Грань реальности

Глава 1

Было так холодно, жестко и не удобно лежать, но глаза все равно не хотелось открывать. Казалось, сон был бесконечно прекрасным, и, даже чувствуя пробуждение, не хотелось уходить из мира грёз.

— Мм… — что-то промычала девушка и лениво открыла глаза. — Ахх! Снова в лаборатории уснула… умм! — потянулась она и села.

Кажется, во время записи научной работы на бумагу она уснула. Рассмотрев листочки с различными рисунками, символами и буквами, девушка увидела красное пятно на одном из них и сразу же потянула руку к своему носу. Кажется, и правда, то ли она неудачно уснула, то ли просто от переутомления пошла кровь из носа. Девушка ощупала рукой лицо, и вроде как, кровь не осталась на лице.

— Придётся переписывать, — немного грустно пробормотала она и, нагнувшись, попыталась понять какие страницы ей придётся переделывать.

— Госпожа, Джам из творческого отдела спрашивает разрешения для входа. Разрешить войти? — произнёс электронный голос.

Бросив взгляд на дверь, которая была сделана из специального материала, сквозь который можно было смотреть только с одной стороны, а точнее, со стороны лаборатории, ученая увидела подругу: девушку в темной жилетке и чёрной юбке, чёрных колготках и лакированных туфельках. Длинные темные волосы распущены, но выглядят аккуратно, значит причесала. Глаза явно не выспавшиеся. На плече висит сумочка. И куда она так вырядилась?

— Мари, разреши войти, — произнесла девушка голосовому помощнику. Сразу после ее слов посовещался щелчок — разблокировка замка двери и подруга дернула за ручку.

— Привет! — вбежала в комнату Джан. Она окинула окружающееся пространство взглядом. — Ой, Лекса, что это с тобой такое?

— А? — и только сейчас она поняла, что все ещё сидит на полу, среди бумажек, да и выглядит растрепанно наверное.

— Опять всю ночь над исследованиями просидела? Ох, не следишь ты за здоровьем! Какая тут духота! Мари, активируй проветривание! — приказала Джан электронному помощнику.

— Будет сделано, — вновь раздался голос.

— Эй, Мари! Почему ты повинуешься ещё кому-то, кроме хозяина? — возмущённо спросила девушка и всё-таки решила встать. В том, чтобы сохранить равновесие ей очень помог стол.

— От вас приказов не дождёшься. Да и, судя по всему, с таким темпом жизни долго вам не протянуть, хозяйка Александра. Я же вам предлагала автономное жизнеобеспечение без вашего же вмешательства.

— Вдруг тебе в голову взбредёт избавиться от меня, чтобы сменить владельца. Вот и доверяй после этого искуственному интеллекту.

— Мне передать ваши слова передать Габриэлю из отдела разработки искусственного интеллекта? Ха-ха.

«Чмо электронное», — хотела произнести Саша, но сдержалась. — Я довряю системе лучей в целом, но только не тебе, Мари, — напоследок сказала ей девушка, не желая и далее вести перепалку с искусственным роботом. — Джан, что-то случилось? В честь чего пришла сегодня? Чего вырядилась?

— Тебя и на неделю оставить нельзя, — произнесла подруга, — ты, небось, и не ела все это время. И поэтому я принесла тебе еду! — из своей небольшой бежевой сумочки она достала пластиковый контейнер, а затем поставила на чистый белый стол. — Амарили вчера наготовила пирогов, вот и разрешила принести тебе, всё-таки ты ж у нас сидишь в совершенно секретном отделе, как заключённая в тюрьме. Хех!

— Не говори так. Меня устраивает работа.

— Ладно-ладно. Белые стены, белый стол, белые двери, помещения для проведения экспериментов. И шагу лишнего не ступишь. Чем не заключение! — она могла бы и продолжить, но столкнувшись с не очень ласковым взглядом Лексы решила не продолжать. — Хорошо-хорошо, больше не буду. Так вот, сегодня у нас представление нашего проекта, где я работала дизайнером, надо выглядеть прилично.

— А, удачного представления. У меня отчёт будет через три дня, придёшь? — произнесла Александра.

— Та самая пресловутая Всемирная полугодовая отчётная научная конференция. Тьфу! Даже выговорить сложно. Лекс, ты же знаешь, что я очень далека от науки, пожале-ей меня! — протянула Джан с молящим видом.

— Ха-ха. Каждый раз одно и то же, а я все надеюсь и надеюсь, что ты придёшь когда-нибудь.

— Ладно. Хорошего рабочего дня! Мне пора бежать! — произнесла подруга и пошла к выходу.

— Пока… — тихо ответила Александра.

Раз Джан ушла, значит надо привести себя в порядок и продолжить заниматься окончанием исследовательской работы.

Зайдя в свою комнату, которая была смежной с комнатой для работы и исследований, девушка встала напротив зеркала и принялась расчёсывать свои серые, близкие к белому цвету волосы. Она «поседела» еще в университете, причем не так давно, и этот цвет волос не то чтобы как-то влиял на обычную жизнь, но по началу видеть такое в зеркале было непривычно. А ведь когда-то у нее были насыщенные чёрные волосы. Сейчас волосы были длинной чуть ниже плеч, каждый раз, смотря в зеркало, Александра думала о том, что их надо бы обстричь, но никогда не находила на это времени. Пригладив белый халат, который из-за ночи, да и вообще из-за всей жизни, был помят, она напоследок окинула взглядом комнату. Все было очень аккуратно и лежало на своих местах, как и положено. Односпальная кровать застелена зелёным пледом, маленький деревянный стол полностью чист, разве только на нем стоит лампа, на полках книги располагаются в привычном порядке. Идеально.

Выйдя из своей маленькой комнатки сразу в исследовательскую, она подняла с пола все листки. Привычка писать, переписывать и работать на полу, по вечерам, была явно странноватой, но Александра ничего не могла поделать. Оказалось, что переписать надо было всего-то два листочка, она облегченно выдохнула, уселась на одном из стульев, и принялась работать.

Через три дня будет отчётная Всемирная научная конференция и уж там точно нельзя упасть лицом в грязь. Пол года физических и химических исследований явно не были потрачены зря. Для успешного исследовательского проекта требовалось сделать голографическую презентацию проекта с описанием буквально всего: актуальности, почему именно эта тема, сама тема, описания проводимых экспериментов, пошаговое исследование данной темы, расчеты, и, в конце концов, вывод. Этим старикам, заведывающим всем научно-исследовательском комплексом еще требовалось письменное, рукой самого учебного, тоже самое, но уже в другом, более специфическом виде и с бóльшим количеством подробностей. Ну, естественно, нужно было представить сам проект, и сделать это максимально качественно, и заинтересовать других учёных, что будут сидеть на конференции и оценивать чужие работы. От результата зависит повышение или понижение как должности так и зарплаты, да и возможность перевода в другую специальность исследований.

Спустя некоторое время, переписав эти несчастные два листка максимально аккуратным почерком, девушка пересчитала и перечитала все письменное содержимое и, рассчитала, что до конца работы требуется еще десять.

Ей хотелось есть, сколько дней она уже нормально не ела? Поэтому, Александра встала, взяла контейнер, принесённый Джан, и вышла из своего рабочего «кабинета». Сейчас будет самое время перекусить. Интересно, а сколько сейчас времени? Надо было спросить Мари перед выходом… Наверное утро или день, но точно не определишь — в вечноосвещаемых помещениях без окон, со сбитым режимом сна, обычно нет разницы какое время суток.

