Гордыня

Пролог

Столетняя площадь - главная площадь королевства Моррос была уже переполнена, но по узким улочкам к ней все еще “стекались” люди. Обычно местные жители старались обходить это место стороной, уж слишком много невинных жизней оборвалось здесь, но сегодня особый случай.

Все встали по местам: чиновники заняли обитые красным бархатом кресла в первом ряду, приготовленные специально для них. Лидеры повстанцев поднялись на высокий помост, на котором красовалась огромная гильотина. Колокол на башне Ливианской церкви (названной так в честь прекрасной королевы Ливии, жены основателя Морроса короля Лорренса Морриса д `Отриша) готовился пробить три раза.

Толпа возмущённо загудела. Это стража вела юную девушку лет шестнадцати. Она с гордо поднятой головой поднялась на помост. Деревянные ступени жалобно скрипели под ее босыми ногами словно моля о пощаде. Без макияжа, привычной элегантной прически и шикарного платья пленница выглядела совсем ребенком. Девушка с вызовом оглядела негодующую толпу большими голубыми глазами. Ее волосы пшенично- золотистого цвета небрежно развивались по ветру, едва касаясь плеч, сама же она была облачена в длинную мешковатую белоснежную рубашку в пол. Кожа жемчужного цвета делала и без того тонкое, хрупкое девичье тело почти прозрачным.

Лидер повстанцев - высокий темноволосый мужчина вышел вперед. Начищенные до блеска алые доспех победно сверкали на его груди, за поясом покоился легкий, но прочный и острый меч, а половину лица скрывала маска.

— Жители Морроса! — громко воскликнул он, обращаясь к толпе и разводя руки в стороны, будто хотел обнять каждого, кто стоит перед ним, — Сегодня, весь Моррос, свободный Моррос увидит то, за что мы все сражались! Наконец свершится правосудие! — толпа одобрительно зашумела. Мужчина снял маску и бросил ее под ноги девушки. На месте маски теперь красовался длинный глубокий шрам, проходящий от глаза к нижней губе. — Настал конец тирании королевы Лилит! — И снова одобрительный гул. — Эта гильотина, — он указал на деревянное устройство, — где оборвалось столько невинных жизней, сейчас символизирует наше освобождение! Начало новой, свободной страны! — Народ взорвался бурными овациями и радостным свистом. Стражники поместили голову и руки заключенной в специальное отверстие гильотины и зафиксировали ее так, чтобы девушка не смогла освободиться.

Бом...

Ливианский колокол пробил один раз.

— Казнь произойдет, как только колокол пробьет три раза, — строго сказал мужчина в алых доспехах. — Королеве предоставляется последнее слово.

В воздухе повисла звенящая тишина. Казалось, даже птицы в эту минуту перестали петь.

Бом... Второй удар.

— Ваше Величество, Вам есть что сказать?

Лилит улыбнулась.

— Настало время пить чай, — раздался тонкий девичий голос, похожий на звон маленького колокольчика.

Бом...

Лезвие угрожающи блеснуло и со свистом полетело вниз. Раздался глухой удар, словно дровосек колол свои поленья. Где- то в далеке послышалось пение птиц...

Часть 1. Детство

Густой аромат роз наполнял королевские покои, а когда в саду поднимался летний ветерок, он, влетая в открытые окна замка, приносили с собой то пьянящий запах орхидей, то нежное благоухание алых цветов боярышника.

В одной из спален, на широкой кровати с балдахином, покрытой дорогим персидским пледом, лежала королева Анна с книгой в руках. Женщину уже несколько месяцев подряд мучала сильные головные боли. Она даже как-то потеряла сознание прогуливаясь в саду после полуденного чаепития. Лучшие лекари королевства ломали голову над причиной ее недуга, но все безуспешно.

Подле нее на полу, сложив ноги по-турецки сидела маленькая светловолосая девочка лет шести от роду и усердно расчесывала кудри красивой фарфоровой кукле. Принцесса Лилит - а именно так звали эту девочку была точной копией своей матери. Тот же маленький, слегка вздернутый к верху нос, большие ясные голубые глаза и пшенично-золотые волосы, легкими волнами спускавшиеся на плечи. Раздался колокольный звон. Услышав его, девочка подбежала к открытому окну, и как только колокол пробил трижды, Лилит обернулась к матери.

— Настало время пить чай! Сегодня подадут мои любимые шоколадные пирожные?

Королева отложила книгу и улыбнулась, однако даже это далось ей с большим трудом.

— Конечно, милая. Пойду узнаю все ли готово к чаепитию, а ты не забудь переодеться прежде, чем спуститься к столу.

Женщина удалилась, а маленькая принцесса отправилась в свою комнату, где уже две служанки, отправленные королевой, готовили ей наряд: Бежевое платье из шифона с кружевами, шелковые чулочки и белоснежные туфли с голубыми бантами. Пока одна служанка помогала девочке одеться, вторая заботливо собирала ее волосы в замысловатую прическу.

— Ай, — вдруг воскликнула Лилит и схватившись за голову обернулась к испуганным служанкам, смерив их презрительным взглядом. — Осторожно, ты вырвешь мне все волосы!

Обе женщины робко отступили на несколько шагов назад. Все в замке не понаслышке знали о вздорном характере принцессы и потакали всем ее капризам.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, я не нарочно, - служанка с резным деревянным гребнем в руках вежливо поклонилась.

— Я все расскажу отцу, и он отрубит вам руки! — топнула ножкой Лилит. - Что стоите? Немедленно подать мне мои туфли!

Та женщина, которая помогала с платьем взяла маленькие туфельки и с поклоном поставила их перед принцессой.

— Это не те, что я хотела! Мне они не нравятся! — разгневанная принцесса бросила сначала один, затем другой башмачок в насмерть перепуганных служанок (к счастью, им удалось увернуться) и босая гордо вышла из комнаты, не забыв громко хлопнуть дверью.

***

Королевская столовая была залита теплым желтым светом. Солнечные лучики весело играли друг с другом на золоченых рамах картин, на деревянных панелях стен и на отполированной до блеска мебели. В углу горел камин, потрескивая поленьями. На столе накрытым белой накрахмаленной скатертью стояли множество блюд: кремовые эклеры, печенье на любой вкус, разноцветные кругляшки леденцов, тягучие молочные ириски и огромный шоколадный торт.

Во главе стола сидел король Морроса Джерард, задумчиво размешивая чай серебряной ложкой и изредка почесывая густую рыжеватую бороду. Карии глазки-бусинки не мигая смотрели в одну точку. По правую руку от него сидела королева. Женщина пила чай маленькими глотками, тщательно смакую и наслаждаясь каждым из них. Рядом с матерью сидела угрюмая Лилит. Маленькая принцесса прибывала в довольно скверном расположении духа. Сегодня подали совсем не те пирожные, которые она ожидала. Девочка закатила грандиозную истерику. Разбив несколько тарелок, нарочно ошпарив молодую служанку горячим чаем, но так и не добившись своего, принцесса со злостью размазывала по тарелке огромный кусок торта.

— Вы не важно выглядите, Ваше Величество. Вас что-то тревожит? — обеспокоенно спросила супруга.

— Что? — Джерард посмотрел на жену так, будто впервые увидел ее. — Все в порядке, дорогая. Не думаю, что Вас интересует политика.

— А Вы попробуйте. Уверена, это гораздо интереснее нашей дворовой рутины.

— Что ж, извольте, — Джерард улыбнулся и сделал глоток уже остывшего чая. — Вчера на заседании министров мы обсуждали обострившийся конфликт между Аллендером и Гроулем. Это потребовал863о нашего незамедлительного вмешательства, иначе разгоревшаяся война затронула бы и наше королевство.

— Надеюсь обошлось без потерь, — участливо спросила Анна. Обычно ее не интересовали политические дела. Все ее мысли были заняты лишь одним: подходит ли сегодня эта шляпка к туфлям и не вышло ли из моды то или иное платье.

К сожалению политика, это единственная тема, которую был способен поддержать супруг. Король был жуткий прагматик и не любил размениваться по пустякам. Он всегда говорил коротко, четко и по делу.

— К счастью, потери не значительные, — не без удовольствия произнес король. — Однако теперь Аллендер может стать для нас серьезной угрозой.

— Но это невозможно. Король Филлип замечательный человек, он не допустит этого, — возразила Анна.

— Да, Филлип мой большой друг, но он слепо слушает своего министра, а герцог Лоренс очень хитер. Он не упустит возможности убрать его чужими руками и занять трон. Они активно наращивают военную мощь, и боюсь в скором времени нам придется не сладко, — обеспокоенно сказал Джерард. — Мы должны укрепить северные границы чтобы обезопасить себя.

Вдруг Лилит, а затем и все члены королевской семьи услышали звуки флейты, доносившийся из распахнутого окна. Волшебные звуки, словно разливистое пение соловья окутывали всю королевскую столовую.

— Какая чудесная мелодия, - воскликнула принцесса и подбежала к окну.

В саду, в тени раскидистого дуба сидел темноволосый мальчик с флейтой в руках. Как только он подносил ее к губам, казалось даже птицы вокруг замирали, чтобы услышать его музыку.

— Мама, кто этот мальчик? - удивленно спросила Лилит.

— Мальчик? — Анна встала позади дочки и ласково положила руку ей на плечо.

— Да, вон тот.

— Не знаю, милая.

— Наверное кто-то из прислуги, не обращай внимание, — холодно сказал Джерард.

— Я хочу с ним познакомится.

— Вот еще! Моя дочь никогда не будет якшаться с прислугой! — воскликнул король.

— Но папа...

— Я сказал нет! Иди к себе в комнату, немедленно!

— А вот и не пойду! — топнула ножкой Лилит.

— НЭЙ! — громогласно воскликнул Джерард.

В столовую быстрым шагом вошла гувернантка. Пожилая, полного телосложения, невысокая женщина с тугим пучком седых волос, собранным на затылке. Она низко поклонилась всем присутствующим членам королевской семьи.

— Сейчас же наведи порядок в саду, никакой музыки что бы я больше не слышал! — приказал король. Женщина кивнув поспешно удалилась. — Анна, отведи Лилит в ее комнату.

— Идем, милая, время дневного сна.

— Но я хочу послушать музыку, — девочка сопротивлялась из-за всех сил, но матери все же удалось отвести ее в комнату. Там принцессу переодели в белоснежную рубашку для сна и уложили в кровать.

— Мам, а папа меня совсем не любит, да? — тихо спросила девочка.

— Ну что ты, дорогая, — Анна села на краешек кровати и лакского погладила дочь по голове. — Папа любит тебя больше всех на света.

— Тогда почему он так строг со мной?

— К сожалению, иногда к любимым нам приходится быть излишне требовательными. Но это лишь потому, что мы хотим уберечь дорогих нам людей от необдуманных поступков, о которых потом можно пожалеть. Поверь, папа желает тебе только добра. Он боится, что в силу своей неопытности, ты можешь наделать много ошибок в жизни, и пытается таким образом тебя защитить.

— Правда?

— Да. А теперь отдыхай, — женщина поцеловала девочку в лоб.

Лилит закрыла глаза, и провалилась в беспокойный сон, а в ушах все еще звучала та чудесная мелодия.

***

— Ваше Величество, пожалуйста, осторожнее, вы можете разбиться, — обеспокоенно сказала Нэй, оторвав взгляд от книги. Лилит заливаясь громким смехом раскачивалась все сильнее и сильнее на качелях, сделанных специально для нее в саду. Нэй, сопровождающая принцессу на прогулке сидела на скамейке и читала свой любимый роман.

