Город Гоблинов. Увиденный. Книга 1. Принц в меховых трусах

Глава 1. Интерлюдия 1. 506-й уровень ​

Тридцатый уровень игрока, не так много, но и не так мало. Перекинуть тело в боевую форму и любимая карта D ранга. Старый добрый плазмомёт ротной поддержки в узком и длинном коридоре грохнул упорами и уцепился за пластик палубы древнего рудовоза, почти разгерметизированного ипадающего в атмосферу газового гиганта. Корпус был разорван в десятках мест, по всей обшивке висели десантные боты, выпуская абордажные команды. Он просто почувствовал по вибрации, что пора, они близко, и открыл огонь. Спереди разлилось море огня, а сзади две девушки бежали к спасательной капсуле, с виду обычной, но только с виду. Он это знал, но забыл, и никто его не заставит вспомнить, просто помнил, что так надо, обязательно надо, и каждая секунда, которую он проживёт здесь, это время для них там.

Прорезав космос, пробив десятки палуб, в старый истерзанный рудовоз вонзилась игла флайера и раскрылась, выпуская мужчину. По коридору шел он, в нарядном мундире, без знаков различий, но его различие – в статусе игрока 506-го уровня. Этого он никогда ни от кого не скрывал. Он шёл по коридору, к замолчавшему плазмомёту.Трёхметровые штурмовики в боевых модификациях тел, становились на колено и опускали голову. Даже визоры роботизированных боевых машин, сидевших на потолке и стенах отворачивали свои камеры в сторону и отключали прицельные комплексы, чтобы не дать даже малейшего повода усомниться в своей лояльности.

И у 506-го была своя боевая форма, которую он мог применить в любую секунду, но всегда предпочитал оставаться человеком, и все избыточные очки системы развития отправлял в неё. Расовая особенность жителей империи, о которую обломали зубы многие приходящие в их мир агрессоры. Она позволяла развиваться в уровнях практически безгранично, имела резистентность к большинству магических воздействий и крайне тяжело уничтожалась.

Он дознаватель. Он вне категории и вне закона. Даже сам Император, по движению руки которого вершится любой приказ в любой из семи звёздных систем, старается двигать рукой так, чтобы не пересечься с траекторией их интересов. Подошёл к израненному мятежнику, напичканному таким количеством боевых стимуляторов, что тот не замечал оторванную руку и сквозные дыры в скафандре, залепленные медицинской пеной. При приближении мужчины в форме, воин, как и все остальные, почтительно опустился на одно колено.

- Где они?

- Я провожу, господин старший дознаватель, - ответил однорукий боец.

***

Две девушки бежали к спасательной капсуле, но это была одноместная спасательная капсула. Архонт Тола 36-го уровня, была готова драться хоть с самим императором, защищать свою наставницу, пока сработает капсула. Она её старшая сестра, подруга, учительница и самый родной человек. Её 103-й уровень так много и так мало. Она чувствовала, как дёрнулся корпус старого рудовоза, когда его пробил челнок, она ощутила, когда затих гул выстрелов, но они успевали. Капсула уже была открыта и настроена:

- Я тебя люблю, - произнесла Тола, но не отводя взгляда от прохода в котором вот-вот должна появиться фигура дознавателя.

- И я тебя люблю, моя сестричка, - услышала она ответ голос сзади и почувствовала, как её тело на мгновение напряглось, а затем обмякло, штурмовой комплекс выпал из рук, вернувшись в карту, и её в одно движение швырнули внутрь капсулы. В руки парализованного тела вложили кристалл, древний божественный артефакт инициализации игрока и надели сумку первого уровня. Она не могла управлять собой, была парализована, а крышка закрывалась. Это она должна умереть, а уйти её сестра, наставница, игрок 103-го уровня. Это неправильно, нелогично. И темнота.

***

Грохоча бронированными башмаками магнитных подошв по коридору выработавшего все возможные ресурсы, давно забытого и выброшенного на свалку ничем не приметного рудовоза, которых тысячи летают на орбитах вокруг любого астероидного пояса, шёл однорукий воин и человек в парадной форме. Этот обшарпанный рудовоз был особенный, именно на нём мятежники устроили своё гнездо, не проинформировав об этом специально обученных людей дознавателей, и сейчас он пылал, падал, и уже почти касался атмосферы огромного газового гиганта. До столкновения оставались считанные часы, и скоро он сойдёт с орбиты, и навсегда исчезнет внизу, но надо было успеть. Проход перекрывала бронированная дверь. В руках человека в форме без знаков различия мелькнула карточка Безграничного Доступа, три тысячи очков системы ушло на активацию и перешло в направленную энергию. Металл, защищавший главное реакторное отделение, толщиной в пять метров, просто раскрылся. Он вошёл бодрым шагом, подошел к капсуле около которой лежало тело мертвой женщины, игрока 103-го уровня. Взмах руки, и спасательная капсула раскрылась. В ней лежала ещё одна мёртвая девушка, игрок 36-го уровня.

Теперь старший дознаватель видел всех мятежников. Две мёртвые женщины, стоящий за спиной израненный боец, двое пленных внизу и один мёртвый в командной рубке. Все на месте, всё было правильно, но старшему дознавателю не нравилось. Внутреннее чувство, личная интуиция просто кричала, что его где-то обманули, но он не понимал в чём и как. Пленные и однорукий ничего не расскажут. Они сознательно удалили воспоминания, оставив только чувство долга, а эти предпочли умереть. Одна убила себя сама, а вторая просто включила спасательную капсулу, подключенную в никуда.

Нет в этом мире силы, которая не подчиняется слову дознавателя, даже сам император даёт распоряжения, что не в силах никто отменить, с оглядкой на их мнение. Все отступники этого мира давным-давно, пусть и тайно, служат воле дознавателей, но постоянно выкидывают какие-то свои глупые козни, вспоминают давно ушедшие истории из далёкого времени, которые уже давно пора забыть, перестать вытаскивать из глубин времени старинные сказки. Всё, что произошло на этом рудовозе было ещё одной тупой выходкой, исполненной с максимальным пафосом и самопожертвованием. Как же его это всё бесило.

По корпусу пробежал гул, гравизахаты подошедшего крейсера тащили старый рудовоз на высокие орбиты, предотвращая импакт. Они, как обычно, разберут всё по молекулам, пытаясь понять, что это было и для чего, но скорее всего ничего не узнают, как это обычно бывает. Ещё надо будет попросить богов оживить отступников, но это вряд ли. Во всех делах, что касались хранящих древние знания, небожители держали нейтралитет.

Старший дознаватель 506-го уровня выдохнул, позволяя себе крошечную эмоцию, качнул головой. Как же они его бесят!

Глава 2. Неожиданная гостья

Я развёлся. Бывшей жене сорвало крышу. История тягостная, когда наступает бешенство матки, но бывает. Двое детей были обеспечены, у каждого осталось по квартире в центре. Младший живёт с мамашкой, а старший в той квартире, что я получил при разводе. Скромную восьмидесятиметровую трешку в центре я сразу отдал старшему. Да, дом был не очень новый, но зато квартира была с нормальной квадратной кухней, а самое главное, сын жил отдельно от матери, хотя и в той квартире у него была своя комната. История сложная, тёмная, личная, но лучше любить издалека и из собственной квартиры, чем жить на одной жилплощади.

Если честно, всегда любил женщину, другую, высокую, с большой грудью, но так иногда в жизни складывается, что как-то наши интересы не сошлись, и жизненные пути разлетелись. Любовь - чувство ультимативное. Либо ты берёшь свой идеал, либо тебе вообще пофиг с кем связываться и от кого детей рожать, достаточно лёгкой влюблённости. По большому счету, ни у кого из женщин не бывает поперек, у всех вдоль, и разницы нет.

Прожили двадцать лет, но разошлись. Такое тоже бывает. Я вообще не привык оглядываться назад, практически не помню то, что было сзади, иногда открывая старые фотографии. Просто потому, чтобы перенести архив с одного места в другое, иногда интересно глянуть, и вспоминаю много подробностей. Да, какие же молодые были и какими физическими возможностями обладали. Но у меня, наверное, генетическая особенность, с трудом вспоминаешь прошлое, где, чего и как обижен практически весь мир ранее. Кстати, очень помогает, когда работаешь с людьми.

Вообще всё было неплохо, и здесь заслуга именно моей мелкой, плоской, безсиськовой жены, хотя задница у нее была отличная. Внутренние ощущения девочки из деревни, которая хотела стать принцессой, всегда стимулировало. Вместо обычной поездки в Турцию мы должны были поехать куда нибудь не ближе Тенерифе, а если ехали в Дубай, то заезжали в столицу Эмиратов или даже дальше, беря экскурсии в Оман и к Саудитам. Я бы, как простой обыватель, поехал в тысячный раз в Турцию, но именно благодаря деревенской безсиськовой девчонке с кучей комплексов, удалось объехать полмира. Она хотела большего, и мне приходилось поднимать задницу и подстраиваться. Были даже круизы и дальние путешествия в Азию с обязательной покупкой «Вьютона». Но потом всё оборвалось. Жалею? Нет. У меня две жизни. До и после. Обе отличные и совсем разные. Без неё я бы никогда не побывал там, хотя и эта часть закончилась. Как по мне, совсем неплохо прожили. Бизнес свернулся, переведя деньги в квартиры, одна из которых досталась младшему с бывшей женой, другая старшему, а мне только старый пружинный «Крузак» арабской сборки.

Много думал. Сохрани мы тогда что-то из коммерции и раздели, я был-бы чуточку богаче, но и она тоже. Если бы у старой жены остались доли магазинов и офисов, меня бы сейчас жаба душила, а так только квартиры, которые после её смерти перейдут детям. Делить нельзя, продать тоже сложно, пассивного дохода нет. Меня всё устраивает.

Несмотря на техническое и даже математическое образование, я пошёл в другую стезю и занялся недвижимостью и торговлей, а после развода женился второй раз и стал писать книги, хотя бренные кирпичи не бросил. Как по мне, я воплотил в себе старый анекдот про «армяна», или в каждом регионе своя национальность таксиста, который рассказывает, что он олигарх, имеет аренду с двух сараев, где «Пятёрки» стоят, а таксование – для души. У меня не как у олигарха, а всё своим трудом, но на жизнь не жалуюсь. Я работаю писателем и горжусь этим, а деньги зарабатываю с продажи бренных кирпичей в новостройках. И распределение классическое по Парето, восемьдесят процентов труда над книгами и двадцать процентов денег, когда новая выходит, если повезёт, а потом продал три квартиры, и больше в этом месяце ничего не надо делать, и как зомби-лунатик идёшь к ноутбуку и начинаешь новую главу писать. Зато, когда это у тебя писательство не промысел, книги получаются такими, что сам с удовольствием перечитываешь и думаешь, да ладно, это всё я? И сразу по столу глазами пробегаешь, но нет, кроме кофе, никаких больше стаканов, рюмок и окурков не валяется.

О чём писал прямо сейчас? О всём, о жизни и модном, а конкретно фантастическом, что никто не знает, но все перебрёхивают. Говорят в «интернетах», вроде в наш мир пришла система, и где-то там, в секретных бункерах живут игроки, которые отрубленные ноги и руки по щелчку пальцев отращивают и потусторонних монстров и драконов голыми руками душат. Слухи не без оснований, и наверняка что-то происходит, но пока удавалось найти только крохи информации о том, что происходит по-настоящему, но много ли писателю надо? Всё в этом мире придумали и назвали такие как я фантазёры, задолго до того, как эти вещи и изобретения появились в принципе.

Который раз убеждаюсь, что моя писательская психика, в отличие от остальных людей, очень сильно отличается. Если кто в лифте разговаривает сам с собой, то он того, а я книгу придумываю, и совсем не стыдно, и пусть идут лесом, или решают, что мой наушник от телефона не увидели. Сегодня собрал большой кусок новых черновиков, ибо был один. Дети выросли и имеют свою жилплощадь, а новая жена у меня умная и уехала огромный завод в Сибири автоматизировать на три недели. Квартиры по своей работе риэлтором вроде продал, денег заработал, и никуда бежать не надо, вот и засел за текстом.

Краем глаза увидел, как в комнате образовалась густое туманное облако, превратившееся в контур девушки, а по полу распались крошечные чёрные пирамидки. Моя психика отличается от психики остальных тем, что она всегда спрашивает: «Нестор, ты сейчас будешь блевать, бежать, падать в обморок или потом?». В моменте я всегда собран, серьёзен и действую с хладнокровием, которому только завидовать, поэтому не упал в обморок, не убежал и вообще не испугался.

Худая, даже тощая девушка, голая, вернее, одетая в одну тряпичную сумку через плечо, застонала и начала заваливаться на пол. Как бы сказать? Она была слегка подгнившая, с бледной, сероватой кожей. Я вскочил с кресла и подхватил. Неожиданная гостья на ощупь оказалась не так плоха, довольно плотная, вовсе не лёгкая для своих габаритов, и не воняла. Несмотря на явные признаки подгнивающей плоти, скорее всего, это было антуражем. Наверное, это так и должно выглядеть, и, возможно, это вовсе не то, что я подумал. Помню, у меня в холодильнике килограмм фарша неделю прятался. Оставленный перед командировкой моей новой женой, тихо лежал и гнил. Я готовлю, но она купила перед отлётом, положила, а мне не сказала, а я, пока дома один, дальше полки с яйцами и коробки с сосисками не заглядываю. Вот тогда воняло, так воняло, и я сам по себе запах дохлого мяса чую прямо сильно. Даже пластиковый контейнер, в котором лежал фарш, не пытался спасти, сразу выбросил, героически вынеся мусор.

Девушка застонала, теряя сознание, пытаясь удержаться разумом за реальность, как ищейка обвела взглядом квартиру, словно что-то вынюхивая.

– туда, – тихо прошептала она, повиснув у меня на руках и указывая на стену, примыкающую к соседской квартире.

Я чуть сдвинулся, а она шептала:

– Ближе, ближе, ближе.

Подтащил её к самой стене, всунув между тумбой и подвешенным телевизором, сдвинув провода и вытерев пыль женским телом за много месяцев накопления. Таким девайсом как телек я не пользовался уже и не помню сколько, поэтому глубинные слои запыления, что прячутся под проводами и со временем мутируют в паутину, никто не беспокоил уже бессчётное количество сезонов.

Ближе некуда. Я её просто вжал в стену, и она вздрогнула. Может мне показалось, но я увидел, к руке девушки потянулись серые нитки тумана, а за стеной отчаянно взвизгнула соседская псина, а следом дурным голосом завопила хозяйка. Дом у меня кирпичный, и проорать стены сложно, но и собачонка крысоподобного размера, и хозяйка, были не в себе и ухитрялись постоянно генерировать звуки на повышенной громкости, при этом даже несущая межквартирная стена не спасала. Псина лаяла постоянно, а тётка орала, но никогда до этого я не слышал, чтобы она делала это таким тоном, а вот псины почему-то не слышно. Девушка расслабилась, откинулась на спину и слегка улыбнувшись произнесла:

– Я Тола. Я архонт. Эта карта желаний. Возьми что пожелаешь. Выживи. Убей всех, – и одела мне на шею свою сумку, швырнув внутрь предмет напоминавший некую карту, а в её руке вспыхнул неярким светом кристалл.

– Игрок? – озвучил я первую промелькнувшую у меня мысль.

Система, другие миры, всё страшно секретно, даже писатели, вроде меня, повадились книги писать. Всё это в нашем мире было, хотя толком никто ничего не знал, но это было самое правдоподобное, после НЛО, конечно. Может, вот так они и ходят, голые, словно терминаторы, и всех магией убивают? Но в ответ только качнули головой:

– Нет. Игрок это теперь ты. Секунда здесь – много часов там. Иди и убей. Мне взятой души хватит, чтобы дождаться тебя. Спаси себя, спаси меня, спаси, – произнесла она, и вокруг меня всё сменилось.

Для таких ситуаций хорошо быть писателем, жить в своей реальности и, наверное, иметь бронированную психику, когда всю жизнь с людьми работаешь. Если сейчас и схватил галюнов по полной, то не сильно и отличается от того, что привык в голове держать. Я весь такой голый, с сумкой через плечо, каменная плита, вокруг туман, а передо мной низкорослый, маленький, больше всего похож на негра, но какой-то сухощавый, сморщенный, размером с подростка мужичок, наряженный в драные лохмотья. Если бы подбирать из сказочных персонажей, вроде сморщенного, чёрного, лысого и побритого хоббита, только сильно тощего. Он смотрел на меня, а потом вскинул что-то тяжёлое и довольно корявое. Ещё секунда, и после вопля бросился на меня.

С моей стороны вариантов не было . Если не хочу отмахиваться тем, что есть у любого мужчины, то всё остальное может быть только в сумке. Я сунул руку внутрь, нащупывая содержимое. Что-то наверняка должно быть внутри. В руки попалась карта, и тут же почувствовал в ладони другое, что-то иное, дёрнул на себя, и первая мысль, что это нож, вроде якута, с деревянной круглой рукоятью, но нож коротковат будет в таком бою, а рукоять тащилась и тащилась, и в моих руках оказалось копьё. Я ударил набегающего низкорослика, но он легко подпрыгнул, перескакивая древко.

В глубине моего сознания промелькнула мысль, что будь у этого копья боковые выступы, так бы шустрый и мелкий не попрыгал. Я даже название такой штуки знал. И как только вспомнил? Жаль, что это не протазан. Я дёрнул копьё на себя, делая шаг назад, и в это самое мгновение остриё моего оружия раскрыло два острых изогнутых лепестка, заточенных сзади, и обратным ходом я практически разрубил внутреннюю часть бедра и снёс половину задницы мелкому чёрному. Вместо удара в прыжке по мне, он получил огромное рассечение на половину паха и срезанный с кости кусок мяса на половину ноги. Да, в моей руке было копьё с широким наконечником и двумя недобрыми заточенными изогнутыми лепестками. Изменилось оружие именно так, как хотел. Вернее, так видел на картинках и именно в подобном виде себе его и представлял, хотя в руках не держал ни разу. Рана, нанесённая обратным рывком, была огромна, сбила с траектории и приземлила прыгуна без вариантов, а воткнутый мелкому и чёрному в грудь наконечник копья был больше символом, дарившим лёгкую смерть, чем необходимостью. В том, что он меня убил бы, я не сомневался. Поднял нечто, чем мне хотели голову проломить. Древний костяной топор, наверное. Тоже в руках не держал, а только на картинках похожее видел, но это не точно.

Протазан в ладонях растаял, и декорация опять сменилась. Передо мной была девушка. Одетая, как и я, в одну сумку, азиатской внешности, длинноногая, молодая и с внушительной грудью. Не отличница, но хорошистка уверенная. Откуда на ней это взялось догадаться было не сложно. У моей второй жены всё было хорошо, но комплекции моей противницы совсем не соответствовали, и само вырасти точно не могло. Я не от того, что извращенец, просто были на то свои соображения. Честно скажу, скорее всего, корейский от китайского и японского не отличу. А может, какой-то другой из азиатских языков. Она была жалка, невинна, напугана и что-то нервно дзямкала дрожащим голосом. Подойти, обнять, ещё не хватало задранной ветром короткой юбки, как в аниме рисуют. Но юбки небыло, а была только сумка. Да, кстати, протазан у меня из рук исчез, а вот страшный топор остался, на который девица опасливо косилась.

Есть такой психологический тест. Сидит на перилах моста жирный мужик, мост проходит над дорогой, а дальше на дороге пятеро детишек играют. Можно спихнуть вниз ни в чём не повинного жирного мужика под едущую машину, и вы остановите автомобиль, который не задавит детишек, а мужик разобьётся и попадёт под колёса. Ваши действия? Чтобы спасти незнакомых пятерых детей, нужно ли жертвовать одним незнакомым жирным мужиком? Может, у него тоже пятеро детей? У меня лично тоже есть избыток веса, как почти у всех жителей высокоразвитой цивилизации, где от голода даже бомжам умереть сложно, если они сами этого не хотят. Мне он симпатичнее, а дети наверняка беспризорные, раз на дороге играют?

А может, эти дети и есть дети толстяка, а возможно, столкнув одного толстяка, я запущу ужас ожирения, который поглотит мир. Вдруг это его дети? Спасая пятерых детей толстяка, у каждого родится ещё пять детей, которые потом вырастят толстяков. Таким образом, столкнув одного, я получу прогрессию и целую толпу жирных мужиков. Не лучше ли сохранить одного, и спасти мир от ожирения? Вот такая задача.

Я думал и подходил. Не о том думал? Я писатель, мне можно. Пока был в кручине и морщил лоб, поступал как мой кот. Он всегда ходил рядом, можно было вытянуть руку, но понимаешь, что тебе не хватает всего пары сантиметров, чтобы тронуть пушистое чудовище, и, если он соизволял, то изгибал в твою сторону хвост, и ты мог коснуться животного, или приходилось тянуться эту пару недостающих до котяры сантиметров. Вот так же и я поступил. Ходил вокруг, делал серьёзное, полное сопереживания лицо и старался меньше пялиться на голые, которые не того размера, что должны. Даже трофейный топор в сумку убрал, оставшись безоружным. Я прикидывал длину рук азиатки, длину условного меча и поворот корпуса. Угадал достаточно хорошо. Девице надоело меня жалобить или она поняла, что ближе не подойду.

Девчонка резко выкинула руку, а из её сумки появилось то, что и ожидал увидеть у полностью совершеннолетней, взрослой, но ещё достаточно молодой девушки. Да, либо катану, либо посох волшебницы или его модификации, и почти угадал. Это был гибкий меч с нарядной рукоятью и висящим хвостиком, завершавшийся бубенчиком из нитей. Родственник тех, что показывают в китайских фильмах. Вообще, с этим оружием надо уметь обращаться, а не просто кино смотреть. При такой гибкости лезвия, вначале себе всё отрежешь, а потом только окружающих.

Будь на её месте какая нибудь мастерица клинков из фильма, даже актриса, которая раньше это оружие держала, то у нее был бы шанс. Но, как и рассчитывал, не хватило длины примерно на ладонь. Думаю, что она такая же, как и я. Её кто-то послал, и она уже прибила своего маленького и чёрного, а увидев меня, такого упитанного и большого, решила немного подманить поближе. Метр восемьдесят пять роста и сто десять килограмм веса, причем не только жира, но и некой, хотя давно неиспользуемой, мышечной массы. Решила пожалиться и подпустить к себе, а я, такой дебил, ходил вокруг и охал, даже свой ужасающий костяной топор убрал, и тут незадача – немного не дотянула. В том, что отсюда не выходят по двое, для меня абсолютно очевидно. Протазан появился в руках мгновенно, пробил живот противнице, дернулся вверх, рассекая солнечное сплетение, и всё. Быстро и, надеюсь, не сильно больно.

И ещё, и нет, я совсем не такой, и вообще не извращенец. Ткнул острием в грудь поверженной, и натолкнулся на что-то жёсткое, находящееся под кожей. Ну да, я даже не сомневался, и там был имплант. Понятно, что это, возможно, мой уникальный шанс так поступить, и больше таких обстоятельств просто не будет, но я это делал не с целью самоутверждения, а проверял свои инстинкты. Как только увидел девицу, сразу определил, как её убивать и исключил удары в грудь. Это потом осознал, что на пустом месте такое не вырастает, и могут возникнуть вопросы с пробитием, но обозначил смертельные удары гораздо раньше, чем рассмотрел девку. Противница молодая и наверняка очень быстрая, а мне со своей тушей, отвыкшей от физической активности, будет непросто её прибить, и на подсознании создал картину будущего боя.

Рядом упала карточка. Поднял прямоугольник, такой же, как мне всунула моя милая гостья, что души соседских собачек жрёт. Кстати, у меня в квартире кот. Что с ним? Перед тем, как Тола меня отправила сюда, я его видел. Обычно ссыкливое и предпочитающее при любых гостях сдрыстнуть животное, преспокойно наблюдало за тем, как я девок к стенам жал и помогал у соседской собаки душу пожирать, при этом, кошатина даже не попытался сбежать. Но додумать не успел. Меч исчез, словно втянувшись в карту. Миг, и исчез мой протазан, растворившись в руке. Только и успел, как сдёрнуть сумку с мёртвой азиатки и накинуть на шею. Не знаю почему, но её сумка в мою не засовывалась.

Мир опять сменился. Следующее испытание. На меня бросился смуглокожий взрослый мужик с топором. Он сразу всё понял по взгляду. Он такой же как я, но с топором, против моего копья с крыльями. Варианты у него были, но немного, и реализовать их не успел. Ещё одна карта и сумка на шею. Потом был опять маленький и чёрненький, только старый и сморщенный. Старикан кинул мне под ноги костяной нож и просто сидел. Мне имущество, а я быстро и как можно безболезненней. В моей руке появился протазан и обмен состоялся.

И опять смена декораций. Я, моя квартира, еле дышащая подгнившая девушка и мурчащий, яростно мнущий её кот. Странно. Подобные нежности мой котяра, конечно, оказывал, но не скажу, чтобы часто, очень выборочно, желательно помять ногу или лучше рядом, но никогда не запрыгивал на грудь, и не мял с такой самоотдачей.

- Что? – затряс я Толу, беспокоясь, что она у меня тут издохнет.

- Мне нужны души, я не дотянусь. Люди нельзя, - произнесла она, явно собирая все свои силы для ответа.

Как я понял, и коты нельзя. Глянул на часы. Прошла минута. И это за все бои? Со временем что-то точно не то там, куда меня послали. Она мне об этом говорила, кажется. Схватил девку под мышки и поволок ко входной двери. Днём все работают, один я такой. То могу целый день дома просидеть, когда работаю писателем, то могу с утра до ночи по хаткам бегать, когда подрабатываю риелтором. Вышвырнул подгнившую девицу в коридор и прижал к соседской двери квартиры напротив. Поскрёб ногтями по дверному косяку. Если стучать, и в доме всё-таки кто-то есть, то на стук выйдут хозяева, а на шкребки среагирует тот, кто надо. Эх, видел бы кто, как я, весь такой голый и в сумке, подгнившее тело тощей дамы по соседским дверям раскладываю. Какой же я подлый и расчётливый. На мой кряб подбежала псина, что жила в квартире напротив. Какая-то порода булей. Визг и тишина. Как и рассчитывал, хозяева на работе, дети в школе, а моей гостье сразу полегчало. Был бы кто в квартире, обязательно проявил себя, когда у двери неожиданно любимая псина подохла. И да, я опять увидел серые полупрозрачные нити. Из безвольного тела она превратилась в подвижное. Встать на ноги не смогла, но своим ходом, при небольшой помощи, вползла на четвереньках обратно ко мне в квартиру и распласталась в прихожей. Котяра запрыгнул на грудь девушке и усердно мурча, начал мять.

- Теперь не подохну, - улыбнулась она, глядя на меня снизу вверх, всего такого красавца, одетого только в сумку.

- Расскажешь? – спросил я, и мне согласно моргнули, но силы покинули гостью.

Она не умерла, а просто уснула.

Глава 3. Раскачка

Пока тащил уснувшую Толу на кровать, мой мозг радостно хмыкал и потирал свои мозговые лапки друг о друга. Не так всё плохо. Серый цвет кожи можно подкрасить косметикой, крыльев, рогов, хвостов или шипов по хребту нет. Массивные когти на руках подстричь не удастся, зато если покрасить поярче, то вполне ничего, я видел накладные ногти и побольше. Пока тащил, несколько раз наколол ноги об дурацкие пирамидки, валявшиеся по полу, которые рассыпались при её появлении. Забытое ощущение кубиков, когда дети были маленькие. Всё убрано, и по всему дому валяется всего с десяток забытых деталей, но у тебя просто нет шансов сохранить свои ноги. Ты обязательно наступишь. Так и здесь. Пирамидок и десятка не набралось, пара средних, с три сантиметра, да штук пять совсем мелких, с гранью меньше сантиметра, но наступить удалось раза три, при том, что площадь квартиры у меня под сотку, а кабинет объединён с прихожей и составляет метров тридцать. И, несмотря на то, что если разделить площадь стопы на вероятность приложить её к тому месту, где притаилась пирамидка, в математическом исполнении практически нулевая, то по теории вероятности кубиков у меня просто шансов не было, и хорошо, что наступал на мелкие, а не на большие. Ноги не проколол чудом, но ощущения прямо проняли.

Сразу, как уложил сонного архонта на кровать, так, кажется, она себя называла, собрал опасные предметы и высыпал себе в ящик стола. Наверное, пора заняться собой. Снял сумки, швырнув на пол, и пошёл в душ. Два чёрных хоббита, косматый мужик и импровизированное харакири азиатки не являются делами, сохраняющими чистоту. Это я сейчас понял, когда осмотрел себя. Пока швырял Толу в коридор, чтобы дать ей возможность сожрать ещё одну собачку, был в горячке драки, о себе думал мало и не обратил внимание, что был весь перемазан кровью. Хорошо, что меня никто в коридоре не видел, а то, если бы попался кто нибудь из эмоционально несдержанных соседей, мне бы помимо этого, извиняться пришлось и перепуганное говно со всего подъезда отмывать. Но обошлось. Мой главный параметр по жизни - это удача. И я замер. Передо мной открылось окно параметров.

*****

Нестор Петрович Драгунов (…)

Общий ID: неизвестен.

Локальный ID: неизвестен

Истинное имя: неизвестен

Возраст: неизвестен года (неизвестен дня).

Раса: человек (50 %).

Пол: мужской.

Уровень: 1 (0/20 Очков Системы).

Доступно: 0 Очков Системы (ОС).

Параметры*:

Сила: 6/10.

Ловкость: 5/10.

Интеллект: 8/10.

Живучесть: 5/10.

Выносливость:6/10.

Восприятие: 7/10.

Удача: 9/10.

Расовый параметр:

Интуиция: 8/10.

*Для расы людей 10 – максимально возможное природное значение. Первый барьер.

Навыки Системы:

Игрок (F)

- Интуитивно понятный интерфейс (F, 1/1).

– Справка (F, 1/1).

- Язык Системы (F, 1/1).

Достижения и титулы:

Увиденный ( 35%) – иногда на вас показывают пальцем, выделяя из толпы, но вы в ответ всегда улыбаетесь. Особенности скрыты.

***

Удача 9 из 10. Это сразу бросилось в глаза. Всё остальное у меня было шестёрками, семёрками, иногда пятёрками. Сила, ловкость и выносливость, наверное, и должны быть посередине. Слабаком я точно небыл, но выдающимися успехами не похвастаюсь. Пробежать три километра без учёта времени я способен и ходить пешком весь день без отдышки могу, даже на десятый этаж без проблем пешком подняться. Интуиция и восприятие были 8 и 7. На внимательность и умение чувствовать неприятности я никогда не жаловался. Следовал своим чувствам не всегда, но это другая история. Конечно, я об этих цифрах расспрошу, заснувшую от истощения гостью, но не прямо сейчас. Почему я человек на пятьдесят процентов, что такое истинное имя и как оно может быть неизвестно? Тоже следовало узнать, но позже.

