Голос изо льда

Глава 1

2006 год, Антарктида. Холодная ночь на борту научно-исследовательского судна «Полярник».

— Ну что, друзья, мы прибыли! — сухой, надрывный хохот Даниэля трещал, будто лёд под ногами, проникая в самые кости. Остальные четверо мужчин, съежившихся в кают-компании, почувствовали, как по спине пробежали мурашки. Мороз был не только снаружи, но и внутри корабля, просачиваясь сквозь каждую щель. Глаза Даниэля горели лихорадочным блеском, когда он оглядывал команду. — Мы найдем здесь то, что тысячи лет спит подо льдом, то, о чем шепчут старые карты! То, что никто не осмеливался будить!

— Но, босс, как мы вообще выживем в такой мороз? — Марио, самый молодой и наименее опытный из экспедиции, дрожа, спросил. От ледяного воздуха, проникающего даже в каюту, обжигало легкие, каждый вдох был болезненным.

— Тихо, вы! — рыкнул Даниэль. — Мы — исследователи, путешественники, первооткрыватели! Мы изведаем Антарктиду, найдем что-то великое, заявим о своем открытии и получим награду! — Его взгляд, полный решимости, задержался на каждом из них, и в нем промелькнула стальная угроза.

Когда судно коснулось твердой земли, раздался глухой удар. За бортом царила непроглядная тьма, но сквозь иллюминатор слышался яростный вой ветра, бушевала метель, снежная пыль хлестала по стеклу.

— Ну что, отправимся на поиски и исследования? — произнес Даниэль, не отрывая взгляда от бурлящей за окном тьмы.

— Но сейчас ночь, мы только потеряем время и силы зря! — внезапно подал голос Владимир, старший по опыту, чье лицо уже почти побагровело от лютого холода. — Предлагаю отдохнуть. А утром, с первыми лучами солнца, выйти на разведку и вернуться на корабль до заката. Так мы хоть немного сбережем себя от лютого холода.

Трое других мужчин – Дэвид, Бажен и Марио – согласно кивнули, не смея перечить Владимиру.

Даниэль заскрежетал зубами. Его кулаки сжались, побелевшие костяшки выдавали скрытый гнев. В кают-компании стало так тихо, что был слышен только треск мороза. Наконец, он кивнул: — Ладно, так и быть. Сейчас отдохнем. Но если завтра будете клячить, спать будете на улице! — В его голосе отчетливо звенели злые, едва сдерживаемые нотки.

Глава 2

Корабль метался, словно пойманная птица, под яростными порывами ветра. Все мужчины, кроме Даниэля, погрузились в тяжелый сон. Он же бредил, его мысли крутились от безумных идей до невозможных предчувствий. Остальные спали глубоко, их лица были бледными, почти синюшными, а тела дрожали от поселившегося в каждом холода и напряжения.

Сгустилась глубокая ночь. За бортом, посреди безмолвной Антарктики, всё ещё выл сильный ветер. Когда Даниэль, наконец, начал поддаваться дремоте — веки его тяжелели, тело расслаблялось — он вдруг уловил странный, протяжный вой. Звук, похожий на треск ломающейся льдины, или… крик?

— Уууууууу… — послышался снова вой, и теперь к нему добавился тяжёлый топот, будто что-то массивное волокли по палубе или по льду снаружи.

Даниэль распахнул глаза, резко сел. Вскочив, он нащупал на тумбочке мощный фонарь, и его луч метнулся к иллюминатору, пытаясь пронзить кромешную тьму. И тогда он увидел тень. Нечто огромное, расплывчатое, движущееся у борта корабля, там, где не должно быть ничего живого.

Он вздрогнул, огляделся на спящих соратников. Все продолжали дрожать во сне, ни один не пошевелился. Нахмурив густые брови и облизнув пересохшие губы, Даниэль вернулся на своё место. Едва он снова улегся, как вой повторился, на этот раз ближе, и к нему примешался мерзкий скрежет, будто когти скребли по металлу обшивки.

— Уууууууу…

Даниэль резко поднялся, грудь его вздымалась и опускалась с бешеной скоростью. Сердце колотилось, как молот, а челюсти так сжались, что заболели.

— Кто здесь?! — крикнул он, его голос дрожал — от пробирающего до костей холода или от вырывающегося наружу ужаса, было не разобрать. — Выходи! Я тебя не боюсь!

Но ничего не происходило. Даже Бажен, Дэвид, Марио и Владимир не пошевелились на его крик. Казалось, они провалились в сон настолько глубоко, что ничто не могло их разбудить.

Даниэль простоял так ещё несколько минут, затем осторожно лёг обратно, пытаясь вновь погрузиться в сон. И в какой-то момент, под аккомпанемент этих странных, тревожащих звуков, идущих извне, он всё-таки уснул, но сон его был полон смутных, липких кошмаров.

Глава 3

Солнце, если этот слепящий ледяной диск вообще можно было так назвать, медленно выползло над горизонтом, окрашивая бескрайние льды в холодные оттенки розового и синего. Света это не принесло. Мороз проникал повсюду: казалось, за ночь даже внутри судна температура упала ниже нуля.

