Граф Воронцов. Книга II

Глава 1

С каждым новым протянутым проводом до магнитофона, мое сердце замирало. Хотя я прекрасно понимал, что в любом случае выйду отсюда. Либо живым и оправданным, либо мертвым, но потом — воскресшим. Главная проблема была в том, что мне придется скрываться до конца своих дней.

Если, конечно, в этом мире не существуют пластические хирурги. На них. Так скажем, какая-то надежда все же была. Сменю морду лица, покрашу волосы и стану новым человеком. Только вот академия и семейный бизнес — будут для меня закрыты.

Скорее всего, Быков, конечно же, будет рад такому исходу. Мне придется жить у него на цепи, слушать команды и просто выполнять. Но такой жизни для себя — я не хочу.

«Что думаешь делать, Дим?» — голос ворона немного сбавил обороты страдания, — «Поубиваешь всех?»

«А я могу?»

Тишина длилась долго. Наконец, бог ответил:

«Боюсь, что нет. Слишком много силовых магов. С полями-то — ты справишься, не без способности Варны. Но... за это время, пока ты снимаешь поля, тебя убьют раз двадцать.»

«И раз двадцать я поднимусь.»

«Покажешь свое бессмертие. Проснешься опять, в объятиях чьих-то прелестных грудей. Станешь врагом и целью номер один. Стоит ли оно того?»

«Да я и сам понимаю, что мне не стоит лезть на рожон. Посмотрим, что записал Иван, какой компромат мы услышим...»

Он попытался меня разговорить, заставляя вспоминать хотя бы приблизительные дни, когда я мог упомянуть что-то про свой мир. Посчитали, что это было слишком часто.

Скорее всего, доказать обратное не получится. Но, неужели одной только записи суд поверит?

«Думаю, да. Поймать иномирца крайне тяжело. Фактически это единичный случай, рав, в лет так, двадцать-двадцать пять. Можно поймать на разности магии бывшего владельца тела и нового, в твоем случае — этот вариант сразу отпадает. Старика твоего — не заподозрили, но его и крыли хорошо. А там — очевидный иномирец. Был магом и бац, стал нулевкой без потенциала. Хотя, когда он уходил из структуры, никто и не знал его особенностей.»

«А сейчас не заставят провериться?»

«А смысл? Он ни в чем не заподозрен. Фактов нет, обвинения тоже. Но вдруг, если, что-то случится, то, пожалуй, ему придется долго объяснять, как он лишился силы своего бога. Точнее, на какую жертву он пошел.»

Хотелось еще раз попытаться разговорить птицу, но увы, не сейчас. Мне больно не нравилась история с Дятлом. Очень.

— Где записи? — голос Ивана, который с панической мордой рылся в сумке, доставила мне некоторое удовольствие.

Значит... это всё? Все так просто?!

Его ухмылка, появившаяся через несколько секунд, сбила с меня спесь. Нашёл, выродок. Нашел.

Перед началом прослушивания записи начались вопросы в мою сторону, в сторону защиты и свидетелей. Просто так скажем, банальность. Ничего интересного или относящегося к делу судья не получил.

Даже несколько бледный старик, до последнего врал.

— Нет. Не может этого быть!

Только после его слов Иван как-то странно хмыкнул, и, кажется, я понял, какие именно моменты будут на кассете.

Заключительным этапом — было слово судьи.

— Иван Юрьевич Воронцов, вы понимаете всю тяжесть последствий, если окажется, что вы оболгали обвиняемого?

— Да, ваша честь, — сухо ответил дядя, — Тем более, у меня есть свидетель. Тот, кто собственными ушами слышал эти записи. Тот, кто берет ответственность на себя — за установку подслушивающих устройств. Вадим Викторович, — он рукой показал на сидящего около него мужчину, — Вольфович. Мы готовы будет заплатить штраф за незаконную аудио-фиксацию. И конечно же, принести свои глубочайшие извинения.

— Сумму штрафа назначат после вынесения вердикта, — кивнула женщина, — Маргарита, будьте любезны, нажмите клавишу.

Глядя на самодовольную улыбку Ивана, мне хотелось, только одного... разбить мордашку до кровавых соплей.

«Еще и издевается... штрафы, говорит. Ничего, хрен моржовый, даже если меня казнят, мое самодовольное лицо будет последним, что ты увидишь в своей жизни.»

«Не руби сплеча, Дим», — ворон попытался было успокоить меня, — «Все решаемо!»

«Я не беспокоюсь, а размышляю. Если ты думаешь, что меня пугает моя судьба на этом суде — ты ошибаешься. Отсюда всего два выхода, и с обоими я определился. Выживу в любом случае, а дальше, как карта ляжет.»

Маргарита не успела нажать на кнопку, как заскрипела дверь за нашими спинами. Все, абсолютно все, машинально, обернулись.

На наше дружное мероприятие пожаловал сам Василий Евгеньевич Быков, собственной персоной. Обвел толпу хмурым взглядом, кивнул судье. Дождался одобрительного кивка и сел среди обычных слушателей.

«И что же это он здесь делает?»

Мельком посмотрел на побледневшее лицо Ивана, задумался. Еще раз оглянулся и понял, что на заседании нет ни Степана, ни Аллы, ни Жанны.

Почему?!

— Маргарита, — судья еще раз обратилась к молодой помощнице, но тут Быков подал голос.

— Госпожа Судья, могу ли я внести прояснения?

Она чуть приспустила очки, внимательно посмотрела на вояку и ответила:

— Вы, являетесь участником судебного процесса?

Но он не ответил на поставленный вопрос. Начал задавать свой:

— Скажите, пожалуйста, а обвинитель знает, какие санкции будут применены к нему, в том случае, если его факты, на которые он опирается — окажется вымыслом? Он понимает, что его фамилию, в сочетании с его именем — будет навсегда стерто с истории нашей страны? Мне кажется, он не представляет, что значит идти в суд лишь с записью.

«Хорошая попытка, Василий, но точно нет. Это не поможет.»

Иван, правда, задергался, но рука Вольфовича на его плече — успокоила. Он попытался выдавить из себя ухмылку, но не получилось.

Судья же, предупредила Быкова, что еще одно подобное «выступление» и он будет удален.

Мужчина лишь ухмыльнулся, пожал плечами и скрестил руки на груди. Ждал.

Ждал результата, как и все присутствующие.

Маргарита после третьей команды, все же нажала злосчастную кнопку. Что-то в этой коробке начало жужжать, послышался треск, писк, и...

Пошли голоса.

Когда помощница настроила звук, чтобы, можно было, все четко расслышать моя улыбка становилась все шире и шире. С каждой фразой, с каждым словом.

С каждым звуком.

— Дрянь такая, я тебе что сказал? Взяла, сука, и сняла с себя все тряпье! — голос Ивана на записи, был весьма грозным, — Мне нужны эти связи с Москвой, понимаешь? Нужны! Ты — моя собственность, ясно?! Не Аллы, а моя! Поэтому будешь делать все, что я скажу.

— Прошу, — заплаканный голос Жанны немного взбудоражил мою кровь.

— Пошла, сука, и легла под него, сейчас же!

— Ваня? — голос Аллы был завершением первой записи.

Иван — побледнел. Вольфович — побледнел. Я — улыбался.

— Видимо, Иван Юрьевич оставил не только компромат на обвиняемого. — судья хмыкнула и приказала Маргарите, — Там еще есть записи?

— Да, ваша честь, еще три линии.

Я не понимал, о какой такой линии она говорит, но с удовольствием ждал. Что же там будет дальше.

— Виктор, ты понимаешь, что наша проблема не только в этом говнюке? Дима, хоть и шила в заднице, но что делать с братом? Ему тоже захочется разделить остатки его дел. Кто знает, может, братец сделает свой ход раньше?

— Если бы не он, меня бы здесь не было. Не нужно это обсуждать со мной. Все же, он меня нанял, а не ты, Ваня. Действуем по плану.

Зал молчал. Я — лыбился еще больше обычного, даже несколько раз думал обернуться, чтобы поблагодарить Быкова, хотя, даже не понимал, как он это сделал. Но вовремя откинул эту мысль из головы. Не нужно, чтобы люди думали лишнее.

Ну, и вишенкой на торте — был диалог между тем же Виктором и Иваном, которые обсуждали судью. Много сказали лишнего, оскорбительного, и вообще, кажется, все сложилось так, как нужно было.

Мой адвокат встал, как только послышался писк кассеты.

— Госпожа судья, я так понимаю, все обвинения с моего клиента — сняты, однако, — он подождал, пока злая от услышанного судья, одобрительно кивнет, и продолжил, — Мой клиент...

Он повернул голову вправо, опустил ее, посмотрел на меня.

— Дерзай, — ответил я.

— Хочу поставить под вопрос следующее: моего клиента ложно обвинили в преступлении против человека, а все мы знаем, чем это чревато. Поэтому предлагаю начать заседание по ответному делу. Клевета, преступный сговор с целью уничтожить законного наследника рода.

— Вранье! — взревел Иван, но тут же, был посажен охранной на место.

Более того:

— Иван Юрьевич Воронцов, вы обвиняетесь в преступном сговоре с целью смещения законного наследника с его заслуженного места. Так же, вы обвиняетесь в шпионаже...

Ее слова были музыкой для моих ушей.

***

Заседание длилось больше трех часов. Фактически можно было обойтись и десятью минутами, но судья вдоволь потрепала нервы что Ивану, что Вольфовичу. Которого, кстати, заключили под стражу до выяснения обстоятельств. Только вот, что из этого выйдет — оставалось лишь гадать.

Ивана, по завершению процесса — наказали, так скажем по месту. Заковали в наручники, заставили подписать бумаги и увезли в так называемое СИЗО. А там — уже как судья решит, либо в Сибирь лес валить, либо поближе к Монголии.

Что там в Монголии? Оставалось лишь гадать, но отныне... его лишили магии, бога. Он больше не находится в нашем роду Воронцовых. Не принадлежит ему. Отныне — изгой без фамилии и места жительства.

Оставалась лишь формальность для его отправки. Мне нужно будет завтра приехать сюда же, подписать протокол и отправить дяденьку куда подальше. И для себя решить, как передавить Степана, и успеть забрать рудник Ивана, пока этот долболоб его не прое...

— Ты доволен делом? — Быков нагнал меня у самого выхода.

— Как вы это сделали? — я смотрел на него с некоторым восхищением, а затем, сам нашел ответ на вопрос, — Рогозин, да?

Быков кивнул.

Значит, он просто надавил на Константина, и тот подменил записи... отдал свои, личные... но как?

— Ты хочешь, наверное, узнать, как он сделал это здесь, в суде?

— Определенно, да!

— Это его особенность. Кассеты, которые были у Ивана — его собственность. А со своей собственностью, он может делать все, что хочет. Находясь всего ничего — за стеной. Проник в изнанку, нашел очертание своего творения, и просто поменял начинку. Легко? Возможно. Только раньше, он и этого не умел. Понимаешь, что ждет тебя в будущем, если ты будешь работать на меня?

Я и без его слов понимал, как могу прокачать свою силу. Только вот... насколько все это было честным?

«Почему ты рассуждаешь о честности, Дим?!» — ворон весьма громко начал говорить, — «Тебя попытались прогнуть, убрать с дороги, а ты еще даешь волю эмоциям?»

«Он такой же человек, как и я. Нет. Я не жалею о том, что случилось сегодня. Все же, я иду по пути, который выбрал сам. Осталось только убрать Виктора, второго брата отца, и добить их сопляков.»

«Планы то какие», — рассмеялся бог, — «А потянешь ли? Или ты думаешь, что этот вот, бычара с дебильным божком будет везде тебя спасать? Помогать?»

«Тебе не нравится его бог? Почему ты так говоришь?»

Ответ был очевидным. Не моего ума дело. Однако, он все же оставил дельный совет, ну, как совет — напутствие.

Быть осторожным с Быковым. Его бог — весьма своеобразный.

Только вот что это могло значить?!

На улице меня ждали мои. Радостные, и, кое-кто, даже, со слезами на глазах.

— У тебя получилось! — прошептал на ухо обнимающий меня дед, смахивая с глаза скупую слезу.

***

После суда прошел день. Утром мне пришлось туда еще раз съездить, в компании Альбины доделать все дела, поставить подписи, несколько раз сказать: «спасибо», и вернуться к своим промыслам.

Вечер воскресенья я провел в офисе, составляя бланки — чтобы заказать оборудования и материалы для Варны.

Очень много матерился, ибо местная бюрократия была создана не для людей. Списки, отчеты, оптовые закупки, все это было... чересчур. А все лишь потому, что половина того, что нужно было купить, относилось к зарубежному исполнению.

Все эти колесики, латунные шарики, шайбочки, стеклышки и прочая хреномуть. И да, на этой закупке — я потратил почти весь аванс, выданный мне заводом. Однако, это был лишь первый шаг. Следующий — массовое производство.

И сколько бы Варна не ерепенилась, я найду способ, как снабдить ее работниками, чтобы производство ускорилось, а она — могла разгрузиться себя ради новых идей. Которых у нее было и так, с перебором.

Все же не успеть, верно?!

Подсобный рабочий Василий, в это время выполнял мою новую команду — точнее, приказ. Собрал своих двух работяг, и они, дружно вскрывали коробки и мешки на стеллажах, выписывали все, что там было в отдельный лист, чтобы я составил план по сбыту. Конечно же, не через черный рынок.

Здесь, мне поможет Быков. Определенно не откажет.

Из-за двери то и дело слышался грохот, отборный трехэтажный мат, хотя вскоре — все затихло.

Вышел, дабы убедиться, что никто никого не прибил, но вместо работников, встретил взглядом Степана.

«М, вот и сыночка-сраный пожаловал. Что, выродок, попытаешься меня еще раз убить?!»

Работники подошли незамедлительно, предложили выпроводить сорванца, но глядя на паренька, покачал головой.

— Пускай заходит. — глянул на Степана, — Один?

— Да, — холодно ответил он, нервно дергая скулой.

«Пожалуй, он пришел убить меня. Месть, как говорится. Ну-ну, попробуй.»

Степан быстро зашел в кабинет, закрыл за собой дверь, подождал, пока я сяду и не дожидаясь разрешения сел напротив.

Молчание длилось долго. Я то и дело — возвращался к своим бумагам, подчеркивал нужные мне зарубежные фирмы, с открытым филиалом в нашей стране, а, если быть точнее, в Питере. Высчитывал на допотопных счетах точную сумму, подписывал запросы на покупку. В общем, продолжил свое благое дело.

Степашку хватило на десять минут.

Он хлопнул по столу рукой, привлекая мое внимание, и начал тараторить.

Фактически это была несвязанная между собой речь, которая потоком лилась мимо моих ушей. Я не мог уловить и сути того, что он от меня хотел. Поэтому, вставил свое я.

— Для начала, — мой грубый голос заставил его замолкнуть, — Здравствуй, двоюродный братец. Второе...

Он нервно сжимал губы, видимо, пытался загасить ярость внутри.

— Когда ты приходишь к другому человеку в гости, обычно ждешь приглашения сесть. Я его — не давал.

У него дернулся глаз. Он заиграл жвалами.

— В-третьих, если хочешь что-то спросить или сказать, говори это медленно. Я и половины всего потока, что ты сейчас наговорил — не понял. Мысль поймал? Поймал. Хочешь что-то сказать? Обдумай и скажи членораздельно. Вроде не дурачок, должен понимать.

Его прорвало. Правда, уже более понятно.

— Почему ты так поступил с моим отцом? Зачем соврал судье?

Я было подумал, что на нем есть устройство, но глядя на его тупое лицо, решил иначе. Просканировал его энергию.

«Не, таким способом навряд ли найду что-то потустороннее... спросить напрямую?»

«Спрашивай», — голос ворона появился неожиданно, — «Только учти, если он тебя убьет — у тебя не хватит энергии на воскрешение. Придется его убить взамен на свою жизнь. А если он убежит, умрут твои работники. Так что, думай, Димочка, думай.»

— Твой папашка сам виноват. Решил подставить меня, слить из семьи. И только ему известно, для чего. Какая цель твоего визита? Прийти поплакать? Обвинить? Или ты с подслушивающим устройством приперся суда?

Его возмутило все это. Попытался было рявкнуть на меня, но мой пистолет, который моментально возник в руке из кольца, уткнулся дулом ему в лоб.

— Степашка, — злобно процедил я, — Хватит мне мозги выносить. Что я, ты думаешь, не понимаю, на кой черт ты сюда пришел?

— Я...

— Последняя буква в алфавите. Если ты надумал отомстить за смерть отца, то, боюсь, у тебя ничего не выйдет. Я сильнее тебя, быстрее, а еще, умею мстить. Так что тысячу раз подумай, прежде чем сделать очередной шаг.

— Я подумал, — на его лице нарисовалась улыбка, — Я тут подумал, что хрен с ним, с бизнесом отца. Хрен с ним, с его тюрьмой. Мне денег хватит, чтобы вполне себе — на среднячок жить. Продам заводик, шахту, и уеду за границу. Делов-то.

Мне очень не понравилась его интонации. Очень...

— Только вот, Дим, я уже все-привсе продумал! Тебе большой привет от Вольфовичей. Посмертный, пожалуй.

Поток ветра перед его лицом — выбил пистолет из моих рук, точнее — поднял руку вверх, а затем каким-то рубящим ударом — выбил его. Следом, за пределами кабинета раздались выстрелы.

Глава 2

Такого развития событий я не то, чтобы не ожидал... ожидал. Только вот прыть Степана несколько удивила.

В мое лицо был наставлен револьвер, курок опущен, а самодовольная улыбочка проходимца вызывала только раздражение. Неужели он решил, что все кончено? Что он переиграл меня?

Правда, вот...

— Кхм, босс, там это... — бритоголовый Василий просунул голову в дверной проем и замер, уставившись на Степана, — Бойцы...

Мне хватило чуть больше секунды, чтобы сменить виденье, ухватиться за синие нити энергии Степана, и пожрать именно те, которые, располагались в руке. Надеюсь, я никогда не узнаю, что же существа испытывают при этом.

Ручка обмякла, парнишка заскрипел от удивления, следом, Степан получил пощечину от меня.

Это, было слишком унизительным событие для него, и я понимал это. Однако, нужно было окончательно разрулить ситуацию.

— Вась, вызови полицию, у нас покушение по стопам отца.

Работник лишь удивленно кивнул, видимо, услышав приказ о полиции, но все же — растворился моментально. Степан же, после еще одной «выкачки», бессильно рухнул на стул, стараясь потереть красную щеку об плечо.

— Ты серьезно думал, что я вот так вот захочу умереть? А, Степашка?

— Выродок, — братец злобно хмыкнул, но следом, зажмурился от страха, когда над ним зависла моя ладонь.

«Ага. Боится, все-таки.»

— На что ты рассчитывал? М?

Дожидаясь, пока его котелок начнет варить, выглянул из кабинета на склад. Четыре тела с различными ранениями, но вполне живыми, уже — были связанны. Что-то нечленораздельно пытались объяснить моим работягам. Они же, в свою очередь, на мое счастье были целыми.

Степану повезло, что сегодня у Альбины выходной. Так бы, она с него шкуру спустила, поторопив события. Но...

— Ты понимаешь, Степ, — я обернулся на брата, который как кукла дерганная, пытался слезть со стула.

Пистолет перед ним был некоей надеждой. Он так и манил его... манил. Жаль, что он даже взять в руки его не мог.

— Сам же задачу мне упростил. Твой папа — без титулов, Алле — вообще нахрен ничего не нужно, а ты, — я встал перед его лицом и присел, — В тюрьму сядешь. Скорее всего, как соучастник. Поэтому — вы потеряете ваши родовые кольца.

— Алла его не отдаст, — прошипел он, — Род моего отца будет продолжаться!

— Ты действительно недалекий, — я разочарованно покачал головой и вернулся за стол, — Шахты я заберу, мне как раз все это пригодится, а вам — устрою ласковый прием в тюрьме.

Он попытался зашипеть, но это был слишком жалобный звук.

— Пока ты, дурень, юнцов прессовал, деградировал как человек и как личность, я работал над собой. И сейчас, я не то, чтобы в разы сильнее тебя, я...

Договорить не успел, в кабинете показалась гладковыбритая морда в фуражке. Когда руки Степана были закованы в наручники, а почки несколько раз передали привет дубинкам, его выволокли, как и пострадавших.

Оставшийся мент, представившийся младшим лейтенантом, весьма допотопно снимал показания. Пришлось рассказать все, чуть приврать о моем «приеме», а так же...

Мне сулил штраф за оружие. Когда сверились номерные знаки на пистолетах, оказалось, что все они записаны на меня.

— Почему работники вашего офиса имеют доступ к ним?

— М, — протянул я, — В целях самообороны, разумеется.

— Будет разбирательство, учтите.

— Чем это грозит?

— Штраф, от двух до пяти тысяч. Скорее всего, будет и отработка в двадцать стандартных рабочих смен.

Только этого мне не хватало.

Я написал заявление и, пожалуй, сделал трудное для себя решение. Когда вписывал пункт: «приобщить к делу номер восемнадцать», где числились Виктор Вольфович и Иване Юрьевич.

Это был — определенный шаг. Достаточно большой.

***

Варна слонялась вокруг да около, разглядывая содержимое двух коробок в моем офисе. Прошло целых три дня, как я, благополучно прогуляв академию, добивая дела со своей новой фирмой.

«ИП Д.Ю. Воронцов», получил, наконец, официальное имя, сделал первую партию из тридцати часов, переданных заводу, и, даже получил первую прибыль. Правда, она была незначительной, так как едва перекрывала почти весь потраченный аванс.

Далее — буде только лучше. Часть нужного оборудования уже есть, так что Варна сегодня приступит к своему творчеству, пообещав, сделать двадцать часов за день. Кто бы мог подумать, что на меня будет работать пра-пра, тьфу... пра-пра какая-то там правнучка моего родового бога?

— Варна, я понимаю, что тебе эта идея не нравится, но прошу, подумай насчет того, чтобы я начал расширять производство, — я в который раз попытался с ней поговорить, но она была на своей волне. — Варна?!

После трех попыток разговор отвлечь божка, мне пришлось применить силу касаний. Положил руку на плечо, от неожиданности она дернулась, и развернуть к себе.

Щечки, наполнившиеся румянцем, были немного не к месту. Ее полуоткрытый рот сделал протяжное «ах», после чего обомлел уже я.

— М?

— Скажи мне, какую часть из производства нужно делать именно на изнанке?

Она упёрла руки в бока, чуть вытянула одну ногу и под стать своей «учености», задрала нос вверх, начиная размышлять. Только это была показуха. Она почти сразу ответила:

— Изнанка мне нужна, чтобы рассредоточить макр по механизму. Я его больше не вставляю — а разбиваю на несколько частиц. Это дает часам больше времени на эксплуатацию. А чего?

— Если я дам тебе, — она сразу начала мотать головой, — Да дослушай же ты!

— Я не подпущу людей к своему творению!

— Варна! — я чуть повысил голос, отчего она сжалась.

Черт, совсем позабыл, что с ней нужно общаться как с ребенком. Она пугливая, нежная и... с социумом вообще не знакома. Причем, последний пункт нужно было бы поправлять.

— Прости, что крикнул, — я виновато склонил голову, но и сразу продолжил, — Ты пойми, я хочу сберечь твои силы.

— Я справляюсь.

— Но ты представь, что будет, если у тебя появятся собственные работники, которые буду поставлять тебе уже собранные часы? У тебя появится больше времени, чтобы изучать что-то новое! Это, между прочим, хорошенько тебя разгрузит, тем более что у меня и так есть для тебя задание.

Не сказать, что я ее уговорил, но все же, она заинтересованно уставилась на меня.

Пришлось рассказать про «накопитель», который так сильно мне нужен. Понятное дело, что у меня не было ни аналогов этого устройства, ни идей, как его сделать, но это было тем, что позволило зацепить ее.

Разработать для нее — было не проблемой, но нужно было иметь пример. Увы, по-другому она бы не смогла.

Это было уже следующей проблемой. Но все же, я смог уговорить взять людей. Единственное что, она самолично будет учить их собирать так, как ей требуется.

Поэтому оборудование, которое сейчас находилось в офисе — останется здесь. А меня же — ждет длительный поход на изнанку, чтобы добыть новых макров, и большие траты, чтобы оборудовать рабочие места.

— Мне нужно будет не больше десяти человек. Точка. Больше никого!

— Какие-то определенные условия есть? Кого мне искать?

— Именно тех, кто с часами и работает.

Вот это — было немного тяжелой задачей. Даже не немного... я не представлял, где и как мне их найти и подобрать.

