Гранатовая бездна Калиройя

Пролог. Мужчины! Волки-оборотни! Живите так, чтобы потом не спрашивать у ясеня!

- Мне нужна самая умная жена.

- Самая умная за вас не пойдёт.

Телеспектакль «Ханума», 1978

- Что ты ей сказала?! Бездна тебя забери! - зарычал я на Хильду.

- Правду! Я просто сказала ей правду. Эту выскочку не воспитывали, не привили ей никакого почтения к званию «жены», она совершенно не понимает чести, ей оказанной, она не только не рада званию «Каллис», но и сопротивляется ему всеми силами. Её давно нужно было поставить на место! И я просто первая, кто на это решился! - заорала Хильда мне в лицо.

- Вот как? Тогда может быть, ты объяснишь мне, что значит быть «Каллис»? Потому что ты явно не понимаешь этого!

- Она всего лишь вторая! - зло выкрикнула в ответ жена.

- Нет, она та, без которой не могут. Она та, без которой не существуют. Она - единственная и неповторимая. Без неё я никто!

- А я твоя жена!

- Да неужели? Похоже, что такое «жена», ты тоже плохо знаешь! Ты просто обязана была найти к ней подход, убедить, окружить заботой и пониманием! А что ты сделала? Наговорила ей неведомо что, и она сбежала?!

- Она вернётся! - не очень уверенно произнесла жена в ответ.

- Серьёзно? И когда это она возвращалась?! Она только и делает, что убегает от меня! Она не принимает и не понимает нашу связь, она отказывается от всего того, что я ей предлагал! Я с таким трудом добился, чтобы она пришла в мой дом, а ты тут же всё испортила! - снова заорал я.

Гнев кипел и переполнял меня. Я уже не мог долго обходиться без этой наглой, самоуверенной девчонки, моей обожаемой девочки. Она нужна мне, необходима как воздух, как земля под ногами, как Луны, за которыми я гонюсь и не могу поймать. И вот она опять ускользнула от меня. Как же мне на этот раз пережить такое?!

Мне никогда не насытиться ею. Мне всегда будет мало. Мало её смеха, её стона, её крика, её зова. Я лишился её страсти, улыбки, запаха, её голоса. Она была рождена, чтобы принадлежать мне. Её огромные глаза, в которых я мог прочесть всю палитру её чувств - от отчаяния и до всепоглощающей страсти, её рот, который мог подарить мне ласку, а мог и жалить больнее любого меча - я не представляю, как мне жить без всего этого! Я схожу с ума от мысли, что она посмела лишить меня себя, что я перестал владеть её мыслями, чувствами, эмоциями и потрясающим телом. Она обязана принадлежать мне! Она должна быть только моей!

- Но ты же говорил, что она смирилась? Ты же мне сам сказал, что всё разрешилось и вы теперь вместе? - всхлипнула жена, до которой стало доходить, что же она натворила.

- С ней нельзя до конца быть ни в чём уверенным. Она другая! Совершенно другая, не похожая ни на одну Гранатоворождённую из тех, кого мы когда-либо знали. Она может без меня, а я без неё задыхаюсь!

- Я извинюсь, я скажу, что погорячилась, я постараюсь смириться. Смириться с её ужасным характером, невоспитанностью и наглостью. Я сделаю всё, что ты хочешь, Руно, любимый, - и жена протянула ко мне руки.

Но я шарахнулся от неё. С тех пор, как я встретил Вендлу, я мог терпеть прикосновения супруги, только если моя Каллис была со мной. Теперь же прикосновения Хильды были, в лучшем случае, неприятны.

- Нет! Теперь боюсь, что это не поможет. Она не вернётся. Я сам виноват, не нужно было приводить её сюда в этот дом, где живёшь ты. Теперь придётся начинать всё сначала.

- Ты не можешь избавиться от меня! И она обязана жить в одном доме со мной! Таков порядок уже много веков! - снова перешла на крик жена.

- Да, не могу, - устало вздохнул я, признавая правоту слов жены.

- Просто верни её, - спокойнее сказала Хильда.

- Вернуть? Эта задача мне кажется сейчас невыполнимой. Для начала мне бы просто найти её.

Глава 1. Как говорят французы-волки: «Из двух бед выбираю обед!»

Сегодня в отделе кадров рассказали,

как в нашей богадельне искали преподавателя латыни,

прописав требование «носитель языка».

Из просторов интернета. Автор в розыске.

- Игорь Владимирович, что это? - в недоумении посмотрела я на шефа.

- Если бы я знал, Вера. Но я пока понятия не имею. Информация слишком уж невнятная и противоречивая. Но одно можно сказать определённо - это обсидиан. Диск из обсидиана.

- Игорь Владимирович, какой, не к ночи будет помянут, обсидиановый диск? О чём вы вообще?

Мы стояли вместе с моим непосредственным начальником в центре нашей лаборатории и разглядывали этот в высшей степени странный предмет. Старинные вещи, нередко попадающие к нам в руки, непременно нужно было брать в перчатках, чтобы ни в коем случае не повредить поверхность, так что ещё подходя к столу начальника, я натянула свои. Игорь Владимирович, конечно же, также был в перчатках.

- Верочка, солнышко, я тебя прекрасно понимаю. Сам пребываю в таком же недоумении. Этот шотландец утверждает, что его предок принимал участие в раскопках погребальной пирамиды из каменных плит вместе с самим Томасом Хасти Брайсом в Северном Эршире. И вот он рассказывает, что его дедушка, или прадедушка, стащил… ну вернее, получил в качестве платы за работу, этот обсидиановый диск.

- Да гори он с его поддельными артефактами! Что он несёт? В Клашаге раскопки ведутся уже сто двадцать с лишним лет. И там отродясь не было подобных артефактов. Что за ерунда на мою седую голову! - разозлилась я.

- Верунчик, она у тебя вовсе и не седая ещё. Я сам видел - чёрная по-прежнему. Ты напрашиваешься на комплименты? Так и скажи, незачем на бедного шотландца бочку катить. Ему, может быть, и так неудобно в этой его юбке.

- Игорь, какая ещё юбка? - перешла я на более фамильярный тон.

Мы уже столько лет знакомы, что я себе могла это позволить, тем более, когда были вдвоём.

- Ну, он же из Шотландии? Должен же быть у него килт? Но ты права, к делу!

Британский анатом и археолог Томас Хасти Брайс действительно работал в Клашаге - археологическом памятнике Шотландии. В пирамиде Брайс нашёл останки шести взрослых, ребёнка и младенца. В двух других камерах Клашага он обнаружил кости ещё четырнадцати человек. Но все они принадлежали к эпохе неолита, для которого характерно использование каменных шлифованных и просверленных орудий.

- Чушь полная. Про обсидиан я ещё могу поверить, он и в самом деле характерен для той эпохи, но он же украшен бронзой и золотом? Там погребения эпохи неолита? Какая, бездна тебя забери, бронза? - высказала я наши общие мысли.

- Вер, это ещё не всё. На диске рисунок, почти полностью идентичный Небесному диску из Небры.

- Ох. В самом деле? Но этого же просто не может быть!

Небесный диск из Небры с художественной и археологической точек зрения уникален. Обнаружение диска из Небры стало крупнейшей археологической сенсацией и вызвало множество споров в учёной среде.

Моё любопытство достигло просто немыслимых пределов.

- Как ты думаешь, для чего они использовали этот диск? - спросила я Игоря.

- Ну, - почесал макушку друг, - я думаю для того же, что и Небесный диск из Небры - для измерения угла между точками восхода и захода солнца во время солнцестояний.

- Это что-то вроде переносного устройства для измерений положения Солнца. Круто.

- Не то слово. Только владелец диска считает, что его можно использовать для перемещения в пространстве и времени при определенном стечении обстоятельств, - и, увидев моё ошеломлённое лицо, Игорь довольно кивнул.

- У него не все дома? Какое ещё перемещение в пространстве и времени?

- Понятия не имею. Он очень туманно говорил на эту тему. Я думаю, что он и сам не знает. А ещё он намекнул, что ближайшая такая возможность будет именно у нас в России. Представляешь?

- Поэтому он его нам и привёз?

- Да. Скорей всего. А ещё на другой стороне диска нарисован волк. Смотри! - и Игорь осторожно перевернул артефакт.

- Час от часу не легче. Владелец, шотландец этот, анализ делал? Перед тем как нам отдать на экспертизу?

- Да. Рентгеноспектральный анализ диска показал, что золото было добыто из реки Карнон, графство Корнуол. Олово, входящее в состав бронзы, тоже корнуолльского происхождения. Это Англия, Вера. Всё вполне правдоподобно, Вер.

- А тогда зачем ему понадобилась наша оценка? За каким… тащиться сюда, в Россию?

- Я спрашивал. Но он говорит что-то совсем уж невнятное. Что-то про перемещения, провалы, оползни и разломы. Я его так и не понял. Одним словом, владелец верит в мистическую чушь. Я бы ещё мог понять, если бы он был необразованным крестьянином, случайно нашедшим в поле каменную бляху. Так нет. Интеллигент, явно хорошо образован - мы довольно долго с ним беседовали.

- Но у нас? В России? Я ни в коем случае не умаляю твои заслуги, но почему он заказал повторную экспертизу у нас?

- Говорит, хочет получить данные от незаинтересованной стороны. Россия к этому артефакту абсолютно никакого отношения не имеет. Кстати, он очень обрадовался, когда узнал, что одна из моих сотрудниц увлекается скандинавской мифологией, - лукаво улыбнулся мне Игорь.

- А это тут причём?

- Ну как же? Волк?

- Не всякий волк - легендарный Фенрир, - пошутила я.

- Ну это к лучшему, потому что владелец рассказал мне одну легенду. Согласно ей, некий местный житель ограбил пирамиду, а человеческие кости, которые он там нашёл, разбил и разбросал по полю. Но и этого ему показалось мало, и тогда он взял один череп, самый большой, и принёс его в свой дом.

- Мило. А зачем ему череп дома понадобился? - с удивлением воззрилась я на Игоря.

- Может быть, на каминной полке, на его взгляд, он бы неплохо смотрелся? Да мало ли где в хозяйстве мог бы пригодиться череп долихоцефала? - улыбнулся мне Игорь

- Это те, что с относительно длинными черепами?

- Ага, - продолжал веселиться начальник, доктор наук и международное светило.

- Ну, да. У меня вот в хозяйстве нет нужды в человеческих черепах. Но я скорей всего отстала от жизни. И что же было дальше?

- Так вот, по словам нашего хозяина артефакта, едва расхититель гробницы вошёл в свой дом, стены затряслись, как во время урагана. Испуганный грабитель поспешил вернуть все кости обратно в пирамиду, только было уже поздно, - нагнал мрачности Игорь.

- Давай угадаю? Призраки приходили и тревожили его покой?

- С тобой неинтересно! - с притворным разочарованием протянул друг. - Да, представь себе. Они продолжали то трясти его дом, то протяжно завывать, то ронять на него предметы.

- И чем же всё закончилось?

- Через несколько месяцев такой жизни грабитель упал с лошади в ручей и разбился о камни.

- Хм. Это и был предок нашего шотландца? Так может, он только кости отнёс обратно в пирамиду? А этот артефакт дома оставил?

- Подозреваю, именно так и было.

- Да и к тому же…

И тут я принялась кашлять.

- Вер? Может быть, ты лучше домой пойдёшь? - забеспокоился Игорь.

- Нет. Со мной всё нормально. Сейчас пройдёт, - сказала я, доставая ингалятор.

После последней повальной эпидемии я сильно сдала. Мои лёгкие совсем не выдерживали нагрузки. Я с детства болела астмой, и китайская зараза меня чуть было не доконала. Я прошла и искусственную вентиляцию лёгких, и две недели комы, и три месяца в больнице в самый разгар карантина. Но я выкарабкалась. Сама не поняла, каким чудом. Наверное, для того, чтобы увидеть этот загадочный артефакт из старой пирамиды эпохи неолита? Я усмехнулась. Наверняка подделка.

- Так, у меня ещё работы много. Я пойду. - продышавшись, сказала я.

- Да, разумеется. Береги себя, Вера.

Мои родители были ювелирами, моя бабушка с дедушкой были ювелирами, а моя прабабушка дружила с Альмой Терезией Пиль. Той самой, что была первой и единственной женщиной, работавшей в ювелирной фирме Фаберже. Альма Пиль была на свадьбе моей прабабушки. Позднее она пыталась изо всех сил уговорить подругу уехать вместе с ней в Финляндию, когда началась революция. Но ей это так и не удалось. Они писали друг другу письма. Альма работала простой учительницей рисования, и никто не знал, что эта маленькая женщина в своё время разработала эскизы для знаменитой «зимней» темы Фаберже. В неё входили броши, браслеты, серьги, ожерелья, брелоки и другие изделия. И венчало всю эту неповторимую красоту изумительное пасхальное яйцо «Зимнее», которое стоит особняком даже среди всего великолепия других яиц Фаберже.

Моя бабушка до последнего поддерживала связь с этой удивительной женщиной и очень увлекалась скандинавской культурой. Мне тоже, в какой-то степени, передалось это увлечение, только я всю свою жизнь отличалась крайне непоседливым нравом. Я всё время влипала в передряги, находила приключения на свою пятую точку и умудрялась переезжать с места на место, нигде толком не задерживаясь. Перекати-поле. Я всё время торопилась жить. Возможно, это было связано с моей болезнью. Я всегда боялась чего-то не успеть.

Я училась в пяти вузах, но высшего образования так и не получила, ведь дольше третьего курса нигде продержаться не смогла - то сорвусь на очередные археологические раскопки, то мне просто наскучит, то выяснится, что очередная специальность вообще не моё.

С личной жизнью были те же проблемы. Не задерживались мужчины рядом со мной. Я не была ни надёжной, ни домашней, ни серьёзной. Ветер в голове и в… ну, вы поняли. А мужчинам это никогда не нравилось. Да и не любила я толком никогда. Вообще смутно себе представляла это чувство. Я всем и всегда говорила, что любовь - это пережиток прошлого. Гораздо важнее общность целей, интересов и увлечений.

Со страстью и чисто физиологической составляющей любви тоже были большие проблемы. Я никак не могла понять, что за «бабочки в животе» должны порхать? Почему от поцелуев должны подкашиваться ноги, а дыхание перехватывать? Нет, дыхание у меня перехватывало, это ощущение я знала хорошо благодаря астме, но вот чтобы от поцелуев? А мельтешения под одеялом оставляли меня в стойком недоумении. Что все в этом находят такого уж необыкновенного? Ну, приятно - не более. Я меняла партнеров, но недоумение не проходило. И тогда я смирилось. Ладно. Просто не моё.

Так что ни детей, ни своей семьи у меня не было. Нет, у меня был старший брат и племянники. Но и с ними я толком наладить отношения не смогла, предпочитая дарить подарки деньгами. Я не понимала, что им нужно, да и вникать особенно не хотела.

Жила я в маленькой однокомнатной квартирке. Принца на белом коне уже давно не ждала, понимая, что это только в песенке у тех, кому «немного за тридцать», есть шансы. У меня их нет, да и не было, по сути, никогда. Не создана я для семейной жизни. Обиднее всего было то, что я даже кошку не могу завести. Не с моей астмой. А кошку хотелось. Я вообще их люблю, несмотря на всякие там стереотипы про старых дев и котов.

Возвращаться в пустую квартиру было тоскливо. Но ничего не поделаешь. Так уж сложилась моя жизнь, и винить в этом некого. Я сама к этому пришла, и сама пожинаю плоды своих ошибок и заблуждений. Да и сожалею ли я? Нет. Просто нельзя себя ломать и делать то, что не твоё. Так и с ума сойти можно, а не хотелось бы.

Внешность у меня тоже не сильно выдающаяся. Обычная внешность. Я не была толстой, но и фигуристой меня не назовёшь. Лицо самое обычное, среднестатистическое. Косметика, конечно, творит чудеса, и, возможно, на мне можно было бы написать шедевр, только не с такими приступами астмы. Волосы, хоть и были насыщенного чёрного цвета, но особой густотой и длиной тоже не радовали. Так что ни особых талантов, ни красоты, ни какого-то особенно гениального ума в моём арсенале не было. Приходилось признать.

Работала я в научно-исследовательской лаборатории. Устроилась я сюда лаборанткой исключительно по знакомству. Но меня тут ценили за бесконфликтность, нежелание вникать в сплетни, строить карьеру, идя по головам для достижения цели, а ещё за то, что была согласна выполнять почти любую работу за маленькую зарплату. Устала я конфликтовать. Сил у меня на это уже не было. А ещё трудно найти хорошую работу, с моими неоконченными высшими образованиями. Да и работать там, где мне не интересно, я не могу.

Но несмотря на то, что на конфликты сил у меня уже не было, в моем характере по-прежнему оставалась неуживчивость и полное отсутствие хоть какого-то навыка дипломатии. Не получалось у меня это от слова совсем. Мне было проще промолчать, но не пытаться найти выход из трудной ситуации. Поэтому я делала то, что было проще всего. Уходила. Я мастерски научилась это делать. Ушёл от конфликта, и он со временем сам рассосался. Ну, в основном.

А если уйти от проблемы не получалось, тогда я, как Александр Македонский, предпочитала разрубить этот запутанный и сложный Гордиев узел одним махом. Ну не моё это - дипломатия. Вот и страдаю всю жизнь. А ещё из-за неприятия серого. У меня, как у прыщавого подростка, было только два цвета - белый и чёрный. Других цветов не наблюдалось. Я не могла понять и простить предательства, насилия, ломку личности и психологического прессинга. И никакие смягчающие обстоятельства не могли меня примирить с подобным. Я умом понимала, что так нельзя, что человек должен быть гибким, уметь приспосабливаться, чтобы выжить и добиться успеха, общаться даже с теми, от которых тошнит, но у меня не получалось. И я сбегала. Так всю жизнь и пробегала.

И как итог - я иду по тёмному коридору лаборатории домой, в свою пустую квартиру.

Я честно собиралась уйти с работы раньше обычного, но как всегда, засиделась и уходила последней. Шла по пустому коридору мимо уже закрытых дверей и размышляла о том, что на сигнализацию офис я ставлю уже автоматически. А вот наша Лидочка, уходя домой всегда первой, скорее всего, вообще не знает, как это делается.

И тут я увидела свет, льющийся из тонкой щели под дверью лаборатории. Да что такое? Кто-то свет не выключил? Мне ещё памятен был тот случай, когда выгорела целая библиотека редких книг из-за того, что кто-то вот так же забыл выключить свет, а проводка не выдержала. У нас проводка была качественная, но мне бы этот свет всё равно всю ночь спать не давал. Так что пришлось идти искать ключи, обещая себе, что утром устрою всем головомойку.

Ключи я нашла, но вставив ключ в замок, поняла, что дверь не заперта. Я дёрнула ручку и вошла.

Потолочные лампы как раз не горели - я щёлкнула несколько раз выключателем. Перегорели все лампочки разом? Это что же такое творится-то? Я двинулась вперёд на источник света.

Нет, я прекрасно знаю и технику безопасности, и то, как нужно действовать в непонятной ситуации, но в этой лаборатории никогда не было ни вредных вирусов, ни опасных химикатов, ни взрывчатых веществ, так что, если что-то и не так, то нужно просто посмотреть, а уж потом поднимать тревогу. Хотя, наверное, это всё же моё неуёмное любопытство и плохо развитый инстинкт самосохранения меня сейчас толкали вперёд. И я шла к источнику света вместо того, чтобы вызвать охрану и остаться у двери. Впереди я увидела маленькую лабораторную лампу. Она, насколько помню, была от батарейки и не подключалась в сеть. Может быть, поэтому и не перегорела? Короткое замыкание? Пробки вылетели. А почему?

Но потом все мысли вообще вылетели у меня из головы - посреди лаборатории лежал Игорь. И я рванула к нему.

Жив, слава Богу! Схватив телефон, я стала лихорадочно вызывать скорую помощь. А потом позвонила в охрану. Скорая помощь едет, а охранник обещал прибежать «сию же минуту».

- Игорь? Да что такое-то? - я дрожащими руками стала расстёгивать ему ворот рубашки.

- Вера? - вдруг раздался слабый шепот.

- Да? Игорь? Что? - я наклонилась к нему.

- В руке. Вынь! - прохрипел друг.

Я посмотрела на его раскинутые в разные стороны руки. В одной что-то блестело. Я разжала скрюченные пальцы и достала из них тот самый загадочный диск. Почему он у него в руке? Он не положил его в сейф?

Как только я вынула из его скрюченных пальцев диск, Игорь тут же глубоко вздохнул. А вот со мной явно стало происходить что-то не то. Дыхание вдруг стало куда-то пропадать. Очередной приступ астмы? Как же не вовремя! Я потянулась к сумке за ингалятором, только меня вдруг резко скрутило судорогой. Дыхание стало прерывистым, и я хрипела, пытаясь протолкнуть в легкие хотя бы немного воздуха. Безуспешно.

Я натолкнулась на расфокусированный взгляд Игоря.

- Вера! Попытайся разжать пальцы и оттолкнуть его, - сипло сказал друг.

Он пытался совладать с собственным телом. Но получалось у него плохо. Руки и ноги его явно не слушались и двигались очень хаотично. Было ясно, что он хотел бы мне помочь, но по факту, помочь даже себе был не в состоянии. Его движения больше походили на такие же конвульсии, в которых билась сейчас я. Всё это я понимала каким-то другим мозгом. Не тем, которому сейчас было сложно и не хватало кислорода.

Что же это? Какой-то яд на артефакте? Похоже на то. Мы днём держали его в перчатках. А потом что-то произошло, и Игорь схватил его так. Вот и результат. Но он сильный и здоровый мужчина, а я хилая. У меня не понятно в чём вообще душа держится. Так что мне просто не повезло.

Подумал ли Игорь о том, что своей просьбой он меня убьёт? Нет, не думаю. Человек мало что может понять, когда умирает, теперь я это точно знаю. Цепляешься за соломинку, не думая, что она может сломать хребет слона.

Руки разжать у меня не получалось точно так же, как не получалось и протолкнуть в измученные лёгкие хоть немного воздуха. Это конец, подумала я, и он именно такой, как я себе и представляла. Я задыхаюсь. Страшно, как же это страшно. Хорошо хоть, такое состояние не должно продлиться долго. И вот я уже проваливаюсь в спасительную темноту.

