Гора Пируэн

Пролог

Всё началось два века назад. В городе двухэтажных кирпичных домов, выстроенных в чёткую композицию. В одну ночь родился ребёнок со светящимися фиолетовыми глазами, которые отражали свет радостными бликами и никогда не плакали. Мать, что родила на свет это дитя, боялась, что его посчитают за нечисть. Из-за страха расправы над своим ребёнком женщина всю жизнь прятала его от чужих глаз, и одновременно с этим наблюдала за его странностями.

В детстве мальчик был спокойным ребёнком. Он целыми днями читал старые книжки, которые находил на полках, и помогал маме в домашних делах. Ребёнок не держал злобы на мать за то, что она не разрешает выходить ему за пределы их летнего сада, огороженного кирпичным забором. Всё своё детство он провёл как маленький взрослый. При этом в тайне от всех неся на себе слишком тяжёлую ношу, даже для взрослого человека.

Их жизнь протекала спокойно, никто так и не догадался о том, что женщина в деревне прячет от внешнего мира дитя со светящимися глазами. Однако, когда мальчику исполнилось девять лет, на страну нахлынуло бедствие. Неизвестная эпидемия.

Всё началось с того, что один мужчина, работающий в поле, внезапно начал чувствовать, что солнце слишком сильно режет ему глаза.

Люди, которых захватывал проклятый недуг, на ранних стадиях начинали замечать в зеркале изменения в цвете глазных белков. Сначала они желтели. Люди думали, это простая болезнь, вызванная проблемами с печенью или других органов. Однако спустя неделю глаза становились красными, словно залитыми кровью.

На последней стадии болезни глаза начинали гореть изнутри при любом контакте со светом. Некоторые очевидцы рассказывали, что это ощущалось так, будто глаза протыкают раскалёнными иглами.

Люди, в порыве избавить себя от мучений, стали надевать повязки на глаза. Вскоре они замечали, что оставались абсолютно слепыми.

Болезнь начала разрастаться по всем рабочим людям с полей, начиная от того самого мужчины, заканчивая семьями его товарищей. В этом городе сельскохозяйственная деятельность была главным источником еды и ресурсов, а когда рабочей силы стало не хватать, власти уже ничего не могли поделать с подступившим бедствием.

Правительство Ирмы заваливали тоннами писем о поиске лекаря для народа, что будет способен остановить эпидемию. Все люди города были в отчаянии.

Однажды матушка того самого мальчика вернулась домой с тугим платком на голове. Женщина вдруг начала безудержно рыдать, опустившись на колени рядом со своим чадом, а её зрачки уже начали менять цвет.

Увидев заплаканные глаза матери, мальчик посмотрел на неё с таким взглядом, будто давно узнал всё наперёд. Он медленно подошёл, и сев на колено перед женщиной, с радостной и успокаивающей улыбкой сказал: "Не переживай, мама, всё будет хорошо".

Мать растрогало поведение её единственного сына, она успокоила слёзы, и с раздутым от слёз лицом улыбнулась ему в ответ, раскрыв руки для объятий.

Внезапно, подойдя ближе, мальчик положил ладонь на её темя. Он закрыл глаза и начал что-то бормотать себе под нос.

И в этот момент из-под его детской руки, меж пальцев, полился холодный свет, и в комнате застыли даже пылинки, не веря своим глазам.

На следующий день мать обнаружила, что её зрачки снова приняли естественный облик.

Пустив слезу от счастья и гордости за способности своего сына, женщина подхватила его на руки и крепко прижала к груди. Мальчик смотрел на неё глазами, полными любви, но вдруг он задал ей вопрос: "Матушка, могу ли я помочь кому-то ещё?".

Вдова застыла. Она печально помотала головой и напомнила о том, что если люди узнают о его магических силах или хотя бы краем глаза увидят его фиолетовые очи, то точно "накажут" их.

Но в этот раз малец не послушался.

Этой же ночью он вылез из окна своего дома и поплёлся по тёмным улицам, обходя босыми ногами лужи и грязь.

Идя по дороге, он встретил девочку, по виду на пару лет младше него, которая стояла посреди дороги с завязанными глазами и плакала.

Мальчик подошёл к ней и узнал, что девочка потерялась по дороге во дворец. А ещё, что из-за завязанных глаз она не знает, в какую сторону ей идти.

Мальчик с улыбкой взял её за руку. Зажав её холодную ладошку между своими, тёплыми, наполненными жизни, мальчик начал бормотать. И из его рук вновь полился белый свет.

После того как свет рассеялся, он отпустил её ладонь и аккуратно снял повязку с глаз.

Медленно открыв глаза, она застыла. Первое, что девочка увидела перед собой, после того как ей снова подарили зрение, это большие фиолетовые зрачки, в которых теплилась искренняя забота.

В благодарность девочка повела юношу во дворец к родителям. Чтобы рассказать о подвиге героя, который среди ночи вернул ей зрение белым светом из своих ладоней.

Его привели во дворец, в котором жил правитель Ирмы, а по совместительству и отец девочки. Мужчина, в роскошных одеяниях, крайне обеспокоенный положением вещей, выслушав историю своей дочери, вынес следующий приговор:

"Отослать колдуна и всех больных и заразных людей из города в заброшенный военный лагерь на вершине горы. Как только мальчик очистит всех людей, им разрешат вернуться."

Однако матери мальчика не позволили покинуть город вместе с ним. Подвергать опасности ещё больше людей, которые хотели пойти в гору со своими близкими, было слишком рискованно для демографии государства.

Расстроенный горем от разлуки с матерью, мальчишка во главе орды ослепших людей направился на вершину горы.

До туда дошли не все. Но, как лидер, юноша изо всех сил старался уберечь как можно больше людей.

Добравшись и обустроившись в лагере, люди начали эксплуатировать дар маленького колдуна. Он не успевал нормально есть и спать. Люди нагружали его один за другим, желая скорее излечиться от хвори. Несмотря на это, он продолжал свою работу.

Вот только спустя неделю первые, кого излечил мальчик, и кто отправился с горы на родину, начали возвращаться обратно.

Дело в том, что после "лечения" через какое-то время у толпы начинались другие симптомы. Их глаза приобретали ярко-фиолетовый цвет, такой же, как у мальчика. И один за другим люди начали замечать у себя пугающие магические способности, которыми они не могли управлять, и за которые их гнали из города обратно в лагерь.

Вылеченные, но снова изгнанные люди из города, не зная, что делать с новыми силами, вновь обратились к таинственному магу.

Выслушав их, тот согласился обучить людей правильно использовать силы, которыми сам их и наделил.

Благодарные за подаренную им новую жизнь, люди возвели для мальчика что-то наподобие храма. Его стали уважать как покровителя, а когда он начал показывать все свои магические силы и применять их на деле, ещё и побаиваться. Взмахом руки он мог разломить дуб на две части, а одним щелчком пальца разжечь огромный костёр. Разумеется, он не обучал своих товарищей техникам уничтожения других людей. Ман был крайне осторожен для своего возраста и поощрял только благонравное использование магических сил, во имя развития и процветания их деревушки.

Вскоре одарённые люди решили обустроить своё собственное государство, в котором магия стала не грехом, а привилегией.

Однажды мальчик решил тайно проникнуть обратно в Ирму, чтобы увидеться со своей матерью. Он был крайне взволнован перед этой встречей из-за плохого предчувствия, что нарастало в груди.

И тогда, в городе, он узнал, что из-за всей этой истории её стали нарекать посланницей бесов, и раз она родила "нечисть с фиолетовым оком", то и сама является дьяволицей. Впоследствии его мать казнили как ведьму на костре. Но никого больше из магов поймать не смогли.

С того момента, по сказанию, мальчик обозлился на правительство и людей со своей родины.

Тем, кто жили рядом с ним, кто учились у него магии и кто обустроили целый город благодаря его дару, он отдал наказ: "Защищайте свой народ от людей, ведь их жестокость может погубить всё и всех".

Услышав этот наказ, народ задался вопросом, почему же колдун так решил. И тогда, на глазах у всей толпы, мальчик рассказал, как и почему казнили его мать. Женщину, благодаря которой зародилось дитя, способное излечить людей от слепоты, и которое дало им безграничные умения.

Жители на горе были в изумлении от этой новости. Почему женщину не отпустили? Неужели власти не понимают, что она спасла половину города, родив на свет этого мальчишку?

С того момента изгнанный народ решил, что они построят новое государство. И назвали они его в честь первого правителя — юноши, подарившего им новую жизнь.

За десяток лет заброшенный лагерь на холме превратился в настоящий, красивый город. В этом государстве жили только люди, обладающие сверхспособностями, впредь передающимися друг другу по наследству.

И это новое государство имело название Пируэ́н. В сокращении Пиру́.

Тот самый колдун умер в возрасте десяти лет. Столько же ему не хватило, что бы увидеть плоды своих деяний. Его храм до сих пор стоит в центре города, и каждый раз проходя мимо него, одаренные почтенно опускают голову. Ведь каждый житель знает историю Пиру, и благодарен ему за мудрость и силы, которыми он поделился с простыми людьми в непростое время.

Глава 1

Тёмная ночь укрыла пейзажи прекрасной архитектуры столицы Пиру́. Вокруг были белые и гладкие здания, с разнообразными спиральчатыми узорами. Проходя по главным улицам города, можно было подумать, что ты попал в рай, или как минимум во владения божества. Однако всё немного не так.

В этом месте царит атмосфера застывшей жизни, которая не подчиняется законам природы. Один человек способен за день вырастить поле кукурузы, другой может спокойно, идя по улице, тащить на своей спине тушу быка, и даже не согнуться от тяжести. Ведь весь народ, что проживал здесь, были наследными магами древнего государства.

Разумеется, под словом "весь" не было исключений, однако одна девушка часто на своём примере пыталась доказать обратное. Для ознакомления, звали её Мирра. Так вот, в отличие от других людей, чьи способности помогали государству расцветать, а людям проживать долгую и красивую жизнь, способность Мирры заключалась в другом. Её дар больше походил на проклятие, ведь нёс он за собой сплошные разрушения. В целом, это даже не преувеличение. Её магия была способна разрушать самые твёрдые породы, заставлять растения вять на глазах, а воду в колодце высыхать. Единственное применение, которое подходит её дару, — это сражения. Этот дар подпитывает оружие в её руках до такой силы, что одним ударом меча она может лишить жизни даже опытного бойца.

И завтра она наконец-то покажет, на что на самом деле способна, если возьмёт в руки оружие. Ведь завтра наступает день отборочных испытаний для службы в охране Пиру́.

В отрядах этой самой охраны приветствуются люди в самом рассвете магии. А именно в возрасте девяти – двадцати лет. Однако чаще всего отбирают именно подростков её возраста, тринадцати – девятнадцати лет. Так сказать, золотая середина, когда человек может осознанно управлять магией для защиты целого государства. Отсюда и происходят постоянные отборочные испытания, ведь каждый год магия более старших охранников начинает потихоньку угасать, и они уже не способны воевать так, как молодая кровь.

Тем более Мирра знала, что её ждут.

...Год назад, когда ей только исполнилось тринадцать, она сразу же решила пройти отборочные испытания, но на втором, решающем туре, она проиграла. Уже после дуэли к ней подошла её соперница. Это была девушка с длинными белоснежными волосами, без единого изгиба, ровные, как шёлк. У неё была острая линия подбородка, но при этом спокойный и доброжелательный взгляд. Её звали Селе́н. Эта девушка почти сразу стала командиром целого отряда, благодаря родственным связям, собственной силе и редкому дару созидания. И когда она узнала о том, что её приняли в наставники, то пришла к Мирре. Девушка пообещала Мирре, что если в следующем году та пройдёт испытание, то Селе́н обязательно возьмёт Мирру в свой отряд под личное покровительство.

Израненная её же мечом, девчонка посмотрела на неё с широко раскрытыми глазами. И тогда Селе́н призналась, что Мирра нанесла ей удар, с которым она справилась только благодаря магической способности. Если бы не целебная магия, то Мирра бы одержала победу в поединке.

В тот вечер девушка пообещала самой себе, что в следующем году пройдёт отборочный тур любой ценой.

И сейчас она возвращалась с очередной тренировки домой. На лбу выступали капельки пота, которые девушка тут же стирала рукавом тонкой бежевой кофты. Рыжие волосы слипались в неприятные блестящие пряди. Но Мирре уже было плевать, как она выглядит, идя по тёмным улицам столицы. Еле переплетая ногами, девушка то и дело пинала длинный подол чёрной монашеской юбки, которая давно испачкалась в грязи и песке.

Постепенно, с отдалением от главных улиц, магия в воздухе начинала утихать. Белые идеальные строения переплетались с домами из красного кирпича, вокруг которых росли кустарники цветов или лечебных растений. В случае Мирры, вокруг дома её матушка засадила всё свободное пространство кустарниками роз. Красные бутоны, окружённые десятками шипов, оказывали впечатление, что в этом доме живут прекрасные люди, которых защищают некие "шипы". Мирра встала напротив скромного двухэтажного домика, и оттряхнув свою одежду, подошла к двери.

