Город Богов 2

Глава 1

– Я помню только ритуал, после которого ты провалился, – сказала потрясённая Лула, – А когда был еще один?

– Чуть раньше, – ответил Техоня, – Твоя мать провела их один за другим.

– Вот как. Напомни мне, зачем она провела первый?

– Она отобрала твое хранилище веры, Барб. Как ты могла забыть?

– Теперь начинаю припоминать, – Лула покивала, – А ты можешь рассказать о первом ритуале подробней?

– Нет. Не могу. Я ничего не помню.

– А ты попробуй вспомнить, – попыталась надавить Лула, но Техоня начал стремительно погружаться в то самое состояние сумрака.

– Лула, оставь его, – я вмешался в их беседу, – Это бесполезно. Попробуем поговорить с ним позже.

Мы покинули комнату и вышли из здания. Наши спины сверлил тяжелый взгляд докторши.

– Что скажешь, Марк? – Лула мелко потрясла головой, будто пытаясь вытрясти из себя тяжелую дробь наваждения, – Еще один чертов ритуал, про который мы не знали.

– Что тут сказать, я сам офигел.

Мы сели в кабину к Гору, но я не стал пока давать команду на взлет. Захотелось как-то переварить услышанное. Лула согласилась проговорить имеющиеся факты.

– Факт номер один, - начала она, – Из подземки пропали людобоги. Так, Марк?

– Так. Будем перечислять факты по мере их установления. А это значит, что факт номер два будет появление Техони.

– Согласна. Хотя, если следовать времени событий, сначала появился Техоня, а уже потом пропали людобоги.

– Тоже согласен. Из этого следует, что именно Техоня мог стать виной или причиной пропажи пассажиров.

– Остается понять, что этот Техоня там натворил, – сказала Лула, – И вообще бы выяснить, на самом он деле такой прибабахнутый или только ловко притворяется. У меня как-то не вызывает доверия тот, кто только что вернулся из ада.

– Не будем пока исключать никаких версий. Сам я все же склоняюсь к мысли, что Техоня не притворялся.

– Ты хочешь сказать, что появление Техони и пропажа людобогов из подземки простые совпадения? – усомнилась Лула.

– Такое тоже возможно. Но я имел ввиду немного другое. Техоня сам сказал, что поначалу с кем-то разговаривал.

– Он считает, что говорил сам с собой, – возразила Лула.

– И такое возможно. Но что если он кому-то выболтал подробности про ритуалы. И этот кто-то, наслушавшись, решил ритуал повторить.

– И для этого похитил людобогов?

– Да.

– Марк, мы с тобой рискуем пойти по сомнительному пути. История с кукольной богиней оставила сильный отпечаток на нас обоих. Мы опять будем искать след как ее продолжение, а его возможно и нет.

– Может, и так. Может, кукольная богиня не при делах. Но Техоня сваял там из камня именно ее, помнит он после ада тоже только ее. При том, что не помнит своего имени. И если он о чём-то болтал, то скорее всего о ней.

– Ну допустим, – согласилась Лула, – Аргументов в пользу версии с кукольной богиней хватает. Мне пока непонятно, ради чего затевать еще один ритуал? Кому он принесет пользу?

– Техоня говорил про хранилище веры. Учитывая, что такое хранилище не получишь ни за какие заслуги, чтоб заполучить его, можно рискнуть ввязаться.

– Знаешь, Марк. Чисто по статистике. Богов, имеющих хранилище веры, в городе меньше десятой доли процента. А в подземке таких и подавно не встретишь.

– Тем не менее такие здесь есть, – настаиваю на своей версии, – Я считаю, надо еще раз поговорить с обходчиком. Типок, офигеть, какой странный. Один только факт, что он зверобог, заставляет его подозревать.

– Давай сначала смотаемся к Сове, – предложила Лула, – Сова много знает. А если не знает, то узнает.

– Ну хорошо. У Совы есть хранилише веры. Он в этом разбирается получше нашего. Но потом все равно дернем того обходчика.

– Хорошо, Марк. Так и сделаем.

Пока летели, Лула пыталась списаться с Совой через чат, но тот так и не ответил.

– Он хоть дома? – после пяти минут долбежки в его дверь, я засомневался.

– Да где ему быть, он не выходит... Сова, открывай, – прокричала Лула, – Или посадим на твою крышу дракона.

– И не уберем, пока он не высидит яичко, – добавляю угрожающе.

Не знаю, что подействовало, сомнительная угроза или настойчивость, Сова, наконец, открыл. Пока мы проходили и усаживались на его продавленный диван, он вздыхал и ухал как сова.

– Сова, чем ты все время так занят? – раздраженно спросила Лула, – Сидишь дома, работы у тебя нет.

– У меня есть паства в одном мире, – нехотя ответил Сова.

– Большая паства?

– В том и дело, маленькая, – Сова скорбно покачал головой, – Один небольшой род. Зато амбиции размером с гору. Постоянно приходится присматривать за этими придурками. Что ни день, обязательно вляпаются в неприятность.

– У меня тоже совсем недавно был покровитель первопредок, – признаюсь Сове, – Тоже зверобог, как ты.

– А кто? – заинтересовался Сова.

– Крот. Ты с ним часом не знаком?

– Даже не слышал. Он наверно еще более скрытный, чем я, – предположил Сова, – Но ему улыбнулась удача.

– Почему ты так решил, Сова?

– Ты дорос до бога. Наверняка ты обеспечил ему мощный поток веры.

– Думаю, что обеспечил. Хотя не представляю, как он эти кубоверы использовал. Я только знаю, что у него было свое верохранилище, но не знаю, насколько оно велико.

– Если поток веры был мощный, то верохранилище могло и подрасти. Это как кишка. Если много в нее закладывать, кишка увеличивается в размерах.

– Это единственный способ увеличить верохранилище? – продолжаю выспрашивать Сову.

– Думаю, не единственный, – Сова покосился на Лулу и усмехнулся, – К чему ты это спрашиваешь?

– Мы узнали про ритуал, позволяющий отобрать хранилище у другого бога.

– Я так понимаю, вы хотите услышать подробности?

– Сова, ты разбираешься в этом. Расскажи, – попросила Лула.

– Ну в ритуалах я, допустим, не разбираюсь. Я лучше потрачу десять тысяч лет и сам увеличу свое хранилище, а в авантюры не полезу. Я, знаете, не спешу.

– Сова, не ломайся. По глазам вижу, ты что-то знаешь, – доверительно попросила Лула.

– Я только слышал, что такой ритуал действительно существует. Но проводят его крайне редко.

– Ну это понятно. В городе не так много богов, у которых можно отобрать хранилище.

– Это не совсем отбор хранилища, – возразил Сова, – Если у тебя самого нет хранилища веры, то ничего ты ни у кого не отберешь.

– Подожди, Сова. То есть оба участника ритуала должны иметь хранилище заранее? Оно стоит того вообще?

– Правильно сказать, что ритуал позволяет забрать не само по себе хранилище, а только его объем. Зато! – Сова задрал вверх указательный палец, - Зато результатом будет не сложение объемов, а умножение. Одним словом, если хочешь резко нарастить объем своего хранилища, проводишь такой ритуал и, ба-бах, увеличишь в несколько раз.

– Вон как. Что еще знаешь про ритуал?

– Ну, он энергозатратный, как все ритуалы такого уровня.

– Что, опять два куба вельвета?

– Если у тебя есть несколько миллионов кворков, то самое простое - это купить два куба вельвета, – согласился Сова.

– А если нет таких денег?

– Можешь использовать жертвы. Ты как бы и так с этим ритуалом переходишь все границы морали. Чего уж тогда мелочиться.

– Сколько нужно жертв?

– Семерых простых богов достаточно. Из семерых можно выжать прорву энергии.

– А скажи, Сова, как вообще появляется это хранилище?

– Неизвестно как, – Сова ухмыльнулся, – Случайным образом независимо от твоих усилий. Кому-то сразу везет. А кому-то приходится ждать тысячелетиями.

– Типа как в лотерею выиграть?

– Можно и так сказать.

Больше Сова ничем помочь не смог, но и так рассказал немало. К тому же обещал еще «поузнавать по своим каналам». Будем надеяться, что-то да нароет.

– Все серьёзней, чем я думала, – сказала Лула, когда мы полетели обратно.

– А по-моему наоборот, – возражаю, – Одно дело заполучить хранилище, которого иными способами ты заполучить не сможешь. Другое дело, просто нарастить его. Сова прав, нет смысла лезть в авантюры. Мы бессмертны. Можно спокойно раскачивать хранилище естественным путем. Если оно у тебя уже есть, ты и так счастливчик. Уже вытянул свой билет. Зачем торопиться?

– Нет, Марк, естественным путем - это слишком медленно. А тут ты получаешь возможность зайти на Олимп, – возразила Лула.

– В том и дело. Залезешь на Олимп, даже подвинешь кого-то. Наживешь могущественных врагов. Не понимаю, зачем это надо.

– Всегда найдется кто-то, кто захочет рискнуть.

– И этот «рисковый кто-то» попался Техоне в подземке? Не у здания горадминистрации, не у офиса Техноса, а в подземке, где ездят работяги. Как-то маловероятно.

– Марк, ты сам сказал, исключать версии не будем. Вот я и не исключаю.

– Ты права. У нас пока хороших версий нет. Исключать не будем.

Списавшись со своим руководством, Лула выяснила, что обходчик Сцепион закреплен за перегоном Червячная передача – Площадь техников, но рабочий день у него подходит к концу. Ловить его в тоннелях уже поздно.

Нам повезло, мы заметили обходчика, выходящим из подземки в толпе людобогов.

– Здравствуйте еще раз, – вежливо обратилась Лула, – У нас к вам еще пара вопросов.

– А, это вы сегодня спрашивали про Техоню, – припомнил Сцепион, – Как он?

– Он в порядке, – отвечаю сдержанно, – Давайте поговорим спокойно не в толпе. Угостим вас стаканчиком сомы.

– От стаканчика не откажусь, – жизнерадостно отозвался зверобог, – Это будет приятной концовкой рабочего дня. Тут рядом как раз есть уютный бар.

Бар действительно оказался рядом в тридцати шагах от подземки. Видимо, Сцепион здесь частый клиент. Поздоровался сразу с несколькими посетителями, а бармену махнул по-свойски небрежно, затребовав три маленькие сомы.

Мы заняли свободный столик в стороне от экрана, по которому транслировали футбольный матч. Я обратил внимание, что некоторые кроме сомы заказывают закуски вроде сухариков. В зале стоит характерный хруст. Боги пялятся в экран.

– За этим столиком не видно игру, зато для разговора он в самый раз, – сказал Сцепион, усаживаясь.

– Много времени не отнимем, – пообещала Лула, – Скажите, о чем вы говорили с Техоней?

– Да почти не говорили, – зверобог неопределенно пожал плечами, – Я же говорил вам. Он парень замкнутый.

– Но вы сказали, что он разбирается в технике. То есть успели пообщаться.

– Он увидел оборванный манопровод и починил, – объяснился Сцепион, – Представляете? Без всяких запчастей срастил два куска, как так и было.

– Но что-то он рассказывал? Может быть встречался с кем-то до вас.

– До меня... – зверобог пригубил сому, принесённую барменом, и задумался.

– Он говорил что-то про женщину.

– Про девушку? – уточнила Лула.

– Нет. Я так понял, он имел ввиду женщину в расцвете лет. Он ее называл матерью почему-то. Не своей матерью, а чьей-то.

– Постарайтесь вспомнить дословно. Что он сказал?

– Дословно, – Сцепион отпил из стаканчика, – Дело так было. Он починил манопровод, как я и рассказывал. Меня это восхитило. Уважаю профи, знаете ли...

– В этом с вами согласен, – я выразил солидарность, – С профи всегда приятно иметь дело.

– Точно. И я его спрашиваю, мол, может, останешься в тоннеле? – тут зверобог осекся, решив, что сболтнул лишнего, и начал оправдываться, - Ну а что, он сам сказал, что дома нет, знакомых нет, работы нет. А я подумал, пусть со мной ходит. Мне веселее, стаканчик сомы в день для него не пожалею.

– Это понятно. Ну а он, что?

– А он ответил, мол не хочу теперь здесь оставаться. Она обратилась ко мне как ее мать.

– Я запутался, кто к кому обращался?

– Вы сами попросили дословно. Вот я и передаю дословно: «не хочу здесь оставаться, она обратилась ко мне как ее мать»

– Кто обратился? – задаю резонный вопрос.

– Понятия не имею. Я так понял, кого-то он встретил то ли в вагоне, то ли на станции. Его это напугало, вот он и сквозанул в тоннель. Шарохался там, пока я его не подобрал и наверх не отвел.

– Понятно. Еще что-то можете добавить?

– Больше ничего. Я ж говорю, он молчал всю дорогу.

– А скажите, Сцепион, – все же решаюсь задать вопрос, который крутится на языке, – Почему вы работаете простым обходчиком?

Сцепион ухмыльнулся криво.

– Думаете, все зверобоги богатеи? Увы, это не так. Тепленького места для меня не нашлось. Да мне оно и не нужно.

– Понял, спасибо за помощь.

Мы с Лулой пошли на выход, а Сцепион, не дожидаясь, когда мы уйдем, пересел поближе к экрану.

Вернувшись в кабину к Гору, опять устроили совещание.

– Все страньше и страньше, – я выразил общую позицию, потому что Лула только кивнула согласно.

– Техоня с кем-то все же повстречался, – сказала она, – То есть он все-таки болтал не сам с собой. Кому-то, кто обратился «как ее мать», он все и выболтал.

– Лула, – тут меня посетила догадка, – А если он на самом деле повстречал ее мать?

– Кого?

– Мэгру, старую богиню, мамашу кукольной богини.

– Ну, Марк, ты сам говорил про малую вероятность. А уж наткнуться именно на Мэгру, вообще шанс ничтожный.

– А если это была не случайная встреча?

– Как это?

– Через навигатор. Старая богиня знала Техоню раньше. У нее имелся его контакт. Когда он выбрался из ада, снова отобразился на карте города. Ей осталось только подъехать на таксо и перехватить его на станции.

– А пять тысяч лет назад в городе богов была система навигации по городу? – с сомнением спросила Лула.

– Что-то да было. Я сам раньше имел навык картографа. Мог отслеживать кого угодно, главное чтоб была метка.

– Вообще, Марк, твоя версия, при всей ее необычности, вполне логична, – вынужденно согласилась Лула, – Если Мэгра обнаружила, что Техоня вернулся, вполне могла захотеть. повторить ритуал.

– А то ж. Она дама рисковая, как я понял. Вполне могла.

– Одна несостыковка, – возразила Лула, – Если Мэгра перехватила Техоню на станции и забрала с собой, то когда он успел сваять целую статую?

– Это как раз легко объясняется. Мэгра ото всех прячется. Скорее всего она сама и отвела Техоню в тот схрон. Тогда все сходится.

– Да, сходится. Когда Мэгра в очередной раз отлучилась, Техоня сбежал и нарвался на обходчика. А это значит, Марк...

– Что значит? Лула, мне не нравится этот горящий взгляд.

– Это значит, что возможно она сейчас до сих пор шарит по тоннелям и его ищет. Марк, мы можем схватить старую богиню.

– Лула, Лула, это очень плохая мысль. Эта экстравагантная дама очень опасна. Куда мы полезем? Ты со своими искорками с ней не справишься.

– Я же не предлагаю самим, – возразила Лула, – Отпишу начальству. Пусть присылают спецназ. Мы-то конечно не полезем.

– Вот это другое дело. Пусть Коплепокапль высылает кавалерию.

Быстро день пролетел. На стоянку вернулись под гирляндным светом крупных звёзд города богов. Я не стал даже заикаться о том, чтобы подбросить Лулу до дома. Такое предложение ее наверняка обидит, а я понял, что не хочу ее обижать. Мы зашли с ней в бар, где собрались работяги скоротать вечер.

– Марк, ты видел? – Бар хлопнул меня по плечу, подойдя со стороны.

– Не привык еще, что тебя нет за стойкой, – отвечаю с улыбкой.

– Вот-вот, – Бэк тоже подошел, поднявшись из-за столика, – Я тоже самое только что говорил. Много что происходит в городе богов, иногда бывают очень кардинальные изменения, но ничто не поражает так, как новый бармен в нашем баре. Это просто какая-то смена эпох.

– Да ладно, ребята, – Бар попытался спрятать смущение за улыбкой, – Я вообще-то о другом. Мы сделали надстройку над баром.

– Бар, само собой я обратил на это внимание. Трудно не заметить, когда с твоего счета списывается двести тысяч. Но... но это полезная трата. Вернее, это не трата, а инвестиция.

– Ну раз заговорили про инвестиции, хочу представить тебе нового бармена, – Бар чуть не силком отбуксировал меня к стойке, – Прошу любить и жаловать. Это Стак. Стак тоже умеет делать мой фирменный коктейль.

– Спасибо, ребята. Сегодня я пас.

– Что? И Лулу не угостишь? Марк, нельзя быть жмотом в таком красивом красном пиджаке.

– Вот вы хитрецы-искусители. Куда уж тут денешься. Лулу я не могу не угостить.

Глава 2

Я все же не стал пить коварный коктейль по рецепту Бара, сегодня хочу иметь острый разум. А вот Луле наоборот нужно было как-то раскрепоститься после пережитого. Я ее понимаю. История с кукольной богиней еще не окончена, чем она нам аукнется, неизвестно.

Тем не менее она ограничилась одним стаканчиком, хотя... ее и с одного стаканчика развезло. Лула пожелала со мной танцевать медленный танец. Я сказал, что не умею. Луле такой аргумент для отказа не показался существенным.

– В прошлый раз ты танцевал вполне уверенно. Я помню, – она игриво ткнула мне пальцем в грудь, а потом ухватилась за лацкан пиджака, – Марк, не будь таким...

Она оттянула вниз уголок рта, пытаясь подобрать слово.

– Каким? – я усмехнулся.

– Таким пиджаком! – нашлась Лула, – Потанцуй с девушкой.

Стак поставил музыку, я станцевал с Лулой.

– Ну вот, – одобрила она, когда песня доиграла, – Другое дело. Марк, пойдём спать, а?

– Пойдём.

В кабине я сделал еще одну небольшую перепланировку. Устроил две низкие ниши одну над другой. В нишах постелил матрасы, подушки и одеяла.

– Как романтично, – мрачно оценила Лула мои потуги втиснуть в имеющийся объем два спальных местах, – Теперь у тебя тут как в плацкарте.

– Почему сразу в плацкарте? Вполне себе двуспальное купе.

– Ладно, – согласилась Лула со вздохом, – Чур я сплю на нижней полке. А на верхней пусть спит красный чёрствый пиджак.

Она улеглась, укрывшись одеялом, отвернулась к стенке и практически сразу уснула. Я еще посидел немного в кресле, глядя на ее локоны, рассыпанные на подушке. Какого черта я продолжаю держать эту дурацкую дистанцию?

В прежний мир мне не вернуться. Ни жены, ни ребёнка я уже не увижу... да даже если увижу. Я изменил свою природу. Я ж вроде бы бог теперь. Не ответив себе на неудобный вопрос, залез на верхнюю полку и тоже уснул.

Утро началось с собрания представителей стоянок. А я еще считал свой офис просторным. Сорок восемь стоянок – это сорок восемь персон, которые за переговорным столом, понятное дело, не уместились. Большинству пришлось стоять вдоль стенок.

Полсотни присутствующих богов и богинь тоже не ожидали такой стеснённости. Они топтались, пытаясь равномерно распределиться в офисном пространстве, успевая болтать и перешучиваться.

– А это что за красотуля?

– Вот сейчас обидно было.

– Так! Друзья, попрошу внимания, – представители стоянок наконец замолкли, – Консорциум владельцев манопадов огласил окончательное решение по уступкам.

После этих слов перестали даже топтаться, все обратились в слух.

– С очередями вопрос решен положительно, собственно в этом никто особо не сомневался.

– Так и есть, – подтвердил кто-то из толпы, – Электронные очереди уже работают.

– Вот и славно. Что касается второго и главного, – обвожу взглядом тех, кому удалось разместиться за переговорным столом, – Администрация обещает на месяц отложить решение по передаче стоянок в частную собственность.

В офисе поднялся гвалт. Каждый желал выразить личное отношение к подобным подачкам. Многие высказывались за проведение еще одной забастовки. Я терпеливо ждал, когда людобоги выпустят пар.

– Марк, а сам ты что думаешь? – наконец спросил кто-то.

– Я думаю, если придётся, устроим и забастовку.

– Что значит, если придется? Марк, ты поясни.

– Поясняю. В течение этого месяца администрация оставляет за нами право приоритетного выкупа стояночных земель.

– Выкупа?

– Да, выкупа. За шестьдесят три миллиона кворков.

– Это нереально, – поднялась новая волна возмущения, мне снова пришлось ждать. Когда боги еще раз успокоились, я продолжил.

– У нас простой выбор. Либо мы будем бодаться с властями, пока они не найдут способа нас отсюда выжить, а рано или поздно такой способ они найдут. Либо мы сами выкупим стоянки, тем самым решив вопрос навсегда.

– Легко сказать, выкупим. Где мы возьмем столько денег? Может, зверобоги собираются дать нам кредит на тысячу лет?

– Кредита нам не дадут, – сообщаю твёрдо, – Мы сами заработаем.

В офисе повисла гробовая тишина. Ну что ж. Меня слушают, я продолжаю.

– Наш профсоюз имеет возможность осуществлять хозяйственную деятельность и принимать благотворительные пожертвования, – начинаю издалека.

– Нам за тысячу лет никто ни кворка не пожертвовал. Что ж нам, за месяц шестьдесят миллионов накидают? Это абсурд.

– Не нужны нам чужие пожертвования, – объясняю терпеливо, – Мы сможем вести между собой обмен товарами и услугами, и эта деятельность не будет облагаться никакими налогами.

– Так. А вот на этом месте поподробней.

Я в общих чертах изложил схему, которую мы уже опробовали в масштабах собственной стоянки.

– Фактически у нас теперь введена талонная система, – даю последние пояснения, – В баре мы получаем сому, на заправке заправляем ману. Поскольку все эти расчеты проходят как благотворительные, никаких налогов с них не платится.

– Марк, пока не очень понятно. Как это все перевести в деньги? Нам ведь за земли придется рассчитываться не маной и не сомой.

– За это не переживайте. Мы уже начали ставить пространственные карманы только друзьям профсоюза. Они делают благотворительный взнос, ну а мы им... ответную благодарность...

– Вон как. Любопытная схема, – теперь толпа загудела по-деловому, как шмелиный рой над цветочной клумбой, – Это ж мы можем сорок процентов с оборота в копилочку откладывать... даже не придется скидываться из своего кармана.

Тут же была привлечена «красотуля» с калькулятором, которая быстро начала переводить примерные обороты сорока восьми стоянок в ману, сому, а главное в кворки. Через десять минут бурных обсуждений и подсчётов толпа отвалилась от Алеси, как сытый кот от миски, навернувши мисочку сметаны.

– Сорок с небольшим тысяч в день от каждой стоянки, – это реально! – вынес окончательный вердикт один из представителей, – Вполне реально.

– Один только моментик надо уточнить, – бдительно заметил другой, – Это на вашей стоянке уже есть и заправки на разные виды маны, и хранилища уже закуплены. А на некоторых стоянках даже бара нет. За сомой бегаем через дорогу.

– Да, дельное замечание, – согласились с ним, – Вообще желательно иметь централизованный хаб, чтобы в нем хранить все запасы. Такие объемы по карманам не рассуешь.

