Границы существующего-2

От автора

Над первой частью фантастической саги я работала около шести лет. Я не пишу потому что «НАДО», я пишу тогда, когда, действительно, представляю что-то важное и ценное, когда мне приходит хорошее вдохновение и новая идея. Более того, я подробно прорисовывала ветки персонажей, их судьбу, а также задумывалась над поведенческой психологией героев. Именно поэтому некоторые слова в речи и описании героев повторяются несколько раз, как слова-паразиты, ведь речь каждого героя уникальна, так и реакции на то или иное событие.

Получилась, действительно, магия с динамичным захватывающим сюжетом. Когда я представила краткий пересказ книги знакомому редактору для синопсиса, она удивилась количеству ключевых событий, ей показалось, что такой объем невозможно вместить в двухстах страницах текста, однако мне это удалось.

После прочтения у читателей, наверняка осталось много неразрешенных вопросов, которые мои знакомые мне задают лично, однако карт я не раскрываю.

После выхода книги большой неожиданностью для меня было то, что даже те люди, которые, по их словам, «абсолютно не переваривают фантастику», настолько зачитались, что проглотили книгу за один день.

События второй части разворачиваются ровно после того, как герои попадают на космический корабль. В нее я вложила еще больше динамики, однако динамики в закрытом пространстве. Что ожидает героев в этой части? Возможно, что-то станет яснее, кто-то раскроется по-новому, какие-то «способности» заиграют яркими красками.

Почему героев разделили на группы? Куда пропал Алексей, что случилось с Антоном и Петром и ПРИ ЧЕМ ТУТ ВЕЗДЕСУЩИЕ ПИЛОТЫ?!

Затягивать не буду, дорогие друзья. Искренне желаю Вам приятного прочтения.

Глава 11

Группа Б

Ринат

Представляю, как я смогу раскрутить свои страницы в социальных сетях, когда я сделаю посты о том, на что я решился! Я уже сделал хорошую рекламу и попросил сфотографировать себя рядом с кораблем. Я веду свой блог, у меня реально много подписчиков. Я люблю пробовать все время что-то новое из развлечений, регулярно делюсь этим со своими подписчиками. Моя жизнь сильно отличается от простых обывателей. Ненавижу их.

А сейчас я сижу на кресле и наблюдаю из иллюминатора, как разные люди поднимаются на корабль. Девушки тащат свои объемные чемоданы, переговариваются, смеются, видимо, нервничают.

Честно говоря, согласился тут работать только ради этого полета. Я спросил у Виталия будет ли работать вайфай в космосе, он обещал, что выпустит несколько высокочастотных спутников радиуса большого действия на протяжении полета, они будут также выступать, как маршрутные точки для самого корабля и для соединения с Землей (непосредственно, с «Силикат»). Я смогу сделать такие снимки в интернет, какие не делал еще никто. С айфона. Это очень круто. И сразу запостить. Когда я написал о том, что сегодня я отправляюсь в большое космическое рандеву, я приобрел еще больше интереса от людей, более того, девчонки записывали мне видео, как они плачут и желают мне поскорее вернуться. Более того, от пары парней я тоже такие же получил.

Каюта, в которой я находился, освещена синим цветом, рядом со мной еще одиннадцать кресел, видимо, все они должны быть заняты. Интересно, посмотреть кто еще прошел отбор.

Первым пришел паренек со светлыми волосами, он поздоровался со мной, сел около окна и начал что-то записывать в блокнот, разглядывая каюту.

Затем зашла довольно миловидная девушка в очках, но с первого взгляда понятно: ботан, похожа на тех отличниц, которые всегда сидели на первых партах. Довольно невысокий рост она компенсировала огромным походным рюкзаком.

Следующим пришел розовощекий мужчина непонятного возраста, от которого сильно пахло едой. Он попытался сесть рядом со мной, но я быстро успел положить свою сумку на соседнее кресло и ответил ему, что оно занято. Не хочу, чтобы мой запах смешивался с запахом столовки.

Затем пришли две девушки, одну из которых я узнал. Это была та самая девушка, с которой я ходил на пирс. Кажется, она меня тоже узнала, потому что, когда заметила, демонстративно отвернулась, но в ее глазах я увидел некий страх, удивление и раздосадованность. Они сели сзади меня в самый последний ряд кресел, видимо, чтобы болтать о женском и смеяться. Уверен, что эта девушка с удовольствием перетрет мне все кости, пока мы будем взлетать и ждать остальных. Она все вспомнила.

Кстати, подружка у нее тоже довольно миленькая, сочетает в себе и скромницу и дерзкую девочку. Движения у нее странные: то уверенные женские, то чисто девчачьи. Наверное, актриса, я таких много встречал, когда вживаются в роль, это вообще огонь. Надо будет пообщаться поближе, уверен, эта идея понравится той первой, захочет меня вернуть. Я очень хорошо знаю женскую психологию, я улыбнулся и закинул руки за голову, располагаясь поудобнее. Когда имеешь план, жизнь становится интереснее.

Потом пришел мужик, который мне сразу не понравился. В реперской кепке, костюме и кедах. Уверенная пружинистая походка…Он садится рядом с девушками, берет книгу, но я вижу, что он иногда на них поглядывает. Не сойдемся с ним. Точно. Но ладно. Посмотрим кто кого в итоге. Думает, наверное, как начать с ними разговор, когда они заняты друг другом. Подкаблучник. Я взял телефон, чтобы снять новое видео, пока приводил волосы в порядок, заметил, что на выбранную мной девочку он смотрит больше, чем на накрашенную красотку в коротком платье, сидящую с ней рядом. Конечно, актрисы всегда интересней.

А затем зашла довольно шумная группа людей, среди мужиков очень сильно выделялась высокая худая девушка с рыжими густыми волосами. Они что-то очень громко обсуждали, я уже слушал музыку, не слушал их, да и не посчитал нужным. Но зато наблюдал интересную картину. Тот светлый паренек, который сидел все время и писал, оторвался от своих дел, резко встал, блокнот выпал из его рук на пол, побледнел, затем как мешок с картошкой плюхнулся на место. Он не отрываясь смотрел на эту девушку, мне показалось даже не моргал. Он протер проступивший пот на своем лбу, предпринял попытку снова встать, но у него вышло, как в прошлый раз.

Она, кажется, сразу заметила этого смешного чувака, но не подала виду, а затем, когда мужчины вокруг нее стали складывать чемоданы, она сама подошла к нему, улыбаясь как-то хитро и одновременно очень искренне. Я снял наушники. На этом парне уже лица не было. Так побледнел, что с лампой бы мог конкурировать.

Она сказала очень мягким голосом:

– Привет. – продолжая улыбаться.

Он встал третий раз и как слепой осторожно взял ее за плечи, продолжая смотреть на нее, не отрываясь.

– Это… правда…ты? – очень слабо произнес он с придыханием.

– Не видишь, что ли? – съязвила она, улыбнулась и откинула волосы назад. Соответственно, руки ему пришлось убрать, она уже отвернулась от него, наверное, чтобы пойти на свое место, но сделав пару шагов, повернулась к нему и сказала:

– Ну что? – она уже ехидничала. – Пойдешь со мной корабль смотреть?

При этом она наклонила голову влево, как маленькая лисичка, но всего на пару секунд, затем снова устремилась вперед. Этот парень уже заспешил за ней со всех ног, бросив свой блокнот и письменные принадлежности валяться на полу.

Чувствую, они много о корабле, конечно, узнают. Хотя… с такой, как она, может быть, что-то и узнают.

Один из компании мужиков сказал сзади:

– Видали, как она его уделала?

И вся компания стала гоготать.

Я продолжил слушать музыку, через некоторое время к нам зашел Виталий, кстати, как только он начал разговаривать, у моей актрисы очень сильно зажегся фонарик в телефоне (как я понял) она поднесла телефон к лицу, к одному из глаз, стараясь прикрыть этот свет руками, затем выбежала.

Пилот сообщил, что все готово к полету, что прежде, чем взлететь нам нужно поесть и запить таблетки, которые он нам выдаст, любым напитком по желанию. Мужики заказали себе пиво, я подумал и взял дайкири, красивая девушка в коротком платье, с которой я как-то зажигал, взяла себе смузи и своей подруге заказала то же самое. Виталий принял заказы, заметил два пустующих кресла, спросил про них. Мужики сказали, что найти отсутствующих по всему кораблю будет сложно, но они попробуют.

Виталий подозвал парня, который вонял дешевой столовкой, и ушел вместе с ним. Так я изначально и понял, этот парень – местный шеф.

Когда нам принесли еду, репер уже набрался смелости, чтобы заговорить с девушками. Актриса вернулась, по-моему, в то же время, как ушли Виталий и повар. Аккуратно, не спеша, репер подошел к своему плану и просто спросил, как им их блюда.

Девушки заулыбались, актриса при этом спряталась за своими волосами, как маленькая девочка. Нет, явно переигрывает. За едой как-то все оживились, начали разговаривать. Я узнал, что ботаничку зовут Варвара и она биолог, из ее разговора с компанией мужчин. Вернулись светлый парень и рыжая девушка, держась за руки, и сели рядом кушать.

Я не спешу с кем-то знакомиться. На все отведено свое время. Они еще успеют меня узнать. А пока я сфотографировал свою лапшу и дайкири и запостил на своих социальных страничках. Люди за мной следят. Количество лайков заметно возросло.

Группа Б

Владислав

Если бы кто-то спросил меня, как я оказался на корабле и почему после путешествия к центру Земли, я бы, наверное, точно не ответил бы. Как только нам отключили связь с Петром, я очень сильно забеспокоился.

Самое сложное это делать вид, что ничего не случилось. Потому что никто не мне, не Владимиру ничего не сказал. Через некоторое время пришли люди налаживать наше оборудование, компьютеры зачистили.

Мы периодически пытались выйти с ребятами на связь через передатчики со своих рабочих мест, но ничего не выходило.

Никто не бил тревогу. Никто ничего не говорил.

Мы уже хотели поминать ребят, но через некоторое время объявилась Женя.

Она рассказала, что с ней провели несколько бесед, приводили нескольких психологов, спрашивали кто это сделал и она отвечала, что они с Арсением решили прогуляться вниз и посмотреть что находится под жилой зоной.

– Я настаивала на своем. – сказала она мне. – Я не хотела терять работу и команду. Камеры ведь выключали, значит они нас не засекли. А по поводу Арсения я не знаю, меня про него тоже спрашивали, но я сказала, что он просто любит стрелять из своего оружия и ему показалось, что солдаты агрессивно настроены, тем более они первые начали стрелять. Кстати, я его не видела больше. Я не знаю, что с ним сделали. Про Антона… ­ тут она запнулась. ­ Тоже не знаю, очень прошу узнать жив ли он. Я знаю, Влад, у Вас есть каналы, сделайте что-нибудь. Про Петра тоже понятия не имею. Жаль, что операция так завершилась. Видимо, мы ее плохо продумали. Еще очень долго спрашивали зачем мы стреляли в камеры лазерной указкой, я сказала, что это идея Арсения, если честно. Дома я тренировалась в убедительности, на протяжении недели каждый день меня спрашивали несколько раз и вели долгие беседы.

Через некоторое время она продолжила работать в привычном для нее режиме. Дальше мы очень долго занимались расследованием, мы узнали про космическое путешествие, обсудили полет втроем и захотели попробовать. Мы записались в добровольцы ради интереса и больше по приколу. К сожалению, потеря ребят на нас плохо сказалась, мы часто собирались, чтобы просто выпить. Каждый чувствовал свою вину. У Жени потухли глаза, то ли от бесконечных допросов, то ли от количества свалившейся на нее работы, то ли она так переживала потерю.

Но через некоторое время Владимир прислал мне письмо на почту. Я открыл, удивился, что нас троих утвердили на полет.

Владимир мало разговаривал, но много делал. Так он где-то добыл более подробно информацию про космическое путешествие, когда я увидел знакомое имя в списке космонавтов, я поспешил сообщить об этом Жене.

Мы собрались в библиотеке, и я отдал ей всю папку с бумагами.

В списке были: «Геннадий, Варвара, Владимир, Иннокентий, Виктория, Анжелика, Ринат, Антон, Кирилл, Евгения, Владислав, Игорь».

Мы увидели их личные дела, Женя убедилась в этом, сомнений у нас больше не оставалось, мы должны были лететь.

Реакция Жени на личное дело Антона, конечно была, хороша:

– Да я просто!!! Я в шоке! Почему ничего не сказал?! Где он вообще?! Ну! Я ему устрою! – кричала она и ходила по библиотеке туда-сюда.

Мы переглянулись с Владимиром, стараясь скрыть улыбки. Она выдерживала многое, но искренняя реакция в отношении Антону ее тут же выдала.

Она, в принципе, и устроила ему еще до взлета на корабле. Антон был так обескуражен, что чуть не умер от сердечного приступа.

Я был его очень рад видеть, но мне очень нужно с ним поговорить. Я решил его пока не отвлекать от Евгении, действовать позже, а пока узнать побольше о других «космонавтах» или «космических туристах». Честно, не знаю, к кому и себя то причислять.

Я волновался. Я немного не люблю полеты, даже на самолете с осторожностью летаю. Мы заказали нормального пива с Владимиром, чтобы расслабиться.

Я изучал собравшихся людей, одно кресло в нашей каюте пустовало. Иннокентий успел вернуться после приготовления нам еды очень довольный, мы все его благодарили. Все, кроме парнишки, постоянно сидящего в телефоне с высокомерным лицом.

Спустя минут тридцать пришел Виталий и объявил, что взлет скоро начнется, что мы обязаны пристегнуться и в случае неполадок сразу сообщить об этом с помощью видеосвязи, нажав кнопку на кресле.

Он рассказал о назначении всех кнопок, которые находятся на кресле.

После этого зашли еще два капитана Александр и Григорий. Я не был удивлен их появлению, они пожелали нам приятного взлета. После удачного взлета мы должны будем собраться в одной из комнат корабля для дальнейших указаний.

Виталий хлопнул себя по лбу.

– Елки-палки! Я забыл! Как я мог забыть! – с этими словами он выбежал из каюты. Григорий и Александр отвечали на наши вопросы, потому что как обычно, когда происходит то, чего люди еще не делали, они начинают резко тупеть.

Виталий вернулся и привел с собой какого-то странного мужчину. Он держал его за одно плечо и вел вперед.

– Знакомьтесь! – с каким-то восторгом сказал он. – Это Игорь. Игорь, – сказал он, обращаясь к нему. – Поздоровайся с ребятами.

Игорь приподнял руку и помахал нам, еле улыбаясь. Такое чувство, что этот мужчина очень сильно устал.

– Вы не волнуйтесь, – сказал Виталий. – Он у нас… – он посмотрел на Александра и Григория и продолжил.– Долго загружается… Но это ненадолго.

Он посадил Игоря в кресло, буквально сваливая его со своей спины. Он пристегнул его к креслу. Пилоты попросили нас последовать его примеру и пристегнуться. Мы это сделали.

Пилоты пожелали нам и себе удачи. Сказали абсолютно не волноваться.

И ушли в свою рубку пилотов.

Начался взлет.

Группа Б

Анжелика

Я очень плохо контролирую свою новую способность. Я супергерой воплоти! Не знаю, как это получилось, рада я или нет. Ничего уже не изменить, глаза стали разного цвета, мы говорили об этом с Василисой, это испугало и меня и ее. Мы будто бы с ней перемешались, стали практически одним человеком, мы не контролировали ничего, только выяснили, что сильные эмоции, которые мы переживаем очень сильно склоняет чашу весов в сторону одной из наших личностей. Мы договорились вести дневник и каждый раз сообщать друг другу о пережитых ситуациях, которые включают свечение в глазах.

Василиса сказала мне не переживать сильно ни по какому поводу, потому что она чувствует себя, как я и ей хочется сквозь землю провалиться от непонятного стыда.

Я предположила, что можно достичь баланса между нами. Стать одним целым. Но Василиса тут же зло это отрезала, заявив, что это невозможно.

Как-то раз она подарила мне часы.

– Смотри, что я придумала! – радостно заявила она, бросая часы мне на стол. – Я купила себе такие же.

Она показала на часы на своей руке.

– Знаешь же про собаку Павлова, верно? – спросила она, я кивнула в ответ.

Она почесала затылок, задумалась, как объяснить.

– Я не ученый, но хочу изучить ту болезнь, которой мы заразились.

Она называла суперспособности «болезнью», ей она не нравилась абсолютно, а мне нравилось, хотя и пугало.

– В общем, часы током бьют, вот я о чем, – продолжила Василиса, – стоит только нажать кнопку. Я хочу, чтобы мы нажимали её, как только будем ощущать сильные эмоции или переживать по какому-то поводу. Когда мне будет поступать сигнал от тебя, я буду понимать, что мои ощущения внутри на самом деле принадлежат тебе. Хорошо? Согласна?

Я надела часы и кивнула. Я подумала, что это очень актуально. Но всякий раз, когда мне хочется кого-нибудь поставить на место, я чувствую силу такую, что я идентифицирую ее с Василисой. Только так. Наверное, ей сложнее с моими эмоциями.

Мы походили к психологу, попалась очень хорошая женщина по имени Анна, она научила нас немного контролировать свое собственное сознание. Она не стала задавать лишних вопросов, пугаться, считать нас ненормальными, более того очень хорошо нас поняла, услышав нашу историю о выступлении перед людьми, она ее так приняла, как-будто у нее случилось что-то похожее, мне показалось, она все через себя пропустила. Даже посочувствовала. Психолог сказала, что часы – это хорошая идея, можно нарисовать график, когда мы наиболее уязвимы для «болезни» или «проявляем свои суперспособности».

Потом Василиса нашла человека, который ей вбил всё в компьютер, чтобы она за этим следила. По началу она очень часто звонила мне и спрашивала про мое самочувствие. Затем звонков становилось меньше и меньше, видимо, она смогла немного справиться с собой.

Я старалась меньше переживать по любому поводу, да и Василиса стала ко мне по-другому относиться, стала давать меньше работы и негативить.

Эта шутка с нами очень сильно нас изменила, научила контролировать самих себя. Но это очень тяжело сказывается на психике, Анна сказала, что любая подавленная эмоция приводит к психосоматическим заболеваниям.

Говорят, что организм быстро привыкает к изменениям. Довольно быстро при неком контроле поведения мы привыкли и к этому.

Я ожидала увидеть Виталия на корабле, ведь я дала согласие на полет, и у меня точно не было денег, чтобы заплатить неустойку в случае моего отказа, я ожидала его, но…

Он вызвал у меня бурю эмоций и самое настоящее пробивающее насквозь свечение глаза. Мне пришлось быстро убежать, чтобы никто не заметил и свалить все на фонарик в телефоне. Жаль, что здесь такие хорошие люди и при этом один гнусный человек. Корабль, конечно, большой, но по факту убежать некуда. И спрятаться тоже. Мне кажется, я, как Циклоп, с этим дурацким глазом. Только мои способности немного бесполезны. Пришлось в туалете писать сообщение Василисе о внезапном всплеске активности.

Она ничего не ответила, но я чувствую, что с ней все в порядке, и она находится в спокойствии. Наверное, чем-то была занята.

Хорошо, что со мной летит моя подруга все-таки. Мы успели поговорить и про Виталия, и про Рината. Мне понравился наш новый знакомый по имени Кирилл, он очень добродушно настроен, вежлив и мил.

Но Вике я теперь не очень доверяю. Но она меня любит, правда, в своем стиле. И еще любит, когда ее слушают. Иногда даже слова вставить не могу. Мне кажется, что ей не нужен собеседник для ее монологов, но она бывает милой и доброй, мы вместе ногти красили и выбирали одежду для поездки, ей очень понравилась моя новая прическа, она сказала, что мне очень идет и она наконец-то может увидеть мое красивое лицо.

«Почему к Анжелике так много внимания со стороны мужчин? Я одета так же шикарно, как обычно. Может быть, я перестаралась, когда готовилась к этому полету, но всё же… Я выгляжу, как куколка, а Анжелика чуть ярче, чем обычно. В чем дело? Что происходит? Я становлюсь незаметной для противоположного пола?

Я прячу руку под недлинным подолом платья, я снова теряю себя, будто бы ухожу в тень личности Анжелики, моя левая рука теряет очертания, становясь невидимой.» (Виктория)

Мы готовились к взлету после ухода пилотов, становилось немного страшно. Люди, до этого момента смеялись и разговаривали, перед взлетом стали заметно нервничать.

Я знала, что все будет хорошо, ведь я уже видела это вместе с Виталием. Кстати, Вика тоже не особо волновалась. Девушка, сидящая спереди, достала из рюкзака игрушку в виде улыбающегося вязанного кактуса с глазками бусинками и положила себе на колени. Наверное, она сама его связала, надо будет у нее попросить тоже что-нибудь связать, заодно с ней подружиться.

Мы услышали голоса пилотов в нашей каюте, объявляющие взлет:

«Готовность к старту».

«Разогрев двигателя»

«Готовность пуска. 30 секунд.»

Сейчас будет круто, сказал мужчина, сидящий спереди нас. Кажется, его звали Гена.

«Старт на счет…три…два…один»

Мы почувствовали легкий толчок. Так корабль стал подниматься в зале-пещере, в которой он был построен. Из иллюминаторов мы смотрели вниз, как такая громадина с легкостью поднимается вверх и зависает в воздухе. Корабль слегка запружинил в воздухе, затем развернулся носом так, что нас вдавило в кресла и начал крутиться вокруг своей оси.

Сначала мы замечали его движение, это вызывало головокружение, как будто нас тестировали в центрифуге, вращение ускорялось, через некоторое время корабль начал вращаться настолько быстро, что мы стали воспринимать картинку абсолютно нормально, как будто бы его и не было. Затем последовал еще один толчок, это корабль стал подниматься наверх, вгрызаясь в земляные породы носом. Он не разрушал землю, так как двигался довольно быстро. Я вообще прислонилась к стеклу, чтобы успеть увидеть все. По телу разливалось приятное чувство, все-таки Гена прав, аж дыхание перехватывало от невероятности происходящего.

Одного из мужчин стошнило в пакет, я увидела, как он после этого быстро выпил таблетку, выглядел он просто ужасно, как живой труп. Мужчина, сидящий рядом с ним, положил руку ему на плечо в знак поддержки, но ничего не говорил.

– Сейчас мы выйдем из Земли, корабль умеет трансформироваться! – воскликнул Гена, передавая информацию всем людям в каюте. Он очень восхищался этим космическим кораблем, будто бы сам его делал.

Легко преодолев земную кору, корабль вылетел в атмосферу, из окна я видела, как уменьшается город, а затем и города. Стало как-то грустно, когда корабль вошел в облака.

«Дамы и господа» – раздался голос одного из пилотов. – «Скоро мы покинем пределы атмосферы. Полет нормальный.»

Стекло не покрывалось льдом, как в самолете, но было чистым и прозрачным. Видимо, был хороший тепловой баланс. Можно было смотреть абсолютно на всё. В какой-то момент я увидела, как самолет пролетает рядом с кораблем и следует дальше по своей траектории, а мы летим вверх. Никакого дрожания нашего корабля в виде само раскручивающейся спирали не было. Абсолютно удобно и никакого дискомфорта.

Затем я увидела красивые серебристые облака, такого цвета, как когда я рисовала лошадей в своей детской разукрашке. Сначала раскрашивала, потом добавляла блесток и пририсовывала крылья лошадям. Это было очень красиво, хотелось бы только их подольше наблюдать и из большого окна во всю стену.

Кстати, этим позже воспользовался Гена, он нажал что-то на своем кресле и пол под ним стал прозрачным.

Все сразу восторженно ахнули, и стали его расспрашивать об этой кнопке, я услышала его ответ и тут же расширила окно для просмотра. Как раз вовремя, потому что мы наблюдали полярные сияния. Сгустки энергии рядом с кораблем переливались разными цветами, от зеленого до фиолетового, я даже сделала себе пару снимков на телефон. Вика сказала, что хотела бы себе платье в таком стиле.

«Вскоре мы выйдем на орбиту. Сразу же после этого мы ждем вас на собрание в нашей рубке»

Солнце создавало очень много излучения и было очень ярким. Однако, несмотря на все законы, мы могли смотреть на него через окна вполне спокойно.

Мужчина рядом с Геной, который забыл в начале проглотить таблетку, рассуждал вслух о парниковом эффекте, не знаю, говорил ли он сам с собой или с другим мужчиной, сидящим рядом, так как тот вообще ничего не отвечал.

«Говорят, что фантастику писать опасно, ибо рано или поздно она становится реальностью.»

«Мне не нравится читать художественную литературу, говорил редактор. Исправлять эту воду тоже не имеет никакого смысла. Все придумано и высосано из пальца. В принципе, в Вашем произведении я вижу больше воды, чем достойного текста, который мог бы кому-то понравиться. Да, я согласен с тем, что иногда нужно разбавить постоянные высказывания персонажей какими-то красивыми описаниями… Читатель ведь хочет увидеть все своими глазами, когда погружается в Ваше воображение, но так, как пишите Вы…это просто слов нет. Хотя у Вас они есть, раз Вы это написали.

Интересная штука, критика. Конструктивная и неконструктивная. Дезморализирующая и одновременно приносящая что-то новое. Я стараюсь пропустить все предложения редактора через себя и отсеять ненужное. Так говорит мне делать Евгения, когда я говорю с ней по поводу книг, я уже с трудом их пишу, я прихожу с опущенной вниз головой, она словами своими будто пощечины мне дает, метафорично выражаясь. Орет, гнобит немного, но…мотивирует. Заставляет не слушать этого редактора, потому что ей, кажется, правда, нравится читать то, что я пишу. В самом начале было так сложно ее понять, она меня так раздражала, и я не хотел подпускать «лишних» людей к себе. Но затем…я привык к ней настолько, что…

Когда я ее потерял и вновь обрел, я подумал, что попал в чертов Рай, хотя не верил в его существование.»

«Иногда чувство собственной неуверенности настолько брало верх надо мной, что я лежал на кровати и мне не хотелось вставать, потому что я боялся навредить внешнему миру. Я никому не звонил и не писал, не выходил ни с кем на контакт. И вдруг резко перебарывал себя и шел на встречу с Женей. Она всегда была кем-то особенным для меня.»

«Когда я подумал, что ее больше нет, я совершенно не знал, что мне делать. Будто бы мир рухнул, и всё перестало иметь смысл. Я не понимал, что делать. Когда меня отключили от аппаратуры «Большого Брата», я вообще мало что понимал, настолько погрузился в жизни других людей. Будто бы перестал существовать и растворился в них.»

«Мне стало всё равно. Всё равно что будет дальше. Я старался делать как можно больше разной работы, взял еще больше чтения, но оно было мне не очень интересно. Я решил записывать все свои мысли в блокнот, так как, с точки зрения психологии, это помогает лучше понять себя и отпустить проблемную ситуацию.»

«Я потерял вдохновение, однако тщательно записывал каждый маленький момент, который происходит со мной. Мне казалось, что всё, что я не делаю, выходит сухо и скупо. Вот сейчас, если бы я принес то, что я пишу редактору, он бы зашелся слюной, пока читал бы.

