Голод пустоты

Глава 1. Сырая земля

Скребущий звук вырвал его из небытия.

Он был монотонным, навязчивым, царапающим — шорк-шорк-шорк — и пробивался сквозь вязкую темноту, в которой сознание висело, как муха в смоле.

Марк открыл глаза.

Темнота. Не просто ночная, а абсолютная, беспросветная, давящая на зрачки с такой силой, что казалось — еще немного, и глазные яблоки лопнут. Он моргнул. Темнота не изменилась. Поднес руку к лицу — не увидел даже силуэта.

Воздух... воздуха не было. Вернее, он был, но какой-то спертый, тяжелый, с привкусом сырой земли и приторно-сладковатой химии, от которой подташнивало. Марк попытался вдохнуть глубже и понял: легкие работают, да, но как-то вяло, будто через силу. Будто им это не особо и нужно.

Он прислушался к себе. Сердце молчало.

В груди было пусто и холодно. Не как от страха, а физически — будто там, за ребрами, зияла пустота, в которую ветер задувает пыль.

Марк лежал на спине. Локти упирались во что-то твердое. Над лицом, в двадцати сантиметрах, — такая же твердая поверхность. Дерево. Он пошевелил пальцами — под ладонями стружка и шершавые доски.

Гроб.

Мысль пришла откуда-то со стороны, холодная и спокойная. Он в гробу. Зарыт в землю. И он... мертв?

Паника должна была прийти. Должна была затопить сознание липким ужасом, заставить колотить руками в крышку, кричать, рвать глотку в беззвучном вопле. Люди так делают, когда понимают, что их заживо похоронили.

Но паники не было.

Вместо нее пришло странное, почти профессиональное спокойствие. Тело среагировало быстрее разума — мышцы напряглись, оценивая пространство, мозг уже просчитывал варианты. Марк согнул ноги в коленях, уперся ступнями в крышку и резко выпрямил их.

Удар.

Доски жалобно скрипнули, но выдержали. В щель между ними посыпалась мелкая земля — тоненькие струйки, забивающие рот и глаза. Марк зажмурился, сплюнул и ударил снова. Сильнее. Ногами, спиной, локтями — всем телом, вкладываясь в каждый толчок так, будто от этого зависела жизнь.

С третьего раза дерево хрустнуло. Пролом. В лицо хлынул поток сырой, рассыпчатой земли — тяжелой, холодной, с мелкими камешками и корешками. Марк задержал дыхание (инстинктивно, хотя нужда в воздухе была уже неочевидной) и начал грести руками, расширяя отверстие, пробивая себе путь наверх.

Земля сыпалась за шиворот, забивалась в уши, скрипела на зубах. Легкие молчали. Сердце тоже. Только мышцы работали, только инстинкты гнали его вверх — туда, где должна быть свобода.

Минута, две, три — он потерял счет времени. Наконец ладонь пробила слой земли и уперлась в пустоту. Воздух — настоящий, холодный, с кислинкой прелой листвы и тумана — коснулся кожи. Марк рванулся вверх, подтянулся на руках, цепляясь за края ямы, и вывалился наружу, кубарем покатившись по склону свежего холмика.

Он лежал на спине, раскинув руки, и смотрел в небо.

Небо было серым. Безнадежно, тяжело, беспросветно серым — ни звезд, ни луны, ни просвета. Огромная свинцовая плита, нависшая над миром. Где-то далеко, на горизонте, оно переходило в еще более темную полосу — то ли лес, то ли горы, то ли просто тьма.

Марк лежал и пытался вспомнить, кто он такой.

Память была как разбитое зеркало — отдельные осколки, острые и бесполезные, в которые невозможно разглядеть целое лицо. Он знал, как драться. Тело помнило десятки, сотни схваток — как уходить от удара, как бить первым, как падать, чтобы сразу вскочить, как чувствовать чужой клинок за спиной за мгновение до того, как он войдет в плоть.

Но где он этому научился? Кто учил? Имена, лица, голоса — пустота.

Он знал запах крови. Он знал вес оружия в руке. Он знал, что, если враг моргнул — это твой шанс. Если враг отвлекся — это полшага до его смерти. Если враг боится — он уже труп.

