Граф в ссылке. Книга 5

Глава 1

Проводить меня на Николаевском вокзале собрались все друзья, кто жил сейчас в Москве – Святослав, Ольга, Даня и Виктор. Чтобы Ольга приехала, они с братом провели целую шпионскую операцию. Но ничего бы получилось, если бы император, их отец, не отозвал конвой. Для этого я дал слово дворянина ему лично, что в назначенный срок прибуду на новое место службы и никуда не сбегу. Разумеется, если не вмешаются обстоятельства непреодолимой силы.

– Если вы и этому не верите, то конвоировать меня логично до самого Алексеевска, ваше величество, – с неприкрытой иронией добавил я.

Константину это все очень не понравилось – он очень хотел контролировать каждый мой шаг до отправления поезда, но тут ничего не мог сделать.

И вот мы пятеро все тут, на вокзале. Сначала меня хотели отправить дирижаблем, но решили, что он слишком медленный. Потому мои вещи уже лежали в багажном отделении поезда, а я прощался с друзьями. Надолго ли? Императору хотелось бы, чтобы навсегда. Но как получится на деле, посмотрим. А пока я последние минуты обнимал свою царевну.

– Ну вы, конечно, ребята, даете, – с нервным смехом сказал Даня Юсупов. – И ведь я даже не догадывался. Какой-то плохой из меня сыщик.

– Все у тебя получится, Даня, – успокоил я и сжал ему плечо. – Просто рядом был я и ты расслабился. Сейчас уеду и ты начнешь думать сам. Все у тебя получится.

– Там, я слышал, Кирилл Вяземский службу проходит, – сказал Виктор. – У нас в Надзоре. Если что, будешь не один.

– Как в Надзоре? – удивился Даня. – К вам же только с призывом берут, а у него нет.

– Ветка призыва в приоритете, но важны и другие качества, – пояснил Корф.

– Ты там держись, Демон, – напряженно сказал Слава и пожал мне руку. – В лепешку расшибусь, чтобы тебя вернуть. Отец не прав. Я сделаю все, чтобы он это понял и исправил свою ошибку.

Слова тут уже были ни к чему и я только благодарно кивнул. Все мы знали упрямый нрав нашего правителя, так что надежде тут места оставалось ничтожно мало. Потом друзья пожали мне руки и отошли, позволив попрощаться с Ольгой наедине. Она тут же нырнула мне в объятия и уткнулась холодным носом в шею.

– Прости, это я виновата. Не знаю, как еще он мог узнать. – Ее слова звучали глухо от сдерживаемой ярости. Да, моя царевна не плакала – во всяком случае не на глазах у всех – и за это я уважал ее еще больше.

– Нет, ты спасла меня, милая. Скорее всего нас увидел Одоевский через блюдечко и наябедничал, когда понял, что мы с Даней близко. Надеялся, что меня сразу отстранят от дела и арестуют за что-нибудь. А твой отец не дурак.

– Он идиот, что убирает из столицы одного из лучших офицеров, – со злостью сказала Ольга, но тут же энергично потрясла головой. – Ерунда все это. Мы вернем тебя. Точно не хочешь, чтобы я поехала за тобой?

– Ты же не жена декабриста, – тихо рассмеялся я. – Нет, если поедешь, еще сильнее настроишь отца против нас.

– Ладно, – вздохнула она.

Потом мы просто стояли и целовались, пока не прозвучал первый гудок. Вернулись наши друзья. Мы пожали друг другу руки и обнялись. В последний раз я поцеловал свою царевну и зашел в вагон. А потом смотрел, как они машут мне с платформы.

– Вот ты и влип, Дима, – пробормотал я себе под нос.

Столько лет гнал от себя любой намек на чувства, а стоило поезду тронуться, как понял, что уже скучаю по Ольге. По друзьям тоже, но тут на миг душу охватила прям звериная тоска. Даже перед отправлением в Польшу два года назад не ощущал такого. Но тогда знал, что вернусь хотя бы в отпуск. А сколько пробуду на Аляске, я понятия не имел.

Но Константин все же не дурак – понял, что разбрасываться кадрами не стоит даже из ревности, и отправил меня туда, где Навь граничит с Тир На Ног. Все правильно. Если нам угрожает некая сильная сущность оттуда, логично нам с ней встретиться. Только император не учел, что Скарлетт может и не захотеть этой встречи. Она привыкла действовать на территории Европы, а тут самая что ни на есть провинция – граница Канады, колонии Альбиона, и Аляски, нашей губернии. Но посмотрим. Может, она все же сочтет меня уязвимым и нападет.

Через шесть дней я прибыл в Наукан, самый восточный город империи в Азии. Долгое время здесь стояла лишь небольшая чукотская деревушка, но лет двадцать назад ее превратили в небольшой город с портом. Только морем я не пошел – Тихий океан беспокоен осенью и зимой – сел на дирижабль и на следующий день оказался в Алексеевске, приграничном городе на юго-востоке самой восточной губернии.

Я вышел с вокзала все еще под впечатлением от приветствия местных нелюдей. Такого приема мне еще не делали нигде. С чего бы? И Кощей все эти дни не появлялся – он бы объяснил. А вот что неприятно и даже странно, так это то, что никто из людей меня не встретил, хотя должны были. Ну что ж, сам доберусь.

– Любезный, далеко до конторы Тайной Канцелярии? – спросил я пожилого дворника и поднял воротник пальто от заряда промозглого ветра. Эх, в Москве сейчас только листва начинает опадать, а тут такая ерунда. Хорошо хоть снег не падает, только лежит мелкими кучками по обочинам.

– А ты что же, мил человек, только приехал и уже жаловаться бежишь? На дирижабле кто обидел? – вместо ответа спросил мужичок, явно русский, не индеец.

– Нет, начальник я новый. Капитан Татищев. Это ко мне жаловаться надо приходить. Так куда идти? Или ехать?

–Капита-ан, – протянул удивленный дворник. – А не молод ли ты, барин, для капитана?

– Отец, ты мне дорогу укажешь или так и будешь вопросы задавать?

– А ты… – начал он, но вдруг встретился со мной взглядом и подавился очередным вопросом. – Прости. Прости, ба… господин капитан. Тебе на улицу Врангеля надобно. Отсюда проще доехать. Такси вон есть или автобус.

И он подробно объяснил маршрут.

Я осмотрелся. Вокзал стоял на холме, отсюда город виден как на ладони. В самом центре площадь со стелой, рядом городская управа и несколько особняков местной аристократии. Вокруг дома простых людей, многоквартирные пятиэтажки в центре и частные дома ближе к окраинам. На южной окраине несколько усадеб. Всего в Алексеевске проживало около тридцати тысяч человек – небольшой городок по современным меркам.

За городом возвышались горы. Красиво. Но красота эта тревожная. Не для простого обывателя, нет. Я ощущал мощную энергетику этого места. Недалеко отсюда находился один из вулканов. Он не извергался ни разу за все время, что тут жили люди, и по прогнозам не собирался этого делать еще очень долго. И все же именно от него исходила сила. Интересно. Почему же именно тут поставили город и пропускной пункт между Россией и Канадой? Видимо, тогда, сто лет назад, чем-то руководствовались, но сейчас уже или забыли, или настолько само собой разумеющееся, что и не говорят вслух. Но место и я в нем должны бы заинтересовать Скарлетт.

Я взял такси и отправился к месту новой службы.

Машина остановилась ближе к центру города возле самого обычного административного здания из красного кирпича в два этажа. Никаких колонн, никакой лепнины и прочих украшательств – просто коробка с окнами и дверью. Ну что же, мне главное, чтобы начинка была хорошей, а вот это внешнее как-то без разницы. Я забрал чемодан из багажника, заплатил и отпустил машину. Еще раз осмотрелся.

Рядом стояли две машины с государственными номерами. Именно машины. Но где манакары? По пути сюда у меня хватило времени ознакомиться с документацией. По ней к местному отделению приписаны два манакара и три легковые машины. Интересно. По Польше я помнил, что работы у Канцелярии хватало. Но тогда был кризис. Неужели здесь тоже он? Но для кризиса мало людей. И мне так и не сказали, куда делся предыдущий глава конторы. Что-то тут не так. С такими мыслями я вошел в контору.

Меня встретил просторный холл со стульями и скамейками и дежурный офицер за конторкой у дальней стены. Офицер, мужчина лет тридцати в не глаженом костюме с ослабленным галстуком, поднял на меня красные глаза от газеты и с досадой опустил ее на стол.

– Тебе чего, парень? Гостиница через две улицы, – заявил он.

Я лишь мрачно усмехнулся и подошел ближе. Ну и порядки здесь. На Мясницкой в столице он бы уже вылетел. Его тут оставили зачем? Приходить в себя после бурной ночи? Да, аромат от него – хоть сейчас закусывай. Рожа помятая, волосы всклокочены.

– Вы бы хоть причесались, офицер. А то как-то престиж конторы падает, – с насмешкой сказал я и достал удостоверение.

– Слышь, пацан, ты сначала молоко с губ… – начал он, но тут его взгляд сфокусировался на моем удостоверении. Мужик шумно сглотнул и медленно поднялся. – Простите, ваше сиятельство. Не признал. Думал вы… ну это…

– Постарше, я понял. Нет, придется вам иметь дело с пацаном, – с иронией ответил я. – Где граф Перов? Почему меня не встретили? Я сообщал, когда и каким бортом прибуду. И представьтесь уже.

– Корнет Свиридов, Иван Сергеевич. Поручик в городе. А про ваше прибытие я ничего не знаю. Нам только сказали, что скоро прибудет начальник.

– Перов сказал?

– Так точно.

– Вольно, корнет, – вздохнул я.

Список личного состава я тоже просмотрел. Служили тут десять человек, я одиннадцатым буду, из них чародеев только четверо. И Свиридов – не один из них. А он немного расслабился, но садиться в присутствии начальства не стал. Уже хорошо.

– Кто из личного состава сейчас здесь?

– Только я и ефрейтор Болдырев. Остальные… в городе где-то. Работают.

Сказал он последние слова так, что стало ясно, как именно «работают» остальные. Нет, я допускал, что два-три человека действительно работают. А вот остальные наверняка сидят дома. Куда я попал…

– Ладно. Позвоните самым «трудолюбивым» и скажите, чтобы прибыли знакомиться. Но сначала скажите, где мой кабинет, – попросил я. Начинать работу со скандала я не собирался.

– Но у вас нет…

– Кабинет начальника управления, – пояснил я.

– Так это кабинет Перова, а его сейчас нет. И ключи… Я понял, – быстро поправился Свиридов под моим тяжелым взглядом и суетливо начал рыться в ящике стола. Там что-то гремело, но он выудил, что искал. – Вот, запасной ключ. Идемте. Нам наверх.

– И вы так запросто оставите пост? – совершенно спокойно уточнил я.

– Ну да. А что? Да никому чужому сюда не надо.

– Просто скажите номер кабинета, – сказал я и протянул руку за ключом.

– Так нет номера. Там его фамилия написана.

– Спасибо, корнет.

Я забрал ключ и пошел наверх. За спиной услышал облегченный вздох, а за ним звук снимаемой с телефона трубки. Вот и молодец, мрачно улыбнулся я.

Тишину коридора второго этажа нарушало лишь шуршание колес чемодана по линолеуму – я шагал бесшумно и читал таблички на дверях, запоминая, кто где сидит. Удручающее зрелище – в здании, где могли бы работать человек тридцать, работали всего десять. И то номинально, судя по всему. Неправильно это. Придется менять.

Кабинет Перова, а теперь уже мой, оказался самым дальним по левой стороне. Я снял с двери табличку с его именем и зашел, осмотрелся и нервно дернул плечом. Идеальный порядок. В последний раз видел такой у одного маньяка. Конечно, маньяки не наш профиль, но у нас он проходил по линии шпионажа – перевозил секретные документы в дипломатической почте. А ужасами занимался так, для души. Конечно, не все любители идеального порядка маньяки и социопаты, но у большинства маньяков склонность к такой вот точности во всем. Вряд ли граф Перов такой, зато его аккуратность поможем мне быстрее разобраться в документах. Он их даже не убирал в сейф, что положено по уставу, они ровными стопками лежали на столе. Здесь действительно так тихо или это разгильдяйство?

Я скинул пальто на диван, рядом поставил чемодан, а сам сел за стол. По бумагам тут тишь да гладь – ни контрабанды, ни перебежчиков, ни каких конфликтов с соседями. Но вот все документы написаны одной рукой, только подписи разные. Компьютеры сюда еще не дошли, конечно же, потому писали от руки. Снова страдать. Но важно не это, а то, что такое положение дел оправдывает столь маленький штат. Я подумал, подошел к шкафу, поискал и нашел документы годичной давности. Они подтвердили мои подозрения.

– Что-то ты мутишь не то, господин Перов, – сказал я себе под нос и вернулся к столу.

Снял с телефона трубку и набрал знакомый номер. Пока слушал гудки, нашел среди бумаг, уже разбросанных по столу, и приказ о моем назначении, и мою телеграмму с датой и временем прибытия. Аккуратист чертов. Сдвинул еще лист и нашел ордер на мое новое жилье. Только погашенное, то есть там уже кто-то жил.

– Да, – услышал я, наконец, в трубке усталый и раздраженный голос друга.

– Даня, привет, это я.

– Демон? Черт, ты на время смотрел?! – воскликнул он.

– Десять… елки, прости, совсем забыл про разницу. Ты чего так поздно на работе делаешь?

– Привыкаю без тебя работать, – проворчал Даня. – А ты что же, только приехал и уже звонишь?

– Я уже час в конторе. И звоню не «привет» сказать, – усмехнулся я.

– Быстро ты что-то нарыл. Рассказывай, – вздохнул он и протяжно зевнул.

– Да. Я вот уже думаю, Константин действительно просто ткнул в самую дальнюю контору, где нет начальника или что-то знал? Тут черте что. И началось оно с отставкой бывшего начальника. Как поручик Перов занял место и.о., так преступлений по нашей части становилось все меньше. А он под это дело за полгода постепенно сократил состав до минимума в десять человек.

– А что он не может быть гением, искоренившим преступность? – хохотнул Даня. – Шучу. Я тебя понял. Но это все шло не через нас, ты же понимаешь? А через губернское главное отделение. Но я завтра скажу отцу, он направит проверки. Спасибо.

– Постой, это еще не все, – остановил я друга. – Как-то странно ушел в отставку прошлый начальник. Штабс-капитан Чернышев. Может, проверим это дело?

– Предлагаешь поговорить с ним? Да, имеет смысл. А он где?

– Кажется, имение Чернышевых в Таганроге, – припомнил я.

– Ой. Я туда не поеду, у меня тут завал, – огорчился Юсупов.

– Там мой брат проходит службу, Алексей Апраксин. Правда, он в Дивном Надзоре. Может, его попросить?

– Будет ли только Чернышев с ним говорить? – с сомнением пробормотал Даня. – Но все лучше, чем поручать местным. Я посмотрю, кто там есть, если что ему и поручу. А ты что, будешь арестовывать графа?

– Пока нет. Если есть подельники, они сразу уйдут на дно. Меня тут за пацана зеленого держат. Вот и подыграю. И посмотрю, что и как.

– Чтобы накрыть всех и сразу. Хорошо. Куда тебе звонить?

– Я как заселюсь, позвоню и оставлю номер, – пообещал я.

На том мы и закончили разговор. А я нашел номер телефона, приданного адресу на ордере и позвонил. Ответил томный женский голос. Отвечать я не стал и положил трубку – мне все стало ясно. Я тут всего чуть больше часа, а вокруг слова «ссылка» все отчетливее проступали кавычки. Неужели император знал и отправил меня сюда под предлогом? Но почему не сказал? Разберемся. И я продолжил изучать документы.

Но вскоре меня прервали шаги в коридоре, потом дверь открылась и на пороге возник молодой человек лет тридцати или чуть меньше, разъяренный настолько, что едва дым из ноздрей орлиного носа не шел. Невысокий, с узкими плечами, взъерошенный. Я лениво поднял на него глаза, но встать даже не подумал.

А он замер в дверях, явно ожидая чего-то. Я откинулся в кресле и выгнул бровь, тоже ожидая, но его слов.

– Что вы делаете в моем кабинете, сударь? – холодно спросил он, когда пауза затянулась.

– То есть кто я, вы знаете, – констатировал я. – Раз не просите представиться. А раз так, то вопрос звучит неуместно. Это мой кабинет. Отсюда вопрос: по какому праву вы врываетесь в мой кабинет без стука?

Он дернулся, словно получил знатную затрещину, и шумно сглотнул.

– Да, раз уж ворвались, представьтесь, будьте любезны, – продолжил я.

– Начальник местного отделения Тайной Канцелярии граф Перов, Андрей Николаевич, – полным достоинства тоном заявил он.

– Нет. Вы поручик Тайной Канцелярии. А начальник тут я. Капитан Татищев, Дмитрий Михайлович, – представился я. – И вам об этом известно. Да вы присаживайтесь, Андрей Николаевич.

Небрежным жестом я поднял приказ о своем назначении и положил на часть стола для посетителей. Поручик едва не заскрипел зубами, но сел на стул. На документ он даже не взглянул.

– Не буду спрашивать, почему меня не встретили. Понимаю – уважение надо заслужить, – продолжил я. – Но извольте выдать ордер на мою служебную квартиру.

– Я его не получал, – с вызовом заявил он.

– А вот врать не хорошо, – невозмутимо ответил я и выудил тот самый ордер. – Вы его не только получили, но и получили ключи. Я закрою глаза на это хамство, если до вечера ваша любовница или кто она вам, съедет и оставит квартиру в чистоте и порядке. Если нет, жить ей там станет некомфортно совсем. Вам тоже.

Мы схлестнулись взглядами. И Перов не выдержал первым. Он шумно выдохнул, отвел глаза и кивнул.

– Дальше, – продолжил я, словно не угрожал только что. – Мне нужен манакар.

– А я что? Возьмите в аренду, – снова начал наглеть он.

– За отделением числится два манакара, – с усталым вздохом сказал я.

– Один у меня, второй у князя Хилкова, корнета. Остальные ездят на личных. А вы, раз главный…

– Вполне имею право на служебный транспорт, – холодно осадил я его. – А вы поделите оставшийся. Пока на этом все. Сдайте ключ от кабинета, заберите личные вещи и можете быть свободны.

Поручик явно собрался качать права дальше, но еще раз посмотрел мне в глаза, тряхнул головой, словно сбрасывал наваждение, и положил ключ на стол. Затем развернулся и вышел. Про личные вещи я сказал для красного словца – он их тут не держал, даже фотографий не стояло на столе. Но через секунду он вернулся, забрал табличку со своим именем и ушел окончательно.

Днем я сходил пообедать в ближайшее кафе, после познакомился с остальным коллективом. Да уж, компания так себе – только у двоих глаза горели, остальные выглядели раздраженными, что их оторвали от отдыха. Но с этим позже. И вернулся к изучению бумаг. А вечером Свиридов дал мне ключ, когда я уходил. Перед входом меня ждал манакар, черный и чистый, не последней модели, конечно, но сойдет для такого городка.

На сиденье лежал ключ от квартиры. Как проехать, я уже посмотрел по карте. Но по дороге заглянул в магазин. Дом стоял ближе к окраине, трехэтажный, на четыре подъезда, моя квартира находилась на третьем этаже, двухкомнатная. Перов и его женщина ее вычистили. Я опасался какой-нибудь гадости, но он, видимо, все же навел справки и не стал со мной связываться. Вот и хорошо. Я принял душ, переоделся и отправился делать ужин. Вещи потом разберу.

– Неплохое место, – услышал я за спиной сухой властный голос, пока резал мясо. – Но ты достоин лучшего.

Глава 2

Лишь благодаря многовековой выдержке рука с ножом не сорвалась и не порезала другую руку. Да и голос этот я знал. Так что дорезал кусок, отложил нож и повернулся к гостю с полотенцем в руках.

Царь Кощей стоял передо мной такой же, каким явился на первую встречу десять лет назад – в черных доспехах, в короне и с мечом на бедре. Сейчас он прислонился к столу и сложил на груди руки, глядя на меня.

– Добрый вечер, учитель. Присоединишься к ужину? – улыбнулся я.

– Пожалуй. Как первый день?

Я вернулся к готовке. Значит то, что собирался растянуть на три дня, съедим сегодня. Зато поговорим.

– Странно. Не ожидал такого. Думал, тут контора похожа на польскую, а это какое-то болото. Никому ничего не надо. И и.о. начальника ведет себя странно. А еще странное приветствие нелюдей, когда с дирижабля сходил, – поведал я.

– А с ними что? – удивился Кощей.

– Они меня приветствовали, словно я прибыл командовать ими, а не отделением Канцелярии, – ответил я и скинул мясо в сковородку, где уже шкворчали овощи.

– О, не переживай. Они тебе тут просто искренне рады и надеются на помощь. Я тоже, кстати. Потому и пришел.

Я добавил в будущее блюдо специй, помешал, закрыл крышкой и уселся за стол. Жестом предложил сделать то же и царю Нави. Его слова не удивили – уже начал догадываться, что тут происходит что-то не то. Оставалось надеяться, что он прояснит хоть что-то, а то слишком много вопросов накопилось за весь день.

– Два дня назад из Тир На Ног совершили попытку прорыва в Явь, – продолжил Кощей, когда мы устроились друг напротив друга.

– Сразу в Явь? – удивился я. – Кто?

– Отряд гоблинов при поддержке тролля. Увы, их всех перебили, так что целей выяснить не удалось, – с легким раздражением сказал он.

– Они намеренно не давались или наши не жалели?

– Сложно сказать. Когда они поняли, что не прорвутся, повернули назад и попытались уйти к себе. – Голос Кощея стал задумчивым. – Но в ущелье, на самой границе, вдруг остановились и вступили в драку до последнего. Наш оборотень сказал, будто один из гоблинов бил кулаком в воздух, будто в закрытую дверь, но потом развернулся и начал драться с отчаянием обреченного. Но он не уверен.

– Понятно. А что Альбион на это сказал?

– А это самое интересное. Наш Надзор только готовил ноту, а эти уже ее выкатили, – с желчной усмешкой сказал Кощей.

– Не понял. Как это? Это же они напали.

– Сам бой произошел уже на границе с Тир На Ног. Вот они и заявили, будто это мы их атаковали, а они жертвы.

– Значит, ноту они приготовили заранее, – сделал я вывод. – Получается, либо вся их вылазка была ради этой ноты, либо драка и претензия – запасной вариант на случай, если прорыв не удастся.

– Я бы ставил на второе, – проворчал Кощей. – Гоблины народ трусливый, сомневаюсь, что они пошли бы на верную смерть.

– И показания оборотня это подтверждают.

– Верно.

– Хорошо. Я схожу туда и проверю. Иногда по следам можно понять многое. Где это было?

Кощей взмахнул рукой и между нами появилась карта местности. На ней он указал на точку у подножия гор. Я кивнул и отправился выкладывать ужин на блюдо.

– Что-то еще есть, учитель?

– Нет, это все. Так что готов выслушать твои вопросы, Дмитрий.

– Почему вы не приходили все время, пока я был в дороге?

Я поставил тарелки, разложил приборы, взял бутылку вина, но Кощей покачал головой. Тогда я заменил вино на свежий сок. Он прав, сейчас нам нужна свежая голова – в любой момент могло что-то произойти. В конце концов, Марья Маревна все никак не успокоится и продолжает боевые действия.

– Не мог. Как вы князя своего взяли, так Марья как с цепи сорвалась. Оказалось, что она распределила свои силы по всем ключевым местам в Нави. Уже через час после нашего прощания она отдала приказ и начались атаки одновременно везде, – недовольно рассказывал Кощей. – Сначала я удивлялся, потому что ни на одном направлении она победить не могла. А потом понял, что это все отвлекающие маневры. Настоящая цель – мой замок. Когда прибыл, ее силы уже шли по лесу.

Я слушал, ел и кивал. Все логично. Замок Кощея – не просто сложенные камни. Это место, полное древней силы, освещенное самой богиней Марой. Кто сядет на трон и сможет на нем удержаться, того примет замок, тот станет царем Нави. Пока Кощей успешно отражал все посягательства на его власть. Кажется, Марья Маревна первая за долгие века, у кого получилось оказаться настолько близко к успеху. Полоз, с которым сражались на первом курсе университета, и рядом не валялся. Мы успели остановить его задолго до того, как он бросил прямой вызов Кощею.

– А потом ты прибыл сюда, – прорвался сквозь поток воспоминаний голос наставника. – Я не стал прерывать твои изыскания в конторе.

– Я рад, что ее атака не удалась. Но не сомневаюсь, что будут еще. Кстати о конторе. – Я вдруг понял, что же смущало все время, пока разбирался с бумагами Перова. – Мой предшественник здесь очень странно себя повел. Глупцом он не выглядит. Но при этом ничего не спрятал, хотя знал дату и время моего приезда.

– Было, что прятать? – заинтересовался Кощей. Теперь мы поменялись местами – он ел, а я говорил.

– Да. Например, эта квартира. Она служебная, на нее выдается ордер. Перов по нему получил ключи и заселил какую-то дамочку. Он мог спрятать документы и я бы еще несколько дней бегал по инстанциям и выяснял, почему мне не предоставили жилье. Но вместо этого он оставил все там, где я точно найду. Потом отчеты. Они все написаны его рукой – другие офицеры только ставили подписи. Допустим, это не замечали наверху, а сам граф продолжал, уверенный, что его вот-вот повысят и никто ничего не узнает. Но о том, что я еду, он знал уже неделю, мог приказать переписать тем, за чьей подписью эти документы. Но вместо этого снова оставил как есть. Да, действия по уменьшению состава не скрыть, но все остальное уже тянет на служебное расследование. А он пришел и вел себя довольно вызывающе.

– Тебе не кажется, что он вел себя нарочито нагло? – заметил Кощей.

– Да, пожалуй.

– В таком случае, я бы сначала поговорил с ним. Лучше в неофициальной обстановке.

– Хорошо, спасибо за совет.

– И есть кое-что еще, да? – проницательно спросил царь Нави.

– Да, есть. Моя магия, – сказал я и пристально посмотрел на Кощея. А он не удивился вопросу, явно ждал его. И знал ответ. – Что с ней случилось тогда?

– Ты пытался что-то делать потом? Эффект сохраняется? – лениво спросил он и отпил сока.

– Да. На оба вопроса, – напряженно ответил я и не возмущался, что наставник отвечает вопросом на вопрос. Раз спрашивает, значит, надо.

– Что ты делал и ощущал перед тем, как все началось?

– Не спал долго, вымотался. А он поставил против нас своих мальчишек и убежал. Меня такая злость взяла, что очень захотелось с ними побыстрее расправиться и схватить уже Одоевского. И вот я уже колдую одной руной. Я почувствовал, что во мне что-то изменилось, но я до сих пор не понимаю, что это. Так что это?

– Частичное пробуждение демонической силы это, Дмитрий, – со вздохом сказал Кощей, глядя мне в глаза. – Первая ступень. Сейчас тебе достаточно одной руны и без Алатыря в Яви и не нужны руны в Нави. Но не смей колдовать без перчаток.

– Почему? – насторожился я.

– Потому что без рук останешься, – жестко ответил он. – Это раньше без них был пшик, а теперь будет взрыв. Сейчас они аккуратно направляют чары в цель, причем чары более сильные, чем прежде.

– То есть, если я сделаю то же самое, но с полным набором рун, заклинание выйдет более мощным, чем с одной?

– Именно, мой ученик.

– Я понял. Ты сказал, что это первая стадия пробуждения. Какие следующие и сколько их вообще? И как их пробудить?

Кощей посмотрел на меня долгим изучающим взглядом, усмехнулся своим мыслям. Я уж думал, не ответит, но он заговорил. И продолжил наблюдать за моей реакцией.

– Эта самый заметный скачок, дальше будет более плавно. Сначала тебе не понадобятся руны и в Яви. Потом отпадет нужда в фокусировке и сможешь призывать нелюдей без всяких кругов и пентаграмм. Ну а чтобы раскрыть силы полностью, тебе придется открыть все специализации магии.

– Но это же… – От такой новости у меня резко пересохло во рту, пришлось сделать большой глоток сока. – Это же означает переход в Навь, а у меня полно планов на будущее здесь, в Яви.

– Есть разные варианты. Например, как с бароном Корфом. Есть и другие. У тебя даже появится возможность вернуть свое истиннное тело, – вкрадчиво сказал царь Нави.

Вернуть тело? Я вспомнил себя прежнего: крылья, хвост, рога, костяные наросты… и довольно устрашающего вида морда. Поднял голову и посмотрел на свое отражение в окне. Мысленно наложил на него картинку из воспоминаний. И покачал головой.

– Нет, – медленно сказал я. – Не знаю, этого ты добивался, наставник, или нет, но я стал слишком человеком за двадцать три года. Здесь, человеком, я пережил гораздо больше хорошего, чем за все триста лет там демоном. Я не хочу возвращаться к прошлому.

– Не хочешь, тебя никто не заставляет, – улыбнулся Кощей довольно. – Но если хочешь силы, тебе придется пройти через ритуал. Тогда будешь своим в обоих мирах. Ты уже на пути к этому. Но точку невозврата ты еще не прошел.

– Ты про изучение других специализаций? – уточнил я.

– Разумеется. Ты зря нос вешаешь, Дмитрий. Я в свое время начал как раз с последнего – выбора не было, а я был моложе тебя. Да и наставника у меня не было.

– А ты, я смотрю, не опасаешься, наставник.

– Чего мне опасаться?

– Конкурента в моем лице. Или считаете, что у меня настолько нет амбиций?

Он улыбнулся, мне даже показалось, что едва не рассмеялся.

– Амбиции у тебя есть. Но ты только что сам сказал, что лежат они в области Яви. Уверен, нам нечего с тобой делить, Дмитрий. А сейчас я пойду. Спасибо за хлеб-соль.

Кощей поднялся и я следом за ним. Мы пожали друг другу руки. И тут я вспомнил о еще одном своем подозрении.

– Наставник. Император ничего не говорил о моем назначении сюда? Вы же встречались за эти дни, да?

– А что он должен был сказать? – с хитрым прищуром уточнил он.

– Он мог отправить меня в любое захолустье, тихое место, где я пух бы от скуки. Но Константин послал меня якобы в ссылку сюда, где все буквально кричит о проблемах. Тем более тут граница с Альбионом, а значит, есть вероятность встречи со Скарлетт. Еще тут бешенная энергетика из-за вулканов. И недавно была активность с их стороны, – выложил я выводы, к которым пришел за день. – Конечно, может я и надумал все это, но уж больно много совпадений. А наш царь-батюшка далеко не дурак.

Кощей несколько секунд смотрел на меня с хитрой улыбкой. Потом похлопал по плечу и кивнул.

– Ты прав. Я с ним встречался. Лично тебя мы не обсуждали. Константин лишь сказал, что по данным внешней разведки здесь скоро может что-то произойти. И он отправил сюда одного из лучших людей.

– Тогда почему он мне не сказал? – начал я закипать.

– Наверняка не сомневался, что ты быстро во всем разберешься сам. А молчал, чтобы хотя бы эта неделя стала для тебя наказанием из-за связи с Ольгой, – невозмутимо заявил он. – Если что, я не осуждаю. Но отцы часто ревнуют своих дочерей.

Мне оставалось кивнуть, скрипя зубами. Что за средневековье?! Ничего, главное, что теперь я точно знаю, что пусть это и ссылка, но со смыслом.

На этом мы все же распрощались и Кощей исчез. А я остался мыть посуду и думать. День вышел насыщенный. Наверняка и в последующие скучать не придется. Но сначала надо осмотреть место драки. У меня даже возникло желание чуть не сейчас туда отправиться. Но я удержался – у меня нет ночного зрения, вряд ли увижу там хоть что-то. Так что сейчас спать, завтра прогуляюсь на границу, а потом буду разбираться с Перовым и тем, что он натворил в конторе.

И я лег спать пораньше. Тем более, что устал после путешествия и целого дня напряженной работы.

Утром я проснулся в пять часов. За окном небо только начинало сереть, но мне еще надо позавтракать, принять душ и доехать. Как раз рассветет. Я собирался проверить все и успеть к началу рабочего дня, посмотреть, повлияло ли мое появление на дисциплину в конторе. К тому же все предупреждены, что прежняя жизнь закончилась и теперь придется на работе работать.

Так что я быстро закончил с завтраком и гигиеной и отправился в путь. Пока не знал местности, приходилось часто сверяться с картой, а трижды выходить из манакара и спрашивать дорогу у местных.

– Да хранят тебя духи, капитан, – ответил мне один мужчина. Я не сразу понял, что это индеец, только когда представился и пояснил, чего от него хочу. – Ты верно едешь. Через три километра поверни налево, там увидишь указатель. Не заблудишься. А что с Андреем Николаевичем случилось? Почему ты на его машине?

– Это манакар конторы, а не его личный. Поручик им пользовался, пока исполнял обязанности начальника. Теперь на этом посту я, так что и на манакаре езжу я, – терпеливо пояснил пожилому индейцу, как дважды до этого объяснял другим людям.

– Понимаю. А что ж так?

– Это решение командования. Меня отправили, я и поехал.

– Не молод ты, для капитанского чина-то? – продолжил допытываться индеец.

– Мы не в восемнадцатом веке, сейчас звания за титулы и деньги не раздают, – уже с прохладой ответил я.

– Так что ж ты такого совершил за ради высокого звания?

– Простите, уважаемый, но я не на прогулку еду, а по служебному делу. Но совершил достаточно, поверьте.

Я еще раз поблагодарил его, пожелал, чтобы и его хранили духи, и вернулся за руль. Когда отъезжал, видел в зеркале заднего вида, как пожилой индеец задумчиво смотрит мне вслед и покачивает головой. А я сделал вывод, что Перов тут хорошо обжился и завел знакомства даже с простым людом. Это значит, что и в высшем свете его любят. Занятно, а со мной он милым и вежливым быть не захотел, хотя я его командир. Неужели война? Не хотелось бы. Но посмотрим.

За такими мыслями я проехал каменистые поля и холмы и остановился в ущелье. Если верить ощущениям, тут уже нейтральная территория не только между странами, но и между Навью и Тир На Ног, а через два километра начинается уже земля Альбиона. Да, считай, граница. Я вышел и начал осматриваться.

Это оказалось весьма узкое ущелье, где в ряд могли пройти всего четыре-пять человек. А если мерить в троллях Альбиона, то всего два. Эти ребята намного больше скандинавских и при этом несколько тупее. Вверх ущелье уходило на высоту пятиэтажного дома. По его краям лежали снеговые наносы. Ветер стих, стоило мне пройти на каких-то три метра вглубь.

Идеальное место для засады, мелькнула тревожная мысль. Я поправил черные перчатки, едва не начертил Алатырь по привычке и продолжил осмотр.

Прошел еще шагов десять и увидел пятна крови на камнях и снегу. И здорово пожалел, что я не чародей крови. Так бы начертил руну и кровь рассказала бы мне, что тут произошло. Сейчас я мог только читать следы, а они не давали полной картины.

Но все же говорили о том, что гоблины вели себя совсем нехарактерно для их племени. Вообще, они должны были бы убегать, но следы их лап говорили о драке не на жизнь, а на смерть. Странно.

Я начертил руну Крада, чтобы увидеть истину, увидеть магию, что здесь вершилась. И передо мной разлилась целая палитра. Конечно, на поверхности лежали боевые заклинания, но меня интересовал более глубинный слой. И поверх Крады легла руна Силы, чтобы усилить эффект. И увидел.

Для начала путь к отступлению гоблинам перекрыли. Причем, именно гоблинам – я видел, как они сначала топтались на одном месте, словно перед стеной, и только после, когда поняли, что пути нет, развернулись и начали драться. Тролль же бросился в бой сразу. Но тут ничего неожиданного – тролли туповаты, так что если ему приказали убиться, он пойдет и сделает. Но вот гоблины…

А с ними интереснее. Я увидел вспышки красного – это они один за другим использовали какие-то артефакты на увеличение силы. Они продолжали бояться, но стали сильнее и дрались. А когда почуяли первую кровь наших нелюдей, прошел и страх. Значит, их хозяева точно отправили их на убой. Но не ради же одного политического инцидента, довольно мелкого при этом? Что это разведка боем или…

Додумать я не успел – ощутил чужое присутствие. Враждебное. Ненароком огляделся, но никого не увидел. Идеальное место для засады, напомнил я себе. Сделал еще три шага к тому месту, где поставили заграждение для гоблинов. И сверху на меня упала тень кого-то большого.

Глава 3

В тот же миг я отпрыгнул в сторону и поднялся на ноги. На то место, где только что стоял, приземлился тролль.

Это не скандинавский белый пушистик. Кельтские тролли выше, под три метра, более мускулистые, с грязно-коричневой шерстью. Из тяжелой нижней челюсти торчали крепкие желтоватые клыки. Между круглых ушек белели рога. Когти на всех конечностях внушали опасение своей диной и крепостью.

Я потянулся к кинжалу, но передумал – слишком уж у тролля толстая шкура, не пробью. Тут бы больше меч пригодился. Но меча нет.

Тролль обижено заревел, что не достал меня сразу, и бросился снова. На левой лапе его блеснуло что-то металлическое. Это я заметил, когда снова отскакивал. Сам атаковать я не спешил, решил сначала посмотреть, на что он способен – колдовать грязь, камни или вообще лаву. Или это простой тролль из-под моста, который только рычит.