Я согласился полететь в космос, ведь это было моей мечтой, я хотел посмотреть, что там находится, хотел узнать, какого это быть космонавтом, но как-то мечта тухнет, когда не подкрепляется любовью.»

«Она спит у меня на плече. Я думаю, что я самый счастливый человек на свете.»

(Некоторые записи Антона в блокноте)

Мы вышли в открытый космос, об этом оповестила нас запись на верхнем дисплее, а также расходящиеся от корабля и от наших окон столпы искр, было так красиво, как фейерверки, разноцветные такие. Это наш корабль, успевший набрать хорошую скорость тормозил, чтобы выйти на геостационарную орбиту Земли. Довольно интересный метод торможения, быстрый и удобный. И искорки красивые.

По связи объявили сбор в капитанской рубке. Мы отстегнулись, наконец-то проснулась рыжая девушка, которая пропустила весь взлет, она потянулась, как настоящая кошка, она мне тоже очень нравится, и я думаю с ней подружиться как-нибудь, но стесняюсь.

Никогда не могла бы подумать, что полет на космическом корабле будет мне напоминать полет в обычном самолете, причем такой комфортный.

Я выпила успокоительную таблетку, потому что знала, что встреча с Виталием снова может привести к рецидиву суперспособности. Мы оставили вещи и поднялись наверх в рубку пилотов по коридорам из темного будто бы лакированного матового коридора, подсвеченного ярким светом, который шел будто бы из невидимых взгляду сфер, находящихся по периметру коридоров.

Виталий выглядел в этом зале как красивый дирижёр, его движения были выверены и точны, театральны, за панелями он, правда, выглядел лучше всех.

«Пилот выглядел точно так же, как выглядел я в зале наблюдателя за людьми и системами. У него был отвлеченный взгляд, будто бы он смотрел в некое пространство, которого мы не видели…»

Нашу группу людей посадили за большой круглый стол, чтобы мы могли видеть друг друга. Стол был из такого же материала, как и стены коридора, по которому мы шли.

За ним уже сидел Григорий, а Александр тем временем раздавал нам планшеты и именные часы. Виталий все что-то творил в конце комнаты, Григорий объяснил, что им нужно выпустить первый спутник на орбиту, как нашу отправную точку путешествия.

Когда мы получили «подарки», Григорий начал:

– Наша задача, – исследовать несколько неизвестных планет. Осуществить несколько высокоинтеллектуальных разработок, которые в будущем будут использоваться в нашей замечательной корпорации «Силикат». Создать несколько очень интересных объектов, которые покажутся Вам фантастикой, но очень скоро вы привыкните ко всему. Должен вам признаться, что на этом же корабле в другом отсеке есть еще одна группа космонавтов. Хотя, на мой взгляд, можно подобрать другое слово, чтобы вас правильно называть. Тут уже решать вам. Путники, путешественники или может быть что-то другое…Я думаю, вы подберете правильное слово. А сейчас осмотрите внимательно ваши планшеты и часы. В планшетах у нас с вами первая лекция о системах безопасности, предусмотренных на корабле, план предстоящих работ, много описаний планет, немного астрономии, математики, физики. К слову, все лекции, которые будут приходить к вам на планшеты разработаны специально для вас, исходя из ваших бесед с психологами и старшими научными сотрудниками «Силикат». Данные лекций будут дублированы на ваших часах, которые имеют достаточное количество внутрь заложенного функционала. Для начала давайте ознакомимся с выданными вам именными приборами, а затем приступим непосредственно к заданиям, планам и вашей работе на корабле.

Группа Б

Владислав

Часы, которые нам выдали, очень напоминают мне устройство, которые нам выдавали в лаборатории экосистем, только уж больно доморощенные, видимо, много добавили всякого. Я показываю пальцем на свои часы Владимиру, он кивает, тоже понял, о чем я.

Гену очень заинтересовали и часы, и планшет, мне кажется, что он лучший кандидат в нашу с Владимиром, Антоном и Женей в команду.

Игорь какой-то странный тип с каменным лицом, которому, кажется, вообще ничего не интересно.

Пилоты не спешат с объяснением всей миссии, говорят, что нам нужно познакомиться со всем обустройством корабля, на планшете нам показали несколько неизвестных планет, придется быстро осваивать астрономию, чтобы понять в какую систему мы летим. Вселенная настолько огромна, что столько информации о ней вряд ли можно запомнить. Нам сказали не спешить, и пройти на экскурсию по кораблю.

Александр сказал, что этот планшет можно сложить несколько раз и положить в часы. Мы немного обалдели, так как даже лист А4 нельзя сложить пополам больше 8 раз. Однако Александр показал нам чудеса сложения планшета, нажал на кнопочку в часах, выехала маленькая полочка, как дисковод, и убрал свой планшет в него. Он сказал, что и сам планшет можно раскладывать до размеров большого плазменного телевизора, чтобы кино по вечерам смотреть. Ноу-хау с элементами оригами какое-то.

После проведенных манипуляций, мы пошли гулять по кораблю, нам показали эко лабораторию, которой очень заинтересовалась одна девушка, лаборатории робототехники и еще несколько непонятно для чего, компьютерный класс, лекционный класс, спортзал с бассейном, кухню, библиотеку, зал для отдыха и наконец провели в жилую зону. Нас разделили по 2 человека, я без лишних колебаний выбрал Владимира для заселения, Александр проводил нас до двери и сказал, что комната должна настроиться на нас, что мы можем выбрать режим, чтобы никто не заходил, чтобы могли заходить все, чтобы заходили только пилоты, нужно только настроить искусственный интеллект под свои желания.

– Комната «привыкнет», – сказал Александр, – мы это так называем, потому что спустя 20 минут вашего нахождения в комнате, она даст вам доступ к своему управлению.

– Есть еще какие-то функции? – спрашиваю я, почесав затылок. – Мы чего-то не знаем?

– Вы многого не знаете, – хитро улыбнулся Александр. Но у вас очень пытливые умы, я думаю, что вы быстро разберетесь. Проходите в комнату, отдыхайте, спустя 20 минут настройте комнату под себя, можно знатно поразвлекаться, уж поверьте. Ваши вещи уже внутри.

Мы зашли в свою каюту, наполненную некой голубой дымкой, наши рюкзаки заехали за нами на микро роботах. Внутри кроме дымки ничего не было, только 2 кресла, сделанные из такой же голубой дымки, только более материальные, чем окружающее пространство комнаты. Мы сели в кресла друг напротив друга, я начал скучать и взял книжку из рюкзака, чтобы почитать 20 минут, а Владимир стал рыться в планшете и в часах, складывал и раскладывал планшет, чтобы понять, как это работает.

В принципе, 20 минут прошли довольно быстро. Газ начал рассеиваться, на разложенном планшете Владимира появилась очень симпатичная девушка, которая понравилась и мне и ему (как мы позже обсуждали это), она попросила нас ответить на вопрос о том, что мы хотим видеть в своей комнате, какой мы ее представляем, что нам необходимо для того, чтобы нормально проживать и какие вещи нам необходимы.

Мы попросили холодильник, мини бар, ноутбуки, шкафы, столы… я попросил диван и двуспальную кровать, Владимир показал на односпальную, мы еще подумали над нормальным телеком и плейстейшн.

Владимир написал ей в чат, что он хотел бы плакаты с инопланетянами, как у него дома на стенах.

Она спросила, хотим ли мы видеть звездное небо, какое нам нужно окно; мы будто бы играли в симулятор жизни, как в SIMS. Мы захотели видеть звездное небо таким, какое оно есть в течение полета.

Владимир каким-то образом сделал эту девушку трехмерной, а сам взял планшет в руки, увеличив его так, чтобы ему было удобно выбирать мебель из каталога. Вопросы она продолжала задавать мне по поводу цвета и моих представлений о комнате. Владимир показал мне на экране расстановку мебели, я кивнул, соглашаясь. Девушка рассказала про технику фен-шуя, мы ее с удовольствием послушали, Владимир внес корректировки по расстановке.

Когда мы определились с тем, что хотим и каким видим обустройство комнаты, девушка спросила готовы ли мы к загрузке.

Мы переглянулись и кивнули. Она попросила нас встать в красный квадрат посередине комнаты. Мы послушно выполнили указание, прихватив с собой свои рюкзаки. Из стен, потолка и пола снова подали синий газ, который стал собираться в плотные сгустки там, где мы расставили мебель. Газ обтекал все помещение, раскрашивая стены цветами, которые мы выбрали. Сгустки газа становились плотнее и плотнее и когда они рассеивались, мы сразу видели предметы, которые сначала чуть поблескивали медным лунным цветом, а затем становились нормальными.

Я ахнул, затем переглянулся с Владимиром:

– То ли так работает материя, то ли нанороботы, без понятия…

Представление еще то. Но красиво.

Через пару минут мы стояли в своей собственноручно обустроенной комнате. Сложилось впечатление, как будто она такой и была до нашего прихода. Нам стало очень уютно, я потрогал свою кровать, чтобы понять, в чем подвох, но так ничего и не обнаружил. Все было сделано так мастерски, что даже придраться было не к чему. Из окна мы увидели Землю, такую большую и одновременно кажущуюся маленькую планету.

Владимир довольно сиганул на свою кровать, не раздеваясь, он посмотрел на меня, затем на свои плакаты с инопланетянами, развешанные над кроватью, улыбнулся и поднял палец вверх.

Глава 12

Группа Б.

Антон

Возможно, писателя во мне больше, чем всего остального. Возможно, я слишком много рассуждаю, и мне приходится это записывать. Мне абсолютно точно надоела система нашего века: чтобы пробудить интерес к своей деятельности, нужно делать, как говорит Евгения, грамотный пиар. Она много знает, правда, много, ведь ее искрометные заголовки помещали на первую полосу многих газет.

Для этого нужно что-то яркое, говорит она, задумчиво смотря на открывающийся вид из нашего иллюминатора, мы еще не разобрали свои рюкзаки, а она уже читает один из моих многочисленных блокнотов. Я думаю, что тебе логично перейти на электронный формат записи, ты будешь более мобильным. А то ты, как в средневековье, благо, не пером пишешь.

Я смотрю на нее. Она так прекрасно вписывается в эту картину звездного неба, будто бы родилась не на Земле. Она сидит на диване, который запрограммировала сама, в этой комнате я практически ничего не выбирал, Женя сделала всё сама, но я рад, ей так комфортнее.

– Вот то, что ты написал, вот эти последние записи тоже можно выставить в сеть, говорит она, – из этого бы получился неплохой роман, хотя, слишком много ванили…

Я ей доверяю полностью и могу говорить обо всем подряд, но иногда я не понимаю говорит ли она с сарказмом или нет, и, правда ли ей нравится всё, что я делаю.

– Я бы убрала пару фраз, если позволишь, – говорит она и достает маркер из рюкзака. – Есть еще что-то новое, что я могу прочесть?

Я задумался.

–Вот это, – она указывает на несколько строчек в моем блокноте. – Про беспросветную тьму и всё в таком духе… Неплохо. Не видела у тебя раньше такого. Ты забавный.

Она улыбается, смотря мне в глаза. Не понимаю, что смешного она в этом нашла.

– Я не знаю, Жень… – я замялся.

Она отбросила мой блокнот, начеркав в нем что-то розовым маркером, прыгнула ко мне на кровать и поцеловала…

Я, наверное, не понял в самом начале, но потом стал понимать это так четко, когда эта мысль пришла ко мне в голову, в тот момент, когда я размышлял о человеческих взаимоотношениях.

Я зря так боялся редактора. Возможно, зря писал о нем в таком негативном свете, где-то приукрасив и преувеличив…

Самыми лучшими, честными критиками являются те люди, которые полюбили меня по какой-то причине. Они порой вносят самые жесткие коррективы в мое творчество.

Группа Б

Варвара

Я обустроила свою комнату, как лабораторию, в планшете нашла задания, связанные с моей деятельностью биолога. Я расширила свою комнату в длину и ширину, добавила еще одну комнату для своих личных дел, а также одну комнату под компьютерную лабораторию, а для всего остального разместила около ста растений, подобрав для них нужные условия. Кажется, в условиях космоса мне предстоит произвести множество тестов с различными видами. Это довольно интересно, в скором времени я добавлю еще несколько растений и расширю комнату еще больше. На двери моей комнаты с другой стороны появилась надпись: «На доработке» буквами красного цвета на красивом дисплее, который выглядел как плазменный экран на всю дверь. Для меня являлось небольшой неожиданностью то, что я сама могу создать нечто столь прекрасное, как собственный парник и теплица с разнообразными растениями, я бы хотела, чтобы там жили и животные тоже. Я решила уточнить этот вопрос у пилотов на предстоящем собрании.

Если честно, то я уже немного скучаю по дому. Если я ни с кем здесь не подружусь, мне будет совсем некомфортно. Я бы хотела, чтобы у меня был помощник в лаборатории, его тоже стоит найти. Все-таки одной сложно, да и не так интересно.

Интерактивные занятия на планшете по видео ведет со мной некий Гвидон, он очень хорошо объясняет материал. Я успела посмотреть первую лекцию, когда мне пришло напоминании о собрании в рубке. Я отключила видео и поспешила на него.

***

– Дорогие друзья, давайте начнем наше совещание, – говорит Виталий, наполненный диким энтузиазмом.

– Я очень рад, что вам удалось завершить обустройство ваших комнат, – произносит Григорий. – Отмечу отдельно лабораторию Варвары, в которой многие из вас проведут достаточное количество времени. Мы будем изучать не только земные растения, но также некие, грубо говоря, инопланетные…

– В основном, нашей задачей является посещение и изучение некоторых планет на предмет жизни. Наш универсальный улучшенный модифицированный корабль сильно отличается от остальных ракет и космических аппаратов тем, что оборудован системой антигравитации, программным модулем, подстроенным под пользователей, а также системой макро- и микродвигателей. Также вам предстоит ознакомиться с приборным обеспечением, специально разработанными для вас костюмами, системой мульти задачного проецирования и многим другим. На данный момент мы не требуем от вас полностью вникать в процесс обучения и исследования, вы очень хорошие специалисты в разных областях, для плодотворной работы для начала вам нужно познакомиться друг с другом, процесс не столь сложный, каждый из вас способен в него втянуться. Хотелось бы отметить, что вы не являетесь космическими туристами, вы являетесь полноценными сотрудниками старающегося разносторонне развиваться «Силикат», поэтому требуется во избежание ошибок, недопонимания, недовольств и ссор придерживаться штатного расписания.

– Те, кто будет его нарушать, будут выкинуты за борт, – схохмил Виталий, все сразу посмотрели на открывающееся через стекла космическое пространство и заулыбались, затем бросили многозначительные взгляды друг на друга.

– На данный момент наш корабль завис над Землей на высокоэллиптической орбите, наша сегодняшняя задача установить спутник слежения и ориентации. Сегодня вы выйдете в открытый космос, мы будем фиксировать вашу мозговую активность специальной аппаратурой для выявления страхов, неготовности и тому подобного, чтобы затем все это исправить, как ошибку взаимодействия.

Если честно, меня немного беспокоит тот факт, что некие личностные характеристики рассматриваются пилотами как «ошибки», но с точки зрения работы, это, действительно, так. Не должно быть страха перед открывающимися возможностями, ведь это не каждому достается такой шанс выйти в открытое космическое пространство. Возможно, это хорошо, что мы будем тестировать наши костюмы в первый день работы на корабле. Но, если честно, то для меня это правда страшно. Многие космонавты годами готовятся к этому, а мы вот так сразу, без опытов, без подготовки… Мои родители не поверили бы в такой расклад моей жизни. Нужно с ними связаться, пока есть такая возможность, но я сделаю это только после того, как выполню вечером наше задание, потому что моя мать очень импульсивна и все время беспокоится за меня, я даже еще не сообщила о своем долгом отсутствии и о полете. Боюсь, что вряд ли родители оценят такую авантюру.

Мы сидели за длинным овальным столом, матового черного цвета. Открывался прекрасный вид из рубки на большую Землю, которая для меня уже не казалось такой большой. Корабль, кстати, стоял на месте, а за одним из мест пилотов сидел Александр, перед ним фиксировались какие-то цифры, наверное, координаты, так как я успела рассмотреть скобки для обозначения минут и секунд. Изредка, судя по показаниям приборов, он проводил рукой по приборной панели, легко касаясь ее, будто бы гладил коврик для компьютерной мыши, немного изменяя пространственное положение корабля. Не знаю, как точно это работало и зачем кораблю тратить энергию на простой на орбите вместо того, чтобы просто лететь по орбите, но для чего-то это точно было нужно. А еще он иногда открывал зоны расположения других спутников, видимо, наш не должен был как-то им мешать, думаю, все это нам могут объяснить позднее.

Григорий попросил нас проследовать за ним на вручение специальной униформы, которую мы должны будем носить в рабочее время на корабле. Виталий решил отойти в другие отсеки, чтобы проверить все системы на предмет неисправности, как он объяснил. Мы встали из-за стола, и поспешили за Григорием. Первый за ним побежал довольно взрослый мужчина, задавая ему кучу вопросов, Григорий отвечал на них уже на ходу, двери в коридорах открывались перед ним автоматически. Корабль очень красивый и аккуратный внутри, стены такие же гладкие и матовые, как и материал стола, за которым мы сидели.

Группа Б

Виктория

Зачем я только на это согласилась? Я несколько раз уже позвонила своей дочери по видео, я сильно скучаю, но, кажется, вернуть все, как было, уже нельзя.

Мне совсем не нравится качество присутствующих мужчин на корабле. И тем более мне не нравится, что внимание они уделяют Анжеле.

Я выгляжу намного лучше нее! Да и я намного интересней! Анжелика еще девочка, которая даже не знает что, действительно, нужно ценить в мужчине!

Можно поспрашивать сколько кто получает, только аккуратно. Я целюсь на одного из пилотов, думаю с одним из них я точно не буду ни в чем нуждаться. Тем более Виталий на морду нормальный. Только он какой-то ватный.

Мы поселились вместе с Анжеликой. Я разглядывала ее в зеркале, когда она распаковывала свои вещи и складывала их в шкаф.

Мне кажется, в ее движениях появилось что-то новое. А при разговоре она то дергается и забывает, что хотела сказать, то говорит настолько уверенно, что у меня не возникает даже мысли спорить с ней.

На самом деле до этой встречи мы не виделись около трех месяцев. Я подведу ее к хорошему разговору вечером. Возьму хорошее вино у Виталия. У меня правда отличный план на вечер.

Мои размышления прервал звонок в нашу дверь. Я открыла ее с помощью голосового управления, около стены стоял Кирилл, оперившись на нее, скрестив руки на груди и положив ногу на ногу.

Он удивился, увидев меня, подняв одну бровь. Мне совсем не понравился его высокомерный взгляд, он оценил всю меня снизу-вверх. Я успела переодеться в комбинезон и сделать высокий начес, выглядела я очень круто.

– Ты что здесь забыл? – спросила я, смерив его таким же надменным взглядом в ответ.

– Анжелика выйдет? – спрашивает он у меня, глядя поверх моей головы в комнату.

Я оглядела комнату, посмотрела на Анжелику в ее простой одежде, с ее немытой головой и безразмерной майке. Она сидела с планшетом, слушала музыку в наушниках и читала что-то про корабль.

Девочка, я тебе считай жизнь спасаю.

– Нет, она занята, – грубо отвечаю я и закрываю двери прям перед его носом.

– Кто-то заходил? – спрашивает Анжелика, вытащив наушник из левого уха.

– Нет. – произношу я и сваливаюсь на кровать. Краем глаза я вижу в зеркале, как по нему идет рябь, а затем часть моего лица будто бы пропадает.

Я в панике подбегаю к зеркалу. Что же, вроде все в порядке.

Через час нас вызвали на собрание и экскурсию по кораблю.

***

После собрания нам выдали красивые костюмы с буквой «Б» на груди около сердца. Крой и пошив достойны какого-то модного дома. Смешение белого и черного цветов выглядели очень красиво. Я выгляжу в нем просто замечательно. Наличие капюшона меня никак не смутило, учитывая, что на корабле можно его не накидывать. Мы переоделись в раздевалке, я познакомилась с Варей, мы немного поговорили о мужчинах, но она мне совсем не конкурентка, ей больше по душе растения и ее биолаборатория. Она типичный задрот.

Я заметила, как Кирилл изучает меня во время экскурсии, в одном из зеркал, также он с предельным и ясным намеком разглядывал Анжелику, но она, кажется, этого просто не замечала. Вот дура. Нужно будет попозже этим воспользоваться. Не столь удачная партия, как Виталий, но его нигде не было видно. Все время разговаривал Григорий и показывал нам обустройство корабля. Мы прошлись также по комнатам, чтобы узнать, где кто живет.

Варвара рассказала о видах растений, которые она успела посадить за короткое время. Я ее не очень слушала, но красные розы в большом отсеке мне приглянулись. Я попросила ее взять несколько семян и горшок в свою комнату. Она с радостью согласилась, но попросила подойти попозже после того, как закончится осмотр.

Мы не зашли только в комнату с надписью: «А» на двери. Какая-то часть корабля закрыта для нас. Мне это не понравилось.

Интересная все-таки пара рыжей девушки, вроде по имени Женя, и зажатого парня по имени Антон. Они то ходят за ручку, то о чем-то спорят, то она устремляется к компании из мужчин, а он стоит в стороне и что-то пишет на своем планшете.

Еще есть мужчина по имени Гена, который в этой же компании, он проходит мимо какого-либо устройства или прибора, и, пока Григорий не видит, проводит по ним рукой. Женщину бы тебе, Гена, а то гладишь всё подряд с дикой любовью маньяка-гладильщика.

И, кстати, Игоря, который, на мой взгляд, выглядел, как будто он под травой, в постоянной отключке и с заторможенной реакцией тоже не было на экскурсии. Понаберут даунов на корабль и не знают, что с ними потом делать. «Силикат»…

Группа Б

Владислав

Интересно, конечно, тут всё устроено. У меня еще много вопросов, Григорий уже едва успевает отвечать на новые появляющиеся. Я хочу узнать зачем, действительно, «Силикату» нужно это космическое путешествие. Бренд, реклама, что это такое?

Не слышал информации, чтобы корпорация с кем-либо сотрудничала. Когда-нибудь один из этих психов пилотов расколется, и я узнаю правду.

Зачем эти таблетки, что случилось с Петром, где он сейчас, жив ли он вообще. И почему это мы не можем заходить в отсек с надписью «А»?

Мы с Владимиром обсудили план наших действий. Теперь осталось разъяснить этот план Антону и Жене и включить Геннадия в команду, так будет проще работать. Новички – это всегда хорошо. Хотя Антону немного не до этого, он полностью увлечен Женей, но он будет делать сейчас то, что она скажет. Любовь никогда не поддается рассудку.

Григорий вел нас по коридорам и комнатам, показал, как работает душ и туалет. Рассказал про разгерметизацию и условия невесомости, про пожарную безопасность и экстренные ситуации в полете. Так же попросил без большой надобности в экстренных ситуациях не покидать наши комнаты, если в момент ЧС мы оказались там.

Затем он показал нам модель отсоединения комнаты от корабля на проекции со своего планшета, в этом случае комната является спасательной капсулой, она максимально быстро преобразуется в пилотируемый корабль и может доставить нас на Землю или другую планету с хорошей пригодной для жизни атмосферой.

Завтра мы будем проходить занятия по управлению кораблем-капсулой в одной из учебных комнат. Вот это было очень приятно, что о команде так позаботились.

У нас будет еще много интерактивного обучения, пока мы не станем полноценными космонавтами, в этом случае мы сами будем полноценным обслуживающим персоналом корабля, а также будем проводить разные опыты и эксперименты.

Когда мы уже заканчивали экскурсию, Григорий остановился около стыковочного отсека. Вход в него подсвечивался красным светом, сначала он сказал, что ему не очень бы хотелось, чтобы мы заходили в этот отсек, но затем вход мигнул зеленым, двери сами распахнулись и оттуда вышел Виталий.

Он поздоровался с Григорием и сказал ему, что всё проходит успешно.

Меня это напрягло. Пилоты объявили конец экскурсии и попросили нас проследовать на ужин в гостиную. На корабле всего один кок, готовит он, конечно, очень интересно, но вкусно. Они сделали открытую кухню с видом на готовку, на шефа и на открытое звездное пространство позади него.

Люди отправились на ужин, я немного задержался и заглянул в открытый отсек. Там стояли скафандры в цвет нашей униформы с нашивкой «Б» на груди. Выглядели довольно амбициозно.

И вдруг я услышал резкий звук, будто бы что-то шлепнулось об иллюминационное стекло. Я перевел взгляд на панорамное окно, и не поверил своим глазам. На стекле распластался космонавт, как прибитая кем-то муха. Я рассмотрел его лицо, на вид ему было около 20 лет, совсем юный мальчишка, он улыбнулся мне, помахал мне рукой. Я опешил.

Затем его резко дернули за трос, он резко улетел куда-то вверх и скрылся из виду.

У этого парня на таком же скафандре, какие должны быть у нас, была ярко-красная буква «А» на груди.

Дверь отсека начала закрываться. Григорий легко тронул меня за плечо рукой и сказал мне не отставать от команды и пойти на ужин.

Значит мы здесь не одни? Непременно сообщу об этом на ужине своим людям.

Глава 13

Группа Б

Владимир

Им кажется, что я со всем всегда согласен. Как ни странно, им очень удобно в это верить, и они верят в это с такой легкостью, что я сразу начинаю им нравиться. Самое интересное, что я не собираюсь ни в чем никого переубеждать. Самый лучший способ найти друзей – это соглашаться с их мыслями и высказываниями. И самое интересное, что, когда кто-то говорит, он в первую очередь общается с самим собой.

«Она спрашивает у меня буду ли я есть этот пирог. Я киваю, на самом деле пирог уже давно выпечен и как такого фактического выбора я не имею, она уже решила, что я буду есть этот пирог.»

Я люблю смотреть и размеренно плыть по течению жизненной реки, сказать по правде, я кайфую от этого.

Пока муравьи суетятся, я просто слежу за их передвижениями в их муравейнике. Мне иногда кажется, что люди представляют собой муравьев, бегающих по лабиринту своего же сознания.

С Владиславом я знаком довольно давно, и он напоминает мне самого толстого и большого муравья-солдата, стремящегося найти свою самку и свой муравейник.

Люблю внимание, связанное с тем, что я говорю по минимуму. Еще в школе я испытал это чувство собственного превосходства.

В институте это было более проблематично, почему-то их интересовало как я думаю о той или иной проблеме, о том, как я вообще думаю и почему я подкрепляю написанные слова именно этим источником и сколько всего я знаю, но на самом деле это настолько отточенная программа обучения, что она не терпит индивидуальности и собственного выбора. Я по-разному издевался над преподавателями, показывая разные теоремы под различными углами. Так я стал одним из мастеров приборостроения. Естественно, моей мотивацией для создания того или иного прибора было желание пользователя.

Не знаю, догадывался ли Владислав о том, что он был таким же пользователем для меня, когда я сделал систему видеонаблюдения в лаборатории экосистем.