Глава 2. А ведь волк остался бы в живых, если бы не заговорил в тёмном лесу с незнакомой девочкой в красной шапочке.

- Прекрасно выглядишь сегодня!

- Это гипсовая статуя! Я правее.

Из просторов интернета. Автор в розыске.

Первое, что я почувствовала, выныривая из внутренней темноты, был холод, в придачу я, кажется, была ещё и промокшая насквозь. Мозг лихорадочно заработал. Это как? В Аду же должно быть жарко? На рай я, вполне объективно, не претендовала - не с моим вредным характером.

А потом я втянула всем своим существом воздух. Да, именно вот так - втянула. Не ртом, не носом, а именно всем существом - и у меня получилось! Воздух был невероятно вкусным - свежий, со множеством тонких ароматов. И поняла, что я всё-таки в раю. Это как же меня туда занесло? Такую вредную и злобную?

И я открыла глаза.

Надо мной было огромное тёмно-синее ночное небо, которое сразу и сказало мне, что я точно не дома. Это как минимум. Лун на небе было три: одна большая и две поменьше, по обеим сторонам от неё. Они золотили свои бока и были похожи на блинчики. Звёзд было запредельно много, но я не сильна в астрономии. Большую медведицу ещё найду, а вот все остальное вряд ли. Но тут я медведиц с ковшами не наблюдала, ни больших, ни малых.

Так. Что у нас дальше?

Дальше я попробовала сесть. И это мне, как ни странно, прекрасно удалось. И тут я опять впала в ступор - тело было совершенно точно не моё. У меня не было таких тонких пальцев, не было высокой груди, обтянутой мокрым платьем, и абсолютно точно - тяжёлые волосы, что длинными прядями липли к телу, тоже были не мои. Я была брюнеткой, а теперь даже в мокром виде цвет моих волос был странным. Тёмно-красным. Гранат - вот что пришло мне на ум, пока я разглядывала мокрую прядь, поднеся её ближе к глазам. Когда вроде бы чёрная тьма, но в тоже время и глубоко-красные. Как спелая сердцевина у граната. Как гранат-камень в переливах света. Красиво.

И что? Это теперь моё?

Я осмотрелась. Это не рай. Вот сто процентов - не он. Ну не оказалась бы я в раю такой ободранной. Платье было порвано в нескольких местах - один рукав отсутствовал, юбка вся в прорехах. Кстати, юбка длинная, а ткань дорогая и красивая. По бокам платья - шитьё золотом, лиф отделан тонким кружевом, и в целом выглядело очень достойно, очень похоже на амазонку. Раньше в таких на лошадях ездили. На ногах высокие сапоги из тонкой, отлично выделанной, кожи. Я правда на лошади не сидела ни разу, но в кино видела. Лошадей я всегда побаивалась. Я маленькая, а они огромные. Для меня залезть на лошадь - почти как на небоскрёб. Так что - никаких лошадей. Я ещё раз себя осмотрела и ощупала на предмет повреждений. Шишка на голове под волосами, пару царапин, но в целом ничего ужасного не обнаружила. И я решила, что можно попробовать встать.

Моя голова.

Это тело было выше, больше и сильнее. Но и центры тяжести несколько другие. Стоять - можно. Идти? Пока не знаю как. Но попробовать стоит. Я огляделась. Мне бы палку. А то боюсь, что далеко я не уйду. Осмотревшись, я поняла, что нахожусь на берегу довольно бурной широкой реки. Н-да. Переход в потусторонний мир всегда был по реке. И перевозчики там… всякие. Монетки вечно требовали, жадные нелюди. Символично, ничего не скажешь. Что ж наличие другого тела, трёх лун и незнакомой местности говорит мне о том, что я … попала. Уж попала, так попала. Я читала книжки о попаданках, и, признаться, никогда им не верила. До сего момента. Но первый же мой шаг убедил меня, что я и в самом деле в другом теле. Идти было непривычно. Да и земля была далековато. Я реально высокая. Сколько во мне? Метра два? Гулливер просто! Надеюсь, местные жители не лилипуты?

Итак? И куда же мне, собственно, идти?

Выбор у меня не богатый. С одной стороны, река, а с другой лес. В лес мне как-то совсем не хочется. Мало ли какие в этом мире есть животные? Если я такая высокая и сильная, представлю, какие тут монстры могут по лесам бегать. Поэтому медленно и аккуратно идём по берегу реки. Берег усыпан камнями, и идти по нему не так чтобы просто. Я выбрала направление вверх по течению, рассудив, что если это тело принесло и выкинуло на берег, то попало оно туда выше по течению. И я побрела. Признаться, это было проблематично - юбка, мокрая и тяжёлая, волочилась за мной, сковывая движения, да и к новому телу я ещё не привыкла. В общем, несколько раз я всё же падала, ободрав себе ладони об острые камни - давно забытые ощущения, между прочим. Сил у меня практически не оставалось, когда я услышала голоса.

Это не меня ли ищут? Было бы неплохо, если бы нашли.

Голоса приближались, и я даже постаралась закричать. Но тут вышел казус. Наверное, я была долго в воде, и голос осип, поэтому не то что крикнуть, у меня даже шипеть достаточно громко не получилось. На моё счастье, меня заметили, и навстречу побежали люди. Ох. Это, слава всем богам, были не лилипуты, а вполне себе здоровые мужики. Одеты они были в простую одежду из холстины. Подбежав, один из них почтительно поклонился и застыл. За ним подбежал ещё один. И ещё. Я переводила взгляд с одного лица на другое и постепенно успокаивалась. Мужики были высокие, плечистые, выше двухметровой меня почти на голову. Но при этом на лицах, обращённых ко мне, никакой агрессии не было, только почтение.

А говорить, интересно, я на их языке умею?

Я открыла рот, но голос так и не появился. Единственное что я смогла выдавить из себя:

- Я Ве… - дальше дело застопорилось.

Голос совсем сел, и я покачнулась, схватившись за горло.

- Эманта Вендла Синдри?! Мы уже и не надеялись найти вас живой! - заговорил один из мужчин, а я выдохнула.

Ну, вроде бы всё понимаю. Я ещё раз показала на горло и покачала головой. Мужики дружно закивали, а я снова покачнулась.

- Эманта Синдри? Вы позволите отнести вас?

Я судорожно закивала. Да-да! Хочу на ручки!

Тот, что со мной разговаривал, довольно улыбнулся и легко подхватил меня на руки. Ух, ты! Это в прошлой жизни я была как пушинка, а здесь-то явно вешу немало. Но мужчина нёс меня и даже не запыхался. Я откинула голову ему на плечо, закрыла глаза и расслабилась. И почти сразу же услышала тихий шёпот.

- Одд? Ты уверен, что это она? Эманта Синдри по описанию не была Гранатоворождённой. Нас бы предупредили, что мы Гранатоворождённую ищем. Да и людей бы согнали гораздо больше. Да и вообще. Не дали бы ей кататься на лошади без охраны. Её бы вообще на лошадь не пустили.

- Мортен, а какая нам разница-то? Мы своё дело сделали. Девушку нашли. А уж то, что она оказалась Гранатоворождённой, так это к лучшему. Нам, может, награды больше перепадёт - тоже шёпотом ответил мужчина, что нёс меня.

Картина вырисовывалась весьма ясная. Некая Эманта Вендла Синдри поехала кататься на лошади. А дальше, скорее всего, лошадь её сбросила, и девушка оказалась в реке. Интересно, у них лошади такие же, как у нас, или с крыльями, например? А дальше или утонула, или замёрзла, или ещё какая напасть приключилась. Но факт в том, что она погибла, и вот - я заняла её тело. И ещё не просто заняла. Я стала этой «Гранатоворождённой», что бы это ни значило. До сего происшествия девушка ею, похоже, не была. Всё, в общем, неплохо. Судя по тому, что меня так долго и тщательно искали, обо мне заботятся и любят. А ещё, скорее всего, я из богатой семьи. Пока - одни плюсы. И я окончательно расслабилась, а потом и вовсе задремала. День был уж больно насыщенный на события.

- Венди? Венди? - настойчиво звал голос.

Это интересно кого зовут? Венди? Так девочку звали из сказки о Питере Пене. Там ещё такой страшный пират Крюк был. И кто это интересно у нас Венди? Подумала я и соизволила открыть глаза.

Рядом со мной сидела девушка и плакала. Очень красивая девушка. С длинными белокурыми волосами и синими глазами. Это она шептала и звала «Венди», и стоило мне открыть глаза, она встрепенулась и закричала:

- Папа! Мама! Венди очнулась!

Ага. Значит Венди - это я. Странная у меня какая-то трансформация имён. Была Вера, потом меня, кажется, Вендлой назвали, а теперь я - Венди. Вендла, хм. Что-то знакомое. Точно! На скандинавском это - «Странница». Что ж, мне подходит. Что-то там ещё было такое. Эманта Вендла Синдри. Эманта, насколько я помню, - госпожа, кажется на финском. А вот Синдри - искрящаяся. Я, получается, - Госпожа Странница Искрящаяся. Мило. С этим разобрались. Что у нас дальше интересного? И я попыталась сесть.

Только вот мне не дали. Девушка решительно не дала мне приподняться на подушках.

В комнату вбежали высокий мужчина и почти такая же высокая женщина. Оба блондины с голубыми глазами, правильными чертами лица и оба красивые. У них тут что? Поветрие такое? Все писаные красавцы. А я? Кроме волос и фигуры с моей внешностью пока мало что понятно. Мне бы зеркало. Река, в которой я тонула, ну в смысле из которой я выплывала, была довольно быстрая, и разглядеть мои новые черты лица мне не удалось.

- Венди, доченька! - и вбежавшая женщина села рядом со мной на кровать и заплакала.

- Мы уже не надеялись! Мы глазам своим не поверили, когда тебя на руках у Одда увидели. Это чудо! - темпераментно воскликнул мужчина.

Так. Это, по всей видимости, мои родители. Нужно помолчать. Они мне сами всё и расскажут. И я положила руку на горло и помотала головой. Мол, не говорю. Универсальный жест, и меня поняли.

- Да, да. Мы знаем. Ты потеряла голос в ледяной воде. Но доктор уже приходил, пока ты спала. Он сказал, что ничего страшного не случилось, твой организм достаточно быстро справляется с повреждениями. А ещё, доченька, там, в воде, что-то произошло. И ты стала Гранатоворождённой.

- Мы пока никуда об этом не сообщали, но новость разлетится быстро, ты же понимаешь. Скрыть подобное просто невозможно, - сказал мужчина.

Я сдержанно кивнула, а потом решилась. Показала на свою голову и покачала головой. Универсальный способ выпутываться из сложных ситуаций. Чего не помню, того и не было. Вот, например, в тот Новый Год на корпоративе… Хм. Лучше не вспоминать. Не было, не помню, это вообще не я была. Мой жест поняли не сразу. Посыпались уточняющие вопросы. Болит ли голова? Кружится? Тошнит? И только потом мой, по всей видимости, отец сообразил:

- Венди, доченька, ты ничего не помнишь?

Я закивала на подобии китайского болванчика с головой на проволоке.

- Ох. Гранатоворождённая. Она, похоже, действительно родилась заново, - приложив пальцы к пухлым губам, прошептала сидевшая рядом девушка.

- Ты только не волнуйся, дорогая. Мы со всем справимся. Вместе всё преодолеем, вот увидишь! - и моя новая мама мне ободряюще улыбнулась.

Очень на это надеюсь.

- Я помогу, сестрёнка. Ты всё вспомнишь! - сказала девушка.

Ну вот. Это сестра моя. Количество родственников увеличивается. Только бы мужа мне не нашли где-нибудь под кроватью. А в остальном - я не возражаю. Чем больше народу любит меня, тем лучше.

- Герда, - отец покачал головой, - ты же понимаешь, что она может и не вспомнить.

- Тогда узнает заново! - решительно поджав губы, сказала девушка.

Герда, это означает Крепость. Что ж крепость мне не помешает. Её тёзка ещё и не из таких передряг Кая вытаскивала.

- Исгерд права, милый. Если не вспомнит, то просто будет учиться заново. Мы справимся. - спокойно и уверено сказала женщина, что постарше… Моя мама… надо привыкать.

Исгерд - «ледяная защита». Это тоже не плохо.

Но тут женщина прижала пальцы к губам и заплакала:

- Она ведь теперь совсем нас не помнит? И не знает, как сильно мы любим её?

- Милая, она узнает! У нас будет ещё много времени, чтобы показать ей это. Идём, обсудим, что мы предпримем.

И мужчина, бережно обняв женщину за плечи вывел её из комнаты, предварительно одними глазами подав Герде знак остаться.

Та посмотрела на меня и решительно начала:

- Маму зовут Эманта Раннвейг Синдри, а папу Фри Аксель Синдри. Меня Эманта Исгерд Синдри, тебя Эманта Вендла Синдри. Но мама зовёт папу - Сель, а папа маму - Ранни. Меня Герди, а тебя Венди. Они очень любят нас.

Будем надеяться, что мне с родными повезло.

… Время показало, что мне не просто повезло, а невероятно повезло! Сказочная удача привалила. Сестра действительно оказалась крепостью, а родители - целым бастионом. Я никогда не решилась бы их расстроить и сказать, что их дочь мертва…

Я просто постараюсь стать для них дочерью. Надеюсь, что у меня получится.

А Герда между тем продолжила:

- Мы очень похожи. … Были. Мы родились с разницей в несколько минут. Роды были сложные, и детей у мамы больше не будет, но и двое в семье варгов - это уже много.

Я приподняла брови. Варги? Она это серьёзно? Я прокашлялась и попыталась задать вопрос. В итоге мне удалось только прохрипеть что-то невразумительное с вопросительной интонацией, увы. Но Герда всё поняла правильно:

- Варги? Да. У нас две расы - варги и обычные люди. Варги это…

- Волки, - просипела я.

- Ты помнишь?! - обрадовалась Герда.

Я кивнула. Не то чтобы я именно «помнила». Все имена были очень знакомы. Они часто встречаются в скандинавских странах в моём мире. А варгами называют легендарных огромных волков, сыновей грозного волка Фенрира, сына Локи и Ангрбоды. Только вот живут эти огромные волки в мифах и легендах. А тут они реальны. И я - одна из них.

- Может быть, и в остальном память вернётся!? - обрадовалась сестра и с энтузиазмом продолжила рассказ.

- Варги делятся на чистокровных и нет. Чистокровные - это те, у кого оба родителя варги, и они умеют обращаться в волков, а если один из родителей человек - то ребёнок уже чистокровным не будет, и оборот в волка, как правило, ему не доступен.

- А у нас? - проскрипела я.

- Мама - чистокровная, а папа - варг только наполовину. Папа волком не оборачивается, а мама - очень красивая волчица, но оборачивается она нечасто. Мама очень любит папу. Они поженились по большой любви. Папа богат, а у семьи мамы денег было не много. Поэтому ей и разрешили выйти замуж за отца.

Я кивнула и вопросительно приподняла брови. Говорить было ещё сложно. Но Герда меня опять поняла и продолжила:

- Мы с тобой обращаться в волков не умеем. Хотя, про тебя теперь сложно что-то сказать. Ты переродилась и стала Гранатоворождённой.

Я взяла прядку волос и поднесла её к лицу. Волосы высохли. Они были всё того же чёрно-багрового цвета, но красных оттенков прибавилось.

- Да. Так называют девочек, которые рождаются в семье у варгов именно с таким цветом волос. Гранатоворождённая девочка - это самая лучшая жена или Каллис. Она может подарить своему мужчине здоровых и сильных сыновей. И, как правило, нескольких. А дети у варгов рождаются редко. Мы - не люди. У тех рождаемость высокая. Но и живут варги дольше. Так что, это своеобразная плата за долгую жизнь.

- Редкость? - прохрипела я и дёрнула себя за длинный красный локон, показывая, что имею ввиду.

- Да. Такие девочки в последнее время - редкость. И о них сразу же необходимо поставить в известность специальную учётную комиссию.

Я снова приподняла брови.

- Потому что Гранатоворождённых предпочитают брать в жёны богатые и чистокровные варги, даже если приданого нет, и семья девочки небогата. Гранатоворождённая сама по себе - очень ценное приобретение. Она подарит сильного наследника. А это немало.

Я фыркнула. Не дождётесь! Сейчас вот как разбегусь и со всего размаху замуж прыгну. Ага. И я снова фыркнула. Я в своей прошлой-то жизни романами не сильно увлекалась, уже не говорю про замужество. Так с чего бы мне в этой, новой жизни, изменять своим принципам?

Герда прекрасно поняла моё фырканье и звонко рассмеялась.

- Сестрёнка! Узнаю твой непокорный нрав! Я так рада, что ты возвращаешься к нам. Хотя бы вот в таких мелочах. Ты никогда не хотела замуж. Я вот хочу мужа и детей. А ты всё больше лошадьми, скачками да оружием интересовалась.

- Заставить? - лаконично спросила я.

- Нет. Заставить Гранатоворождённую выйти замуж никто не может. Просто их с самого детства воспитывают так, чтобы они понимали свой долг. С тобой этот фокус уже не пройдёт, - и Герда снова звонко рассмеялась. - Поздно тебя перевоспитывать.

Я кивнула и тоже заулыбалась. Раз заставить не могут, то и не добьются они от меня ничего. Только если я сама захочу. А я не захочу.

- Мы должны будем, в любом случае, отправится в столицу. Это принято. И откладывать на год больше нельзя. Мы и так с этим затянули. Ты почему-то всё время находила убедительные доводы не ехать в столицу. Но нам с тобой уже двадцать.

- Зачем?

- Там будет проходить ежегодный бал в королевском дворце. На нём обязаны присутствовать, хотя бы раз, все незамужние девушки-варги. Кто-то из них может встретить свою пару.

Я закатила глаза, а сестрёнка снова звонко расхохоталась.

- Венди! Ты всегда так глаза закатывала, когда слышала про пару.

А как ещё реагировать-то? Да, я читала про истинные пары в своём мире. Любовные романы в этом вопросе были единодушны. Мол, это величайшее благо, такая вот совместимость, и всё в том же духе. А я вот никак понять не могла. Как это - он её обнюхал? лизнул? ну, или в постели хм …? И вдруг вот так сразу - понял, что вот она-то и есть идеал? Как такое вообще возможно? А вдруг она читать не умеет? Или болтает без умолку? Или просто ума у неё, как у курицы? И что с ней такой делать, даже если и пахнет она при этом как любимый бабушкин пирог с яблоками? Лично у меня это в голове никогда не укладывалось. И сама я на это совершенно точно ориентироваться не смогла бы! Никогда! Совсем!

- Как понять? - снова задала я лаконичный вопрос.

- На запястье, с внутренней стороны, вот тут, появляется знак. У мужчин - чистокровных варгов - он присутствует с рождения. А у девушек появляется, когда они встречают своего избранника, - и она потёрла руку.

Хм. У нас тут вены режут. Символично. Ничего хорошего от этого быть не может. И я нахмурилась. Но тут она впервые меня не поняла и объяснила по-своему.

- Да. Варги с каждым годом слабеют и сил на то, чтобы присвоить себе пару, у многих просто нет. У девушек знак теперь появляется очень редко. Пары скоро совсем мифом станут, - и она грустно опустила глаза.

Похоже, Герда мечтает встретить своего суженного. Ну… Это я - человек, прибывший из другого мира и придерживающийся других правил и традиций, не нахожу в этом ничего привлекательного. А ей хочется эту их истинную пару. В конце концов, я ещё толком ничего про этот мир и не знаю.

Но новость о трудностях в постановке этого знака меня всё же обрадовала. Пару же теперь получается можно долго искать? У меня будет время всё выяснить, всё разузнать и со всем разобраться. Возможно, и замуж я когда-нибудь соберусь. Возможно, и детей тоже со временем захочу. Ну и что, что от подобной перспективы меня пока в дрожь бросает? Всё меняется. В прошлой жизни я не удосужилась этого сделать, так почему бы в этой не попробовать? Но в чём я была абсолютно уверена, так это в том, что делать это нужно, руководствуясь не рисунком на руке, а чем-то более серьёзным. Это что ещё за пиратская «черная метка»? Нет, и ещё раз нет!

- Многие связывают то, что варгам всё сложнее оборачиваться, иметь больше, чем одного ребёнка, и то, что не все могут поставить вязь истинности на руку избраннице с Разломами, - поймав мой недоумевающий взгляд, Исгерд продолжила, - Это такие большие овраги в земле. Тебе, как Гранатоворождённой, придётся один раз в год в них спускаться, пока замуж не выйдешь. Это традиция такая. Устраивается праздник рядом с таким разломом, и все незамужние Гранатоворождённые туда спускаются и проводят там ночь. Не знаю, что конкретно это означает. Можно будет потом почитать. Нас с тобой это раньше не интересовало, и мы на таком празднике ни разу не были. На нашей земле разломов нет. Но, говорят, это совершенно безопасно. Все Гранатоворождённые утром возвращались целыми и невредимыми. Никто бы не стал ими рисковать. Просто старая традиция, - и она пожала плечами.

И с этим разберёмся. Раз все остаются в порядке, то и волноваться, пока не стоит. Мне столько всего нужно изучить! И этикет, и географию с экономикой, и политикой не забыть поинтересоваться. Кто у них тут правит? Царь-батюшка? Ещё бы юриспруденцией заняться - а то незнание законов не освобождает от ответственности. И это я не говорю про танцы. Хорошо, что язык хотя бы учить не пришлось.

- Книги? - задала я следующий вопрос.

- Да. Я принесу. Тебе нужно много прочесть и вспомнить. Но времени ещё много, и мы всё наверстаем, - успокоила меня сестра и ободряюще пожала мою руку

Я кивнула. Я знала, что справлюсь.

Мне принесли по моей просьбе зеркало. В принципе, видя перед собой Герду, я уже примерно знала, чего мне следует ожидать. И не была разочарована. Скорее уж наоборот. Я была красива. Даже слишком, на мой взгляд: нежная кожа, правильные черты лица, сочные красные губы, глубокие большие глаза, обрамлённые длинными, пушистыми ресницами. Я просто идеальна. Надеюсь, больших проблем это не создаст. В конце концов, здесь почти все очень красивы.