А еще меня занимал вопрос, почему он здесь и сейчас? Кельтские тролли при свете солнца превращаются в камень. Сейчас как раз уже рассвело, так что же он тут делает воплоти? Его что-то наверняка защищает, но что – артефакт или заклятие? Разберусь, когда буду обследовать тело, решил я и начертил руну.

Но стоило первому теневому копью полететь в тролля, как со скалы упал камень. Я отпрыгнул, а камень рассыпался. Это ж с какой силой запустили?! Тролль вскрикнул от боли, но остался на ногах. А мне теперь приходилось уворачиваться и от него, и от камней. Их явно метал еще один тролль, только уже каменный.

– Эй, спускайся! – крикнул я. – А то поднимусь, хуже будет.

В ответ полетели два камня.

– Так не честно! – возмутился я в шутку.

Только на самом деле уже не до шуток. Тролля три, а я один. Пора менять расклад. Кажется, эти тролли хоть и ночные, но с первозданной тьмой не связаны. Вот и хорошо. И в ход пошла руна Чернобога. Все на десять метров в обе стороны от меня заволокло тьмой. И еще на три с половиной вверх, так, чтобы скрыло и тролля.

– Не честно! – обиженно заревели сверху. – Верни-ись!

Еще чего, фыркнул я про себя, а три на одного честно?! Но расслабляться не стоило. Я отошел в сторону и вовремя – тролли сверху запустили камни в то место, где видели меня в последний раз. И что с ними делать? Сначала сделаю с тем, кто внизу.

Этот тролль метался по всему ущелью с раскинутыми в стороны лапами, словно жаждал объятий. Для меня они будут слишком крепкими и последними в жизни. А я не согласный. Потому совершенно нечестно закидал его темными комьями. Тролль заревел и после четвертого копья затих. Теперь верхние.

Создать там тьму отсюда я не мог. И подняться телепортацией не мог – не видел места приземления. Зато видел троллей. Они высовывали морды и пытались высмотреть меня в облаке тьмы. Наивные. В общем, приземлиться я мог только на них. В принципе, это возможно – прыгнуть на спину и воткнуть кинжал в глаз. Опасение вызывали только рога. Любому из троллей хватило бы одного движения головой, чтобы проделать во мне дырку, несовместимую с жизнью.

И тут сверху появилось еще два тролля. Вместе они устроили ковровую бомбардировку всего затемненного участка ущелья. Мне оставалось только уворачиваться. Но уже начинал злиться. Какие-то тролли, тупые, пусть и здоровые, швыряют в меня камни, а я ничего не могу сделать?! Ну уж нет.

Я увернулся от очередного булыжника, нацелился на одного из троллей и начертил руку Рок. Тут же на его загривке появилась моя копия. Он не видел ее и не чувствовал, зато увидели другие и с радостным «гы» дружно кинули в него по здоровому булыжнику.

Попали. И тролль слетел ко мне вниз. Как ни странно, живой. Но пока он пытался подняться, я успел подбежать и прирезать его. Пока втыкал кинжал в глаз и проворачивал, заметил кольцо в носу. Интересно, они, вроде, не любители украшений. Но тварь испустила дух. И их осталось трое. А я подозревал, что подобный трюк сработает еще всего раз. Тролли пусть и тупые, но не настолько. Ладно, оставлю двоих и придумаю что-то еще.

Но стоило поднять голову, как увидел зеленую вспышку и знакомый хлопок сжатого воздуха. Кто-то с магией растений телепортировался на тролля… и тварь превратилась в камень. Чего?! Но вот цвет магии какой-то странный, обычно он более насыщенный, как у травы в конце июня, а тут больше походил на листья ивы. Странно, но все потом, сначала с троллями разберемся.

– Снимай с них кольца – окаменеют! – крикнул мой неожиданный помощник. Его голос показался знакомым. Но вспоминать буду потом.

Кольца, значит. Так вот что блеснуло на лапе первого. Я присмотрелся к двум оставшимся. Они растерянно оглядывались в поисках того, кто сделал их товарища камнем. У обоих кольца блестели в носу. Вот и хорошо.

– Твой правый! – крикнул я и телепортировался к левому.

Прямо на грудь. Чудом избежал зубов. Он уже тянул ко мне лапы, чтобы скинуть или прижать к себе и сломать, но я дернул за кольцо и вырвал его с чавкающим звуком. Хлынула кровь, раздалось шуршание. Я поспешил спрыгнуть, чтобы проклятие троллей не коснулось и меня. А когда приземлился, он уже стоял каменным изваянием с вытянутыми лапами и разинутой пастью.

Развернулся к последнему с той стороны ущелья. Но и этот тоже уже стал статуей, а рядом стоял человек в серой форме Чудного Надзора. Он посмотрел на кольцо и убрал в карман, а свободной рукой помахал мне. Что-то в этом офицере показалось мне знакомым, то ли фигура, то ли жесты. Но про магию я все еще помнил.

– Спасибо! – крикнул я и помахал в ответ. – Сейчас прыгну!

Он кивнул. Я убрал тьму снизу и прыгнул на его сторону ущелья. Меж камней пробивалась чахлая травка, чуть подальше росли уже кустики. Я приземлился не вплотную к офицеру, а метров за десять до него. Он пошел ко мне – я к нему.

И тут накрыло давно забытое ощущение. Меня словно бы окатило родниковой водой, чистой и холодной. Раньше эта вода ранила, теперь ощущалась глотком свежести, но все же. Теперь я понял, что это за вкрапления серебра в его магии природы.

– Ангел! – выдохнул я и выпустил в него рой темных игл.

– Нет! Стой! – крикнул он и закрылся зеленым щитом.

Сплетение трав и веток впитали мои иглы, почернели и осыпались. Я не слушал, ведомый древним инстинктом, и продолжал осыпать его осколками и копьями тьмы.

– Да погоди! Послушай! Димка! – кричал он и только защищался.

Не знаю, что меня остановило – знакомый голос или то, что он только защищался, может, все вместе, но я все же опустил руки и присмотрелся, тяжело дыша. И замер при виде знакомого лица.

– Кирилл, – выдохнул я. – Вяземский.

– Здравствуй, Дима, – сказал он с облегчением и шагнул ко мне.

Но я едва сдержался, чтобы не отступить, и покачал головой. Он настороженно остановился и покосился на мою руку, снова окутанную тьмой.

– Зачем ты его убил, ангел? – мрачно спросил я. Кажется, я перестал соображать в тот момент.

– Я не убивал. Правила для всех одни – мы занимаем только пустую оболочку, – сказал он спокойно, так говорят с людьми в неадекватном состоянии.

Хорошо, тут он прав. Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Пульс успокаивался, а ко мне возвращалась способность мыслить трезво.

– Хорошо. И почему ты не спешишь меня убить, ангел? – спросил я.

– Потому что сохранил память твоего друга. И кое-что слышал о тебе уже сам. И пришел не за тобой. У нас один враг – Скарлетт. Я пришел сюда за ней.

– Зная, что из этого мира не уйти? – уточнил я. – Или ты не знал, когда заходил?

– Знал. Но не знал, что тут есть ты.

– Допустим. Значит, ты знаешь цель ее прибытия. Рассказывай.

– Давай не здесь, – предложил он и передернул плечами. – Холодно.

– Хорошо. У меня манакар тут, – согласился я. Адреналин переставал действовать и холод начал проникать под одежду.

– Ты же не думаешь, что я пришел пешком, – с улыбкой сказал он. – Поехали в город, там поговорим – я знаю одно хорошее кафе.

– Но сначала разберусь с тем, что тут произошло.

– Я расскажу. Поезжай за мной. Да, и кольцо. Оно тебе нужно?

Я посмотрел на полоску металла у себя в руке. Чары против окаменения. Качнул головой и отдал.

Если он поедет первым, рассудил я, то скрыться и оторваться ему будет сложнее. А уж гоняться по улицам города я умею.

– Хорошо, поехали, – согласился я.

Телепортом мы спустились в ущелье, дошли сначала до моего манакара и доехали на нем до его автомобиля.

– Почему не манакар? – удивился я.

– Слишком приметный. Это мне важнее скорости. Поехали.

Я кивнул и поехал за ним.

Через час мы сидели в небольшом кафе Алексеевска за легким завтраком. Кроме нас в этот ранний час тут сидели всего двое дальнобойщиков, заправлялись перед дорогой.

– Как тебя называть? – начал я разговор.

– Называй Кириллом. Я уже привык, – ответил он, грея руки о чашку. – Или тебе нужно мое истинное имя?

– Нет. Но и ты не Кирилл Вяземский, – мрачно заметил я.

– У меня его память и его тело. Я такой же Кирилл Вяземский, как ты Дмитрий Татищев.

– Я-то как раз Дмитрий, – усмехнулся я. – Вселился в это тело через несколько минут после рождения. Не по своей воле.

– Вот оно что, – удивился ангел.

– Но хорошо. Кирилл. Как он погиб? – Этот вопрос волновал меня сейчас больше всего. Мне необходимо было знать, что произошло с моим другом. Мы расстались всего два года назад, ничто не предвещало и вот.

– На задании. Не здесь. На границе с Японской Империей. Встретился к Кицунэ и обидел ее. За что и поплатился. А я занял его тело.

В доказательство ангел расстегнул ворот кителя и рубашки и показал шрамы от клыков волшебной лисицы – она явно перегрызла яремную вену и подождала, когда обидчик истечет кровью. Я коротко кивнул и он застегнулся.

– Это дало мне хороший повод для перевода. И я приехал сюда, – продолжил он.

– Понятно. А теперь с самого начала, Кирилл: почему ты полез за Скарлетт в мир, откуда нет выхода? Неужели она сделала тебе такое, что и жизни не жаль, лишь бы отомстить? – уже спокойно и без злости спросил я.

– Ты забываешь, Дима, я ангел. Нами движут другие мотивы. Я здесь не ради мести. Я здесь ради этого мира. Скарлетт здесь, чтобы открыть врата Преисподней, – очень тихо, чтобы точно услышал только я, сообщил он.

Вилка с куском сырника в моей руке замерла на полпути ко рту. «Открыть врата ПреисподНЕЙ». Не «в», а «из» или даже «для». Задавать вопрос «для чего» я не стал – это и без того ясно – для захвата мира. А врата нужны, чтобы демоны смогли прийти воплоти, а не вселяться в людей, как пришлось мне, Скарлетт или этому ангелу. Если эта Земля падет перед демонами, она станет частью Преисподней. Следовательно, путь отсюда откроется для них автоматически. Я скрипнул зубами.

Теоретически, это могло бы быть и моей миссией. Я же планировал когда-то захватить этот мир. Мог бы и присоединить его к Преисподней и вернуться туда победителем. Снова вступить в вечную борьбу за лучшее место под алым солнцем. Но нет.

Примерно на третьем курсе университета моя решимость завоевать мир дала трещину. А во время погони за предателями по Польше я понял, что не хочу этого. В Мадриде же, пока искали Славу, пришло окончательное понимание, чего хочу. Я решил, что мое дело – охрана и защита, если не всего мира, то Российской Империи точно. Потому я и начал бороться со Скарлетт, а не вместе с ней. Но кое-чего не сходилось.

Я все же закинул сырник в рот и пережевал. Запил глотком кофе. Все только для того, чтобы прийти в себя от новости и привести мысли в порядок.

– Как-то ты долго сюда добирался, приятель, – сказал я, наконец. – Она тут уже одиннадцать лет ведет подготовку, а ты всего год назад прибыл.

– Мы только год назад и узнали, что готовит Преисподняя, – со вздохом ответил ангел. – Они организовали подобное уже в четырех мирах. Два мы пропустили. В третий пришли уже во время войны. В четвертый и сюда отправили агентов. Сюда в последнюю очередь – искали, кто согласится отказаться от вечности.

– Только не строй из себя жертву, пернатый, – поморщился я. – Мы оба знаем, что миры вы от демонов защищаете не ради людей, а ради себя. Чем больше миров получит одна из сторон, тем сильнее станет.

– И что, ты мне не поможешь? – вскинулся он.

– Только если ты пообещаешь не открывать врата Небесам, ангелок, – ехидно ответил я. – Если ты, как сказал, знаешь меня, должен понимать, что я теперь на стороне людей.

– Да, я понимаю. И даю слово, что никаких врат на Небеса не будет. Даже гарантирую, – с горечью сказал он.

– Гарантируешь? – Я недоверчиво приподнял бровь. – Это как и чем?

– Все просто, Дим. Тут полно инструментов, чтобы открыть врата к вам. И практически ничего нет для врат к нам, – печально пояснил ангел. – Даже в Священной Римской Империи всего два предмета можно найти, но этого мало. Если бы и хотел, не смог бы. К тому же в этом мире есть что-то такое. Он притягивает и делает своей частью.

– Мне двадцать лет понадобилось на это, а ты за год проникся? – Я даже не скрывал недоверия и насмешки.

– Ладно. Не проникся. Не до конца. Просто… на Небесах мне больше нет места. У нас там произошла смена власти, я оказался не на той стороне, – неохотно признался он.

– И ты решил, что лучше короткая человеческая жизнь тут, чем черте что там?

Ангел кивнул с удрученным видом.

– Так, ладно, продолжаем разговор. Кто такая Скарлетт, ты выяснил?

– Нет. Я даже не знал, как ее тут зовут, когда пришел. Знал только, что тут есть демон с заданием открыть врата. До сегодняшнего дня я не знал, что и ты тоже демон. Вычислил ее по событиям прошлых лет. Она уже сделала несколько попыток открыть врата, но очевидно, что ошибалась с местом и набором артефактов. Теперь решила попробовать здесь. Вот и попросил о переводе.

– Как вычислил? Какие попытки? – нахмурился я. – В той же Польше она пыталась губернию от России откусить. В других местах тоже как-то ритуалом не пахло.

– Она ошибалась, потому и не пахло. То место не то, то артефакты не те. В Мадриде была близка. Помнишь жуткий шторм? Но все равно не получилось. Не знаю, что у нее сорвалось.

– Помню. Допустим. И как выглядит ритуал? Что для него нужно?

– Ты не знаешь? – искренне удивился он.

– Представь себе. Меня никогда не интересовал захват миров, – ехидно ответил я.

– Так бывает? – продолжил недоумевать ангел. Кириллом я все еще не мог его называть. – Ладно. Ритуал у всех один: нужно определенное место силы, определенное количество вполне определенных артефактов и, чаще всего, жертва. И разумеется, вполне конкретные дата и время.

– Человеческая жертва? – на всякий случай уточнил я, хотя и ежу ясно, что ответ будет положительным.

– Чаще всего да. Но в некоторых случаях это какой-то легендарный артефакт.

– Но конкретнее, что нужно именно сейчас и в каких количествах, ты не знаешь.

Я уже не спрашивал. Понял, что ангел не будет врать, ему не выгодно. Как бы он ни относился к властям на Небесах, а демонов усиливать он все равно не будет даже ради мести за изгнание без шанса вернуться. Но он все равно покивал на мою реплику.

– Получается, что мы знаем только примерное место – один из вулканов. – пришел я к выводу. – С этим разберемся. Ты еще обещал рассказать, что делали тролли и гоблины в том ущелье. И почему устроили засаду? И на кого? Не верю, что на меня – я к тому времени еще не приехал.

– Ваши отчеты полные. Они зашли, пытались куда-то прорваться, не получилось, побежали обратно, но их заперли свои же и не пустили обратно. Гоблины что-то использовали и стали драться. А засада, чтобы не нашли доказательств – следов запора и прочего.

– Насколько я понял, проход в Подмир им тоже закрыли, – пробормотал я. – Куда они пытались дойти? У меня в отчете этого не было.

– А мы сами не поняли. – Ангел развел руками.

– Похоже на отвлекающий маневр.

– Скорее на разведку боем, – не согласился он.

– Или так. На карте показать можешь?

– Да, но при себе нет.

– Заедем ко мне. Или тебе в контору надо?

– Нет, давай заедем, – согласился он.

– Тогда еще вопрос: почему Кощей о тебе не знает?

– Я прибыл как раз во время одной из первых атак Марьи. Когда это еще не стало известно людям. Не до того ему было. А потом я сам не пошел к царю… испугался, если честно. Он же бывший демон, – смущенно пояснил ангел.

– Но сейчас придется, ты же понимаешь? – спросил я, глядя ему в глаза.

– Понимаю, – обреченно вздохнул он.

Я написал Кощею, что есть новости про Скарлетт и надо срочно встретиться. Он ответил, что придет через полчаса. Я написал, что буду в конторе.

– Тогда поехали, – сказал я.

Мы расплатились по счету, расселись по машинам и отправились в контору Тайной Канцелярии. Это я хорошо приехал, к очень интересным событиям. Только в этот раз я намеревался не просто сорвать планы Скарлетт, но и разделаться с ней – надоело мне с ней в кошки-мышки играть.

Глава 4

– Только ты не очень удивляйся, – предупредил я ангела уже перед входом в контору. – Мой предшественник устроил бардак в личном составе. Да и вообще бардак.

– Мне нужно что-то знать? – уточнил он.

– Пока у меня только подозрения. Просто так наговаривать не хочу. Но Перов либо клинический идиот, либо предатель. Тоже не очень умный.

– Как у вас тут интересно, – пробормотал ангел.

Я открыл дверь и вошел, полный дурных предчувствий и готовый устраивать разнос. Но увиденное приятно удивило. Свиридов сидел причесанный, бритый и даже в выглаженном костюме. Только галстук ослабил.

При моем появлении с его стола соскочил мужчина двадцати шести лет с аккуратной прической и строгим лицом. Только чертики в глазах выдавали, что строгость лишь маска. Князь Хилков мне понравился еще вчера – вдумчивый, не ленивый. Перов ему откровенно не нравился, чего князь не пытался скрыть. Вчера он откровенно высказался по поводу бездействия поручика в последнее время. Не забыл и про неудовольствие от сокращения штата. Я обещал во всем разобраться.

– Доброе утро, ваше сиятельство, – приветствовал Свиридов. – Сегодня все на местах. Кроме поручика Перова – он еще не появлялся.

Я мрачно улыбнулся, но кивнул. Что граф Перов будет саботировать работу и всеми силами показывать пренебрежение ко мне, я ожидал. Ничего, справлюсь и с ним.

– Доброе утро, капитан. Я вам рапорт на стол положил. Посмотрите, может, заинтересуетесь, – с аристократической ленцой сказал он.

Конечно, положил он рапорт не на мой стол, а в приемной перед кабинетом. Вообще, это место секретарши, но и ее Перов умудрился извести. Мол, дел не настолько много, сам справится. Только я подозревал, что секретарша сунула нос, куда не надо, начала что-то подозревать, вот и поплатилась. С другой стороны, могла попасть в место получше и поближе к столице хотя бы губернии.

– Благодарю. Посмотрю в первую очередь. Как только разберусь с недавним делом, – ответил я.

– Это каким? – насторожился корнет.

– Прорыв гоблинов.

– Так это же дело Надзора, – заметил он и кивнул на моего спутника.

– Возможно, не только Надзора, – заметил я. – Знакомьтесь. Князь Кирилл Вяземский, поручик Чудного Надзора. Как раз идем разбираться, влезать нам в это или нет.

– Хмм… – глубокомысленно протянул Хилков. А когда мы с ангелом уже поднимались, услышал его слова, сказанные Свиридову. – Не вздумай вякнуть Перову.

– Да понял я, понял, – откликнулся Свиридов. – Суетные времена настают.

– Вот именно. Завязывай с бутылкой.

Дальше я уже не слышал, но и этого достаточно, чтобы довольно улыбнуться. Все же не всех нормальных людей Перову удалось убрать. Конечно, скорее всего остались лучшие из худших, но и такие порой начинают думать, если припрет.

Мы с ангелом молчали всю дорогу до моего кабинета. Коридор оставался пуст, как и вчера, но все же за несколькими дверьми по обе его стороны сегодня слышались голоса. Вот и хорошо. Интересно, где носит Перова? Может, он намеренно нарывается, проверяет границы и мой характер? Посмотрим.

– Как-то мрачно у вас, – заметил ангел, когда мы зашли в кабинет. – И безлюдно.

По пути я забрал рапорт Хилкова, но бросил лишь короткий взгляд – не об отставке и хорошо. Сейчас решу главный вопрос и займусь этим.

– Да, Перов постарался.

– Ладно. Не мое дело. Давай ближе к нашим гоблинам. Где… – пока говорил, ангел осмотрелся и увидел карту. – А, вот.

Он подошел к ней и начал изучать. А я пока развел шторы и впустил серый утренний свет. За окном начал моросить заунывный дождик с мелкими крупинками снега. Тоска. Но к делам. Я отвернулся и подошел к карте.

– Смотри. Вот тут они вошли. Сюда дошли, – начал говорить он и водить по карте ручкой вместо указки. – Тут их встретила Яга и наши силы и они повернули.

Я проследил за ручкой и удивленно вскинул брови. Что-то не сходилось.

– Хочешь сказать, что вышли они почти на официальном пропускном пункте, а возвращались уже через ущелье. Хотя до КПП ближе. Так не убегают, ты же понимаешь, – заметил я. Ангел кивнул. – Что у вас по этому поводу говорят?

– У нас по этому поводу отправили меня проверять. На самом деле я сам вызвался – очень уж надеялся, что ты тоже заинтересуешься и придешь. И не ошибся.

– Значит, в Надзоре понимают, что это не просто вылазка, но не понимают, чего они хотели, – пришел я к выводу, а сам ощутил чужое присутствие и начал разворачиваться. – Так. А что у нас тут или в этой стороне?

– В этой стороне у нас только музей.

– А в нем лежат артефакты, – заявил Кощей. Это его я заметил.

Зато надо было видеть, как подпрыгнул ангел. Я едва сдержал смех, а он схватился за сердце и покачал головой.

– Зачем же так пугать… – пробормотал он.

– Ангел. Значит, не показалось мне в тот раз, – протянул царь Нави с ехидной усмешкой. – Что же поздороваться не пришел, пернатый?

– Да… как-то… закрутилось все сразу, а потом… простите, государь, – пролепетал ангел и шумно сглотнул.

– Ладно, с тобой после разберемся. Что у вас? – вернулся к главной теме Кощей. – Зачем гоблинам понадобились артефакты индейские?

– Уверены, что они? – уточнил ангел.

– Вряд ли гоблины рвались полюбоваться на наконечники стрел первого века до этой эры, – фыркнул я. – А ты сам говорил, что в ритуале нужны артефакты.

– Так! А ну-ка рассказывайте все, – потребовал Кощей.

– Наш белокрылый друг знает основную цель прибытия Скарлетт. Она должна открыть врата для демонов Преисподней, – сказал я. – Говорит, что она уже совершила несколько попыток, но настолько неудачных, что никто этого не понял. А тут…

– А тут у нее может получиться, – продолжил за меня мой наставник озадаченно.

В его глазах я увидел искру прозрения. Он стремительно подошел к карте и начал ее изучать, бормоча что-то под нос. Ангел открыл рот, но я резко покачал головой – молчи. Он закрыл рот и стал смиренно наблюдать за Кощеем.

Через две минуты царь Нави попросил карту мира и поизучал еще немного ее. Потом согласно покивал своим мыслям и повернулся к нам.

– Ну что же, теперь ясно, почему она появилась именно в Альбионе, – заявил он. – Стоунхендж – самое очевидное место для открытия врат. Но что-то пошло не так. Потом сунулась в Колизей Рима. После несколько лет звезды не сходились в нужную комбинацию, но она не сидела на месте. Попыталась ослабить Россию. Видимо, думала использовать что-то здесь или просто захватить – у нас много всего полезного.

– И недавно в Мадриде, – вставил ангел.

– Там тоже, да, – согласился Кощей.

– Но почему она решила сделать еще одну попытку тут? – удивился я. – Есть же Йеллоустон, есть… Синай, например. Плато Гизы. Да куча мест силы.

– Если у нее не получится с Йеллоустоне, то Америк станет четыре, – пояснил мой наставник. – Вулкан начнет извержение и все.

– А тут просто извержение и уничтожение всего одного Алексеевска, – проворчал я.

– Получается, нам не только вторжение остановить надо, но и извержение предотвратить, – озадаченно почесал шею ангел.

– Делов-то, начать да кончить, – фыркнул я, но сразу стал серьезным снова. – Ладно. Это все присказка. Какой сказка будет? Какие нужны артефакты, сколько, где она их намерена брать? Думаю, за три или четыре попытки Скарлетт поняла, что и как делать, что ей надо и где.

– Если поняла, то молодец. Выберет она один из этих вулканов, – сказал Кощей и указал точки на карте. – Артефактов ей понадобится пять.

– Пентаграмма? – уточнил я и покачал головой. – Конечно, мог бы и сам догадаться.

– Верно, пентаграмма. А тебе, пернатый, понадобилось бы восемь для звезды Давида. Только ты тут столько не найдешь, – самодовольно заявил Кощей.

– Да знаю я. И не собираюсь. Тех, кто сейчас заправляет Небесами, я сюда пускать не хочу, – проворчал ангел.

– Как у вас там интересно, – усмехнулся мой наставник. – Ладно. Теперь к артефактам. В музее этом есть один, но он не самый лучший. Видимо, за ним пошли, потому что проще всего взять. Проверьте, не было ли кражи в другом месте – вдруг это отвлекающий маневр. А я подумаю и пришлю тебе список того, что действительно могут украсть.

– Да какой маневр, если там с десяток гоблинов погибли и тролль? – удивился ангел.

– Ты думаешь, пернатый, гоблины у них ценные существа? Нет, это разменный материал. Так что да, легко могли отправить на убой. Так. А с Константином я сам поговорю.

– О чем? – удивился я.

– Скарлетт нашей понадобится нечто, что символизирует страну. И достаточно сильное, раз она решила проводить ритуал на ее границе, – пояснил царь Нави. – Все, я пошел. Список жди в блокноте.

И он исчез.

– Ладно, я тоже… – начал ангел.

– Ах да, забыл. Пернатый, идем со мной. Пообщаемся, – заявил Кощей, вновь появившись, и приобнял его за плечи.

– Да, но я… мне…

Договорить ему было суждено где-то в другом месте.

Мне оставалось посмеяться и приступить к работе. За него я не переживал – Кощей только с виду грозный с друзьями. А ангел явно пришел помогать, а не мешать. Потому я взял рапорт Хилкова и сел с ним за стол.

В документе говорилось о накладных на пушнину. Десять тюков доставили позавчера с территории Канады. Все взвесили. Но при одинаковом объеме один мешок весит больше на килограмм и двести грамм. Когда на это указали проверяющему, он велел не обращать внимания. А проверяющим выступал граф Перов, поручик Тайной Канцелярии. Так-так.

Я вспомнил, что вчера видел накладные, но не заметил в них ничего необычного. Или же просто не вникал. Теперь осмотрел стол, заваленный документами. Где же они были? Ах да. Выудил папку с ними из-под папки с липовыми отчетами от других служащих, расчистил место и разложил перед собой.

С первого взгляда ничего необычного. В том грузе значились не только мешки с пушниной, но и другой товар. Разумеется, его еще не растаможили, но поставили в первую очередь. Вот на что я не обратил внимание вчера. В Москве я занимался другими вещами, потому не привык копаться в подобных документах. Придется привыкать – это граница. Как же просто было в Польше – просто ловишь перебежчиков и сдаешь Зотову. Пока не попался тот особенный и не началось… все это. Пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать воспоминания, и снова углубиться в изучение документов.

Кроме пушнины, в накладной значилось двадцать ящиков с элитным алкоголем и манакар марки «Ягуар». Как-то мало. Я обратил внимание на отправителя и все встало на свои места – частное лицо. Некий сквайр Трелони из Ванкувера. Понятно, едет продавать свой товар, а манакар для удобства передвижения. Стоп. Что?!

Я перечитал имя. Сквайр Джон Трелони. Да они издеваются. Это же имя персонажа из произведения, которого здесь, в этой версии Земли, никогда не писали. Потому что Стивенсон тут не стал писателем, он увлекся юриспруденцией, поступил в прокуратуру и погиб от рук бандитов, дело которых вел. От него остались какие-то наброски, но книгой это не назвать. Знаю я это только потому, что в свое время заинтересовался отличием этой версии реальности от большинства других.

Итак, это дело рук Скарлетт. Иного варианта настолько полного совпадения я не видел. И не поверил бы. Интересно, к этому имени прилагается реальный человек или им было важно только, чтобы груз оказался на нашей территории? И как я вчера не заметил? Вероятнее всего просто зациклился на проблемах конторы.

Я еще раз перепроверил накладные и сопроводительные документы. Все верно, имя явно липовое, проблемы с весом одного тюка и необъяснимый перенос груза в начало очереди. Неужели Перов все же работает на Скарлетт? Но зачем? Вернее, чем ему не угодила Российская Империя, как тогда не угодила полякам?

Пойду прогуляюсь до склада таможни. Может, найду причину. Я убрал документы в сейф, все закрыл, подхватил пальто и отправился изучать еще один кусок Алексеевска.

* * *

Она смотрела в окно, но не видела ни белого безмолвия долины, ни горных вершин. Она зябко обнимала себя, но не от холода – огненный дух хорошо натопил дом. Это нервы.

Всего неделю назад Скарлетт так нравилась шутка с именем из одного из знаменитых романов, который тут никогда не был написан. Никто здесь и предположить не мог, что имя Джон Трелони не настоящее. Впрочем, человек за ним все же есть и он ждет на той стороне. Только стоит ли ему теперь забирать товар? И все из-за него.

Дмитрий Татищев. Как же она его ненавидела. Он портил ей жизнь в Преисподней и продолжает портить здесь, даже не подозревая об этом! Из-за него она потеряла большинство глаз и ушей в Москве и Петербурге. Потому и не узнала вовремя, что он едет сюда.

Еще и Перов не предупредил о нем. Сделал удивленные глаза и развел руками со словами: «откуда ж я знал, что это важно? Думал, очередной служака, которого обведу вокруг пальца, как вожу генерал-майора из Хайдеска». Этого обведешь, как же.

Татищев явно уже начал действовать. Кто бы еще смог прибить пятерых троллей засады?! Перов проверял – Надзор не отправлял в ущелье группу. Значит, туда пришел кто-то один и уложил всю пятерку. Вернее не кто-то, а конкретно темный маг. Единственный такой сейчас на границе, кто способен на подобное – Татищев. И что же его принесла нелегкая?! Он должен в Москве почивать на лаврах после разоблачения Одоевского. Так почему он тут, на задворках Империи?

Запоздало, но новости пришли. Якобы император Константин сослал его в Алексеевск высочайшим повелением. Слухи ходили, что чем-то молодой граф ему не угодил. Какая ерунда.

За десять лет Скарлетт поняла, что русский император ничего не делает просто так. Тем более не разбрасывается кадрами. А Татищев для него кадр весьма ценный. Значит, ссылка прикрытие? Но что может знать царь, если она сама начала действовать тут не так давно? Или Марья снова подвела и навела на след? Ох, чуяло сердце, что не ее надо было поднимать, а выбрать какую-нибудь Василису. Только слишком уж они у них Премудрые – то перемудрит, то намудрит. А найти ту, которая все по уму сделает и при этом не додумается, что ее используют, не получилось. Теперь придется идти до конца.

Одно радовало в этой ситуации: теперь она действует сама. Сама выбирает исполнителей, сама дает указания. Одно плохо – не на кого теперь свалить неудачу. Если провалится, если допустит ошибку, то только сама.

Скарлетт встретилась взглядом с желтыми глазами своего отражения и мрачно улыбнулась. Пора исправлять ситуацию. Если Татищев конфискует товар, план придется менять. А этого очень не хотелось бы.

При помощи того груза ее подручные должны добыть один из артефактов, наиболее подходящих для ритуала. Альтернатива вызывала опасения. Переживать еще одну неудачу не хотелось. Она означала, что придется ждать еще четыре года, когда звезды сойдутся для еще одной попытки в Стоунхендже. А там после последнего раза еще не улеглась пыль.

Демоница тряхнула рыжей головой, прогоняя воспоминания и плохие предчувствия, и подошла к столу. Взяла колокольчик и позвонила. И села в кресло ждать.

Меньше, чем через минуту прибежал молодой человек и склонился в глубоком поклоне. Этого юношу она подобрала на улице пять лет назад, тощего и голодного. Отмыла, одела, обучила. Теперь он служил ей вернее пса.

– Принеси кофе, Эдвард. И скажи, кто у нас есть на русской таможне? Ближе всего к складам?

Да, она посвятила мальчишку в свои тайны. О, как у него загорелись глаза, когда он все узнал. Как жаждал он прибытия демонов, чтобы самому переродиться и получить магию! Его даже не смущало, что при этом он потеряет свой человеческий облик, весьма симпатичный, надо сказать. Но Скарлетт ему не врала. Пожалуй, он единственный, с кем она всегда оставалась честна. И он платил ей верной службой.

– У нас там гоблины, моя госпожа. Много. С десяток лепреконов, шесть оборотней и три пуки. Кофе сейчас желаете черный?

– Нет, со сливками и ложкой сахара. Прикажи оборотням затаиться на складе и убить того, кто начнет рыться в наших мешках. Ты знаешь каких.

– При всем уважении, моя госпожа. Но разве пуки не будут сильнее, если вы подразумеваете визит графа Татищева?

Скарлетт подумала, постучав пальчиком с длинным алым ногтем по губам, и кивнула. Пуки – те же оборотни, но при этом все же духи. Потому они не обладают таким характерным запахом, какой исходит от верфольфов. Значит, их будет сложнее распознать.

– Да, пусть будут пуки. Эти духи лучше маскируются. А от оборотней несет псиной – он может учуять. Но все же пусть парочка блохастых будет поблизости. На всякий случай, – распорядилась она.

– Будет исполнено, – сказал Эдвард невозмутимо, еще раз поклонился и ушел звонить и варить кофе.

Глава 5

Вот и таможенный склад. Ворота, охрана – все как полагается. Но после уже произошедшего меня не оставляли подозрения и глаза сами искали несоответствия и нарушения. Пока все выглядело прилично и правильно. И все же где одно нарушение, там и другие.

Не мог Перов все проворачивать один, обязательно нашелся бы кто-то, кто заметил его деятельность и начал задавать вопросы. В этом случае поручику пришлось бы затыкать его – покупать или убивать. Но сообщений о трупах или исчезновении таможенников не поступало. Выходит, первое? Посмотрим, поищем. А пока ко мне подошел ефрейтор, мужчина лет под тридцать, с уже наметившимся брюшком и кривыми ногами.

– Что-то вы зачастили, господин пору… ой, – осекся он, когда я опустил стекло. – Простите, обознался. Ваши документы.

Конечно, в руки удостоверение я ему не дал. Ефрейтору пришлось наклониться, чтобы прочитать. А когда прочитал, глаза его округлились.

Похоже, пора мне привыкать к такой реакции. А чего я хотел? Мне двадцать три, а я уже капитан. Некоторые только к тридцати снимали все звездочки с погон, а то и позже. Не чародеи вообще выше поручика редко дослуживались. А тут мальчишка и уже капитан – конечно возникнут вопросы о том, за какие заслуги.

– Простите, ваше сиятельство, – сказал ефрейтор, быстро придя в себя после замешательства. – Наверное, вас уже замучили этим вопросом, но все же спрошу: а что же с поручиком Перовым?

– Ничего. Перешел в мое подчинение, – равнодушно ответил я.

– А к нам какими судьбами? У нас все в порядке, вроде.

– Изучаю местность, – усмехнулся я.

– Понимаю. Тогда хорошего дня. – Он еще раз козырнул и махнул подчиненному, чтобы открывал ворота.

– Да, ефрейтор, – окликнул я. – Сориентируйте по секторам – что где?

– А, так все просто. Первый-второй по левой стороне – на ввоз. Справа третий и четвертый – на вывоз. Пятый, там всего один небольшой ангар, с дипломатическим грузом. Половина к нам, половина к ним. Он самый близкий, – объяснил служивый и махнул рукой на синий ангар, что стоял отдельно от остальных. – Рядом с ним контора начальника склада, если что.

– Благодарю, – сказал я и проехал на территорию склада.

Стоило миновать ворота, как я отчетливо ощутил, что оказался на нейтральной территории. А это значило истончение границ не только Подмиров, но и границы между миром людей и нелюдей. Надо быть осторожнее. Тут можно встретить не только нашего духа хранителя ангара, но и какого-нибудь шаловливого пикси или другого фейри.

По обе стороны основной улицы тянулись длинные коробки ангаров, красные и синие. Туда-сюда сновали погрузчики и фуры. На каждом ангаре стоял номер сектора и буква секции.

А большой склад, отметил я, даже удивительно, сколько грузов проходит тут. Хотя мне это место представлялось не таким оживленным. Теперь понятно, почему Скарлетт выбрала его. И почему сюда так долго не обращали внимания – много бумаг, не всем охота возиться с ними.

Я свернул с основной улицы на соседнюю. Пропустил погрузчик с контейнером, проехал еще немного и увидел охранников. Конечно, они ходили и по главной улице. Но только тут они стояли. И не двое, а трое. Причем стояли недалеко от нужного мне ангара 2-Б. Болтали, смеялись, но не забывали поглядывать по сторонам. Это тут нормально или нет? Я не знал местных порядков, потому приставать не стал. Но все же присмотрелся к ним.