Постояв минуту, переминаясь с ноги на ногу, и прислушиваясь к звукам внутри, она всё же решилась зайти. Но вскоре пожалела о том, что не подождала ещё пару минут. Тихо закрыв за собой дверь, девушка направилась к лестнице на второй этаж, ведущей в её комнату. Но уже на подходе её окликнули из гостиной.

– Мирра, чертовка, ты снова вся в грязи! Я же недавно отстирала все твои вещи! –

Застанная в расплох, она закатила глаза и с недовольным мычанием вернулась в гостиную, сложив руки на груди. Её мать в ответ приняла стойку с руками на талии. Они молчали ещё несколько секунд, прожигая друг друга взглядами, и когда напряжение между ними было готово разорвать всю комнату на куски, наконец-то вмешался отец.

– Воины чистыми не ходят. Говорю как бывший хранитель. – После этой фразы дочь захихикала, а мать вздохнула и, недовольная комментарием посреди воспитательного процесса, покачала головой.

– Она же девочка. Нужно хоть немного ухаживать за собой. Иначе люди на поле боя будут падать не от страха, а от смеха. – Теперь уже усмехнулся отец, а оскорблённая дочь закатила глаза.

– Между прочим, я уже завтра пойду на отборочное испытание. – Мирра решила перевести тему, пока диалог снова не скатился в воспитательное русло.

– Мы помним. – Наконец-то отец закрыл книжку, и встал с дивана, на котором всё это время сидел спиной к дочери. Мать мягко кивнула и улыбнулась, подтверждая его слова.

– Ты трудилась... Очень усердно. Мы видели это. –

Мирра слегка смутилась и, улыбнувшись, убрала руки за спину. Родители подошли к ней и заключили в тёплые объятия, на что Мирра начала пихаться и говорить, что она уже не маленькая. Но в конце концов она обняла их в ответ.

– Иди умойся, переоденься и в кровать. Ты должна выспаться перед таким важным днём. Я погрею тебе молоко с мёдом на ночь. – Сказала мать ласковым тоном, и Мирра послушно отправилась на второй этаж.

После ванных процедур и чашки тёплого молока мозг начал потихоньку отключаться, а мышцы расслабляться.

Мирра лежала на спине и смотрела в потолок комнаты, думая о завтрашнем дне. На тумбочке у изголовья кровати из тёмно-коричневого дерева стоял огромный будильник, который отец смастерил для неё. Часы на них тикали ритмичным звуком, окончательно отключая мозг девушки.

И наконец-то она оказалась в полной темноте. Не чувствуя своего тела, словно оторванная от реального мира, она блуждала по туманной местности, смотря по сторонам.

Внезапно кто-то толкнул её в грудь. Подняв голову, девушка увидела перед собой тёмный, расплывчатый силуэт. Он толкал её снова и снова. Однако почему-то во сне на её лице эти действия вызывали лишь странную улыбку. Она знала, почему это существо злится, но ей приносило удовольствие именно то, что она сделала для такой реакции. Мирра не узнала сама себя. Обычно она предпочитает избегать конфликтов, и уж точно не стала бы кого-либо провоцировать. Так... От чьего лица был этот сон на самом деле? Внезапно из-за спины человека перед ней появились ещё две тёмные фигуры. Маленькими шагами они начали окружать её, зажимая в кольцо.

Во сне Мирра почувствовала, как туман становится всё гуще, а воздух плотнее. Настолько, что стало тяжело дышать. Наконец силуэт дотолкал её до лестницы, о которую она споткнулась, впоследствии не удержав равновесие и сев на ступеньки. Спящая вдруг почувствовала себя овечкой в логове волков. Медленно подняв глаза, девушка увидела, что силуэт просто навис над ней, ничего не предпринимая. Все трое посмотрели на неё сверху вниз, и в этот момент их глаза загорелись шестью фиолетовыми точками.

Вдруг позади уже этих трёх силуэтов что-то начало происходить... Деревья стали раскачиваться, а земля под ногами дрожать, создавая какофонию из тяжёлого баса земли и ударяющегося друг о друга гравия. Время во сне замедлилось. У Мирры начало темнеть в глазах, как вдруг что-то потянуло её назад, и она начала падать в бездну.

Резко открыв глаза, она глубоко вдохнула воздух. Грудь быстро вздымалась и опускалась после ночного кошмара. Девушка села на кровати и с отрешённым взглядом посмотрела на время, показанное на будильнике. Сейчас было шесть пятьдесят девять, а будильник был установлен на семь утра. "Ну и совпадение", — хмыкнула она, вставая босыми ногами на пол. Когда день начинался с кошмаров, это считалось плохим предзнаменованием, но, решив действовать назло приметам, Мирра завелась ещё больше. Уперевшись руками на подоконник, она выглянула в окно. Всё как и всегда: уютные домики, стоящие в ряд, цветущий сад из роз и ярко светящееся солнце над головой. "В этот день всё пойдёт как надо", — подумала она про себя, отвернувшись от окна и бодрым шагом направившись за завтраком. В этот же момент под домом пробежала чёрная кошка, оставив на крыльце мёртвую мышь.

Глава 2

На улице с самого раннего утра палило солнце. Некоторые маги даже пытались использовать свои силы, чтобы отодвинуть горящую звезду в сторону, но попытки, очевидно, оказались тщетны.

В честь такого события, как отборочные испытания, ежегодно на улицах устраивают ярмарки. Кругом слышны голоса, продающие всякую утварь, или же грохот, который издают уличные фокусники, шокируя народ очередным магическим трюком. Парадоксально, но жители города очень любили наблюдать за другими магами, которые умели использовать свою силу для создания чего-то красивого. Далеко не каждый человек со способностями может превратить листок бумаги в изящную розу. Кто-то, конечно, может превратить розу в лилию, или поднять её в небо взмахом руки, но таким уже как двести лет никого не удивить. Потому фокусникам приходится надеяться только на спецэффекты. Однако, украдкой кидая взгляд на восхищённые лица людей, Мирра непроизвольно сжимала пальцы в кулак. Быстро отводя взгляд, и устремляя шаг туда, куда изначально лежал её путь.

Итак, отходя от ярмарки, мы возвращаемся к теме праздника, а именно день отборочных испытаний. Сегодня на стадионах, ровно как и год назад, всё было забито народом. Поболеть за своих детей или друзей приходила уйма людей. К тому же немалый процент мест на трибунах занимали прошлогодние победители, пришедшие посмотреть, кто бы вписался в их отряд, а кто пролетел бы мимо.

Мирра шаркала ногами по земле, сгинаясь под масштабом происходящего, и направлялась в зал регистрации. Встав в конце очереди, она наконец-то выдохнула.

Сегодня девушка заплела свои короткие и взлохмаченные рыжие волосы в крепкий низкий пучок, чтобы они не мешались во время боя. Лишь вечно кудрявистая чёлка не хотела заправляться за уши, поэтому оставалась висеть на лбу. Мирра отошла на шаг в сторону, чтобы посмотреть на очередь сбоку. Каждый из присутствующих был крупнее и выглядел старше неё. Увидев это, девушка стала переживать ещё больше. Поджав губы, она вернулась в строй и посмотрела на дрожащие руки. Не свои. Опустив нос в пол, Мирра заметила, что человек спереди неё трясётся буквально как осиновый лист. Подумав про себя “не одна я так волнуюсь..”, Мирра вдруг дотронулась до плеча парня, стоящего впереди. Он отскочил из очереди со скоростью белки, в которую кинули шишку. Мирра замерла с вытянутой вперёд рукой. Юноша внезапно покраснел от стыда и, вернувшись в линейку, повернулся к девушке, скрестив руки на груди.

–Зачем так пугать? – Его голос дрогнул, но недовольство на покрасневшем от стыда лице выглядело скорее смешно, нежели грозно. Мирра, пытаясь сдержать смех, отвернулась с улыбкой на лице.

–Я просто увидела, что у вас дрожат руки, думала, вам плохо. –

Парень замер на несколько секунд, обрабатывая сказанное ей, и с измученным вздохом внезапно протянул ей руку.

–Ничего страшного, меня зовут Фиос. –

Мирра посмотрела на его ладонь и, недолго думая, пожала её. Рукопожатие парня было крепким. Девушка обратила внимание на его чёрные, собранные в хвост волосы, которые были приглажены особенно тщательным методом.

–Мирра. Приятно познакомиться. – Пауза, они опустили руки по швам. – Ты тут впервые? – Девушка решила продолжить беседу, дабы скоротать время в очереди.

–Нет, уже третий раз хожу. – Фиос горько усмехнулся. – Если в этом году не пройду, боюсь, буду уже слишком “стар” для работы в отряде. – Девушка сочувственно выдохнула и начала думать, как бы его приободрить. На самом деле, три раза — это действительно много. Если у него в этот раз не получится, то, вероятнее всего, он просто-напросто не приспособлен для боя. Но как ему это объяснить?

–Зачем ты вообще решил участвовать? – Вдруг она задала первый вопрос, который пришёл ей на ум. Фиос выпрямился. Его взгляд стал тяжелее, а мальчишеская лёгкость в голосе куда-то пропала.

–Я хочу защищать наше государство от… Людей. – Последнее слово словно далось ему с трудом. Когда слово “Люди” произносилось в сообществе магов, то по интонации говорящего можно было сразу понять, про людей какого государства ведётся речь. В этом случае и гадать не надо было. Фиос — один из тех самых ярых ирманоненавистников, которые шли в бой после рассказов о жестокости людей у подножья горы. Ни у кого не было физических доказательств тех или иных грехов, совершённых жителями Ирмы. Однако проповедники идеологии о ненависти к людям убеждали всех, что народ у подножья — самые жестокие создания, которых только видел свет. Некоторые вообще разносили слухи о том, что Ирма находится в самом низу величественной горы Пиру́, потому что бог изолировал зло от святого магического государства.

Мирра всю жизнь относилась к этим рассказам скептически. Она всегда хотела знать больше об истории этих двух государств, однако все созданные на тот момент книги гласили одно: и́рманцы изгнали магический род и не дали им шанса вернуться на родину. Однако даже после такого Мирра не смогла проникнуться голой ненавистью к людям, живущим у подножья горы.

Выслушав Фиоса, девчонка сглотнула слюну. Вдруг он улыбнулся и спросил уже у неё:

–А ты? Почему решила стать войном? –

Дыхание девушки замерло. Она много раз пыталась придумать более благородную причину для этого, но, к сожалению, ничего не звучало логичнее, чем правда.

Она понизила голос.

–Ну, знаешь.. Мой дар… Он… –

–Следующий!!! Парень, чего вы медлите, вас очередь ждёт! – Голос женщины позади Фиоса заставил его снова забавно содрогнуться всем телом. Он быстро повернулся к Мирре и бросил: “Прости, я потом послушаю!”.

“Лучше бы потом не наступало..” — подумала про себя Мирра, медленно отвернувшись к окну. Её вид снова стал печальным, хотя вокруг то и дело звучали радостные голоса, а через оконную раму было видно танцующие солнечные лучи.

Мирра не любила говорить о своей способности. Для неё это была больная тема, и комплекс, который она сможет побороть только на поле боя. По крайней мере, так она и считает.

–Следующий. – Мирра подошла к бланку и, найдя своё имя, заполнила всякие формальности, по типу “ответственность за жизнь и здоровье во время прохождения испытаний несут мои родители”. И вскоре её распределили в пару с какой-то девушкой.

Чаще всего до второго этапа главные соперники не знают, как они выглядят. Ведь пары называют поимённо. И кто станет среди такого большого потока людей ходить и кричать: “Мирра, где Мирра? Я хочу увидеть свою соперницу в лицо! Выходи!”? Вот именно. Никому не интересно, с кем он будет сражаться, ведь в этом состязании главное — победить.

Что касается первого тура.. Это этап отсеивания самых слабых участников, которых нельзя даже выпускать на поле против другого бойца.

Здесь участник выходит один. И организатор, который обладает даром создания копий других существ, материализует десяток вооружённых с ног до головы бойцов. Впоследствии участник должен всех их одолеть, при том не получив ни одного ранения. Правило жёсткое. Однако всё довольно соразмерно: один маг должен в бою иметь больше сил, чем десяток вооружённых бойцов, ведь количество магов в их государстве само по себе значительно меньше, чем вражеская армия.

Само собой разумеется, что прототипами фигур, против которых из года в год борются участники, стали воины Ирмы.

Что касается Мирры, то в первом этапе у неё никогда не возникало проблем. Она всегда выбирала в качестве оружия на бой серебряный клинок, который при помощи её магии становился сокрушительным оружием. Что уж говорить про то, что Мирра с детства тренировалась бою, чтобы поступить на службу. Потому, даже если бы количество вооружённых клонов увеличили вдвое, максимум, который мог бы произойти: вместо пятнадцати секунд она потратит на бой тридцать.

