Гранд-нэу(война)

Глава 1(Задания...)

Данная книга является ПРЯМЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ первого тома «Гранд-нэу».

Если вы не читали первый том, вы абсолютно ничего не поймете в сюжете, мотивации персонажей, лоре Пятого Демона Ветра и истории отряда КАТУЦА. Чтобы не портить себе впечатление от масштабной истории, настоятельно рекомендуем сначала полностью ознакомиться с Томом 1 (Арки «Побег» и «Раскаяние»).

Во втором томе вас ждут: Глобальная Война, раскрытие личности убийцы матери Ройса, тяжелые трагические смерти, жестокие бои и максимальный накал дарк-фэнтези.

Вы предупреждены. Добро пожаловать на войну.

1 Арка Отряд КАТУЦА

Мрак подземной цитадели КАТУЦА казался осязаемым. Здесь, глубоко под каменистыми пустошами, куда не проникал ни один луч солнца, время словно остановилось. Воздух был пропитан сыростью, застарелым запахом железа и тяжелой, удушливой чакрой, от которой у непривычного человека мгновенно перехватило бы дыхание. С потолка огромного, высеченного прямо в скале зала глухо капала вода, разбиваясь о холодный каменный пол. Этот ритмичный стук лишь подчеркивал зловещую тишину, царившую в убежище.

Кагура стоял на одном колене посреди зала, низко опустив голову. На его плечах покоился тот самый рваный черный плащ, на спине которого тускло поблескивал золотой полумесяц — символ, который за последние два года стал синонимом неотвратимой гибели для целых регионов. Сердце Кагуры билось ровно, но внутри все равно тлело напряжение. Перед ним, на возвышении из черного гладкого камня, восседал Глава организации. Его силуэт едва угадывался в полумраке, но исходящее от него давление заставляло даже опытных шиноби вжимать голову в плечи.

— Докладывай, Кагура, — эхом разнесся по залу глубокий, леденящий душу голос Главы.

Кагура не поднимал глаз. Он смотрел на свои руки, покрытые свежими мозолями от рукояти меча-хлыста.

— Миссия в Стране Воды завершена, Глава, — глухо, но отчетливо произнес Кагура. — Две скрытые деревни на побережье полностью стерты с лица земли. Местные шиноби пытались организовать оборону, выставили свои лучшие заслоны из техник воды, но это им не помогло. Я вырезал всех до единого. Мужчины, женщины, дети… их кровь теперь окрасила прибрежные скалы. Сопротивление подавлено. Информаторы Страны Воды больше не доставят нам хлопот, а их ресурсы теперь принадлежат КАТУЦА.

Тишина снова повисла в зале, прерываемая лишь стуком падающих капель. Кагура ждал ответа. Два года назад он был загнанным в угол трусом, выжившим лишь по милости Демона, а сегодня он хладнокровно докладывал об истреблении целых поселений.

Глава медленно шевельнулся на своем троне. В темноте блеснули холодные глаза.

— Две деревни… Безжалостно, эффективно и без лишнего шума, — произнес Глава, и в его голосе послышалось сухое одобрение. — Ты хорошо усвоил наши уроки, Кагура. Страх, который когда-то парализовал тебя, ты превратил в оружие против наших врагов. Твоя верность ордену доказана делом. Молодец.

Кагура едва заметно сжал кулаки, сдерживая рвущееся наружу торжество.

— За эти заслуги, — продолжил Глава, и его чакра на мгновение вспыхнула, заставив факелы на стенах вспыхнуть багровым огнем, — я пересматриваю твое положение в нашей иерархии. Ты больше не замыкаешь десятку элиты. Я повышаю тебя с десятого места до девятого. Помни, что с каждым шагом вверх ответственность возрастает, а слабость карается смертью.

— Благодарю за доверие, Глава. Девятый ранг будет омыт еще большей кровью наших врагов, — ответил Кагура, склонив голову еще ниже.

Он замер, уставившись в серые плиты пола. В этот момент, под монотонный стук водяных капель, его разум невольно поплыл назад по течению времени. Нахлынувшие воспоминания утянули его в прошлое — туда, где все это безумие для него только начиналось.

Воспоминания перенесли его на два года назад. Та самая проклятая, выжженная дочерна поляна в Стране Земли. Вокруг валялись осколки раздробленных валунов, земля была перепахана глубокими кратерами от безумных черных штормов Пятого Демона Ветра. Воздух все еще пах паленой травой и гнилой демонической чакрой. Ройс, полностью поглощенный Демоном, уже улетел в небо, оставив после себя лишь жуткое обещание уничтожить всех остальных.

Кагура сидел на коленях прямо посреди этого пепелища, там, где только что гремела их страшная битва с Шибу и Каширой. Его тело била крупная, неудержимая дрожь. Руки, испачканные в грязи и чужой крови, не слушались. Он смотрел перед собой невидящим взглядом, парализованный диким, первобытным ужасом. Весь его мир, вся его былая спесь и уверенность в собственной силе шиноби были растоптаны за несколько минут. Он понял, насколько ничтожен перед лицом истинной тьмы.

Кагура зажмурился, пытаясь прогнать из головы жуткий двойной голос Демона. Сердце бешено колотилось в груди, готовое выпрыгнуть. Страх сковал его по рукам и ногам.

Он медленно, судорожно моргнул, пытаясь прийти в себя.

Но когда он открыл глаза, реальность вокруг изменилась. Поляна больше не была пустой.

Прямо перед ним, словно соткавшись из самого воздуха и ночных теней, стоял человек. Кагура даже не почувствовал его приближения — ни колебания чакры, ни шороха шагов, ни дуновения ветра. Незнакомец просто возник там, нависая над сломленным шиноби.

На нем был тяжелый, закрытый плащ, а лицо скрывала глухая, таинственная маска, не позволяющая разглядеть ни одной черты лица. От этой фигуры веяло такой колоссальной, древней и леденящей силой, что Кагура невольно затаил дыхание. Это был Основатель отряда КАТУЦА.

Кагура попытался дернуться назад, потянуться к оружию, но тело его не слушалось. А в следующую секунду пространство за спиной Основателя исказилось. Тени зашевелились, удлинились, и из них бесшумно выросли еще две фигуры. Они тоже были облачены в скрывающие тела одежды, а их лица закрывали безликие, пугающие маски. Три молчаливых палача стояли посреди разрушенной поляны, глядя сверху вниз на дрожащего Кагуру, словно судьи, явившиеся за его душой.

— Ты боишься смерти, шиноби? — раздался из-под маски Основателя глухой голос, от которого по спине Кагуры пробежал мороз. — Или ты боишься быть ничтожеством? Твой страх может стать твоим концом… или твоей новой силой. Иди за мной, и ты получишь власть над теми, кто заставил тебя дрожать.

Этот момент навсегда запечатлелся в памяти Кагуры. Именно тогда он сделал свой выбор. Предал брата, предал прошлое и шагнул во тьму.

Звук громко упавшей капли воды мгновенно вернул Кагуру из воспоминаний обратно в холодный зал цитадели. Прошлое растаяло, уступив место настоящему, где он больше не был беспомощной жертвой. Теперь он был Девятым рангом КАТУЦА. Убийцей двух деревень.

Кагура медленно, с достоинством поднялся с колена. Его движения стали плавными, уверенными, хищными. Он поправил воротник своего рваного черного плаща, скрывая нижнюю часть лица, и в последний раз взглянул на темный силуэт Главы на троне. На его губах снова заиграла привычная, зловещая ухмылка.

— Я отправляюсь на следующее задание, Глава, — тихо произнес Кагура, слегка наклонив голову в знак уважения. — Наш полумесяц взойдет над миром.

Он развернулся спиной к трону и четким, размеренным шагом направился к выходу из зала. Тяжелые кованые двери медленно отворились перед ним, выпуская элитного бойца наружу, в коридоры подземной базы.

Тяжелые кованые двери зала совещаний уже начали медленно закрываться, со скрежетом рассекая затхлый воздух, когда леденящий голос Главы заставил Кагуру замереть на месте.

— Погоди, Кагура. Я еще не отпускал тебя, — пророкотал силуэт на черном троне.

Девятый ранг КАТУЦА медленно обернулся. В полумраке цитадели факелы снова затрещали, словно реагируя на резкое изменение плотности чакры лидера ордена.

— Для твоего нового статуса у меня есть особое, персональное задание, — продолжил Глава. Его глаза под маской блеснули хищным, фанатичным блеском. — Глобальная война идет по нашему плану, но для финального триумфа КАТУЦА нужен абсолютный козырь. Твоя цель — Пятый Демон Ветра. Ты отправишься на его поиски, найдешь, где скрывается это чудовище, и захватишь Ройса. Живым или мертвым, но его сила должна принадлежать ордену.

В ту же секунду вся былая спесь, уверенность и зловещая ухмылка мгновенно испарились с лица Кагуры. Слово «Ройс» ударило по его разуму, как громовой разряд. Внутри него резко, с новой силой заворочался тот самый липкий, парализующий ужас двухлетней давности. Перед глазами пронеслись картины выжженной поляны, черные маслянистые зрачки демона и колоссальный шторм, который едва не расщепил его на атомы. Кагура почувствовал, как его тело против воли начинает пробивать мелкая, едва заметная дрожь. Сердце бешено заколотилось в груди, отдавая глухими ударами в виски, а дыхание перехватило.

Захватить Демона? Того самого монстра, от одного взгляда на которого гниет воздух, а сильнейшие шиноби падают замертво? Это было не просто опасное задание — это был прямой билет в сущий Ад. Кагура отчетливо понимал, что даже со всей своей новой силой и мечом-хлыстом он оставался для Пятого Демона лишь жалкой букашкой, которую тот пообещал «не трогать» исключительно из высокомерного презрения.

Глава ордена внимательно наблюдал за реакцией своего подчиненного. Тишина в зале стала удушающей. Кагура судорожно сглотнул, пытаясь подавить подступающую к горлу панику и вернуть контроль над собственным телом. Отказаться было нельзя — в КАТУЦА за неповиновение приказу Главы карали мгновенной и мучительной смертью на месте.

