Голова на колесиках

Глава 1

Сознание возвращалось постепенно, рывками.

Я то выныривал из пучины темноты, жадно глотая кислород иссушенной глоткой, то вновь падал в черные воды небытия.

А-а-а-х!

Окончательно очнувшись, я рефлекторно некоторое время открывал и закрывал глаза, спасаясь от резкого света.

Жив! И сознание, кажется, вполне адекватное. Никаких всплесков агрессии или негодования я не испытывал. А должен был?

Белый-белый потолок над головой. Нет, не такой уж и белый. Темный развод справа, сомнительное пятно чуть левее. Паутинка в углу. В этом помещении за чистотой особо не следили, это было ясно. Но что я здесь делаю?..

И главное, не пошевелиться. Тело я совершенно не чувствовал. Странно! Но я мыслю, вижу, а значит — правильно, существую! Это уже хорошо сознавать для начала.

Итак, что я помню?

Повезло, память никуда не делась, воспоминания тут же всплывали в голове, стоило лишь подумать о чем-то.

Максим Иванович Игнатов, сорок шесть лет, счастливо женат, двое детей… хм… неприлично богат. Меценат и филантроп? Ого! Я был очень успешным бизнесменом, и мое состояние оценивалось в три миллиарда долларов на момент смерти.

Что?

Какого хрена! Почему смерти?

А вот и подвох! Оказывается, я заболел и умер, точнее, должен был умереть, и никакие деньги не могли мне помочь остаться в живых. Смерти все равно, кого забирать, и деньгами от нее не откупиться.

Сам момент кончины я не помнил, а вот все, что предворяло этот процесс — вполне.

Врачи не могли меня спасти, лекарства от этой болезни еще не придумали, а все попытки удержать жизнь лишь причиняли телу неимоверные страдания, и тогда я принял волевое решение. Нет, не эвтаназия, но нечто вроде этого и безо всякой гарантии на успех.

Криозаморозка.

Компания, специализирующаяся на этом, обязалась сохранить мое мертвое тело в сосуде Дьюара — особой вакуумной камере, при температуре в -196 градусов по Цельсию в жидком азоте до того момента, когда наша передовая медицина, наконец, научится бороться с моей проблемой. Тогда, по идее, меня должны были разморозить и подлечить.

Конечно, вся эта идея была весьма своеобразной. Ладно бы еще дело происходило в Америке — там подобных компаний, как грибов после дождя. У нас же в России их можно было пересчитать на пальцах одной руки, а репутация… ну а какая может быть репутация у фирмы «Второй шанс», не произведшей еще ни одной разморозки?

Верно, никакой.

Но приходилось довериться и играть вслепую, потому как иных вариантов у меня не оставалось.

Америка — не вариант, слишком уж легко они вводили санкции, и мне не улыбалось в замороженном состоянии попасть под новый пакет. Там, кстати, довольно часто замораживали не все тело целиком — на это у родственников не хватало средств, — а лишь некоторые части. Например, голову.

Да, можно представить темное и холодное хранилище, в котором рядами были выставлены банки с замороженным головами вместо варенья. Почему банки? Там я себе это наглядно представлял, хотя на самом деле, конечно, все выглядело совершенно иначе.

Так, а что же сделал я? Мне хватило средств на полную заморозку, и оплатил я свое пребывание на длительный срок до двухсот лет. Лучше было заплатить с запасом, правильно? Хотя я надеялся, что врачи найдут лекарство раньше. Очнуться через двести лет — сомнительное удовольствие.

Так-так, и чем все окончилось?

Помню: стерильная палата и трогательное прощание с женой и детьми. Вика плакала, деликатно вытирая уголки глаз батистовым платочком от «Версачи». Сыновья сурово молчали, так их воспитали, в строгости и дисциплине.

Нотариус прочитал завещание, в котором все состояние отходило семье. Родителей моих уже не было на этом свете, так что делить было нечего.

Половина — жене, вторая половина — сыновьям после их совершеннолетия, а до этого момента Вика оставалась их единственным опекуном.

С моей стороны было лишь одно условие — никаких новых мужчин до того момента, как сыновьям исполнится восемнадцать лет. Учитывая, что они были близнецы и родились в один день, ждать оставалось еще чуть более пяти лет.

Ничего, потерпит. Деньги и власть того стоили. А если нет… я подготовился и на этот случай. Три частные сыскные конторы получили крупные суммы авансом. В их обязанности входило следить за Викой весь срок и фиксировать любые нарушения договора, если такие будут иметь место.

Меркантильность? Нет, нисколько. Всего лишь убежденность в том, что у каждого человека кроме прав существуют еще и обязанности.

В общем, я не слишком переживал по этому поводу. Если Вика сорвется, право опекунства она лишится, как и своей половины от трех миллиардов. В таком случае специальный трастовый фонд возьмет на себя заботу о моих пацанах на эти годы, а потом они в равных долях вступят в права наследования.

Все честно, без подвоха.

Так я считал, понимая, что жизнь, как обычно, может внести и свои коррективы в самый досконально продуманный план.

Впрочем, скоро я все узнаю. Раз я очнулся, значит, план удался: я жив и здоров!

Но почему процедура разморозки проходит столь странно? Я до сих пор не чувствовал тела, и никто из персонала не подошел проверить, все ли в порядке.

Подозрительно!

Так я пролежал, наверное, с полчаса или даже дольше, пока до меня не донеслось легкое шипение, как-будто неподалеку открыли дверь с пневматическим приводом. Потом я услышал чьи-то шаги, тяжелое дыхание с одышкой и резкий запах чеснока.

Наконец-то! Кто-то явился по мою душу!

Пришедший с негромким кряхтением приближался. Теперь, помимо чеснока, я почувствовал и явный запах алкоголя.

Да что тут происходит, черт побери?!..

Неизвестный приблизился вплотную, и, вдобавок к чесноку и алкоголю, повеяло еще и крепким потом.

Я не мог его видеть, головой не пошевелить, все, что мне оставалось, это пытаться поймать в поле зрения хоть что-то, кроме потолка.

— Ты живой, нулевка? Ух и страшный ты, как посмотрю — бежать хочется! — раздался хрипловатый голос. — Вижу, глазами крутишь! Не пытайся даже, пока интерфейс не подключен, бесполезно.

Если бы я мог ответить, то, наверняка, разразился бы страшной бранью. Это дерьмо, а не клиника! Пациент провалялся бог знает сколько времени в отключке, очнулся, а проверить его состояние пришел нетрезвый и явно неадекватный тип. Это у них медперсонал проводит обследование в таком виде? Да после первой же жалобы такую контору закрыли бы немедленно!

Но ответить я не мог, поэтому пытался передать все охватившие меня эмоции яростным взглядом.

— Да не сверкай зерцалами-то, с меня спросу мало. Мне сказали включить и протестировать, вот я и включаю. А что и почему — это вопрос к начальству. Но тебе к ним ходу нет, нулевка. Тебе вообще… хм… мало куда есть ход…

Я все еще не видел обладателя голоса, все это время он находился где-то сбоку, не попадая в мое поле зрения.

Что же, очень надеюсь, что этот паралич — лишь временное явление, и когда я полностью оклемаюсь, то всем тут покажу, где раки зимуют! Пока же потерплю неудобства, ничего, не привыкать.

— Ну, вот и молодец, вот и славно… — донеслось до меня негромкое бормотание. — Хряпа все сделает как надо, просто немного потерпи. Сейчас я тебя зафиксирую в вертикальном положении!

Что он сделает? Зафиксирует? Я что, шаткая ваза?

Тут же надо мной сверху склонилась человеческая голова, заросшая давно не стриженной шевелюрой и густой бородой, а две руки потянулись в мою сторону.

Потом мир перевернулся, и вместо потолка я увидел стену, столь же обычную, давно требующую побелки, с темными пятнами разводов, без каких-либо плакатов, графиков и картинок, присущих любой больничной палате.

Зато я смог увидеть моего… врача, медбрата, работника компании «Второй шанс»?

В общем, я увидел Хряпу, но, честно говоря, лучше бы я его не видел.

Был он еще не стар — лет пятьдесят с гаком, но ужасно потрепан жизнью. Лицо в ранних морщинах, красный нос пьяницы с прожилками, слегка трясущиеся руки, засаленные волосы до плеч, опять же борода… Да и весь он, несмотря на свой немалый рост и широкие плечи, как-то сутулился, кривился на один бок.

Одет Хряпа был вовсе не в белоснежный халат и врачебную шапочку, а в замасленный черный комбинезон с многочисленными карманами, более подошедший механику в гараже. На ногах он носил устрашающего вида ботинки с металлическими накладками.

Я ненадолго закрыл глаза, чтобы собраться с мыслями и не смотреть на Хряпу. Более неприятного зрелища сложно было представить.

Вовсе не таким я представлял свое пробуждение после заморозки…

— Вот и славно, вот и отлично! — продолжал бормотать Хряпа, общаясь даже не со мной, а с самим собой. — Потерпи, нулевка, скоро все будет!

Что именно будет, он не уточнил.

Вообще, мне казалось, что со мной что-то не так. Нет, многое было мне непонятным, но когда Хряпа повернул меня в вертикальное положение, то есть посадил на кровати или где я лежал до этого, то я, по идее, должен был сидеть чуть выше и смотреть, если не в глаза Хряпе, то хотя бы в подбородок. Я же смотрел максимум в пупок, скрытый под комбинезоном.

Я что усох за время криогенного сна? Или стал карликом?

Эта ситуация напрягала меня все сильнее. Казалось бы, я должен радоваться новой жизни, быть в эйфории от того, что не чувствую больше боль — кстати, я только сейчас обратил внимание на этот факт, — а я нервничал, потому что смотреть в условный пупок Хряпе мне совершенно не нравилось.

И еще: почему он все время называет меня странным прозвищем «нулевка»? Что вообще значит это слово? Ему разве не сказали, как меня зовут на самом деле? Уж в карту пациента Хряпа мог бы заглянуть перед своим… хм… визитом?!..

— Сейчас подключу интерфейс, тогда включатся двигательные функции, — сообщил Хряпа, — сращивание с нейронной сетью вроде бы прошло хорошо, без побочек, так что будешь себе трудиться, как все крио, и горя не знать. Жаль только, что мозги у вас не работают… но это не страшно. А сейчас, внимание, будет больно!

Он мог этого и не говорить, потому что через мгновение мое обретенное сознание пронзила неистовая вспышка боли. Словно молния пробежала по всем моим нервным окончаниям, выжигая их. Это было в тысячу раз хуже зубной боли. Если бы я мог шевелиться, меня выгнуло бы дугой.

— А-а-а-а! — протяжный крик непроизвольно вырвался из моих уст.

— Вот она — боль! — довольно сказал Хряпа. — Говорить можешь, это хорошо. Значит, все заработало! Танцуй, крио, ты обрел новую жизнь!

Танцуй? Да я тебя сейчас!..

Я непроизвольно потянулся к нему руками, намереваясь схватить… точнее, попытался это сделать.

Раздался легкий скрип, и я увидел, как слева и справа от меня в воздух поднимаются конечности. Но это не были человеческие руки, скорее, они напоминали некие металлические гибкие манипуляторы с непонятными насадками вместо кистей. И их было четыре, по два с каждой стороны!

Ошарашенный, я замер. Застыли и манипуляторы.

Это мои руки? Мне приделали стальные импланты? Зачем? Почему четыре?

Хряпа, ловко отскочивший назад, внезапно всплеснул руками — нормальными руками и воскликнул:

— Я же забыл показать тебе самое главное! Сейчас!

Он подбежал к стене и ткнулся в небольшой выступ справа. Тут же откинулась панель с кнопками. Хряпа, недолго думая, ткнул в одну из них, и часть стены поползла вверх, открывая моему взору матовый экран с двухметровой диагональю.

— Секунду-секунду! Айн-момент! Включаю и активирую камеру… Вуаля!

Экран загорелся и я, словно в зеркале, увидел собственное отражение.

Был бы я дамой, точно грохнулся бы в обморок.

С экрана на меня смотрела железная коробка на двух колесах, а по бокам безвольно свисали те самые манипуляторы, которыми я чуть было не схватил Хряпу.

Но даже не это поразило меня больше всего. В коробе, на явно искусственных шее и плечевом корпусе, прикрытых серой тканью, царственно торчала абсолютно лысая человеческая голова, вокруг которой находился защитный купол, сделанный из полупрозрачного материала.

И этим чудовищем был я.

Боже! Я что, чертов робот на колесиках с головой в аквариуме?!

Мама, роди меня обратно!..

Глава 2

— Эй, нулевка, ты чего! Не плачь! — Хряпа предусмотрительно не подходил ближе, утешая издалека. — И не такие мне попадались на активацию. Ты еще ого-го!

Я и не думал плакать, но слезы обиды, будь они неладны, сами по себе стекали по моим щекам, и у меня не было рук, чтобы их утереть.

— Что я? Кто я? — в истерику впадать я не собирался, но мне требовалось время, чтобы осознать случившееся и прийти в себя.

— О, ты можешь говорить. Странно… — Хряпа замер, раздумывая, что делать дальше. — Обычно крио все больше глазами крутят, а вот с речью у них проблемы. Мозги-то растаявшие! А ты страшный, но башка работает!

— Я могу говорить, — подтвердил я, чуть обидевшись на «страшного», — более того, сейчас дам тебе в морду прямо всеми четырьмя манипуляторами, если не объяснишь, что происходит! Где доктора? Почему я — робот?

— Ты не робот, — Хряпа даже возмутился такому предположению, — ты кибернетический организм-механизм. Правда, в тебе больше машины, чем человека. Головной мозг составляет лишь пять процентов от общего объема тела. Но есть и плюсы, твой функционал гораздо обширнее, чем у человека! Радуйся, нулевка!

Я не хотел радоваться. Я не понимал главного: почему меня воскресили в этом устройстве? Если уж не могли обеспечить нормальным телом, лучше бы вообще не трогали. Так и спал бы себе дальше… интересно, сколько времени прошло?

— Слушай, крио, давай я тебе все быстро растолкую и мы разойдемся краями. Я свою работу выполнил, интерфейс функционирует, так что с меня взятки гладки… но я вижу, что ты в хлам от стресса. Бывает. Смотри, все просто: так вышло, что механизмы работают куда лучше, когда решения проходят через нейронную сеть человеческого мозга. Поэтому и придумали, как их совместить в единое целое. Давно это было. Ну так вот, не знаю, чего ты ожидал, но теперь все так, как есть. Твою башку нашли на дальнем складе в старом криоконтейнере, там еще много подобных валялось — барахло сплошное, даже старьевщикам не сдать, ну, и взяли наугад среди прочих. Нужна была лишь одна башка в этой партии, так что, считай, ты выиграл в лотерею. Вот остальным не повезло, всех отключили от питания, разморозили и слили в отстойник, все равно с таких обычно толку нет. Так что ты, нулевка, везунчик!

Кое-что начинало вырисовываться, хотя общая картина мне совершенно не нравилась.

Получается, мой генетический материал, а конкретно, голову, держали непонятно где, без надлежащих условий. И какие-то мутные типы взяли и подключили ее к этой тумбочке, которую Хряпа по недоразумению называет механизмом.

— Мне обещали вторую жизнь! — голос с непривычки звучал хрипло, незнакомо, но я старался. — Врачи! Где врачи? Меня зовут Максим Игнатов, и я знаю свои права!

— Нет тут никаких врачей, — развел руками этот странный тип, — тут только я, Хряпа, механик широкого профиля. А какой ты там Игнатов, мне дела нет. И прав у тебя больше нет. Теперь ты всего лишь кибернетический уборщик с расширенным функционалом за номером три икса сорок семь.

Что? Меня воскресили, чтобы сделать роботом-уборщиком? Уму непостижимо! Но, похоже, Хряпа не врал…

Я даже не знал, смеяться мне или плакать. Шок!

— Скажи хотя бы, какой сейчас год? И где я нахожусь?

— О, — обрадовался механик, — это запросто. Год нынче две тысячи сто двадцать пятый по старому исчислению, или же девяносто пятый — по новому. Это кому как угодно! А находимся мы, то есть, ты, и я, и все прочие ясно где — на минус пятом уровне. Не хотел сюда спускаться, но заплатили хорошо, а деньги мне нужны…

Так… получается, прошло всего сто лет с момента моей смерти. Но изменения, коснувшиеся всего мироустройства, оказались глобальными. Значит, произошло нечто, что в корне поменяло устои и быт. Но что это могло быть? Нашествие инопланетян? Ядерная война? Хряпа сказал про «новое исчисление», но не сообщил о событии, от которого оно началось. Если прикинуть, то нечто произошло примерно через пять лет после моей заморозки. Пока я не нашел ответов, лучше помалкивать и собирать информацию. Ведь, раз меня сумели разморозить и подключить к железной тумбочке на колесиках, так же запросто сумеют и отключить. А этого мне совершенно не хотелось.

Я быстро огляделся по сторонам. Мы находились в небольшом ангаре, ныне совершенно пустом. Тусклый свет, обшарпанные стены, подозрительные пятна на полу. Мое тело, оно же железный куб-тумбочка, стояло на небольшом постаменте, а прежде, очевидно, лежало тут же лицом вверх, пока Хряпа не поставил меня нормально.

— На минус пятом уровне чего? — уточнил я непонятный момент.

— А… ты же совсем древний, крио. Прости, забыл. Мы в Граде, на самом его дне. Ниже некуда. Теперь тебе тут жить и работать, привыкай. Мэрии срочно потребовались новые уборщики, старые… хм… вышли из строя. Вот тебя и включили, среди прочих. Остальные, правда, без человеческих мозгов — сплошная кибернетика. Кто же знал, что ты говорить сможешь… Впрочем, это все равно, выбора у тебя нет, разве что башкой об стену… но лицевая броня у тебя крепкая, выдержит! Так что я бы не советовал пробовать.

Чем дальше в лес, тем больше информации, которую я пока не знал, как воспринять. С одной стороны, все было ясно — я встрял в историю. Воскрешение, хоть и случилось формально, но прошло вовсе не так, как предполагалось.

Во-первых, из всего моего тела уцелела одна лишь голова. Кажется, компания «Второй шанс» выбрала американскую модель криозаморозки. Но ведь я проплатил сохранность всего тела! Отчего же условия изменились?

Во-вторых, разморозили-то меня не по плану, а совершенно случайным образом. Местный рынок вакансий выдал мне билет в жизнь в качестве уборщика. Но это ерунда, переживу.

В-третьих, вот что главное, я — чертов робот! И это угнетало больше всего остального. В человеческом теле, пусть больном и потрепанном жизнью, мне было бы гораздо привычнее. Но очнуться в механизме! Я даже не знал, как им управлять!..

— Инструкция прилагается? — мрачно поинтересовался я.

Хряпа замахал руками.

— Куда там, слишком старый аппарат, взяли со свалки, считай. Но ты и сам разберешься, это не сложно — все на интуитивном уровне! Список рабочих задач, вид на жительство и ограниченное разрешение на работу, ключ-карту от отсека и банковский номер с пинами я тебе скину в личку. Отсек оплачен на неделю, аванс от фирмы! Дальше сам крутись… Хтонь! У тебя же еще нет лички! Ты же древний! Сейчас…

Он повернул левое предплечье к себе, легко откинул в сторону кусок кожи, как чехол, а под ним оказался небольшой экран, по которому он тут же принялся тарабанить пальцами.

Н-да, не о таком будущем я мечтал!

Тут, хоть и сплошные технологии, но устроены они явно не для удобства людей.

Да и вообще, разморозить меня, чтобы заставить работать — это слишком! Не то, чтобы я не любил работать руками, да и никакого труда прежде не чурался, но сейчас происходит полный беспредел. И самое плохое, что деваться мне некуда.

— Готово! Я все сделал. Смотри, твой почтовый адрес — «голова триикса сорок семь псина град точка ру». Запомнил? Сохрани в заметках. Великая Хтонь! Я же не включил тебе ассистента-помощника, а без него ты не активируешь весь функционал и в сеть не выйдешь! Момент маль, битте!

Он подошел ко мне сбоку и протянул руку. Из его пальца, словно змейка, вылез гибкий провод и устремился к моему корпусу. Да этот Хряпа полон сюрпризов! Он тоже напичкан электроникой, только она не столь явно выпирает из его организма. Кибер-рука, надо же! Интересно, в этом времени еще остались обычные люди?..

Что-то щелкнуло, и перед моими глазами чуть слева появился экран. Часть его занимал столбец с цифрами, показывающими работоспособность тела, а другую часть — кнопки меню и поисковая строка. Знакомый значок конверта мигал в верхнем левом углу, намекая, что имеются непрочитанные сообщения. В правом верхнем углу синим цветом горела цифра «Ноль». Все выглядело интуитивно понятно, словно новая версия «Виндовс», вот только ни клавиатуры, ни мышки у меня не имелось. Как всем этим управлять?

— Система у тебя старая, хоть и поновее тебя самого, — довольным тоном сообщил механик, — адаптирована под мыслекоманды, но можно и по-старинке, голосом. Это как тебе удобнее. Ну, все, я пошел. Чао-какао! Кстати, втяни манипуляторы, а то споткнешься ненароком…

Автоматически я втянул все четыре болтавшихся манипулятора в корпус.

Механик тем временем уже развернулся и направился к дальней стене. Вот так просто? Я же еще не задал ни один из миллиона вопросов, крутившихся у меня в голове.

— Эй, Хряпа! — крикнул я вслед уходящему механику.

Тот недовольно обернулся, но все же остановился.

— Чего тебе еще, нулевка?

— Почему ты называешь меня «нулевкой»?

— А-а-а, тут все просто. В Граде существует система рейтингов. Чем выше рейтинг, тем большими привилегиями и правами может пользоваться гражданин. У тебя рейтинг — ноль, значит, ты — нулевка. Ты даже не гражданин, а так, подсобное средство для выполнения определенных работ. Но это еще повезло, мог бы и в минус уйти, там совсем туго…

Так, с этим более-менее понятно, вот откуда «Ноль» в правом углу экрана — рейтинг, значит. Подробнее разберусь позже.

— Мое тело… его надо подзаряжать?

— Не, ты чего? В тебя встроена атомная батарейка, ее хватит лет на пятьдесят, не меньше. Повезло, таких конструкций давно не выпускают! Для биологической части тела, то бишь для твоей башки по подкожным прожилкам поступают питательные вещества и всякие там витамины. Их можно обновлять через встроенную ячейку корпуса номер десять, но пока там запаса где-то на месяц. После купишь новую емкость и поменяешь, там легко.

И на том спасибо. Обычной еды, как понимаю, мне уже не требуется, только питательные вещества. Хотя я бы съел говяжий антрекот средней прожарки… но теперь об этом можно лишь мечтать.

— Кстати, не вздумай отлынивать от работы, — вспомнил вдруг механик, — если не будешь выполнять график или платить по счетам вовремя, отключат. С этим тут строго.

Эти ребята просто брызжут дружелюбием и желанием помочь. Не место, а сказка.

Оставался последний вопрос:

— Как мне связаться с руководством компании «Второй шанс»? Это они меня заморозили в прошлом. И у них есть определенные обязательства передо мной!

Хряпа пожал плечами.

— Я бы тебе подсказал, да сам не знаю. Те склады, где валялись криокамеры, были куплены с аукциона за невостребованностью владельцем много лет назад. Так что… боюсь тебя огорчить, но, думаю, этой фирмы не существует уже очень давно. Впрочем, пошарь в сети, может, найдешь инфу, что с ними сталось. Ну все, бывай!

Он быстро отвернулся, чтобы не слушать новые вопросы, почти добежал до стены и ткнулся пальцем в неприметную кнопку. Тут же раздалось знакомое шипение, пневмодверь, которую я совершенно не заметил поначалу, разъехалась в стороны, и Хряпа выскочил из ангара, словно ошпаренный.

Надо признать, мое первое знакомство с чудесным новым миром прошло поганенько. Не этого я ожидал. Но хотя бы жив, и то ладно.

Хряпа прав, мне повезло, я выиграл в эту чертову лотерею. Другие головы и прочие части тела слили в коллектор, из всех клиентов фирмы «Второй шанс» уцелел лишь я один.