Со вторым этапом всё немного сложнее. В прошлом году Мирра первой свалилась с ног на поле боя, когда её уже десятый раз проткнуло тесаком. Но если учитывать то, что впоследствии её соперница стала командиром отряда… Да и сама она сказала, если бы не дар регенерации, Мирра бы её сразила…

У соперника, что сегодня выйдет против девушки, должны быть огромные силы, чтобы сразиться на равных.

Однако Мирра всё равно склонна прокручивать в голове наихудшие сценарии. Потому волнение не отступало до самого конца. До того момента, как в воздухе не раздался гудок, отдающийся на километр. И до того, как она взяла в руки клинок. Тогда холодный металл снова стал продолжением её руки: непоколебимым, хладнокровным и настроенным на одно — уничтожить соперника. Ведь это всё, что она умеет. И всё, что от неё потребуется.

Глава 3

Стадион разрывался криками от нетерпения. Они видели уже множество бойцов, которые сражались на первом отборочном этапе. Однако для Мирры это был её первый шаг на арену.

В ушах гудело от посторонних звуков, хотелось заткнуть уши берушами, но вскоре стадион замер в ожидании. Мирра вышла на самый центр круглой арены. Под ногами была земля, засыпанная щебнем для устойчивости ног во время боя. Ровно как и год назад.

Девушка сжимала рукоятку клинка потными от волнения ладонями. Прохладный воздух погладил её по лицу, словно успокаивая.

Наконец, на высокой башне, стоячей у внутреннего края круга, спустился чёрный флаг. Это означало то, что её противники вот-вот появятся.

Как и ожидалось, вскоре из прохода у каменной арки начали по одному, резвой походкой, выходить обмундированные войны. По одному они становились в круг, зажимая Мирру в живое кольцо. Девушка прищурилась. Она думала, что слухи о новом оружии в руках воинов в отборочном этапе преувеличивали. Однако вместо железных мечей и арбалетов теперь воины держали в руках пушки. Видимо, люди, с которыми Пиру́ воевало с самого своего основания, после смены правителя сделали рывок в военном направлении.

Это добавляло предстоящему бою немалой интриги.

Наконец все десять воинов встали вокруг Мирры. Она медленно осмотрела безжизненные, словно слепленные из пластилина лица клонов, и вдруг почувствовала непонятное отторжение. Спустя несколько секунд послышался сигнал в рожок. Громкий и протяжный звук заревел из главной башни – значит, бой начался.

Мирра не успела сделать и шага, как у виска свистнула пуля. Первый выпад к краю кольца, и выстрел прозвучал уже у её плеча. Уворачиваясь пятый раз подряд, девушка наконец-то приблизилась к внутреннему кругу. Сокрушающий удар клинка буквально разрубил стоящее перед ней существо в тёмную дымку. От серебряных доспехов не осталось ни следа. Выставив клинок перед собой, она отразила две пули, которые беспомощно отскочили от оружия в землю. Но следом пришлось отражать ещё пять. Это было неожиданно утомительно и сложно, даже для Мирры, несмотря на её убийственно высокий уровень подготовки. Осталось лишь сделать прыжок длиной в несколько метров и начать биться в полную силу, разрубая и превращая в тёмные облака одного за другим. Одним поворотом она забрала троих, следующим выпадом в сторону пронзила броню четвёртого. Мирра уже сбилась со счёта, точно так же, как перебилось её дыхание.

Когда от всей толпы осталось двое лишь двое, они начали обстреливать девушку с двух сторон, и пришлось выбирать немедленно. Мирра, по дороге уклоняясь от пуль, летящих со спины, наконец-то добралась до предпоследнего воина, занеся над его головой клинок. Дыхание застыло в предвкушении скорой победы.

Но вдруг созданный клон поднял голову. И в этот момент, прямо посреди арены, Мирра увидела человеческое лицо, которое смотрело ей в глаза с такой неподдельной злобой, что стало сложно устоять на ногах.

Однако спустя секунду от этого "человека" осталась лишь тёмная дымка. Он исчез, как только её клинок разрубил его пополам.

Мирра не могла отвести взгляд от места, где только что стоял убитый ей воин. Она никогда не видела настолько хорошо переданного человеческого выражения лица у обычного клона.

Только вот она забыла, что на арене помимо него оставался ещё один.

Девушка резко повернулась, но именно в этот самый момент всё оборвалось беспощадным гулом из башни.

Девушка медленно посмотрела вниз, на себя. Только сейчас до неё дошло, что пуля, летящая со спины, попала в неё. Беспощадная, холодная и обрекающая её на вечный позор.

Мирра, которая с детства владеет оружием, которая в течение года каждый божий день проводила за тренировками и медитациями. Она не смогла устоять перед... Перед чем или кем? Теперь это даже не имело значения.

Она почувствовала, как ноги залились свинцом. В носу начало жечь, а глаза стало пощипывать от неприятного чувства разбитости.

Она ещё минуту стояла, не способная даже посмотреть на лица людей на трибунах, ведь знала, ничего хорошего от них она могла и не ждать.

И когда девушка начала идти к выходу, сжимая клинок до треска костей, вдруг все замолкли.

Со стадиона на ноги встала высокая девушка с длинными белыми волосами. Мирра развернулась и сначала даже не узнала её издалека.

Вид вставшей девушки отражал её внутреннее благонравие. Белые одежды, серые доспехи... Но вот на лице застыло выражение нескрываемого недовольства. Используя технику громочада (усиление своего голоса. Редкая для обычных магов способность.), девушка через всю арену крикнула в сторону судей, сидящих на трибунах.

– Это возмутительно! Почему никто не остановил бой? –

Люди вокруг замерли и начали шептаться между собой. Мирра не могла понять, что случилось, и даже растерялась, не зная, как ей быть. Однако всё встало на свои места после следующей фразы Селен.

– Почему вы вывели на бой одиннадцать бойцов вместо десяти? Вы нас за дураков держите? –

И в этот момент весь стадион разразился громкими причитаниями.

– Девочка-то хорошо сражалась! Если бы не этот лишний, она бы прошла! –

– Правда что, зачем нас обманывать? –

– Как вы вообще допустили это?? Какая халатность! –

Голоса, поддерживающие Селен, звучали ото всюду, и они всё больше давили на процесс судейства. Тут из окна башни показался сам организатор. Бледный мужчина, с длинными чёрными волосами, в белой мантии и жалобным видом. Он поднял руку, наказав всем замолчать, и, склонив голову перед стадионом, объявил:

– Это действительно было непростительное нарушение. Это полностью моя вина. Остальные судьи тут ни при чём. Мы объявляем участницу прошедшей отборочный этап. –

Глаза Мирры засветились. Ком в горле наконец-то растаял, а руки задрожали от нахлынувших эмоций. Издалека она уловила на себе взгляд Селен. Альбиноска улыбнулась ей и кивнула в знак уважения.

Мирра буквально выпорхнула со стадиона в лечебницу и начала от радости рассказывать о произошедшем абсолютно всем на своём пути. Оно и понятно, девушка почти проиграла, но это оказалось лишь ошибкой организации. Радость, что её усилия не были напрасны, была опьяняющей. На какое-то время Мирра даже позабыла о втором туре, который был отнюдь не за горами.

Однако спустя полчаса беготни в экстазе Мирра наконец уселась. Эйфория сошла так же быстро, как и нахлынула. Её рану от пули уже вылечили здешние лекари, обладающие целебным даром. Но это не отменяло того факта, что отборочный тур за год сильно ужесточился. А соответственно, во втором этапе её ждал не менее сильный противник, чем она сама.

Уже ни о какой интриге боя говорить не хотелось. Было действительно страшно узнать, с каким же сильным бойцом её поставят в пару в этот раз.

Во время этих размышлений Мирра сидела на диванчике, неподалёку от оружейной.

Она медленно выдохнула и облокотила голову на спинку. Мягкая ткань напомнила ей подушку, на которой этим утром она проснулась от кошмара. Вдруг девушка вспомнила о том самом плохом предзнаменовании, и её дыхание сбилось. Неужели это правда был плохой знак? Или просто совпадение?

"Нет-нет-нет, только не сейчас, нельзя об этом думать..." — произнесла она у себя в голове и вцепилась пальцами в волосы, словно желая вырвать неудобные мысли из головы.

Мирра ненавидела свою тревожность по любому поводу. Она была слишком восприимчива к любой услышанной информации, даже если рациональная её сторона в неё не верила.

Как-то в раннем детстве дети, живущие по соседству с Миррой, решили показать ей "крутое место". Это была яблоня за домом у одной девчонки. Когда Мирра увидела огромное плодотворное растение, она так обрадовалась, что сразу же решила угоститься сладким яблоком. Только вот силы её были ей неподвластны. Когда девочка сорвала с дерева всего лишь один плод, все остальные яблоки внезапно начали падать и тут же сгнивали. Спустя пару дней яблоня и вовсе завяла. С того момента с Миррой перестали общаться дети со двора, а их родители в свою очередь распускали о ней и её семье кучу неприятных слухов.

Мирра помнит, как однажды две старухи пытались убедить её мать в том, что её дитя проклято. Мирра стояла и обнимала свою матушку за ноги, стирая с лица слёзы обиды.

Маленькая девочка хотела общаться с людьми, хотела гулять с детьми со двора, но из-за своего дара она приносила людям сплошные беды. И, похоже, настал час расплачиваться за все принесённые ею неудобства.

Почти утопая в меланхоличных мыслях, Мирра не заметила, как рядом с ней уже несколько минут кто-то молча сидел.

– Что ты здесь делаешь? – всколыхнулась девушка, округляя глаза от удивления.

– Пришёл посмотреть на успехи своей дочери. – усмехнулся её Отец, протягивая дочери термос с горячим чаем.

– Мама переживала, что ты будешь сильно волноваться. Поэтому заварила чай с мятой. –

Мирра легко улыбнулась, принимая тёплую бутылку из рук отца. Она не знает, можно ли сюда посторонним, но, зная своего родителя, даже если это так, ему было бы всё равно.

Сделав несколько маленьких глотков, Мирра почувствовала, как тёплый и сладкий напиток стекает по её горлу, забирая с собой все плохие мысли и переживания. Её семья – вот что не давало ей сломаться на протяжении всей жизни. Она безмерно благодарна им за любовь и заботу о себе.

Отец Мирры вдруг наклонился к ней и с усмешкой похлопал по плечу.

– Уже успела напереживаться? –

– Ни капли! – уверенно возразила девушка, делая ещё несколько глотков и отдавая термос обратно отцу.

– Скоро второй тур. Я... –

– Ты справишься. Мама уже приготовила в честь твоей победы малиновый пирог. Не подведи её. – твёрдо закончил отец, снова отклоняясь спиной к спинке дивана. Немного подумав и посмотрев на то, что девушка держала всё это время возле себя, он добавил:

– Опять будешь сражаться клинком? –

– Да. Это ведь моё любимое оружие. –

Мужчина молчал несколько минут. Мирре уже показалось, он и не собирался отвечать. Однако вскоре тот снова заговорил.

– Ты слишком привязалась к клинку. Когда-нибудь настанет время другого оружия... Не цепляйся за прошлое, если тебе предстанет выбор чего-то лучшего. – он отпил из термоса и добавил: – Ну и сладость. Сколько сахара вы туда сыпите? –

Мирра откинулась назад, размышляя над словами отца.

– Когда настанет время, я решу. Но пока буду орудовать тем, что есть. –

Её отец потер чёрные усы и что-то задумчиво промычал. А после, резко спохватившись, достал из кармана маленький предмет.

Мужчина протянул это и вложил в ладонь дочери. Когда Мирра посмотрела, то увидела в своей руке кулон на чёрной нитке. На ней висела фигурка кота, западающего своей улыбкой и густыми усами в самое сердце. Рыжего, как и она сама.

– Это уже от меня. Решил передать тебе на удачу. – Отец смущённо улыбнулся. Мирра наконец-то подвинулась и крепко обняла его двумя руками.

– Я очень люблю вас с мамой. –

– Мы знаем. –

После коротких обменов репликами их семейную идиллию прервал голос из громкоговорителя внутри зала ожидания.

– Второй тур. На арену выходит пара под номером 17. Победители первого тура, Мирра и Сапфир. –

Глава 4

Уже который раунд подряд в главной оружейной звенели клинки. Каждый звук в этом месте скрывал за собой звериную ярость владельца оружия.

Многие люди находились здесь по личным причинам. Например, доказать кому-то свою значимость, сравнить свои силы с соперником, или же не дать кому-то другому дойти до конца.

Однако мало кто делился, почему на самом деле решил принять участие. Сейчас, стоя друг напротив друга, бойцы не могли и представить, какая сила или желание движет их соперником. Уже находясь здесь, оставалось полагаться лишь на то, что преследуемая тобой цель станет достойной того, чтобы не дать клинку выскользнуть из руки. Но даже так не стоит забывать, что человек, стоящий напротив, точно так же поставил на кон всё.