С постели мне разрешили встать только через несколько дней. Всё это время сестра проводила со мной. Речь на вторые сутки вернулась, и я засыпала её вопросами. Книги из библиотеки она исправно приносила, и, пока мне не разрешили вставать, я читала их одну за другой. Благо с письменностью проблем тоже не возникло. Память тела? Определённо. Многие жесты, ранее мне не свойственные, проявлялись у меня спонтанно, что неизменно радовало мою новую семью. Они каждый раз торжествующе переглядывались, подмечая такое, а я не хотела их разочаровывать, открывая правду.

В прошлой жизни я много читала, и делала это довольно бегло. А ещё у меня была хорошая память, и я очень быстро усваивала информацию. В новом теле прежние навыки, к моей огромной радости, сохранились, и я читала сутки напролёт, проглатывая книгу за книгой, стараясь, как губка впитать в себя как можно больше информации.

Мир назывался Калиройя. В голове крутились обрывки фактов из прошлого мира, но всё что я вспомнила это, что была такая девушка, возлюбленная скульптора - Каллиройя, и её имя означало «прекрасногранатная», а гранат в ту эпоху символизировал женскую грудь. Как-то так. Но вот всё остальное я, увы, не вспомнила. Впрочем, это было не так уж и важно.

Я с нетерпением ждала того момента, когда мне разрешат подняться с постели. Очень хотелось посмотреть на мой новый дом и мир своими глазами, а не руководствоваться только полученной из книг информацией и рассказами Герди.

И я дождалась.

Глава 3. Демократия - это когда у всех равные возможности: волки могут есть овец, а овцы, так же свободно, волков.

Тогда, когда любовей с нами нет.

Тогда, когда от холода горбат.

Достань из чемодана пистолет…

Достань…

И заложи его в ломбард.

Купи на эти деньги патефон

И где-нибудь на свете потанцуй…

И. Бродский "Романс скрипача"

Я неслась на лошади во весь опор.

Память тела оказалась потрясающей реальностью. Я в детстве читала знаменитую книгу «Голова профессора Доуэля» Александра Беляева. И там довольно подробно описывается, как голова приобрела движения, походку, жесты известной певицы. И вот я сейчас реально убеждалась в том, что такое возможно. Бешеную скачку на лошади я освоила довольно быстро. Тело само помнило правильную посадку и все приёмы управления лошадью. Мне прекрасно было известно, как и в какой последовательности седлают лошадей. В голове периодически всплывали названия шага - рысь, галоп, аллюр… Я полюбила гонять на лошадях в перерывах между учёбой. Лошадям я, как ни странно, нравилась, конюх сказал, что возможно, им просто нравится мой запах, а я благодаря приобретённому росту, а возможно, всё той же памяти тела, преодолела свой страх перед ними. Они больше не казались мне огромными и страшными.

Я была счастлива.

Танцы я тоже освоила довольно быстро благодаря памяти тела.

Сложнее обстояли дела с учёбой - моя предшественница знаниями себя никогда особо не утруждала, предпочитая физические нагрузки, так что мне пришлось очень многое прочесть и изучить, благо память я сохранила отменную из прошлой жизни.

Например, я выяснила, что морей и океанов на планете не было, но зато было множество озёр и рек. Да. Думаю, что я попала на другую планету.

Не знаю, как и почему, но это явно не Земля. Это понятно даже по трём Лунам. Но то, что с Землёй контакт был - совершенно точно. Я находила множество вещей и событий, которые тесно переплетались и с нашей земной историей.

Да тут даже верховные боги были скандинавские - Один и Фригг.

Главное отличие было в том, что у Одина помимо его законной жены Фригг - покровительницы брака, домашнего очага и деторождения, была ещё и «Каллис», которую звали, как не трудно догадаться, Фрейя, богиня любви. Вот от неё-то и произошли варги. Да. У них тут всё было проще. Это у нас Один был почти так же любвеобилен, как Зевс, и имел в каждом порту по жене. Тут с этим было строже. А ещё у них тут не было Тора и его молота. Жалко, мне Тор очень нравился. Наверное, это было связано с тем, что у нас, вопреки расхожему мнению, Тор родился вовсе не от законной жены Одина, а от Ёрд - богини земли. Может быть, поэтому его тут и не было. Многие мифы совпадали, что лишний раз доказывало, что наши два мира тесно связаны. И вся родословная и иерархия местных богов отскакивала у меня от зубов, потому что это казалось мне важным.

Кроме этого я узнала, что варги населяли довольно большую территорию и активно занимали свободные земли. Почти все они были довольно состоятельными. Бывали исключения, но если кто-то и умудрялся обеднеть, то обычно поправлял состояние удачными браками детей. Занимались преимущественно сельским хозяйством - урожай можно было снимать два раза в год, климат это вполне позволял.

Промышленность была развита хуже, механика вообще почти отсутствовала, хотя в последние годы и развивалась значительно быстрее, чем в прошедшие столетия. Но с бытовыми условиями проблем почти не было. Не представляю себя без душа и туалета. Хвала Одину, канализация и горячая вода из крана тут были.

Но, увы, не было многого другого, к чему я так привыкла. И если к отсутствию некоторых вещей быстро привыкаешь, то необходимость долго и нудно листать толстенные тома в поисках нужной тебе информации сильно утомляла.

Из книг и разговоров с семьёй я поняла, что магии в этом мире не было. Ни тебе магической академии, ни тебе подвластных стихий, ни тебе воскрешения покойников и некромантии. Я бы не отказалась от метания огненных шаров или сотворения вихря. Но, увы. Оборот осуществлялся целиком и полностью на физиологическом уровне. И волки были не крупнее того тела, из которого превращались. То есть, если ты весишь в человеческом облике сто килограммов, то именно столько же будет весить твой волк, а если, как человек, ты хлипкий, то и волк будет подобен шакалу Табаки. Но, учитывая, что почти все варги были огромными мускулистыми мужиками - волки были не меньших размеров, но ещё с когтями и пастью с огромными клыками. В общем, мне это не очень нравилось, но приходилось принимать действительность такой, какой она была. Большинство варгов, съезжавшихся в столицу, хорошо контролировали оборот. Проблемы с этим были только у молодых и неопытных варгов, которые, как правило, все были под контролем взрослых. Да и сохраняли они разум даже в теле волка. Так что по столице не разгуливали стаи одичавших огромных зверюг, как я вначале опасалась. Этот вопрос я специально уточнила у мамы.

А один из дождливых дней мы с Герди посвятили разбору нашего гардероба. Мода тут была довольно консервативна и менялась очень медленно. К счастью, здесь не было правила каждый бал приходить в новом платье. К нам в прошлую зиму приезжала портниха из столицы, которая провела у нас весь сезон и обеспечила достойными нарядами всю семью. Я была яркой блондинкой, как и сестра, но моя предшественница в расчёт это почему-то не принимала - все мои платья прекрасно сочетались с моим нынешним цветом волос. Мне вообще казалось, что она что-то этакое предчувствовала, ибо как объяснить её нежелание посещать столицу, и почему она откладывала визит туда под различными предлогами? Почему шила платья, совершенно не подходящие по цвету блондинке, но при этом изумительно сочетающиеся с моими чёрно-красными волосами?

Жаль, я этого уже никогда не узнаю.

Но вот фасон платьев - это был чистой воды - кошмар! Пышные многослойные юбки, которые пока оденешь, с ума сойдёшь, неимоверное количество оборок и рюшей, хорошо хоть корсетов не было, но шнуровка была, и она была на спине. Ага. Это означало, что ни одеться, ни раздеться самостоятельно ты не можешь. Герда краснея, сообщила мне, что шнуровка спереди только у женщин лёгкого поведения. Мол, у них это атрибут профессиональной принадлежности - так мужчинам проще понять, кто перед ними. Все остальные обязаны были шнуровать платья сзади. Ну да. Вот приедем в столицу, обязательно навещу портниху. Есть же такая сказочная вещь как крючки, в конце концов! Их можно делать маленькими и незаметными, а пользы они принесут много. И пусть себе шнуровка остаётся на спине, но спереди - мне нужны крючки.

А ещё я дышала. Дышала полной грудью - не задумываясь, есть ли у меня с собой в данный момент в сумочке ингалятор, не боясь вдохнуть не тот аромат цветка, или чьи-то духи и зайтись в кашле. Я была выше, сильнее и красивее, чем раньше. Это меня приводило в совершеннейший восторг! Я наслаждалась каждым прожитым днём и не собиралась терять ни минуты. Я погрузилась в новые знания, ощущения и возможности целиком и без остатка. Возможно, я поддалась, как и в прошлой жизни, этому безумному порыву объять необъятное и снова торопилась жить, перескакивая с одного на другое. Но остановиться я не могла, да и не хотела.

Мне в этом мире нравилось всё.

А ещё - тут всего два времени года. Нет, я, конечно, любила весну и осень, но сократить и то и другое в моём мире не помешало бы. А тут весна длилась всего ничего - снег таял буквально за пару дней, а цветы и деревья под воздействием тепла и влаги распускались на глазах. Осени тоже практически не было - багряно-золотое волшебство длилось с неделю и заканчивалось затяжным снегопадом, полностью укрывавшим землю снегом.

Я появилась в этом мире в середине лета и успела понять и оценить по достоинству и прекрасную тёплую погоду, и буйное цветение, и разнообразие трав и деревьев, и возможность снять два урожая, потому что зима была короткой - всего четыре месяца в году, во время которых и проходил, собственно, светский сезон. Зимой аристократы съезжались в столицу и проводили её в увеселениях, праздниках и бесконечных танцах. Мало кто оставался на зиму в своих поместьях. И почти все варги съезжались в столицу для того, чтобы найти себе подходящую жену.

Вот тут-то и начинались, на мой взгляд, неприятности.

Всё дело в том, что варги в последнее время с трудом могли подобрать себе подходящую пару, и дети появлялись всё реже. А дети, как известно, - это не только продолжение рода и наследники, это вопрос выживания всей расы. И был принят закон о «Каллис». Если мне не изменяла память, то дословный перевод этого слова звучал как «дорогая». Каллис - это та самая Идеальная женщина, подходящая варгу по всем параметрам. Но могло и не повезти, и за всю жизнь он мог так и не встретить ту Единственную, поэтому существовал ещё и институт брака. Ага. Чудесно устроились! Варг женится и изо всех сил стремится к семейному благополучию, а потом в какой-то момент встречает свою «Каллис» и, ни на минуту не усомнившись, притаскивает её в дом к родной жене. Я как об этом услышала, рот открыла и не закрывала его минут пять, приходя в себя. А потом я так орала! Что мама с отцом с первого этажа прибежали. Решили, что кого-то убивают. Но заливистый хохот Герды убедил их, что все живы. Пока.

При этом разводов как таковых у них не было.

Варг продолжал спать с обеими, потому как, и жена могла при благоприятном стечении обстоятельств родить ребёнка. И, как правило, так и случалось. Чаще всего беременность у законной жены получалась, когда в дом входила «Каллис». Наверняка, у этих самцов-производителей, ох, простите великодушно, варгов, что-то там при появлении Каллис активизировалось - они и осеменяли всех подряд. Кобел…хм…Гад…хм.…Своло…хм.

Ну, в общем, понятно, что я думаю по этому поводу.

При этом жена оставалась женой: с ней приезжали в столицу, она вела дом, заправляла хозяйством, командовала слугами и распоряжалась деньгами. Даже детей воспитывала тоже жена. Она нанимала кормилицу, няню, воспитателей. А эта пресловутая «Каллис» сидела в спальне, любила варга и целыми днями ничего не делала. Жуть! Но, как оказалось, многие находили эту участь весьма привлекательной. А что? Ответственности никакой, делать ничего не надо, работать не надо. Тебя любят, холят, лелеют, одевают и обувают.

Разве плохо? Ну… Кому как.

Это почти как дорогая любовница или содержанка в моём мире. Нет, я не нахожу в этом ничего совсем уж плохого. Но и хорошего, на мой взгляд, мало. Я узколобая и недалёкая в этом вопросе старая дева, и всегда думала, что плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Ну, правда, теперь уже не старая, но Герде я так и заявила: что нет и ещё раз нет!

Никакой «Каллис» я не буду никогда и ни за что!

Одно, безусловно, радовало - принудить к этому по закону никто не мог. Вот так. Уговорить, убедить, купить, завлечь - это пожалуйста. А вот заставить - нет. Кроме одного единственного «но». Если у девушки на руке всё же появился этот пресловутый знак истинности - прямое доказательство пары, то тут уже было не отвертеться. Но, как Герда объясняла, в этом случае взаимное притяжение такое сильное, что никто сопротивляться просто не мог.

Это они со мной ещё не сталкивались. Я буду сопротивляться в любом случае.

Но что меня особенно бесило, так это то, что прикрывали они всё это безобразие заботой о чистоте расы, необходимостью продолжения династий и угрозой исчезновения варгов с лица земли. Мне всё время в таких случаях вспоминался ответ непревзойдённого барона Мюнхгаузена. Что для продолжения рода нужно совсем другое.

Вот ну ни за что! Что б их там сверху этой «Каллис» накрыло и женой прихлопнуло!

Просто мне никогда в жизни ещё не был нужен человек до такой степени, что бы я смогла наплевать на все свои принципы, только ради того, чтобы быть с ним. Я не представляла, как это - любить до такой степени, раствориться в человеке настолько, чтоб согласиться делить его с другой женщиной. Я всегда уходила, если мне предпочитали другую. Мне не приходилось ещё так любить и настолько зависеть от мужчины. Но, наверное, такая страсть и всепоглощающая любовь на свете существует. Просто я её ещё не встретила.

Да и встречаться с ней такой почему-то ну совсем не хочется.

Я вообще не склонна к самопожертвованию. Отдать всё? вот так? без остатка? Положить на алтарь любви всю себя? Свою честь, достоинство, здравый смысл? Да и не создана я для того, чтобы лежать в спальне и ожидать прихода своего господина-варга. И детей на воспитание чужой няньке и жене не отдам, если всё же решу их родить.

Именно это я и изложила Герде. Она пожала плечами и … согласилась. Ей эта идея с «Каллис» тоже не нравилась. Она хотела быть женой и «Каллис» одновременно. То есть попросту - Единственной. Я кивнула, обрадовавшись, что наши с сестрой взгляды по этому вопросу совпадают.

Единственная - это мне подходит. Дорогая, во всех смыслах, для меня звучит хуже.

Четыре месяца моего пребывания в новом мире пролетели очень быстро. Я столько занималась, училась и осваивала, что время летело с огромной скоростью. Я толком и оглянуться не успела, как мне сказали, что нам необходимо выдвигаться в сторону столицы, если не хотим, чтобы снегопад застал нас в дороге. Кстати, об обороте: волчицей я не стала. Мама много раз показывала мне, как это делается, но толку не было. У меня не получалось. Я приобрела только цвет волос и почётный титул «Гранатоворождённой». Больше никаких изменений не было.

Но я решила, что это к лучшему.

Ну вот не согласна я бегать по лесу, выть на луну, то есть на Луны, поднимать лапу, оправляя естественные нужды, или у волков этого нет? Только у собак? И только у кобелей? Да без понятия! Мне совсем не нравится представлять себя животным. Я - человек. И им хотела бы и остаться. Мама говорила, что, возможно, такое непонимание и неприятие волка в себе и не позволяет мне обернуться, несмотря на то, что все Гранатоворождённые это делать умели. Ну и ладно! Я прекрасно и без волка обойдусь.

И вот мы собирались в столицу империи варгов.

Во время сборов я часто предвкушала, как шокирую портниху и ювелира своими просьбами. В такие моменты я не могла удержаться, хотя бы от мысленного, хихиканья. Сестру я в свои планы до конца не посвятила, решив, что, когда она всё увидит своими глазами - поймёт и оценит. Такая куча юбок меня точно не устраивала. Крючки и шнуровка тоже должны были претерпеть изменения. А ещё я планировала посетить ювелира. Всё дело в том, что тут не носили браслетов. Их не использовали вот совсем. Запястья должны были быть открытыми, что бы все могли рассмотреть рисунок на них, коли таковой есть. А вот я собиралась это изменить. Если он у меня, не приведи Один, всё же появится, я должна попытаться его скрыть. Хотя бы в самом начале. Потом уже придумаю что-то. Но будем надеяться на лучшее, и всё обойдётся.

Кстати, о столице. Мама иногда рассказывала о ней. В ней находилось буквально всё: и самые лучшие портнихи, и служба по контролю за Гранатоворождёнными, и, конечно, все государственные учреждения, как сказали бы у нас, - полиция, юристы, суд, университеты, ещё много чего. И лавки, магазины, рынки, да почти вся торговля была сосредоточенна именно здесь. Именно тут был и императорский дворец, как не трудно было догадаться. Довольно большой. Помимо жилых корпусов, в которых размещались варги, приезжающие в столицу на обязательный бал, но не имеющие в городе собственного жилья, тут располагались и казармы. Но у нашей семьи в столице был свой особняк. Он находился не в центре, но всё же был довольно большой. В сезон в нём жила не только наша семья, но и родственники с обеих сторон селились тут же.

А у императора было два сына.

К сожалению, Ивана-дурачка у него не было. Оба сына были варгами и довольно сильными. Старший был рождён от «Каллис», а младший от законной жены. Ну да, должен же Император личным примером демонстрировать, как это выгодно иметь три…, ой, две жены. Султан недоделанный. Я ещё не видела этих представителей высшей знати, но они мне заранее не нравились. Что я и сообщила Герде, скривив губы. Герда понимающе кивнула и сказала:

- Ты не любишь принцев?

- Да как-то не очень у меня с принцами на белом коне.

- А почему именно на белом? - рассмеялась сестра.

- Ну, потому что другой им не идёт. По цветовой гамме не подходит! - отшутилась я в ответ.

- Тут ты права. Они оба блондины, впрочем, почти все чистокровные варги блондины. И кони им, действительно, больше белые подойдут. Но ты можешь не волноваться на их счёт.

- Почему это?

- Потому что сама же говорила, что просто «Каллис» не станешь ни за что и никогда.

- Да, не стану, - кивнула я.

- Ну вот. А по-другому войти в императорскую семью и не получится. Оба принца женаты.

Я с облегчением выдохнула. Я всегда старалась держаться хорошего правила - «Подальше от начальства и поближе к буфету». В прошлой жизни работало. Надеюсь, и в этой я смогу держаться от императорской семейки на приличном расстоянии.

Но время показало, что ещё никогда я так сильно не ошибалась.

Путь до столицы был не близкий - земли моих родителей располагались от неё довольно далеко - примерно в пяти днях пути. Но это если на каретах и с тяжёлой поклажей. В нашей же семье все любили верховую езду, и путь должен был занять всего-то дня три. Весь багаж был отправлен в столицу заранее, а мы устроили по дороге бешеную скачку. На ночлег мы останавливались у друзей или родственников, с которыми мне приходилось знакомиться заново. Но серьёзных трудностей это не принесло. Все были весьма радушны и благосклонно настроены. Этому в основном способствовал мой новый цвет волос. Тут было не принято обижать Гранатоворождённых. К нам присоединялись в тех случаях, если в семье были холостые или незамужние варги, и в столицу мы въезжали уже довольно большой компанией.

Я очень устала за эти три дня. Всё-таки провести столько времени в седле даже для моего сильного и тренированного тела было сложно, но при мысли о том, что пришлось бы пять дней трястись в душной карете усталость отступала. Столица встретила нас шумом и толчеёй. За время, прожитое в поместье родителей, я совершенно отвыкла от большого скопления людей. Но этот шумный город мне всё же понравился. Я с удовольствием вертела головой по сторонам, стараясь увидеть и запомнить как можно больше.

В городе было не принято строить дома выше четырёх этажей. Огромными башнями возвышался только императорский дворец, стоявший в центре столицы. От него в разные стороны, как лучики Солнца с детского рисунка, разбегались улочки. При этом здесь было очень необычное деление на богатые и бедные районы. Я привыкла, что чем ближе к центру, тем дома богаче, квартиры и машины дороже, а чем дальше - тем районы беднее, и спальные коробки домов понатыканы так близко друг к другу, что только тяжёлые шторы и спасают от попадания прямиком в супружескую спальню соседа.

Здесь же столица была поделена пополам.

С той стороны дворца, где располагался парадный вход, стояли дорогие особняки и богатое жильё; а со стороны, где были черновые помещения дворца и вход для слуг, тележек с припасами и казармы с солдатами, размещались лавки торговцев и жилища менее обеспеченных граждан. Особняк нашей семьи располагался на правильной половине, правда, не в центре, и был он трёхэтажный и не такой роскошный, как остальные, но довольно большой, красивый и очень уютный. Благодаря отдалению от центра города, его от улицы отделяли въездная группа с небольшой конюшней и подъездная площадка. За домом даже был небольшой ухоженный сад.

Как оказалось, наша семья занимала весь третий этаж главного дома. Комната с ванной и гардеробной, которую мне выделили, была раза в два больше всей моей прежней однокомнатной квартиры. Так что жаловаться было совершенно не на что.

На втором этаже располагались комнаты для гостей и родственников - всех тех, кто приехал на зиму в столицу, и у кого не было своего жилья в городе. На первом этаже были комнаты, предназначенные для всеобщего пользования: зал для приёмов, столовая, игровая, малая и большая гостиные, музыкальная комната и библиотека. Также было пристроено уютное тёплое крыло для тех, кто жил в особняке постоянно и поддерживал его в достойном виде. В другом крыле дома располагались служебные помещения и кухни. Примерно по такому же принципу был устроен и наш особняк в деревне. Только здесь было всё размещено компактнее - столица всё-таки, свободной земли не так много.

До торжественного выхода в свет ещё оставалось время, и я не собиралась терять его.

Первым делом я посетила портниху, которая шила мои платья в прошлом году, и загрузила её работой. Заказу мастерица, впрочем, была рада: все уже давно были готовы к сезону, и платья у большинства уже были пошиты и приготовлены к торжеству. Когда я озвучила все мои требования, у портнихи сначала полезли глаза на лоб, но, всё обдумав, она согласилась со мной: и с крючками спереди, и с уменьшением количества нижних юбок. Теперь моя фигура приобретала лёгкость, утончённость и элегантность, чего так не хватало прежде. А ещё я получила возможность свободно двигаться: ничто не мешало, не путалось в ногах, не раздражало. Теперь в платьях можно было бы даже легко бегать, не приведи Один, конечно. Но это я так, на всякий случай.