Насущным был большой вопрос, что теперь с ней делать? Две собаки рядом с моей квартирой практически синхронно издохли. Тола утверждала, что у них или разрыв сердца, или обширное кровоизлияние в мозг. Я понимаю, если это произошло у мелкой собачонки через стенку. Она так гавкала, что немудрено, если у неё внутричерепное давление поднялось, а когда осознала размер того, кого обгавкивала, разрыв сердца случился. Не зря она всё время дрожала, то ли от страха, то ли от ярости. А что делать с булем? У него-то чего разрыв сердца может случиться? Носорога увидел? Даже если забегал к ним в квартиру носорог, то для такой собаки это не повод пугаться. Единственная причина, если нервный срыв случился, когда сил не хватило ногу у дивана отгрызть. В любом случае, первая идея, пройтись с гостьей по соседним гаражам и бродячих собачек пощипать, отменялась.

Псин развелось немерено, но вблизи дома это делать нельзя. Если сейчас начнется массовый замор, то наверняка всполошатся органы, отвечающие за карантин. Если сразу найдут какое нибудь бешенство, то будет всё проще. Собачатникам придется приучить своих питомцев к домашнему туалету, посидеть дома и обновить прививки, а если не найдут? Тогда карантин по неизвестной болезни, что разрыв сердца вызывает, а первыми издохли собачки около моей квартиры. Вот прям совсем мне связываться с собаками не надо. Хомячки и курицы не годились, собака – это минимум.

При этом собака не давала очков системы, и да, мне рассказали, что такое система, кто такие игроки, а она архонт, как бы старший игрок, имеющий право назначать игроков если у тебя есть кристалл, которым она на меня светила. Вообще-то так игроков по правилам не назначают, но именно с помощью этого артефакта, целого божественного уровня, меня в игроки и призвали. Возможно, именно поэтому в моих параметрах нет данных истинного имени, возраста, и человек я всего на пятьдесят процентов.

Её мир тоже в системе, как и мой. Но когда-то очень давно, существовал в другой древней системе, но оказался поглощёна текущей. Всё очень сложно, хоть схему рисуй, чтобы понять, но от предыдущей системы жители её мира сберегли немало уникальных технологий и артефактов, которые успешно сохранились. Они были чрезвычайно редки в текущей и очень ценятся. За это хранителей древних знаний сильно не любят.

При чём здесь конкретно я? А потому, что есть очень умный пророк-предсказатель, что никогда не ошибается. Он указал на меня, сказал, что я нужен миру Толы. Сказал и умер. Это я пошутил. Конечно нет. Сказал и впал в кому на пару лет, традиционную, после великого пророчества. Безошибочно указал на меня и сообщил, что я пригожусь. Но для чего именно предназначен скромный писатель, подрабатывающий риэлтором, и как он может быть полезен высокоразвитой техно-магической цивилизации масштаба «империя семи звёздных систем», не уточнил. Вернее, не всей цивилизации, а маленькой группе бунтарей и отморозков, тайно хранящих древние знания, пришедшие от старой, поглощённой другой системы. Если обобщить, я важный и нужный, именно за моей помощью она пришла, но для чего конкретно я нужен прямо сейчас, неясно, а ещё мне нужны очки системы, и ей нужны очки системы.

Для того, чтобы остаться живой, ей пришлось выпить энергию собаки, но это просто энергетическая подпитка. Чтобы получить очки системы, нужно что-нибудь крупное, вроде барана, свиньи, коровы, подойдут слоны, носороги, бегемоты или, например, люди. У меня была теория, что можно будет купить куриц, на базаре, но обломалась о сухие расчеты. С мелкой живности очки системы не получались. Без проблем я могу купить живую свинью или живого барана, даже больше того, затащить в машину, благо размеры моего пружинного «Крузака», позволяют, завести подальше и убить системным оружием. Да, тут просто выпить душу не получиться, нужно собственноручно резать, чтобы получить очки системы. У меня даже знакомые рыбаки недалеко на хуторе живут, можно тушу им отвезти разделать, заплатив и получив груду мяса, но это всего одно очко системы. Я могу купить три и даже пять баранов или свиней, но куда мне всё это мясо девать? А чтобы сдвинуться с места, счёт идет на десятки и сотни очков системы. Нужно было срочно решать вопрос радикально, но как?

Это был настоящий мозговой штурм. Карту, которую подсунула мне гостья была уникальна, и многие игроки, не раздумывая, за подобную штуку, F ранга, отдали бы руку, ногу, и все остальные части тела, что смогут впоследствии вырастить. Но были и особенности. Карта желаний вытаскивала абсолютно любой предмет, была «эфкой», и главное требование, это предмет должен состоять из двух частей. Можно вытащить протазан или любое копьё из ручки и острия, ножи вроде финского и якута, или цельнокованые. Получилось сапожный, где вокруг металла была сделана оплетка из синей изоленты, а вот топор нет. Для карты это был уже более сложный предмет, состоящий из трех крупных деталей, а именно головы, топорища, и того самого клина. Вот такие ограничения. Финские и якуты - это в деревяшку всунуто лезвие, и вынимались легко. Все предметы были системными, сделаны без украшательств, но явно не криворукими мастерами, и могли мутировать прямо в руках, перерастая из ножа сразу в меч, копьё и даже узкую шпагу, но сохраняя главный параметр. Меч и шпага оказались цельнокованные, с кожаной обмоткой рукояти, то есть из двух деталей.

Пробовал отвёртку, гаечный ключ и лук. Если с первыми вопросов не было, то луки получались с условиями, что он будет цельнорезаный из массива дерева. Подводя итог – палка и верёвка. Как у монголов, композитный, склеенный из многих слоев, уже не получится. Всё это к чему? Мне нужны были данные. Про мозговой штурм я сказал неслучайно. Я думал, вёл настоящую шпионскую деятельность и пытался поднять старые связи, ища телефоны людей, к которым я не обращался много лет, а то и десятков, и, возможно, некоторые, кто был старше меня, уже на пенсии, а то и умерли. Но я это сделал.

Арамчик был ретроградом и по-прежнему использовал старинный надёжный метод. Потом я сделал несколько звонков, окончательно узнавая нужное, затем мне пришлось проехаться по фирмам, занимавшимся очень специальным промышленным оборудованием, даже потратить приличную сумму, чтобы приобрести всего лишь длинную металлическую палку, покрытую ударопрочным изолятором. Да, это вам не на Озоне фонарики скупать. На промке одна железяка стоит как пять мешков ширпотреба, но я хотел иметь образец и прежде чем получить системный предмет, нужно было всё понять, пощупать. Кстати, как раз две детали в виде простой длинной палки из нержавеющего сплава и пластиковая изоляция. С одной стороны заточка, а с другой стороны – резьба, на которую накручивался массивный, толщиной с палец, провод. Да, в моих руках был стек для станнера. Теперь осталось уповать на следующий уровень удачи, чтобы у нас вся наша авантюра выгорела.

Никогда не думал, что опять понадобиться вспоминать старую работу. Я набрал номер, по которому звонил только на день рождение адресата, а то и не каждый год.

- Арамчик, привет! Скажи пожалуйста, ты мне обещал на свой мясокомбинат экскурсию устроить. У меня одна знакомая по этому поводу диссертацию пишет, нужно в живую посмотреть.

- ***.

- Куда без этого? Мужскую переодевалку обязательно и бойню.

- ***.

- Нет, она не в твоём вкусе. Выглядит как смерть.

Потом произошёл ещё небольшой обмен любезностями, и я положил трубку. Глянул на Толу. Арамчик любил женщин прямо пышных, с огромадными губами и грудями, чтобы шикарно, пыхало вожделением и взгляд невольно притягивался к размерам. Тола была полной противоположностью. Худая, как говорят, модельной внешности, недобрый взгляд и тонкие сжатые губы. Строгий деловой костюм я заказал и получил в доставке, а туфли взял у жены. Размер совпал идеально, но это всё. У меня жена другой комплекции и пробовать подбирать для тощей гостьи что-то из гардероба супруги смысла не имело. Но в образе чего-то не хватало. Вот. Я достал очки супруги и надел на нос девушке. Вот теперь образ, на мой взгляд, полностью состоялся. За версту видно, что закончила физмат, а теперь самый молодой профессор на кафедре «занудологии» диссертацию о истории пищевой промышленности пишет. В таком виде к ней теперь ни один пикапер не подойдёт, чтобы себе статистику успешных соблазнений не портить. И да, кто не знает, что такое станнер и стек к нему, то, по-простому, это прибор для умерщвления коров, перед тем как их на куски станут резать, а стек и есть та палка, через которую ток пропускают. Есть ещё щипцы, используют пороховые станнеры, носовые петли и много чего, но там, куда я напросился, делали по старинке, тыкая электрической палкой в корову, прежде чем кишки выпустить.

Подъехали к большому мясокомбинату, прошли через проходную и двинули к приёмной. О нашем визите всех предупредили. Эх, сколько же я лет здесь не был. На производстве всё было организовано по принципу чикагских боен, но не так, как в позапрошлом веке, когда люди ходили по колено в крови и волокли туши мертвых животных по специальным поддонам, а чисто, аккуратно, стерильно. Животные перерабатывались почти полностью, и даже такие смешные вещи, как рога и копыта, находили свое применение, кровь аккуратно сливалась, все органы шли по своим местам. Кишки мылись на натуральную оболочку для дорогих колбас, а из, казалось, неиспользуемых органов, вроде глазных яблок и желчного пузыря, выделялись биологические вещества для фармакологии. Некоторые, кстати, продавались по цене дороже золота. Перерабатывалось всё, и то, что на маленьких скотобойнях всегда шло в утиль, здесь находило применение и приносило деньги. Именно большое производство позволяло получить то, что в других местах просто шло в мусор.

В большинство мест на производстве без санитарной книжки и специальной обработки нас просто не пустят, но были территории, куда на экскурсию сходить вполне можно, и именно это место нас и интересовало. Да, бойня.

Кабинет был шикарен. Не хватало на входе пары алебастровых львов, а так стиль выдержан полностью. Прокурорский ампир. На двери в кабинет тебя встречает ручка в виде протянутой ладони. По задумке дизайнера, крепкое рукопожатие тебе открывало дорогу в кабинет генерального директора, но судя по отполированному металлу запястья бронзовой пятерни, подчинённые предпочитали отворять дверь без обмена рукопожатия с бронзовой ручищей.

Арамчик владел большим бизнесом, перешедшим ему от отца. Два мясокомбината, торговля и ещё что-то. Начинал свой бизнес ещё в девяностые и остался богатым человеком до сих пор благодаря своему внутреннему звериному чутью. Каким-то десятым чувством легко определял очень скоромных и стесняющихся показать корочку настоящих проверяющих, от наглых кидал, открывающих дверь ногой и требующих показать бухгалтерские документы. На вид ничем не отличимые удостоверения у тех и других, но реагировал он на всех по-разному, и всегда правильно. Со всеми остальными: представителями власти, бандитами и случайными комиссиями, приезжающими из центра, он тоже находил общий язык. Араму совершенно было не важно, что ему говорили, ему было важно, как это делали.

Если бы его не знал столько времени и сам в молодости с ним не отработал много лет на пищевом производстве, он в качестве технолога на заводе у отца, который потом приватизировал и передал Араму, а я в качестве заместителя начальника ИТ службы, то ничего бы не заметил. Но мы с ним столько лет пролазили по цехам, налаживая оборудование, почти жили среди мяса и проводов, что я сразу понял. Для себя он мгновенно определил Толу как грозного партнёра, которому следует давать то что нужно, и выполнять, то что она пожелает, и за это тебе ничего не будет.

На самом деле это было очень хорошо, а всё остальное формальностью. Он охотно верил в диссертацию, необходимость проверки нового стека, в котором использованы некие разработки, что позволят увеличить мощность разряда, при этом уменьшив энергопотери, а в масштабах страны - это охренеть какая экономия. О том и диссертация. Совсем не выглядело подозрительно, когда я из массивного тубуса вытащил именно ту модель палки-убивалки, что использовали на производстве у моего товарища, и просьба несколько дней посидеть рядом с линией забоя возражений не вызвала. Она очень скромная работница науки, согласна на пластиковый стульчик и крошечный столик с боку, только чтобы ноутбук поставить и блокнот с карандашом. Ей большего не надо, а она будет умные параметры записывать.

Любой, кто идёт в цех, должен носить спецодежду. Точка. Даже если это сам директор и хозяин предприятия. Я переодеваться не захотел, чтобы идти на бойню, поэтому Арам дал распоряжение, и его подчиненные взялись всё организовать и переодевали только подругу. Пока всё двигалось отлично. Вместо строгого делового костюма, нашлась подходящая спецодежда, хотя чуть коротковатая и явно сидевшая с большой свободой, и косыночка на голову, которую должны носить все работники на пищевом производстве, если, конечно, оно правильно построено, чтобы волосы в еду не попадали. Даже если ещё очень далеко до окончательного продукта, то порядок начинается с самого первого этапа.

После того как мою протеже отправили на место прохождения диссертации, и мы остались вдвоём с собственником компании, в нарушение всех инструкций, прямо на рабочем месте немного хлебнули. Я вначале отказывался, ссылаясь на машину, но мне объявили, что сегодня я еду на служебной, которую мне он лично предоставит. Сегодня был ознакомительный день, поэтому Тола находилась на производстве всего пару часов, а я, после душевного разговора, прошелся по зданию АБК, вспоминая, сколько тут десятков километров проводов провёл и сетевых карт повкручивал, да пользователей обучил, будучи заместителем начальника ИТ, и как ходил по цехам. По зданию АБК без переодеваний и головных уборов ходить можно, чем я нагло и воспользовался. Потом нас отправили домой на служебном седане, но перед этим договорились на завтра. Смена начинается в четыре утра, и убивать принесённой железякой можно начинать без неё, а она придёт к восьми, всё проверит и запишет результаты.

Наследующий день моя гостья отправилась на производство сама. Вопросов по использованию смартфона практически не было, небольшая трёхминутная водная лекция, плюс установка программы для вызова такси и вбивание нескольких нужных номеров. Смысла возить её к мясокомбинату я не видел, да и не хотел лишний раз светиться вместе. Не то, чтобы я переживал, что соседи что-то жене разболтают, а именно в том, что пока мы не знаем, чем я должен заниматься, и каковы вообще цели всего этого? А вдруг моя миссия, завещанная оракулом её цивилизации, подразумевает секретность, а мы вместе по всему городу на «Крузаке» раскатываем?

Вызов такси и прочее, никаких вопросов не вызвали, а на попытки начать издалека и объяснить, как это все происходит у людей, когда включаются электроника, а импульсы бегут по проводам, только фыркнули и напомнили, что она представительница техно-магической цивилизации, в которую входила семерка развитых звездных систем, с болтающимися астроинженерными объектами, размеры коих позволяли охватывать и выкачивать ресурсы с планет, вроде наших газовых гигантов.

Несколько дней всё проходило штатно. Карта, из которой я добыл «экспериментальный» стик была F ранга, поэтому очки системы получались далеко не с каждой коровы, однако за один день добыли больше тридцати. Если бы удалось убить десяток человек, то наверняка могли получить и побольше, но не зная первоцели пророчества, грубить не стоило. Тема с коровами, хотя и не быстрая, зато почти беспроблемная и, скорее всего, не привлечёт лишнего внимания.

Хотя завод и был стотонник плюс-плюс, но на две трети работал на блочном мясе, располагаясь в большом мегаполисе, и убой занимал примерно треть от объёма готовой продукции, а остальное сырьё производилось в другом регионе, и это было совсем далеко, поэтому количество убиваемых коров не исчислялось тысячами, хотя и было впечатляющим.

Тола прекрасно осознавала, что такое видеокамера и какими возможностями может обладать цивилизация, пусть и не семи звёздных систем, но уже поднявшая свои космические корабли и создавшая ядерное оружие, которым активно угрожала своим соседям. Целая неделя успешного промысла, принесла больше 173 очков, плюс несколько раз моей смертоносной подруге удавалось прихватить жизненную энергию убиваемых животных. Она подходила вроде как на проверку, и в тот миг, когда разряд разрушал мозг животины, но корова была ещё жива, из парализованного тела ей удавалось прихватить душу коровы. Оказалось, там всё не так просто, и далеко не каждое животное для этого годилось. Если честно, я и сам не жаждал подробностей, предпочитая просто инструкции к использованию. Информации было и так очень много.

Хотя я армянского директора и предупреждал, что вот не надо по высшему разряду, и он отвечал, что, Нестя, мы же взрослые люди, но смысл в слова вкладывали явно разный. Оставалось только вздохнуть, когда вечером у Толы, сидящей за компьютером, и листающей страницы интернета, увидел в руках карандаш Сваровски, который она сосредоточенно грызла, просматривая новости и изучая наши технологии. Говорила, что многое из того, что мы делаем, это вообще ужас, и когда человечество откроет ещё несколько видов энергии, то у нас всё измениться, как изменилось с открытием электричества. Я с удовольствием послушал про использование Ци, маны и обратил внимание на блокнот с прикрепленной ручкой «Паркер» и фирменным логотипом арамовского мясокомбината. Наверняка подарочек для очень высокопоставленных гостей, из рук самого генерального директора. Уж не знаю, обратила ли Тола на это внимание, но я так и представил скромный пластиковый столик, стульчик и стеклянный стаканчик из столовой, в котором стоят несколько паркеров и карандашей с кристаллами Сваровски, посреди линии забоя, где коров загоняют в некую штуковину, похожую на большой цилиндр, зажимающий со всех сторон, а дальше идёт разряд через наш стик, тушу переворачивают, подают жёлоб для кровостока, а работяга привычным движением разрезает горло. Моя тощая гостья, одетая в застиранную спецовку, морща лоб, надвинув на нос очки, серьезно записывает ручкой «Паркер» в простецком небольшом блокнотике важные цифры.

Короче, Арам всё равно был в своём духе, и скромно в его понимании всегда имело уточнение, для кого скромно и в каком размере это скромно вас устраивает? На самом деле, не шучу. В его случае очень даже важный параметр, от которого наверняка многое зависит.

В рабочее время убийство коров системным оружием, а вечером интернет. Благо в доме было полно ноутбуков, и меня от написания книг и игры в танки не отвлекали.

Как я понял, она не искала каких-то уникальных открытий в нашем мире, просто хотела посмотреть, что и как. Техно-магическая цивилизация из семи звёздных систем уже всё придумала из нашего обихода и даже многое забыла. В их мире, так же как мы используем электричество, применялась мана, вроде волшебства, энергия Ци, о которой я слышал, а китайцы, наверное, что-то подозревают, а может, тайно используют, и никому не говорят. Была энергия смерти, собственно, на которой основывалась её цивилизация. Если кто-то умер и выделил энергию, почему бы не попользоваться? Было ещё несколько принципиально иных понятий, но до них наше человечество пока не дошло, например, целая огромная научная теория, связанная с тем, как межгалактические корабли бороздят просторы космоса. Собственно говоря, помимо порталов и постоянных переходов, которые основывались на мане и Ци, были вполне себе громадные рудовозы, боевые корабли и просто прогулочные лайнеры с отдыхающими, и они прекрасно летали между системами так, как показывают в наших фантастических фильмах. Научно объясняется совсем по-другому, но выглядит похоже. Чуть разогнался, раз – и ты уже в другой звездной системе.

А ещё нужно было понять, что у нас происходит с её точки зрения. Очень не хотелось выделяться, потому что в нашем мире уже находилась система, а некие очень развитые игроки были назначены новыми богами, и если прям совсем наглеть и выставлять себя, то можно нарваться на неприятности от местных небожителей. Сама Тола была в базовом теле, так называемый начальный уровень, как говорят – транспортное. Простая среднестатистическая девушка, практически такая, какая должна быть на звезде смерти. Это пошутил. Никто у них на это не заморачивался, а пользование энергией смерти для них генетическая естественность. Полоски на теле, которые я принял за подгнившие, это и было практически то, что я подумал. Часть тканей в её организме была мёртвая, что и позволяло с рождения, без всяких модификаций, пользоваться некротической энергией, поднять мертвеца, выпить жизнь и много чего подобного. А ещё, как и все люди по всей вселенной, были полностью совместимы с любыми другими людьми, как в качестве базового пищевого рациона, так и размножения.

По поводу нашего подвида хомо и, возможно, сапиенса, моя гостья пока не определилась, но, скорее всего, у нас очень развит иммунитет. Когда система переносит монстров или игроков, она сразу решает вопросы с перемещением болезней, а вот если к нам кто прилетит своим ходом, то, возможно, сильно пожалеет и простым кашлем с поносом не ограничится. У нас полно наций, которые генетически мутировали, чтобы приобрести иммунитет к болезням, удлиняли конечности, меняли цвет кожи и приспосабливались употреблять в пищу то, что обычно есть нельзя.

Вот так вечерами и болтали, а потом всё поменялось. Тола неожиданно рано пришла домой и отмахнувшись, сказала, что они тупые, пришлось пинков раздать, и открыв ноутбук, углубилась в изучение нашей цивилизации. А ближе к ночи Арам приехал ко мне домой, и, как только я открыл дверь, бешено блестя глазами, первое, что произнёс:

– Где она? – при этом даже не пытаясь спросить разрешения войти, втиснулся внутрь квартиры.

Тола стояла у меня за спиной. За архонта я не боялся, а скорее переживал, чтобы моего друга опять не побили, но он попытался всунуть пачку денег. Она смерила его таким взглядом, как будто бы сейчас голову оторвёт. Кивнула на меня:

– Ему отдай, – а затем развернулась и ушла в кабинет супруги, демонстративно закрыв дверь, показывая, что аудиенция закончена.

Похоже, надо выяснять, что случилось, и кого-то из нас, кто владеет мясокомбинатами, надо выводить из состояния транса. Помимо денег, у товарища была здоровенная сумка со звенящими бутылками. Я указал на кухню.

– Нест. Я не знаю, как она так может. Она меня в грудь слегка толкнула, и у меня надкол на два ребра, а дочка, она её, – начал тараторить собственник.

– Стоп. Всё по порядку. Что там у вас произошло?

Вот не поверю я, что этот опытный и обладающий звериным чутьём на неприятности, матёрый хитрожоп, мог собственноручно с кулаками на девицу при научном исследовании напасть. Тем более он наверняка знал, что моя тощая протеже непроста.

– Я с дочкой на производство ходил. Ты же знаешь, она больна и надежды никакой. Знаю, что на небесах меня сильно накажут, но я обещаю, что когда состарюсь, сделаю её директором и подарю мясокомбинат. Вру конечно, но пусть верит. Это ей силы бороться придаёт. Гордится, что от деда и отца дело получит.

Да, эту историю я знал. У моего товарища было несколько детей, но вот с одним ребёнком сильно не повезло. Онкологию удавалось сдерживать, но лечить не получалось. А Арам продолжал рассказывать:

– Я, значит, решил с моей малышкой на бойню зайти, заодно как там у твоей дела узнать. А она дочку подозвала, тронула, и моя девочка сознание потеряла, прямо на пол упала, а под затылком кровавое пятно растекается. Я к девочке, а дочурка без сознания, волосы в крови. Она упала и головой о бетонный пол ударилась. Саид на твою сразу кинулся, но она ему так дала, что он сейчас с переломом ноги и обеих рук в больнице лежит. Я хотел её прямо там на куски порвать, но она просто ладонью ткнула, и у меня на два ребра надкол. При каждом вздохе болью пробивает. Ребята на производстве крепкие работают, но даже они решили в драку не лезть. А тощая просто встала, забрала блокнот, компьютер и ушла. А железяка твоя исчезла. Мои там всё обыскали. Нет её. Но вначале не до этого было. Я еле иду, дочку в травмпункт, но всё хорошо, затылок чуть рассекла, больше крови чем раны.

Арам сделал вдох-выдох, успокаивая эмоции и продолжил:

– Нестор, я, как дочку в больницу отвёз, парней собрал, сам знаешь, думал, сейчас я тебя буду трясти насчёт этой, а мне из больницы звонок, мол, она в искусственной коме. Это связано с общим истощением организма, а болезнь найти не могут. Я, значит, всё притормозил. Наорал, чтобы они получше анализы глянули, но упираются. Говорят, мол, Арам Андроникович, всё проверили, даже повторно взяли, ещё и в Москву результаты какому-то профессору отправили. Нет болезни.

Видя, что всё так далеко зашло, я решил чуть приоткрыть тайну, но ввязывать его в мои непойми-чего не хотелось. Прямо сейчас выяснять у Толы, что она сделала не стоит. Разумеется, о системе и игроках решил не рассказывать, но у меня, как у того, кто и в айти по молодости с пользователями работал, а позже квартиры продавал, всему всегда есть правдивые объяснения. Убедительные, но ключевое слово правдивые. Начал издалека.

– Тут такое дело, понимаешь. Начальник этой девушки Аркадий Юрьевич, и он о ней меня попросил.Я же не мог пенсионеру отказать!

Арам, привыкший всю жизнь договариваться и знавший все меры субординации и распределения ролей в непростом деле ведения бизнеса в нашей стране, изрядно напрягся. Аркадий Юрьевич во времена моей с Арамом молодости был старшим лейтенантом органов, потом наши пути разошлись, но мы всегда знали, что у нас есть право на звонок в случае действительно экстренной ситуации. Звонить, если у тебя просто налоговая проверка или шпана в магазин пришла, точно не стоило, но если тебя будут на куски резать или что-то подобное, то можно позвонить одному нашему старому знакомому, и всё решится практически наверняка, если дело не касалось личной наглости или предательства Родины. Аркадий Юрьевич был давно на пенсии, но говорил, что бывают либо мёртвые, либо действующие. Это перефразируя поговорку о том, что бывших сотрудников не бывает. Видя, что от меня ждут подробностей, я продолжил:

– Тут вопрос сложный. Я сам не знаю кто она такая. Наверное, типа экстрасенса. Помнишь, в нашей юности воду наговаривали? Только она настоящая, и специальность у неё вроде как боевой психолог. Там свои эксперименты, не знаю чем занимается. Железяку она забрала, только не спрашивай как. Кстати, работяг предупреди, чтобы не болтали. И дочку она наверняка подлечила, но давай прямо сейчас не будем ничего спрашивать, я потом сам потихоньку узнаю.

Раз, кроме пачки денег, была звенящая стеклом сумка, то, пока говорили, сообразил импровизированное кофе с коньяком, в которое по кивку товарища коньяка налилось половина от объёма. Он выпил чашку залпом, потом плеснул себе ещё, забыв добавить жидкость с кофеином, и попытался тихо удалиться. Тихо получилось, но не незаметно.

Около открытой двери стояла моя гостья, наверное, специально надев очки, и смотрела, словно змея, внимательным взглядом на пытающегося проскользнуть директора мясокомбината.

- Извините, до свидания, спасибо большое, я тогда пойду? – негромко говорил мой товарищ и не ожидая ответа, шустро выскользнул из прихожей на лестничную клетку.

В этот раз уйдя практически по-английски, изменив своему кавказскому обыкновению, долго прощаться, но никуда не уходить.

Глава 4. Хаху

С кормлением архонтов проблем никаких не было, в принципе, архонты едят то же самое, что едят писатели, оставленные женой, уехавшей в командировку, дома одни. Звездой и эпическим императором всего потребления белков, жиров и углеводов была яичница в десятках модификаций, от классической, до императорской, когда все остатки и объедки из холодильника вываливались на сковородку и заливались яйцом, в тот момент, когда надкусанные продукты сдавались под действием температуры и начинали издавать приятный запах, хотя до этого делать подобного не собирались. Омлеты, скремблы и прочие виды жидких и мёртвых детей кур были основой рациона. Ещё покупаемые в отсутствии супруги сосиски, которые обычно мало входят в наш рацион питания. К этому почти полное отсутствие овощей и иногда появляющиеся совсем гадкие вещи, вроде крылышек из, не буду называть какой жаровни, чтобы об этом месте не узнали дети и не пошли себе портить фигуру. Свою мёртвую сущность Тола надолго закормила двумя собаками и несколькими коровами.

После того как моя гостья подлечила дочку собственника мясокомбината, вопросов с её возвращением на производстве не было, но явно вырисовывались другие проблемы. Арам, со своим звериным чувством опасности, был полностью согласен. Просто так, после всего того, что произошло, а слухи обычно летят быстрее ветра и могут даже опережать скорость света, возвращаться было опасно. В некоторых случаях, когда это касается самого высокого начальства, сплетни распространяются среди работяг молниеносно и бродят годами. Лучше какое-то время переждать либо найти альтернативный способ пополнить энергию, тем более прямо сейчас очков системы было достаточно, чтобы перекрыть минимальные потребности. Сто семьдесят три очка – это и много, и ничтожно мало, всё зависит от цели. У меня было три сумки после испытания, и хватало отдать одну и сотню очков, чтобы Толу отправить обратно, но для чего это всё? Точно не для того, чтобы писателя по образу жизни, зарабатывающего риэлтерством, сделать игроком и подарить бесценную карту. Подруга не повышала личный уровень игрока, опасаясь попасться на глаза местным богам, а как бы зарядила своё транспортное тело сотней очков системы для переноса обратно. Остальные ОС отправила на развитие универсальной карты. Раньше Тола была игроком высокого уровня, но после переноса стала первого, потеряв все свои умения и получив среднестатистическое тело жительницы её мира со стандартными боевыми модификациями, что вживляют любому ребёнку её мира, который собирается идти на госслужбу или делать карьеру в армии. Но от системы, кроме знаний, что в голове, забрали всё. Единственным умением транспортного тела был некий резервуар ОС, который в комплекте с сумкой игрока возвращал её обратно, вот его она и наполнила на сотню очков системы.

Если бы великий предсказатель дал хоть немного больше конкретики, наша ситуация стала в разы более определённой. Но её не имелось. Со всеми этими игроками, системами и прочим требовался очень тщательный, огромный разбор полетов и много, много, очень много знаний, которые просто шли сплошным потоком. Оказывается, карточка, что мне отдала Тола, очень ценная. Я это сразу понял, но реальных масштабов не осознал. В так называемом транспортном теле подруги, минимального, первого уровня, собственно, как и моё теперь, Тола могла переноситься между мирами, при этом иметь только сумку, а в сумке только один предмет. Это условие, при котором её перемещение не заметят местные боги и не дадут нам всем тут по голове.

Сама карточка была построена по другой системе, той, предыдущей,что когда-то управляла её миром, а потом оказалась замещена текущей. То есть, пришла сюда, в мой мир. Поэтому за такие вещи либо дают много денег или чего там ценного, либо сразу дают по голове, не раздумывая. А то и вовсе отрывают эту самую голову, лишь бы завладеть похожей ценностью. Показывать кому-то эту карту мне точно не стоит.