Но он не знал, откуда это все.

— Хреново, — сказал Марк вслух.

Голос прозвучал глухо, сипло, с хрипотцой. Горло будто забито пылью — говорить было больно, связки скрежетали друг о друга. Он сел, опираясь руками о сырую землю, и осмотрелся.

Кладбище.

Огромное, старое, запущенное кладбище. Могильные плиты торчали из земли под разными углами — какие-то ровные, ухоженные, с четкими надписями и свежими цветами, какие-то покосившиеся, заросшие мхом и колючкой, почти упавшие. Между ними вился жидкий туман — серый, как небо, стелющийся по земле и цепляющийся за надгробия холодными пальцами.

Деревья росли редко — старые, корявые, с голыми ветками, хотя в воздухе не чувствовалось холода. Зима? Осень? Марк не мог определить. Температура была странной — не тепло, не холодно, просто... никак. Будто мир застыл в вечном межсезонье.

Воздух пах прелью, сыростью и еще чем-то сладковато-тошнотворным. Тленом. Запах смерти, въевшийся в землю настолько глубоко, что его уже ничем не вытравить.

Марк посмотрел на яму, из которой выбрался. Аккуратный прямоугольник, холмик свежей земли, развороченный гроб на дне — деревянный ящик, обитый дешевой тканью, теперь разломанный, с торчащими щепками. На холмике стоял деревянный крест, грубо сколоченный из двух досок. На перекладине висела табличка.

Марк подполз ближе — ноги все еще слушались плохо, будто затекли после долгого лежания — и всмотрелся в надпись.

Дерево было старым, выцветшим, но буквы вырезаны глубоко, их можно было прочесть на ощупь. Марк провел пальцем по бороздкам.

Марк. Ни рода, ни звания. Ни даты рождения. Только смерть.

И ниже, свежей краской, будто докрасили сегодня:

Сегодня.

Марк уставился на надпись. Сегодня. Он умер сегодня. Он вылез из могилы сегодня. Значит... он только что похоронен? Значит, тот, кто его закапывал, мог быть рядом? Мог вернуться?

Он прислушался.

Тишина. Только ветер шелестит в голых ветках, только земля осыпается со стенок ямы, только где-то далеко скрипит несмазанная петля — то ли калитка, то ли дверь заброшенного склепа.

И еще один звук. Едва уловимый, почти на грани восприятия. Шорох. Будто кто-то большой и тяжелый волочит брюхо по земле, медленно, осторожно, приближаясь.

Марк замер. Тело среагировало мгновенно — мышцы напряглись, взгляд заметался, выискивая угрозу. Он не знал, кто он, но тело знало, что такое опасность.

Шорох стих.

Марк выдохнул — и в этот момент перед глазами вспыхнуло.

Яркая, рваная рябь — будто кто-то включил старый телевизор с разбитым кинескопом. Перед лицом зависло полупрозрачное окно, угловатое, с осыпающимися краями. Текст вплывал медленно, буква за буквой, будто кто-то печатал его прямо в мозг.

[Обнаружено сознание]

[Инициализация системы...]

[Ошибка...]

[Повторная инициализация...]

[Статус: АНОМАЛИЯ]

[Тип существа: Нежить (неклассифицированная)]

[Имя: Марк]

[Уровень: 1]

[Опыт: 0/100 Искр]

[Характеристики:]

> Здоровье: 45/45 (регенерация 0.2/сек)

> Мана: 0/0 [БЛОКИРОВАНО]

> Выносливость: 78/100

> Сила: 8

> Ловкость: 7

> Дух: 16 [АНОМАЛЬНО ВЫСОКИЙ]

> Концентрация: 12

> Свободных очков характеристик: 0

[Особый навык (Уникальный. Пассивный):]

「ГОЛОД ПУСТОТЫ」

Твоя Искра жизни утеряна или уничтожена. Образовавшаяся пустота жаждет быть заполненной.

Эффект: Убивая разумное существо, вы поглощаете его Искру жизни, конвертируя в Опыт. Чем сильнее была жертва при жизни, тем больше Искры вы получите.