Ювелир вначале тоже не совсем понял мой заказ, но потом оценил новшества с браслетами и обещал мне их предоставить точно в срок. Жёсткие золотые браслеты-манжеты на тонких запястьях смотрятся особенно чувственно. Совершенно точно помню, что в моём мире браслеты-манжеты могла себе позволить только египтянка царского рода. Широкие браслеты-пластины, часто парные, на запястьях египтянки носили, подчёркивая свой особенный статус. В этом мире браслеты, если и носили, то они были тоненькие, почти невесомые и свободно болтались на руке, что совершенно не соответствовало моим целям.

Герда, увидев результаты моих трудов и оценив нововведения по достоинству, перешила и свои платья, не желая отставать от меня. Я была только рада такой поддержке.

Я стояла и смотрела на себя в большое зеркало, готовая к бою.

Ну, в смысле к торжественному представлению меня высшему обществу варгов.

Глава 4. Волк слабее льва, но в цирке не выступает.

- Тогда мне казалось, жизнь прекрасна. Замужество - это сказка, мираж в пустыне, дворцы с пальмами, верблюды… Но потом я поняла, что дворцы с пальмами исчезнут, и останется один верблюд. И я ему отказала.

- Вы, наверное, слишком разборчивы. Когда хотят жениться - то надо это делать. Но с закрытыми глазами.

х/ф «Ищите женщину», 1982 г.

Платье моё было цвета «пыльной розы». Это было завораживающее сочетание кофе, розы, крема и пудры. Я бы, конечно, предпочла более яркие и насыщенные цвета, но мне это было категорически не положено ни по статусу, ни по положению. Я была обязана носить пастельные светлые оттенки до замужества, и только после него могла позволить себе густой красный или тёмно-синий. Я не жаловалась. Мне безумно шёл этот оттенок. Он идеально справлялся со своей задачей - подчеркнуть все мои достоинства (и цвет волос, и тон кожи), при этом не отвлекал и не перетягивал на себя внимание. И я, в который уже раз, вспомнила с благодарностью и лёгкой грустью свою предшественницу в этом теле.

Я очень красива, удовлетворенно подумала я.

У Герды был нежно голубой наряд с белыми вставками - этакий первый снег, к первому дню которого и был приурочен традиционный бал. Голубой цвет идеально подходил к светлым волосам Герды и её ясным голубым глазам. Вместе мы вообще смотрелись восхитительно. Нежность и прохлада, с одной стороны, тепло и яркость - с другой.

Драгоценности тоже точно соответствовали случаю с одним единственным исключением - на обоих моих запястьях красовалось по широкому массивному браслету с россыпью мелких переливающихся розовых камней. Бриллианты и рубины мне по статусу тоже пока не полагались, а вот розовые рубеллиты вполне можно. Мне повезло, что снег выпал в этом году на день позже обычного. Это позволило ювелиру подтянуть браслеты точно по руке, и теперь они плотно прилегали. Я как в ювелирной лавке их примерила так теперь и не снимала. Была у нас пословица «Бережёного бог бережёт».

Вот я и собиралась этому правилу следовать.

Герда весело смеялась, папа забавно фыркал и называл всё это моей «блажью», но активно никто не возражал. Так что, я входила в тронный зал, спокойная как удав, проглотивший вредных бандерлогов, что похитили хорошего мальчика. Чтобы буквально тут же застыть чуть не в самом центре залы.

- Герда? Это что? - и я глазами указала на большой черный диск с золотыми звездами и тремя лунами красующийся за троном.

- Это императорский герб, ты разве его не видела в книгах?

Я замотала головой и вдруг отчетливо вспомнила последние секунды моего пребывания в родном мире. Как я совершенно безуспешно пытаюсь выпустить из ладони точно такой же диск, только значительно меньшего размера, а ещё на нём был месяц, а не три луны как здесь. Но все равно - сходство было ошеломительным.

Ох, не к добру это.

Тронная зала была огромна. Кругом зеркала, золото и лепнина. Роскошь и изысканность. Мне понравилось. А ещё потолок был высоким, и воздуха хватало на всю это огромную толпу народу. И Герда надеялась найти тут своего единственного? В этой толпе? Ну, ну. И располагалась тронная зала на первом этаже. Сам дворец мне толком рассмотреть не удалось, потому что почти сразу, как только гости входили в это величественное здание, их сюда, в этот зал, препровождают служители. Это был такой непрозрачный намёк, мол, нечего вам по чужим дворцам гулять. Ну и не больно-то и хотелось. Я рассматривала высший свет аристократии варгов, а Герда тихонько комментировала кто где, потому что я никого тут не знала.

Вернее - не помнила.

Наше появление в зале произвело ожидаемый фурор, ведь слухи, о появлении новой Гранатоворождённой по столице ходили уже несколько месяцев, хотя большинство в них и не верило. И тут мы входим, такие прекрасные. Разумеется, с нашим появлением вся зала наполнилась гулом. Нам оставалось лишь держать голову высоко поднятой и усиленно делать вид, что все шепотки и сплетни - не про нас.

И в самом деле. Что они так взбудоражились?

Ну, подумаешь, ещё одна Гранатоворождённая? Вон их тут целая зала. Нет, ну это я преувеличила, но их действительно много. Не такая это и редкость, оказывается. Правда, большинство из них, как шепнула мама в ответ нам мой приглушённый вопрос, уже благополучно замужем, но всё равно. Моё появление привлекало к нашей семье повышенное внимание. И Герда была этому очень рада - чем больше холостых варгов с нами умудрится познакомиться, тем лучше. Я, правда, придерживалась другого мнения.

Но кто меня спрашивает?

Так мы и передвигались по тронной зале, а мой взгляд то и дело притягивался к трону. Вернее, к диску, что за ним висел. И как вот с этим разбираться? А то, что разбираться придётся, я уже не сомневалась. Неспроста я сюда попала. Ох, неспроста. Герда мило краснела, отвечала на вопросы, адресованные, в том числе и мне, потому что я умудрялась пропускать весь этот светский трёп мимо ушей. Ну, потому что обсуждение опоздавшего на один день снегопада по сотому разу подряд меня выводит из себя. Родителей от нас толпа оттеснила, и мы потерялись. Это было конечно, не смертельно, но я бы не отказалась от их поддержки.

Продолжая разглядывать трон, я никак не могла понять, что же меня смущает.

- Герда? А почему стульев всего два? - поняла я, наконец.

- Каких ещё стульев? - сестра не сразу смогла переключиться со светской беседы.

- Ну, трон? Вон один и второй? А третий? Для Каллис? Она же, вроде бы, мать наследника? Ей что стул не положен? Она стоять за троном будет?

- Каллис вообще на подобных официальных мероприятиях присутствовать не может. Только жена. Каллис появляются только в узком кругу и только на семейных праздниках.

- Только на семейных мероприятиях? - задохнулась я от возмущения.

- Да. Сегодня торжественный первый официальный день открытия сезона. Каллис императора возможно появится на одном из балов сезона. Но на открытии и закрытии мы её точно не увидим, - пояснила шёпотом сестра.

- То есть, все веселятся, а мать наследника престола где-то там во дворце в задних комнатах сидит? Мило, ничего не скажешь, - и я судорожно схватилась за браслет на руке.

- Мне это как-то в голову не приходило, - протянула сестра, проследив за моим жестом.

- А мне вот пришло. Я просто понять не могла, что же меня в этих двух тронах так смущает. А оказывается, Каллис вообще тут не появится, - меня почти трясло от возмущения.

Я, почему-то очень странно реагировала на эти их традиции связанные с Каллис. Может это борьба за права женщин из прошлой жизни? И я, невесело улыбнувшись, посмотрела на Герду.

- Получается тут только жёны? Ни одной Каллис во всей тронной зале нет? - снова спросила я.

- Нет, ну только если вдруг Каллис смогла стать женой, - покачала головой сестра, а потом сказала, - Знаешь, Венди, я тоже хочу такой браслет? Поделишься? - вдруг выдала Герда.

- Да. Я как чувствовала - два заказала, - и стала снимать с правой руки второй парный браслет.

Знак принадлежности к истинной паре варга появлялся на левой руке, со стороны сердца. Это как-то связывали с его биением в такт единственному мужчине. Ага. Хотелось что-то разбить! С грохотом! И желательно об чью-нибудь голову! Пока не понятно о чью, но я найду!

Браслет был с очень хитрым потайным замком. Так просто его было не открыть. Я сама настояла на этом, и ювелир проникся. Я аккуратно защелкнула его на левой руке сестры. Всё это время мы стояли, склонившись друг к дружке, и очень надеюсь, что наши манипуляции если и заметили, то не придали им большого значения.

И только мы успели закончить, как толпа пришла в движение и начала выстраиваться вдоль стен, освобождая центральную часть и образовывая широкий коридор. Открылись двери, и вошедший церемониймейстер торжественно объявил выход императорской семьи. Мы стояли почти в центре залы и не в первом ряду, что лично меня не могло не радовать. Правда, к сожалению, это было ненадолго. Я знала регламент официальной части сегодняшнего празднества: каждая незамужняя прибывшая в столицу первый раз девушка из семьи варгов обязана была представиться императорской семье. А уж мне, как Гранатоворождённой, от этого было совершенно точно не отвертеться.

В зал вошёл император, торжественно ведя под руку свою законную супругу. По сторонам они не смотрели и медленно и величаво двигались по проходу к трону. За ними шли принцы с супругами. И вот тут-то меня что-то такое толкнуло, будто током шарахнуло, и потянуло вперёд. Я огромным усилием воли пригвоздила себя к месту. Сердце пустилось вскачь, и я не могла оторвать глаз от одного из принцев. Они дошли до трона и встали по обеим сторонам от него истуканами. Их жёны, что характерно, тоже должны были стоять всю церемонию представления рядом.

Я жадно разглядывала императорскую семью и не могла оторваться. Очень надеюсь, что меня за всей этой толпой не видно, и это даст мне так необходимое сейчас время прийти в себя. Принцы были похожи и в тоже время разные. Оба светловолосые. Волосы у них были длинные, спускались по плечам золотой волной. Глаза у обоих были зелёными, настолько яркими, что это было первым, на что я обратила внимание, ещё когда они только шли по проходу. Разумеется, оба были очень красивы, сильны, с широкими мощными плечами и возвышались на целую голову над всеми варгами в зале. Оно и понятно. В императорской семье слабых не рождалось.

Обе жены были Гранатоворождёнными. Других в императорской семье, по всей видимости, и быть не могло. Девушки были красивы, сильны и даже не сильно уступали своим мужьям в росте. Но надменное выражение лиц сильно портило всю императорскую семейку. При этом один из братьев был, похоже, мягче. Его черты лица не были такими суровыми, а взгляд зелёных глаз не метал хищные молнии, как у его брата. Другой был настоящим волком. От него так и шла во все стороны волна силы, власти и желания подчинять. Взгляд был слегка прищурен, и было в нём что-то от хищника, затаившегося внутри. И вот именно от него-то я и не могла оторвать взгляд. Странно, он был ненамного, но всё же чуть ниже брата, а ещё чуть уже в плечах. Но это не сильно бросалось в глаза. Он младше? И кто из них чей сын, интересно? Почему-то мне это сейчас казалось смертельно важным.

Император усадил свою Гранатоворождённую супругу на трон, а сам вышел вперед и начал традиционную речь. Как он рад, как они там все в императорской семье счастливы, что мы все тут собрались и всё в том же духе.

- Герда? - шепнула я одними губами.

- Что?

- Кто из них кто?

- Тот, что справа - Его императорское Высочество принц Бёдольв-Хати.

- А слева значит Рунольф-Сколь? Старший? - в ужасе прошептала я, и мне показалось, что весь мир пошатнулся.

- Что стряслось? - одними губами спросила взволнованная сестра, уже заподозрив неладное.

- Меня тянет к нему. Сильно. Не говори, что это то самое!?

- Плохой признак… - и сестренка побледнела ещё больше.

Император закончил свою речь и уселся на трон. А толпа, наконец, немного отмерла и пришла в движение. Вперёд вышел какой-то там герцог и приступил к ответной речи от лица всех присутствующих. Но она была уже не так важна, и сестра, быстро ко мне наклонившись, прошептала:

- Так, Венди. Это очень плохо. Если тебя потянуло, ты можешь оказаться его каллис. Этого, вообще-то, не должно было произойти. Все Каллис в императорской семье не только Гранатоворождённые, но и чистокровные варги и умеют обращаться. Ты - не чистокровная и оборота у тебя нет. Но, видно, твоё перерождение сыграло свою роль. Действуем по плану?

Я судорожно закивала. Я уже пришла в себя и ясность мысли ко мне вернулась. Мы рассматривали гипотетическую вероятность того, что я могу оказаться Каллис кого-то из принцев. И даже разработали план на этот случай. Вот и будем ему следовать. Сестра ободряюще улыбнулась.

- Всё будет хорошо, Венди.

Когда ответная речь завершилась, к императорскому трону стали выходить девушки. Венди схватила меня за руку, и мы тоже вышли вперёд.

У принцев не было Каллис. И каждая девушка в империи мечтала ею стать. И у каждой, в ком текла кровь варгов, такой шанс был. Теоретически. Но если у Герды, он был почти минимальный, то мой шанс из-за цвета волос уже повышался. В идеале - Каллис чистокровная Гранатоворождённая девушка с оборотом в сильную волчицу. Так что, за Герди я почти не боялась. Её волки императорской семьи, по идее, признать не должны. А вот у меня некоторые шансы были. И судя по тому, как меня тряхнуло при появлении Его императорского Высочества Наследного принца Рунольф-Сколь - эти шансы были весьма высоки. И почему он именно старший из сыновей? Он же меньше? И казался даже моложе? Но вот волна силы от него, безусловно, мощнее. Или я просто теряюсь? Хотя это сейчас уже не важно. Главное не приближаться.

Все девушки должны были выходить по очереди, подходить к каждому из принцев, сообщать, как они рады, пожимать им руки, а после возвращались в толпу гостей. Довольно простая церемония. С одним единственным «но». Во время этого рукопожатия, могло произойти то самое «узнавание пары», и на руке у любой из девушек мог появиться знак. И тогда принц торжественно объявлял о нахождении своей Каллис. Пока этого не происходило ни в один из сезонов. Но всё случается впервые.

Мы вышли вперёд, и я решительно затесалась в самую середину, не выпуская руку сестры. Девушки спешили оказаться в начале очереди, и, по закону, первыми на представление имели право Гранатоворождённые. Их пропускали в начало. Я же стремилась отсрочить это, поэтому никто и не возражал. Вперёд тут простых варгов не пропустили бы, а вот назад сколько угодно, так что мы с сестрой остались как-бы на границе – между Гранатоворождёнными и обычными девушками. Совсем в хвосте нам было тоже находиться нежелательно. Наш план основывался именно на середине, так, чтобы за нами ещё оставались девушки, вызывающие интерес и отвлекающие внимание.

Но я уже начинала сомневаться в успехе наших планов. Как только мы с Гердой вышли в центр тронной залы, я почти сразу почувствовала на себе давящий тяжёлый взгляд. Огромных усилий стоило не поднимать глаза и не смотреть в ответ. Только рука Герды, за которую я уцепилась, и помогала. Девушки подходили к младшему брату подавали руку, потом двигались дальше мимо императорской четы к старшему брату. Я следила за каждой. Всего было около десяти незамужних Гранатоворождённых. Н-да. На такую толпу гостей действительно немного. Я считала девушек, а потом начала пересчитывать складки на собственном платье - что угодно, лишь бы не поднимать глаза и не встречаться взглядом с прожигающими меня глазами.

Он там что?! Вообще больше ни на кого не смотрит?! Так он дырку во мне сделает!

Но вот Гранатоворожденные закончились, настал черёд обычных девушкек из семей чистокровных варгов. Я продвинулась вперёд и переглянулась с сестрой. Она кивнула и подошла к младшему из принцев, произнесла положенные слова приветствия, потом пожала ему руку. Слава Одину, ничего не произошло. Герда двинулась дальше. А я быстро заняла её место.

- Безмерно рада знакомству, - буркнула я, сократив принятую фразу в два раза, и резко протянула руку.

Я не назвала с придыханием полный титул принца, не упомянула своё собственное имя и не проворковала нежно про неземную радость и то, что боги благоволят нашей встрече. Можно добавлять что-то там ещё, но я не запоминала.

Я вскинула глаза и поймала весёлый, слегка ошарашенный взгляд принца. Но тот протянул руку, и я судорожно её пожала. А потом так же резко её выдернула. Мало ли. Рисковать я не собиралась и постаралась сократить контакт до минимума.

Герда в этот момент протягивала руку старшему принцу. И вот тут-то, при рукопожатии, она слегка покачнулась и, нарушая всякий этикет, ухватилась за его плечо. Ну, перенервничала, плохо девушке стало. Она отвлекала внимание на себя. А я, в этот момент быстро уходила, минуя наследного принца, который, на моё счастье, всё же оторвал взгляд от меня и перевел его ненадолго на Герду. Но мне этого хватило, и я стремительно скрылась в толпе гостей. А моё место уже занимала следующая девушка. Благодаря манёвру Герды, никто даже не заметил, что я пожала руку только одному из принцев. Ага. Кажется, получилось.

Только вот Его Императорское Высочество Наследный принц Рунольф-Сколь явно так не считал. Потому что, оторвав от себя Герду, которой так же внезапно стало лучше, он тут же перевёл взгляд туда, где должна была быть я. Но меня там не было. Я стояла, вцепившись в плечо отца, которого каким-то чудом нашла в этой толпе.

Я аккуратно выглядывала из-за отцовской спины.

Его Императорское Высочество Наследный принц Рунольф-Сколь хмурым, тяжёлым взглядом обвёл толпу. Я прокручивала в голове ту информацию, которая ещё каким-то чудом в ней держалась:

Рунольф означает «Волк Тайны», а вот Сколь - так звали одного из знаменитых варгов, сыновей Фенрира. Их было двое Сколь и Хати. И этот имя входило в титул наследного принца. Сколь - здесь так именовали старшего, а Хати - младшего.

Бёдольв - младший из сыновей императора, сын его законной жены и рожденный всего на полгода позже сына от Каллис. Это имя означало «Обещанный Волк». Но в этом мире действовало только право старшинства. У варгов вообще не было деления детей на законных и нет. Все дети варгов всегда признавались своими родителями. Если конечно о них знали. Но редко когда служанка из трактира беременела от варга. И даже если такое случалось, то ребёнка стремились отдать отцу-варгу. Там его ждало хорошее будущее и доля в наследстве. И тут опять всё зависело от старшинства. Даже такой ребенок мог стать наследником всего рода. Были случаи.

Всё это крутилось у меня в голове, пока продолжалось представление девушек ко двору императора. Но Наследный принц мало обращал на них внимания. Он продолжал сверлить недобрым взглядом толпу в зале. Вот чует моя пятая точка - это он меня ищет.

Ой, не к добру это!

Хвала Одину, что он хотя бы скандал не стал устраивать, искать меня стразу и поднимать шум. На это мы, собственно, и рассчитывали, когда ещё дома обговаривали различные варианты плана с Гердой. А ещё я надеялась на эффект неожиданности. Всё-таки Наследный принц совсем не ожидал, что кто-то вдруг не захочет стать его Каллис. Вот прямо очень сильно не захочет. Настолько, что даже сбежит с представления ко двору. Ага.

Герда увидела папу и стала протискиваться к нему. Она и меня разглядела, надёжно укрытую его богатырскими плечами.

- Сработало, Венди! - радостно сообщила мне сестрёнка.

- Теперь - самое главное - снова не попасться ему на глаза. Только и всего.

- Не думаю, что это получится. Я уверена - ты лишь отсрочила неизбежное. Вычислить тебя ему не составит особого труда, - сказала сестра, вместе со мной прячась за папу.

- Я знаю. Но главное на сегодня - избежать публичного объявления меня Каллис. А с остальным будем разбираться потом. Ты же сама говорила, что принудить не могут.

- Он сын императора, - мрачно констатировала сестра.

- А я…

- Он Наследный сын императора, - добила она меня.

- Ну, может быть обойдётся? - жалобно спросила я.

Герда покачала головой, и мы обе, аккуратно выглянув, посмотрели на принца. Тот был мрачен, как грозовая туча, и продолжал недобрым взглядом сверлить гостей.

- Не обойдётся, - одновременно прошептали мы с ней очевидное.

Всё это время папа не говорил ни слова. Он уже привык, что мы, две его девчонки, постоянно шепчемся и секретничаем, и придерживался мнения что «само как-то рассосётся», и что если у нас были причины поступить так или иначе, то остается только надеяться, что они были достаточно веские. Он слегка повернул голову и сказал:

- Девочки, что бы вы там ни задумали, но один танец каждая из вас станцевать должна, прежде, чем мы покинем бал.

- Танцы!!! - взвыли мы с Гердой опять хором.

Между тем, церемония представления ко двору благополучно завершилась. О появлении у принцев Каллис объявлено не было. Вот теперь-то и наступало время расслабления и развлечений, которые как раз и включали в себя эти самые танцы. Сами по себе танцы не представляли для меня никакой угрозы - Герда помогла мне выучить все движения, и с моим сильным натренированным телом они опасений не вызывали. А вот мысль, что нужно будет выйти в центр бальной залы и предстать пред хищным взглядом Наследного принца Рунольфа - приводила меня в ужас.

Но отвертеться не получится.

Папа был прав. И на нас с Гердой, как из рога изобилия, посыпались предложения от стоявших рядом мужчин. Это было закономерно. Никто не позволил бы Гранатоворождённой простоять у стенки весь бал. Другое дело, что и одного танца будет более чем достаточно.

Мы с Гердой снова переглянулись.

И я вложила руку в протянутую ладонь первого же варга, что стоял рядом с нами, даже не заглянув ему в лицо. А зачем? Какая разница, кто тебя на эшафот довезёт? Бальная тронная зала имела дополнительный этаж, состоящий из изящных балкончиков. На двух из них, самых больших, находились музыканты. И сейчас должна была зазвучать музыка первого танца.

Герда со своим кавалером встала рядом с нами. И вот тут произошло самое ужасное. Едва мы вышли в центр залы, я снова почувствовала на себе взгляд Наследного принца Рунольфа. Сама я старалась в ту сторону не смотреть. Это стоило мне огромных усилий, потому как смотреть очень хотелось. И не только смотреть. Меня тянуло к этому варгу. Я еле-еле сдерживалась. И у меня получалось. Если сейчас получается, в первые часы знакомства, значит, и дальше справлюсь. Убеждала я себя.