С виду обычные мужики в синей форме охраны. Только все подтянутые и атлетичные – те, кого видел на основной улице, в основном постарше и не в такой хорошей форме.

Тут облака разошлись, всего на секунду, и в свете солнца я увидел их тени. Не человеческие! Но тут облака снова закрыли светило и тени исчезли. Я снова присмотрелся – мужики как мужики. Может, показалось? Нет, надо быть осторожнее. Я вышел из манакара и отправился в ангар, на ходу поправив перчатки.

Внутри сразу отошел от входа и осмотрелся. Стеллажи стояли ровными рядами от пола до потолка высотой метров восемь, все аккуратно помеченные. На торцах крепились планшеты со списками того, что лежит конкретно в данном ряду, на какой полке. Все верно, таможенники – люди занятые, им некогда лазить по этажам и искать. К каждому ряду стеллажей прилагалось по три лестницы на колесах.

Я проверил записи на планшетах и обнаружил искомые тюки на второй полке одного из дальних стеллажей. Что же не положили ближе, если поставили на растаможку в ближайшее время, удивился я. Еще раз оглянулся и пошел к нужному стеллажу.

Пока шел, понял, что не так. Здесь должны быть люди. Растаможка и отгрузка идет постоянно и не одной командой. Так что все рабочее время по складам снуют рабочие и служащие таможни – проверяют, выгружают, кладут что-то новое. Это я наблюдал, пока ехал сюда. Так почему же тут тишина? Видимо, я все же попал в точку и тут не так чисто.

Лестница с дребезжанием подъехала к нужному месту, где виднелись искомые тюки с пушниной. Я еще раз оглянулся, никого не увидел и полез наверх. Это дома в шкафу вторая полка низко, а тут это два с половиной метра от пола. Нижнюю полку занимали самые большие и тяжелые контейнеры. Конечно, я мог просто подпрыгнуть, ухватиться и подтянуться или телепортироваться, но зачем, если есть лестница? К тому же силы еще могут понадобиться.

Я уселся на полку и занялся осмотром тюков с пушниной. Когда шел сюда, опасался, что придется вскрывать их все – не перетаскивать же на весы. Вряд ли отличный по весу мешок пометили крестом. Но я ошибся. Это, конечно, не крест, но все же один тюк отличался от остальных.

Сразу ломать пломбы и вскрывать их я не стал, решил прощупать. Вроде, везде мягко, вроде, езде шкурки. Но в одном я ощутил что-то твердое, словно положили металлическую пластину. Возможно, именно она давала утяжеление. Но ведь не могли не заметить. Это сколько же золота потратили, чтобы никто «не заметил»? Кажется, скоро тут будет новый начальник склада. А еще новая команда таможенников.

Я достал кинжал и уже собрался срезать пломбу и вскрывать мешок. Но услышал торопливые шаги и мрачно улыбнулся. Три пары. Что же вы медлили-то? И все же я вскрыл тюк и успел вытащить шкурку. Даже успел понять, что это не простая шкурка, даже не целая, а всего лишь квадратик десять на десять сантиметров. На другой стороне его вытравлена кельтская руна Альгиз. Потом сел так, чтобы кинжал и вскрытый тюк не увидели снизу, и стал ждать.

Так и есть. Прибежали те трое, кого я заметил на улице. Они встали как раз подо мной и задрали головы. Занятно, но фуражки при этом с них не слетели, хотя мужики их не держали. Как жаль, что тут лампы дневного света. Они не дают тени, так что я не мог убедиться, видел я что-то или нет.

– Эй, пацан! – крикнул один из них. – Это закрытая зона. Проваливай отсюда.

– Ну вот опять «пацан», а, – театрально хлопнул я себя по колену. – Но это ладно. Только если зона закрытая, что же двери-то нараспашку?

– А это не твоего ума дело! – заявил охранник. – Сюда можно зайти только с разрешения начальника склада и начальника Тайной Канцелярии.

– Какое совпадение. Я и есть начальник Канцелярии, – изобразил я радость и даже показал удостоверение. – Так что проваливайте-ка вы и не мешайте оперативным мероприятиям.

– Че-то я не увидел ничего, – осклабился все тот же. Он стоял в центре с видом начальника. – Спускайся и покажи еще раз.

– С каких пор в охрану берут людей со слабым зрением? – изобразил я удивление и тут же сделал вид, будто меня осенило. – Ой, точно, вы же не люди.

– С чего это ты так решил? – голос центрального охранника стал напряженным.

– Тени ваши видел, – сказал я легко и тут же стал серьезным, сжал рукоять кинжала и приготовил руну Радуга. – Так что личины долой!

Я сам не ожидал такого эффекта. Мой голос разнесся по всему ангару, отразился от стен и вернулся многократным эхо. Но больше всего меня удивило наличие в нем магии.

Охранники вздрогнули. Отступили на шаг и вдруг поплыли, как если бы на акварельный рисунок плеснули водой.

Через секунду передо мной стояли три… кто же они? Морды узкие, вытянутые, с рядом внушительных зубов. Уши торчком. Мех черный с коричневыми подпалинами. Хвосты лупят по бокам. Но это не оборотни – те просто здоровые волки с буграми мышц, не прямоходящие. А эти стоят на задних лапах с когтями длиной в мой палец. Да и строение тел у них под прямохождение. И не воняют. Так кто же… ах да!

– Ой, да вы пуки, – догадался я.

Вот почему нет запаха – они духи, пусть и духи-оборотни. Только обычно они добрые духи, иногда шаловливые. Но сейчас они выполняют приказ, потому явились не лошадьми какими, а вот этой зубастой жутью. Но ничего справимся и с этим. Только мой излюбленный прием сейчас не сработает.

Тем временем оборотни начали прыгать в попытках зацепить меня за ноги и стянуть. Центральный, видимо, более сообразительный, первым понял, что не достанут, и воздел лапы для какой-то магии.

Ждать я не стал и активировал руну. С хлопком сжавшегося воздуха переместился ему за спину и засадил кинжал в бок. Тут же пропустил через лезвие темную магию, чтобы рана не затянулась и вообще мешала. До горла все равно не достал бы – слишком густой мех. Пука жалобно заскулил и упал на колени.

Его товарищи развернулись ко мне. Один запустил чернильно-черную стрелу, другой прыгнул. Но я уже стоял в четырех метрах от них.

Первый все еще стоял на коленях и зажимал правый бок. Я очень надеялся попасть в печенку, но очевидно промахнулся. Все же у них другая анатомия. Теперь оставалось следить за ним и ждать, когда придет в себя и вернется в бой. А за это время постараться расправиться с оставшимися двумя. Только как?

Пока думал, один из них снова прыгнул на меня. А я от него. Мелькнул соблазн прыгнуть на одну из верхних полок, но тогда спровоцирую новые заклинания. В облаке тьмы они не заблудятся. Остается пробовать.

После очередного прыжка я создал рой темных лезвий и запустил в оборотней.

Один увернулся, распластавшись по полу. Второй увернулся частично, но те лезвия, что попали, лишь немного поцарапали, а в основной массе застряли в мехе и исчезли. Все же слишком густой он у них.

Попробовал попасть копьями тьмы, но от таких больших снарядов они легко уклонялись. А их рой не создать – тут и на одно много сил уходит. А оборотни продолжали атаковать, один отвлекал прыжками, другой стрелял темной магией. Потом менялись местами – заклинания отвлекали, пока второй пытался подловить и насадить меня на когти. На передних лапах они у них еще длиннее, чем на задних.

Тогда я создал кнут из чистой тьмы. Я не очень любил такое использование магии и такой вид оружия. Но сейчас, когда ни дистанционные атаки, ни кинжал не помогали, выбора особо не было.

При виде кнута оборотни замерли, а потом их движения стали плавными и осторожными. В желтых глазах появилась настороженность. Кажется, они уже сталкивались с кнутом и опыт им не понравился. Тем лучше.

Я не стал тратить время на эффектные щелчки и сразу ринулся в атаку.

Первый же удар рассек плечо того пуки, что предпочитал магию. Он тявкнул и отступил под прикрытие товарища. Второй увернулся от похожего удара. Еще раз. Я мрачно улыбнулся – теперь они оборонялись.

Впрочем нет. Второй начал обходить меня по кругу. Я не стал ждать. Сделал обманный замах и тут же захватил второго за заднюю лапу и дернул. Он собирался уклоняться от удара и не ожидал подобного, потому попался и грохнулся на пол. Попытался распутаться, но кнут жег и оставлял неприятный расплавленный след.

Первый решил, что раз мое оружие занято, я безоружен и беззащитен. И запустил в меня еще одной черной стрелой. Я же в этот момент перемещался к запутавшемуся оборотню. Стрела пролетела возле уха и едва задела его. Я зашипел от боли – ощущалось как ожог. Потом разберусь.

Но я уже нависал над запутавшимся оборотнем. Перехватил кинжал обратным хватом и засадил лезвие ему в глаз. Пука дернулся и затих. А я высвободил кнут и повернулся ко второму. А краем глаза заметил, что первый пришел в себя и поднимается на ноги.

Вряд ли у меня получится повторить маневр – любитель магии определенно готов к нему. А мне надо спешить – ухо жгло все сильнее, не хотелось бы остаться без него. Так что я решил рискнуть.

Начертил руну Радуга. Выразительно посмотрел сначала на одного противника, потом на другого, словно выбирал себе следующую жертву. Я очень надеялся, что запутал их. Щелкнул кнутом в сторону одного, потом другого. Они ожидаемо дернулись. А я убрал кнут и исчез.

Оборотни явно не ожидали подобного и не знали, где я появлюсь. Да и не успели ничего сделать. А я появился над вторым. Приземлился ему на плечи и воткнул кинжал в глаз. На пол пука приземлился уже безжизненной тушкой, еще и смягчил падение мне.

Я поднялся и с мрачной улыбкой посмотрел на последнего оборотня. Он тяжело дышал и держался за раненый бок. Потом замерцал и с разочарованным рычанием остался стоять.

– Что, не получается сбежать, да? – уточнил я с притворным сочувствием. – Магия у меня хоть и темная, но человеческая, потому и не пускает.

– Убью и по вашей земле уйду, – рыкнул оборотень.

– Уверен? Твои приятели здоровыми со мной не справились, а ты с дырой собрался? Ты скорее молись своей богине, чтобы я тебя быстро убил. Впрочем, есть варианты.

– Какие? – прищурил он желтые глаза.

– Ты отвечаешь на мои вопросы и уходишь.

– Это предательство. Госпожа сама убьет меня за это.

– Посуди сам. Я уже нашел вашу нычку. Думаешь мне будет сложно разобраться в том, что это и для чего? В любом случае, вы этими штуками уже не воспользуетесь. Так что вряд ли ты скажешь мне что-то, чего я не смогу узнать сам.

– Так и узнавай, – оскалился он.

– Хорошо. Но тогда я тебя убью, – предупредил я почти с сожалением. – А так есть шанс, что Скарлетт тебя помилует. Если не дура.

– Она мудра! – оскорбился дух-оборотень.

– Если мудра, то должна будет понять, что ничего нового ты мне не скажешь. А живой ты будешь ей полезнее мертвого. Ну так что?

– Спрашивай, – недовольно проворчал он после небольшого раздумья.

– Отлично. Для начала, как мне спасти ухо?

– Водой промой. Это как кислота, – буркнул он.

Я тут же достал флягу с водой и последовал совету. Сразу стало легче. Потрогал ухо и понял, что остался без кусочка мочки. Ну да не страшно.

– Спасибо. Дальше. Я успел понять, что эти куски меха должны прятать носителя. Но не успел разобраться, от кого.

– От духов земли, – со вздохом ответил оборотень.

Он еще раз попробовал сменить облик или переместиться, но моя магия держала. А ведь раньше я так не мог. Всего и стоило, что разозлиться, и сила начала расти, появились новые возможности. Красота. Но не отвлекаться, Дима.

Итак, что я знаю? Скарлетт нужны артефакты. Часть из них находятся на нашей территории. Если она отправила только защиту, значит, исполнители уже здесь. Иначе переходили бы сразу с ними и эта схема не понадобилась бы.

Теперь не имеет значения, оставлю я пуку живым или нет – она все равно узнает о провале плана. И отправит группу сразу с защитой и со своей территории, пусть это будет и сложнее. Сомневаюсь, что демоница попробует протащить контрабанду вот так еще раз.

А это означает, что у меня сегодня минимум две поездки: в контору Чудного Надзора и к Бабе Яге. Вот и познакомлюсь.

– Куда они собирались идти? – уточнил я.

– В музей соседнего города.

Я покивал. Теперь понятно. Тут везде горы, а земли изначально принадлежали индейцам, так что тут полно всяких духов. Логично, что такие важные вещи охраняют в том числе и духи. Они стали частью Нави, но не утратили своей индивидуальности.

– Вот и все. А ты боялся. Иди отсюда, – милостиво сказал я.

– А магия? Я не могу просто так уйти. Даже личину не накинуть, – пожаловался дух.

Я сосредоточился и ощутил магию в ране. Она действовала не как кислота. Больше похоже на якорь, что держит здесь и мешает сосредоточиться. Так что оборотень все мог, просто боль не давала собраться с мыслями. С усмешкой я махнул рукой и развеял ее.

Пука вздохнул с облегчением и просто исчез. Даже не поблагодарил. Да и не надо.

Я осмотрелся. Тела его приятелей так и валялись здесь. Мда, теперь возни будет куча. Магией я запрыгнул на вторую полку, забрал уже вскрытый мешок и целый, с ними вернулся на пол. Потом позвонил в контору начальника склада и пригласил его сюда с группой для составления акта.

Только прибытие их оказалось неприятной неожиданностью для меня.

Они пришли почти сразу. Первыми вошли четверо солдат в бронежилетах и касках с автоматами. Следом два чародея – один с флягой, второй с розой на лацкане дорогого пиджака. Вода и растения. Ну и зачем, если я сам их позвал?

Глава 6

А по моему ли звонку они прибежали? Я смотрел на группу быстрого реагирования и понимал, что они физически не успели бы ни прибежать, ни приехать так быстро. Они что, стояли за углом на подхвате? Но если ошибаюсь, убью своих. Тогда начну действовать по уставу, а там как пойдет.

– Капитан Тайной Канцелярии граф Татищев, – спокойно представился я и медленно полез во внутренний карман за удостоверением.

– Не двигаться! – хлестко остановил меня чародей в дорогом костюме.

– Хорошо. Но как мне достать удостоверение? – невозмутимо уточнил я.

– Меня не интересует твоя бумажка, мальчик. Не знаю, кто ты, но капитаном ты быть не можешь, молод, – надменно заявил он. – Поэтому подними руки и опустись на…

Да как же они меня достали с этой молодостью! Я чувствовал, что снова закипаю, как тогда в саду дома князя Одоевского.

– Молчать! – рявкнул я.

Эхо снова отразилось от стен и потолка и вернулось многократно усиленное. С магией. Мужики с ружьями аж присели. Чародеи вздрогнули и замерли. И у них отросли хвосты! Ах вот оно что. Но кто эти четверо? Вот и проверю.

– Шавок Тир На Ног не спрашивали, – жестко продолжил я. – Господа офицеры, обернитесь. Посмотрите, чьи приказы выполняете.

Один из четверки бойцов бросил быстрый взгляд назад. И резко повернулся всем корпусом. Теперь дуло его автомата смотрело на недавнего командира.

– Отряд, новая цель, – сказал он. Видимо, их командир.

Остальные трое тоже повернулись и наставили автоматы на оборотней. Молча, без причитаний. Явно местная группа спецназа. Надеюсь, не единственная.

Хвостатые «чародеи» сделали шаг назад. Раздались два выстрела. Под ногами оборотней брызнули два фонтанчика цементной крошки пола. Оба самозванца замерли.

– Ой, не получается уйти, да? – с деланным сочувствием уточнил я. А сам порадовался, что обошлось без драки. Пока во всяком случае.

А с этих двоих сошла личина богатых русских дворян, словно на картину вылили ведро воды. Теперь перед нами стояли два здоровых волка полтора метра в холке, мускулы бугрились так, что норовили прорвать черную шкуру. Глаза горели красным, с клыков капала слюна.

Да, навьи отличались от кельтских. Наши меньше и серо-коричневые. И могут вставать на задние лапы. И не такие слюнявые. Фу.

– Дай уйти, Темный, – пролаял один из них. – И никто не пострадает.

– Ни один оборотень, хочешь сказать? – с насмешкой уточнил я.

– Что делать, капитан? – спросил боец.

– Сейчас должен приехать начальник склада с еще одной группой. Повяжем и допросим. А пока держите на мушке этих пушистиков.

– Так точно, – последовал ответ.

Но оборотням такой расклад не понравился и они прыгнули на бойцов.

Раздались выстрелы. Мой щит темным барьером встал между людьми и кельтскими волчарами. Бойцы инстинктивно попятились, но тут же остановились и продолжили поливать оборотней свинцом.

Увы, нелюдей он только чуть тормозил и больше злил, чем ранил. А серебра у наших ребят с собой явно не было. Что странно – минимум один рожок с серебром у них должен быть в комплекте обязательно. Тем более в таком месте как склад на нейтральной территории. Чудо еще, что автоматы вообще стреляли. Но это потом. Сейчас пора действовать. Очевидно, что вторая группа не успевает или не спешит.

– Не стрелять! – крикнул я.

Мой щит уже пошел трещинами. Стрельба стихла, осталось только волчье рычание. Я поспешно создал копье над одним оборотнем. Сам же перехватил кинжал обратным хватом и телепортировался второму на холку. Кинжал вошел ему между лопаток ровно в тот момент, когда копье опустилось на спину первому. Увы, не допросить. Оставалось надеяться, что они не знали больше первых духов.

Одновременно с тем, как оборотни падали замертво, на улице раздался визг тормозов и тут же топот ног и передергивание затворов. Я спрыгнул с трупа и сразу достал удостоверение.

На склад забежали еще четыре бойца с автоматами и еще два чародея. Прямо дежавю. Я приготовился чертить новые руны, хотя уже как-то подустал.

– Что здесь… – властно начал мужчина в форме таможенной службы. – Вот черт. Вы кто?

Я молча показал удостоверение. Он подошел. Человек средних лет, черные волосы зачесаны назад, орлиный нос делает скуластое лицо хищным. Смуглая кожа и разрез глаз намекают, что передо мной метис.

Досье местных властей я читал. И на свое фото в деле он похож. Псиной или еще какой дрянью от него не пахло. А это значит, что передо мной настоящий начальник таможенного склада, граф Алексей Никитич Денисов. Его отец приехал сюда на срочную службу, женился на дочери местного шамана, да так и остался жить.

– Я слышал о вас, капитан, – сказал он и протянул руку. – Жаль, что пришлось знакомиться при таких обстоятельствах. Это мой помощник, граф Ланской.

Ой, ну надо же, даже не стал ничего говорить о моем возрасте. Какое разнообразие. Я пожал ему руку и убрал кинжал в ножны под пиджаком. Потом пожал руку помощнику.

Разумеется, все местные дворяне принадлежали не к основным ветвям фамилий. В Москве уже ходили слухи, что они будут отделяться официально и основывать свои дома, но пока это оставалось только слухами.

– Простите за прямоту, ваше сиятельство, но у вас тут бардак, – сказал я без всякой дипломатии – устал – и указал на тела кельтских нелюдей. – Вы представляете, сколько у меня к вам вопросов? И ведь не хочется, но пока мысли о халатности или прямом предательстве.

Граф еще раз осмотрелся. Взгляд все больше тяжелел, пока перемещался с тел духов на трупы оборотней и, наконец, на тюки, скинутые мной. Потом он посмотрел на меня и кивнул.

– Если бы я был виновен, пустил бы себе пулю в висок тут же. Будем говорить здесь, Дмитрий Михайлович, или у меня в конторе? – сдержанно уточнил он.

– Поехали в контору. Здесь я увидел все, что хотел, и даже больше, – решил я и подхватил оба тюка.

Мы вышли и тут граф остановился в нерешительности.

– Поедете за мной?

– Едем вместе. Все равно вашему помощнику тут еще долго разбираться. Надо же будет потом доехать на чем-то. А мы как раз и начнем разговор в дороге.

Так и сделали. Я закинул тюки в багажник, мы сели в салон и неторопливо, чтобы подольше поговорить наедине, отправились к воротам, где находилась контора.

– Чтобы вам было проще, Алексей Никитич, я обрисую, как вижу ситуацию, – начал я разговор. При этом настроил зеркало заднего вида так, чтобы видеть его лицо, не поворачиваясь.

– Весь внимание, ваше сиятельство, – с тяжелым вздохом согласился граф.

– На складе отвратительная работа таможни и полное отсутствие офицеров Чудного Надзора. Вы же либо намеренно подписываетесь под преступными актами, либо просто не читаете, под чем подписываетесь, – невозмутимо перечислил я.

– А что, если я скажу, что все это – результат приказа вашего предшественника, капитан? – мрачно спросил он.

– Тогда отвечу, что это предательство. Потому что вы обязаны были доложить о преступных приказах.

– Я доложил. Еще две недели назад, – сдержанно ответил Денисов.

В зеркале я видел его сжатые в прямую линию губы и жесткий взгляд прямо перед собой. Только нервная жилка на виске говорила о том, что начальник склада нервничает. Еще бы, он не привык отчитываться. Тем более перед мальчишкой.

– Хорошо. Кому? – уточнил я.

– Городскому главе, конечно. Думал, ваше назначение – его заслуга.

– Не думаю, Алексей Никитич. Иначе об этом нарушении я узнал бы иным способом. Расскажите, о случае с пушниной подробнее. И о чем вы доложили главе города.

К этому времени мы как раз подъехали к конторе, простому одноэтажному дому из красного кирпича с двускатной крышей. Так что разговор продолжили в кабинете Денисова за чашками кофе.

– Тут нечего особенно рассказывать, – начал Алексей Никитич. – Пришел товар. Принимал его дежурный офицер. Заметил несоответствие веса. Позвонил к вам в Канцелярию. Приехал граф Перов, составил протокол. Сказал, что сейчас нет времени, много дел, вскрывать и проверять будут при растаможивании. Еще сказал, чтобы позвали именно его. Так и сообщил нашему главе. Надеялся, он передаст выше.

Много дел, а сам сократил штат. И штат этот больше занимается выпивкой, чем прямыми обязанностями. Ну все Перов, ты попал, мрачно пообещал я ему мысленно. Только мне не нравилась та прямота и открытость, с какой поручик все это делал. На идиота не похож, так почему так себя ведет?

– С Перовым ясно. Но у вас тут кельтские фейри гуляют, как у себя дома, ваших солдат дурят. А солдаты при этом ходят без серебряных пуль. Или тоже Перов распорядился?

– Это не Перов, – медленно ответил Денисов, глядя в чашку с кофе. – Это начальник безопасности. Я только что от вас, граф, узнал, что у наших бойцов нет серебряных пуль.

– Как минимум их не было у тех четверых, что первыми пришли на склад, – добавил я. – Но зовите начальника безопасности.

Денисов кивнул и позвонил по внутреннему телефону. Затем я продолжил.

– И последний на данный момент вопрос о том, где же весь Чудный Надзор? Или тоже к службе безопасности вопрос?

– К ним. Я занимаюсь административно-правовой частью. Чистота от фейри – их забота, – тяжело ответил граф Денисов.

Больше до прибытия начальника силовиков таможни мы не говорили и пили кофе. А через минуту он пришел. Мужчина чуть за сорок, невысокий, с внимательными карими глазами и волевым подбородком.

– Что случилось, Алексей Никитич? – спросил он неожиданно низким голосом.

– Вот знакомьтесь. Граф Шувалов, Игорь Леонидович. Капитан таможни. А это новый капитан Тайной Канцелярии. По твою душу, Игорь, – вздохнул начальник склада.

И тут я кое-что вспомнил.

– Алексей Никитич, почему вы не настояли на вскрытии тюка?

– Потому что меня в тот момент тут не было. И Игоря тоже. Городской глава вызвал к себе. Мы думали по важному делу, а оказалась мелочь. Так что подпись я ставил задним числом. Тут каюсь, не надо было.

Я кивнул, а про себя подумал, что глава города как-то часто начал мелькать. С ним точно придется побеседовать. Но сначала Шувалов – тоже не из московских, из родства там уже только фамилия.

Тем временем граф стоял и ждал. Я поднялся и представился. Мы пожали друг другу руки и заняли кресла.

– Как понимаю, вы не просто знакомиться пришли, капитан, – сказал он. – О бое в ангаре мне уже доложили. Как раз собирался туда.

– Верно. Я тут не для того, чтобы кофе попить, – сказал я и поставил на стол пустую чашку. – Один из ваших отрядов на раз обвили вокруг пальца кельтские оборотни. Не обвиняю в пособничестве, потому что бойцы сразу открыли по ним огонь. Но почему у них при себе не было серебра?

– Очень хороший вопрос, – озадаченно произнес Шувалов. – Могу дать руку на отсечение, что у всех моих бойцов серебро есть. Если позволите позвонить, выясню.

Я сделал приглашающий жест. Капитан набрал номер, задал вопросы, выслушал ответы. Приказал всем четверым прибыть в контору и положил трубку.

– Оборотни представились вашими подчиненными, – сообщил он. – Сказали, что в ангаре самозванец, быстрый и ловкий. Потому лучше снять с себя все лишнее, чтобы не мешало бегать. А запах они сбили дешевым парфюмом. Что у остальных серебро всегда при себе, могу хоть сейчас любого охранника вызвать.

– Не надо. Но из вашего рассказа эти четверо идиотами выходят, – вздохнул я.

– Сегодня же проведу со всеми беседу и напомню, что от серебра просят избавиться только нелюди. Людям все равно, есть оно или нет, – жестко сказал Игорь Леонидович.

– Допустим. Тогда следующий вопрос: куда делася весь Чудный Надзор?

– А это вы им вопросы задавайте, Дмитрий Михайлович, – с легкой насмешкой ответил Шувалов. – У нас их было шестнадцать. Месяц назад ушли первые двое. Через неделю еще одна пара. Потом уже шестеро. А потом их не осталось совсем.

– И вы не звонили им и не узнавали? – удивленно спросил я.

– Узнавал. Князь Щербаков, их главный, сказал, что это производственная необходимость. Причем, говорил поспешно, а на заднем фоне его торопили. Так что я поверил.

– Интересно. Только вчера общался с приятелем оттуда – они ничего такого не говорил, – удивился я. Не верить этим двоим у меня пока повода не было. – Что же, благодарю. А теперь займемся тем самым тюком с пушниной, из-за которого я к вам приехал в гости.

Конечно, я буду еще проверять слова таможенников. Но пока у меня отлегло от сердца, что они не замешаны. Осталось проверить Надзор и главу города. Пока все говорит о его виновности. Не дал дела рапорту Денисова, весьма вовремя позвал к себе его и Шувалова. И с Перовым ведет какие-то дела.

– Позвать того, кто обнаружил несоответствие веса? – предложил Алексей Никитич.

– Обязательно, – ответил я.

Через час я уезжал со склада таможни с пониманием, что в Алексеевске целый заговор в пользу Альбиона. И все из-за артефактов, необходимых Скарлетт для открытия врат в Преисподнюю. А я только что спутал паны этой демонице.

Выяснилось, что под видом простых шкур, в этом тюке перевозили небольшие амулеты, призванные скрыть носителя от духов земли. При этом носителем может быть как человек, так и нелюдь. Кстати тюки эти вряд ли кто-то собирался забирать официально – наверняка те пуки или оборотни должны были зайти в ангар под видом охраны и просто их украсть. Зачем же тогда ставить их в начало очереди?

Этот вопрос я собирался задать Перову. Увы, уже не сегодня. Я так увлекся, что забыл про время. А на улице уже сгущались сумерки. Что же, в Надзор уже не успею, а к Бабе Яге вполне. И я свернул с главной дороги на ту, что ведет прочь из города в лес на склонах гор.

Никто не говорил мне, где именно живет Баба Яга, никто меня не вел. Но я ЗНАЛ, куда надо ехать, где свернуть. Знал, где оставить машину, чтобы дальше пойти пешком. Неужели это часть новой силы? Если так, то мне нравится.

Только я знал, что за все приходится платить. А вот цену мне пока не назвали. Или это то, о чем говорил Кощей – стать частью Нави? Время покажет. А пока у меня есть дело.

Едва заметная тропка привела меня к избушке. Какое-то время я думал, что она будет напоминать вигвам, но нет, самая обычная избушка, бревенчатая, на самых обычных курьих ножках. И повернулась она привычно и степенно, с родным скрипом.

– Поздно ходишь, Темный. Не спится тебе? – приветствовала меня Яга на пороге своего жилища. Тоже самая обычная русская бабушка в черном платье и белом платке.

Я осмотрелся. Уже совсем стемнело, а я и не заметил. А еще обратно в город ехать. Ну да ничего.

– Здравствуй, бабушка. Благодарствую за теплый прием. Да, дел много, а дня мало. Поможешь? – спросил я и с уважением поклонился.

– Тебе-то? За всегда, Темный. Проходи, будь гостем.

В комнате я тепло улыбнулся. Куда бы ни забросила меня судьба, а избушка везде родная – русская печь, стол с лавкой, сундук и кровать за ширмой. И кот. Куда же без него?

– Что стряслось у тебя? – спросила Яга, усаживая меня за стол.

Она подала мне не просто воды, а еще и ужин – наваристую гречневую кашу с мясом и какими-то травками. И не позволила заговорить, пока я все не съел. А я и не замечал, насколько голодный. И уставший. Весь день то документы, то драки, то разговоры. Вот и получилось, что за весь день только позавтракал и выпил кофе. И только когда тарелка опустела, Яга позволила ответить на вопрос.

– Я нашел амулеты для сокрытия от духов земли. Бабушка, скажи, где и какой могучий артефакт лежит поблизости, чтобы его охраняли такие духи?

Яга замерла на несколько секунд. Потом подняла на меня тяжелый взгляд серых глаз. Будто грозовые тучи, мелькнула мысль, сейчас как высекут молнию. Но вместо молнии последовал тяжелый вздох.

– Наш царь сказал присматривать за местными артефактами, – медленно сказала она. – Теперь ты приходишь с таким вот вопросом, Темный. Что происходит? Мне нужно знать, чтобы лучше нести службу.

– Скарлетт хочет открыть врата для демонов. Где-то здесь, предположительно на одном из вулканов. Для этого ей нужны определенные артефакты. Странно, что царь Кощей не рассказал.

– Э-эх, а еще демон, – укорила Яга, словно двоечника, разве что ложкой не замахнулась. – Если они придут воплоти, притащат сюда частичку Преисподней. Тогда местная нелюдь сможет преобразиться и получить силу.

И тут я вспомнил разговор с демоном местного ада весной на границе Польской губернии. Всего полгода прошло, а казалось, будто век назад – столько событий произошло. Он тогда сказал, что Скарлетт обещала ему силу и перерождение в Клоаке Преисподней. Мы в тот раз очень удивились с Кощеем.

Тогда это было невозможно – на тот момент у Скарлетт от Преисподней была только память. Теперь я понял, что именно она имела в виду. Местные получат силу и право на перерождение, если помогут открыть врата и примут эту силу. Только во всем есть свои «нюансы».

Если они это сделают, получат силу, да. Но вместе с тем потеряют себя, станут младшими демонами, подвластными Владыке. Если повезет, то останутся собой, но потеряют самостоятельность и свободу воли – нравится или нет, они будут вынуждены выполнять приказы Владыки демонов.

Если захотят иметь силу, но в том мире, каким его знали, не получится. Мир преобразится. Каждому придется выбирать: ты теряешь себя, но получаешь силу или же остаешься собой таким, каким есть, но становишься врагом Преисподней. Это будет война.

Почти все нелюди стремятся к силе. Сейчас, если сказать им, что ее можно получить, стоит только помочь Скарлетт, многие недалекие создания с радостью ринутся к ней, не задумываясь о последствиях. Вот почему Кощей скрыл эту опасность.

Я покосился на Баюна. Эти котики обычно умны. Они много знают, они сильны. И своенравны как и все кошачьи. Они иногда делают гадости просто «потому что захотелось». Чтобы привнести хаос.

– Не смотри на меня, Темный, – мяукнул Баюн надменно. – Это будет плохая шутка. Мне нравятся развлечения, а не война.

Он словно прочитал мои мысли. Но вернемся к теме вопроса. Я перевел взгляд на Ягу – она так и не ответила.

– Дошло, да? – прервала она затянувшееся молчание.

– Дошло. Так на что они наметились, есть идеи? – ответил я. – Что духи земли охраняют?

– Духи тут повсюду. И земли, и огня – всякие. Но чтобы охранять… – она еще подумала минуту и кивнула себе. – Есть одно место. Верст двадцать до него на северо-запад. Там капище старое, полторы сотни лет ему. Как раз Император ваш не захотел продавать эту землю Альбиону. Они решили взять ее силой. Война была. Русские с индейцами стояли вместе за Аляску. И был тут шаман силы великой. Он тогда множество жизней сохранил. А когда его хоронили, чудо случилось. Все тело сгорело, а череп нет. Долго в огне лежал, да так и не почернел даже. Потом говорил, советом помогал, даже исцелял.

– И сейчас говорит? – спросил я, завороженный.

– И сейчас. Но редко. Понял, что не со всеми говорить следует. Еще говорят, он до сих пор эту землю от беды хранит. Если убрать его из круга, беда будет.

– Лучшей цели не найти, – согласился я.

– Но ведь амулеты ты нашел. Значит, нарушил планы их.

– Вдруг они еще что придумают. Ты присмотри за этим местом, бабушка, – попросил я. – А я пока постараюсь из-под них еще какой камешек выбить, чтобы и не думали о черепе. А сейчас пора мне. Спасибо тебе. Но поздно уже, а я и без того у тебя время отнял.

– И куда ты собрался в такую темень? Вон, на печку ложись да спи себе.

– Так я же… – начал было я, помня, что людям в таких местах лучше не ночевать.

– Ты не совсем человек, тебе можно, – успокоила Яга.

Я не стал спорить – действительно темно, даже луны не видно, а я устал за день.

Утром проснулся с рассветом. Вроде и не доспал, но ощущения говорили, словно выспался на месяц вперед. Такой бодрости не ощущал уже давно. Яга уже тоже поднялась и хлопотала с завтраком.

Мы поели, я еще раз поблагодарил бабушку и отправился в город. Заехал в квартиру принять душ и переодеться и отправился в городскую управу.

Но не успел доехать, как увидел Перова. Он вышел из манакара, воровато оглянулся и зашел в какой-то дом в дворянском районе. Как интересно. Я посмотрел на адрес и стало еще интереснее – это дом городского главы.

Я припарковался неподалеку и стал ждать завершения этого неофициального визита.

Глава 7

Ждать пришлось недолго, всего минут двадцать. Потом Перов вышел, снова оглянулся, сел в манакар и уехал.

Разумеется, я отправился следом. Уже на повороте увидел, как из дома вышел грузный мужчина в костюме, подъехал манакар представительского типа, лакей открыл дверцу. Дальше настала мне пора сворачивать, но и досматривать смысла не было. Очевидно, что это глава города отправился по делам.

А Перов явно направлялся в контору. Если вдруг заметит, скажу, что еду туда же. Тем более это правда. По пути я размышлял, что же он там делал. Понятно, что это был не светский визит с чаем и кофе. Они быстро переговорили и разошлись. И понятно, почему не по телефону – звонок отследить проще, чем человека. Если бы я сейчас не ехал мимо, ничего не узнал бы. Но о чем они могли говорить?

Наверняка поручик уже узнал об инциденте на складе таможни от своего человека там. Или не человека. И что? Пошел докладывать начальству? Да, скорее всего. Без городского главы тут не обошлось. Им теперь нужен новый план. Его и обсуждали? Впрочем, слишком быстро завершился визит. Больше всего похоже на получение инструкций.

К конторе я подъехал сразу за Перовым и догнал его у дверей. Его взгляд, когда я вежливо поздоровался, удивил. Граф словно был ждал от меня чего-то. Ясно чего. После посещения склада я обязан выяснить с ним отношения. Но не в конторе. Если придется драться, объяснять причины будет долго и сложно. А мне хватает сложностей. Потому я прикрыл перед ним дверь.

– Предлагаю поговорить где-нибудь на природе, – с вежливой улыбкой сказал я.

– Что так? Чем вам не нравится кабинет, Дмитрий Михайлович? – с подчеркнутой вежливостью уточнил Перов.

– Вдруг разговор свернет не туда. Придется ремонт делать. Кому-то из нас, Андрей Николаевич.

– Оригинально, – со смешком заметил он и кивнул. – Ладно, поехали. Я за вами?

– Нет, думаю, одного манакара нам хватит. Мы же не будем начинать разговор в дороге.

Граф еще раз хмыкнул и пошел обратно на стоянку. Поехали на моем. Молча. Дважды Перов порывался что-то сказать, но сам себя останавливал. Один раз потянулся к колесу радио, но тоже передумал.

Так, в тишине, мы выехали из города. Я еще плохо знал окрестности, потому привез нас в то ущелье, где на меня напали тролли. Расчет у меня был простой – чтобы нас никто не увидел и не потревожил. А тут достаточно уединенно Периодически я поглядывал в зеркало заднего вида, но за нами никто не ехал.