Собственно говоря, на это у меня уже был свой план. Мимолетно глянул на часы. Двенадцать дня... если я так и буду торчать здесь, то пропущу встречу...

— Варна, — богиня вновь вернулась ко мне взглядом, — Я добуду тебе людей, скажи мне, тебя будет устраивать вариант, если производство будет именно здесь?

— Вполне.

— Тогда я пошел решать твой вопрос и парочку своих. А прототип устройства найду в ближайшее время.

— Про изнанку не забудь. Только — зарядись, чет маны в тебе не очень много. Так и не научился циркулировать энергию внутри?

Не знаю, что и как она увидела, но я и вправду, последнее время чувствовал себя неважно.

***

Богатое на вид кафе располагалось на самой престижной улице города.

Высокие стеклянные окна, украшенные золотыми деталями, сразу привлекли мой взгляд.

Мне даже не нужно было смотреть на вывеску. И так было понятно, какое заведение выберет Жанна.

Стряхнув зонт перед самым входом, несколько раз дернувшись от неприятных мурашек, зашел вовнутрь.

«Если она питается в таким вот местах, то, боюсь, я просто не потяну в ближайшее время — расходы по ее зарплате... это же, сколько каждый день нужно здесь оставлять?»

Высокие потолки с кристальными люстрами, роскошные шторы из натурального шелка, золотые рамки с изображением каких-то знаменитостей, нежно-голубые стены, украшенные классическими картинными фресками.

Меня никак не покидало чувство, что даже находиться здесь — было мне не по статусу.

Хотя... с хрена ли баня загорелась? Я же граф. А Жанна у нас лишь помощница.

Кстати, о ней. Искать среди такого разнообразия красок было сложно. Однако, и она выделялась на фоне всего этого.

Своей простотой.

Она сидела на кожаном кресле перед стеклянным столиком у самого дальнего окна, то и дело, ерзая на месте, поправляя прическу и комкая салфетки. Светло-бежевое пальто, неяркий макияж, и такая же шляпка под цвет пальто, определенно шли ей.

При виде меня паника усилилась. Она начала нервно постукивать каблуком, то и дело — кусая губы.

— Приветствую, — улыбнулся я, присаживаясь напротив, — Ты чего такая дерганная?

Одного ее взгляда хватило, чтобы я понял, насколько это был глупый вопрос.

Прямо сейчас — она практически безработная. Алла, скорее всего, уже пакует чемоданы, Степан сидит в отделе, и уже не выйдет в ближайшее время на волю. А еще...

— Ты сможешь меня защитить, Дим? — ее глаза были наполнены глубинным страхом, — Если Иван сможет узнать, что я — работаю на тебя, боюсь, он начнет преследовать меня. Точнее — пошлет за мной людей.

— Я понимаю, — я посмотрел в сторону стойки и поднял руку в знак привлечения официанта, — Чего ты боишься. Но уверяю, я дожму его шайку до конца. Тебе ничего не угрожает.

— Это ты так думаешь... он же может решить, что это я помогла тебе тогда в суде. Раз отныне работаю на тебя. Остается ряд проблем с Вольфовичем. Не известно еще, как он «закончит» свою поездку в Петербург. Возможно, его-то и смогут вытащить свои. Только вот... ты не представляешь, какая у москвичей поддержка среди местных криминальных авторитетов.

— Решу. Все-таки планы у меня Наполеоновские. Сначала закончу все дела с оформлением на себя шахты Ивана.

Ее брови удивлённо взмыли вверх. Но все же, расспрашивать она не стала.

— Я за себя боюсь...

И с этой стороны я уже думал о проблеме. Однако, кто мешает работать на меня тайно? Алла? Которая, скорее всего, скоро свалит отсюда?

Кстати, о ней.

— Это все решаемо, — я положил свою ладонь на ее протянутую руку.

Холод ее кожи был обжигающим. Я чувствовал, как циркулируется энергия в ней. Мое касание заставило кровь вспыхнуть, а сердце забиться чаще. Ей нужно было, это тепло. Она действительно потерялась. Боялась.

— Алла собирается уезжать из города?

— Из... — она посмотрела на подошедшего официанта, виновато выдернула руку и с «порога» сделала заказ.

Я взял лишь кофе с какими-то труднопроизносимыми пышными булочками.

— Она, — Жанна заговорила чуть тише, — Планирует уехать из страны. Завтра. Во Францию.

— А что во Франции? Родственник?

— Да. Кто-то из троюродных братьев. Билеты уже есть. Плюс, она все-таки — очень хороший проектировщик.

Вот тут я искренне удивился. Как-то в голове не выстраивался образ Аллы и подобная профессия.

— Она не будет дожидаться приговора мужа?

— Нет. У меня есть нотариальная доверенность на дело о разводе. Так что, этим придется заниматься мне. Я, в некотором роде — выполняю последнюю ее просьбу.

— Почему последнюю, она не захотела тебя с собой брать?

— На удивление, — она пожала плечами, — Не знаю. Об этом даже и речи не шло. Впрочем, меня устраивали бы оба варианта. Но я прекрасно понимаю, что здесь — я важнее и нужнее. Тем более...

Она чуть протянула руку вперед, ее бледное лицо вопросительно уставилось на меня, а кончик носа чуть опустился. Глядела на меня из-под лба, своими широкими и красивыми глазами.

— Тем более что здесь тебя держу я. — закончил за нее и опять накрыл ее ладонь, но уже двумя руками. — Жанна, я могу предложить пока следующее — поработай на меня тайно. Я оформлю тебя как свою личную помощницу. Могу это сделать уже сегодня, мне лишь нужно будет внести тебя в бланк в банке, в котором я открыл свое ИП. Но так как ты хочешь побыть в тени — вполне можем оставить на потом. Как у тебя с деньгами?

Ее щечки и без того — зарумянившиеся, вспыхнули красным. Она смутилась.

— Я вполне самодостаточная женщина. Уж поверь, проведя полжизни собирая компроматы — дает свой пассивный доход. Я не получала никакой зарплаты от Аллы. Хоть и был ее официальной помощницей.

Вот тут она меня удивила. Мне недолго пришлось думать, чтобы сопоставить разницу и схожесть миров. «Дома», ситуация была абсолютно такой же. У кого есть информация, тот и богат.

В целом, мы проговорили многое. А договорились вот о чем: Жанна, переселяется в гостевую комнату моего, ну, точнее, почти моего дома. Место ей будет.

Во-первых, это будет более безопасно, во-вторых, она всегда будет под рукой. Что привело еще к одному вопросу — мобильные телефоны. Но это все позже.

— Я бы хотела, чтобы ты тоже проводил ее.

— Для чего?

— Передать тебе кольцо. Она отречется от Ворона.

— А это можно сделать вот так, по щелчку пальцев? — я удивленно захлопал глазами, — Насколько я помню, сам же кольцо даже снять не можешь. Или я не прав?

Вопросительно уставился на кольцо, но Ворона спрашивать не стал.

Ещё в суде я узнал, что был некий отряд отречения. Но для этого — нужна была помощь весьма специфического мага. У Аллы был знакомый. Какой-то достаточно близкий, как раз с этой необычной способностью. Он высасывал божественную энергию, заставляя бога — разорвать связь с человеком...

Стоп...

— Жанна, скажи мне, пожалуйста, а это, случайно, не судебный маг, который должен был исполнить приговор Ивана по «отречению» его от рода?

— Он, а что?

У меня в голове все не укладывалось, как можно лишиться бога. Если не ставить в пример ситуацию моего старика и Елены. Только вот, там был совершенно другой случай.

Помнится, разговор с Вороном, который упоминал преступление против живого. Какое-то убийственно жестокое, отчего — бог сам может дать добро на «отсев» мага от себя. Правда, подробности были слишком ужасными.

Алла бы не смогла подобное сотворить.

А вот этот самый маг с такой нереально сильной способностью... и эта «особенность» меня смущала. В голове была картинка существа, точнее, его силуэт. Тот самый Темный. Сидящий на колонне и управляющий огромным змеем.

— Такие маги есть почти в каждом центральном городе. Работают при суде, контролируются императором. А чего ты так заинтересовался?

— У меня есть теория... в общем, я сто процентов приду на вокзал. Хочу увидеть, как это маг — делает свое дело.

— То есть, ты согласен?

— Да. Это также будет гарантом твоей безопасности.

Жанна радостно вскочила, перелезла через стол и весьма смачно чмокнула в губы. Что меня все же удивило.

Мы. Все же, смогли плавно перейти к разговору о людях. Я поставил четкую цель, обозначил порядок и тип специалистов, которые мне были очень нужны.

В принципе, это не было какой-то весомой проблемой. Только вот на ее решение может уйти больше пяти дней. А мне бы, хотелось бы начать все это побыстрее. Но в любом случае был готов ждать.

Заключительной частью нашего обеда, было появление Альбины. Она, на удивление одетая как женщина, а не как солдафон, направлялась целенаправленно к нашему столику. Ее накрашенные губы нервно дергались, кулаки были сжаты, а аура...

Если ее так можно было назвать. В ней было что-то дикое.

— Дима, ты хоть понимаешь...

Глава 3

— В чем дело? — на лице Альбины определенно читалась агрессия, что вообще на нее не было похоже.

— То есть, дать мне выходной, чтобы встретиться с той, кто работает на Ивана? Человека, который пытался довести твое дело до казни?

Я набрал побольше воздуха в грудь, и принялся заниматься вполне привычным раннее, делом — отчитывать. Только не показательно.

Отвел ее за локоть чуть в сторону, надавал словесных тумаков и оставил стоять там, пока я не соберусь. Жанне лишь пообещал, что приеду на вокзал и то, что увидимся. А дальше, меня ждала весьма долгая прогулка до дома, с кучей пояснений.

А начиналось все с банального:

— Альбина, в твои обязанности входит что?

— Твоя защита.

— Именно. А не заниматься моим кругом общения. Я, повторюсь еще раз, если бы не Жанна, я бы много не знал. Отныне — она работает на меня и точка. Нравится тебе это или нет.

— Я против того, чтобы она жила в твоем доме.

— Только боюсь это не тебе решать. Ты подчиняешься, уж тем более, не мне, а Воробьеву. И поверь, Николай тоже не в силах повлиять на мое решение.

— Я и так, почти на тебя работаю, — она закуталась в шарф, мимолетно бросив эту фразу, — У меня давно уже полная свобода действий.

— В какой это плане?

— Твоя защита была до событий в академии. Дальше...

Я ничего не понимал...

— Что дальше?

— Это уже моя инициатива быть закрепленной за тобой.

После ее слов остановился, посмотрел в ее укутанное лицо, где из-под шарфа только глаза и нос торчали. Толком-то...

«Какого черта?»

Случайные прохожие то и дело, обходили нас, постоянно ворча, мол, встали посреди дороги. А я же, пытался понять, что только что произошло.

Не сказать, что это было каким-то чувством дежавю, отнюдь. Это было... как признаться в каких-то эмоциях, а сейчас, своей фразой, она дала мне понять, что привязалась ко мне и моему дому. Только с какого-такого перепугу?

Понурил плечи от осеннего холода, повернулся к дороге и взглядом зацепился за проезжающее мимо такси. Водитель остановился на мой жест. Хотя я думал, что вряд ли он его увидит и уже глазами искал следующую машину.

Домой мы ехали в полной тишине.

***

Вечер начался с типичной для этого мира — почты. Елена, вышедшая из кабинета и наткнувшаяся на меня, сделала весьма многострадальное лицо.

— Дима, пойдем.

И без какого-либо продолжения, хотя и так было понятно, куда путь держим, завернула обратно в кабинет.

Старик, в своей манере — потягивал трубку, выпуская кольца дыма в потолок и весьма ускоренно лакал армянское пойло. Увидев меня, закончил травмировать печень, вытер губы и пригласил сесть.

Новостей было несколько.

— Первое, Дим, я понимаю, что ты встал на путь истины, но все же, академию прогуливать больше нельзя. Явись хотя бы на завтрашние занятия. Мамезлькина, — его губы чуть скривились, а лицо стало немного растерянным, — Уже всю плешь проела. Все всё прекрасно понимают. Бойня в академии, подготовка к суду, предательство родственника, но...

— Все имеет свои границы. — я понимающе кивнул, закинув ногу на ногу, — Дед, тут такое дело...

Не знаю, сколько от Димы раньше поступало предложений и просьб, но он моментально напрягся. Видимо, машинально.

Понимая природу этого юнца, примерно мог прикинуть, какой бред он раньше тут нес.

— Ну?! — старик выдохнул дым, вопросительно вытянув голову.

— В общем, у нас будет новый сожитель.

Эта информация его не удивила. А когда сказал, кто, он поперхнулся трубкой и сильно закашлялся.

— Какого черта? Ты понимаешь, на кого...

— Все прекрасно понимаю, — оборвал его, — Но, пойми, мы и так с ней работаем некоторое время. Так что, если бы не она, я бы, скорее всего, уже лежал в теплице русской, перерождаясь и устраивая аж, убивая всех подряд, чтобы подняться из мертвых.

Это не убедило его. Пришлось выдать побольше информации. И, все же, я не закончил только на ней. Зацепил еще и Быкова.

Вот тут, старик чуть второй раз не поседел.

Он знал, кто это, но на этом не все.

— Он участвовал в расследовании его смерти. Это так, тебе для общей справки. Понятное дело, что тебя, теперь, держит твой секрет. Но... твою мать, Дима.

Он машинально хлопнул еще одну рюмку.

— Кто бы ни был в теле этого засранца, все равно все идет так, как всегда и шло. Через одно место. Знаешь через какое?

Тут к гадалке не ходи. Все было понятно и весьма прозрачно.

— Когда она к нам заселяется?

— Предположительно, на следующей неделе. Только пока, это не афишируется нигде, как и в принципе ее работа на нового Воронцова.

Он лишь рукой махнул.

— Также, у нас наклёвывается проблема с Вольфовичами.

— Москвичи-то эти?

— Ага.

Он выдохнул и потянулся за вторым письмом. Нужно бы отбить у него привычку, вскрывать их до меня. Это, как по мне — свинство. Впрочем, я не стал это оттягивать на последний момент и сразу же высказал это.

Ответом было: «ага», но он все равно зачитал вслух.

— Уважаемый Дмитрий Юрьевич, — он как-то специально по театральному зачитывал вслух весьма противным, гнусящим голосом, — судебный участок номер четыре, центрального Петербургского округа уведомляет вас об назначенном слушание в отношении Виктора Вольфовича. Явка в суд — обязательна. С наилучшими пожеланиями Маргарита Сильвестрова Мирногорова.

— А дата какая?

— Двадцать восьмое сентября. Этого года. — съязвил под конец он.

— Это и так понятно.

Третье письмо, на мое счастье, он не распаковывал. Пометка «секретно» сыграла свою роль.

Очевидно, что письмо от Быкова, но, когда он достал четвертое письмо, уже с его фамилией, мне оставалось лишь гадать.

— Утренняя почта? — улыбнулся я.

— Умничай, Дим, умничай, — старик набил трубку новым табаком, чиркнул спичкой, — В общем, завтра — чтобы пошел на учебу. С делами по бизнесу разбирайся вечером. Надеюсь, мы друг друга поняли.

— Настолько приелась Мамзелькина?

Старика лицо нужно было видеть. Я попал в точку.

***

На позднем ужине я был в гордом одиночестве. Хрен с ним, с дедом, он, очевидно, наклюкался, но вот даже Елены не было, которая, вообще последнее время меня избегала. Как мне показалось.

Впрочем, меня это не особо волновало. В голове выстраивалась логическая цепочка, в которой, все на данный момент складывалось так, как и должно было быть.

Большая часть проблем — уже решена. Как с Иваном, так и с Жанной. Про бизнес — грех жаловаться, все идет своим чередом. И весьма успешно. Незакрытый вопрос с Быковым, пока мало волновал, как и письмо с пометкой «секретно». Подробный план действий на ближайшую неделю — уже расписан.

Завтра — отучиться, проводить Аллу, забрать кольцо и сбегать на изнанку. Выходные — доделать все в офисе, возможно, съездить на завод, а дальше — выжидать, пока Жанна не подберет персонал для Варны. Так же, у меня появилась весьма интересная идея. Конечно, она потребует денег, но я, пожалуй, хотел бы сделать в подвале дома — свой маленький спортивный зал.

Пора бы не только магию качать, но и тело.

И тут, я вновь мысленно вернулся к Варне. О ее проблеме с социализацией. Пожалуй, дождемся «людей», которые будут собирать часы, и все же — пора бы ее выводить в люди. Только сделать это нужно правильно, и без женской помощи мне не обойтись.

Только кому довериться? Жанне, Альбине или Елене? Выбор был, очевидно, в пользу Елены, однако, она и без того занятая.

— Ладно, решим, — пробормотал сам себе под нос, допивая чашку чая.

Кухарке и в этот раз помог, не забывая при этом вести себя минимально резко. Все же, я помню о том, что мне рассказали. Малец перегибал палку, сильно. И она меня до сих пор боится, тем более, что не знает, что я совершенно другой.

Когда последняя тарелка была собственноручно домыта, послышался звон колокольчика где-то в коридоре.

— Это еще что? — я обратился к домработнице.

Та лишь, пояснила, мол, Лена поставила. Для чего — сама не знаю. А звенит из-за того, что кто-то пришел.

Положил тарелку, полотенце и высунулся в коридор.

Альбина, мокрая насквозь быстро прошмыгнула в свою комнату и захлопнула дверь.

«Странно, у нее же выходной, планировала к боссу своему съездить, а вернуться завтра вечером.»

Впрочем, не стал акцентировать на этом внимание. Однако, понимал, что все равно придется с ней поговорить о сегодняшнем. Все же, это нельзя так просто оставлять.

Спустя двадцать минут, вышел продышаться на свежий воздух. Озяб, вернулся в дом и поплелся наверх, в свою комнату. Где, уже подготовившись ко сну, точнее, усыпавши, проснулся от монотонного стука в дверь.

— Старик, что ли... — буркнул я, скидывая с себя одеяло.

Дверь противно проскрипела и на пороге был явно не старик. Старик не носил ночнушки. Тем более — полупрозрачные.

— Скажи мне, что ты от меня скрываешь, Дим? — лицо Альбины выражало многовековую тоску, от которой аж сердце сжималось.

— Альбина, — я прикрыл дверь, накинул на плечи халат, и вернулся к ней, — ты — моя охрана. Тебя назначил Воробьев. Я не обязан тебе что-то о себе рассказывать. Понимаешь?

— Как ты думаешь, почему я до сих пор здесь, и как я уже говорила, на тебя работаю?

Попытался было объяснить, не вдаваясь во все подробности, точнее, предположить, почему она на меня работает, но она... как будто просто пропускала все это мимо ушей. Ее взгляд был пустым, а потом она просто приблизилась, зайдя в комнату.

Машинально сделал шаг назад, чуть было не споткнулся об ковролин, и «залетел» в комнату. Альбина, вошла следом, закрыв за собой дверь на засов.

В полутемной обстановке комнаты ее лицо было несколько угрожающим. Все же, так лишь, казалось. Еле заметные движения в полумраке, упавшая ночнушка под ноги девушки, и...

— Аля, — я первый раз назвал ее, сокращая имя. — Ты чего удумала?

— Мне не нравится то, что рядом с тобой вьются другие девки. — несколько холодно ответила она, медленно приближаясь ко мне, — Мана, она... штука такая сложная. Нельзя постоянно менять партнера, чтобы ее восполнять. Как и энергию. Но, зачем тебе для этого Жанна?

— С чего ты решила, что я восполняю ману с Жанной? — я отступил на пару шагов назад и уткнутся задницей в стол.

— Я знаю, кто она, где и на кого работает, и вижу, как она тянется к тебе. Она опасный человек, и мне жаль, что ты предпочитаешь секс с ней, а не со мной. Кажется, нам просто стоит попробовать, чтобы ты...

Боже... она ревнует? С чего бы вдруг?!

Сейчас я смотрел на нее в несколько другом контексте. Не как на наемника и сильного мага, который оберегает меня и следит за мной. А как на женщину. Со своей болью в груди и историей.

Если вспомнить то, что она осталась совершенно одинокой, по неизвестным причинам, и была подобрана Воробьевым, то...

— Оденься и сядь, — несколько приказным тоном сказал я, указывая на край кровати, — Давай поговорим.

Не сказать, что она сильно удивилась моей команде, но все же, несколько раз поежилась, в какой-то странной попытке соблазнить и выполнила приказ.

Усевшись рядом со словами: расскажи мне о себе, я окунулся в историю девушки, пережившей, пожалуй, чудовищные события. И даже, много в ее поведении для себя понял.

Похоронив сестер еще в малом возрасте, Альбина стала единственным и оберегаемым от всех внешних раздражителей ребенком. Мама, бабушка и отец — сдували с нее пылинки. Поддерживали любое увлечение, и очень осуждали ее выбор пойти по профилю боевого мага.

Ее стихия, как и моя — воздух, является одной из сильнейших магических стихий в мире, а с учетом ее возможного потолка — шестерки, ее карьерная лестница обещала быть быстрой и перспективной.

Но у судьбы были несколько другие планы. Сначала погиб отец, выполняя задание на изнанке. Следом — умерла мать, не выдержав потери детей, а затем и мужа.

Бабушка — воспитывала Алю как могла. Старалась, делала все, чтобы из девушки, которая пошла по касательной вниз — выросло что-то стоящее. Но вскоре и ее не стало.

В пятнадцать лет она попала в приют владея чудовищной силой и верховным перстнем. Характер — быстро сломался. Она с головой окунулась в криминальный мир, где все личные качества, вбитые родителями — быстро иссякли.

И когда по свершению восемнадцати лет она не смогла попасть в академию, мир перед ее руками рухнул. Она не могла справиться с ответственностью. На нее нельзя было положиться.

Да и кому нужен неконтролируемый маг с высокими показателями, судьба рода которого — была перечёркнута. Тогда, в ее жизни появился Николай Воробьев, который подобрал ее с улицы.

Ей негде было жить, не на что питаться, и учиться с таким огромным количеством приводов — было невозможно. От нее даже профучилища отмахивались.

Коля — стал ключевым моментом в ее жизни. Как мой старик для Лены. Он смог ее обучить, помог поступить, хоть и с опозданием. Лишь с одним условием — она — его наемник. Ее род — не восстановить, если у нее не появится настоящая семья, и с условием, что маг рядом — будет магов ветра.

Чтобы кольцо могло почковаться, возвращая величие бога и семьи.

«Так вот, какие условия нужно соблюсти, чтобы восстановить род... а если кольца уже нет? Что дальше?»

А здесь... а здесь в ее жизни случился я. С ее некоторым упрямством, привычкой долбить стены, она была слишком прямолинейной в разговоре.

Излишне прямолинейной.

— Ты хоть понимаешь, что я не могу принять подобные условия, — я с глазами размерами с блюдце смотрел на миловидную мордашку сильного мага, — Я понимаю, что ты пережила много, но... боже...

Меня коробило то, что я на такую бредовую просьбу отвечаю отказом. И одновременно корил себя за то, что я не могу ей помочь. Сейчас.

— Я тебе не нравлюсь? — зазвучал ожидаемый вопрос.

— Аля, — я вновь сел рядом, — Ты очень красивая девушка. Величественная, сильная. Ты не можешь не нравиться. Но с подобными вопросами — создать семью ты... боже, да о таком не спрашивают с бухты-барахты! Это неправильно.

— В твоем понимании — да. В моем же, — она подняла ноги на постель, чуть повернулась ко мне, — Ты — сильный маг. Я вижу и слышу твой потенциал. С тобой — у меня есть все шансы на то, чтобы возродить род. А в сочетание воздушного змея и ворона — получится что-то величественное.

— Аля, ты слишком рано об этом думаешь!

— Я не тороплю тебя. — улыбнулась она, закинув на меня ногу и облокотившись на спинку кровати, — Я приму, если у тебя будет много жен. Зато, у меня будет ребенок, будет продолжение...

— Многожёнство?! — я чуть выпал из реальности, — Что в твоей голове вообще происходит?!

— А почему нет? В порабощенной Финляндии — это привычная практика. Даже у нас, в Петербурге, есть семьи аристократов, у которых есть официальная жена, и гражданские.

Я аж присвистнул от такой информации.

— Я лишь хочу попросить тебя, — она развернулась на кровати, положив голову мне на колени, — Не бросай меня, не отказывайся от меня... любой твой выбор я приму как должное... любой. Ты для меня больше, чем просто охраняемый объект, это... с перового взгляда, понимаешь?

К таким откровениям я был физически не готов. Понятное дело, я давно от себя, того старого, мужика иного мира — отрекся. Привык к тому, что я юноша в полном расцвете сил, но с огромным багажом опыта за спиной. И, о подобной судьбе попросту не думал.

