Графский сын. Том 3

Глава 1

Письмо от короля Ренара, тайно доставленное до графа Тетерева в течение пяти дней, носило в себе важность, которое не могло остаться незамеченным. Это письмо было встречено графом с нетерпеливым ожиданием, отраженным на его лице.

Освободив конверт от печатей, граф приступил к его прочтению, ожидая содержания, которое, как предполагалось, было очень важным. Он погрузился в трехстраничное послание, каждая строка которого была как зерно песка в песочных часах времени.

Ренар, его будущий зять, потратил много усилий на создание этого письма, с целью оправдать ожидания графа Тетерева. Сначала был вежливый абзац, полный вопросов о благополучии и семье графа, а также отдельные заботливые слова о его дочери, перед тем как перейти к сути сообщения.

По мере чтения, лицо графа начало покрываться тенью. Вежливость и теплые слова исчезли, словно уносимые ветром. Тон письма круто изменился на 180 градусов. Не смотря на возраст, молодой король вложил всю свою душу в написание письма, густо усеянного оскорблениями и насмешками.

Граф, на самом деле, совсем не ожидал, что этот вечно равнодушный и невозмутимый молодой человек способен разозлиться настолько сильно.

— Этот молодой человек, вероятно, считает мою просьбу абсурдной, — сказал себе граф, вглядываясь в слова письма. — Я чувствую, что он потратил усилия, чтобы написать это уничижительное письмо. Каждое слово, которое он написал, кажется мне чужим. Мое сердце кровоточит, когда я это читаю. Если бы он сказал, что придумал новые слова только для того, чтобы оскорбить меня, я бы поверил ему.

Король Ренар завершил свое послание удивительным предложением, которое вызвало у графа еще больше размышлений.

«В моем королевстве есть только одна благородная семья, и это королевская семья.»

Из этой фразы граф сразу понял, что его просьба об автономии была полностью отвергнута. Это вызвало в нем необходимость пересмотреть свои дальнейшие шаги, и, откинувшись на спинку стула, он начал глубоко размышлять о своем следующем ходе.

Внезапно, в дверь комнаты, как неожиданный ветер перемен, ворвалась жена графа Ее шаги были быстрыми и бесшумными, и ее взгляд скользил над столом с такой внимательностью, как если бы каждый предмет на нем содержал для нее важное значение.

Глаза графини моментально привлекло одно из писем, раскрытое и оставшееся на виду, словно маяк в море секретов. Второе письмо продолжало лежать, запечатанным и загадочным. Лицо графини выразило удивление, а ее любопытство насторожено.

— Ты не собираешься прочитать это письмо? — спросила она, нарушив молчание, которое долго царило в комнате.

— Что? — в ответ граф поднял глаза на таинственное послание, о котором говорила его жена. Он покачал головой, издав звук снисхождения. — Пффф... Мне не нужно читать его, чтобы понять его суть, — ответил он, лицо его выражало презрение.

Графиня не остановилась. Она начала расспрашивать с мягкой настойчивостью:

— Если ты выслушаешь просьбу императора Нильса, это может улучшить твой текущий статус. Тот факт, что он присылает тебе это письмо, говорит о его отчаянии. В настоящее время не многие могут ему помочь. Я уверена, что он оценит твою помощь, как только ты вмешаешься.

Но граф лишь рассмеялся горько, и его смех звучал как эхо надменности.

— Он? Ты действительно веришь, что он доверился бы мне? Я не думаю. Он достаточно бесчувственен, чтобы оставить свою семью на произвол судьбы. И я уверен, что он готов избавиться от меня, как только я перестану быть полезным. Он сам ввел себя в эту неприятную ситуацию, пусть он и разбирается с ней сам.

Графиня усмехнулась, но в этой усмешке была тень тревоги.

— Ну, на этот раз мы действительно можем потерять наш статус. Я не могу перечислить, сколько раз дом Тетеревых игнорировал приказы Нортарии.

Граф просто усмехнулся, и его улыбка была как острая сабля, готовая порезать неверных.

— Хм, тогда пусть он заберет наш статус. Думает ли он, что мы слабы? У нас достаточно сил, чтобы защитить свои интересы.

Жена графа, будучи умной и интуитивной женщиной, продолжала атаку словами:

— А что насчет нашего дорогого зятя короля Ренара? — Ее вопрос зацепил графа за душу, и лицо его смутилось, словно у него был секрет, который теперь был разглашен.

Граф никогда не считал Ренара, будущего зятя, «дорогим зятем». Особенно после того, как такое письмо было отправлено будущему тестю. Письмо выглядело как предательство и предупреждение о надвигающейся буре.

Графиня уже догадалась ответа на свой вопрос, просто посмотрев на выражение лица своего мужа. —

— Это нехорошо, верно?

Граф глубоко вздохнул, словно под тяжестью собственных решений.

— Этот парень сказал, что его королевству не нужна благородная семья. Мое предложение ему не понравилось. Даже если бы мы хотели присоединиться, он бы не согласился. Он считает, что это будет ему только вредить. И ещё он требует вернуть своих шпионов обратно в Мраморное. Их численность растет, и если это продолжится, у нас не останется выбора, как ловить их снова.

Графиня щелкнула языком, словно выражая сожаление за свои предчувствия.

— Как я и предполагала, он знает об этом. Так что собираешься делать дальше? Менять сторону?

В зале, пропитанном атмосферой скрытой напряженности, граф Тетерев осторожно кивнул головой, выпуская из себя тонкий вздох, который словно переносил сложность его внутренних размышлений.

— Я не хочу быть под властью такого императора, как Нильс.

На мгновение в комнате зазвучали лишь ветер, ненавязчиво проникающий сквозь щели в окнах.

И наконец, графиня подала мысль:

— Да, это разумное решение. Политическая обстановка в данное время на грани нестабильности. Никто не может с уверенностью предсказать, какие мрачные испытания могут ожидать императора Нильса после того, как он потерял столицу. Будущее Большеросии представляется далеким от светлого. И с учетом нашего местоположения на географической карте, нам грозят серьезные трудности, если мы останемся под его влиянием.

Огонь решимости вновь загорелся в глазах графа, его голос прозвучал с уверенностью:

— Тогда давай не будем колебаться! Сегодня, с этого дня и впредь, графство Тетерево будет именоваться Великим герцогством Тетерево!

Однако, как тучи на небе, над их решением висел вопрос о потенциальных врагах. Верная супруга графа, вспомнила о тех, мелких дворянах в графстве, которые сохраняли лояльность императору.

На что граф поднял свою руку в знак заверения:

— Большинство из них уже пали во время боев в столице, решившись подчиниться призыву новому императора. Остальные, на мой взгляд, не являются угрозой для нас. Но на всякий случай, я направлю наших лучших солдат, чтобы выяснить их истинные намерения.

Графиня отразила свою гордость мужу в улыбке и объявила: — Ты стал не только силачом, но и мудрым лидером. — Ее руки обвили его талию с нежностью, которая подчеркивала ее важную роль в его политическом руководстве.

Тем не менее, граф Тетерев оставался невозмутимым перед этими похвалами:

— Прекрати эти телячьи нежности, они не соответствуют твоему характеру. Теперь иди, мне предстоит написать много писем.

К концу октября стали известны новости о Великом герцогстве Тетерево, и они вызвали смешанные эмоции среди мелкой знати в регионе.

Ранее многие дворяне питали надежду на восстановление Большеросии после трагических событий в Нортарии. Это большая империя казалась им более внушительным и обещало защиту от внешних угроз. Их надежда связывалась с новым императором, Нильсом.

Однако теперь их надежда исчезла, и новый суверенитет стал реальностью в раздробленной Большеросии. Для мелких дворян, всегда мечтавших о лучшем, пришло время искать спасение самостоятельно.

Бывшая сельскохозяйственная держава стояла на пороге необратимого упадка, а возрождение объединенной Большеросии казалось мечтой, которая стала почти недостижимой.

***

Усадьба Кувшинских.

В этом живописном уголке земли разворачивалась история, горько раздирая сердца его обитателей.

— Это абсурдно! Кем он себя воображает? Каждый из них неблагодарен, — гневно воскликнул император Нильс, раздавив смятую бумагу, словно он мог бы этим действием стереть все беды и неверие, которые его окружали. Новый император Нильс, проявил самую естественную реакцию из всех присутствующих. Его гнев был как лавина, срывающаяся с высокой горы. Взгляд его был настоящим огнем, пылающим в его глазах. Поведение этих людей, их неблагодарность и безразличие к его усилиям и жертвам, были как удар в его надежды и амбиции.

С момента его коронации прошло всего несколько недель, и все, что ему удалось сохранить, — это графство Кувшинское, которое он захватил силой. Он чувствовал, что это было его правом, что эта земля была частью его наследия, его рода. И он был готов бороться за нее.

— Филип! Где ты? Филип! — кричал он из своей комнаты, его голос разносился по коридорам, словно ураган.

— Я здесь, ваше величество, — отозвался Филип, внимательный и преданный, стоя в дверях.

— Готовьте солдат, мы собираемся разрушить Дом Тетеревых и вернуть нашу территорию! — Император не мог скрыть своего гнева и решимости.

Филип был потрясен и немедленно выразил протест по поводу этого приказа.

— Ваше величество, пожалуйста, не принимайте поспешных решений, — молчаливо молил его премьер-министр. Ему было известно, что это решение могло иметь катастрофические последствия.

— Что?!! Ты собираешься оставить их безнаказанными? — Нильс бросил яростный взгляд на Филипа, словно сверкающий меч.

— Это не совсем то, что я имел в виду. В настоящее время наши солдаты заняты подавлением оппозиционной группы, возглавляемой рыцарем-разбойником из дома Кувшинских. Они являются преданными последователями уже умершего графа. Эти рыцари считают вас ответственным за смерть графа. У нас просто недостаточно людей, чтобы противостоять им, — разъяснил Филип, сохраняя спокойствие во взрыве страстей.

— Прошел уже почти месяц! Почему проблема еще не решена? Насколько неэффективным ты можешь быть? — Император бросился на Филипа, словно буря, грозящая разрушить все на своем пути.

Несмотря на все это, Филип оставался спокойным и сосредоточенным:

— Я делаю все, что в моих силах. Наши разведчики считают, что у них есть внутренний информатор, который предоставляет им сведения.

— Мне все равно на твои оправдания, я хочу, чтобы ты решил эту проблему как можно скорее, — прозвучало грозное завершение императорского приказа.

— Не переживайте, ваше величество, — ответил Филип, его действия и выражение лица говорили о его решимости и преданности.

***

Наша черная карета выделялась на фоне яркой солнечной долины, как символ роскоши и власти. Внутри кареты, на мягких кожаных сиденьях, мы комфортно устроились втроем.

В глубинах кареты, в окружении драгоценных тканей и изысканных узоров, сидел я, Король Ренар Виноградский. Моё появление на этих землях вызывало восхищение и уважение. Моя королевская мантия, украшенная золотыми вышивками, казалась символом моей власти.

Рядом со мной находилась моя невеста Жанна, ее изысканный наряд подчеркивал ее красоту и статус. Вместе с нами была моя личная служанка Шарлотта, и заодно начальница агентурной разведки «Красный Дракон»

Наше путешествие было направлено в Мезирово, столицу нового королевства Бычерог, место, где должна состояться церемония коронации. Это был важный шаг в утверждении графа Бычерога, как легитимным королем, и я гордился этой возможностью присутствовать там.

Мои шпионы в Мезирово передали, что он пригласил правителей соседних территорий на церемонию, даже включая враждебную нацию, как Большеросия. Но судьба приглашения оставалась неизвестной, император Нильс мог и не придти.

Честно говоря, мои связи с восточными народами были менее тесными, чем с Бычерогом. Я не знал, какие чувства они питают по отношению к моему независимому королевству, и мне было все равно. Они не проявили интерес к установлению дипломатических отношений, но я был спокоен в этом вопросе.

Несмотря на мою безразличность, я понимал, что меры предосторожности необходимы. Среди многочисленных неизвестных представителей из других стран, которые могли прийти, безопасность нас троих была в приоритете.

Нас сопровождала небольшая группа солдат, отборных воинов, ответственных за нашу безопасность. Они были лучшими из лучших, отобранными моим генералом Ульрихом на основе надежности, поведения вне боя и их безмерной верности.

День нашего путешествия был ясным, без облачка на небе, и солнечный свет озарял путь, делая его еще более величественным. Яркое сияние создавало ощущение тепла и света, словно символизируя начало новой эры для Королевства Мраморное.

Помимо всех внешних обстоятельств, я ощущал сильное влечение высунуться в окно кареты. Мои губы, вопреки всякой разумной логике, продолжали бессознательно напевать мелодию, словно это было мантрой, навевающей внутренний покой.

Моя невеста, чье присутствие явственно ощущалось рядом, не скрывала своего недовольства моими непрекращающимися действиями и с трудом удерживала внимание на своей книге.

Ее голос прозвучал с укоризной:

— Зачем ты делаешь это? Не мог бы ты, наконец, перестать?

Я ответил без разворачивания к ней:

— Я стараюсь ощутить каждую дрожь этой кареты, чтобы убедиться, что подвеска, задуманная Ясеневым, функционирует безупречно. Почему бы тебе не попробовать сконцентрироваться на чтении и отвлечься от этого?

— Ты чувствуешь эти вибрации? — Жанна посмотрела на меня странным, характерным только для нее взглядом. Затем, словно вдохновленная какой-то неожиданной мыслью, она заметила. — А ведь карета кажется удивительно комфортной. Я даже не почувствовала ни малейшей тряски. Это снова твоя заслуга, твое новое изобретение?

— Можно так сказать, — ответил я с улыбкой. — Я стремлюсь сделать эту поездку максимально приятной для нас. Идея преследовала меня давно, но реализация была отложена неоднократно.

На самом деле, моя мечта о воссоздании этого изобретения существовала с того момента, как я впервые вошел в эту карету в этом мире. Но вслух я не мог этого признать.

— А как это все работает? — задала она вопрос, проявив глубокий интерес.

— Рад видеть, что ты интересуешься, — в моих глазах светилась искра долгожданного вопроса, о котором я так долго мечтал.

— Дайте мне рассказать вам о чудесной находке, которая называется эллиптической рессорной подвеской. Это великолепное изобретение, первозданное в своем роде и придуманное самим гением инженерии Виноградским.

В ее основе лежат всего лишь две листовые пружины, их структура переплетена так, что образуется исключительно гармоничная овальная форма. Но давайте углубимся в детали: каждая из этих листовых пружин создана из множества слоев стали разнообразных форм, тщательно сложенных друг на друга и крепко закрепленных металлическими зажимами.

Под воздействием нагрузки они удивительно плавно сгибаются, а затем с таким же изяществом возвращаются в исходное положение, благодаря сложному процессу демпфирования. Когда мы устанавливаем это изумительное устройство под пассажирской каретой, мы в буквальном смысле обеспечиваем невероятный комфорт, мгновенно поглощая любые удары и вибрации.

И при этом всё это сопровождается несложным, но весьма стильным дизайном и вполне доступной стоимостью производства. Можете ли вы представить, какое огромное экономическое преимущество можно извлечь из этой фантастической находки?

— Таким образом, вы значительно повышаете уровень комфорта внутри кареты, верно? — Жанна смотрела на меня, и ее лицо выражало некоторое смущение.

Хотя технический аспект всего этого был для нее чем-то загадочным, она кивнула в знак согласия, стараясь не подавать виду своего незнания. Она впитывала мои слова, понимая, что здесь, возможно, скрыта нечто важное.

Мои размышления глубоки, словно бескрайние просторы, и они вращаются вокруг моментов, которые намечаются в далеком горизонте нашего путешествия. В моменты, когда дорога была мягким шелковым ковром под нашими колесами, путешествие, безусловно, казалось комфортным и беззаботным.

Открыв глаза на это сравнение, невольно стыдно осознавать, что дорога, простирающаяся за пределами моего королевства, остается неуклюжей и неровной, неодолимой реальностью в течение слишком долгого времени.

Я внезапно меняю тему разговора и спрашиваю у Жанны:

— А, кстати, Шарлотта уже поделилась с тобой информацией о твоей семье?

Шарлотта, которая руководит нашей разведывательной сетью, всегда хорошо осведомлена о последних событиях и новостях, происходящих вокруг нас. Её ум и знания оказываются весьма ценными в этом путешествии.

В это мгновение Жанна начинает испытывать внезапную волну тревоги и беспокойства. Её взгляд напрямую устремлен на диван, который находится напротив неё, словно этот мебельный предмет способен дать ответ на её тревожные мысли.

Человек, о котором мы говорим, мирно спит на диване, невозмутимо и безразлично к обсуждаемым вопросам. Шарлотта, уйдя в свои мир сновидений, оставила всё внешнее за пределами своего сознания. Ведь когда вокруг нас столько солдат и безопасно, она может позволить себе побеспокоиться лишь о своих собственных сновидениях и доверить всё остальное им.

Её поза во сне совсем не подходит для леди, исчезают все следы грации и спокойствия, которые присущи ей наяву. Но, к счастью, в карете, где мы находимся, имеется занавеска, щедро скрывающая эту частную картину от посторонних глаз.

Тем временем, Жанна остается в нерешительности и не решается разбудить Шарлотту, пока её жених не даст ей заветный и нужный ответ, который она ожидает.

У меня появилось недоумение, когда я обратил внимание на следующие факты:

— Твой отец отказался отправиться в Кувшинское, чтобы дать клятву верности императору Нильсу. К тому же, он преобразовал свое графство в великое герцогство, полностью игнорируя нового императора. Исходя из моего анализа, этому изменению ты, безусловно, должна была бы порадоваться, ведь теперь ты — дочь герцога, верно?

Жанна выразила свое недоумение:

— Это не может быть шуткой, Ренар. Что же за мысли посещали моего отца? Разве не было бы разумнее остаться временно при императоре Нильсе? Теперь, после этого решения, что произойдет, если Нильс решит напасть на него? — В ее голосе звучала тревога.

Я быстро развеял ее беспокойства:

— Не стоит волноваться на этот счет. Наши разведчики утверждают, что император Нильс не имеет достаточных ресурсов для начала войны. К тому же, агенты «Красного дракона» в последнее время проявляют выдающуюся активность и создают для него значительные проблемы. Так что не стоит беспокоиться, я немедленно организую эвакуацию твоей семьи.

Жанна с облегчением вздохнула:

— Спасибо, Ренар.

— Не стоит благодарности, для меня это всего лишь мелкие дела, — добавил я.

Глава 2

Мое увлекательное путешествие из столицы Мраморное, в величественное Мезирово заняло целых пять долгих и насыщенных дней. Провести столь продолжительное время в дорожной карете было бесконечно скучно и монотонно.

В этот период в моем распоряжении не было ничего, чем можно было бы занять себя, кроме как лишь задремать или вглядываться в медленно мелькающие за окном однообразные пейзажи. В такие тоскливые моменты меня охватывала ностальгия по современным гаджетам, таким как смартфоны, чей сияющий мир развлечений исчез со времени моего появления в этом мире.

К моему счастью, мои верные спутницы Жанна и Шарлотта нашли способ освежить наши долгие дни, углубляясь в потрясающий мир фантастических рассказов, которые они везли с собой. Обычно наши служебные обязанности не позволяют нам полностью погрузиться в эти увлекательные истории, но сейчас у них была куча времени для чтения.