– Интересное место, – прокомментировал Перов, когда вылез из манакара.

С гор дул холодный ветер, по небу бежали низкие облака, но дождя не обещали. Тела троллей уже пропали и ничто не говорило о недавнем бое. Мы прошли чуть дальше, где ветра не было и не приходилось повышать голос.

– Итак? – начал мой оппонент. – На каком языке будем говорить?

– Я бы начал с русского разговорного. Желательно без перехода на матерный. Язык рун оставим на крайний случай, – предложил я.

– Начинайте, капитан.

– Начинаю, – вздохнул я, а так надеялся на его первый ход. – Вы уже знаете о вчерашнем инциденте на складе таможни. Знаете, что я там нашел. Знаете, что могу предъявить вам обвинение по нескольким статьям. По логике вы сейчас должны уже сидеть в дирижабле и лететь вглубь губернии или даже в Сибирь, где еще проще скрыться. Или даже идти в Канаду. Вместо этого вы тут, Андрей Николаевич, спокойно ходите в гости к главе города и на работу. Это я молчу о том, что вы наследили в других документах. В чем подвох?

Он вздохнул. Мне даже показалось, что с облегчением. И осмотрелся по сторонам.

– Тут никого нет, – успокоил я его.

В прошлый раз я увлекся изучением следов, потому и не заметил приближения троллей сразу. Сейчас я активизировал новое умение, каким тогда в Нави нашел Горыныча, и точно знал, что на километр вокруг нет ни единой разумной души.

И тут я немного напрягся. А не потому ли Перов так легко согласился на разговор наедине? И не от того ли облегчение, что он готов начать драку? Я начал продумывать, какие руны чертить, но это не понадобилось.

– У меня была неделя, чтобы подчистить все по документам в конторе, но я этого не сделал. И тем, что забрал квартиру, хотел тебя лишний раз позлить, – заявил он, перейдя на «ты». Я удивился, но прерывать не стал. – Теперь что касается склада. Я уже знал, что скоро меня сменят. Я узнал, кто именно едет мне на замену, и обрадовался, что это именно ты. Потому намеренно сделал так, чтобы ты заметил это нарушение и предотвратил его развитие.

– Польщен. Но давай ближе к делу, – поторопил я.

– Хорошо. Я виновен. Ради лучшей жизни я работал на леди Скарлетт, – прямо заявил граф. Руки при этом держал опущенными и раскрытыми ладонями ко мне, показывая, что ничего не делает и ничего не прячет. – Сначала это была ерунда, ничего серьезного – выяснить то да се. Мне тогда казалось, что ничего серьезного. Но недавно она приказала кое-что сделать. И я понял, что все это звенья одной цепочки. И ведут они меня к измене. А я не предатель.

– Ты сознательно начал работать на иностранную подданную и считал, что это не измена? – искренне удивился я такой наивности. – Или маленькая измена – не измена?

– Я на половину альбионец, – с тяжелым вздохом сказал он. – Я скрыл это, когда поступал на службу. Официально моей матерью записана жена отца, но на самом деле я сын его любовницы из Канады.

– Уверен, это трогательная история. Но сейчас важно другое: она тебя шантажировала?

Перов коротко кивнул. Теперь многое становилось понятно. Но не все.

– Но я никогда не считал себя одним из них. Я русский и всем обязан России. Просто… немного обидно стало, что меня из Новосибирска отправили сюда. Вот я и… – он болезненно поморщился. – Позволил ей собой крутить. Очнулся, когда, Скарлетт потребовала дать первый коридор фейри. В тот раз я не мог ничего сделать. Группа прошла. Благо, Яга с Баюном не спали. Во второй раз я уже сам предупредил.

– Я говорил с ней, Яга не упоминала тебя.

– Разумеется. Знаешь же – что знают двое, то знают все. Я боялся, что если расскажу ей, она или ее кот случайно могут выдать меня. Так что я сделал все аккуратно. А потом они поняли, что попытки прорваться будут регулярными, и больше сами не дремали.

– Значит, ты сделал так, чтобы я заметил нарушения и вывел на этот разговор, – задумчиво произнес я. – А ты не думаешь, что это все выглядит так, словно ты специально себя выгородил, хотя на самом деле продолжаешь работать на Скарлетт? Я бы все равно на тебя вышел, даже если бы ты подчистил концы.

– Ну допустим, – горько усмехнулся он. – И каким бы был наш разговор в этом случае? Ты меня обвиняешь, я тебе все это рассказываю. Не знаю как ты, Татищев, а я бы спросил, почему я сам к тебе не пришел.

– Но даже сейчас. Почему ты сам ко мне не пришел? – жестко спросил я. – Почему не рассказал все в первый же день?

– Да потому что в конторе есть кто-то еще, кто на нее работает, – сквозь зубы произнес Перов. – И я никак не могу его вычислить. Боялся слежки, потому не пошел к тебе.

– Сейчас за нами хвоста не было. В моем кабинете микрофон? – скорее удивился я.

– Нет. Я проверял. Он действует осторожнее. Смотрит, с кем я общаюсь и куда хожу.

– Телефон прослушивает? – напряженно спросил я.

– Почти наверняка.

– Дьявол, – сплюнул я, вспомнив свой разговор с Даней. – Я в первый же день звонил в Москву Юсупову. И у них сейчас ночь. А полномочий в Таганроге у меня нет. Манакар на прослушку проверял?

– Там не было.

Я бегом вернулся к манакару и проверил весь салон. Нашел. Под приборной доской. Оставалось только гадать, как давно эта дрянь тут стоит. Впрочем, я ни с кем не общался в дороге.

– И теперь не будет, – проворчал я и раздавил жучка. – А теперь погнали. Надо срочно звонить в Москву. И вычислить этого гада.

Мы сели в манакар и я вжал педаль газа в пол. Он не спрашивал, видимо, понял, о ком речь.

– А пока продолжим. Какая роль у главы города? – спросил я.

– Прикрывать дела Скарлетт по торговой и политической части. Кстати об этом, – Перов достал из внутреннего кармана пиджака конверт и положил на приборную панель. – Сегодня вечером прием в управе. Ты приглашен.

– Я бы удивился, если бы он не пригласил, – мрачно улыбнулся я. – Что планируется?

– На счет тебя? Ничего. Убивать не будут, если ты об этом. Петр Григорьевич сначала хочет на тебя посмотреть и попробовать перетащить на свою сторону, – с ироничной усмешкой добавил он.

– А что, Скарлетт не сказала ему, что это невозможно?

– Он хочет убедиться лично.

– Ладно. Мне стоит на кого-то обратить внимание вечером?

– Разумеется. Там будет их консул и несколько торговцев. Имен я не знаю, только видел лично. Укажу на них.

– Хорошо. В Надзоре у нее тоже кто-то есть? – задал я последний из важных вопросов, когда мы влетали в город. Тут пришлось снизить скорость, увы.

– Был, но его кто-то устранил. Сделали все чисто, якобы погиб от рук фейри.

Я даже догадывался, чьих это рук дело, но пока говорить не стал. Перов выглядел искренним и говорил логично. Но если это такая сложная игра, сразу посвящать его в дела нельзя. Сначала присмотрюсь, проверю. С другой стороны, если это игра, он мог сообщить подельникам о ее начале в манакаре на пути в ущелье, а Перов молчал. Все равно буду проверять.

Но сейчас самое важное. Я остановился у подъезда своего дома и побежал по лестнице, на бегу доставая ключи. Сзади слышался топот поручика.

У двери я остановился. Спешка спешкой, а об осторожности забывать нельзя. Я проверил на месте ли нитка – если порвана, дверь вскрывали. Но все было хорошо. Так что я вошел и сразу бросился к телефону. Набрал городской номер Дани Юсупова. Только бы он взял трубку, молил я, слушая гудки.

– Дом князей Юсуповых, – услышал я чопорный голос дворецкого. Вот черт! Он бывал непробиваем в вопросах комфорта своих хозяев. Если только не подобрать достойных аргументов.

– Георгий, доброй ночи. Это Дмитрий Татищев. Простите за поздний звонок, но дело жизни и смерти. Буквально, – сказал я спокойно. Если бы начал частить, дворецкий почувствовал бы власть и даже позволил бы себе меня перебить. – Позовите к телефону Даниила или Романа Алексеевича. Немедленно. От этого зависит жизнь одного человека. Важного свидетеля.

– До утра… – размеренно начал он.

– Не подождет, – перебил я его.

Повисла пауза. Я прямо ощущал, как в Георгии борются долг перед семьей как охранника их спокойствия и как того, на кого всегда можно положиться в важных вопросах. А чужая жизнь – вопрос точно важный.

– Сию минуту, ваше сиятельство, – последовал ответ и я едва заметно выдохнул.

На том конце провода послышались приглушенные ковром шаги, стук в дверь и тихий разговор. Потом трубка перекочевала из рук в руки.

– Что случилось, Демон? – раздался встревоженный голос Дани без намека на сонливость.

– Привет. Два пункта, друг мой. Первое: не звони мне в контору – там прослушка. Второе…

– Чернышев, – уже догадался Даня. – Если нас слушали, то могут его убрать в любой момент. А я не знаю, кому могу там доверять. Я понял, Дим, сейчас займусь. Спасибо, что позвонил.

– Это из-за меня случилось. Не думал, что слушают. Прости, – повинился я.

– Все бывает. Ладно, я побежал. Хорошего дня.

– А тебе нескучной ночи, – ответил я со слабой улыбкой и положил трубку. – Надеюсь, мы успели.

– Так. Что дальше? – напряженно спросил Перов.

Я так задумался, что не сразу понял причины его состояния. Потом дошло – я все еще держал его в неведении по поводу его собственной судьбы. Но я уже знал, как поступлю.

– Подброшу тебя в контору и поеду дальше по делам, – ответил я.

Мы вышли, я вернул нитку на место и решил вечером обязательно поговорить с местным домовым – пусть присмотрит за квартирой, раз начались такие дела. А пока надо разобраться с остальными вопросами.

– Побудешь двойным агентом? – уже в манакаре продолжил я. – Пусть Скарлетт пока думает, что все идет своим чередом. И попробуй вычислить второго в конторе.

– Вряд ли это будет тот, кто спросит, куда мы ездили, – начал рассуждать Перов вслух. – Наверняка его вообще рядом в тот момент не будет, а как бы случайно уточнит потом. Я подумаю, как вывести его на чистую воду. Спасибо, что поверил мне, капитан.

– Ты же понимаешь, что еще не до конца, – усмехнулся я.

– Понимаю. Но нужно разобраться в том, что тут происходит. Скарлетт вдруг понадобились артефакты, но она не говорит, зачем.

– Она говорила, какие именно артефакты? – спросил я, не выдавая уровня интереса.

– Нет. Она говорит «мне надо это» и приказывает достать. Весь план не раскрывает.

– Что с этими амулетами? Кто их должен был забрать?

– Точно не знаю. Подозреваю, что один из тех торговцев. Попробую выяснить сегодня вечером. А ты чем займешься?

– Поеду в Надзор. Это же ты убедил Щербакова убрать всех его людей со склада?

– Нет. Это Скарлетт. Она устроила такой напор на границу, что у них просто перестало хватать рук. Щербаков сообщил Петру Григорьевичу, но результат ты видишь.

Я кивнул и остановил манакар у дверей нашей конторы.

– Если что, мы прокатились, выяснили отношения и продолжаем работать, – предупредил я. – Версия для шпиона.

– Хорошо, – сказал он и вышел.

А я отправился в контору Чудного Надзора.

Там меня без проволочек и вопросов о возрасте провели к их начальнику, полковнику Щербакову. Народу в коридорах я почти не видел, а те, что ходили, выглядели напряженными и усталыми. Я даже знал причину.

Полковник принял меня сразу, несмотря на очевидную по подчиненным кучу дел. Это оказался мужчина лет пятидесяти, но ни намека на лишний вес в его спортивной фигуре не наблюдалось. Серьезные глаза смотрели на меня устало, но без враждебности. Мы пожали руки и уселись на диван в его кабинете.

– Я ждал вас раньше, Дмитрий Михайлович.

– Не хотел приходить с пустыми руками и глупыми вопросами, Павел Иванович, – улыбнулся я.

– Если вы сейчас будете предъявлять мне за склад… – холодно начал он, но остановился, когда я покачал головой. – Тогда что?

– Попробую решить проблему с кадрами, – сказал я. – Сначала действительно собирался возмущаться, почему на складе таможни никого нет. Но сегодня получил ответы.

– Как вы решите эту проблему? Я уже говорил с князем Черкасским. Он сказал, что отправил запрос в столицу губернии. Я и сам направил, – недовольно добавил князь.

– Ответ получили? – уточнил я.

– От генерала Мещерского да. Сказал, что попробует что-то сделать. Вот, до сих пор пробует.

– Такое бывало прежде?

– Так, капитан, вы меня явно с кем-то путаете. Я не участвую в ваших канцелярских играх. У нас работа простая – поймать нелюдя, сделать ему внушение и вернуть на родину. Если у вас есть что сказать, говорите прямо.

– Понимаю. Хорошо, скажу. Только и вы тогда уж не начинайте стандартную песню «не верю, да не может быть». Договорились? – невозмутимо ответил я.

Он угрюмо кивнул.

– Одна нехорошая особа с Альбиона затеяла не менее нехорошую игру. Именно из-за нее я здесь. Чтобы добиться своей цели, она развернула тут бурную деятельность. Кстати Марья Маревна действует по ее указке. А это уже точно ваше дело, ваша светлость. В вашей конторе недавно погиб офицер. Это был ее человек. Так же эта особа подмяла под себя главу города князя Черкасского.

– Не может… – начал он, но осекся под моим ироничным взглядом. – Проклятие. Поэтому он ничего не делает? Но генерал?

– Если он тоже ничего не делает, вероятно, тоже замешан. Но тут утверждать не берусь – я его в глаза не видел.

– Понимаю. И что дальше? Вы сказали, что можете мне помочь.

– Дальше я связываюсь с царем Нави, а он с бароном Корфом. В ближайшие дни к вам прибудет подкрепление. Не знаю в каком виде, людей или нелюдей. Но дыры закроют, чтобы ваши люди смогли вернуться на склад. Там сейчас фейри гуляют как у себя дома. Проверку генералу, думаю, тоже обеспечат.

– Понимаю. Немедленно отправлю двоих на склад, – сказал князь.

– В данной ситуации двоих мало. Пока они будут проверять один сектор, фейри отсидятся в другом, потом перейдут в уже проверенный.

– Да, они тоже не дураки. Но вы уверены, что сможете связаться с Кощеем?

– Да, уверен.

– Если вы решите мою проблему, останусь в неоплатно долгу перед вами, Дмитрий Михайлович.

– Вы легко можете оплатить его, ваша светлость, – улыбнулся я. – Просто ведите себя с главой города естественно. И с остальными тоже. Словно вы ничего не знаете. Я вам рассказал все это для того, чтобы вы знали, куда смотреть и что делать, а не просто затыкать щели. В ближайшее время тут может случиться все что угодно.

– Я не разведчик, притворяться не очень умею, но постараюсь, – с тяжелым вздохом сказал полковник.

– Спасибо. И еще. В деле замешано много нелюдей. Позвольте князю Вяземскому работать со мной. Мы с ним однокашники.

– Да, хорошо.

– В таком случае, больше не отвлекаю от работы. Встретимся вечером на приеме?

– Конечно.

Мы распрощались и я отправился в кафе обедать. Там же написал Кощею. Он ответил, что все сделает. И прислал список артефактов, способных заинтересовать Скарлетт. Разумеется, череп шамана оказался одним из первых. Я указал на это – царь Нави ответил, что за ним и всеми остальными уже присматривают, но и мне нужно действовать.

Потом до вечера я занимался бумагами в конторе. Отправил двоих офицеров поискать того, кто стоит за именем сквайра Джона Трелони. Особо я ни на что не рассчитывал, скорее стрелял в белый свет как в копеечку. Вдруг да повезет и либо они его найдут, либо один из офицеров окажется агентом Скарлетт.

Вечером отправился домой. Поужинал, позвал домового, конечно, сделал ему подношение. И попросил присмотреть за квартирой, чтобы если кто влезет, посмотреть, зачем. После переоделся во фрак и отправился на прием в городскую управу. Не сразу понял причину, а потом дошло – Велесова ночь же. Так это уже конец октября. Время летит.

Здание городской управы выглядело вполне привычно – трехэтажный особняк восемнадцатого века с колоннами и широкой лестницей. Почти весь первый этаж занимал просторный бальный зал. Потолок взлетал до третьего этажа. Второй же этаж представлял собой галерею. Там и выше работали городские чиновники в будние дни.

Когда я вошел, в зале уже играла музыка, гости стояли кучками или сидели за столиками и общались. Три пары кружились в вальсе.

Перов уже был тут и общался с двумя мужчинами. Один из них, невысокий и невзрачный, показался мне смутно знакомым. Где-то я уже видел эти тонкие усики.

Глава 8

Но прямо сейчас мне было, увы, не до усиков и их обладателя. Я дождался, когда церемониймейстер объявит о моем прибытии, нашел взглядом главу города и отправился к нему. Этикет требовал засвидетельствовать почтение хозяину дома. Хотя в моем случае искренним почтением даже не пахло.

– Петр Григорьевич, – приветствовал я его с легким поклоном.

– Дмитрий Михайлович, – расплылся князь Черкасский в приторной улыбке. Меня аж передернуло. – Ну что же вы. Уже сколько дней в городе, а ко мне не заходите. Не хорошо.

– Как приехал, столько дел навалилось, что и поспать некогда, – с ноткой извинения в голосе ответил я. – Но вот я здесь. Счастлив знакомству.

– Я тоже. Дайте-ка взглянуть на вас, капитан.

Конечно, это был тот толстяк, с которым общался Перов. Князь изображал само радушие и учтивость, но я видел его глаза, заплывшие жирком, колючие, изучающие. Мне оставалось радоваться, что он не псионик.

После дежурного обмена любезностями глава города так же дежурно познакомил меня с некоторыми гостями. При этом он словно бы не заметил канадских торговцев. Зато свернул к князю Щербакову, но тут я сам его остановил и сказал, что мы уже знакомы. И сам указал на собеседников Перова.

– Ах верно, достопочтенные сквайры с Альбиона, – «спохватился» Черкасский и неохотно подвел меня к ним.

И тут меня ждал еще один «привет» из прошлого – князь представил одного как сквайра Вессона, а другого, того с усиками, как Смита. Скарлетт явно пребывала в хорошем настроении, когда так называла своих подручных. Потому что в этом мире Хорас Смит и Дэниел Вессон погибли во время гражданской войны между северными и южными штатами Америки. И не успели создать свои знаменитые во многих других версиях Земли револьверы и прочее оружие.

А господин Смит немного напрягся при виде меня. Я тоже напрягся, потому что он не совсем человек и мог почуять мою силу. А еще в момент, когда надо пожать руки, он «чихнул», прикрывшись как раз правой рукой. Но мне уже не требовался физический контакт, чтобы понять его сущность. Сквайр Хорас Смит человек лишь на половину. На вторую половину он фейри из Тир На Ног. Такое я ощущал и от барона Корфа, только он свой, а этот чужак. Но при этом меня не переставали смущать эти усики.

И тут я вспомнил. Их описывал Мишка Меньшиков еще в Мадриде после очередного сеанса снохождения. Подручный чародей моего покойного братца. Как же его… точно, князь Репнин, Геннадий Ильич. И ведь не отозвали его, когда я приехал. Скарлетт идет ва-банк или настолько уверена в том, что переиграет меня? Ну что же, посмотрим. Зато теперь я не сомневался, что в роли Трелони должен был выступить один из них.

Я перекинулся с «торговцами» парой вежливых, ничего не значащих фраз и отошел. Провел на приеме положенное приличием время и тихо удалился. Я здесь не ради развлечений – увидел все, что нужно, теперь пора действовать.

Как жаль, что я тут меньше недели и еще не приобрел своих соглядатаев. Хотя стоп! Их нет среди людей. Зато есть нелюди, которые везде. Домовые все видят и слышат. Да и какие-нибудь оборотни тут могут жить. И про духов забывать нельзя.

С такими мыслями я вернулся домой, переоделся, согрел молока и позвал домового.

– Мирон! Выходи, разговор есть. И угощение.

Он пришел тут же. Маленький дедушка в классической косоворотке, штанах, подпоясанных широким кушаком, и сафьяновых сапожках. Сел за стол и посмотрел на стакан молока и ломоть хлеба голодными глазами. Словно век не ел.

– Приятного аппетита. Ешь и пей, пока не остыло, – пригласил я. – А потом разговор.

Домовой кивнул и начал аккуратно есть. Чтобы не терять времени и не смотреть ему в рот, я встал к плите и занялся своим ужином – на приеме не едят, там танцуют и общаются. Пока мясо с овощами тушилось, мы сели говорить.

– Благодарствую, Темный. Что ты хочешь? – почтительно, но с некоторой опаской спросил Мирон.

– Мне нужны сведения о двух якобы торговцах с Альбиона.

– Тут такие не живут, – быстро ответил он.

– Я знаю. Мне нужно знать, где они живут и о чем говорят, – невозмутимо сказал я.

– Но я же тут. В доме столько квартир, столько дел. Еще и за твоей больший призор, – сказал он и забегал глазами.

– Ты ерунду не говори, – снисходительно заметил я. – Если бы каждый домовой безвылазно сидел только на своей территории, вы бы вымерли.

– Ну… – неловко поерзал он.

– Я не понимаю. Я что-то плохое тебе сделал или обидел чем? Ты же знаешь, что грядет, почему не хочешь помочь?

– Да я… ох… не привык я. Прости, Темный. Обычно мне приказывают, а вот так не обращаются. Сказывай, что надобно, – решительно сказал он.

– Два торговца. Называют себя Смит и Вессон. Но Смит точно русский. И наполовину фейри. Мне нужно знать, где они живут, чем на самом деле занимаются. Все, что можно о них узнать. Поспрашивай у других домовых. Если в их доме ваших нет, укажи на оборотня или кого-то еще, кто может помочь.

– Задачка, – пробормотал Мирон и почесал бороду. – Если они в их консульстве живут, то там наших нет. Поспрашаю. Только ты хоть намекни, что там может быть.

– Я почти уверен, что один из них должен был забрать амулеты защиты от духов земли для кражи черепа шамана. Теперь череп им не достать – не этим путем. Они будут искать другой путь или другую цель.

Домовой покивал и… исчез. Но тут же снова появился с виноватой моськой.

– Прости, Темный, задумался. Так я пойду или еще что хочешь?

– Иди, – с теплой улыбкой сказал я. – Мне нужны эти сведения чем быстрее, тем лучше.

– Все сделаю. И не только я, – пообещал он и снова исчез.

А я спокойно поужинал и лег спать. Еще подумал позвонить в Москву и сообщить о Репнине, но решил не дергать Юсуповых по каждой мелочи. Вот наберется побольше, тогда и сообщу все скопом. К тому же мне не нужно сейчас лишнее внимание – так и Скарлетт можно спугнуть. Или спровоцировать на что-то, что выйдет боком не только мне. Нет, я с ней тихо разберусь.

Утром я проснулся от ощущения присутствия. Прислушался и едва заметно приоткрыл глаза. И тут же с улыбкой открыл их полностью и потянулся.

– Доброе утро, Мирон, – сказал я домовому, что сидел на стуле с одеждой и скромно ждал моего пробуждения. – Есть новости?

– Да, Темный. Не хотел тебя будить, ибо денек тебе предстоит долгий. – Сегодня домовой выглядел более серьезным и собранным. И усталым. – Прав ты оказался. Эти двое людишек нашли, не местных, что на заработки приехали. Деньгу им посулили большую, чтобы они в Навь смотались за какой-то вещичкой.

– Люди какие? Простые, чародеи или аморфы? – Я сразу проснулся и сел в кровати. Подниматься не стал – нечего светить голым задом перед домовым. – И сколько их. Когда идти собираются?

– Скоро собираются, команды ждут. Четверо их. Один слабенький чародей, всего с одной веточкой, остальные простые.

– Веточка-то какая? И школа какая?

– А, так природный он. А ветка призыва.

– Горбунков тоже уже созвали? – уточнил я.

– Ажно пятерых, – фыркнул Мирон.

– Их четверо, а коней пять, – пробормотал я. – На всякий случай или один из этих двоих с ними пойдет? Это я не тебе. Спасибо. Еще что-то узнал? Может, оборотня подскажешь знающего?

– Да, как ты и сказал, домовых у них нет, но духов местных они изгнать не смогли – они повсюду. Это все поведал дух огня из их камина. А еще я сам говорил с одним оборотнем, – доверительно сообщил домовой и подался вперед. – Он сказал, что в последние месяцы серая земля подобралась ближе к городу.

А вот это плохо. Серой землей нелюди порой называли нейтральную территорию, где Навь смешивается с соседним Подмиром. Происходить это может только по одной причине – люди из Альбиона каким-то образом захватывают наши земли. Но если войны нет, способ только один, торговый. Теперь я знал свои планы на сегодня.

– Спасибо, Мирон. Я умоюсь и оставлю тебе молока на столе. Булку хочешь или черный хлеб больше уважаешь?

– Да я… все люблю. Тут меня не особо балуют, – скромно сказал он и спрыгнул со стула.

– Я понял тебя, – с улыбкой сказал я.

Он исчез, а я поднялся и отправился в душ. Потом позавтракал, оставил молоко и прочие вкусности для Мирона и отправился в город.

Первым делом я добрался до городской управы, а конкретнее до кадастровой палаты. Разумеется, мне там сильно удивились, но выдали все, что я потребовал и ответили на все вопросы. Конечно, я попросил, чтобы о моем визите не распространялись, особенно князю Черкасскому, но не особо верил в их сознательность. Даже слова, что разглашение может быть расценено как государственная измена, вряд ли удержат их длинные языки за зубами.

Но я нашел подтверждение словам домового и забрал документы с собой. Черкасский действительно продавал разрешения на покупку земли вокруг Алексеевска подданным Альбиона. А это уже точно государственная измена. Остается понять, куда смотрел Перов, и почему не рассказал мне сразу. Впрочем, Тайная Канцелярия лезет в финансовые вопросы только если есть повод, как у меня сейчас.

С такими мыслями я доехал до конторы. Махнул рукой Свиридову. Странно, почему уже который день подряд я вижу его на посту? Это дело вообще для какого-нибудь ефрейтора, максимум подпрапорщика. А тут целый корнет штаны протирает.

Но сейчас меня волновал более серьезный вопрос. С ним я поднялся на второй этаж. Заглянул в кабинет, куда перебрался Перов. И пусть он занимал его один, но о прослушке я помнил. Потому молча качнул головой, призывая поручика выйти. В полном молчании мы вернулись на улицу. Здесь точно не может быть прослушки.

– Что накопал? – без предисловий спросил он.

– Те двое, с кем ты вчера говорил, не торговцы. Один из них вообще не совсем человек. Они собрали группу для похода в Навь. Идут в ближайшее время на Горбунках, – сказал я и посмотрел Перову в глаза. – Ты знал, что Черкасский незаконно продает земли альбионцам?

– Что?! Нет, – потрясенно воскликнул он и в сердцах сплюнул. – Мне приказали не смотреть в его сторону. Я даже тайком подсмотреть за его делами не мог – узнали бы.

– Понимаю. Губернатор и генерал в столице губернии тоже замазаны? – мрачно уточнил я.

– Разумеется. Иначе я не смог бы так быстро сократить штат.

– Черт. Не хотелось будить Романа Алексеевича раньше времени, а придется, – вздохнул я.

– Кого?

– Князя Юсупова.

– Никак не привыкну, что ты запросто можешь позвонить таким людям.

– Его сын – мой друг. К тому же я работал под его началом, – пожал я плечами.

– Повезло тебе с выпуском. Но зачем будить? Позвонишь через пару часов.

– Должно быть уже сейчас Черкасский узнал, что я поднимал документы по земляным сделкам. Вряд ли он будет сидеть и ждать. Даже за час многое можно сделать. А уж за два-три и улететь можно. Или уйти через Навь.

– Да, ты прав. Ладно, что дальше?

– Для тебя дальше зависит от того, готов ты раскрываться или нет, – ответил я, внимательно наблюдая за ним. – И Черкасского брать под арест тебе.

– Все только начинается. Я могу еще пригодиться как двойной агент, – ответил он после короткой паузы. – А за князем отправляй Хилкова. Потому что я должен буду его «случайно упустить».

Я кивнул. Это логично. И будет еще одной проверкой. Если что-то пойдет не так с этой группой, я буду знать, кто виноват. И с арестом он прав – эту проверку Перов прошел.

– Хорошо. Возможно, «торговцы» попросят у тебя прикрытия. Тогда сообщишь, где. Кощей прислал мне список артефактов, которые могут их заинтересовать. Три из них как раз в Нави. А я сейчас домой звонить в Москву, потом к Яге.

– Но у нее нет телефона, – заметил поручик.

Я достал блокнот и написал телефон ангела. Оторвал страницу и передал Перову.

– Это телефон Кирилла Вяземского, он поручик Надзора и мой друг. Он в курсе дел. Сообщишь ему, а он уже свяжется со мной – ему проще.

– Пятый день в городе, а уже такие связи. Шустрый ты, Дима, – усмехнулся он, прочитал номер и тут же поджег его зажигалкой. – Хорошо, если ко мне обратятся, я позвоню ему. Это все?

– Последнее. Почему Свиридов пятый день на приеме?

– У него колено болит– серьезное ранение было. Так что он всегда там.

Я принял к сведению и мы разошлись. Надо будет проверить про колено. Во всяком случае пить оно ему точно не мешает. А так очень удобно – сидишь, не напрягаешься, при этом все новости проходят через тебя.

Я отдал приказ об аресте Хилкову поехал домой. Посмотрел на часы – в Москве всего шесть утра. Хорошо, что князь у нас ранняя пташка. Но рад все равно не будет. И я набрал его номер. Ответил как всегда дворецкий.

– Это уже становится дурной традицией, ваше сиятельство, – недовольно заметил он, но трубку хозяину передал.

– Да, Дмитрий, что стряслось? – ответил хриплым после пробуждения голосом мой начальник.

– Простите за ранний звонок, Роман Алексеевич, без нужды я бы не позвонил. У нас тут измена и взяточничество, – сообщил я и кратко рассказал о главе города и пособничестве из столицы губернии.

– Я так и понял, что тебя не просто так туда «сослали», – со вздохом сказал князь. – Доказательства есть?

– Что касается Черкасского, держу документы в руках. И в этот момент его уже должны арестовывать. По поводу столичных – улики только косвенные. Но если вы копнете, все вылезет. Позвонил сейчас, потому что уже через час может быть поздно. Как только губернатору станет известно об аресте главы Алексеевска, он начнет уничтожать улики.

– Хорошо, буду копать. Но это ведь еще не все?

Вот тут уже осторожнее – врать нельзя, но и спровоцировать бурную деятельность со стороны Москвы нельзя.

– Вы проницательны, Роман Алексеевич. Тут ведется сложная игра. Скарлетт где-то рядом. И я ее достану.

– Ты достанешь, – мрачно повторил Юсупов. – Хочешь сказать, чтобы мы тебе отсюда подыграли, но к тебе с активностями не лезли?

– Простите, но да, ваша светлость, – ответил я, подпустив в голос нотку извинения. – Пока я делаю вид, что ничего не знаю и не понимаю, она ведет себя смело и может допустить ошибку. Но стоит Скарлетт заметить активные действия с нашей стороны, как она снова исчезнет. Или сделает ход, которому мы не сможем противостоять.

– Звучит серьезно. Что на кону, Дима? – От моих слов он явно проснулся, если судить по более жестким нотам в голосе.

– Как минимум извержение вулкана и уничтожение Алексеевска, – честно сказал я. – Даю слово, что не допущу этого.

Последовала долгая пауза.

– Действуй, – наконец, сказал князь. – Звони в любое время. Домашних я предупрежу. Звони мне. Даниил в Таганроге.

– Благодарю, Роман Алексеевич.

Мы попрощались и я положил трубку. И только теперь позволил себе вздохнуть с облегчением. Князь разумный человек. В состоянии истерики я видел его лишь раз – в нашу первую встречу. Но тогда его можно было понять – он переживал за единственного сына. С тех пор я не помню от него нерациональных решений. Что логично для человека на его должности.

Затем я быстро поел, переоделся в форму спецназа – берцы, штаны с дополнительными карманами, водолазка и куртка. Перчатки я оставил свои, разумеется, и свой кинжал. Быстро описал Кощею ситуацию с группой для добычи артефакта и попросил прислать Воя.

«Вой не успеет вовремя, – последовал короткий ответ. – Жди Рыка. Ты его знаешь».

Да, я помнил Волка с черными ушами. В той погоне пять лет назад именно он командовал стаей. Ладно, главное, чтобы успел. И я погнал к Яге.

– Все знаю, – сказала она, стоило мне появиться на ее поляне. Избушка уже стояла ко мне передом, а бабушка явно ожидала меня, сидя на ступеньках. – Заходи, Темный. Царь сказал ждать тебя.

– Я так и понял. Сможешь почувствовать чужаков?

– Если они зайдут на серой земле, нет. А вот когда перейдут границу, так сразу.

– Может, имеет смысл ждать их у дома? – предположил я.

– Нет, Альберт, оборотень, сказал, что группа не там. И не знает где – упустил, – недовольно сказала Яга. – Наверняка заметили его и сбили след.

– Ладно. Нам главное успеть до того, как они уйдут с артефактом, – сказал я. – Пока они будут добывать его, мы и подойдем. Потом уничтожаем их, забираем их добычу и прячем в другом месте.

– Хорошо, Темный. Остается ждать.

Долго ждать не пришлось. Примерно через пятнадцать минут на поляну одновременно прибежали ангел в теле Кирилла и лешачонок. Последний выглядел человеком из дерева. Вместо носа торчал сучок с ореховым листиком.

– Кощей сказал срочно прийти сюда, – пояснил свое появление ангел.

– Перов не звонил? – уточнил я.

Он покачал головой.

– Супостаты только что зашли на серую зону, Темный, – скрипнул сын Лешего. – Отец послал меня к тебе. Я проведу. Скорее.

Рык не успел, но медлить нельзя. Мы прошли в избу следом за Ягой. Огонь в печи уже горел синим. Баюна не видно, видимо, ждал на той стороне. Яга посмотрела на меня, потом, с неудовольствием, на ангела.

Глава 9

– Так. Темный первый, потом ты, Орешек. Светлый, последним пойдешь, иначе сгоришь, – распорядилась она.

Я кивнул и сел на лопату. Меня засунули в печь, но выскочил я на внутренний двор избушки уже в Нави. Следом вышел лешачонок. Потом огонь стал зеленым и появился ангел. Он дымился и кашлял, но не горел. Для порядка я похлопал ему по плечам и спине.

– Да оставь, все с ним в порядке, – проворчала Яга. А я и не заметил, как она переместилась.

– Мы торопимся или обнимаемся? – утробно мяукнул Баюн.

Кот стоял уже в истинном облике – большой, черный и с лошадь размером. И белым пятном на груди как у гималайского медведя. Какая милота. Если не смотреть на огромные клыки. Когти там тоже хорошие.

– Поехали, Каюр, – сказала Яга, залезая ему на спину. – Вам, мальчики, придется пешком бежать.

– Да поняли мы, – сказал я. – Веди, Орешек.

Что сына Лешего зовут именно так, я не сомневался – кому как не Яге знать имена всех, кто живет рядом с ней. А он кивнул, смешно подергал сучком-носиком и довольно быстро для своих полутора метров побежал.

Только сейчас я смог осмотреться. Если бы не знал, что мы на Аляске, решил бы, что где-то в родных европейских лесах – тот же густой еловый лес. Только чуть позже, когда выскочили из него, увидел горы, тоже покрытые лесом. К горам лешачонок нас и повел.

Мы бежали, я косился на ангела… хорошо, Кирилла. Надо привыкать, а то ляпну еще где-нибудь, потом оправдывайся. Он спокойно держал заданный темп, что хорошо, а то я опасался за его подготовку. Впрочем, офицерам Надзора бегать приходится еще больше, чем нам. Но он-то ангел, вдруг запустил тело.

Очень скоро мягкий подлесок сменился камнями. Разумеется, ни о какой дороге речи не шло. Камни катились из-под ног, да еще и стремительно темнело. Хорошо, что вскоре вышла Луна, как всегда в Нави большая и полная. Так что теперь мы реже оступались. А вскоре мы снова забежали в лес, в этот раз не такой густой, сосновый, и бежать стало мягче и проще.

Неожиданно Баюн затормозил всеми четырьмя лапами. Да так резко, что Яга едва не слетела с него. Лешачонок тоже замер. Следом и я ощутил чужое присутствие и отругал себя, что слишком увлекся дорогой и перестал обращаться к новым способностям. Ангел, то есть Кирилл, остановился последним и удивленно открыл рот. Я быстро поднял руку и совместил большой и указательный пальцы – ангел захлопнулся и поправил на руке браслет из лозы. Практично. Настоящий Кирилл предпочитал деревянный жезл.

Когда стало тихо, я прислушался – не только ушами, но и обратился к новому чутью. Наш котик оказался прав, а мне урок на будущее: есть способность, так пользуйся, глупый демон.

