Эрик Гарднер

Граф Белов. Книга 1.

Глава 1

Первое, что я увидел открыв глаза — три нависшие надо мной драконьи головы. И это было вовсе не то, что ожидаешь увидеть после покушения и ранения в сердце. Вокруг должны находиться близкие и, возможно, врачи. Хотя сколько себя помнил, без последних я всегда прекрасно обходился. А может быть этот трёхголовый мутант мне попросту мерещится?

«Какого черта происходит?» — подумал я и вытянул руку поджав все пальцы кроме одного.

Нет, палец в моих глазах не троился, а значит у наблюдавшего за мной чудовища действительно было три головы. Мутант, что смотрел на меня если не ошарашенно, то очень-очень удивленно всеми тремя парами глаз, от моего жеста дернулся и опасливо отодвинулся. Я вдруг ощутил во рту вкус крови и следом обнаружил то, что отодвинуло существование трёхголового монстра на задний план.

Во-первых, я понял что ни палец, ни рука мне не принадлежали, как впрочем и всё остальное тело, облаченное в длинную серую льняную рубашку, — сложение было куда более худощавым. Во-вторых, кровь тоже была не моей на вкус, горьковатая и терпкая и будто отдававшая торфом, но я на всякий случай провел языком по зубам. Все зубы были на месте, с ярко выраженными клыками. Да уж, улыбка будет куда более хищной, чем прежде. Если у меня, конечно, найдется повод улыбаться. Ну а в-третьих, я не слышал звука собственного сердцебиения.

В районе сердца закололо так, будто два магических клинка, что использовали убийцы, были еще там. Я невольно провел рукой по груди, но никакого ранения, ни шрама естественно не обнаружил. Зато понял что сердце действительно ни черта не бьется, а сам я не дышу.

Я резко сел, сделав вдох, и закашлялся, выплевывая кровь. Часть вообще проглотил, ощутив легкое жжение в желудке, который моментально свело от голода.

— Да чтобы вас черти сожрали! — выругался я.

Голос тоже был не мой, несколько ниже, погрубее. Я провел рукой по лицу, посмотрел на окровавленную ладонь, после чего огляделся, всё еще пытаясь осознать произошедшее.

Вокруг раскинулась болотистая местность. Над тёмной водой, затянутой ряской, торчали зеленые мшистые кочки. В блекло-голубом небе нещадно жарило солнце, а над бескрайним болотом висело марево, подымались душные испарения и звенели черные облака гнуса.

Мы находились на небольшом острове с нагромождением скал, среди которых виднелся вход в пещеру — несомненно логово трёхголового монстра. Сам я сидел на каменном обломке, засыпанным какими-то засохшими растениями вперемешку с ржаными колосьями и весьма напоминающим стол для жертвопреношений.

Взяв себя за запястье, я уловил отклик начавшего биться сердца. Насчитал десять ударов в минуту, далее пульс стал учащаться. Сделал несколько глубоких вдохов. Легкие и горло всё ещё саднило, но меня это уже перестало беспокоить.

Восстановив дыхание с сердцебиением, я наконец вернул свое внимание к трёхголовому монстру. Размером он был чуть меньше бегемота, с короткими мощными когтистыми лапами, с закрученным в кольца хвостом, который, наверное, был раза в три длиннее тела, с острыми шипами на конце. Крошечные, скорее рудиментарные крылья располагаюлись на спине сразу над лопатками. Тело мутанта покрывала чешуя, блеклая, грязно-торфяного цвета, делавшая его почти незаметной на фоне болота. Шесть глаз, круглых и зеленых, как болотные лужи затянутые ряской, продолжали на меня удивленно смотреть. Что ж, поскольку рядом других живых существ не имелось, придется выяснять у него, где я и что вообще происходит.

— Ну что, будем знакомиться? — произнес я с легкой насмешкой, оскалив зубы.

Трехголовый удивленно заморгал и отодвинулся от меня еще на пару шагов.

— Меня зовут Хермагорас, — опасливо отозвалась средняя голова.

Голос чудовища вопреки моим ожиданиям оказался совсем низким, шипящим, едва слышным, а не рокочущим, как ожидалось при его габаритах.

— Хермагорас? Хм… — я еще раз огляделся. — Это ведь греческое имя, но что-то на Грецию не похоже.

— Это Сибирь. На севере раньше было много греческих деревень.

— Что? — мне показалось, что я ослышался.

— Сибирь, — прошипел Хермагорас и отодвинулся еще на шаг.

Сибирь.

Это тоже надо было переварить.

Точнее, переварить надо было не только это. Когда на меня было совершено покушение, я находился в Константинополе на встрече с российским императором. С ним-то мы как раз и обсуждали как избавиться от аномальной магической зоны, поглотившей почти всю Сибирь и продолжающей расползаться всё дальше. И в моих планах однозначно не было того, чтобы умереть и оказаться в самом центре аномалии.

Умереть… Черт…

Кажется я наконец осознал что произошло. Мое тело убили, а дух перенесся почти за три тысячи километров. Но почему сюда? И почему в это тело? И чье оно, черт побери?

Я снова поглядел на трёхголового.

— Расскажи, откуда я тут взялся, Хермагорас.

— Когда на небе полная Луна повозка привозит жертву. В дар мне, — чудовище попыталось втянуть все три головы в плечи, но поскольку это нисколько не скрыло его от моего взгляда, хвост принялся нервно мести землю, оставляя глубокие борозды. — Сегодня привезли тебя и каравай.

— Так ты у нас людоед? Как «мило», — произнес я. — Что за каравай?

Трёхголовый поднял лапу и указал пальцем, на котором был коготь размером с охотничий нож, на угол жертвенного стола. То, что я принял за позеленевший камень, оказалось хлебом круглой формы. Под ним я увидел уголок записки, вытянул такой же заплесневевший лист. Написанное было уже плохо видно, но я всё же прочел:

— Богу болот, Гору, приносим мы великую жертву из старейшего рода графов Беловых-Полозовых, старшего сына, Николаоса, и просим тебя милостиво: сдерживать и дальше разрастание болот. Пусть кровь мученика укротит твою злобу, успокоит ядовитых гадов в трясинах и развеет тучи гнуса…

Я поморщился. Николаос? Белов-Полозов? Спасибо что не граф Гадюкин или Змейподколодный. Хотя, по линии матери у меня тоже была весьма, хм, змеиная фамилия. И это начало наводить на мысли, что я тут оказался не случайно.

— Так что было дальше, Хермагорас? — спросил я, решив сперва всё по максимуму выяснить у мутанта, а уж потом делать выводы.

— Я запоздал. Ходил далеко в топи, — отозвался трёхголовый монстр. — Когда я вернулся, ты лежал на камне. Повозка успела уехать. Я рассердился. Они всегда привозят живых. Но сегодня жертва была мертва. А еще когда жертва качественная, ее облепливает комарьё. И тут главное не дать им сожрать жертву первым. Но сегодня я не увидел ни одной мошки. Решил, что тебя отравили ядом. Чтобы следом и меня отравить. Я разозлился, бросился вдогонку.

Он ткнул когтистым пальцем куда-то в сторону запада, но за скалами острова было не видно, что там находилось. Я нахмурился.

— И что? Всех сожрал? — поинтересовался я.

— Да. Может быть, даже твоих родственников, которые рассчитывали на наследство. Но о таких поганных сородичах никто бы жалеть не стал.

— Которые мне совсем не родственники, — задумчиво отозвался я. — Кровь у меня на лице откуда?

— Я вернулся, хотел сбросить тебя в болото, а потом… — трехголовое чудовище посмотрело на меня с опасением. — Мне почудился змеиный отклик. Я наклонился поближе. Кровь моя, с раненой головы натекла. Случайно. Прости…

— Змеиный отклик? — заинтересовался я, заодно рассматривая рану на его правой голове, почти уже затянувшуюся.

Следы от крови терялись на темной чешуе моего нового знакомого и я сразу не заметил его ранение.

— Когда чувствуешь родственную кровь. Я слышал, что когда-то встречались люди со змеиной кровью. Но это было очень-очень давно. Так давно, что я считал это сказками.

— Маги с драконьей кровью, — задумчиво поправил я и указал на его крылья. — И кровь дракона. Ты же дракон.

— Нет, летать не умею, значит, змей.

Что ж, выходило, что когда меня убили, мой дух смог переселиться только в такое же тело, в котором текла драконья кровь. И этот ближайший некто оказался в тысячах километрах от моего местонахождения. Я потер лоб, думая, что со всем этим делать дальше. Первое, что промелькнуло в мыслях — вернуться и наказать всех причастных к моему убийству. Сжечь всех в драконьем пламени, не оставив даже пепла. Или же может использовать другие заклинания, чтобы мои враги помучились перед смертью. Стоп.

Тут я понял, что моей памяти образовался очередной пробел. Я помнил как шел на встречу с российским императором, а дальше было всё как в тумане. И последнее, что я помнил — два магических клинка. Один убивал мою сущность огненного дракона, другой — сущность ледяного.

На меня и прежде покушались похожим образом. Правда тогда дело ограничилось всего одним клинком и мой дух смог вернуться обратно, а тело регенерировать. Но последнее покушение оказалось для кого-то удачным и мой дух оказался в чужом теле. В теле с совсем иной кровью.

Я подскочил на месте. Пульс заколотил в висках, ладони стали нестерпимо горячими и я вывел в воздухе пальцем быстрым росчерком заклинание и тут же застыл пораженный.

Не было больше привычных огненных магических символов, трепетавших в воздухе. Вместо них передо мной висели блеклые белые письмена, словно слегка тронутые инеем. Заклинание, что должно было отправить в глубь болота вал огня, не сработало.

— Что за чертовщина? — выругался я, потрясенный открытием.

Я выдохнул несколько драконьих слов, но ни одно из них так же не сработало.

— Что ты делаешь, Николаос? — прошипел с отчетливым страхом в голосе трехголовый мутант. — Ты еще и маг?

— Да. И раньше во мне текла кровь огненного дракона. Точнее, преобладала она. Я мог бы иссушить твое болото за несколько минут. А теперь…

Я разочарованно покачал головой и уселся на камень. Нет, такого подвоха от мироздания я не ожидал. Я был не просто магом, а сильнейшим магом в империи, которую сам же и создал. Прошло всего четыре месяца с того момента, как я занял трон. Ответный визит российскому императору в одну из его столиц, в Константинополь, внезапно оказался роковым. И мне однозначно надо вспомнить, что именно произошло в тот день.

— Кажется в тебе теперь что-то совершенно противоположное, — вывело меня из задумчивости шипение Хермагораса.

— Очень на то похоже, — я еще раз огляделся, понимая, что надо действовать и задерживаться дальше на болотном острове нет никакого смысла. — Знаешь, Хермагорас, проводи до той повозки, полагаю, она поможет добраться мне до ближайшего города.

— Не поможет. Я ее от злости разломал, — мутант снова попытался втянуть головы.

Я пока не стал комментировать его поведение. Опасается меня вряд ли зря. С магией, которая почему-то не работала, я конечно еще разберусь. Но изначально Хермагораса испугала кровь, которая текла в Николаосе Белове-Полозове. Что ж стоит убедиться, что проявления морозной магии указывали на ту самую кровь, которая обладала особыми свойствами.

Я огляделся, подошел к болоту. Черная торфяная вода была плотно затянута буро-зеленой ряской, так что я даже своего отражения не увидел. Первая мысль смыть с лица кровь испарилась при виде полугнилых растений, тонких червей, личинок и прочей мелкой живности, кишащих в воде. Ладно, к черту. Обойдусь пока без знания, как я выгляжу. Главное тело крепкое, хотя и несколько худощавое, а этого для того чтобы выбраться отсюда достаточно.

— Тут поблизости кто-то кроме тебя живет? — спросил я, скользя взглядом по берегу. Другие драконы или еще кто-нибудь?

— Только болотные твари.

— Хм, а до повозки идти сколько? Ты ее совсем в щепки разнес? Может там какая-то еда осталась?

— До нее недолго. Может и осталось что-то.

Я резко наклонился, поймав за задние лапки жабу. Принес на жертвенный стол.

— Приношу тебя, болотная тварь, в жертву великому богу Гору, — произнес я и услышал возмущенное шипение Хермагораса.

— Ты ведь шутишь сейчас, Николаос?

— Разумеется, — отозвался я. — Надеюсь, ты себя богом не считаешь?

— Это было обидно, — Хермагорас смотрел в мои прищуренные глаза и кажется начал сердиться. — Но люди меня им считают и…

Я сделал резкий шаг к нему, не сводя взгляда со всех его трех пар глаз.

— Что ты видишь, Хермагорас? — произнес я жестко, утратив дружелюбный тон.

— Лёд, смерть… — выдавил он из себя.

— Хорошо, что ты это увидел раньше, прежде чем совершил ошибку, — сказал я и указал на жабу. — А теперь одолжи несколько капель своей крови.

Мы вернулись к жертвенному столу. Трёхголовый монстр чиркнул когтем по другой лапе и на жабу потекла его буроватая кровь. Земноводное только недовольно задергалось.

— Хм, а теперь отойди.

Когда Хермагорас отодвинулся, я поранил ладонь об острый скол каменного стола, занес руку над жертвой. Алая капля сорвалась вниз. Жаба издала странный звук, а следом с нее струпьями слезла кожа и куски плоти, через мгновение оставив на камне лишь один крошечный скелет, который впрочем еще через пару секунд рассыпался прахом.

Хермагорас издал испуганный вопль и свалился на землю, перевернувшись на спину. Странный жест, учитывая, что брюхо его покрывала та же чешуя и вряд ли оно было уязвимее остальных частей тела. Но как проявление покорности, пожалуй, считается.

Я перевел взгляд с трёхголового на свою ладонь. Рана уже затянулась, от нее не осталось и малейшего следа. Что ж, это радует. Кровь, которая убивает, и почти мгновенная регенерация, это то что на первых порах позволит мне обойтись без магии. А дальше — разберусь.

Я вытер остатки крови на ладони о рубашку и поморщился. Сейчас я, пожалуй, был готов отдать один из своих замков за то чтобы принять освежающий душ, нормально одеться и вкусно поесть. От мыслей о еде у меня снова свело желудок. Похоже, что бедного Николаоса несколько дней морили голодом.

Тут я стал думать о семье Беловых-Полозвых. Интересно, остались ли у Николаоса родственники? Был ли он единственным носителем драконьей крови или таковым кроме него являлся кто-то еще. С этим определено тоже стоило разобраться.

— Ты ведь не ешь змеев? — спросил Хермагорас.

Я очнулся от размышлений и не увидел трёхголового на прежнем месте. Три его головы опасливо выглянули из-за жертвенного стола с противоположной от меня стороны.

— Нет.

— Но ты ведь голоден. Ты мог бы съесть жабу и поймать еще. Я, когда голоден, себя не контролирую.

— Я эту учту, — отозвался я. — Но земноводных я не ем. В свое время кучу людей превратили в лягушек, так что кто знает, кто тебе попадется на обед — лягушка или заколдованный человек. Ладно, смысла терять время не вижу. Веди к тому месту, где ты разломал повозку. И, кстати, называй меня Харди.

— Я думал, ты Николаос. Или эти поганые людишки обманули и подсунули мне не сына графа, а опасного мага?

— Эмм… Технически я Николаос тоже, — я поморщился, а сам подумал, что может Хермагорас прав и вместо графского сынка в жертву трёхголовому могли принести другого.

Проигнорировав вопросительный взгляд Хермагораса я еще раз оглядел ладони. Тонкие длинные пальцы, нежная бледная кожа. Такие бывают только у аристократов, которые не привыкли работать руками. Впрочем, учитывая почти мгновенную регенерацию, мозоли бы проходили сразу же. У меня у самого их никогда не появлялось, хотя было время, когда я с утра и до ночи работал в конюшне и занимался прочими делами своего поместья.

Трёхголовый шумно вздохнул и потопал с острова. Его плотная туша погрузилась в болото на треть, а там, где на его пути встречались кочки, они продавливались, сминаемые его весом, сразу заполняясь черной водой. Через несколько метров он оглянулся.

Я всё еще стоял на самом краю острова, не торопясь лезть в мерзкую жижу.

— Да чтоб вас всех черти сожрали, — выругался я и сделал первый шаг.

У берега вроде было мелко, но дно сразу ушло вниз и моя нога провалилась почти по колено. Похоже, вокруг острова была сплошная трясина. Как только сюда проехала повозка, я не понимал. Я сделал второй шаг, третий. Трясина сопротивлялась, но двигаться оказалось гораздо легче, чем я изначально предполагал.

Хермагорас с интересом наблюдал за мной.

— Тут ни один человек не может пройти — сразу тонут. От меня пару раз убегали. Один ушел с концами. Второго едва успел выловить.

— Как же тут тогда повозка проезжала? — поинтересовался я, догнав его и выбравшись на одну из заросших мхом кочек — облако гнуса над ней мгновенно переместилось прочь от меня.

— Она может летать над болотом, — отозвался трёхголовый.

Интересно, с помощью магии или это всего лишь обычное судно на воздушной подушке? Доберемся до места, узнаю. Если только Хермагорас своей тушей не превратил всё в лепешку.

Мы продолжили путь. Я шел рядом с трёхголовым, задумавшись и глядя на черную воду. Гудели в стороне облака злящегося гнуса, хлюпала от наших движений трясина, словно разочарованная тем, что не могла нас поглотить.

Первое, что мне пришло в голову, что надо добраться до родины, вернуть трон. Но в этом плане имелся большой жирный минус. Я занял трон благодаря тому, что был сильнейшим магом. Теперь же мои магические силы изменились. Я однозначно не являлся магом-пустышкой, но моя энергия словно истощилась, и было пока не ясно, как ее восстановить. И как проявить мои новые способности из-за другой драконьей крови — это тоже вызывало сплошные вопросы. Крови «Морозных копий» — самых опасных драконов, которых так не любят светлые высшие всех Магических Гильдий. Так что магов точно совершенно не обрадует, что у их императора теперь течет подобная кровь.

Прошел наверное час, когда я замер следом за внезапно остановившимся Хермагорасом. Метрах в трех от нас среди кочек были раскиданы груды искореженного металла.

— Добрались, — озвучил очевидное трёхголовый.

Я кивнул и принялся осматривать место происшествия. Судя по конструкции и немногим уцелевшим деталям это действительно было судно на воздушной подушке. Искореженная кабина почти полностью ушла в топь — торчала лишь крыша с длинными погнутыми антеннами. В стороне на кочках валялся отломанный кузов с вырванными с корнем сиденьями. Там же нашелся один из маршевых винтов с изогнутыми лопастями. Ни следов крови, ни трупов, ни остатков ублюдков, привезших Николаоса на растерзание.

Я поглядел на Хермагораса.

— Вижу, ты сильно разозлился, хотя по тебе не скажешь. На вид ты очень спокойный, — заметил я с легкой насмешкой.

Трехголовый нервно замел хвостом, разбрызгивая во все стороны торфяную жижу, но тут же остановился, заметив изменившееся выражение моего лица. Я смахнул несколько темных капель, попавших на щеку.

— Ненавижу болота… — произнес я. — А людей ты целиком что ли проглотил?

— Ну практически.

— С одеждой?

— Выплюнул потом. Она потонула.

Да уж, надежда поменять льняную, перепачканную в болотной грязи рубаху на что-то поприличнее испарилась. Хотя, с другой стороны, в ней было не так жарко. Я вытер пот со лба и вдруг понял, что меня допекает жара и царящие вокруг душные испарения. С сауной, которую я прежде любил, конечно, никакого сравнения, но меня почему-то передернуло от одной мысли попариться. Неужели новая кровь уже влияет на мое мышление и придется менять привычный образ жизни?

К черту. Сейчас это точно не главная проблема, хотя и эти мелочи придется учитывать для решения других задач.

Я подошел к кабине, попытался разглядеть через узкое боковое окно, что находится внутри. Сквозь мутноватую воду мало что было видно, но можно было точно определить, что кабина пуста. Я с разочарованием поглядел на Хермагораса.

— Ты хотя бы знаешь, откуда они приехали?

— Оттуда, — он махнул мне лапой на запад.

— А конкретнее? Из какого города?

— Не знаю — я никогда не уходил из центра болота.

Видя мое недовольство трехголовый по самую шею погрузился в трясину. На поверхности остались головы, похожие на болотные кочки. Точно не дракон, а бегемот, только трехголовый.

Я снова поглядел на кабину, думая, что делать. Нырнуть туда, в надежде что вдруг в бардачке найдется карта местности и на ней будут отмечены пункты назначения и маршрут?

— Проклятье.

Я погрузил руку в воду, дернул ручку, открывая дверь, набрал в легкие воздух и нырнул. Попытался найти бардачок на ощупь, но наткнулся на какие-то обломки и открыл глаза. К удивлению было видно гораздо четче, чем я мог ожидать.

Я осмотрел искореженную панель управления. На нее, похоже, пришелся основной удар Хермагораса. Ветровое стекло отсутствовало, руль вырванный с корнем, лежал на дне вместе с другими обломками от панели. Я раскрыл бардачок, который каким-то чудом не пострадал от удара. Внутри нашлись папка, газеты и пара книг. Я взял всё это и выбравшись на поверхность, устроился на крыше утопленной кабины.

Первой книжкой оказалась инструкция по эксплуатации судна на воздушной подушке, которую я, не раскрывая, выкинул. Следующая книга оказалась очень странной — похожая на молитвослов, только языческого содержания. Я осторожно перелистывал тонкие слипшиеся от влаги страницы. Внутри оказались молитвы и заговорами, обращенными к богу болот.

Я невольно глянул в сторону Хермагораса. Из воды торчали только макушка и глаза трехголового. Я отправил языческую книжку также в топь и открыл папку.

Внутри оказался одностраничный договор, согласно которому «Служба погребений» должна доставить умершего графского сына для упокоения в болото — каравай и молитвенная записка прилагались.

«Служба погребений»? Очень странно. Хотя найти договор, по которому Николаоса должны были бы принести в жертву богу болот, было бы еще абсурднее. При том что заговор, найденный под караваем, говорил именно об этом.

Ничего не понимая, я дочитал содержимое договора. В конце стояли две неразборчивые подписи, а имена заказчиков указаны не были. Нет, я ничего не упустил, и ситуация по-прежнему осталась такой же мутной, как болотная вода вокруг нас. Что ж, договор, я пожалуй, прихвачу с собой.

Я отложил раскрытую папку в сторону, разложил на солнце, в надежде что бумага хоть немного подсохнет, несмотря на царящую вокруг нас влажность, и взялся за надевшуюся под договором пачку газет.

Мой взгляд скользнул по названию первой газеты «Екатеринбургская неделя», а потом застыл на дате.

— Что за черт? — прошептал я и даже потряс головой, на пару мгновений зажмурившись.

Но «третье августа две тысячи первого года, пятница» не изменилось. Я продолжал смотреть на дату, не веря, что с момента покушения на меня прошло семнадцать лет.

Глава 2

Это неприятное открытие весьма меня озадачило. Что, произошло с моей империей за всё это время? Кто там сейчас правит? И, самое ужасное, дети, которые должны были появиться у моей супруги, уже успели вырасти. Примерно те же самые вопросы у меня появились насчет Российской империи, в которой я сейчас находился. Выходит, за всё это время с аномальной зоной маги Гильдий так и не смогли справиться и топь продолжала своё наступление.

С тщетной надеждой, что в типографии произошла опечатка в дате, я извлек вторую газету «Уральский летописец», которая вышла раньше на три дня. Год стоял тот же две тысячи первый.

Следом я посмотрел на дату последней газеты «Имперский вестник». Суббота, четвертое августа. Год, увы, остался неизменным. Газета оказалась ежедневной и в отличие от двух предыдущих изданий — цветной. Половину полосы занимала мрачная фотография багровой луны, под которой стоял заголовок в худших традициях бульварной прессы: «Над Сибирью сегодня поднимется зловещая кровавая луна». И ниже подзаголовок: «Потеряет ли Империя последний оплот Зауралья?».

Я прочел статью, которая вопреки заголовку оказалась вполне нормальной и в которой описывались проблемы империи, связанные с наступлением болот и переселением жителей на другие территории. К конце статьи я увидел комментарий от главы Имперской Магической Гильдии и это в очередной раз меня крайне озадачило.

«Как вам известно, — отвечал глава, — из-за гибели императора Германии Эгихарда Первого, решение проблемы до сих пор не найдено. Гильдия продолжает поиски. Время от времени на территорию топи отправляются маги, рискуя своей жизнью, чтобы найти источник магической аномалии и уничтожить его.

Многие из моих коллег, увы, не вернулись. Однако, несмотря на это, мы продолжаем посылать экспедиции, поскольку найти ответ как вернуть территориям изначальный вид — первостепенная задача, от решения которой зависит безопасность всей империи.

На границах зоны у нас постоянно служит восемьдесят процентов всех магов империи. Они успешно отражают атаки болотных тварей вместе с военным подразделением «Имперские стражи», которые вооружены последними моделями антимагического оружия.

К сожалению, за безопасность оставшихся в изоляции людей, мы уже не можем нести ответственность. Им предложили переселиться, но они отказались от этой возможности, хотя прекрасно осознавали опасность. Кроме того, у нас всегда наготове бригады эвакуаторов, которые готовы вывезти из зоны всех желающих, несмотря на то, что риск подобных операций растет изо дня в день.»

Ниже комментария стояла фотография с хорошо знакомым мне лицом. Вот уж не думал что предатель Объединенного Совета магов, бывший Глава Богемской магической Гильдии, Чистослав Черный, внезапно окажется Главой Российской Имперской Магической Гильдии. Да еще и озадачится безопасностью людей. Того Чистослава Черного, что я знал, подобное никогда не волновало. Его вообще ничего прежде не волновало, кроме собственной выгоды.

Я перевернул страницу и возрился на очередную знакомую персону. На меня смотрела женщина со светлыми, собранными в сложную прическу волосами, в элегантном платье, по-прежнему стройная и весьма привлекательная на вид. Разве что вокруг голубых, как лён глаз стало чуть больше мелких морщинок. Внизу стояла подпись: Императрица Алиса Алексеевна.

— Да что тут у вас без меня произошло? — не сдержался я от возмущения и думая, что могло случится с ее братом, императором Александром.

— Что там, Николаос? — подал голос Хермагорас, встревожившись.

— Ничего хорошего, — я вздохнул и покачал головой.

Надо выбираться из этого чертового болота. Чувствую, новая реальность преподнесет мне еще достаточно сюрпризов. Только вот в какую сторону идти?

Судя по тому, что судно на воздушной подушке могло спокойно проходить над кочками, двигалось оно по прямой, а значит, придерживаясь того же направления, что и раньше, я вполне доберусь до города из которого оно прибыло. И неважно, сколько времени займет путь. Я туда доберусь, наплевав на голод и всё остальное.

Перед тем, как идти дальше, я решил пролистать все газеты, в надежде найти какую-то информацию о том, что происходит на родине. Однако все статьи были посвящены событиям в Российской Империи.

— Николаос, — позвал меня Хермагорас.

Я глянул в его сторону и увидел как он показывает мне когтистым пальцем на какое-то белое пятно на горизонте. Похоже, в нашу сторону направлялось еще одно судно на воздушной подушке.

— Сиди в болоте и не высовывайся, — сказал я ему.

— Точно? У них оружие, они тебя убьют, — сказал трёхголовый, впрочем, не слишком уверенно.

Но тут же, подтверждая его слова, что-то громыхнуло и в мою сторону полетел магический заряд.

Я спрыгнул с затонувшей кабины в болото, при этом не уверенный до конца, что снаряд не изменит свою траекторию и не последует за мной. Но он с шипением пронесся у меня над головой и угодил метров через пятьдесят в одну из кочек, разнеся ее и подняв фонтан брызг.

Чертыхнувшись, я нырнул, и выплыл недалеко от лежащего на поверхности искореженного кузова, скрывшись за одной из кочек. С удивлением почувствовал как мое сердцебиение резко замедлилось и остановилось, как и дыхание, словно организм без моей команды отреагировал на опасность. При этом вода вокруг словно потеплела. Но судя по всему, это просто температура моего тела упала до температуры окружающей среды. Любопытная особенность. Интересно, сколько времени я смогу находиться в таком состоянии и при этом не отключиться?

Тем временем белое пятно разрослось, превратившись в небольшой катер на воздушной подушке. Однако судно использовало не только обычную механику. Я прекрасно ощутил артефакт, из которого мотор черпал энергию не только для своего передвижения, но и для создания мощного охранного магического контура.

Катер подошел к полузатонувшей кабине, остановился. Дверь рубки распахнулась и я увидел человека одетого в странный защитный костюм, со шлемом и баллонами за спиной. Похожие носят пожарники при тушении пожаров на химических производствах. За стеклом шлема я разглядел хмурое мужское лицо. В одной руке человек держал ружье, уже снова заряженное магическим патроном, в другой — хорошо знакомый мне детектор магии, который использовали полицейские из Управления по делам магии в моей стране.

На меня прибор никак не прореагировал, пройдя мимо, и я не теряя времени аккуратно подобрался к судну, забрался на борт с противоположной стороны. В этот момент сканер повернулся туда, где сидел в топи Хермагорас и издал отчаянный писк.

Человек резко развернулся, явно собираясь прыгнуть обратно в рубку, но вместо этого наткнулся на меня. Отшатнувшись в ужасе — вопль я расслышал даже через шлем — человек полетел прямиком в топь.

Мои пальцы, которыми я попытался его удержать, соскользнули с гладкой ткани защитного костюма. Бульк и человек в одно мгновение исчез в темной воде трясины.

Не успел я выругаться, как черная вода забурлила и несчастного на поверхность вытолкал хвост Хермагораса. А следом обвился вокруг торса и вздернул его в воздух передо мной.

— Он тебе нужен, Николаос? Не зря поймал? — прошипел трёхголовый и кажется даже довольно захихикал.

— Не зря, спасибо, — я изучил костюм, потом увидел нужную застежку, потянул, разблокировав и стянув шлем. — Ну что, расскажешь мне, что тут…

Договорить я не успел, так как человек захрипел и голова его завалилась на бок. Через миг я уже понял, что он мертв. Я глянул в сторону торчащих из воды трех голов Хермагораса.

— Ты его так сильно сжал? — поинтересовался я.

— Нет. Ты ему шлем снял. Без них люди тут не выживают. Хотя обычно часа три протянуть могут.

— Однако, воздух хоть и малоприятен, но не ядовит. Я бы это почувствовал.

— Люди считают иначе.

Я только неодобрительно качнул головой. Прислушался к себе. Дыхание и пульс уже давно восстановились сами собой и я переключился на мертвого, что болтался в воздухе, опутанный хвостом трёхголового. Пригляделся внимательнее. Точно умер оттого, что я снял шлем. Но вовсе не из-за ядовитого воздуха, а из-за дикого страха и последовавшего за этим разрыва сердца.

Моя рука вдруг поднялась вверх, вычертила словно на автомате какое-то заклинание, которым я точно прежде не пользовался. Чуть подернутые изморозью прозрачные, как лед, символы полыхнули ослепительно белым и исчезли. А человек, всё еще удерживаемый Хермагорасом, дернулся и раскрыл глаза, хотя его голова так и осталась заваленной на бок. По бледной коже пошли темные трупные пятна.

— Что за чертовщина? — прошептал я, поняв что каким-то образом активировал некромагическое заклинание и оживил мертвеца.

Следом осознав, что заклинание вышло достаточно слабым и время уходит, я начал спешно задавать вопросы:

— Отвечай, кто ты такой? Что здесь делаешь? И что знаешь о Николаосе Белове-Полозове?

— Я работал в одной команде с парнями с утонувшего катера, — заскрипел труп — ему словно было сложно разжимать челюсти и говорить. — Всё шло как обычно. Они получили заказ, отвезли сына графа к великому жертвеннику. А потом…

Раздался куда более громкий скрип и изо рта трупа посыпались вывалившиеся зубы. В это же время с лица начала лоскутами слезать кожа вместе с кусками гниющей плоти.

— Живее, дальше, — приказал я.

— Я получил сообщение, что они сломались и просят срочно их эвакуировать… — прошамкал полностью беззубым ртом труп, и замолчал уже окончательно.

Следом у него отвалилась голова, которая, булькнув, исчезла в трясине. Из-за ворота защитного костюма полилась дурно пахнущая жижа. Хвост Хермагораса, которому уже было нечего удерживать, исчез в болоте на миг раньше, чем туда упал костюм, наполненный сгнившей плотью.

Я мрачно смотрел на разбежавшиеся круги по воде. Пару секунд и поверхность снова затянуло ряской.

— Не знал, что некроманты еще остались, — раздался голос за моей спиной. — Спокойно, ты у меня на мушке. Повернись.

— Я не некромант, — отозвался я и медленно обернулся.

В дверях рубки стоял довольно крепкого телосложения мужчина, лет за пятьдесят, с почти полностью поседевшей головой. Бледное его лицо, на котором проступили градины пота, было хмурым. В руке он держал пистолет, заряженный антимагическими пулями. Он быстро подобрал магический детектор, оброненный на палубу, направил на меня. На автомате, не глядя пощелкал какие-то кнопки на приборе. Я почему-то сразу решил, что незнакомец полицейский, несмотря на то что он был в штатском, да к тому же магом, хотя и слабым. А маги подобными приборами прежде не пользовались.

— Правда? Не некромант? — с неверием отозвался мужчина, продолжая хмуро изучать меня. — Так молодо выглядишь, потому что только еще учишься? Или же наоборот — на тебе столько чужих жизней, что…

Его рассуждения прервал жуткий кашель, а я чуть удивленно приподнял бровь.

— С удовольствием предъявил бы документы, да вот беда — когда меня везли приносить в жертву богу болот, оставили только это, — я тронул ворот льняной рубахи.

На губах незнакомца я увидел кровь. Судя по виду ему становилось всё хуже. Однако мои слова вызвали на его лице крайнее удивление.

— Ваше Сиятельство? — произнес он с неверием.

— Граф Николаос Белов-Полозов, — отозвался женским голосом прибор. — Темный маг, десятый уровень.

Ого, они уже и разговаривать научились. Интересно, до чего еще дошел прогресс с антимагическим оборудованием, которое я в своей прошлой жизни старательно уничтожал.

Мужчина между тем стоял озадаченный, словно позабыв обо мне и смотрел показания прибора.

— Прошу прощения, Ваше Сиятельство, — произнес он растерянно. — Но…

Он вновь нахмурился, в задумчивости поглядел на меня.

— Слабые темные маги не способны на некромантию, — закончил он фразу.

— Видимо поэтому труп и рассыпался за минуту, — предположил я. — И повторю: я не некромант. Вы ведь в курсе, что некроманты — это сущности которые выживают, поглощая чужую жизненную силу?

Мужчина кивнул. Следом тяжело привалился к двери, опустил пистолет и детектор.

— Всё бессмысленно, — произнес он. — Это проклятое болото высасывает из нас обоих жизнь не хуже некромантов, так что, — он глянул на часы на руке, — думаю, нам осталось не больше часа.

— Эмм… — только и сказал я.

Чувствовал я себя отлично, не считая, конечно, временно притупившегося чувства голода. А еще в мои планы не входило, чтобы персона, у которой я мог что-то наконец узнать, отправилась на тот свет.

— Ну уж нет, не собираюсь сдаваться, — сказал я. — Сколько до ближайшего города и больницы?

— Мы туда не поедем, — мужчина покачал головой. — Мы с вами заражены болотной чумой. Лучший вариант не ждать превращения и пустить себе пулю в лоб.

— Превращения? Во что?

Незнакомец поглядел на меня с недоверием, потом его рука снова навела на меня пистолет.

— Вы задаете странные вопросы, Ваше Сиятельство, — произнес он. — Или кто вы там на самом деле?

— Я не понимаю.

— Полагаю, вы уже мертвы. Точнее, граф Белов-Полозов мертв и в его теле живет нечто другое.

Я едва не расхохотался. О да, нечто другое — это император Германии, Эгихард Первый. Правда, в нынешних обстоятельствах, когда моя привычная магия исчезла, открывать подобное было бы совершенно бессмысленно. Незнакомца передернуло, от моей невольной недоброй усмешки.

— У вас богатое воображение… — я не закончил, увидев как меняется выражение лица незнакомца

Мужчина еще больше побледнел, а глаза широко раскрылись, устремленные мне за спину.

— Убить его, Николаос? — произнес Хермагорас, выбравшись из трясины и нависнув над катером.

— Нет. И аккуратнее, ты уже одно судно развалил. Это мне нужно целое.

— Значит, я был прав… — произнес незнакомец и нажал курок.

Громыхнул выстрел. Я успел заметить огонь и облачко пороховых газов, выталкивающих пулю из ствола. А затем время замедлилось. Настолько, что я неспешно взял завязшую в воздухе пулю пальцами. Мне обожгло кожу и я выбросил то, что должно было меня убить, в топь. После этого время вернулось к прежнему течению.

Следом я собирался уже хорошенько приложить незнакомца, однако до этого не дошло. Выстрел словно отнял у него последние силы. Он выронил пистолет вместе с детектором магии и сполз вдоль двери на палубу.

— Не вздумайте умирать, вы мне еще нужны, — произнес я и, наклонившись, похлопал его по щекам, не давая ему отключиться. — Эй, господин Архипов, вы меня слышите?

— Откуда вы меня знаете? — прошептал он. — Значит, вы точно некромант…

— Нет, не некромант. На судне есть хоть какая-то аптечка?

— Вы меня серьезно собираетесь лечить? Я же сказал, мы оба… я-то точно… заражены болотной чумой. От нее нет лекарства, ее невозможно излечить магией.

Я глянул в сторону Хермагораса и тот покивал всеми тремя головами.

— Все люди без защитных костюмов мрут на болоте, — сказал трёхголовый.

— И маги?

— И маги тоже.

— Любопытно.

— Что ты собираешься делать дальше, Николаос?

— Для начала подлечить Алексея Ивановича и узнать от него новости.

— А потом вернуться в город? — мне в шипении Хермагораса послышалось ехидство. — Всех, кто без костюмов выбирается из болота, городская стража уничтожает.

— Ты-то откуда знаешь? Ты же говорил, что не выбирался из центра болота.

— Мне болотные твари рассказывали.

Я нарочито внимательно огляделся, потом упер взгляд в трехголового.

— Что-то не вижу тут никого кроме тебя.

— Так-то они меня побаиваются. Но тебя они бояться настолько, что близко не подойдут, — прошипел он едва слышно. — Успели мне шепнуть…

Интересные новости. Не скажу, что плохие, но… Я встретился взглядом с Архиповым и увидел в его глазах ужас.

— Я умираю… Прошу, если в вас хоть осталась частица от графа… не применяйте ко мне некромансткие заклинания…

Я молча подхватил этого идиота, вообразившего меня некромантом, под мышки и затащил внутрь.

— Покарауль пока, Хермагорас. Вдруг тут еще кто-то появиться, — распорядился я и и закрыл дверь.

Внутри заработала мощная вентиляция, воздух наполнился запахом антисептика и озона. Через пару секунд пискнула под потолком загоревшаяся зеленым лампочка и я огляделся.

Рубка катера оказалась куда просторнее, чем я предполагал.

Я уложил умирающего на широкую скамью, обвел взглядом пространство. Аптечный ящик нашелся справа от панели управления. Я открыл дверцу и принялся изучать содержимое. Кроме человеческих лекарств тут также находились магические. Но все они годились только от обычных болезней.

— Если на болоте можно находиться только в защитном костюме, то как вас угораздило оказаться тут без него? — поинтересовался я, окончив поиски и обернувшись к больному.

— У меня был костюм. И это моё судно. Ублюдок, что пошел несколько минут назад на дно, отобрал у меня костюм и угнал катер.

— У вас был пистолет, — напомнил я.

— У него тоже и даже кое что посерьезнее. Магический глушитель.

— Мне это ни о чем не говорит.

— Устройство наподобие электрошокера, только для магов. Слабых, вроде меня, может вырубить на несколько часов. Эти устройства запрещены законом. Вы, правда, не знаете об этом? Значит, вы точно не граф.

— Ну почему-же, может я просто из своего родового поместья не выбирался, жил затворником и не интересовался тем, что происходит в мире, — с насмешкой произнес я.

— И именно поэтому вы в компании самого страшного существа, которого считают богом болот, теперь преспокойно разгуливаете по топи? — Архипов постарался сымитировать мой ироничный тон.

— Это я пока не могу объяснить, — произнес я. — Знаете, я был так потрясен, что любимые родственники принесли меня в жертву, что у меня даже слегка отбило память. И вам придется помочь мне ее восстановить.

Архипов смотрел на меня с некоторым недоверием.

— Болотные твари, которые занимают чье-то тело, прекрасно управляются с памятью носителя. Именно поэтому в семье не сразу замечают подмёнышей. А когда замечают обычно уже поздно: вся семья заражена.

— Вы сейчас толкуете о той самой болотной чуме? — поинтересовался я. — Так это не болезнь, это что-то вроде магического паразитизма?

— Лучшего определения, пожалуй, и не подобрать, — проворчал Архипов, продолжая смотреть на меня с удивлением. — Но слышать подобное от того, кто сам занял чужое тело…

Я промолчал, заметив, что у него изо рта опять потекла струйка крови. Очищенный воздух в рубке приободрил Архипова, но не надолго. На лбу снова проступил пот. Если его не излечить, я снова ничего не успею узнать.

Я пригляделся к нему повнимательнее. Внутри вокруг сердца формировался темный сгусток, который высасывал из мага силы. Это напоминало проклятье, только вот им совсем не являлось. От проклятого всегда вела нить к тому, кто это проклятье произнес. Либо имелся специфический узел, с обрубленной нитью, если проклявший был мертв. Я принялся выводить пальцем заклинания.

— Не надо некромантии… — резко ослабев произнес Архипов, попытался поднять руку, чтобы смахнуть зависшие над ним прозрачные письмена, чуть тронутые инеем.

— Боюсь, иначе вы не выживете.

— Вы понимаете, что это оксюморон?

Я не ответил, сосредоточенно продолжая выписывать сложное заклинание. В него вплетались магические символы, что мне были известны раньше, и новые, значение которые я начинал понимать как только мой палец выводил символ. Я решил, что новые знания — ничто иное как проявление генетической памяти.

Генетической памяти носителя драконьей крови «Морозных копий».

Закончив с заклинанием, я его еще раз перепроверил, и решив, что оно должно сработать, привел в действие.

Глаза Архипова закрылись. Сердце остановилось и дыхание прервалось. Голубой, чуть светящейся туман отделился от тела и завис в воздухе.

Едва дух Архипова покинул тело, как откуда-то снизу, со дна болота метнулось что-то темное, что разбилось о магическую защиту, окружающую катер. Часть этой тьмы, что оставалась в теле Архипова и готовая разрастись, задергалась. Я черкнул в воздухе два быстрых белых символа и прорычал:

— Вон.

Темный туман выскользнул из ноздрей Архипова черной струйкой. Взвизгнула сирена, под потолком замигала красная лампочка и снова завыла заработавшая вентиляция. Черный туман вымело прочь. Наверное, в другой ситуации я бы удивился, что это сработало, если бы не чувствовал, что в вентиляционной системе тоже работает защитная магия — та же самая, что была на защитном костюме.

Я вывел еще несколько символов, заставляя дух Архипова возвращаться в тело. Через минуту он застонал, открыл глаза. Я снова покопался в аптечном шкафчике, выудил оттуда несколько пилюль, которые убрали бы слабость и привели его в норму.

Архипов ошарашено смотрел на меня, не торопясь брать лекарство.

— Как вы это сделали? — спросил он.

— Вы ведь наверняка видели, пока висели над своим телом, — я ему подмигнул. — Не всем приятно смотреть на себя мертвого со стороны, но я нахожу это познавательным.

— Вы всё-таки некромант, Ваше Сиятельство, — произнес Архипов. — Но вы спасли мне жизнь. Правда ненадолго.

— Эй, вы же не собираетесь самоубиться из-за того, что вас спас якобы некромант? — поинтересовался я с подозрением.

— Нет, нас убьют охранники на входе в город.

— Неужели среди них не найдется высших светлых, которые бы вполне могли бы проверить наше состояние, что мы не носители «болотной чумы»? — Я увидел его взгляд и добавил: — Всё еще уверены, что я не граф?

— Ни один высший светлый не может делать то, что сделали вы сейчас. Кроме того, наличие вашего трехголового друга весьма красноречиво намекает.

Тут я расхохотался. Покачал головой и взглянул на него уже серьезно.

— Я спас вам жизнь, Алексей Иванович. Отблагодарите меня, рассказав, что тут вообще происходит.

Глава 3

Архипов сел на скамье. Потом всё же взял таблетки, которые я ему протягивал, проглотил. Нездоровая бледность стала отступать с его лица. Он извлек из кармана платок, протер влажный лоб.

— А вы так и не сказали, откуда знаете мое имя, — заметил он.

— Всего лишь моя магическая особенность.

— Что именно вы хотите узнать?

— Начните с того, кто вы такой, чем занимаетесь и как вас занесло в топи. Ну и кто эти «чудесные» люди, что реквизировали у вас катер и отвезли меня на убой.

— То есть вы, кроме имени, ничего обо мне не знаете?

— Могу лишь предположить, что вы полицейский или кто-то около того. У вас подходящая для этого выправка, да и поведение соответствующее.