В коридоре, по стене располагалась множество белых дверей. И почему дизайн научно-исследовательского отдела такой белый? Почему у них всея наука ассоциируется именно с этим цветом?.. Все эти двери было ровно такими же малыми исследовательскими лабораториями с комнатами для жизни учёных. Все они были точь-в-точь одинаковые внутри. Но в них можно было делать в основном только бумажную работу и самые простые и безопасные эксперименты и исследования, за опасными для жизни и очень сложными экспериментами требовалось идти в специальные отсеки. Там было всё нужное оборудование, система защиты и возможная помощь других учёных, так как в том месте обычно в любое время суток находилось достаточно много людей. С другой же стороны от дверей находилась пустота, в смысле, стояли железные прутья, сквозь которые можно было разглядеть первый этаж исследовательского комплекса и другие этажы, людей на балконах, которые смотрят вниз также как и ты. С учётом того, что естественно-научный этаж, на котором находилась Александра, был двадцать девятым, на первом этаже мало, что можно было разглядеть, конечно, если ты не обладаешь сверхзрением.

Девушка ступала по серой плитке, рассматривала окружающее пространство, порой встречались деревянные столики со стульями у железных прутьев, цветы в горшках на полу.

И вот, она дошла до лестницы, спустилась на три этажа и оказалась на общедоступном этаже. Приложив руку к специальному аппарату для входа на территорию этажа, он пиликнул:

«Александра, учёный третьей степени физического отделения, доступ разрешён», и пропустил.

Почти сразу напротив входа на этаж были две массивные двери, сильно больше роста человека, ведущие в библиотеку. Сейчас почти все данные можно было получить через Всемирную голографическую сеть, в который был зарегистрирован каждый человек, но данные выдавались в зависимости от занимаемого положения, которое давало определённый допуск. В библиотеке тоже существовала система допусков, но, в любом случае, находясь в исследовательском центре, на особо охраняемой территории, все имели уровень доступа выше среднего. И всё же, библиотека была, хоть ей почти никто не пользовался, в ней работал свой библиотекарь и другие люди, обслуживающие древние фолианты. Эта библиотека являлась одной из старейших и последних библиотек всего мира, и, естественно, почти все самые старые и древние книги хранились именно здесь. Но Саше нужно было не сюда, а дальше. На этом этаже располагалось много нужных помещений, но важнейшим из них была столовая. Пройдя по коридору с блестящим мраморным полом, она вошла в две открытые двери. Приложила руку с браслетом — идентификатором личности к терминалу, и прошла дальше. В столовой было тихо и пусто, ну разве только стенд с едой стоял, столики были почти не заняты, повара что-то готовили, и три знакомые фигуры сидели довольно рядом друг с другом за близкими столами. Александра подошла к столу, где стояла еда и столовые принадлежности, налила себе чашку кофе и пошла к тем знакомым людям.

— Доброго времени суток, — подошла она к ним и села за один из соседних столиков, рассчитаный на двух человек.

— Доброго, — произнёс темноволосый юноша, в деловой чёрной рубашке и очках. Он попивал кофе и смотрел что-то в голографической системе. Настоящий исследователь в сфере системы и искусственного интеллекта — Габриэль.

— О, здравствуй, Саша. Давно тебя видно не было, — это был старый техник с уже поседевшими длинными волосами, собранными в хвост, его кожа была смуглой, что являлось странным среди этих мест, где солнце и тепло случались максимально редко, а на его руках было выгравировано много татуировок. Он не относился к ученым, но занимался воплощением технической части их проектов.

— Да. И правда, давненько, — пробормотала девушка и открыла контейнер с пирогом. — К научной конференции готовилась и готовлюсь до сих пор.

— Да вы, нынешняя молодёжь готовитесь к ней за все пол года, а вот в наше время… — затянул второй старичок, тоже относившийся к инженерам.

— Балбес! В наше время отношение к работе было более халатное, вот посмотри Саша в двадцать пять на третьей ступени, а Габриэль в двадцать семь на второй. В наше время такое и не снилось.

— Слушай, можно посмотреть твою исследовательскую работу? Если ты, конечно, не против, — спросил Габриэль, отглотнув кофе, и посмотрел сквозь очки в глаза Александры.

— Угу, — произнесла она, и тут же нажав рукой на браслет, перед ней появилась большая прямоугольная голограмма, где она и выбрала на экране папку со своей исследовательской работой.

Спустя секунду браслет Габриэля пиликнул, оповещая, что пришло сообщение.

«Исследовательская работа номера семьсот тридцать восемьсот четыре Александры физического научного комплекса по теме…»

Он открыл файл с работой и пролистал страницы, особенно рассматривая формулы и схемы.

— Актуальная тема, — пробормотал он, — однако…

Кажется, в эту секунду сердце Саши пропустило удар. Она сидела над этим исследованием много дней и ночей, и была уверена, что всё хорошо.

— …У тебя здесь ошибка в расчётах, — он указал на формулу. — В остальном вроде всё хорошо. Наверное ночью делала, поэтому и ошиблась, — закончил он, указав на время завершения работы с данной страницей.

— Да, пожалуй ты прав, надо быть внимательнее. Ты по какой теме делал научную работу?

— Ха-ха, да как всегда айти. Работа с лучами. Хочу сделать их более «живыми». Даже с людьми из биологического о дела общаться пришлось, чтобы больше понимать в теме.

— Куда ещё живее? Моя Мари настолько жива, что живее всех живых, угрожать вот начала, — произнесла девушка эту фразу и откусила пирожок с капустой. — Закатила глаза Лекса, могла бы и руки сложить на груди, но кусок пирога в руках мешал сделать это.

— Мда, не повезло. Но ничего, вы с ней ещё поживете немного и будете как душа в душу. Хмм, может быть тогда сделать их всех более доброжелательными, убрать возможность грубить, хамить?..

— Говоришь, что хочешь сделать более человечными, а потом предполагаешь возможность удаления всех базовых человеческих чувств. Так что конкретно у тебя за тема?

— Психология. Я добавил в тестовую версию системы возможность определять по голосу человека его чувства, помогать психологически, разговаривая с ним. Ещё сделал голос более человечным. По факту сам луч, просто по интонации сможет многое понять. Думаю, в следующей работе сделать более сильную связь луча с владельцем и добавить больше возможностей в браслет. Как-то так, — ответил он.

— Ох, молодёжь-молодёжь. Всё о работе и о работе! В наше время среди учёных самый маленький процент браков, а вы своими разговорами даже уменьшаете его… что же будет потом!.. — возгласил старый смуглый техник, которого все учёные и работники, вне зависимости от их возраста, именовали по-ласковому — «Дедушка Корон».

— Если вдруг два учёных сойдутся вместе то у них родится гений, — продолжил второй. — Сашенька у нас умница и красавица, сразу видно, что оба родителя учёные.

— Зато самый меньший процент разводов. Выбирают вторую половинку по существу, — возразила Саша. — У нас не количество, а качество вообще-то! Да и мне даже тридцати нет, а средняя продолжительности жизни сто тридцать пять лет благодаря новейшим технологиям, успею ещё.

— Угу, — подтвердил Габриэль, опять что-то печатая в голографической системе.