– Это я беру на себя. Сегодня же на нашей стоянке установим дополнительные хранилища и посадочные места, – обещаю твёрдо и добавляю в шутку, – Электронную очередь пока не обещаю, но надеюсь, она нам и не понадобится.

Правда, уже в следующий миг я понял, что шутками тут и не пахнет. Если через нас будет осуществляться весь товарно-сырьевой поток, то электронная очередь еще как понадобится. Хватило бы еще денег на обустройство такого серьёзного хаба.

Однако, слово – не воробей. Заднюю скорость включать поздно. Представители перешли к обсуждению тонкостей учета. Тут я уступил главную роль Бару. Программу учета ведет он, ему и карты в руки. А сам поманил за собой Бэка, с которым мы спустились в бар.

Я еще не начал говорить, присев за столик, а Бэк уже понятливо усмехнулся.

– Надо рассчитать, во что нам встанет перевалочный хаб, – озвучил он задачу, – Это будет недешевое удовольствие, Марк. И самое дорогое здесь будет не сами по себе складские хранилища, а парковочные места гнездового типа.

– Гнездового типа? Я такого термина даже не слышал.

– Крыша у нас уже занята, Марк. Там обычная парковка вертикальной посадки. А тут придется делать под боковую посадку со стены. Потребуются большие арки, чтобы в них могли влетать драконы.

– Вот оно что. Теперь понял. И сколько нам придется делать таких арок гнездового типа?

– Минимум два этажа придется надстраивать. А лучше три.

– М-да. Этак мы скоро разрастим наш бар до размеров высотки.

– В итоге так и придется делать, – подтвердил Бэк, - Причем наращивать надо будет не только вверх, но и вширь.

– Вширь? А куда мы денем постояльцев? Где они будут парковаться?

– Один этаж отведем под паркинг. Делов-то, – Бэк пожал плечами, - Иначе не то что высотку, небоскреб придется возводить.

– Ну ладно, давай считать, куда нам дешевле прямо сейчас достраивать, вверх или вширь. Какая форма оптимальна?

– Оптимальна форма куба, – не раздумывая ответил Бэк, – Наибольший объем при наименьшей поверхности стен и перекрытий.

– Согласен, Бэк, давай считать куб. А то матриц пространства на все не напасешься.

Я вызвал в бар из офиса Алесю, которая уже получила предварительные цифры по объему грузопотока. Брать решили с небольшим запасом, понимая, что в реалиях всегда что-то оказывается неучтенным.

Вышло, что нам придется отхватить от стоянки около двухсот квадратов площади.

– Ничего страшного, Марк, – Бэк меня успокоил, – Парковочный этаж для своих все равно обойдется дешевле, чем использовать матрицы.

– Да я разве спорю. Сколько по деньгам получается?

– Материалов и приборов на семьсот двадцать тысяч, – сообщила Алеся.

– Ну считай, еще работы тысяч на двести пятьдесят, – добавил Бэк.

– Ого, еще один миллион улетел, – качаю головой, – А надо на что-то покупать дефицитные матрицы... Ну ничего, пока впритык укладываемся, но с тратами пора заканчивать. Свободных средств больше нет.

Меньше недели назад на моем счету имелось восемь миллионов, и я строил планы, как заработать девятый. Планы сильно поменялись... теперь надо заработать сразу шестьдесят три, а на счету только оборотные средства. Интересно, в городе богов знают волшебное слово овердрафт? Мне бы не помешали дополнительные деньги на текущие операции.

Раздав задачи и потратив уйму денег, вернулся в кабину к Гору. Лула сидит в водительском кресле, по привычке закинув ноги на панель перед экраном, и нетерпеливо качает туфлей.

– О, Марк, – увидев меня, Лула скинула ноги на пол, – Как раз хотела тебе писать. Думала, не дождусь.

– Я в общем-то освободился. Что случилось?

– Пришла наводка на подземку.

– Так. Что там?

– Погонщик, помнишь, которого мы расспрашивали?

– Помню.

– Хорошо, что оставила ему свой контакт. У него в вагоне опять какая-то чертовщина происходит. Надо сгонять.

– Сгоняем конечно... Гор, летим на станцию.

Гор, понятно, ничего не сказал, но он очень громко думал о том, насколько это безнравственно и даже жестоко гонять старого дракона, не качнув ему писярик жёлтого. Старый алкаш, кстати, становится гурманом. Бодяжной отработки ему больше не надо. Ему теперь подавай более благородного горючего.

Ничего, потерпит. Тут даже с его подчеркнуто медленной скоростью десять минут летьбы. Припарковав дракона, мы с Лулой поспешили в подземку.

– Надо уже стребовать с твоего начальства проездной, – я ворчал, спускаясь к платформе, после того как заплатил за двоих.

– Марк, ты же у нас миллионер.

– Увы. Спустил почти все деньги.

– Вот прямо спустил... – Лула мне явно не поверила, – ... что-то сегодня твоя Алеся за нами не увязалась.

– Выполняет поставленные задачи... давай скорее, червяк подъезжает.

Спешили мы зря. В первом червяке оказался не тот погонщик. Мы остались на опустевшей платформе дожидаться следующего.

– Какой у них тут интервал движения? – спросил я недовольно

– Марк, не ворчи. Не будь как Гор. Тебе же не пять тысяч лет. Возьми, да засеки.

Следующий червяк прибыл через десять минут. Мы еще издали узнали знакомого погонщика. Остановив поезд, он снова высунулся из окна.

– Здравствуйте, – Лула помахала ему рукой, – Что случилось?

– Я вам рассказывал про лишнего пассажира, помните?

– Помним, конечно.

– Так вот теперь у меня система учета взбесилась, – поведал погонщик, – Теперь по несколько раз за смену то появляется лишний пассажир, то снова исчезает.

– Придется нам покататься в вашем поезде.

– Покатайтесь, будьте добры. Изловите шутницу.

– Почему шутницу? Почему не шутника?

– Пассажиры жаловались. Дамочка странная была в вагоне. Вроде бы как появилась неизвестно откуда.

– А как выглядит дамочка?

– В том и дело, что непонятно как. На ней балахон, на голове капюшон. Лица не показывает. В третьем вагоне ее ловите.

– Понятно. Спасибо за наводку.

– Вам спасибо, что ловите всяких... – погонщик не договорил, видимо не сумев подобрать подходящий эпитет, и засунулся в форточку.

Как только мы с Лулой заскочили в третий вагон, он объявил о закрытии дверей и тронул червя.

– Пойдем в торец вагона, – негромко говорю Луле, – Оттуда обзор хороший и есть свободные места.

Лула молча согласилась, пройдя вслед за мной. Несколько остановок проехали без происшествий. Все чинно, мирно, даже, я бы сказал, скучно. А затем в вагон набилось сразу много народу. Мы с Лулой потеряли обзор.

– Марк, что делать? Не видно ничего.

– Давай пройдём в середину.

Мы начали проталкиваться вдоль по вагону. Пассажиры, как положено, проявляли молчаливое, но очень красноречивое недовольство. Я их понимаю прекрасно. Сам терпеть не мог в позапрошлой жизни, когда какому-нибудь удоду приспичивало пролезть через половину переполненного вагона. Спрашивается, что ему удоду на месте не стоится? Теперь я знаю, это был никакой не удод, а представитель службы безопасности зверобогов.

– Вон там смотри, – возбужденно шепнула Лула и сильно дернула меня за рукав, как лейтенант Шарапов капитана Жеглова во время поимки рецидивиста Кирпича.

– Вижу, вижу, – добавляю в голос характерной хрипотцы, – Ты меня от радости чуть из трамвая не вытолкнула.

– Из какого еще там-вая? – не поняла Лула, явно незнакомая с шедеврами советского кинематографа, – Капюшон видишь?

Я утвердительно кивнул и продолжил изображать ледокол, раздвигающий ископаемые арктические льды. Когда до подозрительного капюшона осталось не больше полутора метров, капюшон что-то почуял и внезапно пропал.

– Сбежала засранка, – процедила Лула сквозь зубы.

Тут с Лулой на поспоришь. На легендарную пару Жеглова и Шарапова мы не тянем. Зато в отличие от волкодавов отечественного сыска у меня имеется тонкое видение и чуть сообразительности, чтобы на это тонкое видение переключиться.

Я сразу увидел характерный устойчивый портальный пробой. Впервые вижу, чтобы пробой был мобильным, он находится в вагоне и перемещается вместе с ним.

– Лула, здесь портал.

– Мы сможем его использовать? – тут же спросила Лула.

– Сможем. Но лезть туда без кавалерии Коплепокапля совсем не улыбается. Пиши начальству.

– Марк, ну кому я здесь напишу? В подземке нет связи. Что мы в конце концов с одной старушкой не справимся?

– Ох, ладно, держись за мою руку и не отпускай.

Мы шагнули одновременно, и в следующий миг оказались в тоннеле, очень похожем на тот, в котором обнаружили статую кукольной богини. Здесь такой же мягкий тусклый свет ото мха и так же пыльно.

Дамочка в капюшоне видимо совершенно не ожидала, что мы переместимся за ней следом. Она и бежать никуда не собиралась, а рассчитывала просто переждать. Фактически мы застали ее врасплох.

Увидев нас с Лулой, она попыталась задать стрекача вдоль по тоннелю, но я прыгнул на нее аки лев. Сбил с ног и заломил руки за спину. Лула была права, с одной старушкой справится не так уж и трудно.

– Марк, зафиксируй ей руки, чтоб не могла колдовать, – выкрикнула Лула, сама она зажала старухе рот, чтобы та не могла произнести заклинание.

– Есть, зафиксирована. Надо бы кляп и веревку. Как мы ее иначе будем конвоировать?

– У меня ничего такого нет, – озаботилась Лула, – Может, у нее есть...

Лула стянула с дамочки капюшон и ойкнула. Под капюшоном обнаружилась голова юной и очень перепуганной девушки, которая совсем не тянет на опасную зрелую богиню.

– Лула, я думаю, зажимать ей рот уже необязательно. У нее и так хаос на грани. Как бы не провалилась бедняга.

Лула ойкнула и убрала руку.

– Ты кто? – спросила ошарашенная Лула.

– Вы кто? – одновременно спросила ошарашенная девушка.

Глава 3

– Не бойся, мы тебе плохого не сделаем, – я перестал ломать девушке руки и помог подняться на ноги.

– А чего тогда налетели, как бесы? – девушка обиженно шмыгнула носом, – Я из-за вас от страху чуть в ад не провалилась.

– А сама не догадываешься? – строго спросила Лула и показала свой значок, – Служба безопасности зверобогов. Что ты делала в вагоне?

– Вы только дяде Восьмиглазу не говорите.

Девушка скуксилась и вся как-то сжалась.

– По-моему она сейчас заплачет, – я обменялся с Лулой взглядами, пожав плечами, – Дяде Восьмиглазу мы не расскажем, но нам ты должна обо всем рассказать. Если конечно не хочешь все рассказывать в полиции.

– Я расскажу, не надо в полицию, – у девушки опять полезло вверх содержание хаоса.

– Успокойся, как тебя зовут?

– Пулька.

– А меня Марк. Ее Лула. Не отдадим тебя в полицию. Давай, подиви нас своей историей.

– Я нашла эту червоточину только вчера. Правда-правда.

– Червоточина – это портальный пробой, да?

– Ну да. Когда из ада кого-то выкидывает, всегда такая появляется. Только обычно она не ведет на поверхность.

– А куда она обычно ведет?

– Обычно в эти же тоннели. Ну вот, я думаю выкинуло еще одного беспамятного, надо за ним сходить.

– И часто так богов из ада выкидывает?

– Ну... бывает, – ответила неопределённо Пулька, – Они ж не помнят ничего. Им помочь надо.

– Помочь – это хорошо, – одобряю Пулькин поступок, – Ну и... что дальше?

– Я шагнула в червоточину и оказалась в вагоне червяка. Ох, напугала-ась. Чуть опять в ад не провалилась.

– Опять!?

– Ага, опять, – просто ответила Пулька, – Хотела валить оттуда. Думаю, раз уж бедолагу выкинуло на поверхность, я ему уже не помогу. Хотела обратно прыгать. А тут...

– Что тут? Пулька, не заставляй клещами тянуть.

– А тут вижу аномалию. Видимо, я как в вагоне оказалась, подземка засекла нового пассажира, ну и запросила платеж за проезд.

– И ты не заплатила?

– Нет, конечно. С чего я должна платить.

– В чем тогда аномалия? – задаю уточняющий вопрос.

– Там почти у всех пассажиров настроен автоматический платеж. Сбой случился. С него сняли пять кворков, но поскольку проезд у него уже оплачен, то эти пять кворков как бы сказать... подвисли. А я взяла потребовала возврат... на себя.

– То есть ты сперла пять кворков?

– Оно само получилось на автомате.

– Само впиталось... ну-ну... сколько богов ты обчистила на пять кворков?

– Я потом еще три раза туда прыгала.

– Что тут сказать. Пулька украла двадцать кворков. Кража века... фактически.

– Я могу вернуть.

– Кому ты их вернешь, Пулька? Я этих пассажиров искать не собираюсь... ладно, пошли, познакомишь нас с дядей Восьмиглазом.

– Вы обещали не рассказывать.

– Обещают жениться, а мы договаривались, – поправляю строго, – Сказал, не расскажем, значит не расскажем. Просто хочу поговорить с твоим дядей.

Не уверен, что Пулька поверила, потому что потом всю дорогу на меня опасливо косилась. Но к дяде все же отвела. Я ожидал увидеть этакого отшельника, живущего в тесной каменной келье, а пришли мы в очень большую и населенную пещеру. Тут не одна сотня богов.

Дядя Восьмиглаз оказался зверобогом... или скорее насекомобогом. У него реально восемь глаз как у паука. Выглядит довольно жутко. Он первым заметил нас, когда мы вступили в пещеру, и поспешил навстречу.

– Пулька! – кричал он издалека, – Опять во что-то вляпалась! Вот я тебе задам.

При ближайшем знакомстве дядя Восьмиглаз оказался не таким страшным, как пытался себя позиционировать. Он вообще оказался добряком.

– Вы ее извините, – винился за Пульку дядька, – Она шустрая, но без злого умысла. Обязательно куда-нибудь влезет. Не откажитесь угоститься стаканчиком сомы. У нас она чистейшая. Набираем в пещерных полостях.

Мы с Лулой решили воспользоваться гостеприимством. Сама она, я так понимаю, удивлена не меньше моего. Про подземное поселение не знала.

Мы расположились на вполне уютных скамьях прямо в центре пещеры, видимо у них здесь что-то вроде общественного парка, только вместо растений понаставлены камни причудливых форм.

– Вам не в чем извиняться, Восьмиглаз, – дипломатично заявляю, приняв от Восьмиглаза стаканчик с ледяной сомой, – Пулька пыталась помочь тому, кто выбрался из ада.

– Мы все тут такие, – поделился Восьмиглаз.

– Вы все побывали в аду? – поразилась Лула, – А мы считали, что оттуда не возвращаются.

– Это официальная пропаганда, – усмехнулся Восьмиглаз, – Власть должна иметь тяжелый кнут. А страх провалится в ад навсегда – это кнут достаточно тяжелый. Поэтому власти распускают слухи про шахтёров, но на самом деле никаких шахтеров здесь нет.

– Вот даже как. Теперь понятно, почему Техоню изолировали.

– Лучше бы ему попасть к нам, – покивал насекомый бог, – Здесь ему было бы легче.

– Несомненно легче, – согласилась Лула, – Попробую поговорить с начальством. Может, его к вам отпустят.

– С начальством? – насторожился Восьмиглаз.

– Мы с Марком ведем расследование в интересах службы безопасности зверобогов.

– Я бы очень не хотел, чтобы эсбэзэ лезло в нашу жизнь, – посуровел Восьмиглаз, – Мы принимаем добровольную изоляцию, но и к нам лезть не надо.

– Мы не собираемся вмешиваться в вашу жизнь, – заверила Лула, – Мы вообще случайно о вас узнали.

– А как вы обеспечиваете себя всем необходимым? – задаю практический вопрос.

– С этим есть сложности, но справляемся.

– Может, я чем-то смогу помочь?

– Так-то нам много чего нужно, – признался бог-паук, – Администрация с поверхности иногда делает поставки в обмен на сырье, но по большому счету им на нас плевать.

У меня, кажется, зачесались ладошки. Уж не к деньгам ли?

– А насколько много? Я вижу, ваше поселение небольшое совсем.

– Так это только одна из пещер. На самом деле нас намного больше.

– И вы все выбрались из ада? – поразилась Лула.

– Ну почти. Есть и те, кто спустился сюда с поверхности. Мы никого не отталкиваем. Вы ищете кого-то конкретного?

– Возможно. Вы слышали про историю кукольной богини?

– Нет, – Восьмиглаз отрицающе покачал головой, – Не припомню.

– Это давно было, - подсказала Лула, – Очень давно. Мэгра, мать кукольной богини, проводила очень нехорошие ритуалы.

– Извините, мы властям никого не выдаем.

– То есть она живет с вами?

– Этого я не утверждал. Я вообще об этом от вас впервые слышу.

– Понятно, – Лула вздохнула, – Опять у нас ни одной зацепки.

У Лулы, может, и ни одной зацепки. А у меня зацепка есть и очень денежная. Целый крюк от башенного крана. Я уже вижу себя поставщиком подземных поселений.

– Так вы говорите, готовы менять нужные товары на сырье? – возвращаю Восьмиглаза к насущному, делая вид, что не замечаю осуждения во взгляде Лулы. Ей конечно, ничего кроме расследования не интересно. А мне как бы шестьдесят лямов надо откуда-то брать через месяц.

– К сожалению только так, – подтвердил бог, – Денег у нас практически нет. За кворки покупать не можем.

– Ничего страшного, – заверяю Восьмиглаза, – Я смогу устроить обмен. Что вам нужно конкретно?

– Все нужно, – сдержанно ответил он, видимо пока во мне не уверен и радоваться не спешит, – Приборы и устройства нужны, матрицы нужны...

– У вас и технобоги здесь есть? – удивляюсь.

– У нас все есть. Мы тут все изгои. По фракциям не делимся. Наши технобоги конечно тоже беспамятные после ада, но, как говорится, руки помнят.

– Понял вас, что еще? – спрашиваю деловито.

– Сложные составы маны нужны. Мы в чистом виде ее добываем в скважинах, а элементарного арбузика составить не можем. Нет нужного оборудования.

– Поставить арбузик не проблема, – уверенно заявляю, - Что можете предложить взамен?

– Как я уже сказал, качаем «зелень». Желтая тоже есть, – взялся перечислять Восьмиглаз, – Немного добываем красной и синей... сому опять же поставлять можем, у нас ее много.

– Ну что ж. Это я удачно с вами познакомился. Профсоюз водителей грузовых драконов готов заняться обеспечением ваших поселений. Сразу скажу, при взаиморасчетах мне придется учитывать свою наценку, ну или вашу скидку. Тут как вам удобней.

– Это само собой, – согласился насекомый бог, – Будет вам скидка. Хорошая.

– Тогда давайте прямо сейчас прикинем первую партию поставки. Что вам нужно в первую очередь?

Надо отдать Луле должное, она как-то приняла и смирилась с тем, что я занимаюсь коммерцией вместо расследования. Глядеть на меня с упрёком перестала. Спокойна ждала, пока мы согласуем первую спецификацию.

– Осталось определиться с местом передачи товара, – закругляю переговоры.

– Пулька покажет, – Восьмиглаз кивнул на девушку, – Есть хороший грот, там с администрацией проводим все обмены. Их устраивало.

– Значит, и нас устроит. Рад был познакомиться, – я поднялся с места, давая понять, что отнимать время у бога-паука больше не собираюсь.

Когда Пулька повела нас на поверхность, Лула все же не удержалась, решила меня подколоть.

– Марк, ты везде умудряешься выгоду извлечь. На земле, под землей. Мне кажется, в ад тебя закинь, ты через неделю начнешь торговать с бесами, которые обслуживают котлы. Будешь им же дрова продавать.

– Лула, не будь так жестока, – ухмыляюсь, – Ты же не хочешь, чтобы я туда провалился.

– Нет, конечно. Это я так... гипотетически.

– Нет уж, давай обойдемся без подобных гипотез. Мысли, знаешь ли, материальны.

– Ты прав, Марк, извини.

– Кстати, где-то здесь недалеко схрон Техони, где он изваял статую, – я решил сменить тему.

– Статуя? – заинтриговалась Пулька.

– Ага.

– Давайте загля-янем, – просительно протянула Пулька, – Я никогда не видела статуй.

Лула посмотрела на меня мрачно, мол кто за язык тянул? Но Лула перетерпит. В конце концов снова смотреть на статую ее никто не заставляет. А вот втянуть Пульку в расследование нам бы не помешало.

Подозреваю, эти тоннели хранят немало тайн, почему бы не попробовать привлечь Пульку на свою сторону. Она девушка любознательная и шустрая.

Благодаря тому, что Пулька прекрасно ориентируется в тоннелях, мы очень быстро нашли дорожку, протоптанную в пыли, а затем нашли и сам схрон.

– Лула, ты можешь здесь подождать.

– Нет уж, слажу с вами, – решилась Лула, – Надо уметь смотреть своим страхам в лицо.

Забрались в лаз все втроем. Лула включила фонарь, чтобы подсветить статую.

– Какая красивая! – восхитилась Пулька.

– Ее звали кукольная богиня, – добавляю в голос таинственности, как это делают, когда рассказывают сказку, – Обрати внимание, она очень похожа на Лулу.

– Правда похожа, – Пулька закивала, – Марк, расскажи ее историю.

– Это часть нашего расследования, – отказываюсь сурово, – Информация не подлежит разглашению.

– Я никому не скажу, – пионерским голосом пообещала Пулька.

– Что, даже Восьмиглазу не расскажешь? – уточняю со скепсисом.

– Даже ему не расскажу.

– Ладно. Тогда слушай...

Пока мы шли до грота, я пересказал историю про кукольную богиню, включая последние события. Ну а что, лично я никаких подписок о неразглашении не давал. К тому же история получила широкую огласку. Никакой тайны в этом нет, если не считать сведений про второй ритуал. Но даже если Пулька проболтается, за пределы этих тоннелей информация не выйдет.

– Кстати, Пулька, зачем тебе кворки? – спросил я как бы между прочим, когда мы уже подходили к поверхности.

– Хочу купить пакетик сомовых леденцов, – ответила она со вздохом.

– Знаешь, Пулька, ты нам сегодня здорово помогла. Я же должен тебя как-то отблагодарить. Привезу тебе сомовых леденцов.

– Правда-правда?

– Правда-правда.

– Вот здорово.

Лула только покачала головой с легкой полуулыбкой. Похоже она прониклась. Вот и хорошо, что прониклась. Пусть учится шпионской работе. Разве это не высший пилотаж, завербовать агента за красивый рассказ и пакетик сомовых леденцов? По мне так еще какой высший.

Пулька выходить на поверхность наотрез отказалась.

– Мы не любим выходить из тоннелей, – призналась она.

– Почему? – удивилась Лула, – Разве не приятно полюбоваться на небо?

– Там гора, – буркнула Пулька.

– Ты имеешь ввиду Олимп?

– Да.

– Чем он вам не нравится?

– Он напоминает про ад, – мрачно ответила Пулька.

– Каким это образом?

– Ад – это яма. Яма, которая является точным отражением горы. Как в воде все отражается перевернутым, так и ад является перевернутым отражением.

От этих слов у меня по позвоночнику пробежал озноб, у Лулы, похоже, тоже. Что пережила эта Пулька, раз вернулась из ада в сознании юной девушки? На самом-то деле ей не одна тысяча лет. Лучше не думать.