Внимание: Длительное отсутствие поглощений приведет к ослаблению. Голод будет расти.

[Основной квест получен: ВЫЖИВИ]

Ты выбрался из могилы, но кладбище не отпускает своих. Вокруг бродят твари, для которых ты теперь такой же чужой, как и живые. Найди убежище до рассвета.

Награда: 50 Искр, 1 очко характеристик.

Штраф за провал: Истинная смерть.

[Обнаружен фрагмент памяти]

Вспышка. Холодный камень под спиной. Чей-то шепот над ухом: «Ты следующий, Марк. Ты уже мертв, просто еще не знаешь об этом».

Новый параметр: Прошлое — загадка.

[Доступные классы (требуется выбор):]

На основе ваших характеристик и обстоятельств смерти доступны следующие пути развития:

1. ТЕНЕВОЙ КЛИНОК (Тьма + Ловкость)

Класс скрытных убийц, использующих тьму как укрытие и оружие. Вы будете быстры, незаметны и смертоносны. Тьма не причинит вам вреда, она станет вашей союзницей.

Требования: Ловкость 7+, Дух 10+

Бонус при выборе: +2 к Ловкости, навык «Слияние с тенью»

2. МОГИЛЬНЫЙ СТРАЖ (Земля + Выносливость)

Класс защитников границы между миром живых и мертвых. Вы станете крепче камня, сможете выдерживать удары, от которых другие рассыплются в прах. Земля даст вам силу.

Требования: Выносливость 8+, Сила 7+

Бонус при выборе: +3 к Здоровью, навык «Каменная кожа»

3. ПСИХОПОМП (Хаос + Дух)

Класс проводников душ. Ваша сломанная природа идеально подходит для работы с Хаосом. Вы сможете манипулировать вероятностью, видеть нити смерти и, возможно, даже подчинять себе слабые души.

Требования: Дух 14+, Концентрация 10+

Бонус при выборе: +2 к Духу, навык «Взгляд в бездну»

Марк смотрел на светящиеся строки и чувствовал странное спокойствие. Мир сошел с ума? Он сошел с ума? Или это просто новая реальность, в которой нужно выживать?

Он поднял руку, пошевелил пальцами. Кожа была серой — не мертвенно-бледной, а именно серой, как пепел. Ногти потемнели, под ними синева. Он потрогал грудь — тишина. Ни удара, ни толчка. Только холодная пустота внутри.

Марк перевел взгляд на список классов. Тень. Земля. Хаос.

Земля — это надежно. Это могила, из которой он выполз. Это понятно.

Хаос — рискованно. Его сломанная душа, может, и подходит, но что значит «манипулировать вероятностью»? Он не знает этого мира, не знает правил. Лезть в хаос без подготовки — самоубийство.

Тень...

Тень была вокруг. Туман, сумерки, темные углы между надгробиями. Тьма не пугала его — она казалась естественной, родной. И главное — он не знал, как другие стихии отреагируют на его мертвую плоть. Сожжет ли его Свет, если он ошибется с классом? Разорвет ли Молния? Утопит ли Вода?

Тьма — безопасно. Тьма — это могила. Это он уже прошел.

Марк ткнул пальцем в первую строчку.

[Вы выбрали класс: ТЕНЕВОЙ КЛИНОК]

[Применяются бонусы...]

[Ловкость: 7 → 9]

[Получен навык: Слияние с тенью (Ранг 1)]

[Слияние с тенью (Активный, стоимость: 10 Выносливости/мин)]

Вы становитесь частью тьмы. При нахождении в тени или в условиях недостаточной освещенности ваша заметность снижается на 70%. В полной темноте вы практически невидимы. Атака из режима скрытности наносит +50% урона.

Марк моргнул. Перед глазами все еще висело окно характеристик, но теперь цифры изменились. Он чувствовал себя... иначе. Легче, что ли? Будто сбросил груз.

Он встал. Ноги слушались уже лучше — Выносливость капала вниз, но медленно, организм (или то, что от него осталось) адаптировался. Марк сделал шаг, второй. Походка была странной — неловкой, как у только что родившегося жеребенка, но с каждым движением становилась уверенней.