Кагура стиснул зубы так крепко, что челюсть сжалась до боли. Он заставил себя сделать глубокий вдох, пряча дрожащие пальцы в широких рукавах рваного черного плаща. Силой воли выдавив из головы картины прошлого, он снова опустился на одно колено, низко склоняя голову, чтобы Глава не заметил дикого страха в его глазах.

— Я… я понял задачу, Глава, — с трудом, но твердо произнес Кагура, стараясь, чтобы его повзрослевший голос не дрогнул. — Приказ будет выполнен. Я найду Демона Ветра и доставлю сосуд Ройса в цитадель. Наш полумесяц поглотит и эту силу.

— Отлично. Не разочаруй меня, Девятый ранг, — холодно отозвался Глава, и багровое пламя факелов послушно угасло, возвращая зал в привычную непроглядную тьму.

Кагура поднялся, развернулся и стремительным шагом покинул зал, на этот раз даже не оборачиваясь. Ему нужно было срочно покинуть это душное подземелье, пока страх окончательно не сковал его движения. Охота на самое опасное существо в мире официально началась, и Кагура понимал: эта миссия либо вознесет его на вершину, либо уничтожит без следа.

Глава 2(План?)

Тяжелые кованые двери скрыли силуэт Кагуры, оставив лидера организации в абсолютной тишине зала совещаний. В глубине этого мрачного каменного мешка воздух, казалось, окончательно застыл. Глава КАТУЦА медленно поднялся со своего трона. Черный плащ безмолвным шлейфом следовал за каждым его движением, плавно извиваясь по гладким плитам пола. Он направился в самую глубь зала, туда, где в огромной каменной толще внешней стены было высечено массивное панорамное окно, открывающее вид на гигантский внутренний тренировочный полигон цитадели.

Внизу бушевал сущий ад.

Полигон буквально ходил ходуном от колоссальных, ослепительных вспышек высвобождаемой чакры. Там, внизу, не на жизнь, а на смерть сцепились двое сильнейших шиноби ордена — Второй и Третий ранги КАТУЦА. Это не было обычной дружеской спарринг-сессией или рутинной проверкой навыков. Это была жестокая, бескомпромиссная бойня за место Правой Руки Главы, где каждый удар наносился с явным намерением уничтожить соперника. Воздух на арене плавился от концентрированной энергии. Столетние каменные глыбы разлетались в мелкие щепки от безумных, разрушительных стихийных техник, а сталь элитных клинков сталкивалась с таким пронзительным грохотом, что стены цитадели мелко и непрерывно вибрировали. Третий ранг яростно, на пределе человеческих возможностей нападал, пытаясь сбросить соперника с его пьедестала, а Второй хладнокровно, с пугающей точностью отражал эти лавинообразные удары, методично доказывая свое превосходство.

Глава молча смотрел на этот хаос всего секунду. Его глаза под маской сузились от подступающей ярости. Терпеть такое самоуправство на секретной базе было непозволительно. Пространство вокруг него мгновенно исказилось, подернулось рябью, и лидер КАТУЦА растворился в воздухе, не оставив после себя даже тени или звука.

В то же мгновение прямо на полигоне, возникнув точно между сталкивающимися клинками Второго и Третьего, сокрушительным, сокрушающим вихрем черной чакры возник сам Глава. Плотность его первородной энергии была настолько чудовищной, что оба элитных бойца, словно тряпичные куклы, отлетели в противоположные стороны арены. Их смертоносные техники, готовые вот-вот сорваться с рук, развеялись в воздухе мгновенно, превратившись в безвредный дым.

— Вы что, с ума сошли?! — раскатистым, яростным криком взревел Глава, и этот наполненный убийственным намерением голос эхом ударил по стенам полигона, заставив каменную крошку посыпаться с потолка. — Хотите, чтобы нас нашли?! Правительственные ищейки Страны Огня и Земли землю носом роют, выслеживая каждый всплеск чужой энергии, а вы устраиваете этот кровавый цирк посреди базы! Выдадите наше убежище — я лично скормлю ваши души демонам!

Оба элитных шиноби, которые еще секунду назад были готовы разорвать друг друга на куски, мгновенно растеряли всю свою спесь и боевой запал. Осознав, в какой смертельный гнев они вогнали лидера, Второй и Третий синхронно упали на колени, низко склонив головы до самого каменного, покрытого трещинами пола. На полигоне воцарилась гробовая, звенящая тишина.

— Простите, господин... — в один голос глухо произнесли они, тяжело дыша от колоссальной усталости и сковавшего их конечности страха перед силой Главы.

От резкого, сокрушительного удара волны чакры Главы плотные завязки на лице Третьего ранга не выдержали. С глухим стуком его маска соскользнула с переносицы и упала на окровавленные камни полигона, отлетев на пару сантиметров в сторону. Лицо парня оказалось полностью обнажено перед присутствующими. Оно было по-настоящему жутким: живого места на коже практически не осталось, вся она была покрыта глубокими, рваными, уродливыми шрамами от старых безжалостных сражений, которые въелись в его плоть навсегда.

Глава КАТУЦА холодно, без капли жалости посмотрел сверху вниз на изуродованное лицо своего подчиненного.

— Сия, надень маску, она упала у тебя, — леденящим, не терпящим возражений тоном приказал Глава.

Прежде чем бойцы успели издать хотя бы звук или поднять глаза, силуэт Главы снова соткался из плотного черного тумана и мгновенно пропал, вернувшись в свои верхние покои цитадели.

Сия, тяжело сглатывая подступивший к горлу ком, молниеносным, отточенным движением подхватил упавшую маску с земли и закрепил ее обратно на лице, скрывая свои страшные шрамы от чужих глаз. Проявлять минутную слабость перед Вторым рангом было смертельно опасно. Как только маска зафиксировалась, Сия мгновенно активировал технику пространственного перемещения и тоже испарился с полигона, оставив после себя лишь легкое облачко серой пыли.

На опустевшей, разбитой в хлам арене остался только Второй ранг. Он медленно, превозмогая боль в мышцах, поднялся с колен, отряхнул свой плащ с полумесяцем, крепче перехватил тяжелую рукоять своего оружия и, полностью проигнорировав позорный уход соперника, молча остался тренироваться дальше. Он методично продолжал наносить удары по воздуху, доводя свои боевые движения до абсолютного, смертоносного совершенства. В КАТУЦА право силы нужно было доказывать каждую секунду своей жизни.

Тем временем в верхнем ярусе базы, в скрытых от посторонних глаз личных покоях Главы, царил полумрак. Из тени огромной каменной колонны бесшумно выступила фигура, одетая в особый вариант плаща КАТУЦА.

Это был Первый ранг — сильнейший боец организации, уступающий по могуществу только самому лидеру.

Глава стоял у массивного стола, на котором была раскинута огромная, подробная карта всех Пяти Великих Стран шиноби. Красными и золотыми отметками на ней были зафиксированы зоны влияния отряда,сожженные деревни и направления ударов их Глобальной Войны.

— Они слишком амбициозны, но глупы, — не оборачиваясь, произнес Глава, имея в виду устроивших драку Сию и Второго ранга. — Думают лишь о превосходстве друг над другом, пока мы стоим на пороге величайшего сдвига в истории.

— Сия слишком импульсивен, а Второй слишком зациклен на титуле правой руки, — глухо отозвался Первый ранг, подходя ближе к столу и глядя на карту. — Но их ярость полезна для войны. Главный вопрос в другом, Глава… Что мы будем делать, когда эта война закончится? Наш план по захвату этого прогнившего мира близок к финальной стадии. Мы сокрушим правительство, уничтожим скрытые деревни. Мы захватим мир и подчиним его себе. Но как нам контролировать его дальше, чтобы полностью искоренить саму концепцию войн?

Глава тяжело оперся руками о край стола. Этот вопрос мучил его уже долгие годы, составляя истинную, скрытую философию КАТУЦА.

— Нам нужен абсолютный, тотальный контроль, — медленно произнес лидер ордена, вглядываясь в очертания Страны Огня на пергаменте. — Если власть останется разобщенной, люди снова начнут создавать скрытые деревни. Снова появятся новые Хэчи, новые Ройсы, новые амбициозные шиноби, жаждущие крови и территорий. Мы должны установить единый порядок, железную диктатуру, где любое проявление агрессии будет караться мгновенным уничтожением.

— Я думал об этом, — покачал головой Первый ранг, скрестив руки на груди. — Но страх не работает вечно. Если мы будем держать весь мир в ужасе под знаменем золотого полумесяца, это лишь породит новые тайные сопротивления. Появятся отряды, подобные «Птицам», которые начнут партизанскую войну из подполья. Люди всегда стремятся к бунту, если их свободу полностью подавляют. Жесткий контроль силой — это не решение, это лишь отсрочка перед еще более масштабным взрывом.

Глава помрачнел. Они часами, неделями обсуждали эту дилемму, но идеального выхода так и не видели.

— А если использовать ментальное воздействие? Подчинить разум ключевых лидеров? — предложил Глава, но сам же поморщился от своей мысли. — Нет, чакра Демонов Ветра слишком нестабильна. Если мы попытаемся погрузить всю планету в вечную иллюзию или подчинить волю миллионов, разум людей просто выгорит, превратив их в безжизненных кукол. Нам нужен живой мир, но без войн. Контролировать его экономически? Силой оружия? Идеологией?

Первый ранг молчал, глядя на карту, где кровь уже лилась реками по их вине. Они вели КАТУЦА к абсолютной победе, они знали, как сокрушить армии врагов и захватить власть над континентом, но они так и не нашли того самого идеального решения — как удержать этот мир в узде и остановить бесконечный цикл человеческой ненависти, когда война закончится. Величайшие умы и сильнейшие шиноби ордена оказались бессильны перед простой истиной: человеческую природу невозможно исправить одними лишь приказами.