Они даже предоставили мне несколько книг, чтобы развеять скучные часы, но все они были написаны на основе моих собственных воспоминаний. Иронично, что они остаются в неведении, так как я создавал эти произведения под анонимным псевдонимом.

Помимо этого, я тоже поддавался творческому порыву, создавая увлекательные рассказы о принцессах, зловещие ужасы и захватывающие детективные сюжеты.

Да, я признаюсь, что переписывал множество знаменитых литературных произведений, которые сохранились в моей памяти, но мои собственные вариации всегда придавали им свой уникальный оттенок. Конечно же, я не всегда мог в точности воспроизвести каждую деталь, но сюжеты всегда оставались верными своим исходным идеям.

Мои книги стали несомненно популярными среди жителей королевства, и они благодарили мои произведения за способность пробуждать их литературные амбиции, вдохновляя множество талантливых авторов на создание собственных увлекательных историй. Моя цель заключалась в стимулировании развития литературы, и мои усилия всегда начинались с надежды на то, что мои творческие истории могут прирасти к чему-то более значимому.

В серый облачный день нам, наконец, удалось добраться до пригородов Мезирово. Не удивительно, что вход в этот уникальный город был забит множеством карет, и огромное количество экипажей стремилось внутрь, жаждущее проникнуть внутрь.

«С каких пор у этого дряхлого пня появилось так много знакомых?» — мелькнула в моих размышлениях мысль, но я решил не привлекать к этому внимание и, подобно всем остальным, просто приказал кучеру встать в оживленную очередь. Не стоило лишний раз поднимать шум из-за этого.

Подъезжая к Мезирово, мое внутреннее состояние ухудшилось. Внешний вид города говорил сам за себя: город не обращал никакого внимания на утилизацию отходов и представлял собой живописно воняющее место. Нам, однако, повезло, что наш путь оставался относительно чистым.

Прошло всего тридцать минут, и нам наконец предоставили разрешение на продолжение нашего путешествия. Люди стояли у дороги и махали нам руками, но при этом было что-то странное в их выражениях лиц.

«Что происходит здесь? Почему они так нас встречают?» — думал я, обращая внимание на их необычное поведение и выражения.

Внезапно Шарлотта воскликнула, привлекая мое внимание.

— Что случилось? Ты знаешь что-то? — спросил я, заботясь о возможных непредвиденных обстоятельствах.

— Я совсем забыла вам рассказать, — ответила Шарлотта с ноткой сожаления в голосе. — Будущий король Бычерог сделал нечто, чтобы улучшить общественное мнение о нас. Я дала ему это сделать, полагая, что это может быть полезным. Прошу прощения за мою невнимательность, мой господин.

Я быстро освободил ее от чувства вины:

— Все в порядке, Шарлотта. Ты не совершила никакой серьезной ошибки. Я думаю, что это может быть частью плана старика. Он, вероятно, пытается укрепить наш союз.

Жанна, выразив беспокойство, что Бычерог может втянуть меня в неприятности, спросила:

— Ты собираешься предпринимать какие-то действия?

Я вздохнул и ответил:

— Давай посмотрим... Пока что слишком рано делать какие-либо выводы. Сначала мне нужно разгадать его настоящие намерения.

Наша карета остановилась перед величественным особняком, построенным из коричневого кирпича. Отличие от особняка Виноградских было заметно не только в его местоположении, но и в его уязвимости.

Всем было понятно, что даже те, кто не обладал военной подготовкой в моем прошлом мире, могли бы придумать множество способов атаковать это место, лишенное должной защиты в разных аспектах.

Если бы не важность поддержания дипломатических отношений между двумя великими нациями, я наверняка бы воздержался от этой поездки.

Когда дверь кареты была распахнута, я шагнул наружу первым. Мой взгляд вначале оказался на графе Бычероге, хотя он предпочитал, чтобы его звали королем, но официально это титул он получит лишь сегодня.

Однако граф оказался далеко не одинок. Его семья, состоящая из жены и четырех детей — двое сыновей и две дочери, тоже присутствовала. Это был мой первый опыт знакомства с детьми графа, и я ощутил смешанные чувства радости и волнения.

С приветствием на губах и протянутой рукой я обратился к графу:

— Доброе утро, ваше сиятельство, граф Бычерог, или будущий король Бычерог. Для меня большая честь быть принятым вами и вашей благородной семьей.

Граф Бычерог ответил моему приветствию улыбкой и крепким рукопожатием:

— Для меня, ваше величество Король Ренар, это также большая честь. Добро пожаловать в Мезирово. Надеюсь, ваше пребывание здесь принесет вам радость и удовлетворение.

Сзади графиня и ее дочь подняли края своих изысканных платьев, выполнив элегантный поклон в мою сторону. Сыновья графа тоже проявили уважение и сделали легкий поклон.

Вместе мы вступили в мрачный, но величественный особняк, который казался заселенным бесчисленными людьми, наверное, не менее благородными, чем семья графа.

— Я последний гость, прибывший сегодня, граф? — спросил я, немного изумленный масштабами приема.

— Согласно моему списку гостей, вы действительно последний на данный момент, — ответил граф с ноткой удивления в голосе. — Кое-кто из приглашенных не ответил на мое приглашение, их появление сейчас под вопросом, особенно в такое прохладное осеннее утро. Некоторые заявили, что намерены прийти, но до сих пор не явились. Я рассчитывал на них, но видимо, им пока не до нашего приема.

— Судя по вашим словам, граф, вы пригласили действительно множество гостей. Я не знал, что у вас столь много влиятельных знакомых, — заметил я, бросив взгляд на старого графа, ощущая некоторую неуверенность в его рассказе.

— Вы, конечно, шутите, ваше величество, — ответил граф, с намеком на скромность. — Кто бы захотел подружиться с таким скромным графом, как я? Большинство приглашенных — это старые знакомые и союзники. Я, конечно, разослал много приглашений, но важно поддержать мои будущие планы для королевства.

Я кивнул, принимая его слова, но внутри меня зародилась мысль доверить агентам «Красного Дракона» провести более подробное расследование.

— Я надеюсь, вы сможете представить мне некоторых из ваших влиятельных гостей, ваше величество?

— Пока что я еще не коронован, Ренар, — ответил он, ощущая внутреннее волнение, которое едва удерживалось в уздах. — Завтра я стану королем, и тогда вы сможете обращаться ко мне соответственно.

Наши шаги замедлились перед величественными двойными дверями, впечатляюще увенчанными интригующими узорами, вырезанными из дорогой породы древесины. По всей внешности и изысканности исполнения было легко догадаться, что эти двери не могли быть дешевым приобретением.

— Вот ваше новое жилище здесь, ваше величество. Это без сомнения самая величественная из комнат, которую мой особняк может предложить. Здесь, в этом роскошном уголке, вы обнаружите две просторные спальни, соединенные коридором, а также изысканный балкон и небольшую, но уютную гостиную. Уверен, что ваше пребывание здесь будет настоящим наслаждением, — произнес граф с убедительной гордостью в голосе.

— Мы обязательно насладимся этой атмосферой, граф. Вы можете не беспокоиться, — с легкой улыбкой ответил я, размахивая рукой в знак благодарности.

***

На следующее утро в моей спальне, мягкие лучи солнца едва проникали сквозь дымку невинного сна. Как только я открыл глаза, меня окружил сладостные звуки природы, вдохновленные утренней атмосферой. Моя голова лежала на подушке, ощущая ее нежное прикосновение, и я почувствовал, как моя плоть оживает после сна, будто просыпаясь от наилучшего афродизиака.

Но в этот раз пробуждение оставило после себя странные ощущения. Два запаха окутывали мой нос. Один — аромат моей невесты, второй — аромат моей личной горничной. Они словно слились в одну непередаваемую симфонию искушения.

Я повернул голову, чтобы разгадать эту загадку, и увидел два женских силуэта, лежащих по обе стороны от меня. Справа — моя невеста, олицетворение чувственной женственности, а слева — моя личная горничная, воплощение скрытой страсти. Они были со мной в этой огромной кровати, словно соблазнительные подарки.

— Ух! — я издал слабый стон, мои губы слегка приоткрылись, и я почувствовал их горячее дыхание на своей коже.

«Так помню, как они пришли из второй спальни пока я спал и мы неплохо провели время»

Моя реакция на них была неотразима, словно волна страсти начала нарастать, готовясь разметать все на своем пути.

Мои усилия принесли результат, и я попытался разбудить их.

— Эй, просыпайтесь! Уже утро!

На этот раз мой громкий голос действительно сработал.

— Уф, перестань кричать утром, Ренар. Дай мне хотя бы еще немного поспать, мы всю ночь работали над твоим жезлом власти, — сладко пробормотала моя невеста, ее голос звучал словно нежное прикосновение к самой глубокой части моей души.

Я обратил взор к Шарлотте, которая все еще спала, как соблазнительная спящая красавица.

— Просыпайся, Шарлотта. Ты ведь должна была проснуться раньше меня, помнишь? Ты же моя горничная.

Шарлотта немного резво реагировала на мои слова, но ее ответ был совершенно адекватным:

— Сегодня я не на дежурстве, мой господин. — Она, будучи не только моей личной горничной, но и директором разведки, повернулась ко мне лицом, словно разгадывая тайные желания моей души.

— Но сегодня утром нам предстоит посетить банкет. Мне не хотелось бы портить свою репутацию из-за опоздания, — с сожалением вздохнул я.

Наконец-то наступил момент, когда я смог разбудить своих спутниц — Жанну и Шарлотту. Наши лица были окутаны усталостью, и сонные глаза потребовали несколько минут, чтобы окончательно раскрыться.

Утро только-только начинало свой ход, но внутри меня уже ощущалась усталость, которая словно тяжёлый плащ накинулась на мои плечи. Неудивительно, ведь я пыхтел всю ночь над этими гуриями и мои резервуары теперь были опустошены до последней капли.

Мы вышли из спальни, и мне пришла в голову идея нарядиться в серый клетчатый костюм-тройку, дополнив его черным галстуком. Чёрный цвет всегда считался неразрывной частью моего гардероба, и, казалось, он стал неотъемлемой частью моей собственной личности. Дамы — Жанна и Шарлотта — также внимательно подошли к своему выбору, окутав себя великолепными викторианскими платьями с закатанными рукавами и скромными вырезами, подчеркивающими их пышные бюсты.

***

Солдаты внимательно сопровождали нас, заняв оборону вокруг нас. Время от времени на нашем пути мелькали иные гости, прибывшие из разных уголков континента. Я мало знал о личности этих людей, если они не выделялись чем-то особенным или мне не доводилось видеть их раньше. Такая тактика помогала избегать бесполезных разговоров с незнакомцами.

В этот момент я осознал, как мне не хватает фотографий и современных устройств, которые стали бы огромной помощью для меня и моего королевства в этом мире. Среди дворян тогда была популярна практика отправки картин вместе с письмами, чтобы знакомиться с дворянами, проживающими на значительном расстоянии.

Это был вариант, но далеко не всегда экономически оправданный. Заказ картин обходился дорого, и, к тому же, многие из них оказывались чересчур приукрашенными и не передавали истинного облика человека. К тому же, современный художественный стиль не всегда удовлетворял мои вкусы. Если я мечтаю о картине, придется терпеливо ждать, пока искусство в этом мире не поднимется на уровень эпохи Возрождения.

Итак, в сопровождении Жанны и Шарлотты, мы вступили в банкетный зал особняка. Гул в холле за пределами дверей свидетельствовал о прибытии многочисленных гостей. И к счастью, наше появление не оказалось последним, что придало мне некоторую уверенность.

Проходя по коридору я взираю, как слуги с обеих сторон с ловкостью распахивают перед нами двустворчатую дверь, возвышающуюся на два метра в высоту.

Мы вступаем в зал. Я редко появляюсь в такого рода банкетах, даже если они проводятся в таких местах, как Мраморное, или даже еще дальше. Жанна, возможно, чаще присутствует на подобных событиях, чем я за всю свою жизнь. Лично мне это никогда не нравилось, и я считаю, что мое время стоит гораздо дороже.

По мере того, как мы входим в зал, мои глаза начинают внимательно изучать его детали. Сначала бросается в глаза лимонно-желтая цветовая гамма, которая пронизывает все: от изысканных штор до мозаичной плитки на полу.

Двери, распахнутые на балкон с обеих сторон, добавляют изысканности пространству. Над нами витает хрустальная люстра, эффектно имитирующая свечи, дарящая залу загадочное сияние. В уголке играет живая группа музыкантов, создавая приятный фон для бесед и встреч.

— Ренар. Что происходит в твоих мыслях? — шепчет Жанна мне на ухо.

Её убедительный голос прорезал мои размышления, словно волна, силой вернув меня к безжалостной реальности. В этом великолепном зале, взгляды дворян и служанок, которые были направлены на меня, моментально стали более глубокими и устремленными.

Кружащие вокруг дворяне и служанки внимательно следили за моими движениями. Некоторые из них продолжали свои беседы, смеясь и поглощенные разговорами друг с другом.

Те, кто моментально узнал меня, приковывали ко мне свой взгляд с намеком любопытства и интереса. В этот момент дамы, собравшиеся в углу зала, перешептывались между собой бросая на меня быстрые и короткие взгляды.

Многие из них, как казалось, были на нервах, и даже самые решительные не смели приближаться ко мне первыми.

Было ощущение, что воздух наполнился ностальгией и, одновременно, узнаваемой атмосферой, ведь текущая обстановка не различалась от тех времен, когда я чувствовал себя изолированным и чужим на школьных вечеринках.

Оказывается, что моё присутствие в этом зале было нежданным событием, и никто не думал, что я приду. Мне пригласили только из уважения к моей персоне и это был важный урок для меня.

Сохраняя уверенный настрой, я вежливо улыбнулся аристократам, находившимся в этом зале, хотя, признаться честно, я не имел ни малейшего представления о том, кто они, откуда они, и какие силы и интересы они представляют.

«Удивительно, как они могли меня узнать сразу,» — думал я. — «Может быть, я стал исключительной фигурой в высших кругах?»

Я наклонился к своей невесте и прошептал что-то.

В ответ Жанна мрачно произнесла:

— Как они могли бы тебя не узнать, когда ты единственный, выделяющийся своим обликом и стилем? Такого человека ни за что не спутаешь с остальными. Любая женщина смотрит на тебя, очарованная великолепием твоего наряда. Это не то, о чём ты думаешь. Дворяне просто боятся подойти, чтобы не вызвать у тебя презрения и гнева. Неужели ты не видишь, насколько тебя боятся? Они же готовы упасть на колени, лишь бы избежать твоего взгляда.

Глава 3

— О!! Ваше величество, наконец-то вы здесь! — воскликнул Граф Бычерог, его голос звучал полным искренней радости, стремясь спасти ситуацию, которая могла бы показаться несколько неловкой.

— Граф Бычерог, прошу прощения за задержку, — ответил я, переключив внимание на графа и выразив вежливость, которая соответствовала его высокому положению.

— Все в порядке, все в порядке. Ваше величество, наверное, вы устали после долгой дороги, — произнес Граф Бычерог с состраданием, делая вид, что беспокоится о моем комфорте. — Пойдемте, я покажу вам и вашим сопровождающим место за столом. Пожалуйста, уступите нам дорогу господа!

Присутствующие пропустили нас, преклоняясь перед королевским величием. Граф Бычерог явно подчеркнул наш статус, пришедши сюда лично, чтобы приветствовать нас, и его поведение выдавало глубокое уважение к нашему дому.

Граф Бычерог провел нас к столу, установленному внутри великолепного зала, где собрались главы государств и их влиятельные партнеры. Зал купался в роскоши и богатой отделке, а стол был украшен самыми изысканными сервировками и драгоценными посудами. Это было место, где встречались судьбы народов, и начинались важные разговоры, которые могли изменить ход истории.

— Это ваше место, ваше величество, — произнес будущий король, голос его звучал как ноты музыки, касающиеся души. Указывая мне на место, он двигался с непринужденной грацией. Однако его внимание быстро переключилось на дам, которые следовали за мной.

Его глаза блеснули достоинством и учтивостью, когда он вежливо указал им на их места, словно каждая дама была самой ценной жемчужиной в королевской короне:

— А здесь, слева от меня, место для вас, дамы.

Я внимательно осмотрел всю сцену перед собой, вдыхая атмосферу дворца. Справа от меня стоял величественный круглый стол, предназначенный для мужчин, уставленный серебряной посудой и роскошным декором.

Слева от меня был стол для женщин, окутанный нежными оттенками и украшенный цветами. Каждое место на обоих столах было заранее обозначено для своего владельца, словно это были троны, готовые встретить своих владельцев.

От декора, витражей до посуды, блистающей как звезды на небосклоне, и разнообразных завтраков, представленных на столе, было видно, с каким беспокойством и трепетом граф подошел к этому событию, стремясь сделать его идеальным. Здесь было всё — от роскоши до величия, и после того, как я сел, мне даже в голову не пришло менять место.

У стола уже сидели два человека, их взгляды были полны любопытства и изумления.

— Итак, вы — Король Ренар Виноградский, легенда своего времени, — продолжил разговор незнакомец, его слова звучали как мелодия, несущая в себе долгую историю. — Вы действительно впечатляете своими достижениями, несмотря на свой молодой возраст. Когда я был на вашем месте, я и подумать не мог о таком блеске и славе, каким вы сейчас наслаждаетесь. И, конечно, я должен признать, что вы обладаете острым умом и скоростью реакции, которым многим из нас следовало бы позавидовать. Но, как говорится, я вижу в вас не только характер отца, но и черты вашей матери. Особенно ее хитрость и беспощадность.

Слова ударили по мне, как молния из ясного неба. Я удивленно сидел на своем стуле, мое лицо выражало полное недоумение, словно надо мной висели вопросительные знаки, которые просили разгадать загадку.

«Кто, черт возьми, этот парень? Почему он упомянул мою мать?»

Как только я встретился взглядом с этим мужчиной, кажется он проникся моими мыслями:

— Прошу прощения, что я не представился вам, — произнес он с небольшим улыбкой, словно хотел смягчить мое недоумение. — Хотя я слышал о вас много, но, возможно, вы не знаете обо мне. Это наша первая встреча, и я — Милош Миланов, президент Республики Сервия. Рад познакомиться.

Я видел, как он протянул мне свою руку для рукопожатия, но не ответил ему. Внутри меня происходило нечто необъяснимое. Имя Милош Миланов прозвучало как эхо из прошлого, разбудив какие-то давно забытые чувства.

Мое сердце начало биться быстрее, словно пытаясь догнать ускользающую память. Тепло разлилось по всему моему телу, а мои руки дрожали незаметно, но ощутимо. Если бы мой взгляд мог убивать, то Милош, вероятно, исчез бы прямо перед моими глазами.

— Сервия... — прошептал я, словно внутренний голос, навевающий давно забытые воспоминания. Граф Бычерог мог разместить нас за столом вместе специально или это было простым совпадением. Это загадку придется разгадать позже.

Но, главное, в моей голове возникло множество вопросов. Почему эти эмоции вспыхнули внутри меня так неожиданно? Какие чувства овладели мной и откуда они взялись? Принадлежат ли они мне или это что-то более загадочное и сложное?