Их было шестеро, все из Нави. Если я верно понял, колдун, две колдуньи и три оборотня, кажется, самки – волчица, лиса и медведица. Расположение их говорит, что они сидят в засаде. Они вообще знают, на кого охотятся? Если да, это плохо.

Так. Моя тьма им почти не страшна. Остаются только специализации и кинжал. Ну что же, все возможно.

– Эй, вы уверены, что хотите драться именно с нами? – громко спросил я.

Ответом стал щелчок пальцами, от которого ветви ближайшего куста бросились на нас. Я лишь тяжело вздохнул и раскинул в стороны руки. Ветки уперлись в щиты.

Тут подоспел и Кирилл. Он начертил руны и ветки отступили. Одновременно с этим оборотни выскочили из своих укрытий. Яга спрыгнула с Баюна, а он бросился на медведицу. Вот спасибо, что взял на себя самую опасную.

Лиса прыгнула на лешачонка. Волчица на меня. Совсем страх потеряла?! Я просто переместился ей на спину еще в полете и воткнул кинжал в шею. Волчица захрипела и начала заваливаться. А я уже переместился к дереву, за которым пряталась одна из колдуний. Краем глаза увидел, что Яга направила палец в куст, где сидел колдун. Кирилл отражал нападения растений. В общем, все при деле.

– Ку-ку, красотка, – заявил я и заглянул за дерево.

И в тот же миг ощутил приближение еще четверых – кого, не понял, не до того. А вот это уже плохо. Надо поторопиться. Но тут же появились еще двое. Да им что, медом намазано?!

Колдунья не нашла ничего лучше, чем попробовать огреть меня клюкой. Перехватить ее не стало проблемой. Проблема оказалась в другом. Только я собрался ударить проклятую старуху кинжалом, как клюка ожила и змеей обвилась вокруг моего запястья. Как я мог забыть о таком приеме?

А у клюки появилась и змеиная голова с зубами. Одновременно я поставил щит и изменил направление удара кинжала. Змея сначала обломала зубы о щит, а через мгновение лишилась головы. Клюка снова стала деревяшкой, правда, обернутой вокруг моей руки. Но это не страшно. Обидно, что за секунды, потраченные на борьбу с палкой, колдунья успела отбежать и начать колдовать новую гадость.

– Еще гости! – крикнул я, переместился к колдунье и прервал ее проклятую жизнь.

Я сразу обернулся. Баюн все еще боролся с медведицей – от их клубка отлетали клочья меха и крови. Яга уже поворачивалась, чтобы помочь лешачонку. Кирилл на моих глазах бросился в куст к колдунье. Тут все под контролем. Тогда займусь гостями.

Для начала определил, что с одной стороны бегут Лихо и Серый Волк, а с другой Горбунок несет еще двух колдунов, а над ними летит птица Сирин. Этой что, никто не рассказал об участи ее товарок над Москвой? Я спрятался за дерево и стал ждать.

Как только ощутил Горбунка рядом, махнул рукой и выставил перед ним щит. Раздался звук удара, лошадиное истошное ржание и человеческие вскрики. Я выглянул. Все трое валялись на земле. Горбунок, явно оглушенный, мотал головой. Колдуны попадали один на другого и теперь со стонами поднимались.

Но не успел я ничего сделать, как у того, кто лежал сверху, вдруг рука проехала по земле и он снова придавил товарища. Снова начал подниматься – нога проскользнула. Так они и барахтались. А неподалеку стоял мужичок в серой невзрачной одежке и хихикал.

А вот и Лихо Одноглазое, узнал я его по прикрытому волосами правому глазу. Что он на нашей стороне, стало приятной неожиданностью. Через секунду на Горбунка налетел Серый Волк. По черным ушам я узнал в нем Рыка. Ну что же, остается Сирин – как раз раздалась умиротворяющая песнь.

Прыгать ей на спину я не рискнул – если не повезет и она вспыхнет, сам стану угольком, а это в мои планы не входит. Придется заставить ее сесть.

– Бабушка прикрой остальных, – попросил я. – А я с ней поиграю.

– Поспеши, Темный, – сказала она.

Пока Яга ткала паутину заклинания, чтобы защитить остальных от сонной песни Сирин, я навесил сверху иллюзию того, что все уснули. Разложил наших красиво, чтобы ей было удобнее приземлиться и слопать их. И заглушил звуки драки. Но при этом иллюзию сделал на пару метров выше земли. И стал ждать.

Ожидание не затянулось. Уже через минуту гигантская птичка стала приземляться рядом с иллюзией спящего меня. Но слишком поздно поняла, что под лапами все еще пустота, и неуклюже свалилась на полянку возле куста, где притаился после победы над колдуном Кирилл.

Как я и опасался, она сразу вспыхнула. Но вот ее как раз моя магия брала. Так что без сожалений и прочих сантиментов я запустил в нее темное копье. Сирин крякнула и замерла. Сияние сразу погасло.

Вскоре затихли и остальные наши противники. Лихо подошел ближе. Рык поднялся с земли и отряхнулся. Яга и Кирилл вышли из укрытий. Баюн сел облизываться от крови медведицы, чье тело лежало перед ним в человеческой форме. И куда лезли?

– Неужели не понимали, что на смерть идут? – удивленно воскликнул Кирилл.

– А то у них выбор был? – усмехнулась Яга. – Их послали, они и пошли.

Она критически осмотрела своего котика и занялась его ранами.

– Марья. Они подчинялись ей, – пришел я к нехитрому выводу. – Но если она не высший демон, у них был выбор. Бабушка, посмотри, может, знакомый кто?

Яга кивнула, закончила с Баюном и пошла заглядывать в лица убиенных нелюдей. И что самое неприятное, поджимала при этом губы и кивала. А тем временем Лихо скромно подошел ближе.

– Спасибо за помощь, – сказал я ему искренне и протянул руку.

Он с опаской посмотрел на нее, но пожал. Потоптался на месте, явно ощущая себя не в своей тарелке.

– Да я это, мимо шел, – сказал Лихо на удивление высоким голосом. – Слышу – драка. Еще и Серый бежит. Я так и понял, что отступников бить. А у меня на них давно руки чешутся.

– С чего это? – удивился я.

– А с того, что не люблю я таких. Как тогда трое всего Полозу продались, так на все наше племя потом несколько лет волком смотрели. Прости, Серый. Так что я теперь на них это, охочусь.

– Понятно. Но все равно спасибо, – улыбнулся я.

– Мы это, догоняем или как? – робко спросил лешачонок. – А то они уходят.

– Да, конечно. Бежим дальше. Ты с нами? – спросил я Лихо.

– Прости, но не могу я. Ждут меня, – с сожалением сказал он.

Я кивнул. Лихо пошел своей дорогой. А я с Кириллом сел на Рыка, лешачонок скромно устроился впереди Яги на Баюне и мы побежали догонять людей.

По дороге Рык рассказал, что прибежал к избушке, понял, что нас нет, и бросился догонять. А по пути встретил Лихо и немного подвез до места драки.

Бежали мы по горному лесу, но строго в Нави, без намека на приближение к нейтральным землям. Вскоре что-то изменилось. Я не сразу понял что именно. Это было на уровне ощущений. Вроде все та же родная Навь, но что-то примешивалось, вроде запаха дыма и кожи.

– Мы на территории индейцев, – пояснил Кирилл при виде моей растерянности. – Навь сюда добралась, но еще не до конца, потому переход ощущается. Вон, посмотри.

Я проследил за его рукой и увидел камень. Он катился сам по себе, еще и в гору. Мимо пролетел сгусток воздуха.

– Духи, – догадался я.

– Да, они по всей Аляске, но тут их больше всего. Те, кто сам себя загнал в резервации, – пояснил Кирилл.

– Странные они. В обеих Америках возмущаются, что индейцев в резервации загоняли, пока они сами не ушли к нам или на южный континент, а тут они добровольно себя изолируют, – заметил я.

И тут лешачонок остановил Баюна и спрыгнул на землю. С растерянным видом он прошелся туда-сюда, пошелестел листочками и растерянно развел руками-веточками.

– Я потерял след, – пожаловался он.

– Эх, молодежь, – раскатисто произнес Рык. – Показывай, где последний след.

Мы с ангелом спрыгнули с его спины, чтобы не мешать. А Волк и лешачонок вернулись немного назад. Орешек потыкал веточкой в землю, Рык уткнулся носом и начал крутиться, постепенно расширяя зону.

– Они просто прыгнули, скоты горбатые, – объяснил Серый через пару минут. – Садитесь, побежали. Кажется, я знаю, куда они.

А я тем временем сверился с картой и списком Кощея. Поблизости находились два артефакта. Но когда Рык указал направление, я понял, какой из них воры выбрали целью.

Его прозвали Гостем. В сущности, это метеорит, но не из космоса, а из другого мира. Как он сюда попал, никто не знал. Известно только, что случилось это около двух тысяч лет назад. Но нашли его только двести четырнадцать лет назад, когда исследователи всерьез взялись за изучение Аляски.

Когда Гостя нашли и изучили, решили придать ему форму и на всякий случай оставить там, где нашли. Так что теперь он лежал в виде рубинового сердца размером с человеческую голову в центре пещеры. А вел к нему лабиринт с ловушками, загадками и древними стражами.

Как появился лабиринт, тоже никто не знал. Местные говорили, что он образовался вокруг камня после того, как его вернули в виде сердца. Самое интересное, свойства Гостя засекретили. Я мог бы написать Кощею и спросить, но Рык бежал прыжками. Потом выясню.

Воров мы догнали уже на подходе к пещере, когда Луна замерла ненадолго в зените. В ее бледном свете нам явилась картина того, как девять человек на пятерых Горбунках подъезжают к темному провалу входа и спешиваются. Мы остановились в зарослях на опушке.

Я сосредоточился. Все верно, этот усатый, Геннадий Ильич, среди них. Остальные люди. При этом два аморфа и три слабых чародея, остальные простые люди. А ведь изначально говорили о группе из всего четверых. Значит, или Перову не доверяют, или увеличили состав в последний момент.

Пока все говорило в пользу второго варианта. Если бы поручику не доверяли, Репниным вряд ли бы рискнули. Насколько я понял, он ценный ресурс для Скарлетт. Что логично – тех, кто принадлежит двум мирам, можно пересчитать по пальцам двух рук.

– Что будем делать? – спросил Кирилл.

– Перебить их и вся любовь, – предложил кот Каюр тоном, словно иных вариантов не существует.

– А потом выставить тут армию, чтобы никто не зашел снова? – усмехнулся я.

– Хорошо, что ты предлагаешь? – раздраженно мяукнул он.

– Дождаться, когда они выйдут с артефактом, и отобрать его, – невозмутимо сказал я. – Или перебить их и самим его добыть.

– Первый проще, – заметил Рык.

– Проблема в том, что мы не знаем свойств Гостя, – заметил ангел, но посмотрел на Ягу. – Или кто-то знает?

Она покачала головой, а я уже писал вопрос Кощею. Осталось только ждать ответа.

– Гость защищает того, в ком признал хозяина, – прочитал я слова царя Нави. – При этом всяких негодяев он признает быстрее, чем людей с добрыми намерениями.

– Хренотень, – подвел итог Баюн.

– А… простите, я вам еще нужен? – напомнил о себе лешачонок. – Я вас довел, но боец из меня не очень.

– Иди, Орешек, спасибо тебе, – отпустил я его с теплой улыбкой.

Он попрощался и исчез в лесу.

– Значит, мы рискуем, пока деремся с этой девяткой, а потом еще проходим смертельный лабиринт. Я ничего не перепутал? – уточнил еще раз Каюр.

– Все верно, котик, – усмехнулся я.

В ответ он оскалился, но стоило мне посмотреть на него, как Баюн прижал уши.

– Ладно, ладно, я просто спросил. План есть?

– Первыми выносим Горбунков, – сказал я. – Потом я беру на себя Репнина. Каюр, ты займись простыми людьми. Рык, на тебе аморфы. Кирилл и бабушка убирают чародеев. Если кто-то освободится раньше, присоединится к тому, кому нужна помощь. С аморфами осторожнее – заклинания на них почти не действуют.

– Заклинания нет, а когти и зубы очень даже. Серый, я присоединюсь, когда закончу с людьми, – пообещал Баюн. И он не бахвалился – ему эти четыре человека на два замаха. Лишь бы рядом стояли.

Мы выждали момент, распределили коней и напали.

Горбунков надо было убрать одним ударом. Это означало, что Рыку и Каюру показываться нельзя, иначе кони тут же исчезнут. Потому Кириллу достался один Горбунок, а нам с Ягой по два.

Как только люди спешились, мы выпустили заклинания. Было бы хорошо накрыть их всех, но аморфы могли разбить магию. Эти недочародеи и сами не могли творить магию, и другим мешали.

А так нам хватило одного дружного залпа, чтобы эти горбатые предатели тоненько взвизгнули в последний раз и упали бездыханными тушками.

После этого выскочили Рык и Каюр под нашими с ангелом щитами. А чтобы чародеи не решили, что это их добыча, тут же появились и мы.

Репнин поднял руки и я понял, что руны ему для колдовства не нужны как и мне. И сразу поставил вокруг него темную клетку. При этом слышал, как крики людей резко обрываются хлюпающими звуками, когда когти Волка и Баюна разрывали их плоть. Со стороны Кирилла и Яги виднелись только вспышки зеленых и желтых заклинаний. Все идет по плану. Так что я сосредоточился на своем противнике.

А он к этому времени умудрился выпутаться из клетки и как раз поднимался.

– Интересная ты зверушка, – заметил я с мрачной ухмылкой.

– Я не зверушка, – рыкнул он.

– Еще какая. Ручная обезьянка Скарлетт.

Он издал низкий рык и поднял руку с красными молниями на кончиках пальцев. Мой любимый прием с прыжком за спину он наверняка знал, так что я создал хлыст тьмы, захватил его руку и дернул.

Раздался хруст выбитого сустава. Сам Репнин проехался носом по земле и упал у моих ног. Тут же попытался вцепиться целой рукой мне в сапог, но я ударил по ней каблуком, а потом без затей прирезал его.

– А я думал, ты опаснее, – пробормотал я, проверяя пульс. И повернулся к остальным.

Там тоже уже все заканчивалось. Победа оказалась довольно легкой. Впрочем, как еще могло быть при неожиданном нападении? Никого из моих спутников даже не поцарапали.

– Это было быстро, – разочарованно заметил Баюн.

– Ничего, внутри будет веселее, – пообещал я.

– Тогда не будем медлить, – сказала Яга и решительно зашла в пещеру первой.

Я последовал за ней. За спиной услышал тихие шаги ангела и клацанье когтей Волка и Кота. А впереди нас ждали темнота и неизвестность.

Глава 10

– Может, проверим тела? – предложил Каюр, когда мы остановились перед входом в пещеру. – Вдруг им дали подсказки по прохождению?

– Сомнительно, но проверить стоит, – согласился я.

Мы вернулись к телам и обыскали каждого. Особенно тщательно я проверил тело Репнина. Но ничего не нашел, кроме странного кругляшка. Монета? Но она казалась какой-то незаконченной, словно частью чего-то большего. Я показал ее другим.

– Да, это создали майя. Может пригодиться, – вынесла вердикт Яга.

– Просто так не стали бы с собой брать, – согласился Кирилл. – А ответы могли быть в голове Репнина.

– Некромантией заниматься не будем. Сами решим. Идем, – решил я и положил монету в карман на молнии, чтобы не выпала случайно.

И мы вернулись к входу в пещеру.

– Погодите, – остановил нас Рык и повел носом. – Давайте-ка я сначала разведаю.

– Будь осторожнее, – попросил я.

Это было логично – Серый лучше видел в темноте, да и нос мог подсказать больше, чем нам. Даже Баюн не полез первым.

Я приготовился к ожиданию, но зря. Волк вернулся меньше, чем через минуту с озадаченной мордой.

– Далеко пройти не получилось, – сообщил он недовольно. – Там коридор метров тридцать. В нем точно есть нажимная плита. А за поворотом буквы, но я не грамотный. А потом коридор поворачивает.

– Освещение есть? – уточнила Яга.

– Есть. Вечные факелы. Загораются, когда к ним подходишь.

Я поблагодарил Рыка и пошел первым.

Но обещанные факелы не загорались. Я осторожно коснулся шершавой стены и пошел вперед. Через три шага рука провалилась в пустоту.

– Тут поворот, – подсказал очевидное Волк шепотом.

– Почему сразу не сказал? – тоже шепотом возмутился Баюн.

– Тише вы, – шикнула на низ Яга.

Я повернул и пошел дальше. Стоило сделать всего два осторожных шага, как в темноте раздалось «пшш» и обещанные факелы загорелись.

И тут же на плечи словно надавили сильные руки. В носу засвербело от кислого запаха сажи и раскаленного металла. Кто хоть раз побывал в Преисподней никогда не забудет этих ароматов.

– Спасибо, что без серы, – пробормотал я.

– Это что такое? – сдавленно пробормотал Кирилл и закашлялся.

– Это запах проблем, – ответил я. – Тут все провоняло Преисподней.

– Сколько раз проходила мимо, ничего такого не ощущала, – растерянно сказала Яга. – Только всегда хотелось держаться подальше.

– Дышать тяжело, словно ребра сдавливает, – заметил Баюн.

– Словно очень глубоко под землей, – добавил Рык. – Но я сначала подумал, что это из-за камня над нами.

– Идем дальше. Выбор у нас небольшой. Только поспешим, пока влияние не стало сильнее, – сказал я. – Мне-то что, а вот как на вас подействует, не знаю.

Когда глаза привыкли к свету, я рассмотрел коридор шириной всего в метр. Камни пола, стен и потолка обработаны и почти идеально подогнаны друг к другу. Я узнал древнюю технологию индейцев майя, но они живут много южнее, в центре континента. Да и строят уже иначе – переняли приемы европейцев, что перебрались пять веков назад сюда. Но сейчас не до погружения в историю. Магический фон пока оставался на прежнем уровне.

– Где плита? – тихо спросил я Рыка.

Он прошел немного вперед и указал носом. Я подошел и опустился на корточки. Посмотрел дальше. Там виднелся поворот, но не буквы.

– Ты просто перепрыгнул плиту? – уточнил я.

Вместо ответа Волк перепрыгнул. Не такая уж и широкая плита, оценил я расстояние. Но осторожность не помешает. И я проверил стены на уровне головы человека в момент прыжка. Ничего. Видимо, вначале ничего сложного и не должно быть.

Я тоже прыгнул и остался жив. Услышал вздох облегчения за спиной и прошел чуть дальше, пока остальные преодолевали опасную пластину. До поворота ничего опасного больше не случилось. Я осторожно заглянул.

Там коридор продолжался, но сверху свисала горизонтальная балка с надписью. Только я не знаю иероглифов индейцев – ни одного из племен. Но это оказалось не проблемой. Как только подошли последние мои спутники, иероглифы ожили, начали перетекать и сложились во вполне понятные слова на родной кириллице.

«Вы входите в святилище Гостя. Проявите почтение или вернитесь назад».

– Так мы ж со всем уважением тут, – удивился ангел. – Не ругаемся, не плюем и не мусорим. Слова плохого не сказали ни об артефакте, ни о... Эй, за что?!

Я обернулся и едва сдержал улыбку. Кирилл почесывал макушку, а Яга как раз опускала руку после подзатыльника.

– Это загадка, мой пернатый друг, – пояснил я. – «Вернитесь назад» означает, что если не отгадаете, вам лучше уйти, иначе сложите тут головы.

– Так что делать, Темный? – уточнил Баюн.

– А каким образом выказывают почтение? – уточнил я, хотя уже знал, что от нас требуется. Но котик с непониманием хлопал глазами. – Как ты приветствуешь своего царя?

– Поклоном, – тут же сказал он. – А! Понял.

Я только усмехнулся и посмотрел на стены с обеих сторон. Что надо поклониться, это ясно, но насколько низко? И я увидел. На уровне середины груди в стене слева кладка казалась не такой идеальной – слишком широкий зазор между камнями.

Проверять, что там выскочит, я не стал. Просто наклонился и перебежал весь участок с этим «браком», примерно три шага. Но я сделал еще два для верности и осторожно выпрямился. И остался жив. Тогда и остальные последовали моему примеру.

– Я снова на разведку, – предложил Рык.

– Будь осторожнее, – попросил я. – Давление усиливается.

Волк кивнул и медленно пошел вперед по прямому коридору, что уходил во тьму. Факелы зажигались на его пути. Где-то он опускал голову и принюхивался, где-то опускался и полз на брюхе. Рык прошел еще метров на двадцать пять и факелы высветили еще один поворот.

– Есть какая-то нитка. Нам с котом только головы пригнуть, а вам по грудь будет, – предупредил он.

Я благодарно потрепал его между ушей и пошел первым. Увидел нить и осмотрелся. Судя по отверстиям в потолке, оттуда вылетят колья, если ее порвать.

– Давай обезвредим, – предложил Кирилл. – Мало ли, нам отступать придется. Спешно.

– Поддерживаю, – сказала Яга. – Тут всякое может приключиться.

– Тогда отойдите, – попросил я.

Когда все оказались в безопасной, как мы надеялись, зоне, я запустил темное лезвие. Нить порвалась, колья опустились с такой скоростью, что ни у кого из нас точно не было бы ни полшанса успеть выскочить.

– С пружинами они там, что ли? – удивленно произнес Каюр и встряхнулся.

Отвечать никто не стал. Мы повернулись и отправились дальше.

– Что за поворотом? – спросил я Рыка.

– Дверь. Каменная. Ручек не видел.

И правда. Просто каменная плита, испещренная рисунками, в основном змей и черепов. Я провел рукой по рисункам, пока остальные тихо обсуждали, что же делать с этим чудом. Пальцы попали в небольшое углубление. Я перестал слушать рассуждения о волшебных словах и разрушительных заклинаниях.

Пальцы медленно и осторожно обследовали углубление, небольшое и идеально круглое, размером с серебряный рубль. Кажется, у меня недавно появилось кое-что, что может здесь подойти.

Я достал монету из кармана и присел на корточки. С одной стороны рисунок не подходил, но вот с другой очень даже. Я покрутил ее, примериваясь, и вставил в углубление.

Дверь дрогнула. Разговоры стихли. Я отошел на шаг. Дверь задрожала сильнее и поползла вверх. Я поставил щит. Но на нас никто не выскочил и ничего не вылетело.

За дверью нас ждала комната. Даже зал, довольно большой, примерно с хоккейную площадку, только круглый. По периметру горели алые огни. Между ними стояли фигуры, около полусотни. Сначала я подумал, что это люди, но нет, это скорее мумии. Причем не индейцев – их доспехи больше напоминали японские. И катаны, танто и прочее оружие, названия которого я не знал, говорили о том же. И это не радовало – Владыка Преисподней обожал японскую культуру, особенно военную.

В центре зала находился круглый постамент, но пустой. Над ним виднелась дыра в потолке, как раз диаметром с постамент. А у дальней стены высилось кресло или даже целый трон. С него поднялась высокая тощая фигура.

Мы вошли в зал и дверь ожидаемо закрылась.

– Что-то мне подсказывает, что нам надо на этот постамент и вверх, – тихо сказал я.

– Что-то мне подсказывает, что просто так он нас не пропустит, Темный, – в тон мне добавила Яга.

– Попробуем уговорить, – пробормотал я и вышел вперед.

Высокий и тощий тоже приблизился, но остановился с той стороны постамента. Он тоже оказался мумией, но точно не японцем, слишком высокий. Да и строение черепа говорило, что он скорее индеец. Вот и длинные черные волосы, перехваченные на лбу плетеным кожаным ремешком, говорили в пользу индейцев. А вот тощую грудь прикрывал халат скорее восточный. Что же тут за смешение культур такое?

Но да ладно. Мы долго будем в гляделки играть или он уже скажет что-то? Или ждет, что кто-то из нас заговорит первым? Так я могу.

– Темный, Светлый, пограничники и проводник, – заговорил он торжественно. – Интересная компания ко мне пожаловала. Не вас я ждал.

– А ты кто? – спросил я. – Или вы?

– Я привратник. Охраняю Гостя, – с тем же пафосом заявил он.

Я демонстративно посмотрел на него. На дверь. На зал. И выгнул бровь. Привратник остался невозмутим.

– Мне казалось, привратник должен стоять по ту сторону дверей, а не внутри, – сказал я.

– Я стою у врат, – ответил он и указал на постамент. – Назовите цель визита к Гостю. Если она достаточная, я вас пропущу.

А вот и этот момент. Кажется, я понял, что тут происходит. Да и слова привратника подтвердили мои догадки. Теперь нужно подобрать верные слова и…

– Гостя хотят использовать демоны в дурных целях. Мы пришли перенести его в другое место, – выпалил у меня из-за спины ангел.

Я едва не застонал и покачал головой.

– Демоны в дурных целях? – изумился привратник, насколько вообще способна мумия на эмоции.

– Да, они хотят открыть врата… ой… да за что?! – возмутился ангел еще одному подзатыльнику от Яги и не договорил.

– Так вы пришли помешать демонам открыть врата в Преисподнюю, – протянул привратник. – И ты с ними согласен, демон? Ты пришел, чтобы предать свой народ?

– Что? Не понял… ой… – Сзади раздался еще один шлепок.

– Замолчи, пернатый, – прорычал Каюр. – А то ощиплю как курицу.

Все уже было сделано. Врать не имело смысла. Так что я вздохнул и отошел, выбирая лучшую позицию для боя.

– Что молчишь, демон? – все же окликнул меня привратник. – Ты пришел предать своего повелителя?

– Владыка первым предал меня, – ответил я. – Я не позволю ему погубить этот мир.

– Тогда вы умрете, – равнодушно заявил он и хлопнул в ладоши.

Тут же все мумии в японских доспехах пришли в движение. Каждая подняла оружие в боевое положение и пошла на нас.

– Если не выберемся, я тебя урою, пернатый, – пообещал Баюн и припал к полу.

Вот только я не собирался устраивать долгий бой. Какими бы умелыми воинами они ни были при жизни, теперь это всего лишь мумии – высохшие и оживленные трупы. Чародеев среди них я не видел. Вернее, оммёдзи, как они себя называли.

– Ангел, у тебя осталось что-то из святой магии? – спросил я.

– Нет, – выпалил он.

– Тогда пригнитесь. Все, – приказал я.

Как только мои спутники упали на пол, я развел руки, выставил их ладонями наружу и крутнулся на месте. Из моих ладоней вырвался веер абсолютной тьмы и разрезал мумий. Увы, не всех. Некоторые оказались на удивление сообразительными и шустрыми. А вот я выпустил почти полный заряд магического резерва.

В голове зашумело, накатила волна слабости. Я покачнулся и оперся о постамент. Перед глазами плыло, но я заметил, что привратник упал. Вот он точно был индейским шаманом.

– Добейте их, – сказал я и сполз на пол.

Сквозь шум в ушах до меня доносилось волчье и кошачье рычание, шелест растений Кирилла и присказки Яги. А я сидел и ругал себя за то, что выпустил слишком много силы. Не рассчитал, разозлился, думал, стал сильнее. Еще неизвестно, что впереди, а я уже никакой. Вряд ли мы поднимемся и там будет ждать демонический рубин.

Вскоре бой затих. Моего лба коснулась сухая рука. Я приоткрыл глаз, но это не мумия собиралась оторвать мне голову, а Яга проверяла состояние.

– Вот, испей-ка. Как знала, что надо захватить, – проворчала она.

Моих губ коснулось горлышко фляги. Я начали пить. Это оказалась живая вода. Магические каналы открылись и сила бурным потоком ворвалась в тело. Местная магия Преисподней, но именно она мне сейчас и нужна.

– Ой-ёй… – мяукнул Баюн при виде меня. – Ты точно еще с нами?

– Это только сила, Каюр, – сказал я, поднимаясь. – Не она влияет на человека – человек сам решает, как ее использовать. Да, у некоторых сносит крышу или влияют стереотипы. Но это от мозгов зависит, есть они или нет. Кстати о мозгах.

Я повернулся к ангелу, что стоял тихий и подавленный. Неужели понял? Я подошел к нему. Кулак сжался сам собой. Кирилл втянул голову в плечи.

– Еще раз откроешь рот, не подумав, отправлю в Правь, – тихо пообещал я. – Какого хрена ты открыл рот, если чувствовал демоническую энергию?

– Прости. Понесло. Привык высказывать врагу все перед битвой, – пролепетал он.

– А если бы помолчал, никакой битвы не было бы. Отгадали пару загадок и прошли бы дальше. Думай наперед. Ты уже не на Небесах, тут другие правила игры.

Я разжал кулак и хлопнул его по плечу открытой ладонью. Отошел и осмотрел постамент. Он возвышался до середины бедра, черный, без украшательств – просто обработанный кусок обсидиана. Казалось, что он застрял на середине пути, потому что ступенек нет, а нормальному человеку забираться на такую высоту неудобно.

Но решение нашлось легко – рычаг на подлокотнике кресла шамана. Опустить мы его опустили, но теперь надо бы дернуть, чтобы поднять платформу. Логика говорила, что это должен сделать шаман после успешного прохождения испытания. Ничего, справимся и без шамана.

– Кирилл, зацепишь лозой и дернешь, – распорядился я.

Он, все еще подавленный из-за своей ошибки, только коротко кивнул.

Через минуту мы уже поднялись, готовые снова драться или отгадывать загадки. Но тут нас ждала пустая комната с единственной дверью. Благо дверь простая, без головоломки. Готовые ко всему, мы открыли ее и выглянули.

Снова коридор, тихий и пустой. Даже без ловушек. По нему мы прошли в очередную круглую комнату. Тут стояли статуи бизона и пантеры по бокам и горели синим огнем факелы. Вот это мне совсем не понравилось. По центру высился постамент.

– Это очередное испытание. Разойдитесь по комнате, а я почитаю, – распорядился я и пошел к постаменту. Дождался, когда остальные займут выбранные места, и опустил глаза на надпись, сразу на русском, без перетекания из иероглифов.

«Претенденты. Чтобы пройти дальше, вы должны…» Но что должны, я прочитать не успел. Надпись сменилась на «Испытание провалено. Прощайте». Свет факелов сменился на красный и статуи ожили.

Уж не знаю, кого ждали в этом месте, но бизон и пантера легли быстро. Как только это случилось, огонь факелов стал самым обычным, а дверь в противоположной стене открылась. А дальше начался обещанный лабиринт.

Коридоры шли прямо, потом изгибались, мы выходили на перекрестки и попадали в тупики, спускались и поднимались по лестницам. Ловушек почти не встречалось. Потом находили комнаты с испытаниями. Разумеется, сразу появлялось сообщение о провале и приходилось драться.

Так продолжалось долго. Внутренние часы говорили, что время подходит к утру. Мы все устали. Я с тревогой посматривал на Ягу, но она держалась не хуже остальных. Только Кирилл явно не привык к таким ночным пробежкам и тяжело дышал. Бабушка уже дважды давала ему попить.

И вот, наконец, разветвления закончились. Единственный коридор привел к узкой лестнице наверх в тридцать три ступени. Ангел проворчал что-то про плагиат, но все слишком устали, чтобы отвечать ему. Очевидно, что цель близка, но никто не спешил и поднимался осторожно.

Очередная круглая зала. На стенах горят факелы. Под потолком парит большой рубин, источая демоническую энергию. Под ним завис над полом, помахивая крыльями, змей. Вместо чешуи его тело покрывали красные и синие перья. Голову венчал алый хохолок.

– Вы потревожили покой бога, – прошипел он. – За это я вас покараю.

– Да? И кто же у нас бог? – с насмешкой уточнил я, пока мои спутники рассыпались по залу. – Ты или та каменюка?

– Я – бог Кетцалькоатль. Вы поплатитесь, смертные!

– Чтобы бог подрабатывал сторожем камня? Не смеши меня. Никакой ты не бог, ты жалкая подделка. Истинный Пернатый Змей пребывает в Слави. Так что умри, игрушка демонов.

Мне показалось забавным принять правила игры и ответить ему с тем же пафосом, с каким этот монстр угрожал нам. Когда-то я сам так говорил, будучи владетелем целого региона Преисподней.

Вот с ним пришлось повозиться чуть дольше. Все же реплика бога как ни как. Он выскальзывал из лоз ангела и почти не реагировал на мою тьму.

Почему-то Кирилл показался змеюке самым опасным, видимо, ощущал в нем ангела. В какой-то момент змей изловчился и здорово укусил его. Но при этом открылся для удара.

Каюр прыгнул и повалил змея. Прижал его крылья к полу. Рык тоже прыгнул и придавил пернатый хвост. Яга побежала к Кириллу. А я подошел и без затей отрезал голову с хохолком. Сразу повернулся к Яге.

– Как он?

– Получил лошадиную дозу яда. Разлив по телу остановила, но ему срочно надо в мою избушку и в Явь. В Нави ангелу хуже, – отрапортовала она.

– Рык, мы можем переместиться здесь? – повернулся я к Волку.

Он прислушался к чему-то и мотнул головой, сплюнул перо.

– Нет. В Яви тут просто скала.

Баюн, довольный собой, отплевывался от перьев и чистил морду от крови.

Тут сверху раздался скрежет и рубин зашатался. Я прыгнул и поймал его. Проехался плечом и боком по полу, но это уже ерунда.

– Осторожно кладем Кирилла на Каюра и уходим. Быстро, – приказал я.

– А куда уходим-то? – тревожно спросила Яга. – Обратный путь он не выдержит.

Я осмотрел Гостя. Он выглядел как обычный, только очень большой рубин, если бы не бешенная демоническая энергетика. Не представляю, как он будет вести себя в Яви, но я надеялся, что Кощей быстро придет и заберет его. А пока я положил его в сумку и осмотрелся. В дальней стене виднелась дверь. Я подошел и осторожно открыл.

Снаружи свистел ветер и бросал в лицо горсти колючего снега. Небо уже стало серым на востоке, но сквозь облака солнце не пробивалось, лишь давало слабый блеклый свет. Но этого хватило, чтобы рассмотреть каменные ступени. Я обернулся, но Рык уже стоял рядом.

– Я проведу, – пообещал он. – Будет непросто. Эй, киса, сдюжишь?

Каюр зашипел, но все же подошел и глянул. При виде спуска в ледяную бездну он прижал уши и сглотнул. И все же кивнул. Мы положили Кирилла на Баюна. Яга села с ним, чтобы придерживать. Я оседлал Рыка. И мы вышли из лабиринта.

Ветер норовил сбросить нас с узкой лестницы в пропасть. Уже через минуту мне надоело так рисковать. Я попросил у Яги остатки живой воды и выпил. Теперь мне хватило сил, чтобы ставить щиты между нами и бездной.

Так мы и спускались – щит, десяток или чуть больше ступеней, убрать старый щит, поставить новый. Спуск занял полтора часа и закончился в расщелине. Здесь ветер утих и тишина оглушила. Но медлить и отдыхать звери не стали и бросились прочь отсюда.

На подходе к избушке на курьих ножках мы переложили Кирилла на Рыка, чтобы он перенес раненого в Явь. Через избушку еще раз ангелу в таком состоянии переходить опасно.

Когда мы подбежали к избушке, Каюр и Яга уже ждали нас. Кирилла занесли внутрь и бабушка сразу занялась им. Но меня в избу не пустили – Гость пагубно влиял на нее, слишком сильная демоническая энергия. Пришлось мне отдыхать снаружи на осеннем ветру. Я написал Кощею, что Гость у меня и надо бы его забрать. Царь Нави ответил, что скоро придет.

Вот только кто же мне даст так просто отдохнуть?

Я уже дремал, прижавшись к теплому боку Рыка, укрывшись от осеннего холода, как на поляну выскочил уже знакомый Орешек. Его желтые листочки дрожали от волнения.

– Темный, Темный! – крикнул он. И что-то в его интонациях заставило меня моментально проснуться. – Тебя твой домовой искал, с ног сбился.

– Говори, – велел я.

– Он сказал, что оборотень ему сказал, что альбионский консул получил от каких-то людей сильную штуку, артефакт по-вашему, и передал с особой почтой. И ящик этот уже едет к границе, – на одном дыхании выдал лешачонок.

– Да твою ж то в душу… – выругался я. – Спасибо, дружок. Рык, погнали.

– Знаешь, куда?

– Там одна дорога. Только минуту.

Я достал блокнот и написал Кощею, что еду на границу, Гость со мной, потому что не могу оставить у Яги. Он ответил, что идет туда. А я вскочил на Рыка и мы понеслись.

Глава 11

Быстрее получилось бы добраться через Навь, но там на пути непроходимый лес. А тут, в Яви, каменистое предгорье с редкими пучками сухой травы, голыми кустиками и снежными наносами тут и там.

Уже через километр мы выскочили на нейтральную землю. Дважды нас пытались остановить выходцы из Тир На Ног – сначала два тролля, потом три оборотня. Только мы спешили, а мне силы еще пригодятся. Потому от троллей мы увернулись, а оборотней я посадил в клетки из тьмы.

За спиной раздался их вой, полный обиды и боли. Я мрачно усмехнулся. Очень хотелось подержать их взаперти подольше, но силы не бесконечны, так что я развеял клетки, как только мы оказались на безопасном расстоянии от них.

И вот Рык вынес нас на дорогу. Тут бежать стало проще. Увы, ровно до того момента, как показались первые машины и фуры. Я не сомневался, что артефакт экранировали, но если консул отправил его с официальной дипломатической почтой, то машина маркирована.