Шорох повторился.

Теперь ближе. И явственнее.

Марк резко обернулся.

В тумане, метрах в двадцати, между могил, что-то двигалось. Что-то большое, низкое, приземистое. Оно не шло — оно текло, переливаясь через надгробия, как густая черная жижа. Марк не мог разглядеть деталей — только силуэт, смутный и угрожающий.

И два глаза.

Красные, горящие, немигающие — они смотрели прямо на него.

Тварь замерла. Марк замер тоже.

В голове пульсировала только одна мысль, холодная и четкая, как лезвие ножа:

Бежать. Или убивать.

Но чем убивать? У него нет оружия. Нет доспехов. Только голые руки, серая кожа и новый навык, который он даже не пробовал использовать.

Тварь сделала шаг вперед. Еще один. Она двигалась медленно, уверенно, будто знала — добыча никуда не денется.

Марк сделал шаг назад. Наткнулся спиной на надгробие. Холодный камень уперся в лопатки — тупик.

Тварь приближалась. Теперь он мог разглядеть ее лучше.

Это был не один организм. Это была куча — клубок тел, сплавленных в одно целое. Руки, ноги, головы — все перемешалось, срослось, образовало одну огромную тушу, которая ползла на десятках конечностей, как сороконожка. Человеческие лица, искаженные предсмертной мукой, торчали из этой массы, раскрывали рты в беззвучных криках, щелкали зубами.

Могильный сплав. Марк не знал, откуда взялось это слово, но оно само всплыло в сознании. Такое бывает, когда слишком много мертвецов лежит слишком близко друг к другу, и чья-то злая воля или просто случайность сплавляет их в одну тварь.

Уровень? Марк всмотрелся в тварь, и система послушно выдала:

[Могильный сплав. Уровень 3. Тип: Нежить (агрегатная)]

Слияние пяти тел, объединенных голодом. Медлен, но живуч. Уязвим к магии и рассеиванию.

Уровень 3. Марк — уровень 1. У него нет оружия. Тварь больше, сильнее и, судя по количеству конечностей, может атаковать с нескольких сторон сразу.

Шансов нет.

Тварь прыгнула.

Марк не думал. Тело сработало само — он рванулся в сторону, уходя с линии атаки, и одновременно активировал навык.

Слияние с тенью.

Мир вокруг потемнел. Нет, не потемнел — Марк сам стал частью темноты. Он почувствовал, как туман и тени обволакивают его, затягивают в себя, делают невидимым. Он видел тварь — она пролетела мимо, врезалась в надгробие, разбивая одну из своих голов о камень — но она его не видела.

Марк стоял в двух метрах от чудовища, прижавшись спиной к склепу, и чувствовал, как Выносливость тает. 70... 65... 60... Десять единиц в минуту. Много. Очень много. Он продержится минут семь, не больше.

А потом тварь найдет его.

Он огляделся. Склеп за спиной — старый, каменный, с тяжелой дверью. Дверь приоткрыта — черная щель, ведущая в неизвестность. Внутри может быть убежище. А может быть логово другой твари.

Выбор: остаться снаружи и надеяться, что сплав уползет, или рискнуть и залезть внутрь.

Выносливость: 58.

Тварь развернулась. Ее десятки глаз шарили по туману, по могилам, по теням. Она чувствовала, что добыча рядом, но не могла понять, где.

Выносливость: 54.

Марк сделал выбор.

Он скользнул к двери — бесшумно, как тень (в буквальном смысле), просочился в щель и оказался внутри.

Тьма здесь была абсолютной. Даже его глаза, уже привыкшие к сумраку кладбища, ничего не видели. Марк прикрыл дверь, оставляя микроскопическую щель, чтобы следить за тварью, и замер.

Выносливость: 48. 46. 42.

Снаружи сплав ползал вокруг склепа. Марк слышал, как его конечности шаркают по камню, как головы стучатся в стены, как чавкает его тело, перетекая через ступени.

Минута. Две. Пять.