Среди моих друзей на Земле меня всегда считали человеком с выдающимся самоконтролем и безупречным терпением. Моя реакция на эту встречу с Милошом Милановым была далека от этой картинки, и это оставило меня в состоянии внутренней драмы и раздумий.

«Возможно, это отголоски воспоминаний и чувств, принадлежащие тому, кому принадлежало мое нынешнее тело,» — размышляю я, вглядываясь в таинственные образы, которые предстали перед моими глазами.

В моменты такого внутреннего раздумья, я невольно начинаю прослеживать свои собственные чувства и размышления.

«Всегда ли я считал себя хладнокровным и беспристрастным?»

Мои мысли начинают бороться с этим внутренним конфликтом. Мое первое убеждение гласит, что я и в самом деле всегда старался подходить к жизни с хладнокровием и без эмоциональных колебаний. Но внезапно, словно теневая фигура из прошлого, приходит другая мысль:

«Или, возможно, я тоже поддался этому гневу и страсти. Ведь этот человек, Милош Миланов, принес мне немало неприятностей несколько лет назад, начиная с заговора клана Гордеевых и заканчивая войной против знати Большероссии.»

В этот момент, моя душа разрывается между прежней уверенностью в своей беспристрастности и новой реальностью, где гнев и страсть также играют свою роль.

Аудитория, собравшаяся вокруг меня, молчит, словно гипнотизированная происходящей перед ней драмой. Они слышали слухи о моей личности, о том, что я являюсь последним наследником династии Сергеевых через материнскую линию, претендующих на законный трон Сервии.

И эти слухи широко распространились среди аристократии. Мне становится ясно, что мне не остается ничего другого, как попытаться сохранить этот сокровенный секрет, ведь он может изменить ход событий в Сервии.

Милош, сидящий напротив меня, убирает руку, будто чувствуя враждебность, и вздыхает, словно уже ожидал такого ответа от меня. Касаясь моего гнева, он считает свое долгом прояснить ситуацию:

— Я знаю, вы меня ненавидите. Понимаю, у вас была эмоциональная связь с членом семьи, которого вы никогда не видели. Но вина лежит на королевской семье Сергеевых. Они вели роскошную жизнь, не заботясь о благополучии народа. Как командующий армией, я чувствовал себя ответственным положить конец этим практикам.

Моя ухмылка приобрела особую горечь, когда я слушал аргументы Милоша. В этот момент мне казалось, что его слова растворяются в воздухе, оставляя лишь пустоту и надежду на несбыточное.

Ответственность? Смешно звучит! Как будто Милош думал, что его убедительные слова могут затмить мое чувство недовольства. Я даже не собирался участвовать в этой игре. Мне известна твоя история, Милош, каждая маленькая темная деталь, каждое забытое обещание. Мои глаза прошли через множество страниц твоей биографии, и нет ни одной, которая оправдывала бы твои слова.

У меня в запасе накопилось богатое собрание информации о нем, словно досье на подлого шпиона. Я уверен, что Милош осознает, как его слова далеки от его действий. Ответственность, о которой он говорит, далеко не является его сильной стороной.

И вот почему я настаиваю: тебе не нужно оправдываться, Милош. Ты лишь глубже погружаешь себя в этот океан вины, и чем больше ты говоришь, тем явственнее становится, каким ненадежным ты оказался. Рано или поздно придет время расплаты, а если никто другой не возьмется за это, то я встану на этот путь.

По правде говоря, у меня есть большие амбиции, касающиеся восстановления Сервии. Для меня она не просто территория на карте, это часть моей идентичности, моей наследственной зоны ответственности. Как я могу смириться с тем, что эта земля сейчас находится в чужих руках?

Это вызывает во мне беспокойство, которое трудно описать словами. Особенно учитывая, что человек, владеющий этой землей, является бывшим инструктором королевской семьи, словно учитель, который теперь посягает на мои интересы.

Милош, ты действительно играешь с огнем, бросая вызов тем, кто может быть гораздо более смелым и решительным. Как будто ты укусил руку, которая тебя кормила, и я не собираюсь остаться в стороне, когда дело касается того, что принадлежит мне по праву.

Что касается моей семьи с материнской стороны, эта тема заслуживает глубокого рассмотрения. С момента моего взросления и развития, мои взгляды на семейные узы подверглись существенным изменениям. В настоящее время моя жизнь настолько насыщена обязанностями и вызовами, что я чувствую себя оторванным от абстрактных понятий, вроде семейных связей.

Однако, стоит признать, что в этой теме есть некая сложность. Например, как оценить значение смерти члена семьи, которого я никогда не встречал? Ведь несмотря на мою далекость от семейных уз, внутри меня все равно существует нить, связывающая меня с этими людьми, даже если мы никогда не были физически близки.

— Вы хотите сказать, что объявляете войну Сервии? — спросил Милош, выражая свое негодование моим явно холодным тоном. В этот момент я проявился как человек, не показывающий никакого уважения к его персоне.

Я ответил с усмешкой:

— Война с Сервией? Вы верите, что я бы начал войну из-за такой ерунды? Я не готов рисковать жизнями и благополучием моих граждан ради мести. Существуют иные способы, которые позволят мне убедить вас уйти с трона. Милош, необходимо, чтобы вы поняли свое истинное место. Вы сами обманываете себя, думая, что можете быть монархом. Возможно, ваша истинная судьба связана с военной службой. Учитывая нестабильность в Сервии, я сомневаюсь, что вы сможете адекватно управлять страной.

Зал заполнился возмущенными шумами, когда молодой король так бесцеремонно осмелился выразить свое мнение перед опытным президентом.

— Понимаю... Похоже, вы также унаследовали острый язык от своей матери. Но вы не должны гордиться только двумя или тремя годами правления. Перед вами предстоит еще множество сложных испытаний и вызовов, которые потребуют от вас мудрости и умения принимать важные решения.

Я щелкнул языком с раздражением, видя, как Милош прикидывается добродушным стариком, который дает советы молодому парню. В момент, когда он выпрямился в своем кресле, внимательно смотря на меня, его глаза пронзили меня, и я почувствовал, как они исследуют каждый мой нерв.

— Забудьте об этом, позаботьтесь о самом себе, — сказал я. — Слышал, что ваша президентская должность не так уж и надежна в последние пару лет. Возможно, пришло время выполнить то обещание, которое вы дали им, верно?

Я ощутил, как кровь кипит в его жилах. Я всегда был мастером манипуляции, но сегодня я превзошел самого себя. Моя усмешка, будто была заготовлена заранее, и я чувствовал, что его взгляд мечется словно ядовитая стрела.

Милош ответил:

— Они требуют, чтобы я сдержал обещание просто потому, что я дал слово. И в то же время я отверг идею президентства и выборов. Я сделаю это, как только они окончательно станут моими сторонниками и забудут о восстановлении монархии. Как только я поймаю всех лояльных королевскому наследнику, то власть станет моей.

Кажется, благодаря мне и Милошу в зале почувствовался холод, даже несмотря на приближение полудня. Здесь было противоборство двух правителей — с одной стороны королевство с великой военной мощью, могучее сокрушить почти любое государство. С другой стороны, республика с обширными торговыми связями, граждане которой боролись за свои идеалы.

Никто не осмеливался произнести и слова, нарушая молчание двух могучих наций. Они были всего лишь муравьями, запутавшимися между двумя слонами.

Но был один человек.

— ... Ваше Величество, президент Милош, давайте оставим все разногласия позади и не будем портить этот радостный день коронации Бычерога, — сказал другой мужчина, сидящий за столом. Его голос звучал как тихий шепот, который проникал в каждый угол комнаты.

Все это время он молчал, наблюдая за нашим спором, его глаза внимательно скользили с одного лица на другое. Его лицо выглядело так, будто ему немного за тридцать, но в нем чувствовалась глубокая мудрость и уверенность, которой мог бы позавидовать даже сам Милош.

— Кто вы, черт побери, такой? — спросил я, мой взгляд был наполнен недовольством и недоумением.

— Позвольте мне представиться. Я — Меер Манский, президент Республики Фосфорное, простолюдин, — сказал Манский, протягивая руку к своей правой груди, словно призывая нас увидеть в нем не просто личность, а символ единства и разумения между двумя могучими нациями.

— Простолюдин? Не могли бы вы мне объяснить это? Потому что там нет аристократии? — спросил я.

Манский с радостью согласился:

— Как вам угодно, ваше величество. Чтобы полностью понять суть этой ситуации, придется пройти вглубь истории. В то время графство Фосфорное прокладывало свой путь сквозь долгие годы серьезного социального неравенства и бедности. Это был мир, где никто не беспокоился о том, что происходит с простолюдинами. Торговцы, даже из высших кругов, продолжали обогащаться, за счет подавления мелкого бизнеса и населения. Рыцари, когда-то служившие во благо своих господинов, забыли о своих корнях и начали вести себя, как будто они и есть настоящие дворяне.

В то время к нам пришли вести о вас и о вашей обещанной реформе. Эти новости стали нам светлым сигналом. Мы надеялись на перемену, но она не наступила. Аристократы продолжали наращивать свою власть и богатство, при этом пренебрегая нуждами обычных людей.

Они угнетали нас на каждом шагу. Мы были утомлены этим беспределом, и именно тогда началась наша революция. Мы стремились создать мир, где каждый простолюдин в Фосфорное имеет равные возможности, не зависимо от своего происхождения. В наших глазах, аристократия не должно существовать, чтобы исключить возможность неравенства из-за материальных богатств.

В роли лидера революции моя задача — не допустить, чтобы жадные аристократы повлияли на наше утопическое общество. Вот почему мы решили принять радикальные меры и устранить их.

Вот вам история, ваше величество. Ваши действия поддерживают наше революционное движение за лучшую жизнь. В некотором смысле, мы даже чувствуем благодарность к вам за это.

Долгое объяснение Манского вызвало разнообразные эмоции среди присутствующих. В их лицах проявился интерес к рассказу, отвращение к проявлениям аристократии, презрение к их методам управления и удивление тому, что простолюдины смогли организовать такую решительную революцию.

Помня о благородных семьях, которые прожили в Фосфорное несколько поколений, аристократы за столом помрачнели и пришли к выводу, что этот простолюдин — настоящая угроза их привилегированному статусу.

По лицам дворян было видно, о чем они размышляли. Их разрывало множество противоречивых чувств: сомнения, страх, растерянность.

Глава 4

Высказывание о том, что простолюдины возглавляют государства, является одним из самых дискуссионных и актуальных вопросов в современном обществе. Многие исторические примеры показывают, что такие эксперименты могут иметь разные последствия, и их успех зависит от множества факторов.

— Для меня это большая честь, что мои действия хоть как-то способствуют вашей революции. Я действительно считаю эту идею хорошей, и надеюсь, что вы сможете достичь своих целей, — сказал я.

Мои слова вызвали у Манского сверкающий взгляд в ответ:

— Благодарю, ваше величество. Если бы только наши аристократы нам нравились, возможно, не пришлось бы проливать кровь. — Этот комментарий подчеркивает сложности, с которыми сталкиваются революционеры, и намекает на несовершенства старой системы.

Я молчал, услышав замечание Манского, и был честен перед собой.

— Хорошая идея ещё не означает, что её легко воплотить в реальность. Например, многие идеи остаются всего лишь идеями. Вера в равные возможности в обществе, которой вы привержены, может не приносить плодов. Просто посмотрите на Сервию, это абсолютный хаос. Иерархия всегда возникает сама по себе, особенно когда простолюдин, никогда не пробовавший власть, начинает познавать сладость управления. В будущем Фосфорное, возможно, столкнется с теми же проблемами неравенства в благосостоянии.

«Но их проблемы не лежат на моих плечах. Для меня лучше, если в мире будет наций меньше.»

— Вы ошибаетесь, ваше величество... — Увидев, как Манский неуверенно двигается, я понял, что у него есть запрос к мне. Этот поворот событий придает диалогу дополнительную глубину и неожиданность.

— Что вас беспокоит, президент Манский? — спросил я.

На этот раз тон Манского не был столь гордым, как ранее; он был искренним.

— Как вы знаете, мы — только что созданное государство. Мы очень уязвимы перед любыми видами атак, и у нас нет собственных средств для обеспечения безопасности. Поэтому мы хотели бы приобрести ваше оружие для собственной защиты. — Это признание Манским уязвимости и его запрос на помощь подчеркивают серьезность ситуации.

Я был немного удивлен этому предложению. Кроме Бычерога, никто никогда не предлагал мне продажу своего оружия. Все остальные стремились выкрасть мои технологии, отправляя шпионов, вместо того чтобы торговать.

Не могу сказать, что я полагался на этих «варваров». Этот момент подчеркивает нашу уникальность и ценность наших технологий, а также непредсказуемость политических альянсов в этом сложном мире.

Однако я был равнодушен к ним, и я решил воспользоваться опцией, которая всегда была в моем распоряжении — внести Манского и его предложение в черный список. Этот список был своего рода каталогом лиц и предприятий, которые больше не представляли интереса для меня. И, в случае Манским, представляли потенциальную угрозу.

Мои черты лица исказились, и я был недоволен. Если я согласился бы на это предложение, это означало бы, что у нашего нового соседа, Манского, появится доступ к современному вооружению, способному угрожать безопасности Сервии. Это был камень, брошенный в пруд, и я чувствовал, как расходятся его волны.

Но затем я начал взвешивать все возможные последствия этой сделки. Я давно прекратил производство аркебузов, но почему бы мне не продать им несколько единиц? Это, конечно, оставалось бы в строгой тайне, никто не должен был узнать о моих действиях.

На данный момент Милош Миланов контролировал важные ресурсы, имел доступ к морским путям и владел разветвленной торговой сетью. Если президент Сервии установит тесные отношения с окружающими странами, это станет неприятной ситуацией для моего королевства.

Производство оружия — это всегда было крайне конфиденциальным делом для каждой нации. У каждой страны были свои уникальные критерии и спецификации для производства холодного оружия, начиная с обеспечения сырьем и заканчивая мастерством рабочей силы.

Но для меня, как для пионера индустриализации, эта задача не представляла особой сложности. Мои знания и опыт позволяли бы мне быстро адаптировать существующие технологии, определяя направление исследований и разработки новых видов оружия.

Здесь разработка нового оружия заняла бы меньше времени, чем на Земле. Моя сеть мастерских и производственных объектов была готова к таким вызовам.

К тому моменту, когда другие страны смогли бы попытаться скопировать мое оружие, оно было бы уже устаревшим. Моя способность к инновациям и постоянное совершенствование продукции были моими основными конкурентными преимуществами.

И учитывая отсутствие технических навыков у граждан Фосфорное и Бычерога, я мог бы взимать плату за обслуживание оборудования, что стало бы дополнительным источником дохода. Применяя такую же тактику к Бычерогу, я мог бы продавать им боеприпасы отдельно, пока они не научатся производить их самостоятельно.

Только благодаря этой сделке я мог бы заполучить большое количество золота и серебра, которые поступят в сокровищницу Мраморного, и увеличат мои резервы. Эти драгоценные металлы были не только символом богатства, но и силой, позволяющей мне поддерживать стабильность и влияние в регионе.

— Я могу предоставить вам доступ к линии по производству аркебузов и пушек, — сказал я, глядя прямо в глаза Манского, — но цена слишком высока. Я сомневаюсь, что у вас есть возможность заплатить мне.

После услышанного ответа, все вокруг начали шептаться между собой, а мой слух, обостренный многолетней практикой, позволил мне расслышать те слова, которыми они называли меня.

Президент Манский успокоил меня:

— Не стоит беспокоиться по этому поводу, ваше величество. У Фосфорное имеется достаточно золотых запасов, чтобы купить производственную линию вашей артиллерии.

Уверенность Манского в собственных действиях меня потрясла. Внезапно возник вопрос: откуда у него такие ресурсы? Возможно, они обнаружили золото во время нападений на аристократические резиденции? Эта тайна добавляла интриги к ситуации.

Шарлотта, моя служанка и глава разведки, внезапно поднялась и медленно приблизилась ко мне. Взгляды аристократов, окружающих нас, наполнились насмешкой и непониманием. Ее поступок был воспринят как грубое нарушение этикета.

— Даже если она имеет поддержку короля, она должна помнить о своем месте как о простолюдинке,- заметила старая дворянка, сидящая за соседним столом с Шарлоттой.

Мой взгляд устремился на ту, кто сказала это, и этот взгляд был достаточно ясным предупреждением о том, что лучше бы ей было больше ничего не произносить.

Игнорируя все, что только что произошло, Шарлотта подходит ближе к моему уху и шепчет:

— Мой господин, у Фосфорное имеется огромное количество золота. Они сорвали большой куш во время своей революции и вторжения в город на севере соседнего графства. И знаете что? Весь этот драгоценный металл теперь находится в руках Манского. Поскольку он лидер, его революционеры поручили ему разработать систему распределения ресурсов.

— Разве его товарищи не боялись, что он скроется со всем этим богатством? — Я обнаружил, что доверие к другим людям у меня вновь ослабло, и появились сомнения.

— По моей информации, охрана его семьи была значительно усилена, когда он подготавливался к этой церемонии.

— Понял. Итак, они используют его семью как заложников, — заключил я. — Спасибо, Шарлотта.

— Не за что, мой господин. — Шарлотта вернулась на свое место, подвергаясь внимательным взглядам многих гостей.

Я поворачиваюсь к Манскому. Президент с нетерпением ждет моего окончательного решения.

— Хорошо, президент Манский. Поскольку вы готовы заплатить, у меня нет оснований отказываться. Пять миллионов золотых за аркебузу и десять миллионов золотых за пушку, — я делаю свое предложение. — Не могу предоставить вам рецепт боеприпасов, но могу предложить его вам по сниженной цене. Для того чтобы отметить наше первое соглашение, я предоставлю обучение вашим работникам. Как насчет этого?

Некоторое время Манский размышлял:

— Мне понадобилось некоторое время, чтобы усвоить цену. Она оказалась выше, чем я ожидал, но предложение об обучении действительно выгодно. Я родом из простой семьи, я понимаю, как важно образование. Я согласен с вашим предложением, ваше величество,

Мне было трудно скрыть свою улыбку:

— Отлично, давайте заключим контракт после завершения церемонии коронации.

****

Церемония коронации графа — это событие, долгожданное историческое событие, которое начинается ровно в полдень. В этот момент солнце находится в зените, и его лучи проникают сквозь стекла и ограненные кристаллами окна, создавая магическое освещение, словно подчеркивающее важность этого момента.

Не смотря на ясное небо, дворяне, собравшиеся здесь, испытывают дискомфорт. Толстые и изысканные пальто, которые они надели, теперь скорее превратились в бремя, чем в символ статуса.

Это круглое здание оказалось настоящим открытием для меня. Я долго прожил в средней области Авразии, но никогда не слышал о таком месте. Его древние стены, украшенные резьбой и фресками, словно оживают в этот важный момент и придают церемонии дополнительный вес.

Место, которое мы заняли в первом ряду на кривой деревянной скамье, находится в самом центре событий. Рядом с нами президенты Милош и Манский, оба главы государства, что подчеркивает важность этой коронации. Позади нас выстроились члены Дома Бычерога, люди, обладающие огромным влиянием в глазах графа.

Граф Бычерог, держа в руках древний меч королей, внимательно рассматривает своих приближенных. Это мгновение намекает на сложность роли, которую он собирается взять на себя, и великую ответственность перед этим новым королевством. Я чувствую, как напряжение в воздухе нарастает, и всем желаю, чтобы эта коронация прошла гладко и мирно.

