорее всего пойду на литературные чтения, они начнутся перед концертом «Гойда», будут современные писатели читать свои стихти про наших солдат. Надеюсь, получу удовольствие со стихов.

- А ты любишь все эти посиделки.

- А как же, это же часть моего пути совершенства.

- Ты хочешь знать все больше? Может твоему мозгу надо отдыхать?

- Ты сам пронимаешь, что мозг никогда не отдыхает, он постоянно обрабатывает новую информацию. Сам столько книг перечитал, даже на работе не перестаёшь – Регин начал пить воду.

- Это верно, - согласился Бодуин, - книги читать постоянно полезно.

- Итан, как всегда, говорит про книги… - немного удручённым голос произнёс кто-то.

Болдуин и Кларк увидели сзади себя Кавлера.

- А ты любишь появляться либо с шумом, либо внезапно, - Итан немного закатил глаза.

- Ну а как ещё? Иначе не было б интересно. Так, о чём вы говорили? – поинтересовался Лука.

- Мы о Дне победы, - ответил Регин, - А ты будешь куда-то ходить?

- Конечно, я пойду на концерт «Гойда», давно не слушал музыку.

- Так ты на выходных ходил по дискотекам, - сказал Итан, чуть ухмыльнувшись.

- И что?! – воскликнул Лука, - Я не могу без такого и дня. Это очень мучительно…

- Тоже мне, громкая музыка, то ли дело в наушниках.

- Говори за себя, Итан! – взмахнул он левой рукой.

- Парни-парни, не ссорьтесь, - слегка помахал ладонью Регин, - а то соберёте людей вокруг нас.

- Верно, - холодно ответил Итан, взглянув вокруг себя.

- Кстати, у нас некоторые люди из отдела решили заняться гуманитарными сборами для солдат на горячих точках, - рассказал Регин.

- У нас тоже в отделе, даже я думал этим заняться, но всё же лучше схожу на концерт.

- А зря, сейчас ситуация стала сложной, им помощь как никак нужна.

- Было б замечательно, если бы государство этим всем занимался.

- Не совсем так, общество тоже должно стремиться помогать в победе, как-никак, она нам тоже нужна.

- Ну даже не знаю, Регин… Может ты и прав, без общих усилий ничего не добиться.

Итан, пока они оба разговаривали о солдатах, вновь размышлял об этих словах. Должно ли государство всех и вся обеспечиваться? С одной стороны, все вооружённые силы подчинены государству, а значит оно должно давать все возможности, чтобы эти силы реализовать на полную. Так ли важно влияние общества на это? Гуманитарная помощь… Это разве не обязанность власти?

Пока эти мысли прокручивались в голове Итана, Регин и Лука уже прощались. Друг его уже уходил по своим делам, махая рукой им.

- Ну что, пойдём дальше работать? – поинтересовался Регин.

Болдуин кивнул, и оба направились назад в свой отдел. Вернувшись, Итан продолжил размышлять, больше даже погружаться в грёзы. Всё ещё свежи в памяти то, как он с родителями отмечал этот день. В эти моменты вера в Родину, в правительство только укреплялось. Родители только и говорили, что маленький Итан вырастет, начнёт службу в армии, продолжит уже, как и они сами, служить Родине, охраняя и спасая каждого её гражданина. Что по пути этого Итан станет сильнее и крепче, что его любовь и вера усилится, что он пойдёт дальше, чем они.

В общем-то так и есть, за несколько лет он стал почётным полицейским, лейтенантом, которого уважали все на работе, от начальницы до самых обычных рядовых и сержантов. Все они стремились стать такими же, как он.

Все так и есть, но не во всём родители оказались правы. Насчёт любовь и веры к Родине… само собой, они живы в его сердце, однако, когда он вызвался служить Родине, сама Родина буквально не позволила ему это сделать. Полицейскую жизнь он любил. Любил подавлять вражеские протесты, но желание приложить все усилия для борьбы с внешними врагами также росло. А тут буквально ему оборвали все возможности реализовать это желание. Можно подумать, что людей сейчас не хватает на фронте, из-за чего организовали эту самую минимальную мобилизацию, в это же время правоохранителей достаточно, в последние годы их стало в два раза больше, и можно было б перевести на иную службу. Но нет, наотрез не дали. Сама ли Родина не позволяет ему или же….

Не важно, сейчас ко всему этому лейтенант стал в последнее время отчуждён и холоден. Да, он и сейчас продолжал защищать Родину от врагов, а их всё больше и больше изнутри. Но, такого желания и стремления уже нет. Конечно, начальница верит и доверяет ему, как только поймает Лемарка, и, возможно, она даст повышение за его поимку, но… сейчас он ни о чём таком не желает? Хотя и с другой стороны откроет новые возможности.

Но и в Родине происходили странные вещи, которые еще не мог понять… Их сложно объяснить. Будто все происходящее… не имело какой-то искренности. Те же слова президента… да, они уверенные, хорошо убеждали людей, но в них нет какой-либо душевности.

***

После работы лейтенант обдумывал, что взять на ужин в этот раз. Ничего не приходило в голову кроме доставки. Проезжая свою улицу, он замечает супермаркет, работавший круглосуточно. Он, конечно, умел готовить, однако из-за работы, или иных дел, а то и из-за лени чаще заказывал доставку.

После трёх секунд раздумья он развернул свою машину и заехал на парковку у магазина. Он стоял, считай, одиноким среди всех этих жилых домов. Раньше всякие супермаркеты, магазины, аптеки, бутики стояли чуть ли не на каждом углу, а торговые центы стояли в каждом районе города, люди зачастую сами приезжали и ходили в них, беря всё жизненно необходимое. Однако, в эпоху тотальных Интернет-услуг и маркетов традиционные формы шоппинга устарели, все идёт на заказ через сети. Поэтому большинство таких магазинов закрыли. Но не все. Некоторые компании сохраняют и традиционные магазины, совмещая их с сетевыми их формами.

Примером этого являлась компания Y6, она же УайСикс, которой принадлежал данная сеть магазинов «Переулок». Традиционным цветом данной сети являлись синий и бежевый.

Итан вышел из машины и потихоньку направился к маркету. Войдя внутрь, он обнаружил всю ту же раскладку товаров: у входа всегда стоял стенд с овощами и фруктами, в самом конце стояли холодильники со всевозможными молочными, мясными, замороженными продуктами. Находился и отдельный раздел с алкоголем. Типичный маркет пятнадцатилетней давности.

Исключением стало лишь то, что людей внутри практически нет. Везде заполоняли роботы. Одни мыли пол, другие расставляли товар, третьи следили за обстановкой, четвёртые что-то пекли и, в случае подозрительных действий, могли остановить покупателя.

Возникал вопрос: а где все сотрудники? Где кассиры, уборщики, пекари, администраторы? Ответ очень прост - таких должностей просто не существовало, и оставались только один администратор и двое ответственных за работоспособность и функционал роботов. Чаще всего они находились в отдельном помещении и лишь изредка выходили в продовольственный зал для проверки роботов.

Так произошло со многими профессиями, еще пару лет назад начали активно внедрять роботов на производстве, в службах доставок, в сетевых маркетах, если еще оставались. Так исчезли курьеры и почтальоны, поскольку доставлять посылки или товар роботы могли быстрее и эффективнее, так же банковские служащие, сейчас считай нет каких-либо физических банков, операторы, охранники, бухгалтеры. Журналистика, как профессия, еще в руках человечества, но вот всякие корректоры и редакторы уже в цифровых лапах искусственного интеллекта. Таксистов, водителей, да и вообще работников служб перевозок людей ещё раньше не стало, компании, связанные с ними, ещё радикальнее пошли в этом направлении.

Конечно, активное и быстрое внедрение искусственного интеллекта создало напряжение на рынок труда возросло. Хоть и началось внедрение на Западе, но такого напряжения не возникло, процесс проходил гладко. Определённая часть людей пошла на профессиональное переобучение с тестовым применением собственной системы оценки. Но большая часть так и не смогла, и сейчас кое-как стали выживать. Да, с одной стороны, внедрение технологического прогресса было неизбежно, дроны помогали военным и полицейским, они же вместе с роботами отлично помогали в экономике, меньше надо с работниками возиться, а с другой, эти же работники буквально начали выживать, стали прекариатом, без стабильной работы, а то и вообще люмпенами. На недовольство внедрением роботов, дронов и автоматонов в обычную жизнь людей мало обращало внимание правительство, хотя и обещало решить эти проблемы со временем. И заметно, что люди количественно меньше стали протестовать и организовывать их сами, ведь видно, что случается с противниками власти, но в это же время возросли протесты от красных. Вот если бы воевали люди, а роботы…

Выходило, что Итан оказался один на один с роботами. По правде, это самое то, поскольку он не особо хотел как-то после работы как-то контактировать с людьми. Поэтому он взял автоматическую тележку, которая следовала за привязанным через опечаток пальцев покупателем. Набрал различных овощей: то есть огурцы, помидоры, сельдерей, капусту. Помимо этого, закупил всякую мелочь: мясо куриное, спагетти, яйца, немного пивной выпивки. Посмотрев, что больше ему ничего не нужно, направился к специальному роботу, который заменял кассира. Тот аккуратно собрал продукты и выставил счёт на покупку. Болдуин провёл смарт-часами по датчику у робота, и оплата прошла успешно. Чек сделали в электронном виде, и уже оказался в памяти часов. Также робот предложил подать чаевые и пожертвовать на Победу.

Если чаевые мужчине показались дикостью, поскольку «работали» здесь роботы, а не реальные люди, то на Победу всё-таки пожертвовал некоторое количество денег. Как бы то ни было, воюют на фронте живые люди, не смотря на огромное применение роботов и дронов в операции.

Болдуин вышел из магазина и обнаружил на стекле маркета листовку с призывом на контрактную армию и серьёзным вознаграждением за службу. Такие листовки расклеены везде, на каждом здании, от жилых до заброшенных. С одной стороны, очень выгодно, много людей хочет служить Родине, даже в очень сложных ситуациях, как война. А с другой стороны, коллеги рассказывали, что многие парни, ушедшие служить в горячих точках, если и возвращались домой, то в так называемых чёрных пакетах.

Эти же молодые парни только отучились, начали жить свободнее, осознавать то, как будут строить жизнь. Дикость, если они сами соизволили отправиться на войну, то ли из собственных желаний, то ли объективно у них было мало выбора, надо как-то поддерживать семью, заработать как-то. Но есть немало тех, кто попал туда не по своей воле. А теперь их нет. Да уж, война – очень жестокое поле боя, и не каждый способен вернуться оттуда прежним.

Все они ушли защищать Родину, а Родина должна как-то за это благодарить. Поэтому пожертвования – это хороший способ возместить сколько-то негативные последствия и потери военных операциях. Чем больше солдаты будут снабжены боеприпасами, лекарствами, одеждой и едой, тем ближе будет Победа.

Отсюда Итан к пожертвованиям и гуманитарной помощи относился спокойно. Всё ради Победы, всё ради будущего Рутении и его жителей, не смотря на небольшие проблемы и сложности на фронте.

Итан возвратился домой с продуктами. Пакет был совсем небольшой, рассчитанный на сегодняшний ужин. Из пакета он достал масло, килограмм риса, лук, морковь, томатная паста, готовые приправы для мяса, килограмм свинины.

Мужчина задумал приготовить гуляш с рисом. С одной стороны, блюдо-то не очень сложное, он знал, как его готовить… ну или посмотрит в рецепте, если что-то забудет в процессе, но с другой, на это уйдёт время.

Чтобы потом не отвлекаться от готовки, Болдуин сначала сходил в ванную комнату и освежился. Затем достал из ящика мультиварку, которую подарили родители ещё при его поступлении на учёбу в академию. Уже больше пяти лет прошло, а она будто новая. Это и понятно, он-то очень редко что-то готовит сам, а в общежитии и так всё было, так и лежала всю его учёбу.

Закинул он рис, перед этим ополоснув водой, добавил масла, воды и включил мультиварку. Затем приступил к нарезке мяса, лука и моркови. На часах он включил голографический проектор и смотрел каналы, готовя гуляш.

Когда уже приступил к обжарке мяса с луком и моркови, ему на часы пришло сообщение. Оно от Луки. Тот скинул несколько фотографий с концерта, на одной из которых он стоял прямо на сцене.

«Смотри, я спел прямо на сцене со своим любимым певцом. Я так счастлив!», - пришло первое сообщение, а за тем ещё одно.

«Он оставил мне с подругой автограф ^^»

- Вот она гордость отдела полиции с киберпреступностью, пьёт да поёт на сцене, - саркастично ответил ему Итан.

«Всяко лучше, чем дома сидеть, хы»

«И чем ты занимаешься в такой день, опять читаешь книги?»

- Ужинать буду, и да, все-таки мне лучше дома оставаться, а то потом засвечусь где-то, не хочется быть как ты, потом тебя коллеги обсуждают.

«Да пусть обсуждают, зато у меня весёлая жизнь, а вот кто-то только дом и работу видит», - продолжал язвить Лука.

- Зато с утра не страдаю от головной боли.

Они оба так и могли соперничать в подколах друг друга, но рис почти сварился, да и гуляш почти готов.

- Всё, я ужинать, не пиши мне пока, и приятно провести время.

«Приятного аппетита, злюка~»

Итан наконец-то закончил готовить и положил рис и гуляш на тарелку. А продукты еще остались на два раза приготовить. Ну, похоже, придётся еще пару раз приготовить гуляш.

Усевшись за стол, принялся есть, продолжая смотреть телевизор. Всё как обычно: конфликт с Маргиной, в частности положение на фронте, отношения с западными странами, развитие экономических связей с восточными, скоро состоится саммит Рутении с этими странами. Из новостей касательно Рутении было мало, да и их стало после начала военной операции всё меньше и меньше, говорили, что открывают новые больницы, школы, что кризисов нет, что благосостояние людей растёт.

Но после новостей вновь показали Вольдемара Пихлера и его речь. Болдуин всматривался в своего президента: мужчина далеко не молодой, лет за семьдесят, уже пластика и ботокс никак не спасали от неминуемого старения, скулы и морщины хорошо видны. Виден и его усталый вид, и хриплость в голосе ощущалась. Ему бы уходить на пенсию, по правде.

Однако, речь он произносил настолько убедительно, настолько уверенно, настолько завораживающее, что… Как сказала одна бывалая космонавтка, а ныне депутат парламента: «Нужно, чтобы всё-таки президент был, что называется, рядом»

Её слова чётко говорили, чтобы Пихлер избирался снова и снова, оставался президентом как можно дольше. Хотя уже сколько лет он уже во власти… лет двадцать? Он ещё маленьким помнил предыдущего президента, вечно пьяного и усталого. А родители его назвали его правление отвратительным и предательским.

- Эти мысли сейчас ни к чему, - подумал Итан и встал со стола с пустой тарелкой.

Он засунул посуду в посудомойку и почему-то он остановился, облокотившись на стену. Теперь он вспоминал слова того преступника. Всё еще не приходило в голову, что он имел в виду. Либо он хотел Итана спровоцировать, либо как-то прибегнуть к идеологическим манипуляциям, ведь их движение против нынешней власти. Как бы то ни было, это не так важно. Он – его враг, и как только поймает его, то всё выпытает из него.

Глава 3

Утро. Прошло уже трое суток с тех протестов Красной борьбы, прошедшее перед Днём победы, вроде как опросить бунтующих должны были. Лейтенант уже приехал на работу. Только переступив за порог, он увидел в холле коллег, среди которых стоял и его друг. Они все о чем-то увлеченно беседовали.Недолго думая, полицейский сообразил подойти к ним. Лука сразу приметил приближающегося друга и помахал рукой.

- Итан! – воскликнул он, остальные коллеги обратили внимание.

- Привет всем, - чуть кивнул Итан, - о чем вы так беседуете?

- Да так, о рабочих делах, - ответил Лука.

- Да, как раз ты должен быть в курсе, - сказал один из коллег Итану, - ночная смена проводила небольшие допросы участников протеста, но практически все имели маломальское отношение к организатору протеста. Скорее всего некоторые из них впрямь являлись членами Красной борьбы, а вот остальные больше сочувствующие, или пришедшие по приглашению. Они о внутренней структуре организации не знают вовсе, ну или знают лишь немного.

- Это так, поэтому большую часть отпустили уже к утру, поставив на учёт и отправив на психологическое обследование, а остальные сейчас под арестом, - сказал другой коллега.

- Вы сказали, что практически все имели маломальское отношение, значит есть, кто связан более глубоко с организацией? – нахмурил брови Итан.

- Да, - подтвердил Лука, - есть два человека, которые точно состоят в организации достаточное время. Есть вероятность, что они знакомы с Лемарком.

В эту секунду у Итана проснулось воодушевление.

- Совсем скоро их будут допрашивать другие коллеги.

Полицейский поверил, что это тот самый шанс узнать что-то о Лемарке. Это шаг к тому, чтобы его поймать. Его глаза загорелись, упустить такую удачу никак не мог.

- А могу я провести допрос этих людей? – поинтересовался Итан.

Все коллеги, даже Кавлер, посмотрели на него с удивлением.

- Ты? И почему ты так захотел провести допрос? – решил узнать коллега.

- Ну, я ж все-таки занимался подавлением протестов, я бы мог их допросить, узнать что-то о Лемарке. Думаю, я б смог на основе этой информации что-то вывести, что укажет путь к нему, - придумывал аргументы Итан.

- Немного необычно для тебя… но, с другой стороны, ты умеешь индуктивно соображать. Да и убеждать тоже можешь. Тогда проведёшь допрос.

- Отлично, - ухмыльнулся полицейский.

- Тогда я сейчас скину о них досье, - произнёс Лука и отправил документы.

Он открыл смарт-часы и увидел голографическое изображение документов. В досье рассказывается о двух братьях Грант - восемнадцатилетнем Николасе и шестнадцатилетнем Мэттью. Оба схожей внешности: у обоих зелёные глаза и рыжие волосы. Только у старшего волосы были не коротки, собраны в хвост, а у младшего - короткие и на лице виднелись веснушки. Указано, что они оказались их тех, кто направлял протесты, арестованы за организацию и участие в них.

- Ясно, так они братья… - задумался он.

- Верно, учитывая их организаторскую натуру и предводительство, они точно состоят в Красной борьбе, а значит…

- Связаны с лидерами, - завершил мысль Луки, - уже понял, тогда пойдем? Ты со мной?

- Конечно, когда мы еще будем что-то совместное делать на работе, - улыбнулся друг и побежал за Итаном, стараясь не отстать.

Подходя к комнате для допроса, Болдуин задумался. По сути, всю дорогу молчал. На это обратил внимание Кавлер.

- О чем-то задумался?

- Не совсем, но, думаю, Лемарк и эти детишки организовали протест, они точно связаны, но он кинул их, возможно предал их. Интересно, для них такие детишки расходный материал, раз уж так рискуют их свободой?

- Не знаю, может ты и прав. Но все же, мы не знаем, как все обстоит внутри организации, может это их хитрый ход.

- И такое возможно.

Друзья дошли до комнаты и, открыв дверь, увидели двух парней, один из которых прижимался к другому.

- Н-ник, они пришли, - с дрожью в голосе произнёс младший, прижавшись сильнее.

- Все будет хорошо, Мэтт, они нас не тронут, - был в большей решимости старший, обнимая брата и смотря со злобой в глазах на полицейских.

Итан обратил внимание на боязливость младшего и смелость старшего. После с Лукой сел напротив братьев. Некоторое время он смотрел на парней, младший старался не смотреть на полицейский, слегка дрожал, а старший, наоборот, не спускал взгляда с них, наблюдал за каждым движением.

- Детишки, я надеюсь, что вы пойдете на сотрудничество, и тогда вы сократите свое пребывание в полицейском участке и выйдете на свободу.

- П-правда? – спросил Мэттью.

- Не ведись, брат, на их уловки, они нам не товарищи! Еще и отправят в психушку лечиться! – с еще большей злобой воскликнул Николас.

- Остёр на язык, - подумал про себя Итан, но не стал обращать внимание на выпады старшего брата и приступил к вопросам.

- Как долго вы находитесь в организации?

Ответа от братьев не поступило, они ни в какую не хотели идти на контакт с полицейскими. Такой настрой позабавил Итана, он встал, отошел от стола на пару метров и продолжил задавать вопросы.

- Значит, вы не хотите сотрудничать, так? Что ж, для вас это плохо кончится. Вы думаете, что вас Красная борьба защитит? И уж тем более, Лемарк вас бросил, а вы еще молоды. Видимо, вам помыли мозги хорошо.

- П-провокации, - тихо сказал младший.

- Ложь, Лемарк нас не предавал! А промывают вам мозги, когда империалистические амбиции верхушки изображают как благородное дело, конечно, где тут может быть справедливое правосудие, когда за альтернативное мнение могут посадить, - раздражённым голосом говорил старший, - Да мы уж лучше сядем, чем будем плясать под дудку власти, как вы!

- Б-брат, успокойся…

- Я так понимаю, это ты тот полицейский, что помчался за Лемарком?

Слова удивили Итана с Лукой.

- Откуда ты знаешь? – обратил свой взор на старшего.

- Ну тебе же не было дел до каких-то протестующих, ты же заинтересован в нём? Твои глаза как открытая книга, - старший словно глядел в душу Итана, из-за чего ему было не по себе, а раздражение возрастало.

- Да ты…

- Погодите секунду, - осадил обе стороны Кавлер, подняв ладонь, - Не с того начали вообще. Скажите, вы же добровольно присоединились в организацию?

Лука попытался этим вопросом снять напряжение.

- Д-да… - ответил младший, - м-мы лишь боремся против нынешнего социально-экономического и политического устройства, оно не принесёт ничего хорошего, а война с Маргиной не нужна.

- Мэт, молчи, они враги нам.

- Ох, детишки. Мне не важно, за что вы боретесь, но вы помогаете террористам, а значит, нарушаете закон, вы можете сесть на долгие годы. Но я дам шанс выйти, если вы расскажете о Лемарке, - Итан старался привлечь парней на свою сторону, но в голосе уже были нотки раздражения и гнева.

- Таково гнилое правосудие этого государства… - разочаровано произнёс Ник, поняв лживость слов полицейского, - делайте с нами что хотите, но я ничего не расскажу, мой брат тоже.

После этого обе стороны молчали на протяжении нескольких минут. Яснее некуда, парни ни за что не расскажут про лидера. Внутри все разрывалось у Итана. Он не знал, что сказать. Полицейский резко встал.

- Что будем делать? – поинтересовался Лука у друга.

- Я курить, - после этого он сразу же вышел из комнаты.

Итан встал у окна, достал сигарету и зажег. Он сделал несколько тяг, чтобы успокоиться, перевести дух. Лука подошёл к нему.

- В последнее время ты часто стал курить.

- Детишки взбесили меня.

- Я заметил по твоему раздражённому лицу. Думаю, лучше было б другим допросить их, ты на них все же давил. Это из-за Лемарка? – внимательно глядел на него друг.

Мужчина качнул головой.

- Это был шанс узнать о нем. А теперь…

- Я все же несколько удивлен. Возможно, им промыли мозги, а возможно, они добровольно так яростно защищают организацию и Лемарка. Упорство и зрелая уверенность прослеживается у старшего, даже воодушевляет, напоминает раннего тебя, как только вступил на службу.

- Ты их защищаешь? – холодно взглянул Итан на своего друга.

- Нет, я скорее подмечаю очевидное. Даже немного грустно, что они будут сидеть в тюрьме.

- Будут сидеть. Раз уж это, как ты сказал, добровольно, но это их ответственность. Сами виноваты, еще что-то пеняют на наше правосудие.

Болдуин отпустил взгляд и вновь задумался. Как только последний пепел упал на пол, он бросил докуренную сигарету в окно и направился к лестнице.

- Ты куда? – поинтересовался Кавлер.

- К себе в отдел.

- Кстати, не забудь, завтра у сестры свадьба!

- Ага.

***

Наступил новый день. В выходной Итан мог бы проспать и до полудня, но сегодня этому не бывать. Будильник на смарт-часах зазвонил в десять часов утра, уведомление показывало, что в 12 часов надо быть на свадьбе.

Мужчина неспеша поднялся с кровати и направился в душ. Ему хотелось еще поспать, после уматывающих рабочих дней приятнее всего было полениться и понежиться в кровати, слушать музыку. Но и друга не стал бы подводить, все же приглашение получил.

После освежающего душа с музыкой нагой пошёл искать свои вещи на свадьбу. И тут он заприметил костюм, который не носил уже несколько лет, вроде после окончания академии. Но его рост в сто восемьдесят шесть сантиметров так и не изменился с тех пор, в костюм должен поместиться.

Он погладил свой костюм, сделав более опрятным и привлекательным и оставил на кровати, и направился надевать нижнее белье и футболку. После этого подумал поесть что-нибудь на завтрак и решил приготовить сэндвич-омлет. Поев, пошёл почистить зубы. Обычные будние дела, за исключением того, что уже надо собираться на свадьбу. Итан надеялся там расслабиться от будней, работы и мыслей про Красную борьбу.

После всех этих мероприятий уже наступило пол двенадцатого, Болдуин надел свой костюм и начал рассматривать себя у зеркала. Слегка рубашка теснила тело, хотя раньше была совсем просторной. Все из-за мускулистого тела, натренированного за годы работы на службе. Но в принципе сидела нормально, даже слегка выпирающая грудь с еле видневшимися сосками не портила картину, пиджак элегантно все скрывал. Главное - не делать слишком резкие движения, чтобы не порвать.

После осмотра Итан взял ключи и устремился к выходу. Закрыв дверь и выйдя на улицу, дошел до своей парковки и сел в машину. Времени еще достаточно, успевал на свадьбу. Он завел машину и поехал.

Вскоре он приехал по местоположению, которое прислал Лука. Здесь находилась на небольшом холме церковь. Жених из христианской семьи, происходящая из кровосмешения индейцев и колонизаторов, первые приняли религию вторых, поэтому хотел провести свадьбу именно в церкви. Невеста хоть и придерживалась атеизма, была не так уж и не против проведения свадьбы по христианским обычаям. Итан припарковался рядом с церковью и вышел, увидев различные машины. Также он наблюдал, что гости только-только начали собираться. И гостей немало. Приближаясь, он заметил во дворе церкви свадебные шатры. Скорее всего церемония бракосочетания произойдет в здании, а празднество на улице.

Лука увидел среди идущих гостей своего друга. Он сразу подбежал к нему.

- Привет! Ты уже приехал? – риторический вопрос задал он.

- Да, приехал, когда начнётся церемония? – спросил Итан, осматриваясь вокруг.

- Примерно через полчаса, гости уже почти собрались, а ты… - друг обратил внимание на его костюм, особенно на рубашку, и сразу захотел засмеяться, но сдерживал ладонью смех, слегка похрюкивая, - видимо ты немного «вырос» после академии.

- Не смейся, - прохладно произнёс Итан, метнув взгляд в сторону

Луку всё же прорвало на смех.

- Прости-прости, так он нормально выглядит, но, если присмотреться… - друг продолжил смеяться.

Итан скрестил руки и закрыл глаза. Он уже чувствовал атмосферу, полную позором.

- Где Лена? – спросил он про его сестру.

- А-а, наша невестка готовится в беседке, давай провожу.

- Хорошо.

Друзья направились к беседке, которая распологалась позади шатра на двух десятков метров. Оттуда уже выходили родители Лены и Луки.

- О, Итан, и ты тут. Лука тебя пригласил? – спросила мать.

- Да, теть Ольга.

- Это замечательно, мы тебя давно не видели, - продолжил отец с легкой улыбкой.

- Походу, дядь Теодор, - промолвил Итан.

- Ладно, мам, пап, я провожу его к сестре.

- Хорошо, - после супруги пошли дальше к гостям.

Вскоре друзья добрались до беседки. Итан увидел сестру друга, вся одетая в пышное подвенечное платье белого цвета. Они были словно близнецы, такие рыжие волосы и ярко-голубые глаза. Даже веснушки те же, хотя у нее менее заметные, волосы у неё пышные и длинные. Сама на была на три года старше их. Елена, увидев его, подбежала к нему.

- О, Итан, ты пришёл. Брат мне все обещал тебя привести на свадьбу! – радостно взяла за руки его.

- Привет Лен, прекрасное платье, - мужчина слегка смутился.

- Спасибо, - поблагодарила она, - а ты… - она обратила внимание на рубашку и тоже еле сдерживала смех, - …прости.

- Ты тоже это заметила, сеструх? – после слов Луки сиблинги рассмеялись.

- Тц, семейка, - недовольно увёл взгляд он.

- Кстати, - прекратила Кавлер смеяться, - ты почему так редко к нам заходишь? Мы уже соскучились по твоему холодной, и порой угрюмой и думающей моське.

- Да я работаю в последнее время, а сейчас приходится еще усерднее работать.

- Это так, - подтвердил друг, - из-за его прокола начальница приказала всем работать усерднее.

- Эй! – воскликнул Болдуин.

- Сложновато работать в полиции, ребята, я б не выдержала, - посочувствовала она.

- Это точно, кстати, где там твой Серго? – спросил Лука.

- Он тоже готовится. Мой латиносик выйдет первым, - Елена посмотрела на часы, - ой, уже скоро начнётся церемония, надо спешить.

- Да-да, мы с Итаном пойдем тогда за свои места. Удачи, сеструль.

Итан кивнув, так пожелав тоже удачи.

- Спасибо вам!

Друзья направились в церковь и уселись за первые ряды, рядом с родителями Кавлеров. Все близкие и не очень родственники уселись за первые три ряда скамеек, остальные знакомые и друзья уселись за остальные пять рядов. Через мгновенье началась церемония. Сначала вышли регистратор, священник и жених. Жених уже ожидал выход невесты. Чуть позже к алтарю выходили невеста с отцом, который провожал на новый путь жизни дочери.

Как только жених и невеста оказались вместе у алтаря, регистратор начала произносить речь. В церкви образовалась тишина, распространялось лишь эхо голоса регистратора.

- Елена, согласны ли вы, любить и быть любимой, в добром здравии и в болезни, в радости и печали, через огонь и воду, до конца времен, взять в законные мужья Серго? – спросила она.

- Да, согласна, клянусь любить!

- Согласны ли вы, Серго, любить, хранить и оберегать, защищать и строить ваш семейный очаг, поддерживать во всем свою жену, быть ей надежной опорой и непробиваемой стеной от злого умысла, взять в законные жены Елену?

Латинос посмотрел на свою будущую жену и затем на регистратора.

- Да, согласен, клянусь любить!

Серго и Елена обменялись кольцами. Румянец с их счастливых лиц не спадал.

- Объявляю вас мужем и женой! – с этими словами закончила речь регистратор.

Супруги начали нежно целоваться, священник освящал их святой водой, взмахивая венчиком. В все присутствующие кричали «горько» и начали отчитывать секунды. Молодожёны остановились на тринадцати. Радостные возгласы продолжились. Невеста повернулась спиной к гостям и кинула букет. Цветы поймала одна из подруг невесты. Возгласы празднества продолжились.

Вскоре гости с молодожёнами переместились к месту застолье. Каждый начал поздравлять и давать пожелания супругам, в первую очередь тамада. Эта участь не миновала и Итана. Он, как и все, пожелал долгой жизни вместе. Присутствующие принялись предать еду и выпивать вовсю.

После застолья начались свадебные конкурсы и игры: в частности, тамада придумывал всякие подвижные танцевальные игры, были конкурсы отдельно для женщин и отдельно для мужчин, игра с поцелуями и перетягиванием каната со стороны жениха и невесты, кто побеждал, тот становился хозяином семьи.

Всем было очень весело, но Итан предпочёл втихую пить вино. Ему не очень интересно играть в конкурсах, но пристально наблюдал за свадебной суматохой. Эта атмосфера по-настоящему расслабляла его, он отдыхал от всяческих мыслей.

Вскоре наступил вечер, многие уже были пьяны вдрабадан, уже потихоньку становилось время расходиться. Сам же Итан тоже несколько опьянел, но еще в состоянии рационально рассуждать. Его плохо берёт алкоголь.

К нему подсел уже вовсю пьяненький друг. Тот начал сразу же лапать его.

- Эй-эй! Тут много деревьев, чтобы обниматься. Не трогай меня.

- Злю-юка, а я ведь так рад, что ты пришёл, хе-хе, - пьяное, но радостное полусонное лицо Луки слегка размягчило Итана.

- Ты же хотел до ночи плясать, и где же твоя энергия?

- Да сейчас отдохну и пойду дальше… - через несколько минут друг уснул, облокачиваясь об плечо Итана.

Отец Луки, который был практически трезв, забрал своего сына-гуляку.

- Отвезу-ка я его домой, а то этот пьянчуга хер встанет на работу без нас.

- Спасибо, дядь Теодор.

Итан начал прислушиваться ко всяческим разговорам оставшихся гостей. Часть уже спала на столах, словно мягкая кровать. Одна из женщин подняла очень щепетильную тему.

- У моей одной подруги во время военной операции умер сын, молодой еще парень, двадцать один год. Она так горевала, недавно похороны прошли.

- Это печально. Сейчас иного парней там умирают, это несправедливо, они бы могли построить свою карьеру, учиться, работать и завести семью… Страшно представить, - продолжила другая.

Другие начали соглашаться. В этой гнетущей атмосфере гости проявляли сочувствие и выражали даже некоторое осуждение несправедливости происходящего. Итана заинтересовала эта тема.

- Да что вы говорите, люди! – поднялся угрожающе мужчина со стола, - Эти парни отдают свои жизни, воюя с врагами, всякими пиндосами, защищая Родину. Если бы не они, нас бы уже давно поработили и пустили на эксперименты в биолабораториях Маргины и Объединённых штатов!

- Тоже верно, - подтвердила рядом сидящая женщина.

- Конечно, наше дело правое, мы добьёмся своего, - продолжил другой мужчине, - они все это начали, а мы все закончим!

Остальные начали соглашаться. Внезапно атмосфера разговора перешла от неявного осуждении военных действий до умиротворённого и позитивного принятия происходящего. Этот разговор смутил его, почувствовал некую странность, насторожённость и противоречивость. Разговор заставил Итан вновь задуматься. Тут он внезапно вспомнил слова Лемарка при их встрече. Эти слова не отпускали его до самого окончания застолья.

***

Эта же ночь. Мосава вновь оживилась для всяких вечеринок и тусовок. Открывались ночные бары, кафе. Молодежь шла играть в боулинг или слушать музыку всю ночь, выпивая алкоголь.

Парень, что скрывал свою личность под капюшоном, зашёл в одно из таких заведений. Бар «Ночная бабочка» - название говорило само за себя: здесь молодые искали себе партнёров на раз, уходя потом в мотель или же делая дела в самом баре, где-нибудь в креслах отдалённых и темных или же в санузле.

Парень увидел переливание разнообразных цветов, чаще всего фиолетовых, синих и розовых для интимной и расслабляющей атмосфере. Некоторые посетители собирались группой, выпивая и развлекаясь, некоторые сидели одни, ожидая, что у ним подсядет потенциальный партнёр. Были уже и собравшиеся парочки, которые готовы вот уже собраться и заняться своими похабными делами. Здесь собирались представители различных сексуальных ориентаций, но больше всего гетеросексуалов.

Парень увидел за дальним угловым столиком крупного мужчину с короткими чёрными волосами и карими глазами. На вид он больше тридцати лет. Под правым глазом и на левой щеке были порезы, скорее всего полученные при поножовщине. Парень сразу же подсел к нему.

- И обязательно надо было выбирать это место, Кантер? – спросил парень, стараясь максимально скрыть своё лицо и оборачиваясь по сторонам.

- Ну а что, здесь может быть максимальная конспирация, никто нас не узнает. Тут все пьют, развлекаются, трахаются. Даже если нас и увидят, то вряд ли вспомнят на следующий день. Так что не скрывай свое миловидное лицо, Лемарк, - ухмыльнулся Кантер.

После этого Лемарк спустил капюшон своего спортивного костюма. Его светлые золотистые волосы вывались и легли на плечи, показалось слегка желтоватое нежное лицо, янтарные глаза устремили свой взгляд на Кантера.

- Вот так вот лучше, - сильнее улыбнулся мужчина, - ну что там, принёс информацию?

- Да, - Лемарк достал два листа бумаги и передал Кантеру.

- Итак, посмотрим… Итан Болдуин, 24 года, он на четыре года старше тебя, выходит… полицейский, лейтенант, - мужчина читал дальше, комментируя иногда, - он вполне высокий, даже я буду чуть ниже… Много информации о нём раздобыл. Его биография, достижения и прочая фигня. А ты точно уверен, что ему можно доверять?

Тут Лемарк начал негромко смеяться, чтобы не привлекать внимание.

- Он очень интересная персона, я некоторое время наблюдал за ним, даже случайно встретился. Ох, ты б видел его удивленное лицо, когда я ему сказал, что все не так как ему кажется, - на лице Лемарка висела ухмылка, подчёркивая заинтересованность в полицейском.

- Ты же понимаешь, что не так давно стал главой. Барон может не одобрить твою выходку и шашни с полицаем? Вся наша операция тогда будет под угрозой провала.

Эти слова заставили парня еще больше рассмеяться.

- Шутишь? Я хоть старика и уважаю, но он такой неповоротливый, здесь надо рисковать. Иначе мы потеряем всё, он наша последняя надежда, чтоб переломить ситуацию.

- Я тебе доверяю тоже, как бывший военный, я понимаю тебя, на войне все средства хороши. Даже привлечённый на нашу сторону полицай будет хорошим успехом.

- Вот и замечательно, - улыбнулся Лемарк, поднялся с места и начал разнимать руки к верху, - пойдём расходиться?

- Иди, а я тут побуду, не хочу упустить свой шанс на весёлую ночку.

- М-дэ, бабник, - шутливо вздохнул парень.

- А-ха-ха, - рассмеялся мужчина, - когда у тебя долгое время не будет девушки, поймёшь меня.

- Ага, - парень накинул свой капюшон и устремился к выходу.

- Смотри, мальчишка, не подведи, - Кантер лишь смотрел ему в след.

Глава 4

Прошло двое суток со свадьбы, и Итан уже с новыми силами приступил к работе. Его отдел успел под конец недели сделать и отправить необходимые отчёты Виктории. Кларк как можно быстрее переслал ей, но через пару секунд приходит обратное сообщение, чтобы товарищ Болдуин зашёл к ней на важный разговор.

Лейтенант пришёл к кабинету начальницы, недолго думая, постучался и попросил о разрешении войти. «Да» - услышал по ту сторону двери полицейский. Итан вошёл в кабинет и встал прямо перед Степашиной. Она же, не обращая внимания на своего подчинённого, читала отчёт.

- Вызывали, товарищ полковник? – промолвил лейтенант.

- Да, погоди минутку, - чопорно произнесла она, продолжая читать.

Веяние ветра за окном, создающее тихий писк и вой, молчание начальницы, вызывающее тишину в кабинете, и гнетущий дизайн комнаты угнетали и создавали ощущение потери времени, словно все в помещении замирало. Лишь тиканье часов на стене не давало погрузиться в эту атмосферу. Виктория все-же обратила внимание на ожидание лейтенанта.

- Всё хорошо в отчёте, не к чему придраться, ваш отдел хорошо справляется. Благодарю вас за работу, остальных тоже поблагодарите от моего имени, - сняв свои очки и смотря исключительно в лицо лейтенанта, монотонно молвила начальница.

- Спасибо вам. Это все, что вы хотели сказать? – поинтересовался Итан.

- Вроде да.

- Тогда разрешите откланяться, - полицейский уже развернулся и сделал три шага к выходу, как его отдёрнули

- Точно, погодите секунду, товарищ лейтенант, - женщина остановила его, сама же поднялась со своего места и отошла в бок на метр.

Итан украдкой взглянул на неё и рефлекторно развернулся.

- Что-то еще?

- Да.

Полицейский полностью повернулся к ней.

- Вы же с товарищем Кавлером друзья, верно? – поинтересовалась она, произнося ровным тоном.

- Так точно.

- Просто вчера его почему-то на работе не было, вы, случаем, не знаете, что с ним?

- Я думал, он вам сообщил, - удивлённо посмотрел он, - ему надо денёк отлежаться, восстановиться.

- Точно, вспомнила. У его сестры прошла свадьба. Ладненько, увольнять за это бессмысленно, тогда, если он появится, скажи ему зайти в мой кабинет.

- Так точно.

После Виктория Степашина подошла к окну, смотря на панорамы Мосавы. Итан уже подумал, что начальница будет смотреть в окно и о чем-то размышлять, и собрался уходить.

- Как там обстоят дела с Красной борьбой?

Тут Болдуин слегка опешил, вспомнив недавнее происшествие с протестующими. Он не знал, что можно сказать, ведь с тех пор ничего в этом плане не сдвинулось.

- Скромно, - единственное, что получилось выговорить.

- Понятно, - ответила она, не показывая никаких эмоций, - у меня есть к тебе личный разговор.

- Какой? – от слов о личном разговоре мужчина не меньше обомлел, чем от предыдущего вопроса.

- Ты же прекрасно понимаешь, что сейчас для нас Красная борьба как заноза в заднице, постоянно вводит нас в замешательство. От других врагов государства не было столько проблем, сколько из-за них. Покончить с ними – это наша важная задача. Вот, что я хотела сказать… Если мы покончим с ними, нас обоих ожидает повышение.

Полицейский этим очень заинтересовался.

- Какое повышение?

- Тебе присвоят звание майора полиции, и ты станешь новым начальником полиции, генерал-майор уже сообщил мне о такой возможности.

Эта новость глубоко вдохновила и поразила Итана, хотя буквально недавно он не чувствовал, что ему нужно какое-то повышение, а тут буквально станет новым начальником. Его родители гордились бы, так как сами достигали больших высот на службе, такого будущего ожидали и для своего сына.

- А вы сами?

- Меня же повысят до генерал-лейтенанта, и отправлюсь работать в штаб-квартиру Министерства внутренних дел. Также я стану одним из заместителей министра.

- Я рад за вас, теперь у вас больше будет возможности бороться с преступлениями.

- Я тоже так считаю, поэтому нам надо приложить большие усилия, чтобы добиться этого.

После этих слов внезапно дверь распахнулась, и оттуда ворвался весь запыхавшийся от бега Кавлер. Лука пригнулся и оперся руками об ноги.

- П-простите, я опоздал, - уставшим голосом произнёс прапорщик.

- О, явился не запылился, - немного съязвил Итан.

- Товарищ прапорщик, нам есть, о чем поговорить, - присела Виктория на своё кресло, - Итан, вы свободны.

- Угу, - лейтенант кивнул и направился к выходу, украдкой взглянув на друга.

***

Наступило обеденное время. Почти все сотрудники из отдела Итана ушли на обед, за исключением его самого и Регина. Они проверяли некоторые данные о нелегальных оппозиционных организациях, в первую очередь левых и либеральных.

Тут внезапно вбежал в их отдел Лука. У того оказалось несколько раздражённое лицо, а взгляд сразу набросился к другу.

- У меня дежавю, - произнёс он.

- Ты! Ты разболтал начальнице о том, что у сестры была свадьба? – возмущался друг.

- Не знаю, конечно, о чём ты, но я ничего не говорил начальнице.

- Разве?

- Это так, - подтвердил Кларк, - это же ты четыре дня назад болтал и радовался, что сестра выходит замуж. Начальница это все услышала.

- А, да?

- Да, она даже тебя хотела поздравить с этим, - продолжил Регин.

- Ну как бы это сделала… Но потом сказала, что мне надо за два дня сделать отчет о недельной работе отдела, хотя заниматься подобным должен наш руководитель!

- Вот так вот. Надо меньше пить, чтобы соображалка лучше соображала, а не сразу лезла с претензиями, - язвил Итан.

- Ты! – Лука хотел вот-вот разгневаться, но сразу же успокоился, - прости, бес попутал.

- Вот так то, - после Итан продолжил работать.

- А ты что, не идёшь обедать? – поинтересовался друг,

- Нет, надо работать, - ответил нудно лейтенант.

- Ой, а над чем?

- Над всем, у нас много работы, надо не упускать детали, - он словно уткнулся в экран, не отвлекаясь на друга.

- Видимо что-то наговорила госпожа начальница, то из-за её слов расстраиваешься, то наоборот стараешься усерднее работать. Так она на тебя влияет? – с недовольным лицом поинтересовался друг.

- Да не приставай ты к нему, Лука. Да и, по правде говоря, мы здесь все активно вкалываем, тебе бы тоже заняться делами, - сказал Регин.

- Иду-иду, - с расстроенным лицом ушёл Кавлер.

Тут Кларк повернулся к Итану.

- Чего это у него такие эмоциональные качели, обычно он более веселый и менее обидчивый и резкий?

- Всему вина алкашки, - кратко ответил полицейский, - завтра должно быть окей, может и из-за эмоций из-за свадьбы тоже, переживает за сестру.

- Понятно.

Коллеги продолжили дальше работать.

Прошло около двух часов, Болдуин уже закончил свою часть работы и решил немного отдохнуть. Он обратил внимание на своих работящих коллег, все, как и он, утыкались в компьютеры и документы. Чтобы не мешать им трудиться, решил прогуляться по холлу.

Пройдя достаточно далекое расстояние, он заметил своих коллег из Отдела по уголовному розыску около диванчика в углу. Они о чём-то оживлённо разговаривали.

Среди своих коллег, Болдуин заметил мужчину лет двадцати пяти такого же роста и телосложения как и он. Его зовут Роберт Вебер. Волосы его имели черный цвет, причёска в стиле квифф с легкой растрепанностью. Есть небольшая щетина на лице, что очень привлекало девушек. Глаза тёмно-коричневого цвета, ближе к чёрному. В этой внешности, как может показаться, что у него есть скрытые и загадочные подводные камни, однако Роберт всегда со всеми ладил, показывался открытым и весёлым, но мог быть и хитрым, что очень помогало в раскрытии преступлений.

По рангу он находился выше Итана, то есть - старший лейтенант. Все сотрудники восхищаются Робертом, не уступая успехам Болдуина, так как тоже достиг больших успехов по службе, раскрыл многие уголовные дела, в частности о пропаже или серийных убийствах людей, причем за короткий срок. Вебер сам не так давно вступил на службу, более полгода назад. Это создавало своеобразную конкуренцию между ними, но Болдуина такое соревнование совершенно не интересовало.

Роберт увидел надвигающегося к ним коллегу и помахал ему.

- Ну привет, легенда, давненько к нам не заходил, не общался, дела большие появились? – спросил Вебер с небольшой хитрой ухмылкой, пытаясь задеть.

- Легенда? Ха… У меня не меньше дел, чем у тебя, - проигнорировал Болдуин.

- Вот как. Ну и какими же ты судьбами?

- Да вот, решил поинтересоваться, о чём вы болтаете.

- Да так, об одном странном уголовном деле, - ответил Роберт.

- Странном?

- Да, - ответила девушка-коллега, - если кратко, мы сейчас изучаем дело об убийстве журналиста человеком, который, вероятно, состоит в Красной борьбе. Убийство произошло вчера.

- Вроде обычное дело, не?

- Да ты дослушай до конца, - сказала другая девушка, - этот человек потом себя и застрелил. Совершил суицид. И тут начинается интересное, ведь очень странно, что, во-первых, люди из организации начали убивать гражданских, Красная борьба до такого никогда не доходила, а во-вторых, зачем ему было себя убивать – непонятно. А финалом ко всей истории непонятна связь между журналистом и ним, вряд ли дело в идейных различиях, хотя журналист состоял в либеральной партии.

- Это очень интересно, - промолвил он.

- Сейчас допрашивают других членов партии, которые были знакомы с журналистом, - сказал Роберт, - но и это не самое интересное. Между трупами лежал не только пистолет, ещё флешка. Вот только сейчас мы проверили флешку. Хоть так и оказалась серьёзно повреждена, но все-таки мы смогли восстановить некоторые документы, где упоминается какая-то Энигма, девиантное поведение, а еще написано: Рутенская власть всех захватит.

- Похоже на почерк Красной борьбы.

- А может и нет, она могла бы принадлежать как жертве, так и убийце. Пока строятся версии происходящего, возможно, что кто-то из них уничтожил флешку, а потом произошло убийство во стороны второго. А может убил в состоянии аффекта, и, осознав, что сделал непоправимое, прикончил себя. Короче, надо еще много чего расследовать.

Итан на несколько секунд задумался.

- Слушай, а можешь мне перекинуть это дело, хочу изучить?

- Могу, конечно, что не сделаешь ради легенды, - Вебер снова ухмыльнулся.

Итан вновь это проигнорировал и, кивнув, пошёл дальше по холлу…

Дело подходило к ночи, Итан, как и всегда, находился один в отделе, поскольку его напарники уже разошлись по домам, а он все также любил работать допоздна, вплоть до встречи с ночной сменой. Мужчина, закончив свои отчёты для начальницы, отошел ближе к окну, рассматривая виды уже ночного города. Морально собирался и сам домой идти.

Он слышит, как дверь открывалась. Полицейский ожидал уже прихода ночных сотрудников, но увидел своего друга.

- Привет, всё еще работаешь? – поинтересовался Лука, подходя все ближе.

- Только закончил, а ты разве не должен уже в это время уехать с работы? – прилетел встречный вопрос.

- Да вот, мне пришлось отрабатывать свой долг за вчерашний день. Все доделал и решил зайти к тебе, я-то знаю, что ты допоздна сидишь.

- Понятно, - после сказанного вновь стал смотреть в окно.

Его друг подошёл к нему и тоже начал всматриваться в небо.

- Ого, ты погляди-ка, какой красивый вид с вашего окна, прям отлично можно увидеть на горизонте Мосаву-центр, хотелось бы там работать, а на другом берегу от него штаб-квартира МВД. Прикольные красоты! - восторженно говорил Кавлер.

- Это так.

Затянулось неуютное молчание, словно старым друзьям и не о чем говорить. А может им и не надо ничего говорить, оба наблюдали за красотами ночной столицы. Однако друг Болдуина почему-то сжал кулаки и повернулся лицом к другу.

- Ты это, прости меня, я не хотел грубить. Просто столько всего произошло, свадьба сестры, и еще и напряжение на работе, но и ты прав, я что-то много пью…

Итан посмотрел на него своими зелёными глазами, встретившись взглядами. В них не читалась какая-либо злость, да и вообще каких-либо эмоций на счет этого, читалась небольшая пустота. Затем взгляд отвел назад, к окну.

- Да все в порядке, я понимаю, я и сам ощущаю напряжённость.

- И кстати, я и не хотел грубить тогда, но мне все же интересно, - говорив это друг с расслабленным лицом, поняв, что Итан не разозлён, - почему ты так вкалываешь? Я все же понимаю, что-то твоя работа мечты, но… Ты вовсе не отдыхаешь, я говорил тебе. И, видимо, свадьба не сильно помогла расслабиться.

Итан, услышав раздосадованный вопрос своего лучшего друга, задумался. Он достал сигарету и зажигалку. Черканув, зажёг табачный продукт и потянул к губам, чтобы сделать затяг. Это вызвало у Луки раздражённую реакцию.

- Боже, ты всё еще куришь?! – махал он рукой, развеивая дым, - Ты б хоть окно открыл, а то еще заработает детектор.

Итан потянулся к ручке окна и открыл её на форточку, дым начал идти наружу.

- Почему, спрашиваешь? Сам не знаю, возможно незавершённые дела мучают, или же я привык к таком режиму работы. Не могу ответить, но знаю точно одно. Я не умею расслабляться.

- Вот как. Может мы сегодня сходим в бар, выпьем, развлечёмся, может девушек подцепим, когда у тебя было в последний раз с ними?

- Что?

- Ну, может тебе сексуально снять напряжение?

- Не требует необходимости, - мужчина делал последние затяги.

- Ответил, как робот, - пробубнил про себя Лука, надувшись.

После этого предложения Болдуин докурил сигарету, кинул окурок в окно и направился к выходу.

- Ну как всегда, на неудобные вопросы уходишь. Я не злюсь, но обдумай мое предложение. Нахождение в четырёх стенах сделает тебя психом! – выкрикнул в конце друг.

***

Полицейский наконец-то вернулся к себе в одинокую квартиру. Сняв с себя всю одежду, направился освежиться в душ. Он изо дня в день выполняет привычные и приевшиеся вещи: просыпается, идёт в душ, завтракает, собирается на работу, работает, приходит с работы поздно, еще раз ходит в душ, считая гигиену превыше, ужинает и перед сном слушает музыку.

И сегодня день оказался таким же, абсолютно ничего не меняется на протяжении долгих лет. Итан считал, что это и есть день порядочного гражданина, а уж тем более полицейского. Только помимо прочего, как полицейский, должен не только следить за порядком в своей жизни, но и за соблюдением законом, порядком в стране. Будучи законопослушным порядочным человеком, можно жить спокойно и безопасно, незачем стремиться что-то нарушать, идти против чего-то, если все устраивает, если ты всем доволен.

Вскоре Болдуин поужинал все тем же – доставленной едой курьером, но уже с другого ресторана, а именно юго-западной кухни. После взял наушники и принялся слушать музыку, сидя за компьютерным столом. Тут он вспомнил про дело об убийстве журналиста и на смарт-часах открыл его. На голограмме выскочили два досье.

Одно про журналиста. Его звали Мика Беккер, фамилия западная, но сам по национальности рутен, было двадцать семь лет на момент смерти. Пуля попала прямо в височную область, умер сразу же. Другое про убийцу. Звали Сэм Миллс, девятнадцать лет, совершенно молодой парень азиатской внешности. Судя по нынешнему этапу расследования ясно, что он из Красной борьбы. Застрелил себя в горло. Умер не сразу, а от болевого шока и большой потери крови.

Читая и рассматривая фотографии, Итан начал понимать странность дела: информации мало, про их связь ничего неизвестно, мотив убийства и самоубийства тоже, странная флешка, которая ни к чему не ведёт. Он заметил, что тела лежат не так, как должны. Труп жертвы лежал в несколько десятков сантиметров ниже, чем если бы он упал от выстрела в висок, да и голова вывернута, словно кто-то двигал тело, но отпечатков убийцы на жертве не оказалось. А труп убийцы лежал дальше от пистолета, чем труп жертвы, что тоже маловероятно, если бы убийца решился на суицид.

Все эти знания озадачивали его, однако поскольку новых данных нет, то следовало определиться с мотивом преступления. Но все же опечатки остались на пистолете, так что убийцей однозначно являлся гражданин Миллс.

У мужчины ото всех этих данных голова разболелась, спать точно перехотелось. Итан, закрыв досье, начал осматривать свою спальню. Эмоций явно не вызывала, ведь это его обычная спальня, которую видит каждое утро и каждую ночь. Совершенно одинокая спальня в тихой одинокой квартире. Подумав небольшое количество времени, у Итана пришла какая-то мысль. Поднявшись со стула, он полез в шкаф, одел свою повседневную одежду для прогулки, хотя её давно не надевал - зеленоватую лёгкую футболку, брюки хвойного цвета. После пошёл в прихожую, надев, не застёгиваясь, кофту темного цвета, но такой же расцветки, как и брюки, и кожаные туфли, вышел из своей квартиры…

Болдуин прогуливался по своей улице, забитый своими рабочими заботами. Но, помимо этого, его мучали и другие мысли: а был ли смысл выходить просто так на улице; принесёт ли ему это какую-либо пользу. Размышления никуда не делись. Внезапно ощущает неизвестное чувство, слегка повеял ветер, а его взгляд цепляет какой-то бар. Видимо, он открылся совершенно недавно. Какое-то время он только лишь смотрел на это здание и, вспомнив слова своего друга, всё же решил перешагнуть за порог строения.

Войдя, он обнаружил привычное, успокаивающее, но дружелюбное пространство, покрытое зелёными оттенками света. Музыка играла современные хиты, и люди утопали в танцах, наслаждаясь треками. Итан почувствовал необычный интерес и некое притяжение в своей душе. Он подошёл к барной стойке и присел за стол. Молодой и красивый бармен со смуглой кожей подошёл к нему.

- Здравствуйте, молодой гость. Видимо, вы здесь впервые, вы что-то хотели бы выпить? – уважительно и добродушно спросил бармен, приложив ладонь к груди и слегка поклонившись.

- Да, конечно… Можете мне тогда подать ваши лучшие виски?

- Конечно, как пожелаете!

Бармен начал делать виски, Итан же внимательно наблюдал за процессом. Он слегка зевнул, на что обратил внимание бармен.

- Хотите освежиться? Тяжёлый день? – поинтересовался он.

- Не то слово, практически каждый проходит так обыденно, привык к этому. День за днём провожу так, а ничего не меняется. Вот наткнулся на ваш бар, давно в таких местах не бывал.

- Я буду рад, если вам понравится у нас. Мы только что открылись, так что только набираем клиентуру.

- У вас это получается, осматриваясь вокруг. Ну, у вас правда приятная атмосфера, отдыхаю от стен дома и работы.

- Видимо у вас сложная работа. Вы где работаете?

- В полиции, - от ответа бармен слегка удивился, - не переживайте, лицензиями я не занимаюсь, я из отдела по борьбе с экстремизмом.

- Вот оно как… У вас правда сложная работа, - бармен подал мужчине виски со льдом, - прошу.

- Спасибо, - Итан взял виски и принялся пить, - работа сложная, но я справляюсь, хотя и кажется, что работа заняла много времени, надо немного изменить свою жизнь.

- Это замечательно, надо менять свои привычки.

Мужчина закрыл свои глаза на несколько секунд, допивая свой алкоголь, но внезапно ощутил это же самое неизвестное чувство, только помимо этого еще почуял присутствие кого-то знакомого. Он открыл свои глаза, и повернув лицо влево, и увидел, на стуле рядом с ним сел какой-то парнишка, лицо которого закрыто капюшоном. Только слегка выглядывала красная повязка. Он понял, что тот скорее всего из организации, но не стал ничего предпринимать, все же не на работе, да и красные тоже могут ходить и выпивать, как и обычные граждане.

- Можно повторить? – Болдуин поднёс пустой стакан.

- Хорошо, а вам, молодой человек, может тоже что-то налить? - обратился бармен к незнакомцу в капюшоне и повязке.

- Да, сидр, - произнёс тот тихим голосом.

- Хорошо, сейчас всё устрою.

Пока напитки замешивались, Итан смотрел на этого незнакомца, ощущая заинтересованность и таинственность, но тот не произносил и слова. Разговор между ними и не собирался завязываться, а напряжение росло.

И вот бармен даёт им их выпивку. Итан сразу схватил и стал пить. Странный незнакомец сначала ничего не делал, будто тянул время, но вскоре его левая рука потянулась к лицу и сняла повязку, после же он снял с себя капюшон.