— Вот в наше время, пятьдесят лет назад, вся техника была во много крат упрощённее, люди общались между собой, а сейчас все закрылись по своим лабораториям… ушло время.

— Раньше было лучше, трава была зеленее и люди жили всего по семьдесят лет. Да-да-да. Ладно, всем спасибо, я пойду доделывать свою работу, — произнесла девушка и встала, отнесла чашку из под кофе к стойке для грязной посуды. Контейнер из под пирожка она забрала с собой в комнату, всё-таки надо помыть его и отдать обратно Джан.

Вернувшись в исследовательскую комнату, она села за стол и принялась переписывать. Почти круглыми сутками занимаясь выбором темы, экспериментами, чтением научной литературы и занимаясь изготовлением прекрасного чистового описания ей не хватало этих шести месяцев. Конечно, Александре нравилась работа, по факту она не работала, а лишь следовала правилу «Найди работу мечты и не будешь работать ни один день». Пожалуй, ей нравилось заниматься исследованиями, копаться в статьях и другой подобной литературе и приносить пользу людям. Но даже с энтузиазмом и желанием она не могла сделать все как надо в срок, конечно, если не считать бессонные ночи. Качество было очень важно для нее, поэтому выходило не сильно быстро.

Она стоит на балконе в общей территории. Что ж, была бы у нее сигарета в руке, девушка бы определенно закурила. Ледяной воздух ласкает нежную кожу. Одежда — лабораторный халат и все что под ним, немного неприятно и так холодно касается кожи. Изо рта белыми клубами валит пар. А на улице, там, за пределами балкона — метель. Далеко-далеко на горизонте еле видно поднимаются струи дыма высоко в воздух, там располагается город. Заводы являются его большей составляющей вот поэтому столько труб и дыма. Сотни золотых огоньков, и кромешная тьма вокруг — лес. Где-то там, в кромешной тьме справа находится тюрьма, люди совершившие преступления, получившие пожизненный срок являются подопытными кроликами на столах учёных, в основном именно биологического и химического профиля.

— Что ты тут делаешь? — раздался мужской голос.

— Устала сидеть в четырёх стенах. Вышла проветриться. И забылась в размышлениях о жизни. А ты?

— Тоже. Нечасто тебя здесь встретишь, — произнёс Габриэль. В то время как Александра опиралась на перила, он стоял за ее спиной.

— Я почти все сделала, мне остаётся написать всего две страницы сегодня закончу, завтра перепроверю и потом буду отдыхать и морально готовиться к конференции. Ты готов?

— Мой код — и есть моя исследовательская работа. Мне почти не требуется оформлять, да и от руки писать программы нас, слава богу, не заставляют. О чем размышляла?

— О прошлых временах. Когда ещё не было лучей, голографической системы, единого стандарта и всего государства. Те времена, когда были войны и было много-много городов, стран, языков. О временах пятьсот лет назад, — произнесла она. — О временах разных народов, их жизни, культуры. Всё это скрыто за тьмой неизвестности. Я всегда знала, что от простых людей многое скрывают, и это в том числе. Есть люди, которые знают больше, чем положено.

— В учебной программе этому почти не уделяется времени. Что ж, это и правда интересно. Если хочешь, могу устроить тебе поход в библиотеку. Вместе поищем информацию, вдруг что найдём, вместе почитаем, если хочешь?

— Вот как, подумаю. Я пойду, — кротко произнесла Сандра и пошла в помещение.

— Прощай. Хорошей подготовки к конференции, — ответил ей напоследок Габриэль и остался на балконе.

— И тебе тоже, — дверь на балкон захлопнулась с громким металлическим звуком.

Конференция начиналась рано утром. Всё это проходило в огроменной аудитории-амфитеатре, которая могла вместить всех учёных физического профиля и профиля информационных технологий, которые работали в эти пол года. Другие учёные химики и биологи презентовали свою работу спустя неделю, и уходили в отпуск тоже на неделю позже, потом после них шли астрономы, затем географы, экологи и геологи. Таким образом у тех, кто входил в министерство науки был целый месяц прослушивания научных работ от учёных. У других учёных, не входящих в естественно-научный комплекс отчёты проходили совсем в другое время и расписание отличалось.

Не имея четкого режима дня, так как она могла работать буквально в любое время суток, пока не закончит конкретный пласт работы, Александра, ожидая начала, досыпала, сложив голову на руки, лёжа на выделенном ей белом столе, таком же как и у других людей, слава богу место было где-то на пятнадцатом ряду, не слишком близко к началу зала. Вокруг шныряли туда-сюда организаторы этого мероприятия, учёные, приглашённые люди, и большая часть министерства науки, которая спонсировала учёных, обеспечивала единый стандарт образования.

— Кхм! Прошу вас, господа. Усядьтесь на свои места,— сказал кто-то в громкоговоритель, в эту секунду все засуетились и принялись следовать приказу.

— Саша, здравствуй, — произнёс Габриэль, севший рядом. — О, сегодня ты не в лабораторном халате. Выглядишь потрясающе.

Александра открыла глаза, посмотрела на него и всё-таки решила закончить свой сон, ровно сев.

— Удивительное совпадение, что нас посадили рядом, — сказала девушка, внимательно рассматривая айтишника. Сегодня он выглядел почти также как и всегда: чёрная рубаха, темный галстук, очки, отутюженные штаны. Выглядел так официально и по-деловому, в то время как Алекса всё время ходила в лабораторном халате, сегодня она приоделась: надела белую блузку и чёрную юбку. Тоже по дресс-коду. Не зря говорят, что для того, чтобы быть хорошим специалистом в области информационных технологий нужно иметь три вещи и носить их не снимая каждый день.

— Я попросил разрешения сесть рядом с тобой. Да и все равно сегодня только физики и айтишники порядок того кто с кем сидит не важен, — ответил он. — Ты каким номером выступаешь?

— Тридцать седьмым.

— Тридцать девятым, — после ее ответа сказал Габриэль. — Мы, оказывается, с тобой близко в порядке расположены. Значит сегодня вдвоём отчитаемся.

— И все равно, оставшуюся неделю все равно надо будет посещать конференцию, — с вздохом ответила Александра.

— Это точно. Но в любом случае мы отчитаемся и будем просиживать штаны с чистой совестью, да и слушать всего лишь физиков и айтишников, не всех же профилей.

— И все равно думаю спустя десять докладов голова работать уже не будет.

Очередной учёный вещал свою научную работу, все другие внимательно слушали, отмечая что-то в своих блокнотах или в своей голографической системе, а затем по системе голосовали, записывая в голограмму по браслету своё мнение. Александра уже выставила результаты текущему отвевающему и лежала головой на столе, опершись на руки, чтобы было мягче. Голова болела. Всё-таки запираясь в лаборатории и проводя все исследования в одиночестве, она не привыкла к такому количеству людей и шума.

— Благодарим вас за выступление. Следующий номер — тридцать семь. Исследовательская работа номера семьсот тридцать восемьсот четыре Александры физического научного комплекса.

Александра в ту же секунду, как услышала своё имя, вскочила с места, взяла свою бумажную волокиту, и начала спускаться вниз.

Оказавшись в самом низу аудитории за трибуной для выступлений, она окинула взглядом всех. Сердце бешено колотилось. Да, так было всегда в момент, когда надо было рассказывать свою научную работу. Наверное, скоро всё-таки привыкнет, хотя, с учетом того, что такое происходит всего два раза в год — вряд ли. В темном зале отчётливо были видны лица некоторых людей, освещаемых светом системы.