— Мы найдем ответ, когда сосуд Ройса будет у нас, — отрезал Глава, прерывая гнетущую дискуссию и сворачивая карту. — Кагура уже получил приказ. Охота началась.

Глава 3(Сию и Кагура)

Сырые коридоры подземной цитадели КАТУЦА, казалось, впитывали в себя любой звук, превращая его в едва различимый, зловещий шепот. Сия быстрыми, рваными шагами шел по каменным галереям нижнего яруса. Его дыхание под маской, которую он только что со страхом и злостью вернул на место, было неровным. Унижение, полученное на тренировочном полигоне на глазах у Второго ранга, выжигало его изнутри. Уродливые шрамы под плотной тканью маски зудели, словно напоминая о каждой ошибке прошлого.

Внезапно пространство перед ним пошло мелкой рябью, и прямо из воздуха соткалась тень. Это был вестник Главы — безликий исполнитель в сером плаще.

— Третий ранг, — глухо раздалось из-под капюшона вестника. — Глава требует тебя к себе. Немедленно. В верхние покои.

Сия даже не кивнул. Вестник тут же растаял в воздухе, а Третий ранг резко изменил направление движения. Сердце забилось быстрее. Вызов к Главе сразу после того, как тот разогнал их драку со Вторым, не предвещал ничего хорошего. В КАТУЦА за провинности стирали в порошок, невзирая на заслуги и высокие ранги.

Через несколько минут Сия уже стоял перед огромными дверями личных покоев лидера. Массивные створки бесшумно разошлись в стороны. Зал тонул в полумраке, лишь одинокие факелы отбрасывали длинные, танцующие тени на каменные колонны. Глава стоял спиной к вошедшему, заложив руки за спину и глядя в узкое окно-бойницу на бесконечные грозовые тучи, затянувшие небо над их базой.

— Господин, — Сия мгновенно опустился на одно колено, прижав кулак к груди. Воздух в комнате был настолько плотным от чакры Главы, что шрамы на лице Третьего ранга снова заныли.

— Поднимись, Сия, — холодно, без единой эмоции произнес Глава, не оборачиваясь. — Я вызвал тебя не для того, чтобы наказывать за твою глупую ярость на полигоне. Твоя жажда силы мне понятна. Но сейчас у ордена появилась задача, которая требует участия лучших из элиты.

Глава медленно развернулся. Его маска тускло отблескивала в багровом свете факела.

— Не так давно Кагура получил особое задание. Найти и захватить сосуд Пятого Демона Ветра — Ройса. Живым или мертвым, но его сила должна быть нашей. Однако Демон слишком опасен, а Кагура, несмотря на свое продвижение до девятого ранга, все еще слишком слаб и подвержен страху перед этим монстром. Ты отправишься вместе с ним.

Сия на секунду замер. Глаза под его маской хищно сузились. Захват Демона — это миссия грандиозного масштаба, способная навсегда закрепить за ним статус Правой Руки Главы и уничтожить любые претензии Второго ранга.

— Я согласен, господин, — твердо и без колебаний ответил Сия, в его голосе прорезалась опасная, фанатичная решимость. — Мы принесем вам голову этого мальчишки или доставим его в цепях.

— Отлично. Выступайте немедленно. Кагура ждет тебя в оружейном секторе. Совместите ваши силы и разработайте четкий план. Ошибки быть не должно, — отрезал Глава.

Сия поклонился и покинул покои. Уже через несколько минут он ворвался в полутемный оружейный зал, где Кагура как раз проверял звенья своего меча-хлыста. Кагура обернулся, его лицо под рваным плащом напряглось, когда он увидел Третьего ранга.

— Глава приставил меня к тебе, Девятый, — с легким презрением бросил Сия, подходя к массивному каменному столу в центре зала. — Твоя миссия по захвату Ройса теперь и моя миссия. Давай сюда карты, нужно продумать план, пока ты от страха не растерял остатки чакры.

Кагура стиснул зубы, но спорить не стал — ранг Сии был неоспоримо выше. Он швырнул на стол свиток с картой Страны Земли и пограничных зон Страны Огня.

— Демон нестабилен, — глухо начал Кагура, указывая пальцем на горные хребты. — Его штормы оставляют выжженные следы чакры. Если мы разделим наши поисковые отряды КАТУЦА по этим трем точкам, мы сможем зажать его в ущелье. Твои техники земли перекроют ему путь к отступлению, а мой меч...

Пока Кагура быстро и увлеченно излагал план, Сия смотрел на карту, но его взгляд постепенно становился невидящим. Монотонный голос напарника начал отдаляться, превращаясь в глухой, неразборчивый гул. Шрамы на лице Сии под маской обожгло нестерпимой, фантомной болью. Разум Третьего ранга против его воли резко провалился во тьму, утягивая его в самое жуткое, кошмарное воспоминание его жизни.

Запах сырости оружейной комнаты мгновенно сменился удушливым, резким запахом дешевого алкоголя, гари и свежей, еще теплой крови. Сие тогда было совсем мало лет. Он лежал на грязном, залитом кровью деревянном полу своего родного дома в небольшой деревне на окраине Страны Огня.

Вокруг него, буквально в паре сантиметров, лежали растерзанные, изуродованные тела его родителей. Его мать, всегда такая добрая и нежная, теперь лежала с неестественно вывернутой шеей, ее пустые глаза смотрели в потолок. Отец, который до последнего пытался защитить семью кухонным ножом, был буквально изрублен на куски.

Над телами, пошатываясь от выпитого саке, стояли трое шиноби Страны Огня. Их форменные протекторы были испачканы в крови, а на лицах застыли мерзкие, пьяные ухмылки. Они ворвались в дом посреди ночи ради забавы и легкой наживы, превратив мирную жизнь в кровавую баню. Один из них, заметив еще живого, дрожащего от ужаса маленького Сию, с хохотом замахнулся клинком, оставив на лице ребенка те самые страшные, рваные раны. Мальчик закричал от невыносимой боли, теряя сознание от потери крови и задыхаясь среди трупов собственных родителей. Мир для него рухнул, оставив только абсолютную, беспомощную безысходность.

Сия судорожно, сквозь слезы и кровь, моргнул.

И в эту же секунду время вокруг словно застыло. Пьяный хохот шиноби Огня оборвался на полуслове.

Когда Сия снова открыл глаза, те трое убийц уже не смеялись. Они безжизненными, безмолвными кулями рухнули на залитый кровью пол прямо рядом с телами его родителей. Их горла были перерезаны настолько молниеносно и чисто, что они даже не успели понять, как умерли. Кошмарный пьяный бред закончился в одно мгновение.

А посреди этой заваленной трупами комнаты, прямо перед раненым мальчиком, соткавшись из ночных теней и дыма, стоял человек. На нем был тяжелый, темный плащ КАТУЦА, а лицо скрывала таинственная, пугающая маска. От этой фигуры веяло такой сокрушительной, первобытной мощью, что маленький Сия на секунду забыл о боли от свежих шрамов. Это был Глава организации. Он стоял молча, опустив руку, с которой на пол лениво капала кровь убитых им шиноби Огня.

Глава медленно наклонился к истекающему кровью ребенку и протянул ему руку в черной перчатке. Из-под маски раздался глубокий, спокойный голос, который навсегда выжегся в сознании мальчика:

— Этот мир прогнил, дитя. Те, кто должен защищать, приносят лишь смерть ради забавы. Твои родители мертвы, и у тебя больше ничего не осталось. Но ты можешь умереть здесь, в этой грязи… или пойти со мной. Я дам тебе силу, которая заставит весь этот мир дрожать. Я научу тебя карать тех, кто считает себя вправе отбирать чужие жизни. Присоединяйся к КАТУЦА.

Маленький Сия, захлебываясь слезами и превозмогая жуткую боль в разрезанном лице, протянул свою маленькую, испачканную в крови отца руку и крепко ухватился за перчатку Главы. В тот самый день на пепелище своего дома он умер как обычный ребенок и переродился как безжалостное оружие ордена.

Резкий, металлический щелчок звеньев меча Кагуры мгновенно выдернул Сию из глубин его прошлого назад в реальность оружейного зала цитадели. Воспоминания растаяли, оставив лишь привычную, холодную ненависть ко всему миру шиноби и бесконечную преданность Главе КАТУЦА.

— Эй, Сия, ты меня вообще слышишь? — Кагура недовольно нахмурился, глядя на застывшего Третьего ранга. — Так что думаешь по поводу окружения в ущелье?

Сия медленно перевел взгляд на карту, его пальцы в перчатках крепко сжали край стола. Маска снова надежно скрывала его лицо, а шрамы перестали гореть, сменившись стальной решимостью.

— План рабочий, Девятый, — глухо и жестко произнес Сия, отталкиваясь от стола. — Но забудь про осторожность. Мы не просто окружим его. Мои техники земли запрут Демона в каменную ловушку, из которой нет выхода, а ты своим хлыстом свяжешь его чакру. Мы сделаем это быстро, четко и без лишней суеты.

Сия резко развернулся, его черный плащ с золотым полумесяцем взметнулся в воздухе, словно крыло хищной птицы.

— Выдвигаемся сейчас же. Пора показать этому миру шиноби, что бывает с теми, кто встает на пути у КАТУЦА, — бросил Третий ранг на ходу.

Кагура быстро свернул свиток, закрепил меч на поясе и последовал за ним. Две опаснейшие тени ордена стремительно растворились в темных коридорах базы, отправляясь на самую опасную охоту в своей жизни.

Первая арка «Отряд КАТУЦА» официально завершена на этой мощной ноте! Мы полностью раскрыли верхушку ордена, узнали трагическое прошлое Сии и запустили их глобальную миссию.

Глава 4 (предел?)

