Город-мечта

Пролог

Лес был странным. Вроде бы не тропический, но на нижнем уровне количество папоротников и широколистных растений – как в тропиках. Ну и само наличие уровней как бы намекало, что лес южный. Однако верхний его уровень занимали кроны хвойных деревьев. Да, именно хвойных! И только ниже находились лиственные растения, пальмы и грибы.

- Ненавижу эту планету!.. – буркнул Славка.

- Это твои проблемы… – откликнулся Бер.

- Чего это? – удивился парень, посмотрев на хмурого мужчину, сжимавшего винтовку.

- Того это! – отозвался тот. – Будто ты куда-то денешься…

Мужчина окинул внимательным взглядом заросли на земле, кроны пальм и шляпки грибов… А потом долго, до рези в глазах, всматривался в зелёную высь. И только после этого добавил:

- С подводной лодки…

- Пф-ф! – выразил своё отношение к сказанному Славка.

Откровенно говоря, Бер тоже не любил лес на этой планете. На Земле он побывал в тропиках, в лиственных лесах, в джунглях, в северных лесах Америки и Евразии… Он бродил в азиатских зарослях бамбука, пересекал болота, путешествовал в тундре… В общем, где только Бер ни бывал на родной планете. Поэтому он привык подмечать всё и вся.

А вот здешние леса ставили его в тупик. Они имели, как минимум, пару серьёзных отличий от земных. Одно из них заключалось в том, что листва тут была очень уж… Как бы это сказать… В общем, разнообразно-зелёной. Её пестрота немного сбивала с толку. Однако и это можно было перетерпеть. А вот гадкая привычка местных хищников прятаться на грибах… Вот к этому никак не получалось привыкнуть.

И ладно бы ещё Бер один шёл! Сам он мог и здесь неплохо спрятаться. Всё-таки бывалый охотник. К тому же, внешние данные – спутанная грива коричневых волос и такая же борода – позволяли ему неплохо сливаться с природой. Особенно, если пригнуться к земле. Или, например, прижаться к какому-нибудь стволу.

Однако Беру жуть как не повезло со спутниками…

Славка и его сестра были белобрысыми. Настолько, что их шевелюры выглядели в лесах этой дикой планеты крайне неуместно. Хорошо ещё, за время похода успели слегка подзагореть. Кожа у них поначалу была такая же белая, как теперь – выгоревшие на солнце волосы. А шапочки из травы они наотрез отказались надевать. Чешется, мол, всё под ними…

Бер бы уже давно кинул где-нибудь Славку и Кэт, чтобы дальше идти в одиночку. Но это было как-то… Неправильно, что ли? Вместе они смогли выбраться из лагеря, когда туда ворвались хищники. Вместе пробивались на юг, сторонясь других групп выживших. И теперь бросать надёжных ребят, только потому что надо снова идти через лес, а у них волосы светлые?

Ну а Славка о таких высоких материях не думал. Он думал о том, как его достала эта планета. И это занимало все его мысли последние пару недель. Особенно, когда он отходил в кустики по-большому, а в процессе искал лопухи для подтирки накачанной задницы. И далеко не все из этих «лопухов» оказались безобидными: некоторые из них, на поверку, были жгучими, как крапива. А после других кожу саднило так, как будто он наждачкой вытирался.

Впрочем, будучи младшим братом, он даже не подумал, что проявляет немалый эгоизм. Ведь Славка совсем не задумывался о том, что чувствует здесь, на дикой планете, его сестра. Зато регулярно обращался к ней всё с новыми и новыми жалобами.

- Кэт! Ну скажи ему! Чего он издевается?! – и в этот раз возмутился Славка.

Несмотря на внешнее сходство, они с сестрой были совершенно разными. Славка – высокий статный парень с широкими плечами, гордым профилем и мужественным лицом. Кэт же была невысокой миниатюрной девушкой с милой мордашкой.

Конечно, некоторые общие черты не давали усомниться в близком родстве. Вот только никто, глядя на них, не смог бы сходу угадать, у кого в этой семье стальные яйца. Всегда думали, конечно же, на Славку. Ну в самом деле, не может же быть, что этот нордический, атлетический и героический парень – слабее сестры?

- Братишка, рот закрой! И чтоб ни звука! – с металлом в голосе попросила Кэт.

- Ладно-ладно…

- А ещё раз его откроешь – зашью! – не успокоилась на этом девушка.

На самом деле, Кэт было страшно. Конечно, страх – это нормальная реакция любого «хомы сапиенса» в незнакомой ситуации. И всё же, когда ты нервно вслушиваешься в каждый звук, который доносится из зарослей, болтовня младшего брата-акселерата звучит совсем уж неуместно. Тем более, что ему бы не по лесам шастать, а в хоре запевалой быть. И даже микрофона не надо. И так громкий, зараза…

- Ты боишься! – догадался Славка, добавив в голос злорадства.

Кэт воткнула бронзовое копьё в землю.

- У-у, как страшно! – продолжал изгаляться Славка.

Кэт вздохнула, сняла рюкзак и поставила его на землю рядом с копьём.

- Э-э-э! Ты чего? – сразу напрягся её брат. – Бер, а чего это она?

- Она твоя сестра, тебе лучше знать!.. – буркнул охотник.

Кэт прищурилась и расстегнула молнию рюкзака. Получилось громко, зловеще, и на неё тут же уставились уже две пары глаз. И Бер, и Славка.

- Ой-ой… Кэт, заканчивай! – попросил младший брат. – Тебе зачем в рюкзак?..

Кэт поворошила вещи и выудила швейный набор. Она держала его в руке, задумчиво поглядывая на спутников. И выглядел он в её хрупких ручках не менее грозно, чем, например, граната. Ну или что-нибудь ещё настолько же убойное.

Бер, как обычно, не впечатлился. Только ухмыльнулся в усы и снова уставился в сторону леса. А вот Славка, лучше знакомый с родной сестрой, побледнел, попятился – и принялся мотать головой. Кэт ещё некоторое время молча смотрела на него, а потом вернула швейный набор на место, достала флягу и сделала пару глотков.

Так же молча, не сводя с брата взгляда, девушка вернула флягу в рюкзак и беззвучно застегнула молнию. После чего рукой повторила движение, будто застёгивает молнию – но сделала это напротив рта. А потом закинула рюкзак за спину и вытащила копьё из земли, тщательно счистив комья грязи.

Всё это время Бер осматривал окрестности и, наконец, изрёк:

- Надо идти… Лес тут неширокий.

- А что за ним? – тихо уточнила Кэт.

- А шут его знает… Но я надеюсь, дальше будут поселения покрупнее!.. – вздохнул Бер и покрепче сжал трофейную винтовку.

С винтовки всё и началось… Их группу высадили на высоком берегу моря. Красивого голубого моря. Правда, в момент высадки оно было бурным и штормовым. Вокруг ещё лежал снег. Хоть СИПИН и объяснял, что на дворе начало весны, но ведь весна – она разная. В некоторых областях Земли вообще ограничивается маем-месяцем.

В общем, начало календарной весны очень даже напоминало зиму. И всё же этой группе колонистов повезло. Через неделю стало теплеть, и снег стаял. Люди отыскали рядом Алтарь Вознаграждения и регулярно ходили к нему за покупками, налаживая быт.

Удалось им и построить укреплённый частоколом форт. Не слишком большой, правда… Даже не все капсулы в него влезали. Зато, в случае чего, всегда можно было укрыться за крепкими стенами.

Мир казался чудесным, невероятным, красивым… А потом море вынесло на берег бревно.

Обычное бревно, обработанное человеком.

И даже один человек на бревне имелся.

Правда, Бер тогда сказал, что это не весь человек, а где-то 0,7 человека. Но, увидев у того на спине чудом не потерянное оружие, изменил своё мнение. Сказал, что это даже полтора человека. Хотя ноги, конечно, незнакомцу бы не помешали.

Человек умер, не приходя в сознание, через пять часов. Не помогла даже «лечилка». А людям оставалось только гадать, что за тварь сгрызла ему нижнюю часть ног. Многие из их группы выходили на плотиках в море, чтобы порыбачить. Но при этом никогда не видели особо страшных и зубастых хищников.

Один парень из группы, прозванный Головастиком (за чрезмерное количество знаний в голове), объяснял, что странные морские создания, попадавшие к ним на крючок, похожи на первых морских обитателей Земли. Всяких трилобитов и прочих членистоногих. Он, конечно, мог и ошибаться. Но всем было наплевать на такие заумные детали.

Какая разница, как это мясо называется, если оно очень вкусное?

В общем, найдёныш умер, а винтовка и патроны к ней перекочевали к Беру. Тот спрятал оружие в капсулу и больше оттуда не доставал. Не доставал до тех пор, пока рыбалка не отменилась. Тварь, что укоротила найденного человека на 30%, добралась-таки до их поселения… Сразу же перевернула один рыбацкий плот, жестоко добив рыбаков. А потом и вовсе поселилась поблизости.

Пришлось людям обратить пристальное внимание на лес. За добычей отправились первые охотники. Бер тоже в стороне не стоял.

И это стало началом конца.

Сначала поблизости заметили трёх хищников, похожих на бурых собак…

Через три дня «бурые» взяли их поселение штурмом. Люди даже в форте укрыться не успели.

Вот с тех самых пор Бер, Славка и Кэт двигались всё дальше на юг. В надежде покинуть страшные опасные леса. И найти новый райский уголок где-нибудь на равнине.

- Идём тихо… Смотрим под ноги! – предупредил Бер. – Мне этот лес не нравится… Совсем не нравится! Нас тут сожрут, если шуметь будем…

Впрочем, почти беззвучно их компания сделала всего шагов двадцать. А потом лес огласил возмущённый мат Славки.

- Слава, какого хрена! – зашипел Бер, повернувшись к парню. – Ты что творишь, идиот?!

- Да я в дерьмо вляпался!.. – обиженно отозвался тот. – Почему вы двое прошли и не вляпались? А я взял и вляпался?..

- Ну вляпался, и забей! Только молчи, идиота кусок!.. – зашипела на него Кэт.

- Так ведь я по колено в него… – ответил ей брат каким-то упавшим голосом.

После такого заявления и Бер, и Кэт не могли не подойти поближе, чтобы полюбоваться. Они удивлённо замерли, рассматривая кучу дерьма, которая нашла своего неуклюжего Славку. Вот только если Кэт прыснула из-за того, что брат не заметил кучу почти в метр высотой, то Бер лишь нахмурился ещё больше.

- Говорю же… По колено, етить его! – расстроенно заметил Славка.

- Да ты как её вообще не заметил-то?! Ты слепой, что ли? – сдерживая смех, спросила Кэт.

- А ну тихо, оба! – шикнул Бер.

- Да чего ты опять? – возмутился Славка. Правда, шёпотом, проникнувшись серьёзностью спутника.

- На дерьмо, в котором стоишь, посмотри! – посоветовал Бер. – Похоже на помёт травоядных?

- А я откуда знаю?! – возмутился Славка, осторожно пытаясь вылезти из ловушки так, чтобы как можно меньше запачкаться.

Кэт еле сдерживалась, наблюдая за его бесплодными потугами. Ведь понятно, что после такой «мины» остаться чистеньким – это фантастика.

- Оно тёмно-коричневое и воняет, как… Это дерьмо хищника! – зло проговорил Бер.

- Да какая разница-то? – удивился Славка. – Ну хищник, ну травоядный, ну засранец….

- Ты по размерам кучи не понимаешь, какого размера тот, кто её отложил? – строгим голосом поинтересовался охотник. – Да он тебя сожрёт и не заметит! Только добавки попросит!

- Ой… – выдала Кэт, которой сразу расхотелось смеяться.

А Славка застыл с поднятой ногой, с которой падали ошмётки коричневой субстанции. После чего ещё раз присмотрелся к злосчастной куче, побледнел и нервно глянул на Бера.

- И что теперь делать?.. Стоять?.. Не двигаться?.. – сипло спросил он.

- Это дерьмо, а не сам хищник! – хмуро буркнул Бер. – Раз начал вылезать, то давай, не жди!..

А Кэт очень задумчиво смотрела на след. Он был тут, совсем рядом с большой кучей. И даже глубоко отпечатался в рыхлой земле. В длину – сантиметров шестьдесят. На концах коротких толстых пальцев отчётливо виднелись следы когтей. Если включить хоть капельку воображения и представить себе владельца такой лапы… В общем, даже от мимолётного взбрыка фантазии мурашки по коже бежали.

А уж что будет, если этого засранца воочию увидеть…

- Ой, мамочки… Тут след!.. – наконец, сообщила Кэт, устав бояться в одиночку.

Подойдя к ней, Бер начал детально рассматривать отпечаток. А Славка в это время всё ещё пытался выбраться оттуда, куда залез по своей невнимательности. Из-за его возни вокруг распространялся удушливый и едкий запах. Видимо, потревоженная куча решила напомнить всей округе, что она не просто куча – а куча зловонючая.

- С холма я видел, что этот лес тянется на несколько километров… – закончив рассматривать след огромной лапы, проговорил Бер. – Слушайте сюда, оба! Надо пройти его тихо, почти бесшумно и без приключений! Тихо, понимаете?

- Поняла! – с очень серьёзным видом кивнула Кэт.

- Я постараюсь… – насупился Славка.

- Не надо стараться, парень! Надо сделать! – Бер, тяжело вздохнув, посмотрел на него и стянул с плеча винтовку. – Хищники такого размера – это страшно. Очень страшно, понимаешь? На севере я таких вообще не припомню... Поэтому идём и смотрим под ноги. Ветки обходим, на подозрительные холмики не наступаем. Нам надо просто преодолеть этот хренов лес!

- А можно я сначала почищусь? – жалобно спросил Славка.

- Вон там ручей… Отмойся и выходим! – сдерживаясь, чтобы не отвесить парню оплеуху, буркнул Бер.

Ему очень хотелось, чтобы его спутники были по-настоящему серьёзными людьми. Теми, кто в полной мере осознаёт, как здесь, в лесу на дикой планете, опасно. Но вместо них шутница-судьба подкинула ему двух белобрысых городских жителей. И если к Кэт нареканий почти не было, то Славка… Славка отрывался за двоих.

Вот и приходилось Беру по десять раз повторять одно и то же... Иначе молодёжь почему-то не понимала. Когда, наконец, вернулся отмытый говнодав, Бер снова повторил инструкции, ища в глазах Славки и его сестры хотя бы каплю понимания.

- Идём… След в след за мной… Смотрим под ноги… Всё подозрительное обходим по дуге!.. Вам всё ясно?

- Ясно, – тихо, но дружно ответили Славка с Кэт.

- Смотрите у меня!.. – пригрозил Бер и двинулся дальше на юг.

Лес был странный. Действительно странный. Сразу было заметно, что это ни разу не земные заросли. Огромные грибы раскрывали свои шляпки навстречу солнечным лучам. Поодаль виднелись твёрдые пучки каких-то трубок, наподобие кораллов. А ещё травянистые растения, которые, вымахав на несколько метров, переплетались и превращались во что-то вроде пальмы. На земле такой экзотический набор флоры не встретишь. Разве что спьяну пригрезится…

А ещё тут всё дышало жизнью. Насекомые, сновавшие среди прелой листвы и сухой хвои… Какие-то животные, шуршавшие в чаще… Черви и птицы – ну или что-то на них похожее… Всё это издавало очень подозрительные звуки. И постоянно мелькало на периферии зрения, заставляя нервно коситься по сторонам.

Бер к такому не привык. Земные леса уже давно не могли похвастаться такой плотностью живности. Охотник сжимал винтовку в руках и постоянно дёргался на каждый звук. Это всё было очень необычно… Очень странно… И, как он подозревал, очень опасно.

Наверно, поэтому Бер и успел среагировать. И даже попытался пригнуться. К сожалению, из двух ценных вещей, которые у него имелись, одну ценность он всё-таки потерял. А так как этой потерей была голова, то спасение второй ценности – винтовки – уже не могло его порадовать.

Огромная башка ящера, с такой же огромной пастью, усаженной острыми шипами зубов, появилась из зарослей сбоку. Причём, в полной тишине. На глазах шокированных Славки и Кэт эта зубастая голова сомкнула челюсти на их товарище. И тут же убралась обратно в заросли.

На землю упали две руки Бера, всё ещё сжимавшие винтовку. А, кроме того, две поясные сумки, обкусанный рюкзак – и тело, начисто лишённое головы и плеч.

Заросли снова расступились, словно зелёный занавес. Огромная голова подцепила безголовое тело – и снова скрылась. При этом не было ни шороха, ни хруста… Только фонтанчик крови печально оросил место упокоения Бера. А брат и сестра так и стояли на месте, не в силах ни закричать, ни сделать шаг назад.

Славка хватал ртом воздух. Кэт дрожала, выставив вперёд копьё. А перед ними лежали сжимающие винтовку мёртвые руки. Где-то в зарослях раздалось низкое довольное ворчание. Хищник радовался лёгкой и беспроблемной добыче, которая сама сунулась к нему в пасть.

А потом заросли расступились, и огромная голова снова выбралась из них, рассматривая замерших, как истуканы, людей. Делала она это красноватым глазом с пятью чёрными зрачками. Причём, и глаз, и зрачки выражали искреннее недоумение. Как минимум, по поводу того, что странные двуногие ещё стоят на месте. Видимо, собираются и дальше кормить хищника.

Снова раздалось довольное урчание. Затрепетали щели ноздрей на огромной башке. Огромная пасть начала раскрываться, обдав людей тошнотворным зловонием…

И в этот момент Кэт отпустило… Да, она была парализована страхом. И да, её ноги отказывались двигаться, а лёгкие – сокращаться. Казалось, у неё даже сердце перестало биться от ужаса.

Но когда она увидела острые зубы в пасти неведомого чудовища… Внезапно сковавший её страх отпустил. Внутри появилась какая-то бесшабашная удаль, обычно несвойственная девушкам… Но такая понятная и родная, что сопротивляться ей было невозможно.

Что оставалось делать Кэт?

Она могла бежать, отдав на съедение Славку. Это подарило бы ей немного форы.

Она могла бежать, заставив бежать и Славку. Правда, в этом случае с гарантией съели бы её, взамен подарив фору Славке. Всё-таки за счёт роста и длины ног он всегда бегал быстрее.