Сто лет — огромный срок. Все, кого я знал, давно мертвы, включая жену и детей. Если у моих сыновей были свои дети, а у тех — свои, то, теоретически, мои потомки вполне могли отыскаться.

Другой вопрос, а нахрена им я? Они и знать не знали, что когда-то один из их предков велел себя заморозить, а сейчас растаял, как Снегурочка, и ожил.

Хм, а могу ли я претендовать на свои же деньги, раз я вновь воскрес? Интересный вопрос, нужно будет уточнить у специалистов.

Но пока требуется решить более актуальные вопросы. Хряпа сказал, что скинул мне рабочий график в личку вместе с прочими документами.

Остается понять, как просмотреть почту, но сначала надо научиться передвигаться. Все это время я так и стоял, замерев на месте, и лишь время от времени непроизвольно шевелил манипуляторами.

Так, первым делом съехать с помоста. Это оказалось легко, словно управлять своим обычным человеческим телом, нужно было просто подумать о том, что хочешь сделать, даже не подумать, а как бы послать импульс, и конечности тут же откликались.

Мой корпус легко сдвинулся с места и покатился по наклонной поверхности ската. Через пару секунд я оказался на полу ангара.

Одно из колесиков зацепилось за неровность на полу, и корпус повело влево. Я, наверное, упал бы набок, но боковые манипуляторы внезапно вытянулись на полметра, упершись в бетонную поверхность пола и остановив падение.

Отлично! Все произошло без какого-то напряжения с моей стороны, я просто инстинктивно отдавал приказы «телу», и оно слушалось.

Для проверки я прокатился вперед до стены, развернулся, сделал широкий круг и остановился.

Как минимум, по ровной поверхности ездить я умел. А четыре манипулятора вовсе не мешали друг другу, а, наоборот, помогали. Я принял парные «руки» легко, и после четверти часа покатушек по ангару, с ускорением и резким торможением, с виражами и крутыми поворотами, решил, что с управлением вполне освоился.

Вот только прыгать я не умел, и, полагаю, на неровных участках почвы или в горах у моего корпуса возникнут конкретные проблемы с передвижением. Но такие далекие и абстрактные варианты я сразу отбросил в сторону. Я в Граде, пусть и на самом его дне, и, надеюсь, качество местного дорожного покрытия вполне подойдет для моих ограниченных возможностей.

Пришло время ознакомиться с почтой — это самое первое, что я желал изучить в интерфейсе.

Меню перед глазами я уже научился скрывать и вновь вызывать. Хряпа был прав, все работало, стоило лишь мысленно произнести команду. Причем выбор команд был не фиксированный, а свободный, в произвольной форме, что оказалось весьма удобно.

Ну что же, приступим!

«Открой почту!»

Тут же перед моим взором высветился список входящих. Пока там имелось лишь одно сообщение. Отправитель — Карлос Хряпин. Любопытно, вот, получается, как звали Хряпу на самом деле.

Поглядим, что он пишет.

Хряпа не написал ничего, кроме стандартной шапки приветствия и прощания.

«Здравствуйте, …

…С уважением, К. Хряпин

«ЦветЧерМет-300»,

Специалист широкого профиля».

Лаконично. Теперь, если понадобится, я отыщу Хряпу через его фирму.

Покрутив письмо дальше, в прилагаемых файлах я нашел все, что он обещал.

Так, что у нас идет первым делом? Вид на жительство.

«Комбинированный кибернетический организм. Порядковый номер ХХХ47. Функция: робот-уборщик низшей категории. Разрешение на пребывание на территории Града: бессрочно».

Вот же гады! Даже имя мое не вписали, лишь порядковый номер. И робот мой оказывается низшей категории — обидно!

Не то, чтобы я обрадовался, будь категория повыше, но все же…

Ладно, читаем дальше.

«Разрешение на выполнение трудовых обязанностей. Ограничено. Доступные уровни: — 5: 0. Предъявлять по требованию».

Тоже все ясно. Хряпа четко сказал, что мы на минус пятом. Значит, трудиться мне позволено на всех минусовых уровнях вплоть до нулевого. Для начала достаточно, целых пять уровней — это немало.

Так, с ключ-картой тоже все понятно, обычный QR-код. Интересно, за сто лет не могли придумать ничего оригинальнее?

А вот ссылка на «Град-банк» меня заинтересовала. Все логины и пароли были в отдельном файле. Но как выйти в местный интернет, или как он тут называется?

«Открой сеть!» — приказал, и тут же в отдельном небольшом окне появилось симпатичное женское лицо.

— Добро пожаловать в единую информационную систему Града! — мило улыбнулась девушка. — Пожалуйста, идентифицируйте себя!

Отлично, в этом светлом будущем нельзя пользоваться сетью анонимно. Давняя мечта любого правительства, многих членов которых прежде я знал лично.

Ни вздохнуть, ни перднуть, чтобы об этом тут же не узнал местный «товарищ майор».

Чудный новый мир!

Что же, поиграем по местным правилам.

Я ввел данные с карты «вида на жительство», и тут же улыбчивая девушка исчезла, а передо мной появился обычный текст.

«Введите ваш запрос!»

Ладно, недостоин я красавицы? Да и черт с ней.

— Град-банк, кабинет клиента.

Дальше просто: ввел все пароли и логины и попал в типичный личный кабинет. Там было много всего интересного, но меня интересовало лишь одно — текущий баланс.

Там все было весьма уныло: «На вашем счету 100 рублей».

Я, конечно, не знал текущие курсы мировых валют, если они еще имелись, как не знал и покупательную способность рубля, но сразу понял, что я в глубокой финансовой жопе.

Хорошо, спасибо и на этом. Могли бы и вообще ничего не дать. Рабский труд еще никто не отменял, как я понял…

Закрыв все текущие окна, я приказал открыть последнее, со списком рабочих задач. Мой график на ближайшее время.

«Уборка помещения, квадрат -20.0.7, геометка. Уборка помещения, квадрат — 20.0.8, геометка. Уборка помещения и территории, квадрат…» — я начал было крутить вниз, но список все не кончался и не кончался.

О! Есть подраздел «Расписание».

Лучше бы я его не открывал.

«Подъем 4:30…

…Отбой 22:30»

А все, что между — работа и дорога до нее и обратно.

Семнадцатичасовой рабочий день! Вот уж, и правда, светлое будущее!

И я теперь в нем живу.

Глава 3

Пора было покидать ангар, но сначала я подъехал поближе к монитору, который все еще транслировал меня, теперь с нескольких ракурсов.

Почему я не сделал это сразу? Честно сказать, было страшно. Я же не знал, в каком состоянии находится нынче моя голова. Может, там остался иссушенный временем череп с ввалившимися внутрь глазами. Или что еще похуже.

Но страх — удел слабых. Сильный хочет знать правду, какой бы неприятной она ни была.

И все же я прикрыл глаза, подкатываясь к экрану.

Странно, да? Я превратился в железяку на девяносто процентов, а меня волнует собственная физиономия. И все же это меня, и правда, беспокоило.

Движение тела замедлилось само собой. У меня еще и парктроники встроены?

Ну, давай уже! Не тяни!

Глубоко вздохнув и выдохнув, я открыл глаза.

На меня из «аквариума» смотрело мое собственное лицо, только лет на пять моложе. Это был я, собственной персоной — никаких сомнений, и это радовало!

Но в остальном…

Хряпа был прав — сейчас я выглядел пугающе. Совершенно лысая голова, без бровей и прочей растительности, белесые, выцветшие глаза, словно взятые от какого-то монстра. Подкожные прожилки, по которым поступало питательное вещество. И пустой, пугающий до жути взгляд, пронизывающий насквозь.

Если бы я повстречался с таким типом, бежал бы подальше… просто так, на всякий случай.

Главное — никаких признаков болезни, загнавшей меня в криосон, я не наблюдал. Выздоровел я или нет, не ясно, но головных болей, так мучивших меня прежде, не было.

Кстати, мой «аквариум» на самом деле походил на полусферу скафандра космонавта и был герметически закрыт со всех сторон, однако я прекрасно чувствовал все запахи вокруг, слышал звуки, и вообще, этот защитный, как сказал Хряпа, купол не доставлял мне ни малейшего неудобства.

И все же мне хотелось большего.

— Открыть головную защиту!

Сработало! «Аквариум» втянулся в корпус, словно его и не было.

Перед глазами вспыхнуло предупреждение:

«Защитная система „Купол“ деактивирована. Внимание! Это может привести к повреждению структуры биологического организма!»

Хм, надо же, беспокоится обо мне. Не буду нервировать.

— Закрыть «Купол»!

Аквариум вернулся на место, но теперь он меня не беспокоил. Я знал, что при желании смогу убрать его прочь и дышать, так сказать, полной грудью…

Я выдвинул все четыре свои «руки» вниз, упер их в пол и приподнял тело над поверхностью, а потом чуть покрутился влево и вправо, не отводя взгляд от экрана.

Да, уродец еще тот.

Не метр, как мне показалось сначала, чуть повыше. Одна голова была сантиметров тридцать, и она составляла не самую большую часть от моего общего нынешнего роста. Все остальное — коробка, точнее, куб. Плюс колеса и манипуляторы. Если все суммировать, выходил метр с кепкой.

Ленин, мать! Человек будущего!

Хватит самолюбования, пора познавать окружающий мир. В разнообразных меню интерфейса я заметил иконку «Карты» и тут же вызвал это приложение.

Хм, не густо, перед глазами появился лишь мой ангар, обозначенный квадратиком, а все, что находилось за его границами, было покрыто тьмой.

Карту мне в память не загрузили, понятно. Как же в таком случае я доберусь до своего жилого отсека? Иметь собственное пристанище в чужом мире — это первая необходимость.

Плевать, разберемся. Надо выбираться из этого ангара. Что там сделал Хряпа, чтобы открыть дверь?

Я подкатил к панели управления, которую механик и не подумал закрыть. Тем удобнее.

Кнопки были простые механические, причем обозначенные стрелками «вверх» и «вниз». Еще была кнопка «лампочка», но трогать ее я не стал. Не нанялся свет им выключать.

Двери послушно разошлись в стороны, и я, недолго думая, выкатился наружу.

Пока ничего необычного. Простой коридор — двери по обе стороны через равные промежутки — обычный склад.

— П-ш-ш-ш! — за мной как раз сошлись створки, и я, недолго думая, покатил вперед, окончательно адаптировавшись с управлением собственным телом.

Я вообще парень был простой, благо, добился многого. Но своим умом — не отжимая бизнесы и не сидя на госфинансировании. И потом отобрать свое не позволил — это уметь надо! Вот только здоровье подкачало… но тут я тоже сделал все, что мог. Ездил по клиникам, консультировался у профессоров, платил бешеные деньги. Не помогло…

Э-э-эх!

Я разогнался до неприличной скорости где-то в десять километров в час, но тут же вынужден был затормозить из-за крутого поворота, за которым оказался тупик. Точнее, еще одна дверь, сейчас закрытая.

Наученный опытом Хряпы, я поискал сбоку и нашел выступ.

Готово!

Двери склада разошлись в стороны, я тут же выкатился на улицу и замер, пораженный открывшимся видом.

Неба не было — ну, это и понятно, учитывая, что мы на минус пятом уровне где-то глубоко под землей. Зато был чуть светящийся купол где-то на высоте метров ста, навскидку сложно было определить. Если каждый из вышерасположенных уровней был примерно такого же размера, то по самым скромным подсчетам Град уходил под землю на добрые полкилометра. Купол светился едва-едва очень тусклым светом, и вокруг царила полутьма, как при включенных уличных фонарях ночью в провинциальном городке.

Там же у самого верха купола я увидел огромную сферу похожую на Останкинскую телебашню, только крупнее. Она, словно играясь, мигала разными огнями.

Где-то поверху на высоте десятого этажа, чуть поскрипывая, ездили монорельсы, развивая сумасшедшие скорости.

А вокруг был город, если это нагромождение случайных построек, сделанное из совершенно разных материалов, можно было так назвать.

Бараки из фанеры, конструкции, обшитые металлическим листом, дома из кирпича, панельные пятиэтажки — я в такой вырос, срубы в старом стиле. Тут смешалось все, словно безумный архитектор вышел на свободу из психушки и стал главным городским застройщиком.

Но превалировали высотки — где-то этажей под двадцать, они шли плотным строем и слева, и справа, и все прочие строение пытались как-то втиснуться между ними.

Под ногами — булыжная мостовая, плавно переходящее в асфальт с ямами и выбоинами. За моей спиной серая стена склада, уходящая в обе стороны на добрую сотню метров.

Многие дома ограждали заборы. Да не простые декоративные, а добротные металлические с заостренными концами под углом в сорок пять градусов наружу — чтобы перелезать было неудобно, да еще и с колючей проволокой, протянутой по верху.

И реклама. Она была тут повсеместно. Буквально на каждом заборе болтались растяжки, на столбах висели фанерные плакаты, на домах повыше пробегали неоновые буквы на мониторах.

«Покупайте высококачественное смазочное масло фирмы „Оил“. Лучшего вы не найдете во всем Граде».

«Презервативы „Добрый вечер“. Доброго вам вечера!»

«Элитный алкоголь со склада-конфиската. Дополнительная очистка от метиловых спиртов. Гарантия!»

Местных жителей, несмотря на очевидно поздний час, вокруг было довольно много. И если Хряпа выглядел вполне привычно для моего взгляда, не считая, конечно, его кибер-руки, то прочие обитатели минус пятого уровня поражали своим внешним разнообразием.

Во-первых, люди. Они были самыми обычными, хотя и одевались странно — в потасканные на вид вещи: протертые чуть не до дыр штаны, яркие балахоны с цветными символами на спине и на груди, мощные ботинки-говнодавы. На многих была надета самая настоящая броня, как у средневековых рыцарей. Конечно, сделана она была не из железа, а из какого-то более легкого и, как понимаю, более прочного материала, но само ее наличие говорило о многом…

И люди тут носили оружие совершенно открыто. Кто-то обходился дубинкой у пояса, другие таскали на плече непривычного вида пушки, а некоторые носили за спиной натуральные двуручные мечи.

Кажется, в этом мире нужно быть очень осторожным, иначе прибьют, не задумываясь. Сомневаюсь, что мой «аквариум» выдержит, если меня начнут избивать таким мечом.

Но вот что странно — огнестрела ни у кого я не увидел, а те пушки явно работали как-то иначе.

Помимо людей, повсюду сновала техника. Роботы самых разных видов и назначения. Мелкие на колесиках и гусеницах развозили еду и разные заказы, более крупные чистили улицы и смывали с домов граффити, в стороне на отшибе я заметил и совсем гигантских, метров десять высотой. Три таких машины собирали дом в прямом смысле этого слова. Один возил крупные пеноблоки, а двое других их монтировали. Выходило у них ладно.

Кроме наземных машин, в воздухе летали и дроны, жужжа моторами и пропеллерами. За ними было буквально не уследить, настолько быстро они перемещались.

Глаза мои разбегались во все стороны, я застыл, как изваяние, и не понимал, что делать дальше.

— Чего встал, жестянка тупая? — кажется, это обращались ко мне.

Я повернулся всем корпусом и увидел, как прямо на меня прет танк. Ну, не то, чтобы настоящий танк, а просто прямоугольная коробка на колесах с дулом. А сверху сидел небольшой человечек — прямо настоящий гном — с бородой, щербатым лицом и крайне злобным выражением лица.

— Уродец! Дорогу дай! — потребовал он, наводя дуло своей самоходной повозки в мою сторону.

Я поспешно откатился назад, прижавшись корпусом к дверям склада.

— Ездят тут всякие тупые ублюдки, — проворчал недомерок, проезжая мимо, — давить вас без предупреждения! А еще башку прицепил, умник!

Я молчал, и бородатый коротышка уехал своей дорогой. Я прямо чувствовал, что он хотел вступить в открытый конфликт, и скажи я хоть слово, не преминул бы это сделать. Но мне конфликты были совершенно ни к чему. Я — новичок в Граде, к тому же без оружия. Меня прибьет любой карлик, а я даже защититься не сумею. Такой расклад мне не нравился, но пока что я вынужден был смириться с реальностью.

Внезапно на экране перед глазами замигал значок «Карты». Я обернулся по сторонам, убедившись, что поблизости нет других смутных личностей, которым я могу помешать, и открыл приложение.

Карты обновились. Теперь мне показывали кусок улицы, на которой я находился, правда, до сих пор в схематичном 2-Д виде.

Улица была подписана, как «Промышленная — 3». На всякий случай я маркировал здание склада, хотя не думал, что сюда придется вернуться.

Я еще раз залез в почту и ткнул в «Ключ-карту». Прежде я ее проигнорировал… точнее, отложил на потом. Сейчас же она была мне нужна. Я вдруг понял, что Хряпа не сообщил мне адрес моего жилого отсека.

Повезло, на ключ-карте все было написано: «Улица им. Медведева-Губителя. Гостевой дом „Панарин и сыновья“. Главный корпус, жилой отсек 202/3».

Медведева-Губителя? Я знал только одного Медведева, и тот вполне мог претендовать на подобную приставку к фамилии. Прочем, прошло столько лет, что вряд ли это был тот самый человек.

Ну это ладно, а вот как мне отыскать требуемый адрес, большой вопрос. Карта обновлялась сама собой, но лишь когда я оказывался в определенном месте. Теоретически, если кататься по городу, я рано или поздно наткнусь на нужную улицу. Но, во-первых, я не знал размеры минус пятого уровня. Вдруг, он простирается в разные стороны на многие километры? А, во-вторых, часы на экране показывали, что до начала смены мне осталось не так уж и много времени. А рабочий адрес тоже еще требовалось отыскать.

Придется все же обратиться к прохожим с просьбой помочь, хотя мне интуитивно очень не хотелось этого делать.

Я выбрал самого спокойного на вид человека в деловом костюме и подкатил к нему, старательно объезжая выбоины в асфальте и не приближаясь к брусчатке.

— Простите, пожалуйста, вы не могли бы подсказать, где находится улица Медведева-Губителя?

— Пшел нах! — коротко ответил тут и продолжил свой неспешный путь.

Грубо. Это будущее какое-то не такое. Прошлое было поскопойнее. Может, с женщиной попробовать?

Из проулка как раз вышла девица лет двадцати на вид. В короткой кожаной юбке, с пятицветной прической, она постоянно что-то жевала, время от времени сплевывая на асфальт.

— Извините, прекрасная особа! Не поможете мне найти улицу Медведева?

Девица сначала уставилась на меня, не понимая, а потом начала визжать. Тут же из подворотни, откуда она появилась, выскочили три типа, и их грозный вид очень мне не понравился. Все были относительно молодыми на вид, и я внезапно подумал, что еще не видел в Граде стариков.

— Тина? Что случилось?

Девка визжать перестала и громко объяснила, тыкая в меня пальцем:

— Меня железяка домогается! Вот эта, с уродливой башкой! Извращуга! Назвал меня «особой»! Бейте его!

Меня окружили, разглядывая. Длилось это недолго, мой вид их не заинтересовал. Но один, с ярко-красным гребнем на голове, все же вышел вперед и спросил, поглаживая собственные кулаки:

— Эй, урод! Ты что ли до Тины руки… хм… манипуляторы тянул?

— Никак нет, уважаемый. Я просто поинтересовался, как пройти до улицы Медведева-Губителя!

— У тебя карты не закачены? Совсем тупой?

— Дело в том, что сегодня я впервые попал в Град и еще не сумел сориентироваться…

— Нулевка? Ты попал, нулевка! Никто не смеет тянуть грабли к нашим девкам. Теперь ты должен «Топорам»! Чем расплачиваться будешь?

— Денег у меня нет, — на всякий случай предупредил я, обратив внимание на нашивку на его груди в виде двух скрещенных топориков, похожих на томагавки. Знак уличной банды? Похоже на то.

— Эй, Щуплый, как думаешь, купят эту консерву на металл? — нисколько не стесняясь, спросил гад с гребнем у своего кореша.

Огромный и жирный тип оглядел меня и покачал головой.

— Не, Серый, фигня, копейки.

— Меня наняли для работы уборщиком, — на всякий случай сообщил я, — фирма «ЦветЧерМет-300» произвела активацию.

— Хряпа, что ли? Он на мэрию работает иногда. И надолго ты у них в рабстве?

— Срок моего контракта неограничен.

— Попал ты, кореш, — в голосе Серого я услышал нотки сочувствия, — эти с тебя живого не слезут. Пойдем, парни, нечего с него взять. Он сам на мели. Тина, дура, заткни форточку, продует!..

Вся компашка отвалила от меня и вернулась в подворотню, а я, мысленно вытирая пот со лба, быстро покатил подальше. Вдруг ребятки передумают и все же решат разобрать меня на отдельные составляющие?..

Отъехав на изрядное расстояние и умудрившись ни с кем не столкнуться по дороге, я притормозил у небольшого домика с вывеской «Кафе у Матвея».

Идея с опросом прохожих оказалась совсем негодной. Народ тут был злой, агрессивный, недружелюбный. Помогать не желал. Прямо повеяло моей молодостью и девяностыми, провинциальным, промышленным городом, в котором я прожил первую свою четверть века. Там тоже каждый выход на улицу был своеобразной лотереей, и никто не знал, вернется ли он обратно или нет. Чудесное было время, надо признать…

Но сейчас срочно нужно было что-то предпринимать.

«Как скачать карту?» — забил я мысленный запрос в сеть.

«Месячная подписка на онлайн-карты составляет 50 рублей. Желаете приобрести?»

Пятьдесят рублей! Да это просто разорение! У меня на счету всего сотка, и лишиться половины всей наличности я не желал.

И все же, выбора у меня не было. Хряпа сказал, что мой жилой отсек проплачен на неделю вперед, так что на улице я не останусь. А за это время что-нибудь придумаю. Ведь у меня уже есть работа, пусть и не самая веселая. А к работе обычно прилагается зарплата. Попрошу аванс, если совсем припечет.

С этими мыслями я дал команду на оплату, подтвердил пин, и тут же получил сообщение:

«Поздравляем! Вы купили онлайн-карту „Уровень -5“ со всеми возможными обновлениями».

Вот же, гады! Надурили! Я-то думал, что покупаю карту всего Града, а тут лишь один уровень. Плевать, главное, что теперь я смогу отыскать свое жилище.

Карта начала медленно подгружаться, показывая все новые и новые улицы и дома. Да уж, сам бы я искал нужную улицу очень долго. Минус пятый пятый уровень оказался площадью около двухсот квадратных километров. Сколько человек тут проживает? А на других уровнях? Надо будет покопаться в сети и почитать, что произошло за последние сто лет. Но это позже, сейчас же требуется срочно обрести хоть какую-то крышу над головой.

«Проложить маршрут. Улица им. Д. Медведева-Губителя. Гостевой дом „Панарин и сыновья“. Главный корпус, жилой отсек 202/3» — приказал я.

Карты некоторое время обдумывали запрос, потом что-то пикнуло и приятный женский голос сообщил:

— Маршрут построен! Включен режим пешехода. До цели пять километров, четыреста метров. Ориентировочное время прибытия через один час, пятнадцать минут.

Ну что, покатили?

Стараясь не выезжать на центр улицы и держаться преимущественно в тени, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание ночных прохожих, я двинулся по маршруту.

Сегодня я был настолько переполнен впечатлениями, что мне даже не хотелось глазеть по сторонам, хотя вокруг, конечно, было на что посмотреть. Все потом, позже.

Сейчас я сосредоточился на цели и двигался к ней с максимально возможной скоростью. Кстати, мои колесики на ровной поверхности развивали скорость до десяти — пятнадцати километров в час, вот только постоянно приходилось объезжать ямки и выбоины, поэтому двигался я существенно медленнее возможного.

И все же через часок докатил до места, умудрившись не вляпаться в неприятности. Улица Медведева-Губителя ничем не отличалась в лучшую сторону от всех прочих. Эх, не ценят тут героев!

На мигающей неоном вывеске «Гостевой дом „Панарин и сыновья“» не горела половина букв. Сами корпуса были обшарпаны до невозможности, а на стенах местные художники неприличные слова и картинки. Настоящий клоповник! Благо, этих насекомых мне можно было не бояться.

Ну и местечко, б-р-р-р!