Выносливость упала до 10, когда навык отключился автоматически — кончился ресурс. Марк стоял в темноте, мокрый от холодного пота (тело все еще могло потеть, интересно), и ждал.

Снаружи было тихо.

Он осторожно выглянул в щель. Сплав уполз. Туман клубился над могилами, ветер шелестел ветками, где-то далеко скрипела петля.

Марк выдохнул.

И только тогда понял, что в склепе он не один.

Тихий, сухой голос раздался из глубины:

— Живой? Или как мы?

Марк резко обернулся. В темноте, метрах в пяти от него, горели два бледно-зеленых огонька. Глаза.

Существо сидело на каменном полу, скрестив ноги, и смотрело на него с любопытством.

— Давно тут не было гостей, — продолжил голос. — А ты не боишься. Интересно. Подойди, дай посмотреть.

Марк не двинулся с места. Мышцы были напряжены, мозг лихорадочно просчитывал варианты — напасть, бежать, замереть.

— Не дергайся, — сказало существо. — Я старше, быстрее и голоднее. Но сегодня я сыт. Так что просто поговорим. Хочешь жить — слушай.

Зеленые глаза моргнули.

— Меня зовут Костоправ. А ты, судя по запаху свежей могилы, тот самый Марк, которого закопали сегодня утром. Похоронная процессия еще не ушла, а ты уже выполз. Шустрый. Я таких люблю.

Марк молчал, вглядываясь в темноту, пытаясь разглядеть собеседника.

— Ты, главное, не ссы, — усмехнулся голос. — Если б я хотел тебя сожрать, ты б уже не дышал. А ты дышишь? По глазам вижу, что нет. Забавно. Мертвый, а двигаешься как живой. И пахнешь странно. Пустотой пахнешь. Голодом.

Существо поднялось — высокое, тощее, сгорбленное. Сделало шаг вперед, в полосу слабого света из щели.

Марк увидел скелет. Почти. Человеческий костяк, обтянутый сухой кожей, с длинными руками, почти до земли. На пальцах — десятки костяных колец. На груди — ожерелье из клыков. На лице — никакой плоти, только кожа, плотно облегающая череп, и зеленые глаза, горящие в пустых глазницах.

— Ты нежить, — сказал Марк. Это был не вопрос.

— А ты догадливый, — осклабился скелет (оскал у него был впечатляющий). — Сижу тут, гнию, жду, когда мир рухнет окончательно. А тут ты. Марк. Без рода, без памяти, с дырой в груди вместо души. Дай угадаю — хочешь стать сильным?

Марк промолчал.

— Конечно хочешь. Все хотят. Но ты... — скелет склонил голову набок, принюхиваясь, — ты можешь. Я чую. Ты растешь. Питаешься душами. Интересный экземпляр.

Он протянул длинный костлявый палец и ткнул Марка в грудь.

— Больно?

— Нет.

— И не будет. Ты теперь такой. А хочешь совет, малек? Первый и последний бесплатный совет от Костоправа, который видел, как империи рассыпаются в прах и как боги сдыхают под забором.

Марк кивнул.

— В этом мире все рождаются с потолком. Кому-то суждено быть червем, кому-то — драконом. И никто, слышишь, никто не может этот потолок пробить. Тысячу лет мы живем так: родился слабым — сдохнешь слабым. Родился сильным — можешь убивать слабых вечно. Но ты... — скелет сверкнул глазами, — ты другой. Твоя сила не имеет предела. Ты можешь жрать и расти вечно. И если об этом узнают...

Он замолчал, давая Марку осмыслить.

— Что тогда? — спросил Марк.

— Тогда на тебя начнут охоту. Все. Сильные мира сего не потерпят того, кто может их догнать и перегнать. Ты для них — угроза. Ошибка природы. Баг в системе. Тебя попытаются стереть. Или использовать. И то, и другое кончится для тебя плохо.

Скелет развернулся и побрел обратно в темноту.

— Так что сиди тут, малек. Досиди до ночи. А ночью... ночью кладбище оживет по-настоящему. И если ты не сдохнешь к утру — может, мы еще встретимся. И тогда я дам тебе второй совет. Уже платный.