Мужчина сразу заметил золотистые волосы, выпрыгнувшие из капюшона. Освободившись от оков капюшона, они легли на плечи, свисая на затылке и шее до ключиц, а после показалось нежное привлекательное лицо, к которому парень протягивал выпивку. Мягкие губы коснулись краешка стакана, а янтарные глаза обратили внимание на пристальный взгляд мужчина. Болдуин же онемел от увиденного. Ведь перед ним, перед его лицом оказался Лемарк. Это не сон, все происходило в реальности. Мужчина не мог пошевелить и пальцем, а взгляд не отрывался от парня. Сам же «незнакомый знакомец» лишь ухмыльнулся, умиляясь от такой реакции полицейского, и принялся пить свой напиток. Болдуин не мог собрать волю в кулак и что-то предпринять: все чувства внезапно перемешались, внутри бушевал огонь, разум наполнился бесконечными мыслями.

После того, как Лемарк допил свою пинту, Итан пришёл в себя, тело смогло двигаться, и первое, что он сделал – это схватил его за руку. Встав со стула, он осмотрелся вокруг. Эти действия не на шутку удивили бармена, который не понимал, что происходит.

Увидев проход к санузлу, Итан грубо потянул парня и повёл в то направление. Паренёк увидел на лице раздражённую мимику мужчины, но это его нисколько не испугало, а даже наоборот, тот ощутил наслаждение и радость. Похоже, этого он и добивался

Оказавшись в туалете, мужчина закрыл дверь изнутри, чтобы никто не смог зайти. А после вновь схватил юношу и жестко прижал к стене, к плитке, да так, что одна из них упала и разбилась. Локтем прижал одну руку с шеей, а другой рукой сдерживал вторую. Между его ног он просунул свою, старясь максимально ограничить движения юноши. Несложное дело, поскольку Лемарк был явно ниже Итана, не больше ста семидесяти сантиметров, а стройное тело не сравнится с развитой мускулатурой мужчины. Он прижимал его к стене настолько сильно, что тот должен был почувствовать боль.

Парень увидел на лице высокого мужчины безумную улыбку. Всё это напоминало сцену, как хищник поймал свою жертву. А его глубокие зелёные глаза горели всевозможными чувствами: злости, ненависти, триумфа, восторга и превосходства.

- Наконец-то я тебя поймал, Лемарк, - глубоким тембром голоса произнёс Итан.

Но вместо скорченного от боли лица, Итан увидел не менее сумасшедшую картину. Его улыбка настолько широка, что вызвало у него неподдельное удивление. Раздался смех вместо стона, глубокий смех, словно эта ситуация для него лишь веселье. Янтарные глаза не скрывали насмехающийся взгляд юноши.

- Ты-то поймал? Что за вздор. Это не хищник поймал добычу, а добыча пришла к хищнику, - Лемарк продолжая смеяться.

- Что? – схватка немного ослабилась.

- Дай-ка угадаю, ты мечтал о моей поимке ещё тогда? Еще и размышлял обо мне все время. Видимо получишь за меня большую награду, великолепно, лейтенант.

- Как ты узнал… - мужчина внезапно отпустил своего врага из-за дрожи, а тот читал его как открытую книгу.

Паренёк упал на колени, откашлявшись и схватившись за горло. Волосы упали на лицо, скрывая его.

- А ты действительно силён, то, что надо. Даже больно, давно её не ощущал, - Лемарк стянул рукава, оголяя кожу во множественных порезах, - Надеюсь, твой разум тоже оправдает ожидания, ты мне нужен.

- Что за… - в шоке покачал головой Болдуин, - Не важно, что ты за бред несёшь, ты сейчас поедешь со мной в участок!

- Ты можешь меня посадить, конечно, ведь ты так жаждал меня поймать. Ограничивать, как это общество, как это государство, не буду. Не буду оказывать сопротивление, даже не сбегу. Но я хочу задать один вопрос: не замечал в последнее время ничего странного? С людьми, с работой?

Тут мужчина вспомнил странный разговор на свадьбе, все более таинственные новости, из-за которых люди так и пялятся в телевизор, а еще и то странное уголовное дело.

- Судя по твоему выражению лица, заметил, - с ухмылкой взглянул на него парень.

Их глаза снова встретились.

- И что ты хочешь этим сказать?

- Предлагаю тебе условие: дай мне один месяц, и я расскажу и покажу все, что происходит с людьми, что происходит в государстве, и зачем эта война была нужна. И поверь, правда испугает до мурашек. Если же я не докажу, то ты можешь смело меня посадить в тюрьму.

- С чего мне тебе верить? Может ты лжёшь.

- Ты же полицейский, по моему взгляду поймешь.

Итан всматривался в янтарные глаза Лемарка, но ничего увидеть в них не смог. В них читалась некая таинственность, но и ощущалась пустота, которая не давала ничего больше узнать о нём, и она его смущала, ведь ничего хорошего не предвещала. У Лемарка есть какой-то идеал, но не понимал какой, непостижимое ощущение. Идеал, пустота, таинственность – это все побуждало интерес в парне.

- Допустим, ты не врёшь, но как я пойму, когда ты расскажешь, и где ты будешь находиться?

- А тут все просто, я буду под твоим жестким контролем. И нет, я не про трекеры. Я могу к тебе поселиться, буду на виду двадцать четыре на семь.

Итан подумал некоторое время.

- Ладно, хорошо, - кивнул он.

- Отлично! – широко улыбнулся юноша, - я за сумкой, она у барной стойки.

Кто-то с той стороны двери начал сильно стучать по ней.

- Эй, если вы собрались трахаться, то идите домой! Я в туалет хочу! – воскликнул посетитель.

Из санузла вышел в первую очередь слегка потрепанный Лемарк, смотря на этого посетителя с улыбкой, а за ним с холодным лицом и прожигающим взглядом Итан. Он глянул на этого человека, из-за чего тот окаменел.

- Ты ничего не видел, - сказал Болдуин.

- Понял… - проболтал про себя человек.

Болдуин пошёл вслед за Лемарком, размышляя, правильно ли он это все сделал. Это соглашение, было ли логично на него соглашаться, ведь жизнь это изменит точно… По крайней мере на месяц. Но, как бы то ни было, он все равно сможет его отправить в тюрьму, если что-то пойдёт не так.

Мужчина и парень оказались около двери в квартиру полицейского. Громоздкая железная с деревянными линиями по периметру дверь заметно отличалась от остальных на лестничной площадке. По стоимости все они выходили как одна эта дверь. Мужчина приложил палец, и дверь разблокировалась.

- Ого, замок с биометрией, помню, в коттедже у нас была.

- Коттедж? – поинтересовался Итан.

- М-м, не важно, - парень промолчал.

- Кстати, ты скажешь своё имя, может? Вряд ли «Лемарк» — это твоё имя.

- Ах-ха, - посмеялся юноша, - Мы еще не настолько близки, узнаем побольше друг друга, может и расскажу. А сейчас раскрытие имени всех подставит, тебя тоже.

- Вот как… Зайдём в дом.

Оба оказались в доме. Парень начал всё осматривать, ему пригляделся весь этот дизайнерский ход в бирюзовых, зелёных и тёмно-зелёных оттенках.

- Ух ты, красивая квартирка, точно описывает твой характер, спокойствие внешнее и бушевание изнутри. Даже чувствуется отстранённость и холод. Ты же выбирал?

- Верно. Квартира обустроена исключительно по моему проекту.

- Понятненько.

Лемарк разулся и направился сразу к первой двери справа, к кухне. Открыв, он увидел абсолютно такие же оттенки, выделялся интерьер, стол из тёмного дерева располагался прямо, а справа - кухонная гарнитура белого цвета, контрастируя как с потолками и полом, так и со стеной. Стена, у которой стояла гарнитура, выполнена плитками.

- Кухня пустовата, как мне кажется.

Парень подошёл и прикоснулся к ручке холодильника, стоящего у гарнитуры. На дверце включился экраном с сенсорным управлением. Открыв дверцу, внутри также пустовато: несколько овощей да лоток яиц.

- И тут тоже. Ты вообще не ешь, как ты тогда набираешь мышечную массу?

- Ем вообще-то… Готовую еду, времени нет.

- Сложна жизнь полицейского, - вздохнул Лемарк, а затем вышел из кухни.

Сразу за ним находился коридор, ведущий к ванной и туалетной комнатам. Он зашёл сначала в ванную и увидел ванную, совмещённую с душем и стиральную машину.

- Ва-ау, ванна-душ, можно и полежать, и быстро освежиться, - восторженно произнёс он.

- Такое чувство, что тебе не нужна экскурсия, сам все изучишь, - сказал Итан.

- А то! Если ты разрешил пожить тут, значит у меня есть свобода передвижения. Лучше все изучить самостоятельно, иначе что за жизнь, если все делаешь под диктовку.

- Ну может…

После парень зашёл изучать туалет, но ничего интересного там не нашел, за исключением того, что раковина есть и в ванной, и тут. После он развернулся и перед ним открылся вид в гостиную. Направился туда сразу же. Присев, он почувствовал легкость и мягкость.

- О-ох, какой приятный диван, уверен, ты тут просто расслабляешься.

- Я привык. Кстати, я долго еще должен следовать за тобой по пятам?

- Да я еще не осмотрелся, злюка! - после юноша поднялся и направился в спальню Болдуина.

Оказавшись в покоях, Лемарк изумился размерами комнаты.

- Них… Это что, твоя спальня?! Она ж больше гостиной. Ну и королевич.

Лемарк, увидев полку с большим количеством книг, сразу направился к ним. Там были и художественная литература, особенно детектив, и книги по криминалистике, еще какие-то учебные методички еще с академических времён.

- Оказывается, ты тоже любишь читать. Я обожаю читать, даже знакомые произведения вижу. Но я предпочитаю более другую литературу, психология, социология там. Криминалистика не сильно интересует, хотя и читал что-то, но больше про юриспруденцию.

- У нас разные вкусы.

- Ну ничего, пока буду жить, перечитаю всю полку.

- Вот как, тебе месяца хватит?

- Наверное, я одну книгу могу за день прочитать. Но тут явно больше…

Парень повернулся и увидел двухспальную кровать. Он подошел и шлёпнулся на неё. Она такая же мягкая, как и диван, даже расслабиться захотелось.

- Кровать тоже классная, ну что, будем вместе спать, Итан? – с ухмылкой спросил юноша, похлопывая ладонью по простыни.

- Ха-ха, смешно, - монотонно и с сарказмом посмеялся мужчина, - пойдем, ты про одну комнату забыл.

Мужчина привел к комнате напротив кухни. И, открыв её, юноша увидел одноместную кровать слева к стене, тумбочка стояла справа от кровати, а деревце в горшке располагалось около двери. Комната явно меньше спальни.

- Вот она, твоя спальня. Она для гостей, хотя никто ни разу не ночевал тут.

- М-да, мелковата. Но сойдёт, уж явно лучше жить, чем у кого-то в общежитии.

- Что ж, надеюсь, эти комфортные условия разговорят тебя. Всё же ты мне обещал рассказать всё.

- Конечно, не сомневайся, - улыбнулся ему Лемарк в ответ.

- Спокойной ночи, тогда, я пойду спать, завтра работа. Обустраивайся.

- Хорошо, спокойной ночи!

Глава 5

Прошло уже несколько дней, наступил второй месяц лета – июль. Жизнь с кем-то ещё Итану казалась совершенно невозможной, больше похожее на сказку с щепоткой иронии. О жизни с кем-то он и не мечтал, да и мимолётных помыслов не возникало. Он понимал, что эта жизнь разрушает привычные деньки, что доставит больше дискомфорта, нежели гармонию. Но с Лемарком оказалось совершенно иначе, хотя они особо не разговаривали друг с другом все эти дни. Он весь день сидел в своей комнате, а Итан же работал с самого утра до позднего вечера, виделись категорически мало. И тем не менее, полицейский не чувствовал неудобства, да и даже стал ощущать себя более спокойно, простое присутствие кого-то скрашивало одиночество.

Вот вновь будильник зазвонил в восемь утра, на работу. Он отключил будильник и некоторое время протирал свое лицо рукой, чтобы снять сонливость. Он несколько секунд всматривался в свой тёмно-зелёный потолок, готовясь встать, и тут он слышит какой-то странный шум, затем какие-то шорохи. Это серьезно насторожило его: то ли мыши завелись, то ли какая-то вещь упала. Мужчина понять не мог. Шорохи остановились, но через пол минуты продолжились. Это точно говорит о присутствии кого-то. Итан подумал о мышах.

Он встал и вышел из своей комнаты в коридор. Шум усиливался и стал более различимый. Он происходил из кухни, а звуки больше похожи на готовку. Это Итана не меньше удивило, чем если бы завелась мышь. Кухней пользуется сам лишь по утрам. В остальное время кухня пустует, даже пылится. Кто же там мог быть?

С этим вопросом ускорил свой шаг, чтобы застать там негодяя, может вора, что пользуется кухней. Как только зашёл туда, увидел занятную картину: златовласый парнишка стоял у плиты и что-то жарил на сковородке, а электрочайник рядом вот-вот закипал. Парень с довольной ухмылкой что-то пропевал.

- Но за свободу родного края мы будем драться до конца! – пел он.

- Что ты тут делаешь? – спросил Итан, на лице возникло замешательство.

- О, Итан, - повернулся лицом у мужчины с улыбкой, - доброе утро, я тут решил приготовить завтрак.

И тут Лемарк обратил внимание на всего Итана. Осмотрев сверху вниз, глаза устремились в область ниже живота. После на его лице появились выражения смущения, удивления и забавы. Он старался насколько смог сдержаться, чтобы не засмеяться.

- Даже стало интересно, почему у мужчины, с таким размером, нет все еще девушки?

- Что… - Итан сначала не понял, о чем он, потом посмотрел вниз и вспомнил.

Спросонок Итан забыл, что вышел совсем голышом, он всегда ходил нагой с утра, как и привык за всю свою жизнь. Но теперь все его интимные места увидел парень, с которым он только недавно познакомился. Итана глубоко смутила эта ситуация, было очень стыдно. Однако он лишь кашлянул и отвернулся, стараясь сохранять спокойный вид.

- Я в душ…

После этих слов Лемарк рассмеялся. Смутившийся полицейский – прекрасное начало дня, начавшийся с гармоничного соединения комичности и стеснения, настроение резко возросло, особенно увидев покрасневшие уши мужчины. С довольным выражением лица юноша продолжил готовку.

Итан через какое-то время возвращается на кухню. Стол уже накрыт, завтрак готов, а юноша уже был готов приступить к утренней трапезе. На завтрак подан омлет с сыром и беконом, вокруг которого лежали аккуратно листья салата с кусочками огурцов и помидоров. Рядом стоял чай. Аромат повеял приятный, поэтому он сразу сел и принялся есть.

- Приятного аппетита, - произнёс Лемарк.

- Спасибо, тебе тоже. Я не знал, что ты умеешь готовить. Неплохо получается, - обратил внимание мужчина, распробовав еду.

- Спасибо, я с детства учился самостоятельно готовить. Мои родители одобряли мою самостоятельность, - говорил он с улыбкой, - особенно мама.

- Кстати, а откуда у тебя продукты, вроде их было не так много в холодильнике?

- Ну да, пришлось докупать, поэтому я взял твою карточку.

- Что?! – воскликнул он, аж подпрыгнул.

Юноша лишь рассмеялся из-за этой реакции.

- Расслабься ты, я просто купил продукты, даже на ужин кое-что сделаю. А то только и делаешь, что питаешься доставкой. Фигуру и свое прелестное тело надо поддерживать. Да и если хотел сбежать, давно бы так сделал, да и ещё украл твою карточку, можешь в часах проверить баланс и убедиться.

- Ладно, я верю, - успокоился Итан.

- Вот и отлично, - вновь улыбался Лемарк, а затем и рассмеялся, - хотя и очень занятно, что в эпоху кибернетизации и цифровизации, тотального развития ИИ, нейросетей, электромобилей и лазерного оружия ты пользуешься карточками, как старые деды. Ведь сейчас вся жизнь человека помещена в смарт-часах, заменившие смартфоны. Даже потешно.

- Ага, - услышал он равнодушный ответ мужчины.

Они оба продолжили завтракать. Болдуин включил на часах новости, голограмма появилась на стене кухни, отображая изображение. Оба слушали внимательно новости.

На Первом канале появился брифинг от Министерства обороны Рутении. Мужчина там рассказал, что последние дни для армии оказались тяжкими, но смогли продвинуться на сорок километров на Запад, захватив еще несколько мелких поселений. Также он рассказал, что уничтожили немало техники врага. Но, в принципе, серьёзных вестей с фронта не было. Брифинг закончился словами: «Вместе мы победим!». После появилась плашка с двумя надписями.

Первая надпись со своей стилистикой и состояла из трёх букв. Первая буква - «З», выполнена как цифра 3 в почтовом индусе, но первые три черточки жирного цвета, напоминающий латинскую букву «Z». Вторая буква - заглавная «О». Третья - как латинская «W». Все вместе читались как «ЗОВ».

Вторая надпись находилась под «ЗОВ», состояла из трёх фраз: «Борись За Победу! Говори О Победе! Верь В Победу!». Такие слова и аббревиатура стали символом нынешней военной операции на Маргине.

- Интересно, сколько ваша «победа» продлится… - сказал юноша с улыбкой. Но в глазах словно стало пусто, никаких эмоций.

Итан обратил внимание на эти глаза и слегка перепугался. Позавтракав, Лемарк, встал и медленно подошёл к раковине. Поставив посуду туда, он повернулся к полицейскому. Глаза вновь стали обычными, янтарный цвет блестел на свету, что также затягивало мужчину смотреть в них.

- Доел? Клади, я помою. Тебе уже на работу пора.

- Ой, - мужчина посмотрел на часы, - точно. Спасибо за завтрак.

Итан положил тоже посуду в раковину и пошёл в прихожую. Накинув свою рабочую жилетку и надев обувь, обратил внимание, что юноша уже стоял рядом с ним.

- Удачи тебе на работе, - с мягкой улыбкой сказал он.

- Спасибо, - Итан впервые ощущает нежность и теплоту, когда его кто-то провожает. Это чувство завораживало, но совершенно непривычно. Ведь его никто никогда не провожал. Он ощутил небольшую радость от этого.

Итан приехал к месту работы. Войдя внутрь здания, все коллеги, как и всегда, приветствовали его восторженно. Ничего не меняется. Добравшись до своего отдела, он заметил, что его соратники уже изнурённо работали. Лейтенант также приступил к работе.

Так прошло его рабочее время до обеда. Во время обеда все в его отделе ушли поесть, а Регин перед этим сходил к начальнице. Сам он не особо хотел идти на обед, завтрак настолько сытным, что вряд ли до вечера захочет есть. Но в отделе нечего делать, пока коллеги заняты делами. На удивление, закадычный друг почему-то не навестил, как обычно любит делать.

Облокотившись на кресло, Болдуин решил слегка подремать, пока остальные не вернутся. Прогуливаться по зданию так лень. Прикрыв глаза, мужчина окунулся во всякие размышления. И тут ему вспомнилось дело журналиста. Выпрямившись, Итан поинтересовался, как проходит расследование. Раз уж нечем заняться, можно было б и пройтись, тогда же, и лень резко исчезла. Пройдя вниз, к первому этажу парень направился в кабинет криминального аналитика. Недолго думая, он постучался.

- Могу войти? – поинтересовался он.

- Конечно, входи, - послышался женский голос по ту сторону.

Итан вошёл в кабинет и увидел красивую женщину его возраста, со светлыми вьющимися волосами и карими глазами. Она носила поверх своего обтягивающего красного платья белый халат, напоминающий медицинский. Дама сидела, облокотившись на спинку и скрестив ноги у компьютера с тремя мониторами, зажигая очередную сигарету. Сама поза, с которой та сидела на своём месте, выглядела вполне сексуальной. Женщина сделала первый затяг и обратила взгляд на Итана.

- Ох, мне сегодня везёт, уже второй сексуальный мужчина, крепкие мышцы и глубокий спокойный взгляд, мне это нравится, - с удовольствием она его осматривала взглядом.

- Ты не изменилась, Шион Диас, - произнёс лейтенант.

- И чего же ты хотел, лейтенант Болдуин? Давно не заходил ко мне, хотя и логично, обычно Регин ходит.

- Мне интересно, как проходит расследование об убийстве журналиста?

- Ха? – слегка прищурилась она от удивления, - Разве этим не занимается уголовный розыск?

- Мне Роберт разрешил поинтересоваться, все же это связано с организацией.

- Ах, ну раз разрешение от самого старшего лейтенанта, то, пожалуй, могу как раз кое-что показать…

После этого она потушила сигарету об пепельницу и начала что-то искать на компьютере. Итан присел на кожаный чёрный диванчик около журнального столика и наблюдал за действиями женщины.

- Ага, нашла. Вчера уголовный розыск завершил допрос либералов, которые связаны с журналистом. Все они подтвердили связь журналиста с нашим убийцей.

- Так, и все?

- Нет, конечно. Проанализировав сайт журналиста, можно увидеть, что под каждым постом убийца постоянно комментировал и спорил с журналистом. Порой, у них возникала ожесточённая дискуссия на темы политики и экономики, - она показала ему этот сайт, - так что они общались еще давно. Это нерушимое доказательство их связи, учитывая, что несколько раз они договаривались о встрече.

- Это все?

- Ну и официально подтверждено, что Сэм Миллс из Красной борьбы. Пока всё. Нужно больше данных, чтобы узнать мотив убийцы, понять, что за флешка, работы много.

- Не густо, - задумался лейтенант.

- Ну, как передам информацию уголовному розыску, они дальше решат, что делать.

Тут в кабинет зашёл Вебер, он увидел сидящего Болдуина.

- О, сама легенда тут, какими судьбами к Шион? – спросил он.

- По делу, - холодно ответил.

- Опа, вот и ещё один красавчик, сейчас перешлю тебе все данные, которые я проанализировала, - сказала Диас.

- Спасибо, Шион. Ты нас хорошо выручаешь.

- Да не стоит, Роберт, потом угостишь меня выпивкой, или еще чем-то бо́льшим наградишь? – ухмыльнулась женщина.

- Все может быть. – улыбнулся тот в ответ, нагнувшись к её лицу.

Лейтенант некоторое время наблюдал за их воркованием, погрузившись в свои размышления. Вернувшись в реальность, он покрутил головой, поднялся с дивана и уже шёл к выходу. Но на пол пути вспомнил о кое-чём важном.

- Роберт, - позвал он.

- Да? – Вебер повернулся к «легенде».

- Ваш отдел сейчас мальчишками занимается, да?

- Ты про братьев Грант? Да. Точнее, занимались.

- В смысле?

- Время на допросы закончилось, они ничего не стали нам дельного рассказывать. Упорные детишки. По решению начальницы при согласии Следственного комитета и Министерства юстиции их отправляют в изолятор до судебного процесса. Суд будет в конце месяца.

- И что будет с ними?

- Получат наказание по всей строгости правосудия. Досадно сажать таких молодых парней, один из них даже несовершеннолетний, с боязливым видом, но что поделать, они враги государства, враги системы.

- Понятно, - после этих слов он покинул кабинет.

Так прошёл практически весь день у Болдуина. Все остальные часы он особо ничем серьёзным не занимался, лишь время от времени смотрел новости и поглядывал в окно. Было уже около восьми вечера. Солнце еще высоко, а на улице тепло. С задумчивым видом он смотрел на проезжающие машины, на высотки, окружавшие полицейский участок, на колыхающиеся деревья из-за ветра. Многие мысли крутились в голове, умственно перенапрягаясь. Несмотря на то, что сегодня особо не трудился, рабочая атмосфера не способствовало отвлечению и отдыху.

Тут ему приходит идея, о которой он прежде бы и не подумал. Пораньше уйти с работы. Поныне он никогда не делал такого, всегда находился от и до на своём месте, всегда выполнял работу на отлично. Идея эта показалась соблазнительной. Подойдя к своему месту, он начал собирать свои вещи. На что обратили внимание его коллеги.

- Чего это ты делаешь? – поинтересовался Регин, облокотившись рукой об свою спинку кресла.

- Домой собираюсь.

Кларк обратил внимание на улицу, как и другие сотрудники. Солнце ярким огненным цветом ослепляла глаза.

- Так рано? – недоумевал он.

- Ну а почему бы и нет. Я всё равно ухожу раньше всех.

- А что подумает начальница?

- Не думаю, что она будет так против, - Итан собрал вещи и пошёл к выходу.

- Ну хорошо, удачи добраться, - произнёс его коллега, остальные тоже помахали ему.

***

Полицейский приехал домой и, войдя в квартиру, вздохнул. Впервые он дома так рано; даже вся квартира выглядит светлым и уютным при вечернем свете, бирюзовые оттенки на стенах становились более желтоватыми. Болдуин ощутил позитивные и теплые эмоции, но дома царила необыкновенная тишина, хотя и не один находился внутри.

Сняв обувь и дойдя до своей спальни, он обнаружил лежавшего на его кровати светловолосого парня, в одних шортах темно-фиолетового цвета и тёмно-красной футболке. Парень скрестил ноги и задумчиво читал бумажную книгу, однозначно из его библиотеки. Всмотревшись, он увидел, что книга была про теорию криминалистики. Парень обратил внимание на мужчину, стоявшего у прохода.

- Вернулся? – Лемарк обратил внимание на улицу, затем вернулся к чтению, - рановато ты.

- Да, решил уйти с работы, - Итан подошёл к шкафу и открыл его.

- Изучив твое досье, и не скажешь, что ты прогульщик. Легенда, везде преуспевший полицейский, лучший ученик академии, принявшего на службу с распростёртыми объятиями, патриот и прилежный гражданин. Мы о нынешнем тебе говорим? – задал риторический вопрос парень.

- И как же много знает преступник и враг государства обо мне?

Мужчина услышал лишь небольшой смешок.

- Если что, данные в открытом доступе, глупыш, нарыть не сложно.

- Понятно. Ты обо мне много знаешь, а ты для меня тайна.

Лемарк прикрыл свою книгу пальцами, оторвавшись от чтения, и обратил внимание на уже обнажённого Болдуина. Итан теперь одевался в тёмно-зелёные футболку и свободные штаны.

- Ну, если ты захочешь, ты сможешь меня также легко прочесть, как я сейчас эту книгу, - он приподнял книгу и захихикал.

- Вот уж надеюсь, - произнёс Итан, уже одевшись и скрестив руки.

Он перехватил его взгляд. И смотрели они достаточно долго, словно пытаясь друг друга понять, прочитать. Эти гляделки надоели Итану, и он задвинул дверцу шкафа.

- Я сейчас вернусь, - он вышел из комнаты.

Лемарк рассмеялся. Такие неожиданные действия приводили в радость. Болдуин пришёл в ванную комнату и холодной водой начал умывать свое лицо. Оно после этих гляделок внезапно начало гореть. Странное ощущение почуял он. С этим парнем сложно так оставаться наедине, тот своими янтарными глазами читает душу, это и раздражало, и пугало, а сердце стучало торопливо. Итан посмотрел на себя через зеркало, стараясь привести в порядок голову. Но умывание не помогло, поэтому решил заодно еще и освежиться в душе.

Через полчаса юноша увидел мужчину с мокрыми растрепанными волосами в одних штанах, тот только вышел из душа. Этот образ был очень соблазнительным, словно из билборда или журнала.

- Интересно, почему ты не пошёл моделью сниматься, заработал бы себе на коттедж? – спросил он.

- Я неплохо зарабатываю. Эта квартира – результат моего труда, - ответил Болдуин.

- Ну да, полицейские и госслужащие всегда хорошо зарабатывают, у вас привилегированное положение в нашей иерархической системе.

Болдуин лишь недоумевающе посмотрел на него. Лемарк демонстративно положил книгу на тумбочку и присел на колени.

- Смотрю, твои волосы мокрые и растрёпанные, хочешь, высушу и расчешу? - мягким голос спросил он, смотря на мужчину нежным выражением лица.

Итан принял задумчивую позу, ведь ему никогда не сушили волосы и не расчёсывали их. Думал он не долго, подойдя к шкафу и открыв его, достал расчёску и беспроводной фен. После протянул их юноше.

- Так и знал, что согласишься, - широко улыбнулся тот.

Итан сел с краю кровати, Лемарк же включил фен и начал сушить его волосы, поглаживая руками. Эти нежные прикосновения доставляли удовольствие. Нелюбовь к прикосновениям резко пропала, а он ощутил спокойствие в голове. Даже чуть наклонил голову назад. Было настолько приятно, что прикрыл свои глаза, наслаждаясь этим моментом.

- Мне нравятся твои волосы, они мягкие и легкие, а бледно-бирюзовые локоны приятно ложатся на мои пальцы.

Лемарк начал расчёсывать волосы, и мужчина открыл глаза. Он вспомнил, что надо бы перечитать дело об убийстве журналиста. Открыв в смарт-часах документы, начал заново их изучать. Этим заинтересовался и юноша.

- Что ты там читаешь? – спросил он, просунув голову через плечо.

- Дело об убийстве журналиста, кстати убийство совершено твоим сотоварищем.

- Правда? - изумлённо глянул на него, выключив фен, - дай-ка почитать.

Они оба внимательно читали все документы от и до, стараясь не упустить ни единой детали. Все фотографии с места преступления, положения трупов, допросы свидетелей. После прочтения Лемарк отступил на полметра и покачал головой.

- Дело неоднозначное и странное. Есть моменты, которые противоречат друг другу. Не знаю, зачем ты интересуешься этим, но я могу тебе кое-что рассказать, это немного прояснит дело… возможно.

Итан подсел к нему рядом, преодолевая расстояние между ними. Сел так, будто тот ему расскажет самую сокровенную тайну, которую не должны знать другие.

- Я слушаю, - кивнул он.

- Ну я начну с того, что наша организация никогда не проявляет насилия по отношению к гражданским.

- Ты издеваешься? – со сморщенным лицом просил Итан, - поэтому вы закидываете коктейлями Молотова, смешно.

- Я серьезно, еще полгода назад на съезде организации мы обсуждали тактику борьбы с режимом. Барон занимал крайне пацифистскую позицию, выступая против всякого проявления насилия. Крайние радикалы выступали за насилие во всех отношениях. Я, Кантер и ряд моих товарищей занимали центристскую позицию, которую большинством приняли. Наша позиция заключалась в том, чтобы поддерживать ненасильственные методы борьбы, поэтому мы и продолжаем традицию протестов, возникшую в рамках коалиции. Но, если по отношению к членам организации будет проявляться насилие, мы будем отвечать тем же насилием. Поэтому это полиции не касается.

- Вот как, а что насчёт случаев с нападением на государственные здания, военкоматы и прочее?

- Поскольку мы крайне децентрализованная и подпольная организация, учитывая еще и покинувших руководителей Рутению, нам сложно контролировать рядовых членов, хотя и очень стараемся, Политбюро старается реагировать на нарушение Устава и принципов и исключать членов. Мы постоянно следим за новостями.

- Вот оно как, - Итан задумался, приложив пальцы к подбородку.

- Так что, либо Сэм Миллс просто предал организацию, пойдя на необоснованное насилие, либо его подставили, убийца другой человек. Это осложнит действия Красной борьбы.

- Думаю, ты немного помог прояснить дело, могу начальству это рассказать, - Итан открыл контакты и хотел уже написать Роберту о новой информации про дело, но его руку перехватил парень.

- Не рассказывай! – воскликнул он.

- Почему?

- Ты же понимаешь, что система… - Лемарк замолчал на несколько секунд, - слушай, тебе они не поверят, воспримут как теорию, еще, учитывая, что влезаешь в дело другого отдела, тебя еще и заподозрят…

Итан вырвал свою руку из его хватки смотрел в голограмму чата с Робертом, затем тяжело вздохнул.

- Да, ты прав. Я погорячился. Лучше им позволить самим разобраться в деле.

Неожиданно прозвучали стуки. Оба на мгновение притихли. Стуков не было секунд десять, а затем услышали отчётливые три стука, издаваемые из входной двери. Они посмотрели на друг друга.

- Кто это может быть? – спросил Лемарк.

- Не знаю, - ответил Итан и открыл свои смарт-часы.

Появилось изображение с камеры у входной двери. Стояла женщина лет тридцати с растрепанными волосами и усталым выражением лица. По национальности чистокровная рутенка – светлая кожа, каштановые естественные волосы и темно-зелёные глаза.

- Кто это? – спросил парень.

- Похоже, соседка. Странно, мы с ней практически не разговариваем, - произнёс он и поднялся.

Надев свою футболку, Итан направился к прихожей. Лемарк попятился за ним. Болдуин, открыв дверь, увидел перед собой эту женщину, ростом с Лемарка. Взгляд казался несколько напуганным.

- Привет, сосед. У меня тут беда возникла одна… - произнесла женщина с небольшой дрожью в голосе.

- Какая?

Женщина увидела за талией мужчины паренька, облокотившегося на стену.

- Ой, прости, не знала, что у тебя гости.

- Все в порядке, так что хотела?

- Дело такое. Мой муж не так давно ушёл воевать, поэтому с техникой никто не может разобраться. Я одна с двумя детьми осталась. У меня почему-то полетел искусственный интеллект в бойлере, не могу настроить воду, чтобы искупать детишек.

- Вот оно как. А если нанять ремонтников?

- Я бы могла, но сейчас денег не так много. Поэтому мне приходится просить помощи у тебя. Сможешь?

Итан задумался, отвел взгляд и почесал затылок.

- Я тоже не особо силён во всем этом… - сказал он, покачивая слегка головой.

- Просто мне больше некого просить помощи с этого этажа, - женщина посмотрела на него молящим взглядом.

- Эх, - протяжно вздохнул он, проиграв натиску этого взгляда, - давай гляну, что ли.

- Спасибо большое! - сказала она с радостным голосом.

- Я пойду с тобой, Итан, - промолвил Лемарк.

- Ты? Знаешь, как сделать бойлер? – повернул голову к нему мужчина.

- Да нет, просто без тебя скучно будет дома, да и вы пока будете заниматься, я могу посидеть с детьми, - с улыбкой говорил тот.

- Они у меня очень любят играть, могут надоесть, - произнесла женщина.

- Да все в порядке будет.

- Ну, тогда надень тапки.

Оба надели обувь и направились за женщиной. Далеко идти не пришлось, так как квартира женщины находилась напротив его квартиры. Дверь в квартиру значительно отличалась от двери Болдуина, вся деревянная с металлическими пластинами по периметру, причем скорее это сплав металла. Также открывалась она обычными ключами или ключ-картой, подчеркивая дешевизну и устарелость технологии, по сравнению с биометрией.

Женщина открыла дверь и несколько посторонилась в бок.

- Проходите, чувствуйте себя как дома.

- Дом… - прошептал Лемарк с мечтательным и слегка грустным лицом и следом за Итаном вошёл в дверь.

Квартира также отличалась от квартиры Итана. Потолки состояли из плиток ПВХ с разнообразными узорами, от цветочков на кухне до абстрактных рисунков в зале. Стены обклеены обоями, также отличимые из комнаты в комнату: одни монотонные, другие обладали узорами. Кое-где обои либо слегка отклеены, либо поцарапаны и оборваны. Все это напоминало стиль рутенских квартир несколько десятков лет назад у среднестатистических людей. Похоже, она передалась по наследству.

Лемарк обнаружил между проходами в спальню и залом портрет президента Рутении – Вольдемара Пихлера. Он ощутил гнетущую атмосферу квартиры, будто пропитана презрением и ненавистью. Семья, скорее всего, очень патриотична, члены её любили президента и правящую партию. Ему стало не по себе, но старался не придавать виду.

- Итан, пройдём со мной, а ваш друг пусть направляется в зал, к детям.

- Конечно, - Итан и женщина удалились вместе в ванную комнату.

Юноша направился в зал. Он увидел спереди окно, солнце уже садилось, лучи освещали комнату более оранжевым светом. Слева стояла стенка с углублением, где стоял плазменный телевизор. Справа находился кожаный диван, на вид вполне удобный. На полу лежал коврик, на котором сидели играли во что-то дети. Стены расклеены в различных листовках и лозунгах в поддержку военных действий, президента и правящей партии, как например: «Единая Рутения – единый народ – один президент», «Народ за президента!», «За военную операцию!». По телевизору показывали новости с фронта.

У Лемарка пробежали мурашки от такого количества и качества патриотизма в одной комнате. Не хотелось бы знать, что могло быть в других комнатах. Он переключил своё внимание на детей.

Оба были похожи на маму, все же одной национальности. Младшему около восьми лет, а старшему десять. Дети играли в «войнушку». В руках они держали модельки беспилотных летательных аппаратов, а на полу лежали танки и бронетранспортёры, какие-то уже перевернуты.

- Берегись, маргонаци, себя я тебя обстреляю лазерами, - после этих слов старший начал сталкивать свою игрушку с игрушками брата.

- Ага, сейчас, это ты попляшешь.

Младший брат тоже начал нападать на игрушки старшего. Завязалась игрушечная бойня, которая продолжалась несколько минут. Ребята бегали, скакали по дивану, сбивая друг друга. Раздавался смех и грохот. Братьям очень весело.

И в конечном счёте победил старший, вся игрушечная военная техника младшего оказалась разбросана и перевёрнута.

- Ура, я победил! – воскликнул он, - мы победим всех маргинцев, мы их всех уничтожим!

Младший хлопал в ладоши.

Лемарк, увидев всё это представление, приложил ладонь ко лбу и слегка облокотился на стену другой, закрыв глаза. От всего этого голова раскалывалась. Но точно не из-за детского шума и возгласов. Дети только заметили его, оторвавшись от игры.

- Дяденька, вы кто? – спросил младший.

- Мой друг, - ответил кто-то сзади.

Парень повернул свою голову на источник голоса и увидел перед собой Итана. Позади него вышла женщина, протирая руки полотенцем.

- Дети, вы снова шумели? – строгим голосом спросила она.

- Нет, мам, мы просто играли. Мы убивали маргинцев, - ответил старший.

- Вы молодцы, но скоро ужин будет готов, закругляйтесь и идите мыть лицо и руки. Бойлер починен.

- Ура-а! – воскликнули оба и побежали в ванную.

- Спасибо еще раз Итан, я теперь запомню, что программу можно перезапустить.

- Все в порядке, - мужчина заметил нездоровое лицо Лемарка и его позу, с которой опирался на стену, - с тобой все хорошо?

- Просто отлично! – тот оттолкнул мужчину, скрывая свое лицо рукой, и рванул прочь к выходу.

Эти действия удивили его и женщину.

- Что это с ним? – спросила она.

- Не знаю, видимо ушёл ко мне, - обеспокоенно глянул он на выход.

- Давай я тебя ужином угощу за помощь? Конечно, сейчас мы в последнее время небогато живём, муж на войне, а меня не так давно уволили, потому что внедрили роботов на производстве, сейчас многих сократили… Но все рано хотелось бы отблагодарить.

- Спасибо, но я откажусь. Надо проверить, что с ним, - Итан тоже направился к выходу.

- Хорошо, тогда в следующий раз приглашаю на ужин.

- Ага, - кивнул он.

***

Итан вошёл в свою квартиру. Было абсолютно спокойно, и нигде не видно Лемарка: ни на кухне, ни в его спальне, ни в гостиной. Уже возникла мысль, что тот вообще сбежал. И все же решил проверить в еще одном месте - в гостиной спальне.

Он подошёл к двери этой спальни и постучал. Сначала ничего не услышал, мысль о побеге начала укрепляться, как и мысль о подставе, что этот парнишка нашёл причину, чтобы слинять от него. Но затем раздался приглушённый голос: «Входи». Это единственное слово стало резким облегчением для него.

Мужчину открыл эту дверь и увидел лежавшего юношу на кровати. Тот скрывал свои янтарные глаза изрезанной рукой, не обращая ни на кого внимание. «Видимо что-то его очень удивило или ему стало плохо» – подумал Итан. Он подсел к нему и посмотрел на него.

- Что с тобой случилось? Так резко выбежал.

- Ничего…

- Тебе плохо? Что-то шокировало? – обеспокоенно спрашивал он.

В ответ он услышал смех, но более саркастичный. Затем парень приподнялся и убрал руку с лица. Итан увидел крайне раздражительное лицо, словно что-то взбесило.

- Шокировало, говоришь… А разве сам не понял? – спросил он.

Тот лишь нахмурился, не понимая, о чём он говорит. Лицо парня стало еще раздражительнее.

- Я о детях. Разве ты не слышал, что они так легко говорят об убийствах?

- А что в этом такого, это же не наше дело? – спокойно ответил, смотря на потолок.

После этих слов негодующая гримаса Лемарка стала очень озлобленной. Болдуин ощутил резкую боль в бедре. Юноша его ударил своей пяткой.

- Ты чего дерёшься?! – воскликнул Итан, схватив его за голень.

- Не наше дело, говоришь?! Ты не подумал о том, что это травмирует психику ребенка, когда вместо обычных невинных игр ребята играют в то, как убивать маргинов, причём так спокойно, будто это совершенно нормально?! Видимо, военная пропаганда хорошо справляется с разрушением детства.

- Пропаганда? Разве это пропаганда? Конечно, убийство - дело не очень хорошее, но разве такие игры можно назвать результатом пропаганды?

Лемарк глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь и приводя разум в спокойное состояние, затем вырвал свою ногу из хватки Итана и отпустил обе на пол, приняв сидячее положение.

- Ты же тоже подвержен пропаганде, не так ли? Думаю, родители тебя с детства воспитывали любить свою страну, её власть, президента, верно?

Итан отвёл свой взгляд в сторону, стараясь не встретиться взглядами, ведь и тут этот парнишка оказался прав. Он всю жизнь рос с мыслью, что тот должен быть патриотом, любить власть, стать полицейским, чтобы защищать её и общество от всевозможной опасности. Его родители постоянно говорили ему об этом, и он в это верил, и эта вера преследовала все эти двадцать пять лет.

- Раз уж молчишь, значит я прав. Я ведь тоже рос с определёнными убеждениями, которые мне вкладывали с детства. Я тоже любил эту власть, а Пихлера считал чуть ли не президентом мира.

- А что дальше случилось? Почему перестал верить в это?

- Кое-что произошло, из-за чего я переубедился. Но это не так важно. Пропаганда за эти годы лишь укрепилась, и стала чуть ли не синонимом рутенской власти.

- Ты хочешь сказать, что все подвержено пропаганде?

- Можно и так сказать, судя по тем ребятам. Хочу тебе рассказать об одном эксперименте.

- Что за эксперимент? – поинтересовался он, взглянув на юношу.

- Этот эксперимент проводился почти 50 лет назад, еще существовало единое государство. В эксперименте участвовали четыре ребёнка. Перед ними стояли две пирамидки: белая и чёрная. Экспериментаторы уже договорились с тремя детьми, и они назвали обе пирамидками белыми. Когда задали четвертому ребёнку вопрос «Какого цвета были пирамидки?», он сначала посмотрел на других детей, а потом на эти пирамидки и тоже ответил, что обе белые, хотя отчётливо видел, что одна из них черная.

Болдуин подставил свои пальцы к подбородку, приняв задумчивый вид.

- Хочешь сказать, что ему внушили, чтобы тот назвал, как и все?

- Да, этот эксперимент проводили и со взрослыми, и результат был тот же. Этот эксперимент показал, что человек поддаётся мнению группы, легко внушаем. Это также и в простом виде раскрывает два принципа пропаганды: манипулирование общественным мнением и контроль разума. Пропаганда активно этим пользуется. Когда в школе, в СМИ, в госучреждениях государство вещает одно и тоже, показывает одно и тоже, взрослые, не говоря уже о детях, верят во все это, игнорируя реальность или другую иную информацию.

- Никогда об том не размышлял…

- Всеобъемлющая пропаганда, без контрпропаганды и доступа к иной информации, способна контролировать человека, побуждать на действия, на которые в обычных условиях не пошёл бы…

- Все, конечно, очень интересно, и логично, но все равно крайне сомнительно слышать от тебя про пропаганду, когда вы сами несёте свою пропаганду про социализм, вред капитализма и прочую чушь, в которую я не верю.

Лемарк лишь рассмеялся.

- Тоже верно, я и не рассчитывал, что ты будешь верить каждому моему слову, но и уверен, что ты сомневаешься в нынешней системы, хоть и не осознаёшь это, а теперь, - он поднялся, подтянулся, выставив скрещенные ладони вперед, чтобы напряжение на пальцы создавали хруст, а затем повернулся лицом к Итану с широкой улыбкой, - я пойду, приготовлю ужин, я же обещал утром.

После этих слов и этой приятной улыбки, Итан демонстративно кашлянул, а кончики его губ произвольно поднимались. Он почувствовал, что только недавнее напряжение сменилось приятной нежностью, Итан ощутил внутри теплоту.

- Раз так, то тогда я тебе помогу.

- Спасибки, мне будет легче, - поблагодарил юноша.

Они оба, не торопясь, направились на кухню…

***

Эта же ночь. На часах уже больше десяти часов. Во всю работала ночная смена в полиции. Из дневной смены остался лишь Вебер, который направлялся по холлу, приветствуя сотрудников. Шёл он спокойно, медленным шагом, словно никуда не торопился, даже домой.

Он остановился у двери к полковнику полиции. Постучался, ожидал ответа оттуда. Он посмотрел по сторонам, ожидав, что никого не будет рядом. Холл свободен от людей, на душе стало легче. Сложно оправдываться стало бы, если кто-то из коллег заметил.

- Заходи, Роберт, - послышалось за дверью кабинета. Видимо, она знала о приходе старшего лейтенанта.

Полицейский зашёл внутри. Он заметил, что Степашина крутила стороны кубика Рубика.

- Решаете головоломки после тяжёлого дня? – спросил он.

- Полицейскому обязательно постоянно развивать свои умственные способности, логику, в том числе и решая головоломки, - после она завершила крутить кубик, сопоставив все цвета квадратиков и отложила, - так зачем ты пожаловал?

- Поговорить об одном из ваших подчинённых – лейтенанте Итане Болдуине, - Вебер присел за стол.

- Занятно, он что-то сделал не так? - поинтересовалась она, повернувшись в бок на кресле, в сторону окна.

- Мне кажется, что он имеет дерзость влезать в чужие дела.

- А, ты про дело об убийстве журналиста? Я знаю о его действиях. Не могу сказать, что он предоставляет какую-то опасность вашему отделу. Я Итана знаю еще давно, читала однажды лекцию в академии, прилежным учеником был, стремительным и лояльным. Мне, как тогда, так и сейчас, получается найти с ним легкий язык. Мне кажется, что он, наоборот, сможет помочь раскрыть ваше дело.

- Всё это хорошо, я уверен в вашей вере в него, но все-таки прошу его как можно меньше допускать во все эти дела.

Виктория задумалась на некоторое время.

- Я постараюсь сделать все возможное, но не гарантирую, что мне удастся его остановить вовсе.

- Ну и на том спасибо вам, - Вебер встал и уже собрался уходить.

- Погоди секунду, - остановила она его, затем она поднялась со своего кресла и направилась вперед. Остановившись на полметра от окна, стала рассматривать виды.

- Что такое?

- Как там твоё дело? Смог найти что-то об этом человеке? – полюбопытствовала Степашина.

- Совсем ничего. Будто сквозь землю провалился.

- Ты уже полгода тут находишься, точно уверен, что ресурсов полиции хватит, чтобы хоть как-то найти его?

- Вы не совсем понимаете, Виктория. Я этого человека потерял, из-за меня он сбежал. Он ценный, и для меня, как никак. Я не хочу спускать все с рук, я обязательно найду этого человека, сколько бы не потратил сил.

- Ты смотри, Роберт, это может превратиться в безумие или же зависимость.

- Все равно я найду. – после этого он встал и вышел резко из кабинета.

- То ли я стара, то ли действительно ничего не понимаю в молодых чувствах, - бесстрастно сказала она и продолжила смотреть в окно.

Глава 6

Прошло двое суток. Этот день выпал на еще один выходной Итана. Он собирался, как и всегда, провести в спокойствии и умиротворении. Ничего не делать, только расслабиться и отдыхать.

Время было около десяти утра, солнце уже высоко. Итан спал крепким сном. Изнурительные будни настолько измучили его, что мог проспать до полудня. А после проснуться и пол дня просто слушать музыку, читая книги, или листая новости, может вообще посмотреть какие-нибудь видео, сериалы или фильмы.

Вдруг через он слышит голос. Мягкий высокий голос, вроде как мужской, раздавался примерно минуту. Болдуин начал приоткрывать глаза, однако он лишь замечал смутный силуэт, и солнечные лучи заставляли закрыть глаза вновь. Голос раздался вновь, только более чётче.

Он слегка приподнялся, опиравшись на руку, протёр глаза ладонью и, зевая, смог наконец-то разглядеть силуэт знакомый, причём раздражительно знакомый. Перед его кроватью, около окна, стоял Лемарк, с ухмылкой на лице.

- О, проснулся, совушка, я уже думал тебя тормошить, - произнёс веселым голосом он.

Итан лишь вздохнул, положив кисть руки на лоб, и прилёг, закрыв вновь глаза.

- И чего ты так шумишь в такую рань, да и еще в выходной? – спросил тот монотонным тембром.

- Рано? – спросил Лемарк с возвышающимся тоном, словно удивляясь, - Сейчас десять утра, люди уже делами занимаются.

- А мне-то что? Я же делами не занимаюсь.

- В смысле? Мы сейчас будем уборкой заниматься. А то я в семь встал, уже и почитал книги две, и новости все просмотрел, скучно как-то.

Тут Итан от изумления резко принял сидячую позу и резко пробудился, будто окатили водой.

- Не понял? Какой уборкой?

- Обычной, ты же, как я погляжу, не занимаешься ей.

- Расслабься, просто позвони в клининговую службу, - Итан лёг снова.

- Нет! – воскликну парень, - Мы будем заниматься уборкой безо всяких служб и услуг. Хватит опираться исключительно на технологии и платформы!

Итан игнорировал слова с закрытыми глазами. Затем он почувствовал какую-то тяжесть, особенно в районе живота и паха. Раздражённо он снова поднял веки и увидел, что этот паренёк сидел на нём с хитрым выражением лица.

- Ты чего это делаешь? – спросил он, сохраняя спокойный голос, но лицо продолжало выражать недовольство.

- Я не слезу, пока ты не согласишься. Не думаю, что ты продержишься так долго.

Болдуин несколько секунд размышлял. С одной стороны, лениво, не хотелось ничего такого планировать, поскольку никогда сам уборкой не занимался, максимум - стирал вещи и слегка протирал пыль. А так пылесосил по дому робот-пылесос, а на остальную уборку вызывал уборщиков. А с другой, этот парень вряд ли его оставит, наоборот, еще больше будет приставать. Похуже его друга будет. Взвесив все за и против, он недовольно прорычал.

- Ладно-ладно, твоя взяла. И мертвеца с могилы поднимешь.

- Йес! – воскликнул с улыбкой Лемарк, затем кое-как слез с Итана, - м-да, не очень удобно сзади… Короче, поднимайся, завтракай, иди в душ, я пока всё подготовлю.

Юноша попятился в гостиный зал.

Итан пару минут просто лежал, смотря в сторону балкона, морально готовясь к уборке. Но почему-то вся эта ситуация его только позабавила, раздражение как рукой сняло. «Ну, ничего не поделать» - подумал он и встал с кровати.

Подтянувшись полутора минуты, в первую очередь пошёл обмыться в ванную. После же он достал свои вещи в шкафу. Надел он шорты и футболку, даже нижнее бельё не стал надевать. Только мешать будет, особенно во время уборки.

Он пришёл на кухню, завтрак в этот раз неплотный, яичница с тостами, но этого хватает для всех последующих занятий до обеда. Мужчина сел и начал завтракать, поставив что-нибудь послушать на часах.

Поглощая пищу, он увидел, как робот-пылесос приехал на кухню. Сначала он повернулся к нему, словно заметил присутствие человека. Но затем он развернулся прямо и поехал по своей траектории. Доехав до стены, повернул налево и начал перемещаться от стены к стене, собирая пыль повсюду.

За этим было не то, чтобы интересно наблюдать, но зато можно отвлечься. Крайне занятно, что робот-пылесос в своей программе чётко построил маршрут и следует ему. Будто сам учит все заковыристые места, расположение интерьера и стороны. Искусственный интеллект сейчас в каждом предмете, так что ничего необычного.

Позавтракав, Итан сразу положил тарелку в посудомоечную машину и запустил для чистки. Затем обернулся и увидел перед собой Лемарка.

- Позавтракал? Отлично. Тогда приступим, - хихикнул тот, - тогда займись мытьём окон, а я стиркой.

- Так точно, начальник, - ответил он, скосив взгляд.

- В строй, лейтенант Болдуин! – рассмеялся парень и направился в ванную комнату.

Вскоре мужчина все же приступил к уборке. Оказывается, мыть окна не так уж и сложно, больше сложность вызывало мытьё снаружи, поскольку квартира находилась на большой высоте от земли. Но в принципе он справился легко. Закончив со всеми окнами за полчаса, Болдуин решил проверить, как дела у Лемарка.

Итан, войдя в ванную комнату, увидел крайне странную картину. Лемарк стоял неподвижно, как статуя, смотря напуганными глазами на свою руку. Она вся кровоточила, а красная жидкость, падая на кафельный пол, собиралась в небольшую лужицу, и рядом с ней валялось острое стекло. Его дыхание было глубокое и медленное. Итан перепугался и подошёл к нему, схватив за плечо.

- Лемарк… Что это? Что с тобой? – поинтересовался он с небольшой дрожью в голосе.

Тут парень словно очнулся ото сна. Он покачал головой и безумно улыбнулся.

- Всего лишь порезался, бывает, - спокойно ответил он.

Посмотрев мрачным лицом на него, мужчина насторожился. Голос парня спокоен, но глаза были чуть ли не на мокром месте. Такой ответ ему не понравился, и, схватив за другую руку, повёл парня на кухню. Посадив его, достал из тумбочки аптечку. Открыв, достал бинт и ножницы. Он начал обрабатывать ему руку, приложив холодный компресс на порез, дабы остановить кровь, и стал забинтовывать. Итан еще тогда, в туалете, лицезрел на порезы, но только сейчас смог всмотреться. На плечах они редкие и глубокие, а на предплечье и редкие глубокие, и неглубокие частые, уже затянулись. Вторые, предположил он, вероятно возникли из-за пореза небольшим лезвием. Похоже, Лемарк сам себе причинял вред… Но зачем? Откуда такие глубокие порезы?

Ранения сильно встревожили Итана, он начал интересоваться прошлым парня. И похоже, ничего хорошего в нём не было. Сам того не понимая, почувствовал покалывание у себя внутри, в груди.

- Откуда у тебя они? – спросил спокойным тихим голосом Итан.

Лемарк молчал, но эта улыбка все не сходила с лица. Тошно и невыносимо на это смотреть.

- Не переживай, мне не больно, - услышал он спокойный ответ парня. Но такой ответ больше удручал Итана. Видимо, юноше трудно о таком говорить.

Он, закончив перевязывать, встал на ноги.

- Иди в ванную, смой с себя кровь, только не мочи руку. Я твои вещи принесу.

Мужчина направился в гостиную спальню и достал его вещи. Неся их, вновь задумался об этих шрамах и прошлом парня, чувствовал себя несколько подавленным. Хотя с чего бы, они-то совсем немного знакомы, да и вообще его враг. Но мысли заняты им, недавно пробудившееся переживание изнуряло разум.

Постучав, мужчина оставил вещи у порога. Смарт-часы зазвонили. Глянув на входящий звонок, увидел фотографию начальницы. Подняв трубку, увидел её лицо на голограмме.

- Лейтенант Болдуин, жду срочно в моём кабинете, - сказала она с бесстрастным лицом, но голос слегка подрагивал.

- Что случилось, полковник?

- Чрезвычайное происшествие, - она резко отключилась.

- Черт, минус выходной, - произнеся, рванул в спальню переодеваться.

Когда он надел свою полицейскую форму, он увидел озадаченного Лемарка, вышедшего из ванны.

- Что случилось? Ты куда? – спросил он.

- Начальница срочно позвонила, чп, - ответил он, одеваясь в форму, - а ты как, в порядке?

- Да, уже лучше, - Лемарк подошёл и поправил ему воротник рубашки, - Будь острожен.

- Хорошо, - кивнул он, - в следующий раз не молчи, если что-то случится.

- Да не переживай, я в порядке, лишь случайность.

- Ага, - Итан не поверил его словам, после вышел из квартиры.

***

Итан смог как можно быстрее приехать в Управление, на часах уже одиннадцать. Войдя в здание, сразу же устремился к кабинету Степашиной, минуя взволнованные взгляды своих коллег.

Постучавшись в её дверь, он ожидал ответа. Голос по ту сторону раздался, одобривший зайти. Войдя в кабинет, он увидел Кларка, Вебера и двух младших лейтенантов из ночной смены. Их взгляды обратили внимание на пришедшего лейтенанта. Похоже, ситуация в самом деле чрезвычайная.

- Спасибо, что ты смог оторваться от своего выходного. Дело потребовало незамедлительную реакцию, - сказала она, выслав через смарт-часы информацию для Итана.

- Что же случилось, товарищ полковник? – спросил он.

- В десять часов несколько сотен людей оцепили здание главного аэропорта Мосавы и его окрестности.

- Что?! – удивился лейтенант.

- Около трёхсот человек сейчас двигаются вокруг здания аэропорта, вызывая беспорядки и опасность для граждан. Больше всего они находятся около недавно прилетевшего с рейса самолёта, видимо, окружив для чего-то. Выйти ни сотрудники, ни пассажиры не могут. Они не дают войти участникам беспорядка внутрь. Охрана и местная полиция с ними не справились.

- Это ужасно, - произнёс обеспокоенно Регин.

- Помимо прочего, в здание вошло около десятка вооружённых людей, взяв в заложники тамошних граждан.

- Тогда нам надо сейчас собраться и поехать подавлять беспорядки. Это по-настоящему опасная ситуация, не избежать потери среди гражданских, - произнёс Болдуин.

- Верно, поэтому я вас всех и собрала. Захватчики вооружены, поэтому нам придётся собрать как можно больше людей. Поэтому, Итан, Регин – вы ответственные за ваш отдел и за ночную смену.

- Так точно! – рявкнули Болдуин и Кларк.

- С вами еще поедет старший лейтенант Вебер со своим отрядом. Еще выехал дополнительный отряд из другого отделения, они помогут вам в этой операции. Оставайтесь на связи, пока мы узнаем, кто зачинщик всех этих беспорядков. Более чем уверена, что информацию о прилетевшем рейсе скинули и распространили в соцсетях с каким-то призывом. Поэтому собралось столько людей. Мы будем мониторить всё.

- Положись на меня, легенда, - сказал Вебер, подмигнув.

Итан не обращал внимание и с Регином направился сразу же в свой отдел.

Спустя полчаса отряд с несколькими контейнерами приехал к окрестностям аэропорта. Отряд из другого отдела уже находился на безопасном расстоянии, наблюдая за действиями участников беспорядков. Некоторые наземные роботы-дроны стояли рядом с отрядом и предупреждали об опасности и угрозе на данной территории. Ситуация выглядела жуткой. Протестующие, что окружали прилетевший самолет, уже начали садиться на крылья самолета, на сам самолёт. Видимо, с помощью трапа и платформ смогли взобраться.