Даниэль проснулся первым. Невыспавшийся, с тяжелой головой и покрасневшими глазами, он с трудом оторвался от койки. Ночные звуки — тот жуткий вой и скрежет — при свете дня казались лишь плодом уставшего разума. Так он пытался себя убедить. Вот только липкий страх, пережитый в темноте, никуда не делся, осев неприятным осадком на дне души.

Он огляделся. Остальные — Владимир, Дэвид, Бажен и Марио — всё еще спали. Их лица были бледными, почти синюшными, а тела под тонкими одеялами мелко дрожали. Казалось, кошмары настигли и их. Владимир, самый опытный из них, лежал, плотно стиснув зубы, будто продолжая сражаться с кем-то невидимым во сне.

Даниэль грубо пнул ногой ближайшую койку.

— Подъём! Хватит отлеживаться! Солнце уже высоко. Нас ждут великие открытия, а не барахтанье в кроватях!

Четверо мужчин нехотя разлепили веки. Стоило им откинуть одеяла, как их тела пронзил озноб — по коже крупной сыпью побежали мурашки.

— Давайте подкрепимся, — предложил Бажен. Он уже стоял у умывальника, плеская в лицо ледяную воду. Его нос мгновенно стал багровым. — Жуть как холодно, — пробурчал он, яростно растирая кожу полотенцем.

Остальные, глядя на него, даже не прикоснулись к воде. Умываться в таком холоде казалось изощренной пыткой.

Даниэль выложил на стол консервированное мясо, хлеб и всем плеснул в кружки виски. Они ели быстро и жадно, почти не разговаривая. Хлеб исчезал мгновенно, крошки летели на пол. Благо, запасов на борту хватало на год, а то и на два — если, конечно, они проживут здесь столько.

Закончив, мужчины быстро собрали рюкзаки. Фонари, запасные батарейки, сухпаек. Марио прихватил спички и теплые вещи на всю группу. Владимир же, вопреки логике короткой вылазки, пристегнул к рюкзаку тяжелую палатку. На немой вопрос товарищей он лишь хмуро промолчал.

Едва они сошли с борта на лед, их окутала стужа. Кожа на лицах мгновенно натянулась, а ледяной воздух обжег легкие, заставляя дышать часто и мелко. Ноги коснулись вечной мерзлоты Антарктиды. Под сапогами было предательски скользко, но они упрямо двинулись вперед.

— Исследуем ту пещеру в десяти метрах отсюда, а потом сразу назад, — скомандовал Даниэль. Его голос, хриплый и дрожащий от холода, звучал неубедительно, но он пошел первым, хотя его плечи заметно сотрясались. — Давайте быстрее! — противно добавил он, оборачиваясь.

— Вечно он командует, хотя он нам не босс, — негромко пробурчал Бажен, глядя Даниэлю в спину.

— Он "мой"босс, — вздохнул Марио. Он не мог забыть, как Даниэль буквально заставил его отправиться в этот ледяной ад.

Владимир и Дэвид лишь усмехнулись. У Дэвида усмешка вышла кривой и какой-то зловещей.

— Не ссы, — внезапно бросил Дэвид холодным, как окружающий лед, голосом. — Я же здесь.

Глава 4

У самого зева пещеры, когда мужчины уже достали фонарики, их лучи вспороли вековой мрак. И в этот момент Даниэль вновь услышал "это".

— Ууууууу…

Звук был похож на треск ломающегося хребта огромного животного, переходящий в пронзительный, потусторонний крик. Даниэль, охваченный первобытным ужасом, начал крутиться на месте. Луч его фонаря лихорадочно прыгал по ледяным наростам, выхватывая из темноты уродливые тени.

— Слышите? — его голос сорвался на хриплый вскрик. — Вы слышите это?!

Остальные замерли, нахмурившись. Теперь уже никто не мог отрицать очевидное: к вою ветра добавился отчетливый, тяжелый топот и странный, сухой шорох, будто по льду волочили что-то огромное и жесткое. Ветер внезапно взревел, бросая в лица горсти колючего снега.

Первым не выдержал Даниэль. Издав нечленораздельный вопль, он бросился назад к кораблю. Он бежал неуклюже, скользя и падая на колени, обдирая руки о лед, но тут же вскакивал и мчался дальше, не оборачиваясь.

Остальные, поддавшись общей панике, рванули следом. Но Даниэль был быстрее — страх придал ему сил. Добежав до судна, он первым заскочил внутрь и, прежде чем последний из его товарищей успел коснуться поручней, с грохотом захлопнул тяжелую стальную дверь.

Щёлкнул засов. Даниэль, тяжело дыша, сполз по переборке и намертво зажал уши ладонями, зажмурившись до боли.

В дверь неистово забарабанили.

— Босс, открой! Открой, черт тебя дери! — это был голос Марио. Сквозь толстый металл его крик казался тонким и жалким. Парень икал от ужаса, его голос срывался на рыдания. — Пожалуйста… оно здесь… оно близко!