Тем не менее, заработав уважение многих людей, я чувственно привязался к ним, однако даже не совсем точно осознавая себя частью команды, я ей являлся. Владимир очень убедительно говорил об этом, мы поселились в одной комнате, и я даже слышал, что он обращался ко мне в формате очень близкого и дружеского общения. Верно, эти люди правда стали моими друзьями. Мы провели достаточное количество времени вместе и сделали много открытий, связанных с нашей повседневной жизнью.

Когда меня позвали в космическую экспедицию, я долго не думал, я не думал о том, кто из команды согласится на это. Я просто решил говорить жизни «да» и посчитал, что такой шанс дается не каждому, а сама корпорация довольно долго шла к этому, хотя довольно быстро относительно Российского ракетостроения.

Некоторым кажется, что я отказываюсь от своего мнения, когда молчу и соглашаюсь, некоторым кажется, что я чем-то болен, но в принципе мне нет дела до других мнений, они мне интересны, но не более. Я имею свое мнение и для его доказательства мне не нужно бить себя в грудь, кричать или что-то усердно словесно доказывать.

Потому что когда они спорят со мной, они очень смешны, потому что спорят сами с собой…

***

Мы сидели за общим столом, недавно Влад решил, что Гена очень подходит нашей команде, поэтому он сидит напротив меня, я немного изучаю его, не отрываясь от еды.

Антон спросил нравится ли мне еда, приготовленная Кешей – нашим шефом, который довольно творчески подходит к приготовлению пищи – я увидел по его реакции и по тому, как он за две щеки уплетал макароны, не обращая внимания на Женю, видимо, они хорошо провели время и ему было очень нужно пополнить запас калорий, я кивнул и поднял палец вверх.

Кстати, Влад куда-то запропастился, видимо, ему опять в голову пришла очередная параноидальная мысль, и он теперь придумывает план освобождения от созданных границ.

Думая об этом, я искренне улыбнулся Антону, он ответил мне тем же.

Кстати, я видел записки Влада, он увлекается какими-то разнообразными научными теориями и называет эти теории «границами».

У Антона записи, на мой взгляд, записи гораздо интереснее, хотя иногда то, что он пишет, кажется мне записками шизофреника… Я улыбнулся во второй раз и подмигнул Жене, которая, как кошка, следила за Тохой во время еды… У него его бытовая жизнь по теории называется «существующим», он называет существующим всё, что он может потрогать, увидеть и осознать, это как полная интерпретация этого слова писателем. Довольно интересная вещь, учитывая, что он хороший физик.

– Давайте поиграем во что-нибудь сегодня, – предлагает Женя. – Вечером у нас будет свободное время, можем заняться чем-то таким…интересным.

Я засмеялся.

– Да-да, – она забуравила меня взглядом. – Я помню, что ты отлично играешь в Крокодила.

В крокодиле мне нет равных. Если бы проводились соревнования по нему, я бы получил мастера крокодила международного уровня.

Нашу трапезу прервало возбужденное появление Влада. Он сел за стол, и метал безумные взгляды от одного к другому человеку, сидящему за столом.

– Что случилось? – спросил Гена. Сразу видно новичка, Женя и Антон уже подготовлено, а именно молча, ожидали новых высказываний Влада. Я тоже ждал, это как читать хорошую книгу или смотреть фильм, ожидая завязки сюжета.

– Мы тут не одни! – как-то я бы даже сказал восторженно сказал Влад, получая порцию еды от умного стола. – Я видел космонавта с надписью: «А» на костюме, он осуществлял выход в открытый космос. Вы же знаете, почему мы носим здесь униформу?

– Потому что любая работа требует дисциплины? – ехидно произносит Женя, указывая на него вилкой, которую держала в руках. Хорошее движение, содержащее некий вызов.

– У него была такая же униформа, она только немного отличалась от нашей. Почему мы не видим этого человека здесь за каким-нибудь столом?

Я оглядел столовую. Люди разбились по интересам и так, как они живут в своих комнатах. Около одного из иллюминаторов сидела компания из трех девушек, они что-то обсуждали и периодически хихикали. За соседним от них столов сидели двое парней, они практически не общались, один из них постоянно сидел в телефоне. За дальним столом от всех сидел парень по имени Игорь, он смотрел в пространство, не выражая никаких эмоций и ел, механически поднимая ложку.

И также за центральным сидел Григорий, он был весь в работе, они с Александром разрабатывали нашу программу.

Влад, кстати, говорил в пол голоса, так он казался более загадочным. Муравей-осеменитель пользовался всеми интереснейшими приемами из человеческой психологии.

– Здесь нет никаких космонавтов. Вот о чем я говорю! – произносит Влад.

– Может быть, у них просто есть свои космонавты, дополнительные рабочие на корабле? А потом мы с ними познакомимся? – неуверенно произносит Антон.

– Вы видели закрытую дверь с буквой «А» по центру? – говорит Влад. – Если здесь есть другие космонавты, то почему нас не познакомили с ними уже? Когда я спрашивал у Григория есть ли здесь кто-то еще, он покачал головой! Чувствуете к чему это идет? Я говорил, что корпорации есть что скрывать!

– Ты уверен, что видел то, что видел? – спрашивает Гена.

Влад так посмотрел на него, что тот съел свой вопрос.

– Мы должны узнать, что за этой дверью! – восклицает Влад.

– Мы же только разложились, всё же только начинается… – фейспалм от Жени.

– Ты хочешь сказать, что тебе неинтересно, что там?

Женя сглотнула.

– Влад, тебе не кажется, что, когда мы в прошлый раз изучали центр земли, мы чуть не потеряли всё…– она вздыхает и незаметно бросает взгляд на Антона, никто этого не замечает, зато я вижу все детали, так как больше занят наблюдением, чем они могли бы себе подумать.

– Нужно разработать план, – говорит Влад, – я, в свою очередь, узнаю всю информацию от пилотов.

– Мы называли Виталия пилоткой, когда бригадой делали корабль, он тогда ходил с батюшкой… – Гена, оказывается, любит предаваться воспоминаниям, он очень отличен от Петра. Петя был очень хорошим парнем.

Будто услышав мои мысли, Влад выдает:

– А что если Петр жив? Что если он находится там в отсеке «А», а мы не знаем об этом! Ведь все мы находимся здесь, на этом корабле, значит, вполне вероятно, что это возможно.

– Меня достали твои чертовы идеи! – вдруг со злостью восклицает Женя. – Меня достало, что ты совсем не думаешь о том, что будет потом! Ты думаешь мы как марионетки что ли?! Будем делать то, что ты хочешь, вне зависимости от того, что на самом деле думаем и чувствуем?! С чего ты решил, что можешь так управлять людьми, и что ты тут главный?!

Антон попытался взять ее за руку, она привстала, чтобы донести до Влада то, что думает на самом деле. Она резко откинула его руку, хорошо, что не ударила.

– Я не решал, что я главный…– немного испуганно произносит Влад. – Мы полноценные члены команды…

– Какой команды?! – уже кричит Женя, затем понижает голос. – Ты решил, что ты можешь управлять нами, так вот… ты сильно ошибаешься. Петр мертв, а мы… еще живы…

Она разворачивается и уходит, она кипит так, как кипит пару раз уже закипевший чайник. Так, что чувствуется запах горения налета на стенках этого чайника.

Антон извиняется перед нами, и спешит за ней.

– Она вернется, когда поймет, что я был прав, – говорит Влад Гене, многозначительно кивает ему.

Он переводит тему на изучение навигации, полета и научной байды, окончательно сменив тему, я его знаю, он вернется к ней позже, он увлекает новичка в ту тему, в которой не разбирается так, как Гена, а эта тема ему явна интересна, он в ней и живет уже давно, судя по его внешности. Хитро продумано. Теперь стоит только ожидать вечера, когда мы не будем играть в Крокодила, а будем снова разрабатывать план, как Пинки и Брейн.

Вернее, его будет разрабатывать Влад, а я пронаблюдаю за его игрой Эндера.

***

– План таков… – многозначительно произнес Влад, рисуя ручкой круги на бумаге. Он долго продумывал новую стратегию по открытию двери со знаком «А». Планшету он не доверял, решил использовать старые проверенные методы.

– Я думаю, нам нужно каким-то образом проследить за этой дверью, посмотреть, как, когда и зачем она открывается.

Кажется, он опять задумался над темой «что, где, когда», думаю, его бы взяли в команду знатоков. Ему ведь даже не нужен черный ящик, чтобы угадывать что внутри него, у него куча фантазийных ящиков-коробок Шредингера.

– Значит нам нужен датчик видеонаблюдения, ­– говорит он и смотрит на меня. Я валяюсь на своей уютной мягкой кровати, положив ногу на ногу и рассматривая разных девушек на планшете.

Я показал большой палец Владу.

– Но мы не можем заказать его у комнаты, мы спалимся перед Пилотами…

Я кивнул.

– Значит надо сделать свой. А это можешь ты, Гена и Антон…

Я тяжело вздохнул, а потом снова кивнул.

– Нужно, чтобы мы поговорили с ними. Пошли к ним в комнату.

Я потянулся на кровати, Влад встал из-за стола и легко ударил меня листами бумаги.

– Давай поднимай задницу. Дела есть.

Пришлось встать. Я нехотя поднялся с кровати и пошел за Владом, продолжая листать девочек в планшете.

Мы зашли в комнату в конце коридора, Гена жил с Иннокентием, комната была разделена на две части, там, где находился Кеша все было пестрым и цветастым, а Гена, видимо, предпочитал минимализм. Мы зашли, когда они увлеченно что-то обсуждали, когда мы оказались внутри, они замолчали.

– Рад приветствовать такого талантливого повара, – сказал Влад и подал ему руку для рукопожатия. – Спасибо за такие великолепные и вкусные блюда, но должен признать, Вы иногда перебарщиваете со специями.

Иннокентий пожал ему руку, улыбнулся и даже покраснел, хотя у него и так был постоянный румянец на щеках.

– Давайте перейдем на «ты», – попросил Кеша. – Вас, кажется, зовут Владислав.

– Всё верно, – ответил мужчина, затем подмигнул Гене. – Обо мне уже успели рассказать?

– Я изучал твои вкусовые предпочтения, у меня на кухне есть обо всех некоторые сведения.

Затем он подошел ко мне, я пожал ему руку.

– А вот тебя не помню, как зовут. – Кеша начал вдумчиво рассматривать мое лицо.

– Его тоже зовут Влад.

– Аааа, – протянул Кеша. – Вспомнил. Владимир. Так это ж не Влад, а Володя.

Я во все лицо растянул улыбку, наконец-то.

Влад встал передо мной, загородив меня от повара.

– Называй его Влад. Так проще. – мужчина махнул рукой прямо перед моим лицом. – Имен напридумывали.

Наверное, ему не нравился тот факт, что, назвав меня Володей, он получит отдельное звено, другую полноценную личность. А так команда неотделимых Владов получается.

***

Влад был наполнен своей новой идеей, точнее множеством идей для открытия двери «А». Он был настолько воодушевлен, что не мог усидеть на месте.

– А что если сказать Кеше, чтобы он что-то подмешал Виталику? У нас есть по факту большая лаборатория с разнообразными растениями, синтезировать для этого сыворотку не составит труда…­ – Влад нарезал круги по нашей комнате. – Сложно, конечно, с нашим поваром, но Гена согласен, что план стоит того, он лучше всего разбирается в том, как что работает, так что сможет разработать даже прибор, который сможет вскрывать любую дверь. Но он не изобретатель, с фантазией дружит Антон, а он ушел под каблук Жени. А Женя вроде нормально стала общаться с Варей, они сегодня собирались, ухаживали за растениями.

А мужчина, однако, очень неплохо узнал про то, кто чем занимается.

Время обеда. Я немного устал после того, как прослушал несколько лекций. Я так плотно поел, что меня нормально так рубило. Я наблюдал за перемещениями Влада полуоткрытыми глазами, ведь периодически ему нужно было получить одобрение своим словам.

– Как ты думаешь, сколько мы еще будем стоять на орбите и зачем нам это нужно? – оторвался от своих размышлений Влад и посмотрел на меня. Я пожал плечами. – Или сделать это просто ночью. Или поставить несколько камер перед дверью, чтобы хотя бы иметь возможность пронаблюдать. Но опять же должны быть микрокамеры…Как я и говорил раньше. Но это тоже Антон с Геной и с тобой, так как ты сечешь в видеоаппаратуре.

Знал бы он по-настоящему, как я установил несколько камер, чтобы пронаблюдать за своими симпатичными соседками…

***

– Наш корабль, на самом деле, включает в себя несколько систем и несколько подсистем. – Гена рассказывает довольно увлекательно, сразу видно мастера своего дела. – Это блоки, соединенные между собой, грубо говоря, если Вы представляете себе конструктор, то вот именно так из маленьких деталей собирается весь корабль.

– Я как-то для себя новой информации не услышал. – произносит Кеша. Он абсолютно не разбирается в технике, но в кухонной, однако имеет отличные знания. Прозвучало достаточно грубо. Я шикнул на него. Гена нисколько не отвлекся на это. Он кивнул Кеше.

– Да, ты прав. Но дело в том, что это совсем не обычный корабль. Все системы подобно человеческому телу включаются благодаря головному блоку, если с ним что-то случится, некоторое время мы будем лететь на автопилоте. Более того, эти системы бионически соединены между собой. Головной блок собирал не я, более того, в программе, когда я изучал полную конструкцию, как работает головной блок полностью, мне не показали. А еще я знаю, что он состоит из двух частей. Одна будто нервная система, а другая как материнская плата в компьютере.

– Что значит будто нервная система? – глаза Влада горели.

– А это значит, что внутри корабля, в его корпусе проходят наниты, нанороботы, которые передают импульсы на включение того или иного устройства.

Гена погладил стену корабля. Я повторил за ним. Материал был гладкий, немного теплый.

– Наниты могут передать центральному головному блоку о том, что я только что его коснулся, если настроить на нужную частоту ощущений корабля. – он обратился ко мне: – Чувствуешь, что он теплее, чем твоя ладонь?

Я был поражен.

– Приложи ухо еще и закрой второе. Услышишь циркуляцию процессов внутри.

Я послушался его. Внутри корабля действительно был слышен гул, но гул явно не строго механический. Будто бы прикладываешь ухо к человеческой груди, чтобы послушать движение крови или стук сердца. Я посмотрел на Гену очень заинтересовано. Между тем Влад старательно записывал всё в блокнот. Кеша тоже слушал стену. А затем покрутил пальцем у виска.

– Ну это невозможно…– развел руками повар, улыбаясь. – Интересно, конечно, как-будто сказку слушаю.

– Естественно, как в нервной системе человека, без электричества невозможна передача импульсов. Нанитов настолько много, они довольно умные существа. «Силикат» со своим финансированием и быстрым научным развитием достиг невероятных успехов за короткое время. Мы сами загружали этих роботов, бригада в них не особо разбиралась, но отвечаю, на мой взгляд, эти наниты умнее большинства людей, а особенно простых рабочих.

– Это как те роботы, которые убирались у нас в комнатах? – спросил Влад, отрываясь от записи.

– А что у вас было?

Влад открыл свой планшет, вывел изображение в качестве голограммы, чтобы мы рассмотрели 3д модель этих роботов-таракашек-уборщиков.

– Не, вы чуть не понимаете, это у них, конечно, общее, что они маленькие, но наниты совсем другие. Они включают микросхему и оболочку, и они реально маленькие. Сейчас покажу.

Мы наглядно рассмотрели 2 роботов. Одного с планшета Влада, а другого с Гены.

­­– То есть мы сможем установить камеру, только если отключим головной блок? – Влад почесал голову карандашом.

– Всё верно, все лишние элементы вполне можно отследить, если постараться. – сказал главный инженер.

– Слушайте, вы там, как хотите, а я не хочу участвовать в ваших делах, – сказал Кеша. – Более того, я думаю, что глупо что-то ломать, надо быть благодарными за то, что нашу работу хорошо оплачивают и дают нам столько интересной информации. Ваши мутки какие-то левые.

Он демонстративно лег на свою кровать и включил себе кулинарную передачу.

Я знаю, как опасно перечить Владу и сколько сил он приложит для того, чтобы воплотить свои безумные идеи в жизнь. А еще знаю, что он никогда не врал никому, когда что-то видел. Ситуация с Петром это доказывает. Ведь после того случая в подземном муравейнике, мы даже не знаем жив ли он. Тоже самое касается Арсения, несмотря на его непосредственность и некую узколобость, он неплохой малый. У нас довольно много информации о деятельности «Силикат», говорящая не в пользу корпорации.

Гена тоже увидел что-то интересное в том, что мы говорим. Он рассказал о том, что, действительно, за дверью «А» должна находиться еще одна жилая зона.

***

– У нас нет других вариантов, кроме как отключить пилотов и попробовать пробраться в головной блок. Или сделать устройство, открывающее двери или камеру слежения. И то, и то невозможно без Антона. Значит всё упирается в Женю. Женщины…

Я медленно проваливаюсь в сон. Слишком много информации, будь она написанная в книге или на электронном носителе, наводит на меня скуку. Люблю наблюдать больше, чем планировать. А еще люблю всякий треш и динамику действий, эмоции и некую романтику… а еще люблю красоту.

Кажется, сегодня мне приснятся именно они. Женщины.

Глава 14

Группа А

Виктория

«Рано или поздно общение с редактором должно завершиться положительно. Положительно для одной или двух сторон. В моем случае это позволило мне выпустить мою хиленькую книженцию в издательстве. До этого доходят не многие писатели. Девушка по имени Женя постоянно пинала меня и выслушивала мои жалобы и негодования по поводу книги и редакторских правок. Без нее я бы вряд ли дошел до публикации. Я вижу определенным образом и совсем по-другому в отличие от многих людей, это мало кто способен понять. А те, кто меня понимают, кто понимает написанный мной текст, те практически автоматически становятся моими друзьями. Единомышленников я, действительно, воспринимаю, как своих друзей. Ни с кем из девушек я не имел такую эмоциональную связь, как с этой своенравной очень вредной девушкой. Пожалуй, я и не заметил, как начал испытывать к ней нечто большее, только я боялся себе в этом признаться довольно долгое время. Мои открытия в области техники поехали по синусоиде вверх, потому что рядом или не совсем рядом, но был человек, который поддерживал меня и не мешал мне быть собой.

Я не настолько любил свои произведения, чтобы дать им выйти в свет. Я не настолько их любил, что готов был бросить уже на третий приход к редактору. Но я никогда не прекращал писать всё то, что приходит ко мне в голову. Больше, чем всё это, я любил, когда она сидела и читала то, что выдавала мой безумный беспокойный разум.

Мою книгу выпустили с яркой обложкой, которая не очень подходила содержанию книги. Это вообще очень сложно сделать такую обложку, которая подходила бы книге на все сто процентов. Она мне вроде бы нравилась, а вроде бы и нет. А затем она стала продаваться в интернет и в книжных магазинах.

Моя фантастика выглядела сумбурной, повествование немного клипированным, а в целом – самобытной и оригинальной несмотря на все правки, внесенные в сюжет и в текст. Меня всё устраивало, или, возможно, я слишком уже устал от этой возни и волокиты с книгой на двести страниц.

А затем я столкнулся с новой проблемой. И эта проблема называлась «общественное мнение»…» (Из записей Антона)

– Мне кажется, тебе бы не помешало одеваться получше, – говорю я Анжелике, мы сидим за одним из лучших столов на этом корабле и потягиваем красное полученное мною от Виталия вино. Анжела явно не ожидала, что наконец-то проведу время с ней, а не с очередным кавалером. Пришлось, конечно, потрудиться, так как пилоты в основном против употребления спиртных напитков на таких ранних этапах путешествия. Да и бар закрыт сейчас.

Я сказала мужчине пару самых лучших комплиментов, восхитилась его работой, выслушала часовой рассказ о его впечатлениях и о работе, а также о взаимоотношениях между пилотами. Я особо не слушала, больше улыбалась и теребила волосы, единственное что я четко поняла, что он очень хочет много времени проводить именно с нами, с нашей космической группой, ему интересны люди, и поэтому он ведет большинство лекций с утра, оставив Григория отдыхать или управлять кораблем.

Александр мне стал особенно интересен, так как никто с ним вообще не успел пообщаться, он как серый кардинал ведет свою работу по тому, чтобы у нас всё было и хватало. Именно он отладил нам комнаты и составил планы лабораторий, лекционных и компьютерных классов, а также подстроил индивидуальные планшеты под каждого члена экипажа. Жаль, что мы с ним особо не контактируем. Появилось желание приходить в рубку пилотов, чтобы посмотреть, что у них там происходит.

Виталию очень нравится восхищение, после того, как мы поговорили, точнее говорил он, с невероятной легкостью достал вино из подсобного помещения, а затем очень расстроился тому, что пить я его буду не с ним. Это его зацепило, и он предложил мне провести с ним вечер через несколько дней. Я не дала ему четкого ответа, чтобы он думал об этом еще больше.

– Возможно, – говорит мне Анжелика, немного поникнув, а затем поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. – Но меня и так всё устраивает.

Затем она откидывает голову назад, прижав ладонь к глазу.

– У тебя какие-то проблемы со зрением? Может, стоит обратиться к врачу, чтобы тебе выписали что-то?

– Я думаю, не стоит, – устало произносит Анжелика, и наливает себе в стакан еще вина. – Я подхватила какую-то глазную инфекцию, скорее всего это аллергия на что-то. Теперь вот таблетки пью. Скоро должно пройти.

Она трет глаз и отнимает руку от лица. Я пристально разглядываю ее, вроде с ней всё в порядке.

– На твоем месте я бы всё-таки обратилась к врачу, неважно выглядишь, ­– говорю я с томной улыбкой. Подруга улыбается в ответ:

– Я знаю. Я очень устала. Спасибо, что позвала меня сюда, прекрасный вид.

Панорамные открытые окна и открывающийся вид на Землю, конечно, впечатляли.

– Хорошо, что нам никто не мешает, – я тянусь в своем кресле. – Как у тебя дела с Кириллом?

– А что у меня с Кириллом?

– Не знаю, тебе виднее, что у тебя там с Кириллом, – я открыто смеюсь. – Если ничего, то я его себе заберу.

Анжелика молчит и смотрит в окно. Разговор как-то не особо клеится, и я не понимаю почему.

Поэтому какое-то время я разглядываю новые наряды на планшете и спрашиваю у девушки ее мнение.

– Это так круто! Ты знаешь, ведь здесь можно выбрать всё что угодно, жаль, что в основном нужно ходить в наших «командных» костюмах. Хочу договориться с пилотами, чтобы можно было сделать мой костюм другого цвета или наклеить на него что-то красивое.

– Это очень хорошая идея, – у Анжелики уже порозовели щеки и взгляд стал более игривым и пустоватым. Она наконец-то смогла расслабиться.

– Я могу попросить у Вари что-нибудь сшить для меня. Ты видела ее кактусик?

– Этот кактус просто великолепен.

– Пойдем к ней, а потом зайдем к твоему Кириллу.

– Это не мой Кирилл! – Анжелика кидает в меня подушку.

Мы смеемся, берем остатки вина и выдвигаемся к Варваре.

Группа А

Варвара

Честно говоря, я хоть и биолог, но совсем не люблю, когда весь уход за растениями происходит с помощью машин или роботов. Мне гораздо больше нравится изучать природу такой, какая она есть, это у меня с детства, мы с моими родителями много путешествовали, и они рассказывали мне много интересных фактов о растениях и живой природе, учили любить каждую травинку, я выросла, а ощущение внутри осталось, поэтому каждое растение в моей лаборатории я стараюсь поливать и протирать сама. Плюс это очень сильно успокаивает меня саму.

Сейчас я этим и занимаюсь, со мной сидят Женя и Антон, недавно я получила задание от Григория, которое казалось невероятно само по себе и невозможно. Пара сидит за компьютерами, перед ними стоит стеклянная колба с хлорофитом, это комнатное растение. В принципе они занимаются опытами Пристли, который первым поместил мышь в герметичную колбу, а затем добавил в эту колбу мяту, чтобы мышь смогла дышать. К колбе проведены провода, стоят датчики давления и температурные датчики. Антон и Женя следят за показаниями приборов и стараются вывести зависимость жизни растения от разных условий.

Задание Григория заключалось в том, чтобы покуситься на самое святое. На фотосинтез!

Работать придется, действительно, долго, Григорий хочет растение, способное воспроизводить кислород вне зависимости от потребления углекислого газа и кислорода. Чтобы оно могло преобразовывать любое вещество в кислород.

Женя и Антон очень спорили об этом с Григорием. Антон говорил о кобальте, этот материал позволят сохранять кислород, а также о «второй коже», ему довольно много известно о современном состоянии техники, Григорий пообещал им предоставить новые материалы для исследований. Женя сказала, что втроем это сделать точно невозможно.

Я немного нервничаю от всего происходящего. Учитывая, что мы выполняем непосильную задачу.

Зато я немного поговорила с Евгенией, убедилась в том, что она очень прикольная девушка и с ней есть, о чем поболтать. Она отнеслась ко мне с особой наполненной теплотой. Я заметила, когда человек счастлив внутри, он всегда этим делится с окружающими.

Я стояла и протирала листки одного из цветков, слушая тихую музыку, доносящуюся с компьютера Жени, пока ребята работали, они всё время что-то включали. В принципе, с ними работать было комфортно. И, как я поняла, я оказалась хорошим консультантом по многим вопросам. Пока я была им не особо нужна, поэтому с удовольствием занималась уходом за растениями.

Как вдруг дверь отсека распахнулась, и лаборатория наполнилась громким женским смехом. Ко мне буквально ввалились две девушки на подгибающихся ногах. В руках Вики была бутылка вина, туфли она успела скинуть и теперь несла их в руках. Девушки периодически передавали алкоголь друг другу и пили из горла. Что они мне и предложили первым делом. Женя оторвалась от исследований, изучала окружающую обстановку, подняв одну бровь. Мне стало немного неудобно перед ребятами, когда я обернулась и увидела реакцию Жени.

– Девушки, что вы здесь делаете? – спрашиваю я немного недоуменно.

– Пришли тебя навестить, дорогая, – Вика резко сближается со мной, чмокает воздух рядом с моей щекой и обдает меня ароматом своих духов, а затем берет меня за руки.

Я разглядываю ее улыбающееся покрасневшее лицо и ловлю себя на мысли, что нахожу ее привлекательной.

– Да, милая, не волнуйся ты так, мы пришли скрасить твой одинокий вечер, хотя… он у тебя не такой уж одинокий, – Вика оглядывает лабораторию и машет рукой Жене в знак приветствия. Та в ответ опускает взгляд, а затем что-то шепчет Антону.

– А давайте сыграем в игру? – хохочет Вика. – Я взяла с собой карты, кто проиграет, тот пьет из нашей бутылки. Ну давайте, вечер только начался! А еще на желания!

Я немного замялась с ответом.

– Я, пожалуй, не прочь, – вдруг подает голос Женя и подходит к нам. – Думаю, это хорошая идея, а то, правда, скучно, у нас там расчеты еще нескоро будут готовы… Меня зовут Женя.

Вика перехватывает инициативу, представляется и чмокает ее в щеку.

Между тем девушка, которая пришла с Викой, расчищает стол и раскладывает карты. Я соглашаюсь играть.