В то время как аристократы с большими амбициями и влиянием следуют за графом, занимая свои места, на заднем плане толпятся аристократы, утратившие свой статус. Их присутствие напоминает нам о сложных политических интригах, происходящих внутри королевства. Как бы они ни были лишены власти, их присутствие здесь намекает на то, что они продолжают борьбу за свои интересы.

За пределами дворца собираются простолюдины, жители королевства, ожидающие своего момента, чтобы увидеть своего нового короля. Их энтузиазм и ожидание наполняют воздух атмосферой надежды и ожидания.

Я беспокоюсь о безопасности от этой толпы, но Шарлотта уверяет меня, что они собрались здесь только ради мирного свидетельства этого важного события. Впрочем, все мы знаем, что история не всегда проходит гладко, и этот день, несомненно, оставит след в памяти королевства.

Пока играет незнакомая мелодия, которую я принял за священный гимн, я внимательно рассматриваю интерьер так называемого зала коронации. Здесь, в этом таинственном месте, проявляется внимание к деталям, которые явно несут в себе глубокий символизм.

По дизайну он выглядит скромным, ничего особенного, но заметно, что это здание новое. Свет льется из окон и проникает сквозь массивные стены, создавая таинственные игры теней на стенах.

Я обнаруживаю статуи драконов, величественных и страшных. Изваяния, созданные с вниманием к деталям: каждая чешуя, каждый коготь, каждый зуб здесь проработаны с исключительной мастерством.

Вокруг них разбросаны предметы, связанные с огнем: горящие факелы, баки с горячими углями и книги с огненными символами. Все это создает ощущение, будто я оказался в самом сердце мифического мира, где драконы правят над огнем и страхом.

Среди всего этого выделяется один особый цвет — красный. Красные шарфы, красные свечи, красные украшения, красные драгоценности. Этот цвет пронизывает все вокруг, словно олицетворяя страсть и могущество драконов.

Если быть честным, мне очень не по себе при виде этих статуй драконов. Их глаза вызывают страх, который я испытал однажды. Страх того, что моё сердце будет обнажено, без каких-либо масок или уловок, чтобы скрыть истину.

Люди прекращают разговор, когда старый человек в красной мантии входит в помещение. Он так стар, что едва удерживается на ногах, но его присутствие излучает власть и авторитет. По его наряду я понимаю, что дворяне безмолвно связывают его с верой в то, что это здание было построено для него. Его мантия, словно огненный облик дракона, подчеркивает его священное положение.

Церемония начинается с вступительной речи того же старика, который представляет себя как жрец Огня Агнимед. Он говорит о древних преданиях, о драконах, которые некогда правили этими землями, и о том, как они были могущественны.

Я не слишком обращаю внимание на его слова, так как могу догадаться, о чём будет идти речь. Но его речь увлекает аудиторию, и она внимательно слушает каждое слово.

На Земле меня никогда не увлекали уловки мошенников. Я всегда был осмотрительным, недоверчивым по отношению к всяким религиозным ритуалам и обрядам. Я никогда не принимал их игры, особенно если при мне есть научные знания, которые подсказывают мне логическое объяснение происходящего.

Вглядевшись вокруг, я понимаю, что моя догадка была верной. Дворяне очарованы словами священника и их глаза сверкают, словно детей, увидевших новую игрушку в витрине магазина. Они поддаются магии этого места, окутанного атмосферой страшного и величественного прошлого.

Я наклоняюсь к Жанне справа от меня и шепчу на ухо:

— Он точно соответствует своему имени.

— Почему ты так говоришь? — спросила она, заинтересовавшись моими словами. Её не интересует речь, не имеющая отношения к её интересам.

— Он убедительно выступает, когда говорит. Самое интересное, что он заставляет всех думать, будто их никто не заставляет слушать. Всех завораживают драконы, как вершина мифических существ.

Проходит целых тридцать минут, прежде чем священник заканчивает свою долгую речь, и аудитория одаривает старика аплодисментами. Я вижу, что число последователей этой веры, называемого жреца Агнимеда, в скором будущем обязательно увеличится.

Этот день, возможно, станет важной точкой в истории этой веры, и моя любопытствующая натура уже начинает рассматривать возможные пути использования этого для своей выгоды.

Я сразу понял, что передо мной разворачивается нечто удивительное и захватывающее.

Событие началось с аплодисментов, которые раздались в зале. Звуки аплодисментов постепенно утихли, и именно в этот момент, когда зрители затаили дыхание, оркестровая музыка стала звучать громче, словно подчеркивая важность того, что происходило.

Главный персонаж вечера, граф Бычерог, медленно приближался к центру, где его ожидал трон. На нем было нарядное красное облачение, олицетворяющее тематику здания и придавающее его облику ореол власти и религиозного созерцания. Это было нечто, чему я не мог поверить, ведь раньше граф Бычерог был скорее непредсказуемым и несмышленым, чем религиозным.

Когда будущий король достиг центра, он опустился на одно колено и склонил голову перед жрецом Агнимедом. Этот момент олицетворял переход в новую фазу его правления и был чем-то более символичным, чем я мог себе представить.

В этом моменте было три предмета, которые моментально привлекли внимание всех присутствующих: корона, скипетр и кольцо. Корона украшалась драгоценными камнями и выглядела величественно.

Но самым впечатляющим был красный драгоценный камень в центре короны, излучавший яркий красный свет. Я не мог определить, был ли это рубин, сердолик, гранат или какой-то другой красный камень, но его излучение создавало впечатление, что он обладает особыми свойствами.

В тот момент меня словно магнетизировал этот предмет, и я не мог оторвать от него взгляд. Не только я был заинтересован, но и каждый присутствующий в зале, словно этот камень обладал некой невидимой магической привлекательностью.

Учитывая, насколько быстро это произошло, никто не успел обсудить этот феномен. Однако я понимал, что это событие требует более детального рассмотрения и анализа. Возможно, позже мне придется беседовать с самим графом Бычерогом, чтобы понять, что за таинственная сила скрывается за этим драгоценным камнем.

И тут, внезапно, раздался голос жреца Агнимеда, прервав мои размышления, и меня охватило чувство ожидания и нетерпения.

Глава 5

Голос огненного жреца Агнимеда, звучавший могуче и величественно, проник в зал, прервав мои размышления и затянув меня в великое торжество, развернувшееся перед моими глазами.

— О, господин Бычерог, — начал Агнимед, его слова раскатывались по залу, словно грозовые раскаты, — вы мудро и спокойно правите своим королевством. Именем госпожи Огня, Мирис, вы должны дать обет!

Бычерог, стоял с уверенностью, которая была подчеркнута его гордым взглядом.

— Я обещаю, — прозвучал его ответ, словно громкий звон колокола, осыпающий зал своим звучанием.

Затем Агнимед, величественный магистр церемоний, подошел к королю и передал ему скипетр с огромным красным драгоценным камнем, который блестел яркими отблесками света. Бычерог крепко удерживал его в своих руках, словно это было самое драгоценное сокровище в мире, и он боялся упустить его из вида.

— О, господин Бычерог, — продолжал Агнимед, его голос звучал гораздо мягче, но не менее важно, — правьте своим королевством справедливо и крепко. Именем Императрицы Драконов, Мирис, вы должны дать обет!

И вновь Бычерог подтвердил свое обещание, его слова звучали как обет верности.

И, наконец, настал последний момент торжественной церемонии. Красное кольцо, символизирующее власть и ответственность короля, было надето на безымянный палец левой руки. Это кольцо было украшено не только самым крупным драгоценным камнем, какой только можно было найти, но и глубокими символами и рунами, которые придавали ему дополнительное величие.

— О, господин Бычерог, — произнес Агнимед в последний раз, его голос звучал теперь как нежное прикосновение, — пусть ваше королевство процветает. Именем Предводительницы Мифического Зверя, Мирис, вы должны дать обет!

И снова Бычерог ответил со всей гордостью и решимостью в своем голосе, словно в этот момент он взял на себя вечную миссию.

По сигналу жреца Бычерог занял свое место на троне, возвышаясь перед своим народом как символ мудрости и справедливости.

Жрец огня из Торвии, стоящий в центре зала, обратил внимание аудитории, которая собралась вокруг трона, а затем взглянул на великую статую Мирис Красной, величаво восседавшую в центре святилища.

— О, Мирис Красная, — произнес жрец, его голос был наполнен благоговением, — я представляю тебе восседшего на трон нового короля, Бычерога Благочестивого. Пусть он и его потомки обладают властью на долгие годы во имя твоего славного имени!

Слова жреца были сопровождены взлетом аплодисментов, и люди как внутри, так и за пределами святлищиа, приветствовали своего нового правителя громкими аплодисментами, словно в этот момент они видели не просто короля, но и символ величия и надежды для своего королевства.

Я стал свидетелем завершения величественной церемонии, прошедшей без единого инцидента, что наводило на мысль о благополучии и стабильности королевства. По окончании этого уникального события дворяне направились к залу для обеда, чтобы вкусить изысканные блюда, а простолюдины возвратились к своим повседневным делам, но в их сердцах остались отголоски величия прошедшей церемонии.

Зал, в котором проходила торжественная трапеза, оставался неизменным в своей роскоши и красоте. Как и прежде, гостям были выделены места в соответствии с их заслугами и влиянием. И в этот раз, король Бычерог, мудрый и решительный правитель, решил занять место за одним из столов, среди других выдающихся правителей.

Из всех возможных мест он выбрал место, находящееся рядом со мной. Этот выбор не мог не вызвать у меня удивление и вопросов, которые начали возникать в моей голове.

Во время трапезы, когда атмосфера в зале была наполнена смехом и разговорами, я не мог удержаться от того, чтобы не задать королю один важный вопрос, который меня тревожил:

— Вы, ваше величество король Бычерог, исповедуете какую-либо религию?

Бычерог не смог удержаться и весело засмеялся, его смех разносился по всему залу, будто мелодичная мелодия:

— Ха-ха-ха! Сначала нет, я не был религиозным человеком. Но посланные епископством Торвии убедили меня сделать Мирис государственной религией, чтобы они могли свободно пропагандировать ее без каких-либо ограничений. В обмен на мою поддержку они помогут мне контролировать население и влиять на общественное мнение, при этом формируя мой имидж.

На мгновение мое лицо исказилось от недоумения, но я быстро восстановил спокойствие, чтобы не привлечь лишнего внимания к себе. Тем не менее, слова Бычерога вызвали внутренний протест и беспокойство в моей душе:

— Честно говоря, ваше величество, вы, возможно, должны были бы подумать о последствиях принятия подобного предложения. Давать им контроль над населением — это подвергать себя большим рискам и неопределенности.

Король Бычерог только усмехнулся и продолжил, раскрывая свою мудрость и стратегическое видение:

— На самом деле, у меня нет особых причин отвергать эту сделку. К тому же, мне даже интересно, какой результат принесет привлечение дракона для защиты моего королевства. Ведь посмотрите на империю Сидна — у них огромные территории, простирающиеся за океаном. Я верю, что и мое королевство может стать столь же великим, как только мы докажем нашу преданность Мирис. С ее поддержкой армия драконов будет нашей гордостью и мощным средством защиты!

В его словах звучала гордость и уверенность в будущем своего королевства.

Сидя рядом с недавно коронованным королем, мои чувства были пропитаны глубокой тревогой, которая окутывала меня словно плотным туманом, не позволяя найти покой. Взгляд мой устремился на этого правителя, чьи черты лица выражали нечто иное, чем уверенность в своих собственных решениях. Внутри меня возникла неизбежная сомнительность перед непростой задачей, стоявшей перед нами.

«Это не вдохновляет мне уверенности,» — пронеслась моя мысль, как отголосок внутреннего диалога. Взгляд мой скользнул по королевской фигуре, словно исследуя его душу. — «Этот человек уже не отступит. Я не представляю, какими иллюзиями его насытили, чтобы он стал таким.»

Наша беседа приобрела острый характер, когда я решил обратиться к королю. Слова мои были наполнены осторожностью, но и несомненным беспокойством.

— Если ваше королевство будет продолжать свое расширение, не означает ли это, что вы планируете вторгнуться на мои земли?

В этот момент глаза Бычерога выражали смешанные чувства, которые понимали преданность к идеям и безумие новой реальности, в которой он оказался участником.

Мне стало ясно, что этот сосед, прежде просто сосед, превратился в фанатика, под влиянием таинственной Мирис и её убеждений. Я был настороже, готовый к любым ответам.

Президент Манский, сидя рядом, обращал внимание на каждое слово, а его взгляд был полон анализа и участия.

— Как вы собираетесь это доказать, король Бычерог? — прозвучал вопрос Манского, звучавший как вызов, но при этом настойчиво настаивавший на получении ответа.

Король Бычерог, несмотря на свою неопределенную манеру поведения, решительно заявил:

— Я намерен захватить Лангедан!

Это смелое заявление взорвало наш разговор. Одновременно трое из нас, удивленные и шокированные, испустили восклицания удивления и недоумения. Наши лица отражали полное непонимание этой неожиданной новости.

Король Бычерог смотрел на нас с некоторым удивлением, не понимая наше недоумение.

— Почему вы трое так удивлены? — его голос звучал спокойно и непоколебимо, словно он давно готовился к этому моменту и ничего не могло его ошеломить.

— Слушайте меня, мои собратья-правители, — начал я, поднимая руку, чтобы унять свое волнение, которое выдало меня в самый неподходящий момент. — Согласно моим достоверным источникам и долгим ночным беседам с разведчиками, граф Высокоградский уже не только признался в верности императору Инглуланда, но и принял активное участие в процессе интеграции своего графства в империю Инглуланд. Эта информация, несомненно, потрясет нас, и важно понимать, как это может повлиять на будущее наших земель, — пояснил я, стараясь подчеркнуть важность происходящего.

Все они внимательно слушали то, что я говорил.

— Президент Милош, король Бычерог, это серьезное обстоятельство, — добавил я, обращаясь ко всем. — Такой оборот событий может стать предлогом для императора Инглуланда направить свои войска на север в попытке расширить свою власть. Мы не можем игнорировать этот факт, и нам следует быть готовыми к любому развитию событий.

Будь он королем или нет, его действия могли повлиять на нас всех. Даже Мраморное, которое всегда гордилось своей военной мощью и считало себя непобедимой, не могло уклониться от чувства беспокойства. Империя Инглуланд обладало значительными ресурсами и численным превосходством, которое могло оказаться непреодолимым.

— Не волнуйтесь, мои собратья-правители, — сказал я, стараясь поддержать уверенность в совете. — Давайте вспомним о республике Фосфорное и их успешном захвате территорий, которые изначально принадлежали графу Высокоградскому. Этот пример показывает, что наше положение не безнадежно. Мы можем учиться на их опыте и готовиться к защите наших земель, если это станет необходимым. Возможно, император Инглуланд предпочтет дипломатические переговоры перед военными действиями.

Манский, президент Фосфорное, вмешался:

— Важно помнить, что мы отняли эти территории задолго до того, как граф Высокоградский признался в верности императору Инглуланда. Это может означать, что графу Высокоградскому не хватает времени для подготовки к защите своего графства. Он может чувствовать себя обязанным императору, но у нас есть возможность объединить северные нации и подготовиться к защите наших интересов. Давайте не забывать о мощи наших союзов и общей цели — сохранить независимость наших земель.

Мы молча обменялись взглядами, осознавая важность принимаемых решений и необходимость объединения перед возможной угрозой со стороны империи Инглуланд.

Я внимательно следил за происходящим. Президент Милош и я оба кивнули головами в ответ на оценку Манского. Они были на одной волне, чувствуя себя союзниками в этом важном моменте.

С другой стороны, король Бычерог, величественный и молчаливый, казалось, ушел в свои глубокие раздумья. Тишина в зале была непродолжительной, так как ее нарушил нежеланный голос, прозвучавший среди молчания.

— Не беспокойтесь, ваше величество. Продолжайте ваш план. Огонь Мирис всегда защитит своих преданных слуг. Пока ваше сердце искренне, победа будет в ваших руках, — произнес с душевной уверенностью жрец Огня Агнимед.

Слова бойкого жреца заставили всех присутствующих оглянуться на него.

Глядя на Агнимеда я прищурил глаза и задал себе вопрос: почему этот старейшина культа Мирис внезапно появился здесь, в этом важном собрании? Ведь это было мероприятие, предназначенное для высшей знати, а не для священников.

Появление Агнимеда дало королю Бычерогу надежду и подтолкнуло его к дальнейшему решению:

— Если так говорит жрец Мирис, то я буду придерживаться своего плана. С помощью огня Мирис я спасу наш народ от холода этого мира.

Жрец удовлетворенно кивнул, зная, что король Бычерог примет этот решительный шаг.

Затем Агнимед покинул зал, словно ничего не случилось, и вернулся к своим священным обязанностям.

Я и оба президента были поражены тем, насколько легко и убедительно священник воздействовал на короля Бычерога. Они не могли понять, как простой служитель храма мог оказать такое влияние на монарха.

Я более чем удивленный, воскликнул:

— Вы решили сделать шаг в неизвестное! Почему вы подчиняетесь его указаниям?

Король Бычерог склонил голову и, наконец, объяснил:

— Не недооценивай Агнимеда, Ренар. Он — человек, избранный Мирис Мэйран для распространения учения огня среди нашего народа. Когда дело доходит до важных решений, естественно обращаться к его мнению и мудрости. — В этих словах отражалась вера в древние учения и сила веры в судьбу Бычерога и его народа.

Мои глаза напряженно устремились на Милоша и Манского, и наши взгляды пересеклись между нами. Три выдающихся лидера, каждый со своей собственной уникальной идеологией и убеждениями в области государственного управления, неожиданно оказались в полной согласности, перед лицом абсурдных идей Бычерога.

Было ясно, что мы должны сменить тему разговора, прежде чем наши головы начнут просто разрываться от этой бурной дискуссии. В этот момент, я решил взять инициативу в свои руки и, подтолкнув Манского локтем в ребро, дал ему понять, что он должен начать.

— Давайте оставим это в стороне на некоторое время, — заговорил он, смягчая натянутую обстановку. — А теперь, ваше величество король Бычерог, не могли бы вы, пожалуйста, рассказать нам более подробно о вашей великолепной короне, скипетре и кольце? Мне кажется, что у них есть какие-то удивительные общие черты.

Его слова были сопровождены намеком на то, что я был не единственным, кто заметил это странное сходство. В ответ на его замечание, король Бычерог поднял руку, жестом приглашая нас рассмотреть ближе его драгоценные реликвии.

— Да, вы правильно заметили, президент Манский, — сказал он с улыбкой. — Эти предметы — послание из Торвии от Огненной Мирис, в знак поздравления с моим восхождением на трон. Они несут в себе великую историческую ценность и являются символом нашей дружбы и союза.

Когда я впервые увидел этот камень на церемонии, я заметил нечто такое, излучающее саму сущность красного цвета. Это был не просто камень, это был магический кристалл, пронизанный маной, и мой взгляд приковался к нему, как мотылек к яркому огоньку в ночи.

Мгновенный вопрос пронзил мою голову:

— Это рубин? — Я не мог удержаться и задал этот вопрос вслух, с трепетом в голосе.