2 Арка "Нету выхода"

Тьма подземного убежища, сокрытого в глухих лесах на самой границе Страны Огня, казалось, имела собственный вес. Она не была похожа на монументальный, давящий мрак цитадели ордена КАТУЦА. Там, в подземельях культа, воздух был пропитан древней магией и фанатичной преданностью Главе. Здесь же, под старым, наполовину сгнившим домом Хэча, подвал пах исключительно сырой, перекопанной землей, застоявшимся человеческим потом, оружейной смазкой и едким дымом от дешевых факелов. Это место было не храмом, а подпольной кузницей, где выжившие шиноби каждый день выковывали из себя оружие для грядущего возмездия.

Одинокая толстая свеча, стоявшая на краю грубо сколоченного деревянного стола, медленно оплывала желтым парафином. Ее слабое, неровное пламя то и дело вздрагивало от сквозняков, пробивающихся сквозь щели в потолке, и отбрасывало на бревенчатую стену длинную, ломаную, постоянно дергающуюся тень молодого шиноби.

Кашира стоял в самом центре просторного тренировочного зала, глубоко вбивая стопы в сухую, утоптанную до состояния камня землю. Два года. Два долгих, невыносимых года прошло с того проклятого дня, когда на выжженной поляне Страны Земли их привычный мир разлетелся на куски. Мальчик, который когда-то испуганно бежал от преследователей, захлебываясь слезами раскаяния, остался там, на той поляне. Теперь это был рослый, крепко сбитый юноша. Его плечи заметно раздались в ширину, грудная клетка стала мощнее, а лицо полностью потеряло прежние округлые, детские черты. Скулы резко заострились, губы были плотно сжаты в узкую линию, а в глубине карих глаз поселилась тяжелая, свинцовая хмурость — следствие незаживающей душевной раны, которую не могло исцелить время.

На нем был надет простой, лишенный каких-либо украшений темно-серый боевой костюм. Широкие штанины ниже колен были намертво затянуты плотными черными обмотками, чтобы ткань не стесняла движений во время стремительных рывков и затяжных рукопашных схваток. На левой стороне груди, прямо над сердцем, тускло поблескивала тканевая нашивка с изображением раскинутых в полете крыльев. Это был символ карательного отряда «Птицы». Правительство Страны Огня, испуганное масштабами Глобальной Войны, официально признало этих двенадцать выживших шиноби своей последней, секретной линией обороны. Им дали имя, им дали статус, но никто из чиновников не верил, что горстка подростков способна остановить наступающую тьму.

Прямо перед ногами Каширы на грязном полу лежал развернутый древний пергамент. Это был не официальный свиток какой-то известной скрытой деревни, а личный черновик Хэча, вырванный Каширой из тайника в подвале перед самым уходом. Бумага была старой, пожелтевшей от времени и влаги, с потрескавшимися краями. На ней не было привычных и понятных схем циркуляции чакры, которые изучают в академиях, не было и перечня необходимых ручных печатей. Вместо этого весь пергамент был покрыт хаотичными, рваными набросками, сделанными быстрой, дрожащей рукой Хэча во время его наблюдений.

Текст на полях описывал абсолютно неестественную, пугающую физику движений Пятого Демона Ветра. Хэч пытался сухими словами зафиксировать то, чему не было объяснения: как монстр в теле Ройса перемещался в пространстве. Без малейшей подготовки, без складывания знаков, без видимого разгона — он просто растворялся в воздухе в одной точке и мгновенно возникал в другой, сокрушая звуковой барьер с тихим, сухим, похожим на щелчок треском.

— Еще раз, — хрипло, почти беззвучно приказал сам себе Кашира.

Его голос за эти два года сильно сломался, став низким и грубым. Юноша вытер тыльной стороной ладони липкий, соленый пот, который заливал глаза и жег веки, и снова сосредоточился.

Он медленно закрыл глаза, делая глубокий, ровный вдох через нос и такой же размеренный выдох через рот. Ему нужно было полностью очистить разум. Выбросить из головы мысли о войне, о сожженных деревнях Страны Воды, о предательстве Кагуры, который теперь носил рваный плащ КАТУЦА. Оставить только одну цель.

Внутри него, глубоко в чакроканалах, заворочалась собственная энергия. Кашира заставил ее сжаться, спрессоваться в районе живота, превращая в плотный, едва управляемый комок. А затем одним мощным, яростным ментальным толчком погнал этот поток вниз, распределяя его по бедрам, икрам и ступням. В этом и заключалось главное проклятие тренировки. Шаг Демона не был стандартной техникой скорости. Он требовал мгновенного, лавинообразного взрыва энергии в самую точку опоры. Демоническая чакра Ройса позволяла ему буквально сминать, деформировать пространство под ногами, преодолевая сопротивление воздуха за доли секунды. Кашира же, не имея внутри себя демонической силы, пытался воссоздать этот безумный эффект с помощью обычной, человеческой чакры, насильно заставляя ее взрываться внутри собственных мышц и сухожилий.

Кашира резко распахнул глаза. Вокруг его щиколоток, прямо поверх черных тканевых обмоток, с сухим и злым треском сорвались первые бледно-голубые искры. Это был опасный побочный эффект: человеческая чакра от колоссального, неестественного давления внутри каналов начинала хаотично разрушаться и выходить наружу в виде нестабильного статического электричества. Замкнутый воздух подвала мгновенно наполнился резким, удушливым запахом озона.

«Я должен двигаться так же, как он. С такой же скоростью. С такой же абсолютной неотвратимостью. Иначе всё зря», — пронеслось в его голове. Перед мысленным взором на долю секунды вспыхнуло лицо Ройса из его недавних кошмаров — бледное, с полностью черными, маслянистыми зрачками Демона Ветра и пугающей, безумной ухмылкой, лишенной всего человеческого.

«Сейчас!» — скомандовал он самому себе и сделал резкий, взрывной выпад вперед, пытаясь заставить тело исчезнуть.

БАТЦ!

Вместо идеального, бесшумного перемещения по подземному залу разнесся оглушительный, хаотичный взрыв, похожий на залп тяжелого орудия. Человеческие каналы Каширы просто не смогли удержать и направить такой колоссальный напор спрессованной энергии. Плотная электрическая дуга сорвалась с его правой ступни, так и не успев сформировать правильный вектор движения.

Каширу с дикой, сокрушительной силой швырнуло в сторону, словно от направленного детонатора взрывной печати. Юноша полностью потерял равновесие, кубарем покатился по жесткой, иссушенной земле подвала, поднимая тучи серой пыли, и со всего размаху влетел спиной в массивную деревянную опору, поддерживающую тяжелый потолок подземелья.

Глухой, тяжелый удар отозвался по всему телу. Деревянный столб угрожающе затрещал, по нему поползла свежая трещина, а сверху на волосы и плечи парня посыпалась мелкая земляная крошка. Кашира повалился на бок, согнулся пополам и зашелся в сухом, мучительном кашле, судорожно хватаясь рукой за грудную клетку в попытке сделать хотя бы один глоток воздуха. Удар выбил из его легких всё до последнего остатка.

— Проклятье… — сквозь слезы и кашель прохрипел Кашира, медленно сползая по столбу спиной на землю.

Его правая нога мелко, судорожно дрожала, мышцы сводило сильнейшим спазмом. Плотная ткань обмотки в районе голени была безжалостно прожжена, обугленные края слабо тлели, а кожа под ними покрылась багровой, сочащейся сеткой термических ожогов. Собственная чакра внутри каналов взбунтовалась, хаотично пульсируя, обжигая тело изнутри и наотрез отказываясь подчиняться командам разума.

Это был полный, абсолютный провал. Уже в сотый, в тысячный раз за эти бесконечные, изнурительные недели ночных тренировок. Шаг Демона упорно отвергал человеческую природу. Техника, которая должна была стать его главным козырем в войне против КАТУЦА и единственным способом выстоять в будущем против Ройса, калечила его тело, не давая взамен ничего, кроме боли.

Кашира со злостью, не обращая внимания на судороги, ударил кулаком по жесткой земле, разбивая костяшки пальцев в кровь.

— Почему?! Что, черт возьми, я делаю не так?! — его погрубевший голос сорвался на яростный крик, полный отчаяния и глубокого бессилия. Он эхом разнесся по пустым углам подвала. — Время уходит! Война уже вовсю полыхает на границах, КАТУЦА сжигают мирные деревни одну за другой, этот ублюдок Кагура носит их плащ с полумесяцем и вырезает людей в Стране Воды, а я… я застрял в этом проклятом подвале и не могу сделать даже один правильный шаг!

Он тяжело, прерывисто дышал, уставившись на лежащий в стороне пергамент Хэча. На глазах от дикой физической боли, жжения в ноге и ментального бессилия на мгновение проступили горькие, злые слезы. Но Кашира тут же резко, наотмашь смахнул их рукавом костюма. Слабость больше не была позволительна. Слишком высокая цена стояла на кону, и обратного пути у него не было.

Если он не освоит эту технику, он не сможет защитить отряд. Он не сможет остановить Демона, когда тот решит завершить свое жуткое пророчество. Кашира больше всего на свете боялся снова оказаться тем самым беспомощным, жалким тринадцатилетним мальчишкой, который может только стоять на коленях в грязи, захлебываться от плача и смотреть, как его единственный лучший друг навсегда уходит во тьму, превращаясь в монстра.

Он вспомнил Шибу, который едва выкарабкался с того света после их первой встречи с Демоном. Вспомнил Хэча, который пожертвовал своим честным именем, домом и статусом в правительстве, чтобы укрыть их здесь, в глуши. Вспомнил всех двенадцать человек их карательного отряда «Птицы». Они все доверились ему. Пока он пытался прыгнуть выше головы и скопировать силу бога ветра здесь, внизу, остальные парни тренировались до седьмого пота на верхних тренировочных площадках базы, оттачивая тактическое взаимодействие. Правительство сделало их отряд последним, секретным заслоном на пути наступающего ордена КАТУЦА. И подвести их из-за собственной анатомической неполноценности было равносильно предательству.

С огромным трудом, сжимая челюсти до хруста в зубах и полностью игнорируя пульсирующую, стреляющую боль в поврежденной голени, Кашира начал медленно подниматься на ноги. Его ощутимо пошатывало из стороны в сторону, обожженная нога отказывалась держать вес тела, мышцы выли от колоссального перенапряжения. Но взгляд юноши снова стал жестким, упрямым и сфокусированным, словно у дикого зверя, зажатого в угол.