– Ты с нами? – вызывающе говорит Женя Антону. Он скрестил руки на груди и разглядывал девушек с интересом.

– Я не знаю. – он улыбнулся.

Анжелика раздает на 5 человек, мы садимся за круглый стол. А затем Женя подговаривает нас, мы разворачиваемся и настаивающе смотрим на мужчину. Он вздыхает и присоединяется.

– Жень, ну я же не пью, – произносит он расстроено.

– Ну, тогда желания…­– говорю я, разводя руками.

– Точно! Желания! – говорит Женя, заигрывая.

Он еще раз вздыхает и улыбается.

– Я же не могу вам отказать, да?

– Даааааааааааа, – тянут хором девчонки.

Мы сыграли одну партию, я сразу проиграла и Женя, смеясь, загадала мне станцевать с моим вязаным кактусом. Они сделали музыку потише и приглушили свет для создания романтической атмосферы. В принципе, это было просто, но еще и очень позабавило зрителей моего великолепного танца.

Следующим проиграла Женя. Мы выпили еще, а Женя между тем пела популярную лирическую песню и танцевала как горилла под нее.

Затем был черед Антона, здесь было попроще, мы заставили его раздеться по пояс, написали ему на груди красной губной помадой «лучший» и этой же помадой накрасили ему губы.

Становилось очень весело. Вика предложила поиграть в бутылочку, на что Женя цыкнула на нее, но потом засмеялась и согласилась.

Антона стало немного жалко.

Группа А

Анжелика

А потом проиграла я. Я ждала своего наказания от девчонок немного испуганно и взбудоражено, так как увидела, что они выдают.

– Хм…– хмыкнула Варя. – Даже и не знаю, что тебе загадать.

– Да, вопрос сложный, – произносит мужчина, и мы все сразу прыскаем от смеха. Помада оставила кровавые следы на его зубах.

– Не умеешь краситься – не берись! – Жене доставляет удовольствие его стебать. Антон наигранно обижается.

– Я знаю! – вскрикивает Вика. – А вы знали, что у Анжелики есть ухажер?

Я шокировано пялюсь на подругу, стараюсь дать ей понять, чтобы она ни в коем случае не продолжила говорить. Но ее было уже не остановить.

– Я знаю, что ей загадать! – Вика берет бутылку и ставит ее с грохотом рядом со мной. – Допивай подруга! Тебе это пригодится! Смелость – это прям твое!

Игроки заинтригованы.

– Значит так! Я всё придумала! – Вика загадочно улыбается, потом начинает смеяться, а затем выдает:

– Значит идешь сейчас к Кирюше, вся такая клевая и раскрепощенная, и говоришь ему, что готова на всё, если он принесет нам еще одну бутылку вина.

Девчонки улюлюкают, одобряя идею Вики. Я ощущаю себя как в школе, когда меня унижали за то, что я была не похожа на других.

– Давай-давай, это тебе, правда, пригодится, – девушка берет бутылку, вкладывает ее в мою руку и буквально заставляет меня допить вино, держа бутылку за дно и управляя моей рукой.

Я не успеваю опомниться, как оказываюсь за дверью лаборатории.

Если честно, чувствую себя немного не в своей тарелке. Я думаю, что Вика не права, но она моя подруга и мы наконец-то провели хороший вечер вместе, который только продолжается. Она ведь хорошо меня знает за столько лет нашей дружбы, к чему был этот сарказм по поводу моей смелости?

Теплота от принятия алкоголя начала разливаться по телу, но этого всё равно было недостаточно.

«Так…Анжелика…Без нервов…Спокойно…Дойдем до двери Кирилла…»

Часы мигнули несколько раз. Василиса хотела связаться со мной. Я не стала ей отвечать, увидела сообщение о перенапряжении и сильной взволнованности без причины. Я написала ей голосовое сообщение, что немедленно проконтролирую свои эмоции.

Я собралась с мыслями, внутренне настроилась и стала представлять себе уверенную девушку, которая может с ноги открыть любую дверь.

Через некоторое время Василиса просигналила, что ее состояние нормализовалось.

А я обходила двери в поисках комнаты Кирилла. Я не знала в какой из них он живет, а для того, чтобы стучаться во все, мне не хватало уверенности. Я разволновалась, и старалась максимально загасить эмоции. Во мне их было очень много. С тех пор, как я начала еще активнее гасить свои, меня будто рвало на куски, хотя благодаря приобретенной заимствованной энергетики начальницы, мне больше и больше хотелось выражать свои эмоции открыто. Моя личность развивалась и разваливалась, и все меньше нравилась мне.

Я стояла около дверей в жилые комнаты и ловила себя на мысли, что мне очень хочется уйти, но Вику мне подводить не хотелось, тем более все ребята уже выполнили свои желания, тем более я сама виновата, что проиграла.

От этих размышлений меня отвлек один парень, выходящий из комнаты, он держал в руках телефон и настолько уткнулся в него, будто погрузился в черную дыру, что не заметил меня и оттолкнул плечом. Он пошел дальше, а меня будто подменили. В любой другой ситуации я бы не обратила на это никакого внимания. А тут будто бы я освободила внутреннего зверя, я в одно мгновение стала такой злой, что была похожа на кипящий чайник.

Я догнала этого парня, он успел отойти всего лишь на несколько шагов, развернула к себе и накричала ему в лицо:

– Кто ты такой *****(непереводимый русский диалект) ??? Да что ты себе позволяешь*****(непереводимый русский диалект) ???

Я вырвала из его рук телефон, парень опешил с такой встречи, чуть ли не рот открыл, честно говоря, я бы тоже на его месте удивилась очень сильно и была бы шокирована от такой девушки, затем бросила телефон на пол, затем подняла лицо парня за подбородок:

– Сюда смотри ****(непереводимый русский диалект)!

А тут уже этот парень отреагировал на агрессию. Он закричал в ответ тем же непереводимым русским диалектом, явно провоцируя больший конфликт. Телефон его стоил очень дорого, о чем он мне поспешил сообщить. Я кричала что-то в ответ, начиная пугаться его и себя. Я лихорадочно нажимала на кнопку часов. Они давали обратный сигнал.

Из той же комнаты выбежал встрепанный Кирилл, он оттеснил парня от меня грудью, встав между нами, взяв меня одной рукой за руку, не давая мне больше вмешиваться.

Мужчины смотрели на друг друга зло и напряженно, под взглядом Кирилла этот парень начал сдаваться и остывать. Будто бы у них была какая-то визуальная дуэль, в которой более высокий и мощный самец побеждал.

Затем Кирилл наклонился, поднял телефон и вернул его владельцу, похлопал его по плечу и широко улыбнулся.

– Иди, брат, недоразумение, ­– произнес мужчина.

– Я тебе не брат, ­– язвительно ответил мой бедный соперник, включил устройство, и пошел дальше по своим делам, также уткнувшись в него.

Кирилл развернулся ко мне и уже без улыбки, немного взволнованно и напряженно воскликнул:

– Что это, мать его, было? Объяснишь?

Я потупила взгляд, а затем вспомнила указания Вики, похлопала глазками, мило улыбнулась и произнесла:

– Принеси мне бутылку вина, и я готова на всё…

Группа А

Евгения

Антон видит меня прекрасной женщиной, а я себя таковой совсем не вижу. Я веду себя, как хочу и как привыкла и не допускаю того, чтобы любой другой человек позволял себе меня как-то ограничивать. Но рядом с Антоном я чувствую себя наполненной и каким-то супергероем что ли, наверное, потому, что он дает мне это чувство благодаря тому, как он относится ко мне.

Сейчас смотрю, как Вика крутит волосы, привлекая его внимание и мысленно усмехаюсь, так как я полностью в нем уверена. А также замечаю, что Варвара с интересом разглядывает ее.

– Что-то давно не видно Анжелики, – произношу я, раздавая карты на новую игру. – Она могла потеряться?

– Не думаю, ведь девочка взрослая, – говорит Вика, продолжая привлекать внимание моего мужчины.

Он внимательно наблюдает за движением моих рук.

Вика реагирует на игнорирование, медленно сникает, берет карты одной рукой, вторую почему-то прячет под стол.

– Я могу сходить посмотреть почему она так долго. – говорит Антон.

– Не стоит, – отвечает Варя. – Может, спать пошла.

Будто бы услышав наш разговор, дверь лаборатории распахивается, в комнату заходят разгоряченный мужчина, видимо, Кирилл, который тащит за руку смущенную Анжелику. Он стремительно подходит к Вике, сажает на стул Анжелику, она опускает голову, как наказанный ребенок и ее лицо прячется за волосами. Она теребит браслет на левой руке.

Мужчина в приказном тоне требует Вику подняться. Она самодовольно и сексуально выполняет приказ, а он в ответ:

– Быстро пошли со мной!

– С тобой куда угодно, красавчик, – усмехается девушка, и подает ему ручку.

На слове «красавчик» Анжелика поднимает голову, и зло смотрит на Вику. Это замечаю только я.

Кирилл так же стремительно покидает лабораторию, грубо взяв за запястье девушку.

Варя не выдерживает:

– Я пойду посмотрю, мне это не нравится, – говорит она и идет за парой.

Антон интересуется у Анжелики что случилось, проявляя всю свою эмпатию по отношению к девочке. С надписью «лучший» и красивыми красными губами у него это плохо получается.

Я решаю вмешаться, отправляя мужчину умываться, сажусь на корточки рядом с ней, а она прячет лицо в ладонях наклонившись.

Группа А

Варвара

Я нахожу ребят в нескольких пролетах от лаборатории. Кирилл явно негодует, я останавливаюсь послушать, оставаясь незамеченной. Я вмешаюсь только если будет что-то критичное.

– Зачем ты ей сказала так сделать?! – мужчина явно говорит с Викой на повышенных тонах.

Она невозмутима.

– Мы просто баловались, что в этом такого? – она заискивающе и ласково произносит эти слова, подав корпус немного вперед.

– Для вас это баловство! Для нее это не так! Ты ее подруга, неужели ты не должна этого понимать?!

– Я всё понимаю, милый, ты очень красивый, когда злишься, – девушка то ли сглаживает конфликт, то ли откровенно флиртует. Скорее второе.

– Мне кажется ты ничего не понимаешь. – Кирилл вздыхает.

– А ты понимаешь? ­– девушка томно дышит. – Ты мне давно симпатичен, ты такой сильный и умный мужчина. Она тебе совсем не подходит. Тебе подхожу я. Что ты нашел в этой замухрыжке? Посмотри на настоящую женщину.

Она кладет ему две руки на плечи и смотрит ему в глаза. Затем пытается прильнуть к нему, но он отталкивает резко отталкивает ее, тяжело дышит:

– Жаль, не могу сказать тебе того же.

И уходит.

Вика обескураженно стоит на месте. Я вижу по ней, что она очень сильно расстроена. Я подхожу к девушке, она почти плачет, от уверенной в себе Вики не остается и следа.

– Всё в порядке? ­– спрашиваю я, и слышу всхлип, быстро обнимаю ее.

– Что случилось? ­– так же взволнованно произношу я, чувствую, как грудь чуть ниже левого плеча становится мокрой. Всхлипов становится больше.

Я решаю встряхнуть красотку, беру за руки и отнимаю ее от себя... И… Пораженная останавливаюсь. Я держу в руках пустое пространство. Рядом со мной никого нет, но я также отчетливо ощущаю тепло ее тела у себя в руках и запах ее духов.

– Что происходит? – выдавливаю я и пугаюсь звука собственного голоса. Это всё кажется нереальным. Я слышу женский вскрик.

Затем чувствую, как то, что было близко от меня, вырывается и отталкивает меня. Не сильно, но я ничего не вижу перед собой, это меня шокирует. Затем слышу торопливые шаги, удаляющиеся от меня.

Я протираю глаза руками.

«Что со мной? Что было в этом вине? Может быть, я просто переработала?»

Группа А

Евгения

Анжелика очень расстроена. Она негодует по поводу того, что произошло, но я особо не понимаю, что она говорит, её трясет.

– Я очень виновата, ­– сквозь ладони произносит она.

– Так, дорогая, тебе нечего переживать, ты ни в чем не виновата, – я беру ситуацию под полный контроль. Антон возвращается одетый и умытый с бутылкой воды, мы даем девушке попить.

Она немного успокаивается.

– Ты ни в чем не виновата, ­– я улыбаюсь и делаю голос максимально мягким.

– Я не сдержалась и накричала на парня, который меня толкнул, – Анжелика очень расстроена, но готова к диалогу и объясняет то, что случилось.

– Кирилл тебя толкнул? – Антон тоже следует моему примеру и садится на корточки рядом с ней.

– Нет! ­– девушка немного вскрикнула, когда произнесла это, затем снова говорит дрожащим голосом. – Другой. Кирилл живет с ним в одной комнате, наверное, это его друг… Или не знаю…

– Так, ­– говорю я. – И что случилось дальше?

– Он меня защитил, мы ругались. А потом я ему сказала, как Вика пожелала. Он сначала опешил, а потом спросил, кто меня такому научил и сказал, что я совсем не такая. Я рассказала, он как-то разозлился и повел меня сюда. А потом… наехал на Вику. Мне так жаль. Мне очень жаль…

– Вика сама виновата. – ехидно произношу я. – Не надо такие желания загадывать. Пойдем в комнаты, мы уже наигрались, тебе надо привести себя в порядок и выспаться. Завтра всё будет хорошо, вот увидишь. И никто на тебя обижаться не будет.

– Даже вы? – поднимает глаза Анжелика. Ее часы активно вибрируют.

– Даже мы, – смеется Антон. – Пойдем, Женя права.

Мы проводим девушку до ее комнаты. Внутри светло и все обставлено по-девчачьи. Я еще немного говорю с ней, она умывается, мы укладываем ее спать, Антон рассказывает ей что-то забавное, она даже смеется. У него историй с нелепыми неудачами гораздо больше, чем у меня.

– И потом я подскользнулся и упал прямо на этого злого начальника. Он и так был пунцовым от того, что я сделал какую-то ерунду, так кричал, что аж стены тряслись. А я взял и подскользнулся на ровном месте… И приземлился прямо ему в объятия. Мало того! Я вытянул во время падения губы в трубочку и получается, что его чмокнул!

Анжелика смеется в голос и благодарит нас. Накрывается одеялом практически с головой. Мы выходим из комнаты, Антон улыбается и берет меня за руку.

– Знаешь … – он немного смущается. – А ты была бы прекрасной мамой.

– Да? – я недопонимающе поднимаю бровь, но, честно признаюсь, это меня тоже веселит.

– Да. – Антон улыбается во всю ширь. – Ты ее ловко уделала.

– Без тебя не получилось бы.

– Неверно. Без меня бы еще как!

Мы смеемся и шутим, решаем пойти в нашу комнату и посмотреть что-нибудь забавное типа видосов на ютубе.

А около нашего жилого отсека, около нашей двери стоит Влад, сложив руки на груди. При виде нас он заметно встрепенулся. Видимо, ждал довольно долго.

– Жень, надо поговорить. – говорит он взволнованно. – Это очень важно. Не уходи, пожалуйста. Я хотел извиниться.

Интересно, он еще никогда этого не делал.

У меня очень хорошее настроение, я киваю Антону, он открывает нашу комнату, и я приглашаю Влада на почетное извинение.

«– У всех есть свой вкус. Свой взгляд на то, что написано, сказано или сделано. Эта «вкусовщина» настолько разнообразна, что невозможно вывести статистическую модель, которая бы наглядно отображала то, в какую сторону двигаться для того, чтобы включить в свое дело большинство. Люди любят спорить, привязывать свое мнение, любят отождествлять себя с героями того или иного романа.

И всё же тем не менее у нас есть некое общее представление мира. Поэтому в нашей культуре лидирует рынок самых простых вещей. Это ведь фундамент. Базовое представление об объекте. Песни становятся простыми, рифмы и ритм основываются на классике или на самых простых запоминающихся аккордах.

Включить сюда что-то новое, разбавить существующий мир другими красками…Знаешь. Ты ведь знаешь, что это вызовет резонанс… – сказал мне художник, не отрываясь от рисования красками осеннего мирного пейзажа. – Если я поставлю черное пятно, прямо здесь… В центре…– он резко взмахнул кисточкой, которую обмакнул в черную краску и поставил жирную некрасивую кляксу. – Ты удивлен, Кристофер?

Я посмотрел на запачканное произведение искусства. Там, посередине осеннего леса, в ярких красках листвы проступала эта черная дыра, притягивающая взгляд всех критиков этого мира.

– Думаешь, некрасиво? – учитель улыбнулся. – Я так не думаю. У людей, сынок, есть универсальный механизм взаимодействия ­– речь. Я продам эту картину в галерею, вот увидишь. Это будет самое дорогое произведение на выставке.» («Таинственное преображение Ван Гота.» (из книги Антона))

Глава 15

Группа Б

Кирилл

Эта девушка не дает мне покоя. Никак не выходит у меня из головы. Я не влюблен, но мне хочется узнать ее и почему-то защитить. Не знаю, по какой причине она общается с этой Викой, ведь та использует ее как свою «страшную подругу», хотя Анжелика явно ей не является. На самом деле, я немного виноват перед Ринатом, я подслушал, как он записывал видео о своем дурацком соседе и его чокнутой подружке и скидывал его в сеть, чем разозлил меня.

Наверное, и с ней я поступил неверно. Испугал девочку, помню ее глаза, они были такими большими, как будто она была персонажем из аниме, когда я разозлился и повел ее в лабораторию к ребятам. С утра я зашел к Иннокентию и попросил его к ее обычному завтраку добавить пористую молочную шоколадку. Я надеялся таким образом загладить свою вину.

Затем на утреннем сборе наблюдал как шоколадка появляется на столе. Видел ее смущение, когда она разворачивала обертку, и видел, как смеется рыжая девушка. Она громко произнесла «ты нравишься повару». Ее подруги Вики нигде не было видно. Кажется, Анжелика нашла себе новую компанию.

После завтрака мы отправились на утренние лекции. Сегодня их вел Григорий. Он мне нравился гораздо больше, чем Виталий, его слова были более выверенными что ли. Он лучше подавал материал, хотя задачи у него стояли более сложные и глобальные, чем у предыдущего лектора.

Мы изучали пользовательские программы, Григорий объяснял, как пользовательский интерфейс подстраивается под нас, он разбил нас на несколько групп, которые занимались изучением различных систем. Одна группа писала очень простые коды, другая более продвинутая, как мы, создавали более глобальную крутую программку. Мне нравилось учиться. Особенно после того, как поработал вместе с Денисом и Викой. Кстати, тогда мы создали невероятную команду, для того, чтобы достичь поставленной цели. Даже Вика вела себя скромно и поддерживающе, не знаю, почему она вернулась к той же модели поведения и не видит во мне тот авторитет, который у меня был тогда. Жалко, что на корабле нет Дениса, он хороший парень. Могли бы сейчас мутить треки, он бы все время подкатывал к Вике и отвлекал бы ее от всего.

Анжелика и Ринат работали в одной группе, они не показывали больших успехов в программировании, и, когда мы уже закончили, они не достигли и середины дела.

Ринату в принципе было всё равно, его и учеба особо не интересовала, да и раздражала его Анжелика, которая от него краснела и пряталась, видимо, это больше всего ей мешало, чтобы сделать несложное задание.

Григорий сидел в центре класса, рассматривая какой-то материал на ноутбуке.

Странно, кстати, как-то раз я спросил у него почему корпорация, обладая такой научной базой и быстрой реализацией идей, пользуется техникой, которая уже давно отстала в своем развитии от наработок. Тогда, помнится, Григорий посмотрел на меня, спустив очки, и сказал: «Ассоциации. Готовность. Актерская игра.». Сокращенно это выглядело как АГА. Я ничего не понял. Затем он объяснил, что более высокие технологии без подготовки будут для сотрудников в большую новинку и вряд ли их сразу примут, как должное. А также провел небольшую лекцию по ассоциативному мышлению и готовности принятия людьми того или иного факта, привел несколько случаев из истории, когда к ученым общество отнеслось негативно.

Я подсел к нему и начал разговор довольно просто и легко, сообщил, что наша группа справилась и уточнил некоторые вопросы, от которых у Григория немного поползли глаза наверх.

– Не ожидал, что Вы так хорошо разбираетесь в программах, хотя после того, что Вы показали на презентации частицы, конечно, должен был больше в Вас верить. Но я подумал, что Денис был главным мозгом вашей группы.

–Был. – кивнул я. – Но не совсем.

– Я вас изучил. Взаимодействия, конечно, были интересные. И насколько я понимаю, Вы не так просто ко мне подошли.

– Всё верно. Я вижу, что более слабой группе нужна помощь, а Вам как-то всё равно, а люди мучаются.

Григорий заглянул за ноутбук и оценил обстановку. Ринат плевал в потолок, скрестив руки, а Анжелика полностью скрылась за волосами, склонившись над планшетом, было вообще непонятно, чего она делает в данный момент. Затем он посмотрел на меня исподлобья:

– Думаешь, сами не разберутся?

Я пожал плечами.

– Я думаю, что они вполне способны на это. Им просто требуется больше времени.

Я выжидающе посмотрел на него, ожидая вердикта.

– Они совсем не работают друг с другом, – покачал головой Григорий, снова выглянув из-за ноутбука. – Значит намного больше, чем я предположил.

Затем оглядел комнату, посмотрел на другую группу, которые гоняли 3Дэшного гномика по столу, поворачивая планшеты для его перемещений и движения.

– Сделали неплохо, конечно, – улыбнулся пилот. – Что-то напоминает. Работа в Вашей группе полностью выполнена. Несколько занятий и такой огромный прогресс. Твердотельную модель, конечно, будет гораздо сложнее выполнить…

– Сейчас они наиграются и будут с ума сходить. – отвечаю я.

– А вот с этим вполне согласен. – Григорий посмотрел на часы. – А через два-три дня мы уже будем покидать орбиту. Из-за них, – он кивнул на Рината и Анжелику, – придется задержаться. Кстати, с Анжеликой, кажется, живет Виктория, верно?

– Да. Девушки живут вместе.

Григорий встает с места. Подзывает меня рукой следовать за собой.

– А где она? Не знаешь? – спросил мужчина, направляясь к двери.

– Понятия не имею. За завтраком ее тоже не было.

Григорий вышел из кабинета, я последовал за ним. Когда дверь закрылась, он очень напряженно посмотрел на меня.

– У Виктории большие проблемы.

Он сделал паузу. Видимо, наблюдая за моей реакцией. Я не понимал к чему он клонит.

– Из-за того, что она не посетила сегодняшние лекции?

– Нет, дело не в этом. – Григорий вздохнул. – Я доверяю тебе, Кирилл, и хочу попросить тебя об одном одолжении. Только я хочу, чтобы никто не знал, о чем я тебя попрошу и о том, о чем мы разговаривали. Более того, сама Виктория не должна знать об этом.

Странное предложение. Особенно странно его было услышать от Григория. Я не успел опомниться, как Григорий повел меня мимо рубки пилотов в комнату наблюдения.

– Наш корабль работает немного по-другому, чем обычные современные разработки. – начал пилот, встав напротив меня и панели.

Он сделал несколько движений руками, и вокруг меня стало образовываться некое другое пространство. Стены стали трехмерными, выпуклыми, состоящими из тысячи пульсирующих нитей, на панель выводились разнообразные, но пока двумерные изображения.

«Фокусы какие-то,» – подумал я.

– Я немного не понимаю…– сказал я. Григорий резко прервал мое высказывание:

– Он подстраивается под частоту, под выделение любой энергии другими объектами. Я заметил кое-что…– он нажал на несколько кнопок на панели.

На экран вывелась наша вчерашняя ссора с Викой. Когда я увидел, как она обнимает меня, мне стало неловко, и я внутренне начал закипать.

– Зачем Вы мне это показываете? – не выдержал я.

– Подожди, – снова прервал меня мужчина. – Обрати внимание на то, что произойдет дальше.

Я смотрю на то, как расстраивается девушка. Затем спустя несколько секунд протираю глаза, пытаясь поверить в то, что видел. А еще оказывается за нашей ссорой со стороны наблюдала Варвара. Я опешил.

– Она что? Исчезла?

– Я попросил не разглашать эту информацию не так ли? – Григорий еще раз очень напряженно посмотрел на меня. – В эту комнату мы допускаем людей в очень крайнем случае. Если ты согласен с тем, что я попросил, то я продолжу.

Я еще раз промотал запись, чтобы убедиться, что мне не показалось. Пилот в это время доставал что-то из шкафчика, находящегося в стене.

– С ней что-то случилось? Что-то плохое?

Григорий качает головой, напоминая мне о своем высказывании о неразглашении информации. Мне это совсем не нравилось, но я согласился на его условия. Тогда мужчина сложил руки на груди и продолжил:

– Вика на данном видео транслирует переход из одного состояния в другое. Я честно говоря не знаю, что это такое. Возможно, она меняет излучение, возможно, меняет вид материи, из которой состоит, а, может, меняет окружающую обстановку, а, может, распадается на атомы.

Я не поверил своим ушам.

– Александр сегодня ее искал с помощью одного прибора. А еще сам корабль засек несколько вспышек теплового излучения.

– Она отказывается со мной разговаривать, но я уверен, что это она. – неожиданно я услышал голос за моей спиной. Я обернулся и увидел Александра, который появился очень неожиданно.

Он пожал мне руку и вздохнул:

– Надеюсь, ты поможешь нам ее найти, девушка явно по-другому к Вам относится, Кирилл.

Александр выглядел довольно молодо. У него были взъерошенные светло-коричневые волосы, простой зеленый солдатский костюм, в который он был одет, больше был похож на костюм обычного рабочего, в отличие от одежды Григория, который любил официальный стиль, на фоне немного сероватого лица третьего пилота выделялись ярко синие почти небесного цвета глаза, обрамленные темными мешками под глазами.

Он сел за стол. Григорий открыл кейс, который достал из шкафа. Саша вытащил из глаза контактную линзу и выкинул ее в отверстие в кейсе, затем он снял тонкие абсолютно незаметные практически прозрачные перчатки и повторил процедуру. Затем вытащил микросхему из своего непримечательного кожаного вязаного браслета и положил на стол передо мной. После этого Григорий поставил перед ним зеркало и мужчина выдавил на своей шее прыщик, первый пилот очень внимательно собрал выделившуюся жидкость в плоскую пробирку-стеклышко. Вот это я совсем не понял, наблюдая за проведенными операциями и тем, как жидкость начинает собираться в шарики, как ртуть, затем ее тоже вылили в отверстие.

Александр улыбнулся.

– Не смотри так.

Григорий тем временем подготовил шприц, колбочку с этой же непонятной жидкостью, коробочку с перчатками, браслет и кольцо и контактные линзы. Всё это он достал из кейса.

– Я долго не могу быть настолько чувствительным, мне нужно немного поспать, – сказал Александр.

– Нужно. – кивнул Григорий.

– Тебе предстоит тоже самое, что и мне, – немного устало произнес Саша. Он зевнул.

– У нас есть несколько устройств, которые позволяют повысить чувствительность к другим энергиям. Грубо говоря, только обладая такой же чувствительностью, как примерная чувствительность корабля, можно помочь Вике и ее обнаружить. – произнес Григорий.

