Граф Бранд Берс. Том 3

Глава 151

Если вы читаете эту книгу, то… посоветуйте её почитать кому-нибудь ещё! ;)

— Кто?! — я выдохнул через сжатые зубы струю холодного воздуха вперемешку с маной, осыпавшуюся кристалликами льда в трёх метрах от меня.

— Мы не знаем! Никаких следов не осталось, но Бранд, Волен и Черен уверены, что это твоих рук дело и…

Спиздили! Моего сына спиздили прямо из-под носа у кучи народа! И не те, кто это должен был сделать…

— Где сам Роб?! — прохрипел я.

Вслед за и так нестабильным ядром воды взбунтовались остальные, тело налилось силой, по земле пошла волна, а с губ сорвался черный язычок пламени, лизнувший навершие артефакта.

— Сейчас он в замке Лерок, когда пропажу обнаружили, пришлось спасать уже Беатрис, людей Лока Левен схватили, а солдаты Черен обыскивают весь город. Они нашли туннели под стенами, Робу с Беатрис удалось ускользнуть в последний момент.

— Я вас предупреждал, Кавит! — прошипел я, одновременно распыляя внимание между сосредоточиями магии, потеря контроля из одной проблемы стала сразу четырьмя. — Позови-ка мне Коста!

— Бранд, мы не…

— Вы «да», Кавит, очень даже да! Я поручил вам одно-единственное серьезное дело, и ты… Именно ты! Уверял меня, что всё будет хорошо! Вся ваша компания…

— Прошу, Бранд! Не за себя, за Таку!

— Коста мне, быстро!

Я отключил артефакт и стал наворачивать круги вокруг кола, пытаясь унять ярость на этих долбоёбов. И на себя самого. Как так-то! Да, кадров у меня других сейчас просто нет! Лиска совсем молодая, у неё в голове ветер один. А эти… Я же знал, что спецы из них такие себе, и лучше было поручить когорте осадить Тервен с требованием выдачи Даста, пусть бы княжеские устроили там резню, повод был. Нет же, блядь, сам затеял шпионские игры.

Хотя итог осады города вообще предсказать было невозможно, как и то, что творится в голове у Чиска и его союзников, судя по разведданным, к такому-то они уже были готовы, раз так быстро среагтровали.

Кто мог это сделать? Эльфы? От них всего можно было ожидать, Лимарк никогда не простит мне смерть своих детей, это факт. Но рушить союз Черен и Волен было не в их интересах, как и похищение Виолы. Или было? Чёрт!

У прибывших от Лока гонцов на такое просто сил бы не хватило. Левантис или Замирт? По идее, это в интересах обоих, лисы даже в таком плачевном положении, я уверен, не отказались от своих притязаний на Тервен, а образовывающаяся на юге коалиция однозначно как кость поперёк горла очередному королю, так же как и всем вокруг.

Блин, если подумать, то это событие может быть выгодно любому! Те же эльфы могли стравить меня с Волен и Черен, ослабив потенциальных союзников, и не факт, что тут не торчат пресловутые эльфийские уши, но если это действительно они… Кто бы ни похитил Даста и Виолу, у них наверняка есть план, какие-то требования… Если это не блядские эльфы!

Поняв, что проморозил уже всю площадку вокруг, а переговорный артефакт медленно обрастает льдом из конденсировавшейся влаги, я уселся в позу лотоса, постаравшись унять бешено стучащее сердце, и вернул себе контроль над бунтующими ядрами.

Через несколько минут кол завибрировал, разметав покрывшую его ледяную корку.

— Бранд?

— Кост! Слушай приказ! Войскам из крепости Рест занять Лерок, пусть выдвигаются немедленно! Свяжись с когортой в Милен, они должны выделить сотню и эвакуировать всех из замка в Берсбург.

Давно уже надо было так сделать, но Бэт не хотела никуда переезжать, в том числе из-за сестры, но теперь ей путь по ту сторону границы точно заказан.

— Сделаю, но почему я? Кавит…

— Да, Кавит! Он не сможет… — в этот момент мне показалось, что артефакт в руке рассыплется. — В казематы его! Отруби этому уёбку руки! Сейчас же!

Судя по раздавшемуся из переговорного артефакта крику, Кост приступил к делу немедленно. Любой другой на моём месте просто казнил бы этих долбоёбов, к тому же я предупреждал их, но… У меня просто некем заменить этих ребят, чьи косяки идут один за другим.

Единственная, кто не успел себя полностью скомпрометировать в моих глазах, — это Таку, и то непонятно, кто вскрыл назревающий бунт, она сама или это заслуга Раи Рест, похоже решившей заняться чем-то то полезным, вряд ли это просто случайность. С этим не мешало бы разобраться. Но… потом.

— Я всё сделал, — послышался голос Коста.

— Ладно, Роба тоже под прикажи взять под стражу, пусть они пока передают все дела Таке и… Рае Рест…

Раздав ещё десяток указаний, я бесцельно пошвырял ледяные стрелы в степь и направился к Эрре, отлетевшей в сторону от устроенного мной ледяного пиздеца.

Оставалось только ждать требований от похитителей и поторопиться в Левен, пока там не начался конфликт с решившими повесить на меня всех собак Черен и Волен.

Думаю, письма к Чиску с претензиями не убедят его в моей невиновности. Возможно, стравить нас — это и была цель неизвестных кукловодов.

Плохое настроение усугублялось тем, что, по словам Зенга, углубившись в пустыню, любая связь с внешним миром просто перестанет работать, и я не смогу узнать, что там происходит. Да, я оставил кучу распоряжений для разных ситуаций, но на душе скребли фелисы, и настроение рухнуло в пропасть.

Вернувшись на корабль и окинув злобным взглядом свою команду, я заперся в каюте, приказав никого не пускать, и, усевшись в позу лотоса, и постарался отрешиться от всего произошедшего.

Получалось это откровенно скверно, настроения не добавляли и происходящие с моим организмом метаморфозы, никак не диагностируемые чарами. В очередной раз просканировав голову и убедившись, что повреждения от проклятого амулета почти сошли на нет, я задумался над тем, что архимагистр-менталист с озера, возможно, был не так уж и не прав. Вспышки злости-то никуда не делись… Но как тут можно остаться спокойным? А может и «нормальным»…

Обратившись в себя внутренним чутьём, я пробежался по магическим сосредоточиям, отметив небольшой рост каждого из них, кроме целительского. Избыточный приток маны во время неудавшегося прорыва в архимаги воды распределился по отстающим ядрам с мизерным КПД, растратив весь потенциал практически впустую. Собственно, этого и следовало ожидать, развиваясь по методике царства, но было неприятно, и что с этим делать, я не знал.