Он медленно, прихрамывая, подошел обратно к центру зала. Смахнул капли липкого пота, застилающие обзор, перехватил поудобнее дыхание и снова встал в исходную, жесткую боевую стойку шиноби.

— Еще раз, — процедил он сквозь зубы, заставляя бущующую, разорванную чакру снова концентрироваться в конечностях, несмотря на адское жжение в поврежденных каналах. — Я заставлю свое тело двигаться так же, как двигался Демон. Даже если ради этого мне придется сжечь собственные ноги до костей. Я не отступлю.

В этот момент чакра на его ступнях снова начала сжиматься, готовясь к новому, потенциально разрушительному взрыву. Воздух вокруг щиколоток задрожал от плотности энергии, а изнурительная, сумасшедшая тренировка в подвале продолжилась с новой, еще более отчаянной и опасной силой. Кашира упрямо шел сквозь физический ад, готовый уничтожить себя ради одного единственного идеального рывка.

------------------------------

Тяжелая деревянная дверь, ведущая из подвала на верхние этажи заброшенного дома, со скрипом отворилась. Кашира даже не обернулся, его чакра была на пределе взрыва, но знакомые шаги заставили его на секунду ослабить концентрацию. На лестнице показались две фигуры. Это были братья Шибу — старший и младший.

За эти два года они тоже сильно изменились. Старший Шибу стал выглядеть еще более сурово, на его теле добавилось боевых шрамов, а младший заметно подрос, но в его глазах по-прежнему читалось сильное беспокойство за их маленькую команду. Они молча спустились по ступеням, и их взгляды сразу упали на прожженную штанину Каширы, сочащиеся ожоги на голени и разбитые в кровь кулаки. В воздухе отчетливо пахло горелой плотью и озоном.

— Ты снова за свое, Кашира? — глухо и с явным осуждением в голосе произнес старший Шибу, останавливаясь у границы тренировочного круга. Он скрестил руки на груди, внимательно разглядывая повреждения юноши. — Ты калечишь себя каждый день ради техники, которую человек в принципе не способен повторить. Хэч ясно написал в своих заметках: это физика Демона. У тебя нет его каналов, у тебя нет его регенерации. Еще пара таких взрывов, и ты просто останешься калекой до конца жизни. Как ты собираешься вести отряд «Птицы» в бой, если не сможешь даже ходить?

Кашира резко повернул к ним голову. Его тяжело вздымающаяся грудь и безумный, упрямый взгляд заставили младшего Шибу невольно сделать полшага назад.

— Вы ничего не понимаете! — резко, со злостью выкрикнул Кашира, тяжело дыша. — Вы не видели то, что видел я! Вы не чувствовали ту силу, от которой воздух вокруг деревьев гнил за секунды! КАТУЦА наступают, их элита уничтожает скрытые поселения, Кагура стал их девятым рангом и режет людей сотнями. Если мы столкнемся с ними или с Ройсом, нашей обычной тактики шиноби не хватит даже на две минуты боя! Нас просто раздавят, как насекомых!

Старший Шибу сделал шаг вперед, его лицо оставалось абсолютно спокойным, но в голосе прорезались жесткие, командирские нотки:

— Мы всё понимаем, Кашира. Мы тренируемся наверху каждый божий день, доводя командное взаимодействие до идеала. Отряд «Птицы» — это двенадцать человек, готовых стоять друг за друга насмерть, а не один сумасшедший одиночка, который решил сжечь свои каналы в подвале. Сила Демона — это проклятие, а не пример для подражания. Если ты продолжишь в том же духе, КАТУЦА даже не придется нас искать. Ты убьешь себя сам, еще до того, как мы сделаем первый шаг на этой войне.

Младший Шибу подошел ближе, протягивая Кашире чистые медицинские бинты и флягу с прохладной водой.

— Хватит на сегодня, Кашира. Пожалуйста, — тихо, но твердо произнес младший брат. — Поднимись наверх, обработай раны. Хэч собрал новые сведения о перемещениях КАТУЦА. Нам нужно обсудить общий план отряда, а не смотреть, как ты уничтожаешь себя изнутри.

Кашира долго, тяжело смотрел на бинты в руке младшего Шибу, его кулаки медленно разжались, а бушующая вокруг ног бледно-голубая чакра наконец с шипением угасла, вернув подвал в привычный полумрак. Юноша обессиленно опустил голову. Он понимал, что братья правы, но липкий страх перед будущим и колоссальная ответственность за жизни друзей продолжали гнать его вперед, через любую боль и любые провалы. Война была слишком близко, и времени на ошибки у отряда «Птицы» действительно не оставалось.

Глава 5(засада)

На второе утро после той тяжелой, изнурительной тренировки в подвале небо над восточной границей Страны Огня окончательно заволокло тяжелыми, свинцовыми тучами. Они висели так низко, что казалось, будто верхушки вековых дубов пронзают их насквозь. Из этого серого месива беспрестанно, монотонно моросил мелкий, ледяной дождь. Сырой, тяжелый воздух был насквозь пропитан запахом гниющей прелой листвы, мокрой древесной коры и влажной земли, которая под ногами превращалась в липкое месиво. В такую погоду птицы обычно прячутся в свои гнезда, но правительственный карательный отряд, носивший это гордое имя, был вынужден идти на передовую.

Они продвигались сквозь дикую, нетронутую чащу векового леса. Двенадцать силуэтов, облаченных в одинаковые темно-серые боевые плащи с эмблемой раскинутых крыльев на груди, двигались практически бесшумно. Они скользили между гигантскими стволами, перепрыгивали с одной мокрой ветки на другую, стараясь не издавать ни единого лишнего звука. Каждый из них был предельно собран, чутко вслушиваясь в мертвую тишину леса, которую нарушал лишь тихий шелест падающих капель.

Кашира шел в самом авангарде группы, задавая темп. Его правая голень, туго перетянутая свежими медицинскими бинтами после вчерашнего сокрушительного провала в подвале, неприятно и сильно пульсировала тупой, ноющей болью при каждом резком толчке. Но юноша упрямо, стиснув зубы, игнорировал эту слабость. Его взгляд, лишенный прежней подростковой мягкости, сканировал каждый куст. Рядом с ним, контролируя фланги, бесшумно скользили братья Шибу — старший и младший, а чуть позади шел Хэч, чье опытное лицо сейчас выражало крайнюю степень озабоченности. Свежие разведывательные данные, которые они получили от правительственных информаторов, прямо указывали: элитные каратели ордена КАТУЦА нарушили границы и просочились именно в этот сектор.

Внезапно мертвую тишину чащи разорвали резкие, пугающие звуки, донесшиеся со стороны небольшой поляны, скрытой за плотной, непроходимой стеной колючего кустарника. Это был отчетливый, ни с чем не сравнимый металлический лязг, глухие, тяжелые удары ломающихся костей и полные предсмертного ужаса приглушенные стоны.

— Стой! — Хэч мгновенно поднял раскрытую ладонь вверх, подавая отряду тактический знак.

Все двенадцать бойцов отряда «Птицы» в ту же долю секунды замерли на месте, буквально слившись с кронами и стволами деревьев. Сердца парней забились быстрее, чакра пришла в боевую готовность.

Кашира аккуратно, стараясь не колыхать мокрые листья, раздвинул ветви кустарника и заглянул на поляну. То, что он увидел, заставило его кровь буквально застыть в жилах, а пальцы сами собой мертвой хваткой вцепились в рукоять меча. Посреди вытоптанной, окровавленной травы, щедро поливаемой дождем, стоял человек. На его плечах лениво колыхался тот самый рваный черный плащ, на спине которого зловеще и ярко блестел золотой полумесяц — символ КАТУЦА. В правой руке он небрежно покачивал свой длинный, сегментированный меч-хлыст, звенья которого с тихим скрежетом терлись друг о друга. Это был Кагура. У его ног в неестественных позах лежали тела четырех местных дозорных шиноби Страны Огня, а сам предатель с безумной, извращенной ухмылкой медленно слизывал свежую кровь с лезвия своего оружия.

— Ну надо же, какие высокопоставленные гости пожаловали в мою глушь, — внезапно протянул Кагура, даже не оборачиваясь в сторону кустов. Его боевые инстинкты за два года беспрерывной Глобальной Войны обострились до какого-то звериного предела. — Я отчетливо чувствую мерзкий запах правительственных ищеек. Вылезайте из своих гнезд, птички. Пора подрезать вам крылья, пока вы не взлетели слишком высоко.

Поняв, что маскировка полностью раскрыта и эффекта неожиданности не будет, Кашира больше не мог сдерживать бушующую внутри ярость. С диким, надрывным криком он первым спрыгнул с ветки дуба, обнажая свой клинок:

— Кагура, ублюдок! Предатель! Сегодня ты ответишь за всё, что совершил!

Весь отряд «Птицы» мгновенно, по отработанной схеме, ринулся вниз, окружая врага плотным, непреодолимым кольцом. Двенадцать шиноби заняли боевые позиции, готовые разорвать Девятого ранга КАТУЦА на куски. Но Кагура в ответ лишь запрокинул голову назад и громко, безумно расхохотался. В его глазах не было и капли того парализующего, первобытного страха, который сковывал его два года назад перед Пятым Демоном Ветра. Против обычных, пусть и обученных человеческих шиноби, он чувствовал себя абсолютным, неприкасаемым богом смерти.

Бой вспыхнул с яростью шторма. Шестеро молодых, полных решимости бойцов отряда «Птицы» синхронно, с разных сторон бросились на Кагуру. Они пытались зажать его в тиски, комбинируя стремительные выпады кунаев и быстрые стихийные техники огня и земли. Но Кагура действовал с какой-то пугающей, запредельной скоростью, которую они не могли предугадать.