Итан, выйдя из машины, нацепил на голову шлем и пуленепробиваемый жилет. После, с Регином и Робертом подошли к старшему лейтенанту из другого отделения.

- Доложите ситуацию, - сказал Кларк.

Болдуин обратил внимание, что участники беспорядков поднимали какие-то флаги, лозунги и неразборчиво что-то вскрикивали.

- О, это вы из главного управления? Наконец-то прибыли. Ситуация ухудшается. Но мы уже занимаемся оцеплением периметра аэропорта с помощью наземных роботов-дронов, а с воздуха дронами следим за ситуацией. Рейсы отменены на неопределённый срок. Но мы кое-что только узнали из вашего штаба.

- И что же?

- Возможно, организаторы этого захвата – радикальное сообщество «Рутич». Они славятся своей антииммигрантской позицией. А после начала военной операции и ксенофобией по отношению к маргинцам, а их члены проявляли насилие на почве национальной дискриминации. Они вбросили инфу в своих соцсетях о том, что этот рейс прибыл вместе с маргинцами-мигрантами. Поэтому мы имеем дело с их сторонниками.

Итан наблюдал за действиями бунтующих. На флагах и лозунгах взаправду выведены ксенофобские высказывания, также замечен символ «ЗОВ».

- Это не Красная борьба, - спокойно сказал он.

- Однозначно, - ответил Кларк, - эти куда агрессивнее красных. Что ж, приступим.

- Ага, - лейтенант устремил свой взгляд на Вебера и того старшего лейтенанта, - вы займетесь периметром. Доведите до конца оцепление и контролируйте ситуацию, в случае чего, при пересечении ловить каждого участника беспорядков, можете применять силу, и сажайте в заки.

- Так точно, лейтенант, - произнёс Роберт, скрестив руки.

Затем Итан повернулся к своему отряду. Они уже тоже надели экипировку.

- Слушайте меня внимательно! Мы с младшим лейтенантом займемся непосредственно подавлением беспорядков. Вооружиться щитами и электродубинками. Их поведение агрессивно, а значит без силы не обойтись. Тоже не чурайтесь хватать и применят силу. Наша задача – охранять безопасность граждан.

- Так точно! – крикнули подчинённые.

- Следуем моему плану. Прежде всего мы займемся освобождением территории и взлётной площадки аэропорта, сконцентрируемся на том самолёте, где их больше всего, - указал он пальцем в направлении транспортного средства, - Приступили!

Отряд отошёл на несколько метров, чтобы обсудить подробности плана. Кларк и Болдуин встали напротив их отряда, рядовые ожидали дальнейших слов.

- Итак. Нам стоит разделиться на два отряда. Один отряд со мной будет заниматься освобождением самолёта с гражданскими и подавлением бунтующих у самолёта. Их там больше всего, зайдёт немало времени. Другой отряд с младшим лейтенантом Кларком займётся освобождением территории здания аэропорта.

- Так точно! – рявкнули рядовые, после разделились на два и построились сзади их начальников.

- Удачи, Итан, - сказал Регин.

- Тебе тоже, - ответил ему лейтенант. После чего они направились в разные направления.

Отряд Болдуина через несколько минут добрался до взлетно-посадочной площадки. Их ожидала неприятная ситуация. Участники беспорядков уже смогли как-то открыть дверь самолёта, несколько людей в балаклаве зашли внутрь. В этот момент Итан насторожился: не понятно, что у этих людей в голове и что собираются сделать с гражданскими. На раскачку нет времени, действовать надо оперативно, без промедления.

- Эй, все! Не церемоньтесь с преступниками, старайтесь каждого схватить, повязать и, если надо, обезвредить и вырубить! – крикнул Итан.

- Так точно! – ответили остальные.

Вскоре завязалась ожесточённая бойня. Полицейские не щадили ни одного преступника. Изначально действия полицейских подвергли в шок участников, но вскоре они пришли в себя, когда нескольких членов уже схватили и попытались вывести из толпы. Протестующие ополчились против полиции. А их было больше ста пятидесяти человек. Они все разом напали на каждого полицейского. Благо, рядовые защищены шлемами и щитами. Толпа начала самопроизвольно, импульсивно и спонтанно передвигаться, стараясь закрыть проход к самолёту. Полиция еще больше озверела от этих поступков и толпу просто пробивала. Многие просто падали на пол от шока и такого напора. Часть испугалась, и вместо того, чтобы сдаться полиции, прорываясь через толпу, просто убегали прочь. Они хотели сбежать за пределы аэропорта, прячась и убегая от своих же преступлений. Их ожидал другой отдел с отделом Вебера, которые охраняли периметр. Они успешно ловили беглецов.

Из-за всей этой суматохи и хаоса часть частников освирепели. Они достали ножи и совершали попытку исподтишка напасть на сотрудников полиции. Ситуация накалилась, теперь надо сражаться не просто с протестующими, но и с вооружёнными преступниками.

- Осторожнее! У них ножи! – выкрикнул Итан, обернувшись. Он уже стоял близко к самолёту.

Рядовые уже старались обороняться от этих мерзавцев, используя электродубинки и щиты. И тут немного открывается проход к самолёту. Перед Итаном встала тяжкая дилемма. Он мог остаться и помочь товарищам в схватке, но эта задержка означала верную потерю шанса достичь самолёта. Преступники, без сомнения, успели бы перегруппироваться и наглухо закрыть путь, обрекая тех, кого он надеялся спасти. Второй путь — устремиться к цели, — грозил своей платой: бросить своих на поле боя и подвергнуть их риску и большей опасности.

- Быстрее, лейтенант! Гражданские важнее! – крикнул кто-то из рядовых.

Итан сначала посмотрел на самолёт. Вид на него уже начинал сужаться, участники беспорядка начинают перекрывать. Потом посмотрел на ожесточенную борьбу своих подчинённых. Их ситуация становится хуже. Долго думать не пришлось, да и время поджимало, он побежал прямиком к своим товарищам.

В это время отряд Кларка уже начал расправляться с протестующими у здания аэропорта. И у него это получалось куда лучше, чем у Итана. Все участники оказались безоружны, лишь имели плакаты и флаги. Они не оказывали серьёзного сопротивления, даже некоторые сами сдавались полиции.

Поэтому отряд арестовал буквально за полчаса, быстрее расправившись. Регин особо не вспотел. Он уже хотел связаться с Итаном, узнать, как у него дела, но ему позвонил старший лейтенант из другого отделения.

- Слушаю, - ответил он.

- Все рейсы были отменены успешно, а вот-вот прибывающие рейсы приземлятся в другом аэропорту. Надеюсь, у вас все в порядке? – спросил тот полицейский.

- Мой отряд уже разобрался, а вот как у лейтенанта Болдуина я не знаю, сейчас спрошу.

- Хорошо, до связи!

Регин связался с Итаном. Первое, что он заметил, это жестокое побоище на фоне. Изображение из-за перемещения Итана постоянно находилось в движении, ничего разглядеть не получалось, картина смазывалась.

- Что у вас там? – спросил удивлённо Регин.

- Сложная ситуация, нескольких рядовых ранили, преступники с ножами, а проход к самолёту заблокировали. Нужна помощь, пришли нам срочно своих людей, мы… - после этого связь оборвалась.

Итан почувствовал резкую режущую боль на левом плече и отступил на несколько шагов назад. На него напал один из участников беспорядков. Взглянув на своё левое плечо, увидел рану, из которой истекала кровь.

- Вот чёрт, - он прижал ладонью место ранения.

Этот человек со всей решимостью и чувством наслаждения приступил к быстрому нападению на лейтенанта. Итан отреагировал и осознал, драки с ним не избежать. Нож прямо стремился к лицу мужчины. Итан двумя ладонями безопасно сдавил лезвие ножа и с ноги ударил по животу нападающему. Тот от потери равновесия и боли разжал рукоять ножа и отпрыгнул на полметра. Итан выхватил и выкинул нож подальше. Преступник понял, что теперь ему придётся сражаться без оружия и выставил кулаки, встав в боевую позу. Затем устремился к нему. Итан слегка пригнулся, схватив за его руки, развернулся всем телом на сто восемьдесят градусов и через себя опрокинул него. Тот человек не ожидал такого. А с другой стороны, ничего необычного. У Болдуина годы тренировок, а этот человек достаточно хиленький.

Итан достал наручники и приковал его в них. Через несколько минут он услышал, как подоспел отряд Регина. Ожесточённая борьба продолжилась, но с перевесом в пользу полиции. С большей силой они смогли наконец-то разобраться с этими протестующими, но потребовалось еще около десяти минут, но пока объединённый отряд разбирался с участниками, Итан не терял времени и с Регином и еще двум подчинёнными направился к самолёту.

- Итан, у тебя плечо… - произнёс Кларк, обратив внимание на кровоточащую рану.

- Потом, сначала гражданские.

Они наконец-то взобрались на борт и увидели следующую картину. Многие пассажиры находились в глубочайшем шоке. Некоторые даже потеряли сознание, а стюардессы и пилоты пытались приводить в чувства этих людей, а других успокаивать. Были и родители с детьми, также напуганные ситуацией. Они плакали, кричали. Преступники почему-то рыскали и искали что-то у пассажиров.

- Руки вверх! Это полиция! Вы арестованы! – рявкнул Итан, выставив пистолет-электрошокер.

- Вот чёрт, успели, - сказал один из участников и решил с ножом напасть на Итана.

Итан непременно начал в них всех стрелять. От попаданий они падали без сознания. Регин и один подчинённый поступили к их аресту. Итан и другой подчинённый начали выводить из самолёта гражданских и сотрудников в безопасное место, к полицейским у изначальной точки сбора.

С первой частью операции они справились отлично. Протестующих всех схватили, разоружили и посадили в грузовые контейнеры для перевозки в полицейский участок. Пассажиры благодарили своих спасителей. На все это ушло около часа времени. Полицейские, охранявшие периметр, с дронами начали понемногу расправляться с последствиями и сужать периметр. В это время уже приехали репортёры, чтобы заснять очередной новостной сюжет. Учитывая, что данная ситуация в целом повышает уровень террористической угрозы и уровень общественной паники, это неудивительно.

Теперь надо приступать ко второй части операции - схватить заложников и освободить здание аэропорта и людей в нём. Болдуин, Кларк и Вебер собрались вместе, чтобы обсудить дальнейшие действия.

Пока они все собирались, Итан уже смог перевязать свою рану. Но форму придется обменять на новую, а рубашку вообще выкинуть, весь рукав испачкался кровью. Себя он чувствовал немного вяло, видимо, он потерял много крови. На его состояние глянул Кларк.

- Может тебе всё-таки вернуться в машину и отдохнуть? – спросил он.

- Я в порядке. Справлюсь.

- Не ожидал, что ты дашь себя ранить, обычно ты куда аккуратен, - Роберт немного ухмыльнулся.

- Роберт! – со злости воскликнул Регин.

- Я справлюсь, осталось лишь небольшое дело, - холодным спокойным голосом Итан.

- Небольшое? Ну как сказать… Освободить людей от преступников и арестовать тех – не такая уж простая задачка, - говорил Роберт, почесав свою шевелюру.

- Так, давайте придумаем план, что с ними делать, - произнёс Кларк.

Трое полицейских на некоторое время задумались. Но долго размышлять не выходило. Люди схвачены в заложники, а захватчики обязательно предпримут что-то, как только осознав, что произошло на улице.

- Думаю, - начал говорить Итан, приложив пальцы к подбородку, - нам лучше взять нескольких людей, идти толпой будет очень опасно, раз уж они с оружием. Будет более эффективно их запутать. Мы используем в первую очередь роботов-дронов, которые окутают территорию дымовой завестой на непродолжительное время. В этот момент мы ворвемся в здание и оперативно схватим. Когда дым рассеется, постараемся вывести заложников.

- Идея хорошая, и сколько ты собираешься использовать людей? – спросил Вебер.

- Думаю, меня, Регина и еще пятерых хватит.

- Их десять там, или даже больше.

- Думаю, во время рассеивания дыма успеем всех арестовать.

- Тогда я пойду с вами.

- Ты? – удивился Регин, - Разве вам не поручили заниматься периметром?

- Я буду с вами только один. За мой отдел возьмётся моя «послушная» подчинённая. Да и легенда ранен, а ты вряд ли один справишься, если с ним что-то случится.

- Ну спасибо за веру в товарищей, - Кларк недовольно скрестил руки.

- Он прав, Регин, еще одна сила не повредит, - сказал Итан, достав обычный пистолет, - позови пятерых сильных рядовых, подготовимся к операции. Пусть все возьмут пистолеты, если нападут, выстрелим.

- Понял, - Регин направился к подчинённым.

- Странное у меня чувство, - сказал серовласый мужчина, глянув на небо.

- Что такое? – спросил темноволосый мужчина.

- Я думаю, что не просто так всех их сюда позвали. Вроде бы, обычный теракт. Но все же, зачем им столько людей, если могли бы и десятью справиться, устрашить и запугать людей. Количеством что-то хотят скрыть.

- Не время думать о таком. Сконцентрируйся на этом этапе операции.

- Верно.

Через несколько минут отряд из восьми человек сформировался. Каждый из полицейских спрятался за бетонные ограждения здания, чтобы их не заметили захватчики. Наземные роботы дроны приготовились у входа в здание, наполнены дымом.

Кларк и Болдуин, держа у головы вертикально пистолеты посмотрели на друг друга. Они оба подали сигнал кивком, показав готовность. После Регин привёл в действие роботов-дронов, и те медленно направились к дверям здания. Они смогли беспрепятственно войти в здание. На это обратили внимание захватчики с балаклаве. Они посмотрели сквозь окно, но никого не увидели, абсолютная тишина снаружи.

Трое решили подойти к этим роботам.

- Что еще за шайтан-машина? – спросил один из них.

После из них начал вырываться дым, закрывая обзор для заложников. Некоторые от распыления начали закрывать свои глаза рукой. Это стало сигналом для полиции. Итан первый выбежал из скрытого места и рванул сразу же внутрь. За ним направились Регин, Роберт и остальные полицейские.

Захватчики услышали шум от шагов. Они поняли, что это полиция, но не могли услышать и увидеть, откуда они бежали… Затем некоторых начали вырывать за руку, выбивать оружие и заковывать в наручники. Арест происходил настолько быстро, что никаких действий предпринять не получилось. Ещё и этот чёртов дым!

Как только дым начал рассеиваться, полиция смогла арестовать десять человек. Они могли лишь злобно смотреть на своих обидчиков. Никто из них не проронил и слова.

Полиция обратила внимание, что все заложники сидели у места ожидания, связанные и напуганные. Некоторые ранены и даже без сознания. Регин приказал двоим подчинённым помочь освободиться и оказать первую помощь, и сам пошёл им помогать. Роберт подошёл к одному из пистолетов и поднял с пола. Присмотревшись, его брови резко поднялись, а глаза наполнились удивлением.

- Он фальшивый.

- Что?! – воскликнул Итан, а потом сам проверил их все. Все они оказались муляжом, - не может быть… Тогда зачем им это все?

После прозвучали часы. Начальница вновь на связи.

- Как ваша операция? – спросила она.

- Практически выполнили.

- Отлично. Хотя вам придется ещё на несколько часов там остаться, разобраться с последствиями беспорядков. Отдел по борьбе с киберпреступностью вычислил одного из двух зачинщиков, они уже выехали его арестовать. Второй однозначно в здании, так что обязательно арестуйте и везите в наше управление.

- Понял, товарищ полковник.

После позвучал выстрел. У Итана прошёлся холодный пот, почувствовав полетевшую на половину сантиметра от затылка пулю. Он резко развернулся в сторону выстрела и увидел человека, держащего пистолет в руках, направив дуло на Итана. Встретившись взглядом, выстреливший направился вверх по лестнице.

- Вот ублюдок, я за ним! – Итан достал свой пистолет и, держа вертикально, побежал за ним.

- Кто это? – спросил Регин.

- Похоже, второй зачинщик объявился!

Бегая за ним по лестнице, он понял, что тот направляется на крышу здания. Но мысли крутились лишь о том, что же он задумал. Зачем нужен весь этот беспорядок? Чтобы запугать власть? Чтобы запугать полицию? Или же что-то скрыть? Эти вопросы не вылетали из головы вплоть до того, как оба взобрались на крышу.

Лейтенант увидел, как мужчина лет сорока с лысиной на голове смотрел вниз, находясь на краю и словно готовясь спрыгнуть.

- Руки кверху и медленно повернись! Ты арестован!

- Догнали меня, - этот мужчина повернулся медленно лицом к полицейскому. У него были карие глаза и поперечная рана на одном глазу.

Итан вспомнил, что уже видел этого человека.

- Так это ты? Я помню, видел тебя, ты в розыске. Пауло Мойниц, бывший сотрудник администрации президента, два года как разыскиваешься за разглашение государственной тайны. И что же тебя привело в Рутич?

- Ну во-первых, у них были все ресурсы, чтобы устроить такой спектакль. О моих планах даже не знает даже мой помощник. Его же вот-вот арестуют… Так что легко оказалось провернуть беспорядки, вкинув фейк о рейсе с мигрантами-маргинцами, учитывая их маргинофобию и мигрантофобию.

- А во-вторых?

- Ну. Мне они крайне не нравятся. Пусть они и радикалы, и являются опасностью для власти, но они на одной волне с властью, с их госпропагандой. С их идеей несвободы и презрением к Маргине. Они готовы, с одной стороны, поддерживать все авторитарные и репрессивные методы государства, а с другой стороны, стать самостоятельной силой для борьбы с маргинцами и мигрантами, в том числе прибегая к террору, нарушая правовые принципы государства и правосудие. Некоторые даже воюют в рамках приватной военной компании Пригорина. Бывшая Коалиция демократической оппозиции не такая, даже Красная борьба. Они мне куда ближе. Поэтому этот инцидент будет концом для хотя бы одной пешки государства. Это серьёзный удар будет по государству. Члены Рутича будут уже открыто против государства идти, а государство - их подавлять.

Болдуин на несколько секунд задумался.

- Ах, точно, ты же преследовал лидеров Красной борьбы, и даже встретил одного… Лемарка, верно?

- Откуда ты его знаешь?

- Мне известна некоторая информация о нём. Но я её разглашать не буду. Есть многие тайны, которые я знаю об этом обществе, об этом государстве. Я их унесу с собой в могилу, но, - этот мужчина достал несколько обгоревших бумаг, свернутых резинкой, и кинул их Итану, тот поймал, – кое-что я тебе передам. Надеюсь, ты с Лемарком раскроешь все планы государства самостоятельно. И тогда у Рутении будет возможность стать свободным и справедливым государством.

Затем Пауло сделал несколько шагов, встав на край крыши, подставил к своей голове пистолет, готовясь выстрелить.

- Что ты собрался делать? Остановись! – выкрикнул Итан.

- И еще попрошу, лейтенант, никому не говори, что я тебе что-то говорил или передал. Никому! Иначе тебя обвинят в пособничестве врагам и в знании гостайны. От тебя избавятся, не смотря на твоё привилегированное положение.

После этих слов Пауло выстрелил себе в голову, и уже бездыханное тело начало падать с крыши. Итан, подбежав к краю и взглянув вниз, увидел мертвое тело преступника в луже крови. Осознав, что Мойниц теперь ничего не скажет, попятился назад и из-за резкой боли схватился за голову. Разум раздирали мысли, что теперь ничего не узнает от него: откуда он знает про Лемарка, про планы, козни, которые сам выстроил, про так называемые тайны государства. Единственное, что осталось от него – это те самые листы.

Открыв их, он увидел какие-то странные схемы и материалы чипов для всяких оборудований, предположительно для суперкомпьютеров на первых двух листах. На трёх остальных - пояснение, что это все будет использоваться в рамках некой информационной системы, которая будет следить за нарушением законов, анализировать переписки и голосовые сообщения, фиксировать активность в социальных сетях, искать запрещённый контент в Интернете и контролировать… Тут обрывается информация. Что контролировать эта система собралась? Что еще за система такая? Эти вопросы возникали в голове лейтенанта. И раз уж Пауло работал в администрации, скорее всего, эта информация верна. Или же нет? Вероятность пятьдесят на пятьдесят, Болдуин не мог верить полностью этим листам.

С этими знаниями Итан направился вниз, спрятав все бумажки. Его на лестнице увидел Роберт, тот подбежал к нему.

- Я увидел падающего преступника. Ты его убил? Разве мы здесь не для того, чтобы арестовать его и узнать зачем он это сделал? – недоумевал Вебер.

- Он выстрелил в себя и упал с крыши. Я не смог его задержать, - сказал Итан со спокойным, но расстроенным голосом, и, смотря вниз опустевшим взглядом, направился дальше по лестнице.

Роберт смотрел на него, нахмурив брови. Что-то странное произошло на крыше. Обычно, когда что-то не выходит, Итан расстраивается и реагирует более остро. А тут даже не стал пререкаться, и просто пошёл к своим товарищам. Мужчина спустился и вышел из здания. Он подошёл и встал у трупа Мойниц. Лицо выглядело спокойным, но взгляд свирепым.

- Пауло, давно не виделись, потревожу тебя, - Вебер голыми руками начал осматривать тело, пытаясь найти что-то.

Поверил каждый карман, за рубашкой, раздев труп, за штаниной, но ничего он не мог найти. Тут его взгляд сильнее нахмурился. После осмотра он поднялся и посмотрел издалека на Итана. Взгляд уже наполнился подозрением на счёт него. Прям сейчас хотелось подойти к нему и выпытать все ответы, но… он не должен предаваться таким излишествам, иначе он раскроет себя, опрометчивость принесёт большой вред. Роберт лишь направился к своей подчинённой.

- Вы что-то хотели, старший лейтенант? – спросила она.

- Да, Лиз. Следи за лейтенантом Итаном Болдуин.

- В смысле? – удивилась она, - разве нам стоит этим заниматься за спиной начальницы?

- Делай то, что я говорю! – раздражённо сказал он и пошёл дальше, она испугалась от такой реакции.

***

Закончив с последействиями, устроенными участниками беспорядков, с заносчивыми журналистами, на вопросы которых пришлось отвечать ему и вечерним написанием отчёта начальнице, Болдуин наконец-то смог вернуться домой. Он настолько устал от всего происходящего, что готов прям на пороге свалиться и уснуть. С обеспокоенным лицом подбежал Лемарк. Он увидел, что тот присел на тумбочку, пытавшись снять с себя всю форму, а на левом плече рубашки остался порез, а за ним красноватая от крови повязка.

- Ох чёрт, глубокая рана, - произнёс парнишка.

- Ага, чуть не прирезал меня один из участников. Но новую форму должны привезти завтра.

- Я видел новости, ни одну информацию не упускал про аэропорт. Никогда бы не додумался, чтобы «Рутич» может на такое пойти. Наши методы уж точно не такие.

- Все не так однозначно. Я кое-что странное узнал.

- Надо сначала твою рану обработать и перевязать, - Лемарк схватил за руку мужчину и повёл на кухню, тот послушно шёл за ним.

Лемарк посадил его за стол и отошёл на несколько секунд за аптечкой. За это время Итан уже смог снять с себя и жилет и испорченную рубашку. И само собой, повязка вся намочилась кровью. Видимо, рана все ещё нормально не затянулась. Юноша притащил аптечку, сел рядом с Итаном. Он разрезал повязку и увидел, что из рана рассечена наискось и глубокой, но уже заметны её затягивания, медики успели кое-как позаботиться о ней. Он распылил спей, ускоряющий регенерацию тканей, нанёс на рану мазь обезболивающую, накрыл ватой и бинтом вновь сделал повязку. Мужчина лишь спокойно следил, как этот мальчишка старательно всё это делает. Наблюдал внимательно, пока юноша не закончил всё и не встретились взглядом. Парень улыбнулся.

- Всё готово, рана заживёт через пару суток, благодаря современной медицине. Старайся не делать резких движений, - златовласый парень сложил все назад в аптечку и вновь сел к нему, - так что ты там хотел мне показать?

- Точно, - взгляд Итана устремился к рубашке. Он потянулся, и достал оттуда эти самые бумаги протянул их, - Пауло Мойниц передал мне эти документы, мол что-то из гостайны, как раз перед смертью.

- Пауло… Мойниц? – Лемарк, заинтересовавшись, взял и глянул на эти документы.

- Да, и откуда-то он знает тебя. И сказал, что мы с тобой сможем раскрыть все тайны государства и этого общества. Мне, конечно, не очень хочется верить ему, но, учитывая, что он являлся сотрудником администрации президента, все это может быть правдой.

Парень несколько секунд внимательно, но спокойно смотрел на все страницы, все схемы и описания в них. После с довольной улыбкой кинул эти бумаги на стол.

- Ты встрял теперь точно. Сначала ты утаиваешь в своём доме лидера одной оппозиционной организации, а теперь шушукался с членом другой организации, тоже не самой приятной для власти. Копишь грешки, а-ха-ха, - рассмеялся Лемарк, из-за чего Итан нахмурился, но после парень вернулся к серьёзному лицу и посмотрел своими сияющими янтарными глазами, полными загадочности, на мужчину, - На самом деле, я ничего пока что не смогу сказать насчёт этих документов, но они точно связаны с чём-то, что пытается создать власть. Так что ты, полицейский, можешь откопать больше данных.

- Ясно, - тихонько ответил Итан.

Оба они замолчали, наполняя кухню протяжённой тишиной. Парень смотрел на потолок, уткнувшись об стенку затылком, словно в пустоту глядел. Итан обратил внимание на его забинтованную ладонь и вспомнил сегодняшнее происшествие в ванной.

- Кстати, так и не скажешь, откуда у тебя столько ран, да и почему ты причинил себе вред в ванной? – спросил он.

- Не важно, - ответил с дрожью в голосе Лемарк, нагнув слегка вниз голову, так, что его волосы закрыли его глаза, его лицо, его эмоции.

- Как так? Я еще при встрече в баре видел их, сам продемонстрировал. Некоторые, ты, конечно, сам нанёс, это понятно. А вот, что за глубокие раны у тебя? Это как-то связанно с твоим прошлым?

Парень продолжал молчать, но появилась дрожь в кистях рук. Смотря на эту реакцию, Итан должен после неё перестать задавать. Явно, что это больная, ужасная и печальная история, но вместо этого он ещё больше заинтересовался, но и чувствовал переживание за него. Интерес все же возобладал над разумом.

- Расскажи уже. Не с проста ты калечишь себя! - Итан поднял голос.

- Хватит! – Лемарк резко встал со стула посмотрел на него со всей озлобленностью, - Хватит меня спрашивать!

Он увидел в его глазах крайнюю злость и… глубокую печаль? Итан смог уже взять свои слова под контроль. Лемарк же увидел в его зелёных глазах заинтересованность и обеспокоенность. Затем он прикрыл ладонью своё лицо и истерично засмеялся.

- Мы лишь незнакомцы, а я вижу в твоих глазах переживание. Зачем ты это делаешь? С чего ты вообще интересуешься моим прошлым? Мы с тобой никто, разойдёмся рано или поздно. Эти слова стали ударом, а сам он ощутил острую боль в сердце, это же самое он и утром чувствовал. Его взгляд опустился, и тут же скорчил задумчивую гримасу. Только о чем тут думать? Не о чем. Они действительно не знают друг друга… Точнее, Итан ничего не знает о Лемарке. Абсолютно: ни о его прошлом, ни о его мыслях, ни о его чувствах. Но все же ему показалось кое-что важным, на что не мог просто забить. Он встал, подошёл к юноше и посмотрел на него ледяным пугающим взглядом.

- Может мы и незнакомцы, но ты обещал мне рассказать всю правду. А до этого, хочешь ты этого или нет, я не дам тебе покалечить себя или убить. Заруби это себе на носу.

Юноша, стиснув зубы, оттолкнул мужчину и быстрым решительным шагом ушёл из кухни и заперся у себя в комнате. Итан глубоко вздохнул, сел на свое место, и закрыл ладонью свое лицо.

- Боже… Что я наделал? – спросил у самого себя, - Теперь голова болит…

Следующее утро. Итан просыпается от шума на кухне. Начальница ему вчера дала два выходных, чтобы он смог нормально отдохнуть. Он встал с кровати и надел трусы. Вскоре направился на кухню и увидел все тоже самое. Лемарк готовил завтрак с улыбкой и что-то вновь подпевал. Такое чувство дежавю возникало, их разговор вчера будто и не происходил, будто все оказалось сном. Взглянув на свою повязку на руке, только развеял все сомнения насчёт реальности вчерашнего. Парень обратил внимание на Итана.

- О, доброе утро, наконец-то не забыл напялить трусы. Садись, сейчас всё будет, - говорил он.

Итан уселся. Некоторое время спустя завтрак стоял на столе. Они оба принялись есть. Все также, как и до ссоры, происходило. Оба ели спокойно, под звуки новостей. Лемарк не злился, косых взглядов не пускал. Возникла идиллия, что и настораживало Итана, стал внимательно наблюдал за ним.

Лемарк закончил есть и обратил внимание на пристальный взгляд мужчины.

- Что-то не так?

- Ах, - Итан увёл взгляд, - все в порядке.

- Кстати, у меня к тебе просьба.

- Какая?

- Можно воспользуюсь твоим компом? Типа, я вчера смотрел эти бумаги и возникла одна хорошая мысль. Хочу кое-что найти тебе и показать.

- Валяй, - Итан легко согласился, учитывая, что это может быть интересным.

- Ура! – Лемарк встал, похлопал ему по плечу и направился в спальню Болдуина.

Итан спокойно продолжил завтракать, и новости привлекли его внимание. Совет безопасности с президентом собрался обсудить как-раз вчерашний инцидент с аэропортом. Сообщили, что Следственный комитет уже возбудил уголовное дело. Всех фигурантов ждёт до 10 лет строгого режима.

Министр иностранных дел объявил, что это оказалась авантюра спецслужб Маргины, чтобы дестабилизировать ситуацию в стране. Пихлер и председатель Парламента подтвердили слова и пояснили, что такое не останется безнаказанным. Министры внутренних дел и экономики подчеркнули, что Рутения всегда выступала против национальной розни, и что маргинофобия, как и рутенофобия – не должны существовать, что военная операция ведётся против власти Маргины и их господ на Западе.

Итан поразился этой новостью, ведь на аэропорте захват случился совершенно из-за других причин… и устроены совершенно другими людьми. Во всех словах исходила ложь. Итан находился в ступоре некоторое время, а потом решил позвонить своей начальнице.

- Привет, лейтенант. Довезли новую форму? – спросила она непринуждённо.

- А? Нет. Я звоню по другому поводу. Это что сейчас только что услышал? Я же сдавал с Регином отчёт. Там ничего не было по поводу спецслужб и все такое. Да и зачем участникам беспорядка быть в связях с Маргиной? – возмутился мужчина.

- Я ничего не могу сказать по этому поводу. Скорее всего они что-то смогли найти, какую-то связь.

- Какую? Я же писал про Пауло Мойниц.

- Да, он преступник. Возможно, он связался с ними давно, он-то пропал на долгое время. Или же вы что-то знаете и утаили? – спросила она, внезапно перейдя на «вы». Итан понял, что если он ещё что-то скажет, то он будет под подозрением.

- Нет, к сожалению, - сказал он уже спокойным голосом, - но все же есть противоречия во всём этом.

- Я попробую что-то с этим сделать, но вряд ли получится что-то изменить, я не всесильная, - после она отключилась. Лемарк подошёл и положил руку на его по плечу.

- С кем общался?

- Да так, по работе.

- Из-за вчерашнего, полагаю. Не важно, топай за мной.

Они оба направились в спальню. Лемарк сел за его компьютер и что-то вводил на клавиатуре. На экране выскочили два файла.

- Пришлось попотеть, чтобы их найти, пройти через тонну рекламы, да и попытаться найти ВПН сервис, чтобы правительство или ПО не зафиксировали поиск – тоже проблемно, но получилось. Итак… Сейчас ты станешь ближе на один шаг ко всем планам и тайнам государства. Я нашёл один документ с прикреплённым к нему разговором. И аудиофайл с ещё одним разговором.

- Ближе к делу, - тут интерес Итана сильно возрос, - не тяни, показывай.

Лемарк открыл на весь экран один документ. В нём был факт вмешательства десять лет назад во внутренние дела Маргины, особенно в избирательную компанию, поддерживая про-рутенские настроения. В частности, администрация президента выделил восемьсот миллионов рутениев главе про-рутенской партии. Их направлял сам Мойниц. Далее к нему прикреплён разговор премьер-министра с главой правящей партией «Рутения едина». Они оба сильно обеспокоились вмешательством спецслужб Объединённых штатов во внутренние дела Маргины. Они оба подчеркнули, что надо усилить вмешательства на выборы и госслужбы.

- Так, я прочитал. Это интересно, но и что с того? Всегда крупные страны вмешиваются в более мелкие, - сказал с каменным лицом Итан.

- Тоже, верно. Это большая проблема международных отношений капиталистических стран, построенных не на солидарности, суверенности и справедливости, а на подчинении и выгоде крупных игроков. Но, думаю, тебе интересно будет послушать другой разговор.

Лемарк включил разговор министра экономики с председателем компании «Нефтегаз».

- Привет, Герхад, ты хотел о чём-то поговорить? – спросил в дружеском манере председатель компании.

- Да вот, Николя, хочу кое-что раздосадованное рассказать. Западные компании все больше наступают на маргинский рынок.

- О как, я-то думаю, что же там происходит, почему рутенские компании все больше ощущают себя зажатыми там. Уже завтра хотел устроить собрание Совета директоров.

- Да, еще и усиление давления в южных странах. Рутенская гегемония там может быть в катастрофе. Надо что-то предпринять.

Они оба пришли к выводу, что надо усилить сначала административное влияние в Маргине, чтобы рутенский капитал снова стал там главенствовать. После разговор на этом завершился.

- Этот разговор между председателем и министром случился за полгода до вмешательства в избирательную компанию. Они надеялись, что победит про-рутенская партия и ограничит западный капитал в дальнейшем продвижении на маргинском рынке, - говорил Лемарк

- И похоже, у них не особо вышло, - задумался Итан.

- Да, и нынешняя война в Маргине – это последняя возможность для рутенской финансовой и политической элите сохранить свой статус. Рутения уже давно становилась империалистом в том плане, что она вмешивалась не только по политическим мотивам, но и по экономическим. Капитал возрастает, соответственно, требует больше простора, больше рынка, всеми способами. Это и есть капитализм в его дикой форме.

Затем Лемарк поднялся с кресла, похлопал по плечу Итана вышел из спальни, чтобы оставить его одного с размышлениями. Вся эта информация была интересной, но ощущал недосказанность. То ли Лемарк еще что-то скрывает и не хочет говорить, то ли просто информации мало.

Вчерашнее и сегодняшнее уже немало изменили его представления. НО ясно одно – остановиться уже нельзя, необходимо копаться дальше, изучать, читать, открывать тайны. Только так он сможет удовлетворить свой интерес. Вот что будет после…

Глава 7

Прошло три дня после этого инцидента, наступила среда. Совсем близко пятнадцатое число, вот и проскочил пол месяца. Итан, как обычно, встал и в первую очередь направился в ванную, освежиться, собраться с мыслями, подготовиться к работе. Затем он оделся в свою форму и пошёл на кухню. Как всегда, завтрак, приготовленный юношей, стоял на столе, но сам парень куда-то пропал.

Итан сел за стол с небольшой озадаченностью, задаваясь вопросом: Куда же тот подевался? Даже ни единого шороха - спокойствие и тишина, словно он вернулся в недавнее прошлое, когда жил один. Все же, они всегда завтракали и ужинали вместе, читали книги, общались на отвлечённые и простые темы: о погоде, об увлечениях, о книгах. Если говорить про увлечения, то их в основном рассказывал Итан. Он часто с отцом оставался в детстве, потому что мать работала в уголовном отделе, часто приходилось уходить на срочные дела. С отцом он ходил на рыбалку, там он и научился отлично плавать, отец был строгим учителем. Он тоже работал в полиции, но это больше бумажная волокита. Там с матерью и познакомился. Отец водил несколько раз на работу маленького Итана.

Понемногу Итан и Лемарк начали открываться, но больше именно сам мужчина. Парень оставался очень скрытным, но кое-что из своего детства рассказывал, например, что в детстве интересовался аниме, а его родители занимались бизнесом. Очень интересная ситуация вышла, что сын бизнесменов стал противником капитализма. Еще Лемарк рос сам по себе, учился самостоятельности, ни у кого не просил помощи, читал книги. Как сейчас вспоминал, как его родители скрывались то за деревом, то за стеной наблюдали, что делает их малыш. Об этом всём он рассказывал с улыбкой, но в голосе всегда звучала толика печали. Ещё Болдуин наблюдал за его выражениями лица. Слушал его голос, особенно смех. Он показывался разным время от времени, от вполне радостных мелодичных до безумных. Итан задумался, что это как-то связано с его нестабильной психикой.

И тем не менее, они оба иногда спорили. Мужчине парень показался очень эрудированным. Юноша всегда подходит к спорам с научной точки зрения, да и за этим безумным лицом скрывается умный человек с хорошими интеллектуальными способностями. Он даже смог вкратце пересказать книгу по основам криминалистики.

Мужчина, позавтракав, решил открыть свой счет, посмотреть, сколько средств осталось до зарплаты. Больше половины всех средств уходили на коммунальные и иные услуги и подписки. Причём на коммунальные услуги ушло почти половина, все остальное — это либо иные услуги, как например клининговые, которые использует время от времени, либо услуги на основе ежемесячной подписки: мобильный интернет, домашний кинотеатр с голосовым помощником «Алисия», обслуживание робот-пылесоса и парковки, новостные подписки и поддержка программного обеспечения. В этом месяце услуги подорожали, но заплата оставалась высокой и престижной, так что это не сильно ударило по карману.

Он, посмотрев свой счёт, глянул новости. Времени еще достаточно до работы. Парламент Рутении приняла на рассмотрение три законопроекта. Первый должен ужесточить наказание за критику власти и армии и за несанкционированные мероприятия, к ним относятся митинги, акции, пикеты. Второй законопроект относится к укреплению традиционных ценности, оказывая поддержку религиозным организациям. По нему также объявлялись аборты недопустимыми в частных клиниках. Третий законопроект ограничит всяческие движения сексуальных меньшинств как деструктивные.

- Видимо, мы еще глубже будем тонуть в море законов. Что ж, у рутенской власти выходит связать все общество и закрыть ему рот.

Итан резко обернулся, и увидел, что сзади него стоял Лемарк. Занятно, что он, полицейский, так и не услышал, как преступник так тихо и быстро оказался рядом.

- Ты где был?

- У себя в комнате, а что? – парень медленно подошёл к противоположному месту у стола и присел.

- Просто ты тихий, я ничего не слышал.

- Вот как? – Лемарк улыбнулся, а его глаза показывали заинтересованность, - Ну и что ты скажешь?

Сначала Болдуин так и не понял, о чём он. Но потом пришло в голову, что парень тоже видел все эти новости.

- Не знаю… Меня это как-то не касается.

Лемарк лишь еще сильнее улыбнулся.

- Никуда нам не скрыться от государственной руки. На нас с тобой — первый удар. Свободной страну называют только на бумаге. С каждым днём мы глубже вязнем в паутине парламентских указов. Сегодня — один, завтра — другой. И я спрашиваю: ты чувствуешь себя свободнее? Или только крепче затягивают узлы?

- Свободнее? То есть, ты думаешь, что наше общество несвободное? - поинтересовался Итан.

Лемарк рассмеялся. И снова этот безумный смех.

- Позволь задать вопрос, что для тебя свобода?

Полицейский несколько секунд молчал, размышлял. Что же такое свобода? Когда-либо он задумался вообще о понятии свобода? Да вроде никогда, свобода для него никогда не стояла как ценность, особенно на работе. Он всегда вполне себе жил по закону, как добропорядочный гражданин, его жизнь, как казалось, вполне свободная. Он жил в своё удовольствие.

- Видимо, для тебя сложный вопрос, - юноша встал со стула, подошёл к кухонной тумбочки, двумя ладонями и спиной прислонился к ней, и повернулся к нему, - Это действительно неоднозначный вопрос. Можно ли считать общество свободным, если каждый человек в нем зависит от ложного сознания и ложных потребностей через массовую культуру и СМИ? А можно ли считать общество свободным, если в нём правят люди, которые уже не меняются несколько десятилетий? А можно ли считать общество свободным, если каждому человеку приходится платить каждый месяц за услуги? Ведь ещё пару десятилетий назад люди могли купить какой-то продукт, или даже услугу, раз и навсегда. А теперь существуют подписки, и они распространены повсеместно, уже вытеснив старый способ оплаты. Ты даже за робот-пылесоса платишь, точнее за его поддержку. Престанешь и все, он заглохнет.

Итан последними словами парня заинтересовался. И правда, ведь за такие услуги он тратит куда больше денег, чем за пропитание. Является ли несвободным по той причине, что зависит от постоянной платы за все это?

- Ну раз я тебя заинтересовал, то продолжу. Все мы являемся рабами этой политической, социальной, экономической системы. Тут я невольно вспоминаю книгу одного небезызвестного писателя, где он обозначал подмену понятий, как например в лозунге «Свобода – это рабство». Ну раз это все «несвобода», то, что такое «свобода»? Возможность действовать в соответствии со своими желаниями, вне зависимости от внешний ограничений? Такое понятие свободы общепринято, но оно очень абстрактно и неполноценно. Из него можно сделать вывод, что свобода — это что-то врождённое, естественное. Мол, поэтому существуют естественные права и свободы. Но это, практически, неверно.

- Будто лекцию начнёшь читать, но, - Итан глянул на часы, - Время есть, но немного, так что давай, лектор Лемарк, рассказывай, что такое «свобода».

Лемарк рассмеялся, но уже куда приятным и весёлым смехом.

- Лектор? Ну ладно, побуду в этой роли, - парень кашлянул, - Продолжим. Чтобы понять, что такое свобода, надо понять, как развивалось общество. Понять свободу как исторически развивающееся явление. Начнём с первобытного мира. Можно сказать, что первобытное общество было свободным, так как не существовало какой-либо власти, внешних ограничителей, регуляторов в виде законов и тому подобное. Но это не совсем так. Первобытное общество тоже было несвободным. Оно зависело от природных условий, являлось необходимостью выживание. Но, по мере развития общества, его производительных сил, созданий орудии труда и открытий, общество перешло на новый уровень. Оно смогло обособиться, «освободиться» от природы. Но общество стало антагонистичным, с появлением частной собственности и государства. Те, кто владел собственностью, владел и свободным временем, могли заниматься чем хотят, заниматься политикой, философией, искусством, своим делом и т.д. Появились сначала рабовладельцы и рабы, которых даже и гражданами не считали в древние времена. Потом феодалы и крестьянство, зависимые от земли феодала, а сейчас мы живём в эпоху капитализма с капиталистами и рабочими. Свобода стала частью жизни только привилегированных и господствующих классов. Сейчас у нас есть и права человека, и его свободы, но это скорее результат борьбы эксплуатированных классов против эксплуататоров. Но все равно, при повсеместном торжестве либеральных или же буржуазных демократий более века назад люди сталкиваются с эксплуатацией и отчуждением.

- Вот оно как, получается, что общество, наоборот, все более несвободным становился со временем? – спросил Итан.

- Не совсем. Общественные отношения постоянно меняются, и порой изменения необратимы. Мы сейчас не зависим как рабы, прислуживая господину, или как крестьяне на земле. Люди постоянно боролись за своё освобождение. И тут я коснуться темы человеческой субъектности, которая тоже связана с понятием свободы. Люди все-таки мыслящие существа со своими взглядами на окружающий мир, потребностями, точками зрения, чувствами, убеждениями и желаниями. Всё, что составляет личность. Но и все это формируется в определённых общественных отношениях. По мере развития общества, его технических и социальных особенностей, определённая система приходила в кризис и находила своё преодоление. Взгляды людей меняются, когда определённый тип социально-экономический системы не отвечают ни потребностям, ни постоянно прогрессирующему обществу. Поэтому смена систем проходит часто через революцию. И тут человеческое общество становится и объектом, и субъектом исторического развития. Люди меняют общество, историю, и история ведёт общество о определённом направлении. Общественные, а вместе и экономические, и политические, отношения меняются.

- Получается, свобода – явление историческое и общественное, связанное с постоянным изменением общества, преодолением тех отношений и той системы, которые объективно «устарели»? – спросил Итан, проводя пальцем по подбородке.

- Можно и так сказать. Подытоживая… Свобода не появляется просто так, а из познания объективной необходимости, процесса исторического развития общества, преодолении отчуждения и эксплуатации, проявлении человека как мыслящего существа и его развитие, в том числе и через творческий труд и расширения свободного времени, стремлением к своим интересам и целям. В общем говоря, мы отстаиваем будущее общества, где свободное развитие каждого является условием свободного развития всех. Поэтому… наше общество далеко от свободы, когда людей сажают или даже убивают за их взгляды, за их позицию – это несвобода.

После этого предложения Лемарк сел на свое место, смотря в окно. Итан сидел и размышлял.

- Я, конечно, немного понимаю, что ты хотел донести, но немного сложновато всё это осознать. Без введения в базу я скорее всего забуду о том, что ты говорил.

- О, - юноша резко встал, зачем-то побежал в свою комнату, там чем-то пошуршал и прибежал с какой-то книгой, - Я понимаю, что ты мог многое не понять, что я сказал, поэтому я хочу тебе дать почитать одну интересную книгу. Один немецкий психоаналитик её написал. Называется «Марксова концепция человека», почитай как-нибудь. Она небольшая, мне ее Кантер подарил.

- Ладно, - мужчина взял эту книгу, - А теперь мне пора на работу, а то уже опаздываю, послушав тебя.

- Хорошо, - спокойно ответил и улыбнулся Лемарк.

Болдуин направился к выходу, обулся и потянул за ручку двери.

-Удачи на работе, - помахал ему рукой Лемарк, - И ещё. Сам подумай над тем, что такое свобода, понял?

- Понял, - кивнул он, - спасибо, до вечера, - ответил Итан, вышел за порог и закрыл дверь.

***

День на работе проходил, как и обычно: отчёты, документы, проверки - обыденные дела полицейского. Но сегодня он решил заняться чтением этой самой книжки, которую дал Лемарк.

- «Марксова концепция человека»…. что ж, посмотрим, что из себя представляет эта работа.

Итан перевернул титульную страницу, и увидел небольшую информацию об авторе работы. Фрейдомарксист, социолог и психоаналитик. Представитель Франкфуртской школы. Один из виднейших психоаналитиков на Западе в двадцатом веке, внёс большой вклад в развитии фрейдизма. Далее находилась небольшая биография о нём.

В предисловии говорилось, что он во второй половине 20 века жил в Северной Америке, вступил в Социалистическую партию и хотел внести в программу партии гуманистические идеи Маркса. Также он осуществил переводы некоторых частей работ Маркса на английский.

Книга освещала воззрения основоположника философского течения на природу человеческой сущности. Усвоив этот момент, Итан обратился к первой главе. В ней автор подвергал критике догматические течения, обвиняя их в искажении первоначальной философской доктрины. Подчёркивалось, что борьба за социализм — это отнюдь не стремление к обществу, основанному на материальной выгоде и потребительском комфорте. Речь шла об освобождении человеческой духовности и субъектности от гнёта экономических обстоятельств и, в частности, от всепроникающей власти капитала и денег.

Итан оставлял различные закладки, подписывал в них, с одной стороны интересные моменты, а с другой непонятные, требующих разъяснения. Он думал расспросить Лемарка.

Сама книга показалась интересной, ведь никогда не слышал о марксизме, даже, когда изучал общественные науки в академии, ничего не слышал про Маркса и его идеи.

Закончив читать первую главу книги, решил немного отложить чтение книги и обратить внимание на виды из окна. Уже проходило пол лета, а он ещё не успел нормально выйти в отпуск и отдохнуть где-то, может, на югах Рутении: загореть под палящим солнцем и намочить голову в морской воде, или пройтись по набережной курортного города, сходить на экскурсию или вообще выпивать в барах. Интересно, а Лемарк поедет с ним? Стоп… Откуда такие мысли возникли? Наблюдая за солнечным городом, лейтенант вспомнил невзначай о парне. Особенно его слова о «свободе». Надо перебить эти мысли, но ничего не мог придумать кроме как приступить к дальнейшему чтению книги. Только приступив, он слышит крайне знакомый весёлый голос. Обратив внимание, увидел своего друга Луку, который с кем-то из коллег заканчивал разговаривать у прохода и вошёл в отдел.

- Всём привет, я вернулся! – воскликнул он.

Это вызвало неоднозначную реакцию у отдела, кто-то не обращал внимание, а кто-то демонстративно отвернулся от нее.

- Похоже, ты уже нежеланный гость у нас, - произнёс Регин, немного ухмыльнувшись и повернувшись к Луке.

- Ах-ха, грустно даже, я ведь только вышел из больнички.

- О как. Поэтому-то тебя не было в участке. А чем болел?

- А то. Но не заразной болезнью. Когда вы с Итаном занимались в аэропорте с одним челом, мы направились за другим, учинивший это всё. Мы вот его отследили его место жилья, ворвались, но его не было дома. Он решил сбежать через пожарную лестницу. И, короче, я бегу за ним, а у меня так себе спортивная подготовка и кое-как его догнал. Но он стал вырываться и случайно пнул меня, я ударился спиной сильно.

- О как, прям целое приключение. – удивился Кларк

- Ага, но хоть смогли поймать. Но лопатка, - покрутил Кавлер правой рукой - тц, всё еще болит, но уже не так.

- А почему мне не сказал ничего, не написал, не позвонил? – спросил спокойно Итан.

- Да забыл я. Да и всё не так страшно, и вообще, - подошёл к нему Лука и выгнулся к его лицу, - я думал, мой дорогой друг сам будет переживать и узнает, - демонстративно вздохнул.

- Да знаешь… Тоже дела были, и хватит так зырить, - отвернулся он от друга.

- Окей-окей, но потом и я скажу, что дела, если что-то попросишь, - нахмурился и скрестил руки Лука.

После Лука обратил внимание на какую-то книжку, которую читал его друг. Присмотревшись, название показалось крайне знакомым.

- И с каких пор ты стал увлекаться марксизмом? – поинтересовался он.

- В смысле? – спросил Итан, - Ты что-то знаешь об этом?

- Припоминаю. В академии я сдавал доклад на тему теории права. И там я использовал различные материалы, в том числе и про материалистическую, она же марксистская, теорию права.

- Вот как.

- Да, так что немного сталкивался с марксизмом. Но в принципе это уже неактуальная теория, и откуда ты взял эту книгу?

- У знакомого одного. Неактуальная, говоришь? Знакомый, наверное, с тобой бы не согласился.

- Ну не знаю, профессор так говорил, он жил в эпоху, когда эта теория изучалась чуть ли не в школах. Но эта эпоха прошла и теперь она стала неактуальной. Но, честно, меня это не интересует.

- Ну ладно, - Итан несколько задумался, и тут вновь вспомнил слова Лемарка, - Кстати, хочу спросить, что для тебя свобода?

- Свобода? – тоже задумался Лука, причём достаточно долго. Похоже, он тоже никогда не задумывался об этом.

Итан наблюдал за раздумьями своего друга, облокотившись к спинке кресла и скрестив руки. Было и интересно наблюдать, и выдерживал терпение, поскольку хотел получить ответ. Но получал лишь звуки клавиатуры, издаваемые столкновением пальцев коллег с клавишами.

После Лука щёлкнул пальмами, затем облокотился ладонями к рабочему столку Болдуина.

- Никогда не задумывался об этом, но я думаю, что свобода — это когда можно на выходных, от работы, заняться своими делами, как например подцепить кого-то в баре. Вот в это время я по-настоящему чувствую себя свободным.

- Значит, для тебя свобода – это свободное время?

- Ага, - улыбнулся Лука, - кстати, давай на выходных куда-то сходим, а?

Итан приложил к подбородку указательный палец.

- Ну если на выходных, то можно.

- Во-о-о, вот это дело. Видимо ты решил прислушаться к моему совету. Тогда договоримся, лады?

- Окей.

Лука помахал всем рукой и, попрощавшись, покинул отдел. Коллеги даже не обратили внимание на его уход, продолжая работать. Регин немного рассмеялся. Итан посмотрел с вопросительным выражением лица.

- Да уж, он может тебя доколебать, - сказал Кларк, повернувшись уже к мужчине, - хотя он к нам долго не заходил, коллеги даже отвыкли от его приходов по нескольку раз в день.

- Это точно, хотя я и сам не знал, что у него было.

- А вы не переписывайтесь, не общаетесь? В гости друг к другу не заходите?

- Ну, обычно нам хватает общения и тут. А вот насчёт второго, то да, мы не часто приходим друг к другу. Я в принципе не самый гостеприимный человек, а он все никак не съедет от родаков.

- А, ну ясно.

- Кстати, Регин. А что для тебя «свобода»?

- Сегодня это - вопрос дня, с чего бы? – спросил Регин.

- Да просто интересно, просто ответь.

- Хм, - Регин сильнее облокотился на своё кресло, - дай-ка подумать… Думаю, что это имение достатка и комфорта, с помощью которых можно заняться саморазвитием. Ну и, конечно, иметь выбор в саморазвитии.

- В твоём духе ответ, - произнёс Итан, скрестив руки и закрыв веки.

- Ну да. Я каждый день занимаюсь изучением что-то нового. Кстати, я недавно открыл свои студенческие записи по судопроизводству и решил освежить свои знания. Кстати, ты знал, что за последний год стало в два с половиной раза больше уголовных дел, связанных с военной службой и госбезопасностью?

- Занятно, но это ожидаемо-то в наше время.

- Да, только вот это создаёт больше нагрузки для правоохранительных органов и суды.

- Да, вспомнил как раз тех двух парней, который сейчас в изоляторе.

- Кстати, ты узнавал насчёт них, как там они?

- Не знаю, как только их передали в изолятор, никаких новостей нет. Роберт ничего не говорит.

- Вот как.

- Ага, - Итан приподнялся со своего кресла и потянулся, - пойду-ка наведаюсь к Шион.

- Зачем?

- Кое-что пришло в голову, хочу спросить.

- Хорошо, - Регин продолжил свою работу.

Итан потихоньку вышел из своего отдела и неспеша направился к лифту в конце коридора. Коллеги из других отделов все также приветливо обращались к лейтенанту.

Бодуин размышлял над ответами Регина и Луки о свободе. Они и подтверждали слова Лемарка о различных понятиях свободы, но не совсем совпадали с понятием «свободы» как исторического явления. Скорее тут каждый сам по-своему понимает эту концепцию. И, в принципе, чаще всего связаны со свободным временем.

Удар в грудь, стук чего-то об пол. Кипы разлетевшихся документов. Придя в реальность, Итан обнаружил у его ног одну из подчинённых Вебера, прапорщика – низкую девушку двадцати трёх лет с каштановыми волосами, собранные в пучок резинкой сбоку, и карими глазами. По внешности - азиатка, да и её фамилия отсылает на ее происхождение – Симэнь. На лице милые веснушки. Вокруг неё летали и лежали разнообразные бумаги, а сама она лишь почесывала свой растрепанный пучок волос. Итан протянул руку.

- Лиза, ты в порядке? – назвал её по имени, протягивая руку. Елизаветой она себя назвала после того, как покинула свою родную страну из-за политической нестабильности. Так до приобретения гражданства Рутении звали Минься.

- Вот чёрт! Из-за тебя разлетелись все записи Вебера! – раздражённым лицом сказала она.

- Извини, не заметил, что ты тут спешила куда-то.

- Чем извиняться, помоги собрать их, громила, - продолжала раздражённо говорить и стала заодно дерзить.

Видимо, её характер куда вспыльчивый, чем он думал. Он лишь видел её рядом с Робертом. И то, она с ним был куда более вежливой и послушной. Они оба собирали разлетевшиеся бумажки. Когда Итан собрал все, передал ей. Она их резко вырвала из рук.

- Вот уж спасибо, в следующий тебе следует обращать внимание на людей!

- Кстати, что там делает Роберт?

- А мне откуда знать?! – воскликнула она, - Ошивается у начальницы где-то, мне незачем знать.

После она ускоренным шагом направилась дальше по коридору. Итан посмотрел ей в след. «Ну и характер» - подумал он, но не особо обиделся. Через несколько шагов как-раз появился лифт. Нажав на кнопку, стал ожидать, пока спустится лифт.

Спустя короткое время он уже оказался у двери к криминальному аналитику. Лейтенант постучался и стал ожидать ответа.

- Входите, - позвучал голос оттуда.

Лейтенант вошёл, Диас спокойно сидела также на своём кресле, покуривая сигарету. Дым распространялся по всей комнате, Болдуин ощутил запах вишни.

- А ты всё куришь, - сказал он.

- О, Итан. То-та мне сегодня снился, видимо нас связала судьба, присаживайся на диванчик. Можешь закурить и со мной, - сказала Шион с кокетливым выражением.

- Спасибо, но курить пока не собираюсь, - сказал он, присаживаясь на диван.

- Ну, рассказывай, какими судьбами тут?

- Да вот, хочу задать один вопрос. Что для тебя «свобода»?

- «Свобода», говоришь… Какой занятный вопрос, - она закрыла глаза, сделал большой затяг сигаретой и спустя пару секунд открыла глаза, выдохнув дым, - для меня свобода - это скорее свобода от чего-то. Вот в данном случае я хочу быть свободной от холостяцкой жизни. Жаль, что у меня было много партнёров, но никогда не ощущала чего-то серьёзно.

- Понятно, сочувствую, - хотя для Итан это казалось диким, не смотря на её «открытую» жизнь, она еще ни с кем не связала свои отношения с кем-то, но многие коллеги считают её красивой и сексапильной женщиной.

- Кстати, Итан. Я знаю, что ты у нас одинокий волк. Почему бы нам что-то не попробовать, например сходить на свидание?

- Ничего не имею против свиданий, но пока я не особо хочу каких-либо отношений, - ответил он хладнокровно.

- Но ведь можно переспать красивому и холодному серовласому мужчине и прекрасной женщине в самом расцвете сил, так ведь? - она ему улыбалась, перекручивая локон волос на палец.

- Ну, почему бы и нет, - ответил Итан более тёплым тембром.

- Отлично, тогда сходим на выходных на свидание? – улыбнулась она.

- В следующих, я другу обещал.

- Вот как, ну тогда жду, если что, - написала она на листок свой номер, рядом с которым нарисованное сердечко, и отдала Итану, - звони мне в любое время, если что, можешь Роберта спросить, узнаешь обо мне, какая в постели, - хихикнула она.