Девушка нажала рукой на браслет, и над ней появилась голограмма. Нажав на пару кнопок, экран расширился и стан виден из каждого уголка аудитории.

— Здравствуйте уважаемые председатели министерства науки и другие участники конференции, — произнесла она. — Я, номер семьсот тридцать восемьсот четыре Александра хочу представить исследование физического направления по теме… — начала девушка, она старалась говорить максимально уверенно и четко.

Александра старалась по-максимуму разъяснять все свои действия и расчеты. Она понимала о чем говорит. По изначальным ощущениям казалось, что все это займёт около двадцати минут, но оканчивая свой рассказ часы показали, что вышло тридцать пять минут. Многовато… обычно все стараются, чтобы выходило не больше двадцати минут, ведь ученых много, а конференция идет в день всего лишь двенадцать часов и за неделю должны успеть где-то от трёхсот до четырёхсот людей данного профиля.

— Благодарю вас за внимание, — закончила она. — Будут ли ко мне какие-то вопросы?

В зале показалось пять рук. Успешно ответив на них, она поклонилась перед другими людьми и передала на первый ряд все бумаги, относящиеся к исследованию. За этим первым рядом сидели представители министерства науки.

Лишь бумага оказалась на столе у профессоров, у девушки словно камень с души упал. И всё-равно некое волнение ещё осталось, сердце билось, а руки слегка подрагивали. Уши покраснели и щеки вместе с ними.

Стараясь создавать меньше звука, чтобы, соответственно, привлекать меньше внимания, девушка начала подниматься по ступенькам к своему ряду. Задолго до нужного места она увидела светящееся от радости лицо Габриэля, который улыбался и лишь их глаза пересеклись он кивнул в знак поддержки.

И вот, Саша наконец добралась до заветного пятнадцатого ряда, а потом, спустя несколько сидений, и до своего места.

— Ух, — наконец уселась она на свой стул.

— Отлично справилась, — приободрил мужчина. — Осталось только мне рассказать.

— Ага, буду держать за тебя кулачки, если не усну. Здесь такая приятная атмосфера для сна: и темнота, и монотонный не сильно раздражающий шум… Умм! — потянулась она.

— Следующий номер — тридцать восемь. Исследовательская работа номера восемьсот восемьдесят девять шестьсот пять Анны-Марии физического научного комплекса, — прозвучал голос того, кто объявлял все исследовательские работы.

Где-то с заднего ряда послышался усиливающийся стук. Это была девушка в туфлях на огромном каблуке, в короткой юбке до колен и обтягивающей блузке.

— Ого, Анна-Мария… та самая… — прошептал Габриэль, по лёгкому шуму, что прошёлся по аудитории, означало, что при этом имени многие встрепенулись.

— А, та самая, которая переспала с половиной научно-исследовательского комплекса? — шёпотом спросила Лекса.

— Тшш! Тише ты! — шикнул на нее Габи, жестом показав, что не надо даже говорить такое.

— А, прости… я просто не особо разбираюсь в ваших слухах, хотелось поинтересоваться точно ли это та самая девушка.

— Про Анну-Марию даже до тебя слухи дошли.. ого. Даже удивлён, с учетом того, что ты круглыми сутками сидишь в лаборатории и почти не высовываешься.

— Да так, в столовой один раз услышала, — отмахнулась Саша. — Не то, чтобы меня такое когда-то сильно интересовало.

— Говорят, что в этот раз она подготовила что-то очень невероятное, вроде как рассчитывает на повышение до первой степени учёного.

— Вот оно как. Безумство ходит бок о бок с гениальностью.

Рассказав свое исследование, Габриэль наконец вернулся на свое положенное место.

— Мда, слегка переволновался… — прошептал он на ухо подруге.

— Переволновался?… По тебе этого даже видно не было, — Александра на него подозрительно взглянула.

— И хорошо. Кстати, куда ты хочешь пойти на распределение или останешься среди физиков? — поинтересовался Габриэль.

— Астрономический, но мне уже два года отказывали в перераспределении. В этот раз тоже попрошу, но все также не уверена, что меня переведут. В прошлые два года они не оговаривали причину отказа, так что даже не знаю чего думать на эту тему… в любом случае, я являюсь дипломированным специалистом по любой из естественно-научных отраслей, училась ведь на повышенном, и не понимаю причины отказов, — отмахнулась девушка.

— Надеюсь у тебя получится в этом году всё, — в этих словах чувствовалась доброта и тепло, что ж, он единственный хороший знакомый из всего технического комплекса. — Я готов вариться в информационных технологиях и программировании хоть десятками лет, так что останусь тут.

— Я в тебе даже и не сомневалась, — слетело с уст Сандры.

— А-Александра, Саша! — кто-то кричал и пытался ее разбудить.

— А? — протянула она, будучи в полусонном состоянии.

— Конференция кончилась, пора вставать, — голос был таким заботливым.

— А! Кончилась?! — резко вскочила девушка. Сон как рукой сняло.

— Да, все уже расходятся, и нам пора, — их глаза пересеклись, но Габриэль тотчас отвёл взгляд.

— Спасибо что разбудил, даже не верится, что все это кончилось.

— Ещё шесть дней мучений.

— Не сильно воодушевляет… Это, конечно, полезно, но в один день получать такой гигантский пласт информации… у меня в голове сплошной туман.

Габриэль встал со стула и подал руку Саше, чтобы она тоже встала. Они вместе спустились вниз к выходу. На прощание обнялись, попрощались и каждый пошёл своей дорогой к своей комнате, которые находились на разных этажах.

Глава 2

— Семь утра. Пора вставать, — по комнате раздался электронный голос.

Девушка повернулась на другой бок.

— У вас нет времени валяться в кровати, — вновь раздался голос электронной помощницы Мари. — Вашим вчерашним приказанием было разбудить вас в семь утра и ни минутой позже.

Промычав что-то невнятное Александра потянулась и села. Она потёрла руками глаза, а затем открыла их. Веки казались ужасно тяжелыми и для того, чтобы под их тяжестью не закрылись глаза, приходилось прикладывать реальные усилия. В комнате было очень темно, отчего казалось, что сейчас глубокая ночь. Что ж, была бы возможность, она бы спала еще как минимум несколько часов.

— Мари включи свет, — произнесла Саша.

В ту же секунду в помещении зажглись потолочные светильники, да так ярко, что девушка закрыла глаза руками.

Черт бы побрал вставать по утрам! Благо таких дней в жизни Александры было не очень много.

Просидев пять минут, девушка вроде как привыкла к свету и смирилась с мыслью, что пора поднимать свое бренное тело с кровати.

Встав, она сразу же подошла к стулу и быстро принялась надевать одежду, что лежала на нем: очки, шерстяные носки, зелёный свитер, черную куртку с автоматическим поддержанием тепла; Высокие сапоги, подходящие нынешним погодным условиям стояли справа от стула. В конце концов, проведя пару раз расческой по волосам, Александра положила ее обратно на стол, а затем окинула взглядом комнату. В помещении было пусто: на опустевших полках оседала пыль, да и другие, немногочисленные вещи отсутствовали. В общем, пустота и чистота. Оставалось только застелить кровать, с чем девушка быстро справилась.