– На самом дне ямы сидит князь тьмы, – добавила Пулька, – Только когда ты сам находишься в аду, кажется, что там и есть вершина. А этот Олимп оттуда наоборот кажется дном.

– Да уж, грузанула ты меня, Пулька.

Она скроила забавную мордашку и развела руками в стороны, мол, не виноватая я.

– Вот тут слева лестница. По ней поднимитесь наверх.

– Что это вообще за место?

– Здесь пункт слива отработки. Не бойтесь, вас не забрызгает.

– Ладно, если забрызгает, как бы в ад не свалиться, – Лула подошла к краю огромной воронки и опасливо глянула вниз.

– В ад вы не свалитесь, даже если шагнете мимо лестницы, – объяснила Пулька, – Там другой уровень плотностей. Просто пройдете по пленке между мирами. Она невидимая, но очень прочная. Главное не хватаните двадцать пять процентов хаоса, тогда провалитесь даже сквозь бетон.

Пулька ушла, оставив нас с Лулой если не потрясенными, то озадаченными как минимум. Вот так вот. Я думал, рассказал ей сказочку про куколку, наполнил девушку впечатлениями. А ее сказочка покруче будет. Лично я, что называется, прифигел.

Как все относительно. На той стороне сидят товарищи бесы и демоны, и они уверены... нет, даже не уверены, а точно знают, что дно – это здесь.

Мы поднялись на поверхность и обнаружили себя на пункте приема отработки возле нашей стоянки. До бара буквально сотня метров. Вот не зря я как чуял, что под стоянкой что-то есть.

Поскольку на поверхности появилась связь, я связался с Гором, велев ему лететь сюда. К пункту слива отработки он прибыл в двояких чувствах. С одной стороны, презренную мешанину он употреблять больше не хочет, с другой, уж лучше отработка, чем ничего.

– Нет, Гор, – отрезаю категорично, – Ноздрю не раскатывай. Потерпи до вечера. Получишь положенные пять литров жёлтой маны. С утра пьют только конченные алкаши.

– Где ты видишь утро, парень,? – вопросил Гор в праведном негодовании.

– Взлетай, давай. Дискуссий устраивать не будем. Ты лучше скажи, знал, что боги иногда возвращаются из ада?

– Тоже мне секрет, – фыркнул Гор, – Сам туда летал, когда имел четыре спектра... куда сейчас?

– К Техноману. Надо лично переговорить.

Когда Гор взлетел, Лула без зазрения совести заняла водительское кресло, по-привычке закинув ноги на приборную панель.

– Марк, надо поставить еще одно кресло, – сказала она по-хозяйски.

– Тогда придется убирать столик.

– Столик можно сделать откидной. По большому счету он все равно не нужен.

– Наверно, ты права. Второе кресло нужнее.

– Это что сейчас был за намек? Да пожалуйста, оставь себе одно кресло. А лучше возведи себе трон, чтоб сидеть на нем в гордом одиночестве.

– Не было никакого намека. Лула, я очень даже рад, что мы опять работаем вместе.

– Если бы между словами «очень» и «рад» ты не вставил слово «даже»...

– Не придирайся к словам. Тебе же не пять тысяч лет.

– Извини, Марк. Ты прав. Разволновалась я что-то. Давай лучше о деле. Что обо всем этом думаешь?

– Пока ничего не думаю. Прямых связей не вижу. Но чую, вся эта подземная эпопея как-то связана с ритуалами.

– У меня такое же впечатление. Попробую списаться с Совой. Подкинем ему новых фактов, а он нам – новых идей.

Лула погрузилась во внутренний интерфейс набивать текст. Вообще я обратил внимание, что в городе богов многие пользуются внешними способами визуализации данных. Иногда довольно экстравагантными. Попадались боги и с восковыми табличками, и с газетами, и со смартфонами. Видимо, кому как привычней.

Глава 4

– Рад видеть, Марк, – увидев меня в своем цехе, Техноман сразу направился навстречу, – Перестали у нас появляться.

– Предприятие растет, – развожу руками, – В одиночку всего не успеть. Приходится делегировать полномочия.

– Так это правильно, – поддержал Техноман, – Хороший руководитель так и должен поступать. Я уж сам грешным делом начинаю подумывать, а не стать ли и мне членом вашего профсоюза.

– Вам это совсем необязательно, достаточно быть другом профсоюза.

– А я друг? – спросил он как бы в шутку.

– Конечно. Даже не сомневайтесь. Кстати, хочу показать вам новую заявку.

– Что здесь? – сразу заинтересовался технобог.

– Как обычно: приборы, оборудование, матрицы, – передаю спецификацию, которую мы составили с Восьмиглазом для нужд подземного поселения.

– Здесь широкий спектр потребностей, – Техноман пробежал взглядом список.

– Возможно такие заявки пойдут на регулярной основе.

– Марк, я этому только рад. Обеспечим по всей номенклатуре.

– Есть один момент. По этой заявке сразу смогу оплатить только половину. Вторая часть суммы на следующий день.

– Не проблема, – заверил бог, – Я вам доверяю, Марк. Отгружу.

– Вот и отлично.

Кредит доверия пора конвертировать в кредит товарный. Я и мысли не допускал, что Техноман станет возражать. Но о таких вещах как отсрочка платежа лучше договариваться лично. Здесь как бы не обезличенное предприятие, а я сам выступаю гарантом оплаты.

Поскольку от Совы пока не пришло никакого ответа, погнал Гора к стоянке. Нужно подготовить завтрашнюю сделку с Восьмиглазом. Тут мало притащить ему товар. Нужно еще вывезти сырье. А там его под сорок кубов. Понадобится несколько грузовиков.

Я еще на подлете увидел, как разросся наш сервисный центр. Назвать его баром можно только из вежливости по старой памяти. Бар там занимает только один этаж из пяти.

– Гор, паркуйся сразу на крытую стоянку. Твой номер парковки почетный второй.

– А у кого первый? – спросила Лула.

– У Атемиты.

Я еще не успел выбраться из кабины, ко мне уже спешит делегация встречающих: Бар, Бэк и Алеся с калькулятором.

– Марк, перевалочный хаб уже вовсю работает, – отчитался Бар, – Мы с Бэком и Алесей срочно делаем небольшую перепланировку.

– А что не так? Неверно учли объемы?

– Скорее неверно учли широту ассортимента, – ответил Бэк, – Я думал, будет мана, сома и несколько десятков видов оборудования.

– А на деле больше что ли?

– Да как бы не на порядок. Тащат все подряд. От продуктов до мебели. Не ожидал, что в городе богов в ходу такое многообразие товаров.

– Я тоже не ожидал. Мы привыкли обходиться малым как туристы в походе. О благах цивилизации подзабыли.

– В этом мире все делается из маны, но зато из маны делается все! – философски изрек Бар.

Меня провели в зону погрузки-разгрузки, чтоб я своими глазами увидел и оценил объем грузопотока.

– Ребята, раз уж наш хаб превращают в склад тысячи мелочей, надо этим как-то воспользоваться.

– Что ты предлагаешь, Марк?

– Мелкооптовый мини-маркет. Грех – иметь на хранении столько добра и никак этим не торговать.

– У нас нет места для покупателей, – возразил Бэк, – Итак едва справляемся.

– Вообще-то босс предложил хорошую бизнес идею, – поддержала меня Алеся, – Здесь высокая проходимость. Причем большинство посетителей не конечные потребители, а как раз мелкие оптовики. Если начать не просто складировать, а именно торговать, оборот будет хороший.

– Так-то все будут в плюсе, – согласился Бар, – Но тогда надо еще один этаж под торговлю. А это еще двести тысяч кворков.

– Ох. Прощай заначка на черный день, – машу рукой, – Гулять так гулять. Бэк. Втыкай еще один этаж. Но больше денег у меня нет.

Я вернулся в кабину Гора погруженный в фундаментальную мысль русской интеллигенции: кто виноват и что делать? Как будет работать схема, получившая масштабирование на сорок восемь стоянок, пока не ясно, а все пути к отступлению я себе отрезал окончательно. На личном счету осталась пара тысяч кворков, все остальное пущено в дело.

– Марк, все в порядке? – Лула мгновенно отразила мое состояние, – Может быть, отдохнешь?

– Все в порядке. Рабочий момент. Как там Сова, есть новости?

– Сова как всегда. Отмалчивается.

– Ну давай сгоняем. Время до вечера еще есть. Только распоряжусь, чтоб старому саботажнику качнули пять литров желтой маны, чтоб крыльями махал поживее.

На этот раз Сова открыл почти сразу, но Лула все равно ему выговорила.

– Сова, я тебе весь день в чат пишу. Не мог хоть слово черкнуть?

– Да я это... думал, напишу попозже, когда соберу больше информации.

– Когда попозже, Сова? Когда рак на горе свистнет? У нас для тебя новости.

Лула поведала Сове наши подземные приключения. Сова, правда, особо удивлённым не выглядел.

– Ну я примерно так и предполагал, что должны быть возвращенцы из ада, – сказал он.

– Нормально. Ты предполагал, но нам не сказал. Тоже хотел поделиться попозже? Когда будет побольше информации?

– Ну я же не знал досконально, – оправдался Сова, – Миры не являются замкнутыми. Есть пути. Есть даже боги, которые раньше были демонами.

Тут я вспомнил суккубу психиатричку и внутренне с Совой согласился. Действительно, как-то она попала в мир богов. А она явное порождение мира инферно.

– Что еще скажешь, Сова? – с нажимом спросила Лула, – Можешь даже высказать предположения, не подтверждённые доскональными знаниями. Мы тебя за это ругать не будем.

– Пока узнал совсем немного. Ритуал с отбором верохранилища очень сложный и опасный.

– Что в нем такого опасного?

– Он требует энергии адского мира. Его даже называют ритуалом отражений.

– А поподробней можно?

– Нету пока подробностей. Единственное, могу сказать, что для этого ритуала привлекались сущности из ада. Тот, кто хочет провести ритуал, должен заключить договор с демоном.

– Жуть какая.

– Вот и я о чем. Вступать в контакт с демоном очень опасно само по себе, – наставительно сообщил Сова, - А уж заключать с ним контракт... демон обязательно попытается обмануть. Если найдёт хоть какую-то лазейку в договоре, все может закончиться очень печально.

От Совы мы ушли совсем уж в мрачном расположении духа. Сначала Пулька нас загрузила своей историей, теперь и он добавил в мысль тяжести.

– Как-то все жутче и жутче, – призналась Лула, когда мы полетели обратно.

– С демонами связываться глупо, – Гор тоже решил положить свой кирпич в тачку общего рассуждения, – Демоны совершенно не умеют держать слово. Их можно заставить что-то делать, только зажав им яйца в тиски. Парень, даже не думай с ними связываться.

– Я и не думаю. Мне еще только демонов для полного счастья не хватало.

– Марк, как думаешь, почему его называют ритуалом отражений?

– Не знаю. Возможно это как-то перекликается с тем, что рассказала Пулька. Она тоже говорила про отражения.

– А я так и не поняла, адская яма является отражением Олимпа или Олимп является отражением адской ямы?

– Они являются отражением друг друга, – буркнул Гор.

– Все. Хватит с меня на сегодня мистики, – пресекаю философские упражнения, - Сегодня никаких коктейлей. По стаканчику сомы и спать... Гор, давай только тормознем у продуктового. Надо купить пакетик сомовых леденцов.

Припарковав Гора на стоянке, мы с Лулой спустились в бар. Я рассиживаться не собирался. Думал, если Лула захочет, пусть сидит, а я выпью сому и пойду спать. Но Бар и Бэк умудрились поднять мне настроение.

– Марк, – давай к нам за столик, – У нас есть пара свободных стульев.

– Марк, посидим с ребятами? – попросила Лула.

– Ладно, посидим. Только я недолго.

– Лула, ты представляешь, – Бэк заулыбался, – Марк бьет все рекорды по прибыли.

– Когда это я успел? – переспрашиваю обескураженно.

– Когда выделил сегодня днем двести тысяч на этаж мелкооптовой торговли, – пояснил Бэк и снова повернулся к Луле, будто решил общаться сегодня именно с ней, – Марк выделил днем деньги, а к вечеру вся сумма окупилась.

– Вы серьёзно?

– Еще как серьезно, Марк, – с улыбкой подтвердил Бар, – Этой торговой точки не хватало, чтобы довести схему до ума. Мы просто копили товары на складах. Не хватало последнего штриха. Ты нанес этот последний штрих, Марк.

– Ребята, хоть вы порадовали.

– А мы тут при чем? Твоя идея. Это ты замкнул на себя товарные потоки всей фракции людобогов. Просто, как все гениальное... Эй, Стак, четыре коктейля сюда.

– Спасибо, парни. Но мне стаканчик сомы.

– Есть только один нюанс, – ввернул Бэк и сощурился.

– Так. Ну конечно. Разве может хоть что-то пройти без нюанса. Говори, Бэк.

– Магазинчик тысяча мелочей стремительно разрастается в магазинище миллион мелочей.

– Сколько?

– Пока еще двух этажей достаточно, но лучше больше.

– Тогда так, парни. Раз такое дело, деньги будем брать из прибыли. Других источников финансирования не осталось.

– Не переживай за это, Марк. Все окупится очень быстро.

– Да я не переживаю. У меня только одно уточнение.

– Мы слушаем, Марк.

– Достраивать можно только вширь и вверх?

– Какой странный вопрос. А куда еще можно достраивать?

– А если вниз. У нас вроде в собственности двадцать метров в глубину.

– А, вот ты о чем. Подстраивать вниз тоже можно, но это будет стоить вдвое дороже. Какой в этом смысл, Марк?

– А вот завтра с утра вместе слетаем на стрелку... я хотел сказать на сделку. Тут недалеко, буквально до ближайшей станции приема отработки. Вот тогда сами все и увидите.

На следующее утро мы подогнали к воронке полтора десятка порожних грузовиков, но первым спускался я на Горе. Вообще конечно место для разгрузки-погрузки крайне неудобное. Понимаю, почему администрация не горит желанием делать сюда поставки. Мало того, что нарушается режим секретности, так еще изрядный геморрой, чтоб сначала посадить дракона в этот грот, а потом из этого грота вылететь.

И ладно еще льющаяся в воронку отработка. Драконы воздействию хаоса не поддаются. Но место настолько неудобное, что перевалка сырья и товара превращается в какой-то квест.

И понимаю, почему так обрадовался Восьмиглаз, когда я выгрузил из Гора заказанные матрицы и устройства. Он до последнего сомневался, что я сдержу слово. К тому же и условия я предложил божеские. Администрация, видимо, включала конский ценник без стеснений.

А потом мы убили около двух часов, чтобы загрузить ману, предоставленную подземными жителями в качестве оплаты.

– Да, Марк, ты прав, – сказал Бэк, глядя, как очередной дракон ворочается в пространстве узкого грота, – Так мы много не наторгуем.

– А много здесь живет богов? – практично уточнил Бар, – Если мы потратимся на несколько подземных этажей, проблема погрузки исчезнет как явление. Вопрос, как быстро мы отобьем вложения.

– Насколько я понял, в этой резервации живут тысячи и тысячи. И других вариантов у них просто нет. Все будут приобретать через нас. Они как аборигены на континенте, богатом полезными ископаемыми. Есть потребности, есть богатства, нет только возможности.

– Тогда нам нужно брать их под свое крыло, Марк, – горячо заявил Бэк, – сделаем шахту под баром и один подземный этаж углубленного залегания. Потратим полмиллиона, но оно того стоит.

– Вот и я так считаю. Единственный момент, надо соблюсти секретность. Мы не должны нарушать конспирацию, наведенную администрацией вокруг жителей подземелья. Официальная версия – шахтёры. Будем придерживаться официальной версии.

– Понял, Марк. Мы торгуем с шахтёрами, – быстро подстроится зам по агитационной работе, – Кстати, шахтеров можно принимать в профсоюз?

– Посмотрим. Спешить не будем.

Закончив с погрузочными работами, попросили Пульку отвести нас под нашу собственную стоянку, если конечно под ней имеется какой-то тоннель.

Пулька уверенно провела нас около ста метров в нужном направлении и остановилась в задумчивости.

– Где-то здесь ваша стоянка, – предположила она, – Вы не переживайте. Делайте свой подземный этаж. Дядя Восьмиглаз попросит техников, они пробьют нужный тоннель. Здесь немного совсем.

– Хорошо, – согласился Бэк, – Уж тоннель как-нибудь доведем до места.

Бар и Бэк ушли на поверхность, местные разошлись. Остались мы с Лулой и Пулька. Краешек пакетика с леденцами торчит из моего нагрудного кармана, девушка давно догадалась, для кого он предназначен.

– Держи Пулька, это тебе.

– Здорово, спасибо, – Пулька аж запрыгала от радости, тут же разорвала упаковку и отправила в рот один леденец, – Фы фудете?

– Не, спасибо. Сама лопай... Слушай, Пулька, а у вас тут есть кто-нибудь из подземников, кто общается с демонами, бесами и прочими жителями адского мира?

Мой вопрос Пульку напугал, она бы наверно сбежала, если б я ее не придержал за рукав.

– Не бойся. Мы с ними якшаться не собираемся. Наоборот, хотим поймать кое-кого.

– Они опасные, – сказала Пулька.

– Что поделать. У нас такая работа. Подскажешь, где их искать?

– Ладно. Покажу, – решилась она.

Пришлось идти довольно далеко. Сначала мы шли по обычным местным кривоватым тоннелям, потом по очень старым тоннелям со следами обвалов. Кое-где через завалы приходилось перелазить. А потом еще спускались в какие-то штольни, которые привели нас в совсем уж древние ходы, которые и тоннелями не назовешь. Скорее полости какие-то естественного происхождения.

В одном месте увидели стекающий по стенке тоненький зелёный ручеек.

– Почему в этом ручье зелёная вода? – спросила Лула.

– Это не вода. Это зеленая мана, – объяснила Пулька.

– Круто, – обрадовалась Лула, – Бесхозный ручеек с маной. Сове бы это понравилось.

– Если пройти вниз по этому ручью, можно дойти до места соприкосновения, – сообщила Пулька.

– Соприкосновения чего?

– Миров, – просто сказала Пулька, – Пойдём, покажу.

Мы дошли до места, которое я посчитал пропастью.

– Это не пропасть, смотрите, – Пулька спрыгнула с камня, но не провалилась, а осталась стоять на невидимой пленке между мирами.

– Ой, мне на это страшно смотреть, – призналась Лула, – Как ты не боишься стоять прямо над адом?

– До него здесь рукой подать, – согласилась девушка, – На самом деле отсюда до адской поверхности даже невысоко. Каких-нибудь метров семь.

Я подумал, что если Пулька не боится, то я просто обязан перебороть этот страх. Опасливо спустил с камня одну ногу и тянулся вниз, пока не уперся подошвой в невидимую плёнку. Набрался смелости и встал обеими ногами.

Действительно, до ада тут рукой подать. Прекрасно вижу красноватую раскаленную почву, из которой вырываются пузырьки газа. Этот газ не проникает в наш мир. Стелется вдоль границы миров, его увлекает куда-то вдоль поверхности.

– М-да, отсюда наверно можно увидеть жителей нижнего мира, – предположил я.

– Запросто, – ответила Пулька, – Демоны иногда специально сюда приходят, чтоб найти того, с кем можно пообщаться.

– Понимаю. Все проще, чем кажется. Не нужно творить сложных ритуалов, чтобы вызвать демона. Достаточно просто подождать его здесь.

– Пойдем дальше, – видимо Пульке надоело топтаться на одном месте.

– Пойдем, – я залез обратно на камень и помог забраться Пульке. Лула спуститься на пленку так и не решилась.

Мы прошли еще с полкилометра до места, где тоннель резко поворачивал с уклоном.

– Дальше я не пойду, – категорично заявила Пулька, – Не хочу встречаться с сатанистами.

– Спасибо, Пулька. Ты нам очень помогла. Мы дальше сами.

– А обратно дойдете? Я вас ждать не стану. Мне тут страшно.

– Иди, конечно. Мы запомнили дорогу.

Попрощавшись с нами, Пулька быстрым шагом пошла назад. Похоже, эти сатанисты ее пугают. Если честно у меня тоже особого желания геройствовать нет.

– Лула, где уже обещанный спецназ от Покапля?

– Они сейчас прочёсывают станции подземки.

– Понятно. Ищут не там, где пропало, а там, где проще искать.

Глава 5

Крадучись мы двинулись за поворот и вошли в пещеру, кстати довольно большую, но никого в ней не обнаружили. В центре пещеры еще одно место соприкосновения миров, гораздо больше предыдущего.

То, что показывала Пулька, было маленьким зажатым в камнях пятачком, а здесь целая площадка. Наверное, отсюда удобно наблюдать за адом. Скорее всего этим здесь и занимались.

– Вижу следы пребывания разумных, – сообщаю Луле, – Камни выложены, сидения устроены, вон там даже какие-то лежаки.

– И картина на стене, – мрачно добавила Лула.

– Где?... ах ты ж, точно. Наскальная живопись, но изображено очень натуралистично.

Лула включила фонарик, чтобы подсветить портрет женщины богини.

– Опять кукольная богиня? – выдвигаю предположение, – Тоже, кстати, на тебя очень похожа.

– Нет, Марк, – возразила Лула, – Она иначе одета, а еще смотри... вот здесь...

– Вижу. Уши не человеческие. Это зверобогиня. И раз ты на нее так похожа, рискну предположить, что это Мэгра, мать кукольной богини...

– Мэгра, Мэгра, – подтвердил кто-то противным голосом и захихикал.

– Кто здесь?

Мы с Лулой испуганно заозирались, но пещера по-прежнему пуста.

– Не туда смотрите, я здесь, под вами, – противный смех повторился.

На этот раз я более уверенно ступил на прозрачную пленку, отделяющую миры, прошел в центр и присел на корточки. Теперь я увидел говорящего. Он сидит на скале совсем рядом с «обзорной площадкой». Эта скала находится в аду, но она почти достает до места соприкосновения. Если бы граница не была непроницаема, с той скалы можно было бы запрыгнуть в этот мир.

– Ты демон? – спрашиваю рогатого пузатого голого безволосого чудика. Как ни странно для звуков эта пленка вполне проницаема.

– Я-то? – переспросил чудик и почему-то опять захихикал, – Нет, не демон. Хотя мне приятно, что вы подняли меня сразу на несколько рангов, но не демон. Я бес. Низший бес.

Низший бес поежился, засунул руки себе под мышки и мелко затрусился.

– Замерз что ли?

– Есть такое, – признался бес, – На этой скале холодно.

– А чего ты тогда тут торчишь?

– Очевидно, жду кого-то вроде вас.

– Ну вот, дождался. Что дальше?

– Марк, – Лула вмешалась в мою беседу с бесом, – Ты сам недавно говорил Гору, что не собираешься иметь дел с демонами. А сам уже вовсю ведешь беседы о погоде.

– Ну так он не демон, – возражаю.

– А ты откуда знаешь? Может, он соврал... Марк, помоги мне. Я тоже спущусь на эту пленку, – нелогично попросила Лула, – Мне одной страшно.

– Ох, – подошёл к краю площадки и подал руку, в которую она вцепилась мертвой хваткой.

– Ставь сначала одну ногу, – советую Луле, – Как только почувствуешь опору, станет легче.

Лула так и сделала. Она конечно отчаянно трусила, но заставила себя посмотреть вниз под ноги.

– Ох едрить. Дух захватывает, – сказала она.

– А уж у меня как дух захватывает, – мерзкий бес опять захихикал, – Такая сочная девочка, такой великолепный вид снизу.