- Думаю, я лучше сам узнаю на практике. Кстати, раз уж заговорили о Роберте. Он ничего не говорил нового про дело с журналистом?

- Ах, так закрыли дело.

- Что?! – удивился Итан, - как так?

- Отдел сообщил, то нет дальнейшей возможности продолжать расследование. Поэтому решили закрыть.

- Надо поговорить с ним, он же сейчас у начальницы, верно?

- Да, но это решение одобрено самой Викторией.

- Вот как, тогда узнаю у них обоих, - сказал он и сорвался с дивана и направился к выходу из кабинета.

- Звони мне! – воскликнула она, помахав рукой.

Лейтенант как можно быстрее хотел добраться до кабинета Степашиной, шёл максимально быстро. В голове витали разные мысли, от «как такое вообще может случиться, почему дело все закрыто, если многие улики ещё нераскрыты» до «что-то тут не так, есть ли риск, что Отдел по уголовному розыску что-то скрывает, особенно Роберт». Итан был обеспокоен самим расследованием, и тем более удивлён его закрытию.

Вот он дошёл до этого кабинета и постучался. Он услышал добро на проникновение в кабинет. Он открыл дверь и увидел Степашину, сидевшая на своём месте и собиравшая кубик Рубика, но уже более сложный, пять на пять. У стола, слева, сидел Вебер, который что-то по смарт-часам передавал Степашиной.

- Что-то не так? – спросила она монотонно, обратив взгляд на своего подчинённого.

- Хочу спросить по поводу дела об убийстве журналиста.

- Дай-ка угадаю, узнал от Шион? – спросил с проницательным взглядом Роберт.

- Не важно.

- Я решила поддержать закрытие этого дела. Отдел не может дальше расследовать дело, учитывая, что основные улики указывают, что убийство Беккера лежит на Миллсе. Дополнительные улики лишь запутывают процесс расследования, запутывают нас.

- Но ведь эти улики всё же указывают на что-то, а как же насчёт флешки, там же что-то про какую-то Энигму было, девиантном поведении? Может с этим…

- Флешка повреждена, чтобы восстановить хоть 50% данных, - прервала она его, - Да и вряд ли эти данные смогли бы раскрыть подробности убийства. Скорее всего, здесь убийство по причине идеологических конфликтов произошло, это указывают и свидетели, и их конфликты в Интернете.

- Но как же так… - посмотрел на них удручающе Итан, - многое же не сходится.

- Легенда. Ответь мне на вопрос, зачем ты вляпываешься во всё это? – спросил Роберт, посмотрев уже более холодными и провокационным взглядом.

И тут Итан ничего не мог ответить на вопрос. Поскольку это дело интересовало больше не в профессиональном контексте, а в личном. А вмешиваться в дела другого отдела по личным причинам запрещалось. Но всё же его не оставляли в покое эта флешка, эти расположения трупов, может в принципе убийство устроено кем-то другим. Лемарк что-то об этом говорил. Улики указывают на что-то другое. Но если это так, то кто-то специально хочет подставить Красную борьбу и сделать её окончательно преступной организацией. Это повлечёт за собой и полноценное расследование деяний Красной борьбы, усилится давление на неё, участников будут задерживать более оперативно, лидеров тоже не оставят в покое, в том числе и Лемарка…

- Итан. Так как ты почётный полицейский, и тебя уважают коллеги, в том числе и Роберт, и я, закрою я на этот раз глаза. Но больше никакого вмешательства в дела других отделов, ясно?

- Ясно, - ответил он.

- Вот и замечательно, легенда, - выставил расслабленно руки на спинку стула Роберт.

- А теперь удали при мне все записи и документы об этом деле у себя, - приказала Степашина лейтенанту.

Итан нервничал, не хотел удалять эти файлы, иначе оборвёт возможность самому расследовать дело. Было сложно, но открыл голографический интерфейс, эти файлы, контекстное меню и выставил указательный палец к выбору «Удалить файлы». Палец слегка подрагивал. Напряжение росло, желания расходятся с реальностью, возникает пропасть. Но все же пришлось пересилить себя, преодолеть свою «свободу» и нажать на «Удалить». Мгновение спустя от файлов не осталось и следа.

- Молодец, лейтенант, свободен, - произнесла она, облокотившись головой к спинке кресла, словно сама расслабилась.

- Так точно, товарищ полковник, - после чего Болдуин удалился из кабинета.

После ухода Болдуина Степашина повернулась лицом к окну.

- Виктория, ты видишь теперь сама, что он вмешивается в дело.

- Вижу. Но не волнуйся, я всё-таки могу контролировать своих подчинённых, - отвечала она спокойно, - кстати, ты что-то говорил про бумаги Мойниц.

- Да, там схемы Энигмы, за которыми я гонюсь также, как и за этим человеком.

- Точно, Энигма. Ты думаешь, что Энгима и тот человек, которого ты ищешь, как-то связаны?

- Я не думаю, я знаю. Всё-таки мой отец убил создателей Энгимы.

- И ты хочешь закончить его дело? Даже вопреки закона?

- Ну если в конечном счёте это сохранит закон, особенно этот режим и это общество, то да. Так что найду этого человека. Он же мне дорог и не только тем, что связан со всем этим.

- Я не особо понимаю, что такое Энигма, кроме того, что она изменит общество, и что она является гостайной, но я надеюсь, что средства, которые ты используешь, в том числе с этим делом о журналисте, оправдают цель.

- Верно. Но я собираюсь использовать Итана. Раз уж у него эти бумажки, то я как-нибудь расскажу об Энигме. Но в обмен на помощь в поиске моего дорогого человека, - ответил с улыбкой Роберт.

***

Итан вернулся на своё рабочее место с опустошённым взглядом и ощущением, что ему отбили все руки. Он вновь ощущал на работе дискомфорт, округ него вновь превращалось в рутину, в глазах никакого проблеска интереса. Его лицо ничего не выдавало, никаких эмоций, но в душе образовывалась брешь. Его подозрения насчёт всего этого: власти, Роберта, полиции, - выросли. В его голову стали приходить мысли о коррумпированности полиции. Это еще больше расстраивало, что дело, которому он посвятил всю свою жизнь, на его глазах становилось всё мрачнее. Тут он вправду осознал, что все это время он не был «свободен», всегда скован в своих действиях, совершал свой путь в больше степени под диктовку. Свобода, как пытался донести Лемарк, — это действовать в соответствии со своими интересами и целями, опираясь на познание объективной необходимости. Его свободу постоянно ограничивали.

Итан начал трепать свои бледно-бирюзовые пряди и размышлять, что теперь делать. Отчуждённым взглядом он обратил внимание, что через внутренне окно за ним наблюдала Елизавета - та самая девушка, которая врезалась в него. Она, заметив взгляд лейтенанта, устремилась прочь, будто она за ним следила.

Лейтенант обратил взор на рабочий стол и увидел книгу, которую должен дальше читать. Но после случившегося желание что-то делать отпало, поэтому он положил её в свой рюкзак. Затем он облокотился на кресло, смотря в потолок, пытаясь немного успокоиться. Он расслабился и закрыл глаза. Разум приходил в покой, заодно старался все произошедшее «разложить по полочкам». И тут он вспомнил о тех документах, которые передал Мойниц. Посмотрев на своих коллег и убедившись, что все заняты, открыл эти документы.

Полистав все страницы, он обнаружил мелким шрифтом какие-то буквы снизу каждой, которые никак нормально не читались, будто кто-то проехался по клавиатуре. «Чочшктё Гуоитё. Чфнйёшксв - Торё Жоюфх» - вот что было написано. Но что-то подсказывало, что это либо какой-то код, либо шифр. Он просканировал эти слова через смарт-часы и оказалось, что надпись зашифрована шифром Цезаря. «Как старомодно» - подумал Итан, и принялся разгадывать. Шифр был со сдвигом в шесть знаков, так что разгадка прошла без проблем. «Система Энигма. Создатель - Мика Бишоп» - вот что в итоге получилось. И тут он сразу вспомнил ту самую флешку, где упомянута Энигма. Это серьёзная улика.

Итан начал искать в Интернете про Энигму, но ничего, но зато нашёл что-то про Мику Бишоп. Она являлась одной из основателей и директоров крупного конгломерата «Бишоп», распространявшегося на рынке газа и нефти, химической продукции и электротехники. Ныне он распался на несколько корпораций и компаний и прекратил своё существование. Эта информация дала больше возможностей, но и мало полезного. Что за Энигма – все же не понятно, все оставалось загадочным. Не понимал и связь конгломерата и Энигмы, из-за неё распалась или же нет. Итан увидел, что его коллеги пошли на обед. Он решил сходить покурить и вышел из отдела. Спустя минуту в пустой отдел зашла та самая Елизавета Симэнь. Она обнаружила на столе Итана эти бумажки и сфотографировала. После быстро, посмотрев вокруг, ушла.

Итан после рабочего дня возвращается в свою квартиру. Открыв дверь и войдя, внутри тишина охватывала каждую комнату: еи шума из кухни, ни какого-либо писка или голоса с гостиной или спальни. Спокойство. И всё же присутствие Лемарка он чувствовал. Разувшись и сняв с себя рюкзак, начал искать его по комнатам. В гостиной спальне не появлялся, на кухне тоже, да даже в гостиной, где обычно Лемарк либо сидел, смотрел телевизор, либо читал что-то. Хотя и в своей, и в его спальне мог читать. Пройдя по развилке, он увидел приоткрытую дверь ванной. Там Лемарк в одной темно-красной футболке и серых труселях стоял у зеркала. Он закреплял свои золотистые волосы сзади в заколки, чтобы зафиксировать назад. Боковые пряди оставались свободными. Итан обратил внимание на его ноги, до коленей тоже проглядывали шрамы, которые обычно скрывались за шортами. Закончив с волосами, парень рассмеялся.

- Мама не учила, что нельзя подглядывать за людьми? – спросил Лемарк со смехом, обратив свой взор на Итана.

Итан, ничего не отвечая из-за небольшого стыда, открыл дверь полностью и пару шагов сделал внутрь.

- Как на работе? – спросил парень.

- Ужасно, - ответил холодно мужчина.

- Что произошло?

- Дело с журналистом закрыли, а меня вынудили удалить все файлы с делом.

- Значит, начальница всё узнала, что ты свои личные интересы используешь на работе. Весело, - произнёс Лемарк, но не посмеялся.

- Да, теперь я более-менее понимаю, что ты хотел донести утром.

- Похвально, - повернулся всем телом парень к Итану и подошёл на пару шагов, - эта власть, её структуры, в том числе и полиция, давно прогнили. Коррупция – постоянное дело в Рутении. Я уверен, что что-то скрывают.

- Я тоже так думаю, поскольку я кое-что нашёл, что может подтолкнуть к разгадке всех этих тайн.

- И что же? – Лемарк с улыбкой и заинтересованным лицом посмотрел в его глаза.

- Оказывается, Энигма, которая упоминалась на флешке, - это какая-то система, созданная основательницей ныне несуществующего конгломерата «Бишоп» - Микой Бишоп. Это я узнал, расшифровав документ Мойница.

- Мика…. Бишоп? – лицо Лемарка сменилось на подавленное. Он уселся на тумбочку у раковины и задумался.

- Ты её знаешь, - сказал утвердительно Итан, увидев лицо парня.

- Есть кое-какая информация. Её убили, еще давно, восемь лет назад.

- Вот оно как, - Итан прислонил к подбородку два пальца, - Думаешь, что власть с этим тоже связана? Ну раз уж ты знаешь о «Бишоп», значит ты знаешь и об Энигме.

- Совсем немного, Энигма скрыта под маркером «гостайна», но я узнал это в прошлом году, когда присоединился к Красной борьбе. Энигма – это некая информационная система, которая может изменить общество путём контроля над всеми взводящими данными. Это и Интернет, и СМИ, и переписки людей. Короче говоря, с помощью этой системы можно контролировать в принципе поведение людей. Боже… Все это больше напоминает вымыленную страну Океанию.

- Так значит, что власть хочет ограничить свободу людей?

- Да, - ответил Лемарк, смотря на пол с опущенным видом, но затем резко прибодрился, встал и посмотрел на Итана с улыбкой, - короче, ванна твоя, а я пошёл готовить ужин, - после чего он вышел из ванной комнаты.

Вечер проходил как обычно, Итан принял вечерний душ, поужинал с Лемарком, болтая о том о сём, а после спокойно ушёл в свою спальню, разделся до нижнего белья и уселся на свою кровать, опираясь на подушки. Подключил свои наушники и попытался расслабиться перед сном за прослушиванием музыки. Заодно почитать вечерние новости.

Открыв колонку с новостями, стал понемногу их читать. Всё как обычно, международные новости сообщали об усилении санкций против Рутении со стороны мирового сообщества. В Мосаве собираются открыть два новых памятника каких-то политиков девятнадцатого века. В других регионах показывали свои новости, порой высосанные из пальца. Как например, в городе Тулга, находившаяся южнее Мосавы за двести километров, починили мусорные баки, сломанные вандалами. А в Бланкограде, находившаяся на границе с Маргиной, открыли памятник погибшим в военной операции. Все как обычно, ничего нового.

Тут он чувствует чьё-то присутствие. Повернув свой взгляд кверху, он увидел стоящего у его кровати Лемарка с какой-то книгой в руках. Итан снял наушники.

- Ты чего тут делаешь?

- Могу я с тобой почитать книгу, а то у себя мне не очень хочется читать? – спросил он с слегка разнимал плечи, находясь в небольшой нерешимости.

- Со мной типа в кровать?

- Ну да.

Итан подумал над этим вопросом. Хотя, он особо ему не помешает.

- Ладно, запрыгивай.

Парень четырьмя конечностями прополз к Итану и уселся между его ног, облокотившись на него, головой на его грудь. Эта поза застала Итана врасплох, ведь он почти весь обнажённый, а тут парень подсел к нему, будто хотел укрыться за его мускулатурой.

- И что это? – спросил Итан, лицо ошеломилось.

- А ты против? – улыбнулся юноша, увидев смущённое лицо мужчины.

Итан ничего не ответил, да и в принципе эта ситуация и этот вопрос отняли голос. Лицо покраснело от всего этого.

- А-ха-ха, - рассмеялся парень, - я умею удивлять.

- Это точно, - тихо ответил мужчина, взглянул на окно.

Лемарк открыл свою книгу и начал спокойно-преспокойно читать, наслаждаясь моментом. Болдуин обратил внимание, что Лемарк читал книгу «Бегство от свободы».

- Это тот же автор. Я прав? – спросил он.

- Ага, он исследует в ней причины, заставляющие человека отказаться от свободы в эпоху опасностей, неуверенности и тревоги, в частности анализирует тоталитарное общество, где всё это проявлялось.

- Вот оно как.

Итан наблюдал за чтением парня этой книги, как он вчитывается в каждую строчку, загибает страницы, возможно, для пометок, как он нежно переворачивает страницы своими худощавыми пальцами. Тут он присмотрелся, что в принципе парень выглядит худощавым и стройным, в нём же, наверное, меньше шестидесяти килограмм. Плечи тонкие, как и кисти рук. Футболка на нём будто висела, оставляя все больше пространства между телом и тканью. Телосложение явно меньше его крепкого и атлетического тела. Он мог полностью прижать его к себе и обхватить, обнимая как какую-то игрушку или куклу. И как только такой, в некотором смысле, кукольный парень смог от опытного полицейского сбежать… Видимо, его сила – в хитрости и уме.

- Вот чёрт, - произнёс он, осознав, насколько углубился во все эти размышления, лишь наблюдав за ним.

Он принялся посмотреть, что там дальше по новостям. Включил канал Первый на часах. Обнаружил две, с одной стороны, непримечательные и обычные новости, но на них заострил внимание. В одной из них показан парень, который в прошлом году жестоко убил свою девушку. Он одновременно сексуально насиловал, душил и истязал девушку. И он вот отслужил год в войсках, и, пройдя горячие точки, амнистировали его и выпустили на свободу. В другой новости показали задержали девушку, которая обвиняется в дискредитации армии из-за того, что наклеивала на ценники товара антивоенные стикеры. Её обещали посадить на десять лет.

- Вот оно и правосудие в нашей стране, - иронично произнёс Лемарк, также подслушивая за новостями и продолжая читать.

- М-да уж, ситуация странная, но раз уж у нас такие законы, то, конечно, приходится их придерживаться.

- Законы? – усмехнулся парень, - ты думаешь, что это действительно правосудие, которое мы заслужили? – задал неоднозначный вопрос.

- Ну, так правосудие должно обеспечивать работу государственных органов, в том числе и в обеспечении безопасности граждан. Поэтому, конечно, приходится подавлять в рамках этого закона всяких преступников и экстремистов.

От такого ответа еще больше рассмеялся Лемарк, уронив книгу на пол.

- Ну, тут такая же проблема, как и со «свободой». А что считать «правосудием»? Можно ли считать это «справедливым» правосудием? «Справедлив» ли закон, который за безобидные действия готов жестоко наказать человека? Это ли соответствие наказания преступлению?

- Ну и какое должно быть «правосудие» по твоему мнению? – поинтересовался Итан.

- Ну, прежде всего, правосудие, как и право, и закон, – это надстройка общества, возникшая вместе с государством и классовым обществом. Законы необходимы, чтобы закрепить юридически положение правящего класса, его экономическое и социальное положение в структуре общества, подчинять остальные слои. Справедливость — это уже понятие более общественное, требования справедливости появились также, как и появилось правосудие, когда появился закон. Понятия справедливости и правосудия постоянно соприкасались, поэтому для обозначения этих понятий часто используется одно и тоже слово, как например в латыни «justitia». Хотя согласись, справедливым общество рабовладельцев и рабов нельзя назвать.

- Ну да, в наше время это было бы жутко иметь рабов.

- Вот, поэтому правосудие постоянно развивалось, как и понятие справедливости. Сейчас правосудие и правда встала на стражу защиты безопасности человека, наделяя правами и свободами, все благодаря борьбе общества, в частности эксплуатируемых классов, возникновения демократии и прогресса в науке. Но все равно, правосудие остается механизмом защиты господствующего класса, инструментом классового гнёта. Это проявляется в капитализме тем, что права компаний и властных структур защищаются лучше, чем права отдельных граждан или целого общества. Это наблюдается и в западном обществе.

- Получается, рутенское правосудие в этом плане куда более уходит от понятия справедливости в реализации законов?

- Да, поэтому удручает, что государство все больше и больше наступает на права обычных людей.

- Так, хорошо, а что для тебя тогда «справедливое» правосудие?

- Хороший вопрос, - ответил Лемарк, положив свою голову на грудь Итана и прикрыв глаза, - я это понятие связываю с социалистическим обществом, основанное на социальной справедливости и социальном равенстве. Прежде всего справедливое правосудие должно преодолеть свою классовую характеристику, а это значит – надо преодолеть классы. Но также оно должно преодолеть недостатки нынешнего закона. Такое правосудие должно не просто поддерживать защиту и безопасность, но и обеспечивать равные права и свободы человека, равные возможности для каждого и охрану от угнетения со стороны как меньшинства, так и большинства. Закон должен подчиняться обществу, соответственно, нужны инструменты, влияющие на закон. Это демократические институты, общественные некоммерческие, кооперативные организации. Только такой справедливый закон и справедливый суд имеют права на защиту со стороны общества. Закон, идущий против общества, не заслуживает защиты.

- Понятно, для тебя это важная тема, но разве это сейчас возможно?

- Конечно, - открыл глаза Лемарк и смотрел на Итана, - чтобы правосудие развивалось в этом направлении, нужна серьезная юридическая и общественная практика, развивать правовое государство. Правосудие должно реализовывать стремление общества к свободе и равенству.

Болдуин гипнотически смотрел в глаза юноши. Когда он все это говорил, у того будто в глазах промелькнула искра надежды, и от этого ему стало приятно, будто сам ощутил эту самую надежду.

- Ясно, - ответил он сдержанно, прервав их зрительный контакт.

- Итан, - произнёс его имя парень.

- Что?

- Когда ты узнаешь всю правду, что ты будешь делать дальше? Со мной, с властью?

Этот вопрос настиг также внезапно для мужчины, как и вся эта дискуссия про правосудие. Лемарк, похоже, на что-то намекает, к чему-то готовиться. Он почесал затылок.

- Ну, слушай, если ты окажешься о всем прав, то я постараюсь тебя как-то защитить от преследования. А возможно, ты и сам сбежишь, как только пройдёт месяц нашего обещания. У тебя свои дела, свои товарищи, которых вряд ли оставишь. Зная всё это, я не смогу дальше преследовать тебя и других, но, я полицейский. Мой долг, все-таки, арестовывать таких, как ты. Мне придётся этим дальше заниматься. А насчёт власти… Вряд ли у меня одного получится что-то изменить или сделать. Да и я сам часть всей этой системы, так что… я продолжу работать в правоохранительных органах также.

Лемарк несколько секунд молчал, смотря на его лицо, затем слегка улыбнулся и потрепал его локоны.

- Надеюсь, у тебя получится преодолеть это все и сможешь покинуть гнилое место.

Для человека, которому противны прикосновения, он всегда реагировал остро на них, но эти поглаживания по волосам оказались очень приятными, он вновь почувствовал комфорт и спокойствие, как тогда, когда ему сушил волосы.

- Ладненько, я пойду спать, тебе тоже надо, - Лемарк отпустил руку, и, подняв книгу с пола, встал с кровати, - спокойной ночи, Итан.

- Спокойной, - сказал ему, смотря в след уходящего юноши.

Глава 8

Итан завтракал, на этот раз - блинчики с джемом, намазанные на каждый этаж. Всего - шесть этажей толстых блинчиков, сытных и вкусных. Смотря новости у себя на часах, он украдкой глянул на Лемарка. Он был глух и нем, просто спокойно завтракал. Ничего не говорил, словно набрал в рот воды. Обычно от него шума предостаточно: либо хлопотал по дому, либо о чём-то разговаривал.

Итан вспомнил, как он сегодня ночью встал, чтобы сходить в уборную и попить воды, поскольку ночь стояла жаркая даже для мужчины, спящего почти голым. Выходил он из уборной и устремился воды попить. Набрал воды из кувшина и краем уха услышал какие-то звуки очень тихие, похожие на голос. Но после ничего. Допив, направился к себе в спальню. На развилке он снова слышал звуки, но отчетливее. Уже больше напоминали всхлипы. Прислушавшись, понял, они исходили из комнаты Лемарка. Он постучал в его дверь, но никакого ответа не последовало. Немного подождав, Итан сам отворил её и зашёл в комнату. Горел тёмно-синий ночник. Похоже, парень всегда с ним засыпает. Сумка с его вещами лежала у стенки справа, но вещи лежали у кровати везде, от тумбочки до самой двери: спортивная форма, всякие рубашки и футболки. «Беспорядок снаружи показывал и беспорядок в душе», - такая догадка пришла в голову Итана. Он подошел ближе, увидел распахнутое одеяло, раскинутые руки и ноги Лемарка, образовавшие форму звезды. Сам Лемарк спал в футболке и нижнем белье. Золотистые волосы растрепались, похожи больше на некое пушистое гнездо. Юноша спал крепко, даже шум шагов не разбудил его. Лицо спокойное. Вроде бы ничего необычного, но мужчина точно что-то слышал из его комнаты. Неужели послышалось? Проверив все досконально, в конце концов вышел из его комнаты и пошел дальше спать. Итан, видя его спокойное лицо и вспомнив эти звуки, предположил, что, возможно, ему приснился какой-то плохой сон.

- Лемарк, - позвал Итан его, но в ответ тот даже не вздрогнул, не пошевелил и пальцем, будто ушёл в себя, - Лемарк!

От этого восклицания Лемарк всё же встретил его взглядом, немного вздрогнув.

- Чего? – спросил он сдержанно.

- Почему ты молчал? Что случилось?

- Да ничего, - ответил юноша, пронизывая вилкой блинчики.

Похоже, его догадки подтверждаются. Ему что-то приснилось, из-за чего сейчас выпадает из реальности и ничего не говорит. Его этот сон беспокоит? Кошмар или же воспоминания прошлого? Это все хотелось спросить ему, но помня прошлый раз, давление никак не сработает.

- Если это из-за кошмаров, то не переживай особо, это просто кошмары, они нереальны. Как материалист, ты, итак, знаешь. Ну а если они вызваны воспоминаниями из прошлого то…. какое бы прошлое не ужасно, сейчас ты живёшь в настоящем, тебе надо преодолеть это.

- Не важно, - всё также ответил спокойно парень.

- Нет, важно. Пойми, с тобой точно что-то не так, со своими проблемами одному не справиться. Если захочешь, поговори со мной об этом. Я в травмах прошлого не разбираюсь, но, если ты расскажешь, тебе легче станет, - Итан посмотрел на время, уже пора выходить на работу, и поднялся со стула, - Прости, надо на работу. Подумай над моими словами.

После Итан спокойно оделся и, не дожидавшись какого-либо ответа, вышел из квартиры. Как только дверь захлопнулась, Лемарк сжал кулаки, которые лежали на ногах и вновь вздрогнул.

- Я даже своим товарищам ничего толком не говорил, так почему ты думаешь, что я расскажу тебе… - с дрожащим голосом и тоской на лице произнёс он.

…

Итан ехал на работу, всё также наблюдая за людьми, окружающей обстановкой, улицами. Но кое-что за сутки изменилось. Везде, от зданий, на стенах которого висели плакаты, до столбов и билбордах вывешены изображения президента Рутении – Пихлера, с его словами недавно прошедшей прямой линии. Слова приведены на различные цитаты и даже лозунги: «Развитие ИИ в наших руках», «С нами бог, с нами победа», «Рутения – великая страна великих людей», «Я всегда за рутенский народ». Очень похоже на пиар-компанию для предстоящих в следующем году президентских выборов. Но обычные люди в большинстве случаев просто-напросто не обращали внимание на всё это. У кого-то свои дела, работа. Им не до этих лозунгов. А кому-то вообще всё это безразлично, вся эта политика, все эти лица. Не важно, кого изберут, главное, чтобы спокойно жилось. Но есть и патриотически настроенные люди, готовые из всех щелей рассказывать про величие страны и успехи президента, правящей партии. Также общественные опросы показывают высокие рейтинги президента и партии.

Минуя все эти билборды и постеры, он доехал наконец до работы. Зашёл в здание. Поднялся до своего этажа и вошёл в свой отдел. В отделе присутствовали все, кроме Кларка и девушки-коллеги.

Он уселся за своё рабочее место и принялся подготавливать документы. Тут он слышит приближающееся цоканье каблуков. Эта девушка, которая отсутствовала, подошла к нему и вручила электронный буклет, который при пропадании света на него показывал подвижное изображение. Такая технология появилась как следствие развития сгибающихся дисплеев и солнечных батарей. После она направилась к другим. Итан глянул на этот буклет. Это всё те же цитаты и выдержки слов Пихлера на прямой линии. Он открыл свой ящичек с бумагами и вещами, о которых сразу забывал, и туда положил этот буклет. После приступил к своей работе. Вскоре в отдел зашёл и сам Регин. Он подошёл к лейтенанту.

- Начальница попросила нас двоих во врем обеда спуститься в тренировочный зал.

- Зачем? – спросил он.

- И сам не знаю, она все отделы хочет собрать туда. Похоже, что-то серьёзное, - сказал он, усевшись за своё место.

- Ой-ёй, - спокойно сказал Итан, - надеемся, что ничего плохого.

- Ага, она крайне редко все отделы так собирает.

Регин, Итан и весь отдел работают как обычно, в своём темпе вплоть до обеда. Когда наступил полдень, все коллеги по отделу кроме них отправились есть. Они же вышли из отдела и направились в противоположном от столовой пути. Они обнаружили, что разные коллеги из других отделов, от прапорщиков до майора. По пути они встретили Луку. Кавлер, заметив их, подбежал к ним и поздоровался.

- О, ребята, и вы идёте? – спросил он.

- Ну так все ж собирают в тренировочный зал, - ответил Регин.

- Ах-ха, это точно.

- Кстати, ты-то не знаешь, зачем нас зовут? – спросил Итан.

- Вроде как, я подслушивал разговор, приезжает к нам генерал армии с каким-то нововведением.

- Генерал армии? Нововведение? – поинтересовались оба. У Регина и Итана были удивлённые лица.

- Подробностей не знаю, но да.

Вскоре трое мужчин спускаются на лифте к минусовому этажу и направляются в тренировочный зал. Войдя, они видят почти собравшихся коллег. А их больше тридцати человек, бо́льшая часть из них — это средний и старший начальствующий состав. У стены зала стояли куклы, хорошо имитировавшие людей. Причём настолько хорошо, текстура кожи, кровеносные сосуды, движение частей тела, глаз, губ ничем не отличались от человеческих.

Вскоре в зал вошла полковник.

- Всем в строй! – крикнула она.

Все, от прапорщиков до майора встали в ширинку у стены, лицом к ней.

- Отлично, товарищи. Сегодня к нам пожаловал гость, который хочет продемонстрировать вам нововведение, которое скорее облегчит жизнь полиции.

Все подчинённые Виктори были в предвкушении чего-то интересного, но сохраняли спокойный строевой вид. Через минуту к ним вошёл Роберт Вебер, сзади которого ехал контейнер на колёсиках. Потом вышел к ним сам генерал армии. На вид - пожилой мужчина с серыми глазами и волосами и развитой мускулатурой. Более развитой, чем у Итана или Роберта, можно подумать, что находится под стероидами. Находился в одном возрасте со Степашиной.

- Приветствую всех присутствующих, - произнёс он, - я рад, что полковник собрала вас здесь сегодня.

Полицейские начали аплодировать.

- Спасибо, за тёплый приём. Сегодня особенный день. Министерство обороны в сотрудничестве в Министерством внутренних дел и Министерством юстиции закончили работу с нововведением, которое изменит, кстати, не только жизнь полиции и правоохранительных органов, но и вполне себе жизнь армии. Как вы все знаете, что современные огнестрельные оружия приносят смерть людей, хотя, конечно от нас зависит, кого убивать. Так что, чтобы мы смогли минимизировать потери людей, вместо смертельных оружий, мы предлагаем совершенно новое, инновационное и высокотехнологичное оружие. Роберт, прошу, - позвал он Вебера с контейнером.

Контейнер раскрылся, и оттуда вышли рукояти каких-то оружий. Генерал достал один из них и начал всем показывать оружие похоже на пистолет, но также и отличался от него кардинально.

С виду оружие похоже на пистолет, но также и отличался от него кардинально. Оружие в длину тринадцать дюймов, а сам ствол и корпус от спускового крючка расширялся до дула снизу вверх. Ширина между концом ствола и нижним корпусом составляла одну треть от всей длины оружия. Дуло, как и другие места на корпусе, горели бирюзовой подсветкой. Рукоять выполнена из материала древесины, но достаточно крепкого, связанного металлическими связками.

- Это портативное устройство подавление угрозы «Кеннцаль». Он способен выстреливать небольшим количеством энергии, парализуя живой организм, тем самым предотвращая летальный исход или какой-либо вред. Сейчас я вам продемонстрирую.

После генерал прицелился в одну из кукол и выстрелил в её. Когда заряд попал по кукле, та упала на пол и непроизвольно дёргалась, извивалась.

- Конечно, кукла от заряда извивается, но обычный человек сразу упадёт без сознания. Время на пробуждение от парализации выйдет от тридцати минут до нескольких часов. Этим и полезен парализатор. Он не убьёт, но тем не менее обездвижит преступника, что облегчит его арест. А теперь, позову я одного из вас, чтобы протестировать оружие.

Генерал вызвал старшего прапорщика из Отдела по общественной безопасности. Он взял в руки это оружие, но почему-то оружие произнесло: «Неавторизованный пользователь. Спусковой крючок заблокирован», затем индикаторы загорелись красным.

- Как вы видите, человек, незарегистрированный в системе, не сможет воспользоваться оружием, крючок блокируется. Сканирование производится через биометрию, в частности от прикосновения к рукояти, где есть сканер, ладонями. Так что, если у вас преступник сможет отобрать оружие, он не сможет выстрелить. Тем самым сохраняется возможность пользования только сотрудникам правоохранительных и государственных военизированных органов. А теперь, пусть возьмёт в руки Кеннцаль он, - сказал генерал, указывая на Итана. Итан подошёл и взял из контейнера еще одно оружие. Роберт и Виктория смотрели на него пристально.

«Портативное устройство подавление угрозы «Кеннцаль» активирован. Аутентификация личности. Лейтенант Итан Болдуин, сотрудник Министерства внутренних дел Рутении. Право на использование подтверждено». Это он услышал.

- Итан занесён в базу данных системы, так что он может воспользоваться оружием. Скоро мы наладим полноценно систему и в базу данных попадут все сотрудники Министерств обороны и внутренних дел. Главное управление первым получит возможность использовать оружие через пару дней. Остальная страна получит возможность в течении месяца. Мы вступили в новый виток развития общества и технологий. Скоро огнестрельные оружии уйдут в прошлое.

Все вновь начали аплодировать. Генерал вскоре закончил свою демонстрацию и отлучился с полковником обсудить детали по внедрению Кеннцаля.

Остальное рабочее время проходило спокойно, Итан в основном ничем серьёзным не занимался, его коллеги занимались поиском экстремистского контента и посылали запрос Государственной службе надзора в сфере связи и массовых коммуникаций на блокировку того или иного контента.

Начальница целый день занималась налаживанием систем в Главном управлении, чтобы как можно скорее полиция смогла использовать Кеннцаль. Уже через двое суток Кеннцали должны работать полностью, в остальные отделения полиции тоже были поручены задачи по налаживанию системы. Рутения – страна огромная, поэтому за месяц должны наладить в крупных городах или городах-центрах регионов. За полгода Кеннцали должны будут использованы во всех отделениях полиции.

Ближе к вечеру, в четыре часа вечера, полицейские на перерыве в зале отдыха начали смотреть телевизор. В прямом эфире на пресс-конференции выступал депутат, глава фракции партии «Рутения едина», объяснявший значение введения закона, ограничивающего проведения несанкционированных мероприятий теми словами, что «они дестабилизируют страну изнутри в пользу врагов, как это делает Красная борьба». Этот закон будет обеспечивать безопасность граждан и усилит возможности государства подавлять всех врагов.

Итан, выслушав этого депутата о законе, вспомнил слова Лемарка, что закон нужен для защиты людей и их прав и свобод, а не чтобы ограничивать их.

Пресс-конференция проходила спокойно, представители СМИ задавали всевозможные вопросы, на которые депутат отвечал уверенно и завуалированно, прямых и ясных ответов с каждым разом становилось всё меньше и меньше.

Через некоторое время к депутату на сцену направился неизвестный в капюшоне. Его движения были спокойны и уверенны. Депутат, приняв незнакомца за сторонника, уже улыбнулся и протянул руку для рукопожатия — идеальный момент для прессы. Но в метре от него рука человека в капюшоне взметнулась вверх, сжимая пистолет. Дуло уперлось в висок. Капюшон съехал, обнажив лицо, скрытое красной повязкой. Перед тем как спустить курок, он крикнул: «Да здравствует свободная Рутения!». Звук выстрела оглушил зал, а алая струя крови ударила в черно-красно-белый фон с партийным символом — кленовым листом.

Присутствующие зала испугались и начали кричать, убегать к выходу. Охранники сразу же схватили убийцу, и на этом прямая трансляция прервалась.

Все полицейские, и лейтенант Болдуин, оказались в ступоре из-за шока. Это первый инцидент, когда кого-то из власти убивали в прямом эфире, за ним следили сотни тысяч людей, если не миллионы. Как только полицейские отошли от шока, отдел Вебера занялся этим инцидентом. Он сразу отправился туда.

Все очевидно: в красной повязке мог быть только член Красной борьбы. Но Итану ничего не понятно. Он помнит, что Лемарк, один из глав Красной борьбы, объяснял, что организация не занимается убийствами людей, уж тем более именитых или являющихся членами правительства и парламента. Это сразу бы подставило организацию, запустил бы целое дело по уголовному расследованию организации. Членов организации начали бы отлавливать и арестовывать.

Итан смог уловить лишь одну суть преступления, кто-то делает это, чтобы подставить организацию. Он хотел сразу же заняться этим делом, это откроет многие тайны. Но начальница и Роберт теперь следят за его действиями, чтобы он ни во что не вмешивался. Он теперь ограничен, несвободен. Оставалось лишь получать крупинки информации от официальных источников или коллег.

Спустя два часа этого человека задержал Отдел по уголовному расследованию. На место преступления прибыл даже Генеральный прокурор Рутении, понимая опасность данного инцидента, обратился к людям через СМИ, чтобы сохраняли спокойствие. Тот человек на месте признался, что является членом Красной борьбы, и ему поручили убить этого депутата.

Только вот кто мог поручить убийство депутата? Точно не Лемарк, он целыми днями находится у него дома и никуда не выходил. Тогда Кантер или Барон? Но есть у них мотив убивать конкретного депутата? Вне сомнения, внутри организации кто-то хочет физической расправы.

***

Уже дома Итан и Лемарк обсуждали данное происшествие. Лемарк ходил по кухне туда-сюда с большой обеспокоенностью на лице. Мужчина мог лишь наблюдать за беспокойством юноши. Он остановился и начал чесать свой затылок.

- Как же так вышло… Кому вообще понадобилось заняться убийством людей? Сначала журналист, теперь депутат. Внутри организации есть враг – это точно. Я в прошлый раз был прав, - говорил парень, покусывая на большом пальце ноготь.

- Ты же говорил, что организация придерживается принципов. Как же так может получиться?

- Не знаю. Видимо, кто-то вообще плевал на какие-либо правила и принципы организации. Сколько я нахожусь там, никогда такого не было, таких мы старались исключать таких людей, если подозревали.

- Может, кто-то пытается от имени организации всем этим заниматься, не состоя в самой организации.

- Нереально. Чтобы связаться с рядовыми членами, необходимы ресурсы организации, у нас своя сеть, чтобы скрываться от полиции. Нечлену такое не под силу.

Какое-то время оба ничего не говорили, молчали. Они не знали, что теперь делать. Итан увёл взгляд с Лемарка и смотрел в пол. В мгновенье он услышал резкий громкий стук.

Лемарк со всей силы кулаком ударил по стене. Осталась вмятина. Вроде бы стройный парень, видимых мышц нет, но такой удар стал большой неожиданностью для Итана, ведь и сам сделать её мог, приложив всю силу. Из кулака начала вниз течь кровь.

- Лемарк, ты… - Итан вскочил со стула и подошёл к нему, чтобы осмотреть руку.

- Что, блять, делают там Кантер и Барон?! – вскрикнул Лемарк, кое-как сдерживая гнев, лицо покраснело, - Наша организация в большой опасности, а они…

- Лемарк, успокойся.

- Как успокоиться?! – повернулся к нему лицом юноша, - Мы столько сделали в организации, чтобы ничего такого не происходило, а теперь все может кончиться… Я… я просто уничтожу того, кто это все устроил… я его убью.

Тут Итан схватил его за кровоточащую руку и прижал у себе. Не зная как и почему, но ему захотелось его успокоить, обнять. Парень почувствовал, как другой рукой он прикоснулся к его затылку и прижал к своей груди.

- Не думай об этом. Ты сам против физических расправ, так что прекрати думать от том, как убить его. Не становись таким как он, не становись преступником.

- Но я и так преступник, я член и лидер экстремистской организации.

- Для этой власти, для этого закона да, но не для меня, - произносил это спокойным голосом Итан. Он говорил это, хотя и помнит, как еще пол месяца назад считал его преступником, как за ним гонялся арестовать.

- Но ты считал меня преступником, что же изменилось? – спросил Лемарк, подняв слегка обескураженный взгляд на него.

Итан слегка ухмыльнулся. Юноша увидел его лёгкую, но тёплую улыбку. Обычно он видел в нём либо спокойное, отстранённое и холодное выражение лица, лишь тогда, в той самой подворотне, когда Итан прижал его к стене, в чертах его лица проступило нечто хищное и довольное.

- Я начал тебя понимать. Да, я считал тебя преступником. Но ты, преступник, открыл глаза на этот преступный мир, насколько эта власть сама по себе преступна. За эти полмесяца столько произошло: и убийство журналиста, и инцидент в аэропорту, и ложь власти, и тайна эта с Энигмой, и теперь убийство депутата. Я вижу, что с этой властью что-то не так. Если так подумать, то там давно сидят преступники. Ты точно не из таких, ты хочешь бороться за свободу, за справедливость. Мне это никогда не было знакомо, я лишь мечтал стать полицейским, а как стал, всё превратилось в рутину, моя жизнь оставалась неизменна и скучна. Ты мне дал новые ощущения.

Юноша, услышав эти слова, сильно покраснел. Он не ожидал услышать всё это. Ещё недавно он чувствовал лишь то, что должен выполнить свою миссию, лишь то, что их связывал только договор. А теперь он ощущал, что их отношения не ограничиваются лишь договором. До Итана он испытывал близость только товарищескую, с Бароном и Кантером, потому что они приняли его в организацию, когда сам находился в отчаянии и поиске себя в этом мире. Будучи в организации, он научился чувству справедливости, солидарности, товарищества, научился, что такое борьба за лучшее будущее, за свободное общество.

Теперь он научился и еще одному чувству, даже до сих пор неизвестному ему чувству. Это очень похоже на чувство товарищества, но куда глубже. Чувство дружбы? Очень похоже на это. Но с этим еще чувствовал сильное понимание и сопереживание. Будто что-то родное, похожее на отношения с матерью. Также неожиданностью стало то, что Итан его прижал к себе. Лемарк знал, что ему не нравятся прикосновения вообще, кто бы это не являлся. Но тут он сам проявляет инициативу, и толика отвращения на лице не появилась.

- Я надеюсь, что ты когда-нибудь мне откроешься сам. Я всё еще не знаю твоего имени. И не волнуйся насчёт всего этого. Мы найдём выход из этого, мы раскроем это дело. А теперь, надо тебе перевязать кулак, а то он у тебя еще кровоточит.

Парень обратил внимание на свою правую руку.

- Вот чёрт, я теперь и другую руку повредил, еще и первая нормально не зажила, - он слегка посмеялся и обратил внимание на испачканную рубашку мужчины, - твоя форма…

- Ничего, отстирается, - ответил Болдуин и усадил Лемарка, затем ушёл за аптечкой.

Прошло уже двое суток. В новостях диктор сообщила об объявлении Красной борьбы по проведению протестов против президента и всей власти. Эти протесты состыкуются с западными протестами против войны на Маргине.

Итана и Лемарка эта новость приводит в удивление, больше всего парня. На его лице от удивления морщины появились.

- В смысле протесты? Похоже, Барон или Кантер устроил их, не так ли? – посмотрел Итан на парня, но увидев его выражение лица, понял, что «нет».

- Не может быть такого, мы договорились, что во время моей мисси никаких протестов ничего не проводить. Лишь помаленьку набирать новых членов. Они точно не могли их устроить. Похоже, в организации и правда есть крыса, - Лемарк отвернулся лицом, чтобы скрыть свою печаль.

Итан поднялся со стола, доев завтрак, направился к Лемарку, стоявшего у раковины, и схватил его за плечи.

- Помнишь, что я тебе говорил два дня назад? Мы со всем справимся. Я обязательно узнаю, кто все это устроил,- говорил с искренней уверенностью Болдуин.

Он на лице юноши увидел расслабление, а затем легкую улыбку. Похоже, его слова подействовали, и тот успокоился. Итан сам почувствовал себя легче, убедившись в этом.

- Итан, лейтенант Болдуин, тебе надо выяснить, кто за всем этим стоит. Как полицейский, у тебя есть все возможности. Я вверяю тебе найти человека, который хочет уничтожить мою организацию. Восстанови справедливость! – с улыбкой посмотрел на мужчину.

- Так точно, товарищ Лемарк.

Тут зазвонил часы у Итана. Когда он посмотрел, кто звонил, отошёл от Лемарка и ответил на звонок.

- Лейтенант Болдуин, вы уже видели новости? Пора бы поторопиться в управление. – произнесла Степашина, как только он поднял трубку.

- Так точно, - товарищ полковник.

- Около организации в последнее время были странные подвижки, я уверена, что это всё устроил Лемарк. Учти, его поймать – наша главная цель. Только тогда мы сможем покончить со всеми остальными лидерами. Помни, выполнишь эту задачу, и я выполню своё обещание.

- Вас понял, - ответил он холодно, после чего звонок завершился.

Затем раздался громкий смех. Итан посмотрел на смеющегося Лемарка, который почти на ногах не держался.

- Вот действительно потеха, а-ха-ха. «Это всё устроил Лемарк»… Прям за спиной у тебя протесты устроил, да и ещё сам принял участие, погодите-ка, - посмотрел на часы, - Я же опаздываю! Ну что, лейтенант, поймаешь меня? – саркастично юноша поднёс две руки к мужчине, чтобы надели наручники.

- А ведь действительно интересно, почему она решила, что это ты?

Тут Лемарк отпустил руки и принял задумчивую позу, сконцентрировавшись на этом вопросе.

- Могу предположить, что кто-то мимикрирует, подражает мной. Надо узнать, кто это может быть.

- Да, надо отправляться. Всё это очень странно.

- Хорошо, удачи на работе, - парень поводил его взглядом.

Пока Итан ехал на работу, раздумывал над тем, как же всё-таки узнать про этого человека, мимикрирующего под Лемарка, и тем более как понять, будет он на протестах или нет. Сначала бы узнать подробности насчёт них. Ему лучше бы поговорить и поработать с криминальным аналитиком, она-то точно может сказать насчёт характера этих протестов.

Как только он приехал на работу и вошёл в свой отдел, его подчинённые и Кларк уже были готовы к отправлению. Находилась там и Виктория Степашина, которая отдавала какие-то приказы.

- Машины и оружие готовы. На место проведения приедет ещё один отряд из другого отделения, так что надо ехать, - затем она повернулась назад и увидела Болдуина, - опаздываем, лейтенант.

- Простите, товарищ полковник.

- Ну, раз уж все собрались, то приступили к миссии.

- Так точно, товарищ полковник! – воскликнули все и отдали честь.

После чего она спокойно удалилась к себе в кабинет, к нему же с надетой каской и экипировкой подошёл Регин.

- Срочное дело, верно? Собирайся, мы будем ждать у гаража, ты же у нас будешь командовать операцией.

- Да… Точнее, стой! – остановил он своего коллегу, - ты же сможешь справиться один с отрядом?

- В смысле? – не понял его Регин.

- Я не поеду с вами.

- Не понял, - удивился младший лейтенант, - как это?

- Я останусь тут, на базе, буду с вами периодически связываться. Все это крайне странно, то сначала убийство депутата, затем и эти протесты. Что-то не так с Красной борьбой.

- Ну, его члены творили и не такое.

- Да, но тут события практически в одно время происходят. В организации есть изменения, и я хочу изучить, с помощью аналитика.

- С Шион? Это будет очень полезно даже.

- Да, поэтому я и спрашиваю, справишься ли ты?

- Конечно, не вопрос. Тем более я буду с младшим лейтенантом из другого отдела. А вот что насчёт Лемарка?

- Насчёт «него»… Будет очень удачно, если поймаешь его заместо меня, тогда для тебя будет большая награда, может даже повышение.

- Я тебя понял, мы справимся, - воодушевлённо поднял руку.

- Отлично, полагаюсь на тебя, - похлопал по плечу своего товарища он и направился сразу в кабинет аналитика.

Регин собрал свой отдел у гаража, и оттуда выехало два легковых автомобилей, восемь грузовых. К тому же, из другого отделения прибудут несколько автомобилей, так что будет достаточно для подавления протестов. Местоположение проведения протестов отмечено на карте у здания правительства Рутении – белое гранитовое и мраморное здание высотой в более ста метров, имевшее статус визитной карточки Рутении. Выглядит как здание с мощным семиэтажным основанием пирамидальной формы, по углам которых шпили, формировавшиеся из основания крыши, и башнеобразным объёмом. Напоминал молот, который лежит верх рукоятью. Оно еще печально известен событиями «Чёрного сентября» - столкновением старой и новой власти.

Неудивительно, что протестующие выбрали именно это здание, не только из-за того, что это здание правительства, но и из-за связи с «Чёрным сентябрём», они тоже требуют смены власти. Как только Кларк приехал к месту проведения, протестующие уже собрались у забора здания. Они старались проломить их и войти на территорию здания. Очень напоминало то, как бунтующие демократической оппозиции под руководством новой власти разломали старые на то еще время врата и ворвались внутрь, чтобы схватить членов старой власти. Только у новой власти была и армия на стороне, поэтому таранили еще и танками. В окна здания попадали снаряды. Очень много жертв. Сторонники старой власти тоже старались защищать здание, но у них не оставалось таких ресурсов. В итоге новая власть победила и стала той властью, которой является сегодня. Но она уже не та, что раньше, уже не демократическая.

Это событие заложило новый порядок в стране, новые законы, новое общество. А теперь это всё хочет сломить Красная борьба, повторяя те же действия, что и в прошлом. Другой отдел из другого отделения уже огораживала квартал, чтобы гражданские оставались в безопасности. В этот раз протестующе проявляли куда более зверства, их число большое, в два раза, чем в прошлый раз, больше тысячи. Они более подготовленные оказывались. Но что самое интересное, обнаружены жертвы среди гражданских. Это что-то новое. Красные обычно не причиняют вред гражданских, а тут они не отличаются от ультраправых во время инцидента в аэропорту. Некоторые все также стояли с плакатами и лозунгами, призывающие к отстранению Пихлера и всей власти. Все также носили красные повязки, скрывавшие нижнюю половину лица.

Регин, увидев всё, сразу же позвонил криминальному аналитику. Ему ответила Шион, а рядом с ней стоял Итан.

- Ребята, вы это видите? – после этого вопроса Регина на полном экране в одном из мониторов Диас показывался весь этот хаос, который происходил.

- Вот это что-то новое, - произнесла она с воодушевлённым интересом, - раненные гражданские, попытка ворваться в здание – это точно не рука Красной борьбы.

- Я же говорил, что это не дело рук Лемарка, Барона или Кантера. Они всегда проводили относительно мирные протесты.

- Ты прав, если проанализировать их протесты, - она открыла на другом мониторе статистику по протестам Красной борьбы, - то мы увидим, что в основном жертвами были полицейскими, жертвы из гражданских исчисляются единицами. А если взять статистику их протестов за полгода, коих было не мало, 90% из них устроены Лемарком, и десяти не найдётся гражданских.

- Да, поэтому это все крайне странно.

- Может они поменяли тактику борьбы, - задумалась Диас, закурив сигарету, - хотя такое маловероятно.

- Есть какой-то кукловод, возможно из их радикальных группировки внутри организации. Его обязательно поймать.

- Хорошо, мы тогда начнём подавление этих протестов, - произнёс Регин и отключился.

Он подошёл к младшему лейтенанту из другого отделения, и они обсудили планы по подавлению протестов. Отряд из другого отделения уже экипированы в бронежилет и каску, в руках держали щит и дубину. Из одной грузовой машины сбоку вышла платформа, из которой выехал контейнер с новым оружием. Затем он раскрылся и оттуда выглянули рукояти. Регин взял один из них в руки.

«Портативное устройство подавление угрозы «Кеннцаль» активирован. Аутентификация личности. Младший лейтенант Регин Кларк, сотрудник Министерства внутренних дел Рутении. Право на использование подтверждено».

После у глаз Регина появился голографический интерфейс с прицелом. Прицел автоматически фокусировался туда, куда указывали зрачки. Слева снизу показывало состояние сети и соединение, вроде как, со штабом. Но видно, что соединялось с некой системой. Слева сверху показывал на состояние спускового крючка: заблокирован он или нет. Снизу справа была небольшая информация о пользователе с его фотографией, а сверху справа - режим Кеннцаля – «Парализация».

- Ничего себе у вас пушка, ну вы и элита! – воскликнул младший лейтенант из другого отдела.

- Ничего, у вас тоже скоро появится.

- Да знаю, по новостям видел. Эх, - вздохнул он, - придётся по старинке.

- Что же, приступим тогда.

- Так точно!

Оба отряда принялись подавлять этот протест, который начинал выходить из-под контроля. Протестующие вот-вот ворвутся на территорию здания. Первыми на них направился строй с дубинками и щитами. Тут сразу началось сопротивление. За ними отряд Кларка с Кеннцалями осматривали всё вокруг и целились только по опасным протестующим. Это либо те, кто имеет с собой какое-либо холодное оружие или средство, которое может причинить вред полицейским, как железные балки или дубинки, либо те, кто разжигает и кидает коктейли Молотова. Как только такие обнаруживались, в них попадал заряд-парализатор. Они обезвреживались моментально.

С Кеннцалем подавлять бунт стало намного легче, они освобождали лишние руки, чтобы помочь раненым гражданским и усажать обессиленных участников протеста в машины. Как только с половиной участников разобрались, из толпы выбежал какой-то человек в капюшоне и черном с красными полосками спортивном костюме и бежал прочь. Регин кое-как заметил его и хотел выстрелить. Но тот уже убежал достаточно, заряд не достанет. Он с Кеннцалем в руках побежал за ним, одновременно связавшись с Шион и Итаном.

- Что у тебя там? – спросила Диас.

- Что-что, погоня у меня, смотрите за кем бегу, это же Лемарк! – воскликнул Регин, показав его.

Диас и Болдуин всмотрелись в монитор, рассматривая каждую деталь. Итан заметил, что бег у этого человека небрежный, кое-как переступая каждый шаг. Будто вот-вот упадёт. Да и спортивная форма другая. У Лемарка верх - белый с тёмно-красными полосами по рукам, а низ - черный с темно-красными полосами от бёдер до голени. Он точно это знал, поскольку эту форму почти каждый день видел.

- Это не Лемарк, бег странный, неаккуратный, да и спортивная форма не та. Даже если досье его глянуть, у него другая форма. Этот человек копирует Лемарка.

- И правда, - произнесла Шион, - я проспорила.

- Ага, так что с тебя Senator, - с ухмылкой произнёс Итан.

- Вот же, презервативы бы стоили меньше. И кто ж меня за язык тянул, - почесала она голову.

- Вы о чём там спорили?! – воскликнул Регин.

- Сигареты или секс, - ответила она.

- Нашли о чём спорить, лучше бы оттуда мне помогали! – разозлился Кларк, - Я уже устаю за ним бежать.

- Попробуй выстрелить в него. У вас сейчас минимальное расстояние, а у Кеннцаля расстояние выстрел где-то пятнадцать метров, - сказала Шион.

Регин прицелился кое-как и выстрелил, но мимо. Но от неожиданно пролетевшего выстрела беглец в конце концов упал. Кларк смог догнать его. Он встал на два метра от него и выставил Кеннцаль вперёд.

- Медленно встал на ноги и повернулся ко мне, иначе я выстрелю!

Человек в капюшоне медленно понялся на ноги, выставил свои руки к верху и повернулся лицом к нему. Пока поворачивался, капюшон, который и так еле держался на затылке, упал на плечи. Регин увидел парня с золотистыми волосами, но со светлой кожей и почти красноватыми глазами. Видно, что он носил линзы, менявшие цвет глаз. На лице было спокойствие, но небольшая дрожь ладоней показывала испуг.

- Я сдаюсь, товарищ полицейский, - произнёс парень.

- Ты арестован, у тебя есть право хранить молчание до проведения допроса, - сказал Регин и нацепил на его руки наручники.

- Я-то точно буду молчать, пока не встречусь со старшим лейтенантом.

Регин не понял, что парень имел в виду, но это уже не важно. Он поймал того, кто ответит на все вопросы, другого от него и не требовалось.

Проходит еще какое-то время, этот парень сидел в комнате до допроса. Он смотрел на настенные часы, а его лицо выражало концентрацию. Наблюдав за каждым движением стрелок, он чего-то сосредоточенно ожидал. Тут открывается дверь, и в комнату входит лейтенант Болдуин с какой-то папкой.

Он садится напротив него, небрежно кидая эту папку на стол и посмотрев внимательно на лицо преступника. После пяти секунд тот покачал головой и стал ожидать каких-либо слов от этого парня, смотря на него холодным и отстранённым взглядом.

- Я же сказал, что я буду общаться только со старшем лейтенантом, - произнёс парень.

- А просто лейтенант не сойдет? – спросил Итан с толикой сарказма.

- Нет.

- У нас в полиции несколько таких, ты про кого именно?

- Не скажу, а впрочем, сами скоро узнаете.

- Хорошо, - Болдуин встал со своего места, открыл эту папку и показал этому парню, - это убийство депутата двухдневной давности. Сначала убийство, сегодня протесты, все крайне странно для Красной борьбы, если только в ней не произошли изменения вне решения её правящего органа или лидеров. Я знаю, что ты, а может и не только ты, подстроил всё это. Зачем вам уничтожать эту организацию? На кого вы работаете?

Этот вопрос повышал давление Итана на этого парня, но тот и бровью не повёл.

- А разве вы сами не хотите её уничтожения? Существование этих организаций нарушают установленный порядок, расшатывают нынешнюю власть. С «Рутич» почти покончено, Красная борьба стала уязвимой. Как только мы обезвредим врагов государства, мы все снова заживём по закону, верно?

- Тогда зачем тебе мимикрировать под Лемарка, если, ты и так можешь уничтожить организацию изнутри, будучи её членом? Почему выбрал именно его?

- Верно, но лучше же подставить организацию, чтобы её сожрали снаружи и изнутри, верно? – спросил он, посмотрев на лейтенанта. На лице все также невозмутимое, словно соревнуясь в хладнокровии с Итаном.

- Ты работаешь на власть?

- И да, и нет.

- Как это понимать?

- Никак. Больше ни на какие вопросы я не отвечу, и да, с Лемарком я лично не знаком, выбрал его мимикрировать просто так, - после этого парень вновь начал смотреть на часы.

После лейтенант услышал, как дверь в комнату открылась. Обернувшись, увидел Роберта Вебера. Так вот про какого старшего лейтенанта имел в виду…

- Мне поручили допросить этого парня, учитывая, что он сам просил общения со мной, а ты что тут делаешь, легенда? Не уж-то ты снова лезешь в наши дела? – спросил Роберт с небольшой агрессией в голосе.

- Так мы же его поймали, разве это не наше дело?

- Было, но теперь оно перешло в наши руки. Таково решение полковника. А теперь попрошу освободить комнату.

Итан неспешно начал покидать комнату. Взгляд Вебера всецело приковался к нему. Даже оборачиваться стало стремно, поэтому также невозмутимо покинул комнату. Ясно одно, их что-то связывает, но что…

Роберт с довольной ухмылкой сел за стол и закинул на них ноги, скрещивая.

- Не боись, я заранее отключил все прослушивающие устройства, камера тоже отключена. Пока они там решат эту проблему, успеем поговорить.

Этот парень начал снимать с себя парик. Его реальный цвет волос оказался чёрный. Также он снял с себя и линзы, показывая свои серые глаза. Теперь точно этот парень никак не был похож на Лемарка. Этот парень из парика достал какую-то маленькую флешку прямоугольной формы и бросил старшему лейтенанту.