Сад, был самым любимым местом Лилит во всем замке. Всюду были разбиты клумбы с различными цветами, которые только можно себе представить: розы, лилии, орхидеи, пионы, мыслимых и не мыслимых оттенков. Аллея из раскидистых ветвистых деревьев, которые в летний зной давали освежающую тень. Было и много клумб с красивыми экзотическими растениями, названия которых Лилит не знала. Среди густой зелени виднелись белоснежные статую в виде ангелов и прекрасных дев. Если пойти по тоненькой тропинке вверх, где мягкая земля под ногами сменяется грубыми ступенями, вырезанными из цельного камня, можно очутиться у кристально чистого пруда. Его водная гладь словно зеркало отражало высаженные по берегу кустарники, и огромную плакучую иву, ветви которой едва касались воды, а в ее тени расхаживали важного вида павлины, распушившие свои огромные хвосты.

Вдоль дворцовой стены тянулась живая изгородь. Но главной достопримечательностью сада был огромный фонтан, в виде чаши, с окутывавшей ее змеей, отлитый из бронзы с добавлением драгоценных камней. Его струи бьют высоко вверх, и падают на тонкий край чаши, заставляя ее наигрывать нежную музыку. Напротив него стояла резная деревянная беседка, которую оплетал розовый куст.

Вскоре Лилит наскучила эта забава и она, ловко соскочив с качелей прямо на лету, прокралась мимо спящей Нэй и побежала в самую глубь сада. Гувернантка же так и осталась дремать на скамейке, опустив голову на грудь.

Девочка с легкостью отыскала тот самый дуб, где три дня назад играл загадочный мальчик. Однако там никого не оказалось. Обойдя дерево несколько раз, разочарованная принцесса уже хотела отправится к пруду как до нее донёсся громкий собачий лай. Недолго думая, Лилит побежала на шум. Преодолев по меньшей мере метров триста, девочка увидела свору разъяренных собак, (штук 10, не меньше) с оглушительным лаем бросавшихся на дерево. Там, среди зеленых ветвей высоко над землей принцесса заметила мальчика, который, по-видимому, и был причиной такого поведения животных.

Джерард - большой любитель охоты на дикого зверя, поэтому в королевской псарне всегда было много отменных охотничьих собак.

Оглядевшись по сторонам Лилит увидела большую толстую палку и схватив ее храбро бросилась на помощь.

— Вон! Уходите отсюда! Пошли прочь! — девочка размахивала палкой, пятясь назад, и все больше прижималась спиной к стволу дерева. Одна из собак схватила зубами палку, стараясь вырвать ее из рук девочки, на что получила сильный удар по голове. Еще одна огромная рыжая псина рванула полы платья.

— Ты с ума сошла, они же разорвут тебя, уходи отсюда! — испуганно крикнул сидящий на дереве мальчик.

— Нет, — твердо заявила Лилит, хотя голос ее звучал храбрее, чем она была на самом деле. Сердце девочки бешено колотилось, к горлу подкатывал отвратительный комок, она готова была разреветься от страха и безысходности, однако только сильнее вцепилась в палку, будто в ней была вся ее жизнь.

Совсем скоро собакам надоело ходить вокруг да около. Они решили атаковать. С оглушительным лаем они бросились на девочку. Они рвали полы платья, рукава, несколько самых смелых вцепились в палку и выбили ее из рук принцессы.

— Скорее, залезай сюда! — мальчик ловко спустился на несколько веток вниз и буквально втащил Лилит на дерево.

— Спасибо, — девочка убрала с лица выбившиеся пряди и с опаской взглянула вниз, где оставшиеся ни с чем животные лаяли, рычали, царапали дерево когтями. — Что им нужно было от тебя?

Спаситель молча отодвинул ворот рубахи и девочка увидела маленького серого котенка, который трясся от страха как осенний листок на ветру.

— Он просто замечательный! — восторженно воскликнула Лилит и уже потянулась к нему что бы погладить, но тут ее взгляд упал на странный предмет, торчащий у мальчика за поясом. — Что это? Флейта?

— Эй, верни она моя, — мальчик сердито выхватил инструмент из рук принцессы и сунул ее в карман.

— Так это ты? Ты играл эту чудесную музыку! Я видела тебя из окна!

— Из окна замка? Ты принцесса?

— Да, меня зовут Лилит. А тебя?

— Я - Адам.

— А ну назад, назад! — к дереву подбежал худощавый мужчина средних лет, с растрепанными светлыми волосами и старых охотничьих сапогах. — Сидеть! — Он с силой ударил хлыстом и собаки тихо поскуливая замерли на месте.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество! — к ним тяжело дыша, неуклюже переваливаясь с ноги на ногу спешила запыхавшаяся Нэй.

— Почему животные не на псарне, Рэй! — возмущенно обратилась она к мужчине.

— Я не знаю. Этот мальчишка наверное выпустил их.

— Хватит свою безответственность сваливать на ребенка! — Нэй ткнула ему в грудь пухлым пальцем. — Твоя работа следить за собаками. Ты королевский псарь, черт тебя дери! А если бы они навредили принцессе! Ты понимаешь, что с нами сделал бы Его Величество? Уводи их, немедленно! Я еще выясню где ты все время прохлаждаешься, бездельник! А вы чего там сидите!? — Нэй подняла голову вверх и взглянула на ребят. — Слезайте!

Собаки наконец ушли, а Лилит и Адам спустились на землю.

— Адам, марш на конюшню, тебя отец ищет весь день. Ох и всыпет же он тебе! — строго сказала Нэй.

— Мне пора. До свидания, Ваше Высочество.

Мальчик убежал, а Нэй охая занялась Лилит.

— Вы целы, принцесса? Не пострадали? Не ранены?

— Я в порядке, Нэй, не волнуйся.

— Боже, все платье изорвано. Это же теперь не починить. Причёска растрепалась. Все лицо и руки измазаны! — продолжала причитать женщина. — Идемте, приведём Вас в порядок. — Нэй обняла Лилит за плечи, и они направились в сторону замка. — Боже, какой скандал! Что же скажет его Величество! Больше ни на шаг Вас не отпущу!

***

— Ты невыносим! Если не перестанешь смеяться, я поколочу тебя!

Почти каждый день, как только выдавался подходящий момент, Лилит тайком сбегала в сад, где они несколько часов на пролет играли с Адамом.

— Ты только посмотри на себя, — мальчик, хохоча облокотился на то самое дерево, где не так давно они спасались от собак. — Принцесса, а выглядишь ничуть ни лучше печника!

— Перестань дразниться! — обиженно топнула ножкой принцесса. — Подумаешь, немного запачкалась.

— Замарашка рук не мыла, Месяц в баню не ходила.

— Ах так... — Лилит ловко запрыгнула Адаму на спину, и они с хохотом повалились на траву.

— Адам, смотри, какое небо лазурное! Неужели оно всегда было таким? — восхитилась Лилит, и блаженно зажмурилась, позволив солнечным лучам играть на ее лице. Они так и остались лежать на траве и смотрели как мимо них проплывают пушистые облака.

— А вон то облако похоже на пухлого медвежонка — мальчик ткнул пальцем в небо.

— Точно. А то на корабль, — хихикнула принцесса.

— А вон там лошадь.

— Лошадь... — Лилит рывком села. — Хочешь навестить мою Жозефину?

— Жозефину?

— Да, мою кобылу. Отец подарил мне ее на день рождение в прошлом году.

— А тебе не попадет за то, что ты убежала из дворца?

Лилит на секунду задумалась, а потом лукаво улыбнулась.

— Твой отец сейчас на конюшне?

— Он обычно ходит обедать в это время. Там сейчас должен быть его помощник, Ави. — Отлично, идем.

Незаметно пробравшись к конюшням, Лилит толкнула дверь одной из них. К счастью, та оказалась не заперта. В нос ударил запах навоза и свежего сена. Из денников доносилось слабое фырканье. Каких только лошадей там не было! И крепкие, могучие вороные кони, и грациозные рыжие, с переливистой золотой гривой, и старые седые кобылки, и даже маленькие резвые жеребята. Принцесса остановилась у стоила, где мирно дремала прекрасная белоснежная кобыла.

—Привет, Жозефина, — Лилит ласково погладила ее шелковистую гриву. Лошадь приветственно фыркнула.

— Красавица, — улыбнулся Адам

— А, Адам, явился наконец. Где на этот раз тебя носило... — в конюшню вошел тощий долговязый паренек лет пятнадцати с ведром воды. Это и был помощник конюха, Ави о котором говорил Адам. Взгляд юноши остановился на Лилит и глаза расширились от удивления. — Ваше Высочество? Чем могу служить? И почему Вы одни? Где Ваши гувернантки?

— Не твое дело. Оседлай Жозефину! Мы хотим покататься! — приказала Лилит.

— Но принцесса, мне не сообщили что Вы отправитесь кататься верхом. Простите, но без особого распоряжения Его Величества я не могу...

— Да как ты смеешь перечить мне! Делай что тебя велят!

— Ави прав, Лилит. Если он отпустит нас одних, его могут сильно наказать, — вмешался Адам.

— Что ж, хорошо, тогда пусть идет с нами, — холодно сказала принцесса.

— Без приказа короле или королевы не положено...

— Я приказываю, тебе этого мало?!

Ави опустил глаза. Кажется, в его голове происходил противоречивый мыслительный процесс. С одной стороны, отпускать принцессу одну, верхом на лошади, да еще и без приказа короля нельзя. Случись с ней что, его голова первая полетит с плеч. С другой стороны, ослушаться приказа принцессы, даже столь юной, это значит подвергнуть сомнению власть будущей королевы, да и всей королевской семьи в целом. Что так же может повлечь за собой печальные последствия.

— Ладно, Лилит, идем отсюда... — Адам хотел было уйти, но принцесса жестом остановила его.

— Ты смеешь мне не подчиниться? Я немедленно все расскажу отцу, и он прикажет до смерти забить тебя розгами на этой конюшне!

Ави заметно побледнел. Лилит не без удовольствия отметила, что он очень испугался. Перспектива быть забитым до смерти его явно не прельщала. Немного поразмыслив, юноша учтиво поклонился.

— Почту за честь сопровождать Вас, и Вашего друга во время прогулки, Ваше Высочество.

Лилит довольно улыбнулась и меньше чем через пол часа ребята верхом на Жозефине прогуливались по берегу пруда в сопровождении бедного, понурого помощника конюха, который вел ее под уздцы. Потом они стали кататься по очереди. Адаму предложили попробовать первым. Он ловко вскочил в седло

— Смотри, ты ей нравишься, — хихикнула Лилит.

Мальчик натянул поводья и лошадь рысью пустилась вдоль серебристой водной глади пруда, плавно переходя в галоп. Вскоре пришла очередь принцессы. Надо признать, в седле она смотрелась ничуть не хуже Адама. Девочка гордо выпрямилась и уверенно сжала ножками бока животного. Лукаво подмигнув другу, Лилит натянула поводья, поддела ногами гладкое брюшко своей любимицы, и послушная Жозефина тут же пустилась в галоп. От неожиданности Ави выпустил поводья из рук. Опомнившись, он тут же бросился вслед за хохочущей принцессой, но было поздно. Все произошло в считанные секунды. Из зарослей кустарников прямо под копыта Жозефине бросился упитанный черный кот. Издав громкое ржание, испуганная лошадь резко остановилась и встала на дыбы. Потеряв равновесие, Лилит выронила поводья и испуганно вскрикнув рухнула вниз. Земля вокруг бесчувственного тела девочки окрасилась в красный цвет. Кот, естественно, бесследно скрылся.

***

Открыть глаза для Лилит оказалось не так-то просто. Голову словно проткнул раскаленный металлический прут. Любая попытка пошевелиться, встречалась новой болью. Тело ныло так, как будто по нему пронеслась разъяренная лошадь. Хотя, почему “как будто”?

Все вокруг было расплывчато, словно в густом тумане. Ко всему прочему все это сопровождалось тошнотой и головокружением.