Архипов смотрел на меня задумавшись. Судя по его лицу, он ожидал от меня каких-то куда более «опасных» вопросов.

— Я действительно полицейский. Капитан особого отдела магических расследований. Сейчас я веду дело о религиозном культе болотопоклонников. Это как раз те парни, что поклоняются вашему трёхголовому другу.

— Драконопоклонники, то есть.

— Нет, — Архипов покачал головой. — Они поклоняются богу болот, Гору, великому змею, которому подчиняются все болотные твари и который рассылает «болотную чуму». «Одна голова насылает чуму, другая пожирает врагов и третья щадит тех, кто падает перед ним ниц и возносит ему молитвы. Почитай великого Гора и тогда тропа проведет через топь, а болотные твари не тронут тебя». Вот что они говорят про него и пишут в своих мерзких языческих книгах.

— Хермагорас насылает чуму? — я в сомнении покачал головой. — У него очень слабая магическая кровь.

— Настолько слабая, что он пробил магическую защиту катера и разломал его? Простите, но вы довольно слабый маг, Ваше Сиятельство, за исключением, конечно, некромагических знаний. Вы бы даже не поняли, насколько он силен.

Наткнувшись на мой скептический взгляд, Архипов почесал затылок.

— Да, я знаю, что это нисколько не объясняет того, почему он не сожрал вас, разве что… — Архипов запнулся, продолжая трепать тронутые сединой волосы. — …вы один из болотных тварей, или и того хуже — чудовище куда страшнее болотного змея.

Маг нервно огляделся. Кажется он искал свой пистолет.

— Ваше оружие осталось на палубе, — заметил я. — А вы ходите по кругу своих неверных суждений и выводов.

— Так может просветите меня? Кстати, если вас не затруднит, принесите с палубы детектор — он видимо тоже там остался. Может еще кое-что прояснить насчет вас.

— Что-то еще кроме моего имени, принадлежности к тёмным магам и магического уровня?

— Все данные о магах заносятся в общую базу данных. Так что я могу посмотреть более подробную информацию о вас.

Я приоткрыл дверь, наклонился, дотянувшись до валявшихся на палубе пистолета и детектора. Захлопнул дверь. Снова заработала вентиляция, очищая проникший внутрь болотный воздух. Я поставил предохранитель на пистолете и положил на панель управления.

— Умеете обращаться с оружием? — спросил Архипов, внимательно следивший за мной.

— Разумеется, — сказал я и протянул ему детектор.

Маг взял его в руки, навел на меня, переключил какой-то рычажок.

— Информация по Николаосу Белову-Полозову, — произнес из динамика детектора женский голос. — Подвергся обязательному сканирования в возрасте года. Дальнейших сканирований не было.

— Что?! По какой причине? — изумился Архипов и снова что-то нажал на детекторе.

— В возрасте одного года Николаос Белов-Полозов впал в кому. Причина осталась неустановленной. По закону родители могли оборвать жизнь сына, но они не воспользовались этим правом.

Вот это неожиданность. На моем лице явно отразилось изумление.

— Не ожидали такого? — поинтересовался Архипов, не сводя с меня взгляда. — Я, честно говоря, тоже. Что ж, выходит вы действительно один из жителей этих «прекрасных» мест. Хотя, возможна куда более невероятная версия. Ваши родители каким-то чудом смогли скрыть, что их сын очнулся. Только я не представляю, каким образом это возможно. За всеми темными установлен особый контроль и их проверяют каждый год. Что с вашими воспоминаниями? Что последнее вы помните?

— Это уже мое личное дело, — ответил я и мой голос заледенел. — Но вряд ли мое тело похоже на тело много лет не приходившего в себя коматозника.

— С последним не поспоришь. У вас весьма атлетическое телосложение, а мышцы в лежачем состоянии приобрести невозможно. И все же — что с вашими воспоминаниями?

— Вернемся к разговору о вас и вашему расследованию, — отрезал я. — Вы один занимались этим делом?

— Да. Вообще я работаю в Константинополе, у меня в подчинении достаточно людей, но на это дело, особой важности, меня поставили одного. Пол года назад я приехал в Екатеринбург, чтобы разобраться в ситуации.

— Дело о язычниках внезапно оказалось запутанным и затянулось?

— Вы не представляете масштабы проблемы! — произнес Архипов чуть сердито, уловив иронию в мое тоне. — Этот культ пустил глубокие корни, он проник наверх, им увлеклись люди, занимающие достаточно высокие должности. Плюс сюда же добавилась коррупция.

— Всё загадочней и загадочней, — я уже открыто усмехнулся.

— Как оказалось очень легко стало избавляться от неугодных, отдавая их на растерзание язычникам, — возмущенно продолжил Архипов. — Последним вовсе без разницы, кого приносить в жертву. Ведь кроме задабривания своего кровавого бога они еще получали деньги. Вот вас, кстати, судя по всему, заказали родственники.

— Судя по чему именно, уточните? — потребовал я.

— Вы слышали об имперских компенсациях?

Я наморщил лоб. Что-то про компенсации мелькало в газетах, что я выловил в разломанном Хермагорасом судне, но я не заострял тогда на этом внимания.

— Похоже, что не слышали, — задумчиво покачал головой Архипов. — Топь наступает, аномальная зона расширяется, поглощая всё новые и новые земли. Люди срываются с обжитых мест. Но не все. Кто-то даже перед лицом опасности не готов покинуть родной дом, землю, где похоронены предки. Закон о компенсациях должен был заставить этих упрямцев переехать. Им давали столько же земель, сколько они теряли здесь. Они могли получить новые дома и уверенность, что смогут жить дальше без страха, что однажды утром топь окажется у порога их дома. Это был благородный и щедрый жест нашей императрицы. Но это не сработало. Точнее сработало, но совсем не так. Обнищавшие или не слишком удачливые люди стали избавляться от своих богатых родственников. В Екатеринбурге и окрестностях возникли целые криминальные кланы, кто наживается на деньгах, которые предназначались для компенсации.

— Погодите, Алексей Иванович, — прервал я. — Я правильно понимаю, что богатых родственников всех поголовно стали приносить в жертву богу болот?

— Да.

— То есть, я богат, раз меня тоже положили на жертвенник?

На лице Архипова отразилось разочарование.

— А вы не помните? — отозвался он с неприязнью.

— Глядя на своё нынешнее одеяние я уже начал сомневаться, — сказал я и примирительно добавил: — Простите, неудачная шутка.

Архипов глянул на меня с подозрением.

— Знаете, я пожалуй всё же остановлюсь на варианте, что вы настоящий граф Николаос Белов-Полозов. Слишком уж у вас специфический юмор. Думаю, болотным тварям подобное недоступно.

Я сдержанно улыбнулся и продолжил:

— В действительности я лишь хотел спросить следующее: выходит, что избавившись от родственников и получив их деньги, в городе стали править, скажем так, весьма непорядочные люди? Ведь богатые, это не деньги сами по себе. Высокие посты, руководящие должности. И, выходит, сейчас городом правят убийцы. А ваше задание — отследить всю цепочку преступлений?

— Именно так.

— Рискованное занятие, особенно для одиночки. Странно, что о вашем задании еще никто не прознал за всё это время. Иначе бы вы закончили как все остальные богатые родственники.

— Официально — я имперский картограф, который исследует границы движения аномальной зоны, поэтому у меня развязаны руки и я могу без особых подозрений передвигаться абсолютно везде. Это также в интересах землевладельцев. Я подтверждаю, к примеру, что наступающие болота поглотили часть территорий, они получают имперскую компенсацию…

Архипов осекся от моего взгляда и густо покраснел.

— Это не то что вы подумали — это всего лишь отличное прикрытие для меня.

— Однако, эти «прекрасные» люди продолжают обогащаться благодаря вам.

— Лишь до момента, когда у меня в руках не будут все доказательства и до окончания дела, — сердито сказал Архипов.

Я изучил его. На лбу полицейского нервно пульсировала венка.

— Вы словно оправдываетесь. Уверен, вам давали взятки, чтобы вы пририсовали лишние гектары к площади потерянных земель. И я также уверен, что вы их брали, но при этом складывали финансы в служебный сейф и записывали все суммы в своих отчетах.

Архипов смотрел на меня и хмурился.

— Сколько вам лет, Ваше Сиятельство?

— Кажется, в вашем чудесном детекторе должна стоять эта дата, — отозвался я.

— А вы не помните? Но я не об этом. Теперь я понял, что с вами не так. Семнадцатилетний не может иметь таких зрелых суждений.

Семнадцатилетний? Вот чёрт. То, что я оказался несовершеннолетним могло принести дополнительные проблемы. Да и воспоминания об опекунстве в моей прошлой жизни вряд ли можно было назвать приятными, хотя позже я со своей тетушкой-опекуншей и нашел общий язык.

— Судя по отсутствию кольца вы неженаты и детей у вас скорее всего нет — откуда такие выводы? — спросил я Архипова. — Кстати, жаль, что вы не видели меня шестилетнего — вы бы очень сильно удивились. Дома у нас очень большая библиотека, а я чрезвычайно люблю читать. Активно начал еще в трехлетнем возрасте.

Я, разумеется, рассказывал про себя другого, который остался в прошлой жизни. Впрочем, вряд ли у графов Беловых-Полозовых не нашлось бы дома библиотеки.

— Значит, вы уникум, — пробурчал Архипов.

Тут в ветровое стекло постучал кончик хвоста Хермагораса. Я приоткрыл дверь.

— Николаос, к нам едут еще гости. Что делать?

— Затаись пока. Мне они нужны живые, с абсолютно целыми защитными костюмами.

Хермагорас помотал всеми тремя головами и погрузился в топь, только холмики голов остались торчать над водой, напоминая три болотных кочки. Я захлопнул дверь и под гудение снова заработавшей вентиляции, шагнул к панели управления.

С магическим зарядом, благодаря которому работал катер, было всё в порядке и можно было не беспокоится, что он разрядится. На навигационном экране локаторы засекли судно, которое двигались прямиком к нам. Я скользнул взглядом по показаниям приборов, подкрутил настройки, чуть сбавив обороты двигателя и уменьшив мощность винтов, удерживающих катер над поверхностью болота, медленно развернул катер в ту сторону, с которой к нам приближались гости.

— Умеете управлять судном? — поинтересовался за моей спиной Архипов. — Может всё-таки я займусь?

— Я пока никуда не собираюсь, — я обернулся к нему и спросил: — Кстати, на вас не помешает навести защитное заклинание.

— От чего?

— От повторного «заражения» болотной чумой.

Архипов побледнел.

— Нам придется покинуть рубку?

— Я собираюсь раздобыть защитные костюмы нам обоим, раз вы так уверены, что это единственный пропуск в город.

— Честно говоря, я не уверен…

— Я доберусь туда с вами или без вас, — прервал я его жестко. — Возможно, вам это покажется странным, но наши цели сейчас совпадают — я очень хочу найти тех, кто отправил меня на смерть на алтарь к Хермагоросу. Вы, полагаю, тоже этого желаете, чтобы пополнить улики против язычников. Или предпочтете сгинуть здесь, чтобы ваше важное дело осталось нераскрытым, а преступники — не наказанными?

— Возможно, это будет лучше, чем привести в город чудовище?

Я чуть склонил голову набок, оглядывая его.

— Как часто вы будете менять свое мнение? Не граф, а чудовище. Не чудовище, а граф. Определитесь уже.

— Я его меняю, когда вспоминаю, что тот монстр, которому вас должны были принести в жертву, почему-то вас не сожрал.

— У меня есть версия, — я прищурил глаза в насмешке. — Ему приглянулась моя фамилия. Решил, что мы дальние родственники.

И я подмигнул Архипову. Полицейский маг растерянно заморгал.

— Вы сейчас шутите или серьезно?

Я промолчал и начал выводить в воздухе заклинание.

— Судя по тому, что я понял, оно тоже некромагическое? — с подозрением произнес Архипов. — Почему не обычное охранное?

— Наверное, потому что я не высший светлый? Вас что-то не устраивает?

— Спасибо, конечно, — поблагодарил Архипов. — Просто необычное решение. Впрочем, я не слишком лажу с охранными заклинаниями.

— Удивительно при вашей профессии.

— Для этого есть специальные маги и охраняющие артефакты. Правда мой артефакт ушел на дно вместе с ублюдком, что угнал катер.

Я оставил это без комментариев, вернулся к панели управления. На навигационном экране чужой катер подошел к нам уже на расстояние трёх сотен метров. Через несколько секунд гости будут здесь. Раньше, чем мне в голову пришла идея, как избавиться от них и при этом не повредить защитные костюмы, запищала рация.

— Да? — произнес я, специально закашлявшись.

— Виктор! Ты совсем сдурел! — заорал кто-то с приближающегося катера. — Ты угнал катер господина Архипова! Знаешь, что с тобой сделает Грек?

— Найдет нового картографа?

— Ты идиот? Архипов же куплен! И обошелся кошмарно дорого! Будешь теперь долг выплачивать!

— Так, погоди, — вмешался второй голос. — Ты что — Архипова грохнул?

— Так вышло, сожалею, — сквозь кашель отозвался я. — Он меня ранил, кстати, зараза.

— Сейчас ты еще больше пожалеешь, придурок!

Рация смолкла, а снаружи донеслось завывание тормозящих катер маршевых винтов. Нас слегка толкнули в борт, катер качнулся. Архипов не сводил с меня взгляда, напряженно ожидая развязки.

В дверь затарабанили. Я резко распахнул ее и в рубку ввалилось двое, едва не упав по инерции. Я поймал одного, нажал на застежку, срывая шлем и кидая Архипову. Другой рукой я нажал бандиту на шее и он, вырубившись, свалился на пол. А вот второй оказался чуть проворнее — на меня снова смотрело дуло пистолета.

— Не советую, — заметил я.

— Ты кто такой?! — заорал бандит. — Где Виктор?!

— Виктор принесен в жертву богу болот. Ты ведь не хочешь стать следующим? — отозвался я и недобро улыбнулся. — Похоже, хочешь. Великой бог топи, взываю к тебе — явись и убей взглядом своих шести глаз этого богохульника.

— Ты издеваешься надо мной, Николаос? — прошипел Хермагорас и его три головы замаячили за дверным проемом.

Второй бандит издал тонкий визгливый вопль и упал в обморок.

— Черт, нарушил такой драматический момент. Подыграть не мог? — поинтересовался я у трехголового и, склонившись над обморочным, снял с него защитный шлем. — Надеюсь, он не обделался. В любом случае, этот костюм ваш, Архипов, как раз на вашу ширину плеч.

— А что я должен был сказать? — продолжил возмущенно Хермагорас, просунув среднюю голову в дверь и зависнув над бесчувственными. Облизнулся, с его губ закапала слюна. — Он бы от любой фразы потерял сознание.

— Он упал в обморок от того, что увидел тебя — вообще-то ранее я тебе сказал не показываться. Порычал бы издалека — этого бы было достаточно.

— Но сейчас ты сказал «явись»! — от возмущенного шипения трехголового у меня едва не заложило уши.

— Забудь, — я пихнул его морду, выталкивая из рубки. — Слюни не распускай, ты сегодня уже достаточно народа сожрал.

— Уверен, ты этих в живых не собираешься оставлять, — Хермагорас взглянул пристально, сощурив все три пары глаз.

— Не собираюсь. Но насчет них у меня другие планы. Хочу посмотреть как действует болотная чума, — я захлопнул дверь.

Снова заработала вентиляция, а на меня в изумлении смотрел Архипов.

— У меня всё это в голове не укладывается, — наконец произнес он. — Ваш разговор… Будь на месте змея человек или маг, я бы решил, что вы действительно родственники. А почему, кстати, вы зовете его не Гор, а Хермагорас? Это ведь греческое имя.

— Может быть, он и был им раньше? Греком, в смысле. А потом подхватил болотную чуму, превратился в трёхголового мутанта? Или во что там должны превращаться зараженные?

— Вы ошибаетесь, Ваше Сиятельство. Зараженные сохраняют разумность несколько дней, а потом начинают стремительно меняться и физически и умственно. Они становятся частицей топи, подчиняясь ее воле.

— По вашим словам выходит, будто топь разумна? Вы понимаете, что это чушь? Вы же маг. Так могут думать еще люди, которые из-за своей дремучести в итоге становятся последователями языческих культов.

— Конечно нет. Я всего лишь обобщаю. Естественно, кто-то управляет топью. И возможно этот кто-то — не один.

— А как же великий бог болот — Хермагорас? — язвительно поинтересовался я.

Архипов растерянно покачал головой. Похоже, поведение трехголового мутанта никак не вписывалось в его представление о чудовище, которое правит топью.

Я тем временем снял баллоны, разобрался с застежками на защитном костюме, стащил его с первого бандита. Жестом пригласил Архипова поступить аналогично со вторым. Полицейский, отложив шлем, занялся костюмом.

— Вы действительно намерены устроить этот эксперимент? — спросил он, когда сам облачился в защитный костюм.

Я пожал плечами.

— Разрываюсь перед любопытством и желанием побыстрее оказаться в городе, принять душ, одеться в чистое и наконец поесть.

— У меня на борту есть консервы и сухой паек, — сказал Архипов. — Простите, не додумался предложить вам.

— Спасибо, но я пожалуй лучше дотерплю до города. А веревки у вас на борту найдутся?

Полицейский покопался в одном из шкафов, протянул мне моток веревки и нож. А потом с интересом наблюдал, как я связываю обоих.

— Хм, вы исполнили это со знанием дела. Необычное занятие для графа.

— Помогите лучше вытащить их наружу, — я проигнорировал его замечание.

Перед выходом Архипов проверил баллоны, надел на голову шлем. Видимо решил полагаться не только на мое защитное заклинание.

Мы выволокли бандитов на палубу. Я привязал веревки к поручням и мы перекинули пленных через борт, погрузив в топь по шею.

— Выглядит так, словно вы собрались рыбачить, — произнес полицейский маг — его голос был чуть искажен динамиком на шлеме. — Страшно подумать, что может попасться на такую наживку…

— Я думаю, что так процесс заражения пойдет быстрее, — сказал я и уселся на палубе, свесив ноги вниз.

— Не собираетесь надевать костюм и шлем? — спросил Архипов.

— Перед городом, обязательно. Сейчас нужды в этом нет.

— А у меня нет ответа, почему вы не можете заразиться болотной чумой. Вдруг вы ее все-таки подхватили, но сами еще не знаете?

— Как распознают зараженных? — спросил я. — Ваш детектор может это показать?

— Он может распознать подменышей, но не заражение на ранней стадии. На входе в город есть специальные контейнеры для магической дезинфекции и проверки. Там всё станет ясно. Вам этой проверки не избежать, Ваше Сиятельство.

— Я и не собираюсь. Скажите, как давно в империи переловили всех некромантов?

— Если вы сейчас к тому, что некромантия уберегла вас от заражения, то вы ошибаетесь. Аномальная зона существует больше века. От последних некромантов избавились лет десять назад. Поверьте, если бы некромантия помогала, они бы поделились знаниями, чтобы спасти свою жизнь.

Я глянул на Архипова.

— И я избавил вас от болотной чумы, используя некромагические заклинания, — напомнил я.

— Полагаю, настоящие некроманты до этого бы не додумались. Они поглотили бы мой дух и жизненную силу, а не вернули обратно в тело. Так что вы всё же не некромант.

— О, у нас кажется прогресс, — я усмехнулся.

— Но насчет того что вы не заражены, я еще не уверен.

— Ну спасибо, что хотя бы перестали считать меня некромантом. Кстати, сходите пока на их катер, может там что-нибудь интересное найдете. Например оружие против болотных тварей. Вдруг пригодится.

— Обычно хватает особого охранного контура вокруг катера. Да и днем твари крайне редко нападают. В сложной ситуации, конечно, лучше всего просто унести ноги, — отозвался Архипов, перебираясь на другую палубу. — Но учитывая, что вашему родственнику удалось разнести тот катер, действительно лучше перестраховаться.

Я глянул на полицейского, но судя по его физиономии, насчет «родственника» он нисколько не иронизировал на этот раз. Архипов скрылся в рубке бандитского катера, а я перевел взгляд на Хермагораса, лежащего в болоте, прикрывшего глаза и дремавшего.

А потом я услышал его.

Зов.

Глава 4

Зов повторился.

Я увидел как приоткрыл глаза трехголовый, прислушиваясь. А я почувствовал тьму, рванувшуюся со дна болота. Ближе к поверхности она притормозила, словно мое присутствие ее озадачило, но потом осторожно продолжила путь. Сгусток тьмы, что я ощутил, разделился на два потока: словно две черные болотные гадюки скользили под затянутой ряской водой. Возникли темными облачками на поверхности и втянулись через ноздри своих жертв.

Прошло еще несколько мгновений и оба «паразита» разрослись внутри тел носителей. Я увидел как чернеет кожа у обоих людей, как покрывается то ли чешуей, то ли древесной корой, на которой начал прорастать мох с лишайником. Глазные яблоки обоих жертв лопнули, вытекли кровавым потоком, в пустых глазницах разгорелось зеленоватое свечение — словно туда воткнули болотных гнилушек.

Оба бандита вдруг забились в конвульсиях. Их туловища и конечности начали вытягиваться, между пальцами отросли перепонки, а на последних фалангах возникли огромные когти. Рты открылись в беззвучном крике. Превращенных словно что-то рвануло вниз, да так, что катер резко накренился, черпнув бортом.

Во все стороны полетели брызги от заметавшихся новообращенных болотных тварей. Затем они снова ушли под воду. Последовал очередной рывок. Катер накренился и уже не принял горизонтальное положение.

— Хермагорас! — позвал я, думая, что тот сможет укротить болотных тварей.

Но все головы дракона обращены в сторону центра болот. Он словно меня не услышал.

Больше не мешкая, под гул отчаянно завывавших винтов, пытавшихся вернуть судно в нормальное положение, я перерубил веревки. Освобожденные твари исчезли в глубине, а катер резко подбросило. Я скатился по скользкой палубе и шлепнулся в болото. Прежде чем уйти под воду я успел увидеть, как следуя зову, Хермагорас мчится по топи туда, откуда мы пришли.

Я вынырнул на поверхность, выплюнул воду с привкусом торфа. Трехголового к этому моменту и след простыл.

— Да чтобы вас всех черти сожрали, — выругался я.

Я схватился за поручень собираясь подтянуться и выбраться на палубу и тут из рубки бандитского катера выскочил как ошпаренный Архипов.

— Ваше Сиятельство, надо срочно убираться отсюда! — прокричал он и в растерянности замер, не увидем меня.

— Я тут, помогите выбраться.

— Что случилось? — он наклонился, протягивая руку в защитной перчатке.

— Они превратились в тварей и сбежали, чуть не утопили катер. И Хермагорас тоже внезапно решил покинуть нашу компанию. Их всех словно куда-то позвали.

— И вы его тоже слышали? Зов? — спросил полицейский. — Впрочем, неважно.

Он схватил меня за руку, рывком выдергивая на палубу. Следом меня что-то толкнуло в грудь. И тут же последовала жуткая жгучая боль, словно через меня пропустили электрический разряд, от которого я и вырубился.

***

— Господин Архипов, вы в своем уме?! — кричал кто-то возмущенно. — Притащили сюда зараженного!

— Сначала протестируйте его, господин майор, — отозвался полицейский. — Я продержал его в изоляции трое суток, и если бы он был заражен, он бы уже давно превратился в болотную тварь.

— Вы точно спятили!

Я мысленно согласился. Хотел открыть глаза, но голова отозвалась резкой болью, что я решил повременить с этим.

— Прошу, проверьте его! Если парень не заразился, проведя столько в топи и дыша болотным воздухом, мы имеем прецедент.

— Прецедент для чего? Вообразили себя высшим магом из исследовательской группы?! — продолжил возмущаться тот, кого Архипов назвал майором. — Даже не так, вообразили, что умнее их и нашли способ победить «болотную чуму»? Только, кажется, вы забываете, что это не болезнь и к медицине «не заразившийся пациент» не имеет никакого отношения.

— Но ведь таких случаев действительно же не было ранее!

— Он заражен! Он провел без защитного костюма достаточно времени. Таких мы даже не тестируем.

— Но мой детектор…

— Вероятно неисправен. У вас две минуты — я либо вас самого тестирую и вы проходите в город. Либо убираетесь отсюда куда угодно со своим «незаразным».

— Лучше отвезли бы его прямиком в Екатеринбург, там на него хотя бы высшие светлые взглянули, — ворчливо отозвался еще один голос.

— В Екатеринбург? Но…

— Ах вот оно что! Притащили его в наш маленький город, решив, что если что-то пойдет не так, жертв не так много окажется?

— Что вы несете?! — возмутился Архипов. — Уж поверьте, мне бы такое в голову точно не пришло.

— У нас сегодня ночью была атака тварей! Топь сильно приблизилась и теперь до нее от южных ворот города всего пятьдесят метров! Убирайтесь к лешему, господин Архипов!

— Какая атака тварей? — удивился полицейский. — Я трое суток был всего в двух сотнях метров от Исеть-Каменска и ничего не видел и не слышал.

На некоторое время воцарилась тишина. Я тем временем почти пришел в себя.

— Уходите. Я вас тоже не буду сканировать и в город не пущу! — сказал майор. — И пошлю информацию о вас в Екатеринбург.

— Вы…

— Господин Архипов, вот вы где! А мы вас обыскались! — произнес еще один голос.

Я чуть приоткрыл глаза. Боль кольнула в области висков и окончательно исчезла. Я лежал на земле, связанный по рукам и ногам, всё в той же льняной рубахе, пропитавшийся болотным запахом. В небе, окрашенном в закатные цвета, блеклое солнце садилось за длинную бетонную стену. Над стеной на равном расстоянии друг от друга были натыканы высокие и довольно узкие смотровые башни, между которыми протянулась сеть охранных заклинаний. Справа стена терялась за лесом. Слева — шла по верху плотины, перегораживающей неширокую реку, и продолжалась дальше на берегу насколько хватало глаз. На берегу недалеко от меня стоял катер Архипова с выключенным мотором.

У приоткрытых, по виду бронированных ворот, защищенных магией, спорило трое: Архипов в защитном костюме со снятым шлемом, майор в комуфляжной форме, положивший руку на автомат и маг, также одетый в военную форму и также вооруженный. В автоматах угадывалось не простое оружие.

К ним из ворот вышла еще одна фигура — высокая, крепкая и широкоплечая, со сложением как у греко-римского борца, в военной форме, но без знаков отличия. Архипов невольно дернулся, отступив от появившегося на пару шагов.

— Не беспокойтесь, Алексей Иванович! Это всего-лишь недоразумение. Один из моих подчиненных увез вас в топь по незнанию и собственной глупости. Никто ему подобных распоряжений по поводу вас не давал.

— Меня это конечно утешает, но если бы ему в голову пришло меня убить?

Борец пожал плечами.

— Увы, не все знали, что вы важная фигура. Поэтому хозяйка приставила меня к вам, чтобы больше подобное не повторилось.

— Это уже чересчур! Лучше уведомите ваших людей обо мне.

— У меня ее приказ, так что, прошу прощения, мне придется вас сопровождать, пока вы этот вопрос сами с ней не обсудите, — борец глянул на мрачных охранников. — Пропустите его.

— Только после сканирования, — отозвался майор.

Архипов миг стоял, потом указал борцу на меня.

— И этот парень мне тоже нужен.

— Для чего?

— Он провел трое суток на болоте и не заразился…

Архипов осекся, когда его новоявленный телохранитель невольно попятился обратно в сторону городских ворот, положив руку на кобуру.

— Да погодите, он действительно не заразен! Пусть его просканируют! Если я не прав, охрана города знает что делать дальше.

Борец явно сомневался, но потом заметил заходившие у военных желваки и, усмехнувшись, приказал:

— Давайте, давайте, поживее! Шевелитесь, майор.

— Я его просканирую, но потом он посидит еще сутки на краю болота. Хочу лично убедиться, как можно после подобного не заразиться, — процедил сквозь зубы военный.

— Вы…

— Или так или никак, господин Архипов, даже несмотря на ваших влиятельных «друзей».

Полицейский глянул на борца, но тот наклонил голову, на этот раз соглашаясь с мнением военного.

— Хорошо, — сдался Архипов. — Но если завтра повторное сканирование ничего не выявит, вы пустите его в город.

Майор и маг мрачно переглянулись и с неохотой кивнули. Потом майор достал рацию, что-то приказал. Из ворот вышло еще двое магов в защитных костюмах, указали полицейскому на неприметный серый, в цвет бетона стен, контейнер.

— Сначала вы, господин Архипов.

За полицейским захлопнули дверь и проверяющие застыли у панели управления, вмонтированную в стену контейнера. После нажатия кнопок засветился экран, на нем отразились какие-то цифры и графики. Через пару минут дверь открылась, выпуская Архипова.

— Он чист, можете его пропустить, — сказал один из сканирующих.

Потом эти двое направились ко мне, но не дойдя несколько метров остановились.

— Проклятье, — услышал я из динамика на шлеме.

Оба обернулись к Архипову.

— Вы где его подобрали?

— Там, куда меня увезли без моего ведома — примерно в четырехстах километрах отсюда.

— Вы понимаете, кого привезли?

Архипов мастерски изобразил на лице полное непонимание.

— В такой одежде вывозят в болота для жертвоприношения либо эти проклятые язычники, либо… Не хотелось бы переходить кому-то из ваших друзей дорожку, — проверяющий повернулся в сторону борца.

Тот задумался ненадолго.

— Просканируйте его. С остальным потом разберемся, — наконец вынес он вердикт.

— Как пожелаете, — на меня навели детектор. — Граф Николаос Белов-Полозов… Однако… И он, кажется, очнулся.

Я открыл глаза, сел на земле. Архипов невольно сделал пару шагов ко мне и остановился встретившись со мной взглядом.

— Вы трое суток продержали меня на болоте без еды и воды? — произнес я охрипшим голосом. — И это в благодарность за то что я вас спас?

— Ваше Сиятельство, в вашем положении лучше помолчать, — негромко отозвался полицейский.

— Идите к чёрту.

— Сами дойдете? — спросил проверяющий.

— Если освободите.

Проверяющие разрезали мне веревки на лодыжках, оставив руки связанными, помогли подняться. При этом оба, майор и маг в военной форме, держали меня на прицеле.

Я дотопал до контейнера. В теле ощущалась неприятная слабость, хотелось спать и есть одновременно. Но похоже всё это придется отложить еще на сутки. Я вошел в контейнер, в центре которого стоял железный стул. Мне указали на него и захлопнули дверь. Я уселся и воздух тут же наполнился каким-то аэрозолем, имеющим запах озона и почему-то хвойной смолы. По мне скользнуло несколько ярких световых лучей. Кожу начало неприятно покалывать, словно через меня пропускали слабый ток.

Я поморщился, вспомнив, что Архипов на болоте, похоже, применил магический электрошокер, чтобы меня вырубить. А ведь говорил, что это оружие вне закона. Вот сволочь. Выберусь, обязательно разберусь с устройством, чтобы в следующий раз, когда кто-то захочет меня вырубить, у него ничего не вышло.

Дверь распахнулась.

— Выходите, Ваше Сиятельство, — сказал проверяющий и обернулся к остальным. — Он чист. Хотя я не понимаю как это возможно.

— Вот видите, я же говорил! Надо сообщить высшим магам! — воскликнул торжествуя Архипов.

— Это ничего не меняет, — отозвался непреклонно майор. — Я его в город не пущу. Пусть сидит сутки на болоте.

— Это нарушает протокол, — возразил один из проверяющих.

— А у нас беспрецедентный случай, как правильно выразился господин Архипов. Поэтому я принимаю это нестандартное решение, как глава начальник гарнизона Исеть-Каменска. И…

— Я пережду сутки, — заледенелым голосом прервал я его. — Но может быть, вы мне хотя бы воды дадите?

— Ваше Сиятельство, — ко мне подошел Архипов и понизив голос до шепота продолжил: — Вы должны понять, что было бы безответственно воспользоваться вашим планом и проникнуть в город, утаив факт…

Он заткнулся от моего взгляда.

— Вы сами ничего не забыли? Например, о себе рассказать? — поинтересовался я также тихо. — Что тоже пробыли на болоте без защитного костюма? Но это, наверное, что-то другое?

— Другое. У меня не было трехголового зубастого друга. И это до сих пор вызывает серьезные вопросы, даже если вы спасли мне жизнь…

Он не договорил, так как я решил все-таки ему врезать. Хук снизу в челюсть с обоих рук с резким разворотом корпуса. Архипов явно не ожидая подобного, отлетел от меня на три метра, свалился. К нему бросился один из проверяющих. Военные было дернулись, но борец сделал знак ничего не предпринимать, с легкой удивленной усмешкой поглядел на меня, подошел.

— Отличный удар, Ваше Сиятельство, особенно для человека, который трое суток провел без еды и питья.

— Я маг. Тёмный, — поправил я.

— Я приму это во внимание, — борец склонил голову. — Надеюсь, с вами за сутки ничего не случится. Думаю, вы бы нам пригодились гораздо больше, чем ваши родственники, которые вас «заказали».

— Жду, не дождусь.

— Не торопитесь с выводами. За мной стоят люди более благородного происхождения, чем вы.

— Получившие титул, избавившись от родственников? — поинтересовался я.

— Нет. Получившие его по праву рождения. Потом сами увидите. Так что я попрощаюсь с вами до завтра.

Он снова поклонился и ушел, взяв под руку поднявшегося Архипова и не позволив ему больше ничего мне сказать. На пороге ворот Архипов спохватился:

— Мой катер!

— Мы его сперва проверим, после чего заведем в город, не волнуйтесь, — сказали проверяющие и направились к судну на воздушной подушке.

Они почти закончили проверку, сканируя катер очередным видом детекторов, когда ко мне подошел маг в военной форме.

— Будете находиться у нас на прицеле. Если вы начнете превращаться, мы облегчим вам конец, — сказал он, разрезав мне веревку на запястьях и вручив плед и холщовую сумку. — Тут вода и еда. А теперь идите к самому краю болот.

Все скрылись за воротами вслед за катером Архипова. Створки захлопнулись, лязгнули засовы.

Я поглядел на бетонную крепость, оценивая ее шансы против нападения и силу охранных заклинаний. Последние явно были наведены высшими светлыми. А еще меня интересовал источник магической энергии, использовавшийся и в катере Архипова, и для подпитки охранных заклинаний крепости. Это однозначно была не драконья кровь, использовавшаяся магами в моей стране — мощность энергетических артефактов была в разы меньше.

С этими мыслями я направился прочь от крепости по асфальтовой дороге, которая через пятьдесят метров терялась в затянутой ряской воде. Подойдя к кромке болота, я остановился, бросил мешок с пледом на асфальт, огляделся.

Солнце уже скрылось за стеной, стремительно сгущались сумерки, на ясном небе зажигались звезды и в узких окошках стен и башен загорались огоньки.

Медленно бродя вдоль кромки болота, решив, что это не возбранялось, я насобирал веток, сложил костер. Усевшись на бордюр и, чертыхаясь, снова попробовал активировать огненные заклинания. Но ни одно из них так и не сработало. Уверен, маги в крепости прекрасно видели мои попытки, но никому в голову даже не пришло послать в мой костер магический огонек. Ну и чёрт с ними.

Я заглянул в сумку, обнаружил там литровую бутылку воды, пару явно прошлогодних яблок, банку консервов и пластиковые приборы. Да уж, местные охранники просто образцы щедрости. Я открыл бутылку, выпил ее за несколько минут, наконец утолив жажду. Потом расправил плед, закутался в него, но не из-за того что мне вдруг стало холодно, а потому что он пропитался запахом дыма. Этот запах почти перебил запах топи и гнилой воды. Я закрыл глаза, вспоминая дни, когда сидел у камина в своем замке, смотрел на пламя. Пламя, которое перестало мне подчиняться…

И это нужно было срочно исправлять. Завтра, когда эта дурацкая история с псевдокарантином закончится, я попаду в город, выясню всё про род Беловых-Полозовых, отыщу информацию, как вернуть свои способности, а дальше… Дальше посмотрим.

Представляя дом, его просторные залы, огромную библиотеку, кабинет с различными коллекциями и уютные покои, я задремал.

На меня вдруг пахнуло болото. Резким, тяжелым запахом испарений. Я раскрыл глаза. Вокруг сгустилась вязкая темнота. Звезды исчезли, а окошки крепости было едва видно, словно их свет с трудом пробивался сквозь плотный туман. По ощущениям время давно перевалило за полночь. Следом я почувствовал как ноги погружаются в воду.

Топь снова начала наступление. Кромка болота поползла дальше, затапливая асфальт и прилегающую к дороге территорию. Я медленно поднялся, решив оставаться на месте до тех пор, пока вода не достигнет колен.

Уровень болота не менялся почти полчаса, пока я не понял почему. Весь наступающий поток скатывался левее в русло обмелевшей реки, наполняя его. Потоки воды, которые стекали раньше по водосбросу плотины, иссякли. Похоже шлюзы полностью закрыли, опасаясь, что через них в Исеть-Каменск смогут проникнуть болотные твари. Насколько подобное решение грозило затоплением города, оставалось только догадываться.

После того как русло наполнилось, уровень рядом со мной начал быстро повышаться. Оказавшись по колено в болотной воде, я медленно двинулся в сторону крепости, выискивая какой-нибудь пригорок или возвышение, на котором я мог дождаться утра.

Болото придвинулось к стенам почти вплотную, когда я снова услышал зов. Тихий, неявный.

Я обернулся к наступающей топи.

Где-то там, далеко, скрытые туманом испарений заскользили сотни тварей. Теперь я отчетливо чувствовал их, наполненных той странной тьмой, которую я наблюдал, когда она проникла в тела бандитов и изменила их. Эта тьма не была разрозненной, являясь частью чего-то общего. Я не зря охарактеризовал эту тьму «паразитом». Она словно была проводником для команд, которым подчинялись зараженные.

Кто давал эти команды, пока было неясно. Первые мои мысли были о том, что тут точно замешана некромантия. Однако я не мог бы назвать зараженных мертвыми. После всех жутких метаморфоз, что произошли с ними, они всё же оставались живыми.

Зов между тем усилился, толкая волну зараженных в сторону крепости. Вскоре я стал различать в плотной массе, скользящей в воде, отдельных тварей. В большинстве еще можно было угадать людей с непропорционально вытянутыми телами, порой лишившихся верхних конечностей. Среди зараженных были и животные. В каких-то изуродованных телах угадывались различные виды парнокопытных, собаки и кажется даже медведи.

Хорошо, что природа обделила меня чувством страха. Будь на моем месте обычный человек или даже маг, он наверняка бы поседел от увиденного или и вовсе заработал инфаркт. Я же спокойно смотрел на приближающихся чудовищ, холодно анализируя происходящее. Впрочем, у меня была какая-то странная уверенность, что болотные монстры не причинят мне ни малейшего вреда.

Волна чудовищ тем временем приблизилась. Когда до меня оставалось двадцать метров, волна резко замедлилась, разбившись на два потока, обогнула меня словно по невидимому кругу, устремляясь дальше к городу.

— Ну вот, а я хотел познакомиться, — тихо усмехнулся я. — Чёрт.

Я задумчиво поднял руку, готовую вывести неизвестно какое заклинание. Защитная магия бы сейчас точно не сработала, точно так же как огненная. Что насчет магии ледяных драконов? Отдаться интуиции и позволить вывести какое-нибудь подходящее случаю заклинание? Слишком рискованно. Рискованно выдавать, что я носитель крови этих драконов, которых очень не любят высшие светлые. В моих планах точно не было сценария, где на меня начали охоту. Мне этого в прошлой жизни хватило. Надо было действовать по-другому. И я решил повременить, думая, что «дружелюбные» люди, которые оставили меня на болоте, вполне прекрасно отобьются без моей помощи.

По первым рядам тварей между тем открыли огонь из антимагического оружия. Черные силуэты эффектно взрывались, разлетаясь на мелкие кусочки, рассеивая тьму, что была внутри зараженных. Но их место занимали другие. Поток тварей, прущих на бетонную стену, становился только плотнее. Однако несмотря на это, они по-прежнему старательно огибали меня.

Зов звучал как заевшая пластинка, подстегивая напор нападавших. А я вдруг начал различать в нем многоголосье.

Я обернулся к топи, на время забыв о битве у стен крепости. В болотной тьме я разобрал несколько плотных скоплений тьмы и именно из этих скоплений исходили приказы.

А потом за моей спиной раздался чудовищный взрыв. Меня ударило взрывной волной, обдав горячим, пропитанным запахом пороха и цемента воздухом, сбило с ног, а следом захлестнуло потоком свежей речной воды.

Когда я вынырнул вода уже была по шею. Я спешно обернулся к крепости.

В центре плотины зияла огромная брешь, через которую продолжала выливаться река. Стена над плотиной тоже была частично снесена взрывом. Интересный поворот. Я очень сомневался, что это твари заложили взрывчатку. Похоже, в крепости завелись диверсанты.

Ближайших к плотине тварей как и меня смело взрывом, но они, снова подчиняясь зову, устремились к пролому.

— Да что бы вас черти сожрали, — ругнулся я и спешно погреб туда же.

Был не до конца уверен, что сработает, но твари по-прежнему продолжали избегать моего соседства. Я добрался до разлома плотины, забрался на него и застыл, с трудом удерживаясь из-за сильного напора освобожденной от запруды реки.

Какие-то зараженные успели пробраться через пролом внутрь города, но там их было немного и их вполне успешно отстреливали.

Я обернулся к топи. Твари так и держались на расстоянии, застыв от меня в двух десятках метров. К счастью оборонявшихся, диаметр пролома был куда меньше и ни один зараженный не мог проскользнуть за городскую стену.

На берегах реки тем временем продолжалась битва. Твари все так же напирали на стены и их не становилось меньше.

Позади меня вдруг раздался знакомый шум маршевых винтов.

— Ваше Сиятельство! — услышал я взволнованный голос Архипова, чуть искаженный динамиком.

Я обернулся. Полицейский, высунувшийся из рубки на катере был не один. На носу с винтовкой стоял его телохранитель. Оба были в защитных костюмах и шлемах.

— Тварей слишком много! — проорал Архипов, явно полагая, что я его не расслышу за ревом маршевых винтов. — Гарнизон продержится максимум полчаса! У них снаряды на исходе! Надо выбираться!

— Вы туда собираетесь что ли? — поинтересовался я, указав себе за спину. — Так я вам мешаю? Мне посторониться?

Вместо ответа получил два совершенно диких взгляда от полицейского и борца.

— Нашли время шутить! — возмутился Архипов, обретший дар речи.

— Это у вас винтовка с магическими зарядами? Одолжите, Кирьякос? — спросил я, показав на оружие.

— Я вроде не успел представиться, — отозвался борец с удивлением, но с готовностью протянул мне ружье. — От нее будет мало толку. Оптический прицел разбился, вместе с прибором ночного видения.

— Это не главное ее достоинство. Я вижу она у вас дальнобойная.

— И у нее сильная отдача, — предупредил он.

Я перехватил винтовку и, повернувшись к топи, прицелился. Задержал дыхание, плавно нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел и где-то далеко тьма болота озарилась пламенем. Что ж, антимагические заряды не хуже боевых заклинаний уничтожали тварей, что командовали остальными.

Я продолжил методично стрелять, пока у меня не кончились патроны.

— Это последний, — сказал борец, протягивая мне магазин.

Глава 5

Я перезарядил винтовку. Израсходовав еще половину патронов, остановился. Многоголосый зов, который с каждым моим выстрелом становился слабее, окончательно затих. Точнее тот, который шел из сгустков тьмы. Но основной, доносившийся из какого-то невообразимого далека, совсем слабый и едва слышный, сохранился. И он приказывал тварям отступать, убираться подальше от крепости.

Охрана еще продолжала палить в откатывающуюся волну, но вскоре выстрелы стали реже и наконец совсем смолкли.

Обернувшись, я наткнулся на изумленный взгляд Архипова. Полицейский был бледен и я сразу понял, о чем он думает.

— Мне показалось, что несколько минут назад, вы хотели вернуть долг и спасти меня? — поинтересовался я. — Не надоело подпитывать домыслами вашу паранойю?

— Как вы поняли куда стрелять? — произнес Архипов. — Там же полнейшая тьма.

— Слово «интуиция» вас наверное не устроит? — я протянул винтовку борцу.

— Оставьте себе, Ваше Сиятельство, — отозвался он уважительно. — Честно говоря, не думал, что найдется чело… Кто-то, кто стреляет лучше меня. Тем более маг.

— У меня самого найдется что-то подобное дома, когда я туда доберусь.

— Вы не сможете, Ваше Сиятельство, — мрачно, с сожалением в голосе сказал Архипов. — Мы получили известия от разведчиков периметра, что топь поглотила Снежинское.

Значит, родовое поместье Беловых-Полозовых называлось Снежинское? Говорящее название.

Я нахмурился.

— Поглотила насколько? Всё ушло под воду?

— Вряд ли, но… — Архипов чуть замялся. — Из Екатеринбурга пришел новый указ — с этого дня запрещается кому-либо кроме разведчиков периметра передвигаться по топи. Да и им нужно специальное разрешение, чтобы далеко отъезжать от границы.

Я увидел едва заметную ухмылку на лице борца.

— Кажется, ваш «опекун» считает, что вряд ли этот закон будут соблюдать.