- Всё, что смог раздобыть про Барона и Кантера, но думаю, этого всего хватит.

Вебер прислонил её и часами считалась вся информация из неё.

- Отличная работа, посмотрим…. Барон… Ого, так это же Николай Абад, бывший член Правления Соцпартии. За повязками их сложно вычислить. А Кантер у нас… Вот чёрт.

- Что такое? – поинтересовался парень.

- Это же Эндрю Белз, когда-то мы с ним вместе были в армейке, он был моим что-то типа учителем. А затем он подал в отставку, больше не виделись.

- Вот как, получается, твой знакомый.

- Ну да, никогда бы не подумал, что он будет членом радикальной левой организации, хотя он и тогда пытался впудрить левацкие идеи. Ладно, теперь поймать их не составит труда, а есть ли что-то насчёт Лемарка?

- К сожалению, нет. Его давно в организации не было, вроде как полмесяца. Но я узнал, что он выполняет какое-то задание.

- Досадно, ведь мне больше всего хотелось узнать насчёт него больше информации.

- Думаешь, что он как-то связан с тем человеком, которого ты ищешь?

- Не твоего ума дела, - после этого Роберт отпустил ноги на пол.

- Если так, то я думаю, что Итан как-то связан с Лемарком.

- Что? – удивился Роберт, нахмурил брови.

- Он сейчас спрашивал насчёт всего этого вокруг организации, о Лемарке тоже. У него явная заинтересованность во всём этом. Так что их связь ненулевая. Тебе стоит его как-то проверить.

- Проверить, говоришь? – Роберт задумался, поглаживая свою щетинистую подбородку, - Тогда это объясняет его странное поведение в последнее время. Поэтому-то он всё время сегодня в управлении.

- Верно.

Роберт понялся со своего места и направился к двери.

- Постой. Когда меня выпустят?

- Где-то через сутки. Некоторые сложности будут с бюрократией, полиция и армия в этом схожи у нас в Рутении. Но тебя освободят, не переживай, иначе твой батя меня убьёт. Еще освободят того убийцу депутата, вы же товарищи, верно? Нам нужен лишь прецедент.

- Да.

После этого Вебер вышел из комнаты для допроса и закрыл дверь.

Вечером Итан рассказал всё, что произошло за весь день, и всё, что смог узнать. Юноша принял задумчивую позу, но напряжённый взгляд устремился в стену. Он прям стоял вплотную к стене спальни, у балкона.

- Ничего серьёзного мы не узнали, но мои догадки подтвердились. Этот парень действительно как-то связан с властью, и теперь хотят уничтожить организацию изнутри и снаружи. Это непоправимый удар по Красной борьбе и её борьбе за справедливый и свободный мир. Вот же… Надо как-то связаться с Кантером и Бароном.

- У тебя есть способ связаться с ними? – поинтересовался мужчина, сидя на кровати со снятой на три пуговицы рубашкой, немного проглядывала грудь.

- Конечно, у меня есть коммуникатор на случай непредвиденной ситуации, например, если бы ты захотел упечь за решётку. Хотя сейчас в опасности они, вряд ли им до меня есть дело, я-то в безопасности.

- Надолго ли? Если их, вероятно, выследили, то и тебя могут.

- Но я же здесь с тобой, так что не о чем переживать. Тебе то я верю, - обратил на него взгляд юноша.

- Приятно слышать, - Болдуин снял с себя всю рубашку и уже приступил снимать брюки.

- Отлично, я как раз стирку запущу, завтра же тебе не на работу, - начал поднимать с кровати форму лейтенанта.

- Ага, не на работу, - язвительно посмеялся Итан, - Степашина принудила меня завтра прийти, из-за того, что я решил провести допрос этого паренька.

- Вот как, тогда быстренько стирану и на сушку поставлю, утром поглажу и всё будет окей.

Итан в одном нижнем белье наблюдал за тем, как Лемарк помаленьку собирал вещи Итана и вот-вот собирался пойти в ванную комнату. На лице у Лемарка обнажились обеспокоенность и грусть. Вдруг он подумал, что теперь Лемарк выглядит как «нормальный человек». Выражает как все обычные эмоции, а не скрывает за смехом или ухмылкой. Но во взгляде также произошли изменения. Почему-то вместо этого он видел не некую загадочность, а опустение и даже печаль. Совершенно обычную печаль.

- Переживаешь? – спросил он.

От этого вопроса юноша стиснул его вещи себе к груди и наклонил голову, локоны начали прятать его глаза.

- Да, - тихонько ответил, после чего удалился из спальни.

Итан понимал его чувства, понимал его эмоции, понимал всю опасность. Понимал, как стремления разбиваются в дребезги. Понимал, что он вот-вот потеряет своих друзей, свой «дом». Понимал, что боится, если и за ним придут. Осознавал, что ему необходимо его как-то защитить. Но как? Вернуться Лемарку назад невозможно, прошлое уже не вернуть. Но и будущее туманно, что будет дальше. Насколько хуже превратится ситуация. Можно ли надеяться на лучшее, или уже пора отчаиваться… Можно ли еще верить в справедливость, или признать, что никто не свободен в выборе и все уже подиктовано… Это ли судьба?

Мысли, что рождались каждую миллисекунду не давали покоя. Голова начинала покалывать. Итан поднялся с кровати, достал из тумбочки в книжной полке сигареты и зажигалку. Он открыл стеклянную дверь и вышел на балкон. Легкий теплый ветер подул. Солнце ушло за горизонт, а небо окутывала ночная тьма. Лишь звёзды ярко сияют. Итан закурил сигарету и посмотрел на эти звёзды. Тут он подумал, а могут ли звёзды дать ответы на их вопросы и вывести на верный путь. Показать судьбу. Но тут он уловил, что это все бредни: астрология, гадания и всякая чушь. Тут он услышал открывающуюся дверь и шаги. Он повернул голову и увидел Лемарка, в футболке красной и нижнем белье. Вроде, хипсы.

- Я запустил в стирку и некоторые свои вещи, - пояснил юноша.

- Поэтому ты так разоделся?

- Сказал тот, кто ходит по квартире в одних труселях, а то и вообще полностью голый.

- Я в принципе не люблю спать, когда на мне есть хоть какая-то одежда. Это, видимо, связано с моей неприязнью к прикосновениям.

Тут Лемарк слегка засмеялся.

- Но со мной не так, верно?

Мужчина ударил пальцем по сигарете, и пепел упал вниз.

- Что и интересно, твои прикосновения никак не раздражают.

- Ну и хорошо, - улыбнулся парень и локтем слегка ударил в бок.

Они оба начали всматриваться небо. Тишину лишь нарушал вой ветра и городской шум.

- Красивый вид, на лес, - произнёс Лемарк.

- Ага.

- Я это… - парень немного мялся, но решился что-то сказать, - Я сегодня дал много воли эмоциям. Я хоть и не идеалист по взглядам, я материалист, но я прекрасно понимаю, что люди живут с какими-то идеалами. Как бы плохо не было, надо все равно стремиться реализовать идеалы.

- Я вообще жил без идеалов. Мой идеал был лишь один, хотя и его сложно назвать идеалом. Это стать полицейским.

- Я не буду сдаваться и впадать в отчаяние. Я хочу увидеть Рутению… нет, весь мир свободным и справедливым. Без воин, без давления власти, без угнетения, без эксплуатации и без капитализма. Я буду бороться за такой мир.

Итан бросил докуренную сигарету и погладил юношу по голове.

- Не сдавайся, в тебе живёт надежда, - произнёс он спокойно и ушёл в свою спальню.

- Надежда? Да во мне вообще живет вообще пламя борьбы! – воскликнул радостно юноша, побежав за ним.

Глава 9

Болдуин опять проснулся ночью. На часах было три ночи. Только вот почему он внезапно проснулся – сам понятия не имел, будто некое чувства вытащило его из грёз. Но раз проснулся, то надо чего-нибудь попить и лечь дальше.

Он встал, потихоньку пошёл на кухню, чтобы не разбудить этого паренька и начал греть себе молоко. Теплое молоко помогало быстрее уснуть. Как только сделал, сел за стол и посмотрел на уведомления. Никаких сообщений не было, тем более из работы. Допив стакан молока, помыв стакан и лицо, Итан направился назад в спальню. Но на половине пути слышит тихие звуки стона, исходили из комнаты Лемарка. Всё как в прошлый раз, только стоны уже громче и насыщенный. Недолго думая, решил проверить.

Постучав в дверь и позвав юношу, он не услышал никакого ответа. А стоны всё равно продолжались. Что-то не так. Он вошёл в комнату. Слух его не обманул. Он услышал всхлипы и плачь. Юноша, впиваясь ногтями в покрывало, жмурил глаза, из которых ручьём лились слёзы.

Итан, увидев это, сразу же подошёл к нему и убрал покрывало.

- Лемарк, ты, - Итан, посмотрев на удручающее состояние парня, решил прикоснуться к его руке.

После этого парень резко открыл глаза. Зрачки сужены, в них ощущалась лишь пустота, полная отчаянием. Они ни на что не реагировали, лишь смотрели в потолок. Мышцы на руках и ногах начали напрягаться и сжиматься. Дрожащие руки он начал выставлять прямо и махать туда-сюда. Дыхание стало частым, непрерывным.

- Пожалуйста, не надо! Мне больно! Очень больно! – начал Лемарк кричать на всю комнату, ошеломив Итана, - Прошу, убейте меня!

Итан внезапно схватил его, положив его голову на правую руку, и левой начал бить ладонью по щеке, пытаясь его пробудить. Лемарк во сне дрыгался, старался несознательно оттолкнуть Итана.

- Лемарк, очнись! Ну же! – Итан сделал несколько шлепков по щеке, после которых появилось покраснение.

Спустя несколько секунд Лемарк всё-таки смог проснуться. Руками перестал двигать, они упали на кровать, дыхание восстановилось, а зрачки вернулись в нормальное состояние. Он посмотрел на Итана своими мокрыми от слёз глазами взглядом полной усталости, а после его лицо упало на грудь Итана.

- Итан… - произнёс он тихим и спокойным голосом, - Спаси меня…

Мужчина прижал левой рукой его голову к себе и слегка приобнял. Он размышлял над этими словами. Призраки прошлого Лемарка, видимо, преследовали его до сих пор, в кошмарах. Убедился, что это посттравматическое стрессовое расстройство. А он, видимо, никакого лечения и не получал. Пришла идея сводить его к психиатру, но как быть? Он – разыскиваемый преступник, нормально не получится сводить ни к кому. Хотя... может получится и сводить, его же видели только в красной повязке. А точнее, его полную внешность никто не знает, только сам Итан.

Пока размышлял над этим, он заметил, что парень уснул на его руке, лицом прижимаясь к груди. Итан взял своей свободной левой лукой под колени и поднял на двух руках. Так он его донёс до своей спальни.

Он положил на свою кровать, к стороне балкона, и укрыл одеялом. Затем сам уселся на свою, правую сторону кровати, и смотрел на мирно спящего паренька. Затем посмотрел через балкон на ночное небо.

- Лемарк, тебе не понравится это, но я начну копать под тебя, состояние твой с каждым разом хуже. С тобой что-то ужасное произошло, но ты всё еще молчишь. Я не хочу больше видеть тебя таким… сломанным и отчаянным. Я узнаю, кто сделал тебя таким, - после слов он снова посмотрел на него.

Он протянул руку к его лицу. Хотел прикоснуться, узнать, услышал ли он его слова. Оставалось пару сантиметров от его лица, но сжал кулак и убрал назад. Затем сам лёг на кровать, повернувшись от него спиной.

Утро.

Шесть утра. Солнце уже поднялось, своими лучами освящая спальню. Они же начали падать на лицо парня. Лемарк хотел открыть глаза, но каждый раз зажмуривался. Каждый раз свет бил по глазам. Он повернулся спиной к балкону. Глаза наконец-то можно открыть. Прежде начал прощупывать постели руками. Почему-то тут было мягко, а одеяло теплым. Ощупывав, он начинает на что-то натыкаться. Начинает внимательно ощупывать. Одна нога, вторая нога… третья?! Или же это рука? Точно что-то продолговатое и большое, но не мог понять, что. Осязание подвело. Наконец-то парень начинает открывать глаза. Он видит перед собой Итана, который прожигал его холодным и подавленным взглядом, но на щеках виднелся небольшой румянец.

- И зачем ты меня там щупаешь? – спросил он глубоким монотонным голосом.

Сначала Лемарк посмотрел на него с недоумением. Еще раз прикоснувшись к этому месту, в конце концов осознал, что к чему. Он увёл сразу же руку, покраснев, и подпрыгнул. Не рассчитав расстояние, свалился низ головой с кровати. Ударился об горшок с деревцем.

- Твою мать, больно… - юноша начал чесать затылок.

- Ты в порядке? – поинтересовался мужчина, посмотрев сверху вниз.

- У меня и так с головой не ахти, а тут ещё такой удар… И почему я вообще сплю у тебя в спальне?! – воскликнул Лемарк, осмотрев вокруг.

- Я тебя перенёс ночью, забыл?

Тут Лемарк начал вспоминать, что произошло. Вспомнив все детали, как он кричал и плакал, как уснул на его руках, мгновенно утихомирился. Он сел на колени к кровати, руки положил на колени и согнул голову.

- Прости, я не хотел, чтобы такое ты увидел…

- Мне интересно другое, с тобой что-то произошло в прошлом. Но я знаю, что ты мне ничего не расскажешь.

Лемарк со склонившейся головой молчал, скрывая своё лицо.

- Я понял, тогда…

- Ты точно хочешь узнать? – спросил он, взглянув на Итана со всей серьёзностью и уверенностью.

- Да, - Итан удивился, что парень на него смотрел глазами, полной смелостью. Ещё вчера мужчина видел душераздирающую картину, его пустые и отчаянные глаза. Еще до этого он видел, как тот просто избегал разговора насчёт этого.

- Что ж, - Лемарк встал на ноги и посмотрел на мужчину с серьёзным лицом, - тогда слушай. Меня насиловали.

- Что?! – был ошеломлён мужчина, - Прям насиловали?! Ты типа «запятнан»?

- Что? Нет! Я не про сексуальное насилие, хотя я уже не сильно много помню, разум затуманен, но я помню лишь физическое насилие, - после этого Лемарк снял с себя футболку. Итан увидел всё, что хотел.

На животе, на груди, на спине, на лопатках – везде тело изувечено глубокими порезами, как на предплечье. Причём, на спине, между лопатками и поясом были два больших шрама, образовавшие крест.

- Это ты и хотел увидеть? Я эти раны получил ещё ребёнком. Надо мной издевались два года.

- Кто? Родители?

- Нет. Знакомы мне люди, но я их уже не помню. Лишь одного я помню в лицо, - сказал Лемарк, надевая обратно футболку.

- А родители что?

- Им было уже не до меня.

- Ужасные родители…

- Да нет, просто они не знали, что со мной произошло. И до сих пор не знают. Да и не найдут уже меня.

- А ты хочешь найтись?

- Нет, это уже невозможно. Да и мое место в Красной борьбе. Вряд ли им бы понравилось, если бы их сын стал преступником.

- Ясно… Ты сказал, что ты одного помнишь. Скажи, кто это? Я найду этого человека и арестую.

- Правосудие этого человека никогда не настигнет, да и не могу. Это очень опасно.

- Опаснее того, что ты пережил издевательства этого человека?! – воскликнул Итан.

- Да, - ответил Лемарк, склонив голову, - этот человек опасен, мне получилось кое-как от него сбежать.

- Он из власти?

- Не совсем, но связываться с ним не стоит.

После оба молчали какое-то время. Итан всё, что сказал Лемарк, обмозговывал. В нём горело желание арестовать этого человека, возжелал поймать его. Но как, если он даже не знает толком Лемарка. Если он знал хотя бы его имя и фамилию, то ему было куда легче узнать, что с ним произошло. Обыскал бы все архивы, новостные сводки или выследил родителей. Несмотря на то, что Лемарк рассказал это, все равно много, чего скрывал. Множество загадок вокруг его личности осталось.

- Ладно, я схожу в ванную, - произнёс мужчина и снял с себя одеяло, оголившись.

- Ёпт, - юноша начал прикрывать своё лицо покрывалом, - надень трусы, наконец-то! Я всё еще не могу отойти от этого ужасного ощущения.

- Что, нравится? – после этого вопроса в его лицо прилетела подушка.

- Идиот! Ужасная шутка, девок лучше клей!

Итан немного рассмеялся, увидев такую резкую реакцию. Он в шкафу достал своё свежее нижнее белье.

- Кстати, если тебя снова будут мучать кошмары или воспоминания, можешь приходить ко мне спать. Надеюсь, тебе будет спокойно.

- Я… - Лемарк отвернулся к балкону лицом, - спасибо тебе.

- Буду рад только тебе помочь, - затем Итан направился к выходу из спальни, но на секунду остановился и повернулся, - только это, безо всяких прикосновений, на второй раз начну думать иначе.

Тут в его голову прилетает вторая подушка. Мужчина поскорее выходит из комнаты.

- Трусы надевай! – рявкнул парень в след.

Прошло некоторое время, Итан выходит из ванны свежим. От кожи после мыла и геля исходил более древесно-цитрусовый аромат, словно находясь ранним утром под древами лимона или грейпфрута под дуновением прохладного ветра.

Мужчина заметил, что паренёк заправил кровать, а сам уже что-то смотрел и изучал за компьютером. Итан подошёл к нему. Парень обратил внимание, прежде всего на область бедер.

- О, всё-таки надел, молодец, - ухмыльнулся парень.

- А как же. Чего ты это там смотришь? – поинтересовался Болдуин

- Сам посмотри.

Итан присмотрелся. Он увидел несколько фотографий, очень реалистичных. Они все имели общее сходство. Это изображение разрушенных городов. Такое чувство возникало, что эти города уже долгие годы заброшены, но, с другой стороны, из каких-то зданий исходил дым, в некоторых местах развивался пожар, сами здания имели различные степени разрушения, в плоть до руин и кое-как сохранившихся фундаментов. Больше напоминали разрушения после апокалипсиса или катастрофы. Дороги и улицы были будто снесены. Различная инфраструктура: мосты, парки, площади, – также уничтожены. Транспорты: автобусы, легковые автомобили, грузовики, - либо тоже разрушены, оставляя лишь корпус, либо горели, только маленькое количество оставалось относительно внешне целыми. Все выглядело серым и мрачным.

- Что это? Очень похоже на кадр из какого-то постапокалиптического фильма, - спросил Итан.

Лемарк иронично рассмеялся.

- Ну, если это и апокалипсис, то мы в нём сейчас живём.

Итан посмотрел на парня вопросительно.

- Это разрушенные города Маргины.

- Стоп, ты хочешь сказать, что…

- Да, эти разрушения – результаты тяжких боевых действий армий Маргины и Рутении. Эти города: Тухомаб, Марьябург, Адивка – все они полностью разрушены. В них никто не живёт уже, или очень мало людей, десятками.

- По СМИ их никогда не показывали, хотя и упоминали. Мол, что все успешно проходим по фронтам.

- И не покажут. Поскольку это открывает истину о войне. Но истину не скрыть никогда, какие бы запреты рутенская власть не создаст. Не скрыть разрушения, гибель и страдания людей. Не скрыть погибших в ходе боя солдат, отдающих свою жизнь чёрт знает за что. Так происходит каждая война.

- Звучит катастрофично.

- А как еще должно звучать? – спросил Лемарк, посмотрев на Итана, - Война – это и есть катастрофа человечества. Она когда-нибудь и погубит её. Война никогда не несёт справедливость, никого не освобождает, какая бы власть не утверждала в обратном. Война – это всегда разруху, гибель и преступления. Хуже войны преступления не найдёшь. Что будут чувствовать люди, когда они приедут в свой родной город… или деревню, село, а все разрушено…

- Даже не знаю, что сказать, - произнёс Итан, скрестив руки, - чем больше я всё это узнаю, тем…

Болдуин решил не продолжать.

- Я рад, что ты понимаешь меня. Я надеюсь, что мы когда-нибудь вырвемся из рамок этой системы, покончим с ней и её пропагандой. Ничего не длится вечно.

- Получается, мы с тобой грешники системы?

Оба посмотрели друг на друга. В них взглядах можно увидеть понимание и солидарность, как одной волне. После они оба улыбнулись.

- Так точно, - рассмеялся Лемарк, - мы грешники системы.

Вскоре они позавтракали. Время пролетело незаметно, и на часах почти восемь утра. Болдуин собрался в своей спальне, оделся в свою темно-синюю форму. Он посмотрел на эмблему на плече. Это щит, контур которого окантован чёрным цветом. Сам щит был светло-серого цвета, на котором изображены тёмно-красным цветом весы – символ правосудия. Сверху и снизу написаны слова: «Закон и справедливость». Итан задумался об этих словах. Что из этого двух понятий сейчас всё еще имеет смысл и силу в рутенском обществе?

- Задумался о законе и справедливости? – поинтересовался Лемарк, облокотившись спиной к дверному проёму.

- Да вот… Я всё думаю, в чём смысл был в моей работы? Неужели мы все лишь прислуга власти?

- Ну, полиция действительно государственный орган, вы подчинены государству. Но, если однажды полиция действительно станет опорой общества, её защитником, то правосудие вновь обретёт смысл. Будет смысл в законе. Помнишь же, что я говорил?

- Да, не закон должен защищать людей, а люди закон.

- Верно. Если ты сам начнёшь придерживаться этих принципов, то толику надежды на перемены посеешь.

Итан понимал, что есть в этих словах смысл, но как же это всё реализовать, учитывая нынешнюю ситуацию… Итан посмотрел на часы. Уже время выходить.

- Ладно, я пойду.

- Давай, удачи тебе на работе.

Лемарк спокойно проводил Итана на пороге. Как только мужчина закрыл дверь, парень сразу же почувствовал, что остался один дома. Обычно он занимался уборкой, читал книги из библиотеки Итана или же просто валялся без дела.

Но этот небольшой разговор с Итаном натолкнул его на одну мысль. Ему стало интересно, как же видят правосудие патриотично настроенные люди. Парень сел за компьютер Итана, заварив лапшу быстрого приготовления. Затем зашёл в поисковик Яникса и начал искать что-то на эту тему.

Спустя некоторого времени скроллинга и сёрфинга на различных сайтах он обнаруживает один такой. «Инициатива по спасению Родины». Тут собирались люди, которые так или иначе занимаются доносительством или стукачеством.

Члены Красной борьбы часто сталкивались с доносительством. Да и само это явление начало распространяться не так уж и давно, год назад, с начала военной операции Рутении. Сами стукачи считали себя спасителями Родины, исполняющими свой гражданский долг, выявляли врагов и преступников и сообщали о них правоохранительным органом.

Юноша вспомнил слова Маркса: «Народ видит наказание, но не видит преступления…». Это и случается с законом, когда его извращают. Но Лемарк наоборот заинтересовался больше этим феноменом и стал изучать этот сайт. Он обнаруживает парочку интересных личностей.

Один из таких – бывшая учительница рутенского языка – Тетяна Лобниц. Долгое время она работала учителем до этого года. Когда она обнаружила, что с помощью доносов можно немало заработать и получить одобрение и привилегии от властей, уволилась и стала работать на этом сайте. Она начала вести блоги, посвящённые стукачеству. Её первый донос стал на своих бывших учеников за их чрезмерную критику власти и антирутенские настроения. По мере развития своей «карьеры» она начала писать доносы на своих бывших коллег, врачей, бизнесменов, учёных, даже на медийных личностей: актеров, певцов, депутатов, блогеров, если она уличала их в чём-то, по её мнению, что разрушало убеждение во власти или военной операции.

- Это же насколько надо прогнуться под власть, чтобы сдавать своих коллег и учеников, - произнёс он с язвительной улыбкой, - интересно, и сколько же ещё гнилых людей тут…

Лемарк замечает вторую, не менее примечательную личность. Марк Голд – местный депутат и член партии «Рутения едина». Прославился тем, что его доносы успешно приводили к возбуждению уголовного дела против несистемных или местных политиков, многие после этого становились иностранными агентами или экстремистами. Тут Лемарк сразу вспомнил нашумевшее дело с левым политиком и профсоюзным деятелем. Хоть он и не был связан с Красной борьбой, но всегда выступал за единение левых сил в борьбе с авторитаризмом и капитализмом. Лемарк видел парочку интервью с ним. И этого человека посадили за дискредитацию вооружённых сил благодаря стукачеству Голда. Даже председатель фракции правящей партии похвалил его за достойную работу по обеспечению безопасности государства.

- Теперь понятно, какие люди находятся в правящей партии. Не только воры да жулики, но и откровенные уроды.

Анализируя это сообщество доносчиков, Лемарк понял, как они работают. В основном стукачи делились на инициативные группы или сообщества, разделяясь географически, профессионально или на основе интересов и просматриваемого контента. Хотя есть и вполне одиночки, как те два человека. Какие-то делали это из-за денег, кто-то из-за чувства патриотизма. Есть и якобы левые, которые вместо борьбы с капиталистической властью проявляли абсолютно солидаристские чувства. Чистейший шовинизм и оппортунизм. Обычно каждая инициативная группа искала контент или личностей, которые так или иначе транслировали, по их мнению, антирутенские настроения.

На этих людей или контент они составляли заявление и передают в местное отделение полиции или оставляют на сайте Министерства. Оттуда небольшая часть передавалась в Главное управление в Отдел по борьбе с экстремизмом и терроризмом, но в реальных цифрах заявлений попадало очень мало. Всего пять процентов от общего числа доносов. Порой доносы, которые связаны с некоторыми медийными личностями, не приводили к какому-либо результату, они «забывались». Из-за чего в сообществе стукачей порой возникало негодование.

Лемарк поинтересовался, почему же так происходит. Копавшись в сайте, в специальных форумах, он нашёл очень интересное расследование одного из негодующих. Но многие раскритиковали это расследование, потому что оно подрывало веру в государство, в его силу наказывать врагов.

Лига свободного интернета, которой руководит Катерина Мизола, член Общественной палаты Рутении, - всему причина. Она имела влияние на некоторые государственные органы, в частности на полицию. Отдел по борьбе с экстремизмом и терроризмом из-за давления Лиги не смог заняться делом, связанное с двумя блогерами. А вскоре это дело вообще закрыли.

- Вот оно как, значит Мизола как-то связана с этими блогерами. Итан, у тебя есть большая заноза в заднице…

Закончив с этим сайтом, Лемарк продолжил искать различную информацию. Неожиданно для себя он заходит на канал рутенского мессенджера, посвящённый символике «ЗОВ».

В одном из постов о ходе военных действий он нашёл занятное обсуждение. Там некоторые люди начали говорить, что этот символ принёс лишь беды для Рутении. Остальные продолжили комментировать. Все писали, что под этим символом армия проигрывала, а не побеждала. Что под этим символом армия не смогла дойти до Кивы – столицы Маргины, что армия проиграла в нескольких крупных городах Маргины. Начали призывать убрать этот символ, что без него Рутения начнёт побеждать.

Эта дискуссия вызвала невообразимый смех Лемарка, тот даже подавился, пока ел лапшу.

- Ору с этого обсуждения. Ура-патриоты кусают себя за хвост, то сначала так горячо поддерживали этот символ, то теперь хотят его отменить, убрать, - продолжал смеяться Лемарк.

Чуть позже он все же задумался, скрестив ноги и облокотившись на кресло. И правда. Пропаганда, которая и воспитала таких вот патриотов, начала сбоить. Она стала сталкиваться с ужасной реальностью. Радужная иллюзия побед начинала рассеиваться, показывая реальность поражений. И это обсуждение – лишь первый звонок того, что люди скоро снимут свои розовые очки. Что же станет с обществом, которое культивировалось этой властью на протяжении долгих лет? Распадётся ли оно, принеся разруху и катаклизмы, или же оно сможет противостоять этой власти. Станет ли общество грешником и палачом системы? Или же оно «проглотит» это все и останется «в стороне» от всех действий властителей.

Лемарк подумал, что это самое время, чтобы начать свою пропаганду, мобилизовать людей на свою, антивоенную позицию. Но как? Учитывая, что сейчас организация могла быть в плачевном состоянии.

Тут парень услышал несколько тихих писков. Встал с кресла, начал идти на эти писки. Они исходили из его комнаты. Войдя внутрь, он понял, что звуки исходили из сумки. Положив сумку на кровать, он начал копаться в нём. Раздвигая свои вещи, книги, папку с какими-то документами, он достал пейджер. Очень старый коммуникатор, но самый раз, чтобы связаться, игнорируя современные сети. Красная борьба смогла наладить связь, чтобы члены могли без проблем общаться без отслеживания со стороны власти.

Лемарк посмотрел на сообщение, что пришло на его пейджер. «В три часа у бара по улице Коммуны». Это улица, на которой живёт Итан. Лемарк сообразил, что это за бар, как и понял, кто ему написал. Это Барон и Кантер. Раз уж они связались, значит пока что у них все в порядке, но также это и означало плохую новость, иначе связываться не было б смысла.

Парень, как всегда, надел на себя свою спортивную форму, нацепил свою красную повязку на лицо и скрывался от досужих глаз. Он вышел из квартиры Итана, осматривая подъезд и прислушиваясь к каждому шороху. Убедившись, что живых рядом нет, украдкой посмотрел на дверь Итана.

- Прости, Итан, но мне надо нарушить наше обещание, - после юноша тихонько начал спускаться по лестнице.

Выйдя из подъезда, он слегка вздохнул. Самое сложное для него позади. Конечно, люди давно разучились подниматься и спускаться по лестнице, пользуясь многофункциональными лифтами, но на первом этаже всегда был риск с кем-то столкнуться. Он то, как и другие лидеры Красной борьбы, преследовался. Стало бы паршиво, если смогли его узнать.

После он обошёл весь многоквартирный дом и старался держаться подальше от людей. Ходил через дворы, через малопроходимые заросшие дорожки, в подворотнях. Весь путь не переставал думать, что же собираются ему рассказать остальные лидеры. Чувствовал приближающуюся беду. Сердце бешено колотилось, пот начинал скапливаться и попадать на одежду, в форме летом жарко ходить. Сейчас бы снова не закопаться в своих воспоминаниях, разум все больше затуманивался. Но на пол пути вспомнил о словах Итана, что они могут вместе со всем справиться.

И как-то эти слова убедили парня, разум становился всё яснее. А ведь Итан всё еще ждёт какого-то ответа от него, когда сможет ему открыться. Может и правда попробовать ещё всё о себе рассказать… О том, как его зовут, откуда он, что с ним произошло и как вообще связан с этой властью… Только вот еще больше вопросов появится, сможет ли тогда Итан его понять?

Пока Лемарк об этом всём думал, не заметил, что уже прошёл оставшейся путь. Он обратил взгляд вверх. Очень знакомые очертания здания сбоку. Дунул лёгкий ветер, и из капюшона начали показываться золотистые локоны. Точно! Это же тот бар, в котором Лемарк и Итан впервой раз встретились. Тогда мужчина смотрел на него зверскими глазами, тот видел в нём лишь врага… Бар, где всё началось. И тут же должно закончиться его «приключение»?

Парень увидел какого-то человека, стоявшего у мусорных баков рядом с чёрным выходом, тоже в красной повязке и капюшоне. Увидев приближающегося Лемарка, тот выставил ладонь, останавливая его.

- Пароль, - сказал этот человек.

- 18031871, - уверенно ответил Лемарк, ведь он прекрасно знает эту дату.

- Верно, личность подтверждена, товарищ Лемарк, - после этого человек снял с себя повязку.

Молодой, привлекательный внешний вид, смуглая кожа, каштановые волосы и тёмные зелёные глаза. Лемарк вспомнил знакомое лицо. Это бармен этого бара.

- Так ты тут работаешь, в этом баре? Я не знал, что ты тоже красный, - удивился Лемарк.

- Ну а как же, товарищ. Меня в членство принимал Барон, поэтому ты, мой товарищ, не знал о том, что я член Красной борьбы. В принципе, этот бар является небольшим свободным островком во тьме этой авторитарной капиталистической страны, тут люди могут собираться, общаться на различные темы, в том числе и политические. Тут могут свободно собирать люди разных предпочтений и идентичностей, никто тут не угнетаем.

- Круто! И чья была такая прекрасная идея? – поинтересовался Лемарк.

- Моя и ещё троих моих товарищей. Кантер тоже одобрил эту идею с горячим приветствием. Мы все работаем здесь во благо свободы и справедливости. Ладно, я должен отвести тебя к Барону и Кантеру, они уже ждут.

Лемарк и этот бармен вошли внутрь бара через тот вход. Они сразу направились в подсобку. В самом зале тихо: ни света, ни музыки, ни толпы людей, развлекавшихся и выбивавшихся. Похоже, сегодня бар закрыли как раз из-за собрания лидеров.

Войдя в подсобку, Лемарк сразу же снял с себя повязку, а бармен остался снаружи. Он увидел перед собой сидящего на стуле мужчину с ранами на лице, курящего сигарету, и мужчину с редкой сединой на приглаженных коротких волосах и серыми глазами, который читал какую-то книгу.

- Вот, я же говорил, что здесь марксова тенденция понижения нормы прибыли не является долгосрочно верной, поскольку мы наблюдаем рост прибыли в Объединённых штатах в период с 1996 по 2027 года. Норма остаётся в прежних своих значениях, - говорил Барон, показывая в этой же книги какие-то графики.

- Проблема как раз таки в том, что тенденция понижения нормы прибыли не является какой-то аксиомой в марксовой теории, и не обязательно мы должны видеть постоянное понижение прибыли. Но, если мы возьмём не только Объединённые штаты, но и, например, западные страны, и возьмём больший промежуток, то мы увидим, наоборот, работу марксовой тенденции. Например, в тех же штатах с 1948 по 1999 норма прибыли, наоборот, понижалась. Это еще учитывая кризисные периоды в экономике, становления неолиберальной политики и её нынешнего падения. Сейчас мы видим застой капитализма и его развития, из-за чего мировое неравенство и экономическая нестабильность просто зашкаливают. Это тоже связано долгосрочной работой этого закона. Мы живём в эпохе, когда капитализм не может выдержать новые мировые испытания, и в этих условиях социалистическая альтернатива необходима как никогда, - возразил Кантер.

- Тут я согласен, но всё-таки у Маркса есть проблемные моменты в его теории.

- Эти проблем решаемые, если анализировать современную экономику через призму марксистского метода анализа. Любому критическому марксисту ясно, что капитализм постоянно изменяется, и нельзя пользоваться старыми данными и результатами, выдвинутые Марксом.

- Каждая ваша встреча – это обязательно спор о Марксе, - произнёс Лемарк со вздохом.

- Ну, возможно, это будет даже наш последний спор, но зато хотя бы он сохранится в рамках дружеской и товарищеской дискуссии, - ответил Барон, прикрыв книгу.

- Последний?

- Возможно. Поскольку нас уже выследила полиция.

- Что?! – воскликнул Лемарк, - неужели из-за предателя в организации?

- Да, он, видимо, уже передал наши данные о нас. Он точно либо из полиции, либо из спецназа, - сказал Кантер, - похоже, наши реальные имена тоже известны.

- А вы где всё это время были?

- Мы-то как раз пытались сохранить единство организации в таких условиях, учитывая, что убийство депутата и спланированная предателем протесты выбили организацию из колеи. Нам бы назначить собрание организационных ячеек, хотя бы в Мосаве, но мы можем не успеть, - объяснял Барон, почёсывая потихоньку обложку книги.

- И что же делать? – спросил с дрожью в голосе Лемарк, а затем от всех этих переживаний начал истерично смеяться.

Кантер схватил его за левое плечо.

- Лемарк, успокойся. Прошу, сохраняй свою психику в стабильности. Вся надежда наша на тебя. Если нас посадят, ты должен возглавить организацию.

- Я? Один?

- Ты не один, с тобой ещё несколько десяток тысяч членов, которые готовы бороться за справедливость, свободу и равенство в Рутении и во всём мире! Мы разные, но у нас общая цель. Борьба должна продолжаться. Режим рано или поздно падёт, и только от нас зависит, в какую сторону пойдёт развитие страны. Сейчас только Красная борьба и Демократическая инициатива – единственные несистемные крупные организации, способные на борьбу. И левая, и общедемократическая борьба сейчас лежит в основе будущего Рутении, - произнёс Барон, похлопав по плечу, - Мобилизуй рабочих, студентов, интеллектуалов, медийку!

- Барон прав, как бы нас не сживала власть, мы должны бороться. Ты должен бороться, с нами или без нас. Когда мы выйдем из тюрьмы, надеемся, что живыми, то мы хотим увидеть, как ты будешь строить справедливую и свободную Рутению.

- Спасибо, вам, товарищи, - произнёс это Лемарк, вытирая слёзы, - Я всё буду сделаю ради интернациональной революционной борьбы!

- «Вера в революцию есть уже начало революции» - так сказал крупнейший революционер и теоретик марксизма! Vive la revolution! – воскликнул Кантер, подняв сжатый кулак вверх.

- Да здравствует революция! Да здравствует Интернационал! – рявкнули Лемарк и Барон, также подняв кулаки.

После товарищи отпустили вместе руки и переглянулись. Лемарк уже и начал отвыкать от этой атмосферы солидарности, товарищества и общего дела, прожив больше полмесяца с Итаном. Он почувствовал себя радостным, хоть эта радость и долго не продлится. Ведь неясно, сколько у них есть осталось времени, чтобы вот так вот просто пообщаться. Совсем скоро их разделит могучая рука рутенского правосудия.

- Кстати, Лемарк, что там по поводу твоей задачи? Как там обстоят дела с полицаем? – поинтересовался Кантер.

- Всё в процессе, но…

- Что-то не так? Он всё еще верит этому государству? Полицейский на нашей стороне – это важное условия для развития нашего дела.

- Нет, с этим всё в порядке, просто… Мне кажется, что мы с ним сильно сблизились, - произнёс юноша, смутившись и отводя взгляд.

- Что?! – эта новость обескуражила его товарищей, - В смысле сблизились?

Лемарк продолжал отводить взгляд, пытаясь подобрать слова для объяснения его отношений с полицейским.

- И до постели дошло? – спросил Кантер.

- Да, - ответил изначально Лемарк, не подумав, но через секунду понял, что ляпнул не то и стал махать ладонями, - нет, нет, нет. Вы не о том подумали. Просто он мне помогает, особенно с моими психологическими проблемами, поддерживает. Я вижу, что он переживает обо мне, хотя я его не прошу об этом. Он один из немногих, как вы, который меня старается понять.

- Ты ему рассказал о своём прошлом? – спросил Барон.

- Не всё, я хочу ему всё рассказать, кто я такой, как меня зовут и о своём прошлом…

- Лемарк. Это не очень хорошая идея, - говорил Кантер, то ли строгим, то ли дружеским голосом.

- Вы, юнцы, еще глупцы в этом плане, у вас играют гормоны, вам кажется, что все фиолетово и радужно, что можно доверять любому. Но нет, не любому. Полицейским особенно. Было бы достаточно убедить его в том, что система гнилая, не обязательно сближаться как-то. Становиться друзьями или кем там еще, - резко высказался Барон.

- Я, конечно, не полицейский, но бывший военный. Военным-то тоже можно, по факту, не доверять. И тем не менее я ваш товарищ, - возразил Кантер.

- Но ты-то пришёл к левым взглядам, будучи военным. А тут другая ситуация. Это цепной пёс власти, который готов всем горло перегрызть, дай только команду.

- Если освободить пса с цепи, он может и восстать против своего же хозяина, разве не так? – спросил Лемарк.

- Не в случае Итана, я не верю в такие быстрые перемены. Ты читал о нём информацию. Ты знаешь, что его родители - сторонники власти, он воспитывался любить эту власть и служить ей.

- Я говорил, что старик не поддержит такую выходку, - сказал Кантер, закурив ещё одну сигарету.

- Я всё же хочу попробовать. У меня ещё есть время. Тем более он уже начинает понимать всё это. На нашу борьбу это никак не отразится, - с надеждой произносил юноша, посмотрев на своих товарищей.

Барон размышлял минуту, две, три. Будто принимал жизненно необходимое решение. После он всё-таки вздохнул и по-старчески прокряхтел.

- Я буду надеяться, что у тебя действительно всё выйдет. Но всё же будь осторожен. Есть шанс, что он тебя обманывает.

- Я верю ему. Верю и в вас. Я никого не подведу.

***

Вот и незаметно прошли часы, начался седьмой час. Встреча затянулась надолго, но всё же товарищам пришлось разойтись с противоречивым чувствами. С надеждой, что они смогут еще раз встреться, вот так вот спокойно поговорить, обсудить и подискутировать на насущные политические, философские, экономические темы. Барон и Кантер всегда были интеллектуально подготовленными людьми. Барон давно еще работал профессором, являлся доктором социологических наук. Кантер, из-за своей военной карьеры, не стал заниматься профессионально какими-то науками, тем не менее он достаточно начитанный, много, что изучал в самой армии. А боевых навыков он приобрёл достаточно, чтобы, если вдруг наступит гражданская война, руководить боевой организацией Красной борьбы.

Вместе втроём они составляли ядро организации: Барон – интеллектуал, Кантер - боевых дел мастер, Лемарк же – отличный пропагандист, успешно мобилизует и привлекает людей в организацию. С ним каждый протест организации вызывал немало шума и возбуждал даже сторонних людей на активные действия против власти. Вот что теперь будет с организацией, если их трёх столпов останется лишь один? Эти мысли беспокоили его. Лемарк понимал, что один точно не справится, нужны новые люди в руководстве, и как можно больше людей.

И вот Лемарк вернулся назад, в квартиру. Царила тишина, свет нигде не горел. Вроде как Итана всё еще нет дома. Похоже, парень успел до его прихода. Он снял с себя красную повязку и кинул на шкафчик с обувью в прихожей. Разувшись, он снял с себя спортивную кофту, открыл дверь в свою комнату и кинул на кровать эту кофту. Затем он хотел направиться в спальню Итана и взять что-нибудь почитать. Но тут он увидел, что на кухне загорелся свет.

- И где ты был? – услышал он глубокий, но холодный голос.

Он повернулся и увидел, что Итан в своей полицейской форме сидел у стола и докуривал свою сигарету.

- Ты рано? – поинтересовался парень, подойдя к Итану ближе.

- Да. Сегодня работой не особо запрягали, тихо, поэтому и ушёл пораньше. А я уж по началу думал, что ты сбежал, но твои вещи на месте.

- Нет, с чего ты взял? Не доверяешь мне? – задал вроде как и простой вопрос, но в ней уже ощущалась хитроумность Лемарка.

Итан, услышав этот вопрос, встал со своего места и подошёл очень близко к юноше. Сначала он посмотрело на него холодным взглядом, но после закрыл веки и вздохнул. Открыл их вновь, и взгляд стал куда мягче.

- Доверяю, конечно, просто ты ушёл, ничего не написав. Можно о чём угодно подумать. Просто переживаю.

Лемарк рассмеялся.

- Ты смешной, из-за такого переживать. Я уж точно весь этот месяц никуда не денусь. Хотя у нас действительно осталось не так много времени.

- Ну? Куда уходил?

- Да так, встречался с Кантером и Бароном, - ответил он, направившись в свою комнату.

- Да? И о чём говорили? – мужчина направился за ним.

- У них большие проблемы. Их выследили и теперь недолго им осталось на свободе быть. Я прав, в организации предатель, - парень сел на свою кровать и начал стягивать с себя штаны.

- Получается, уничтожение Красной борьбы не за горами? Интересно даже, как же у этого человека всё получается, - задумался Болдуин.

- Если я ничего не смогу предпринять, то пересажают большое количество наших людей. Этот человек связан с государством, а у государства большие инструменты для нашего подавления. Они мне поручили возглавить организацию одному, но я не знаю, смогу ли я всё это выдержать… - Лемарк приложил ладонь ко лбу, - Как же это всё сложно. Мне нужно как-то набирать людей, в руководство тоже нужны люди. Но я должен продолжать бороться с властью.

- М-да уж, действительно проблема, - произнёс Итан, скрестив руки и приспустив взгляд.

- Мне нужна твоя помощь, Итан, - произнёс Лемарк, надев свои повседневные шорты.

- Слушаю.

- Нам нужно раздобыть больше информации про Энигму. Документов Бишоп, что тебе отдал Мойниц, недостаточно. Нужно больше про связи власти с конгломератом «Бишоп», её связи с этим проектом, про планы государства в войне с Маргиной. Я более чем уверен, что государство устроила эту «военную операцию» не просто ради того, чтобы навязать всему миру свои условия, не просто ради расширения рынков и противостояния Западу. Вероятно, чтобы ещё и распространить систему Энигма. Я обнародую всю эту информацию, показать всю тёмную сущность нашей власти, и что они устроила эту войну не ради защиты чего-то там. Все ради большей власти, больших денег. И Энигма даст им такую власть. Обнародовав всё это, можно серьёзно ударить по государству и его репрессивно системы. Были бы у меня эти документы изначально, то…

- Я постараюсь сделать всё, что возможно. Я же тоже сейчас ограничен, за мной до сих пор следят, а некоторые государственные архивы недоступны мне. Но это для тебя важно, так что я постараюсь.

Юноша протянул свои худые нежные руки и обнял за талию Итана, прижавшись.

- Спасибо тебе, Итан, - сказал он с легкой улыбкой и дрожью в голосе, - я хочу наконец-то покончить со всем этим, с этой диктатурой, войной, этими тайнами и секретами. Хочу освобождения Рутении.

Итан прикоснулся ладонью к его волосам и поглаживал эти мягкие золотистые локоны.

- Мы справимся со всем этим, вот увидишь, - сказал он, продолжив гладить волосы.

Так они находились несколько минут, каждое поглаживание успокаивали юношу. Он так и хотел все оставить как можно дольше. Тут нахлынули тёплые воспоминания, как его мать нежно поглаживала его маленького, напевая различные песни, под деревцем во дворе их коттеджа, где они каждое лето отдыхали. Теперь никогда не сможет вновь почувствовать тёплую нежную руку матери, легкий ветерок и пение птиц, попивавших водичку в фонтане двора.

Вечер этого же дня.

Елизавета Симэнь находилась в кабинете Роберта Вебера. У него, в отличии от других руководителей отделов, свой кабинет. Даже Болдуину, почётному полицейскому, не выделили собственный кабинет. Кабинет сам тоже был футуристическим, мало, чем отличался от кабинета Степашиной, за исключением более монотонных тёмных цветов у первого. Даже мебель имела тёмно-коричневые оттенки: полки с книгами и документами, столы, стулья, кресло Роберта. Без небольшого света от светильника на столе Вебера комната стала бы тёмной вообще. Такая комната вызывала больше чувство давления, опасности и тревоги.

Роберт в своём кресле, облокотившись локтем на подлокотник и держа ладонью голову, читал присланные документы Елизаветой.

- Вот так и надо было с самого сначала, Лиза. Хорошая работа. Надеюсь, ты впредь будешь безо всяких пререканий будешь и дальше следить за нашей легендой и выполнять все мои поручения, - произнёс он угрожающим голосом, посмотрев на её своими пустыми тёмными глазами.

- Д-да, т-так точно, товарищ старший лейтенант, - отвечала ему тихо, стараясь не встречаться с ним взглядом, но на в её глазах был страх и угнетение.

- Будешь и дальше послушной посредственностью, ты пригодишься и дальше этой власти, и, когда я уйду, ты займёшь моё место. А раз уж ты всё узнала, то и для будущей системы тоже. Так-с, а теперь Итан. Раз уж у него документы, то, когда он узнает об Энигме всё – вопрос времени. Я даже предполагаю, кто ему помогает во всём этом.

- Ч-человек, к-которого вы ищите?

- Может, а может и его прихвостень. Мне сказал знакомый, что это Лемарк – лидер Красной борьбы. Вот уж не думал, что я окажусь очень близко к ответу на свои вопросы и к ликвидации этих радикалов, - злобно улыбнулся Роберт, а его взгляд воспламенил.

- Но к-как вы собрались выдать Итана, не нарушая законы? – поинтересовалась Елизавета.

- Всё очень просто, во-первых, мы подошлём его друга – Луку, он то точно все ему всё расскажет, все свои переживания и всякую чепуху, которые рассказывают друзья друг другу, на всякий случай, поместим жучок в доме Итана. Ну, а во-вторых, я поведаю ему все тайны этого государства.

- В том числе и об Энигме?

- Безусловно. Тогда я точно смогу выпытать все ответы у него. Ладно, можешь быть свободна.

Симэнь поспешила удалиться из кабинета, чтобы наконец-то вздохнуть от этой удушающей атмосферы. Роберт облокотился на спинку кресла и задумался. После чего ему в голову пришла интересная идея. Он встал на ноги и тоже поспешил выйти из кабинета.

Спустя час.

Он подъезжает к парковке около бетонного здания, окружённого трехметровой стеной с колючей проволокой. Вокруг здания одна степь, до городских построек было несколько километров отсюда. Роберт приехал к следственному изолятору, где содержатся люди, подозреваемые, обвиняемые в совершении преступления, а также подсудимых, ожидающих судебного процесса.

Он подошёл к воротам, где охранник потребовал удостоверение личности и должность. После успешной проверки охранник горячо поприветствовал Роберта.

- Вы здесь, чтобы кого-то навестить, товарищ старший лейтенант? – поинтересовался охранник.

- Да, мальчишек.

- Вы уверены? Это уже третий раз за этот месяц. Они еще от прошлого вашего посещения не отошли.

- Есть еще кое-что, что мне надо узнать от них.

Охранник лишь молча кивнул, и с другим сотрудником отвели его к камере этих мальчишек.

- Вы в этот раз сможете себя сдержать свой садизм? Просто у них скоро состоится суд, будет трудно суду и общественности объяснить, откуда у старшего так много побоев, - попросил сотрудник.

- Постараюсь, конечно. Но у меня свои методы допросов. Посмотрим, насколько они сговорчивы, - пожал плечами Вебер.

- Уж учтите это, просим вас.

После сотрудник начал что-то вводить на часах, и двери в камеру раздвинулись. После Вебер зашёл внутрь, и двери сразу за ним задвинулись. Он увидел братьев Грант, которые играли в какую-то интеллектуальную игру. Старший имел синяки, пластыри у глаз, на висках и на носу. Младшему повезло больше, лишь один пластырь на левой щеке и небольшие царапины.

Когда Николас и Мэттью увидели Вебера, младший сразу же прижался к старшему, испугавшись. Старший смотрел на Роберта злобными глазами, хотя его руки также от испуга дрожали.

- Чего тебе ещё надо, пёс власти?! – рявкнул Николас.

- Н-неужели он снова пришёл над н-нами издеваться? – Мэттью с дрожью в голосе спросил у старшего.

- Уж тебя он точно не тронет.

- Дети мои, если вы в этот раз будете сговорчивыми сегодня, то я вас и пальцем не трону. Всё остальное зависит от вас, хотя я сотрудникам обещал поменьше трогать вас.

Братья ничего не ответили на слова Роберта, не поверив в истинность его слов.

- Я тут узнал кое-что, возможно, вы что-то знаете.

- Я уже миллион раз сказал, что ничего не знаю, и предавать Лемарка мы не собираемся! – сказал Николас, смотря на Роберта с презрением.

- А что, если я скажу, что я почти взял Лемарка за хвост.

- Что?! – воскликнули браться.

- В организации есть мой знакомый, который мне рассказал, что Лемарк имеет связи с Итаном Болдуином.

- Н-не может быть. Лемарк бы никогда не подставил себя, он всегда мог заметать следы, - говорил Мэттью, продолжая вздрагивать.

- Итан Болдуин…. Это тот полицейский, который бежал за Лемарком? Который нас допрашивал? – поинтересовался старший.

- Верно.

- Бред! Чтобы Лемарк возился с полицейским…

- Но это ведь правда. Лемарк уже пол месяца не выходит на связь с организацией, он не участвует на собраниях. Другие лидеры тоже ни слуху ни духу о нём. Разве это не говорит о том, что Лемарк сейчас скрывается и выполняет какую-то миссию?

Братья задумались. Они не хотят верить в слова этого полицейского, но все это выглядело очень логичным. Они-то не знают, что сейчас в организации происходят.

- Чтож, в некоторым смысле его связь с Итаном, которого он скорее всего вербует в свои ряды, играет нам на руку. Так как нет Лемарка, мы смогли начать уничтожать Красную борьбу изнутри. Так как Лемарк с Итаном, мы сможем его поймать. В любом случае, Красной борьбы скоро не станет, вы сломлены.

- Не может быть… - произнёс Николас.

Братья отпустили свои взгляды, пытаясь это всё переварить. В их взгляде появилась отчаяние, которое скоро поглотит и их душу. Они ничего не говорили, сил нет что-то возразить этому.

Роберт злорадно улыбнулся, а после засмеялся.

- Как прекрасно видеть в ваших глазах смятение, раздор и отчаяние в ваших глазах. Всяко лучше, чем вас избивать. Скоро ваши игры в борьбу за свободу, справедливость закончится, как и закончится для Лемарка.

Роберт с довольной ухмылкой развернулся к двери и направился к ней. Тут ему на часы приходят уведомление. Прочитав его, он снова рассмеялся.

- Вот уж хорошая новость, - повернулся он к братьям, - ждите ещё двух своих товарищей – Барона и Кантера. Их уже поймали. Остался только Лемарк. Что ж, оставлю вас с прекрасным чувством отчаяния.

Роберт наконец-то вышел из их камеры и довольный ушёл к выходу из следственного изолятора с предвкушением того самого прекрасного дня, когда Красная борьба будет полностью уничтожена.

Глава 10

Вебер находился в своём футуристическом кабинете, сидел на своём кресле, скрестив руки и постукивая пальцами правой рукой по плечу левой. Время уже пол девятого. Он наблюдал за каждым движением секундной стрелки часов напротив него, на входе. Время растягивалось, а ощущение вечного ожидания все больше настигала Роберта. Он ожидал кого-то, и знал, этот человек вот-вот войдёт в его кабинет.

Тут он заметил, как дверь открывается. В проёме он увидел Кавлера, который кое-как удерживал большую стопку папок.

- Ну и тяжесть, и как долго они хранились… - Лука дотащил эти документы до стола, они все шлёпнулись на поверхность, и пыль разлетелась во все стороны, - Уже давно все перешли на электронку.

Роберт встал со всего кресла и посмеялся, подходя к Луке.

- Ты ж знаешь, какая у нас бюрократия, держим всё до последнего, вот только это начальница приказала занести в электронный вариант, - Роберт взглянул на эти документы, - эти старые дела… разбирать буду долго.

- Беда, - почесал затылок Лука, - тебе надо помочь?

- Да справлюсь и сам.

- Ну и отлично, - похлопал по плечу с улыбкой прапорщик, - а то это такое дряньство.

- Кстати, Итан же сегодня не работает, так? – поинтересовался Вебер, оказавшись ближе к двери.

- Не работает, чилит, наверное, дома. Почему он, а не я… - вздохнул Лука, спустив руки к полу.

- Отлично, - старший лейтенант закрыл дверь изнутри.

- А зачем ты дверь закрыл?

- Надо с тобой поговорить серьёзно, чтобы никто не помешал.

- О чем? – поинтересовался Лука, но ощущал, что что-то не то.

Роберт повернулся к нему. На лице появилась легкая улыбка, но его тёмные глаза выглядели несколько угрожающе. Видимо, и правда что-то не так.

- Ты слышал, что мы поймали двух лидеров Красной борьбы?

- Да, наконец-то они перестанут быть занозой в заднице, - Лука, поняв, что будет разговор о Красной борьбе, слегка расслабился, - и как вы поймали?

- Очень повезло, что мы узнали их личности, один - Николай Абад, второй - Эндрю Белз. А дальше, как по маслу, открыли архивы и поняли, где они могут находиться. Шион помогла очень. И я её отблагодарил по-своему, - непринуждённо говорил он.

- По-своему – это… Хотя не важно, а что насчёт третьего лидера. Лемарк же, да?

- Да. А вот его мы не можем выследить, ничего найти тоже, в организации его нет. Он умело скрывается.

- Ему кто-то помогает скрывается?

- Да. И я даже знаю кто.

- И кто же? Похоже, еще один наш враг?

Роберт посмеялся с его вопроса, а после он слегка прищурил глаза.

- Думаю, для тебя он далеко не враг.

Лука не понял, о чём он, но интонация, с которой Вебер говорил, еще больше смущала. Она стала куда более угрожающей.

- Это Итан Болдуин.

- Что?! – воскликнул Кавлер, - Что за бред?!

- Это не бред. Мне рассказал мой знакомый, что Лемарка и Болдуина что-то связывает. Я уверен, что легенда скрывает его.

- Да не может такого быть. Я сам помню, каким был подавленным, когда упустил его из виду. Он больше всех хочет его поймать.

- А вышло, что Лемарк поймал его в свои сети убеждения.

Лука считал всё это ложью. Он знает Итана долго, видел удручающего Итана, помнит, что он из семьи полицейских, всегда стоявших на страже закона, с преступниками всегда был только один язык – язык наказания, язык подавления. С Лемарком ничего не могло связать. Все эти слова только запутывали.

- Не важно, веришь мне или нет. Но мне нужна твоя помощь. Тебе надо будет установить жучок в доме Итана, мы точно сможем отследить, насколько он связан с Лемарком. Может даже, он у себя скрывает.

- Нет, - помотал головой Лука.

- Что?

- Я не собираюсь предавать своего друга! Даже если что-то и правда, то всё равно, я не собираюсь что-то делать против него, - озлобленно посмотрел на него Лука.

- Вот как, - Роберт начал подходить медленно к Кавлеру, - забавно. Принудить тебя я не могу, тогда я сам лично займусь Итаном. Он предатель государства. Мы выцепим его сами, натравлю своих людей. А у них свои методы борьбы с предателями и врагами. Они обыщут весь дом, а если надо, то и расправятся с самим Итаном.

Роберт подошёл близко к Луке. Он смотрел на него зверски угрожающим взглядом, показывая, что он способен на такое. Этот взгляд давил на Луку, возникали сметения и страх, но он своим выражением лица показывал, что не откажется от своих слов, в нём уверенности и веры больше, чем страха.

- Начальница не позволит этому случиться! Она не оставит это без дела. Итан - почётный полицейский.

- Да что ты. Виктория и сама много чего не знает. Всё спишем на то, что при выполнении своего долга погиб от нападения. Его даже посмертно наградят. Он останется гордостью нашего управления и всей полиции. Нет, всей страны.

- Нет... Не может, - чаша смятения начала перевешивать чашу уверенности.

- Выбирай, Лука Кавлер. Ты же не хочешь, чтобы его кровь оказалась на твоих руках?