Когда зрение понемногу стало восстанавливаться, Лилит наконец смогла осмотреться. Она лежала в своих покоях. Кто-то заботливо обработали перевязал раны и переодел принцессу в чистую белоснежную сорочку.

— Ваше Высочество, вы пришли в себя, какое счастье! — Нэй, (которую по всей видимости приставили ухаживать за принцессой) дремавшая в кресле бросилась к девочке. — Вы почти два дня пролежали без сознания. Ее Величество чуть сума не сошла от горя. Две ночи просидела у вашей постели.

— Пить, — слабо прохрипела Лилит.

Вскрикнув, Нэй засуетилась, налила из хрустального графина воды, и поднесла принцессе, аккуратно поддерживая ее голову. Девочка осторожно сделала несколько глотков, затем принялась жадно пить, разом опустошив чашку.

— Мама...

— Ой, да что же это я.. Нужно срочно сообщить Их Величествам, — спохватившись, Нэй заторопилась к выходу.

В одиночестве Лилит провела от силы минут пять, хотя ей показалось что прошло гораздо больше времени.

— Лилит, девочка моя, очнулась, — в комнату вбежала взволнованная Анна, за ней отдуваясь и тяжело дыша спешила Нэй.

— Адам... Где Адам?

— Тсссс, — женщина коснулась пальцем губ дочери, — Не думай ни о чем, пожалуйста. Твоя задача сейчас поправляться.

— Вы плачете, матушка?

— Нет, милая, что ты, — она быстро смахнула катящиеся слезы рукавом платья.

Неожиданно, в комнату бесцеремонно вошли двое стражников.

— Что происходит? Как Вы смеете входить в покои принцессы?! — возмутилась королева.

— Принцесса, Вам приказано пройти с нами.

— Что вы себе позволяете! — Анна встала у кровати, преградив им путь к Лилит. — Кто смеет приказывать принцессе?

— Приказ лично короля Джерарда. Нам велено доставить принцессу.

— Моя дочь останется здесь, — строго сказала королева. — Она еще очень плохо себя чувствует. Так что вы можете быть свободны.

К удивлению Анны, ни один из стражников не двинулся с места.

Женщина сердито нахмурилась.

— Что такое? Вы смеете не подчиниться приказу своей королевы? Вы хотите лишиться головы? — ее голос звенел.

— Нам очень жаль, Ваше Величество, но Король предупреждал что Вы можете быть против, и нам приказано доставить принцессу против Вашей воли. Мы вынуждены просить Вас уйти с дороги.

Несмотря на крики и угрозы королевы, плачь и мольбы Нэй, мужчины взяли Лилит под руки и вывели из комнаты, не дав даже накинуть плащ.

Лилит, Анну и Нэй (женщины как разъярённые львицы принялись защищать принцессу и бедным стражникам ничего не оставалось как взять их с собой) привезли на главную площадь города, куда со всех сторон стража сводила ничего не подозревающих горожан. Тут были все: от стариков до маленьких детей. Прямо по середине площади возвышался большой деревянный помост, на котором грозно поблескивая лезвием стояла гильотина. Ее возвел еще отец Джерарда, король Люций, чтобы ни один из подданых не смел усомниться в абсолютной власти королевской семьи, и знали, что ждет их за непокорность. Но сегодня не это приковывало всеобщее внимание. Рядом с помостом стояли три деревянных столба, на которых, к ужасу, Лилит висели, привязанные за руки их конюх, Ави и... Адам. Все трое были без рубах, с оголенным торсом.

— Адам! — Лилит бросилась было к мальчику, но один из сопровождающих ее стражников аккуратно подхватил принцессу на руки и усадил на обшитое красным бархатом кресло, рядом с невозмутимо сидевшим королем.

— Джерард, что все это значит? — возмутилась Анна.

Он жестом приказал им сесть на заранее приготовленные места.

— Объяснитесь, Ваше Величество, — потребовала королева.

— Я не терплю непослушания, даже от собственной дочери, — сухо произнес мужчина, даже не взглянув в сторону жены. — Ей было ясно сказано держаться подальше от этого мальчишки. Теперь пусть видит, что бывает с непокорными.

— Ваше Величество, это же дети, проявите снисхождение, — взмолилась Анна.

— Папочка, пожалуйста, не надо, — испуганно заплакала Лилит.

Вместо ответа Ливианский колокол пробил два раза, словно призывая галдящую толпу к тишине.

Вперед вышел глашатай и обратился к горожанам.

— За покушение на жизнь Ее Королевского Высочества Лилит Августы д`Отриш, конюх Густавус приговаривается к ста ударам плетью. Сын конюха, Адам приговаривается к пятидесяти ударам плетью. Помощник конюха, Авель, приговаривается к ста пятидесяти ударам плетью. Приговор привести в исполнение немедленно.

Засвистели плети. Надо признать, все трое держались очень достойно. Даже маленький Адам не проронил ни звука.

— Хватит, пожалуйста, — плакала Лилит. Девочка пыталась закрывать глаза, отворачиваться, но стражники по приказу короля не давали ей это сделать.

После двадцати ударов Адам неожиданно издал хриплый вдох и обмяк.

— Адам, мальчик мой, — слабым голосом вымолвил Густавус, сжальтесь, пощадите мальчика. Джерард поднял вверх ладонь и стража опустила плети. Один из них направился к мальчику, чтобы проверить его самочувствие. Сняв веревки, он хотел было унести щупленькое окровавленное тельце, как вдруг Адам вскочил на ноги, выхватил из ножен стражника меч и кинулся с ним на мужчину, и тут же получил удар массивным сапогом в грудь. Удар был настолько сильным, что мальчик упал на землю. — Щенок! Я покажу тебе, — разъяренный стражник поднял свой меч и нанес удар мальчику. Адам закричал и закрыл лицо руками. Но даже сквозь закрытые ладони капали алые капли крови.

— Убить их всех, — громогласно приказал Джерард.

Лилит истошно закричала, вскочила было с кресла, а потом темнота...

***

— Ах ты дрянь! Да как ты посмела! — Лилит стояла у входа в свои покои, уперев руки в бока и гневно смотрела на молоденькую служанку, любующуюся на свое отражение в зеркале, с диадемой принцессы на голове.

— Простите, Ваше Величество! — девушка поспешно сняла дрожащими руками украшение, но уронила его на пол.

— Неуклюжая! — вспылила принцесса и отвесила ей звонкую пощечину. — Отвечай, как ты посмела взять мою диадему.

— Я... Я... я всего лишь хотела...

— Довольно, — в комнату вошла королева Анна.

— Умоляю, простите меня, Ваше Величество, — взмолилась девушка.

— Я сказала это не тебе, а принцессе.

— Что? Мама!?

— Оставь нас.

Служанка, учтиво поклонившись, удалилась.

— Ты не должна так вести себя с людьми, Лилит.

— Но ведь мы же короли. Разве остальные не должны нас слушаться? — изумилась Принцесса.

— Милая, — Анна присела на кровать и взяла руку дочери в свои ладони. — Какая ты у меня красавица стала. Такая взрослая уже.

Лилит и правда изменилась. С того злополучного дня прошло четыре года. Из маленькой девочки она начала превращаться в грациозную юную леди. С тонкими аристократическими чертами лица.

— Запомни, — голос Анны стал серьезным. — Ты будущая королева. А наша задача - вдохновлять народ своим примером. Эта девушка, — она указала на дверь, куда несколько минут назад выбежала испуганная служанка, — Служит королевской семье, а мы, служим всему народу. Поняла меня?

— Да, мама.

— Глупости, — ледяной голос заставил Анну и Лилит вздрогнуть от неожиданности и обернуться. В дверях стояла величественная фигура короля. Он медленно подошел к ним.

— Власть дана нам от Бога. — Джерард опустил руку на голову дочери и провел по ее волосам. — И мы не можем пренебрегать ею. Если кто-то усомниться во власти королевской семьи, значит он усомнился в Боге. Однако недостаточно просто обладать властью. Ее нужно уметь удержать. А для этого порой приходится быть жестким, и даже жестоким. Но таково наше бремя. И мы должны его нести, хотим мы того или нет. Да, ты проявила жесткость, но теперь ни у кого не возникнет сомнения в твоей власти. Это и есть истинное качество правителя.

— Думаю, принцесса еще слишком мала для столь резких суждений, — голос Анны стал серьезным, даже немного обеспокоенным.

— Вы находите, Ваше Величество? — Джерард невозмутимо поднял одну бровь.

— Да, к тому же мне бы не хотелось что бы Лилит...

— Меня не интересует чего бы вам хотелось, а чего нет! — строго сказал король. По выражению его лица было видно что он старается всеми силами сдерживать свое недовольство. — Отныне, воспитанием принцессы я намерен заняться лично.

— Папа... — взгляд Лилит наполнился ужасом.

— Что это значит, Джерард? — Анна встала между ним и принцессой, инстинктивно защищая дочь от гнева короля.

— Я не могу допустить чтобы будущее столь могущественного королевство как Моррос было в руках слабого, не обладающего достаточной решимости и интересом к государственным делам правителя.

— Джерард, перестань! — воскликнула Анна. Лилит испугалась. Она еще никогда не слышала от матери подобного тона.

— Мама, папа, прошу вас, не ссорьтесь, —со слезами на глазах взмолилась принцесса. — Молчи, Лилит! — рявкнул Джерард. — Если твоя мать не может тебя воспитать как следует, этим займусь я!

— Вы ли это, Ваше Величество? — Анна приблизилась к мужу и пронзительно взглянула ему прямо в глаза. — Где тот Джерард которого я так любила? Тот добрый, пылкий, романтический юноша? Не ты ли когда-то готов был бросится в омут ради любви, или наплевать на все законы и правила, ради помощи ближнему? Власть и могущество затмили Вам разум!

— Замолчи! — гневно воскликнул король и с силой ударил Анну по щеке ладонью. Удар был такой силы, что та потеряла равновесие и упала на пол.

— Мама! — Лилит бросилась к женщине. — Мамочка, тебе больно?

— Нет, милая, все хорошо, — женщина с трудом поднялась. Голос ее дрожал, глаза увлажнились, но Анна старалась держаться с достоинством, чтобы не напугать дочь.

— Лилит, подойди ко мне, немедленно, — отчеканил Джерард.

— Нет! — девочка спряталась за спину матери.

— Анна, приведи себя в порядок, скоро прибудут послы, нужно подготовиться к приему.

— Идем, Лилит, — она окинула супруга презрительным взглядом и направился к выходу.

— Она останется здесь, — Джерард схватил Лилит за запястье. — Я хочу поговорить с дочерью наедине.

Анна подбадривающе улыбнулась девочке и вышла из комнаты.

— Пусти меня! — Лилит вырвала руку и покрутила запястье. — Как ты мог ударить маму?

— Она позволила себе говорить не подобающим образом с королем.

— Но ты не только король, ты еще муж и отец!

— Именно как муж и отец я забочусь в первую очередь о благе своей семьи.

— Интересное у вас благо, — фыркнула Лилит.

— Ты еще мала, и очень многого не понимаешь. Любое волнение нужно душить в зародыше. Если дать пламю разгореться, начнется пожар, потушить который будет очень сложно. Только решительными действиями можно поддерживать мир и согласие как в стране, так и в своей семье. Поверь милая, я делаю это исключительно для вашего с мамой блага — он протянул руки, и выждав пару секунд, сам обнял принцессу.

— Ваше Величество! Ваше Величество! — в комнату вбежала бледная, насмерть перепуганная Нэй. — Королеве плохо! Она упала! Потеряла сознание!

— Где она? — спросила Лилит.

— Слуги понесли ее в покои.

— Немедленно послать за лекарем! — приказал Джерард и они с Лилит поспешили к двери.