– Бес, ты охренел? – Лула торопливо подоткнула подол юбки между коленками.

– Конечно охренел, – радостно отозвался бес, - У меня натуральный хренский стояк. Показать?

– Даже не вздумай. Или мы сразу уйдем.

– Как хотите, – бес безразлично пожал плечами.

– Так что дальше, бес? – возвращаюсь к теме прерванного разговора, – Ты не просто так мерзнешь на этой скале.

– Проще будет показать, чем рассказать, – немного подумав, ответил бес.

– Я же сказала, даже не вздумай, – пригрозила Лула.

– Я вообще о другом, – заверил бес, – Посмотрите вон там сбоку у площадки... ну, видите?

– Что мы должны увидеть?

– Плошка, грузик и две трубочки, – нетерпеливо пояснил бес.

– Ну вижу. Что дальше?

– Там все развалили. Нужно сделать, как было.

– А как было? – подхожу к краю площадки, где действительно валяются плошка, грузик и две трубочки. Причем внутренняя справка определила плошку как испорченный артефакт: «только ману переводит».

– Трубочки надо вставить в полости. Там с одной капает зеленая мана, с другой желтая.

– Ага, вижу, – подбираю трубочки.

– Марк, не надо, – испугалась Лула.

– Не бойся. Пока ничего страшного не происходит... Ну вставил трубочки. Что дальше?

– Мана закапала с концов трубочек?

– Закапала.

– Теперь подставь плошку и закрепи грузик. Надо чтобы мана с обоих трубочек капала в плошку.

– Марк, пожалуйста.

– Лула, успокойся. Я, кажется, понял, что это за устройство. Ничего страшного не случится. Хотя, давай поднимемся обратно на камни. Для верности.

Лула быстро перебежала на каменную поверхность. Я тоже перешел с пленки на камни и стал следить. В плошку с двух трубочек закапала мана. С одной – зеленая, с другой – желтая. В плошке эти два вида маны перемешивались, превращаясь в обычную отработку.

Когда количество отработки в плошке перевесило грузик, плошка наклонилась, отработка вылилась. И как положено отработке, она не осталась на поверхности пленки, а пролилась сквозь нее прямо в открытую пасть разинувшего рот беса.

– Теперь поняла, как это работает? Они здесь подкармливали беса отработкой.

– Верно, – подтвердил бес, облизнувшись, – За это я выполняю кое-какие поручения.

– Например?

– Могу позвать кого-то... но сразу скажу, демонов выше седьмого круга звать не буду, а то просят иногда...

– Что просят? – заинтересовалась Лула.

– Просят позвать демона пятого, а иногда и четвертого. Они бы еще князя тьмы позвать попросили. Некоторые сатанисты совсем краев не видят, – наябедничал бес.

– Часто общаешься с сатанистами?

– Извините, это конфиденциальная информация. Сами просите никому про вас не рассказывать, а при этом хотите, чтоб я рассказал про других. Вы там совсем все дурачки. Котлы по вам плачут горючими слезами.

– Бес, ты говори, да не заговаривайся. Иначе хрен что еще получишь.

– Да пожалуйста, могу помолчать, – в аду поднялся сильный ветер, и бес присел на корточки, вжавшись в расселину между камней, – А так могу еще добыть какую-то информацию. Но тоже не любую... до седьмого круга доступа, – не очень понятно добавил он.

– Про ритуал можешь узнать?

– Смотря какой.

– Ритуал отбора верохранилища.

– Ритуал отражения, что ли? – скривившись уточнил бес.

– Да, про него.

– Вот я перед кем сейчас распинался!? – мерзкого беса аж заколбасило от возмущения, – Я же сказал, не выше седьмого круга. Вы чем слушали, пустоголовые?

– Так, что-то меня этот бес начал бесить, – я присел на корточки и вынул трубки из полостей. Плошка наполняться перестала, а мана просто закапала на пленку между мирами, видимо, прямо в нее и впитываясь, потому что лужицы никакой образовываться не начало.

– Трубочки! Оставь трубочки! – скорбно возопил бес.

– Значит так, – ставлю бесу условие, – Раз тебе известно название ритуала, значит уже не такой он и секретный. Мне не обязательно знать все подробности досконально. Достаточно будет того, что узнаешь в открытых источниках.

– А если я ничего не узнаю? – захныкал бес.

– Ничего не узнаешь, ничего не получишь.

– Ладно, я попробую, – бес шмыгнул носом, но вылезшая из носа сопля обратно не втянулась, он размазал ее по тыльной стороне кулака, – Когда вы придете?

– Когда узнаешь, тогда и придем.

– Завтра приходите, – потребовал бес и начал спускаться со скалы.

Некоторое время мы с Лулой смотрели, как он чертыхаясь, пытается не сорваться. В какой-то миг рука его все же соскользнула, и бес покатился кубарем.

– Он не убился ненароком? – спросила Лула.

– Да что с ним сделается. По-моему он просто представление перед нами разыгрывал. Показушная старательность. Как ему бедному тяжко выполнять наши поручения.

Я оказался прав. Бес поднялся как ни в чем не бывало и побежал дальше.

– Пойдем обратно, Марк?

– Пойдем, Лула. Устраивать засаду на сатанистов мы не будем. Пусть уже Покапель почешется.

– Напишу ему, как на поверхность выйдем... подожди еще секунду, сделаю снимок с портрета Мэгры. Коплепокапль к вещественным доказательствам серьёзно относится.

Лула не стала визуализировать ни фотоаппарат, ни смартфон. Видимо ограничилась функцией интерфейса.

Обратно по тоннелям прошли без приключений, а когда выбрались на поверхность, увидели Алесю, сидящую на морде Гора.

– Босс, я вас поджидаю, – обрадовалась мобильная помощница, – Атемита ждет вас в баре.

– О Как. Тогда срочно летим на стоянку.

Гор без подсказок залетел в этажное гнездо и занял парковочное место номер два рядом с пепельным драконом Атемиты. Я поспешил в бар, где застал нашу верховную, расслабленно сидящую за столиком в компании Бар и Бэка.

– Здравствуй, Атемита. Прошу извинить. Не знал, что ты прилетишь.

– Не нужно извиняться, – Атемита тепло улыбнулась, – Марк, я знаю, что ты бог занятой. Все в порядке... покажешь свой офис?

– А ты еще не видела...

– Тебя ждали. Ты теперь там хозяин. Сам и покажешь, как преобразилась седьмая комната.

Офис Атемите понравился, она по-свойски показала мне большой палец, а затем подошла к своему портрету.

– Будто в зеркало смотрю, – поделилась она.

– Так и задумано. Попросили художника изобразить тебя так, как мы привыкли видеть, – пояснил Бэк, – Так для нас родней всего.

– Художника, – повторила Атемита и кивнула задумчиво, – Кстати, Марк, к слову о художниках. Твой красный пиджак отлично вписывается в образ профсоюзного лидера. Он действует на звероголовых как красная тряпка на быка.

– Так и было задумано.

– В этом не сомневаюсь. Но советую приобрести еще один костюм. Сдержанный серый. Не всегда нужно дразнить зверобогов.

– Согласен. Закажу в ближайшее время.

– Можно я закажу, босс? – подала голос Алеся.

– Закажи, Алеся.

– У того же портного?

– Давай, у того же. Он мои мерки знает, – отдав распоряжение, снова поворачиваюсь к Атемите, – Предлагаю присесть за переговорный стол. У нас тут все демократично.

– Ну и хорошо, что демократично, – одобрила верховная и еще раз окинула офис взглядом, – И помощница у тебя толковая и симпатичная, – она кивнула на Алесю, занявшую свое место за секретарским столом.

– А вот сейчас приятно было, – тут же отозвалась помощница.

– Сервисный центр ваш тоже впечатлил, – сказала Атемита, – Чувствуется размах.

– Если позволите, – подал голос Бар, – Озвучу небольшой отчет по итогам последних суток.

– Бросьте, парни, – отмахнулась Атемита, – Передо мной вы отчитываться точно не обязаны.

– Марк с утра в разъездах, – пояснил Бар, – Я все равно собирался докладывать обстановку.

– А, ну тогда ладно. Послушаю с удовольствием.

– Собственно, как раз прошли сутки с момента открытия мелкооптового магазина, – начал Бар, – Боюсь сглазить, но итоги по первым суткам очень хорошие. Только мы сами заработали под семьсот тысяч. Плюс остальные стоянки начали вливать деньги в кассу профсоюза. А это еще полтора миллиона. Я о таких доходах даже не мечтал. Если и дальше так пойдет, у нас есть все шансы выкупить через месяц все стоянки.

– Да уж. Я тоже не ожидал, – поджимаю нижнюю губу, показывая, что впечатлён, – Ну а по нюансам что? Никогда же все гладко не бывает.

– По нюансам это к Бэку, – перевел стрелки Бар, – В этом он у нас спец.

– Ну знаете, – возмутился Бэк, – Сделали меня вестников дурных новостей.

– Ну кому-то надо, – рассудительно изрёк Бар.

– На самом деле особо плохих новостей нет, – Бэк пожал плечами, – Сервисный центр работает. Достраиваем два этажа на поверхности и завтра начнем зарываться под землю, как и планировали. Подземники готовы много покупать и много поставлять. Кстати, у них можно брать желтую, красную, синюю ману. Нам это все нужно.

– Так это отлично.

– Единственный затык – это все те же матрицы пространства. Техноман пока не может сказать ничего определенного. Говорит, на рынке образовался дефицит. Мол Технос чуть ли не лично распределяет, кому давать матрицы.

– И надолго этот дефицит?

– Пока непонятно, – Бэк пожал плечами, – Ходят слухи, Технос запускает новые линии по производству пространственных матриц, но когда они заработают...

– А у нас какие-то новые способности наклевываются? Что-то кроме карманов наша биоинженерия позволяет?

– Увы. Здесь тоже пока по нолям.

– Понял. Это конечно неприятно, когда от кого-то зависишь, но такова данность монопольного бытия. Мы говорим матрицы, подразумеваем Технос. Мы говорим Технос, подразумеваем матрицы.

– Парни, не хотела бы затмевать Бэка по части неприятных нюансов, – сказала Атемита, – Но боюсь, сегодня я буду темным вестником.

– А что случилось?

– Дефицит пространственных матриц возник не только из-за нашего возросшего спроса. Сам Технос тоже резко нарастил потребление в рамках собственной корпорации.

– О, схроны себе клепает?

– К сожалению не схроны. Помните Цетилу, которая пыталась бросить ему вызов?

– А как же, помним. Бронзовая баба со стальными яйцами. Ее трудно забыть. Только Технос ее вроде бы обезвредил.

– Обезвредил, – согласилась Атемита, – Теперь бронзовая баба снова работает на Техноса. Программа по изготовлению големов вышла на стадию промышленного внедрения.

– Они же тупенькие эти големы.

– Ну, Технос считает, чтоб работать водителями и курьерами много ума им и не надо. Первые серийные образцы драголемов уже летают по городу.

– Образцы чего?

– Драголемов. Сокращение из двух слов. Дракон и голем.

– У-у. Так Технос в таком случае совсем не заинтересован продавать нам матрицы. Зачем ему усиливать собственных конкурентов.

– В точку, Марк. Хочу, чтоб ты снова слетал со мной на совет верховных.

– Ты созвала совет. Думаешь, есть шанс надавить на Техноса?

– На этот раз совет созвал Коплепокапль. Так что да, шанс есть. В кои-то веки людобоги со зверобогами на одной стороне баррикад.

– Конечно я с тобой слетаю, Атемита. Тут как бы и обсуждать нечего.

– Тогда полетели, – Атемита поднялась со стула, – На моем драконе даже не опоздаем.

Гор равнодушно проследил, как мы с Атемитой сели в кабину пепельного дракона, который одним толчком мощных лап поднял себя в воздух и стремительно вылетел в арку.

Как и в прошлый раз Атемита заняла самую верхнюю полосу движения для скоростного транспорта, но тут мы увидели того самого драголема, скромно летящего в среднем ряду. Я конечно ко всему привык, тут большинство грузовых драконов – жертвы вырождения, но этот выходец из пробирок бронзовой бабы затмевает все.

– Нет, вы только поглядите, а? – я не удержался от комментария, - Папа Карло о таком даже не мечтал. Грузовой летающий буратин, размах фанерок не меньше двенадцати метров. Это даже не голем, это целый Франкенштейн.

– Действительно, – согласилась Атемита, – Он летает не благодаря, а вопреки законам аэродинамики.

– Его кажется снимают для новостного канала. Вон та бойкая репортерша на виверне мне знакома.

– Его еще и для новостей снимают, – Атемита недовольно оттянула уголок рта и обратилась к своему дракону, – Пепел, сделай это красиво. Все-таки в новости попадем.

Пепел изящным манёвром снизился сразу на два уровня, оказавшись прямо за драголемом, и тут же подал «звуковой сигнал», издав трубный рев, давая понять, что ему загородили пролет.

Летевшая рядом с драголемом репортерша на виверне заметалась, пытаясь уступить дорогу, но только еще больше запрудила дорожное движение, умудрившись занять сразу две полосы.

Пепел похоже только этого и ждал. Мощно взмахнув крыльями, он перелетел через драголема, явно не по правилам. А затем как бы нечаянно задел буратина крылом, а потом еще и хвостом. Летающий табурет на такие турбулентности оказался не рассчитан. Его закрутило, и он рухнул на дорогу.

Пролетающие мимо работяги все видели, и прекрасно осознали суть произошедшего. Проезжая часть потонула в одобрительном реве десятков драконьих глоток. Репортерша все сняла сияя от счастья, новостной сюжетец выйдет горячим.

– Ну вот, – одобрительно резюмировала Атемита, возвращая Пепла на верхнюю полосу, – Теперь можно лететь на совет.

Глава 6

Над городом богов опустился вечер. Богатый особняк, где собираются верховные, залит электрическим светом. Вершина Олимпа тоже светится неоном, но она так высока, что кажется космическим объектом.

Поспевая за Атемитой, я пробежал по парадной лестнице, а затем следом за нею вошел в зал совещаний. Коплепокапль в расслабленной позе развалился на диванных подушках, как отдыхающий зверь. Технос сидит с прямой спиной, он собран и готов к работе, как отлаженный механизм.

При этом оба они смотрят в большой экран, где уже транслируется «первое дорожно-транспортное происшествие с участием драголема». Репортерша ухватила удачный ракурс для съемки. Драголем валится на землю, как подбитый бомбардировщик.

– Ну конечно, – мрачно заявил Технос, – Атемита слишком занята, чтобы придти на совет вовремя. У нее много дел. Например, ронять моих драголемов. Это же поважнее.

– Такова Атемита, ее не исправишь, – с ухмылкой выдал Коплепокапль, - Между прочим Атемита сделала отличный пиар-ход, подала пример всем людобогам. Не удивлюсь, если уже завтра работяги начнут ронять твои этажерки пачками.

– Очень смешно... а впрочем, я даже рад этому краш-тесту. Дам распоряжение инженерам устанавливать дополнительные матрицы усиления, чтобы моих драголемов было не так легко ронять... давайте перейдем к делу, – потребовал Технос.

– Давайте перейдем, – лениво согласился Коплепокапль, – Я вижу, Атемита снова пришла в сопровождении Марка.

– Вы тоже можете привести сопровождающих, – парировала Атемита, – Я возражать не стану.

– Спасибо. Нам с Техносом сопровождающие не нужны. Мы и так справляемся.

– Ага. Тешьте себя. Характерная мужская гордыня. Типа все сам, – Атемита усмехнулась, – Ну а мне нет нужды доказывать самой себе собственную самостоятельность. Я пригласила Марка, потому что он умеет говорить с вами на одном языке.

Верховная независимо уселась на диван. Надо сказать, она ловко преподнесла факт моего прихода на совет. Мол она может позволить себе просить чью-то помощь. А ее оппоненты считают себя для этого слишком важными персонами. В сущности она права.

– Один ноль в пользу прекрасной Атемиты, – Коплепокапль галантно признал поражение в маленьком споре, – Я не против Марка. Он и вправду мыслит по-деловому. Я бы сказал, что его красный пиджак выглядит несколько вызывающе, но тут, как говорится, дело вкуса.

– И глупым гусарством не занимается, – недовольно добавил Технос, – Итак, в чем ваша претензия?

– Ты прекрасно знаешь в чем претензия, Технос, – сказал зверобог, – Нарушение соглашения об использовании монополии.

– Где вы видите нарушение? – возразил Технос, – Драголемы будут использоваться только для внутренних нужд корпорации. Это, как говорится, наше внутреннее дело.

– Технос, ваше «внутреннее дело» составляет чуть не половину рынка грузовых перевозок, – возразила Атемита, - Сейчас на тебя работают тысячи людобогов. Ты собираешься оставить их без работы под предлогом «внутреннего дела». Не занимайся демагогией.

– Но формально это так, – твердо сказал Технос, – Никакого нарушения использования монополии здесь нет. Сперва проконсультируйся с юристами, Атемита.

Верховная перевела взгляд на Коплепокапля, ожидая от него поддержки, но тот лишь покивал, соглашаясь с Техносом.

– К сожалению, Технос прав, – сказал он, – Использовать или не использовать драголемов для внутренних перевозок корпорации, решает сама корпорация.

– А зачем ты тогда созвал совет, Коплепокапль? – гневно спросила верховная.

– По другому вопросу, хотя и связанному с первым, – ровно ответил тот.

– Сразу нельзя было озвучить?

Коплепокапль тонко улыбнулся. По озорному блеску в его глазах понятно, что сделал он это умышленно. Заставив Атемиту ввязаться в спор, не зная предмета разговора, он заставил ее выглядеть глупо. Что тут скажешь, зверобог явно старый интриган. Он сравнял счет: один-один.

Впрочем, Атемиту это не смутило. Она мгновенно расслабилась. Меня вообще поражает, с какой легкостью наша верховная переходит из «боевого» режима в полный релакс и наоборот. Мне есть чему у нее поучиться, как впрочем, есть чему поучиться и у других присутствующих.

– У меня нет времени наблюдать за вашими стычками, – раздраженно напомнил о себе Технос, – Переходите к делу или я уйду.

– Перехожу к делу, – зверобог взял деловой тон, – Претензия заключается в том, что ты, Технос, перенаправил матрицы пространства на нужды собственного производства. А нас ты оставил ни с чем. И не говори, что это твое «внутреннее дело». Как монополист ты несешь ответственность. Ты создал искусственный дефицит.

– Да где он искусственный? Я и так продолжаю поставлять на рынок огромные объемы матриц.

– Слово «огромные» не является юридическим термином, дорогой Технос.

– Людобоги разогнали спрос на матрицы со своей биоинженерией, – возразил технобог, – Если бы не они, дефицита не возникло бы.

– Не надо валить на людобогов, – включилась Атемита, – Людобоги монопольного соглашения уж точно не нарушали.

– А вот на этот раз с Атемитой согласен, – сказал Коплепокапль, – Возросший спрос с тебя ответственности не снимает.

– Твоя-то какая печаль? – поморщился Технос, – Зверобогов это не коснулось.

– Как же не коснулось. У нас стройки встали. Мы несем убытки, – пояснил Коплепокапль, – Либо решаем сейчас, либо я подаю на тебя в суд. Решай сам. Хочешь со мной судиться...

– С тобой судиться бессмысленно... что ты хочешь?

– Ты должен ограничить внутреннее потребление, это очевидно.

– Хорошо, – согласился Технос, - Половина вам, половина мне.

– Нормально ты на троих поделил, – усмехнулся Коплепокапль.

– У меня тоже производство встанет. Это тоже убытки, – уперся технобог.

– Тридцать процентов, – Коплепокапль произнес веско, – Тридцать процентов оставляешь под своё производство, остальное выбрасываешь на рынок. Или пусть суд решает.

– Ладно, черт с тобой, – рыкнул Технос, – Тридцать так тридцать. У тебя все?

– Все.

– До свидания, – технобог первым отправился на выход.

Мы с Атемитой вышли следом.

– За весь разговор я не произнёс ни слова, – я поделился с Атемитой, когда мы полетели обратно, – Помощник из меня вышел так себе.

– Нет, Марк, ты ошибаешься. Твое присутствие было важно, – не согласилась верховная, – Ты олицетворяешь профсоюз. Старым интриганам приходится с этим считаться. Без тебя итог беседы мог выйти иным.

– И каким мог выйти итог?

– Они бы поделили дефицит между собой, а людобогам кинули бы обглоданную кость.

– Понятно. Обеспечение по остаточному принципу.

– Типа того. Еще и цены бы нам задрали.

Когда мы с Атемитой вернулись на стоянку, Алеся доложила, что несмотря на поздний вечер Бар и Бэк дожидаются нас не в баре, а в офисе. Ну что ж, ребята понимают, что новости мы принесем важные, возможно даже судьбоносные.

– В общем так, – начал я, когда мы расселись за переговорным столом, – Две новости. Одна так себе, а вторая полное дерьмо. С какой начать?

– Давай сначала ту, что еще можно жрать, – попросил Бар, – Полное дерьмо оставим на закуску.

– Технос взял на себя обязательство выкидывать на рынок семьдесят процентов матриц пространства.

– А до этого он что с ними делал? – спросил Бэк, – В задницу себе засовывал?

– Если так, то в его заднице теперь можно открывать еще один червеполитен, – предположил Бар, – Места хватит.

– Нет, ребята. Он пичкает матрицами своих драголемов.

– Ему можно, – согласился Бэк, – У него этих матриц как у дурака фантиков. Кстати, в баре ребята стоя аплодировали, когда в новостях показали, как вы подрезали того драголема.

– А теперь дерьмовая новость. Технос собирается полностью заменить нас на своих драголемов.

– Действительно дерьмовая. Марк, надо что-то делать. Половина наших останется без работы.

– Боюсь, помешать Техносу мы не сможем, – вместо меня ответила Атемита.

– А зверобоги? Они вроде в этот раз на нашей стороне баррикад.

– Я ошибалась. Они просто хотели выбить под себя нужные объемы поставок, чтобы закрыть свои потребности. На нас им плевать.

– Дела, – Бар побарабанил пальцами по столу, – Марк, но ведь мы не позволим парням загнуться? Мы же все-таки профсоюз.

– Поможем, конечно, не вопрос. Но искать выход все равно нужно.

– А какой тут может быть выход?

– Искать свою нишу. Как оказалось, одними пространственными карманами не прокормишься, а из других сфер нас начали выдавливать. И можете не сомневаться, это только начало. Технос упорный как бульдозер, будет переть до конца.

– Марк, у меня есть идея, – просветлел Бар, – Вы с Атемитой сегодня подали отличный пример когда свалили драголема...

– Я понимаю, к чему ты клонишь, Бар. Но Технос очень скоро усовершенствует своих крылатых буратин. Валить станет сложнее.

– Тем больше азарта, – не согласился Бар, – Мы назначим негласную премию за каждого сбитого драголема. А так же почетный знак на фюзеляже в виде носатой головы в колпаке.

– Ну не знаю. Нас обвинят во вредительстве. Подключатся копы. Зверобоги встанут на сторону Техноса, можешь не сомневаться.

– А мы будем давать премию только за чистую работу. Чтоб не подкопаться было. Поверь, Марк, наши парни водят драконов столетиями. А кто-то имеет и за тысячу годков стажа. Будут валить их так, чтоб Буратин носа не подточил.

– Ну хорошо. Мысль красивая. Но сразу скажу. Если вся эта акция начнет скатываться в откровенный криминал, я ее тут же сверну.