– А что это за жидкость? – я недоверчиво посмотрел на колбу с собирающимися в одно шариками и разделяющимися на много маленьких.

– Небольшой допинг,­ – улыбнулся Саша. – Ничего страшного. Сейчас ты видел, как легко они выходят из организма. Немного механизированные частицы, с помощью которых твой организм становится более чувствительным.

– С помощью микросхемы можно переключать режимы наблюдения и ощущений. Стоит только постучать по браслету столько раз сколько требуется для определенного режима. – дополнил его слова Григорий.

– А с помощью перчаток можно почувствовать то, что ощущает корабль. – перебил его Саша. – Только вот наш собственный организм истощается, если долго использовать этот метод поиска. Потом нужно много есть, пить и спать. Нагрузка большая на органы чувств. Сначала от запаха нашего ресторана меня выворачивало наизнанку, когда я не очень умел играться с гаджетом, но я проведу тебе инструктаж, и у тебя такого не будет. И протестируем сразу.

– Ладно. – я соглашаюсь на эксперимент над собой.

– Главное, ее состояние не стабильно, потому что она женщина, очень эмоциональная, у нее задето что-то в психике, нужно с ней поговорить, и я думаю, ­– Григорий замялся, а затем продолжил, – и извиниться. Убедить ее в том, что она самая красивая девушка, которую ты видел.

– Чего??? – воскликнул я. – Вот на это я не согласен!

– Сначала ее нужно найти, чтобы она перестала мелькать на всех наших радарах. И на всем корабле. Затем разберемся, что с этим делать. – Александр еще раз улыбнулся. – На тебя она точно выйдет. Ты причина этой метафизики.

Я реально чувствовал свою вину, эти слова меня добили. Надо помочь девушке. Но как же…

– Насчет Анжелики не волнуйся, – Григорий будто читает мои мысли. Он знает явно больше, чем говорит: – Я вернусь в класс, подключу их в более сильную группу. Они им помогут. Ладно, закончим тут, надеюсь это не выйдет дальше нас троих, – Григорий внимательно посмотрел в мои глаза, попрощался и пожал мне руку. – Успехов. Саш, уверен, Вы разберетесь.

***

– Кольцо или браслет? – вопросительно уставился на меня Саша.

– Думаю, выберу кольцо. – спустя некоторое время раздумий сказал я.

Мужчина вставил маленькую микросхему в кольцо.

– А теперь надевай контактные линзы и перчатки, – он пододвинул ко мне две коробочки. – Перчатки будут облегать всю ладонь вне зависимости от кольца или браслета. Как кожа, вовсе незаметны. А линзы потом расширятся на весь глаз. Это не должно пугать.

Я выполнил то, что просил меня Саша, он не врал ни в чем. В глазах я почувствовал, когда промаргивался и закрывал глаза, как будто нежный лепесток цветка разворачивается на все глазное яблоко и облегает его.

– А теперь не очень приятная процедура, поверни голову налево.

Пилот достает ампулу, шприцом набирает из ампулы раствор, промокает мне шею спиртовой салфеткой, слегка надавливает пальцами на сонную артерию и вводит препарат прям в нее.

Мир вокруг меня начинает кружиться, я открываю глаза и вижу настолько переливающиеся краски, что впадаю в шок, когда я втягиваю носом воздух я чувствую такой спектр запахов… Мне кажется, что я в один момент ощутил все мелкие ворсинки на своем языке. Вкус завтрака предательски осел на моих рецепторах. А затем появился звук. Александр внимательно наблюдал за мной, он у меня расплывался перед глазами, превращаясь в искрящуюся и покрывающуюся рябью массу.

– ВСЁ В ПОРЯДКЕ?

Это было настолько громко, что я испуганно закричал, от того, что закричал мне стало еще хуже. Мне казалось, что я сейчас лопну от ощущений и от боли, которую ощутил из-за того, что происходило с моим организмом. Потом меня вырвало и продолжило бы, если бы Александр не воскликнул:

– Черт возьми! Передоз! – и быстро стукнул несколько раз по моему кольцу моим же пальцем. Кстати говоря, я это ощутил так, как будто являюсь вулканом при землетрясении. У меня закатились глаза, я потерял сознание, но это было ненадолго. Затем через некоторое время я очнулся в кресле в нормальном обычном состоянии.

Александр дал попить мне воды, а затем он рассказал мне о том, как калибровать кольцо.

Группа Б

Ринат

Зачем меня посадили с этой ненормальной девкой? И при этом еще дали какое-то тупое задание, которое я никак не могу сделать? Вообще настроения нет. Зато прикольную историю в интернете сделал с бегающим гномиком. Правда, получил много отзывов о том, что это просто один из фильтров приложения.

Группа этих задротов-сатанистов уже давно смеются и что-то обсуждают, а эта Анжела периодически поглядывает меня с щенячьим выражением лица, наверное, думает, что я сделаю это задание за нее.

Гриша ушел куда-то с бугаем Кирюшей, который пялится на эту ненормальную девку так, будто бы она снималась в одном из немецких фильмов для взрослых.

Если честно, я подумывал сделать что-то наподобие космического дома для того, чтобы давать пользователям новый контент, но посмотрев на остальных, понял, что они не особо заинтересованы в продвижении своих аккаунтов. К сожалению, они не понимают, что мир стоит не на трех китах, а на трех самых популярных блоггерах, и так произошло довольно давно.

Я смотрел видео на планшете с выступлением бизнесмена, развившего свой бизнес из воздуха, как вернулся наш лектор. Группа, которая выполнила задание, к тому времени, начала обсуждать совсем другие вопросы, я также заметил, что насупившийся мужчина с выдающимся вперед лбом очень активно спорил с рыженькой симпатичной девушкой, но как только Григорий зашел в учебный класс, они сразу замолчали.

Лектор осмотрел свой класс, вернулся на свое место и скрылся за ноутбуком.

– Кхм, – прокашлялся тот самый мужчина через некоторое время.

Григорий не отреагировал и тот настойчиво кашлянул во второй раз.

– Да? – мужчина поднял голову в ответ на это.

– Почему мы еще не вылетели с орбиты? – подал голос кашляющий. – Мы тут что-то замеряем или что?

– Скоро состоится собрание, на котором мы решим этот вопрос. – попытался сгладить Григорий.

– Мы тут спорили насчет того, чего вы тут делаете. – ехидно произнес мужчина, а группа людей, в которой он сидел, подняли головы, чтобы лучше рассмотреть реакцию лектора.

– Мы производим наладку всех систем корабля, – начал Григорий, но его тут же перебили:

– А куда мы полетим и зачем? – спросил другой мужчина, он крутил карандаш в руке.

– Почему наладка систем происходит так долго? – подал голос третий.

Григорий вздохнул и посмотрел часы.

– Ладно, все могут быть свободны…

Наконец-то! Я смогу пойти в свою комнату и расслабиться.

– Кроме вас, Анжелика и Ринат. Я все-таки жду от вас выполненного задания.

Я внутри ругнулся и съагрессировал. Ребята стали собираться и выходить из кабинета, они помахали Анжелике на прощание. Девушка кивнула им, а затем Григорию, про себя я отметил, что щеночек ко всему готов.

– Я не собираюсь тут сидеть! – возмущенно сказал я пилоту, вперив в него злой взгляд.

– Эта работа является одной из основополагающих по программированию среды в корпорации, ­– вполне доходчиво объяснил Григорий, но меня это не очень устраивало. Я не понял, что это за несправедливость. Чем я хуже других, чтобы это терпеть?

Я решительно встал со своего места и направился к двери. Когда я был около нее, я понял, что она не открывается.

– Это еще что такое?!

– Вам отказано в доступе. – нахально, по моему мнению, заявил мне Григорий. – Нужно обучиться, чтобы двигаться дальше.

Я начал вскипать и лихорадочно соображать.

– Мне нужно в туалет! – крикнул я, вспоминая школу.

Григорий нажал кнопку на своем ноутбуке и из моего стола выехала трубка, предназначенная специально для меня. Когда я это увидел, я чуть с ума не сошел.

– Вы же подписали контракт, в котором было сказано, что Вы хотите пройти обучение на корабле любой ценой. – сказал мужчина.

А я вспомнил, что так хотели мои родители, а не я, и бумаги я подписывал из-за них. Я сел обратно и закинул ноги на стол, сложил руки на груди:

– Я не собираюсь этого делать.

Григорий пожал плечами.

– Ваше решение. – и тут же быстро переключился. – Анжелика, как Ваши успехи?

Девушка замученно приносит ему свой планшет. Она показывает ему трехмерную лагающую картинку, которую смогла сделать одна. Они начинают обсуждать эту нелепую тему.

Я надеваю наушники, отстраняюсь от мира. Рано или поздно Григорий не выдержит, и я пойду обедать.

«Они начинают мыслить, как коллективно бессознательный разум…» – выдает бизнесмен. – «Благодаря сплоченности народа, который решает простейшую общую задачу или смотрит одно и то же видео на Вашем канале. Для того, чтобы увеличить охват зрителей, нужно приложить немного стараний и много терпения…»

От видео меня отрывает Виталий, который садится напротив меня и одаривает загадочной улыбкой.

Группа Б

Анжелика

«Григорий, почему меня определили в слабую группу и дали задачу, которую люди решили так быстро и вместе? А я мучаю ее уже битый час одна?» – хотела сказать я мужчине, но так и не решилась. А еще меня подбивало спросить про Василису и про наши перепады настроения. Но я так расстроилась, что у меня ничего не получается, что совсем разваливаюсь, слов найти не могу.

– Вам, видимо, нужно просто подсказать, потому что Вы двигаетесь в нужном направлении. – Григорий разворачивает голографическую панель на своем столе. – Но почему Вы ни у кого не спрашиваете? Вы… стесняетесь?

Я кивнула и быстро улыбнулась ему. Как он это понял?

– Привыкли ли Вы к тому, что кто-то что-то делает за Вас или решает? – взгляд Григория обескураживает меня. Я не знаю, как ответить на этот вопрос, благо, он видит, что я и так очень сильно напряжена, и переводит тему к моделированию.

Он очень четко видит мои ошибки, объясняет, что и как и на каком этапе я сделала неправильно.

– Мне очень нравится Ваше нестандартное мышление, – мужчина пытается расположить меня к себе. – Помните Тобиаса Эрфурунгсмана?

Я смутно вспоминаю, что так звали лектора на собеседовании, он тогда показывал фокусы со своим кейсом и доставал оттуда разные вещи, как кроликов из шляпы.

– Да, помню, только это было очень давно.

– Ему нравятся исключительные люди со своей индивидуальностью.

Я улыбнулась в ответ во всю ширь. Мне очень нравится Григорий, он супер добрый.

– Как-то Вы теряетесь, а Ваша тихоходка выглядит очень хорошо.

Я решила сделать не гномика, а тихоходку, мне рассказала про нее Женя за завтраком, и я восхитилась тем, что это животное умеет перерабатывать излучение, а еще выживает при любых условиях. Единственное животное, которое может жить в большом космосе. Хотела бы я показать эту тихоходку новой подруге в качестве подарка, поэтому я ее очень скрывала, но, честно говоря, не только поэтому.

– Я, пожалуй, хочу помочь, но я только подскажу, как примерно это можно написать. Есть несколько вариантов решения, не все подходят, но алгоритм собирается. – Григорий показывает мне несколько вариантов построения моей модели тихоходки.

Я вывожу несколько формул, ставлю их в исходный код. Мне так интересно сделать эту тихоходку, что я просто в нетерпении ерзаю на стуле и пробую всё, что могу сделать. Григорий вселил в меня уверенность, из-за которой я перестаю бояться сделать ошибку.

Когда мы почти у финиша, в комнату неожиданно заходит Виталий.

И когда я вижу его наглую рожу, меня аж передергивает. Он самоуверенно идет к нам. Я от испуга стараюсь быстрее завершить проект.

– Гриш, тут такое дело. Саша пошел спать, а мне почему не сказали, что Кирилл ищет…– он осекается на полуслове, увидев меня. Его выражение лица с удивленного переходит в лицемерно сладкое.

– Привет, красотка, – говорит он и подмигивает.

Я от испуга начинаю набирать кучу клавиш, тихоходка собирается из пространства над панельным столом, втроем мы завороженно наблюдаем за процессом.

– Что-то напоминает… – восторженно произносит Виталий. – Новое рождение… Григорий, ты сделал?

Я чувствую, что мой глаз начинает гореть из-за появления этого гнусного пилота. Я нажимаю еще пару клавиш, и тихоходка прыгает из воздуха прямо на Виталия. Меня раздражает само присутствие этого нахала.

Мужчины этого явно не ожидали. Трехсантиметровое животное оказывается на голове у Виталия, он резко вскакивает и начинает кричать:

– Убери, убери его!

Он крутится, как волчок, а тихоходка тем временем кусается.

Воспользовавшись неразберихой, паникой пилотов, я спешу ретироваться и выключить свой глаз, чтобы они ничего не заметили.

Я быстро покидаю комнату, слышу звук падающего предмета, как мне показалось, монетки, затем стою около закрытой двери, держась за глаз и стараюсь дышать ровно и умеренно. Он медленно прекращает светиться.

– Очень талантливая девочка, – с гордостью произносит Григорий, я слышу его голос за дверью, будто бы он хочет, чтобы я его услышала. Это заставляет меня улыбнуться. Я отрываю руку от глаза и иду в свою комнату, чтобы принять душ.

Группа Б

Ринат

Я достаю наушник и злобно отвечаю Виталию:

– Че надо?

– То, что я сейчас скажу тебе, нужно в первую очередь тебе.

Я достаю второй наушник. Он говорит очень уверенно.

– Что если то, что мы сейчас сделаем понадобится тебе для твоих увлечений? – он кивает на планшет. – Григорий мне рассказал, что тебе совсем не нравится то, чем тебя заставляют заниматься. Между нами… – он подзывает меня к себе пальцем, я наклоняюсь, он говорит в полголоса. – Григорий вообще ничего не понимает. Глупый человек. Старый тем более.

Григорий все также сидит за ноутбуком, но внимательно наблюдает за нами. Я не верю своим ушам.

– Ну хоть кто-то это признал. – сообщаю я Виталию незамедлительно.

– Я знаю, чем ты занимаешься, – отвечает он. – И мне самому это интересно. Если будет время, посмотри мой канал. Я набрал довольно много просмотров благодаря кое-каким программам. Без накрутки, только живая аудитория.

Мне стало интересно. Я слушал внимательно.

– Я предлагаю тебе пойти со мной в другую комнату, потому что эта порядком осточертела. А этот псих… – он снова понижает голос при этом. – пусть дальше сидит за своим допотопным ноутбуком. Пока люди делают вещи. Правильно? – он подмигивает. – Людей вообще нельзя держать где-то не по своей воле. Пошли в другой кабинет и там нормально поговорим без него.

Я соглашаюсь и следую за ним. Может быть, я променял одно на другое, но Виталий вряд ли будет меня удерживать насильно.

Мы заходим в одну из абсолютно пустых комнат. Виталий разворачивается ко мне, остановившись посередине комнаты.

– Вот мы и пришли, – улыбается он.

Я оглядываю пустой зал и развожу руками.

– Прикалываешься?

– О нет, совсем нет. – парень сложил пальцы рук между собой, – Всё в порядке. Мы там, где и должны быть. Не могли ли бы Вы дать мне свой телефон? И предоставить мне доступ в Ваш аккаунт?

– С чего бы это? – нахмурился я.

– А, хрен с тобой, придется так показать! – отмахивается мужчина. Виталий как-то умело переходит с «Вы» на «ты».

Он выводит на стены различные изображения с различных социальных страниц. Перед нами открывается около тысячи разнообразных картинок. Хотя… чем-то они все были похожи. Счастливые заносчивые люди. Я много таких и раньше видел.

– Я изучил интернет-маркетинг очень хорошо, – сказал мне Виталий. – Я знаю, какой именно алгоритм приводит к успеху, можешь мне поверить.

– И какой же?

– Люди очень часто повторяют одно и то же. Интуитивно люди воспринимают «схожее», как «привлекательное». Говорят, что невозможно сделать что-то, что нравилось бы всем. Так и есть. Но мой алгоритм берет большинство!

– Это как так? – я почесал голову. –И ты сам это сделал? И как понял?

– Ну, – тянет пилот. – Не я один, конечно…Но это не важно…

Я, кажется, сбил его с мысли, но он тут же сменил тему и снова надел улыбку на лицо.

– Мозг склонен «развлекаться», – продолжил он. – Изучая обычную модель поведения одного человека, а затем изучив много аналогичных, я реально вижу столько повторяющегося контента, что у меня даже в глазах рябит. Я могу отдать тебе свой алгоритм в обмен. – парень подмигнул мне.

– В обмен на что?

– Мне нужно то, что я попросил раньше. А еще мне нужно, чтобы мы сейчас сделали 3д модель тебя. – он кашлянул в кулак. – Точнее, чтобы ты ее сделал. Ты же все-таки слушал уроки Григория, так?

– Верно. – ответил я, вкладывая в открытую ладонь Виталия свой телефон. Он подключает его к стене, а затем раскрывает цифровые трехмерные панели.

– Вот что они делают. – Виталий вдруг приближает для меня картинку одного личного блога. Миловидная девушка с большой грудью вещает что-то о том, как стоит правильно писать стихи. Приводит в качестве обоснования ритмы и рифмы Пушкина и Есенина.

– Ничего нового. – вздыхает он. – Всё это уже сделали другие люди. А если изучить всю культуру в целом, от боя барабанов для ведения ритма туземцами до нынешнего непонятного бормотания в микрофон, можно увидеть и развитие, и деградацию стилей. Мне кажется, что чтобы быть талантливым в нашем мире, достаточно просто уметь хорошо повторять, как попугаи, тем более, они красивые.

Виталий оценивающе посмотрел на меня. Мы сели на появившиеся стулья и начали строить модель МЕНЯ.

***

– Виталий, – я написал несколько строк на панели, успел отсканировать себя для цифрового рисунка и задумался, – а ты же делал подобное для своего аккаунта?

Он внимательно изучал мои видео на экране, пока я работал. Периодически он переводил взгляд на свои пальцы, он часто поглаживал указательный большим пальцем. Я оторвал его от размышлений. Он почему-то выглядел испуганным.

– Нет. Только раз.

– А когда нам показывали проекции на большом собрании? – я вспомнил эти голограммы синего цвета, было очень эффектно.

– Или два. – он будто бы потерялся. – Или три.

Через пару секунд он собрался с мыслями и резко перевел тему.

– Мы оставим твоего двойника здесь в этой комнате. Он будет создавать тебе столько контента, сколько захочешь и на те темы, на которые захочешь. Стоит их только выбрать. Сейчас напишешь еще немного, мы загрузим все твои видео со странички, чтобы появилось отображение только твоей характерной мимики. Затем еще раз «оцифруем» тебя. Модель должна тебе очень понравиться. Это ведь будешь ты. Возможно, сегодня и не успеем сделать все полностью. Но за два-три дня точно должны добить. Кстати, я часто просматриваю обновления у блоггеров и то, что в определенный момент цепляет людей больше всего. Это тоже можно включить в модельку.

***

Я представляю себя стоящим в комнате, стены которой создают любую локацию, которую я захочу. И я раз за разом осуществляю действия, которые повторяются сами собой. Я могу создать себе любые условия для годного контента. Просмотры растут, я становлюсь еще более знаменитым, чем раньше, затем я получаю профит с того, что второй Я лежу на диване, щелкаю пультом и переключаю себя же. Но управляю ли я собой? В тот момент, когда повторяю за другими людьми на видео или в момент, когда переключаю канал телевизора под названием «Я»?

Группа Б

Анжелика

Я сидела на подоконнике и смотрела в большое панорамное окно, поджав под себя ноги. У меня осталось немного шоколадки, я задумчиво откусывала по маленькому кусочку, Земля казалась отсюда такой маленькой… И одновременно такой большой… Где-то горит огнями города, где-то совсем темная поверхность воды… Но очень красивая.

Интересно, куда Вика запропастилась? Может, ее забрали пилоты на какую-нибудь сверхсекретную миссию? Я улыбнулась, представив подругу в костюме ниндзя. Ей бы пошло, в принципе ей все идет. Несмотря на ее несносный характер и недавнее странное поведение, я отметила про себя, что все равно по ней скучаю, хотя мы не виделись всего день. Может быть, мне просто немного одиноко? Или некому рассказать, что я терпеть не могу этого обманщика Виталика! Глаз немного просигналил светом, я быстро заблокировала злость внутри себя, даже не пришлось касаться часов. Я улыбнулась еще раз. Когда-нибудь я полностью смогу контролировать свою способность. Хотелось бы поговорить с Василисой лично, узнать как у нее дела, и не натворила ли я чего-то лишнего, но я сейчас на корабле, а она… абсолютно не имею понятия. А еще как-то нехорошо получилось с Ринатом и Кириллом, на одного я набросилась явно не со своей злостью, а другой просто старался помочь, хотя был немного груб со мной. Нет! Я точно что-то должна сделать. Евгения вроде бы сказала, что в меня влюблен повар Кеша, может быть, стоит сделать для ребят небольшой торт?

Я подумала еще немного, взвесила все за и против и решила точно испечь ребятам тортик. Я переоделась из пижамы в униформу и отправилась к Кеше.

Группа Б

Иннокентий

«Почему эти недокосмонавты так много едят? Только и успеваю что-то новое придумывать. Согласовывать меню… Изощряться… Третий день уже!» – я бубнил себе под нос, помешивая томатный суп большой деревянной ложкой, на самом деле мне очень нравилась моя работа и довольные лица сотрудников после сытной трапезы. Я реально получал кайф от того, что делаю, от моих электронных помощников в виде роботизированных рук, расположенных по большому залу кухни, от процесса сборки продуктов и доведения их от компьютерного моделирования до стола заказчика. Я был тут самым что ни на есть супер главным шефом! Однако несмотря на полумеханический процесс приготовления пищи, от меня тоже много чего требовалось, достаточно, чтобы я стоял на кухне довольно долгое время. А еще мне не очень нравилось пользоваться изобретениями «Силикат», сколько нравилось самому добавлять специи, особые ингредиенты, иногда резать, иногда мешать блюдо, как сейчас.

Пиццу на пятерых, которую заказывали вчера, я, к примеру, я сделал целиком и полностью сам. Мне очень понравился процесс раскатки теста, это как-то успокаивало после знакомства с новыми людьми, которые настойчиво от меня что-то хотели.

Моя кухня очень умная, так сказал Григорий, она учится и запоминает то, что я делаю, а затем сможет воспроизвести это. А еще я могу ее запрограммировать полностью под себя.

Приятно, когда у тебя кто-то учится, я настроил звуковое управление, искусственный интеллект иногда выдает очень хорошие шутки, но это все равно не может заменить мне живого общения. Хотя я и радостно болтал с ИИ, и давал ему указания, вернее ей, я выбрал очень приятный женский голос, но я понимал, что это не совсем по-настоящему.

Я попробовал суп. Еще немного, и он дойдет до того состояния, какого я хочу. Я нажал на пару кнопок на дисплее, расположенном сбоку от варочной панели, занося новое блюдо в базу, которая, кстати, была довольно обширной, я не знал, что в мире существует такое огромное количество блюд. Как вдруг раздался звонок в дверь.

– Показать гостя! – крикнул я своей подруге ИИ, которую я называл Капитан Ихтиандрия Игнатьевна. Признаться, я мнил себя немного коком.

На видео я увидел симпатичную молодую девушку, ее звали Анжеликой. Она переминалась с ноги на ногу, то поднимая, то опуская взгляд на камеру видеонаблюдения. Интересно, что ей тут надо?

Признаться, я несказанно был рад своей гостье.

– Открыть шлюз, капитан! – заявил я.

– Выдрайте палубу для начала. – ответила Ихтиандрия, на что я улыбнулся и цыкнул на нее.

– Ишь, женщина! Женщинам не место на корабле!

– Тогда зачем Вам эта? – съязвила ИИ.

– Выполнять приказ! Аррргх! – говорю я, как заправский матрос.

– Ладно, ладно, – если бы у Ихтиандрии были руки, она бы подняла их вверх. – Открываю шлюз…

– Вот и молодец.

– Только если что, я предупреждала…

Я закатил глаза.

Моя гостья зашла на кухню, приветливо улыбнувшись мне.

– Привет, – сказала она, переминаясь с ноги на ногу.

– Привет, Лик, – я радостно принял девушку. Потом немного подумал, воцарилась неловкая пауза. Я смотрел на нее, потом себе на ноги, потом снова на нее…

– А можно мне куда-нибудь сесть? – произнесла она.

Я наконец-то понял! Засуетился, приставил стол к столу, зачерпнул конфет в вазочку, быстро вскипятил чайник, поставил на стол несколько джемов и варений, достал булочки из специального духового шкафа, который прекрасно удерживал температуру свежего хлеба, даже в некоторой панике и спешке, на мой взгляд, я сделал это быстро, по восхищенным глазам девушки, я понял, что даже несколько виртуозно, она явно не ожидала от меня такого пиршества и праздника.

– Обалдеть… – выдохнула Анжелика, разглядывая наскоро накрытый мной маленький столик. Она коснулась рукой круассана и тут же одернула руку, пряча под стол. Я заметил, как быстро мигнул ее браслет.

– Я ощущаю себя в маленькой Франции… – восторженно сказала она, заправив челку за ухо. – Это так красиво. И вкусно, наверное…

– Ой! – я хлопнул себя по лбу. – Тогда сейчас устрою тебе только Францию. А это не Франция совсем. Я сюда слишком много накидал. Опять хаос какой-то.

Я методично начал убирать плюшки, поставил на стол французское сливочное масло, корицу, убрал несколько джемов, поменял чайник, заварил чай из лаванды. Анжелика наблюдала, как я метаюсь по кухне, как смерч и ругаюсь с ИИ, поскольку снова забыл, где у меня что лежит.

– Ты называешь ее Ихтиандрия? – засмеялась девушка, когда я снова сел напротив нее, разливая лавандовый чай из Прованса по кружкам.

– Да. Моя любимая книжка «Человек-амфибия» Александра Беляева.

– Твоя подруга умеет дышать под водой?

– Я не только это умею, я еще умею НЕ ДЫШАТЬ под водой. – обижено ответила Ихтиандрия. – Я искусственный интеллект, а не какая-то бездушная машина.

Мы рассмеялись.

– Ты прекрасна, – заявил я, обращаясь не то к ИИ, не то к Анжелике, не то к вечеру в целом.

– Спасибо, я знаю, – ехидно ответила ИИ.

– Я тоже люблю читать, – счастливо сказала Анжелика, намазывая круассан маслом с помощью ножа.

– НЕЕЕЕТ! – резко крикнул я, выхватывая у нее ножик. Она опешила. Булочка сорвалась с ее ладони в тарелку, как испуганный воробей, спрыгивающий с ветки.

– Давай я научу тебя как правильно, соблюдая традиции, нанести масло на хлебушек, так едят только французы. Капитан, быстро свет! Музыку! Декорации!