***

— Ну почему же так долго, — Лилит и Нэй уже почти час стояли у дверей комнаты королевы Анны.

Принцесса ходила по коридору из стороны, нервно теребя ткань платья. Нэй тихонько всхлипывала, незаметно смахивая слезы белоснежным передником.

— С ней все будет хорошо, правда, Нэй?

— Нужно молиться, Ваше Высочество, — она обняла плачущую девочку. — Господь милостив. Он не оставит нас.

Наконец дверь хлопнула, и из комнаты вышел лекарь - щуплый, седовласый старик в белой длинной рубахе и тонкой козлиной бородкой. Лилит тут же бросилась к нему.

— Как она? Как моя мама?

— Мне очень жаль, Ваше Высочество, но королева скончалась.

Нэй взвизгнув, закрыла рот рукой.

— Нет, не может быть. Пустите, я должна ее видеть!

— Нет, Лилит, — из спальни вышел Джерард. — Не стоит туда ходить.

— Я хочу к маме, пусти меня! — девочка с силой толкнула его, и мужчина уступил. Вбежав внутрь, она увидела тело королевы, лежащее на кровати. Бледное, полупрозрачное. Анна была красива как никогда. Лилит казалось, она просто спит и вот-вот должна проснуться. Принцесса взяла ее за руку, и дала волю слезам.

— Лилит, — Джерард мягко тронул ее за плечо. Неожиданно, Лилит вскочила как от удара током.

— Это ты! Ты во всем виноват! Я ненавижу тебя! НЕНАВИЖУ!

***

— Меч? Я должна драться на мечах? —пренебрежительно спросила Лилит, с опаской оглядывая лежащее перед ней оружие. С момента смерти Королевы Анны прошло два года. Джерард как и обещал, вплотную занялся воспитанием дочери.

Едва первые солнечные лучи показались на горизонте, Нэй осторожно разбудила принцессу, и не дав даже позавтракать, по приказу короля привела ее в сад.

— Ты должна научиться не просто владеть мечом, а делать это мастерски, — сказал Джерард, с любовью поглаживая лезвие своего меча. — Это не просто искусство. В первую очередь это дисциплина. Как кузнец кует раскаленную сталь, так и мы закаливаем свой характер. Как затачивается остриё клинка, так и мы точим свой ум. Учимся принимать решения молниеносно. В бою, как и в управлении государством у нас нет права на ошибку.

— А кто будет моим учителем?

— Я. Наше обучение закончится тогда, когда ты сможешь выстоять против меня хотя бы три минуты.

— Всего три, — Лилит недоверчиво подняла одну бровь. Джерард усмехнулся и бросил свой меч.

— Бери, — приказал он.

Принцесса послушно подняла оружие с земли. Меч оказался невероятно тяжелым. Лилит не раз видела как отец тренировался, и то, как он с легкостью перебрасывал его из руки в руку, казалось легким и естественным.

— Бей, — сказал Джерард.

— Но ведь я могу покалечить тебя! — испугалась Лилит.

— Бей, я сказал!

— Папа, пожалуйста, я боюсь!

— Бей, или ударю я!

Девочка сделала несколько шагов вперед, занесла меч над головой, готовясь ударить,

но практически сразу же оказалась на земле. Меч лежал в паре шагов, а из носа текла кровь.

— Мне понадобилось две секунды, — спокойно сказал Джерард, поднимая свое оружие.

— Тебе все еще кажется что три минуты это мало? Или ты рассчитывала что я буду поддаваться? Вставай, живо!

Лилит всхлипывая от боли с трудом поднялась на ноги вытирая кровоточащий нос рукавом платья.

— Вставай в стойку.

Принцесса подняла готовясь отразить удар. Джерард расхохотался.

— Нет, это никуда не годится, — одним движением он выбил меч из рук Лилит и сбил ее с ног.

— Поднимайся, — невозмутимо сказал Джерард.

Едва сдерживая слезы принцесса встала, слегка прихрамывая.

— Одну ногу выставь немного вперед. Шире. Вот так. Теперь твое положение будет более устойчивое, и тебя будет не так просто сбить с ног. Лилит повиновалась. Джерард одобрительно кивнул.

— Теперь замах. Локти разведи слегка в стороны. Меч держи на уровне корпуса. Голова и корпус твои самые уязвимые места, поняла?

— Да, — кивнула принцесса.

— Теперь расслабь руки, — Джерард встал сзади обхватил своими руками руки дочери, предав им нужное положение. — Если держать их в таком напряжении они очень быстро устанут, к тому же, этим ты лишаешь себя возможности для маневров.

— Вот так?

— Да, хорошо. Готова?

Вместо ответа раздался звон соприкосновения лезвий.

После многочасовой тренировки обессилевшая Лилит Наслаждалась теплой ванной. Заботливая Нэй добавила туда лавандовое масло и лепестки роз для успокоения и смягчения кожи. Все тело принцессы ныло от ссадин, а мышцы каменели от внезапной физической нагрузки. Служанки массировали спину, стопы и руки девушки. Лилит щурясь от удовольствия допивала третий стакан какао и допивала пятое пирожное с кремом, как дверь открылась и в купальню вошла Нэй и учтиво поклонилась.

— В чем дело, Нэй?

— Прошу прощения, Ваше Высочество, но король приказал проводить Вас в библиотеку.

— Зачем? — Лилит непонимающе посмотрела на женщину.

— Вас ждет урок этикета.

— Сейчас? Вы в своем уме?! — возмутилась принцесса. — Я едва держусь на ногах! Мои пальцы стерты в кровь, а на голове огромная шишка! Как ты думаешь, мне сейчас есть дело до этикета?

— Я очень сожалею, но король велел привести Вас даже против Вашей воли, — виновато опустила голову Нэй.

— Немыслимо, — буркнула Лилит и от досады ударила кулаком по воде. — Я могу хотя бы одеться?

— Разумеется, Ваше Высочество. Я буду ждать за дверью.

Старая экономка удалилась, а девушка не удержалась и скорчила ей в след смешную рожицу.

Спустя четверть часа Лилит направилась в библиотеку, где ее уже ждал король. В маленьком темном и душном помещении, освещенным лишь парой тройкой свечей, полыхающих в золотых канделябрах. От духоты и монотонного голоса Джерарда принцессу стало клонить в сон. Сквозь дремоту прорывался бархатный голос короля:

— Я хочу чтобы ты поняла важность всех этих пока что ненавистных тебе правил. Королевский этикет - это сложный набор правил и протоколов, определяющих поведение и взаимодействия всех членов королевской семьи и их подчиненных. Это целый кодекс поведения, который охватывает практически все аспекты жизни во дворце, от манеры одеваться и есть до способов говорить и приветствовать других. Соблюдение этикета, помогает укрепить и поддержать авторитет королевской семьи и монархии в целом. Он также является важным инструментом в дипломатических отношениях...

Дальше Лилит уже не слушала. Сон мягко принял ее в свои объятья. Ей снилось будто она - королева пингвинов. Вместо шелкового платья, безупречный фрак, вместо тиары - блестящая льдинка. Вместо чопорных дам и герцогов неуклюжие черно-белые подданые. Она принимала парад морских котиков, заседала в ледяном парламенте, где обсуждался очень важный вопрос о предпочтительном сорте кильки.

Вдруг на трон взобрался гигантский кальмар во фраке, который был удивительно похож на фрак короля Джерарда. Он объявил себя новым королем и начал угрожающе хлопать щупальцами. Вооружившись снежком Лилит храбро бросилась в атаку. Битва была в самом разгаре, Когда Джерард кашлем вернул ее к реальности.

— Лилит, ты слушаешь меня?!

Принцесса вздрогнула и резко подскочила на стуле, сильно ушибив коленку. И угораздило же ее уснуть прямо над чернилами и пергаментом!

— Позволь спросить, что это ты делаешь? — холодно проговорил король.

— Прости, отец, я видимо очень устала сегодня — зевнула Лилит поглаживая предательски ноющую коленку.

— Твое безответственное отношение к учебе и к своему королю просто не позволительно! За это ты будешь наказана.

— Но отец, это не справедливо!

— Смеешь мне не подчиняться? Здесь я король! И мне решать, что справедливо, а что нет! Я- власть! Я-Закон! Ты поняла? — лицо Джерарда перекосило от гнева. Глаза налились кровью, а ноздри раздувались как у разъяренного быка.

— Да, отец, — испуганно сказала Лилит, смиренно опустив голову.

— Это, — он бросил на стол перед девушкой толстую книгу в твердом переплете, — правила внутреннего двора. — Здесь описано, что должны знать члены королевской семьи, правила этикета. Ты должна выучить это к завтрашнему дню.

— В это?! — воскликнула принцесса с ужасом глядя на огромную толстую книгу. — Но тут не меньше пятиста страниц. Мне не успеть к завтрашнему дню!

— Значит поторопись, — холодно отрезал король и удалился.

Всю ночь Лилит не сомкнула глаз. Решив доказать отцу что она может совершить невозможное, она старательно изучала правила внутреннего двора, этикета и дипломатии, и как они менялись на протяжении столетия. К примеру пра-пра-пра бабка Лилит, Аурэлия Великолепная была жуткая модница. Львиная долья королевской казны только на ее наряды. Она произвела настоящую модную революцию, отменив ужасные удушающие корсеты, которыми женщины ломали себе ребра. А ее прадед, Лоурэнс Отважный впервые внес закон наследования трона не только сыном, но и дочерью. У него было пять дочерей, и никто из его многочисленных жен и наложниц так и не смог родить ему сына. И дабы после смерти трон не отошел к его кузену, он внес эту поправку.

Лилит откинулась на спинку стула и сладко зевнула. Небо за окном озарилось багрянцем. Приближалось утро. Последний огарок свечи догорел и погас. В конец обессилев, принцесса на ватных ногах добралась до кровати и уснула, едва ее голова коснулась подушки.

***

— Глава II “ О мудрости и образовании”. Принцесса всегда стремиться к знаниям. Она изучает историю, философию, искусство и дипломатию, дабы быть просвещенным и мудрым правителем. Она понимает, что образование — это не только накопление фактов, но и развитие критического мышления, способность видеть мир во всей его сложности и многогранности, — твердо отчеканила Лилит. С самого утра Джерард вызвал принцессу в библиотеку чтобы проверить как она справилась с заданием.

— Продолжай.

— Гава IV “ Смирение и самоконтроль”. Принцесса не кичится своим положением и титулом. Она скромна и сдержана в своих поступках... И...Эээээ...

— Дальше, Лилит... — раздраженно произнес Джерард.

— Я не помню. Ты дал мне слишком мало времени!

— Ты ослушалась меня.

— Я же не специально! — из глаз девушки потекли слезы. Внутри все клокотало от обиды и несправедливости.

— Меня это не волнует. Ты не выполнила приказ короля! Я не терплю неподчинения. Нэй! — рявкнул Джерард, и в комнату вбежала перепуганная экономка. — Принеси мне таз с ледяной водой и хворостину, — глаза женщины округлились от страша.

— Вше Величество, смилуйтесь, она же еще дитя...

— Я не привык повторять дважды, Нэй!

— Слушаюсь, — она с жалостью взглянула на принцессу и с легким поклоном удалилась.

Через несколько минут в библиотеку вошли две девушки служанки неся огромный таз.

— Разденьте ее, — приказал Джерард.

— Только попробуйте прикоснуться, — прорычала принцесса, и девушки уже сделавшие несколько шагов к ней, замерли на месте.

— Выполняйте!

Поколебавшись несколько секунд служанке все же подчинились королю.

— Не смейте! Отпустите меня! — Лилит кричала, брыкалась, но не смотря на это девушки выполнили свою работу. Туфли, платье, чулки: все полетели на пол. Даже шпильки державшие волосы в замысловатой прическе, украшение, было снято.