Тем временем перед вторым туром погода резко поменялась. Совсем недавно в небе играли золотистые, греющие лик лучи, а уже сейчас синеву неба закрыли собою тучи. Это было уже третье плохое предзнаменование. Однако кто она такая, чтобы перед лицом главного события этого года развернуться и убежать из-за пары облаков в небе? У Мирры не возникло и мысли отступить, ведь они с соперницей уже переступили черту, за которой можно было сдаться.

Мирра видела, как белеют пальцы на руках девушки со светло-серыми волосами напротив неё. Длинный конский хвост на затылке, которым она размахивала, когда выходила из зала, напоминал хлыст из-за острого конца снизу. У левой щеки свисала ровно постриженная часть чёлки, в то время правая часть была вплетена в хвост. Мирра увидела в этой девушке собственное отражение: так старательно укладывать волосы, но сдаться, когда дело дошло до чёлки.

Взгляд у Сапфир был… Мягко говоря, недружелюбный. Это была не просто яростная борьба за первое место, это был настоящий ад, запечатанный в двух небольших зрачках.

Сигнал к началу сражения только-только успел раздаться и дойти до самых дальних краёв стадиона, как два бедствия сорвались со своих мест. В следующую же секунду их клинки начали раз за разом сталкиваться в воздухе, пока они не приземлились обратно. Движения Сапфир были выверены до каждого вздоха на поле боя. Однако это не отнимало у её нападов эффект неожиданности и изворотливость в приёмах. Девушка сражалась так уверенно, словно её победа заранее была аксиомой этого вечера.

Но Мирра не уступала ей ни на шаг. Каждое внезапное нападение она парировала с грацией леопарда, сталкивая их клинки снова и снова. В один момент, во время очередного удара Мирры, Сапфир заблокировала её, позволив их лицам сблизиться. Внезапно, сквозь зубы, она проговорила:

–Вы все.. Одинаковые. –

Глаза Мирры на секунду расширились, и в следующий момент она перестала давить сверху клинком и отпрыгнула назад.

–Что ты имеешь в виду? – выкрикнула она в ответ и вновь уклонилась кувырком в сторону от свистящего над ухом металла. Сапфир, кажется, стала ещё угрюмее. И вместе с этим сила её ударов стала направлена на безоговорочное поражение противника.

Вновь нанеся удар в воздухе, девушки приземлились друг у друга за спиной.

–Вы все жаждите только одного, убивать людей! – раздалось за спиной у Мирры.

Она сделала оборот и тут же приняла своим оружием удар сверху, блокируя его. Однако сила её соперницы была настолько велика, что понемногу ноги Мирры начали разъезжаться из-за оказанного на них давления. Девушка не выдержала:

–Что ты несёшь? Долг каждого мага — защищать свой народ, а не убивать других людей! Мы защитники, а не убийцы! –

–Глупая девчонка! –

Внезапно Сапфир проскользнула у неё под боком, и Мирра почувствовала, как что-то холодное растекается по одежде. Собственная кровь стекала по боку, заливая кофту и рукава.

Мирра отскочила и крепче сжала клинок. Эти разговоры отвлекли её от главной цели — повалить противника предсмертно, и больше она не собиралась отбивать удары.

В следующее мгновение произошло нечто потрясающее. По крайней мере, весь стадион содрогнулся, а земля под ногами задрожала. Мирра использовала свою магию и, запрокинув клинок над головой, со всей силы нанесла удар сверху. Полоса белого света ослепила на момент всех присутствующих, и, по ощущениям, этот свет было видно даже с подножия горы. Мощь удара была настолько велика, что на арене буквально появился ров в несколько метров в ширину, и в самом низу этой ямы, когда развеялась пыль, держала оборону девушка с красными глазами. Это было поразительно, что соперница не ослепла от искры, которая вспыхнула между ними в момент удара.

Девушки спустились в яму. Кажется, они подавно забыли о правилах этого соревнования и сражались на полном серьёзе, желая уничтожить друг друга без остатка.

Они продолжили бой внизу, и растерянные судьи уже собирались остановить их, но кто-то из башни запретил это делать.

Девушки встали друг напротив друга, со сбитым дыханием скаля зубы. Плечо Мирры было ранено, но она просто взяла и переменила рабочую руку с правой на левую. В то время у Сапфир не осталось ни царапины, даже после её сокрушающего удара. Только ноги стали заметнее подкашиваться.

–Я не позволю больше никому встать в ряды защитников Пиру. Вы подавитесь собственной жаждой мести, но больше никогда не тронете их! –

Фыркнула Сапфир так, чтобы её услышала только Мирра.

В прошлый раз, когда соперница упоминала в своих возгласах “людей”, она подумала, что просто не поняла контекста, либо не расслышала интонации. Но сейчас… Когда Сапфир продолжила речь о “людях”, то стало понятно, что девушка имеет в виду именно жителей Ирмы.

Однако Мирра не понимала смысла сказанных слов. Почему она назвала защитников убийцами? Очевидно ведь, что специальные отряды убивают только тех, кто пытается напасть или проникнуть на их территорию. Это ведь всем и так известно. Зачем наводить смуту в рядах собственного государства?

Девушка решила оставить все вопросы на потом. От провокационных разговоров битва наконец перешла на стадию жестокого кровопролития. Каждый следующий выпад со стороны Мирры становился более беспощадным, а оборона Сапфир постепенно начинала спадать из-за усталости и отсутствия магического подкрепления. Неизвестно, почему она не использовала свои способности, но Мирре это оказалось на руку.

Следующий магический выпад откинул Сапфир прямо в земляную стену внутри воронки, где отпечатался её силуэт, и, не выдержав, девушка упала на колени, сжимая клинок.

Мирра медленно подошла к ней и направила острие оружия на лежачую. Молча, без лишних слов, давая выбор: сдаться или получить решающий удар прямо сейчас.

–Я… Презираю всех защитников Пиру… Ты… – она подняла красные, потемневшие от злости и бессилия глаза и стиснула зубы. Увидев такое в обычный день, Мирра бы покрылась мурашками от такого взгляда, однако сейчас она даже не дрогнула. С тяжёлым, прерывистым дыханием девушка продолжила:

–Желаю твоему будущему отряду смерти в первом же походе! –

Мирра больше не могла терпеть эти проклятия. Эта бестия разозлила её настолько, что Мирра не удержалась и пнула клинок из её рук с криком “заткнись!”.

Изо рта Сапфир потекла струйка крови, но она даже не обратила на это внимание. Всё её существо было приковано взглядом к Мирре и клинку, который она всё ещё направляет на обезоруженную. Между ними повисла тяжёлая тишина, которая таила в себе кучу вопросов и недосказанностей. Но никто так и не заговорил.

Вскоре, по факту потери оружия, Сапфир признали проигравшей. Соответственно, Мирра одержала победу.

Раздался завершающий бой сигнал, который привёл девушку в чувства, и она убрала клинок от лица соперницы, медленно повернувшись на звук.

Трибуны загудели от восторга и динамичности этого сражения. Восхищённые крики было слышно со всех сторон. Люди явно были довольны представленным зрелищем.

Ещё не осознав свою победу, Мирра выбралась из ямы, но на полпути к выходу с арены почувствовала на себе чей-то взгляд. Интуитивно обернувшись, она нашла глазами выделяющуюся из толпы фигуру. Высокая, статная девушка, что всё сражение молча наблюдала у края арены. Разумеется, этот наполненный радости и гордости взгляд принадлежал Селен. Мирра вскрикнула от восторга, и совсем скоро на выходе её радость подловили встречавшие её родители. Они принесли победный пирог прямо сюда, дабы не тянуть празднование до вечера. Счастья и удовлетворения своей работой у девушки действительно не было предела.

Сегодня Мирра наконец-то показала этому миру, что она способна не только разрушать, а воевать с помощью дара, как настоящий боец. И это было самой важной победой за этот день. Девушка пообещала, что никогда не забудет тот момент, когда её дар наконец-то вызвал у людей восторг. А её в свою очередь он привёл к победе.

Второй тур не закончился, но по причине повреждённого поля боя его перенесли на несколько часов вперёд, пока яма посреди стадиона не будет заделана. Пока у одних уже было празднование, другие всё ещё замирали в ожидании своего часа.

Тем временем на месте, где недавно стояла Селен, внезапно добавилось два силуэта. И все трое смотрели вслед победительнице, что совсем скоро перестанет быть для них просто незнакомкой с клинком.

Глава 5

– Сестра, у тебя ничего не вышло. Я выиграл. –

Тесная гостиная уже давно не проветривалась, потому при входе в неё лёгкие наполнялись затхлым воздухом. В этой комнате уже много лет принято находиться по одному. Однако сегодняшний повод заставил жителей переменить свои традиции.

Парень с чёрными кудрявыми волосами и красными, как спелый гранат, глазами, держа руки в карманах, приблизился к журнальному столику.

– Слёзы льёшь? – он усмехнулся, когда увидел на столе мокрый носовой платок. Наконец-то взгляд парня остановился на лице девушки.

Её ранее яркий алый взгляд потускнел. От боевого огня в ней остался лишь маленький, догорающий фитилёк. Она сжала пальцами покрывало, на котором сидела.

Молчание длилось ещё несколько минут. Фиос уже успел забрать грязную посуду и понёс её в раковину, как вдруг услышал из-за спины тихий голос.

– Пожалуйста. Пообещай мне, что не будешь убивать других напрасно... – она не осмелилась поднять глаза, когда высказывала свою мольбу. Парень резко остановился. Он оглянулся через плечо, и его ресницы расслабленно опустились.

– Не переживай, Сапфир. Тебе не о чем беспокоиться. – проговорил он так, словно его связки превратились в многовековой айсберг. Сапфир так и осталась сидеть в пустой комнате, наедине с мыслями о своём провале.

На самом деле, каждый человек уверен в том, что именно он способен изменить мир. Вот только невозможно что-то поменять по щелчку пальца, не имея при этом ни силы, ни статуса, ни поддержки со стороны близких. И Сапфир сегодня поняла это на себе.

Даже человек, прошедший все испытания на пути к роли стражника, и даже ставший воином или командиром, – не изменит ничего, если ему придётся действовать одному. Не говоря уже о девушке, которую втоптали в землю на глазах у всего города.

Однако, если, сидя в штабе, ты вдруг почувствуешь, что твой приятель по службе разделяет твои мнения и веру, то это вполне может положить начало чему-то большему. Даже если это будет всего один человек.

Но сейчас в отрядах стражи государства дела вели вовсе не с мыслями о переменах.

Пока другие отряды только просыпались, особое подразделение, носящее номер "1V50" (один ви пятьдесят), в чью зону ответственности входили преимущественно пограничные территории, уже собралось на улице.

Стоит отметить, что при попадании на службу всем подразделениям выделялись отдельные здания. Это были особо крепкие строения, обустроенные для жизни и со всеми условиями для восстановления после длительных разведок.

Отряд, командиром которого являлась Селен, состоял всего из трёх человек. Потому среди остальных зданий их неприметный одноэтажный дом выглядел довольно скромно, но при этом был обустроен даже лучше, чем те, которые предназначались на бо́льшее количество людей. Вообщем, красота не в количестве места, а в его качестве.

Прямо перед входом в дом была прикреплена обширная терраса, на которой и находились три девушки.

– Какое славное утро. Никто не проспал встречу с гостьей. –

Одна из них уже давно знакома читателю по длинным белым волосам и ровной чёлке. Но её самая запоминающаяся черта: жёлтый хрусталик глаз, окружённый серым зрачком.

– Ага, вот только, кажется, гостья нас проспала. –

Вторая девушка имела при себе чёрные и пушистые волосы, длиной до середины спины, которые завивались на концах. Эта девушка носила тёмно-фиолетовую форму, а на ногах всегда шнуровала высокие берцы. Её лицо настолько суровое, что вряд ли в обычной жизни с ней кто-то осмелился бы заговорить без крайней необходимости.

– Да ладно, может, она гостинцы выбирает? Ну, вроде в знак примирения с будущими сожителями. Как по мне, очень разумно. –

Третьей звездой данной встречи была невысокая бодрая девушка. Её волосы имели цвет спелой малины, смешанной с виноградом, а чёлка заколона на бок. У неё была короткая, рваная стрижка, которая в целом отражала её характер. По взгляду её янтарных, как смола, глаз читалось остроумие и дерзость, присущая тем, кто всегда добивается желаемого.

Такой компанией они простояли ещё двадцать минут. И когда Анессия выругалась себе под нос и уже направилась обратно в дом под хмурые взгляды остальных, издалека послышался стук копыт. С недовольным лицом она спустилась с террасы на землю вместе с командиром, оставив Бусинку караулить наверху. Той весьма пригляделась привилегия понаблюдать за событиями издалека.

И вот, заправленная кабылина наконец-то остановилась. Кучер кивнул в знак приветствия двум дамам, а из кареты послышался какой-то шорох. Селен уже хотела подойти, дабы посмотреть, что происходит внутри. Но как только она сделала шаг вперёд, дверца кареты распахнулась им навстречу, и оттуда взволнованной походкой вышла рыжая дама. Она махнула двумя пушистыми пучками и улыбнулась, держа в руках сумку с вещами.