Когда происходило очередное кормление архонта, мы думали, что теперь делать. А потом расходились по интересам. Я в написание новых глав вполне себе осведомлённого писателя, а подруга в изучение мира посредствам интернета. Если мне раньше не хватало информации, и приходилось додумывать, то теперь реальной информации у меня было столько, что нужно было следить, чтобы не написать лишнего. Книгу продолжать очень хотелось, да и вообще, я без этого не могу, это такое увлечение, которое даже отчасти вытеснило рыбалку, не полностью, но в большей части, а это сами знаете, какое ого-го. Когда вместо рыбалки начал чем-то другим заниматься. Если вот такое наваливается, то тут уже совсем другая история.

В один из вечеров сидели и говорили:

– Эу, великий архонт, а как ты на мясокомбинате души коров жрала? Вокруг же столько народа?

– В смысле? –удивилась моя тощая подруга и привычным жестом чуть приспустила очки на переносицу.

Почему именно этот девайс так приглянулся пришелице из другого мира, непонятно, но она его почти не снимала, кроме сна, который составлял всего пару часов в сутки, и душа. Телу игрока, что обладает стопроцентным зрением, коррекция зрения не нужна, но подруга просто обожала свои строгие очки в дорогой оправе.

Я попытался объяснить:

– Я про чёрные линии. Видно же, как ты душу пожираешь.

А потом была большущая пауза, после которой Тола мотнула головой.

– Ты не можешь этого видеть. Никто из людей, кто не имеет мёртвой плоти, видеть этого не может. Никак.

Я не знал, что ответить. Может, это я такой дурак и всё додумал, или действительно видно? А если кто на бойне увидел, как подруга душу коровы сожрала, и болтать начал? Разговор затянулся, но, подводя итоги и, как бы сказали, резюмируя, или есть такой термин, протокол собрания, когда после совещания в два с половиной часа итоги записывают на полстранички, из которых треть текста шапка и треть подписи участников, можно сказать: над чем подумать однозначно имелось, и хорошо бы проверить.

Я действительно дважды видел, как Тола выжирала жизненную энергию собачек, и именно так, как видели это жители её мира со встроенной некромантской системой. Это те же самые линии, может быть, не столь точно и насыщенно, с определением всех сил и энергий, но действительно, именно в тот момент, именно тогда, когда мне, типа, показалось. А теперь пошли вопросы, на которые, как правило, не бывает ответов. Это я такой уникальный, или все у нас такие? А как это возможно, если в теле не вживлено мёртвой плоти? Не связано ли именно это с тем, что где-то там, на другом конце вселенной, может, даже не в нашей галактике, некий пророк ткнул в меня пальцем? А возможно ли это вообще, если не отращивать мёртвых тканей?

Проверить лично со мной я проблем не вижу. Поехать на ярмарку, купить пару баранов или, например, одну свинюку, одного барана, какого-нибудь индюка покрупнее и, завезя подальше, провести эксперимент. Тола выпьет души, а я посмотрю, как это вижу и не показалось ли мне? Можно подальше, на другом конце города, чтобы не всполошились органы, отвечающие за дохлых собак, около глухих гаражей подманить пару псин на сосиски и выпустить Толу, чтобы она и там подкормилась жизненной энергией. При всём этом буду присутствовать я, и уже тогда однозначно отвечу, вижу или нет. А вот что сделать с другими? Хорошо, можно кого-то попросить посмотреть, как это происходит, как, например, фокус, шутка, научный эксперимент. Если человек ничего не увидел, то потом просто ткнуть пальцем, сказать, что он дурак, и что шутка удалась, а вот если он увидит, то что?

- Убить, - не раздумывая предложила моя представительница другого мира.

- Ага. Если бы тело высыхало в мумию, разваливалось песком или, например, можно его было бы забросить на луну, или куда-нибудь в Тихий океан сбросить, то да, а что делать мне здесь, в скромном городе, и куда девать, если просто подохнет?

У великого архонта на такие бренные мелочи ответов не имелось, но я-то прекрасно понимал возможности правоохранительных органов и случайных свидетелей сбрасывать со счетов не следовало. Погрузить тело и вывести на речку? Где речки большие и с рыбой, там народу столько, что больше, чем в городе, и лучше не соваться, а мелкие – они и есть мелкие. Тело притопишь, а носки башмаков над водой торчать будут, это когда засухи нет. Кстати, трупы могут находиться через десять, а то и двадцать лет. И, между прочим, виновники появления этих трупов тоже могут оказаться найдены и через десять, и через двадцать. Задача очень нетривиальная.

Устал думать и пошёл спать, оставив гостью у ноутбука. Ей требовалось всего пара часов сна, а мне нет. Хорошо, но мало. Только почувствовал, что меня тронула подруга, накидывая мне на шею бездонную сумку. Разумеется, мне и в голову не приходило, что нужно спать одетым в сумку, и только увидел, что отправляюсь на миссию, в последнюю секунду отсчёта, а дальше промелькнула комната, наверное, это была комната игрока, в которой я задержался буквально на мгновение, чтобы увидеть стены, и очутился в лесу, и на меня прыгнул зверь. Две секунды на проснуться, секунда на позазырить на личную комнату и пара секунд на прыжок собакоподобной клыкастой и широкогрудой зверюги. Миссия на одного и была, по поводу уничтожения этого пса. Я просто знал. Из моей сумки вытащился предмет, не знаю, в какой глубине фантазии он лежал, но просто монолитная конструкция два на два метра, отлитая почему-то из авиационного алюминия, состоящая из квадратов сантиметров в тридцать, в основании которых был шип, длиной сантиметров тоже, наверное, под тридцать. Вся эта шипастая штуковина держалась на металлической рукоятке, соединенной с помощью резьбового соединения, длиной метра два.

Неожиданно возникшая штуковина, тяжеленная и огромадная, оказалась у меня над головой, а мне хватило сил и веса тела только её плюхнуть перед собой, направив шипы в сторону зверюги, которая отлично меня видела,э и, не осознавая, что я вовсе не за кустиком спрятался, прыгнула со всей мощи. Удар был такой, что решетка сдвинулась, рванулась, а металлическая рукоятка вошла в песок, и, подчиняясь инерции, штуковина подлетела, прошла по дуге у меня над головой, сделав поворот, и сзади меня грохнуло пробитое шипами тело. Наверное, есть в любом человеке, по крайней мере во мне точно, нечто злобное, подчинённое древним инстинктам. Схватить со всей силы рукоять и вдавить на всю глубину уже широкое лезвие с недобрыми крыльями по бокам. Да, вместо двухметровой шипастой решётки, в руке оказался мой любимый протазан. Я к нему уже привык, а дальше чуть придержать израненную зверюгу, что дрожала в агонии. Тола говорила, что системное оружие убивает не только физически раня, но и как-то вытягивая энергию, вроде того, как она жизнь выпивает, превращая в очки системы. Пара небольших рывков, и монстр затих, а над ним появилась карточка, ага, пустышка. Рядом со мной промелькнула ещё одна, и я её просто схватил и сунул в сумку, а перед глазами пошёл отсчёт. Зверюга была здоровая. В последние секунды со всей возможной силой пытался запихать труп в сумку, но как-то не получалось. Голова отлично прошла, а вот лапы со странными суставами, которые прекрасно изгибались в одну сторону, а в другую стопорились, не пролазили. Два, один, ноль – и я оказался в пустоте. Один, ноль – и опять всё сменилось, и плюхнулся задницей в помещении. Похоже это моя личная комната. Сунул руку в сумку. На пол вывалилась голова и половина груди зверюги, остальной части зверя не было. При этом срез или спил получился такой, как будто это делали бензопилой. Порылся рукой, нашел карточку-пустышку и ещё одну, схватил в последнюю секунду, и погрузился в глубокие мысли.

Что сказать? Я сидел голой жопой на каменном полу, смотрел на отгрызенную голову и думал. Трусы куда-то делись, и я опять геройствовал в одной только сумке. Зато было понятно, почему боги мира терпели отступников, хранящих древние знания, и предпочитали не замечать, если конкретно не касается именно их личных интересов. Наверное, из-за таких карточек. Рано или поздно, но такие штуки всё равно пойдут по рукам и попадут к тем, кому надо. Зачем истреблять тех, кто подобные вещи делает?

Я, конечно, зарабатываю продажей презренных кирпичей, и с книжек не прожить, но я писатель и почти сразу понял ценность того, что попало мне в руки, но реально осознал только сейчас. Карточка, которую отдала мне подруга, была именно из таких, как говорится, сейчас таких не делают, вернее делают, но только те, кто имеет возможности той, давно ушедшей системы. Зверь весил как я, был раз в десять быстрее, и я бы ничего не успел сделать, будь у меня даже автомат. Как я понял, что мне нужно именно такое квадратное на ручке? Постарался вспомнить, где мог читать или видеть в кино, на картинке или где? Честно напрягал память, но не смог, однако получил, то что получил, и будь что-то другое, от копья до ростового щита, ой сомневаюсь, что удалось бы выжить, ещё и без единой царапины.

Ограничений у карточки куча, и чтобы развить её, с моего F ранга, и увеличить количество доступных в предмете деталей больше двух, нужно вложить шестьдесят семь пустых карточек, и шестьсот девяносто семь очков системы. Суммы действительно огромные, просто невероятные, но такова цена. Теперь я понимал за что такие ценники. Попробовал вытащить лодку. Долблёнка из цельного куска дерева длиной метра три, с острым носом в форме головы неведомого мне зверя и кормы с забранным вверх змеиным хвостиком, на котором второй деталью была привязана пушистая шкурка мелкого зверька в качестве флажка. Оставалось улыбнуться и убрать в карту. Весло – это отделимые улучшения, оно отдельно, и его не дали.

Запустили обратный отсчёт, теперь аж в целых две минуты, и у меня полно времени осмотреться. Хорошо, когда у тебя есть мощный советчик. Невзрачный камешек, который вроде как надо относить кому-то из богов, оказался вместилищем моей души, частично, наполовину или всей, совершенно непонятно. С помощью него можно восстановить умершего игрока, но будут ли это делать лично со мной боги моего мира? Очень сомневаюсь, после того как стал игроком из рук пришелицы. Возможно, лучшим вариантом будут боги из мира Толы, ведь я для чего-то нужен? Хотя тоже есть вопросы. Моя мертвяцкая подруга принадлежала к группе отступников, хранивших древние знания давно ушедшей предыдущей системы, а вот новые небожители довольно плохо настроены к тем, кто хранил такие умения и возможности, хотя по возможности терпели и старались не обращать внимания, пока это не касалось их личных дел. Поэтому я решил просто оставить сей предмет в личной комнате, так сказать, до выяснения. Ещё нужно было разбираться с моими навыками и тем, что я приобрёл.

Не так много и было. У меня была карточка с топором, который я получил от бородатого здоровяка, меч с кисточкой, длинный и гибкий. Попробовал аккуратно помахать на вытянутой руке, и действительно, лезвие изгибалось, словно змеюка, хорошо хоть изгиб происходил в понятной мне физике, влево и вправо, а не волнами и не как веревка, случайным образом. Осторожная практика показала, что убиться подобным предметом вполне можно, но для этого нужно приложить дополнительные усилия. Был костяной нож, который я получил с маленького, старого и сморщенного чёрного, и костяной топор с прыгучего. Ребята, которых я принял за побритых и недокормленных хоббитов, что держали под палящим солнцем, оказались гоблинами. Как я понял, есть огромные цивилизации, где находятся вот эти самые гоблины, и когда-то они занимали большую часть всей доступной вселенной, но потом что-то случилось, и сейчас являются некой кормовой базой для всех остальных. Наличествовало невообразимое разнообразие разных монстров, что передвигаются между мирами. В любом случае у меня были системные предметы в количестве двух штук дополнительно, кроме моей уникальной и шикарной карточки. Ещё просто нож и костяной топор, что я мог таскать с собой в сумке. В общем-то, неплохо.

Пустая карта и карта, что я схватил в последнюю секунду, были в моей сумке, запихал голову зверя, оплаченные две минуты прошли, и я снова на Дерибасовской. Это я имею в виду снова дома в своей спальне, откуда меня на миссию выдернуло.

Тола бросилась ко мне, трогая и ощупывая на предмет ранений, а после моего краткого, но красочного и страстного рассказа воскликнула:

– Такого не бывает!

Мой машинальный ответ:

– У меня и не такое бывает.

Заставил архонта замереть с удивлённым выражением лица, и Тола произнесла:

– Это когда у тебя не такое бывает?

Глава 5. Разбор полётов

Всё было не так, вообще не по всем канонам, правилам и незыблемым догматам системы. Игрока призывали в свою личную комнату, потом говорили правила, давали какое-нибудь умение и делали выбор оружия, учили, выдавали оружейную карту, ещё и конкретизировали, какое именно копьё, меч или шуангоу я возжелал. К выбору оружия прикрепляли навыки не случайно, а словно человек проживал ещё одну жизнь, с тем, что он выбрал, и чем более конкретный предмет взял, тем более конкретные навыки получал. Если ты берешь меч, просто какой-нибудь меч, то и получаешь навыки какого-нибудь меченосца. На самом деле, даже в этом случае очень прилично отличающаяся от рубки саблей или топором, но если ты хотел именно вот такой, как у девицы, гибкий и с кисточкой из китайских фильмов, а не японскую катану, а именно из фильмов, снятых в Поднебесной, про прыжки по бамбуковому лесу выше собственной головы, то получаешь набор навыков именно к этому оружию.

Думаю, что я, бородач и грудастая азиатка из похожего дефективного набора. Будь у девицы конкретные навыки, то были вполне приличные шансы убить меня, несмотря на все мои хитрости, но, скорее всего, она была таким же, как я, наспех инициализированным игроком, а возможно, принята в игроки другим архонтом, вроде Толы. Как иначе объяснить её примитивное владение этим очень уникальным и непростым предметом? А ещё в моей комнате должна быть сумка, одежда, фляжка, но ничего, кроме валяющегося на полу камня души, или иначе филактерии, как гордо называла Тола этот предмет, в личной комнате не нашлось. Просто пустое помещение.

Но это не всё. Было ещё пятнадцать дырок, изображавших порталы, как я понимаю, к богам, но все они были серые. Кто из богов сейчас в нашем мире присутствовал и сколько, моя служительница смерти не знала, и какие из этих божеств конкретно сейчас активны.Скорее всего, игровые боги разделены по большим регионам и разбросаны по планете, а порталы должны быть открыты. Почему они закрыты для меня – загадка. По мнению Толы, пока мир молодой, богов обычно достаточно много, и можно было допустить, что их штук пять-семь. Возможно, притянуло божественные порталы из мира моей смертоносной подруги. Это ещё три, зато самые сильные, кто выжил и остался дееспособен после многих и многих лет испытаний. Тогда откуда ещё пять, а то и больше, и почему все неактивны? Оставалось только пожать плечами.

К этому всему экспресс-отправление на миссию, фактически минуя возможность вооружиться, получить навыки, и отправление обратно, через пустоту, в которой мне тоже вроде что-то должны были вручить, а потом двухминутное пребывание в пустой комнате игрока и выход обратно. Моя скорость вызвала у архонта только удивление, но никаких мыслей и ассоциаций по поводу, что это вообще такое, не появилось. Было предположение, что всё это отголоски моей активации через артефакт, контрабандно принесённый моей повелительницей смерти. Если по правилам, то игрока создаёт система, потом соединение с сервером, сканирование, выдача статуса, базовых навыков, параметров, имени и стартового имущества.Должен быть доступ к богам через личную комнату. У меня даже локального ID, истинного имени и возраста не имелось. Я это раньше заметил, а теперь дополнил экспресс отправкой на миссию и отсутствием вещей. Почему так, гадать бесполезно. Да хотя бы контрабандный артефакт божественного ранга всунул меня в неиспользуемый, давно забытый слот. Поэтому неизвестный локальный ID, личная комната мелькает на секунду, а дальше меня кидает в кривую проверку. Как одна из триллиона версий объяснения моей неправильности.

Даже с лечением дочки Арама было больше ясности, чем с моим вот этим всем. Тола подозвала девочку и просто в своем стиле убила лишнее. Она не могла лечить в нашем понимании, для этого нужны специальные навыки, которые можно взять, но именно у нее в текущем теле их не имелось. Там, у себя, она игрок икснадцатого уровня и имеет целое меню лечений, но в транспортном навыков быть не должно, иначе переход могут заметить местные боги и плохо отреагировать. Поэтому она поступила как истинная богиня смерти, убив все неправильно развивающиеся клетки в теле малышки. Отсюда и кома, резкое истощение, интоксикация организма, и потеря сознания. Ещё бы, такой удар. Но детёныш директора мясокомбината, оказался живуч, и дочка вполне перенесла предложеннную процедуру, после чего активно шла на поправку.

Оставалось подумать, что делать со мной. Тола наполнила свой резервуар очков системы и могла в любой момент перенестись обратно в свой мир, если вдруг здесь запахнет палёным. Остальное слила на развитие карты. Был способ передать очки мне, достаточно после смены аккуратно завернуть стик с убийством коров в изолирующий материал и, не убирая в карту, принести, чтобы я получил ОС. Таким способом мы могли легко повысить меня на пару уровней, но вот стоило ли мне это делать? Пока я уверенная единичка, на меня обращают очень и очень мало внимания, а стоит начать расти, я уже окажусь под совсем иным взглядом тех, кто наблюдает за происходящим в этом мире.

После боя с собакой я случайно по своей дурости чуть не повысил свой уровень. Мне не хватило всего одного очка, чтобы повысить свой уровень до второго. Для избежания переполнения слили почти все очки в мою универсальную карту, заполнив её бездонный резервуар. Шестьсот с плюсом очков, которые необходимы для повышения уровня моей великолепной универсальной карты, оставляли ещё очень много пустого резерва, и даже если мне будут выпадать подобные приключения, и при этом я ещё ухитрюсь остаться жив и получу очки системы, то у меня есть практически бездонная бочка, куда смогу сливать добытое без ограничений. А вот следующий уровень карточки, где я смогу компоновать предметы из трёх деталей, это уже действительно будет прорывом.

Был ещё один очень большой вопрос. Я с великого и победоносного шествия, в котором осуществил весьма эффективную, но достаточно подлую охоту на наивную псину, в полтора раза больше меня и аж второго, а то и третьего уровня, судя по пришедшим ко мне очкам системы, вернулся без трусов, в одной сумке. Главный консультант по взаимодействию с паранормальным сразу сказала, что мои трусы не являются системным предметом, и когда меня вы швырнуло, разумеется, их не перенесло вместе со мной, а они просто уничтожились в великом ничто. Это же произошло и в первый раз, когда дрался с гоблинами, азиаткой и бородатым, но тогда подумал, что так надо, и при испытании на выживание у тебя специально отбирают всё, ведь даже самые крошечные стринги в умелых руках ниндзя могут стать верёвкой для удушения. Но оказывается нет, корни явления лежат гораздо глубже и исходят к тому, что при переносе на миссию я могу взять только системные предметы.

Обычно на мне майка, простые домашние шорты или штаны и, разумеется, бельё, а ещё, как правило, в кармане лежал телефон. Я его часто в кармане таскаю, и наушники, если слушаю какую ни будь новую книгу другого автора, да и свои я по много раз на автоозвучке переслушиваю и редактирую. Но в эти разы смартфон остался на столе, а ещё очень хорошо, что моя любимая золотая цепочка была снята. Я её ещё месяц назад снял, положил в стол и забыл. Бывает, что забываю на несколько месяцев, вот как сейчас. Так что все мои затраты оказались в виде домашней майки, шорт и пары смен нижнего белья, в общем-то, не такие большие и потери. Только на образец стека я потратил раз в семьдесят больше.

Оставалось разобраться с личным имуществом. Карта с мечом, топором, костяной топор, три сумки игрока – одна с девицы, одна с бородатого и та, с которой пришла Тола. Ещё был костяной нож, моя карточка. Итогом моего путешествия к собаке оказались две пустые карты. С самого зверя выпала пустая карта, и это нормально, очень часто умения или свойства, которыми обладает поверженный враг, совсем не совпадают с тем, что можно каким-то образом прилепить к обладателю победы, а иногда просто свойства не столь сильны, и они не записываются в карту при смерти. Тогда выпадает пустышка. А вот то, что наградой за миссию выпала вторая пустышка, было весьма странно, по крайней мере, со слов моей подруги. Обычно система подбирает что-нибудь подходящее, соразмерно тому, что я делал, или кого победил.

Я и не сомневался, что со мной вообще всё неправильно и странно. Как вариант, что мне выдали пустышку, потому что великий взор, который следит за игроками и является самой системой, просто не понимает, кто я и чего мне надо. В любом случае нужно смотреть статистику, и одной миссии для этого совсем недостаточно. А ещё смущало отсутствие моего снаряжения в личной комнате. Стартовый комплект должен быть, но у меня его не имелось.

У любого игрока, разумеется, кроме меня, должен быть универсальный всеразмерный комплект обуви, одежды, фляжка, сумка и карточка с оружием. С карточкой и сумкой мне помогли, и жаловаться не на что. Благодаря Толе и её древним технологиям отступников и знаниям предыдущей системы, у меня, наверное, лучшая из возможных карточек. В первом бою прихватил ещё две сумки, плюс нож и топор. Предметы, которые принадлежат системе, можно прекрасно туда-сюда таскать без ограничений, а вот с одеждой не повезло. Она должна быть системной, и при этом самые дорогие вьютоны или дешёвые треники с рынка, будут себя вести одинаково, а конкретно, исчезать при переносе. Как пошутила моя подруга из империи семи звёздных миров:

– Даже если ты закажешь трусы у кузнеца из легированной стали, они тоже исчезнут. Нужны системные материалы.

– Тогда слушай меня архонт. Перед тобой заместитель айти мясокомбината, а бывших пищевиков не бывает, – и я решительно направился на кухню, сгрёб с рабочей поверхности всё, что попалось под руку, и, включив весь свет, который был, вывалил голову с частью грудины иномирной собаки из своей бездонной сумки на стол.

Всё это время, пока я шёл на кухню, Тола следовала за мной, молча сопя и с любопытством ожидая моих пояснений. Котяра тоже следовал за нами и разрывался между бодать меня и архонта. Кот действительно не отлипал от подруги, постоянно лез на неё и всячески пытался обратить на себя внимание. Такое поведение было крайне не свойственно. Пока занимался приготовлениями, глянул на крутящегося вокруг ног подруги котяру.

- Странно. Он «скотишь», а они крайне сдержанны в эмоциях. Если бы это был лысый, ориентал или рыжий Васька, тогда понятно, но мой раньше себя так никогда не вёл.

Тола слегка пригнулась и тронула гордо задранный кончик хвоста:

– Суть домашнего животного в другом, и не надо говорить, что это от того, что животное было стадное или стайное, а человек занял место вожака, и все сразу подчинились. Ага, это особенно к котам относится. Если ты посмотришь, сколько их: коровы, козы, кони, верблюды, овцы, свиньи, а из птицы – утки, да куры, и все, начиная от Африки до Америки, с которой почти не было контакта. Они домашние не потому, что приручились, а потому, что есть те, кто создан друг для друга, а коты сами пришли к людям, их создал и выпустил кто-то иной. Они отличаются от всех остальных животных, и при этом других, одомашненных котов в мире не существует. Только одна кошка живет с людьми, а остальные кошачьи только рядом. Лесные коты, которых часто принимают за брошенных котят и тащат к себе домой, никогда не уживаются с людьми и не становятся по-настоящему домашними. Домашность – это не путь эволюции, домашность – это создание, это творение того, кто может повелевать жизнью.

– Коты из другой системы, и он чувствует это, и если бы мог, на голове у тебя сидел, – предположил я.

– Может быть. Я читала про ваших животных. Коты сильно отличаются от всех. У них принцип любви, а не стаи.

Было интересно, и я прямо задумался, но вначале надо попробовать сделать задуманное. Выковать закалённые до 60 по Роквеллу трусы не рассчитывал, да и не было у меня железа, а вот вспомнить старое собирался. Можно было бы ничем не заниматься, будь у меня сумка, в которую можно мою несистемную одежду сложить и таскать с собой, но для этого нужно объединить семь сумок в кучу, а потом ещё раз семь семёрок, и итого сорок девять сумок. И одну сумку надо было обязательно оставить Толе для возвращения. Итого, мне нужно ещё прибить сорок семь грудастых азиаток и бородатых мужиков в ассортименте, чтобы взять с собой трусы и одежду. Вот именно поэтому прямо сейчас мой взор пал на верхнюю половину туловища и голову собакоподобного монстра, кусок которого я притащил из миссии. Вещь вполне системная.

Я был готов и примерялся, стараясь распределить приоритеты и не испортить ценное сырьё. Представительница высокоразвитой цивилизации сосредоточенно сжала губы, спустила на нос очки и следила поверх оправы, рассматривая окровавленный кусок мяса, а я приступил к работе. Как говорила подруга, скорее всего, мясо было съедобно. Почти всё, что имело системные возможности, походило во всех мирах, и если у нас теоретически можно есть собак и это вопрос вкуса, то и собакообразных в других мирах есть можно, и это мясо было скорее съедобным, чем несъедобным. Но меня сейчас интересовал именно параметр мясо.

Я приступил к работе. Идея была следующая: снять шкуру и с помощью нашей обычной соли и тех средств, которые продаются на любом маркетплейсе, выдублить, обрить, а из шерсти сделать нити. Скорее всего, будет похоже на тонкие корабельные канаты, и я даже не рассчитывал на то, что это можно будет шить обычной иглой, но соединить пару кусков шкуры можно. Затем попытаться сшить себе трусы, а нарезав аккуратно пластинки кожи в качестве тесёмок, из черепа сделать шлем, благо размеры вполне позволяли. Для этого нужно ободрать мясо. Работая на мясокомбинате, я знал, чем отличается обвалка от жиловки, да и готовить умел, часто используя не только нарезанные куски мяса, но и собственноручно мог разделать небольшую свинью или барана, но делал это очень редко, как правило, на большие праздники, когда не каждый год приезжал в деревню навестить родню по материнской линии. Но теорию я знал именно как технолог, вернее тот, кто много лет сидел рядом с технологом и внедрял модуль производство. Да и на производстве я проторчал много лет.

Вот сейчас мне эти знания и пригодились. Самое сложное оказалось аккуратно снять шкуру, подрезать глаза, нос, разрез над пастью. Даже начал переживать, что мясо протухнет и начнёт вонять до того, пока я расправлюсь с окончательным сдиранием мехового покрова с поверженного монстра, но всё было хорошо. С окончательной разделкой я вопросов не видел. Содержимое черепа выколупаю позже, когда займусь изготовлением шлема, шкуру пересыпать солью и в тазик. Пока пусть полежит, и знаю, что предстоит долгая, кропотливая, но несложная работа по выделке. Сообщил вслух:

– А теперь самое интересное. Ощущаю себя дикарём, принесшим из леса голову страшного противника, и просто не могу отказать в удовольствии выесть мозг.

– Ты серьёзно? – удивилась подруга.

– Нет. Конечно шутка. Там трусы, – указал я окровавленным ножом на кусок шкуры в тазике, – здесь шлем, – постучал лезвием по черепу, – а тут, обувь, и коснулся шеи зверя, переходящей в небольшой кусок грудины.

Гордо задрал подбородок и сказал:

– Полный комплект легионера: шлем, знаки приличия и сандалии.

Ответом мне был удивлённый взор. Ну да, из одной головы, пусть и крупной собаки, столько планов. Зато у меня сомнений не было. Оставался только один вопрос – я не знал выход готового продукта, поэтому меня разрывали сомнения. Если с шерстяными трусами понятно, то с обувью были проблемы. Ещё раз перевернул звериную голову. Ещё раз довёл ножи. В доме ножей не так много, совсем не как принято у маньяков, по полсотни, а меньше десятка, включая консервный, но инструмент я держал в полной готовности. Готовить люблю, поэтому помидоры должны быть нарезаны, а не накромсаны. Это не значит, что, как японские повара, срез не толще бумажного листа, я позволял себе гораздо большие допуски, но ножи были неплохи.

Тола не уставала поглядывать на меня изумленным взглядом, поверх оправы дорогих очков, которые почти не снимала, а котяра вращался между ногами, не зная, кого бодать. Знаете, что общего между суджуком, прошутто, бастурмой и даже воблой? Это всё сыровяленое мясо, и если оно пересохнет, то жуёшь как подошву. Главное срезать кусок так, чтобы учесть изменение размера. Несколько дней в холодильнике, когда соли вдвое больше чем мяса, а потом сушка на солнце. И если угадать с размером, то у меня будут отличные подошвы для обуви. Пересохший суджук, не смотря на то что он из фарша и добавлением жира, может несколько дней в воде размокать, а если срезать с щёк зверюги куски, где побольше жил, то с такой подошвой в сыровяленом исполнении можно неделю по лужам ходить. Знаю что вариант временный, но это куда лучше чем босиком, а на тёплые унты у меня системного материала не хватит наверняка.

Поведав свои планы, искренне удивил. Знаю, что при переходе на миссию из башмаков исчезнет несистемная соль, но радикально на структуре сушёного мяса это не скажется. Свернутые и пересыпанные солью заготовки подошв искренне поразили инопланетного архонта. Я даже концепцию пуговиц придумал. Принесенным из кладовки молотком, выбил клыки, и показав, как собираюсь обточить, и как сделать петлю из будущей верёвки из шерсти, после бритья шкуры. Вот теперь мне вполне хватало материалов, если не ошибся в расчётах. Ещё немного поколдовал с головой. Помимо подошв, срезал несколько кусков, просто так. Всегда можно в случае голода съесть подошву, но если удастся выяснить, что собака действительно съедобна, то у меня будет запас мяса, который можно держать в сумке в качестве еды.

Теперь всё зависело от того, как мне удастся выдублить шкуру, и получится ли закрепиться лямками за череп. Я уже наметил несколько отверстий, чтобы просверлить дрелью, когда череп окончательно очистится, просолится и высохнет, я получу некий шлем в форме собачей головы, правда с выбитыми клыками, но это ничего, если отбрехаться, то это символ победы. Шлем из головы поверженного зверя, лишённого главного оружия. Клыки мне были нужны в качестве пуговиц для фиксации обмоток сандалий. Как получиться не знаю, но я так думаю.

Все свои действия я проговаривал вслух, соблюдая максимально артистичную интонацию, а рядом стояла Тола, погрузившаяся в глубокую задумчивость.

Как только решил вплотную заняться черепом, после того как закончил с обувными заготовками, произошло ещё одно событие.