Его меч-хлыст с металлическим скрежетом мгновенно разделился на десятки острых, бритвенно-острых звеньев и взметнулся в воздух, словно гигантская, голодная стальная змея. Одним широким, молниеносным круговым взмахом Кагура рассек лесной воздух. Первому молодому бойцу, который попытался обойти его со спины и нанести удар в уязвимую зону, сегментированное лезвие насквозь, с мерзким хлюпаньем пробило грудную клетку. Парень даже не успел осознать, что произошло, и издать хотя бы всхлип. Кагура резко, с силой дернул рукоять оружия на себя, вырывая металл вместе с кусками плоти и фонтаном багровой крови, и следующим непрерывным, плавным выпадом начисто снес голову второму нападавшему. Голова парня отлетела в сторону, тяжело покатившись по мокрой траве.

— Слабаки! Жалкие, ничтожные черви! — безумно ревел Кагура, совершая неестественный кульбит в воздухе и легко уходя от летящего в него огненного шара третьего шиноби.

Его рваный плащ с полумесяцем развевался на ветру, словно щит из чистой тьмы. Кагура приземлился и совершил стремительный, хищный рывок вперед, сокращая дистанцию. Его меч-хлыст, повинуясь малейшему движению кисти, обвился вокруг шеи четвертого члена отряда и с жуткий, отчетливым хрустом переломил ему шейные позвонки. Парень замертво рухнул в грязь.

Пятый и шестой бойцы, видя гибель товарищей, стиснули зубы и попытались использовать совместную технику земли, чтобы намертво заблокировать ноги врага каменными путами. Земля под Кагурой зашевелилась, но он просто взмыл высоко в небо, легко разорвав неокрепшие оковы. Находясь в наивысшей точке полета, он с чудовищной силой обрушил свой сегментированный клинок обратно вниз. Стальные звенья удлинились на несколько метров, пробивая черепа обоим шиноби Огня насквозь и буквально пригвождая их безжизненные тела к окровавленной, растоптанной земле поляны.

Всего за какие-то несчастные, кошмарные несколько секунд шесть подготовленных, верных долгу парней из отряда «Птицы» превратились в изуродованные, бездыханные трупы, заливая некогда зеленую траву лесной поляны потоками горячей крови, которую тут же смывал холодный дождь.

Кашира, наблюдая за этой мгновенной, безжалостной бойней, окончательно потерял контроль над собой. Он взвыл от дикой ярости, боли и собственного бессилия. Его человеческая чакра вспыхнула ярким, зловещим пламенем, а вокруг щиколоток снова хаотично, с треском заплясали бледно-голубые искры. Он отчаянно попытался активировать тот самый безумный, запретный Шаг Демона, чтобы одним сверхзвуковым рывком достать убийцу своих друзей и снести ему голову. Но поврежденные вчерашней тренировкой каналы правой голени не выдержали такого напора энергии. Они отозвались дикой, острой, парализующей болью, словно в ногу вонзили раскаленный штырь. Кашира споткнулся на ровном месте, его техника с шипением сорвалась, и он едва не повалился в грязь, тяжело, хрипло дыша и буквально сжигая свои внутренние каналы от бессилия.

Старший Шибу, видя, как Кашира калечит себя, а Кагура уже замахивается для нового удара, среагировал мгновенно. Его лицо исказилось от суровой решимости. Он рванул вперед, на ходу складывая печати, и выставил перед собой мощный щит чакры, блокируя очередной смертоносный выпад меча-хлыста, направленный в младшего брата. Сталь с грохотом ударилась о защиту, выбивая снопы искр. Старший Шибу выстоял, но от удара его отбросило на пару шагов назад. Младший Шибу вместе с Хэчем в это время отчаянно пытались перегруппировать оставшихся в живых бойцов и выстроить хоть какую-то оборону.

Кагура, заметив те самые бледно-голубые искры вокруг ног Каширы, на секунду замер как вкопанный. Его безумная ухмылка мгновенно сползла, а на лице проступила тень глубокого, панического узнавания. Эти искры и физика неудавшегося движения слишком сильно, до дрожи в коленях напоминали ему скорость Ройса, поглощенного Пятым Демоном Ветра. Страх перед монстром, который засел глубоко внутри Кагуры, заставил его сердце пропустить удар. Он отчетливо понял: этот странный правительственный отряд копает слишком глубоко, изучает природу Демона и в будущем может серьезно нарушить планы ордена КАТУЦА по поимке Ройса. К тому же Хэч и выжившие братья Шибу уже перестроились, готовя массовую, мощную контратаку всеми оставшимися силами.

— Что ж, пожалуй, на сегодня с вас хватит, — злобно и нервно выплюнул Кагура, резким движением руки собирая свой меч-хлыст обратно в единое, жесткое лезвие. — Нам еще предстоит встретиться на полях этой Глобальной Войны, жалкие птички. Обещаю, в следующий раз я лично добю каждого из вас и вырву ваши крылья с корнем.

Прежде чем Хэч или разъяренные братья Шибу успели нанести ответный стихийный удар, Кагура с силой бросил под ноги особую дымовую шашку, заряженную скрывающей чакрой КАТУЦА. Поляну мгновенно заволокло густым, непроглядным, удушливым фиолетовым туманом, который полностью заблокировал видимость и восприятие чакры. Хэч резко взмахнул руками, создавая мощный порыв ветра, который за секунду развеял дымовую завесу. Но было уже слишком поздно. Кагуры на поляне не было. Он расчетливо и трусливо сбежал, скрывшись в глубине темного леса.

На залитой дождем и кровью поляне воцарилась удушающая, страшная тишина. Шесть выживших членов отряда «Птицы» — Кашира, Хэч, старший и младший Шибу и еще двое потрясенных бойцов — остались стоять посреди трупов своих павших братьев. Первый же бой против элиты КАТУЦА обернулся для них сокрушительной, кровавой катастрофой.

Глава 6(собрания 6 Сэнто)

2 Арка Разгар войны

Свинцовые тучи, затянувшие небо над Залом Высшего Совета, казались предвестниками скорого конца света. Ледяной ветер свистел между массивными мраморными колоннами, но внутри огромного круглого зала царила удушающая, звенящая тишина. Воздух здесь буквально плавился и ходил ходуном от невероятной, колоссальной концентрации энергии. Плотность чужой чакры была настолько чудовищной, что обычный человек упал бы замертво, просто переступив порог этого помещения.

В центре зала располагался огромный круглый стол, высеченный из единого куска древнего черного гранита. За ним восседали шесть человек. Шесть величайших мастеров, чьи имена заставляли трепетать целые континенты. Великие Сэнто — живые воплощения стихийных элементов, удерживающие баланс в этом прогнившем мире шиноби.

На главном месте, прямо напротив панорамного окна, сидел Сэнто стороны Каго — повелитель стихии Огня.

За последние два года Глобальной Войны лицо Сэнто Каго осунулось, скулы резко заострились, а в глазах поселился тяжелый, испепеляющий блеск. Его тело, облаченное в тяжелые багровые армейские доспехи, непрерывно пульсировало волнами скрытого жара. Каналы чакры на его шее и руках вздулись, отливая багровым светом. Воздух вокруг повелителя Каго непрерывно дрожал, искажая пространство, а от каждого его тяжелого вздоха по гранитному столу лениво пробегали крохотные искры. Он управлял яростью Огня, и сейчас эта ярость требовала выхода.

Сэнто Каго медленно опустил свои тяжелые, покрытые старыми боевыми ожогами ладони на черную поверхность стола. Глухой удар эхом разнесся по залу, заставив факелы на стенах вспыхнуть яростным пламенем.

— Мы собрались здесь не для того, чтобы в сотый раз выслушивать отчеты о потерях, — голос мастера Каго прогрохотал, словно раскат грома, заставляя остальных Сэнто внутренне подобраться. — Два года! Два долгих, проклятых года Глобальная Война выжигает наши земли. Радикальный орден КАТУЦА под своим паршивым знаменем золотого полумесяца стирает с лица земли одну скрытую деревню за другой. Мои информаторы докладывают, что их элитные каратели вырезали Страну Воды, а вчера совершили наглую засаду на наших границах!

Повелитель Огня резко поднялся со своего места, и его багровая чакра Огня вспыхнула с такой силой, что деревянные стулья в зале угрожающе затрещали.

— Мой план прост и неотвратим, — Сэнто Каго обвел присутствующих тяжелым, испепеляющим взглядом. — Полное, бескомпромиссное уничтожение. Мы должны собрать все шесть стихийных армий в единый несокрушимый кулак. Мы найдем их подземную цитадель, ударим со всех фронтов одновременно и выжжем КАТУЦА до самого основания! Мы сотрем их имя из истории шиноби, а их души скормим демонам!

Слова Сэнто Огня повисли в воздухе тяжелой, неотвратимой угрозой. За столом начался тихий, одобрительный гул. Сэнто Земли, чье массивное каменистое тело тускло поблескивало зелеными кристаллами, тяжело кивнул, соглашаясь с планом. Сэнто Молнии, чьи пальцы непрерывно выбивали искры статического электричества, хищно оскалился, предвкушая грядущую бойню. Большинство присутствующих были согласны: КАТУЦА зашли слишком далеко, и пощады им быть не могло.

— Я согласен с Каго. Пора подрезать крылья этим фанатикам, — глухо прорычал Сэнто Земли.

— Наш шторм сотрет их полумесяц с неба, — поддержала Сэнто Молнии.

Но в самый разгар этого единодушного одобрения из глубины зала раздался холодный, мерный всплеск чужой энергии. Плотный поток чистейшей, леденящей чакры Воды заставил багровые искры Огня с шипением угаснуть.

— Я против этого безумного плана, — раздался тихий, но удивительно твердый, пронизывающий до костей голос.

Все Сэнто одновременно повернули головы. Говорил Сэнто стороны Таи — великий мастер стихии Воды.