– Доброе утро! Меня направили сюда сразу после завершения второго тура. – спускаясь по ступенькам кареты, тараторила Мирра. – Ооо... Селен... То есть, командир Селен, это ведь вы меня забрали? Я не знаю даже, как вас от... –

Но её нескончаемый потоп из слов оборвался, когда Селен подошла к ней и положила тёплую руку на плечо, обжигая кожу под тонким тёмно-зелёным платьем. Мирра уже год не видела свою новую командиршу и заметила, что она значительно... Вымахала.

Альбиноска была буквально на пол головы выше неё самой, и от этого рыжая растерялась ещё больше.

Анессия, не теряя время, махнула кучеру, указав ему выход с зоны. А после она подошла ближе к Селен и заговорила с максимально пренебрежительным тоном:

– Что ж. Раз мы её встретили, я пойду спать дальше... –

Но не успела брюнетка развернуться в сторону дома, как Селен повернула на неё голову. Мирра заметила, что мягкую улыбку с её лица будто стёрли. Осталась лишь холодная, словно отпечатанная тень милой девушки, которая совсем недавно похлопала её по плечу.

– Повтори? –

Анессия узнает этот тон из тысячи обозлённых и готовых растерзать тебя на месте людей. Брюнетка застыла, а после с коротким выдохом сделала шаг навстречу к Мирре. Её лицо мастерски сохраняло нейтральное выражение, однако невозможно было не заметить презрение, когда она посмотрела прибывшей в глаза.

– Меня зовут Анессия. Мы будем жить вчетвером. Позволь проводить тебя до комнаты. –

Мирра чуть неловко улыбнулась и, благодарно кивнув, направилась за ними к террасе, идя между Селен и Анессией.

Как только они поднялись на деревянную площадку у входа, к ним уже подошла четвёртая. Та скрестила руки на груди и с лукавой улыбкой оценивающе осмотрела Мирру, от чего ей уже второй раз за эту минуту стало неловко.

– Добро пожаловать. Раз теперь мы делим с тобой быт.. То пора пояснить за правила. – Бусинка резвой походкой встала перед ними, загородив проход, и поставила руки на талии.

– Первое, каждое утро ты готовишь завтрак на всех нас. Второе.. В первое время ты будешь заправлять все наши кровати, потом, как освоишься, так уж и быть, можешь заправлять только мою и свою. А третье... –

Мирра замерла, не зная, что ей на это ответить. Она же приехала чтобы стать членом отряда стражей, а не быть обслугой в концлагере.

– Хватит тебе её запугивать. Мирра, даже не слушай её. –

Селен наконец-то окликнула Бусинку, на что та покорно выпрямилась и рассмеялась.

– Ладно-ладно! Разумеется, это шутка. – Мирра наконец-то выдохнула. Увидев, как её плечи медленно расслабились, Анессия про себя усмехнулась и наконец открыла дверь, пропуская гостью вперёд.

Их знакомство вышло увлекательным. За один день Мирра успела понаблюдать за их специфичными взаимоотношениями, а также за ведением их общего быта.

Касаясь жилья, девушки выделили ей одну из немногих комнат, которые выходят на лес, а не на кирпичную ограду высотой в несколько десятков метров. К примеру, в комнате у Анессии оба окна выходят на непроглядную стену. Это выглядит довольно... Затворнически, но явно подобает её образу жизни. Да и сама Анессия ни разу не пожаловалась на несправедливость, мол, "почему этой новенькой досталась комната с окном, выходящим на красивый лес, а я живу с видом на пустоту?". К тому же в этом доме находилось всего пять комнат, две из которых до приезда Мирры пустовали. Теперь незанятой осталась только одна.

По указанию Селен, ну и ради того, чтобы побесить Анессию, Бусинка провела для Мирры экскурсию по окрестностям, не забыв привести её на "тайное место Анес", которое представляло из себя небольшой кристально чистый пруд. "Тайным" Бусинка его назвала потому, что Анессия всегда приходила сюда одна, когда теряла над собой контроль. И никто не должен здесь её беспокоить. Это негласное правило их отряда — у каждого должно быть место, где он может почувствовать себя одним. Правда вот у Бусинки такого места не было, а про то, где находится место Селен, она даже не предполагала.

На прогулке девушки настолько увлеклись, что вернулись домой затемно. К тому моменту Селен уже закончила с приготовлением ужина и даже вскрыла бутылку сидра ради такого случая.

Когда Мирра вместе с Бусинкой вошли, Анессия быстро окинула их осторожным взглядом, а после закатила глаза и сказала:

– Ну наконец-то. Я думала, уже с голоду помру. –

Селен усмехнулась и, похлопав Анессию по спине, пригласила девушек за стол.

Мирра села напротив командира, а справа от неё сидела Бусинка. Брюнетка уже разливала шипучую жидкость по бокалам, в то время как Мирра воодушевлённо начала рассказ о том, куда Бусинка успела её сводить.

– Это просто прекрасное место. Думаю, для вашей работы нет ничего лучше, чем после трудного дня возвращаться сюда. – подвела итог Мирра, после чего на несколько секунд все замолчали. Бусинка вдруг прыснула в ладонь. А Селен с тёплой улыбкой протянула над заполненным тарелками с едой свой бокал, предварительно встав с места.

– Дамы, сегодня к нашему отряду присоединилась девушка, что однажды чуть не победила меня. – Тишина, последовавшая за этой фразой, ощущалась намного глубже и содержательнее, чем в прошлый раз. Все внимательно слушали своего командира. А в глазах Мирры, кажется, начала проступать влага.

– Выпьем же за это событие вместе. –

После сказанных слов первой, кто чокнулась бокалом с Селен, стала Анессия, которая поднялась вслед за ней. Бусинка и Мирра повторили жест, и комната вдруг разорвалась громким возгласом "ура!".

Кухня заполнилась теплом не только от горячих блюд и алкоголя, который смешался в крови после тоста. Тепло исходило от всего: от шуточек Бусинки, которые она вставляла через каждое слово, от заботы Селен, которая подливала сидр сразу, как только видела, что он у кого-то кончается. Даже от непробиваемой Анессии вдруг разнёсся громкий смех. Всё из-за того, что ей на память пришла очень забавная история, где главной фигурой была Бусинка, и, разумеется, Анессия поделилась ей с новым членом коллектива. Потеряв из-за нелепой истории своё лицо в глазах новенькой, Бусинка вдруг притихла, а потом, с красными от алкоголя и стыда щеками, начала оправдываться, активно махая руками и тыкая в Анессию. Комната вновь разорвалась громким смехом.

Именно в эту ночь Мирра впервые почувствовала себя как дома, находясь при этом за многие километры от центра столицы, в которой она жила.

Глава 6

Переходя границу Пиру́ и оставляя позади столичную суету, можно было попасть в удивительно красивое место. Оно хранило в себе немало пролитой крови, жизней и смертей. Однако это не отнимало его завораживающего могущества.

Зелёный занавес накрывал четырёх путниц с каждого стоящего на пути дерева. Если поднять голову и посмотреть вверх, можно было увидеть изумрудную мозаику, сквозь которую проглядываются солнечные лучи.

Сломав очередную ветку под ногами, Мирра наконец опустила взгляд. Её ботинок внезапно перепрыгнуло мелкое животное. Белка или мышь.

Это место кипело жизнью, но не людской, наводящей кругом суету, а той самой молчаливой и напоминающей об истоках жизни. Такой, в которую хотелось бы возвращаться.

Мирра снова посмотрела в небо и задумалась, как бы ей хотелось стать частью этого леса. Забыть про людские проблемы и обязанности. Просто существовать в гармонии с окружающей средой.

От любования лесными пейзажами девушку прервал внезапный рывок за плечо. Кто-то резко оттянул её от пропасти, которую она не заметила, пока смотрела наверх.

Обернувшись, она увидела крайне недовольное выражение лица. Такое могла выжать из себя только Анессия.

– Будешь летать в облаках, домой не вернёшься. Никто не будет тебя вытягивать, если вдруг повязнешь в болоте из-за невнимательности. –

Закончив фразу, Анессия, не медля ни секунды, вернулась в строй. Догнав их, Мирра стыдливо опустила голову и начала следить за дорогой.

– Кажется, я вижу что-то вкусное. – вдруг вскрикнула Бусинка, показывая пальцем в сторону яблони, что росла на противоположном берегу болота. Обернувшись и взвесив все за и против, а после переведя взгляд на подопечных, что явно нуждались в перезагрузке после пяти часов беспрерывного патруля, Селен выдохнула:

– Можем остановиться на двадцать минут. –

Мирра вместе с остальными подошла ближе к реке. Как и любой другой человек, оказавшийся в такой ситуации, она задалась вопросом:

– Но.. Как же мы попадём на ту сторону? Реки и конца не видно. Неужели вплавь? –

– Ага, пусть тогда сама и плывёт. – тут же оскалила зубы Анессия, скрестив руки на груди. Мирра вскинула брови и вдруг заметила, что Бусинка уже куда-то пропала. Селен, увидев замешательство новенькой, с лёгкой улыбкой коснулась её плеча, и когда Мирра повернулась, то командир указала пальцем в сторону.

Вдруг раздался грохот. Мирра почувствовала, как мурашки прошлись по её телу. Но, увидев источник шума и вибрации, которая прошлась по земле, девушка застыла с неопределёнными эмоциями на лице.

Та, казалось бы, на вид хрупкая девушка, ростом едва больше, чем сама Мирра, одним ударом меча срубила массивное дерево и повалила его на землю. По началу наблюдающая не понимала замысла этих действий. Разве Бусинка не планировала завалить дерево над рекой, чтобы они все могли по нему пройти?

Но буквально спустя пару мгновений её вопросы отпали.

С сосредоточенным лицом, занеся ладони над поваленным стволом, Бусинка начала производить странные махинации кистями рук, и в это время дерево вдруг начало деформироваться на глазах. Словно тесто, огромный неподвижный ствол стал превращаться во что-то вытянутое. А спустя минуту, с помощью своей способности, девушка и вовсе превратила деревянную массу в мост, который, используя магию перемещения, Бусинка разместила над рекой.

На сегодняшний день существует огромное множество подтипов магических способностей. Каждый житель Пиру́ на базовом уровне обладает несколькими видами магии, одним из которых является перемещение, которое по своей сущности напоминает телекинез.

Дальше идут разряды: враждебная магия, например, такая как у Мирры. Магия созидания, которой являлись способности Бусинки и Селен, к которым относятся: превращение, создание и починка/лечение чего или кого-либо. И магия, относящаяся к стихиям, например к погоде, огню или другим природным явлениям.

Разумеется, на разрядах всё не заканчивается. Но если перечислять все виды способностей, которые были зарегистрированы у жителей столицы, то не хватит и целой книги, чтобы уделить каждому хотя бы по несколько строк.

Возвращаясь к способности Бусинки, то её дар — это деформация материалов или предметов в то, что имеет смежный состав. Сделать из дерева небольшой мост было для неё как разбить яйцо на сковороду.

Однако Мирру, впервые увидевшую столь масштабное использование подобного дара, словно парализовало от восхищения.

– Ничего себе.. Твои силы просто невероятны! –

Сказала рыжая, когда Бусинка пригласила сослуживцев пройти по её мосту. Горделиво подняв подбородок, розоволосая поставила руки на талию и, наклонившись к Мирре, сказала:

– Я и не такое умею. Если хорошо попросишь, я покажу тебе, как из воды можно сделать вино! –

– Угомонись. Меня раздражают твои попытки выделываться. – процедила сквозь зубы Анессия, обходя девушек на мосту. Селен поторопила их сзади, напомнив, что у них всего-то двадцать минут на отдых, и этот аргумент действительно заставил девушек двигаться быстрее.

– Какие же они сладкие! – с забитым ртом вскрикнула Бусинка, хватая яблоки и распихивая их по рукавам. Анес села на камне неподалёку и молча смотрела на воду, в то время как Мирра подошла к дереву вплотную.

Подняв взгляд, девушка тихо охнула от восхищения. Деревья в этом лесу выглядели гораздо внушительнее тех, что росли в столице. Мирра хотела было докоснуться до шероховатой коры, но вдруг её словно ударило током, и она резко отдёрнула руку, сжав запястье. Увидев странное поведение Мирры, Селен вопросительно вскинула брови. Почувствовав на себе её выжидающий взгляд, Мирра тихо заговорила:

– Не люблю яблоки. – Услышав это, Бусинка с забитыми щеками прыснула в ладонь и воскликнула:

– Ну и ладно, мне больше достанется! –

Мирра села на землю и прижалась спиной к стволу яблони. Её взгляд потускнел от внезапно накативших воспоминаний.

Вдруг прямо сбоку от неё послышался хруст, и, обернувшись, Мирра увидела такую картину: Селен села на землю рядом с ней, поджав колени и держа в руке красное яблоко.