Снаружи послышались глухие удары — Владимир и Дэвид пытались навалиться на дверь, выбить её плечами, но Даниэль, обезумев, уперся ногами в стену, всем весом удерживая рычаг замка.

— Нет! — визжал он, заходясь в истерике. — Вы слышали этот звук?! Вчера он тоже был! Оно пришло за нами! Там монстры… я не пущу их внутрь! Не пущу!

Глава 5

Внезапно Владимир произнес: «Пойдемте в ту пещеру, у меня в рюкзаке есть палатка. Там мы хотя бы немного укроемся от мороза». Все остальные согласно кивнули, и они двинулись обратно к пещере.

Снаружи воцарилась тяжелая, ватная тишина. Даниэль не слышал, как Владимир приказал остальным уходить к пещере, чтобы попытаться выжить в палатке. Он лишь сидел, вцепившись в рычаг люка, и ждал.

Внезапно в дверь снова постучали. Три мерных, спокойных удара.

— Босс, открой дверь. Пожалуйста… здесь очень холодно, — раздался голос Марио. Но в нем было что-то не так. Голос звучал слишком плоско, монотонно, будто запись на заезженной пластинке. От этого звука кожа Даниэля покрылась ледяными мурашками. — Откры-ы-ы-вай…

По металлу скрежетнуло. Звук был такой, будто по двери прошлись стальными когтями, оставляя глубокие борозды. Даниэль задрожал, на глаза навернулись непрошеные слезы страха.

— Уйди, чудовище! — взвизгнул он, срываясь на фальцет. — Я… я не боюсь тебя! Слышишь?!

Слова прозвучали жалко. Тварь за дверью замолчала на мгновение, а затем голос, похожий на человеческий, исказился. Он стал противным, хриплым, с клекочущими птичьими нотками:

— У-у-у-у… От-кры-ва-а-а-й! — снова скрежет, от которого заломило зубы.

Внезапно где-то поодаль послышался быстрый, тяжелый топот по обледенелой палубе.

— Эй! Ты кто?! — это был настоящий голос Марио, донесшийся откуда-то снизу, со льда. А следом раздался полон агонии крик: — Помогите! О боже, помогите-е-е!

Даниэль, задыхаясь от страха, подтянулся к иллюминатору. Его трясло так, что он едва не выронил фонарь. Он прильнул к стеклу и в свете полярного сияния увидел "это".

Нечто темное, бесформенное, напоминающее огромный комок спутанной шерсти и острых конечностей, тащило Марио за ногу по ослепительно белому снегу. Парень отчаянно цеплялся пальцами за лед, оставляя глубокие борозды, но тварь была неумолима. Из разорванной шеи Марио на девственно чистую поверхность Антарктиды густыми толчками выплескивалась темная, почти черная кровь, проплавляя снег.

Еще секунда — и тьма поглотила их обоих, оставив после себя лишь длинную алую полосу, ведущую в сторону пещеры.

Глава 6

Ледяной зев пещеры сомкнулся над ними, поглотив в свою сырую, первобытную утробу. Здесь, в этой каменной глотке, яростный вой ветра сменился гнетущей тишиной, которая давила на перепонки. Пульсирующее сердце Владимира отдавалось в ушах тяжелыми ударами. Облачка его пара, словно призрачные души, вырывались из губ и бесследно таяли в полумраке.

— Быстрее, ставьте палатку в углу, где меньше дует! — резкий, почти надтреснутый голос Владимира пронзил затхлый воздух. Он сбросил рюкзак. Пальцы, окоченевшие и непослушные, как чужие, боролись с застежками.

— А как же Марио? — голос Бажена оборвался жалкой нотой. Он прижался к ледяной стене и медленно сползал по ней, словно подрезанный цветок. — Вы слышали… как он кричал? Мы должны вернуться!

— Некуда возвращаться, — отрезал Дэвид. Это прозвучало как приговор. Он стоял у входа, вглядываясь в бездонную тьму, и в его руке тускло блеснуло лезвие охотничьего ножа. — Его больше нет. Тот, кто его взял, не отдает добычу.

Бажен закрыл лицо руками, его плечи сотрясались от беззвучных рыданий. Владимир хотел возразить, но слова застряли в горле, словно острые осколки льда. Он направил луч фонарика вглубь пещеры, и вдруг свет выхватил нечто ужасное...

На своде пещеры, прямо над тем местом, где они стояли, что-то густо краснело. Оттуда, медленно и тягуче, капала свежая кровь. Она разбивалась о лед у их ног с тихим, влажным звуком. Кто-то или что-то притаилось там, наверху, в складках ледяных наростов.

— Нам надо уходить… — прошептал Владимир, и в его голосе впервые прорезался животный страх.

Дэвид нахмурился, в его глазах тоже мелькнул испуг. Он тяжело сглотнул:

— Мы не можем. Снаружи мы — легкая цель. Темно, мы не найдем дорогу к кораблю. А если и найдем — Даниэль заперся изнутри, этот трус нас не пустит. Придется ждать рассвета здесь. Живо в палатку!

Дэвид и Владимир, подхватив Бажена под руки, затащили его в палатку. Внутри, в тесном пространстве, их дыхание немного согрело воздух, но не успокоило нервы.