Этот вопрос не оставил права выбора у Луки. Он согнул голову, а душа раздиралась. Он не хотел смерти Итана, Роберт действительно настроен против полицейского, при этом, тот не хочет подставлять друга. Это очень несправедливо…

- Ты обещаешь, если я соглашусь, с Итаном ничего не произойдёт?

- Даю слово. Я с ним ничего не сделаю, если ты сделаешь всё, как я скажу.

Кавлер стиснул зубы и сжал кулак. Он почувствовал сухость во рту, на секунду он зажмурил глаза.

- Ладно, я согласен, - ответил Лука, стараясь не глядеть ему в глаза. В его душе бушевали злость, горесть и разочарование… в себе. Он никогда не думал предавать своего друга, но, если этого не сделать, он может умереть. Ужасное чувство стыда наполняло разум.

- Я доволен твоим ответом. Можешь быть свободным, - Роберт открыл дверь и посторонился, - Я скажу начальнице дать тебе сегодня выходной. Жучки возьмёшь в моём отделе скажешь Симэнь или остальным, что я разрешил, сразу отправишься к Итану, установишь жучки в каждую комнату. Можешь еще поспрашивать его, чем больше инфы, тем лучше.

- Я понял…

- Отлично.

Лука поспешил как можно быстрее убраться подальше от этого душащего кабинета и свирепого взгляда Роберта. Роберт с довольной коварной ухмылкой сел на своё кресло и посмеялся, взъерошив свои волосы и выпрямив назад.

- Заходи, Лиз. Я уже давно ощутил твоё присутствие.

Симэнь зашла спокойной в кабинет и посмотрела на это радостное и беззаботное выражение лица с холодными чёрными глазами.

- Для вас, товарищ старший лейтенант, это – лишь удовольствие?

- И давно нас подслушивала?

- С самого начала. Неужели так необходимо топтать их дружеские чувства? – поинтересовалась она, сохраняя спокойный вид.

- Да. Лука очень поможет нам. Приходится рисковать.

- Жестоко. Так манипулировать человеком…

- Чувства, эмоции, память, разум, желания и стремления – всё это порождает мозг. В нём очень много загадок и тайн. И это позволяет создавать даже такие психологические манипуляции. Ведь проблема в том, как правильно контролировать мозг человека.

- И всё же, я не понимаю, зачем всё это делать, зачем знать Итану об Энигме?

- Его разум работает несколько иначе, чем у обычных людей. Поэтому рассказать об Энигме не будет ошибкой. Но как раз, рассказав об Энигме, будет возможность держать его необычный свободный разум в узде. Он точно придумает, как использовать эти знания.

- Вот как.

- Да и Лемарка надо поймать, не просто потому что он – последний лидер красных, а то, что этот юнец тоже необычный человек. Тем более, он может привести меня к ответам. Я уже это говорил. Я заинтересован в их обоих.

- И во мне тоже, раз уж вы всё рассказали?

- Нет, тобой управлять очень легко. Ты та ещё посредственность, скучная посредственность. Поэтому если ты расскажешь о б Энигме – не грустно будет и расправиться с тобой. Так что будь послушной гражданкой.

- Д-да, конечно, - ответила она неуверенно, вздрагивая от его слов, - я п-пойду.

- Ага. Вали.

***

Одиннадцать утра. Солнце уже стояло высоко на чистом безоблачном небе. Лемарк проснулся, протирая свои глаза. Закончив, он взглянул на балкон. Пару минут он сидел на кровати и старался полностью проснуться и не свалиться вновь, всё же ощущал небольшой недосып. Когда его мозг наконец-то сориентировался, обратил свой взгляд на спящего мужчину.

Наблюдая за смиренным дремлющим лицом Итана, растрепанными бирюзовыми локонами волос, закрывавшие почти глаза, парень вспомнил, что они почти до утра просидели за просмотром фильма. У Итана выходной, да и ему самому надо как-то расслабиться после всего произошедшего, они оба решили посмотреть кино. Шёл один фильм, второй, третий. Они постоянно обсуждали их и смеялись.

Было очень весело. И такая расслабляющая атмосфера стала впервой для Лемарка. В детстве у него не особо много друзей было, он ходил в частную школу, где дети в основном занимались лишь учёбой, атмосфера лишь больше замыкала его одиночество. В Красной борьбе он занимался оппозиционной и теоретической деятельностью, а вот между детством и Красной борьбой ничем таким не мог заниматься, потому что….

В прочем, это уже не так важно. Парень желал забыть этот отрывок его жизни, как вспомнишь, что каждый день наполнялся тьмой, жить невыносимо.

Пока он погружался в свои мысли, Итан уже открыл глаза и тихо наблюдал за Лемарком. Лемарк, когда вернулся в реальность, увидел обращённый на него взгляд этих зелёных глаз.

- Снова что-то вспоминаешь? – спросил его Итан.

Лемарк слегка помотал головой.

- Да так, ничего плохого. Просто вспоминал эту ночь, - с лёгкой улыбкой говорил юноша.

- Это было действительно неплохо, - говорил Итан, заняв сидячее положение, - я редко, когда вот так с кем-то смотрю фильмы. Пару раз, и то с лучшим другом.

- Необычно? – поинтересовался Лемарк.

- Необычнее только четыре или пять фильмов подряд и уснуть в пол пятого? Вот уж точно. Как и необычно слушать после каждого фильма твой… как ты там назвал, исторический анализ?

- А-ха-ха, - посмеялся юноша, - ну, ты больше понимаешь фильм и его сюжет, когда понимаешь исторический контекст. Как те западные фильмы с мафией, радикалами и разгулом преступности. Ведь это все соответствовало действительности «свинцовых восьмидесятых».

- Я особо ничего из того, что ты говорил, не понял. Ну ладно, сами фильмы интересные, я люблю боевики, детективы.

- Это хорошо. Мне тоже всё понравилось. У меня такое впервые.

- Серьезно? Ты никогда не смотрел фильмы?

- Нет, смотрел. Хотя в основном аниме, но и фильмы, сериалы тоже. Просто… У меня не было друзей, с кем можно бы посмотреть.

- Получается, я у тебя первый?

Лемарк молчал некоторое время, осознавая его вопрос. Похоже, что он в душе ощущал нечто большее, чем просто радость. Нечто больше, чем просто интерес. Рядом с Итаном он чувствовал себя нужным и особенным. Это согревало душу.

Он взял его руку и придал к себе в груди, ощутив еще больше теплоты. После чего он улыбнулся и посмотрел своими яркими, янтарными глазами на Итана. Они горели словно звёзды на небе.

- Да, ты у меня первый. И я очень рад, что это именно ты.

Итан, услышав этот ответ, тоже улыбнулся. Своей второй рукой он прикоснулся к его золотистыми волосам и стал гладить их.

- Мы, выходит, с тобой друзья? – спросил Итан, чуть приподняв голову.

Лемарк вновь рассмеялся.

- Ну, если отношения между полицейским и преступником можно назвать дружбой, то… да!

- Меня это вполне устраивает.

Итан продолжал гладить его по волосам, но неосознанно его рука начала сползать к левой щеке Лемарка. Ушло немного времени, прежде чем мужчина осознал, что его рука уже была на щеке, а парень с вопросительным взглядом и покрасневшим лицом уставился на него. Болдуин непроизвольно убрал руку и почесал затылок.

- Итак… Чем займёмся? – спросил Итан.

- Наверное, тебе надо будет сейчас освежиться.

- А может всё же тебе? Ты весь красный.

- Н-нет, просто на улице жарко, и в спальне тоже. Так что вали в ванную, - парень начал выталкивать его из постели ногами.

- Иду-иду.

Как только двумя ногами Итан прикоснулся к полу, из входной двери прозвучало несколько стуков.

- Это кто ещё стучит? – недоумевал Лемарк.

- Самому интересно, - Итан открыл видеонаблюдение через часы и удивился, - Лука?!

- Лука… Кто это?

- Мой друг. Лучший. Но у него сегодня рабочий день, так почему он тут. Так, не важно, надо тебя куда-то спрятать, - говорил Итан, спеша одевая повседневные штаны, - Запрись у себя в комнате или…

- Не буду я прятаться.

- С ума сошёл?! Ты же разыскиваемый преступник.

- Да, но меня-то знают только по красной повязке и некоторым приметам, как например, моя спортивная форма.Да и как не познакомиться с лучшим другом моего друга-то. Твой друг – наш друг!

- Ну, смотри сам.

- Отлично, тогда сейчас ему открою, - Лемарк вскочил с кровати и побежал к двери.

- Эй, стой! Ты же сейчас только недопонимания создашь!

Лемарк добежал до двери и открыл её. Он видел перед собой рыжеволосого мужчину возраста Итана, но ниже того. Он одет в джинсы и футболку с черно-белыми полосками. Его ярко-голубые глаза обратили внимание на этого низкого парня, и тут Кавлер понял, что это лицо он где-то уже видел.

- Где-то я тебя видел, - спокойно сказал Лука, - ты кто?

- А-ха-ха, - посмеялся Лемарк, - похоже, я успел засветиться, знаменитостям трудно прятаться. О, у тебя милые веснушки, тебе очень идут.

- Так-с, я же сказал тебе, только недопонимания создашь, - раздражённым голосом говорил Итан, оказавшись сзади Лемарка.

- Злюка, не даёшь познакомиться со своим другом.

Лука начал присматриваться к этим двоим. Итан был лишь в одних штанах, а верх оголён, а этот парень стоял лишь в футболке и нижнем белье. Еще больше удивило наличие на ногах шрамов. Всё это казалось очень пикантным и… странным.

- Что тут происходит? – спросил Лука, зажмурив брови.

- Прости, Лука. Пусть тебе это и кажется странным, но я всё легко объясню. Это мой друг, приехал из Сивирии. Его зовут… Э-э…

- Ник. Меня зовут Ник, - ответил «Ник», протягивая ладонь, - будем знакомы. Трудно добираться через половину страны.

- Вот как. Ну, меня зовут Лука, - Кавлер тоже протянул руку, и они обменялись рукопожатием, - А Итан мне ничего не говорил про других друзей.

- Так-с, давайте лучше зайдём внутрь и усядемся в гостиной, - говорил Итан, уходя.

- Точно! – воскликнул, - Добро пожаловать в наш обитель!

Все втроем вошли внутрь и направились в гостиную комнату. Лука сел на кресло, а Итан с Лемарком - на диван, причём мужчина сел подальше от Луки. Парень обратил внимание, что Итан всё ещё ходил с голым тросом.

- Даже ничего не накинешь? – спросил «Ник», показывая всем видом своё недовольство.

- А ты тоже ничего не будешь? Ноги-то голые, - Итан скрестил руки и отвёл свой холодный взгляд.

- Я первый спросил!

- Да ничего, я привык его видеть таким. Ещё со студенческих времён. У нас-то была общая комната, он мог полностью голым ходить. Поначалу смущало, а потом привык.

- Так, ладно, - Итан поднялся, - я закажу что-нибудь, какую кухню?

- Пиренейскую кухню, - ответил Лука.

- Кухню Ямато! – одновременно с Лукой воскликнул «Ник».

- И то, и другое закажу, - после чего Болдуин вышел из комнаты.

- Итак, ты сказал, что приехал из Сивирии, это же за угорскими горами, далековато. А как с Итаном познакомился? – поинтересовался Кавлер.

- Да мы начали переписываться ещё год назад, общались-общались, и вот я собираюсь переезжать в Мосаву. Пока у Итана месяц перекантуюсь.

- Вот как. Ну и как тебе Мосава, Ник?

- Да всё прекрасно, Итан мне все показал уже. Думаю, я не ошибся, что собрался переехать.

- Кстати, у вас же с Итаном дружеские отношения?

- Да.

- А то мне показалось кое-что другое. Ему-то почти 25, а ни с кем еще не встречается, не очень-то и стремится даже, может он…

- Не-е, ты чего? Итан точно не такой. Хотя, я о его сексуальной жизни ничего не знаю. Он в принципе одиночка, много занят работой. Это тоже влияет.

- Да, порой он настолько зациклен с этой работой, что портит сам себе настроение. А в отпуск не хочет, ни с кем не тусуется, никакого расслабления в жизни.

- Ну как сказать, Лука. Вот вчера мы пол ночи смотрели фильмы, поздно уснули.

- Вот зараза. А со мной он очень редко что-то смотрит, надо бы ему взбучку задать.

«Ник» рассмеялся.

- Вот уж точно, стоит.

Лука и Лемарк продолжали общаться, в основном судача про Итана. Лемарк узнал, что Лука и Итан дружат еще с полицейской академии, что Болдуин являлся одним из лучших учеников академии, о его семье. Но Лемарк обратил внимание, что Лука порой то присматривался к ему, прищурившись, то вновь возвращал расслабленный взгляд. Это настораживало его, но продолжал с ним спокойно разговаривать.

Итан в это время уже связался со Степашиной, которая подтвердила выходной у Луки. Это показалось очень неожиданным, и столь же странным. Поскольку он помнит расписание Луки, и у него точно сегодня рабочий день, сильнее подогревало подозрение.

Как только он закончил разговаривать с начальницей, на кухню зашел его друг.

- Итан, что ты делаешь? – спросил Лука.

- Да вот, нужно было совершить звонок. Ну как вы там пообщались, с Ником?

- Да всё неплохо, - Лука подошёл к раковине и начал мыть руки, - о тебе говорили.

- Вот как. Вам интересно пообщаться, видимо.

- Ага, только, - друг закончил мыть руки и повернулся к нему, - он о себе всё наврал.

- Что?! – Болдуин удивился, неужели Лука догадался о нём…

- Он сказал, что начал с тобой общаться год назад. Год назад сбежал парень, ему тогда было 19 лет, очень похожий на него. Сейчас он в розыске. Я более чем, уверен, что это он и есть.

- Есть досье о нём?

- Да, но я видел давно и уже не помню имя, обстоятельства и что за преступление. Я могу поднять архивы и посмотреть. Но лицо я точно запомнил. Так что, если я прав, то ты, сам не понимая и не зная, пригрел преступника.

Итан скрестил руки и закрыл глаза, немного склонив голову. Он задумался. Неужели есть еще одно досье на Лемарка? Выходит, есть двое досье на одного человека? Но как такое возможно? Неужели Лемарк что-то утаивает, а то и обманывает, ходит вокруг да около, чтобы скрыться сразу от двух преследований? Да нет, Лемарк же рассказывал, что с ним в прошлом произошло насилие. Может с этим как-то связано то неизвестное досье? Но он много, что скрывает, даже своё имя. Может его реальное имя есть в том досье…

- Посмотри, всё мне это кажется странным.

- Хорошо, друг. Я очень надеюсь, что это не так, и я ошибаюсь, но глаза тоже не могут обманывать.

- Хорошо, - Итан продолжал размышлять над всем этим.

- Ладно, я не хочу долго задерживаться, я отправлюсь в управление и начну копаться, так что будь с ним аккуратнее. И да, можешь не провожать.

Кавлер обулся и вышел из квартиры. Из-за звуков закрывающейся двери вышел из гостиной Лемарк. Он увидел, что Итан над чем-то думает и не обращает ни на кого внимание.

- Итан, что-то случилось? – спросил он.

Итан посмотрел на него холодным взглядом, а потом расслабил руки и помотал головой.

- Всё хорошо, я пойду с спальню, у меня голова болит, - Итан направился к себе.

- Может тебе что-то принести, лекарства или ещё что-то? – парень шёл за ним по пятам, пытаясь взглянуть ему в глаза за этими серо-бирюзовыми волосами.

- Нет, просто дай мне немного отдохнуть, - мужчина зашёл в свою спальню и закрыл дверь перед юношей, даже не повернувшись к нему лицом.

Болдуин лёг на свою кровать и закрыл глаза. В его душе поселилось сомнение. Когда он все узнает, то… Нет, не разочарует ли информация, когда ему всё отправит его друг? Больший страх был скорее из-за того, что Лемарк обманывал его весь этот месяц, а значит может предать его. Могут ли тогда все слова Лемарка быть ложью? Если он о себе мог соврать, то и про власть тоже. А значит, что он просто на него нацелился с целью вербовки.

Но всё равно, много, чего тогда оставалось непонятным. И всё же, Итану хотелось верить, что всё, что рассказал Лемарк и показал – это правда. Сердце стучало как бешенное, а голова готова расколоться пополам. Сейчас он не смог покойно мыслить и анализировать, говорил за него страх, а не разум. А если его сомнения будут не оправданны, то для Лемарка это будет ударом. Потому что человек, которому он начал доверять, будет сомневаться в нём, почувствует, что раскрывается напрасно и просто отвернётся, почувствует себя преданным.

Ужасные мысли… Что из этого правда, что из этого справедливо… Но всё это узнает только завтра, на работе.

Лемарк, который какое-то время стоял за дверью в надежде, что Итан откроет и впустит, покачал головой и ушёл в свою комнату и заперся. Он сел на свою кровать и склонил голову вниз, скрестив свои руки к животу.

- Лука… Неужели он что-то обо мне знает и рассказал Итану… Чёрт, только не сейчас, мне сложно будет тогда объяснить ему… - парень сложил ладони и приложил лицо к ним, вздохнув, - Итан, я расскажу тебе всё, просто мне нужно время… Я не хочу тебя терять из-за недопонимания…

***

Уже ранним утром Кавлер находился в кабинете Вебера. Тот уже скрестил ладони на столе и терпеливо ждал, пока Лука что-то скажет. С левой стороны стола сидела Симэнь. И Лука, и Елизавета старались не контактировать зрительно с Робертом, Симэнь что-то смотрела в своих часах, а Лука уводил взгляд в окно.

- Итак, - закинул Роберт одну ногу на другую и положил скрещенные ладони на ногу, - и что по поводу Итана и Лемарка?

- Я не стал ставить жучки в квартире.

- Значит, ты решил не выполнять условия? Ты же помнишь, что произойдёт с Итаном? Тогда ты воочию убедишься… - Вебер открыл интерфейс звонка на часах.

- Постойте, товарищ старший лейтенант, может… - начала говорить Елизавета.

- Я знаю, кто такой Лемарк. Нет необходимости что-то делать, - прервал её Лука.

- Знаешь? И кто же он?

- Помните, год назад сбежал парень, с золотистыми волосами и янтарными глазами?

Тут на секунду у Роберта в чёрных глазах появился блеск, а взгляд стал более заинтересованным.

- Да. Помню. И что ты о нём знаешь?

- Мало, я лишь однажды видел досье о нём. Сейчас Шион пытается найти в архивах. Я могу сразу же скинуть, как только она найдёт. Но я уверен, что этот парень – и есть Лемарк, последний оставшийся на свободе лидер Красной борьбы.

- Вот как, - Роберт облокотился на спинку кресла и задумался, - Ладно, ты свободен.

- А что насчёт Итана? – спросил Лука, насторожившись.

- Ничего не сделаю с ним, ты очень важную информацию подал.

- Хорошо, - ответил он, сохраняя спокойный вид, и вышел из кабинета.

Роберт закинул голову к верху и начал громко смеяться. Смех несколько перепугал Симэнь, та просто резко дернулась. Она с удивлёнными глазами посмотрела на него.

- Вы чего это…

- Лиз, ты даже не представляешь, какой сегодня прекрасный день, - Роберт посмотрел на неё со счастливыми глазами и коварной улыбкой, - Я наконец-то нашёл то, что искал.

- То, что искали? Неужели вы о….

- Верно. Он скоро будет в моих руках!

- И что вы будете делать?

- Как что, встречусь со своим ненаглядным, и заберу у Итана. Я так долго этого ждал.

- У вас близкие отношения? – робко поинтересовалась она.

- Верно, я его знал его ещё ребёнком. Такой милый мальчик был, но после сильно изменился. А потом пропал… Ну ладно, Лиз, тоже свободна.

- Хорошо, - девушка встала и тоже вышла из кабинета, оставив радостного Роберта наедине.

Лука, вышедший из кабинета раньше неё, облокотился рукой на стену и глубоко вздохнул. На душе стразу стало спокойно, когда узнал, что с Итаном всё будет в порядке, и, что он ничего не сделал против него.

- Что ты тут делаешь? – произнёс кто-то позади Луки.

Лука подскочил от неожиданности и резко повернулся в сторону голоса. Он увидел перед собой Болдуина, который уже хотел прикоснуться рукой, но из-за реакции друга его рука повисла в воздухе.

- Чёртики твои, не пугай меня так. Я чуть коньки не отбросил.

- Извини. Ты был у Роберта?

- Да, кое-какие документы приносил.

- Документы? Сейчас же в электронном все.

- Ну, не все. Некоторые документы десяти-пятнадцатилетней давности ещё не перенесли в электронный вид. Начальница сказала заняться этим Роберту. А я лишь принёс их. А ты меня искал?

- И да, и нет. Я собирался тебя потом найти, но удачно, что я встретил тебя.

- А, ты из-за Ника…

- Да. Ты вроде как сказал, что найдёшь его досье.

- Ну, я попросил Шион найти досье, у неё это лучше получится. Сейчас, вроде как, должна уже найти. Хочешь, до её кабинета дойдём?

- Ну раз так, пойдём.

Друзья направились в кабинет криминального аналитика. Но с каждом шагом Итан всё больше начал уходить в свои мысли. Все больше росло давление в душе, что же он сейчас… А может и не стоило бы вовсе ничего знать, ведь любые подтверждённые опасения сильно изменят отношения между ним и Лемарком.

Пока он погружался в мысли, прошло время, и с другом оказались около кабинета. Он увидел, что Кавлер перед его глазами щёлкает пальцами.

- Итан, мы дошли. Ты всю дорогу молчал, что-то случилось? – спросил друг с обеспокоенным лицом.

- А… Всё хорошо.

Лука подошёл ближе к двери и постучал в неё. Итан смотрел на дверь, но не осмеливался подходить ближе. Лишь переступив через порог, назад не вернуться.

Лука открыл дверь и посмотрел на Итана.

- Ты точно в порядке?

На этот вопрос Итан не стал отвечать, а просто начал шагать внутрь. Один, два, пять, семь шагов… Не важно, сколько пришлось отчитывать шагов, он уже оказался в кабинете Диас.

Она, как всегда, сидела на своём месте и курила сигарету. Увидев, что двое красивых мужчин пришли в её кабинет, сразу же приободрилась.

- О, Итан, Лука. Рада вас видеть.

- Взаимно, Шион. Я здесь насчёт досье на паренька, о котором я говорил. Нашла его?

- А как же, - Диас закончила курить и начала что-то вводить на клавиатуре, - сейчас отправлю вам обоим файл, подождите немного. Они были под некоторой секретностью, но у меня всегда есть доступ ко всему.

- Отлично. Сейчас всё и узнаем, да, Итан? - друг посмотрел на мужчину.

Итан продолжал молчать, сохраняя отстранённое холодное выражение лица. Какое у него было всегда. Он боялся не столько сказать, сколько узнать. Он всё никак не мог собраться с мыслями. В душе раздирало сомнение, он готовился сразу покинуть кабинета. Разумом понимал, что нельзя сбегать от правды, она перед глазами, но душа, наоборот, готова всё это бросить, вернуться домой и ничего не знать: не знать про обман, про прошлое, которое так хотел узнать. Но… Он желал узнать со слов Лемарка, не от кого-то ещё. Заметил, что его пальцы вздрагивали, прежде такое волнение беспокоило лишь два раза: во время выпуска с академии и при поступлении на службу.

- Вообще, я немного почитала уже о нём. Милый паренёк, редкая внешность для нашей страны, золотые волосы, янтарные глаза, чуть желтоватая кожа, видимо, восточное родство со стороны матери придало этой милашке необычайную красоту. Мать, похоже, любил сильно, даже удивительно, что он мог поступить так… Тяжёлое прошлое у него.

- Интересно, - сказал Кавлер.

Итан услышал, что на его и его друга часы пришло уведомление. Он открыл интерфейс сообщения и вот-вот собирался открыть файл… Но из-за страха его палец остановился на пол сантиметра от экрана.

Лука уже открыл, вовсю читал досье и ужаснулся прочитанному. Он незаметно отправил этот файл и Роберту и посмотрел на своего друга.

- Ну что ты, посмотрел? – спросил Лука.

Итан всё же взял себя в руки и открыл этот чёртов файл. В первую очередь он начал обращать внимание на первые строчки и на фотографию человека. Точно, один в один – это Лемарк. Но на фото он выглядел куда юнее. Предположительно, ему тогда исполнилось лет двенадцать. На фотографии он показался счастливым ребёнком, от его янтарных глаз исходил яркий блеск, словно две звёздочки исходили из его зрачков, а улыбка была широкой и жизнерадостной. Можно подумать, что у этого ребёнка всё хорошо в жизни, рос счастливым и здоровым.

Он взглянул на имя и фамилию. Кохаку Бишоп. Наконец-то мужчина узнал его имя, и вроде как он должен обрадоваться, но лишь ещё больше разочаровывался, читая дальше.

Итан узнал, что он вырос в семье предпринимателей, его родители являлись Пол и Мика Бишоп. Та самая Мика, что основала конгломерат «Бишоп» и разработала систему Энигма. Лемарк говорил, что он родился в семье богатых. Это правда. Но он сразу же вспомнил и ложь. Что он не знал про Мику Бишоп и систему Энигма. Она же его родная мать. Он точно знал обо всём этом. Он точно связан с властью, и он это скрывал.

Продолжая читать всё это, он обомлел. Его посадили за убийство своей матери и разглашение государственной тайны. Он стал одним из самых молодых преступников, про него информацию скрыли от общественности. В тюрьме его психологическое здоровье внезапно стало ухудшаться, и к 16 лет у него образовался целый букет психологических расстройств: от посттравматического до пограничного стрессового расстройства. В тюрьме причинял себе вред, хихикая и пытаясь покончить со своей жизнью. На теле присутствовали множественные ранения. Дальнейшее нахождение в тюрьме стало опасным для здоровья Кохаку, и его перевели в психиатрическую больницу для лечения.

Он посмотрел на фотографию, сделанную в больнице. Он смотрел словно на труп: глаза потускнели, в них уже не осталось того детского блеска и света, выглядел внешне измученным, кожа бледная, а волосы длинные, длиннее, чем сейчас, растрепанные. Это уже не человек, это живой труп. Даже тело показалось настолько худощавым, что выглядывали рёбра и кости.

В больнице отмечали его нежелание принимать таблетки, еду, абсолютную апатию ко всему, и целыми дням лежал на кровати как мёртвый. Со временем он начал понемногу «оживать». Но постоянно плакал и кричал, пытаясь звать на помощь, вопя о боли или прося его убить. Ему вынужденно вводили успокоительные. После успокоительных постоянно говорил странные вещи, вроде того, что в нём живут разные люди, и они причиняли ему боль, и что хочет их всех уничтожить. Без причины предавался смеху. Очень похоже было на диссоциативное расстройство личности. Никто из врачей так и не понял, откуда все эти расстройства появились. Кто-то считал, что это может генетическое, а кто-то – из-за травм в детстве… Но каких? Последний год в больнице его навещали два врача. Благодаря ним отмечался прогресс в лечении, и уже больница подумывала вернуть Кохаку в тюрьму.

Через три года, когда ему исполнилось 19 лет, сбежал из психиатрической больницы. Помогали ему при побеге или сам нашёл способ сбежать – осталось неясным. Но с тех пор его пока никто не мог найти.

Всё это ещё больше шокировало. Он уже не знал, о чём думать, что теперь из этого правда. Если в досье – правда, то… Итан лишь развернулся и вышел из кабинета. Он вернулся в свой отдел и уселся на своё кресло, раздвинув ноги, откинув голову на спинку и смотря на потолок. Голова кружилась. Столько всего сейчас узнал. Он достал из своего шкафчика наушники и подключил к часам. Он включил музыку и закрыл глаза, стараясь сконцентрировать и расставить мысли по полочкам.

Если предположить, что в досье вся правда, всё равно много, чего не укладывалось. Например, его расстройства, из-за которых он потом ночью мог плакать и кричать. Явно, что с ним что-то произошло. И выходило, что над ним издевались…. В тюрьме. Видимо, он там и получил все эти расстройства. А досье ничего не говорил об этом, кроме того, что у него расстройства начали прогрессировать там. Еще появилось сомнение насчёт Лемарка… Нет, насчёт Кохаку. Из-за его расстройств он не мог быть уверен, разговаривал ли он тогда с настоящим Кохаку, который рассказывал правду о нём, или же с другой его личностью – Лемарком, который лишь дурманил и обводил вокруг пальца, пытавшись привлечь к себе.

Понимал и знал он наверняка лишь одно – Кохаку знал о системе, знал о власти, он сам являлся частью всего этого, и это он всё скрывал. Итан уверен, что должен знать всю правду, и узнает только от одного человека – от Кохаку… или же Лемарка.

Пока Болдуин размышлял, на его часы пришло сообщение. Оно было от Луки. «Я понимаю, что тебя это очень расстроило, всё-таки ты доверял этому человеку… Но его надо посадить, он преступник, он совершил преступление в прошлом и совершает сейчас. Он обманывал тебя. Он опасный человек, с опасными психологическими отклонения. Я переживаю за тебя, что он может с тобой что-то сделать. Так что арестуй сразу и вези в управление» - это он прочитал в сообщении. И ведь правда, он больше мог быть уверен, что Лемарк… или Кохаку ничего не предпримет, когда он узнает об этом. Но в душе всё равно оставалось сомнение… Ведь, если ему надо, он бы покончил с ним. Итан не знал, чему теперь можно верить…

Итан возвращался домой. С тяжестью в душе он кое-как взглянул на свою дверь, потянул за ручку и переступил порог дома. Оказавшись внутри, даже не представлял, как его арестовать, хотя уже приготовил наручники на поясе штанов.

Как только он хотел взять в руки, как златовласый паренёк подбежал к нему с беззаботным выражением лица, улыбаясь. Ему не хотелось, чтобы эта нежная улыбка, чтобы эта гармоничная и приятная атмосфера дома прервались. Ему и не хотелось арестовывать Лемарка, они только стали друзьями, теперь уже все может стать безвозвратным…

Нет. Лемарк обманывал его, скрывал своё происхождение. Много, чего еще можно ожидать о человека, который убил свою мать. Вокруг него присутствовала эта убийственная и мстительная аура, которая… стала исчезать со временем. Нет-нет, арестовать всё-таки нужно, он преступник. И допросить обо всём: зачем он всё это сделал, зачем он причинял себе вред в тюрьме, что за насилие произошло, как он оказался в Красной борьбе, почему он продолжает нарушать закон, если он сам являлся частью этой власти? Лучше все это допросить в управлении, чтобы… никому, даже себе, не смог причинить вреда.

- Итан? С тобой всё хорошо? Почему ты такой бледный? – посмотрел Лемарк на него с обеспокоенным лицом.

Итан взглянул на лицо этого парня ещё раз… посмотрел в его глаза, пытаясь хоть что-то прочитать, но... он увидел лишь волнение в них, больше ничего. Но произвольно сделал пару шагов назад, из-за чего юноша стал ещё больше беспокоиться и схватил руку Итана.

Мужчина, почувствовал прикосновение, сразу же оттолкнул парня, вышло это случайно, пусть и напомнило про его фобию. Уже в глазах Лемарка увидел озадаченность.

- Ох, - наконец-то смог что-то произнести своим ртом, - я случайно… Лемарк. Просто переработался.

Парень вздохнул и скрестил руки.

- Работа эта доведёт до белого колена, но, - у Лемарка снова появилась лёгкая улыбка, - я рад, что все хорошо, раздевайся и сходи в душ, ужин скоро будет готов, - после чего парень ушёл в гостиную комнату.

Пока снимал с себя полицейский китель, он решил, что лучше со всем разобраться сейчас, ничего не дожидаться. Он снял с себя обувь и направился в гостиную комнату. Он увидел, что парень уже смотрел вечерние новости и ел какие-то снеки, то ли чипсы, то ли какие-то палочки.

- СМИ дают жару… Чем обсуждать какую-то голую вечеринку лучше бы освещали социальные темы, - говорил юноша раздражённым голосом.

- Лемарк… Включи телевизор, - из голоса Итана повеяло холодом.

- Щас-щас, досмотрю, все-таки интересно, кто был на этой вечеринке, - он продолжал втыкать в мелькающие картинки.

- Кохаку Бишоп, я повторять не буду, - сказал мужчина более грубым голосом.

- Какой ж ты нетерпеливый, - парень выключил телевизор, - стоп…. Как ты меня звал?

Кохаку медленно повернул голову с удивлённым взглядом.

- Тебя же так зовут, верно? - смотрел на него Итан с пожирающими пустыми глазами.

- Да… Но как ты узнал? Стоп… Лука тебе рассказал.

- Точнее, нашёл твоё досье, - Итан открыл на своих часах это досьё, - Занятно, ты, оказывается, убил свою мать, в 12 лет, один из самых юных преступников.

- Чёрт… - Кохаку склонил свою голову и закрыл своё лицо ладонями.

- Продолжать не буду, думаю, ты и так всё знаешь.

Бишоп спустя пол минуты убрал ладони и рассмеялся. Но всё равно не осмелился посмотреть в глаза Итана.

- А ты всё узнал, товарищ полицейский… это могло произойти рано или поздно, но… я очень не хотел этого при таких обстоятельствах… - голос парня дрожал, в нём улавливались нотки страха или, вообще, печали, - Дай мне минутку, я всё тебе объясню.

- Я даже дам больше, пока доедем до участка, - Болдуин достал наручники и начал с тем же морозным и отречённым взглядом подходить к Кохаку.

Кохаку вскочил с дивана и начал пятиться от Итана назад. На его лице была печаль, глаза показывали страх, словно пёс загнал в угол беспомощного цыплёнка.

- Итан, прошу, давай поговорим…

- Ты меня обманывал, ты от меня всё скрывал, я не смогу тебе доверять, в управлении всю правду и расскажешь, - Итан схватил его правую руку, ладонь которого была забинтована после удара кулаком.

- Не доверяешь, значит… - из-за этих слов в душе стало настолько тяжко, что готов сорваться, убежать и разрыдаться, но сдерживал себя и посмотрел на Итана мрачым взглядом, - И ты думаешь, что я расскажу всю правду в участке, где полно полицейских?

- Тебе же хуже, - Болдуин нацепил на свою левую и его правую руки наручники, - ну, пойдём теперь, Кохаку.

Тут мужчина хотел сделать шаг, но он не мог и двинуться. Юноша схватил своей второй ладонью кисть водящей руки Итана, стараясь его задержать.

- Я не пойду! Я буду говорить только здесь и только с тобой! Может ты мне и не доверяешь, но я доверяю!

Итан, услышав эти слова, глянул в его глаза. В них он видел сожаление и разочарование, но также в них он видел и желание верить, надежду. Из-за этого взгляда в его душе снова появилось сомнение. А что, если он действительно скажет правду, если останутся здесь. Но… он мог так и обмануть.

Итан схватил и крепко сжал схватившую кисть руку Бишоп и встал как копаный, согнув голову. Он не хотел смотреть в глаза Кохаку, ещё раз увидеть, как топчет его веру в него.

- Кохаку…. Не делай еще большую глупость.

- Это ты делаешь большую глупость, поверив какой-то лживой бумажки! – воскликнул Кохаку и стиснул зубы.

- Лживой, говоришь? Проверим в участке, всё сейчас можно проверить.

Итан рассчитывал схватить за талию парня и закинуть его самого на плечо и унести, а если надо, то и связать, чтобы не рыпался.

Но парень продолжал сопротивляться. Когда Итан устремился свободной рукой схватить за талию, Бишоп смог её перехватить и задержать. Кохаку из-за всех сил старался избавиться от давления мускулистого мужчины. Даже так, силы быстро иссякали, и когда он смог дать отпор руки, попытался убежать.

Позабыв о том, что их связывает наручники, они оба свалились на пол. Один – из-за недостатка сил, другой – по инерции. Оказавшись на полу, Кохаку оказался подле Итана. Он смотрел на его зверскими зелёными глазами, он готов вот-вот его «съесть». Болдуин вновь своей свободной рукой схватил вторую руку парня и прижал к полу. Его одна нога оказалась между двумя парня. Кохаку обратил на это внимание.

- Я по яйцам ударю! – воскликнул он с озлобленным взглядом.

- Я бы не стал рисковать, иначе я просто всей своей массой лягу на тебя, и двинуться не можешь до приезда полиции.

- Итан… - юноша вновь глянул на Итана с гнетущим взглядом. Слёзы готовы вот-вот политься.

Кохаку нашёл последние силы, чтобы изменить положение этой стычки. Он кое-как освободил свою руку и умудрился вытолкнуть Итана в бок. Когда уже Болдуин оказался подле Бишоп, ударился затылком об пол, из-за чего закрыл глаза.

Мгновение спустя он ощутил, что на его щёки что-то капало. Открыв глаза, он заметил, как слёзы из глаз Кохаку лились рекой, попадая на лицо. Услышал всхлипы. Глаза, радужки которого всегда сияли янтарём, стали куда темнее, стали коричневого цвета, а зрачки опустели, в них словно образовалась бездна. Кроме как отчаяния, больше ничего не видно в них: ни веры, ни надежды, ни стремления, ни загадочности.

Эти слёзы, эти тёмные коричневые глаза дали осознать Итану, насколько большую он ошибку совершил. Буквально минуту назад Кохаку верил в него, в его возможность выслушать, в его веру и надежду. Теперь больше ничего не видел в нём кроме боли и отчаяния.

- Я лишь, - всхлипнул пару раз парень, - я лишь хотел, чтобы из всех людей в этом в мире больше всего верил в меня ты… Прости меня, Итан… Прости, что поверил в тебя…

Эти слова… Из-за них он вновь убедился, насколько сильную боль он причинил парню. Он сам ощутил этой боль в своей души. Эта твердолобость… он начал её ненавидеть. Лишь слёзы правды смогли пробить её как-то. Мужчина только так понял, что Кохаку никогда не хотел его обманывать. Надо просто довериться ему и спокойно поговорить. А теперь стало поздно, он мог лишь сделать одно…

Итан прикоснулся своей ладонью к затылку и прижал его голову в своей.

- Прости меня, Лемарк… Прости… Я не могу ничего больше сказать, я такую ошибку сотворил с тобой, прости… Я монстр…

Кохаку, услышав это от Итана, начал дрожать. А после он еще сильнее начал всхлипывать. Он стал громко, во всю квартиру, рыдать. Этот истошный плачь еще больше заставлял мужчину паршиво чувствовать. Он старался держать спокойной взгляд, но, слыша, насколько громко плачет юноша, сам не мог не пустить парочку слезинок…

***

Когда Кохаку наконец-то смог успокоиться, они оба уселись на диван. Итан снял наручники, снял с себя рубашку, оказавшаяся вся мокрой от слёз, закинул в стиральную машину, заодно сходил на кухню и сделал зелёный чай с мятой и мелиссой.

Он вернулся в гостиную и дал ему выпить. Кохаку принял из его рук чашечку чая, но все равно не хотел с ним зрительно встречаться. Итан присел к нему рядом и смотрел на него некоторое время. Юноша хоть и успокоился, но продолжал немного дрожать.

- Лемарк… Нет, Кохаку, посмотри на меня. Я очень сожалею. Я растоптал твои чувства, стремясь в лобовую всё узнать. Знаю, это всё мой отвратительный характер. Я знаю… такое сложно будет простить, и я готов к этому. Но… я хочу знать всё о тебе. Не из слов досье, не как Лемарка – лидера красных, а как Кохаку. Меня это всё так глодало, что не мог никак подступиться к тебе, а тут я сорвался, всё из-за этого досье. Я буду очень рад, если расскажешь мне всё. Если тебе невыносимо, я не буду тебя держать, можешь сбежать в любое время. Я сделаю все, чтобы тебя не нашли, пусть даже ценой своей жизни.

Кохаку это всё внимательно слушал, после допил чай и поставил чашку на столик. Он глянул на Итана своими спокойными выплаканными глазами.

- Вот чего уж я не допущу – так это твоей смерти, - произнёс он тихо.

- Кохаку, я…

- Ты хочешь знать всё? Я расскажу, я и так думал, что рано или поздно всё это расскажу.

- Внимательно слушаю.

Кохаку убрал свой взгляд и вновь наклонил свою голову.

- Это правда, что я связан с властью, правда, что моя мать основала Энигму и что я это всё знал. Но остальное в досье — это ложь, чтобы меня выставить козлом отпущения, да и ещё поиздевались.

- Так?

- Моя мать, Мика Бишоп, основательница конгламерата «Бишоп», но она была также и учёной. Нейробиологом. Но изучала также и искусственный интеллект, нейросети. Она исследовала всё это в рамках изучения интеллекта, души человека. В ходе исследования она обнаружила, если ИИ будет максимально приближен к человеческому интеллекту, то человечество откроет все тайны человеческого мозга, его работы, как формируется личность и психика… в общем, душа человека. Она теоретически открыла возможность измерить душу человека с помощью ИИ – Ментальный паспорт. Это позволило бы предсказать мысли и действия человека. Открылась возможность измерять девиантность и делинквентность человека. Её исследования были поддержаны властью и западными инвесторами. Так что западный капитал тоже приложил руку во всё это. Началась разработка системы Энигма. Она бы изменила общество, сделав её безопасной. Не стало бы воин, преступности, экономической и политической нестабильности, неравенства. Но…

- Что случилось?

- Моя мать узнаёт, что система создаётся не для создания безопасного общества, а для создания контролируемого общества. Система будет использоваться корыстным способом властью. Для продвижения своих экономических империалистических целей. Она пыталась предотвратить разработку, украла все документы по Энигме и планы власти.

Кохаку поднялся с дивана и сходил в свою комнату, спустя минуту возвращается с какими-то бумагами и передаёт Итану.

- Это лишь часть документов, которые я получил от матери.

Итан читал все эти документы, и действительно, здесь всё про Энигму и цели власти. На первой странице говорилось, что Энигма помогла бы укрепиться экономически и политически Рутении, разрушить западный блок и подчинить воли власти людей. Во втором документе прикреплено секретное соглашение Вооружённых сил Рутении и Президента, подготовленный 8 лет назад. Он вычитал оттуда, что «в случае отсутствия регулирования конфликта с западными странами и их совместным военным блоком, а также конфликта на востоке Маргины, необходимо будет обсудить решение о преодолении конфликтов военным путём. Разработка Энигмы должна происходить совместными усилиями Министерства обороны, Министерства внутренних дел и IT-компанией Яникс после прекращения существования конгломерата «Бишоп» в строгой секретности»

- Так это уже давно все распланировано…

- Это были наиболее радикальные планы власти, даже многие из элиты не верили, что всё это осуществимо. Но последние обострения и конфликты с Западом привели к этому радикальному проекту. На что только богачи не пойдут ради власти и денег… Рассказываю дальше. Она мне передала эти документы и сказала, чтобы я всё это обнародовал. Но что мог поделать двенадцатилетний ребёнок в таких условиях… Но вскоре на моих глазах убивают мою мать…

Кохаку сжал свои кулаки, перейдя к этой части рассказал. Итан, увидев это, взял его за руку и расслабил его кулак, положил свои ладони на них.

- Мне очень жаль.

- Это ещё не всё, что произошло со мной. Помнишь про насилие, я говорил? Так вот. Меня решили использовать как подопытного кролика. Перед этим Энигму сделали секретной разработкой и под обострения конфликтов с Западом закрыли западные инвестиции. Меня схватили, бумаги выкрали и стали ставить всякие ужасные опыты. Меня насиловали психологически и физически. Все эти порезы на моём теле – это результат одного кровожадного человека. Хотели проверить, как будет меняться мой ментальный паспорт. Издевательства продолжались до шестнадцати лет, пока я не перестал просто быть человеком, пока не убили мою душу. Тогда, видимо, мой менталпасс ничего не показывал. Всё, я вне измерения системой оказался. На мне не осталось живого места, если ты видел досье, то видел мои фотографии. Я даже уже не ощущал никакой боли, словно марионетка, осталось только приделать веревки и играться. Так что я не находился в тюрьме, как написано там, а в изоляции в лаборатории. После меня упекли в психушку. Там у меня начали возвращаться чувства, и я всю эту боль, что пережил в лаборатории, снова ощущал. Я и до сих просыпаюсь с этой болью… С этой проблемой начали работать двое врачей, они ещё работали психологами у моей матери, знакомые люди. Они-то мне и помогли вернуть часть документов и освободиться из психушки. А после я присоединился в Красную борьбу, где они научили меня левым идеям. Они были первые спустя долгие годы, кто принял меня, не смотря на все мои проблемы. Барон и Кантер помнят, как я ещё долгое время просыпался с плачем и криком.

Болдуин вновь заключил в объятия Бишоп, услышав эту историю.

- Прости меня, Кохаку, если бы я знал, через что ты прошёл…

- Всё это в прошлом, я стараюсь об этом забыть… Хотя и не получается. Я сам виноват, что не рассказал раньше, я боялся, что потеряю тебя.

Мужчина приложил у правой щеке парня свою ладонь.

- Не потеряешь. Я никогда больше не буду сомневаться в твоих словах.

- Спасибо, это все, чего я желаю, - парень вновь улыбнулся, а его глаза засияли, но после он убрал руку мужчины с лица, - Ты должен у себя оставить все эти бумаги, с бумагами, что дал Мойниц. В них вся правда, но, если меня поймают, останется шанс их сохранности.

- Тебя не поймают, я не допущу.

- Не глупи вновь! Я уже потерял своих друзей и товарищей, теряю свою организацию, но я не хочу терять тебя, бумаги и шанс разоблачить это государство. Я верю, что справедливость восторжествует. И ты теперь тоже носитель этой справедливости.

Итан молчал, ведь слова Кохаку верны. И тем не менее, он не хотел допустить этого. Если уж и нести крест борьбы за справедливость и свободу, так двоим.

- Ты говорил, что помнишь человека, что тебя истязал. Кто он?

Лицо Кохаку стало более хмурым.

- Мы все равно скоро с ним встретимся, увидишь его воочию. Полиция уже знает обо мне, а значит и он. Он из спецназа, и велика вероятность, что связан с вашим управлением.

- Вот как…

- Я уже его не боюсь, закончился страх, осталась лишь ненависть, - Кохаку сделал глубокий вдох и взглянул на верх, - Ладно, я хочу оставить это в прошлом… Ах да, скоро будет готово всё, а то с нашими драками и разговорами уже и забыл про ужин.

Парень поднялся с дивана и направился на кухню.

- Я с тобой, - Итан тоже встал и направился за ним.

Глава 11

Итан потихоньку открыл глаза. Чуть потерев веки левой рукой, правой начинал что-то прощупывать с другой стороны кровати, но… Никого не обнаружил. Он обратил немного вялый взгляд направо, где обычно с ним спал парень. Его не было.

Как только мужчина хотел подумать, что этот «златовласка» снова на кухне чем-то занят, приметил его у компьютера. Кохаку сидел, скрестив ноги, на кресле и смотрел какое-то видео. Присмотревшись, Итан увидел какого-то лысого мужчину в военной одежде, который о чём-то озлобленно и с грубой харизмой говорил. Стал прислушиваться.

«Сойга, Мирасим, где, сука, арсенал?!» - говорил этот человек на видео. Не стеснялся покрывать матом и посылать на три буквы. Судя по фамилиям, он обращался к министру обороны и начальнику генштаба министерства.

Закончив просмотр, Кохаку оглянулся и увидел, что Итан не спал.

- Проснулся? – спросил он, закрывая видео.

- Ага. Так что это за мужик был?

- Наверное, ты о нём слышал. Это Юджин Пригорин – основатель группы «Банда». Ты слышал, может…

- А, точно. Это и есть приватная военная компания. Мойниц говорил, что там есть члены Рутича.

- Верно, Рутич немалую роль играла в «Банде». И, похоже, что намечается кое-что интересное, - Кохаку улыбнулся. Той самой бесстрашной улыбкой Лемарка.

- О чём ты?

- Создание ПВК «Банда» согласовали с Пихлером, всё-таки Пригорин его друг. Она создана для защиты интересов рутенского капитала заграницей, воевала в других странах. Она провела несколько удачных военных кампаний на территории Маргины, захватили большее количество населённых пунктов. Но, похоже, между группой и властью… точнее Минобороной возникли противоречия. Видимо, те жадничают поставлять больше оружий и боеприпасов.

- Стой, а с чего они вообще должны что-то требовать от Минобороны?

- Хороший вопрос. Государство ничего не должно, однако, оно само лишилось монополии на насилие, позволив сформировать частную армию. А в министерстве не глупые люди, всё-таки, сидят. Им объявили ультиматум. Хотя…

- Думаешь, министерство не примет эти требования? Они же вооружённые люди.

- Маловероятно. Всё-таки они тоже вооружённые люди. Но этот конфликт сам по себе в рамках войны очень серьёзно может повлиять на расстановку сил.

- В смысле?

- Если Минобороны откажет им, то для группы это будет сигналом, что государство отказалось от них. Группа начнёт своевольничать, игнорировать приказы и планы, а то и вообще, пойти против.

- Ты хочешь сказать, что…

- Да, - щёлкнул пальцами Кохаку, - есть риск, что они устроят военный мятеж.

- Да ну, не может быть. Они же понимают, что правительство развернёт все силы, чтобы подавить мятеж. Полиция, армия.

- Это так. Но, им симпатизируют большинство военкоры и рядовые солдаты. Вроде бывший маргинский повстанец, сотрудник СБР Биркин был критичен, но и он теперь не удел. Как бы то ни было, они могут перейти на их сторону. И тогда у государства будут большие проблемы. Все может превратиться в гражданскую войну.

- Но это же нереалистично, - произнёс Итан, задумавшись.

- Нереалистичным было и вторжение Рутении в Маргину. А уже почти полтора года это всё происходит.

- И то верно… И что тогда будем делать?

- Я и сам не знаю, - улыбка у парня спала, и он склонил голову, - ещё ничего не ясно, что может произойти. Но уже власть теряет свои рычаги, и эта ситуация создает большие возможности для расшатывания системы. Для левых тоже, ведь мы могли бы на фоне противостояния Пихлера и Пригорина выдвинуть третью силу – антивоенную и организованную, против власти, против мятежа, против несправедливости и войны. У нас тоже много сторонников. Но… Красная борьба сейчас парализована, с Кантером и Бароном уже не связаться, а я здесь торчу и не могу пока ничего сделать.

- Мы что-нибудь придумаем, вместе, - Итан подошёл к нему и положил руку на плечо, - Всё, конечно, очень странно, но если это правда, то успеем подготовиться. Полиция точно не даст мятежу разгуляться.

- Мне надо как-то связаться с другими членами Красной борьбы. Собрать хотя бы мосавское отделение, а там, может, получится подготовиться к досрочному съезду.

- Я могу как-то помочь? – спросил Итан, приклонившись к юноше.

Кохаку задумался. Посмотрев на доверчивый взгляд Итана, он кое-что придумал.

- В принципе, ты можешь мне кое-как помочь, - он поднялся с кресла и быстро сбегал туда и обратно, прихватив из своей комнаты какую-то бумажку.

- Что это?

- Это, - протянул парень бумажку, - номера парня, секретаря мосавского отделения. Ты должен позвонить ему по защищённой линии, ты полицейский, ты сможешь. Скажешь, что от Лемарка. Я призываю провести собрания отделения, принять решение о поддержке организации в условии давления и раскола, а также связаться с другими отделениями для досрочного съезда в связи с обострением конфликта во власти.

- Ты это серьёзно?

- Да, - ответил решительным голосом Кохаку, - Я – Лемарк. Я не допущу, чтобы организация полностью разрушилась, поэтому я прошу тебя помочь.

Итан забирает бумажку и сморит на её. В ней был номер с прозвищем этого секретаря.

- Ладно, я сделаю это.

Парень обнял мужчину.

- Спасибо, без тебя мне было бы тяжело. Мне повезло, что ты рядом.

***

Виктория находилась в кабинете, сидела на кресле и читала с часов информацию про Лемарка, предоставленное Вебером. Сам же Роберт стоял рядом со Степашиной и спокойно ожидал её дальнейших слов.

- Лемарк… Он же Кохаку Бишоп. Теперь понятно, куда подевался этот паренёк. Никогда бы не подумала, что психбольной возглавит крупную организацию.

- Всякое случается с такими людьми, - кивнул он.

- Получается, именно его ты и разыскивал? Ты как-то связан со семьёй Бишоп, товарищ старший лейтенант? - Виктория бросила на него холодный взгляд.

- Бывало время, когда мы дружили. Мой отец – хороший знакомый его матери, - рассказывал мужчина непринуждённо.

- Твой отец, насколько знаю, лично контролировал расследование убийства Мики и Пола. Хотя… мог ли убить своих же родителей ребёнок? Очень сомневаюсь.

- А вы догадливая, товарищ полковник, - улыбнулся Роберт, - конечно, Кохаку не смог бы убить своих родителей, особенно любимую мать, с которой сохранял очень тёплые отношения.

- Подставное убийство… И зачем твоему отцу надо было такое?

- Заполучить проект Энигма в свои руки, в руки государства. Надеюсь, ничего не смущает то, что рассказываю?

Виктория задумалась.

- Раньше я много думала о справедливости и правосудии, молодая я постаралась бы арестовать твоего отца. Но в нашем государстве закон и правосудие теряют свой смысл. Учитывая, что ваша эта система Энигма может изменить всё, то это, скорее, меньшая жертва ради общего блага. Да и я уже стара, чтобы дальше гоняться за духом закона. Поэтому… Делайте всё, что посчитаете нужным.

- Хорошо, тогда… Вы можете запросить ордер на обыск в квартире Итана Болдуина?

- Точно… Ты говорил, что он держит у себя Кохаку. Никогда бы не подумала, что он возьмёт под крыло преступника.

- Итан сам по себе неординарная личность, так что такие выкрутасы от него можно было ожидать.

- Верно. Что ж, я попрошу у моего знакомого прокурора ордер на обыск. Только вот что делать с самим Итаном теперь…

- Думаю, лучше уж такого человека держать на цепи, так он принесёт меньше вреда нам, чем, если мы и его арестуем.

- Предлагаешь оставить его в органах?

- Да, он и пригодится нам ещё. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе.

- Хорошо, прислушаюсь к твоему мнению. Пока можешь ступать, вечером мы уже организуем арест Лемарка.

- Благодарю, Виктория, - сказал Роберт и, махая ладонью, покинул кабинет.

Также полдень.

Итан в своём отделе смотрел новости. На канале Первом начали обсуждать конфликт, который назревал между «Бандой» и Министерством обороны. В основном эксперты и журналисты выражают холодную поддержку «Банды», объясняя, что в военной операции необходимы все ресурсы для победы над врагами. Повисла гнусная атмосфера, вероятно, противостояние становится все более неизбежным.

Днём Пригорин выпустил ещё одно обращение. Он стоял рядом со своими товарищами, находившиеся позади него, с оружиями и военном камуфляже. В своём обращении он призвал президента страны обратить на то, что ресурсы у Банды ограничены, и вскоре не смогут в дальнейшем воевать в городе Тухомаб. Если новых боеприпасов не будет, то ПВК уйдёт в тыл.

Заявление ещё больше проливает свет на ультиматум. Теперь известно, что они не хотят дальше воевать без арсенала. «Банда» воевала на территории Маргины куда более лучше, чем все военные подразделения Минобороны. Так что их уход с поля боя серьезно повлияет на ход самой военной операции. Вся ситуация казалось Болдуину очень противоречивой. Допустит ли Минобороны такой наглости со стороны ПВК или всё же пойдет на уступки? Если пойдет, то государство действительно будет прогибаться под каждые «хотелки» от какой-то военной конторы, которая даже имела противоречивый юридический статус, поскольку закон запрещал создавать частные военные организации. Это и есть тот коллапс государства, про который всё время говорил Лемарк? Однако, не хватало времени размышлять обо всём этом. Итан должен выполнить просьбу Кохаку. Включив новости, он позвонил криминальному аналитику. Пока звучал гудок, вышел из отдела, чтобы никто не подслушал разговор. Она подняла трубку.

- Слушаю тебя, красавчик, - услышал Итан её кокетливый голос.

- Привет, Шион. Есть к тебе просьба. Ты можешь меня подключить к зашифрованной сети? Мне необходимо позвонить одному человеку.

- Могу, но очень странно, что ты хочешь кому-то позвонить по защищённой линии. Надо сначала выпросить разрешение у начальницы.

- Мне сложно объяснить сейчас, но мне нужно прямо сейчас позвонить, без разрешения Степашиной.

- Тогда будет сложно выполнить твою просьбу… - Шион на несколько секунд замолчала, - Зайди в мой кабинет.

- Я мигом.

Не прошло и двух минут, как тот оказался у двери кабинета Диас. Полицейский постучал в кабинет и сразу же вошёл. Оказавшись внутри, обнаружил, что Диас сидела лицом впереди к нему, а не спиной, как обычно бывало, и скрестила руки. Она посмотрел на него пристальным и заинтересованными глазами, ожидала, когда Итан вымолвит слова.

А Болдуин понимал, что от неё мало, что можно скрыть. Она всех знает и видит насквозь. Скрывать смысла не имело, но и сказать ничего не мог. Этот взгляд давил на него.

- Я жду, Итан, - произнесла Шион спокойным голосом.

- Что ж, - потрепал он волосы, - скрыть все равно не получится, раз уж к тебе обратился за помощью.

- Ну так?

- У меня есть друг. Хороший друг, у которого очень большие проблемы с законом. Не могу сказать, какие именно, не хочу его подставлять. Но он попросил меня по защищённой линии связаться с его знакомым. Боится, что его смогут выследить.

- Друг говоришь… И как давно знакомы?

- По ощущениям, что очень давно, - Итан увёл взгляд, - не важно, сколько мы знакомы, но я не хочу оставлять в беде.

Шион расслабила скрещенные руки и смотрела на него. Она заметила на его лице лёгкую улыбку и еле заметный румянец на его бледной коже. Она выдохнула и начала поглаживать и закручивать на палец волосы.

- Похоже, у вас и правда хорошие отношения. Даже не знаю, что сказать… Ты уверен, что хочешь это сделать?

- Иначе никак, - ответил немногословно.

- Просто хочу предупредить, что начальница рано или поздно узнает об этом, тогда в беде будешь ты. Про меня она вряд ли узнает, потому что не я подключу тебя. Ты сам подключишься.

- То есть, ты мне поможешь?

- Да, хотя я не понимаю, как ты, лейтенант полиции, связался с человеком, у которого проблемы с законом. Тебя могут уволить как минимум, как максимум…

- Я понимаю, я готов на это пойти.

Она видела в его зелёных глазах уверенность и решительность, какую никогда за всю работу с ним не видала. Тут она осознала, на что этот мужчина готов пойти, в душе возникало легкое чувство зависти.

Девушка развернулась к компьютеру и начала что-то печать. На экране отобразился интерфейс какой-то сети с разветвлением. После чего она встала и подошла к нему.

- В настройках своих часов подключись к сети, указав пароль, он в компьютере, и протокол NSTP, которая защищает от прослушивания со стороны министерства или службы безопасности, но она не гарнирует полный запрет на отслеживание. IP твой сохранится, а значит полная анонимность невозможна, тем более, ты сотрудник правоохранительных органов.