Покручивая фрукт в руке, она сказала:

– И вправду сладкие. –

Где-то вдалеке вдруг колыхнулись листья деревьев. Несколько птиц приземлилось на ветку, чтобы понаблюдать за разворачивающейся внизу картиной.

Они просидели так около десяти минут.

Позади, где-то за деревом, послышались шаги. Девушки, сидящие под деревом, даже не обернулись – очевидно, это были свои.

– Селен, можно тебя на... – фраза Анессии оборвалась на полуслове. Выглянув из-за дерева, девушка увидела картину, как Мирра и Селен сидят рядом, прижимая затылок к одному стволу. Мирра первая обернулась и увидела на лице Анессии то, чего ни разу не наблюдала раньше. Смесь разочарования и злости. Почувствовав на себе чужой взгляд, Анессия резко фыркнула в сторону:

– Неважно. – и быстро ушла, хрустя ветками под ногами. Мирра, не понимая, что произошло, хотела уже спросить Селен. Но та покачала головой, с неизменным выражением лица.

– Анессия не ставит в приоритет никого, кроме лидера. И это её слабость. Она пытается одновременно и отстраниться от коллектива, и сохранить свой статус моей правой руки. –

Глаза Мирры расширились. Последняя фраза во многом объясняла то, почему по её приходу сюда Анессия сразу же её невзлюбила. Это была банальная ревность. Как старший ребёнок ревнует родителей к младшему, когда они начинают уделять ему больше внимания.

Уголок губ на лице Селен поднялся вверх. Она опустила ресницы, смотря на откушенное яблоко, и заговорила своим тихим, обволакивающим голосом:

– Только не говори ей, что я тебе об этом рассказала. Она может расстроиться. –

В этой просьбе прозвучало не просто желание не обидеть свою подопечную, но и сохранить её маленькую тайну между ними. Мирра кивнула и прошептала "конечно...".

В груди поселилось странное спокойствие. Солнечные лучи, танцующие на высокой траве вокруг, стали напоминать солнечных зайчиков. Из-за сильного ветра наверху листва беспрерывно колыхалась, от чего и свет, проступающий через деревья, каждую секунду менял свой узор. Это напоминало зелёный калейдоскоп.

Когда отряд в очередной раз встал в строй, Анессия выглядела бледнее мела, а вот Бусинка, напротив, производила впечатление самого счастливого в мире человека. Вкусная еда всегда её радовала.

Подтвердив целостность состава лёгким кивком, Селен вновь направила девушек на обход. Они преодолели немалое расстояние по спуску, потому поверхность горы становилась всё ровнее.

Однако спустя время, ближе к наступлению сумерек, Мирра начала замечать, что вокруг становилось слишком тихо. Раньше хотя бы было слышно пение птиц или шелест деревьев. Сейчас же стихли и одни, и другие.

Также Мирра заметила, что чем ниже они спускались, тем более настороженным становилось лицо Селен. Создавалось впечатление, что она знала больше их троих. Но пока что просто не хотела наводить суету и продолжала следовать запланированному маршруту.

Не проронив ни слова в течение ещё одного часа, Бусинка вдруг остановилась. Когда Селен на неё повернулась, её лицо напряглось.

– Что ты увидела? –

С ходу задала вопрос командир. Анессия так же напряглась, готовая выпустить лезвие из кожаного ремня.

– Мне показалось, что в пещере горит свет. – сказала Бусинка, пожимая плечами и продолжая смотреть в одну точку: огромная выемка в горе, напоминающая медвежью берлогу. Однако стоя так далеко, невозможно было точно сказать, горит там свет или нет.

Селен вышла на несколько шагов вперёд Бусинки и прищурилась. Когда Мирра посмотрела на её лицо, было заметно, что лимонные хрусталики её глаз вдруг сверкнули в полутьме леса.

Новенькая сглотнула слюну, положив ладонь на ручку клинка, чувствуя, что дыхание превратилось в сжатое глотание воздуха. Зрачки Мирры сузились. Воздух вокруг отряда замер, ожидая приказа командира.

Все четверо застыли как каменные статуи. И тогда Селен обернулась.

Её клинок обнажил свою сталь, давая понять, что пути назад не будет.

Глава 7 (1 часть)

И вдруг за пределами густого леса загорелся тёплый оранжевый свет. Заиграла музыка. И три фигуры неспешно ступили на мраморные полы зала.

Королевский бал — это ежегодное событие, происходящее в последний месяц весны, в честь дня рождения правителя Ирмы. Все гости радушно улыбаются друг другу, встречая приходящих гостей.

Женщины гуляли по залу в пышных платьях и утягивающих корсетах, а мужчины сдержанной походкой разнашивали выглаженные фраки. Кругом раздавался хруст бьющегося друг о друга хрусталя. Празднование проходило как и положено: пьянки, поздравления, оркестр и огромная куча золота, что для своего правителя в качестве благодарности подносил народ.

И среди всего этого действия стояли они. Три стража из государства на вершине горы.

Селен в воздушном светло-голубом платье, под юбкой которого не видно серебряного лезвия меча, прикреплённого к ноге. Анес, в более простом чёрном платье, что открывало её сильные руки и при этом подчёркивало талию. И Бусинка, что пришла в мужском костюме, за что на неё уже не раз смотрели с недоумением проходящие мимо барышни и джентльмены. Они шли, рассматривая всё вокруг себя с предвзятым видом. Особенно это отражалось на лице Анессии, когда её зелёные глаза темнели при радостных смешках от людей вокруг. А вот Бусинка, покорчив рожу для вида, совсем скоро выбилась из общего строя и налетела на стол с закусками, оставляя командира с рядовой в недоумении. Анес уже сжала кулаки, и её лицо побелело от злости. Она хотела повернуться и оттянуть розоволосую бестию от стола с едой за шиворот, но её вовремя остановили. За спиной раздался бархатный голос:

– Я знаю, что ты хочешь сделать, но не стоит привлекать внимание. Мы тут за более важным делом. – Селен говорила с той спокойной рассудительностью, от которой Анессии было бы неловко прямо сейчас выплеснуть на кого-то гнев. Брюнетка вздохнула и повернулась к командиру полубоком.

– Ты правда думаешь, что мы сможем от них что-то узнать? Селен, я не сомневаюсь в твоей мудрости, но.. –

Анессия перевела взгляд на людей вокруг, и её веки брезгливо прищурились.

– Они ведут себя как свиньи. Одни едят, другие пьянствуют. У кого ты собралась спрашивать про похищенного мага? –

Селен вздохнула и так же мельком оглянула людей вокруг. Действительно, следом за весёлым празднованием люди начинали вести себя самым примитивным способом: не фильтровать выражения, приставать друг к другу у всех на глазах, слишком вальяжно махать бёдрами и даже встревать со случайными прохожими в драки.

– Видишь тот столик? –

Селен указала взглядом на дальнее место в самом тёмном углу зала. Там находилась компания людей в воинских доспехах, которые громче всех распевали пьяные песни. Анессия проследила за её взглядом и замерла.

– Думаешь, это те, кто в прошлый раз подобрались к границам на юге? –

Селен кивнула, не сводя с одного из мужчин глаз.

– Да. К тому же, по словам очевидцев, у их командира была довольно исключительная внешняя черта. Видишь, у него шрам на половине щеки? – Присмотревшись, Анессия нахмурилась и вдумчиво кивнула.

– Ты пойдёшь собирать у них информацию. Селен, они пьяные, кто знает, что у них на уме? Можно я пойду с тобой? –

– Не волнуйся, Анес. Если что-то пойдёт не по плану.. – Селен незаметно для окружающих коснулась юбки в том месте, где нащупывалась ручка её меча. На её лице появилась мягкая, уверенная улыбка.

– Ты пока отправляйся с Бусинкой. Как и договаривались, обойдите погреба в пределах дворца. Если они держат его живым, то Гилл... Находится там. – Имя "Гилл" повисло в воздухе тяжёлым камнем. Анессия почувствовала, как ноги и руки залились свинцом. А Селен прикрыла глаза на несколько секунд, собираясь с мыслями.

Семья недавно пропавшего мага принадлежала влиятельному роду, чей предок прожил до ста пятидесяти лет. От исконных магических сил в их семье промежуток до младших детей занимает всего одно поколение — их родители. Потому, когда после очередного напада со стороны Ирмы пропал старший сын их семьи, подозрения сразу пали на армию противника. Семья Гилла навела такой кипиш, что к поискам хотели подключить даже церковных служителей. Однако отряд "1V50" предложил свою помощь в этом деле.

Вот только инициатива подключиться к поискам пропавшего исходила не от командира отряда, а от Анессии.

– Мы найдём его. – твёрдо сказала Анес, на что Селен благодарно улыбнулась ей, и, в последний раз кивнув в сторону Бусинки, отправилась в сторону голдящей компании в углу зала.

"Но сначала.. Я найду его." — произнесла Анессия в мыслях, опустив голову в пол. Её голова перестала гудеть, когда она вдруг подошла к Бусинке и, взяв её за плечо, повернула на себя.

Девушка замерла и проглотила последний кусок сыра.

– Ну что, мы идём? –

Поинтересовалась она с глупой улыбкой на лице, словно нарочно провоцируя Анессию. Брюнетка отпустила её, нахмурив брови.

– Не смей срывать миссию. Идём. –

Закатив глаза, Бусинка положила руки в карманы брюк и направилась следом за Анессией в сторону закрытых дверей, ведущих в коридоры дворца. Быстро прошмыгнув мимо охраны, девушки покинули шумный зал. Тишина пустого коридора казалась непривычной после разнообразной какофонии, доносящейся из главного помещения. Бусинка скрестила руки на груди, осматривая стены и потолок.

– Неудивительно. Во дворце короля даже простые коридоры позолочены. –

Хоть слова Бусинки не несли за собой никакого подтекста, у Анессии её слова вызвали сложные эмоции. Её тёмно-зелёные глаза сверкнули опасной искрой.

– Ага.. – пробурчала она, внезапно с грохотом опрокинув картину с портретом правителя на пол. Стекло, которым была покрыта картина, разбилось с громким звуком. Бусинка вздрогнула и крикнула:

– Ты что творишь? Анес, чёрт тебя побери, нас сейчас найдут. –

Но девушке было всё равно на крик. Она подошла к разбитой раме и притоптала её ногой в туфле. Осколки потрескались под её давлением.

– Он не заслуживает, чтобы его портрет стоял в позолоченной раме. –

– Да откуда у тебя такая умопомрачительная неприязнь к правителю Ирмы? – вдруг не выдержала Бусинка, встав с ней на один уровень. Анессия резко повернулась на неё и впервые за этот вечер повысила голос:

– Не твоего ума дело! – Но Бусинка лишь прищурилась, не позволяя себе ссутулиться под чужим гневом, и тихо спросила:

– Так это он убил твоего отца? –

Не трудно было догадаться до этого. Бусинка покачала головой и просто обернулась вокруг себя, продолжив идти вдоль по коридору.

– Отставь эмоции, Анес. Мы сюда не за местью пришли, а за жителем страны, которую защищаем. – Наконец-то из голоса Бусинки пропала игривость. Она решила на время стать голосом разума, который напомнил Анессии об их деле.

Брюнетка застыла, а после медленно провела ладонью по лицу. Раздался глухой стон:

– Извини, Бусинка. Я просто не могу держать себя в руках. Они.. Они просто повсюду. –

Анессия наконец встала плечом к плечу с напарницей, и они отправились шастать по бесконечным коридорам вдвоём. Спустя полчаса блужданий они наткнулись на более узкий коридор, что спускался на несколько метров вниз. Увидев это, девушки посмотрели друг на друга. В их глазах промелькнуло обоюдное согласие, и по очереди они начали спускаться, наступая на каждую ступеньку и параллельно прислушиваясь к шуму внизу.

– Почему ты не носишь женскую одежду? –

– Пф... А зачем? –

– Для миссии. Ещё в зале ты привлекла немало внимания своим внешним видом. Был бы кто-то более бдительный, он бы решил за нами проследить. Мы сильно рисковали из-за тебя. –

Бусинка замолчала на несколько секунд. Она пыталась что-то выдавить, хмурясь и издавая глухие звуки, но в конце концов вздохнула и, остановившись у двери внизу лестницы, сказала не оборачиваясь:

– Я просто не хочу, чтобы кто-то опять говорил, что я не могу быть бойцом из-за своего пола. –

Анессия остановилась позади неё, вскинув брови. Бусинка скрестила руки на груди, не желая продолжать.

– Вроде как этот стереотип в рядах стражников давно замяли. Тебе не о чем переживать. – Пауза. – Только если ты до сих пор не действуешь кому-то на зло. –

Анессия не сказала, кому именно. Но почему-то Бусинка додумала всё сама, и от того ей стало не по себе. Она снова натянула кривую ухмылку и с посредственным видом обернулась назад.

– Дверь не заперта. Можешь входить. Если нас поджидают, первой по голове получишь ты. –

...