— Марио ведь погиб, да? — прошептал Бажен, стуча зубами. — Чудовище… оно ведь придет за нами?

— С чего ты взял? Нет никакого чудовища, — попытался успокоить его Дэвид, но его рука, сжимающая нож, заметно дрожала. — Наверное, парень просто ранен. Отлежится где-нибудь…

Он сам не верил в эту ложь. Измученные холодом и ужасом, они в конце концов провалились в тяжелое, липкое забытье, которое нельзя было назвать сном.

А в это время на корабле Даниэль, терзаемый видением окровавленного льда, метался по каюте. Безумие медленно запускало в него свои когти. В конце концов, обессилев от собственной трусости, он привалился спиной к запертой двери и забылся коротким, тревожным сном. Ему снилось, что Марио стучит в стекло иллюминатора... но вместо пальцев у него были длинные костяные спицы.

Глава 7

Ночь плотным саваном окутала запертое судно. Даниэль проснулся не от звука, а от ощущения чужого, ледяного дыхания, которое, казалось, просачивалось сквозь стальную обшивку. С той стороны двери донесся знакомый голос:

— Босс… это Марио.

Даниэль похолодел. В голове забилась одна мысль: «Этого не может быть! Его же утащили!»

— Я лежу на льду, босс… теряю кровь. Мне так холодно в этой пещере, — голос Марио звучал тускло, но отчетливо. — Открывай дверь. Ты не пустил меня… Если бы пустил, я бы выжил. Но тогда… — голос внезапно исказился, в нем зазвучали торжествующие, нечеловеческие нотки. — Тогда монстр забрал бы тебя первым. Потом Дэвида, затем… — чудовище с голосом мертвеца издевательски рассмеялось. — Он забрал самого слабого, Бажена. Потом меня. А в конце — Владимира. Знаешь, почему его последним? У него есть тайна, которую он еще никому не показывал…

Даниэля сотрясало в лихорадке. Он забился в угол каюты, задыхаясь от ужаса, на грани обморока.

Тем временем в пещере трое выживших так и не смогли погрузиться в глубокий сон. Тишину палатки нарушил звук, от которого кровь застыла в жилах: кто-то медленно обходил их убежище. Тонкие когти аккуратно, почти нежно, скользили по нейлону, не разрывая его, а лишь пробуя на вкус.

— Вы тааааам? — прозвучал искаженный, вибрирующий голос. — Слыыыышите меня? Не видели мою кровь на стенах? И всё равно не ушли?

Голос внезапно сорвался на оглушительный звериный рык, от которого заложило уши. Мужчины замерли, боясь даже дышать. Дэвид прижал палец к губам, приказывая молчать, и крепче сжал рукоять ножа.

— Вы на мо-о-оей территории… — проскрежетала тварь.

В следующее мгновение ткань палатки с влажным треском лопнула. Острые когти распороли нейлон, как бумагу. В образовавшуюся прореху хлынула кромешная тьма и удушливый, тошнотворный запах старой крови и гнили. Мрак был настолько плотным, что лучи фонарей казались бесполезными.

— Я вас нашеееел! — раздался клокочущий смех.

В темноте что-то стремительно метнулось. Бажен внезапно издал такой страшный крик, что Владимир едва не выронил фонарь.

— Моя рука-а-а-а! Боже, моя рука!

Монстр исчез так же мгновенно, как и появился. Когда Владимир и Дэвид, дрожащими руками, наконец направили свет в угол палатки, их едва не вывернуло наизнанку. Никого не было. Но Бажен сидел в луже быстро остывающей крови. Плечо его превратилось в месиво, а правая рука отсутствовала по самый локоть. Он кричал, захлебываясь от боли, глядя на рваную рану.

Глава 8

Владимир лихорадочно вытряхнул аптечку. В тусклом свете фонаря рваная рана Бажена выглядела жутко: лохмотья плоти и белеющая кость. Дэвид, сцепив зубы, прижал друга к полу пещеры, а Владимир наложил тугой жгут. Бажен лишь хрипел, его глаза закатились. Владимир работал быстро: залил рану антисептиком, туго забинтовал обрубок и вколол остатки обезболивающего.

— Нам нужно уходить, — прошептал Дэвид, не выпуская ножа. — Оно вернется.

Внезапно в глубине туннеля послышался топот. Мужчины вскинули фонари, ожидая увидеть когтистую лапу, но из темноты, задыхаясь, выскочил Даниэль. Он был обвешан рюкзаками, лицо перекошено от ужаса.

Несколько минут назад:

Когда на борту стало слишком тихо, одиночество и страх окончательно свели Даниэля с ума. Ему казалось, что стены судна сжимаются, а за дверью стоит мертвый Марио. В приступе лихорадочной деятельности он собрал рюкзаки: еда, теплые вещи, свечи, ножи. Как только над горизонтом забрезжил серый, холодный рассвет, он выскочил наружу и побежал к пещере, ведомый единственным желанием — не быть одному.

Сейчас:

— Ты?! — Дэвид вскочил, его голос дрожал от ярости.