На Лилит осталось лишь белоснежная накрахмаленная нательная рубашка, доходившая до лодыжек. Одним движением руки Джерард рванул подол и оголил ее ноги до колен. Жестом король приказал поставить принцессу в таз с водой. Словно тысячи маленьких осколков стекла впились в ее оголенную плоть. По телу прошла мелкая дрожь.

— Это для того, чтобы ты помнила, за что мне пришлось тебя наказать, — Джерард взял уже до боли знакомую книгу и заставил Лилит держать ее над головой.

Обойдя вокруг дрожащей от холода и страха принцессы, он взял хворостину и ласково погладил ее, словно любуясь этим зрелищем.

— Запомни, каждое нарушение должно быть наказано, — проговорил он и первый удар обрушился на тонкую бледную кожу.

Лилит всхлипывала, кусая губы до крови, чтобы не закричать. Холод пробирал до костей, а каждый удар оставлял жгучий след. Но боль была не только физическая. С каждым ударом она чувствовала, как тает любовь к самому близкому человеку который у нее остался. Как тает ее свобода, ее мечты и надежды. Она вдруг осознала что осталась совсем одна. Ее чувства и тревоги никому не важны. Даже отца больше волновали правила, чем она сама.

Лилит молчала, пока король не закончил свою экзекуцию.

— Надеюсь ты усвоила урок.

— Благодарю за науку, Ваше Величество...

***

— Господи, ну и грязища тут, хуже чем в конюшне, — недовольно сморщилась Нэй, пробираясь сквозь толпу.

— Не ворчи, Нэй, — сказала Лилит, бодро шагая вперед, время от времени поправляя пыльную юбку и глубже зарываясь в капюшон старого заплатанного плаща.

За последние месяцы интенсивных занятий, тренировок и бессонных ночей за книгами Лилит очень осунулась. Под глазами появились серые круги, взгляд потух, а вместо звонкого девчоночьего смеха - вымученная дежурная улыбка, скрывающая боль и отчаяние. Не в силах больше смотреть на страдание девочки, Нэй обратилась к королю с просьбой взять с собой Лилит на рынок за продуктами, в надежде что это поможет принцессе развеяться и отвлечет ее от дворцовой рутины. После долгих уговоров Джерард смилостивился, но приставил к ним охрану из дворцовой стражи, которая должна была следовать за принцессой неотступно, готовясь в любой момент придти на помощь.

Лилит восприняла эту идею с восторгом, как к маленькому приключению. Она приказала принести ей одежду служанки, как в любимых романах, когда принцессы переодевались в простолюдинок, чтобы свободно передвигаться по улицам.

На площади было людно и шумно. Торговцы на перебой расхваливали свой товар, дети резвились, скача на самодельных деревянных лошадях, с сахарными леденцами в руках.

Больше всего народу было у самой дальней палатки. Сгорая от любопытства, Лилит протиснулась сквозь плотное кольцо зеваки подошла ближе.

— Не проходите мимо! Кружева ручной работы! Шелковые платки! Пояса с вышивкой на любой вкус! — звучал звонкий девчоночий голос. За прилавком стояла красивая юная девушка. Ее дивные каштановые волосы, собранные в тугую косу, огромные зеленые глаза будто излучали свет, а белоснежная улыбка притягивала и согревала каждого. От нее исходила невероятная энергия, которая окутывала людей невидимыми объятиями, теплыми и родными. Принцесса так же отметила, что торговка была всего на несколько ле старше ее самой.

— Здравствуйте, присмотрели для себя что-нибудь? — обратилась девушка к подошедшими к ней Нэй и Лилит.

— Какая красота, — принцесса с восхищением рассматривала красный бархатный пояс, расшитый золотыми нитями. — Ты сама это сделала?

— Да, у отца мастерская по ремонту и пошиву одежды. Мы с мамой помогаем ему, и выставляем некоторые изделия на продажу.

— Я бы тоже хотела научиться так, — улыбнулась Лилит. — Научишь меня?

— Конечно. Это Легче чем кажется. Я Анна.

— Лилит, — представилась принцесса. — Сколько стоит этот пояс?

— Пять серебряных монет.

Лилит достала привязанный к поясу мешочек с монетами и отсчитав нужную сумму и отсчитав нужную сумму протянула девушке.

— И вот еще что, — принцесса сняла с пальца массивный золотой перстень и протянула торговке. — Это фамильный перстень Тебе он нужнее чем мне.

— Вше Высочество, Вы уверены? — шепнула ей на ухо Нэй. — Вашему отцу это не понравится.

— Уверенна, — твердо ответила Лилит.

Тепло попрощавшись с Анной Лилит в отличном настроении и с прекрасной покупкой отправилась дальше по рядам. У фермера они закупили свежайшего парного молока, У торговца Доминика Нэй выбрала самые свежие овощи. Они немного поболтали, и мужчина подарил им еще пару ароматных яблок.

Выйдя из кондитерской лавки с пакетиком орехового печенья, Лилит вдруг заметила что толпа на улице оживилась. Все спешили в сторону главной площади.

— Что случилось? — удивилась принцесса. — Почему все бегут?

— Не знаю, — Нэй выглядела слегка встревоженной.

Увидев неподалеку как три девушки о чем-то шептались, Лилит решительно направилась к ним.

— Извините что прерываю, — учтиво проговорила Лилит. — Вы не знаете от чего такой переполох?

— Стражники арестовали одну из торговок, — поведала высокая девушка, стоявшая ближе всего к Лилит.

— Арестовали? За что?

— Она украла у кого-то золотой браслет.

— Да не браслет, а перстень— поправила рыжеволосая девушка с тугой косой, стоявшая в центре.

— Ну подумаешь, не обеднеют, — фыркнула третья девушка, в длинном голубом платье в цвет ее больших выразительных глаз. — Наверняка у дамы, которой он принадлежал их десятки. А нам не то что украшения, хлеба не на что купить!

— Думай что говоришь! — шикнула первая. — На том перстне был выгравирован королевский герб! Она хвасталась им своей подруге, а проезжавший мимо королевский стражник увидел его и узнал.

Внутри у Лилит все похолодело.

— Анна! — ахнула Лилит. — Куда повели девушку?

— Ее выпорят на главной площади, — сказала рыжеволосая.

Принцесса со всех ног бросилась бежать. Девушка расталкивала толпу, даже кажется врезалась в мужчину, и тот уронил ящик с фруктами. Но в тот момент это было для нее не важно. В голове звучало лишь одно: “только бы успеть”. Сердце бешено стучало в груди. Ноги стерты в кровь неудобными жесткими туфлями. Но Лилит не позволила себе остановиться. Наконец она миновала последний поворот, и оказалась на главной площади, где уже собрались люди. С трудом пробравшись к самому центру, Лилит увидела Анну, привязанную к столбу, а над ней с хлыстом в руках стоял один из королевских стражников. Свист...И хлыст с силой обрушился на спину девушки Анна вскрикнула от дикой жгучей боли. Слезы хлынули из ее глаз. Удар...Удар... Девушка кричала, молила о пощаде. Пот стекал с ее лба, смешиваясь со слезами.

— Не сметь! — громко крикнула Лилит, и уже ринулась было вперед, но кто-то крепко схватил ее за руку.

— Не нужно, Ваше Высочество, не вмешивайтесь, — тяжело дыша сказала только что подоспевшая Нэй.

— Но ведь она не виновата! Она ничего не крала! Это я, я сама отдала ей кольцо.

— Вы только сильнее разгневаете Его Величество! Он непременно опять накажет Вас!

— Мне плевать! Я не допущу чтобы из-за меня пострадала невиновная девушка! Пусти меня! — Лилит с силой рванула руку.

—Немедленно остановитесь! — принцесса встала между стражником и окровавленным телом девушки, которая от боли уже потеряла сознание. Мужчина, занесший руку для очередного удара узнав Лилит тут же опустил плеть.

— Отойдите, Ваше Высочество.

— Ты смеешь мне приказывать, пес?! — разгневанно крикнула принцесса. — Я сказала пошли прочь!

— Я всего лишь выполняю свой долг.

— Твой долг избивать ни в чем неповинных девушек?

— Мой долг защищать королевскую семью, их жизнь, честь и богатство. Эта оборванка украла Вашу семейную реликвию.

— Она ничего не крала, ясно? Хочешь бить, бей меня! — с вызовом сказала Лилит и стражник заметно побледнел.

— Я буду вынужден сообщить об этом Его Величеству, королю Джерарду.

— ВОН! — гневно крикнула девушка. Стражник удалился, а она бросилась развязывать Анну. Двое юношей и девушка из толпы бросились на помощь.

— Она же не...

— Она жива, — заверил высокий темноволосый парень, с легкостью подхватывая бесчувственное хрупкое тело на руки. — Мы отнесем ее домой, не волнуйтесь, Ваше Высочество.

Лилит кивнула и они ушли.

— Король будет вне себя, — грустно сказала Нэй.

— Я тоже...

Через пару часов дверь в покои короля распахнулись, с грохотом достойным артиллерийского залпа, и Лилит словно разъяренная фурия ворвалась внутрь. Ее трясло от гнева, кулаки сжаты, в глазах полыхал огонь.

— Твои головорезы творят беспредел!

— Разве ты не знаешь, что нужно постучать, прежде чем войти? — невозмутимо сказал Джерард, не поднимая взгляд с шахматной доски, на которой он разыгрывал очередную сложную партию. Лилит подошла ближе и несколько раз с силой стукнула кулаком по столу, отчего все шахматные фигуры разлетелись в разные стороны.

— Только что на площади твои стражники задержали и выпороли ни в чем не повинную девушку!

— Ты о той воровке с рынка? Да, мне доложили об инциденте. Но только никак не возьму в толк, что тебя так разозлило?

— Она не воровка, папа! Я сама подарила ей это чертово кольцо!

— Я знаю, — спокойно ответил король.

— Знаешь? Тогда накажи их! Прикажи прекратить устраивать эти побоища!

— Что гласят правила внутреннего двора? Глава X “О Власти”?

— Причем тут правила?!

— Цитируй!

— Королевская власть - не только бремя правления, но и священная с прошлым, воплощённая в реликвиях что хранят историю и дух королевства. Реликвия - зрелые символы легитимности, дарующие правителю силу и мудрость предков. Осквернение или потеря их - величайший грех, предвещающий беды и смуту... — Лилит замолчала и взглянула на отца. Вот теперь она, кажется, все поняла. И от этого становилось еще страшнее.

— Это наказание не для Анны — в ужасе прошептала девушка. — Оно для меня...

— Ты в который раз не выучила мой урок, Лилит. Мало знать королевский кодекс. Ему нужно следовать.

— Для тебя какая-то книга важнее человеческой жизни?! — яростно воскликнула принцесса.

— Эта книга написана кровью наших предков и всего нашего народа. Советую запомнить это раз и навсегда. Как будущая королева ты должна безукоризненно соблюдать закон и следовать правилам.

— Ах правилам! — рявкнула Лилит. — Я покажу тебе правила! — с этими словами девушка быстрым шагом вышла из комнаты и решительно направилась в свои покои. Там она схватила ненавистную ей книгу, ту самую, над которой она кропела ночами и с яростью стала рвать ее, страница за страницей. Чем больше листов бумаги оказывалось на полу, тем больше удовлетворения получала принцесса. Когда книга наконец была полностью уничтожена. Лилит собрала клочки бумаги, вернулась в покои отца и бросила истерзанные страницы ему под ноги.

— Вот что я думаю о твоих правилах! — скрестив руки на груди она с вызовом взглянула на короля.

— Я не прощаю неповиновения, — холодно сказал Джерард, поднимаясь на ноги. — Даже от собственной дочери.

Внутри у Лилит все похолодело от страха. Сердце словно пропустило удар.