– Все сделаем в лучшем виде, – пообещал Бар, - Предлагаю платить по пять тысяч кворков за каждого сбитого драголема. Сумма вроде и не маленькая, но и не слишком крупная. Если на штраф налетишь, премией не покроешь.

– Согласен. Пусть будет пять тысяч за сбитого и две тысячи за временно выведенного из строя.

Решение, на мой взгляд, сомнительное и сильно отдает авантюризмом, но, поставив на сердце скреп, я на него пошел. Атемита, сославшись на занятость, улетела на своем Пепле куда-то в направлении открытого космоса, а я с ребятами спустился ненадолго в бар, где меня поджидала Лула.

Долго сидеть настроения не было. Я посмаковал стаканчик сомы и объявил, что иду спать. Лула тоже пошла. День выдался насыщенный, она была только рада добраться до подушки.

Но на следующее утро я, только продрав глаза, сразу пошел в офис. Меня не оставляет предчувствие, что за обстановкой надо следить со всей бдительностью. Предчувствие не обмануло. Я даже в офис подняться не успел. Тормознул у висящего над барной стойкой экрана.

Бойкая симпатюля репортерша в прямом эфире берет интервью не у кого-нибудь, а у Бара. Причём все это происходит где-то в двух шагах от заправки на нашей стоянке под открытым небом.

– В сети набирает бешеную популярность флешмоб «подрежь буратинке нос», – бойко щебечет репортерша, – В связи с этим только за утро полиция зафиксировала свыше двадцати дэтэпэ с участием драголемов. Как вы можете это прокомментировать?

– Я? – Бар с неприязнью посмотрел на микрофон, сунутый ему под нос, – Не знаю, как комментировать. Наверно эти драголемы плохо подходят для полетов в условиях плотного городского трафика. Поэтому и попадают в дтп слишком часто.

– Но есть информация, – не отстает репортерша, – Что профсоюз назначил премию за вовлечение драголемов в дорожные происшествия.

– Какая незадача, – посетовал Бар, – Лично у меня такой информации нет.

– Но камеры дорожной фиксации показывают, что их постоянно подрезают, – репортерша не оставляет надежды вывести Бара на чистую воду, только Бар «тёртый карась», на чистую воду выводиться не желает.

– В городе богов все друг друга подрезают, - он продолжает отвираться на хрустальном глазу, – Увы, все спешат. У всех срочные дела. Только раньше это не приводило к падению транспортного средства так часто.

– Вы думаете, драголемов вывели на дороги неподготовленными без должного тестирования?

– Это пусть решает дорожная полиция, – отморозился Бар, – Вопрос не в моей компетенции. Извините, у меня дела.

Бар тактично свалил, оставив репортершу у заправки. Она еще пыталась приставать в очереди за арбузиком, но парни ее дружно игнорировали. В итоге репортерша прекратила прямой эфир и свалила на своей виверне.

– Бар, такими темпами мы разоримся на премии, – я выразил озабоченность, когда тот появился в баре.

– Не так все печально, Марк, – довольно ответил Бар, – Из всех случаев дэтэпэ едва ли треть произошла с участием парней из профсоюза.

– О как. А остальные что, случайно произошли?

– Нет конечно. Просто это резко вошло в моду. Все подряд хулиганят, пару подрезок устроили технобоги.

– Да уж. Дурной... хороший пример заразителен.

– Пресс-служба Техноса уже выступила с заявлением, что драголемов отправят на доработку. Ведь это результат, Марк.

– Результат, конечно. Хотя проблемы он не решит. Технос оснастит драголемов всякими усилителями и выпустит обратно на дороги.

Лула отписалась, что у нее появились новости, поэтому в офис так и не поднялся. Парни сами знают, что делать, я вернулся на парковку в кабину Гора.

– Марк, спецназ Коплепокапля ждет нас у воронки, – отчиталась она.

– Да неужто сподобились. Не будем заставлять ждать таких серьезных ребят... Гор полетели.

Увидев пятерку бойцов еще на подлете, сразу понял, что это именно бойцы, даже скорее воины: два бога войны, два бога стихии и разрушений, а пятый вообще бог смерти. Он так и стоит в характерном черном балахоне с косой в костяной руке, вместо лица белый череп.

– Не обращайте внимания на Дэсфа, – приветливо сказал бог войны, поздоровавшись со мной за руку, – Он сегодня не в духе. С утра ходит в боевой ипостаси. Он так-то славный малый.

Может, он и славный, может, он даже и малый, но я всю дорогу старался близко к Дэсфу не приближаться, а то ещё махнет косой ненароком. Мы с Лулой провели спецназеров по всем местам посещений. И по тоннелю прошли, и показали схрон, где Техоня изваял статую, а в конце привели в пещеру сатанистов, где на стенке изображен портрет матери Мэгры.

– Задачу понял, – заверил меня бог войны, – В пещере оставим засаду. Тоннели будем прочесывать.

В качестве засады оставили одного Дэсфа, а остальные пошли прочесывать. Лично мне оспаривать такое решение даже в голову не пришло. Я почему-то решил, что Дэсф с лёгкостью управится с любым количеством сатанистов. Он сел на камень, положив свою косу на колени и уставился на портрет Мэгры.

– Марк, он так и будет неподвижно сидеть? – осторожно спросила Лула, косясь на бога смерти.

– Не знаю. Пусть сидит. Может, ему портрет понравился.

Этот Дэсф за все время совместного похода не проронил ни слова, и у меня нет желания завязывать с ним непринуждённую беседу. В конце концов нам тут есть с кем поболтать. Мы с Лулой прошли в центр пещеры и спустились на пленку между мирами. Бес уже поджидает нас на своей стороне. В аду сегодня особенно ветрено. От холода бес отстукивает зубами чечетку.

– Узнал что-нибудь?

– Кое-что узнал, – радостно сообщил бес, – Ты трубочки сразу воткни на место. Пусть плошка наполняется, пока я буду рассказывать.

Я усмехнулся, но спорить не стал. Вернул трубочки на место, плошка начала наполняться отработкой.

– Рассказывай.

– Значит так. Для ритуала отражения требуется зеркало. Особое! Оно должно быть изготовлено здесь.

– В смысле здесь? В аду что ли?

– А ты тупой что ли? – сразу вскинулся бес, - Конечно в аду.

– Ну а как оно должно попасть сюда?

– Через парадные ворота. К нам не все проваливаются через дыру. Некоторые заходят нормально, как разумные существа.

– У вас еще и парадные ворота имеются.

– Конечно имеются. Для дорогих гостей, – бес горделиво подбоченился, – У нас вообще много чего имеется.

– То есть зеркало, которое использовалось в ритуале, находится в городе богов?

– Момент...

Бес предупредительно задрал вверх когтистый указательный палец и разинул рот, чётко угадав момент, когда наполненная отработкой плошка опрокинется.

– ...а-а, хорошо... – проглотив отработку, бес закатил глаза от наслаждения, – ... сейчас кайфану.

– Э, але. Я тебе вопрос задал, – возмутился я, но бес только расплылся в дурацкой блаженной улыбке.

Глава 7

Ругаться на вштыренного беса бесполезно, мы просто решили подождать, когда он слегка оклемается, предварительно вынув трубочки из плошки. Надо было это сделать раньше, захочет ли он с нами теперь говорить, неизвестно.

Через полминуты бес разлепил-таки зенки и посмотрел на меня более-менее осмысленно.

– Зеркало, бес, – напоминаю заданный вопрос, – Зеркало, которое требуется для ритуала отражения. Оно находится в городе богов?

– Таких зеркал в городе богов хватает, – сообщил бес с ухмылкой, – Но найти такое зеркало бывает очень непросто.

– Почему?

– Потому что оно невидимое.

– Бес, ты часом сейчас не привираешь? Как можно пользоваться невидимым зеркалом?

– Оно не только невидимое, его и потрогать не сможешь, до тех пор пока...

– До каких пор?

– Э, ты почему трубочки вынул? – возмутился бес.

– Трубочки верну, когда ответишь на вопросы, так как увидеть это зеркало?

– Как только будут созданы условия для ритуала.

– Ну нет бес. Твоя информация бесполезна. Это из разряда пойди, не знаю куда, найди, не знаю что.

– Я не специалист по зеркалам, – оскорбился бес, - Что знаю, то рассказываю.

– Ну тогда отработки больше не получишь.

– Подождите, – драматично крикнул бес, будто решился выдать важную тайну, – Я скажу вам, кто специалист по зеркалам.

– Слушаю.

– Трубочки... – прохныкал бес.

– Слушаю.

– Его зовут Чомадей. Он демон шестого круга. Возможно, он согласится с вами говорить.

– Каким образом? Ты его сюда позовешь?

– Нет конечно. Сюда он не пойдет. Но если вы придете к главному входу, он выйдет.

– Ну и что толку от твоих откровений, бес? Искать главный вход так же бесполезно, как невидимое зеркало.

– Ничего подобного, – заверил бес, – Про главный вход в вашем городе многие знают, просто не афишируют. Я дам тебе схему. У меня с собой.

Бес извлек непонятно откуда, чуть ли не из своего ребра, какую-то затертую тряпку или бумагу с корявым схематичным выцветшим рисунком.

– Что это за пергамент такой? – спрашиваю недовольно, – На нем почти ничего не разобрать.

– Как не разобрать? Почему не разобрать, – начал горячиться бес, – До тебя все разбирали, один ты разобрать не можешь. Все видно... пергамент ему подавай. Где я тебе в аду возьму пергамент? Хоть бы один умный попался.

– А что это тогда?

– Срезал кусок кожи со спины одного грешника. Ничем не хуже пергамента. Вот смотри, здесь место, где ты сейчас находишься. Соображаешь?

– Соображаю.

– Вот так пойдёшь из пещеры, вот стрелочка. Потом свернешь вот здесь, – бес нетерпеливо водил по куску кожи черным когтем.

– Подожди, – прервала его Лула, – Растяни в руках, я снимок сделаю.

– Во! Дамочка соображает, – похвалил бес и, поднявшись на цыпочки, приложил схему к плёнке между мирами, придавив ладонями, – Если бы еще не прятала то, что у нее под юбкой...

– Успокойся, – огрызнулась Лула, – Сделала снимок. Давай дальше.

– А что дальше? Я все понятно объяснил. По схеме придете в предбанник ада. Там на воротах дежурный. Скажете, чтоб позвал Чомадея. Яснее некуда... трубочки, трубочки...

– Бес с тобой, – я вернул трубочки на место, – Получишь свою отработку, но сначала скажешь, где искать Мэгру.

– Мне-то откуда знать? – опять захныкал бес, – В аду ее не было.

– Точно не было?

– Точ...

– Не смейте говорить с бесами, – вдруг прошелестел безжизненный негромкий голос, заставивший беса заткнуться.

Я и не заметил, как к нам подошел бог смерти по имени Дэсф. Он пнул плошку с отработкой, и та улетела в другой угол пещеры. Трубочки разлетелись за камни. Даже находящийся за непроницаемой пленкой другого мира, бог смерти беса напугал, тот просто кубарем скатился со скалы и бросился бежать.

– Ну спасибо тебе, Дэсф. Очень помог.

– Не благодарите, – так же безэмоционально сказал Дэсф, а затем вернулся к камню, на котором сидел до этого. Сел, отвернулся и снова уставился на портрет.

– Отличный пример розыскной работы, – сказал я Луле, скривившись, – У Коплепокапля все спецы такие принципиальное?

Лула пожала плечами, что могло означать, что угодно. Пожалуй, тут и вправду нечего комментировать. Если зверобоги взяли на эту работу Лулу, которая зверобогиней не является, проблема с кадрами у них существует.

– Пойдем, Марк. Попробуем найти этот предбанник ада. Торчать здесь смысла больше нет.

Дважды мы думали, что сбились с пути или дурная бесовская карта врет. А если и не врет, то масштабы в ней совершенно точно не соблюдены. В какой-то миг решили, что на этом хватит. Глупо верить бесу.

В конце концов если бы в этих тоннелях и вправду имелся какой-то официальный вход в ад, о нем бы все знали. Администрация города просто не смогла бы скрывать подобное.

– Если верить карте, в этом гроте должна быть высечена в скале голова демона, но я не вижу никакой головы.

– Я тоже не вижу, Марк. Мне это надоело.

Мы развернулись, чтобы отправиться обратно, и увидели Дэсфа, стоящего в каких-то пяти шагах.

– Дэсф, блин, напугал. Какого черта ты шёл за нами? Ты же должен сидеть в засаде.

– Не поминайте черта, – прошелестел Дэсф, – Я хочу извиниться. Мне не стоило вмешиваться в ваш разговор с бесом.

– Что уж теперь. Извинения приняты. Пойдем обратно.

Дэсф с места не сдвинулся.

– Чтобы увидеть высеченную в скале голову демона, нужно смотреть более масштабно, – сказал он.

– Не понял.

– Отойдите подальше от стены... еще дальше... голова размером во всю стену.

– Ах ты ж, точно, – мы с Лулой поняли, что искали не в тот масштаб.

– Теперь видите?

– Теперь видим.

– Вон та арка – это рот демона. Это и есть официальные ворота ада.

– То есть ты и раньше знал про эти ворота, Дэсф?

– Мой допуск по уровню секретности позволяет, – пояснил Дэсф.

– Спасибо. На этот раз ты на самом деле помог.

– Не благодарите, – Дэсф развернулся и пошел обратно.

Оставшись вдвоем, мы с Лулой приблизились к арке. Ведь не раз и не два скользили по ней взглядом, но взгляд проскальзывал, будто замыленный, хотя она действительно похожа на разинутый рот. Опасливо двинулись в темноту этого рта.

– Я надеюсь, нам не придется спускаться по пищеводу до выходного отверстия, – мрачно пошутила Лула.

– Не придется, достаточно дойти до гланд, – успокоил я Лулу.

Обладая ночным зрением, я уже увидел запертые ворота в ад. Когда до них осталось сделать несколько шагов, над воротами зажегся прожекторный свет, очень яркий, неприятно режущий глаз.

– Вы подошли к вратам ада, – противно заверещал динамик, – Назовите цель визита или покиньте это место.

– Хотим говорить с демоном шестого круга мастером зеркал Чомадеем, – озвучиваю громко.

– Положите ваши дары в чашу для подношений, – опять прогремел из динамиков скрежещущий по нервам голос.

Как иллюстрация к сказанному, возле входа на самом деле факельным светом подсветилась черная каменная чаша на постаменте.

– Какие еще нафиг дары? – кричу в сторону ворот, – Мы так-то к нему не свататься пришли, а по делу.

– Без даров встреча не состоится, – рявкнул динамик.

– Ну а что за дары нужны, хоть скажите?

– Принесите в жертву новорождённого бога...

– А гланды не слипнутся?

– ...или хотя бы святого.

– И борща два ковша?

– ... или оскверненного ангела, – упорно настаивает динамик.

– Марк, это бред какой-то. Мы теряем время.

– Ты права. Пошли отсюда. Я все ждал, когда будет подвох от беса. Ну вот он...

Обратный путь показался каким-то очень долгим. Так бывает, если сходил куда-то зря. А по-всему выходит, что сходили зря. Вроде своими глазами увидели ворота в ад, но впечатления далеки от экскурсионных.

Заходить в пещеру, где на стреме сидит Дэсф, не стали. Итак потеряли полдня. Сразу поднялись в верхние заселенные тоннели. Немного не дойдя до воронки, выводящей на поверхность, обнаружили оживлённое движение среди местного населения. Тут же кстати подвернулась и Пулька.

– Пулька, привет. Что тут у вас за паломничество к святым местам?

– Это не паломничество, – улыбнулась Пулька, – Все хотят посмотреть подземный торговый центр. Наши техники пробили к нему тоннель.

– Не понял. Что еще за торговый центр?

– Ну под вашей стоянкой, – пояснила мне Пулька, как непонятливому.

– Ах, под нашей... лихо Бэк работает. Уже пустил в эксплуатацию подземный этаж. Ну пошли, Пулька, посмотрим вместе. Надеюсь, в нашем торговом центре имеются сомовые леденцы.

По свежепробитому тоннелю дошли до входа с весёленькой неоновой надписью «добро пожаловать»

– Ну вот, не то что врата ада. Чувствуется сервис и благожелательность к посетителям, – сказал я с чувством удовлетворения.

В грузовые ворота местные «шахтеры» закатывают тачки, тележки и даже цистерны, впряженные в подземных червей, не таких огромных, как в подземке, само собой. На пункте выгрузки сырья у них принимают ману и сому, взамен выдавая талоны с указанием суммы, на которую они могут отовариться.

С этими талонами подземники, улыбаясь, устремляются в торговый зал, в котором можно приобрести все от матриц до кухонных занавесок. Поток покупателей впечатляет, и хочется надеяться, что он не оскудеет.

Вручив Пульке пакетик с вкусняшками, мы с Лулой оставили ее внизу, а сами поднялись наверх на служебном лифте. Увы, в целях конспирации местных жителей мы решили наверх не пускать. Впрочем, наверх они и сами не стремятся.

Гор получил указание перелететь на парковку, Лула захотела посидеть в баре, а я был отловлен Бэком, который потащил меня на осмотр гостиничного этажа.

– Марк, количество номеров увеличено втрое, пора тебя заселять куда-то, – сказал Бэк, – А то наш лидер ночует в драконе, как будто мы на тебе экономим. Ей богу, перед богами неудобно.

– Как раз наоборот, Бэк, – возражаю, – Я в какой-то степени личность медийная. Должен показывать заботу о рабочих, а не о себе любимом. Даже у Атемиты теперь своего угла нету. А я и подавно перебьюсь.

– У Атемиты такой дракон, что никакого угла и не надо, – возразил Бэк.

– Так и у меня в Горе места хватает... Бэк, я не против пожить в шикарных апартаментах, но сейчас это будет выглядеть вызывающе. А занимать тесную каморку нет смысла. В моей кабине те же условия.

– Ладно, Марк, как скажешь, – согласился Бэк со вздохом.

– Но раз уж зашли в крыло гостиничного комплекса, показывай, что вы тут понастроили.

– Комнаты только двух типов, Марк. По периметру с окном на улицу у нас так называемые двухместки.

Завхоз открыл одну пока еще пустующую.

– Ну что, скромненько, но со вкусом, – делюсь впечатлением, – Кровать большая двуспальная, кухонный столик, три стула, даже гостей можно звать. Диванчик опять же втиснулся.

– А внутренние номера одноместные, – Бэк открыл другую комнату, не имеющую настоящего окна, – Тут пеналы совсем узкие, поэтому оснастили панорамными экранами во всю стену. Можно задать любой пейзаж: берег моря, горы и так далее.

– Тоже неплохо... а что, одноместные пользуются спросом? Тут места даже меньше, чем в кабине моего Гора.

– Конечно пользуются. В основном таксисты снимают. В вивернах спать можно только сидя. Мы цену загибать не стали. Семь кворков сутки. Даже дешевле, чем в общаге. А в общагах спят по четверо на двухъярусных кроватях.

– Неплохо, Бэк. Только окупится такой гостиничный этаж не быстро?

– По нашим меркам небыстро, – усмехнулся Бэк, - А так у нас на этаже полсотни номеров, которые приносят около четырёхсот кворков дохода в сутки. За два года вложения полностью отобьются. Хорошо, знаешь ли, не платить налоги.

Возле меня визуализировалась Алеся.

– Босс, к вам посетитель, звать?

– Кого еще принесло? – спросил вместо меня Бэк.

– Доктор психиатрии, – доложила помощница.

– Вот те раз, – озадачился Бэк, – Я с психиатром последний раз общался лет триста назад, когда у нас ввели обязательное психиатрическое освидетельствование. Что ему от нас нужно?

– Не ему, а ей, – поправила Алеся.

– Похоже, я ее знаю, – отмахиваю рукой, прерывая дискуссию, – Зови ее в офис, Алеся. Куда теперь деваться.

– Марк, я тогда не нужен? – Бэк навострил лыжи, явно не горя желанием общаться с психиатром.

– Справлюсь как-нибудь.

Вместе с Алесей пошел к офису, находящемуся на том же гостиничном этаже, и перед дверью столкнулся нос к носу с суккубой.

– Марк, какая встреча, – суккуба улыбнулась своей призывной улыбкой, обещающей райские кущи.

– Здравствуйте, доктор, – рефлекторно сглатываю пересохшим горлом, – Прошу вас в мой скромный офис.

Суккуба вплыла в помещение, покачивая бёдрами и распространяя вокруг себя тугие волны эротики. Алеся отмерила суккубу воинственным взглядом, каким смотрят на появление конкурента.

– О, какая милашка, – суккуба уселась на стул, закинув ногу на ногу, и окинула помощницу встречным взглядом.

– А вот сейчас... совсем не обидно было, – воинственно ответила Алеся.

– Алеся, помоги Бэку, я поговорю с доктором с глазу на глаз.

Алеся независимо мотнула гривой, как необъезженная кобылка, и исчезла, послав на прощание суккубе испепеляющий, как ей наверное кажется, взгляд.

– Какие страсти у вас тут кипят, Марк, – произнесла суккуба низким своим блядским хрипловатым голосом, – Горной фее дали немножко искусственного интеллекта, но умнее она от этого не стала.

– Чем могу быть полезен, доктор? – перевожу разговор в деловое русло.

– Марк, может быть, мы перейдем на ты? После того, что между нами было, выкать как-то пошло.

– Как скаже... шь, – соглашаюсь преувеличенно бодрым голосом, – Давай на ты.

– Я, собственно, по делу, – заявила суккуба и посмотрела на меня многообещающе, – Ты зарегистрировал общественное движение.

– Есть такое, – не вижу смысла отпираться, – Зарегистрировал.

– Ну вот, – сказала суккуба, как бы подводя итог, – Сотрудники должны пройти освидетельствование у психиатра.

– А, понял. В штате кроме меня еще двое. Позвать?

– А надо? – суккуба усмехнулась, а я пожал плечами.

– Если есть возможность не отрывать их от работы, то лучше не отрывать.

– Вот и я так считаю, что отрывать ни к чему, – согласилась суккуба, – Осмотрю сегодня только тебя.

– Что? Штаны снимать?

– А ты шутник, – докторша рассмеялась, запустив стаю будоражащих томительных мурашек, – Снимем и штаны... но, сегодня для разнообразия я бы хотела сделать осмотр хотя бы на кушетке... если не найдется нормальной кровати.

– Найдется, прошу за мной, – сообщаю галантно.

Мы ушли в ту комнату двухместку, что недавно показывал мне Бэк. У меня, как хозяина здания, имеется самый главный админский доступ.

Сегодня суккуба решила не спешить и осматривала меня без спешки, в разных позициях, на разных скоростях и с перерывами на отдых между подходами.

– Ну вот, теперь я за тебя спокойна на какое-то время, – удовлетворённо заключила суккуба, - Где-то тут моя докторская шапочка... а, вот она... не помню, когда положила ее на подоконник.

– Это я положил ее на подоконник. Она почему-то тебе помешала, когда ты решила меня осмотреть у окна при дневном уровне освещения.

– Да, наверно, – лениво согласилась суккуба, – Шапочка роняла тень на осматриваемый орган.

– Можно задать вопрос? – спрашиваю осторожно.

– Попробуй.

– Как вызвать из ада демона шестого круга?

– Оп-па, – суккуба приподнялась на локте и заглянула мне в глаза, – Я надеялась, ты спросишь, как меня зовут.

– Я думал, кто узнает имя суккубы, тот получает ней власть.

– Тем более, – суккуба вздернула изящную бровь, – Разве ты не хочешь получить надо мной власть?

– Предпочитаю свободу для себя и для других.

– А демон тебе зачем? Кстати, имя его хоть знаешь?

– Чомадей.