Бычерог с видимым удовлетворением на лице, ответил мне, словно раскрывая секрет мира:

— Нет, это не простой драгоценный камень, это кристалл маны. Считается, что он сформирован из самой крови Аэриса, Великого Красного Дракона. Говорят, что в каждой капле его крови содержится больше маны, чем в самых ценных кристаллах маны созданных природой. Эти кристаллы редчайшего происхождения, и Торвия послала мне три из них, как знак великодушия от самой Мирис.

Мой интерес прогремел внутри меня, как гром, и я не мог удержаться от следующего вопроса:

— Итак, где находится Мирис? Мне хотелось узнать больше об этой загадочной императрице драконов, о которой слагают легенды и истории.

Однако, Милош, президент Сервии не проявил особого интереса к этой теме. Возможно, в его годы страсть к приключениям и поиску истины уже угасла.

Бычерог вскинул бровями, будто рассказывая нам легенду:

— Последний раз Великого Красного Дракона Аэриса видели на востоке, и по всей видимости, он сейчас находится на острове Бакия. Мирис намерена найти его и отправиться в опасные воды Бакии. Говорят, что только избранный может ступить на этот остров невредимым.

Милош отвернулся, отыскивая взглядом что-то более интересное, и я ответил королю, многозначительно произнеся:

— Да, это действительно удивительная история. — В действительности, моя душа была занята другими мыслями, и я просто пытался сохранить искру любопытства, которая загорелась внутри меня в тот момент, когда мой взгляд впервые скользнул по этому магическому кристаллу маны.

В глубинах моего сознания протекает странный процесс, словно разум мой ускользает в бескрайние дали неизведанного. Явление, связанное с появлением загадочных кристаллов маны, угрожает разрушить мой тщательно спланированный мастер-план. План направленный на амбициозную цель — установление моего абсолютного господства над всем этим могучим континентом.

Теперь прежде безопасные и ничем не примечательные соседи с запада представляются мне источником немалых тревожных мыслей. Кажется, в каждом из них скрыта потенциальная опасность, способная нарушить мои планы и сорвать хорошо продуманные стратегии.

«По возвращении в свой дворец, мне необходимо будет провести тщательный анализ всей ситуации, переоценить риски и варианты. И, возможно, пересмотреть свой путь к вершине власти...»

Глава 6

После моего возвращения из королевства Бычерога, проведение нескольких дней в моем роскошном особняке стало для меня непреложной необходимостью. В то время в моем правительственном офисе царила заметная тишина, и срочных государственных дел, требующих моего немедленного внимания, просто не существовало.

Изредка горничные наблюдали, как ученые, специализирующиеся в области истории, входили и выходили из моего замка. Внимание этих ученых, разбросанных по всему королевству, были несомненно нацелены на — древнюю историю.

Мое интровертное поведение могло вызвать беспокойство и недоумение у некоторых других обитателей моего дворца, включая слуг и дворян. Однако, как всегда, я оставался равнодушным к их мнению и осторожным в своих действиях.

Все мои мысли и думы вращались вокруг невиданных и необычных событий, произошедших в последние недели. Эти события начались с появления загадочного манового кристалла, именно это стало причиной моего беспокойства. Наследный король Бычерог утверждал, что эти кристаллы имеют ограниченное применение, преимущественно используя их как украшения для религиозных церемоний и ритуалов.

Однако мне было трудно принять этот аргумент. Исторические документы и вымышленные легенды всегда преподносили мановые кристаллы, как бесценный источник энергии, обладающий многочисленными уникальными свойствами. Такие свойства включали в себя возможность использования кристалла в магии, алхимии и даже создании могущественных артефактов.

Слова о том, что это всего лишь украшение, вызвали во мне новую волну подозрений. Я был решительно настроен узнать больше об этом уникальном артефакте, который, как утверждали, не имел аналогов на Земле. И наилучшим способом получить эту драгоценную информацию было обращение к страницам древних исторических записей.

Я знал, что в древних империях, которые существовали тысячи лет назад, обязательно должны были остаться следы об этих кристаллах. И хотя историки того времени не могли подтвердить существование маны и мановых кристаллов, я был уверен, что вскоре это изменится.

Я намеревался потратить огромные средства на экспедицию для поиска древних руин, а возможно, и самих мановых кристаллов. Мои шансы на успех казались все более реальными и многозначительными.

Ибо мановый кристалл, так я решил, не мог существовать без источника своего происхождения. В какой-то отдаленной эпохе прошлого мир был пропитан маной, и этот факт, возможно, продолжал влиять на нынешний мир, призвав к жизни мифических существ и магические силы, о которых нам едва ли суждено узнать.

На основе моих обширных знаний о магии исходя из моего опыта, я несомненно утверждаю, что где-то здесь, в этой изумительной земле, должны существовать скрытые шахты, глубоко под землей, наполняющиеся невероятной магической энергией в виде драгоценных кристаллов. Мои исследования и наблюдения показывают, что такие уникальные ресурсы скорее всего расположены в окрестностях, где концентрация маны в атмосфере достигает самых высоких показателей.

Однако передо мной стоит непростая задача, ведь обычные жители этой земли не обладают даром ощущения маны, и мне приходится полагаться на древние исторические тексты и легенды для поиска подсказок и указаний на сокрытые шахты. Это трудное и тщательное исследование, но моя страсть к магии и жажда знаний готовы преодолеть любые трудности.

Необходимость найти и завладеть этими магическими шахтами становится более ясной, если мы учтем, что если бы они были обнаружены другими, это представляло бы непосредственную угрозу для моего королевства, которое строится на передовых знаниях и магических ресурсах.

Особенно тревожным фактом является то, что Торвия, соседнее государство, обладает монополией на поставку крови Дракона. А такие шахты могут оказать влияние на это сбалансированное положение. Может быть, они уже осведомлены о существовании этих рудников, но не смогли найти их, и это делает мою миссию еще более срочной.

Есть вероятность, что они умело скрывают свои знания и ждут, чтобы кто-то другой, как я, открыл эти шахты, прежде чем предпримут какие-либо действия. Мои размышления полны смелых гипотез и надежд на то, что моя усердная работа исследователя приведет меня к открытию этой удивительной тайны.

В общем, мои планы и устремления сталкиваются с трудностями, которые часто сопутствуют таким экспедициям, направленным на раскрытие прошлых тайн. Этот процесс требует огромных ресурсов, как материальных, так и временных, и его успешное завершение никак не гарантировано.

Более того, существует риск попасть в ловушку или быть обманутым, что делает такое предприятие убыточным с точки зрения многих. Но моя преданность науке и защите интересов королевства дает мне мотивацию и смелость идти вперед, даже если передо мной стоят такие трудности.

Внутри затхлой и тихой комнаты, освещенной мягким светом свечей, мои мысли бурлили, словно поток вулканической лавы, и решимость пульсировала в каждом моем слове.

— Мне необходимо перебросить агентов на запад, чтобы проникнуть на эту загадочную, уединенную территорию и вырвать из ее недр больше сведений, — сказал я с налетом страстности в голосе, который только усиливал мою решимость.

Мои глаза, наполненные целеустремленностью, были прикованы к картам, разобранным на столе передо мной. По краям стола разбросаны документы, составленные великими историками, и я чувствовал, как мое внимание впитывает каждую строчку, словно губка воду. Эти записи были ключом к разгадке тайны, и мое сердце билось быстрее от предвкушения раскрывающихся перспектив.

«Тук Тук Тук»

Я прищелкнул языком от недовольства, ведь я велел своему дворецкому Эдуарду не допускать посторонних ко мне.

— Кто это? — спросил я властным голосом.

— Прошу прощения за беспокойство, ваше величество. Ясенев неожиданно пришел, чтобы вас навестить, — ответил Эдуард, его глаза выражали уважение и некоторую нерешительность.

— Ясенев? — Я нахмурил брови, мои мысли работали быстрее, пытаясь вспомнить, была ли назначена встреча с этим человеком. — Я не помню, чтобы у нас была назначена встреча с ним. Есть ли у него какие-то важные сообщения? В любом случае, пусть он войдет.

Дверь медленно распахнулась, и передо мной возникла знакомая фигура старика, его шаги наполнили комнату уважением и почтительностью.

Я бросил все свои дела и повернулся к нему, глаза мои искрились любопытством, и сердце билось в ожидании чего-то необычного.

— Ясенев, что вас привело ко мне? — мой голос был полон вопросов и ожидания.

Однако, даже если внутри меня бушует раздражение, я всегда должен проявлять уважение к Ясеневу. Этот человек, бывший плотник, делает невероятные вещи для нашего города.

Ясенев выразил свои извинения за своё внезапное пришествие. Его лицо выражало искреннее сожаление, и я не мог не простить его.

— Извините за внезапное появление, ваше величество, — начал разговор Ясенев, и его голос звучал чуть дрожащим от нервозности.

— Все в порядке, Ясенев, — ответил я, стараясь успокоить его.

— Я пришел рассказать вашему величеству о тяговом двигателе. Мы производим его слишком мало, и его стоимость слишком высока. Немногие фермеры готовы тратить так много золотых монет на это новаторское изобретение. Ваше видение механизации сельского хозяйства может быть отложено на несколько лет, если так продолжится, — доложил Ясенев, его голос звучал убедительно.

Я уставился на чертежи тягового двигателя, размещенные на столе передо мной, и начал осмысливать всю ситуацию. Мне не нравится, когда люди пытаются извлечь выгоду из моих идей. Фактически, тяговой двигатель — это моя идея в этом мире. Я осознаю потенциал этого изобретения и прибыль, которая с ним связана.

— Хм... Тогда, что вы предлагаете? — спросил я, пытаясь найти выход из этой ситуации.

— Почему бы не продавать чертежи тем, кто заинтересован в создании тяговых двигателей? — Ясенев поделился своей идеей со мной.

На мгновение я задумался. Мне пришлось преодолеть свои собственные сомнения. Фактически, это было моей идеей, и я не хотел, чтобы кто-то другой получил выгоду от нее.

— Я думаю, единственным способом будет патент и лицензирование, — ответил я, начиная разрабатывать план.

— Патент? Лицензирование? Что это? — спросил Ясенев, выражая свое незнание новых терминов.

Я застыл на мгновение, глядя на своего собеседника с внутренним азартом и небольшой искрой в глазах, готовясь к волнующему рассказу.

— Патент, — начал я, вдыхая глубоко, — это как ключ к сокровищам, предоставленный вам государством. Он дарует владельцу изобретения нечто уникальное и неповторимое — право на монопольное владение своим творением в течение ограниченного времени.

По мере того, как я говорил, в комнате стало слышно трепетное дыхание, их внимание было полностью приковано к моим словам.

— Но вот загвоздка, — продолжил я, уловив этот момент напряжения. — Чтобы заработать на этом привилегированном праве, недостаточно просто держать его в руках. Вам придется сделать выбор: продать свое изобретение или предоставить лицензию другой компании.

Слово «лицензия» звучало как гарантия, что тот, кто не имеет возможности сразу монетизировать свой талант, всегда может сохранить его и в то же время заработать на нем. Лицензирование — это своего рода входной билет в мир коммерции для тех изобретателей, которые могут ощущать финансовые ограничения. Они могут продолжать сохранять право собственности на свой уникальный продукт и, в то же время, получать удивительные финансовые выгоды от лицензиата.

— А какой срок действия у патента, и что происходит, когда он истекает?

— О, это важный вопрос! — моя радость не могла скрыться. — Срок действия патента составляет 15 лет, начиная с момента подачи заявки. Это ваше время сияния, когда вы одни владеете своим великолепным изобретением. Но как только это время истечет, ваше творение становится свободным для всех. И это — красота патентной системы: она способствует инновациям и обогащает общество знанием, делая вашу работу доступной бесплатно для всех, чтобы вдохновить новые идеи и решения.

Ясенев кивнул, выразив свое недоумение.

— Если бы мне задали такой вопрос десять лет назад, я бы ответил по-другому. Сейчас, когда государственное образование доступно бесплатно, простолюдины обладают знаниями, необходимыми для создания собственных изобретений.

Я усмехнулся:

— Похоже, вы уловили суть моих вопросов. Сроки действия патентов истекают, чтобы будущие поколения могли воспользоваться знаниями о вашем изобретении и усовершенствовать его. Суть в том, чтобы найти баланс между прибылью для изобретателя и технологическим прогрессом.«

— Я понимаю, ваша милость. Сегодня я узнал много полезного от вас. Когда планируете внедрить этот закон, и где мы можем подавать заявки на патенты?

Я улыбнулся:

— Будьте терпеливы, Ясенев. Эта идея только что пришла мне в голову. Дайте мне время подготовить закон о патентах и положение о лицензировании, а также обсудить их с моими министрами. Если у вас есть изобретение, сохраните его в надежном месте. Кстати, сколько стоит один тяговый двигатель?

— Около 70 000 винов.

— Неплохо, мы хорошо заработаем на них.

***

Недостаток сна, кажется, никак не мог повлиять на мою бескомпромиссную продуктивность. Чем больше часов я сидел над проектом, тем быстрее приближался к своей заветной цели. Я — не тот человек, который берет задачи и откладывает их на потом. Я — человек действия. Этот проект был завершен мной, и это случилось за долю времени, которую большинство считало бы невозможной — всего лишь за неделю.

Но когда я окончательно пришел к завершению своей недели без сна, я почувствовал, как последние остатки энергии покидают мое истощенное тело. Выдохнув глубоко, я попытался собраться с силами, но моя физическая усталость уже была неотвратимой.

Мои веки стали невероятно тяжелыми, словно утяжеленными камнем, и они постепенно опускались, закрывая доступ к миру вокруг. Я боролся с этим ощущением, но в конечном итоге проиграл битву.

Я не знал, сколько времени я провел в этом полуспящем состоянии, пока не услышал тихий скрип открывающейся двери. Мои сонные глаза открылись, и я встретил взгляд Шарлотты, стоящей у дверей. Ее внезапный визит выглядело как появление призрака.

— Мой господин, почему бы вам не поспать в своей комнате, если вы так устали? — ее голос звучал мягко, но в нем читалась искренняя забота. Под ее усталыми глазами проступали темные круги, словно отражение моей собственной истощенности.

Я отклонил предложение своей верной горничной.

— Просто случайно задремал. Зачем ты пришла? — Моя уверенность начала покидать меня, заменяясь чувством неловкости.

— Я вернулась в особняк, и служанки сказали мне, что вы пропустили обед и не отвечали на зов. Поэтому я пришла проверить, как у вас дела, — Шарлотта взглянула мне в глаза, ее голос проник в самую глубь моей души.

— Уже время обеда?! О боги! Мне нужно срочно отправиться в одно место, — я поспешно встал, стараясь найти нужные документы, но внезапно мой живот взорвался громким урчанием, напоминая мне о невероятном голоде, который я долго игнорировал.

— Сначала пора перекусить, мой господин, — ласково напомнила мне Шарлотта, ее голос звучал как нежное поглаживание по душе. В ее глазах читалась забота, несмотря на то, что последнее время ее внимание забирала разведка «Красный Дракон».

В ее кабинет постоянно приходили письма, особенно те, которые приходили с севера. Наша агентура превратилась в мощную силу в этом регионе, и Шарлотте приходилось беспрестанно следить за тем, чтобы они действовали осторожно, чтобы не разрушилась тщательно выстроенная система.

— Да, давай сделаем это. Ты свободна сейчас? Хочешь мне компанию составить? — спросил я, надеясь на ее приятное общество, которое могло бы ненадолго отвлечь ее от горестных новостей, заполнивших ее дни.

— Конечно, я свободна до конца дня, — ответила она с улыбкой, словно мои слова были для нее лучшим способом скрасить заботы.

***

После того, как я закончил обедать, мы отправились вместе в экипаже в неизведанные северные территории, которые я недавно получил. Путешествие оказалось на удивление интересным, маня новизной и неожиданностями.

Я видел, как люди рубили деревья и трудились, стремясь заработать денег для жизни. Их решимость и упорство были впечатляющими.

— Куда мы направляемся? — поинтересовалась Шарлотта, поднимая брови в знак любопытства.

— Ближе к побережью. Там мой проект по производству морской соли. Хочу показать тебе его прогресс, — ответил я, разделяя с ней мои планы и амбиции.

— Развитие на севере уже началось? Я думал, это случится только в следующем месяце, — выразила свое удивление Шарлотта, пронизывая меня взглядом, полным умственного раздумья.

— Нет, еще нет. В этом районе все еще идет вырубка леса. Но я решил начать производство соли заранее, — рассказал я, раскрывая ей мои размышления и планы на будущее.

В нашем королевстве было не много соляных шахт, поэтому приходилось импортировать соль из других стран, что несло за собой огромные расходы из казны. Мне казалось, что необходимо использовать природные ресурсы, которые у нас уже есть, вместо того чтобы тратить огромные суммы на импорт соли.

У меня был доступ к изобилию морской воды в заливе Нортарии, и я считал, что это была золотая жила, которую следовало исследовать и использовать. Так мы могли бы получать просто тонны и тонны денег.

Глава 7

Через десять долгих минут наш экипаж приблизился к своему долгожданному пункту назначения. Кучер, внимательно приглядываясь к окну кареты произнес с легкой улыбкой на лице:

— Мой господин, наконец-то мы прибыли на соляную фабрику.

С момента, как я осмелился выйти наружу, меня охватил удушающий аромат серы, который витал в воздухе, смешиваясь с морским соленым ветром. Эти запахи всегда приносят мне дискомфорт, напоминая о моих давних переживаниях.

Мое лицо исказилось от отвращения, и я не могу удержаться:

— Уф, я так и не могу привыкнуть к этому запаху. Ты в порядке?

Шарлотта, моя надежная спутница и подруга, оглянулась на меня с улыбкой и спокойствием в глазах. Она всегда казалась более сильной в этом отношении:

— Может быть, потому что я к этому привыкла?

На что я махнул рукой, не желая погружаться в темные воспоминания о времени, проведенном на острове.

Вдвоем мы направились вдоль берега, следуя пути, который я хорошо знал. Для создания масштабного производства соли, я выбрал относительно большую, неглубокую равнину, удаленную от будущего индустриального комплекса. Это место было выбрано для использования в качестве пруда-испарителя, и я чувствовал себя гордым создателем этой технологической чудесной земли.

Однако, как часто бывает, пути к достижению цели оказываются не такими гладкими, как кажутся на бумаге. Некоторые участки требовали дополнительной переработки, чтобы создать еще больше таких прудов.

С учетом сильных волн океана, которые нам приходилось преодолевать, я разработал умную систему ирригации, экспериментируя с углами наклона и глубиной.

Да, это было вызовом, но когда каждая волна прибывала, морская вода автоматически наполняла наши ирригационные каналы, эффективно и надежно направляя ее внутрь прудов-испарителей. Это экономило нам массу времени и сил, избавляя от необходимости перевозить морскую воду на длинные расстояния.

После того, как морская вода попадала в пруды, она оставалась там наедине с солнцем и ветром. Здесь она претерпевала магическое превращение, превращаясь в благородную соль. Этот процесс казался таким естественным и неспешным, что он мог бы покорить сердце любого наблюдателя.

Но не стоит забывать, что это сотворение требует специфических условий. Добыча соли из морской воды — это тонкое искусство, доступное лишь в местах с минимальным количеством осадков. Морской воде нужно время, чтобы переродиться в чистую соль.