— Конечно будут, но точно не люди того, кто издал подобный указ, — еще больше ухмыльнулся тот. — Так что мое предложение становится для вас еще более привлекательным, Ваше Сиятельство.

— А оно было привлекательным? — подивился я. — Но если серьезно — кому вы служите, Кирьякос?

— Думаю, вы должны уже догадаться.

— И всё же?

— Градоначальнице Екатеринбурга, Княгине Ксении.

Я удивленно моргнул, услышав хорошо известное имя из моей прошлой жизни. Конечно, когда я передавал российскому императору Княгиню Ксению, арестованную за участие в заговоре против наших обеих стран, вряд ли я думал, что она снова окажется у власти, а не в застенках казематов. Если это, конечно, та самая Княгиня Ксения. Хотя откуда взяться еще одной?

— Вы знакомы? — забеспокоился борец, явно что-то прочитав на моем лице.

— Лично нет, но я наслышан, — отозвался я.

— Она тоже темная колдунья, однако у вас было такое выражение лица…

— Конечно, одни темные маги должны обожать других темных, — отозвался я.

— Вообще-то, да…

— Думаю, Его Сиятельство просто не выбирался из своего поместья и остается в плену каких-то своих представлений, — вставил Архипов.

— Точно. Из-за этого постоянно забываю, что светлые могут ударить исподтишка, — произнес я, вогнав Архипова в краску. — У вас, кстати, тот прекрасный электрошокер остался?

— Хотите вернуть долг?

— Вроде уже вернул. Зубы, надеюсь, целы?

— Целы, — буркнул Архипов и, отстегнув от пояса, какое-то небольшое устройство, протянул мне. — Пользоваться просто, тут только одна кнопка, нужно только снять предохранитель.

Я взял электрошокер. Борец, похоже, забирать у меня винтовку не собирался и я повесил ее на плечо.

Тем временем к нам по сильно обмелевшей запруде шло еще одно судно на воздушной подушке. Остановилось рядом с катером Архипова. Через миг из рубки показался начальник гарнизона, хмуро оглядел нас. Однако за своим недружелюбным видом он скрывал крайнюю растерянность.

— Мы следили за вами, Ваше Сиятельство, — произнес он наконец. — Никто из магов, имевшихся в крепости, не смог объяснить, почему болотные твари вас избегают. Мы послали запрос в Екатеринбург.

Я молча смотрел на него, ожидая продолжения. Но он медлил, подбирая слова.

— Вы сами ничего не хотите сказать, Ваше Сиятельство?

— Я — нет. Но вы, кажется, должны. Как видите, я до сих пор нахожусь на границе топи.

Майор замялся, явно принимая непростое решение.

— Мы просканируем вас еще раз, и если вы чисты, можете немедленно пройти в крепость.

— Ваш контейнер разнесло взрывом, — заметил я.

— У нас есть еще один, внутри. Я сейчас пошлю туда проверяющих. И провожу вас лично, — майор потеснился, освобождая мне место на носу своего катера.

Лично проводит, ага. Наверняка еще ко мне охрану приставит, чтобы я никуда не сбежал. Я, помедлив, огляделся.

— Уверены, что через эту дыру никто больше не проберется? Я могу тут еще постоять, мне не сложно.

— Спасибо за ваше предложение, Ваше Сиятельство, но не стоит, — нарочито вежливо отозвался майор. — Сейчас сюда прибудет бригада заделывать брешь.

— Но охранные заклинания наводили высшие светлые, а у вас, как я понял, их сейчас в городе нет.

— К утру приедет один из Екатеринбурга и всё восстановит, — отозвался военный. — Думаю, он так же поспешит познакомиться с вами. Сами знаете, по какой причине.

Я только поморщился. Похоже, утром меня ждал допрос от высшего светлого. Если только… Я глянул на Архипова с его телохранителем и увидел на губах последнего едва заметную ухмылку. Что ж, похоже, если что-то пойдет не так, мне всё-таки придется воспользоваться его предложением.

Я перескочил с плотины на катер майора. Судно двинулось по сильно обмелевшей реке, идя мимо крутых берегов, покинуло русло, взобравшись по пологому склону, а затем, развернувшись, направилось обратно в сторону бетонных стен крепости. Катер Архипова следовал за нами.

Стоя на носу, я смотрел как в ночи, освещая пространство достаточно мощными прожекторами, охранники крепости — маги и военные в защитных костюмах — прочесывают местность в районе пробоя, сканируя берега и реку. Судя по их спокойным передвижениям, всех болотных тварей удалось уничтожить и никакой враждебной магии они не засекали. Мы добрались до контейнера.

Прошло еще несколько минут, пока проверяющие в очередной раз не протестировали меня на «болотную чуму».

— Он по-прежнему не заражен, — сообщили проверяющие маги майору.

Судя по выражению лица военного, он сам не знал, радоваться этой новости или нет. Взглянул на стоящих чуть в стороне Архипова и борца. Еще чуть помолчав, майор прокашлялся.

— Что ж, признаюсь, что без вашей помощи нам пришлось бы плохо, — наконец произнес он. — Город вам сильно задолжал, Ваше Сиятельство. В виду сложившихся обстоятельств мы предоставим номер в лучшей гостинице города и пока, к сожалению, должен выдать вам это на личные расходы.

Он вручил мне пухлый конверт, в котором оказалась пачка купюр. Похоже, подготовил заранее. Интересный поворот. Я заметил, как напрягся борец, словно у него уводили добычу из-под носа.

— Прошу прощенья, каких обстоятельств? — поинтересовался я.

— Господин Архипов, полагаю, сообщил вам о вашем поместье. Кроме того… — майор опять замялся, глянул в сторону борца. — Госпожа Ушкова, ваша дальняя родственница, которой переходили в наследство родовое поместье Беловых-Полозовых и прочее движимое и недвижимое имущество уже вступила в права.

— И? Кажется, другое обстоятельство, что я жив, всё это отменяет.

— Мы уже звонили в банк и потребовали заблокировать ее счета. К сожалению у меня плохая новость для вас. От всей суммы осталась лишь сотая часть. Но вообще, вы не с тем разговариваете. Уверен, господин Макрис, расскажет вам о ваших пропавших финансах гораздо больше.

Майор кивнул на борца. Тот улыбнулся мне с такой радостью, будто он был коммивояжером только что продавшим копеечный товар за миллион.

— Можете меня называть просто Кир, Ваше Сиятельство. Я готов вам…

— Знаете, отложим разговоры о финансах на завтра, — оборвал я. — Честно говоря, хотелось бы в первую очередь привести себя в порядок и выспаться.

— Как пожелаете. Мы господином Архиповым найдем вас завтра в гостинице.

Борец откланялся, Архипов тоже мне кивнул и они оба ушли, а я посмотрел на майора.

— Сколько человек вы намерены приставить ко мне, господин Титов? — поинтересовался я.

— Разве я представлялся? — пробормотал он, смешавшись.

— Полагаете, я не должен знать фамилию начальника гарнизона? Так сколько?

— Минимум десять. И двое из них будут находиться в вашем номере.

— Знаете, я даже не против. Вдруг моя родственница захочет завершить дело, так что мне личные телохранители не помешают. И я надеюсь, что ваших людей подкупить невозможно.

— Вы! — Титов задохнулся от возмущения.

— Ну вы же так спокойно общаетесь с бандитом. Вы — начальник гарнизона, официальный представитель имперской власти, который носит нашивку с гордой надписью «Имперские стражи»,— я только пожал плечами.

— Вы знаете, кто стоит за Макрисом? — мрачно отозвался майор.

— Да. Знаю, сам темный, но всё же не понимаю, как слабая темная ведьма оказалась на посту градоначальницы огромного города, будь она трижды княгиней.

— О боже! Не вздумайте это повторить где-нибудь! — воскликнул Титов.

— Про ведьму?

Титов закрыл лицо руками.

— Ваше Сиятельство!

— Вы вроде честный человек, господин Титов, несмотря на то, что вы и закрываете глаза на действия бандитов. Скажите, как относятся ко всему этому высшие светлые?

— Их в Екатеринбурге всего пятеро и они не лезут в политику, — отозвался в досаде Титов, явно сильно задетый моими словами. — Они заняты лишь вопросами магической безопасности. Помогают ставить защиту на форпосты, исследуют наступление топи, поведение зараженных. Вообще не удивлюсь, что завтра тут будут все пятеро — вы их очень заинтересовали.

— Очень жду этой встречи, — сказал я, а Титов глянул с недоверием, не поняв, всерьез я или нет. — Давайте уже доберемся до гостиницы. И, как думаете, могу я воспользоваться своим положением: разбудете повара, чтобы мне приготовили ужин?

— Думаю, это можно устроить.

Он отдал распоряжения по рации. К нам подъехало два военных внедорожника. В одном находился только водитель, в другом сидело пять военных.

— Пятеро уже в гостинице, — сообщил мне майор.

Мы уселись в машину и она тронулась прочь от крепости.

Дорога нырнула в лес, взобралась на небольшой пригорок. Отсюда был виден темный провал среди крутых скалистых берегов, где текла река, вдоль левого берега шел массив заводских построек, дымились трубы, выпуская белые облачка в ночь. Где-то позади мелькнула и исчезла стена крепости, изгибающаяся дугой к северу. Я подумал, что завтра, если у меня найдется время, надо будет прогуляться вдоль стен и осмотреть всё повнимательнее. У меня была уверенность, что атака болотных тварей может повториться.

Проехав лесной массив, мы миновали обширную вырубку, за которой начался город. Внедорожник промчался по щедро освещенному пустынному центру, припарковался на стоянке у дорогой на вид гостиницы около еще одного военного внедорожника.

Титов что-то сказал служащим на рецепции и мы поднялись на лифте на последний пятый этаж. У дверей номера стояло пятеро военных. Осмотрев номер, Титов оставил двоих караулить меня, пятерым отдал распоряжения распределиться по этажу, а еще троим спуститься вниз.

Появилась девушка из обслуги, протянула мне меню. На ее лице отобразились одновременно брезгливость и любопытство. Заметивший это Титов, не стал комментировать — похоже он притащил меня инкогнито. Я сделал заказ, но майор остановил девушку.

— Водку не надо.

— Хорошо, — сказала она и ушла, а я воззрился на него с непониманием.

— Вам ведь семнадцать, Ваше Сиятельство, по закону вам не положено.

— День был тяжелый. И вы не находите, что сейчас несколько нелепо выборочно соблюдать законы?

— Нет, — непреклонно отозвался Титов и тоже направился к двери. — Пойду проверю посты. А вы, пока устраивайтесь.

Номер был люксовый. Двое военных остались в гостиной, а я ушел в просторную спальню, бросил конверт с деньгами на прикроватную тумбочку и подумал, что успею принять душ до того, как принесут поздний ужин.

Я забрался в душевую кабину, включил по привычке горячую воду, но почти тут же переключил на холодную. Телу Николаоса категорически не нравилась горячая вода. Зато вот холодные струи вызвали чувство комфорта. Через минут десять, я понял, что усталость отступила и накатила приятная расслабленность. Такое прежде у меня бывало после приёма сауны. Что ж, придется привыкать к своим новым физиологическим особенностям.

Я выбрался из душевой кабины, вытерся, посмотрел в зеркало, чтобы наконец увидеть лицо того, в кого я вселился.

У графа были достаточно тонкие, благородные черты лица. Волосы оказались гораздо светлее, чем были у меня прежде, почти белые. И явно давно не стриженные — доставали почти до плеч. Да уж…

Я посмотрел на светло-синие, совершенно льдистого оттенка глаза и вздрогнул. Взгляд был абсолютно мой. Да и лицо вполне выдавало мою прежнюю мимику, так что в какой-то миг, мне даже показалось, что я смотрю на себя прежнего, лишь слегка изменившегося. С одной стороны, мне точно будет приятно видеть в зеркале не кого-то совершенно чужого, с другой… Те, кто меня хорошо знал, вполне могли бы узнать меня в новом облике. А мне до того, как я не вспомню подробности покушения и не верну свою магию, это точно было не нужно.

Придется отказаться от каких-то своих привычек, типа делать лицо покер-фейс или прищуривать глаза в насмешке. Хотя, первое, я всё же сохраню. Кстати, манера речи тоже осталась прежней, этого не скроет даже звучавший по иному голос. Впрочем, я подумал, что, возможно смысла сейчас заморачиваться со всем этим нет, пока я не доберусь до персон, которые очень хорошо меня знают.

Мой взгляд скользнул по корпусу. У Николаоса явно был некоторый недобор в массе, но при этом тело было сухим, состояло из сплошных мышц, как у легкоатлета. Интересно, чем это он занимался, чтобы держать себя в такой форме? А еще он был заметно ниже меня прежнего в росте.

Было бы еще неплохо разжиться одеждой. Интересно, какой гардероб окажется у графа, когда я все-таки доберусь до Снежинского?

Я завернулся в халат, прислушался. Из гостиной доносился голос вернувшегося Титова. Я вышел к военным. На обеденном столе лежала разложенная карта и майор черкал по ней красным карандашом. Глянул на меня.

— Выглядите взбодрившимся, Ваше Сиятельство, — заметил он. — Был уверен, что после душа, вы все же не выдержите и ляжете спать. Вид у вас был крайне усталый.

— Нет уж, я всё же дождусь ужина, — я уселся за стол, поглядел на карту. — Что это?

— Новые границы топи, — мрачно отозвался Титов. — За три дня она продвинулась вперед настолько, насколько продвигалась за год. Такими темпами она скоро доберется до Екатеринбурга.

— Скажите, — поинтересовался я. — А если бы я не перестрелял тех тварей, что было бы дальше?

— Наверное, мы с вами бы не разговаривали. А каких именно тварей вы перестреляли?

— Думаю тех, кто командовал остальными. Но до главной, увы, не дотянулся.

Я увидел как стремительно бледнеет Титов. Его рука дернулась в сторону кобуры и застыла в нерешительности.

— Вы что, слышите зов? — спросил он, против воли дрогнувшим голосом.

— Какой зов? — я изобразил на лице недоумение. — Просто заметил, что атака идет из определенных точек. Значит, логично предположить, что именно из этих мест исходят приказы.

— Мы ничего подобного не замечали. И прежде тоже. Вы это через оптический прицел винтовки увидели?

— Да, у господина Макриса очень хорошее оружие. Было. В конце я его уронил и разбил всю оптику.

— Хм, — только и сказал Титов.

Тут наш разговор прервал появившийся официант с тележкой, заставленной блюдами. От расползшихся по комнате аппетитных запахов у меня потекли слюнки.

— Великая Луна, наконец-то, — прошептал я и заметил как Титов невольно улыбнулся.

К счастью, тело Николаоса вполне положительно отреагировало на горячую еду и я с наслаждением занялся ужином. По соседству со мной Титов обсуждал с остальными дальнейшие перспективы обороны города. Под конец ужина, насытившись, я понял, что засыпаю.

— Ваше Сиятельство, идите спать, — сказал Титов. — Я вас не разбужу, пока сами не проснетесь или же светлый из Екатеринбурга не приедет.

— Надеюсь, что у него хватит такта не заявиться слишком рано. Спокойной ночи.

Я ушел в спальню, сбросил халат и забрался в постель, накрывшись легким летним одеялом. От запаха чистого белья меня вырубило моментально.

Утром сон прервали завывание сирен то ли полицейской машины, то ли скорой помощи. За окном давно было светло, настенные часы показывали уже восемь, но я решил еще поспать.

Второй раз меня потревожили какие-то истерические вопли, достигшие спальни через несколько дверей. В коридоре гостиницы шел ожесточенный спор. И это разбудило меня окончательно.

Я выбрался из постели, натянул халат, прислушиваясь к происходящему. Входная дверь в мой номер, похоже, раскрылась, так как голоса стали значительно громче.

— Вы не имели права блокировать мой счет! Покажите мне этого самозванца! — истошно кричала какая-то женщина. — Я расцарапаю его лживые глаза.

— Госпожа Ушкова! — тоже повысил голос Титов, явно до этого сдерживающийся. — Я вам уже объяснил, мы сканировали личность графа. Ошибки при сканировании исключены! Отпечаток невозможно подделать!

— Вы меня плохо слышали? Он не может быть настоящим наследником Беловых-Полозовых! Единственный сын графа впал в кому в возрасте одного года. Проверьте, это тоже должно быть в деле!

— Вы не в себе! Уходите, пока я не отдал приказ вас арестовать!

— Да вы сами окажетесь за решеткой, если не отдадите то, что принадлежит мне! Покажите тело!

— Тело?! — майор аж всхрапнул от услышанного.

— Да! Надоело с вами спорить. Так и знала, что надо было брать инициативу в свои руки!

— Вы сейчас о чем? — насторожился Титов.

— Ваш самозванец должен быть уже как пять часов мертв! — торжествуя заявила Ушкова. — Несколько купюр, пара капель яда в ужине для вашего самозванца и проблемы нет. Зато они точно появятся у вас!

Вот борзая дамочка, считавшая что из-за «дружбы» с бандитами ей всё сойдет с рук. Титов тем временем метнулся к дверям спальни, распахнул и едва не столкнулся со мной.

— Доброе утро, господин Титов, — отозвался я. — Подозревал, что вы не дадите мне выспаться.

Я шагнул в гостиную и увидел, как округляются глаза ярко накрашенной и совершенно безвкусно одетой дамы, лет за сорок. Увидел как затрясся ее подбородок. Я смерил ее взглядом, с недоумением обернулся к майору.

— Это что? Правда моя родственница? Видимо очень, очень и очень дальняя. Даже ни капельки магических способностей нет.

— Этого не может быть! Ты ведь всегда был в коме, Николаос! Я сама тебя видела на похоронах графини!

— Для вас — Его Сиятельство, — ледяным голосом поправил я и обратился к майору, смягчив тон: — Понятия не имею, зачем это понадобилось родителям. Они любили разыгрывать гостей, особенно нежеланных. Ну а теперь их уже и не спросишь.

— Что? — удивился Титов. — Они заставляли вас притворяться коматозником?

Я только пожал плечами.

— Дайте мне детектор, я хочу сама просканировать его! — завопила Ушкова, придя в себя от первого потрясения.

— Заканчивайте этот фарс, — жестко сказал я. — На вас обвинение в убийстве, причем неоднократном.

— Если она вас действительно отравила… — спохватился Титов. — Вам надо срочно в больницу! Так, Антонов, бегом на кухню, узнать, кто подложил яд. Не признается — поедет на топь, кормить болотных тварей. Какой яд вы дали, госпожа Ушкова?

Дама, смолкнув, смотрела на меня.

— Полагаю, что жалкий официантишка испугался и ничего не дал. Цианид бы давно убил графа.

Титов только качнул головой.

— Арестуйте ее и упеките за решетку до разбирательства, — произнес он.

— Вы не посмеете! — завопила Ушкова, когда ей скрутили руки и надели наручники. — Знаете, кто за мной стоит?

— Если вы сейчас о господине Макрисе, то он вчера уже договорился с Его Сиятельством, — с досадой в голосе отозвался Титов. — Так что оставьте свои угрозы при себе.

— Что?! Как?! Этого не может быть!!!

В гостиную спешно зашел вернувшийся Антонов.

— Официант признался сразу. Сидит и рыдает в три ручья. Сказал, что кто-то в его смену выставил остатки ужина графа для двух бездомных, так вот их обоих сегодня утром нашли на хозяйственном дворе гостиницы мертвыми. Врачи, что осматривали тела, подтвердили, что это отравление цианидом.

Все глаза в комнате обратились ко мне.

Глава 6

Ужин был отличным, а я был слишком голодным, чтобы заметить отраву. Кроме того на меня яды никогда и не действовали. На Николаоса, носителя драконьей крови, разумеется, тоже.

— Как вы это объясните? — спросил Титов.

— Никак. Вероятно, повезло и в мою еду яд не попал, — я пожал плечами.

Титов сделал знак увести Ушкову. Мы остались в комнате одни. Майор достал детектор, навел на меня, пощелкал кнопками.

— Проклятье, она ведь права! Тут указано, что вы все эти годы были в коме! — воскликнул он. — Но обманывать неприятных родственников — это одно, а вот как вы умудрились избежать дальнейшие сканирования?

— Я вообще не понимаю, в чем их смысл? — сказал я. — Одного раза же вполне достаточно.

— Вы что-то путаете, Ваше Сиятельство, — заметил Титов. — Я, конечно, мало разбираюсь в магических вещах, но знаю, что одного измерения хватает, если оно выполнено детектором, работающим на драконьей крови. А все подобные артефакты на территории Российской Империи запрещены. Хотя их, конечно, иногда провозят контрабандой.

— Эм, — только и сказал я.

— Раз вашу силу не измеряли с раннего детства, это надо исправить.

— Каким образом? — знал, что вопрос возможно выглядел странно, но я должен был знать.

— Этим как раз занимаются высшие светлые. Раз в год они объезжают всех молодых магов, делая очередные замеры силы. И это длиться до совершеннолетия, пока магическая сила окончательно не оформится.

— Могли бы сделать исключение для детекторов на драконьей крови и тем самым уменьшить себе количество работы, — заметил я.

Титов аж всплеснул руками.

— Вы что же, не знаете? Магия может измениться!

— В смысле? — не понял я.

— Наклонности и характер меняются! Детекторы с драконьей кровью именно поэтому запрещены, что они прогнозируют наиболее вероятный исход и не дают шанса измениться.

— Прогнозируют? — ничего не понимая спросил я. — И вы хотите сказать, что темный вдруг может стать светлым и наоборот?

— Вы как с Луны свалились, Ваше Сиятельство! Простите, — поспешил извиниться майор, а потом, на миг задумавшись, предложил: — Выведите какое-нибудь заклинание, хочу посмотреть на цвет символов.

— Нет.

— Почему? — удивился он.

— Вы не маг, чтобы проверять меня.

— Да, но я имею представление, какие оттенки приобретают символы у темных или светлых. У меня два десятка магов в подчинении. Светлых, разумеется. У них — благородные светлые оттенки, у темных, как я слышал, — в основном вся градация серых тонов, изредка ядовитые оттенки, с уходом в багровый.

— Хм, вы не хотели случайно стать в юношестве художником? Или, может быть, вы рисуете в свободное время? — поинтересовался я и Титов чрезвычайно смутился, несмотря на мой ироничный тон. — Надо же, я угадал?

— Да, — в досаде отозвался майор. — Мы живем среди весьма живописных мест, мне захотелось запечатлеть это на холсте.

— Огромные трубы металлургического завода? Или серые унылые стены крепости, с которых открывается вид на бескрайние, наполненные гнусом топи?

Глава гарнизона взглянул на меня возмущенно.

— Нет, я имел ввиду живописные берега рек Исеть и Каменки, а также Уральские горы, до которых не так далеко… Знаете, Ваше Сиятельство, в какой-то миг я подумал, что вы на самом деле светлый. Из-за того, что вы сделали сегодня ночью, что спасли город.

— Считаете, что темные на это не способны?

Титов покачал головой.

— Хм, тогда расскажите мне что успела натворить Княгиня Ксения за все время правления в Екатеринбурге.

— Это вам лучше господин Макрис поведает. Скажем так, у княгини всё схвачено.

— И никто не жаловался? Почему подобное терпит императрица?

— Хотя бы потому, что никто из нормальных управленцев не хочет ехать в Екатеринбург, заниматься делами, связанными с эвакуацией, и иметь риски не выбраться из аномальный зоны и быть убитым топью.

Я молча обдумывал услышанное, потом уловил знакомые вопли, подошел к окну. Ушкову пытались усадить в прибывшую полицейскую машину, но она упиралась, ругаясь отборной бранью и выкрикивая угрозы в адрес полицейских и Титова. Я взглянул на майора, но тот, брезгливо поморщившись, подошел к столу, принялся изучать карту.

Я, вновь повернувшись к окну, быстро вывел на стекле символы, полностью невидимые. Сработало моментально. Ушкова заткнулась, ее вопли как отрезало. Прежде я редко накладывал проклятия, но они всегда срабатывали, неотвратимо и убийственно. Что ж, значит у меня есть еще один способ защиты, пока я не разберусь со своей боевой магией.

Я вывел еще несколько символов, действие которых начнется значительно позже. Возможно, Ушкова даже не успеет понять, что случилось и что со мной связываться однозначно не стоило. Мою нечаянную родственницу наконец запихали в машину и увезли.

Я уселся за стол рядом с Титовым.

— Вы уже завтракали? — поинтересовался я.

— Нет и вам не советую. После истории с цианидом у вас не отбило аппетит?

— Вряд ли это повториться, разве что найдутся еще какие-то родственники, желающие получить наследство.

— Тем не менее, я бы рекомендовал вам позавтракать в другом месте.

— Проблема в том, что у меня нет подходящей одежды, — напомнил я. — Да и не только в этом.

Майор, потер лоб, глянул на меня.

— В чем еще?

— Вы притащили меня сюда инкогнито. Никто, кроме ваших людей, не знал о моем местонахождении.

— Как я уже говорил, я полностью уверен в своих людях, — непреклонно произнес Титов. — Думаю, слитой информации мы обязаны господину Макрису.

— Сомневаюсь, что в его планах было избавиться от меня. Вы вчера сами видели его заинтересованность в обратном.

— Значит, в его планах было избавиться от госпожи Ушковой. Думаю, он всё устроил так, чтобы она до последнего считала, что его поддержка на ее стороне, повела себя неосторожно и оказалась за решеткой. Что в итоге и случилось. Господин Макрис не рассчитал только, что она пойдет еще дальше и захочет от вас избавиться своими собственными руками.

Я задумчиво кивнул, соглашаясь с его версией. Майор взглянул на часы. Лицо его выразило досаду.

— Ждете каких-то новостей? — спросил я.

— И это тоже. Да и маг из Екатеринбурга уже должен был давно приехать, — Титов поднялся, пристально посмотрел на меня. — Вы ведь не сбежите, Ваше Сиятельство?

— Вы знаете, что мне нужно в Снежинское, — отозвался я. — Но я дождусь вашего мага.

— Хорошо. Думаю, пока мы не получили известия о его прибытии, вы можете посетить магазин и купить необходимую одежду. А я пока съезжу к южным воротам, посмотрю на обстановку. За вами пока приглядит Антонов.

— То есть вы думаете, что еще остались родственники, которые не против меня убить? — с легкой насмешкой спросил я.

— Сомневаюсь. Скажите, что вы думаете о вчерашнем взрыве плотины?

— Что в городе завелись диверсанты и самоубийцы в одном лице.

— Уверен, что это дело рук проклятых язычников. Так что не отказывайтесь от охраны.

— Погодите, но ведь меня отправили в топь из-за наследства.

— И из-за этого тоже. Но госпожа Ушкова в реальности «продала» вас язычникам, как особо ценную жертву. Им может не понравиться, что их болотный бог остался без еды.

— Какая прелесть, — я хмыкнул. — Однако ко мне прилагалась записка-заговор, что меня приносят в жертву, чтобы как раз-таки усмирить болотного бога и этим остановить наступление топи.

— Среди язычников есть радикальные фанатики, которые наоборот хотят, чтобы топь поглотила всю вокруг и они присоединились к ней.

— И вы их до сих пор не переловили?

— Это не так просто, — Титов распахнул дверь в гостиничный коридор. — Антонов, отвезешь с парнями Его Сиятельство в магазин для приобретения одежды. Потом вернетесь сюда. Я пока проедусь до крепости. Не забудьте конверт с финансами, Ваше Сиятельство.

С этими словами майор откланялся и ушел. В дверях появился Антонов, посмотрел на меня чуть хмуро. Я сразу понял, что сильно ему не нравлюсь.

Захватив конверт и сунув его в карман халата, а также надев гостиничные тапочки за неимением другой обуви, я направился на улицу в окружении четырех охранников. Остальные остались в гостинице.

Мы поместились во внедорожник и поехали по широкому проспекту. Через пять минут машина остановилась.

— Мы приехали, Ваше Сиятельство, — отозвался с плохо скрываемой неприязнью Антонов.

Я глянул на витрины магазина, у которого мы остановились, и не двинулся с места.

— Вы серьезно? — поинтересовался я.

— Это единственный магазин для господ вашего уровня. Столичная мода только тут.

— Столичная? — совсем уже обалдел я.

— Ну я имею ввиду Екатеринбург, его называют столицей Зауралья.

Я еще раз посмотрел на костюмы и платья вырвиглазных цветов с щедрыми вставками золотых лент и золотыми пуговицами. Теперь стало понятно, во что была выряжена Ушкова.

Я выбрался из машины, за мной поспешили выйти остальные, но я тут же занял место водителя.

— Ваше Сиятельство… — начал было Антонов.

— Садитесь обратно, — приказал я. — Сам найду подходящий магазин.

— Но… — он смолк под моим взглядом и с хмурым лицом уселся обратно.

Я неспешно повел машину дальше, оглядывая улицы. Чуть отъехал с главного проспекта и в глаза сразу бросилась какая-то запущенность. Среди вполне себе ухоженных особняков попадались полностью заброшенные, с заколоченными окнами. То же дело обстояло с магазинами и лавками. Из всех открытыми оставалась едва ли треть.

— За что вы так не любите аристократов, Антонов? — поинтересовался я.

— С чего вы взяли?

— У вас на лице это написано, не отрицайте. Отвечайте и желательно честно.

— Пожалуетесь майору?

— Вовсе нет. Просто пытаюсь понять, что происходит в вашем городе.

— А вы тут никогда не бывали? — с недоверием спросил Антонов.

— Если бы бывал, ты бы точно знал это из своей любимой бульварной газетенки, — вставил один из военных. — Простите, Ваше Сиятельство.

— О, так вы любитель светских сплетен и скандалов? — продолжил провоцировать я.

— В точности наоборот, — не сдержавшись резко отозвался Антонов. — У нас был нормальный город, рабочий, пока не понаехало всяких из Екатеринбурга. Они скупили большинство заводов и рудников в округе. Или скорее приложили руку чтобы разорить прежних владельцев. Построили для себя увеселительных клубов, эти мерзкие магазины.

— И мой род не имеет к приезжим никакого отношения, — сказал я, уверенный, что не ошибаюсь.

— Зато про ваш род такие рассказы ходят… — с неприязнью сказал Антонов.

— Какие же?

— Про то, что ваши предки давно приманивали змей, чтобы они вам служили. А еще, что вы могли превращать в них людей. Майор Титов совершил огромную ошибку, запустив вас в город!

Антонов получил три неодобрительных взгляда от своих сослуживцев.

— Простите его, Ваше Сиятельство, — сказал один из военных. — Наоборот есть легенда, по которой род Полозовых происходит от Великого полоза, создавшего Уральские горы и наполнившего их сокровищами, чтобы люди добывали их.

— А по другой легенде всё по-иному! — не унимался Антонов. — Полоз как раз пытался сожрать горы вместе с их сокровищами, чтобы они не достались людям. Его жадность привела к тому, что он обожрался настолько, что не смог больше двигаться и сдох.

Я глянул на раскрасневшееся от злости лицо военного.

— Зависть — одна из самых отвратительных черт, — заметил я. — Осторожнее, господин Антонов, вы ходите по очень острому краю. Выказывая свою ненависть богатым, вы в действительности им завидуете. Посмотрите на госпожу Ушкову, ничего вам не напоминает? Дамочка явно была бедной и несчастной, но зависть к нашей семье толкнула ее на преступление и во что она превратилась в итоге?

— Мне не нужны чужие богатства! — рассерженно воскликнул Антонов.

— Но они вам не дают покоя. Подумайте над этим на досуге.

— Все равно скоро всё поглотит топь, — буркнул Антонов. — И бедных, и богатых. Перед ней все равны…

Он заткнулся окончательно, наткнувшись на мою усмешку в зеркале заднего вида. Краснота моментально сошла с его лица, сделав военного мертвенно-бледным.

Я между тем притормозил, отыскав то, что мне было нужно. Через минуту я уже входил в магазин мужской одежды в сопровождении своих четырех охранников. Продавцы поглядели на меня удивленно, но потом рассмотрев логотип гостиницы на халате, засуетились, и, предложив военным присесть на диван у входа, увели меня вглубь магазина.

Я подумал, что пока не доберусь до знакомых персон, своим привычкам и вкусам, пожалуй, изменять не буду. Поэтому я взял несколько белых летних рубашек из тонкой хлопковой ткани, пару льняных костюмов, светлого-бежевого и серо-голубого цвета, подобрал подходящую легкую обувь, ремни, белье.

После покупок конверт с деньгами наполовину опустел. Да уж, либо Титов оказался не таким щедрым, как я сперва подумал, либо с ценами было что-то не в порядке. Попросив напоследок рекомендацию приличной парикмахерской я вернулся в зал, где оставались военные. Все четверо пили из бокалов принесенный им сок и явно чувствовали себя не в своей тарелке.

Я остановился напротив них, а они еще несколько мгновений не понимали, что это я.

— Ваше Сиятельство? — изумился один из них. — Простите, мы вас не признали…

Они поднялись, а Антонов сказал:

— Вы нас специально сюда притащили? Чтобы унизить еще больше? Тут всё гораздо дороже, чем в первом магазине.

— Вот как? Хм. У меня ничего подобного в мыслях не было. Тем более, что я в вашем городе впервые.

— Вы точно уверены в этом? Снежинское находится всего в восьмидесяти километрах отсюда и Исеть-Каменск — единственный крупный город поблизости. И развлекаться вам кроме как тут было негде.

— Я прекрасно развлекался дома, дрессируя змей, — отозвался я и, чуть помедлив, добавил: — Антонов, не нарывайтесь. Я терплю все ваши высказывания только из уважения к господину Титову. Но это уже перебор.

— Будете на меня жаловаться?

— Нет, просто превращу вас в то же самое, во что превратил Ушкову.

Военные переглянулись.

— Что вы имеете ввиду, Ваше Сиятельство? — спросил один из них.

— Позвоните в полицию, спросите.

Антонов извлек рацию, нажал несколько кнопок. Спустя минуту разговора, он растеряно опустил руку с рацией.

— Госпожа Ушкова исчезла. В камере, где она содержалась, не обнаружено никаких следов побега. Вы… Вы ее убили?— выдавил он под конец.

— Хм, думаю, что она все-таки сбежала.

— Ушкова?

— Жаба.

— Вы превратили ее в жабу?! — воскликнули военные.

— Мне кажется это гораздо лучшее наказание, чем просто смерть. С другой стороны, вряд ли ее жизнь окажется длинной, учитывая сколько тут в округе болотных змей, — я посмотрел на вновь побледневшего Антонова и указал на его рацию. — Кстати, что это у вас?

— Телефон… — растерянно отозвался он. — А вы что подумали?

— Мне показалось, что это рация. Не обращайте внимания, я просто действительно много лет безвылазно сидел дома, немного отстал от жизни.

— А машину водить и стрелять из винтовки вы тоже дома научились? — спросил Антонов.

— Да. И этот был последний вопрос, на который я ответил, — отозвался я. — Пойдемте, мне надо еще кое-куда заглянуть.

Я всучил одному из военных пакеты с покупками и снова занял место за рулем.

В парикмахерской меня достаточно коротко подстригли, наконец приведя волосы, которые лезли в глаза, в порядок. Там же я спросил о салоне с часами и где можно приобрести телефон. Потратив последние деньги на наручные часы и телефон и получив длинную консультацию, как пользоваться последним, я решил, что теперь точно можно ехать обратно в гостиницу.

Когда мы вернулись, я решил не подниматься в номер, а уселся на просторной веранде, примыкающей к ресторану. На улице уже нещадно пекло полуденное солнце, но над верандой был натянут полотняный навес, создающий тень. Да и с реки, текущий у подножия холма, на котором стояла гостиница, дул прохладный ветерок. Вид, открывающийся на реку и город можно было бы назвать неплохим, если бы не маячившие на другом конце города заводские трубы.

Моя охрана, всё внимательно оглядев и изучив лица обедающих постояльцев, сообщила мне, что будет приглядывать изнутри, после чего удалилась. Кажется после сообщения про превращение Ушковой желание находиться рядом со мной пропало абсолютно у всех. Вот и хорошо, не будут мозолить мне глаза.

Я заказал себе то ли плотный поздний завтрак, то ли обед, и задумался, в ожидании, когда его принесут.

Семнадцать лет назад мой визит в Российскую империю был связан именно с аномальной зоной, но я почему-то ничего особенного не помнил. Память подкидывала мне информацию о количестве городов, потерянных из-за наступления топи, исследованиях магов империи, которые не привели к каким-либо результатам. В общем ничего, что мне бы пригодилось для того, чтобы понять причину расползания болота, превращения людей в «зараженных» и того, кто за всем этим стоит.

— Проклятье, Харди, — прошептал я, обращаясь к самому себе. — А ты ведь дал клятву разобраться с этим. Поставил свои подписи на международных соглашениях…

Еще я был уверен, что не случись покушения, я бы давно решил проблему с аномальной зоной, а значит на руках убийцы не только моя кровь, но и всех тех несчастных, которые погибли за прошедшие семнадцать лет.

Мне принесли обед: приличного размера стейк слабой прожарки с горкой разнообразных, слегка обжаренных овощей. Кроме того, передо мной поставили еще кучу закусок, которые я не заказывал, и запотевший хрустальный графинчик с рюмкой, которую официант тут же наполнил под моим удивленным взглядом.

— Это всё от нашего заведения, чтобы хоть как-то искупить утренний неприятный инцидент, Ваше Сиятельство, — шепнул мне официант. — Если вам еще что-то нужно, обращайтесь в любое время к любому из нас.

— Спасибо.

Официант ушел, а я, задумавшись, пригубил из рюмки. И тут же пожалел об этом. Во рту обожгло так, словно я проглотил горящий уголь. У меня перехватило дыхание, потемнело в глазах и на миг показалось, что я сейчас просто вырублюсь. Но я каким-то чудом остался в сознании и, спешно прикрыв рот, выплюнул остатки водки в салфетку. Вот это новости. Раньше я мог пить шнапс как обычную воду, а любой алкоголь на меня вообще никак не действовал, лишь приятно согревал. Кровь Николаоса преподнесла мне неприятный сюрприз, показав очередное уязвимое место.

Отдышавшись, я всё же понюхал остатки водки в рюмке — вдруг туда на самом деле налили кислоту. Однако кроме запаха спирта, ничего не уловил.

— Ну и черт с ним, — сказал я сам себе я и с наслаждением занялся едой, прикидывая свои дальнейшие планы.

Итак, надо разобраться с высшим светлым, у которого ко мне несомненно найдутся серьезные вопросы. Еще, скорее всего, ему придет в голову сразу увезти меня в Екатеринбург. Но я точно знал, что сперва мне нужно посетить Снежинское, узнать всё о роде Беловых-Полозовых и как умерли родители Николаоса. Вполне возможно, что последнее тоже дело рук Ушковой, и тогда ей точно досталось по заслугам.

Мимо моего столика прошло двое, остановились, обводя взглядом веранду.

— Вы видите его, Архипов? — спросил борец.

— Нет.

Оба стояли всего в паре метров от меня.

— Проклятье, похоже граф сбежал, — борец скрежетнул зубами с досады. — Знал, что подчиненные Титова ослы, но не думал, что настолько.

Я продолжал делать вид, что занят едой, прислушиваясь к разговору и надеясь, что эти двое скажут что-нибудь более интересное. Но тут Архипов достал детектор, медленно повел по посетителям веранды, натыкаясь на их возмущенные взгляды.

— Совсем уже обалдели! — возмутилась какая-то дама и бросив салфетку на стол, демонстрируя оскорбление, ушла.

Архипов, бормоча всем подряд извинения, замер с наведенным на меня детектором. Глаза его округлились. Борец, словно не поверив, заглянул на показания детектора. Следом оба переглянулись.

— Ну вы попали, Ваше Сиятельство… — только и сказал борец.

— В каком смысле? — поинтересовался я и жестом пригласил их подсесть к моему столику. — Обедать будете?

— Если я вас увезу в Екатеринбург… — борец замялся, снова взглянул на Архипова и у обоих в глазах уже разгоралось какое-то истеричное веселье. — Как думаете, я ведь не ошибаюсь? Она обязательно на него западёт.

Я уставился на борца.

— Кажется, вы сейчас сказали что-то оскорбительное, Кир, — я нарочито грубо произнес его имя.

— Многие бы сочли это комплиментом.

Я поглядел на него с подозрением, а спустя миг до меня дошло.

— Что? — прошипел я зло. — Вы в своем уме? Начерта мне сдалась ваша старая ведьма?

У борца отвалилась челюсть.

— Ваше Сиятельство! — только и сказал Архипов, охнув.

— Вы оскорбили Княгиню Ксению! — борец смотрел на меня нахмурившись и явно рассердившись.

— Простите, но если вы обожаете свою хозяйку, это не значит, что я разделю это с вами, — отозвался я.

Коренастый криво улыбнулся.

— Может быть я и был бы не против оказаться в числе счастливчиков, но Княгиня предпочитает благородных, которым еще не перевалило за двадцать, — коренастый еще раз оглядел меня. — Да ладно вам, Ваше Сиятельство. Княгиня женщина эффектная и, судя по рассказам, горячая. Уверен, вам понравится. К тому же вряд ли у вас есть опыт…

Он осекся, а я сделал лицо покер-фейс.

— Гм, — задумчиво протянул Архипов и в его тоне просквозило сомнение.

— Знаете, я лучше предпочту просидеть еще трое суток без еды на болоте, — ответил я. — Не думал, Кир, что вы еще и сводником работаете.

Борец в ярости подскочил, хватаясь за кобуру, а я черкнул в воздухе заклинание.

Глава 7

Обстановка резко накалилась, но тут вмешался Архипов:

— Не дергайтесь, господин Макрис, иначе вас убьет на месте! — и продолжил, приглядываясь к заклятию:— Первый раз такое вижу…

— А я вовсе ничего не вижу, — огрызнулся борец, но совету последовал и замер.

— А вы приглядитесь. Символы полностью прозрачные, их выдает лишь легкое марево.

Коренастый скосил глаза, силясь разглядеть заклинание. Я не позволил удивлению проявиться на моем лице. Во-первых, Архипов никак не мог знать, что за заклинание я вывел. Во-вторых, зная мой уровень магии, а также о неудачных попытках развести костер на болоте, он явно полагал, что моя магия не сработает и решил мне «подыграть», уверяя Кирьякоса в смертоносности заклинания. Интересный поворот. Видя, что блеф Архипова возымел свое действие, я сказал:

— Успокоились? Тогда сядьте.

Макрис, покривившись, уселся. Я смахнул заклинание рукой и, посмотрев на Архипова, спросил:

— Алексей Иванович, можете одолжить ваш катер? Мне нужно добраться до Снежинского.

— Вы слышали указ, — Архипов неодобрительно покачал головой.— И вы туда один собираетесь ехать?

— Хотите — составьте мне компанию. Гарантирую, с вами ничего не случится, — я улыбнулся, а Архипова передернуло от воспоминаний нашего пребывания среди топи.

— Вы никуда не поедете, — процедил сквозь зубы борец.

— Знаете, когда люди привыкают, что их приказы беспрекословно исполняется, в один прекрасный момент они сталкиваются с чем-то более жестким и разбиваются об это в лепешку.

— У вас конечно, сильный удар, Ваше Сиятельство, какой вы продемонстрировали на господине Архипове, но у нас с вами всё же разные весовые категории.

— Не стоило воспринимать так буквально мои слова, — произнес я и на миг смолк. — Хотя, какого черта? Давайте договоримся, я вас отделаю, а вы больше не будете пытаться ставить мне палки в колеса и планировать мою личную жизнь?

Борец глянул на меня с неверием, а потом, расхохотавшись, протянул мне руку.

— Договорились!

Мы пожали руки, прежде чем возмущенный Архипов успел возразить. Макрис продолжал смеяться: похоже был отходчивым.

— И когда вы собираетесь меня «отделать»? — спросил он, смеясь.

— Как только закончу обед, — я указал вниз на реку. — Можно вон там на берегу. Вроде безлюдно, никто нам не помешает.

И тут Архипов совсем встревожился:

— Вы не шутили, Ваше Сиятельство?

— Разве это было похоже на шутку?

— Господин Макрис бывший чемпион по греко-римской борьбе в последней весовой категории. И его вес точно раза в два больше вашего, — сказал Архипов, но эти слова меня нисколько не впечатлили и он уточнил. — Чемпион не Каменска и даже не Екатеринбурга — Чемпион Империи.

Моя реакция никак не изменилась и оба, озадаченные, переглянулись.

— И всё будет по-честному, без магии? — уточнил борец.

— По-честному и без магии, — подтвердил я.

Я почти закончил с обедом, когда на веранду спешно вышел Титов. Первым делом он увидел Архипова и Макриса, а подойдя, уставился на меня так, словно увидел впервые.

— Ваше Сиятельство?!

Я только посмотрел на него в недоумении. Майор, очнувшись, снова оглядел нас всех.

— Боюсь, я должен сообщить вам крайне пренеприятные новости, — наконец произнес он. — Я получил сообщение из Екатеринбурга. Они узнали, что у нас был прорыв и объявили, что Исеть-Каменск находится в зоне карантина.

— Что это значит? — спросил я.

— Это значит, что нам не пришлют помощи, программу эвакуации приостановят и мы будем неделю предоставлены сами себе, — мрачно отозвался Титов. — По сути, нам просто подписали смертный приговор. Ни один из городов, в которых объявили карантин, не продержался столько.

— По какой причине? У них действительно оказались зараженные? Или же они не выстояли перед атакой топи? — продолжил спрашивать я.