А оно будет. Рано или поздно, будет. Брак, семья, дети...

Разговор с Альбиной немного приоткрыл, уже мою — твердолобость. Немного откидывая на задний план того, матерого и прожжённого старлея, кем я себя всю жизнь и считал. Но я уже другой. Я молодой. Полон сил и возможностей. Почему я не вижу банальных вещей и отрекаюсь от них, как слишком умный и старый?

Реально, на данный момент, другая. Совершенно другая.

— Обещаю, — прошептал я, поглаживая волосы, — Обещаю, что не отрекусь от тебя, как бы ситуация не перевернулась. Но я не могу обещать, что буду тем самым, твоим единственным. Сейчас — я не могу этого обещать.

Легкое посапывание и несколько многообещающая улыбка были знаком согласия.

Подхватил Альбину на руки, уложил на свою постель и прикрыл одеялом. Пускай, высыпается.

Такие разговоры слишком тяжело проходят, для всех.

Глава 4

С превеликим удовольствием слушал радио. Казалось бы, это такая простецкая вещь, открытая так давно в моем мире... но, оказалась настолько приятной моей душе, здесь...

Таксист то и дело переключал радиостанции, от развлекательных утренних программ, до музыки.

Я же, время от времени просил остановиться на том, что заинтересовало слух. Вот и музыка здесь была весьма любопытная. Я бы сказал, определенная стилистика шестидесятых годов. Помесь инструментала и тогдашнего «в моем мире» начала техно.

Почти у самой академии наткнулись на проигрывание повтора вчерашних новостей.

— Радиоведущий Андрей Третьяков передает нам, что вчера закончились общероссийские соревнования первокурсников академий. Но главная новость — были обнаружены всякие серые схемы. Император лично покарал нарушителей, умерло тридцать семь преступников. Последний раз он использовал свой дар более девяноста лет назад! А победил никому не известный Андрей Мангустов, серая лошадка. По приблизительным подсчётам аналитиков те, кто на него поставил, получили десятки миллионов!

— Что еще за соревнования? — пробубнил сам себе под нос, но Альбина, решившая, что этот вопрос адресован ей, начала пояснять.

В целом, самые обычные конкурсы среди других студентов различных вузов. Интересная вещь. Так же, как и у нас — кто сильнее, кто круче и чья школа-академия-университет, лучше другого. Соревновались во всем, в чем только можно было. Прикладная магия, спец мастерство, боевые поединки, некая игра: царь горы, и прочее-прочее-прочее.

— И у вас скоро сборы начнутся, — подытожила она, — Насколько я помню по нашей учебе — начало октября начнут делать списки выдающихся учеников. По три-четыре человека с каждого направления.

— А какой резон в этом участвовать?

— Как же? — она вполне живо отреагировала, эмоционально, я бы сказал, — Престиж, почет. В дальнейшем — это заносится в личное дело студента. Открывает некоторые двери, дает приятные бонусы.

«В принципе, как и у нас.»

Тормоза противно заскрипели, мы остановились в пяти метрах от ворот, ведущих в академию. Я первоначально загляделся в окно, пытаясь уловить ту разруху, которую видел здесь в последний раз, но кроме полупустого пространства за воротами — ничего не было.

Изнанку починили, что ли? А ее вообще возможно починить?

Это был очередной записанный в «блокнот» вопрос, который я задам ворону. К сожалению, он последнее время не ахти общается. Этой ночью, например, вообще не отзывался, как и Варна. Хотя в случае второй — прекрасно понимал, чем она там занимается.

Выставленная военная охрана у ворот не проверила никаких документов, лишь почтенно кивнули в знак пришествия меня. Что — несказанно удивило. Оглядываясь по сторонам, не нашел ничего из ряда вон выходящего. Все было, как обычно. Словно никакого прорыва не было. Студенты второпях протискивались во врата, старшекурсники, то и дело, наоборот, сваливали с довольными ухмылками. И, очевидно, со своими планами. А вот Мамзелькиной я нигде так и не увидел.

Встречный поток ветра, немного неприятное ощущение холода на лице, и вуа-ля, я на нулевом уровне.

Здание академии несколько преобразилось. Были новые ворота, новые стекла в окнах. Точнее, другая мозаика, а, в целом, все было так, как и в первый раз.

— Чего стоишь? — Альбина остановилась в трех метрах от меня, вопросительно всматриваясь в лицо.

— Да гадаю, как они умудрились все так быстро восстановить.

— Это еще не быстро, — она махнула рукой, — Потратили дней пять. А когда в Москве и в Новгороде прорыв был в прошлом году — там за сутки новые стены отстроили. И печатями защитили.

— Что за печати?

Она лишь покачала головой.

Значит, сам все со временем узнаю. Она не была настроена на длительный диалог.

В течение десяти минут я искал свой кабинет. Коридоры, на удивление были несколько перестроили. Опять же, мне помогла Альбина, которая сначала растворилась в воздухе, затем появилась рядом с памяткой, и чуть ли не до дверей меня сопроводила.

— На, — она протянула лист бумаги, — Ознакомься. Новое расположение кабинетов. Только не спрашивай, почему все поменяли.

— Да и сам понимаю, — буркнул я, — В целях безопасности и еще чего-то там. Вдруг, враг был среди студентов.

— Умника! — улыбнулась она, а я в очередной раз поразился, насколько она стала живой. — Тебе вон по той лестнице, — указала рукой на арку в стене в паре метрах от нас, — Спустишься вниз и сразу направо. Надеюсь, вывеску своего кабинета найдешь.

— Угум, — я было пошел в указанном направлении, когда ее рука легла на плечо, заставив меня остановиться.

Последующий поцелуй вызвал лишь удивление. Аля поправила мой галстук и быстрым шагом направилась в противоположную сторону, оставив меня в недоумении.

Странная девка. Очень странная.

Спустившись по указанному направлению, я в скором времени нашел свою аудиторию с цифрой «1» и именем преподавателя на табличке, набрал воздуха побольше и постучался.

Опоздал, как-никак.

***

Мамзелькина прошлась по мне весьма легко. Сначала, конечно, были угрозы в виде наказаний, на всякий вкус и лад, однако, очень быстро сменила гнев на милость. Особенно после того, как заприметила мой пофигизм.

— Все же, Воронцов, вы Герой! — закончила на доброй ноте и запустила меня в аудиторию.

Воробьева очень быстро убрала сумку со скамьи, освобождая для меня место, и села на уши.

Мы то и дело — прерывались, чтобы ответить на вопросы Мамзелькиной, но, зато, очень много обсудили. Точнее, нужное мне.

Николай Воробьев ввиду всех произошедших событий, дал мне некоторую отсрочку на макры, поставку которых мы так и не подписали. Также — поднял за них цену, что несказанно удивило.

— Еще тебе нужно в ближайшее время встретится с ним. — полушёпотом продолжила Катя, — У него есть к тебе серьезный разговор насчет дальнейшей судьбы Альбины и насчет твоего положения в обществе.

— Насчет Альбины я и так многое понял, — подытожил я, — А что с обществом?

— Ну, он предполагает, что ты займешь место Ивана. Он, между прочим, не самая последняя шишка в этом обществе.

Такие темы для разговоров, ну никак ей не шли. Миловидная мордашка и речь про бандитизм и авторитеты...

— На данном этапе мне нужно решить все с поставками и с шахтой, — ответил я, — Насчет своего места... ну, я сомневаюсь, что мне это будет нужно.

Мой ответ ей не понравился. Она попыталась было объяснить, что мне никак из всего того не выйти, но тут начался интересный момент в монологе старухи.

Она начала рассказывать про магов.

Все, в принципе, понимали, что есть как белая сторона, так и темная. Мы, по большей части относились к белой. Темная сторона же — воины изнанки.

То есть — маги, которые действовали в интересах изнанки. Для чего, правда, мало кто мог на это ответить.

— Война лицевого мира и изнанки длилась несколько лет, если верить официальным источникам. Начали войну, так называемые, темные маги.

— По какой причине? — раздался голос где-то за мной и Катей, с последнего ряда.

— А ты, Вась, не перебивай и слушай, — она как-то грозно хрустнула пальцем, отчего я услышал за собой лишь недовольное, но весьма громкое сопение, — Боги изнанки, так называемые, потерянные боги, всегда стремились к большей власти и контролю над двумя мирами. Они стали использовать людей лицевого мира, наделяя их силой и не совсем доброжелательными способностями.

Фактически она рассказывала типичную историю какой-нибудь военной книжки. Была плохая армия или страна, и хорошая. Только — в несколько в другом ключи и с другими особенностями.

Я же, для себя понял только одно — война была весьма жесткой, а победителя так и не определили. Светлые — зализали раны, вернулись в свое общество, и до сих — сталкиваются с прорывами. А темные — пропали хрен пойми куда, но эти самыепрорывы до сих пор устраивают.

— Можно? — я поднял руку, собрав на себе любопытствующие взгляды.

Дождался утвердительного кивка и надеялся, что начну пополнять свои знания. Но все оказалось несколько иначе. Как-то, больно по-детски.

— А почему мы считаем, что именно мы светлая сторона? Может быть, боги захотели вернуть свои силы и земли здесь, в лицевой части? Такое может быть?

— Не те вопросы задаешь, Воронцов, — как-то сипло ответила Мамзелькина, — Такие вопросы можешь задать императору. Думаю, он тебе ответит.

— После твоей скорейшей кончины, — заржал сзади «Вася», на что получил мелом в лоб.

Старуха-то, была не промах.

Впрочем, о тьме толком-то ничего не узнал полезного. Ворон, скорее всего, выдал бы знаний побольше.

А вот дальше разговор зашел как раз на более любопытную тему.

Антонина Петровна начала развивать тему, которую утром я услышал по радио. Огласила некоторый список конкурсов, в которых именно наш курс, может поучаствовать. Только все это было оглашено в таком контексте, мол, отказы не принимаются, все должны рассортироваться. И учавствуют — тоже все.

Для меня это было лишь пустой тратой времени. Только и отказов не принималось. По столам были пущены бланки с описаниями, а ответ мы должны были дать к следующему понедельнику.

— Время на подумать, — она щелкнула пальцами, чтобы гул утих, — Целые выходные. Чтобы каждый записался хотя бы в один тест. Как пройдете, так пройдете. От нас — лишь отчетность. А вот ты, Дима, — она как-то недобро посмотрела на меня, — Подаешь большие надежды. Так что, рекомендую тебе ничего специально не проваливать. А то, кто знает, как это все выльется в дальнейшем.

Ее недоброжелательность меня немного начинала раздражать.

***

Три часа занятий, где не было никакой практике, а лишь краткое описание каждого теста — прошли для меня слишком мучительно.

Спускаясь с Катей по коридору в сторону торговой лавки, где я хотел поинтересоваться про накопитель для Варны, мы наткнулись на весьма странную компанию. Точнее, не столько странную, сколько не совсем приятную.

Старшая Оленина в сопровождении своей младшей сестры и того, лопоухого кривозубого утырка. Которые при виде меня — чуть занервничали. И уже проходя мимо паренька, я уловил его взгляд и встречное движение.

Парень ошибся. Пытаясь меня остановить для каких-то своих целей, он не подумал о последствиях. И как это будет выглядеть со стороны. Удар под дых, переход в режим выкачки энергии.

Катя же — заулыбалась.

— Воронцов, — он закашлялся, — блин, какого черта?

— А чего руки распускаешь? — я снял с себя «виденье», с некоторым удивлением осматривая пострадавшего, — Как я должен реагировать на твое резкое движение в мою сторону.

— Ну уж точно не бить, — он попытался разогнуться, но смог это сделать только с помощью Олениной старшей.

— Мы за Степана хотели спросить, — старшая поправила свои отросшие слегка кудряшки, и с некоторым страхом покосилась сначала на меня, потом на Катю.

Воробьева же — скрестила руки на груди и уперлась спиной в стену.

— А, ваш дружок, — кивнул я, — Сядет, надолго.

— За покушение же, да?

Я прищурился, немного не догоняя, что они хотят от меня услышать.

Оказалось, все весьма забавно. Они не попытались прямо — потребовать с меня сумму, которую задолжал им Степан. Но, очень на это намекали, мол, я же его брат.

Я от души расхохотался.

Степан, ввиду своей тупости и самоуверенности, занял весьма приличную даже по моим меркам сумму. Для того чтобы вооружиться до зубов. Припоминая, что с ним было всего четверо бандитов, и то, с винтовками, а он с пошарпанным револьвером, мне оставалось лишь догадываться, куда он упрятал остальную сумму и для чего использовал.

Мой ответ — был воспринят должным образом. Никто из них не посмел меня обвинить в «долге», повесить что-то, и прочее. Весьма — меркантильная компашка в своем духе. Но вот дальше.

— Ты говорил, что они не особо были вооружены, верно? — лопоухий, наконец, стоял в полный рост, — Получается, деньги он слил или...

— Что?! — я уже было хотел просто уйти, но тут встряла вновь старшая.

— Значит, большая часть у Олега. Неужели и он пойдет на все это? Или уже?

— То есть, — я повернулся обратно и подошел вплотную к Вике, — Вы мне хотите что-то рассказать?!

Рассказ оказался не о чем. Что Степан, что Олег всю жизнь гнобили юнца. Это я и так знал.

А вот то, что Олег остался запасным планом Степана — уже было хоть что-то. И за братца — он будет мстить. Конечно, мне мало что угрожало, однако, это означало, что мои планы будут в какой-то момент — оборваны очередным событием.

Что было самым интересным, Олега нигде не было. Как доложила Виктория, у который чуть вытянулись губки, а легкий румянец и странно сведенные вместе ноги, не могли остаться незамеченными.

Я, конечно же, вспомнил, к какому «извращенному» типу людей она относится. Но, чтобы только мое близкое присутствие вызывало у нее такие эмоции? Это что-то новенькое.

***

У ворот академии меня и Катю ожидал экипаж Воробьева. В лице его личного водителя и Альбины. Толькой вот, мы поехали к нему не сразу. Кате — было весьма кратко расписан наш маршрут. Первоначально мне нужно было на вокзал, а дальше уже — все остальное.

Никакого возмущения в свой адрес я не получил, и спустя полчаса, уже шагал по перрону, выглядывая около состава Жанну и Аллу.

То и дело, толкался плечами с потоком «опоздунов», ворчал и озирался по сторонам. Первой = увидел Жанну. Только не в компании бывшей хозяйки, а у скромного по моим меркам — ларечка.

До меня лишь донесся обрывок ее фразы.

— ... ментоловые, пожалуйста.

Сразу догадался, для чего она сюда зашла.

На мое: ты же не куришь, она резко дернулась, испугалась.

— Не подкрадывайся больше так ко мне, — ее побледневшее лицо вызвало усмешку у Альбины, та же, в свою очередь, получила недовольно сморщенное лицо, — Твоя сторожевая собака везде за тобой по пятам ходит?

Чуть было — не начался конфликт, который прервала Воробьева.

— Алла-то где?

Жанна махнула куда-то вперед, когда мой взгляд зацепился за человека, который очень выделялся в толпе на мой вкус. Остроконечная шляпа, длинная, черная мантия и странного вида трость в руке. С серебристой ручкой и черным древком. На лице сидели черные, круглые очки.

Эдакий, чумной доктор, я бы сказал.

До него было всего рукой подать. Пять, может шесть метров. Когда во мне что-то переключилось. Не знаю, аура у него такая была, или в целом он был каким-то странным, не двигался, а, плыл по земле. Но я включил свой сканер. Переключая «режим».

Синяя энергия странным потоком не то чтобы вырывалась из него, как у всех остальных магов и людей, а обволакивала его. Не было ни единой ворсинки, которая бы выходила из тела. А вот следом...

Странная пустота, которую я увидел в том месте, где должно было быть сердце. Следом, в голову нахлынули воспоминания бойни в академии.

— Жанна, это он?

Девушка мимолётно глянула в сторону, куда я указывал и кивнула.

— Да. Только он не из суда, насколько я понимаю. Тоже — ее знакомый, вроде бы Виктора. А чего?

Мне все это очень не понравилось. Я ринулся с места, огибая встречных, чтобы...

Услышать выстрел.

Меня встретило бледное лицо Аллы, под телом которой, уже начала в лужу растекаться кровь. Сканер показал, что энергии в ней ноль. Ее высосали досуха. Так, как это делал я. Только она не обратилась в прах...

«Чумного» нигде рядом не было. Подоспевшие девицы лишь ахнули разум, а я стал свидетелем того, как рассыпается родовой перстень на ее среднем пальце.

«Родовое кольцо Аллы, теперь в главном кольце.» — голос ворона зазвучал, как всегда вовремя. — «Теперь, твой будущий соперник стал еще сильнее. А ее... твою же ж...»

«В чем дело?»

«Дима, в ней стержень! Бегите отсюда!»

Глава 5

Я и Жанна успели отойти всего на пять-шесть метров, когда раздался весьма странный хлопок, сопровождаемый странным, немного тухлым запахом и весьма сильной вибрацией.

Огибая застывших на месте людей, мимолетно оглянулся и замер. Такого я еще не видел.

В воздухе над телом Аллы появилась черная как смоль — нить, которая с каждой секундой становилась все больше и больше. Эдакое — пятно. Оно перестало вытягиваться в тот момент, когда где-то изнутри нее, появилась когтистая лапа. Следом, нить становилась все шире и шире.

Мне это больше напоминало дверь, и я не ошибся. Первые вышедшие существа — устроили настоящий хаос. Мечась из стороны в сторону, попросту — нападали на все, что имело только две ноги.

А дальше...

«Прорыв изнанки!» — взревел ворон, — «Бегите! Пятый уровень!»

Меня не пришлось уговаривать. Тем более, когда появились летающие монстры. Вылетая из разрыва, они пытались набрать высоту, но своими клювами и мордами — просто крушили потолок на перроне.

Застывшая толпа — ринулась плотным потоком на выход. Я и девчонки в том числе.

Буквально через пару десятков секунд, эта живая, людская волна, с криками, всхлипами и откровенными матами — пыталась протиснуться сквозь трехметровую арку вокзала, то и дело — роняя кого-нибудь, грубо переступая.

Ради того, чтобы уйти отсюда живыми — они не думали о других.

Помогая подняться старой женщине, получил сильный удар где-то со стороны, отчего аж отлетел на пяток метров к стене. Сильно ударился затылком и чуть было не потерял сознание.

Фигура, которая, в ту же секунду нарисовалась напротив меня попыталась меня атаковать. Машинально двинулся в сторону, и на том месте, где я был — затрещала стена.

Мотнул головой, вильнул в сторону, уворачиваясь от еще одного удара, переключил зрение. Спасло. Виденье, конечно же, было затуманенное, но это не мешало мне вытянуть энергетические нити из врага. Только вот, видел я только его контуры.

Убить не получилось.

Перенасыщение энергии помогло моментально восстановить тело и зрение. Далее — я просто побежал.

Монстр с двумя руками — клешнями, двухметрового роста, с откровенной пастью какого-то доисторического динозавра, ринулся за мной. Но, выскочив в арку, я нашел свое спасение. Военные, которые бежали на встречу, заблаговременно открыли огонь.

Опять же, запах пороха я не почуял.

«Макры», — подытожил, падая на пол, дабы не получить шальную пулю.

***

Я, Катя, Жанна и Альбина стояли у автомобиля Воробьева, то и дело, стараясь вытянуться на носочках, чтобы увидеть за чужими спинами, что у вокзала происходит. Увы, из-за объемного дыма от взрывов, плотного слоя пыли ничего разглядеть было невозможно.

Меня же, откровенно говоря — колбасило. Энергия, высосанная из того монстра, как подсказал ворон — пятого уровня, не могла до конца усвоиться. А также, не могла уйти в «дерево» на изнанку. Я не мог ее сбросить и чувствовал себя, эдаким, пьянчужкой, которого просто шатало от слова «ветер».

— Поехали, — сквозь шум и звуки выстрелов, где-то рядом заголосила Катя.

И лишь после того, как она положила свою руку на мое плечо, я отмер. Повернулся, еле сфокусировал зрение на ее мордашке и тяжко кивнул.

— Дима, что с тобой? — ее испуганные глаза всматривались в мое лицо.

— В... все нормально, — немного с хрипотой ответил я, стараясь удержаться на ногах.

— Ты еле стоишь на ногах!

Жанна, которая, вслед за Катей начала что-то меня спрашивать выглядела еще более взволнованной, нежели Воробьевой. Усадив меня на заднее сиденье, она то и дело словно пыталась что-то с меня снять.

В конечном итоге уже на полпути до дома Николая, находящегося загородом, я пришел в норму. А это, прошу заметить, чуть больше часа езды.

Все это время, Жанна не убирала свои руки с моего лица, снимая невидимую грязь. И это — помогло.

«Дима», — звучал голос ворона, как только я смог разлепить глаза, — «Если ты не научишься контролю своей энергии или же, не найдешь способ ее аккумулировать, ты сгоришь. Понимаешь?»

«Я-то что...»

«На кой черт ты попытался высосать существо, которое на порядок сильнее тебя? Как магически, так и физически?»

«Защищался... не более.»

«Мозг свой защити от подобных решений. Мутант пятого уровня изнанки, это тебе не дурачков по подворотням бить. С таким состоянием тела, слабым, я бы сказал, тебе и с третьим уровнем тяжко будет, справиться.»

«Так, а тот змей? Помнишь? Я же справился!»

«Не путая мировую изнанку и личную. Как и монстров. Мировая изнанка — всегда была и останется сильнее, чем та, которой владеют боги. То существо, гигантское по твоим меркам, лишь сосуд, наполненный чужой энергией. А такие сосуды в сравнении с типичным представителем мировой изнанки — ничто. Ну, по крайней мере, то существо, с котором сражался ты. Да и маг тот, был весьма слабоват. Ты, на данном этапе — мощнее.»

Я же, вернулся размышлениями к магу, который должен был выкачать «бога» из Аллы. Только вот...

— Как думаешь, — я, сидевший между Альбиной и Жанной, повернулся к своей охраннице, — Кто стрелял?

— А ты не видел? — она очень искренне удивилась

Покачал головой в ответ и услышал то, что и подозревал. Маг, который мне сразу, так скажем, не понравился и был тем стрелком. То бишь...

Предательство? Но, зачем?

Ответ на этот вопрос я получил несколько позже. Точнее, услышал из уст Николая, который был очень «перевозбужден» случившимся.

Сидя на веранде, укутавшись в весьма серьезный плед, я, Жанна и Николай, обсуждали события вокзала, которые оказались весьма... проблематичными.

— Человек, который убил Аллу, скорее всего, — Николай от души отхлебнул из своего бокала, — Работает на кого-то из приближенных твоей семьи.

Он как-то недобро покосился на меня и продолжил:

— Если бы она передала кольцо тебе, то ты, Дима, уже бы стал ведущим в своем «клане» Воронцовых. Владея сильным перстнем.

Я это и без него понимал.

— Сейчас же, кольцо растаяло, я правильно понимаю?

— Да, — я все же, потянул руку к бутылке с виноградным напитком, и добавил «сок» в свою чашку с чаем, — Словно стерли с ее пальца.

— Это значит, кольцо само — ушло к сильному перстню. Фактически, если бы она отдала тебе, твое кольцо стало чуть-чуть посильнее, чем кольцо Виктора Воронцова. Теперь же, увы, он, является главным. И шахта, и часть бизнеса Ивана — перейдут ему по праву старшего.

И это я тоже понимал. Но...

— Есть ли возможность как-то оспорить это? Ну, например, что я имею большее право на них, так как пострадала репутация из-за его выходки с судом?

Коля нахмурил брови. По его пухлому лицу было сложно определить, о чем он думает, но ему на помощь пришла Жанна.

Фактически у меня и так было предположение, как выкрутиться из всего этого. Точнее, догадки. И я оказался прав.

— Я же могу это через суд решить, верно?

Две пары глаз одобряюще уставились на меня.

— Суд над Иваном же еще не прошел, хотя все меры и так понятны. Я могу попросить, точнее, потребовать, чтобы все имущество перешло мне на правах пострадавшего.

— Чтобы все прошло так, как ты хочешь, — Воробьев вновь отхлебнул, — Должна быть веская причина считать, что Виктор просто не справится с управлением нового направления бизнеса. Ты понимаешь, что для этого нужно сделать?

— Найти камни в его огороде, — кивнул я, — Это — можно сделать. Только я пока не знаю как.

— Начни с его круга, — продолжила Жанна, — Если у вас весьма крепкие партнерские отношения, — она мотнула головой на Воробьева, — То Николай, думаю, сможет помочь тебе. Связи, личности и прочее.