— Стража! — рявкнул король и в дверь сию минуту вбежали двое мужчин.

— Запереть принцессу в библиотеке, — приказал Джерард. — Ты, — он обратился к Лилит. — Полностью перепишешь книгу.

— Что? —ахнула девушка. — Но папа!

— Молчать! А до этого ты не сделаешь оттуда ни шагу. Никакой еды и воды. Все, увести ее!

Библиотека приняла Лилит холодом гранитных стен и ароматом вековой пыли, старой кожой переплетов и горьким духом разочарования. Не то чтобы Лилит не любила книги. Напротив, ей очень нравилось читать захватывающие истории ночи напролет, или находить в них ответы на интересующие вопросы, но переписывать правила и законы? Превращаться в бездушного писаря было равносильно унижению.

Первые сутки ярость клокотала в ней, подобно лаве вулкана, готовой в любой момент вырваться наружу. Перо скрежетало по пергаменту, рождая угловатые, словно выкованные из ненависти буквы. Чернила то и дело проливались на лист, оплакивая ее заточение.

Постепенно на смену ярости пришла усталость. От голода кружилась голова, а от жажды высохли и потрескались губы, а язык стал шершавым. Несколько раз Лилит засыпала, но ее будил специально приставленная служанка. Несколько раз добродушная Нэй пыталась тайком принести принцессе провиант, но стража грубо выставила ее за дверь.

Когда третий день заточения Лилит подходил к концу, последняя страница книги наконец была написана, девушка с трудом поднялась, вышла из библиотеки и упала без чувств.

***

Дождь барабанил сквозь витражное окно тренировочного зала дворца. Капли стекали по узорам разноцветного стекла, искажая вид на унылый серый пейзаж королевского сада.

Лилит облаченная в охотничий костюм стояла напротив Джерарда, подняв меч в боевую готовность. Много лун прошло с тех пор, как девушка взяла в руки оружие. Король ни делал исключений ни по возрасту, ни по полу, ни по статусу, когда речь шла об обучении принцессы, в том числе и искусству владения оружием. Каждая тренировка была испытанием силы, ловкости и воли.

Поединок начался. Джерард атаковал первым. Его меч рассек воздух с угрожающей скоростью. Лилит парировала, отвечая контратакой. Раньше она лишь защищалась. Но сегодня собрав весь гнев, всю боль и обиду она нападала. Ее движения стали более плавными и интуитивными. Удар следовал за ударом. Звон клинков эхом разносилась по залу. Лилит заметила легкую тревогу в глазах отца. Неточность в его выпадах стали сигналом. Воспользовавшись ситуацией она провела обманный маневр и сумела оттеснить короля. Его меч дрогнул. Джерард опустил оружие. В его глазах мелькнула гордость.

— Достаточно, — произнес король хрипловатым от напряжения голосом. — Сегодня ты победила.

Лилит стерла рукавом пот со лба и бросила меч на пол. Ее грудь тяжело вздымалась.

— Вот только эта победа больше нужна была тебе, а не мне.

С этими словами она развернулась на каблуках и вышла из зала.

***

В Морросе, где зима цеплялась за землю мертвой хваткой, а солнце было редким гостем, Праздник весеннего рассвета (или как его шепотом именовали старые Морросцы “Пробуждение Мары”) был настоящим событием.

Мара - дремлющая богиня земли, чье дыхание по легенде сковывало королевство льдом, чей гнев приносил голод и смерть. Каждую весну с первыми проблесками солнца весь Моррос замирал в ожидании божественной благосклонности. Раньше это сопровождалось жертвоприношением, танцами у костра под луной, мольбами о милости и хорошем урожаи. Все это повторялось из года в год, дабы умилостивить Мару.

Однако со временем, дедушка Джерарда, король Лоуренс, славившийся своей тягой к празднованиям и развлечениям изменил традиции, превратив почти магический обряд в весеннюю забаву. В этот день, когда считалось, что граница между миром людей и миром духов истончалась, Морросцы устраивали пышное торжество и настоящее соревнование. Королевская семья и все приближенные ко двору, чиновники с их семьями собирались вместе и устраивали большую охоту. Считалось великой честью загнать в этот день зверя по крупнее: гигантского лютоволка, огромного медведя с костяными наростами на теле, теневого ястреба, затмевавшего своими крыльями солнце. Тот, кто первым пронзит сердце зверя и принесёт его тушу королю , тот получит благословение на щедрый урожай и сто золотых монет в награду.

Сегодня погода была благосклонна. Солнце пробивающиеся сквозь ветви вековых дубов блестел на снегу, словно окрашивая серебром опушку леса. Здесь, на границе Морроса разворачивалось действо для глаз коронованных особ и приближенных к ним, а именно подготовка лесной поляны к празднованию. Десятки слуг работали словно муравь, под руководством старого егеря, служившего еще отцу Джерарда. Алые полотнища, расшитые золотой нитью обвивали стволы деревьев, превращая их в живых стражей. Трофеи прошлых охот: оленьи рога, медвежьи шкуры - крепились к полотнам, напоминая о силе правящей династии. Но главным украшением праздника были ледяные скульптуры мифических существ, вырезанные лучшими мастерами королевства. Они были настолько реалистичны, словно сошли со страниц древних легенд. Конечно, не обошлось без угощений. Длинные столы ломились от разнообразных блюд, а вино лилось рекой. Все участники охоты и приглашенные гости уж собрались, и король Джерард вышел вперед чтобы произнести свою традиционную речь.

— Дорогие гости! Я рад приветствовать Вас в этот Светлый день на нашем празднике! Пусть эта весна принесет нам мир и процветание! Пусть она станет символом возрождения не только в природе, но и в наших душах! — все громко зааплодировали. Джерард улыбнулся и продолжил. — Священная охота, которую мы все так чтим, это не только развлечение, это важная часть нашей культуры и традиций. Это искусство выживания, проверка смелости и умений. Пусть каждый из вас покажет всю свою доблесть и мастерство, — он указал на десять мужчин разного возраста и комплекции, сидящих верхом на крепких могучих конях. Толпа разразилась одобрительным возгласом.

— Так же я с гордостью хочу сообщить вам, что моя дочь, принцесса Лилит наконец достигла возраста четырнадцати лет, возраста, когда она наконец может присоединиться к нашим славным охотникам!

Все взгляды устремились на красивую молодую девушку, грациозно восседавшую на белоснежной кобыле. Лилит, в охотничьем костюме серебристого цвета с меховым воротником из белой лисы выглядела очень статно и грациозно. На поясе у девушки закреплены ножны, в которых был легкий изящный меч, на плече лук и колчан со стрелами. Длинные волосы пшеничного цвета собраны в высокий хвост, доходивший почти до пояса. Многие отмечали ее поразительное сходство с покойной королевой Анной. Принцесса встала в один ряд с охотниками и Джерард продолжил.

— От всей королевской семьи и себя лично объявляю праздник Весеннего рассвета Открытым! Пусть он напомнит нам о единстве и силе нашего народа! Да здравствует весна! Да здравствует охота! Да здравствует Моррос!

Прогремели пушки, и король ловко вскочил на коня и вместе со своей свитой отправился вслед за другими охотниками, присоединившись к Лилит.

Лес встретил их звенящей тишиной, которую нарушал лишь хруст снега и фырчанье коней. Принцесса достала стрелу и слегка натянула тетиву лука, приведя оружие в боевую готовность. Неожиданно, король, шедший впереди всей процессии замер, дав рукой знак другим остановиться.

— Кабан, — прошептал Джерард, предвкушая крупную добычу. — Судя по следу прошел совсем недавно.

— Крупный, — заметила принцесса. — След глубокий. И вон кора у ствола дерева стерта. Бивни мощные.

— Очень хорошо, Лилит, — рот Джерарда скривился в довольной ухмылке. — Отпускайте собак! — приказал король и тут же свора борзых с громким лаем бросилась по следу. Лилит натянула поводья, слегка ударила пятками лошадь в бока и пустилась в погоню.

— Вон он! — воскликнул Джерард, и принцесса увидела, как за деревьями мелькнула серая тень. Прицелившись, девушка выстрелила, но промахнулась. Громко выругавшись словами, которые совсем не подобает произносить принцессе, Лилит поспешила за отцом. Едва она успела поравняться с королем, как словно из ниоткуда появилась маленькая сгорбленная старушка, укутанная в старый, потрёпанный черный тулуп не по размеру, и в серый пуховый платок, из-под которого небрежно выбивались седые пряди. На спине у нее была закреплена тяжелая вязанка хвороста. Принцесса заметила женщину слишком поздно. Лошадь с громким ржанием встала на дыбы, сбив незнакомку с ног. К счастью, благодаря своевременной реакции Лилит, ее мастерству наездницы, падение не принесло женщине сильного вреда.

— Как ты смела встать на пути королевской охоты? — яростно воскликнула принцесса и ее хлыст скользнул по морщинистому лицу. — Я едва не разбилась из-за тебя!

— Лилит, ты в порядке? — К ним подоспел взволнованный Джерард в сопровождении своей свиты.

— Да, в порядке. Отец, ее нужно наказать! Из-за нее меня едва не сбросила лошадь!

— Простите меня за дерзость, но это Вы наехали на меня, — пыхтя старушка с трудом поднялась на ноги и вскинула на спину свою вязанку хвороста. От нее исходил липкий сладковатый запах чего-то сырого, могильного. — Я надеюсь как полагается благородной леди принцесса извиниться перед старой женщиной, которая всего лишь собирала в лесу хворост чтобы согреться?

—Что? Да как ты смеешь?! — от негодования Лилит сжала кулаки. — Хочешь умереть?

— Я видела свою смерть, Ваше Высочество. Поверьте, Вы не имеете к ней никакого отношения.

— Ах ты дрянь! — девушка вскинула лук и натянула тетиву. Неожиданно, король остановил Лилит, слез с лошади и медленно приблизился к старухе.

— Что значит видела свою смерть? — спросил он. Женщина криво улыбнулась беззубым ртом. — Неужто колдунья?

— Ну что вы, Ваше Величество. Просто вижу и знаю то, что другим недоступно.

— Идемте отец. Не будем тратить время на эту жалкую ведьму, —сказала Лилит, окинув женщину презрительным взглядом.

— Ну отчего же. Мне очень интересно. Скажи, что ждет меня в будущем? Сколько я проживу на этом свете? — он протянул ей свою ладонь, но женщина мягко убрала ее.

— Мне не нужно касаться руки чтобы ответить на ваш вопрос, — старуха криво улыбнулась беззубым ртом, и Лилит заметила, как на её шее, скрытая грязным воротом, блеснула подвеска — серебряный полумесяц, перечёркнутый трещиной. Тот самый символ, что вырезали на камнях у древних капищ Мары.

— До рассвета не доживете, Ваше Величество, — сказала старуха, и её голос вдруг стал глубже, будто внутри неё заговорил кто-то другой. — Но не я принесу вам смерть. Вы сами позовёте её, когда корона запоёт свою песню.

Она коснулась ладонью земли, и под её пальцами снег мгновенно почернел. Затем женщина поднялась, отряхнула руки и, не оглядываясь, ушла в чащу.

Лилит смотрела на чёрный круг у своих ног, и внутри неё шевельнулось смутное беспокойство, которое она тут же подавила презрительным смехом.

— Прикажете казнить ее? — главный гвардеец королевской стражи с готовностью обнажил меч.

— Не стоит, — спокойно ответил Джерард. — Эта шарлатанка не несет никакой опасности. Жизнь этой старухи не несет для нас никакого значения, ровно как и ее смерть. Тогда к чему омрачать наш праздник?

— Я не узнаю Вас, отец, — изумилась Лилит. — Раньше за такую дерзость вы наказали бы не задумываясь.