— Марио… он… — начал было Даниэль, заикаясь.

— Тихо! — оборвал его Владимир, указывая на потерявшего сознание Бажена.

Даниэль уставился на окровавленные бинты и пустой рукав куртки Бажена. Его колени подогнулись.

— Ч-что… что это было? — пролепетал он.

— Монстр, — процедил Дэвид. Он шагнул к Даниэлю и мертвой хваткой вцепился в его воротник. — Из-за тебя, трусливое ты животное, Марио разорвали на части! Из-за тебя Бажен стал калекой! Если бы ты открыл дверь… я должен прикончить тебя прямо здесь!

— Стой! — Владимир силой разнял их. — Если начнем убивать друг друга, никто не выйдет отсюда живым.

Владимир полез в карман куртки и достал странный предмет — черный, холодный диск с вытравленными на нем символами и мерцающей стеклянной вставкой.

— Я нашел это в своей каюте перед самым выходом. Не знаю, как оно там оказалось. Посмотрите…

На стекле диска пульсировали три багровые точки. Они медленно двигались по кругу, и одна из них была пугающе близко к их местоположению.

— Это не просто карта. Это указатель, — голос Владимира стал пугающе спокойным. — И «они» сейчас окружают пещеру. Нам нужно прорываться к кораблю. Немедленно!

Дэвид, тяжело дыша, взвалил Бажена на плечо. Владимир шел впереди, сжимая в одной руке фонарь, а в другой — странный артефакт. Даниэль плелся сзади, вздрагивая от каждого шороха.

Они бежали по льду, спотыкаясь и ожидая удара в спину. Корабль вырос перед ними как железная крепость. Они взлетели по трапу, Даниэль с грохотом задраил люк и задвинул все засовы.

— Скорее к мостику! Убираемся отсюда! — крикнул он.

Даниэль бросился к пультам, щелкнул тумблерами, пытаясь завести двигатели. Судно содрогнулось, издало натужный, умирающий хрип и… затихло. Свет в каютах моргнул и погас, погружая их в аварийное красное освещение. Корабль был мертв.

Глава 9

В каюте воцарилась такая гнетущая тишина, что, казалось, вот-вот лопнут виски от стука собственной крови. Тревожные, кроваво-красные отблески аварийных ламп заливали всё вокруг липким светом, словно предвещая скорую беду. Снаружи обшивку корабля лизала ледяная метель, и этот звук напоминал шёпот сотен нечеловеческих голосов.

— Почему он заглох? — прошептал Даниэль, его пальцы всё ещё судорожно, до белых костяшек, сжимали безжизненные рычаги управления. — Ведь топлива было полно…

— Шланги перерезали, — глухо отозвался Владимир, не отрывая взгляда от черного диска в своих руках. На его поверхности багровые точки теперь бешено пульсировали, как живые раны. — Или просто выхлоп забили снегом. Не хотят, чтобы мы уехали. Они обложили нас.

Все замерли, прислушиваясь к каждому шороху за бортом.

— Что теперь будет? — безжизненно спросил Бажен, наконец очнувшись от боли. Взгляд его был мутным, кожа бледной, как антарктический лед. — Они нас убьют, да? — по его впалой щеке скатилась одинокая слеза.

— Нет, мы не выйдем отсюда! — вдруг дико рассмеялся Даниэль, смех его прозвучал жутко, срываясь на хрип. — Мы выберемся. Мы попробуем починить корабль на рассвете. Обязательно починим… — Он лихорадочно повторял эти слова как заклинание, суетливо вытаскивая тяжелые железные инструменты, звеня ими в тишине.

— Ты что задумал? — нахмурился Дэвид. — Выходить сейчас — верная смерть. Нужно подождать, дать крови остыть. Бажен...они придут на запах. У него ещё рана свежая, кровь сочится, пропитывает бинты, несмотря на то, что мы его перевязали.

— Дэвид прав. У нас есть запасы, подождём несколько дней. Посмотрим на диск, а потом будем чинить. Я и ты, — Владимир показал на Даниэля, — выйдем чинить корабль. А Дэвид будет охранять нас и Бажена.

— Вы с ума сошли! — в отчаянии закричал Даниэль, его глаза округлились от ужаса. — Они в любой момент могут войти! Если они смогли повредить корабль, то смогут и сюда пробраться, и мы все погибнем! Я хочу жить, понимаете?! Жить! — Он с грохотом свалил инструменты в кучу, улегся на свое место и с головой укутался в холодное одеяло, дрожа всем телом.

Остальные тоже легли. В какой-то момент, измученные тревогой и ледяным холодом, они провалились в глубокий, но беспокойный сон.

Среди ночи:

Даниэль осторожно поднялся, убедился по ровному дыханию, что все спят. В его глазах застыла безумная решимость. Он аккуратно, стараясь не задеть борта, взвалил Бажена на плечо. Тот был тяжелым и горячим от лихорадки. Даниэль так же осторожно выбрался из корабля, впуская внутрь струю обжигающего мороза, и направился к темному зеву дальней пещеры.