Теперь все внимание было обращено к мужику. Тот, конечно же, промолчал.

— По идее, — протянул Коля, — По идее... если мы продолжаем с тобой заниматься нашим прибыльным делом, то я не вижу смысла не помочь тебе.

«Ага... он боялся, что я все? Слился?»

— С учетом того, как у тебя пошли дела с заводом номер четыре, — он хитро улыбнулся.

«Да. Боялся.»

— Договор — есть договор, — ответил я, — Поставка макров — также продолжается, бизнес, точнее, контракт с заводом, это моя возможность подняться как социальной личности, уйти из семейного бизнеса.

— То есть, уйти из криминального мира, — подытожил он.

Завидев мой кивок, покачал головой.

— Не получится, Дим. Отсюда — путь только один. Ногами вперед, и ты это сам понимаешь. На кого бы ты ни работал, тебе уже не стереть это пятно со своей фамилии, а уж тем более с лица. Ты — бандит. Питерский, наш. И тебя просто так не отпустят. То, что тебя это мало касалось последнее время — сугубо заслуга Ивана.

— Это еще почему?

— Ну, он, был чем-то, по типу верхушки вашего клана. Сейчас — это будет Виктор, и я сомневаюсь, что у него хватит мозгов. Тут уж, слишком хорошо его знал в свое время. Тебе предстоит много нового узнать для себя.

Меня как-то не очень привлекал этот разговор. Я и так понимал, к чему он ведет. Точнее, почти сразу понял. Это, мне, очень не нравилось.

— Как ты скорее всего знаешь, в нашем городе есть весьма узкий круг...

— Специалистов, — закончил я за него, — Сбро... группа людей, которые находятся в верхушке преступной власти. И ты — тоже там.

— Именно, — улыбнулся он, — От Воронцовых — там долгое время отсиживался Иван.

— А теперь, будет Виктор, если, конечно, это сторону не перетяну я.

Вот тут, они оба удивились.

— Также, если я стану главой от нашего клана, то фактически, мне не придется вытеснять Виктора из «доли» Ивана на суде. А стану единоличным правителем по решению...

— Центра. — закончил за меня Николай. — Фактически ты можешь прийти на любое собрание как представитель своего «рода», так же, как это может сделать и сам Виктор. Пока не оглашен приговор по Ивану, вы оба — имеете на это полное право. Даже несмотря на то, что родовое кольцо твоего дяди — сильнее твоего.

— То есть, будет голосование?

— Ну, если его получится правильно оформить, то, — он сжал губы, прикрыл глаза, что-то вспоминая и спустя пару секунд, продолжил, — Да. Можно поставить выбор кандидата рода на голосование. Только я сомневаюсь, что ты выиграешь в нем.

— Сколько голосов нужно собрать, да и вообще, сколько вас там?

Николай от души расхохотался. Подошедшая в этот момент Катя, с удивлением посмотрела на нас и потянулась за моей чашкой чая. Я одними губами прошептал, что там вино, но она просто это проигнорировала. Взяла бутылку и долила ее же, в мою чашку.

— Что за шум, а драки нет? — отхлебнув, спросила меня.

Но ответить я не успел. Продолжил Коля.

— Дим, ты вроде бы — весьма способный и умный парень. Но, с чего ты решил, что я буду рассказывать о мире авторитетов?

Тут я и сам понял, что переборщил.

— Фактически я могу привести тебя в общество, — продолжил он, — Однако, перед этим — я обязан спросить позволения у главы. Если он или другие — будут против, то увы, тебе не светит даже попасть туда, если, конечно, Виктор не умрет, а за ним и его сын — Олег.

Я как-то недобро улыбнулся, хотя ничего плохого не имел в виду. Эту улыбку увидели Воробьевы. Засыпали вопросами.

Конечно, я не планировал ничего подобного делать, ради своей выгоды. Никаких преступлений. Однако, меня весьма интересовала шахта Ивана. Все же, я планировал развиваться.

Только вот, окунаться ради бизнеса обратно, в криминальный мир... это все.

— За спрос же денег не берут? — спросил я.

— Нет.

— Тогда... поинтересуйтесь, пожалуйста.

Этот вариант — все равно был запасным, случись что. Даже если, я не хочу крутиться во всем этом, я должен знать и примерно понимать, что это за общество. Ибо, в любом случае — переживу и Олега, и Виктора. А дальше... мне все равно придется идти туда.

Лучше — быть подготовленным. Если попаду сейчас — смогу хотя бы примерно прикинуть, что к чему, и как можно безопасно покинуть криминальную жизнь этого славного города.

***

Поздно вечером, я сидел в своей комнате, изредка перекидываясь словами с Варной, которая немного расстроилась оттого, что я не нашел для нее накопитель. В целом, она выполнила сверх нормы за сегодня, чем очень хвасталась. Я же — поддержал ее комплиментами и добрым словом.

Задумался о том, как бы ее вывести в общество. А дальше:

— Мне нужно, чтобы в следующий твой поход на изнанку, ты взял меня с собой, — затараторила она после десяти минут тишины.

— Зачем это?!

— Хочу взять в руки свежий макр. Посмотреть, насколько он будет мощнее тех, которые ты мне давал.

— А с чего ты решила, что он свежий или сильнее? И вообще, для чего тебе это?!

— Не скажу, — на ее миловидном личике читалась самая настоящая тайна.

Меня же — радовало это. Варна — подарок судьбы для меня. Хоть Ворон и говорил о ней, как о проблемной. И следовало мне так подумать, как Варна — отожгла.

Во-первых, я почувствовал легкий запах гари. Во-вторых, пропал свет в комнате.

Стоило мне вскочить с постели, как свет появился, только вот не в светильнике на столе, а в руках божка.

То есть, все время, пока она говорила, а я лежал с закрытыми глазами, она опять что-то разбирала?

Варна подошла ко мне вплотную и...

— Быть не может!

В ее руках была лампа, самая обычная для этого мира, да и для моего тоже. Тонкое стекло, внутри газ и нить накаливания. Вроде бы — все просто.

Только вот — она горела! Без макра или там — электричества. Просто светила в ее руках.

— Как ты это сделала?

— Энергия, — улыбнулась она, — Понимаешь, что это значит?

— Не совсем, — как-то виновато натянул улыбку, почесывая затылок.

— Ты можешь контролировать и изменять энергию, которой владеешь. Заставлять ее циркулироваться не только в себе, но и в других предметах. Менять ее вид, назначение и прочее-прочее-прочее. Или, ты думаешь, что моя сила нужна только для того, чтобы обращать монстров в парах?

На самом деле, так я примерно и думал... ну, и для того, чтобы оживлять кого-либо.

— Если ты начнешь заниматься контролем моей силы, тебя ждут великие открытия. Дима. И сейчас, я предлагаю, все-таки уйти на изнанку.

Мне не было смысла с ней спорить, особенно учитывая то, что сна — ни в одном глазу. На сборы ушло четверть часа. И когда на дверном проеме засияла моя руна, я и Варна — шагнули вовнутрь.

Еще спустя минут десять, я, наконец, встретил первого монстра в сером лесу личной изнанки. Только вот, это не был кролик, или те маленькие шарики, которые я давил в первый раз.

Это были самые настоящие животные. Которые отличались от привычных лишь цветом глаз. И... силой.

Тут, конечно, я резвился вовсю. Точнее, вовсю экспериментировал с магией ветра, изредка подкидывал «дров в пламя», магией Варны. Ману, конечно, тратил изрядно, но и почти сразу — подпитывался выкачкой.

Единственный серьёзный противник, который действительно чуть было, мне голову не оторвал, был серый медведь, которому на мою магию вообще начхать было. И если бы Варна не предупредила, точнее, тонко не намекнула, что есть существа с весьма серьезным магическим резистом, то я бы уже кеды за икону закинул.

Пришлось — стрелять. И не один раз.

В конечном итоге я пополнил свое кольцо на, почти восемьсот макров. При этом — потратил больше пяти часов. Однако если бы я не качал энергию из существ, то вряд ли пробыл здесь больше часа. Все же...

— Энергетический вампиризим, — просипел я, разглядывая в пальцах кристалл после медведя.

Он был немного другим. Более большим, что ли, и имел немного непривычные грани. Когда все остальные макры — были идентичные.

— Я возьму? — Варна без моего «разрешения», аккуратно взяла макр, покрутила перед глазами и засунула себе в карман. — Сильный. Живой...

— Зачем тебе он?

— Скоро ты все узнаешь. — хитро улыбнулась она, — Поверь, тебе понравится моя идея.

Глава 6

По возвращении с изнанки я не сразу допер до того, что в лицевом мире прошло катастрофически мало времени. Мимолетно глянул на часы, замер, присвистнул.

Затем мозг заработал и все встало на свои места. Меня не было для этого мира, ну, всего секунд десять. А пропустил я только одно — кто-то за это время уже успел позвонить в дверь. Поэтому я слышал гулкий топот старика по лестнице, а еще спустя некоторое время, услышал голоса внизу.

«В такое время в гости не ходят», — подумал я и чуть приоткрыл дверь.

— ...больше четырех человек, — услышал часть сказанного Жанной.

— Думаешь, здесь будет безопаснее?

Впрочем, подслушивать не имело смысла. Спустился сам, по пути, встретив встревоженную Лену. Все в той же бархатной ночнушке. Выперся вперед, под ее неодобрительный взгляд, но, пропускать вперед не стал, а то опять наслушаешься где, и «на что» я там пялился. А мне это было не нужно. И вообще, пора бы уже расставить все точки над...

Небольшой несправедливостью, прошу заметить, что считаю ее небольшой. Недоразумением, даже так бы сказал. Мои изменения в характере и поведении должны быть заметны. И Лена - понимает это, только до сих считет меня тем самым озабоченным отморозком.

Спустившись по лестнице встретил Альбину, которая уже стояла внизу. Слушала старика и кивала головой. Кстати, о ней... нас ждет разговор с Колей насчет ее дальнейшей судьбы. И чем раньше - тем лучше. Надо бы определиться, что нас с ней ждет. Точнее, что ждет ее.

— Ты понимаешь, что, придя сюда — накликаешь и на этот дом беду. — вполне вразумительно спросила Аля, — Ладно я, ладно прислуга. Но Диму — ты ставишь под удар. Дом - ставишь под удар. Ты даже не знаешь, кто там был!

Уловив примерную суть разговара, понял, что в ее словах была доля правды.

— Для начала, — мой голос заставил троицу у входной двери обернуться, — Расскажи по-новой, что именно у случилось. Ибо, я лишь догадываюсь по обрывкам фраз, что кто-то тебя приследовал, или же, вломился... И там уже будем решать, как поступать.

История оказалась весьма банальной для этой ситуации. Скорее всего — Иван, решил убрать последнюю свидетельницу всего того, что он творил. Сегодня, по возвращении Жанны в съемную квартиру, она обнаружила чужих. Благо, что хватило ума не заходить вовнутрь.

Таксиста не отпустила и некоторое время выжидала.

Люди в костюмах с весьма выразительными мордами — слонялись по улице, то и дело о чем-то переговаривались. Выжидали.

Переломным моментом был кратковременно включенный в ее комнате свет. Она вжалась в сиденье и умоляла водителя поскорее уехать отсюда.

Хрен знает, приметили ли уезжающую машину или нет. Все же, улица была проездная. Машины были всегда.

— Ну, если хвоста не было, — начал я, на что Жанна начала повторять одно и тоже:

— Виляли, сделали уйму крюков, и никого за нами не было!

Говорила она слишком испуганно, думала, что я могу поступить как-то иначе?

— Тебе, думаю, стоит затаиться здесь. Ибо идти — уже, некуда. А излишние перемещения — лишь привлекут к себе внимание. Странно, что за нашим домом нет слежки.

— Никто и не знает, что я помогала тебе, и что у вас с Аллой был договор...

Тут, я улыбнулся, вспоминая все те события. Это не осталось незамеченным, ну и...

Я не видел смысла больше молчать. Старик это и так знал, а вот Жанна и Альбина слушали с открытыми от удивления ртами.

Рассказал, как и почему Алла помогала мне, хотя с ее отношением ко всем, кроме самой себе — это было максимально на нее непохожим.

Конечно же, чуть приукрасил концовку встречи с Анной. Где сказал лишь одно, я смог убраться. А что с ней стало дальше — я не знаю. Стрелять в переулках старого района — чревато откушенной башкой от подобных же — маргиналов.

Собственно говоря — вопросов больше и не было.

Единственное условие, которое я выдвинул, было банальным.

— Никуда не вылезаешь. Комнату тебе — найдем. И будешь отсиживаться в доме ровно до того момента, пока я не скажу обратное. Если, конечно, хочешь жить.

— Но... как мне взаимодействовать с миром?

— Понятия не имею, честно, — я пожал плечами. -- А так же...

— А как же, я просто буду взаперти, — она оборвала мою фразу, покосилась на присутствующих и не стала продолжать.

Я и сам все прекрасно понял. Мое поручение в ближайшее время она выполнить не сможет. Так что — придется разбираться самому.

Попытались было, пристроить ее в комнату к Альбине, но та рогами уперлась, полностью игнорирую замечание, что как бы и она здесь — гостья. Лена — тоже всячески отмахивалась, покосился было на старика...

«Ну, понятно...»

Объявил, что будет жить у меня. В гостиной — слишком много окон, а второй этаж, даже для слежки, если она будет — слишком трудоемкое место. Особенно — мое окно, вечно прикрытое.

— А сам в гостиной будешь? — спросил Михалыч.

— Я что, на дурака похож? — скрестил руки на груди и мотнул башкой, — Вот это — будет первой странностью, что «житель второго этажа», спит на первом. Если припомнить то, что в доме была прослушка.

— Есть вариант, — начала Жанна, — Поставить сигнализацию на окна и двери...

Я понимал, что это такое и удивился, что в этом мире ее как таковой — не существует. Оказывается, есть малец, который уже придумал ее, только вот, она еще не на потоке.

— Кротовский — юное дарование — презентовал это устройство. Сама его не видела, но в машины его ставят, принцип, более чем понятен.

— Слышал о таком, — кинул я, немного слукавив, — Надо бы ее сюда.

Только подумал о другом. Купить — дать Варне, сделать на свой лад. Лучше нее, пожалуй, инженера и ученого я не знаю. Осталось только разобраться, где это все взять.

А вот когда Жанна повторила фамилию юнца, я все же вспомнил, где о нем раньше слышал.

«Это ли не тот гимназист, который в тот мой „первый“ день, уложил трех отморозков в одиночку? При чем, не применяя силы при этом?»

Память — штука сложная... все же.

— Где можно ее купить?

— Радиомагазин, скорее всего. Там, кстати, и свой заказ найти можешь.

Она сказала это слишком открыто, но я не стал никому ничего объяснять. Имею на это полное право.

В общем и целом, пришлось доставать старый спальник, чтобы расположиться на полу. Жанна же, вымывшись и переодевшись — то и дело, ерзала в моей постели, несколько раз пожаловавшись, что здесь слишком жесткий матрас.

Предложил поменяться местами — спесь сразу пропала.

Я же — долго маялся, а когда послышалось глубокое посапывание — даже сходил на кухню, заварил себе чай и около получаса — беспричинно бродил по гостиной, думая себе всякое.

И когда вернулся обратно, спать, заметил на столе то самое письмо, про существование которого — забыл напрочь. С графой — совершенно секретно. На нем не было ни отправителя, ни печати рода, лишь штамп с понятной надписью и имя получателя.

Сковырнул письмо ножом для бумаги и уставился на одно единственную надпись синими чернилами, выведенную каллиграфическим почерком.

«Бойся своего бога.»

Что бы это могло значить?

***

Сна как такового я не видел. Что было уже привычным делом. Закрыл глаза, прошло несколько мгновений, открыл их и вуа-ля, утро.

Только это утро было излишне упругим и теплым. Не знаю, в какой момент Жанна скинула одеяло на пол вместе с подушкой и устелилась рядом, но... что-то я нихрена не понял.

— Кто-то не хотел спать на жестком, — вслух сказал я, но и мадам не спала.

Хихикнула, чмокнула в ухо, ручками было потянулась туда, куда не просили, но вовремя остановилась.

Ворча про себя, накинул халат, стараясь не оглядываться на весьма сексуальное тело и поперся в душ.

На завтраке был полный сбор, где все, весьма живо общались, кидая косые взгляды то на меня, то на Жанну.

Наконец, я не выдержал, спросил, в чем дело. На что получил весьма неожиданное предположение старика. Вот от кого, а от него не ожидал такого «предательства».

Все шло к одному:

— Дима, ты собираешь вокруг себя гарем из красивых женщин.

Жанна покраснела, Альбина покраснела.

Дожевывая завтрак, попросил Елену вызвать такси, и, наконец, увидел то, о чем так давно думал.

Телефон. Самый настоящий. Подобие наших, старых, советских. С большой неудобной трубкой и колесом набора. И, в скором времени, я и «одна из моего гарема», отъехали от дома, в очередной, мрачный день.

Затянутое тучами небо и холодный питерский ветер был не тем, что я ожидал от октября. Хотелось бы, чтобы хоть в этом — не было схожести с моим бывшим миром. Однако — не повезло.

Вылезая из такси, угодил в весьма глубокую лужу, от души матюгнулся и дождавшись Альбину, поплёлся по уже знакомой мне ярмарочной площади.

Добрались до радиомагазин без особых проблем, если не считать моего хлюпающего и весьма раздражающего ботинка. А вот там, отвел душу.

Пытаясь объяснить продавцу, что я именно хочу, выпустил из поля зрения Альбину, которая, спустя пять минут моего диалога с непонимающим ничего продавцом, принесла небольшую коробку с кучей странных проводочков и лампочек.

— О, так вы хотели аккумулятор? — улыбнулся он, показывая на коробку в руках Альбины.

Я покосился на него, потом на нее и протяжно выдохнул. В следующий раз — буду называть вещи своими именами, а не искать примерное описание, чтобы подробно все объяснить.

Себе же дороже.

Также, спросил за сигнализации, название чего, продавец, уже знал. Но тут — был промах. Его выпускали пробно и только в одном месте. Как раз таки, на одноименном заводе этого юнца.

— Что же, — я оплатил аккумулятор и продолжил, — Спасибо за информацию. Хотел еще вот что уточнить, продаются ли у вас телефоны?

Вот тут удача мне улыбнулась, только — столько денег не было. Отложил дорогостоящую покупку на потом.

На выходе из магазина окликнул Альбину, и уже на улице, заприметил кое-кого.

Олег, собственной персоной в компании какой-то странной, светловолосой и весьма худой девицы, оборачиваясь по сторонам — в очень быстром темпе куда-то сваливали.

Если бы он постоянно не оборачивался, я бы еще спокойно ко всему этому отнесся, а вот Альбина, сразу же выдала:

— Скрываются?

Благо виденье «ситуации» у нас было схожим. Переглянулись, и чуть поодаль двинулись с ними. Даже, чуть сместившись в сторону, чтобы уж ненароком на нас не наткнулись.

Провожали их долго. Вышли за пределы ярмарки и остановились около кафе, где странная парочка повернула в переулок. Где, как оказалось, был тупик. Вот там — они бесследно исчезли.

Скорее всего, нырнули на изнанку. Другого не дано. Если, конечно, в этом мире нет порталов.

Понимая, что вполне себе — бесполезно провели эти двадцать минут, приняли решение перекусить. Кафе, как раз было рядом.

Вот здесь, я отвел душу, наконец, отведав самых настоящих пельменей...

В сочетание с бульоном, в который я щедро влил ложечку уксуса, пару ложек майонеза и кетчупа, это было... что-то запредельно божественным. Альбина же, моего вкуса не поняла. Ей хватило одного запаха уксуса, чтобы зажать нос и молча уткнуться в своё жаркое.

Но для меня это была пища — чего-то ностальгического.

Управился со своей порцией быстро, мельком глянул на девушку, которая тщательно все пережёвывала, окликнул официанта. Заказал селедку под шубой, хотелось, конечно, с чем-то «морозильным», сладко тянущимся в стограммовый «бокал», но вовремя откинул эту идею из головы.

Не положено. Ни по статусу, ни по возрасту. Старые привычки, все же, я убирал.

На удивление, молодая деваха в весьма подобающим заведению костюме, вернулась с заказом быстро, только передала не только порцию салата, но и бумажку.

Сделала это — весьма незаметно. Аля — даже внимания не обратила, а значит, это предназначалось только мне. И лишь после того, как ускоренно проглотил свою новую порцию, коротко сказал, мол, в уборную, и уже там, прочитал адресованное мне.

Как-то странным было получать на салфетке распоряжение от Быкова.

«Сегодня в 16:00 за тобой приедет машина. Никого с собой не брать. Работодатель.»

Я вполне себе мог усомниться в том, что это был он, если бы не его закорючка, которую я видел в делах тех самых маньяков.

Гадая про себя, что же он от меня хочет — вернулся в кафе, где меня ждали новые гости и весьма недовольная Альбина.

За моим столом сидела весьма знакомая мне мадам.

Я бы даже сказал, что... ну, никак не ожидал ее увидеть. С учетом того, что попросту забыл о ее существовании, как и о некоторых обязательствах.

— Марго? — я удивленно покосился на девушку с внушительной внешностью и пепельными волосами.

— С нашей последней встречи, от тебя ни слуху, ни духу.

В моей головушке начали одно за другим — вспыхивать события. Я — должен был ей сумму, она же... как мне показалось, была девушкой Степана. И тогдашний, кхм, долг, был...

Она не дала мне все додумать.

— Пожалуйста, верни Степана...

***

Разговор с Маргаритой Вертихвостиковой ничем особым не закончился. Она тонко намекнула, что долг равносилен заявлению на этого поддонка, на что была послана на все четыре стороны. Как мной, так и Альбиной.

Припоминая, что она дочь какой-то авторитетной шишки, все же, сказал, что завтра отдам долг, даже проценты, которые сам себе выдумал и на этом — увы, Степана ждет каторга.

Ее слезы — никак на меня не подействовали. А для себя же я решил — этого человекв нужно срочно выкидывать из жизни. Но, насчет ее кольца — обязательно сообщу Быкову. Пускай думает, откуда и что оно.

Сам же дал? Бред сивой кобылы. И это я сейчас понимал.

Ожидание вечера — было чем-то весьма странным. Я умел ждать, выжидать, и затаиваться, но эти гребанные четыре часа вечера, все никак не наступали. Даже придумал и в принципе, сплавил Альбину, просто приказав ей:

— Раз ты говорила про, кхм, смену хозяина, — я покосился на нее, пытаясь уловить эмоции, но она все также спокойно без каких-либо изменений во взгляде, слушала, — Я скоро уеду и уеду один. Буду дома, как освобожусь. Охранять меня не надо.

— Поняла, — тихо ответила она и ушла к себе в комнату.

Впрочем, ровно в шестнадцать ноль-ноль прозвучал монотонный стук в дверь, и я, уже в новых, сухих ботинках усаживался в салон тонированного автомобиля без каких-либо опознавательных знаков и тем более — без номера.

Внутри сидел уже знакомый мне Борис. Кое-что, даже спрашивал. И поздороваться не забыл.

Его сухенькая ручонка весьма крепко обхватило мою ладонь в знак приветствия. Далее, начали расспросы.

Его интересовало все, что произошло на вокзале. А также, он кое-чем поделился.

Было найдено тело неизвестного мага, которого подстрелили военные.

— Случайность? Или он как-то себя проявил?

— Не случайность, — медленно процедил он, — По его велению двигалась толпа монстров. Высокоуровневых. В него всадили несколько сотен пуль, конечно же, с использованием силы макров. Даже несколько магических снарядов, прежде чем отправить на тот свет. Все же, мало магов способны выдержать столько выстрелов.

— Тело, я так понимаю, ожидает меня?

— Правильно думаешь, Дима, — просипел он, — И все же, что ты там делал? Тебя видели на выходе. Я же — видел, как тебе было плохо.

— Не думаю, что мне стоит это обсуждать с тобой, — сухо ответил я, но Борис настаивал, хоть и делал это весьма лаконично.

— Мне ты можешь не доверять, но те же вопросы тебе задаст и Быков. И будет это в моей компании.

— Тогда смысл спрашивать?

— Люблю узнавать новости раньше остальных, — как-то странно хихикнул он, — Еще...

— Что?

— У нас есть тело монстра, который не обратился в прах, после того, как из него достали макр после убийства.

Вот этой новости я не мог понять. Ибо не видел странностей.

— Я так понимаю, ты не видишь связи?

В ответ, я лишь мотнул башкой.