Повелитель Таи сидел, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Его лицо, бледное и непроницаемое, как зеркальная гладь замерзшего озера, выражало крайнюю степень озабоченности. Вокруг его запястий лениво струились тонкие, полупрозрачные нити водяной чакры, приятно охлаждая раскаленный воздух. Страна Воды уже захлебнулась в крови КАТУЦА, но в глазах Сэнто Таи горел вовсе не страх за свои территории. Там была личная, глубокая, незаживающая рана.

Повелитель Каго медленно повернулся к нему, и его глаза налились бешеной кровью.

— Ты против, Таи? — прорычал Сэнто Огня, и воздух вокруг его кулаков снова полыхнул жаром. — Твои деревни стерты с лица земли, твои шиноби вырезаны! И ты предлагаешь сидеть сложа руки, пока КАТУЦА режет твоих людей?!

Сэнто Таи спокойно выдержал этот испепеляющий взгляд. Он медленно поднялся, и водяная чакра вокруг его тела запульсировала возрастающим темпом.

— Ты видишь только войну и пепел, Каго, но не видишь всей картины, — ледяным тоном ответил Сэнто Воды. — Твой прямолинейный штурм — это самоубийство. Мы просто утопим наши армии в крови. Я предлагаю совершенно другую тактику. Мы должны взять их цитадель в плотное кольцо, перекрыть все каналы снабжения и… попытаться договориться. Нам нужно выйти на переговоры с верхушкой КАТУЦА.

За столом воцарилась удушающая, шокированная тишина. Сэнто Молнии даже перестал выбивать искры, округлив глаза от удивления.

— Договориться?! С КАТУЦА?! — мастер Каго безумно расхохотался, и этот смех был полон дикой ярости. — Ты сошел с ума! С террористами и палачами не договариваются! С чего вдруг великий Сэнто Таи предлагает проявить такую трусливую, жалкую мягкость к врагам?!

Повелитель Воды на секунду закрыл глаза, и его кулаки сжались так крепко, что костяшки побелели. Когда он снова открыл глаза, в них отразилась бездонная, жуткая боль.

— Потому что в самом эпицентре этих сражений, среди элиты КАТУЦА, находится тот, кого я не могу просто уничтожить, — тихо, но отчетливо произнес Сэнто Таи, и его голос дрогнул от нахлынувших эмоций. — Мой младший брат… Войд. Он жив. И сейчас он занимает пятое место в иерархии ордена КАТУЦА. Пятый ранг. Если вы начнете тотальную зачистку — вы убьете моего брата. Я не позволю вам этого сделать. Мы должны окружить их и вытащить его оттуда!

Слова Сэнто Воды ударили по залу, словно громовой разряд. Собрание 6 Сэнто мгновенно превратилось в кипящий котел. Повелитель Каго в ярости ударил кулаком по столу, ломая гранитную плиту.

— Мне плевать, кто его брат! Пятый ранг КАТУЦА — такой же убийца, как и остальные! — взревел Сэнто Огня. — Мы уничтожим всех!

— Ты не посмеешь тронуть Войда! — ответил Сэнто Таи, и плотная водяная волна чакры рванулась из изначальных потоков, сталкиваясь с багровым пламенем Огня.

Воздух в центре зала взорвался от оглушительного шипения. Пар заволок помещение, Сэнто Молнии и Земли уже вскочили со своих мест, пытаясь разнять готовых разорвать друг друга мастеров. Плотность энергии достигла пика, Собрание 6 Сэнто трещало по швам, готовое перерасти в полноценную внутреннюю бойню прямо посреди зала.

И в этот самый миг, когда накал страстей достиг своего абсолютного предела, вся бушующая чакра Каго и Таи в зале в одно мгновение… просто растворилась. Она исчезла, словно её начисто выжгло чьим-то колоссальным, подавляющим присутствием.

Пространство прямо по центру круглого гранитного стола внезапно пошло мелкой, уродливой рябью. Воздух зазвенел от удушающего, леденящего давления, от которого у всех шести Сэнто одновременно перехватило дыхание, а сердца пропустили удар.

БА-БАХ!

С оглушительным, раскатистым грохотом пространство разорвалось. Прямо из воздуха, соткавшись из плотного черного тумана и гнилой первобытной энергии, в самом центре гранитного стола появился человек. Мощнейший всплеск его темной чакры ударной волной разнесся во все стороны, с грохотом срывая и ломая массивный стол Собрания. Осколки черного гранита веером разлетелись по залу, врезаясь в мраморные колонны.

Это был Глава ордена КАТУЦА.

Он стоял на обломках стола, нависая над присутствующими подобно богу смерти. Его тяжелый, свободный угольно-черный плащ плавно извивался, словно шлейф из чистой тьмы, а на спине зловещим багровым светом вспыхнул огромный золотой полумесяц [source: 1]. Лицо лидера организации скрывала глухая, таинственная маска, из-под которой хищно и фанатично поблискивали холодные глаза [source: 1]. От его фигуры веяло такой сокрушительной, древней мощью, что факелы на стенах зала послушно угасли, погружая помещение в привычную для КАТУЦА непроглядную тьму [source: 1].

Глава КАТУЦА медленно обвел взглядом ошеломленных, тяжело дышащих мастеров, и из-под его маски раздался глубокий, леденящий душу голос, от которого по спинам Сэнто пробежал мороз:

— Ну надо же… Какое трогательное зрелище. Великие Сэнто собрались вместе, чтобы обсудить мою гибель? — Глава хищно ухмыльнулся, и его чакра на мгновение вспыхнула багровым огнем, заставляя стены зала покрыться глубокими трещинами [source: 1]. — Вы думали, что ваши жалкие армии смогут остановить наступающий триумф золотого полумесяца? Вы глупы и слепы. И раз уж вы все здесь… пожалуй, я лично скормлю ваши души демонам прямо сейчас.

Все шесть Сэнто, которые еще секунду назад были готовы драться друг с другом, мгновенно растеряли свою спесь. Осознав, какая смертельная угроза нависла над ними, они синхронно схватились за рукояти своих клинков и начали стремительно концентрировать стихийную чакру. Воздух вокруг зазвенел от сотен ручных знаков, готовых сорваться в смертоносную контратаку. Битва, способная уничтожить весь Зал Совета, была неизбежна. Глава КАТУЦА стоял посреди руин стола, готовый принять этот бой на своих условиях.

Глава 7(Катуца)

Пыль и дым от разрушенного гранитного стола еще не успели осесть, а по залу Совета уже пополз шепоток, полный первобытного ужаса и жгучей ненависти. Сэнто переглядывались, не веря собственным глазам. Человек, стоящий перед ними на руинах, не был безымянным монстром. Его знали все.

— Катуца… — процедил сквозь зубы Сэнто стороны Таи (Воды), и его водяная чакра на мгновение дрогнула. — Это действительно он.

Каждому из присутствующих мастеров было известно это проклятое имя. Некогда великий воин, который должен был защищать свой дом, совершил самое страшное преступление — он предал собственный народ. Обретя колоссальную, зловещую силу темной стихии и став Сэнто стороны Широ (Инь), он отрекся от всего, во что верил. Катуца собрал вокруг себя отряд безумных фанатиков, полностью покинул территорию своей родной страны и объявил войну абсолютно всем Скрытым Деревням. И теперь этот предатель стоял прямо перед ними, нагло ухмыляясь из-под маски.

— Ты заплатишь за свое предательство, тварь! — взревел Сэнто стороны Каго (Огня).

Его настоящее имя было Шиндо, и его ярость была такой же неукротимой, как и стихия, которой он повелевал. Тело Шиндо мгновенно окуталось плотным, ревущим коконом из багрового пламени. Каналы чакры на его лице вздулись от запредельного напряжения. Он не собирался тратить время на разговоры.

Шиндо резко вскинул руки вперед, и из его ладоней с металлическим скрежетом вырвались массивные, раскаленные добела огненные цепи. Они со свистом рассекли воздух, заставляя мраморные колонны плавиться от одного лишь жара, и мертвой хваткой обрушились на фигуру лидера КАТУЦА. Шиндо планировал намертво сковать предателя, выжечь его чакру и заставить страдать.

Цели достигли мишени. Огненные звенья с грохотом сомкнулись на шее и торсе Катуцы… но взрыва или крика боли не последовало.

С ужасом Шиндо заметил, что раскаленные цепи просто прошли насквозь, словно Катуца был всего лишь бесплотным призраком или голограммой. Огонь безвредно лизал воздух там, где секунду назад стоял человек.

— Что за чертовщина?! — выкрикнул Сэнто Земли (Вота), делая шаг назад.

— Моя техника Инь совершенна, Шиндо, — раздался леденящий, глухой голос Катуцы из-под маски. — Вы все еще заперты в рамках физического мира, пока я управляю истинной пустотой.

Это была его личная, запредельная способность — Широ-Синд. Техника, позволяющая владельцу чакры Широ (Инь) переводить свое тело в неосязаемое состояние, пропуская сквозь себя любые, даже самые разрушительные стихийные атаки.

Не успели Сэнто опомниться от увиденного, как Катуца начал складывать новые ручные знаки с такой скоростью, что его пальцы превратились в сплошное размытое пятно. Плотность темной энергии в зале возросла стократно.

— Широ Вос! — холодно отчеканил предатель.

Прямо под ногами Шиндо, Сэнто стороны Каго, гранитный пол внезапно зашевелился. Твердый камень в мгновение ока превратился в жидкую, абсолютно черную, бурлящую лужу, от которой веяло могильным холодом. Шиндо попытался отпрыгнуть, активируя чакру Огня в стопах, чтобы оттолкнуться, но было слишком поздно. Жуткая темная жижа Широ Вос действовала как космическая вакуумная ловушка — она мертвой хваткой вцепилась в его ноги и с чудовищной силой потащила мастера Огня вниз.

— Помогите!.. — успел прорычать Шиндо, яростно пытаясь удержаться на плаву, но багровая огненная чакра бессильно угасала, соприкасаясь с абсолютной тьмой Инь. Черная лужа засасывала его с головой, словно бездонное болото.

— Шиндо! — закричал Сэнто Воды (Таи), бросаясь вперед и создавая длинные водяные плети, чтобы перехватить товарища.