Но оставался и третий вариант… Всё-таки у неё было копьё, силы, решимость – и ненавистный глаз.

- И-и-и-и-и! – завизжала девушка, тыкая копьём в этот самый глаз.

Она сделала это плохо и неумело. Била прямо из того положения, в котором стояла. А ещё визжала, тратя больше сил на яростный визг, чем на удар. Однако именно это и сбило с толку огромного хищника. И пусть тот обладал звериной реакцией, но… Матушка-природа ведь не закладывает в живые организмы защиту от дурака. Потому что дурак в дикой природе – это не норма, а исключение.

Поэтому, вместо того чтобы дёрнуться и спасти глаз, рептилия продолжала смотреть, как бронзовое острие копья к нему приближается. А потом ей стало больно, обидно и очень плохо видно. Хищник ещё, как минимум, полсекунды соображал, что произошло. А затем всё-таки догадался, что двуногая хулиганка его зрения лишает.

Он обиженно взревел на весь лес, поднимая в воздух испуганных птиц и летающих тварей. А потом отпрыгнул и принялся кататься по земле, ломая огромной тушей стволы деревьев.

- Бежим! – хрипло взвизгнула Кэт, отвешивая брату направляющий пинок.

- А-а-а-а! Э-э!.. – всё ещё заторможенно выдал тот, показывая пальцем на бьющегося в истерике ящера.

- Шевели ногами, придурок! Бегом! На юг!..

Кэт отвесила брату ещё несколько пинков, и на четвёртом тот наконец-то сдвинулся с места. А потом и вовсе рванул вперёд, как быстроногий сайгак.

Девушка не собиралась от него отставать. Тем не менее, бросать здесь винтовку и патроны ей не хотелось. Это было глупо, нехозяйственно… И вообще, ей ещё замуж выходить – поэтому приданое пригодится. Правда, руки, сжимавшие винтовку мёртвой хваткой, никак не хотели отцепляться от оружия... Но, честное пионерское, это была такая незначительная мелочь!

Не мелочью, правда, оказался вес винтовки, патронов и второй поясной сумки. Для хрупкой Кэт эта поклажа была чересчур массивной, и она начала отставать от брата.

На бегу ей удалось повесить винтовку на плечо. А ремешки сумок связать и тоже перекинуть через голову. Но всё это опять-таки замедляло девушку. А позади уже трещали заросли, которые ломала разъярённая одноглазая рептилия.

Тяжёлые шаги – бух! бух! бух! – приближались. И так же громко бухало сердце Кэт… Она уже понимала: убежать не получится. Девушка тяжело дышала, а увесистая поклажа била её по ногам и бокам. Можно было бы спрятаться, но… Не делать же это на виду у хищника?

И тогда девушка приняла второе глупое решение за этот день… Да-да, второе. Если первым считать то, что она решила ткнуть громадную рептилию в глаз копьём.

Кэт решительно развернулась, вскинула винтовку к плечу, прицелилась… И выстрелила в приближающуюся морду зверя.

Глупо? Глупо!

Бесполезно? Ага!

Прощалась ли с жизнью Кэт? Прощалась! И горько жалела, что была такой хозяйственной, жадной – и вообще наивно рассчитывала на счастливый брак в будущем.

Она прекрасно понимала, что теперь её судьба будет надолго связана с беднягой Бером. Их вместе переварят, вместе кучей вывалят на землю… И уже потом, когда разные микроорганизмы утилизируют кучу – лишь тогда её и Бера разлучат. Просто разнесут на миллионы частиц по всему лесу, включив в круговорот местной жизни.

Однако что-то пошло не так, как Кэт ожидала… Рептилия сделала по инерции ещё несколько шагов, а потом задумчиво закатила к небу единственный оставшийся глаз, будто о чём-то задумавшись. После чего медленно, словно страдающая примадонна на сцене театра, осела на землю.

- Да ты прикалываешься, что ли? – не поверила Кэт, когда земля содрогнулась от падения гигантской туши.

- Подруга, да ты опасная пигалица! – заметила СИПИНа. – Может, бросишь оружие, пока не поздно? А то, знаешь ли, если ты одним выстрелом убила огромного монстра… Вторым – вообще, может, устроишь конец света! Впрочем, ранг опасности – красный. Три тысячи баллов у тебя на счету. А стоит ли щадить этот мир – решать тебе.

- Шла бы ты… – хриплым шёпотом ответила девушка, всё ещё не веря своему счастью.

Если бы мимо, совершенно случайно, проходил скучающий эксперт-криминалист… А ещё рядом дежурил какой-нибудь любопытный патологоанатом… В общем, если бы они вдруг объединились и решили провести вскрытие огромной туши, то очень удивились бы. Потому что выпущенная девушкой пуля никак не могла убить эту тварь!..

Пуля попала в заднюю стенку горла. А значит, должна была либо выйти с обратной стороны, либо завязнуть в тканях. Во втором случае это причиняло бы зверюге невыносимые страдания. И молодой ящер ещё лет триста терроризировал бы округу, вымещая на всём, что под лапы подвернётся, злость и обиду.

Вот только… Прямо на пути у пули находилась кость, отходившая от позвоночного столба. И она влетела в эту кость под таким углом, что просто не могла не срикошетить вверх... Конечно, у нормальных тварей мозг располагается не сверху горла, а чуть ближе к носу. Но именно у этой длинной рептилии всё было немного не так. Организм был вынужден разместить ещё три дополнительных нервных центра по всему телу. Ну как бы… Для того, чтобы этим телом вообще можно было управлять!..

Вот первый из этих центров пуля и поразила, срикошетив от кости. Если бы ударила в шею снаружи – никогда бы не добралась до нервного центра. Ведь он был надёжно прикрыт природной бронёй. А именно на этой траектории был маленький – чего уж там, совсем малюсенький! – шанс на успех.

Впрочем, этот шанс был значительно выше, чем шансы появления разумной жизни где-нибудь на планете с биосферой. А поскольку разумные виды иногда появляются, то и попадание было не чудом – а так… Скорее, счастливой случайностью.

Впрочем, для рептилии эта случайность оказалась несчастливой. Из-за столь вопиющего нарушения работы нервного узла было нарушено и нервное сообщение между телом и головой. Сердце перестало гнать тягучую коричневую кровь, а в мозг больше не поступал кислород.

Исчадие лесного ада ещё какое-то время пыталось осознать, что это с ним за безобразие происходит. А потом всё-таки выключилось. И тем самым подарило три тысячи баллов какой-то двуногой пигалице, которая сегодня только и делала, что глупости.

А та, преисполнившись гордости и суровости, нахмурила брови. И двинулась дальше на юг, цепко сжимая в руках трофейную винтовку.

Ей надо было спешить.

Ведь неизвестно ещё, как далеко успел убежать её младший верзила-братик… И в какие неприятности влип, когда у него наконец-то закончился запал для бега.

Глава 1. Совершенно серьёзно

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят шестой. Вечер, злой Кукушкин и обормоты.

Сколько надо времени, чтобы довести человека? Ну так, чтобы он начал крыть всех подряд матюками?

Зависит, конечно, от человека… Один сломается за пять минут, а другой и полчаса продержится.

К чести Кукушкина, надо сказать, что он вытерпел около часа. Всё это время мэр хмурился, слушал, как препираются главы групп, а затем снова хмурился…

А когда его собственная группа вновь вспомнила, что надо бы наказать нашу и Витину группы – наконец, не выдержал.

- Все сказали, что хотели? – хмуро спросил мэр, прервав Ольшу, который начал заливаться соловьём. – Ну а теперь, хорошие мои, послушайте меня…

Чтобы было понятно, что он планирует не просто воздух сотрясать, а мозги вправлять, Кукушкин даже поднялся из-за стола. А затем упёр в столешницу массивные кулаки, насупился и запыхтел. Прямо как паровоз, который начинает разгоняться.

Было страшно. Самую малость.

- Вы вообще чем тут занимаетесь, долбоящеры сраные? – подозрительно тихо спросил он.

- Так это, Совет у нас… Важные вопросы решаем… – откликнулся кто-то из глав групп, чьего имени я не знал.

- Какие вы, к бабуям, вопросы решаете? Это, по-вашему, те вопросы, которые вы должны решать?! Кто кого дерьмом обозвал на рынке? Именно это нужно обсуждать на городском Совете?! – под конец фразы мэр уже ревел, как медведь, которого в нос оса укусила. – Вы все что, совсем дебилы? Поголовно?

- Не, ну не все… – тихонько заметила одна из немногих женщин на Совете. – Я-то, скорее, дебилка…

- Вы! Возглавляете! Общество! На! Дикой! Неизученной! Планете! – раздельно, чётко и очень весомо напомнил Кукушкин. – За вашими плечами, дебилы – десять тысяч человек! Этого уже достаточно, чтобы не перетирать языками всякую мелочь.

- Нападение на членов нашей группы – не мелочь, Иваныч! – оскорблённый в лучших чувствах Ольша нахмурился.

- Ольша, вот ты дурак? – спросил мэр, резко повернувшись к помощнику.

- Нет… – поёжившись от пристального взгляда, ответил тот.

- Разве? Давай-ка уточним... Работавшая тут девочка подслушала мой разговор с Витей и Вано. Из этого разговора она узнала, где спрятано очень важное для города оружие. И решила его что? – не дождавшись ответа, Кукушкин был вынужден озвучить его сам. – Скрысить! Она решила скрысить стратегически важное для меня оружие!

- Залёт! – присвистнул один из глав групп.

- И она была в нашей группе! – рявкнул мэр, а Ольша как-то резко поник. – То есть, моя группа, самые близкие и верные мне люди, пригрели крысу!.. И мало того, что пригрели, так ещё теперь и выгораживают. Мы не изгнали её! Не отказались от неё! Нет, мы требуем наказать тех, кто эту крысу поймал и наказал!

Ольша молчал, уставившись в пол.

Иваныч тоже передохнул и выпил водички, перед тем как продолжить.

- Ещё раз я услышу про эту девку, про какое-то наказание… И я накажу, Ольша!.. Накажу тех, кто действительно виноват! Её я накажу так, как принято наказывать таких умников в нашу эпоху. Эпоху каменного и медного оружия, куда мы все вернулись! Знаешь, кстати, как тогда было принято?

- Изгнать? – предположил Ольша.

- Руки отрубить! – отрезал Иваныч. – По плечи! А уже потом пинком под зад! А вместе с ней отправлю и её братца, который не уследил за дурой, и который за неё отвечает! А тебе я прикажу всыпать десяток плетей! Потому что группой занимаешься ты, идиот, пока я, как мэр, проблемы города решаю!

- Но они… – Ольша сделал ещё одну попытку, обличающе ткнув в меня и Витю пальцем.

- А что они, дурень пустоголовый? Они её пытали, что ли? Что-то я на ней ничего, кроме следов от верёвок, не видел! – нахмурился Иваныч. – И мне плевать, что она сейчас вам плетёт! Ей лучше заткнуться. Иначе на вольные хлеба пойдёт и она, и её братец! Из группы я их исключу как глава группы, а в городе запрещу жить как мэр!..

- Нашим это не понравится… – мрачно заметил Ольша.

- А тем, кто эту крысу будет прикрывать, так и передай… Что крысы нам в группе не нужны! – сурово забил последний гвоздь в эту крышку Иваныч. – Ни крысы, ни те крысюки, кто их прикрывает! Сегодня она у города что-то спёрла, а завтра – у своей группы. Я уж молчу, что она под этим самым навесом уши регулярно грела! А если она на работорговцев шпионила? Вот куда она оружие тащила? Ты знаешь?

- Нет, – покачал головой Ольша, мрачнея всё больше.

- И я не знаю… И она не говорит! А может, как раз к ним и тащила? – поинтересовался мэр. – У нас кучу народа угнали в рабство. Полезных людей, между прочим! Куда полезней, чем эта дура! А если бы у них было больше оружия? Ты бы, Ольша, уже был рабом! Ишачил бы вместе со мной за миску супа в день! Так что вставай, Ольша… И топай объяснять нашим, как они глубоко неправы! Потому что, если нашей группе город предъявит, мы уже не отмашемся… Давай!

- Прямо сейчас? – удивился тот.

- Прямо сейчас! – отрезал мэр. – Нашу группу на Совете я и сам могу представлять! Давай-давай…

Я уже давно подметил, что Ольша любит быть в курсе всего. Вот такой он тип. Если где-то какое-то важное собрание проходит – не сомневайтесь, он тут как тут! Можно сказать, это его базовая потребность. Если в норме людям, чтобы жить – надо есть, пить, спать и дышать, то у Ольши есть ещё кое-что в списке базовых нужд. И без этого ему жизнь – не в жизнь.

Если бы Иваныч сейчас предложил Ольше выбор: остаться на Совете, но стоя, потому что ему всыпали по заднице десять плетей, или уйти, но сохранить задницу целой… Готов поспорить, что Ольша выбрал бы первый вариант. Пятая точка заживёт, а вот Совет пройдёт без него. А это для него страшная кара.

Иваныч знал, как побольнее наказать своего подчинённого… Отлично знал. И наказал. Зато этим он замотивировал Ольшу на то, чтобы прочистить мозги их группе. Потому что, злой и расстроенный, тот не будет винить Иваныча. На мэра ведь где сядешь, там и слезешь. А вот на других членах своей группы Ольша злость сорвёт. Можно не сомневаться.

И ведь не первый раз я вижу, как Иваныч тонко манипулирует людьми… Ведь умеет, чертяка хитрый! А как он меня с Витей свёл, а? Пара общих заданий, пара общих поручений – и всё! Полное взаимопонимание между двумя силовиками! Ну ладно, пусть не полное, но существенное. И вместо одной Витиной группы Кукушкин получил две, практически спаянные.

Да… Знаю, многим может показаться, что я – лопух. Но это ошибка! Я мало того, что вижу, когда мной манипулируют… Так я ещё и позволяю это делать лишь в том случае, когда манипуляция пойдёт мне на пользу. Ну а что?

- Ну что?! – грозно спросил мэр. – Ещё есть у кого-то к кому-то претензии?

- Иваныч, ты чего взъелся-то? – подал голос Борода. – Прямо током бьёт…

- Дорогой мой, а чего мне не взъесться-то? – удивился Иваныч. – Вы, дебила огрызки, хоть понимаете, кто вы, кого возглавляете и для чего?

- Возглавляем группы людей! Для выживания! – бодро отрапортовал Борода.

- А кто-нибудь интересовался у СИПИНа, что будет потом? – мэр обвёл взглядом собравшихся, задержавшись на мне. – О, вижу, кто-то догадался, спросил… Я же правильно истолковал твое выражение лица, Вано? Поделишься, может?

Ну, да… Определить по моему лицу, что я думаю, не так уж и сложно. Так что, возможно, я всё-таки лопух.

- Ну, не сказать, чтоб я сильно расспрашивал… – признался я. – Но я так понял, нам и дальше на этой планете жить. Нам, нашим потомкам... Мы, с «лечилками» и медицинскими капсулами, протянем долго. Может, ещё наши дети и внуки долго протянут… А вот потом – всё, барахтайся, как знаешь.

- А долго – это сколько? – уточнила та самая женщина, которая настаивала, что она не дебил, а дебилка.

- Мы – лет сто пятьдесят. Двести, если повезёт… – я пожал плечами.

- А почему дети так же не смогут? Только, потому что капсул не будет? – спросил Борода.

- Да потому что не смогут «лечилки» купить! – буркнул Витя. – Я тоже про это спрашивал... Не смогут они баллы получать. И Алтарями пользоваться не смогут.

Под навесом воцарилось молчание. Собравшиеся обдумывали услышанное. Наконец, один из глав встрепенулся и проговорил:

- Так получается… Мы будет единственными носителями знаний? Так, что ли? Если чего-то не вспомним и не научимся, считай – утеряно?

- Эк ты хватанул… Знаний! – засмеялся другой глава группы.

- А он прав, между прочим!.. – рявкнул мэр. – Наша задача – восстановить знания! Достигнуть хоть какого-то технологического уровня! Вот докуда доползём – так наши дети и будут жить. Средневековье устроим – тогда будут в средневековье жить.

- А что мы вообще о детях заговорили-то? – удивился рыбак.

- А почему бы о них не говорить? – спросил Кукушкин. – Мариночка! У тебя группа почти на три четверти из баб состоит…

- Иваныч, не бабы – а де-е-евушки! – поправила Марина.

- Да хоть тёлки! – отрезал Иваныч. – Цикл идёт?

- Какой? – не сразу поняла Марина.

- Менструации у вас есть? – повторил мэр уже понятнее. – Или как оно там?.. Овуляция?

- Ну что за темы, а? – удивился Штырь.

- Это нормальная тема, Штырь! – мэр снова насупился. – Мы все какаем и писаем! Что, скажешь, нет? И не надо, значит, такое обсуждать? А как же отхожие места сделать, а? Для тех, кто себе туалет не оформил в капсуле? А где-то пятая часть уже активно друг с другом это самое…

Иваныч сложил руки так, будто зажал в них шарики, и потыкал друг в друга.

- Даже если все эти самые, которые это самое – не идиоты и додумались вытаскивать в нужный момент… Вот, поверь – пройдёт совсем немного времени, и у нас тут появятся женщины-пингвинчики с животом больше, чем у меня! – Иваныч развёл руками вокруг себя. – Вот с такими пузенями! А потом из них вылезут маленькие, орущие и совсем беспомощные существа. И помощи мы от этих существ ещё лет восемь не дождёмся. А вот проблем огребём с тем, чтобы их сохранить, знаешь сколько?

Под навесом снова повисло молчание.

- Может, я человек ещё и не старый, но и не круглый дурак, дорогие мои!.. – прищурившись, обвёл нас взглядом мэр. – Думаете, я исключительно вас дебилами считаю? Да! Вас – дебилами! А всех остальных – идиотами! И готов палец на отсечение дать, что у нас в городе уже с десяток беременных есть! А ещё через месяц они и сами узнают… Когда задержку обнаружат.

- Дети – это не очень вовремя… – вздохнул Витя. – Им это, всякое нужно… Подгузники там, витамины, одежда мягкая… И следить за ними приходится в оба глаза. А у нас работорговцы на носу, и во всём остальном – тоже жопа...