Скользнув сознанием внутрь, я начал циркулировать по телу, ставшему дополнительным вместилищем маны жизни, золотистую энергию в попытках отрезать от подпитки или полностью развеять формацию, наложенную князем. Локализовать чары в районе груди мне уже удалось, как и избавиться от их зловредного влияния. Но вот красные сплетённые полосы с запястья никуда не делись, и с механизмом их появления я пока не разобрался.

Исследовав образование я смог только понять, что одна из полос образуется из моей собственной крови, а вторая… не из крови князя! И, кажется, я знал кому она принадлежала! Сделав себе зарубку разузнать о ритуалах поиска по крови, я подумал, что с помощью одного из них или по внутреннему функционалу монструозной формации можно узнать, где находится моя «жена». Но я и так знаю, где эта сука!

Отбросив бесполезные попытки познать непостигаемое, я сконцентрировался на заполнившей тело целительской мане, параллельно запалив на кончике пальца язык чёрного пламени. Раз развитие по методике сект завязано на развитие самого маленького ядра, нужно было заняться именно этим.

Подсмотренный у одного уебана трюк с маной не был заклинанием в чистом виде, просто стихия огня, смешанная со смертью, сама по себе давала такой эффект. Ещё и вплетение воздуха, раздувающее пламя, придавало ему больше солидности, скрывая за собой всего лишь потуги недомага.

Наблюдая за процессами, я обратил внимание, как мана жизни стягивается вокруг недососредоточия, обволакивая его золотистой пеленой, при этом теряя концентрацию и… немного ускоряя восстановление резерва. Пусть и с огромными потерями на преобразование, но трёхстихийный источник начал заметно пополняться, почти догнав скорость расхода на «огонёк».

Решив попробовать таким нехитрым образом выжечь всю лишнюю энергию из тела и попытаться остановить вызванные ею неприятные мутации, я замер в хрупком равновесии, сосредоточившись на задаче.

— Я просил меня не беспокоить! — заорал я, услышав робкий стук в дверь.

— Бранд, кочевники…

Я разрешил доверенной теневичке обращаться ко мне по имени, возможно, это было очередной ошибкой, но на эту девушку у меня уже были серьёзные планы и надежды, — и на то, что она окажется поумнее некоторых долбоёбов, получивших подобные вольности. Во всяком случае, в верности порабощённых девок сомневаться не приходилось.

— Ладно, сейчас выйду.

Запретив меня беспокоить, я почти два дня просидел без движения, занимаясь развитием, и… добился увеличения недоядра на треть, незначительно очистил своё тело, которое тут же начало вновь заполняться маной жизни из соответствующего ядра. Казалось бы, значительный успех, но ни одной из изначальных целей достигнуть не удалось, а нарастающие изменения тела просто вгоняли в ступор.

Волосы и ногти оказались просто побочным эффектом — небольшой отток маны позволил рассмотреть, что те же процессы происходят в костях, превращая мой скелет в золотистое непотребство. Он, подвергшись преобразованию, был уже на целую треть пронизан золотыми нитями! Неизвестный мне материал не поддавался никаким манипуляциям и явно был прочнее обычной кости.

Потеряв в росте и, кхм, объеме, я надеялся исправить это с помощью целительской магии, подстегнув собственный рост, а тут получилось, что моя текущая комплекция этой же самой магией неизвестным образом цементируется.

Бросив взгляд в зеркало, где вместо меня отражался какой-то бледный упырь с красными глазами и золотым пробором в волосах, ну чисто мечта фанаток вампирских саг или корейских айдолов, я прикрыл голову треуголкой и, поднявшись с «нелетающего» ковра, собрался выйти из каюты, когда зеркальная стена, протаяв, выпустила из своих недр Сину, тоже пожелавшую посмотреть на дикарей.

Поднявшись в рубку, я увидел, что караван начал замедляться и табун лошадей, прихваченных в качестве платы за проход, сгоняли в сторону пологого холма впереди.

За эти несколько дней окружающий ландшафт претерпел изменения, и тракт начал вилять между невысоких холмов, будто волнами расходившихся со стороны пустыни и переходящих в дюны. Никаких посторонних я пока не заметил, а последний встречный обоз, по докладам дежурных, был ещё вчера, так что мы тут были совершенно одни.

— Ну и где эти твои кочевники, Рула?

— Дерра сказала, что их стойбище на востоке, оттуда прискакало двое, и, переговорив в с купцом, вернулись обратно, — девушка махнула рукой в сторону, а я задрал голову, поймав взглядом реявшего над нами в качестве воздушной разведки рептилоида.

Отбросив идею взлететь на Эрре и осмотреть окрестности, я обернулся назад, почувствовав взгляд на своей спине, и встретился глазами с Лимой. Рыжуля, появившаяся из своего шатра, тут же отвела глаза в сторону и заметив Сину отвернулась. А вот сама водница, прикипела к Лиме взглядом, задумчиво крутила синий локон на пальце и слегка покусывла губы теребя подол своего сарафана.

— Кстати, Рула, а как твою новую соседку зовут? — я кивнул на стройную фигурку землевички, колдовавшей с «подругами» на носу.

— Айсинг из династии Алтре, — ответила девушка, бросив на меня нечитаемый взгляд.

— Скажешь ей зайти ко мне вечером. А этой… — я указал в сторону Лии, - Ты выдала золото, как я велел?

— Да.

— И?

— Насколько мне известно, Дерра ей отказала.

Я вопросительно поднял бровь, уроки фелиса не прошли даром, теперь я даже сгибанием пальцев мог раздавать команды. Ну чисто язык глухонемых просматривался, хех, во всех этих аристократических ужимках.

— Драконидка сказала, что нельзя самку трогать, если она готовится яйца откладывать, — помявшись, ответила Рула, я и не думал, что эта девка умеет краснеть.

— Ладно, а я был уверен, что у этих тварей ничего святого нет, ну, кроме золота, конечно.

Бросив взгляд на стоящую в прострации Лию, я никаких внешних признаков по ней не заметил, хотя халат мага не особо давал рассмотреть девушку, но драконидка же как-то определила её положение, несмотря на разницу видов, хм.