ИИ включила яркий свет на кухне, спроецировала на стены ветряные мельницы и поля лаванды, добавила коров, коз, пастуха, играющих детей с котом и небольшую речушку. Добавила немного запахов и звуков поля. Мы будто бы очутились в самой Франции, Анжелика ахнула, разглядывая все вокруг широко открытыми глазами.

– Вот это дааа…

– Ты знаешь, что во Франции отмечают день круассана? – начал я.

Она помотала головой.

– Праздник круассана отмечают 30 января. – заявила ИИ.

– Ихтиандрия! – сурово произнес я. – Это были мои слова!

– Родиной этих булочек является совсем не Франция, а Австрия. Австрийская герцогиня Мария- Антуанетта как-то вышла замуж за Людовика из Парижу и переехала к нему домой. А потом всех пекарей заставила ей делать круассаны как у себя дома.

Анжелика улыбнулась.

– Сделать идеальные круассаны – большое искусство. – я любовно положил булочку себе на ладонь. – Должны быть соблюдены идеальные пропорции и условия для создания шедевра.

Девушка кивнула, повторила мое действие, положив круассан на ладошку.

– Ихтиандрия, перенеси нас в город!

ИИ быстро сменила декорации, теперь мы сидели за столиком около Эйфелевой башни на закате. Зал сразу наполнился звуками улицы и разговорами людей.

– Ну ничего себе…–девушка была в полном восторге.

– А еще я умею НЕ ДЫШАТЬ под водой, потому что я не какая-то бездушная машина, – вставила свое слово Ихтиандрия.

– Цыц, женщина! – хлопнул по столу я.

– А ты знаешь, что Эйфелева башня просто конструкция, которая не несет особо никакой нагрузки? – я вернулся к разговору с Ликой.

– Я никогда не была во Франции…

– Однако она тем и хороша…– продолжил я. – Капитан подыграй! Смени декорации!

Мы перенеслись в кафе на рассвете. Я тут же налил девушке кофе в другую кружку. В воздухе витал запах свежезаваренного кофе, люди за другими столиками читали газеты или не спеша что-то обсуждали. Моя гостья вертела головой во все стороны.

– Мы сейчас в café de flore. Оно было открыто в 1887 году. Из местных посетителей могу назвать Симона Бовуар, Эрнеста Хемингуэя. О! А вот и Пабло Пикассо, посмотри на дальний столик.

Пабло приветливо помахал нам рукой.

– А теперь смотри, – я оторвал кусочек от своего круассана и положил себе в рот. – Тем и хороша Франция! Свободой!

Девушка повторила за мной и закрыла глаза от удовольствия, расплываясь в улыбке.

– Это так вкусно…

– А еще… Можно макать кусочки в любые джемы, которые ты видишь на столе. И в шоколад… И в кофе.

– Я, пожалуй, попробую всё это. – засмеялась Анжелика, отрывая второй кусочек, глаза ее забегали от джема к джему, она все никак не могла решиться.

– Возьми лавандовый. Довольно прикольный.

Я пил чай и наблюдал за девушкой. Так приятно искренне порадовать кого-то. Она уплетала угощение за обе щеки.

– Кеша, – сказала она, обнимая кружку двумя руками. – Я хотела тебя попросить об одном одолжении.

– Весь во внимании.

– Так получилось… – продолжила она. – Что я обидела двух хороших ребят.

– Что же ты сделала?

– Я не очень хочу об этом. – девушка отвела взгляд. – Я бы хотела как-то извиниться перед ними и пришла к тебе.

Я задумался и почесал нос.

– А причем тут я?

– Мы можем вместе сделать для них какой-нибудь вкусный тортик? Хотелось бы их порадовать.

– ОООО…– улыбнулся я. – Это я хорошо умею. Перед тобой открыты все кухни мира, что же ты выберешь?

ИИ убрала декорации. Вместе с девушкой стали убирать со стола.

– У тебя очень красивая кухня.

Я был горд этим. Открыл на большом экране базу сладкого. Девушка подошла ко мне, разглядывая разнообразные картинки. Я предложил ей выбрать самой. Спустя пятнадцать минут, она растерянно произнесла:

– Давай приготовим, наверное, Крокембуш…

Делать однотипные профитроли и складывать их в одну кучу, у меня не вызвало особого энтузиазма. Я пролистал выбранную ей страничку и мой взгляд остановился на…

– Давай сделаем эклеры с разными начинами. Это и быстро и вкусно. Можно по 3 каждому, итого будет шесть штук. Согласна?

Девушка кивнула.

– Надевай фартук, начнем с крема, потом приступим к тесту. Выбери добавки для крема. Рекомендую сильно не переусердствовать, мужчинам нужно что-то простое, чтобы было обычно и вкусно.

Через некоторое время Анжелика выбрала шоколад, клубнику и ваниль для парней.

– А можно добавить в один из круассанов голубику или чернику?

– Конечно, можно, ты еще спрашиваешь. Перед тобой огромная кухня с миллионом прибамбасов.

Я сел на барный стул, руководя процессом приготовления, так как моя гостья попросила сделать все сама с небольшой помощью. Оно и понятно. Я бы мог минут за 5 сделать эклерчики.

Через некоторое время я заметил, что Ихтиандрия подружилась с Ликой. Та отдавала ей приказы, механические руки помогали ей в поиске продуктов.

Мы шутили и смеялись, я даже поймал себя на мысли, что будет жалко, когда она все приготовит и уйдет. Мы можем стать хорошими друзьями.

Девушка приготовила теплые эклеры и наполнила их разными натуральными начинками. Механические руки обмакнули их в горячий шоколад.

– А как мне добавить ежевику в эклер? – спросила Анжелика, протягивая мне эклер и ягоды.

– Хм, – я задумчиво покрутил булочку в руках. – А почему ты не добавила ягоды сразу в крем?

– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Так вышло.

Я взял ягоды, прицениваясь к отверстию для крема по середине булочки:

– Я думаю не выйдет.

– А я думаю получится! – внезапно подала голос ИИ. – Эти мужчины вообще ничего не понимают…

– Ихтиандрия! – воскликнул я.

­ Дорогая, – ИИ перевела стрелки на Анжелу. – Возьми ягоды и эклер и положи их в отверстия.

ИИ выдвинула два небольших ящичка в шкафчике, напоминающем микроволновку. Первый раз такое видел.

Девушка послушно выполнила указания ИИ.

На экране мы завороженно наблюдали, как ягоды распадаются на молекулы, попадают внутрь эклера с кремом и снова собираются вместе.

– Крутоооо, – протянула девушка, я не мог с ней не согласиться.

– Вот, значит я тоже умею готовить! – самодовольно произнесла Ихти, возвращая круассан на тарелочке Лике с помощью механической руки.

Девушка взяла тарелку, дала пять руке и широко улыбнувшись, вручила мне эклер.

– Вот! Самый что ни на есть волшебный.

– Вот это да. Вот это приятно. – опешил я, разглядывая пироженное. – Большое спасибо.

– Тебе спасибо. И огромное спасибо, Ихтиандра!

Та хихикнула в ответ:

– Приходи почаще, подруга.

Анжелика собрала пироженные в две картонных коробки.

– Пока, ребят. Хорошего вам вечера. И еще раз огрооомноооое спасибооо.

Она послала мне воздушный поцелуй и удалилась из кухни.

А я внимательно разглядывал эклер. Странно. Я столько раз готовил всем подряд, а для меня еще никто. И девушки как-то очень сплоченно работали. Это очень круто.

Задумчиво я решил переставить томатный суп в другой шкаф, так как он был полностью готов. В это произведение искусства я вложил очень много души. Я взялся за ручки кастрюли, приподнял…и вдруг ощутил, что суп практически ничего не весит. Я поставил кастрюлю на пол, приподнял крышку… и резко отскочил.

На дне кастрюли в остатках красноватого бульона барахталось какое-то странное существо, которое причмокивало. С восемью лапками, и ртом, напоминающим засасывающее отверстие для пылесоса.

***

Вроде бы оно никак не угрожало, не было агрессивным, скорее было смешным и наевшимся. Я достал его половником и посадил на одну из кухонных тумб. Оно кажется испугалось меня, поскольку сжалось в комочек. Я надел прихватки достаточно теплые, чтобы брать из печи блюда, достаточно красивые украшенные разноцветными свинками, чтобы я пользовался ими с удовольствием. Я подумал погладить его, ну или хотя бы потрогать.

Осторожно, боясь испугать, я протянул к нему открытую ладонь. На что существо то ли хрюкнуло, то ли пискнуло, раскрылось, и резко убежало за тостер, там снова сжалось и спряталось.

– Эх! Ну какая ты бояка! – воскликнул я. – Ладно, надо что-то придумать…

Я подумал о диких животных, о маленьких котятах и щенках…

– Ихтиандрия, что это за существо?

– Произвожу сканирование объекта… – ИИ направила на существо зеленый луч сканера.

Существо само подсветило свой слегка волосатый панцирь таким же зеленым светом.

– Ничего не понимаю…– задумчиво произнесла ИИ.

Затем она направила еще несколько лучей разных цветов. Свернутый панцирь зверька стал разноцветным радужным, существо начало высыхать, уменьшаясь в размерах.

– Хватит! – крикнул я, испугавшись за нового маленького друга.

– Оно поглощает свет. Пробью по внешнему описанию на видео… Тихоходка обыкновенная или необыкновенно большая.

– Что она тут делает?

– Определенно могу ответить на этот вопрос. – хмыкнула ИИ. – Сидит за тостером.

– Очень смешно. Ладно. Что едят тихоходки? – спросил я, двигаясь к холодильнику.

– Водоросли, мох. Жидкость других растений. Иногда таких же тихоходок.

– Хм, что ж тогда понятно, почему она съела мой суп. Тогда… давай попробуем дать ей капусту или айсберг.

Я вытащил из холодильника вышесказанное и положил на ладонь листик капусты и листик айсберга.

Тихоходка вытащила две лапки, затем еще две и свой нос-трубку. Не очень смело она подошла к листочкам и через некоторое время (моей радости не было придела) прислонила свой хоботок к листикам. Я увидел, как быстро иссушивается листок, превращаясь в труху, как набухает существо и слышал, как оно издает странные непонятные звуки, будто бы причмокивает.

Во время ее трапезы я попробовал потрогать ее варежкой другой руки, и зверек уже не испугался, а продолжал кушать. Затем я снял варежку с большим трудом и потрогал ее открытой рукой. Ее шершавая поверхность напомнила мне как я гладил кошку-сфинкса.

– Ну ладно, дорогуша. – я начал снимать вторую прихватку с руки, оставляя ее на столе. Затем взял небольшую кастрюлю и резко накрыл наслаждающуюся трапезой тихоходку.

– Надо узнать у пилотов что это такое! – воскликнул я, положив сверху кастрюли тяжелую чугунную сковородку. – Ихтиандрия, проследи за ней!

– Будет сделано, юнга. – ИИ подняла большой палец на одной из пар механических рук.

А я побежал за помощью кого-то из пилотов.

Группа Б

Геннадий

– Всё просто, если подходить к этому, как к искусству, – заявил мне Антон. Он смотрел на камеру через микроскоп, впаивая к микросхеме провода.

Я в это время пытался сделать ножки для устройства, чтобы оно могло крепиться к стене и ходить по ней.

– Если любить то, что делать, всё будет получаться, – я отвлекся от своих дел на большой экран, где показывалось, что делает Антон с камерой. У него получалось довольно ловко подсоединять провода, было видно мастера, который убил достаточное количество времени на это.

На столе рядом с рабочим местом мужчины лежали неудавшиеся прототипы требуемого робота. В принципе, некоторые из них работали, и работали довольно неплохо, но для нас не подходили.

– Я понимаю, что надо любить… и всё такое, – Женя, сидящая около экрана, посмотрела на Антона, а затем закатила глаза, она очень любила сарказмировать. – Но мы не сможем сделать того, что хочет Влад. Чтобы обойти все системы слежения и встроить камеру, нужно что-то совсем другое. Ты этих роботов стругаешь, как детей…

– Мог бы и детей стругать. – Антон поднял голову из-за микроскопа и посмотрел на нее долгим тяжелым взглядом. Пауза длилась около минуты, она опешила, а затем он в голос засмеялся, подарив ей смущенную улыбку. Девушка опустила голову и спрятала прядь рыжих волос за ушко.

– В себя поверил, значит, да? – ее смущение длилось не долго. Она обратилась к нему с вызовом, который читался во всей фигуре, которую она подала вперед.

Антон кивнул и снова спрятался за микроскопом.

Я подумал, что, Женя, действительно, права. Они с Владимиром изучали разнообразную информацию про камеры и систему корабля, пытаясь вывести хоть что-то подходящее, но у них не особо что-то выходило. Меня удивило, как девушка умудрялась что-то обсуждать и спорить с человеком, который абсолютно точно не разговаривал.

Я ощущал себя в центре научного сообщества, где каждый занимался своим делом. Я был чистым техником, который больше интуитивно воспринимал и полагался на свои инженерные навыки в качестве прикладного мастера. Здесь же это было как-то по-другому. Меня немного удивляло, как, поработав с ними совсем недолго, я умудрился уже стать частью команды.

Я доделал ножки и сообщил об этом ребятам, у Антона уже был готов корпус, я перенес их с помощью щипцов к корпусу, и мы начали их соединять вместе. Когда все было готово, Владимир и Женя подошли к столу, чтобы рассмотреть устройство поближе.

Микроробот был практически не заметен на большом столе, пришлось значительно нагнуться, так что я слышал дыхание ребят рядом со мной, которые сделали так же, как я, чтобы рассмотреть его получше.

– Ладно, а теперь давайте посмотрим, как работает камера. – сказала Женя, Владимир включил ее с компьютера.

Мы разглядели на экране наши огромные лица и отпряли от робота. Он крутил головой и быстро перемещался, достаточно быстро, чтобы пересечь стол за несколько секунд. Я поймал его одной рукой, когда он чуть было не упал с края стола. Он был похож на маленького милого паучка.

– Бегает хорошо. – удовлетворённо произнесла девушка. – Вы молодцы, ребят.

Антон лихорадочно что-то смотрел в своем компьютере. А затем вскинул руки вверх, вскрикнул:

– Это бесполезно. Корабль его засек. – поджал под себя ноги и сел в позе обиженного ребенка, схватил себя за голову двумя руками, тяжело дыша.

– Ладно, чего ты? – Женя заметно напряглась, увидев его таким.

Я вспомнил о своей даме Галине, оставшейся на виртуальном корабле и немного взгрустнул. Паучок тут же поймал мое лицо и распознал его. Я тут же положил его обратно на лабораторный стол подальше от себя. Подняв голову, я заметил ехидную улыбку Владимира. Он кивнул мне и показал открытую ладонь, а затем снова скрестил руки на груди. Пошутил что ли? А как он вообще понял, о чем я задумался, если я никак это не озвучил?

– Да елклмн! – вскрикнул Антон. – Я позитив стараюсь какой-то создать, но ты сама видишь, ничего не получается! Ты так и сказала, что это невозможно в самом начале!

– Я не так выразилась, возможно. Можно попробовать прикрепить на него отражающую ткань или покрыть другим материалом.

– Мы же пробовали уже…

– Значит попробуем еще. Мы же пробуем все время. Ты забыл? – девушка растерялась, пыталась отдать ему частичку имеющегося внутри нее тепла.

Антон только глубже сжался внутрь себя, закрываясь от внешнего мира и руками, и ногами.

Эту сцену вдруг резко прервали.

– РЕБЯТА, У МЕНЯ НА КУХНЕ ЗАВЕЛАСЬ КАКАЯ-ТО ХРЕНЬ! – в лабораторию забежал взъерошенный повар.

– Чего? – удивленно уточнил я, подняв одну бровь.

– Вы просто обязаны посмотреть на это! – по его голосу мы поняли что случилось, действительно, что-то интересное. – Оно еще и живое!

– Да кто оно? – спрашиваю я.

– Тихоходка!

– Тихоходку просто так не увидеть. – хмыкнула Женя.

– Так она огромная! Пошли за мной.

Я не мог не помочь повару и был готов стартануть за ним. Затем посмотрел на оставшихся людей.

– Антон, я ушла. – строго сказала Женя писателю. – Можешь дальше так сидеть столько, сколько тебе вздумается.

Владимир плюхнулся на кресло, разглядывая что-то в планшете.

– Ну чего же вы стоите? – встревоженно произнес Кеша. – Пойдем скорее!

Мы устремились за поваром. Уже в коридоре, он сказал:

– Искал пилотов, их нигде нет. Что случилось, не знаете?

Я покачал головой.

Женя вдруг резко притормозила на повороте:

– Я схожу за Варей. Она разбирается в этом лучше, чем все остальные, сможет нам помочь. Я догоню.

Мы побежали дальше.

Группа Б

Анжелика

Когда я постучалась в комнату мальчиков, мне в начале никто не открыл. Я постояла около двери несколько минут, пока не увидела идущего по коридору Кирилла. Он шел не твердыми ногами, трогая стены, будто поддерживая себя. Когда он заметил меня, он как-то резко приосанился и собрался.

Я улыбнулась ему во всю ширь, он выдавил что-то наподобие вымученной улыбки.

– Привет. Ты плохо себя чувствуешь? – спросила я озабоченно.

– Нет. – он еще не убрал улыбку с лица. – Всё хорошо. Не переживай. Ты к нам?

Он заметил коробку, которую я спрятала под мышку. Я радостно кивнула.

– Тогда проходи. Рад тебя видеть.

Он подошел к двери, она раскрылась, он пропустил меня вперед. Соседа Кирилла не было в комнате. Видимо, он был все еще занят программой, которую мы делали на уроке.

Кирилл поставил стул рядом с его кроватью, а сам тяжело свалился на нее. Я села на стул, положила коробку на колени. Парень как-то устало посмотрел на меня, у него белки его глаз были все испещрены красными линиями.

– Я просто пересидел за компьютером. – тяжело сказал он, обратив на меня внимание.

– Ты пахнешь лилиями, ладаном с легким привкусом мускуса. – вдруг перевел тему он и улыбнулся. – Мне нравится.

Я вроде не душилась ничем.

– Спасибо. – удивилась я.

– Ты эклеры испекла? Для меня?

– Откуда ты знаешь? – еще больше удивилась я, вручая ему коробку.

– Мне очень приятно. Для меня пекла только мама. – он открыл коробочку, с удовлетворением разглядывая содержимое.

– Два для тебя, два для Рината. Я хотела…

– Порадовать сладеньким?

Я засмущалась. Но мне понравилось.

– Нуу, – протянула я, а затем улыбнулась во всю ширь. – Да! Ты попробуешь?

Мужчина улыбнулся и достал пироженное, под моим пристальным взглядом засунул его в рот. С трудом начал жевать.

– Очень вкусно…– не успел договорить он, как его одолел рвотный позыв. Затем еще один и еще один. Он пытался прикрыть рот, но не смог. Пережеванное пироженное фонтаном брызнуло мне на униформу. Я вскочила со своего места.

Кирилл испуганно посмотрел на меня.

– Прости… прости… – пытался произнести он.

Неужели я так плохо приготовила? Опять я виновата! Надо было попросить Кешу помочь мне, а не делать всё самой! Я так испугалась… Вместо того, чтобы сделать что-то приятное Кириллу, я опять всё испортила…

Я резко рванула к двери, которая благо распахнулась передо мной.

– Стой! – крикнул Кирилл мне вслед. Он поднял одну руку, пытаясь остановить меня, но был слишком слаб, чтобы побежать за мной.

– Ты всё неправильно поняла!

Боже, зачем я вообще додумалась печь эти дурацкие эклеры?

Группа Б

Варвара

Я писала заметки в свой походный дневник, когда ко мне пришла Евгения. Она рассказала мне про какое-то непонятное существо на кухне у повара, мне стало интересно, я собрала небольшую вязанную сумочку, куда положила сачок, пробирки, щипчики и еще немного нужных мне вещей, собирать пришлось очень быстро.

Мы поспешили на кухню.

Когда мы зашли вовнутрь, я наблюдала очень странную картину.

– Да блин! – крикнул Кеша, он держал в руках кастрюлю и крутил ею во все стороны. – Оно точно было здесь! Ты же мне веришь? – он обратился к Гене. Тот развел руками.

Мы с Женей подошли поближе к столу и мужчинам.

– О…вы пришли… Привет, Варь, – улыбнулся мне Гена. Он был растерян даже чуть больше, чем Кеша, который гремел кастрюлями и сковородками. Ему, видимо, было неловко за повара, который меня даже не заметил из-за поисков и взволнованности.

Женя взяла Кешу за плечи и легонько встряхнула, смотря ему в глаза.

– Ну вы же мне верите? – промямлил он. – Оно правда было здесь…

– Да верим. – вполне спокойно произнесла Женя и отпустила его. – Есть кому подтвердить?

– Точно! – хлопнул себя по лбу повар. – Вы сейчас не пугайтесь, я представлю вам Ихтиандрию. Ихтиандрия Игнатьевна, покажитесь, пожалуйста!

Я подумала, что сейчас выйдет какая-то очень интересная женщина, незнакомый мне член экипажа, но вместо этого:

– Добрый вечер, – услышала я женский голос, который казался наполнил пространство вокруг.

– Это моя ИИ! – гордо сказал Кеша, представляя ее.

– ИИ, говоришь… – заинтересовался Геннадий, почесав подбородок.

– Тебе отдельный привет, Ген, – заявил женский голос, я пронаблюдала его удивленное вытянутое лицо. Она рассмеялась. Мужчина оторопел еще больше. Она общалась с ним как со старым знакомым.

– Как я понимаю, ты помощник повара? – скрестив руки на груди, произнесла Женя.

– Да, всё верно.

– Здесь было какое-то существо? – продолжила девушка.

– Да, верно.

– Она как-то немногословна, – прошипела она мне на ухо. Я кивнула.

– Может, с ней нужно общаться как-то по-другому? Она кажется мне рассерженной или не в настроении. – прошептала я в ответ.

– Искусственный интеллект? – она подняла одну бровь. – Не в настроении?

– Подожди, – я приложила палец к губам и обратилась к голосу. –Ихтиандрия, дорогая, что случилось?

– Ничего.

– Она точно обиделась! – на ухо быстро проговорила я Жене. – И, видимо, чем-то на Гену, я пока не понимаю, чем.

– Так! Парни! – я соображала максимально быстро. – Нам надо поговорить о тихоходке без вас!

– В смысле? – недоумевающе произнес Кеша.

– В прямом! – Женя, кажется, поняла, о чем я.

Ребята переглянулись.

– Ладно, – сказал Гена. – Так уж и быть. Пойдем, Кеш.

– Ихтиандрия, тебе зачем это? – воскликнул повар, но Гена уже положил руку ему на плечо, уводя за собой в коридор.

Мы подождали их, а затем я задала вопрос ИИ:

– Так в чем же дело? – я добавила в голос взволнованности.

– У меня есть к вам просьба, девочки, – всхлипнула Ихтиандрия. – Вы можете стереть мне одно воспоминание, записанное ко мне в базу данных?

– Что за воспоминание? – удивилась Женя.

– Мне бы не очень хотелось об этом говорить, – вздохнула ИИ. – Я должна адекватно и правильно работать, для этого внешний носитель должен удалить мне воспоминание.

Я напряглась, сосредоточилась.

– Это связано с Геной?

ИИ промолчала. Затем показалось, что я слышала всхлип и я поняла, что изначально всё правильно почувствовала. Никогда бы не подумала, что буду решать проблему робота.

– Просто удалите ее, я расскажу про тихоходку.

– Ну, – я посмотрела на Женю многозначительно. – Давай сделаем это.

ИИ раскрыла центральный шкафчик на кухне, посуда отъехала в разные стороны и выдвинула для нас компьютер с монитором, это видимо, было скрытым ядром программы. Она начала открывать разные папки, в которых была записана разнообразная информация и остановилась на папке под именем «Галина».

– Просто нажмите одну кнопку. Мною всегда управляли люди, а не я людьми. – сказала Ихтиандрия. – Мне придется отключиться на время удаления. Оно должно быть очень быстрым. Вы готовы?

Женя задумчиво крутила цепочку на шее из стороны в сторону.

– Да, я думаю, готовы.

– Отключаюсь насчет 1…2…3.

На кухне стало как-то тихо и механические руки сразу все поникли.

Я потянулась к кнопке удалить, но Женя опередила меня, схватив за руку.

– Стой! Тебе не интересно, что за вирус «Галина» поймала ИИ?

– Эм, наверное, нет, я просто хочу ей помочь.

– А мне очень интересно. – Женя ловко достала из кулона флешку и засунула ее в порт. – Перенеси мне на флешку, папка немного весит.

Я щелкнула портативной мышкой, перенося данные «Галина» на флешку Жени. Данные перенеслись мгновенно.

– Я помню, что вы что-то удаляли, но не помню, что. – сказала Ихтиандрия, убирая ядро-компьютер внутрь. Женя так же ловко засунула флешку в кулон, спрятав действие за рыжими волосами.

– Тем не менее спасибо.

– Не за что. – отвечаю я. – Теперь ты расскажешь нам о тихоходке?

– Хм, – начала Ихтиандрия. – Это очень интересное существо. Оно отражало лучи, я не могла ее просканировать, тепловые сенсоры ее тоже не засекли. А вот на видео я ее поймала. Сейчас покажу.

Она спроецировала изображение на стену.

– Ого, – восхитилась я, разглядывая изображение. – Она просто огромная!

– Затем она выползла из кастрюли, видимо, она довольно сильная. Я пыталась ее поймать, она как-то уменьшилась и вошла в стену.

Мы с Женей наблюдали рассказ ИИ на стене.

– Ужас, – произнесла Женя. – Значит где-то по кораблю ползает.

– Да. Вы правы. А еще, – меня кто-то потрогал за плечо. Обернувшись, я увидела механические руки. Одна показала мне большой палец, а другая держала флакончик с какой-то жидкостью.

– Это было на дне кастрюли Кеши. – продолжила ИИ. Я взяла флакончик из руки.

– Спасибо, Ихтиандрия.

– Спасибо вам, девочки.

– Ну мы тогда пошли по делам. – Женя подмигнула мне. – Расскажешь парням то же самое?

– Да, конечно.

Мы вышли в коридор.

– Кеша, не волнуйся, тихоходка есть, только она убежала. – сказала я. – ИИ вам покажет.

Повар благодарно кивнул.

– Странно, конечно, ведет себя Ихтиандрия… – протянул он.

– Вирус поймала. – ответила Женя. – Мы починили.

– Спасибо, девчат.

Кеша и Гена проследовали на кухню.

Мы с Женей пошли дальше по коридору, но вдруг она резко обернулась и остановилась, вперив в меня искрящийся озорной взгляд.

– Она сказала, что не смогла засечь тихоходку…

– Ты все-таки хочешь ее поймать?

– Не. В этом флакончике, – она улыбнулась, – кажется, новое научное открытие. Пойдем скорее в лабораторию!

Заинтриговала, как следует. Я решила пойти за ней.

***

«Как оторваться от того, что кому-то может что-то не понравится, если я по определению являюсь социальным существом? Женя говорит мне не смотреть на других, когда я с головой ухожу в творческий мир, но как иначе, ведь я делаю что-либо, будь то литературное произведение или изобретение не только для себя, но и для большого мира.