Глава 7

В этот раз меня повезли не в особняк Быкова. Машина, не поворачивая к дому, устремилась куда-то вдоль забора. И несмотря на мои вопросы, Борис молча. Все же, спустя пару минут, машина застыла у кромки леса. Где в полусумраке чуть поодаль от нас, стояла троица.

— Почему не в особняк? — спросил я еще раз, вылезая вслед за магом.

— В подвал есть и другие входы, Воронцов, — просипел Борис, поднимая руку вверх в знак приветствия, силуэтам.

Приближаясь к загадочным личностям, готовил себя к тому, что все может пойти не так, как хотелось бы. Все же, проезд мимо дома оставил где-то в глубине души, свою долю подозрения. Они омгли быть и противниками. Могли быть...

Додумать не успел, ибо они повернулись ко мне спиной и пошли вгулбь леса. Проследовав в след за людьми, лиц которых я так и не увидел, присвистнул, когда среди кустарников увидел арку, сплетенную из ветвей неизвестного мне растения. Она подсвечивалась тусклыми огонечками где-то в траве, выглядела... ну, весьма таинтсвенно, что ли.

Борис, вытянув руку и что-то пробормотав заставил пространство преобразиться. Оно начало плыть в этой самой арке. А затем, просто вошел внутрь. Как и все остальные.

Я же, немного потуканив, последовал за ними, ощущая на лице неприятную склизкую пленку перехода. Только вот, оказался я не на изнанке, как думал, а в помещении. Уже, знакомом мне.

Подвал встретил меня тусклым освещением и неприятным холодком металлических стен. Василий Евгеньевич, собственной персоной, стоял ко мне спиной и чем-то тыкал в потолочный светильник, то и дело, бормоча себе под нос весьма понятные слова. Ругательские, собственно говоря.

Почувствова присутсвие других, прекратил это дело, обернулся, кивнул одному из «новых» и... свет починился сам собой.

«Какой-то маг электричества?» - пролетело в моей голове.

— Дима, — басистый голос эхом отбивался по стенам, — Сегодня тебя ждет испытание. Весьма серьезное. Надеюсь, ты не подведешь нас. Всех нас.

Посмотрел на меня, затем кивнул, читая на моем лице полное недоумение.

— Для чего? Кто цель? Мне нужно оживить кого-то? -- спросил я.

— Правильно понимаешь. Ты, Максим и близнецы Подорожниковы, пойдете на четвертый уровень изнанки.

Когда он произнес имена, эта самая троица, обернулась ко мне.

На самом деле, близнецы действительно были близнецами, конопатые, рыжие, весьма... странные. Трудно было определить, сколько им на самом деле лет. Ибо рыжесть - просто зашкаливала. Вроде, чуть за тридцать...

Хотя... нет.

А вот Максим был, так скажем, представителем тяжкой судьбы электрика. В этом предсказании я был прав. Видел таких на своем веку. Жертв электрической дуги, так скажем.

Морда в ожогах, волос на голове и лице — нет. Порванные губы и странные, мутно-белые глаза.

— Максим, я так понимаю, будет аккумулировать энергию, а на четвертый уровень отправляете, чтобы сразу получить большой источник силы, я прав?

Брови мужчины выгнулись в знак удивления. Но все же, я оказался прав.

— Рад, что ты все сам прекрасно понимаешь.

— Но, — я все же перебил его, — Мне не по силам простоять на изнанке такого уровня. Все же, во мне не так много сил.

Два близнеца как-то криво ухмыльнулись и одновременно заговорили. Что выглядело весьма необычно.

Они оба — были боевыми лекарями. Целителями, в моем понимании. Их сил хватит, чтобы удержать меня на изнанке столько, сколько потребуется. При этом всем они будут передавать мне некоторую часть собственных сил, усиливая мои...

— Усиливая мои навыки? Это как? — удивился я.

— Понятие лекарей и поддержки на войне — весьма растяжимое. Целителей в природе — большое количество, но они... — Быков обошел близнецов, приблизившись ко мне, — Ненормальные маги, понимаешь?

«Это он намекал на всех нас?»

— Мне было очень тяжко забрать их из-под взора министерства обороны, пришлось пойти на некоторые жертвы.

— Мне кажется, вы немного отошли от моего вопроса.

Он ответил короткой фразой:

— Сам все увидишь.

«Подорожниковы...» — единственное, что проскользнуло в голове, когда Борис открыл переход на изнанку.

Троица новых для меня магов — скользнула в проход без команды. Не зазывая меня за собой. Боря же, подождал, пока я соображу и просипел, чтобы поторапливался. Ибо чтобы открыть обратный проход, ему нужно восстановиться. А я — тяну кота за яйца. Заставляю его удерживать пелену и тратить лишние силы.

Не стал испытывать его терпение и шагнул в «помутнение» в стене.

Мировая изнанка встретила меня не так, как раньше. Казалось бы, я не был раньше выше первого уровня и, кажется, помнил примерное отличие от нулевой, но здесь...

Пространство было иным. Странным, максимально странным. Как и само место.

Возникнув прямо за спинами троицы, не мог не спросить о нашем местонахождении.

— Обитель, — холодно ответил один из близнецов, — Это место отличается от привычного мира четвертого уровня. Также, нас здесь невозможно отследить.

Я не понимал, о чем они говорят. И не постеснялся об этом сказать.

— Это место, — заговорили они, уже, одновременно, — Одна из бывших стратегических точек империи. Здесь, как гласит история, был кровопролитный бой между силами императора и забытым богом Змеем.

— А зачем сюда приходил император? И что за забытый бог такой?

На меня покосились три пары глаз.

— Совсем в своей академии ничего не учишь?

— Такого мы еще не проходили.

Историю, которую рассказали близнецы, мне не очень понравилась. Я даже, понимал, что ее, скорее всего, уж точно не напишут в учебниках. Ибо выставить самого императора в плохом свете...

Кречет в кругах по-настоящему сильных магов славился своей алчностью до артефактов. Представить это было трудно, но весьма возможно.

Забытые боги — источники силы, владельцы поистине сильных предметов, способных как навредить, так и возродить.

— К забытым богам относят тех высших существ, которые покровительствовали когда-то, живому роду. — сухо ответил близнец, покосившись на «электрика».

— Они относились к поколениям, которые были уничтожены или не смогли продолжить свое наследие. И чем раньше этот род, кхм, — Максим кашлянул, — Чем раньше род умер, тем сильнее этот самый бог. Родового перстня — больше нет, от него остается лишь сгусток силы, который со временем преобразуется во что-то более...

— Весомое? Как клинок или что-то еще? — я продолжил за него, когда он вновь начал кашлять.

— Именно. Фактически — это артефакт. Он может быть любой формы и назначения. Только, чтобы, этот артефакт получить, нужно убить бога.

— А это возможно? — я искренне не понимал масштаба такое события.

— Все возможно. Только желающих пойти на такой риск — чертовски мало.

Больше — вопросов про место не было. Хотя...

— Так, а мы здесь зачем? — я обвел рукой пространство перед собой.

Мы стояли у самой кромки подземного озера где-то в горе. Я предположил, что это был некий грот, и не прогадал.

Единственный выход, который был за нашими спинами — вел на верную смерть. Ибо земли под площадкой «выхода», не было видно. О высоте — можно было только гадать.

— Здесь сильные существа, — ответил Максим, — Энергию которых, нам нужно заполучить. Тебе придется не то чтобы поднять мертвого мага, а поддерживать его жизнь, пока я его будут пытать.

Вот тут я ничего не понял. К сожалению.

Пришлось опять мне все объяснять.

— Темный маг, которого пришили военные на вокзале — открыл изнанку, выпустив существ наружу. Этого уровня. О его силе — мы ничего не знаем, но можем догадаться, что поднять его будет крайне тяжело для тебя. Но несмотря на все это, даже я, сомневаюсь, что он захочет общаться. До этого момента, у нас не было в распоряжении мага такого типа.

Больше я ничего не спрашивал. Вспоминая Быкова, который, вроде как, тоже охотился за этими предметами. Насколько эти люди опасны, интересно...

***

Если бы мне кто-нибудь, когда-нибудь сказал, что я буду заниматься охотой на «речных» монстров, я бы ему рассмеялся в лицо. Но, отнюдь, ситуация сложилась несколько иной.

На протяжении, уже двух часов, подпитываясь зелеными, полупрозрачными цепями от магов близнецов, я крушил монстров, которые то и дело всплывали в озере, пытаясь меня сожрать.

Первоначально я, честно признаться, испугался.

А кто не испугается, когда из, казалось бы, пресного водоема появляется гигантские щупальца?

Но, благодаря поддержке рыжих, я весьма быстро управился, не применяя при этом физическую силу. Ибо мне хватало «высасывания» энергии из «осьминога», перекачку ее в Макса, который, казалось бы, молодел, а его раны затягивались, при этом, подпитывая и самого себя.

В общем, эта бесконечная цепочка закончилась наподобие треглавой черепахи. Где мне пришлось достать пистолет. Увы и ах, ее было тяжело «обратить в прах». И на исходе третьего часа, за нами открылся проход, откуда высунулась голова Быкова.

Нас звали обратно. А это значит, что я сделал все правильно. Нам на все про все хватит энергии.

Впрочем, я и не ошибся. Хоть и не понимал, как это Быков смог понять, находясь в лицевом мире.

В холодном помещении на меня напала легкая усталость, либо, этоь переход тяжело дался, либо, это я уже физически устал от постоянного скачка с места на место во время боя. Передо мной на стальном столе лежало тело.

Страшно было смотреть, хотя я повидал в своей жизни многое.

«Бедолага», больше представлял собой дуршлаг, чем человека. А вот когда я начал напитывать его жизненной энергией, он тоже, заприметил это.

Мужик оказался весьма сообразительным. С первым вздохом понял, кто он, где он, и что за люди собрались вокруг него.

Первым делом, он попытался ударить Быкова. Тут, я был удивлен.

Не было вопросов о всевышнем, не было слов о несправедливости судьбы. Просто, сразу, в бой.

Пришлось несколько раз ударить. Или не несколько...

— Представься. — пробасил Быков, вытягивая руку перед собой, после того, как, близнецы притянули и закрепили тело к столу с помощью ремней.

— Пошел к чертовой матери, Быков, — голос у мужика был... статный, что ли.

Даже больше, дикторский. Приятный, немного глуховатый, но весьма четкий. Не мог не заметить правильную дикцию. А уж с какой душой он матами покрывал всех присутствующих, это было что-то с чем-то.

— Последний раз по-хорошему, спрашиваю тебя. Как тебя зовут?

— Так, я сам Кречет! Васек, ты чего, не узнал?

«С чувством юмора у него и при жизни все было хорошо.»

Но, ответ был неверный. Что-то произошло. Не опуская руку, Быков, что-то сделал, отчего тело мага пронзил разряд боли. Он зашипел, скорчился, а я почувствовал, как из меня вышел всплеск энергии.

Так вот, что я должен был делать... глянул на Макса, тот кивнул головой, мол, все хорошо. Продолжаем.

— Как тебя зовут?

— Ты что, забыл, как отца родного зовут? Ну ты чего, Вася? Сыночка-сраный... я ему подгузни...

Он не смог договорить, ибо острая боль вновь вошла в его бренное тело. Только на сей раз, я сменил «виденье». Смог заметить, как из ладони Быкова вышла тонкая, белая струйка энергии. Которая метнулась точно в лоб «мертвецу», и разрослась паутиной по всем нервным окончаниям.

«Значит, он у нас пытает люд добрый? Интересно, что за специализация?»

Только на то, чтобы получить его имя, потребовалось несколько всплесков. Сколько при этом я тратил энергии, показали мои часы. Которые, наконец, пригодились мне. Жаль только, что я о них не сразу вспомнил.

На циферблате показалась ровная полосочка с цифрами: 2200\2560.

То бишь, за каждый всплеск я тратил сто единиц маны? Энергии? Черт... надо бы для себя определить, чем именно я пользуюсь. А то так и запутаться недалеко.

— Михаил Задорный. — сухо ответил труп.

Я же, выпучил глаза, не веря своим ушам. Вот так... случай. У нас тут действительно, юморист.

Затем, вновь обратил внимание на часы. Каждая секунда жизни этого Миши, обходилась мне в единицу энергии. Ну хотя бы, теперь понимаю, сколько смогу протянуть.

Только...

«Это энергия моя, или и Макса тоже?»

— Скажи мне, зачем ты убил Аллу Воронцову?

Михаил ничего не ответил. Злобно покосился на Быкова, крутанул башкой на столе и посмотрел на Макса.

— О, неудачная попытка зачать ребенка через электромагнитную катушку. И как тебя сюда, браток, занесло?

Новый заряд потратил двести единиц.

1993

Максим ничего не ответил. Проигнорировал подобное оскорбление. Следом, не видя меня, Михаил и по мне прошелся.

— Чую запах пацаненка, который вот-вот напрудит в трусишки. Димочка, а не ты ли это часом?

Я молчал. Он продолжил.

— Удивляюсь, как тебя Арвид не задавил. Что ты там с ним сделал? За бубенцы схватил своими потными ручонками?

Разряд.

1787

— Зачем ты убил Аллу?

Тишина. Разряд. Потом еще один.

1381

— Заказ, — прошипел он через боль, — Заказали ее...

— Кто?

Одного взгляда Быкова хватило, чтобы тот продолжил.

— Иван же и заказал. Виктор — нанял меня, чтобы я убрал ее, и родовой перстень перешел ему, а не этой дуре малолетней.

Разряд за оскорбления.

1169

— Его слова мы можем подтвердить, однако, с такими доводами мы не вправе навещать Виктора, — обратился ко мне Василий, — Миша, какой у тебя уровень, и как ты смог открыть изнанку на вокзале?

— Ты спрашиваешь об этом мертвеца? — труп начал хохотать, но не обошлось без разряда. А затем еще одного.

734

— Маг разлома. Четвертый. Потенциал седьмой.

— Я не слышал о такой специализации.

— А ты ничего и не узнаешь обо мне, дибилоид. А когда общество узнает о том, чем ты тайно занимаешься, прикрываясь правительством, тебя найдут и обезглавят.

— Общество?

— А то ты не понимаешь, о чем я говорю. Колечко-то, своего, я не чувствую на пальчике. Сам снял? Или твои девочки меня обворовали?

Разряд, а затем еще один. Я, не выдержал, сделал шаг вперед и еле слышно, прошептал:

— У него осталось совсем чуть-чуть времени. Силы на исходе, я не продержу его.

В ответ я получил лишь безэмоциональное лицо и короткий кивок.

— Твой фамильяр. Как ты смог приручить существо изнанки? Как ты смог поработить существо четвертого уровня?

Вот тут до меня дошло, к чему был весь этот допрос. Специализация мага — хрен с ним, смерть Аллы? Быкову на нее наплевать, как и на умерших на вокзале людей. Он искал силу. Как и артефакты.

Впрочем, Михаил заставил меня чуть было, не улыбнуться.

— Да шел, шел по изнанке, вижу, странное животное сидит, плачет. Я его погладил, спинку вычесал, все колтуны обрезал, а как он жрет собачий корм, — он весьма живо улыбнулся, — Красота! Я-то думал, что ненатуральный сухой корм — вред для животинки. Но Арвид прям радовался очередной пачке этого дерьма. А знал бы ты, Васечка, как он мышей по дому гоняет...

— Не неси ересь! — взревел Быков.

119

Последний заряд был очень сильным. Но его хватило, чтобы тот прошипел:

— Контракт. Тебе не понять, у тебя нет и никогда не будет такой силы, Быков. Никогда.

***

Как оказалось, запас этой самой энергии, был Макса. Потому что когда она закончилась — счетчик на моих часах обнулился и показал мои, действительные силы.

Второй уровень, чуть больше четверти шкалы опыта — заполнено. А запас моей собственной маны — триста из трехсот.

Ну, наконец, я обратил на это внимание. Однако, вопросов осталось немало. Тело Михаила дернулось в последний раз и было погружено в морозильную камеру.

Близнецы о чем-то коротко переговорили с Василием и Борисом, похлопали по плечу вновь... даже не знаю, как сказать. Вполне естественно выглядящему Максиму, лицо которого вновь затянулось ожогами и прочим. И, вышли прочь. Оставив нас в втроем наедине.

Ни Борис ни Быков ничего не говорили. Боря, было, кивнул на выход, на что Василий ему сказал:

— Ты — иди, а нам с Димой нужно кое, о чем, поговорить.

Глава 8

Василий не стал обсуждать что-то важное в самом подвале. Возможно, передумал, а может, замерз. Хрен его пойми с его лицом, которое ничего не выражает.

Поднялись в особняк. Дошли до лестницы, где мне почтенно поклонился слуга и через минуту, я восседал на удобном кожаном диване. Только не в приемном зале, а в небольшом кабинете. Василий же, сел за стол, напротив меня. Сцепил руки в замок и выжидающе смотрел в мои глаза.

Ни я, ни Быков не торопились начать разговор. Обстановка несколько накалилась.

У меня сложилось впечатление, что вояка меня проверяет на терпимость и судя по тому, что первым заговорил он, какую-то странную проверку я все же прошел.

— Дима, смерть Аллы грозит тебе тем, что в общество на место Ивана придет Виктор. Ты это понимаешь?

«Ну, паззл потихоньку начал складываться», — подумал про себя и ответил:

— Да. Понимаю.

— Моей команде не помешал бы человек в подобных криминальных кругах. Думаю, ты это и сам понимаешь.

Конечно, понимал, даже более чем. Опять же, подобный круг, так скажем, общения, давал свои бонусы. И Василий, это понимал так же, как и я. Только мы преследовали несколько разные цели.

Он, скорее всего — артефакты, которыми сто процентов кто-то среди авторитетов обладал, а может быть и просто знаниями. А я же — искал возможность поднять свой бизнес и в дальнейшем, максимально бескровно уйти от всего этого криминального.

Понятное дело, что мой путь требовал выдержки, нервов и терпения, но это того стоило. Тем более, что, мне нужно было сместить Виктора. Ибо этот пёс не даст мне спокойной жизни.

Василий и это предпологал, поэтому предложение было более чем — ожидаемое.

— У меня нет власти над обществом Центр. И информацию достать мне неоткуда. Хотел было, заслать Рогозина, но тот наотрез отказался. Даже, подумывал было - уехать из города. Боялся, что своим отказом перешел некоторую черту доверия. Но, как ты уже понял, он все еще здесь.

Я кивнул в знак понимания.

— Тем более что, у тебя уже есть завязки там. Весьма... крепкие. Как и бизнес с одним из членов этого криминального общества.

Ничего ему не ответил. Он сам все сказал.

— Воробьев, конечно, компаньон спорный. Но судя по тому, что ты спас его дочь, он тебя чуть ли не зятем, названным считает.

— Это здесь при чем?

— А притом, Дима, что его дочь — твой прямой путь к верхушке власти. Мне же — нужен такой человек. И я более чем уверен, что на голосовании его голос будет за тебя. А я же, думаю, смогу тебе помочь все это решить.

— Так же, как вы решили на суде? Просто подставили?

Моя интонация ему не понравилась. Быков нахмурил брови, но не сразу продолжил.

— Мои методы — это мои методы. Увы, Виктору я ничего сделать не смогу. Было бы удобнее убить сначала его, а затем и его сына, но... я не убийца, Дима. Да, я могу пытать, допрашивать, но убивать кого-то — не про меня. Не дай бог, что-то где-то всплывёт и мой род накроют медным тазом. Думаю, ты и сам это понимаешь.

Пока он говорил это, то и дело крутил золотое кольцо на безымянном пальце. И я только сейчас его заметил и понял, что у него, видимо, есть семья, которой он дорожит.

Это немного объяснило его слова. А также, сделала небольшое представление о его образе. Он не наемник, а заказчик. Который находится в тени.

Но, неужели не знает самого простого правила? Все тайное — становится явным. Рано или поздно в его «защите» найдется брешь. И как он тогда будет выпутываться? Когда тот же император узнает, чем он тут занимается?

Тем более что он ищет артефакты. И вряд ли отчитывается за них.

Сидеть на двух стульях, получается? Между криминалом и тайным обществом? А где же золотая середина?

«В твоей заднице», — зазвучал голос ворона, — «Я не понимаю, почему ты до сих пор все это слушаешь? Ты не видишь, что человек ищет власти и силу. И это — он только на словах такой порядочный и вдумчивый.»

«Я знаю, что подобные ему — опаснее маньяка. Ибо маньяк — может остановиться, а эти...» — мысленно разговаривая с вороном, покосился на Быкова, — «Не остановятся ни перед чем.»

«Он может тебе помочь, но только не хочет руки марать. И в принципе — уже подтолкнул тебя на самое простое решение твоей проблемы — убить Виктора и Олега. Я, надеюсь, ты этого делать не думаешь?»

«Я совсем конченный по-твоему?»

«Ну а чему вас там учили в твоей службе?!»

Я не стал ничего ему отвечать, и вернулся всем вниманием к Василию.

— Могу повлиять лишь на пару «шишек» этого Центра. Через посредников. Передать, так скажем, привет.

— Это вызовет подозрение у них, — покачал головой я, — Думаешь, они не поймут, что я подсыльный? Даже если, действую в своих интересах.

Удивленное выражение лица было комплиментом мне. Все же, я в этом разбирался.

— Можно подстроить несколько событий, где ты, будешь героем или спасителем в их глазах. Почти у всех есть дети. Кто мешает поступить так же геройски, как это было с Воробьевым?

В его словах была доля правды. Правда, играть в это я уж очень не хотел.

— Разберёмся, — холодно ответил я, — Фактически я могу и так прийти на собрание. Только когда оно будет, не знаю. А там уже, буду двигаться по течению.

— Во вторник, — добавил он, — Послезавтра.

«А говорил, что нет власти... что нет информации...»

«Он — не твой союзник, запомни это. Он — твой враг.»

«Ага.»

— Что насчет Михаила? Его тело будет храниться у вас?

Василий было, полез за чем-то в ящик стола, за которым сидел, замер, а затем кивнул в знак согласия. Вытащив из стола конверт. Протянул его мне, со словами:

— Он — состоит в этом обществе. Это стопроцентная информация. Наемник, весьма сильный, только не очень умный. В твоих же интересах узнать про это общество поподробнее. Иван — свою цель выполнил, убрал Аллу раньше, чем она отдала тебе свое кольцо. Тем самым — подвинул вверх Виктора. Думаю, Виктор тоже может отчебучить что-то подобное. Бойся таких магов, как Михаил. Бог твой — тебя не спасет от него.

«Ну, по крайней мере, я теперь знаю, в каком обществе состоял Юрка... друг мой названный.»

«Миры могут быть просто похожи, Дим. Не ищи связи там, где ее просто нет.»

«Откуда ты знаешь?»

«Догадываюсь.»

***

Мягкая подушка, в которое уткнулось мое лицо, было, пожалуй, тем, о чем я мечтал, как только сел в машину.

Старик, который не спал, выжидая меня, очень долго распинался, что я бы мог и предупредить, куда собираюсь. Лена же, как оказалось, специально не спускала воду в ванной, если вдруг, я решусь свалиться с потолка.

Правда, Михалыч толком не объяснил ей, как это происходит, но и она не особо настаивала на правде. Уж что-что, а слушаться она умела, как и не задавать лишних вопросов.

Закончив беседу с родственником, только и сделал, что разулся, перед тем как упасть лицом на новенький матрас на полу. Даже — не задумался, разбудил я Жанну или нет. Хотя, чего утаивать-то, я даже не обратил внимание, есть ли она в комнате или нет.

Как оказалось, была.

Ибо, проснувшись в семь утра от весьма ритмичных движений женской руки на моем органе...

Офигел — это мягко сказано.

Только и успел разлепить глаза, почесать их, как рука на причиндале заменилась языком. Из моей груди вышел легкий «ох», и, наконец, приподнял голову.

Моя вольнонаемная помощница весьма тщательно трудилась, глядя на меня из-под лба в моменты, когда звуки чавканья становились громче. Я — не останавливал ее. Уж, далеко не дурак, отказываться от подобного «доброго утра».

Когда девушка в одном нижнем белье, оставила ниточку слюны, ото рта к, кхм... достоинству, начала подниматься вверх, оставляя влажный след по торсу, заканчивая это дело поцелуем на шее.

— Я не заставляю тебя, Дим... — приторно сладко прошептала она, — Но в здоровом теле — здоровый дух. Нам это нужно, для поддержания... иммунитета.

Последнее она сказала с легким ахом, ибо в этот момент, я сел, посадил ее на себя, оттянул чуть в сторону ее трусики и вошел.

Ритмичное постукивание двух тел, сопровождаемое скрипом, привлекло чье-то внимание. Несколько стуков в дверь уже не смогли нас остановить. Ручка несколько раз повернулась, но дверь была закрыта изнутри.