- А детям, Витя, пофиг! – обрадовал его мэр. – Они, когда завелись, их не остановишь! Через девять месяцев они созреют и сами вылезут. И наорут на тебя хуже, чем я!..

- Да ну, Иваныч, не может женский организм в таких условиях… – засомневалась Марина. – Голодание, нехватка всего…

- Мариночка! – выразительно закатил глаза мэр. – Ну так ты у СИПИНа спроси! Он тебе знаешь, что ответит? Что нам, знаешь ли, очень качественные тела выдали! Убрали все врождённые болячки, устранили все перекосы в здоровье! Мы потому и живы-здоровы до сих пор, что над нами роботы изрядно поработали! Ты Герберта Уэллса читала? У него книжка хорошая была, «Война миров».

- Нет, – покачала головой Марина.

- Нет? Ну так я тебе расскажу. В этой «Войне миров» марсиане на Землю вторглись. И земляне им сделать ничего не могли своим оружием, – пересказал мэр. – А знаешь, кто этих марсиан победил? Наши бактерии! Заразили и убили. Так вот… С нами здесь должно было то же самое произойти. Мы жрём все, что только можно! Но почему-то не дохнем. О чём это говорит?

- О том, что нас вакцинировали от местных бактерий? – предположил я, вспоминая разговор с СИПИНом.

- И это тоже… Но, кроме того, нам ускорили регенерацию. И здоровье такое оформили, о каком мы и мечтать дома не могли! И рожать у нас бабы будут от одной капли, которая внутрь попала!.. На секунду орган свой задержишь – и всё! Привет, пополнение! А мы сами себя прокормить не способны! У нас враги под боком! Медицинских капсул нет ни у кого! Мы живём в каменном веке! Даже если наше здоровье передастся нашим детям, вы хоть представляете, какая у нас будет детская смертность? А я не хочу видеть, как дети умирают! Понимаете? Не хо-чу!.. Я не люблю, когда умирают дети и котята!

Неожиданная тема сбивала с толку. Я не ханжа, вот ни разу. Но даже я удивился, к чему это Кукушкин разговор ведёт. А оказалось, всё у этого хитреца продумано… И, небось, отрепетировал уже сто раз. Вон как лица у людей перекосило от мрачных перспектив…

И ведь прав он, гад языкастый, тысячу раз прав! Аня с Трибэ, вон, регулярно это самое... Их стоны из капсулы никакой звукоизоляцией не скрыть.

А дети – они маленькие, слабые… Вот смогу я, например, убегая от опасности, бросить ребёнка? Пусть и не своего, а Трибэ и Ани? Честно надо себя спросить.

Нет, не смогу. И побегу я вместе с младенцем. А ему ничего не объяснишь. И будет он верещать мне в уши, оповещая всех хищников в округе: вот они мы, я и Вано! И всё равно ведь не брошу… Потому что хочу человеком остаться. Даже если такого правила у колонистов нет.

- На каждом из нас лежит ответственность! Перед самим собой! Перед будущими поколениями! Перед вашими будущими детьми! – а Иваныч, между тем, разошёлся не на шутку. – Перед теми, кто придёт нам на смену! Мы должны выжить. А ещё мы должны достигнуть комфортного уровня развития. Я не прошу вас строить атомный реактор! Я не прошу вас собирать компьютеры! Но если вы вдруг можете собирать компьютеры и строить атомные реакторы… Тогда надо уже бежать, роняя тапки, в этом направлении! Если мы достигнем уровня хотя бы девятнадцатого века – уже сделаем одолжение своим потомкам.

- Да это разве сложно? Вон уже и огнестрел пошёл… – заметил один из лидеров.

- Да, сложно, Лом! Да! – стукнув по столу, ответил Иваныч. – Этот огнестрел куплен, понимаешь? На Алтаре Вознаграждения куплен! И всё оружие у нас с Алтаря! И копья! И инструменты! Всё оттуда! Знаешь, сколько групп в Алтарном умеет делать хоть какие-то инструменты и оружие?

- Не знаю… Но на рынке что-то начали продавать… – наморщив лоб, припомнил Лом.

- Одна! Вот его! – Иваныч направил на меня указующий перст. – И то, потому что они первый месяц фактически обходились без Алтарей! На десять тысяч горожан у нас, в лучшем случае, сотня умеет что-то делать руками. Это катастрофа, понимаешь? У большинства только языки и пиписьки подвешены хорошо!..

- У меня тоже пара ребят есть… – привлёк к себе внимание ещё один лидер группы.

- Да видел я их поделки! – отмахнулся Иваныч. – По сравнению с тем, что группа Вано производит – это детская самодеятельность!

Мэр решил не ограничиваться словами и достал из-за пояса ножик нашего производства. Обточенное каменное лезвие с остаточными следами сколов. Деревянная рукоять, укреплённая пластиком.

Иваныч повертел нож в руках, а потом размахнулся и воткнул в стол.

Вот я бы не стал так рисковать! Всё-таки камень на излом не так хорош, как металл. Он не гнётся, а ломается. Но, видимо, очень нужен был эффектный жест. И Кукушкин продемонстрировал качество нашего ножика таким немудрёным способом.

- Поделки твоих умельцев уже рассыпались бы! – сообщил Иваныч. – Само собой, мы можем купить всё нужное на Алтаре. Но это не определяет наш уровень развития! Это вообще доступно только нам, первым колонистам. А вот это!..

Иваныч указал на нож и сделал паузу.

- А вот это и есть наш уровень! То, что мы сами можем сделать. Своими руками! Своими силами! Это – наш уровень! И то, что мы своим детям сумеем передать – это и будет уровнем человечества. У кого-то завалялся учебник по элементарной физике, да? Нет? Ну, значит, наши дети не будут знать элементарную физику! И химию знать не будут. И биологию – тоже. И астрономию! А то, чему мы их научим на практике – они окончательно прохерят поколений за пять-шесть. Останется только вот этот нож. Пластик заменят на какую-нибудь смолу. И будут счастливо бегать с голым задом, односложно угукая между собой!..

- Безрадостная картина… – согласился тот глава группы, который уловил мысль мэра о знаниях.

- Да если бы просто безрадостная, Кирюш… – тяжело вздохнул Кукушкин. – Плачевная! Катастрофа! Дети из первой волны подойдут к возрасту обучения как раз, когда мы капсул лишимся. А мы будем заняты тем, что будем строить себе жилища! Считайте, что обучение этих детей мы уже профукали! В лучшем случае, получим умелых ремесленников. А теперь скажите мне! Вот вы все, кто здесь сидит…

Вытащив из столешницы нож, Иваныч убрал его в ножны на поясе.

- Что я должен чувствовать, когда вы тут, на Совете, где собралась вся городская власть, спорите, имело ли право одно почти бесполезное человеческое существо обзывать говном другое почти бесполезное человеческое существо?.. Я уж молчу о том, что правду говорить не зазорно, и обижаться на неё – глупо. Вы, правда, думаете, что это тот вопрос, который надо обсуждать здесь?!

- А мы можем что-то изменить?.. – с сомнением спросил Борода, почесав ту самую бороду.

- Вы всё можете изменить! – насупился мэр. – Помнишь, ты говорил, что рыбу ловить нечем? Было дело?

- Было…

- А теперь есть чем? Что ты головой качаешь? Ещё нечем? А почему, Борода?! Почему всё ещё нечем?! Ты что, не можешь Марину попросить сеть сплести? Думаешь, тебе её девчонки откажут, что ли? За рыбу-то и откажут? – Кукушкин поджал губы. – Но ты не додумался. И не попросил. Живёте, будто в коконе каком-то… Здесь народу десять тысяч рыл! Уж кто-нибудь мог бы вам с сетью помочь. Хватит думать только о своей группе. Хватит! Этот город – наша единственная надежда на будущее. Каждый здесь хоть что-то помнит. И что-то умеет. Не надо замыкаться в маленькие кружки по интересам! Не надо всё в свою группу тащить, как жадные хомяки! Чтобы выжить – нам нужно быть едиными! Нам нужно быть городом! Вот ты, Кирюш, и ты, Саш, вы оба одним делом заняты. Ищете растения для культивации, так?

- Ну да… – ответил Кирилл.

- Конкурируем! – весело заявил Александр.

- Мастурбируете вы, а не конкурируете, два идиота! – сорвался мэр. – Конкуренты, тоже мне, выискались!.. Вы что, два придурка, думаете, я про вашу драку не знаю?! Вы почему вместо того, чтобы силы объединить и какое-нибудь поле вспахать, морды друг другу бьёте? Вы перед кем выёживаетесь-то? Передо мной? Так я ни одного из вас в жёны не возьму! Я больше по женщинам. Натуральным! Чтоб без кадыка и пришитых причиндалов!

Я бы, наверно, нашёлся, что Иванычу ответить. Всё-таки он местами палку перегибает… Но это я! Со мной Кукушкин себе такого не позволяет. А тут он ведь снова в точку попал. Кирилл с Александром виновато промолчали.

- Даю задачу вам двоим… – мэр сурово нахмурился. – Чтобы через пять дней у меня был отчёт по всем найденным съедобным растениям. С раскладкой, как собирать, как ухаживать, для чего пригодятся. И спрошу я с вас обоих! Не будет отчёта – значит, поиском растений займётся тот, у кого лучше получится. И это будете не вы.

- Иваныч, ну чего ты так сразу?! – возмутился Кирилл. – Что мы за это время найти-то могли?

- А ни мне, ни городу неважно, что вы могли, Кирюш! Мне и городу нужно, чтобы было! – отрезал Кукушкин. – С этого дня мы с вами начинаем работать серьёзно… Два месяца у нас было, чтобы освоиться и понять всю глубину жопы, в которую мы попали. Этого достаточно! Теперь работать! Не жалея сил! Борода!..

- Да! – рыбак даже выпрямился.

- Тебе с Мариной задача: разработать рыболовные снасти. Удочки, сети – что хотите. Марина! Если нужны ещё люди – нанимай из одиночек. Борода! А ты без всяких «если нужны», увеличивай группу.

- Ну зачем мне-то ещё? – удивился тот. – Я своих всех знаю. А новеньких…

- А ты и новеньких узнай! – отрезал мэр. – А лучше набери из тех, с кем общаются твои же люди! Есть у них знакомые среди одиночек? Пусть зазывают их в ваши ряды! И сами же за них отвечают. Я тебя должен учить, как персонал набирать?

- А если они в группу откажутся вступить? – засомневался Борода.

- Значит, рыбу будут ловить за пределами городской территории! – отрезал мэр. – И вообще, какая разница, в твоей они группе или нет? Ты их начальник, и всё тут! Рыбаки – это ты и твои подчинённые. Не хотят вступать в группу – не надо. А подчиняться тебе обязаны.

Иваныч обвёл собравшихся взглядом и пообещал:

- Вы у меня все научитесь решать вопросы города! Сообща решать! Иначе нам конец! И теперь мы будем тут собираться, чтобы решать действительно важные проблемы. Ясно?

И, надо сказать, обещание своё Иваныч сдержал. Через полчаса все до единого были нагружены задачами.

Ну, кроме нас с Витей. Просто на наших широких плечах и так висело больше, чем надо.

Зато меня свели с главой группы, которая начала каменное строительство в городе. Звали его Старик, хотя стукнуло ему всего двадцать два года. Но бурчал он и вправду так, будто был старше раза в четыре.

И да, Иваныч-таки оказался прав. Несмотря на жёсткий прессинг мэра, главы групп продолжали тянуть одеяло на себя. Но чем больше я смотрел, как действует Кукушкин, тем больше убеждался: он сумеет спаять этот город в единое целое.

Кукушкин был лидером. Он был политиком. И что-то мне подсказывало, что и на Земле он тоже не бумагомарательством занимался. Правда, как он оказался среди колонистов – оставалось загадкой…

Но главное – Кукушкин мог сделать то, чего не смог в своё время Сочинец. И чего никак не мог довести до конца в своей группе я.

Кукушкин умел направлять и объединять людей. И это радовало.

Потому что Алтарное я начинал считать своим домом. А дома должно быть спокойно.

Глава 2. Совершенно хозяйственная

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят седьмой. На пути к белому другу.

Да, меня зацепили слова Кукушкина об отхожих местах. Я, почти миллионер, почти подпольный – а хожу в биде! Безобразие! Просто ужасающее безобразие!

Уж пятидесяти тысяч баллов, оставшихся после массовой закупки и ремонта винтовки, мне должно хватить… Думаю, даже на санузел с золотым унитазом хватило бы.

С тоской обозрев бесконечный беспорядок, который уже начал захватывать моё жилище, я решился на изменения. Надоело жить с одной кроватью и биде… К тому же, и с отоплением не всё гладко. Его можно либо включить, либо выключить, а отрегулировать – никак. Если ночь выдавалась прохладная – это было ни разу не весело. А ещё вода ограничена…

Нет, это решительно мне не нравилось! Я бы и с вечера занялся, но слишком устал после Совета. А утром, наскоро позавтракав, вернулся к своей белой берлоге. И наконец-то принялся за улучшения.

Начал с отопления. Сразу взял полную функцию. Не так уж это дорого стоило, кстати. Особенно, по сравнению с покупками на Алтаре. Заодно открылась функция кондиционирования. Недолго думая, я взял и её. Рядом с дверью появилась панель настройки всего этого безобразия. Я не стал мудрить, а просто выставил уровень желаемой температуры на 25 градусов.

Освещение? А ну-ка давайте сюда полный функционал! А ещё надо подсветку в хранилище… И ещё подсветку у двери. И световое пятно перед входом.

Прожектор? Подать сюда прожектор! Можно три? С удалённым управлением из капсулы? Отлично! Срочно установить! Я осмотрел новую панель управления у двери… Наскоро пробежался по функциям – и вернулся к улучшениям.

Вода! Больное место – особенно, если надо помыться. Довёл ядро выпаривателя до максимума. Ура, сто литров в сутки! Бак для хранения воды? Отлично! Можно запасать до двух тысяч литров. И мне глубоко плевать, где разместится ёмкость для хранения объёмом два кубических метра!..

Система рециркуляции воды? Полную функцию, пожалуйста!

Что-что вы предлагаете? Поставить в комбинезоны систему сбора пота, чтобы затем возвращать его в водные запасы капсулы? Обязательно!

На каждый мой выбор капсула отвечала стонами, кряхтением, треском и какой-то подозрительной дрожью. Я не знал, как это выглядит со стороны, но надеялся, что не слишком пугающе. Может, ко мне и не начнут ломиться в дверь с вопросом, что я здесь творю... Но точно посмотрят косо, когда выйду наружу.

Ванна! Туалет! Раковины!.. Как нельзя? Ага, нужно зонирование капсулы и расширение корпуса… Полное расширение корпуса! Неограниченное зонирование! Сделаю столько отсеков, сколько нужно. А нужно мне много!

Впрочем, после первых же улучшений я смирился: косых взглядов по-любому не избежать. Когда чья-то капсула вдруг с шести-семи квадратных метров раздувается почти до двадцати… В общем, это сложно не заметить.

Но тут я увидел ещё кое-что интересное… И плюнул на проверку того, как всё снаружи прошло. Я увидел защиту! Бронировать корпус? Обязательно! Электрозащита от угрозы нападения диких зверей? Немедленно! Шипы? Отлично! А ещё четыре окна! И стёкла бронировать! И ставни обязательно! И закрыть прямо сейчас, чтобы никто не подглядывал! И полную функцию восстановления капсулы за сутки!

Вот теперь моя прелесть под защитой…

Ага, что мне там нужно было? Точно! Беру туалет, ванну и душевую кабинку. И три раковины! Одну в санузел с душем и туалетом, другую в ванную комнатушку, а третью – у входа. Нужно зонировать освещение? Не сомневайтесь во мне: баллов на всё хватит!

А ещё стиральную машинку в хранилище: пригодится для быстрой стирки. И моечную машину к столу. И кварцевую лампу в вентиляцию! Прекрасно!

Что ещё нужно? Точно! Довести размеры хранилища до максимума! Организую там массовое производство еды!

А ещё… А ещё… Пульт для выдачи допуска в мою капсулу? Обязательно нужен! Выдам Русому, чтобы не грустил один снаружи. И Костроме с Сочинцем, чтобы производство без меня не стояло. И подогрев воды нужен! И внешний обогреватель пригодится! Бронированный корпус для первичного энергетического ядра? Дайте два!

Для производства еды нужны улучшения энергетического ядра?..

Пожалуй, именно этот момент меня и остановил…

Я же вроде бы не хотел тратить баллы на всякую ерунду, но…

Я сорвался. Банально сорвался! Видимо, слишком много вывалилось на мою бедную голову и расшатанную психику. Вот тормоза и отказали. Тем более, цены на улучшения оказались довольно скромными. А баллов-то у меня накопилось много. И вот… В итоги, я сорвался и принялся швыряться этими баллами направо и налево. Ведь так хотелось комфорта, обустроенности – и нормальную кровать, с матрасом и подушкой, как на Земле!..

А ещё я страшно боялся потерять свою капсулу. Особенно, посмотрев на то, как это происходит. Те капсулы, которые взрывали напавшие на лагерь работорговцы, так и не восстановились. Наоборот, начали стремительно разрушаться. А через пару суток от них не осталось ничего. То есть… Они даже не улетели. Просто разрушились.

Обычный нервный срыв… Кто-то всё крушит, кто-то впадает в депрессию, кто-то жрёт, пока еда назад горлом не полезет. А я вот тратил баллы. И наступил он! Катарсис!

Осознание того, какую дичь я творю, смыло быстро. Волной удовлетворения. На душе стало легко и спокойно! Всё уже сделано, Вано. Просто расслабься и получай удовольствие.

Я стоял в белой, очень модернистской «однушке». Ну ладно... В малогабаритной «двушке». В главной комнате теперь были два окна, прикрытые жалюзи. Одно – на двери, побольше прежнего. Второе – на стене, рядом со столом и стульями. Моя лежанка с медицинской капсулой переехала в малюсенькую спальню. И там, кстати, тоже было окно. А ещё имелись окна в ванной и санузле. Зачем? Не знаю. Видимо, на случай если надо, приоткрыв жалюзи, издевательски показать врагу голый зад…

Хотя, пожалуй, куда большим издевательством выглядит мой интерьер. Слюной ведь захлебнуться можно!.. По сравнению с обычными капсулами, у меня теперь дворец. Ещё и с роскошным убранством.