— Из-за тебя мы можем умереть, — безумно шептал он в самое ухо полуобморочному парню. — Твой запах крови манит монстров... они уже близко, я чувствую их голод. Нужно от тебя избавиться. Нас трое… прости, конечно, но кого-то нужно принести в жертву, не так ли? Чтобы остальные жили.

— Пусти... — едва слышно прошептал проснувшийся от холода Бажен, но сил сопротивляться у него не было — слишком много крови он потерял на холодном полу.

— Тихо, тихо. Я оставлю тебя в пещере. Вдруг ты даже выживешь? — Даниэль злобно оскалился. — Мы вернёмся, как только выберемся, чтобы тебя спасти. Наверное.

Вдруг в морозной тишине пещеры послышался топот ног — резкий, тяжелый, будто кто-то стремительно бежал по льду прямо к ним.

Раздался глухой, мясистый удар. Кто-то с разбегу сбил Даниэля с ног. Это был Дэвид, который всё это время не сводил с предателя глаз. Он замахнулся и с силой ударил Даниэля в челюсть.

— Ты совсем свихнулся, животное?! — прорычал Дэвид.

Владимир тем временем подбежал и помог окровавленному Бажену встать на ноги, поддерживая его.

— Вы не понимаете, он опасен для нас! — выплюнул кровь Даниэль, поднимаясь с ледяного пола. — Он приманка

— Замолчите! — Владимир в ужасе смотрел на диск в своей руке. Тот светился ярко-красным, вибрируя. — Черт, мы не успеем вернуться на корабль! Они отрезали путь, они идут с той стороны!

Владимир на ходу передал рюкзаки Дэвиду и Даниэлю, а сам взвалил стонущего Бажена на плечо. Из глубины пещеры донеслось утробное, леденящее душу рычание тех, кто шел на запах крови.

— Указывай к ближайшей пещере, Даниэль! — скомандовал Владимир. — Бегом!

Тот, задыхаясь от страха, кивнул и бросился в темноту, остальные — за ним, чувствуя на своих затылках дыхание смерти.

Глава 10

Они неслись, не разбирая дороги, ориентируясь лишь на тусклый, дрожащий свет фонаря Даниэля, который метался по обледенелым земли. За спиной раздавался не просто топот, а мерзкое, влажное хлюпанье, будто по скользкой поверхности волокли сырой кусок мяса. Рычание монстров, приближаясь, вибрировало в самом воздухе, вызывая ноющую боль в зубах.

— Быстрее! — выдохнул Владимир, задыхаясь. Бажен, упавший ему на плечи, стал неподъемным грузом. — Даниэль, ищи выход!

Даниэль бежал вперед, и страх, неведомый прежде, придал ему сил. Внезапно луч его фонаря выхватил из кромешной тьмы нечто чужеродное для этой природной пещеры: идеально ровную, покрытую инеем стальную дверь.

— Там! — вскрикнул он, указывая дрожащим пальцем. — Дверь!

Они буквально ввалились в узкий проход. Дэвид, на ходу схватившись за тяжелый рычаг, рванул его на себя. Стальная дверь с жутким скрежетом захлопнулась, отсекая звуки погони. В тот же миг в металл снаружи ударил страшный, оглушительный удар. Дверь содрогнулась, но выстояла. Еще удар, еще… а затем всё стихло, сменившись едва слышным, назойливым царапаньем.

— Ушли? — прошептал Дэвид, сползая по стене. Его грудь тяжело вздымалась.

— Нет, — глухо ответил Владимир, опуская Бажена на грязный бетонный пол. — Они ждут. Они знают, что нам некуда больше идти.

Даниэль поднял фонарь, освещая помещение. Это была не просто пещера. Они оказались в длинном, низком коридоре. Стены были выкрашены облупившейся казенной краской, а на полу валялись пустые ящики с кириллической маркировкой. В нос ударил резкий запах старой смазки, пыли и чего-то сладковатого… запаха тления.

— Что это за место? — Дэвид с явной опаской посмотрел на Даниэля, все еще сжимавшего в руке тяжелый разводной ключ. — Откуда здесь советская база?

— Какая разница! — огрызнулся Даниэль, вытирая кровь с разбитой челюсти. Его взгляд метнулся к Бажену, который едва дышал. — Мы в ловушке. Вы сами нас сюда загнали! Если бы мы оставили его там…

— Заткнись, — холодно прервал его Владимир. Он подошел к двери и приложил ухо к холодному металлу. С той стороны послышался тонкий, почти ультразвуковой свист. — Они не ушли. Они облепляют дверь.

Владимир посмотрел на черный диск. Его багровая пульсация здесь, внутри станции, стала ровной и мощной, будто прибор наконец-то нашел то, что искал.

— Почему этот диск так светится? — прошептал Владимир, и все обернулись. Черная поверхность прибора в его руках теперь пульсировала глубоким, яростным алым цветом, освещая их напряженные лица.

— Наверное, просто так... неисправность, — Даниэль попытался отвести взгляд, но его голос дрогнул.

— Ты что-то скрываешь? — Дэвид шагнул к нему, сжимая кулаки. — Ты с самого начала вел себя странно.