Даже не стал гадать, кто там стоял.

Когда когти Жанны спустя некоторое время вцепились в мою спину, ее ноги сжались, и она закричала в мою кожу, я закончил тоже. Отдышавшись, девушка слезла с меня и пошатываясь, запахнулась в свой халат.

Ключ в двери повернулся, и она вышла. В коридоре — никого не было.

В целом, за завтраком на меня и Жанну смотрели все. Но никто и слова не сказал.

Разрядить тишину решился старик, в тот момент, когда я закончил с кашей и щедро намазывал сливочным маслом пшеничную лепешку.

— Дим, ты помнишь, что скоро слушание в суде?

— Его же еще не назначали?! — я замер с ножом в руке, пытаясь вспомнить возможный разговор, который мог пропустить.

— Назначали. На вторник. И знал бы, возможно, даже, успел подумать, если бы открыл с утра дверь.

Сказав это, он с легком ироничной улыбкой посмотрел на меня. Альбина же, сжала губы.

— Дед, ну ты... — я отложил нож и щедро посыпал масло сахаром, — Сам все понимаешь.

— Был молодым, конечно, понимаю.

Опять же, сказал это с улыбкой. Только в этот раз, Альбина то ли психанула, то ли еще что-то. Резко встала со стула, коротко кивнула домработнице, пробормотав скромное: спасибо, и весьма быстро убралась с кухни.

Жанны в этот момент, позволила себе выдавить усмешку. Я же...

Задумался. А не специально ли она это сделала? Ну... у них сразу все не задалось. Хотя смысл гадать?! Похрен. Вот и все.

— Суть вот в чем. Официальные обвинения ты выдвинул еще на своем, суде, — вспоминая те события он, казалось, погрустнел, — Но, после приговора, будет рассматриваться дело Степана, а следом, еще и Виктора Вольфовича.

— В один день? — спросил я, не прожевав до конца, — В чем смысл?

— Судья хочет поскорее закрыть все это. У меня есть подозрение, что на нее давит. Потому, тебе придется быть там.

Планы немного перестроились. Ладно, хрен с ним с судом. Мне действительно нужно быть там, чтобы первым все узнать и увидеть, а не из письма, которое фиг пойми, когда дойдет и дойдет ли вообще. Понимая, что Иван может найти лазейку — я обязан присутствовать на вынесении вердикта. Все же, смогу сразу его оспорить и не дать ему и малейшего шанса. Со Степаном — все обстояло слишком очевидно, тут парить не придется.

А вот Вольфович... слишком загадочная фигура. С учётом того что оба однофамильца или брата — уже поучаствовали в моей жизни, нужно было обезопасить себя. Знают ли о нем в Центре?

Конечно, знают...

А вот вспоминая Альберта я бы...

«Надо было про него хотя бы расспросить у Василия. Авось, подсказал бы что.»

— Дед, что ты можешь сказать про Вольфовичей? Чем они так опасны?

— Помимо того, что они из Москвы и являются бандитами? Увы, — он покачал головой, — Ничего не могу сказать. Помню, что встречал Виктора раньше, в компании твоего, кхм, почти отца. Но Юрий никогда ничего о нем плохого не рассказывал, как и в принципе, ничего о нем не говорил. Могу лишь судить из слухов.

— Ну, уже хоть что-то.

— Его фамилию видел в документе Ивана, который подписывал твой отец. Только Виктор ли это был, или кто-то другой... не знаю.

— Что за документ?

— Контрабанда. Чего именно — не знаю. Там такое не пишут. Знаю лишь то, что Юра не подписал его. А через две недели был убит.

— Совпадение?

— Возможно. Ибо если бы было несовпадением, я не думаю, что ты бы был сейчас жив. Ну, или, перерождался бесчисленное количество раз. Уж если бы он позарился на твоего отца и мать, то что ему бы стоило просто тебя прикончить и не доводить дело до суда?

— Может, знал о перерождениях?

— Нелогично. Тогда бы понимал, что тебя все равно поймают, и уже, лишат рода и бога перед тем, как казнить. Поэтому ему было бы проще просто нанять мага, подобному тому, который был в суде.

«Ага... или того, кого я воскресил прошлой ночью...»

— Ну, получается, что совпадение... или они тоже — некие братья, в таких же отношениях, как и «наши». Друг с другом не согласуют и действуют по-своему.

— Гадать — бессмысленно. Думаю, тебе стоит попросить разговора с Виктором, перед тем, как начнется заседание. Возможно, он тебе что-то расскажет, возможно, просто начнет трепать нервы.

— Идея хорошая, — кивнул я, — А это позволят?

— Могут. По крайней мере, за спрос не бьют. Перед заседанием подойди к судье или прокурору. Они уже скажут, да или нет. Лучше — сделать заранее.

— А когда сам суд?

— Завтра в двенадцать дня.

«Успею ли я после суда попасть на собрание Центра? Или, я вообще пока не попаду туда...»

Зависело это только от Николая. А он, я был уверен, все же мне поможет. Ведь, как сказал Быков, он меня чуть ли не зятем считает. Только вот, последнее время мы с Катей мало общались. Уж слишком много всего произошло за последнее время.

Закончив с разговором, вытер морду и поплелся наверх, собираться в академию.

***

Пока я ехал в такси, не мог не заметить знаки внимания со стороны Али. Она то и дело случайно касалась руки, кидала на меня косые взгляды, и, в принципе, постепенно, но верно, приближалась.

Пыталась незаметно подвинуться ко мне.

Не знаю, насколько было правильным сделать вид, что не замечаю все этого, но, по крайней мере, никаких обид не заметил. Тем более что как только мы подъехали к воротам, она обхватила мои щеки своими холодными руками, весьма резко и смачно поцеловала в губы, и, не дожидаясь моего удивления, пулей выскочила из машины.

Как-то она быстро переобулась из охранницы во влюбленную девицу. Слишком быстро.

Захлопнув за собой дверь, посмотрел на остановившуюся за моим такси, машину Воробьевых. Катя, весьма доброжелательно замахала рукой, что-то сказала двум мужчинам, которые вышли из следующей машины и подошла ко мне.

— Выглядишь живенько, — улыбнулась она, — Выспался?

— Угу, — протянул я, — Ты чего такая жизнерадостная в понедельник?

— А что с этим днем не так?

Я почесал затылок, улыбаясь:

— Ну, понедельник же день тяжелый... правило такое есть, точнее, фраза, которую знают все работяги.

— Первый раз о ней слышу, — она внимательно посмотрела в мое лицо, не найдя ничего «не такого», затараторила, — Сегодня будет профподготовка. Испытание!

— Какое...

— Ну, ты забыл, что нас ждет конкурс? Что надо будет выступать за курс... зарабатывать себе статус и имя.

Я хлопнул себя полбу, припоминая слова Мамзелькины о некоем соревновании между студентами и академиями в целом. Только вот...

Про испытание она не говорила! Сказала, что будут бланки, с которыми придётся ознакомиться и решить что-то для себя.

Эти же слова я пересказал Кате, на что она ответила:

— Ты, видимо, слушал ее через раз. Бланки ты заполнишь и посмотришь, лишь после того, как коснешься сферы.

Что-то после упоминания сферы, мне расхотелось во всем этом участвовать. Что там старуха говорила? Серый маг? Хорошо, что не черный?

А сейчас что? Все узнают, что я пользуюсь двумя силами?

— Ты чего так напрягся? — Катя махнула перед лицом рукой, притягивая все внимание к себе, — Дим?

— Что еще за сфера...

— Так, обычная. Коснешься ее и в бланке появятся возможные варианты, куда тебе стоит записаться. А также, каковы твои шансы на успех. Конечно, это все, вилами по воде, но хоть тебе не придется запариваться, выбирая между всем, что есть. А, поверь мне, заданий много, как и конкурсов.

Мысленно благодаря Катю, я выдохнул. Записал себе в мысленный блокнот еще одну задачу, спросить у Быкова, как скрыть свою вторую силу. А лучше, сначала спросить у Ворона. Или Варны...

Интересно, чем она сейчас занята?

Глава 9

Перед занятиями смог пообщаться с Варной в полной тишине. Туалета. Уж больно требовательна она была своей просьбе:

«Чтобы ты слушал и не отвлекался!»

Сидя на закрытой крышке унитаза, закрыв глаза, общался с представителем мира богов.

Вороненок же, весьма подробно расписывала свои планы. Точнее, задумки.

«Ты представляешь, если все же у меня появятся помощники, мы сможем ускорить добычу макров! Если тот аккумулятор, который ты мне дал...»

Она на миг замолкла. Я же, начал наезжать.

«Я что-то не припомню, чтобы что-то тебе отдавал.... Варна?!»

В ответ тишина.

«Варна!»

«Да, что?!»

«Ты что, рылась в моем кольце?»

Она немного с виноватой интонацией ответила:

«Ну... там же была вещичка для меня... а ты забыл мне ее отдать. Поэтому пришлось позаимствовать раньше, чем ты вспомнишь.»

«А с каких это пор ты можешь в мое кольцо залезть?»

«Ну, помнишь фразу: пока ты спишь, твои противники качаются? Так, тут немного иначе, не противники, а верный друг!»

«Как ты смогла в него залезть? Объясни!»

«Это сложно. Но, поверь, это было не так легко сделать. Но я больше ничего не брала! Честно-честно! Даже твою стреляющую штуку обошла стороной!»

«Да?»

«Честно!»

В общем, выносить мозг божку я не стал. Послушал ее разработку и оценил.

Во-первых если у меня действительно появятся помощники наподобии рабов-магов, я смогу быстрее добывать макры. Точнее, просто запустить их на инзанку и заниматься своими делами, пока они устраивают там свою добычу. Правда...

Мне не понравилось словосочетание рабы-маги. Но, на других, Варна не была согласна. Ей, нужны были люди, то ли без души, то ли в бесспорном подчинении. В общем — сломанные.

Таких мне нигде не найти. Даже если взять в пример каторжников. Такой идеальной марианетки просто не будет.

У меня же в голову влезло немного другое. Вспоминая технологический прогресс моего мира. Роботы, андроиды и прочие.

Насчет роботов — Варна заинтересовалась. Но увы и ах, у нас здесь, таких нет. Но, я пообещал разузнать.

«И как ты собираешься заставить роботов подчиняться тебе? По местным меркам, этому миру еще далеко до подобных механизмов, а уж тем более, до контроля над ними.»

Ответ был прост: узнай.

Во-вторых аккумулятор. Фактически она может сделать его в десятки раз меньше, то бишь — более компактнее, но для этого, нужно много меди.

«Почему именно меди? Как это взаимосвязано?»

«Медь — сильный магический проводник. Если у меня будет большой запас для опытов, я, вполне быстро смогу найти нужный сплав металла и макра. В сумме это будет весьма емкостная батарея, способная выдерживать в себе огромный объем энергии. Правда, она будет не маленькой по размерам, зато... ты сможешь носить ее в кольце, и чтобы воспользоваться — не придется оттуда его доставать.»

«Слишком просто с твоих слов», — я почувствовал, что она что-то недоговорила.

И оказался прав.

«Придется сделать пластинку из меди в виде платы. Которую — вшить тебе под кожу.»

«Ты что, меня как собаку чипировать хочешь?!»

«Не знаю, что такое чипировать. А, расскажешь?»

Договорить до конца не получилось. В туалет кто-то зашел.

Я замер, стараясь не дышать, затем было, «включился» в реальность. А, собственно говоря, почему я должен прятаться в мужском туалете? Ну, справлял нужду и все...

Как ребенок себя веду...

Однако, зазвучавший голос Олега Воронцова, заставил меня все же замереть. Следом послышались стуки в дверцы кабинок. Он проверял, есть ли здесь другие слушатели.

Я покосился на открытую щеколду туалетной кабинки, и единственное, что успел сделать, это вжаться в стенку по правую сторону от унитаза.

Кабинки благо, были большими, поэтому, когда этот пацаненок долбанул кулаком в дверь, и она отворилась, я не был замечен.

«Если бы у него хватило мозгов заглянуть...» — подумал про себя. Вжимая и без того аккуратный живот.

— Ты, сука, не поняла меня? — Олег явно не по телефону говорил, — Ты на кой черт ей растрепала у кого... — он тихо что-то прошептал, — Ты, совсем без мозгов?

— Я... — этот голос я узнал.

Виктория Оленина. Собственной персоной.

— Откуда она про него узнала? Откуда узнала, что он у меня?

— Я не знаю, Олег... — послышались всхлипы, а затем, звонкая пощечина.

— Врешь!

Следом прозвучал еще один удар. На всхлипы, а они были весьма громкие, в помещение туалета кто-то начал долбиться. Весьма яростно. А спустя полминуты, к долбежке прибавился еще один знакомый голос.

— Олег, а ну выпусти ее?

О, олень Олениной.

Мне лишь оставалось гадать, о чем вообще была суть разговора и с каким таких пор Олег у нас занимается прессингом старшекурсников, ибо почти сразу, гости моего «заведения» покинули комнату.

Варна уже не отзывалась, а я в связи со своей позицией в этом разговоре, решил подождать. Хотя бы малость. Дабы не наткнуться на эту троицу.

Пять минут плавно переросли в десять. Понимая, что вот-вот начнётся занятие, все же, выдохнул и вышел прочь. На мое счастье, или же нет, никого по пути не встретил. Точнее, ни Воронцова, ни Оленину с ее кривозубым.

***

Аудитория была заполнена голосами. По большей части — недовольными.

Я зашел, конечно же, с опозданием, но был последним на пробу «конкурса». Мамзелькина, казалось, даже не обратила внимание на то, что я пришел не вовремя, лишь недовольно буркнула. Мол, клади руку и иди на свое место.

Сам недовольный галдеж был по большей части из-за того, что ребятишки были озадачены своими результатами. Точнее, огорчены ими.

Лишь малая часть из двадцати с нехером студентов, получила действительно интересный список мест, где можно было чему-то научиться.

Я же, как и Катя — были из их числа.

— Боевые стойки, — бубнил я, зачитывая вслух, — Рисование рун, астрологический прогноз...

— Не понимаю, зачем он вообще нужен? — Воробьева гляну в мой листок и чуть расстроилась.

Мой список был внушительнее ее.

Она быстренько пробежалась по содержанию, зациклилась на одном, определенном, который, как оказалось, был и у нее.

— Магическая арена, — ее немного радостная мордашка настораживала, — Ты представляешь, что это?

— Нет, — коротко ответил я, — Догадываюсь, но, расскажешь?

Её губы растянулись в улыбке.

В общем и целом догадался я правильно. Турнирная сетка из определенного количества студентов. Бои один на один не до первой крови, конечно же, но до истощения или безоговорочного нокаута. Что такое магический нокаут — я не понял.

Все бои проходят в течение месяца. Награды, конечно, внушительные. Не только денежный приз, но и какой-то титул можно было получить, если не считать приписанного, следом, статуса в личном деле. А вот с этим статусом, название которого Катя не знала, можно податься в любые войска. Как и от империи, так и в наемные.

— Поговаривают еще, что дают бонусы в виде предметов. Но у меня нет ни одного знакомого, кто бы побеждал на ней.

— А участники?

— Так их навалом. Большая часть третьекурсников, скорее всего. Правда, есть финалист у нас, некий Гойда, но я его в жизни не видела. Только слышала, что он нереально сильный маг ветра. Сокурсник Альбины, кстати.

— А что за один, тире, восемь, в моем бланке?

Она протёрла глаза и уставилась на мелкий шрифт под конкурсом. Присвистнула, посмотрела на свой и чуть огорчилась.

— Ну, девяносто процентов на то, что ты попадешь в одну восьмую финала. Дальше, увы, шар не может показать. А я же...

Я мельком посмотрел на строчку в ее листике, которую она пыталась скрыть, и все же, добился своего.

Одна тридцать вторая. Не густо, не густо...

Но, шар же не может знать наверняка?

— А как он это понял? — она сощурилась, не понимая, о чем я говорю, — Ну, шар этот. Как он может знать, чего я добьюсь, а чего нет?

— Он показывает твои возможности на текущий уровень развития. И даже если бы ты был первого уровня, возможно, результат был таким же. Зависит не только от физической силы и магии. А также от хитрости, находчивости и прочего.

— Понятно, — сухо ответил я, и, в принципе, все для себя решил.

Фактически участие в этой арене — показатель моей силы. Однако, здесь были бы сложности относительно магии ветра и энергии. Все утыкалось только в одно, как мне скрыть вторую магию, чтобы поучаствовать, ибо из всего перечитанного, арена — единственное, что мне походило в моем понимании.

Тем более что, выбрать все равно нужно было.

Мамезлькина однако, выбрала за меня сама.

Когда я сидел и туканил носом в стол, думая с закрытыми глазами, меня огрели по затылку скрученным в трубочку листом бумаги. Подскочил моментально. А дальше, она сообщила для все:

— Воронцов — магическая академия, — заглядывая в мой свиток, — От нашего профиля еще двух магов можно.

Только вот, двух магов не нашлось, что опечалило преподавателя. Не знаю, считала ли она нас слабыми или еще что, но по окончании занятия, она первой — вышла из аудитории, окрикивая группу студентов.

Я было спросил, что значит, если недобрать студентов, на что Катя ответила:

— Страшного в этом ничего нет, просто из шести разных специализаций первокурсников, три боевых. И у всех трех подобных, по три человека. Если у них есть перебор, место уйдет кому-то одному, которое у нас не «нашлось». А если и там доборы или недоборы, то, увы, у другой академии будет больше студентов на выступлении.

— То есть, больше шансов, что академии победит?

— Можно и, так сказать. Больше участников. А победа — престиж, все же и для заведения.

***

Отсидев еще одно занятие, наслушавшись о других конкурсах, я с Воробьевой пошли в сторону столовой. По пути встретили Вертихвостикову, в компании Олега Воронцова.

Я только собрался, точнее, подумал - притормозить, чтобы подслушать, о чем они разговаривают, вспоминая утренние события, но Олег при виде меня заткнулся, и грубо за локоть увел Маргариту подальше.

Катя ни моего жеста, ни Олега — не поняла. Мне — пришлось все рассказать. Нет смысла от нее это утаивать. Раз уж, она слегка подвязана на всем этом.

Усаживаясь за стол, подвигая порцию поближе к себе, с набитым пюре ртом, начал все детально описывать. К сожалению, вариантов было слишком много и все они были разнообразными, поэтому, что все-таки Олег скрывал и чем был недоволен, выяснить и определить не удалось.

А вот Альбина, которая в компании какой-то блондинкой, подсела к нам, а перед эти, явно подслушивала наш разговор, выдала несколько более интересных вариантов. Правда, все что предполагала до этого — было чистейшим бредом.

— Возможно, как раз про Вертихвостикову он и разговаривал с Викой.

— На это похоже, — кивнул я, — Только, о чем?

— Да хоть о сундуке с драгоценностями.

— Не скалывается.

— Так, а ты подойди и спроси. Смысл гадать?

Спустя минут десять-пятнадцать, когда устал слушать всякий бред и предположения, дохлёбывав остывший чай, попрощался с девицами. Кивнул Кате, что встретимся в аудитории.

— А ты куда?

— А я пойду, — покосился на Альбину и ее подругу, — В уборную.

Без лишних слов подхватил свой поднос, поставил его в специальный стеллаж и двинулся на выход.

Встретил, как назло, Олега, в весьма разъяренном состоянии и красным лицом. Он же, завидев меня, не решился переть лоб в лоб, а свинтил в другую сторону.

Очевидно, он избегал меня. Почему?

Поднявшись на третий этаж, замер на несколько секунд, стараясь сообразить, почему потолок отражается на полу устеленном паркетом. Сообразил, все же.

Весь коридор, а это, прошу заметить, метров двадцать пять, был залит водой. И вот-вот, она должна была добраться до лестницы и политься по ступенькам.

Гадать, откуда она могла пойти — не пришлось. Самая дальняя дверь в конце коридора была женским туалетом. Бегом, не задумываясь о промокших насквозь ботинках, побежал.

Замер у закрытой двери, попытался было открыть, но увы и ах, она была заперта изнутри. Пришлось выбивать. Не сразу сообразил сделать это магией, что было бы проще.

Дверь со странным скрежетом распахнулась, и перед глазами предстала картина из моего мира...

В секунду в памяти «открылся» отрезок одного события, которое меня, тогда, очень сильно психологически давило. Я даже думал, увольняться из органов...

Тогда...

Мы повязали рано утром одного из барыг, я и Юрка. Парнишка восемнадцати лет раскидывал свертки, точнее, прятал и фотографировал «клад» возле лицея номер один, моего района.

Юнец оказался очень сговорчивым, и всего за пол часа, мы знали полную базу его клиентов, точнее, номеров, и уже, до лабораторной экспертизы, примерно понимали, какую дрянь он прятал. Вот только травяная смесь — была убийственной вещью очень опасной...

Слишком, я бы даже сказал. Одних только случаев передозировки за последний год — исчислялись сотнями подростков. Которые, на парах «я же взрослый все могу», совершали отчаянные поступки. Приводящие к смерти.

Также, Вася, так его звали, поделился, что буквально десять минут назад, передал «вес» своей давней знакомой, ученице одиннадцатого класса как раз этого самого лицея.

— Она говорила, что устала и ей нужно расслабиться...

Это — было волшебным словом, после которого все следующие события, казалось, пролетели за минуту.

Дальше, узнав фамилию, номер класса и примерное описание, я, Юра и еще один сотрудник, передав барыгу в ручонки других «людей», ринулись в школу.

Молясь только об одном, чтобы девица не решилась употребить в школе. Все же, конец мая, подготовка к выпускным экзаменам. У детей стресс, а когда они в таком состоянии, увы, все заканчивается не так безоблачно.

Я не успел.

Охрана, которая пустила нас только спустя пять минут и то, после выхода директора, не дала той девчонки шанс на жизнь. Почему тогда я бежал — так и не смог никому ответить. Возможно, чувствовал, что я — последний шанс.

Но, в классе Светланы Иванченко — не оказалось. На третий, только начавшийся урок — она не пришла. Ушла в туалет, как призналась одна из ее подруг, еще на перемене.

Туалет встретил меня уже холодным трупом. Света лежала лицом в собственном... и уже не дышала. Передозировка. Я — не успел.

Со мной долго работал психолог, объяснял, что это — специфика моей работы, и розовые очки носить — удел слабых. Нужно быть реалистом и так далее.

Вышел на работу я лишь после двухмесячного отпуска. Стал более чёрствым ко всему этому.

Но сейчас, глядя на Вертихвостикову лежащую на спине в воде, меня словно током прошибло.

«Только не опять...»

Подбежал, упал на колени и поднял ее голову. Положил руку на пульс, который едва чувствовался, а затем, после всхлипа, понял, она перестала дышать.

Перевернул голову набок, по стандарту — два пальца в рот... помогло. Гадость вышла и, появилось дыхание. Ее пустые глаза, в которых были лишь зрачки с причудливой окантовкой алого цвета — испугали меня. Такого — я еще не видел.

Подоспела подмога. Кто-то из студентов, преподавателей и в целом, охраны.

Объясняя все на ходу, заметил кое-что, что решил скрыть.

Прозрачный пакетик с буро-алой смесью, уже знакомый мне. Ногой придавил его, а когда большая часть вышла, как бы нагнулся, чтобы закатать брюки, и подхватив вещество — спрятал в носок.

Вот чем она отравилась. Смесью, которой владел этот сраный юнец. Только вот...

Смесь — была подделкой. Я помнил ярко-красный оттенок порошка. Пакет был герметичен, значит, внутри не было влаги. Кажется, я понял, почему истерил Олег, и откуда эта гадость у Марго.

«Сука...»

***

Быков был весьма удивлен моему появлению на пороге его особняка. Впрочем, даже спрашивать не стал, что случилось. Пригласил было войти в дом, но я благодушно отказался.

Я искал только одно.

— Василий Евгеньевич, у вас есть... знакомая лаборатория, которая анонимно сможет определить состав веществ, которые находятся здесь. А также где их можно достать, или, кто может быть, продаёт их.

Достал из-за пазухи конверт, внутри которого была эта треклятая гадость.

— Есть, а что это?

— Подделка. Самая настоящая, я уверен, — я слишком косвенно ответил на этот вопрос, но вопросов не поступило.

— Как быстро тебе нужно?

— Чем раньше. Тем лучше. Есть подозрение, что эту херню сделал Олег Воронцов. А если так, он сядет. Надолго.

— Быстро же ты находишь выходы из сложившихся ситуаций, — усмехнулся вояка, забрав из рук пакет. — Сегодня вечером — вряд ли, но утро, уверяю, результат будет у тебя в почтовом ящике.