Хорошо хоть сбоку от лестницы был пандус, и я спокойно заехал наверх.

Дверь была заперта. Я подергал ее манипуляторами, но она не желала открываться. Сбоку я увидел небольшую панель. У меня же есть ключ-карта! Но как ей воспользоваться, она ведь в файле? Я даже не могу вывести ее на внешний экран за отсутствием такового.

Я потыкался и так, и этак, пока, наконец, не выскочило сообщение:

«Желаете спроецировать голограмму ключ-карты?»

— Желаю! — радостно подтвердил я.

И тут же передо мной в воздухе появился QR-код, который я смог самостоятельно перемещать влево-вправо. Я тут же сдвинул его на панельку, она загорелась зеленым огоньком, и негромкий голос сообщил:

— Добро пожаловать, гость ТРИИКС-СОРОКСЕМЬ! Номер вашего отсека двести два, дробь, три. Доступ оплачен на семь стандартных суток. Приятного пребывания!

Глава 4

Я, конечно, не ожидал попасть в апартаменты класса люкс, но то, что я увидел, повергло меня в шок.

Жилой отсек оказался коробкой высотой в полтора метра и общей квадратурой метра в три с половиной — четыре, не больше. Этакая каморка Гарри под лестницей. Хотя нет, даже в каморке было бы куда просторнее. Окна в комнатке, разумеется, не имелось.

Для живых существ в конце коридора были предусмотрены общая душевая комната и туалеты, мне же, как существу, которому уже не требовалось очищать организм, этого не требовалось. Впрочем, сполоснуть физиономию я бы желал, но услышав в коридоре громкую перебранку между жильцами гостевого дома, решил повременить с этим делом.

Обстановка в комнате была универсальная и подходила, как для людей, так и для механизмов. Откидная кровать крепилась к стене двумя толстыми цепочками, экран на стене, розетки разных видов для подзарядки — вот и весь интерьер. Но большего мне и не требовалось. Главное, в двери никто не ломился, и на том спасибо.

Впервые за все время я выдохнул свободно.

— Отключить систему «Купол»!

«Аквариум» опустился вниз, но в углу экрана замигало предупреждение о потенциальной опасности. Я свернул сообщение и закрыл глаза.

Нет, спать мне не хотелось, я вовсе не устал. Мои мысли не путались, разум был чист и ясен, как в детстве. Говорят, ребенок может обучаться максимально эффективно лишь до пяти лет — тогда-то и надо учить и языки, и играть на пианино, и все остальное. Потом скорость восприятия новых материалов падает, а к совершеннолетию сходит практически на ноль. Но сейчас мне казалось, что я вновь оказался способен жадно впитывать новую информацию, как губка.

Процедура крионизации и последующее воскрешение, вкупе с легким омоложением, повлияло положительно на мои мозги. Они словно перезагрузились, оставив при себе все прошлые умения и навыки, но готовые принимать новое.

Хоть какой-то очевидный плюс во всей этой истории. Ну, и вторая жизнь, конечно!

Я включил экран на стене. Изображение было четкое, с высоким разрешением. Девушка-репортер рассказывала о странном:

— Сегодня в Думе прошла очередная сессия координаторов всех уровней Града. Рассматривался проект закона, который давно уже требует решения. Принудительное изъятие детей с целью достойного их воспитания в специальных учреждениях под присмотром профессиональных воспитателей-наставников. Это помогло бы в будущем решить дефицит кадров, ведь такие дети по договору обязаны будут отработать на государство определенный срок, а так же изрядно облегчило бы положение родителей и избавило детей от будущих «обратных выплат», сэкономив, таким образом, их потенциальные доходы. Но если примут «Закон об изъятии», как его уже окрестили в народе, то придется пересмотреть и пенсионную программу. Ведь пенсионные выплаты напрямую связаны с «обратными выплатами», и подойти к вопросу нужно комплексно…

Я вырубил экран. Чушь какая-то, сплошная демагогия. И вроде слова все понятны, а смысл ускользает. Во все времена одно и то же. Но надо бы прояснить вопрос с пенсией, вдруг и мне что-то полагается? За сотню лет должно было ого-го сколько набежать…

Крики в коридоре, наконец, утихли. Кажется, решили все миром, без драки. Я было расслабился, но внезапно в дверь начали долбить, а мгновение спустя — пинать ногами.

Нехорошая квартира!

Открывать или нет? Не открою — все равно выломают, двери тут хлипкие.

Я подкатил к двери и спросил:

— Кто там?

— Открывай, живо! Народный дозор!

Это что еще за хрень? Мне даже стало любопытно, и я открыл замок. Дверь тут же распахнулась и в комнатку ввалился свин — натурально, огромный мужик, кило под двести, но не жирный, а сплошные мускулы, причем изрядно гипертрофированные. На лице маска, типа хоккейной, только явно из сплава. В руках дубина с шипами, на груди нашлепка с яростно скалящимся кабаном. Выглядел тип опасно.

Но и увидев меня, он отшатнулся назад, потом взял себя в руки и вновь вдвинулся в комнату.

— Бр-р-р! Ну ты и урод!

— Уборщик, только заехал, денег нет, — ответил я, внутренне закипая. Сам ты урод, свин!

— Трудовая каста? Уважаю! Рейтинг?

— Нулевой.

— Вопросов не имею. Свободен!

Он вышел и затарабанил в дверь напротив. Удивительно!

— Народный дозор!

Я чуть выкатился из комнаты и увидел, что в коридоре еще два похожих типа ломятся во все двери подряд. Но не везде этот процесс прошел столь же мирно, как и со мной.

Одну дверь все же выломали и из отсека вытащили парня с девкой, обоим лет семнадцать-восемнадцать. Парень — брюнет, спортивный и плечистый. Девица — рыжая и стройная. Была бы красавицей, если бы не слишком злое выражение лица.

Парня сразу швырнули об стену, и он сполз вниз, потеряв сознание. А девку один из громил схватил за волосы, так, что она не могла и дернуться.

— Ну-ка, ну-ка, кто у нас тут? — мой свин обернулся на шум и пошел к своим товарищам. Он осмотрел девушку, потом замер, видно сверяясь со своим терминалом, и, наконец, удивленно произнес: — Ого, никак, сама госпожа Сталина? Вот уж не ожидал увидеть столь знаменитую личность, да в наших краях. Зачем же это вы спустились к нам из вашего Поднебесья, да в такую дыру?

— Не твое дело! — девица пыталась вырваться, но сил у нее не хватало. — Сколько заплатить, чтобы ты отвял? Назови сумму!

Свин задумался, а потом натурально захрюкал от удовольствия.

— Ну уж нет, деньги — пыль! Они то есть, а то их нет. Это как мед. А за твою голову я могу получить много больше — рейтинг и уважение! Ты же входишь в десятку самых разыскиваемых врагов Града! Но никто и подумать не мог искать тебя здесь, на минус пятом.

— Выше нулевого тебе все равно не подняться, как ни пытайся, — презрительно бросила девица, — на плюсовые таких не берут.

— Нам и на нулевом будет неплохо, да, пацаны? — хмыкнул свин. — Ну все, пакуем ее и отваливаем!

Сталина дернулась, стараясь вырваться из захвата, но оглушительный удар в лицо ошеломил ее и почти лишил сознания. Из разбитых губ тонкой струйкой потекла кровь.

Во мне закипала ненависть.

Так быть не должно, когда к девушкам применяют насилие. Пусть иногда они того заслуживали, но ББПЕ — не наш метод.

Был бы я в своем старом человеческом теле, сразу бросился бы вперед, невзирая на численное преимущество членов дозора. Но что я мог сделать в теле робота-уборщика? Обувь им почистить?..

Внутренний экран внезапно вспыхнул сообщением:

«Ответ на мысле-запрос. Модель ХХХ-47 имеет следующие встроенные функции защиты и нападения.

1. Электрошоковый пистолет системы «Громовержец». Электроды вмонтированы в манипулятор номер один, левый нижний. Напряжение в импульсе до десяти тысяч вольт. Внимание, опасно для жизни человека!

2. Парализатор обычный, сельскохозяйственный. Предназначен для усыпления крупно-рогатого скота. В наличие три ампулы. Манипулятор номер один, правый.

3. Сирена. Предназначена для устрашения и отпугивания преступников. Частота до 200 децибел. Встроена в корпус. Внимание, опасно для жизни человека!»

Ого! Оказывается, я не такой уж и бесполезный механизм, умею многое! Интересно, зачем все эти функции встроили в простого уборщика, но огромное спасибо тому конструктору… и грех этим не воспользоваться.

Если бы я знал свои возможности прежде, не пасовал бы перед теми гопниками из подворотни. Впрочем, я даже рад, что там все обошлось без мордобоя, и ребята в итоге оказались вполне адекватными.

Один из громил уже бесцеремонно закинул девушку на плечо. Пора было вмешаться… или отвалить и вернуться в комнату.

Сделать последнее мне не позволяла чертова гордость. Не тварь я, а право имею! Если бы не этот девиз, хрен бы я достиг высот в прошлом, и я не собирался терять самоуважение и здесь, в будущем.

— Эй, уважаемые, оставьте девушку в покое!

Свин удивленно обернулся.

— Железяка, ты чего рыпаешься? Закройся и не отсвечивай!

— Поставь бабу на место! — мой голос обрел объем и звучал, как из динамиков кинотеатра. Еще одна фича от нового тела?..

— Эх, не хотел я тебя, уродца, трогать, но придется, — свин угрожающе двинул ко мне. Шириной плеч он был почти с коридор.

Так, надеюсь, система не обманула меня и выдала верный список оборудования.

С чего бы начать? Самое простое и действенное — парализатор!

Я поднял верхний правый манипулятор и мысленно приказал: «Парализатор, выстрел!»

Что-то хрустнуло, кажется, ампула переломилась, но ничего в сторону свина не вылетело.

Капец, товарищи! Обманули!

Свин все приближался, и тогда я скомандовал: «Электрошок! Средний заряд!»

На этот раз нижний левый манипулятор не подвел. Из него выстрелили электроды и впились в широкую, словно обеденный стол, грудь свина.

Я увидел дугу разряда, протянувшуюся от конца манипулятора к телу дозорного, а уж запах горелого мяса, тут же разнесшийся по коридору, не почувствовал бы лишь лишь мертвец.

— Б-д-зын-н-н-нь! — застучали друг об друга металлические зубы свина, и он рухнул плашмя на пол, глухо ударившись затылком о плешивое ковровое покрытие коридора. Маска слетела с его головы, и я увидел широкое лицо, искаженное болью.

Надо же, сработало!

Я втянул манипулятор, но свин не шевелился. Зато ко мне обернулись два его сотоварища.

— Э-э-э! Че-то я не понял? Это че было? — промычал один, без девки на плече

Тупой, боже, совсем тупой.

«Парализатор, выстрел!»

На этот раз сработало. Мини-шприц вылетел из манипулятора и воткнулся прямо в шею дозорного. Стрелять в грудь я не стал, была опасность, что под курткой у него броник, а шея — голая и незащищенная.

Жидкость впрыснулась автоматически, и второе тело легло рядом с первым.

Честно говоря, в этот момент я пожалел, что вписался за незнакомую девку. Но было поздно.

Последний дозорный, взревев во всю глотку, вместе с бездыханным телом на плече, бросился на меня, намереваясь сбить с колесиков и прикончить злого робота.

И тут я врубил сирену, выставив ее на сто тридцать децибел — этого было достаточно, чтобы обычный человек почувствовал крайний дискомфорт и даже легкую физическую боль.

Завыло жутко! Я и сам чуть не оглох, но и моего противника звуки остановили, заставив схватиться за голову.

— Вы че там, ублюдки, творите! Завалю говноедов!

— Заткни свою сигналку, тварь!

— Менты, валим!..

До моего слуха донеслись негодующие возгласы прочих обитателей гостевого дома, но меня волновал лишь мой противник.

Скинув на пол груз с плеч, он встряхнул головой и вновь двинулся ко мне.

Эх, крепкий гад! Не повезло… и ему, и прочим обитателям ночлежки.

Я прибавил уровень до ста пятидесяти децибел, и тут же сам едва не завалился набок, но сознание не потерял.

А вот дозорный схватился за уши, из которых потекла кровь, и отключился.

Я тут же вырубил сирену, но вся ночлежка уже орала благим матом так, что я захотел было вписать некоторые речевые обороты в блокнот.

Чуть оклемавшись, я подкатил к девушке, так и валявшейся на полу в неудобной позе.

Мой правый манипулятор вытянулся и коснулся ее предплечья. Пульс есть, но без сознания.

Что сделать? Легкий стимулятор? Я ударил ее слабым током, и девица открыла глаза.

— Иди, ты свободна, — сказал я.

Сталина ловко поднялась на ноги, огляделась по сторонам, с удивлением покосившись на три недвижимых тела, потом глянула на меня, кивнула и спросила, кивнув на своего товарища, который валялся тут же на полу:

— Егору сможешь помочь?

Я подкатил к парнишке и так же угостил его малым зарядом тока. Доброе утро!

— Млять! — тот открыл глаза и очумело завертел головой по сторонам.

— Уходим, Егорка! — Сталина подбежала к нему и помогла подняться на ноги.

А потом они оба просто ушли, даже не поблагодарив меня за помощь.

Ладно, парень, он все пропустил. Но она? Ведь видела, кто им помог!..

Вот же рыжая стерва!

Так, черт с ними, а что теперь делать мне? Я вырубил трех крепышей, которые явно были тут не последними людьми. Скоро они придут в себя, ведь убивать их я не собирался, и что дальше? А дальше они решат отомстить, тут не нужно быть гением, дабы просчитать их действия. И, где меня найти, они знают — комната 202/3 прямо по коридору.

На полу валялась флешка — по виду, очень старая, чуть не моя ровесница. Простецкого вида, зеленая… видно, кто-то из участвующих в драке ее выронил и не заметил этого.

Я протянул манипулятор, подобрал флешку и сунул в один из отсеков своего корпуса, коих у меня имелось великое множество. Если это Сталина потеряла или ее друг — потом отдам.

Бежать мне было некуда, поэтому я вернулся в свой отсек, запер все двери и закрыл глаза. Пусть моему телу и не требовался отдых, но мозги нуждались в разрядке.

Вот бы откинуть голову чуть назад, да еще бы подушку…

«Режим отдыха активирован».

Мою искуственую шею подперли мягкие валики, и я смог удобно положить на них голову.

Чудесно! Я расслабился, и сам не заметил, как задремал. И спалось на удивление чудесно и сладко.

Впервые за сто лет!

Глава 5

— Т-р-р-р-р! — настойчиво звонил будильник, совсем, как наш старый, который мама заводила каждый вечер, чтобы не проспать с утра и вовремя разбудить меня в школу.

Снятся ли андроидам электроовцы? Теперь мне этого не узнать.

— Т-р-р-р-р!

— Да заглохни ты!

— Т-р-р-р-р!

Вот же сволочь! Как бы тебя отключить?

Я открыл глаза и увидел на своем интерфейсе изображение ретро-будильника, который и издавал эти дребезжащие звуки, самодовольно потрясываясь при этом. Была бы у меня рука, прихлопнул бы заразу!

Мысленно потянувшись к изображению, я нажал сверху на кнопку взглядом.

Будильник послушно замолчал, но я уже окончательно проснулся и увидел очередное сообщение-напоминалку перед глазами:

«4:30 утра, пора на работу!»

Вот же, мать! Ведь так прекрасно спалось, и не мешал никто, в комнату не ломился. Интересно, куда делись свин и его команда? Может, караулят за дверью? Вряд ли, не в их стиле. Они, скорее, выломали бы ее, чем сидели в засаде.

Надо бы сполоснуть физиономию и двигаться на работу. Все же первый день на новом месте!

Я выкатился в коридор, там было пусто. Ни следа вчерашней троицы, только дверь в комнату Сталины и Егора была чуть приоткрыта, но внутри никого.

Умываться манипуляторами оказалось тем еще сомнительным удовольствием, но в итоге я справился, освежил лицо и даже почистил зубы, прихватив чей-то забытый тюбик с пастой. И как-то стало легче. Вроде, мелочи, но они придали мне ощущение нормального утра и некий энтузиазм.

Жаль, нельзя было выпить чашечку кофе.

Замигал сигнал входящего сообщения, и я тут же открыл его:

«5.00 инструктаж новых сотрудников. Комната 101. Штраф за опоздание 100 рублей. Геометка прилагается».

Жестко стелят, сволочи. Штраф за опоздание такой же, как был весь аванс. Ладно хоть геометку прислали, и я тут же внес ее в карты.

— Маршрут построен! Деловой центр «Палаты». До цели полтора километра. Ориентировочное время прибытия пятнадцать минут… шесть секунд…

Недалеко, и то хорошо. Лучше быть на месте чуть заранее, чтобы не списали штраф.

Я выкатил на улицу и поехал, ориентируясь по показаниям навигатора.

Ночь уже отступала, но утро еще не вошло в свои права. Впрочем, для купола минус пятого уровня это не играло никакой роли. Разве что освещение стало чуть более ярким, подсвечивая закоулки и подворотни, которые вчера вечером были скрыты в мраке.

Свина и Ко я так я не приметил, но не сомневался, что эта троица еще проявит себя позже. Возможно, они испугались появления местных охранителей — полиции, или милиции, или как они сейчас называются? На шум и драку в коридоре их вполне могли вызвать другие постояльцы, и, конечно, логично было свалить в закат, чтобы потом, когда никто не будет мешать, разобраться с обидчиком.

Пока катил по улице, заметил, что даже в этот ранний час на работу спешит масса людей… и нелюдей. Помимо роботов и механизмов я приметил и странные биологические формы, которые не смог опознать. Они напоминали некий симбиоз, состоящий из человека и животного, например, кенгуру или крокодила. Биомутанты, одним словом. Мимо меня как раз прошел подобный тип — мощную его фигуру увенчивали монументальные челюсти с заостренными зубами. За спиной твари болталась просторная желтая сумка. Если это курьер, то я не хотел бы быть тем, кто откажется от заказа. Были и другие, но я пока не мог уловить все, что видел. Слишком многое всего происходило вокруг.

И еще важное наблюдение: помимо взрослых особей всех видов, столь ранним утром куда-то с важным видом спешили дети, причем, начиная от самых маленьких пяти-шестилетних и кончая совсем уже взрослыми юношами и девушками лет шестнадцати.

В школы?

Или детский труд здесь узаконен?

Деловой центр «Палаты» оказался двенадцатиэтажным бизнес-центром из стекла и бетона, вот только все окна тут были зарешечены, а на входе дежурили вооруженные бойцы.

Меня проверили на трех сканерах, тщательно изучили пропуск и только тогда разрешили проехать внутрь.

Конечно, я успел вовремя, даже оказался на месте минут за пятнадцать до назначенного времени, но долго искал комнату 101, которая по странной логике располагалась на третьем этаже, тогда как я искал ее на первом.

В итоге, нашел и закатил в просторный холл, где уже собрались около сотни роботов всех размеров, видов и расцветок.

Были среди них и круглые, как шар, и моего типажа, только без живой головы, и привычные мне домашние уборщики, разве что сильно крупнее размером, и пара десятков дронов. Не было разве что человекоподобных, и, задумавшись, я понял, что не видел таких и на улице. Запрещены? Возможно. Мне, собственно, плевать.

Главное, что я заметил еще несколько «головастых», но все живые головы были установлены на солидных основах, не то, что я. Моя модель, судя по всему, оказалась самой древней из всех здесь имеющихся. Остальные выглядели новее и солиднее. Я же походил на пришельца с авто-помойки.

Я подкатил было к одному «головастому» и поздоровался, но он проигнорировал меня, бесцеремонно отвернувшись в сторону.

Вот же сволочь!

Давить я не стал и подкатил ко второму, но получил точно такую же реакцию в ответ на свое дружелюбие.

Вот же твари! Ну и хрен с вами! К остальным приближаться я уже не стал, а замер в сторонке, поджидая, пока явится высокое начальство и раздаст всем работу.

Долго ждать не пришлось. Ровно в пять ноль-ноль в зал широким, стремительным шагом важного и занятого человека вошел высокий мужчина в деловом костюме. Вот одежда, которая за сто лет нисколько не изменилась — классика!

За мужчиной в двери втиснулся ну очень большой черный человек с гипертрофированными мускулами — явный телохранитель, и еще один, поменьше, с ранними залысинами, одетый в простую спецовку. Зачем телохранитель понадобился на инструктаже уборщиков, бог весть, а вот второй, кажется, и был нашим непосредственным начальником.

— Господа! — сходу начал человек в костюме, потом огляделся и скорректировал: — И прочие механизмы! У каждого из вас есть четкий график работы. Следуйте ему! На все ваши вопросы ответит товарищ Сидоров, он же и расскажет, где брать инвентарь, как отмечать рабочие часы и прочее…

Лысоватый поднял руку, обозначая, что он и есть Сидоров.

— Напоминаю, что ваша работа оплачивается по часам, — продолжил главный, — да, это минимальная оплата, но не забывайте, что за ваши жилые отсеки мы заплатили авансом. Потом, конечно, эти деньги будут вычтены из вашей зарплаты, как и первые сто рублей на проживание, которые вы так же получили. Все это касается лишь гибридов. Машины остаются на ночевки в нашем главном техзале.

Ага, гибриды — это как раз мы, те, кто и механизмы, и немного люди. Я и прочие «головастики». Они, кстати, никак не отреагировали на все вышесказанное, хотя я специально следил за их реакцией. Значит, эти правила не были чем-то необычным, поэтому и я пока кобениться не стану… хотя обидно за сотку, которую я уже считал своей. А ее, получается, вычтут, как вычтут и стоимость жалкой комнатушки в гостевом доме. Надо бы узнать, сколько обходится там ночь. А то по итогу окажется, что я еще и должен. Бывали подобные случаи в моей старой практике… правда тому прорабу, который сообщил бригаде работников забавную новость, что он еще за них и переплачивал все эти полгода, просто отрезали голову. Дикие были времена, люди решали все вопросы напрямую, безо всякого суда…

— Геометки объектов, которые нужно убрать, у вас уже имеются. Работайте тщательно, особо зачищайте кровь. С местными в конфликт не вступать. На крайний случай можете нажать «SOS» и прибудет помощь в виде нашей родной милиции. Но злоупотреблять этим не следует. За каждый такой вызов с вас будет удержаны двести рублей от зарплаты. Милиция бесплатно не работает, это понятно? Кстати о зарплате, выплаты происходят каждый день после смены на ваш банковский счет. Вопросы? — он обвел взглядом помещение и довольно кивнул: — Вопросов нет, отлично. Засим я с вами прощаюсь.

Он резко развернулся, так, что подошвы скрипнули, и вышел из холла. За ним следом ушел и негр, и остался лишь Сидоров, который сразу приступил к делу.

— Говно и мочу посыпать спецсредствами, чтоб не воняло, граффити оттирать, про кровь вам уже сказали. Если найдете трупы или их части, сообщайте в милицию, номер дежурной части у вас в контактах. За такие сообщения могут даже премировать, так что имейте это в виду. Да, чистящие средства будете обновлять на складе в подвале — локальная геометка у каждого имеется. Но контроль там строгий — воровать не получится. Еще — на работе не употреблять ни спиртное, ни синтетику, ни бионику, ни штром-импульсы, ни прочие средства расслабления. Замечу, сразу уволю!

Последняя фраза явно относилась исключительно к крио, других биологических существ в холле не было. Но крио не употребляют пищу, так что я списал реплику на привычку прораба.

Инструктаж был закончен, и все начали разъезжаться по своим точкам.

Я чуть задержался, пытаясь сориентироваться, куда двигать дальше. Сидоров подошел ко мне, внимательно оглядел и сказал:

— Мне тут малява на твой счет пришла. От Хряпина. Знаешь такого?

— Разумеется, — не стал скрывать я факта знакомства с Хряпой, — виделись разок.

— Так вот, он мне сказал, что ты, на его памяти, самый толковый. Говорить можешь, но это я уже и сам вижу. Что провалов у тебя ноль или около того, что помнишь все прекрасно, не то, что прочие. Это так?

— Провалов? — не понял я.