Наконец взяв большую сумку, стоящую у стола, о которую Саша пару раз чуть не споткнулась этим утром, девушка вышла в лаборантскую комнату. Сейчас она чувствовала себя более-менее проснувшейся.

— Мари, отключить все системы, кроме базового поддержания помещения.

— Так точно, — в эту же секунду отключился свет и будто бы стало тише.

Дёрнув за дверную ручку, Александра оказалась в коридоре, дверь автоматически захлопнулась и закрылась на замок с характерным щелчком. Повернув вправо, нужно было идти до самого конца этого длиннющего коридора.

Она покидала это место в виду отпуска. Позавчера окончилась конференция, а вчера Саша прошла медкомиссию, собрала все вещи и купила себе билет домой, к родне, с помощью системы. В любом бы случае, у ученой будет возможность вернуться сюда и забрать свои вещи, при ее переводе на астрономический профиль, или же она здесь будет жить и следующие полгода, продолжая работать в физическом профиле, но Сандра решила забрать все, на всякий случай. Благо вещей было мало, что все вмещалось в одну единственную сумку.

Саша витала в своих мыслях, не оглядываясь по сторонам в и так пустом коридоре. Кто же в праздничные дни будет вставать в такую рань. Вокруг было белым-бело, все-таки побеленные стены и яркие лампы создавали такой антураж, а сквозь прутья решетки напротив двери лаборатории открывался вид на все пустующие этажи здания. Сумка не казалась особо тяжелой, так что шаг был скорым. Наконец, достигнув лифта, она нажала на кнопку и тот тотчас оказался на ее этаже и открылся.

— Первый этаж, — произнесла девушка и лифт помчался вниз. Его стенки были прозрачными, и сквозь них Саша сонным взглядом рассматривала происходящее на этажах: на некоторых — пустоту, а на других — людей, которые куда-то спешили, да в такую рань!

В этом здании все научные этажи располагались по кругу и в самом низу представал первый, один из самых главных этажей. Он же был довольно богато украшен, в выдержанном деловом стиле. Это место было приятно глазу: разноцветный мрамор на полу, собирающийся в различные узоры; идеальные белые стены; современные настенные светильники; золотые таблички с надписями об помещениях и указаниях куда идти.

От белого цвета слегка рябило в глазах, особенно, когда очень сильно хотелось спать. Это было мучительно.

Девушка вышла из лифта и по узорному мраморному полу направилась к длинной стойке у стены, за которой стояла всего одна девушка.

— Здравствуйте, — поздоровалась Александра с улыбчивой девушкой в чёрной форме и переднике, ее русые волосы были собраны в пучок.

— Добрый день, чем могу вам помочь? — спросила она.

— Хотела бы оформить заявление на выход с территории, заявку отправляла вчера вечером.

— Угу, отлично, — пробормотала девушка. — Давайте я проверю ваши вещи.

Кивнув, Александра поставила сумку на стойку, рядом с небольшой круглой платформой, и расстегнула замок. Все это было сделано для того, чтобы из исследовательского центра не выносили ничего лишнего. В любом случае, везде было много камер и разных датчиков, которые все равно бы уследили, но досмотр человеком все равно присутствовал. Саша вспомнила тот прекрасный день, когда ещё будучи ученицей академии наставница привела ее сюда на практику. Ох, и сколько же документов о неразглашении и прочем пришлось подписать!

Девушка быстро осмотрела вещи и сказала:

— Приложите ваш браслет сюда, — указала она на платформу, которая, судя по всему была связана с общей системой управления комплекса, где хранились все данные.

Приложив руку к платформе, перед глазами всплыл тест: «Александра, учёный третьей степени, ЕСКединая система кодирования: 730 804. Выход одобрен, на время отсутствия уровень доступа понижен.»

«Система: уровень доступа понижен с 7 уровня до 4.»

— Готово, можете идти. Хорошего вам пути, — произнесла и поклонилась девушка, на что Александра лишь кивнула, закрыла сумку и, вскинув ее на плечо, поспешила из здания.

Пройдя сквозь стеклянную дверь, Саша оказалась на темной улице. Солнце встанет только через несколько часов. Взгляд улавливал лишь белый снег вокруг, яркие фонари и высоченные здания. Этот мир ученых казался таким блеклым и серым, по крайней мере, в это время суток. Наверное в южном исследовательском центре гораздо приятнее находиться, чем здесь. В этих местах большую часть времени было темно и холодно, поэтому во время работы, Саша на улице даже не появлялась.

Дорожка из здания была вычищена от снега, по бокам этой самой дорожки росли сосны, чуть выглядывающие из под снежного одеяла. За спиной располагалось много высоченных белых зданий, балконы этажей которых подсвечивались желтым в темноте.

Нужно было дойти до станции электричек, откуда и уехать в родной город. Путь лежал почти прямой, правда пешком и по холоду. Здесь не было какого-либо транспорта или капсул доставки, как в населенных городах, однако и идти было близко, минут пятнадцать.

Примерно прикидывая в голове дорогу, по которой ходила раза два за полгода, когда приезжала в исследовательский комплекс и когда уезжала из него, из её носа во время дыхания выходил пар. Немного холодно было ногам, а вот в самоподогревающейся куртке по теплоте было как раз.

Закончив раздумья, девушка сделала шаг вперед, и ещё один. Раздался тихий треск снега под ногами, наверное единственный звук кроме дыхания, который прерывал тишину.

Глаза все еще немного слипались, наверное, в электричке будет возможность поспать.

Девушка не оглядываясь шла вперёд. Вскоре прошла через контрольно-пропускной пункт, где еще раз проверили ее личность.

Александра вышла из маленького домика, где как раз и проходила последняя проверка. Впереди ее ждала только свобода. Отчего то сердце забилось чаще, лишь она вышла за пределы комплекса. Пред ее взором предстала длинная, будто не имеющая конца, тропа, лес вдалеке и бесконечное снежное поле. В этом, казалось бы, простом пейзаже было что-то особенное, родное. Родной холод и простор. Над головой чернело небо и едва светились блеклые звезды. Во всем этом было свое очарование. На устах девушки появилась легкая улыбка. Выдохнув очередной клубок пара, с хорошим настроением и ощущением легкости на душе, Саша, таща сумку, пошла по тропинке вперед, к отпуску.

Ни о чем не думая, девушка смотрела по сторонам и перебирала ногами.

«Система: 7:45, 27.12. Подготовлен отчет о прошедшей медкомиссии. Данные в вашем личном кабинете. Также рекомендуем вам поучаствовать в бета-тестировании новой функции системы здоровья от биологического, химического и инженерного профилей.»

Браслет провибрировал и перед глазами возникла надпись. Ох уж эти ученые, пытающиеся найти себе подопытных даже среди собственных коллег.

Усмехнувшись, Александра дотронулась рукой до браслета и это сообщение сразу же исчезло. Все эти бета-тесты различных функций лишь усугубляли жизнь излишней слежкой, которой и так в мире хватало. Эта система просматривала все, что люди смотрят, с кем общаются, как живут, какой контент публикуют, ведь в самой системе были опции мессенджеров и различных платформ с фото и видео. Надо же следить за людьми. Говорят, раньше в этом плане было намного проще.