Кроме того, у входной двери приветливо мигали огоньками пульты управления. Пульт охраны, пульт освещения, пульт отопления, пульт водоснабжения, пульт доступа…

Хранилище теперь занимало всю дальнюю стену гостиной. Рядом притулилась раковина, стиральная машинка, а ещё помывочная машина для посуды и прочего.

Лежанка тоже изменилась. Когда я заглянул в спальню, то обнаружил внутри полутораспальную кровать. Правда, она была высокая и с бортиками. Под ней по-прежнему располагалась медицинская капсула. А в остальном это была кровать! Самая настоящая! Надо было, конечно, ещё найти для неё бельё… Но это можно поискать в улучшениях интерьера.

1062 балла потрачено…

Раньше я бы удавился за эту сумму. Жаба задушила бы столько на капсулу тратить, если она всё равно улетит через пять лет!.. Но сегодня я как начал покупки с примерно полусотней тысяч баллов – так и закончил примерно с той же суммой. Точнее, на счёте осталось сорок девять с половиной тысяч. Не так уж и сильно потратился. И вообще… Какая разница, если сейчас мне настолько хорошо?

Правда, теперь мне надо выйти… И посмотреть всем в глаза.

Страшно тебе, Вано?

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят седьмой. Смотреть в глаза.

Когда дверь открылась, за ней почти в полном составе стояла моя группа. А в отдалении мялись наши соседи и любопытные, набежавшие из города. Ну и питомцы, само собой, рядышком околачивались…

- Ну, пожалуй, я тебе не скажу, что твоя капсула разнесла нам две коптильни… – проговорил Сочинец. – А ещё из-за тебя у нас все капсулы немного сдвинулись… Но, Вано, будь добр: отключи электрическую защиту, ладно?

- А? – я обернулся.

И уставился на то, во что превратилось моё скромное холостяцкое жилище.

Ужас и страх... Даже несмотря на белый цвет этой Цитадели Зла…

По всему корпусу в разные стороны торчали шипы. Белые и острые, примерно сантиметров двадцать в длину.

И всё это гудело, прямо как трансформаторная будка.

- Кстати, я бы на твоём месте улучшил энергоядро! Я отключил предупреждение о том, что это необходимо сделать… Ну, как минимум, потому что ты и так был не в себе!.. – ехидно заметил СИПИН. – Тем не менее, должен сказать: аккумуляторы разрядятся через сутки. И что у тебя в результате вырубит, даже я предположить не могу.

А я смотрел на три прожектора на крыше, которые крепились на гибких держателях, выраставших прямо из корпуса… Смотрел на лампочку у двери… На светящуюся огоньками полосу дверного проёма… На то, как сдвинуло соседние капсулы, а за ними и другие капсулы…

И почему-то думал лишь о том, что шипы пока стоило бы убрать.

- Это можно сделать на пульте безопасности! – посоветовал СИПИН.

- Ага… Да…

- Эй! Вано! А вам ещё нужна стена? Или ты просто свой домик Кащея переместишь к границе, чтобы людей пугать? – недовольно проскрипел Старик из-за спин моей группы. – Я тебя, между прочим, уже двадцать минут здесь жду!

- Ага, Старик, сейчас… Надо с настройками разобраться… – всё ещё растерянно ответил я.

- Да божечки мои! Ну почему здесь нельзя передавать баллы?! – ворчливо возмутился Старик. – Глядя на то, что ты сотворил с обычной капсулой, я хочу оплату строительства в баллах!

- Совершенно верное замечание! – согласилась Кострома. – Я, правда, не хочу оплату в баллах. Но Вано бы сейчас я ограбила… Со всей жестокостью! И рукоприкладством!

- За что?! – несмотря на всю растерянность, возмутился я.

- Да вот… Обеспокоилась… Пошла проверить, что с тобой… И меня так тряхнуло разрядом! – поёжилась, как от боли, она. – Но ты можешь сам проверить! Просто схватись за какой-нибудь шип!..

- Я…

Понимая, что вышло неловко, я быстро и, надеюсь, незаметно покраснел.

- Прости… Пойду настройки погоняю…

- Эй! Я тоже хочу эту хату внутри глянуть! – заявил Мелкий. – Не дайте ему заблокировать дверь!

Но я успел! И забежать в капсулу, и закрыться. А после этого сполз по стене, схватившись за голову. И попытался осмыслить всё, что натворил со своим жилищем. Надо сказать, теперь, после внешнего осмотра, итоги нервного срыва выглядели совсем не так невинно…

Впрочем, подумав ещё минутку, я понял: надо делать рожу кирпичом и выходить с видом, будто так и задумывалось. Все остальные потом баллов накопят и тоже будут раздувать потихонечку свои капсулы… Надеюсь.

Второй выход наружу прошёл уже гораздо спокойнее. К счастью, в настройках пульта управления можно было убрать шипы и отключить ток. И капсула наконец-то перестала представлять опасность для окружающих.

Да и внимания, к счастью, стала привлекать куда меньше.

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят седьмой. Молодой человек со скрипучим голосом.

- Ну что, разобрался? – пробурчал Старик, сидя у костра.

Блин, меня этот парень каждый раз вводил в состояние когнитивного диссонанса… Скрипучий голос, ворчливые интонации – и молодое, почти безусое лицо (тот пушок, который на нём был – назвать усами язык не поворачивался). Всё это ну никак не могло пересечься в одном человеке!..

- Старик, извини за любопытство… Вот откуда у тебя такой голос скрипучий? – спросил я. – Ну совершенный же сюр какой-то…

- Ой, ну прости, не угодил тебе! – возмутился тот, а потом всё-таки объяснил: – Горло такое… С детства скриплю. А после сильной ангины так ваще всё печально стало… Так чё там со стеной?

- Это я у тебя должен спросить. Что с ней вообще можно сделать? – я нашёл глазами Сочинца и Кострому. И по очереди замахал им, чтобы подтягивались ближе.

- Ну… Я те так скажу, Вано… Короче, у вас тут сложно со стеной! – признался Старик. – Там, на скале, всё просто. Площадку выровнял и давай, тупо клади сверху камни! А у вас здесь вообще непонятно, есть внизу скала или нет.

- А если нет? – уточнил Сочинец.

- Тогда все наши постройки и пары лет не простоят! – ответил Старик. – Фундамент-то чем заливать? Можно, конечно, попробовать и поискать огромные блоки для фундамента… Но даже если вдруг каким-то чудом найдём, то как мы их сюда дотащим?

- Так… А делать-то что? – спросил я.

- Вано, ну чё ты такой непонятливый?! – возмутился Старик. – Копать надо!

- Где? И докуда? – постарался я удержать деловой тон.

- Ну ё-моё! – Старик совсем расстроился из-за моей непонятливости. – Копать надо там, где стену хотите! Докуда? До скалы!

- А если нет скалы? – ехидно уточнила Кострома.

- Ну тогда до заката! Ну или до центра планеты! – Старик развёл руками. – Докуда хотите, дотуда и копайте.

- Конкретное предложение! – покивал я. – Наводит на деловой лад! Ты сам бы стену где ставил?

- Я бы стену вообще не ставил! – признался Старик. – Это Кукушкин хочет выносные форты перед воротами в город. А я хочу камень класть. Меня сам процесс успокаивает.

- Узкий, значит, специалист? – уточнил Сочинец, улыбаясь.

- А где тут разожраться-то до широкого? – Старик недовольно поморщился. – Еды вечно не хватает…

- А у нас можно разожраться! – вдруг блеснула глазами, как змей-искуситель, Кострома. – У нас еда есть! Можем копателей кормить, кстати…

- Да?.. – Старик задумался. – Тогда я тоже могу покопать.

- А как же успокаивающая укладка камней? – удивился я.

- А меня всё успокаивает, где кормят хорошо! – сразу же нашёлся главный «строитель».

- Ну а нам легче рабочим едой отдать, чем самим копать… – заметила Кострома, обращаясь ко мне. – Я помню, как мы в горах строили и копали. Ну его нафиг, такие подвиги…

- Ладно... Если обещаете от пуза кормить, пригоню вам десять человек! Пусть ямы-пробники прокопают… – Старик огляделся. – Где вам стена-то нужна?

- Так, чтобы весь этот выступ отгородить! – предложил я. – Над обрывом тоже бы неплохо сделать укрепления.

Старик привстал и оценил фронт работ. Нахмурился, поджал губы, почесал щёку, сел на место… Посмотрел на нас, снова привстал, вздохнул…

- Да ну, хорош уже зарядку делать! – засмеялась Кострома.

- Пришлю тридцать человек! – наконец, решил Старик. – Самых задохликов, которых ветром шатает. Дней за пять справятся везде пробить грунт… Надеюсь… Только вы их кормите посытнее! Ладно?

- Не переживай, накормим! – пообещал я.

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят седьмой. Кто, куда и почему?

- То, что ты меня тут оставляешь – это, конечно, свинство! – обиженно заметила Кострома.

Мы сидели вокруг костра большой компанией. Я, Пилигрим, Сочинец, Дунай, Кострома, Чемодан, Ром и Маша. У нас проходил маленький совет группы, и откладывать его было никак нельзя. Впрочем… Скажем честно, это был не совет, а, скорее, инструктаж. С элементами совета.

И начал я этот инструктаж с того, что сразу предупредил: придётся много поработать. Маше и Костроме в городе, а остальным – за пределами Алтарного.

- Почему? – не понял я возмущения Костромы. – Ты так рвёшься куда-то сходить?

- Ты оставляешь здесь меня и Машу! – попыталась объяснить она.

- А! Ты подумала, что я так мужской шовинизм проявляю? – догадался я.

- Ну, вообще-то очень на это похоже… – поморщилась, как от зубной боли, девушка.

- Нет, у вас задачи просто категорически разные. А с твоей – вообще никто другой не справится! – я покачал головой. – Тебе надо и дальше тренировать ополченцев, которых собирают в городе. А когда Кукушкин решит выступить – тебе же их в бой вести.

- Ты хоть представляешь, как меня это задолбало? – закручинилась Кострома.

- Знаю… Ну а кто, кроме тебя? – жалобно спросил я. – У тебя авторитет, репутация… К тому же, я хотел сделать тебе доступ в капсулу, чтобы там без перерыва шло производство галет и пищевых наборов. Кроме того, ты всю нашу группу представлять будешь. Пока Сочинец не вернётся.

- А меня ты куда собрался услать? – удивился тот.

- Сейчас, подожди! – попросил я. – Запутаюсь же…

- Ладно-ладно! – засмеялся Сочинец.

- В общем, Кострома, на тебе общее руководство. А ещё тренировки и всё остальное. Подбери себе помощников. Только Машу не бери, для неё отдельное задание! – решил я. – Так, Маша… Тебе надо сделать следующее: поищите с Никой среди одиночек адекватных людей. Чтобы принять их в нашу группу.

- И как я тебе их искать-то буду? Если что, на это… – она чуть поправила большой бюст, обтянутый комбинезоном, заставив всех мужиков слегка зависнуть. – …Извини, обычно только малоадекватные клюют.

- Нет! «На это» не ищи! – дружно выдали я и Кострома.

- Вано, ну ты, блин, как дитё! Пришёл, вывалил на меня задачу… А как её выполнять? – Маша всплеснула руками, снова колыхнув бюстом.

- Просто нанимай людей на разные работы в наш лагерь! – предложил я, потому что вообще-то таким и был первоначальный план. – У нас мелких задач – куча! Нанимай людей, приглядывайся… А потом делай им серьёзное предложение.

- Я тебе хоть сейчас десять человек назову, кого привлечь стоило бы! – возмутилась Кострома.

- Мне не предлагай. Маше предлагай! – я постарался ответить строго.

Маша не удержалась и показала Костроме язык:

- Поняла, кого господин назначил главной «эйчар»?

- Ой, ладно… – Кострома закатила глаза и покачала головой.

- Чем, Сочинец, а вам нужно организовать группы для поиска полезных ресурсов, – проигнорировав девчачий междусобойчик, я обернулся к следующим «жертвам». – Это именно поиск, а не сбор! Надо искать всё полезное, что может пригодиться. Месторождения руды, ценные породы, растения… В общем, всё-всё-всё!..

- Может, я тупой… Но… Я не понимаю твоего плана, Вано… – признался Чем, заодно глянув на Сочинца.

- Аналогично! – пожал плечами тот.

- Всё просто… Если кто-то открывает месторождение, то получает около тридцати тысяч баллов! – пояснил я. – Если открыл не сам, а с чьей-то помощью – поменьше. Есть и другие нюансы, но я их не знаю. В любом случае, за открытие полезных ресурсов дают целую кучу баллов. Понимаете?

- В целом, идея понятна! – кивнул Сочинец. – А как всё это искать? У нас в группе нет геологов и биологов.

- А вот с этим вопросом надо обратиться к Маше! – подняв палец, наставительно заметил я. – Она как раз будет искать тех, кто хоть в чём-то разбирается. Пока люди работают руками, они обычно много болтают. Рассказывают о себе, о своих интересах, спорят о всякой фигне…

- Логично! – согласился со мной Сочинец. – Но как нам делать это всё одновременно? Маше ведь тоже нужно время.

- В первой вылазке справляйтесь своими силами! – кивнул я. – Но одним разом не ограничивайтесь. Прочешите все окрестности города! Если в первый раз не найдёте ничего полезного – не беда.

- Баллы – это, конечно, хорошо… – заметил Чемодан. – Но, знаешь, Вано… Наши ребята привыкли набирать их на производстве. Зачем сейчас что-то резко менять?

- Политика Алтарного меняется! – пояснил я. – Кукушкин сказал, нам пора развиваться. И с мэром я спорить не хочу. Да и чего спорить? Вообще-то я согласен с ним… Значит, надо начинать поиск. Можно, если хотите, устроить ротацию участников. Пусть часть времени работают на производстве, а часть – в разведке ресурсов. Ну и добычу никак отменять нельзя!

- Так, я всё поняла… Давай, колись, куда ты собрался? – сдвинула брови Кострома.

- Я, Дунай и Пилигрим, – кивнул я. – Каждый возьмёт себе пару-тройку человек и отправится на разведку в сторону работорговцев. Надо узнать, что у них там происходит. База будет в поселении Намжалдоржо.

- То есть, ты Дунайчика забираешь на опасное задание… А мне тут сидеть и муштровать чужих потных мужиков, да?! – возмутилась валькирия. – Скучать! Учить! Руководить!

- Ага, – не смутился я. – Именно так.

- Шовинист! – бросила мне в лицо суровое обвинение Кострома.

Впрочем, тут же нахмурилась ещё сильнее. А всё оттого, что её обвинение не произвело должного эффекта.

И не могло. После инструктажа я собирался пойти и забрать у Ани её Трибэ, а у Мелкого – его лень. Уверен, ни Аня, ни Мелкий довольными не будут. Но мне-то что? Витя от своей группы тоже отправит людей. Целых пять отрядов. Я и так еле-еле сторговался на три.

- Каждому, кого возьмём в разведку, Иваныч обещал арбалет. За счёт города! – сказал я. – И запас в сотню болтов. Всё за счёт города!

- На меня этот аргумент не действует! – заявила Кострома, грозно сведя брови и сложив руки на груди.

- А на твою жабу? – хохотнул Дунай.

- Не надо апеллировать к моим недостаткам! – уже не так уверенно ответила валькирия.

Дунай подсел к ней ближе и приобнял за талию. А затем притянул к себе и нежно поцеловал в щёку.

- Не ладно… Валите уже, пока я добрая… – смягчилась та.

- Когда выходим? – тут же, не теряя времени, уточнил Пилигрим.

- Мы? Мы – завтра! – ответил я. – Так что отряды подбираем сегодня.

- Ром! – я повернулся к последнему участнику инструктажа.

- Ага! – с жаркой готовностью отозвался тот, чуть не свалившись с камня, на котором сидел.

Он, кстати, по мере того как всем раздавали задачи, всё больше смурнел и расстраивался. Видимо, думал, что ему задания не досталось. Решил, наверно, что он бесполезный и никому не нужный. А вот фиг ему!

- У тебя целых две задачи! – утешил я Рома. – Может, не самые экстренные, но очень нужные. Когда нам выдадут арбалеты, то мы дадим тебе пару болтов. И надо будет кровь из носу их скопировать! По весу, по форме. Можешь менять длину наконечника, но всё остальное мы должны быть в состоянии повторить. А затем оперативно запустить в производство.

- Пластик использовать, кстати, можно? – уточнила Кострома, переглянувшись с Ромом.

- Можно, но в ограниченном количестве! – ответил я. – Пластик ведь только за баллы. Я могу купить ещё стульев перед уходом, но сами понимаете… Эти баллы уже назад не вернёшь.

- Тогда купи! – Кострома подумала и выдвинула убойный аргумент: – Ты у меня Дуная забираешь! А я тут буду сидеть и киснуть.

- Вымогательница! – я прищурился. – Ладно, куплю… Так, Ром, вторая задача! Найди кого-нибудь, ну или сам продумай, какая нам нужна стена. Чтобы пока меня не будет, она всё-таки строилась.

- Так это… Вроде бы Старик сказал, что вообще непонятно, как фундамент делать! – напомнил Сочинец.

- А вы этому пессимисту больше верьте! – улыбнулся я. – Всё он найдёт и всё придумает. Просто цену набивает…

А потом я инструктаж побыстрее свернул. И сбежал. Пусть те, кому назначили задачи – сами и думают, как их решить.

А мне предстоял долгий пусть на восток, с кучей своих важных задач. И перед этим я очень хотел провести вечер у себя в капсуле.

В комфорте, тишине и спокойствии. И даже с белым другом. Как настоящий цивилизованный человек.

Глава 3. Совершенно обнаглевшие

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят восьмой. Новые игрушки.

Коней не переправе не меняют. Друзей и напарников – кстати, тоже. И как бы ни были недовольны Трибэ с Мелким, а в разведку отправились вместе со мной.