Только вот у Наследного принца Рунольфа были совершенно иные планы.

Глава 5. В России в сказке про трёх поросят волк - положительный персонаж, ведь он сносит аварийное жильё.

- Тааак, и какие у него отягчающие обстоятельства?

- Добрые пожелания, благие намерения, активная помощь и творение добра.

- Жуть.

Из просторов интернета. Автор в розыске.

Только у Наследного принца Рунольфа были совершенно иные планы на мой счёт.

Он сдерживать и ограничивать себя любимого явно не привык. Поэтому резко подал знак рукой, и музыканты, готовые взять первый аккорд, застыли, взял под руку супругу, и они вместе спустились с тронного возвышения, присоединившись к танцующим.

- Музыканты! Аллеманду! - приказал он, слегка приподняв голову в сторону балкончика, на котором стоял дирижёр.

Тот почтительно склонился и взмахнул палочкой.

Голос у Наследного принца Рунольфа был низкий, немного хрипловатый и очень глубокий. Этот голос завораживал своими командными нотками, этому голосу хотелось подчиняться. Хотелось… Да много чего хотелось, если честно. Я уже сама была готова признать, что он - мой суженный, настолько меня к нему тянуло во всех смыслах. Прям как в сказке! Но «второй» я, всё равно быть, не согласная! Так что - держимся, искушениям не поддаёмся, улыбаемся всем и никому конкретно.

Принцы обычно не танцевали. Вот не было такой традиции. Иногда, в очень редких случаях, принц мог выйти на танец со своей женой. И то, это был, как правило, всего один танец, и уж точно не первый, выбирали они для такого случая сугубо парные танцы – то есть те, в которых партнёры не меняются партнёршами. Вот и получалось, что изредка принцы танцевали один танец в паре с супругой на радость публике, и на этом всё заканчивалось. Сейчас же мало того, что Наследный принц сам выказал желание потанцевать, выбрал для этого самый первый танец бала, так ещё и заказал Аллеманду. Это вообще ни в какие рамки не укладывалось.

Аллеманду танцевали и в моём мире - это был «низкий» танец эпохи Возрождения, и сейчас его можно было увидеть разве что в кино или на реконструкциях. Здесь же этот величавый танец немного отличался от нашей версии. В нём так же, как и в моём мире, не было отрывистых быстрых движений, танцевался он медленно и плавно, движения делились на две части: первая - дамы медленно обходят кавалера и в три шага то отдаляются от него, то приближаются, а потом кавалер несколько раз обходит вокруг дамы, придерживая её за руку. Но самое страшное для меня заключалось во второй части - происходила смена партнёров - дамы стояли на месте и ждали следующего кавалера. Ага. Танец был просто идеален для варгов - пока танцуешь, умудришься перезнакомиться со многими дамами и даже за руку подержаться. Другое дело, что о нём обычно объявляли заранее. И девушка могла отказаться его танцевать, так я собственно и собиралась поступить. Тут же выбора нам не оставили, Его Высочество просто отдал распоряжение, и все вынуждены были подчиниться.

То есть мало того, что ко мне рано или поздно в танце подойдёт принц Рунольф, так ещё и за руку меня держать будет!!

Вот это я влипла. И главное, ни сбежать, ни упасть в обморок я не могу. Не поможет.

Да и не хотелось бы привлекать излишнее внимание к моей скромной персоне. Что же, будем надеяться, что принц во время танца будет придерживаться той же позиции - а именно не устроит скандала. Риск, конечно, был, но небольшой.

Повинуясь палочке дирижера, оркестр заиграл, а я принялась сосредоточенно кружить вокруг своего партнёра и, чтобы отвлечься - считала шаги. Раз, два, три. Раз, два, три. Так и считала, довольно долго, как мне показалось. На сменяющиеся лица мужчин я старалась не смотреть. Они что-то там говорили, как правило, о том, как они счастливы познакомиться с Гранатоворождённой. Я отвечала полуулыбкой, не поднимая глаз, или отделывалась односложными - «Да» и «Нет». Но любопытство в какой-то момент пересилило осторожность, и я всё же оторвала взгляд от пола и немного огляделась. Вовремя это я. Моим следующим партнёром будет Его Императорское Высочество Рунольф. Теперь главное - сосредоточиться.

Я следила за его приближением. Он протянул руку, и пришлось вложить в неё свою. И сразу же моё запястье обожгло дикой болью, аж в глазах потемнело.

Хорошо, что я была к ней готова, нечеловеческим усилием воли мне удалось не выдать себя. Хорошо, что я теперь не совсем человек, в противном случае, завопила бы на всю залу. Хорошо, что на мне был браслет, который скрывал то место, где прямо сейчас выжигался узор истинности. Всё это было хорошо, плох был только испытующий взгляд принца.

Какой же он высокий. Там у трона я списала всё на небольшое возвышение, теперь, находясь рядом, поняла, что он просто огромный. А какой же у него волк? Жуткое страшилище, не иначе.

Я, продолжая держать его за руку, стала отсчитывать положенные шаги, глядя, на этот раз, в лицо своему партнёру. Сил отвести взгляд, у меня не было. Все они уходили на то, что б не орать от дикой боли и при этом сохранять безмятежное выражение лица. Кажется, я поняла, почему они не носят браслетов. Боль не проходила. Браслет хотелось сорвать, выгрызть зубами, швырнуть подальше, но я крепилась. С удовлетворением я наблюдала, как минутное торжество на лице принца сменяется удивлением, потрясением, а затем и откровенным недоумением.

- Эманта? Вы не представитесь? Ваше имя как-то проскользнуло мимо меня во время церемонии знакомства, - заговорил он, этим своим глубоким властным голосом.

Но и к этому я была уже готова. Я отвоевала у судьбы так необходимое мне время на подготовку. Он всё равно узнает. Так что, большого смысла скрываться я не видела.

- Эманта Вендла Синрди, Ваше Императорское Высочество. Не мудрено, что вы не запомнили, - тут я сделала паузу - не то что бы я намекала, что у него с памятью плохо, просто так вот к слову пришлось, - Нас ведь так много! - и я послала ему самую невинную улыбку.

- Так вы и есть та самая Гранатоворождённая, что переродилась несколько месяцев назад при весьма загадочных обстоятельствах?

- Я счастлива, что вы обо мне слышали! - немного ехидно произнесла я.

Нет, я, ни в коем случае не намекаю, что Его Высочество сплетни слушает. Просто, опять-таки, к слову пришлось. В официальной сводке, ни про какие «загадочные обстоятельства» сказано не было. Я точно знаю, ведь отец при мне подавал отчёт в специальную комиссию по учёту Гранатоворождённых. «Загадочные обстоятельства» - это абсолютно точно – сплетни.

Моя фигура танца закончилась и теперь наступила очередь движений принца. Он хмурился. Больше не было ни намека на торжество в его глазах. Скорее, там помимо удивления и недоумения, поселилась тревога.

Как я понимаю, со своей стороны принц отчётливо видел перед собой долгожданную Каллис. Но каким образом женщина перед ним до сих пор не прыгает от радости и даже не вскрикнула от боли при выжигании узора, было явно выше его понимания. Принц совершенно точно был в замешательстве. А вот я - прекрасно всё осознавала и крепилась из последних сил. И они были на исходе.

- Эманта, я несколько озадачен, но я обязательно во всём разберусь. Сразу после танца и начну, - с некоторой угрозой в голосе произнёс Его Высочество и перевёл тяжёлый взгляд с моего лица на браслет, широкой великолепной полосой скрывающий мою руку.

Я же перевела ответный взгляд на его запястье, и вся моя выдержка, все мои старания едва не пошли прахом - на его запястье красовался полумесяц в окружении россыпи звёзд. И это не было гербом императорского дома. Ведь на нём было, как и в этом мире - три Луны. На запястье же принца было именно полулуние, точно такой же обычный месяц, как я видела у себя, в моём мире, много раз. И точно такой же рисунок перенёс меня сюда.

«Ох, не к добру это» - в который раз за сегодняшний вечер подумала я и заскрипела зубами в тщетной попытке никак себя не выдать. Только что-то всё же промелькнуло на моём лице, потому что принц внезапно хищно улыбнулся. Ой, мама. Нужно бежать, сверкая пятками и поднимая тучи пыли. И нестись к своему домику. Ну…

Фигура в танце у принца закончилась, и он перешёл к следующей партнёрше. Медлить было никак нельзя. Его Высочество отложил разборку до окончания танца. Значит план «Б». И «В» тоже. Ааа!!! Нужно задействовать все планы сразу! Я была почти в панике, но довольно быстро взяла себя в руки.

И, подняв глаза на своего нового, только подошедшего, партнёра, торопливо заговорила:

- Вы знаете, все эти волнения так плохо сказываются на моём самочувствии. Да ещё это мой первый визит в столицу. И только что я впервые танцевала с Его Высочеством Наследным принцем! Вы понимаете... У меня что-то голова внезапно закружилась. Вы не могли бы проводить меня к выходу? И принести мне стакан воды? А то, боюсь, я слишком переволновалась.

Как же это удачно, что стоящий напротив меня новый партнёр так молод. А ему восемнадцать-то есть уже? - Есть. Вспомнилось мне. Это девушки сюда допускались с восемнадцати лет, а варгу должно исполниться двадцать пять. Просто он выглядит так молодо и наивно.

- Эманта, разумеется. Пойдёмте. Я и сам, признаться, очень волнуюсь. Это мой первый бал, и я даже мечтать не смел о личном знакомстве с Гранатоворождённой. А уж оказать вам услугу - это вообще полное счастье!

И он повёл меня по направлению к выходу. Я же ловко вклинилась в толпу гостей, скрываясь от глаз танцующих. Ну не погонится же принц за мной? Хочется надеяться. Опять мне на руку работал эффект неожиданности. А ещё, возможно, лёгкое сомнение. Возможно, принц ещё не до конца поверил в то, что я его Каллис. Уж больно странно и необычно я себя вела. Любая из присутствующих девушек наверняка прыгала бы до потолка и трезвонила о метке истинности на всю бальную залу. Я же сохраняла невозмутимость и спокойствие, чем основательно выбила принца из колеи. Только боюсь, это ненадолго, и он вскоре опомнится. Так что фора у меня небольшая.

Едва мы вошли в толпу гостей, я потащила своего кавалера на выход. Просто-таки на буксире повела. Это плохо сочеталось с моим якобы «головокружением», но опасность огромным дамокловым мечом висела над моей головой. Выбирать было особенно не из чего - или я бегу, или становлюсь Каллис Наследного принца. Последний вариант меня категорически не устраивал.

Мой спутник что-то там ещё мне рассказывал, но я его не слушала, полностью сосредоточившись на поставленной цели - поскорее выйти отсюда.

Мы выбрались из толпы и я, подхватив юбки, побежала прочь из дворца. Мой кавалер, что характерно, бежал вместе со мной. Вопросы он не задавал и просто молча нёсся следом по коридору. Мы выскочили на улицу, и я рванула к воротам.

- Эманта?!

Но оборачиваться мне было некогда. Я неслась что было силы, в который раз радуясь, что перешила эти проклятые юбки. В старом платье я бы так не побегала.

Мы вылетели к воротам, и я огляделась.

- Эманта? У меня есть карета. Она вон там, на улице. К сожалению, пришлось оставить её довольно далеко отсюда, - отрапортовал догнавший меня юноша.

Мужчиной или варгом у меня язык не поворачивался его назвать, настолько молодо он выглядел.

- Вы отвезёте меня к особняку родителей? - требовательно спросила я у него.

- Эманта, но это не совсем прилично…- промямлил он.

Но я резко его перебила:

- Так отвезёте?!

- Да, эманта, я полностью в вашем распоряжении.

- Так, где карета?

- Туда, - и он указал на стоящие вдоль улицы экипажи.

На одном из этих экипажей мы и приехали всем семейством, но взять его я сейчас не могла, он мог понадобиться родителям и сестре. Мало ли, что у Герды тоже могло произойти. Поэтому предложение мальчика было весьма кстати.

- Побежали, мне нельзя медлить, - скомандовала я, и мы бросились искать экипаж парня.

Следовало догадаться, что он будет в самом конце. Кучер спал на козлах и был сильно удивлён появлению хозяина в сопровождении растрёпанной Гранатоворождённой в шикарном платье цвета «пыльной розы». Мне даже показалось, что его этой пылью и припорошило, настолько ошарашенно он выглядел. Но сейчас было не до него. Я влетела в карету и громко скомандовала.

- Гони!

Дальше я прокричала адрес, захлопывая дверь за хозяином экипажа буквально на ходу.

Я оглядела моего сопровождающего и решила, что за его помощь, весьма своевременную, надо сказать, стоило бы проявить учтивость:

- Простите. Я лишила вас возможности отыскать свою Каллис в первый бал. Мне очень жаль. Но вы так благородно бросились мне на помощь. Я даже не знаю, как смогу вас отблагодарить! - улыбаясь вполне искренне, сказала я.

- О! Каллис я уже нашёл, я прибыл в столицу в поисках жены. И вы ничуть не помешали моим планам. Наоборот. Сплетни о том, что я сбежал с бала, сопровождая таинственную Гранатоворождённую только поспособствуют моим поискам. Ведь если я вас сумел заинтересовать, значит, что-то из себя да представляю! - и мальчик гордо распрямился.

- Жену? - в замешательстве проговорила я.

- Да. Моя дорогая Каллис совершенно не способна вести хозяйство и управлять поместьем. К тому же, денег у неё совсем не было и приданого тоже. А мне нужно платить налоги, заниматься арендаторами и уже не говорю про само управление моей землёй. Мне нужна жена с приданым, хорошими связями, положением в обществе и навыками ведения хозяйства, - принялся откровенничать мальчик.

Его слова заставили меня призадуматься, и я спросила:

- И какой же размер приданого вас устроит?

- Пятьсот золотых империалов, меньшего мне не хватит. А так, я смогу заплатить налоги в казну и продержаться несколько лет, пока поместье не начнёт приносить доход, - ответил молодой человек.

Я хищно улыбнулась. Наше с Гердой приданое составляло две тысячи золотых империалов каждой. Папа несколько раз при мне озвучивал эту сумму и сетовал, что скорей всего за Гранатоворождённую принято давать больше. Но больше у него нет. Мы же с Гердой фыркали и напоминали ему, что я и сама по себе - неплохое приданое даже без империалов, только из-за цвета волос… И мысленно потёрла руки.

- Так. У меня есть приданое. Тысяча империалов, - начала я, сократив сумму вдвое, но успела заметить, как загорелись глаза у мальчика, - Я - Гранатоворождённая, мой отец довольно состоятельный варг, и ещё - у меня много родственников, у нашей семьи есть свой особняк в столице, а, следовательно, довольно обширные связи. Я умею вести хозяйство, образованна и уж точно найду подход к твоим арендаторам. Это были плюсы. - по-деловому спокойно, в тон собеседнику, закончила я.

- Э…Эманта? Вы… Вы мне предложение делаете? - удивлённо заикаясь, спросило это чудо.

- Да!

- Но как же? Это же я должен…

- Постой, дальше пойдут минусы.

- Ми…Минусы. Да Один с вами! Какие могут быть минусы?!

- Брак будет фиктивным. Я не собираюсь претендовать на место в твоей постели! - припечатала я, и только сейчас заметила, что как-то само собой перешла на «ты».

- Это минус?

- Да!

- Моя Каллис ревнивая.… А ещё? - с надеждой посмотрел он на меня.

- Возможны довольно большие неприятности от Императорской семьи. Пока не могу сказать большего, но это от Наследного принца мы только что убегали, - твёрдо сказала я.

Рисковала ли я? Нет. О моём побеге завтра будет знать вся столица. О проблемах - а завтра или даже уже сегодня они непременно последуют, - о них тоже будут знать все. Может ли как-то этот человек меня выдать? Как будто бы - нет. Я пока ему ничего существенного и не рассказала.

- Это всё? - вдруг подобравшись, спросил мой собеседник.

- Да. Этого мало?

- Я согласен. Тысяча золотых империалов и Гранатоворождённая стоят того. К тому же, не станет Его Наследное Высочество делать ничего незаконного или недостойного, - уверенно произнёс он.

Я хмыкнула. Ну, ну. Наивность не порок, а просто преступление. Ну да не мне об этом судить. У него своя голова на плечах должна быть в двадцать пять лет.

- Эманта Вендла Синдри, - и я протянула ему руку.

- Фри Сверр Вагни, - и мою руку поднесли к губам.

… Ох. Фри - так здесь принято называть высшую знать варгов. Что-то вроде лорда по-нашему. А вот дальше всё было весьма противоречиво: Сверр - беспокойный, Вагни - спокойный. Это он что? Спокойный беспокойный? Но, в конце-то концов, это всего лишь имена. Что я прицепилась? Но моя бабушка так часто упоминала всевозможные значения скандинавских имён, когда я была маленькой, что все они поневоле врезались в память. И вот так, подчас не вовремя, всплывали…

Мы вдруг резко остановились, и кучер хрипло возвестил:

- Приехали!

Я выглянула в окошко кареты. Наш особняк высился тёмной громадой. Ну, да. Мы планировали вернуться с бала только под утро. Слуги спали либо в своих комнатах, либо разошлись по домам. Мой спутник вышел из кареты и подал мне руку. Я спустилась с подножки и направилась к воротам. К моему удивлению, Фри Сверр Вагни не отставал. На мой вопросительный взгляд он спокойно ответил:

- Вы почти моя невеста. Я не могу вас сейчас бросить в таком состоянии одну. Я дождусь приезда ваших родственников с бала.

Я кивнула. Что ж. Возможно, я его недооценила. Сейчас он выглядел более чем достойно, и слова его были весьма разумны. В доме и в самом деле нет почти никого. Родственники, живущие с нами, тоже ведь на балу.

Я вошла в дом и сразу же устремилась на кухню. Присутствие моего нового жениха слегка корректировало мои планы, но, возможно, это и к лучшему.

Я вошла и тут же распорядилась:

- Нужно разжечь огонь в очаге!

- Позвать слуг?

- Нет! Сами справимся! - испугалась я.

- Да, вы правы. Пока не стоит никого будить. Ситуация и без того странная. Горячий отвар нам не помешает, - и он направился к очагу.

Справился он довольно быстро - навык, судя по всему, был. Он даже подвесил в очаг чайник и при этом действовал весьма ловко.

Я же методично обыскивала столы и ящики в поисках необходимого мне предмета. Наконец, я нашла, что искала - широкий нож для рубки капусты. Я повернулась к юноше, ах нет, теперь уже - к жениху, и сказала:

- Фри Сверр Вагни, мне нужна от вас клятва, что всё, что вы увидите сегодня здесь, вы никому никогда не расскажете.

Он помолчал, а потом сказал:

- Я клянусь, Эманта Вендла Синдри, что то, что произойдёт на этой кухне, останется на этой кухне. Я никому никогда ничего из событий сегодняшнего вечера не расскажу. Клянусь честью варга.

Клятва честью была серьёзной. Такую никогда не нарушали.

- Вы же всё равно сделаете то, что задумали. Просто, если бы я не дал вам клятву, вы бы меня выгнали, так ведь? - проницательно сказал Сверр.

Я кивнула. Совершенно точно я его недооценила. Он умён.

- Вам может понадобиться моя помощь, - снова сказал он и выразительно посмотрел на мою руку, спрятанную за спину.

Я снова кивнула, опять признавая правоту и мудрость его слов. А потом показала широкий тесак, что прятала за спиной. Я подошла к разожжённому им очагу и положила нож в разгоревшееся пламя. А потом потянулась к браслету, кожа под которым продолжала пылать.

Я нажала на крепления, снимая браслет, и выпустила воздух сквозь зубы от облегчения. А потом и вовсе уселась, как была, в бальном платье, прямо на пол, около очага. Платье жалко, конечно, вдруг пронеслось в моей голове. Но я в нём уже столько и бегала, и по каретам пряталась, утешила я себя, что теперь вот и на полу посидеть вполне можно. Семь бед - один ответ. Меланхолично думала я, наслаждаясь прохладой на запястье и понимая, что это ненадолго. Я перевела взгляд на Сверра Вагни и поймала его ошарашенный взгляд.

- Вы Каллис Наследного принца!? - прошептал он, усаживаясь рядом со мной на пол.

Он тоже не подумал, как это скажется на его парадном фраке. Он настолько был ошарашен увиденным, что даже мысли не возникло о возможных убытках и хлопотах, связанных с чисткой. А деньги ему явно были нужны. Впрочем, скоро он их получит. Так что уж это - точно не проблема!

- Ага, - кивнула я.

- Зовите меня Сверр.

- Венди, - согласилась я.

После такого глупо величать друг друга Эманта и Фри.

- Я разное предполагал, но такого, признаюсь, не ожидал, - протянул он.

- Так уж получилось, - устало пожала плечами я.

- Мою Каллис зовут Альва Вагни. А ещё - она глубоко беременна. Ей рожать через пару месяцев. Я не могу долго искать себе невесту. Да и шансов у меня немного, - сказал он.

- Почему это?

- Потому что при наличии Каллис любая жена захочет ребёнка и, желательно, чтобы он у неё родился раньше, чем у Каллис. А значит и унаследовал всё. А в моём случае - раньше, при всем желании, уже не получится. Ребёнок Альвы станет моим первенцем.

Я пожала плечами, на этот аспект нашей будущей супружеской жизни мне было совершенно наплевать. Альва в переводе - эльф, интересно девушка ему соответствует? Думаю, скоро узнаю.

- Да и не богат я. Если я не женюсь в ближайшее время, то мы можем потерять поместье. А это равнозначно катастрофе: нам с Альвой и ребёнком негде будет жить. Похоже, ты - мой единственный шанс. И даже Наследный Принц меня не остановит.

- Это всё здорово, но только не забывай - ты дал мне клятву, что не расскажешь никому и ничего. Принц может тебе предложить денег. Много денег… - печально констатировала я.

- Я - варг. А мы держим слово, - надулся он.

- Прости. Я не хотела тебя обидеть. Я тебе верю, просто вымоталась сильно, - и я устало прислонилась к нему, благо он сел совсем рядом.