Интересно, насколько сильно жизнь пятьсот лет назад отличалась от нынешней? После той войны и была создана система. Говорят раньше у ученых была совершенно другая иерархия и ради этого нужно было трудиться много лет, а не просто пройти распределение на повышенный уровень в университете.

Вдали сверкали фонари станции. Прибавив шагу, почти срываясь на бег, Саша стремилась к ним, будто мотылек к яркой лампе. Скоро должен был прибыть поезд, так что следовало поторопиться. Клубы пара вырывались из приоткрытого рта.

И вот, по левую руку шел лес, вокруг бесконечное снежное поле, под светом фонарей было видно как быстро с темных небес падают снежинки. У самого горизонта небо чуть светлело. А прямо перед Сашей была платформа. Научный комплекс являлся последней станцией пригородных поездов. На двух из трех путей находились гигантские черные электрички. От одного из них исходил пар, наверное именно этот длиннющий поезд и был тем, который доставит Сашу до родного дома.

Удивительно, но в такое время на ровной, асфальтированной платформе, освещаемой фонарями, было совершенно пусто. Либо подавляющая часть ученых уехала еще вчера вечером, либо все оставшиеся любят поспать подольше и уедут дневным или вечерним поездом. Хотя может быть кто-то из коллег будет праздновать Новый год прямо на рабочем месте. Сомнительное удовольствие.

Осматривая красоты вокруг, эту бесконечную свободу, бескрайние поля, девушка поймала себя на мысли о том, что стоит поторопиться. Пройдя на второй путь, к самому поезду, Саша подошла к кондукторше у головного вагона, показала ей свой номер систему кодирования и ее сразу же пропустили. В вагоне рядками друг напротив друга стояли синие сиденья обычно в ряд по две-три штуки, а над ними располагалась полка для багажа.

Так как кроме нее в вагоне электрички было только пару человек, Александра уселась у окна, выбрав тот ряд сидений, где никого не было, и поставила свою сумку на соседнее сиденье.

Опершись головой на окно, девушка прикрыла глаза. Свет ламп в вагоне совершенно не мешал, так как глаза слипались и хотелось продолжить сон. Все равно предстояло ехать четыре часа в поезде до нуждой станции. Уже засыпая, на запястье девушки что-то провибрировало. Неприятно. Лениво открыв глаз, Саша перед глазами увидела сообщение. Это было редкостью, ведь обычно ей никто ничего не писал, ну разве только родные пару раз в месяц узнать о самочувствии и, в общем, о жизни.

«Система: получено сообщение от Габриэля из отдела информационных технологий. ЕСК: 729 844: Встретимся в новом году! Удачной дороги. Приятной работы и научных достижений!»

Махнув пальцем вверх, перед глазами девушки появилась такая же эфемерная клавиатура как и этот текст. Выбирая пальцами нужные буквы вскоре получился текст:

«Благодарю. Успехов тебе и первой научной степени.»

Наконец, сделав это нелегкое дело, девушка отключила систему. Как раз по всему вагону пронеслось стандартное «Осторожно, двери закрываются.» и поезд начал путь, постепенно набирая скорость. За окном медленно сменялись пейзажи, постепенно исчезла станция, ее сверкающие фонари, а потом, и вовсе, за окном остался лишь бесконечный лес, снежное поле и восходящее из-за горизонта светило.

Саша придвинула сумку к себе поближе, и, удобно устроившись, легла спать.

Снег тихо шуршал под ногами, солнце давно взошло. Небо было безоблачным и из-за этого холодное зимнее солнце слепило глаза. Вроде как за эти четыре часа сна в электричке, Саша более-менее выспалась и готова была жить новый день. После выхода из электрички, получасовой ходьбы по тропинке, девушка наконец оказалась в небольшом поселении. Двух-трехэтажные дома с покрытыми снегом крышами стояли далеко друг от друга и их участки были ограждены заборами. Вокруг поселения располагался массивный зелёный лес. Памятные места. Здесь Саша провела всё детство. По длиннющему проулку девушка прошла к калитке самого крайнего дома. Калитка, как и весь забор, была из сплошного железного, так что участок нельзя было увидеть находясь вне. Хоть перелезть через забор можно было без проблем, но по всему периметру находились датчики, отслеживающий проникновение, даже если оно было совершено через калитку. Сигнал посылался в систему, далее следовало определение, прописан ли человек в этом доме или нет. Система в этом мире заведовала всем. Наверное каждый житель мира когда-нибудь задумывался о том, что было бы, прекрати система работать по всему шару планеты. Даже не хочется представлять что бы было.

Дотронувшись до холодного железа, Саша выдохнула. Сердце забилось чаще. Легонько толкнув калитку, она вошла на огромный двор, полностью покрытый снегом, посреди которого находился двухэтажный оббитый деревом дом. Вдыхая морозный воздух и наслаждаясь долгожданным видом родного места, девушка осматривала крыльцо, наполовину торчащее из снега, оконные рамы и все вокруг, пытаясь заметить изменения с прошлого ее визита сюда. Наверное из-за зимы и снега вокруг все казалось уныловатым. Вот летом будут цвести цветы: розы, пионы, лилии… Красота!

Вдруг из мыслей выдернул резкий звук: хлопнула входная дверь. Девушка оглянулась и увидела двух больших собак породы «Лайка». Две пары серых радостных глаз были обращены в ее сторону, а сами собаки с виляющими хвостами со всей сил мчались к ней. Улыбнувшись, девушка села на корточки и с улыбкой расставила руки, приняв серых собачек в свои объятия.

— Лана! Айка! — сумка уже лежала где-то на снегу, пока Саша гладила питомцев, рыпающихся от радости и то и дело норовивших лизнуть ее лицо. Руки теребили макушки, а Саша все приговаривала: — Как же я по вам скучала! Вы так выросли! Ух! Соба-аки! Соба-аки самые любимые, самые умные-е-е! — протягивала она слова, говоря так нелепо и по-детски.

— Сашенька, родная, а ты совсем не изменилась, — сквозь дружелюбное рычание питомцев, девушка подняла взгляд и увидела смеющуюся женщину в дверях, что смахивала слезы с краев глаз платочком.

Это была мама. Женщина шестидесяти лет, даже по современным рамкам она молодо выглядела. Ее идеально гладкое белоснежное лицо, яркие губы и черные глаза притягивали внимание, она казалась очень уверенной в себе, властной. Все-таки не зря её звали Морганой, имя и правда очень подходило. Каштановые волосы чуть длиннее плеч, немного волнистые, обрамляли лицо, а на худенькой фигуре отлично смотрелся домашний фиолетовый халат. Женщина была невысокого росточка и выглядела чуть старше Саши, хотя и была старше ее вдвое. Такова была сила современной медицины, по внешности почти невозможно было определить возраст.

Схватив сумку и успешно отбившись от собачек, что невероятно сильно соскучились и хотели зализать ее до смерти, девушка бросилась в ласковые объятия мамы.

— Ма-ам! — протянула она, в то время как родительница поцеловала её в щеку в честь встречи, Саша, легонько чмокнув женщину в щеку прошептала ей на ухо: — Я и правда сильно скучала по твоим объятиям.

Только с родителями можно было позволить ощущать себя ребенком, сколько бы ни было лет.

— Сашенька, давай не будем стоять в дверном проходе.

— Да, ма, — ответила Саша и прошла в светлую, отдающую желтым из-за цвета дерева, прихожую, поставила сумку на пол. Входная дверь в то же мгновение захлопнулась.