Стэн, кстати, уже нехило раскачавшись на рисе, задавал трёпку обоим своим попутчикам, даже псевдоорку не хватало улучшившейся координации, чтобы отбиться от заматеревшего викинга.

Заняв по праву место альфы в тесной мужской компании, варвар подмял под себя и единственную «самку». Правда, бессовестная раба всё равно ничего не могла поделать с навязанными ошейником желаниями.

В рубку поднялся Зерноби и поздоровавшись отвлёк меня от раздумий, и присоединился к Сине, разглядывая рыжулю, замершую на вынесенном фелисами походном троне. Себе такой, что ли, приобрести?

Представив, как я буду выглядеть на таком седалище со своей комплекцией, на меня снова накатило. А как я вообще предстану перед своими людьми?! Я и Лиме-то теперь почти что в декольте дышу, бля.

Вылетевшая с гиканьем из-за ближайшего холма конная лава стала для меня неожиданностью. Не менее тысячи всадников в разномастной броне, и не думая замедляться, ринулись к каравану, беря его в клещи. Над джонкой вспыхнул поставленный огневичками купол, и тут я понял, чем это войско мне показалось неправильным.

С первого взгляда мозг отказывался воспринимать несуразицу, пока я не сосредоточился на приближающемся к нам отряде. Волосы на скошенных, как у неандертальцев, головах с лицами, где преобладали рубленые угловатые черты, были заплетены в сотни косичек. Зачастую оголённые торсы и мускулистые руки могли соперничать комплекцией с орками, а вот всё, что ниже… Плоские животы без пупка покрывались шерстью переходя в конское тело! Да это кентавры, блядь!

Рассматриваемое мной существо, с глазами на выкате, казалось, могущее смотреть ими и в стороны, проскакало рядом с бортом джонки, на ходу подкидывая метров на десять в небо крутящуюся в полёте более чем трёхметровую оглоблю монструозного меча и, с гиканьем подхватывая его за рукоять в нижней точке полёта, косило глазом на девок, глядящих с открытыми ртами на это представление.

Ускакав за корму и поравнявшись с платформой шатра, окружённой мамлюками на горбатых заврах, существо начало гарцевать на месте напротив трона Лимы и, сорвав не менее монструозный топор с притороченных к конскому туловищу подвязок, начало подкидывать его в небо вслед за мечом, за человеческой спиной чудовища располагался целый арсенал, который оно споро добавляло в свою карусель.

Я отвлекся от представления, увидев, как несколько десятков кентавров отделили от каравана табун лошадей, угоняя их на восток. Скользнув взглядом по любопытной толпе, собравшейся посмотреть на представление жонглёров, я остановился на лице Лии, у которой дёргался один глаз, а из приоткрытого рта начала капать слюна. Проследив за направлением, я сам уперся взглядом в… здоровенную эрегированную конскую елду, болтающуюся, как маятник, из стороны в сторону у вставшего на задние копыта жонглёра, демонстрировавшего своё достоинство перед Лимой и удерживавшего в воздухе уже целый десяток орудий смертоубийства одновременно.

— Тьфу, блядь.

От вида пускающей слюни рыжей, так похожей внешне на мою невозмутимую жену, меня начало подташнивать, и я дал себе зарок отменить свой приказ. Девка и так, похоже, совсем крышей поехала от такого долгого воздействия.

Представление закончилось так же неожиданно, как и началось, побросав железки в приспособленный под них подвес, кентавр развернулся на месте и, издав гортанный клич, поддерживаемый ором своих соплеменников, унесся по склону холма вслед за скрывшимся табуном.

Караван, до этого замедлившийся, начал снова набирать скорость, как только налетевшая орда или стадо кентавров скрылось за вершиной вала, оставив наверху только одну фигуру.

Сосредоточившись, я приблизил изображение, желая поподробнее рассмотреть неведомую расу, и чуть не шарахнулся в сторону.

— Что это, блядь, такое?!

— Конеёбы, как я и говорил, наместник давно уже не чистил эту падаль, — Зерноби презрительно скривил изборожденные трещинами губы. — А это похоже их шаман.

Теперь уже все могли рассмотреть фигуру, застывшую на гребне холма, поравнявшуюся с нами по ходу движения.

Казалось, плоть существа непрерывно изменялась и текла, отращивая лишние головы и конечности, от каких-то хитиновых клешней до лишних копыт и лезущих из груди голов. Одна такая отделилась от шамана взмыв в небо полупрозрачным грифом и, разогнавшись, фоня маной воздуха, со скоростью ракеты ударила в грудь парящему над джонкой дракониду, снося окутавшуюся щитом рептилию в сторону.

Над платформой Лимы вспыхнул огнешар и закрутился, начав набирать плотность и вытягиваясь в плазменное веретено, а из-за гребня холма за спиной шамана показались сотни скошенных лбов.

Глава 152

— Силён стал, скотина, сколько раз уже жаловались наместнику, что пора с этой проблемой кончать.

Мамлюки рыжули стянулись ближе к платформе, выстраиваясь клином в сторону визжащих кочевников, окончательно сформировавшееся огненное веретено улетело в тыл уродов целя в аморфное нечто, но косматая образина, совсем потерявшая подобие гуманоидного вида внешность, исторгла из себя темную кляксу, отклонившую заклинание принцессы в сторону, разметав соседний холм гейзером оплавленных камней и песка.

Пока я решал, отсидеться нам за щитами или вступить в бой с непонятным противником, от крупа шамана один за другим отделились три крылатые фигуры инсектоидов и, мерзко жужжа, с невероятной скоростью ударили в магический купол над джонкой и… начали продавливать его хоботками, больше похожими на пики.

— Что это за дрянь, Зерноби?!

— Духи пустынного кровососа.

— Духи?

— Конеёбы, как и орки, неполноценная раса, лишенная магического зерна, вот и вступают в симбиоз с потусторонними тварями. Сейчас они пролезут к нам, и их лучше жечь, простая сталь таких вообще не берет, а другие стихии совсем слабо.

— Рула, всех огневиков на палубу, абордажную команду на левый борт!

События развивались слишком стремительно, пока я раздумывал, приказать снять купол и начать атаку, инсектоидов стало не три, а девять, а замершая на холме фигура всё продолжала и продолжала исторгать из себя кровососов. Второе веретено Лимы, сбитое шаманом, улетело в небо, а к самой рыжуле по баллистической дуге пикировал гигантский нетопырь или что-то на него похожее.