Пилигрим не стал мудрить: взял с собой Настю, дочку погибшей знакомой, и Мишу. Девушка всё равно неприкаянной моталась по лагерю: не нашла пока себя в нашем трудовом коллективе. А вот решительности в опасных ситуациях, как Пилигрим уже давно заметил, ей было не занимать. Ну а Миша… Этот парень так и ходил за ней хвостом. И готов был ради Настю в лепёшку расшибиться. Молча, как всегда.

А вот выбор Дуная меня удивил. Он взял с собой Прокачуна и Сандру. С Прокачуном всё было понятно: уже не в первый раз ходил на всякие задания. А вот Сандра… Пришлось при случае шёпотом уточнить, зачем ему эта революционерка. Оказалось, что её насоветовала Кострома.

- Эта шилопопая не в состоянии сидеть на месте! – пояснил Дунай. – То гильдии предлагает организовать, то вводить трудовой кодекс… С такими есть простое правило: занять так, чтобы некогда было свою дурь на других транслировать.

Объяснение было резонным, и возражать я не стал. Напрягало только то, что ей теперь ещё и оружие дадут…

А на оружие, кстати, город расщедрился. Кукушкин обещал – Кукушкин выполнил.

Витя вышел вместе со своими, чтобы пожелать нам удачи. К моему изумлению, общее командование этот прохвост возложил на меня.

- Вано, ты – главный! – просто и незамысловато сообщил он.

- Это с чего я главный? – возмутился я. – Да я даже не знаю, на что смотреть и что узнавать!

- Надо контролировать, чем наши гости заняты. И не собираются ли сваливать, – пояснил Витя. – Ничего суперсложного от вас не требуют! Если получится пару рабов вытащить – вытаскивайте. Нет… Ну, значит, не вытаскивайте. Всё, что узнаете, сообщайте Намжалу. Любые изменения – тоже ему. Он будет отправлять гонцов в Алтарное. А те, по возвращении, сообщат новости от нас.

- Ну класс… – только и смог сказать я.

А Витя сочувственно хлопнул меня по плечу.

- Так, все, кто без оружия – разбираем подарочки! – сообщил он, указав на вытащенную из города волокушу. – Игрушки от Кукушкина. Кто и вправду будет играться, не соблюдая правила безопасности – руки оторву и к жопе пришью!..

Там, под дерюгой, лежали образцы местного оружейного дела. И, надо сказать, образцы порадовали. Не знаю, кто это у Кукушкина такой рукастый оказался. Но тем, что у него было под рукой, этот кто-то распорядился виртуозно.

Оказывается, город не стал покупать арбалеты. Он их произвёл. И машинки получились на диво мощными для обычной поделки. Простенькие болты с каменными наконечниками улетали метров на шестьдесят. Правда, под конец начинали слегка поворачиваться боком.

Ложе арбалета было деревянным, с простым прикладом треугольной формы. Плечи тоже делались из дерева, а затем вставлялись в расширение ложа на конце. При этом неизвестный мастер постарался, залив их пластиком и оставив пластиковые же кончики. При взводе толстая тетива сгибала эти плечи так, что между их концами и ложем оставалось всего три-четыре сантиметра.

Получалось двойное натяжение. Сначала сгибались деревянные плечи, а затем дотягивались пластиковые концы. Тетива ложилась на крюк и стопорилась на нём, пока стрелок её не спустит.

Само собой, все мужики – даже вооружённые – тут же полезли тестировать. Натягивался арбалет с силой килограммов в тридцать. Точнее, само собой, определить было сложно. Для той же Сандры и Насти – тяжеловато. Приходилось тянуть тетиву двумя руками, упираясь коленом в специальный штырь с левой стороны.

Мужчины могли взвести и одной рукой, держась за тот же упор. Спусковой крючок внизу приклада нажимался с усилием. Но как раз его чрезмерным нельзя было назвать.

Главное неудобство обнаружилось быстро: и ложе, и приклад были довольно длинными. Отчего и болты тоже требовались длинные. Зато так они получались тяжелее. А простенькое оперение из пластика на конце помогало стабилизировать полёт.

- Пробовали три конструкции. Но эта проще всего! – пояснил Витя.

- Это кто вообще такое смастерил? – удивился Дунай.

- Есть у нас трое умельцев. Мы случайно узнали, что они подобными штуками ещё на Земле увлекались… – рассказал Витя. – Кукушкин их сразу себе под крыло взял и посадил на разработки. Нам нужно много стрелкового оружия, чтобы торговцев прогнать. Вот и подыскиваем самое оптимальное. А пока самая оптимальная – вот эта конструкция.

- Как я понимаю, мы должны её протестировать? – уточнил я, догадавшись о причинах аттракциона невиданной щедрости.

- Именно! – улыбнувшись, подтвердил Витя. – Используйте их на полную. Все недостатки, достоинства и прочие наблюдения – отправляйте через Намжала. Если сломается какая-то из машинок, пришлём новую. На волокуше – запас болтов. Делали в расчёте по сто штук на человека. Из них по десять болтов с бронзовыми наконечниками. Вот их берегите. Они для серьёзной добычи. А ещё по тридцать болтов на каждую из трёх модификаций. Какие лучше – тоже определять вам. Ну вот как-то так… Всё… Вано!

- Ась? – отозвался я, с энтузиазмом рассматривая арбалет Мелкого.

- В пути не задерживайтесь… Ну, постарайтесь не задерживаться! С моими знакомься на привалах. Главный среди них – Тихон, а вас друг другу представлять не надо! Всех покажет, всё расскажет. На волокушах припасы: рыба, мясо, сушёные фрукты, рационы. И четыре десятка «лечилок». В тюках из кожи – товары для Намжала. К нему же будем присылать дополнительные припасы для вас. Что смогли – собрали. Всё… – Витя поднял руку ладонью вперёд и объявил: – Удачи, мужики… И дамы! Ждём ваших отчётов.

- Двинули! – решил я, махнув рукой Вите. – Кто на волокуши первый?

Разбирать болты и припасы, выделенные городом, прямо сейчас было некогда. Тихон определил пару мужчин на волокуши, а дальше наш сводный отряд двинулся на восток в предутреннем сумраке, навстречу восходящему солнцу.

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят восьмой. Испытания в пути.

Ушли мы километров на пятнадцать от города, прежде чем начались первые неприятности. Точнее, не так. Или не совсем так. Неприятности-то начались почти сразу. Вот только они не были особо серьёзными. Поначалу.

Просто, чем теплее становилось, тем больше активизировались насекомые. Весной-то их особо не было, но мы, наивные выходцы из мегаполисов, тогда ещё этого не могли оценить.

А вот сейчас, ближе к лету, они повылазили из всех щелей, яростно атакуя местную фауну. Ну и нас заодно, раз уж мы к этой самой фауне примкнули. И спасения от этих летающих, ползающих и кусучих тварей практически не было. Хорошо ещё, Алтарное от них не страдало. А всё из-за каменистой почвы вокруг скалы. Это оказалось огромным благом для города. Нет растений и травы – нет гнуса.

А стоило отойти подальше – и всё. Баста, карапузики! Жизнь наша превратилась в ад. Все открытые участки тела попали под атаку кровожадных полчищ. И средства против них найти не получалось. Единственный вариант, который мы знали – обмазаться глиной и илом из реки. Так мы и поступили, став похожими на грязных, но очень довольных свинок.

А вот трём питомцам, которые шли с нами – Русому, Хромой и Шраму – пришлось и дальше страдать. Из-за собственного же упрямства. Против обёртывания грязью они решительно возражали, посылая нам недвусмысленные сигналы. О том, как жестоко отомстят ночью (и в рюкзаки, и в волокуши, и в обувь), если мы испачкаем их драгоценную шерсть.

Впрочем, чего это я про страдания? Всё плохое, что происходит с Русым, он превращает в развлечение. После чего уже не страдает, а наслаждается. Вот и в этот раз он всем вокруг доказывал, что мошкара – это не только писк, жужжание и укусы, но ещё и неплохая белковая подкормка. Прямо на ходу. Этот гад высовывал язык и ждал, когда на него присядет хотя бы десяток крылатых кровопийц. А затем быстро убирал назад.

Нельзя сказать, что его план проходил без сучка без задоринки… Частенько его-таки успевали укусить, отчего язык постепенно распухал. Но разве же для Русого это беда? Больше язык – больше добычи! Сука, мне бы столько оптимизма, как у этого куска дури, стыдливо прикрытой мехом!.. Даже завидую ему…

Именно питомцы и предупредили нас о новой беде.

Сначала насторожилась Хромая. Несколько раз она отбегала в сторону и водила носом, нервно втягивая воздух. А затем возвращалась с очень беспокойным видом. Но Пилигриму ничего глаза в глаза не передавала. Видимо, ещё сомневалась, не почудилось ли ей.

Следом навострил уши Шрам. Его тоже что-то тревожило.

А потом неожиданно опомнился Русый. Однако, в отличие от других, он решил не заморачиваться. Ни мыслеобразами, ни тем, чтобы здраво взвесить свои подозрения.

Просто вцепился зубами мне в штанину, мешая идти.

- Да что тебе надо-то? – удивился я.

Русый отпустил штанину и отбежал в сторону. А потом вернулся, снова куснул меня за штанину – и снова отбежал.

Причём, отбегал он каждый раз в одну и ту же сторону. В направлении реки.

- Нам идти туда? – удивился я.

Русый понял, что его поняли. И, радостно наплевав на любые наши сомнения, со всех лап припустил к берегу. Пришлось отдать приказ, чтобы весь отряд следовал за ним.

Как оказалось, лохматое недоразумение точно знало, что делает.

В этом месте река разделялась на два рукава. При этом между ними образовался небольшой каменистый островок с высоким валуном в центре. В обоих рукавах течение было бурным, а вода – довольно глубокой. Но перейти на островок у нас всё-таки получилось. По россыпи высоких камней, то там, то здесь выступавших из воды.

Зачем надо было переходить? А потому что на горизонте, за нашими спинами, появилась стая бестий. Голов эдак в двадцать. Как её занесло сюда – ума не приложу. Впрочем, мы приближались к горам, а у бестий там всё-таки дом. Значит, сильно удивляться не стоило.

При этом наша численность вообще не смутила стаю из двадцати зверюг. Привыкли, видимо, что двуногие не слишком-то хорошо сопротивляются. И двигались эти гады напрямую к нам, даже не прячась и не скрывая своих намерений.

Сложности на переправе возникли только из-за волокуши. Её по камням тащить было тяжело. Правда, надолго нас это не задержало. Нежелание попадать на зуб к бестиям подгоняло не хуже любого допинга. И вскоре мы уже стояли на острове, готовясь отстреливаться.

- Ружья и винтовки используем только в крайнем случае! – предупредил я. – Нужно тестировать арбалеты. Вот этим и займёмся...

- Сразу все бестии сюда переправиться не смогут, – сказал Дунай. – Может, нашим арбалетчикам стрелять по очереди?

- Лучше парами, для надёжности! – вмешался Пилигрим.

- Верно! – не стал спорить я. – Арбалетчики! Бейтесь на пары, вставайте в очередь. Как отстрелялись – быстро отходите и заряжаетесь. А потом – снова парой в конец очереди.

Можно было бы и не мудрить с очередью. Просто построить всех вдоль берега нашего островка. Но я хотел посмотреть, кто и как будет стрелять. Кто – филонить, а кто – наоборот, активно участвовать в бою. Да и как я смутно припоминал из истории, это было нормальной тактикой для больших групп арбалетчиков и солдат с ружьями. В общем, пусть наши орлы тоже учатся.

Бестии добрались до нас минут за десять. Видимо, у них как раз время обеда было, а тут такой шикарный подгон, как выражается Мелкий… Не теряя времени, эти гады сразу же приступили к штурму. Причём вожак стаи первым – умный, зараза! – сообразил, как добраться до лакомой добычи, и начал прыгать по камням.

В него тут же разрядила арбалеты пара бойцов из группы Вити.

Один болт ударил по лбу и, видимо, особого вреда не причинил. Так, разве что кожу содрал слегка и кровь пустил. Второй – ударил в грудь. Даже воткнулся, но его остановила крепкая кость. А зверюга даже не стала замедляться!.. Только смерила нас подозрительным взглядом.

Первая пара арбалетчиков дисциплинированно рванула перезаряжаться. А их место спешно заняли Трибэ с Мелким.

Вожак понял, что сейчас его опять будут обижать. Зарычал и попытался ускориться, резво перепрыгивая с камня на камень. Вот на одном таком прыжке Мелкий и Трибэ его и подловили. Один болт ударил в лапу, второй – в шею. Пошатнувшись от двух попаданий, зверь не удержался на камне и свалился в воду с жалобным воем. Убить его не убили: слишком уж громко и злобно подвывал, осознав своё фиаско… Зато вода так быстро унесла эту матерящуюся тушу, что в ближайшие полчаса он не успел бы вернуться.

Если честно, было очень непривычно опять видеть диких бестий. Ещё и так близко. Скажу прямо: у меня рука то и дело тянулась к спусковому крючку на винтовке. Но сначала надо было отработать арбалетами…

Просто старый враг пробуждал где-то внутри страшные воспоминания. О первых днях в этом диком новом мире. О первых страхах, первых поражениях, первых смертях...

В груди предательски ёкало. И в глубине души я немного надеялся, что эта стая, испугавшись, сейчас развернётся и сбежит.

Оказалось, зря. Бестии в горах настолько обнаглели, что даже неудачу вожака восприняли как случайность.

Поэтому на камни тут же полез следующий претендент. На главенство и на болт в груди.

Этот самец был даже покрупнее вожака. Но явно моложе и глупее. Когда ему в морду влетели два болта от следующей пары арбалетчиков, он остановился: стал трясти башкой, топтаться на месте. И это была его главная ошибка. Пользуясь моментом, следующая пара из бойцов Вити довершила дело. Один из них чуть задержался с выстрелом, но сумел хорошо прицелиться. И в результате всадил болт прямо между рёбер зверя.

Заскулив, тот попытался вытащить мешавшую ему «палку» зубами. А затем изогнулся и, не выдержав боли, с жалобным воем упал в реку. На поверхности он не удержался, быстро уйдя под воду. Я даже успел заметить, как его тушка несколько раз мелькнула в глубине.

Но разве две потери из двадцати – это не повод пробовать в третий раз? Теперь вперёд метнулась явно самка, напоминавшая тот подвид, который бестии использовали для быстрых атак и погонь. У неё были длинные лапы и поджарое тело, как у борзой. И да, двигалась она и вправду стремительно.

К тому моменту, как первая пара отстрелялась, самка преодолела уже половину реки. Идущим следом Сандре и Насте пришлось бить чуть ли не в упор. И вот тут арбалеты хорошо себя показали! Болт Сандры вонзился в шею, а Настя умудрилась всадить свой в глаз бестии, издав победный вопль. К счастью, Дунай оказался достаточно ловким, чтобы труп не успел свалиться в воду и уплыть.

- Ну вот! Хоть какая-то добыча! – радостно заявил он. – И болты сохраним.

Но я, если честно, в тот момент мало думал и о добыче, и о болтах.

Я смотрел на бестий, которые мялись на берегу… И, не побоюсь признать, испытывал даже какое-то злорадное удовлетворение. Может, это и недостойно венца эволюции, но…

В глазах бестий, несколько минут назад жаждавших нашей крови, теперь сквозили растерянность, страх и непонимание. Это была словно награда за всё, приключившееся с нами в первый месяц… И воздаяние за всех тех колонистов, кого они успели сожрать.

А бестии ещё никак не могли взять в толк, что случилось. Почему знакомая, вкусная и совершенно беззащитная добыча вдруг стала такой зубастой и ловкой? И даже прикончила трёх лучших охотников стаи! Что за гнусное нарушение всех мыслимых и немыслимых правил природы?!

Видимо, не только я наслаждался в этот момент. Рядом прозвучал злорадный голос Пилигрима:

- Что, суки, удивлены? Давайте, подходите за звездюлями!

- Ага, сейчас, так они и полезут! – засмеялся Тихон, у которого таких моральных травм не было. – Вон, сторожить нас решили...

- Вано! – Пилигрим с мольбой в глазах посмотрел на меня. – Может, показать им, кто тут главный? Тут метров двадцать от силы!..

- Да! – согласился я. – Нам не с руки сидеть в осаде. Арбалетчики, теперь стреляем на двадцать метров! Учитывайте, что надо брать выше! На пары не бьёмся: стреляем все одновременно! По готовности!

А стрелять надо было залпами… Правда, мне этого никто сходу не подсказал. Почти все первые выстрелы прошли мимо. Одни болты падали с недолётом, другие – с перелётом, а третьи – просто боком.

И уже спустя минуту дело пошло лучше. Пару бестий, стоявших на берегу, нам даже удалось убить. Правда, остальные тут же поняли свою ошибку: отошли ещё дальше, устроившись почти на гребне спуска к берегу.

До него было метров тридцать пять. Для наших арбалетов – предельная дистанция, если смотреть по реальной убойности. У них на двадцати-то метрах эффективность оставляла желать лучшего. А уж на таком расстоянии можем хоть засыпать врага болтами, но толку не будет.

- Ну что? Я, наконец, могу душу отвести? – нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, уточнил Пилигрим.

- Давайте на этот раз все вместе, с огнестрела! – предложил я.

- Верно! – согласился Тихон. – Больше выбьем.

Мы наскоро распределили цели. И дождавшись, когда Дунай досчитает с десяти до одного, дружно выстрелили. Эффект этого залпа превзошёл все потуги наших арбалетчиков! Две винтовки и три ружья нашли свои цели. А Пилигрим, яростно бурча под нос, успел выстрелить два раза. И оба попасть.

Оставив на берегу шесть тел, стая в панике бросилась прочь.

- Да, суки! Получите и распишитесь!.. – орал обычно суровый и молчаливый Пилигрим, радостно прыгая по островку. – Вот вам человек, твари! Что, съели?!

Не съели. Стая так и не поняла, что её разгром был закономерным, а не случайным. Да, пока мы собирали болты и разделывали туши, к нам ещё не подходили… Однако вскоре на горизонте снова показались уже знакомые морды. И даже упавший в воду вожак вернулся. С ними вместе двигалась ещё одна стая в десяток особей.

Пришлось возвращаться на островок. На этот раз подраненный вожак уплывал от нас трупом. А обе стаи, поредев на девять особей, покинули берега негостеприимной реки. Обнаглевшие хищники получили урок, а мы в итоге задержались часа на три.