— В девяноста процентах — по второй причине. Если атака повторится, мы не выстоим.

— А как они собираются контролировать этот самый карантин?

— Эта обязанность ложиться на меня, Ваше Сиятельство, — отозвался Титов и глянул на борца. — Вас это тоже касается, господин Макрис. Вы не должны покидать город неделю.

— С чего бы это? Если бы у нас действительно были случаи заражения или кто-то из зараженных во время атаки проскользнул мимо ваших людей, я бы, пожалуй, прислушался к указу. Но это просто перестраховка на ровном месте. Так что извините, ваше запреты мне не указ.

— Вы сами сообщили в Екатеринбург о прорыве? — поинтересовался Архипов.

— Нет, конечно. Я знаю чем заканчивается подобное.

— Что ж, в вашей новости есть один плюс — высший светлый не приедет и не будет задавать мне дурацкие вопросы, — я посмотрел на часы. — Так вы одолжите мне катер, Алексей Иванович? Хотелось бы вернуться до темноты. Есть вероятность, что атака может повториться этой ночью. Хотя я, конечно, хотел бы ошибиться.

Титов уставился на меня в изумлении.

— Вы продолжите помогать нам?

— Уверен, у господина Макриса еще найдутся патроны к его прекрасной винтовке.

— Но вы же сказали, что разбили оптику! — в голосе Титова прозвучала безысходность.

— У меня есть запасная, — не моргнув глазом соврал борец. — Так что Его Сиятельство, уверен, отправит еще кучу тварей в ад.

Несколько секунд Титов еще не верил, но в итоге прошептал:

— Спасибо!

Я поднялся, кивнул борцу в сторону реки.

— Может быть отложим, Ваше Сиятельство? — предложил Макрис.

— Ну уж нет, отправлю вас в нокаут и завершим наше пари.

— А вдруг вы при ударе повредите руку? Вы же потом стрелять не сможете. Я-то вас в любом случае бить не собираюсь, применю один секретный захват.

— Вы о чем? — на нас во все глаза смотрел Титов. — Вы сейчас драться собрались?!

— У нас один небольшой спор, не волнуйтесь никто не пострадает, — я с усмешкой глянул на борца. — Наверное.

Он усмехнулся мне в ответ, полагая, что с ним действительно ничего не случиться. Майор скрестил руки на груди.

— Я отсюда посмотрю, — сказал он.

— А я с вами, — отозвался Архипов. — Пригляжу, чтобы Его Сиятельство сдержал обещание и не применил магию.

— Что? — больше удивился, чем возмутился я. — Вы мне не верите?

Архипов замялся и пробормотал что-то невнятное. Может быть, он всё же правильно считал мое заклинание, которое по сути являлось проклятьем? Хотя маг его уровня в проклятиях вряд ли бы разбирался.

Мы втроем спустились по лестнице с веранды, а потом зашагали по холму, засаженному газоном, вниз, к реке. Там Макрис принялся активно разогреваться, словно готовился к показательным выступлениям.

— Вам бы тоже мышцы разогреть, Ваше Сиятельство, — со смехом предложил он.

— Мне это не нужно, я не собираюсь с вами бороться, — ответил я и лишь расстегнул пуговицы на пиджаке. — Кстати, хочу задать вам один вопрос.

— Это какой?

— Про Княгиню, — ответил я, не спуская с него взгляда.

Макрис явно не ожидал, что я буду спрашивать про Ксению после всех разговоров. Но его легкого замешательства хватило. Я увидел, как его дыхание сбилось, взгляд затуманился, словно борец оказался за километры отсюда. В тот же миг, когда он моргнул, я нанес неожиданный удар. Тело атлета рухнуло на берегу, как подсеченное, и он отключился.

Архипов только изумленно присвистнул, опустился рядом с Макрисом и принялся похлопывать его по щекам. Потом глянул на меня.

— Вы сжульничали.

— Я? Нет.

— Без магии вы бы его не вырубили, Ваше Сиятельство, при всем уважении к вам. Макрис, профессиональный спортсмен и как я уже говорил, у вас совершенно несопоставимые весовые категории…

— Разве я вывел какое-то заклинание? — поинтересовался я.

— Нет, но… Со стороны выглядело, словно вы его загипнотизировали.

— Я прекрасно знаю, что такое гипноз, Алексей Иванович. Нужны определенные манипуляции и время, чтобы погрузить человека в транс. А времени на это у меня как раз не было.

— Может быть, оно вам и не нужно, — буркнул Архипов.

— Выкладывайте уже, чего вы себе там опять придумали? А то я с утра уже наслушался от парней Титова баек о нашем роде и прочих легенд.

— Они вам про Великого Полоза рассказывали? — Архипов неодобрительно покачал головой.

— Что, тоже приобщились к местному фольклору?

— Да, пока вчера сидели в крепости и они наблюдали за вами, я наслушался всякого. Подозреваю, что вам не рассказали даже малой доли того, что услышал я.

— И среди этого было что-то про гипноз?

— Да. Что у вашего рода змеиная кровь и вы способны заворожить взглядом.

— Ну-ну, — только и сказал я.

А сам подумал, что может байки эти возникли вовсе не на пустом месте. Я глянул на часы. Время подбиралось к часу дня и надо было торопиться, чтобы успеть вернуться в Каменск к вечеру.

— Сукин сын! — произнес Макрис, очнувшись и сфокусировав на мне взгляд.

— Хм, кажется, вы напрашиваетесь на продолжение, Кир, — произнес я.

— Простите, Ваше Сиятельство, но это был всего лишь комплимент.

— Неужели?

Борец поднялся, потряс головой.

— Да. Проклятье, как кувалдой приложили.

— Доберетесь сами? — спросил Архипов.

Макрис кивнул и заковылял вверх по холму обратно к гостинице.

— Мне нужно выпить. Кажется, у вас на столе я видел нетронутый графин, Ваше Сиятельство. Не возражаете?

Я пожал плечами и глянул на Архипова.

— Так что насчет катера?

— Я с вами поеду, — сказал Архипов.

Мы втроем поднялись на ресторанную веранду. Макрис тяжело рухнул в кресло и приложился прямиком из графина. А мы с Архиповым посмотрели на крайне встревоженного Титова, рядом с которым стояли все четверо моих охранников.

— Что вы сделали с Ушковой? — потребовал майор.

— Ничего.

— Мне сообщили, что вы сказали, будто превратили ее в жабу!

— Всего лишь пошутил. Вы же не поверили?

— Но она исчезла из тюрьмы!

— Вы не того спрашиваете, — отозвался я и указал на борца. — Насколько я понял, главный специалист по исчезновению людей здесь — господин Макрис. Вот его и спрашивайте.

Макрис подавился водкой и закашлялся, глядя на меня ошалевшими глазами.

— Вы Ушкову арестовали? — спросил он Титова, прокашлявшись.

— Она сегодня заявилась в гостиницу, устроила скандал и призналась, что отравила Его Сиятельство цианидом.

— То есть пыталась? — спросил Архипов. — И вы смогли это предотвратить?

— Нет, не смогли, — ответил мрачно майор. — Она подкупила официанта, тот накапал яд в еду. Кто-то из его сердобольных коллег выставил остатки ужина графа для бездомных. В итоге, у нас два трупа бездомных, отравленных цианидом, и абсолютно здоровый Его Сиятельство.

Архипов уставился на меня и его взоре заплясали прежние подозрения. Я демонстративно посмотрел на часы.

— Если вы хотите, чтобы мы вернулись к закату, нам надо выехать немедленно.

— Вы про Ушкову не ответили, — напомнил Титов.

— Разве? Я был с вами, когда ее арестовали и увезли, потом я находился с вашими людьми. Так что порасспрашивайте всё-таки господина Макриса. Пойдемте, Алексей Иванович.

Я шагнул прочь, сделав знак Архипову следовать за мной.

— Вы могли проклясть ее! — сказал мне в спину Титов.

Я развернулся и с улыбкой сообщил ему:

— Разумеется. Мое проклятие могло бы вызвать у нее крайне неприятный насморк, головную боль или тошноту. Но проклятия темного мага десятого уровня не заставляют людей исчезать. Кстати, не забудьте сообщить охране ворот, чтобы нас пропустили.

Увидев растерянность на лице майора, я развернулся и вышел с веранды.

— Превращение в жабу — это необратимое заклинание, — сказал Архипов, идя рядом со мной. — Их способны творить только…

Он смолк, так и не договорив.

— Разумеется, я черный маг, господин Архипов. В обморок, надеюсь, не упадёте? — произнес я, на миг притормозив и подмигнув ему.

— Крайне неуместная шутка, Ваше Сиятельство, — пробормотал полицейский.

Мы прошли ресторан гостиницы, вышли на улицу. Архипов знаком подозвал стоящее в стороне свободное такси и мы поехали в сторону городских ворот.

Через несколько минут мы уже садились в катер Архипова. Полицейский облачился в защитный костюм. Указал мне на аналогичный.

— Может быть, все-таки наденете? Я в любом случае прихвачу его с собой.

— Мне он не нужен. Вам, кстати, тоже.

Я увидел округлившиеся глаза полицейского.

— Погодите. Каким именно заклинанием вы меня защитили?

— Вы знаете, каким.

— Некромагическим? Но это не возможно?!

— Почему?

— Я, конечно, не сильно разбираюсь в некромагии, но… Что именно вы сделали? Точнее, каков механизм действия?

— Насколько я понял, болотная чума занимает тело, начинает им управлять, однако дух при этом не уничтожается, он… — я поморщился, подбирая подходящее слово. — Его словно купируют, оставляя в теле. При обычных действиях некроманта, дух бы «выпивался» вместе со всей жизненной силой. Я сделал что-то похожее на то же купирование: запер дух в пределах вашего же тела, защитив от проникновения болотной тьмы.

Архипов смотрел на меня совершенно ошарашенный.

— Погодите, вы хотите сказать… Что все зараженные, они сохранили свои души и мы убивали… Почему вы не сделали с ними то же самое что со мной?! Почему не прогнали тьму и не излечили?!

— Во-первых, это только теория, проверенная на практике только на вас. Во-вторых, я точно знаю, что произошедшие физические изменения необратимы. У вас таких изменений не было.

— Необратимы? То есть, болотная чума дело рук черного мага? Вы сейчас к этому ведете?

— Или высшего некроманта, — добавил я. — Причем, крайне нетипичного высшего некроманта, который почему-то не выпивает души своих жертв.

Архипов помолчал, обдумывая.

— Откуда у вас подобные знания? Уверен, что их можно получить, только отучившись в магической Академии, а то и вовсе лишь получив доступ к особо секретных архивам библиотеки Гильдии магов.

— В нашей семейной библиотеке была парочка любопытных книжек, — небрежно отозвался я. — Поехали уже, Алексей Иванович. На самом деле, это всё мои предположения, не более.

Архипов не прореагировал, пребывая в серьезной задумчивости. Я забрал из его рук ключи, вставил в замок зажигания, завел мотор. Потянул рычаги, задающие мощность маршевым винтам, и медленно подвел катер на воздушной подушке к воротам. Охранники кивнули нам и распахнули створки.

— Вы умете водить судно? Полагаю, машину, тоже? — спросил Архипов. — Вам семнадцать и вы никаким образом не могли бы получить права.

— Но это не исключает умение водить, — парировал я. — Вы, кстати, там были раньше?

— Где?

— В Снежинском. Вы же под прикрытием картографа, отмечаете границы топи, чтобы землевладельцы смогли получить компенсацию империи. Учитывая, что госпожа Ушкова вступила в права, полагаю, следующим ее шагом было обратиться к вам по поводу границ, чтобы получить бумаги с вашей подписью, которые бы давали ей право на получение компенсации.

— На тот момент топь не затронула земли вашего поместья. Так что госпоже Ушковой оставалось ждать, когда это случиться. Криминальная схема Макриса проста. Они забирают землю владельцев до того, как придет топь, чтобы компенсацию получали уже новые наследники.

— И когда вы собирались прикрыть лавочку? — поинтересовался я, ненадолго отвлекшись от изучения карты, висящей на стене рубки, и прокладывания маршрута.

— Мне нужны были доказательства, по которым бы было ясно, что за всем стоит Княгиня.

— Она настолько бедная, что вынуждена заниматься противоправными действиями? — поинтересовался я.

— Не думаю, но у нее специфический характер. Та жизнь, которую она ведет, можно охарактеризовать точнее всего как пир во время чумы. И ее аппетит все растет.

— Кстати, заметил, что несмотря на криминальную деятельность Макриса, вы ему симпатизируете.

Архипов омрачился.

— Кирьякос Макрис раньше был прекрасным спортсменом, много участвовал в благотворительности. Когда он завершил карьеру и вернулся на родину в Екатеринбург, им заинтересовалась Княгиня. Сперва он был одним из тренеров ее людей, а затем ему предложили «повышение».

— Что он сделает с вами, если узнает, что вы на самом деле полицейский и намерены подобраться к предмету его обожания? — поинтересовался я. — Кстати, именно из-за упоминания княгини он утратил на миг концентрацию и пропустил удар.

— Макрис свернет мне шею и выбросит в топь. Он — убийца, который давно перешагнул через свои прежние моральные принципы. Возможно, еще не через все, но через большинство. И сейчас он уважает только тех, у кого есть сила и власть. К вам это тоже относится, особенно после того, как вы его отправили в нокаут. Он на вас не разозлился, он вас зауважал еще больше. Но на вашем месте, я бы не поворачивался к нему спиной.

— Кто бы говорил. Пальтишко белое не жмет? — полюбопытствовал я, выровняв курс катера на Снежинское, и развернулся к полицейскому.

— Я вам уже говорил, почему это делал.

Я покивал и, поставив катер на автопилот, уселся на скамейке, смотря на потянувшийся унылый пейзаж топи.

Снова жарило солнце, горизонт плавился в мареве. Где-то в стороне от нас клубились облака гнуса. Но я не чувствовал по-близости ни одной твари. Болото сейчас выглядело как обычное болото. Архипов оглянулся на удалявшийся от нас город, покачал головой.

— Они еще не заделали дыру в плотине и вряд ли успеют к вечеру. Про защитные заклинания я и вовсе молчу.

— Считаете, что Исеть-Каменск обречен? Предлагаете туда не возвращаться? — поинтересовался я.

Архипов вздрогнул.

— Снова будете мне про пальто говорить? Хм, такое ощущение что светлые маги вам чем-то насолили.

Я промолчал. Архипов, задумался, став совсем мрачным.

— Прекрасно понимаю, что это не в вашей компетенции спасать людей, — произнес я. — И что у вас есть важное задание, которое вам надо выполнить, но… Кстати, а что из себя представляет план эвакуации?

— Вопреки названию, это довольно бюрократическая процедура. Люди, согласные на эвакуацию, должны подписать кучу бумаг, заполнить специальное заявление, к которому будут приложены нотариально заверенные бумаги «Об утрачиваемом имуществе». То есть документы, подтверждающие, что эти люди теряют земли, дома и какие-то ценные, не поддающиеся перевозке предметы. И только после одобрения заявки пребывает специальный транспорт для переселения.

— После чего люди получают взамен новые земли, дома на территории империи, подальше от аномальной зоны?

— Или лишь денежную компенсацию, как это работает в схемах господина Макриса. Те, кто пользуются его услугами получают в лучшем случае, процентов пять от «наследства». Остальное утекает сами знаете куда.

— Как вы думаете, есть шанс, что он вернет мне мое состояние?

— Очень сомневаюсь, даже при его уважении к вам. Разве что вы не согласитесь на его предложение.

— Он плохой тренер? Не так хорошо занимался с бандитами, что у них недостаток грубой силы? — с иронией произнес я.

— Скорее, вы ему понадобитесь как наемный убийца-снайпер.

На моем лице отразилось удивление.

— Однако, — только и сказал я.

Наш разговор смолк. Архипов занял кресло у руля, смотря вперед и время от времени поглядывая на навигационный экран.

— Около Снежинского находится большое озеро. На нём учились навигации? — спросил Архипов через некоторое время.

— Есть еще другие варианты? — я взял с панели атлас, стал изучать карты, на которых Архипов отмечал границы движения топи, даты и расстояния.

Судя по этим данным, скорость наступления топи росла в геометрической прогрессии. И это не сулило ничего хорошего. Хотя, естественным барьером для наступления болота, становились возвышенности и Уральские горы. Ровно до того момента, пока топь не решит обойти их с юга.

— Почему вообще возникла такая ситуация с компенсацией?

— Вы же знаете, тут полно горнодобывающих предприятий, рудников и связанных со всем этим производств. Никто не хотел терять свои заводы, даже при угрозе быть проглоченным топью. Про рабочих я вообще молчу. Они были готовы бастовать, лишь бы не уезжать и не терять свои рабочие места. И они тут будут до последнего, пока топь не окажется у у порога их домов. Вы же наверняка обратили внимание, какая жизнь течет в Каменске. На первый взгляд и не скажешь, что город находится на гране катастрофы. Заводы работают круглосуточно, как и магазины, гостиницы и прочие предприятия.

— Я видел достаточно заколоченных домов и лавок.

— Это люди, которые уехали, не дождавшись, пока до них доберется топь. И их не так много на самом деле. В основном мелкие лавочники и простые обыватели. Такие господина Макриса и его компанию не интересуют.

Спустя полчаса пути Архипов чуть сбавил скорость. Я поднялся со скамьи, подошел к нему. На горизонте замаячила темно-зеленая полоса. Еще через десять минут мы достигли леса, который стоял наполовину погруженный в болото. Полицейский замедлил скорость, огибая препятствия и выискивая путь. Остановился у болотного коридора, по бокам которого стояли стенами наполовину утопленные ели.

— Как думаете, тут проходила просека?

— Как бы там ни было, мы вряд ли рискуем разодрать днище о более низкорослые деревья. Но для маневров места у нас будет если что немного. Я бы лучше сделал круг и зашел в Снежинское со стороны озера.

Архипов кивнул и направил катер на юг, широкой дугой огибая полузатопленный лесной массив. Уже на подходе к озеру, что-то громко хрустнуло, затем часть леса провалилась полностью. А топь под хруст ломаемых веток издала протяжный чавкающий звук. Озера мы в итоге не увидели: на его месте также тянулось болото.

— Проклятье, — произнес Архипов. — Передайте мне, пожалуйста, атлас, надо внести новую информацию. Еще вчера озеро по данным разведчиков не было поглощено топью.

Я передал полицейскому требуемое. Он глянул на карты, но помедлил с внесением заметок. В итоге Архипов отложил атлас.

— Давайте разберемся сначала с вашими делами, Ваше Сиятельство, а уже на обратном пути проедем на север и посмотрим, куда продвинулась граница.

Я возражать не стал и Архипов направил катер к бывшему озерному берегу, где еще сохранился лес и виднелись крыши строений.

— Какова вероятность, что всё провалиться в трясину, прежде чем мы доберемся до поместья? — поинтересовался я.

— Обычно это не так быстро происходит, — хмуро произнес Архипов. — Однако утонувший у нас на глазах лес ничего хорошего не предвещает. Я, пожалуй, подожду вас на катере.

Архипов провел судно в просвете среди деревьев и остановил его около большого каменного дома. Благодаря тому, что тот был построен на возвышении, затопило только несколько ступеней ведущих ко входу.

— Судя по всему, дом построен на скале, это обнадеживает, — заметил Архипов. — Но я все же лучше посижу тут.

Он подвел судно вплотную к ступеням, чтобы я мог на них перебраться с палубы.

Я прыгнул, приземлившись на последней ступеньке, взялся за ручку и услышал как щелкнул замок, открываясь сам по себе. Похоже, на нем была магия, пускавшая в дом только хозяев. Я толкнул дверь и шагнул внутрь, в полнейшую темноту.

Дверь за мной захлопнулась.

Глава 8

Мое зрение изменилось. Несмотря на сплошную темноту я продолжал видеть очертания предметов, словно вокруг были сгустившиеся сумерки. Что ж, в прошлой жизни я ночным зрением не обладал.

Несмотря на свою новую способность, я двинулся к стене, к тому месту, где должны были находиться окна, нажал какие-то рычажки. Зажужжал электрический механизм поднимая жалюзи.

В комнату хлынул солнечный свет. Однако после этого в комнате не стало больше цветов, наоборот, всё осталось таким же серым и мрачным. Я задумчиво огляделся, предположив, что вошел в дом с черного входа, выводящего к озеру. В небольшом зале находилось несколько предметов простой деревянной мебели, так же выкрашенной в серый, как и окружающие стены и пол.

Я направился вглубь дома, поднимая везде жалюзи и думая, что дальше всё изменится. Но и там обнаружился такой же унылый интерьер. Гостиные, кухня, столовая, гостевые комнаты — все было безликим и серым.

— Да уж, Николаос, тебе было отчего впасть в кому, — произнес я. — Хотя, может раньше тут было чуть поярче?

Я поднялся на второй этаж и ноги унесли меня в самый конец длинного коридора. Там я обнаружил просторный кабинет и приличных размеров библиотеку. Разноцветные корешки книг немного оживили однообразную обстановку.

В стене, рядом с письменным столом я почувствовал магический тайник. Мне не пришлось вводить какой-либо шифр или искать ключи. Едва я поднес руку, что-то щелкнуло, картина с унылым зимним пейзажем, отпрыгнула в сторону, открыв нишу. Внутри на трех полках лежали папки с документами.

Я принялся просматривать всё подряд.

Надо сказать, осмотр меня нисколько не обрадовал. Дом, как и все прилегающие земли к поместью были заложены имперскому банку. Хотя при этом, судя по банковским счетам, какие-то финансы у графской семьи тем не менее имелись. Если ориентироваться по расценкам в закладных их едва хватило бы на небольшой простой дом в пригороде Исеть-Каменска.

Дальше я нашел бумаги о продаже нескольких рудников, а также долговые расписки о передаче других рудников, которые были аннулированы. К последним распискам были приложены решения суда, что передача рудников в качестве возврата долга признана недействительной, поскольку была указана цена, не соответствующая их реальной стоимости. Цена некоторых рудников и вовсе была признана равной нулю, поскольку они давно истощились.

— Что, черт побери, происходило с делами этой семьи? — спросил я, ничего не понимая.

Выходит, госпожа Ушкова получила не так уж и много денег, от которых после «комиссии» Макрису и вовсе осталось что-то смехотворное. Получив вовсе не то, что ожидалось, Ушкова естественно сорвалась с цепи, когда объявился целый и невредимый наследник. Полагая, что сумма компенсаций, которую она надеялась получить за поместье, может испариться, она решила меня отравить.

Перебрав кучу банковских бумаг, я наконец добрался до куда более важных документов. Нашел свидетельства о рождении родителей Николаоса и прочих предков, какие-то магические паспорта, в которых имелось множество отметок об уровне магии и ее типе. Видимо те самые, в которые заносились данные от ежегодного сканирования. В этих документах я не нашел ничего выдающегося, родители Николаоса и прочие родственники оказались весьма посредственными темными магами. С другой стороны…

— Тебе не кажется это знакомым, Харди? — спросил я себя.

Я нахмурился, припомнив своего отца, тоже довольно посредственного темного, но с большими амбициями. Который был настолько захвачен идеей получить ребенка — черного мага, что его эксперимент увенчался успехом. Интересно, были ли родители Николаоса одержимы чем-то подобным?

Жаль, что обоих уже нет в живых и спрашивать оказалось некого. Я поискал еще в личных документах и не нашел их свидетельства о смерти. Ну и где они? Можно, конечно проверить родовое кладбище. Наверняка оно тут найдется. Только вот скорее всего оно уже ушло в топь. А если они погибли давно, я уже никак не проверю, обладала ли их кровь теми же свойствами, что кровь Николаоса. И я был скорее уверен, что нет, иначе бы они, имея, драконью кровь не умерли, прожив жизнь длинной в обычную человеческую.

Последнее свидетельство о рождении принадлежало Николаосу. Я поглядел на дату и нахмурился. Николаос родился ночью двадцать второго декабря тысяча девятьсот восемьдесят второго года. То есть ровно за год до того дня, когда я стал императором. Совпадение?

Я процедил проклятье и взял в руки последний документ. Это оказалось генеалогическое дерево. Пожелтевший от времени плотный лист бумаги увенчивал герб — белый змей, обвившийся вокруг синей горной вершины. Я просмотрел даты рождений и снова был разочарован. Родовое дерево семьи уходило всего на пять столетий, а даты жизни у всех предков Николаоса были как у обычных людей.

Я в разочаровании бросил лист на стол.

Ровным счетом ничего не прояснилось. Ну разве что кроме того факта, что Николаос Белов-Полозов родился в самую длинную ночь в году и у него не казалось ни гроша за душой. Даже если Макрис вдруг расщедриться и вернет мне деньги, которые прежде находились на счету графа, мне это абсолютно не поможет.

Я отобрал основные документы в папку, остальное запечатал в тайнике. После этого подошел к книжным шкафам и принялся изучать книги. Но и библиотека меня в итоге разочаровала. Книг по магии было мало, а их содержание оставляло желать лучшего. В своей массе, это были художественные романы, собрания мемуаров путешественников, многотомная история Российской Империи, каждый том которой был посвящен определенному году. И последняя книга была за тысяча девятьсот восемьдесят третий год. А потом словно семья перестала интересоваться происходящим. Я не нашел ни подшивок старых газет, ни даже одной книги про аномальную зону и наступление топи.

— Да чтоб вас черти сожрали, — тихо выругался я и замер, расслышав крадущиеся шаги в коридоре.

Впрочем шаги оказались знакомыми и через несколько секунд в библиотеку осторожно заглянул Архипов.

— Вы здесь, Ваше Сиятельство? — услышал я его встревоженный голос из динамика защитного шлема.

— Заскучали на катере? — поинтересовался я. — Вы как, кстати, вошли? Там дверь с секретом.

— Зато парадный вход, до которого вы видимо не добрались, распахнут настежь. Пойдемте, мне надо вам кое-что показать.

— Вы нашли тут что-то интересное? — удивился я.

— Вы должны сами взглянуть, — отозвался Архипов и направился обратно по коридору, спустился на первый этаж. — Как вы тут вообще жили? Среди этой серости.

— Эм… Я любил большинство времени проводить на свежем воздухе.

— Я бы и вовсе отсюда сбежал, — Архипов остановился у одной из комнат, пригласил жестом войти. — Да и вы тоже сбежали бы. Если бы могли.

Я глянул на полицейского с непониманием, огляделся. Комната была похожа на алхимическую. Куча стеллажей, заставленных ретортами, пробирками, банками с какими-то снадобьями. Под потолком куча натянутых веревочек, на которых сушились пучки растений, собранных вряд ли позже чем месяц назад, из-за чего в комнате стоял густой запах травяной аптеки.

— Ну и чего вы хотели мне тут показать? — с недоумением спросил я. — Обычная магическая лаборатория. Нашли тут какие-то запрещенные зловредные эликсиры?

— Это не лаборатория. Это ваша комната, — отозвался Архипов, не сводя с меня пристального взгляда. — Точнее комната графа Николаса Белова-Полозова. А вот кто вы такой, занявший его тело?

Он поднял руку и я увидел нацеленный на меня пистолет. Причем явно не тот, из которого Архипов стрелял в меня в прошлый раз. Судя по магии, использовавшейся в оружии, действие у него было точно такое же как у магического электрошокера.

— Эй, погодите, — произнес я, чуть подняв руки и успокаивая его жестом. — Я конечно, заметил, что вы склоны к паранойе, но всё же надеюсь, что вы не совершите прежних ошибок.

— Это комната, в которой содержался Николаос. В возрасте одного года он действительно впал в кому, из которой никогда не выходил…

— Архипов, не повторяйте этот бред, — прервал я его. — Если бы я был внезапно очнувшимся коматозником, я бы даже встать не смог, не говоря уже о том, чтобы передвигаться. За столько лет мои мышцы не то что бы атрофировались, они бы и не развились никогда.

— Там, за стеллажами постель, на которой Николаос провел всю свою жизнь. Рядом — кресло, в котором сидела графиня, ухаживая за своим сыном, и на котором я нашел ее дневник. Весьма скупые записи о состоянии сына, но ежедневные. Там же описывалась необычная особенность мальчика. Его развитие происходило нормально, без малейших физических нарушений, несмотря на его состояние. Он никогда не болел, здоровье было идеальным, если не считать факт впадения в кому. Кроме того, я осмотрел гардеробные. Вся одежда графской семьи — серая. Даже прислуга носила всё такое же безликое. В гардеробе Николаоса только льняные длинные серые рубашки, в одной из которых его и повезли в топь, приносить в жертву болотному богу. И глядя на то, во что вы сейчас одеты, у меня вполне законные сомнения, что вы не Николаос, даже если ему трижды осточертел серый цвет… Так кто вы такой?

Я молчал, раздумывая, что делать.

— Честно говоря, вы меня сейчас поставили в тупик, Алексей Иванович, — произнес я. — Вы ведь могли сейчас не устраивать этот спектакль с разоблачением, а вернуться в Каменск, нанести удар исподтишка, как вы уже делали. А заодно подстраховаться, чтобы если что рассчитывать на поддержку гарнизона Титова. Но вы устроили это тут, в пустынном доме среди топи, где нет никого кроме нас двоих.

Архипов и без того бледный, совсем побелел. Его рука, держащая пистолет, дрогнула.

— Лучше рискну своей жизнью, чем целым городом. Оружие мне одолжил Макрис. Оно куда мощнее того электрошокера, что один раз вас уже вырубал. Макрис, правда, не знал что оружие предназначается для вас. Да и я сам думал, что оно мне не пригодится… Скажите уже, чёрт побери, кто вы?

— Вообще-то я вам уже говорил, но вы, видимо, прослушали, — отозвался я. — Чёрт, вот любил же предупреждать других, что благими намерениями выложена одна известная дорога. И сам же пошел по ней.

— Вы о чем?

— Я спас вам жизнь, а взамен уже второй раз вижу это, — я кивнул на пистолет.

— Вы просто хотели войти мне в доверие!

— Оно мне даром не нужно, — я покривился. — Просто когда-то давно я дал одну клятву, которую мне надо сдержать.

— Хватит заговаривать мне зубы! Кто вы?!

— Да что ж такое, вы лишаете меня моего любимого занятия, — я с ироничным разочарованием возвел очи к потолку.

— Вы насмехаетесь надо мной? Вас что, вообще не волнует, что у меня в руках оружие?

— У меня одна удивительная психологическая особенность — я никого и ничего не боюсь. Мне не страшна ни топь, ни трехголовый болотный дракон, ни тем более вы, господин Архипов, — произнес я и мне показалось, что у него вот-вот сдадут нервы и он нажмет на курок. — Скажите, где вы находились в апреле тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года?

Архипов удивленно моргнул.

— В столице. В Константинополе.

— Помните, что произошло в апреле этого года?

— В апреле погиб наш император, Александр и его супруга… — произнес полицейский.

— Они погибли тоже в апреле? — удивился я. — Отчего?

— Тоже? — Глаза Архипова стали круглыми от полнейшего недоумения. — Неделей ранее трагически погиб их сын и наследник. По официальной версии, сердца императора и императрицы просто не выдержали горя.

— И от чего погиб наследник? — теперь уже я сам ничего не понимал.

Архипов это заметил.

— Вы правда не знаете? На Императора Германии, который находился на встрече с нашим императором в Константинополе, было в этот день совершено покушение. Маг, что атаковал германского императора, убил случайно и мальчика.

— Это тоже официальная версия? — полюбопытствовал я.

— У вас есть какая-то другая? — рассердился несмотря на свой страх Архипов.

— Есть. И я, пожалуй, оставлю ее при себе.

— Вы… При чем тут смерть императорской семьи?!

— Ну, хотя бы при том что это случилось семнадцать лет назад. Уверен, именно в этот день, когда было совершенно покушение, будущий граф Николаос Белов-Полозов впал в кому. Скажите, в дневнике графини написана точная дата?

Я увидел как Архипова пошатнуло, в его взгляд стал совсем диким.

— Вы хотите сказать… Это невозможно…

— Я вам уже говорил, что я черный маг, хотя вы решили что это шутка. Но знаете, наверное, это лучше вашей версии, что я успешно мимикрировавшая под графа болотная тварь.

— Лучше?! — в истерике выкрикнул Архипов. — Если вы утверждаете, что вы возродившийся император Германии, Эгихард Первый…. Вы же чертов проклятый дракон!!!

— Великая Луна, сколько экспрессии, — я даже беззвучно ему поаплодировал. — Вообще-то, всего лишь носитель драконьей крови. Точно так же как и Николаос. Полагаю, что мы с ним родственники, хотя и очень-очень дальние, иначе бы я не смог в него переселиться.

— Что стало с его духом?

— Понятия не имею, я очнулся среди топи в тот самый день, когда мы с вами встретились.

Архипов явно пребывал в полнейшей растерянности и не знал что делать с узнанным и как вообще на меня дальше реагировать.

— Вы не так давно рассуждали о необратимых заклинаниях, что зараженных и измененных людей обратно не вернуть, — наконец заговорил он.

— Если вы опять клоните к тому, что я к этому причастен, то ваши выводы ошибочны.

— Но вы же черный маг и вам известны необратимые заклинания… Великая Луна! Вы действительно превратили Ушкову в жабу?!

— По-моему, она вполне это заслужила.

Кажется после этого Архипову поплохело окончательно и его стошнило прямо в шлеме. Он закашлялся и подавившись стал задыхаться. Позеленев, выронив пистолет, он сполз вдоль дверного косяка на пол.

— Да что б вас, — ругнулся я.

Я подошел к нему, первым делом отбросив ногой пистолет подальше куда-то под полки. Следом стащил с задыхающегося полицейского шлем, наклонил ему корпус, от души несколько раз хлопнув по спине. Архипов, выплюнув желчь изо рта, задышал уже свободно, но умудрился потерять сознание.

Я дотащил его до постели, на которой столько лет провел молодой граф, уложил на нее полицейского. Потом выбрал среди трав, висящих на потолке, нужные и направился на кухню. Отыскал там чайник, заварил чай, который бы привел обморочного в себя и вернулся к Архипову.

Полицейский наконец открыл глаза, а я ему протянул кружку.

— Знаете, я порой сам себе удивляюсь, — с ухмылкой сообщил я ему. — Выпейте, вам сразу полегчает.

Архипов взглянул на меня с недоверием.

— Отравить хотите?

— Нет, это не мой метод. Я люблю превращать врагов в лягушек и жаб или поджаривать магическим пламенем… — я смолк. — И, похоже, вторым способом, я уже никогда не воспользуюсь.

— Почему? — спросил Архипов, наконец забрав у меня кружку и осторожно пригубив из нее.

— Николаос не являлся носителем крови огненного дракона. А жаль. Потому что иначе я бы просто сжег всех болотных тварей в Исеть-Каменске, а не стрелял в них из винтовки.

— Почему вы решили помогать? — продолжил спрашивать Архипов и судя по всему после глотка горячего чая ему значительно полегчало.

— Для начала семнадцать лет назад я дал слово вашему императору, что избавлю вашу страну от аномальной зоны. И мы даже прописали это в наших договорах. А я как-то привык сдерживать свои клятвы.

— Но вы умерли!

— Еще чего. Только лишь мое тело.

Полицейский долго смотрел на меня, изучая.

— Я… Если это правда, и вы действительно хотите покончить с топью… Я бесконечно перед вами виноват, — произнес Архипов едва слышно.

— И вы при этом до сих пор не верите, что черный маг способен на подобное, — заметил я.

— Про вас в нашей империи ходило множество слухов, и большинство из них… — полицейский смолк, решив, что разумнее будет не продолжать.

— Я бы понял подобное отношение от церковников. Но вы — маг.

— Светлый. Большинство наших магов было уверено, что вы околдовали Совет Гильдий в своей стране, захватили их волю и манипулировали ими.

— Мощно.

Мы ненадолго замолчали. Архипов допил чай и сел. Посмотрел на свой, валявшийся в стороне и залитый желчью шлем.

— Я точно не подцеплю болотную чуму?

— Нет. Если вы окончательно пришли в себя, то можно возвращаться в Исеть-Каменск.

— А что вы тут хотели найти? — спросил Архипов.

Я пожал плечами.

— Информацию о графской семье, которая оказалась бы мне полезной. Родовое дерево, подтверждающее, что мы дальние родственники. Но я нашел лишь древо, уходящее на пять веков. Это очень мало. Не знаю, что еще я хотел тут найти. Ну вот еще узнал, что тело бедняги Николаоса действительно провалялось в коме все эти годы. Но для меня это абсолютно бесполезная информация.

— Что будете делать дальше? Ну, кроме планов по уничтожению топи.

— Как вы знаете, у меня нашлись уязвимые места и нужно с этим разобраться. Если я хочу покончить с топью, мне нужно вернуть прежнюю силу.

— Каким образом?

— Для начала хотя бы получить доступ к нужной информации в вашей Гильдии.

— Ааа… — начал было Архипов и смолк.

— Я в курсе, кто ее глава. Чистослава Черного Объединенный Совет Гильдий моей страны признал предателем и для меня большая загадка, каким образом он оказался у вас.

— Он наоборот всегда заявлял, что хотел предотвратить захват власти вами, за что остальные и начали на него охоту. Когда вы погибли, он перебрался в Российскую Империю с достаточно большим числом магов из Богемии и очень скоро занял пост главы Гильдии.

— Когда я погиб? То есть магия, которой я якобы околдовал остальных магов совета, не рассеялась после моей гибели и они по-прежнему продолжили считать Чистослава врагом? Очень «крепкая» версия. И ему поверили?

Архипов только растерянно пожал плечами. Я тем временем дотянулся до дневника графини, который лежал на столике, заставленном баночками со снадобьями, раскрыл на первых страницах. Дата впадения Николаоса в кому действительно совпадала с датой покушения на меня. Я быстро пробежался по остальным записям. Содержание дневника было пропитано одновременно и отчаянием и надеждой, что единственный ребенок когда-нибудь очнется. Оба родителя стали изучать ради этого магическую медицину, собирали в округе и горах лечебные травы, пытаясь с их помощью привести сына в сознание. Забросили полностью ведение дел и погрязли в долгах. Я захлопнул дневник.

— Что думаете? — спросил Архипов.

Я глянул на часы.

— Надо возвращаться в Исеть-Каменск. Нашел тут какие-то семейные документы, которые лучше забрать с собой, пока дом не ушел в топь. Кроме них тут есть куча банковских бумаг, согласно которым мне не принадлежит ровным счетом ничего.

— То есть, Николаосу, вы хотели сказать, — поправил Архипов.

Я глянул на полицейского с неодобрением.

— Я вовсе не хотел ни на что подобное намекать. Однако что вам мешает вернуться на родину и потребовать ваше имущество? — спросил он. — Или же вы опасаетесь, что Совет магов вам не поможет или того хуже, сможет вам противостоять?

— Всё гораздо сложнее, чем вы сейчас обрисовали, — я нахмурился. — Но да, я не могу вернуться на родину, пока не стану сильнее.

— Значит, вы им не доверяете? Неужели вообще никому?

— Прошло, чёрт побери, семнадцать лет. Я без понятия, что сейчас происходит на моей родине, — ответил я, умолчав про страх, который испытывало практически всё моё окружение к носителям крови драконов, называемых «Морозными копьями».

И если в прошлой жизни та кровь во мне не слишком проявлялась, то сейчас о подобном и речи не могло быть. Теперь я мог использовать только свойства крови «Морозных копий» и соответствующую магию.

Я поднялся и застыл. Откуда-то снаружи послышался всё нарастающий шум двигателей. Мы с Архиповым переглянулись.

— Вы сообщали Титову о своих намерения стать героем? — поинтересовался я.

— Нет.

— Интересно, кому тогда понадобилось оказавшееся в топи поместье?

— Кроме мародеров, мне никто не приходит в голову, — ответил Архипов. — Но эти рисковые парни обычно знают, где можно поживиться.

— Ушкова была, к примеру, не в курсе, что семья Беловых-Полозовых полностью разорена.

— Макрис, иногда не сильно вникает в детали, когда решает кому-то «помочь» с родственниками и наследством.

Гул маршевых винтов тем временем приблизился и смолк. К коридоре послышался топот ног.

— Граф, вы здесь? — услышал я незнакомый голос.

Через минуту на пороге комнаты возник его обладатель — темный маг довольно высокого уровня, за спиной которого вырисовалось еще с десяток темных. Лицо у названного гостя было малоприятным, с какой-то высокомерной, отталкивающей ухмылкой на лице.

Но еще меньше мне понравился пистолет в его руке: точно такой же, какой был у Архипова и который я загнал пинком под полки. Оружие пока не было направлено в мою сторону. Зато на меня был направлен куда боле мощный по виду детектор, от которого у меня зазудела кожа, словно через нее пропускали слабый ток.

— У нас с вашей семьей остался один незакрытый вопрос насчет спорного участка, — с недоброй улыбкой сообщил мне маг, передал детектор кому-то из своих подчиненных, а на меня направил дуло магического пистолета. — Боюсь, граф, вам придется подписать кое-какие бумаги.

Глава 9

Мы с Архиповым переглянулись и мне захотелось расхохотаться от нелепости ситуации. Но я сделал очень опечаленное лицо.

— Прошу прощения, с кем имею дело? — поинтересовался я.

— Анатолий Огнев, мое поместье, Огневское, находится к востоку от вашего. Требую, чтобы вы наконец удовлетворили старый земельный спор и передали мне территорию вдоль реки Синара от старого моста и до каменной мельницы площадью в пятьдесят гектаров.

— Забирайте, если, конечно, сможете, — отозвался я и увидел, как его взгляд стал совсем злым. — Все земли родового поместья Беловых-Полозовых давно заложены имперскому банку. Я не являюсь владельцем Снежинского.

На лице мага заходили желваки, словно он не ожидал, что его планы способно что-то нарушить.

— Тогда вы сами лично вернете долг, граф, — произнес Огнев. — Ваша семья мне сильно задолжала.

— Что-то еще помимо земли? — удивился я.

— Ваш отец пытался вернуть мне в качестве долга истощившиеся рудники. Ваша семья — мошенники!

Мне резко захотелось перестать быть вежливым, но у этого ублюдка было оружие, которые вырубит меня раньше, чем я превращу его в жабу.

И тут вмешался полицейский:

— Держите себя в рамках приличий, господин Огнев. Даже личная неприязнь не дает вам права оскорблять Его Сиятельство.

— Вы ведь Архипов? Слышал, что вы брали от людей Макриса взятки. С другой стороны, вы мне могли бы пригодится для подтверждения того, что Огневское поглощено топью… — он осекся. — А почему вы без защитного шлема? Вот незадача — вы теперь заражены.

Архипов глянул на меня, но слова тёмного адресовались только ему.

— А то что Его Сиятельство без шлема вас не удивляет? — Архипов резко напрягся, заподозрив подвох.

Я и сам давно понял, что речь про землю, это лишь начало.

— Мне передали вести о том, что случилось ночью в Исеть-Каменске и меня это очень заинтересовало. Думаю, будет полезно иметь дома «зверушку», отгоняющую болотных тварей.

— Кажется, вы уже совсем зарвались, — ледяным тоном произнес я.

— Угроза пленения гражданина империи — это куда более серьезное преступление, чем мои взятки, господин Огнев, — заметил Архипов.

— О, нет. Можете выкинуть в помойку ваш старый детектор, который показывает данные, полученные много лет назад. Мой новый несколько минут назад считал, что перед нами не граф, а кто-то совсем иной. И честно говоря, мне плевать, кто именно, потому что мне без разницы, кто или что будет отгонять зараженных.

— Какой новый детектор?! — спросил Архипов.

— Новая модель, разработанная в Гильдии для более раннего определения зараженных болотной чумой, да и много для чего еще. Так что в теле графа, мне показало другую сущность, тоже тёмного, но чуть посильнее, чем был прежний хозяин.

— Это невозможно. И вы не в себе! — сказал Архипов. — Ваше поместье затопила топь и вас ничто уже не спасет.

— Ошибаетесь. Я не идиот, который сидит до последнего в родовом доме и надеется непонятно на что. Я давно получил за земли компенсацию и переехал ближе к горам. Топь туда не доберется.

— Тем, кто получил денежную компенсацию, запрещено покупать землю в Зауралье, даже если вы захотели приобрести ее в горах. Вы должны были приобрести ее в другой части империи вдали от аномальной зоны.

— Вы правда такой наивный, Архипов? Общение с Макрисом вас ничему не научило? — губы мага изогнулись в презрительной усмешке, а следом он скомандовал: — Заканчивайте с ним!

Прежде чем я успел что-либо сделать, раздался выстрел и Архипов грохнулся у моих ног замертво. На его груди расплывалось кровавое пятно. Еще через миг в меня разрядили магический электрошокер.

***

Первое что я услышал, когда пришел в себя, — гул мощных винтов судна на воздушной подушке. Следом я ощутил на запястьях рук, заведенных за спину, антимагические наручники, которые блокировали и без того мою слабую магию. Семнадцать лет назад подобные устройства были только изобретены и я постарался от них всех избавиться. А в Российской империи, они уже похоже давно были в ходу. И я даже был уверен, что это случилось благодаря Чистославу Черному, чьи заводы антимагического оборудования я когда-то уничтожил в Праге.

Неприятно открытие. Надо будет изучить, что из оборудования еще используется — и людьми, и магами.