Один из кровососов с хлопком продавился сквозь купол и тут же был откинут в сторону ледяным копьём, по-видимому, никакого урона ему не нанесшим. Две огневички зажали тварь у борта, поливая огнем с двух рук, второго кровососа, прорвавшегося следом, в полете сбили огнешарами дракониды. А ещё одна тварь, подоспевшая последней, пробив купол, неожиданно ринулась в сторону носа, нанизав стоящую рядом с Айсинг землевичеку на свой «хобот», наплевав на личный доспех рабыни, и стала наливаться краснотой, потеряв полупрозрачность, но, несмотря на это, пропустив сквозь себя каменное копьё скастованное моей любовницей.

Рула пыталась организовать оборону палубы, в то время как наш купол начал трещать, грозясь полностью рассыпаться, а я… Я и сам растерялся, никак не ожидая такого натиска. Насколько хорошо моя команда была в атаке, настолько плохо сейчас происходила оборона. Рабыни, подгоняемые установками подчиняющих артефактов, образовали стенку вокруг рубки и палубной надстройки, в первую очередь стремясь защитить хозяина.

На моих глазах очередная девка, пронизанная призрачным копьем-хоботом, упала замертво, а её аура потускнела, и она вообще перестала мной ощущаться как маг.

Подоспевшая троица моих колоритных недовоинов вообще ничего не могла противопоставить тварям, удар секиры орка, пройдя сквозь призрачное существо, чуть не располовинил Стэна, но стоящая рядом со мной Сина скастовала перед ним щит, отразивший удар, и он, преобразовавшись в сферу льда, заключил в себе опасную тварь. Самого же здоровяка девушка выдернула к нам наколдованными водными плетями, затащив того прямо в рубку и окончательно перекрыв мне обзор на сражение.

По-хорошему, надо было бы доставать артефактный шар и ставить земляной щит, но тогда я отрежу от нас платформу Лимы… Тем временем на палубе уже образовалась настоящая свалка с первыми жертвами от атак потусторонних тварей.

Обернувшись, я увидел, что кентавры не стали атаковать мамлюков в лоб, а ушли в сторону, беря разгон с фланга. Первые ряды неприятеля окутались призрачной дымкой и, влетев в огненное покрывало, разметали атакующие чары Лимы — единственное, что успела наколдовать рыжуля, прежде чем ей пришлось ставить над платформой щит, в который, истошно вереща, с размаху влетела крылатая тварь.

Кочевники буквально нашпиговали первые ряды мамлюков копьями и топорами, пронзая и сшибая сразу по двое-трое. Сила броска наложилась на инерцию скачущих тел, и ущерб был поистине колоссальный. «Отстрелявшись», парнокопытные пошли на новый круг, растягиваясь в непрерывный хоровод, центром которого был шаман.

Командир мамлюков создал что-то типа стены ветра перед своими бойцами, пытаясь замедлить только начавшие набирать скорость снаряды, тем временем у Лимы дела стали совсем плохи. Рыжуля ещё не успела разобраться с истошно визжащим нетопырем, прижатым к платформе и оплывавшим, как свеча, под потоками пламени, как со стороны шамана в её сторону уже летел мерзкий даже на вид червь или змей с чёрным провалом на месте головы.

Я заметил, как у одной из забравшихся в рубку огневичек, держащих купол над кораблем, из носа брызнула кровь, а сам купол пошел рябью под ударом ещё одного роя.

— Сина! — я схватил девушку за руку, срывая каст очередной ледяной сферы, бывшей ловушкой для проклятых комаров. — Как щит спадет, помоги ей! — я махнул рукой за корму. — Пожалуйста!

На удивление синевласка, не став артачиться, просто кивнула и развернулась ко мне спиной. Я уже и сам подумывал броситься на помощь рыжуле, но боюсь, за мной следом, спасая меня самого, ринутся рабыни, подгоняемые артефактами и наша оборона совсем посыплется.

Оплеухой, напитанной маной жизни, ладони я сбил с ног заслонившего мне обзор варвара, открыв взгляд на нерадостную картину. Непонятно, сколько инсектоидов уже было уничтожено, но на палубе, не подавая признаков жизни, уже валялось два десятка тел моих девок. Вокруг палубной надстройки в полукруг выстроились остальные и только Рула тенью металась по всему кораблю, размахивая антимагической спицей, причиняя видимый, но совсем незначительный, ущерб кровососам, отрывая от них куски развеивающиеся сизым туманом.

В этот момент огненный купол окончательно пошел вразнос, и я, ткнув в бок замершую в прострации Оки, приказал ей сдувать всех тварей к носу корабля. Сина, призвав свои щупальца, выпрыгнула за корму, а я, выхватив меч и окутав его кровавой пеленой, спрыгнул вниз прямо перед строем рабынь.

Оки сработала четко, снеся весь навалившийся на джонку рой прямо под удар не растерявшихся драконидов, давших залп по бесформенному у клубку с крыши рубки. Раздавшийся писк на грани ультразвука был подобен ментальной атаке, от которой сводило зубы.

Первую тварь, выскочившую из огня, попыталась пронзить вставшая по мою левую руку Рула, но та, резко вильнув, подставилась прямо под мой меч, который прошел сквозь призрачное тело, глубоко врубившись в палубу, а я сам едва не оказался нанизан на копьеподобный хобот. Вперёд дернулась целительница, подставившись под удар, и из её спины вылезло призрачное жало, прохолодив мне грудь и пройдя сквозь мой магический водный доспех, как сквозь бумагу.

Преодолевая порывы ветра, на весь строй накинулись пищащие твари, увязнув в щитах и поливаемые огнём. Я сам кинул черный огонек на наливавшегося красным инсектоида, не достигнул ничего, и судорожно открыл пространственный карман, желая воспользоваться вспыхнувшей в мозгу идеей.

В руку ткнулась слегка теплая костяная рукоять широкого ножа из темной бронзы, и, выхватив артефакт, я с размаху вонзил его в россыпь фасеточных глаз.

Кинжал вошел в призрачную плоть, как в резину, с мерзким чавканьем и легким сопротивлением, а потусторонняя тварь начала уменьшаться в размерах, как сдуваемый воздушный шарик. Но одновременно с этим мне в руку хлынула чужеродная энергия, и обжигая, как кислота, и замораживая, будто я опустил ладонь в жидкий азот. Тут же барьером на её пути встала наполняющая тело целительская мана, начав выдавливать вязкую дрянь обратно в лезвие кинжала, и тварь втянулась в него без всяких спецэффектов, только оставив по всему лезвию переливающиеся маслянистые разводы.