К тому же, теперь нам приходилось тащить на себе шкуры и мясо. Из-за этого мы шли медленно и пахли вкусно, привлекая внимание хищников со всей округи. В том числе, и тех лютых зверей, похожих на льва, один из которых когда-то задрал Одиночку. Правда, их энтузиазм резко снизился после того, как первый же напавший получил в голову две пули, одна из которых его тут же доконала.

В какой-то момент мы всё-таки скинули часть мяса, бросив его на берегу. И это окончательно избавило нас от назойливых преследователей.

Шли мы почти до темноты, больше не останавливаясь. Но для ночёвки всё равно пришлось искать надёжное место. К счастью, на реке нередко попадались скалистые островки. На одном из них и разбили лагерь. И, выставив дежурных, сходу завалились спать. Усталость нас буквально с ног валила. А утром ещё предстоял неблизкий путь до поселения Намжалдоржо.

И всё равно я ни капли не жалел о времени, потраченном днём. И не только потому, что бестии забрались на территорию окрестностей Алтарного.

Но ещё и потому, что видел, как наконец-то уходит страх из взглядов Пилигрима, Трибэ, Мелкого, Дуная...

Мы никогда не показывали этот страх. Но, как будто сговорившись, даже не вспоминали вслух о временах загонной охоты. Этот страх угнездился в каждом члене нашей группы, он мелькал в глазах каждого выходца из гор…

И теперь мы избавлялись от него.

Да, бестии были умны. Да, они были хитры и коварны. Но, столкнувшись с человеческим оружием, они оказались не сильно умнее других зверей.

Что, привели подмогу? Так нам лишь больше шкур досталось.

Что, они могут призвать другие стаи? Так мы снова отобьёмся.

А когда в их головах сложится два и два, а количество трупов перейдёт в понимание – они изменят своё отношение к людям. Они начнут нас бояться и сторониться.

И тогда уже к ним придёт страх. И мы, люди, этот страх постараемся оправдать. Мы не простим им свой собственный страх и кровавую встречу. А потом – я точно знаю! я видел это в глазах Пилигрима и Насти! – многие из нас будут долго мстить. И оставят в живых лишь тех, кто присоединится к нам, людям.

Так и будет.

Я уверен.

Глава 4. Совершенно неожиданно

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят девятый. Похабный план.

- Вот мы тут! А тут река! А вот тут они свой лагерь устроили! – Намжалдоржо водил пальцем по куску камня.

Каменотёсы не изменили себе. Если карта – то каменная. Впрочем, Прокачун уже перерисовывал её для нас угольком. Карта, кстати, оказалась весьма… Скажем так, условной.

Мы старались не ржать, но получалось плохо.

- Намжал, ты извини… А зачем у вас на карте жопа? – не выдержал Тихон.

- Сам ты жопа!.. Это холм! Характерный, понимаешь? Чтобы узнать! – возмутился Намжал.

- А по мне, так всё-таки жопа… А дальше, вообще, хм… – Тихон задумался, и ему подсказал один из бойцов Вити:

- Член!..

- В штанах у тебя член! А это ориентир! Чтобы вы в чистом поле не заблудились! – взорвался Намжалдоржо.

- Но это-то точно сиськи! – не унимался Тихон, ткнув в третий ориентир.

- Слушай, вот каждый может художника обидеть! – цокая языком, покачал головой Намжалдоржо. – Ты свои больные темы на мою карту-то не переноси!

- Чё это сразу больные темы? – удивился Тихон, продолжая ржать. – Всё ж сходится! Вон даже головастик какой-то есть!..

- Река это, идиот! Наша! Вот эта! А вот разлив, где крокодилла жил! – Намжал так обиделся, что оттеснил Тихона от карты и стал показывать мне: – Смотри, Вано. Ты тут один нормальный…

Но я не нормальный. Просто терпеливый. И поэтому сумел рожу серьёзную сохранить. Откровенно говоря, я на плане каменотёсов тоже ничего приличного не увидел. Ровно всё то же самое, что и остальные.

- Это три ориентира! – ткнув пальцем в каменную карту, пояснил Намжал. – Сначала холм. С раздвоенной вершиной и почти отвесными склонами. Его издалека видно! Потом скала…

- Хы… – выдал кто-то из бойцов.

- Скала!!! – нахмурив брови, повторил Намжалдоржо. – Униуки озабоченные! Скала обветренная просто… Там ветер поработал.

- Ну-ну…

- Так, выгоню всех, если перебивать будете! – возмутился каменщик. – Выглядит, как член, да… Наши её Фаллической называют.

Он перевёл палец дальше.

- А сиськи… Тьфу! Вот эти два холма тоже приметные! Там два холма, на вершине каждого – камни светлые. Заметно их издалека! Понимаешь? – Намжал повернулся к Тихону и грозно на него посмотрел.

- Намжал, да не обращай ты внимания! У мальчиков просто ещё первая половина детства! Вот и не могут сдержаться… – посоветовала Светлана и поставила рядом с похабным планом поднос. – Мальчики, пейте!

- Спасибо!.. – пронёсся по рядам разведчиков нестройный хор голосов.

- Зря их поишь! Они упыри, их пороть надо! – расстроенно покачал головой Намжал.

- Ой, будто ты всю жизнь серьёзным был! – отмахнулась Светлана.

- Я, может, серьёзным не был! И всё же на картах титьки-письки не искал! – ответил ей лидер посёлка.

- Угу-угу… – Светлана ухмыльнулась и двинулась к печке, покачивая бёдрами.

- Так! Куда смотрите? В план смотрите, олухи! Вот тут, видите, направление указано! – Намжал ткнул в стрелки, которые мы все и без того заметили. – Вот это «В» означает идти на восток! А вот «СВ» – северо-восток.

- А это что за цифры? – уточнил я. – Или не цифры?

- Это примерное время в пути! – объяснил каменщик.

- А тогда почему тут не время, а солнышко нарисовано? – удивился Тихон, заставив Намжала сурово уставиться на него. – Тут и так понятно, что на восток идти…

- Это тоже время! – неохотно отозвался глава посёлка.

- Но это не цифра!.. – не понял Тихон.

- Это значит, идти отсюда и до заката! В смысле, до ориентира! То есть, никто не считал, сколько там идти!.. – Намжал стукнул кулаком по столу. – Опять шутковать решил?

- Да я спросить!..

- Вано, этого я в посёлке не оставлю! Ему нельзя тут! Завтра позора не оберёмся! – вкрадчиво заглянул мне в лицо Намжал. – Людям в глаза смотреть не сможем!

- Да мы и сами задерживаться не будем, – ответил я, искоса глянув на Тихона. – Груз, который вам передали, оставим, а сами дальше выдвинемся. Дойдём до ж… Холма, который с раздвоенной вершиной! Вот там и переночуем.

- Ну как знаете… – кивнул Намжалдоржо. – Тогда перекусите пока, а мы быстро.

Дневник Листова И.А.

День шестьдесят девятый. Путь в…

- И чего он взъелся? – удивился Тихон, когда мы отошли достаточно далеко от посёлка каменотёсов.

- Потому что ты язык не удержал за зубами, – с непробиваемым лицом ответил Пилигрим.

- Ну так похоже ведь!..

- Тихон, как бы тебе сказать… В мире много всего такого, что похоже на гхм… такое! – улыбнулся я. – Но, знаешь, необязательно это озвучивать! А если холм и в самом деле так выглядит? Люди старались, составляли схему маршрута, выбивали её на камне, чтобы на века… А ты им буквально в искусство плюнул!..

- Мне казалось, надо поржать над этим, и всё… – пожал плечами тот. – У этого Намжала просто чувства юмора нет!

- Почему же нет? – удивился Дунай. – Из посёлка он тебя довольно весело изгонял!

- Не весело! – не согласился Тихон.

- Нам весело. Ему весело. Надо было просто над этим поржать! – посоветовал Пилигрим.

Тихон насупился и замолчал. Дальше шли молча. До заката оставалось не так много времени, а нам очень надо было пройти отметку «7-8» – примерно за «4-5». Чтобы не в чистом поле лагерем вставать. Так что двигались очень быстрым шагом. И почти по прямой, то поднимаясь на холмы, то спускаясь в низины.

Через три часа с вершины одного из холмов мы обнаружили искомый ориентир. Надо сказать, что те, кто высекал на камне его изображение, не погрешили против истины. Холм и в самом деле выглядел именно как пятая точка. Во всяком случае, если подходить к нему с запада.

Впрочем, это, скорее, был не холм, а ещё одна скала. Её двойную вершину покрывала чахлая растительность, а затем склоны почти отвесно уходили вниз, сверкая сероватыми россыпями камней. Ну а потом, ближе к подножию, начинались заросли деревьев и грибов.

Лагерь мы разбили на небольшом уступе. Не очень высоко, почти у самого подножия. Забраться на него можно было по тонкому выступу. И если кто ночью к нам полезет – хотя бы не задавит массой. Правда, если сильно ворочаться во сне, то можно и самому вниз сверзиться. Но этот риск – так, мелкое неудобство. Особенно, по сравнению с чувством защищённости, которое дарил уступ.

- Завтра доберёмся до… Хм… Скалы, – оповестил я всех за ужином. – Там устроим большой привал. Знаю, мы не успели нормально познакомиться… Но у нас ещё будет на это время! Пообщаемся, обсудим планы, и айда на разведку!..

- Да нормально мы познакомились! – не согласился один из бойцов Вити, которого, кажется, звали Серым.

- Ну это… Надо ещё раз, на всякий случай!.. – ответил я, не желая признаваться, что половину имён даже не запоминал.

Так-то мы без проблем взаимодействовали... Правда, всё равно большую часть времени не общались. Идти ведь приходилось быстро. В общем, получалось, что мы вроде как вместе, а вроде бы и по отдельности. Это, мне казалось, было не очень правильно.

В любом случае, большой привал нам придётся устроить. Надо было распределить припасы с волокуш по рюкзакам. У Намжалдоржо, кстати, удалось выменять ещё готового провианта. За нашу добычу, полученную в результате боя с бестиями. Каменщики не стали отказываться от мяса, даже узнав, что его источник – возможные людоеды.

Я тоже не видел особого смысла выёживаться. Мы старались не трогать внутренние органы. Только мышцы. Так что это было просто мясо. Хоть и жёсткое. Но в Алтарном я знал людей, для которых этот момент был принципиален. Да и Тихон сказал, что ни в жизнь к такому мясу не притронется.

В общем, хорошо, что у Намжала в группе предрассудков не было. Удалось пополнить припасы. А питомцам дали налопаться от пуза. Они сожрали мяса почти по весу самих себя. В результате, бока у зверей раздулись, и идти им было тяжело. Так что в лагере они сразу дружно завалились спать.

А мы тоже тянуть с отбоем не стали. Оставив один костерок для уюта, разлеглись по спальным мешкам и уснули. Только дежурные сидели, всматриваясь в темноту. А заодно поглядывали на спящих, чтобы не дать им свалиться с обрыва, если решат поворочаться во сне.

Дневник Листова И.А.

День семидесятый. Путь на…

До следующей скалы добирались куда дольше. К ней и по плану-то надо было идти часов десять-одиннадцать. А мы вообще добрались только за двенадцать часов. Сложно было постоянно держаться нужного направления. Местность стала неудобной – то овраг попадётся, то роща, то холм, который приходится обходить…

Вдали то и дело мелькали вершины гор, которые постепенно приближались. Один раз на наш след встала стая бестий, о чём своевременно предупредили питомцы. Мы решили не устраивать перестрелку. Просто сбили зверьё со следа, пройдя пару километров по руслу небольшого ручья.

Под конец «прогулки» у меня аж ноги сводило от холода. Вода в ручье оказалась ледяная. Ботинки я снял, чтобы не убить ценную обувь, и шёл босиком. Благо, за последнее время подошвы стоп затвердели, и теперь можно было шлёпать по камням, не подпрыгивая от боли.

В общем, от курса мы отклонялись часто. Поэтому и вышло дольше, чем в плане указано.

- И как тут только разведчики Намжала ходят? – удивился на коротком дневном привале один из бойцов Вити.

- А они тут один раз всего ходили! – ответил Пилигрим, догрызая сушёную рыбу. – Они обычно от реки к Фаллической скале идут. И местность удобнее, и крутиться не надо… Но там особо никаких ориентиров нет.

- А ты откуда знаешь? – удивился Тихон.

- Там парой слов перекинулся… Тут перекинулся… – пожал плечами Пилигрим. – Тут у Намжала, между делом, спросил... Вот и знаю больше, чем ты.

- Намекаешь, что надо было меньше над картой ржать? – насупился Тихон.

- Не-а, я ни на что не намекаю… – отряхивая руки от рыбы, спокойно ответил Пилигрим. – Хотя, конечно, отношения с Намжалом лучше не портить…

Скалу мы тоже заметили издалека. И снова художники-каменотёсы оказались на высоте. И это они ещё не все анатомические подробности огромного каменного фаллоса изобразили... С нашей стороны она выглядела именно так, как на рисунке. А вот если заходить с севера или с востока – тогда с гарантией увидишь что-то неприличное.

Удобнее всего было разбить лагерь прямо на скале. Правда, оказалось, что заставить ржущих людей подняться наверх – это нелёгкая задача. Всё-таки с предыдущим холмом не так смешно вышло. А тут надо было забраться между каменным пальцем на низкую часть скалы… Ну и устроиться между двумя округлыми возвышенностями.

И всё же я как-то уговорил хохочущий отряд последовать совету Намжала. В итоге, никто не пожалел. В небольшом углублении обнаружилась ровная площадка, а ещё пара выдолбленных в камне очагов с поддувом. И даже запас дров имелся.

- Надо будет утром набрать дров, чтобы закинуть сюда! – заметил Дунай.

- Согласен! – кивнул Тихон. – Могу прямо сейчас ребят послать.

Ребят посылать не стали. Надо было со всеми перезнакомиться, распределить припасы – и вообще поесть чего-нибудь горячего. А ещё договорились, что костры без необходимости жечь не будем. Так что наслаждаться теплом и уютом предстояло лишь сейчас. И впрок.

После распределения припасов приступили к знакомству. Каждый представлялся и говорил пару слов о себе и своих умениях. Как оказалось, Витя тщательно подобрал тройки. Три из них возглавляли его ближайшие помощники – Тихон, Боря и Олег. С ними мы как раз и ходили ружья с винтовкой искать.

Ещё в одной тройке лидером был тот самый Серый. А в последней – командиром оказался парень Лёша, по прозвищу Бонд.

В каждой Витиной тройке был один человек с навыками ближнего боя, один стрелок, знакомый с арбалетами и луками – и один условный рейнджер. Либо «походник», либо спасатель из туристических мест, либо охотник.

Понятия не имею, как Витя собрал их всех у себя под началом, но мы таким шикарным подбором кадров похвастаться не могли. Зато во главе каждой нашей тройки стоял вооружённый огнестрелом командир. В то время как у бойцов Вити серьёзно вооружён был разве что Тихон (винтовкой Вити) и Бонд (ружьём Тихона). А у остальных были только арбалеты.

После знакомства мы быстренько набросали план разведки. Сначала нужно было добраться до двух холмов, между которыми и располагался лагерь работорговцев. А затем – разделиться и пытаться высмотреть, чем они там занимаются.

Близко к лагерю решили не соваться. Но если увидим малую группу, которую удобно будет атаковать – можно и попробовать. Правда, исключительно на свой страх и риск. В общем, я был уверен: как минимум, поначалу никто ни на кого нападать не будет.

Где делать замаскированный лагерь, чтобы обмениваться информацией, решили уже на месте выбирать. Когда немного оглядимся и поймём, что к чему.

Ну а после этого небольшого совещания все разбрелись по своим делам. Кто-то отправился собирать дрова, кто-то уселся отдыхать. Ну а питомцы снова дрыхли, экономя съеденное.

Время до вечера пролетело быстро. Как только стемнело, люди поужинали и улеглись спать. А я немного нервничал, поэтому ещё долго не мог уснуть. Просто лежал, смотрел на звёзды и пытался привести в порядок расшатанные нервы. Было, честно сказать, боязно…

Я понимал: назначить меня главным – это, скорее всего, идея Кукушкина. Я-то до последнего был уверен, что Витя сам поведёт своих людей. И только утром узнал, что за него будет отдуваться Тихон. А, вернее, я. Потому что Тихон в этом походе мне подчиняется.

Почти не сомневаюсь: мэр снова придумал какую-то интригу! Или просто хитрый план. А меня банально тестируют на профпригодность.

И в свете этих подозрений мне совсем не хотелось облажаться!..

Дневник Листова И.А.

День семьдесят первый. То, что не должно было случиться…

Утром мы покинули лагерь, отправившись на восток. И уже через несколько часов заметили характерные холмы на северо-востоке. Думаю, не нужно говорить, что и тут каменная карта Намжалдоржо не соврала…

Просто холмы стояли не отдельно, а в окружении других, на них похожих. И у некоторых на вершинах тоже имелись россыпи камней. Так что… В общей картине выглядело не так уж и похабно!..

Дальше шли осторожно. Старались не забираться на заметные, высокие места. Ну и не оставлять лишних следов. По пути мы рассылали в стороны разведчиков. Им предстояло найти место для общего лагеря, чтобы иногда там пересекаться для обмена информацией.

Место нашлось довольно быстро. Характер рельефа вообще предполагал множество укромных укрытий. А тут и вовсе было полноценное убежище. Обвалившийся склон, а ещё узкая лощинка между отвалом и холмом, пробитая ручьём. А, кроме того, жёсткие кустарники по сторонам и ровная площадка у родника.

Определившись с укрытием, мы разбились на тройки. А затем наконец-то выдвинулись в сторону лагеря работорговцев. Время было ещё раннее, и каждая тройка ушла в своём направлении. Поэтому вскоре я, Мелкий и Трибэ потеряли из виду остальных спутников.

Как и с чего начинать разведку, я не представлял. Хотелось и на лагерь взглянуть поближе, и отследить, куда и зачем из него люди выходят… Но разведчик из меня был так себе. Как, впрочем, и из Мелкого с Трибэ. Поэтому для начала мы просто огибали лагерь по широкой дуге.