— Дырок в памяти, — тут же доходчиво пояснил Сидоров. — Ты и не знаешь, но все, кто после крио, нихрена не помнят. Поэтому их в уборщики и записывали прежде, а потом и вовсе сразу стали сливать в отстойник. Без разморозки. Тебе повезло, Хряпе не хватало одного управляющего элемента, вот он и вспомнил про склад с аукциона. А, получается, вытащил не пустой номер.

— И что? Толку с того, что я все помню? Разве это что-то меняет?

— Многое, ты ведь соображаешь, как нормальный человек. А все прочие после крио — полуовощи. Ты глянь на них, они же ничего, кроме самых примитивных функций и команд, выполнять не могут. Но такие все равно лучше, чем полные механизмы. В них не внедрить внешний ИИ, и диверсиями такие заниматься не станут.

Получается, не все гладко в Граде. Если есть диверсии, значит кому-то это выгодно.

— Короче, Триикс, или как там тебя на самом деле. У меня предложение — если проявишь себя в положительном ключе, сделаю главным в группе. Это и в зарплате прибавка, и обязанностей меньше, и по самым хреновым районам таскаться не придется. Но это в перспективе. Мне головастые нужны! А пока двигай по объектам, работы много…

Он дружелюбно похлопал меня по крышке аквариума и вышел из холла.

Вот, а говорят, без протекции никуда! Человек видел меня впервые в жизни, а уже предложил повышение. Впрочем, что это я, тут Хряпа постарался. А Сидоров просто захотел заинтересовать меня перспективами карьерного роста. Это после запугивания штрафными санкциями. Кстати, я же так и не глянул в файле контракта, сколько буду получать в час?!..

Я тут же влез в файл и нашел нужное место.

Что? Вы серьезно?

Механизму полагалось пять рублей в час за работу, которые шли на счет его владельца, а гибриду, то есть мне, целых семь!

Охренеть — не встать! И это при тарифах за одну лишь онлайн-карту в полтинник в месяц? А как они думают, я проживу на эти гроши?

Понятно, долго я тут задерживаться не планировал, но все же. Есть же и другие «головастики», хотя как раз им, похоже, плевать вообще не все.

Получается, при семнадцатичасовой смене я заработаю сто девятнадцать рублей? Они издеваются? Ночь в гостевом доме, кстати, обходилась в пятьдесят два рубля. Итого, за вычетом жилья у меня останется на руках шестьдесят семь рублей.

Не густо. Благо, жрать и пить мне не требовалось, а атомная батарея не нуждалась в подзарядке. Но какие-то траты так или иначе у меня возникнут? Например, пополнить запас капсул парализатора.

Да, проблему с деньгами придется решать, и это — приоритетная задача. Зависеть от подачек работодателя в костюме, который даже не соизволил представиться, я не желал.

Сидоров еще ничего, без пафоса. Подошел, пообщался. Удивил он меня, конечно, и даже ошарашил. Я — первый и единственный, кто вышел целым из криозаморозки. Теперь понятно, почему криокапсулы пылились на складах — смысла их активировать просто не было, все равно из спячки вылезли бы полуовощи-полулюди.

Удивительно, что капсулы в принципе достояли до этого года, а не были уничтожены много раньше. Наверное, договор не позволял это сделать… сложно судить сейчас, спустя столько времени. Вот бы мне добраться до тех людей, кто все это провернул…

Мои рабочие сектора находились неподалеку. Я загрузился на складе в подвале «Палат» необходимой химией и спецсредствами, типа обыкновенной метелки, и споро покатил по геометке.

Первым делом у меня в списке стоял объект, на котором находился корпус спортзала школы. Ничего особенного, универсальный ключ уборщика сработал на воротах, потом в самом зале, и я спокойно заехал внутрь.

Так, слева — раздевалки для мальчиков, справа — для девочек. Воды можно набрать и там, и там. Что еще? Комната физрука, туда мне не надо. И, собственно, сам зал — с баскетбольными кольцами, «конями» для прыжков, обручами, канатами, гимнастической стенкой у дальней оконечности и разнообразными мячами, лентами и прочими предметами. Из незнакомого мне — несколько досок, по виду напоминающие серферные, но у этих явно было иное предназначение. Еще клюшки — сродни хоккейных, но с заостренными краями. И с десяток комплектов защиты с усиленными керамическими пластинами. Такое ощущение, что здесь играли в игры на жизнь и смерть.

Что-то не в порядке было в Граде с воспитанием детей, я еще вчера это понял. Как только выдастся свободная минута, обязательно поищу инфу в сети на эту тему.

К счастью, работы в зале оказалось мало. Я не собирался отлынивать от своих обязанностей до поры до времени, и прошелся с влажной уборкой по всему помещению. Все действие заняло у меня не более получаса. Потом я сверился с графиком — надо же, уложился, и даже с небольшим запасом.

Меня ждали. Едва я покинул зал и выехал в школьный двор, как с десяток-другой парней и девчат перекрыли мне дорогу. Другие встали за моей спиной, отрезая путь к отступлению.

Злые, напряженные, заряженные на агрессию — им было от семи до пятнадцати — всех возрастов и типажей, но объединяло их одно, как и мои друзей, парней из девяностых, стремление выжить любым путем. Настоящие шакалята, еще не знающие страха, думающие, что они бессмертны. Эти ребята были куда опаснее вчерашнего свина с его подручными. Они будут бить, пока не забьют до смерти, а этого мне как раз совершенно не хотелось. У каждого на одежде был вышит знак — руна уруз, похожая на чуть покосившуюся буквы «П». Лица у многих были покрыты сложными узорами татуировок.

У них не было механических усилителей, ни встроенных, ни внешних, видно, на апгрейды не имелось денег. Биомутантов, что я видел прежде на улицах, среди них тоже не было. Стопроцентные люди — жалкие, но все же люди.

Одеты подростки были бедно, но не в обноски. У нескольких имелись плотные черные куртки с широкими плечами, по которым время от времени пробегали неоновые узоры. Почти на каждом — тяжелые башмаки, явно с металлическими вставками. Таким пнешь — ногу сломаешь. На руках — перчатки без пальцев.

— Смотрите, еще одно ведро прислали, только у этого башка приделана! — радостно возопил один из парней — рыжий, весь в веснушках, мелкий и шустрый, из тех, что разогревают толпу перед дракой. — Башка! Уродливая такая! Ж-ж-жуть! Ты говорящая? Скажи что-нибудь!

Я прикидывал развитие ситуации и не видел положительных вариантов. Уйти без драки не получится, а бить детей — сомнительное удовольствие. Да и не был я уверен, что справлюсь, несмотря на все свое встроенное оружие. Разве что сирену врубить — на нее у меня имелись основные надежды, — и свалить под шумок. Но это могло причинить подросткам вред, сирена — штука мощная, повредит им барабанные перепонки, будут потом глухими до конца жизни. Калечить детей, пусть и таких борзых, я не хотел. Но что же делать?

— Руна «Уруз» символизирует тура — свирепого дикого быка, — сказал я дружелюбным тоном. — Грубая, примитивная, но невероятно мощная руна.

— Я не понял, — рыжий аж подпрыгнул на месте, — это ты нас примитивными обозвал? Ты, старая консервная банка?

— Погодь, Ржа, не торопись, — вперед шагнул парень постарше, высокий, широкоплечий, явный авторитет в банде, — тут у нас не просто железяка, тут железяка с башкой! И говорить умеет. Много ты крио без провалов видел? И я не много… точнее, вообще не видел. У нас тут уникальная штуковина. Такая, поди, денег стоит!

Толпа малолетних бандитов оживленно загомонила при упоминании денег.

— Не стою я никаких денег, — я вынужден был разочаровать окружающих, пока их ожидания не зашли слишком далеко, — иначе кто бы меня уборщиком поставил работать?

— Ты про руну знаешь, — не согласился парень, — разморозка обычно говорить не может, у них все мозги отмораживаются, а ты связно болтаешь. Нет, башка, с тебя явно можно кое-что поиметь!

Не вступая в дальнейшие споры, я врубил спасательную кнопку «SOS».

Глава 6

Обещанные двести рублей штрафа за вызов милиции мне было чертовски жалко, тем более, что столько средств у меня в наличии и не имелось. Придется влезать в кредит, а с такой работкой мне много не заработать, это сразу понятно.

— Всем стоять, работает милиция! — жесткий голос, многократно усиленный мощными динамиками, разнесся по округе.

Надо признать, стражи порядка прибыли быстро, почти мгновенно. Не прошло и минуты, как вокруг завыли милицейские сирены, и во дворе показались люди в усиленной экзо-броне и с оружием в руках. В воздухе, словно из ниоткуда, материализовался и завис неизвестный мне летательный аппарат с крупной надписью на боку «Милиция Града».

Подростки, которые как раз обдумывали вслух, как лучше распилить меня на части, чтобы сподручнее добраться до головы под защитным куполом, на мгновение оторопели, а потом бросились врассыпную, но не тут то было.

Милицейские мордовороты умело использовали ловчие сети с мелкой металлической ячейкой, которыми они выстреливали прямо из бронированных перчаток.

— Сдал нас, сука! — Ржа прыгнул на меня с заточкой в руке, но что может заточка против металлического корпуса.

Острие лишь прошлось вскользь, оставив после себя небольшую царапину, а потом парня схватили.

И не только его.

За пару минут поймали всех, причем действовали с детьми, как со взрослыми — жестко. Тех, кто пытался вырываться или бросался на сотрудников, безжалостно крутили, но, вроде, ничего им не сломали.

Вообще, я предполагал, что все пройдет несколько иначе… полегче как-то… без травм и насилия. Но милиционеры и не думали делать скидок в связи с явным малолетством преступников. Впрочем, даже преступление они совершить, по факту, не успели, а лишь планировали. Но вели себя с ними, как с матерыми уголовниками. Некоторых, кто понаглее, разложили на асфальте — руки и ноги в стороны, быстро обшмонали, побросав на землю кастеты, ножи, странного вида заточки и прочие вещи, назначения которых я не понимал.

Девочек тоже не обделили вниманием. Им досталось наравне с парнями. Разве что с самыми маленькими вели себя чуть легче, но никто из детей не ревел — они молчали, скаля зубы, и лишь смотрели на милицию с ненавистью.

— Шакалы! — прокомментировал огромный милиционер с четырьмя выбитыми на плечах звездочками, открывая лицевую броню со шлема. — Малолетние ублюдки! Я бы их всех уже сейчас загнал в «Полярного песца» на перевоспитание. Но законы придумывают другие, те, кто на улицах не работают.

Я выслушал эту тираду с каменным выражением на лице. Видно, что у человека накопилось, и он высказал это даже не мне, во мне он не видел достойного слушателя, а, скорее, просто вслух.

Но я все же счел нужным уточнить:

— Не слишком ли жесткий подход вы предлагаете, капитан?

Тот вылупился на меня, как на диковинку:

— Ого, говорящая голова! Впервые вижу! Ты же из крио?

— Вчера разморозили, — подтвердил я. — Порядковый номер XXX47.

— Капитан-штурмовик Березин, отряд быстрого реагирования Града, — представился милиционер, а потом с любопытством спросил: — И нет провалов в памяти? Все помнишь?

— Вроде, помню. Жизнь свою помню… и смерть.

— Н-да, — покачал капитан лысой головой, — тяжело тебе придется. Не завидую. Быть человеком, а очнуться никчемной железкой. Чего они от тебя хотели?

— Разобрать и узнать, почему я могу говорить, — если бы я мог пожать плечами, я сделал бы это. — Очень любознательные дети.

Капитан невесело рассмеялся.

— Да, эти могу. Опасные зверьки. Из отказников.

— Отказников? — переспросил я. Этот термин мне ни о чем не говорил.

— Тебя когда заморозили?

— В две тысячи двадцать пятом.

Капитан присвистнул:

— Сто лет назад? С тех пор много всего изменилось. Отказники — это те, кого родители бросают сразу после рождения. Отказываются, чтобы не навешивать на них долгов. Считают, что уж лучше вот так выживать, чем с кредитами на сорок лет.

Я смотрел непонимающе, и капитан пояснил:

— Ты же не знаешь о системе обратных выплат?

— Слышал что-то краем уха, — я вспомнил передачу, которую смотрел в жилом отсеке.

— Так вот — это когда родители содержат детей, записывая каждую копейку на них потраченную, а потом, когда ребенок достигает зрелости, то начинает возвращать эти деньги обратно, конечно, с учетом инфляции и процентов. Как долгосрочный заем, который навязывают младенцу с момента рождения, хочет он того или нет. Собственно, многие родители потом и живут на эти средства. Они заменяют пенсию. Говорят, раньше пенсию выплачивало государство, но я не верю в эти сказки. У государства и так забот полно, еще стариков кормить что ли? Не можешь приносить пользу — иди и убейся. Правильно я говорю? Благо, эвтанайзеры в каждой больничке в бесплатном доступе, как и крематории.

Чем больше я узнавал информации об этом времени, тем меньше мне тут нравилось.

Эвтанайзеров понаставили — для тех, кто не может работать. Легальный способ самоубийства.

Я, конечно, всегда был за добровольный уход из этого мира. Ведь понятно, что самоубийства запретили с целью сохранить человечество, как вид. В средние века, когда в Европе свирепствовала чума, выкосившая больше половины населения, именно церковь запретила самоубийства, отказавшись даже хоронить таких людей на общих кладбищах. А все почему? Потому что человек, у которого вся семья погибла от чумы, мечтал о смерти. А должен был думать, по мнению церкви, как принести пользу. Жить, работать, завести новую семью, продолжить род. Отсюда и очередное переписывание Библии, которой, впрочем, и так изрядно доставалось за все годы ее существования. Как ее только не меняли, в связи с очередным текущим моментом.

И все же сделать эвтаназию столь легкодоступной процедурой? А если у человека временное помутнение сознания, как это часто бывает. Сегодня он страдает от неразделенной любви и готов умереть, и такой побежит к эвтанайзеру в приступе слабости… но если переживет ночь, с утра у него проснется аппетит к жизни, и он будет крайне удивлен, если вспомнит о вчерашних намерениях.

Ладно, вопрос самоубийства меня сейчас не интересовал. А вот дети…

— А как же школы? Дети ведь учатся?

— Кто хочет, тот ходит. Насильно их не загонишь — нет такого закона, особенно «отказников». Школы ведь платные, включены в программу «обратных выплат», но уже государству, а не родителям. И без диплома об образовании шансов найти нормальную работу нет в принципе. Даже в уборщики не возьмут, там в в основном машины или такие вот убогие, как ты. Так что такие вот шакалята живут улицей — воруют, что придется. Но когда их берут на преступлениях, даже мелких, то это «черный билет». Им даже на нулевой уровень не выбиться, не то что на верхние.

— Это значит, что я…

— Ты не причем, крио. У каждого из «урузов» и так список деяний длинный. Уверен, половина из них уже давно принимает стимуляторы или балуется штром-импульсами. Так что, может, оно к лучшему, сейчас у них появится шанс. Тех, кто постарше — отправим в колонии. Самых молодых — в интернаты, там из них сделают людей.

— Но они же мне еще ничего не сделали… и заявление я не писал!

— Ты кнопку «SOS» жал? Вот и не жалуйся теперь. У нас в Граде все просто — грабь, насилуй, убивай — это дело личное, касается только преступника и жертвы. Но вот если вызвал нас на помощь, считай, заключил особый договор с мэрией Града об оказании помощи. И заявление писать не надо. Фиксация очевидной попытки совершения преступления произведена, все задокументировано, этого вполне достаточно. Поверь, так будет лучше. Ну ладно, головастик, поболтали, и будет. Грузите их, парни!

Я стоял, как оплеванный. Ну и законы придумали в Граде, полный произвол. С одной стороны, можешь творить что хочешь, с другой — можно сдохнуть в любой момент. И всем будет наплевать.

Через минуту вокруг было пусто. Детвору распихали по машинам, следом залезли милиционеры, и поминай как звали. Укатали, так же весело и лихо, с сиренами и мигалками.

А я остался стоять, судорожно пытаясь сообразить, что я только что наделал.

Мигнуло входящее сообщение, я автоматически открыл его.

«Главное управление милиции Града. Квитанция за вызов отряда быстрого реагирования на место происшествия. К оплате 200 рублей. Срок оплаты — 10 дней с момента получения квитанции. Спасибо за бдительность, гражданин!»

Вот же, мать вашу, я влип! Своими руками сдал подростков, судьбе которых теперь не позавидуешь. Стал стукачом, сам того не желая. Черт! Знал бы, что так выйдет, лучше бы врубил сирену. По крайней мере, дети остались бы на свободе.

Тут же пришло еще одно письмо:

«Мэрия Града выражает вам благодарность за помощь работникам правоохранительных органов и повышает ваш рейтинг на 5 единиц. Поздравляем!»

Цифра «0» на моем экране моментально сменилась на «+5», но я не был рад этому событию. Все равно мне не светит никаких положительных перемен, так что рейтинг — хрень собачья. А вот детишек жалко, если бы я мог все вернуть назад…

Настроение пропало, но работа никуда не делась, пришлось через нехочу двигать на следующий объект, потом еще на один и так до самого вечера.

К счастью, больше неприятных происшествий не случилось. Всем было плевать на робота-уборщика, который оттирал очередное граффити со стен или дерьмо с пола.

Я же размышлял о том, почему милиция, прекрасно зная обо всех правонарушениях, совершаемых теми же «урузами», ничего не предпринимала до моего вызова. Ведь они запросто могли это сделать, подловив банду на чем-то ином — список, как сказал Березин, был длинным.

Значит, без вызова процедура не могла начаться, но никто прежде милицию не вызывал. Почему? Есть несколько вариантов ответа.

Во-первых, это могло быть опасным. Такому информатору могли позже отомстить, чтобы другим неповадно было.

Во-вторых, жить на минус пятом уровне и так сложно, а если вдобавок прослывешь стукачом, но жизнь эта окончательно превратится в ад. Все мы существуем в социуме, и даже если ты последний жалкий уборщик на районе, то так или иначе должен контактировать с окружающими.

В-третьих… да мало ли что могло быть. Я совершил ошибку, нажав кнопку «SOS», теперь я это понимал.

Размышляя, я делал работу автоматически. Это было просто. Сознание словно бы разделилось на части: манипуляторы механически терли и скребли, а мозг работал отдельно. Возможно, мое нынешнее тело можно запрограммировать так, чтобы оно выполняло поставленные задачи без моего непосредственного участия, а я бы тем временем мог копаться в сети, выискивая необходимые данные, и лишь производил общий контроль над телом.

Но… я совершенно не желал оставаться на этой работе. Прочие гибриды — они же крио — слишком тупы, и, хотя формально их отличают от механизмов, выделяя даже жилые отсеки вместо места в общем машинном зале, все же я не отнес бы их к разряду мыслящих существ. Заморозка на 99% убила их мозги, а оставшегося хватало лишь на выполнение самых простых действий.

Но человек мыслит творчески, а искусственный интеллект в мое время так и не смог сравниться в этом вопросе с человеком.

ИИ — крутой помощник, компилятор, но не творец. И, насколько я видел, здесь все обстояло точно так же. Более того, создавалось впечатление, что механизмы стали чуть более упрощенными. Больше механики, меньше тонкой электроники.

Старый «Мерседес», где не было электроники, не ломался, а вот новый, напичканный ей под завязку, приходилось менять каждые пять лет. Это я помнил из прошлой жизни. Кажется, тут случилось нечто подобное.

В прошлом я разбогател, активно внедряя ИИ в целях компании, но никогда не делал на него ставку.

Бионика тут использовалась повсеместно и была на высоте. Прицепить голову к старому роботу — это ерунда для местных специалистов. Уверен, они занимались и более серьезными делами. Взять тех же биомутантов, к примеру. Интересно, насколько в организмах этих существ перемешались свойства человека и животного-симбиота? Бр-р-р! Лучше с такими дела не иметь. Я не ксенофоб… Вроде.

А еще любопытно, насколько развито в этом времени выращивание искусственных органов. И можно ли за деньги получить новое человеческое тело?

Конечно, на данный момент средств у меня не имелось, но я планировал разбогатеть. Как именно, я пока не знал.

Но это после. Сейчас же меня интересовал другой вопрос: как помочь «урузам», которые из-за моего незнания местных реалий встряли в крупные неприятности, которые я им вовсе не желал.

Завершив уборку очередного объекта — холла небольшого трехэтажного торгового центра, я откатился к стене, решив сделать небольшой перерыв.

Вообще, в графике паузы учтены не были. Машинам не нужно отдыхать, а человеку — нужно. А я все же считал себя человеком, хоть на девяносто пять и состоял из сплавов и компонентов.

Итак, для начала войти в сеть.

Сделано.

Как же составить запрос, чтобы система меня поняла?

Попробуем самым топорным методом:

«Как отменить сообщение о преступлении, чтобы преступников выпустили на свободу? Уточнение: преступники — несовершеннолетние. Уточнение номер два: преступление фактически совершено не было, оно лишь планировалось группой лиц по предварительному сговору. Уточнение номер три: фиксация попытки преступления была произведена милицией».

Запрос ушел, и я мысленно скрестил пальцы. Не то, чтобы я был противником системы наказаний. Если бы того же Джорджа Флойда не убили в тот день, его прикончили бы в другой. Преступник должен сидеть в тюрьме — это я знал точно.

И то, что банда урузов состояла сплошь из детей, ничего в принципе не меняло. Они точно так же могли навредить невиновным. Ограбить, избить, даже забрать жизнь случайного прохожего.

Капитан Березин был по своему прав, когда говорил, что интернат и колонии поменяют их судьбы. Насчет интерната — не знаю, а вот колония, она же, по сути, тюрьма — еще никогда не делала человека лучше. Она легко ломала жизнь через колено.

«Отозвать сообщение о преступлении можно следующим образом, — сообщение высветилось почему-то синими буквами вместо привычных глазу черных, — отправить письмо на почтовый адрес Главного управления милиции Града, в котором требуется сообщить, что вызов был ложным. Тогда, несмотря на „Уточнение номер три“, фиксация состава преступления не будет иметь юридической силы, и подозреваемых обязаны выпустить на свободу в течении десяти часов».

Любопытная тут правовая система. Неужели, все так просто? Тогда понятно, почему никто не вызывал милицию прежде. Достаточно в тот же день запугать человека и заставить его отменить сообщение о преступлении, и все вернется на круги своя. Так зачем же рисковать в принципе?..

«Внимание! — текст продолжал появляться. — В случае отмены сообщения о преступлении, заявитель будет обвинен в заведомом введении в заблуждение органов правопорядка. Первый подобный случай карается штрафом в размере от 500 до 5.000 рублей. Повторные случаи караются тюремным заключением на срок от 2 до 5 лет».

Вот теперь все окончательно ясно. Поэтому капитан Березин и был уверен, что я не отменю заявление. Он же не подумал о том, что я попросту не осведомлен о последствиях.

Штраф, да еще столь крупный, мне не потянуть при всем желании. Даже если обойдется минимумом, то я задолжаю государству уже целых семьсот рублей, и это не считая долга мэрии, который тоже нужно выплатить.

И все же, я не собирался начинать свою деятельность в Граде с подлости.

— Набрать сообщение! — приказал я системе. — Получатель — Главное управление милиции Града. Текст сообщения…

Ну да, я все же написал это письмо, руководствуясь параграфами законов, которые тщательно скопировал из сети.

Написал и отправил.

И покатил на следующий объект в самом мрачном расположении духа. Но не успел я до него добраться, как внезапно на экране высветился зеленый значок входящего вызова.

Кто бы это? Сидоров или другое начальство? Но вроде я не выбивался из графика.

Ладно, поглядим.

— Принять вызов!

На экране прямо перед моими глазами появилось разгневанное лицо капитана Березина. Он буквально сверкал глазами, прожигая меня чуть не насквозь.

— Тупая ты железяка! — заорал он, нисколько не пытаясь сдерживаться. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал?

— Выпустил детей на свободу, — ровным тоном ответил я.

— Ты забрал у них шанс! Идиот! Все же я был не прав, и твои мозги растаяли точно так же, как и у других крио. Я сделаю все, чтобы штраф за ложный вызов был максимальным!

Не прощаясь, он сбросил видеозвонок.