Я не спешил открывать глаза, продолжая прислушиваться к окружающему и своим ощущениям.

— Господин Огнев, он очнулся! — раздался рядом голос одного из магов.

Я приоткрыл глаза, увидел обернувшегося к нам Огнева, сидевшего рядом с водителем. Напротив меня расположился маг с наведенным на меня детектором, который, похоже, давно отслеживал мое состояние.

Находились мы в фургоне, объединенного с рубкой. Раньше наверняка судно использовалось как транспортное. Сейчас же вдоль стен шли привинченные к полу лавки, на которых сидели подручные Огнева. Сам Огнев с интересом изучал меня.

— Надо же, после этой штуки обычно в себя приходят часа через три, если выставить на минимальную мощность. А вы через час очнулись, когда я использовал мощность на максимум. Голова болит?

— Уже нет, — ответил я. — Чего вы от меня хотите? Вы серьезно собираетесь посадить меня на цепь, чтобы я охранял ваш дом?

— Мне сообщили, что твари держались от вас всего в двадцати метрах, так что для охраны моего дома и тем более огромного участка вы не поможете.

— Тогда зачем я вам, не понимаю.

— Я еще не решил. Может быть, подарю вас как забавную аномалию княгине.

— О, вы тоже ее поклонник, как Макрис?

— Многие хотят заслужить ее внимание.

— Немыслимо, — только и сказал я.

Как можно желать внимания слабой темной ведьмы, с весьма специфической внешностью, которая бы больше подошла публичной девке? Или может быть это всё-таки какая-то другая Ксения?

— Но сперва мы посетим полигон, — продолжил разглагольствовать Огнев. — Я построил его в горах. И может быть, уже сегодня, вам придется развлекать господ там.

— Полигон?

— Да, охотничий. Я запускаю туда разных отловленных в топи тварей. Охотники, естественно находясь в специально оборудованном безопасном месте, отстреливают их. Надо заметить, это пользуются большой популярностью.

— Вы, позабыв о риске, привозите туда зараженных? — поразился я.

— Нет. Они не зараженные. Твари вроде вас. Притворяющиеся кем-то другим.

Тут я и вовсе посмотрел на него, ничего не понимая.

— В каком смысле, вроде меня?

— Знаете, как работают старые детекторы? Они просто считывают внешний магический фон и достают информацию о вас из общей базы данных. Могут сосканировать состояние здоровья и выявить заражение болотной чумой, когда, в принципе, его уже можно заметить невооруженным глазом. Бесполезные железки для более сильных магов, и годящиеся разве что для слабаков и неудачников типа Архипова. То ли дело новые детекторы. Они сами сканируют существ, всё до последней клетки тела, а также считывая магический спектр, который имеет ваш дух, сравнивают на соответствие с имеющимся в базе данных и показывая выявленные отличия.

Странно, потому что еще семнадцать лет назад детекторы работали именно как те самые хваленые новые. Может, столь запоздалый прогресс случился, потому что в Российской Империи не использовали драконью кровь в качестве источника энергии для подобных устройств?

Я опустил задумчивый взгляд в пол и в глаза мне бросились капли крови, попавшие на мои брюки.

— Зачем вы убили Архипова? — спросил я.

— Вас это расстраивает? Что-то не верю.

— Никогда не понимал бессмысленных убийств.

— Архипов законспирированный полицейский, мы его не так давно раскрыли, но он уже достаточно накопал и это становилось опасно. Так что пулю он получил заслуженно.

— Вы его в Снежинском оставили?

— Да. Зря надеетесь, что туда отправятся искать вас и его. Мы забрали катер Архипова, по его сигналу будет понятно, что вы уехали в сторону гор, скорее всего для того чтобы покинуть аномальную зону, бросив людей в Исеть-Каменске. Разочаровавшись в вас обоих Титов вам даже не позвонит.

— Кто вам рассказал про меня?

— Кирьякос. Я давно искал хорошего снайпера. Он почему-то решил, что вы подойдете. Сказал, что вы разорившийся граф, которому обязательно понадобятся деньги. Только Кир не знал, что я когда-то был соседом Беловых-Полозовых и в курсе, как и их семейных дел, так и состояния здоровья их сына. Так что, увы, как снайпер вы мне не подойдете, а вот как добыча, вполне.

— Значит, вы работаете вместе с Макрисом?

— Нет, мы оба работаем на одну персону, в совершенно разных группах, — Огнев нехорошо усмехнулся, продолжая смотреть на меня с интересом. — Не хотите рассказать о том, кто вы?

— Любите поболтать с болотными тварями? — я оскалился в хищной насмешке, от которой его передернуло.

— Обычно нет, — чуть помедлив ответил Огнев. — Они всегда имитируют поглощенную личность. Но вы другой. Хотя бы потому что у бывшего коматозника личности не было и имитировать вам нечего. Так что вы мне интересны.

Я промолчал и, отвернувшись от него, закрыл глаза. На моем лице ничего не отражалось, но внутри я улыбался.

Электрошокер Архипова вырубал меня на пять часов, а этот, более мощный, отключил сознание всего на час. Это значит, что тело приспосабливается и изучает как реагировать на знакомую угрозу. Я даже чуть ускорил себе пульс, чтобы следивший за моим состоянием маг, думал, что я пребываю в стрессе. Еще через какое-то время я почувствовал как слабеет зуд от антимагических наручников.

Дальше надо было что-то делать. Что-то, от чего Огнев обязательно пожалеет, что проявил интерес к моей персоне. Сейчас, когда все они находились совсем близко, я мог бы расцарапать наручниками себе запястья и отправить всех ублюдков Огнева и его самого в ад.

Но потом я прикинул, что если он везет меня в горы, то это примерно в двухстах километрах от Снежинского. То есть половину пути мы уже точно проделали, а значит шансы успеть вернуться в Исеть-Каменск к закату у меня все еще были.

Доберусь до точки назначения и посмотрю, что за господа увлекаются охотой на тварей. И вернусь еще быстрее, если возьму для обратного пути скоростной катер Архипова.

Внутри пиджака у меня что-то затрезвонило и завибрировало. В итоге от неожиданности дернулся не только я, но и вся моя охрана.

— Вы чего?! Его не обыскали?! — проорал Огнев, подскочив ко мне, и, сунув руку во внутренний карман моего пиджака, извлек мобильный, а потом с удивлением усмехнулся. — Надо же, Титов вам всё-таки позвонил. Хотелось бы конечно услышать, что он вам скажет, но…

Он нажал на телефоне отбой и положил в свой карман. Еще через минут десять уже звонили на телефон Огневу. Тот посмотрел на экран и ответил.

Макрис орал так, что даже я его расслышал.

— Толя, ты совсем охренел?!

— Потише, Кир! — огрызнулся Огнев. — Что надо?

— Только не отрицай, что ты не тащишь парня в свои охотничьи угодья! Как ты додумался?! — продолжил орать Макрис.

— Ты мне его сам предложил!

— Для другого! А не для того, чтобы ты его убивал! Сейчас он нужен в Исеть-Каменске. Титов ему звонил недавно, решив, что они с Архиповым сбежали, но я посмотрел координаты, куда направляется катер, и сразу понял что это твоих рук дело. Верни его обратно!

— А это уже не тебе решать, что мне делать!

— Парень поможет городу еще продержаться!

— С каких пор ты стал таким сердобольным, Кир? Ах да, ведь за это время ты успеешь провернуть еще несколько дел с компенсациями. Забудь. Уезжай оттуда и поищи «клиентов» в других местах.

— Да в глотку топи тебя, Толя! Верни графа, я возьму его в свою команду. В этом ты не можешь мне отказать по нашим правилам!

— Для этого тебе нужно согласие самого графа, но ты его не получишь.

— С чего бы?! — возмутился Макрис. — Уверен, Его Сиятельство согласится.

— Нет, потому что настоящий граф находился в коме почти всю свою жизнь. И кто сейчас в его теле, ни ты, ни я не знаем. Я проверил новым детектором.

Макриса не стало слышно.

— Ты что-то там сказал, Кир? — с издевкой произнес Огнев. — Нет? Вот и славно.

И нажав отбой, убрал телефон в карман.

Надо же, а Макрис оказался куда лучше чем я думал. Не зря Архипов ему симпатизировал.

Прошел еще час пути. Я открыл глаза и стал смотреть на приближающиеся невысокие горы. Топи вокруг нас уже не наблюдалось. Судно шло по лугам и полям, огибая островки леса. Мелькнуло несколько деревень, а потом судно выбралось на пустынную дорогу, ведущую вдоль берега полноводной реки с довольно крутыми берегами. Впереди показался мост. Судно повернуло на него, а затем вновь ушло на бездорожье, направившись в ущелье, по которому змеей скользил речной приток.

Еще через десять минут мы остановились у ворот в бетонной стене. Маги высадились, завели меня внутрь.

Мы оказались в небольшой горной долине размером примерно километр на полтора. Помимо естественных горных склонов ее огораживал высокий десятиметровый бетонный забор. Над долиной около речного притока возвышалась огромная живописная скала, на которой были построены деревянные охотничьи домики. А вот внизу не было ничего живописного.

Траву заливала бурая кровь. Местами в земле зияли воронки, словно тут произошли взрывы. Разбросанные по долине островки кустов и рощицы низкорослых деревьев были обгорелыми. Повсеместно торчали колья, с насаженными на них отрубленными человеческими и звериными головами, облепленные гнусом и от которых шел мерзкий трупный запах.

Однако, никаких специфических существ, хотя бы отдаленно напоминающих болотных тварей, я не увидел и подумал, что на этой «охоте» вместе с обычными зверьми просто убивали неугодных.

— Добро пожаловать, «граф», — с издевкой произнес Огнев и отвесил шутовской поклон. — Ведите его в конец полигона, а следом займитесь остальными.

Двое магов Огнева повели меня дальше. Мы обогнули высокие кусты, сохранившие каким-то чудом густую крону и тут я невольно остановился. На меня смотрели мертвые насаженные на три кола головы Хермагораса.

— Проклятье, что это?! — выкрикнул истерично один из магов, а второй сопровождающий засмеялся.

— Ты пропустил всё веселье — случайно поймали, когда Огнев испытывал новый убойный электрошокер. Хотя… — маг покосился на меня. — Может быть и не такой уж убойный.

— Но никогда же такие твари раньше не попадались, — сказал в сомнении первый маг, с отвращением смотря на головы. — Может, стоило высшим светлым сообщить?

— Ага, а заодно рассказать откуда у нас новые антимагические электрошокеры?

— Это да…

Озадаченный тем, как они смогли изловить моего знакомого из топи, даже с помощью нового оружия, я смотрел на мёртвые головы и вдруг заметил неуловимое движение. Над главной головой монстра чуть показалось едва заметное голубое облачко — дух болотного дракона остался не уничтоженным. Интересно, почему?

Маги тем временем сделали мне знак следовать дальше.

У дальнего забора я увидел несколько пустующих клеток, бетонные сваи, забитые в землю и защищенные магией, к которым крепились цепи.

Меня к одной из таких цепей и собирались приковать. Я обернулся к Огневу, продолжающему раздавать распоряжения. Дальше, в противоположном конце полигона, у подножия скалы я заметил металлические контейнеры, у которых возились остальные маги.

— Цепь всего пять метров. Это как-то неспортивно, — заметил я, когда мне освободили одну руку от наручника и приковали им же к цепи.

Маги только хмыкнули и пошли прочь.

Была и еще одна причина, по которой я хотел оказаться здесь: из-за слов Огнева о том, что тут были подобные мне. Если, конечно, маг, который явно ни черта не понимал в некромантии, не ошибался насчет душ, занявших чужие тела. А я был уверен, что если бы он хоть чуть-чуть разбирался, то не оставил бы Архипова в Снежинском.

Архипов, конечно, будет шокирован, когда очнется в мертвом теле, возможно даже сможет им управлять, но вот дальше Снежинского он вряд ли уйдет. Еще я надеялся, что бедолаге полицейскому не придет в голову утопиться с горя в топи. В любом случае, этот жест отчаяния будет некоторое время бесполезен, пока тело окончательно не сгниет и тем самым не освободит дух.

От этих мыслей меня отвлек дикий рев. В стороне от меня к другой свае тащили на цепях медведя, который шел на задних лапах и возмущенно размахивал в воздухе передними. Сквозь рев я с удивлением разобрал сильно искаженную человеческую речь:

— Требую освободить меня! Я генерал Лопатин и буду жаловаться императрице!

Следом притащили огромного грифа, с подрезанными крыльями, который, услышав жалобы медведя-генерала, тоже стал кричать, что он человек и чтобы его немедленно вернули обратно в столицу.

— Однако, — только и сказал я.

Привели еще несколько животных, пытавшихся говорить по-человечески. А затем, несколько людей, которые наоборот, передвигались на четвереньках и вели себя как дикие животные.

Я прекрасно понимал, что к топи ни один из этих несчастных не имел ни малейшего отношения. Просто кто-то «побаловался» с некромагическими заклинаниями и пересадил души в другие тела. Этот кто-то точно не был настоящим некромантом. Просто очень сильным тёмным. Или же высшим светлым, слишком увлекшимся изучением враждебной магии, коим, например, являлся Чистослав Черный.

После увиденного я почти был уверен, что это его рук дело. Вполне было в его стиле убирать с дороги своих врагов: лишать человеческого облика и отсылать их туда, где ни у кого не возникнет вопросов. Ответ будет один: эти чудовища — порождения топи и их надо уничтожить.

Маги закончили приковывать объекты охоты и вышли вместе с Огневым с полигона. Еще через полчаса наверху на скале возникло движение. У охотничьих домиков появилось чуть больше десятка людей с винтовками. Там же оказались и маги с Огневым. Над долиной разнесся звук, словно кто-то постучал пальцем по микрофону и горные склоны породили эхо.

— Итак, уважаемые монстры, — раздался издевательский голос Огнева. — Вы участники уникального соревнования. Вам нужно преодолеть расстояние в полтора километра и добраться до скалы. Тогда вы получите шанс жить в клетке в зверинце княгини. Не сможете — будете тут кормить червей и мух. Сейчас, я перечислю имена участников, именно в этой последовательности вы и направитесь за своим жизненно необходимым призом. А дорогим гостям я напоминаю, что нельзя стрелять в тех, чей черед еще не пришел.

Огнев перечислил имена, завершив список моим. Точнее, сказав «безземельный граф». Наверное, ему это показалось остроумным. Интересно, какое лицо было бы у Огнева, узнав он мое настоящее имя?

Прозвучал удар в колокол, цепь выпустила первую жертву охоты и к скале помчался волк, неумело петляя. Его убили первым же выстрелом, разнеся полчерепа. Он успел отбежать едва ли метров на тридцать.

Следующим назвали генерала Лопатина. Но медведь никуда не побежал. Сидел на месте, все также возмущенно маша передними лапами и рыча, что пожалуется императрице.

Я вспомнил симпатичную блондинку с глазами цвета льна.

— Интересно, чтобы ты сказала на всё это, Алиса? — прошептал я.

Огнев тем временем попытался уговорить медведя участвовать в смертельном развлечении, но тот магу не внял. Тогда его разнесли на куски, выпущенной ракетой. Меня ощутимо ударило взрывной волной и ненадолго оглушило.

Жесткие у них тут правила однако.

После этого я перестал следить за жертвами охоты, сосредоточив свое внимание на охотниках. Между нами было приличное расстояние, но я все-таки разобрал, что только трое из них умеют колдовать. Кроме них наверху находился сам Огнев и все его маги, тоже с винтовками, видимо для подстраховки.

Я вернул взгляд на полигон. Никто из жертв не пробежал и ста метров. То ли в охотниках не было никакого охотничьего азарта, чтобы дать своей жертве продвинуться ближе, то ли все они были поголовно трусами и перестраховщиками. Я подумал, что Огнев придумал крайне скучное развлечение.

До моей очереди между тем оставалось всего двое участников.

Я сосредоточился на воспоминании, когда на болоте Архипов выстрелил в меня из пистолета и когда само собой замедлилось время. Сейчас полагаться на то, что произойдет аналогичное, вряд ли стоило. Я вспомнил как у меня резко ускорился пульс. Значит, это ключ к запуску моего особого умения.

Когда цепь выпустила меня, я шагнул вперед, сердце стучало в висках как сумасшедшее. Еще через пару мгновений, я заметил, что фигуры на скале стали двигаться так, словно завязли в густом киселе, а значит я все же смог замедлить время. Не так сильно как бывало раньше, но этого оказалось достаточно, чтобы исчезнуть из поля зрения охотников.

Я не побежал к скале по прямой, а помчался, делая широкую дугу и выбирая совсем открытые участки земли, прекрасно понимая, что растерявшиеся охотники начнут первым делом палить по кустам и прочему, что могло бы послужить убежищем. Что вскоре и произошло. Я увидел медленно летящие пули, похожие на золото в свете яркого солнца. Они впивались в землю, в воздух медленно взлетали комья земли, срезанные травинки. Еще через несколько мгновений в ход пошло тяжелое магической оружие. А потом Огнев догадался шарахнуть магическим электрошокером, методично покрывая ударами квадрат за квадратом. Сделай он это раньше, у него был шанс в меня попасть. Но я уже был у скалы.

Глава 10

Я высоко подпрыгнул, зацепился за верх забора, подтянулся, а следом полез уже по скале, время от времени поглядывая наверх. Медленно над краем обрыва выплыли чьи-то головы, кто-то направил вниз детектор, двигающийся как в замедленной съемке.

Подумав, что в теории детектор мог меня засечь, я нырнул в щель среди скал, замер, резко замедлив пульс и понижая температуру тела до уровня окружающих меня камней. Сердце замерло. А вместе с ним время вернулось к обычному течению. Но и это еще было не всё. Мой уровень магии превратился в полнейший ноль, сделав мой магический спектр полностью невидимым для «нового» детектора Огнева. Такие штуки с показом ложного уровня магии я умел делать еще в прошлой жизни.

Мой маневр сработал. Наверху по-прежнему царила суета, кто-то продолжал палить вслепую по полигону.

— Куда он делся, топь его побери?! — орал в истерике Огнев. — Больше нельзя медлить! Увозите наследника!

Наследника?

Я, понемногу начавший движение, замер в ступоре.

Перед взором снова мелькнул образ императрицы Алисы и я подумал, что это бред. Не может сын Алисы заниматься подобным. Или может? Особенно если вдруг его под свое крыло взял Чистослав.

Как бы там ни было, надо было добраться до верха и посмотреть, что там происходит. Ведь именно за этим я сюда и приехал.

Так и не запустив сердце, я продолжил карабкаться наверх, скрываясь ото всех за уступами. Это было медленнее, чем прежде, но зато не было риска, что детектор меня засечет. Силы у меня при этом катастрофически быстро расходовались, а перед глазами начала крутиться серая мутная пелена.

Почти добравшись до вершины я снова замедлил время, ускорив сердце. И выбрался наверх.

Там я увидел как во внедорожник сажают парня лет шестнадцати, черноволосого, со знакомыми чертами лица. Перепутать было невозможно — похоже, у Княгини Ксении появился сын. Кстати, также безвкусно и ярко одетый.

Только вот почему Огнев назвал его наследником?

Ответ пришел сам собой.

Похоже, император Александр незадолго до своей гибели снова оказался под влиянием этой чертовой ведьмы. И парень его бастард. Учитывая, что когда-то давно Ксения хотела оказаться на месте императрицы, которую она сживала со света проклятием, она вполне могла попытаться занять место Алисы или посадить своего сына на трон.

Помимо сына княгини, все остальные «охотники» тоже оказались подростками. Теперь стало понятно, откуда взялась перестраховка, из-за которой они перестреляли всех монстров, едва те были освобождены. Опыта в подобном развлечении у «детишек» не имелось.

Что ж, несовершеннолетних я трогать не буду, а вот магам придется заплатить.

Я вытащил у ближайшего ко мне подручного Огнева нож, поранил руку, отправляя каплю крови магу на лицо. С лица начала струпьями слезать кожа и мой враг начал разваливать как гнилая треска. А я тем временем уже брызнул кровью на следующего.

Для всех свидетелей эти смерти наступили одновременно: девять магов просто рассыпались заживо сгнившими скелетами.

Я подошел к Огневу, чей рот был открыт в немом крике, как и у всех мальчишек, их водителей и трех телохранителей, замерших при посадке в машины. Я нажал Огневу на шею и он, потеряв сознание, стал медленно оседать на землю.

Вот кто-кто, а этот урод не заслуживал быстрой смерти. Я дошел до одного из охотничьих домиков и скрывшись за ним из вида остальных, снова вернул время к прежнему течению.

Отчаянно рыча моторами все три внедорожника сорвались с места и помчались вниз по горной дороге.

Я вернулся к Огневу, поискал по его карманам, нашел ключи от моих наручников, которые всё еще болтались на запястье, перестегнул их Огневу, заломив ему руки за спину. Забрал себе свой и его телефоны, а также «новый» магический детектор и электрошокер.

На автостоянке стояли два катера — транспортник Огнева и скоростной Архипова. Последний я подвел к Огневу, затащил мага внутрь, бросив на пол, спустился на судне с горы. Потом распахнул ворота, ведущие на полигон, подвел катер к трем мертвым головам и выбрался наружу.

— Как же так получилось, Хермагорас? — поинтересовался я.

Голубое облачко метнулось ко мне, облепило ладонь.

— Нет уж, дружок, это тело занято, — сказал я, чувствуя как ладонь покалывает током. — А вот что с тобой делать?

Облачко словно в разочарование отлетело обратно к средней голове. Я огляделся, думая, куда можно поместить дух трехголового дракона. Не найдя ничего нужного я направился к горе. Кажется там, во время незапланированных занятий скалолазаньем я видел гревшихся на камнях зеленых ящериц. Поймав одну, покрупнее, которая была размером с ладонь, я вернулся обратно.

— Могу поселить тебя в это тело, Хермагорас, — сказал я. — Оно конечно, сильно меньше твоего прежнего, но…

Облачко, казалось возмущенное подобной перспективой, исчезло внутри мертвой головы. Но я в любом случае, это так не собирался оставлять. Я черкнул в воздухе несколько символов, останавливая ящерице сердце. А следом вычертил куда более сложное заклинание, которое вытянуло дух Хермагораса и заключило в новом теле. Следом я запустил ящерице сердцебиение.

На меня уставились изумрудные глаза, а из раскрывшегося рта послышалось возмущенное шипение.

— Николаос, зачем?! — голос Хермагораса прозвучал жутко пискливо

По тональности очень похоже на голоса маленьких крокодилов. Это было настолько комично, что я, не сдержавшись, рассмеялся.

— Это позор! Мне, богу болот, превратиться в крошечную ящерицу! — возмущенно пищал Хермагорас. — Верни меня обратно!

— Нет. И ты не бог. Забыл про зов? Что ты подчинялся кому-то?

— Я никому не подчинялся, — пропищал Хермагорас.

— Посмотрим. Посажу тебя в террариум и понаблюдаю.

— Это унизительно!

Я поглядел на него с подозрением.

— Ты знаешь, что такое террариум? Ты точно не был раньше человеком?

Но Хермагорас снова зашипел, явно обидевшись.

— Не вздумай сбежать. Я тебя по всему Зауралью искать не буду. И по топи тоже.

— Зачем я тебе? — спросил Хермагорас.

— Хочу узнать про топь, если тебе, конечно, кто-то не заблокировал память. Пока очень на то похоже.

— Сейчас будешь спрашивать?

— Нет, не сейчас. Есть другие, более срочные дела.

Хермагорас снова зашипел, раздувшись и явно обидевшись, что оказалось что-то важнее него. Но очень быстро сдулся, смирившись. Поглядел с моей раскрытой ладони на три мертвые головы, словно прощаясь, быстро скользнул по моей руке и юркнул в карман пиджака.

— Не придави меня, Николаос, — пропищал он.

— Постараюсь.

Я забрался на катер, проверил состояние Огнева и направился обратно в Снежинское.

Летнее солнце, казалось еще недавно висевшее в зените, стремительно садилось за горами.

Зеленые холмы и предгорья скрылись из виду, исчезли леса и луга и снова потянулась бесконечная топь. Несмотря на максимальную скорость, я добрался до Снежинского уже в сумерках.

Остановив катер у парадного входа, я вошел в темный дом. Где-то впереди, мне показалось, моргнул отсвет от свечи.

— Алексей Иванович, вы тут? — громко позвал я.

Свечение впереди усилилось. Я вошел в комнату, в которой прежде жил Николаос. Если это, конечно, можно было назвать жизнью.

Архипов обнаружился за лабораторным столом. Над ним парил магический огонек, который при моем появлении разгорелся сильнее. Перед полицейским стоял микроскоп.

— Как вы могли со мной так поступить? — спросил он и обернулся ко мне.

— Вы же понимаете, что я ничего подобного не планировал. Некромагическое заклинание должно было всего лишь защитить ваш дух.

— А в итоге заперло его в мертвом теле.

— Не думал, что вас кто-то захочет пристрелить, — отозвался я. — Хотя, учитывая вашу деятельность, шанс, как мы теперь видим, оказался велик.

— Считаете, что сейчас подходящее время чтобы острить?

— А что еще делать после того, как меня пытались в очередной раз убить? — поинтересовался я. — Вы чем занимаетесь? Исследуете свое тело?

Архипова аж передернуло.

— Нет… Скажите, от меня уже неприятно пахнет?

— Бывало и хуже. Мне-то точно надо принять душ после беготни и скалолазанья.

Архипов аж всплеснул руками.

— Скажите, у вас был такой же едкий характер, когда вы были императором? Даже ядовитый.

— Кровь такая, ничего не поделаешь, — я ему подмигнул и уже менее дружелюбно заметил: — Вообще-то я остаюсь императором, несмотря ни на что.

— Но если вы не сможете вернуть свою силу… — Архипов заткнулся под моим потяжелевшим взглядом. — Простите, Ваше Императорское Величество…

— Не надо. Называйте меня по-прежнему графом, а то ляпните где-нибудь случайно.

— Да где же я это сделаю, в моем-то состоянии?! — сокрушенно воскликнул Архипов. — Да и «новые» детекторы вас разоблачат.

— С этим я что-нибудь придумаю, — сказал я. — Если же ответить на ваш первый вопрос: судя по всему, от вас несет болотом. У вас вся одежда и волосы в тине. Утопиться хотели?

Мертвые глаза Архипова округлились. Мимика ему еще подчинялась, хотя уже и с трудом. Скоро он совсем окоченеет, если не добавить особых заклятий. Только я не планировал превращать его в ходячего мертвеца.

— Нет, вспомнил ваши слова о родителях графа, решил отыскать кладбище, взять образцы крови.

Теперь уже я уставился на Архипова в изумлении.

— И как всё прошло?

— Кладбище я не нашел, но потом обнаружил семейный склеп под домом, вырубленный в скале. Склеп, правда тоже затопило, — Архипов потер, покривившись, дервеневшие запястья, указал мне на предметные стекла с образцами. — По виду, обычная человеческая кровь.

Кривая гримаса застыла на его лице и не исчезла, но Архипов, кажется, уже этого не понимал.

— Она и выглядит как человеческая, у нее просто особые свойства, которые точно не с помощью микроскопа надо разглядывать, — ответил я.

— Я проверил своим детектором. Хотя эта бандитская сволочь, господин Огнев, и сказал, что детектор никуда не годится.

— Я не нашел среди бумаг графской семьи свидетельства о смерти. В склепе были даты их гибели?

— Да, графиня умерла два месяца назад. Граф — неделю назад. Интересно, куда делась прислуга, если она тут была.

— Судя по счетам, они уволили всех полгода назад. Как вы добыли кровь?

— Нашел здесь шприцы. В них еще осталось, если вам надо. Правда, уверен, что образцы не чистые и я их загрязнил болотной водой.

Я взял шприцы, посмотрел на почти черное содержимое. Кровь была мертва, магии я тоже не чувствовал, но ее особые свойства, если таковые имелись, никуда исчезнуть не должны.

— Хермагорас, найди мне пару живых насекомых. Пауки тут точно должны быть.

Ящерица зеленой вспышкой оказалась на моем плече.

— Ты издеваешься, Николаос?! — пропищал Хермагорас. — Пауки?!

— Ищи и поживее. Тебе в любом случае придется привыкать к своей новой жизни. Людьми тебя теперь никто кормить не будет.

Ящерица перепрыгнула с моего плеча на полку и исчезла.

— Это что?! — спросил Архипов, уже явно через силу выговаривая слова. — Это тот самый трехголовый змей?!

— Дракон, — поправил я. — У Огнева оказалось какое-то новое оружие и он смог убить Хермагораса на своем охотничьем полигоне.

— Лучше бы направил оружие против тварей топи! — возмутился Архипов.

— Можете ему об этом сказать.

Мертвые глаза смотрели на меня с неверием.

— В смысле? Вы не сбежали, вы…

— Захватил для вас Огнева, вдруг вы захотите поквитаться. Ну, а не захотите, возможно его хватит инфаркт, когда он вас увидит.

Архипов сделал шаг, но тут же остановился.

— Вас не затруднит его сюда привести, Ваше Сиятельство? Кажется окоченевшие мышцы уже превращают меня в бездвижное бревно.

— Знаете, как отомстите? — поинтересовался я.

— Нет, да и вряд ли я способен. Разве что почитать ему мораль. Но это абсолютно бесполезное занятие в случае господина Огнева.

Я расхохотался.

— Знаете, Архипов, я рад, что вы не падаете духом.

— Ну хоть что-то не должно падать, — он сделал жест, пытаясь поднять руки, но они остались висеть плетьми. — Мне уже говорить трудно, Ваше Сиятельство. Может, сейчас будет логичнее попрощаться с вами, чем читать мораль Огневу?

— Я с вами прощаться не собираюсь.

— Вы смысле? Вы же понимаете, что всё безнадежно?

— Не настолько. Могу ваш дух переместить в другое тело.

Архипов смотрел на меня в изумление, потом с трудом покачал головой.

— Нет, не стоит. Вам ведь придется для этого кого-то убить.

— Я всё равно не оставлю Огнева в живых, — я пожал плечами.

— Что?! Вы собираетесь поместить меня в его тело?! — лицо Архипова превратилось в застывшую маску ужаса.

— Временно, не переживайте, пока не найду что-нибудь более подходящего.

Архипов задумался.

— Хм, а знаете, Ваше Сиятельство, мы ведь это можем использовать для продолжения моего расследования, внедриться в…

— Боюсь, ничего не получиться. Во-первых, вы не сможете вести себя как Огнев, для этого надо быть последним ублюдком. Во-вторых, те самые прекрасные детекторы покажут, что вы не Огнев. Ну а в-третьих, на господина Огнева будет очень зла княгиня и скорее всего прикажет его устранить.

— Устранить? Скажите, что именно случилось на полигоне? — настороженно спросил Архипов.

— Ну… Погодите, сейчас приведу Огнева, он должен рассказать много интересного.

Но прежде чем я пошел за пленником, вернулся Хермагорас. В его рту были две крупные моли. Я взял на столе пинцет выудил из пасти ящерицы одну бабочку, полил ее черной кровью. Никакой реакции. Я опустошил на моль второй шприц с тем же результатом. Значит, драконья кровь была только у Николаоса, его случай тоже был уникальным и генетика проявилась лишь спустя много веков.

Видя, что вторая моль мне не понадобится, Хермагорос ее сжевал, но тут же зашипел:

— Какая гадость!

— Что вы поняли? — спросил Архипов.

— Что Николаос был уникальным. И хорошо, что никто не знал, какая кровь досталась ему в наследство от далеких предков.

Я вернулся к катеру. Огнев так и валялся в отключке. Я похлопал его по щекам, но всё было безрезультатно.

— Да чтоб тебя черти сожрали, — выругался я, понимая, что придется эту сволочь тащить на себе.

Я схватил Огнева за подмышки, осторожно перебрался со своей ношей с катера на площадку у входа и потащил мага вглубь дома. В комнате усадил его на пол, поискал среди банок на стеллаже, нашел нужные растительные эликсиры.

— Что вы с ним сделали? — спросил Архипов.

— Просто вырубил. Сейчас в себя приведу.

Смешав эликсиры в стакане я сунул туда нос и тут же отпрянул. Пахло прошибающе, а главное должно сработать гораздо лучше нашатыря.

Я поднес стакан к лицу Огнева. Он зашевелился, открыл глаза, а потом, увидев меня, издал вопль и задом спешно отполз назад, пока его спина не уперлась в полки.

— Ого, вот это реакция на вас, Ваше Сиятельство.

Я с недоверием оглянулся на Архипова, потом снова посмотрел на тёмного, но полный ужаса взгляд Огнева был устремлен вовсе не на ожившего и заговорившего мертвеца, а на меня. Я увидел, как у мага затрясся подбородок, а зубы стали отбивать дробь.

— Хм, не думал, что вы окажетесь трусом, — заметил я. — Столько было бравады и уверенности в себе.

— Кто вы? — выдавил из себя Огнев.

— Скажу вам, когда вы ответите на мои вопросы.

— Какие?

— На полигоне вы закричали «Увозите наследника». Я так понимаю, вы имели ввиду сына Княгиня Ксении от императора Александра, то есть его бастарда? Раз вы зовете его «наследником», значит в планах этой чертовой ведьмы устроить государственный переворот и посадить своего сыночка на трон?

— Откуда вы знаете?! — на лице Огнева бурлила смесь чувств: страха, крайнего изумления и растерянности.

— У Княгини сын от императора?! — поразился Архипов. — Надо немедленно сообщить об этом!

Я обернулся к полицейскому, глянул на него с неодобрением.

— Вы тут гражданскую войну что ли хотите устроить? — поинтересовался я.

— А вы предлагаете промолчать?! — возмутился полицейский. — Да и кто поддержит эту ведьму, кроме ее криминального окружения?

— Полагаю, вы многого не знаете, Архипов. Узнаете, подискутируем на эту тему еще раз, — я вернул свое внимание к Огневу. — Рассказывайте всё, что знаете о Княгине, о ее «бизнесе», людях.

— Что вы хотите с ней сделать?

— Полагаю, это должна решить императрица Алиса.

В глазах Огнева проскользнуло нехорошее выражение.

— Что, заговор уже в разгаре? — полюбопытствовал я. — И когда Ксения хочет прибрать империю к рукам?

— Она это заслужила, — сказал Огнев и кажется даже немного осмелел. — Ее ребенок, даже если бастард, все равно имеет более благородную кровь и он сын императора.

— У Алисы вообще-то кровь точно такая же императорская.

— Подпорченная браком с более низкосортным дворянином, который был просто очень богат. К тому же до сих пор ходят слухи, что последний ее сын не от ее мужа, значит прав у нее и него на трон вовсе нет!

— Вас за такие речи уже давно бы упекли за решетку! — возмутился полицейский.

— Не стройте из себя недотрогу, Архипов! Уверен даже в полицейском управлении нет, нет да и перемывают косточки императрице!

— Вы ошибаетесь. Будь у нее интрига с кем-то это бы заметили, даже если бы подобное скрывалось. Но императрица ведет себя чрезвычайно скромно. Для многих она образец, почти святая.

Я слушал всё это и молчал.

— Ваше Сиятельство, скажите хоть что-то! Вы ведь наверняка встречались с императрицей, знаете, что она никогда бы не…

Я обернулся к Архипову и он смолк на полуслове, словно пораженный молнией.

— Не может быть… — только и выдавил из себя полицейский. — И ведь возраст подходит… Вы тоже когда-то хотели устроить переворот в нашей стране?

Я хмуро смотрел на него.

— Вы сейчас о чём? — с непониманием отозвался я. — Мне всегда нужен был исключительно мир.

— Интересный способ добиваться мира, — пробурчал Архипов.

— Разве я что-то ответил вам про императрицу? Укротите своё воображение, — произнес я ледяным тоном.

— О чем вы говорите? Архипов, вы совсем вне себе что ли? — спросил Огнев. — Граф или кто вы там на самом деле, точно не мог встречаться с императрицей. Он семнадцать лет был в коме!

— Кажется, вы опять становитесь невежливым, — заметил я.

— Я вам нужен и вы меня убивать не собираетесь, — совсем осмелел Огнев.

— Я бы на вашем месте на это не рассчитывал. Уверен, что о тех частях заговора, которые планируются в столице, вам ничего не известно, поскольку вы ведете дела здесь. Так что вряд ли вы мне расскажите что-то еще интересное, господин Огнев.

Я подошел к столу, нашел иголку, проткнул тельце моли, на которую выливал кровь и которая еще слабо трепыхалась. Развернулся к Огневу.

— Есть что сказать напоследок?

— Вы не можете…

— Могу, вы это видели. И я убью вас. Но у вас есть шанс. Вы расскажете господину Архипову информацию, которая пригодится в его расследовании. Если он останется этим доволен, то, возможно, попросит вас пощадить.

Я многозначительно замолчал.

— Какое расследование?! Он же мертв! — воскликнул Огнев.

— Уф, а я уже стал подозревать, что вы не заметили, — с усмешкой отозвался я.

— Меня ходячие мертвецы не пугают — у нас их полная топь! А вот вы…

— Как бы там ни было предложение остается в силе. Вам ведь нужна информация, Алексей Иванович?

— Лишним точно не будет, — отозвался Архипов, хотя судя по тону идея о пощаде ему не нравилась. — Что ж, начнем.

Огнев покривился, но стал отвечать на вопросы полицейского. Допрос продолжался примерно полчаса. Наслушавшись о криминальных схемах, я только в очередной раз поразился наглости княгини. Потом начал выводить некромагическое заклинание над молью. Смолкший Огнев забеспокоился.

— Что вы делаете?

— Подготавливаю моль для приема вашего духа.

— Что?! Вы обещали меня пощадить!

— Я вам этого не обещал. Это мог бы сделать господин Архипов, но… — я взглянул на часы. — Сейчас у него должно полностью окоченеть тело и, боюсь, вам он уже ничего не сможет сказать.

Полицейский что-то невнятное промычал. Рот у него уже не открывался.

— Нет! — во внезапной истерике выкрикнул Огнев.

Но я развернулся к нему, выведя несколько росчерков, которые останавливали ему сердце. Следующее заклинание перенесло дух Огнева в мертвую бабочку.

Я развернулся к Архипову.

— Ваше очередь, Алексей Иванович. Не беспокойтесь, всё пройдет как надо.

Я вывел остальные заклинания, перенося дух полицейского в тело Огнева, запустил ему сердце. Архипов, задышал, открыл глаза и, сев на полу, уставился на меня в изумлении.

— Не могу поверить, что вы это сделали и спасли мне жизнь! И уже второй раз, Ваше Сиятельство!

Он осторожно поднялся, оглядывая себя.

— Да уж, чувствую себя немного странно. И пожалуй, не буду смотреться в зеркало.

Я продолжал чертить заклинания.

— Что вы снова делаете?

— Я должен уничтожить дух Огнева и, простите, ваше прежнее тело. Погребения не будет. Если найдут ваш труп, то обязательно обнаружат следы некромантии.

— А на теле Огнева ничего подобного не найдут? — Архипов показал на себя.

— Ну тело же живое, а не мертвое, которое почему-то бродило после своей смерти. Про вас, если опустить использования детектора, поймет только высший некромант. А шанс, что вы попадетесь ему на пути равен примерно нулю.

— Ааа..?

— Я уже говорил, что я не некромант. Отвернитесь.

— Нет, если можно, я хотел бы посмотреть.

— Зрелище будет крайне неприятным, — сказал я и, порезав себе палец, уронил каплю на мертвое тело Архипова. Потом смотрел как полицейского тошнило. — Я ведь предупреждал. Приходите в себя, нужно торопиться в Исеть-Каменск.

Глава 11

Через пять минут катер уже мчался по ночной топи. Яркие фары освещали затянутое ряской болото, редко торчащие кочки. Ветер от винтов баламутил спокойную поверхность, но за нами черная вода почти сразу опять затягивалась зеленой растительной пленкой.

— Вы уже придумали, как объясните всё это Титову? — спросил Архипов.

— Передам ему новый детектор.

— Однако детектор не объяснит, как мой дух перенесся в тело Огнева.

— Можно свалить на Огнева, что у него было экспериментальное некромагическое оружие, которым он не научился пользоваться, где-то просчитался и в итоге мы имеем то, что имеем, — я пожал плечами.

— Отличная идея, только я не привык лгать.

— Сказал полицейский под прикрытием, — сказал я и хмыкнул. — Вы сейчас серьезно, Архипов?

— Одно дело по долгу службы обманывать бандитов.

— А Титову вы, значит, стопроцентно доверяете? Ничего, что он делал всё, что ему говорил Макрис?

— Титов не работает на княгиню, — Архипов покачал головой. — Я знаю это точно. Но против Макриса он не выступал, понимая, что с тем проще договориться, чем дать разгореться конфликту, который ничего кроме вреда городу и его жителям не нанесет.

— Да какой вред, вы о чем? Ну отняли у дворян земли и имущество, а у владельцев — заводы и рудники, ну вывезли несколько десятков людей из Каменска под носом у Титова, «имперского стража», покормить болотного монстра. Эй, Хермагорас, ты говорил, что тебе привозили жертв каждое полнолуние. Сколько лет это длилось?

Ящер выбрался из кармана, забрался мне на плечо.

— Долгие и долгие годы. Может быть лет сто, а может быть и больше.

Мы с Архиповым переглянулись.

— Если это всё так долго длилось, то за жертвоприношения в первую очередь ответственны не княгиня и не ее люди, — задумчиво произнес Архипов.

— Давайте лучше вернемся к вопросу, насколько вы готовы довериться Титову? — сказал я.

— Вы тогда скажете, что спасли меня второй раз? — поинтересовался полицейский.

— Думаю, это будет самая худшая идея.

— Почему?

— Потому что это обязательно расползется по городу, а потом… Так и представляю, как ко мне выстроиться очередь с просьбами оживить родственников, переселить каких-нибудь смертельно больных близких в другое, здоровое тело.

— А ведь и правда! Вы ведь могли спасти столько людей, Ваше Сиятельство! — воскликнул Архипов.

Я с трудом удержался от жеста, чтобы постучать по виску.

— Кто я, по-вашему? — поинтересовался я. — Не собираюсь оживлять кого-то просто потому что могу это сделать. И не собираюсь отменять эволюцию, естественный отбор или, если угодно, судьбу. Поэтому я применяю некромагию в очень редких и исключительных случаях. Кроме того, неужели вы не понимаете, что если я сделаю что-то подобное, следом начнется охота за здоровыми телами почище чем была охота за наследством ради имперских компенсаций. Деньги сводят людей с ума, а тема «вечной» жизни превратит их в одержимых.

— Однако, это в один миг избавило бы нас от препятствий и мы оказались бы в узком кругу доверенных лиц княгини, — воображение Архипова, судя по всему, уже рисовало будущее подвиги в его расследовании.

— Сомневаюсь, что этой ведьме сейчас нужно тело по-моложе. Хотя она достаточно слабая, уверен, лет двадцать она еще продержится в неплохой форме.

— Зато ее людям ваше умение точно пригодилось…

— Архипов, — оборвал я и покачал головой. — Обожаю, когда у кого-то загорается благая цель, разум застилает яркий белый свет. Только вот подробности реализации этой идеи уже становятся не важны, и этот кто-то не успеет оглянуться, как мостит камень за камнем дорогу в ад.

Архипов смотрел на меня нахмурившись и явно не понимая.

— Вы как будто меня не слушали, — сказал я. — Видимо новые тела для бандитов Ксении появятся по щелчку пальцев?

Архипов сошел с лица, сел на скамейку.

— Вы правы, Ваше Сиятельство. Я действительно упустил, этот факт.

— Мы подъезжаем к Исеть-Каменску, — сообщил я.

— Пожалуй, ваша версия о некромагическом оружии будет лучшим вариантом. Хотя, подозреваю, эта новость вполне может посеять панику.

— Панику? Ну конечно же. Исеть-Каменск — тихий городок, в котором никто никогда никого не похищал, не приносил людей дракону в жертву и вообще то, что под его стенами болото, наполненное тварями, это и вовсе какая-то мелочь.

Архипов посмотрел на меня в досаде. Потом перевел взгляд вперед.

— Они заделали дыру в плотине, — заметил он.

— Отлично, больше мне не придется торчать там по коленно в воде, — уменьшив скорость, я подвел катер к воротам. — Посидите пока в рубке.

Я, прихватив новый детектор, вышел на палубу. Меня сразу ослепил яркий прожектор, направленный на катер.

— Господин Титов, можете приглушить свет, а то я потом по тварям не смогу попасть.

— Я думал, вы сбежали, Ваше Сиятельство, — услышал я голос майора.

— Нет. Нас с Архиповым увез Огнев. Полагаю, вы знаете, что это за персона.

— К сожалению, знаю.

В воротах форпоста открылась узкая калитка и к катеру подошел Титов в защитном костюме. Я протянул ему руку, помог забраться на палубу.

— А где Архипов? И… это у вас кровь на костюме?

— Должен сообщить две неприятные новости, — сказал я. — Архипов был убит Огневым.

— Проклятье, — прошептал Титов. — А вторая плохая новость?

— Я попытался вспомнить одно заклинание, которое бы убило ублюдка, но что-то пошло не так.

— И вы его не убили?

— Не совсем. Так вышло, что в теле Огнева теперь дух Архипова, а дух Огнева в мертвом теле Архипова пошел на дно топи.

Титов уставился на меня в неверии. Я протянул ему детектор.