И уже через две минуты, когда до границы оставалось километра три, я ее увидел. Красный манакар с золотой полосой и желтыми номерами. Я указал на нее Рыку. Он припустил быстрее. До цели оставалось метров тридцать.

И тут перед нами выскочила лошадь, черная с белоснежной гривой и всадницей. Нет, не просто лошадь – Келпи, кельтский водный дух. От энергетики женщины Рык сам затормозил всеми четырьмя лапами, оставляя на асфальте глубокие борозды.

Нам сигналили, нас объезжали, а мы стояли и прожигали друг друга взглядами. Я знал ее. Эту энергию, эти рыжие волосы и желтые, почти оранжевые, глаза я не спутаю ни с какими другими.

– Гарна, – выдохнул я.

– Здравствуй, милый, – проворковала она.

Я бросил последний взгляд на манакар, что уже пересекал границу, и вернул внимание к своей бывшей жене.

Она довольно улыбалась. Видимо, для нее встреча сюрпризом не стала. Значит, все это время она знала, кто ей противостоит. Конечно знала – это же она отправила меня в это тело. Но почему сразу не вышла на меня, чтобы разобраться? К чему такие сложности-то, а?! Женщины.

– Перейдем в Подмир, чтобы не мешать движению? – предложила она.

– Разумеется. – Чтобы ответить спокойно и с улыбкой, мне пришлось сделать над собой усилие, а то прям трясет от одного ее вида.

Наши проводники синхронно сделали шаг. И вот мы уже на каменистой равнине. За спиной Гарны белеют шапки гор. Промозглый осенний ветер задувает за воротник куртки и треплет чахлые кустики. По небу мчатся мрачные тучи, полные снега – вот-вот их прорвет. Неподалеку шумит водопад. Зато тут никого нет, кроме нас. И подойти скрытно никто не сможет.

– Темный, – тихо сказал Рык. В его голосе слышалась тревога и предупреждение. – Если этот камень скоро не выкинуть в Явь, случится что-то плохое.

С чего бы, если мы только что спокойно везли его по Нави? И все эти века он находился там. Проводнику в таких вещах, конечно, лучше доверять. Но я все равно проверил энергетический фон, чтобы понимать степень бедствия. Результат, увы, не обрадовал.

Гость пульсировал. Это означало, что его энергия конфликтовала с Навью. Или же наоборот, вступила в резонанс для чего-то. Не знаю чего, но Рык прав – нам не понравится. Значит, с Гарной надо разбираться быстрее. У меня есть минут десять, максимум пятнадцать. А потом, если не получится, придется уходить.

– Милый, спасибо, ты принес мне мою вещицу, – с насмешкой заявила демоница. – Так давай же ее скорей сюда.

– Будь готов уносить нас отсюда, – тихо сказал я Серому, а потом ответил ей. – Лучше ты верни тот манакар.

– Еще чего, – фыркнула она.

А я заметил еще одну деталь – ее затмила энергетика Гостя. Но теперь я отчетливо видел, что Гарна человек лишь частично. Так вот откуда у нее такая власть над нелюдями. Вот причина, почему ее слушают сильные нелюди других Подмиров. А я-то думал, что она смогла продвинуться на пути демонической силы дальше моего. Нет, будь это так, я бы почувствовал. Ха! В таком случае бывшая женушка не сильнее меня. Другой вопрос, чувствует ли она изменения во мне или я для нее простой человек? Вот и узнаем.

– Ну вот и я так же отвечу: еще чего, – ухмыльнулся я. – А я оказался прав – ты быстро наскучила Владыке. И как оно, быть попользованной и выкинутой?

Я не спешил – очень надеялся, что Кощей придет, и мы возьмем ее живой. Нужно выяснить планы демонов. Очевидно же, что если убить Гарну, следом придет кто-то еще. Или уже здесь и ждет своего часа.

– Меня не выкидывали, – взъярилась она. И по такой реакции я понял, что она врет. – Владыка отправил меня сделать то, чего ты не удосужился сделать за двадцать лет.

– Ой, ты знаешь, в пеленках так сложно ползти к власти. В ногах путаются. А в лепете никто почему-то не может разобрать пафосных речей о том, какой я могучий, великий и ужасный, – с издевкой заметил я.

И тут с кристальной ясностью осознал, что нынешняя ситуация полностью вытекает из ее, Гарны, решения. Если бы тогда она не решила поиздеваться и позволила мне вселиться в тело того румынского князя, я бы сам открыл врата Преисподней, лишь бы вернуться домой. Но став Дмитрием Татищевым, после общения с домовыми и лешими, после обучения у Кощея и всех разговоров с ним, мне и в горячечном бреду не приходило в голову подобное. Я едва сдержал издевательский смех. Если выведу ее из себя раньше времени, ничего хорошего не будет.

– Так что, ты Владыке в постели наскучила или начала права качать? – уточнил я тем же тоном, пока Гарна изображала возмущенную рыбу на суше.

– Я здесь с великой миссией усиления Преисподней. Отдай камень! – прорычала она все же.

– Не-не-не. Знаешь, обо что может разбиться твоя великая миссия? – продолжал насмехаться я. – О банальные человеческие законы.

– Что? – искренне удивилась демоница. – О чем ты?

Келпи под ней нервно переступила копытами, чувствуя настроение всадницы. Или ей просто воды не хватало, хотя вода неподалеку.

– О том, что ты незаконно пересекла границу Российской Империи. Так что, пожалуй, я тебя арестую. А дальше журналисты, статьи о том, что знатная леди занимается контрабандой, экстрадиция, общение с послами и прочее. Красота же, да?

– Ты не посмеешь! Отдай камень и я просто уйду! – прорычала она снова.

– А то что? – рассмеялся я, а сам похлопал Рыка по боку, давая знать, что сейчас начнется бой. Увы, вытащить из нее что-то в такой ситуации я не видел возможности.

– Сниму с твоего трупа, милый, – прошипела Гарна.

Ветер поднялся сильнее. Оставалось радоваться, что в этом мире нет магии воздуха в чистом виде. А демоница открыла флакон, откуда вылетели капли крови.

Интересно, ей надо чертить руны для заклинаний, или нелюдская часть сущности позволяет пропустить этот момент? Но давать бывшей право первого удара ради удовлетворения любопытства я не стал. Первым поднял руку и выпустил заряд темных осколков.

Гарна только чертила руны, ага, все же нужны, но ее Келпи отреагировала и осколки растворились в водном щите. А дух воды в виде лошади попятился к водопаду.

– Вперед, отсеки ее от воды, – сказал я Рыку и продолжил атаковать.

Келпи защищала, Гарна выпустила первые кровавые заклинания и в защиту пришлось уже уходить мне. По-хорошему, мне бы сейчас слезть с Рыка, чтобы он напал на лошадь, но из-за артефакта у меня в сумке расставаться нам нельзя. Кто знает, в какой момент придется возвращаться в Явь, а сам я этого еще не умею. Так что продолжаем. И ждем Кощея.

Рык тем временем одним прыжком перемахнул через Келпи. Чтобы ему не распороли брюхо заклинанием крови, я поставил щит. Дух воды поняла, в чем дело, дернулась наперерез и едва не врезалась в Волка. Он не преминул ее куснуть и вырвать кусок мяса из шеи.

Келпи тонко заржала от боли и попятилась. Гарна стукнула ее пятками и лошадь взвилась на дыбы. Ударить в незащищенный живот? Логично, но подло. Чем я тогда буду лучше демоницы? Нет, пусть Келпи знает, кому обязана жизнью – кто ее мучает, а кто щадит. Вместо этого я скопил в руке побольше силы, отмечая, как быстро она уходит после такой ночи. И как только лошадь опустилась на все четыре копыта, ударил в Гарну. Демоница вскрикнула от боли и злости и повернула Келпи. Они стали убегать. Рык бросился следом.

И в этот момент в моей сумке загудело и завибрировало так, что заболели зубы. Неужели время вышло?! Я мог поклясться, что прошло не больше пяти минут. Видимо, магическая энергия наших ударов создала фон и ускорила процесс.

– Уходим, Рык, – глухо сказал я.

Дважды просить Волка не пришлось. Одним прыжком он переместился в Явь, на обочину дороги. Кто-то нервный дал по тормозам, взвизгнули покрышки машины, которая начала обходить этого психа, третья машина свернула на обочину и едва не вылетела в кювет.

Я махнул рукой, мол, проезжайте дальше. Мужик из первой машины посмотрел на меня шальными глазами, покачал головой и поехал под мат того, кто из-за него едва не перевернулся. А я лишь разочарованно вздохнул.

– Упустил? – раздался рядом знакомый спокойный голос.

Я сполз с Рыка, повернулся и кивнул Кощею. Не стал говорить, что он опоздал. Ни к чему перекладывать свою ответственность на него. Волк почтительно поклонился своему царю. А царь Нави спешился с вороного коня и повел его под узы подальше от трассы, чтобы не смущать людей.

– Я ее ранил, но не знаю, насколько серьезно, – ответил я устало. – Ты знал, что она наполовину нелюдь?

– Нет. Это интересно. Она развилась сильнее твоего? – удивленно и заинтересованно уточнил Кощей. – Я ничего не почувствовал.

– Нет. Она чертила руны. Видимо, решила зайти с другой стороны. Или еще не разобралась, как это сделать, и усилила себя хоть как-то, чтобы иметь больше власти над нелюдями. Но сейчас это ей не помогло, – добавил я с мрачной усмешкой.

– Почему не погнался за ней?

– Из-за Гостя, – вздохнул я и вытащил камень. – С ним что-то происходит на той стороне. Началась какая-то реакция и мы выскочили от греха подальше.

– И ты не знаешь причины? – искренне удивился он.

– Наставник, я уже сутки на ногах, всю ночь бегал по лабиринту и дрался. От живой воды скоро лопну. Теперь еще и это. У меня просто не было времени для анализа, – устало сказал я.

– Вот как. Да, это причина, – согласился Кощей без иронии. – Давай рассуждать сейчас.

Я вздохнул. Больше всего на свете я сейчас хотел вымыться, поесть и упасть в постель. Еще немного и буду рад даже прямо тут, на камушках, расположиться. Но с наставником не поспоришь. Он меряет по себе, но при этом порой забывает, что смертные не способны не спать и активно действовать сутками напролет.

– Не знаю, – честно сказал я и почесал шрам на щеке. – Камень лежал в Нави несколько веков. Мы спокойно забрали его и несли до избушки Яги. Первые странности начались там – она сказала, что Гость может навредить ее жилищу. А теперь это. Но почему ты не сказал, что он едва ли не из Преисподней?

Кощей посмотрел на меня. Явно хотел задать вопрос, но передумал и покачал головой. Неужели я настолько плохо выгляжу?

– Я не знаю, как появился лабиринт. Просто однажды я ощутил, что он есть. Я не пошел в него, хотя стоило бы. Увы, пока Гостя не обработали, его демоническая сущность не проявлялась. Я не обращал на него внимания. И не видел после обработки, – сказал он и нахмурился, вспоминая. – Да, верно. Я тогда обсуждал границы с мусульманами, а Гостя переправлял Полоз.

– Полоз. И ничего тебе не сказал. Неужели уже тогда задумал что-то против тебя? – удивился я.

– Кто знает. Его уже нет – не спросишь. – Кощей со вздохом развел руками. – Почему ты решил его забрать из лабиринта?

– Потому что иначе Гарна отправила бы другую группу, более удачливую. Испытания лабиринта созданы для того, чтобы испытать лояльного претендента. Нам же пришлось прорываться с боем.

– Гарна? – удивленно переспросил царь Нави. Про бои он то ли пропустил, то ли не стал заострять внимание. – Кто это? Ты же говорил, что за всем стоит леди Скарлетт.

– Это одно лицо, – ответил я с мрачной усмешкой. – И это моя бывшая жена.

– Которая тебя сюда и отправила, – припомнил он мой рассказ.

– Я благодарен ей за это. Иначе все это устроил бы я еще лет двадцать назад.

– К румынскому князю я бы вряд ли пошел с предложением дружбы и обучения. Скорее пришел бы его убивать, – согласился Кощей. – Но зная тебя теперь, уже не скажу с уверенностью, кто бы победил.

– Уже не имеет значения. Так не случилось. А теперь нам надо решить, что делать с этой демонической дрянью дальше, – сказал я и увидел усмешку Кощея. – Странно слышать от демона про демоническую дрянь? Я уже говорил, что человеком себя ощущаю больше, чем демоном. Так что делать?

– Я только что из лабиринта, потому и задержался. Там были особые условия, можно сказать, частичка Яви в глубине Нави. Так что и дальше придется хранить Гостя на этой стороне реальности. Видимо, в Оружейной палате Кремля. Более защищенного места я придумать не могу.

– Тогда его должны охранять надежнее самого Константина, – усмехнулся я. – От его сохранности зависит будущее всего мира. Или где-то есть еще подобный демонический артефакт?

– Боюсь, что могут быть. Вероятно, сколько-то из них Скарлетт, то есть Гарна, использовала в прошлых попытках. Или потому попытки и не удались, что не испльзовала. Но где они, не знаю. Переговорю с соседями. А пока отправлю Гостя к императору.

Я кивнул и передал рубин Кощею. Он принял его очень бережно, так саперы передают друг другу бомбу.

– А я отдохну и займусь главой города и консулом Альбиона, – вздохнул я. – Не даром мне не понравилось, что консульство открыли в таком небольшом городе. И не так давно, кстати. Да, позволишь Рыку остаться со мной? Чую, что нам еще придется побегать туда-сюда из Яви в Навь и обратно.

– Да, конечно. Рык, ты все слышал.

– Да, мой царь, – почтительно ответил он.

– Еще вопрос, наставник, – остановил я его. – Ты не знаешь, что за артефакт они все же забрали?

– Статуэтку черепахи. Она есть в списке, – сдержанно ответил Кощей. – Я усилил охрану, но их всех перебили.

– Мне жаль, – искренне сказал я, а сам припомнил. – Это же она символизирует Землю, да?

– Верно. А теперь мне пора.

Мы попрощались и Кощей ушел порталом сразу в Москву. А мы вернулись к избушке Бабы Яги, рассказали ей обо всем и поехали в город. Рыку пришлось превратиться в обычного волка, иначе не влез бы в манакар. Это не говоря уже о том, что распугал бы всех людей в Алексеевске.

Дома я позвонил Перову, пока готовил себе и Рыку поесть, сказал, что до трех, а то и четырех часов меня не будет. Мы с Волком поели и завалились спать. Конечно, я оставил молоко и хлеб домовому – он заслужил. Жаль, что я не успел перехватить артефакт. Пока у нас с Гарной счет два-один по артефактам. С этой мыслью я и уснул.

Проснулся я с тяжелой головой в половине третьего. Рык еще спал, но проснулся, пока я поливал себя холодной водой в душе, чтобы прийти в себя – ненавижу спать днем, но что поделать.

– Что дальше? – спросил Волк за обедом.

– Едем в контору и ищем след от черепахи к консулу. Его надо выдворить. Так мы обрубим легкий доступ на нашу территорию Гарне. А еще нам надо доказать связь главы города с консулом. И это самое простое.

– Да? Почему?

– Потому что так экстренно без отмашки сверху даже дипломатическую почту не отправляют. Она всегда какое-то время хранится на складе, где ее проверяют на безопасность. Так что тут нужен всего лишь короткий разговор с начальником склада, – усмехнулся я.

После я переоделся в темный костюм и мы отправились в контору.

Там первым делом мы обыскали весь мой кабинет на предмет жучков и нашли. Два. Один явно положили так, чтобы я нашел, обрадовался и не искал дальше, а второй спрятали хитрее, в муляж книги, которая вроде бы и должна быть в кабинете, но вряд ли я бы ей когда воспользовался. Для верности мы поискали еще, но на этом камеры и микрофоны закончились. Только после этого я позвал Перова и Хилкова. В Перове я больше не сомневался, а Хилкова как раз и проверю. Да, это он указал на липовые накладные, но настоящих его мотивов я так и не знаю.

А пока они шли, я проверил тот альбионский манакар.

– Добрый день, господа. У нас есть дело, – сказал я, когда они расселись. – Из-за него я и отсутствовал первую часть дня.

– Да? – Хилков достал блокнот и приготовился записывать. При этом он подозрительно косился на Рыка.

– Сегодня утром у меня на глазах через границу переправили контрабанду манакаром дипломатической почты, – выдал я для начала сухой факт. – Да, не коситесь так. Это Волк. Серый Волк. Зовут Рык. В ближайшее время он будет мне помогать.

Корнет открыл и закрыл рот, осмыслил новости и кивнул.

– Можно подробности с контрабандой или мы должны поверить на слово? – уточнил он деловито.

– Этот манакар должен был увозить груз только через три дня. И вдруг в него загружают груз у самого консульства Альбиона, минуя склад, и гонят в Канаду, – пояснил я. – Эту информацию я получил из неофициального источника, но проверить ее легко. На складе есть графики, а у консульства есть камеры.

– И конечно же Алексей Никитич разрешения не давал, – усмехнулся Перов.

– Именно так, – подтвердил я. – Евгений Александрович, займитесь этим, хорошо?

– Конечно, – серьезно сказал Хилков. – Чтобы мне не попасть в неловкую ситуацию, могу я узнать, от кого именно поступила информация?

– От оборотня. Он живет там рядом.

– Оборотня?! Но мы же не Надзор, почему он… – Брови корнета полезли на лоб.

– Я попросил. Вы же видели отчет об инциденте на складе? На меня там напали фейри. Я смог поговорить с одним из них. С его слов: нас ожидает череда краж артефактов из Яви и Нави. Две предотвратили – одну из них благодаря вам, Евгений Александрович. Но один артефакт ушел в Канаду. Потому я сотрудничаю с Надзором сейчас.

– И в этом замешан консул. Я понял. Все проверю и займусь доказательной базой. Могу идти?

Я отпустил его и повернулся к Перову.

– Надеюсь, он сам выйдет на Черкасского, – пробормотал я.

– Что ночью было? И что дальше? – спросил поручик с жадным интересом.

* * *

Как же больно! Такую боль в последний раз Гарна испытывала десять лет назад, когда вселилась в это тело. Девчонку как раз убивали, а вселение демонической души залечило раны. Она же дала отпор тем уродам. Так Скарлетт после этого не ушла и еще месяц качала права на тело. Было тяжело, но Гарна справилась со строптивой глупышкой и отправила ее в Авалон.

Сейчас же раненая Келпи донесла ее до ближайшей реки и остановила кровь сначала себе, потом всаднице. После затворила рану, но боль не смогла снять до конца. Пришлось Гарне использовать свои силы – впервые ей пригодилась ветка лечения. А как она ругала свою предшественницу, что взяла ее, а не проклятия.

Но почему теперь Келпи смотрит на нее с таким… что это? Страх? Укор? Опасение? Неужели все сразу? Но почему? Да какая разница? Пусть смотрит как хочет, все равно будет выполнять приказы.

Только к обеду Гарна вернулась домой. Верный Эдвард встретил ее с тревогой во взгляде, но молча. Проводил в гостиную, помог удобно устроиться на диване и без лишних слов поставил стакан со скотчем на стол.

– Группа не вернулась из лабиринта, – сообщил он. – Но черепаха уже в вашем сейфе, моя госпожа.

– Да, я знаю про Гостя. Смерть Геннадия я ощутила в тот же момент, потому и отправилась на перехват, – мрачно ответила она. – Только этот щенок оказался… удачливее.

Она впервые увидела бывшего мужа вживую, а не на фотографии. Он оказался довольно симпатичным молодым человеком. Даже шрам его не портил. Если бы не энергетика, она бы не узнала его. Вероятно по этой причине у нее язык не поворачивался назвать его демоническим именем. Но и признавать, что сейчас он сильнее, не хотелось. Скорее даже страшно. Кто знает, как поступят подчиненные, если узнают, что она слаба?

– Пошли за Марьей, – после короткой паузы приказала Гарна. – Мне нужно знать, куда поместят камень. И подбери группу для его возвращения нам.

Да, она искренне считала Гостя своим, потому не считала свои действия кражей.

Глава 12

На следующее утро я позвал Кирилла и Перова в свой кабинет. Выдал им по копии списка артефактов и устроил мозговой штурм.

В списке насчитывалось более двадцати наименований. Я и представить не мог, что тут, на краю империи, так много мощных артефактов. Разумеется, большая часть из них находилась в Нави, но шесть, в том числе и череп шамана, хранились в Яви под сильнейшей охраной.

Их я пока отмел как наименее вероятные – попытка выкрасть один из них станет очень громким скандалом. Начнется расследование, которое неминуемо приведет к Гране, известной тут под именем Скарлетт. А ей этого не надо. Я не сомневался, что моя бывшая до последнего будет действовать осторожно и тихо. А еще это приведет к подельникам с нашей стороны, тому же князю Черкасскому, которому тоже хочется остаться на своем месте.

И я, и Гарна отлично понимали, что это ее последняя попытка открыть врата для Преисподней. Даже если у нее снова не получится, больше я не дам ей уйти и залечь на дно дожидаться нового удачного момента. Теперь, когда я знаю, кто она такая и для чего пришла, я ее из-под земли достану и не позволю сделать этот мир филиалом Преисподней. Слишком уж он мне полюбился таким, какой есть.

А пока мы пытались вычислить, на какой артефакт из списка Гарна покусится в следующий раз. Интернет сюда еще не провели, потому время от времени приходилось обращаться с вопросами к Кощею. После четвертого вопроса из разряда «что делает эта штука?» он не выдержал и пришел сам. Перов едва не упал в обморок – пришлось отпаивать водой.

– Теперь я понимаю, почему сюда прислали именно тебя, капитан, – с нервным смешком заметил он.

– Да, я полон сюрпризов, – невозмутимо ответил я.

И мы продолжили уже вчетвером.

К вечеру у нас все же появился список из шести артефактов. Сначала думали над четырьмя, но по совету царя Нави каждый продублировали запасным. Кроме замены Гостю – тут все оказалось сложнее.

– Не факт, что мы угадали, но это те, что выбрал бы я, – подвел итог Кощей.

Конечно, часть из них это то, что выбрал бы именно я, будучи демоном. Но Перов не знает о моей истинной сущности, потому все взял на себя мой наставник. Я еще раз прошелся по списку глазами. Все эти вещи призваны указать демонам путь подобно названию страны, города, улицы и номера дома в адресной строке на конверте. Кому – демонам в Преисподнюю. От кого – Земля, Северная Америка, Аляска, Навь. Гость сейчас хранился в надежном, как я надеялся, месте. Черепаху как символ Земли они взяли. Оставалось три плюс нечто, что заменит Гостя.

Зеркало Тескатлипоки, бога ацтеков, как символ континента. Ему в пару пошло перо Кетцалькоатля. Статуэтка человека из лавы как символ именно этого места – земли вулканов. Со скрипом дублером выбрали цитрин, огненный камень. С символом Нави нам пришлось повозиться дольше.

Идеальным выглядел меч-кладенец или корона Кощея, но они всегда при нем. Несколько других артефактов в сентябре украли из его хранилища, но почему-то ни один не оставили себе. Я подозревал, что это князь Одоевский нарушил приказ в попытке выгородить себя и подставить меня. В любом случае ни один из них больше не доступен – Кощей вряд ли допустит еще одну кражу у себя из-под носа.

А потом до нас дошло. Мы искали что-то традиционное, чего тут, на Аляске, быть не может. Нужно искать то, что было тут всегда и стало частью Нави, когда она сюда пришла. Стало проще. Пришло понимание, что череп шамана как раз из таких артефактов. Потому остановили выбор на тотемах Ворона и Орла, которым поклонялись испокон веку тлинкиты, местное племя индейцев.

Но чем можно заменить Гостя, мы так и не придумали. Да и эти шесть артефактов только наше предположение. У Скарлетт могут быть и другие ассоциации. В конце концов она уже предпринимала несколько попыток открыть врата и должна была понять принцип выбора правильных предметов. Так что мы решили особое внимание уделить этим реликвиям, но и за остальными присматривать.

– А почему мы не можем усилить охрану всех артефактов из списка? – спросил Перов, когда мы окончательно сдались.

– А потому, Андрей, что для этого придется оголить другие места, в основном на поле боя. Если ты не забыл, Марья Маревна все еще претендует на место царицы Нави, – терпеливо пояснил я.

– И она же, как выяснилось, ходит под Скарлетт. И если победит, отдаст Навь в лапы Тир На Ног, – мрачно добавил он сам. – Что-то я не подумал.

Да, разумеется я рассказал ему и Кириллу о встрече с Гарной. Но Перову сказал только, что эта леди прошла ритуал и теперь частично принадлежит своему Подмиру. Рисковать его ментальным здоровьем и рассказывать про истинное мироустройство с ангелами, демонами и другими вариантами Земли я не стал.

В итоге, не совсем довольные собой, мы разъехались по домам. Эта ночь прошла спокойно. Да я и не ожидал еще одной атаки со стороны Гарны так скоро – она ранена, пока не придет в себя, действовать не будет. Или будет, но через подручных? Время начинает ее поджимать, так что расслабляться не стоит.

А утром у кабинета меня поджидал корнет Хилков. Я не очень удивился и пригласил его внутрь. Больше бы вызвало удивления, если бы молодой князь возился дольше.

– Доброе утро, Евгений Александрович, какие новости?

– Я несколько удивлен результатами расследования, ваше сиятельство, – ответил он и протянул мне папку. – Там все подробно, но если коротко, то так быстро я еще преступника не ловил. Ощущение, что он и не пытался прятаться.

– А еще короче? Кто у нас преступник? – вежливо уточнил я, хотя отлично знал, чья фамилия сейчас прозвучит.

– Городской глава, князь Черкасский, – отчеканил корнет. – Но я понял, почему вы поручили это мне, а не Перову.

– И почему же? – хитро улыбнулся я.

– Он бы все замял, – с вызовом заявил он. – Именно на это рассчитывал преступник, потому и не скрывался.

Я внимательно посмотрел на молодого князя. Насколько ему можно доверять? Это ведь он дал мне наводку на таможенный склад – сам, никто его не подталкивал. И сейчас он быстро нашел то, чего я и без того знал. Хилков прошел проверку, может, все же рискнуть и ввести его в курс дела? Впрочем, он молод и горяч, еще наломает дров. А я подозревал, что в конторе есть кто-то еще нечистый на руку. Нет, не он, но вдруг ляпнет кому-то что-то. С другой стороны, мы не полиция и не жандармерия – в Тайной Канцелярии учат держать рот на замке. Тогда рискну. Но всего говорить нельзя. Я поднял трубку и набрал номер. Услышал ответ.

– Андрей, зайди ко мне, – попросил я и положил трубку. – Чтобы не повторяться.

Князь удивился, но спорить с начальством в моем лице не стал. Перов пришел через минуту и удивленно воззрился на нас. А я на ходу придумывал объяснение для Хилкова, чтобы оно выглядело логичным и не слишком притянутым за уши. Как всегда лучшая ложь та, что замешана на правде. Вот так и поступлю.

– Вот и отлично, – сказал я деловым тоном и жестом предложил обоим присесть. – Итак, чтобы не было недопонимания. Некоторое время назад поступила информация, что некая леди с Альбиона планирует серию краж в этом районе. Для чего ей это я говорить не буду – закрытая информация. Чтобы узнать больше, граф Перов изобразил предателя и попал в ее поле зрения. Леди его завербовала и начала подготавливать почву для своей операции. Сейчас настало время для самих краж. Потому я здесь – чтобы предотвратить их и событие, для которого они происходят.

Повисла пауза. Перов, надо отдать ему должное, смог сохранить спокойствие и не выдать удивления, даже кивнул, словно бы с облегчением, что не надо больше притворяться. Хилков сидел с озадаченным видом и переваривал новости.

– Хотите сказать, что весь этот бардак произошел согласованно с… – Корнет поднял глаза к потолку.

– Да, – уверенно соврал я. – Нам надо было знать, кто еще попал под влияние этой леди и с какой целью.

– У леди есть имя?

– Скарлетт.

– Я слышал о ней, – удивился Хилков. – Это же она устроила беспорядки в Польше.

– Верно. Оттуда я за ней и гонюсь.

– И здесь все началось примерно в то же время, – пробормотал молодой князь. – То есть Аляска следующая?

– Боюсь, тут все серьезнее, но я связан подпиской и не могу говорить, – серьезно ответил я.

– Но если так, получается, что князь Черкасский тоже замешан. Или еще кто-то в Хайдеске? – встрепенулся корнет.

– Руководством в столице губернии занимаются люди из Москвы, – предупредил я. – И это еще одна причина, почему я вам все это рассказал, Евгений Александрович. Перед арестом главы города надо согласовать действия со столицей. Если арестуем его слишком рано, спугнем более крупную рыбу.

– Понимаю, Дмитрий Михайлович.

– И еще одно. По важным делам из конторы не звонить, – приказал я. – Телефоны прослушиваются. И ни с кем дела не обсуждать. Вообще ни полслова, ни намека. Даже в конторе, даже за рюмкой чая. У нас тут еще один завербованный ей человек, которого мы никак не вычислим.

– Но меня вы исключили, – усмехнулся Хилков. Он явно уже пришел в себя от новостей и включил голову. – Не думаете, что я в тот раз вам накладные подсунул, чтобы от себя подозрение отвести?

– Нет. Потому что если бы это были вы, то мы бы сейчас имели совсем другой разговор, – улыбнулся я. – Вы бы мне рассказывали, что ничего не нашли, или что след ведет к Черкасскому, но вы с ним поговорили, но он все отрицает и вообще это невозможно.

– Пожалуй, что так, да, – согласился корнет. – Я все понял. Тогда жду вашей отмашки, Дмитрий Михайлович?

– Да. А я поеду звонить с безопасной линии в Москву, – со вздохом сказал я и поднялся, глянув еще и на часы. – Однажды Роман Алексеевич меня проклянет. Не фигурально.

– Кто?! – ошалело воскликнул Хилков, когда я уже надевал пальто у двери.

– Именно он, – усмехнулся Перов и поднялся. – Наш капитан на короткой ноге с сильными мира сего.

– И об этом тоже никому не говорить. – Все правильно понял молодой князь.

– Да, даже маме на семейном обеде, – проворчал Андрей.

– Я понял с первого раза, господин поручик, – холодно ответил Хилков. – Да, вы так и не сказали, что и когда собираются красть?

– Уже все началось. Артефакты. Два предмета мы смогли отбить, один как раз перевезли в Канаду позавчера. Мы ждем еще четыре кражи, но что, где и когда только догадываемся. Часть из списка хранится в Нави, – пояснил я без особой конкретики.

– Поэтому тут бывал офицер Надзора?

– Да. Пока занимайтесь текущими делами. Но если понадобится, я привлеку вас и к этому делу, – пообещал я, а сам очень понадеялся, что не придется.

Мы вышли и я закрыл дверь. Рык безмолвно шел за мной. Корнету про него пока не говорили – еще выдаст случайно реакцией.

До дома я домчался быстро. Хорошо, что Хилков зашел сразу и разговор с ним продлился не так долго. Так что в Москве сейчас еще не глухая ночь и есть шанс, что никого не разбужу.

Так и случилось. Ответил мне Даниил. Он уже вернулся из Таганрога и порадовал хорошей новостью – мой предшественник пережил покушение и рассказал как все было. Чернышева сначала попытались убить, а когда ничего не вышло, состряпали ложное обвинение в измене. И предложили выбор: или он тихо уходит и молчит, или делу дают ход. Штабс-капитан попытался сунуться к Черкасскому, но оказалось, что он в деле. И он ушел, чтобы не навлекать позор на род. Жаль, что для меня эти сведения уже не актуальны. Зато будет еще один пункт в обвинении главы Алексеевска. А вот в вопросе с ним Даня еще не разбирался и позвал отца.

– Есть возможность придержать арест, Дима? – спросил Роман Алексеевич, когда я закончил отчет.

– Если только пару дней. Вряд ли он считает нас идиотами. Уверен, князь уже ждет нас с конвоем. Думаю, может попытаться сбежать.

– Вот если так, то берите, а пока придержите – нам надо время в Хайдеске.

– Не хочу огорчать вас, Роман Алексеевич, но и я не считаю Черкасского идиотом, – сдержанно сказал я. – Как только он поймет, что мы готовы его прижать, он позвонит своим подельникам в столицу губернии.

– Вот и отлично! Поставь прослушку на его телефоны. – По тону князя я понял, что эта идея пришла ему только что. В принципе, здравая мысль – глава Алексеевска сам выдаст нам остальных предателей.

– Займусь немедленно, если еще не поздно, – сказал я. – Звоните на этот номер, ваша светлость для координации действий – я попрошу домового ответить, если меня не будет.

На том мы и распрощались. Я в который раз пожалел, что в этом мире сотовая связь еще только в разработке, и устроил бурную деятельность.

Конечно, домовой не обрадовался роли секретаря, но отказать мне не смог. Потом я позвонил Перову, велел взять оборудование и ехать на АТС, куда и сам отправился.

Только не успел я дойти до двери, как появился домовой.

– Погодь, Темный. Альберт шлет тебе привет и послание.

– Что случилось? – спросил я с плохим предчувствием.

– Тот приятель убитого тобой Смита, Дэниел Вессон, ушел из консульства. Порталом.

– Он видел другую сторону? – мрачно уточнил я.

– Это какой-то город. В Европе.

Я снова бросился к телефону и набрал дом Юсуповых.

– Уже соскучился? – удивился Даня.

– Нет. У нас порталом ушел один британец. Его напарник погиб при краже Гостя.

– Куда ушел? – напрягся мой друг.

– В европейский город. Какой, не знаю.

– Спасибо, я в Оружейную палату, – протараторил он и бросил трубку.

Мне оставалось пожелать удачи и ехать на встречу к Перову. На всякий случай я еще предупредил Кощея.

* * *

Предельно тихо и осторожно они шли по коридорам и лестницам. Взламывали замки и открывали тяжелые двери.

Старший из них, мужчина немного за сорок, с прилизанными рыжими волосами и гладко выбритым круглым лицом нес большой палец старшего охранника этого места. Ноша кривила его лицо в гримасе предельной брезгливости, потому что он даже не мог положить палец в пакет – приходилось поддерживать в нем циркуляцию крови и температуру живого тела. А иначе система охраны поймет, что палец мертв и поднимет тревогу.

Его подельники, два ловких молодых человека, то и дело бесшумно скрывались в ответвлениях коридора и так же бесшумно возвращались. Иногда старший слышал вздох или стон и знал, что помощники убирают свидетелей и охранников. И они шли дальше. Пока все выглядело легко и просто.

И вот она, дверь в главную сокровищницу. Охрану сняли помощники. Рыжий главарь достал палец второго охранника, поморщился и тоже напитал его кровью и теплом. Передал одному из подельников и они одновременно приложили пальцы к датчикам по обе стороны от двери. Металлические створки разъехались в стороны, но расслабляться еще рано.

Их взглядам открылись богатства этого места. Артефакты разных времен и народов. Некоторые считались легендой или вымыслом, а еще о десятке вещиц не писалось ни в одном учебнике, сказке или каталоге. Они пришли за одним из них, большим темно-красным рубином.

Только чтобы достать его, надо было пройти через лазерные ловушки. Для этого он и взял этих ловких и гибких ребят. Один из них надел специальные очки и увидел лучи лазера. Кивнул и отправился внутрь.

Вскоре он вернулся с рубином. Но удача расслабила и он задел последний лазер. Рыжий недовольно поджал губы, взял из его рук рубин и втолкнул обратно, когда двери почти закрылись под завывание сигнала тревоги. А потом движением головы приказал второму следовать за собой.

Они пробегали и двери захлопывались у них за спиной. И вот, наконец, портал за одной из них, там, где защита от магии Подмиров заканчивается. А перед порталом дверь. Закрывалась.

Ловкий помощник быстро оценил ситуацию, вырвал рубин из рук главаря и бросился вперед.

– Стой! Нет! – крикнул рыжий и побежал следом.

* * *

«Приказ князя Юсупова: немедленно арестуй консула и главу города. Из Ватикана только что похищен Глаз Дьявола». Прочитал я в блокноте всего через час прослушивания звонков Черкасского и альбионского консула. И тяжело вздохнул. Ничего интересного мы не услышали, так что вряд ли они замешаны в этой краже. Консул тут причастен только тем, что давал приют Вессону.

– Наручники при себе? – спросил я Перова. – Идем.

– Что случилось? – спросил он.

Я пояснил по дороге. Поручик поморщился и покачал головой.

– Если из Ватикана, то вряд ли они будут переправлять сюда. Один раз они чудом успели. Вряд ли будут рисковать снова, – заметил он. – Кажется, в Москве паника.

– Или хотят обезвредить их перед следующим шагом Скралетт.

Мы подошли к двери дома князя Черкасского. Андрей нажал кнопку звонка. И раздался выстрел.

Глава 13

Мы удивленно переглянулись.

– И все? А молния? А «кто там» хотя бы? – с насмешкой сказал Перов так, чтобы услышали с той стороны двери.

Я уже собирался зачитывать пункты обвинения, но слова поручика натолкнули на неприятную мысль. Черкасский чародей. А ни один чародей в мире не подумает брать в руки огнестрельное оружие, пока способен чертить руны. Значит, там не он. А кто? И где сам князь?

– Погоди, – сказал я тихо и повернулся к Рыку. – Горбунков поблизости нет? Или уже ушел?