Тем же самым временем, после безуспешных разговоров и допросов Селен остановилась у стола с напитками, чтобы перевести дух. Пьяные бойцы сначала потратили её время на расспросы "как зовут красавицу" и "сколько ей лет", а после ещё полчаса пытались вспомнить, кто и куда в какую дату направлял солдат. Селен скрывала разочарование на лице, однако от безрезультатно потраченного времени ей стало беспокойно.

Она попросила у кого-то из слуг налить ей просто стакан воды. Увидев ледяную улыбку девушки, парень, что носился с подносами, сразу бросил все дела и побежал на кухню. Селен лишь слегка удивлённо хмыкнула, а после снова вернулась в кокон из своих мыслей.

Уперевшись спиной о колонну, девушка сделала пару глотков прохладной жидкости. Гидратация пошла ей на пользу, и уже спустя минуту к уставшему взгляду вернулась ясность.

Она заметила одну единственную аномалию на этом вечере. Та в свою очередь показала себя ещё во время диалога с бойцами и не упускалась из-под взгляда Селен до этого момента.

Сейчас же аномалия исчезла.

Селен нахмурилась и медленно отстранилась от столба, ладонью приглаживая складки, образовавшиеся на платье.

Внезапно сзади её окликнул робкий, тревожный голосок:

– Простите... Я.. Я слышал ваш разговор с военными... Вы правда ищете... Пропавшего мага? –

Глава 7 (2 часть)

– Да. Это так. – сказала Селен, подходя к незнакомцу ближе. Она встала рядом с ним в тени балкона и наконец рассмотрела его лицо: на вид лет восемнадцать или девятнадцать. Бледный парень, с горящими глазами и пепельного цвета волосами.

– Зачем он вам нужен? Неужели... Вы собираетесь его пытать? – на последнем слове алые зрачки парня пугливо сузились, а голос понизился до полушёпота. Селен лишь мягко помотала головой, складывая руки внизу.

– Нет, что вы. Мне просто нужно задать ему несколько вопросов. Это просьба короля. – Лицо Селен не сменилось, когда с частичной правды она перешла на наглую ложь.

Нервно сглотнув, парень наклонился к её шее и, опалив кожу прерывистым дыханием заговорщика, прошептал у виска:

– Если честно, я знаю, где он находится. Король не любит, когда в его владениях... Простите за выражение, устраивают разбои. – Пауза. – Вы показались мне... Очень требовательной. Скажите, вы собирались проникнуть в царские погребы тайно? – он чуть отклонился и поправил оправу круглых очков. – Я ни в коем случае вас ни в чём не обвиняю. Просто.. Если вы правда ничего ему не сделаете, то вполне можете задать пару вопросов. В моём присутствии. –

Парень переступил с ноги на ногу и наконец перевёл глаза на жёлтые радужки Селен.

Девушка стояла неподвижно. Спокойствие на лице скрывало буйную работу мозга, которому нужно было вынести решение прямо сейчас.

В итоге она слегка подняла уголки губ и сказала:

– Я буду вам крайне благодарна за возможность повидаться с пленным. Ведите. –

...

– Ты самый неудачный человек, которого я только знаю. –

– Заткнись, если бы её открыла ты, ничего бы не изменилось. – Словесная перепалка отражалась от стен очередного коридора.

Дело в том, что единственный погреб, который они нашли, оказался хранилищем всякого низкосортного хлама, никак не связанным с пропавшим пируэнцем. Им пришлось отправиться на поиски новых дверей, так ещё и лишить сознания двух караульщиков царского жилья.

Когда Анес было не о чем думать, перед её глазами начинали проплывать мрачные воспоминания. Одними из которых был их второй поход за границу. Тот самый, в котором она подверглась нападению змей и была почти на грани смерти.

Но именно это воспоминание вдруг перевело её на мысли о Селен.

В тот раз командир впервые спасла её.

Это было в начале весны, тогда Анессия посреди ночи вдруг начала биться в конвульсиях. Она не почувствовала, в какой момент яд начал распространяться по организму. А когда тело начало безудержно содрогаться, командир была первой, кто осмотрела её раны, и уже спустя десять минут пересекла границу, доставив Анессию в ближайшую лечебную палату. Она помнит, как Селен, держа её под ноги и спину, на бегу шептала: "Дыши глубже, сейчас тебе помогут.". На что Анессия лишь продолжала судорожно глотать воздух, выплёвывая его, не доводя до лёгких.

Уже в палате Селен подняла всех на уши. Положив Анес на койку, командир села у изголовья и продолжала разговаривать, удерживая на себе потерянный взгляд пострадавшей. В её глазах виднелась смесь тревоги и нежности. Она говорила: "Тебя всего лишь укусила змея. Этот яд не смертелен для магов.", хотя у самой кошки скребли на душе, ведь она не могла сказать правду: "В тебе настолько много яда, что даже с целебной магией твоё тело может не справиться с нагрузкой".

Когда несколько врачей использовали для её лечения дар созидания, результата не последовало. Селен угрожающе нахмурила брови, подняв взгляд на растерянных лекарей, но в ответ услышала тихий голос одного из мужчин:

– Простите, но, кажется, это были не простые змеи. Скорее всего, они зародились в Пиру́ и при рождении напитались маной.. – Пауза. Сказанные им слова заставили кулаки Селен напрячься. Мужчина в белом халате медленно перевёл взгляд с побледневшей от боли Анессии на командира. – Нужна исконная магия созидания, уважаемая. – Все вокруг замолчали.

Даже лекари, чьи способности к лечению других были предрешены с рождения, широко раскрыли глаза.

Дело в том, что "исконная магия созидания" — это крайне редкий дар, который можно получить только наследственно. Однако его сила настолько велика, что при попытке вылечить пострадавшего организм может быстрее скончаться от переизбытка маны внутри тела больного. Это был огромный риск.

Селен резко встала. Впервые кто-то увидел на её лице столь яркую эмоцию негодования. Она уже собиралась сказать в ответ очень много нехороших вещей насчёт их методов лечения, но резко повернулась, когда Анес вновь замычала. Лёжа на койке, у девушки потекли слёзы из уголков глаз. Настолько её боль была невыносимой.

Главный врач тут же поторопил:

– Селен, при всём уважении, вам нужно сделать выбор. Прямо сейчас. –

Командир почувствовала, как мурашки выступают на спине. Впервые за все свои восемнадцать лет девушка почувствовала себя в западне. С одной стороны — она не могла стоять и смотреть, как её подопечная умирает у всех на глазах. С другой — если тело Анессии не выдержит того самого метода лечения, то Селен никогда не простит себе кончины собственной подопечной.

Медленно подойдя к изголовью койки и встав на колено, Селен положила ладонь на макушку Анес. Посидев так пару секунд, она тихо заговорила, и её голос впервые дрогнул.

– Прости, Анессия. –

Вскоре из-под спокойно лежащей на чёрной макушке руки начал появляться белый свет. Врачи благополучно вышли из комнаты, дав командиру полностью сосредоточиться на своей руке, через которую она проводила операцию.

Анес перестала содрогаться. С каждой секундой, чем ярче становился свет, тем меньше тело девушки сопротивлялось чужеродной магии.

Селен и сама не поняла, в какой момент начала шептать себе под нос: "Пожалуйста, выдержи это. Ты сможешь...".

И внезапно вспышка света из-под её ладони погасла. Словно сверхновая звезда в её ладони достигла точки невозврата. Селен медленно убрала руку от разгорячённого лба Анессии и выдохнула, когда увидела спокойно лежащее тело. Но, остановившись взглядом на груди лежащей, она замерла.

Селен задержала дыхание и вдруг подскочила с места. Грудь Анессии замерла, а из её носа тонкой струйкой потекла кровь. Командир почувствовала, как её мир медленно переворачивается с ног на голову. Теперь даже её способность показалась ей жалкой пустышкой по сравнению с ценой человеческой жизни. В ушах вдруг загудело, будто кто-то прижал к её вискам ракушки, но Селен нашла в себе силы и, встряхнув головой, сделала шаг вперёд.

Девушка торопливым движением подняла брюнетку за плечи, встав позади. Она обвила её живот двумя руками, после чего, с отчаянностью матери, которая из последних сил старается спасти своё дитя, надавила. Когда внутренние органы были шокированы резким давлением, обмякшее тело Анес напряглось. Селен могла бы подумать, что держит в своих руках статую.

Пострадавшая открыла глаза и выплюнула кровь из носа. Селен так и замерла, сидя позади неё и не убирая рук с её живота, боясь, что это ещё не конец.

Однако спустя пару секунд, вытерев губы рукавом, Анес тихо заговорила:

– Селен.. Это ты? Я.. Напугала тебя...? –

– Ты очень напугала меня. – раздался необыкновенно высокий для командира голос, и та обняла Анессию за плечи, прижавшись лицом к её затылку. Девушка замерла, чувствуя, что её конечности охолодели. Потом медленно подняла руки и накрыла ладони Селен своими. Они просидели так несколько минут. Командир, кто едва начав возглавлять отряд, чуть не лишилась своего первого бойца, и девушка, которая впервые почувствовала, каково это — быть спасённой.

– О чём задумалась? –

Бусинка щёлкнула пальцами у лица Анес. Та раздражённо отбила её руку и остановилась.

– Ни о чём. Я просто думаю, нам нужно разделиться. Мы ходим уже два часа и ничего не нашли. Надо работать на эффективность. – Анес перевела на неё взгляд и показала на развилку:

– Ты пойдёшь направо, я налево, если что-то найдём — подадим знак. –

Бусинка вздохнула, но спорить не стала. Метод действительно показался ей эффективным.

И когда их пути разошлись, Анес вдруг ускорила шаг, перепроверяя наличие клинка у своей ноги.

...

Идя следом за юношей, Селен обдумывала первую, самую очевидную теорию: тот, кто её позвал, и есть тот самый пропавший мальчик из знатной семьи.

Но тут выходило слишком много для пустого обвинения несостыковок. Во-первых, от этого человека совершенно не исходило магической маны. Во-вторых, его действия были нелогичны.

Селен предполагала, что если это пленный, которого заставили притворяться "своим", то он мог окопными путями выйти с ней на наружную территорию, на которой за ними никто не будет смотреть. Там он без проблем мог попросить о помощи. Но пока они шли, юноша не стал заворачивать ни в один из свободных проходов. Потому можно было сделать вывод, что он целенаправленно ведёт её куда-то. И с каждым новым шагом она всё больше сомневалась, что по приходу найдёт что-то полезное. Но решила не выдавать своих догадок. Вскоре она всё равно узнает: что это за человек и куда он её ведёт.

– Прошу прощения... Вы не против, если я пойду сзади? – остановившись спиной к Селен, заговорил парень. Он медленно обернулся, смущённо улыбаясь ей и сжимая рукав рубашки.

– Мне немного жутко, когда кто-то идёт позади. Есть чувство, что меня... Преследуют.. – парень замялся, отведя взгляд и покраснев ещё больше.

– А идти рядом со столь прекрасной особой у меня духу не хватит. Потому... Не будете ли вы против? –

Селен опешила, впервые выдав на своём лице искреннее удивление.

Она сделала пару шагов вперёд, обгоняя парня, но поглядывая за ним через плечо, чтобы не упускать из виду любые подозрительные действия.

– Не переживайте. Я не настолько важная персона, как может показаться. – Селен позволила себе скромную улыбку, и парень тихо рассмеялся.

Девушка позволила ему встать по левое плечо от себя, и спустя пару минут альбинос резко остановился у массивной дубовой двери. Селен встала позади него, наблюдая, как он медленно крутит ключ в замочной скважине, параллельно тревожно осматриваясь по сторонам.

– Прошу.. – юноша пригласил девушку зайти в комнату. Она освещалась одним единственным фонарём на потолке, но этого было вполне достаточно для обзора.

Девушка замедлила шаг, проходя возле парня, наблюдая, изменится ли в нём что-то, когда она войдёт внутрь. Но когда он вопросительно вскинул бровь на её слишком подозрительный взгляд, девушка наконец переступила порог.

Когда он оказался внутри и прикрыл за собой дверь, Селен вдруг задумалась.

У пропавшего юноши были глаза ярко-алого цвета. И если фотографии ещё могли его исказить, то при встрече с его младшими братом и сестрой Селен чётко запомнила, какими были глаза пропавшего. И сейчас, обернувшись к человеку позади себя, в свете керосиновой лампы она разглядела цвет его глаз. Ярко-алый.

Поначалу Селен не придала этому значения. В Пиру́ у каждой семьи абсолютно разного цвета глаза. Часто они зависят от преобладающей в теле магии, но иногда и передаются кучками по наследству. Придя на этот бал, девушка не обращала внимание на такие мелочи, как цвета глаз. Но сейчас, порывшись в памяти, она поняла: ни у кого из гостей не было цвета, даже близко напоминающего алый.

Из этого следовало только одно.

Глава 7 (3 часть)

Перед глазами легла жгучая пелена. Анессия двигалась автоматически, словно её ноги ей не принадлежали.

Разделившись с Бусинкой, девушка направилась не на поиски погребов, как было заявлено ранее. Она преследовала совершенно другую цель.