— Это принадлежало Огневу. Какой-то новый детектор, разработанный Гильдией и который сканирует полностью мага или человека и способен выявить какие-либо изменения в магической силе и то, что в теле находится кто-то совсем иной.

— Знаю о таких. Нам кстати, должны были их прислать, но потом почему-то отложили. Хотите, чтобы я протестировал прибором Огнева, который на самом деле Архипов? Он в рубке? — майор взялся за ручку двери.

— Именно так. А еще, господин Титов, никогда не сканируйте меня, — сказал я ему в спину и увидел как он содрогнулся.

Застыв на мгновение, майор медленно обернулся ко мне.

— Почему? — тихо спросил он и я увидел с каким напряжением он сжимает ручку детектора, а вторая его рука была явно готова потянуться к кобуре.

— Потому что на вашем лице было написано именно это — желание проверить меня сразу после Архипова. Давайте заключим сделку. Я помогу городу продержаться неделю до снятия карантина, а вы будете уважительно относиться к моей приватности. И не говорите мне сейчас о ваших должностях обязанностях. Вы столько раз закрывали глаза, что мое предложение просто пустяк по сравнению со всем остальным. Кроме того, вы меня проверили и стопроцентно убедились, что я не болотная тварь. Остальное вам знать не надо.

Титов сжал зубы, явно оскорбившись, но возразить на мои слова ему было нечем.

— Вряд ли вы нас спасете, Ваше Сиятельство, — произнес он угрюмо. — Макрис принес мне патроны и обещал позже занести запасную оптику для винтовки. Только этого он не сделал и покинул Исеть-Каменск несколько часов назад, сказав что у него срочные дела и вряд ли в ближайшее время он вернется.

— Значит, мне придется положиться на интуицию, — я протянул ему руку. — Так вы согласны?

— Если вы нас спасете, — Титов осторожно пожал мне ладонь. — Но вам обоим всё равно придется посетить контейнер, чтобы маги еще раз проверили вас на «болотную чуму».

Я кивнул. Титов раскрыл дверь и вошел в рубку.

— Господин Архипов?

— Знаю, что это выглядит странно и пугающе, но да, это я…

— Выглядит не так уж неплохо, хотя бы потому что не вижу на вашем лице мерзкой и злой ухмылки Огнева, — отозвался Титов, оглядывая полицейского.

Потом принялся разбираться в настройках детектора. Еще пару минут спустя он, озадаченный, смотрел на экран.

— Поверить не могу. Вообще не предполагал, что такое возможно.

— Вы теперь нас пропустите внутрь? — поинтересовался я. — Зовите своих магов для проверки, я хочу поскорее принять душ и поужинать.

— Я думал, вы собирались нам помогать.

— Обязательно, как только приведу себя в порядок. Будь иначе, мы бы с господином Архиповым укатили куда-нибудь подальше.

Титов кивнул, достал рацию, отдал необходимые распоряжения.

— Я вам звонил, Ваше Сиятельство, — сказал он. — Мне сообщили, что вы приобрели телефон и я узнал ваш номер.

— Прошу прощения — не мог вам ответить. В тот момент Огнев забрал у меня телефон.

Появившиеся маги со сканерами осмотрели катер, ворота распахнули и мы заехали внутрь. Быстро разобравшись с тем, что мы с Архиповым по-прежнему не являемся носителями «болотной чумы», нас отправили в гостиницу. Титов вновь приставил ко мне для охраны своих парней, к счастью избавив меня от компании Антонова. Военные с недоверием выслушали объяснения майора насчет Архипова. Из-за их недоверчивых взглядов ему даже пришлось снова просканировать Архипова и показать им результаты на экране.

В гостинице ничего не поменялось. Мой номер по-прежнему охранялся внутри и со стороны коридора.

Комната жутко нагрелась за летний жаркий день и я включил на полную мощность кондиционер.

— От ужина, думаю, вы не откажитесь? — поинтересовался я у Архипова и передал ему меню. — Как себя чувствуете?

— Благодарю. Уж точно лучше, чем было до того как вы переселили меня в Огнева, — отозвался он. — Аппетита особо нет после всего, но я все же составлю вам компанию.

Мы сделали заказ ожидающему официанту, и я ушел принимать холодный душ.

В ванной я спохватился, что забыл кое о ком.

— Хермагорас? — позвал я. — Ты там жив после сканирования?

Зеленый ящер выбрался из кармана пиджака.

— В том контейнере было очень неприятно, — пропищал он.

— Перебирайся в карман банного халата, — приказал я. — Костюм отдадут в химчистку. Там тебе понравится еще меньше.

Еще полчаса спустя, закутавшись в махровый халат, я уселся за стол, который как раз накрыли. Архипов сел на противоположном конце, мы пожелали друг друго приятного аппетита и я с наслаждением занялся едой.

После того как я слегка утолил голод, как-то разом накатила усталость. Хотелось забраться в постель и спать, а не тащиться обратно в крепость. Кроме того была странная уверенность, что сегодня ночь пройдет спокойно. На топи, пока мы направлялись к Исеть-Каменску не наблюдалось никакого движения и не было какого-либо намека на зов.

Архипов, который задумавшись, почти ничего не ел, вдруг закашлялся, словно подавившись, схватился за горло, а потом, опрокинувшись навзничь вместе со стулом, забился в агонии.

— Да что б вас черти сожрали, — выругался я.

К Архипову бросилось двое военных.

— Назад, — приказал я. — Вы ему уже не поможете.

— А говорят, молнии не бьют в одно место, — произнес кто-то из них и перекрестился.

Я глянул на него неодобрительно.

— Хорошее оправдание для невыполнения своих обязанностей, — процедил я сквозь зубы и склонился над умирающим, который явно пытался что-то сказать.

— Не надо меня оживлять… И убивать кого-то ради этого… — еле слышно выдавил из себя Архипов.

— Могу поселить временно в какое-нибудь животное, — прошептал я и усмехнулся. — Только назовите какое. А то могу вам нечаянно подложить свинью.

— В собаку… — прохрипел Архипов.

— Тогда, когда плоть умрет, не дергайтесь — ваш дух по-прежнему заперт в теле, — прошептал я. — Хождения мертвого мне будет объяснить Титову куда сложнее.

Архипов кажется успел кивнуть, прежде чем раздался его последний вздох.

Я уселся за стол и продолжил ужинать. Все четверо военных уставились на меня дикими взглядами.

— Ваше Сиятельство, вы чего?! — выдавил из себя один из них. — В еде же яд!

— Наверное опять не в ту тарелку подсыпали, — я равнодушно пожал плечами. — Скажите, в Исеть-Каменске можно приобрести собаку какой-нибудь охотничьей породы?

Военные только недоуменно переглянулись.

— Мы должны сообщить о произошедшем майору.

— Пренепременно. Думаю с этим легко справиться один из вас. Еще двое — живо на кухню, перетрясите там весь персонал, выясните насчет яда. Еще один — отдайте мой костюм в химчистку. А остальным срочно найти собаку. Вопрос жизни и смерти.

С этими словами я вернулся к ужину, игнорируя выражения их лиц.

Титов был в гостинице уже через десять минут. Присел у тела отравленного, осмотрел. Потом пристально глянул на меня.

— Мне сказали, что вы продолжили ужинать, после того как отравили Архипова. Вам не пришло в голову…

— Мне пришло в голову, что хотели отравить Архипова. Точнее господина Огнева, — отозвался я.

— И кому это понадобилось? Конечно, у него полно врагов, но никто не посмел бы из-за княгини.

— Это как раз ее рук дело.

— И зачем ей травить верного ей мага?

— Потому что он провалил ее задание.

— Ваше похищение?

— Другое. Не важно какое, господин Титов, но за такое не прощают.

Майор только покачал головой, поднялся и достал телефон.

— Если вы хотите вызвать определенную службу, то труп никуда увозить не надо, — предупредил я.

— Вам-то он зачем?! — возмутился майор, но увидев мой взгляд, он потер ладонью лицо. — Простите, Ваше Сиятельство.

В гостиную зашел один из военных, ведя на поводке таксу. Собака явно была старая и не ухоженная. Тусклая шерсть, совсем седая на морде, слезящиеся глаза.

— Это что? — спросил я.

— Вы просили охотничью, — отозвался военный. — Она была единственная в приюте.

— Вы мне решили достать собаку в приюте?

— Ну а кто мне из хозяев свою отдаст? — растерянно произнес военный.

— Зачем вам собака? Погодите, вы хотите в нее переселить Архипова?! — воскликнул Титов.

— Да, главное вспомнить, где я напортачил в заклинании первый раз, — произнес я, придав себе озадаченный вид.

— Мы все будем в этот момент подальше от вас! — Титов с подозрением огляделся. — Неужели его дух еще где-то здесь?

— У вас под ногами, в теле Огнева. Иначе начерта мне тут его труп? — я показал на собаку. — Верните обратно. Мне нужно что-то поприличнее.

— Сейчас глубокая ночь, Ваше Сиятельство, — сказал Титов. — Можно это отложить на утро?

— Можно, хотя господин Архипов вряд ли будет вам за это благодарен.

— Мы всё равно сейчас не найдем собаку. Может быть, вы все-таки позволите увезти тело в морг?

Я только махнул рукой, соглашаясь. Ужасно хотелось спать, глаза у меня уже слипались.

— Вы себя точно хорошо чувствуете? — забеспокоился Титов, увидев мое состояние.

— Меня не отравили. Просто у меня был не такой легкий день и нужно выспаться. И вам, кстати, тоже не помешает. Уверен, сегодня ничего не произойдет.

— Откуда вы знаете.

— Интуиция.

Титов вздохнул.

— Что ж, отдыхайте, Ваше Сиятельство. Все равно в таком состоянии вы оборонять город не сможете.

Еще через пять минут тело Огнева увезли. В гостиной осталось дежурить двое военных, а остальные ушли.

Я направился в спальню, упал на кровать и мгновенно отрубился, едва голова коснулась подушки.

Проснулся от каких-то странных звуков. Комнату заливало яркое утреннее солнце, в стекло билась бабочка, за которой охотилась зеленая ящерица. Наконец бабочка была поймана и сожрана. Ящерица замерла на стекле, словно приклеенная, вывернула голову, посмотрела на меня.

— Это унизительно — есть насекомых, — пропищал Хермагорас.

— Ты ящерица, тебе положено, — я взглянул на часы, которые показывали девять утра, выбрался из постели и направился в душ.

Надев второй серо-голубой костюм, я вышел в гостиную. Военные отрапортовали, что ночь прошла спокойно.

— Выяснили с кухней? — поинтересовался я.

— Да, одному повару угрожали и он подсыпал яд. Но вы были правы, неизвестные хотели отравить именно господина Огнева. Повара сам майор допрашивал.

— Но Титов все же на всякий случай на кухню тоже поставил охрану, — добавил второй.

— Надеюсь, не Антонова? — поинтересовался я.

— Антонов в крепости, с тех самых пор, как вы с господином Архиповым уехали в Снежинское.

Вот и хорошо. Не будет мне мозолить глаза и нарываться на неприятности. Принесли завтрак. Я не спеша поел. Потом сообщил, что пришло время отправиться на поиски собаки. С теми же военными, с которыми я ездил за одеждой я спустился вниз и уселся за руль внедорожника. Военные переглянулись и молча разместились сзади.

— Честно говоря, я уже давно не видел на улицах города людей, выгуливающих собак, — сказал военный, который притащил вчера таксу. — Да и бродячих тоже.

— Но приют для бездомных животных в Исеть-Каменске всё же имеется.

— Его создали, когда появились новые владельцы поместий… Ни лошади, ни собаки, ни прочие животные оказались им не нужны. Крупных животных и птицу обычно продавали мясникам, а вот собак почти никто не выкупил.

— То есть вы мне сейчас предлагаете посетить ваш приют?

— Да, Ваше Сиятельство.

— Ладно. Говорите куда ехать.

Спустя несколько минут мы уже заходили на территорию небольшого парка. Больше всего это место напоминало небольшой частный зоопарк. В вольерах обнаружились пара верблюдов, овцебык, которому явно было чрезвычайно жарко в этот летний день, а так же целая стая страусов.

Я с недоумением поглядел на военных.

— Эти животные тоже когда-то жили на землях поместий. Вольеры для собак в самом конце.

Выбирать в итоге оказалось не из чего. В вольерах сидела куча бесполезных шпицев, мелкие собаки с выпучеными глазами, тройка обросших пуделей, разномастные борзые, пара догов и даже ротвейлер. Я замер у вольера последнего. С одной стороны, собака была на вид молодая и сильная, с другой — слишком уж приметная.

Я посмотрел последнюю клетку. В ней сидела знакомая такса с седой мордой. А потом я заметил его — пса с грязно-серой торчащей жесткими пучками шерстью, забившегося под стол и который сливался с бетонными стенами. Я пригляделся повнимательнее: висячие лохматые уши, шерсть образовывала над глазами нависающие «бровки», «бороду» и торчащие в стороны «усы». А уж выражение этой собачьей морды нельзя было перепутать с другой породой.

— Ух ты, надо же, настоящий штихельхаар, — я показал на пса военным.

— Нам это ни о чем ни говорит, Ваше Сиятельство. Это охотничья собака?

— Да, настоящая легавая. Но дело не в этом. Приглядитесь. У них всегда такое выражение морды полное скорби, как-будто в них вселилась человеческая душа.

Военные уставились на пса и я увидел как их лица бледнеют. Все трое украдкой перекрестились.

— Но это всего лишь собака. Пока, — произнес я и все трое вздрогнули. — Узнайте у служащих о здоровье и возрасте. И если всё в порядке, я его заберу.

Вскоре появился служащий питомника, поприветствовал нас, вошел в вольер с ошейником и поводком. Пес зарычал, явно не собираясь даваться в руки.

— Первый раз такое, — с недоумением сказал служащий. — До этого вел себя совершенно не агрессивно, да и характер у этой породы спокойный и уравновешенный.

Пес однозначно что-то чуял, потому что в следующий миг бросился на сетку вольера, где я стоял, а потом со скулением тут же снова забился в угол.

— Я с ним ничего сейчас не сделаю, — служащий покачал головой. — Он меня покусает.

— Да вы издеваетесь? — произнес я.

— Вообще-то я орнитолог, в собаках не особо разбираюсь. А мой коллега сейчас болеет.

Я только неодобрительно покачал головой, толкнул сетчатую дверь и вошел в вольер.

Пес снова начал рычать. Я подошел к нему и остановился в полуметре.

— Укусишь меня, умрешь, понятно? — произнес я. — Давай, дружок, пора принести пользу обществу. Иначе пропадешь тут окончательно, когда тебя начнут кормить зерном вместо мяса.

Пес, прижавшись к земле, пытался ползти еще дальше в угол, давно уже уперевшись задом в стену. Я протянул руку, схватил его за шкирку и он замер, словно смирившись.

— Ошейник и поводок, — сказал я служащему и тот спешно надел всё это на пса. — А теперь искупайте его и приведите в порядок шерсть. Полагаю, что с этим вы всё же справитесь.

— Но это не входит в наши обязанности… — начал было служащий и заткнулся.

Штихельхаар после купания оказался коричневого с проседью окраса. Достаточно неприметный пес — то что надо.

Спустя полчаса, с отмытой от грязи, вычесанной и подстриженной собакой мы ехали в морг. Там нас уже ждал проинформированный своими подчиненными майор.

— Кажется, вы не хотели присутствовать при этом, господин Титов, — напомнил я.

— Я передумал. Вряд ли я такое еще когда-нибудь увижу в своей жизни, — отозвался Титов. — К тому же хочу проверить детектором.

Мы вошли внутрь, пес тоскливо заскулил и задрожал. То ли от запахов места, в котором мы находились, то ли что-то почуяв.

— Что это за дворнягу вы привели? — сказал Титов.

— И вы тоже не разбираетесь в охотничьих породах? — я неодобрительно покачал головой. — Это отличная породистая легавая, достаточно умная, поджарая и выносливая.

— Вы так говорите, будто хотите оставить Архипова в теле собаки навсегда.

— Не исключаю такой вариант. Поскольку Алексей Иванович против того, чтобы его поместили в человека.

— Почему?

— Потому что дух этого человека придется изгнать.

— Хм, — задумчиво протянул Титов.

— Вопрос этики, — добавил я, надеясь, что мысли майора не пойдут в совершенно ином направлении.

— Что ж, понимаю Архипова. Хотя многим на его месте было бы наплевать на других.

Служащий морга выкатил из холодильника полку с телом Огнева и ушел. Я подошел к трупу, начал выводить над ним заклинание, а потом, прервавшись, поглядел на напряженно следящих за мной военных и успел заметить, как Титов отвел детектор, устремленный на меня, обратно на тело Огнева.

Глава 12

— Вы только что нарушили свое обещание, — сказал я Титову.

— Простите, но я должен был убедиться, что вы не некромант, — отозвался майор и нахмурился. — Хотя, я не уверен, что прибор бы это показал. Если я ничего не путаю, некромантов каким-то особым способом могут распознать только высшие светлые.

— Вы точно что-то путаете. Поскольку детектор разработан в Гильдии наверняка с участием Чистослава Черного, то он непременно выявил бы некроманта.

— Чистослав Черный сталкивался с некромантами? — ужаснулся майор.

— Да. В Богемии, откуда он сбежал, было их полно, — небрежно отозвался я.

— Вы хотели сказать, в Германской империи? Хм, а я думал, что он сбежал из-за своего императора-дракона.

Императора-дракона? Что только от людей не услышишь о себе, когда они разговаривают с тобой, не зная с кем имеют дело…

— Я и не говорил, что господин Черный сбежал из-за некромантов, — произнес я и принялся дальше выводить заклинание. — Думаю не ошибусь, господин Титов, что вы тут остались, чтобы также узнать какого цвета будут символы в моем заклинании?

— Никогда не слышал, чтобы у кого-то из магов они были невидимые. Особенно у тёмных.

— Вы должны по-прежнему обращаться ко мне Его Сиятельство, — произнес я, глянув на него.

— Вы действительно граф?

— Есть какие-то сомнения?

— Пожалуй, нет. Вы человек, несомненно привыкший приказывать, с манерами, хорошо обученный.

— Маг, — поправил я его и завершил заклинание.

Пес, который стоял у моих ног и трясся, вдруг взвыл. А следом заколотило тело трупа, что все военные отпрянули от неожиданности. Не обращая внимания на происходящее, я присел рядом с собакой, успев заметить промелькнувшее в воздухе бледно-голубое облачко втянувшиеся в штихельхаара.

— Алексей Иванович, говорить сможете? — спросил я.

— Спасибо, Ваше Сиятельство, — отозвался Архипов лающим голосом. — Что за собаку вы мне подобрали?

— Штихельхаар, немецкая легавая, — я ему подмигнул. — Отличная психически уравновешенная порода, весьма умная, выносливая, имеющая поджарое телосложение. Данному псу еще двух лет нет, хотя выражение морды у него и стариковское.

— Легавая? — собачьи глаза Архипова смотрели на меня с подозрением.

— Вам очень подходит, — проигнорировав его подозрение в оскорблении, продолжил я. — Выражение его морды абсолютно такое же как у вас, когда вы озадачены.

— Ну спасибо, — буркнул Архипов с рычащими нотками. — А что с духом собаки? Вы перенесли его в тело Огнева?

— Нет, — я поднялся и закатил уже прекративший биться труп обратно в холодильник. — Дух остался в теле пса, но поскольку человеческий по иерархии выше и сильнее, вы его подавили и он себя не проявит, пока вы не покинете собачье тело.

Однако мои слова нисколько не обрадовали Архипова.

— Но почему вы его просто не переместили в труп?

— Не беспокойтесь, ваш дух из тела пса ничто не вытеснит, я позаботился, — произнес я. — Зато это вам должно помочь не иметь проблем с контролем тела.

— Я думал, что должно быть наоборот. Но вы откуда знаете? Вы же такое никогда не делали? — спросил Архипов.

— В теории. Вам поводок оставить или отцепить? — я помахал в руках кончиком кожаного ремешка.

Архипов посмотрел на меня так, словно я должен был провалиться от стыда. Но я только взглянул на него усмешкой.

— Отцепите, пожалуйста, Ваше Сиятельство, и ошейник тоже снимите, — произнес Архипов и поглядел в сторону следивших за нами военных. — Надеюсь, вы не слишком шокированы, господин Титов?

— Не знаю как вы к этому отнесетесь, но для меня лучше уж находиться в теле собаки, чем в теле этого ублюдка Огнева, — майор перевел взгляд на меня. — Что дальше, Ваше Сиятельство?

Я снял с Архипова ошейник, бросил в угол и сказал:

— Хочу осмотреть город. Его укрепления.

— То есть обойти периметр? — уточнил Титов.

— Да.

— Могу сперва показать вам на карте. У меня в машине.

Мы вышли из морга. Титов достал из внедорожника папку, извлек из нее карту, расстелил на капоте. Туда легко запрыгнул Архипов, уселся с краю.

— Юго-восточные ворота вы уже видели, — Титов показал карандашом на карте. — Стена идет в обе стороны от плотины. На севере огибая лесопарк и город она доходит до вторых, точнее, главных ворот, от которых идет прямая дорога в Екатеринбург. На юге стена также делает широкую дугу, захватывая всю территорию металлургических заводов и заканчивается недалеко от реки Исеть. Третий участок идет от Исети к главным воротам. Общая длина стены примерно тридцать километров.

— Погодите, я правильно понимаю, что кольцо не замкнуто и между вторым и третьим участками город ничего не защищает? — спросил я удивленно.

— В этом не было нужды — на юге берега реки достаточно круты. Сам город тоже находится на возвышенности.

— Но вы ведь построили стену на плотине там, где река вытекает из города.

— Там берега не столь высоки, к тому же топь наступает именно с этой стороны. Считаете, что нашли уязвимое место? — обеспокоился майор. — Высшие маги осматривали в том месте берега, сказали, что стену там строить смысла нет, как и вторую плотину.

Я нахмурился, поглядел на Титова, потом на Архипова.

— Алексей Иванович, вы же картограф. Поправьте меня если я не прав. Пока мы с вами передвигались по топи я не замечал никаких холмов. Везде была только ровная поверхность, не считая болотных кочек. Мы с вами видели, как топь поглотила лес около Снежинского. Каковы были высоты там, где теперь топь?

— В основном здесь равнинная местность. Но местами есть выход на поверхность скальных пород. Больше всего их вдоль русел рек.

— Хм, завтра снова посещу Снежинское, посмотрю, ушла ли скала, на которой стоит дом, в топь.

— Считаете, что природные возвышенности нас не спасут? — мрачно спросил Титов.

— Очень хочу ошибиться, — я поглядел на майора. — В ночь атаки ваши военные потратили почти все снаряды. Где есть возможность пополнить запасы?

— Поскольку мы на карантине, нам их никто не выдаст, — ответил Титов. — Обычно присылали с базы в Екатеринбурге. Запасы наши еще не закончились, но если атака будет такой же активной, как вчера, их хватит часа на три максимум.

— Что насчет того, чтобы пополнить запасы у бандитов? Наверняка, должно что-то найтись, — поинтересовался я.

— Если бы знали у кого и где именно искать, — майор только покачал головой.

— Если бы Макрис не испарился, можно было бы спросить у него, — сказал Архипов.

— Так может быть позвоните и спросите? — предложил я.

— Хотите чтобы я пролаял ему в трубку? У меня, к сожалению, совершенно изменился голос, Ваше Сиятельство. Да и вряд ли он мне это сообщил бы по телефону. Был бы он тут, вы могли бы на него надавить.

— Значит, рассчитывать нам не на что, — мрачно констатировал майор.

Я поглядел на Титова, потом свистнул Архипову.

— Пойдемте, Алексей Иванович, мы уезжаем в Екатеринбург.

— Что? Вы же обещали помочь… — начал было Титов и смолк под моим взглядом.

— Во-первых, вы нарушили свое слово, и я вам после этого ничего не должен. Во-вторых, какой смысл спасать людей, поставивших на себе крест?

Титов побледнел, нахмурился. Но потом всё же взял себя в руки.

— Я приношу извинения, что не сдержал слово. Но это было не любопытство, а всего лишь беспокойство о безопасности города, — произнес майор. — Пожалуйста, Ваше Сиятельство, останьтесь и помогите нам.

— Тогда напрягитесь и подумайте, где все-таки вы могли бы пополнить боеприпасы. В городе наверняка остались люди княгини, раз кто-то из них организовал убийство Огнева. Найдите и потрясите их, уверен у вас получится. А я пока прогуляюсь и все-таки осмотрю город. И без ваших парней. Архипов, пойдемте.

Я направился прочь по улице. За мной спешно побежал штихельхаар.

— Ваше Сиятельство, прошу больше мне не свистеть. Я конечно понимаю, что я в теле собаки, и возможно вы находите это забавным, называть меня легавым и тому подобное, но в действительности это унизительно…

— Помолчите, Архипов, — хмурясь сказал я, прислушиваясь.

— Что случилось? — встревоженно пролаял полицейский и тут же сконфузился тому, как прозвучал его голос.

— Снова слышу этот чертов зов, — произнес я. — Очень далеко, примерно там где познакомился с Хермагоросом…

Словно ответ на мои слова, на плечо мне взобралась ящерица, встав на задние лапки, опираясь на хвост, зашаталась, словно входя в транс. Я поймал ящера в тот момент, когда он собирался сигануть с моего плеча на землю. Хермагорас разочарованно зашипел, а потом обмяк в моих пальцах, потеряв сознание, а следом у него отвалился хвост.

— Да что б тебя, — выругался я и забросил обморочного ящера обратно в карман пиджака. — Интересно, в городе можно раздобыть террариум?

— Разве что в том же приюте, где вы добыли собаку, — предположил Архипов. — Значит, на болоте вы мне солгали, что не слышали зов?

— Не хотел подпитывать вашу паранойю. Сейчас смысла скрывать нет. На меня зов не действует, зато я понимаю, что он приказывает тварям. Не слова, а смысл. Без этого понимания, я бы не расстрелял тех, кто отдавал приказы. А вы, кстати, откуда знаете о зове?

— У магов Титова в форпосте есть какое-то устройство, которое его засекло. Но они не смогли его расшифровать, лишь поняли, когда идет зов, вместе с ним идет наступление топи и атака тварей. Но засечь они его могут лишь на небольшом расстоянии, может быть максимум в три километра.

— Катастрофически мало. Ладно, пойдемте, — сказал я и мы направились дальше по улице.

Мимо нас проехал военный внедорожник, из которого нам махнул Титов. Я посмотрел ему вслед, потом оглянулся. Второй внедорожник полз в ста метрах от нас — майор все-таки приставил своих парней присматривать за нами. Я только качнул головой и снова обратил свое внимание на штихельхаара.

— Слушайте внимательно, господин Архипов. Вы по-прежнему находитесь под прикрытием. В этот раз у вас задача сложнее, поскольку вы теперь в теле собаки. И вы должны себя вести как собака. И да, я продолжу вам свистеть. Потому что собаке естественно отзываться на свист. Можете еще напрячь память и вспомнить какая кличка у вас была в школе или в студенчестве. Иначе мне придется придумать вам новую.

— Вы забываете о новых детекторах! — с возмущенным подвыванием возразил Архипов.

— Не будете болтать при незнакомцах, никому не придет в голову вас сканировать. Или говорящие собаки в империи — обычное дело?

— Разумеется нет. Но…

— Кличка?

— Дайте мне время подумать, — пробурчал Архипов.

Неожиданно зазвонил телефон, но не мой. Я вытащил из кармана мобильный Огнева. На экране высветилась фамилия Макриса. Я показал Архипову. Собака кажется сделала жест, словно хотела пожать плечами.

Я ответил.

— Да?

— Огнев, несмотря на то, что ты проигнорировал мою просьбу, я тебя все же предупреждаю! — торопливо заговорил Макрис. — Случайно услышал, что хозяйка на тебя ужасно зла и заказала тебя. Уж не знаю, что ты такое натворил. Но я бы на твоем месте срочно уехал.

— Поздно спохватились, Кир, — сказал я.

— Кто это? — напрягся Макрис. — И что с Огневым?

— Я конечно благодарен, что вы пытались спасти меня, но не думал, что вы начнете переживать за этого ублюдка, — продолжил я.

— Граф? — с неверием произнес Макрис. — Что с Огневым.

— По приказу вашей хозяйки Огнева отравили, так что теперь он в морге.

— Отравили? Но… Я уже подумал, что вы приложили руку к его гибели… Хотя, какого черта тогда у вас его телефон?!

— Возвращайтесь в Исеть-Каменск, я вам расскажу.

— Вы в Исеть-Каменске?! — Макрис похоже совсем растерялся.

— Прихватите с собой боеприпасы для гарнизона — превратитесь из бандита в местного героя, — сказал я с насмешкой.

— Посмертно что ли? — я так и представил по его тону, как он в ответ усмехнулся. — Огнев сказал, что просканировал вас, и что вы не граф Белов-Полозов. Думаю, что в Исеть-Каменске теперь остались лишь болотные твари.

— Вы ведь видели, как меня проверяли местные маги.

— А они не могли ошибиться?

— Нет.

— Хотите сказать, что Огнев ошибся?

— Нет.

— Тогда кто вы черт побери такой?!

— Приезжайте в Исеть-Каменск, — мой полуироничный тон исчез, сменившись на угрожающий. — Не приедете с тем, что я сказал, я вас сам потом найду. Хоть в Екатеринбурге, хоть у черта на куличиках, хоть из-под земли вас достану. И тогда нокаут, в который я вас отправил, покажется вам отпуском на райском острове.

Я отключил телефон и бросил в карман.

— Ого, — только и сказал Архипов.

— Он — бандит, всего лишь донес на понятном ему языке.

— Думаете, приедет?

— Если бы я не умел убеждать людей, я не стал бы императором.

Я увидел хозяйственный магазин, зашел туда, купил там большую банку с крышкой для Хермагораса. На первое время сгодиться. Я проделал в крышке дырки, сорвал несколько листьев с тополя, бросил в банку, а следом положил туда ящерицу.

— Зачем он вам? — спросил Архипов, наблюдая за моими действиями.

— Интересный редкий экземпляр.

— Он был редким, когда у него были три головы.

— Хм, может они снова отрастут, — задумчиво отозвался я, изучая ящера в банке. — У него на шее появились два бугорка, которых раньше не было.

Архипов пригляделся и на его морде отразилось удивление.

— Похоже, вы правы, Ваше Сиятельство. Как думаете, из-за чего это? Вы ведь переселили только дух.

— Сейчас у меня только один вариант, что Хермагораса кто-то проклял и согласно проклятию у него до конца жизни должно быть три головы. Разберусь с этим, когда будет время.

Мы прошли еще сто метров и я остановился, думая, что прогуливаться в такую жару оказалось не очень хорошей идеей. Даже если мы шли в тени тополиной аллеи. Я вытер платком пот с лица, огляделся, потом махнул ползущему за нами внедорожнику. Через несколько секунд машина остановилась около нас.

Я сделал знак водителю освободить место, отдал ему банку с Хермагоросом и сел за руль. Включил на всю мощь кондиционер, откинулся в кресле, наслаждаясь прохладными струями воздуха. Архипов забрался на сиденье по-соседству. Я неспешно поехал вперед, ведя машину по периметру города и изучая его.

Исеть-Каменск наверное был всего около пяти километров в длину и чуть больше трех в ширину, если считать только городскую застройку и исключить оказавшиеся в кольце защитных стен лесные массивы и огромную, едва ли не в два раза больше самого города, территорию заводов.

Я проехался до главных ворот, расположенных на северо-западе. Через них в город вела основная автомагистраль из Екатеринбурга, а так же железная дорога, как мне пояснил Архипов, использовавшаяся в основном в грузоперевозочных целях, соединяющая столицу Зауралья, рудники, карьеры и заводы. Левее ворот в город свободно затекала река. Но я заметил сеть охранной магии, растянутую словно паутина между берегами.

— Что думаете? — спросил Архипов.

— Защита отличная. У меня только один вопрос, если она так хороша тут, то почему топь поглотила остальные города?

— Исеть-Каменск был под особым контролем, тут расположены основные заводы империи.

— То есть остальные не удостоились чести получить защиту?

— Скорее, не договорились. Владельцы мелких производств и рудников — те еще самодуры оказались.

— Хм, — задумчиво произнес я и продолжил осмотр.

В этом месте, помимо стен, город вполне защищали крутые берега реки Каменки. Да, возвышенность спасала город от топи. Пока. Но я почему-то был уверен, что это вполне может измениться.

Я посмотрел на северо-восток. Зов по-прежнему шел оттуда. Пока тихий и не интенсивный. И звучал лишь одинокий голос. Но был ли он главным?

Объехав город я добрался до скалистого берега реки, выбрался из машины.

Справа от меня стена доходила аккурат до обрыва. Внизу метрах в тридцати под отвесными серыми, с рыжими вкраплениями, скалами текла Исеть, отражая синее безоблачное небо. За рекой открывался вид на скалистые берега и бесконечные лесные массивы, за которыми торчали корпуса металлургических заводов. Дальше, за дымкой выбрасываемого содержимого труб виднелась топь.

С этого места было неплохо видно, странно, что тут никто не додумался построить смотровую башню.

— Мы находимся сейчас на скалах, называемые «Три пещеры». На противоположной стороне справа скала «Филин». Неподалеку от нее заканчиваются производственные территории, — сказал выбравшийся вслед за мной из машины Архипов. — Как видите, тут берега реки еще выше, чем на Каменке у главных ворот.

— И тем не менее это место кажется самым уязвимым, — сказал я.

— Почему? — удивился полицейский.

— Вот там низина, — я указал в самый конец стены крепости на противоположном берегу. — Стену дотянули до возвышенности, но не до обрыва на краю реки как здесь. Ее стоило протянуть еще метров на триста.

— Там за лесом скалы, которые мы отсюда не видим, — возразил Архипов. — Ваше предположение о низине ошибочно.

— В любом случае это дыра в защите. Так что можно сказать, что никакой карантин сейчас не действует.

— Там обрыв, который образует естественную стену. Через лес найдется не так много желающих продираться и отправиться из Каменска пешком, как и сюда. Плюс проявить умения альпинистов.

— Поспорим? Если проиграете, я сам придумаю вам кличку.

— Ну уж нет, — Архипов оскалился.

Я оскалился в ответ и псина тут же свалилась на землю кверху пузом.

— Это что?! Я этого не делал! — возмутился Архипов.

— Это инстинкт самосохранения псины сработал. Правильно, хорошая собака, — я наклонился и потрепал лохматую голову. — Не принимайте на свой счет, Архипов.

— Это… это… — у Архипова не нашлось слов от возмущения, затем он осторожно поднялся и, обернувшись, с изумлением уставился на метущий во все стороны хвост. — Вы ведь специально оставили дух собаки! Вас это забавляет!

— Я уже сказал, почему оставил его там. У него отличная реакция, спасет вам не раз жизнь. И избавит меня от необходимости опять вас куда-то переселять.

— А если этой псине придет в голову погнаться за кошками?

— Не придет. Штихельхаар охотится только по команде. Кстати, где тут ближайший мост?

— Ниже по течению автомобильный и железнодорожный. Чуть ближе есть висячий пешеходный, если вы вдруг снова захотите прогуляться пешком.

— Пожалуй, обойдусь без прогулки.

Я уселся в машину, повел ее по дороге вдоль скалистого берега. Затем дорога удалилась от Исети, пошла вдоль впадающей в нее Каменки. Я пересек небольшой мост через Каменку, снова вернулся в Исети и пересек уже крупный мост, от которого вела прямая дорога к заводам. От первых заводских ворот я повернул направо, направляясь к лесному массиву, туда, где как я думал находилась низменность.

Производственные корпуса закончились, как и асфальт. Далее в лес уводила скорее тропа, чем дорога, заросшая травой. В лесу мы проехали совсем немного, поскольку тропа уперлась в стволы срубленных елей. Дальше нужно было идти пешком.

Военные выбрались вслед за мной из внедорожника.

— Вам не обязательно меня совпровождать, — сказал я.

— Обязательно, Ваше Сиятельство, — мрачно отозвался один из них. — Титов нам дал приказ глаз с вас не спускать. Не потому что он вам не доверяет, а ради вашей безопасности.

Я равнодушно пожал плечами, продрался через кусты и зашагал на юг. Архипов шел рядом.

— Думал, что нас тут комарье сожрет, странно, никого нет, — сказал кто-то из военных позади меня, а я только усмехнулся.

— Хочу кровь как у вас, — тихо сказал полицейский. — Наверное и блохи тоже мне бы тогда не грозили.

— Держитесь рядом со мной и никто на вашу кровь не покусится.

Где-то слева среди деревьев виднелась стена завода, впереди стали попадаться скалы. Архипов как-то странно взлаял. Кажется это он так смеялся, думая, что оказался прав.

Но лес вдруг закончился, мы застыли на скалах, обрывавшихся в низину, заполненной гнилой водой. От образовавшего озерца, диаметром примерно в пятнадцать метров, уводил в заросли черный стоячий ручей. А еще с возвышенности, на которой мы застыли, левее, по куда менее крутому склону вниз вела вполне утоптанная тропа.

Мы с Архиповым переглянулись.

— Похоже, Ваше Сиятельство, вы были правы.

— Давайте спустимся, прогуляемся вдоль ручья. Уверен, что он выведет вовсе не к Исети, а к топи.

— Ваше Сиятельство! — запротестовали за моей спиной военные. — Это очень плохая идея!

— С чего бы? Или у вас защиты нет с собой?

— Есть, но…

— Так надевайте.

— Пожалуйста, никуда не уходите без нас. Мы через пять минут вернемся.

Военные поспешили назад к внедорожнику. Мы с Архиповым продолжали стоять на скале, изучая озеро внизу.

— Считаете, топь не просто так незаметно приблизилась к городу, Ваше Сиятельство? — уныло спросил Архипов.

— Она словно разумна, живет по каким-то своим законам, которых я пока не понимаю, — задумчиво отозвался я и обернулся, услышав хруст ветки — возвращались военные.

Звук повторился, а я понял что он шел совсем с другой стороны, обманчиво отраженный скалой.

Внизу, из зарослей около ручья вдруг вынырнула человеческая фигура. В длинной льняной рубахе, точно такой же, в которой меня везли на убой к Хермагоросу. Человек, словно почувствовав что на него смотрят, поднял взгляд на нас. Миг стоял, а потом метнулся обратно в чащу.

— Чтоб тебя черти сожрали, — выругался я и рванул вниз по крутому склону.

Следом за мной помчался Архипов. Слыша возмущенные крики военных, вышедших к скале, мы добежали до озера, от которого дохнуло знакомым запахом гнили, и нырнули в чащу вслед за беглецом. Побежали вдоль извилистого ручья по протоптанной тропинке. Где-то впереди мелькала среди деревьев серая рубаха.

А потом деревья разошлись, открыв лесную проплешину, которую занимало небольшое болотце. Именно в него впадал черный ручей. В центре болота торчал полутораметровый камень, вокруг которого по колено в болотной жиже стояло человек двадцать, одетых в серые робы, с окровавленными ножами в руках.

Один из них как раз водружал на камень отрезанную человеческую голову. Обезглавленное тело было примотано к камню и истекало кровью от многочисленных ран.

Все язычники повернулись к нам, а тот, за кем мы гнались, споткнулся и шлепнулся в грязь. Топь издала протяжный вой и на месте упавшего на поверхности всплыли только пузыри.

Мы с Архиповым замерли на краю болота. А люди молча, словно подчиняясь одной воле, двинулись прямиком ко мне.

Глава 13

— Архипов, назад, прочь от болота, — рявкнул я, встречая первого язычника.

Я перехватил руку с ножом, выворачивая и направляя лезвие против самого нападавшего. Он, убитый, с хрипом осел. А меня уже атаковали остальные. Я убил еще одного, поднимая безоружную руку под удар очередного врага. Предплечье полоснула боль, а язычник, на которого попала моя кровь рассыпался струпьями. Завладев вторым ножом, я отправил в ад еще двоих, но тут все остальные напали одновременно, облепив меня и нанося удары. Сжав зубы, рыча от накатившей на меня ледяной ярости, я старался вернуть долг с лихвой, нанося удары, которые должны были отправить моих врагов прямиком в преисподню. Так что всё закончилось быстро.

В это время где-то позади лаял-кричал Архипов:

— Не сметь принимать ближний бой! Не подходить!

Затрещали одинокие выстрелы. Я достал еще двоих, в это же время последних четырех сняли военные. Все трупы падали в болото, мгновенно тонули в черной непроницаемой воде.

Я посмотрел, как вырвались пузыри воздуха на поверхность, как воду затянуло ряской. По израненному телу текла кровь, пропитывая одежду, следом тяжелые капли падали в топь. Мои ноги были по лодыжки погружены в болотную воду. В глазах стояла муть, но боль уже проходила, а раны затягивались и я не позволил себе потерять сознание и даже сесть.

Но в тот миг, когда сознание почти прояснилось, я заметил струйки тьмы. Они скользнули у моих ног, словно что-то вынюхивая, а потом растворились в болоте. Я попятился от топкого берега, но тут над болотом взвилась тьма, упала на меня черной волной, сбивая с ног и утаскивая в глубину.

Я мгновенно потерял ориентацию, не понимая где верх и низ. Со всех стороны было одинакова черно, словно я провалился в бездонный черный колодец. Тьма, которая находилась внутри зараженных, прозванная «болотной чумой» и которая раньше держалась от меня на расстоянии, теперь обволакивала. Я чувствовал страшный зуд, словно в кожу мне впились одновременно тысячи тонких игл. Но ворваться внутрь меня тьма не смогла. Она разрослась, подпитываясь из ручьев тьмы, пронизывающих всё болото, образуя мощное облако, но и это ничего не изменило.

Тогда тьма отшатнулась, а я с изумлением услышал зов, в котором явственно прозвучало мое настоящее имя: «Эгихард!».

В звучащем зове не было слов. То, что я слышал можно было разве что сравнить с темной музыкой, которая рождала определенное настроение и побуждала к действиям. И лишь мое имя тьма повторила четко несколько раз, словно звала и спрашивала о чем-то одновременно.

Озадаченный подобным, я даже забыл мысленно чертыхаться. А потом и вовсе перестал что-либо понимать, когда тьма вытолкала меня на поверхность.

Я в пару гребков добрался до берега, выплевывая торфяную воду, уселся там на опрокинувшийся жертвенный камень. Обезглавленное тело и голова с него сгинули в топи. Я обернулся к болоту. Тьма не исчезла, застыв точно под моими ступнями, которые едва касались воды, словно чего-то ждала.

Следом я услышал за спиной щелчки предохранителей.

— Ваше Сиятельство? — произнес дрожащим от волнения голосом Архипов.

— Со мной всё в порядке, — отозвался я, глядя в черную воду.

— Вас всего изрезали, вам в больницу надо… — неуверенно произнес кто-то из военных.

— Именно поэтому вы хотите меня пристрелить? Чтобы не мучился? — я задумчиво усмехнулся. — Титову уже, надеюсь, сообщили? Поняли, что это прорыв? Что надо проследить куда ведет ручей и один ли он?

— Вы считаете, что топь пытается незаметно добраться до города? — спросил один из военных.

— Я ничего не считаю. У меня нет никакой информации о том, были ли подобные случаи и как вообще она поглощала города до того как добралась до Исеть-Каменска.

— Боюсь, что этого никто не знает, — отозвался второй из военных. — Свидетелей происходящего не осталось — все люди и маги, в поглощенных городах и деревнях стали зараженными.

— Светлые высшие должны что-то знать, черт бы их побрал, — произнес я сквозь зубы. — Или они зря столько лет занимались исследованиями?

И еще я точно знал, что император Александр передавал мне когда-то давно материалы касающиеся топи, но я абсолютно ничего из этой информации не помнил. И это тоже вызывало вопросы.

— Ваше Сиятельство? — услышал я внезапно голос Титова, чуть искаженный динамиком защитного шлема. — Еле вас дозвался. Вы без сознания сейчас были? Парни и Архипов считают, что вы потеряли уйму крови.

— Нет, я заснул, простите, — я открыл глаза и, обернувшись к нему, первым делом увидел направленный на меня детектор. — Как я понимаю, вы опять захотите проверить меня в вашем контейнере?

— Без этого нельзя. А потом я вас отвезу в больницу.

— В больнице не нуждаюсь.

— Сейчас не время для бравады. Я приказал парням изготовить носилки, дотащат вас через лес до завода, а там до ближайшего проверочного пункта уже на машине вас довезем.

Я уставился на него в изумлении, потом осмотрел себя. От пиджака и рубашки остались одни лохмотья, все было обильно залито кровью, которую болотная вода почти не смыла.

— Знаете что, купите мне лучше еще шесть костюмов. Судя по тому, что каждый день у меня один приходит в негодность, как раз до конца карантина хватит.

Я поднялся и шагнул к ним. И все как один отступили невольно на шаг.

— Как вы держитесь на ногах, не понимаю, — сказал майор, уставившись на меня. — Парни сказали что вам нож воткнули в печень.

— Печень? Нет, примерно в миллиметре прошло лезвие, — я придал себе задумчивый вид.