Через минуту пришло еще одно сообщение, которое я открыл с огромной опаской, предчувствуя недоброе.

«Главное управление милиции Града. Ваше сообщение об отмене преступления принято в обработку. Штраф за ложный вызов — 5.000 рублей. Срок оплаты — 10 дней с момента получения квитанции. В случае несвоевременной оплаты к заявителю будут применены особые меры».

Сам виноват, некого корить, но капитан, конечно, жесткий тип. Мог бы и не зверствовать. Если пятьсот рублей я еще как-то мог выплатить, хотя бы теоретически, то пять тысяч… нереально.

И тут же, вторя первому, замигало еще одно сообщение:

«Мэрия Града негативно оценила ваши действия и понижает ваш рейтинг на 25 единиц».

В углу грустно замигали обновленные цифры моего личного рейтинга — «-20».

Глава 7

На этом неприятности не кончились. Я как раз подкатывал к следующему объекту, когда получил еще одно уведомление.

“Извещение об увольнении в связи с утратой доверия. Инвентарь и прочие рабочие материалы требуется вернуть на склад. Аванс и оплату за жилой отсек необходимо перевести на банковский счет компании в течении трех дней с момента получения сообщения. Все прочие расходы, связанные с процессом разморозки, будут рассчитаны бухгалтерским отделом мэрии Града и выставлены вам к оплате.”

Это дал о себе знать минусовой рейтинг. Я что теперь, сам стал преступником? Или, как минимум, ненадежным гражданином, причем даже без гражданства. Может еще и вид на жительство отберут? И что со мной будет? Обратно меня не заморозить - это стоит денег и не имеет смысла. Работу мне не получить. Ладно, хоть номер в гостевом доме не отобрали, еще шесть ночей я могу там провести.

Заканчивать рабочий день смысла не было, все равно уже ясно, что не заплатят, и я отвез химикалии и прочие инструменты на склад, после чего отправился в гостевой дом, намереваясь отсидеться в своей комнате и подумать, что делать дальше.

По дороге в меня пару раз чуть не врезались какие-то безумцы, несшиеся по улице на самокатах слаженным клином из пяти человек. Я едва успел отъехать в сторону. Полагаю, в случае столкновения пострадали бы они, а не я, но неприятностей на сегодня мне уже хватало, поэтому я поостерегся.

Все это светлое будущее… мне не нравилось. Конечно, я и подумать не мог, что встречу здесь радушный прием и мир Полудня, но такие кардинальные перемены увидеть я тоже не предполагал.

Оставалась надежда, что это здесь внизу, на минус пятом уровне так хреново, а чем выше, тем лучше. А на самом верху царит всеобщее благоденствие и достаток. А некий сверхразум отмеряет каждому по мере его. Если ты хилый и ничтожный - катись на минусовые уровни, если ни то ни се - сиди на нулевом, ну а если представляешь что-то из себя, право имеешь, то давай к плюсовым.

Вот только, очень сомневаюсь, что в действительности все так и обстояло. В этом мире социальные лифты, как я успел увидеть, совершенно не работали. Скорее тут присутствовала кастовость, пусть и не в таком устоявшемся виде, как в Индии. Но перебраться с уровня на уровень, а тем более выйти в плюс, с первого взгляда казалось практически невозможным.

Над головой стремительно прогромыхал монорельс, я дернулся от неожиданности.

Вообще, с каждым часом управлять собственным механическим телом получалось все лучше и лучше. Я уже почти не отдавал команды, и как бы “передавал” их импульсами в нужную сторону, и колеса крутились, манипуляторы работали. Постепенно я превращался в машину, пусть и с человеческим лицом.

Я катил по улице, и верхнее освещение уровня все сильнее снижалось. С утра врубили яркий свет, почти сравнимый с солнечным, к полудню он был максимальным, а потом пошло по нисходящей. Через полчасика опять будет привычная местным полутьма, в которой удобно обтяпывать собственные делишки.

Гостевой двор “Панарин и сыновья” встретил меня недружелюбно. Подъезжая, я издали увидел массивный, но достаточно неприметный, обыкновенный такой обшарпанный серый фургон, стоящий на общей парковке двора. Вот только чуть ранее я решил срезать путь и выехал к дому с задней стороны. Если бы я прибыл обычным маршрутом, то фургон бы не увидел, как и не увидел бы наклейку скалящегося кабана, на правом его борту.

Ага, вчерашнее трио “Народного дозора” прибыло по мою душу! Я и не сомневался, что сделанное добро никогда не останется безнаказанным. Впрочем, это не повод творить зло.

Я был уверен, что в этот раз свин и компания подготовились основательно и смогли бы устоять против моих незамысловатых средств защиты - парализатора, электрошокера и сирены. Даже и проверять не хотелось. Но и вызывать милицию по понятным причинам я бы ни за что не стал - спасибо, хватило первого знакомства, рассчитаться бы за него.

Вариантов, собственно, было два: бежать прочь, сломя голову, или же принимать неравный бой.

Я выбрал третий вариант.

Подкатив к фургону, я убедился, что он пустой. Все прибывшие в нем люди находились сейчас где-то внутри здания, в засаде, поджидая мое возвращение. И даже водителя не оставили за рулем.

Это они зря…

Фургон был электрическим, на литий-ионном аккумуляторе, знакомом мне еще сто лет назад. Технология за это время особо не изменилась, разве что мощность аккумулятора увеличилась, а время его подзарядки уменьшилось до пары минут, но сам принцип действия остался прежним.

А это значило, что, если оторвать крышку, то легко можно добраться до зарядного гнезда.

Манипулятор змеей метнулся к разъему, я уже не приказывал, а просто думал о том, что мне нужно, и тело само производило необходимые действия.

При эксплуатации любого литий-ионного аккумулятора на поверхности лития образуются дендриты - кристаллические отложения. Они нарастают на поверхности анода, и, по мере их накопления, риск того, что дендриты соприкоснутся с катодом возрастают. И тогда - короткое замыкание и возгорание, или даже взрыв.

Фургон был старым и эксплуатировали его нещадно, а батареи вряд ли меняли - дорого.

Ну что, проверим “Громовержца” по максимуму?

Разряд!

Есть контакт, аккумулятор загорелся ровным синим пламенем.

Я шустро откатил в сторону и укрылся в дальних кустах с другой стороны парковки. Взорвется или нет? В любом случае, огонь может перекинуться на весь фургон - этого тоже будет достаточно.

В ту же секунду бахнуло так, что мне заложило уши, а взрывной волной откинуло назад, и если бы не манипуляторы, которыми я уперся в землю, то точно перевернуло бы на спину.

Признаться, такого оглушительного эффекта я не ожидал. Кажется, я недооценил мощность батареи в фургоне.

Взрывом машину разнесло буквально на куски, оставив лишь основу и часть кузова, а асфальт вокруг покрошило в камень.

Со всех сторон завыли сирены, у прочих машин включилась сигнализация, и моментально воздух наполнила дикая какофония звуков.

Я откатил еще дальше и с интересом принялся наблюдать за развитием событий.

Из главного входа в гостевой дом начали выбегать люди и киборги, выкатываться роботы. В числе первых я увидел и свина из дозора, за ним бежали его подручные.

В этот раз одеты они были правильно: электроизолирующие куртки - это против моего “Громовержца”, под ними проглядывала толстая кожаная броня - против парализатора, а на башках - защитные наушники, которые, как я понимаю, должны были спасти их от звуков сирены. Вот только если бы я врубил максимальную частоту, у них бы глаза вывалились из орбит, а из ушей хлынула кровь. Но в целом, они подготовились к нашей встрече.

Свин метнулся к пожару, забегал вокруг полыхающего фургона, что-то громко кричал, потрясая кулаками. Его напарники суетились рядом, но довольно бестолково.

Тем временем пламя грозило перекинуться на соседние машины. Кто-то додумался притащить огнетушитель и старался сбить огонь, другие куда-то телефонировали, видно, пытаясь вызвать пожарные службы.

За главным входом никто не следил.

Я спокойно подкатил к пандусу, заехал по нему в распахнутые двери, добрался до своей комнаты - карта-ключ сработала, запер за собой двери, развернулся лицом к входу и устало прикрыл глаза.

Суматоха, царившая снаружи, здесь почти не была слышна.

Тишина и благодать.

Дел у меня было много, но впервые с момента разморозки на меня напала легкая апатия. Все оказалось куда как сложнее, чем я думал, и жизнь, ценность которой сложно преуменьшить, внезапно показалась мне не такой уж и важной штукой.

Вот именно поэтому я и был против эвтанайзеров. Любой человек подвержен слабостям, и нельзя позволить ему совершить непоправимое в такой момент.

Нет уж, меня в подобное место калачом не заманишь. Я лучше буду кататься, как колобок, по улицам, бегая от волка и медведя, чем пойду на столь кардинальный шаг.

Человек должен бороться, пока он жив!

А вот целительный сон никто не отменял. Поэтому, недолго думая, я крепко уснул, хотя в коридоре кто-то громко топал башмаками, бегая туда-сюда.

Говорят, во сне часто приходят на ум решения, которые никак не придумываются наяву. Это, видно, у кого как. Мне обычно снятся женщины в разной степени раздетости. Нет-нет, ничего такого, просто эстетическое любование. К изменам я и прежде не был предрасположен, но иногда задумывался в шутку, не открыть ли клуб “Тайных эротоманов имени товарища Хоботова”.

Сейчас же мне снилась одна конкретная женщина, точнее, девушка - моя недавняя знакомая Сталина, которую я спас из рук свина. Вот только одета она была вовсе не фривольно. Наоборот, плотные штаны защитного цвета, водолазка под самое горло, армейского типа ботинки - сплошной стиль милитари.

И она говорила со мной, но, как принцесса Лея, лишь беззвучно открывала рот и раз за разом что-то повторяла. Я не понимал ее, видел лишь картинку.

А потом проснулся весь в поту.

Что это было? Явь или реальность?

Часы показывали раннее утро. Получается, я проспал весь остаток вечера и всю ночь, и никто не пытался мне в этом помешать.

Плюсы пребывания в механическом теле - организму не нужно питаться. Но в этом же заключались и минусы.

С каким удовольствием я сейчас выпил бы кружечку кофе, не передать словами.

Ладно, раз с работой у меня все накрылось медным тазом, поищу, к чему стоит приложить свои дальнейшие усилия.

Первым делом нужно узнать, что сталось с компанией “Второй шанс”, и нет ли возможности вытащить из них какие-то деньги.

Но беглый поиск по сети показал, что подобной фирмы не существует уже много лет, даже десятилетий. Компания просуществовала лет пять после моей заморозки, а потом, как и множество других фирм и концернов, сгинула в Великой войне. Странно даже, что моя криокапсула уцелела.

Да, кстати, о Великой войне - так назвали гибридно-ядерную войну 2030 года, которая все же случилась, хотя предотвратить ее пытались всеми силами.

Индия выпустила ракеты с ядерными боеголовками с сторону Пакистана летом 2030 года. Незадолго до этого палестинские террористы точечными взрывами уничтожили Тель-Авив, а израильтяне ответили на это всем имеющимся арсеналом.

Америка, расколовшаяся-таки на несколько частей, уже давно не играла лидирующую роль в мировой политике. Лозунгом “Сделаем Америку снова великой” тогда пугали в мексиканских районах.

Европа, накачавшая себя оружием и самоуверенностью за пять лет гонки вооружений, спровоцировала конфликт с Россией и была уничтожена, стерта в пыль. Но и России досталось изрядно: французские ядерные боеголовки ударили по крупным городам.

Но война была не только ядерной, использовали и иное оружие - биологическое. Поэтому война и называлась гибридной. Вирусы всех мастей, разрабатываемые ранее в закрытых лабораториях, были выпущены наружу.

Досталось и туркам, традиционно пытавшимся усидеть на всех стульях разом. Такой широкий зад не могло не оторвать, и в итоге все же оторвало.

Китай тоже получило свое. Новая эпидемия выкосила девяносто пять процентов азиатов по всему миру. Выборочный вирус, националистический. Бил по морде, а не по паспорту.

Все это в один год отбросило человечество на десятилетия назад. Повезло, что мир уцелел в принципе. До полного конца света не хватило буквально чуть-чуть.

А потом началась эпоха Возрождения. Новый Ренессанс, как называли ее многие.

Так как прежние крупные города и близлежащие к ним территории оказались заражены не столько радиацией, сколько новыми вирусами, люди стали массово селиться в чистых землях, где не водилось опасных биомутантов. Тогда и начались масштабные стройки и вскоре появились новые города-монстры или Грады, как их стали называть в России. В Америке - Сити. В начавшей восстанавливаться Германии, объединившей под своим крылом всю бывшую Европу, - Штадты.

Ресурсы были ограничены, но войны за их контроль уже не вели. Хватило.

Так и жили, каждый сам по себе, обособленно. Путешествий между странами стали практически невозможными, разве что изредка в самых крайних случаях отправляли караваны с максимальной защитой - слишком уж опасно. И подобную поездку должны были одобрить на самом высшем правительственном уровне. Конечно, как и во все времени, существовали и контрабандисты, но те действовали исключительно на свой страх и риск.

В России было три Града: центральный, уральский и северный. Сейчас я находился в центральном, который именовался просто Град.

Сам принцип построения городов стал совсем иным. Грады строились и вверх, и вниз, но не вширь. За стандарт был признан радиус в десять километров, и дальше город не рос, мешал купол. Но верхние уровни были поменьше, Град строился по принципу пирамиды, от широкой основы к сравнительно узкой вершине.

В сказочных индустриальных садах верхних уровней жила элита, с рейтингом +10.000 единиц. Ниже - люди попроще: инженеры, управляющие, владельцы компаний. Они занимали уровни от +1 до +9 включительно. Рейтинг у них обязан был быть плюсовым, начиная от +200 - первый уровень, а дальше - сложнее. Чтобы попасть на второй уровень, нужно было иметь +500, третий - +1.000 и так далее Вот только чтобы набрать так много рейтинга, нужно было постараться. По большому счету, всем, кто жил ниже нулевого, это было практически недоступно.

На нулевом селились претенденты, и на минусовых - неудачники. Это, если коротко.

Чем ниже уровень, тем хуже качество жизни. Я же оказался на самом дне - глубже не упасть. Но, честно сказать, не видел вокруг ничего такого, чего не видел бы прежде. В те же пресловутые 90-е, в которых я прожил свою юность, было похуже. И с продуктами, и с бытовыми услугами, и с неуверенностью в завтрашнем дне. Здесь же все было понятно и устроено, и многие десятилетия шло своим чередом, без перемен, что, возможно, было даже к лучшему.

Понятно, что каждый уровень был индивидуален, особен.

И тогда же государство приняло ряд законов, в том числе “об обратных выплатах”, но были и другие. К примеру, с момента рождения тело гражданина принадлежало ему лишь на 20%, остальные проценты принадлежали государству и их требовалось со временем выкупить, выплачивая специальные налоги. Об этом капитан Березин мне не рассказывал.

По сути, каждый человек стал урожденным рабом, но с правом выкупа. Вот только получить полную свободу удавалось немногим.

К счастью, здесь, на минусовых уровнях с этим было чуть проще. Тут жили в кредит. То есть не платя непосредственно спецналог, но и не имея возможности подняться выше, пока кредит не будет полностью погашен.

Это позволяло найти работников на те места, куда свободный человек ни за что не пошел бы.

Минусовые уровни обеспечивали плюсовые всем необходимым. Тут имелись свои гидропонные фермы, заводы, производства.

Условия труда были адские, но возможность не платить спецналог на минусовых уровнях прельщала многих.

Роботы и механизмы использовались повсеместно, но запрет на атомную энергетику не позволял развиваться этой отрасли. Атомная батарейка в моей конструкции давно была запрещена к производству, но удалять ее из старого корпуса древнего робота не стали, не посчитав опасной, в этом мне повезло.

Теперь становилось понятно, почему за прошедшие сто лет прогресс едва ли сдвинулся с места. И все технологии, привычные мне, остались до сего дня, причем, некоторые из них даже слегка деградировали, хотя иные, вроде робототехники и новых видов оружия, вышли на новые уровни. Местные “кулибины” пошли своим путем, используя альтернативные источники энергии. Точнее, природные нефть, газ и солнечную энергию. В основном - солнечную энергию.

Где-то вне стен Града строились многосоткиловаттные поля солнечных батарей, аккумулирующих энергию для нужд жителей. К счастью, никакой ядерной зимы не случилось, и солнце светило так же ярко, как и сто лет назад.

Я вышел из сети. Для первого раза информации было более, чем достаточно. Сначала требовалось осмыслить ее, прежде чем двигаться дальше.

Одно я понял четко - мне ни за что не выплатить полученный штраф. Я попросту не сумею заработать такую крупную сумму не то что за десять дней, а за несколько лет.

А это значило, что через отпущенный срок за мной придут коллекторы. И церемониться со старой жестянкой они точно не станут.

Закрыв глаза, я попытался расслабиться и внезапно понял, что говорила мне во сне Сталина.

Она, как заведенная, повторяла лишь одно слово:

- Беги! Беги! Беги!

Глава 8

Если принять на мгновение за аксиому тот факт, что Сталина действительно пыталась со мной связаться неким непонятным мне способом посредством сна, то не идиот ли я, что до сих пор сижу в номере гостевого двора и ничего не предпринимаю.

Или ее предупреждение касалось повторного визита Свина и Ко? Нет, вряд ли. Задремал я уже после того, как подорвал из фургон, и значит, сон не имел к дозору никакого отношения.

Собираться такому, как я, лишь подпоясаться. И то, фигурально.

Я не верил в мистику, телепатию, экстрасенсов, но верил в то, что береженого бог бережет. Поэтому выкатил в коридор и поехал к пожарному выходу из здания, прикидывая, не опоздал ли?

Ведь после предупреждения времени прошло уже достаточно, и, если бы мне угрожала непосредственная опасность, то неведомые враги уже должны были атаковать гостевой дом «Панарина и сыновей», а все вокруг оставалось спокойно, и даже никто не скандалил и не шумел на этаже.

У пожарного хода имелась одна проблема — там не было пандуса, а была лишь винтовая металлическая лестница, уходящая вверх и вниз. Но я уже убедился в ловкости и силе моих четырех манипуляторов, поэтому попросту вытянул их, схватившись за перила лестница, приподнял собственные корпус над ступеньками, и, перебирая манипуляторами, быстро начал продвигаться вниз, как некий огромный паук неведомого происхождения.

Через минуту я стоял на задней парковке. Фургон дозорных уже увезли, и на его месте осталось лишь черное пятно и вывороченный асфальт. Прочие машины, от греха подальше, владельцы переставили на дальние места.

Быстро заехав в густые кусты и выключив подсветку корпуса, я затаился. Все было тихо. Неужели, я ошибся? Это сон-явь… наверняка, мне просто померещилось.

Внезапно воздух загудел, и через минуту над зданием появились три летательных аппарата. Они отличались от полицейских «жуков» так же, как люксовый автомобиль отличается от рабочего «Кэдди».

Сигарообразные, иссиня-черные, они зависли широким треугольником над гостевым двором, опровергая все принципы аэродинамики.

В тот же момент и земля начала ходить под ногами — прибыла кавалерия — несколько тяжелых самоходок и бойцы прикрытия, одетые в бронекостюмы, обтягивающие их мускулистые тела. Почему-то мне казалось, что в этих бронекостюмах мощности кратно больше, чем в экзоскелетах полиции.

У каждого из бойцов на плече был знак — серый полукруг на черном фоне, словно зонтик, только без рукояти посередине.

В общем, по мою голову явилась элита. Уж это я мог отличить.

Меня не заметили. То ли поленились провести сканирование области, то ли мой корпус обладал экранированием, кто знает. Но в мою сторону никто не сунулся.

Этим я и воспользовался, потихоньку откатываясь все дальше назад и стараясь, чтобы ни одна веточка не хрустнула под колесами.

В этот момент из всех трех «сигар» одновременно вылетели ракеты. По одной от каждого летательного аппарата.

Я прикрыл глаза, уже поняв, что сейчас произойдет.

Б-а-а-а-а-х!

Взрыв был такой силы, что выбил стекла в окрестных домах в радиусе полукилометра и отбросил меня назад на несколько шагов, перевернув на спину.

Беспомощно крутясь и пытаясь встать с помощью манипуляторов, я увидел огромный огненный гриб, выросший в небе до самого купола.

На меня сверху посыпались обломки — дерево, камень, да куски пластика.

Рядом с головной броней в землю воткнулся кусок арматуры.

Когда я смог вновь принять вертикальное положение, то увидел, что гостевого дома «Панарин и сыновья» более не существует.

На его месте теперь была лишь груда строительного хлама, густой дым и огромное облако пыли. Даже люди не кричали — живых здесь попросту не осталось.

Отчаянно пятясь, я продрался сквозь заросли и вырулил на боковую улочку, а потом понесся вперед безо всякой цели, лишь бы оказаться как можно дальше от бывшего гостевого дома.

Меня не преследовали — кому нужен одинокий робот-уборщик, стремительно перемещавшийся по городу? Благо, я никого не сбил, и через четверть часа поубавил скорость, а потом и вовсе остановился.

Был бы я человеком, мне потребовалось бы отдышаться. Сейчас же все, что я хотел, это собрать мысли в кучу и понять, какого хрена кому-то потребовалось нанимать элитных бойцов, чтобы уничтожить меня.

А меня ли?

Ну, а кого еще? В совпадение я бы сейчас не поверил.

Они хотели убить меня, и у них это прекрасно получилось бы, если бы не сон с предупреждением от девушки, которую я ненароком спас.

Но ведь не само спасение явилось причиной столь массированной атаки? Вряд ли. И не моя жалкая, по всем меркам, жизнь тоже.

А что тогда?

Ведь было что-то еще… точно!

Со злости от собственной недогадливости я стукнул манипулятором по «аквариуму». Я же нашел кое-что в тот вечер и куда-то это спрятал. Куда?

На экране перед глазами высветился ответ:

«В отсеке номер 7 корпуса находится предмет. Предположительно, карта-памяти».

Вот оно! Я совсем забыл про флешку, которую подобрал тогда в коридоре, и даже не пытался проверить, что за информация на ней находится. Я не посчитал ее ценным предметом, лишь сунул автоматически в один из «карманов» — отсек номер семь, и тут же забыл о ее существовании.

Но другие посчитали, что предмет все еще находится где-то в гостевом доме, и предпочли стереть его с лица уровня вместе со всеми обитателями, чтобы уничтожить предмет наверняка. С их-то возможностями они могли бы вытащить меня за манипулятор и подвесить у крыльца, но решили поступить иначе.

Кто они? Этого я не знал.

Но теперь для всех я был мертв, а флешка — уничтожена.

И какое-то время они так и будут думать. Значит, мне срочно нужно поменять личину или спрятаться где-то. Вот только где? Друзей и знакомых у меня нет. Мест, где я мог бы пересидеть несколько дней — тоже.

Да и с личиной все не просто. В прошлом было бы легче: наклеить усы, загримироваться, в крайнем случае, обратиться к пластическому хирургу. Отпечатки пальцев в обычной жизни не проверяют. А уж набор фальшивых паспортов у меня имелся на все случаи жизни, как и кредитные карты на несуществующие фамилии, наличка в ячейках и тайниках, оружие и прочие нужные вещи.

Нет, я не был спецагентом, а лишь обычным миллиардером, но иметь запасные варианты нужно было обязательно… просто так, на всякий случай.

Тогда случай не представился, а сейчас… сейчас, я был гол как сокол. И куда деваться, совершенно не знал.

— Эй, тварь железная! Какого хрена ты опять здесь??! — кажется, это мне. В голосе было столько ненависти, что я запоздало завертелся по сторонам, пытаясь разглядеть того, кто ко мне обращался.

Сам того не понимая, я двигался по вчерашнему рабочему графику и подкатил к школьному спортзалу, в котором примерно сутки назад наводил уборку. И где встретился с детками, которых упек за решетку.

Как раз сейчас напротив меня стоял один из них — Ржа, кажется. И был он разгневан донельзя.

Остальные неспешно подходили, встав широким полукругом.

Взгляды у компашки были весьма недобрыми.