Он обнял меня, и не было в этом жесте никакого подтекста. Только дружеское участие. И я положила ему на плечо голову. А мы даже можем стать друзьями. Может, это сама судьба, или старушка удача мне его в танце послала?

Сверр взял меня за руку и принялся разглядывать символы. На моём запястье красовались полумесяц и звёзды. Рисунок был точно такой же, как и на запястье Его Императорского Высочества Наследного Принца Рунольфа. Этот рисунок, я уверена, хорошо знали во всей империи.

- У нас проблемы, - выдал Сверр.

- Ага. Ещё какие! - снова согласилась я, но вот это его «нас» порадовало.

- И как же мы будем их решать?

- Самым радикальным образом, - сказала я.

И посмотрела на нож, что уже раскалился докрасна. Хорошие у них тут очаги на кухне. Но, учитывая снег на улице, по-другому и быть не могло. Я осторожно взялась подолом платья за рукоятку ножа и посмотрела на своё запястье. Был ли у меня выход? Нет. Его не было.

И быстро, пока не передумала, а вернее пока решимость меня не покинула, приложила широкое раскалённое лезвие к своему запястью, зашипев от боли. Под ножом медленно плавились звёзды и месяц, стираясь от ожога и превращаясь в жуткий рубец. На секунду мне даже стало жаль уничтожать такую красивую «татуировку».

Но выхода у меня другого не было.

Глава 6. Волки! Будьте осторожны, по лесу бродят одинокие Красные Шапочки!

- Ты что? Не хочешь кушать? - спрашивает мама малыша. - Ты же говорил, что голоден, как волк.

- А ты где ты видела, чтобы волки ели морковку с капустой и гордо именовали это салатом ?

Из просторов интернета. Автор в розыске.

- Что… Что ты делаешь? - глядя на меня в ужасе, прошептал Сверр.

Сил ответить у меня не было. Я, шипя, выдыхала воздух сквозь зубы и старалась не заорать на весь дом, разбудив тем самым немногочисленных слуг, преспокойно спящих в своих комнатах. Мне только лишних свидетелей и не хватает…

- Но как же? Зачем?! - пытался сообразить парень, всё ещё не справившись с потрясением, - Хватит!

И он выхватил нож, я не сопротивлялась, всё, что было нужно, уже уничтожено, выдохлась я окончательно. Сверр ошалело осмотрел то, что стало с моей рукой, и вдруг резко поднялся, и засуетился:

- Так. Это кухня. На кухне частенько случаются ожоги. Тут должна быть… - с этими словами он быстро и планомерно обыскивал полки и ящики. - Нашёл! - и он подскочил ко мне с какой-то бутылочкой.

Осторожно приподняв мою руку, он начал обильно поливать из флакона моё изуродованное запястье приятно пахнущей полупрозрачной прохладной жидкостью. Приятный запах был весьма кстати. Ибо невыносимая вонь наполнила кухню с первой секунды соприкосновения лезвия с кожей. Почти мгновенно стало легче. Кожа перестала пузыриться, но всё ещё выглядела ужасно. Сверр вернулся к ящичку и достал оттуда чистую тряпицу и кусок скрученной корпии. Хорошо смочив корпию тем же снадобьем, он приложил её к руке и стал аккуратно перебинтовывать.

- У тебя хорошо получается, - сказала я, шмыгнув носом.

Слёзы всё же хлынули из глаз, и теперь я была ещё и вся зарёванная. Хороша невеста, ничего не скажешь.

- Я вырос в небогатом доме. И мы многое делали с сестрой сами. Так что, я умею то, что обычно варги не умеют, - светло улыбнулся он мне и добавил, - Я тебе сейчас обезболивающий успокаивающий отвар заварю. Все травки у здешней поварихи подписаны и разложены очень аккуратно. Разберусь.

- Спасибо, тебе, - и я снова хмыкнула, - Без тебя я бы, пожалуй, сегодня не справилась.

- Больно? - сочувственно спросил он, закончив бинтовать.

- Нет. Платье жалко. Мало того, что я в нём с бала сбежала, по чужим каретам пряталась, потом у очага на полу сидела, так теперь ещё и средством от ожогов заляпала. Жалко! А оно было такое красивое!!! - и я подняла на Сверра заплаканные глаза.

- Не ври! Тебе больно! - и он бережно прижал меня к себе.

Так мы и сидели, пока я не перестала реветь. А потом опять сидели, но уже пили что-то душистое и вкусное, заваренное Сверром из найденных трав. Позже он аккуратно всё прибрал за собой. Я смотрела и диву давалась. Он ещё и хозяйственный, и аккуратный. Золото, а не жених!

- Ты знаешь, у тебя хорошая регенерация, но шрам останется большой, - сказал он.

- Я знаю. Я на это и рассчитывала, - кивнула я.

- Только стоит тебе обернуться в волчицу, кожа станет ровной и гладкой. А от шрама и следа не останется. И принцу достаточно снова взять тебя за руку, как знак вновь появится. И что будем делать тогда? - озабоченно сказал Сверр.

- Значит, не будем оборачиваться в волчицу. Тем более, что я и не умею. И не позволим принцу хватать меня за руки! - меланхолично сообщила я, отвар начал действовать, и я снова была спокойная, как тот удав.

- Как это? - не поверил он.

- Что «как»? Ты про оборот? У меня папа - только на половину варг. Во мне есть человеческая кровь. Так что, я не оборачиваюсь. И шрам навсегда.

- Нда. Ты всё предусмотрела?

- Всё предусмотреть невозможно. Но я постаралась. Как ты думаешь, к утру пройдёт? Вряд ли Его Сиятельное Величество даст нам много времени. У меня просто никогда таких ожогов не было.

- К утру шрам будет уже подживший, корочка даже отпадёт и будет просто розовый и всё. Ты всё-таки в большей степени варг, чем человек, и с регенерацией у тебя всё замечательно. Если ты прикроешь его браслетом, можно будет даже сказать, что шрам старый. Просто покраснел от ношения этого украшения. Ну, так себе оправдание, конечно, но как вариант - сойдёт, - пожал плечами Сверр.

- Отлично. Главное, что у нас есть своя версия. У них, несомненно, будет своя, но мы отобьёмся. В конце концов, нам ведь тоже могут поверить. Ну, или сделать вид.

- Раньше такого никто не делал. Может быть, и в самом деле получится?

- Нет, тут ты ошибаешься. Это не я придумала. В книжке прочла, что девушка пострадала от огня, и у неё знак выгорел, но её Истинный всё равно признал в ней свою Каллис, наличие знака ему было не принципиально. Так что я действовала, зная результат.

- Я вот не слышал об этом.

- Будем надеяться, что и никто не слышал, - согласилась я.

- А почему ты…

- Я не собираюсь становиться императорской шлю.…Хм. Инкубатором.

- Кем? Инку…

- Инкубатор, это такой механизм для высиживания цыплят, - выдала я.

- Не слышал. Но я в механике плохо разбираюсь, даже и не знал об этом изобретении. Только всё равно не понял - при чём тут курицы?

- Да, вот понимаешь…

Ответить я не успела. Дверь резко распахнулась, и на кухню влетело дивное создание в небесно-голубом платье, в синей шубке отороченной белоснежным мехом. Герда - собственной персоной. Она оглядела комнату, бросила внимательный взгляд сначала на меня, убедившись, что я жива и здорова, оглядела Сверра, выдохнула и рванула ко мне. Подлетев, она рухнула рядом с нами на колени и порывисто обняла меня за плечи.

- Хвала Одину! Я так волновалась!

- Герда! Теперь и твоё платье испачкано! - крепко обнимая сестру в ответ, воскликнула я.

Она отстранилась, посмотрела на меня, и мы дружно рассмеялись. Нервы. Ночь была длинная.

Следом за сестрой на кухню влетели и родители. При виде них Сверр встал и одёрнул свой фрак. Но это было совершенно бесполезно. Он был измят и безнадежно испачкан после всех наших приключений. Не заваривают отвары из трав на кухне во фраках. Даже в этом мире это не принято.

- Девочки? - прогрохотал на всю кухню папа. - Может быть, вы мне всё это как-то объясните? И это кто?

- Фри Сверр Вагни, - слегка склонив голову, спокойно и уверенно представился мой удивительный будущий муж.

- Это мой жених, пап.

- Кто?! - вскинул брови папа.

Он подошёл к нам, и мы с Гердой тоже встали:

- Пап, отвару из трав хочешь? - выдала я, невинно хлопая глазками.

- Отвар? Какой ещё отвар, Один меня забери!? - снова загрохотал папа.

- Успокоительный, - и я подала ему свою кружку, которую Сверр успел повторно наполнить буквально за секунду до прихода родных.

Теперь было видно, что папа у меня, несмотря на то, что лишь на половину варг, выше чистокровного Сверра почти на голову. Папа забрал у меня кружку и подозрительно к ней принюхался. А потом устало вздохнул.

- Знал я, что это очень тяжело - выдавать дочерей замуж, но никак не ожидал, что настолько.

- Милый не волнуйся, присаживайся. Мы сейчас во всём разберемся. Выпей отварчик, - заворковала моя мудрая мама, усаживая папу на стул и заставляя его сделать глоток.

Папа ожидаемо успокоился. Он всегда успокаивался, когда мама и мы с сестрой были рядом. Вся семья под его защитой, и ему сразу же легчало, что бы не происходило вокруг. Вот и сейчас, он сидел, обнимал маму и слушал, как Герда объясняет всё, что произошло. Ну, ту часть, что была на балу.

- Никто, согласись, на балу ничего не заподозрил и не понял, что она - Каллис Наследного принца. Даже ты не понял, хотя пристально за нами обеими следил! - победоносно завершила свой рассказ Герда.

- Согласен. Ты, Венди, стойко держалась и ничем себя не выдала. Не понимаю, как тебе это удалось, но удалось, - вынужден был признать отец.

- Да, и мы с Гердой на этот случай договорились, что если я срочно убегаю, то она остаётся и танцует на балу, как будто ничего не случилось, отводя все подозрения, - влезла я.

Герда закивала.

- А что там Наследный принц делал после того, как я сбежала? - полюбопытствовала я.

- Он видел, как ты сбежала, и ничего не сделал. Зубами скрипел, хмурился весь оставшийся бал, молнии из глаз метал, к нему никто подступиться не мог, настолько он был не в духе. Но потом к нему всё-таки решился подойти заместитель, и он ему отдавал какие-то распоряжения. Его Наследное Величество принц Рунольф ушёл раньше времени вместе с женой. Ну и мы сразу же поспешили сюда, - пожала плечами Герда.

- Понятно, - закусила я губу.

- Венди? Что дальше было? - нетерпеливо спросил отец.

И я приступила к рассказу. Моя семья - это моя поддержка, и что-то скрывать я не собиралась. Они, даже если я не права, всё равно будут на моей стороне. Так и случилось. После того, как я выложила всё как есть, папа вздохнул и встал.

- Так категорически не понравился Наследный принц? - спросил он.

- Да, пап. Категорически. Я не буду его Каллис, - ещё раз уверенно сказала я.

- Доченька, и тебя к нему не тянет? - удивлённо спросила мама.

- Нет, мам, - солгала я.

Пришлось, к сожалению, в этом вопросе правду утаить.

- Наверное, это из-за сбоя с перерождением. Ты не правильная Гранатоворождённая, - задумчиво протянула мама.

Вот не могу я им в таком признаваться. Сестре я сказала правду сразу, ещё во дворце, а им - не могу. Будем придерживаться того, что я просто такая вот неправильная.

- Хорошо. Значит, действуем так… - и папа принялся расхаживать по кухне, - Вы объявите о помолвке завтра. В конце концов, после сегодняшнего бала многие так сделают. Но свадьба состоится, как и положено, после завершения зимнего сезона, когда сойдёт снег. После праздника Великого Разлома.

- Но…- начал было Сверр, но папа его перебил.

- Я понял, что вам нужно заплатить налоги в положенный срок. Я выдам вам сто золотых империалов в счёт будущего приданого. Вы не потеряете поместье.

- Спасибо! Я не представляю, как мне…- опять начал Сверр, но папа его снова прервал.

- Вы не отходите от моей дочери ни на шаг. Вы ездите с ней на каждый бал, всюду её сопровождаете и будете весь сезон её защитой и поддержкой. И поверьте мне, это будет нелегко! - припечатал отец.

- Да, разумеется. Я согласен. - быстро-быстро закивал Сверр.

- В конце концов, этого требуют традиции. Варги заключают браки в течение зимнего сезона, но только не Гранатоворождённые. Им можно выходить замуж только после праздника Разлома. Не будем нарушать порядки, - согласилась мама.

- Где вы остановились, молодой варг? - обратился папа к моему будущему мужу.

Тот отчаянно покраснел и назвал адрес. Мне вот он ничего не сказал, но папа нахмурился.

- Это что? На противоположной от дворца половине? Район вы выбрали крайне неблагоприятный. И как вы свою Каллис там оставили?

-У меня не было выбора. Гостиницы на этой стороне очень дороги, а мне ещё ремонт крыши необходим и…

- Понятно. Сейчас же берите ваш экипаж и езжайте за своей Каллис. Перевозите её вместе с вещами к нам. У нас ещё есть свободные комнаты.

Сверр снова залился краской по самые уши.

- Экипажа у меня тоже нет. Я его нанял на одну ночь, для первого бала. Он уже уехал. Потом думал добираться пешком.

- Пешком?! - оторопел папа, но взял себя в руки и сказал, - Берите наш. Пойдёмте, я распоряжусь. И необходимо срочно привести в порядок ваш фрак. Что-то мне подсказывает, что уже рано утром он вам понадобится. Так что, оставляйте его здесь. Слуги приведут его в порядок. Дорогая, ты распорядишься?

- Разумеется, милый. А зачем он ему с утра пораньше? - и мама принялась стаскивать фрак с отчаянно краснеющего парня.

- Думаю, что с самого утра нам следует ждать визита Его Наследного Величества, принца Рунольфа. И будет лучше, если мы все будем при параде.

- Девочки? А вы что застыли? Быстро к себе! Отдыхайте, пока можно! - хлопнула в ладоши мама, поворачиваясь к нам.

А папа приобнял Сверра и потащил его из кухни.

Мы с Гердой переглянулись.

- Как же это хлопотно выходить замуж. Папа прав, - фыркнула сестра, а я расхохоталась.

Я успела принять ванну и даже немного поваляться в постели глядя в потолок. Сна не было ни в одном глазу. Усталость никуда не делась, но пока ситуация не разрешилась, я была настолько взвинчена, что о сне можно было и не мечтать. Поэтому я встала и принялась одеваться. Благо за окном уже начинало светать, а с моими платьями теперь легко можно было справиться и самостоятельно. Я спустилась к завтраку, застав там уже почти всё семейство. Не дойдя до стола, я приостановилась у окна - на улице было дивно красивое утро. Никто из родных спать не лег, несмотря на тяжёлую ночь. Наши родственники, что приехали с бала совсем недавно - вот те сразу же отправились отсыпаться и к нам не присоединились.

Слуги, удивляясь такому поведению хозяев и переглядываясь друг с другом, накрывали стол. Вдруг дверь в столовую отворилась, и вошедший слуга важно доложил:

- Фри Синдри, там молодой варг со спутницей, утверждает, что вы его пригласили и ожидаете. Некий - Фри Сверр Вагни.

- Да! Я его сам встречу, - и папа встал.

Я отошла от окна и сказала:

- Я с тобой.

- И я! - нетерпящим возражения тоном возвестила Герда.

Мама вздохнула и тоже поднялась.

В холле, перед входом, стоял Сверр, трепетно прижимая к себе тоненькую изящную девушку с большим животом. Мама дорогая, она же совсем ребенок! Да и Сверр от неё не сильно далеко ушёл. Какие могут быть дети, если они сами ещё так юны? Ужас какой! И я мысленно схватилась за голову.

- Я бы хотел вас познакомить. Это моя Каллис - Альва Вагни, - представил нам своего эльфа Сверр.

Все ошарашенно разглядывали девочку, а я решительно начала распоряжаться, обратившись к важному дворецкому:

- Вещи отнесите на второй этаж в свободную спальню, - а потом обратилась к этому ребёнку с огромными перепуганными глазами: - Доброе утро! Я Венди. Дорогая, вы завтракали?

- Нет, мы не успели. Сверрушка сказал, что нам нужно торопиться, - пролепетало это чудо, хлопая длиннющими ресницами.

Я воззрилась на этого «Сверрушку» тяжёлым взглядом и, подхватив девушку под локоть, повела в столовую.

- Хотите чего-то особенного? - вспомнила я, что у беременных полная свистопляска со вкусами.

- Нет, благодарю, я всеядна, - робко ответил этот ребёнок.

Слуги как раз заканчивали сервировку и быстро ставили дополнительные приборы на стол. Я бережно усадила юного эльфа и, когда «Сверрушка» решил сесть поближе к моему отцу, сделала страшные глаза, и он покорно двинулся ко мне, а я указала ему на стул рядом с девочкой. Он сел и несмело глянул на меня. А вот Альва совершенно очевидным образом ему обрадовалась и робко улыбнулась. Она мои «страшные глаза» не заметила.

Слуги приступили к подаче блюд, а Герда задала вопрос, который и у меня крутился на языке.

- Альва, а кто у вас варг в роду?

- У меня его нет. Я человек. Ну, вернее, я так думала, пока метка не появилась. Но она ведь появляется, только если есть кровь варгов? Получается, кто-то в роду всё же им был. Но, наверное, давно это было.

Альва быстро работала ложкой. Она первая расправилась с кашей. Он её что? Не кормит?

- Альва, будете ещё? - спросила я.

Девочка испуганно посмотрела на меня, потом на Сверра и покачала головой.

- Тогда может быть ещё блинчиков? - не унималась я.

Альва улыбнулась и согласно кивнула. Нет, он её точно не кормит. Совсем помешался на своей крыше в поместье! Хотя у беременных, наверно, всегда аппетит хороший? Так что, может быть это и нормально? Про беременность и детей я как-то мало знаю.

Дальше завтрак протекал неспешно и разговоры на серьёзные темы не велись. Когда трапеза уже подходила к концу, дверь снова отворилась, и в неё вплыл, как ледокол сквозь льдину, наш дворецкий.

- Фри Синдри, там прибыл советник в сопровождении императорских гвардейцев. Советник утверждает, что он из комиссии по учёту Гранатоворождённых, и что вам и вашей дочери эманте Вендле надлежит явиться туда для проведения расследования.

Мы переглянулись. А я закипела. То есть Его Наследное Высочество сам прибыть и со всем разобраться не соизволил. Это выходит выше Его Наследного Величества. Ему меня подай, как собачку из зверинца и уже, желательно, в ошейнике и наморднике!? Так вот не дождётся!

Я встала. За мной поднялся отец, Сверр и Герда.

- Нет! Герда, останься дома. Позаботься об Альве и маме. Мы справимся. Не хочу, чтобы этот кобел… В смысле, Наследный Принц, тебя там видел, - сказала я, и Герда кивнула.

Сестра самая большая моя опора и поддержка, но и самая моя большая слабость. Я не хочу это ему показать. Лучше путь пока дома побудет. А там разберёмся.

- Мы привезли с бала твою накидку. Не теряй её, Венди. На улице холодно. И возвращайтесь домой, - сказала мама.

Я кивнула и направилась к двери. Как же я зла!

Нас и в самом деле ждали в холе. Только, в отличие от Сверра и Альвы, эти вели себя не в пример наглее. Но, правда, при нашем появлении императорские гвардейцы подобрались, а прибывший с ними советник из комиссии по учёту Гранатоворождённых нам учтиво поклонился.

Слуга уже был наготове с моей меховой накидкой и быстро накинул мне её на плечи.

- Экипаж ждёт, - сказал советник.

На нём была мантия тёмно-красного цвета, почти чёрная.

- Я и моя дочь поедем на нашей карете.

- Но… - начал было советник, но отец его снова резко прервал.

- Она - моя дочь! И всё ещё находится всецело под моей опекой и защитой. И раз это так - моя дочь будет со мной.

Советник кивнул, и мы вышли из особняка.

До здания, где заседала эта самая комиссия по делам Гранатоворождённых, мы доехали быстро. Папа вышел из кареты первым и подал мне руку. Сверр последовал за мной. Впереди шёл советник, указывая нам дорогу, за ним - папа, рассекая пространство своей большой фигурой, за отцом пряталась я, за мной - Сверр. Замыкая всю эту процессию, шествовали императорские гвардейцы. Я так и не поняла - они тут в качестве кого? Охраны? Или всё-таки конвоя? Не хотелось бы злиться ещё больше, если они - конвой. Я ведь и убить могу. Ну, так. Совсем чуть-чуть. Вазу на голову уроню, и всё. Делов-то!

Нас провели в довольно большую залу. Полукругом стояли десять резных кресел с высоченными спинками, на которых расположился Совет комиссии. Варги из Совета были одеты в замысловатые мантии тёмно-красного цвета. Тут же восседал и Его Высочество Наследный принц Рунольф, вставший при нашем появлении. Вслед за ним вскочили со своих кресел и остальные варги в мантиях. Это что суд? Похоже, гвардейцы-таки были конвоем… Так, Вера, то есть Венди! Спокойствие, только спокойствие! Как говорил незабвенный мужчина, в самом расцвете жизненных сил.

Мы трое приблизились, и почти сразу же за нами установили такие же высокие кресла, замыкая круг.

Один из варгов вышел вперёд, и учтиво нам поклонившись, предложил:

- Присаживайтесь.

Отец кивнул и, подав мне руку, провёл к одному из кресел. Я села. Вслед за мной в кресло опустился и Наследный принц. Варги тоже стали усаживаться. Отец и Сверр расположились в креслах по обе стороны от меня, и оказалось, что мое кресло стоит прямо напротив кресла Принца Рунольфа, который сверлил меня хмурым взглядом. Вряд ли это была случайность.

- Итак, - учтиво сказал всё тот же советник, - Вчера, на балу, посвящённому открытию зимнего сезона и первому снегу произошло странное событие. Его Высочество Наследный принц Рунольф утверждает, что встретил свою Каллис. Но девушка никак не отреагировала, и он не смог предъявить на неё свои права. Мы собрались здесь и сейчас, чтобы разобраться в этой ситуации. Вы можете как-то прокомментировать это событие? - обратился советник к отцу.

Папа встал.