Следующей моей жертвой стала заключенная в ледяную сферу тварь слева, а потом я пошел колоть их одну за другой, прикрываемый со спины теневичкой и её товаркой.

Увлекшись уничтожением монструозных комаров, я прозевал момент атаки кентавров на лившийся щитов корабль, вот только это были не копья, а лассо и сети. Не меньше десятка девок с визгом улетело за борт, опутанные арканами.

— Сука!

Я резко сместился к правому борту, перепрыгнув строй добивавших инсектоидов рабынь, чтобы увидеть уже в трехстах метрах от корабля волочащихся связанных девок, подтягиваемых и закидываемых себе за спину отступающими кентаврами. Среди фигур пленниц мои глаза сразу же вычленили шатенку, облепленную призрачными сколопендрами.

— Суки!

Заряженная маной под завязкуледяная стрела рассыпалась крошевом на полпути, сбитая тенью грифа, кружившего над холмом. Тело шамана перестало беспорядочно бурлить, отращивая головы, и он, впитав призрачную птицу, метнулся вслед отступающим войскам, похоже, истратив значительный запас своей непонятной магии.

Отряд мамлюков Лимы почти уполовинился, воины беспорядочно валялись сломанными куклами вперемешку с рычащими искалеченными заврами. Прямо перед платформой с шатром бледная Лима жгла скованного ледяными цепями шестилапое подобие варана.

Напитав ноги маной, я совершил очередной за сегодня прыжок вонзив широкое лезвие в бочину исходящей вонючим паром твари. Попытавшись ударить меня шипастым хвостом, исчадие ада начало разваливаться на части, втягиваясь в клинок, превратившийся в какое-то непотребство и отрастивший искривлённые кромки поперек лезвия.

Отбросив артефакт в сторону, я подскочил к оседающей в изнеможении и закатившей глаза рыжуле, подхватил ту на руки и благодарно кивнул стоящей рядом Сине.

— Ну что за пиздец! — Лима совсем обякла в моих руках будто из нее выдернули стержень.

Фелисы, прикрывавшие хозяйку с двух сторон теневыми щитами, синхронно укоризненно на меня посмотрели, но мне было похер. Какие-то уроды чуть не разнесли моё казавшееся непобедимым войско!

Занеся рыжулю в шатёр и уложив её на подушки, я поспешил перебраться на корабль, где водницы тушили занявшуюся огнем рулевую мачту на носу, а целительницы стаскивали в ряд валяющиеся в беспорядке бессознательные тела.

Кастанув диагностику на закатившего глаза араба, проносимого мимо меня, и ещё на несколько случайных девок, я понял, что все они живы и целы, не считая катастрофической потери крови и полного опустошения магических ядер.

— Рула, доклад! Дерра, дозор!

Драконидка недовольно заворчала, оторвавшись от притащенного на палубу переломанного дозорного, но спорить не стала.

— Сорок восемь при смерти, девятеро с сильнейшим магическим истощением, пропало… двенадцать, да, двенадцать.

Перед глазами стояла аппетитная попка шатенки, уносимая уродливым кентавром, куда я ей так и не успел засадить…

— Зерноби, блядь, как это, сука, понимать?!

Я уставился на бесцельно шатающегося по палубе проводника, так и простоявшего весь бой столбом в рубке.

— Что понимать?

Я чуть не взорвался от злости.

— За что я платил? Тебе, сука, твоим купцам?!

— Купцы не мои, и они выполнили договор.

— Выполнили?! Да их уже и след простыл!

— Ну кто же знал, — землевик развел руками. — Не надо было конеёбов провоцировать, а ты девок, вместо того чтобы прятать, вдоль борта выстроил! А караван надо срочно догонять, я не уверен, что самостоятельно смогу путь найти…

— Догонять?! — я выразительно посмотрел на сгоревшую мачту, дырявые паруса и лежащую штабелями команду и тяжело выдохнул. — Догоним, но не тех. Где стойбище этих парнокопытных пидарасов?!

— Конеёбы — кочевники… — Зерноби в очередной раз развел руками, которые мне тут же захотелось укоротить.

С хрустом выдернув свой меч из досок палубы, я зыркнул на него с такой злобой, что он, похоже, считал мои намерения и, отступив, залепетал:

— На юго-востоке есть пространственная аномалия, где они хоронят своих павших. Считается, что они из неё и появились… когда-то…

Моя команда толком отпор дать не смогла, просидев в обороне, а вот мамлюки и Лима постреляли, порубили и сожгли немало кентавров. Да и я краем глаза видел, как Сина швыряла ледяные копья и лезвия, но поле боя осталось чистым от уродливых тел. Своих собратьев твари утащили с собой. Вместе с моими девками!

— Идём за мной, и всё подробно расскажешь. И про эту шаманскую магию тоже.

Как оказалось, на краю пустыни располагался стихийный портал, причем не блуждающий, как в тимойских горах, из которого я вывалился, а вполне себе постоянный и даже вроде бы действующий.

По второй теме Зерноби толком ничего рассказать не мог, каким образом шаманам удавалось создавать или подчинять духовные сущности, тому было неизвестно, но в том, что с таким подходом к потустороннему большинство из шаманов безумны, было и так понятно, стоило только вспомнить, как корежило того ублюдка, пока он не выпустил почти всех своих питомцев, брр.

Но пока мы разговаривали, сволочи отдалялись, и надо было срочно решать, как быть. Может, просто дождаться окончания ремонта и продолжить путь?

— То место сложно не заметить, тем более если лететь, в области, где расположен портал, в песках огромная воронка. Её и с земли видно за несколько километров. Говорят, раньше он открывался днём, и его было видно чуть ли не из Тишора, но сейчас это происходит почти каждую ночь, можно почувствовать небольшие порывы ветра и прохладу, приходящую с той стороны.

— Я, кхм, слышал про стихийные порталы, они же в разных местах открываются хаотично, а этот, получается, стационарный? Его исследовали?

Зерноби дернулся развести руки в своём любимом жесте, но, встретив мой недобрый взгляд, просто пожал плечами.