Найти покои короля.

Девушка была уверена: раз её цели не было в главном зале во время пиршества, значит, он всё ещё находился под охраной. Прихорашивал причёску, одежду. Только вот скоро ему это всё не понадобится.

Анессия как ничто другое помнит тот день, когда её семья разрушилась из-за одной весточки из-за границы: "Ваш шпион был схвачен и убит". С прикреплённой фотографией ещё живого отца. Анессия отчаянно не желала верить в подлинность такого грязного заявления. Её отец не был человеком, способным пойти на шпионаж в ненавистную ему страну, что когда-то изгнала их предков, назвав тех бесами. Да и если бы можно было предположить, что его совесть нечиста, то зачем Пиру́ отправлять в Ирму шпионов? Чтобы узнать, какое празднество они устроили в честь своего короля на этот раз?

Вообщем, с детства Анессия понимала, что её отец погиб от рук Ирмы. И раз в стране царствует монархия, то самый очевидный способ отомстить за своего родителя – уничтожить правителя.

За столько лет её гнев никуда не исчез. С самого начала своей службы девушка пыталась вымещать эмоции на вражеские войска, жестоко убивая их чуть ли не голыми руками. Но когда она услышала о том, что Ирма совершила в сторону их народа очередное преступление, а именно — кража человека... Анессия поняла, что это возможность. И последняя капля, которая послужила её мотивацией для отомщения.

Именно поэтому она попросила командира вмешаться. На что Селен, заподозрив скрытность мотивов, всё-таки согласилась, из уважения к собственной подопечной и её порыву брать на себя такую ответственность.

И сейчас, когда её дыхание сбилось, а кровь в жилах закипела, она в прямом смысле почувствовала жар, который начинал распространяться по телу от груди и до кончиков пальцев. Это и была та самая всепоглощающая жажда крови. Словно дикий зверь, учуявший пресный запах добычи, Анессия ускорила свой шаг, интуитивно выбирая дорогу.

И вскоре она встретилась лицом к лицу с толпой стражников, охраняющих одну единственную дверь.

Увидев эту картину, Анессия почувствовала, как её зрачки сузились. Перед глазами всё замедлилось.

Она подняла юбку, заставив охранников вздрогнуть от столь непристойной картины, но уже в следующую секунду это чувство сменилось на животный страх. Девушка оголила острый клинок, рассекая им воздух с опасным свистом.

Её пальцы дрогнули, и адреналин ударил в голову, позволяя девушке в любой момент истребить всех на своём пути. Но Анессия никуда не торопилась, желая продлить удовольствие. Её лицо от граничащей с безумием жаждой вдруг охолодело.

В её помутнённых азартом глазах воины увидели отражение собственных окровавленных тел. И совсем скоро это видение станет взаправду.

Для Анессии в этой жизни не было ничего настолько желанного, как оказаться с толпой ирманцев в тесном коридоре, направляя на них своё оружие. Она льстилась тем, как их глаза округляются от ужаса.

За несколько минут от десятка живых существ остался лишь окровавленный сад из человеческих тел. Это выглядело почти как произведение искусства, если бы было просто картиной. Однако в реальности увидеть такое было куда хуже.

У одних стражников была рассечена грудь, у других отрезаны конечности, у третьих не осталось ничего живого на ранее узнаваемом лице. В воздухе повис затхлый вкус железа и пота. Но девушка больше не обращала на это внимание.

Она встала напротив двери.

На её одежде была чужая кровь, клинок отражал вещи вокруг через призму пролитой крови: красными и искажёнными. Но вместе с этим Анессия почувствовала, как к её душе вот-вот подступит освобождение, которого она так долго ждала. Ради которого она была готова обмануть собственную напарницу и даже командира. Освобождение, стоявшее жизни сотни воинов Ирмы.

В её понимании месть и свобода были одним и тем же, потому и границы между ними растёрты.

Анес сделала шаг, но вдруг замерла, почувствовав на себе чужой взгляд. Медленно повернув голову, она увидела бежащую к ней Бусинку. Перепрыгивая через трупы, она подбежала к девушке и, оставив расспросы при себе, заговорила. Фразы звучали оборванно из-за отдышки, а голос пропитан нескрываемой паникой.

– Что-то здесь не так... Я перестала чувствовать силу Селен... Не думаю, что, находясь в одном здании... вы могли потерять контакт.. – Бусинка оперлась руками о колени и подняла голову. Её плечи беспокойно вздымались.

– Мы должны пойти за ней прямо сейчас. Пока что я немного чувствую её... Но скоро и этот сигнал может затихнуть... –

Анессия замерла, медленно переведя томный взгляд на напарницу. Они молчали. Бусинка нахмурилась и уже хотела что-то сказать, как вдруг Анессия ответила:

– За этой дверью убийца моего отца. Я не могу уйти сейчас. –

Бусинка замерла, а после разозлилась ещё сильнее:

– Ты понимаешь, что мы можем потерять командира? У нас нет времени разбираться с твоими чёртовыми обидками на прошлое! – она вдруг с отвращением посмотрела на гору трупов, лежащих вокруг:

– Ты уже зарубила достаточно людей, так может быть хватит!? Чёртова истеричка, возьми себя в руки! – слова Бусинки каждый раз падали между ними как осколки стекла. Вдруг Бусинка схватила Анес за ворот на груди, от чего она уронила клинок. Впервые в глазах своей чудаковатой и обычно шутливой союзницы Анессия увидела истинный гнев и отчаяние.

– Её жизнь сейчас в опасности! Думаешь, оказавшись Селен в такой ситуации, она бы пошла проливать кровь вместо того, чтобы пойти за тобой? –

После этих слов Анессию словно ударило током. Она резко оттолкнула от себя Бусинку и подняла оружие с пола. Девушка посмотрела на металл, с уже потемневшей кровью, и увидела своё отражение. Вместо рассудительной и сильной правой руки командира на неё смотрел зверь, который так и не насытился чужой кровью.

И вдруг её глаза расширились. Анессия почувствовала магию Селен, о которой только что говорила Бусинка. Она отзывалась в груди короткими вспышками, словно в ней поселилось второе сердце, которое создавало внутри новый ритм.

Вскинув голову на коридор, она поняла, в каком направлении им двигаться.

Девушка повернулась на Бусинку, что стояла напротив двери в царские покои. Но теперь её внимание было полностью сосредоточено на новой цели: спасение их командира.

Уже на бегу Бусинка притянула к руке доспехи, висящие на стене, и выковала из них новое оружие. Кусок смятого металла превратился в продолговатый предмет, а вскоре и принял вид меча.

С каждой минутой мигающие толчки в груди Анес затихали, и они ускорили бег. Сердца обоих начали колотиться в парном, сумасшедшем темпе.

...

– Знаешь, почему я решил уйти? –

Селен застыла посреди комнаты, смотря, как ранее улыбчивый юноша на её глазах стирает с лица это выражение. Теперь в его глазах было только отражение повисшей в комнате угрозы.

Не дожидаясь ответа, парень продолжил.

– Чтобы не стать обузой. Понимаешь ли, родиться в мире, где правят сверхлюди, без магических способностей означало быть почти инвалидом. – он заложил руки за спину. После этой фразы все потерянные шестерёнки в голове девушки сошлись. Она закрыла глаза на пару секунд, а после сказала:

– Понятно. Но почему ты не сбежал сразу, как увидел нас? И почему повёл меня сюда? –

Гилл усмехнулся и подошёл ещё ближе на шаг. В его алых глазах Селен увидела собственное отражение.

– Потому что, если бы я не напал на тебя, твои своенравные подопечные устроили бы резню на царском балу. Знаешь, какими проблемами это могло бы обойтись для обоих стран? –

Селен усмехнулась после одной фразы.

– Пока что ты ни на кого не напал. И сомневаюсь, что у тебя представится такая возможность. –

– Правда? А что, если я сделаю это? –

Селен вцепилась в ручку клинка под юбкой, но не успела его достать, как над её головой вдруг прогремел звук разбитого стекла.

Этот человек разбил единственный источник света в комнате, а следующей пулей прострелил девушке ногу. Селен вынула меч, но тут её руку подстрелили, и оружие отлетело на недосягаемое расстояние. Согнувшись и упав на колени, девушка попыталась исцелиться.

Однако не почувствовала абсолютно ничего, кроме сжимающейся внизу живота пустоты.

На её лбу вдруг выступил холодный пот. Она оказалась не просто раненой, она оказалась в катастрофе, обезоруженная во всех смыслах.

Её дар созидания не работает на том, что она не видит. Девушка не может вылечить себя в темноте. А значит...

– Откуда ты знал про мою способность? Кто ты такой, Гилл? Ты ведь предал страну, несмотря на то, как высоко тебя ценили.. –

– Предал? – внезапно он горько усмехнулся, стоя над раненой девушкой, которая пыталась закрыть кровоточащую рану ладонью.

– Может быть. Но сейчас я спасаю обе стороны. – он говорил тихо, но чётко.

– Спасаешь? Нападая на стражников, пришедших тебя вернуть? – тихий голос Селен показался ему почти насмешливым. Однако Гилл никак на это не отреагировал.

– Если бы я хотел тебя убить, ты бы сейчас со мной не разговаривала.–

Внезапно Селен почувствовала, что её подхватили на руки. Обезкураженная и лишённая возможности сопротивляться, она вцепилась здоровой рукой в его грудь. Однако Гилл даже не скривился в лице. Наоборот, его движения стали осторожнее, словно он боялся задеть раненое место.

Спустя мгновение Селен перестала чувствовать под собой опору. Ощущение осторожности в его действиях испарилось, как будто его и не бывало. Гилл сбросил командира в какое-то углубление, где она неудачно приземлилась спиной на выступающий камень. Тело отозвалось жгучей болью, от чего она истошно замычала.

Высокий силуэт склонился над пропастью. Гилл приложил указательный палец к губам и прошептал: "Тииише.. Иначе тебя найдут."

...

У Селен не было сил считать, сколько времени она провела здесь. Последнее, что она помнила, это звук открывшейся двери, когда Гилл покинул комнату.

Покорчившись от всё ещё пульсирующей боли в спине, девушка осторожно села и облокотилась плечом о стенку погреба.

Медленным потоком мыслей её настигло осознание: самой ей не справиться. Если её девочки попадут в беду... Она совершенно ничем не сможет им помочь.

Командир положила руку на затылок, вцепившись в белые волосы грубой хваткой. Она уже тысячу раз пожалела о том, что пошла на поводу у Анессии и отправила их отряд на эту смертельную миссию. Если бы только она могла отмотать время вспять, то никогда не пошла бы на это.

Селен почувствовала, как тепло начало отливать от конечностей, пытаясь согреть внутренние органы. У неё больше не осталось сил двигаться. Глаза бесчувственно прикрылись, а рука, ранее сжимавшая её волосы на затылке, упала рядом с простреленной ногой.

Если бы только её подопечные были целы.. Если бы они могли её найти... Она бы больше никогда их не отпустила.

Когда звуки превратились в белый шум, Селен вдруг почувствовала, как в комнате заиграл свежий поток воздуха.

Спустя несколько секунд две пары рук осторожно вытащили её из ямы и положили на пол, поддерживая за плечи.

– Почему ты себя не вылечила!? –

Запаниковала Бусинка, сидя рядом с её ногами. Анессия дрожащими руками положила её голову себе на колени, чувствуя, как холодеет кожа под кончиками пальцев.

Селен тихо заговорила, пытаясь встать, но Анес опустила её обратно.

– Чтобы использовать регенерацию... Нужен свет... –

Бусинка вскочила и мгновенно распахнула дверь. Однако это им ничем не помогло – за окном уже было темно, а изнутри этот коридор ничего не освещает.

Правая рука командира взяла всё в свои руки. Селен почувствовала возвращающую тяжесть на плечах и, подняв глаза на свою подопечную, увидела её сосредоточенное лицо. Из тела Анес вдруг начал исходить тёмный дым, окутывающий комнату от пола до потолка. Бусинка замерла на пороге, а Селен прищурилась. И тогда вся комната осветилась. Тёмный дым стал потоком света, в котором способности Селен вновь заработали, и командир подлатала свои раны. Всё это время Анессия не убирала рук с её плеч.

Когда Селен закончила, её подопечная выдохнула.

– Где эта сволочь? Нам нужно его найти. Ему это с рук не сойдёт... Бусинка...! –

Но не успела Анес договорить свой приказ, как командир перебила её, устало мотая головой.

– Не нужно. Анессия, не нужно мстить. Самое главное... Что вы нашли меня. Спасибо вам... Обоим. –

Бусинка застыла, не зная, что и сказать. Анессия почувствовала, как в носу у неё защипало, а тело внезапно напряглось. "Не нужно мстить". Почему-то она никогда раньше не слышала этой фразы.

Однако сейчас, из уст командира, лежащего у неё на коленях и способного на регенерацию только благодаря её способности... эта фраза прозвучала как аксиома, что больше никогда не оставит Анессию.