— И в сердце тоже, — дрогнувшим голосом сказал один из военных. — У вас там рубашка пробита…

Я опустил взгляд на грудь, увидел здоровую прореху. Да уж… Я стащил пиджак и рубашку, извлек из карманов оба мобильных телефона, каким-то чудом оставшихся целыми, оттер кожу мокрыми лохмотьями, выбросил их в топь. Кровь, конечно, не всю стер, но теперь ясно было видно, что у меня не было ни одной раны. И более того — ни единой царапины.

— Да нет ничего, — сказал я. — Мне только одежду попортили.

— Вы же сказали, что вам попали рядом с печенью…

— Пошутил. Видимо, неудачно, — произнес я, смотря как задавший вопрос военный оседает, теряя сознания.

Майор, заметно побледневший, посмотрел на своих не менее бледных подчиненных, потом перевел взгляд на Архипова.

— Мне нет причин не верить своим людям. Но что скажите вы, господин Архипов?

— Только то, что всё произошло слишком быстро и уследить было не возможно. Эти проклятые язычники облепили Его Сиятельство со всех сторон, крутились как бешеные лисы. К тому же, вы ведь знаете что у собак специфическое зрение, они не различают красные оттенки, так что Его Сиятельство для меня выглядит как перемазавшийся в серой грязи. Но полагаю, что это на самом деле кровь его врагов.

— Проклятье, забыл об этой особенности собак, — я поморщился. — Надо было вас в кого-то другого переселить. Придется вам, к примеру, следить за дамой в красном, а вы не сможете.

— Ваше Сиятельство! — майор смотрел на меня с упреком.

— Ладно, приводите своего подчиненного в себя и пройдемся к вашему чертову контейнеру.

Через пару минут мы уже шли через лес назад. Навстречу нам двигались три мага в защитных костюмах. Лица у них были мрачные.

— Не хотите их потерять, скажите, чтобы они держались подальше от той зловонной лужи, — сказал я.

— Но вы там искупались и вам ничего не было, — заметил майор, идущий рядом со мной. — У меня есть маги посильнее вас.

— Ага. Наверное, это что-то должно объяснить?

— Если дело не в магической силе, то тогда в чем? — не унимался Титов.

Трое его подчиненных тащились за нами на приличном расстоянии. А Архипов наоборот на несколько шагов опережал нас, но его уши «смотрели» назад, стараясь не пропустить ни слова.

— К сожалению, не имею ни малейшего понятия.

Мы обогнули озерцо, у которого стояло еще трое магов, хмуро изучающих это внезапное проникновение топи. Затем мы поднялись на скалу и скоро выбрались к месту где оставили машину. Теперь их там стояло четыре. Титов оглядел меня еще раз.

— У меня есть запасная одежда. Будет вам конечно великовата, но это лучше чем…

— Испачкать кровью машину, — закончил я. — Полностью согласен. Давайте.

Титов, который, успев смутиться, хотел возразить на мою первую фразу, так ничего и не сказал. Потом достал из багажника пакет, передал мне. Я ушел с пакетом в кусты.

— Архипов, — шепотом позвал я, переодевшись, и продолжил, когда ко мне в заросли нырнул штихельхаар: — Сможете заклинанием сжечь остатки моей одежды?

— Переживаете, что она кого-то убьет или что о свойстве вашей крови станет известно? Вообще-то все трое военных Титова видели как с десяток язычников развалилось на куски.

— А еще они видели как меня ударили ножом в сердце, но как видите, ничего подобного, — я показал на себя с легкой усмешкой. — Так что они уже сами себе не верят.

— Я тоже видел этот удар. На вас тогда напало сразу пятеро, неудивительно, что вы его пропустили. Кстати, я вопреки собачьему зрению, прекрасно различаю цвета.

— Вот и отлично. Не придется вас переселять в другое животное, у которого нет дальтонизма. Вы с одеждой-то поможете?

— Попробую. Так значит, вас обычным оружием убить нельзя?

— Это очень скользкая тема, господин Архипов, — предупредил я холодно.

— Я помню как стрелял в вас, но так и не понял, что тогда произошло. Хотя магический электрошокер на вас всё же подействовал… — добавил Архипов, явно ожидая ответа, но я ему ничего объяснять не собирался.

Штихельхаар, вздохнув, поднял переднюю лапу, став выводить заклинания. Символы были бледно-синего цвета, что говорило о склонности Архипова к водной магии, однако с заклинанием огня он тоже хорошо справился. Моя одежда вспыхнула и через несколько минут превратилась в пепел.

— Спасибо, — я еще раз проверил пояс, чтобы военные штаны, размера на два больше нужного, точно с меня не свалились, и мы направились к машине.

Майор, не снимая защитного костюма указал мне на заднее сиденье.

— Проверим вас и сможете водить сами, раз вам так нравится, — сказал он. — Хотя аристократы предпочитают иметь водителя.

— Особенно разорившиеся.

— Но вы не Белов-Полозов, — парировал Титов.

— То, что я не он, денег мне не добавит.

— То есть вы тоже разорились?

Я не ответил и со скукой поглядел в потолок машины.

— Простите, что опять нарушаю вашу приватность, — извинился майор, но в его голосе отчетливо прозвучала досада, что он не получил ответ.

Начальник гарнизона Исеть-Каменска сел за руль. Архипов устроился рядом со мной на заднем сиденье. Троица военных поместилась во втором внедорожнике и мы поехали той же дорогой обратно к главным заводским воротам.

— Скажите, Архипов, — начал Титов. — Я конечно, не маг, но правильно ли я понимаю, что Его Сиятельство защитил вас каким-то заклинанием и вы можете теперь не опасаться «болотной чумы»? Вы стояли достаточно близко к «источнику».

— Вы сейчас клоните к тому, что я могу аналогичное сделать для ваших людей и у вас отпадет необходимость носить защитные костюмы? — поинтересовался я, не дав Архипову ответить.

— Да.

— Ваши маги не одобрят применение темной магии, — сказал Архипов.

— Разве это не защитная магия? — спросил Титов, ненадолго притормозив перед открытыми заводскими воротами и, когда шлагбаум подняли, поехал дальше по территории завода.

Я мысленно выругался. Вот настырный тип. Подозревал меня недавно в некромантии и невольно опять выводит к ней же.

— Я объясню вашему главному магу. Пусть он сам дальше решает, что делать, — отозвался я, чтобы майор наконец отстал.

— Он погиб пару недель назад, — мрачно отозвался Титов.

— Ну тогда с его помощником или кто там у вас теперь за старшего?

— Да, можете поговорить с его двумя помощниками, — чуть приободрился майор и остановил внедорожник.

Мы выбрались из машины, оказавшись в самом конце заводской территории, там где стена крепости делал резкий поворот и уводила на север к реке, примерно к тому месту, откуда мы приехали. Я подумал, что пешком мы бы дошли даже быстрее, чем на машине, которая сделала приличный крюк.

У входа в крепость стоял знакомый контейнер и пара магов в защитных костюмах и со сканерами в руках.

Первым делом они просканировали внедорожник Титова, потом занялись мной и Архиповым.

Пока всё это происходила, я думал о том, что произошло у болота, о той тьме, что осталась там, словно в ожидании. И всё это вызывало лишь вопросы.

— Всё чисто, господин Титов, — сказал один из магов.

На лице майора отразилось облегчение, словно он не до конца был уверен, что будет всё в порядке.

— Что теперь, Ваше Сиятельство?

— Скажите, кто сейчас управляет городом? Вы ведь только за оборону ответственны?

— Совет директоров заводов и рудников. Они же являются владельцами, — ответил Титов. — Но из Исеть-Каменска они давно перебрались в Екатеринбург, так что пообщаться лично с ними у вас не получится.

— А как они отнеслись к карантину? — поинтересовался я. — Неужели никто из них не заинтересован помочь городу и прислать помощь?

— Большинство из них новые владельцы, — вставил Архипов. — Так что сами понимаете, что их интересует только выгода.

— Но не оказав помощи городу, они потеряют свою собственность и источник доходов, — возразил я.

— Поэтому производства продолжают до сих пор работать, несмотря на опасность очередного нападения, — мрачно отозвался майор. — Новые владельцы не любят рисков. Рисков, связанных с их личной персоной и их людьми. Я сейчас не про простых рабочих. А за заводы и потерянные земли они получат компенсацию.

— Да уж, беспроигрышная схема. Тогда скажите, насколько хватит ваших полномочий, чтобы мне предоставили нужные документы в городском архиве и тому подобное? И что насчет местной полиции?

— Они все поставлены тут людьми из Екатеринбурга, — сказал Титов. — Однако наше спецподразделение главнее, несмотря ни на что. Зачем вам полиция?

— Просто уточнил на всякий случай. Хотя странно, что они арестовали Ушкову.

— Если бы им Макрис не сказал, не арестовали бы, — сказал Архипов.

— Кир тот еще интриган, — я чуть усмехнулся и посмотрел на майора. — Мне нужно получить документы, которые должны быть у вас насчет продвижения топи.

— У нас есть только за пару лет. Стали вести протоколы продвижения, когда стало ясно, что топь двигается к Исеть-Каменску. Документы, касающиеся продвижения топи за всё время существования аномальной зоны, находятся в Екатеринбурге.

— А стену тут когда построили? — спросил я.

— Только год назад. Это сделали еще прежние владельцы заводов. Потом всё резко поменялось.

— Хм.

— Пойдемте, Ваше Сиятельство, — майор махнул мне рукой в сторону машины.

Титов вопреки своему обещанию пустить меня за руль снова повел внедорожник. Я не стал возражать, задумавшись о тьме, которой было известно мое имя, и прислушиваясь к зову. Тот пока никак не изменился, оставаясь таким же слабым. Но где-то далеко наверняка спешили на него твари со всей топи, чтобы когда придет время атаковать город.

Титов повел машину вдоль стены, направляясь в сторону плотины. Добравшись дотуда, майор повел нас внутрь крепости. За нами по-прежнему на приличном расстоянии шли трое военных, видимо всё еще находящихся под впечатлением битвы у болота.

Титов шел по закрытой галерее внутри крепостной стены, рассказывая, как у них тут всё устроено. Потом привел меня в свой кабинет, знаком пригласил за свой стол, достал с полок несколько папок и положил передо мной.

— Карты и информация о передвижении топи за два года. Возможно, господин Архипов что-то добавит, если у нас не совпадут данные. Я отлучусь на пару часов, раздать указания и проверить плотину.

— Сомневаюсь, что у нас разная информация, — сказал Архипов, перед тем как Титов ушел.

Тот лишь пожал плечами, а я усевшись за стол, принялся изучать информация в папках.

Через какое-то время в кабинет вошел один из военных и я заметил, что он принес винтовку, которую мне отдал Макрис, а также коробки с патронами. Еще спустя полчаса, знакомый официант из гостиницы принес мне обед.

— Простите, Ваше Сиятельство, что не предоставили меню. Господин Титов сказал вам принести то же самое, что вчера, разнообразив дополнительными блюдами.

— Спасибо.

Что ж, приятно, когда не нужно напоминать про обед. Я увидел возмущение в глазах Архипова, который наблюдал за мной.

— Только не говорите, что я должен есть собачью еду!

— Конечно должны, только так вы останетесь в отличной форме, — сказал я с совершенно серьезным выражением лица, а потом рассмеялся. — Расслабьтесь, Алексей Иванович, сейчас я стопроцентно пошутил. Поделюсь с вами. Тут на одного слишком много.

— Но как я должен есть?! — воскликнул со скулением Архипов. — А ведь я об этом не подумал, когда просил переселить меня в собаку. Это же унизительно, не пользоваться приборами… Проклятье, а как я должен…

— Справлять нужду? — совсем развеселился я. — Тут я вам, увы, ни в чем не могу помочь. Но как надумаете переселиться в человеческое тело, скажите.

— Я всё же потерплю, Ваше Сиятельство, — мрачно отозвался Архипов.

Я перетащил пару тарелок из принесенных блюд на журнальный столик.

— Вам этого достаточно будет? — спросил я.

— Думаю, да, благодарю, — Архипов аккуратно откусил кусочек мяса, но уже вскоре вполне уверенно и даже интеллигентно ел.

— Вот за это я и люблю штихельхааров — у них есть внутренне достоинство и манеры, — я улыбнулся.

Архипов посмотрел на меня задумчиво, но так ничего и не сказал.

После обеда я вернулся к изучению документов. И честно говоря они меня нисколько не порадовали. Скорость наступления топи росла с геометрической прогрессией. Двухлетней давности отчеты высших светлых, присланные из Екатеринбурга и приложенных к данным, гласили, что топь достигнет Исеть-Каменска только через десять лет. Однако топь продвинулась за последние три месяца на двести километров, поглотив кучу мелких деревень, карьеров и частных производств.

Я вернулся к последним данным.

— Скажите, Архипов, когда вы меня трое суток держали на болоте, вы ведь остановились на краю топи?

— Да. Топь за эти три дня продвинулась на двадцать километров и подошла почти вплотную к Каменску. Нашли какое-то объяснение, почему это произошло?

— Нет, — я поморщился. — Знаете что, у нас особо не было времени поговорить, но не могли бы вы мне поподробнее описать обстановку тут и в Екатеринбурге, ну и вашу деятельность.

— Мне кажется, вы уже примерно во всем разобрались, Ваше Сиятельство, — сказал Архипов, однако подошел к выходу из кабинета, выглянул в коридор и захлопнул лапой дверь.

— Примерно, ага. Итак, что мы имеем? Топь наступает, а высшие светлые ничего не могут с этим поделать, к тому же дают ошибочные прогнозы. Влияния у них на политику тут нет, поскольку в Екатеринбурге заправляет темная княгиня. Хм, а это не может быть саботажем с их стороны? Может быть, они и хотят чтобы Ксению и всех ее подручных поглотила топь?

— Может и хотят, но вряд ли бы они допустили подобное, учитывая, сколько будет погублено при этом невинных.

— Да пожалуй. Если у них мораль как у высших светлых в моей стране, то да, вреда людям они не принесут. Хотя бывают исключения.

— Вот как?

— Мне недавно Титов рассказывал про сканирование молодых магов. Что темный может в итоге стать светлым и наоборот, что с магической принадлежностью становится ясно только с совершеннолетием.

— Он забыл сказать, что подобное не действует в отношении высших светлых.

— Правда? Хм, а я уже подумал, что нашел объяснение насчет Чистослава Черного.

— Что с ним не так? — спросил обеспокоено Архипов. — К сожалению, не знаю причин вашей неприязни к нему, но он отличный маг, который сделает всё ради империи и ее граждан, даже ради обычных людей.

— Вы мне сейчас словно рассказываете о каком-то совершенно другом Чистославе, — заметил я. — Тот, которого я знал, хотел заполучить полную власть над Объединенным Советом магов, контролировать всех за счет антимагического оборудования и изучал некромантию.

— Что?! Некромантию?! — Архипов от удивления сел на полу, его собачьи глаза смотрели на меня в полном неверии.

— У меня нет основания лгать, — произнес я. — К тому же у нас с Чистославом был один учитель.

— Вы учились у некроманта?! — в ужасе взлаял Архипов и тут же смолк, испугавшись, что его могли услышать даже через закрытую дверь.

— Вообще-то это был чёрный маг, который, правда, в свою очередь изучал некромагию непосредственно у некроманта. Звучит немного запутанно, но…

— Я думал, что вы были единственным черным магом.

— Так и есть. Нашего с Чистославом учителя я убил, заключил его дух в сосуд, вызывал по надобности.

Я увидел как заколотило от ужаса Архипова.

— В сосуд? — едва слышно проскулил он.

— Алексей Иванович, вы сейчас зря меня в чем-то подозреваете. Для того случая я использовал совершенно другие заклинания. Вы, в отличие от моего учителя, полностью сохранили свободу действий и собственную волю.

— Но стоит вам кое-что подправить в ваших заклинаниях и вы превратите меня в своего раба?

— Нет. Там принципиально разные механизмы работы с духом.

— Допустим. Но как вы объясните ситуацию с вами? Ваш дух произвольно занял тело графа? Или кто-то неведомый сделал это? И, возможно, вами кто-то управляет, а вы даже не догадываетесь об этом.

— Что? — я смотрел на Архипова в полнейшем удивлении.

— Вам, привыкшему к власти, подобное ведь даже в голову не приходило, не так ли? Что вами, к примеру, может управлять топь.

Я в изумлении смотрел на Архипова. В голове вновь пронеслось мое имя «Эгихард», которое назвала топь. Нет, мной точно никто не управлял, хотя, похоже, хотел.

— Вы заблуждаетесь, Архипов, — сказал я. — Однажды я смог перенести мой дух в драконий скелет своего предка, а потом благополучно вернулся в свое прежнее тело. Что касается управления. Меня многие хотели использовать в своих целях. Ни у кого не вышло и эти желающие закончили плохо. И топь тоже закончит плохо, поскольку я дал клятву с ней разобраться.

— То есть, ваш случай…

— Уникальный и у вас нет оснований опасаться, что я чья-то марионетка, — сказал я. — Давайте вернемся к разговору о вашей деятельности.

Архипов кивнул, кажется успокоенный моими словами, но прежде чем он успел начать рассказ, дверь кабинета внезапно распахнулась.

На пороге застыло двое светлых магов в защитных костюмах и на их ладонях разгорелось зеленое пламя.

Глава 14

Я в удивлении посмотрел на ворвавшихся в кабинет магов, предположив, что вероятно вижу перед собой двух помощников погибшего главного мага крепости. Один из ворвавшихся тем временив обернулся к стоящим за его спиной знакомым военным и приказал:

— Арестуйте его, он слабый, наша помощь не понадобиться.

Военные даже не подумали сдвинуться с места, явно не желая со мной связываться.

— Представиться не хотите и объясниться, прежде чем разбрасываться подобными приказами? — поинтересовался я.

— Вам наши имена ни к чему, граф, — отозвался второй маг. — После карантина, мы переправим вас в Екатеринбург, чтобы с вами высшие разбирались.

Я подобрал стоящий у стола новый детектор, который я передал Титову, навел на магов.

— Что вы себе позволяете? — возмутился первый.

— Знакомлюсь с вами принудительно, — я оскалился в усмешке. — Димитрис и, хм, Олег. Четвертый и пятый уровень. Не впечатляет.

— Да уж получше чем ваш десятый, — недобро усмехнулся Димитрис. — Сдавайтесь добровольно или вам не поздоровится.

— Мне? — совсем удивился я.

— Чего вы ждете? — второй маг обернулся к военным.

— Вероятно, они не разделяют вашу точку зрения, — предположил я.

— Его Сиятельство, безоружный изначально, расправился в одиночку с двадцатью язычниками, — сказал один из военных.

— Что? Нам передали, что вы перестреляли большую часть.

— Только четверых последних.

Это озадачило магов. Настолько, что огонь на их ладонях разгорелся сильнее.

— Можно узнать, что вызвало желание меня арестовать? — поинтересовался я.

— Только то, что вы «искупались» в топи. Мы уверены, что вы на самом деле заражены, но сканеры этого почему-то не показывают. Господин Титов проявил халатность и пустил вас в город. Учитывая сколько вы тут пробыли, подозреваю, что уже половина Исеть-Каменска может быть зараженной.

— Пока я тут вижу только двоих, зараженных идиотизмом, — отозвался я. — Хотя, кажется, не только им.

Я заметил как Архипов, благоразумно молчавший всё это время, незаметно попятился, стараясь убраться подальше от меня и заявившихся магов, явно готовых атаковать. Я убрал руку за спину, щелкнул пальцами в определенной последовательности, надеясь что мои команды будут поняты. В этот момент в коридоре возникло движение.

— Никому ничего не предпринимать! — услышал я голос майора.

— Господин Титов! Вы слишком много позволили темному! — сказал Димитрис, развернувшись к приближающемуся главе стражи. — Если бы мы были тут, то не позволили вам пустить в Исеть-Каменск зараженного!

— Этот тёмный спас наш город. Вы ведь сами сказали мне по телефону, что если бы не он, Исеть-Каменск бы не выстоял.

— Вы не рассказали нам подробностей!

Я краем глаза заметил, как Архипов взяв винтовку в пасть, осторожно крадется вдоль стенки, скрываясь ото всех за мебелью.

— Не подходите к ним, господин Титов, — остановил я майора. — Эти двое сами притащили сюда заразу.

— Вы бредите! — зло выкрикнул Димитрис.

— Кто-нибудь видел как эти двое проходили проверку в контейнере? — поинтересовался я.

— Услышав о вас мы сразу поспешили сюда. Не волнуйтесь мы ее пройдем, как только вы будете арестованы.

— И вы после такого обвиняли господина Титова в халатности? — сказал я и вскинул винтовку, принесенную мне штихельхааром, а затем приказал военным: — Живо назад.

И нажал курок.

Дальше начался хаос. Олега, в которого я выстрелил, разнесло на куски вместе с тьмой, которая затаилась внутри него. Военных, не успевших отступить, отшвырнуло к Титову. А в меня летел огненный шар, брошенный Димитрисом. Я прыгнул в сторону, перекатился через плечо, снова вскидывая винтовку.

В вспышке зеленого пламени за мной разлетелся стол, в спину ударили сотни щепок, сбив прицел и мой второй выстрел прошел мимо, угодив куда-то под потолок над книжными шкафами. Несколько мгновений в кабинете не было ничего видно кроме пыли от обвалившейся с потолка штукатурки, опилок, к которые превратились шкафы, и бумажных, тлеющих ошметков.

— Черт, — выругался я и тут же выстрелил в упор на внезапно прыгнувшего на меня из мутного месива Димитриса.

Отдачей и очередным взрывом меня отбросило к буфету, впечатав спиной в резные дверцы. Сверху на меня посыпались стеклянные осколки.

— Да чтобы вас черти сожрали, — прорычал я, опустив голову, чтобы уберечь лицо от порезов.

Через секунду я уже поднялся, стряхнув с волос разбитое стекло.

От тьмы, что была в Димитросе, осталась одна крошечная дымная струйка, которая попыталась скользнуть прочь, но я быстро вывел несколько росчерков заклинаний, запечатав ее в невидимую западню.

— Архипов, вы живы? — громко спросил я.

— Кажется, да, — ответил он.

— Найдите срочно банку и мне на ней нужны защитные заклинания, которые ставили на ваш катер и крепость.

— Их ставили высшие, — напомнил Архипов.

— А сейчас их поставите вы. Не важно, что у вас не так много сил — эта тварь тоже слабая.

— Ваше Сиятельство! — в дверях застыл Титов с выхваченным пистолетом.

— Тут безопасно. Если, конечно потолок на нас не обвалится, — сказал я.

Майор подошел, а потом, увидев что находится у моих ног, застыл, оторопев.

— Архипов, банку. Поживее.

— Да где же я ее вам сейчас найду? — пролаял Архипов, серым силуэтом кружа по комнате в поисках и чихая.

Следом за ним закашлялся Титов, вытащил из кармана платок, приложил к лицу. У меня у самого от взвеси драло горло.

— Может бутылка подойдет? — спросил Титов и увидев мой кивок, отошел к сейфу в углу кабинета, извлек из нее бутылку водки, и откупорив вылил содержимое на пол.

— Какой кошмар, вы только что вылили нечто «драгоценное» из вашего сейфа.

— Это вы не ошиблись. Коллекционная была, с частицами золота с местного рудника, — проигнорировав мою иронию сказал глава охраны.

Архипов оказался около Титова, вывел лапой несколько заклинаний и Титов передал мне бутылку.

Я склонился над тьмой, черкнул еще несколько заклинаний в воздухе. Тьма темным туманом ввинтилась в горлышко и я запечатал пробку.

— Считаете, что это надежно? — осторожно спросил Титов.

— Можете найти что-нибудь посерьезнее для своего успокоения, — отозвался я. — Простите, кстати, я вам тут кабинет разнес в щепки.

— Кажется, вы в очередной раз спасли нас, Ваше Сиятельство, — сказал майор. — Этих двоих не было неделю: уезжали в разведку на топь. А сейчас я услышал, что они вернулись и, выразив возмущение тем что вы без охраны в крепости, без проверки ринулись к вам. Для них подобное попустительство не характерно. Так что я поспешил следом.

— Они точно больше ни с кем не контактировали? — я вышел из кабинета, поглядел на военных.

Все трое стояли бледные, но я не увидел признаков, что тьма проникла в кого-то из них.

— Мы находились неподалеку, Ваше Сиятельство, — сказал один из военных. — Димитрос нам на ходу приказал следовать за ним без пояснений.

— Надо сходить вниз к воротам, проверить тех, кто открывал им и пропустил в город, — сказал мрачно Титов.

Но нам это делать не пришлось, так как по коридору уже бежали проверяющие маги и еще несколько военных. Я пригляделся ко всем, но тьмы ни в одном из них не обнаружилось. Майор занялся расспросами и заодно объяснениями, что случилось с его кабинетом.

— Ваше Сиятельство, можно вас на минуту? — тихо спросил подошедший Архипов.

Мы отошли в сторону, я распахнул окно, выходящее во внутренний двор форпоста, впуская жаркий, но чистый воздух. Образовавшийся сквозняк унес прочь проникшую в коридор из кабинета мутную взвесь.

— Вы смогли изгнать тьму из меня, но этих двоих… вы разнесли в клочья, — произнес он. — Почему?

— Тогда мы были с вами одни среди топи. А тут полно людей. Упусти я тварь, она могла бы «заразить» остальных. Надеюсь, для вас это весомый аргумент?

Штихельхаар кивнул.

— Кстати, у вас рубашка со спины изрешечена щепками и вся в крови.

— Проклятье. Такими темпами мне придется просить Титова приобрести мне куда больше костюмов.

Я оглянулся, попытавшись определить в каком состоянии военная рубашка, выданная мне Титовым. Потом осмотрел винтовку, проверил магазин и нахмурился. Что-то не складывалось в нынешней ситуации. Я пошел к майору. Он глянул мне за спину.

— Сейчас вам тоже не надо в больницу? Могу позвать дежурившего в форпосте медбрата.

— Нет. Но нам надо обратно на то маленькое болото.

— Зачем? — встревожился Титов.

— Эти двое были в защитных костюмах и тем не менее они стали носителями «болотной чумы».

— Я связывался с оставленными там магами каждые пятнадцать минут…

Майор смолк встретившись со мной взглядом, нахмурился и кивнул.

— Пойдемте.

Я всучил бутылку с тьмой одному из проверяющих магов и тот ее едва не выронил.

— Поставьте в свой контейнер и сохраните ее для меня.

— Может все-таки уничтожить? — спросил маг, смотря на бутылку так, словно у него в руках была пробирка с сибирской язвой. Хотя, в некотором роде это так и было.

— Уничтожить всегда успеем. Но прежде мне нужно кое-что понять.

С этими словами я поспешил за майором, а за мной размашисто побежал Архипов. С нами поехали военные и еще пятеро магов, сразу облачившись в защитные костюмы.

Через пять минут мы уже были недалеко от низины. Когда мы вышли к скале, внизу, у темного озера не обнаружилось ни одного оставленного в дозоре мага.

— Проклятье, — прошептал Титов и поглядел на меня. — Нам точно не понадобится подкрепление?

— Я бы сначала сходил туда и посмотрел, что случилось с остальными вашими магами.

— А если они такие же зараженные как те двое? — спросил Архипов.

— Скорее всего, но может быть топь просто прибрала их себе и мы вообще никого не увидим.

— Если вы ошибаетесь в последнем, на нас нападут шесть зараженных.

— На меня утром уже нападало два десятка.

— Людей, но не магов, — возразил Архипов.

Но я уже начал спуск вниз. За мной в мрачном молчании последовали остальные.

Мы прошли мимо озера, нырнули в заросли и пошли дальше вдоль извилистого ручья. А затем деревья разошлись.

Болото никуда не делось, как и опрокинутый жертвенный камень. А вот от магов остался только один. Он стоял к нам спиной по колено в топи, без шлема, а защитный костюм был перепачкан болотной жижей.

— Не стрелять и не атаковать магией, пока не скажу, — предупредил я тихо военных и магов.

Фигура между тем медленно развернулась, поднимая руки, на ладонях разгорелся зеленый огонь.

Я услышал как кто-то из военных выдохнул и быстро прочел молитву. Кожа на лице зараженного мага была уже черна, в пустых глазницах различалось едва заметное на ярком солнце гнилостное свечение.

Однако зараженный не спешил атаковать. Распухшие как у утопленника почерневшие губы что-то беззвучно произнесли, я а снова распознал среди произнесенного свое имя. Тьма внутри странно дернулась, в ответ чуть дрогнули руки мага, словно кто-то дергал за ниточки марионетку.

Я смотрел на происходящее с непониманием, пока до меня не дошло, что это было приглашение.

Топь словно оставила для меня одного новообращенного, чтобы я попробовал делать то же самое, что делал зов.

Решив убедиться, что мне всё это не мерещится, я мысленно отдал команду. Захваченный тьмой маг поднял руки с огнем выше, потом начал крутиться вокруг своей оси, в то время как огонь с его ладоней стал стекать вниз, образуя огненный смерч и медленно сжигая фигуру. Зараженный, словно войдя в транс, продолжал молча кружиться, рассыпаясь пеплом.

— Что, проклятье, происходит? — произнес Титов.

— Понятия не имею, — отозвался я мрачно, а сам думал, что мой приказ был выполнен, даже несмотря на то что для его выполнения зараженному пришлось себя убить.

— Мне кажется, это выглядит, как какое-то предупреждение, — сказал Архипов.

Зараженный, почти сгорев, ушел на дно топи. Зов на несколько мгновений смолк, а потом зазвучал куда сильнее и повелительнее. Я подумал, что может бы те твари, которых я расстреливал с плотины, это бывшие маги, «завербованные» топью? Они получили власть над остальными зараженными, могли управлять атаками. Только вот что предложила им топь за службу себе? Или она просто сломала их волю и подчинила?

Ответ, который я услышал в зове, означал что-то вроде «вечность тьмы».

— Какое заманчивое предложение, просто невозможно отказаться, — прошептал я.

— Что вы сказали, Ваше Сиятельство? — спросил майор.

— Надо идти дальше, посмотреть куда выводит этот чертов ручей, — я поглядел на Титова. — Это рискованно, но не предлагаю вам и вашим людям тут остаться, потому что это еще хуже.

— Мы о подобных случаях раньше не слышали, — сказал один из магов и его голосе послышались истеричные ноты. — И зараженные прежде так быстро не обращались в тварей… И уж тем более не сохраняли свои магические способности!

— Или высшие светлые просто скрыли от вас информацию, чтобы не сеять панику, — сказал я.

— Им бы такое в голову не пришло!

— О, вы просто не знаете, какие идеи могут прийти ради благого дела, — возразил я.

— Какого дела?

— Защиты империи, например.

— Высшие бы не стали нам лгать!

— Если вы представите в теории, что…

— Ваше Сиятельство, не надо, пожалуйста, — прервал меня Архипов. — Пойдемте вдоль ручья.

Я решил, что действительно не стоит усугублять и без того близкие к панике настроения, и зашагал дальше. Мы снова нырнули в лесные заросли.

Через полчаса лес закончился. Черный ручей дальше петлял среди луга, оставаясь практически незаметным среди высокой травы. Делая широкую дугу, он однозначно шел на юго-восток, туда, где топь остановилась перед платиной.

— По-моему, всё ясно, куда он нас выведет, — сказал майор.

— И как мы решим эту проблему, господин Титов? — спросил один из военных.

— Даже если мы пригоним сюда сотню экскаваторов и они тут всё перероют, чтобы перекрыть доступ к низине, это не поможет, — мрачно отозвался начальник гарнизона и поглядел на магов. — У вас есть какие-то идеи?

— Мы можем создать сеть охранных заклинаний на вершине скалы. Хотя у нас не так много осталось мощных артефактов, для усиления заклинаний.

— Это протянуть сеть от стен форта через лес и реку до следующей стены? — спросил я.

— Да. У нас это может занять сутки. А еще… Поскольку теперь ясно, что тут самое слабое место, Его Сиятельство именно здесь пригодится больше всего.

Я уставился на мага в удивлении.

— Хотите чтобы я нес караул?

— Именно. Мы можем разбить тут для вас палатку.

— Или даже целый лагерь. С поваром, — спешно добавил майор.

— Черт побери, предложения посыпались одно заманчивее другого, — произнес я, оглянувшись к топи. — Даже не знаю, на что согласиться.

— Вы будете не один, — продолжил Титов. — Я прекрасно понимаю, что вы нуждаетесь во сне.

Я поглядел на майора. Похоже на него снова накатило отчаяние и он цеплялся за предложение мага как за последнюю надежду.

— Поставите мне переносной душ, без нагревателя. Холодная вода — лучшее что меня взбодрит в такую жару, — сказал я. — А еще пригоните лесоповалочную технику, потому что даже от меня будет мало толку, если тут не будет просеки: от стены крепости и до берега реки.

Мы направились обратно. Титов, достав рацию, раздавал приказания.

Когда мы прошли лес и поднялись на скалу, там уже кипела работа. Лес начали пилить от автостоянки, продвигаясь к скале у гнилого озера. Дальше одна лесоповалочная машина должна была направиться в сторону крепости, другая — в сторону реки Исеть. Бригада рабочих грузила спиленные деревья на тягачи.

В кармане рубашки вдруг затренькал телефон. Я извлек мобильный Огнева, посмотрел на экран. Снова звонил Макрис.

— Есть что сказать, Кир? — поинтересовался я.

— К сожалению, да. Я решил вас послушать и отвезти кое-что припрятанное Огневым в Исеть-Каменск, — заговорил Макрис. — Но про это прознал кое-кто из наших. В общем, я застрял в получасе от города. Меня к вам не пропускают. Если хотите получить желаемое, приезжайте и заберите сами. Меня хватит на забалтывание максимум минут на двадцать.

Лицо Титова, который всё прекрасно расслышал, вытянулось от удивления, а «брови» на морде штихельхаара сдвинулись к переносице, придав псу еще более хмурое выражение.

— Кир, вы меня правда таким наивным считаете? — поинтересовался я.

В ответ я получил длинную паузу.

— Вы конечно можете мне не верить, — затараторил Макрис. — Но я сделал то, что вы просили. Теперь всё зависит о вас, Ваше Сиятельство.

— Надеюсь, вы осознаете, что делаете, — мой голос заледенел. — Если я приеду, я перестреляю всех к чертовой матери. И ваших коллег, и ваших людей, если они поведут себя неправильно. Есть что добавить?

— Нет, — ответил Макрис, но судя по его тону, мои слова ему совершенно не понравились.

— Координаты назовите, где вы. Скоро буду.

Макрис с еще большим сомнением назвал требуемое и я отключил телефон.

— Что это значит, Ваше Сиятельство? — спросил осторожно майор.

— Сказал Макрису найти и привезти для вас боеприпасы.

— И он вас послушал? — удивился Титов. — С чего бы?

— Его Сиятельство ему угрожал, — сказал Архипов.

— И чем же?

— Вы не забываете, что я тёмный маг? Могу наложить не слишком сильное, но очень неприятное проклятие, которое будет мучить человека всю жизнь.

— Ваш уровень не позволяет, — сказал майор. — Только темные первого уровня способны на подобное, я узнавал после случая с Ушковой. Иначе Огнев, который вроде как сильнее вас был, тут бы всех «одарил» чем-нибудь подобным.

Я с недоумением поглядел на Архипова, решив, что Титов, как человек, ошибается, но штихельхаар кивнул.

— Вроде как да.

— Вы в прошлой жизни были темным первого уровня? — поинтересовался осторожно Титов. — И многих прокляли?

— Будете опять задавать личные вопросы, господин Титов, я вас тоже прокляну. Заодно проверю, сработает или нет.

Майор только поморщился, не приняв мое обещание за чистую монету.

— Так вы поедете к Макрису? — спросил Архипов.

— Разумеется.

— А если это ловушка и у него ничего нет? — поинтересовался Титов. — К чему лишний раз рисковать?

— Значит, бандитов в округе станет сильно меньше. Кстати, мне понадобятся обычные патроны к моей винтовке, — сказал я. — Найдутся такие?

— Найдутся, — сказал майор, которому моя затея явно не понравилась, но он, понимая, что я от нее не откажусь, кивнул военным и они живо собрали мне магазины в заплечный мешок. — Знаете, я с вами парней пошлю…

— Не стоит, мы с Архиповым вдвоем съездим. Пойдемте, Алексей Иванович.

Я забрал мешок с боеприпасами, а Титов протянул мне ключи от внедорожника.

— И всё же не рискуйте зря, Ваше Сиятельство. Звоните, если что-то понадобится.

Я кивнул и мы направились на автостоянку, пробираясь по краю новой просеки и обходя лесовозы и поваленные деревья.

— Макриса вы тоже застрелите, если окажитесь правы? — спросил Архипов.

— Знаю, что прав, но его не трону. Если он, конечно, не сделает какую-нибудь глупость.

— Если бы он знал, кто вы...

— Он был бы очень и очень далеко, — я хищно усмехнулся. — Даже несмотря на мои угрозы достать его где угодно.

Сев во внедорожник Титова я привел машину к южным воротам крепости. Там мы пересели на катер Архипова. Я нашел на карте продиктованные Макрисом координаты. Через минуту катер лег на нужный курс и помчался среди топи. Поставив автопилот, я достал патроны, сменил магазин в винтовке.

— Думаю, если бы Макрис увидел вас сейчас, он бы выкинул из головы идею о ловушке, — заметил Архипов и осторожно спросил: — Сколько людей вы убили в прошлой жизни?

— Я не считал.

— Почему?

— Какой смысл знать, сколько людей и магов хотело меня угробить? Абсолютно бесполезное знание, — я глянул на Архипова. — Но ведь это был вопрос о другом, не так ли?

— Вы — черный маг.

— Который зачем-то пообещал спасти город?

— Да. Это противоречит вашей природе. Так почему вы решили помочь?

— Устал отвечать на подобные вопросы еще в прошлой жизни.

Я глянул на навигационный экран, резко повернул руль, делая широкую дугу в несколько километров вокруг места нашей встречи, и замедлил ход.

— У вас тут бинокль найдется, Архипов?

— Утопил нечаянно в топи.

— Жаль не спросил вас раньше, — сказал я и остановил катер.

— Почему вы остановились?

— Не хочу светиться на их навигационных экранах. Еще полкилометра и Макрис бы нас на них увидел.

— Мне кажется, вы забыли посвятить меня во все свои планы, — буркнул Архипов, глядя на меня с подозрением.

— Посидите тут, пока я прогуляюсь до места встречи.

— Вы не забыли, что там топь?

— А вы забыли, что я в ней не тону?

Я надел заплечный мешок с боеприпасами, которые мне собрали военные Титова, бросив туда перед этим несколько магазинов с магическими патронами, открыл дверь, вышел на палубу и прыгнул в топь.

Глава 15

Трясина мягко спружинила под моими ногами, погрузившимися в топь лишь по щиколотки. Прогресс. Я уже не проваливался в нее по колено.

— А если вы их там не найдете? — спросил Архипов, придержавший лапой дверь от закрытия и следивший за мной.

— Значит, вернусь обратно.

Я зашагал дальше, вглядываясь вдаль и думая, что делать.

Сперва у меня был один план действий, но сейчас мне пришло в голову кое-что проверить. Проблема только была в том, что я сомневался, что эта идея была хороша, поскольку результат я вряд ли смог бы спрогнозировать.

Пока я раздумывал, на горизонте вырисовалось восемь точек, вскоре превратившиеся в катера на воздушной подушке различных размеров. Я остановился несколько озадаченный. Или Макрис сильно перестраховался или он не врал. Но я всё же склонялся к первому.

Что ж, тогда точно придется прибегнуть к экспериментальному варианту. Главное понять, где Макрис и его люди, а где его гипотетические «враги».

Я продвинулся вперед еще на пару сотен метров, начав различать людей на катерах. Правда лиц за защитными шлемами все равно было не разглядеть. Впрочем…

Я с легкой улыбкой достал мобильный Огнева, набрал номер Макриса. Увидел как одна фигура на катере поднесла телефон к шлему.

— Граф, вы где? Опаздываете, — произнес Макрис с насмешкой.

— Да так, на тварей наткнулся, пришлось объезжать. Буду через пять минут. У вас всё спокойно? — отозвался я нейтрально.

— На тварей? — забеспокоился Макрис. — Не характерно для них среди бела дня активничать. Много их было?

— Порядочно. Кишели как пиявки в болоте.

— Вы меня, кажется, опять запугать хотите, — я так и представил как в этот момент Макрис ухмыльнулся.

— Разумеется. До встречи, Кир.

Я нажал отбой, прикинул где именно расположились его люди и огляделся.

Имитировать зов оказалось просто. Я потянулся ко тьме, которая лежала где-то далеко в глубине, сформировал приказ, мысленно представляя, что должно было произойти там, где находились катера.

Тьма забурлила, а следом за ней потянулись замершие и до этого не видимые болотные твари, устремляясь к обозначенной цели.

— Черт, — прошептал я, поняв, что у меня получилось, но это нисколько меня не обрадовало, а скорее еще больше озадачило.

Я развернулся и побежал по топи обратно к тому месту, где оставил катер Архипова.

— Вы передумали или что-то случилось? — спросил штихельхаар, когда я как ошпаренный заскочил в рубку и врубил маршевые винты на полную мощность.

— Случилось, — я погнал катер к месту встречи. — На них твари напали.

Зафиксировав руль, я торопливо вытаскивал магазин из винтовки, сменяя обычные патроны на антимагические.

— Проклятье, я такого никогда не видел! — услышал я лающий голос Архипова, запрыгнувшего на панель управления и смотрящего вперед.

Перезарядив винтовку, я тоже посмотрел в окно рубки и резко затормозил. Маршевые винты взвыли, на миг заглушив доносившуюся до нас хаотичную пальбу и крики.

Макрис хорошо срежиссировал спектакль. Выстроил свои три средних размеров катера в одну линию, а напротив поставил еще пять куда более крупных судов от «коллег», которые согласно его истории были против передачи боеприпасов Исеть-Каменску и блокировали Макрису путь. Именно эту пятерку и атаковала топь.

Твари облепили палубы, вцепившись в борта, в поручни, сметя стрелявших в них людей, тянули суда в топь. Катера, накреняясь, начали черпать бортом, а маршевые винты, не справляясь с нагрузкой, ревели как двигатели самолета, выполняющего мертвую петлю. Над моторными отсеками повалил черный дым, а потом взметнулось пламя.

В это время со стороны катеров Макриса раздавались одиночные выстрелы. Кажется стрелял только Кир и еще один его человек.

Я послал очередной мысленный приказ. Из топи вынырнуло еще примерно столько же тварей, и первые два судна, исчезнув в один миг под их массой, пошли на дно. А следом черной волной взметнулась тьма в чистом виде, опрокинула остальные три катера, которые исчезли в топи еще быстрее.

— Охренеть, — только и сказал я.

Однако на этом всё не закончилось. Болотные твари направилась к катерам Макриса.

Я выскочил на палубу и открыл стрельбу. И в этот момент меня интересовало лишь одно — позволит ли топь уничтожать ее созданий, как позволила мне убить ее слугу у маленького болота?

Твари разлетались черными ошметками, вместе с рассеявшейся тьмой, что была у них внутри. А оставшиеся создания топи, не обращая на меня внимания, продолжали подбираться к Макрису. Я расстрелял первый магазин, срочно перезарядил винтовку. И тут тьма перестала меня слушать.

Твари нырнули в топь и исчезли из виду, будто их и не было. Черная вода успокоилась, взбаламученная только там, где работали винты судов на воздушной подушке.

«Ну это же как отнять конфету у ребенка, — мысленно произнес я, обращаясь к топи. — Но со мной, конечно, не сработает».

В ответ не услышал ровным счетом ничего. Даже слабого зова.

Интересно.

Я вернулся в рубку, направил катер к судну Макриса.

— Архипов, понимаете, что надо молчать? — произнес я.

— То есть, мне играть роль собаки? — мрачно отозвался штихельхаар.

— Очень умной собаки, которая понимает меня с полуслова. Вообще, в том, что вы служите императору, кажется нет ничего оскорбительного. Скорее наоборот.

— Только вы не мой император, — буркнул Архипов, а я поглядел на него с неодобрением. — И мы не договаривались, что я вам служу. Но я сделаю всё, что вы говорите. Сами знаете по какой причине. Пока у нас общая цель.

— Это меня вполне устраивает, — сказал я, но улыбнулся ему совсем не по доброму. — А кличку вы придумали?

— Нет… Даже не думайте называть меня по-своему!

— Боюсь, времени на раздумье у вас уже нет. Как вам имя Штиль?

Собачьи глаза Архипова выразили удивление и неверие. Он явно ожидал услышать от меня что-то оскорбительное.

— Вроде неплохо. А почему вы такую кличку выбрали?

— Она вам подходит, у вас спокойный характер. Полная противоположность моему, — я ему подмигнул, оскалившись в усмешке.

— То есть вы — шторм? — спросил Архипов, а потом с недоумением оглянулся на начавший непроизвольно вилять хвост.

Он хотел что-то еще сказать, но я остановил катер и вышел наружу.

— Кажется, я вовремя, Кир, — я перепрыгнул на палубу к борцу.

— Не то слово, Ваше Сиятельство, — отозвался Макрис напряженным, чуть искаженным из-за динамика голосом.

— Сколько людей вы потеряли?

— Почти всех. Осталось только двое, кто управлял катерами.

Я поглядел на него, чуть склонив голову на бок.

— Вы затеяли дурную игру со мной и в любом случае бы проиграли. Привели бы катера в Исеть-Каменск, как я сказал, ничего бы этого не было.