Я лишь поблагодарил, вежливо отказался пройти, хотя бы обсушиться, развернулся и пошел в сторону «ворот». Сел в ожидающее «возращения» такси, назвал адрес и... стараясь не углубляться в воспоминания, начал, в прямом смысле этого слова, молиться.

Молиться, чтобы Вертихвостикова выжила. В этот раз я успел. Все сделал для этого.

Глава 10

После Быкова приехал в больницу, когда от Кати узнал, в каком именно медицинском учреждении лежит Марго. Там же, и ночевал.

К сожалению, мне не дали возможности зайти в палату. При чем, это были не врачи, а какие-то охранники в причудливых костюмах со странной эмблемой то ли хвоста, то ли куска меха.

Альбина, тоже приехала, правда, позднее, заменив Катю, которая отправилась к себе домой после того, как за ней зашел ее личный водитель.

В целом, утром проснулся от постукивания рук Али, которая пыталась меня растолкать.

— Это ее отец, — прошептала она, как только я разлепил глаза, — Олег Вертихвостиков.

Когда смог сфокусировать зрение на мужчине, сразу понял. Кто он и откуда.

Малиновый пиджак, дорогие, золотые цепи на руках и шее. Весьма объёмное пузо, силу которого удерживала пуговица. Гладковыбритая голова, открывающая чудесный шрам посередине черепа, и в принципе, бандитская морда.

Пройдя мимо меня, он хмыкнул, но ничего не сказал. Мне же, оставалось гадать, знает он меня или нет.

Охрана у палаты без команды расступилась, пропустив эту гору в палату. И, спустя пять минут, прибежал запыхавшийся докторишка средних лет. Внешность его была настолько не примечательной и обыкновенной, что я даже не обратил внимание на нее.

— Дмитрий, вы всю ночь здесь провели? — спросил он, замерев в дверном проеме.

В ответ я лишь кивнул. Мужчина наградил меня какой-то одобрительной улыбкой и пропал в палате.

— Может, нам пора уходить? — Аля еще раз толкнула меня в плечо, — Смысл оттого, что мы здесь проторчали?

— Мне надо, — прошептал в ответ я.

— Зачем?

Ничего не ответил, углубляясь в свои мысли.

Перед тем как уснуть, сидя на жестком стуле, облокотившись головой о стену, я долгое время разговаривал с вороном и Варной. Пытался узнать, как мне передать энергию через стены палаты. Или же, есть ли вообще какой-то способ переместиться в пространстве.

Увы и ах. Ничего подобного я не мог и не умел. И, вряд ли когда-нибудь смогу.

Поэтому с какой-то геройской надеждой, что я смогу пригодиться, помочь, просидел всю ночь здесь. Альбине же, ничего объяснить и пояснить не мог. Да и не хотел.

Спустя десять-пятнадцать минут, из палаты высунулся все тот же доктор и пальцем, указав на меня, пробормотал:

— Дмитрий, зайдите, пожалуйста.

Альбина, встала сразу же, вслед за мной, на что мужчина покачал головой и сказал, что звали только меня.

На входе в палату меня весьма грубо облапали. Точнее, досмотрели. Даже не возникал, понимая всю «тщетность» ситуации.

Сами хоромы были чем-то излишним для этого заведения. Идеально ровный белый потолок, с шикарной золотистой люстрой посередине. Красный ковер на всю комнату, а она была немалой. Наверное, размерами с три моих комнаты. Кровать, на которой лежала Марго, в принципе, была самой обычной, с колесиками, что приятно удивило. Разница в мирах была, но не во всем.

Единственное что не мог не заметить, так это полное отсутствие всяких аппаратов, которые были бы у нас, на родине. Впрочем, было чем заняться в будущем. Варна явно одобрит.

Мужик сидел на обшитом тканью стуле, грузно смотрел на меня, держа дочь за руку. Она, в целом, так и спала.

— Выйди, — пробасил крепыш докторишке, который судя по скорости, и рад был поскорее отсюда убраться.

Я же, замер в начале комнаты, чуть двинувшись в сторону от двери.

— Пройди.

Прошел, замер у кровати, глядя на Марго.

Бледная как поганка, губы отдавали синевой, но, дышала, судя по поднимающейся груди под одеялом. Рука, которую держал ее отец, тоже отдавала синевой.

«Мда, траванулась она этим весьма серьезно...»

— Расскажи мне, как оно все было.

Переместил взгляд на бандита и, коротко, все описал. Рассказал.

«Нужно упомянуть порошок», — зазвучал голос ворона в конце рассказа.

«Смысл? Я же забрал это, считай, с места преступления. К делу не пришьют украденную улику, а мне, наоборот, грозит статья за это. Ну, если законодательство мало чем отличается...»

«Ты одной вещи не учитываешь. Он — не сторонник закона, на его морде это написано. А у тебя, будет возможность выделиться перед ним. Выделиться знаниями. Глянь на его кольцо.»

Я посмотрел, мысленно улыбнулся. Иероглиф, как я его про себя до сих пор называл, красовался на печатке перстня на правом мизинце.

Значит, мужик из центра. И, было бы неплохо, если среди управления.

— Еще, — я продолжил, — Я, возможно, нашел пакет с веществом, которым ее отравили.

Мужчина, который думал, что я закончил рассказ, удивленно поднял брови вверх и спросил:

— И где же он?

— На экспертизе.

Его лицо напряглось. Три из шести подбородков растянулись, когда он поднял голову в верх, протяжно выдохнув.

— На моей, личной экспертизе, — добавил я, догадываясь о его реакции, — В полицию не сообщал и не буду.

Я угадал. Он вернул башку на место и улыбнулся.

— Не ожидал, что когда-нибудь буду обязан сыну Юрика, — пробасил он, — Я так понимаю, результат ты озвучишь?

— Сегодня, на собрании, — кивнул я.

А вот эта фраза его заметно удивила.

— Откуда ты знаешь про собрание? — его лицо вновь стало жестким, а взгляд волчьим.

Учитывая его серую радужку глаз, он реально был похож на волка. Только вот больно толстого и ленивого. Хотя подобные ему люди — готовы были собственноручно вырвать кадык противнику. И, вполне могли сделать это.

— На правах наследника, — вяло ответил я.

Нельзя было упоминать Воробьева. Могло закончиться не очень хорошо для него.

— Виктор Воронцов — вступит на законное место.

— Не факт. — парировал я, — До голосования, а оно будет сразу, как Ивана посадят, — Я имею ровно такие же права.

— Ивана посадят и Виктор, автоматически сядет на его место.

— Все зависит от состава порошка.

Он повернул голову ко мне, сощурился и начал допрашивать.

Я же, сказал, что состав объявлю лишь на собрании. В его же интересах позволить мне это сделать.

— Почему? Ты думаешь, это был кто-то из наших?

— Я знаю, что это был кое-кто из ваших. Точнее, кое — чей родственник. Самосуд — никто не отменял, верно?

Он довольным ответом — кивнул, продолжил:

— За Виктора проголосуют все и сразу. Тебя просто нет смысла запускать в... общество.

— Попытка не пытка. Все же, я знаю, что имею право сегодня присутствовать.

— Ты даже не знаешь, куда идти.

— Не проблема. Вы же — мне и скажите.

Вот такого «наезда» он вообще не понял. Возможно, он посчитал, что это была угроза. С его массивной тушей встал он, весьма быстро и резво. Протянул руку, чтобы схватить меня за грудки, но я успел сделать пару шагов назад и выставить перед собой руку.

— Вы не так поняли меня, Олег...

— Викторович, — закончил он за меня, но руку также держал перед собой.

— Я могу помочь вашей дочери выкарабкаться.

— Не можешь. — он опустил руку, но все же, заинтересовался, как мне показалось, — Отравление сильное. Она проснуться не может.

— Я могу сделать так, что сможет.

Заинтересованность сменилась недоверием, но все же, после тщетных попыток меня расспросить — уступил. Отошел в сторону, пропуская меня к кровати.

Взял в ладони ледяную руку Марго. Закрыл глаза, сосредотачиваясь, и открыл, уже под другим «взором». Ее синие нити энергии, расползающиеся от груди в разные стороны, имели своеобразный оттенок в самом начале этого клубка.

Темно-зеленоватый, я бы сказал. Эти «плохие» линии, уходили в два места, в сторону сердца и в мозг. А от головы, уже и вовсе, не было синего оттенка.

«Ворон», — позвал я бога, — «Я так понимаю, это и есть отрава?»

«Сильная, я бы сказал. Но, тебе нельзя ее высасывать. Отравишь дерево. Отравишь себя. Нужен кто-то живой, чтобы сбросить это».

«А просто в никуда, нельзя?»

«Порою, мне кажется, что ты ничему не учишься.»

Я повернул голову к мужчине, забыв сменить «взор». Тут, чуть было не присвистнул.

Во-первых, видимо, я перешел на какой-то новый уровень. Во-вторых, я видел «грязь» в его организме. Если считать, что человеческое здоровье — это и есть этот самый клубок энергии, то у Олега были серьезные проблемы с легкими и с печенью.

Однако, говорить про это я не стал.

— Мне нужен человек или животное, которое примет болезнь Маргариты.

Он, сначала меня не понял. Почесал затылок, поскреб подбородок и переспросил.

— Без разницы какой?

Я кивнул, отвечая:

— Мне нужен он как сосуд. Передать ему болезнь, очищая организм вашей дочери. Не думаю, что найти такого человека, который бы согласился, для вас — будет сложной задачей.

Ответом был охранник, которого подозвал Олег.

— Садись на стул.

Мужчина выполнил команду без лишних слов. А когда услышал, что с ним будут делать, нервно сглотнул.

— Помереть здесь тебе никто не даст. Не волнуйся, Акабан. В долгу не останусь, сам понимаешь.

Скорее всего, последняя фраза и была переломным моментом для бородатого. Он кивнул и закрыл глаза. Больше — ни слова не сказал.

— Не припомню, чтобы в роду Воронцовых были лекари, — Олега все еще, что-то смущало, — Ни сейчас, ни раньше.

— Раньше, были, — парировал я, подойдя к окну, где стоял второй стул, — Но я не вылечить собираюсь, а всю заразу передать другому человеку. Так что, я не лекарь.

— Если ей станет хуже, — последнее, что было сказано мне, когда я начал «лечить».

Энергия, мужчины, тоже имела причудливые оттенки в местах расположения различных органов. Очевидно, тоже страдала печень, и легкие. Мимолетом глянул на сердце, но оно, имело ярко-синий оттенок. Будет жить, значит.

Мысленно начал вытягивать зеленые нити из груди Маргариты, в ту же секунду, как бы передавал их в «руки» Акабана. Не с первого раза, но получилось сделать так, чтобы энергия тела мужчины, принимала эту зеленую гадость.

И спустя каких-то пять минут, в энергетическом клубке Марго не осталось и следа от яда.

Сменил «взгляд», уставился на порозовевшие щеки Маргариты, услышал радостный всхлип отца и покосился на побледневшего мужика. Глаза он, уже не открыл. Опрокинул голову назад и уснул.

Проверил его пульс — жив. Значит, все получилось.

***

Маргарита очнулась спустя полчаса, когда в палату завезли вторую кровать и переложили туда Акабана. Олег же, несмотря на то что уже показал мне слабину в виде «всхлипа счастья», был весьма грозным и управлял всем этим процессом.

Командовал, как подхватить, что нужно аккуратно переложить и прочее. Заботился о своем человеке, в общем-то.

Очнувшаяся девица принесла папашке столько радости, что после добродушных слов о любви и заботе, тот перешел на допрос, не забывая упоминать какая она дура. Я же, стал невольным свидетелем этой семейной разборки.

А вот когда она все же сказала, кто ей и что дал...

— Дима, ты знал это?

— Наверняка — нет, но был уверен, что это его рук дело.

— Я сверну ему шею... этому маленькому ублюдку!

Я покачал головой. Олег сделал дыхательную гимнастику, как я понял, чтобы успокоиться, и заговорил уже более, монотонно и без агрессии.

— Тебе нужны доказательства, что это был именно он, я правильно понимаю?

— Именно. Если мой человек расшифрует состав, узнает, где и что можно достать, а тем более, откуда это все, будут весомые доказательства. Только не знаю, как вы будете разбираться со своим тезкой. Виктор, боюсь, не отдаст сына на самосуд.

— Меня его мнение не интересует, — холодно ответил он, — Но, уверяю. Мой голос будет за тебя.

Немного прифигел от такого заявления, но не показывая своего восторга, лишь сухо кивнул.

— Ваше право.

***

Домой вернулся на такси. В спешке помылся, переоделся, коротко все рассказал Жанне и Михалычу, на ходу запивая чаем бутерброды и мысленно молился.

Молился, чтобы успеть до суда переговорить с Виктором.

Увы и ах, когда я вошел в кабинет судьи в одиннадцать утра, меня послали на все четыре стороны. Я уже опоздал.

— Если бы полчаса не сидел, ожидая приглашения, все бы успел, — буркнул напоследок, недовольно вываливаясь из «приемного» кабинета седой женщины.

Она было спросила, что я там говорил, но я промолчал.

В ожидании общего сбора просидел в миниатюрной столовой, продолжая добивать свой желудок хлебом с различными перченными колбасами.

Ровно в двенадцать часов, в помещение суда, где велось мое дело, привели Ивана Воронцова в белом костюме с цифрой девять. Приковали его руки к скобе на столе, не знаю, правда, зачем, а после, привели в таком же костюме, но с цифрой десять, Виктора Вольфовича.

— Всем встать, суд идет. — проголосила помощница судьи, раскладывая на своем столе листы бумаги.

Судья, весьма грузно, поднялась по пяти ступенькам к своей трибуне, разложила конверты на своем столе, и приказала всем сесть.

— На сегодняшней повестке дня, у нас вынесение вердикта в честь Воронцова Ивана Юрьевича.

Дальше, она перечислила список преступлений, а он, на удивление, оказался внушительным. Там были не только «мои дела», но и перечень событий, которые он совершил ранее. Судя по всему, его сразу не приговорили, именно из-за них. Искали доказательства, вот дело-то и затянулось.

Где-то что-то украл. Кого-то убил и прочее. Как они все это выяснили, оставалось лишь догадываться.

«Скорее всего, был допрос с магией. Вот и все.» — на мой вопрос вновь появился Ворон.

Я промолчал, стараясь не отвлекаться на него.

В общем и целом, срок был приравнен чуть ли не к пожизненному. С полным «разоблачением».

Два доказанных заказных убийства, где самого убийцу, уже похоронили. Три разбойных нападения только в этом году. И конечно же, мое дело.

Показательная порка закончилась так же быстро, как и началась. И после короткого совещания, судья вынесла свой вердикт.

— Иван Юрьевич Воронцов приговаривается к пожизненному заключению в колонии строго режима. Из суда его направят в колонию Черный лесоруб, расположенную в городе Новосибирске. Также, именем правосудия, я лишаю Ивана Юрьевича всех титулов, права на землю, а так же...

Дальше, у Ивана началась истерика, когда в помещение позвали мага, весьма узкой и специфической квалификации. Вот тут-то...

Мужчина в белой мантии коснулся лба Ивана левой рукой, а правой, сжимал средний палец с перстнем. Иван было, пытался вырваться, но, к его сожалению, металлическая скоба была очень хорошо прикреплена к столу.

Его тело поразила, судя по крику и судорогам, весьма острая боль, а затем...

Я почувствовал, как кольцо чем-то напиталось. Невольно шикнул от раскалённого добела собственного перстня, почесал нос, стараясь выбить из носа запах паленой плоти, но, боль, как быстро пришла, также быстро ушла. Ожог, очевидно, затянется тоже, быстро.

Надеюсь...

Ивана без чувств выволокли из здания двое крепких парней в форме сотрудников правоохранительной формы и следом...

Привели Степана.

Прокурор, сидевший за соседним от меня столом, но который даже не разговаривал со мной, было возмутился, мол, сейчас же рассматривать Вольфовича должны, но судья его сразу осадила.

В целом, Степана обвинили по статьям, похожим на отцовские, только прибавили еще пару раскрытых «случаев», с созданием преступной группировки, налетов на склады, вооруженные ограбления.

«А малец-то, наделал себе, как минимум, лет на тридцать...»

Предположил верно. Ровно тридцать лет дали Степану. С теми же условиями, что и его папашке. Даже в ту же колонию.

Даже как-то было его жаль. Чуть-чуть совсем.

Считай, жизнь только началась, а он выйдет из тюрьмы уже «на пенсию». Если так можно было сказать. Но и его суд — лишил права магии.

Кричал он истошно. Очень. Даже когда, «специалист» еще ничего не сделал. Мое же кольцо после его действий, опять раскалилось. Только было еще более болезненно.

Ворон, заговоривший в моей голове, принес весьма хорошие вести.

«По силе перстня, ты и Виктор — на одном уровне. Понимаешь, что-то значит?»

Скрывая улыбку рукой, сам все понял.

Глава 11

«Если все сделать так, как ты планируешь, у тебя большие шансы сместить Виктора», — подытожил Ворон.

Только вот, шанс появился гораздо раньше. Чем мы предполагали.

Степана бледного как смерть вывели спустя пару минут. Было ощущение, что парнишка просто прирос к скобе на столе. Его лицо полное боли и унижения, было чем-то, особо запомнившимся мне в тот день.

— Ведите... — участники заседания не поняли такой долгой паузы.

Судья молчала больше минуты, то и дело, заглядывая в лист бумаги в собственных руках, словно перепроверила информацию.

— Нет, — улыбнулась она, наградив надменным взглядом адвоката Воронцовых Ивана и Степана, — Я, сразу же, отклоняю прошение о внесение залога.

Я повернулся на побледневшего адвоката. На нем действительно лица не было, а вот троица грузных мужчин за его спиной, весьма с недовольными мордами, встали, что-то пробормотали и вышли.

Лица — я запомнил. Очевидно, группа поддержки москвича.

— Приведите Виктора Вольфовича, — закончила судья, разрывая листок прямо на глазах у всех.

«Любопытно. Это с чего это она так с ходу решила отказать в „выкупе“?»

Ответ пришел сам собой.

— Дело Виктора будет пересмотрено повторно, после ознакомления следствия с новыми «особенностями». Суд отклонил ходатайство защиты на перенесение заседания в славный город — Москва.

— Протестую! — бледный писклявый мужчина, похоже, совсем отчаялся, — Прописка моего подзащитного...

— Судится он здесь, — перебила судья, — И будет осужден тоже, здесь.

— На основании чего?

Злобного взгляда женщины, хватило ему, чтобы сесть на свое место и молчать в тряпочку. Увы и ах, судьба была не на его стороне. Три подзащитных и три провала...

— Виктор Вольфович подозревается в организации преступной группировки в городе Петербурге. А также, подозревается в организации покушения на Воронцова Дмитрий Юрьевича. И...

Зал замер с полуоткрытыми ртами.

— Подозревается в преступном сговоре с целью устранения и присвоения бизнеса покойного Юрия Юрьевича Воронцова. С этим же пунктом прошу ознакомиться органам правопорядка, для заключения под стражу Виктора Юрьевича Воронцова.

Вот тут я чуть было не присвистнул.

На Вольфовича было смотреть еще страшнее, чем на Степашку. Зеленое лицо, красные глаза, даже, как мне показалось, мнимый крик о несправедливости судьбы в полуоткрытом рту.

— К... — единственное что он смог выговорить.

— Вас интересует, на основании чего такие подозрения? — улыбнулся статная старушенция, — Так это я вам объясню. Можете передать привет Воронцову Ивану, только боюсь, вас ждет смертная казнь. Так что, Иван — вас переживет.

«Вот это подарок судьбы...»

***

Таксист следуя моему указанию, ехал след в след за машинами сопровождения к дому Виктора Юрьевича.

Я досидел на месте ровно до того момента, пока этого выродка не выволокли из собственного дома. Благо хоть халат позволили накинуть на это дрыщавое тело.

Заспанный, явно с похмелья, и весьма недовольный. Мою улыбку — он не забыл бы, если бы меня видел.

Было еще, выбежал Олег и его мама, весьма грузная женщина, но на этом — все. Я поехал домой с легким трепетом на душе. И всю дорогу до фамильного «особняка» гонял возможные варианты развития событий.

Старик, который с упоением, выслушивал меня, в определенный момент лишь качнул головой.

— Маловероятно, что Виктора посадят. Вольфович не сдаст его. Даже несмотря на то, что Иван его, считай, под плаху завел.

— Почему это?

— За Вольфовичем будут следить его же «собратья» по бизнесу. Если он сдаст другого члена банды, пуская и из другого города — это будет смерть всему роду. А как я понимаю, у них братьев предостаточно.

— Так, а улики?

— Какие там улики? — грустно ответил старик, потягивая трубку, — Думаешь, я не был там? Был... ничего. Чистая работа.

Мне лишь оставалось не перенять это паршивое настроение. С одной стороны, я их и не знал вообще, этих родителей тела юнца, с другой стороны, хотелось как-то помочь, что ли...

Только вот чем? Я не знал.

Спустя полчаса, как я закрылся в своей комнате, проигнорировав момент с отсутствием Жанны, она же и постучалась в комнату. Точнее, открыла ее ключом снаружи.

Передала письмо, которое получила Елена, и я с нетерпением распечатывал его.

В принципе, мое предположение оказалось верным. Состав был странным по всем меркам.

Не то чтобы я знал, что должно было быть в настоящем, но мне хватило перечень сушеных трав, которые... барабанная дробь... производились на кое-какой ферме Виктора!

Это была победа. Безоговорочная. С этим списком — я мог приструнить что старшего, что младшего, а еще...

— Ты знаешь, где живут Вертихвостиковы?

Красотка посмотрела на меня с некоторым удивлением, но все же, кивнула. Только вот, настояла на том, чтобы мы поехали вместе. Все же, ее знают.

— Да и меня бы пропустили, — я почесал затылок, не понимая ее желания выйти из безопасной зоны.

— С чего бы вдруг?

И тут я понял, что до сих пор ей ничего и не рассказал. Вышел диалог достаточно трудоемким для меня, ибо эта мадам... ну, просто не умела слушать, не вставляя свой комментарий. Мне же было интересно, с Аллой у них были такие же диалоги? Или все же, она рядом со мной дает слабину?

Договорились на том, что пока не решится вопрос с Вольфовичем, будет заключенной моего дома. Ну, как договорились? Приказал.

Причем приказной тон ей пришелся по душе. Попыталась было, свалить все к интиму, но получила отказ. Попыталась взять с меня «слово», что ночью я буду в ее распоряжении, но опять же, получила отказ.

Это пришлось ей не по душе, но объясняться — не стал. Да и загадывать не хотелось.

Альбина, тем временем, подслушивала разговор у двери. Можно было представить мое удивленное лицо, когда дверь отворилась и она чуть ли не носом вперед — залетела в мою спальню. А вот ее, я взял с собой.

***

Особняк Вертихвостиковых располагался, на удивление, не так уж и далеко. Каких-то десять минут езды по бездорожью, и по итогу... высокие каменные стены, выложенные очень симметрично из каменных блоков, высоченный, трёхэтажный дом, и куева туча охраны. На всякий лад

В глаза даже бросилась вышка, с самым настоящим прожектором. С учетом площадки участка я было решил, что таксист привез нас в самую настоящую тюрьму, но, когда запривидел парочку «сторожевых дяденек» с винтовками за плечами и символом «хвоста», предостерег свои мысли.

Нас так же, как и меня тогда, в больнице, тщательно осмотрели, Аля даже пискнула, чтобы поменьше лапали задницу, и, впрочем, мы вступили на эту хорошо охраняемую территорию.

Если учитывать количество собак на участке... это реально начало походить на тюрьму. Впрочем, лакей в белом костюме достаточно тепло нас встретил. Провел по роскошному коридору прямо в столовую. Где, за длинным столом во главе, сидел тот самый бандит в малиновом пиджаке.

Поглощал то ли утку, то ли курицу, и делал это весьма... мерзко на мой вкус. Гостей у него не было, так что, мужик обедал в гордом одиночестве.

На меня он глянул мельком, но челюстями заработал быстрее прежнего, и пока прием пищи не был закончен, садиться за стол нас не приглашали.

— Дима, — он тщательно вытер рот салфеткой, скинув ее на пол.

В ту же секунду низкорослая домработница подобрала ее и спрятала в подол.

«Вот это сервис у него.»

— С какой целью пожаловал?

— По нашему вопросу, — ответил я, стараясь игнорировать тот факт, что даже не поздоровались друг с другом.

— Это кто? — он поднял бокал и им же, указал на Альбину, — Что за девка?

Аля молчала. Стояла по стойке смирно, сжав руки в замок за спиной. Впрочем, вела себя, как обычно. Ну, на людях.