Я всегда жил удачей. В случае возникновения моего личного кассового разрыва, я имею в виду не семейные деньги, а именно свой личный кошелёк, в котором оказывался ноль, кто-нибудь из давних знакомых, о котором я уже забыл, возвращал неожиданно небольшую сумму денег, закрывавших мои потребности на пару дней, как раз именно на те пару дней, когда задерживали выплаты по проданной квартире, а нужно было срочно вносить пусть небольшие, но требующие пунктуальности платежи. Не помню сколько раз, да почти постоянно, тратил всё до последней копейки, делая подарки детям и друзьям, и опять был с пустым платёжным балансом. Но опять неожиданно приходил человек, таких называют «купил-пришёл», и когда клиент просто пришел, не потребовал от тебя многомесячной работы и беготни по хаткам и коридорчикам, а взял и купил, а потом ещё и застройщик выплатил деньги не в три недели, как обычно, а за неделю, при этом счет сдал в четверг, а неделя закончилась в пятницу. Такое тоже было, и в тот момент, когда тебе очень нужно, а ты уже потратил всё. Причём последовательность купил-пришёл не ошибка. Такие сразу приходят с решение купить и твоё дело только улыбаться и не мешать.

Однако, удача не бывает неподготовленной и общей. В семье всегда был запас денег, и это другая история, но речь идёт именно о моём личном, и стабильность семейного кошелька не имела никакого отношения к моему, который метало во все стороны, от абсолютно пустого до наполненного с явным излишком. Поэтому с девяткой в параметре удача был полностью согласен. А сколько раз только благодаря высшим силам разъезжался с идиотами на дороге, и мне уступали, когда сам поступал неадекватно. Но я всегда извиняюсь, хотя бы мысленно, и прощаю, когда передо мной извиняются, а дебилы и идиоты продолжают считать себя правыми. Вот тут и нужна удача, чуть отводящая руль. Ещё что? Помню, много лет назад был случай, когда меня хотели явно подставить и подсказали день рождения большого начальника совсем не тогда, когда у него был день рождения. Я с большой бутылкой пробегал целый день по коридору, но именно в этот день начальник назначил совещание и был на другом конце города. Так мне в неправильный день рождения подарок вручить не удалось, а потом я встретил хорошего человека, который очень корректно, не желая ни с кем ссориться, сказал, что, возможно, кто то ошибся. Я-то понимал, кто и как возможно ошибся, и взял на заметочку. Но тут чистая удача. Обычно этот самый начальник сутками сидел в своем кабинете, и можно было прийти ранним утром и поздним вечером, в любой обеденный перерыв, и найти его на месте, но именно в этот день он отсутствовал.

Можно объяснить миллионом разных событий, стечением обстоятельств и прочего, но привык разделять эти понятия. Есть высшие силы, которые дают тебе то самое невозможное, что случается с тобой или не случается, но есть дела, где удача ни при чём. Если нужно копать траншею и на один метр нужен один час, то никакая удача не поменяет скорость копки, и чтобы выкопать шесть метров, придётся поработать шесть часов. Многие этого не понимают и надеются на экскаватор, который пошлют с неба. Может и пошлют, но я так удачу не воспринимаю.

Всё остальное у меня было шестёрками, семёрками, иногда пятёрками, чуть больше, чем у гоблинов, тех некрупных, больше похожих на тощих подростков, черненьких, бритых хоббитов. Вполне оправданно. Да, я крупнее, сильнее, больше по массе, поэтому, разумеется, всё, что касается физической силы, должно быть больше, и согласен с этим совершенно. Как только я увидел параметры своего персонажа, ещё в первый день, то сразу поделился с архонтом, но она сказала, что всё по середине, так и должно быть, кроме, разумеется, одного.

Я это все к чему? Позвонила супруга и сказала, что у интегратора есть очень большие проблемы с внедрением, сроки горят, а ей предложили разобрать с пользователями одну очень злобную базу, которая тормозит весь процесс, поэтому к её стандартной командировке в две недели добавится ещё две, возможно три. Платят за переработки достойно, просто далеко не все умеют работать быстро, точно и с такой квалификацией. Именно поэтому ей эту работу и предложили, а она согласилась, да и больше некому, все заняты на других объектах. Узнавала, смогу ли я выжить это время? Я честно сказал, что если не пошлют к каким-нибудь гоблинам, которые мне голову оторвут, то вполне смогу. Вопросы с кормлением писателя не задавались, я сам с этим прекрасно справляюсь, а фотографии кота слались регулярно и в этом вопросе беспокойства не имелось.

– Девятка в удаче, – сказал я Толе, которая находилась рядом и слышала мой разговор.

– Как бы не десять, но абсолютной удачи не бывает, – согласилась архонт.

Обычно моя супруга работала из дома на удалёнке и выезжала в командировки буквально пару раз в год, и, как правило, на несколько дней, соглашаясь больше на возможность чуть развеяться и съездить в оплаченный трудовой отпуск, когда днём работа, а вечером экскурсии по чужому городу, посещения музеев и прогулки. Вот когда просто так поедешь, например, в Сибирь или побываешь в Иркутске, если живёшь в европейской части страны? На моей памяти такой длительной командировки никогда не было, а чтобы её продлили ещё почти настолько же, и как раз в то время, когда мне на голову свалилось всё это. Совпадение? Когда великие архонты меня назначили игроком по велению некого предсказателя, который сейчас находится в глубокой коме и вообще, может быть, проживает не в нашей вселенной? Спорить не буду, но для меня это та самая девятка, с которой я иду по жизни, и спасибо за это тому, кто приглядывает за скромным писателем, подрабатывающим продажей квартир в новостройках.

Глава 6. Вызов по требованию

Прошла почти неделя. За это время удалось сделать очень многое. Подошвы получились по размеру, даже с запасом. Для них я заложил некие загибы, чтобы сделать в виде шлёпанцев, в которые продеваются ноги, а не просто сланцев на завязках, вроде римских сандалий, когда подошва отдельно, а к ногам крепят верёвки. Хотелось над пальцами иметь защиту от случайно упавших тяжёлых и корявых предметов. Для того, чтобы было быстрее, пришлось купить сушку для овощей и фруктов, в которой мясо тоже отлично сохло, и просолилось оно до этого прекрасно. Соли я добавил раза в три больше, чем самого мяса, и фактически получил некую мумию во влажных кристаллах хлорида натрия, оставалось только на полдня повесить вялиться в тепле, а дальше досушить с помощью сушилки для овощей. Намечались отличные башмаки.

Второй темой была шкура. Всё оказалось немного сложнее. С первым этапом, снятием и засолкой, справился отлично, а потом начались тонкости. Наверное, здесь только опыт. Шкура получилась отличная, мощная, дублёная, можно сказать, отчасти деревянная, матёрая. Сей предмет слабо напоминал мягкие шкурки, используемые в меховых изделиях, скорее подходил для меховых ботинок, но это моих планов не изменило. Единственное, о чем думал, что можно сделать набедренную повязку, либо все таки попытаться вначале шорты? Разрезать штанины ножом и сделать из шорт набедренную повязку, я всегда смогу, если будет прям совсем ужасно тереть, а вот свободное проветривание, вернее доступ, смущал. Не то чтобы переживал, что кто-то что-то увидит. Я два раза женатый взрослый мужчина, и меня вопросы этики давно не волнуют, я хотел получить защиту, а не обозначить знаки приличия. Немного поработав ножом, всегда могу модные меховые шорты превратить в функциональный мини килт, если будет уж совсем ужасно натирать. Осталось решить вопрос как это сделать.

С нитками, вернее верёвками, получилось достаточно легко. С костяного ножа ничего, кроме деревянной рукоятки и вбитой в неё кости, добыть не получилось, зато я успешно разобрал костяной топор. Как оказалось, для фиксации заточенного обрубка, бывшего частью чьего-то организма, на деревянной ручке, использовалось немало верёвок, причём они оказались намного прочнее и в разы качественнее, и, соответственно, даже тоньше тех, которые я пытался вязать из обритого меха шкуры. Все трусы сбривать не стал, просто добыл небольшой клок, совершил пару попыток ниткоплетения и понял, что не моё. На шкуре оставалось ещё полно меха, но решил пока не портить.

Сбритую шерсть я не выкинул, потом найду применение, но пока моего мастерства, для этого явно не хватало. Зато расплетенный топор дал несколько метров отличной веревки, и если заранее планировать и не делать сплошной шов, а сшить шкуры в несколько стежков, то получались отличные зверо-шорты. С учётом того, что это была шкура, снятая с морды убитой собаки, очень напоминала мужские трусы в форме слоника, которые часто видел в мировой сети. Конечно, слоник был иным и выглядел странно, а на ощупь был ещё страннее, скорее напоминало кусок волосатого пластика, в который вплавили искусственную жёсткую и колючую щетину, наплевав на размер волос, курчавость и косматость.

Зато я получил некую защиту паха, конечно, не от удара молота, но прикрытие от колючек и кровососущих насекомых мне обеспечено. Дополнительно рассчитывал на защиту задницы, которой придется много сидеть, и не всегда на ровных, специально подготовленных для этого поверхностях, при этом могут быть ситуации, когда времени на подготовку того, куда садиться, вовсе не будет.

Про разобранный топор совсем не переживал. Кроме верёвок у меня появился кусок заточенной кости и палка, а топор имелся системный, совсем не маленький, на длинной рукояти, который выпал с картой убитого бородача. Скорее, меня интересовали системные материалы. Предстояла большая работа по изготовлению шлема, и я пытался экономить ресурсы. Если просверлить дырку, и не привязывать верёвкой, тратя драгоценный материал на узлы, а например нарезать из древка разобранного топора пару десятков подобий деревянных пуговиц и вплести в верёвку, то продевая в дырки черепа, получим фиксацию не хуже, а расход условных лямок гораздо меньше. Кроме того, в некоторых местах можно будет использовать то, что я сам наплёл из обритого меха или тонкие полоски нарезанной шкуры, оставшиеся после создания меховых трусов.

Верёвки мне ещё были нужны для обуви, и вообще, если говорить о значимости, то костяной топор оказался звездой моей коллекции. Однако, на сетование о том, что надо было с деда и прыгучего гоблина снять ещё и одежду, хоть на нитки распустить, Тола сказала, что не всё так просто. А вернее это очередная странность. Гоблины, как правило, не имеют системного оружия, либо оно выпадает в виде карты, а не так, как у меня. В девяносто с лишним процентов случаев, я бы получил просто топор и просто нож, которые растворились при переносе с места испытания и то, что трофеи были системным – это ещё одно указание на мою девятку в удаче.

С чего вдруг так развернулся с народными ремёслами и спешил? Для настоящих сыровяленых подошв такого времени просолки явно мало, и со швейными делами основательно затеялся, но меня подгоняли. Была назначена миссия на четырёх человек, в которую я был записан автоматически. Радовало то, что остальные были тоже первый уровень и имелась надежда на то, что противники будут соответствующие.

Время поджимало. Нужно было выжать из отпущенного максимум. В жизни любого мужчины есть момент, когда он понимает, что то, что он может сделать сам, возможно поручить кому-то другому, и это будет даже лучше и приятней, намного качественнее, чем было обычно, но при этом, конечно, нужно будет заложить некоторые ресурсы, которые уйдут на того, кто будет помогать. Я тоже так решил, взял трусы, кость от топора, и порывшись по объявлениям в интернете, отправился к тем, у кого было соответствующее оборудование. Подозревают неладное и задают вопросы тогда, когда мало денег. Объяснение, что так надо, и намек, что это спор и научное исследование, вполне удовлетворили девушек, занимающихся народными ремеслами, и они обещали аккуратно добрить чудо шерстяные трусы и сплести из них целый клубок ниток, причем сделать это каким-то четырёхрядным способом. Тонкой нити из вот этих волос не обещали, но под цыганскую иглу размера три икс-эль подойдёт, и по прочности сопоставимо с обычной шерстяной нитью. Предлагали всунуть за основу синтетическую нитку к которой шерсть прям так и липнет, но я отказался. Для нашего мира было вполне логично, но я-то знаю, что как только меня перенесет на задание, то всё, что несистемное, останется в этом мире, и я смогу рассчитывать только на непосредственно шерсть, поэтому лучше пусть сделают своё четырёхрядное. Затем поехал к суровым парням со станками с ЧПУ, привыкшим выполнять самые извращенные задания рекламщиков и вырезать слоганы, вплоть до самых нецензурных, на самых странных и дорогущих предметах.

Моё желание вот из этой кости нарезать наконечников для стрел никаких вопросов не вызвало. Более того, мне дали несколько дельных советов, спросили, для лука или арбалета, и предложили, за отдельную и немалую плату, каждый наконечник снарядить умным высказыванием. Был у них такой заказ, и очень прикольно получился. Только вопрос денег, с которым я сразу же, без торга, расстался. В итоге из кости получил двенадцать отличных наконечников для стрел, а девицы, занятые ремёслами, обрили наголо мне трусы и сплели несколько метров отличной, прочной верёвки.

Надо было не мудрить, а сразу отдать системные материалы профессионалам в обмен на деньги, но кто-бы знал? Получилось очень хорошо, много лучше того, что я делал сам, но не идеально. Толстая шерсть зверя была, скажем так, странная, и девки, предварительно, разумеется, позвонив мне, заказчику, осведомились, что так и так, мол, тонко и красиво не получится, надо выбирать. Я выбрал ядрёно-надёжно в ущерб остальным параметрам, и дал своё добро, что как выйдет, так и выйдет, но, разумеется, с максимальным прилежанием и старанием. В итоге получилось несколько метров отличной, похожей на бельевой шнур верёвки. Почти аналог того, что я расплёл с костяного топора, и целая дюжина наконечников для стрел.

Очень хороший размен. Сама голова костяного топора меня мало интересовала, а вот иметь наконечники очень хорошо. Это самая сложная деталь. Лук я могу получить из своей универсальной карты, пусть и простой, но вполне нормальный, палку для древка стрелы срезать в лесу, и даже перья добыть не проблема. Если есть птицы, то перьев всегда с избытком. Кстати, вместо оперения, можно использовать пучок травы или кусок тряпки или шкуры, и только наконечник является проблемной деталью. Продумал даже такую деталь, как всовывать эти наконечники в палку. Не спрашивайте сколько это стоит, тариф был тройной, но я заказал из этой же кости свёрла, с удобным листовидным держателем, как раз чтобы высверлить отверстие под хвостовик наконечника. Сверло с удобной ручкой, две штуки, вырезанное на прецизионном станке из кости неведомого животного.

Зато теперь не будет вопросов с креплением наконечников к палкам. Для себя я решил, что если не вернусь с очередного задания, то и деньги из моего личного кошелька мне не понадобятся. Поэтому на кожаных трусах, костяных наконечниках и свёрлах не экономил. Там же обработал череп. Зря, конечно, я героически выбивал молотком клыки, надо было немножко потерпеть, и парни бы срезали их более аккуратно, но это ничего, всё равно я хотел их использовать в качестве пуговиц. Череп был не очень большой, поэтому изначально приходилось выкручиваться, и пришлось выбирать, либо защищать лицо, либо больше внимания уделять задней полусфере. Какая бы собака огромная ни была, это же не медведь и не тигр, поэтому человеческая голова будет несколько больше. Чем крепить, вопросов не было, у меня имелся запас верёвок, и осталось немного кожи, после доводки моих шерстяных трусов. Способ крепление я продумал. Мне нужно было просто аккуратно насверлить дырок в определённых местах, и кое где обработать поверхность. Решил остановиться на модели, очень напоминавший шлем велосипедиста. На рыцарский шлем-ведро или широкую шляпу времён Столетней войны всё равно материалов не имелось. Даже так, защита от случайного удара по голове вполне могла сработать.

Всё это время очищенный череп пролежал в густом соляном растворе, затем нужно было просушить. Благо моя универсальная сушка подходила как для подошв, так и, если вынуть внутренние пластины, то позволяла засунуть такой объемный предмет, как голову собаки. Уже потом, дома, оставалось привязать ремни и подогнать по размеру. Кстати, если хорошо платить, и не строить великую рожу, а улыбаться, а я это делаю действительно искренне, люди это отлично чувствуют, поэтому в процессе производства получил ещё несколько дельных советов. Разумеется, я не говорил, что собираюсь использовать череп в качестве основной защиты головы, но мне с огромным удовольствием рассказали, что был заказ от реконструкторов, и они на полном серьёзе делали оружие и доспехи из кости, и мне предложили внести небольшие изменения в изначальную конструкцию. Я воспользовался советом, и сделал несколько дополнительных дырок для крепления.

Вернувшись домой, я гордо продемонстрировал свою экипировку и весь вечер ходил в шлеме, трусах и шлёпая сыровялеными подошвами. Вначале вызвал удивленно поднятые брови у подруги, а потом неподдельный интерес к моим изысканиям в области народного творчества. Дельных советов, архонт цивилизации, состоящей из семи звёзд, дать не могла, в её мире вот этим всем не занимались уже столько времени, что простые слова, которые мы употребляем, имеют отметку устаревшие, и нужно делать запрос в поисковую систему, чтобы понять, как это называется.

В таком красивом наряде я ходил не из личной гордости, и не в попытке произвести впечатление на жрицу смерти, а элементарно пытался понять, как вообще это всё носить. С обувью получилось довольно просто, немножко расходить, чуть примять и приспособиться к странным ощущениям, да и трусы оказались вполне носибельными. Рукодельницы за мной немного перешили, и я получил достаточно удобные, хотя жестковатые трусы-шорты. Вид по-прежнему оставлял желать лучшего, но это меня беспокоило в последнюю очередь. Шлем сел на голову правильно, насколько можно ожидать от такого изделия, и диссонанса не вызвал. Я очень часто хожу в строительной каске, и предмет на голове оказался самым быстрым для привыкания.

Плановое от беспланового отличается радикально. В прошлый раз меня выхватили среди ночи, отправили не пойми куда, и, если бы не карточка, которая из каких то глубин моего разума выдрала решётку с шипами, а псина не бросилась самым тупым образом, напоровшись на острия, то совсем не факт, что я вообще бы выжил. В дополнение, меня пронесло мимо комнаты игрока, совершенно не дав никаких умений и навыков и так же точно вернуло, плюс то, что в моей комнате не оказалось стартового комплекта из фляжки, сумки и одежды. Я победил животину чудом.

Сейчас я выспался, отдохнул, надел сланцы, системные трусы, шлем, и приготовился, накинув сумку на плечо. Одну сумку оставил Толе, вторую, свободную мы вскормили моей. Можно было объединять. Вначале не хотел, не видя смысла, пока у тебя нет семь сумок, но архонт сказала, что лучше добавить, вдруг я найду ещё оставшиеся необходимые до семи, и тогда уже получу сумку, в которой смогу переносить несистемные предметы в мой мир. Мало ли, вдруг где-то там меня пошлют в замок с сокровищами, и буду целый день бегать по золотым монетам. Почему бы не прихватить горстку? При этом, с большой вероятностью, эти монеты смогу притащить в наш мир.

Во всей этой системе я пока для себя каких-то возможностей больших заработков не видел, но при случае от дополнительных бонусов никогда не отказывался. Три, два, один – и я снова на Дерибасовской, а вернее, лечу в воду метров с пяти. Не так высоко, когда умеешь группироваться и вообще нырять любишь, а под тобой достаточная глубина и есть время подумать. В этот раз я пробыл в личной комнате секунд пять, мне предложили выбрать навык, на который я успел подумать, что хочу уметь владеть протазаном как великий мастер Йода и его родня из джедаев и космодесантников. Конечно стебался. Какие навыки за пять секунд? Но со мной согласились, даже дали доступ к серверу, по коже пробежал холодок, а потом мордой в холодную бурлящую воду. На секунду заметил надпись, что стал обладателем умения “огонь великого мастера”, но большего прочитать не успел, ибо меня бесцеремонно вышвырнули. Вынырнуть, лодка-долблёнка из карты, и ввалиться через борт. Отдышаться и осмотреться. Меня высадили прямо посередине реки.

Расстегнул тесёмки каски. Как я хорошо подсуетился. Используя шапку из черепа заместо весла, слегка подруливал лодку и вычерпывал воду изнутри, которой немало затекло, пока я своей жопой в плавсредство заползал. А шорты вообще прелесть. Без них, я бы все нежности о грубый борт стесал, или пришлось бы быть более осторожным.

Посмотрел на воду. Река, вода средне-прозрачная, рыбы полно, страшных теней, вроде крокодилов и анаконд нет, да и климат скорее похож на лето в Карелии, чем на тропические джунгли. Вода холодная. Даже в районе средней полосы летом в реках теплее, не говоря уже про южную часть России, где я живу. У нас воняет тиной, но температура вдвое выше. Шлем оказался отличным многофункциональным устройством. Я плыл по течению, вычерпывал воду и немного подруливал. То, что я не вижу опасности, не значит, что она отсутствует, но для подводных хищников, не понимающих, что люди отдельно, а деревянные долблёнки отдельно, я был трёх с половиной метровым бревном, весом килограмм под сто пятьдесят.

Да, выяснилось ещё одно ограничение моей чудо карточки: два моих роста, два моих веса. При этом карточка старалась использовать для материализации ранее существовавший предмет. Каждый раз при попытке вызвать лодку, я получал именно эту, если не заказывал что-то иное, сознательно продумывая отличия. Думаю, именно такая, где нибудь в этой вселенной есть, с флажком из шкурки. В качестве эксперимента я пробовал вызвать рельс, чтобы, например, перебросить между крышами домов, или ущельем, или просто доску. Деревянная балка полегче, но параметры были неподходящие, а именно ограничение было на то и на другое отдельно. Карточки были редки и уникальны, поэтому даже Тола знала об этом примерно, и у каждого владельца возникали свои ограничения, которые зачастую выглядели совсем иначе, чем у предыдущего хозяина, этой же самой карты. При этом верёвка с привязанным к ней стальным крюком-кошкой у меня получалась отлично, и то, что верёвки под сотню метров, ограничением не считалось. Главное, чтобы предмет можно было запихнуть в куб со стороной два моих роста и весил он как две моих тушки.

Был ещё один большой плюс. Карта желаний жрала в себя пустые карты и очки системы как бешеная, зато в случае поломки предмета, даже почти полного уничтожения, восстанавливала его, тратя пару ОС из своего запаса, немного отдаляя переход на новый уровень, зато позволяя мгновенно произвести ремонт самых изломанных предметов, уменьшая личный счётчик. Тола сразу сказала, что это ещё один плюс карты, и можно не церемониться. Обычная оружейная карта сама чинит оружие внутри себя, но очень и очень немгновенно, а тут имелось два варианта, либо сама, но долго, либо за очки системы. Ещё один плюс древних технологий отступников.

Каска-весло-черпак в руке, кожаные труселя почти подсохли, сыровяленные шлёпанцы не сильно-то и среагировали на попадание в воду, и, будучи снятыми и «покладенными» на сухое, быстро просохли, на мой взгляд, только добрав прочности. А я услышал вопль.

Аптека, улица, фонарь. Так у классика? Лодка, речка кушири, имеется ввиду беспорядочная растительность в отдалённом месте, если кто не знал, и с воплями к воде выбежали двое, в почти одинаковой одежде, с сумками через плечо. Женщина, опирающаяся на копьё, поддерживала под мышку невысокого мужчину, явно прилично прихрамывающего, который держал в руке что-то вроде мачете. Я же теперь полиглот хренов. Вместе со вступлением в игроки мне накинули знания системного языка. Вот именно системный я и использовал, на котором я и заорал: «Сюда!». То, что они вывалились к реке, для них было неожиданностью. Ещё большей неожиданностью оказалась моя лодка. Да, выглядел я совсем нецивилизованно, одетый в меховые трусы, стоя в долблёнке с флагом из шкурки, в руке многофункциональный шлем из черепа зверя, и зачатки пивного брюха. Кожа у меня белая, в европейском стиле, но назвать неженкой нельзя. С ранней весны набегами помогаю матери на даче, которая решила на глубокой старости лет выращивать странного вида растения, которые называют помидорами, перцами и баклажанами, требующие постоянного полива и выдающие сморщенные плоды в конце сезона. А ещё я постоянно бегал по стройке, проводя много времени на открытом воздухе.

Пока меня разглядывали полсекунды, промелькнули детские воспоминания. Солнце, лето, деревня, топор, ножи, деревянная стена, делать вообще нечего, и если ты ухитрился сбежать от сельскохозяйственных работ, можно ощутить себя настоящим диким человеком. Нас собиралась целая банда, и мы лихо приспосабливались кидать перочинные и столовые ножи в поленницы и просто деревянные стены сараев. Иногда швыряли снятые с древка вилы, отвертки, зубила и не могу сказать, как назывались предметы, но при должном усердии втыкались отлично.

- Сюда, сюда, - заорал я ещё раз на системном.

Парочку смущало. Не знаю от кого они убегали, но мой вид тоже вызывал некоторые сомнения, но, после секундной паузы, они бросились в воду. Мужчине было плоховато. На вид он чуть помоложе меня, наверное, лет до сорока, женщина тоже была примерно такого же возраста, может, чуть смугловатая кожа, хотя в лице больше европейского, чем другого. Как только они отплыли от берега, из кустов вывалилась тройка гоблинов. Я про сарай вспомнил не случайно. Такая уж у меня цепкая и избирательная память писателя, видеть чуть вперёд, угадывая сюжет и пытаться примерить будущие ситуации на себя. Метать гибкий меч азиатки даже в мыслях не держал, а вот, словно в детстве, швырнул топор. Даже если обороты неправильно уложить и прилетит обухом или топорищем, всё равно больно, а самое главное, когда в тебя летит увесистый топор, то страшно. Самое сложное было удержать в лодке равновесие, но я уже приспособился, долбленка была очень грамотно сделана, как, собственно, и все предметы, которые получались из моей карты. Сразу видно качество.

Нападающих было всего трое, наверное, самых шустрых, а в руках копий и луков не увидел. Отозвать в карту, и ещё один бросок, отозвать в карту, и ещё один бросок. Один попытался зайти в воду, а я следующим броском попал. Нет, не как в фильмах про индейцев и томагавки, и не разрубил голову напополам, а просто куда-то попал, и скорее всего не лезвием, но когда в тебя прилетает углом обуха полуторакилограммовой железяки, тоже хорошего мало. И ещё один отзыв и бросок. Помогая своему ударенному товарищу выбраться из воды, трое шустриков ломанулись в кусты. Почти наверняка это были самые быстрые, потому что я слышал вдалеке множество криков и воплей, там была серьезная толпа.

Я бодрил подплывающих, ловко удерживаясь от мата, даже сам от себя такого не ожидал, при этом используя только системный язык. Получалось витиевато, словно читаешь медицинский справочник в соответствующем разделе про мужчин и женщин. Меня отлично поняли. Река имела приличное течение, кое где были даже серьезные буруны, на которых лодку очень по-взрослому кидало и качало. Затаскивать двух человек внутрь в такой обстановке было невозможно. Ничего, не сахарные, не растают. Зато и утонуть прямо сейчас у них не получится, если, конечно, сами этого не захотят. Я со всех сил выгребал шлемом, давал ценные указания. Мою задумку отлично поняли, и беглецы добросовестно помогали, стуча ногами по воде. Мы неслись вниз, понемногу приближаясь к противоположному берегу.

Проплыв довольно приличное расстояние, успели буквально впритык. Впереди начинался очень нехороший участок, где вода превращалась в сплошную пену, и я был очень не уверен в том, что вот нам прям туда совсем надо. Мы оставили нападавших где-то там, достаточно далеко, на том берегу. Просто так переплыть такой поток не удастся. Когда воды было совсем по пояс, и времени почти не осталось, я взял свои сыровяленые сандалии в руки, поднял выше головы и убрал лодку в карту. Я предупредил, но всё равно получилось неожиданно и мои окунулись, но сразу стали на дно и поднялись. Помог подхватить мужчину, и мы двинулись к прибрежным кустам. Попытался прислушаться, но или отплыли далеко, или шум воды заглушал звуки, но криков не услышал. Просто так переплыть эту реку не получится, а если не успеть переплыть до этих мест, то дальше начинались сплошные пороги, и ой как сомневаюсь, что ниже возможно форсировать водную преграду даже на лодке. По крайней мере быстро перебраться у нападавших не получится. Скинул на землю сыровяленные сланцы, обул ноги, и мы растворились в прибрежных кустах.

Глава 7. Вождь племени

Мы бежали. Река делала большой изгиб и, проходя несколько километров порогами, снова становилась широкая и спокойная, наполненная лодками, а на берегу множество домов, вокруг которых бродили гоблины. К гадалке не ходи, как только наши преследователи добегут до этого чудного поселения, на наш берег поплывут все эти лодки.

Хорошо, что решили забраться именно сюда и увидели. Не зря, соскребая ногти и сбивая колени в кровь, поднялись на небольшой холм, за которым весь вид и раскидывался. Тяжелее всех пришлось мне. Часть колючек и неровности почвы гасила одежда игрока, а у меня только кожаные труселя и мясные сланцы. Но именно я оказался самым сдержанным. Мужчина заваливался на ногу при каждом шаге и матерился, разговаривая на грубом, некрасивом системном, при этом перемежая с русским матом, а женщина небогатый английский ассортимент чередовала высказываниями про щиты и факела. Вначале просто бежали и продирались сквозь кусты, забрались на холм, чтобы понять, куда бежать, теперь поняли и, узрев деревню с гоблинами, сменили направление.

История этих двоих была крайне простой. Призвали на миссию, швырнули совсем недалеко, в нескольких сотнях метров друг от друга, и прям перед носом оказалась тройка гоблинов. Мужик кое-как их раскидал, будучи от природы русским, двоих прибил, один сбежал. Пока он своих бил, на женщину напал ещё один и попытался размножиться, но был отпихнут. Не получив одобрения самки, бросился с кулаками, но и так не преуспел. Завязалась драка, но подоспел Семён, так звали мужчину, который прибил обидчика.

К тому моменту он уже был ранен, но ещё держался. Хотя за границей они все феминистки, но в этой ситуации, почему-то готовы поступиться моральными принципами и не сговариваясь у них образовалась команда. Язык системного общения стёр языковые барьеры, и, услышав, что к ним приближается целая толпа явно обиженных родственников, самым лучшим вариантом решили сдрыснуть, но в процессе драки, мужчина получил несколько чувствительных ударов и быстро двигаться не мог. Но Изабель, так звали женщину, его не бросила, а волокла как могла. Потом толпа начала приближаться, а они бежали куда глаза глядят, и тут я такой красивый в лодке выплываю.

Сейчас мы шли по пояс в грязи, среди булькающей тины, кочек и запаха сероводорода, стараясь запутать следы и понять, как нам самим то не утонуть, и обсуждали всё и вся. События развивались так быстро, что кроме мата мы до этого практически ничего не говорили. Теперь, форсируя бесконечное болото, решили словечком перекинуться.

- Я француженка, и знаю, что наши поцелуи самые лучшие, только давай не сейчас, - говорила женщина, когда мы помогали подняться неожиданно нырнувшему в грязь с головой Семёну.

Его постоянно подводила нога, и он уже несколько раз терял равновесие и окунался в гнилостную ванну.

- А где живёт твоё племя? – задал я вопрос, нашему ныряльщику, как бы подразумевая абстрактную территорию.

Семён задумался, продолжая отплёвываться после незапланированного ныряния и после паузы сказал:

- Я? Из России.

- Москва! - восторженно воскликнула Изабель.

- Нет. Север. Наверно, северо-восток, даже северо-северо-восток. Там у нас свои порядки, живем, как бы сказать, ну, в общем, места дикие, отдаленные.

- Ма-ха-чка-ла, - по слогам воскликнула француженка, пытаясь угадать с русской географией.

- Мммм. Тоже, наверное, похоже, практически так же, особые законы, своих не выдаем, но отличие в том, что у нас снег почти круглый год лежит, и народ в основном приезжий, привозной, так сказать. Жаловаться на жизнь глупо, за работу хорошо платят, тем, кому положено. Есть работа, многие даже остаются, хотя могут уехать. Привыкаешь. Да и чего на югах делать? – уклончиво ответил Семён.

Наверное, пришла моя очередь. Только вот что мне говорить? В этом мире, кроме ядерного потенциала твоей Родины, существует всего две стабильные вещи: это детские воспоминания, неважно, были они, не были, додумал ты их сам или придумал кто то другой, но если они сохранились в твоей голове, то они больше никуда не денутся и останутся в таком виде. Никакие объяснения, что это было или не было, не помогут. И второй блок информации, который является столь же стабильным, это воспоминание молодости. У каждого он находится в разной части времени, и плевать, что женщины, участвующие в этом блоке информации, сейчас выглядят совсем по-другому, а многие люди уже ушли из этого мира. Это был другой период, когда всё было ново, каждое творение и действие приносило радость, и ты не видел никаких проблем и считал, что в мире доступно всё. Как правило, именно в этот период помнишь все мелкие детали и тонкости. Такое встречается у ветеранов, и не важно каких войн. Они могут не помнить, что ели на завтрак, с трудом узнавать своих родственников, но зато, если спросить про войну, то детали просто поражали. Когда я спрашивал у своего деда, а он воевал всего три года и был призван не в самом начале войны, но дошёл до конца, то он мог рассказать всё в мельчайших деталях.

Именно этот излом психики я решил использовать. Когда юный Нестор со своим другом Арамчиком, товарищем не разлей вода, лазал по мёрзлым холодильникам, прокладывая кабели пятой, тогда новомодной категории, я помнил всё. Правда. От того, как мёрзли пальцы в промышленном холодильнике, который качал минус восемьдесят, и да, бывают такие температуры, до того, как жрали горячие куски варёной колбасы, только что вытащенной из жаркого пара. Конечно, исключительно те, где лопнула оболочка, и они шли на переработку, но у любого начальника цеха есть неучтёнка. Через проходную выносить нельзя, но сожрать в цеху можно, если ты умный программист и сын директора. Наверное, это лучшие воспоминания о моей трудовой деятельности.

А почему бы и нет? Все проблемы кроются в деталях, а я мог такие детали выдать, что самый ярый «деталист» на попу сядет. Есть мясокомбинат, технология, которую я никогда не забуду, территория, где я знал каждый уголок, и, несмотря на многие годы, могу это с закрытыми глазами представить, как в объеме, так и до каждого болта и протянутого кабеля, плюс объем знаний, который никуда не делся. Вот с этого и надо начинать. Сделать мясокомбинат забытым и разрушенным, например, после ядерного удара, поселить туда туземцев, оставшихся детей работников, выживших в холодильнике, которые находятся глубоко под землей, у которых закончились контрацептивы, и они размножались совершенно беспорядочно, разбрасывая детей по богатым мясом, но совершенно не имеющим школ, детских садиков и интернетов помещениям. Крепкие, мощные и совершенно необученные дети, выросшие на белковой пище, передавали историю своего появления как могли, насколько хватало туземной фантазии, по крайней мере, рассказывать, где я, что я, давать точный адрес, и даже говорить из какого мира, не хотелось. С оговоркой, что до тех пор, пока всё не выясню кто они и откуда.

Я не боялся, что меня найдут люди. Как говорил Аркадий Юрьевич, «Бог есть, остальное вариативно». Хорошо, допустим они бандиты, представители спецслужб, революционеры или просто отмороженные пацифисты, даже зоозащитники. Всегда можно договориться, и даже если не удастся найти общий язык, как пример с зоозащитниками, то имеется возможность сдаться властям и наябедничать, что меня обижают, а я целый системный игрок. Кстати, правом звонка Аркадию Юрьевичу я так в своей жизни ни разу не воспользовался. Думаю, пенсионер органов знает кому сделать звонок после меня, чтобы все мирские вопросы скромного писателя сразу решились. Я боялся другого. Через третьи руки о моём существовании могут узнать местные боги, а пока я не выясню чем мне это грозит, лучше иметь вымышленную легенду, тем более моё имя читалось просто набором закорючек, хотя и на системном языке. Но были и проблемы.

Будь у меня заостренные уши, орочья морда, или более тёмный цвет кожи, можно было ещё как то подразумевать во мне дикаря. Но, знаете, нажористый и спокойный образ жизни в купе с цивилизованной изнеженностью пёр со всех щелей. Это те вещи, которые сложно с чем-то спутать, и проходят только после того, как ты съездил на дачу, набил грязь под ногти и, неожиданно для себя, проторчал целый день на свежем воздухе, ползая на карачках и пожирая шашлыки с пола, а запах дыма с волос вымывается неделями.

Я не был изнеженным пузаном, но всегда в голове держал несколько моментов из классики советского кинематографа. Когда сотрудник под прикрытием притворялся бандитом, одна подозрительная дама из банды отморозков удивилась, что какой, мол, он уркаган и тем более шофёр, если у него руки музыкальные? А потом герою классического фильма приходилось говорить, что да, он интеллигент, но судьба по-разному складывается. Там кино, и он выкрутился, но могли и прирезать. И второй момент из фильмов, который я смотрел в глубоком детстве, что снимались ещё гораздо раньше того, чем я родился, и даже раньше, чем придумали цветную плёнку. В фильме про революцию говорилось: «Да у него на роже написано, что он контра!». Есть вещи, которые очевидны по твоей роже, и остаётся продумать, какую сову на глобус, имеется в виду легенду на рожу натянуть. Главное, чтобы в процессе не порвалось.

Не скажу, что у меня на лбу высшее образование написано, хотя, конечно, оно у меня есть, но общие признаки скрыть невозможно. Поэтому нужно было придумывать такую легенду, которая перекрыла бы все эти красоты и была совместима с моими кожаными трусами-слониками, имеется ввиду шорты из морды собаки. Ещё и живот, явно не из-за того, что лишние мышцы в кубиках пресса не помещаются. Образ дополнял шлем из черепа, сланцы из кусков мяса и спасительная лодка карта, выдолбленная из цельного куска дерева. Я, разумеется, не скажу, что она из универсальной карты, и если что-то нужно будет достать другое, то скажу, что это другая, ещё одна карта.

Сочинять хорошие истории – это моя работа, но в данном случае мне дали возможность подумать. Я подумал и остановившись посреди вонючих, всплывающих со дна болота бульб, выпятил грудь и задрал подбородок:

– Моя история грустна. Я принц древнего рода. Мой верный охранник взял мою одежду, золотой амулет и погиб, уводя погоню, ищейки рода, вызванные магией, обязательно догонят и убьют владельца, и принесут древний символ власти, наполненный кровью, подлому предателю. Негодяй сверг истинных правителей, и теперь уничтожает родню до самого последнего наследника.

Объяснил, что моё имя Ву, которым собственно и представился. Это военное прозвище без титулов. Вот как вернусь к народу, после решения вопросов с престолонаследием, так и буду зваться долго и с обожанием, а пока я для всех Ву. А дальше, не менее пафосно рассказал, что моё место в праве на трон столицы такое, что я даже не считал, столько не живут и совсем об этом забыл, но оказалось, что даже это может быть опасно, когда в столице все престолонаследники закончились, и оказалось, что по глухим окраинам полным-полно родни. Теперь добрались до таких, как я, которые живут на отшибе, около мертвых, горящих пустошей, и почти постоянно дует ветер, реки летом воняют тиной, а температура такая, что торговцы, приезжающие на верблюдах, в обморок падают от перегрева, а потом приходит бесснежная зима, когда ветер ещё сильнее, только влажный, и торговцы, приходящие с севера, удивляются: как вы тут себе ничего не отморозили?

Почти весь год приходиться прятаться в развалинах древнего мира, выращивать в глубоких каменных пещерах грибы, и разводя птицу, свиней и коз, без надобности не выходя на солнце, поэтому я имею такую смешную белую кожу, а не загорелую, как у многих племён. Долго под солнцем у нас ходить нельзя, иначе в тебя вселятся злые духи, и начинаешь болеть, а во-вторых, летают жужжащие металлические чудовища, которые могут просто пролететь мимо, а могут убить. Если удавалось сбить таких, то потом прилетало пять, десять, даже целая стая, и просто выжигала всё, что движется. Снаружи делать нечего, и, кроме травы и кустов, ничего особо не растет, если что-то хотим вырастить, то обязательно сажаем где-нибудь в теньке и поливаем, иначе все выгорает до основания. Но и до нас добралась смута, происходящая в столице.

Говорил гордо, уверенно, держа в голове все самые мелкие детали. Я же писатель. Когда придумываешь мир, то настолько мелко и достоверно представляешь все мельчайшие детали, именно живёшь в нём, что лично для меня ничем не отличается от реальности. Я, конечно, свои фантазии подкрепляю файлом электронной таблицы и имена записываю, но без личного проживания ничего не получиться. Тут либо находиться внутри, либо просто получается поток текста. Тем более, за основу своих древних руин я взял мясокомбинат Арама. Вот где я каждый угол и даже температурные режимы знаю, при этом, когда лето, зима, ещё и компрессоры холодильника включены или выключены. Очень в тему вписались сланцы. Мой народ обладал секретом изготовления обуви не как все из кожи, а прямо из мяса. Сколько той шкуры в несъедобном волке, а мяса – на целую деревню башмаки сделать. Чем не вариант лаптей с мясокомбината? Это не просто врать, а конкретные башмаки у меня на ногах, ещё и предмет системы, как, собственно, шлем и трусы.

У нас очень много металла, древних ножей, и моим воинам в голову не придёт ходить в том, в чём я сейчас хожу, но если тебя призвали, то хорошие вещи ломаются и исчезают. Поэтому есть запас системных вещей, которые мы берём на задания, и их можно пронести в сумке. А сейчас всё в кучу свалилось, и срочное задание системы совпало со сменой власти и вырезанием родни бывших правителей.

Болото закончилось, но это не повод расслабляться. Пока можем двигаться, нужно бежать. Я житель юга, и у нас грибы - это целая тема. Я не знаю как среди этого всего разнообразия съедобные выбрать и не травануться? Всякие сморчки, строчки, торчки, дрючки, синеножки, рядовки, ложные опята и обабки. Даже мухоморы на юге можно есть, если они белые по цвету, а вот вполне себе на вид нормальные грибы, могут оказаться ядовиты, если у них там, что-то отросло. Поэтому единственное, что я знал, это грибы, которые на севере. Бывал я и там. Это белый гриб, подосиновик, и вот такой, на толстой ножке с большой коричневой шляпкой. Ещё знал лисички, они везде одинаковые, и спутать с чем то их совершенно невозможно. Я здесь уже по дороге видел несколько грибов, которые сорвал и бросил в сумку, пока тащили Семёна. Если это не подосиновики, то почти их полные аналоги, как китайский «павасоник», аналог известного бренда, по качеству не хуже, по функциям больше, а по цене в пять раз дешевле. От всех остальных грибов, которых здесь было много, я отказался.

Меня изумлённо слушали и верили каждому моему слову. История возрастного беглого принца, переодевшегося в кожаные трусы простого воина, пронимала до слёз. Не зря же я всё это бояр-аниме читал? Сам в нём не пишу, но в курсе популярных направлений быть необходимо. Было ещё много жанров и, конечно, научная фантастика, разумеется, в исполнении самых больших классиков. Я читал всё подряд, даже старые книги, когда курс звездолетов прокладывали с помощью глобуса галактики и логарифмических линеек.

Аптека, ярмарка, фонарь? У классика не так? Возможно. У нас темнота, что стала кромешной, недалёкое болото и кусок тверди с сухой поверхностью, на который удалось выбраться, а ещё усталость и полное дикарское ощущение спокойствия. Главная проблема современного человека в том, что он думает наперед. А вдруг, если понизят ключевую ставку, и свершится революция в Уганде, которая зацепит нефтепереработку, и на два с половиной процента потеряется мировой ВВП? И тогда, скорее всего, гречка сорта ядрица сменится на более мелкую гречу, а в «восьмёрке» перестанут баллы списывать?

Сейчас мы были как зебра. Пришла на водопой. За жопу пытался схватить лев, а за морду крокодил. Да, это стресс, но лихо отпрыгнула, побежала, ещё и напиться успела. И как только отбежала на достаточное расстояние, когда тебя никто не сожрёт, то просто забываешь о прошлых неприятностях, тебя ничего не беспокоит, сердцебиение ровное и травка вкусная до невообразимости. Как будет следующий водопой, так и будем прыгать, но пока в голове блаженная пустота и ни о каком ВВП Уганды не думаешь. Наверное, такое ощущение было и в наших головах. Прелестное и невозможное для детей цивилизации, если они не на задании системы, а тупят в телефоны, просматривая ленту новостей.

У меня в сумке было несколько кусков вяленного мяса собаки. Не стал ёрничать про суп по-корейски и решил не проводить аналогии и не говорить о происхождении белков вовсе, но самое время применить собачатину. Я готов жрать всё что угодно, заодно и узнаю, съедобно ли мясо. Оно было системным, переносилось между мирами, и должно было быть очищено от патогенов. Оставался вопрос только химических ядов, но думаю, это минимальная вероятность. Изабель нарвала некое растение, что пахло чесноком, аналог родственника черемши и ещё что-то. От Семёна мы готовы были принять помощь только в виде раздувания костра и сидения на месте. Лучшая помощь – это не мешать. Классика. Поход кривоногого за охапкой хвороста завтра мог завершиться не полуработающей ногой, а настоящим одноногим пиратом, которого проще в болоте утопить, чем таскать. Тем более вариантов он предоставил достаточно.

С мясом собаки не ошибся, как и с грибами. Сдобренная травками похлёбка вышла отличная. Дрова рубили системным топором, мясо нарезали острым, но подлым гибким мечом из моей карты, что с кисточкой, а варили в большой гастроёмкости на четыре ведра, выдавленной из пищевой нержавейки. Почти квадратное корыто на сорок литров размещалась на тлеющих углях и отлично принимало тепло. Удивлять в последнее время – это мое второе имя. Достань я сейчас глиняный горшок, скорлупу кокосового ореха или медный кованный тазик, смотрелось бы нормально, но я принц дикого племени и дитя бункеров, основанных на разбитом ядерным ударом мясокомбинате. А что у меня ещё должно быть? Мелькнул своей универсальной картой, конечно, не вынося подробности о том, что это та же самая карта, а не какая-то новая, и получил гастроемкость в сорок литров. Чтобы вы понимали, такая штуковина, в шестьдесят сантиметров с хвостом в длину, пятьдесят в ширину и пятнадцать в глубину, выдавленная в форме прямоугольной кастрюли из нержавеющей стали. Деталей должно быть две, поэтому в моей было предусмотрены дырки, в которые вдевалась ручка, как у советского жестяного ведра. Получился прямоугольный тазик в сорок литров из нержавейки с овальной ручкой. Может надо было подумать прямоугольную ручку, но я не подумал. Карта сделала так, а отзывать ёмкость с супом совсем не с руки.

Немного отгребли угли, расширив костёр, чтобы и огонь был для света, и корыто прогреть. Поставили четырёхведёрный артефакт. Дальше накидать грибов, травок, которые собрала французская смуглянка, и кинуть нарезку из сыровяленых кусков собачатины и моих собранных грибов. Залить водой и ждать, но совсем немного. Плоскость была большая, закипала отлично, а такие мелочи, чем есть, мало кого смущали. Пока у тебя есть руки и рот, то никакие другие проблемы голодного, промёрзшего и перемазанного в грязи игрока не остановят. Ёмкость нагревалась практически мгновенно, принимая на огромную поверхность температуру, также быстро и остывала, стоило поставить её на прохладную землю.

Всегда можно сорвать листик, изобразив из него ложку, подгрести палочкой интересующий тебя кусочек собачатины и сделать просто втягивающий звук, засунув морду в кастрюлю. Благо, это не какая-нибудь дурацкая тарелка, где не протолкнуться, а целая территория, практически стадион, для тех, кто готов выпить самый сок мясо-грибного бульона прямо из кастрюли. Благо грибов я набрал прямо от души. Собачатину разделил на три еды. Если в первый раз не траванемся, то дальше можно грибов добавлять практически без ограничений. Они росли повсюду, и их было немерено, а мясо можно экономить, достаточно просто обозначить его присутствие.

Про саму штуку, которую, наверное, каждый из нас видел в отелях, ресторанах, столовых, где подают еду, мои промолчали, но, наверное, отметочку сделали, что у меня, вождя племени из мясокомбинатовских, вполне может быть такая. Не думаю, что они прям задались вопросом, почему ручка у ней как у ведра их бабушки, а не прямоугольная. Но конкретно сейчас и здесь, в нашем состоянии, совершенно не до этого. А в следующий раз, если не забуду, то задамся этим вопросом, и если система позволит и моя карточка, разумеется, то всё исправлю.

По сравнению со мной, они выглядели богачами, имели одежду, бельё, сапоги, даже фляжку, зато я был самый красивый и мои предметы не поддавались классификации. Вокруг было множество кустов, и решил сделать стрелы, или как там получится?

Вытащил из сумки свои костяные наконечники и снарядил историей, что это древний артефакт, который можно брать с собой на задания. Он не исчезает из сумки, а лук у меня есть в ещё одной карте. Вот уж честно, не знаю, где зажмёт, а где прилетит. Француженка, аж взвизгнула. Очень бережно из рук взяла произведение творчества ребят, работающих на станке с ЧПУ, вырезавших мне наконечники для стрел. За вырезку самих наконечников платил конторе, а вот за нанесение надписей наличкой ребятам. Мне было всё равно что будет написано, но решил сделать красиво и этнически. Не знаю кому пришла эта идея, но такой вариант мне понравился сразу, и я согласился, не раздумывая.

- Я могу это прочитать! - восторженно шептала Изабель, разглядывая костяные острия.

- Ты можешь понять мудрость древних? – изумился я искренне и незамутнённо.

- И чего там написано? – решил и Семён подключиться к великим открытиям.

Ещё раз напоминаю. Я вообще не в курсе кто делал этот заказ и для чего, но у парней остались макеты фраз с мудростями царя Соломона, которые были переведены и написаны на суахили. На суахили, блин! Говорят, у древнего правителя было множество колец с высказываниями и самые известные из них, вроде «всё пройдет», но имелись и менее известные кольца, например, «если делить по-честному, то поровну не получится». И ещё одно моё любимое: «Если кто-то не может понятно объяснить, что ему от тебя надо, то отправляйте его говорить к верблюду». В душе не чаю, знал ли об этом сам Соломон, но парни были уверены, что всё аутентично. И нанесли на кость, имитируя ручную работу и долгое сидение мастеров часами над каждым наконечником, как будто выскребали каменным осколком.

Изабель переводила с суахили, искренне поражаясь глубине мысли древних созидателей. Заодно и поясняла, откуда она такая смуглая и губатая.

- Мою прабабушку, прадедушка из колонии привёз. Он был генералом и служил в африканском экспедиционном корпусе. У нас в семье все говорят на суахили.

В том, что она француженка, я не сомневался и верил на слово, но гены пальцем не раздавишь, и африканские черты были вполне заметны, хотя Изабель была почти белая. У нас половина базара, где я зелень покупаю, имеют намного более затонированную кожу и совсем не имеют родственных корней в Уганде и Эфиопии. Как там? Мулатка? Если не ошибаюсь и правильно назвал это смешение. Она с восторгом читала каждый наконечник, а я делал глупое лицо, восхищаясь фразам, не забывая говорить, что древние творения донесли мудрость тех, кто давно погиб, но передал нам свои знания. Семён просто качал головой, не зная, как на все эти восторги реагировать.

Глава 8.  Кто на болоте хозяин

Выбор оружия говорит о человеке больше, чем его личные истории. Имея прадеда, который командовал французским колониальным корпусом, Изабель с детства впитывала семейные истории о том, как другу семьи и сослуживцу неожиданно в ногу, лёгкое, глаз или живот копьём из густой растительности прилетело. Можно выбрать нужное или сразу два, а то и три параметра, и обязательно получите правдивую историю. Босые чёрные люди, одетые только в пояс для ношения ножа и вооружённые копьём, оказывали реальное сопротивление обученным и снаряжённым по последнему слову техники французским воякам. Француженка и правнучка генерала-колонизатора была выращена на историях о том, как очередное племя резало по ночам глотки и швыряло копья в доблестных бойцов, пришедших за природными богатствами Африки и не понимавших, чего это местные так нервничают?

Изабель, решив, что любой среднестатистический мужчина в ближнем бою почти наверняка сильнее, крупнее и не сопоставим с ней по силе, то единственная возможность – это удержать его на расстоянии. Бой накоротке, особенно в диком обществе, почти наверняка закончится избиением некой мулатки, а возможно и изнасилованием, поэтому, не раздумывая, она взяла копьё. Собственно говоря, идея была практически та же, как и у меня взять протазан. Разумеется, не в части изнасилования, а в части держать противника на дальней дистанции, только у неё была возможность над этим глубокомысленно подумать в личной комнате, а на меня сразу выпустили маленького чёрного и прыгучего гоблина с костяным топором. Я тогда себе пожелал протазан и действовал на инстинктах. Между прочим, сразу и подтвердил эти мысли на азиатке с силиконовыми, не того размера, которой не хватило расстояния меня на меч подманить и бородатом мужике с топором. С француженкой в выборе оружия был согласен и одобрял безоговорочно.

То, что я принял у Семена за большое мачете, оказалось палашом. Он был из уральских казаков. Прямо сейчас с шашкой по улице не ходил, но в семье традиции чтили. Нахождение шашки в доме считалось нормальным и даже обязательным, и никто не переживал, что детки пальчик порежут. В его семье таких предметов быта находилось сразу три, конечно, в качестве семейных реликвий, и никто в школу их не носил, чтобы с одноклассниками отношения выяснять, но с самого детства Семён такое оружие в руках держал. Больше того, имел некоторые навыки. В личной комнате он хотел было уже сообразить привычное оружие, но подумал, что, наверно, если отправляют на войну и в списке есть копья, мечи и боевые молоты, то могут быть и бронированные противники. Именно понимание сути шашки остановило его от взятия именно такого клинка.

Решил взять что-то посерьезнее, и подобрал практически очень близкий аналог. Кривое и с изгибом, вроде турецких сабель, брать не стал, а взял практичное, довольно длинное, с защитой руки, ровное, чтобы рубить, колоть, можно было использовать в качестве топора на природе, а в случае необходимости, колбасы на бутерброды нарезать. Всем этим требованиям отвечал палаш, довольно простой, увесистый, острый и, на мой взгляд, отличный выбор, которым можно как тыкать в противника в сочленения брони, так и хорошенько рубануть, при удаче, думаю, вполне возможно даже перерубить ногу или шею. Выбором Семёна я тоже остался доволен. Если бы я увидел здесь посох волшебницы, выполненный в форме длинного и продолговатого предмета двойного назначения, из которого искры вылетают, то очень бы разочаровался, но все взрослые люди и давно переросли всю эту магию альтернативного применения.

Суп на подносе из нержавеющей стали ещё был, поэтому ничего показывать не стал, а просто сказал:

– А у меня протазан. Такое копье, с боковыми крыльями, очень острыми и загнутыми чуть назад.

– Я знаю. Тоже такое хотела, но потом о нём подумала, а поменять выбор уже нельзя. Очень удобно, – восторженно отозвалась правнучка колонизатора.

– Может, и я бы такое взял, но шашку в руках держал, а эти палки нет, – философски заметил Семён.

Меня отлично поняли и показать не просили, тем более мои руки были заняты, и я пытался зачерпнуть на довольно жесткий листик, который сорвал с дерева, немного мясо-грибного бульона, взбодренного травками. Я на всех нарвал, и они отлично выполняли функцию ложки.

Немного поговорили и обо мне. Несмотря на свою историю, я дикарем не был. Когда придумывал мир, в котором я типа живу, опускаться в каменный век не хотел. Может, и буду охать при таких словах, как «юриспруденция» и «экономическая экспансия», но обычные вещи, которые существовали ещё со времён Древнего Рима, как водопровод, и предметы быта из Средневековья, вроде испанских сапог и пояса верности, мне были знакомы. Да, несмотря на мои самые красивые на ближайшие несколько километров трусы, я был вполне цивилизованным жителем добротного Средневековья. Игроков было достаточно много, но сильно об этом не распространялись. Я вождь нормального, нажористого племени, у которого полно отличной нержавеющей стали, целые залежи древних артефактов, начиная от многих видов ножей до стальных объёмных мисок, из которых при небольшой перековке получались отличные шлемы, тоже, кстати, нержавеющие.

Едим мы с тарелок ложками и вилками, имеем множество технологических секретов. Да, моё племя не очень большое, порядка пятисот человек, но для нашей местности очень даже немало, потому что нужно найти пропитание и место, укрытое от жары, холода, и чтобы летающих металлических чудовищ не раздражать. Руин полно, но удобных немного. Основу питания составляют грибы, которые растут под землей, мы вытаскиваем из ближайших речек, которые текут рядом, ил, просушиваем, и на нём, собственно, эти грибы и выращиваем, ловим рыбу. Когда наступает темнота, конечно, солнце перестает жарить, а в воздухе прекращают летать металлические чудовища. Днём они почти наверняка нападут, а вот ночью можно потихонечку прокрасться. Сажаем растения, перемешивая ил и землю. Разводим свиней и коз.

Вокруг травы полно, особенно весной и осенью, и можно заготовить с запасом, но выпускать пастись скотину нельзя. Ночью она спит, а если выпускать днём, её, как и людей, убивают жужжащие хозяева неба. Большому племени просто места не хватит. Народ уже несколько раз делился. Еды достаточно много, а вот места для проживания не очень, поэтому даже на моей памяти несколько раз собирали группы переселенцев, дарили груды полезных предметов быта, оружия и с наступлением темноты провожали всем народом. Община делилась, и часть уходила, после разведки переселялась в другие развалины. Старались уходить дальше, либо на юг, где росло много растительности, либо на север, где тоже много растительности, но климат не такой сухой и ветреный.

Зато в тех местах было гораздо меньше вещей древних, и найти просто кусок железа, а особенно тот, из которого можно сковать нож или меч, что вообще не будут ржаветь, было очень непросто. У нас самая окраина, где люди живут. Вдали начинались огромные развалины древних городов. Столица просто крошечный посёлок по сравнению с тем, что находиться там. Я сам ещё в юности ходил туда, но только с краю и вглубь не заходил. Крались по ночам, пережидая день в глубине каменных руин. Своими глазами видел брошенные дома, где люди друг у друга по головам ходили двадцать, а то и тридцать раз. Наши развалины были огромны и насчитывали три, а кое-где и пять этажей, а там – тридцать. Я в столице не был, но торговцы говорили, что самая высокая башня всего вдвое выше моего дома, а в древнем городе дома стояли стена к стене и в три раза выше самого высокого дома, который был людьми построен после древних, и таких домов сотни. А если погода хорошая и нет дымки, то вдалеке можно разглядеть ещё большие дома, и рядом почти до неба виднелись трубы. Много.

Это я не вру. Что представляю, то и рассказываю. Правда, вот может есть такой мир, а мои мысли сейчас сплетаются вязью энергий и материализуются где-то в другой вселенной. Это легко проверить. Враньё забывается, а правда всегда одна. Попросят повторить мой рассказ, ещё и с подробностями? Услышат то же самое, только с подробностями.

Мысли сплетаются, мысли сплетаются, не мысли, а сгустки тумана, и я зарычал, вскочил, остатки супа плеснули в костёр, хлюпнув на угли. Миска из нержавейки мгновенно исчезла, на долю секунды оказалась в карте, и в руке появился протазан. Я смотрел в темноту, лезвие моего копья вспыхнуло огнём, где-то на краю зрения промелькнуло сообщение, что из запаса очков системы, которую мы сливали в мою карту, израсходовано одно, и, соответственно, улучшение карты отодвинуто на одно очко. Пылающим копьём рубанул по серым, полупрозрачным щупальцам, которые опутывали моих товарищей. Обрубки эфемерных отростков начали растворяться, а подрезанные, словно сотканные из дыма жгуты скользнули в темноту.

Я стоял и рычал, чувствовал, как на загривке, словно у дикого зверя, подымаются волосы, а по всему телу пошли крупные мурашки. Как я это уследил глазами не знаю, может сама система в обязательном порядке передает информацию в мозг. На вспыхнувший по краю лезвия протазан я не смотрел и проигнорировал сообщение о том, что применил умение «Огонь великого мастера». Что за умение? Как я это я умею? Может, то, что мне дали в личной комнате, а потом, не дав дочитать, в воду макнули? Мои мечущиеся мысли прервали информацией. Сообщили, что у меня нет ни маны, ни ци, и энергию и впредь будут брать из оружейной карты. Да, да, согласен, вот прямо не сейчас, откуда хотите, там и берите.

Это были виденные мною ранее серые щупальца, такие, как выпускала Тола, когда сжирала души собак. Я их заметил не сразу. Они обвивали Семена и Изабель, которые совершенно их не ощущали. Я выскочил вперед, в сторону, откуда тянулись щупальца, стоял с пылающим лезвием копьём, и рычал в темноту, на полном серьёзе, гортанно, сам себя не узнавая.

Вперед вышло существо, «уровень» – скрыто, «название» – скрыто. Мои похватали оружие. Семён приподнялся на одно колено, держа в руке свой палаш. Нога очень сильно болела и прям сковывала подвижность. Изабель держала копьё и, сунув заранее приготовленную сухую и ветвистую ветку, которую мы немного просушили, поджигала импровизированный факел. Мы тоже об этом подумали. Пусть всего на полминуты, но нормальный, полноценный свет от такого факела мог осветить темноту, или неожиданный огонь отпугнёт зверя. Они смотрели в темноту, существо было в пятне света, но его не видели. Я стоял и рычал, ко мне медленно приближались. Полупрозрачная человеческая фигура, за спиной щупальца, два из которых подрублены, цвет как тогда, когда видел энергию, что из собак архонт высасывала. Только этот был сделан из неё полностью. Лезвие протазана горело, существо приблизилось ещё немного, а по моим рукам потекли такие же, только очень тонкие струйки тёмной энергии, как у него и Толы. Существо остановилось, я тоже замер, перестал рычать, а по моим рукам к лезвию протекали туманные серые нити. Меня не жрали. Это не его, а мои собственные нити. Вокруг рук струились и, словно червяки, извивались тонкие жгутики мертвяцкой энергии.

Меня рассматривали, изучали, потом, в одно движение, существо нагнулось и ударило по земле неожиданно выросшей до размеров ковша экскаватора когтистой лапой. Из земли вылетела полоска грунта. Камни, казалось, до стратосферы полетели. Где-то вдалеке, в болото падали куски земли. Появилась траншея, наверно, под кубометр, шириной сантиметров пятьдесят, метра полтора длиной и глубокая. При этом попавшиеся корни растущих деревьев и камни взметнуло, словно это шарики из пенопласта. А затем он растворился, а я почувствовал, как ноги подкашиваются. Никогда не замечал за собой, что вдруг скромному писателю, привыкшему с утра до вечера бегать по хаткам, не хватило сил удержаться на ногах. Это был не обморок, тем более от ужаса, точно не с моей то психикой, заточенной в тысячах холодных телефонных разговоров. Почувствовал, что просто сильно устал, совсем устал, и как пошатнувшегося меня придержала Изабель и помогла дотащиться до костра, а мой пылающий протазан сам вернулся в карту.

Осталось выдохнуть, устало сесть у костра недалеко от рва, который из земли выбило невидимое никому, кроме меня, человекообразное существо с торчащими из-за спины щупальцами. Мои его не видели, но когда в космос полетел куб земли, в одно движение вышвырнутый призраком, то впечатлились.

– До утра точно никуда не пойду! – сообщил я своим.

- Ву, а можно я тоже тут с краешку с тобой посижу? – спросила француженка.

Семён промолчал, но решил, что если прямо сейчас не прогоняют, то и он тоже с нами. Думаю, скромная полоска вывернутого грунта является таким нескромным и толстым намеком, что дальше нам ходить точно не следует. Помимо этого, список думок был очень большой: от того, почему мой протазан теперь огненный, с какого перепугу я его видел, этого с щупальцами, хотя остальные точно ничего не увидели, и куда нам завтра бежать, если не туда? Абсолютно точно, что гоблины, которых мы обидели, а потом самым непорядочным образом сбежали, не дав себя поймать, о нас не забыли.

Попытался объяснить, что тут произошло, при этом сказав, что представления не имею, как я его увидел, и тем более не стал говорить, что встречался с подобным ранее. До утра нас потерпят, но мы уже в охотничьей зоне призрака, иначе бы просто не напали. А потом, вторую ночь, нам придется ночевать точно не здесь. Если бы знать, что на нас больше не нападут, если не будем переходить черту, то имело смысл остановиться здесь, немножко пожить собирательством грибов и попытаться поймать рыбу или, в крайнем случае, лягушек, пока у Семёна с ногой не станет получше. Но уверен, и это моя тупая, ничем не подкреплённая уверенность, что границу нам обозначили только до следующего вечера, а с очередным наступлением ночи условия поменяются. Я уверен, что какое-то отношение к мертвятским делам мира Толы имею, иначе не видел бы энергии, в меня не тыкал пальцем пророк, да и призрак наверняка мог убить, но увидел во мне родственника.

На территории мясокомбината жил кот. В цеха животных не пускали, но снаружи прикармливали. Несмотря на все электронные устройства и отравы, крысы и мыши всегда являются неотъемлемой частью любого пищевого производства, повторяю, любого, просто кто-то борется с ними, а кто-то нет. Огромный шестикилограммовый котище с откушенным собаками хвостом, вечно подранной мордой и кусками ушей. Напоминал такого бультерьера. А потом приблудился котёнок, маленький, с ладошку. Я ему дал сосиску, и тут является наш бультерьероподобный. Мелкий вздыбил шерсть, яростно шипел и грозно рычал. Котяра пытался вначале покуситься на еду, но, увидев такое сопротивление, ушёл. Тогда один из работяг, который стоял рядом и наблюдал за этим, сказал, что смелый котёнок, что нашего прогнал.

Я тогда заметил, что неужели ты думаешь, что котяра, который на равных готов драться не только с котами, но и с псинами, которые ему предпочитают уступать дорогу, не смог бы придушить этого котенка? Он крыс в два раза больше этого мелкого приносил. Просто увидел родственника и не стал. Думаю, призрак поступил именно из этих соображений, увидев во мне такого же кошёнка. Не прибили только потому, что родственник, и уверен, мой протазан именно этого точно бы не остановил.

А потом перед глазами мелькнуло, и я прочитал надпись: Задание F.: Найти. Выполнено. Корректировка задания…

Задание № 1/2

Тип: восстановление справедливости

Информация:

Найти виновника и покарать

Глобальная цель:

Уровень сложности: A.

– Найти всех и наказать.

Награда:

Вариативно, в зависимости от выбора.

Союзники:

– Игроки (4/4).

Предполагаемые противники:

– Существа Системы.

– Нежить.

– Гоблиноиды.

– Существа хаоса.

– Те, кто помнит.

Локальная цель:

Заявленный уровень сложности: F.

– Получить одно очко системы.

– Продержаться 240 часов.

Награда:

– Вариативно.

– Координаты осколка

Штраф за провал:

– Снижение статуса Игрока до статуса Героя (85 %).

– Невозможность системного возврата в родовую локацию до выполнения глобальной цели.

По удивлённым лицам моих понял, что у них тоже что-то появилось.

– Что там у вас?

– Задание поменяли, – сообщили мои компаньоны почти синхронно.

Глава 9. Национальная кухня

Когда я резал гоблинов и делал харакири грудастой азиатке, то мне никаких заданий не давали вовсе. На собаку что-то было, в момент, когда я промелькнул в своей комнате игрока, на секунду показывали, потом полминуты непосредственного умерщвления псины мне было не до этого, затем попытка запихнуть труп животного в сумку, которая удалась на одну четверть от силы, и возврат обратно так же галопом. Когда сидел в комнате игрока, никаких заданий я не увидел, и, несмотря на то, что интерфейс назывался интуитивно понятным, я так ничего и не понял, где искать историю сообщений. Тола была очень опытным высокоуровневым игроком где-то там, в другом мире, несмотря на тело первого транспортного уровня, прекрасно разбиралась в этой системе и пыталась дать отличную навигацию по моему интерфейсу. Говорила где посмотреть, и на что обратить внимание, куда скосить глаза, чтобы открылось нужное меню. Ага, щас… Ничего у меня не открылось, ничего посмотреть не удалось, кроме параметров, что я наполовину человек, имя у меня неизвестно, хорошо, что мужчиной обозвали, а не червём дождевым, и больше ничего выудить из системы не удалось.

Когда меня вызвали на это задание, словно в издевательство, у меня что-то промелькнуло про умение, которое я мог выбрать, всё это длилось пару секунд, за которое я успел только матерно подумать и пожелал световой меч. Возможно, это именно то умение, что мне обещали, ещё и гордо назвали «огонь великого мастера», что я применил на протазане, но описание как-то обрывалось, не давая объяснений. Я видел, что вспыхнуло недобро, и понимаю, как могу зажечь лезвие. Такой клинок повреждает эфемерные сущности, скорее всего, и всё остальное, но описания просто не было. Позже можно и даже нужно, попробовать поиздеваться над физическими телами, скорее всего, это умение действует и туда, и туда, но больше ничего в описании не появилось.

Это первое задание, которое я увидел, а не просто набор букв, что промелькнул, не оставив следа даже в истории сообщений. Всё было плохо. Я не про себя, у писателя, подрабатывающего продажей новостроек и косплеящего беглого принца, всё было отлично, плохо было у Семёна и Изабель. Они должны выжить 240 часов, вместе со мной, но было условие четыре из четырёх. Самым плохим и гадким было, то, что где-то бродил ещё четвертый член команды, и если мне было достаточно продержаться и где-то прихватить одно очко системы, что в общем-то совсем не сложно, то условием их возвращения было:

Задание № ???

Тип: восстановление справедливости

Информация:

Найти виновника и покарать

Глобальная цель:

Уровень сложности: A.

– Найти всех и наказать.

Награда:

Вариативно, в зависимости от выбора.

Союзники:

– Игроки (4/4).

Предполагаемые противники:

– Существа Системы.

– Нежить.

– Гоблиноиды.

– Существа хаоса.

– Те, кто помнит.

Локальная цель:

Заявленный уровень сложности: F.

– Получить одно очко системы.

– Продержаться 240 часов.

– Возврат полным составом.

– Выжить полным составом.

Награда:

– Вариативно.

– Координаты осколка.

Штраф за провал:

– Снижение статуса Игрока до статуса Героя (85 %).

– Невозможность системного возврата в родовую локацию до выполнения глобальной цели.

Вот! У меня такого пункта не было. Выжить полным составом. Я сразу обратил внимание на разницу. Меня учил великий мастер системного выживания, целый архонт, правда, сейчас пониженный до звания простого первоуровнего игрока, но высшее образование не пропить, поэтому инструкций я получил с избытком.

Чтобы получить одно очко системы, мне даже не нужно гоблина прирезать, достаточно найти животину размером с нашу корову, или поймать свинюку, со статусом монстр, подойдет обезьяна, здоровая рыба или даже отколупать фрукт, являющийся системным, и подрезать системным оружием. Вот, собственно, и всё, одно очко системы – это минимальная цель. У моих появилось тоже задание, что покарать и привести мир к справедливости, без всяких там пояснений, но оно как бы там, а задание F было иным. Выжить 240 часов, получить одно очко системы и условием возврата в родовую локацию – выживание всех союзников группы. Я мог вернуться, проторчав десять дней в лесной глуши, выживу даже без еды и воды, найдя и прибив единственную безвинную животину размером со свиноматку с одним ОС, а мои только в том случае, если выживет какой-то неизвестный нам член группы, ещё и очком системы обзаведётся.

Он мог быть где угодно и, скорее всего, сейчас пойман и находится в поселении гоблинов. Самое главное – это получить одно очко системы. Было бы задание просто продержаться 240 часов, то можно преспокойно подождать. Если эта молодая девушка, ну, поимеют её десяток дней всем селом, убивать то не станут, а потом она фьють – и у себя дома. В случае крепкого мужчины – будет батрачить с утра до вечера, а потом тоже фьють. Легкое приключение, как пошутила француженка. Но не прибив гоблина, или что-нибудь помельче, очка системы не получить, и, соответственно, Семен с Изабель, тоже домой не вернутся, больше того, останутся в этой локации, до тех пор, пока мы не переловим и не осудим кого-то из уровня А. Что это за уровень мне сказать сложно, но Тола обозначала такие миссии, как взятие планетоида с древним алтарём забытого бога. Тогда из игроков и героев формировали эскадру в пять тысяч боевых кораблей, не считая флота обеспечения.

Однозначно, было на порядок проще попытаться найти, кто это у нас такой четвертый, и даже помочь добыть своё системное очко. Кстати, Семён, не раздумывая, убивал гоблинов своим системным палашом, и у него было целых шесть очков, готов был поделиться с нами, но не получалось. Наверное, для передачи ОС нужно какое-то умение. Как осуществить дарение очков системы через интерфейс мы не нашли. Тола мне говорила, что просто так не получится, и только с помощью специальных умений или редких артефактов можно передавать очки системы, но надо было обязательно попробовать и спать спокойно, что не смогли. Просто захотел и отдал – так не получится.

Все гадости кроются в деталях и тонкостях, самое главное, что мы могли увидеть: первое, у нас времени десять дней, и это вполне себе нормально. Меня откинуло, судя по течению реки, наверное, километров на пять-восемь от места, где я подобрал француженку и уральского казака. Они оказались почти в пределах прямой видимости и шаговой доступности. Если взять это за тенденцию, то можем вычертить среднюю точку попадания. Соединяем линией места Семёна и Изабель, расстояние между ними разделить пополам, полученную точку соединить с моим появлением, поделив на три части. Ближайшая треть и будет средней точкой. Обведём круг с расстоянием появления меня, и с вероятностью 90%, где-то тут и будет находиться четвёртый. Кроме того, Тола говорила, что у любого задания есть размер миссии. Если отправляют одного человека прибить собаку, то это может быть круг метров триста-пятьсот, а когда нужно выполнить задание категории А, взяв планету с забытым алтарём божества, то зоной миссии назначают всю звёздную систему, при этом не просто от планеты к планете, а обрисовывали некую сферу. Даже если ухитрился каким-то образом оказаться на пару световых часов над или под плоскостью эклиптики звездной системы, ты будешь на выполнении задания.

Думаю, что ограничения, которые мы себе обрисовали, совпадают с миссией F, и будет достаточно точно определять размер места старта. Карты у нас не имелось, всё на глаз, но нас интересовал вопрос: насколько сильно совпадает наш круг и поселение у озера. Вокруг большого посёлка наверняка есть немало маленьких. Если вероятность большая и его швырнуло сразу туда, то он быстро попадётся на глаза, его поймают, и тогда он почти наверняка там, и нам надо больше думать, как освобождать, чем где искать. Если поселение в стороне, то это другая история, но если бы нашего утащили совсем далеко, об этом, скорее всего, мы узнали по предупреждению системы.

И второй момент: чем дольше наш бесхозный потеряшка будет бродить самостоятельно, тем больше шансов, что его поймают гоблины и просто ради интереса прибьют или, например, специально, чтобы добыть очки системы. Есть вариант, что он будет пожран дикими зверями просто как мясо, или, например, монстрами для этой же цели. И мы находились на развилке. Чем дольше мы будем ждать, тем дольше у нас будет времени подготовиться, но и рисков потери тоже.

И третий момент, о котором я беспокоился меньше всего, это где найти очки системы. Я думаю, что в процессе исполнения первых двух пунктов обязательно кто-нибудь подвернется, кого-нибудь подрежем, подстрелим или просто забьем голыми руками, добив системным оружием. Кстати, совсем не жалел о том, что все свои очки системы слил в карту, сейчас это мне очень помогло, и неизвестно, чем бы закончилось, если бы у меня не было пылающего протазана, разумеется, не в качестве серьезного оружия против неопознанного призрака, а в качестве демонстрации, что у меня тоже что-то присутствует. Совсем уж обездоленных и беззащитных родственников тоже не очень любят.

Эту ночь и до следующего обеда просидим здесь. Торопиться не стоит и беспокоиться о опасностях тоже. Потом уйдём и покинем охотничью зону призрака, даже если не успеем выйти окончательно, и если на следующую ночь к нам придут, то одно дело – родственник не понял, что надо было подальше валить, или не знал, где границы, а другое дело – демонстративно показательно остаться на том же самом месте, где тебе толсто намекнули, что делать тебе здесь нечего.

Планов было два: таскаться или сам пойдёт. Был и экстренный – спрятать Семёна, если не полегчает, наварить миску грибов, выдать все запасы солёного мяса и оставить где-нибудь прикопанным в густой листве. Самостоятельно нажать кнопку выхода с миссии он наверняка сможет, а очки системы уже набрал, а вот нам с Изабель придётся самим всё сделать и уйти на поиски четвертого члена группы. Но тут крайний случай. Оставлять одного это плохой вариант. Даже без воды и еды за десять дней никто не умер, но пока мы будем ходить, его, безногого, могут найти. Непонятно, за кем мы идем, а вот Семёна будет явно жалко. Поэтому пока основной – это чуть-чуть подождать, вообще понять, как он сможет передвигаться, а дальше мелкими перебежками. Имеется ввиду, что мы уходим на разведку, подыскиваем подходящую лёжку и перетаскиваем туда уральского казака, тем самым приближаясь к местам наших поисков.

Все мысли до утра прочь, тёплые веточки у костра и отданная мне нашим болезным куртка игрока, как одеяло. Сказали, что нога больше беспокоит, чем холод, а там, где он живёт, в такую температуру от жары в обморок падают, и у костра, даже с голым торсом, совсем не холодно. Я не стал отказываться. Тоже холод люблю, но ночью в одних трусах и мясных шлёпанцах замёрз нереально. Почувствовал, как под бок подлезла Изабель и засопела. Все вопросы начнутся с утра, а у меня сон и теплотерапия, после бурного, нервного, мокрого и очень холодного дня.

Спал нечутко и долго, дрых без задних ног, на зависть любому коту. Проснулся совершенно в других чувствах, немножко поворочался в тепле. Помимо куртки Семёна, я был укрыт курткой француженки, и довеском на меня навалили целую кучу веточек и листиков, создав настоящую берлогу. Будить ради моей нержавеющей миски не стали. На костре на палочках уже томились грибы, которые Изабель собрала просто по аналогии, и жарились куски мяса. Прямо много. Увидев, что я проснулся, правнучка колонизатора улыбнулась:

- Это не лягушки. Французы едят и лягушек, но это очень дорого, и они все импортные. Из лягушек всего пара видов съедобные, остальное могут быть ядовиты, даже смертельно, а змеи почти все съедобны. Главное отрубить голову, выпустить кишки, и кровь слить. Самая главная проблема об ядовитые зубы не порезаться, они и после смерть кусать могут. Я нам с запасом наловила и ещё грибов собрала. Это уже четвёртая партия жарится. Где мы потом жарить будем, если сырыми в сумку сунуть?

– Это африканские родственники научили? – спросил я, действительно видя, что кусочков явно не с одной змеи и орудует она со змеятиной как заправский шашлычник.

- Ага. В детстве по нескольку месяцев в Африке жила. Меня Белухой обзывали. Мы тогда и личинок из земли, и гусениц с деревьев для жарки собирали, а ребята постарше змей приносили. Особенно личинки нравились. Они такие хрустящие, с корочкой, и сок течёт. Прямо с золы. Нажирались до отрыжки. Вёдрами собирали. А потом камердинер ябедничал: «Месье, мадемуазель Изабель в обед крем-суп есть отказалась».

– Хорошо у вас там, – легко согласился и стал дожидаться завтрака.

– Раз проснулся, кастрюлю давай, воды надо во фляги вскипятить, – попросила наша хозяйственная и, получив мою гастроемкость из нержавейки, отправилась пытаться набрать воду почище.

Представления не имею, где Изабель выдрала змею, вернее, несколько, ещё и с запасом, но для меня это отличное мясо. Я был в Азии и там ел змей. Мясо как мясо, если не делать «фи, гадость», то такое же точно, как и всё остальное, поэтому змеятина с грибами вполне еда.

Оставался вопрос с Семёном. Нога представляла собой бугристый холм вздувшихся гематом от района почек до почти пяток. Что за приём шаолинских монахов применил уральский казак в бою с гоблинами, защищаясь ногой от множественных ударов дубин, но такое ощущение, что больше его никуда не били. Кроме нескольких синяков на руках, один перехлест на спине, чуть вскользь, ничего больше не видно и ничего не болело. Вся ярость гоблинов пришлась именно на эту многострадальную ногу. Из минусов добавить след удара по суставу, от чего он припух, и растяжение, возможно, даже не одно. Зато плюсом было отсутствие открытых переломов и даже закрытых. Торчащих из мяса костей не наблюдалось. Перед тем как начать форсировать болото, конечно, на ногу быстро глянули, и сейчас она выглядела гораздо хуже, хотя Семён сказал, что за время того, как он полежал, ему стало гораздо лучше. Надеюсь, так. За всё время, что тут, он вскочил только один раз, когда я орудовал протазаном, остальное время он либо лежал, либо сидел, карауля нас у костра, пока мы с Изабель отсыпались. До второй половины дня нас гнать никто не будет, поэтому посмотрим, как он себя будет чувствовать ещё через несколько часов, и, возможно, срабатывал план, что сам пойдёт. Скорость здесь не имела значения. По крайней мере, закапывать под ближайшими кустами в кучу листиков вроде как уже не придется.

А сейчас стоял вопрос о том, что начнется с завтрашнего утра? Гоблины о нас не забыли, но пойдут ли они сюда, и насколько простираются владения призрака? Возвращаться обратно это самый плохой вариант, нас именно там и будут ждать, поэтому для ухода из владений теневого хозяина выбрал самую неудобную дорогу, там, где нас меньше всего ожидают. По крайней мере, я так думаю. Дикари наверняка знают, что тут места плохие, и рассчитывают, если, конечно, мы вообще живы будем, на наше возвращение либо там же, либо где можно продраться сквозь грязь и топь.

После завтрака решил осмотреться и прогуляться. Пока француженка кипятила и жарила, я обходил окрестности, если попадались, собирал грибы и искал. И нашёл. Вау! Настоящую задницу, классическую такую, раскидистую и уходящую в непонятную даль. Мы сюда шли по болоту, некое условное болото в собирательном образе, с гнилой трясиной, иногда с лужами грязи, прям настоящем, с вонью, сероводородом, гнилью, островками, такое, как показывают в фильмах, про то, как в Белоруссии фашисты в топь заходили или партизаны от них прятались. Я мог достать лодку, но в этой жиже, похожей больше на пластилин с примесью растительности, палок и каких-то непонятных включений, это абсолютно бесполезное занятие. Будь у меня такой хороший путь, как тот, который я отыскал, не задумываясь использовал бы свое плавсредство. Посреди классического болота текла речка. Шириной метров пять и глубиной по колено, с дном из той самой болотной жижи, но по ней можно было плыть на лодке. Петляла эта водная артерия безбожно, но вела в нужную сторону.

Пешему туда соваться – верная смерть, а лодку в эти места, кроме меня, вряд ли кто протащит, и если повезёт, то мы сможем выплыть отсюда на моей долблёнке. С воды нас точно ждать не будут. Гоблины наверняка выйдут на наш след, знают куда ведут пороги реки, у них есть следопыты, и если они не совсем тупые, то поймут, что лодку, на которой сбежали, мы с собой не взяли. Варианта два: первый – это быстрый драп, и мы её просто бросили, она ушла на пороги и сейчас может находиться где угодно, как целехонькая в большом озере, где мы видели большое поселение, так, например, и мелко дефрагментированными кусочками, после перекатов. И второй, наиболее вероятный вариант – мы плавсредство аккуратно припрятали поблизости. Если бы мы волокли эту лодку с собой, то так быстро мы бы точно не сбежали. Был, конечно, вариант, что лодка в карте, но знакома ли концепция оружейной карты с долблёнкой гоблинам? Наверняка знакома, они осознавали, с кем связались, и конкретно, что хотят от попавших сюда моих товарищей, знают ли они, что помимо оружия, туда можно запихивать такие массогабаритные предметы? Поэтому места, где нельзя пройти пешком, скорее всего караулить не станут, что давало нам возможность прошмыгнуть.

У самой поверхности виднелась водная растительность. Сколько там реальной глубины, сказать сложно, но долбленке нужно совсем немного, поэтому будем ползти брюхом по траве, осталось подобрать что-то вроде вёсел. Необязательно иметь весло, как показывают в фильмах, а можно, например, выбрать куст с корявой разлапистой веткой, ручка в метр – больше, чем достаточно. Главное, чтобы ветки куста дальше ветвились, и если их обрубить, оставив чуть больше полуметра, и, например, переплести листьями камыша, или рогоза, или осоки, что тут растёт, не пойму, но с длинными, широкими и гибкими листьями, то получаем подобие весла-лопаты. Нормальное весло, корявое, как раз в моём дикарском стиле, но наверняка будет функционально. Не мудрствуя, срубил три подходящие длинные ветки поровнее. Эти как шесты. Если дно не достанется, а такое вполне может быть на болоте, а внизу только топкая сметанообразная жижа на несколько десятков метров вниз, то будем пользоваться моими плетёными веслами, если всё-таки глубина в пределах двух-трёх метров, то отлично пользоваться шестами.

Решалась ещё одна проблема с Семёном. Ему надо было хоть на день, зафиксировать ногу. В моих системных вещах были веревки, пара лоскутков шкурок, проблем с палками и мягкими листьями не имелось, поэтому просто распрямим ногу и сделаем вроде шины. С этим и вернулся в лагерь. К этому времени с водой уже завершили, оставили мне напиться вдоволь и желательно впрок, после чего я спрятал в карту гастроемкость. После наших стараний вокруг больной ноги, получилось такое композитное бревно из растительности и свежесорванных хворостин. Зато удерживало ногу отлично. В любом случае ещё пару дней нужно для восстановления. Теперь вполне реально дотащить его до берега без последствий и погрузить в лодку. .

Глава 10. Когда человек

Плыли небыстро. Кое где приходилось буквально продираться через водную растительность, которой зарастало русло условной реки, текущей среди бескрайнего болота. Один раз пришлось возвращаться. Свернули на развилке, где пошире, и приплыли в тупиковое озеро. Хорошо хоть догадались меток оставить, а то бы и обратную развилку пропустили. Выручал Семён, неплохо ориентирующийся в подобных местах. Я бы давно заблудился среди этих топей. Моя специализация – производственные здания и безликие бетонные коробки новостроек. Однако, за полдня пути ни одного пятачка, куда ногой ступнуть, так и не увидели. Можно и в лодке поспать, не так и страшно, но очень не хочеться. Со стратегией перемещения мы не ошиблись. Если нам негде, то гоблины в этих местах точно не бродят.

Только к вечеру подобрали подходящий островок, метров семьдесят в поперечнике, поросший кустами и довольно сухой, и, самое главное, с приметным знаком. Этого главного могло и не быть, но оно было. Призрак предупреждениями наверняка не заморачивался, а вот местные обозначением опасности озаботились. Мы начали проплывать, увидели вкопанный столб с навешанным на нем черепом, прямо на самом краю острова, со стороны откуда мы приплыли. Решили проплыть ещё немного и встретили ещё пару похожих столбов и островков поменьше. Черепа были, как я понимаю, гоблинские. Дальше территория тоже сплошное болото, перемежаемое сухими островками, но уже не бескрайняя жижа на полдня пути.

Вернулись к первому столбу и острову. Сошли на берег, и лодка ушла в карту. Когда попалась вторая группа кольев с черепами, то я решил вернуться к первому столбу, хотя около вторых кольев имелся прямо отличный участочек, сухой, на возвышенности, рядом большая светлая прогалинка и лесочек, наверняка с грибами, но было и иное соображение. Чем ближе мы к местам обитания призрака, тем меньше вероятность того, что встретим случайных прохожих. На мой взгляд, меня баловали. Девятка в удаче - это хорошо, что бы там не говорили о эфемерности такой вещи, и что лучше иметь девятку в силе. Обсуждать не буду. По крайней мере конкретно сейчас, на нашем болоте, какой бы ты сильный ни был, но не нашел грибов, чтобы пожрать, то жизнь твоя будет гораздо скучнее, чем с грибами.

Изабель пробежалась пособирала веток на костёр. Затем возилась с Семёном. Я, как обычно, прошёлся в поисках своей тихой добычи. На острове росло несколько небольших ёлочек или сосен. По колючкам сказать сложно, размер ровно посередине. Под этими хвойными и обнаружил те самые, которые с жирной ножкой и коричневой шляпкой. По пути подгрёб охапку хвороста. Ещё на прошлой стоянке мы нарубили кучу веток на пять ночёвок и сунули в сумки, но пока есть возможность не тратить запасы, нужно поступать именно так.

Традиционная гастроемкость на угли, кусочки жаренной змеятины на прогрев, рядом грибы с травами и черемшой, по крайней мере это растение выглядело похоже и пахло чесноком. По травам не ко мне, это вотчина Изабель. Как я плодовые тела из мицелия выдёргиваю при первом случае, так она за душистыми растениями охотиться. И змеями, кстати, которых я за всё время ни одной так и не увидел. Семён шутил, что это они у неё из волос выпадают, за что получил по лбу ловко брошенной обгрызенной змеиной косточкой. Я, как и положено, шутку, идущую корнями к древнегреческой мифологии, не понял.

Что это за мир – неясно, но темнело здесь очень неудачно и неравномерно. Как выяснилось, над этим миром находились два светила и две луны, при этом болтались они, на мой взгляд, совершенно беспорядочно, всходили и заходили когда хотели. Одно светило могло перегонять другое, или, наоборот, начинать отставать. Хорошо хоть восход и заход обоих был с предсказуемой стороны. Жёлтая и белая звезды ходили с разной скоростью, поэтому день и ночь были как придётся, а ночной свет определялся лунами, которые могли выглянуть на полчаса, чуть вылезая из за горизонта, так и висеть в зените всю ночь.

– И у кого есть мысли? – спросил я, когда мир начал погружаться в ночную тьму.

– Я первая посижу, поохраняю и сделаю себе лук. Вам не дам. Это только для девочек, – сообщила француженка и вывалила целую кучу тонких и ровных веточек.

– Тогда я спать. Вот как завтра будет с ногой, так мысли и будут, – согласился казак, и немного покряхтев, улёгся у костра.

Я тоже лёг. Изебель подкидывала в огонь немного веточек для света и сосредоточенно сопела, создавая стрелы, высунув кончик языка от усердия. Это, конечно, не по правилам караульной службы, но нас охраняло само место. Она давно собиралась это сделать, имеется ввиду стрелы, а Семён ещё на прошлой стоянке остругал палку для лука. Получилась довольно габаритная штука, но это лучшее, что мы могли сделать в походных условиях, используя в качестве инструментов, мой костяной нож, топор, и палаш. Подлый гнущийся меч в крафте не участвовал, ибо штука крайне неудобная, у основания безумно острая, заменяющая, пожалуй, бритву, но если чуть зазевался, то отрезать себе что-нибудь подобным предметом легче легкого. Тем не менее, столярные работы удались, и мы изваяли нечто похожее на лук. При этом сразу решили творить достаточно длинный лук, строением наподобие английского. Оставался вопрос зарядов. Правнучка колонизатора сразу выпросила, а я отдал наконечники с мудростями на суахили. Она действительно хотела наделать стрел. Была и моя выгода. Впавшая в рабочий транс женщина обязательно сделает задуманное, а я выпрошу у неё пару штук. Хочу про то, что если делить по-честному, то поровну не получится, и про то, как посылать к верблюду. Лук я мог вытащить из карты, но демонстрировать такую возможность нельзя, а если оружие мне самому понадобиться? Пусть у неё будет свой и десяток стрел. Немного, но это просто плюс, может, ещё приспособим что под наконечники. Вопреки опасениям перья нашлись. Везде было полно птиц, и собрать дюжину перьев оказалось не проблема. Даже проплывая по реке через трясину, смогли поднять одно очень красивое.

Список больших дел потихоньку выполнялся. Мы были на сухом, вне зоны действия призрака, и здесь можно вполне безопасно находиться. Условно, но в древнем мире нет навигации с точностью до метра, столбы ставят наугад, и обычно это делается таким образом, что вот там видели человека, потом он пропал, чуть поискали, никого не нашли, тут и всунули предупреждение. Но настоящий зверь, даже мой, домашний, со всеми городскими модификациями, каждый вечер делает свой контрольный обход, строго посещая определенные точки квартиры, открывает шкафы, заглядывая внутрь, не лишили ли его даст доступа к территории? Обходит все места, проходит под креслами, и только после этого готов добросовестно ложиться спать. То же самое происходит и с большинством территориальных хищников, думаю и с призраком. Они точно, до метра знают, где проходит их граница. Могли и ошибиться с первым столбом, но у меня был маленький козырь, крошечная надежда, что раз глупого котёнка не прибили в первый раз, и мы ушли с того места, то и второй раз не прибьют, а выдадут только второе китайское предупреждение.

Так и решили, и я уснул, оставив француженку за ремесленным экстазом. Вот же! Сам же писатель. Думать наперед– это самое неблагодарное занятие в моем жанре. Проснулся от легких прикосновений Изабель.

– Вставай, принц в кожаных трусах, – прошептала она.

Нет, никто не хотел романтики, всё было дело в чистом функционале. Правнучка колонизатора услышала легкий хлюп:

– Я не сплю, – прошептал Семён, показывая, что к казакам просто так не подкрасться.

– Плывут, – изрёк я мысль космического масштаба, и вправду расслышав движение на воде, впрочем, с чем все были и так согласны.

Похоже, один только беглый принц умеет спать на болоте без задних ног и не слышать приближающиеся проблемы. Дальше двигались. Казаку было тяжелее всех. Помимо внешних повреждений на ноге присутствовали и множественные внутренние. Без переломов, но ярость гоблинов, обрушившаяся на ногу товарища, болела серьёзно.

Отволокли Семёна в ёлочки. Хвоя может защитить от стрел, если у врагов есть луки и даже сбить полёт копья, да и как оптическое укрытие отлично работает. Была и военная хитрость. Оставалось немного времени, пока остров будет в пределах прямой видимости. Плыли незванные гости неспешно, тихо переговариваясь, осматриваясь, а не гребли во всю мощь. Когда оттащили товарища, то забрали у него обувь и штаны. Одну из лежанок слегка взбодрили, накидали сверху веток, набили штаны как получилось, положили сапоги и накрыли курткой игрока. Получилось, конечно, в первом приближении, если не приглядываться – словно кто-то спал около огня. Наверное, опять сработала моя удача. Какова вероятность того, что кто-то из гоблинов решит вот так, среди ночи поплавать по болоту и поискать беглецов? Скорее всего, гоблины знали об этой речке, и теперь мы стояли на развилке: либо сюда поплывет целый флот, либо это просто случайные разведчики, и, если прибить по-тихому, то решат, что места опасные и отсюда не возвращаются, окончательно вычеркнув это направление из слежки. В любом случае, мы знали, что гоблины где-то рядом. Может и не гоблины, но у нас других вариантов просто не имелось.

Я затаился в кустах, Изабель находилась рядом с Семеном, приготовившись к стрельбе из лука. Нам везло. Ночь выдалась достаточно светлая. Прошлая ночь была почти абсолютно темная, и только ближе к утру, на некоторое время выглянула одна из лун, в этот раз обе были в зените и светили со всем возможным энтузиазмом. И да, это были они. Гоблины не спешили, задрали морды словно собаки, и нюхали воздух. Они вышли на запах еды и дыма. После того, как поели, мы аккуратно убрали остатки ужина по сумкам, и старались больше не жечь огонь. Угли были жаркие, давали тепло, но лишний раз разводить костёр не стоит, чтобы не выдавать себя светом. Но видимо, всё равно нас унюхали.

Два гоблина плыли в небольшой лодке, такое корыто, сплетенное из веток и обтянутая шкурой. Как на нем плыть, тем более управлять, для меня оставалось загадкой. Никакой гидродинамики это судно не подразумевало, но, тем не менее, двух низкоросликов держало уверенно. Потом они подплыли поближе и долго всматривались в тлеющий костёр и чучело уральского казака. Забирать палаш у товарища глупо, но для пущей уверенности, рядом с манекеном, я воткнул меч с кисточкой. Он яркий, системный и в бою бесполезный. У меня, помимо моей карты, был топор, которому я доверял намного больше, чем гибкому клинку, но свою функцию китайское оружие выполнило, дополнив комплект игрока. Гоблины были осторожны и боялись не меньше нашего.

Посовещавшись ещё немного, и видя, что всё на виду, приплывшие пошли на десантирование. Один в набедренной повязке, явно помоложе, а второй, одетый в халат, обвешанный кучей амулетов, явно постарше, даже, можно сказать, почтенного возраста. Молодой скользнул на сушу, а старый наблюдал из лодки, стоящей у берега. Ждать больше смысла не имело. Лазутчик вытащил нож и крался к чучелу уральского казака. В моей руке появился протазан, и я подскочил и ударил в бок. Вжум, пролетела стрела, и ударила в живот, сидящему в лодке. Вошла неглубоко. Больше удивив, ошеломил, и я увидел преисполненную ярости мулатскую валькирию, с копьем наперевес несущуюся к деду, и удар в грудь. Обратил внимание, что Изабель использовала свое оружие уверенно, быстро, все таки хорошо получить навыки владения. Старикан так, наверно, ничего и не понял, сделал удивленное лицо, а мулатка ещё раз надавила на копье.

- И что у тебя? – спросил я, видя, что у подруги всё.

- Два ОС.

- И у меня пара очков.

Мой тоже был мёртв. Системное оружие убивает не только физически, но и выпивает жизнь, а сколько там надо? Лезвие протазана прошло под ребрами, скорее всего, скользнуло по позвоночнику и вышло с другой стороны. По ширине это не меньше короткого меча. Когда выдернул, крови было много, но вытаскивал острие уже из трупа. Я знал способ зажигать огонь на своём копье, но делать этого не стал, тратя очки системы, хотя, может быть, и надо было попробовать, но как-то не подумал.

А потом услышали тихий хлюп. Это был жест отчаяния, но с вероятностью в миллионную долю процента может произойти что угодно. Это третий, совсем небольшой, самый мелкий из всех, настоящий лазутчик. Так вот что они там возились, не сразу приплывая к острову. Они десантировали диверсанта, но, увидев, как мы расправились с его подельниками, засадный отряд решил сбежать. Он даже не пытался отнять лодку, или напасть исподтишка, а тихо вернулся в воду, выдав себя лёгким звуком. Река посреди болота имела глубину чуть больше полуметра, а дальше водные растения и грязь, но если аккуратно плыть, то вполне позволяла держаться на воде, а не уходить в трясину. У него был, хоть и призрачный, шанс добраться до своих, и тогда на нашем острове будет не протолкнуться от гоблинов.

Изабель метнулась, схватила лук, подняла, и – вжум! Из палки с верёвкой в комплекте с самодельной стрелой, она попала. Да! С первого раза. Даже по удивлённым бровям мулатки было видно, что для неё это тоже стало неожиданностью. Один шанс на миллион. По движущейся цели в условиях затруднённой видимости. Это, наверное, она от меня удачей заразилась, хотя надо спросить сколько у неё в этом параметре. Тело почти погрузилось в воду, а из затылка виднелось оперение. Лодка из карты, четыре гребка, и мы были около трупа. Быть живым и притвориться мёртвым с пробитым затылком и долго-долго держать лицо в воде не так-то просто. Я тронул древко. Наконечник был сделан из системной кости, но нет, предположение оправдалось, стрела должна быть системная, и, скорее всего, выпущена из системного лука. Никаких очков системы я не получил.

Этот мельче и был третьим. Трофеев не получили. Набедренная повязка, пояс с ножнами, в которых не оказалось ножа, пара косточек на шее и торчащий изо рта, вошедший через затылок наконечник:

– Не ссорься с человеком без причины, когда он не сделал зла тебе, – перевела мулатка, приглядевшись к наконечнику.

– Прямо в тему, – согласился я, придерживая труп, пока француженка выгребала к берегу.

В такой темноте она, конечно, не прочитала текст, а просто поняла, что это за надпись. Все мудрости древних правнучка колонизатора уже перевела и, похоже, наизусть выучила и даже иногда в разговор вставляла.

– Кстати, а что в животе у старого торчит? – уточнил я, когда перетаскивали пловца на сухое.

– Всё пройдёт.

– Понятно. Деду стрела по классике досталась.

С гоблинами вроде завершили. Никто не сбежал и не поднимет тревогу. Четвёртого и даже пятого быть недолжно. В эту посудину их точно засовывать некуда. Вытащили на берег лодку и старика. Топить не пытались. Лучше пусть они полежат денек в прохладе около нас, чем будут спокойно плавать. Непонятно куда ведёт течение. Если группа разведчиков просто исчезла – то это места плохие, и менее настораживает, чем группа трупов, приплывших с колото-резаными ранами. До утра, думаю, больше никто к нам не сунется, а с восходом Семён даст медицинское заключение по своей ноге, и тогда мы будем понимать, что нам делать дальше. Проверил и оружие. Тола была права по поводу моей удачи. Ни одного системного предмета, даже завалящего клыка на кожаных ремешках не имелось. Это просто чудо, что с первой миссии я столько полезного натаскал.

Изабель подошла к костру, подкинула веток, давая свет, и рассматривала небольшое весло, что лежало в круглой лодке. Кстати, неплохое, правда, жаль, что одно, но гораздо лучше наших импровизированных веток с вплетёнными листьями камыша.

– Ву, ты посмотри, – и мулатка протянула мне вещицу.

Я глянул и передал Семёну, который уже приполз к костру из своего укрытия под ёлками и активно наблюдал за нами.

– Наш там. Зуб даю, – согласился с невысказанным предположением уральский казак.

На весле, в дикарском стиле, чёрточками и палочками, совершенно без соблюдений пропорций, была нарисована водичка, домики на берегу, какие-то камни или развалины, а вокруг толпа гоблинов от мала до велика. Над всем этим светило два солнца и две луны одновременно. И фигурка человечка, на которой угадывались сапожки, куртка и штаны игрока. Рядом стоял человечек поменьше, держа в руках несуразно большой для него, то ли меч, то ли нож. Через плечо висела сумка игрока. Это был гоблин. Его постарались нарисовать с особой тщательностью, придавая пышность, выскребая амулеты и предметы культа. Он был в полном восторге и держал вынутые из игрока внутренности, показывая счастливым прихожанам.

Глава 11. Интерлюдия 2. Крошечные крылья

По бронированным палубам флагманского линкора «Свет справедливости» шёл первый помощник старшего дознавателя. На этом корабле нет и не могло быть подслушивающих устройств, предателей и, тем более, случайной утечки данных. Но мир не ограничен одним миром. Именно так. Есть боги, есть система, и есть ещё много-много чего, что пока современная наука не обнаружила как на уровне технологий, так и игровых возможностей, которые предоставляет система. Строгий, аккуратный, в идеально сидящей форме без знаков различия, первый помощник старшего дознавателя имел 306-й уровень, что был его именем и пропуском на этом корабле. Все, кто находился на линкоре были игроками или героями. На случай миссии старшие смены носили обязательную сумку работорговца, а каждому герою было приписано своё место в артефакте системы. Все остальные игроки к своей идеальной форме обязаны иметь системную сумку, пусть даже первого уровня, чисто символическую, как раз такую, которая висела на плече помощника. Империя была богата, и подобные вещи не были уникальной редкостью, а здесь, на борту флагмана флота, линкора «Свет справедливости», были обязательной нормой.

Помощник старшего дознавателя шёл, чтобы передать информацию. Существуют тысячи других способов, от мыслительных образов, что пользуются практически все, кто имеет доступ к военным технологиям и кому вживляют нейропередатчик, до простого электронного письма, но есть вещи, что не стоит доверять никому, даже себе. Он не знал, что это, он не знал, от кого это, но он знал, что это важно, и ни в коем случае не должно попасть в чужие руки, быть увиденным чужими глазами и услышано чужими ушами, особенно ушами богов. Система не только в заданиях, система повсюду, и нет никакой вероятности, что к воротнику его мундира или в пуговицу не будет встроена молекула обычного вещества, никак не отличимая для приборов и простых смертных, а в ней притаилось удаленное ухо какого-нибудь божества. Людей, и даже самого императора здесь никто не опасался, а в случае необходимости можно решить любой вопрос, но оставались боги. Властвующая над этим миром тройка небожителей всегда выступит на стороне дознавателей против чужаков, но были и другие боги порядка, созданные системой, – хаоситы, которые ни за кого, но готовы влезть на любую территорию, до коей смогут коснуться и могучие игроки неизвестно каких уровней.

– Господин старший дознаватель, – зашел помощник неожиданно в кабинет начальника.

Он имел право это делать, но всегда, абсолютно всегда предупреждал о своем приходе заранее, пусть за несколько минут. В этот раз он этого делать специально не стал, потому что если тот, кто сейчас за ним следит, а его паранойя говорила именно об этом, пусть отстанет от него хотя бы на эти две минуты, которые он всегда посвящал тому, чтобы предупредить старшего дознавателя 506-го уровня, о том, что собирается нанести личный визит.

– Садитесь и подготовьте отчёт. Позаботьтесь, чтобы экземпляр был единственный, – строго произнёс 506-й, при этом принимая из рук помощника сумку игрока начального уровня.

– Так точно, – громко произнёс 306-й в ответ, и подошёл к экранированному терминалу.

Все главное общение проходило без слов, а отчёты и доклады – чтобы всё по уставу, и являлись лишь прикрытием. Старший дознаватель сразу всё понял, мгновение, и он исчез с принесённой сумкой. Комната игрока – это то место, где есть система, могучая, владеющая миллиардами миров, устанавливающая правила и пронизывающая собой не только вселенную в понимании длины, высоты и ширины, с разбросанными по этой территории галактиками, но и вложенными друг в друга осколками реальности, порой размерами с другие галактики, даже, может быть, вселенные. Но в комнате игрока нет и не может быть богов. Никаких, от системных богов порядка до тех, которые действительно боги, и сейчас их называют хаоситы. Возможно, они такие же создатели миров, но теперь вне системы, хотя многие приспособились существовать без явных конфликтов.

Старший дознаватель вытащил из сумки блестящий кристалл неизвестного минерала размером с кулак и разжал руку. Камень упал, и от него откололось несколько небольших кусочков. Комнату огласило предупреждение, что обнаружено чужое присутствие, но 506-й никак не отреагировал на тревогу. Перед ним стояла обнажённая девушка, довольно высокая, с крупными формами, гораздо больше, чем у большинства жителей империи, склонных к худобе. Изящные копыта, маленькие смешные крылья, небольшие изогнутые когти дополняли образ. Но отсутствием брони и оружия обманываться не стоит, наверняка коготки прочнее бронестали, и улыбка, полная клыков, и довольный взгляд – это только начало переговоров. Это была не сама богиня, а только её отражение. Она подала карту, и старший дознаватель активировал серый переход, который давно был в его комнате. Это был осколок реальности с постоянно изменяемыми координатами, и он шагнул в заработавший портал.

У 506-го где-то промелькнула мысль: по подклассу эта богиня обозначалась, как демон. Они обычно любят показывать свою силу и демонстрировать достоинство при первой возможности. Он точно знал, что у нее есть несколько боевых форм, очень серьезных, с огромными крыльями, в которых она может сцепиться на равных с группой кораблей класса не меньше эсминца, а то и потягаться с целым крейсером. При этом обратил внимание, что для визита она выбрала именно эту форму, с крошечными смешными крылышками. Это просто промелькнувшая мысль, привычка замечать всё и откладывать в глубинах памяти. Но прямо сейчас выяснять, почему этот образ выбрали, было нерационально, и заниматься этим старший дознаватель не собирался.

Хаоситка. Богиня из древних, кто по классификации сказать сложно, подкласс демон. Это из тех, что не стали системой и остались как бы не у дел. Богов было очень много. 506-й встречался с ней и раньше. Она принадлежала к банде небольших божеств, которые, тем не менее, совсем недавно оторвали небольшую вселенную, разместившуюся во вновь образованном осколке реальности. Тогда они приходили просить море очков системы, чтобы закрепить появившийся магический мир за собой, но потом всё вернули, а вместе с процентами поделились информацией и координатами осколка, хотя последнее сделали скорее вынужденно.

Перед тем как прийти в мир, система пробует его на пригодность и ресурсы, делает пробные старты. Тогда открываются совсем другие возможности. Мощь системы перемешивается с множеством энергий древних эпох, и возможно всё что угодно. Вот именно в этот момент какой-то фантазёр и сказочник выдумал мир, а эти божки его успешно прихватили. Одна единственная звёздная система, переполненная магией, и пустой космос с далёкими звёздами для антуража, но в целом осколок реальности был впечатляющий и покрывал потребность в энергии группы вовремя подсуетившихся божеств. Они очень быстро среагировали, кинули Лилит на планету к это самому выдумщику, разрушили якорные артефакты и изолировали кусок реальности. Что они там делали, 506-му так выяснить и не удалось, но мир зафиксировался, закрылся энергетическим куполом, став осколком реальности. Не обязательно, что кусок пространства создала система, скорее нет, но в момент прихода, помимо системы, существует уйма других необъяснимых сил, и, скорее всего, они и создали мир, который и стал осколком. И теперь без желания группы богов, вовремя шмыгнувших в нужное место, туда войти никто не мог. Об этом месте знали, но пропуск внутрь никто так и не получил. Тогда она приходила к нему, старшему дознавателю, просить в долг огромное количество очков системы. Почему она? Расовая особенность этого вида хаоситов с подклассом демон. Они могут прошмыгнуть там, где о присутствии других богов становиться мгновенно известно хозяевам территории, будь то другие хаоситы, так и боги порядка.

Мужчина оказался в крошечном мирке, чуть больше комнаты игрока. Одноразовый карман пространства, предназначенный только для одних переговоров. Его встретила уже настоящая демонесса, а не отражение.

– Приветствую тебя, старший дознаватель, – произнесла она.

– Приветствую и тебя, Лилит. И что тебя привело ко мне снова?

– Я принесла тебе весть, – гордо задрав носик, произнесла девушка с максимальным пафосом и щёлкнула пальцами.

Жест был явно демонстративно-показательный, больше для обозначения важности, чем для функциональности. Появилась проекция бога с голубыми глазами, косматой бородой и одетого в простую робу, а в руке держащего молот. Он материализовал табуретку из грубо обтёсанных деревяшек и уселся.

– Приветствую тебя, старший дознаватель пятьсот шестого уровня на службе у императора.

506-й встречался с ним и раньше. Лилит могла перетаскивать себя в любые миры, как-то при этом ухитрялась это делать незаметно для других богов, которые обычно очень плохо реагируют на появление иного божества на их территории, а вместе с тем и отражения других богов своей группы.

– Приветствую тебя, – ответил дознователь, никак не отреагировав на приставку про служение императору.

Ещё надо определиться, кто кому служит реально, но да, формально его звание так и звучало, как старший дознаватель на службе императора.

Поведя рукой, бог с голубыми глазами показал кусок пространства:

– Этот мир наш. Не так давно Лилит нашла человека, породившего его, и мы забрали этот осколок пространства благодаря ей, желанию создателя помогать и твоим очкам системы.

- Я знаю эту историю. Не стоит так рисковать, чтобы повторить мне известное. Или я что-то не знаю? - уточнил 506-й.

Бог с косматой шевелюрой и сидящий на своей любимой табуретке ехидно ухмыльнулся:

– Об этом ты знаешь всё, даже координаты осколка. Мы хотим сделать тебе подарок, просто подарок. Возможно, когда-то нам понадобится подарок от тебя, это не обязательство, я знаю, что ты скован долгом и присягой, но если будет в твоих силах и не будет вредить империи, то с удовольствием примем от тебя ответный дар. Если, конечно, сможешь это сделать и это будет в твоих силах.

– Рассказывай, – решил перевести в рабочее русло беседу 506-й.

– Создался ещё один мир, – произнёс бог с голубыми глазами, а перед дознавателем открылась территория.

Руины огромного города, развалины, вокруг пятна леса, пара рек, озеро, в небе летают металлические дроны, убивая всё, что крупнее козы, а ночью слетаются обратно в глубь древнего города на самовоспроизводящиеся ульи матки, роются в древних руинах, выискивают металл, откапывая энергоячейки, воспроизводя подобных себе, и опять вылетают на охоту за живыми и ресурсами. Но металлические убийцы отлетали недалеко, едва перекрывая периметр разрушенного мегаполиса.

На самой границе радиуса действия металлических боевых машин жили люди, укрываясь в древних руинах промышленных зданий, прячась днём и выходя на рыбалку и сбор растений ночью, копая на руинах древние металлы. Ничего особенного, но была неуловимая странность. И пошёл следующий блок информации.

Остальное было гораздо интереснее. Этот осколок пространства создали совсем недавно, явно представив его, а система подхватила и открыла новый мир, такой, как представлял себе некий фантазёр, перекинула туда кучу зависших между мирами сознаний, когда-то давно погибших, и раскрыв историю мира на многие тысячи лет назад. Всё это снарядили огромным количеством энергии, а группа небольших божков-хаоситов смогла почувствовать вновь созданное бесхозное место. Возможно, были не против прихватить и его, но не знали как до него добраться, а только чувствовали его и смогли узреть его своим божественным взором.

Есть миры гораздо более богатые энергией и на порядок больше, но они все заняты, а этот появился только что и пока был ничей. Судя по всему, хотя 506-му прямо не сказали, эта группа божков намеревалась и этот кусок пространства прибрать к рукам. Но это не всё. Показать осколок – это мало. Нужно заинтересовать представителя дознавателей. Показали сидящего у костра игрока первого уровня, одетого не в комплект игрока, а в шерстистые трусы, тапки из вяленого мяса и надетым на голову шлемом из черепа дикого зверя, в котором угадывался один из подвидов гончих. Взрослый мужчина явно упитанной наружности рассказывал о том, что он является принцем племени, как над ними летают металлические жужжащие убийцы, что уничтожают всех днём, поэтому даже скотину приходится пасти ночью и держать под бетонными крышами, иначе хозяева воздуха просто всех убивают.

Всё было верно, и каждый угол, описываемый одетым в меховые трусы игроком, совпадал с тем, что узрел божественный взгляд, проникнувший в новую вселенную. Этого игрока, возможно, в пробный заход бросило из вновь созданного мира, и он рассказывает свою историю. Бог с голубыми глазами вздохнул, он всегда так делал, его эмоциональность сближала с простыми людьми, хотя наверняка он уже давно не был человеком, но старался не забыть. И к пятьсот шестому пришёл второй блок информации.

Упитанный дикарь в шлеме из системного зверя – это именно тот человек, что инициировал создание осколка. А потом добавка в виде ещё одного мысленного видения. Призрак, щупальца охватили двух сидевших с ним игроков, тоже первого уровня, затем упитанный, вскочил, зарычал, в руке у него появилось горящее копьё, и в один удар отсёк щупальца. 506-й не чувствовал в нем мёртвой плоти. Увидеть щупальца энергии дело не хитрое, любой, кто обладает мертвой плотью, чувствует энергию, но для этого нужно родиться с этим умением, но его именно у этого не имелось. Это стандартная энергия смерти, но если ты не принадлежишь к виду которой соединяет живое и мёртвое, ты не можешь это видеть и чувствовать, у тебя просто нет нужных органов. Есть целые народы, имеющие жабры, они могут дышать под водой, есть народы с повышенной регенерацией и избирательным воспроизведением клеток, и они не боятся радиации, но рождённые без этих добавок организма не могут делать того, что делают специализированные ветви человечества. Этот мог.

Затем началось ещё более странное. Вокруг рук рычащего и напыжившегося словно зверь дикаря образовались собственные сгустки смертельной энергии. А потом к нему вышел зорг. Призрак, рождающийся на месте великой несправедливости и желающий мести всем. Сотканный из чистой энергии, с многими щупальцами, два из которых были подрублены, он стоял и смотрел, а потом ушёл. Зорги имеют категорию уровня сотворённой несправедливости, почти неуничтожимы и никого никогда не отпускают. Но он ушёл, не убив этого странного упитанного игрока.

И добавочка. По мнению бога с голубыми глазами, мир создался вот только сейчас, прямо у этого костра, после начала миссии. При этом игрок не мог знать об этом, тем более жить там, вообще ничего о этом мире знать, но уверенно говорил, что живёт там, при этом называл множество подробностей, описывая кучу мелких деталей, а зрачковые рефлексы говорили о том, что он не придумывает, а именно вспоминает. Да, пространство раскрывалось со своей историей для тех, кто оказывался внутри, на тысячи лет назад, и они были реальными, кто находится в этом мире, но он был вне мира до его создания. Тогда, как он мог вспоминать? Хорошо, он уверен, что он пришел на задание с этого мира, но это же тоже нестыковка? А теперь самое главное. На этого человека указал некий пророк, само существование которого не имело подтверждений.

После этого проекция бога с голубыми глазами истаяла, а крылатая и копытная женщина мило улыбнулась, развела ладошки, показывая, что да, она такая, и смогла принести весть сквозь все преграды.

506-й погрузился в раздумья. А теперь, внимание, вопрос: Хранящие древние тайны мятежники устроили весь этот перформанс на корабле, с жертвоприношениями, с публичным обострением конфликта и самопожертвованием очень неслабоуровневых игроков не ради ли этого человека? Не их ли это пророк на него указал? Тогда так ничего выяснить не удалось, но, похоже, всё оказалось ещё сложнее, чем можно представить.

– Спасибо! Очень интересно. Подарок с меня, – слегка улыбнулся 506-й, позволив себе эмоцию вежливости.

– Оу, – восторженно всплеснула руками демонесса и начала таять.

Это были не системные боги порядка, назначенные по случаю, а настоящие, появившиеся чаяниями людей, выросшие из молитв, страхов, ужаса, иногда радости, вожделения. Лилит из таких, и с голубыми глазами, мудрый, рассудительный, до последнего желающий остаться человеком. Риск был запредельный. Узнай об этом, местные боги порядка, точно по головке не погладят. Убить вряд ли, слишком много пользы от 506-го, но хвалить не станут, а вот этим грозит смерть, причем, крылатую выпотрошат на энергию не задумываясь, а сидящего на табуретке могут найти по каналу связи. Но сдавать столь ценных союзников и информаторов в планы старшего дознавателя не входило. Пройти через портал, сунуть уникальную карту и кристалл, в котором пронесли отражение Лилит в сумку игрока и отдать помощнику, что молча развернулся и ушёл, не задавая вопросов.

О несанкционированном посещении напоминали только разбросанные в личной комнате старшего дознавателя несколько драгоценных кусочков минерала, отколовшихся от кристалла при активации, но это вне взгляда богов и пусть пока там и лежат.

Всё было не так. Фантазёр в дикарском наряде, придумавший мир, про который вспоминает, а не выдумывает, при этом уверен, что живёт в нём, изначально не имея возможности там жить. Зорг на памяти 506-го вообще в первый раз кого-то отпустивший. Ещё и надо ухитриться этого зорга отрыть. Тварь крайне редкая, опасная и скрытная. Ещё и какой-то пророк, что именно в этого упитанного ткнул своим указующим пальцем, и, скорее всего, но это не точно, этот, в кожаных трусах связан с событиями на ржавом рудовозе. Только каким боком?

Неожиданно появившиеся осколки реальности и даже другие вселенные, глубинные слои и миры за пределами основного пласта бытия не противоречат физике системы, но это не правило, а аномалия, крайне редкая. Правила «фантазёр вообразил мир, а Система создала физическую вселенную с тысячелетней историей» не существует. Для этого нужны миллионы обстоятельств и море энергии. Иначе любой достаточно талантливый сказочник становится потенциальным создателем вселенных, и зачем тогда боги и демиурги? Однозначно нет. Это что-то выходящее за пределы и уже второй случай порождения мира, о котором стало известно 506-му. Новый осколок реальности возник одновременно с рассказом дикаря в шерстяных трусах и полностью совпал с описанием. Причина неизвестна. Не надо сразу утверждать, что он его создал. Вовсе не факт, просто самое быстрое и простое объяснение именно такое. Но над тем, что это уже второй мир, надо было задуматься.

Старший дознаватель очень разумный человек, предусмотрительный, для дела готов поступиться многим, но как же они его бесят! И он позволил себе легкую эмоцию, и слегка покачал головой.

Глава 12. Остров мертвецов

Три трупа гоблинов составляли нам компанию, но надо было готовиться к великому походу. Крафт у себя дома, в условиях крайней ограниченности ресурсов, зато с привлеченьем парней со станком с ЧПУ и мастериц из этнической мастерской – это одно. И рукоделие, когда ты здесь, у тебя есть с чем развернуться, зато полностью отсутствует инструмент – это совершенно другое. У нас было две кожаные набедренные повязки, пара поясов, костяной кинжал, короткое копье, халат с деда, который был грязный, вонючий и, казалось, что сейчас живущие внутри паразиты его самостоятельно могут с места на место переносить. Если простирать, посушить около костра и хорошенько прокоптить, то, возможно, я и готов был его накинуть на плечи, тем более система при возвращении с миссии все иномирные болезни и паразитов уничтожала. Поэтому мне, как самому страдающему от холода, приходилось выбирать, либо так, либо мёрзнуть. Семён и Изабель регулярно отдавали мне свои куртки, чтобы я хоть как-то согрелся ночью, но сделать ничего теплого из подручных материалов вроде веточек и листочков не получалось. Если удастся изгнать живущих в халате животных, то можно использовать. Про несоответствие размеров молчу, просто натянуть у меня эту одежонку точно не получиться.

Вот уж правда, не знаешь где прикопают, а где пирогами встретят. Очень большой проблемой было вооружение. У Семена был отличный палаш, по факту меч, у француженки копьё. Если с ней вопросов не было, древковое оружие почти всегда самодостаточно, то к палашу очень бы хотелось иметь щит. И вот тут на помощь пришла круглая, обтянутая кожей лодка. Деревяшки уже были изначально изогнуты, скорее всего, их гнули мокрыми над огнем, потом высушивали и, если не показалось, то даже пропитали защитой от воды. Похожее на иву дерево, гибкое и прочное, давало отличный каркас, на который была натянута шкура с крупного зверя. Трусы из такого сотрут мужские важности за полдня, но для щита и обуви просто идеально.

– Это мне, – сразу обозначил свою долю материалов уральский казак, показывая какой кусок кожи он собирается вырезать и на какие палки рассчитывает.

– Это для девочек. Сёма, ты же поможешь? – промурлыкала мулатка, присмотрев пару гибких палок, слегка изогнутых, с намёком на лук.

– Ву берёт обрезки, а то надоело. Почти босиком хожу, – обозначил я свою зону рукоделия.

Мои мясные башмаки совсем разносились. Я их не выбросил, а отправил в сумку. Вдруг наступит голодное время, и придется использовать в качестве еды. Подождал пока Семён вырежет себе нужный кусок кожи и подгрёб обрезки. Хотел связать что-то вроде мокасин. С деда мы сняли кучу амулетов на верёвочках. Сами амулеты ценности для нас не представляли, а вот верёвки были весьма полезны в нашем небогатом хозяйстве. Само место подразумевало, что нам надо ещё денек, может быть два посидеть на этом месте. С большой вероятностью наш четвёртый у гоблинов, и мы знаем где искать, а единственным моментом было то, что не знали когда все четыре светила взойдут одновременно, и мы можем просто не успеть. Как пошутил Семён: «Если не успеем, будешь передачки носить». Это по поводу того, что они здесь до выполнения задания уровня А останутся.

Кость псины, которую я убил на задании, являлась системной, и зверь точно не первого уровня, судя сразу по девяти очкам системы, пришедшим после убийства. Тогда я чуть не взял второй уровень, а после возвращения отправил очки системы в карту желаний. С азиатки и бородатого я получил по четыре очка системы, с гоблинов по одному, а с псины сразу девять. Тола говорила, что должно было больше, но с моей математикой имелось множество необъяснимых моментов, поэтому просто приняли как есть. Это я к чему? Наконечники и, соответственно сверла, которые должны использоваться для сверления древков стрел, были гораздо прочнее обычной аборигенской несистемной кости. Семён очень аккуратно, стараясь не сорвать ручку, обколол костяной кинжал, с которым крался лазутчик, получив подобие шила, а потом в начале острия, невероятно много сквернословя и выражая кучу невербальных эмоций, просверлил дырку. Получилось шило толщиной в палец, в конце которого находится неслабая такая дырка. Всё было соразмерно материалам. Верёвки, на которых висели амулеты, тоже не были нитками номера шестьдесят. А затем он связывал основание щита и обшивал кожей. Где тонкого, вернее, условно тонкого шитья не требовалось, в ход шли нарезанные полоски кожи.

Разломать лодку получилось достаточно легко, и для щита подобрали все необходимые детали каркаса. Идеальный формы не получилось, а выходило что-то вроде сплюснутого разнобокого овала с острыми углами. Ближе всего напоминало щит африканского воина, но очень неровный. Зато крепко и функционально. Два ремня позволяли держать щит как продолжение руки, а не просто за ручку. При этом вполне было реально нанести удар. Штука получилась нелегкая, обтянутая толстой кожей, предназначенной для лодки, но думаю, свою функцию выполнит отлично.

Я ждал своей очереди на шило и пока занялся подрезкой остатков и подготовкой кожи под мокасины. У нас было два сверла, и да, я предусмотрительный, рассчитывал, что одно может поломаться, но пока не поломалось. В местах предполагаемых креплений я аккуратно сверлил в коже дырки, рассчитывая, как пройдет моя нога и что будет после протяжки верёвок. В это время нашей четырёхведёрной гастроёмкости из нержавеющей стали кипела вода, в которой разместились две трофейные набедренные повязки, и мой халат, снятый с деда. Почти не сговариваясь, решили, что стирать бесполезно, но при кипячении есть шанс превратить рассадник зловония в подобие одежды. Если одежонка сядет, то ничего страшного. Всё равно без доработок эти вещи ни на кого не налезали.

Второе сверло оставалось за Изабель, как за лучницей. И, чтобы мы его не сломали, француженка сразу отобрала и больше не отдала.

Устали, упали, задрыхли, рассвет пропустили, обед почти тоже. Нервная ночка, а потом ажиотаж в кружке очумелых ручек вымотают кого угодно. Вылил воду с набедренными повязками и халатом в болото, где почище, и прополоскал. Корыто убрал в карту, вернул и отдал чистым Изабель, которая намеревалась вновь нас порадовать змеино-грибным рагу. Как по мне, нормальная еда. Как посмотришь чем настоящие выживальщики должны питаться, так у нас курорт в пять звёзд.

После кипячения и полоскания развесил знаки приличия и мой халат на ёлочках. Туда же, в тенёк, оттащил гоблинов. Варка наверняка убила паразитов, зато перекорёжила ткань до неузнаваемости, перекосив халат. С кожаными набедренными повязками было получше, они сохранили свою форму, но потеряли примерно треть размера. Меня это не смущало. Надевать халат тощего старика, размером с четырнадцатилетнего подростка, было изначально неработающей идеей. Поэтому наметил где подрезать, вырезать дырку для головы, а рукава в качестве пояса. Не пончо, в понимании Мексики, а скорее рубаха с боковой вентиляции, но это меня не смущало. По любому совершенно другое ощущение, чем просто ходить с голым пузом в довольно прохладной ночи. Набедренные повязки оказались кожаными, и Семён их присмотрел в качестве поножей и наручей. Помимо щита, какая-никакая защита рук, и многострадальных ног. Я видел у преследовавших нас гоблинов железное оружие, и довольно много, но и костяного имелось с избытком. По крайней мере от кости подобная защита вполне рабочий вариант.

Изабель фанатично сверлила, вязала и делала древки для стрел. Наконечников было всего двенадцать, и она их все уже превратила в метательные заряды для своего нового лука, но была уверенна, что запас лишним не будет, и мы найдём что приспособить. И да, пока я плёл себе башмаки, рукастый казак сделал себе щит, ещё и остругал палку для француженки, превратив её в приличный лук. Старый, разумеется, не выкинули, сунув его в сумку игрока, но теперь это было действительно похоже на лук, а не на палку с верёвкой. Запасы заготовок мулатки были обоснованны. Дополнительно, больше десятка стрел удалось сделать с наконечниками из подручных материалов. Отколотые куски кости от кинжала, когда казак его в шило превратил, расколотый костяной наконечник гоблинского копья дал несколько отличных острых кусков, и несколько клыков из амулетов старика, после обработки топором, вполне подходили. Настоящие стрелы были те, что с моими, несущими мудрость наконечниками, но если дело дойдёт до большой драки, то и остальные пригодятся.

И раз уж нас придавило творческим экстазом, то был создан ещё один шедевр. Бездонная сумка F. Стартовая сумка игрока. Переносит между локациями системные предметы. Несистемные предметы при переносе исчезнут. Скрадывает объём, вес уменьшает в 10 раз, немного замедляет порчу. Вот! Самое важное свойство: «Скрадывает объём». Запас камней для баллисты не потаскать, но нам и не надо, а вершиной инженерной мысли стала лестница. Для этого я и правнучка колонизатора сплавали на соседний остров, где срубили две довольно ровные и длинные жердины и сразу нарубили поперечин. У нас оставалось ещё много обрезков кожи, и Семён сказал, что наше дело только материал притащить, а потом под руку не лезть. Непонятно, что нас ждёт, а вдруг придется куда-нибудь залазить? Всегда удобно иметь с собой подобную штуку.

Это нас Изабель вдохновила рассказами о том, как сослуживцев ее прадеда вырезали черные человечки, таскавшие с собой длинные палки с крюком на конце. Они просто цеплялись за стены укреплений и, используя силу рук и ног, взбирались наверх, где и резали часовых французского легиона. Обычная палка, в основании находился простой деревянный крюк. Я отдавал себе отчёт, что в мои метр восемьдесят пять всунуто слегка больше ста килограмм веса, и на турнике последние много лет я мог только висеть, но идея хороша. Пиратский крюк-кошка с верёвкой и палка африканских диверсантов не мой вариант, но от лестницы я бы не отказался. Казак сказал – казак сделал, главное правильных палок привезти. Нормальная лестница, под четыре метра; не дюраль, и к весу сумки прибавила килограмма под три, но выглядела добротно и под моим весом признаков неуверенности не показывала. Выглядела тоже аутентично. Деревянные палки были скреплены в местах небольших ровных срезов и перетянуты мокрыми кожаными ремешками, которые потом подсохли и превратили места стыков почти в монолитную конструкцию с минимальным люфтом, даже под моим весом. Все были в восторге.

За эту пару дней мы сделали невероятно много. Из знаков приличия гоблинов, как и планировали, удалось соорудить поножи и наручи для нашего палашника. Я щеголял в чудных мокасинах с голенищем, которые по ощущениям не жали и, похоже, не натирали. Все были готовы, а гоблины начали подванивать, как-бы намекая, что пора отправляться в путь. Я постоянно смотрел на небо, пытаясь угадать циклы светил, но времени для астрономических выводов было маловато, и просто решили, что успеем. Круг поисков ограничили тем, что четвёртый в плену. Как сказал Семён: «Если по тайге шариться или заблудился, то без вертолёта найти нереально». И тут же пояснил для беглых принцев, что это вроде наших металлических чудовищ в небе, только большие, и на них люди летают, сверху смотрят и потеряшек ищут.

За это время прилично расходили ногу товарища. Время, не занятое за созданием ценных вещей, посвящали отдыху и тренировкам. Было точно понятно, что нога не имеет внутренних повреждений костей и раздробленных суставов и потихоньку пытались помогать казаку ходить, подставляя плечо. Не без боли, но в целом самостоятельно он начал передвигаться, и уже мог пройти от одного края острова до другого, но балет пока был вне его компетенций.

Очень интересный вопрос: насколько хорошо гоблины видят в темноте? По сравнению с человеческими глазами я разницы не увидел, но вполне возможно, что внутри другое соотношение колбочек и трубочек и, например, в ущерб цвету, могут гораздо лучше различать серые тона и ориентироваться в условиях меньшего освещения. Кроме того, мы жители цивилизации. Я, конечно, по легенде из подземелий, но по себе знаю, что избыток искусственного света дурно влияет на зрение в темноте. Другой дороги, кроме той, откуда приплыли лазутчики, мы не знали, и вероятность, что нас там караулят, была пополам: либо ждут, либо нет. Единственным временем проскочить оставалось раннее утро, когда болота накрывал туман. Движение нужно было начать еще в темноте, и будем надеяться, что болотную реку при свете лун мы различим, а если луны не взойдут, то перенесём отплытие на другой день, потому что двигаться без света по болотной реке – затея невероятно опасная. Помимо того, что можно заблудиться, ещё есть вероятность встрять в трясину, из которой ни на лодке, ни пешком выбраться не удастся.

Вечерело, обе луны бодро вскочили над горизонтом и тут же сдрыснули обратно, погрузив нашу стоянку в почти полную тьму.

– Отдыхаем, – сказал Семен и улёгся на лежанку, устроившись поудобней, развернувшись спиной к костру.

– Какие звёзды! – вздохнула француженка и тоже стала готовиться ко сну.

Я тоже прилег. В эту ночь у меня была целая рубаха, сделанная из халата. Ткань довольно грубая, но по сравнению с голым пузом или на время взятой курткой, прямо высший класс, не хватало только меню подушек. Утро, день, вечер, ночь, и луны опять сбежали. Это уже шестые сутки, а мы всё ещё на болоте, но выплывать без света самоубийство, а с факелом – это кричать, что мы тут.

Ели, отсыпались, рукодельничали. Я наметил целый большой список инструментов, которые нужно будет сделать на станках с ЧПУ из системных вещей. У меня оставалась рукоятка топора, вполне можно переделать мой костяной нож. Можно было распотрошить мой шлем. Пока Семён шил свой щит, прямо не хватало плоскогубцев, но я не мог воспроизвести их своей картой. Тут три детали, левая, правая ручка, а посередине скрепляющая заклепка. Ещё один вечер встретил полной темнотой, но в середине ночи бодро взошла одна из лун, а потом медленно, неспешно, словно показывая, что делает нам большущее одолжение, выползла вторая, которая более яркая. Света было достаточно, и мы двинули.

Плыли медленно, и чуть позже перешли только на одно весло гоблинов. Самодельные плетёные из веток и камыша сильно шумят. С них стекает вода, и ничего с этим не поделать. Я греб очень осторожно, аккуратно опуская в воду и делая небольшие движения. Туман был прямо молочный, с практически нулевой видимостью, но русло болотной реки вполне различалось. Рано или поздно река завершится другой рекой, озером или чем-то, куда вся эта вода с болота собиралась и стекала. Видели много малька рыб, постепенно начало появляться всё больше и больше пятачков суши, от совсем крошечных, буквально в несколько шагов, до довольно больших, пожалуй побольше нашего первого острова. Плыли, стараясь максимально вжаться в лодку и не выдавать себя никакими звуками. Потом началось: река стала чуть шире, немного глубже, с контурами прибрежной растительности, едва различимыми в тумане.

Видели привязанные лодки, различали голоса на незнакомом языке, но нос к носу ни с кем не столкнулись. Это я пошутил. Стоило подумать, как нос лодки ткнул гоблинскую посудину, почти такую, которую мы захватили на болоте, только поменьше. В ней стоял изумлённый гоблин, на дне лежала сетка, а в руках он держал перекомканный моток верёвки, к которому привязан увесистый камень. Наверняка якорь, а местный пытался распутать запутавшиеся узлы. Он удивился не меньше нашего выплывшему из тумана четырёхметровому фрегату и целой банде головорезов внутри. Пронеслась стрела, наконечник вышел с той стороны тела, пробив грудь насквозь, гоблин хлюпнулся в воду, а намотанный на руку камень выполнил функцию груза. Тело ушло глубину, а Семён в один удар палаша обрубил держащий висящий хвост веревки. Мало ли что на воде может произойти? Если найдут труп со стрелой, то поднимется суета, а так он отлично полежит на глубине.

– Что за стрела? – задал я самый главный вопрос человечества.

– Наконечник жалко, а мудрость так себе. Про то, что женщина должна быть скромная и всем пример подавать. Мне за тридцать пять, хорошо так за тридцать пять, двое детей, три мужа, и поздновато уже со скромностью.

Это мы общались шёпотом. Туман очень хорошо глушит звук, но и орать не стоит. Плыли, света становилось всё больше, а туман начинал рассеиваться. Голоса, которые мы раньше довольно часто слышали, попадались всё реже и реже. Скорее всего, предполагалось, что у нас нет лодки и мы будем пробираться пешком, и именно на этих местах сосредоточили внимание, а мы самым подлым образом прошмыгнули. К моменту, когда стало совсем светло, плыли по широкой реке, с большой вероятностью по той, на которой я появился и встретил товарищей. И похоже, близко к месту высадки. Сделав большой круг через озеро, пройдя по болотам, мы поднялись наверх, и теперь к поселению гоблинов нужно было спуститься вниз. Я не индеец, а примерно прикинул куда попали. По этим дурацким неформальным солнцам ориентироваться крайне сложно. Туман исчез, утро в самом разгаре, и мы решили переждать день в кустах у воды, а выплывать вечером и плыть всю ночь.

Чемпионат по болотному ориентированию мы выиграли, это действительно была та самая река. Вскоре я узнал несколько приметных камней. Запоминал не специально, просто обратил внимание. Это не религиозные символы или высоченные скалы, просто бывает, когда что-то бросается в глаза, и ты на это обратил внимание. Потом увидели место где я подобрал Изабель с Семёном. Дальше было проще. Нужно было высадиться перед порогами, только не на той стороне, где холм и болота, а со стороны поселения, пройти вдоль порогов, и мы на месте. Всё утро хотели посвятить наблюдению за деревней. Самих гоблинов было немного, в основном женщины, дети и ковыляющие старики. Думаю, что большинство воинов отправилось на охоту за нами, и сейчас выпасает нас на выходах из трясины.

Глава 13. Зоошиза

Разделяться около поселения – самая плохая идея, но немножко расползтись, вполне позволительно. Семён на месте, Изабель лихо скользнула в небольшую растительность, а я постарался не геройствовать. Вот в чём-чём, а ползать, как-то у меня после выхода из совсем младенческого возраста, прям тяжело получается. Не помню, чтобы моей сильной стороной были гибкие и скрытные виды спорта. Поэтому зоной моего осмотра стал небольшой кусок берега и издали посмотреть на дома гоблинов. Разумеется, не высовываться, и если сомневаюсь, то просто вернуться. Мне только предстояло выйти на исходную точку, чтобы хоть как-то просматривать окраины поселения, когда сработала моя обожаемая девятка в удаче. Я увидел щуплого подростка: сгорбленная спина, коротко стриженные волосы, весь перемазан грязью до невозможного, и одетого в обвислый комплект игрока. Даже издалека он выглядел засратым до невозможности, и занятие у него было соответствующее. Под присмотром скучающего гоблинёнка с копьём он собирал в корзину навоз от пасущихся рядом животных, а мелкий, мне по пояс гоблин-подросток, постоянно указывал на случайно пропущенную какашку. Охранник даже для безоружного подростка, на мой взгляд, не был серьёзным противником. Не понимаю, почему он ещё не сбежал? Я бы этому мелкому, имею в виду не сейчас, а в его возрасте, просто бы оторвал голову, по крайней мере попытался, как делали герои боевиков, но придушить или просто дать по голове точно бы смог.

Я наблюдал за собирателем шариков с лепёхами и искренне недоумевал, когда ко мне скользнула правнучка колонизатора.

– Там хитрый и голый, а там совсем большой. Бронированный словно шевалье, только рожа у него совсем не благородная.

– Понятно. Нашего видишь? – уточнил я.

– Ага. Он, наверное, поэтому и не бежит, знает, что поймают. А эти нас ждут, – предположила француженка, а я согласился.

– Тогда хорошо, а то я уже подумал, что он из пацифистов и своим побегом расстраивать местных аборигенов не хочет.

– Я того, что голый уберу. Он только вперёд смотрит, я к нему на две руки уже подползала, а что с бронированным?

– А как он себя ведёт?

– Постоянно пьёт и жрёт, но Семён со своей ногой не подкрадётся.

– Не надо. Я сделаю, – сообщил подельнице по мокрухе.

На том и порешили. Изабель выдвинулась к своему, который гибкий, голый, внимательный, но не смотрит по сторонам, а следит только за выпасом нашего четвертого. Я отправился к месту предполагаемого несения караульной службы приданного в силовую поддержку бронированного. Обольщаться тем, что он не умеет пользоваться оружием, не стоило. Раз есть доспех, то есть и оружие, и, скорее всего, он им владеет. У меня будет всего одна возможность удивить, а потом по-быстрому затыкать, желательно тихо. Плохо, когда в тебя не вложили навыков владения оружием, зато у меня была моя чудо-карта. Перебирал в голове, что бы можно было такого придумать? Вариантов было много. Боевые молоты, кувалды, шестопёры, заостренные клевцы. Всё это действительно было мощным средством против рыцарей, и я мог это достать из карты, но проблема была в том, что в руках я ничего подобного никогда не держал, и как орудовать в бою, тоже понимал слабо. Стукнуть смогу, чисто на силе, я крупнее гоблина, но вот удастся ли мне в один удар прибить одоспешенного воина?

Я был почти на месте. Изабель была права. Семён со своей ногой не подкрадётся, а поднять шум – всегда плохо. Нам ещё четвёртого прихватить и сбежать надо, желательно незаметно. Чуть позже, когда хватятся караульных, сюда набежит огромная толпа гоблинов, и нам до этого нужно обязательно забрать нашего обожаемого члена команды, а если повезёт, то очков системы с мелкого охранника добыть.

Когда ты писатель, то у тебя невероятно много разных теоретических знаний. Попробовал как индейцы с носка на пятку, определился, что в моём случае это не работает, либо индейцы были поменьше, либо носки и пятки у них не соответствуют моей конституции. Конечно, классика – не смотреть прямым взглядом. Наступать или не наступать на сухие ветки, притаившиеся под листвой – это не мой выбор, а случая, а вот не пялиться, а поглядывать по-собачьи, вполне возможно. Работает эта схема или не работает, не знаю, но в книгах описывается, что люди чувствуют, взгляд. На войне не знаю, но в своей работе сталкивался. Клиенты, даже через телефон чувствуют искреннюю улыбку, хотя тебя не видят. Это точно, возможно, и со взглядом тоже функционирует. В любом случае, если не сложно, то грубить не стоит.

Гоблин был действительно бронированный, крупнее обычного: шлем, набор пластинчатой брони, небольшой короткий меч, кинжал, а рядом лежало копьё. Он сидел в хорошо оборудованной ямке, замаскированной кустиками, на тряпочке лежала жрачка и находилась небольшая фляга, от которой он постоянно прихлебывал. Не думаю, что я такой мастер подкрадывания, скорее всего, шум от двигающихся челюстей, заглушал остальные звуки, но беспокойства с его стороны заметно небыло.

Пока подкрадывался, пришла замечательная идея. Да, для боя вещь сомнительная, и вовсе не моргенштерн или кистень, хотя подойдёт отлично. Кистени и прочие шары на цепи в моём случае вариант не осуществимый, потому что цепь, шар и деревянная палка, это уже три детали, а моя карта пока до такого совершенства не доросла. А вот штука, которая появилась у меня в руках, как это ни смешно звучит, была мне знакома. Ага, я с ней почти две недели работал, когда поехал в гости к одному из родственников помогать собирать деревянное нечто, которое он называл баней. Тогда он извлёк удивительную штуковину – кинетическую кувалду. Не знаю как правильно, но назвал он её именно так. Голова молотка в полтора килограмма была закреплена на гибком, толщиной с половину моей руки, стальном тросе. Первое время непривычно, а так нормально, заброс за спину, направляешь удар, и, несмотря на небольшой вес, удары получаются такие, что скобы и металлические колья входили в бревно от одного удара наполовину. Не тяжело – можно работать целый день, а пара-тройка ударов, и огромный кованый гвоздь уходил в бревно.

Смысл строительства был в том, чтобы не использовать современные инструменты вроде шуруповёрта. Нормальным инструментом мы бы за два дня этот сарай подняли, а задумка была в аутентичности. Это под коммерцию, и приезжающие гости должны проникнуться. Чем дело завершилось не знаю, но я больше недели лихо махал такой штукой, вколачивая кованные гвозди и забивая скобы в корявые брёвна. Сразу скажу, никто не заставлял, кормили шашлыками, грибным супом и жильё на природе было предоставлено. В таких условиях помахать гибким молотком только в удовольствие. Он самый у меня в руках и появился. Пожелал точно такой, с каким работал. Может, и надо было побольше, но именно этот я в руках держал, и понимал как летит и куда попадёт. Энергии в такой штуке немало, всё-таки рукоять хорошо больше метра. Замах тихо, без хеканий и придыханий. Разгон. И бум. Звук глухой, шлем вмялся, два очка системы. Так просто?

Сопли мозги и разлитое пойло, вытекающее из фляжки смешивались неспешными струйками. Прислушался. Практически идеально для юного диверсанта. С гоблина ничего брать не стал. Системных предметов небыло, шлем на который я глаз положил был вмят внутрь и залит мозгами, а доспех состоял весь из завязок и железок, был тяжёл, и если снимать нормально, то это долго и решил время не тратить. Немного отполз в сторону, к условленному кустику, и слегка его потряс, присмотрелся в сторону, где Изабель злодействовать изволила. В ответ мне тоже потрясли кустик, сообщая, что и француженка уже исполнила обещанное. Дальше мы крались, я по большой дуге, стараясь не отсвечивать своим мощным телом. За эти дни я подтянулся, мышцы налились некой силой, и даже наверняка схуднул, но наливка силы и подтяжка пока явно недостаточные для того, чтобы называться настоящим казаком-пластуном. Поэтому старался действовать по принципу, если ты не наделён талантом, то тогда придётся делать трудом и терпением.

Все было очень неплохо. Оказывается, у писателя, помимо теоретических знаний, есть ещё и очень неплохие практические таланты. Я, конечно, не гибкая Изабель, которая растворялась в кустах и появлялась в неожиданном месте, на мой взгляд, совершенно бесшумно. Возможно, у индейцев и были бы замечания к её исполнению, но лично у меня придирок не было. Про свои таланты и возможности я был в курсе, но вроде выходило тоже неплохо, пока меня не ткнули в задницу. Вот же козла кусок! Вернее, это был полноразмерный, нормальный козёл, чуть поменьше, чем у нас на Земле, всё-таки целенаправленная селекция давала о себе знать, но вполне узнаваемая животина.

Он хотел драки, настоящей, свирепой, а я, ползущий на его территории, наверняка выглядел достойным соперником, с которым просто необходимо сразиться. Моя попытка поддеть его на протазан к успеху не привела. Козлина наверняка сталкивался с палками, и ловко отскочил от неожиданно появившегося в моей руке предмета, сделав это ровно на длину древка, плюс вытянутая моя рука. Надо было попробовать сразу материализовать протазан в руке, чтобы наконечник оказался в животине, а не пытаться достать его тычком, возможно, тогда зверь бы и не среагировал. Но что не сделано, то не сделано, теперь козёл знал, что я вооружен палкой, при этом своих агрессивных намерений не утратил и совершенно по-скотски, но пока тихо, произнёс грозное: «Бе». Вот, чего мне не хватает прямо сейчас, так это нарушения звукомаскировки.

Противники медленно сходились. Напряженные взгляды: два воина оценивали друг друга, делая пробные удары, не вкладывая в них всю свою силу. И ещё очень-очень много классических писательских фраз, создающих напряжение и дающих объем текста, до того момента, когда будет описана короткая схватка. Вот именно сейчас так и происходило. Я старался вжаться как можно сильнее в невысокую траву, намечая страшный удар копьём, а обнаглевшее животное обходило меня по кругу, присматриваясь, куда бы боднуть побольнее. При этом никаких больше действий не совершал, тряс головой, намекая на то, что вот сейчас будет произнесен тот самый боевой клич, от которого дрогнет солнце и взлетят с окрестных деревьев птицы, но пока тоже молчал.

Всё, что мы проделали, могло пойти насмарку из-за одного гортанного «бе». Теперь я понимаю, почему женщины так ненавидят козлов. Встать, прогнать, швырнуть в него протазан или достать топор и бить, рубить, калечить, пока не издохнет. А если не убью одним ударом? Представил, как будет орать подраненная зверюга, и сколько любопытных гоблинских рож высунутся на всё это дело посмотреть. Я уже говорил про классовую ненависть? Нет? Есть ситуации, когда чувства и эмоции переполняют. Довольно редкое для меня ситуация, с учётом моей, можно сказать деревянной психики, которая прошла практику многолетней работы с самыми разными людьми. Очень давно я торгую квартирами, а до этого также много лет сидел с пользователями: терпеливо, по шестнадцать раз (не фигурально, бывало и больше), объяснял одно и то же. Если не иметь определенного жизненного настроя и не принимать всё радостно и просто, то можно получить когнитивный диссонанс размером с футбольное поле. Но конкретно вот он меня бесил.

Травоядный уже хотел броситься в атаку, набрал полные легкие воздуха, чтобы издать боевой вопль, а я приготовился, плюнув на всё, вскочить и просто на куски порвать, и сделав это побольнее, нарвав из него кусков мяса. У нас был предусмотрен план: если нас обнаружат, тогда мы галопом неслись к четвертому, хватали его в охапку и утаскивали в лес, а дальше – как пойдет. Вариант экстренный, но, судя по всему, есть козлы по жизни, которые мешают людям осуществлять их реальные планы. Это была действительно ярость. По рукам потекли знакомые струйки серой энергии, а животина отпрыгнула на несколько метров, упала, не удержав равновесие, и, словно мой кот, делая невероятные прокруты, раскидывая траву, но не издав ни одного звука, кроме шуршания падающего дерна, галопом, на максимальной скорости унеслась куда-то и растворилась вдали.

Я посмотрел на свои руки, приподнялся чуть-чуть. Всё было тихо. Сбежавший в панике молчаливый козёл никого не побеспокоил. Струйки энергии повисели вокруг рук немного и растворились. Это была загадка. Я их видел уже второй раз на своих руках. Первый, когда столкнулся с дымным, и второй раз в процессе ярости на травоядного. Надо попробовать. Вдох, выдох, попытка вызвать внутреннюю агрессию, мысленное напряжение, выпучивание глаз, и еще несколько попыток, пыжится и тужится. Скорее вызову отрыжку и не отрыжку, но никаких признаков энергии смерти, я не добыл. Оставалось просто принять как есть. Всё равно прямо сейчас ничего не выясню. Вернувшись с миссии, обязательно поговорю с моим архонтом, как это может быть, и возможно ли, что это связано с тем, что в Системе я обозначен как человек на пятьдесят процентов? Но для этого нужно вернуться, и все мысли в сторону. Вот не люблю заниматься многими делами одновременно, хотя приходится, и отлично умею, но не люблю. Настроившись на передвижение в максимально горизонтальном положении, потихонечку пополз к к собирающему великие ценности четвёртому.

Я был совсем рядом с собирателем шариков и его надсмотрщиком, но не лез. У нас для этого есть более гибкий и шустрый член диверсионного отряда. Услышал шёпот Изабель: «Тихо. Не смотри в его сторону. Нас никто не видит. Подведи его сюда». Игрок нас услышал, глянул в сторону француженки, но вместо того, чтобы подманить мелкого гоблиненка, и с нашей помощью получить своё очко системы, а потом... Нет, я даже это описать не могу. Знаете, вот есть дебилы – солнечные люди, они просто имеют генетический дефект. Им не повезло от природы, а есть Дебилы с большой буквы. Вроде у них всё нормально, но, они Дебилы. Он завопил: «Беги! Они тебя убьют!». Эээээ, ммм… Я писатель и могу придумывать неожиданные развязки, но искренне не понял, что это сейчас было? Ну, вроде как не книжка, головы рубят по-настоящему. На такое в реальном исполнении, я точно не рассчитывал. Не знаю, понял ли гоблинёнок системный язык, но сорвался с места очень бодро. Изабель бросилась к беглецу, намереваясь подрезать ноги, но копье скользнуло чуть выше. Гоблины мельче людей, а этот ещё мельче. Широкое лезвие её копья, предназначенное как для рубки, так и для того, чтобы колоть, почти аналог моего протазана, только без боковых крыльев, скользнуло по ноге, дёрнулось по животу и вспороло брюшину. Правнучка колонизатора очень некрасиво сказала по поводу факелов и комплект идущих к ним щитов, показала один палец. Нет, не средний, а обозначая, что получила одно очко системы. С полногабаритного взрослого гоблина получается два очка системы, а этот был помельче, поэтому, наверное, с него выдали всего одно.

Вот же! У меня, просто нету слов. Это такое поколение инфантильное или четвёртого зоозащитники покусали, и теперь он гоблинов спасает? Неужели я пацифистов на глаз начал определять?

Мы прибили двух гоблинов в засаде и даже убегающего надсмотрщика, сделав это тихо, быстро и почти бесшумно, зато недоношенный четвёртый своим воплем поднял тревогу, и в селении начиналась суета. Уже не скрываясь, к нам ковылял Семён, понявший произошедшее. Цитировать дословно не буду, но уральский казак говорил, что крайне разочарован поднятым шумом, выражал мнение, что скоро сюда прибежит целая толпа гоблинов, у нас будут неприятности, и не находил достойного сравнения поступку спасаемого игрока, как в животном мире, так и в анатомических терминах. Но высказать все мысли мы не могли. Первые страждущие уже показались на окраине посёлка и двигались к нам.