Волк прислушался, принюхался и оскалился.

– Ты проницателен, Темный. Горбатый спешит сюда со всех копыт. Я слышу его цоканье в Нави, – сказал он, снова прислушался и издал звук, ближе всего похожий на человеческий смешок. – Только проблема у него будет. Изба эта защищена от проникновений. Этот человек даже домового своего выгнал. Теперь лошади придется ждать его снаружи.

– Значит, у нас есть шанс его перехватить, когда выйдет, – воодушевился Андрей. – Где это будет, Серый? Э… Рык.

– Не знаю пока, – ответил он. – Но у вас есть минут десять.

– Тогда давай обойдем дом, – предложил Перов.

– А что нам в спину может вот такой калибр прилететь, тебя не смущает? – удивился я, указывая на дыру в двери диаметром в свой кулак.

– А да, проблема.

– Займись стрелком, а мы с Рыком разберемся с князем, – сказал я. – И как войдешь в дом, попробуй снять защиту. Если она не именная, конечно.

– Сделаю, – не стал спорить Перов.

– И будь осторожнее, – напутствовал я и качнул головой, давая Рыку понять, что пора действовать.

Стоило зайти за угол, как мы услышали еще один выстрел, а следом неразборчивые слова Андрея. Мы осторожно пошли вдоль дома, пригибаясь под окнами. Здесь асфальт заканчивался и начинался газон. Трава уже пожухла, тут и там лежали опавшие листья и снег. Впереди виднелась лужайка заднего двора, еще зеленая.

А прислуга стойко держала оборону, уж не знаю, что им наплел Черкасский. Пока мы с Рыком шли, в нас дважды летали горшки с цветами, один раз вылили кипяток, а из углового окна выпустили обойму револьвера, судя по звукам выстрелов.

Всякий раз я выставлял щит и шел дальше. Это простолюдины, нам с Волком они ничего не сделают, а убивать тех, кого наверняка ввели в заблуждение, не стоит. Арестуем, допросим, там и ясно будет, виновны они в наивности и в слепом следовании приказам господина или же все знали и осознанно помогали предателю.

А пока звуки выстрелов стихли, хлопнула входная дверь. Значит, Перов вошел в дом. И в нас с Рыком перестало лететь всякое непотребное – прислуга занялась Андреем. А я поспешил дальше.

Дом оказался больше, чем выглядел с парадного входа. Целый особняк, только без лишних украшательств, принятых в других провинциях нашей необъятной родины. Оно и понятно, тут суровый климат, не так много ресурсов, чтобы позволить себе излишества. Да и не стоит лишний раз совать местным в нос традиционными русскими украшениями на тех же наличниках. Это не прибавит им любви. Да, индейцы приняли нас, но это не значит, что нужно насаждать им свою культуру – те же британцы попробовали и получили войну.

И вот мы дошли до конца дома. Отсюда открывался вид на лужайку с беседкой в центре. И все, никакого сада, пристроек или хотя бы дорожек, просто ровный газон.

Я осторожно выглянул. Хорошая новость – князь стоял на крыльце черного входа. Плохая – он смотрел прямо на меня. Стоило моей физиономии показаться, как в нее полетела молния.

Я скрылся за угол и обругал себя. Разумеется, он меня ждал. Не услышал бы звук битых горшков только глухой. Ну что же, тихо и легко не вышло, будем как получится.

– Где Горбунок? – тихо спросил я Волка.

– В Нави. Бежит оттуда, – ответил он и носом указал на боковую калитку невысокой кованой ограды лужайки. – Ему еще минут пять бежать. Ускорился гад.

– Встретишь его там? А я с этим тут разберусь.

Рык кивнул и исчез в прыжке. А я выглянул снова. Разумеется, в меня тут же полетела еще одна молния. Я увернулся, начертил руну и высвободил энергию. А через секунду уже слушал далеко не благородный мат.

Конечно, я мог бы устроить красивую дуэль с перебрасыванием молниями и тьмой, с обменом нелестными эпитетами и прочим. Но не собирался доставлять такого удовольствия предателю. К тому же ничего красивого не получилось бы – Черкасскому нужны минимум две руны, а мне одна. Пока он будет составлять одно заклинание, я сотворю уже два. И плевать, что он опытнее. В его случае это не означает скорость – толстые люди медлительны. Еще убью случайно, а он мне живым нужен.

Потому я позволил Петру Григорьевичу выпустить пар, обжечься. Дождался, когда он заткнется, и вышел. Он сидел в клетке, сотканной из тьмы, и прижимал к груди руку с черным ожогом. Выглядел Черкасский одновременно злым и жалким. Да, его губы все еще сжимались в тонкую линию, глаза смотрели колюче. Но при этом сидел он, согнувшись в три погибели, еще и голову пригибал. Я специально сотворил именно такую маленькую клетку, чтобы лишить предателя малейшего комфорта.

– Гражданин Черкасский Петр Григорьевич, – начал я с металлом в голосе, неспешно приближаясь к нему. – Вы обвиняетесь в предательстве Российской Империи и пособничестве агентам иного государства в действиях с губительными для нашей родины целями. Властью, данной мне его величеством императором Константином, вы арестованы.

К моменту окончания зачитывания обвинения я подошел и достал из кармана пальто наручники. Разумеется, не простые, а зачарованные, в таких не поколдуешь – на себе испытал. Легким движением руки я развеял небольшой участок клетки.

– Протяните руки, гражданин Черкасский.

– Вы не смеете, – прошипел он. – Я князь! И требую обращаться ко мне согласно титулу! И требую убрать эту глупую клетку – я не обезьяна! У меня неприкосновенность!

– Предатели лишаются титула. А так же дипломатического иммунитета и прочих привилегий, – терпеливо пояснил я. – Руки, Петр Григорьевич.

Он собрался сказать что-то еще, но передумал. Еще помялся, злобно позыркал на меня, но все же выполнил приказ.

– Спасибо, хоть «Петькой» не назвал, – проворчал он и поморщился, когда браслеты наручников защелкнулись на пухлых запястьях.

– Вы все еще старше меня, – равнодушно ответил я.

Развеял клетку и помог ему подняться, но в дом заходить не спешил.

– И чего мы ждем? Тут прохладно, – ворчливо спросил Черкасский.

С легкой насмешкой я окинул взглядом его наряд. Бывший городской глава так торопился, что выскочил на улицу в одном лишь костюме. Шерстяном, но на улице уже ноль градусов, так что маловато будет. В Нави сейчас очевидно теплее. Так боялся вспотеть, что замерз.

– Одеваться надо было по погоде. Раздеться всегда можно, если что, – все так же равнодушно ответил я. Я не собирался ни насмехаться над предателем, ни жалеть. – А ждем мы, когда один мой приятель вернется из Нави, а второй отключит запрет в доме. Она ведь не именная, нет? Вот и хорошо.

Прошло еще минуты три. Черкасский начал заметно дрожать, но Рык, наконец, появился. И демонстративно выплюнул к его ногам лошадиный хвост.

– Все, минус горбатый, – довольно сказал Волк и сыто рыгнул. – Простите.

– Что же вы, Петр Григорьевич, не озаботились об отступлении раньше? Это же из какой дали Горбунок к вам бежал, что целых десять минут ему понадобилось? – Тут я все же позволил себе легкую улыбку.

– Из Хайдеска, – проворчал он. – Ближе не было.

– Понятно. А что вдруг сорвались-то?

– Предупредили, что вы за мной идете.

– Кто? – уточнил я.

Приказ мне пришел через Кощея, так что вариантов немного. Или кто-то в главном штабе в Москве услышал разговор царя Нави с князем Юсуповым, или кто-то подслушал нас на телефонной станции. Свои ряды Роман Алексеевич почистил еще шесть лет назад и теперь регулярно проверяет. Остается телефон?

– Кто? – Черкасский усмехнулся и снова поежился. В его положении себя даже руками не обхватить. – Добрые люди.

– Понимаю. Ничего, найдем и этого доброго человека, – невозмутимо сказал я.

Бывший князь только зло посмотрел на меня, но говорить ничего не стал. А через минуту появился Перов с ссадиной на щеке, но весьма довольный собой.

– Заходите. Заклинение запутанное, но я справился, – бодро сообщил он и отступил, пропуская нас.

Черкасский остановил на нем тяжелый взгляд.

– Предатель. А я тебе верил, – процедил он, переступая порог собственного дома. Впрочем, недолго ему осталось владеть особняком.

– Нет, предатель тут вы, Петр Григорьевич. А я все осознал уже какое-то время назад, но до прибытия графа Татищева не мог соскочить.

В ответ Черкасский только скрипнул зубами. И тут челюсть предательски снова начала стучать, так что пришлось ему стиснуть зубы, а не продолжать сыпать бесполезными обвинениями, рискуя прикусить язык. Потому в гостиную к пылающему камину мы пришли в полном молчании. Рык довольно фыркал и цокал когтями по полу в своем истинном облике. При этом каким-то чудом умудрялся не оставлять царапины на дорогом паркете.

Когда мы вошли в гостиную, там уже сидели в рядок шесть человек в форме прислуги с заведенными за спину руками. Один из них выделялся фраком дворецкого, три девушки очевидно горничные. Кто два парня, будем выяснять. Но все шестеро слегка подбитые – девушки меньше.

Я усадил нашего арестанта в глубокое кресло, удобное, но так просто из него не выбраться. Он плюхнулся туда кулем и сразу подался вперед, поближе к огню. Протянул руки в наручниках, но тут же поморщился – рана от знакомства с решеткой из тьмы напомнила о себе болью.

– Залечить или пусть помучается? – спросил Андрей.

– Лечи. Мы ж не варвары, – усмехнулся я.

Перов склонился над Черкасским и через полминуты уже можно было продолжать разговор.

– Итак, Петр Григорьевич, доказательства вашей вины у нас есть. Приказ о вашем аресте поступил из Москвы. Так что отпираться в вашем случае – только прибавлять себе пыток или срок, – обрисовал я ему перспективы. – А сотрудничество, как известно, может смягчить меру наказания. Понимаете, к чему я клоню?

– Пока не очень, – проворчал он. – Говорите прямо. И как же вопросы о том, почему я на это пошел и как я мог?

– Честно? Мне все равно, почему вы предали свою родину, – жестко ответил я. – Этот вопрос вам будут задавать следователи. Наше дело было вас поймать и собрать доказательства вашей вины. Мы это сделали. А дальше в дело вступают следующее подразделение Канцелярии. Я, конечно, подозреваю, что виной всему долги и обида на родственников, которые не подсуетились, не замолвили за вас слово перед кем надо и вы оказались здесь, а не в центральной России. Но, как уже говорил, мне все равно.

– Ладно. Так чего же вам от меня надо? – усмехнулся Петр Григорьевич.

– А нам нужен ваш подельник, консул Альбиона, лорд Честертон, – небрежно заявил я. – На территории консульства мы ничего не можем сделать, так что вы нам его выманите.

– Что?! – воскликнул Черкасский. От такой наглости у него едва ли глаза из орбит не выскочили.

Перов нервно рассмеялся. Только Рык остался невозмутим – не разбирался он в людском законодательстве.

– Это же международный скандал! Зачем он вам? – выпалил бывший князь.

– А это уже не ваше дело, Петр Григорьевич. И не мое. У меня приказ от князя Юсупова арестовать вас и его. И я его выполню. А вы мне поможете.

Я немного кривил душой, изображая безразличного исполнителя, который не задает вопросов. На самом деле я отлично понимал, зачем этот скандал – чтобы король Альбиона лично вмешался в дело и приказал Гарне, то есть Скарлетт убраться отсюда. Конечно, никуда она не уедет. Скорее всего пойдет ва-банк – откажется выполнять приказ короля Уильяма и уйдет в Тир На Ног, чтобы продолжить операцию оттуда. Но это обрубит ей часть связей и сделает жизнь менее приятной.

– Почему вы так уверены, что я буду вам помогать? – удивился Черкасский.

– Вы же знаете, что вам грозит за измену. А если будете активно сотрудничать со следствием, то есть шанс попасть «во глубину сибирских руд», а не на плаху, – процитировал я бессмертного классика, который тут, на счастье, все же родился и творил.

– Молодой человек, – рассмеялся Черкасский. – В моем возрасте уж лучше на плаху. Не выдержу я Сибирь.

– Уверены, что час мучений и позора лучше, чем лишние пара лет в снегах? – вкрадчиво уточнил я. – Вам напомнить, что с вами будут делать прилюдно, еще и под прицелами телекамер?

Да, в этом мире сохранялась смертная казнь. При этом ее гуманность или отсутствие таковой варьировалось от тяжести проступка. Государственная измена стояла в этом списке на самом верху. Так что можно представить, какие пытки ждали виновника – инквизиция средних веков нервно скулила от зависти в сторонке.

Но, как и в любом деле, здесь тоже имели место быть смягчающие обстоятельства, вроде раскаяния и помощи следствию. И если с раскаянием – это не ко мне, то второе я как раз и предлагал. И даже честно был готов поставить галочку в документах. Другое дело, что это могло не помочь. Но это уже не моя забота.

– Не надо, я знаю, – вдруг севшим голосом ответил он. – Что вы от меня хотите, капитан?

– Позвонить лорду Честертону и под любым предлогом зазвать его в гости, – не меняя небрежного тона сказал я, хотя мысленно с облегчением вздохнул.

– Если его тоже предупредили, он из консульства носа не высунет. И поймет, что меня взяли.

– Логично, – не стал спорить я и повернулся к Волку. – Рык, как быстро добежишь до консульства?

– Две минуты. Тут дома высокие, не перепрыгнуть, придется оббегать, – ответил он.

– Отлично, – хищно улыбнулся я и повернулся обратно к арестанту. – Значит, так. Звоните, приглашайте. Если он скажет, что все знает, вы предупредите, что я на всю голову ударенный и ни перед чем не остановлюсь. Что я вломлюсь в консульство, заберу его, а потом скажу что все было на улице. И мои друзья из Москвы меня прикроют. Понятно?

Черкасский нервно сглотнул и хихикнул.

– А с вас, пожалуй, станется так и сделать, Дмитрий Михайлович. Я понял.

И он позвонил. Но консула не предупреждали. Однако тот все равно отказался ехать – сказал, что уже собрал вещи и уезжает вот прямо сейчас. Потому что после того, что скоро произойдет, ему тут все равно делать будет нечего.

– Слуги и князь на тебе, Андрей. Мы побежали, – бросил я и выбежал с Рыком из дома, на ходу накидывая пальто.

Серый Волк домчал меня до консульства даже быстрее, чем за две минуты. Но солдаты на воротах сказали, что лорд Честертон только что отбыл. Тогда Волк взял след – ему помог оборотень, тот самый Альберт, с виду обычный бродяга, – и побежал за манакаром.

Догнали мы его быстро. Для начала я поставил самый толстый из щитов прямо перед капотом с тем расчетом, чтобы водитель успел затормозить. А когда это случилось, направил Рыка на крышу манакара. Без лишних размышлений Волк просто провел когтями по крыше и вскрыл бронированную сталь как жестянку.

Конечно, в нас полетели лучи света и струя пламени от самого консула и его телохранителя. Первого залпа мы ждали и увернулись, а для предотвращения второго я поставил еще один щит. Орудий и защиты самого манакара я не опасался – на таком расстоянии они уже бесполезны.

В итоге консул сдался и вышел на улицу под начавшийся дождь. Водителя и телохранителя мы отпустили с миром дальше, Конечно, после обыска багажа. А вот консулу я зачитал обвинение и посадил в камеру. Охранять попросил лично князя Хилкова.

– Я не знаю, кому еще могу тут доверять, – пояснил я в ответ на его оскорбленный вид.

– Но я же не сторож, – укоризненно заметил он.

– Знаю. Но вы готовы к его исчезновению завтра с утра? И вероятному трупу другого сторожа? – уточнил я.

Это послужило достойным аргументом и он согласился. К этому времени подъехал и Перов со своими арестованными. Он выяснил, что дворецкий все знал и сознательно помогал своему хозяину. Корнет и поручик договорились дежурить по очереди до моего возвращения. А мы с Рыком отправились обыскивать консульство.

Незаконно? Еще как. Но лорд молчал о том, что скоро будет, а я надеялся найти ответ в его кабинете. Солдаты на воротах не посмели возражать офицеру Тайной Канцелярии в сопровождении Серого Волка. Работники внутри консульства тем более. Так что никто не помешал мне с обыском.

– Вот черт, – выдохнул я уже через пятнадцать минут.

– А? – спросил Рык.

Чтобы пройти в здание, ему снова пришлось уменьшиться до размеров овчарки. Увы, в обыске он помочь не мог – у него лапки. Так что сидел посреди кабинета и наблюдал. Нюхом тоже помочь не мог – тут все пропахло его сиятельством лордом.

Я же достал блокнот и быстро написал пару строк Кощею. Закрыл и побежал на выход.

– У нас новое ограбление. Прямо сейчас, – пояснил я. – В этот раз надо успеть.

Глава 14

Уже в пути я подумал о том, насколько хорошая идея гнаться за целой группой одному. Может, стоит забежать за Кириллом – ангел у нас вполне боевая единица. Да, в прошлый раз ляпнул, но не дурак же, учтет ошибку. К тому же контора Надзора по пути.

Я попросил Серого притормозить. Соскочил и влетел в вестибюль Чудного Надзора. Благо, дежурный меня помнил и только спросил о цели визита. Так что уже через три минуты мы с ангелом выбегали снова на улицу под моросящий дождь, что обещал превратиться в снег. В этих краях такое в норме вещей.

– Нам снова в Навь? – только и уточнил Кирилл, когда Рык выбегал из города в сторону гор.

Ответом ему стал прыжок Серого Волка. Вот только что мы бежали по проезжей части и пугали местных водителей, еще не привыкших к тому, что по их городу спокойно бегают обитатели Нави, еще и с седоками. Нам сигналили, вслед летели неразборчивые в свисте ветра крики. Но в следующее мгновение мы уже бежали по гравийной дороге через большое поселение индейцев. Да, наши избушки и русские деревни на Аляске есть, но все больше на западном побережье и в центре губернии. Здесь же, на границе с Канадой, они пока еще редкость.

Но вот мы выскочили из поселения и побежали в лес. Привычный нам хвойный лес, темный и душистый. Здесь Рык разогнался и деревья слились в одно темно-зеленое пятно. Пошел снег.

– За каким артефактом едем? – уточнил Кирилл.

– За Зеркалом Тескатлипоки, – ответил я. – Портал в другие миры, дверь для духов. В нем же бог видел прошлое и будущее, читал в душах людей.

– Странно. Майя ведь живут южнее, – удивился ангел.

– В большинстве вариантов Земли – да. А тут они попытались защитить весь континент, когда прибыли европейцы. Но не рассчитали силы и в итоге вернулись на юг. При этом тут оставили множество своих артефактов в надежде, что они помогут. Но они помогли нам. Навь напитала их силой. Так что теперь они действительно охраняют эти земли от чужаков, но как часть Нави.

– Надо было лучше учить местную историю, – пробормотал Кирилл. – Понадеялся, что тут как везде.

– Эта версия Земли отличается от большинства довольно сильно. В основном из-за Подмиров, – ответил я.

Тем временем Рык вынес нас из леса и огромными скачками понесся к горам. Я уже видел, куда именно мы бежим. В Яви тут тянулась цепочка гор, но в Нави три вершины заменяли большие ступенчатые пирамиды. К центральной мы и спешили. Но не успели.

Вернее, не успели перегнать посланников Гарны. Когда Волк резко затормозил у входа в пирамиду, оставляя глубокие борозды от когтей на камнях, четверо людей уже стояли тут и общались с хранителями.

– Осторожнее, Темный, – тихо предупредил Рык. – Здесь уже серая земля.

Я нахмурился и прислушался к ощущениям. Волк не ошибся – нейтральная зона, хотя совсем недавно эти места принадлежали Нави. И это дело рук Гарны. Я понимал, для чего моя бывшая это делает – чтобы местные стали посговорчивее. И даже не мог воскликнуть «куда смотрит Кощей?!», потому что его здорово отвлекала Марья Маревна. Значит, для хранителей пирамиды мы и посланники Альбиона равнозначны.

– Спасибо, Рык, – сказал я и пошел к входу.

– Как демоница сделала это так быстро? – шепотом спросил ангел, догнав меня.

– Не быстро, а тихо, – поправил я. – Отправила сколько-то нелюдей Тир На Ног пожить здесь. Места дикие, почти необжитые, вот их и не заметили.

– А Яга?

– Поселились на серой земле, у самой границы с Навью. Она стала постепенно отодвигаться. Яга не заметила такого медленного захвата.

Кирилл хотел спросить что-то еще, но мы подошли и ему пришлось замолчать.

– Но почему мы должны проходить испытания? – услышали мы возглас одного из четверых просителей, полный недоумения и плохо скрытого раздражения. – Мы же сказали, что Зеркало в опасности, мы пришли, чтобы…

– Чтобы передать его демонице. А она использует его, чтобы открыть врата ордам демонов, – невежливо вклинился я. – Добрый день, уважаемые.

Посланники Гарны резко обернулись, но не посмели говорить первыми.

Хранители, три пожилых индейца, степенно повернули к нам головы. Я сразу ощутил, что все они шаманы. И не как наши колдуны, которые оказались в Нави после смерти, потому что вели неправедный образ жизни. Нет, эти живые… хотя нет. Я присмотрелся к ним внимательнее. Их окружала аура, белая у тел и серая снаружи. О таком я только слышал и не думал, что увижу когда-нибудь своими глазами.

Всех троих перенесли в Навь в момент смерти. Они живы и мертвы одновременно. Потому принадлежат двум мирам. А если бы умерли, отправились бы в Славь, мир праведных предков.

И до сих пор они бы и говорить не стали с этими людьми. Но теперь, когда эта земля стала нейтральной, и они стали лояльны к обеим сторонам. Впрочем нет, не лояльны а именно нейтральны. Мы перестали быть для них своими, а кельты – однозначными врагами. Увы, шаманы теперь подчинялись не своей воле, а тому, что диктовала им земля, на которой они жили.

Но не только ради Зеркала все это затевала Гарна. Видимо, что-то еще есть неподалеку. Но не вулкан, где она планирует проводить ритуал. Если только мы не ошиблись. Посмотрим. Сейчас надо сосредоточиться на Зеркале. О каком испытании они тут говорят?

– Зачем же пришел ты, Темный? – спросил самый старший из хранителей, с длинными белыми волосами, с кожаным ремешком на лбу.

Посланники Гарны угрюмо молчали, все крепкие парни примерно моего возраста, сильные маги. Хотя нет, один из них больше похож на друида, мага высшего порядка, судя по энергетике. Как странно, раньше я подобного не мог понять. Неужели после первого импульса я стал так быстро развиваться?

– Чтобы сохранить Зеркало и предотвратить пришествие демонов, – честно ответил я со всем уважением.

– Но ты сам демон, – заметил другой хранитель, его волосы оставались черными, скулы резко выделялись. – Ты идешь против своих сородичей?

– Я ученик царя Кощея, – сказал я. – Сородичи сами выслали меня сюда. Теперь мой дом здесь и я намерен его защищать от любых угроз, даже если это мои бывшие сородичи.

– Бывших демонов не бывает. Вот от него мы и хотим защитить артефакт, – выступил один из посланников Гарны, рыжий коренастый парень, конопатый настолько, что лицо казалось загорелым. Как раз друид.

– Но если бы я хотел открыть врата демонам, стал бы мне помогать в этом ангел? – невозмутимо заметил я.

– Может, ты его обманул, – запальчиво заявил один из магов.

– Или шантажируешь, – добавил другой.

– Чем шантажирую? – удивился я. – Ни одна экспертиза в мире не позволит определить, что в теле не та душа.

Друид открыл рот, чтобы что-то добавить, но старший хранитель поднял руку и заставил замолчать всех.

– Вы все осознаете, какими будут последствия, если использовать Зеркало тем или иным способом, – сказал он. – Потому пусть Боги решат, кто из вас достоин владеть им. Тот из вас, кто пройдет испытание, и станет новым хранителем Зеркала Тескатлипоки.

– Но почему… – попытался вякнуть друид.

– Хорошо, – одновременно с ним сказал я. – Какие условия прохождения?

И друиду пришлось заткнуться. Если продолжит, покажет себя трусом.

– Все просто, – невозмутимо ответил старший хранитель. – Вы выбираете одну из двух троп и идете по ней. В конце тропы стоит Зеркало. Тот, кто дойдет, получит возможность завладеть им.

– В смысле, кто дойдет первым? – уточнил друид.

А я едва не рассмеялся его наивности.

– Нет. Кто дойдет, – повторил хранитель.

– Вы сказали «получит возможность», а не Зеркало, – заметил один из магов.

– Верно.

Я снова едва не рассмеялся, потому что продолжать и что-то пояснять еще хранитель не собирался. Да, будет весело.

– А много тех, кто дошел? – спросил друид.

– Зеркало еще тут. Очевидно, что никто. Давайте уже начинать, – фыркнул я. – Другой вопрос: магией пользоваться можно?

– Где-то можно, где-то нет, – таинственно ответил шаман, что до сих пор хранил молчание. – Вы поймете. Проходите.

– Но без Волка. Только двуногие, – предупредил старший хранитель.

– Только нас двое, а их четверо, – заметил Кирилл.

На это шаманы только развели руками, мол, ваши проблемы. А вот я улыбнулся и кивнул приятелю на вход.

– Нет смысла спорить. Идем. Быстрее закончим, быстрее вернемся, – сказал я.

– А тебя не смущает, что никто еще не прошел это их испытание? – прошептал ангел, когда мы отошли. – И в этом случае, может, все же дождемся их на выходе, а?

– Ты помнишь свойства Зеркала? – вместо ответа напомнил я. – Порталы, чтение будущего, чтение душ.

– О, Всевышний… – страдальчески произнес Кирилл.

– Вот именно. Это мы не будем рисковать им воспользоваться, а они могут. И еще момент. Ты заметил, что спорили они больше для вида? Никаких аргументов, да и настаивали не сильно.

– Зато спросили, дошел ли кто. Но да, ты прав, ответ очевиден. Ладно, идем.

Следом за хранителями мы зашли в пирамиду. Здесь царил полумрак и сухое тепло, так что пальто и даже пиджаки мы сняли. Наши противники тоже разделись. Только у них под куртками оказалась удобная спортивная одежда, что еще раз подтвердило их изначальную готовность проходить испытание. Возможно, они даже знали, что нас всех ждет.

Короткий изогнутый коридор привел нас в комнату шириной метра в четыре. Дальней стене в свете вечных факелов виднелись четыре прохода дальше.

– Выбирайте путь и идите, – проинструктировал старший хранитель.

– Все пути разные? – уточнил я на всякий случай.

– Верно. Но в некоторых местах они пересекаются.

Я кивнул, но не успел сделать и шага, как увидел, что кельтские маги поторопились к третьему пути. Их целеустремленность окончательно подтвердила их осведомленность. Ну что же, тем будет интереснее.

Я пожал плечами и подошел ко второму проходу. Верхнюю одежду оставил тут же в углу. Кирилл неуверенно подошел ко мне. Рык сел возле наших вещей.

– Почему этот? – спросил ангел.

– А какая разница? Это они думают, что знают, куда идут, – сказал я, повысив голос на последних словах. Может, они действительно знают, но почему бы не вселить в магов немного сомнений?

Маги нервно переглянулись, но маршрут менять не стали.

– А если пересечемся, так и совсем хорошо, – добавил я как бы невзначай.

Маги мрачно посмотрели на меня и снова неуверенно посмотрели на провал входа.

– Да что вы его слушаете?! Он же вам намеренно на нервы действует, – зло одернул их друид и первым шагнул во тьму.

Я издевательски хохотнул и отправился в наш проход к испытанию. Конечно, я немного нервничал, но за последнее время побывал в таких переделках, что бояться уже просто устал. Так что махнул рукой и просто пошел. Выбор-то небольшой – или идем, или признаем проигрыш и отдаем им артефакт без боя. А я страсть как не люблю проигрывать.

Темнота сменилась приглушенным светом уже через три шага. Сзади я слышал неровное дыхание Кирилла. Ангел явно нервничал. Может, еще не поздно оставить его с Рыком и идти одному? С другой стороны, не просто же так маги пошли аж вчетвером. Ладно, уже идем. Посмотрим, что нас ждет.

А ждал нас… провал. Нет, не провал миссии, а в том смысле, что провал в бездну перекрыл нам дорогу дальше. Я подошел к краю и посмотрел вниз. Нет, бездна не стала смотреть в ответ, хоть это хорошо. Но вот вопрос, как через нее перебраться? Другой ее берег, если так можно выразиться, находился метрах в двадцати пяти впереди. Я проверил магию, но тут ее не было. Логично, иначе это было бы слишком просто. Мы встали у края и начали осматриваться.

Откуда падал свет, я не понял, но в этом полумраке отчетливо виднелись горизонтальные перекладины. Они висели в воздухе без видимых веревок в хаотичном порядке. Оставалось лишь надеяться, что они без подвоха, когда цепляешься за такую и вместе с ней летишь в пропасть.

– Посмотри, – тихо сказал Кирилл и указал на две разные перекладины. – Одна словно на свету, а другая в тени. Хотя свет равномерный во всем зале.

Я кивнул, оглянулся, нашел камень и запустил в темную палку. Она качнулась и осталась висеть. Тогда я взял еще один камень и бросил в белую палку. И эта уже беззвучно улетела в пропасть. Не люблю быть правым в такие моменты.

– Еще один нюанс, – сказал я, присмотревшись к темным перекладинам. – Они висят далековато друг от друга.

– Если раскачаться, перепрыгнем, – неуверенно предположил ангел.

– Не хватает крыльев, да? – усмехнулся я. – Ладно, первым прыгаю я, а ты следом за мной.

Он согласился и начал разминаться. Да, более удобная одежда сейчас была бы кстати, а так мне предстоит прыгать в брюках и ботинках. Хорошо хоть пиджак снял. Это вон у Надзора форма удобная. Я разбежался и прыгнул на ближайшую темную перекладину.

И только в момент, когда повис на ней, подумал о том, позволит ли она нам раскачаться? Мы же не видим тросов, не знаем, насколько они длинные. Стоп, отставить панику – если бы хранители хотели просто убивать претендентов, не придумывали бы всего этого, а подводили бы к яме и толкали туда. Так что решение есть, надо его только найти, пока испытание тебя не убило. И я начал раскачиваться.

Вперед-назад, вперед-назад. И так пока не заметил, что больше амплитуда качания не увеличится. Тогда выбрал следующую перекладину. Качнулся и разжал руки.

Краткое ощущение полета и вот я болтаюсь на другой палке. И тут до меня дошло. Сколько мне тут висеть, пока та палка остановится, чтобы Кирилл смог на нее запрыгнуть? Вот же блин горелый.

Но через секунду сзади послышалось движение.

– Ты чего замер? – пропыхтел ангел. – Уже устал?

– Тебя ждал.

– Палка остановилась, как только ты с нее спрыгнул. Никакой физики без нашего прямого участия. Так что вперед, а то руки затекают.

Я выбрал следующую перекладину и раскачался снова. Но в этот раз сильно раскачаться не позволили невидимые тросы – ровно настолько, чтобы долететь с риском промахнуться, если ошибешься с точкой, где разжимаешь руки.

На секунду в груди похолодело, я пропустил момент, качнулся еще раз и все же отпустил планку. На какое-то мгновение показалось, что ошибся! Вытянулся в струнку, взмахнул крыльями, которых нет уже больше двадцати лет. Перед глазами вдруг встало лицо Ольги – ее улыбка дразнила и подначивала. «Что, неужели не справишься и мы больше не увидимся?» – будто бы говорила она.

И я дотянулся, повис на кончиках пальцев. Едва не соскользнул, но успел перехватиться и перевел дыхание. Как-то крутовато. Ну а как я хотел. Так, что там дальше? Я обшарил взглядом пространство и во рту пересохло.

– Ты чего снова замер? – раздался голос ангела сзади.

– У тебя как с гимнастикой? – спросил я.

– Зависит от того, чего надо, – настороженно откликнулся он.

– Прыгнуть и зацепиться мне за ноги. А потом вместе раскачаться и перепрыгнуть дальше. А я на тебя.

– Хорошо, – последовал напряженный ответ после долгой паузы. – Хорошо, что ты не пошел сюда один. Не двигайся.

– Только штаны с меня не стяни. А то улетишь вместе с ними в пропасть.

Я замер и ощутил за спиной движение воздуха – прямо представил, как Кирилл раскачивается и готовится прыгать. А ведь ему не прямо надо, а вниз. Потом я услышал его шумный выдох и почти сразу ощутил его вес. Руки едва не разжались, но я перехватился удобнее и качнулся вперед, влекомый инерцией ангела.

– Видишь, куда прыгать? – выдавил я.

– Да.

Мы нашли общий ритм, раскачались и он улетел вперед. Руки у меня уже болели и затекли, так что я не стал долго ждать, увидел, что Кирилл закрепился, и прыгнул тоже. И с облегчением увидел, что следующий прыжок приведет на другую сторону зала.

Через полминуты мы уже лежали у входа дальше и приходили в себя. Руки гудели, по спине и груди катился пот.

– Я сюда ехал и готовился мерзнуть, вообще-то, – со смехом сказал я.

– Пока ты не приехал, я этим и занимался, – тоже рассмеялся Кирилл. – Да, не думал, что еще и воздушной гимнастикой займусь.

– Ладно, идем. А то еще чего доброго они нас опередят, – сказал я и поднялся.

Со всей осторожностью мы выглянули в следующий проход. Там оказался короткий коридор и новая комната, совсем маленькая. А еще я снова почувствовал, что могу пользоваться магией.

В центре комнаты стоял, как мне сначала показалось, манекен для отработки ударов. Но так казалось только до тех пор, пока манекен не поднял руки. Четыре руки. С копьем или топориком в каждой из них. При этом оружие доставало до каждой стены. И прохода дальше не видно. То есть, пока не победим, не пройдем. Ладно.

– Некогда мне тут с тобой, – пробормотал я.

Увернулся от первой его атаки и взмахнул руками сам. Теневые лезвия обрубили манекену все четыре руки сразу. Но это не открыло никакой двери. Тогда я подошел и повалил его. Под ним оказался люк, как раз под размер человека.

– Эй, мне вообще-то скучно, – в шутку возмутился Кирилл.

– Скучно, тогда лезь первым, – усмехнулся я. – Только щит выстави.

– А то не знаю, – проворчал он и начертил руны.

Спуск по винтовой лестнице прошел без приключений и привел в длинный коридор, где без труда могли бы пройти в ряд человек десять и не коснуться друг друга плечами. Здесь снова было светло, но без видимого источника света. Пустота коридора настораживала. Я огляделся и увидел целых два прохода – один в углу напротив нашего и другой в дальней стене. А вот и первое место пересечения.

Кирилл, очевидно, тоже все понял и собрался бежать. Но я его остановил и пустил впереди облако из темных осколков.

Воздух сразу заполнился свистом и скрежетом. Когда все успокоилось, мы увидели, что сработало ловушки три – вылетели стрелы из стен, поднялось лезвие из пола и чуть дальше с потолка полыхнул огонь.

– Понял-принял, – сдавленно произнес Кирилл.

Мы прошли уже очищенный от ловушек участок. Ангел начертил руны и очистил следующий. Но пройти туда мы не успели. Сзади раздался топот трех пар ног и наши соперники рванули по коридору. Видимо, они стояли там и ждали, когда пройдем мы. При этом они дружно поставили щиты, чтобы не пропустить нас.

– Ну это уже наглость, – фыркнул я и побежал следом, играючи разбивая их щиты.

– Эй, где четвертого потеряли? – крикнул Кирилл.

Мы почти догнали их. И тут прямо перед нами взорвалась словно бы канистра с нефтью или полыхнули напалмом.

Глава 15

Интересно, их не предупредили или они не приняли в расчет, что мне не нужно тратить время на черчение рун в Нави? Впрочем, может их маг огня промахнулся. В любом случае, он оставил мне ровно полсекунды на то, чтобы взмахнуть рукой и поставить прочный щит. Мы с Кириллом ощутили жар, но не более. Даже брови не закучерявились, как говорится.

Но когда выбежали из огня, увидели только, как за троицей закрылась дверь. Ну, ничего, это только половина пути. Я надеялся, что половина. Отыграемся. И резко свернул к другому выходу из зала.

– А что если они пошли по нашему маршруту? – спросил на бегу ангел.

– Тогда они идиоты, а мы в равном положении, – мрачно усмехнулся я. – Если они ошиблись, теперь не знают пути дальше. Если до этого знали. Не спеши.

Последнюю фразу я сказал, когда мы дошли до выхода. Так смело и глупо влетать в дверной проем, как это сделали посланники Гарны, мы не стали – мало ли, что там. Мы осторожно заглянули. Пол был, уже хорошо, только немного, всего два метра, а дальше проваливался в пустоту. Мы прошли и остановились у входа. Дверь за нами закрылась, а мы осмотрелись.

Больше всего эта комната напоминала часть кукольного домика, принадлежавшего очень взбалмошному ребенку. Сначала он любовно расставил тут мебель, полюбовался. А после ему что-то не понравилось, может, замечание взрослого, может, его позвали спать, когда он хотел продолжать игру. И ребенок встряхнул, а то и сшиб домик на пол. Мебель закувыркалась и полетела по всей комнате. Пол отвалился. А шаманы подхватили его и остановили время в падении. Вот и осталась вся мебель в таком виде – стул на стене, скомканный ковер в метре перед нами в воздухе, диван на потолке. А выход из комнаты где-то наверху.