— С чего бы? — вдруг неестественно громко рассмеялся Даниэль, и этот смех эхом разлетелся по пустому коридору. — А как вы, кстати, узнали, что я хотел оставить Бажена там, на съедение?

— Мы не спали, — твердо отрезал Дэвид. — А когда уже почти провалились в сон, ты вдруг встал. Я затаился, хотел посмотреть, что ты задумал... Не знал, что ты такой монстр, Даниэль. Ты хуже тех тварей, что скребутся сейчас в дверь, — зло процедил он.

— Пф! — Даниэль дернул плечом. — Остановил бы меня сразу — и мы не оказались бы в этой дыре. Хотя... — он усмехнулся, пытаясь скрыть за иронией проступающий страх. — Я хотел прийти сюда с самого момента, как мы высадились в Антарктиде. На карте этого места нет, я нашел его почти случайно.

— Ты о чем? — нахмурился Владимир, крепче сжимая диск.

— О том, что много лет назад группа учёных приехала исследовать эти льды, но все они исчезли бесследно. Позже прислали новую группу, исследователей и спецназ, чтобы найти пропавших и разобраться, что случилось. Но и они — один за другим — сгинули в этой белой пустыне.

Даниэль подошел к массивному железному столу, на котором под слоем инея стоял старый терминал. Его пальцы уверенно заскользили по кнопкам. Чудом сохранившееся питание станции отозвалось тихим гулом. Экран моргнул и выдал зернистое, серое изображение.

— Смотрите, — прошептал Даниэль.

Все четверо мужчин замерли перед монитором. На видео была запечатлена эта самая комната, только чистая и залитая ярким светом.

«Поздно... они уже слишком близко, — шептал человек на экране, оглядываясь назад. Лицо его было искажено таким ужасом, что Бажен невольно отвернулся. — Заприте дверь! Заприте чертову...»

На записи раздался грохот. Камера покачнулась. Учёные на видео не успели закрыть массивный засов. В кадр ворвалось нечто стремительное — жуткие, лишь отдаленно напоминающие людей существа. Костлявые, с неестественно длинными конечностями, огромными когтями и пастями, полными острых, как бритвы, клыков.

Крики на записи заглушили свист метели. Монстры начали убивать людей одного за другим, с невероятной силой разрывая плоть и ломая кости. Видео прервалось на моменте, когда одна из тварей прыгнула прямо на камеру, обнажив желтые зубы.

В коридоре станции воцарилась гробовая тишина. Только теперь царапанье в дверь снаружи стало казаться осознанным. Твари не просто ждали. Они знали, что еда заперта внутри.

Глава 11

Станцию окутала липкая, удушающая тишина. За дверью наступила пауза, царапанье прекратилось. Глаза Даниэля лихорадочно блеснули, он замер, прислушиваясь.

— Тишина… Ушли? — прошептал он и, не дожидаясь ответа, с рычанием рванул дверь.

— Стой, идиот! — крикнул Владимир, но импульсивность Даниэля уже было не остановить.

Первым, словно птица, вырвавшаяся на свободу, в синеватый полумрак пещеры выскочил Даниэль. За ним, поддерживая обессилевшего Бажена, вышли Владимир и Дэвид. Воздух здесь был густо пропитан запахом железа и древней смерти. Не успели они сделать и десяти шагов, как низкий гул, превратившийся в стремительный, тяжелый топот множества когтистых лап, разнесся из глубины туннеля, заставляя кровь стынуть в жилах.

— Они здесь! Назад! — взревел Дэвид, и первобытный ужас охватил его.

В панике он первым метнулся к стальной двери и, обезумев от страха, с оглушительным грохотом захлопнул её, запечатав себя внутри станции.

— Дэвид, открой! Открой! — Владимир изо всех сил колотил по металлу, но в ответ лишь ледяной скрежет засова — предательство Дэвида, спасшего свою шкуру.

— Бежим! — Даниэль дернул Владимира за рукав. — К другой пещере, быстрее!

Их путь лежал вглубь незнакомых коридоров, высеченных во льду. Монстры, учуяв острую, сладкую провокацию свежей крови Бажена, неслись следом, их тени, словно хищные кляксы, мелькали на стенах, сжимая кольцо. Бажен едва переставлял ноги, каждый его вдох превращался в клокочущий хрип.

— Оставьте… оставьте меня, — прошептал он, спотыкаясь и падая на колени, словно сломанная марионетка. — Я всё равно… не дойду. Спасайтесь!

Владимир протянул было руку, чтобы поддержать друга, но в этот миг из мертвой тьмы сверху метнулась длинная, костлявая лапа. С предсмертным визгом монстры набросились на Бажена. Его крик оборвался так же стремительно, как и оборвалась его жизнь, когда, еще горячего, его утащили в непроглядную чернь бокового туннеля.

— Бажен! Нет! — Владимир бросился было следом, но мощная рука Даниэля сжала его плечо.

В этот момент дверь станции со скрежетом отворилась вновь. Видимо, Дэвид, осознав ужас свершенного, или решив, что опасность миновала, осмелился выйти. Он стоял в проеме, тяжело дыша, бледный луч фонаря дрожал в его руке.