Прихожая была совсем крошечной: вешалка, шкафчик для обуви, большие навесные полки сверху, для шапок, перчаток, шарфов и прочей мелкой одежки. Девушка начала стягивать с себя пальто, снимать ботинки, шапку, шарф… Лана и Айка, судя по звукам, уже резвились где-то в гостиной.

— Совсем исхудала в своем физическом корпусе, — произнесла Моргана, оценивая взглядом внешний вид дочери.

— Ну да, немного есть такого, — кивнула девушка, которая наконец-то стягивая с себя последний ботинок и посмотрела в строгие глаза мамы.

— Александра, наконец-то ты вернулась! — вдруг в проход в прихожую вошел мужчина. Это был отец. Его волосы были такие же седые, как и у Саши, ему было шестьдесят пять лет. Взгляд серых глаз был невероятно добрый, однако от его фигуры исходило ощущение мужественности.

— Привет, папа, — обняла она его и поцеловала в немного колючую, небритую щеку. — Я по вам очень скучала.

Разорвав объятия и подняв свою серую сумку, и произнесла:

— Пойду тогда, заселюсь в комнату и с Санной поздороваюсь.

— Да, конечно, как разберёшься со всем, спускайся вниз, мы вот-вот сядем обедать, сегодня в рационе бульон и рыба, всё как ты любишь, — мама улыбалась говоря эти слова.

Улыбнувшись в ответ, Саша проводила взглядом прихожую и вышла в коридор. Он вел в кухню и гостиную, по правую и левую руку располагались двери в разные помещения: мамина мастерская и папин кабинет; а за одной из дверей была лестница, ведущая на второй этаж к спальням и в подвал. Со своей сумкой Саша как раз и направилась к ней. Переступая через ступеньку, она быстро взбиралась по деревянной лестнице.

Спустя ступенек двадцать девушка оказалась в коридорчике, который одной стороной вел к спальне родителей, а другой в их с сестрой комнаты. Здесь было темно и даже как-то атмосферно. Она повернула в сторону «детской половины». Все-таки, хоть сестра и была младше Саши на одиннадцать лет, полноценно назвать её ребенком язык не поворачивался. Оказавшись у первой двери, Саша постучала в нее три раза, а затем легонько приоткрыла дверь. Здесь, как на всем этаже было темно, так что что-то вокруг разглядеть было довольно сложно. Сестра сидела за столом, перед ней в воздухе висела голографическая система, что освещала лицо, а сама она, судя по всему, рисовала с помощью дополнения к системе — сенсорного датчика, досточке, по которой водила стилусом. То, что она рисовала отображалось на большом экране. Наверное, сестра была слишком погружена в рисование или слушала музыку, раз не заметила, что кто-то вошел в комнату.

— Морисанна! — произнесла она, и девочка обернулась, пара глаз сверкнула в темноте.

— Сестра, ты вернулась! — Девушка встала с кресла и спустя пару секунд оказалась у входа.

Кажется Александра этим утром видела нечто подобное. Как с огнём в глазах Лана и Айка бросились в ее объятия. В ситуации с сестрой было ровно то же самое: те же радостные глаза и улыбка.

Морисанна потянула свои ещё по-детски короткие руки к высокой сестре и та ответила тем же.

— Я очень скучала по тебе, — погладив по шелковистым волосам рукой, произнесла Саша.

— Я тоже, сестра.

Отпустив руки, девушки пару мгновений смотрели друг на друга.

— Я пойду заселяться к себе, встретимся чуть позже, можем поболтать потом.

— Может быть возобновим нашу традицию «ночных разговоров»? — хитренько улыбаясь пробормотала младшенькая, смотря прямо в глаза Александре.

— Обязательно, тогда до встречи, — развернулась вышла из комнаты девушка. А Санна лишь кивнула и закрыла дверь за ней.

По темному коридору спустя шагов десять находилась другая дверь. Легонько толкнув её, Саша оказалась в своей комнатке. Здесь была темнота такая приятная глазу, из-за занавешенных штор. В помещении чувствовалась духота.

Даже в темноте спокойно виднелась большая, застеленная двухспальная кровать; черное фортепиано; два деревянных шкафа с учебниками; чистый стол и стул к нему; а на стенах множество распечатанных дипломов олимпиад и музыкальных конкурсов, рисунков Санны, нарисованных эдак лет пять-шесть назад. Родное место.

Распахнув сиреневые шторы, в комнату пробрался свет. Сразу стало понятно, что в комнате очень чисто, пыль отсутствовала. Наверное недавно здесь убирались в честь приезда Александры. Девушка приоткрыла окно, и в комнату сразу ворвался прохладный ветерок. Дышать стало чуть легче. Пока что поставив сумку на пол, девушка открыла шкаф с одеждой и взяла первую попавшуюся майку и домашние штаны. А вещи из сумки тут же оказались на своих местах: книги на свободной полке, а одежда в шкафу. Также в книжном шкафу на свободной полке взгляд девушки обнаружил серебристую полосочку, — вместитель системы обычного гражданского. Его надо было надеть сразу же как окажешься среди гражданских на долгий срок. В центре, дабы не было лишней нагрузки на разум человека, все-таки вместители системы имели некоторое влияние на это, раздавались специальные, с урезанным гражданским функционалом и увеличенным функционалом в плане науки. Надеть его было обязательным условием, да и вне центра браслет системы уже не имел никаких важных свойств. Громко выдохнув, Саша взяла вместитель и села на кровать, максимально расслабив тело. Сделав круговые вращения головой, девушка расположила полоску на шее, одном из самых удобных мест для расположения. Он тотчас самоотрегулировался. Послышался характерный щелчок. И… мгновенная головная боль. Которая, казалось, от шеи переходила в остальное тело. Муки. Судорожно сглотнув, девушка, опираясь на руки, поставленные сзади, пыталась ровно дышать. Ресницы закрытых глаз подрагивали, зубы были сжаты с невероятной силой. Нос не различал запахов, а во рту почувствовался привкус крови. Голова вот-вот взорвется. А воздух в легких будто бы кончился.

Это было самое неприятное что может быть в жизни. Оставалось только перетерпеть, однако это длилось примерно около пяти минут. Ужасные ощущения подключения тела к системе, с учетом того, что оно испытывало перегрузку от двух устройств. Как только ребенку исполнялось семь лет и он шел в первый класс школы, вместители системы впервые подключали к его телу. Саша до сих пор помнила эти ощущения и испытывала их стабильно раз в полгода. В свои семь она кричала и плакала, ощущая подобную боль. Собственно, как и другие дети.

В какой-то момент все прекратилось и Саша, обессилев, упала на кровать. Дыхание постепенно приходило в норму. После подобного, реально ощущалось какое-то опустошение и так у уставшего человека и бесконечную благодать из-за того что это окончилось. После таких мук, пускай и не самых долгих, сразу появлялось наслаждение жизнью и радость от того, что ты не испытываешь подобное все время.

— Отключить… браслет, — тихонько, собирая последние силы, прошептала девушка.

«Устройство «Вместитель системы: браслет 3.6 версия отключен».»

Сразу стало немного легче. Вроде как окончательно возвращаясь в норму, девушка вдыхала полной грудью. В голове происходил счёт, начиная от единицы, и продолжаясь до неопределенного числа. Так всегда было, во время или после сложных ситуаций Саша пыталась рассчитать время за которое приходит в себя, и считала, что подобное несколько отвлекает ее от не самых приятных ощущений.