- Спасибо тебе.

- Я пойду пока перекурю, чтобы не было подозрений на мой счёт. Но повторю ещё раз - все на твой страх и риск, ты ставишь на кон всю свою карьеру и даже свободу.

- Знаю.

- Тогда удачи, - она помахала ему рукой, достала из кармана халата сигареты и вышла из кабинета.

Итан, недолго думая, подошёл к компьютеру и ввёл то, что сказала Шион. Все подключилось успешно, ничего сложно. Он достал из кармана своей рубашки этот номер. И набрал на своих часах.

- Так и знал, что позвоните вы, лейтенант Итан Болдуин, - ответил какой-то человек с мужским голосом, как только разговор начался.

- Откуда ты меня знаешь?

- Ну как, Лемарк вас хорошо знает, да и я помню, как оба выходили из бара. Вы же рассказывали мне свои рабочие переживания.

Итан начал вспоминать. Это точно произошло тогда, когда Лемарк и Итан впервые встретились в баре. Еще и знакомый голос…

- Так ты тот самый бармен? Ты и есть секретарь Красной борьбы?

- Всё верно, товарищ лейтенант. Можете звать Велиор.

- И откуда ты знал, Велиор, что это я тебе позвоню? – поинтересовался он, напрягшись.

- Всё просто. Лемарк после встречи лидеров попросил номер телефона и сказал, что, если что-то плохое случится, вы со мной свяжетесь.

- Значит, он тогда ещё всё продумал…

- Наш лидер всегда мыслил на несколько шагов, никогда никакие возможности не упускал. Он же сейчас с вами живёт? Сильно сблизились?

В ответ Итан лишь фыркнул.

- Ну не хотите отвечать, как хотите, надеюсь, что он в порядке. Так, что случилось? – перешёл к теме Велиор.

Полицейский рассказал всё, что попросил Лемарк передать. Велиор спокойно всё выслушал.

- Возможен военный путч, говорите… Ладно, мы постараемся что-то сделать, несмотря на активность предателя в наших рядах. Но съезд точно не успеем организовать за один месяц.

- Понятно. Ну я только озвучил то, что сказал Лемарк. Ни больше, ни меньше, но я передам всё.

- Хорошо…. А, и еще?

- Что?

- С Лемарком точно всё хорошо, мы и так потрясены поимкой Кантера и Барона?

Итан собирался молчать, и всё же решил ответить.

- Пока он в порядке, но… не могу сказать насчёт того, что с ним завтра будет. Он недоговаривает, но его, походу, выследили. Как бы то ни было, я его никому не отдам.

- Оберегайте его, - произнёс тихо Велиор и сбросил трубку.

Вечер. Вечер. Мужчина вернулся домой. Он прислушался, что юноша, как всегда, занимается делами на кухне. Только успев разуться и снять с себя китель, как Кохаку уже пришёл встретить.

- С возвращением, товарищ полицейский, - посмотрел своими янтарными глазами на лицо Итана и схватил его фуражку, улыбаясь.

- Привет, снова что-то готовишь? – поинтересовался Болдуин, обратив взгляд на кухню.

- Да так, решил приготовить кое-что из западной кухни, буйабес. Там, кстати, еще осталось белое винишко, можем пустить по бокальчику.

- По бокальчику, говоришь… Ну давай, я не против, тем более ты приготовил такое изысканное блюдо.

- Вот и отлично, мне нравится тебя радовать. Раздевайся и присоединяйся. Живее-живее, - после сказанного Кохаку ушёл на кухню, накинув на голову полицейскую фуражку.

Итан сходил к себе в спальню и переоделся в повседневную одежду. Войдя на кухню, он обнаружил, что Кохаку съел свою порцию и читал какую-то книжицу, запивая белым вином.

Он посмотрел на свою тарелку, где лежало то самое блюдо. Действительно, на вид это буйабес. Он уселся за стол и попробовал её. Вкус был очень утонченный, рыбий аромат плавно соединятся с овощами: томатом, луком и чесноком. Послевкусие сочетало в себе цитрусовые ощущения с легким винным привкусом.

- Слушай, у тебя хорошо получилось, то ли у тебя талант, то ли очень постарался, - расслабленно произнёс мужчина.

- Спасибо, хотя не ожидал, что выйдет на ура, я впервые приготовил. Но рад, что всё понравилось, - Кохаку вновь улыбнулся и продолжил снова читать.

- Что у тебя за книга? – спросил Итан, обратив внимание на увлеченное чтение своего сожителя.

- Да так, о революциях и психологии масс. То, как массы способны осознать свою политическую субъектность и какое идеологическое влияние правящий класс оказывает на психологию масс, превращая их в конформистскую атомизированную толпу. То, что сейчас пытается делать нынешняя власть. Актуальная книжица, хотя и написана больше полувека назад.

- Похоже, ты и правда увлечён всем этим?

- Только заметил? – спросил с иронией юноша и посмеялся, - Может это последняя книга, которую я прочитаю на свободе.

- На свободе? Ты уже готов к тому, что тебя схватят? Пока ты со мной, никто тебя не заберёт.

- Итан, дорогой мой друг, - отложил книгу Бишоп, - моё реальное имя известно, уже выследили. Так что поимка – это вопрос времени.

- Я обещал Велиору, что буду тебя оберегать, - голос Итана стал куда более серьёзным, а обращённый на парня взгляд стал решительным и настойчивым.

- О, так ты уже общался с Велиором. Надеюсь, с ним всё в порядке и организуют обещанное.

- Не переводи тему, - мужчина нахмурился.

- Черт… Меня это тоже не очень радует, поверь… ты, итак, много сделал для меня, дальше ты только себя будешь подставлять. Ты полицейский, а я как-никак преступник. Ты уже скрываешь преступника в собственной квартире, это очень опасно для тебя. Наши пути разойдутся, это неизбежно, - выражение мимики Кохаку показывали смирение в душе.

- Но…. А ты чего хочешь сам?

Этот вопрос поставил Кохаку в ступор. На самом деле, ему хотелось много чего сделать, будучи на свободе: есть книги, которые хотелось бы прочесть; есть дела, которые еще надо сделать; есть люди, с которыми он хотел бы ещё пообщаться. Ему хотелось самому стать могильщиком нынешней власти. Наконец, хотел бы избавиться от личных проблем.

Посмотрев на Итана, на его несколько печальное выражение лица, хотя тот и старался это скрывать за маской холода и отрешённости, он нашёл лишь единственный ответ.

- Я хочу побыть с тобой как можно больше времени.

Итану стало отрадно слышать от него, и все равно он не мог выразить это улыбкой, ведь это счастье ой как недолго продлится, и рано или поздно им придется разойтись. И всё же он смог немного успокоиться и дальше сдерживать свое обычное лицо. Печаль смогла вырваться из холодных глаз, и в них виднелся небольшой проблеск горечи. Он лишь вздохнул и выпил весь бокал вина.

- Раз уж это твоя воля, то я сдержу до последнего. Буду с тобой до конца.

- Спасибо, Итан, - юноша снова улыбнулся.

Болдуин закончил трапезничать и решил сам убрать всю посуду со стола, чтобы немного отвлечься от мыслей. Закинув тарелки, бокалы, столовые приборы в посудомоечную машину, продолжил наблюдать за Кохаку. Он всё никак не собирается заканчивать чтение. Его расслабленный взгляд всматривался в каждую букву, в каждую строку.

На кухне кроме шумевшей мойки ничего не издавало шума. Это спокойствие немного угнетало мужчину. Ни ему, ни Кохаку будто нечего друг другу сказать. Да и, взаправду, им нечего было друг другу сказать. Поимка или уход Бишоп сложно… нет, скорее невозможно избежать, также и неясно, когда это произойдёт.

Почему-то парень начал смеяться. Мужчина посмотрел на него с непониманием.

- Забавно, ты вот-вот меня испепелишь своим взглядом, - юноша, что сконцентрировался на чтении, не мог не обратить внимание на беспокойство мужчины, - Понимаю, что тебя это тревожит. Так уж и быть, отвечу на два твоих вопроса, но подумай хорошенько над ними.

Бишоп перевернул страницу книги и спокойно читал дальше, ожидая эти вопросы от мужчины.

Два вопроса? Подумать хорошенько? Да таких вопросов больше двух, как среди них выловить те, которые станут роковыми и последними?

Немного подумав, Итан смог подобрать те вопросы, которые он хотел сильнее остальных спросить у него.

- Ты боишься? – такой первый вопрос задал он Кохаку.

- Было бы глупостью, если не боялся, все люди чего-то бояться, - незамедлительно ответил юноша, - однако, я привык преодолевать страх, учитывая моё прошлое… Я готов встретить неизбежное. Даже если я окажусь за решёткой или меня вновь будут использовать, я не буду предаваться страху и слабостям. Итак, один вопрос ты исчерпал.

- Я поражён, что твоя сила духа даже после всего этого не умаляется.

- А как думал? Ты видел, что могу отступиться, но главное, это вернуться к гармонии. Даже если и отступлюсь, я продолжу свой путь к справедливости и освобождению. Ладно, твой второй вопрос?

- Мы сможем встретиться еще?

- Все зависит от нас. Если повезет, ты сможешь меня навещать. А если нет, то мы сможем когда-нибудь встретиться. Будущее неопределённо, и что с нами случиться тоже неизвестно.

- Вот как… - Итан задумчиво смотрел в пол.

С одной стороны, такой ответ давал надежду, что они могут вновь сойтись, пообщаться, провести время вместе, а с другой… пугала неопределённость будущего, сможет ли в будущем судьба вновь свести их…

Пока он размышлял, кто-то постучал во входную дверь. И Болдуин, и Бишоп резко переглянулись.

- Кто это может быть… - Кохаку перестал читать книгу, встал со стола и направился ко входу.

- Подожди, Кохаку… - Итан хотел пойти с ним, но прежде проверил по видеокамере, кто это мог быть.

Как только запись с видеокамеры прогрузилась, Итан сразу же бросился за парнем. Перед тем, как он оказался рядом с ним, услышал, как Бишоп вскрикнул: «Стой, где стоишь!»

Как только вышел из кухни и появился рядом с юношей, обнаружил на пороге собственной квартиры начальницу полиции – Викторию Степашину, Роберта Вебера, Елизавету Симэнь и двух полицейских из отдела по уголовному розыску.

- А вот и сам Итан, наша легенда, наша гордость, всей полиции, - ехидничал Роберт, широко улыбаясь.

- Так значит это правда, лейтенант? – посмотрела на Болдуина Степашина разочарованным взглядом, - Ты скрывал у себя преступника?

- Сама в большом шоке, - тихо говорила Симэнь.

Итан стоял в ступоре. Его начальница, его соперник, его коллеги оказались в его квартире, раскрыли его тайну. Он не мог ни пошевелиться, ни что-то сказать. Неужели все обернулось именно так? Он посмотрел на Кохаку, находившийся также в шоке. Его недавно бесстрашные глаза с дрожью смотрели только на одного человека – Роберта. Дыхание стало непрерывным, а сжатый кулак левой руки он прижал к груди.

Итан вспомнил тот раз, когда держал в руках напуганного до смерти, и сразу же понял, что к чему. Так испугаться он мог только одного человека, только о нём рассказывал.

- Так… это он издевался над собой? – Итан медленно сменил озадаченный взгляд на Вебера.

- Дорогой Кохаку, уже рассказал о наших весельях Итану? – говорил с улыбкой Роберт, хотя его тёмные глаза не отражали каких-либо эмоций.

- Роберт, это и есть тот, кого ты всё время искал и присоединился к полиции? – спросила Виктория, взглянув сначала на Роберта, а затем на Кохаку, - интересная складывается картина.

- А то, я давно искал Кохаку Бишоп. Хотя я и сам удивился, что он стал Лемарком – лидером Красной борьбы. Кохаку, дорогой мой, поиграли в борьбу и хватит, возвращайся ко мне, - Роберт начал подходить медленно и протянул руку в сторону юноши.

Болдуин встал спереди Бишоп и загородил путь к нему. Такая реакция Итана позабавила Роберта. Он стал близко к сероволосому мужчине и осматривал позади него Кохаку.

- Какие у вас близкие отношения, раз защищает тебя? Кохаку, неужели ты решил променять меня на него?

Парень все ещё не мог выловить и слова. Его тело немного трясло, а дыхание стало еще глубже. Увидев это, Итан схватил его в объятия.

- Такой монстр, как ты, не получит его! – Итан приложил свою ладонь к затылку юноши и прижал его лицо к себе.

- Итан, ты серьёзно сейчас защищаешь преступника? – спросила Степашина.

- Кто и сделал его преступником, и то фальшивым, так это Роберт, - Итан смотрел на всех их со озлобленным взглядом, смотрел как на своих врагов.

- Вот уж не думала, что ты до такого дойдёшь… - прошептала полковник полиции.

- Постойте, товарищ полковник, давайте-ка я с ними поговорю. Думаю, я его смогу убедить, - предложил Вебер.

Виктория кивнула.

- Итан, у тебя сейчас есть два выбора: либо ты отдаешь нам Лемарка и никто не пострадает, даже он сам, и я тебе расскажу всё, и про его прошлое, Энигму, нашу с ним связь, планы государства. Либо ты теряешь сейчас всё, свою карьеру, свободу, Лемарка, потому что мы всё равно его заберем, и ты останешься ни с чем, сядешь с ним в тюрячку.

Болдуин посмотрел на Кохаку, который уже отошёл от шока и также озлобленно смотрел на Роберта.

- Да кто ты, чтобы ему предлагать такое, ублюдок?! – воскликнул юноша.

- Все ради общего блага, дорогой. Решать ему.

Итан размышлял. Он хотел узнать больше и об Энигме, и о прошлом Кохаку, и о связи его с Робертом, но… Цена этого – свобода Кохаку. Он снова станет подопытным, будет страдать и никогда не увидит будущее, о котором так грезил. Никогда не сможет добиться справедливости и свободы для всех.

- Нет. Я не отдам тебе его, - ответил мужчина со всей твердой уверенностью, только через мой труп.

- «Через мой труп»… такое избитое клише, но я готов и на такое, - Роберт достал из чехла на бедре пистолет и прицелился в Болдуина.

- Эй, Роберт, это слишком! - возразила Степашина.

- С-старший лейтенант, постойте! В-вы точно хотите убить его? – Елизавета тоже попыталась остановить своего начальника.

- Кеннцаля с собой нет, да и убивать нет желания. Но нам нужен преступник, и если уж сам легенда предложил «через его труп» заполучить его, то я только за.

Кохаку вырвался из объятий Итан, встал меж ним и Вебером и выставил руки.

- Стой, Роберт! Я знаю, ты не умеешь блефовать, такого сумасшедшего человека как ты ещё поискать надо. Я уйду с тобой, - произнёс юноша, посмотрев на Вебера со всей решительностью.

- Кохаку, почему… - Итан удивился такой выходки парни и хотел его схватить.

- Это мой выбор! – воскликнул парень.

- Хороший выбор, дорогой, - Роберт протянул ему руку.

- Только помимо того, что ты ему расскажешь, у меня есть еще одно условие.

- И какое же?

- Ты никого не тронешь: ни Итана, ни его близких, ни его коллег. Никого. И да, ты уйдёшь из полиции.

- Мне, конечно, понравилось работать в полиции, но ладно. Я исполню твою волю, - Вебер согласился на условие.

Кохаку повернулся к Итану, подошёл к нему и взялся за его руки. Он вздохнул и посмотрел в его опечаленные зелёные глаза.

- Роберт – приближённый к политической элите страны, всё, что он тебе расскажет будет правдой. Что будешь делать с этой правдой – решать тебе. Спасибо тебе за всё, Итан. И прости меня, мы больше никогда не увидимся. Прощай.

Кохаку смотрел на него леденящими глазами, но на лице стояла лёгкая улыбка. Итан желал его остановить, как можно дольше держать за руки, но… ему пришлось отпустить их.

Юноша тихо развернулся и ушёл к Роберту. Он выставил свои руки вперед, и Роберт нацепил на него наручники.

- Теперь ты вновь мой, - говорил это Роберт с улыбкой.

Бишоп ничего не ответил и направился за двумя помощниками Роберта.

- Виктория, Елизавета, можете меня оставить один на один с Итаном?

Степашина и Симэнь молча вышли из квартиры и закрыли за собой дверь.

- Кохаку сказал мне, что ты всё знаешь, что происходит сейчас, верно? – Болдуин подошёл ближе к Роберту и посмотрел на него настойчивым взглядом.

- Верно.

- И про Энигму тоже?

- Да, и знаю, что у тебя документы, которые передал Мойниц.

- Да кто ты такой вообще? Как ты связан с Кохаку и Энигмой?

- Всё очень просто. Мы дружили в детстве, хотя я и старше его на пять лет. Наши родители были из общего окружения, мой отец помогал заметать незаконные следы деятельности конгломерата. Да, отец его даже от жены скрывал некоторые тайны, из-за чего мы и получили доступ к будущей Энигме. Мой отец – бывший глава Службы безопасности Рутении, и я сейчас являюсь спецназом СБР. После того как Кохаку сбежал из психбольницы, меня сослали устроиться в полицию, чтобы его отыскать, он знает слишком много, и про убийство родителей, и про Энигму, чтобы разгуливать на свободе.

- Ты участвовал в экспериментах над ним, - нахмурился Итан.

- Каюсь, - пожал плечами Вебер, - но зато мы получили очень много полезных данных для развития системы. Его жертва не напрасна.

Итану вот-вот хотелось набить ему морду, услышав это признание, в горле словно комок застрял, а тошнота дала о себе знать… тяжело переварить все те ужасы, что парень перенёс. А лицо Вебера не выражало никакого сожаления, даже наоборот, тот рассказывал с огромным удовольствием.

- Так, что из себя представляет система Энигма и как она связана с войной с Маргиной?

- Какой-то причинно-следственной связи нет. Все это развивалось параллельно. Но война и правда начата исключительно инициативой Пихлера и его окружения. Это было стремление политического и экономического воздействия на чужую страну, при успехе Маргина стала бы под полноценным контролем Рутении. Но простых политических и экономических давлений оказалось недостаточно, Маргину всячески поддерживали западные страны, и в феврале прошлого года верхушка власти перешла к тому, на что хватило бы сил – на военный конфликт. Пропаганда нацелилась с одной стороны, обвинить Маргину и Запад в начале конфликта, а с другой, провозгласить этот конфликт как защиту коренных интересов рутенцев, что позволило бы объединить людей.

- Получается, всё, что говорят по СМИ, что говорят представители власти – это ложь?

- Ну не совсем. Пропаганда – это очень противоречивое явление. В ней есть и правда, и ложь, и обман, и стереотипы, предубеждения. Если пропаганда несла только правду или только ложь, она не имела бы никакого влияния на общество. Хотя и её противоречивость тоже не очень способствует мобилизации людей, поскольку каждый человек видит в ней своё: одни люди видят в ней как ответ на то, почему все плохое в Рутении, «во всём виноват Запад»; другие – как победоносный путь страны, как доказательство своей силы и могущества, что Рутения – это лучшая страна в мире; третьи просто стараются жить дальше, оставаться нейтральными; а четвёртые разоблачают её, показывая всю лживость. Если ситуация будет ухудшаться, пропаганда перестанет просто иметь вес вовсе. Власть пришла к единственно верному решению.

- Система Энигма, - сказал утвердительно Итан.

- Да, - подтвердил Роберт.

- Мне рассказывал Кохаку, что мать разрабатывала Энигму, чтобы сделать общество без насилия и воин. Что она способна измерять ментальное состояние человека, его душу и составлять на основе этого паспорт. Я видел схемы, больше похоже на какое-то устройство, на компьютер или что…

- Система Энигма – это больше, чем просто компьютер. Это коллективный искусственный интеллект, основой которой составляют суперкомпьютеры с развитым искусственным интеллектом, соединенные параллельной распределенной сетью обработки данных. Каждый суперкомпьютер делится собранной информацией и совместно обрабатывается, на основе данных система приходит к определённому решению. Это решение и выводится в показатель человеческой души – ментальный паспорт. Хотя Энигму можно использовать и для иных целей. Как например, создать общество, контролируемое системой и властью. Конечно, это не в планах Мики Бишоп, но поняла, к чему приводит властная жадность и хотела свернуть проект. Но после её убийства исследования по Энигме не закончились, и совсем скоро система будет запущена. Её уже тогда протестировали достаточно. Даже для большего охвата информации разработали подсистему Алисия – для собирания и анализа информации и контента в интернете. Так можно контролировать любую информацию, которая есть там. Она также облегчает контроль над СМИ и политическим организациями.

- Ох, это сложно, - схватился Итан за голову, - и это будущее нашего общества, когда всех можно будет выследить, узнать кто как думает, менять сознание и убедить даже в самых бредовых идеях.

- Но зато это очень облегчит работу полиции, сам подумай, если можно будет узнавать о корыстных мыслях совершить преступление до его свершения, то общество станет куда безопаснее. Люди начнут спокойно жить, безо всяких мыслей, что на улице хаос и неразбериха. А ведь сколько всяких противников власти, которые тоже мешают жить обычным людям. Их тоже не будет. Люди не будут думать, что вокруг есть враги и что кто-то хочет их захватить. Разве общество не станет справедливым, свободным и безопасным?

Свободным, справедливым? Итан вспомнил слова Кохаку о справедливости и свободе. Если общество, которое можно контролировать, и можно назвать справедливым и свободным, то в самой извращённой форме.

- «Свободное развитие каждого – условие для свободного развития всех» — вот что я считаю справедливым, - возразил Итан, - Только само общество может выбрать свой путь, а не система или власть. Нельзя быть свободным, имея кандалы. Искоренить преступления нельзя, искореняя лишь мысли о ней. Как и нельзя установить мир, искореняя мысли о войне.

Вебер рассмеялся с этих слов.

- Ох уж этот детский лепет. Даже догадываюсь, от кого ты понабрался… Но не важно. Будущее с системой Энигма неизбежно, люди сами примут эту систему. А вот каковы будут последствия этого принятия для общества – мы посмотрим. Ладно надо бы уже заканчивать наш разговор, у мня еще есть кое-какие дела.

- У меня есть еще вопросы. Что насчёт этих убийств? Журналиста этого и его убийцы, убийство депутата?

- Ах, точно. Сразу скажу. Убийство журналиста – подставное. Это СБР его организовала. На самом деле Беккер и Миллс были друзьями, хотя и очень разными по взглядам. Но они как-то узнали про Энигму и планы власти, хотели распространить, поэтому пришлось сделать подставное убийство и самоубийство, как-то так.

- Вот же, а арестовать нельзя?! – воскликнул Болдуин.

- Они бы принесли больше проблем, оставшись живыми. Но, учитывая, что Миллс состоял в Красной борьбе, и откуда-то у обоих хранились знания про власть и Энигму, мы сразу стали обращать внимание на организацию. Она и так приносила беспокойство своей антивоенной позицией, а тут ещё такое. Так что дестабилизировать её и вывести лидеров стало еще одним нашим планом. И правда, Кохаку оказался в Красной борьбе под именем Лемарка. Второе убийство с депутатом было для того, чтобы вывести Кантера, Барона и Лемарка. И это сработало. Сейчас у организации плачевное состояние. Мы поймали всех.

- Теперь я понимаю полностью Кохаку, почему он против такой вот власти… - Итан хотел до последнего не верить во все эти слова, но, ощущая всю эту напряжённую атмосферу, видя серьёзное лицо Роберта, все слова были правдивы.

- Итак, Итан Болдуин, - начал ближе подходить к нему Вебер, - теперь ты знаешь всё, и теперь у тебя только два выбора, либо ты останешься в стороне и продолжишь жить так, как жил всё это время, либо, если ты захочешь вмешаться, то…

Серовласый мужчина понял, к чему клонил этот человек. И лучше от этого выбора не становилось. Как же теперь спокойно, как раньше, жить, зная про Энигму, войну, Кохаку, зная всю правду… И как он сможет забыть теперь этого златовласого паренька, на всё это открыл глаза, который каждый день встречал его, помогал с домашними делами, готовил, делился со всеми мыслями и идеями…

Это смятение в спокойном выражении лица прочувствовал Роберт, взгляд Итан явно направлен куда-то в сторону. Он лишь щёлкнул пальцами, чтобы прервать все эти нити размышлений в сознании Итана.

- Ладно, я могу понять, всё-таки вы обрели крепкую связь и стойкое взаимопонимание. Могу дать некоторое время, чтобы ты определился с выбором, только не натвори глупостей за это время, - Вебер развернулся и уже направился к выходу.

- Погоди, - спокойно сказал Итан, - последний вопрос.

- Слушаю, - Вебер не стал поворачиваться лицом к нему.

- Что будет с Кохаку? С ним всё в порядке будет?

Роберт слегка улыбнулся.

- Ну, жить будет точно, всё остальное зависит от него, и да, никто больше не узнает о вашей связи, не переживай - после этого ответа он вышел из квартиры и закрыл за собой дверь.

Мужчина медленно направился к себе в комнату. Каждый шаг всё тяжелел и тяжелел. Вот-вот чувствовал, что ноги не удержат и он упадёт на пол. Кое-как переступил порог спальни и оставалось несколько шагов до кровати.

Наконец-то дойдя до неё, он свалился на спину, раскинув руки и ноги. Болдуин начал осматривать свою спальню, прислушиваться к каждому звуку. И что в остатке – полная тишина. Никого нет, ни единого голоса и шёпота. И только сейчас осознал, что снова почувствовал себя одиноким, в своей тихой квартире.

Но сейчас Итану ничего не хотелось делать, слушать, мыслить или чувствовать. Эта тишина и успокаивала, и отчуждала от всего остального мира, будто он находится вне всех этих человеческих переживаний. Но даже так, одна мысль всё-таки мучала Итана. Кохаку больше нет рядом.

И эта мысль не давала полностью погрузиться в эту тишину. Он нашёл силы, чтобы принять сидячее положение и продолжить думать о нём. Ведь сколько прошло времени, как его не стало, лишь считанные минуты. Десять или двадцать… несмотря на все раздумья о нём, образ Кохаку в голове начинал расплываться, как и исчезать ощущение его присутствия в этой тихой квартире. Теперь он не хотел быть один…

Глава 12

Болдуин открыл глаза, как только услышав противный звон будильника. Приподнявшись, он стал осматривать вокруг, ощупывать свою кровать. Нет никого. Тихо в квартире.

Мужчина вздохнул и нехотя встал с кровати. Всё вернулось на круги своя, будто этот месяц пролетел за один день, как какое-то мгновение, возникшее и также исчезнувшее неожиданно. Хотя нет. Даже это мгновение изменило многое. Пусть внешне вернулось на круги своя: нет никакого шума в доме, никто не поддержит или скажет что-то невероятное, похвастается какими-то знаниями, всё же одиночество вернулось; всё же невозможно забыть, что произошло за этот месяц. Все произошедшее изменило радикально сознание Итана.

Стоявший под душем откинул голову кверху, он осознал лишь одно – он больше не тот полицейский, что слепо верил всему и вся. Кохаку сделал из него человека, который может что-то возразить, критически мыслить, знает всю правду и понимает, что с этой правдой нельзя жить как раньше. Вот только что делать… Нет идей.

Выйдя из душа, Итан направился на кухню. Сделав быстренько сэндвич, перекусил и вскоре пошёл одеваться в спальню. Надев свою полицейскую форму и пригладив свои локоны, он глянул в часах, какие новости показывали сегодня.

Листая их, он обнаружил видео, сделанный тем самым Пригориным, лидера «Банды». Он сидел на стуле, раскинув ноги, а сзади него висел флаг с изображением черепа, расколотый кувалдой. Его лицо выражало озабоченность, но с тем и серьёзность. Юджин начал пассаж свой с того, что Министерство обороны и Администрация президента не идёт и на маломальский контакт, а значит ПВК будет приминать меры в течение суток.

Дальше он начал рассказывать, что многое, что говорили по телевизору и иных источниках информации – ложь, преподнесенная властью. Нет никаких успехов на фронте, солдаты шли лишь на убой, а добровольцев потеряли намного больше, в том числе и из ПВК. Эти проблемы игнорировали долгое время Минобороны и президент, не выделяли какой-либо помощи. Затем рассказывал, что военная операция началась не из-за Маргины и западных стран. Никакой агрессии с их стороны не было и теоретически не могло быть, рутенская власть лишь придумала их и объявила операцию под лозунгами защиты рутенцев. В конце своего пассажа он призывал не верить никому из власти, мол, они заботились лишь о своих интересах, а не об интересах рутенцев.

Итан склонился спиной к двери от удивления. Похоже, что Пригорин все знал обо всех этих планах. Но явно, что у власти и «Банды» начали расходиться интересы. Похоже, государство понимало, что увеличение активности может сыграть плохую роль в операции, особенно, когда монополии на насилие и нет. Мужчина быстро оделся и выехал на работу.

Как только Итан приехал на свою работу, в первую очередь устремился посетить кабинет Степашиной, узнать, что сейчас происходило, как на это будет реагировать полиция, это же нарушение закона, это разглашение гостайны. Он оказался у двери и сразу сделал несколько стуков. Виктория сию минуту позволила войти в кабинет. Только войдя, он увидел, что Степашина глядел на него глазами, полными осведомленности, а в её руках лежал кубик Рубрика.

- Товарищ полковник, вы видели видео Пригорина? – поинтересовался сразу.

- Ты про то сегодняшнее? Конечно, видела.

- Но откуда он все это знает?

- Ну, он же был частью пихлеровской элиты… и сейчас остается. Конечно, он один из немногих знает, ради чего вся эта операция устроена. Как мне сказал Роберт, он ничего не знает про Энигму.

- Но разве то, что он говорит, не разглашение государственной тайны? Разве полиция не должна объявить его в розыск?

- Да, ситуация неприятная, но верхушка знает, что делать. Мне никаких поручений не давали, так что будем наблюдать, кто будет прав.

- Это видео могут посмотреть миллионы людей, они усомнятся в и так шатком положении власти. Если Лемарк прав, то это может привести к мятежу, а то и к гражданской войне.

- Товарищ лейтенант, - она метнула на него суровый взгляд, - то, что вы знаете всю правду, не значит, что теперь вы свободны так легкомысленно изъясняться и что-то предпринимать. Я решу сама, что делать. Мне слова преступника не нужны. Я ясно сказала?

- Так точно, - тихо ответил полицейский и уже собирался выходить.

- И ещё, - Степашина отбросила кубик и скрестила руки, - Не знаю, что тебе говорил Роберт, но попросил на тебя статью не возбуждать или увольнять, даже наоборот, рекомендовал держать ближе. Надеюсь, что в этот раз меня не разочаруешь.

- Так точно, - склонил голову Болдуин, отведя взгляд, а после развернулся и вышел из её кабинета.

Недолго думая, Итан направился в кабинет Роберта. Постучавшись, он ничего не услышал оттуда.

- Ко мне по делу? – услышал мужчина сзади голос.

Повернувшись, увидел Роберта перед собой.

- Куда-то отходил? – спросил Итан.

- Ну да, в свой отдел, надо же своих починенных подготовить к моему увольнению. Заходи, легенда, - Вебер похлопал по плечу коллеги и вошел первый в свой кабинет.

Итан направился за ним. Роберт уселся за свое место и мягко улыбался.

- И чего ты лыбишься? – эта улыбка раздражала Итана.

Он стразу же после вопроса сел за одно из мест у стола.

- Ну как же, я свою миссию выполнил, уволюсь и уйду в отпуск. Хочу уехать на Южное море, сейчас очень тепло, позагорать самое время.

- У меня вопрос.

- Давай.

- Я уверен, ты видел видео Пригорина. Он знает всё. Служба безопасности будет что-то предпринимать?

- Хороший вопрос, Итан. Его слова можно расценивать как предательство, однако от главы СБР нет никаких приказов, вряд ли сам могу что-то сделать. Насколько понимаю, Пригорин – человек дела, причём жесткого дела. Все помнят, как его сподвижники применяли кувалду для расправы. Он слова на ветер не бросает, так что ничего хорошего нельзя ждать.

- Лемарк говорил, что ПВК может начать мятеж.

- Возможно и такое, но пока СБР следит за их действиями. Так-то, мы все наготове. Если они и начнут что-то делать, мы сразу их устремимся ликвидировать. Жаль, поучаствовать не смогу, я пока еще в полиции.

- Ты к ним плохо относишься? – поинтересовался Итан. Улыбка Роберта моментально спала.

- Как сказать, они не меньшая опасность для власти, нежели та же Красная борьба. Даже куда более опасная. Ты думаешь, что у Пихлера и Пригорина есть общие амбиции? Не совсем так, всё-таки их интересы разные. Юджин активно наращивает свою популярность среди населения и военкоров. Образ Пихлера сейчас очень сильно тает, уже не такой привлекательный. У Пихлера нет такого блеска в глазах, как у Пригорина. Ещё надо не забывать, что ПВК - самая активная военная организация, но она не сильно нам подконтрольна. Сейчас противоречия с «Бандой» и Минобороны лишь накаляются. Возможно, Пихлер осознает свои ошибки, когда они устроят нечто подобное. Тем не менее, власть справится с этим, но каковы будут последствия…

- Получается, власть сама себя загнала в угол, допустив такую фигуру вырваться на первый план… Стабильность в стране все больше становится иллюзорной. Лемарк прав, всё движется к расколу и внутренним распрям.

- Ну выйдет точно не так, как он говорил. Тем более есть мы, которые должны охранять порядок и власть.

- Власть, которая уже ни на что не годится.

Роберт устремил свой спокойный взгляд на Итана.

- Мой тебе дружеский совет, легенда: не думай об этом. Тебе ведь не хочется лишаться свободы и работы, верно?

В ответ Болдуин лишь промолчал.

- Вот и хорошо, выполняй свою работу, как и раньше. Если что, я помогу тебе справиться с этими мыслями, обращайся всегда. Не буду отвлекать тебя от работы.

Итан поднялся со стула и прошёл несколько шагов к выходу. Но в полуметре до двери остановился.

- Кстати, где Кохаку сейчас? – спросил мужчина, обратив свой взгляд на Роберта.

- Сейчас он тут, в управлении, но скоро переведут в СИЗО, где и будет коротать свои дни.

- Могу я с ним поговорить?

Вебер поднялся со своего места и подошёл к лейтенанту.

- Забудь о нём. Считай, что вы никогда и не знали друг друга, - старший лейтенант смотрел на него с холодными, но звериными глазами.

- Буду честным, забыть его никак не смогу, - Итан нахмурился.

- Твоя проблема, что ты стал всё чувствовать сердцем, а не разумом. Ваши отношения с ним стали опасными для всех. А сейчас ты ничего не сделаешь. Без разницы, что ты к нему чувствуешь, но забудь о нём. Вы слишком из разных миров. Иди с богом, Итан.

Болдуин молча вышел из кабинета.

Итан возвратился в свою квартиру, скинул с себя всю форму и в первую очередь пошёл в душ. Освежившись, как обычно заказал еду на дом и направился в свою спальню. Пока доставлялась, мужчина, уложившись всем телом на кровать, стал по часам читать вечерние новости. Все СМИ только и говорили о Пригорине и его видео. Само собой, эта персона всегда появлялась в новостях, порой на первой колонке, ведь его отряды проводили успешные операции. ПВК отражала гордость за страну, что такие военные работают во благо Родины. Но сегодня было иначе. Какие-то журналисты писали критические замечания насчёт этого обращения, что такие слова и действия дестабилизируют ситуацию. Но большая часть освящала это видео в нейтральных красках, чтобы не навлечь гнев со стороны поддерживающей «Банду» публики. Даже пресс-секретарь президента ничего не сказал о данной ситуации, но подчеркнул, что они следят за происходящем.

Пока мужчина читал новости, ужин уже прибыл к дому. Курьер отдал заказ и ушёл. Итан пришёл есть на кухню, всё также проглядывая кое-какие новости. Усевшись за свою половину, он украдкой посмотрел прямо. По ту сторону еще недавно сидел Кохаку. Вновь нахлынули воспоминания, как они вместе завтракали, обедали и ужинали, как разговаривали порой ни о чем, как Кохаку комментировал прочитанное, сидя за столом. Воспоминания душили мужчину. И всё же он скучал по этому пареньку, который смог привнести в однотипные и скучные рабочие и выходные дни какие-то новые краски, новые ощущения, новые переживания. Эта чистая искренность, которая хоть и скрывала израненную и измученную душу, придавала радость и мимолётное чувство близости.

Сейчас Итан думал только об этом юноше: как он сейчас, что чувствует, всё ли с ним хорошо, думает ли также о нём, не страдает ли он там... Из-за этих мыслей кусок в горло не лез.

Тут он вспомнил, что сумку Кохаку так и не забрали, никто даже и не стал обыскивать квартиру. Болдуин поднялся со своего стула и направился в гостевую комнату. Открыв дверь, он обнаружил пустую тёмную комнату. Солнце уже село, посему Итану пришлось включить свет. Он заметил сумку рядом с кроватью и тумбочкой. Взаправду, она всё это время лежала тут. Мужчина схватил эту сумку и сел на кровать. Расстегнув замок, приметил те самые бумаги, которые Кохаку просил сохранить. Несколько книг, которые он с собой всегда брал: книга Лукача «История и классовое сознание», Грамши «Тюремные тетради», небольшой сборник сочинений Маркса и Энгельса. Вроде как еще Фромм остался на работе у мужчины. Помимо книг, осталась кое-какая одежда: две футболки тёмно-красного и белого цвета, шорты тёмно-фиолетового, даже нижнее бельё есть. Итан достал красную повязку, которую носят на лице все члены Красной борьбы.

Он завязал на лицо, скрыв нос и губы, и посмотрел на себя через камеру часов. По сравнению с теми цветами вещей, которые он носит, красная повязка выглядит более вызывающей. Мужчина-полицейский с бледноватой кожей, серыми с бирюзовыми локонами волосами и зелёными глазами в красной повязке выглядел очень непривычно. Итан не желал снимать эту повязку. Наоборот, он в ней чувствовал близость с Кохаку. Скинув сумку с кровати, сам лёг на неё. Его дыхание постепенно нагревало повязку, и губам становилось теплее. Эта теплота клонила мужчину в дремоту. Прошло минуты две или три, а веки начали закрываться. Болдуин ощущал, что уже падает в грёзы. Еще прошло немного времени и уже спал спокойно и умиротворённо.

***

Мужчина проснулся от шума звонка, исходившего из часов. Посмотрев в интерфейс, увидел входящий от начальницы. Странно, на часах только пол седьмого показывало.

- Алло, что случилось? – спросил он, снимая с себя повязку.

- Срочно в управление. В стране мятеж.

После чего начальница скинула трубку. Эта фраза про мятеж быстро вывела из полусонного состояния. В первую очередь он открыл новости. ПВК «Банда» в пол второго выехала из фронтовых зон и направилась к территории Рутении. Уже к пяти часам они захватили один из городов-миллионников – Темерник. Мятежники заняли здание Минобороны и кварталы близ него в городе.

Пригорин в своем обращении сказал, что «Банда» направляется по государственной трассе в Мосаву и будет разбираться с тем, что сейчас происходило в стране. Он назвал это «Маршом правды». Журналисты пока отказываются что-то комментировать, а власть ещё никак не отреагировала.

И в этот раз Кохаку оказался прав: мятеж случился. А теперь не ясно, что теперь будет происходить. Ничего хорошего нельзя ждать от этих головорезов. Эта военизированная группа… они могут атаковать кого угодно и что угодно. Они с лёгкостью захватили крупный город без каких-либо жестких столкновений.

Болдуин надел быстро всю свою одежду и форму и мигом вышел из своей квартиры. Уже через пол часа он оказался в управлении, в холле которого уже собрался весь отдел Итана, параллельно строю стояла Виктория Степашина. Увидев только что ворвавшегося лейтенанта, начальница полиции слегка кивнула. Болдуин вскоре встал в строй.

- Итак, все в сборе, это очень хорошо. В стране произошёл мятеж, вы это все знаете. Мэр Мосавы вот-вот объявит режим контртеррористической операции, а это значит, что необходимо защитить границы Мосавы, области и их жителей. Террористы уже направляются по главной трассе на Мосаву. Другие отделения полиции уже готовы начать операцию, Национальная гвардия присоединится к операции. Ваш отдел будет руководить всем процессом операции, всем ясно?

- Так точно! – рявкнули полицейские.

- Операцию оставляю на лейтенантов Кларка и Болдуина. От вас зависит теперь всё. Сообщать о прохождении операции своевременно.

- Так точно! – сказали лейтенанты.

- Вольно, - спокойно сказала Виктория.

Степашина спокойно и неспешно покинула отряд и направилась к себе в кабинет. Итан направился вперед, чтобы посетить в первую очередь Вебера, но тут его схватил Регин.

- Ты куда пошёл?

- Надо кое с кем переговорить.

- Подождёт, нам надо сейчас отправляться.

- Мы отправимся немного позже, пока сообщи другим отделениям, чтобы уже выезжали. Необходимо ограничить въезд в город через трассы, необходимо подготовить щиты и машины. Возможно, это первый раз, когда мы будем использовать Кеннцаль, они же сейчас работают?

- Да.

- Тогда займись этим. Пусть отдел готовится, а я всё же на пять минут с Робертом переговорю.

- А он тут причём?

- Он знает многое, на самом деле, - Итан нахмурился и ушёл.

Как только оказавшись у кабинета Вебера, сразу начал стучать. Но ответа из кабинета не прозвучало, никакого.

- Ты к Роберту? – поинтересовался кто-то сзади.

Итан повернулся и увидел Кавлера и Симэнь.

- А вы что тут делаете? – спросил Итан, удивившись увидеть их вместе.

- Ха, только дураки отвечают на вопрос вопросом, - Елизавета скрестила руки и смотрела хмуро на лейтенанта, - ты же должен заниматься мятежом, а не тут торчать. Отлыниваешь?

- Ну, мы вообще-то тоже к Роберту, - ответил Лука.

- Ага, и я была права, перед увольнением он поспешил закончить с делами, сейчас он занялся перевозкой Кохаку Бишоп.

- Кохаку не в управлении? – Итан почувствовал на душе печаль, но старался сохранять спокойный вид.

- Да, твоего паренька уже увезли, - Елизавета приподняла голову и ухмыльнулась, насмехаясь над этим.

- Паренька?

- Ну не будут же два парня жить в одной квартире, особенно когда один покрывает преступника, а другой вполне себе обустроился хорошо. Вас же связывают и другие чувства, да? – Елизавета посмеялась.

- Вообще-то не смешно! – воскликнул Лука.

- Ага, а ты наш друг-разлучник. Разлучил два голубка, такая драма.

- Разлучник? – Итан продолжал недоумевать.

- Прости, Итан. Это я рассказал всё Роберту, о Лемарке. Он вынудил меня это сделать, да и с тобой реально жил преступник, мало ли, что могло бы произойти.

- Он не преступник, - Итан скрестил руки, - с ним всё сложно, да и долго рассказывать.

- Я же права, Лука, у них что-то было точно, - Симэнь снова ухмылялась.

- Лиз, хватит уже, Итан точно не такой. Фанфиков меньше читай, - Лука подтолкнул её.

- Если и напишу я такой фанфик, то он будет своего рода бестселлером, но меня сразу уволят с работы. У нас такое табу.

- Так, ладно, и в какой СИЗО отправили Кохаку? – поинтересовался Итан, смотря на их обоих.

- А я откуда знаю, Роберт передо мной не отчитывается.

Лука тоже пожал плечами.

- Похоже, Шион вновь только может помочь.

- Итан, я понимаю, что у тебя с ним необычные отношения, но сейчас надо заняться подавлением мятежа.

- Надо освободить Кохаку! - эти слова подвергли в шок его друга и девушку.

- Ты с ума сошёл?! Ты точно хочешь сесть или что?! – Лука удивленно и обеспокоенно смотрел на друга.

- Кохаку буквально предсказал мятеж. Это то, что власть спустила с рук. Он точно может сказать, что делать дальше. Да и я в конце концов против того, чтобы он гнил в тюрьме.

- Итан, если это сделаешь, то пути назад не будет. Ты тоже станешь преступником.

Итан, услышав эти слова, развернулся от них и направился по холлу. Перед этим снял с себя китель и откинул прочь.

- Так тому и быть. Я больше не полицейский, - признёс лишь вслед.

- Итан, стой! – Кавлер рванулся за Итаном, но за его руку схватилась Симэнь.

- Не беги за ним.

- Но он совершает ошибку!

- Может быть. Но это его выбор. В отличие от нас, у него он есть.

- Но ведь…

- Поверь, теперь он такой же противник власти, как и Лемарк.

Лука лишь мог смотреть печальным взглядом на уходящего Итана.

Шион Диас находилась в своем кабинете, сконцентрировавшись на мятеже Пригорина. Она отправляла все данные начальнице обо всех известных членов «Банды», которые скорее всего участвуют в мятеже, чтобы потом отправить в Следственный комитет на возбуждение уголовного дела на них.

- Какая же запара с ними, - вздохнула она и закурила уже пятую сигарету за час.

Тут она слышит стуки в дверь. Не успев толком что-то сказать, как Болдуин уже оказался в кабинете.

- Итан? Ты же должен уже отъехать с отделом. Знаешь же, какая опасность в стране, - говорила она, не поворачиваясь к нему.

- Мне не так важно это сейчас. Ты можешь сказать, в какой СИЗО отправили Кохаку Бишоп?

- Не знаю зачем тебе это, но Роберт мне сказал никому не раскрывать это.

- Мне нужно срочно.

- Прости, дорогой, но нет. Тем более, ты уже много долгов у меня набрал.

Итан подошёл к ней ближе, развернул резко кресло, что сигарета из рук Шион выпала на пол. Он пальцами схватил его подбородок, и его лицо оказалось рядом с её.

- Если мы прям здесь и сейчас займемся сексом, скажешь? – Итан смотрел на неё решительным взглядом.

- Ого, дорогой, ты так резок, а как глаза зелёные блестят… мне это нравится, однако, - улыбнулась она и оттолкнула его, - ради одного перепихона я не готова терять работу.

Итан отошёл от неё и сел на диван, скрестив руки. Он дал знать, что никуда не уйдет из кабинета, пока не узнает.

- Даже интересно, откуда у тебя такое ребячество, всегда же отличался сдержанностью.

- Кохаку Бишоп мне дорог, я не хочу так все это оставить, - Итан старался не встречаться с ней взглядом.

- Дорог? Дороже, чем твоя работа, ради которой ты потратил всю свою жизнь?

- Думай как хочешь.

Диас скрестила руки и задумалась. Она наблюдала за спокойным выражением лица, но видела, что его пальцы постоянно под напряжением, а одной ногой слегка покачивал.

- Стой, а не это тот самый друг, которому ты помогал?

- Как ты догадалась?

- Я же криминальный аналитик.

Итан промолчал.

- М-да, ты нашёл дорого человека, это очень хорошо. Даже готов пойти на радикальные шаги, завидую, - Шион вздохнула, - СИЗО-2, там чисто пристанище всех глав Красной борьбы.

- Правда? – лейтенант посмотрел на неё, - Точно там?

- Да. Нет смысла врать, а там поглядим, что выйдет.

- Спасибо тебе большое, Шион! – Итан приподнялся и уже собирался выйти из кабинета.

- Секунду, Итан, - остановила его.

- Да?

- Никто не должен узнать об этом. Считай, что ты уже не полицейский, тебя точно преследовать начнут.

Итан кивнул и вышел из кабинета.

…

В это время Регин уже находился на улице и руководил отрядом, которые уже усаживались в фургоны и готовились к отъезду. Контейнер с Кеннцалями заняли отдельный фургон.

Кларк посмотрел на время, оглянул вход здания, но ничего не происходило. Он ждал Болдуина уже больше десяти минут, но тот так и не вышел из здания.

- Мы уже выезжаем, товарищ младший лейтенант? – поинтересовался подчинённый, подойдя ближе к нему.

- Да, пару минут. Уже готовы?

- Так точно.

- Тогда занимай место.

Его подчинённый ушёл к одному из фургонов.

- Ну и где же этот придурок, - пробормотал Регин и уже собрался ему позвонить.

Открыв интерфейс часов, сразу пришло сообщение. Он открыл и увидел, что это от Итана. «Поезжайте, меня не надо ждать». Регин изумился из-за этого сообщением и сразу позвонил Итану, но тот так и не отвечал.

Он глянул, что в социальных сетях начали публиковать с официального канала Пригорина весть, что «Банда» уже находилась в двухстах километров от Мосавы. Местные власти регионов старались как-то остановить их передвижение или замедлить их, блокируя главную дорогу, но всё тщетно. Они спокойно продолжали движение.

Времени осталось мало. Регин сел в легковую машину и поехал, а за ним помчались и фургоны.

***

Одна легковая машина черного цвета и один полицейский фургон подъезжали к бетонному зданию, который располагался в степи. Из легковой машины вышел Вебер, смотря на это бетонное строение., а из фургона вышли два полицейских с преступником, скованный наручниками. Он склонял голову, стараясь ни на кого и ни на что не смотреть. Его золотистые волосы скрывали вид.

Роберт подошёл к этому преступнику и смотрел на него с широкой улыбкой.

- Ну же, взгляни на свой новый дом, - произнёс он спокойным голосом.

Этот преступник устремил уставшие янтарные глаза на Роберта. Взор был спокойным и даже несколько отрешённым.

- Дом, говоришь? Я много времени провёл за решёткой, но никогда заточение не было моим домом, - златовласый парень также спокойно ответил на слова Роберта.

- Ну, Кохаку, отныне будешь томиться надолго, нам будет весело, - темноволосый мужчина развернулся и направился к охраннику.

Спустя две минуты они оба подошли к Кохаку.

- Это и есть Кохаку Бишоп – беглец, за которым ты так охотился? – этот охранник начал протягивать руку к парню, но за его запястье схватил Вебер.

- Он мой, я не разрешал трогать, - Роберт отпустил его запястье.

- Ну и собственник, - охранник увёл свою руку, - а начальник твой знает об успешном завершении миссии?

- Да, я уже сказал, что я скоро вернусь в штаб.

- Теперь этот парень будет тут гнить?

- Какое-то время точно будет, а вот что будет дальше пока не ясно. Но за Кохаку я пока несу ответственность. Ладно, подготовили же камеру для него?

- Конечно, я провожу вас.

Роберт и Кохаку с двумя полицейскими направились за этим охранником. Пройдя через пропускной пункт, Кохаку увидел за решётчатой стеной двор, в котором находились заключенные. Их выпускали из камер в определённое время, чтобы они могли немного отдохнуть от застенка. Юноша всё же никогда в настоящей тюрьме не сидел, его всё-таки упекли в лабораторию. С легким интересом наблюдал за заключёнными. Какие-то собрались в группы, разговаривали, играли. Какие-то старались держаться подальше от других. Тюрьма – это совершенно другое общество, где насилие всегда решало любые вопросы и конфликты. В ней своя жесткая иерархия, в ней совершенно разные люди находятся. Несмотря на то, что люди в изоляторе, как правило, временно содержатся, вскоре дальше отправляются в колонию, здесь уже можно разглядеть различные группы. Кохаку заинтересовался ими и анализировал каждые действия и эмоции на лице. Какие-то всё же продолжали улыбаться, словно содержание в изоляторе никак не повлияло на их состояние. Это могли быть, как оптимистичные люди, которые оказывались и несправедливо осужденные, так и убийцы, которых уже больше ничего не волновало и готовы были оказаться за решёткой.

- Интересно наблюдать за ними? – Роберт обратил внимание на взгляд Кохаку на заключённых.

Бишоп промолчал и отпустил свой взгляд.

- Ну, для тебя условия будут куда строже, чем у них, - говорил он с улыбкой.

Они вошли в здание и прошли через ещё один пропускной пункт, уже к самим камерам.

Коридор был серого, почти бетонного, цвета. А двери к камерам выполнены из непробиваемого непрозрачного стекла, рамки которых покрыты титаном. Таким образом создавался контраст между серыми бетонными стенами и более светлыми дверями с металлическими рамками. Слева от двери располагались терминал, с помощью которых можно управлять дверью, звуком и видеонаблюдением.

- Кстати, Кохаку, покажу тебе кое-что, - Вебер подошёл к одному из мониторов и открыл видеозапись с камеры, - Смотри.

Кохаку гляну и на мониторе увидел своих же товарищей.

- Барон, Кантер… - парень озлобленно посмотрел на Роберта.

- Да, они пойманы, и теперь ты тоже. Они пока не знают, что тебя поймали, может захочешь с ними поговорить? – таким вопросом он словно издевался над парнем.

- Не надо… - Бишоп опустил взгляд и стиснул зубы.

- Не надо, говоришь? Боишься их что ли? Как же так, вы же три столпа Красной борьбы, верные товарищи. Не хочешь с ними пообщаться?

- Как бы мне хотелось тебе врезать… – тихо произнёс юноша, стараясь как можно сильнее скрыть своё лицо.

Темноволосый мужчина подошёл к нему, схватил за его подбородок и потянул к себе. Своими тёмными глазами он увидел, как из янтарных глаз шли слёзы, а выражение лица омрачилось. Это личико вызвало экстаз. Он рассмеялся.

- А-ха-ха, ты бы видел сейчас свое миловидное личико. Мне всегда нравилось, когда ты плакал и стонал от боли.

- Закрой рот, ублюдок, - с дрожью говорил Кохаку.

- Ох, мы скоро это всё продолжим. Я в предвкушении.

Роберт направился дальше. Чуть погодя дошли до конца коридора и оказались у железной массивной двери. Она отличалась от остальных, была куда темнее, вся по периметру в каких-то приваренных гайках и винтах. Эта дверь очень похожа на дверь из лаборатории, где его мучили и ставили эксперименты. Неосознанно начал изо всех сил оттолкнуться от них и как можно дальше быть от этой двери. Даже полицейские, что держали за руки, кое-как стали удерживать его. Как только он вырвался из рук одного полицейского, Роберт дал ему пощёчину. В миг Кохаку вернулся в сознание и почувствовал, как его щека горела и болела. Он глянул на Роберта с ошеломлённым взглядом.

- Погоди, Кохаку. Сейчас не время на твои панические атаки и срывы, - сказал Роберт, слегка потряхивая руку.

Роберт открыл эту дверь, и они все вошли. Было всё также: тусклый единственный свет, посередине приваренный к полу стул, слева кровать, а справа стол, звук, который издавался легким эхо. В такой обстановке и атмосфере пытали парня. Всё это создавало чувство давления, необходимого для контроля над психикой человека.

Парень прикрыл свои глаза, стараясь успокоиться и прекратить дрожать. Пока он приводил себя в чувства, его двое полицейских уже усадили на стул и связали руки и ноги.

- Отличная работа, я пока останусь в здании, можете возвращаться в управление. Будут новости - сообщите мне, - похвалил Роберт своих подчинённых, похлопав по плечу.

- Так точно! – рявкнули они.

Роберт вместе с ними выходил из камеры.

- Скоро вернусь, дорогой, - он вышел и закрыл дверь.

Кохаку начал осматриваться и искать способ освободиться из оков. Ноги связаны, и шагу вступить не получится, да и сам стул приварен к полу, металлический же. А руки оставались в наручниках, закованные на подлокотнике. Немного шевельнуть запястью выходит, но на этом всё.

Парень глянул на спортивную форму, а точнее, на застёжку. Может, получится как-то её подцепить. Попробовал левой рукой схватить, покачивая ногой для амплитуды, но силы не хватало, дотянуться не выходило.

А это время уже вернулся Роберт с каким-то чемоданчиком, который поставил на пол. Он просмотрел на Кохаку и на его одежду.

- Хм, думаю, мы не будем пачкать одежду кровью, - после этих слов Вебер вышел в коридор и через пару секунд зашли сотрудники.

Их было трое. Оба освободили Кохаку и держали, чтобы не сбежал, а третий снимал с него всю форму. Даже футболку и нижнее бельё сняли. Как же стыдно, особенно ощущать то, как они дотрагивались до тела. Но сейчас как-то сопротивляться не имело смысла. Как только его вновь приковали к стулу, сразу же вышли из камеры. Форму оставили на кровати.

Роберт, увидев обнажённого юношу, особенно эти раны на теле, не смог сдержать эйфорию и наслаждение на лице. Он прикрыл ладонью рот и покраснел.

- Как приятно видеть все эти шрамы, оставленные мной, - Вебер с удовольствием подошёл к своему чемоданчику и открыл её, - Итак, я всё подготовил для нашего с тобой развлечения.

- Ты просто конченный извращенец, - произнёс тихо Кохаку, никак не реагируя на него.

- Если бы не те чёртовы докторишки, что помогли тебя упечь в психбольницу, мы бы закончили наше развлечение, - мужчина достал колбу со спиртом, открыл её и намочил платок, которым протёр затем скальпель.

- Зато благодаря им я освободился от твоих оков, - возразил парень.

Вебер, закончив подготовку, подошёл к Бишоп и смотрел на него смоляными глазами.

- Недолго продлилась твоя свобода, согласись?

На это Кохаку ничего не смог ответить.

Роберт перевернул руку запястью кверху и посмотрел на эти небольшие шрамы на ней.

- Погляжу, ты и без меня развлекался, - острой частью он приложил к нежной коже ножичек и посмотрел в глаза Кохаку, - готов?

Взор Бишоп уже нацелился только на этот скальпель, ожидая в каждое мгновение, когда начнётся боль. Совсем немного, и эта боль прошлась по всему телу. Юноша зажмурился и стиснул зубы, не проронив и звука. Из запястья пошла кровь, а рука дрожала. Тут как волной прошли воспоминания всех этих бесконечных дней страданий и боли, которые испытал много лет назад. Эта пульсация на запястье лишь освежила память.

- О как, ни словечка, ни писка, ни стона. Неужели ты научился терпеть? – Роберт с улыбкой смотрел на него.

- Если ты так хочешь убить, то сделай это сразу, - говорил Кохаку через силу.

- Ну-ну, убивать я тебя не хочу, ты и сам знаешь, что я могу вовремя остановиться и позвать помощь. Ты не умрёшь. А теперь продолжим нашу забаву.

Кохаку посмотрел отчуждённо на Роберта, вздохнул и закрыл глаза, смиренно оставив любые возможности вырваться и приняв страдания.

***

Болдуин вернулся в квартиру и сразу же направился прямиком в спальню. Оказавшись в ней, достал из внутренней стороны кителя Кеннцаль и кинул на кровать.

Потом он снял с себя всю полицейскую форму и откинул прочь. Достал из шкафа одежду, которую давно не надевал. Надел белую футболку, брюки карго цвета хаки, наверх накинул рубашку тёмно-зелёную с коричневыми квадратными узорами. Из полицейских штанов достал кобуру и нацепил на пояс.