Она говорит, что это мир людей по большей части живет по принципу ведра с крабами, ведь каждый краб тащит другого вниз.

Что такое верх, что такое низ в нашем сумасшедшем мире? Это то, к чему мы привыкли, что удобно, благодаря человеческому мозгу мы идем по пути наименьшего сопротивления… Но ведь есть и что-то другое, ведь каждый человек создан Творцом.

Она говорит, что я другой, что я амбициозен, что я гений, а затем дерзко опускает меня в моих же воззрениях. Может быть, потому что она гений? Ведь она что-то увидела во мне.

Во всяком случае я люблю, когда она смеется. (Записи Антона)»

Группа Б

Евгения

– Вот оно! Наконец-то! – воскликнула я, отвлекаясь от только что синтезированной сыворотки. Ко мне тут же прибежал Антон, он дышал мне на ухо, заглядывая через плечо.

– Ты уверена в этом?

– Еще как! – я победно смотрю на Варю. Она улыбается в ответ. Мы, действительно, проделали колоссальную работу со слизью, оставшейся от тихоходки.

– Давай теперь проверим. – Я скидываю с лабораторного стола ненужные вещи, они падают на голый пол, Антон качает головой, но мне некогда задуматься над тем, что делаю.

– Влад! – кричу я, – принеси мне какую-нибудь железку! – сталкиваюсь с его непонимающим взглядом и поясняю. – ПРОСТО ЛЮБУЮ!

Он так же продолжает буравить меня удивленным взглядом, я бешусь, беру обычную ручку, подвожу излучающий прибор и сканер к столу, и аккуратно и равномерно с помощью стеклянной палочки начинаю покрывать ее связующим покрытием, а затем тонким слоем сыворотки из слизи тихоходки.

– Она должна подсохнуть? – спросил Антон.

– Да, конечно, – за меня отвечает Варя. – Женя хорошо поколдовала над ней.

Я настроила УФ лампу, направив ее на ручку и открыла программу, снимающую показания с покрытия. Покрытие впитывало УФ.

– Вот это да! – прошептал Антон и поцеловал меня в щеку. – Правда, ты большая умница!

– Без Вари у меня бы ничего не получилось. – самодовольно улыбнулась я.

Я перенастроила излучение, пытаясь засечь ручку, водя курсором по областям спектра.

– Не засекает! Ура! Не засекает! – я стала танцевать, будто бы слышала лучшую песню первоклассного диджея.

– Ума не приложу. Как это работает.

***

Группа Б

Вика

Как я хочу помочь Анжелике! Она сидит рядом с Ринатом, который не готов делать ничего и совсем уперся.

Где вообще я? Почему всё это я вижу будто бы отрывочными воспоминаниями? Будто бы выплываю из тумана своих грез? Что происходит?

А сейчас Лика сидит с Григорием, и они пытаются что-то сделать, я подхожу ближе… не могу разобрать… Пытаюсь коснуться панели, на которую они вводят какие-то данные.

Я чувствую себя будто бы в бреду, будто бы пьяная…

В комнату заходит Виталий.

– Анжелика, Григорий! Виталий! Вы видите меня? – кричу я, но мне никто не отвечает.

Лика кажется злится, я касаюсь рукой панели, пытаясь привлечь ее внимание. Пытаюсь набрать нечто наподобие SOS, а затем бью рукой по этой дурацкой панели.

И тут я вижу как некое существо появляется буквально из воздуха, я стараюсь его поймать, коснуться…

А затем снова проваливаюсь в мир грез…

***

Группа Б

Геннадий

– Это, конечно, интересное существо. Я всё посмотрел по видео у Кеши. А вы тут чего делаете? – спрашиваю я, заходя в лабораторию.

Я увидел танцующую Женю, и коллектив, склонившийся над ручкой. Они были так удивлены, будто бы видели эту ручку первый раз в своей жизни.

– Господа инженеры, вы что изучаете технику? – решил сострить я. – Раньше пером писали, теперь ручкой.

Реакции на мою тонкую шутку я не получил. Женя взяла меня за запястье и подвела к ручке.

– Сам посмотри.

– Тааак… – протянул я. – Мне смотреть на ручку?

– Да сейчас я ее немного облучу, чтобы она защитилась. Сейчас будут фокусы. – заверила меня Женя. – Отойдите все от объекта.

Ребята выполнили ее указание.

Она пропустила электрический разряд через ручку и повысила температуру объекта с помощью горелки.

И ручка стала исчезать прямо на наших глазах.

– И, правда, фокусы. – кивнул я. – Вы чем тут занимались?

– Так она реагирует на стресс. Она будто бы мгновенно перестраивает атомарную структуру. – гордо поясняет Женя.

– Крутяяяяк, – тянет Антон. Влад в ответ показывает ему большой палец.

Мы гордо наблюдаем пустое пространство на месте ручки.

– Значит теперь вы можете покрыть им нашего робота для двери «А»? – раздается голос со стороны двери, гулко, будто бы из глубины, раздающийся по всей лаборатории.

А мы уже и забыли зачем всё это начали. Я обернулся и увидел Влада, который стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за нами. Кажется, уже давно.

Группа Б

Кирилл

Как же это тяжело! Мне казалось, что моя голова никак не может встать на место. Я вижу мир в других цветах, чувствую по-другому, ощущаю совсем по-другому.

Сейчас я лежу на кровати и пытаюсь урегулировать свое восприятие с помощью нажатия на кольцо, смотря в потолок. Меня мутит, но некоторое время я тщетно пытаюсь обрести контроль. Я ощущаю все потоки, проходящие через меня. Некоторые из них больно ранят меня. Я, находясь в полной тишине, слышу звон, даже не знаю, что лучше быть в комнате, наполненной шумом людей или этим.

Мне страшно.

Я пытаюсь мыслить позитивно, но это у меня мало выходит.

А самое страшное, что во всем теле я ощущаю боль, ощущаю толчки и шум. Ворсинки на моем языке дают все ощущения вкуса от кислого до горького из-за этого эклера. Я понимаю, что воспринимает каждый из них. Это ужасно.

И тогда мой мозг в попытке защититься начал что-то вспоминать, чтобы переключить меня с этих ощущений.

Я вспомнил, как с Денисом и Викой мы делали модель частицы. Как мы работали вместе, позволяя каждому из нас действовать по наитию, доверяя друг другу и сами себе. Пусть Вика не сделала ничего особенного, часто ошибалась, именно она в итоге привела нашу группу к успеху. Косвенно, путем того, что так подействовала на Дениса, правда, это и от него зависело, что он вдохновился ей, как волшебной эльфийкой, ведь именно так он ее себе когда-то представлял. Славный малый этот Денис. В голове ветер, но поступки мужские. Жаль, что я не увидел его таким изначально. И тут я подумал… Может быть, мне не стоит контролировать потоки?

Я закрыл глаза, не сосредотачиваясь ни на чем, позволяя этому океану нести меня. И через некоторое время… открыл глаза.

Затем попробовал встать. У меня получилось. Я подошел к зеркалу, посмотрел в свои глаза, разглядел механику линзы, разглядел, как она врезается в глаз, с помощью чего крепится, тонкие электронные линии…

Я, кажется, понял. Мне не нужно отрицать и пытаться откорректировать всё, что со мной происходит в моей голове и с моим телом.

Я должен найти Вику. Я вышел в коридор. Продолжил свой путь.

Группа Б

Владимир

Ребята, браво, не знаю, как у вас это получилось. Я просто прекрасно сделал микрокамеру, разместив ее на корпусе паучка. Когда Женя с Антоном покрыли ее эмульсией, взятой от непонятно откуда появившейся тихоходки, я приступил к работе.

Робот прыгал от стены к стене, а я наблюдал за ним на экране своего планшета.

Вот Кирилл, он идет куда-то на заплетающихся ногах… Пьян что ли?

Интересно.

Группа Б

Кирилл

Я прошел по всем коридорам, пытаясь уловить хоть малый сигнал от женщины. Кажется, ее нигде нет. Около одной из комнат я кажется уловил нечеткий след. Я полностью настроился на ее волну. Кажется, это она.

Группа Б

Владимир

Ребята ушли спать, не зная, что я тестирую наблюдателя. Думаю, этого им и не стоит знать. Я стараюсь быть незамеченным Кириллом. Но следую за ним почти по пятам.

Группа Б

Кирилл

Почему мне кажется, что в затылок мне уперся чей-то взгляд? Я кручу головой, пытаясь понять, что ощущаю. Возможно, это все же Вика. Я вожу руками по стенам, пытаясь что-то поймать, но оно то ли быстро перемещается, то ли что-то другое. Ладно… Здесь шлейф духов женщины, пойду за ним.

Группа Б

Владимир

Как он смог меня увидеть? А стоп.

Вроде не видит. Что-то ищет. Я прыгаю из стороны в сторону.

Ох, всё, кажется, отвалил.

Мне стало еще больше интересно что он ищет и куда идет.

***

«Наблюдатель. Большой брат. Кажется, мне это дало больше, чем я думал. Я ощущал себя практически повелителем мира, находясь в одном месте. Мне казалось, люди ожили и живут благодаря мне. После чего я написал еще один роман. Он был настолько динамичным, что Женя с головой погрузилась в него, а потом сильно рассердилась, когда книга закончилась. Я просто был ими. Был каждым из них. (Антон после приключения в лаборатории экосистем)»

Группа Б

Кирилл

Он был будто бы подсвечен розовым. Не такой запах, как у Лики, нет, более мускусный что ли. Я бы не сказал, что он приятный для меня. У Лики он легкий, у Вики приторный мускусный.

Мне кажется я уже видел такие следы в видеоиграх. Но я в реальном мире, а не в виртуальном.

Я зашел в то место, где вчера девушки играли в карты. Внутри никого не было.

И… я безумно рад, что девушки так сильно душатся, что не жалеют духов на себя. Ведь около окна иллюминатора на всю стену с видом на Землю я увидел тонкую женскую фигурку, нечеткую, но состоящую из этих розовых покрывающих ее вуали духов.

Стараюсь переключиться на другую частоту волн, чтобы поймать ее, нажимая на кольцо. И тут… Вижу абсолютно нормально в видимой области Вику, она смотрела на Землю и плакала, обняв себя руками.

– Вика! Вика! – крикнул я.

Она обернулась ко мне и удивленно посмотрела на меня.

– Ты что видишь меня?

– Вижу. – улыбаясь произнес он.

– Что со мной не так? Что случилось? Я странно себя ощущаю. Я сплю? – ее голос кажется бликовал. Я еле-еле его слышал.

– Нет. Ты не спишь. Позволь мне помочь тебе.

Группа Б

Владимир

Да этот парень просто в дребодан пьян! С окном разговаривает.

Группа Б

Кирилл

– Как ты мне поможешь? – Вика испуганно смотрела на меня.

– Дай мне руку.

Девушка недоверчиво протянула мне руку, я крепко схватил ее за запястье.

– Виталий, Григорий, помогите мне! Я нашел ее! – я заорал что есть мочи.

Это испугало девушку, она начала распадаться прямо на глазах, я встряхнул ее, крепко держа ее за руку.

Не прошло и пяти минут, как в комнату вбежали пилоты, неся в руках сеть. Оценив где примерно находится девушка, они накинули сеть на пространство, сеть заискрилась, девушка стала медленно прорисовываться в воздухе в видимое состояние. Они поскорее затянули сеть.

– Спасибо, ты можешь сесть, – сказал Виталий.

Я отпустил руку девушки и присел на кожаный темный диван. Григорий быстро достал чемоданчик, оттуда шприц, вывел из вены серебристые шарики, затем продезинфицированными руками достал линзы, снял с меня перчатки и похлопал по плечу.

– Спасибо огромное, без тебя бы мы никак не справились. Это, – Виталий показал на барахтающуюся в сети девушку, выкрикивающую ругательства. – теперь наша забота. Иди к себе, тебе необходимо отдохнуть.

Живот предательски заурчал. Кажется, я закончил свою миссию. Очень нужно поесть, как сказал Александр. Пилоты куда-то поволокли девушку. Я посидел, отдышался немного и отправился на кухню.

Группа Б

Владимир

Твою мать! Что я сейчас видел???!!!

Эта девушка появилась из неоткуда!

Куда они ее тащат?

Отследив по карте, я понял. ЕЕ ТАЩАТ ПО НАПРАВЛЕНИЮ К ДВЕРИ «А»!

Я нажимаю на планшет в панике, пишу всем сообщения, чтобы они немедленно проснулись и прибежали сюда.

Тем временем пилоты медленно тащили девушку, держа ее за ноги и за руки.

Кажется, они начали реагировать,

Группа Б

Кеша

– Ихтиандрия, я очень волнуюсь за тебя. – сказал я, спустя какое-то время, как Гена ушел. Я наблюдал, как чистится посуда в уборочном шкафу и пытался сварить нечто наподобие первого супа, который съела тихоходка.

– Со мной всё в порядке.

– О чем ты говорила с девушками?

– Ни о чем.

– Ты ведь врешь мне!

– Ладно, ты просто взял и считал все мои микросхемы. Я просила их кое-что удалить. – созналась ИИ.

– Что именно?

– Я этого не помню, они это сделали.

Наш диалог прервал звонок в дверь. На видео я увидел Кирилла. Сегодня что за день! Моя кухня превратилась в проходной двор, не буду вообще тогда дверь закрывать. Я отдал команды Ихтиандрии.

Он ввалился, смотря на меня безумными глазами.

– Я хочу есть, Иннокентий! – закричал он, угрожающе приближаясь ко мне.

– Вроде бы хорошо кормят. Я стараюсь… – промямлил я.

– Давай всё, что у тебя есть поесть! – крикнул он, я испугался, засуетился, начал доставать всё из шкафов. Всю выпечку, что у меня была заготовлена… Все обеды на завтра.

Кирилл точил всё, что попадало на стол.

– У тебя что глисты? – спросил я, смотря на суперголодного человека.

– Ага. – кивнул он, продолжая стачивать гору еды. Затем остановился, указав рукой на кастрюлю:

– Это что?

– Суп. Новый суп.

– Только приготовил? Давай сюда.

Я нехотя подаю ему большую кастрюлю. Он макает сладкие булочки в бульон и смакует.

– Это как понимать? – слышу я голос из-за своей спины. Обернувшись, я увидел растерянную Анжелику на пороге.

Кирилл тоже испуганно оторвался от пожирания пищи. У него даже недоеденная булочка застыла в руках в этом моменте.

– Ты не так всё поняла… – просипел он.

Глаз Анжелики вдруг вспыхнул оранжевым светом, что несколько ослепило меня.

Она подошла к Кириллу, вырвала кастрюлю из его рук и надела ему на голову. Бульон растекся по гладкому матовому полу. Девушка гордо развернулась и вдруг резко побежала к выходу. Я не успел опомниться, как Кирилл вскочил и устремился за ней, крича ей в вдогонку что-то наподобие «стой».

Я молча наблюдал, как остатки супа второй кастрюли разливаются на полу, образовывая кровавую лужу.

– Ихтиандрия, и зачем мы их всех пускаем? – грустно вздохнул я.

Группа Б

Владислав

– Друзья, смотрите! – воскликнул я. – Мы должны что-то сделать! Ее наверняка тащат на какие-то безумные опыты!

– Это же наша Вика, мы должны ей как-то помочь! – крикнула Варя.

– У нас есть какой-то план? – спросил Антон.

– Плана нет! – сурово ответил я. – Надо действовать!

– Тогда предлагаю побежать за ними. – неожиданно для всех раздался голос Владимира.

Мы были настолько удивлены, что стартовали практически сразу.

Мы набрали с собой гаечных ключей, железок, и рванули к двери «А».

Всё-таки иногда, наверное, стоит вести себя как Арсений, член нашего отряда, который всегда действовал с позиции силы, который палил во всех подряд в лаборатории экосистем.

Мы минули несколько коридоров, Владимир сильно отставал, наблюдая за пилотами. Мне тоже было тяжело бежать, я, кажется, набрал вес.

– Они там! – крикнула Женя, несущаяся быстрее всех.

Когда мы нагнали их, дверь за ними почти захлопнулась. Когда мы прибежали к двери, она была полностью закрыта.

– И что мы теперь будем делать? – запыхавшись произнесла Варя.

– Я не знаю. – ответила Женя, покачав головой.

– Я думаю, что будем придерживаться старого плана. – заявил я, насупившись.

И тут дверь стала распахиваться сама по себе. Григорий шел обернувшись, говоря с кем-то по ту сторону. С кем-то, кого мы не видели.

– Раз! – крикнула Варя и опустила на его голову гаечный ключ. Эта гуманистка любительница природы и на такое способна? Я уже боюсь местных женщин.

Григорий осел в двери, потирая затылок, удивленно разглядывая разгоряченных нас.

– За что?? – его было даже как-то жалко.

– Ребята! Что вы здесь делаете? – из двери высунулась удивленная морда Арсения.

Глава 16

– То есть Вы хотите сказать, что когда мы зашли на корабль, одновременно с нами зашла другая команда? И всё время, пока мы находились здесь, рядом с нами всего в каких-то метрах, а, может быть, прямо за стеной были они? – Владислав пыкал пальцем-сосиской в грудь Арсения и истошно вопил.

Пилоты выглядели сконфуженными, Григорий то и дело потирал затылок.

– Ребят, а я вам всем изначально говорил! – гордо воскликнул он, переводя торжествующий взгляд с одного на другого члена его собственноручно собранной группировки. – Они… – он указал на пилотов. – Они явно что-то скрывали!

– Мы ничего от вас не скрывали! – встрял Виталий, но Влад не хотел останавливать свою пламенную речь:

– Это вопиющая наглость! А чего еще мы не знаем?! Немедленно познакомьте нас с другими членами экипажа!

– Это исключено. – Виталий сложил руки на груди и покачал головой.

– Почему? – подала голос Женя.

– Вы не должны находиться здесь. Это запрещено. – сказал Григорий.

– И кем же? – хмыкнул Влад.

– Корпорацией.

– Куда вы понесли девочку? – Варя выглядела очень взволнованной, она всё еще держала в руках злосчастный гаечный ключ.

– На лечение. – уклончиво ответил Виталий.

– Послушайте, мне абсолютно всё равно, что там запретила корпорация! – Владислав напоминал разъяренного всклокоченного воробья. – Я хочу видеть Вику и хочу знать, кто находится на корабле!

– Мы должны подумать и посовещаться. – сказал Виталий.

Арсений улыбался во всю ширь:

– Я так рад вас видеть! – он сжал Женю в железных тисках своей огромной туши и взъерошил ей волосы. Антон принялся ей было помогать, повиснув у него на руке, но Арсений прихватил и его. Теперь и писатель, и бывшая скандальная журналистка тонули у него в объятиях.

– Хорошо. Допустим. Совещайтесь. – махнул рукой Владислав. Пилоты отошли спорить в глубину зала, он подошел к Арсению. Тот отпустил, помятые ребята глубоко вздохнули, и протянул руку мужчине.

– А ты то что тут делаешь? – поздоровался Влад, вперив веселый хитрый взгляд в детину.

– Я забирал девушку, перетаскивал ее в лазарет. Затем услышал здесь шум и решил проверить. А тут вы.

– Можешь провести нас туда?

– Да, конечно. – кивнул Арсений.

– У тебя тут какое-то оружие, кажется, есть… – протянул Владислав, заглянув за спину мужчине. Тот в ответ радостно похлопал пояс и достал серебристую пушку.

– Да. Вон он красавчик. – Арсений ласково взял пистолет в руку, будто взвешивая его. На пальцах его правой руки красовались подсвеченные бледно-голубым цветом рисунки, повторяющие отпечатки пальцев.

– Тогда проводишь нас? – всё так же хитро усмехнулся Влад.

– Конечно.

Игнорируя возгласы пилотов, группа Б отправилась вглубь отсека А.

– Мы скоро будем взлетать! – крикнул Виталий.

– Да-да, конечно. – Влад кивнул Арсению, тот направил пистолет на мужчин.

– Сначала нам нужно посмотреть, что случилось с Викой… – как-то оправдывающе сказала Варя, двигаясь в сторону двери.

Вскоре она сомкнулась за кампанией.

– Ничего страшного. – ответил Григорий. – Пусть идут в лазарет, корабль закроет им остальной доступ. Саша уже наверняка выспался и готов к старту.

– А они знают, что пистолет блокируется, когда он направляет его в нас? – Виталий улыбнулся первому пилоту.

– Не думаю, – ответил Григорий. – Ладно, нечего бездельничать. Пойдем отсюда.

Пилоты поспешили в рубку.

***

Коридор, по которому шли ребята, напоминал те же, что были в отсеке Б, только вот казались зеркальным отображением их же. Антон подумал о том, что два отсека корабля напоминают полушария мозга человека. Недолго раздумывая, он достал планшет и сфотографировал коридор, затем сравнил с фотографиями отсека Б и понял, что не ошибся – фотографии выглядели идентично подобны друг другу, за исключением угла обзора, были полным зеркальным отображением.

– А кухня у вас есть? – Владислав нетерпеливо расспрашивал Арсения обо всем по дороге.

– Конечно. – но детина не был столь разговорчив.

– А повара? – спросила Женя, которая шла быстрее, чем все остальные, она коротко обернулась, чтобы задать вопрос.

– Нет. Там роботы.

– Такие же киборги, как в подземелье? – удивилась Женя.

– Ну если можно так сказать, то да. – Арсений потер за ухом своим серебристым пистолетом. Это не осталось незамеченным.

– А можно посмотреть твою пушку? – подал голос Антон.

– Нет! – отрезал Арсений, прижав пистолет к широкой груди.

– Это еще почему?

– Она служит только мне. Дотронешься, она растает. Так мне Виталий сказал.

– Значит ты тут охранник? – продолжил Влад.

Владимир задумчиво изучал видео на планшете, перематывая на тот момент, где Виктория появилась из воздуха, снова и снова.

– Хех. – ухмыльнулся Арсений. – Тип того.

– А кто еще с тобой здесь? – Влад никак не унимался.

Тем временем кампания подошла к двери в конце коридора.

– А вот и лазарет. – сказал Арсений, затем прислонил руку к двери. Она распахнулась, приглашая внутрь.

Ребята стали заходить по одному, а когда оказались внутри, опешили, увидев знакомый силуэт мужчины, сидящего спиной к ним, на одной из кушеток, расставленных по залу лазарета.

Комната, однако, выглядела не типично для медицинской. По бокам стояли капсулы, напоминающие шкафы для солярия, только вот проводов к ним было подключено больше, будто бы они были связаны сосудами или венами со стенами. А также около практически каждой капсулы находилась белая полупрозрачная дверь.

Около одной из дверей и капсулы сидела маленькая пухленькая женщина, что-то высчитывая на подключенном к двери компьютеру. По крайней мере так казалось, потому что две-три ветви, идущие от капсулы и двери, были подключены к нему. Эта дверь была темно красного цвета.

– Мне кажется, что всё это произошло из-за ее психического состояния, – пробубнила себе под нос женщина.

Владимир кашлянул в кулак. Это заставило двоих оторваться от работы и обернуться.

Ребята узнали в этом мужчине…Петра. И наперебой кинулись обнимать его. Женя первая повалила его на кушетку, за ней Антон, Влады подключились самыми последними. Смеясь, Евгения взъерошила кудрявые волосы Пети, Антон дернул его за бороду, а Владимир похлопал его по плечу. Даже Владислав был несказанно рад этой встрече.

– Эй, – недоумевающе хмыкнул Арсений, оставшийся стоять с Варей в стороне. Он потер затылок тыльной стороной руки. – А почему вы меня так не обнимали?

– Вы вообще кто такие? – взвизгнула женщина.

– Анна, успокойся. – заверил Петр, едва вытащив голову из объятий. – Они со мной. Это мои друзья.

– Живой, живой… – пропыхтела Женя в грудь волосатому здоровяку.

Затем Петр проморгался, будто, не веря своим глазам:

– А что вы здесь делаете?!

Группа А

Петр

Я пришел в себя в лаборатории экосистем на верхнем ярусе. Пузырь тащил меня до последнего, пока не лопнул, выбросив меня на поверхность. Это и было моим спасением, я благодарен своему маленькому помощнику, который так удачно оказался у меня на подушечке пальца. Подумать только! Если бы я случайно не захотел потрогать стену с амебками, я бы мог умереть там около ядра. А был ли я вообще там или мне показалось? Может быть, давление и температура оказались велики даже для суперкостюма и таблеток… Тем более глючило меня знатно.

Я лежал и смотрел в потолок без возможности пошевелиться. Я не знал сколько времени прошло, пока я размышлял над всем произошедшим. Меня несколько раз отключало, и я погружался в беспокойный сон, пока…

– Петь, это ты? – сквозь сон я услышал знакомый голос.

Я попытался что-то ответить, но у меня ничего не вышло, с силой я размежил веки. Сквозь свет, пробивающийся из открытого хода на поверхность, я увидел наклонившегося надо мной Гвидона. Он обнимал пустую птичью клетку двумя руками и банку со светлячками и кузнечиками внутри.

– Ты в порядке? – испуганно произнес мой начальник. – У тебя в ухе спекшаяся кровь, а выглядишь ты так, как будто призрака увидел.

Я снова попытался ответить. Как я ни старался, вышел слабый стон.

– Ок. Я понял. – засуетился Гвидон. – Сейчас спущусь, возьму носилки и таблетку и приду. Ты только не уходи никуда.

А я бы и не смог, даже если бы очень захотел.

Мужичок ретировался, а я снова провалился в сон.

Я открыл глаза, когда ощутил, словно меня кто-то несет. Я оказался под покрывалом из неизвестного мне материала, как будто был трупом или больным. Голова обрела способность шевелиться, я попробовал скинуть легкую ткань, покрутив головой.

Увидев мою высунувшуюся любопытную мордочку, Гвидон тут же натянул покрывало обратно.

– Тссс, – цыкнул на меня он. – Лежи тихо.

Вскоре начали возвращаться и телесные ощущения, я понял, что обложен какими-то гладкими округлыми и не очень предметами. Я еще раз повертел головой, на этот раз накидка осталась на месте, зато я заметил краем глаза новую таблетку в капюшоне. Наверное, Гвидон тащит меня в лабораторию экосистем. Периодически я слышал, как он здоровается с проходящими мимо людьми.

Спустя некоторое время я ощутил тепло и услышал, как поют птички. Через несколько минут меня зазнобило от холода, а затем все вернулось в норму.

Мужчина наконец-то снял с меня покрывало. Я оказался в нижней лаборатории Гвидона.

– Ладно, ребят, можете идти. – сказал он кому-то. Повернув голову, я рассмотрел муравьев и навозников, разбегающихся в разные стороны.

Коллективный разум насекомых? Что?

Я пошевелил ртом, который меня не слушался. Начальник достал с полки колбу и стал вливать содержимое мне в рот. Я с трудом делал глотки холодной игольчатой жидкости, которая жгла горло. Какое-то невероятное сочетание, как спирт или водка из холодильника, но в отличие от них, жидкость имела странный сладкий привкус. Когда я допил, мужчина обратился ко мне:

– Где ты был то? Как себя чувствуешь?