— Саша, Санна, обед! — раздалось откуда-то снизу.

Тот час, сделав глубокий вдох и моргнув несколько раз, Саша резко встала с кровати и потянулась. Стоило поспешить.

Быстренько пронесшись по этажу и сбежав с лестницы, девушка вошла в гостиную, светлую комнатку с белыми стенами, на которых местами висели картины, и где в середине располагался большой голубой диван для гостей, и настенные светильники придавали интереса интерьеру. В остальном же здесь стоял шкаф с книгами, высели полки с различными фигурами и прочей мелочевкой и в конце комнаты, напротив дивана, куб, что-то вроде системы, но не подключенной к конкретному человеку, он давал огромную галлограму, почти размером со стену, на нем обычно смотрели новости и фильмы.

Свернув влево и пройдя сквозь арку, Саша оказалась на кухне. Стены такие же светлые как и в прихожей, навесные шкафчики с посудой на стенах, барная стойка, гарнитура и прочая утварь, а вот в середине длинный стол. На котором уже накрыт обед: корзинка с хлебом, зелёный салат, столовые приборы, и, конечно же, тарелки едой.

— Приятного аппетита, — произнесла девушка и села напротив матери. По левую руку сидела сестра и напротив Санны — отец.

— Спасибо, тебе тоже приятного аппетита, — произнесли родители и легонько кивнули.

Как в старые добрые времена! Таким же составом они все жили здесь на протяжении многих лет. И когда наступал отпуск то на девушку наплывали приятные воспоминания о детстве. Наверное «детством» Саша могла назвать время до попадания в физический корпус в роли ученого.

Выкинув мысли из головы, девушка взяла ложку и зачерпнула куриный бульон. На вкус такой «родной» что ли. Готовка матери не изменилась, все такая же вкусная и запоминающаяся. В корпусе еда была другой, приготовленная без души.

— Ну что ж, какие у тебя планы на отпуск? — вдруг прервал тишину отец.

— Да думаю отдохнуть от работы, провести время с вами, прогуляться по нашему поселку, забрести в школу, навестить учителей, потом в университет к наставнице. В общем, как-то так. А чего Санна сегодня не в школе? — выразительно посмотрев на сестру спросила она.

— Я готовлюсь к художественному конкурсу, мне разрешили в это время не посещать школу.

— Хм, вот как. Тогда пожелаю удачи тебе, — улыбнулась Александра, вспоминая свое участие в олимпиадах и музыкальных конкурсах.

Суп в тарелке почти заканчивался. Всю гущу, в виде плавающих кусочков курицы, морковки и картошки Саша уже выловила. Оставалась самая унылая часть — пустой бульон. Но, желание есть победило уныние и суп был доеден. Вообще, после голодных дней в корпусе, возвращаясь домой девушка чувствовала вечный голод и была готова есть хоть круглыми сутками. Во время работы мысли до еды почти никогда не доходили.

— Вы же не будете против, если после обеда я удалюсь спать? — вдруг спросила девушка, осознавая то, что реально очень хочется спать, даже несмотря на то, что она спала в поезде. И все-таки ранние подъемы на нее плохо влияли, точнее на самочувствие остаток дня.

— Да, спи спокойно, — ответила мать, даже не поведя бровью. — Что в корпусе нового было?

— Да ничего, все по-старому: работа, работа и еще раз работа. Сейчас жду своего перевода и список тем для исследований в следующем полугодии.

— Знаешь, так забавно. Ты родилась в корпусе и связала с ним жизнь, вот так совпадение, — пробормотал отец, смотря своими пронзительно серыми глазами, в темные глаза дочери.

Да, это было так. Родители познакомились в корпусе, будучи молодыми учеными и в итоге девушка родилась в корпусе в медицинском отсеке, где о ней заботились юные ученые-медики и иногда навещали родители. Спустя три года, двое ученых решили закончить научную карьеру и, купив дом, переехали в глубинку.

— И правда… забавно, — колеблясь ответила Саша. С учетом того, что детства лет до пяти она не помнила, эта история была для нее чем-то нереальным и возможно даже тем, чего никогда и не было, если верить Гипотезе Омфалосагипотеза о том, что вселенная появилась из ниоткуда всего пять минут назад, со всеми воспоминаниями и историческими следами.

Черноглазой сестре, что молча тыкала вилкой в рыбу, лежащую на тарелке, может быть даже больше повезло по жизни. Ведь она уже родилась здесь и всегда была ребёнком, купающимся во внимании родителей.

Красная рыба, семга, оказалась такой же родной на вкус, как и суп. Здесь все было родным, напоминающим детство. Даже слишком.

Молчание за столом никого не смущало. Еще с самого детства было заведено, что за столом приоритет — еда, а не разговоры, хотя об самых насущных вопросах можно было спросить и за едой.

И правда. Ужасно хотелось спать. Сделав несколько глотков немного остывшего чая, Александра поймала себя на том, что она смотрит в одну точку уже несколько секунд, и это неправый раз за данный обед.

Отнеся свою посуду к раковине, девушка поблагодарила за еду и поспешила с кухни. Пройдя сквозь гостиную к лестнице, она поднялась в свою комнату. Всё вокруг определенно радовало, однако в месте с этим накатывали воспоминания, не всегда радостные.

Расстелив кровать, девушка бухнулась на нее и повернулась к стенке, так было спокойнее что ли. Приятно было, что белье было уже застелено. Хоть и чувствовалась усталость, но сон подступал довольно медленно. Мысли сами по себе прыгали с одной темы на другую, а сонное воображение рисовало довольно странные картины. Там, в полусонном разуме менялись кадры воспоминаний как в фильме.

Внезапное «Ты ничего не добьешься!» от какой-то рыжеволосой веснушчатой девчонки и крик «Бездарность! И твои-то родители великие учёные?!» заставили в мгновение ока открыть глаза. Сердце билось с бешеной скоростью будто после марафона. Что же, их слова оказались беспочвенными, жизнь расставила всё на свои места. Наверное младшую школу можно было назвать личным адом: непринятие со стороны одноклассников и очень обидные слова учительницы. А у нее всего лишь не очень хорошо получалась какая-то математика!

Повернувшись лицом к комнате, взгляд очертил дугу и остановился на стене, где висели дипломы. «Победителю юниорской математической олимпиады по третьего округа Александре, ЕСК 730 804», этот диплом она завоевала в десятом, последнем классе. С учетом того, что этих самых округов было десять, то это было очень почетно. Это было ее самое высокое достижение в области математики, дипломов других, менее престижных олимпиад у нее тоже было вполне предостаточно. Наверное, будь у Саши в запасе пару лет, она бы пошла пытать свое счастье в всемирной олимпиаде.

Рассматривая стену с собственными достижениями на душе возникала гордость за себя несколькими годами ранее, ту совсем юную девчонку, которая смогла преодолеть множество невзгод и благодаря упорному труду добилась чего хотела.

Все эти воспоминания возвращали в детство. В голове всплывали образы Темного класса, холода, когда сидишь на первом уроке, а за окном невероятно темно, полусонные школьники слушают учителя, пытаясь не уснуть. Ностальгия.

Вскоре, с улыбкой на устах, девушка провалилась в крепкий сон.