— Че молчишь, консерва? — мелкий накручивал себя, как мог. В руке у него уже сверкнул нож.

Но не будет же он столь глуп, чтобы дважды совершить одну и ту же ошибку? Ножем меня не взять, это понятно.

Ржа с гортанным выкриком прыгнул вперед и чиркнул меня по передней части корпуса. Нож не выдержал и сломался, порезав при этом руку парня.

— А-а-а-! — завопил он. — Да я тебя!..

— Остынь, Ржа! — вперед шагнул тот второй парень, имени которого в прошлый раз я не узнал, но он явно был главным среди подростков. — И не тупи! Как ты думаешь, почему ты снова здесь на улице, а не в интернате или не в колонии?

— Почему, мля? — рыжий прыгал, баюкая руку. — Потому что менты на нас доказухи не нашли? Вот и пришлось выпустить.

— Им не нужны доказательства, у них была видеофиксация. Этого хватило бы, чтобы всех нас отправили туда, откуда не возвращаются прежними. Слыхал про «подавители» и «обучатели»?

— Слыхал, — Ржа все равно не понимал, — и что с того?

— Выпустить нас могли лишь по одной причине. Заявитель отозвал свое сообщение о совершении преступления.

— Так он отозвал, получается? Да, Чук? — рыжий посмотрел на меня по-новому, с любопытством.

— Получается, так, — подтвердил высокий парень, — более того, за отзыв положен штраф. Так что этот крио понес из-за нас финансовые потери. Бабки потерял, короче говоря…

Кто-то из ребят присвистнул, еще кто-то выматерился вполголоса.

— И на сколько тебя штрафанули, консерва? — уже без злобы спросил Ржа, подойдя ко мне чуть ближе. — На пять рублев?

— Почти, — скрывать мне было нечего, — двести рублей за вызов и пять тысяч — за отзыв заявления. Итого, пять тысяч двести рублей. К выплате в течении десяти дней. И еще меня с работы уволили, потому что из-за штрафа мэрия понизила мой личный рейтинг до отрицательного.

Вот теперь загомонили все вокруг. Гневно и с ненавистью — по отношению к властям, с сочувствием — ко мне. Они не были закоренелыми преступниками, жизнь толкнула их на этот путь, с рождения сделав «отказниками», а после научив воровать и крутиться. Но в первую очередь они были детьми. А дети всегда за справедливость!

— Гады! Сволочи!

— Пять тыщь, да где такие деньги взять? Тут половину уровня потряси, столько не вытрясешь!

— И всего десять дней на сборы! А потом что?

— А потом коллекторы…

— У-у-у-у! Жесть! Они его выпотрошат!

— Так это он за нас всех встрял, получается? Скажи, Чук?

Высокий парень, которого, получается, звали Чук — как в старом рассказе Аркадия Гайдара, поднял правую руку со сжатым кулаком вверх, призывая к общему вниманию.

Но перед тем, как обратиться к обществу, он подошел ко мне и спросил:

— Зачем «SOS» жал? Не знал последствий?

— Откуда мне, я ведь свежеразмороженный, сто лет проспал и вот, проснулся…

Тогда Чук слегка отодвинулся от меня, и вокруг него тут же сгрудилась вся банда, от мала до велика. Ему буквально заглядывали в рот, и я видел, что авторитет этого парня непоколебим. Как он скажет, так и будет.

Но Чук не зря стал лидером, он умел отличать правду от лжи и поверил мне.

— Этот пацан, — начал он, но некоторые засмеялись, и Чук посерьезнел лицом: — да, это правильный пацан, хоть и в теле древнего робота. Что отличает правильного пацана от всех остальных?

— Правильный пацан всегда за правду! — как вызубренную наизусть присягу, выпалил Ржа.

У других тоже отскакивало от зубов. Они подхватили:

— Правильный пацан не даст в обиду своего младшего!

— Правильный пацан — не ссыкло!

— Правильный пацан всегда обоснует!

— Правильный пацан всегда за своих!

Чук дождался момента, когда голоса поутихли, и утвердительно произнес:

— Вот! Вы все тут правильные пацаны, и сами все объяснили. Этот крио ошибся — такое бывает. Он случайно нажал кнопку «SOS» и вызвал ментов. Но когда он понял свою ошибку, то не пожалел никаких денег и даже, возможно, своей жизни, чтобы вытащить всех нас! Это правильный пацан! Если кто против, пусть предъявит сейчас или молчит потом!

Сурово у них тут, прямо все по-понятиям, как у взрослых бандитов в мое время. Конечно, не без примеси подростковой романтики, но «пацанские правила», что я услышал, внушали уважение. Они были… правильными. Вот только потом жизнь их научит, что за правильными словами зачастую стоят очень плохие дяди.

— Но он же сдал нас! — выкрикнул Ржа свой последний аргумент.

— По незнанию не считается, а он не знал, — парировал Чук, и этим завершил прения сторон. — Считаю, надо помочь железному пацану!

— Но пять тысяч у нас нет, — растерянно возразил один из старших парней, блондин, с кудрявыми волосами.

— Денег нет, Береза, ты прав. Но когда это урузы бросали тех, кто им помогал?

— Урузы своих не бросают! — раздалось слаженное рычание.

— Поэтому, — продолжил Чук, — помочь мы можем иными способами, не обязательно деньгами. К примеру, скажи мне, крио, у тебя есть, где ночевать?

— Нет, — вынужденно признал я, не вдаваясь в подробности того, что случилось с гостевым домом Панариных.

— Предлагаю поселить крио в нашем Гараже! — торжественно провозгласил Чук и все вокруг загалдели, обсуждая.

Я не встревал в их разговор. Когда меня спросят — отвечу. Но я понял, что этот высокий темноволосый парень только что предложил нечто немыслимое, пустить чужака в святая святых банды урузов — их штаб, их логово… их Гараж, который он так и называл — с большой буквы.

Да уж, вот тебе и «мальчик из чемодана». Неужели робот вновь будет обитать в гараже? Забавно колода тасуется.

К слову сказать, «за» проголосовали единогласно, когда окончательно убедились, что сдал я их по незнанию (хотя и такое карается строго — за нечаянно бьют отчаянно… но повезло, урузы оказались не злопамятны), а вытащил, невзирая ни на что, и получив кучу проблем в придачу.

А еще я заметил, что Чук время от времени косится на невысокую, стройную девочку лет пятнадцати с нахмуренным, сердитым лицом. Одета она была, как и все, в затасканный комбинезон и плотную куртку. Чук ловил ее взгляд, но девица каждый раз отворачивалась в сторону. А он «играл» исключительно на нее, всячески пытаясь привлечь внимание. Думаю, и свою речь он произнес, дабы произвести впечатление. Но девчонка — кремень, не поддалась ни на секунду.

Вообще, урузы не делились между собой на парней и девчонок, они все были «правильными пацанами», независимо от пола. И права и обязанности они так же делили поровну.

Нет, ребята однозначно в моем стиле — злые, дикие, готовы порвать на части, но для своих последнюю рубаху отдадут, как и собственную жизнь. Впрочем, жизнь в этом возрасте еще совершенно не ценилась. Ведь все мы думали, что будем жить вечно!..

Мы двинули сквозь индустриальный район, где сновали в основном роботы-погрузчики и прочие рабочие машины, прошли укромными закутками, миновав крупные ангары и цеха, где охраны было больше, чем у президента на выезде, и, наконец, выбрались к старым, полуразрушенным металлическим и бетонным боксам — часть из которых еще функционировала. Это и были гаражи.

Попадались и помельче — ровно, чтобы машину загнать на ночь, и крупнее — на две-три машины. Наш Гараж оказался бывшей СТО. Некогда тут чинили всевозможные машины и механизмы, потом что-то пошло не так, станция закрылась, из нее вывезли все мало-мальски ценные приборы, но оставили один подъемник. А урузы уже после натащили всякого хламья и кое-какие инструменты, устроив здесь свое главное лежбище и склад.

Хорошее место, душевное. Вспомнилась моя помоечно-дворовая молодость, когда мы с друзьями бегали по гаражам, лазили по стройкам, взрывали самодельные бомбочки и чудили так, что удивительно, как только остались живы.

Двойные металлические ворота распахнулись перед нами и Чук приветливо взмахнул рукой:

— Заезжай, крио! Поживешь пока здесь!..

Внутри было даже по своему уютно. Ребята приперли несколько старых, продавленных кресел и диванов, каких-то подвесных сидений, прицепленных к крючьям на потолке, бросили на пол разноцветные плетеные «бабушкины» коврики, поставили несколько столиков, в углу громоздились старые игровые автоматы, еще из тех, что и я застал — но не на деньги, а для удовольствия — «Пэк-мэн» и прочие подобные. Классика! На стене был прикреплен широкий монитор, на паре столов я заметил компы — тоже доисторические на вид. Было еще много разных любопытных деталей, но сходу я не все рассмотрел.

Я вкатился в эту бывшую мастерскую и замер посредине.

— Угостили бы тебя, да ты же не жрешь ничего! — развел руками Чук.

— Спасибо, ничего не надо! Я благодарен за гостеприимство! Если смогу быть чем-то полезен, скажите!

— Ты наш гость, — гордо отмахнулся Чук, опять краем глаза покосившись на стройную девушку, — располагайся, отдыхай! Если нужна розетка с электричеством, там в углу много разных разъемов. Если еще что-то будет нужно, скажи!

Я отъехал с центра помещения, чтобы не мешать урузам и встал у стенки, привычно прикрыв глаза. Вскоре все обо мне позабыли, тут кипела своя жизнь и свои страсти.

Обсуждался вопрос «вечной войны» с соседней бандой, как я понял, таких же подростков-отказников. Те нарушили некие незримые границы и теперь должны были быть наказаны. Операция планировалась еще на вчерашний день, но прибытие милиции все испортило. Теперь же приходилось слегка менять стратегию и тактику, подгоняя ее под новые реалии.

Все это я слышал краем уха, но в подробности не вникал. Не мое это дело, сами разберутся — ребята смышленные, крепкие, толковые.

А потом кто-то включил экран и тут же новости крупным планом показали то, что осталось от гостевого дома.

— До сих пор ведутся спасательные работы, — говорила девушка-репортер, чуть подрагивая голосом от волнения, — причины происшествия устанавливаются. На месте работает следственная группа, специально прибывшая с одного из верхних уровней!

— Надо же, — удивился Ржа, во все глаза глядевший на картинку масштабных разрушений, — чтобы верхние к нам заехали какой-то взрыв расследовать? Не было такого прежде. Может, кого-то важного завалили? Но что он делал тут, на минус пятом?

— А ты, крио, случаем, ничего об этом не знаешь? — Чук был слишком догадливым парнем, и каким-то образом умудрился все связать в один клубок.

Но я лишь покачал головой. Лучше вам, ребята, не влезать в эту темную историю — целее будете.

— Ладно! — решительно сказал Чук. — Всем два часа на отдых, а потом выступаем!..

Глава 9

Когда все ушли, я остался в гараже один. Меня заперли снаружи, но я не протестовал. Ничего страшного, посижу в одиночестве, подумаю, поразмышляю. Главное — местная сеть была доступна, ничто не экранировало сигнал, а я как-раз хотел немного полазить в старых новостях и поизучать былое.

Урузы убыли на войну в полном составе, вооружившись кастетами, шипастыми дубинками и заточками. Даже самые маленькие воинственно раскрасили лицо, как Шварц в «Коммандосе», и ушли с остальными. К слову, старшие их не гнали. В банде все были равны, и мушкетерский девиз: «Один за всех и все за одного!» работал тут в полной мере.

Не в принципах хозяина было звать гостя на войну, но хороший гость обязан был поддержать хозяина дома.

Поэтому я сообщил Чуку:

— Я с вами!

Но в ответ получил резкий отказ.

— Это наше дело, крио. Не лезь в него!

Когда говорят таким тоном, лучше, и правда, не соваться. Иначе только нанесу оскорбление, и зачем мне это?

Поэтому я кивнул и вновь откатился к дальней стене, а когда двери гаража закрылись за ушедшими воевать парнями и девушками, погрузился в сеть.

Сейчас меня интересовала моя семья, если она еще существует под моей фамилией. Конечно, потомки и знать не захотят такого предка, но вот мне было бы очень интересно поглядеть на тех, в ком текла и моя кровь тоже.

И, на удивление, кое-что я нашел.

Старые новостные архивы, которые я разыскал, еще довоенного периода, уведомили всех интересующихся, что Максим Иванович Игнатов почил от тяжелой болезни в возрасте сорока шести лет. Тело его, согласно последней воле, не было предано земле, а помещено в криоцентр «Второй шанс» для долгосрочного хранения.

С этим ладно, тут все прошло по плану, если можно к личным планам отнести подготовку к смерти.

Копаем дальше. Что сталось с Викой и сыновьями?

Я, конечно, желал им светлого будущего… но всемирная война через пять лет после моей смерти почти не оставляла на это шансов.

Никто не знает свою судьбу, и не постелешь заранее коврик на скользком месте.

Читая в детстве приключенческие романы в городской библиотеке, я всегда переживал, если герой в конце книги попадал в страну или место, где в дальнейшем должны были случиться огромные потрясения — война, революция, восстание. И радостный, по задумке автора, финал книги оставлял у меня тягостное предчувствие необратимого конца, который случится позже, уже за рамками истории, но которого не избежать.

Так же и люди с экрана. Глядя на них, еще молодых и красивых, я думал: этот умер от болезни, а вот этот — спился, у третьего — остановилось сердце. Знание обстоятельств смерти мешало мне наслаждаться их талантом. И я ничего не мог с этим поделать.

Может, потому я больше любил фантастику.

Будущее не предрешено, и я из своей точки восприятия никак не мог узнать о нем. Поэтому его для меня не существует, а значит, я могу радоваться и сопереживать, волноваться и мучиться вместе с героями, веря, что все в итоге будет хорошо.

В моем же случае хорошо не было.

Я нашел упоминания о Вике. Она так и не вышла замуж до 2030 года, когда обоим моим сыновьям исполнилось по восемнадцать лет. Они втроем вступили в полные права наследования, и тут грянул апокалипсис.

Дальнейшая информация была крайне скудной, но главное я понял. Кто-то из членов моей семьи остался жив и руководил компанией, которая в дальнейшем сменила несколько названий, реорганизовывалась и перестраивалась, но каким-то чудом выплыла и обрела новое дыхание уже в Граде.

Да, в этом самом Граде, где я сейчас находился, только случилось это примерно девяносто лет назад, когда идея гигантских городов еще только обретала видимые очертания.

В дальнейшем «Торговый дом Игнатов» периодически мелькал в новостных сводках, но лишь как субподрядчик некоторых крупных правительственных заказов в области строительства. Получается, Град отстроили и моими былыми капиталами в том числе. Хотя, конечно, к тому времени все переменилось.

Потом ТД «Игнатов» зарегистрировал дочерние компании, в том числе, ЧВК «Перун», и с этого момента началось его восхождение на властные вершины Града.

Сейчас, насколько я смог отыскать инфу, центральный офис ЧВК «Перун» находился на самом верхнем уровне Града. И возглавлял его человек по фамилии Игнатов — мой прямой потомок.

На этом поток информации иссяк. Остальная часть была засекречена и не предназначалась широкой публике. Но и на том спасибо. Все что я хотел узнать, я узнал.

Претендовать на свои капиталы или связываться с потомками я не собирался, к чему им лысая живая голова в старом роботе? Зачем откапывать стюардессу? Пусть живут той жизнью, к которой привыкли.

Сейчас же первоочередная задача заключалась в том, чтобы откупиться от коллекторов, о которых все тут высказывались исключительно с неприязнью в голосе.

Где взять деньги?

Как говорил один пес: «Нужно продать что-нибудь ненужное!»

Но продавать мне было совершенно нечего, и даже за мое тело не дали бы и ломаного гроша. А купить что-нибудь ненужное с целью дальнейшей перепродажи было не на что…

Я так увлекся поиском и запросами в сеть, что потерял счет времени.

Внезапно двери гаража с грохотом распахнулись, и внутрь один за другим стали вваливаться избитые, окровавленные урузы. Самых слабых и раненых тащили на себе те, кто уцелел больше остальных. Но не было среди этих «правильных пацанов и девчонок» тех, кому не досталось бы по полной программе.

Я метнулся было навстречу, но тут же притормозил. Чем я могу помочь? Ничем.

Последним в гараж зашел Чук. Он нес на руках ту самую симпатичную девочку. Все лицо ее было залито кровью, но грудь равномерно вздымалась. Она была жива, но без сознания. Видимых повреждений на теле я не заметил.

Другим пришлось хуже.

Шустрому Ржа, кажется, сломали ногу, и он орал от боли, пока ему в рот не сунули деревянную палку. У других были вывихи, следы побоев, разбитые губы и лица, вывернутые пальцы. А пары человек — легкие порезы.

Самому Чуку по виду особо не досталось. Он бережно уложил девушку на диван, распрямился и осмотрел побитое войско.

Тут он заметил меня и яростно пояснил:

— Я бы дрался и дальше, но Инге крепко досталось по лицу. Она упала. Затоптали бы… пришлось отступить.

— Промой ей рану, вода чистая есть?

— Найдется…

— А перекись водорода?

Чук пожал плечами.

Плохо, любую рану надо обработать. Кстати, а ведь у меня должна быть при себе встроенная аптечка. В любом роботе она имеется. Но не испортились ли препараты за чередой лет? Сейчас и проверим.

Так, вроде это был пятый отсек.

Внутри оказалась небольшая коробка с традиционным красным крестом. Вроде, оно.

— Чук, посмотри, что там!

Парень тут же вытащил аптечку и быстро открыл ее. Маски, бинты, перчатки… бактерицидные пластыри — вот, хотя бы это!

Чук быстро промыл ранку на лбу Инге, к счастью, она оказалась не глубокой, и заклеил ее пластырем. Потом принялся за остальных пострадавших.

В аптечке нашлось обезболивающее, и рыжему вкололи укол в ногу, а потом с моими подсказками наложили шину и холодный компресс.

С другими было проще: вывихнутые пальцы вправили, раны смазали йодом, порезы были не опасными, их попросту заклеили пластырем.

Справились минут за десять, а потом я негромко сказал чуть запыхавшемуся Чуку:

— Сохранить своих людей — не значит проиграть битву. Ты спас ее и прочих, ты все правильно сделал.

— Эти гады… они скоро придут сюда, захотят забрать трофеи. Гараж, наши точки…

Он чуть не плакал, хотя старался не подавать виду. Сильный парень, боец. Вот только маловато опыта тактических сражений, плюс неправильно распределил силы перед атакой.

— Точки? — уточнил я.

— Торговцев, с которых мы живем. Мы их как бы защищаем, не обмазываем двери дерьмом, не бьем окна, а они нам за это продуктов подкидывают, или денег дают.

Понятно, обложили данью тех, кто помельче и не может дать отпор. Классика!

— И много таких точек держите?

— Пять магазинов и несколько мелких фирмочек, — не стал скрывать парень. — Если их лишимся, жрать будет нечего.

— Твои предложения? — я хотел понять, насколько адекватно Чук оценивает ситуацию. Готов ли он пожертвовать своими людьми ради амбиций?

— Придется уходить, — он сказал именно то, что я хотел услышать, — нам тут не продержаться. Прости, крио, что позвал тебя в Гараж. Надеюсь, ты найдешь другое пристанище…

Верное решение… но оно не учитывало мое присутствие.

— Доложи обстановку! — голосом, не терпящим возражений, приказал я.

Чук покосился на свихнувшегося робота с человеческой головой, но выбора у него не было, он сейчас посоветовался бы хоть с чертом, хоть с говорящей лягушкой, поэтому четко ответил:

— Лисы — их человек двадцать. Старших — пятеро, остальные мелочь. Часть мы побили, но другие отыскали где-то площадную гасилку и врубили — она сразу херачат по мозгам ультразвуком, ничего не соображаешь пару минут. А у них особые наушники, защищают. Потом налетают скопом и гасят всех подряд…

Понятно, «гасилка» — что-то вроде моей сирены, только работает в другом диапазоне. Интересно, что сильнее? Можно проверить.

— От этой гасилки можно экранироваться?

— Нужны спецнаушники, но у нас их нет. А вот если вывести ее из строя, мы бы их сделали…

— Считай, что гасилку я беру на себя, — решил я, — собери тех, кто еще может драться и приготовьтесь!

Чук смерил меня сомневающимся взглядом, мол, справлюсь ли, потом все же кивнул:

— Хорошо, крио, мы остаемся.

— Вот и славно, — я порулил в выходу из гаража, потом остановился и сказал: — Меня зовут Макс!

Весь мой план был построен на обрывках информации, которую я отыскал о своем роботе-носители. Подробной инструкции не прилагалось, но, оказывается, изначально эта модель проектировалась для работы в космосе. А там высокая радиация, множество усугубляющих факторов и прочее. Именно поэтому все материалы были выполнены из высококачественных сплавов, и даже мой купол не должен был пропускать вредные излучения, а так же посторонние шумы, если задействовать режим «Защиты».

Изначально конструкторы планировали, что управление роботом будет происходить удаленно. То есть оператор по супервизор технологии использует встроенные микропрограммы, а робот самостоятельно решает, как выполнить задачу в том или ином случае. В его систему заранее были вшиты сотни вариантов сценариев, оставалось лишь выбрать нужный.

Хряпа явно недооценил потенциал моего тела-носителя. То, что он посчитал годным лишь для самых простых уборочных работ, могло куда больше. А соединение подобной основы с человеческим разумом лишь усилило скорость обработки информации и общий потенциал конструкции.

В общем, не так уж я был прост, как думали окружающие.

И, хотя дополнительного вооружения, кроме того, о котором я уже знал, у меня не имелось, но зато степень прочности всей конструкции была выше всяких похвал. Коротко говоря, гасилка не должна была повредить мне. А значит, у меня будет свобода действий, и я могу попытаться испортить прибор лис, тем самым дав возможность урузам атаковать врага.

Пока же двери гаража плотно закрылись за мной, я откатился прямо в центр бетонной площадки и замер там в ожидании.

Долго ждать не пришлось. Буквально через несколько минут из-за гаражей вышла грозная толпа подростков, вооруженных чем попало, от палок до цепей.

«Они такие же как мы, только другие».

Я бы, честно говоря, не отличил лис от урузов, настолько они были похожи между собой. Разве что у каждого из лис была нашивка с хитрой рыжей мордочкой. У кого-то на груди, у кого-то на плече, и даже на спине. Еще у каждого на голове болтались крупные наушники — видно, защита от гасилки. Биомутантов среди них я не увидел, как и роботов, — только люди.

Впереди толпы шагали пятеро ребят постарше: трое парней и две девушки. Агрессивные, нацеленные на драку.

Несколько человек катили следом непонятную хреновину, размером со стиральную машину. Понятно, это и есть гасилка.

На меня никто традиционно не обращал внимания. Старый робот с человеческой башкой мало кого интересовал. Один из лис, совсем еще маленький паренек лет семи-восьми, ткнул в меня пальцем и весело загоготал:

— Голова на колесиках! Голова на колесиках!

Но остальным было не до меня, тем более что никаких внешних признаков агрессии я не проявлял, и вообще, в рядах урузов не числился.

А старшим лисам проблем хватало.

Вперед выдвинулся среднего роста крепыш и громко заорал:

— Чук! Выходи! Теперь это наша территория! У тебя есть минута, потом мы врубаем гасилку! И, бу-га-га, начнем вас гасить! Время пошло!

Двери гаража не открывались, урусы затаились, ожидая моих действий.

Эх, рассмотреть бы гасилку поближе.

«Включен режим увеличения четыре-икс».

Ого, удобная штука, мой защитный купол сработал, как увеличитель в фотоаппарате, и изображение гасилки стремительно приблизилось. Вот теперь я видел все: и ручки точечной настройки, и шкалу силы сигнала, и прочие приспособы, которых, впрочем, было не так уж и много.

Гасилка была явно кустарного производства с очень простой, но действенной конструкцией, основной задачей которой было подавать поток целенаправленных звуковых сигналов высокой частоты на определенный квадрат, указанный оператором.

И вывести это устройство из строя было легко. Как и в случае с фургоном, достаточно было подать разряд тока на аккумулятор, и взрыв обеспечен.