В момент, когда мы внезапно прибыли на фабрику, нас тут же окутали теплом и радушием. Встреча с менеджером оказалась истинным приятным сюрпризом. Его гостеприимство и энтузиазм были заразительны. Я чувствовал, как он словно вдыхал жизнь в эту фабрику, делая его более чем просто производственным предприятием.

Мы прошли по фабрике, и взгляды участников нашей делегации не могли оторваться от этой белой красоты. Горы соли, скопившиеся внутри фабрики, выглядели впечатляюще и внушительно.

И вот, в самом центре этой соляной фабрики, как в каменном замке среди моря соли, работал настоящий алхимик. Ему было поручено улучшить качество соли нашей компании. Этот момент добавлял весьма интересный аспект в наш продукт. Мы были призваны придать этой соли что-то особенное, чтобы завоевать сердца покупателей.

И внезапно, Шарлотта произнесла вопрос:

— Мы уже выпустили на рынок нашу соль собственного производства?

Менеджер с улыбкой ответил:

— Мы только начинаем расширять наше присутствие на рынке. Долгое время торговля солью была прерогативой знати из разных королевств, которая считала соль предметом роскоши. Но я верю, что наша соль, предлагаемая по более доступной цене, может привлечь больше покупателей.

Я вступил в разговор:

— Я полностью поддерживаю идею завоевания своей доли рынка в сфере торговли солью. Это может стать дополнительным источником дохода для нашего королевства. Однако, прежде чем мы сосредоточимся на внешнем рынке, необходимо удостовериться, что мы обеспечили наших собственных людей.

Мои слова прозвучали с уверенностью, и менеджер понял, насколько это важно.

— Ваше величество, я обещаю, что мы всегда будем следовать вашему совету и заботиться о наших согражданах, — ответил менеджер с искренностью в голосе.

Я лишь кивнул в ответ, понимая, что слова могут быть пустыми, пока не подкрепятся делами.

***

С каждым проходящим днем я ощущаю, как быстро летит время, словно песок сквозь пальцы. С удивлением осознаю, что сегодня уже последний месяц года. Мой родной город Мраморное, как и я сам, не перестает меняться и развиваться. Эмоции переполняют меня, когда я наблюдаю за этими переменами.

В нашем городе сейчас идет настоящая «Великая реконструкция», как я ее называю. На каждом углу можно увидеть массовое строительство, которое изменяет облик нашей родной земли. От дорожной инфраструктуры до планировки города, всё пересматривается и модернизируется с нуля.

Это происходит в соответствии с безопасными стандартами, разработанными университетом. Величественные бетонные сооружения постепенно вытесняют старинные средневековые постройки, которые так долго служили свидетелями нашей истории.

На фоне всех этих перемен в городе, также меняется и состав нашего населения. Сельские жители, ища лучшие возможности и работу, все чаще переезжают сюда. Многие из них решают остаться и поселиться в этом чудесном городе, даже ученые не остаются в стороне от этого.

Я помогал многим из них обустроиться в их новых домах, создавая для них уют и комфорт, чтобы они чувствовали себя как дома в Мраморном. Радость и благодарность в их глазах — это для меня награда, которая дарит смысл моей работе.

Но не только на уровне города происходят перемены. На мировой арене события тоже не стоят на месте. Однако, что меня больше всего беспокоит, так это напряжение между мной и президентом Манским, главой новосозданной республики Фосфорное. Он жаждет получить мои устаревшие аркебузы, и пытаюсь выжать из этой ситуации максимум выгоды.

Не важно, связано ли это с национальной безопасностью или служит его личным интересам, для меня важно то, что он пытается добиться своей выгоды. Ведь согласно нашему договору, Манский должен был направить своих специалистов с золотом сюда, чтобы получить знания и технологии. Но я никогда не позволил бы своим работникам так легко покинуть наш город.

Мне поступила аналогичная просьба от соседа короля Бычерога, и я согласился на нее. Эта ситуация породила во мне чувства невероятной власти и контроля. Честно говоря, я смотрел на королевство Бычерога, как на свое вассальное государство, или даже как на марионетку в моих руках. В тот момент я чувствовал себя, как настоящий манипулятор судьбами мира.

Мои агенты разместились по всей территории Бычерога, широко распространяя мое влияние. Он был моим голосом, моим инструментом в этой игре во власти и стратегии. Каждый его шаг был моим шагом, и это придавало моему существованию еще больше смысла.

Более того, упадок империи Большероссии становился все более очевидным с каждым днем, и больше никто не проявлял интерес к их делам. Этот контраст между моей властью и их упадком придавал моим действиям беспрецедентную значимость. Я был архитектором перемен, и каждый момент был наполнен экспрессией.

Меньше чем за год на континенте появились новые независимые королевства. Это была революция в истории, и я был на передовой линии этого переворота. Моя жизнь была полна адреналином и неожиданными поворотами событий.

Несмотря на короткий период, мне казалось, что время тянется слишком медленно. Может быть, потому что у меня нет смартфона, чтобы развлечься здесь? Возможно. В эти моменты, когда мир стоит на краю перемен, каждая секунда кажется вечностью.

В любом случае, именно я нес ответственность за начало этой волны изменений, которая затронула весь регион — социально, экономически и политически. Моя решимость и стратегический гений были двигателями этой революции.

Тем не менее, я лишь пожал плечами и перекинул вину на императорскую династию, представляя себя стабилизатором в этом регионе. Все было частью игры в выживание и власть, и я не собирался делиться своими картами с кем-либо.

Я далек от добросердечного человека. Мои действия были рациональными, а не вдохновленными состраданием. Для меня жизни тысяч людей — всего лишь небольшая цена. Я был бы глупцом, если бы остался среди этих ненадежных людей. Моя цель была велика, и она не терпела уступок.

Без сомнения, это ограничило бы мои движения и помешало бы реализации многих моих планов. Моя жажда власти и контроля была слишком сильной, чтобы уйти от нее на полпути.

Я взял в руки доклад, представленный Шарлоттой. Как видно, одному из агентов «Красного дракона» удалось проникнуть в дворец семьи Тарлия.

Долгие годы усилий, множество операций, и, наконец, наши шпионы обрели долгожданный шанс — проникнуть внутрь таинственного дворца. Этот шанс открылся, когда дворец объявил набор прислуги. Этот шанс был настолько ценен, что все агенты получили строгий приказ участвовать в этой операции. И все же, даже среди элитных агентов, только двое были одобрены для вступления в дворцовую прислугу.

Мне до сих пор не ясно, почему процесс набора был таким жестким и требовательным. Но я чувствую облегчение, зная, что у нас есть наши люди внутри стен дворца. Это был настоящий прорыв, который мог изменить ход нашей долгой борьбы.

Пять месяцев назад я получил шокирующий отчет от агента под позывным «Старый», он же «Лавочник». Шарлотта послала его туда, чтобы создать сеть шпионов в королевстве Тарлия. Его отчет вызвал во мне невероятное беспокойство и решимость.

Судьба играла свою загадочную игру, и он случайно встретил мою сестру Раду на рынке. Моя душа была поражена этим случайным стечением обстоятельств. Я узнал, что теперь она находится так далеко на севере.

Именно в этот момент стало очевидным, что тот шпион Якоб, или как бы он ни назывался, должен был приложить руку к этому. Не могло не быть сомнений, что мой брат Радовид, предатель и убийца моего отца, также находится там. Я был уверен в этом на все сто процентов.

Я мгновенно отдал приказ «Красному дракону», моим верным агентам, переключить свое внимание на спасательную операцию. На этот раз дело было настолько важным, что все планы пришлось бросить и полностью сосредоточиться на одной цели — спасти мою сестру Раду.

Однако радостные новости не продлились долго. Как только мы начали двигаться вперед, последовали еще одни шокирующие известия. Рада оказалась матерью ребенка от принца Тарлия. Это было нечто совершенно неожиданное и драматическое.

И я вдруг осознал, что теперь моя миссия стала не только спасением Рады, но и спасением моего маленького племянника. Я отказался от всех своих предыдущих планов и стал готов на все ради этого маленького существа, которое было невольно запутано в игре интриг и политики. Эмоции взрывались внутри меня, и я знал, что больше нет пути назад.

Когда женщина рожает ребенка, в ее глубине пробуждается могучий, необъяснимый материнский инстинкт. Это чувство, сильнее любой другой натуры, способно преодолеть любые преграды и преобразить женщину в невероятную силу природы. Это чувство невероятной любви и ответственности, которое связывает ее с ее маленькими детьми, делает ее готовой на всё, ради их счастья и благополучия.

Даже если женщина кажется холодной или недоступной в глазах окружающих, пока в ее груди бьется сердце, она всегда будет стремиться к лучшему для своих детей. Ведь она знает, что эти маленькие создания — это часть ее самой, ее кровь и плоть, и ей не терпится увидеть их счастливыми и успешными.

Рада, она — не исключение. Она может казаться сложной, загадочной, но внутри нее живет мать, которая готова на всё, чтобы ее сын был счастлив. Эмоции, которые пронизывают ее душу в эти моменты, невероятно сильны, и это объединяет ее с другими матерями в мире.

И хотя, возможно, она могла бы передумать оставаться там, сейчас ее главным приоритетом должен стать ее сын. Ей, безусловно, хочется, чтобы он рос в окружении обоих своих родителей, чтобы знать, что он любим и желанен. Эта надежда, это желание — они могут двигать горы.

Принудительное отнимание у нее сына — это не вариант. Мы должны найти способ сработаться, даже если это потребует от нас максимальной гибкости и терпимости. Рада, возможно, сейчас не сотрудничает с нами, но это не означает, что она не способна к изменениям.

Я считаю, что агент «Старик» просто шутит, утверждая, что отношения Рады с мужем холодны. Он, возможно, не видит всей глубины и сложности их ситуации. Иногда в жизни люди проходят через трудные времена, но это не значит, что всё потеряно навсегда.

Сейчас, возможно, эти отношения прохладные, но кто знает, как они будут развиваться в будущем? Важно помнить, что эмоции могут оказать большое воздействие на людей, и мы можем сделать всё возможное, чтобы помочь Раде пережить этот нелегкий момент.

Это типичная миссия для агентов — вступить в контакт с Радой. Мы должны быть терпеливыми и чуткими к ее чувствам, дав ей возможность выразить свои мысли и эмоции. Только так мы сможем восстановить связь и сделать все, что в наших силах, чтобы ее сын рос в заботливой и любящей семье.

— Что ж, это только начало истории, — шепчу я себе, глядя из окна своего кабинета на город. Моя жизнь стала одним непрерывным путешествием в мире интриг и опасностей, и сегодня не было исключением.

Пока мои верные агенты находились внутри дворца, скрываясь в роли простых слуг, они, как никто другой, могли бы прислать мне полезную информацию. Естественно, я не ставил им жестких сроков, зная, насколько ценна их безмятежность. Поэтому главная задача заключалась в том, чтобы наши агенты заслужили доверие и завоевали союзников среди слуг и прочих обитателей дворца.

Ненадежные слухи и устные разговоры, летающие вокруг этого мрачного дворца, могли стать нашими ценными активами. Кто-то из слуг мог случайно выдать какую-то важную информацию, которая позволит нам приблизиться к нашей цели.

Несмотря на то, что Рада имела своих личных служанок, я всегда сохранял подозрения по поводу их верности. Они, возможно, действовали как двойные агенты, предпринимая шаги, которые могли бы обмануть саму Раду.

Я массирую свои виски после того, как откладываю отчет в сторону. Рождение моего маленького племянника изменили все планы, и я никак не мог оставить это за пределами своих мыслей.

Мысли о другой моей сестре Риме заставляют меня задуматься о ней. Она была заключена в мрачной тюрьме уже три долгих года. Меня мучает вопрос — не потеряла ли Рима за это время свой рассудок?

Когда я в последний раз видел ее, все было в порядке. Ее умственная стойкость и сила воли были выше всяких похвал. Ведь в этом опасном и непредсказуемом мире, где современные люди могли бы давно потерять рассудок, ее несокрушимая воля была как бесценное сокровище.

Честно говоря, я не знал, что делать с ней. Убить ее без явных причин показалось бы мне слишком жестоким шагом. Меня раздражало, что я дал ей слишком много свободы, но пока что, у меня не было серьезных оснований для ее уничтожения. Но она была дочерью Марии Гордеевой и сестрой моего брата Ромара. И после того, как я расправился с ними, она могла затаить на меня злобу.

В конечном итоге, в этом мире нет ничего бесполезного. Если мы считаем что-то бесполезным, это означает, что нам не хватает знаний, чтобы понять и использовать это.

Глава 8

Портовый город Белая гавань просыпался в последний день года, под дыханием холодного морского бриза, который решил наведать его, словно предупреждая о приближении зимы.

Местные жители, привыкшие к бесконечному солнцу и жаре, были вынуждены прибегнуть к своим зимним гардеробам, одевая шарфы и куртки.

На склоне холма, который обрамлял портовый город, рестораны оживленно пестрели яркими красками. Это было зрелище, которое можно было наблюдать вечно. Туристы собрались здесь со всех уголков страны, их число намного превосходило количество местных жителей. Столики на открытых верандах были заранее забронированы, и внутри ресторанов царила атмосфера предпраздничной суеты.

Горожане и гости равномерно размещались вокруг столов, вдыхая ароматы приготовленных морепродуктов. Несмотря на разницу в социальном статусе, все собравшиеся сегодня в этом курортном городе были объединены единым намерением — насладиться последним днем года в этом удивительном месте.

Один из ресторанов, который возвышался на вершине холма, привлекал внимание богатых торговцев и дворян. Это было место, где собиралось высшее общество, чтобы обсудить последние новости и поздравить друг друга с наступающим Новым годом. Кухня этого заведения была утонченной и изысканной, позволяя гостям наслаждаться непередаваемыми вкусами моря и земли.

Однако, безусловно, основной привлекательностью этого места был его вид. Вечером, при свечах и дымке, вид с вершины холма был потрясающим. Словно на вершине мира, гости ресторана ужинали, любуясь заходом солнца в океан, который казался бескрайним, искрящимся золотом и оранжевыми отблесками.

И даже сегодня, в последний день года, это заведение было до отказа заполнено. Столы были уставлены, а атмосфера была пронизана радостью и ожиданием. Здесь собирались молодожены, обмениваясь ласковыми взглядами, и пары, пытающиеся воскресить и укрепить свою любовь в этот волшебный момент. В этой ночи, в этом месте, Белая гавань сияла светом и теплом, собирая всех, кто стремился начать новый год с вдохновением и надеждой.

В дальнем углу уютного ресторана, где мягкий свет ламп отражался в окнах, находился один изысканный столик. Он был придвинут к стене, и в этот момент он был пуст, словно ждал чего-то особенного. По всему виду этого столика, можно было сказать, что он был зарезервирован для важного мероприятия.

«Дзинь!»

Звонок входной двери заставил всех обернуться. В помещение медленно вошла группа из четверых пожилых джентльменов, облаченных в стильные костюмы и одна дама. Они внимательно оглядели ресторан, как бы осматривая каждый угол, прежде чем их взгляды наткнулись на двух мужчин, сидящих за резервированным столиком.

— Прошу прощения за задержку, господин Целковый, — вежливо произнес один из пришедших, шагая вперед к столу.

— Пожалуйста, присаживайтесь. — Целковый не сразу отреагировал на извинения и оглядел их с недоумением. Его лицо было мозаикой эмоций: скучание, раздражение, злость и многие другие, которые было трудно уловить.

Его настроение было на исходе. Пребывание в компании этих стариков вызывало у него настоящее недовольство.

Несмотря на грубое отношение со стороны Целкового, пятеро стариков, которые были явно старше его, улыбались, словно у них не было ни малейших претензий.

Молодой человек напротив них был считался самым влиятельным и состоятельным человеком в Сервии. Ему принадлежали предприятия в разных отраслях промышленности, и его имя было знакомо многим представителям высшего общества. Это был человек, с которым хотели познакомиться многие, но такие встречи были редкостью.

Из-за того, что Целковый ежедневно имел дело с двуличными и склонными к хитростям людьми, он установил строгие ограничения на количество встреч. Он не готов был видеться с кем угодно и отбирал собеседников по их статусу и мотивам. Несмотря на все его усилия, количество приглашений и писем не уменьшалось.

К счастью для пятерых стариков, Целковый согласился на встречу и даже лично написал приглашение на ужин. Это была истинная удача, которой они не смогли бы не воспользоваться.

Официант закончил записывать заказы, и Целковый заговорил, его голос звучал уверенно и немного таинственно, словно он уже знал ответы на свои вопросы.

— Прежде всего, позвольте мне выразить благодарность за ваше время и участие в этой встрече, дорогие члены «Совета ПРС» (Партия Республики Сервия)

Один из членов Совета, женщина с изысканным манерным жестом, ответила:

— Для нас это большая честь, господин Целковый. Встретиться с человеком вашего статуса — это поистине уникальное событие. Могу я спросить, что привело вас сюда, и почему вы решили лично пригласить нас?

Целковый усмехнулся, глядя в глаза каждого из собравшихся:

— Видимо, моя скромность давно стала моей слабостью. Однако, прежде чем мы перейдем к основной теме, позвольте мне узнать ваше мнение о нынешнем состоянии «ПРС»?

На лицах членов Совета мелькнули улыбки, но эти улыбки быстро сменились выражением серьезности.

— Президент Милош Миланов медленно, но верно, превращается в диктатора, — заявил один из них, при этом стукнув кулаком по столу. Его голос был настойчивым и грозным.

— Да, — согласился другой член Совета, мужчина с холодным выражением в глазах. — Он начал преследовать всех, кто высказывает даже малейшее недовольство. Под предлогом нарушения единства партии он убрал критиков. Многих обвиняли в шпионаже в пользу монаршества, и им приходилось либо выйти из партии, либо замолчать навсегда. Это только вопрос времени, когда он начнет нас следить за нами более внимательно.

Целковый кивнул, словно он уже знал об этом, и его голос стал еще более загадочным:

— Интересно. Вы считаете, что Милош готов пойти на крайние меры?

Члены Совета обменялись взглядами, и один из них ответил:

— Если он продолжит в том же духе, то крайние меры могут стать неизбежностью. Но что вы предлагаете, господин Целковый?

После внимательного выслушивания жалоб собравшихся, Виктор Целковый, выдающийся стратег и руководитель, поднял свой взгляд, пока все ожидали его реакции. Подчеркивая серьезность ситуации, он кивнул в знак согласия.

— Ситуация оказалась гораздо более запутанной, чем я мог представить себе, — начал он, пробираясь сквозь мрачные мысли. — Принятие решения не приглашать двух оставшихся членов совета, оказалось необходимым. К сожалению, мне приходится вам доложить, что они были полностью подкуплены Милошом.

Гнев и разочарование собравшихся не могли не найти отражения в их выражениях.

— Эти дураки... Я так и знал, — пробормотал один из них, выражая общее недовольство.

Целковый медленно кивнул, а затем вздохнул.

— Возможно, стоит обсудить возможность проведения голосования о смещении Милоша с поста президента в партии? — предложил он, открывая путь к новым возможностям.

Шестеро из них одновременно кивнули головами, взаимно разделяя желание избавиться от Милоша и его коррупционного влияния.