- Моя дочь стала Гранатоворождённой всего несколько месяцев назад. Я незамедлительно отослал об этом сообщение. И, хотя она и не воспитывалась как Гранатоворождённая, но достаточно образованна, чтобы понять всю важность обретения Каллис Наследным Принцем. Однако, с прискорбием должен сообщить, что ни во время представления ко двору, ни во время последующего за ним танца, моя дочь не почувствовала никакой тяги к Наследному Принцу Рунольфу. В свете вышеизложенного, моя дочь, эманта Вендла Синдри не может являться его Каллис.

- Это ложь! - не вставая со своего кресла и сцепив длинные пальцы, сказал принц.

- Вот как? Но никто на балу этой тяги не заметил, не так ли? - ответил принцу папа.

- Да, должен это признать. Но у неё должен был проявится знак на руке! Мы несколько минут танцевали и соприкасались пальцами! - принц явно нервничал и злился.

…Он опустил руки и вцепился в подлокотники кресла. Так ведь и сломает. Хорошая мебель, жалко…

- Простите, Ваше Высочество, а вы его видели? - спокойно уточнил отец.

- Нет! На ней был непонятный браслет. Но он должен быть там, я один из сильнейших варгов империи. Мой знак не мог не проявиться!

- Венди, детка, будь добра, сними браслет.

- Разумеется, отец, - с милой кроткой улыбкой демонстрирую я полную покорность, и расстегиваю застежку.

Вся комиссия дружно охнула. А папа спокойно сказал:

- Моя дочь получила ожог несколько лет назад. Именно поэтому и носит этот браслет. Ей не очень хочется шокировать общество своим некрасивым рубцом.

- Но ведь, если это произошло несколько лет назад, то при обороте шрам бы давно исчез! - воскликнул принц и ещё сильнее сжал бедные подлокотники.

- Я сообщал в комиссию в своём отчёте о перерождении дочери, что она не способна к обороту. Она и сейчас не может оборачиваться. В ней течёт передавшаяся от меня кровь людей, - все так же спокойно ответил отец.

- Ваше Высочество, знака нет. Возможно, это последствия старого ожога, а, возможно, и того, что девушка так недавно стала Гранатоворождённой, а, возможно, от того, что она длительное время находилась на грани в одиночестве и холодной воде перерождаясь. Так или иначе, но видимой связи между вами нет.

Наследный принц Рунольф заскрипел зубами, и подлокотники всё-таки треснули в оглушительной тишине.

- И что вы предлагаете? - чуть спокойнее сказал он.

- Мы не можем ни на чём настаивать и принуждать Гранатоворождённую. Но, может быть, вам стоит узнать друг друга лучше? Поухаживать за девушкой? В конце концов, зимний сезон только что начался? - вкрадчиво заговорил советник.

- Поухаживать? - брови принца взлетели.

Скорее всего, он и понятия не имеет, что это такое - ухаживать. Ну, разумеется. Ведь любая девушка сочтёт за честь рухнуть к его ногам, а потом и в постель. Зло подумала я. Ой. Это что, я ревную? Нет, это я злюсь! Все рухнут, вот только я одна такая вредная оказалась. И испортила принцу все показатели. План по валу, вал по плану!

- Так же я хотел бы проинформировать почтеннейшую комиссию, что моя дочь получила предложение от Фри Сверра Вагни стать его женой. И она это предложение приняла, - добил папа.

- Вот это недоразумение - не родственник?! - Вдруг раздался страшный рык. - Он её…что? Жених?! - и подлокотники окончательно разлетелись в щепки.

Ой. Это он сейчас что? Оборачиваться в волка будет?

Может, не надо?

Глава 7. При попытке полного растворения в любимом партнёре-варге учтите, что ваше сознание может неожиданно выпасть в осадок.

- Пойми, я - волк-одиночка. Я презираю людей, их идеалы и ценности.

- Тебе сладкую вату белую или розовую?

- Розовенькую. Спасибо. Так вот…

Из просторов интернета. Автор в розыске.

Ой. Это он сейчас что, оборачиваться в волка будет? Может, не надо?

Папа как-то тягуче переместился. Теперь он стоял между мной и принцем, полностью загораживая меня собой. Только мне перестало быть видно, что же там происходит? Но вскоре я поняла, что ничего и не происходит. Принц Рунольф взял себя в руки, и никакого оборота не случилось.

Все дружно выдохнули. И я со Сверром громче всех. Я по-настоящему сильно испугалась. Да, принято считать, что варг никогда не причинит зла своей Каллис. Ага. Хорошо было бы ещё узнать, кто это выяснял и проверил? По мне, так иметь жену в доме - это уже причинить мне вред. Так что я очень сильно сомневалась и по поводу всего остального.

Принц Рунольф встал со своего изувеченного кресла и подошёл к папе. Хм, а мой отец не сильно-то и ниже этого зверя. То есть я хотела сказать, Наследного Принца. Рунольф демонстративно сделал шаг в сторону и посмотрел на меня. Я сидела почти не дыша и прижав пальцы к губам, чтобы не закричать.

- Я испугал её? - удивленно спросил у отца Рунольф.

Папа оглянулся на меня, потом перевёл тяжёлый взгляд на Принца и кивнул.

- Что-то я совершенно точно не то делаю. И пока мало что понимаю. Моя Каллис не должна меня бояться. Мой волк будет слушаться любого её желания, она может управлять им движением мизинца, и при этом - трясётся от ужаса? Что-то явно не так. Её же должно тянуть ко мне? - и он растерянно посмотрел на папу, как будто тот сейчас возьмёт и всё ему объяснит.

Мы все после папиного разъяснения дружно обнимемся, и будем жить долго и счастливо. Только этого, конечно же, не произошло. Папа покачал головой и сказал:

- То, что она вас испугалась, лишний раз доказывает, что никакой связи с вами Вендла абсолютно точно не испытывает.

Перепуганные советники дружно закивали, подтверждая папины слова. А отец продолжил:

- Возможно, вы ошиблись, Принц?

- Ошибся?! Да я… - договаривать он не стал, а только устало потёр лоб.

- В любом случае, я надеюсь на вашу порядочность, - и мне показалось, что папа сказал это с долей сочувствия.

Да, не повезло со мной Его Наследному Высочеству. Кому, как не папе, об этом знать. Я мысленно хихикнула.

А домой нас когда отпустят? Возможно, мой внутренний призыв был услышан, или советники и сами перенервничали, но один из них встал и заговорил:

- По итогам заседания Комиссии, решение о назначении Гранатоворождённой Эманты Вендлы Синдри Каллис наследного Принца Рунольфа откладывается до… - тут он замялся, а потом продолжил, - до Праздника Великого Разлома. После празднования мы соберёмся и вновь обсудим этот вопрос с появившимися к тому времени новыми сведениями. Эманта Вендла Синдри остаётся на попечении своего отца Фри Синдри. На этом заседание считается закрытым.

Как мне показалось, советники несколько поспешно повскакивали со своих мест и, когда слуги раздвинули высокие кресла, почти бегом устремились на выход. В итоге посредине залы мы остались стоять вчетвером. Папа медлил и выжидающе смотрел на Его Высочество, а тот сверлил взглядом меня и стоявшего рядом со мною Сверра:

- Я бы хотел… Фри Синдри, у вас же особняк в городе? Не так ли? - наконец выдал Принц.

- Да. Там в данный момент проживает моя семья и родственники, приехавшие на сезон. А сегодня к нам присоединился и Фри Вагни со своей Каллис.

- У вас есть Каллис? - вдруг с шумом выдохнул Рунольф.

- Да, Ваше Высочество. Её зовут Альва, - впервые за всё время подал голос Сверр.

- Это несколько меняет дело. Что ж. Я могу подъехать сегодня на ужин? - обратился Принц снова к отцу.

- Разумеется. Я и моя семья будем счастливы, видеть вас у себя, Ваше Высочество, - кивнул отец.

Вот ведь варги! Пять минут назад чуть глотки друг другу не перегрызли, а сейчас - совместный ужин обсуждают, мило.

- Ещё кое-что. Императорские гвардейцы. Я понимаю, что, возможно, они вам доставляют определённые неудобства, но у меня много врагов. И я бы хотел, чтобы они разместились в вашем доме. Один пост на улице, второй в холе и ещё на каждом этаже, - вдруг выдал Принц.

- Папа! Зачем нам конвой? - тут же возмутилась я.

- Это не конвой. Это - охрана. В империи неспокойно. Слухи о том, что вы - моя Каллис, так или иначе, пойдут. Я должен любыми способами защитить вас. Если вы не думаете о своей безопасности, подумайте о безопасности ваших близких, - впервые обратился ко мне напрямую Принц.

На меня он при этом не смотрел. Я прикусила губу и кивнула. Герда, Альва или мама могут пострадать, и этого я себе никогда не смогу простить. Не знаю, о какой опасности он говорил, но мало ли что? И потом, ведь, действительно, его многочисленные подружки придут в ужас, узнав, что у принца появилась Каллис. И, не дай Один, они выместят свой гнев на моей семье. Поэтому я посмотрела на папу и снова кивнула, соглашаясь на гвардейцев.

- В холе и на улице - я согласен. На этажах - уже лишнее. Приезжайте на обед, и мы обсудим детали. Но сопровождать Венди они могут. Так и вам, и мне будет спокойнее. В этом я согласен. А сейчас мы бы хотели отправиться домой. Ночь и утро были тяжёлые и Венди необходимо отдохнуть.

- Да, разумеется. Я … Я, прибуду к ужину.

Как только мы прибыли домой, я тут же завалилась спать. Устала ужасно, да и перенервничала. Как выяснилось, наши родственники, вернувшиеся с бала под утро, всё ещё не вставали.

- Венди! Венди! - настойчиво трясла меня Герда за плечо.

- Ну что?! - недовольно проворчала я, не открывая глаз и не отрывая головы от подушки.

- Ужин через полчаса, а ты ещё не одета и даже не причёсана! Принцы уже тут! - раздался ехидный голос над головой.

- Принцы? А как это Рунольф умудрился раздвоиться? - пробурчала я, садясь в кровати.

- Так он не один прибыл. А с младшим братом. Они уже вовсю беседуют с нашими родственниками в большой гостиной. Только нас там нет. А всё из-за того, что кто-то слишком любит поспать! Вставай давай!

Я вскочила с кровати и понеслась в ванную.

- Позовешь горничную? С ней будет быстрее! - на бегу крикнула я.

Я предпочитала справляться с туалетом сама, ну привычнее и быстрее мне так было. Но прическа для торжественного ужина в компании принца - для меня всё же пока неподъёмная задача. Сама я из своей гривы гранатовых волос только пучок или косу соорудить могу.

Но к самому ужину нам удалось не опоздать. Мы чинно и грациозно спустились в гостиную, и на нас тут же устремились все взгляды. Ко мне тут же двинулся Рунольф, рассекая море гостей, но не успел. Вошедший сразу же после нас с Гердой дворецкий возвестил, что ужин подан. Я быстренько развернулась и пошла в столовую. А что я? Я ничего!

Жаль только, что не получилось узнать, о чём же они там всё это время беседовали, но долго гадать мне не пришлось. Оказалось, что все наши родственники, занимавшие до сегодняшнего дня второй этаж, совершенно довольные и счастливые, переезжают. Ага. Во дворец, где им будут предоставлены апартаменты почётных гостей на весь сезон. Сородичи просто сияли от этого известия. Но надо было видеть, как вытянулось моё лицо, когда, задав ещё один интересовавший меня вопрос: «А зачем все эти передвижения?», получила в ответ:

- Просто я переезжаю жить к вам на время зимнего сезона и пробуду у вас в гостях до Праздника Великого Разлома, - невозмутимо ответил мне Рунольф, опять сидевший чётко напротив меня.

Замечательно! Просто великолепно! Всю жизнь только об этом и мечтала!

- А вам что? Так необходим целый этаж? - не смогла удержаться я от колкости.

- Да. Как вы понимаете, по роду, так сказать, моей деятельности случаются незапланированные визиты, а также у меня три заместителя, которым иногда приходится ночевать в непосредственной близости от моего кабинете, дабы не терять драгоценное время при решении неотложных государственных дел. Так что, места необходимо много.

- Нам с Альвой тоже предложили перебраться во дворец, но мы решили, что всё-таки останемся здесь. Только переберёмся к вам, на третий этаж, чтобы не мешать Его Высочеству, - подал голос Сверр.

А что это они с Альвой сидят на противоположном конце стола? Разве моему будущему мужу не положено находиться рядом? Но, по всей видимости, Его Высочество так не считал. Ладно. И не с таким справлялись. И сейчас я тоже выдержу.

- Просто, как я понял, ты не согласишься переехать жить во дворец? - в абсолютной тишине сказал Рунольф.

- Правильно поняли, Ваше Императорское Высочество Принц Рунольф. А мы что, уже на «ты» перешли? Это когда успели-то? - прошипела я.

Как же он меня бесит. Просто волна неконтролируемой ярости поднимается откуда-то изнутри, и хочется всё вокруг крушить. Соберись, Вера! Нельзя показывать, что ты уязвима. Иначе и понять ничего не успеешь, как станешь курицей-несушкой. Что характерно, нелюбимой курицей-несушкой. Ну, потому что ни в жизнь не поверю, что можно любить курицу. Нет, против самой птицы я ничего плохого не имею, мне не нравится человек в этой ипостаси.

За столом стояла гробовая тишина. Все с интересом навострили уши. Нездоровое любопытство сквозило практически на всех лицах. Как хорошо, что они завтра переедут во дворец. Только на лицах моей семьи была озабоченность, а Принц Бёдольф - тот откровенно веселился. Его явно забавляла наша перепалка. И вот я же вроде бы ничего оскорбительного не говорю? Вон даже титул его полностью назвала. Ага. Исключительно из уважения к нему. Кобел.…Хм.

- Да, прямо сейчас и перешли. Будет гораздо проще, если ты будешь обращаться ко мне на «ты» и по имени. Меня зовут Рунольф. Близкие зовут Руно. Ты можешь звать и так, и так.

- Ключевое тут слово «близкие». Я к ним не принадлежу, Ваше Императорской Высочество Принц Рунольф. И не планирую! - с нажимом ответила я.

- Мне вот нравится твоё имя - Венди.

- Для вас - эманта Вендла Синдри. И, будьте добры, никак иначе, Ваше Императорское Высочество! - я уже умаялась его титул повторять, а до него всё не доходит.

Может он ущербный? В детстве его не роняли? Может нянек каких нерадивых жена императора наняла?

- Тебе стоит посетить храм богини любви Фрейи. Говорят, что она способна пробудить то, что спит самым беспробудным сном. Возможно, она и в тебе любовь поможет разжечь? - и он явственно заскрипел зубами от злости.

- Боюсь, в нашем с вами случае богиня не поможет. Но в храм схожу, я там ещё не была. А вам следует посетить храм Снотры - олицетворения мудрости, знания и, главное, в вашем случае, спокойствия. Если вы планируете поселиться в нашем доме - оно вам понадобится, Ваше Императорское Высочество.

Принц Рунольф вскочил и сквозь зубы прошипел:

- Благодарю, я наелся! Дольф, идём!

- Да, ладно тебе! Весело же было! - улыбнулся его брат, но из-за стола вышел.

Все встали вместе с принцами, мы проводили их взглядами, а как только за ними закрылась дверь, я устало опустилась обратно на стул. Есть совсем не хотелось.

Оставшаяся часть ужина прошла спокойно. Было много разговоров, но опасные темы обходили стороной. После ужина мы, не сговариваясь, отправились в кабинет к отцу.

- Ты должна быть осторожнее. Я понимаю, что тебе не нравится вся эта ситуация. Я, признаюсь, тоже не в восторге. Но у нас нет выхода. Мы и так не дали ему получить тебя, выиграв битву на Совете, но до победы в войне нам ещё далеко.

- Я понимаю, папа, - смиренно согласилась я, забираясь с ногами в кресло.

Сестра проделала тоже самое, но на диване.

- Я не смог отказать ему в его желании «погостить» в нашем особняке. Ты бы видела, как у наших родственников загорелись глаза при известии, что они переедут в императорский дворец! Я не могу идти против всех, да ещё и родню настраивать против нас.

- Я понимаю, - снова кивнула я, я ведь действительно понимала, как отцу было трудно.

- А вот нас - никто не понимает, - покачал головой папа.

Нельзя вот так во всём отказывать Принцу Рунольфу. Нужно где-то и прогибаться. Пусть живёт на втором этаже, пусть пытается «поухаживать», только у него всё равно ничего не выйдет. Слишком глобальные у нас противоречия.

- Все и в самом деле гадают. Как так? Принцу приходится доказывать, что ты - его Каллис. Все убеждены, что должно быть наоборот, - горестно вздохнула мама.

- И, тем не менее, как я и говорил, Его Высочество не делает пока ничего незаконного или неправильного. Да, он, возможно, и давит на вас, Венди, но за рамки приличий он не выходит, - подал голос Сверр.

Они с Альвой сидели на диванчике, и Сверр бережно обнимал её.

- Да, вынуждена признать. Я опасалась, что он будет действовать жёстче, - кивнула я.

- Ты его Каллис. Он не может навредить тебе, - покачал головой папа, а я в ответ только фыркнула.

Вот ни на минуту в это не поверила. Как же!

- Вот и я о том же. И не забывай, что он - Наследный Принц. Поэтому мягче, умнее, тоньше и дипломатичнее. Я отдаю себе отчёт, что это не в твоём характере, но нужно стараться и быть гибкой. Тебе нужно продержаться четыре месяца зимнего сезона и несколько дней до начала Праздника Великого Разлома. А потом ты можешь выйти замуж, и никто не посмеет тебе ничего предъявить, - добавила мама.

- А что бывает, если вдруг Каллис уже замужем? - спросила я.

- Такое случается редко. Зимний сезон ведь устраивается не зря. Все незамужние девушки и все варги обязаны его посещать. Такое происходит, если девушка из обычных людей, не варг, - хмуро ответил папа.

- И что тогда? - не унималась я.

- Как правило, договариваются. Но девушка, чаще всего, уходит к варгу. Она чувствует почти непреодолимое влечение, да и варги почти всегда богаче, и жизнь Каллис не в пример легче, чем у людей, - ответил папа и быстро глянул на Альву.

- Я была счастлива встретить Сверрушку, - светло улыбнулся этот эльф.

- Вот, например, оба принца женились на своих Гранатоворождённых, когда те провели в столице три зимних сезона. И только в конце четвёртого, когда никто не объявил их своими Каллис, состоялась свадьба, - продолжила мама.

- Что-то я не поняла? Это девушки так долго их ждали?

- Ну, там была давнишняя договорённость между семьями, а три сезона - положенный срок. Эти Гранатоворождённые, обе, из самых богатых чистокровных семей Империи Калиройя.

- Ну, разумеется. Кто бы сомневался. Вот пусть с ней и живет, а ко мне не лезет! - не выдержала я, и прикусила язык.

Слишком уж бурно я на это реагирую. Нужно, и в самом деле, учиться сдержанности. А то я такими темпами не протяну четырёх месяцев.

- Но, всё это очень условно. Каллис, всё же, важнее. И сопротивляться этому влечению никто не может. Поэтому Каллис всегда уходит от мужа к единственному и идеальному. Так заведено, - снова добавил папа и с тревогой посмотрел на маму.

- Милый. Я почти уверена, что я - твоя Каллис. Просто ты на половину варг, и у тебя это не проявилось. Не волнуйся. Я никогда никуда от тебя не денусь! - и мама прижалась к папе.

Мы переглянулись, и я встала.

- Давайте спать. Завтра с утра и так хлопот много. А у нас под крышей теперь ещё и Принц жить будет, так что, силы понадобятся. И да. Я поняла. Постараюсь быть с ним мягче.

… А утром меня разбудил шум и гам. Это, как я поняла, родственники съезжали. Значит, потом будет уборка, а потом и Принц во всей красе пожалует. Может, и впрямь, в храм съездить? Сделаю вид, что послушалась? Ему же приятно будет? И, может быть, отстанет хоть ненадолго?

Но в своих предположениях я ошиблась.

Едва я спустилась к завтраку, то первый, кого я увидела, был Его Высочество собственной персоной. Вот если бы не знала, что он уезжал, подумала бы, что он уже у нас поселился. Я с удивлением обвела взглядом столовую и холл: ни намёка на вещи, или самих родственников не было. Зато было нечто другое.

- Доброе утро, эманта Венди! - и Принц подошёл ко мне и, взяв мою руку, поднёс к губам в универсальном жесте приветствия всех времён и народов.

Я решила, что в свете принятого мной решения быть мягче, «эманта Венди» вполне приемлемое обращение, и возражать не стала.

- Доброе утро, принц Рунольф, - пролепетала я, - Это что? - и я обвела рукой столовую.

- Можно просто Рунольф. Это - цветы, - лаконично ответил принц.

- А почему они в таком количестве? - вопросительно посмотрела я на него.

- Я ночью консультировался с мамой и братом. Так вот, они сказали, что - цветы непременный атрибут ухаживания.

- Но в таком количестве? Вы опустошили всю оранжерею разом? - замотала я головой.

Цветы были повсюду. Они стояли в вазах на длинном обеденном столе, высились в огромных вазонах прямо на полу в и столовой, и в холле. А ещё несколько розовых кустов в кадках стояли у двери. А учитывая, что снег уже выпал, то стоили они баснословных денег. Их, и правда, в таком количестве можно было найти лишь в теплицах и частных оранжереях, и это было очень дорого.

- Зачем так много? - снова спросила я.

- Я Наследный Принц. Если я что-то делаю, то делаю сразу и много, - пожал он плечами.

Я постаралась аккуратно вытащить свою руку из его ладони. Он её так и не отпустил. Но принц с некоторым усилием меня удержал. Ну не драться же мне с ним. А он вдруг приложил мою руку к своей щеке. А потом вообще перевернул её и уткнулся носом в ладонь, как будто она - один из бутонов, что стояли повсюду.

- Как же я… - но договорить он не успел, в столовую вошла Герда.

О! Как это она вовремя! Я всё же умудрилась отобрать у Рунольфа свою руку. Всё будет гораздо сложнее, чем я думала. Его прикосновения меня … будоражат. Меня так и тянет самой прикоснуться к нему, запустить руки в волосы, прижаться к его сильному телу, втянуть носом его запах, провести губами по его губам, узнавая его на вкус.