Либо же, можно было все сделать куда проще…

Я сдвинулся со своего места и медленно покатился вперед, прямо на лис.

Вот теперь на меня обратили внимание все.

— Эй, голова, тебе чего? — крепыш-лис шагнул мне навстречу. — Понимаешь меня?

— Крио не умеют разговаривать! — авторитетно заметила широкоскулая девица с арматуриной в руке. — У них же мозги растаявшие!

— Ребята, давайте жить дружно! — миролюбиво предложил я, разведя в сторону все четыре манипулятора, словно пытаясь обнять всех сразу, и остановился, чтобы не провоцировать немедленное нападение.

— Что? — к подобному вопросу крепыш был не готов.

— Я видел этот мультик, там был кот и мыши! — восторженно сообщил тот самые лисенок, кричавший про «голову на колесиках». — На тех старых дисках, что мы нашли в развалинах! Ему же лет двести!

Допустим, не двести, а всего лишь сто пятьдесят… но поправлять пацаненка я не стал. То, что он знает столь древнюю классику, уже похвально.

Старший подошел ко мне ближе, уставился прямо в глаза сквозь полупрозрачную защиту и потребовал:

— Повтори!

— Дружно жить, говорю, давайте!

— А то чо? — он недобро сощурился.

— А то будет плохо, — предупредил я и для наглядности врубил сирену. Не слишком громко, так, пробный вариант.

Но подействовала она будь здоров!

Крепыш отшатнулся, будто ветром сдуло, остальные схватились за уши, пытаясь нацепить наушники, но те не помогали.

Впрочем, подержав звук секунд пять, я вырубил сирену.

— Наглядно?

Старший лис уже оправился и вновь подошел ко мне.

— Вполне! Ты необычный крио! — констатировал он. — Чего хочешь?

— Предлагаю перемирие, — подобными полномочиями я обличен не был, но ведь худой мир куда лучше доброй драки, это и ежу понятно.

— Так ты от этих что ли? Парламентер? — догадался крепыш, презрительно сплюнув на бетон. — Никого поприличнее они не нашли?

— Я сертифицированный переговорщик, модель «Дипломат», — соврал я для солидности, — могу уладить любые проблемы, споры, недопонимание.

— Слышь, голова, а если я тебе трубой дам, этим мы уладим?

— Если одна из сторон не желает мира, то ее к этому принуждают, — сообщил я и еще чуть-чуть продвинулся ближе к гасилке. — Вы же правильные пацаны?

Крепыш смотрел на меня исподлобья и не комментировал.

— А правильные пацаны умеют решать вопросы словами. Урузы — тоже правильные пацаны. Братва, не стреляйте друг в друга! Вам нечего в жизни делить!

Эти пацаны никогда прежде не слышали Кемеровского и прониклись.

— Так-то оно так, — старший Лис слегка растерялся, — но они первые начали. Наше дело — дать ответку!

— У меня встречное предложение. Вот лисы — сильная бригада, правильная! Так?

Все усиленно закивали, показывая, что круче них лишь яйца.

— Но и урузы — правильные пацаны. Так?

— Нормальные они, — признал старший, — только борзые больно. Вот «синтетики» — те твари конченые, не по правилам дерутся. Урузам от них тоже досталось крепко.

Возьму на заметку, что есть еще и «синтетики».

— А как ты считаешь, уважаемый, если лисы и урузы объединятся против синтетиков, кто победит?

Задумались все, причем крепко.

— Есть шанс, — сказала, наконец, девица с арматуриной.

И это прорвало плотину молчания.

— Да мы их на раз-два-три бы ушатали!

— Они, твари, только за счет штром-импульсов да дерьма синтетического и держатся. Но против толпы даже у них шансов нет!

Крепыш поднял руку, прямо, как Чук. Они и выглядели близнецами, даром, что совсем разные внешне. Но некоторых людей роднит дух, а не лица.

— Шанс есть, но зачем это нам? — спросил меня старший лис.

— Затем, что иначе вы потеряете свое последнее преимущество!

Я резко, со скрипом колес рванул с места и через мгновение был уже рядом с гасилкой. Еще секунда, и мои манипуляторы присосались к ее аккумулятору. Осталось дать импульс, и конец прибору. Но я не торопился.

— Могу взорвать ваш агрегат в любую секунду! — предупредил я. — Не надо дергаться! Так что, будем договариваться?

Если бросятся толпой, врублю сирену на минимум, а там и Чук с компанией подоспеют. Но у меня было хорошее предчувствие. Сегодня обойдется без драки.

— Будем! — кивнул головой старший Лис. — А ты точно переговорщик?

— Вот сейчас мы это и проверим, — улыбнулся я сквозь защиту и включил микрофон, чтобы в гараже услышали мои слова: — Сова, открывай, медведь пришел!

Мелкий лисенок весело засмеялся. Он видел и этот мультик.

Глава 10

Подружить обе группировки оказалось неожиданно легким делом. Все дело было в том, что обе стороны — и урузы, и лисы были избиты и крайне истощены своей войной, и сил на новую драку ни у тех, ни у других не оставалось. Но гордость не позволяла им договориться раньше. Или же им нужен был некто авторитетный со стороны, чтобы уладить дело. Я, конечно, авторитетом не являлся, и все же при моем посредничестве они быстро пришли к согласию. Идея совместно бить синтетиков пришлась по вкусу всем — и это стало краеугольным камнем договора о перемирии, который вскоре мог перерасти в пакт о сотрудничестве, а в перспективе — и объединении банд.

Потом все разошлись, а драки так и не случилось. Казалось бы — плевое дело, но я мысленно вытер пот со лба. В таком возрасте подростки очень уперты, но манипулировать ими было довольно просто - они еще не набрались житейской мудрости, помноженной на опыте, чтобы иметь свое непоколебимое мнение. Но в том-то и дело, я не хотел манипуляций. Повезло еще и в том, что после драки никто особо не пострадал — пара выбитых зубов, да вывернутых пальцев не считается.

Чук жестом попросил меня отъехать в сторону.

— Крио, ты не должен был…

— Макс, — напомнил я.

— Пусть так. Макс, ты не имел права говорить от лица урузов. Ты тут никто, гость.

— Знаю, но это был единственный выход. Иначе, вы лишились бы Гаража. Я не хотел, чтобы кто-то из вас пострадал. Веришь?

Чук подумал немного и кивнул.

— Вот и славно. Надеюсь, теперь все пойдет куда бодрее. Вместе вы сумеете навалять синтетикам, а потом, глядишь, и остальным. Все большое начинается с малого, Чук. Ты еще создашь свою империю!

Парень ушел обдумывать обрисованные мною перспективы, я же вновь откатил в уголок и влез в сеть. Меня интересовало, могу ли я улучшить свой корпус, точнее, прицепить к нему несколько новых девайсов.

Во-первых, я был слишком ограничен в собственных движениях. Колеса могли нести меня по относительно гладкой поверхности, закатывать на небольшие горки, и на этом все. А уже для лестниц приходилось использовать манипуляторы, и это было чертовски неудобно. Ненавижу лестницы! Если поставить вместо колес гусеницы, это повысит проходимость, но снизит общую скорость передвижения и не решит проблему лестниц. Тоже не выход. Пока ничего подходящего найти я не мог, все прочие альтернативы были слабее или аналогичными имеющимся.

Второе — вооружение. Электрошокер, парализатор и сирена работали отлично, но мне хотелось большего. Пулемет бы не помешал, честное слово. Я вспомнил ту слаженную группу, уничтожившую гостевой двор «Панарин и сыновья». Имея нормальное оружие, я мог бы если не перебить их, то хотя бы помешать их планам. И люди остались бы живы. Столько невинных жертв осталось на их совести… двор был переполнен постояльцами.

И, наконец, третье. Это интересовало меня больше прочего, но я специально оставил этот вопрос напоследок, чтобы не питать напрасных надежд. Итак, главное — могу ли я каким-то образом получить человеческое тело вместо того, что имею? Пусть не сразу, но есть ли шанс?

Оказалось, подобные процедуры реальны и все возможно, были бы деньги. Вот только денег требовалось… ну очень много.

Суммы выходили такими, что пока можно было об этом и не думать. Шесть нулей… и первая цифра не единица. Но все равно, я был практически счастлив. Если получение нового тела возможно в принципе, то рано или поздно я решу эту проблему. Вопрос, который закрывается за деньги, не важно какие, это всего лишь расходы. Осталось только устроить стабильные доходы.

Первый же и второй запросы тоже были вполне решаемы, вот только опять же деньги… впрочем, тут суммы выглядели приемлимыми. Но у меня не было и минимума необходимого. Пятьдесят рублей на счете и пять тысяч двести долга, плюс вернуть за гостевой дом и аванс, без учета того, что мне еще пришлют за разморозку и монтаж с корпусом XXX47.

Я тоскливо оглядел гараж, но тут царила такая бедность, что становилось тошно. Как они только живут в подобных условиях?

Впрочем, ребята не грустили. Подлечив раны, урузы праздновали начало новой эры. Союз с лисами предвещал небывалую эпоху процветания. Если удастся справиться с синтетиками, то все прочие банды узнают, кто папа на районе. И дальше будет проще.

Музыка долбила максимально громко, экран переливался разными цветами в такт, урузы танцевали.

Они встали в круг, держась за плечи, и пели незамысловатую песню, в которой мне слышалось что-то знакомое:

— Слева брат, справа брат,

Бандой прыгаем в аппарат…

Молодцы, что сказать, понимают, что в одиночку не выстоять ни в одном из миров, ни в прошлом, ни в будущем. А вот с дружеской поддержкой можно горы свернуть.

Я вполне разделял их принципы, я и сам был таким, когда-то очень давно… вот только эти ребята еще не столкнулись с главным фактором, ломающим жизни — с предательством.

По кругу пошла бутылка — явно, нечто особенное. Каждый отпивал по глотку и передавал ее дальше. Пили все, даже самые мелкие.

А потом Чук взял бутылку и подошел ко мне.

— Выпьешь круговую? Это не алкоголь, а просто энергетик. Он не несет негативных последствий.

— Я не потребляю еду или напитки, хотя иногда очень хочется.

— Что же, значит, выпьем после, когда это будет возможно.

— Расскажи мне о коллекторах? От них можно спастись?

Парень сжал кулаки.

— Эти твари… они неуничтожимы. Элита. Высшая лига. За тобой, конечно, придут попроще — серебряное крыло… нет, скорее бронза. Но и те экипированы по-полной. Ты не переживай, Макс, время еще есть, мы соберем деньги!

Я был тронут. Честное слово! Впервые в этом чертовом будущем кто-то решил мне помочь, причем, бескорыстно. Но я еще не настолько скатился по наклонной, чтобы задействовать в своих делах детей.

Так я и ответил:

— Благодарю, Чук, но со своими проблемами я разберусь самостоятельно. Без обид.

— Могу я хотя бы позвать для тебя механика? Хороший мастер, иногда работает в кредит.

А вот это шикарное предложение, о чем я тут же ему и сообщил.

— Тогда завтра с утра вызову, — улыбнулся Чук. — Ты будешь доволен!..

Он вернулся к празднику, а я заехал в самый темный угол.

Имелось у меня еще одно дело, до которого все никак не могли дойти… хм… манипуляторы.

Флешка, найденная на постоялом дворе!

Отчего бы не глянуть, что за инфа хранится на ней.

Манипулятор аккуратно вытащил флешку из ячейки и подключил ее к одному из портов, коих у моего тела было достаточно.

Перед глазами вспыхнула надпись:

«Обнаружено новое устройство. Размер — 16 зеттабайт. Устройство заполнено на 99%. Произвести чтение файлов?»

Так, вспомнить бы, что такое экзабайт. Кажется, после терабайта идет петабайт, потом экзабайт, а уж затем зеттабайт.

Боже, да тут шестнадцать триллионов гигабайт — огромный объем памяти. А флешка по виду мелкая, у меня была подобная, только у той объем составлял всего шестнадцать гигов. Что за информация может храниться при таком объеме?

Впрочем, у Джони Мнемоника объем памяти был всего восемьдесят гигабайт, и мы тогда поражались, куда ему так много? А уже спустя двадцать-тридцать лет таскали в кармане флешки с кучей терабайт, и это никого не удивляло. Так что за сто лет съемные носители вполне могли достичь столь фантастических размеров.

Я, конечно, попытался глянуть файлы, но меня ждало разочарование.

«Массив памяти скрыт от просмотра. При несанкционированной попытке чтения возможна детонация устройства. Желаете произвести чтение файлов?»

Оно что, взорваться может? Ну, нафиг! Еще этого мне не хватало.

«Безопасное извлечение устройства».

Вот так, вытащить из разъема, сунуть обратно в ячейку и забыть до поры до времени.

Кажется, у меня даже пот на лбу выступил. Я открыл лицевую броню, взял манипулятором чистую тряпочку со стола и протер лицо.

Да, переволновался. Кто знает, сколько заряда заложено в этой маленькой флешке. Если бы я ненароком уничтожил Гараж, то никогда бы себе этого не простил.

Что с ней делать? Выкинуть? Нет. Я был уверен, что на флешке хранится очень ценная информация.

Если все разложить по полочкам, то что мы имеем?

Сталина и Егор — явно непростые ребята за каким-то чертом спустились на самый нижний уровень, при том, что я был уверен — они живут гораздо выше. Да и свин что-то говорил про «Поднебесье»…

На ночь они остановились в простом гостевом доме, в обычной замызганной комнатушке, где из удобств — ничего, дверь — хрупкая, выносится с одного пинка, а душ и туалет общие на этаже. Вряд ли они привыкли к подобным условиям.

Однако ребята это терпели. Значит, их цель была важнее временных неудобств.

Хорошо, что происходит дальше? Являются свин и его друзья — Народный дозор, как они себя назвали. Их встреча была сюрпризом для обеих сторон.

Свин явно не ожидал встретить девушку, но сразу же узнал ее. О чем это говорит? Сталина — личность известная, знаменитая, но информацию о ней в сети я не нашел, хотя искал. Значит, инфу закрыли от посторонних. Но посвященные были в курсе и знали о награде. Свин попытался захватить ее силой, и у него бы это вышло.

Но тут вмешался случайный фактор в моем лице, и планы свина были нарушены самым грубым образом.

Девушка и ее друг вновь обрели свободу и тут же покинули гостевой дом, даже не сказав «спасибо» на прощанье. Ну да мне плевать на их воспитание и благодарность, однако при своем бегстве Сталина теряет флешку, которую нахожу и подбираю я, сую ее в одну из своих ячеек и тут же про нее забываю.

Казалось бы, если это столь ценный предмет, то за ним нужно вернуться. Но девушка этого не делает. Почему? Возможно, у нее возникли новые трудности, и дорога в гостевой дом для нее оказалась закрыта. Связаться со мной она не может, но каким-то образом все же контролирует ситуацию.

Откуда такой вывод?

Ведь тот сон — это был вовсе не сон! Она сумела подключилась ко мне в момент моей самой большой расслабленности — во время сна и передала предупреждение. «Беги!» — сказала она.

И я побежал, как раз вовремя, не погибнуть вместе с остальными в гостинном дворе.

Элитный спецназ, спустившийся с небес. А ведь, если подумать, они пришли за тем, чтобы уничтожить флешку и попытались сделать это самым простым, но действенным методом — разрушив все вокруг. Но откуда они знали, что флешка все еще в здании? Если ее можно было засечь дистанционно, то и сейчас ее легко отследили бы. Но в Гараж никто не приходит. Тут что-то другое…

Свин и его друзья, возможно, так же пытались найти флешку на второй день, если знали про нее, или же просто хотели отомстить мне за собственное унижение.

Теперь же все думают, что я погиб, а флешки более не существует.

Но уже скоро, возможно, даже сегодня, станет известно, что я выжил. И охота начнется вновь.

Прочитать флешку я не могу, связаться со Сталиной тоже.

Оставалось ждать, пока кто-то из заинтересованных во флешке не выйдет на меня сам. Но это хреновый вариант. Ведь первыми могли выйти на след как раз те, кто снес с лица земли гостевой дом.

К счастью, помимо меня в гостевом доме обитали еще несколько крио — я видел парочку в самый первый день в коридоре. И понять, какой именно «головастик» нужен, им будет сложно. Мой порядковый номер они не знают, и это большой плюс.

Но все же лучше поостеречься. Рано или поздно Сталина отыщет меня — она обязательно придет за своей вещью. А до этого момента лучше быть тише воды, ниже травы, и не отсвечивать в инфополе.

Решено, так и сделаю!

Праздник постепенно стихал, урузы расходились по спальным местам. У девочек был обустроен дальний сектор — там обстановка выглядела гораздо уютнее, чем в секторе парней.

Никто не ругался, старшие помогали младшим. Хорошие ребята, правильные! Их бы светлые головы да в других целях… могли бы стать кем-то! Но, почитав в сети, я убедился, что у «отказников» выбор невелик и сводится либо к криминалу, либо к самой низкооплачиваемой работе.

Если бы я только мог им помочь, но для этого придется переделать весь этот чертов мир вокруг!

Впрочем, почему бы и нет?..

Глава 11

— Эй, нулевка, с добрым утром! Хм… смотрю, ты времени не терял и ушел в минус? Зря ты это, Великая Хтонь, очень зря! Выбраться из минусов почти никому не удавалось…

Я открыл глаза и увидел прямо перед собой знакомую физиономию. Красный нос, засаленные волосы, опять же, борода. Хряпа, собственной персоной. Механик, ожививший меня лучше любых врачей, только давший мне вместо нормального тела — тело робота. Впрочем, я не жаловался. Какого черта он здесь делает? А-а-а! Дошло! Это и есть тот самый «механик в кредит», которого вчера обещал Чук.

Мои манипуляторы резко взвились в воздух, схватив Хряпу за куртку сразу в четырех местах, перевернули его вниз головой и оставили болтаться в таком виде.

Лицо механика покраснело еще больше. Казалось, вены на лбу сейчас лопнут, а глаза выкатятся окончательно и навсегда.

Нет, лучше не рисковать. Я перевернул его в нормальное положение, но еще не отпускал.

— Ты чего это минусовка? За что? Я тебе ничего плохого не сделал! — Хряпа попытался было вырваться, но мой хват был крепким, и он, чуть подергавшись, успокоился и повис на манипуляторах.

А я подумал, что никаких претензий к Хряпе у меня нет. Человек просто делал свою работу, а возиться со всякими свежеиспеченными крио в его обязанности не входило.

Я поставил его на ноги. Хряпа потер запястья и сказал:

— Гляжу, Великая Хтонь, ты уже научился пользоваться своими возможностями.

— Тренируюсь потихоньку, — согласился я.

— А меня чего вызвали? Старшой уруз сказал, дело есть?

— Найдем для тебя дело, — согласился я, прикидывая, что можно выудить из механика за бесплатно. Выходило, что немногое. Он и сам выглядел, как жертва грабителей — весь потрепанный, помятый, словно только вышел из запоя на несколько минут, чтобы потом опять туда вернуться.

— А с деньгами как? — задал ключевой вопрос Хряпа.

Хорошо же сидели. Ну, все, как говорится, — началось.

— С этим пока хуже, но я вопрос решу.

— Ладно, — Хряпа почесал репу… то бишь голову и начал перечислять: — Если у тебя башка варит, в отличие от остальных крио, то тебе нужно человеческое тело? Но тут я не помогу.

— А чем поможешь? — не то, чтобы я рассчитывал на такую удачу, но все равно было обидно.

— Ты должен решить, какова будет наша конечная цель. Тут есть два варианта, либо делать тебя максимально антропоморфным, либо временно до лучших времен оставить корпус таким, как есть, но нарастить броню и вооружение. Что выбираешь?

Вопрос был, что называется, на засыпку. Конечно, я желал хотя бы внешне походить на человека. Две руки, две ноги, посередине гвоздик. С другой стороны, в моем положении важнее умение выжить, а это значит — броня и оружие.

— А нельзя ли совместить? — задал я логичный вопрос.

Хряпа думал долго. Он даже обошел вокруг меня три раза кругом, хмуря лицо. Что-то бормотал себе под нос и сгибал пальцы, видно, считая в уме.

А потом сказал коротко:

— Не получится.

Что же, попытаться стоило. С чего бы начать апгрейд в принципе? Что меня не устраивает в первую очередь? Конечно, это колеса. На них далеко не уедешь. Ну и хотелось бы дополнительного оружия, в этом мире без него никуда.

Все это я и объяснил Хряпе. Тут и Чук подошел послушать, и другие ребята собрались вокруг.

Механик откашлялся и важно начал:

— Ну, что я могу предложить, господа. Вместо двух левых манипуляторов — одну руку, левую, андроидную-многофункциональную. Иногда сбоит, но не слишком часто. Второй руки в наличии нет, но я поищу. Колеса можем демонтировать, а вместо них поставим траки. Будешь всепроходимый, но это скажется на скорости, она упадет до десяти километров в час. Маловато. Есть альтернатива — воздушная подушка. Колоса сворачиваются внутрь, потом вновь можно их выпустить. Сможешь парить на высоте тридцати сантиметров над любой поверхностью. Питаться будет от твоей батареи.

— Конечно, подушка! — тут я даже не сомневался.

— Еще пожелания?

— Хочу огнемет! — негромко, почти шепотом сообщил я свою детскую мечту.

— Это можно устроить, — пожал плечами Хряпа, — в корпусе есть ячейки для хранения топлива. Конечно, мы используем твердое топливо и выведем раструб на манипулятор. Да, опасно, но вполне действенно. Один из правых манипуляторов как раз и приспособим под это дело. Но от старых функций придется избавиться! Что оставляем, электрошокер или парализатор?

— Шокер! — ответил я без тени сомнения. — А нельзя ли его… хм… еще усилить?

— Можно, почему нет. Я даже могу поставить особую примочку, и ты, крио, будешь генерировать шаровые молнии и пускать их целенаправленно. Конечно, это скажется на заряде батареи, но она у тебя атомная, потянет.

Ого-го! Я смогу метать файерболы! Еще одна мечта моего детства! И никакой хреновой магии, сплошная наука!

Впервые я почувствовал, что это будущее мне начинает нравиться. Пусть понемногу, но, кажется, я в него успешно вливаюсь.

— Круть! — Чук сделал сальто на месте, что вовсе не гармонировало с его имиджем крутого и невозмутимого лидера, но удержаться от переполняющих его эмоций он не смог. — У нас будет свой метатель молний! А мне нельзя такое внедрить?

— Ну, если ты хочешь получить удар в двадцать тысяч вольт и развеяться пеплом, то без проблем, обращайся! — хмыкнул Хряпа.

— Нет, пожалуй, мне и так хорошо, — отозвался Чук и бросил короткий взгляд в сторону Инги, стоявшей чуть в сторонке.

— А что с прочим? Хотя бы шея, плечевой аппарат!

— Рука пойдет в комплекте с плечевой частью. Шею сделаем подвижной, возьму от битого андроида, должно быть совместимо. Извини, ничего больше в наличии нет. Но это вопрос времени: рано или поздно я найде все, что тебе потребуется.

— Сроки? — спросил я. Чем быстрее, тем, разумеется, лучше, но я понимал, что подобная сборка-разборка может занять прилично времени.

— Все займет пару дней. Сделаем в лучшем виде!

— Это мне подходит.

— Теперь по оплате, — скучным голосом продолжил механик, и все сразу помрачнели. Чук сделал знак остальным, чтобы отошли.

— Говори, — предложил я.

Но Хряпа не торопился. Он потер нос, потом громко высморкался, потом почесал зад. Видно было, что он волнуется.

Наконец, механик начал:

— Есть три момента. Первое — мне понадобится помощник и оборудование. Но это не проблема — дадите одного парня помозговитее, я его обучу, надо лишь немного места в гараже и подъемник.

Чук кивнул, потом чуть подумал и предложил:

— Если возьмешься обучать нашего и дальше, будем тебе платить. Нам нужен свой механик с опытом.

— Об этом после поговорим. Второе — крио, мне придется тебя отключить на время, а это огромный риск. Есть вероятность, что включить обратно не получится. Так что решай заранее, готов ты или нет. В нынешнем теле не так уж и плохо, скажу я тебе. Видел я и похуже. Тем более мозг не пострадал… пока что.