— Владимир? Вы живы? — его голос, срываясь, прорвался в пустоту пещеры.

Дэвид сделал шаг вперед, вглядываясь в тени, и не заметил, как с потолка, бесшумно, словно каплями ртути, соскользнула бледная тень.

Мгновение — и лишь свист рассекаемого воздуха, блеск когтей. Дэвид даже не успел вскрикнуть. Его голова, чисто отсеченная от плеч, с глухим стуком упала на лед и, подпрыгивая, покатилась по наклонной поверхности прямо к ногам замершего Владимира. Глаза Дэвида, огромные от ужаса, всё еще испуганно моргали, глядя на бывшего товарища.

Тело Дэвида рухнуло следом, окрашивая снег багровым фонтаном. Победный рев монстров, словно по команде, стих, и так же стремительно, как появились, они растворились в лабиринте пещер, унося с собой останки своей жертвы.

Воцарилась мертвая, звенящая тишина. В ледяной пустоте остались только двое: Владимир, стоящий над безголовым телом друга, и Даниэль, чей взгляд в темноте светился странным, нечеловеческим торжеством.

Глава 12

Они шли уже третий день. Антарктида высасывала из них последние силы. Владимир и Даниэль превратились в живых мертвецов: обветренные лица, почерневшие от мороза пальцы и глаза, в которых застыл вечный испуг. Они спали по очереди, короткими урывками, прижавшись спинами к ледяным выступам, пока другой сжимал в руках топор или обломок стальной трубы.

Даниэль постоянно сверялся со своей помятой картой, ведя их всё глубже в сеть пещер, которые то выводили их на поверхность к режущему ветру, то снова заглатывали в подземную тьму.

— Зачем тебе это, Даниэль? — тихо спросил Владимир на вторую ночь, когда они грелись у крошечной спиртовой горелки. — Мы потеряли всех. Бажен, Дэвид… ради чего?

— Ты не понимаешь, Владимир, — прошептал Даниэль, и в его глазах блеснул безумный огонек. — Там, внизу, не просто убежище. Там истина. Я стану тем, кто откроет миру тайну Антарктиды. Обо мне напишут в учебниках! Я не просто исследователь, я — ключ к новой истории.

Владимир лишь тяжело вздохнул. Он видел, что Даниэль болен этой мечтой, но в этом ледяном аду Даниэль был его единственным спутником, и Владимир чувствовал своим долгом защитить его, чего бы это ни стоило.

На исходе третьего дня они нашли её. Огромная рукотворная арка, уходящая вглубь скалы. Изнутри веяло странным, тёплым воздухом и слабым гулом работающих машин. Но стоило им сделать шаг к спасительному входу, как за спиной, в синих сумерках пещеры, раздался знакомый, леденящий душу визг. Не один. Десятки.

— Они нашли нас… — выдохнул Владимир, разворачиваясь. Из теней начали отделяться длинные, бледные фигуры. — Беги, Даниэль! Заходи внутрь и запрись! Я их придержу!

— Но как же ты… — Даниэль на секунду замер.

— Беги, чёрт тебя дери! — Владимир замахнулся топором, преграждая путь первой твари.

Даниэль не заставил себя ждать. Он рванул вглубь коридора, слыша за спиной звуки яростной борьбы, хруст костей и предсмертный хрип Владимира. Он не оглянулся. Жажда славы была сильнее страха и жалости.

— Наконец-то… — выдохнул Даниэль, вваливаясь в огромный зал, освещённый тусклыми лампами. — Я нашёл это место.

Он шёл мимо рядов огромных стеклянных капсул. Внутри, в зеленоватой жидкости, плавали они. Даниэль с ужасом и восторгом узнавал в уродливых мутантах черты пропавших исследователей. На капсулах висели таблички с именами. Учёные не исчезли — они стали материалом. Эволюция, ускоренная чьим-то злым гением. Эти твари приносили сюда людей, запирали их в капсулы, чтобы те превращались в новых охотников ледника.

— Я всё расскажу… я покажу им… — Даниэль подошёл к центральному пульту, лихорадочно хватая старые журналы записей.

От радости и триумфа он совсем забыл о предосторожности. Он забыл закрыть за собой массивный стальной засов.

Тихий шорох заставил его замереть. Даниэль медленно обернулся. В дверном проёме стоял один-единственный монстр. Он не кричал. Он медленно, почти грациозно приближался, обнажая длинные, как кинжалы, когти.

Даниэль бросился к капсулам, надеясь разбить стекло и найти хоть какое-то оружие, но первый же удар монстра сбил его с ног. Журналы, которые должны были принести ему мировую славу, разлетелись по бетонному полу, окрашиваясь его собственной кровью.

В последние секунды жизни Даниэль понял: он не станет знаменитым. Он станет лишь ещё одним экспонатом в этом ледяном морге. Его крик захлебнулся, когда когти монстра сомкнулись на его горле.

В Антарктиде снова воцарилась тишина. Лишь гудели машины, продолжая свой бесконечный цикл превращения людей в чудовищ.