- Слышь, Вано… Давайте сегодня загодя место для ночёвки поищем! – зашептал мне на ухо Мелкий. – Выспаться чот охота...

Взглянув на небо, я оценил, сколько осталось до заката:

- Тогда уже сейчас можно искать!..

И мы начали высматривать местечко поуютнее. Чтобы и от зверья себя обезопасить, и от дождя прикрыться, и выспаться нормально. К сожалению, нам не везло. Подходящих мест для лагеря было, конечно, немало… Но таких, чтобы удовлетворяли всем условиям – отыскать не удалось.

В результате, пришлось снизить уровень требований.

- Без костров будем? – печально спросил Трибэ.

- Без, – ответил я. – Нечего внимание к себе привлекать…

- А вот из наших кто-то запалил, походу!.. – ревниво заметил Мелкий. – Чуете?

- Почему из наших? – удивился Трибэ.

- Ну а кто это ещё может быть? – возмутился гопник. – По-любому, наши…

- Вообще-то надо проверить! – решил я. – Если наши – тогда мне есть, что им сказать.

Искать источник дыма пришлось долго. Дым к вечеру стелился по земле, да и было его немного… В общем, обнаружить, кто и где разжёг костер, никак не получалось.

Наконец, нам повезло. Обыскивая очередную низину, я заметил отблеск пламени среди камней.

Лагерь был разбит в небольшой яме, окружённой кусками скал. Рядом росли несколько деревьев с широкими кронами, которые прикрывали свет сверху.

В общем, всё по уму было организовано. Если бы не случайный проблеск между камнями, мы бы этот лагерь не обнаружили. Так и прошли бы мимо.

Подкрадываясь ближе, мы всё больше и больше убеждались: никого из наших там нет. Голоса оказались незнакомые. Да и было их побольше, чем три. Особенно громко звучал женский голос. Иногда проскальзывали ответы какого-то мужчины. И, судя по тону, он был очень раздражён.

Ползли мы медленно, осторожно… Даже шебутной Русый проникся ситуацией. Когда до лагеря оставалось метров тридцать, Мелкий ткнул меня в плечо и указал чуть в сторону. Всмотревшись, я обнаружил там какого-то мужика с арбалетом, прятавшегося в тени камней.

- Надо обползти вокруг лагеря! Найти других дозорных! – шёпотом сказал я.

- Сделаю! – ответил Мелкий.

И тут же бодро пополз в другую сторону от мужика с арбалетом.

Сгущались сумерки. Мы с Трибэ старались не шевелиться. Дозорный всё так же сидел у камня, глядя в темноту, но нас, к счастью, не замечал. А в лагере ещё продолжали переругиваться женский и мужской голоса. В полной тишине я отчётливо слышал, о чём разговор.

Женщина требовала её развязать, чтобы она могла размяться. А мужчина отвечал, что не будет этого делать. Потому что в прошлый раз она пыталась сбежать, из-за чего весь их отряд не успел вернуться в общий лагерь до темноты. И теперь вынужден был ночевать здесь.

- Тогда… Тогда хоть брата развяжи! – требовал женский голос. – Вы его уже больше суток не развязываете!..

- Слышь, а ему это на хрена? Он же в сознание не приходит! – бурчал в ответ мужчина.

- У него в ногах кровоток нарушился! Ты что, не видишь, что ли?! – не сдавалась женщина.

И так по кругу, что явно страшно бесило мужчину. И чем больше я слушал, тем лучше понимал: просто так отсюда не уйду! Судя по тому, что удалось узнать, эта группа была как раз из работорговцев. И возвращалась «домой» из разведки. Судя по всему, их отряд добрался до моря и что-то там разнюхивал. А потом отправился в обратный путь.

По пути разведчики наткнулись на гнездо каких-то тварей. То ли это были очень крупные насекомые, то ли какое-то опасное зверьё…

Мужикам повезло: хозяев на месте не было. Зато внутри обнаружились запасы «хозяйского» провианта. К дереву были прилеплены три серых кокона, внутри которых оказались люди. Один человек, правда, уже умер, поэтому начал пованивать. Зато двое других были живы, но без сознания.

Отряд решил, что выжившие пленники им пригодятся. Можно утащить их с собой и сделать рабами. Вот только те ещё продолжали спать – видимо, под действием какого-то яда.

Буквально через пару часов по ним открыли стрельбу. Неизвестный умудрился ранить троих и убить одного члена отряда, прежде чем его удалось найти и схватить.

Стрелком оказалась девушка с винтовкой. Она искала брата, который в панике куда-то убежал и попался тем самым зверям. Чтобы его вытащить, девушке пришлось устроить охоту на этих гадов, а потом ещё и уводить их от гнезда. И это позволило разведчикам работорговцев беспрепятственно ограбить гнездо. А один из пленников, которых они забрали, был братом девушки. Что и вынудило её напасть.

Ну, во всяком случае, такую картину мне удалось восстановить. Из разговоров и ругани, а также пропущенных логических звеньев, которые я домыслил.

Но больше всего мне не понравилось другое… То, что винтовку захваченной девушки-стрелка забрали разведчики. Вместе с запасом патронов.

А, кроме того, один из них утверждал, что эта винтовка принадлежит какому-то Моряку. А, судя по обрывкам фраз, этот самый Моряк был другом их лидеров.

И если раньше я просто хотел проверить, что здесь происходит, то теперь уже не мог уйти. Первой причиной была захваченная винтовка. Лишний ствол в руках врага – лишние трупы с нашей стороны. Нельзя было позволить разведчикам донести винтовку до своих боссов.

Было и ещё кое-что… Пленники, как я понял, пришли с севера, где у них был посёлок, разорённый стаей бестий. И почему-то они были уверены, что ближе к югу, где-то у моря, располагается город. Судя по контексту, речь шла об Алтарном. И вот откуда они могли об этом знать?

Ну и последнее… Один из членов отряда был гостем из южного полушария. А значит, мог рассказать что-то интересное. Да и в целом, «язык» бы нам пригодился…

Мелкий вернулся через час. Видимо, обполз весь небольшой лагерь по кругу. Осторожно подобравшись к нам, он тихо выдохнул:

- С той стороны ещё двое! Они, типа, треугольником встали. А в лагере пятеро человек и три пленника. Двое откровенно стрёмно выглядят!..

- Да, их какие-то твари покусали и отравили… – подтвердил я. – А эти между собой общаются, вот мы и подслушали, что и как.

- Ну чё, сваливаем отсюда? – нетерпеливо спросил Мелкий.

- Да, надо валить, – согласился Трибэ.

Оба посмотрели на меня. Но я молчал.

Ну не мог я свалить просто так... Этот отряд, конечно, был слишком сильным для нас. Бойцы явно опытные, да и людей у них куда больше…

Но винтовка…

Информация…

Пленники…

Может, мы до конца всего похода не узнаем больше ничего полезного!

Я попал в классическую «вилку». Когда понимаешь, что совершенно не понимаешь, что делать – а другие ждут от тебя какого-то результата. И тут тебе, наконец, выпадает шанс принести пользу! Настоящую пользу.

И пусть это опасно, пусть страшно… Ну а что ещё делать? Там, впереди, маячит физическая смерть, а позади – позор и общественное порицание.

И пусть даже общественное порицание существует лишь у меня в голове… Этого вполне достаточно, чтобы решиться на авантюру!

И я решился.

Глянув на спутников, я покачал головой и ответил:

- Никуда мы не сваливаем! Они захватили винтовку той девушки. Нельзя, чтобы они доставили её в главный лагерь.

- Вано!.. – взмолился Трибэ.

- Тихо! – шикнул я. – Нас четверо. Их восемь. Зато на нашей стороне темнота и эффект неожиданности! Мы ведь можем всё сделать тихо. Сможем, да?

Трибэ промолчал. А Мелкий посопел и ответил:

- Да лан, мужики, натянем их... Только надо подождать, пока уснут!..

Глава 5. Совершенно безрассудно

Дневник Листова И.А.

День семьдесят второй. Тёмная ночь!

Для обсуждения плана отползли в сторону. Сумерки уже превратились в ночь, а мы всё ещё лежали и молча смотрели на лагерь, трёх дозорных… И собирались с мыслями.

Мыслей не было. Вот совсем. У меня, было, проскочила одна робкая идейка из разряда: «Если стрелять быстро-быстро – всех успеем пристрелить!». Однако пришлось её откинуть, немедленно и без сожалений. Если бы я умел стрелять «быстро-быстро», это был бы совсем другой я. И планов у меня в голове было бы много, один лучше другого.

Я, конечно, иногда тренировался быстро перезаряжать винтовку… Но до скорости того же Пилигрима мне было, как до дальней местной луны пешком. Пока я затвор дёргал и пулю вставлял, тот успевал два выстрела сделать. Ну, образных выстрела, конечно… Потому что патроны мы старались на тренировках не тратить. Очень дорого.

- Когда-нибудь они сменятся!.. – неожиданно выдал ценную мысль Мелкий.

- Кто? – не понял Трибэ.

- Эти, дозорные… Они, же, типа не всю ночь на посту будут! – пояснил гопник.

- И что это нам даёт? – спросил Трибэ.

Это однозначно должно было что-то давать.

Мы все задумались.

Нет, мы не тупые. Просто тупили. Голова отказывалась принимать тот факт, что мы сейчас пойдём кого-то убивать. И не в бою, не защищая свою жизнь, а вот так – тихо, быстро и во сне. Правда, в норме долго тупить ни у кого не получается. Вот и у меня все лимиты на тупость наконец-то оказались исчерпаны.

- Когда сменятся дозорные – эти трое пойдут спать! – сказал я. – А первые часы сна – самые крепкие. Даже если человек привык спать вполглаза. Значит, как минимум, трое из восьми будут крепко дрыхнуть. А ещё трое будут сонные, пока их смена только начинается.

Я ещё немного подумал. А потом всё-таки произнёс то, что мне говорить не хотелось.

Как в омут с головой нырнул.

- Первыми надо будет убрать дозорных. Убрать тихо и почти одновременно!

- Живыми будем брать, или это… – Мелкий поводил пальцем у горла. – Совсем?

- Знать бы, кто из них из южного полушария… – вздохнул я. – Это ценный источник информации.

- Я тебе и так скажу! – нахмурился Трибэ, а затем указал мне на спящего у костра здоровяка. – Вот этот верзила…

- Интересно, а глава отряда – наш, местный? – задал я вопрос, ответа на который ни у кого из нас не было.

В идеале, живыми стоило бы брать всех. Но где мы – и где идеал? Нам бы хоть кого-то окончательно не прибить… Уже, можно сказать, станем героями разведки.

- Значит, убиваем дежурных… – кивнул я. – Если там наш язык окажется – его просто вырубаем. А потом что? Входим в лагерь и убиваем всех, кроме пленников? Кто-нибудь вообще знает, как это тихо делать?..

- Пасть рукой закрыть! И нож в сердце! – кровожадно ощерился Мелкий.

Вот только по его виду было понятно: не умеет он так. Расчётливо двинуть по затылку? Может, знает, практиковал…

А вот так – ножом, во сне, хладнокровно и тихо – не умеет. Может, видел где-то. Может, слышал. Мелкий храбрился для себя и окружающих, но ругаться на него было бесполезно. Привык в своей среде морально накачиваться, прежде чем «на дело» идти…

Трибэ просто кусал губу. Ему явно не нравилось то, что нам предстояло делать. С другой стороны, он тоже понимал: отдавать винтовку врагам – никак нельзя. И, наконец, его метущийся мозг выдал идею, как и чистым остаться, и злодеям помешать.

- А может, просто выкрасть винтовку, а? – с надеждой прошептал он.

- Не, братан, не выйдет! Отвечаю... – ответил Мелкий. – Та бабёнка вопли поднимет до небес, как увидит, что мы за винтовкой! Весь вечер из-за неё с мужиками гавкалась… А эта жадина, типа, не спит до сих пор. Вон, недавно ворочалась…

Мелкий был прав. Мы со своей позиции видели лагерь плохо. Но даже по тому немногому, что было заметно, удавалось сделать какие-то выводы. Правда, не самые важные... «Здоровяк» из южного полушария имел большой размер ноги, а ещё носил массивные ботинки с толстой подошвой. «Бабёнка», как называл её наш гопник, была светловолосой. А командир отряда в профиль отличался орлиным носом и окладистой бородой.

После предложения выкрасть винтовку тут же поступило новое. Выкрасть винтовку и «бабёнку».

А потом винтовку, «бабёнку» и её брата.

Последнее предложение попахивало оголтелым идиотизмом. О чём мы с Мелким дружно и заявили наивному Трибэ. Ладно, попытаться умыкнуть какую-то вещь! Но ещё и двух человек, один из которых валяется без сознания? И всё это под носом у дозорных?

Этих, как ни крути, пришлось бы убивать… А что, если остальных, спящих не трогать? Хотя нет… Я, конечно, тупил, но не настолько!.. Оставлять за спиной злых, обворованных и вооружённых врагов? Это же верный путь к самоубийству. Причём, особо изощрённому.

В итоге, Трибэ принял концепцию жестокого вырезания противника. Подействовал аргумент, что те, при случае, не пощадят ни его, ни его любимую Аню. А этот самый случай для людей, которые промышляют захватом рабов – лишь вопрос времени.

Когда последние сомнения отпали, наконец-то был сформирован план.

Как мы заметили, дозорные иногда переговаривались друг с другом. Правда, делали это так редко, что вполне можно было успеть их тихо устранить. Решено было дождаться смены, а затем выждать ещё минут тридцать, чтобы отдежурившие покрепче заснули. И уже потом выдвигаться к врагу.

Для маскировки каждый из нас обмазался пылью и землёй. Чтобы навести этот грязевой «макияж», мы по очереди отползали в сторону. Честно говоря, ночью по дикой природе ползать оказалось страшно. Неизвестно, что там, в темноте, тебя ждёт. К тому же, ночь не была тиха: она полнилась звуками, страшными далёкими криками и шорохом…

Дежурные в лагере сменились лишь часа через четыре. На наше счастье, на пост не заступили ни южанин, ни глава отряда. Видимо, из-за малой численности отряда всё дежурство делили на две части. И лишь между рядовыми членами. Это было нам на руку.

И я, и Мелкий, и Трибэ успели даже немного подремать. Правда, острого желания спать у нас не было. Успели отдохнуть накануне, в лагере. В общем, мы просто слегка покемарили, чтобы глаза не слипались, когда пойдём на дело.

К дежурным выдвинулись в «волчий час»… В то самое время, когда тьма перед рассветом наиболее густая, а сон – наиболее сладок. Дозорных распределили просто: самого дальнего брал на себя Мелкий. А мы с Трибэ должны были устранить по одному из ближайших.

Где каждый из них сидит, определили заранее. Как бы те ни пытались слиться с тенями от камней, мы точно знали, куда ползти. А вот, собственно, ползти было тяжело… Наверно, если бы я регулярно тренировался двигаться по-пластунски – выходило бы лучше. Но сходу стать бесшумным и ловким индейцем Большим Змеем не удалось. Поэтому полз я, скорее, как очень беременная черепаха.

Слишком многое приходилось учитывать… И задницу нельзя было отклячивать, и камни задевать руками-ногами… Иначе один звук – и всё! А воевать втроём против восьми опытных бойцов – плохая идея. Я-то, если что воскресну, а вот Мелкий и Трибэ – без запасной жизни.

Поэтому я проползал где-то метр, а затем тщательно ощупывал пальцами землю перед собой. И убирал все мелкие камушки и ветки, которые могли зашуршать или хрустнуть. После чего снова проползал где-то метр.

Одна луна скрылась за горизонтом, а вторая давала мало света. Было темно, хоть глаз выколи. К нужному сроку, когда луна опускалась ещё ниже, я всё-таки добрался до нужной позиции. Замер на земле, примерно за спиной у дозорного. В руках был зажат нож, и я мучительно пытался придумать, как им теперь бить. Слышал, что горло надо ещё уметь резать… Если просто полоснуть – будет много шума от жертвы. А вот в сердце удар был надёжнее. Вроде бы…

Конечно, я мог воспользоваться камнем, обмотанным тряпкой… Вот только боялся, что ударю слишком слабо, и дозорный успеет поднять тревогу.

И тут последовала очередная перекличка:

- Как сами?

- Нормально…

Мой дежурный ответил, но не сразу.

И не оттуда, где я ожидал его в темноте найти.

- Ага…

Он был в стороне! А ведь мы с Мелким и Трибэ договаривались начать с переклички дежурных... Значит, время пришло. Чего уж там, оно прямо-таки поджимало!..

Я чуть было не начал суетиться. Сначала дёрнулся в сторону голоса. А потом замер, прислушался… Совсем рядом во тьме раздались шаги и бормотание:

- Уже и не поссышь спокойно… Сука, да когда же светать-то начнёт?..

Я осторожно подтянул ноги к груди… Приготовился… И едва шаги зазвучали совсем рядом, восстал перед дозорным, как молчаливая тень возмездия.

Всю мою решимость, весь запал я вложил в один-единственный удар... Нож вошёл между рёбер слева и чуть под углом. Я шагнул к врагу, крепко обнимая его, чтобы удержать от падения, а заодно заткнуть рот плечом. Моим нежным объятиям мешала только рукоять моего же ножа…

Зато я, кажется, попал. Прямо в сердце. Во всяком случае, лицо дозорного застыло в посмертной маске удивления.

Тихо опустив его на землю, я услышал какую-то возню. Похоже, звуки шли со стороны того дежурного, к которому уползал Трибэ.

А потом прозвучал голос:

- Опа! У меня тут гость!

План висел на волоске, как и жизнь моего друга. Правда, адреналин ещё бурлил в моей крови. Поэтому подступившую было панику смыло, как волной. А я, стараясь подражать голосу убитого дежурного, глухо ответил:

- Ага… Дай гляну!

Не знаю, получилось ли у меня… Но я, не скрываясь, спокойным шагом двинулся к третьему дозорному. А тот даже особо не возражал. Он стоял спиной ко мне над телом Трибэ. И, услышав мои шаги, только спросил:

- Вась, может, разбудить командира?

- Ага, наверно… – отозвался я.

А потом резко зажал ему рот и полоснул ножом по горлу. Очень старался не зажмуривать глаза и резать глубоко, чтобы наверняка. Правда, враг тут же дёрнулся и попытался вырваться. Но кровь уже била толчками из горла. А вместе с ней тело дозорного покидали силы и жизнь.