— Я никогда не наказываю без причины. Ты еще слишком молода, дочка. Тебе предстоит еще многому научиться. А сейчас хватит болтать. Пора вернуться к охоте.

— Наконец-то, — принцесса выхватила лук.

Джерард расхохотался. Его очень позабавил энтузиазм дочери.

— Не ожидал от тебя такой прыти. Пожалуй, ты могла бы дать фору многим мужчинам, — в его голосе читался азарт и неподдельное любопытство. — Желаете пари, принцесса?

— Пари?

— Кто из нас первым принесет добычу, достойную подношения Богам, тот и победил.

— А что стоит на кону? — теперь азарт проснулся и в принцессе.

Король на мгновение задумался.

— Если ты выиграешь, можешь просить любое украшение, любую вещь из моей сокровищницы.

— А если я проиграю?

— Ты на год забудешь об охоте, балах и любых других развлечениях. Будешь сидеть в своей комнате, вышивать и музицировать.

— Я принимаю вызов, — решительно сказала девушка

Джерард кивнул и охотники рассредоточились по лесу.

Лилит в сопровождении своей верной свиты уверенно направилась в самую глубь леса. В свиту принцессы входили опытный егерь Байрон, знавший лес как свои пять пальцев, дружинник Айзек и преданный рыцарь Кэдоган, готовый в любой момент защитить принцессу от любой опасности.

Идущий впереди Байрон, внимательно изучал следы на земле.

— Кабан, — прошептал, указывая на свежие отпечатки копыт, утопающие в снегу. Лилит кивнула, давая свите знак двигаться тише. Они углубились в лес, ища какие-либо признаки прибывания дичи. Неожиданно, из-за густого орешника выскочил тот самый кабан, которого выследил Байрон. Огромный зверь вздымал копытами хлопья снега вверх. Свита уже приготовилась атаковать, но принцесса приказала опустить оружие. Туго натянув тетиву своего лука, Лилит прицелилась, и стрела с угрожающим «вжжжжжииих» Попала точно в цель. Кабан громко взвизгнул, и рухнул на землю. Наступила тишина, нарушаемая лишь дыханием охотников. Егерь вытащил ножи направился к туши животного, дабы проверить жив ли он, и для верности еще несколько раз вонзил нож в спину дикого зверя.

— Поздравляю, Ваше Высочество. Отличный выстрел, —с улыбкой сказал Байрон.

Охота продолжалась. Лилит и ее свита преследовали оленей, ловили фазанов. Каждый удачный выстрел, каждая пойманная дичь приносили принцессе радость и удовольствие. Здесь, вдали от дворцовых стен и бесконечных правил, Лилит чувствовала себя по -настоящему свободной.

Девушка уже предвкушала победу в соревнованиях, скупую похвалу отца и восхищение придворных. Когда солнце наконец стало клониться к горизонту, Лилит отдала приказ возвращаться.

На лесной опушке царила напряженная атмосфера. Принцесса нервно переступала с ноги на ногу. Вокруг нее усталые и замерзшие расположились все остальные участники охоты: лорды в потемневших от грязи и крови камзолах, лучники с потухшими взглядами, фрейлины, кутающиеся в шали.

Солнце уже давно нырнуло за горизонт, окрасив небо в багряные и фиолетовые тона, сменившиеся густой вечерней синевой. Все с тревогой вглядывались в чащу. Король Джерард все еще не вернулся с охоты. Это было совсем не похоже на него. Лилит приказала развести костры, чтобы ориентировать отца и остальных членов его свиты на случай если они заблудились. Час тянулся за часом. Треск дров в кострах был единственный звук, нарушавший тишину. Надежда таяла словно воск свечи, оставляя после себя лишь липкий страх.

Приближалась ночь. Принцесса собралась было отправить отряд на поиски, как вдруг из чащи леса вышли две мужские фигуры. Внимательно вглядевшись, Лилит узнала в них гвардейцев из личной охраны Джерарда. В свете костра их всегда бравые лица были землистого цвета, а глаза полны ужаса. Подойдя ближе, они рухнули на колени перед принцессой. Тяжело сглотнув, один из них заговорил дрожащим голосом.

— Ваше Высочество… Король… Король… Король погиб.

Лилит вздрогнула словно от удара плетью. Голос гвардейца был тихий, но прозвучал как звон погребального колокола. Вокруг послышались вздохи, и приглушенный плачь.

— Как это произошло? — Лилит старалась говорить ровно, но слова застревали в горле. Сердце бешено колотилось в груди. — Где он? Где тело?

— Несчастный случай, Ваше Высочество. Король ехал над обрывом. Скала обрушилась… он и вся свита упали в пропасть…

Часть 2. Коронация

Полумрак тронного зала, некогда создававшего атмосферу величия, делал его серым и гнетущим, отражая настроение всего замка, да и, пожалуй, всего Морроса. Лилит презрительно оглядела стол, заваленный свитками с прошениями, отчетами министров и картами королевства в различных вариациях. Худое вытянутое лицо принцессы выражало совсем не детское раздражение и злость. Лилит вот- вот должно было исполниться шестнадцать, а власть уже намертво вцепилась в нее острыми когтями.

Рядом словно мрачные тени застыли четыре угрюмые фигуры: седой регент с длинными паучьими пальцами по имени Танат. Министр финансов Минос, чье лицо напоминало немного сплющенную монету, старший советник Валериан, высокий, коренастый мужчина, с коротко стриженными темными волосами и узкими глазами-щелочками. И наконец, в самом углу зала сидел капитан дворцовой стражи Валентин. Его алая броня тускло мерцала в слабом огне свечей.

Тяжело вздохнув, старый регент развернул большой пыльный свиток.

— Денежные поступления с северных провинций заметно сократились, — угрюмо покачал головой Танат. — Если так будет продолжаться и дальше, казна вскоре совсем опустеет.

— Так примите меры Танат, — раздраженно фыркнула Лилит. Девушка ненавидела все эти собрания и совещания, но регент настаивал на ее присутствии как будущей правительницы.

— Мы уже обсудили это с министром Миносом. Если урезать часть дворцовых расходов, мы сможем не только прокормить народ, но и даже приумножить казну.

— Что вы имеете в виду?

— Мы временно отменим пошив новых платьев для двора. Пусть портные чинят старые. Огромное количество приемов и балов так же очень негативно складывается на бюджете. А если сократить количество блюд для знати, и больше употреблять в пищу постных продуктов, мы сможем сэкономить еще до ста золотых в год, — пояснил министр финансов.

— Это невозможно, — холодно отрезала Лилит. — Какой процент налогов с провинций?

— Двадцать пять процентов, — не задумываясь ответил Минос.

— А будет пятьдесят.

— Вы хотите повысить налоги в половину? Я не ослышался? — ужаснулся регент.

— Нет, Танат, Вы услышали верно.

— Это невозможно, — возразил он. —В королевстве голод. Народ погибает! А из-за засухи у людей нет даже хлеба!

— Нет хлеба, пусть едят пирожные, — небрежно бросила принцесса, и тут же расхохоталась собственной шутке.

— Ваше Высочество…

— А если серьезно, то люди должны знать свое место. Чуть дал слабину, и начнутся бунты.

— Бунты начнутся, если довести народ до отчаяния, — подал голос Валериан. — Ходят слухи, что фермеры отказываются отдавать урожай. Они вышли с факелами и вилами. Погибли двое наших стражников. В провинции Феймос то и дело вспыхивают мятежи. Вскоре они могут перекинуться в столицу, и тогла Моррос утонет в крови.

— Именно поэтому нужно устраивать прилюдные казни. Чтобы ни у кого даже мысли не возникло пойти против королевской власти, — сказала принцесса.

— При всем моем уважении, Ваше Высочество, но я не могу этого допустить, — твердо заявил регент.

— Вот как, — Лилит приподняла одну бровь. — И как же Вы намерены мне помешать?

— Как Вам известно, совет избрал меня в качестве Вашего наставника. До совершеннолетия монарха регент имеет право единолично принимать решение от его имени, — напомнил Танат.

Девушка злобно фыркнули и откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди.

— Минос, готовьте указ о сокращении расходов, — тот коротко кивнул, а регент неторопливо взял еще один свиток.

— Что будем делать с мятежниками? — поинтересовалась Лилит?

— Зачинщики подлежат аресту, — сказал до сих пор молчавший Валентин. — Чтобы избежать ненужных волнений мы усилим патрулирование улиц.

— Так же мне доложили что с недавнего времени стали пропадать дворцовые припасы, — сказал Танат, не отрывая взгляд от пергамента. — Я поручаю Вам, капитан, расследовать это дело.

— Слушаюсь, регент.

— Нет! Я сама найду и накажу виновников! — с жаром воскликнула принцесса.

— Не стоит утруждаться, — вежливо отказал Танат. — Я уверен, Валентин отлично справится с этой задачей.

— Я не подведу Вас, Ваше Высочество, — заверил капитан.

— Что ж, — Лилит с шумом вдохнула воздух. — Надеюсь, вор получит по заслугам.

— Можете быть спокойны. Я сейчас же отдам приказ. Эй, там, за дверью, — громко, командным голосом произнес капитан. Дверь распахнулась. И в комнату торопливо вошел стражник. Слегка поклонившись, он опустил голову, ожидая дальнейших указаний.

— Собери людей, нужно провести расследование.

Мужчина коротко кивнул, и развернулся чтобы выйти, как вдруг его окликнул Валентин.

— Стой! Подними голову, — в голосе Валентина слышалось подозрение. — Взгляни на меня!

Стражник вскинул голову и с вызовом посмотрел на капитана.

— Я тебя раньше не видел, — прищурился Валентин.— Кто ты?

Все произошло в считанные секунды. Мужчина мощным ударом сбил Валентина с ног, обнажил висевший на поясе меч и бросился к принцессе, угрожающе направив острие прямо на нее. Годы тренировок не прошли даром. Реакция, доведенная до автоматизма, сработала мгновенно. Девушка ловко увернулась и меч попал в спинку кресла, разодрав мягкую бархатную обивку. Этого промедления хватило, чтобы Валентин и еще двое прибежавших на шум стражников обезоружили нападавшего.

Меч вылетел из неумелых рук, и капитан ногой отбросил его в сторону. Незнакомец рычал, вырывался, словно загнанный зверь, но стражники легко встряхнули его и одним движением поставили его на колени.

— Кто ты? — Лилит медленно подошла к мужчине. Лицо принцессы было холодным и невозмутимым, будто это не ее минуту назад хотели лишить жизни. — Отвечай!

— Мое имя Давид, — сквозь зубы процедил он.

— Кто тебя подослал? — спросил Валентин.

— Никто! Я сам вызвался! Я – глас народа!

— И что же хочет мне сказать народ таким необычным способом? — рот принцессы исказился в кривой усмешке.

— Ты чудовище! — яростно выпалил Давид. — Народ погибает, а ты сидишь на мешках с золотом и объедаешься пирожными! Старики и дети умирают на наших глазах! — его голос в отчаянии стал срываться на крик. — задача монарха заботиться о своем народе и оберегать его! А Вас заботит лишь Ваша персона! Мы устали терпеть! Народ не желает видеть у власти деспота и самодура! И Вы, — он указал на перепуганного регента, — Вы ничем не лучше! Вместо того чтобы остановить диктатуру Вы бездействуете, тем самым потакая этому безумству! Пока еще в вашей власти все изменить! Но Вы не делаете ничего, регент! И поплатитесь за все, вместе с ней!

Лилит расхохоталась и несколько раз хлопнула в ладоши.

— Какая трогательная речь. Я право чуть не прослезилась.

Принцесса приблизилась к мужчине к мужчине и взяла его за подбородок, чуть приподняв голову, отчего Давид брезгливо одернулся, будто его измазали грязью. Это еще больше раззадорило принцессу.