— Не знаю, да и зачем? Такие исследователи долго не живут, в пустыне хватает странных мест, и их лучше обходить стороной. Не советую тратить на это время, нам надо срочно догонять караван, я уже говорил, что не уверен, что смогу провести вас в одиночку, а у купцов сразу три проводника.

Любопытство и не дающий покоя образ крепкой задницы Альтре Айсинг, как и желание поквитаться со сбежавшими ублюдками за пережитое, почти что поражение, склонили чашу весов в пользу погони. В конце концов, тот урод не просто так сбежал, а растеряв большую часть своей магической свиты.

А может… может, я смогу что-то увидеть, или понять. Это же не простой переход, а межмировой портал! Возможно, это в будущем даст мне шанс свалить из этого проклятого мира.

Я долго не мог понять, что с местными жителями не так, казалось бы, такие же люди, но менталитет разительно отличался. Концепции религий, грехов и посмертного существования, — не в виде злобных призрачных тварей, — тут были просто неизвестны. А маркер «свой-чужой» редко распространялся дальше близкой родни, и то… скорее на уровне детей и предков, потому что братья и сестры нередко резали друг друга за власть и деньги без каких-либо моральных терзаний.

В этом плане княжеские аристократы могли дать фору по сплочённости своим соседям в первую очередь за счёт культа крови узы родства там были немного крепче. Ну, так это выглядело со стороны.

Задавив в себе не вовремя проснувшиеся мысли, я спровадил Зерноби и начал перебирать свой арсенал. У меня было ещё два трофейных бронзовых кинжала, показавших свою эффективность против духовных сущностей, третий так и остался валяться на песке и его надо было подобрать. Две антимагические спицы спиздили Шика, одна осталась у меня, и одну я отдал Руле. Ничего особо мощного у меня больше не было, хотя…

Я достал из кольца револьвер и откинув барабан заглянул в дуло. М-да, пользовался я игрушкой редко, но метко, а после приключений в джунглях запас патронов грозил показать дно и в стволе скопился нагар, его стоило почистить.

Разобрав смертоносную машинку на части, я разложил их перед собой и тут меня отвлекла Рула.

— Бранд, леди Лима пришла в себя. И… Лора умерла…

Я напрягся, пытаясь вспомнить, кто это такая, но тут гадать не особо пришлось, судя по имени эта огневичка — дальняя родня Лимы и одна из несостоявшихся невест ещё одного родича рыжей.

— Печально. Постой, это же та, что держала купол? До неё же не добрались те твари? И что с остальными?

— Да, это она. Лора была сильно истощена, а когда заклинание схлопнулось, ей откатом повредило ядро и… она сгорела. Никто из пострадавших в себя пока не пришел, но целительницы говорят, что угрозы их жизням нет.

— Ладно… иди…

Вот чёрт, ещё один мой прокол, этот купол уже и нахрен не был нужен в тот момент, но Лора-то этого не знала, и, по сути, молодая девчонка умерла просто так, из-за моей глупости. Надо срочно пересмотреть систему приказов рабыням, иначе я их тут всех угроблю.

Блядь, мы ещё даже до пустыни не добрались, а одна уже померла и больше десятка спиздили! Не повезло в основном магессам земли, стоявшим с того фланга, ну и самой нефартовой оказалась Зена. Эту бабищу уже второй раз воруют какие-то уроды, надеюсь, в этот раз ей тоже найдётся кому присунуть.

Образ соседской принцессы и кентавра резко сменился на пленённую Альтре, и я, в сердцах сплюнув, поспешил наружу. Солнце уже клонилось к закату, нужно срочно собирать десантный отряд. Но так даже лучше, ни мне, ни драконидам темнота не помеха, а остальным посветит Лима, устроим конеёбам фейерверк!

Приказав принести мне из трюма бутылку вина, чтобы, по науке фелисов не ходить в гости к даме с пустыми руками, я спустился с палубы направившись к оцеплению из мамлюков.

Эти типы и правда оказались немыми, а командовавший сотнями маг раздавал приказы какой-то системой сигналов, используя стихию воздуха. В чем был смысл отрезать рабам языки, я так понять и не смог, но сам факт, выросшие в рабстве немыми они даже после исцеления в зрелом возрасте говорить не умели.

Морфировавший ритуальный кинжал так и остался валяться на песке. Я бы, наверное, тоже к нему подходить не стал, — настолько он стрёмно выглядел, а испускаемые им эманации не сулили смельчаку, решившему взять такое в руки, ничего хорошего. Шаманские твари фонили каким-то противоестественным смешением жизни, смерти и других стихий разом. От кровососов помимо этого разило подобием магии крови, смешанной с воздухом, а дух варана имел сродство с землёй. Весь этот коктейль из стихий попытался проникнуть в моё тело, как только я коснулся костяной рукояти, почему-то оплывшей и создавшей на гладкой поверхности ложбинки по форме моих пальцев.

Не желая долго контактировать с потусторонней дрянью, я закинул кинжал в кольцо и, зыркнув на расступившихся мамлюков, запрыгнул на платформу.

Выпавшая из тени кошкодевка предупредительно откинула передо мной полог шатра, и я, шагнув внутрь, растерявшись замер на пороге.

— Хи-хи, твои оковы, ик, конечно, ик, великолепны, хи-хи-ик, но мне больше понравилось, как лезвие вонзилось тому уроду прямо в…

Потерявшаяся после боя из вида синевласка нашлась там, где я её никак увидеть не ожидал! Архимагистр развалилась на подушках на ковре рядом с Лимой и, улыбаясь, поглаживала ту по руке, сверкая бирюзовыми глазами и кивая в такт пьяному лепету рыжули. Фелис стоял рядом с ними с амфорой в руках, а ещё одна такая лежала в углу шатра, похоже, уже пустая.

— Кхм-кхм, — я откашлялся, привлекая к себе внимание.

— О! Бранд-ик! Ты тоже принес вина! А какое? У нас… Катопское! Иди-ик сюда, что ты там стоишь! Синочка уже всё рассказала, она-то видела, как ты вонзаешь свой кинжальч-ик во всех подряд! Хи-хи-ик!

Лима поднесла ко рту бокал, заливая себе в рот сразу всё, что в нем было. Пытаясь залить. Красная струйка потекла из уголка рта лежащей на боку девушки и была тут же подхвачена магией синевласки, собралась в шарик и отправилась той в рот.

— Ловко ты! Ик. Прямо как-то чудовище, упавшее с неба, раз, и… — Лима сделала жест рукой, как будто поймала мошку в кулак, пьяно улыбнувшись. — А я так испугалась!