– Вот как. Мастер зеркал. Ты опасен, маркировщик Марк.

– Нет что ты. Я как раз наоборот хочу предотвратить ритуал, а не совершить его.

– Поняла. Ну что ж. Пожалуй, я смогу помочь тебе в таком благородном начинании. Но тебе придётся принять меня к себе штатным психиатром.

– Я согласен.

– Гекта.

– Что?

– Меня зовут Гекта.

Глава 8

Мы вышли с Гектой из двухместного номера и почти сразу столкнулись с Лулой.

– Марк, я тебя потеря... – увидев суккубу, Лула осеклась.

– Лула знакомься, – каким-то чудом удерживаю невозмутимый покер-фейс, – Это Гекта. Наш штатный психиатр. Она поможет нам связаться с Чомадеем.

– Очень, приятно, Лула. Рада знакомству, – Гекта едва заметно вскинула брови, как бы признавая, что до этого неверно оценивала количество кипящих вокруг меня страстей. Кроме Алеси еще и Лула.

– Я рада, конечно, – с нескрываемым подозрением ответила Лула, – Но медицинский халатик выглядит как-то вызывающе.

– Мне потребуется ровно две минуты, – с холодной улыбкой пообещала Гекта, – Моя виверна на парковке. Я быстро переоденусь.

– А мы прямо сейчас собираемся идти к вратам ада? – встреваю в беседу, – Скоро вечер. Дорога не близкая.

– Не переживай, Марк. До врат ада я вас быстро доставлю, – промурлыкала суккуба, – Коротка дорога до отчего дома.

– Мы будем ждать у лифта, – сухо ответила Лула.

Как только Гекта отошла, Лула округлила глаза, выражая отношение к происходящему.

– Какого черта, Марк? Где ты ее подцепил?

– А вот заводиться совершенно излишне. Цепляют шлюх, а Гекта дама серьезная, уж поверь.

– Охотно верю, – призналась Лула, – Она меня даже пугает.

– Не бойся. Раз она больше не живет в аду и стала богиней, значит она теперь одна из нас. В смысле, на нашей стороне.

– Уверен?

– Ну... так.

– Вот именно, что «так».

Гекта не обманула. Уже через две минуты она подошла в облегающем костюме из черной кожи, которому, пожалуй, в магазине для взрослых нашлось бы место рядом с докторским халатиком и шапочкой.

– Я готова, – она звякнула железной набойкой на остром каблуке.

Мы спустились на лифте в подземный этаж, а затем прошли метров пятьсот по тоннелю, пока не скрылись от глаз подземных жителей.

– Минуту, Марк, – попросила Гекта, – Вызову транспорт.

Сам я не заметил, как в ее руке появилась трёххвостая плеть. Гекта хлестнула плетью по стене тоннеля и произнесла несколько слов на языке, которого я никогда не слышал. Земля под ее ногами вздыбилась, и из нее вылез очень крупный бледный червь.

– Прошу садиться, – любезно предложила суккуба, – Он быстро домчит.

Это действительно оказался очень резвый, я бы даже сказал, бешеный адский червь. Подарил нам двадцать минут захватывающих дух ощущений американских горок. Домчал быстро.

Второй раз за сегодняшний день мы подошли к вратам ада. Снова резанул по глазам колючий свет внезапно зажегшихся прожекторов. Снова захлестал по ушам противный давящий звук из динамиков:

– Вы подошли к вратам ада. Назовите цель визита или покиньте это место.

А вот дальше вперед выступила Гекта и сценарий резко, я бы сказал, кардинально изменился.

– Ты что там, черт, совсем берега попутал? – страшным голосом прокричала суккуба, пусть и с приставкой бывшая, – Я тебя загоню под шконку, будешь хлебать с параши. Ты на кого тявкать вздумал, шавка?

Динамик взвизгнул, пискнул и замолк. Отворилась неприметная калитка, из которой выскочил реальный черт в косо надетой фашистской каске. Подбежав к Гекте, он рухнул на брюхо, попытавшись подобострастно обмести языком ее сапог. Каска от этого маневра слетела с рогатой башки и покатилась, по кастрюльному брякая на камнях.

– Виноват, госпожа. Бес попутал. Как есть бес попутал. Век воли не видать. Простите меня, – черт начал биться головой о камень с явным намерением расшибить... уж не знаю, камень расшибить или лоб, но что расшибить, это точно.

– Черт с тобой, – сжалилась Гекта, – Значит так, сейчас быстро метнешься на шестой круг, скажешь Чомадею, что Гекта его ждёт у ворот.

– А как же я пост оставлю...

– Ты еще здесь?

– Бегу... бегу... – черт молниеносно скрылся за калиткой, не забыв, впрочем, слетевшую каску подобрать.

Не прошло и получаса, как в эту же калитку протиснулся крупный демон, обвешанный осколочками зеркал, как новогодняя елка игрушками. Пошарив налитыми свиными глазками, он равнодушно скользнул по мне и Луле, но как только увидел Гекту, взгляд его в миг наполнился почтением.

– Приветствую тебя, Гекта, – прогудел он, – Ад понес невосполнимую утрату, когда ты ушла. Меня просили сказать, что твое место не занято. Если ты захочешь вернуться...

– Я не захочу вернуться, – жестко оборвала его Гекта, – Я хочу, чтобы ты ответил на несколько вопросов.

– В знак памяти и безмерного уважения... спрашивай.

– Спрашивать буду не я... Марк, начинай.

Я с трудом удержался, чтобы не откашляться. Выказывать нерешительность в этой ситуации совершенно точно будет неполезно.

– Я хочу узнать про зеркало для ритуала отражения, – высказываюсь расплывчато, давая демону возможность самому выбрать, с чего начать.

– Смотря что, ты хочешь узнать, – как положено демону, он ответил так же неопределённо.

– Меня интересует зеркало для ритуала Мэгры, – вношу уточнение.

– Я его делал, – просто ответил демон.

– Где оно сейчас?

– Понятия не имею. Я его вынес сюда за ворота. Мэгра его забрала.

Понимаю, что клятый демон не скажет ничего по своей инициативе. В какой мере будет точный вопрос, в такой мере будет точный ответ.

– Для ритуала Мэгры можно использовать только одно конкретное зеркало?

Демон одобрительно хмыкнул, признавая, что на этот раз я сформулировал вопрос так, что он вынужден отвечать.

– Да, для ритуала Мэгры можно использовать только то зеркало, что я ей передал.

– Но ведь в городе богов может находиться еще несколько подобных зеркал...

Демон промолчал, потому что вопрос пока задан не был.

– Почему другие зеркала не могут быть использованы?

– Потому что то зеркало еще не потемнело.

– Поясни, – чувствую, что на этот раз могу потребовать более развёрнутого ответа.

– Когда ритуал завершается, зеркало теряет невидимость. Оно чернеет. Если хочешь, оно становится анти-зеркалом. По завершению ритуала оно будет только поглощать, не отражая вообще ничего. Тогда ритуал можно будет провести еще раз уже с другим зеркалом.

– То есть существует что-то вроде привязки к конкретному зеркалу. Ритуал Мэгры не был завершен, зеркало не почернело, а значит другие зеркала не сгодятся?

– Не сгодятся, – подтвердил демон.

– Но если зеркало все это время было у Мэгры, почему она не использовала его раньше?

– Не знаю, – ответил демон, но по тому, как метнулся в сторону его взгляд, я догадался, что он не договаривает. Что-то он все-таки знает или подозревает.

Как же, черт возьми, сформулировать вопрос?

– Мэгра могла потерять это зеркало, – рассуждаю вслух, – И пришла к тебе, чтобы ты помог его найти.

– Я уже сказал, что не могу в этом помочь. Пока зеркало не потемнело, оно для меня невидимо.

– Так, – вдруг вспыхивает догадка, – Мэгра попросила тебя сделать дубликат.

– Это невозможно, – категорично ответил демон, и я отметил, что его слова прозвучали слишком уж поспешно.

– Но она к тебе обратилась с такой просьбой?

– Нет, – ответил демон и ухмыльнулся, полагая, что выкрутился из неудобного вопроса.

Теперь я точно вижу, что демон не договаривает. Но что именно он не договаривает? И тут до меня доперло.

– К тебе обратилась не сама Мэгра, а кто-то от имени Мэгры?

– Да, – нехотя подтвердил демон.

– Кто?

– Этого я сказать не могу. Соглашение о конфиденциальности.

Черт бы их побрал с этой принципиальностью. Бес выдавать имена отказался, теперь этот тоже отказывается.

– Ну ладно. Где находится зеркало, ты не знаешь. Сделать дубликат ты не можешь. Ты совсем ничем не помог тому, кто просил тебя от имени Мэгры?

Демон промолчал.

– Ну что промолчал, демон? Чем-то ты все-таки помог. Чем?

– Все артефакты рано или поздно стекаются на блошиный рынок, – нехотя ответил демон, – Рано или поздно там окажется и зеркало. Это все. Ничего другого я не сказал.

– Спасибо и на этом.

– Глупо говорить демону спасибо, – ухмыльнулся демон, – Ни одному богу не придет в голову нас спасать.

Демон вернулся в ад, а мы так же быстро вернулись к поверхности, еще раз прокатившись на бледном черве. Гекта щелкнула плетью, червь нырнул в землю, как в воду.

– Надеюсь, смогла помочь, – сказала Гекта, когда червь уполз.

– Еще как помогла, мы получили новую информацию. Спасибо, Гекта. Если хочешь, можешь занять двухместный номер. Профсоюз предоставляет бесплатно.

– Вообще-то у меня есть жилье от коммунальной службы Верзивульфа. У него я тоже зачислена в штат, – раздумчиво сообщила суккуба, – Но я подумаю. Спасибо за предложение.

Мы поднялись на поверхность на служебном лифте. Гекта вежливо отказалась от стаканчика сомы, сославшись на дела. Я галантно проводил ее до виверны.

– С тобой весело, Марк, – поделилась она перед тем, как сесть в кабину, – Не хочешь посмотреть мою квартирку? Поможешь определиться, остаться в ней или переехать в ваш комплекс.

– К сожалению не в этот раз. Я вижу на парковке пепельного дракона Атемиты.

– Понимаю. До встречи, Марк.

– До встречи, Гекта.

Спускаясь с парковки, я гадал, куда идти в офис или в бар. Решил все-таки идти в бар и не ошибся. Атемита сидит за столиком в компании Бара и Бэка. Лула тоже успела к ним присоединиться.

– Рассказывай, Марк, – верховная отсалютовала стаканчиком сомы, – Лула говорит, вы успели побывать у врат ада.

– Успели и даже кое-что выяснили, – я кратко пересказал наши приключения.

– Что думаешь делать дальше? – спросила Атемита.

– Завтра смотаюсь на блошиный рынок. Вариантов особых нет. Где искать Мэгру, по-прежнему непонятно. Я уже понял, что в аду ее нет. Остается искать в городе богов. Но прячется она хорошо.

– Есть еще одно место, где может прятаться Мэгра, – сообщила Атемита, – У нее есть верохранилище. Как минимум в теории она может находиться и на Олимпе.

– Мне к сожалению путь на Олимп закрыт.

– Зато мне не закрыт. Попробую пробить по своим каналам, – пообещала Атемита.

– Отлично. Спасибо.

– Не за что благодарить. Одно дело делаем. Причем оно касается всех нас. Лула говорит, зафиксировано еще два случая пропажи людобогов в подземке.

– Я не в курсе.

– Только что пришла информация, – пояснила Лула, – Не успела тебе сообщить. Еще двоих перевели из статуса «в розыске» в статус «пропавших». Итого уже пятеро.

– Вот я и говорю, что это наше общее дело, – резюмировала Атемита, – Людобоги просто обязаны сплотиться. И ты, Марк, делаешь для этого просто громадные шаги.

– Тогда за всех нас, – Бар поднял стаканчик с сомой.

– За всех нас, – все тоже подняли стаканчики, чтобы чокнуться.

– А у нас по итогу дня в деньгах и в товаре больше четырех миллионов, – похвастался Бэк, – В основном конечно в товаре. Но при желании товар конвертируется в кворки.

– Вы молодцы, – поразилась Атемита, – Как вы умудрились столько заработать?

– Это все благодаря финансовому гению Марка. Наша стоянка конечно является локомотивом прибыли, но без остальных сорока семи стоянок мы бы и пятой части от этой суммы не заработали.

– Тогда за Марка, финансиста и исследователя подземных тоннелей.

– Вы меня только не перехвалите, – протестующе отгораживаюсь ладонями.

– Да мы только один раз. За один раз заразиться звёздной болезнью не успеешь.

Посидели еще с полчаса. Новый бармен прибавил звук трансляции футбольного матча на скандальном моменте. При счете ноль-один, игрок проигрывающей команды получил красную карточку за использование магии на поле. Парни переключили внимание на игру.

Атемита сказала, что в футболе ничего не понимает, зато у нее еще куча дел. Я вызвался провожать ее на парковочный этаж, чтобы заодно под этим предлогом завалиться спать.

– Лула, идешь?

– Посижу еще, – ответила Лула, – Марк, можешь меня не ждать. Бэк сказал, для меня найдётся свободная однушка, если ты не против.

– Я не против.

Мы с Атемитой дошли до ее дракона.

– Завтра постараюсь что-то выяснить, Марк, – напомнила она перед кабиной, – Ты завтра не собираешься в тоннели?

– Пока не собираюсь. Надеюсь, буду на связи.

Проводив верховную, залез в кабину к Гору.

– Долго ты собираешься динамить девчонку, парень? – буркнул Гор, – Перед суккубой-то ты быстро снял штаны.

– Ты кого имеешь ввиду, Гор?

– Лулу конечно, не Атемиту, – хмыкнул старик.

– Не знаю, Гор. Суккубе не нужны отношения. Ей достаточно секса без обязательств.

– И тебя это устраивает, – констатировал дракон.

– Меня это не напрягает... все, я сплю.

Утром разбудила Лула. Старикан ей явно симпатизирует. Впустил в кабину, не спрашивая меня.

– Марк, хорош дрыхнуть, – Лула бесцеремонно присела на край кушетки и потрясла меня за плечо, – Блошиный рынок скоро откроется.

– Что так сразу, а? – ворчу спросонья, – Сначала надо принять ванну, выпить чашечку кофе.

– Ванны бывают только в люксовых апартаментах. Ты слишком большой скряга, чтоб себе это позволить... но стаканчик бодрящего коктейля я тебе принесла.

– И на том спасибо.

– Гор, взлетай, – по-хозяйски распорядилась Лула, и ведь старый хрен слова не сказал. Послушался, как так и надо.

Пока летели, я окончательно проснулся, коктейль в самом деле оказался бодрящим. Несмотря на раннее утро, место для парковки у блошиного рынка нашли только со второго круга.

– Они спят вообще? Что они все сюда слетелись в такую рань?

– Не ворчи, Марк. Тебе это не идет, – попросила Лула, – Наверно настоящие ценители старины слетаются так рано неспроста.

– Охотно послушаю твою теорию.

– Демон сказал вчера, что все потерянные артефакты рано или поздно попадают на блошиный рынок. Ну вот. Охотники за артефактами приходят пораньше, чтобы успеть купить какую-то редкость, что приползла туда за ночь.

– Любопытная теория. Ты думаешь, потерянные артефакты сами собой ползут ночами в сторону рынка?

– Не придирайся к словам. Пошли.

Выйдя из кабины, мы почти сразу заметили Мисюсю, сидящего у ворот и громко предлагающего услуги оценщика. Проходящие мимо посетители шарахаются от Мисюси также как и раньше.

– Мисюся, привет.

– Марк, Лула, – оценщик обрадовался нам как родным, – А я все жду, когда вы заглянете.

– Ну вот, заглянули. Маленький стаканчик сомы?

– Самый маленький стаканчик, – уточнил Мисюся и облизнулся.

Тут же в ларьке я купил для него стопочку сомы.

– А Горушка с вами?

– С нами. Но ты сходишь к нему чуть позже. Сначала поможешь нам найти одну вещь.

– Это вы по адресу, – заважничал Мисюся, – Я тут все знаю. Какая-то конкретная вещь?

– Нам нужно найти зеркало для ритуала отражения.

– Это очень плохая вещь, – перепугался Мисюся.

– Вот поэтому мы ее и ищем. Чтоб не случилось чего дурного.

– Да-да, – закивал Мисюся, – Зеркалу не место на рынке. Ему место под замком... пойдемте.

Мисюся снова привел нас в самую старую часть рынка, где практически нет покупателей, где отрешённо замерли за прилавками потемневшие от времени боги-продавцы.

И вот вроде бы блошиный рынок совсем невелик. Плутать здесь по идее просто негде. Но как и в прошлое посещение, у меня полное ощущение, что без Мисюси я бы эту часть рынка просто не нашел.

– Бабушка Сирануш, – Мисюся почтительно заглянул в глаза старой богине, – Бабушка Сирануш, я привел покупателя.

– Что желаете купить, молодые люди? – проскрипела бабушка.

– Мы ищем зеркало для ритуала отражения.

– Редкая вещь, – со смаком произнесла старая богиня, – Такие артефакты делают только в аду.

– А у вас есть?

– Завалялось одно, – не стала отнекиваться бабушка, – Еще найти бы его. Оно так спрячется, что не найдешь, – бабуська зашарила руками под прилавком, – Где-то оно у меня было... да... в коробке из под конфет... хорошая коробка, приметная... если в такую коробку не уберешь, ни за что не найдешь...

Мы терпеливо ждали, чем закончатся поиски бабушки Сирануш.

– Ну вот, точно, – обрадовалась бабушка.

– Нашлось? – обрадованно выкрикнули мы с Лулой.

Глава 9

– Не нашлось. Вспомнила! Я его уже продала.

– Когда продали?

– Так вот недавно совсем. Вчера. Или нет. Позавчера продала.

– А кому продали?

– Кому продала-а, – с сомнением протянула бабушка, будто мы поставили перед ней нерешаемую задачу, – Кому-то из зверовых.

– Зверобогине?

– Зверобогине... зверобогу... когда лицо от тебя прячут не больно разберешь, но ухо звериное торчало вроде кошачьего, это я заметила.

– Черт, это наверное была Мэгра, – воскликнула Лула.

– Может, и не Мэгра, а кто-то из ее помощников, но зеркало мы упустили, это факт.

С базара уходили в подавленном настроении, Мисюсина болтовня воспринималась как надоедливый комариный писк. Мы подвели его к «Горушке», а сами с Лулой залезли в кабину. Мисюся признался старикану в дружбе и что-то лепетал про старые времена. Гор демонстративно закатывал глаза, но оценщика это не останавливало. Он продолжал трепаться, пока мы не взлетели.

– Куда теперь, Марк? – грустно спросила Лула, – По-моему зацепок больше не осталось. Остается только присоединиться к Дэсфу в надежде, что сатанисты объявятся в той пещере.

– Нет смысла торчать в пещере. Дэсф с этим справится без нас. Атемита обещала кое-что поузнавать на Олимпе... о, вот и сообщение от нее. Уже ждет нас в баре... Гор, давай на стоянку.

Верховная дожидалась нас за столиком в одиночку. Видимо, Бар и Бэк занимаются текущими делами, а другие работяги подсаживаться к ней за столик не решаются. Да и некогда им особо. С утра бар практически пуст.

– Привет, Марк. Привет, Лула, – Атемита как всегда жизнерадостна, – Имела сегодня тяжеленький разговорчик с Олимпийским оракулом... есть там один такой многознающий.

– Здравствуй, Атемита. Есть новости?

– Только если считать новостью отсутствие новостей. По крайней мере оракул точно исключил, что Мэгра может находиться на Олимпе.

– Ну... уже что-то. В аду ее нет. На Олимпе – нет. Значит, она в городе богов. Остается малость, как-то ее найти.

– Мне нравится твой оптимизм, Марк, сегодня он нам пригодится.

– Вообще-то, это был сарказм.

– То, что нужно, – Атемита нисколько не смутилась, – Нам пригодится твой оптимистичный сарказм. Он разбавит пессимистичную серьезность Коплепокапля и Техноса.

– Опять ехать на стрелку?

– В точку, Марк. Зверобог ноет с самого утра. Опять созвал совет.

– Раз такое дело, я готов.

– Я в тебе не сомневалась. Тогда полетели, – Атемита поднялась из-за столика, – Два старых сухаря уже ждут... да, кстати, Лулу они тоже хотят видеть.

– Что-то новенькое, – удивилась Лула, – Но раз надо...

Через двадцать минут мы толкнули золоченую парадную дверь зала советов. Технос и Коплепокапль традиционно уже здесь. Мы традиционно в статусе опоздавших.

Однако, к моему удивлению, на этот раз упреков за опоздание не прозвучало, технобог со зверобогом припасли для нашей верховной претензию посерьезней.

– Я ценю твое рвение, Атемита, – заявил Технос, как только мы вошли, – Но поставить в известность оракула с твоей стороны было опрометчиво.

– А что не так? – Атемита независимо уселась, откинувшись на спинку дивана.

– Говоря простым языком, оракул растрепал на весь Олимп, что Мэгра в городе богов готовит политический переворот, – мрачно пояснил Коплепокапль.

– Оракул вечно сгущает краски, – легкомысленно отмахнулась Атемита, – Он все время предсказывает жуткие катаклизмы. Пока еще ни один не сбылся.

– Но к его словам наверху относятся серьезно, – озабоченно возразил зверобог, – У меня, знаете ли, праймериз, а тут Олимп встал на уши так не кстати.

– Так вот почему ты так издергался, – догадался Технос, – Боишься не переизбраться на очередной срок.

– Знаете, на вашем месте я бы тоже отнесся к этому серьезней. Если, конечно, вы не хотите решать городские проблемы с Мэгрой. Она и раньше была дамочкой, мягко говоря, экстравагантной, а что с ней стало за последние пять тысяч лет, я лично предсказать не берусь.

– Не понял, при чем здесь Мэгра?

– При том, дорогой Технос. Тогда пять тысяч лет назад она мне проиграла. Формально я обошел Мэгру, потому что моё хранилище веры было больше... существенно больше.

– Да ну, бред. Кто поддержит Мэгру?

– А тут и поддерживать не надо. Если она все-таки проведет этот ритуал, ее хранилище вырастет на порядок. Она просто формально обойдет меня в рейтинге.

– Погоди, ты сказал - на порядок. Это у кого она должна отобрать объем хранилища, чтобы так скакануть?

– А не нужно большого объема. Этот ритуал называют отбором хранилища, но это не точное название. Происходит гораздо более сложное явление. Хранилища не складываются друг с другом, а вкладываются друг в друга. А затем происходит резкое расширение.

– Ага. Теперь понятно, почему зашевелились на Олимпе. Мэгра даже там может кого-то подвинуть.

– Наконец-то до вас дошло, – Коплепокапль скривился, – Я надеюсь, вам не нужны потрясения, как и мне.

– Не нужны, – согласился Технос, – Ну а что ты хочешь от меня?

– Не только от тебя. Ото всех вас. Атемита, надо отдать ей должное, занимается этим делом. Технос, ты тоже должен включиться на полную.

– Хорошо, сегодня же поставлю на уши службу безопасности корпорации, – пообещал Технос, – Что-то еще?

– Отправь своих безопасников на сегодняшние дебаты, – потребовал Коплепокапль, – Зная характер Мэгры, от нее стоит ждать публичной провокации. Не удивлюсь, если свой ритуал она захочет провести прямо на площади при широком скоплении зверобогов.

– Сделаю. Сгоню туда всех, кого только можно.

– Спасибо, Технос... теперь, что касается вас, Марк и Лула. К вам та же просьба. Вы успели многое узнать про Мэгру, я имею ввиду не только и не столько ее внешность, сколько ее психологический портрет. Постарайтесь раскусить ее следующий ход.