Я тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли и чувства. Я справлюсь.

- А что, все уже успели переехать? Ещё до завтрака? - удивилась сестра.

- Да. Я прислал слуг из дворца, они быстро и качественно помогли со сборами и переездом. Завтрак уже накрыт, и он пройдёт в узком кругу. Что меня, признаюсь, радует. Вы позволите? - и он отодвинул стул, предлагая мне сесть.

Я кивнула и подошла к стулу. Я буду мягкой и дипломатичной. Я справлюсь!

В столовую зашли мама с Альвой, и мы приступили к завтраку. Как выяснилось, папа и Сверр уже позавтракали и уехали во дворец помочь с переездом, поэтому Рунольф наслаждался присутствием только женщин за столом. Он был очень мил, и я была приятно поражена этим фактом. Много шутил и смешил нас, так что завтрак пролетел незаметно.

- Какие планы на день? Вечером во дворце очередной балл, мы обязаны там присутствовать. А ещё - будет фейерверк и катания с горки. Её залили сегодня в императорском саду.

- Я решила, по вашему совету, Принц Рунольф, посетить храм Фрейи, - скромно ответила я.

Я вообще не дерзила, сарказм покинул мою речь, помахав платочком на прощанье, в общем, была само благоразумие и очарование. За это я очень надеялась себя вознаградить отдыхом от принца до вечера. Только вот опять не угадала.

- Замечательная идея. Давно там не был и с удовольствием составлю вам компанию. Эманта Герда? Вы с нами? - обратился он к сестре с милой улыбкой.

Та взглянула на меня и покачала головой.

- Нет, не нахожу эту идею привлекательной. Я лучше побуду дома. Венди? Там холодно и промозгло. Храм не отапливается. Может, отложишь поездку до весны?

- Нет. Раз уж решила.

- Отлично. Я распоряжусь на счёт кареты, - и Рунольф вышел из-за стола.

На меня тут же уставились три пары глаз.

- Что?!

- Да так, ничего. Просто ты сама на себя не похожа. Тихая, спокойная, - протянула мама.

- Ты же сама меня просила быть милой? Я стараюсь! - надулась я.

- Я ценю, правда. Уверена, что это поездка - хорошая идея?

- Да, мам. Может быть, если я получше его узнаю, то и решимости от него отказаться будет ещё больше?

- Или наоборот. Ещё сильнее к нему потянет, - хмыкнула мама.

- Меня не тянет! - возмутилась я.

- Эти сказки ты папе будешь рассказывать. Мне можешь глупости свои не говорить. Нет, я тебя поддерживаю. Одна мысль о том, что мне пришлось бы делить твоего отца с кем-то ещё - и меня тут же неудержимо тянет обернуться и начать рвать глотки всем, кто смеет подобное предлагать. Так что я полностью на твоей стороне. И помогу, чем смогу, милая.

- Спасибо, мама, - я встала и обняла женщину, ставшую мне настоящей матерью.

Я спускалась с лестницы, в холл, натягивая по дороге перчатки, и застыла на последней ступеньке:

- Что это?

- Это называется шуба, эманта Венди. Как справедливо заметила ваша сестра, храм не отапливается. А я не хочу, чтобы вы простудились.

- У меня есть накидка. Зачем мне вот это вот недоразумение, да ещё и в пол?

- Потому что - холодно! - отрезал принц, накидывая мне на плечи белоснежную, длинную шубу.

- И откуда вы её взяли? - полюбопытствовала я, просовывая руки в рукава.

- Привёз из дворца. Вы бы всё равно её вечером во дворец надели, но в храм, тем более, поедете только в ней. Там и в самом деле жутко холодно.

Я решила не спорить. Я вообще не собиралась больше ему возражать. Пусть Его Высочество развлекается. Одевает, обувает, играет в куколку. Главное, чтобы он не покушался на мою свободу и не нарушал границы.

В карете было тепло, или мне так казалась из-за новой шубы? Но к храму, находившемуся в центре города, рядом с дворцом, я подъехала румяная и всем довольная.

Мы вошли, и я огляделась.

Глава 8. Красная Шапочка шла по лесу, где росли грибы, а потом не смогла отличить бабушку от волка.

По зимнему лесу ходит раздражённый медведь.

То сломает ёлку, то по дереву ударит, то на волка наорёт…

- Зачем я пил в сентябре кофе?!

Из просторов интернета. Автор в розыске.

Храм был красивый, но в действительности очень холодный.

Дверь в него по обычаю всегда держали открытой настежь, тут блуждал сквозняк. И ничем не сдерживаемый холод с улицы пробирался быстро и неумолимо. Высокие толстенные свечи, которые я бы не смогла обхватить и двумя ладонями, освещали всё вокруг и не гасли даже от промозглого ветра, который тут бродил голодным волком. Я шла, осматриваясь по сторонам. Кругом были эти свечи, небольшие статуи богов и богинь, стены покрыты причудливой резьбой, что переплеталась с морозным инеем, покрывавшим тут, казалось, всё.

Я упрямо шла вперёд.

Принц Рунольф следовал за мной, охрана по его приказу осталась у входа. Кроме нас, тут никого не было - мало кто приходил сюда в зимний сезон. Наши шаги громким эхом уходили под самый потолок, и оно разносилось дальше по всему храму.

Было жутковато.

Дойдя до противоположной от входа стены храма, я остановилась, заметив довольно глубокую нишу. В центре её, на резном постаменте, стояла статуя богини Фрейи - центральная фигура всего храма. Я с изумлением рассматривала эту странную красоту. Статуя была выполнена из редкого розового мрамора, красноватые прожилки его создавали ощущение кровеносных сосудов под кожей богини. К тому же, статуя была искусно раскрашена, что делало её ещё более реалистичной. Предсказуемо - волосы были гранатово-чёрными. Лицо было безупречно прекрасным, но глаза были опущены вниз. Что было совсем удивительно, на статуе было настоящее длинное платье из ткани, которое плавно струилось по телу богини, и колыхалось от малейшего дуновения ветерка. А на высокой груди богини - покоилось, притягивающее внимание, прекрасное ожерелье. Взгляд Фрейи, скорее всего, был прикован именно к нему.

- А почему в ожерелье нет камней? Почему в нём пустоты? - удивленно спросила я.

- Это же знаменитое ожерелье Брисингамен!? - в свою очередь удивился Рунольф моему вопросу.

- Да, я знаю эту легенду. Однажды богиня Фрейя проходила мимо пещеры, в которой волшебные гномы ковали великолепное ожерелье Брисингамен. Оно настолько её поразило, что она незамедлительно захотела получить его себе. Но гномы согласились отдать его, только если богиня проведёт с каждым из четырёх творцов по ночи любви, - начала я.

- Только не четырёх, а троих. Но в целом - всё верно, - поправил меня Рунольф.

Ах, да. Мысленно ударила я себя по лбу. Это в моём мире гномов было четверо, а здесь их было только трое. Но в остальном мифы были похожи.

- Да, и в самом деле, три. Проведя с ними три ночи, Фрейя получила ожерелье в подарок.

- Но Один разгневался на то, что его Каллис ему изменила с тремя гномами и приказал Локи похитить ожерелье. Признаюсь, я бы этим не ограничился, - хмуро заявил Рунольф.

- Хорошо, что вы - не Один. Но и он, в итоге, в этой ситуации оказался не на высоте. Там, кажется, разразилась война?

- Да, Одину нужно было куда-то выплеснуть свою ярость, и он устроил кровавое сражение.

- Точно! Там ещё была Хильда? Она была принцессой и участвовала в битве за одну из сторон, полностью оправдывая своё имя – «борьба», - улыбнулась я, но улыбка слетела с моих губ после последующих слов Рунольфа:

- Мою жену так зовут. Хильда.

Я отвернулась от принца, и, решив уйти от греха подальше от скользкой темы, спросила:

- Так почему же в ожерелье нет камней?

- Согласно легенде, в той эпической битве столкнулись не только боги и люди, но и сама Земля дрожала, а небеса пылали яростным огнём. Говорят, что Рагнарёк был тогда настолько близок, что мир раскалывался на части, есть даже мнение - что наши разломы результат именно тех событий. В результате всего этого, камни выпали из ожерелья Брисингамен и рассыпались по Земле. Однако, боги и люди разошлись своими путями, и время и пространство смогли наконец-то обрести устойчивость. По завершении этой эпопеи, Фрейя была прощена Одином, и подарила ему детей - первых варгов.

- И камни так никто и не собрал?

- Нет. Ни один не был найден с тех пор. Но говорят, что в тот день, когда все камни из ожерелья Фрейи вернутся на свои места, в мир варгов придут спокойствие, мир и процветание. А ещё после этого - Рагнарёк снова отступит.

- Насколько я помню, Фрейя старалась со своим ожерельем не расставаться, - кивнула я.

- Да. Больше никто и никогда не посягал на него, боясь гнева Одина и не желая приближать Рагнарёк.

… в нашем мире Фрейя один раз всё же отдавала ожерелье - Тору, когда тот пошёл к гигантам возвращать свой украденный молот - он должен был переодеться во Фрейю, чтобы проникнуть к гигантам под видом невесты одного из них - Трима. Чтобы придать своему маскараду правдоподобности, Тор одолжил Брисингамен у Фрейи. Но в этом мире такого мифа не было, как собственно и Тора…

- Жаль, что всё это - легенда, - покачала я головой.

- Да. Но в каждой легенде есть доля истины. И я бы обрадовался любой возможности отсрочить Рагнарёк, - снова хмурясь, сказал Рунольф.

Я зябко повела плечами. Холод стал пробираться даже сквозь тёплую шубу.

- Ты замерзла. Поехали домой! - нетерпящим возражений тоном сказал Рунольф и, взяв меня за локоть, повёл прочь из храма.

… В моём мире ничего про потерю камней из ожерелья Брисингамен не упоминалось. Я начинала читать эту легенду летом, но заметив, что мне она уже знакома, решила, что ничего нового я не узнаю и, в результате, про камни услышала впервые. Столкновение миров? Разрушение пространства? Возможно ли, что один мир раскололся, и в результате появилось несколько схожих друг с другом миров? В конце концов, в древности у нас в разных местах и у разных народов рождалось множество похожих друг на друга легенд. Ладно, что уж тут гадать. Всё равно, я ни к какому выводу прийти не смогу. Но в одном Рунольф прав. Рагнарёк, или конец света, необходимо отодвигать всеми возможными способами…

Возможно, наша поездка в храм повлияла, или это моё нежелание конфликтовать с Наследным принцем по пустякам, или что-то Рунольф поменял в своём поведении, или всё вместе, но наши отношения постепенно становились лучше.

Всё своё свободное время он старался проводить со мной.

Все вечера сопровождал меня на все балы, визиты и мероприятия, которые были обязательны к посещению. Там он не отходил от меня. Кружил, как коршун над лебедем, и отпугивал всех возможных кавалеров одним только хмурым взглядом, или вздернутой бровью. Так что, танцевала я только парные танцы, ни о какой Аллеманде речи даже и не шло. И у меня было всего три возможных партнёра - папа, сам Рунольф и Сверр. К Сверру, как ни странно, ревность принца больше ни разу не проявилась. Наверное, потому что он убедился, что тот без ума от своей Каллис, и, кроме Альвы, ему никто был особенно и не нужен.

Я с восторгом окунулась в зимние забавы.

Рунольф и тут сопровождал меня. Мы вместе съезжали под мой громкий визг с ледяной крутой горки. Вместе катались наперегонки по замёрзшему руслу реки, протекающей через столицу, вместе поднимались на башню - любоваться фейерверком над зимним городом.

В один из дней, ещё в начале его переезда в наш особняк, я пошла искать в библиотеке новую книгу. И столкнулась там с Рунольфом и одним из его заместителей.

- Мне нужен атлас. Мой привезут, но это срочно. Где его можно тут найти? - спросил принц.

Я быстро отыскала ему подробный атлас - толстенную карту-книгу империи. Сама её усиленно изучала в своё время.

- Ещё мне необходима подробная карта столицы, со всеми домами. Здесь есть? - последовал следующий вопрос.

Карту я ему тоже отыскала. И не смогла сдержать вопроса, любопытство было сильнее меня:

- А вам зачем?

- Хотите поприсутствовать? - с сомнением в голосе спросил Рунольф.

А я восторженно закивала.

- Пойдём? - и он протянул мне руку.

Я уже привыкла к его прикосновениям и больше не шарахалась и не вздрагивала, а с каждым днём всё охотнее вкладывала свою руку в его огромную ладонь.

Рунольф возглавлял сыскные службы, суд, апелляционные жалобы. Он был последней инстанцией, куда присылали дела, и он мог как послать на казнь, так и помиловать, или отправить дело на дополнительное расследование. Оказалось, что жизнь в столице не так радужна, какой она кажется на нашей половине города. И с нечистокровными варгами всё обстояло несколько иначе, чем мне это представлялось. За дворцом, где были преимущественно дома и лавки людей и нечистокровных варгов, преступность процветала. Там существовали банды и воровские шайки.

Всем этим и занималось ведомство Рунольфа.

Я обычно садилась в глубокое кресло в кабинете, оборудованном Рунольфом, и с интересом следила, как он работает. Приходилось стараться быть тише воды ниже травы, так как боялась помешать, или, что меня могут выгнать. Первое время его посетители и заместители косились на меня, но вскоре привыкли. Рунольф тоже регулярно кидал на меня странные взгляды, но и он привык к моему постоянному присутствию. И уже не удивлялся, что я не ухожу.

А мне по-настоящему было интересно, и вскоре я хорошо ориентировалась за той стороной дворца при том, что не была там ни разу. Я узнала состав всех банд и воровских шаек, и понимала по обрывкам и намёкам, что очень многим не нравится существующая расстановка сил. И в обществе зреет недовольство, которое, Один знает, во что может вылиться. А больше всех были недовольны нечистокровные варги. Их не принимали люди, от них воротили нос настоящие варги. Это моему папе повезло - его отец был богат, а вот остальные, большая их часть, как оказалось, не могли похвастаться тем, что приняты в общество чистокровных варгов, и чувствовали себя незаслуженно униженными.

Я уверена, что Рунольф не обсуждал в моём присутствии чего-то по-настоящему важного или секретного, и ещё точно - ничего, что могло повергнуть меня в ужас или испугать. Он часто отсутствовал и уходил по делам. И тогда я понимала, что скучаю по нему. Мне начинало его не хватать, и это пугало даже больше, чем моя физическая, почти животная, тяга к нему.

А тяга была.

После почти месяца проживания у нас в доме, когда я больше не боялась и не шарахалась от Рунольфа, он стал действовать более решительно. Объятия стали настойчивее, руки сжимали меня всё крепче, а губы всё чаще касались шеи, или плеч, открытых вечерним платьем. А потом однажды он поцеловал меня в губы. Как-то вечером, когда мы возвращались с очередного обязательного бала, он крепко прижал меня к себе и целовал долго и страстно. И я ответила. И мне понравилось. Первый раз поцелуй мне понравился, и я снова испугалась. Я сдаю позиции. Медленно, но верно, я подчиняюсь.

И мне уже не кажется это таким уж страшным.

«Ну и что, что он женат. Всё своё время он проводит со мной. Я заставляю его весело смеяться, когда мы съезжаем с горки. Это со мной он разбирает вечером документы и делится запутанными делами, это меня он целует, меня водит на приёмы и со мной танцует каждый вечер. Ну, есть у него жена. Ну и что? Какое мне до неё дело, если любит он меня, а не её?» Такие мысли всё чаще непрошено лезли мне в голову, и я стала ловить себя на том, что они больше меня не пугают.

Так прошёл ещё один месяц зимнего сезона.

Я шла по коридору второго этажа в сторону кабинета Рунольфа. Было раннее утро. Я даже и не думала, что мне удастся его застать на месте. Мы вчера вернулись довольно поздно, и я сама не ожидала, что встану так рано. Но меня как будто что-то толкнуло, и я, одевшись, поспешила вниз. Ноги сами меня понесли на второй этаж. А может быть, это была уже сила привычки, выработанная за два прошедших месяца? Подходя к кабинету Рунольфа, я с удивлением услышала голоса. При этом один принадлежал Рунольфу, а вот второй абсолютно точно был незнакомый женский.

Подслушивать, безусловно, нехорошо. Я это прекрасно знаю, но только так, порой, можно узнать что-то важное и интересное. Так что, я замедлила шаги, почти крадучись по коридору, стараясь приблизиться к двери максимально незаметно. Я даже дышала через раз. В кабинете говорили на повышенных тонах. Они даже не заметили, что дверь не плотно прикрыта, и из щели мне всё было прекрасно слышно. Я прижала руку ко рту, чтобы заглушить и без того нечастое дыхание и прислушалась.

- Ты мне обещал, что это продлится максимум месяц. Прошло уже больше двух! И вот сейчас ты мне говоришь, что снова нужно подождать. Сколько на этот раз? - голос женщины был немного хриплый, я бы даже сказала грубый, говорила она с резкими недовольными нотками, сильно раздражённого человека.

- Хильда, я делаю всё, что могу. Но она и в самом деле не чувствует ответной тяги. В противном случае - давно бы уже сдалась. Но дело сдвинулось с мёртвой точки. Я уверен, через пару недель она мне ответит, и я смогу объявить её своей Каллис. Вендла переедет во дворец, и всё встанет на свои места, - ответил Рунольф.

Значит, это его жена? Я ещё плотнее прижала ладонь ко рту, чтобы не издать ни звука.

- Я устала! И мне скучно! Мне надоело сидеть сиднем во дворце. Весь сезон проходит мимо меня! Я пропустила все развлечения и всё - из-за какой-то девки, которая отказывается тебя признавать! Это она должна сидеть во внутренних комнатах дворца, а не я! - возмущённо и довольно громко сказала женщина.

- Не смей так говорить о ней. Она - моя Каллис!

- А я - твоя жена! Девчонка даже не чистокровная. Она и Гранатоворождённой стала только недавно. Ты вообще уверен, что это она?

- Да. Абсолютно. Я не испытывал ни к одной подобных чувств. Она не только притягивает меня к себе, но и чувствую я её по-особенному. Она другая, не похожая ни на кого. И она умна, и мне с ней весело и не скучно. Это абсолютно точно моя Каллис, - голос Рунольфа звучал тише и задумчивее.

- Тогда почему ты до сих пор не присвоил её себе? Как долго это будет тянуться?!

- Я не могу принудить её, не могу причинить ей боль, ты же знаешь.

- А врать ей ты, значит, можешь? Притворяться? Скрывать моё место в твоей жизни?! Делать вид, что всё, что происходит сейчас, будет и дальше происходить именно так, а не иначе?

- Она поймёт. Просто нужно время, - неуверенно сказал Рунольф.

- Время? Ну, ну. Только его у тебя осталось не так уж и много. А такими темпами ты можешь и не успеть. Когда ты дашь ей понять, что не намерен из-за неё менять вековые традиции? Когда ты уже поставишь на место эту выскочку? Ты же не пойдёшь против всего света, только потому, что ей так хочется, не так ли? - в голосе Хильды сквозило нескрываемое раздражение.

- Нет. Разумеется, нет. Она станет Каллис в традиционном понимании. Это не обсуждается. Я не имею права нарушать традиции предков и ставить под сомнения наши устои. Положение в стране и так нестабильно. А если императорская семья не будет едина и последовательна, не будет подавать пример и поддерживать традиции - это может привести к катастрофе, - тихо, на пределе слышимости, сказал Рунольф.

- Рада, что ты это осознаёшь.

- Тебе всё-таки не стоило сегодня приходить.

- Я соскучилась. Ты так редко бываешь у меня.

Послышались шаги, а потом я явственно услышала шорох одежды.

- Хильда, перестань. Не здесь. Я приду сегодня.

- Милый, я соскучилась. Ты должен мне - за все эти дни, что я безвылазно сижу во дворце, боясь спугнуть девчонку. А ты ко мне ещё и не приходишь! Поцелуй меня! - требовательно сказала Хильда.

- Хильда…

И я явственно услышала, как звякнула пряжка ремня Рунольфа.

Слёзы ручьём хлынули из глаз, и я стала медленно отходить от двери кабинета. Вот только стать свидетельницей постельных утех этой парочки мне не хватало. Я, и так, услышала и поняла более чем достаточно. Я пятилась от двери, потом развернулась и побежала. Нет, я не боялась, что меня догонят и остановят. Пара в кабинете была слишком занята друг другом, чтобы заметить мой тихий уход, они и появления-то моего не заметили, слава Одину...

Я влетела в свою комнату, забралась под одеяло, не раздеваясь, и укрылась им от всего света с головой.

Вера. Вера. Ничего-то в твоей жизни не меняется. Тебя опять собирались просто использовать. Поманили важностью и значимостью роли Каллис, а на деле это ровным счётом - пустая видимость. И ты чуть было не превратилась в одну из тех куриц, которых так презираешь. Глупо и обидно так попасться на крючок, так покорно подставить шею под ярмо, так нелепо угодить в расставленную ловушку. Чудо, что ты сегодня утром встала так рано, чтобы услышать всё это.

Я вытерла слёзы и уселась на кровати.

Рунольф - принц. Не просто принц, а Наследный Принц. Ему положено лгать, притворяться, устраивать ловушки и плести интриги. Его жена, Хильда, много лет живёт во дворце. Они это знают и умеют. А я совсем недавно появилась в этом мире. Я до сих пор многого не понимаю и не знаю. Опыт, полученный мною в предыдущей жизни, тоже мало помогает. Отношений с мужчинами у меня, как таковых, никогда не было. Я сидела в лаборатории, копалась в земле во время археологических раскопок, училась в институтах, но вот общаться с мужчинами не научилась.

Немудрено, что я так легко попалась и поддалась на фальшивые ухаживания. Лесть, цветы и подарки вскружили голову, как и любой другой девушке на моём месте. И нечего тут стыдиться, лить слёзы и посыпать голову пеплом. Нужно просто выучить этот жизненный урок, и идти дальше. Хорошо, что за два месяца я толком и влюбиться-то не успела. Да, он мне начал нравиться, и я, безусловно, хотела его, как мужчину. Но любила ли я его? Нет. Значит, и горевать особенно не из-за чего. Я встала, и тут же услышала настойчивый стук в дверь.

- Венди! Альва рожает! - послышался за дверью взволнованный голос сестры.