Пиздец, да она налакалась в говно! Я впервые видел Лиму в таком состоянии, да её вообще пьяной не видел никогда!

— Так! Вы мне нужны! — я начал сплетать чары исцеления. — Кочевники украли… Зену и других.

— Зелу! Ты обязан её спасти, ик, Браааанд-ик!

— И ты мне в этом поможешь.

— Я? Я не могууууу.

Лима подняла руку вверх, выпустив язычок пламени, который тут же погас. Вот чёрт. Развеяв заготовленные чары, я посмотрел на синевласку, она-то явно была почти что трезва и вполне боеспособна.

— А я не хочу. Мне тут хорошо.

Сучка подмигнула мне, пододвинувшись поближе к Лиме и взяла её за руку переплетя пальцы.

Поняв, что я тут вообще ничего не добьюсь, а просто теряю время, я развернулся на каблуках выходя из шатра.

Рычагов влияния на архимагистра у меня не было, да и я её откровенно опасался, если честно. Плюс поведение, что её, что Лимы совсем выбило меня из колеи.

Я понял, что ничего, блядь, не понял! Меньше месяца назад Лима её порола, а теперь та сама к ней жмется. Что за херня? Хотя… синевласка на меня перестала внимание обращать именно после того, как я изменил своё поведение, когда я её при брате лапал, она же сама… В пизду их, проще в пространственной аномалии разобраться, чем в женских мозгах!

Вернувшись на корабль я начал раздавать приказы, несмотря смотря на то, что скоро стемнеет, подвижность судна срочно нужно было восстановить. Само собой, никакой запасной мачты у нас не было, но вдоль борта была закреплена лишняя ось, которую так и не успели смонтировать на днище джонки-франкенштейна.

Часть пострадавших девок уже пришла в себя, правда, на несколько дней они точно не бойцы. Собственно, и выбирать членов, хе-хе, карательной экспедиции было не из кого. Дракониды, само собой, отправляются все, кроме переломанного в хлам дозорного. Они и транспорт, и боевая единица — два в одном.

Вторым безусловным участником была Оки, архимагиня в бою толком не участвовала, а вот облегчить предполагаемый груз была способна и тем незаменима.

Дракониды всё-таки не ездовые животные и к долгим полётам с грузом не приспособлены. Наверное.

Дерра и Эрра как-то с момента нашей встречи серьезно прибавили в габаритах. Ладно первая и так была здоровой, но вот вторая разительно изменилась. И дело не в каком-то там ожирении, ящерица, засыпавшая своей чешуей всю каюту, раздалась во всех направлениях сразу, даже размах кожистых крыльев подрос почти на полметра.

На два освободившихся места, я, лишившись ударной мощи, решил взять Рулу и её товарку теневичку. Как бы ни хотелось разъебать кентавров площадными атаками, без Лимы и Сины придется действовать опираясь на скрытность. Выдав девкам артефактные монокли для ночного зрения, я вернулся в каюту переодеться и размышляя, чем ещё можно помощнее уебать парнокопытных…

— Ах ты падла! — резко кинувшись вперёд, я скинул птицу со своего стола.

— Курлыыы!

— Ты что натворил, вредитель, блядь?!

— Курлы-курлы-курлы.

От неосторожно оставленного на столе револьвера осталась одна рукоять.

Глава 153 (1/2)

Пипи перелетел на кирасу, зыркнув на меня красным глазом, и начал с мерзким звуком елозить клювом по нагруднику, оставляя на том искрящиеся царапины.

Да эта скотина ещё и патроны понадкусывала, измазав клюв порохом! Я посмотрел на уничтоженное богатство, от купленной в Мистрит коробки целыми остались едва ли три десятка. И что с ними теперь делать? Разве что в костер кому-то подкинуть, искать сохранившиеся образцы огнестрела — занятие сомнительное и практически бесполезное, а сам я такое оружие вряд ли смогу когда-либо повторить, да и незачем, патроны-то брать неоткуда. Трофейные самовзводные арбалеты ничем не хуже, разве что более громоздкие, уж лучше их модернизировать на автоматическую подачу болтов.

Смахнув со стола остатки роскоши в кольцо, я достал парочку халатов, используемых мной как наплечники, и, согнав птицу, влез в кирасу, пренебрегать, пусть и ставшей неудобной, защитой я всё же не стал.

— Ты отправляешься со мной!

Резко выбросив руку, я схватил Пипи и сунул его за пазуху, где он сразу же затих, всего лишь пару раз распоров мне брюхо своими когтями и острыми крыльями. Что-то он в последнее время только и трётся возле брони из перьев своей мамки.

Все девять драконидов уже собрались на палубе рядом с теневичками и Дерра с Эррой зло смотрели друг на друга, а первая ещё и поглаживала навершие своего скипетра, издавая низкий рык.

— По коням! — я махнул Руле, схватив свою питомицу за рог и ставя её на четвереньки, — В смысле, полетели!

Драконидам явно не нравилось такое обращение со своей товаркой, но вот Эрра, не иначе как им назло, услужливо прогнула спину, задрав хвост, позволяя мне устроиться поудобнее, и, с силой оттолкнувшись от палубы, первой взмыла в потемневшее небо. Следом за нами, подхватив теневичек и Оки, поспешили остальные. Воздушница кастанула какую-то стабильную версию порыва, увеличивающую подъемную силу, ровными потоками ветра поднимая нас ещё выше без необходимости постоянно махать крыльями ящеркам. Взлетев метров на пятьсот, вектор движения изменился, и мы, подталкиваемые ветром в спину, полетели на юго-восток.

Унылая местность, испещренная валами песка, распростерлась под нами без единого внятного ориентира, и только рукав галактики на безлунном небе позволял мне выдерживать направление. Но спустя полчаса лёта на горизонте показался провал в земле и россыпь ярких искорок по его краю.

Сосредоточившись, мне удалось рассмотреть движущиеся четырехногие фигуры, и я дёрнул Эрру за рога, забирая выше. Не хотелось, чтобы нас обнаружили раньше времени.

Зависнув над кратером, я подивился его правильной форме, пусть края немного осыпались, но всё равно почти идеальный круг провала диаметром почти в пять километров впечатлял и был похож то ли на выработку кимберлитовой трубки в моем родном мире, то ли на следы от ударов астероидов на земной Луне. И это всё в песчаном грунте! Выглядело это странно и тревожно, с учётом того, что задувающие с юга ветра давно должны были сравнять или засыпать такой провал.