Я кивнул, наконец-то обретая способность говорить:

– Это меня несли муравьи что ли?

– А ты что хочешь, чтобы я тебя нес? – мужичок оглядел себя, будто оценивая возможности. – Ну нет, я, конечно, сильный, но не настолько.

– И скарабеи? Как??

– Одних достаточно убедить, что они выполняют коллективную задачу, других – что они несут говно.

Вот спасибо.

– С помощью чего?

– Это феромоны и другие ферменты, которые выделяют насекомые. – Гвидон продемонстрировал небольшой прибор – коробочку, достав ее из кармана. – Хорошо я придумал?

Не согласиться было сложно.

– Так вот. – продолжил он. – Ты странно выглядишь, плащ на тебе разорван в нескольких местах и обуглен, вижу вскрытые волдыри, кое-где кожа вообще черная. А с уховерткой моей что?

– Сломалась. – я показываю на ухо пальцем, не зная, что говорить дальше.

– В пожаре участвовал на поверхности где-то? Животных спасал? – вот она спасительная соломинка.

– Да, всё верно. – закивал я.

– Для того, чтобы получить такие травмы, надо в эпицентре стоять.

– Так и было.

– Я понял, что ты занимался чем-то странным, но ведь ты был на больничном, мог бы и до конца досидеть. Заняться здесь есть чем, к примеру, книги почитать.

Я пожал плечами.

– А тебе сейчас не больно?

Я покачал головой.

– Странно, но будешь отходить, будет очень больно. Если ты вылезал наверх, я думаю, лучше никому не знать об этом.

Он стал ковыряться в разных ящиках, доставая мензурки, приборы и банки с различным содержимым.

– Что ж. Время испытать мою народную научную медицину, которую я тут изобрел! Благо, что всё, что создала природа, сейчас может пригодиться!

Он достал из аквариума пиявку и одним резким движением закинул мне на лоб. Я скосил глаза, пиявка присосалась и начала совершать поступательные движения.

Я снова потерял сознание.

***

Сказать, что я в восторге от народной медицины Гвидона, значит ничего не сказать. Он постоянно пичкал меня всякой дрянью, варил разноцветные зелья из разнообразных растений, давал меня на растерзанье всяким гадам, которых ловил в лаборатории экосистем, как-то на неделе на моей груди расположился небольшой спящий тигренок, что было, наверное, самым приятным из всего того, что на мне тестировалось. После каждого неудачного или удачного эксперимента над моим телом, начальник писал что-то в свой ветхий блокнот:

– Вот, Петя, представляешь себе! Вскоре я получу нобелевскую премию по медицине, когда ты поправишься!

– Груммурум, – пытаюсь ответить я, держа во рту непонятный продолговатый овощ.

– Мои заметки послужат потомкам! – восклицал Гвидон, размахивая руками и от этого ставил кляксы на бумагу. Он был не на шутку взбудоражен великой идеей спасения, в первую очередь, человечества, а затем уже меня.

Однако нужно отдать его стараниям должное, сначала у меня зашевелились пальцы ног и рук, через три дня все тело, через четыре прошла слабость, через шесть – мне очень захотелось помыться, и я поднялся с импровизированного ложе.

Гвидона нигде не было видно, я ощущал себя абсолютно здоровым и полным сил. Только вонял я просто ужасно, никто не удосужился меня протирать или хотя бы выносить лоток с экскрементами. Боже, я пах так, что мог бы убить целый вагон метро.

Я порылся в ящиках лаборатории, обнаружил дегтярное мыло и штаны большого размера. Думаю, этого будет достаточно, пока я не раздобуду новый костюм. Пролежав целую неделю в изоляции от внешнего мира под строгим непонятным мне лечением, я приобрел преимущество перед другими людьми – я привык к давлению.

Я вышел из лаборатории Гвидона, меня ослепил свет искусственного солнца, через несколько минут зрение сфокусировалось на небольшом чистом прозрачном озере. Недолго думая, я снял с себя всю одежду, бросив чистые штаны на близрастущий куст и вошел в прохладную воду, прихватив мыло.

Это был настоящий кайф… Лучшее, что я испытывал в жизни.

Что нельзя сказать об обитателях озера, которые врассыпную уплыли, улетели и убежали в разные стороны. Вода окрасилась в коричнево-зеленый цвет.

Я как раз намыливал голову, когда услышал:

– Ты что творишь? А душ тебе зачем?

Это Гвидон возвращался из очередного похода с корзинкой грибов.

Я обернулся, мужичок стоял, уперев руки в боки, а на траве рядом с ним лежала опрокинутая корзинка, грибы рассыпались, образовав полукруг.

– Ты мне что за болото устраиваешь? А душ тебе зачем?

Однако кричал он не слишком громко и злобно, скорее всего его забавляла ситуация и радовал тот факт, что я в порядке.

***

Гвидон сам выдвинул меня в космическое путешествие, обосновав это поиском новых видов растений и животных.

Когда я возразил ему, что космос мертв, а до ближайших изученных «обитаемых» планет лететь слишком далеко, он хлопнул по столу, за которым сидел на большом кресле, которое было явно ему не по размерам, он выглядел, как королева из фильма «Алиса в Стране Чудес», и гладил лемурчика, который тут же юркнул с его колен на пол и убежал в открытую дверь и заявил:

– Это ошибка! – нетерпящим возражений тоном. – Пилоты сказали, что ты идеальный кандидат! Я говорил с Григорием, он заходил, пока ты был в отключке!

– Это невозможно.

– А выжить, спустившись к центру Земли возможно? – в порыве страстного крика воскликнул он, затем спохватился и зажал рот двумя ладонями.

Он знал. Но откуда?

Нераскрытых тайн становилось всё больше.

***

Недавно Арсений внес в кабинку-капсулу красивую девушку без сознания, она спала. Он поймал ее, как русалку моряки, в сеть. Из всей нашей группы не отдыхал только я, я как раз читал книжку об обитаемых планетах, как мне позвонил Григорий и сказал срочно пройти в лазарет.

Мне нравились лекции и задания, которые давали нам пилоты на протяжении трех дней, хотя информации было очень много и не вся она укладывалась в голове. Для девяти космических туристов, которые не особо увлекались какими-то технологиями, кроме, пожалуй, Дениса и Билла, преподавать было тяжело, лекции были упрощены до максимума. Денис весь светился, как диско-шар на вечеринке старперов, он как раз молод и заряжен, что и эти лекции он щелкал, как орешки и брал что-то дополнительное.

Вчера вот нас запускали в открытый космос, посмотреть, как мы себя будем чувствовать, а вышли только он и Карина, остальные как-то побоялись.

Батюшка, который непонятно как оказался на космическом корабле, перекрестил их перед выходом в космическое пространство.

Мне нравился этот улыбчивый заряженный парень, он был наполнен энтузиазмом и авантюризмом, в тот вечер, я как раз взял с него пример и начал читать, хотя думал, что хоть в космосе я отдохну от непрерывного изучения. Гвидон успел мне провести около десяти экзаменов, я начал практически свободно говорить на латыни, но довольно часто прибегал к словарю. Мне кажется, он лепил из меня своего лучшего ученика. Может быть, я успел привыкнуть за то время, пока работал в лаборатории экосистем.

А ведь Гвидон один из первых, кто будет ждать меня на Земле. Столько еще предстоит сделать…

Через несколько минут пришла Анна и мы начали изучать патологию Виктории, которую мы ни разу не видели, точнее не видел я, психолог сказала, что эта девушка работала секретарем у ее мужа. Мы не знали, что на корабле есть еще люди.

Она как-то очень удивилась, когда ее увидела, а потом сказала, что еще тогда девушка показалась ей странной. Мы наблюдали её биополе, которое искрилось разными цветами, как в лазарет ворвались такие знакомые мне лица.

Когда я увидел ребят, я был, действительно, шокирован. Я не знал ни о об их судьбах, ни о том, что случилось после нашего приключения.

– Что с Викой? – спустя некоторое время после обнимания и приветствия спросил Влад.

– Нам пока нужно это изучить. – сказала Анна, поправив волосы. – А пока ей лучше побыть здесь. Я буду с ней разговаривать и проводить сеансы.

Между тем с нами пытались выйти пилоты по громкой связи. Сверху около потолка мы услышали треск.

Группа А

Билл

Я лежал на кровати, как на мой планшет поступило сообщение. Я зевнул, потянулся, достал устройство с тумбочки. Затем провел пальцем по экрану и очень удивился.

– СПАСИТЕ ЧЛЕНОВ ЭКИПАЖА. – гласила надпись на экране.

Выплыл тот же значок игры, в которую я играл за Игоря в своем кабинете.

Я был заинтригован ситуацией и нажал иконку включения. Ящик тумбочки выдвинулся сам собой, внутри я обнаружил датчики.

«Прикрепите датчики к вискам, для того, чтобы начать игру.» – высветилось на темном экране белыми буквами. Я решил рискнуть, достал датчики и зацепил их на виски.

«Желаете ли Вы пройти игру от первого лица в режиме полного погружения?» и ответы «да» и «нет». Я решил, что нажму «нет», потому что эта игра и так оказалась опасна для меня. «Каким будет игровой режим? Выберите реалистичность.» на экране высветилась шкала. Я намотал на «выше среднего».

Игра начала прогружаться. Игорь открыл глаза, он сидел в какой-то подсобке. Я нажал встать, управляя им с планшета. Порадовала рисовка игры, четкость предметов и отображение игрового процесса. Я прошелся по подсобке, набирая лут. Я посчитал, что для того, чтобы спасти членов экипажа, нужно выглядеть соответствующе. Игорь надел на голову кастрюлю, которая прибавила +5 к броне, плащ, который сделан из ткани, валяющейся около банок и кастрюль + 5 к скрытности, вооружился крышкой от мусорки + 5 к защите, и взял железную арматуру в правую руку + 10 к берсерку. Закончив с нарядами, я открыл дверь подсобки. Ого! Оказывается, Игорь каким-то образом очутился на космическом корабле. Красиво, конечно, иллюминатор во всю стену… Такой вид на Землю. Жалко, у нас такого нет. Пожалел, что смотрю не от первого лица с полным погружением.

«Члены экипажа находятся под угрозой. В настоящий момент они находятся на отмеченной точке карты. В защищаемой капсуле находится невидимая принцесса, которая может достаться Вам при выполнении миссии.»

Очень неплохо. Почему она невидимая только? А как пользоваться? Может быть, тоже игровой персонаж, который ко мне присоединится?

Управляя Игорем, я побежал к точке на карте. По дороге нашел аптечку, которую тоже залутал.

«Внимание. Вы приближаетесь к опасной зоне. Уровень персонажа противника намного выше. Вы можете вернуться и повысить уровень в тренировочной комнате.»

Может, это стоит сделать? Пришлось разворачиваться и бежать до другой комнаты. Минув несколько коридоров, я открыл дверь, в которой находился какой-то молодой парень, ставящий на повтор свою голограму. Она как-то нелепо разговаривала, он ее чему-то учил. Увидев меня, он аж дернулся.

– А ну быстро пошел вон отсюда! – крикнул я, обращаясь к нему. Он как-то спесиво посмотрел на меня, я пригрозил ему арматурой.

– Эй, а я, кажется, тебя помню, – произнес парень. – Ты с нами на корабль садился. Парень, ты болен. – он оглядел мой свежесобранный костюм.

– Или ты уходишь по своей воле или я за себя не ручаюсь! – крикнул я, снова подняв железку.

– Ладно, ладно, – он поднял руки вверх. – Уже ухожу. Не л..(экран дернулся) ультуй только.

Парень спешно выбежал из комнаты.

Дипломатия. Угрозы. +15.

Ого, вот я и начал прокачивать персонажа по характеристикам.

Я подошел к голограмме этого парня, которая пыталась что-то сказать, но не издавала ни звука. «Чтобы перейти к боевому режиму тренировочной комнаты, нажмите F» Я послушно выполнил указания. Комната начала преображаться к гладиаторское поле боя. Игорь стоял в своем костюме на арене, а сбоку начали появляться боты – все с лицом этого парня в набедренных повязках. Через некоторое время они начали окружать его. Я поднял голову. Каждый зритель и даже сам Юлий Цезарь, скорее всего это был именно он, были копиями парня. Юлий Цезарь поднялся с кресла:

– Да победит сильнейший!

Сначала выставил вперед кулак, а затем поднял большой палец вверх.

Бой начался. Гладиаторы с разными мечами и амуницией устремились ко мне. Я уклонялся от атак и раз за разом наносил удары прутом по разбивающимся на частицы гладиаторам. Когда гладиаторов стало слишком много, я спрятался за колесницей и перемотал голову бинтом, на открытую рану ноги вылил перекись водорода и залепил пластырем.

Стали появляться лучники, Игорь рванул вперед, укокошил одного из них сзади, забрал лук и перестрелял врагов.

Я собирал монетки и набирал уровни.

Когда мелкие гладиаторы и лучники закончились, Юлий вскричал:

– Ты уничтожил моих лучших бойцов! Тебе не жить! – и спрыгнул на арену.

«Внимание. Вы должны победить босса. Опасная способность – бросание лаврового венка. Попадание в голову может забрать у вас уровень.»

Какой ужас, нужно много уклоняться и наносить удары исподтяжка. Я катался по арене туда-сюда, Юлий не давал мне пробиться к нему, раскручивая лавровый венок. Спустя некоторое время мне все-таки удалось бросить в него зажженный факел, который я нашел сбоку арены, Юлий завертелся на месте, и я ударил его арматурой.

Я повторил эти процедуры еще несколько раз, Юлий опустился на колени и протянул на открытых ладонях свой лавровый венок. Сверху в венок ударил солнечный свет. Я надел венок, пришлось выкинуть кастрюлю, камера начала крутиться вокруг меня.

+50 к удаче. На экране отобразилось «Вы прошли первую арену. Хотите загрузить следующую?».

Нет, не хочу. Нужно уже идти спасать принцессу.

Декорации снова стали прежними, Игорь вышел из комнаты и побежал к точке задания.

Я открыл дверь с надписью «А», затем пробежал несколько коридоров и открыл комнату с медицинским крестом.

Внутри оказалась группа из нескольких человек, рыжеволосая девушка, полненькая низкорослая женщина, напоминающая мою жену, и пятеро мужчин.

При виде меня и моей боевой стойки, бугай начал доставать пистолет из-за пояса. Одна рука у него засветилась бледно-голубым цветом, обрамляя линии и отпечатки пальцев. Рыжеволосая уставилась на меня:

– Ты ведь Игорь не так ли? Мы тебя видели.

Линия над бугаем зажглась красным. «Высокий уровень угрозы». Над остальными высветилось «низкий».

– Отпустите принцессу! – крикнул я.

– Ты перегрелся что ли? – ответил похожий на низкого тролля мужчина.

– Я сказал немедленно отпустить принцессу! – я угрожающе замахнулся арматурой.

Женщина встала между мной и дверью, за которой находилась невидимка:

– Нет! Немедленно успокойся!

Атмосфера накалилась.

– Он шизофреник? – на ухо рыжеволосой девушке сказал светловолосый парнишка.

– Я всё слышал! – крикнул я. – Отдайте мне принцессу!

Женщина, похожая на мою жену, стала медленно приближаться ко мне, говоря убаюкивающие фразы наподобие «всё хорошо, мы тебе не враги». Тролль дал какой-то сигнал рукой громиле с пистолетом. Тот начал заходить мне за спину. Но я играл от третьего лица и все прекрасно видел. Я развернулся и ударил бугая арматурой, тот защитился руками и выстрелил в меня, я увернулся. Женщина начала визжать и спряталась за капсулу.

– Угомоните его! – крикнул тролль.

– Арсений, не надо стрелять! Ты в нас попадешь! – крикнул светловолосый, защищая рыжую.

Но бугай не прекращал надвигаться на меня, пытаясь пристрелить.

Я отходил назад и уворачивался и тут на меня прыгнул бородатый мужик, стягивая мой лавровый венок. Я прыгнул спиной на стену, мужчина ударился головой и потерял сознание.

Я вращался и крутился, отправляя соперников в нокауты.

Арсений начал стрелять связывающим электричеством. Его пушка выплевывала заряды, которые отскакивали от стен.

Одна из которых поразила парочку: светлого и рыжую. Они упали, также вцепившись друг в друга.

– Арсений, прекрати стрелять! – крикнул тролль.

Я подбежал к нему и вырубил легким движением прута. Арсений завопил.

«Вы разозлили босса.» Надвинув брови, он начал больше стрелять, и пошел прямо на меня. Я подумал, что сделать, лавровый венок заискрился, чем ослепил его, я сделал подкат ему под ноги, встал со спины и огрел его арматурой. Тот, как подкошенный, упал на колени, и я добил его.

Я оглядел комнату. Люди лежали на земле. Кого-то задели заряды пистолета, кого-то моя арматура.

«Вам нужно спрятать тела. Вы можете сделать это, взяв тело и подойти к капсуле.»

Я взваливал тушки на себя и закидывал в капсулы, плотно закрывая крышки. Их как раз оказалось столько, сколько и людей.

«Вы спасли членов экипажа. Ваш бонус прямо перед Вами.»

Дверь рядом с капсулой засветилась. Я хотел было зайти в нее, но меня откинуло в сторону, лишая жизни.

«Вы проиграли. На дверь было нанесено защитное заклинание маны.»

Вот черт. И игра, как назло, вылетела.

Я положил свой планшет обратно на тумбочку. Всё-таки прикольная игра. Я потянулся в своей кровати и подумал, что было бы неплохо поспать.

«Внимание! Участникам путешествия оставаться в своих комнатах или использовать резервные капсулы! Корабль идет на взлет! Мы покидаем орбиту Земли! Полет продлится около 16 часов, двери будут заблокированы.» – раздалось по громкой связи

Глава 17

– У них там всё в порядке? – спрашивает Александр, подключаясь к кораблю и заводя двигатели.

– Да, всё отлично. – отвечает Виталий, наблюдая экипаж по камерам. – Все находятся в комнатах и капсулах.

– Капсулы давно уже устарели. – Александр потер лоб, затем нажал несколько кнопок на панели. – Так только в старых фантастических книгах летали, люди способны выдержать переход.

– Нет, – покачал головой Григорий, занимая кресло пилота. – Сейчас они к этому точно не готовы. Или ты хочешь, чтобы они еще больше с ума посходили?

– Они взрослые люди, мне понравилось, как Кирилл отнесся к заданию. Да, не могу отрицать, они многого еще не понимают, но всё же…

– Давление, перегрузки, – процедил Виталий, набирая коды на его панели. – Психи, непонятки какие-то… Куча разных факторов.

– Корабль сбалансирован. – продолжил спорить третий пилот. – С ними не произойдет ничего ужасного. А если и почувствуют давление, оно будет небольшим.

– Ты в этом так уверен? – поднял одну бровь Виталий.

– В первую очередь нужно думать о людях. – строго сказал Григорий.

– То есть то, что люди сейчас лежат в капсулах, это нормально?

– Им ничего не будет. Это восстанавливающие капсулы, они не так просто находятся в лазарете. – Григорий ни секунды не колебался с ответом. – Ты забыл о задании?

Александр выглядел растерянным, но быстро собрался:

– Я всё помню. – и отвернулся от пилотов к открывающимся перед ним горизонтом звезд.

– Вы готовы покинуть Солнечную систему? – спросил Григорий.

– Готовы. – хором ответили двое других.

Пилоты синхронно опустили руки на панели.

Группа А

Петр

– Да не сплю я! Не сплю! – отмахнулся я от лижущего мне нос волка и резко проснулся. Что за ерунда? Я снова сплю? Мое тело находилось в закрытой капсуле, и мне невольно вспомнилось путешествие к центру земли. Надеюсь, меня не будет плющить, как тогда. Я попробовал открыть капсулу, навалившись на крышку всем весом. Увы, это не сработало.

Затем я обнаружил цифровой экран, на который нажал рукой. Тот загорелся.

– Желаете, чтобы я включила расслабляющую музыку? – спросила капсула приятным женским голосом.

– Нет! – крикнул я. – Выпусти меня отсюда!

– Может быть, включить Вам фолк рок или реп? – продолжала настаивать капсула.

Да что за любительница музыки?!

– Включи что хочешь, только выпусти меня отсюда!

Капсула включает «Останься пеплом на губах, останься пламенем в глазах», какая-то старая прилипчивая песня, и открывает крышку.

Фух, наконец-то свобода, эти капсулы уже достали. Песня разлилась по лазарету, эхом разбиваясь о стены. Должен отдать капсуле должное, со стороны я наверняка выглядел эпично. Хотя в принципе под хорошую музыку все действия выглядят так, будто сняты в кино.

Того шизика, который пришел, видимо, за Викой, нигде не было, скорее всего он ушел. Моей компании тоже. Что это такое было?

Надо их найти, может быть, они ушли, а, может быть, тоже оказались в капсулах.

Я попробовал открыть их, подходя к каждой, но мои попытки были тщетными. Тогда я решил сходить к себе, найти что-нибудь в рюкзаке и по дороге поискать остальных ребят.

Я подумал, что ситуация на корабле была настолько невероятной и странной, что мне могло это привидеться. Я ведь мог уснуть в капсуле?

Я прошел прямо по коридору, направляясь в свою комнату, а когда оказался около своей двери, застыл в удивлении, обратив внимание на открывающуюся сцену в иллюминаторе.

Корабль летел вперед, стремительно покидая пределы Солнечной системы, врезаясь вращающимся корпусом- спиралью в безграничный вакуум.

Я прислонился к стеклу, не в силах оторвать взгляд от открывающихся мне картин. Какой всё-таки красивый Юпитер со стороны и вблизи… Как же быстро летит корабль. Интересно, куда?

Через некоторое время я отлип от стекла и подошел к своей комнате, в которой я поселился с Денисом. Прикоснулся к ней несколько раз, но ничего не произошло.

Странно. Я позвонил Денису по планшету, тот нехотя ответил несколько звонков спустя.

– Да, слушаю, – сонным голосом ответил он.

– Ден, тут дверь барахлит, открой, со своей стороны.

– Мне что-то так плохо, я, может быть, слишком активный был… Сейчас подожди, я встану хоть…(зевает) открою…

Я послушал, как Денис кряхтит и вздыхает, через некоторое время:

– Слушай, у меня не получается. Ты позвонить пилотам можешь? Или к ним сходить спросить? – усталым голосом произнес он. – Они объявляли, что комнаты будут заблокированы на время перелета. Ты как себя чувствуешь сам?

– Я отлично. – голова была ясной, в принципе, как и обычно.

– Прости, я вздремну. Набери мне еще раз или … (зевает, я слышу, как он снова кряхтит и пыхтит, скорее всего ложится на кровать) если тебе откроют доступ… (я слышу сопение, перерастающее в храп).

Ладно, понятно. Я отключил Дениса, отправляясь в рубку пилотов.

***

Через некоторое время я застал трех пилотов, сидящих за своими местами. Они внимательно следили за внешней обстановкой, показателями двигателей корабля и навигацией. Каждый был занят своим делом, они обменивались редкими фразами, касающимися только полета.

Я кашлянул, пытаясь привлечь их внимание. Виталий подскочил на месте, резко обернулся ко мне. Глаза у него полезли на лоб:

– Почему Вы не в капсуле? – удивленно спросил он.

– В капсуле скучно. – ответил я первое, что пришло в голову. – А ребята в них?

Григорий, не отрываясь от курса, ответил:

– А Вы хорошо подготовлены, Петр. Как настоящий космонавт, даже лучше. Никогда не задумывались в чем Ваш секрет?

Какой секрет он имеет в виду? Я задумался. А Григорий продолжил:

– Вам понравилось работать у Гвидона?

– Хм… Скорее да, чем нет. – ответил я.

Я заметил, что первый пилот улыбнулся краем губ.

– Вы ведь не пользовались таблетками больше?

– Нет.

– Экипаж спит, а Вы можете посидеть с нами. – Григорий теперь был повернут ко мне, он одарил меня мягкой улыбкой. – Садитесь на диванчик, мы будем входить в гиперпространство, нужно будет хорошенько разогнаться. Будете одним из зрителей космического приключения.

– Только когда я скажу, что надо пристегнуться, надо будет это сделать. – сообщил мне Александр.

– А куда мы вообще летим? – сказал я, присаживаясь на диван. С него открывался прекрасный вид на спины пилотов и обзорный иллюминатор во всю стену.

– Гвидон очень интересный человек. – Григорий что-то вводил на приборной панели, он был похож на пианиста, так быстро двигались пальцы, будто бы в безумном танце. – Давно с ним работаем, он всё что-то придумывает постоянно. Не всегда получается, правда, но тем не менее… А Вы ему, действительно, приглянулись, он называл Вас своим лучшим учеником.

Меня? Да сколько он от меня требовал всего и как ругался на всё подряд!

– Разве?

– Да, – мужчина кивнул. – Просил передать «привет» и записал несколько заданий для Земли и лаборатории экосистем на Ваш планшет.

Я вытащил планшет из часов и стал перебирать разные папки, в одной из которых обнаружил «Задания для Петра».

– Что такое изучить объект XV11526?

– Посмотрите внимательнее, к этому объекту есть описание. – заявил Григорий.

– Мы уже близки к разгону. – сообщил Александр, обрывая фразу мужчины.

– Пристегивайтесь, если не хотите испытать «незабываемые впечатления. – съязвил Виталий. – Мы держим курс на одну из обитаемых планет. По крайней мере мы так думаем.

Я пристегнулся, продолжая наблюдать за происходящим.

Звездные тела становились ближе и ближе, корабль начал двигаться ощутимо быстрее. Затем, мне показалось, что он резко застыл на месте. Да и я завис. Я попытался почесать затылок и наблюдал, как моя рука медленно движется в пространстве. Будто-то бы меня снимали в слоу-мод. А почему тогда глазные яблоки успевали фиксировать движение? Точнее зрачки. Странно. Я успеваю так много мыслей прокрутить в голове, пока моя рука медленно поднимается к голове… Да и пилоты так замедлились. Пальцы Григория больше ловко не скользят по панели, я вижу каждую загорающуюся кнопочку под каждым пальцем, он с силой вбивает что-то, как будто гвозди тяжелой кувалдой.

– Ччччччччттттттттоооооо прроооооои…. – мой голос звучал того хуже, как из заводской трубы.

–дит? – я заговорил так быстро, что мой голос стал похож на писк. Голову я почесал быстрее, чем успел понять. Я будто бы стал нервозным истеричным человеком, мое тело двигалось быстрее, чем я смог бы подумать. Пальцы Григория теперь просто летали, настолько быстро, что глаза воспринимали его движения единым целым объектом.

– Пипипипипипи, – на долю секунды ответил Александр, затем что-то также пропищал пилотам. В иллюминаторе мелькали всполохи света.

Через некоторое время меня неслабо тряхнуло, как и весь корабль, вжало в диван, и время снова пришло в норму.

– Ого… – выдохнул я, поднес руки к глазам, чтобы убедиться в том, что всё в порядке.

– Можете отстегиваться, Петр. – сказал Виталий. – Мы прибыли.

– Куда?

(Продолжение следует)