Но пока они ещё были, он успел немало: дважды дать мне локтём по рёбрам, раза три лягнуться, всем весом повиснуть у меня на руках… Я стоически терпел. И только когда тело перестало трепыхаться, осторожно опустил его на землю и потянулся к Трибэ.

Друг был жив, но без чувств. Решив не жалеть «лечилки», я сразу вколол ему одну. Услышав рядом какой-то шорох, резко навёл винтовку на источник звука… Но, оказалось, это Мелкий, который сразу, хоть и шёпотом, подал голос:

- Как тут?..

- Снял дозорного, но Трибэ в отрубе… – шепнул я в ответ.

- Ну ё!.. Так и не решился… – вздохнул Мелкий. – Двинуть бы ему в зубы…

- Успеем… Давай дальше вдвоём! – я махнул рукой в сторону лагеря.

И тут же понял, что Мелкий в темноте мог не заметить этого жеста. Поэтому предложил ещё раз, тихим голосом.

– Поползли…

Мы подбирались к нашей цели, как два червя и один идиот. Конечно, у меня теплилась надежда, что мы были гордыми и смелыми червями… Но, скорее всего – просто земляными червяками, которые очень стараются не привлекать к себе внимания. И в этой благородной цели нам мешал один идиот, который чего-то успел нализаться – и теперь подражал нам, но… По-идиотски.

Я, конечно, Русого имею в виду. Полночи он где-то бегал, но как только мы пошли на дело – сразу же присоединился. Все втроём мы замерли на самом краю круга, освещённого затухающим костром. Надо было оценить обстановку. Ладно, мы с Мелким оценивали, а Русый просто пытался не шевелиться. И при этом, видимо, не заснуть.

У самого костра, растянувшись в полный рост, спали южанин и глава отряда. Причём, последний нежно обнимал во сне трофейную винтовку, будто прижимая к себе плюшевого мишку. А южанин просто развалился и храпел, выводя мясистым носом затейливые рулады.

Трое отдежуривших бойцов спали во внешнем круге от костра. Ещё три кровати пустовали. Чуть дальше, у камня, лежали пленники. Они, кажется, тоже дрыхли без задних ног. Правда, в темноте было сложно разобрать, но вроде бы никто не ворочался.

Я попытался объяснить своему «невменяшке», чтобы не лез под руку. Во всяком случае, если не начнётся бой. И очень надеялся, что Русый понял эту простую мысль.

После чего я указал Мелкому на одного охранника, а сам приготовился подкрадываться к другому.

Как только я тронул гопника за плечо, мы, низко пригнувшись, скользнули к спящим врагам. Я не дал себе времени для сомнений: прицелился куда-то в район между вторым и третьим ребром – а затем ударил, одновременно зажимая человеку рот и нос. Тот успел широко раскрыть глаза, дёрнулся, выгибаясь дугой… И сразу обмяк на своей лежанке.

Если мне и было стыдно, то лишь чуть-чуть. Воспоминания о том, как наших людей уводили в рабство, ещё не успели стереться из памяти. И это помогало мне не страдать гуманизмом по отношению к мирно спящим негодяям.

Рядом похожие манипуляции совершил Мелкий. С первого удара в сердце не попал, но вторым всё-таки добил задёргавшегося врага. Мы переглянулись, и я стал подкрадываться к третьему спящему бойцу.

Наш авантюрно-диверсионный план был близок к успеху. И это окрыляло.

- Просыпайтесь! На вас напали! Проснитесь, идиоты! – а вот громкий визг белокурой дурёхи совсем не окрылял.

Даже мешал.

И, вот беда, все и вправду сразу проснулись...

Ну, кроме двух оставшихся пленников. И пусть врагов осталось всего три, но ведь и у нас были потери. Трибэ всё ещё валялся в отключке.

Поэтому я рывком кинулся к намеченной жертве. Примериваться, куда бить, времени не осталось. Мужик вскинулся на крик и, не соображая со сна, вертел головой. Мой нож вошёл ему справа в грудь по самую рукоять.

- Ах-х-хр! – всхлипнул тот, схватив меня за воротник.

Краем глаза я заметил, как покатились по земле, сцепившись в клубок, Мелкий и южанин… И как начал наводить на меня винтовку глава отряда… Я попытался прикрыться подранком, но в этот момент белобрысая скотина больно пнула меня в бедро. Прямо связанными ногами!..

Мелькнул чёрный кружок дула… Мимо пронёсся грязно-рыжий комок меха. И главарь заорал от боли, роняя винтовку.

В ногу ему вцепился Русый. Правда, почему-то мой питомец лежал на земле боком. Видимо, его ещё не отпустила очередная чудо-трава…

А мне в задницу прилетел пинок. Я вот был прямо-таки уверен, что пинок опять отвесила белобрысая. Стокгольмский синдром у неё, что ли?.. Очень хотелось развернуться и двинуть ей, чтобы поумнела…

Но в этот момент главарь-таки дотянулся до «винтовки раздора». И, похоже, решил в первую очередь пристрелить Русого. Не, ну логично: этот наглый засранец всё ещё двигал челюстями, лениво пожёвывая чужую ногу…

А я – на нервах, видимо! – забыл, что у меня тоже есть оружие… Ещё и заранее заряженное. Поэтому кинулся бить главаря голыми руками. Первые два удара я с разбегу влепил по рёбрам. Что-то хрустнуло, а кулаки пронзила острая боль. Оставалось надеяться на то, что хрустели всё-таки вражьи кости, а не мои руки.

Во всяком случае, командир взвыл ещё громче. Слепо махнул в мою сторону кулаком. И попал в грудь, заставив меня отшатнуться на пару шагов назад.

Тут же по заднице прилетел сдвоенный пинок от уже задолбавшей блондинки… Оказалось, она не постеснялась ползти за мной ногами вперёд. Было, конечно, обидно… Но объяснять ей, что так делать нельзя, а мы вообще-то хорошие – времени не хватало.

Пользуясь приданным ускорением, я рванул к главарю и влепил ему прямой удар по яичкам. Тот взвыл совсем уж громко и пронзительно. Прямо как старенький певец Витас с Земли, который давно перевалил за сотню, но всё ещё с успехом давал концерты где-то в Азии.

А я, не став останавливаться, долбанул вопящему главарю в лицо лбом. И это заставило врага, захлебнувшись криком, упасть на землю.

Мимо прокатился Мелкий, всё ещё в одном клубке с южанином. Отступив от поверженного главаря, я наконец-то вспомнил о своём оружии. Выхватил винтовку и со всей дури приложил южанина прикладом по спине. Тот, зараза, как раз умудрился развернуть нож Мелкого острием к гопнику и начал давить его массой. А после удара, вскрикнув от боли, выпустил оружие, и мой товарищ не сплоховал. Решительно вонзил клинок врагу в плечо, заставив того истерично заорать.

Я собирался добавить ещё разок… Но в этот момент сзади раздалось:

- А ну-ка бросил оружие, мразь!

Я начал медленно разворачиваться на голос, и в этот момент прогремел выстрел. До чего коварная дурёха, а!.. Меня отбросило вперёд, разворачивая в полёте. Пуля ударила куда-то в район поясницы. А девушка, уже освободившись от пут, стояла на коленях и неуклюже дёргала затвор распухшими руками.

Она даже выбросила гильзу, а я всё никак не мог пошевелиться. Ног вообще не чувствовал!.. Да и руки слушались плохо: максимум, что они позволяли – просто барахтаться по земле.

В этот момент в поле зрения снова появились Мелкий и южанин. И опять в клубке. Зато теперь над южанином нависла новая беда. В лице очнувшегося Трибэ, забрызганного кровью убитого мной дежурного. Мой друг как раз замахивался камнем.

Мимо меня, извиваясь, прокатилось что-то… Мохнатое, грязное и похожее на толстую змею. Само собой, это оказался Русый, оставивший в покое главаря и рванувший к девушке. Докатившись до неё, он взвился в прыжке – прямо из лежачего положения. И, прихватив зубами ствол, вырвал из её рук винтовку. А блондинка, не ожидавшая такой подставы, не смогла удержать оружие. Зато горестно возопила вслед уползающему червяком Русому:

- Отдай! Моё!..

Неуклюже перебирая руками и ногами, она на четвереньках рванула в погоню. Но куда там!.. Русый ловко лавировал между валунами, даже не поднимаясь на лапы. И, задевая камни то дулом, то прикладом, стремительно сваливал в ночь. Вместе с драгоценной винтовкой.

Гулкий удар возвестил о том, что Трибэ, наконец, опустил камень. Но не успел я повернуться на звук, как тут же раздался второй гулкий удар.

У ног Трибэ лежали двое. С одинаково окровавленными головами. Южанин и Мелкий.

- Трибэ! Ты что сделал, а?! – возмутился я.

- Сначала промахнулся, а потом – попал! – расстроенно, чуть не плача, ответил он. – Они просто вместе катились… Не разберёшь, кто где…

- Живо коли Мелкому «лечилку»! А потом сразу мне! – взвыл я.

Из темноты донёсся горестный женский вопль:

- Моё!!!.. Отдай!!!..

На фоне посветлевшего неба я увидел тень Русого с винтовкой в зубах. Он вспрыгнул на камень, положил рядом оружие – и, вскинув морду кверху, радостно завыл, приветствуя такой новый, интересный и весёлый день…

Появившаяся из темноты рука схватила его за лапу, сбросив с камня. На свою голову, естественно… Ибо спустя секунду до нас донёсся истеричный женский визг. Русый, конечно, не прочь поиграть в догонялки… Вот только не надо в момент триумфа хватать его за лапы!.. И, тем более, скидывать на землю.

Ещё через секунду мой питомец снова появился на камне. А затем подхватил трофейную винтовку и радостно ускакал дальше.

Вслед ему неслись обиженные крики «Моё!», прерываемые горестными всхлипами. Правда, конечно же, никакого воспитательного эффекта это не произвело. Не знала дурёха, с кем связалась…

Трибэ сунул мне в рот ампулу «лечилки», а в руку – флягу с водой. Я немедленно проглотил пилюлю.

- У тебя кровь на спине! – увидел в свете костра мой верный, но уже не такой надёжный друг.

- Найди там дырку от пули! – потребовал я. – Переверни меня на живот! Найди дырку от пули и достань её! Живее!..

- Да ты что, издеваешься?! – возмутился Трибэ. – Я же не врач, блин!

- Если ты этого не сделаешь, то и мужиком быть перестанешь! До покупки репликационной капсулы!.. – теряя терпение, заорал я.

Уж слишком много на меня сегодня навалилось…

На секунду Трибэ завис, а потом всё-таки перевернул мою тушку на живот. И принялся водить дрожащими пальцами по коже.

- А это что?.. Нашёл! Вот она, пуля! – наконец, обрадовался он.

Я хотел сказать ему, чтобы вытаскивал быстрее, но Трибэ и сам, поковырявшись во мне, за что-то там ухватился и потянул...

Где-то через три, как мне показалось, бесконечных секунды, мой мозг не выдержал издевательства и боли.

И я благополучно отрубился.

Дневник Листова И.А.

День семьдесят второй. Светлая дня, чтоб её!

Я лежал на жёстком ложе из жердей, которое мне соорудил Трибэ. Послаблением был только валик из одеяла под головой. Чтобы я мог смотреть не только вверх, на голубое небо – но и на виновато сидевших перед мной подчинённых. И на стоявшую пленницу.

- Какого хрена, а? – первое, что я спросил, оглядывая всех этих придурков из-под полуприкрытых век. – Это был простой, сука, план… Надёжный, как молоток! И так обосра-а-а… А-а-а, да что с вас, идиотов, взять!..

Я бы махнул рукой, но руки пока ещё слушались плохо. Трибэ, конечно, замотал мне поясницу бинтами… Вот только пуля, пробившая флягу с водой, толстый кожаный пояс и комбез, всё-таки добралась до позвоночника. Верхняя часть тела у меня хотя бы кое-как функционировала. А нижнюю я вообще не чувствовал.

- Ну а чо мы-то? – спросил Мелкий, тронув повязку на голове и поморщившись. – Это всё эта придурошная! Орала на всю округу, тебе мешалась, стреляла!.. Вот и спасай после этого баб…

- А я откуда знала, что вы нормальные?! Эти-то, хоть и козлы, но меня не лапали ни разу… И сказали, что здесь вокруг одни бандиты, так что бежать некуда! – возмутилась девушка. – И как я должна была узнать, что вы не бандиты? Морды грязные, и людей во сне режете!

Она переминалась с ноги на ногу, с завистью глядя на сидящих Трибэ и Мелкого. Руки у неё были связаны впереди. Зато ноги – свободны. Поэтому она то и дело начинала ходить туда-сюда, активно прихрамывая.

- Да сядь ты уже! – нахмурив лоб, попросил я её. – Не маячь…

- Спасибо, постою!.. – недовольно прошипела девушка.

- Вано, а она не может сесть! – ухмыльнувшись, заявил мне Трибэ.

Из-за чего заработал очень рассерженный взгляд девушки.

- Ты! – я перевёл взгляд на Русого. – Ты за что её кусал?!

Русый показал, за что именно. Я впечатлился. Обозвал его дураком лохматым. А он показал мне таракана, раздавленного лапой.

- Трибэ, ты-то чего ржёшь? – сурово уставился я на друга. – Кто Мелкому башку повредил?

- Я помогал!.. Я потом исправился! – разом посмурнев, взмолился Трибэ.

- Ага, исправился! А меня-то ты уже сломал! – тут же перехватив инициативу, заржал Мелкий.

А потом потрогал кровавую повязку на голове и снова поморщился.

- Ты мне больше не помогай, ладно? – попросил он Трибэ. – А то я так долго не протяну…

- Нам нужно было взять двух пленников! – кряхтя, как старое дерево, я всё ещё пытался быть суровым и непреклонным. – Главаря и южанина! А у нас вместо них – немой и идиот! Ты, Трибэ, когда «исправлялся», мог хотя бы силу рассчитать?

- Неа… – ответил тот, почти не смутившись.

- А меня с братом вы не хотите отпустить?! – не к месту возмутилась блондинка.

- А тебя как зовут? – устало глядя на эту дурёху, спросил я.

- Кэт…

- Отлично, Кэт… Бери своего брательника и вали отсюда!.. – рявкнул я. – Видеть тебя не хочу!

- Ну и ладно… – мрачно засопев, она решительно подошла к брату и попыталась тащить его связанными руками.

Не получилось.

Блондинка явно расстроилась. Чуть не заплакала: нос покраснел, губы задёргались… Но я был суров и неумолим.

Ещё раз показал ей строгим взглядом сначала на брата, а потом – в сторону. Проваливай, типа. Пока попутный ветер без камней.

- Руки развяжите! – собрав волю в кулак, потребовала она.

- Не… Нафиг надо, подруга! Ты слишком дерзкая! – засмеялся Мелкий.

- Тогда винтовку… Винтовку хотя бы отдайте! – взмолилась Кэт.

- Неа… Это наш трофей! – с показным равнодушием отозвался Мелкий.

- Что с бою взято, то свято! – блеснул познаниями Трибэ.

- Так я её сама с бою взяла!.. Это моё! – сразу растеряв мольбу в глазах, сердито возопила девушка.

- Ага, Русому это расскажи… – я указал на питомца, который лежал на двух винтовках, моей и трофейной.

И, судя по протрезвевшему виду, был в полной готовности выполнить мой приказ. Ну, то есть, что-нибудь откусить тому негодяю, который попытается забрать оружие.

Блондинка оскорблённо хмыкнула и отвернулась. А я смог хорошенько рассмотреть на её пятой точке, туго обтянутой штанами, следы от зубов бестии.

Правда, девушка быстро передумала обижаться. И снова повернулась к нам.

- А вы тут город не видели? – с надеждой спросила она. – Отправьте меня туда!

- Тут города нет! – начиная злиться, ответил я. – И мы пока туда не планируем!

- И что, так и не развяжете? А как я с братом пойду? – похоже, молчать эта пигалица не умела.

Приняв горделивую позу, она смерила нас презрительным взглядом. А потом сощурила глаза и мстительно пригрозила:

- Тогда я останусь и буду вас изводить!

- Слышь, чувиха… А чё ты прицепилась? – перекосившись, как от зубной боли, спросил Мелкий. – Может, тебе кляп в рот засунуть? А то смотри!.. Мне и Вано покой нужен! Мы ваще больные!..

- Мне тоже! – возмутился Трибэ. – Я теперь – криворукий мазила. И мне надо пережить этот стыд и позор!

- Не надейся! – сразу же нашёлся я. – Ты его не переживёшь… Я буду напоминать тебе о нём до самой смерти!..

- Своей или моей? – с интересом уточнил мой друг.

- Ты мне угрожаешь? – насупился я.

- Ага! – обрадовался тот.

- Тогда иди, блин, трупы закапывай! – сурово приказал я.

- А чего я-то? – возмутился Трибэ.

А затем посмотрел на меня и Мелкого… Ещё раз оценил наше состояние, расстроился и глянул на Кэт:

- Давайте её заставим, чтобы меньше болтала?

- Эй! – оттопырив укушенную попу, девушка указала на неё связанными руками.

- Братан, да ты тупо нарываешься! Вот расскажем Ане, как ты любишь эксплуатировать девочек этим… Как его?.. Тяжёлым физическим трудом, во! – бессовестно заржал Мелкий.

- Сам-то понял, что сказал? – не выдержав, хохотнул Трибэ.

- Всё, Трибэ, топай могилы делать! – уже нормально попросил я. – Трупы начали вонять. А мы тут, похоже, застряли на несколько дней...

- Кровь всё равно останется! – заметил Трибэ, скептически осматривая место ночного боя.

Словно ему в ответ, вдалеке громыхнул раскат грома.

И это стало последним аргументом, чтобы начать шевелиться. Дождь смоет кровь. Правда, он может заодно смыть и нас, и даже нашего криворукого могильщика.

Лагерь надо было приспособить для защиты от непогоды. И всё это предстояло делать Трибэ.

Он ведь единственный отделался только шишкой на голове. Ну и уязвлённым самолюбием, но поверьте мне: для настоящего колониста – это сущие мелочи...