Как я ни всматривался вниз, ничего разобрать в броуновском движении кентавров так и не смог, да, посты-патрули на подходах были, но чем занимались остальные, было решительно непонятно.

Разве что сам шаман, а никем другим та мутировавшая на ходу тварь быть не могла, командовал парочкой приспешников, укладывающих тела сородичей за кромкой котлована. Нас он не заметил и не почувствовал, да и своих внутренних демонов урод держал при себе. Не считая облепивших моих девок многоножек. Сами же пленницы лежали вповалку у копыт самой здоровенной образины, этого жонглёра я тоже запомнил. И приготовил для него кое-что особенное.

Увидев всё, что хотел, я направил Эрру в сторону от кратера и, приземлившись за границей постов кентавров, начал раздавать указания. Если Зерноби был прав, и не напиздел мне про портал, его открытие и станет самым удачным временем для атаки, а сигналом теневикам послужат огнешары драконидов. Пока теневички под невидимостью, а рептилии своей магией будут сеять хаос в стойбище, мы с Оки займёмся шаманом и пленницами.

Отправив Рулу с подругой добираться до стоянки пешком, я поднял остальных в небо, заставив воздушницу и драконидов потренироваться в зависании на точке. К счастью, это не стало такой уж проблемой, и через двадцать минут мы уже замерли в сотне метров над бессознательными пленницами.

Когда у меня уже начала побаливать голова от корявых обрывков фраз, доносящихся снизу, и я уже хотел скомандовать атаку, пространство, казалось, содрогнулось. Я ощутил себя натянутой струной, которую небрежно дёрнул неумелый музыкант, но тут же ощущение прошло, а над центром воронки котлована появилась абсолютно чёрная сфера, начав увеличиваться в диаметре.

Шаман, стоящий у края провала, поднял сразу три руки, из-за плеча у него показалось крыло, и гомон стада кентавров стих.

— И воскресит свое проеб, а как хз нозато следуший раза небудет темболя ту!

— Ту! Ту! Ту! — заголосило войско, выбивая копытами рваный ритм — Тутутуту! Ту!

Амулет-переводчик уже давно работал, но отчего-то речь конеёбов не хотела переводиться, возможно и правда межрасовые различия были слишком критичны.

— Ножжно рожать навык воскрешать мертвых ибо не как тут!

— Тут! Тут! Тут! — самый здоровенный конеёб схватил одну из пленниц за волосы и потащил к провалу в земле.

— Конечто еше не ракета перец в глаза уже есть! — продолжал вопить шаман. Пусть ничего понятнее от этой тарабарщины не стало, но здоровенный тесак в левой-третьей руке лучше всего говорил о его намерениях.

Намерения его протеже тоже были понятны, закинув Зену на насыпанный вровень с крупом кентавра холмик, он задрал на принцессе халат пинком копыт раздвинув ей ноги. То ли девка и правда была невезучей, то ли кентавр выбрал её как самую здоровенную, в надежде уместить в ней свои причиндалы.

Тут бы мне и скомандовать атаку, но я просто не мог оторвать глаз от рывком увеличившегося образования в центре пятикилометровой воронки.

Шаман продолжал вопить свою околесицу, Зена под кентавром, похоже, пришла в себя, начав подвывать, а со стороны открывшегося портала дохнуло лютым холодом, но не только.

Прореха в пространстве едва ли достигала сотни метров, но вот внутри неё… Больше всего это походило на пояс астероидов с несколькими большими кусками, сохранившими форму секторов сферы. Вся эта мешанина была подсвечена зловещим красным светом и… начала со свистом всасывать в себя воздух, будто бы портал открылся в космосе.

Хотя почему будто, да там реально безвоздушное пространство! Мне было видно, как не такой уж и сухой воздух, влетая туда, образовывал кристаллики льда, вытягивающиеся замысловатой лентой в сторону самого большого осколка, а следом, заслонив обзор, туда полетел и песок и тела мертвых кентавров. Если эти уродцы и правда вышли из этого портала, то возвращаться им, похоже, уже просто некуда.

Меня, завороженного созерцанием апокалиптической картины, в чувства привел довольно громкий полувскрик-полустон Зены и торжественное гикоржание её нового партнера, заглушившего даже вой поднявшегося ветра и стук копыт орды.

М-да, что-то я засмотрелся и чуть не прозевал самый удачный момент.

— Дерра, жги! Оки, за мной!

Шаман ублюдков сам подставился под удар, уже готовясь перехватить клинком горло соседской принцессе, правда, в последний момент он попробовал отпрыгнуть в сторону, получив ледяную стрелу не в бугрящуюся башку, а в свой круп.

— Иииии! — истошно завизжал урод.

Похоже, он хотел натравить на нас, подсвеченных взрывами огнешаров, своих тварей, но воздушный таран Оки зашвырнул его внутрь провала, и тот угодил в один из воздушных потоков, потянувший его вслед за телами своих собратьев, павших в атаке на мой корабль. Тварь начала исторгать из своего тела очередных духов, но их, попадавших в ту же струю, вместе с шаманом уносило в открытый космос в зёв портала, к землям предков, так сказать.

Всё это, как и начавшуюся суматоху с другой стороны лагеря, я отслеживал краем глаза, уже пикируя на Эрре на здоровяка, надеясь пресечь возможную организацию обороны.

Достав Пипи из-за пазухи, я кинул возмущенную таким отношением птицу в самое большое скопление кентавров, а сам, достав из кольца ритуальный нож, прыгнул прямо за спину на круп здоровяка. И засадил ставшую кривой железяку ему под ребро!

— Грааааааа!

Все эти события произошли буквально за считанные секунды, и уродец даже член из Зены не успел достать, как я сам его оседлал.

Рассвирепевший кентавр попытался скинуть меня, встав на дыбы и рыская из стороны в сторону. А я, зацепившись за уродливую башку, взял его на удушающий и, скастовав поверх артефактного так и не освоенный мной до конца водный доспех, под беспорядочными ударами пудовых кулаков, начал выдавливать целительскую ману через онемевшую кисть в ритуальный клинок.

P.s. За аутентичную речь шамана спасибо Петро Угриновський, автор идеи Enteigner!

P.p.s. Я относительно подосвободился и постараюсь ускориться в написании книги, всем, кто читает, спасибо!