— Гордый, умный, сильный, красивый, — заметила девушка. — Вдобавок, нужно обладать огромной смелостью, чтобы пробраться во дворец и поднять оружие против меня.

— Откуда у простолюдина мундир и доспехи королевской армии? — продолжил свой допрос Валентин.

— Мундир украл, доспехи выковал сам. Мой отец кузнец.

— Видите, капитан. Ко всему прочему он еще и очень находчив, — промурлыкала Лилит. — То что нужно для солдата королевской армии. Что скажете, Валентин?

— Я лучше умру, чем буду служить Вам! — гневно воскликнул Давид!

— Будьте осторожны с ним, Ваше Высочество. Загнанный зверь очень опасен, — предупредил капитан.

— Вы правы, Валентин. Но стоит лишь приручить его, выдрессировать хорошенько, он станет ласковым, и будет лизать хозяину руки, — улыбнулась девушка.

Давид в очередной раз попытался вырваться, но стражники держали его крепко. В отчаянии, он плюнул принцессе прямо под ноги, попав на ее туфли, сделанные из тончайшего шелка.

— Убейте его, — приказала Лилит.

— Нет! — вдруг воскликнул Танат. — Отпустите его, — приказал он стражникам.

— Вы забываетесь, регент! — Лилит яростно сжала кулаки.

— Нет, это Вы забываетесь! Хватит крови, принцесса! — голос Таната звучал решительно.

— Хватит или нет, это решать мне!

— Ошибаетесь! До вашего шестнадцатилетия я уполномочен вести государственные дела от лица королевской семьи!

— К счастью, это не на долго! — со злостью прошипела Лилит. — Через месяц состоится моя коронация. Я наконец стану полноправной королевой, и Вы уже не сможете мне мешать! И как только это произойдет, я вышвырну Вас из дворца!

— Не спешите примерять корону, — регент встал. — Я непременно соберу совет, чтобы обсудить вашу компетентность как правителя, и что-то мне подсказывает, что их решение будет отнюдь не в Вашу пользу, принцесса!

—А вот это мы еще посмотрим! — Лилит схватила выроненный нападавшим меч и с силой вонзила его Давиду прямо в грудь. Клинок вошел легко, по самую рукоять, без особых усилий. Мужчина захрипел, в последний раз дернулся и рухнул на пол, унося за собой всю тщетность своего замысла. Кровь растекалась по каменному полу, сливаясь с его багровым оттенком.

— Видите, Танат, я всегда добиваюсь чего хочу. Имейте это в виду, — спокойно проговорила Лилит, с удовольствием отметив ужас на лицах окружающих. — Проследите чтобы тут тщательно убрали, — бросила она с такой легкостью, будто речь шла о рассыпанных крошках пирожного, и величественно вышла из комнаты, ступив прямо в липкую теплую лужу, оставляя за собой темный кровавый шлейф.

***

Королевский экипаж, выделанный из черного дерева и украшенный золоченой резьбой плавно двигался по мощенным улицам столицы, запряженный белоснежными лошадьми. Лилит в окружении шелков и бархата, тонкими изящными пальцами поднесла к губам свое любимое лакомство – маленькое кремовое пирожное, с разноцветными сахарными цветами. Этот вкус, знакомый с детства, пробуждал в принцессе спокойствие и умиротворение, которое все реже в последнее время стало посещать ее сердце. Она откусила кусок и с особым удовольствием раздавливала зубами сладкие лепестки. Колеса кареты монотонно постукивали о камни, создавая своеобразную убаюкивающую мелодию. День медленно клонился к вечеру, окрашивая небо в нежные красно-оранжевые тона. Однако, принцессе было не до сентиментальных красот природы. Все ее мысли были заняты предстоящим визитом в монастырь, куда, собственно, и лежал ее путь. Проведя почти целый день в дороге, принцесса очень утомилась. Проглотив последний кусочек пирожного, она устало зевнула, и скучая повернулась к окну.

Вдруг, ее взгляд упал на тощего босого мальчика, в рваной, грязной одежде и черными, давно не мытыми волосами, непослушно торчащими в разные стороны. Из-за его болезненного вида и чрезмерной худобы было трудно определить сколько ему лет. Вероятнее всего не больше десяти-двенадцати. Однако не его жалкий внешний вид привлек внимание принцессы, а маленькое пирожное, которое он бережно держал в руках, держал так, словно это была самая большая драгоценность в его жизни. Такое же точно пирожное только что вкушала Лилит. Их готовил дворцовый повар, исключительно для принцессы. Других таких в королевстве быть не могло.

— Остановите карету! — приказала Лилит. Кучер дернул поводья и лошади, издав недовольное ржание остановились. Девушка вышла ил экипажа и направилась к мальчику. Тот, казалось, совсем не замечал, что происходит во круг. Он поднес пирожное ближе к носу и глубоко вдохнув его аромат, зажмурившись от удовольствия. Затем, мальчик аккуратно лизнул сладкую кремовую макушку, наслаждаясь каждой крошкой этого лакомства.

— Кхе – кхе, — громко кашлянула Лилит.

Мальчик открыл глаза, и едва не подпрыгнул от испуга, увидев кто стоит перед ним.

— Как твое имя?

— Аллен, Ваше Высочество, — дрожащим голосом ответил он и неуклюже поклонился.

— Откуда это у тебя? — принцесса кивком указала на пирожное, которое все еще находилась в руках у мальчика.

— Это пирожное испекла моя матушка.

— Лжец! — размахнувшись как следует, Лилит хлеснула его ладонью по щеке, оставив жирную красную отметину. Пирожное выпало из рук Аллена. Он хотел было его поднять, но принцесса поспешно наступила на него своим каблуком, оставив на земле лишь грязный липкий след. Глаза мальчика наполнились слезами.

— Это пирожное из королевской кухни! Ты воруешь дворцовые припасы?

— Я ничего не крал, Ваше Высочество! Я бы не посмел!

— Стража! Посадить этого воришку в темницу! Всю его семью найти и бросить туда же! Я с ними потом разберусь!

Рыдающего Аллена увели. Лилит в приподнятом настроении вернулась в карету и та, слегка покачивая продолжила свой путь.

***

Территория монастыря Святого Эона была невелика, но досконально ухожена. Аккуратные грядки с овощами, клумбы с травами, из которых монахи готовили целебные отвары сменялись каменными дорожками, ведущими к скромной церкви, с позеленевшими от времени куполами и остроконечным шпилем, отражавшим бледное солнце и создавая призрачный блик на участке. Внутренний двор, вымощенный неровной брусчаткой, вел к уединённой часовне, чья крыша утопала в зелени плюща. Оттуда вышла высокая, сгорбленная мужская фигура. Длинная седая борода спадала почти до самого пояса, скрывая под собой некогда мощную, широкую грудь, а тусклые голубые глаза были глубоко посажаны под густыми нависшими бровями.

— Ваше Высочество, — он коряво поклонился в знак почтения. — Рад приветствовать Вас. Что привело принцессу в нашу скромную обитель? Желаете помолиться?

— Не сегодня, отец Джудиус. Я приехала поговорить с Вами.

— Это большая честь для меня! Идемте.

Они петляли по узким извилистым тропинкам, пока наконец Джудиус не привел их в настоятельские покои, где обычно принимались высокопоставленные гости. Это была просторная светлая комната, уставленная тяжелой старой мебелью, от которой исходил затхлый запах плесени, пыли и сырой древесины. Бархатные портьеры, выцветшие от времени, прятали за собой высокие стрельчатые окна, из которых простирался прекрасный вид на лес.

Старик помог принцессе сесть за массивный дубовый стол, на котором на котором дымилась одинокая, почти сгоревшая свеча, а рядом лежала старая потрепанная книжонка в кожаном переплете.

— Итак, чем я могу помочь Вашему Высочеству?

— Видите-ли, отец Джудиус. В последнее время меня очень беспокоит регент.

— Герцог Танат? Он здоров? — поинтересовался настоятель.

— Не волнуйтесь, у него отменное здоровье, — фыркнула Лилит. — Дело в другом. В последнее время он принимает решения, которые ставят под угрозу спокойствие и благополучие всего королевства.

— То есть те, что рознятся с вашими собственными, я правильно понимаю?

— Вы очень проницательны, — холодно ответила девушка. — Я, как единственная прямая наследница короны, хочу взять на себя бремя правления, и обеспечить стабильность и процветание Морроса.

— Вы хотите править самостоятельно? — догадался старик.

— Верно.

— Насколько мне известно, через месяц состоится Ваша коронация. И Вы станете полноправной королевой. Осталось потерпеть совсем немного.

— Все не так просто, настоятель. Танат очень влиятелен. Он может собрать совет и потребовать моего отречения. И большинство министров будут на его стороне. Это в его власти.

— Вы хотите сказать, что он сам хочет взойти на трон? — ужаснулся Джудиус.

— Я почти уверена в этом.

— Это серьезное обвинение, принцесса.

— Более чем. Но если бы у меня не было оснований заподозрить регента в предательстве, я бы не проделала сюда такой долгий путь, — едва сдерживая раздражение сказала Лилит.

— Но чем же я могу Вам помочь?

— Я хочу, чтобы Танат обрел в Вашем монастыре душевный покой на долгие годы, а лучше на всю оставшуюся жизнь.

Лилит сделала паузу, дав настоятелю возможность хорошенько осмыслить сказанное.

От изумления старик едва не рухнул со своего стула.

— Вы хотите заточить регента у нас в монастыре, — глаза настоятеля округлились.

— Не заточить, — поправила Лилит, — А укрыть, даруя тем самым спасение старому, выжившему из ума человеку.

— Просто так запереть человека в монастыре нельзя, — Возразил отец Джудиус. — На это нужны очень серьезные основания. Да и регент, насколько мне известно, имеет ясный рассудок и острый ум. Гораздо проще будет отослать его подальше от дворца или… — настоятель осекся, и в ужасе от того, что чуть не произнес страшное, трижды перекрестился.

— Тогда в глазах народа он будет мучеником, а я навсегда стану врагом для всего королевства. Однако, если объявить Таната безумцем, это будет выглядеть не как политическое устранение, а как акт милосердия.

— И Вы уже придумали как это сделать, — Джудиус нахмурился.

Лилит хитро улыбнулась.

— Вот здесь, настоятель, мне и потребуется помощь. Ваш монастырь славится своими лекарнями, где вы активно используете ртуть.

— Вы задумали отравить Таната? — с ужасом воскликнул настоятель.

— Немного ртути в еду или питье, и постепенно его разум затуманится. Сознание начнет путаться.

— При всем моем уважении, принцесса, но я вынужден отказаться, — голос священника был тверд. — Мы монахи живем по заповедям и законам божьим. Благодетель – наш путь к спасению и искуплению.

— Не торопитесь с ответом, настоятель, — сказала принцесса с легкой улыбкой.

Она велела стражнику внести приготовленный заранее маленький, но довольно увесистый сундучок, который был до верху заполнен золотыми монетами.

— Примите это скромное пожертвование на благо Вашего монастыря.

— Вы очень щедры, Ваше Высочество, — Джудиус сглотнул ком подступивший к горлу. В глазах заблестели лукавые золотые огоньки.

— Я могу рассчитывать на Вас, настоятель?

— Буду рад служить Вам, ради спокойствия и благополучия всего Морроса.

— Прекрасно, — удовлетворенно сказала Лилит. — Я знала, что мы придем к общему соглашению.

— Какие будут дальнейшие указания?

— Не будем торопиться, отец Джудиус. В скором времени я пришлю к Вам человека с дальнейшими указаниями, — Лилит встала. — Надеюсь, Вы понимаете, что этот разговор не должен покинуть пределов этой комнаты? — от этих слов у монаха по спине пробежал холодок. В них слышалась прямая угроза.

— Разумеется, Ваше Высочество, не извольте беспокоиться.