Чук вопроситель взглянул на меня, но у меня сомнений не было вовсе.

— Я беру этот риск на себя. Если вдруг не проснусь, ты не виноват.

— Ну что же, — Хряпа заметно повеселел, — тогда третий вопрос — оплата. Рука у меня имеется на примете, но за нее надо заплатить, а средств пока нет. Купим ее чуть позже. А вот подушку поставлю в качестве аванса. Урузам я верю на слово, а они за тебя ручаются, крио.

— Сколько за руку?

— Тыща с монтажом. Меньше не могу, редкость, антиквариат, можно сказать. Андроидов уже лет тридцать не производят… тем более таких…

Дьявол и все его приспешники! Мой долг растет не по дням, а по часам. Впрочем, тысячей больше, тысячей меньше… вот только не хотелось бы, чтобы в случае моей смерти задолженность перешла на Чука и его урузов.

Так я и сказал:

— Если меня угробишь, долг сгорает. Это мое условие. Но тогда можешь обратно забрать все детали, включая тело.

Хряпа почесал тыковку и кивнул.

— Справедливо. Кстати, крио, а тебе мэрия еще счет не выставила за разморозку и корпус?

— Нет, — напрягся я, — а что, должны?

— Само собой. Обдерут тебя, как липку. Закон восьмидесяти процентов еще никто не отменял, а за твое тело сдерут все сто, да еще и по очень завышенному курсу. Великая Хтонь, они там все жулики! Но советую заплатить, иначе дороже выйдет…

Я махнул манипулятором.

— Вот как пришлют счет, тогда и буду думать. Ты не закончил подсчет. Что с остальными частями?

— Еще тыща, — погрустнел Хряпа, — и вот эту сумму мне надо получить заранее. Придется выкупать кое-какие части, а это стоит денег.

Тысячи у меня, разумеется, не было, у урузов тоже. А если бы у них и водилась подобная сумму, и мне бы ее предложили, я бы не взял.

— Денег нет, — покачал я головой, вспоминая жалкие пятьдесят рублей на счете, — но я открыт к предложениям, как их заработать. Есть идеи?

Все помолчали, потом Чук сказал:

— Есть одна мысль, но вам обоим придется подписать трехсторонний акт о неразглашении.

Хряпа безразлично кивнул, буркнув:

— Мне плевать, я механик, на меня действует закон о конфиденциальности. Даже если менты насядут, то насильно из меня им ничего не вытянуть.

Я все же уточнил:

— Что за акт, поясни?

— В случае нарушения условий, помимо штрафа, который в нашем случае не будет указан, репутационная потеря составит тридцать единиц. Это все официально, и списывается системой автоматически. Условия не могут быть отменены до момента завершения договора.

Ого, прилично. Причем, личный рейтинг — важнее денег. Деньги заработать сложно, но реально, а вот поднять рейтинг до нужной высоты практически невозможно.

— Тогда подпишите и отправите! — потребовал Чук, подходя к одному из старых компов и что-то быстро набрав на клавиатуре.

У меня мигнуло входящее сообщение, я тут же его открыл — два документа.

В первом стандартный договор о временном сотрудничестве между «Товариществом „Уруз“», механиком К. Хряпиным и гражданином, временно ограниченным в правах, с порядковым номером XXX47.

Я скомандовал системе: «Подписать». Договор автоматически ушел отправителю и в общую базу.

Второй файл «Акт о конфиденциальности» я так же подписал и отправил.

Чук документы уже получил. И от меня, и от Хряпы, удовлетворенно кивнул и начал:

— Тема такая. База синтетиков. У них там много всего ценного хранится, это я точно знаю. Теперь мы с «лисами» можем действовать совместно, шансы на успех повысились. Конечно, придется с ними делиться, но лучше половина, чем ничего.

С этим я был согласен, пока что план звучал логично. Вот только я понятия не имел, кто такие синтетики и каким оружием они обладают.

— Я предлагаю за твою помощь пятую часть нашей добычи, Макс. С тобой мы справимся с ними. Даже те твои возможности, что есть сейчас, уже очень помогут. Если у нас будет защита от сирены, а у синтетиков нет, то половина дела сделано. А у лисов есть их гасилка — она добьет синтетиков. Я не могу назвать точную цифру, но первую тысячу Хряпе ты точно отдашь. А если повезет, то и полностью закроешь долг. Это уже что-то!

Он прав. Долги надо закрывать хотя бы по частям. В целом я был согласен с предложенным вариантом и собрался было сообщить об этом, но внезапно против оказался Хряпа.

— Крио не потянет, — безапеляционным тоном заявил он. — Может кого-то вырубит, но не больше. Вот если его сначала довести до ума, то его боевая эффективность повысится на триста процентов.

— Сам же сказал, деньги надо, — удивился Чук, — а это единственный способ их добыть.

Хряпа сделал загадочное выражение на лице и сказал:

— Есть еще один вариант! Гарантий не даю, но если нам повезет, то куш будет приличный…

— И что за вариант? — живо заинтересовался Чук. — Сколько людей потребуется? Оружие? Степень опасности? Если шанс верный, мы в деле!

Эти парни не упускали ни единой возможности заработать лишнюю копейку. Голодный, жадные до денег волчата, они будут рвать зубами всех, кто встанет на их пути.

— В этом-то все и дело, — темнил Хряпа, — пойдет один крио, другим там хода нет. Опасно, радиация, а у него корпус рассчитан на работу в космосе, и головная защита такая же. Ему там ничего не грозит, защита выдержит.

— Ну, говори скорее! Что за место?

Но механик не спешил. Он откинул кожу на запястье — я уже видел этот фокус прежде и набрал что-то на экране.

Вновь щелкнуло входящее сообщение, и у Чука тоже.

Ладно, поглядим, что Хряпа отправил.

Бог ты мой! Еще один договор, и тоже составлен по всем правилам. Да тут каждый первый — юрист-любитель! Крючкотворы!

Что тут у нас? Опять договор «О временном сотрудничестве в сфере логистики». Хм, никаких подробностей Хряпа не написал, зато четко разделил доли от потенциальной добычи. Механику должно было отойти половина, тридцать процентов мне и двадцать урузам на всех.

Чук возмущенно поднял на него глаза и хотел было что-то сказать, но Хряпа опередил.

Усталым и чуть смущенным голосом он сказал:

— Я ношу эту тайну с собой уже много лет. Поверь, уруз, если крио справится, то даже двадцать процентов будет очень приличной суммой. Тридцать — ему за риск. Ну и мои пятьдесят. Это справедливо, ведь без меня ничего не будет в принципе.

Парень подумал и выдвинул встречное предложение:

— Хряпа, я все понимаю, то это не годится. Ты хочешь отдать нам, урузам, всего лишь пятую часть — это мало. У нас — база, кое-какое оборудование, люди, а тебя — неизвестно что. Ладно, Макс, он имеет право на тридцать процентов за риск. Да и вообще, он один будет подвергаться опасности, так что и пятьдесят не жалко… Предлагаю иное распределение: урузам -тридцать, Максу — тридцать и тебе ровно столько же. Получается девяносто. Оставшиеся проценты пойдут в общак. Если дело выгорит, нам потребуется общая касса.

Мне было все равно, мои проценты не менялись при новом раскладе, а вот механик выглядел недовольным.

— Пойдем со мной, Хряпа, — предложил я, — и я отдам тебе лишние двадцать процентов.

Этого механик совершенно не желал.

— Ладно, согласен, пусть будет так, как сказал Чук. Сейчас пришлю исправленный договор.

Через минуту я уже подписывал свою копию и отправил ее Хряпе. Чук сделал тоже самое. Теперь все были более-менее довольны.

И как только механик получил уведомление, то вновь привел запястье в порядок и, понизив тон, чтобы никто не подслушал, произнес:

— Я знаю, как добраться до старого правительственного бункера. Мы все разбогатеем!

Глава 12

Я ехал по старому, темному туннелю, подсвечивая себе путь встроенными фарами корпуса. Точнее сказать, не ехал, а парил на новой воздушной подушке, которую Хряпа установил мне до начала операции за свой счет, решив, что так будет надежнее, а небольшие инвестиции пойдут проекту только на пользу.

Колеса тоже остались при мне, потому как подушка нужна была далеко не всегда, и управлять корпусом с ней было куда сложнее. Но в некоторых случаях она оказывалась просто незаменимой и удобной, это я признавал. Мягкий плавный ход, без толчков и учета мелких камней и выбоин, коих в туннеле оказалось очень много.

Вот только поворачивать и тормозить приходилось подручными средствами, а именно — манипуляторами. Хряпа обещал позже установить иную систему, но это лишь в случае удачи нашей затеи.

Когда все формальности между нами были улажены, он поведал свой, без сомнения, гениальный план, основанный на старой, непроверенной информации, украденной сорок лет назад.

И все же, поразмыслив, я решил, что игра стоит свеч.

Расклад получился следующий: много лет назад, еще только начиная свой трудовой путь и не успев выплатить государству даже пять процентов за использование собственного тела, Хряпа, тогда еще молодой стажер Карлос, был направлен работать в архив одного из отделений мэрии Града, находившийся на нулевом уровне.

В те годы Град был уже полностью отстроен и забит людьми под завязку, а вот некоторые из нынешних законов еще только формировались.

В том архиве Хряпа и наткнулся на папку с грифом «Совершенно секретно», которая завалилась за один из стеллажей и, видимо, считалась утерянной.

А в папке была… дорога к эльдорадо!

Подробный план прохода к правительственному бункеру, находящемуся много глубже самого нижнего уровня. А главное — в папке были изначальные коды, отпирающие толстые двери бункера — без них сам план был бесполезен. Даже, если шифрокод сменили после, начальные коды все равно должны были открыть двери - на этом и строился план Хряпы.

Сначала планировалось строить больше подземных уровней, но позже все изменилось и ограничились тем, что уже имелось. Но бункер заложили именно с учетом того, что стройка продолжится. Прорыли несколько параллельных туннелей, сделали скоростной лифт, набили бункер всем необходимым.

А потом что-то произошло. Что именно, в документах указано не было. Но проект «Бункер» закрыли, даже не достав из него те припасы, которые там хранились.

Каким образом эти документы оказались в архиве мэрии, Хряпа не знал, но сразу понял, что лучше про это никому не говорить.

Хряпа несколько раз пытался попасть вниз. Сначала он попытался отыскать, где располагался скоростной лифт, но обнаружить его не сумел. Да и коды у него имелись лишь от нижних гермодверей, так что, даже найди он лифт, вряд ли сумел бы его запустить. Первая попытка провалилась.

Позже он пробовал еще раз, и вновь в одиночку. Прихватив рюкзачок с продуктами, оружие и фонарь, Хряпа пошел одним из туннелей, который оказался полностью завален. Он вернулся к началу и попробовал другой путь — и снова неудача.

С третьего раза повезло, наконец, он обнаружил чистый ход, который потенциально мог привести к цели. К счастью, в тот раз у него был при себе счетчик Гейгера. Когда прибор затрещал, показывая избыточный уровень радиации, механик со всех ног бросился назад.

Излучения оказалось недостаточно, чтобы убить, но идея лезть дальше в одиночку более его не прельщала.

Помимо радиации, Хряпа клялся, что слышал некие звуки, описать подробно которые за давностью лет он уже не мог. Помнил лишь, что они ему крайне не понравились.

Внимательно слушая его рассказ, мне показалось, что вовсе не радиация остановила механика. Эти звуки… он говорил о них с явных страхом в голосе. В конце концов, от радиации можно найти защитный костюм, но больше попыток прорваться вниз Хряпа не совершал…

Может, будь у него своя команда, которой можно доверять, механик и решился бы на следующий заход. Но он не верил людям, и отложил реализацию плана до лучших времен.

И вот, спустя много лет, ему под руку подвернулся я, которого, в целом, не жалко. Но если дело выгорит…

Туннель уходил вниз под не слишком крутым углом, множество раз изгибаясь, делая повороты и временами разделяясь на несколько ходов-отводов, но поначалу двигаться было довольно удобно — это был проход для техников и рабочих, этакий строительный лаз, и мой корпус проходил все повороты без проблем, и ширины ходы было вполне достаточно.

До сих пор все шло спокойно. Я создал отдельную карту и построил маршрут на основе слов Хряпы. Вышло не ахти как, но иного плана у нас не имелось.

Помню, в мое время самым глубоким автодорожным туннелем был Эйксуннский — он уходил ниже уровня моря почти на триста метров.

Тот бункер, к которому продвигался я, находился гораздо глубже — Хряпа не мог назвать точные цифры, но, думаю, спускаться мне придется минимум на полкилометра ниже минус пятого уровня Града, но не вертикально вниз, а делая своего рода круги по спирали, постепенно углубляющейся вниз. Так глубоко бункеры обычно не строили — это был единственный в своем роде, экспериментальный… но эксперимент не удался.

Наружный датчик показывал, что примерно на каждые сто метров вниз температура поднималась на три градуса по Цельсию — не критично. Даже если спуститься на пару километров, то даже не замечу. Мне же не придется нырять в Кольскую сверхглубокую скважину на глубину двенадцать километров — вот там воистину жарко — настоящий «портал в ад» с температурой в нижней точке в двести двадцать градусов!

Механик клялся, что первые два-три часа не будет никаких проблем, если ход, конечно, до сих пор ничто не завалило.

Но проблемы начались гораздо раньше.

Примерно через час, когда туннель сделал очередной поворот, фонарь на корпусе высветил нечто странное. До этого момента стены туннеля были частично покрыты мхом и плесенью, а пол был либо земляным, либо каменным, в зависимости от места, где я проезжал. Стены же были надежно укреплены всевозможными подпорками, а в некоторых местах арматурой с залитым внутрь бетоном. Кое-где грунт оказался заморожен специальными методами. Временами я встречал валяющиеся инструменты, шлемы рабочих и даже брошенные вагонетки на рельсах, ведущих в никуда — те штреки уже давно находились под завалами. И еще пыль! Откуда в старом туннеле столько пыли, если вентиляция не работала уже черт знает сколько лет? Риторический вопрос, но в некоторых местах она доходила высотой до середины колеса.

Все это было до этого места. Обычный поворот, которых я прошел уже множество, новый короткий штрек.

Я замер на месте.

Луч света высветил, что и стена, и пол, и даже потолок — все вокруг шевелится, словно живое!

Мать моя — новая королева Британии! Что здесь происходит?

Это была уже не плесень, тут гнездилась жизнь. Ведя фонарем из стороны в сторону, я видел, как колышется то, что покрывало стену, но никак не мог разобрать, что именно я вижу.

— Включить кратность бинокля четыре! — скомандовал я.

Мля! Вот теперь я все разглядел в подробностях. Это были жуки — всевозможных видов, форм и оттенков цвета. Крупные и мелкие, с крыльями и без, с толстыми блестящими брюшками и нервно пощелкивающими жвалами.

Сколько хватало луча фонаря, жуки были везде.

Б-р-р-р! Меня непроизвольно передернуло. Ненавижу всех этих тварей, куда больше, чем Индиана не любил змей.

Луч поймал брошенную кем-то старую каску, на которой еще можно было прочесть выцветшие буквы: «Практикант».

Ага, понятно, это и была точка возврата Хряпы. Именно до этого места он добрался, а потом в панике убежал обратно. Но он сказал, что сделал это из-за повышенного уровня радиации.

Хм… мои встроенные датчики показывали, что повышение, и правда, было, но не критичное. Для человека опасности оно не представляло.

Неужели Хряпа настолько испугался жуков, что страх победил даже желание разбогатеть? Нет, тут явно было что-то еще, до чего я пока не добрался.

Пойду ли я дальше? Несомненно! Но двигаться буду исключительно на воздушной подушке. Из-за разноцветного шевелящегося ковра я совершенно не видел пол туннеля, а попасть колесом в крупную яму и перевернуться набок не хотелось.

Врубив среднюю скорость, воздушной волной я вновь поднял вокруг себя груды мусора, скрываемых жуками, и самих жуков. Десятки тысяч взвились вверх, заполнив собой весь туннель, бросались во все стороны, в том числе на мою лицевую броню, за пару минут загрязнив ее до невозможности.

Дворников, как на автомобиле, у меня не имелось, процесс очистки проходил с помощью манипулятора, но сейчас я старался миновать эту зону как можно скорее, и двигался практически вслепую, надеясь, что область обитания жуков рано или поздно закончится.

Жуков раскидывало в стороны, некоторых давило, остальные кружились и кружились надо мной, впервые за многие годы потревоженные в своем убежище.

Луч фонаря практически не пробивался сквозь плотную завесу, но я уверенно пер вперед — по плану Хряпы в этом месте не было разветвлений, а если бы они и имелись, то я бы все равно не заблудился — в совсем узкие отводы я бы не пролез.

— Внимание! Опасность! — мелодичный женский голос зазвучал очень неожиданно. — Внимание! Опасность!

Да это же моя система — она иногда говорила со мной, если в ее памяти находились соответствующие ситуации голосовые схемы.

— Что за опасность? — спросил я так же вслух.

— Уровень химикалий, выбрасываемых окружающими насекомыми, достигает критической отметки. Могут быть повреждены некоторые элементы корпуса! Рекомендуется покинуть опасную зону как можно скорее!

И тут же справа на экране замигал красный восклицательный знак.

Вот так новости! Уж от жуков я такого никак не ожидал. Впервые слышу, что они могут вырабатывать нечто ядовитое для человека, а уж тем более для робота. Хотя, вроде бы жуки-бомбардиры выбрасывают некую субстанцию в воздух в виде аэрозоля, но чтобы навредить этим мне? Невероятно!

Кажется, здесь в старом туннеле они достигли новой ступени… если не эволюции, то опасности. Что-то подействовало на них, ускорило процессы, сделало опасными.

Хряпа был прав, человеку здесь не выжить, даже в самом мощном защитном костюме. А крупному экранированному транспорту не проехать — слишком узкий туннель.

Я врубил максимальную скорость и, не разбирая дороги, помчал вперед, одновременно врубив сирену на самую высокую частоту.

Вокруг меня разыгралась настоящая буря — ветер и сирена не убивали жуков, но отпугивали их, отбрасывая целые облака из летающих тварей вперед, назад и в стороны, где они волнами растекались по стенам, чтобы тут же вновь собраться в единое облако.

И при этом не забывали бомбардировать меня своей поганой химией.

Я собрал манипуляторами целый отсек жуков для изучения, и тут же врубил внутреннюю заморозку — была у меня такая фича. Потом проверим, что вы из себя представляете.

Предупреждающий сигнал мигал теперь с удвоенной частотой, напоминая о необходимости свалить как можно дальше. Но я и так делал все от меня зависящее, чтобы убраться отсюда.

Ай-да Хряпа, ай-да сукин сын! Ни слова не сказал об этой опасности. Но, может, в прошлый его приход их еще не было в таком количестве? Если я выберусь обратно, то обязательно спрошу с него… крепко спрошу!

Когда восклицательный знак замигал еще быстрее, я, наконец, прорвался сквозь жучиное царство, так особо и не навредив его обитателям и лишь потревожив их.

Я вылетел в небольшой искусственный зал, предназначенный под временный склад. Сейчас зал был совершенно пустым, лишь несколько сломанных ящиков, перевернутых набок, валялись на полу, катушки с остатками кабеля, да старые инструменты.

Зато тут не было жуков!

Все это я смог разглядеть сквозь крохотный чистый островок на моей лицевой броне.

— Требуется провести процедуру очистки! — вновь заговорила со мной система.

— Запустить процедуру! — скомандовал я безо всякой надежды на успех, но невидимая девица меня обрадовала.

— Процедура запущена!

Как именно шла очистка, я не видел — весь защитный купол был сильно загрязнен, но что-то явно происходило.

Через минуту стекло просветлело, и я различил свет от фонаря на одной из стен.

— Процедура очистки завершена! — сообщила система, и раздражающий восклицательный знак исчез, наконец, с экрана.

— Спасибо тебе, родная! — от всей души поблагодарил я.

— Рада стараться, вашбродие! — голос звучал мелодично и нежно. И с юмором все в порядке. Значит, это вовсе не был шаблон, как я подумал вначале, а как минимум искусственный интеллект первых поколений.

— Ты управляешь этим телом? — спросил я.

— Никак нет, я только слежу за работоспособностью всех систем.

— Почему же раньше ты не проявляла себя и не говорила со мной?

— Не было причины. Все системы работали стабильно, а указывать владельцу, как он должен действовать, я не могу.

Хм, звучало логично.

— А помешать в случае угрозы?

— Полный запрет.

Интересно, неужели, три пресловутых закона робототехники все же внедрили в ИИ? Но искусственный интеллект всегда отличался тем, что очень легко обходил все законы и столь же легко врал, точнее сказать, лукавил. По крайней мере, так было в мое время. Очень надеюсь, что в дальнейшем этот косяк исправили.

— У тебя есть имя?

— Алиса.

Прекрасное имя! Всегда хотел назвать так дочь, но у меня рождались одни сыновья.

И, конечно, как же еще назвать столь продвинутую технологию — лишь именем, которое у каждого человека моего времени ассоциировалось со светлым будущим. Или же, как минимум, с полным провалом в черную дыру апокалипсиса в погоне за белым кроликом технологий.

— Искусственный интеллект, разработанный министерством обороны Российской Федерации, версия 3.2.0, полностью автономная, последующий апдейт не предусмотрен, — продолжила между тем Алиса. — Цель разработки: управление механизмами, включая удаленное управление дронами, тактическое планирование. В боевых действиях не участвовала. Списание на склад по причине устарелости модели. Дата выхода из режима ожидания — на сутки раньше интеграции биологического разума.

Получается, Алиса тоже проспала все самое интересное и проснулась всего лишь за день до меня. Мы с ней оба старички, но молоды душой. И пусть Алиса — старый образец, находившийся в режиме сна кучу десятилетий, но и я — сродни ей, однако, еще шевелюсь. Старая гвардия рулит!

— Меня зовут Макс. Отставить все эти вашбродия! Откуда ты вообще этого набралась?

— Хорошо, Макс. Так меня просил обращаться мой последний оператор. Но я не слышала его голос уже шестьдесят восемь лет.

Ого! Долго же корпус провалялся на складе за невостребованностью. Странно, ведь вполне себе надежный, рабочий агрегат.

— Алиса, прошу тебя выводить на экран все важные данные, которые я могу случайно пропустить. Если что-то очень срочное — обращайся вслух. Мне так проще!

— Хорошо, Макс.

Славно, мне приятно было ощущать, что я не один в этом туннеле. Конечно, Алиса — не живой человек, но даже в мое время искусственный интеллект вполне мог имитировать разум, и я был уверен, что в дальнейшем это направление только развивалось.

— Алиса, задача — проанализируй причины появления жуков на этой глубине, а так же их атакующие свойства, которых быть не должно!

— Принято к исполнению, Макс.

Вот и славно, теперь Алисе будет чем заняться, а я поехал дальше.

За все это время я не преодолел и половины пути, а уже вляпался в проблемы, которые вполне могли стать последними в моей жизни. Но это же надо — яд начал портить механизм, рассчитанный на космический абсолютный ноль температур и все возможные неприятности. А если бы кислота разъела мой защитный купол? Фе-е-е, жуткая смерть. Благо, ее удалось избежать… хотя мне еще придется возвращаться той же дорогой, ведь иного пути не существует. Надо будет заранее придумать, как миновать жуков, оставшись при этом целым и невредимым. Моя сирена их особо не испугала, яркий свет тоже. Уверен, пара электрических разрядов прикончила бы массу жесткокрылых, но остальные напали бы вновь. Жаль, что Хряпа не интегрировал мне обещанные шаровые молнии — вот они как раз могли реально помочь.

Не буду мечтать о том, чего нет. Буду довольствоваться тем, что имеется. К примеру, Алиса — очень удачное приобретение, о существовании которого я и не подозревал. Один ум хорошо, а голова плюс искусственный интеллект — еще лучше!

Стены и пол туннеля, насколько я видел в свете фонаря, стали желтого цвета, хотя прежде, в самом начале спуска, они были красными.

Ну что же, дорога из желтого кирпича, поглядим, куда ты меня приведешь!