— Мы не можем, господин Целковый, — вмешался один из членов совета, проконсультировавшись с коллегами. — До следующего заседания Верховного совета еще два года, так же как и до выборов. Если мы спешим с проведением собрания сейчас, это может вызвать наше отчаяние и внутреннюю нестабильность. Монархисты не упустят такую возможность.

— Два года... Понятно, — промолвил Целковый, размышляя над альтернативными путями действия. — Тогда, возможно, я мог бы предложить вам некоторую помощь. В обмен на одну услугу с вашей стороны. — В его голосе зазвучала загадочная нотка, вызывая интерес и любопытство собравшихся.

Внезапно их манера становится более вежливой и уважительной. В ресторане, освещенном теплым светом, старики переводят взгляды друг на друга и улыбаются.

— Можем ли мы помочь? Какую поддержку господин Целковый хотел бы нам предоставить?

Целковый отвечает, глядя в их направлении:

— Я собираюсь оказать вам значительное финансовое сопутствие. Используйте это, чтобы привлечь поддержку к вашей стороне, особенно для объединения антипрезидентской фракции. Но я попрошу вас об ответной услуге.

Марк, один из старейших активистов, едва сдерживает волнение:

— Финансовая помощь...

Получить поддержку от Целкового — это серьезное дело. С его финансовой поддержкой их движение станет менее ограниченным, чем сейчас.

Однако у них возникают сомнения относительно причин, по которым Целковый хочет им помочь.

Новый активист, Джордано, несмело спрашивает:

— Господин Целковый, о какой услуге вы спрашиваете? — Ему было странно, что самый богатый человек страны сейчас вовлечен в политику.

Целковый похлопал по плечу человека, который молча сидел рядом с ним. Этот человек еще не говорил с ними

— Позвольте представить моего дальнего родственника, Александра Белова. Он очень заинтересован в политике, и я думаю, что ПРС — это отличная партия для него. Его антимонархическая идеология соответствует вашей. Я хочу, чтобы вы позаботились о нем. Просто убедитесь, что вы не сделаете это слишком очевидным.

Анна, улыбаясь, поднимает бокал:

— Хахаха!! Господин Целковый, это небольшая услуга, которую мы с удовольствием выполним. Не волнуйтесь, мы позаботимся о нем.

Целковый с легкой улыбкой передает им коричневый портфель:

— Отлично! В благодарность возьмите это портфель. Откройте его, когда вернетесь домой.

Шестеро из них обсуждают объем поддержки, которую Целковый собирается предоставить им. Заслужив уверенность богача, они поднимают бокалы и выпивают за успех будущего союза.

Через полчаса Целковый наблюдал, как пятеро довольных стариков и женщина покидают ресторан. С улыбкой на лице он смотрит на своего «кузена».

— Теперь все в твоих руках, Радовид. У тебя есть два года или ты мертв. Ты понял?

Радовид Виноградский скромно кивает:

— Да, господин Целковый.

****

— Хм... — Я с глубокой задумчивостью вглядываюсь в зеркало, и там открывается передо мной четкое отражение моего собственного тела, в полный рост высотой в 180 сантиметров. Каждая деталь моей фигуры, от контуров моей мускулатуры до деталей лица, оказывается перед моими глазами.

В этот момент я нахожусь в своей просторной комнате, погруженный в одиночество и без рубашки. Свет из окна падает мягкими лучами, освещая мою фигуру, и создавая игру света и теней на моей коже. С каждым поворотом, мои глаза, будто лазеры, скользят внимательно по каждому сантиметру моего тела, словно художник, который пытается запечатлеть этот момент.

Следы тщательных тренировок и усердных усилий легко видны на моем стройном и мускулистом теле, что делает его гораздо привлекательнее, чем то, что было у меня на Земле. Четыре года посвященных тренировкам и самосовершенствованию приносят свои плоды, оставляя впечатление силы и готовности.

Но, глядя на свое отражение в этом высоком и четком зеркале, одна мысль не покидает мою голову.

— Поскольку я могу видеть себя с такой ясностью, зеркало, кажется, сделанным безупречно. Единственное, что меня тревожит...

Приближая лицо к зеркалу, я начинаю размышлять вслух:

— А не кажется ли мне, что я выгляжу немного старше своих лет?

Может быть, это воздействие стресса? Мои мысли начинают кружиться, и я пытаюсь разгадать тайну перемен в своем внешнем облике.

Когда-то я читал статью, которая утверждала, что стресс может ускорить процесс старения. Возможно, это долгое время в неизведанном мире и невероятные испытания, которые пришлось мне пройти, оставили свой след на моем лице и фигуре.

— Но действительно ли это имеет значение? — произношу я, отмахиваясь от этих мрачных размышлений. Не желая засорять свой разум мелочными вопросами, я решаю просто насладиться моментом и своей красотой.

Мое лицо, ранее украшенное детской округлостью, потеряло ее, и теперь оно выглядит взросло и привлекательно, с выразительной челюстью, о которой раньше я даже и не мечтал. Вместе с моим пронзительным взглядом, я излучаю уверенность и силу, которые недавно привнесли в мою жизнь изменения, подарив мне привлекательную внешность.

Это удивительное зеркало представляет собой воплощение выдающейся инженерной работы и мастерства, продукт создания стекольной фабрики, который был задуман и изготовлен исключительно для моего личного использования.

Оно представляет собой вершину искусства и технологии, и в скором времени оно станет доступным для ценителей роскоши, став первым продуктом, который, безусловно, принесет нашей компании значительную прибыль в области производства стекла.

Через два месяца мы планируем выпустить этот шедевр для обычных граждан, давая возможность каждому прикоснуться к этой невероятной технической и художественной магии. Это не просто зеркало, это объект искусства, соединяющий в себе красоту и функциональность.

Наши исторические корни уходят в годы, когда наша фабрика работала исключительно для государственных заказчиков, однако мы понимаем, что наша миссия — не просто удовлетворять потребности одного заказчика, а создавать качественные продукты для всех. Это наша философия развития и роста, основанная на многолетнем опыте и умении сочетать выдающуюся технологическую базу с художественным вдохновением.

Моя идея о создании собственного производства стекла зародилась два года назад, после вдохновляющего посещения соляного завода. Осознав важность стекла в различных отраслях промышленности, я решил вложить значительные средства в разработку передовых технологий производства стекла.

Среди разнообразия видов стекла, таких как бариевое и алюмосиликатное, мой основной интерес сосредоточен на боросиликатном стекле. Этот материал просто великолепен в лабораторной сфере благодаря своей уникальной термической стойкости и низкому коэффициенту теплового расширения. Это открывает перед нами мир новых возможностей и новых горизонтов в научных исследованиях и лабораторных исследованиях.

Под моим надзором наши выдающиеся математики работают круглосуточно, чтобы обеспечить высочайшие технические характеристики наших изделий. Мы производим не только зеркала, но и другие изделия, такие как мензурки, пробирки, бюретки, капельницы, мерные колбы и многое другое.

Четыре года назад я оказался в этом мире, и с тех пор моя жизнь претерпела значительные изменения. Это переселение было несомненно вызовом, но я полностью погрузился в адаптацию и улучшение местной инфраструктуры и технологий.

Сегодня утром, подготовившись и отправившись в обеденный зал, я был встречен своими жёнами, с которыми мы завтракаем каждый день. Жанна и Шарлотта, две женщины, которые за последние два года превратились в настоящих красавиц и очаровательных леди.

Их присутствие всегда привлекает внимание окружающих, и они, безусловно, стали звездами, на которых равняются тысячи молодых девушек. Чтобы обеспечить их безопасность и приватность, я решил нанять группу телохранителей, которые всегда готовы оставаться в тени и обеспечивать их безопасность.

А Дарье Гордеевой, любимой жене моего отца, в этом году уже за сорок. Она, несмотря на свой возраст, продолжает излучать невероятную красоту и энергию. Её лицо светится радостью после того, как я, наконец, рассказал ей о местонахождении Рады и её сына. Мне было немного неловко, что я так долго скрывал от неё эту информацию, учитывая, что она является биологической матерью Рады.

Понимая, насколько женщины могут быть эмоциональными, я принял решение усилить меры безопасности вокруг Дарьи. Я поднял степень наблюдения за ней с помощью агентов «Красного Дракона», которые при этом маскировались под горничных, чтобы не вызвать подозрений.

Может быть, это всё всего лишь моя паранойя и излишняя осторожность, но, несмотря на это, существует вероятность, что агенты «Тёмного омута» могут скрываться в моем особняке. Хотя эта вероятность крайне мала, я боюсь, что они могут воспользоваться Радой, чтобы подстроить ловушку и вынудить Дарью передать разведданные.

Мое образование на инженерном факультете научило меня всегда держать в уме худший сценарий развития событий.

Глава 9

Честно говоря, Дарья была необыкновенно осведомленной о многих аспектах Дома Виноградских. Эта информация охватывала не только наше финансовое положение, но и самые мельчайшие детали, такие как предпочтения в пище, странные привычки и другие личные моменты. Казалось бы, все это могло показаться мелочью, но в умелых руках эти драгоценные детали могли стать мощным оружием, способным разрушить репутацию и статус семьи в обществе.

В отличие от Римы, я, будучи связанным с Дарьей в качестве мачехи, не имел права полной изоляции Дарьи от нас. Это было не только из-за соображений благополучия собственной репутации, но и из-за некой зависимости от этой семейной связи. Безусловно, моя свобода была ограничена, и я был вынужден тщательно балансировать на лезвии ножа.

Поэтому, в каждом общении с Дарьей, я старался ограничивать дискуссии о политических темах. Это был непростой процесс, но я убедил и Жанну, и Шарлотту придерживаться той же тактики. Впрочем, полностью избежать подобных бесед было невозможно, но мы старались уменьшить ущерб от их возможных последствий на минимум.

Было бы наивно полагать, что моя тревога по поводу утечки информации не росла. Если бы не моя решимость несколько лет назад создать «Министерскую площадь», мои опасения, возникающие при всяком упоминании семейных тайн, могли бы увеличиться вдвое или даже утроиться.

Разделение семейных и административных обязанностей стало моей жизненной стратегией, и оно работало. Однако я хорошо понимал, что этот хитроумный метод не мог продолжаться вечно. Моя мачеха, безусловно, была слишком хитрой и проницательной, чтобы не заметить изменений.

Чтобы отвлечь ее внимание и распутать узел семейных интриг, я прибег к дерзкому шагу — организации свадьбы. Да, свадьба, которая обязана была стать не только событием в моей жизни, но и сделкой с графом Тетерево. Теперь, когда мне исполнилось восемнадцать лет, я обязан был выполнить свое обещание, даже если это значило навсегда изменить ход моей судьбы.

На самом деле, с самого начала я не планировал уклоняться от этого долга. Мои решения определялись несколькими ключевыми факторами.

Во-первых, я уже давно был знаком с Жанной и знал о ее присутствии рядом со мной. Ее ум и красота вдохновляли меня, а ее благородное происхождение делало ее непревзойденной партией.

Во-вторых, сложно было представить, что кто-либо еще смог бы сравниться с дочерью графа Тетерева по внешнему облику, интеллекту, характеру и происхождению. Она была явным олицетворением доблести и элегантности.

В-третьих, Жанна обладала уникальными знаниями о внутренних делах правительства, которые могли стать мощным инструментом в наших руках при правильном управлении.

Разлучение с ней было, как если бы мне пришлось потерять часть самого себя. Независимо от того, насколько я мог быть жестким, я не смог бы дать приказ оставить ее.

И все же я никогда не выразил этого ни словами, ни на бумаге. Мои чувства были заключены внутри меня, словно тайна, которую я не мог раскрыть.

Без моего ведома граф Тетерев несколько раз обращался ко мне, просив подтвердить свое одобрение его прошлогодних действий, отправляя мне трогательные письма. Я ощущал его беспокойство, но специально игнорировал большую часть из них и откладывал ответы. Это был мой способ пытаться донести до него свое недовольство.

Может быть, это казалось ничтожным и даже по детский мстительным шагом, но я видел это как своеобразное возмездие за его дерзость, когда я требовал от него вассального послушания.

И только когда Жанна, моя невеста, подняла этот вопрос, я нашел в себе силы написать ответ будущему тестю.

— Итак, Ренар, — спросила Дарья, моя мачеха, с ноткой иронии в голосе. — Ты уже определился с датой? Или хочешь, чтобы я выбрала ее за тебя? — Ее слова отразились в глазах, полных нежданной решимости.

Я только что собирался откусить кусок от своего бутерброда. Отложив бутерброд, я медленно поднял глаза и посмотрел на мачеху.

— Мачеха Дарья, — прошептал я, — я оставляю это решение за тобой. Если нужно, можешь обсудить это с Жанной. Деньги меня не волнуют.

Честно говоря, эта ситуация меня несколько тревожит. Эмоции бушуют внутри меня, и я стараюсь сохранить спокойствие. Мне просто хочется, чтобы эти моменты были особенными и незабываемыми.

Дарья подперла щеку ладонью, и её лицо выражало недовольство, словно тучи накапливались над нашими головами:

— Хм, — протянула она с саркастическим намёком, — всё же надеюсь, что ты мог бы поучаствовать в планировании. У меня нет возможности организовать свадьбу для своих собственных детей.

Её слова звучали торжественно, как бы она призывала меня к действию, но моя реакция была спокойной и решительной:

— Подожди, мачеха Дарья. Пожалуйста, не заставляй меня чувствовать себя виноватым. Ты знаешь, что я не разбираюсь в этих вещах. Я предпочту доверить это профессионалам, как ты.

— Но всё же, что насчет...

Я решил завершить этот разговор, поскольку чувствовал, что внутри меня бушует некое беспокойство. Минута неудобства в присутствии мачехи была для меня тяжелее, чем я ожидал.

— Хорошо, мне пора уходить. У меня назначена встреча с министрами. Увидимся позже, мачеха Дарья.

Я быстро покинул столовую, стараясь скрыть свои сомнения от неё. Чем дольше я остаюсь, тем больше она меня донимает.

Я услышал, как Дарья вздохнула, и в этом вздохе была нотка разочарования.

— Этот парень всегда уходит, когда я поднимаю эту тему. Меня интересует, почему ему так не важна его собственная свадьба.

Её голос звучал как мольба, словно она ждала, что я вдруг изменю своё решение и начну активно участвовать в планировании свадьбы.

****

Через три часа бурное ежегодное собрание министров завершилось. Этот Белый зал правительственного комплекса, где звучали торжественные речи и принимались важные решения, теперь медленно опустел. Поочередно министры покидали свои места, оставляя за собой лишь шум увядших аплодисментов и запах ароматического кофе.

И в этот момент я остался последним в этом месте политических интриг и великих решений. Мои глаза скользили по этому величественному помещению, которое многие считали сердцем нашего государства. Но сегодня у меня было много на уме. Мои мысли кружились как стая птиц в небе перед грозой.

— Какие у тебя планы на день? — спросила меня Жанна, моя надежная подруга и будущая жена. Она встала со своего места, как всегда проявляя интерес к тому, куда отправится её король.

— Давай подумаю... — Я глубоко вдохнул аромат власти, который до сих пор ощущался в воздухе. По моим прикидкам, сейчас было около одиннадцати утра, слишком рано для обеда. Мое внимание переключилось на планы за пределами этой роскошной залы. — Возможно, я проверю свои компании. У меня сейчас нет никаких срочных дел. Или я мог бы сделать небольшую экскурсию по городу. Ты не хочешь присоединиться?

Жанна отказалась, покачав головой.

— У меня в офисе накопилась куча работы. Мы живем в мире, который не останавливается ни на минуту, даже для короля.

— Тогда, наверное, до встречи. — Я медленно направился к выходу, оставляя позади это место власти и ответственности. Сел в свой черный экипаж, который стоял там, словно всегда ждал своего государя. — Кучер, отправляемся на 1-ю синюю улицу.

— По вашему желанию, ваше величество. — Голос кучера звучал с почтением и восхищением.

Через пять минут карета остановилась на 1-й Синей улице, сердце делового района. Будний день, как всегда, принес с собой множество деловых афер и спешащих карет. Кучер припарковал карету у обочины, с особым мастерством учитывая остальных участников этого театра городской жизни. Он быстро и грациозно открыл дверь для меня, короля Ренара.

Я вышел из кареты, и моя рука медленно скользнула к левому карману брюк, чтобы передать несколько монет кучеру. Теплая монета прикоснулась к моим пальцам, и я ощутил ее вес. На мгновение я ощутил чувство благодарности к этому старику, чей труд незаметно для многих делал наш город более уютным.

— Дедушка, возможно, мне придется задержаться здесь ненадолго. Пойдите и проведите время в ближайшем кафе, — сказал я, стараясь внушить в свой голос нотки доброты и уважения.

— Благодарю вас, ваше величество, — ответил старик, наклонив голову, и направил карету прочь. Его голос был слегка дрожащим, и я не мог не подумать о всей тяжести его трудового дня.

Когда кучер исчез из виду, я осмотрелся и понял, что стою перед девятиэтажным зданием. Это было самое высокое сооружение, когда-либо появившееся в Мраморном, достигая высоты в 50 метров.

Мой город, в который я вкладывал столько энергии и ресурсов, был теперь увенчан этим великолепным творением. Два года назад я предложил объединить разрозненные офисы в одном месте для более эффективного управления, и это здание в неоклассическом стиле было результатом этой идеи, став штаб-квартирой компании Виноградских.

Я, конечно же, не мог не восхищаться архитектурными особенностями этого здания. Оно словно возвышалось над городом, олицетворяя наше достижение и прогресс. Планировалось внедрить систему кондиционирования воздуха, но пока еще не было электричества, и в этой области мои знания были весьма ограничены.

В основном я узнал о ней у своего соседа по дому из прошлой жизни, который был специалистом в электротехнике. Внутри меня вспыхнуло желание сделать город еще современнее и комфортнее для его жителей.

Взглянув влево и вправо, я заметил, что все здания на этой улице следуют единому архитектурному стилю. Очевидно, этот стиль все еще популярен, и мой город продолжал сохранять свою уникальность и красоту. В настоящее время многие строили здания с металлическим каркасом, и единственное отличие заключалось в количестве этажей.

Но у нас сохранялась традиция, и каждое здание было похоже на произведение искусства. Я предполагаю, что причина этого ограничения кроется в финансах, но для меня это был символ нашего города.

Использование бетона и прочной стали стало весьма распространенным, и благодаря их экономичности и разнообразным применениям, эти два материала вытеснили камень из обихода. Это был еще один шаг к нашей городской модернизации и улучшению жизни жителей.

За последние два года я заработал значительную сумму денег, но для меня они были не просто цифрами на счете. Они были свидетельством моей преданности и усердной работы, вложенной в процветание Мраморного. Я был горд тем, что смог сделать этот город лучше для всех его обитателей.

Что касается названий улиц, я лично следил за их форматом. Они состояли из номера улицы и цветового кода, словно мозаика, которая систематизировала прошлую запутанность.

Для облегчения жизни жителей, посетителей и кучеров, я приказал установить дорожные знаки с соответствующими цветовыми кодами:

Синий для делового района, который всегда кишел активностью и движением.

Зеленый для правительственного округа, символизирующего стабильность и порядок.

Красный для жилого района, где пульсировала жизнь горожан и их мечты.

Оранжевый для промышленного района, где зарождались инновации и рабочие будни.

Фиолетовый для учебного округа, где будущее нашего города формировалось усилиями образования и знаний.