— Мой телохранитель.

— А зачем он тебе в моем доме?

— Она всегда рядом со мной. Тем более что, достаточно сильный маг. А он...

— Всегда нужен под рукой, чтобы прикрыть спину, — закончил за меня Олег Викторович. — Та самая девушка, которая была с тобой вчера в больнице?

В ответ я лишь кивнул. И ровно в этот момент, в обеденный зал спустилась Маргарита. Мой взгляд не мог не зацепиться за ее вульгарный наряд. Черные сетчатые колготки на идеально модельных ногах смотрелись просто... бомбически. Короткая юбчонка, короткая майка, едва прикрывающая большую грудь и растрепанные волосы, придавали ей весьма...

Тычок в бок от Альбины заставил меня отвести глаза в сторону.

— если захочешь, — прошептала она еле слышно, — Я также оденусь сегодня. И позволю тебе делать со мной все, что захочешь.

— Молчи, — проскрипел сквозь зубы.

Маргарита, правда, была не очень рада такому гостю. Замерла в дверном проеме, глядя, то на меня, то на отца, и наконец, заговорила:

— Что он здесь делает?

— Для начала, Маргарита, — Олег Викторович тяжко встал со своего стула, который был, пожалуй, больше всего похож на трон, но из-за его массивной фигуры это невозможно было понять, — Ты должна поздороваться со своим спасителем.

Девка, правда, вообще ничего не поняла. Встала в позу: левая нога вперед, руки в боки, надутая физиономия лица.

— Еще чего! С какого-такого лешего я...

— Молчать, — басистый крик главы семейства заставил девку моментом, захлопнуть свой рот. — Еще раз повторяю, для особо одаренных и глухонемых. Спасибо. Все просто. С—п-а-с-и-б-о!

Казалось, он просто издевался. Но на самом деле проблема была куда глубже.

Не стал заморачиваться насчет взаимоотношения отца и дочери, просто поставил для себя галочку: Марго его ни во что не ставит. Типичная избалованная девица.

— И не подумаю. С чего бы вдруг?!

— А с того, милая ты моя доченька, — Олег опасно приблизился к дочери и схватил ее за руку. — Что именно этот, как ты сегодня выразилась, недоносок...

«Он что, специально сделал на этом акцент? Нахера?»

— Спас тебя. Именно он — реанимировал тебя в сраном, женском туалете, спас тебе жизнь в первый раз, а потом ещё и исцелил.

Ее удивленная мордашка многое объяснила.

Только вот почему ей сразу все не рассказали? Для чего эта показуха? Однако, благодарности так и не было. Олег Викторович приказал дочери сесть, сел рядом и, уже скомандовал на, указывая на стулья напротив них.

Первой посадил Альбину и сев рядом, затараторил:

— Получил результат лабораторного анализа вещества, которым отравилась Маргарита.

Она молчала, изредка бросала недовольные взгляды на меня.

— То есть, есть подтверждение, что это наркотики?

Вот тут у нее задергался глаз, а затем и губы.

Подзатыльник, который был влеплен главой семейства, пожалуй, мог бы ей и башку снести. Правда, она вытерпела. Даже слезу не проронила. Чем, весьма удивила меня.

— Да. Разработан, точнее, модернизирован кустарным способом.

— Чей это наркотик?

Понимая, к чему он ведет, сказал прямо:

— Мой.

И, не давая мужику закипеть, сразу продолжил:

— Рецепт был украден еще в конце августа. Я же — ушел от этого бизнеса. Перерос его. Здесь, — я достал из кармана лист, — Есть вещества, которые имеют не наркотическое воздействие на организм человека, а...

— Отрава, — сухо добавил он. — Почему твой рецепт находится в чужих руках?

Я посмотрел на бледное лицо Марго, которая глазами умоляла молчать, но делать этого не стал.

— Украли, а перед этим — попытались убить.

— Кто?

Глазки девицы забегали. Заерзала на стуле и не выдержав, пробормотала в попытке встать:

— Чего ты его слушаешь? Это же дурачок местный.

— Сядь! — взревел Вертихвостиков.

Больше она слова не сказала.

— В событиях той давности был занимательный инцидент. К сожалению, я потерял большой объем памяти. Я бы сказал, невозвратимый.

Олег лишь кивнул одним своим видом, говоря: продолжай.

— Последнее, что я помню — это то, что я за каким-то макаром занял у Маргариты деньги, а мы с ней, были далеко не просто друзьями.

Это было небольшой ошибкой. По покрасневшей физиономии сразу все понял, но не остановился и пояснил:

— Между нами ничего не было. Я ухаживал за ней и не более. Но, все же, в компании Степана и его друзей — перебили мою охрану и попытались убить меня. Смею предположить, что именно двоюродный братец и подрезал рецепт. И видимо передал его Олегу, сыну Виктора Воронцова. Я остался с пробитой головой, амнезией на достаточно большой объём воспоминаний, в долгу перед вашей дочерью и...

— С голой жопой, — подытожил Олег Викторович, — Возможно даже это судьба тебе дала новый шанс, попытать удачу в новых проектах.

Его странная смена настроения была непонятной. Ни мне — никому из присутствующих. Однако, он очень резко вернулся к теме:

— Из списка есть что-то, что доказывает твоё предположение? Ты понимаешь, как это выглядит со стороны? Тем более что ее проверяли на наркотик. Результат отрицательный.

Она улыбалась. Я помрачнел, но лишь на миг.

— Вы проверяли именно на доступные к продаже. Здесь, — я положил лист на стол, — Есть список трав, которые выращивает семья Олега. Думаю, если вы проверите содержание именно этих трав в ее организме, вопросов больше не будет.

Улыбка с лица девицы пропала. Олег Викторович, покосился на нее и заявил:

— Даю тебе лишь один шанс. Только один. Либо сама скажешь правду, либо...

Продолжать ему не пришлось. Девка сразу впала в сопли и слезы, изредка, прерываясь на воющий стон, рассказывая всю подноготную. Видимо, папашка ее был человеком-слова, и она это понимала.

Раз сказал, что проверит, то сделает это в кратчайшие сроки.

А история оказалась весьма увлекательной.

Она была зависима от алого порошка. Причем посадил ее Степан, слава богу, а не я. Хотя мне стоило бы подготовиться к тому, что она обвинит в этом именно меня.

Степан действительно ограбил меня и попытался убить. Марго — была там, и все сама видела.

— Тогда, — я немного не понимал некоторых моментов, — Что за представление было в академии?

Она, всхлипывая и время от времени громко высмаркиваясь в свою же майку, ответила:

— А как, я должна была отреагировать на человека, который должен был быть мертв? Конечно, пришлось импровизировать.

— Представляю, как ты тряслась только от мысли, что он все вспомнит, — закончил за нее Олег, — Продолжай.

Когда закрыли Степана, у Марго закончились запасы, которым малец ее щедро спонсировал, то и дело, мечтая забраться к ней в трусики. Но тут, она клялась и божилась, что у нее еще никого не было. Горе-папашка, не стал зацикливаться на этом.

И выбор пал на Олега. Как — чуть ли не лучшего друга Степана. Не учитывая то, что они и так всю жизнь были вместе. Братья, все же, не то что я. Ага...

Тут она попала в самую точку. Олег действительно владел рецептом. Точнее, забрал его из дома его брата, в тот же день, как повязали Степку в моем офисе. Боялся, что дело в рецепте и попытался было, подсобить братцу. Только вот, прогадал.

Вооруженное нападение, как-никак.

Когда до его отца дошли слухи о судьбе дяди и его брата, малец совсем приуныл. Психическое расстройство, желание уйти от проблем и сподвигнуло его, сделать свой пробник. Пожалуй, получилось, но было не то. Не хватало ему чего-то.

А я знал, чего не хватало. Макра с моей изнанки.

Но все же, после череды экспериментов в его лапы попалась Маргарита, которая сама искала кайф, либо его заменитель. Только вот она настолько оказалась надоедливой... что Олег, видимо, решил от нее избавиться.

Это было лишь предположением. Однако, вскоре, все сами узнаем. А сейчас...

— Виктора несколько часов назад забрали полицейские, — я перевёл тему, когда тишина уж слишком затянулась. — Пожалуй, на собрание, я все же приду.

— Знаю, — холодно ответил Олег, все еще не сводя глаз с дочери, — Не такой я тебя воспитывал, Маргарита, ох не такой.

А вот дальше... в общем и целом, он шокировал меня.

Глава 12

Наверное, сам тот факт, что он влепил звонкую оплеуху Марго — меня не испугал. Видал и похуже, тем более что, их взаимоотношения, очевидно, особые. Но вот то, что Марго, не вытерпев унижения на глаза у других, ответила... я чуть было не присвистнул от удивления.

Ее пятерня осталась красным пятном на щеке отца. Дальше — было еще красочнее.

Уже будучи в обители Вертихвостиковых, я понял, что их бог покровитель связан с лисами, а лисы, по большей части — существа с которыми сравнивают огненную стихию. Понял я это по обилию чучел в доме. В целом...

Вокруг Олега пространство начало накаляться. Появились редкие язычки пламени в воздухе, а следом, Маргарита пулей слетела со стула, выставляя перед собой подобие огненного барьера. Полупрозрачного, правда, но по итогу — способного выдержать странный красный луч.

Я не верил своим глазам.

Отец, реально хреначил по своей дочурке то фаерболами, до короткими, огненными лучами, то какими-то странными, пулями. Ну, судя по их «миниатюрности».

Но это было не все. Маргарита, судя по всему, не пальцем делана была. И такая практика у них была не впервой.

Снимая перед собой защиту, она резко дернула правой рукой от плеча к ногам. В ее ладони появился хлыст, который со звонким щелчком устремился к папашке.

С каждой секундой, обстановка накалялась. Мне лишь оставалось гадать, сколько маны они на это представление тратили. Только вот зазвучавший голос ворона о том, что папаша, кажется, не видит границ, был тут же подтвержден его яростным выражением лица.

Глаза потускнели, рот был приоткрыт в яростном оскале, а сила... мне пришлось сменить видение, чтобы понять, что сейчас будет.

То и дело переключался от нормального зрения к энергетическому, пытаясь поверить в то, что я вижу.

«Ты можешь видеть зарождение навыка?» — ворон, кажется, был восхищен, — «А повлиять на ход событий сможешь? Он ведь и спалить ее может.»

Это я и без него понимал.

Только по тому, как усиливалась баталия со стороны Олега, можно было со смелостью заявить — он не контролирует агрессию. А Маргарита, судя по всему, понимая, что сейчас будет, лишь сжалась, стараясь нарастить щиты посильнее.

Энергия ее щита была не такой уж сильной, если я все правильно понимал, а огромный шар, который разрастался над головой Олега Викторовича мог серьезно навредить горе-дочери.

Вытянул перед собой руку и начал всасывать эти самые красные нити энергии из его навыка. На удивление — выходило. Возможно, даже, из-за отчаяния, которое овладело мной. Было бы не очень... кхм, красиво, присутствовать при таком нерадостном событии, как испепеление дочери.

Навык, который медленно поплыл к Маргарите, рассыпался об ее щит вместе с ним. Лишь, частично опалив ее волосы.

Удивленные взгляды были обращены ко мне. А вот я... меня колошматило от переизбытка чужой силы, мне никак нельзя было ее впитать, просто некуда было, это не смерть врага и не духовная сила, чтобы она могла уйти в дерево.

Аккумулируя ее в другой руке, я сделал, пожалуй, самое правильное — выпустил ее. Только вот не в Вертихвостиковых, а в окно. Рама покинула чат с пронзительным скрежетом, не учитывая даже, звон бьющегося стекла, который раскалился в момент вылета из рамы до тягучего состояния.

Я же, опустошенный от подобного деяния, зашатался, и рывком сел на стул, не без помощи Альбины, которая все это время стояла с открытым ртом.

Это было феерично.

***

Слов благодарности было много, как и мимолетных извинений за представления. Олег Викторович предстал передо мной не только в бандитском «образе», образе «горе-папаши», но и как вполне здравый человек. Если его вообще можно было назвать таким.

Он еще раз процитировал — что его голос будет за меня, однако, место назвать он не имел права. Я же, пожав плечами у самого выхода, наткнулся на охрану, весьма бледную.

Оставалось лишь гадать, что в их головах творилось. Видимо, подобные «события» были не впервой. И, отнюдь, не только с «родственниками».

Уже у самых ворот, распахнувшихся, как только мы приблизились к ним, Альбина с кем-то заговорила. Не понимая, с кем и чем, обернулся.

В руках охранница держала черную коробку, издали напоминающую современный смартфон.

— ... поняла, сейчас дам, — пробормотала она, протягивая мне коробочку.

На вид... ну, вдвое меньше плитки шоколада, от наших смартфонов отличалось сильно. Критически сильно. Ни экрана, ни боковых кнопок, лишь цифры и отверстия динамика.

«И куда же вставлять симку?»

Однако, все мысли потом, особенно, как подобную вещицу раздобыть для Варны. В «динамики» что-то заскрипело, а затем, послышался голос Николая Воробьева.

— Дима, сегодня в шесть вечера встреча в центре. Набережная Фонтанки. Юсуповский Дворец. Там — тебя встретят.

И не дожидаясь моего ответа, связь оборвалась. Я же, замер от удивления. Знакомый адрес, который был в моем мире... так и здесь. Неужели, настолько все идентично в плане здания и названия?

Мне лишь оставалось гадать, как и прикидывать, сколько мы с местной скоростью доберемся до назначенного места. Ведь мне придется оставить Альбину, только вот где?

Об этом, мы, собственно говоря и поговорили, выезжая от особняка Олега Викторовича. Оказалось, все весьма просто. Меня заберут от дома, как и Алю. Только ее оставят как мою личную охрану на первом этаже дворца. Я же — в сопровождение друг членов общества «Центр», пойду по «своим делам» на второй этаж.

Альбина, оставшееся время как-то искоса на меня поглядывала, то и дело намекая на нужный ей разговор. Я это тоже понимал, но на контакт не шел. Незачем мне было.

И где-то за десять минут до дома, ее все же прорвало.

Она дико ревновала меня к Жанне, то и дело, говоря, что она пользуется мною как вещью. На что я лишь улыбнулся и пояснил:

— Между нами ничего более этого быть не может. Она не тот человек, которого я вижу рядом с собой в будущем. Как помощницу — да, она незаменима, но как вторую половину или же супругу — определенно нет. И она это тоже прекрасно понимает.

— Что-то по типу, для здоровья, да? — ее озадаченное лицо, казалось, готово было разревется.

Мне же такие представления были... не к месту.

— Только ради этого. И то, это частично — спонтанно.

— Я готова делать все то, что делает она, для твоего и своего здоровья, или ты меня тоже не видишь рядом с собой?

— Я пока никого в этом плане не приметил. И пока что не собираюсь, пока все дела не уложатся. Давай, вернемся к этому разговору позже, хорошо?

Это было некоторым обещанием с моей стороны. Я понимал, что такое вообще нельзя обещать, но что-то внутри меня скреблось только от одних ее взглядов.

Нужно было, наконец, определиться, о том, в каких рабочих отношениях она и семья Воробьева, а уже затем думать, насколько близко к себе ее можно подпустить. Понятное дело, что я не про интим, а про что-то более душевное. Насколько перед ней можно будет раскрываться.

***

Дедуля выслушал произошедшее в доме Вертихвостиковых. Осознал всю тщетность бытия и мою роль в ней, похвалил. Только вот я вырос из того возраста, когда мне она требовалась. Лишь попросил кое о чем.

— Знаешь, чего, дед. Так как Жанна не может особо высовываться, не мог бы ты Елену послать по кое-каким делам. Нужным мне как магу, конечно же, и как предпринимателю.

— Ну-с, — старик в привычной манере закурил.

— Мне нужно хоть сборник рассказов, хоть вырезка из газеты, где есть упоминания о магах, способных контролировать энергию.

Просьба вызвала лишь удивленный смешок и последующий кашель.

— Ты не представляешь, как это тяжело будет сделать.

— Представляю, поэтому обращаюсь к тебе, а не занимаюсь этим всем сам.

— Вторая просьба какая?

— Найди хоть одно упоминание о механических машинах — роботах.

То ли его задело, что я роботов назвал механическими машинами, то ли...

Впрочем, сам все и услышал.

— Ты считаешь, что я не застал все это? Дима! — в его голосе и выражении лица чувствовалось осуждение, — Если я такой старый и так рано от вас ушел, это не значит, что я не знаком с тогдашними компьютерами и фильмами. А уж тем более — с книгами!

— Ты это, дед, — я виновато улыбнулся, почесав затылок, — Не обижайся. Я правда порою вижу разницы между мирами и временем. Все как-то в кучу в голове.

Отнюдь дед понимающе кивнул и выдал некоторую информацию. Которая в целом, была весьма полезной.

Во Франции было подобие паровых машин, построенных по подобию человека. Правда, они были весьма громоздкими и хилыми. То и дело, где-то что-то рушилось, взрывалось и ломалось.

— А когда это разработали? Они двигались, типа, с помощью поршней каких-то?

— В целом — да, был еще пуль, насколько я помню, который подавал давление на определенный участок.

То бишь, это было слишком на допотопный лад. Тупо пар и рукоятки. Мне такое не нужно было, хотя само исполнение... Варне точно бы пригодилось.

Фактически это стопроцентный выход из ситуации. Десяток таких механизмов — способны добывать макры в моей изнанке, только оставалось додумать, как им действовать без моего постоянного управления, в общем, автоматизировать.

Но первая проблема была в том, что с Францией у нас были не самые лучшие отношения. Второй — что газетенку с этой технической новостью — старик бросил в камин аж год назад. А в другом государстве у нас не было друзей, по крайней мере, у моей семьи.

Так что, не то чтобы, было проблемой туда съездить, а вот найти все это, не зная языка... проблема серьезная.

Но, это, всяко лучше, чем ничего. В общем и целом, старик задание понял. Лене передаст.

А...

— Куда это он меня отправить пытается? — голос помощницы раздался за моей спиной.

Обернулся, улыбнулся.

— Знаешь французский язык?

Она сощурилась, подозревая что-то нехорошее, что я предложил, но сменила свой образ на милость.

Да, она хорошо его знала, а значит...

Старик долго объяснял всю суть происходящего. Но здесь, мы обошлись малой кровью, Лена знала где раздобыть информацию про магов и уж тем более, знала одну библиотеку, где хранились все газетные вырезки, так что...

— Я посмотрю, — с некоторым удивлением в голосе ответила она, — А зачем тебе все это, Дима?

— Магия — нужна мне для развития, а механизмы... для кое-чего в производстве.

Она, было, начала расспрашивать, а не тот ли это «плохой» бизнес, на что я ответил:

— От всего этого я, отошел. И этого больше, в моей и нашей жизни не будет. Пожалуйста, завязывай с подобными претензиями. Я больше не тот, кого ты знала.

Она это и сама понимала, особенно после услышанных обвинений в мой адрес, когда меня паковали прямо около дома. Скорее всего, не то чтобы понимала, а взяла за основную правду. И в целом. Отношения у нас изменились. Недовольства в ее симпатичной мордашке стало гораздо меньше, а речь, более нейтральная, чем оскорбленная только моим голосом.

***

Машина приехала за нами ровно в пять часов. Громкий гудок поторапливал нас с Альбиной. При чем водитель не переставал гудеть, даже когда мы вышли из дома. Из-за чего, собственно говоря, я и начал, залезая на заднее сиденье, после тщетных попыток открыть переднюю, пассажирскую.

— На кой черт так гудеть?

И не сразу обратил внимание, точнее, не подумал, почему передняя дверь отказалась открываться. Ответ был прост — Николай.

Добродушно глянув на меня, он пояснил:

— Слишком медленно, вразвалочку шел, Дим. А великие дела — нас не ждут. Можно было и поторопиться.

Немного прифигел от такой, джентльменской речи, когда больше ожидал от него что-то колкое, «авторитетное», но ничего не ответил. Впрочем, вопросы он начал задавать сам.

Банальные, на первый взгляд, но это была разминка.

Начиналось все с очевидного: готов ли я к такому яркому событию; чем буду «отмахиваться» от остальных и... чем буду козырять.

Ответил на все просто:

— Поддержка уже не только ваша, но и Вертихвостикова.

Фамилия вызвала у Воробьева какие-то странные ассоциации, непонятные мне. То ли он озлобился, то ли, заволновался. Не знаю зачем и почему.

— А там... Виктора, забрали уже. Олег — не знаю, придет или не придет. Получал ли он приглашение.

— Придет, вместо отца, — ответил Воробьев, после отменного мата.

Машина подпрыгнула на ямке, отчего выругался не только он. Почесывая макушку после удара, спросил, неужели, настолько тускло светят огни.

— К сожалению, да. — заверил меня водитель, — Сколько ни пытались местные умы разработать что-то поярче, увы, ничего нет.

Я же — записал это в мысленный блокнот. Эта разработка будет очень полезной... ксенон, там... дальний свет. Варне понравится.

Ну а дальше, разговор зашёл про Альбину. Как только Воробьев упомянул ее имя, девица заерзала, и незаметно для него, обхватила мои пальцы, крепко сжимая.

— Что думаешь на счет Альбины, — спросил Николай, обернувшись ко мне, — Устраивает тебя как охрана?

— Вполне, — сухо ответил я, — А чего?

— Да вот подумываю сделать подарок и тебе и ей.

— Какой это?

Альбина заерзала еще сильнее, а ее ладони вспотели от волнения. Даже, кажется, смотрела на меня, но я не поворачивал голову, лишь чувствовал предпосылку ее взгляда.

— Для тебя подарок — иметь личную охрану, для нее — шанс вырасти как магу и как наемнику.

— Не понял, второе...

Все было просто. Работая то на одного, то на другого человека, Альбина, словно наемник, могла получить рекомендацию от рода, в котором она, собственно говоря, работала. И чем их больше и если там только «хвалебное», тем выше она могла подняться. Только вот этого «выше» я не мог понять.

— Тем более что, будучи всегда с тобой рядом, она может в сложной ситуации позвонить мне, или же, наоборот, мне срочно нужно будет с тобой встретится, если сегодня все сложиться так, как ты хочешь, и тут...

— Понял. Я не против, если она будет работать на меня. Но...

Мое «но» смахнула улыбку с лица Николая. Он отвернулся и холодно сказал:

— Продолжай.

— Если вы хотите сделать такой подарок, то, скорее всего, его придется задокументировать мне, как предпринимателю. Что, мол, у меня есть такой-то, такой-то человек на зарплате.

— Справедливо.

Но я не закончил.

— И что она остается только под моим контролем и под мою ответственность, отныне, она, выполняет только мои приказы.

Кажется, Воробьева это не очень устраивало. Но, увы и ах, мне тоже не нужен был шпион.

Все же, я получил добро, а Аля, весьма курьезно переместила руку на штанину в промежность, кажется, чтобы я уж точно обратил на нее внимание.

Повернулся вправо, увидел слезы радости и немое: спасибо. Кивнул, руку убрал, от греха подальше. Незачем Николая всю это видеть.

Спустя минут двадцать, наш автомобиль зашуршал покрышками по гравию, проезжая по, типа, дороге, между высоких деревьев. Впереди виднелись фонарные столбы, правда, не такие высокие, какие стояли у «моего» дворца в моем мире. А вот забор...

Подъезжая к дворцу, я понял, что отличия, фактического — почти нет. Да, мы проехали по дороге, которой в моем мире не существовало, но все же, фасад здания, как и архитектура — в точности повторяла все то, что я уже видел, раньше. Дома.

Это заставило задуматься, что это не другой мир в другой реальности — а параллельная вселенная. Только подобные мысли заставили пернатого «жаворонка», вечно ржущего над моими предположениями, заявить:

«Ага. А еще у нас тут свой Иисус Христос, который владеет борделем. Не смеши, Дима.»

«А ты не подслушивай.»

Хотел было сказать, бабка, но решил не горячиться.

Выйдя из машины и протянув руку Альбине, послышались шаги. Оглянулся, немного... подзавис, гадая, что успею сделать прямо сейчас. Да и нужно ли это вообще...

В нашу сторону направлялось с десяток солдат не совсем в форме местных военных. С винтовками в руках, наставленных на нас.

Руки никто не поднимал.

Коля — ждал, я высунулся, пряча за спину Альбину, и тоже ждал. Готов уже было — сделать барьер хотя бы вокруг себя и Али.

А спас бы мой щит от пуль, заряженными с помощью макров? Помнится, мага на вокзале это никак не спасло...

— Поднимаем руки, — зазвучал незнакомый голос со стороны этих воинов. — Зря вы сюда пришли. Очень зря.