Макрис поморщился в досаде. А я, услышав звук открываемой двери, посмотрел на соседний катер и увидел вскидывающего винтовку человека Макриса. Я сделал быстрый росчерк в воздухе, прежде чем тот успел нажать курок. На палубу свалилась винтовка, а следом за ней — пустой костюм.

— Проклятье, что вы сделали?! — заорал Макрис, отшатнувшись от меня и вжавшись спиной в дверь рубки.

— Вы ведь помните, что я темный маг?

— Даже Огнев, а он был вас сильнее, не мог делать подобного!

— Вероятно, он плохо учился. Сила — не показатель мастерства, — я подошел к Макрису вплотную. Он был выше меня, но я посмотрел на него так, что он съежился, втянув голову в плечи и как-то резко уменьшился в объеме и росте. — Вы ведь не отдавали приказ стрелять в меня, Кир?

— Нет, вы мне были нужны живым. Проклятье… Забыл своим людям сказать, что вы в топи обходитесь без защитного костюма… Они приняли вас за зараженного.

Я поглядел на второй катер, где в растерянности застыл еще один бандит. Тот сжимал пистолет, направленный на меня, и руки его дрожали.

— У вас руки трясутся, можете случайно попасть в своего, хм, боса, — я ухмыльнулся, а сам незаметно вывел быстрый росчерк.

На палубу упал еще один пустой костюм. А следом, передо мной по стенке сполз Макрис, потеряв сознание.

Я обернулся к высунувшемуся из рубки Архипову. Его морда выражала крайнее удивление.

— Не типично, да, для чемпиона империи по греко-римской борьбе?

— Макрис, конечно, человек осторожный, но не думал, что он мог бы упасть в обморок, — тихо отозвался Архипов. — А его людей вы в жаб превратили?

— Да. Но пусть думает, что они просто испарились.

Я перебрался на катер, где находился первый стрелявший в меня, отстегнул шлем. Из костюма выбралась жаба, прыгнула в топь и исчезла. То же самое я повторил со вторым костюмом. Потом я вернулся к Макрису, затащил его в рубку. Следом за мной скользнул штихельхаар.

После того, как заработавшая магическая вентиляция очистила воздух от болотного, я снял с Макриса шлем, хлестнул его по щекам.

Он со стоном открыл глаза, сфокусировал взгляд на мне. Потом с удивлением посмотрел на сидящего рядом со мной пса.

— Так странно… Мне показалось, что это Архипов, пока муть перед глазами не прошла, — прошептал он. — Мне ведь не мерещится эта собака?

— И я вам тоже не мерещусь. Это Штиль, моя легавая. Приходите в себя, нам надо отвести катера в Каменск. Если вы, конечно, не сделали очередную глупость и не привели их пустыми.

— Иначе вы отправите меня в топь вслед за остальными? — уныло усмехнулся Макрис. — Был уверен, что закончится всё по-другому… Но я всё же подстраховался. На всех трех катерах боеприпасы из запасов Огнева и моих личных. Поскольку я потерял всех своих людей, вряд ли они мне самому теперь нужны.

— Вот и хорошо, — я поднялся, нашел в рубке канат для буксировки. — Поможете? Хотя, лучше еще полежите. Кстати, от чего вы свалились в обморок? Вряд ли вы такой впечатлительный, с вашим-то чемпионским опытом.

— Как раз из-за чемпионского опыта, — Макрис омрачился. — Получил травму, теперь, в необычных обстоятельствах могу отключиться в неподходящий момент. Хотя до встречи с вами у меня такое было всего раза три за десять лет после завершения спортивной карьеры.

Макрис осторожно поднялся, покрутил головой, потер свою массивную шею. Но похоже, окончательно пришел в себя.

— Помогу вам… Погодите, а Архипов разве не с вами? — спросил Макрис и я уставился на него с удивлением.

— Вы что, не в курсе?

— Мне сказали, что он легавый. Хотя его кабинет в Екатеринбурге перетрясли, доказательств не нашли, что он работает на полицию.

— Насчет этого мне ничего не известно. Я о другом говорил. Ваш «дружок» Огнев Архипова убил, когда мы были в Снежинском, — произнес я.

— Убил? — Макрис омрачился. — Он должен был его только расспросить, чтобы убедиться, что наши подозрения верны. Проклятье…

— А если оказались бы верны? Сами его пристрелили бы? — поинтересовался я и поймал взгляд штихельхаара, в котором был упрек.

Архипов, несмотря ни на что, продолжал симпатизировать Макрису.

— Не уверен. Но в этом случае я хотел бы с ним лично побеседовать.

— Предложили бы ему сменить императрицу в качестве хозяйки на темную ведьму? Сомневаюсь, что это было выгодное предложение. Мне, кстати, нужен второй канат для буксировки.

Макрис надел шлем, вышел наружу, нашел второй канат, передал мне. Я прицепил одно судно к катеру Архипова, второе — к катеру Макриса. Тот с удивлением наблюдал за моими действиями.

— Вы ведь сейчас использовали морские узлы, да еще так быстро и ловко, словно занимались этим всю жизнь, — заметил Макрис.

— Ходили в море? — поинтересовался я.

— Было одно лето, я нанял экипаж и яхту, обошел на ней все крупные греческие острова. Познакомился немного с морским делом.

— На родину потянуло?

— Я родился в Екатеринбурге, моя родина тут, — ответил задумчиво Макрис. — Но захотелось немного приобщиться к истории.

Я глянул на него скептически.

— Приобщиться к истории? А я думал выпустить на волю своего, запертого в лабиринте души Минотавра. Вино, теплое море, знойные южные девушки.

Макрис улыбнулся.

— И это тоже. Но у вас ведь тоже есть греческие корни, судя по имени… Проклятье… — голос Макриса охрип. — Огнев же сказал про вас…

— Что я не Белов-Полозов. Я слышал вашу беседу, Кир.

Я перебрался на катер Архипова, свистнул штихельхаару, который последовал за мной и забежал в рубку.

— И вы мне ничего не скажете? — растерялся Макрис.

— Нет. Если вам в голову придет очередная «блестящая» идея шантажировать меня этим, то господин Титов в курсе.

— В курсе чего?! Что вы не Белов-Полозов?! — воскликнул Макрис и я увидел даже через бликующее стекло шлема, как он побледнел.

— Вы в норме? Если да, то поехали уже. Мы и так из-за ваших «оригинальных» затей потеряли уйму времени.

Я захлопнул дверь рубки и направил катер обратно к Исеть-Каменску. За мной на некотором расстоянии следовал Макрис.

— Раньше он был хорошим человеком, — сказал Архипов. — Пожалуйста, не давайте ему повода ошибаться.

— Считаете, что он может стать прежним?

— Возможно, — Архипов забрался на скамью, задумчиво смотря в заднее окно на следующий за нами катер.

Я промолчал, достал свой мобильный, позвонил майору.

— У вас всё в порядке? — спросил я.

— Да. Просеку в одну сторону уже прорубили, сейчас добивают в сторону реки. К вечеру должны успеть убрать все деревья. У вас что?

— Через полчаса вернемся. Не было времени смотреть, что привез Макрис, поглядите сами. И еще. Ничего не говорите ему про Архипова. Для него — это обычная собака. И ваших людей предупредите, чтобы не сболтнули. Это очень важно.

— Хорошо, — отозвался Титов, хотя в его голосе прозвучало некоторое недоумение. — А про вас?

— Про меня, это, кажется, само собой?

— Простите.

— В действительности Огнев Макрису сказал, что сканировал меня и что я не Белов-Полозов. Но я сам с этим разберусь.

— Понял, Ваше Сиятельство. Пойду вас встречать.

Мы добрались до города. На топи по-прежнему всё было спокойно, никаких признаков тварей или зова. Но я чувствовал затаившуюся тьму, которая пронизывала всю топь, словно капилляры — тело дремлющего чудовища.

Ворота распахнулись. Мы завели катера внутрь. Титов жестом, уже ставшим традиционным, указал нам на проверяющих магов и контейнер. Пока нас проверяли, другие маги просканировали катера, после чего военные начали разгрузку.

Судя по выражениям лиц такого объема помощи они не ожидали. Вскоре около Титова выросла гора из ящиков с боеприпасами.

— Вы меня очень удивили, господин Макрис, — произнес Титов.

— Тут скорее не моя заслуга. Кое-кто умеет убеждать, — Макрис глянул на меня и продолжил: — Как думаете, майор, почему вам помогает тёмный маг? Я общался со многими, они никогда ничего не делают бескорыстно. Интересно, какой счет вам предъявят в итоге?

— Решили зайти с другой стороны? — поинтересовался я со скукой.

— Ни для кого из нас не секрет, что у Его Сиятельства проблемы с финансами, — как можно деликатнее попытался произнести Титов. — И я думаю, что будет вполне справедливо щедро вознаградить его за помощь Исеть-Каменску.

— У Его Сиятельства прежде всего проблемы с идентификацией.

— У меня проблемы с идентификацией? Простите, Кир, но уж я лучше всех остальных знаю, кто я, — отозвался я с насмешкой.

— Это ведь новый детектор у вас? Можете одолжить на пару минут? — Макрис кивнул на сканер Титова.

— Дайте ему, а то он не уймется, — разрешил я.

Титов только пожал плечами и передал сканер. Макрис, что-то пощелкал, меняя настройки, навел на меня. На его лице отразилось недоумение.

— Детектор показывает только принадлежность к тёмным и уровень точно такой же невысокий, — пробормотал он себе под нос. — Значит, вас нет в общей базе и вас никогда не сканировали.

— Было бы очень странно, если бы я оказался в базе.

— Тогда, возможно, вы родились не в Российской империи… Хотя нет, маловероятно, учитывая что вы говорите без малейшего акцента. Скорее всего вы родились еще до того момента, как всех магов стали вносить в базу.

— Это всё, на что вы способны, «Шерлок»? — поинтересовался я. — Думаю, господину Титову, пришли похожие мысли, но он даже озвучивать не стал столь очевидное.

— И наверное, господину Титову также пришло в голову, что раз вы не говорите кто вы, вам определенно есть что скрывать? — ответил Макрис чуть едко.

— Наверняка, пришло. Что это меняет в сложившейся ситуации? Кажется, ничего, — я посмотрел на майора и кивнул на боеприпасы. — Насколько вам этого хватит?

— Думаю, до конца карантина протянем, — сказал Титов.

— Что потом?

— Отправлю запрос в Екатеринбург. Полагаю, у столицы не останется выбора, как эвакуировать всех жителей.

— Владельцы заводов с вами не согласятся, — вставил Макрис.

— Эвакуация — это имперская программа, не зависит от решения заводовладельцев.

— Только весь эвакуационный транспорт находится в Екатеринбурге. Я просто предупреждаю, что эвакуация может пойти не так гладко, как вы себе это представляете.

— Ничего, у нас достаточно транспорта, чтобы выбраться отсюда самим, — майор глянул на Макриса с неприязнью, растеряв к нему первоначальную благодарность. — Пойдемте, Ваше Сиятельство.

Мы подошли к внедорожнику Титова и он протянул мне ключи.

— В лагере найдете новую одежду. К сожалению в том магазине остался только один костюм вашего размера. Я подобрал вам подходящую форму — в нынешних обстоятельствах она будет куда уместнее. И еще…

Титов словно миг сомневался, но потом протянул мне какую-то папку. Я раскрыл и с изумлением уставился на контракт о военной службе в подразделении «Имперских стражей» в Исеть-Каменске в должности первого помощника начальника гарнизона.

— Можете вписать свое настоящее имя или любое другое, — сказал Титов. — Это имеет второстепенное значение.

— Спасибо за доверие, господин Титов, но я не могу.

— Почему? Знаю, что подобные контракты по правилам безопасности не предлагают темным магам, но я чувствую… точнее уверен, что у вас нет дурного умысла, Ваше Сиятельство, и я готов отвечать за свой выбор перед высшим начальством. Для вас это шанс начать сначала, получать приличное жалованье и сделать блестящую карьеру.

— Простите, но я не могу, — повторил я, захлопнул папку и отдал ему. — Но на мою помощь до конца карантина вы можете по-прежнему расчитывать.

— Присягали на верность кому-то другому? Уверен, господину Титову сейчас пришли в голову точно такие же мысли из-за вашего столь категоричного отказа.

Мы обернулись к чуть усмехнувшемуся Макрису, который оказывается, шел за нами.

— Не помню, что говорил вам следовать за мной, — произнес я.

— У меня теперь не особо много вариантов, что делать. С другой стороны, если вы сейчас не выкрутитесь, а это будет очень сложно, я даже не знаю, чем займусь дальше.

Я нахмурился, глянул на Архипова, стоящего рядом и пожалел, что не успел продолжить с ним разговор о политической обстановке. Кем меня теперь вообразят? Шпионом, засланным недружественным соседом-государством?

— Скажем так, персона, которой я присягал, мертва уже семнадцать лет, а к новой правительнице у меня есть вопросы.

— Вы присягали императору Александру? — живо проглотил наживку Титов. — Но чем вас не устраивает правление императрицы Алисы? Или может быть вы из тех, кто хотел чтобы она оставалась лишь регентшей и на троне находился ее сын?

Я поглядел на Макриса.

— Я «выкрутился». Вот видите, господин Титов уже мои мысли читает.

Майор даже рассмеялся, глянул на Макриса.

— Думайте что хотите, но Его Сиятельство точно не подходит на роль вражеского шпиона. У графа и внешность слишком броская для этого.

— С последним не поспоришь, — Макрис озадаченно нахмурился, а потом не менее удивленно посмотрел куда-то вниз. — Что с вашим псом?

Мы все опустили взгляды. Архипов лежал у наших ног, закрыв лапами морду и трясся.

— Тоже ужасно скучает по императору Александру.

Архипов в ответ взвыл. Я наклонился, схватил его за шкирку и, зашвырнув на заднее сиденье внедорожника, захлопнул дверь. Остановил Макриса, который хотел сесть следом.

— Вернитесь обратно и принесите мне подходящих патронов для вашей винтовки. Живее, Кир.

Макрис вздрогнул от моего тона, и поспешил назад. Когда он ушел, я сел за руль и, кивнув Титову, поехал прочь.

— Вы мне чуть всё не испортили, Архипов, — сказал я, обернувшись на миг.

— Я уже забыл когда так смеялся в последний раз, простите, Ваше Императорское Величество, — с лающим смехом отозвался полицейский. — Подумать только! Титов ткнул пальцем в небо и угадал.

— Чёрт, так это у вас была истерика? А я уже понадеялся, что вы оценили мой юмор.

— Хорошенький юмор. Это — же катастрофа!

Глава 16

Я нахмурился и, притормозив, оглянулся к нему с подозрением.

— Вы сейчас про что?

— Про ситуацию. С наследованием.

— В действительности, наоборот хорошо, что императора Александра больше нет с нами и на троне его сестра. Вы просто не знаете, в какой хаос бы погрузил империю его наследник. Я сейчас вовсе не про его бастарда говорю.

— А вы откуда это знали? Для подобного нужно быть провидцем. Но говоря про катастрофу с наследованием и что Титов угадал, я имел ввиду не это, — сказал Архипов. — Ведь именно этого вы и хотели? Чтобы ваш сын занял престол!

— Мой сын? Однако, — я даже приподнял бровь в недоумении, глядя на внимательно следящего за мной штихельхаара. — Архипов, не знаю, что вы себе напридумывали опять, но…

— Не отрицайте, я видел ваш взгляд в Снежинском, когда Огнев говорил оскорбительные вещи об императрице Алисе.

— Мой взгляд — это доказательство чего-то? — поинтересовался я.

— Простите, Ваше Императорское Величество, но вы лжете, — сказал как можно деликатнее Архипов. — Знаете, я уже начал ориентироваться в новом теле. Нос этого пса отлично чует, когда вы обманываете.

— А я чую только лишь ваши полицейские методы выведения на чистоту, — я недобро глянул на штихельхаара. — Весьма примитивные, кстати. Так что ни черта вы не чувствуете, Архипов.

— Тогда поклянитесь, что сын императрицы Алисы не от вас.

— Вы сейчас ступили на очень-очень тонкий лёд, — произнес я.

Архипов замолчал. Я повел внедорожник дальше, решив что полицейский наконец-то угомонился. Но он заговорил снова.

— Вы не стали отрицать.

— В психологии моментальное отрицание своей вины в чем-либо может служить доказательством обратного, — я чуть усмехнулся. — Вы-то со своей профессией следователя должны это знать. Уймитесь, Архипов, я больше ничего вам не буду отвечать насчет императрицы и остального. Понаблюдаю, как вас будут сжирать подозрения и паранойя.

Штихельхаар издал возмущенное ворчание.

— Тогда ответьте хотя бы о сыне императора Александра. С чего вы взяли, что наследник станет плохим правителем?

— Познакомился с этим «прекрасным» ребенком, когда ему, кажется, было восемь. Но уже тогда он был жутко избалованным. Дальше стало бы только хуже. Я действительно видел будущее, где он занял трон и для вашей империи это обернулось настоящей катастрофой, причем гораздо худшей, чем наступающая топь, — сказал я. — Бесконечные экономические кризисы, конфликты с соседями. Я рад, что это будущее никогда не наступит и что между нашими странами по-прежнему мир.

— Как вы это увидели? — с непониманием спросил Архипов.

— Благодаря своей крови. Не знаю, слышали ли вы, но многие столетия драконью кровь маги использовали для предвидения будущего. По крайней мере в моей стране.

Архипов покачал лохматой головой, поглядел на меня в раздумье.

— Не слышал. Но свою смерть вы не предвидели?

— Нет.

— Почему?

— Видения приходили сами, а не появлялись по щелчку пальца, — я только пожал плечами. — Проклятье, вы мне должны рассказать про политическую обстановку, я ведь ни черта же не знаю. Наверняка из-за моей смерти всё пошло не так. Что сейчас у Российской империи с Германией?

— Не лучшие отношения, увы. Вы правы, всё началось из-за вашей гибели и смерти императора Александра и его семьи, взаимные обвинения, кто виноват в произошедшем.

— И?

— Никакой войны, разумеется, не предвидится, но отношения холодные. Границы между нашими странами закрыты. Выпускают и впускают в обе стороны только по особому разрешению, которое подписывает лично императрица.

Не поверив, я аж затормозил, обернулся к Архипову.

— Что?

— Захотите вернуться на родину, вам придется просить аудиенцию у императрицы Алисы. Хотя, учитывая что вы знакомы, вероятно, получение разрешения не доставит проблем.

Проклятье. У меня на пути вырисовалось еще одно препятствие. Архипов в это время снова внимательно изучал выражение моего лица. Вот чёртов легавый, точно уверился в правоте своих подозрений. Впрочем…

— Она меня в тюрьму захочет упечь, — произнес я, придав себе задумчивый вид, и поехал дальше.

— Вас?! За что?!

— Есть за что.

— Вы ее чем-то обидели?

— Можно и так сказать: не оправдал надежд. Надежд, надо сказать, совершенно пустых, поскольку я женат. Так что все ваши чертовы предположения ошибочны.

— Что ж, это тоже объясняет конфликт между императрицами, — произнес несколько озадаченный Архипов. — Хотя с другой стороны, вы мертвы и делить им давно нечего. Но могу предположить, что соперничество переросло в нечто другое.

— Другое? — с непониманием повторил я.

— Дети.

Внутри волной всколыхнулась ярость. Я выжал тормоз и снова обернулся к полицейскому. На этот раз выражение моего лица не сулило ему ничего хорошего. Архипов, прекрасно это понял, однако, преодолев свой страх, с легкой примирительной насмешкой сообщил:

— Вы ведь знаете, Ваше Императорское Величество, что когда хорошая легавая берет след, она не задерживаясь несется по нему, пока не найдет искомое. Вы сами поселили меня в это тело. Теперь я легавый в квадрате благодаря вашим же стараниям. Так что…

— Да чтобы вас черти сожрали, Архипов, — прорычал я.

Псина, которую вопреки воле полицейского уже колотило от страха, вжалась со скулением в спинку сиденья. Не хватало только, чтобы она описалась от страха, Архипов потом точно будет считать меня беспринципным злодеем. Я выдохнул сквозь зубы.

— Понимаю, из-за чего вы мне устроили этот чертов допрос, Алексей Иванович, — произнес я. — Но ваши опасения о судьбе империи ошибочны. Я вам уже говорил в Снежинском, что я дал обещание избавить страну от топи. Вообще, я не разбрасываюсь клятвами, но клянусь я не причиню вашей империи вреда.

— Ну теперь-то да, — едва слышно отозвался Архипов, против воли чуть визгливым голосом.

— Да что ж такое? — я глянул на него в возмущении. — Вы становитесь невыносимыми. Может вас специально отправили сюда, поручив крайне опасное задание? Чтобы вы обратно в Константинополь не вернулись?

— Это не так, меня очень ценят на работе! — отозвался он.

— За вашу дотошность? Может быть вы раскрыли какое-то дело, которое раскрывать не стоило?

— Это исключено!

— Я на вашем месте не был бы так уверен, — я оскалился в усмешке. — Не всем нравится, когда правда всплывает наружу. Особенно опасная правда. Вам это в голову не приходило?

— Вы сейчас на что-то намекаете? — поинтересовался настороженно Архипов.

Кажется моя усмешка напугала его еще больше, чем моя ярость.

— Абсолютно ни на что. Всего лишь размышляю вслух.

Я отвернулся от него, поехав дальше, и, наконец, через несколько секунд добрался до места.

Неподалеку от скалы, под которой было гнилое озерцо, разбили лагерь. Я остановил около него внедорожник и вышел из машины. Следом за мной выскочил Архипов.

В паре метров от края обрыва стояла одна большая палатка, рядом с которой установили походный душ.

Далее было устроено что-то вроде штаба. Под большим пологом стоял длинный стол, на котором лежала карта местности. Вокруг стояло несколько складных стульев. С крыши полога свисала москитная сетка, а краю штаба находился ящик с боеприпасами.

По левую сторону от штаба было установлено с десяток небольших палаток, а по правую — находилась полевая кухня.

В стороне, на границе леса, виднелись кабинки мобильных туалетов.

Человек двадцать военных в защитных костюмах растянувшись цепочкой по краю скалы, наблюдали за лесом и уходящей в обе стороны просекой. Слева она была метров пятьдесят в длину и упиралась в стену крепости. Справа — примерно двести метров и доходила до скалы Филин на самом берегу реки Исеть. Ширина просеки составляла примерно тридцать метров.

На тягачи грузили последние спиленные деревья. Около рабочих ходили два мага с детекторами, периодически проверяли всех подряд.

Я уже хотел пойти к военным и поинтересоваться как обстановка, когда услышал шум мотора. Около нас остановился второй внедорожник, из которого выбрался Макрис.

— Решили от меня избавиться, Ваше Сиятельство? — поинтересовался борец. — Но я вам всё-таки привез патроны.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарил я. — Можете оставить у моей палатки.

— И катиться обратно?

— Что-то мне подсказывает, что людям, которые хотели меня использовать, я ничего не должен, — произнес я. — И в их обществе я тоже не нуждаюсь. Особенно, когда оно становится таким навязчивым.

Макрис нахмурился.

— Титов вас тоже использует, — сказал он.

— Ничего, счет, который я ему в итоге выставлю, как вы недавно заметили, покроет все эти мелкие недоразумения.

Борец от моих слов несколько растерялся, не понимая, говорю я всерьез или нет.

— Кажется, они решили заплатить вам заранее. Передали вам сейф.

Макрис с трудом вытащил из багажника здоровый сейф. Я увидел как у него напряглись мышцы на руках и шее, когда он тащил его на штабной стол.

— Это вряд ли, — сказал я и у меня зазвонил телефон.

Я ответил и Титов, быстро извинившись за беспокойство, передал трубку одному из проверяющих магов, который назвал мне код.

— Наберите два, пять, восемь, шестнадцать, — сказал я Макрису.

Тот покрутил колесико, открыл дверцу и с удивлением выудил оттуда бутылку.

— Они вам прислали бутылку водки? — с недоумением произнес он. — Погодите, она пустая?

Тьма, которая растеклась по всему объему и выглядевшая теперь как едва видимый туман, вдруг сконцентрировалась, превратившись в черную подвижную нитку и метнувшись к пробке. Макрис, ругнувшись, выронил бутылку. Я сделал быстрый шаг вперед, поймал ее и спокойно поставил на стол.

— Это что?! Это… То что я думаю?!

— Да, попросил магов приглядеть за этим, пока уезжал на встречу с вами, —- небрежно отозвался я. — Не переживайте, Кир, маги Титова защитили стекло охранными заклинаниями от разбития. Черт, надо было дать упасть бутылке и посмотреть на вашу физиономию.

— Но как?! Как возможно заключить тьму в ловушку? — Макрис был так потрясен, что даже не прореагировал на мой сарказм. — Это вы сделали?! Но зачем?!

— Чтобы уничтожить врага, надо его изучить. Вы-то это должны знать.

Макрис протер ладонью взмокший лоб, поглядел в сторону внедорожника, на котором приехал, словно подумав, что ему действительно нужно убраться от меня подальше. Но тут к нему подошел Архипов, не слишком уверенно виляя хвостом.

— Хм, а вашей собаке, я нравлюсь, Ваше Сиятельство, — произнес он, не слишком весело усмехнувшись, протянул руку к голове пса, но так и не погладил.

— Вообще-то она не совсем моя. Взял вчера в приюте.

— Зачем?

— Животные довольно чувствительны к проявлению враждебной магии. Подумал, что может пригодиться. Хотя, у пса оказалась дурная привычка — кусать исподтишка, так что аккуратнее с ним, — я посмотрел на обернувшегося ко мне Архипова, в глазах которого был упрек, и, проигнорировав его, продолжил: — Если хотите, оставайтесь, Кир. Только выясните у военных, есть ли в лагере для вас место. И если нет, озаботьтесь найти себе палатку и прочее необходимое. Штиль.

Я, забрав бутылку, свистнул и Архипов последовал за мной.

Добравшись до своей палатки, я отбросил полог, вошел. Внутри было просторно, можно было стоять во весь рост. С гостиницы сюда притащили кресло, журнальный столик и даже кровать с прикроватной тумбочкой. Правда, шкаф заменял огромный ящик от боеприпасов, на котором лежала военная форма нужного мне размера. Остальные комплекты, как и костюмы — новый серо-голубой и вычищенный в химчистке бежевый, — а также рубашки, белье и обувь, лежали внутри.

Под потолком на крючке висел фонарь, явно работающий на магии, а на прикроватной тумбочке обнаружилась банка, в которой сидел Хермагорас. Ящер лениво пошевелился, приоткрыв глаз, и снова задремал. И я решил пока его не беспокоить.

На кровати нашлись чистые полотенца и банные принадлежности. Я оставил винтовку рядом с креслом, поставил бутылку с тьмой на столик и подумал, что надо, наконец, привести себя в порядок.

Я подхватил одежду, полотенце и прочее и, увидев возмущенное выражение морды штихельхаара и открывшуюся пасть, приложил палец к губам, напоминая ему, что он должен молчать.

— Считаете, что сейчас уместно? — шепотом спросил он.

— Разумеется. Вообще я собираюсь пообедать и лечь спать, поскольку ночью мне придется дежурить, — тихо отозвался я. — И вам не помешает то же самое, если хотите составить мне компанию.

Штихельхаар кивнул.

— За что вы так с Макрисом? — спросил Архипов.

— Вы слышали. А вообще, ему не помешает спуститься с пьедестала. От вас, кстати, по-прежнему странно видеть симпатию к бандиту.

— Вы тоже слышали, почему я ему симпатизирую. Верю, что он может стать прежним. Он изменился под влиянием обстоятельств. Но внутри он другой.

— Посмотрим. Пока он упустил свой шанс на исправление, когда устроил мне ловушку.

— Хм, а многих людей вы заставили стать лучше? Хотя, заставили, вряд ли подходящее слово.

— Как раз то самое. Обожаю делать то, на что не способны высшие светлые, — я оскалился в усмешке.

Штихельхаар непроизвольно завилял хвостом, чуть припав на передние лапы.

— А как же ваша поговорка про намерения и дорогу в ад? — поинтересовался Архипов.

— То, что я император, накладывает определенные обязанности, так что я должен делать полезные дела, — я огляделся. — И ад, в котором я оказался, меня пока устраивает. Могло бы быть и хуже.

Глянув на возмущенную и явно оскорбленную моими словами морду штихельхаара, я вышел из палатки и скрылся в в кабине переносного душа. Вода, к счастью, еще не успела нагреться на солнце и приятно освежала. Искупавшись, я надел военные штаны с защитным рисунком, светло-голубую футболку. К форме еще прилагалась легкая куртка, но я подумал, что в ней при моей нынешней чувствительности к жаре я просто получу тепловой удар.

Выйдя из душа, я увидел, что машина, на которой приехал Макрис, пропала вместе с борцом. Зато появилась другая, остановившаяся у полевой кухни. Человек в фирменной гостиничной поварской одежде хлопотал у плиты. Вот и отлично, а то я уже хотел звонить Титову и спрашивать, где обещанный мне повар.

Пока готовился обед, я решил осмотреться.

— Кирьякос уехал за палаткой, не надейтесь, что избавились от него, — сказал мне подбежавший Архипов.

— У некоторых людей талант находить неприятности, — я чуть улыбнулся. — Можно вас попросить снова сжечь мою одежду?

Архипов кивнул и, выведя лапой заклинание, превратил изрешеченную щепками форму Титова в пепел.

— В машине крови не осталось? — спросил он.

— Нет, я не прислонялся спиной, — я подошел к одному из военных и спросил: — Как обстановка?

— Пока всё спокойно, Ваше Сиятельство.

Я кивнул, пошел вдоль просеки к стене крепости. Но скала в этом месте была отвесная, за исключением тропы, которая вела вниз к гнилому озерцу. Больше никаких лазеек я не нашел. Тогда я вернулся обратно к лагерю и направился по просеке уже в сторону Исети.

И тут однозначно имелась огромная проблема.

Скалы отвесно обрывались только в сторону реки. А вот их южные склоны имели спуск, хоть весьма крутой и густо заросший смешанным лесом. Таким образом, в обороне города имелась брешь шириной полсотни метров. Если не считать той «чудесной» тропы у гнилого озера.

— Всё еще считаете, что тут непроходимая чаща? — поинтересовался я у Архипова.

— Я ошибался, — сказал Архипов и добавил чуть удивленно: — Но как это Титов проглядел?

— Хороший вопрос, — сказал я и начал спуск.

— Вы куда, Ваше Сиятельство? — испугался полицейский.

— Пойду прогуляюсь, проверю что там внизу.

— Вам утреннего происшествия показалось мало? — с упреком пролаял Архипов и поспешил за мной.

— Конечно. Вдруг я сейчас найду еще одно болотце и кучу язычников снова отрезающих кому-то голову. А кому, кстати, они ее отрезали? Надо в полиции узнать, кто пропал недавно. Хотя, кажется, полиции было всё это время плевать на пропадавших.

Я добрался до низа, остановился, поджидая осторожно спускающегося штихельхаара. Дальше мы зашагали по лесу. Тут в основном росли тоненькие, но весьма развесистые березы, невысокие сосны. Слишком уж каменистая была почва для более мощных деревьев. В кронах над нами чуть шумел ветер, давая прохладу, в проглядывающем через листву синем небе всё также пекло солнце, золотя верхушки деревьев.

— Архипов, мы с вами разговор не закончили о политике и прочем, — заметил я. — Но меня сейчас, пожалуй больше интересует, как тут дело обстоит с магией.

— Что именно вы подразумеваете?

— Вы ведь светлый. Вы где-то учились?

— Для светлых есть специальные воскресные школы.

— Воскресные школы? — удивился я, поскольку подобное сочетание у меня ассоциировалось с чем-то исключительно религиозным.

— Да. Все дети посещают обычные общеобразовательные школы. А те, у кого есть магические способности, дополнительно ходят в воскресные. Причем их могут посещать только те, у кого ни разу при сканировании не было «тёмного» результата. Если у ребенка вдруг сменилась магическая предрасположенность, его исключают навсегда, даже если на совершеннолетие при заключительном сканировании он окончательно был охарактеризован как светлый.

— Не слишком-то справедливо. А что тёмные? Не верю, что они не придумали что-то в обход системы.

— Периодически отлавливают каких-то ведьм, устраивавших обучение на дому для темных детишек. Но это всё было несерьезно. Темных среди нас меньшинство, может процентов пять всего. Хотя в Екатеринбурге из-за градоправительницы их там гораздо больше, по сравнению с остальными городами.

— Хмм, — удивленно протянул я.

— У вас в стране не так?

— Сильно не так. Темных у нас четверть от все магов, если не вся треть.

Архипов аж остановился.

— И как вы с этим справились? — спросил он.

— В смысле?

— Количество злодейств у вас должно было зашкаливать.

— Эмм… С одной стороны забавно, что вы задаете подобный вопрос черному магу, — я чуть усмехнулся. — С другой, высшие светлые с этим вполне успешно справлялись.

— Что ж, значит у вас на родине не всё так ужасно было, как я себе только что представил, — произнес Архипов. — Простите, я не очень интересовался отношениями между нашими империями.

— Да я тоже вроде как не интересовался нюансами до определенного времени, — я чуть мрачно улыбнулся. — Так та магическая школа, в которой вы учились, она была хорошая? Чему вас там обучили?

— Средненькая. Базу, конечно, дали, но больше внимания всегда уделялась детям с более высоким уровнем магии. Я там проучился до тринадцати лет, а потом… меня отчислили.

— Ого, то есть в один прекрасный день вы вдруг оказались темным?

— Не назову этот день прекрасным, — буркнул Архипов. — Это поставило крест на моем дальнейшем обучении. Хотя в последующие годы сканер показывал только светлый результат.

— А как вас занесло в полицию?

— Туда охотно берут таких как я. Считается, что это облегчает нам работу в криминалистике, которую мы лучше понимаем, как и природу преступлений, в отличие от стопроцентных светлых.

— Любопытная теория. Вы с ней согласны?

— К сожалению, сравнить никак не могу, у нас в Управлении не было ни одного стопроцентного светлого, который бы поделился впечатлениями.

— А что дальше для тех, кто закончил магическую школу?

— У нас одна Магическая Академия. Туда поступают только лучшие. В основном высшие светлые и очень редко светлые первого и второго уровня.

— И никаких темных там не учится? — продолжил удивляться я. — На Чистослава Черного совсем не похоже.

— Почему?

— В Пражском магическом Университете, ректором которого он являлся, им был создан отдельный факультет для темных. А следом он планировал и вовсе общее обучение для всех студентов.

— Об этом прошлом господина Черного, к сожалению, почти ничего не известно.

— А жаль. Тогда у вас была бы такая же масса вопросов, как у меня. Интересно, каким образом он добился доверия ваших светлых, что они его сделали главным? О его прошлом они не могли не знать. Такое утаить от высших невозможно.

— Хотите с ним встретиться и спросить? — чуть едко пролаял Архипов.

— Да. Как только закончу с топью. По крайней мере я на это надеюсь. Были бы у меня мои прежние магические силы, дело, конечно, продвигалось бы быстрее, — я нахмурился. — Знаете, Архипов, я тут подумал, что имеется некая странность. Когда я прежде покидал свое тело, я не утрачивал способность колдовать. Моя магия оставалась со мной. Вас я перенес в тело пса. Ваше тело, то есть тело носителя магической крови, было уничтожено, но способность колдовать у вас осталась даже в облике собаки. И я не понимаю, какого чёрта тогда не срабатывают мои прежние заклинания.

— Справедливый вопрос, — задумчиво отозвался Архипов. — Я, конечно, довольно слабый маг, но суть рассуждений, уверен, у вас правильная. Но с другой стороны, почему у вас вообще срабатывают какие-либо заклинания? Николаос никогда не обучался, в его голове не могло остаться никакой информации.

— Срабатывают только те, на которые способна его кровь.

— То есть он был способен проклинать и обращать в жаб? — спросил Архипов.

— Да.

— То есть вы хотите сказать, что он был потенциальным черным магом? — ужаснулся Архипов. — Знаете, может с одной стороны и хорошо, что этот мальчик впал в кому и не вырос. Не знаю, какие у него были родители, но дом графов, кажется, даже вам показался чересчур странным.

Я кивнул и глянул на часы.

— Хм, хотел туда сегодня наведаться, но из-за приключений с Киром, похоже, придется отложить.

— Хотели проверить, не провалились ли скалы, на которых построен дом? Вы можете попросить Титова, чтобы он послал туда разведчика.

— Лучше я сам позже проверю.

— Погодите-ка, — Архипов остановился, поглядел на меня. — Я снова подумал про Николаоса. Первое сканирование выявило у него десятый уровень силы, но сила могла увеличиться с возрастом. Однако, когда новым детектором вас сканировал и Огнев, и Титов, и Макрис, никто из них не обнаружил, что ваш уровень выше. Необратимые заклинания бы сработали только если бы ваш уровень перевалил за первый и детектор показал вашу силу как силу черного мага.

Я глядел на полицейского в недоумении.

— Я должен что-то объяснять?

— Не понимаю.

— Я могу обманывать детектор. Особенность драконьей крови. Могу показать себя и вовсе как пустышку.

— Или как черного мага?! — ужаснулся Архипов. — Но…

— Как я уже сказал, при этом ни одно мое боевое заклинание не срабатывает. Знаю, что проклятья подействуют, как и необратимые заклинания. Вероятно сработает еще куча мерзких заговоров, типа насылания чумы или что-то вроде того из черной магии. В свое время я прочитал достаточно книг с такими заклинаниями, но я не применял оттуда ни одного.

— Кроме обращения в жабу? Потому что оно необратимое?

Я только развел руками.

Замолчав, мы в задумчивости продолжили путь. Лес впереди между тем поредел и мы вышли на широкую поляну на береговом склоне. У самой реки было причудливое нагромождение скал с огромной прямоугольной дырой, напоминающей портал для великанов, только сильно накренившийся и частично ушедший под землю.

— Местные зовут эти скалы Каменными воротами, — сказал Архипов. — Честно говоря, мне почему-то не по себе от этого места.

— Может потому что вон те письмена сделаны человеческой кровью? — я указал ему на надпись.

Архипов осторожно спустился с пригорка к скалам, принюхался, обернулся ко мне.

— Как вы поняли что кровь человеческая?

— Интуиция. И язычники сегодня утром явно не козла забивали на болоте.

Я спустился следом и мы прошли портал примерно в семь человеческих ростов, который выводил прямиком к реке. Посмотрели на спокойно текущую воду, отражающую синее небо.

— Что думаете, Ваше Сиятельство? — спросил Архипов.

Я промолчал, приложив руку к скале. И едва не отдернул, когда мне показалось, что она чуть содрогнулась от моего прикосновения. В следующий миг я снова отчетливо услышал зов и резко обернулся. За нами из леса явно следили.

— Видите кого-нибудь Архипов? — спросил я.

— Чую, — отозвался он. — Запахло этими проклятыми язычниками.

— И чем они пахнут?

— Вином и лекарственными травами.

— Хм, странно. Логичнее было бы, если бы они пахли топью, а не… — я не договорил, так как наши враги вынырнули из чащи. И на этот раз их было сильно больше чем двадцать. — Чёрт.

— Зря вы с собой не захватили винтовку, — заметил полицейский.

— Хорошо, что не взял, а то бы утопил случайно, — отозвался я, схватил Архипова за шкирку и швырнул его подальше в реку.

А следом нырнул сам. Что-то после утреннего столкновения мне вовсе не хотелось снова быть изрезанным, хотя мои раны и быстро заживали. Рядом со мной фыркая выплыл Архипов. Течение быстро уносило нас прочь в сторону города и магической защитной сети, которая на нас никак не среагировала.

Я увидел как толпа в серых рубашках подошла к кромке берега, где несколько секунд назад стояли мы, и злобно смотрела нам вслед. Я, помогая реке, погреб мимо скалы Филин, за которой сразу оказался пологий берег. Мы с Архиповым выбрались и побежали наверх.

— К оружию, — приказал я, едва в поле зрения оказались военные. — Там внизу язычники. Пятнадцать человек сюда.

Ко мне подбежали военные, взяли оружие на изготовку. Мы смотрели на лесные заросли минут десять. Но атаки, которую я ждал, всё не было. Хотя этого времени язычникам вполне хватило чтобы добежать до скалы.

— Может они нас боятся, Ваше Сиятельство? — спросил один из военных. — Мы раньше никогда с ними прежде не сталкивались. Конечно слухи о них ходили.

— Слухи? — я перевел вопросительный взгляд на Архипова.

— Были обнаружены места, где были сделаны жертвоприношения. Два за последний год, — сообщил другой военный. — Но мы никого не нашли.

Архипов мне так ничего и не ответил. А потом показал мне куда-то глазами и я увидел Макриса, который почти никак не выделялся среди военных, разве что на его форме не имелось нашивки «Имперских стражей».

— Пойду схожу за винтовкой, — сказал я. — Наблюдайте пока.

Я направился к лагерю. За мной побежал Архипов, но я кивнул ему на лес и он остался наблюдать. На ходу я вытащил телефон, набрал майора, коротко сообщил ему о произошедшем.

— Знаете что, господин Титов, давайте лес внизу тоже спилим к чертовой матери, — предложил я.

— Но… Эти скалы, природные памятники, охраняются законом вместе с прилегающем лесом.

— Но вы же прорубили просеку.

— Но это не уничтожение огромного участка леса под корень.

— Это лучше чем потерять своих людей?

— Вы считаете, что мои парни не справятся с фанатиками, вооруженными ножами?

— Уверен, справятся. Но за фанатиками идет топь. А я, как вы помните, не могу бодрствовать двадцать четыре часа в сутки. Может меня, конечно, на пару суток хватит, но до конца карантина я не продержусь без сна.

Я откинул полог палатки и застыл. Один из военных как раз забирал мою винтовку, оставленную у кресла. Я уже хотел поблагодарить его за расторопность, но увидел его выражение лица. Такое бывает лишь когда кого-то застали врасплох.

В следующий миг он вскинул винтовку, но еще раньше я прыгнул на него, сбивая с ног и перехватывая оружие. Раздался выстрел, пуля пробила дыру в потолке палатки. Выпустив винтовку, соперник схватился за нож, а снаружи послышались хаотичные выстрелы. Поняв, что творится что-то странное, не став медлить, я просто свернул врагу шею, не дав шанса нанести удар.

— Ваше Сиятельство! — кричал из выроненного телефона Титов. — Что там у вас происходит?!

— Когда разберусь — сообщу, — ответил я, подобрав телефон и отключив, бросил в карман.

Следом подхватил винтовку и выскочил наружу.

На скале Филин творилось непонятное: военные, рассредоточившись, стреляли друг в друга, а ко мне молнией несся штихельхаар.

— С вами всё в порядке, Ваше Сиятельство? — тревожно подвывая спросил Архипов.

— Да. Скажите, от того типа, что валяется у меня в палатке пахнет лекарственными травами и вином?

— Только травами… Проклятье, а ведь я уже учуял этот запах и он показался мне знакомым там, внизу у Каменных ворот.

— На скале Филин что происходит? Там среди военных тоже оказались замаскированные язычники?

— Похоже на то. Двух убили, и теперь они просто целятся друг в друга, не зная кому доверять, — сообщил Архипов.

— Можете пробежаться мимо них? Я перестреляю всех от кого пахнет так же.

— А если вы ошибаетесь и кто-то пользуется травами в лекарских, а не оккультных целях?

— Вы-то точно не ошибетесь — не может быть стопроцентного совпадения, если они не язычники. Состав снадобий для ритуалов должен быть всегда один.

— Насчет этого, думаю, вы правы.

— Аккуратнее, Архипов. Несмотря на вашу чертову дотошность, вы нужны мне живым, — сказал я ему напоследок и кивнул.

Архипов осторожно направился обратно, а я вскинул винтовку, когда штихельхаар сделал охотничью стойку, указывая на врага. Грянул выстрел. Все взгляды военных обратились ко мне.

— Ваше Сиятельство, что вы делаете?! — завопил один из военных.

Архипов миг колебался, но и на кричавшего тоже сделал стойку.

У кого-то сдали нервы — у врагов или моих союзников, было не ясно — и кто-то начал стрелять в ответ.

— Да чтоб вас черти сожрали, — выругался я и спрятался за водяную цистерну.

Раздалась автоматная очередь. Цистерну прошило насквозь, а меня обдало водой.

— Сегодня явно перебор с приемом ванны, Харди, — сказал я сам себе.

Я выглянул, увидел очередной знак от Архипова, на которого, к счастью никто не обращал внимания. Еще пять выстрелов и Архипов, покружив вокруг военных, побежал ко мне. Я выудил телефон Огнева, набрал Макриса.

— Кир, передайте всем, что среди них были замаскированные язычники. Теперь их не осталось. Я стрелять больше не буду. Пусть поднимаются на ноги.

Я поглядел как Макрис первый осторожно поднялся, что-то объясняя остальным. Я вернулся в палатку и мы с Архиповым стали осматривать убитого. Я нашел вторые ножны, спрятанные запазухой, в которых оказался ритуальный клинок.

И тут я заметил нечто странное под чуть сдвинувшимся на запястье широким ремнем от часов. Я подтянул его еще выше и мы с Архиповым уставились на клеймо в виде змея, обвивавшего гору, — родовой герб Беловых-Полозовых.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге