Город фей

Глава 1. Валери

Когда кто-то приближался к скале, на которой возвышался Чёрный замок, в главный шпиль ударяла молния. Это было очень удобно для живших в замке разбойников, но сегодня новость их отнюдь не обрадовала.

– Кого ещё чёрт несёт? – проворчал Гастон. Он был старше остальных, одевался богаче, в потрёпанный камзол, когда-то расшитый золотом, и даже носил парик. – Должны же завтра прислать.

– А прислали сегодня, – отозвался Жером. Он был лыс и потому даже под крышей носил ярко-красную повязку. – Нате, подавитесь.

– А куда мы денем паренька? – спросил молодой Клод, самый беспокойный из шайки. – Может, отпустим его?

– Ночью? – фыркнул Шарль. Здоровенный белобрысый парень, он был родом из далёких краёв, лежащих на берегу холодного моря. – Чтобы этот сопляк переломал свои драгоценные ноженьки?

– Феи никогда не будут платить выкуп за пажа, – покачал головой Гастон.

Дверь замка отворилась, и в огромный зал вошёл Пьер, чья обязанность была сегодня следить за дорогой.

– Ну, что? – лениво спросил Жером. – Очередной принц? Или сын чинуши, который смог скопить деньги только на маленькое приключение?

– Это девка, – ответил Пьер.

– Девка?! – фыркнул Гастон. – Только девки нам не хватало. Ну что, прячемся?

– Да ну её, – протянул Шарль. – Может, мальчонку ищет.

Молния ударила второй раз, озарив закутанную в плащ фигуру. Незваная гостья скрывала лицо под широким капюшоном. После подъёма на гору ей надо было отдышаться. Разбойники терпеливо ждали. Они привыкли к тому, что их «посетители» хватаются за косяк и долго напряжённо дышат прежде чем сказать что-то вроде: «Гнусные злодеи, я вызываю вас на честный поединок!»

– Мир вам, добрые люди! – произнесла гостья, и разбойники поняли, что к ним пришла очень молодая девушка. Тонкий голосок предательски дрожал.

– И тебе не хворать, твоё фейство, – лениво отозвался Гастон. – Мы сегодня не принимаем. Наш атаман заболеть изволил. У него головка болит.

Остальные разбойники с готовностью расхохотались.

– Я пришла… – начала было девушка, но запнулась. – Я хотела сказать, произошла ошибка! Вы схватили не того человека!

– Как не того? – удивился Гастон. – Кто пришёл, того и схватили. Верно, ребята?

Остальные снова расхохотались.

– Он… это неправильно, – с отчаянием произнесла фея. – Он… он… самозванец!

– Самозванец… – медленно повторил Гастон. – Да что ты говоришь… а мы-то думали… он же пришёл?

– Пришёл! – хором отозвались разбойники.

– Алмазную шпагу принёс?

– Принёс!

– Атамана победил?

– Победил!

– Значит – герой! – подытожил Гастон. Разбойники снова разразились хохотом, который в книжках принято называть «зловещим». Их гостья отлично знала, что негодяи долго тренировались смеяться именно таким образом. Это не облегчало её положение.

– Нет, вы не понимаете… – произнесла девушка расстроенно. – Он… он украл шпагу!

– Украл… – покачал головой Гастон. – Это мы осуждаем, правда, ребята?

– Осуждаем! – проорали они.

– Ну, не украл… он… он выиграл её в кости.

– Ай-ай-ай! – снова покачал головой Гастон. – Такой приличный молодой человек! Игру в кости мы тоже осуждаем, верно?

– Нет… он… он вообще не герой! Он случайно сюда свернул! Он… он в университет ехал!

– Ай-ай-ай, такой замечательный юноша! – подхватил Гастон. – Кто бы мог подумать, а, ребята?

Девушка чуть не плакала.

– Вот что, фейство, ты лицо покажи, а то неудобно с тобой разговаривать, – слегка смягчился Гастон.

Фея послушно откинула капюшон, от этого движения плащ распахнулся, и разбойники увидели белокурую девушку в простом жёлтом платье. В светлые волосы были вплетены увядшие цветы.

– Как тебя звать хоть? – спросил Гастон немного дружелюбней.

– Валери, – тихо произнесла гостья. – Я ученица Феи Мимозы.

Гастон кивнул.

– Знаю её. Ну, рассказывай. Что там с этим юнцом?

– Он не принц, – горячо проговорила Валери. – Он просто… просто дурак.

– Мы заметили, – фыркнул Жером. Принцами феи называли любого дурня, который приезжал в Город, чтобы пережить Приключение.

– Матье ехал в столичный университет Агатового Королевства, – начала рассказывать Валери. – Он простой юноша, добрый и честный. Его родители – ювелиры из B., но Матье всегда хотел изучать медицину!

– Ювелиры! – переглянулись разбойники, но молоденькая фея не обратила на это внимания.

– Он… он просто дурак. Он не знал! Он увидел принца из Рубинового Королевства… тот как раз отпустил свиту.

Гастон понимающе кивнул. По законам Города Фей принцы должны приезжать без сопровождения. Самым богатым и знатным из них позволялось приехать в карете, запряжённой парой лошадей, в сопровождении всего лишь кучера и лакея, да и тех феи присылали своих, не желая видеть в своём городе посторонних. Большинство принцев, как простые странники, приезжали на лошади. Кроме них тут по дороге мало кто ездил, разве что иногда купцы по ошибке сворачивали, когда проезжали из Агатового Королевства в Янтарное и обратно.

– Ну вот… Матье с ним разговорился… Ему это всё показалось сказкой! Они разговаривали, разговаривали… Принц выпил…

– Мы осуждаем пьянство, – сурово произнёс Гастон. Разбойники в который раз расхохотались.

– Ну, и Матье решил, шутки ради, забрать его одежду. А лакей его не знал… и конюх тоже… Он просто хотел примерить! Они оказались одного роста… Ну, и Матье сел в карету.

– Какой замечательный юноша! – засмеялся Гастон. – Он мне уже нравится! Украл одежду, выдал себя за принца, выиграл в кости алмазную шпагу! А как он Жака заколол, а? Раз – и нет человека. А мы только к его роже привыкли. Он ведь… кем хотел стать? Ах, да, бароном. Тоже ведь мечта.

– Матье не смог ответить на экзамене на вопросы о родословной, – продолжала торопливо рассказывать Валери, – поэтому ему выпало только очень маленькое приключение. И без шпаги. Но он… но я… я сказала ему, что без шпаги он… ну… не вернётся. Тогда он решил поменяться местами с принцем, который должен был идти вчера. Ну, и…

– Достоин, достоин быть атаманом! – заключил Гастон. – Верно я говорю, ребята?

– Достоин! – хором проорали они. – Хотим Матье атаманом!

Валери чуть не разрыдалась.

– Но я же говорю вам! Матье не должен был сюда попадать!

– А попал сюда, – жёстко заключил Гастон. – Ничего, отоспится, голова пройдёт, завтра будет как новенький! Встретит своего принца честь по чести!

– Я же говорила ему – не выпускай алмазную шпагу! – с отчаянием произнесла девушка.

– А твой дурак её на пол положил, когда за кубком полез, – засмеялся Гастон. – Мы-то не дураки кубок на столе оставлять. Тут-то мы твоего дуракаи приложили. Так что завтра будет за атамана отдуваться.

– Пожалуйста! – взмолилась Валери. – Я прошу вас! Требуйте чего хотите, только отпустите Матье!

Гастон демонстративно почесал в затылке.

– Чего хотим, а, красавица?

Валери смертельно побледнела.

– Чего хотите. Я сделаю всё, что в моих силах.

– Я бы рад, милочка, но кто-то должен быть атаманом, а? Завтрашний принц расстроится, если ему не с кем будет сражаться.

– Я… я могу сразиться вместо него! Только отпустите Матье!

Разбойники расхохотались ещё громче прежнего.

Гастон с деланной жалостью покачал головой и полез за пазуху. Достав оттуда свиток, он принялся медленно его разворачивать. Тот с шуршанием достиг пола и заструился по нему.

– Как сказано в пункте сто сорок пять договора аренды, – медленно прочитал Гастон, – разбойники не имеют права причинять вред девушкам Города…

– Но я же сама… – вякнула Валери, но Гастон её не слушал.

– …или допустить, что из-за их бездействия девушкам и детям будет причинён вред, – заключил Гастон. – Шла бы ты подобру-поздорову, девочка. Наставница-то твоя хоть знает, куда ты направилась?

– Н-ну конечно, знает, – выдавила Валери. Разбойники переглянулись, заметив её заминку.

– Или переночуешь у нас, – шагнул к ней ближе Гастон, – а то как бы ножки не переломала, в темноте-то.

Валери попятилась.

– Мне нужен Матье! – в отчаянии произнесла она. – Верните его мне, ну пожалуйста!

– Нужен! – передразнил её Гастон. – Мало ли кому кто нужен! Вам, девочка, не позволено шашни-то с принцами крутить. А нам атаман нужен.

Валери глубоко вздохнула.

– Чего вы хотите? – спросила она устало.

– Вот это другой разговор! – просиял Гастон. – Мы, девочка, хотим нормально поесть. Надоела оленина – спасу нет. А уж бланманже – фу, гадость какая! От пирогов с дроздами уже давимся! Верно я говорю, ребята?

Разбойники, привыкшие поддакивать неофициальному главарю, разразились одобрительными возгласами.

– Так вы хотите поесть? – просветлела девушка и выхватила веточку мимозы, служившую ей волшебной палочкой.

– Стоять! – гаркнул Гастон. Разбойники, до того лениво валявшиеся на соломе, повскакивали на ноги. Каждый из них выхватил здоровый нож. Валери попятилась.

– Вы же говорили… – жалобно произнесла она.

– Спрячь палочку, – приказал Гастон. – Медленно. Держи руки так, чтобы мы видели. И не вздумай колдовать!

Валери повиновалась.

– Тащи мальчишку, – приказал Гастон Пьеру.

Тот вышел из зала и вскоре явился, за ухо ведя темноволосого мальчишку в небесно-голубом камзоле. Мальчик не вырывался и не кричал, он сжал зубы и гордо молчал. Его гримасы очень рассмешили разбойников.

– Рене?! – удивилась Валери. – Что ты тут делаешь?!

– Застукали его в лесу, когда он подбирал дохную ворону, – пояснил Жером. – Ну-ка, паршивец, расскажи, зачем ты её подобрал?

Рене гордо вскинул голову.

– Моя госпожа, Фея Незабудки, отправила меня в лес, и приказала мне подбирать дохлых ворон и прочую падаль, чтобы они не портили красоту нашего леса.

– Ври больше! – перебил Гастон. Валери промолчала, но заливший её щёки румянец сказал разбойникам всё, что они хотели узнать. – Ага! Вы кормите нас падалью! Думали, если придавать воронам вид рябчиков, это сойдёт за роскошный ужин! Пьер!

Пьер принёс узелок, который швырнули девушке в лицо. Развязав его, она обнаружила, что он битком набит корешками и горьковатыми лесными орехами, среди которых притаилась дохлая мышь. Валери с визгом выронила узелок.

– Если ты завтра к утру не принесёшь нормальной еды – твой дружок встретит полдень с алмазной шпагой в сердце, – заявил Гастон. – Мальчишка останется у нас, чтобы никому не проболтался.

– Меня будут искать! – не выдержал Рене.

– Будут, будут, – ласково кивнул Гастон. – Ты удивишься, узнав, сколько потайных мест скрывает наш Чёрный замок.

– Я голоден! – заявил паж сердито.

– Пожарь себе дохлую мышку и закуси корешками, – предложил Гастон. – Эй, Пьёр, заверни молодому человеку его ужин!

Глава 2. Матье

Половину дороги до города Валери проплакала, но потом рассудила, что слезами горю не поможешь, и принялась думать. Думала она-думала, думала-думала, а потом встретила птичницу Мелани у самой калитки, через которую она собиралась прошмыгнуть обратно в город. Это была удача, на которую Валери и не рассчитывала, ведь Мелани была старшей сестрой несчастного Рене. Мальчишка с детства отличался смазливостью, а его глаза были такого чудного голубого цвета, что Фея Незабудки взяла его в пажи, тогда как старшая сестрица была смуглой и скорее прилежной, нежели красивой.

– Мелани, дорогая! – заботливо спросила Валери, протягивая руки к заплаканной птичнице. – Что ты тут делаешь?!

– Валери? – отпрянула птичница. Девушкам не разрешалось выходить через эту калитку, а ученица феи могла и наябедничать на простую служанку.

Валери обняла птичницу.

– Я всё знаю, – прошептала она. – Твой брат не потерялся в лесу. Его схватили разбойники!

– Только не это! – ахнула Мелани.

– Я только что от них, – продолжала Валери безжалостно. – Они мучают и бьют бедного мальчика, морят его голодом.

Мелани вырвалась и схватила ученицу феи за руку.

– Бежим! – воскликнула птичница. – Расскажем феям, и они освободят Рене!

Но Валери упёрлась и даже для надёжности ухватилась за калитку. Она отлично знала, что феям ничего не стоит спасти Рене – а вот за жизнь Матье никто не даст и медяка.

– Только не это! – прошептала она так убедительно, что Мелани немедленно ей поверила. – Разбойники убьют Рене, если феи приблизятся к замку!

– Что же нам делать?! – вскричала Мелани.

– Разбойники требуют выкуп! – сообщила Валери, которая успела всё продумать.

– Но у меня нет денег! – совсем растерялась Мелани. – Феи платят мне своими нарядами да марципаном!

Валери терять было нечего: Матье надо спасти любой ценой! И она сказала:

– У тебя есть кое-что получше всяких денег.

Ученица феи поманила к себе птичницу и шёпотом объяснила свой план.

Мелани отпрянула, но Валери крепко её держала.

– Но ведь это воровство! – протестовала птичница.

– Хорошо, – с внешним хладнокровием ответила Валери. – Идём к феям, расскажем им про Рене. Ты останешься честной, и это, конечно, утешит бедного мальчика, когда разбойники зажарят его живьём.

– А если им принести омлет… – медленно произнесла Мелани… – они отпустят Рене?

– Я не знаю! – честно ответила ученица феи. – Но уж точно накормят! Я хотела сказать, что его не убьют! А потом у нас будет время подумать!

– Да-да-да! – кивнула Мелани. – Может быть, какой-нибудь храбрый принц убьёт атамана разбойников…

– Именно, – кисло ответила Валери. Она лучше, чем птичница, разбиралась в храбрых принцах. Без волшебной алмазной шпаги, которая давала носителю непобедимость (а ещё на него нельзя было напасть со спины) большинство принцев не могли бы сразиться даже с индюшкой. К сожалению, стоило выпустить сокровище из рук, как оно само собой переносилось в Оружейную в городской ратуше. Разбойники, потеряв пятерых атаманов одного за другим, быстро научились ставить волшебный кубок с настоящими золотыми монетами (редкость в Городе Фей) на такую высокую полку, что добраться до него со шпагой в руках было нечего и думать. Кубок сам собой появлялся в замке как только принц получал шпагу. К большому сожалению разбойников, принести его можно было только в Город Фей. Волшебницы не слишком затрудняли своё воображение, придумывая приключения для принцев победнее. К услугам принцев побогаче были грифоны, василиски, гарпии, а для самых богатых и знатных в окрестностях Города Фей выращивали настоящих драконов.

Положившись на уверенность Валери, Мелани провела ученицу феи в обширный птичник, принадлежавший всему городу, вернее, его хозяйкам и повелительницам, и помогла собрать поздние перепелиные яйца. Валери вовсе не собиралась так баловать разбойников, да и Матье со своими плутнями не заслужил особой роскоши, а Рене, противный мальчишка, мог бы и не попадаться разбойникам на глаза. Но что было делать, ведь разбойники требовали еду к утру, а куры несутся только при свете! Она могла бы воспользоваться палочкой – но увы, пока Валери была всего лишь ученицей, её наставница могла узнать о каждом колдовстве, которое совершала девушка. А Фея Мимозы была такая нежная, чувствительная и ранимая душа, что надо было быть последней злодейкой, чтобы её потревожить! К тому же она не преминула бы рассказать остальным, а феи решили бы, что бедный Матье заслужил свою участь. Пусть он плутишка и вор, разве за это убивают?!

Матье неплохо проводил время в замковой темнице. Там было просторно, не холодно, и хватало свежего воздуха, а что до мрачной атмосферы, так Матье видывал и похуже. Кроме того, посреди темнице появился стол, накрытый изысканными снадобьями.

– Не ешь! – закричал паж в изодраной голубой одежде, которого разбойники недавно впихнули в темницу.

– Еда отравлена? – поинтересовался Матье. Паж покачал головой и объяснил. Матье расхохотался. – Кто-нибудь этим обедом отравился?

– Нет… насколько я знаю, – медленно ответил мальчишка. – Ты собираешься это есть?!

– Ну да, – пожал плечами Матье. – Какая мне разница, из какого это мясо приготовлено, если оно съедобно? Тебе просто не приходилось охотиться на свалке на крыс и мышей.

– Ты ел мышей?! – разинул рот мальчишка.

– Ну да. Голод, знаешь ли, лучший повар.

Матье подсел к столу, повязал на шею салфетку, окунул пальцы в чашку с водой и приступил к трапезе.

– Точно не хочешь? – заботливо спросил он. Рене замотал головой. – Тогда рассказывай.

– Что рассказывать? – спросил паж.

– Что хочешь, – пожал плечами Матье, разрезая молодого рябчика, который, скорее всего, был дохлой вороной.

– Ты правда будешь это есть?! – снова спросил мальчик.

– Не смотри, – предложил Матье. – Лучше расскажи, как ты попался разбойникам. Я думал, они не похищают пажей из города.

– Они поймали меня, когда я собирал падаль, – мрачно ответил Рене, сев спиной к столу. К сожалению, он не мог перестать чувствовать дивные запахи, наколдованные феями для разбойничьего обеда. – И заставили всё рассказать.

Мальчик со стоном потёр ухо.

– А другие пажи? – спросил Матье. – Почему разбойники не ловили их раньше? Вы, ребята, приметные – в таких костюмчиках вас издалека видно.

– Я не послушался госпожу, – со вздохом признался Рене. – Она запрещала искать в окрестностях замка, но остальные пажи уже всё собрали, и я пришёл сюда.

– Это ты не подумал, – покивал головой Матье. Паж всё равно не видел, какую рожу ему скорчил перешедший к овощному супу пленник разбойников.

– Мне не хватило опыта, – проворчал мальчишка. – Моя госпожа никогда не поручала мне такую грязную работу.

– А что случилось? – спросил Матье, предвкушая интересную историю.

– Всё дело в том, что моя госпожа рассердилась на меня и приказала мне сделать уборку в её доме, – сказал Рене, явно надувшись.

– А за что она рассердилась? – немедленно уточнил Матье.

– Я не виноват! Меня толкнули на репетиции церемонии открытия цветочной галереи, и я нечаянно наступил на её шлейф! Она как раз шагнула, он оторвался… и ничего смешного!

– Я и не думал смеяться! – заверил Матье. – Я… поперхнулся. Косточка попалась в супе.

Рене передёрнуло от отвращения.

– Рассказывай, – подбодрил его Матье. – Что было после шлейфа?

– Я решил оживить метлу, – сообщил паж, тяжело вздыхая. – А она превратилась в дикобраза.

– В кого?!

– В дикобраза! Он ударил меня иголками и забрался в шкаф! Я попробовал вызвать вихрь, чтобы вымести мусор без метлы! Но немного не рассчитал, и в доме вылетели стёкла. Тогда я попытался починить стёкла… что-то напутал, и они превратились в песок. А потом… ты смеёшься!

– Прости, – покаялся Матье, который теперь в самом деле чуть не подавился супом. – Разве вас не учат магии?

Рене тяжело вздохнул.

– Учат, – пробурчал он, – но пажам и ученицам не рассказывают Главное Заклинание, которое позволяет держать волшебство под контролем. А без него…

Он развёл руками и повернулся к Матье, который как раз дошёл до персиков в вине, бывших на самом деле паданцами.

– В том-то и дело, что постоянную волшебную палочку дают только тем, кто справляется и без Главного Заклинания, – по-взрослому сказал мальчик. – Или тем, чьи родители купят патент, но…

– У твоих родителей нет таких денег, – закончил вместо него Матье. – А кто они?

– Отец – зеленщик. Он состоит в гильдии, но не имеет там большого влияния, и все деньги уходят на взносы. Но моя мать может позволить себе не работать, она только помогает отцу, особенно когда он болеет или напи… болеет, одним словом. Отец хотел, чтобы я пошёл по его стопам или пошёл в ученики к сапожнику, но меня заметила Фея Незабудки… отец был против, он сказал, что пажи быстро теряют смазливость, а после ни на что уже не годятся, разве что пойти в городскую гвардию или наняться слугой к какому-нибудь принцу… но быть пажом так почётно, такая честь для всей семьи…

Он вздохнул ещё раз.

– Теперь меня выгонят.

– Не тужи, – посоветовал Матье. – Хочешь, я тебе мышку поджарю? Нет? Тогда ложись спать. Утром видно будет.

– Явилась! – приятно удивился Гастон, когда удар грома возвестил о прибытии Валери. На этот раз девушка тащила завёрнутую в передник здоровую сковороду с ещё горячим омлетом.

– Теперь вы отпустите Матье? – с тревогой спросила Валери, вручая Гастону свою ношу. Тот неосторожно схватился за ручку и немедленно обжёг пальцы.

– Отпустим? – переспросил разбойник. – И не подумаем!

– Вы же обещали! – чуть не заплакала девушка.

– Мы?! – удивился Гастон. – Что-то не припоминаю. Мы обещали, что он сразится со следующим принцем, если ты не принесёшь еду – это я помню.

Он понюхал омлет и облизнулся.

– Сама готовила? – строго спросил он.

– Ага, – подтвердила девушка. Всю ночь она провела, таская на кухне свежую зелень и сыр для омлета, а по пути в Замок ей удалось выпросить у булочника свежую буханку в обмен за обещание замолвить своей госпоже словечко за сынишку булочника.

Гастон поставил сковороду на стол, выхватил огромный нож – Валери даже зажмурилась от страха – и ловким движением разделил омлет на несколько частей.

– Мальчишку, так и быть, покормим, – проворчал он. – И ты садись с нами. А то мало ли что ты туда подмешала.

– А Матье?.. – робко спросила девушка.

– А атаман наш умял вчерашний ужин и почивать изволит, – зловеще ответил Гастон. – Ты садись, садись. Пьер! Приведи молодого человека.

Рене брыкался и упирался, пока не увидел на столе сковородку с омлетом.

– Садись, садись, – пригласил и его Гастон. – С барышней из одной тарелки будете есть. Лишней-то у нас нет.

– Он, что, настоящий?! – громким шёпотом спросил Рене девушку.

– Мне самому интересно, – пробормотал Гастон. – Мадемуазель, прошу.

Густо покраснев, Валери приняла протянутую ложку и приступила к завтраку. Она чуть-чуть пересолила омлет, но в целом он вышел неплох.

– Остывший омлет есть нельзя, – сказала Валери, смущённая жадными взглядами разбойников. – Невкусно будет.

– Благодарю за напоминание, мадемуазель, – преувеличенно галантно поклонился Гастон, и разбойники расселись за столом.

Ели в молчании, и сразу после завтрака Рене, которому досталась большая часть общей с Валери порции, увели в темницу.

– Ну а теперь, милая девушка, мы можем приступить к делу. Вина ты притащить, конечно, не догадалась?

– У меня нет ключей от погреба, – снова покраснела Валери, – а в окошко я уже не пролезаю.

– Ай-ай-ай, какая незадача, – покачал головой разбойник. – Ну, что же. Если ты так хочешь защитить бедного малого, что даже накормила нас ворованными яйцами… ты его место и займёшь.

– Что?! – вытаращилась на разбойника Валери. – Чтобы меня закололи алмазной шпагой?!

– Вот те на! – делано удивился разбойник. – Ты же сама предложила! Уже забыла, а, малютка?

– Но я… – замялась Валери. Вчера она действительно что-то такое говорила. Но она не думала, что разбойники воспримут это всерьёз!

– Если не отоврёшься, могут и заколоть, –хмыкнулГастон. – Так что ты, милая моя, постарайся шпагу-то выпросить, чтобы он её тебе в руки дал. Нам твой труп тоже без надобности. Омлет ты жаришь – объедение.

Глава 3. Игра

Когда Пьер привёл Рене обратно, Матье сидел за столом, с которого уже давно исчезли тарелки, и играл сам с собой в кости – правая рука против левой. Выигравшая сторона отвешивала проигравшей звонкий щелбан.

Пьер втолкнул Рене в темницу с такой силой, что мальчик пролетел несколько шагов и растянулся на соломе.

– А, Рене! – обрадовался Матье. – Хочешь сыграть?

Паж задрал нос.

– В Городе запрещены азартные игры! – отчеканил он.

Матье хмыкнул и снова бросил кости.

– А ты, друг, не хочешь сыграть? – предложил он Пьеру, который ещё не успел запереть дверь.

– С тобой, что ли? – фыркнул разбойник, заглядывая в темницу. – Эй, мальчишка! А ну встань! Пошёл и сел рядом со своим дружком! Живо!

– Я не буду подчиняться столь… – начал было Рене, но Матье его перебил:

– Да ладно тебе! Зачем ты ссоришься с добрым… друг, как тебя зовут?

– Пьер, – неохотно ответил разбойник. – И я тебе не друг.

– …с добрым Пьером? – как ни в чём ни бывало продолжил Матье. – Будь другом, сядь рядом со мной, чтобы Пьер мог зайти к нам и сыграть со мной в кости.

Рене показалось, что он понял план собрата по несчастью. Мальчик подмигнул Матье, но тот этого, казалось, не заметил.

– Садись, садись, – хлопнул Матье по лавке. – Что с тобой, глаз засорился?

Рене надулся и сел рядом с Матье. Он-то думал, что тот предлагает ему оглушить разбойника, когда тот увлечётся игрой. Но у Матье были свои планы.

Пьер достал нож и переступил порог. С ним ничего не произошло и он, осмелев, подошёл к столу.

– На щелбаны я не играю! – объявил разбойник. – Что поставишь?

Матье сунул руку за пазуху и достал оттуда украшенную шпинелью табакерку с портретом короля Рубинового Королевства.

– Мы же тебя обыскали! – вытаращился на него Пьер.

Матье пожал плечами и вернул табакерку на место.

– Прошу, – предложил он разбойнику, предупредительно поднимая руки.

Пьер, косясь на Рене, вытащил Матье из-за стола и принялся хлопать его по груди, а потом распахнул на нём жюстокор, а за ним и камзол.

– Волшебство… – суеверно пробормотал разбойник. Матье снисходительно улыбнулся.

– А что ты поставишь, друг мой? – спросил он.

– Почём мне знать, что твоя табакерка не превратится в камень, – пробурчал Пьер.

– Соль и железо прогоняют магию, – ответил Матье. – Хочешь проверить?

– Железо… – подозрительно протянул Пьер. – Это чтобы я тебе нож отдал, да? Ищи другого дурака!

– Не хочешь играть, не морочь мне голову, – рассердился Матье.

Вместо ответа Пьер толкнул Рене.

– Вали отсюда, сопляк, – приказал он. – Иди и сядь в том углу. Нет! В том! Сиди и руки держи на виду. Если дёрнешься, я тебе!..

Рене покосился на невозмутимого Матье и счёл за лучшее повиноваться. Пьер положил нож на край стола.

– Ну?! – спросил он.

Матье снова достал табакерку из-за пазухи и снисходительно улыбнулся, когда разбойник аккуратно открыл её ножом, а потом ножом же подцепил табак. Сунув его в нос, Пьер оглушительно чихнул.

– Будь здоров, друг, – усмехнулся Матье. – Ну что, ставка?

– Ставка, – неохотно согласился разбойник.

Он протянул руку, и Матье вручил ему стаканчик с костями. Внимательно их осмотрев и не заметив подвоха, Пьер сделал бросок. Выпала девятка.

– Отлично, друг Пьер! – одобрил Матье и тоже бросил кости. Ему повезло меньше: на верхних гранях красовалось по три точки.

– Вот ты болван! – расхохотался Пьер, придвигая нож и табакерку к себе. – Теперь тебе и поставить нечего!

Матье улыбнулся, сунул руку в карманчик кюлотов и извлёк оттуда карманные часы с изображением вазы на крышке.

– Да что ж ты за человек?! – ахнул Пьер и отодвинул от себя табакерку. Матье положил рядом часы. Они сделали по броску. На этот раз разбойник проиграл.

Пьер, насупившись, подвинул табакерку к Матье и потянулся за костями. Он снова проиграл и был принужден поставить на кон колпак. Потом Матье проиграл часы и табакерку, поставил нож и отыгрался.

– Ты что творишь?! – злобно спросил Гастон, появляясь на пороге темницы. За это время Пьер успел проиграть нож, колпак, башмаки (сначала левый, потом правый), куртку, носовой платок, пистолет и план замка. При виде товарища Пьер вскочил, пытаясь заслонить стол с костями от его глаз.

Гастон фыркнул.

– Брысь, – приказал он. Пьера и след простыл. – А ты, оказывается, игрок…

Матье улыбнулся и развёл руками. Со стола исчезло всё мало-мальски ценное, остались только колпак и башмаки, да куртка валялась рядом.

– Есть грех, – сказал Матье.

– Игрок, а сам геройствуешь, – укоризненно покачал головой Гастон. – На кой тебе нужна была алмазная шпага?

– Пьян был, – пожал плечами Матье. – А я его действительно… того?

– А ты думал? – фыркнул Гастон. – Алмазная шпага осечек не знает. Давай, вставай. Посмотришь, как твою девчонку на вертел насаживают.

Матье послушно поднялся на ноги и беспечно спросил:

– Какую девчонку?

Разбойники предупредили её громким криком «Идёт!» и спрятались. Она осталась одна. Она – и кубок. Обоих освещали факелы. Сегодняшний «принц» не промахнётся. Хорошо, что шпагу нельзя кидать. Ему придётся подойти к ней.

Послышались тяжёлые шаги. Заскрипела тяжёлая дверь.

Хорошо, что новоявленные герои такие зазнайки.

– Злобный разбойник! Готовься к смерти!

– О нет, сударь, вы ошибаетесь! – пролепетала Валери, как её учил Гастон, самым нежным своим голосом и откинула капюшон.

Герой опустил шпагу.

– Вы – вы женщина?! – ахнул он. – Возможно ли?!

– Я несчастная пленница, – всё так же нежно и жалобно ответила ученица феи. – Разбойники поймали меня и чарами удерживают в своём проклятом замке. Они уехали грабить купцов на большой дороге, поэтому я смогла пробраться сюда, чтобы предупредить вас об опасности. Берегитесь, сударь! Ещё шаг – и вы останетесь здесь навсегда!

Она тихонько всхлипнула.

– Вы пленница?! – спросил принц. Валери вздохнула. Похоже, Матье не зря так легко обыграл болвана в кости: принц был поразительно глуп. Или взволнован.

– Да, сударь, – подтвердила она вслух.

– Тогда… тогда я спасу вас! Идёмте со мной!

– Мне ничего не поможет! – покачала головой Валери. – Чары этого замка…

Она вдруг остановилась. Чары. Герои умудрялись входить и выходить отсюда. А разбойники остались навсегда привязаны к этим стенам. Почему? Потому что были… разбойниками?

Принц решительно подошёл к ней. Шпага в его руке подрагивала. Принц предложил Валери свободную руку.

– Никакие чары вам не страшны, если вы со мной, – галантно заявил он. – Вы свободны.

Деваться было некуда.

Валери оперлась на предложенную руку, сделала пару шагов и картинно осела на пол.

– Не могу, сударь! – простонала она. – Ноги не держат! Отнимаются! Идите один, сударь!

– Ну уж нет! – разозлился принц. Совершенно забыв о заколдованном кубке, он огляделся по сторонам, потом протянул шпагу девушке. – Держите! Я вынесу вас отсюда!

Валери покорно сжала рукоять. Оружие действительно дрожало у неё в руке, умоляя дать ему отведать свежей крови. Принц наклонился, собираясь подхватить девушку на руки, но вдруг за его спиной выросла тень, а после несчастный как подкошенный упал к ногам Валери.

– Отличная работа, малышка, – похвалил её Гастон. Белобрысый Шарль наклонился к своей жертве, проверяя, остался ли жив принц после удара по голове.

Шпага задрожала ещё сильнее. Валери нестерпимо захотелось встать в позицию и броситься в бой. Она знала – сейчас, с этим оружием она непобедима.

– Эй, детка, держи себя в руках! – потребовал Гастон напряжённо.

Разбойники зажгли фонари, связали принца. Гастон протянул руку, чтобы забрать шпагу, но Валери поспешно отпрыгнула.

– Ай-ай-ай, мы так не договаривались, – покачал головой лысый Жером.

– Отпустите Матье, – сказала ученица феи железным голосом. – Отпустите – и никто не пострадает.

Гастон страдальчески поморщился.

– Деточка, ему ничего не угрожает. Мы приняли его в банду. Да не смотри на нас так, не атаманом. А теперь отдай шпагу.

– Нашли дуру! – рассердилась Валери. Она с трудом сдерживалась, чтобы не перейти в атаку. – Сначала Матье! Потом поговорим.

– Ах, вот ты как заговорила! – ухмыльнулся Гастон. – Что ж, крошка. Давай сыграем в кошки-мышки.

Он повернулся, наклонился – и в девушку полетела пустая корзина, которую она немедленно поймала на острие шпаги. Потом, один за другим, башмаки Пьера, его колпак, пустой ящик из-под бутылок с вином и даже нож. Всё это Валери успешно отбивала, разбивала или разрубала пополам. Всякое самообладание ей изменило и, сжав покрепче рукоять, Валери бросилась на Гастона. Он и не думал защищаться. Смеясь, он отступал, пока девушка не прижала его к колонне посреди зала. Валери зажмурилась и почувствовала, а не увидела, как шпага несётся вперёд, чтобы проткнуть негодяя насквозь.

Не было ничего. Ни крика. Ни крови. Валери осторожно открыла глаза. И увидела, что шпага наполовину вошла в колонну. Девушка поспешила потянуть её на себя, но камень держал крепко. Гастон, ухмыляясь, одной рукой взялся за эфес, а второй за запястье девушки, заставляя её выпустить оружие.

– Вот так, детка, – сообщил он, отпихивая Валери в сторону. Она пыталась удержаться на ногах, сделала несколько шагов и упала кому-то на руки. Гастон легко, одним рывком вытащил шпагу из колоны. Валери тем временем подняла глаза и увидела, что её подхватил Матье – целый и невредимый.

– Ты жив! – закричала она, высвобождаясь и вскакивая на ноги, чтобы повернуться и упасть любимому в объятья. Кто-то оглушительно захохотал, но девушке не было до них никакого дела. – Ты жив! Всё хорошо? Они тебя не обидели?

Разбойники захохотали громче. Матье заметно смутился.

– Да что мне сделается-то, – пробормотал он. – Очень приятные люди. Ты волновалась? Бедная ты моя.

– Приятные?! – вырвалось у девушки, но Матье догадался заткнуть ей рот поцелуем, и не дал высказать всё, что накопилось за эти два дня.

– Эй, голубки, потом намилуетесь, – прервал их насмешливый голос Гастона. – Детка, с тебя причитается. Кто договор нарушает, тот долго не живёт.

Валери вспыхнула и спрятала лицо у Матье на груди, а он чуть повернулся, заслоняя девушку от Гастона, красноречиво, хоть и бесполезно. С алмазной шпагой разбойник мог бы пронзить их обоих насквозь.

– Брось, дружище, – со смешком проговорил Матье. – Подумаешь, размялся слегка.

– Твоя красавица чуть меня не заколола, – покачал головой Гастон. – С неё причитается.

Валери вздёрнула голову. Вообще-то действительно нехорошо получилось. Что на неё нашло? Магия шпаги? Предчувствие быстрой победы? Сейчас, немедленно, сразу получить своё, защитить, отстоять, не тратить время на переговоры с отребьем. Только что у ученицы феи кружилась голова и мир виделся яркими вспышками предстоящей битвы и жажды крови. Это-то, конечно, было волшебство. Но кроме того…

– Я приношу извинения за свои неподобающие действия, – процедила она с ледяной вежливостью. Осеклась. Надо было, наверное, говорить как-то не так, но не получалось вот так сходу подобрать слова и тон. В этом не было уже никакой магии, просто… почему всё так всегда по-дурацки выходит?! – Я… что я могу для вас сделать?

Матье ободряюще сжал её плечо.

– Это другой разговор, – кивнул Гастон, не выпуская шпагу из рук. – Нам много чего надо. Начнёшь с завтрака. Мы со вчерашнего утра не жрамши.

Валери смутилась. Она и омлет-то с трудом добыла.

– И выпить принеси, – добавил Жером. – Что это за обед без выпивки?

– Я не смогу, – замотала головой Валери. – Второй раз у меня не получится.

– Экая незадача, – оскалился Гастон. – Тебя, что ли, сожрать? Или мальчишку?

– Оставь её в покое, – бросил Матье раздражённо. – Что за ерунда? У нас есть шпага, кубок никуда не пропал. На эти деньги можно пировать неделю, а ты девушку пугаешь.

– Это волшебный кубок! – возмутилась Валери.

– Дура! – сплюнул Гастон.

– Монеты-то настоящие, – ответил Матье. – Дайте-ка сюда.

Жером достал кубок с полки, на котором тот стоял, и Матье принялся пересыпать монеты себе в карманы. Он успел опустошить кубок примерно на треть, когда тот вдруг зазвенел и исчез. Гастон выругался. Матье сунул руку за пазуху и достал золотую монету. Подбросил, поймал, укусил и снова подбросил.

– Чистое золото, – немного хвастливо заключил он.

– Теперь ты нас ещё и ограбил, – недобро засмеялся Гастон.

Матье крепче прижал Валери к себе и отвёл в сторону.

– Ты сделаешь так, – начал он, заглядывая девушке в глаза. Ученица феи только вздохнула. Когда Матье так говорил, с ним было очень трудно спорить. А ведь она пришла сюда его спасти!

Глава 4

Валери, спотыкаясь, шла по дороге из замка, и пыталась уложить в порядке мысли в своей голове. Матье сделал глупость. Матье сделал чудовищную глупость. Так нельзя, так неправильно. Он назвал себя разбойником – и не мог теперь выйти из замка!

Вернее, мог, поправила себя Валери. Разбойники могли спуститься на дорогу с другой стороны горы, и устроить там засаду на беспечных купцов, решивших, что на этот раз им повезёт проскочить. Уйти же по этой дороге было невозможно – она волшебным образом замыкалась в кольцо и возвращала беглецов к горе. Пройти же в город было невозможно – если ты разбойник.

И вот Матье привязал себя к Чёрному замку!

Добровольно!

Ему не угрожали, его не били и тем более не пытали, он просто сам захотел!

Ну почему?!

Несмотря на мрачные мысли, Валери всё-таки помнила, что у неё за спиной голодная шайка разбойников и голодный ребёнок. Ей бы тоже поесть не мешало. Сытым вол всей этой истории был только Матье, которого не смущали ни мыши, ни дохлые вороны, ни прочая падаль, и который за годы весьма непростой жизни научился переваривать что угодно. Валери, впрочем, не слишком задумывалась о том, чем же в то время Матье занимался. Ей хватало и других забот. Она зашла в город и повернулась направилась в булочную.

– Добрый Ансельм! – позвала она хозяина.

– Да, моя хорошая? – немедленно откликнулся рослый булочник, сверкнув белозубой улыбкой. – Что сказала твоя госпожа про моего Жюста? Хочешь булочку? Или, может, свежих марципанов?

Ансельм был ражий детина, сильный, широкоплечий, с грубоватым мужественным лицом и волосами, которые назвали бы золотыми, будь он принцем. А так – цвета соломы. И такие же прямые и жёсткие. Маленький Жюст унаследовал цвет волос от отца и прелестно смотрелся со своими золотыми локонами. Валери подозревала, что жена Ансельма их завивает.

– Добрый Ансельм, – настойчиво произнесла Валери, не давая сбить себя с намеченной цели. – Тебе нужны деньги? Настоящие золотые монеты, Ансельм?

Она полезла за корсаж и достала оттуда вручённую Матье монету.

Ансельм изменился в лице. Он шагнул к девушке широким решительным шагом, так не похожим на обычную решительную развальцу, втащил её в дом и захлопнул дверь. Потом захлопнул ставни. В булочной стало темно и тихо.

– Спрячь, – приказал булочник хрипло. – Разве ты не знаешь, что их нужно держать у тела? Спрячь, кому говорю?! Скольким ты её показала?!

Валери послушалась. Было неуютно.

– Тебе первому, Ансельм, – сказала ученица феи, стараясь сохранять спокойствие.

– Вот свезло так свезло, – саркастически произнёс Ансельм. – Чего ты хочешь? Где остальные монеты?

– Там, – махнула Валери рукой, как будто бы в темноте её собеседник мог что-то разглядеть. – За горой.

– Разбойники, – сообразил булочник. – Ещё лучше. Чего они хотят? И где они их хранят?!

– В кармане, – удивлённо ответила Валери на последний вопрос. – Они хотят вас нанять…

– Нанять?! В кармане?! Болваны! Какие же они болваны! Где они?! Веди меня к ним, скорее!

– Пожалуйста! – взмолилась Валери. – Они умирают с голоду! Принесите им поесть!

– Поесть, – передразнил Ансельм. – Хорошо.

Он открыл дверь и ставни.

– Живо! Иди к Раулю-колбаснику, потом к Морису-зеленщику. Скажи, что я послал. Скажи, чтобы поторопились.

Мартин-зеленщик был отец похищенного разбойниками Рене, и Валери заколебалась. Почему Ансельм позвал именно его? Что он подозревает?

– Скорее, скорее! – не понял её сомнений булочник.– Надо торопиться! Нельзя терять ни минуты!

Запыхавшиеся колбасник и зеленщик догнали булочника, когда он уже стоял на дороге у подножья замка и о чём-то говорил с Матье и Гастоном. Валери даже не поняла, как ей так быстро удалось уговорить торговцев идти за ней. Она только успела пролепетать «Ансельм-булочник зовёт», «золото» и «разбойники», как они тут же бросились бежать по дороге.

– …болваны, неумехи, не понимаете, так спросили бы умных людей! – как раз говорил Ансельм, когда его друзья и ученица феи присоединились к нему.

Матье стоял перед ним, держа на ладони то, что ещё утром было золотыми монетами. Сейчас это были ржавые свинцовые кругляши.

– Магия! – горько сказал Рауль, с первого взгляда разобравшийся в происходящем. – Магия разъедает золото. Вы болваны, господа. Золото надо носить у кожи. Тогда…

– Мдаааа… – протянул Матье. – А я-то думал, почему в городе все верят друг другу на слово.

Он похлопал себя по карманам и достал оставшиеся монеты. От ржавчины удалось уберечь всего шесть штук – и седьмая была у Валери.

– Спрячьте, – потребовал Морис. Матье поспешил выполнить совет. – Так чего вы хотите?

– Уехать отсюда, конечно, – раздражённо ответил Гастон, которого весьма огорчила утрата денег. – Сыты по горло.