– И магии снова нет, – прокомментировал Кирилл.

– Тогда полезли, – вздохнул я и подпрыгнул, метя на ближайший парящий стул.

Но через мгновение приземлился обратно со стулом в руках. Вздохнул и всмотрелся внимательнее в мебель.

Как и в самом первом зале часть предметов интерьера подсвечивались, часть оставалась в тени. Стул, что оказался у меня в руках, как раз со светлой стороны. Тогда все ясно.

Я изучил предметы, поставил стул, поднялся на него и прыгнул на ковер. Кирилл последовал за мной. Так, с ковра на тумбочку, с тумбочки на книгу, мы добрались до середины комнаты. И тут, о счастье, к нам вернулась магия. Так что до выхода мы просто прыгнули через пространство.

Правда, дверь пришлось открывать с ноги в полете. Потом хвататься за порог, подтягиваться и залезать в следующее помещение. Мы поднялись на ноги под мерное «вжух-шух» и осмотрелись, восстанавливая дыхание. Пока смотрели, к первым звукам присоединились другие, металлические и плохо совместимые с жизнью.

Мы стояли вначале огромного зала. Во всяком случае, воображение рисовало невообразимый простор из-за абсолютной темноты. И в этой тьме светились только две дорожки, что висели, казалось, в пустоте – наша и соседняя, метрах в шести слева. А над дорожками качались, кружились и висели всякие острые или просто тяжелые штуки – маятники с лезвиями, бревна с шипами, где-то вдали мерцал огонь, из пола то и дело выскакивало лезвие.

– Прямо дорога смерти, – пробормотал Кирилл. – Но хоть магия работает.

– В прохождении это нам не особо поможет, – заметил я. – Посмотри, у всего этого есть свой ритм. Поймаем – пройдем.

Тут хлопнула соседняя дверь и на второй дорожке появилась троица наших конкурентов. Они остановились. Один инстинктивно попятился.

– А вот тут магия пригодится, – мрачно заметил я. – Я разберусь с ними, а ты поднимай щиты, как увидишь, что кто-то из них пытается колдовать.

– Но это же… – начал было ангел.

И я тут же сам поставил щит, когда их друид выпустил в нас острый кол с ядовито-зеленым острием. Только кол разбился еще на середине пути. А в момент попадания показалась золотистая перегородка. Она заканчивалась в трех метрах, вместе с безопасной зоной дорожек. То есть нельзя было сначала разобраться с конкурентом, а потом уже спокойно проходить полосу препятствий. Если можно назвать спокойным бег с риском быть перерубленным пополам или скинутым в пропасть.

– Не честно, ты хотел сказать? – с насмешкой уточнил я. – Ну так и мы не на Небесах.

– Понял. Веди, – пробормотал Кирилл хрипло.

Я обратил все внимание на дорожку. Если бы бежал по ней один, было бы проще, но придется учитывать еще и пернатого, чтобы не получилось так, что я пробежал, а его зацепило или сбило.

Для начала я высчитал ритм: раз-два, раз-два-три-четыре, раз-два-три. Есть места, где можно остановиться и перевести дух, посмотреть, что дальше. А еще я понял, что бежать придется плечом к плечу, иначе Кирилл точно улетит, весь или по частям. И тут же с мрачной усмешкой покосился на кельтов – их трое, а в ряд пройти могут только два человека. Интересно, как они поступят: пустят сначала одного или оставят одного в хвосте? Но пока лучше сосредоточиться на нашем тандеме.

– Видишь, огонь с потолка бьет? – указал я.

Ангел кивнул.

– До него добегаем и останавливаемся. Даже не думай испугаться и замереть – это верная смерть, – предупредил я. – Готов?

– Да, – через силу выдавил он.

Тем временем кельты решили сначала выпустить одного. Он как раз покачался и бросился вперед. Я не стал спешить. Высчитал момент, досчитал до двух и мы побежали.

За спинами пронеслось лезвие. Впереди упала гильотина – Кирилл охнул, но не остановился – и поднялась, как раз, чтобы нас пропустить. И снова упала за нашими спинами. Перед нами пролетело бревно с шипами, мы пробежали.

Я сразу протянул руку, чтобы тащить своего пернатого приятеля, у которого явно инстинкты еще работали по старой схеме. И не ошибся – сбоку на нас летело лезвие и Кирилл попытался затормозить. Я его дернул и мы оказались на относительно безопасном участке перед пульсирующей струей пламени.

Не успели мы перевести дух, как в нас полетела молния. Взмахом руки я поставил щит. Вторым взмахом поставил щит за спиной у кельта. Те, двое, что бежали за ним, уткнулись в него и улетели от маха дубины. Их крик потерялся где-то внизу.

– Теперь мы знаем, что лететь далеко, – потрясенно сказал Кирилл.

Он даже ничего не сказал о том, что я отправил в последний полет сразу двоих. И не тех, кто кинул в нас молнию. Надеюсь, понял, что тут не до благородства.

А маг явно запаниковал, оставшись в одиночестве. В его взгляде, загнанном, обреченном, читалось осознание, что ничего не сможет мне противопоставить. Он стоял на месте и смотрел то вниз, то на острый маятник впереди, то на бревно сзади. Словно думал, как лучше закончить эту жизнь. Но потом посмотрел на меня.

– Я сдаюсь! – крикнул он и эхо разнесло его голос по залу. – Прошу, позволь дойти до конца. И я просто уйду.

– И расскажешь своей хозяйке о том, что видел? – с насмешкой уточнил я.

Маг опустил голову и задумался.

– А если я перейду на вашу сторону? – предложил он.

– Самому не смешно? – искренне удивился я. – Нет уж. Лучше проваливай, если сможешь дойти до конца. И, на самом деле, расскажи обо всем Скарлетт. Пусть осознает уже, что не надо со мной связываться.

– Спасибо, – только и ответил маг и обреченно посмотрел на полосу препятствий.

Я только покачал головой.

– Дойдет, как думаешь? – тихо спросил Кирилл.

– А кто ж его знает. Только если и дойдет, то хозяйка сама может его убить.

– В такой ситуации она будет разбрасываться людьми? – удивился ангел.

– Она самоуверенная дрянь. Если за те десять лет, что прожила здесь, ничего не поняла, то будет разбрасываться. А сейчас идем.

Кирилл снова кивнул, глубоко вздохнул и сосредоточился на цели. Я просчитал второй отрезок пути и мы побежали.

Снова мимо пролетали железки и деревяшки, впереди пыхал огонь. Но в этот раз мой спутник не сбился и больше не дергался, так что мы добежали и даже не поцарапались. Впрочем, тут такой путь, что или добегаешь целым, или умираешь. А в конце пути я искренне удивился, что маг дошел. Как правило в таком подавленном состоянии люди ошибаются. Что же, его удача. Осталось пережить общение с моей бывшей. И тут желать удачи не буду – мне все равно, а ему не поможет.

Мы восстановили дыхание и пошли вперед, через темноту к столбу света, в котором купался пьедестал. Впрочем, с той же долей вероятности это мог быть и алтарь. Да какая разница? Мне это виделось обработанным куском камня с зеркалом в форме овального щита в полметра высотой на нем. Шаманы стояли рядом – двое по бокам, старший позади камня.

– Вы доказали силу, ловкость и гибкость ума, – медленно сказал он, когда мы с Кириллом подошли. – Ты, Темный, показал, что способен как ответить на агрессию, так и быть милосердным. Вы достойны Зеркала нашего Бога. Возьмите его и будьте благоразумны.

– Благодарю, мудрый, – с почтением сказал я и поднял зеркало с камня.

Оно оказалось не очень тяжелым, всего килограмма четыре. И удобно легло в руку, когда я надел его на предплечье как щит. И сразу ощутил его силу. Шепот в голове настойчиво предлагал, почти требовал, использовать его способности.

«Этот ангел, – шептало зеркало. – Уверен, что он на твоей стороне? Это же ангелы, им нельзя верить. Проверь его. Это так просто – посмотри на него через меня».

«Точно ли этот маг уйдет, а не выстрелит в спину еще одной молнией?»

«Со мной ты будешь знать все. Этот мир будет твоим».

Я тряхнул головой и смахнул наваждение – какая чушь. И заметил, что все это время хранители внимательно наблюдали за мной. Ждали, что поддамся искушению? А что, я же демон, мне положено. А вот фиг вам – национальная ваша избушка.

Пока меня искушали, Кирилл скромно стоял рядом и поглядывал на мага с Альбиона. Маг отдышался и поспешил уйти, пока о нем не вспомнили. Я же вспомнил кое о чем другом.

– Вы как-то общаетесь с хранителями пера Пернатого Змея? – спросил я хранителей.

– Да, разумеется, – удивились они.

– Вы можете передать им, что на перо покушаются тоже?

Шаманы переглянулись. Старший прикрыл глаза. И я впервые увидел на его лице выражение отличное от невозмутимости камня.

– Его пытаются выкрасть прямо сейчас. Старуха с Котом дерутся за Перо, – сообщил старший шаман.

– Благодарю, – сказал я с поклоном.

Мы забрали верхнюю одежду, попрощались и ушли. Вернее, выскочили из пещеры.

– Наконец-то, – проворчал Рык. – Я уже занервничал, когда кельт появился. За ним горбатый прискакал и унес.

– Отлично. И ты нас уноси. Минуту только, – сказал я и достал блокнот.

«Зеркало у меня. За перо дерутся, бегу туда. Жду тебя,» – написал я, убрал блокнот и вскочил на Волка.

Пока я писал, Кирилл объяснил ему ситуацию. Так что Рык тут же сорвался с места.

А я ждал, пока блокнот потеплеет, что будет означать ответ наставника. Но он оставался просто блокнотом. Странно, кольнула тревога, после того случая с Гарной Кощей всегда отвечает сразу.

Но додумать мне не дали. Мы бежали сквозь лес нейтральной зоны к Нави, где хранилось перо Кетцалькоатля, Пернатого Змея. Потому его и пытались выкрасть, что хранители Нави ни за какие блага не то что не отдадут, но даже к испытанию не допустят чужаков. Тем более они знают, для чего именно пришельцам с Альбиона их реликвия. Но, видимо, Гарна подозревала, что ее отряд может потерпеть неудачу, если вмешаюсь я. Или я и правда зря отпустил мага и он вызвал подкрепление. Так или иначе, но на нас напали.

Из-за деревьев вылетели молнии, перед мордой Рыка поставили щиты, под ним попытались вырастить каменный шип. Но шип Волк проскочил, а щит развеял я. От первых молний мы увернулись, а следующие успел отразить щитом Кирилл.

Я оглянулся. Из-за стволов древних елей выходили маги и друиды. Может, тут и фейри есть, но проверять у меня времени нет. И их больше десятка. Как-то многовато.

– В Явь! – скомандовал я Рыку.

Есть с ними проводники или нет, но так мы выиграем немного времени и успеем подготовиться. Очевидно, что на помощь Яге с таким хвостом бежать нельзя, сначала надо скинуть – убежать или перебить, как уж получится. Но убежать не получилось.

Следующим прыжком Рык переместил нас в мир людей. Тут тоже стоял лес, не такой густой, но все же. По человеческим законам тут территория Российской Империи, только фейри явно имели это… в виду.

Так что нас встретили крепкие и гибкие лозы девичьего винограда и дубовые острые колья. Стоило Волку затормозить, и перед мордой у него опустилась радуга, а по ней с залихватским «эгей», как серфер по волне, спускался лепрекон. Из-за деревьев вышли оборотни и оскалились.

– Ребят, вы ничего не перепутали? – уточнил я. – Почему вы тут, а люди там?

Ответа я не получил. Вернее получил, но не словами, а еще одним залпом природной магии. Щиты, мы, конечно, поставили. Но вся эта ситуация злила до зубовного скрежета. Ну умейте вы проигрывать-то!

А потом с радуги спустился этот мелкий в зеленом фраке и цилиндре. Красиво, но бестолково. Я просто взмахнул рукой. И лепрекон расплескал свою зеленую же кровь по радуге, которая тут же исчезла.

– Обратно? – предложил Рык, но я уже спрыгнул на землю.

– Смысла нет. Нужно хоть где-то их проредить, – сказал я.

– Но они же могут переместиться тоже, – заметил Кирилл.

– Значит, все полягут, – скрежетнул я зубами и раскинул руки.

Все вокруг погрузилось в непроницаемую тьму. И только сейчас я понял, что вижу в ней только я. Ладно. Четырех килограммов щита я сейчас почти не ощущал на руке. К тому же зеркало никак не могло помочь сейчас.

– Рык, пригнись. Кир, на счет «раз-два» раскидывай лозы по всему полю, чтобы поймать как можно больше этих сусликов. После этого сразу ставь щит над нами, да потолще, – прошептал я, наблюдая за тем, как наши противники бестолково пытаются найти выход из облака темноты.

Кирилл кивнул и начертил руны. А я заметил, что три оборотня все же видят в навеянной мной тьме. Они пригнулись и осторожно крались к нам. Ну и ладно.

– Два, – сказал я.

Ангел уже привык, что единицу в счете я частенько пропускаю, и выпустил заклинание. Лозы и корни расползлись от него во все стороны и поймали фейри. Не всех, увы. Та тройка оборотней успела отпрыгнуть и теперь со всех лап бежала к нам. Облезете, шавки.

Я поднял руки, скопил энергию. Сжал кулаки и резко опустил руки. В этот раз я не тратил силы так бездумно, как тогда в пирамиде, понимал, что это не последний бой на сегодня. Но искренне надеялся, что этого заряда будет достаточно, чтобы обезвредить отряд фейри.

– Щит, – коротко скомандовал я.

Кирилл послушно поднял над нами купол. Он выглядел как наслоение листьев, но при этом не уступал в прочности моему темному щиту.

Как только купол появился, по нему и по всей поляне зашуршали темные стрелы. Если не видеть, можно подумать, что пошел дождь. Только смертоносный дождь – те, в кого попадали эти «капли», больше не поднимались. Но тройка оборотней оказалась живучей. Один из них поставил купол и все трое отсиделись под ним. И как только мое заклинание иссякло, бодро бросились на нас.

Купол Кирилла содрогнулся. Сам он посмотрел на меня. А я проверил поле боя. Увы, прицельно стрелы бить не могли, потому падали как попало, а попало не во всех. В некоторых не смертельно. Но еще один залп просто так я дать не мог – ангел поставил щит, который не пропускал магию в обе стороны.

– Перед нами три оборотня. Еще штук пять гоблинов, два тролля и пука живы. Я сниму тьму, ты – щит. И деремся, – наставлял я. – Готовы?

– Снимай, – оскалился Рык.

Взмахом руки я убрал темноту. Кирилл развеял щит. Волк прыгнул на ближайшего оборотня. Мы с ангелом поделили двух других.

Но мы-то поделили, а вот оборотни решили, что Кирилл более легкая добыча, и бросились на него вдвоем. Неужели они думали, что я буду стоять и смотреть?

Кирилл принял их на щит, а я прыгнул им за спины и пожалел, что у меня только один кинжал. Так что одному блохастому достался удар в шею обычным кинжалом, а второму осколком тьмы. После этого мы занялись теми фейри, что поднимались с земли и освобождались от лоз. Рык вскоре закончил с оборотнем и занялся троллем.

Но не успели мы покончить с гоблинами, как появились люди. Кажется, я понял их задумку – измотать нас теми, кто на этом уровне бытия послабее, а потом добить сильными и свежими. Наивные. Я был слишком зол за эту задержку, а злость уже который раз придавала мне силы.

Вот и сейчас я не позволил кельтским магам дочертить руны и резко взмахнул руками. Перед лицом каждого из них появилось по темному осколку – я телепортировал их туда. Осколки замерли ровно на столько, чтобы маги осознали неизбежность ситуации, и ударили кому в грудь, а кому в шею. Раздались стоны и хрипы. И через минуту все было кончено.

В наступившей тишине Кирилл и Рык осмотрелись. Потом перевели взгляды на меня. И я не смог прочитать выражения их лица и морды. Они что, боялись? Но мне сейчас было немного не до того. В этот раз я все же перестарался и теперь в ушах шумело, а перед глазами плыло.

– Мы тебе не мешаем, нет? – осторожно уточнил ангел.

– Ты о чем? – не понял я.

– Я даже щит не успел поставить.

– А я никого не укусил. А они уже дохлые, – вторил ему Волк.

Я стоял в полном недоумении. Враги мертвы, мы живы и целы… почти, если не считать небольших царапин и порезов. Так чем они недовольны?! Что не повоевали?

– Ты колдовал без рун, – добавил Кирилл. – В Яви.

Вот тут я замер. Кощей говорил, что так будет, но я даже не предполагал, что так быстро после того, как избавился от рун в Нави. Сколько прошло? Месяц? Да, примерно. Ну что же, меня вынуждают развиваться.

– Забыл, что не в Нави, – проворчал я. – И чем вы недовольны? Мы живы. А что не подрались, так все впереди – нам еще бабушку с котом ее выручать. Там и подеретесь. Я почти без сил после этого всего. Побежали. Тут уже близко.

Мы сели обратно на Рыка и он снова нырнул в Навь – там быстрее. Лес закончился через десяток его прыжков. Мы подбегали к другой пирамиде и уже слышали звуки драки – ругань Яги, рычание Баюна Каюра, крики мужчин.

Я уже собирался спешиться, как блокнот во внутреннем кармане нагрелся.

Глава 16

Но прочитать сообщение Кощея мне не дали. Полный боевого азарта, Рык, видимо, забыл о седоках и вылетел на поле боя. Мы с Кириллом быстро сориентировались, спрыгнули и отскочили в разные стороны, чтобы не накрыло чем-нибудь массовым. С надеждой, что наставник предупредил о скором прибытии, я поставил щит.

Бой проходил на площадке перед входом в пирамиду, такую же большую, как у Тескатлипоки, но из более светлого камня. И находилась она уже на территории Нави. Три хранителя, Яга, Баюн и, вот неожиданность, избушка защищали вход в пирамиду, а с десятка два фейри пытались в нее прорваться. Среди них я заметил и двух людей.

При нашем появлении шестеро фейри и один маг развернулись и запустили в нас всяким разным, вредным для здоровья. В меня полетел горшок с золотом. На Рыка набросился пука, в Кирилла полетел огненный шар.

Горшочек попал в щит и разбился. Монеты вылетели и тут же расплавились. Смысл был в том, чтобы облепить цель и превратить ее в золотую статую. Но сейчас золото застыло на теневом щите и тяжело упало на землю. А я немного покачнулся – даже такое незначительное заклинание отняло силы.

Лепрекон заметил мою слабость и радостно крикнул «бейте Темного!» Я мрачно усмехнулся и запустил в него темной стрелой. Мелкий фейри не ожидал и упал с дырой вместо глаза. Но его приятели все равно успели увидеть, как я качаюсь. Или я побледнел – не знаю. С горящими предвкушением глазами они нацелились на меня.

Кирилл увидел это и закрыл меня зеленым щитом. Он сразу опустился на колено и начал быстро чертить на земле руны. По моим стопам тут же пробежали иголочки, а губы растянулись в мрачной усмешке. Не думал я, что ангел будет применять ветку проклятий, а вот же, приперло.

Но чертил он много, а потому долго. И все это время оставался беззащитным. Неужели думал, что никто не помешает? Конечно, маги не собирались допускать, чтобы Кирилл закончил, путь и не понимали, что он делает – руны у нас разные. Зато понимали, что это проклятие.

Мне пришлось собрать последние силы и поставить щит уже вокруг ангела. После этого я прислонился к дереву и всеми силами старался держать глаза открытыми.

Тем временем он дочертил пятую руну и ударом ладони по земле активировал заклинание. В тот же миг появились черные лозы с шипами и масленым блеском яда и потянулись к фейри. Отпрыгнуть сумели только шестеро из них, те, что стояли дальше и успели среагировать на вскрики товарищей. Остальные же, кого лозы хотя бы коснулись, стонали и падали на землю. Из одних, кого коснулись шипы, хлестала кровь. Тех же, кого коснулись лозы с ядом, чернели и покрывались слизью, словно прелые листья.

Баюн и избушка воспрянули духом и бросились в атаку. Избушка пиналась, лягалась, загребала когтями камни и кидала их в противников. Кот традиционно рвал всех когтями и зубами.

Через минуту все закончилось. Один из магов лежал тут же, второй успел запрыгнуть на келпи и сбежать. Я видел это, но ничего уже не мог сделать. Кирилл тоже – он сидел на земле бледный и мокрый.

Яга оправила подол платья, огляделась и посеменила к нам. Я жестом указал, чтобы сначала она занялась Кириллом. Она кивнула и положила ему руку на лоб. Покачала головой и выдала флягу с живой водой.

– Пей все, касатик, – приказала бабушка.

Кирилл послушно начал пить. Краски постепенно возвращались на его лицо, дыхание восстанавливалось.

– Спасибо. Я думал, что сгорел, – хрипло сказал ангел.

– Не сегодня, пернатый, – проворчала Яга и подошла ко мне.

– Я не сгорел, – слабо улыбнулся я. – Просто потратил много сил.

Яга проворчала что-то себе под нос и пошла в избушку. На полпути повернулась ко мне с удивлением на лице.

– Ты идешь или уже нести надо? – уточнила она.

– Нет, просто мыслей пока читать не умею, – усмехнулся я и побрел за ней.

В избушке сел на скамью и, пока Яга наливала мне воды, достал блокнот.

«Навещала Марья. Теперь нужно время на восстановление. Пока ты сам по себе. Береги Зеркало». Вот так. Без подробностей. Впрочем, если Кощею там плохо, то и не до подробностей.

«Надеюсь, с цепей снимать не надо?» – спросил я, вспомнив старую историю.

«Уже нет. Но теперь она может заняться тобой. Будь настороже».

Это «уже» вызвало в воображении картинку: Марья все же расчленила его и подвесила на цепи, а слуги сняли и собрали. Вот царь Нави теперь и восстанавливается. Впрочем, это только картинка. Кощей только зовется Бессмертным. Если его убить или расчленить, умрет, как и все. Нет, наверняка Марья его здорово ранила, а потом уже подвесила – пунктик у нее на цепях.

«Надеюсь, ей досталось сильнее,» – написал я.

«Ее наверняка уже вылечила Скарлетт».

«Буду осторожен».

На этом мы закончили переписку. Яга как раз принесла большую кружку с живой водой и я принялся жадно пить. Потом пересказал слова Кощея.

– Я почуяла, что что-то с ним не так, но была немного занята, – сказала Яга, поджав губы. За недовольством она скрывала тревогу за своего царя.

Некоторые свято верили, что Яги его жены. Правда, был еще один лагерь, который считал их сестрами Кощея. Только правды не знал никто – я тоже. Никогда не интересовался, знал лишь, что Яги считают друг друга сестрами. Видимо, по матери, раз отчества у всех разные. Ну да это их дело.

А пока я допил воду и силы вернулись. Не в полном объеме, но прилечь больше не тянуло. Кирилл тоже выглядел бодрее. Теперь надо было решить, что делать дальше.

Я вышел из избушки и подошел к хранителям пирамиды. Они как раз заканчивали перевязывать раны. Яга им помогала. Баюн лежал неподалеку и вылизывался. Впрочем нет, зализывал раны. Рык расположился с другой стороны избушки и занимался тем же.

– Что будет дальше с Пером, мудрейшие? – с уважением спросил я шаманов.

– Мы перепрячем его. И спрячемся сами, – ответил старший из них. – Пока кризис не минует.

– Никто не будет знать, где оно. И мы вместе с ним, – добавил другой шаман.

– Так будет лучше. Благодарю вас, – сказал я с легким поклоном. – Вы можете принять на хранение и Зеркало Тескатлипоки?

– Нет, прости, Темный. Рядом эти две реликвии находиться не могут. Придется тебе самому о нем позаботиться.

– Вот как. Хорошо, я постараюсь. Благодарю вас.

Я отошел к Кириллу и Рыку.

– Что делаем дальше? Куда девать Зеркало? – с тревогой спросил ангел.

– Придется как-то его спрятать. На себе постоянно четыре кило не потаскаешь, – вздохнул я. – А пока возвращаемся в Алексеевск.

– Кстати, ты давно колдуешь без рун в Яви? – уточнил Кирилл.

– А я колдую без рун? – удивился я и взмахнул рукой. Появился маленький темный осколок. – Интересно. Видимо, снова очень разозлился.

* * *

Неделю спустя. Москва.

Как же хорошо, что пошел снег с дождем! Княжна Катерина Куракина и великая княжна Ольга только того и ждали. Они надели плащи с капюшонами и выскользнули из Кремля, никем не узнанные. Никаких фотографов и официальных выездов в свет – всего лишь две девушки гуляют по улицам столицы. Правда, Святослав все же заметил эту выходку и отправил за ними охрану, чтобы осторожно проследили, что очередная тайная прогулка пройдет без приключений.

Все шло хорошо и спокойно. При отвратительной погоде, когда большинство людей предпочитают сидеть дома в уютном пледе с чашкой чая, Ольга и Катерина радовались как дети. Царевна даже задрала бы голову, ловя тяжелые снежинки, если бы при этом капюшон не упал бы с головы. Чего никак нельзя было допускать. В последнее время она слишком часто мелькала на экранах телевизоров и стала более узнаваемой, чем на первом курсе университета. Это тогда Ольга могла пройтись по Москве и лишь с десяток человек оглянулись бы с мыслью «как эта девушка похожа на царевну».

Девушки прошлись по Моховой, потом свернули на Тверскую улицу, почти пустую в разгар рабочего дня, да еще в такую погоду. В памяти всплыли события шестилетней давности, когда Ольгу и ее брата, наследника престола, пытались убить. Вернее, его убить, а ее похитить для жуткого ритуала.

Они проходили мимо какого-то переулка, когда каблук у Кати попал в выемку между камней брусчатки и обломился. Со словами «да когда у нас уже начнут о людях думать больше, чем о красоте, и положат нормальный асфальт» девушки свернули в тот самый переулок.

– Ты ничего не заметила? – тихо спросила Ольга.

– Только что у меня каблук сломался и надо идти в тот магазин за новыми сапогами или возвращаться домой, – проворчала Катерина.

– Я про магию. Мне показалось, промелькнул темный импульс.

Княжна замерла и начертила в воздухе руну Ветер. Прислушалась к ощущениям. И резко выдохнула. Сразу начертила Алатырь, Берегиню и Даждьбога. А потом быстро начала разуваться.

– Опасность, Оль. Беги обратно, будь на виду у людей, – скороговоркой сказала Катерина.

– Еще чего, – решительно фыркнула царевна и огляделась.

И тут они словно бы вернулись в тот предновогодний день. Снова переулок, снег и темные фигуры людей с той и другой стороны перекрывают выходы.

Катерина разозлилась на себя. Оказалось, что они с Ольгой зашли гораздо глубже в переулок, чем собирались. Морок! И как она не заметила, а еще псионик! Так отвлек ее сломанный каблук. Сломанный чарами.

А фигуры приближались – по трое с каждой стороны. И только четверо из них люди – теперь Катерина ощущала это отчетливо. Куда смотрит Чудный Надзор?! Она начертила еще руну и до боли прикусила губу. Непростые нелюди. Значит, задавать глупые вопросы «что надо» нет смысла. Надо убегать или драться. Вернее, убегать с боем.

– Ты, босая, можешь идти, – вдруг заговорила одна из нелюдей. Голос властный, дамочка привыкла, что ее приказы исполняются сразу и без вопросов. – Царевна пойдет с нами. Давайте, не тратьте время.

– Да что ты себе… – начала было Катерина, но осеклась от холодных слов Ольги.

– Марья. Что тебе от меня надо, предательница?

– Я же сказала: мне нужна ты, – удивленно ответила Марья Маревна.

И от осознания, с кем они столкнулись, Катерине стало страшно. Эта женщина претендовала на трон Нави, а недавно ранила самого Кощея.

– Тебе придется постараться, – с насмешкой ответила Ольга.

Но Катя видела, насколько напряжена ее подруга, насколько ей страшно.

– Хватит говорить. Пора действовать, – заявил мужчина с британским акцентом по левую руку от Марьи.

Пора так пора, мысленно согласилась Катерина и открыла флягу с кровью. Начертила руны и ударила по второй группе псионическим импульсом.

Все трое охнули и схватились за головы. Нелюдь скинул личину и оказался оборотнем. Только в полумраке княжна не разобрала, свой или кельтский. Впрочем, кельтский сюда бы, в сердце Российской Империи, не прошел. Но Марья… что если?

Но продолжить мысль уже не дали. Ольга оставила щит от стены до стены между ними и группой Марьи и потянула Катю к тем, что все еще стонали после удара по мозгам. Уже на бегу царевна начертила серебристые руны и ускорила их обеих.

Только что какой-то жалкий щит Марье Маревне? Она с легкостью разбила его и двинулась за беглянками, спокойно, без спешки. Торопились ее слуги. Они побежали по переулку, на ходу чертя кельтские руны.

Девушки проскочили мимо первой троицы. От страха не столько за себя, сколько за Ольгу, Катерина не замечала ни холода, ни острых камешков под босыми ногами. Но далеко уйти у них не вышло.

Марья вдруг возникла прямо перед ними. Ольга успела начертить всего одну руну. Катя почти закончила заклинание – чертила последнюю линию. Только Марье понадобился всего лишь взмах руки. И сознание покинуло невесту наследника престола.

Очнулась Катерина от резкого запаха нашатыря. Она лежала в полумраке, завернутая в теплое одеяло, ее чуть качало. Манакар, поняла она, крутя головой, чтобы избавиться от ватки под носом. Попыталась взмахнуть рукой, но ее хорошо укутали, выбираться пришлось какое-то время. А пока она открыла глаза и увидела над собой Даниила Юсупова. В карих глазах тревога, губы плотно сжаты.

– Ольга? – хрипло спросила Катерина.

Он покачал головой. У нее едва не остановилось сердце.

– Пропала, – пояснил Даня, верно оценив, что она могла подумать. – Рассказывай.

И Катя рассказала о прогулке, сломанном каблуке. О Марье Маревне.

– Когда же вы поймете, что протоколы существуют не просто так, – раздался усталый голос Романа Алексеевича Юсупова. В полумраке она не увидела его сразу.

– Иногда от них слишком устаешь, – тихо сказала Катя. – Но ведь в Москве все тихо. Мы и не думали, что…

– В Москве тихо. В последнее время слишком тихо. Ладно, будем искать.

Они как раз въехали на территорию Кремля и остановились у одного из неофициальных входов. Немного подождали. Катя не сразу поняла, чего. Но вскоре подбежала одна из горничных с ее туфлями. Катерина обулась и все трое зашли внутрь.

Там их уже ждал Святослав. Он тут же обнял невесту. Цесаревич дрожал и молчал. Катя хотела отстраниться, сказать, насколько она виновата и не достойна. Но обмякла в его руках и едва не расплакалась. Только слез она не могла себе позволить – не при князе Юсупове старшем. Тут дверь открылась снова, залетел порыв промозглого воздуха, послышались тихие шаги. И Катя отстранилась.

– Здравствуйте, – негромко сказал Виктор Корф. Его волосы растрепались, но мундир сидел безупречно, все пуговицы были застегнуты.

– Идем. Родители уже ждут, – со вздохом произнес Святослав.

Они отправились по коридорам и лестницам вглубь резиденции императорской семьи. Но на середине пути Даня замедлился.

– Я догоню, – предупредил он. – Позвонить надо.

Все прекрасно поняли, кому он собрался звонить, и почему этого нельзя сделать при императоре Константине.

* * *

Аляска. Город Алексеевск. То же время.

После полосы препятствий в пирамиде мы с Рыком подвезли Кирилла до конторы Надзора и отправились в штаб Тайной Канцелярии. Даже после живой воды я ощущал себя не слишком бодрым и надеялся, что больше бегать и драться в этот день не придется. Но это не повод раскрывать Серого Волка. Так что я слез с него в тихом переулке и дальше мы пошли рядом, он в виде большой овчарки и я.

О том, что в конторе сидит предатель, я помнил. Потому Зеркало пронес демонстративно, чтобы его увидело как можно больше народа, а вот выносил уже так, чтобы не попасться никому на глаза. И запер его у себя дома в сейфе под присмотром домового.

За следующие четыре дня мы – я, Рык и Кирилл – добыли цитрин и статуэтку человека из лавы. И сделали это до того, как за ними пришли люди Гарны. Ох, как им не понравилось. Теперь нам оставалось ждать выздоровления Кощея и следующего хода моей бывшей женушки.

Конечно, еще оставались тотемы Ворона и Орла. Но шаманы племени Тлинкитов нам их не отдали, уверенные, что смогут защитить свои реликвии сами. И никакие слова о силе Марьи и Гарны их не убедили. Теперь все, что мы могли делать – это ждать их хода.

В течение недели прошли аресты и обыски в столице Аляски. У нас забрали и отконвоировали в Москву князя Черкасского и консула Альбиона. Большого скандала не случилось – Лондон очень не хотел раздувать шумиху из-за действий всего одной дамочки. «Она ведь и не политик,» – говорили они. Даже заочно ее арестовали и объявили в розыск.

Я тихо этому радовался – в статусе разыскиваемой преступницы возможности Гарны ограничены. Как она, наверное, злится! Но с радостью пришло и опасение из-за того, что в таком состоянии моя бывшая способна на любую гадость. Потому я продолжал исполнять обязанности начальника отделения Тайной Канцелярии и ждать.

Увы, затишье оказалось недолгим. Всего через неделю после добычи Зеркала Тескатлипоки меня разбудил телефонный звонок. Повода могло быть три: Гарна сделала ход, произошло невероятное преступление в городе или же звонили из Москвы. Рык поднял голову и проводил меня к телефону недовольным взглядом.

– Алло, – сказал я в трубку и подавил отчаянный зевок.

– Привет, Демон. Теперь моя очередь тебя будить, – услышал я мрачный голос Дани и промолчал в ожидании продолжения с очень плохим предчувствием. – В газетах этого не будет. Во всяком случае, мы постараемся, чтобы не просочилось. В общем. Ольгу похитили.

У меня внутри все похолодело. Потом поднялась невероятная ярость. Захотелось что-нибудь сломать или кого-нибудь убить. Нет, не кого-нибудь, а вполне определенную рыжую сволочь. Но все же надо узнать наверняка.

– Расскажешь подробности? – глухо спросил я под жалобный скрежет пластика трубки. Оказалось, что я сжал ее слишком сильно, того и гляди начнет крошиться. Пришлось расслабить руку.

– Она с Катей пошла гулять. Ты знаешь их прогулки «без протокола». И там все случилось. Катю только вырубили, а Ольгу… забрали. Марья Маревна. Обещаю, что найду, – твердо сказал мой друг. – А ты…

У меня все сложилось. Я вспомнил слова Кощея, что для ритуала открытия Врат в большинстве случаев нужна жертва. Именно в эту версию Земли Врата для демонов открыть сложнее всего. Именно поэтому Гарна собирает самые мощные и значимые артефакты. Разумеется и жертва нужна сильная и значимая. А кто может быть значимее любимой дочери императора? Разве что наследник. Но его добыть очевидно сложнее.

– Не обещай того, чего не сможешь выполнить, мой друг, – сказал я и сам удивился ледяному спокойствию, с каким сказал это. – Ольга здесь, на Аляске. Я сам ее вытащу.

– Что?! С чего ты… откуда ты… Так, рассказывай, – потребовал он.

– Даня, я не хочу тебе врать, а рассказать правду сейчас не могу, – мягко ответил я. – Обещаю, что расскажу, когда все закончится.

– Почему? Это как-то связано с тем делом? – голос друга звучал растерянно и немного обиженно.

– Да, связано. А если расскажу сейчас, ты не сможешь утаить от отца и Константина. Тогда тут будет вся лейб-гвардия и Канцелярия. В этом случае Ольгу мы точно никогда не найдем живой, – пояснил я.

– И ты бы рассказал, если бы не был уверен, что все именно так. Хорошо, Демон, я тебя понял. Удачи. Но ты же понимаешь, что если отец спросит, смолчать не смогу.

– Разумеется. И ты знаешь, что говорю так не из желания выслужиться и стать героем. Здесь все серьезно.

– Как тогда на Урале?

– Примерно.

– Я понял. Звони в любое время, если что-то понадобится, Демон.

Я поблагодарил и мы закончили разговор. Уснуть я больше не смог. И утром приехал в контору одним из первых. Увидел, как ночного дежурного сменяет Свиридов, и ушел к себе в кабинет. Но сильно углубиться в бюрократию не успел, да и не смог из-за мыслей об Ольге – уже через полчаса ко мне влетел Перов, возбужденный и явно сбитый с толку.

– Скарлетт со мной связалась, – сообщил он, усевшись на стул передо мной. – Она знает, что я уже не на ее стороне, но просила сослужить последнюю службу – передать тебе сообщение.

Кажется, я снова догадывался, каким оно будет. Гарну я знал довольно хорошо.

– Передавай, – со вздохом сказал я.

– Она сказала, что у нее есть кое-что твое. И она готова обменять это на Зеркало и цитрин или фигурку лавового человека.