– Сделаем, что в наших силах.

– Меня можешь отдельно не агитировать, – Атемита предвосхитила аналогичное обращение, – Мэгра похитила для ритуала несколько людобогов. Хочу лично нацепить ей двимеритовые наручники.

– Я в тебе и не сомневался, – кивнул зверобог, – Еще для сведения. По новостям уже начали крутить объявление, но я хочу, чтоб вы услышали лично от меня. Десять миллионов кворков за поимку или существенную помощь в поимке Мэгры. На этом у меня все.

Мы вернулись в кабину, точнее в апартаменты Пепла. Атемита смешала коктейли и подала нам с Лулой. Сама она тоже взяла стаканчик и забралась в кресло.

– Падайте, ребята, не стесняйтесь... ну, как вам мандраж в исполнении великого Коплепокапля?

– Мандраж впечатлил.

– Угу. До икоты почти. Видать, жарко у него подгорает.

– Еще бы, – Атемита отпила из стаканчика и довольно улыбнулась, – Я тоже руку приложила. Навела сегодня шухера на Олимпе.

– А не перебор? – спрашиваю осторожно, – Может, не надо было шевелить Олимп?

– Надо. Еще как, – Атемита оживилась, – Иначе эти старые хрены не почешутся. А так теперь с самого верха следят, чем закончится история с Мэгрой. Копель с Техносом будут землю рыть, чтобы сохранить статус-кво. Оба давно могли бы сидеть на Олимпе. Но здесь у них очень уж доходные места.

– Какие в этом свете наши дальнейшие действия? – дисциплинированно задаю вопрос верховной.

– Да, собственно, те же самые действия. Продолжайте расследование... пожалуй, я бы прислушалась к опасениям Копеля. Очень уж в духе Мэгры устроить провокацию в оживленном месте.

– А где вообще эти дебаты будут проходить? Он что-то говорил про площадь.

– Слетаем прямо сейчас, – предложила Атемита, – Осмотримся на месте.

Лететь оказалось недалеко. Уже через несколько минут Пепел садился на парковку у площади.

– Второй диаметр, – сообщила Атемита, – Работяги здесь не бывают. В этот райончик вхожи только состоятельные господа. Здесь у зверобогов и проходят дебаты.

До начала праймериз еще много времени, но зевак уже сейчас собралось немало. Все-таки событие знаковое. Переизбрание главы фракции. На большом площадном экране крутят новости.

Коплепокапль не соврал. За поимку Мэгры предлагают десять лямов. Обыватели качают головами и перешучиваются, какая мол досада, жаль мол, что в поимке Мэгры ничем не могут помочь. Десять лямов им, видите ли, лишними не будут.

Мы ввинтились в толпу, всматриваясь в лица, отслеживая реакции. Очень скоро мы начали отличать спецназовцев Коплепокапля и эсбэшников Техноса. У них такие же цепкие сосредоточенные взгляды, как и у нас. Что вообще-то чести ни им, ни нам не делает. Нас выделить и вычислить в толпе слишком легко.

Себе подобных мы видим, а вот с обнаружением провокаторов пока круглый ноль. Так-то провокаторы тоже не дураки. Они могут до последнего стоять среди обывателей и лупать глазами, изображая жадную до зрелищ массовку.

Вся надежда на случайность, вдруг кто-то из них себя выдаст. Но если честно, я не люблю полагаться на случайность. Конечно, каждый может рассчитывать на долю везения. Только я бы предпочел задействовать свою долю везения в более важных случаях, чем отлов провокатора в толпе. Свое везение я бы приберег на тот случай, когда без везения точно не обойтись.

Горожане все прибывают. Проталкиваться через толпу становится все труднее, всё бессмысленнее. По-хорошему надо менять тактику, только дельных идей у меня нет.

– Марк, – Лула дёрнула за рукав и приблизила губы к моему уху, – Дэсф изловил-таки кого-то.

– Отлично. Всяко лучше, чем тыкаться наугад. Где он?

– Везет сюда.

– Что, прям сюда на площадь? – удивилась Атемита, услышавшая последние слова Лулы.

– Момент, – Лула переключилась на внутренний интерфейс, - Тут рядом отделение полиции.

Мы выбрались из толпы и быстро нашли здание полицейского участка. Одновременно с тем, как мы подошли ко входу, возле здания приземлился дракон с эмблемой спецназа эсбэзэ. Из дракона вышли двое. Прилично и подчёркнуто скромно одетый бог в сером костюме и закованный в наручники патлатый лохмач с вызывающим горящим взглядом.

– Не узнали? – неприметный серый костюм застенчиво улыбнулся, – Я тот самый Дэсф.

– О...

– Вышел из боевой ипостаси, – пояснил Дэсф, – В городе это было-бы как-то неприлично...

– Рад знакомству... в небоевой ипостаси. Кого это ты изловил, Дэсф?

– Давайте зайдем в здание. Там пообщаемся.

Бунтаря с пылающим взглядом завели в допросную и пристегнули к столу, стол в свою очередь болтами прикручен к полу. Подозреваю, сам пол тоже как-то намертво к чему-то прикреплен.

– Ну рассказывай, – усаживаюсь за стол напротив бунтаря, – Как такого красавца схомутали?

– Пришел с бесом пообщаться, – тут же сдал красавца Дэсф, – Так хотел с ним поговорить, что меня не заметил.

– О как... ну и что ты хотел выспросить у беса?

В ответ патлатый бунтарь зашелся безумным смехом.

– Я чет не понял, – переспрашиваю у Дэсфа, – Они там с бесом друг другу анекдоты рассказывали?

– Какие там анекдоты, – отмахнулся Дэсф, – Бес инструктировал его по проведению ритуала.

– А конкретней?

– Конкретней не могу сказать, – Дэсф пожал плечами, – Как только я подошел, бес пустился наутек.

– Ну а ты, что скажешь? – снова обращаюсь к бунтарю, который вроде бы отсмеялся.

– Что скажу? – озлился бунтарь, – Скоро скажу не я. Скоро мы перевернем этот загнивший мир. Отражения изменят полюса.

– Это ты о чем?

– Сам знаешь, о чем, – сквозь зубы процедил бунтарь, – Я о ритуале. Вы не сможете ей помешать.

– А ей - это кому? Уж не Мэгре ли?

– Ты осведомлён, – бунтарь недобро сощурился, – Но твоя осведомлённость тебе не поможет. Мы ударим в самый центр! Волна прокатит по всему миру. И не надейтесь отсидеться на Олимпе. Не поможет.

– Последние слова, я так понимаю, адресовались в мой огород, – уточнила Атемита.

– В твой, чей же еще, – высокомерно подтвердил бунтарь, – Мы до всех доберемся...

– Ну это все лирика, а ты пока еще не на митинге, – прерываю разошедшегося бунтаря, – Где будет проведен ритуал?

– Больше я вам ничего не скажу, – бунтарь гордо вздернул подбородок, давая понять, что наговорился.

– Скажешь, – не согласился Дэсф, доставая удавку хаоса, – Или отправишься в ад.

– Вздумал пугать адом сатаниста? – получив новый повод для болтовни, бунтарь, видимо, передумал молчать, похоже бедолагу распирает от желания высказаться, – Валяй. Так даже лучше. Я ворвусь в первых рядах вместе с воинством тьмы! Слышишь меня, смерть? Тебе меня не остановить!

Взгляд его стал совсем безумным. Бунтарь окончательно впал в неистовство, речь потеряла остатки связности. Мы вышли в коридорчик, оставив возле него Дэсфа.

– По-моему он несёт бред, – высказала Лула очевидное предположение.

– А если не бред? – возразила Атемита, – Мы не знаем, что там решила накрутить Мэгра с этим ритуалом.

– Хорошо, допустим, что не бред, – соглашаюсь, – Допустим, Мэгра и в самом деле накрутила и решила сделать ритуал еще более масштабным.

– Чтобы ритуал стал более масштабным, нужно больше энергии, где она ее возьмет?

– А что если место выбрано не только ради пафоса? – высказываю догадку, – На площади собираются тысячи. Это же прорва энергии.

– А ведь точно. Она хочет принести в жертву всю толпу.

– Как там сказал этот бунтарь? Что-то про центр...

– Мы ударим в самый центр... как-то так, – припомнила Лула.

– ... волна прокатится по всему миру, – добавила Атемита, – А что если он имел ввиду буквально центр площади? Самый рациональный способ сразу охватить наибольшее количество жертв.

– Точно, попробуем вытянуть из него еще что-то.

Открываю дверь допросной, но в допросной только один обескураженный Дэсф. На столе только пристегнутые к скобе наручники.

– Дэсф, что случилось? Ты его в ад отправил?

– Это не я, – Дэсф виновато развёл руками в стороны, – Я к нему даже не подходил. Он сам разогнал в себе хаос. Отправился в ад добровольно.

– Черт с ним, уже не важно. Дэсф, давай с нами. Самый центр площади.

Выбежав из отделения полиции, увидели, что площадь теперь забита как селедочная бочка. Коплепокапль уже начал выступать перед общественностью, докладывая о процветании города и преуспеянии его граждан.

Дэсф начал срочно тараторить в переговорный артефакт, вызывая подкрепление в самый центр площади. Мы тоже решительно вклинились в толпу, но очень скоро перестали понимать, а где тут собственно центр. Надо было попытаться взлететь над площадью на драконе, подсказал сильный задний ум.

Ну что уж, теперь поздно думать, теперь остается только трясти, в смысле проталкиваться дальше. Попытался переключиться на тонкое видение, но мне это никак не помогло. Теперь я вижу только скопления энергий живых существ, а ритуал наверно должен сопровождаться какими-то специфическими энергетическими выбросами. Знать бы еще какими... и тут я увидел, как в нескольких шагах от меня закрутилась и начала разрастаться черная воронка.

– Вот она, – заорал я, указав пальцем на воронку в лучших традициях Гоголевского Вия.

На мое указание тут же бросилось несколько спецназеров и эсбэшников. Я переключился на нормальное видение и увидел ее, женщину в капюшоне, читающую с закрытыми глазами ритуальный речитатив.

Спецназеры схватили женщину за руки с двух сторон, но женщина продолжает бубнить, не раскрывая глаз.

– Поднимите ей веки... в смысле заставьте ее заткнуться, – прокричал я.

Кто-то из спецназеров понял, чего я хочу, и тряхнул дамочку так, что та клацнула зубами и сбилась с речитатива. У кого-то обнаружился артефактный кляп молчания, который запихали ей в рот. Черная воронка резко начала уменьшаться в размерах. Успели, кажись.

Женщину отконвоировали в отделение и усадили за тот же стол, за которым еще недавно сидел безумный бунтарь.

– Дайте ей таблетку от хаоса, – потребовал я.

– Зачем? – грубо переспросил спецназовец, пристегнувший наручники к скобе.

– Сделай, – жестко надавил Дэсф.

Спецназовец пожал плечами, вытащил кляп и засунул ей в рот пилюлю, которую дамочка попыталась выплюнуть. Применив спецсредства, которые по словам спецназовца используются на поле боя для оказания помощи тяжелораненым, пилюлю все же загнали ей в пищевод.

– Вы все равно меня не удержите, – провыла дамочка.

– Снимите уже с нее капюшон, – попросил я, – Хочется посмотреть на Мэгру вживую.

Услышав эти слова, Мэгра засмеялась безумным смехом, а я поздравил себя с дальновидностью. Пилюля ей точно не помешает. Кто-то скинул капюшон. Я вгляделся в ее лицо... и не только я. Мы с Лулой воскликнули одновременно:

– Черт возьми, это не Мэгра!

Глава 10

Поначалу пойманная зверобогиня отказывалась говорить. К ней было применено спецсредство номер два «коктейль правды», которое было доставлено в пищевод посредством спецсредства номер один «при оказании первой помощи при тяжелых ранениях». Спецназовцы хоть и простые парни, но исполнительные. Так что говорить ей все-таки пришлось.

– Как вас зовут? – задаю первый положенный, как мне кажется, вопрос.

– Мое имя больше не имеет значения. Я от него отказалась.

– Спецсредство номер два точно работает? – выражаю сомнение.

– Точно, – подтверждает боец.

– Работает, – добавляет другой.

Как бы то ни было, собравшиеся в допросной бойцы, включая Дэсфа, не оспаривают моего права задавать вопросы, а потому задаю второй, как мне кажется, положенный вопрос.

– Что за ритуал вы пытались провести?

– Ритуал смены отражений.

Что-то меня ее ответы начинают напрягать. Она отвечает не то, что я от нее жду.

– Вы хотели сказать ритуал отражения? – пытаюсь уточнить.

– Я ничего не хотела говорить, тупица, – презрительно выплюнула из себя богиня, – Это вы меня заставили коктейлем правды.

– Походу с бесом вы много общались. Нахватались от него?

– Да много. Бес многому меня научил.

– Это был риторический вопрос. Но я только рад, что вы заодно ответили и на него... итак, ритуал отражения и ритуал смены отражений – это два разных ритуала?

– Ты просто гений, смазливый мудак в красном пиджаке. Да это два разных ритуала.

– Ну хорошо, с этим позже разберемся. Кто еще состоит в вашей группе?

– Все разбежались, как до дела дошло, – зло заявила дамочка, – Один только со мной оставался до последнего дня. Но и тот на площадь не пришел. Все струсили.

– Это вы про такого патлатого с горящим взглядом?

– Да, – удивилась богиня, – А ты откуда знаешь?

– Здесь вопросы задаю я, – многозначительно вставляю фразу из фильмов про копов, – А Мэгра?

– А что Мэгра? – не поняла дамочка.

– Мэгра разве не состояла в вашей группе?

– Как она могла состоять в нашей группе, если вы держите ее у себя в застенках? – зверобогиню перекосило от злобы, – Мы для того все и затевали, чтобы ее освободить.

– О как... – поворачиваюсь к Луле, – Мэгра в застенках?

Лула отрицательно помотала головой и приставила указательный палец к виску, давая понять, что эта бунтарка такая же невменяемая, как и ее «сбежавший» напарник.

– То есть Мэгры с вами не было?

– Конечно не было, тупица.

– Тогда откуда взялся ее портрет на стене пещеры?

– Тот, кого ты называешь патлатым, нарисовал по сохранившимся копиям, – сообщила дамочка.

– В таком случае кем для вас является Мэгра?

– Мэгра наш символ борьбы за новое мироустройство, – голос богини начал разрастаться, что я, как невольный доктор, посчитал тревожным симптомом. Не знаю, что прописал бы ей психиатр, а мне остается надеяться на пилюлю от хаоса.

– Значит, мироустройство вам не нравится.

– Кучка отбросов узурпировала власть. Мэгра пыталась восстать, и хотя ее заточили, дело ее живет.

– Ее дело? – понимаю, что требовать связности рассуждения от фанатиков бессмысленно, но что-то я должен спрашивать.

– Ее записи сохранились.

– О, и где же они хранятся?

– В аду! Под троном князя тьмы, – поведала богиня с фанатичной убеждённостью, – Не я, так другие проведут ритуал смены отражений. Миры перевернутся. Все, кто сейчас у власти, свалятся вниз, а те, кто находится в самом низу, возвысятся.

– Понимаю. Револт, он же революционный переворот. Кто был ничем, тот станет всем. И как всегда без бесов не обошлось.

– А вы ничем не лучше бесов, – убеждённо заявила богиня, – Бесы хотя бы не скрывают, что они бесы.

– С этим не поспоришь, – признаю обоснованность последнего тезиса, – Бесы своей природы не скрывают... ну и в чем суть этого вашего ритуала переворота... или как там... ритуала смены отражений?

– На первом этапе прямо там на площади должны были разверзнуться врата ада. Легионы демонов прямо сейчас готовы к внезапному нападению. Всех вас сбросят в ад, а здесь воцарится новый порядок.

– Полный бред, – не выдержал Дэсф, – Все, чего она могла добиться – это десяток невинных жертв. Сама она, кстати, тоже стала бы точно такой же жертвой.

– Лжёшь, мерзавец, – возопила богиня, – Ты ничего не знаешь!

– Я-то как раз знаю, – спокойно парировал Дэсф, – Это как раз входит в функции эсбэзэ. Бес тебя развёл, как дурочку.

– Ну и ладно, – вдруг согласилась богиня, – Продолжай пребывать в неведении. Однажды ты проснёшься, и будет поздно. Легионы ада пройдут победным маршем по вашим площадям.

– Вообще-то, я склонен согласиться с Дэсфом, – решаюсь привести аргумент от себя, – Ворота ада и так не заперты. Я буквально вчера там был.

– Лжецы-ыыы, – взвыла явно обманутая богиня.

– Ну хорошо, – я невольно поморщился, это больше похоже не на допрос, а на постановку диагноза буйного пациента, – Последний вопрос. Где зеркало?

– Какое зеркало? – не поняла богиня.

– Для ритуала требовалось зеркало? Ритуал как бы исходя из названия его подразумевает.

– Я сама должна была стать зеркалом, – выспренно выдала дамочка, – Я готова была пойти на эту жертву.

Я перевёл на Дэсфа вопросительный взгляд, и Дэсф утвердительно кивнул, мол так и есть.

– В таком случае больше вопросов не имею.

Вместе с Атемитой, Лулой и Дэсфом вышли из допросной комнаты.

– У меня какое-то двоякое чувство, – сообщаю несколько растерянно, – Вроде бы сделали хорошее дело. Предотвратили омерзительный теракт. Но в деле Мэгры не продвинулись ни на шаг.

– Марк, мы проверили и отбросили ложную версию. Это тоже результат, – сказала Лула.

– Как-то меня это несильно успокаивает. Ладно, дело к вечеру. Я так понимаю, праймериз прошли успешно.

– Почти никто ничего не заметил, – подтвердил Дэсф, – Мы пустили слух, что одна дамочка перебрала с коктейлями и ее пришлось увести.

Расселись по драконам. Дэсф полетел докладывать начальству, Атемита улетела в Олимпийские выси, а мы с Лулой отправились на стоянку.

– А ты разве не должна сделать доклад начальству? – спрашиваю у Лулы, развалившейся на кушетке.

– Уже, – ответила Лула, – Строчу отчет через сеть.

Посадив Гора на парковке, оставил Лулу дописывать доклад, а сам пошел в офис, где застал Бара, Бэка и Алесю, причем Бар с Бэком держат в руках белые чашечки.

– Впервые вижу посуду отличную от стакана, – говорю с порога.

– Кто же пьёт кофе из стакана, – лениво ответил Бэк и с наслаждением отпил.

– Ого. Откуда такая роскошь?

– Один оптовик рассчитался, – ответил Бар, – Мы решили, будет неплохо, если в баре будет подаваться кофе. Так что проводим дегустацию. Будешь?

– От чашечки кофе не откажусь.

Мне налили из небольшого кофейника. Я тоже с удовольствием отхлебнул. Соскучился по кофе.

– Как в целом обстановка?

– Двоякая, – неопределённо ответил Бар.

– Вот как. И у вас двоякая. Рассказывайте.

– Технос все-таки выкинул на рынок матрицы пространства. Не завал, но на первое время должно хватить. Техноман обещает всю квоту зарезервировать только под нас.

– Еще бы, – хмыкнул Бэк, – Учитывая, сколько всего другого мы у него покупаем, попробовал бы он что-то не под нас зарезервировать.

– Ну, это хорошая новость, как я понял. А плохая?

Бар вздохнул и посмотрел на Бэка. Я тоже перевёл взгляд на Бэка.

– Ну нормально, – возмутился Бэк, – Плохие новости опять я должен сообщать.

– У тебя для этого подходящее лицо, – сказал хитрый Бар, – Вызывает сочувствие.

– Ну спасибо, – Бэк скривился, – В общем Технос переоснастил и усилил своих драголемов и опять вывел на маршруты.

– Много?

– Хватает. Парни, которые занимаются грузоперевозками, с утра жалуются на резкое сокращение заказов.

– Я чувствую, от меня скоро потребуют организовать новую забастовку, – с сожалением отставляю допитую чашку, - Только сразу скажу, бастовать будет бессмысленно. Технос на уступки не пойдёт. Разве только войну ему объявить.

– Пока бастовать никто не требует, – успокоил меня Бар, – Ажиотаж на установку пространственных карманов начал спадать, но желающих пока хватает.

– А где парни берут матрицы?

– У нас с Бэком, где еще им брать, да, Бэк?

Бэк усмехнулся.

– У меня очень длинная очередь из желающих. Выдаю в день по штуке в одни руки.

– Да и это неплохо, – с нажимом заявил Бар, видимо, на эту тему они с Бэком уже спорили, – С одной установки две тысячи заработка. Считай, три дня можно вообще не работать.

– Ну это пока у нас есть эти матрицы, – возразил Бэк, – Помогаем ребятам в поддержке штанов. Если этот источник заработка иссякнет, будет большая проблема. Вот тогда точно народ потребует новую забастовку.

– М-да. Вроде бы и есть у нас своя ниша биоинженерии, но мы продолжаем зависеть от корпорации, – говорю озабоченно, – Слушайте, ребята, а их вообще что, так сложно делать?

– Ты имеешь ввиду матрицы пространства?

– Ну да. Не Технос горшки обжигает. На него работают обычные технобоги.

– Ну во-первых, производство энергоемкое и высокотехнологичное, – подумав, ответил Бэк, – Теоретически можно делать такие матрицы, но...

– Не томи, Бэк, – буркнул Бар, – Любишь ты эти «но».

– ...но, – повторил Бэк и недовольно поморщился, показывая Бару, что тот сбивает его с мысли, – Чтоб запустить такое производство... самую простую линию... потребуется не меньше миллиона кворков.

– Ну, допустим у нас есть миллион кворков. Давай, жги дальше.

– Во-вторых, – продолжил Бэк, – Конкуренцию по ценам мы против Техноса все равно не выдержим. Он уже со своей наценкой выбрасывает на рынок по восемь тысяч за штуку. А у нас только себестоимость будет под десятку.

– Это да, – Бар покачал головой, соглашаясь с Бэком, – Если под десятку, то нам тупо придется работать в ноль.

– Да нифига не в ноль, – тут уже я влезаю с возражением, – Это с какой стороны посмотреть. Кому в ноль, а кому бесплатная отмывка денег. Учитывая, что мы не платим налогов, в нашу схему все это ровненько впишется.

– Вообще-то, Марк прав, – теперь уж со мной согласился Бар, – Без прибыли не останемся. Но вложенный миллион отобьем небыстро... если вообще отобьем.

– Лучше инвестировать миллион в собственную технологическую независимость, чем потратить тот же миллион на пособия по безработице, – привожу еще один немаловажный аргумент.

– Технологическая независимость? – переспросил Бэк, явно не знакомый с таким термином.

– Она самая. Независимость большими буквами. Вот кстати, Технос, – привожу ближайший пример, – Он в своих драголемов вложил бешеные бабки...

– А мы еще заставили его провести дорогую модернизацию, – вставил Бэк, – Мне любопытно было бы взглянуть на его экономику. Когда он выйдет на прибыль по летающим буратинам, мне очень любопытно.

– А в том и дело, Бэк. Не все меряется прибылью. Как только мы организовали профсоюз и получили рычаг давления на того же Техноса, он вмиг бухнул огромное бабло в драголемов, чтобы только остаться от нас независимым.

– И опять соглашусь с Марком, – Бар еще раз принял мою сторону, – Технологическая независимость важнее прибыли. Технос дальновидный сукин сын, не отнимешь.

– Ну хорошо, – Бэк признал вес моих аргументов, – Но есть еще в-третьих. На Техноса работают технобоги. Где мы возьмём технобогов? Я совсем не уверен, что такие спецы перейдут к нам работать.