С каждым шагом, с каждой решающей деталью, я ощущал, что вкладываю частичку своей души в процветание этого места. Мраморный был моим домом, и я гордился тем, что мог делать его лучше.

Не нужно говорить, что европейская дорожная разметка, похожая на лабиринт, исчезла полностью. Моя предпочтительная сетчатая разметка заменила всё, и это же произошло в других городах. Местоположение и цветовая гамма этих мест кардинально изменились.

Я резко вернулся к реальности.

Некоторое время я простоял у главного входа в штаб-квартиру компании. К счастью, никто из прохожих меня не узнает. Максимум, они бросают короткий взгляд и думают, что я подозрительно похож на короля.

Никто не вышел меня встречать из-за неожиданного визита.

«Мне пора войти внутрь, а не стоять здесь как статуя».

Я направился к входу, и швейцары открыли дверь, кланяясь уважительно. Они узнали меня по моему экипажу.

Внутри вестибюля штаб-квартиры была роскошь. Мне нравился дизайн интерьера, особенно сочетание черного и золотого цветов. Пол был покрыт черной фарфоровой плиткой, потолок украшали золотые люстры. Стойка регистрации была коричневой, а книжная полка добавляла уютные цвета в вестибюль.

Я подошел к стойке регистрации, и секретарша вежливо улыбнулась.

— Добро пожаловать в штаб-квартиру компании Виноградских. Чем я могу помочь?

Ее стандартное приветствие было прервано, когда она увидела мое лицо.

Она попробовала сохранить спокойствие.

— Ваше величество?

— Да, это я, — улыбнулся я в ответ. — Господин Леонид сейчас в офисе?

Она кивнула.

— Да, господин Леонид свободен. Позвольте мне провести вас.

— Все в порядке, — я спокойно отклонил ее предложение. — Я сам смогу подняться наверх.

Оставив ошарашенную секретаршу внизу с ее глазами, полными уважения и недоумения, я направился по изысканным мраморным ступеням на верхний этаж. Планировка всех этажей в этом здании была одинакова, но единственное, что делало их разными, был внутренний дизайн, который олицетворял статус и мощь.

Мои шаги были уверенными, а взгляды рабочих, скользившие за мной, были полны восхищения и зависти. Этот момент был для меня не только прогулкой по коридору, но и демонстрацией моей власти.

Я достиг двери кабинета главного менеджера. Там висела золотая табличка с именем «Леонид Хиннер — главный менеджер», которая сияла, как и все, что окружало меня.

Мои пальцы ненадолго задержались на табличке, прежде чем я решительно постучал в массивную дверь.

— Кто там? — раздался нервный голос с другой стороны двери.

— Это я, — коротко ответил я, голосом, который нес элегантность и власть.

Леонид был ошарашен, когда он увидел мое величественное лицо в своем кабинете. Его глаза широко раскрылись, а лицо исказилось смешанными эмоциями удивления и восхищения.

— Ваше величество?! Вы не предупредили меня о своем приходе. Если бы я знал, я бы устроил для вас грандиозное приемное мероприятие. Кто-нибудь, принесите чай.

— Зная ваш обычный стиль, я сделал правильный выбор, не предупреждая вас заранее. Это было бы лишней тратой времени. Вам следует сконцентрироваться на заработке для меня, — ответил я с легкой усмешкой, выражая свою надежду на его преданность и преданность компании.

— Пожалуйста, проходите и садитесь, — Леонид пригласил меня с уважением.

— С удовольствием, — я согласился, садясь на изысканный серый диван в его офисе. — Это новый диван, о котором вы недавно говорили? Довольно комфортабельный.

Леонид пожал плечами с гордостью:

— Говорить о нем как о хвастовстве... это немного грубо. Я всего лишь порекомендовал его вам. Этот диван сделан мастерами с богатой историей в производстве мебели.

— Дайте мне адрес их магазина. Я проверю его, когда у меня будет свободное время, — сказал я, демонстрируя свой непреклонный стиль и внимание к деталям.

— Без проблем. Что привело вас сюда, ваше величество? — спросил он, ожидая моих указаний и желаний, готовый выполнить их с безукоризненным служебным уважением.

— Просто краткий визит, — произнес я, но в моих глазах мелькнул невидимый огонь, который говорил о том, что за этой фразой скрывается нечто гораздо большее, чем просто случайный визит.

Леонид вздрогнул, поняв смысл моих слов. Его сердце успело метнуться в пятки и выражение его лица стало мрачным. Он понял, что стоит за моей улыбкой. Но я его понимал. Наши интересы были схожи — бизнес и государственные дела.

Глава 10

— Почему вы здесь, ваше величество? — спросил Леонид. Вскоре после этого его секретарша вошла, неся две чашки чая.

— Просто зашел в гости на мгновение. Сегодня у меня нашлось немного свободного времени, и я решил заглянуть к вам, ребята. Можете ли вы рассказать мне, как дела в моей финансовой компании в последнее время?

Я мог понять, что меня ожидают хорошие новости, просто глядя на улучшившееся выражение лица Леонида. Интересно, как этот человек умудряется вести переговоры, не выдавая своих эмоций на лице.

— В последние годы компания развивалась, — сказал Леонид, встал и подошел к своему столу. Его рука металась среди стопок документов. Как только он нашел нужную папку, он передал его мне. — Вот, посмотрите.

Я взял папку и открыл ее.

В ней содержалась текущая ситуация с моей финансовой компанией. Согласно отчету, Королевский банк был успешно основан также за пределами королевства. Бычерог, Тетерево, Фосфорное, Большеросия и Инглу — только в Сервии удалось препятствовать его экспансии.

Меня это не удивило. В этой республике сильная финансовая система, и Милош не оставил мне шансов проникнуть в эту страну.

— Это означает, что мы контролируем валюту в этих местах? — спросил я.

— Да, ваше величество. Известно, что Королевский банк выпускает только валюту Вин. Если кто-то захочет снять свои депозиты, он получит их в наших деньгах.

— Получили ли мы какое-либо противодействие на это? Вопрос валюты — довольно важный для независимых стран? — спросил я. Я разместил своих шпионов в соседних странах, чтобы помешать их попыткам создать свою валюту.

Однако, я не знаю, как долго мои действия будут эффективными. Подозрения наверняка возникнут, когда все, кто поднимал этот вопрос, внезапно исчезнут или будут убиты.

Леонид покачал головой:

— Нет. Учитывая тот факт, что мы экспортируем много товаров, торговцы предпочитают использовать нашу валюту для торговли. Поскольку она широко распространена среди торговцев, обычные люди также следуют этому примеру. Однако...

— Что? — Я нахмурился. — Новая проблема?

— Недавно появились разговоры в Бычероге о предложении заставить людей хранить свои деньги в святилище Мирис, а не в нашем банке. Мы не знаем, насколько это серьезно.

Я пробормотал слышимым низким голосом:

— Так они начали двигаться, ха.

Я знал, что эти последователи драконов не остановятся на распространении своей религии в одиночку. Теперь они начали требовать право хранить деньги в безопасности. Затем они будут требовать право выпуска своей валюты. Что дальше? Попытаются ли они подорвать мою финансовую власть и общественное мнение?

— Управляйте банком, как обычно. Дело в расследовании оставьте мне. — Я вернулся к чтению документов в папке. На этот раз речь шла о студенческих кредитах.

Всего в университете учится 21 506 студента. 19 224 из них подали заявки на получение студенческого кредита. С точки зрения их успехов как студентов, так и практических результатов, каждый из них выдающийся. При средней стоимости обучения в 5000 Винов в течение четырех лет, банк рассчитывает вернуть деньги через два года.

Я продолжал читать страницу за страницей. Неважно, насколько банально содержание, я никогда не пропускаю его. В офисной атмосфере сейчас было очень тихо. Только время от времени можно было услышать звук, издаваемый мной. Примерно через сорок минут я вернул папку обратно.

Леонид взял папку, но ему нужно было сказать еще что-то:

— Ваше величество, банк получил официальное письмо от короля Инглу.

На моем лице отразилось удивление:

— Этого я не ожидал. Что он хочет?

— Он выразил желание взять кредит в нашем банке на непростую сумму — целых 10 миллионов Вин в золоте, — обратился ко мне Леонид, склонившись над бумагами в его роскошном кабинете.

Моя бровь поднялась в знак недоумения, и я начал размышлять над сутью его запроса.

— Вы думаете, что война действительно оправдывает такую огромную сумму? — спросил я, опасаясь, что банк может оказаться неспособным предоставить такой кредит.

Леонид медленно кивнул, его глаза отражали серьезность ситуации:

— Да, мы действительно полагаем, что причиной этого запроса является война, и более того, у нас есть такая сумма в распоряжении.

Я задумался. Война — это всегда непредсказуемый элемент, и в такие времена банку следует проявить гибкость и обдумать каждый шаг.

— Тогда, возможно, стоит подумать об этом. Однако, возможно, стоит также рассмотреть возможность пересмотра условий. Десять миллионов Вин в золоте — это огромная сумма. Мы могли бы попробовать договориться о снижении суммы, чтобы максимизировать наши выгоды. К тому же, мы можем рассмотреть не только оплату в денежной форме, но и в виде драгоценных металлов или даже руды, которая в изобилии в их королевстве.

Леонид кивнул снова:

— Понял, ваше величество. Я приму это к сведению. Есть ли еще какие-либо указания или вопросы, которые вы хотели бы задать?

— Нет, ты все подробно объяснил, — сказал я, поднимая палец вверх. — Я отправлюсь наверх и встречусь с управляющим металлургией, чтобы обсудить возможные варианты исходя из наших предложений.

****

Около года назад я принял решение отделить подразделение черной металлургии от «Виноградская горнодобывающая компания» и создать «Виноградскую Сталь». Вместе с этим я повысил прежнего руководителя до должности главного управляющего.

Ввиду того, что сталь становилась все более популярным материалом, оставление ее внутри горнодобывающей компании могла бы ограничить ее потенциал роста.

Мое решение оказалось верным, так как «Виноградская сталь» стремительно расширяется. На данный момент мы предлагаем разнообразные виды стали: углеродистую, кованую, атмосферостойкую и нержавеющую.

Однако вскоре возникла проблема. Единственная известная шахта, находящаяся в Корково, была исчерпана. Но благодаря заранее продуманной диверсификации источников сырья, это не оказало серьезного влияния на работу компании. Мы начали получать сырье в основном из Инглу и Сидны.

Кроме того, сталелитейный завод, который я назвал «Мраморное-Корково», подвергся значительному расширению, чтобы стать полностью интегрированным предприятием, охватывающим все этапы производства стали, начиная с получения сырья и заканчивая выплавкой чугуна, стали, литьем, черновой прокаткой и производством готовых изделий.

Таким образом, мы создали хранилище для различных материалов и продукции, зону отгрузки, административные помещения, заботу о благосостоянии рабочих, техническое обслуживание и охрану. В настоящее время завод занимает общую площадь в 1 гектар.

— Итак, вы думаете, что производство в объеме 2 миллионов тонн в год недостаточно? — спросил я управляющего.

— Да, ваше величество. Спрос постоянно растет. В будущем нам не хватит стали для удовлетворения потребностей рынка. Мы являемся единственным производителем доступной по цене стали, и наш дефицит оказал бы огромное воздействие на континентальный рынок.

«Действительно, это не достаточно для удовлетворения будущего спроса», — подумал я.

Если я правильно понял, объем производства стали в период промышленной революции мог достигать сотен миллионов тонн.

Управляющий продолжал отчет:

— Постройка нового сталелитейного завода требует значительных капитальных вложений. Исходя из этого отчета, у нас есть средства на строительство еще одного завода. Проблема в выборе местоположения.

— Не беспокойтесь о местоположении, у меня уже есть подходящее место в виду.

***

Я вышел из величественного здания, великолепно олицетворяющего мою власть и статус. Мой экипаж уже давно ожидал меня перед ним, и я, расправив плащ, сам открыл дверцу экипажа, прежде чем кучер успел даже встать со своего места.

Взглянув на него с достоинством, я произнес:

— Дедуля, начнем с промышленного района, а затем отправимся в арсенал Мраморное.

— Как только ваше величество желает... — ответил кучер, проявляя безупречное послушание.

Карета, искусно обтянутая черным бархатом и украшенная золотыми рельефами, мгновенно покатилась на север. По мере того, как я въезжал в промышленный район, мои глаза заметили, как качество воздуха становилось все хуже.

Столпы густого черного дыма взмывали в небо, словно дьявольские флюгеры, а атмосфера пропитывалась запахами химических отходов и сажи.

В то же время мой нос почувствовал морской бриз, проникающий через полуоткрытое окно кареты, словно последний аромат свободы в этом угнетенном районе.

При виде этого загрязненного пейзажа я почувствовал себя беспомощным перед могучей машиной индустриализации. Высокая труба продолжала выбрасывать дым от горящего угля, что делало это место мрачным и угнетающим, словно аллегория промышленной революции и ее жертв.

Всего через несколько минут после въезда в это место, я уже чувствовал себя очень подавленным, будто бы находился в лапах беспощадной машины прогресса.

Пока электричество ещё не было изобретено, городу приходилось смиряться с черным дымом, выбрасываемым фабричной трубой. Несмотря на это, городские власти предпринимали попытки ограничить загрязнение только в этом районе, создавая впечатление, будто бы заботятся о здоровье граждан.

— Ваше величество, мы прибыли в промышленный район. У вашего величества есть какие-либо конкретные указания, или мне следует исследовать район? — спросил кучер, ожидая моих дальнейших указаний в этом атмосфере зловещей промышленной силы.

Я, услышал вопрос от моего кучера, и выглянув в окно увидел, что на уличном знаке оранжевого цвета написано «[1-я Оранжевая улица, промышленный район]».

Однако это не было тем местом, которое мне нужно.

Я сказал:

— Мне нужно на фабрику «Талиса Текстиль Ко». — Если моя память меня не подводит, она должна находиться на 3-й Оранжевой улице.

Кучер быстро отреагировал:

— Подождите, ваше величество, я привезу вас туда немедленно. — Он ускорил движение и умело маневрировал между каретами на дороге.

Я почувствовал облегчение, наблюдая, как старый кучер смело движется по оживленной улице. Моя идея о строительстве двухполосной дороги в каждом направлении оказалась удачной. Если бы это была однополосная дорога, здесь могли бы возникнуть серьезные проблемы с движением.

К тому же я обеспечил соблюдение правил дорожного движения и установил дорожные знаки, что способствовало свободному движению карет.

В результате внедрения этих мероприятий уровень ДТП существенно уменьшился.

Как и обещал мой кучер, мы прибыли очень быстро.

Слева от меня высилась огромная фабрика, выглядевшая так же, как и многие другие. Это было место, принадлежащее тете Талисе, которой я давно поручил пошить форму для моих аркебузиров.

— Ваше величество, я рада приветствовать вас на моей фабрике, — сказала пожилая леди, выходя на встречу, как только узнала о черной карете перед своей фабрикой.

— Давно не виделись, тетя Талиса. Я приехал сюда, чтобы проверить, как хорошо работают твои ткацкие станки с паровым приводом, — объяснил я свою цель, чтобы избежать слухов о том, что я отдаю предпочтение тете Талисе.

Хотя это не имело никакого значения для меня, я понимал, что пожилая леди могла испытывать ревность к своим конкурентам в текстильной индустрии.

Ее достижения в возрасте 57 лет стало предметом обсуждения среди предпринимателей.

С эпохой паровых двигателей наступило время перемен, и эта уважаемая дама оказалась на передовой, готовой воспользоваться всеми новыми технологиями благодаря своей гибкости ума.

Пожилой возраст не стал преградой на ее пути, и она продемонстрировала намного больше смелости, чем те, кто был моложе её. С момента патентования парового двигателя, она сразу же решительно вложила все свои сбережения и обратилась к ученым из исследовательского центра с прошением создать прядильную машину и ткацкий станок.

Цель ее была прозрачной, как безоблачное небо: она стремилась автоматизировать процесс ткачества и повысить эффективность производства текстильных волокон.

Моя роль в этой эпопее была не столь сложной, поскольку мне доводилось видеть подобные проекты ранее. Совместно с учеными и студентами-инженерами, мы разработали чертежи для ткацкого станка в кратчайшие сроки.

Именно благодаря тому, что Талиса первой пришла с этой идеей и немедленно приступила к работе, она смогла опередить всех остальных и вывести свой продукт на рынок еще до патентования.

Талиса продемонстрировала свою смелость вновь, когда решила взять крупный кредит в Королевском Банке, чтобы приобрести земельные участки, построить собственную текстильную фабрику и приобрести множество ткацких станков.

Через год она превратила себя из простой швеи в магазине в королеву текстильной промышленности — крупнейшего экспортера текстиля во всем королевстве.

Несмотря на ее приятную внешность, которую она излучала, когда речь шла о бизнесе, Талиса была бескомпромиссной и решительной. Она завоевала мировой рынок, уничтожив конкурентов своими высококачественными и доступными продуктами. Остальные просто не могли с нею конкурировать и, наконец, пришли к сдаче, признав поражение.

— Пожалуйста, пройдите внутрь, ваше величество. Я с удовольствием проведу вас на экскурсию по моей текстильной фабрике, — с гордостью сказала Талиса.

— Ухх! — Я был поражен восхищен. — И ты до сих пор остаешься королевой текстильной индустрии в Мраморном?

Она немного смущенно кивнула, не скрывая своего достижения.

Когда мы вошли внутрь, перед нами открылся грандиозный вид — сотни ткацких станков, каждый из них издавал свой характерный шум. На первый взгляд, это могло показаться немного пугающим, но я быстро адаптировался к этой атмосфере.

Талиса начала экскурсию с цеха, где происходило прядение материала. Здесь царила уникальная организованность и гармония, благодаря тщательно спланированному делению труда. Весь производственный процесс включал в себя помещение для производства энергии, склады для хранения сырья и готовой продукции, зону для работы на ткацких станках, место для окрашивания тканей, зону отделки, контроль качества и упаковки.

Получив отзыв от тети Талисы, я ощутил необходимость фиксировать важные моменты этого дня в моем довольно изношенном черном блокноте. Отчет Талисы оказался ценным, и сегодняшнее наблюдение заслуживало особого внимания.

Извинившись за мой досрочный уход с текстильной фабрики я откланялся. Начало моего визита в этот район связывалось с посещением арсенала, однако события дня вынудили меня изменить мой первоначальный план.

Прошло уже более часа после полудня, когда я покинул ткацкую фабрику, и моему желудку не терпелось получить что-то насыщенное. Возвращение в особняк, в то время как у меня были невыполненные дела, казалось весьма неудобным.

Чтобы утолить голод, я направился к ближайшему уличному киоску и выбрал произвольный вариант из меню. В итоге, мой обед сегодня представлял собой скромный бутерброд с курицей. Этот легкий перекус, хоть и не слишком сытный, хоть и не удовлетворял мои потребности, но все же привел меня в норму.

— Давайте отправимся в арсенал, дедуля, — предложил я, обращаясь к моему кучеру.

Проглотив последний кусочек бутерброда с курицей, я и мой верный спутник отправились в путь из стоянки к северу, в сторону арсенала. Наш путь был спокойным и тихим, мы могли бы без проблем добраться до места за полчаса, не поторапливая лошадей.

«Новое оружие — это всегда хорошо», — подумал я увидев замаячившие впереди стены арсенала.