Остальные мастера тоже рванули на помощь, активируя свои сильнейшие техники контроля земли и молний. Но стоило им приблизиться к эпицентру аномалии, как вся комната на долю секунды погрузилась в абсолютную, непроглядную тьму. Пространство уродливо сжалось, издав звук, похожий на хруст ломающихся костей.

И так же резко всё прекратилось.

Черный туман мгновенно рассеялся, а факелы на стенах снова испуганно вспыхнули, возвращая залу тусклое освещение. Сэнто затормозили, тяжело дыша, и испуганно повернулись к центру зала, готовые нанести совместный удар.

Но бить было уже некого.

Зал Высшего Совета был пуст. В самом центре помещения зияла лишь гладкая, оплавленная дыра в полу. Лидера организации КАТУЦА не было. А вместе с ним бесследно исчез и Сэнто стороны Каго — Шиндо, затянутый в жуткую бездну Широ Вос. Шесть Великих Сэнто лишились своей главной атакующей силы за считанные секунды, так и не сумев даже поцарапать врага. Война официально пришла в их дом.

Вот полноценная, масштабная Глава 7 («Обратная сторона полумесяца») на 6 000 символов без каких-либо лишних технических знаков и скобок. Текст продолжает сюжетную линию сразу после ухода Одина и переносит действие в самое сердце радикального ордена КАТУЦА!

------------------------------

## Глава 7 (Обратная сторона полумесяца)

Сырой, могильный холод подземной цитадели КАТУЦА въедался под кожу прочнее любых кандалов. В этих бесконечных каменных лабиринтах, скрытых глубоко под толщей земли, никогда не было солнца. Единственным источником света здесь служили редкие факелы, чье багровое пламя испуганно дрожало от гуляющих по коридорам сквозняков. От тяжелых гранитных стен веяло такой плотной, удушающей концентрацией темной чакры, что само пространство вокруг казалось застывшим и мертвым. Именно отсюда, из этой непроглядной тьмы, орден КАТУЦА направлял свои карательные отряды, заставляя весь мир шиноби захлебываться в собственной крови.

В самом конце самого глубокого яруса цитадели, за массивными железными дверями, располагались личные покои Главы ордена. Обширный зал был погружен в полумрак. В центре комнаты стоял тяжелый каменный стол, на котором была раскинута огромная, подробная географическая карта всех Пяти Великих Стран шиноби. Поверхность пергамента была буквально испещрена кроваво-красными и золотыми отметками, фиксирующими зоны влияния ордена, сожженные скрытые деревни и направления грядущих ударов под знаменем золотого полумесяца.

Пространство посреди комнаты внезапно пошло мелкой, уродливой рябью. Воздух зазвенел от удушающего давления, и из плотного облака черного тумана плавно соткался силуэт Главы КАТУЦА. Его угольно-черный плащ, украшенный зловещим багровым полумесяцем на спине, плавно опустился на каменный пол. Лидер организации вернулся со своего дерзкого налета на Зал Высшего Совета Сэнто. На его скрытом маской лице не было ни капли усталости — лишь холодный расчет.

Но Глава вернулся не один. Техника Широ Вос сработала безупречно. Едва черный туман рассеялся, на колени перед столом тяжело рухнуло массивное тело.

Это был Шиндо. Великий Сэнто стороны Каго, повелитель стихии Огня, чье имя еще час назад заставляло трепетать целые армии. Сейчас его багровые армейские доспехи были покрыты грязным слоем копоти и следами увядшей чакры, а на шее и запястьях мертвой хваткой сомкнулись тяжелые черные цепи, пропитанные подавляющими печатями Инь. Эти цепи намертво блокировали его каналы чакры, превращая могущественного мастера в обычного, беспомощного человека. Шиндо тяжело, хрипло дышал, сплевывая кровь на каменные плиты, но в его глазах всё еще горел остаток былой, неистовой ярости Огня.

Из густой тени огромной каменной колонны в углу зала бесшумно выступила фигура. Человек двигался плавно, словно призрак, не издавая ни единого звука. Он был облачен в особый, скрывающий фигуру плащ КАТУЦА, а его лицо закрывала безликая, пугающая маска, полностью лишенная каких-либо эмоций. От одного лишь присутствия этого человека воздух в комнате мгновенно остыл, покрывая карту на столе тонкой корочкой инея.

Это был Войд — Пятый ранг радикального ордена КАТУЦА. Один из самых безжалостных, эффективных и леденящих кровь палачей этой организации. И одновременно с этим — младший брат великого Сэнто стороны Таи (Воды), который сейчас на Собрании умолял Совет о пощаде ради его спасения.

Войд остановился в паре шагов от пленного мастера Огня, заложив руки за спину. Его холодные, безразличные глаза под маской смерили поверженного лидера Сэнто равнодушным взглядом.

— Ты вернулся, Глава, — глухо, из-под маски произнес Войд, и его голос прозвучал как шелест сухой листвы. — Я вижу, Собрание шести Сэнто прошло строго по нашему сценарию. Наживка сработала идеально.

Глава КАТУЦА медленно подошел к столу, оперся руками о край каменной плиты и глухо, зловеще рассмеялся из-под маски. Этот смех эхом разнесся по мрачным покоям.

— Они амбициозны, но невероятно глупы, Войд, — медленно произнес лидер ордена, переводя взгляд на Пятый ранг. — Великие Сэнто думают лишь о моем уничтожении, пока мы с тобой стоим на пороге величайшего сдвига в истории этого прогнившего мира. Шиндо жаждал моей крови, бросился напролом, как бездумное животное, и теперь он здесь, в наших цепях. А твой старший брат… Сэнто стороны Таи… до сих пор пытается проявить трусливую, жалкую мягкость. Он умолял весь Совет окружить нашу цитадель и договориться, надеясь спасти твою шкуру. Он наивно верит, что в тебе еще осталось что-то от его брата.

Войд при упоминании своего старшего брата даже не шелохнулся. Его леденящая чакра оставалась абсолютно ровной, без единого всплеска эмоций.

— Мой брат слишком зациклен на прошлом, — равнодушно отозвался Пятый ранг, делая шаг ближе к столу и полностью игнорируя полный ненависти взгляд Шиндо. — Он до сих пор не понимает, что старый мир шиноби должен полностью сгореть, чтобы уступить место нашему новому порядку. Моя верность ордену КАТУЦА давно доказана делом, кровью и вырезанными деревнями Страны Воды. Брат мне больше не указ. Если он встанет на нашем пути — он разделит судьбу остальных. Меня волнует другой, куда более важный вопрос, Глава… Что мы будем делать, когда эта Глобальная Война закончится? Наш план близок к финальной стадии. Мы сокрушим правительства, уничтожим скрытые деревни и полностью растопчем Совет Сэнто. Но как нам контролировать этот мир дальше, чтобы он снова не погрузился в хаос?

Шиндо, слушавший этот разговор сквозь звон в ушах, внезапно дернулся вперед, до предела натягивая черные цепи печатей. Железо со скрежетом врезалось в его кожу, но мастер Огня, превозмогая боль, яростно сплюнул кровь под ноги Войду.

— Твари… — прорычал Шиндо, и его голос дрожал от безумной ненависти. — Вы можете уничтожить Собрание, можете похитить меня… Но вам никогда не удержать этот мир! На мое место уже заступил мой сын Один! Он поднимет багровые батальоны Огня, Сай поднимет твердыни Земли, Зэно обрушит на вас всю ярость Грозы! Наши армии сотрут КАТУЦА в порошок, а ваши трупы сгниют в этих подземельях! Вам не победить в этой войне!

Глава КАТУЦА даже не повернулся в сторону пленника, словно лай дворовой собаки не заслуживал его внимания. Его взгляд был прикован к свернутому пергаменту карты.

— Нам нужен абсолютный, тотальный контроль, Войд, — проигнорировав выпад Шиндо, мерно продолжил лидер ордена. — Если после нашей победы власть останется разобщенной, люди неизбежно снова начнут создавать новые скрытые деревни. Снова появятся амбициозные шиноби, жаждущие крови, славы и новых территорий. Цикл ненависти повторится. Мы обязаны установить единый, нерушимый порядок. Железную диктатуру ордена, где любое, даже малейшее проявление агрессии или неповиновения со стороны выживших стран будет караться мгновенным, показательным уничтожением.

Войд на секунду задумался, скрестив руки на груди под плащом.

— Я думал об этом, Глава, — покачал головой Пятый ранг, и в его голосе проскользнули холодные, аналитические нотки. — Но жесткий контроль одной лишь силой — это не окончательное решение. Это лишь временная отсрочка перед еще более масштабным, разрушительным взрывом. Человеческая природа такова, что люди всегда стремятся к бунту, если их свободу полностью подавляют страхом. Появятся новые тайные сопротивления, новые партизанские отряды, подобные этим наглым «Птицам», которые начнут подпольную войну против нас. Страх не может работать вечно. Нам нужно нечто большее, чем просто армия карателей.

Глава КАТУЦА медленно повернулся к своему подчиненному, и его глаза под маской блеснули фанатичным, пугающим блеском.

— Мы найдем идеальный ответ и установим вечный порядок, когда абсолютный козырь окажется в наших руках, — отрезал Глава, прерывая гнетущую дискуссию и резко сворачивая карту на столе. — Кагура и Сия уже получили мой прямой приказ. Охота на сосуд Пятого Демона Ветра — мальчишку по имени Ройс — официально вступила в свою решающую фазу. Когда сила этого Демона будет полностью принадлежать КАТУЦА, весь этот прогнивший мир шиноби сам падет на колени перед знаменем золотого полумесяца. И тогда у них просто не останется сил для бунта. Выступай, Войд. Твое время пришло. Переведи Шиндо в глубокие казематы и готовь свой отряд к выходу.

Войд низко, почтительно склонил голову под маской, демонстрируя свою абсолютную, слепую преданность лидеру культа.

— Будет исполнено, Глава, — глухо отозвался Пятый ранг.