– Так у нас есть технобоги, – напоминаю с улыбкой, – Наши «шахтеры». Среди них хватает технобогов. И я даже смею предположить, что они выстроятся к нам в очередь.

– Это почему?

– Сам посуди. Они вынуждены заниматься не своим делом. В тех тоннелях у них нет возможности работать по профилю.

– Марк еще раз прав, - Бар признал мою правоту, – Технобоги из подземки обойдутся нам даже дешевле. У них нет таких запросов как на поверхности. Да, к слову о поверхности. Все-таки у Марка светлая голова. Очевидное решение лежало на поверхности, но увидел его опять Марк.

– Вы меня убедили, – убедительно заявил Бэк.

– Это Марк тебя убедил, – уточнил Бар, – Я тут не причем.

– Ну да. Марк убедил, – не стал спорить Бэк, – Завтра с утра постараюсь предоставить расчеты по затратам на производство матриц пространства.

– А я завтра с утра займусь агитационной работой в среде технобожеской шахтерской общественности, – подхватил Бар, – Даешь профсоюзную технологическую независимость... кстати, хороший слоган. Надо будет сделать транспарант белыми буквами на кумачевой растяжке. В серых тоннелях смотреться будет броско.

На этой идеологически подъемной ноте я волевым решением объявил окончание рабочего дня. Бар с Бэком пытались еще уговорить меня посидеть в баре, но я, если честно, вымотался. Не физически. Такого понятия как физическая усталость в городе богов не существует как явление. А вот голова к концу насыщенного дня гудит, как перегруженный манопровод, и соображать отказывается.

Поднялся на парковку, где в ночной прохладе кемарят оставленные на ночь драконы. Гор вроде бы тоже спал, но когда я подошел, приподнял веко, сфокусировав на мне змеиный свой вертикальный зрачок.

– Чего не спишь? – спрашиваю.

– Старики вообще не спят. Старики только дремлют, – изрек старикан.

Я не стал в ступать в дискуссию, чем отличается сон от дремы. Влез в кабину и увидел, что «нижняя полка» в моём купе занята. Лула спит, подложив кулачок под щеку. Я признался себе, что рад этому, что она не ушла ночевать в одноместку. Стараясь ее не разбудить, залез на верхнюю полку, накрылся одеялом и провалился в глубокий сон.

Проснулся от одуряющего кофейного аромата. Не разлепляя глаз, полюбопытствовал, проснулся я или мне это снится.

– Не снится, – сообщил бодрый Лулин голос с нижней полки, – Ты вообще счастливчик по жизни, да, Марк? Вчера ты бурчал, что хочешь кофе, а сегодня его уже подают в баре.

– Ага. Еще какой счастливчик. Везет как утопленнику.

– Не ворчи. Я не удивлюсь, если завтра в кабине Гора появится еще и ванна, как ты просил.

– Еще чего? – тут же взъелся вредный старикан, – Только ванн мне тут не хватало.

– И ты не ворчи. Я пошутила. Гор, я тебе тоже захватила чашечку кофе. Попробуешь?

– Ну поставь на панельку, – в ворчании старого алкаша прорезалась нотка благосклонности, – Заценю.

Я спустился вниз и подсел на теперь уже точно Лулину нижнюю кушетку за откидной столик пить кофе. Гор свою порцию уже всосал. Ему эта чашечка на пол ноздревого шмыга.

– Лула, а ты чего с утра такая...

– Какая? – задорно переспросила Лула.

– Какая-то радостно возбуждённая.

– Есть повод, Марк. От Дэсфа пришла инфа. Нашли пропавших людобогов. Их в самом деле семеро, как и предполагал Сова.

– О как. И где их нашли?

– В подземке. В одном из тоннелей.

– Так чего мы тогда сидим. Полетели.

– Лететь не надо. Дэсф скоро подойдет к нашему подземному этажу вместе с тем обходчиком. Помнишь?

– Это который с молотком? Рельсу прозванивал? Кажется Сцепион.

– Да. Тот самый. Это он нашел людобогов и сразу сообщил.

– Какой молодец. Ну пошли, посмотрим.

Когда мы спустились, Дэсф со Сцепионом нас уже ждали. Сразу повели к месту, попутно поясняя обстоятельства находки.

– Я прозванивал рельсу на перегоне Червячная передача – площадь техников, – рассказывал Сцепион, – Смотрю, люк опять неплотно закрыт. Как в прошлый раз, помните?

– Помню. Тот же самый люк?

– Нет, другой. Подальше. А я уже наслышан про пропавших. По всем новостям крутят.

– Так. И что дальше?

– Вот здесь спустимся, – предложил Сцепион, – От платформы недалеко... так о чем я...

– Люк неплотно был закрыт.

– Ах, да. Ну я решил посмотреть. Люк отвалил, спустился, а там след.

– След от ноги?

– Не, как будто волочили что-то. Всю пыль собрали. Я пошел, пошел... – припоминал обходчик, – ... и потом смотрю: след обрывается. А там полость в стене.

– Примерно так же, как в случае со скульптурой, – припоминаю, как мы нашли похожую полость, – ... ну и... дальше.

– А дальше все. Я залез. А там семь тел. Прямо так рядком и лежат.

– Не понял. Они живые?

– Мне мертвых богов видеть не доводилось, – пожал плечами Сцепион, – Я так думаю, что живые.

– Они в коме, – пояснил Дэсф, – Кто-то выкачал из них всю силу. Мы почти пришли. Вот этот люк.

Глава 11

Мы залезли в полость, и Лула включила фонарь. Семь тел. Все людобоги. Судя по комбинезонам, все работяги. Без каких-либо признаков движения и даже жизни.

– Выглядит жутко. Будто мумии.

– Так выглядит полное энергетическое истощение, – пояснил Дэсф.

– Их можно вернуть в нормальное состояние? – испуганно спросила Лула.

– Постепенно восстановятся, но времени на это может уйти очень много. Годы или даже десятилетия.

– Жуть.

– Лучший для них вариант – это вернуть украденную силу.

– Как это можно сделать, Дэсф?

– Найти артефакт, при помощи которого их высушили... Если вы закончили осмотр, я скажу целителям, чтобы забирали. Их перевезут в более подходящее место.

– Мы закончили, Дэсф. Пусть забирают.

Поблагодарив Сцепиона за помощь, мы с Лулой вернулись к подземному этажу, оставив Дэсфа дожидаться целителей.

– Марк, ты не собираешься подниматься на поверхность? – спросила Лула.

– Мне нужно кое-что обсудить с подземниками. Надеюсь, это ненадолго.

– Буду ждать тебя в кабине Гора, – Лула явно расстроена, хорошая новость про найденных людобогов оказалась не такой уж и хорошей.

– Хорошо, жди в кабине. Я скоро.

Отправив Лулу наверх, быстро нашел Бэка и Бара. Оба здесь в подземелье занимаются проработкой новой бизнес-идеи.

– Чем порадуете? – по очереди здороваюсь с ними за руку.

– Смета составлена, – отчитался Бэк, – Как это обычно и бывает она выросла.

– Существенно выросла?

– На четыреста тысяч, – озабоченно ответил Бэк, – Нормальных помещений для организации производства мы не нашли. Проще всего возвести еще один подземный этаж.

– Ну оно того стоит?

– Стоит, Марк. Коммуникации и мановоды будет проще пробросить. Логистика опять же упростится.

– Тогда я согласен, Бэк. Так оно даже надежней, если производство будет размещено на нашей территории. Никто не оспорит.

– Вот и я так думаю.

– Как обстоит со специалистами? – следующий вопрос обращен уже к Бару, как к моему заму по кадрам.

– Все неплохо, Марк... все неплохо... Технобогов здесь хватает. Большинство из них горит желанием работать по технобожескому профилю. Одним словом, проблем с работниками не будет.

– А то, что они потеряли память, не скажется?

– Не скажется, – убежденно заявил Бар, – Все навыки у них сохранились. Это, можно сказать, на уровне моторной памяти. Мастерство даже в аду не выгорает.

– Очень хорошо. Как будем оплачивать их труд?

– Как ты и предсказывал, Марк, – с ухмылкой сообщил Бар, – Деньги местным технобогам не нужны. Рассчитываться будем талонами, которые они смогут отоварить в нашем же магазине. Идеальная бизнес-модель.

– Ну что ж. Все это радует. Еще не прикидывали, какая в итоге будет себестоимость матрицы пространства?

– Возможно чуть дешевле десяти тысяч, – ответил Бар, – Но не сильно дешевле. Чудес не жди. Конкурировать с Техносом мы точно не сможем.

– Это я уже понял. В городе богов чудес ждать не стоит... Продолжайте работать, ребята. Счета оплачу автоматом. Желательно запустить производство в кратчайшие сроки.

– Завтра будут первые образцы, – пообещал Бэк.

Я поднялся наверх, но в кабине Лулу не застал.

– Она в баре, – сообщил Гор, – Пошла кофе пить.

Спустившись в бар, увидел Лулу, внимательно слушающую выпуск новостей. Бойкая репортерша как-то умудрилась подловить момент, когда тела коматозных людобогов грузили в дракона скорой помощи. Зрелище шокирующее, тут ничего не скажешь.

– ... невинных жертв богини Мэгры, – я ухватил кусок репортажа, – Следственные органы пока не дают никаких комментариев. Будут ли еще жертвы? Могут ли горожане, не опасаясь, пользоваться подземкой? А пока напоминаю, что за поимку Мэгры объявлена беспрецедентная награда в десять миллионов кво...

Стак убавил звук и обратился ко мне.

– Кофе, Марк?

– Не откажусь.

– Весь город на ушах из-за этой Мэгры, – поделился Стак, подавая чашку.

– Ну, зверобогов и технобогов Мэгра не трогает. Им бояться нечего.

– Другие так не считают, Марк, – озабоченно сказал бармен, – Посещаемость подземки упала на пятнадцать процентов. А после этого репортажа упадет еще больше. Можешь не сомневаться.

Я только пожал плечами и отошёл к столику Лулы. Дискутировать с барменом нет желания.

– Нам нужно как-то интенсифицировать поиски, мрачно сказала Лула, – Мое начальство рвет и мечет. Найденные людобоги не только не разрядили обстановку, а скорее усугубили еще больше.

– Да уж. Откуда только репортерша пронюхала?

– Работа у нее такая. Богиня, блин, репортажа.

– Так, Атемита пишет в чате, что летит сюда. Тоже видимо уже в курсе.

Верховная примчалась через несколько минут.

– Кофе, Стак, – распорядилась она с порога и сразу направилась к нам с Лулой, – Что такие мрачные?

– Для радости поводов нет, – я кивнул на экран, где уже без звука продолжали гонять закольцованный видеоряд с высушенными телами.

– Да, – Атемита тоже покивала, бросив взгляд на экран, – Хотела бы вас порадовать, но у меня радостных новостей тоже нет. На Олимпе следят за происходящем.

– Что говорят на Олимпе?

– Выражают озабоченность, что на дипломатическом языке означает готовность вмешаться в ситуацию.

– Это плохо?

– Это скверно, Марк. Если вмешиваются с самого верха, то под раздачу может попасть кто угодно. Они там разбираться особо не будут. Устроят показательную порку. Копель с утра имеет бледный вид. Технос тоже не сияет от радости. Я только что с совета. Полное предгрозовое ощущение.

– Ох. Мы попробуем еще пошарить по тем тоннелям, – отставляю чашку, – Вдруг еще что-то найдём.

– Пошарьте, ребята, – попросила Атемита, – Мне сейчас опять надо лететь на Олимп. Оракул прицепился как банный лист. А не встретиться с ним я тоже не могу. Задолбает потом придирками.

– Нет проблем. Мы с Лулой пойдем прямо сейчас.

Атемита ушла, так и не допив свой кофе. Мы с Лулой тоже поднялись, рассиживаться некогда. Похоже, подгорает у всех сразу. Даже наша неунывающая верховная выглядит озабоченной.

– Что мы будем искать? – спросила Лула безо всякого энтузиазма в голосе, – Эсбэзэшники там и так обшарили каждый метр.

– Вдруг что-то пропустили. Тела они тоже не сами нашли.

– Ну да, если бы не обходчик...

Мы снова спустились в тоннели, по которым дошли до подземки.

– Хочу еще раз пройти по тому перегону. Две находки были именно там. Вдруг нашли не все.

Я отвалил люк и помог Луле подняться в тоннель червеполитена. Мимо нас прогрохотал червяк, обдав лица тугим горячим ветром.

– А это вы, – Сцепион помахал нам рукой, видимо тоже пережидал, когда проедет поезд.

– Хорошо, что ты нам попался, – сообщаю радостно, – Поможешь еще?

– Чем смогу, помогу, – не стал отказываться обходчик.

– Покажи, где еще есть люки на этом перегоне.

– Это можно. Вон там еще один в той стороне.

– Пошли, покажешь.

Обходчик привёл нас еще к одному люку, но этот люк явно давно не двигали. В пазах набилось много мусора. Тем не менее мы его открыли и прошли по тоннелю под ним.

– Не, здесь точно искать бесполезно, – выношу вердикт, – Пыль лежит ровным слоем. Давай обратно.

Снова поднялись в тоннель червеполитена и попросили обходчика отвести к тому люку, где обнаружили сегодня людобогов. Мы с Лулой решили еще раз осмотреть то место. Еще раз залезли в полость, где до сих пор можно различить в пыли отпечатавшиеся силуэты несчастных.

– Что ты надеешься здесь найти, Марк? – устало спросила Лула.

– Пока сам не знаю, – я переключился на тонкое видение и попытался просканировать пространство.

Наверно, я бы так и ушел ни с чем, если бы мне на макушку не просыпалось несколько песчинок. Задрал голову вверх и заметил энергию, пробивающуюся сквозь каменную породу.

– Там, – сказал я и ткнул пальцем вверх.

– Что там?

– Там что-то есть.

– Нет там ничего, – возразила Лула, – Там каменный свод пещеры.

– Мы должны проверить.

– Как? Я летать не умею.

– Встанешь мне на плечи.

Опустился на одно колено, чтобы Лула смогла вскарабкаться на меня, а потом, придерживая ее за ноги, осторожно поднялся и выпрямился во весь рост.

– Ну и где смотреть? – Лула зашарила лучом фонаря по потолку.

– Левее... чуть дальше... да, где-то здесь...

– Марк, ты сам-то куда смотришь?

– Исключительно на потолок... ищи давай, не отвлекайся.

– Черт, точно, здесь тайник.

– Вот вы глазастые, – удивился обходчик, – А так ведь ни за что не догадаешься.

Лула отковыряла какой-то плоский камень, который был затолкан в нишу и примазан землей. Но дальше пробраться не смогла. У тайника обнаружилась дверца, запертая явно на ключ.

– Нужно идти за инструментом, – предложил обходчик.

– Мы еще полдня проходим, – возразила Лула, – Попробую так.

Она применила свои фирменные искры, попытавшись направить сноп в одну точку. Я отвернулся, чтоб не слепить себе глаза, а Сцепион наоборот уставился завороженно.

– Здорово, - сказал он, счастливо улыбаясь, – Давно не видел магию. Стихия огня – моя любимая.

– Марк, – позвала меня Лула, – Подай камень, думаю теперь можно выбить личинку замка.

– Вот, возьми молоток, – обходчик протянул свой рабочий инструмент.

– Спасибо.

Лула ударила молотком и замок провалился внутрь. Вернув инструмент Сцепиону, она осторожно открыла дверцу, начала шарить рукой.

– Есть! Целых два предмета.

– Что там?

– Артефакт вроде кувшина и... что-то широкое и плоское. Наверняка зеркало... все взяла, Марк, опускай меня осторожно.

Мне снова пришлось опускаться на колено, чтобы поставить Лулу на землю. Один артефакт действительно чем-то похож на очень старый кувшин, в каком наверно положено держать джинна. Второй по форме вполне может быть завёрнутым в тряпку зеркалом.

– Что вы теперь будете делать? – заинтересованно спросил Сцепион.

– Трогать эти артефакты мы точно не будем, – однозначно заявила Лула, – Это может быть опасно. Отнесем их в офис и попробуем найти спеца, который про них расскажет.

– Можно показать эти артефакты Мисюсе, – кидаю предложение.

– Можно и Мисюсе, – согласилась Лула, – Хотя и так понятно, что это зеркало для ритуала отражения.

– А кувшин скорее всего источник энергии. Но Мисюсе все равно покажем.

– А скажите, – немного застенчиво поинтересовался Сцепион у Лулы, – Мне показалось, или вы вправду похожи на ту богиню, что изваял Техоня?

– Похожа, – не стала отнекиваться Лула, – Пойдёмте. Надо успеть смотаться на блошиный рынок и притащить в офис Мисюсю.

– А не проще свозить артефакты на рынок? – спросил Сцепион.

– Нет уж. Ни к чему с ними таскаться по рынку. Проще привезти Мисюсю к нам. Пусть осмотрит в спокойной обстановке. Собирать четыре ритуальных объекта вместе это перебор.

– Четыре? – удивился обходчик, – Здесь только два.

– Лула тоже имеет отношение, – я решил чуть-чуть просветить Сцепиона, все-таки он нам здорово помог, - А еще дракон... не, не будем рисковать. Пошли.

Мы с Лулой вернулись в обжитые тоннели подземников, а обходчик вернулся к своей работе. У него рабочий день, а мы и так его здорово отвлекли.

Лула даже предложила связаться с его начальством, объяснится, что он потерял из-за нас время, но тот отказался.

– Начальство не заметит, – отмахнулся он, – Я быстро нагоню.

Отнесли найденные артефакты в офис. Я убрал их в ящик своего директорского стола.

– Алеся, – я привлек внимание мобильной помощницы, – Присмотри, чтоб в этот ящик никто ненароком не залез.

– Будет сделано, босс. Встану грудью.

Лула не удержалась и хмыкнула.

– А вот сейчас... – Алеся не договорила и исчезла.

– По-моему она обиделась.

– Да уж, – Лула виновато развела руками, – Кто б мог подумать, что духи могут быть такими ранимыми.

К сожалению у нас нет сейчас времени, чтобы успокаивать Алесю. Кто же знал, что она так комплексует из-за своей бестелесности, но мы оба с Лулой чувствуем, как сжимается пружина времени. На небе, которое за все время моего пребывания в городе богов оставалось безоблачным, впервые начали сгущаться тёмные грозовые тучи.

Мы забежали в кабину к Гору.

– На рынок!

Старик даже не стал бухтеть. Он тоже чувствует, что надо спешить. Замахал перепонками, поставив личный на моей памяти рекорд в семьдесят два километра в час. Мне кажется, после того, как у него открылось дополнительное пространство, он как-то даже помолодел, и только по привычке изображает из себя старую развалину.

Мисюсю мы обнаружили у рыночных ворот, ровно там, где и ожидали. Я преподнес ему стопку сомы, не дожидаясь, когда он сам ее попросит.

– А, Марк, – увидев меня, Мисюся остался непривычно спокоен и даже собран, – Время пришло, да?

– Какое время, Мисюся?

– Время для ритуала с зеркалом отражений.

– Нет, Мисюся, не будет никакого ритуала. Я только хочу, чтобы ты слетал со мной на Горе и посмотрел пару артефактов.

– Я очень давно не летал на Горе, – обрадовался Мисюся, – Горушке нет равных. Он способен пролетать сквозь вселенные одним взмахом крыльев.

– Ага. Еще как способен. Пошли... Горушка тебя прокатит и крыльями помашет...

Увидев Гора, Мисюся попытался завести с ним очередную прочувствованную беседу, замешанную на соплях и сахаре, но мы с Лулой безжалостной твёрдой рукой запихнули его в кабину.

– В кабине с ним поговоришь, – заверили мы Мисюсю, – В кабине он тоже тебя слышит и может тебе отвечать... Гор, летим в контору... желательно одним взмахом крыльев... одно крыло здесь, другое – там.

– Размечтались, – ворчнул Гор, – Побольше слушайте дурачка.

– Почему я дурачок? – расстроился Мисюся, – Я не дурачок.

– Ты не дурачок, Мисюся, Горушка пошутил. Ты такой же умный, как Горушка добрый... давайте короче. Время поджимает. Я вижу, как на небе начинают простреливать молнии.

В офисе Мисюсю усадили за большой переговорный стол. Алеся по-прежнему не показывается, но я уверен, что за артефактами она присматривала. Во всяком случае оба на месте в тумбочке. Сперва выложил перед оценщиком кувшин. Мисюся к нему даже притрагиваться не стал.

– Это очень нехороший артефакт, – Мисюся осуждающе покачал головой, – Мерзкий артефакт. В нем запечатана сила семи богов.

– Как освободить силу этих богов? – спросила Лула.

– Это может тот, кто запечатал, – ответил Мисюся, – Другого способа я не знаю.

– Ну хорошо, – я выложил перед Мисюсей запакованный артефакт, похожий на зеркало.

Вторая вещь произвела на оценщика еще более тягостное впечатление. Он даже попытался отвернуться.

– Мисюся, это зеркало для ритуала отражения? – спросила Лула.

– Не совсем, – поправил Мисюся, – Это зеркало отражения времени.

– Отражения времени? – мы с Лулой переглянулись, – Это что еще за хрень?

– Такие зеркала очень похожи. Они оба невидимы. Их часто путают, что приводит к дурным последствиям, – поведал Мисюся, – Это зеркала для разных ритуалов.

– И какие могут быть последствия? Если спутать зеркала?

– Непредсказуемо, – Мисюся пожал плечами, - Все зависит от текущих обстоятельств, но ничего хорошего ждать точно не стоит. Играть со временем вообще очень-очень опасно. Эх, бабушка Сирануш, я ей говорил, не торгуй всем подряд, но она разве послушает...

– Ты хочешь сказать, это то самое зеркало, купленное у бабушки Сирануш?

– Оно самое, – подтвердил оценщик.

– Час от часу не легче, – мрачно изрекла Лула, – Ладно хоть мы его нашли. Страшно подумать, что случится, если Мэгра проведет ритуал не с тем зеркалом.

– Так, а где тогда искать то самое зеркало, что использовала Мэгра? – на всякий случай спрашиваю Мисюсю, ну вдруг ему придет что-то в голову.

– Ты про тот случай, Марк, когда Мэгра хотела отнять у кукольной богини хранилище веры? – переспросил Мисюся.

– Да, я про тот самый случай.

– Я не знаю, – с сожалением ответил оценщик, – Но, знаете, я кое-что вспомнил.

– Та-ак, что ты вспомнил, Мисюся?

– Мы ведь с Горушкой там были, только я сидел в кабине. Я был защищен самим Горушкой, поэтому не стал участником ритуала.

– Не томи, Мисюся, что ты вспомнил?

– Перед самым ритуалом кукольная богиня сказала своей матери Мэгре...

– Что она сказала?

– Она сказала: его получит тот, кто заточит тебя, как ты меня, – вдохновенно выдал Мисюся.

– Ты издеваешься!? Что означает эта хрень?

– Я не издеваюсь, Марк. Я просто вспомнил.

В этот миг открылась дверь, и в офис зашел обходчик Сцепион. Он остановился на пороге будто в нерешительности.

– Вы нашли что-то еще? – спросила Лула, – Хотите нам еще что-то сообщить?

– Хочу, – обходчик застенчиво улыбнулся, – Но не сообщить, а сделать.

Тут я отчетливо понял, что этот зверобог Сцепион такой же безумный, как парфюмер, бунтарь с горящими глазами и сумасшедшая зверобогиня. Он достал из кармана и активировал какой-то зловещий артефакт.