Итан взял Кеннцаль в руки и смотрел на него какое-то время. Его терзали сомнения, а правильно ли он сейчас это делает… Не сделает ли только жизнь Кохаку опаснее, свою он уже поставил под опасность? Если и все получится, то куда теперь деться. Укрыться внутри страны не так-то просто, их когда-нибудь найдут.

Но, правду люди должны узнать, а значит все делается во благо. Он желал правды и свободы для Кохаку, все остальное не имело значения. Вложив Кеннцаль в кобуру, посмотрел на себя в зеркало шкафа. Итан зачесал свои волосы назад и направился в комнату Бишоп.

Войдя, сразу же схватил сумку Лемарка, в котором лежали все вещи и документы. Всё, что разоблачит государство и все его планы. После этого он надел кеды и вышел из квартиры, заперев перед этим дверь на ключ-карту, а не как раньше, через опечатки.

Сняв с руки смарт-часы, он посмотрел ещё раз на дверь своей квартиры.

- Прощай, милый дом. Возможно, больше не вернусь, - произнёс он и развернулся к квартире напротив.

Он подошёл к ней и постучал. В миг открыла ему та самая соседка, которой он когда-то ей помог.

- Итан, привет, что-то случилось? – поинтересовалась она.

- Да, - он протянул ей часы и ключ-карту, - меня не будет дома, не знаю, как долго меня не будет, можешь оставить у себя?

- Вот как, - она взяла у него их, - а часы зачем? Они же как идентификатор личности работают, носить их обязательно. Всё будет хорошо?

- Всё в порядке, со мной всё хорошо будет, просто я отправляюсь спасать друга.

- Поняла, - она сжала их, - хорошо, удачи тебе.

- Спасибо, - Итан ушёл, махая рукой.

Выйдя на улицу, направился на парковку, к машине. Он сел в неё и положил сумку сзади. Завёл мотор, выехал в направлении следственного изолятора.

***

Проходит какое-то время, и уже всё тело обрело багровые цвет. Каждый вдох давался сложнее, разум мутнел, перед глазами плыло, но он оставался в сознании. Боль уже не ощущалась, но тело жгло. На месте старых шрамов появились новые, также истекавшие кровью. Сколько уже времени прошло… Десять, двадцать минут. Или же больше получаса. Юноша не мог сконцентрироваться, всё изображение размыто, даже не мог увидеть, где сейчас находится Роберт. Казалось, что вот-вот потеряет сознание, но тут его зрение начинает возвращаться и видит перед собой сидящего на корточках Вебера, который смиренно обрабатывал шрамы и перевязывал их.

- Что… Сколько… сколько времени… - еле-еле с хрипотой произносил Кохаку

- Сколько времени прошло? Около получаса точно. А ты в этот раз куда более терпелив, я уж думал, будешь кричать и стонать как раньше. Я удивлен, но это даже забавляет. Интересно, насколько тебя хватит еще… - с задумчивым лицом закончив с обработкой, Роберт встал на ноги и положил окровавленную тряпочку в таз.

- Уж поверь, я теперь вытерплю всё.

- Ну, мы пока на сегодня закончим, не будем же доводить тебя до полусмерти.

- Ага, а помутнения в сознании — это так, ничего страшного… - хотелось рассмеяться ему, но сил не было.

- Кстати, - повернулся мужчина к юноше, скрестил руки и облокотился об стол, - в награду я тебе расскажу кое-что про Энигму.

- И что же? – посмотрел на него равнодушным взглядом юноша.

- Я разговаривал с Итаном перед тем, как тебя сюда привезти. Ты сказал, что возможен мятеж.

- И он наступил, не так ли? – появилась легкая улыбка на лице Бишоп.

- Да, ты прав, прогнозы Энигмы в бета-режиме тоже подтвердились.

- Рутенская власть и так была в кризисе, должно было произойти что-то, что окончательно расшатает её. Крах власти неизбежен, даже система им не особо поможет.

- Да, только вот правительство не всё знает про Энигму.

- Не понял, что ты имеешь в виду?

- Как только система Энигма будет запущена, большая часть власти, за которое отвечает МВД, будет передана ей. Система будет самодостаточна и практически бесконтрольна со стороны правительства. Она уже и при бета-тестинге в рамках экзамена на профпригодность показала свой независимый характер.

- Экзамена на профпригодность? Это как?

- Ну, он, в основном, проходит правоохранительных органах, система проверила уже психологические оттенки каждого. Хочешь узнать, какой цвет у Итана?

Кохаку смотрел на него с заинтересованными глазами. Роберт в своих часах вошёл в базу данных Энигмы. Появился логотип Энигмы в виде разделенного на пополам неонового треугольника, правая часть которого была чуть ниже. Затем высветился ментальный паспорт Болдуина.

- Черный…? Как у меня… – удивился Кохаку.

- Да, только у тебя чёрный оттенок приобретённый, после разрушения твоей психики. Если помнишь, оттенков ментальности восемь: красный, фиолетовый, зелёный, синий, жёлтый, оранжевый, коричневый и чёрный. Если красный – это наименее стабильные люди, подверженные девиантному и преступному поведению, а коричневые – самые стабильные, то черные – самые загадочные с точки зрения нейропсихологии. Их действия и мысли самые противоречивые и неожиданные. Система не может их определить. Таких при сканировании системой обнаружилось только трое индивидуумов. Ты, он и ещё один человек. Вы девиантные асимптоматики.

- Вот оно как…

- Да, и такая система будет востребована не только в Рутении, но и во всём мире. У неё достаточно мощности, чтобы начинать планировать существование человеческого общества. Такая система сможет постичь загадки человеческой души.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Мир давно погряз в кризисе, войны происходят с каждым годом: сегодня война с Маргиной, завтра может произойти на востоке или ближайшем юге. Мир нестабилен, экономики становятся беспорядочными, эксплуатация растёт, а сверхбогатые растут как на дрожжах. Рынки не растут, остаётся жестокая борьба за уже имеющиеся. А сколько различных преступлений происходит изо дня в день? Запад перестаёт контролировать развитие общества и свой пластиковый мир путём демократии и прав человека. Международное право не работает как надо. Поэтому система Энгигма необходима не только Рутении, но и всему миру. Миру нужен безопасный мир, а его нельзя сделать без контроля преступности и поведения людей. Военные, экономические, политические преступления должны быть покончены.

- Интересно, и как вы это сделаете?

- Система Энигма уже пришла к выводу о преступном характере Пихлера и всей элиты во власти. При полноценном запуске, Энигма уже будет контролировать технику, в том числе Кеннцаль, всю базу данных и систему безопасности в министерстве. Система остановит войну и будет судить правительство. Её отключить не получится без специального кода, который хранится у меня и тебя. Твоя мать записала все твои данные в системе, и ты сможешь её контролировать.

- Получается, ты и сам не очень-то и любишь власть? А то все время казался её верным псом, - Бишоп смотрел на Роберта с широкой ухмылкой.

- Меня не столько волнует власть, сколько будущее общества под контролем Энигмы. У власти не остаётся выбора, у них мятеж под носом, кроме как включить Энигму. И тогда наступит новый дивный мир! Ты тоже можешь стать частью этого мира.

- И как же? – спокойно спросил Кохаку.

Роберт подошёл к нему и встал перед ним, протянув к нему руку.

- Ты можешь контролировать систему, а значит можешь и вести в необходимом направлении всё общество. Ты можешь стать частью системы. Тем более, ей не хватает человеческого фактора. В отличие от человека, нейросети, алгоритмам чужды чувства, желания, позиции, стремления, в том числе и стремление к свободе. Поэтому человеческий интеллект будет очень необходим для развития системы.

- Ха… ха, ах-ха-ха, - Бишоп не на шутку рассмеялся, даже слёзы из глаз пошли, - ты думал, что я соглашусь на это? Моя мать создавала Энигму, чтобы понимать человеческую душу, природу страданий каждого человека и, конечно, болезни человеческого общества, система могла бы помочь решить людям эти проблемы, но никогда не для контроля души. Пусть я с ней не во всём согласен, но она была гуманистической личностью, стремилась избавить людей от страданий. А когда узнала планы власти, сразу хотела её свернуть, а вы её убили… Нет, вы просто хотите создать некого бога, который возьмёт на себя все грехи человечества, создаст комфортную клетку, где им создадут якобы счастливую жизнь в ущерб личности. Но нет, людям нужен не бог, а справедливое и свободное общество. Добиться этого они смогут лишь собственной борьбой. Многие проблемы человечество постепенно решат, опять же, путём борьбы. Я отказываюсь!

- Подумай ещё раз, дорогой. От много отказываешься.

- И не подумаю, я останусь на стороне общества, на стороне каждого человека, даже девиантного. Каждый способен преодолеть свои проблемы и странности, даже если он не в ладах с собой и обществом. Только преодолев эти проблемы, человек сможет по-настоящему жить свободно, со свободным разумом, ему не нужна какая-то система для этого! Такие люди и станут примером для всего общества.

Роберт некоторое время смотрел на целеустремлённое лицо юноши и глубоко вздохнул.

- Что ж, я думал, ты вырос из таких наивностей. Я даже разочарован. Скоро вернусь, - после этого со спокойным лицом вышел из камеры.

Глава 13

Отряд Регина уже находился на главной дороге, через которую «Банда» может проехать в город. Уже по всей дороге выставлено несколько щитовых оград ростом в пять метров, каждая из которых в сотни метров от другой находилась. Рядом с каждой сформирована небольшая команда, следившая за обстановкой и состоянием щита. Располагались с ними бронемашина с командным управлением.

У последней из оград стоял Кларк, следивший за остальными командами. Создание защиты дороги практически закончено, а связь между каждой оградой наладилась. Проверив, что все хорошо, подошёл к своему подчинённому.

- Ну как дела? Есть новости от штаба?

- Аналитик сообщила, что колона Пригорина уже в нескольких километрах от Мосавы. Город по главным дорогам уже оцеплён. По всему городу идёт призыв граждан оставаться в домах и никуда не выходить. Отдел общественного порядка мониторит каждые улицы, - докладывал подчиненный.

- Вот как, через час они уже будут. Беда, надо готовиться к их вероятной атаке.

- Можно отправить дроны на мониторинг передвижения, заодно и узнаем, какое у них вооружение и как их победить.

- Хорошая мысль, сейчас же этим займусь.

Кларк открыл интерфейс управления дронами и увидел странную картину. Он не мог продолжить управление ими, и на голограмме появился какой-то раздвоенный треугольник, внутри которого была анимация загрузки. После завершения загрузки появился совершенно иной интерфейс, а сбоку была надпись «Система Энигма».

- «Обновление управления дронами успешно завершено. Вся система переходит в управление системой Энигма. Проанализировав ситуацию, система готова направить дроны в сторону движения врагов и через пятнадцать минут предоставить всю информацию о них. Ожидается подтверждение» - услышал он через часы роботизированный нежный мужской голос, напоминавшего одного преступника.

Регин слегка озадачился, увидев такое изменение. Он не понимал, что еще за система Энигма и почему у неё всё управление над дронами, а не у системы министерства. Но всё-таки чувствовал, что эта система может помочь разобраться с этим мятежом.

- Подтверждаю, - произнёс он, смотря загадочно на интерфейс.

- «Системой подтверждение принято от младшего лейтенанта Регина Кларка» - после этого из контейнеров вылетели десять дронов и направились в сторону врага, - «После завершения анализа и обработки информации система рекомендует взять портативное устройство подавления угрозы».

После этого интерфейс управления закрылся. Регину оставалось только ждать результатов от этой новой системы.

***

Болдуин подъехал к парковке здания следственного изолятора и взял Кеннцаль в руку. Появился перед глазами интерфейс прицела, но обнаружил кое-какое изменение. Помимо режима «Парализация» увидел еще два неизвестных режима, раньше их точно не было. Еще с боку появился знак системы Энигма. Похоже, что система заработала. Выйдя из машины только с оружием, сразу же подошёл к блокпосту, в котором сидел охранник. Он остановил сразу же Болдуина.

- Гражданин, кто вы такой? Предоставьте документы, - произнёс охранник, не допуская дальше.

Итан с невозмутимым выражением лица нацелил устройство на этого охранника. «Система не может в настоящее время просканировать психологическое состояние цели. Режим «Парализация» по умолчанию. Обезвреживание цели на усмотрение пользователя» Мужчина незамедлительно выстрелил в охранника. Заметив камеру, выстрелил и в неё. Из-за заряда она вышла из строя. Итан направился дальше. Он был готов стрелять в каждого, кто встанет у него на пути. Без разбора кто это: сотрудник, преступник, друг или враг. Пройдя еще один блокпост и разобравшись с еще одним сотрудником, вызвал переполох в здании. Каждый находящийся здесь человек шокирован происходящим. Некоторые из них являлись полицейскими, коллеги Итана, хорошо знающие его, сохранявшие безупречное мнение о нём… до этого момента. Теперь в их глазах за секунду до парализации он видел разочарование и ужас.

Но все это уже неважно, Болдуин отказался от своего статуса и работы. Пути назад нет, теперь ему важно только одно – освобождение Кохаку. Заметив два направления, пошёл по той, где мог бы встретить меньше сотрудников или преступников. В это время, услышав какие-то выстрелы и шум, вышел Роберт, который проводил какое-то время в камере Кохаку. Мужчина увидел, что в коридоре стало неожиданно тихо, никакого духа присутствия жизни. Пойдя дальше по коридору и завернув за перекрёсток, обнаружил лежащих без сознания людей. Затем обратил внимание на камеры, которые были сломаны. Он понял, что это, более вероятно, работа Кеннцаля, а кто-то пробрался в здание.

Вебер рванул к кабинету видеонаблюдения. Оказавшись внутри, он увидел, что большинство камер в здании повреждено, а в кабинете находились два сотрудника, которые из-за страха спрятались в кабинете.

- Кто это сделал? – спросил у них Роберт.

Один покачал головой, но ничего не ответил.

- П-похоже, это полицейский, у него Кеннцаль в руках… авторизован, - ответил второй.

Вебер подошёл к экрану видеонаблюдения и стал отматывать записи. Как только он нашёл камеру с последней записью нападения, увидел, кто же всё-таки ворвался в здание. Этой записи было пять минут. Итан уже находился близко к камере Кохаку.

- Всё-таки ты за ним явился, Итан, – посмотрел на его лицо с огорчённым и разочарованным взглядом.

Роберт, увидев у одного из сотрудников пистолет, схватил его и выбежал из кабинета.

Десять минут назад.

Болдуин, выстрелив в еще одну камеру, обнаружил, что заряда у устройства оставалось меньше пятнадцати процентов. Да и времени всё меньше, здешнее начальство узнало о переполохе. Пробежав еще один поворот, заметил перед собой металлическую дверь, отличавшуюся от остальных дверей в здании. Сердце подсказывало, что это та самая камера. Дёргая ручку, Итан не смог отварить её. Увидев панель с паролем, не стал долго думать над разгадкой. Прицелившись в неё, выстрелил зарядом. На удивление, это сработало и дверь открылась. «Система безопасности слабее, чем предполагалось» - подумал Итан, пройдя весь этот путь.

Войдя внутрь, увидел гнетущую комнату, почти пустую. Только темный свет одной лампочки еле освещал пространство. Заметил в комнате стул посередине, стол справа и кровати слева. На кровати лежал без сознания оголённый Кохаку, а рядом с ним его одежда. Бросив оружие на пол, сразу же подбежал осматривать всё его тело. Вся в окровавленных бинтах, видно, что ему снова наносили новые шрамы. Само тело, особенно лицо, стало бедноватым. Волосы растрепаны, а дыхание слабое, но спокойное. В голове сразу возник образ той фотографии в досье.

- Кохаку, очнись, - произносил он нежно к уху юноши, приподняв голову.

Но Бишоп не отвечал, не двигал конечностями, веки не реагировали. Он впал в глубокое бессознательное состояние… Его сильно измучили. Из-за потери крови не может очнуться.

- Чёрт! – воскликнул он.

Увидев цепь на ноге у Бишоп, натянул ее и, взяв Кеннцаль, выстрелил в неё. От заряда цепь развалилась, и нога оказалась свободной. Итан взял на руки тело парня и уже готов был с ним выбежать из камеры и напролом вырваться из здания. Помощь врача нужна была как можно быстрее.

- Итан… - услышал тихий голос парня.

- Кохаку, ты очнулся, - Итан вновь положил парня на кровать, - Ты как?

- Почему ты здесь? Ты знаешь, что делаешь? – посмотрел Кохаку пустыми глазами на него.

- Меня уже ничего не волнует. Я тебя освобожу.

- Идиот… - Кохаку хотел ступить ногой на пол, но чуть не свалился с кровати, мужчина подхватил.

- Тихо-тихо, ты потерял много крови, я тебя отнесу к машине.

- Если встретишься с Робертом, он тебя точно убьёт, - юноша кое-как встал на ноги и взял одежду, - помоги мне одеться.

Через минуту Кохаку уже оделся в ту же спортивную одежду. Кое-как, но держал равновесие и уже мог тихонько ходить. Взгляд уже яснее и способен оценивать окружающую ситуацию. Парень протянул свою руку.

- Дай мне свой Кеннцаль.

Мужчина спокойно передал ему оружие. Бишоп сконцентрировался на нём.

«Пользователь Кохаку Бишоп, полные права предоставлены. Система разблокировала все режимы портативного устройства, а также неограниченные возможности взаимодействия с системой»

- Так-то лучше, - монотонно произнёс Кохаку и посмотрел спокойным взглядом на мужчину, - Ты же на машине, так?

- Что ты собрался делать?

- Освобождать своих товарищей. Здесь Кантер, Барон и братья Грант.

- Но, - подошёл вплотную к нему Болдуин, - это опасно, мы теряем время.

- Время еще есть, пойдем, - Бишоп первый вышел из камеры.

Парень медленно передвигался по коридору, время от времени похрамывая. Хоть взор и был уверенный, но видно, что сам по себе выглядел потрёпанным и уставшим. Болдуин шёл за ним и наблюдал за каждым его движением, чтобы, если что, подхватить.

Пройдя еще немного, Кохаку остановился у одной из камер и прислонил рукоять пистолета к терминалу слева.

- Запрашиваю ключ для разблокировки двери, - произнёс он.

- «Пока система перебирает ключ, вынуждена предупредить, что освобождение преступников повлечёт за собой негативные последствия. Система рекомендует не делать этого», - издался голос из Кеннцаля.

- Мне плевать, это мои товарищи.

- Ты разговариваешь… с оружием? – с сомнением в лице поинтересовался Итан.

- Да. Ты уже понял, что Энигма работает. Это все-таки коллективный искусственный интеллект, обладает сознанием.

- «Ключ подобран, доступ к терминалу открыт, однако предупреждение остаётся в силе».

Кохаку проигнорировал слова машины и открыл дверь к камере. Он увидел Николаса, на лице которого находились повязки и пластыри от ранений и синяков, а волосы потрепаны. Мэттью выглядел куда более живым и свежим. Похоже, что все страдания переносил в основном старший. Они оба лежали на кровати, оба надеты в одежду заключённых, в черно-синюю полоску по горизонтали.

- Неужели избиения в СИЗО – это правда? – удивлённо спросил Болдуин.

- Они были всегда. У нас же полицейское государство. Боже… - подошёл Кохаку ближе к Николасу, — Это всё Роберт сделал с тобой?

Николас присмотрелся и понял, что перед ним стоит Лемарк и лейтенант Болдуин.

- Так ты и есть Лемарк? – воодушевленно спросил Николас.

- Да, это я.

- Ничего себе, - Мэттью подошёл к нему ближе, - сам Л-лемарк тут. Н-но почему ты здесь?

- Тоже интересно. Здесь же красных сажают, мы узнали, что Барон с Кантером здесь. Тебя тоже посадили?

- Сейчас не переживайте об этом. Мы пришли вас освободить.

- Мы? - старший вновь обратил свой взгляд на Болдуина, но посмотрел пренебрежительно, - С этим полицаем?

- Я знаю, что было, между вами, но отныне он за нас.

- Я все понимаю, но оставьте разговор на потом, нам несдобровать, если встретим Вебера.

- Тоже верно, собираемся, нам пора бежать! – воскликнул Бишоп.

Все вчетвером вышли из камеры и направились к еще одной камере – в ней уже находились Кантер и Барон. Кохаку провернул те же действия с терминалом и дверь открылась. Кохаку решил войти один в камеру и увидел остальных лидеров Красной борьбы в добром здравии. Барон читал за столом какую-то книгу, а Кантер качал пресс, как подобает военному. Они оба сразу обратили внимание на потрепанного Кохаку, который только вошёл. Дверь за ним закрылась.

- Лемарк, это ты? – произнёс Барон, удивившись его появлению.

Кантер поднялся и разу же подошёл осматривать парня.

- Кто это с тобой сделал? И почему ты здесь? – испуганно смотрел на его, увидев, что под формой у него бинты по всему телу. Он вспомнил Кохаку, когда впервые его увидел.

- Это сделал Вебер, поэтому из-за него я здесь.

- Всё-таки он достал тебя. Значит, все лидеры пойманы, - произнёс Барон с задумчивым выражением.

- Нет! – воскликнул Кохаку, - я здесь, чтобы вас освободить. Со мной Итан, браться Грант. Они тоже ждут вас.

- Так лейтенант Болдуин с тобой? – переспросил Кантер.

- Да, я же говорил, что у меня получится.

- Ты молодец, Лемарк, - погладил он по его голове, - но насчёт освобождения…

- Я и Кантер всё же не пойдём с тобой, - продолжил Барон.

- Что?! – воскликнул он, встав в ступор от такого ответа, - Почему?

- Рано или поздно рука правосудия настигла бы нас. Вечно убегать не получится. Да и вас много, будет сложно всем выбраться отсюда. Так что мы останемся.

- Но ведь…

Барон подошёл к нему и положил руку на его плечо.

- Мы тогда тебе сказали, и говорим сейчас, что ты наша надежда, надежда Красной борьбы. Ты очень молодой и активный парень. Мы помним тебя, когда только приняли в организацию, сломанным и отчаянным человеком. Теперь ты явно не такой. Только человек, восставший из пепла, сможет повести за собой сотни, тысячи людей. Ты за год раскрылся куда ярче и сильнее. Так что мы не боимся оставить на тебя организацию. Да и с тобой Бодуин, ты ему доверяешь. И если он пошёл на всякое за тобой, сюда, значит он тебе тоже верит. Ты собираешь верных товарищей вокруг себя, это очень важно. Ты справишься.

- Согласен с Бароном. Ты можешь намного больше, и справишься лучше, чем мы. Пришло время тебе возглавлять людей без нас. А мы тут будем наблюдать за твоими достижениями и морально поддерживать.

Кохаку молча, сдерживая слёзы, обнял своих товарищей. Они прижали его тоже к себе. После они тихо попрощались, и Кохаку вышел из камеры. На его лице стояла печаль, но старался сдерживать свои эмоции.

- Ну что там? – спросил Итан.

- Они не пойдут, - спокойно ответил парень.

- Что?! – рявкнули братья.

- Это как так?

- Они сказали, что так будет лучше. Тем более, нас и так четверо.

- Логично.

- И мы их тут оставим? – спросил Ник.

- Раз уж они так решили, то ничего не остается делать.

- Ну тогда быстрее выбираться из этого места, - Итан развернулся и пошёл первым.

Бишоп и братья Грант пошли за ним, но внезапно откуда-то прозвучали три выстрела, а Итан резко остановился.

- Откуда эти в-выстрелы? – спросил Мэтт.

Итан отошёл назад, Кохаку увидел его спереди. На его левой ключице оказались два выстрела, а на плечо попала одна. Не удержав равновесие, Болдуин упал.

- Итан! – воскликнул Кохаку и присел к нему, схватив за его голову.

- Лемарк, он спереди, - тихо сказал Ник.

Бишоп повернулся и увидел в нескольких метров от них Роберта, который настроил свой прицел уже к братьям. На его лице было лишь безумие и бесстрашие.

- Не волнуйся, Кохаку, тебя я не убью, - говорил он со смехом.

- За что ты так с Итаном?! – обозлённо вскрикнул парень.

- Он хотел забрать тебя у меня, а я его предупреждал, смерть будет расплатой за этот грех.

- Ник, Мэт, просмотрите за Итаном, - тихо сказал он, поднявшись и направившись к Веберу.

Братья подсели к Итану и старались остановить его кровь. Бишоп со спокойным лицом прицелился в Роберта. Радужки его глаз стали темнее обычного, в его глазах читались только ненависть и месть.

- Дорогой, ты серьёзно решил убить меня? После всего, что было между нами? – Роберт рассмеялся, - Кеннцаль не сможет убить, ты и сам знаешь.

- Сможет.

После этого у глаз Бишоп появился интерфейс.

«Статус цели был обновлен. Режим - летальный «Ликвидация». Аккуратно прицельтесь и поразите цель».

Корпус у ствола начал раздвигаться. Боковые части раздвинулись и выстроились назад, а мелкие детали раскрылись, словно крылья у птицы, а верхняя часть раскрылась наверх. В самом стволе сконцентрировался более мощный заряд, который в любую секунду готов выстрелить. Бирюзового свечения стало больше.

- Как видишь, Энигме в её «прекрасной» Рутении будущего ты не нужен.

- Как это может быть… - Роберт был настолько шокирован, что его рука с пистолетом дрожала.

- Прощай, Роберт, - Бишоп вот-вот собрался нажать на курок.

- Кохаку, стой! – воскликнул Итан.

- Итан, ты… - Бишоп обратил свой взгляд на него.

- Не убивай его, не становись таким же преступником, как он, кхе-кхе, - Болдуин стал откашливаться кровью.

- Но он тебя чуть не убил.

- Да, он чуть не убил, но как видишь, я живой. Кхе-кхе, так что не убивай его. Ты веришь в справедливость, ты веришь в лучшее для страны. Не губи это будущее его убийством.

Его руки, что держали Кеннцаль, начали дрожать. Вспоминая каждый день страданий, которые приносил этот человек, чувствовал лишь чувство ненависти и мести. Он желал возместить всю боль, которую все эти годы переносил. Этот человек пересадил его товарищей, причинил вред его дорогому человеку. Из-за всего этого юноша чувствовал себя отвратно. Душа металась, испытывала мандраж. Еще раз взглянув на Итана, на его молящие глаза, просившие не стрелять, а затем на Роберта, сумел взять под контроль чувства и прийти к верному решению.

- Энигма, измени режим Кеннцаля, - тихонько произнёс юноша.

- «Не рекомендуется изменение режима. Вам лучше ликвидировать цель».

- Но всё же так нельзя, его смерть ничего не изменит. Пусть он и моральный урод, преступник, но я не хочу становиться таким!

- «Преступление – понятие неоднозначное. Ликвидация причины преступлений не является преступлением само по себе. Так что, это можно считать способом самообороны».

- Это не так! Уничтожить преступление его же методами невозможно, это несправедливо. Я не позволю моими руками разбираться с людьми также, как это делает власть. Я не позволю своими руками убивать других.

После этих слов несколько секунд не было голоса из устройства.

- «Система пришла к решению, учитывая психологическое состояние и решительность, прислушаться к словам девиантного асимптоматика Кохаку Бишоп. Режим изменён на «Парализацию».

Бишоп без размышления выстрелил в Роберта. Тот выронил из рук пистолет и упал без сознания. Убедившись, что Вебер не поднимается, бросил оружие и побежал к Итану. Из его глаз пошли слёзы.

Итан держал за плечо правой рукой, стараясь замедлить кровопотерю. Увидев рядом парня, прислонил свою ладонь к его щеке.

- Ты справился. Я горжусь тобой, - произносил мужчина с улыбкой.

После его рука упала с щеки, а сам потерял сознание. Кохаку заметил, что Итан много крови потерял. Он с ужасом поднял ладонь, которая была вся в крови. Паника вот-вот могла бы завладеть его разумом, но парень держался.

- Чёрт, ему нужна помощь!

- Тогда в больницу? – спросил Ник.

- Нет, мы тут все преступники. Нас просто так не примут, - Кохаку нервно почесал затылок, - Я знаю, куда ему нужно. Возьмите его и к машине.

Парень взял в руки Кеннцаль и пошёл вперёд. Пройдя несколько шагов, остановился у парализованного тела Вебера. Посмотрел на него, всем взглядов показывая глубокое презрение.

- Тебя пощадил Итан, а не я или система, так что будь благодарен. В иной ситуации ты умрёшь, не сомневайся. Прощай, Роберт. Надеюсь, мы больше не встретимся, - после сказанного попятился дальше.

Пройдя через все тела, находившиеся без сознания и движения, Кохаку, Николас и Мэттью выбрались из здания, прошли через контрольный пункт и приметили машину Итана. Ник и Мэтт несли на своих плечах Итана, так и не пришедшего в сознание.

Кохаку сел за руль, в это время братья с Итаном расположились на заднем сидении.

- Как он там? – повернулся к ним Бишоп.

- Он потерял много крови, ему бы по нормальному перевязать, но у нас бинтов нет, - ответил Ник.

- Чёрт, на мне есть бинты, - парень рассчитывал с себя снять.

- Нет, так только хуже сделаем.

- Его бы в больницу, - продолжил Мэтт.

- Нас не примут, мы все беглецы. Мы сейчас кое-куда уедем, - Кохаку завёл автомобиль и взял на руки Кеннцаль.

- Куда? – спросил старший.

- К двум моим знакомым, они помогут. Энигма, - обратился он к оружию, - скрой все данные и местоположение этой машины. Нас не должны выследить.

- «Принято. По просьбе Кохаку Бишоп, данная модель автомобиля будет скрыта со всех спутников и станций, однако система будет знать все данные, полноценная конфиденциальность не гарантирована».

- Хоть так, - Кохаку положил устройство.

Мгновение спустя автомобиль стронулся с места и выехал с территории здания.

Вскоре они выехали из города, минуя защищённое шоссе, и проехали одну деревушку, чтобы оказаться у одиноко стоящего двухэтажного дома, сзади которого начинался просторный и глубокий лес.

Дом выглядел современным, напоминавшие западные дома в неоклассическом стиле. На переднем фасаде располагалось просторное крыльцо, крышу которой удерживали четыре колоны. Кровля крыши выполнена из натуральной черепицы коричневого цвета, а стены из деревянного светлого кирпича с линейной укладкой. Окна были просторные и большие. На заднем фасаде находилась открытая терраса для отдыха и посиделок. Стояли диванчик, кресла и столик. Как только автомобиль остановился у дома, Бишоп сразу вышел из машины и пошёл быстрым шагом к двери. Оказавшись в шаге от двери, та сразу же отворилась.

Перед собой он увидел стройную женщину больше сорока лет. Кожа смуглая, глаза карие, волосы длинные коричневые, собранные в хвост. Носила очки с круглой оправой. Одета была в бежевую футболку и голубые джинсы.

- Кохаку, - удивилась она, увидев юношу перед собой, - Ты как тут оказался?

- Привет, Сабина. Мне больше не у кого просить помощь, кроме как у вас.

- Что… - она обратила внимание, что два рыжих пацана тащили через плечо какого-то мужчину без сознания.

- Моему другу нужна помощь, он потерял много крови. У него три выстрела.

- Заходите, - Сабина впустила в их свой дом.

Как только они вошли в порог, увидели впереди гостиный зал с открытым светом из окон, слева находилась деревянная с перилами лестница на второй этаж. Интерьер дома больше выглядел на смесь модерна с присущим им минимализмом и неоклассики. Из гостиного зала можно сразу выйти на террасу.

- Джон, выйди, прошу! – воскликнула она.

С лестницы спускался мужчина лет пятидесяти. Сам уже он был европеоидной внешности, кожа светлая, а глаза голубые. Волосы из корней начали понемногу седеть, но видно, что волосы светлые с желтизной. Мужчина крепкого телосложения.

Оделся в синюю футболку и зеленоватые длинные шорты.

- Что там случилось, дорогая, - как только спустился, увидел Кохаку, двух парней и мужчину без сознания, - Кохаку, мальчик, а ты какими судьбами?

- Джон, я прошу, чтобы ты прооперировал Итана, - юноша указал взглядом на мужчину.

- А что с ним?

- Три огнестрельных ран в области плеча, пули остались внутри, но Итан уже потерял много крови. Ещё немного и ему станет совсем…

- Всё будет хорошо, - похлопал по плечу Кохаку мужчина, - итак, парни, отведите его в комнату слева, я с ним займусь там.

Братья Грант пошли за мужчиной в эту самую комнату.

Кохаку пошёл к дивану в гостиной и улёгся разу же. Сабина посмотрела на него, на его потрёпанный усталый вид, на эту спортивную форму. Она сразу обо всём догадалась и подсела к нему.

- Похоже, ты нашёл свой путь к справедливости, - спокойно она произнесла.

- Так ты поняла, что я из Красной борьбы?

- Да, мы эту спортивную форму подарили как раз перед тем, как ты сбежал. А ты её каждый раз надеваел на протестах. Нетрудно было догадаться, - она увидела под ней какие-то бинты на теле, - А ну-ка, что это…

Она стянула рукав кверху и увидела, что вся рука была перебинтована. Также и на другой руке.

- Это кто с тобой так сделал? – смотрела на эти руки обозлённым взглядом.

- Роберт поймал.

- Он снова над тобой издевался, ублюдок… - говорила опечаленным голосом

- Если бы не Итан, то ни я, ни эти ребята не оказались на свободе.

- Итан Болдуин? Лейтенант полиции? – спросила она.

В ответ парень удивился и уже хотел расспросить её.

- Да-да, мы знаем о нём. Тем более, его часто по новостям показывали, вспомнив недавнее событие в аэропорту.

- Ага. За год много, чего произошло, много потребуется времени, чтобы рассказать.

- Расскажешь, всему своё время, благо, что ты жив и смог почувствовать свою свободу. Ведь ты столько пережил плохого. Я сейчас за аптечкой, перебинтуем тебя, - Сабина хотела стать с дивана и пойти наверх, но её схватил за руки юноша.

- Постой, не ходи пока никуда. Сейчас двое ребят выйдут, у одного их них лицо в ранениях, помоги им прежде всего. Спасибо тебе и Джону за всё, - Бишоп уселся.

Она погладила его по голове.

- Мы еще тогда сказали, что можешь в любом случае к нам обратиться. Мы рады, что ты нашёл свой путь и борешься с нынешней властью.

- Да, только теперь… Энигма запущена.

- Запущена, говоришь… Значит все уже поздно?

- Запуск Энигмы случился благодаря мятежу, все по плану Вебера. Теперь все системы будут работать под её управлением, у власти будет всё меньше возможности на управление обществом.

- Но ты можешь управлять ей, не так ли?

- Могу, мать моя об этом позаботилась. Но, в данной ситуации я ничего не могу сделать. А ещё я узнал, что Итан, как и я, имеет черный оттенок.

- Девиантный асимптоматик? – по её выражению ясно, что всё знает. Сабина помогала в научных разработках Мики Бишоп.

- Да. Его разум отличается от большинства людей, его психологическое состояние невозможно измерить. Может поэтому я его и приметил, чувствовал, что он не такой, как все.

- Я говорила твоей матери, что даже совершенная система не способна прочитать душу каждого человека, она у каждого очень разнообразная, всегда найдутся индивидуумы, что будут выходить из определённых рамок норм и морали. Так… вы с ним друзья? – поинтересовалась она.

- Можно сказать, что так. Но я чувствую нечто большее к нему.

Она улыбнулась ему.

- Я очень рада, что у тебя появился дорогой человек.

Секунду спустя из кабинета Джона вышли братья.

- Это почти что настоящая хирургическая, я удивлен! – воодушевлённо говорил младший.

- Ваш муж хирург же, да? – спросил старший.

- Верно, но сейчас он работает на дому и только мелкими операциями занимается, - ответила Сабина, подходя к ним.

- Как там Итан? – подошёл Кохаку, пронизывая их обеспокоенным взглядом.

- Дыхание слабое, но спокойное. Как сказал этот мужчина, с ним всё будет хорошо, а ещё он просил передать записку вам, - Ник передал ей бумажку.

- Вот старик, не хочет никак новыми технологиями пользоваться, - она посмотрела, что в бумажке, - Хорошо, съезжу, но сначала займусь вами, за мной, ребята. У меня есть вещи для вас, от сыновей осталось. Им хоть и по двадцать, но думаю, что размер пойдёт.

Сабина и братья Грант направились по лестнице на второй этаж.

Бишоп мог наконец-то лечь спокойно и немного поспать. Столько всего за эти дни прошло, что нормально поспать не удавалось. Да и организм вымотался сильно. Он вздохнул и смотрел наверх. Глаза сами по себе уже закрывались. Хватило минуты три, чтобы юноша полностью предался грёзам.

Серовласый мужчина потихоньку просыпался. Зажмурив свои глаза из-за прямого света зеленоватых ламп, перевернул голову направо. В глазах некоторое время расплывались образы. Чуть позже эти образы стали более чёткие. Справа он увидел какой-то включенный компьютер, на котором открыты какте-то файлы. Осмотрев комнату, он начал догадываться, где мог находиться. Бледные бетонные стены, зеленоватый свет из лампы, компьютер в помещении, рядом с которым стоял стул с хирургическими принадлежностями. По ощущениям понял, что лежал на хирургическом столе голым, вплоть до нижнего белья. К правой руке подключена капельница, а плечо перебинтовано.

Только мужчина хотел подняться, голова резко разболелась. Он схватился за неё другой рукой, пытался вспомнить, что же произошло с ним после того, как потерял сознание. Ничего не приходило в голову кроме образа Кохаку. «А где же он сам?» - спросил у себя он и сразу же собирался подняться и найти его. Та дверь, рядом со столом и компьютером, отворилась, и оттуда вышел поседевший мужчина, удивившись пробуждению пациента.

- А вот и наш больной, - этот мужчина подошёл к капельнице, увидев, что раствор закончился, вытащил иглу из вены руки и приложил ватку, - Подержи её, - Доктор откатил назад капельницу и что-то посмотрел в мониторе компьютера.

- Похоже, общее состояние у тебя в порядке, пошевели своей больной рукой, все окей?

Болдуин пошевелил, как сказал доктор.

- Немного побаливает, а так всё хорошо. Простите, вы же доктор? Как долго я тут? – поинтересовался Итан, продолжая осматривать.

- Больше суток проспал, уже почти ночь. Все пули я вытащил из тела, вроде, осложнений нет, но, если бы не Кохаку, ты мог и умереть, столько крови потерял же.

- А где Кохаку?

- Сейчас он на террасе отдыхает, все время о тебе беспокоился. Даже братья Грант попытались его развеселить. Моя жена просила их его не беспокоить.

- На террасе, говорите... А где мы?

- В нашем с женой загородном коттедже. Меня, кстати, зовут Джон. Мою жену – Сабина. Чтобы не было дальнейших вопросов, сразу скажу, что мы хорошие знакомые Кохаку. Мы работали на его мать. Это он привёз тебя сюда, чтобы помочь.

- Вот как… - Итан отпустил голову, - Я же могу с ним поговорить?

- Он будет очень рад увидеть тебя в здравии, но в одних труханах не выйдешь, будешь смущать еще. У нас в доме нет подходящей одежды, так что пришлось купить, сейчас принесу, - Джон вышел из кабинета.

Пока Итан ожидал его, предался размышлениям. Теперь он больше не полицейский, больше не вернётся назад: он стал преступником, проник незаконно в государственное учреждение, напал на каждого там, освободил преступников. Представил, как окажется на первых полосах в СМИ. Интересно, что теперь скажут и подумают его коллеги: Виктория, Лиза, Регин, Лука? Что теперь подумают его родители? Они точно будут разочарованы в своём сыне, что променял порядок на борьбу. Да и куда теперь идти? За ним осталась только машина, и то, её может не быть скоро. Как долго теперь станет убегать, да и останется ли места ему в собственной стране…

Все эти мысли угнетали разум. И всё же, он променял это всё ради одного человека, ради тех идеалов, который этот человек вынашивает и делится с другими. Он сделал по велению своих чувств. Хотя, и разум тоже согласен с этими чувствами.

Эти мысли прервал вошедший с одеждой Джон. Он протянул Болдуину. Итан нацепил на себя просторные чёрные штаны, майку белую и тёмно-зелёный кардиган.

- Задам один вопрос, лейтенант Болдуин. Ты не сожалеешь о сделанном? У тебя было все: престижная работа, дом, достаток - то, о чём мечтает каждый рутенец. Теперь ты в бегах. Сожалеешь ли? – Джон смотрел на него серьёзным взглядом.

- Так вы знаете обо мне?

- Конечно. Я видел, как ты справлялся с работой, как со всем рвением подавлял врагов власти. Тебя так изменил Кохаку?

- Да, - Итан отвернулся и направился к выходу, - Я не сожалею, потому что я всё это променял, чтобы Кохаку мог жить свободно и бороться дальше. А с ним и другие будут свободны.

- Он в тебе не ошибся.

После Итан вышел из кабинета.

На пороге он встретил смуглую женщину. Похоже, это та самая жена Джона.

- Ты очнулся. Все в порядке, Болдуин? – поинтересовалась она.

- Да, Кохаку еще на террасе?

- Верно. Он там уже часа два сидит.

- Я к нему.

- Хорошо, скажи ему, чтобы он поел, да ты тоже. Вторые сутки голодные.

- Понял, - кивнул он и направился через гостиную.

Итан вышел на террасу и увидел, что у столика на диване Кохаку сидел и читал те самые бумаги про Энигму. Он оделся в свои тёмно-красную футболку и тёмно-фиолетовые шорты. Волосы приглажены, скрывали лицо. Руки и ноги перебинтованы. Вспоминая то, что натворил Вебер, стало тошно на это смотреть. Мужчина подошёл ближе к нему.

- Кохаку, - позвал он.

Юноша сразу обратил свой взор на него.

- Итан… Ты в порядке, - он посмотрел на мужчину слегка опечаленным видом и вновь ушёл в чтение бумаг.

Болдуин подсел к нему.

- Читаешь про Энигму?

- Да, - тихонько произнёс Бишоп, продолжая скрывать своё лицо, - Система уже работает и подавила мятеж Пригорина, но и отряд Регина сработал на отлично.

- Я знал, что он справится. Мы-то столько лет бок о бок работали. Теперь, власть сможет контролировать каждого.

- Эта система автономна, ей не нужны никакие управленцы, чтобы овладеть обществом. Госорганы будут скоро под её контролем. Как только запустится система цветового и количественного измерения психологического состояния человека, начнут появляться психосоматические сканеры, они будут встроены в смарт-часы, а на улицах киматические, и тогда система начнёт строить на основе этого новое общество.

- Получается, не только мы проиграли в борьбе с системой, но и власть?

- Власть да, но мы… не знаю, хочу надеяться, что это обратимо. Но если общество примет новые правила игры, то вскоре проиграем. Это наша будущая антиутопия. Безопасное общество, но без свободы. Падут одни иллюзии и возникнут сразу же другие.

- Всё же, мы не сможем сидеть молча и ждать, когда система поработить общество. Надо остановить её.

- Только как? – спросил с дрожью парень, - Мы сейчас сидим в коттедже моих знакомых, друзей матери, и ничего не можем сделать. Надо подумать хорошо, что будем дальше делать.

- Говоришь, Джон и Сабина – друзья твоей матери? – спросил мужчина.

- Да. Мейнард - их фамилия. Они руководили больницей под управлением компании «Бишоп». Университетские друзья, в медицинском учились. Джон – хирург, а Сабина сначала отучилась на нейробиолога, а потом ушла в психологию. Они меня и освободили с психбольницы, но никто не знает об этом. Я им благодарен за всё, ведь они подарили мне свободу, да и сейчас помогают мне.

- Они нигде не работают, да?

- Верно, они уехали из города, чтобы не показываться больше на виду. Их не разыскивают, нет, но могут попасть в неприятности.

- А то, что мы сейчас находимся у них дома – это не опасность для них?

- Энигма скрыла наше местоположение, так что узнать не должны, даже Роберт не догадается.

- Я видел, как ты через Кеннцаль открывал двери. Ты имеешь над системой контроль? – удивлённо спросил Итан.

- Ну я бы не назвал это контролем, хотя у и меня правда неограниченные возможности взаимодействия с системой. Как и у Роберта.

- Но разве тогда Роберт не узнает, где мы?

- Мои права в приоритете. Я их получил от матери, а мать моя – создательница Энигмы.

- Ясно.

Итан и Кохаку неожиданно замолчали. Мужчина наблюдал, что юноша старался не смотреть в его сторону, скрывая лицо за золотистыми волосами. Это вызвало у Болдуина подозрения. Он что, снова что-то скрывает?

- Тебя что-то беспокоит? – Итан положил на его плечо руку, из-за чего тот дернулся.

- Не важно, - ответил еще тише парень.

- Рассказывай давай, я не отстану.

Бишоп от этого задрожал еще сильнее.

- Почему… - на мгновение запнулся и прервал свой голос, но все же продолжил, - Почему ты отправился за мной? Ты хоть понимаешь, что натворил?

Парень глянул на него опечаленным взглядом, а глаза уже были на мокром месте. Увидев это лицо, у Итана в груди всё сжалось. Что же ему ответить, чтобы успокоился…

- Роберт бы над тобой издевался и дальше, тебя нужно было освободить.

- Я не это хотел услышать! – Кохаку сел лицом к нему на колени, прижав его сильнее к дивану, - Я с тобой попрощался, искренне, дал понять, чтобы ты за мной не шёл, чтобы не творил глупостей. Но отправился за мной… в итоге Роберт тебя чуть не убил, а ты потерял всё: свою работу, своих друзей, коллег, своё будущее и карьерный рост. Ты мог разрушать власть изнутри, без серьёзных последствий для твой жизни. Зачем ты за мной пошёл, ответь?!

Из его глаз ручьём шли слёзы, а дрожь не прекращалась, она стала еще сильней.

- Я не мог тебя там бросить. Ты мне очень дорог, да и не только мне. Я бросил это всё ради тебя. Ради твоей свободы, твоего будущего, твоей справедливости. Мы с тобой оказались в цепях этой системы. Но мы можем освободиться из этих цепей. Я верю в твою справедливость, она способна разрушить эту систему. Ради этого я заплатил своим будущем за нас двоих, за нашу борьбу. Мы освободим всех, и пройдём через препятствия вместе. Я пошел на этот грех, чтобы все получили свободу. Прежде всего – твою свободу вернуть.

- Но… я боюсь, я чуть тебя не потерял, ты мог умереть… - Бишоп склонил голову.

- Я не допущу этого. Пока ты не достигнешь своих идеалов, не умру. Я буду тебя защищать, буду щитом тебя и твоих идеалов, - Итан прикоснулся ладонью к его щеке, большим пальцем стирая его слёзы.

Он смотрел на его блестящие янтарные глаза, увидел в них нечто больше, чем просто грусть. Они горели счастьем, вспомнил его детскую фотографию, где тоже выглядел очень радостным и счастливым.

- Итан, - юноша обхватил его за шею и прижался, продолжая реветь.

Мужчина обхватил его за талию и прижал еще сильнее к себе.

- Всё хорошо, Кохаку, всё в порядке. Я с тобой, можешь плакать сколько угодно.

В это время Сабина и Джон наблюдали за ними. Джон прижал свою жену к себе.

- Только посмотри, очень интимный момент, - сказал он, - прям парочка. Жена ударила своего мужчину локтем.

- Думай, что говоришь, такой трогательный момент, а ты шутишь, - недовольно произнесла она.

- Да ладно тебе, я, наоборот, рад, что у Кохаку появился дорогой друг.

- Я тоже. Я рада, что у него все хорошо складывается. Они оба асимптоматики, такие личности очень редкие. Как знать, что из них получится. Но скорее всего они могут перевернуть весь мир и создать новое общество.

- Будут они главой преступников или гениев, не важно. Они точно будут бороться за благое дело, - продолжил Джон.

- Ой, а что вы тут делаете? – спросил сзади младший Грант.

- Тсс, - пошептали они, - Пойдёмте назад, не будем им мешать.

Сабина схватила Мэттью за плечо, и они все направились в гостиный зал.

***

Кохаку проснулся на просторной кровати в обнимку с Итаном. Потерев свои веки, он присел на колени и смотрел на ещё спящего обнажённого мужчину. Проверив, что под простынёй какая-никакая одежда есть, выдохнул, ведь в привычке Итана спать обнажённым. Взор Бишоп приковался к его левому перебинтованному плечу. Прикоснувшись к нему и погладив, он склонил голову, а лицо омрачилось.

- Ну чего ты такой поникший? – спросил только, что пробудившийся ото сна мужчина.

- Да я так… Сейчас болит?

- Да нет, не особо чувствую.

- А я уж подумал, что ты от боли проснулся.

- Скорее от твоих нежных прикосновений. Может и другие места потрогаешь? – с ухмылкой подколол Итан.

- Да ну тебя! Скажешь еще! – парень непроизвольно шлёпнул ладонью по этому плечу

- Ай! – застонал Итан.

- Ой, прости, я не специально! – юноша склонил голову.

- М-да уж. Лучше пока не трогать эту руку, отдаёт сразу, - со смешком говорил Болдуин.

Кто-то постучал в комнату Итана и Кохаку. Парень накрыл соседа по комнате покрывалом и держал его там.

- Спрячься, а то если увидят тебя в одних труханах, мало ли, что подумают, - ворчал он.

В комнату вошла Сабрина, заметившая странное поведение Бишоп.

- Доброе утро, а что ты делаешь? Итан проснулся? – спросила она, подходя к окнам, чтобы раскрыть шторы.

- Да, всё еще спит.

- Я увидела, что он относил в комнату укладывать тебя спать, сам разделся почти полностью и лёг с тобой. Я не знала, что он не стесняется раздеваться. Хотя и правильно, такое красивое тело должно дышать, - она нежно улыбнулась.

Она раскрыла шторы, яркий свет солнца распространился по всей светлой комнате. Комната была просторной и минималистичной. Из интерьера только выделялись массивная люстра со свисавшими на ней каплевидными подвесками на высоком потолке, модерновая стенка со шкафом и полочками, а широкая двухспальная кровать с узорами на спинке, напоминающее маленькое дерево или куст.

- Так ты всё видела?

- Верно. Причём он так аккуратно нёс, чтобы ненароком не разбудить. Очень мило было.

- Ну раз она видела меня голым, значит можно и не прятаться, - Итан вылез из-под покрывала.

Сабина рассмеялась.

- Одевайтесь и спускайтесь, завтрак готов, мне Ник и Мэт очень помогли, великолепные детишки. Такие воспитанные и учтивые, - она вышла из комнаты, а Кохаку и Итан переглянулись и стали одеваться.

Спустя несколько минут оба спустились вниз, в гостиный зал, и направились в обеденную комнату справа от него. Это было одно помещение, совмещавшее кухню и обеденное помещение, разделённые арочным проходом. Супруги и братья Грант уже сидели за столом напротив друг друга. Братья одеты в одинаковые одежды: верх из белой футболки, а низ из синих свободных штанов с карманами. На столе стояли две порции с блинчиками слоями, политыми брусничным сиропом, как раз для них.

- О, голубки проснулись, садитесь завтракать, - махнул рукой Джон.

Сабина ущипнула Джона

- Хватит тебе уже, только смущаешь их так.

- Да всё в порядке, - улыбнулся Кохаку и сел за стол.

Рядом с ним присел Итан, занимая перпендикулярную сторону от супругов и братьев.

- Сабин, Джон, а я могу с Ником пойти прогуляться в лесу, уж очень интересно, что там? – спросил Мэт у супругов.

- Можно, только недалеко, чтобы не потерялись. Лес большой-то, - ответил Джон.

- О, тогда мы пойдём! – младший подтолкнул старшего, и после они вышли из-за стола, отнесли свою посуду и вышли на террасу.

- Пока братья ушли, спрошу у вас, что вы будете дальше делать? – поинтересовался Джон.

- Я не знаю… Будем смотреть по ситуации, какие шаги будет делать Энигма, - ответил Кохаку, склонив голову назад.

- У системы должны же быть слабые места, так? – обратился Итан к юноше, - Нам надо бить по ним.

- Так-то оно так, но система только что запущена, еще не проявила себя, а значит и слабые места пора не обнаружились.

- Самые слабые места системы – это вы оба. Предположим, что сканеры будут везде, измеряющие ментальный показатель. Вы не считываетесь системой, любые ваши действия, даже преступные, не может измерить. А значит, вы можете делать что угодно, и она это не заметит, - предположила Сабина.

- О чем это она? – недоумевал о разговоре Итан.

- Чёрт, а я и забыл, - прошептал Кохаку, - ты и я являемся асимптоматиками. Система работала еще в тестовом режиме, сканируя каждого представителя правоохранительных органа в рамках экзамена на профпригодность. Тебя она не смогла определить, какой твой оттенок, какая ты личность, к чему ты склонен. Таких личностей помечает черным оттенком.

- И ты решил только сейчас об том рассказать? – слегка возмутился мужчина.

- Извини, но всё же у нас не было времени на это. Система создаст общество «нормальных» людей, психологически устойчивых и не склонные к девиантному поведению, как например суицид, проституция, зависимость, сексуальные девиации, в том числе и преступления. Люди с девиацией будут лечиться и на крайний случай изолироваться от общества, надеюсь, что, как в одной антиутопии, не станут убивать таких… Не будет убийств, воин, вандализма и других социальных катаклизмов. Но при этом людям не предоставят возможностей больше свободно мыслить. Таково будущее Рутении и всего мира. Единственный плюс от системы, что она закончит войну с Маргиной, поскольку это не в интересах устойчивого развития общества.

- Перспективы мрачные, - проворчал Джон.

- Как бы то ни было, мы должны подумать, как остановить власть и Энигму. Будущее общества должно быть в руках самих людей. Такого пути хочет Кохаку, и я всецело это поддерживаю.

Супруги задумались.

- Я рада, что вы целеустремлённые, но пока что для будущего страны этого мало. У вас никаких ресурсов нет. Как я поняла, с Красной борьбой все сложно, да, Кохаку? – Сабина посмотрела на него.

- Да, теперь организация в проблемах. Двоих руководителей нет на свободе, а я пока ничего не могу сделать, ни связаться с отделениями, ни выступить как-то. Остаётся лишь надеяться, что Красная борьба сможет пока справиться без меня.

- Тогда для вас есть только один выход – время. Придётся подождать, пока ситуация для вашей борьбы не стала лучше. Но и сидеть у вас не получится сложа руки. Несмотря на то, что мы не против вас оставить у себя, вы теперь разыскиваетесь по всей стране, будут выискивать из-под каждого утюга. Я видел новости, вы теперь преступники номер один в стране, обвинённые в измене родины и за разглашение гостайны, - говорил Джон, смотря на них хмуро.

- Я уже был осуждён раньше, на меня вообще повесели убийство матери, обвинили в экстремизме и так далее - юноша скрестил руки и увёл взор в сторону.

- Да, но, во-первых, на тебя висели два розыска, как Лемарка и как Кохаку. Во-вторых, как Кохаку, ты скрыт, досье в открытую не висело. Знал лишь небольшой круг лиц, а разыскивал СБР. Теперь-то все знают, кто ты такой и твое лицо знакомо будет каждому. Скрываться в стране так легко уже не получится.

- И что вы предлагаете? – спросил Кохаку.

Джон взял Сабину за руку.

- Вы должны покинуть страну, - твёрдо произнесла супруга.

Болдуин и Бишоп шокировались этими словами.

- Как это, покинуть страну? – монотонно спросил Итан.

- Постой, - парень встал из-за стола, - Я не могу просто так покинуть страну, тут мои товарищи, тут моя борьба, я не могу это бросить!

- Послушай, малец. Вы сейчас ничего не сделаете. А если вы получите политическое убежище, то сможете обо всех деяниях рутенской власти рассказать мировому сообществу. Тогда у других стран не будет соблазна оправдывать её действия и принимать систему Энигма.

- В этом есть смысл… - задумался Итан.

- А что будет с братьями Грант? – спросил Кохаку.

- Их мы защитим, они возьмут новые имя и фамилию, их отправлять заграницу будет сложнее.

Кохаку промолчал.

- Можете пока всё обдумать. Мы всё подготовим для этого.

После этого супруги встали из-за стола и отошли, оставив двоих всё обдумать.

- Что думаешь, Кохаку? – спросил Итан, положив ладонь на его плечо.

- Я не могу просто так всё это бросить…

- Но и Сабина с Джоном правы, наше пребывание в стране принесёт больше опасностей. Мы должны покинуть. Я потерял всё, но тебя я ни за что не потеряю.

Бишоп облокотился на его плечо и прикрыл глаза.

- Я тоже не хочу потерять тебя. Что ж, похоже придётся нам принять предложение. Покинуть – так покинуть. Всё ради будущего страны.

- Верно, - Болдуин приобнял парня.

Вечер. Болдуин методично заполнил багажник всем, что могло пригодиться в пути: едой, своими пожитками, аккуратной сумкой Кохаку и небольшим запасом ценностей для возможных торгов. Проверив заряд и техническое состояние машины, он взялся за салон. Привести в порядок искусственную кожу, испачканную грязью и кровью, было непросто, но он справился.

Итан уже был готов тронуться в путь, когда обернулся и заметил Кохаку. Тот переоделся в спортивную форму, а его волосы, убранные заколками, теперь не боялись ветра. Позади него уже стояли супруги Мейнард и братья Грант. Ник и Мэт подошли к нему ближе.

- Берегите себя, товарищи, - сказал он обоим.

- Обязательно. Наша борьба с властью продолжается, мы не остановимся, пока свобода и справедливость не восторжествуют, - произнёс старший.

- Рот фронт! – воскликнул младший с улыбкой и поднял правый кулак кверху.

- Рот фронт! – Лемарк и старший брат сделали тот же жест.

После братья отошли, и к Кохаку подошли супруги.

- Берегите себя, - сказала Сабина, - может мы долгое время не встретимся, но все же мы всегда рады тебе и твоему другу.

- Да, тебе повезло с ним, никогда не теряйте друг друга. Уверен, вы достигнете своего, - продолжил Джон, - Запомнили, куда вы должны поехать? Там вас обязательно встретят.

- Спасибо вам за всё, - произнёс парень с улыбкой, - Если мы вернёмся на родину, то непременно вас навестим.

Мейнарды и Бишоп поклонились друг другу, чтя память его матери, которая всегда придерживалась восточного этикета. После Кохаку подошёл к Итану.

- Готов? – спросил Итан.

- Да, - кивнул Кохаку.

Они все помахали друг другу руками, после чего Бишоп и Болдуин уселись в машину. Мотор завёлся, и они тронулись с места. Помчались в сторону закатного солнца, на запад.

Начинается новый путь их истории, который может обернуться различными приключениями, опасностями и интересными открытиями. Оба с решительным взглядом смотрели на это неопределённое будущее, которое будет даровать всё новые испытания. Но они их все преодолеют. Главное, что преодолеют они вместе, общими силами.

Только таков тернистый путь к свободе и справедливости. Эта борьба будет продолжаться.