Зеленые глаза погасли. Существо исчезло в глубине склепа, будто его и не было.

Марк стоял у двери, смотрел в темноту и чувствовал, как внутри разрастается голод.

Пустота требовала жертв.

Он выглянул наружу. Туман сгущался. Солнца все еще не было — только серое небо, серые могилы, серая безнадега. Где-то далеко завыли псы — или не псы.

Марк посмотрел на свои руки. Серые, холодные, но сильные.

Он вспомнил строчки системы: Убивая разумное существо, вы поглощаете его Искру жизни.

Разумное. Люди. И не только люди, судя по всему.

Голод кольнул изнутри — остро, болезненно, требуя.

Марк заставил себя дышать ровнее (хотя легким это было не нужно) и вышел из склепа.

Кладбище ждало.

Где-то там бродил могильный сплав — уровень 3, пять душ в одном теле. Если убить его — сколько Искр он получит? Пять? Или одну, но большую?

Марк не знал. Но собирался выяснить.

Туман сомкнулся за его спиной, скрывая склеп. Впереди, между могил, снова мелькнуло что-то темное. Марк скользнул в тень надгробия, активируя навык.

Выносливость: 8/100. Мало. Очень мало. Нужно время, чтобы восстановиться.

Но времени не было.

Тварь приближалась.

Марк сжал кулаки, прислушиваясь к пустоте в груди, и впервые задумался: а что, если голод — это не проклятие? Что, если это единственный шанс?

Глава 2. Первый вкус

Туман стелился по земле, цеплялся за ноги, обволакивал щиколотки холодной влагой. Марк стоял за надгробием, вжавшись спиной в шершавый камень, и считал удары пустоты в груди.

Их не было.

Сердце молчало, но тело жило своей жизнью — мышцы подрагивали от перенапряжения, глаза слезились от напряжения, пальцы самопроизвольно сжимались в кулаки. Адреналин. Или то, что его заменяло у мертвецов.

Марк выглянул из-за камня.

Могильный сплав исчез. Только что здесь, в двадцати метрах, перетекал через покосившуюся плиту, и вот уже пусто — только туман клубится да ветер гоняет сухие листья по земле.

Марк не расслабился. Тело знало: если враг исчез из поля зрения, значит, он может появиться где угодно. Сзади. Сбоку. Сверху.

Он поднял голову.

Надгробия, деревья, пара склепов вдалеке. Ничего.

Выносливость медленно ползла вверх — 12, 14, 16. Процесс шел мучительно медленно, будто организм (или система) не хотел восстанавливать ресурс просто так. Может, для регена нужно было что-то есть? Или пить? Или убивать?

Голод кольнул снова. Острее, чем в первый раз.

Марк поморщился и прижал ладонь к груди. Там, под ребрами, не было желудка в привычном смысле — была пустота, которая требовала. Не еды, не воды — чего-то другого. Теплого. Живого. Горящего.

Искры.

Он посмотрел на системное окно, которое так и висело в углу зрения, будто приклеенное.

[Голод Пустоты: активен]

Время без поглощения: 15 минут

Легкое ослабление характеристик: -5% к Силе и Ловкости

Вот оно что. Если не жрать души, он слабеет. Пятнадцать минут прошел — уже минус пять процентов. А если час пройдет? Сутки?

Марк выругался сквозь зубы и заставил себя двигаться.

Нужно найти добычу. Слабую. С которой он справится голыми руками и без нормальной выносливости.

Он крадучись двинулся между могил, стараясь держаться в тени надгробий. Слияние с тенью сейчас было бесполезно — выносливость только начала восстанавливаться, тратить ее на невидимость, когда вокруг никого нет, было бы глупо.

Кладбище просыпалось.

Сначала Марк услышал звуки — тихие, почти незаметные, но если прислушаться, они складывались в зловещую симфонию. Где-то скреблась мелкая тварь. Где-то чавкала земля, будто что-то продиралось сквозь нее снизу. Где-то тонко, по-детски, всхлипывал ветер.

Потом он увидел движение.

Метрах в тридцати, у старого склепа, похожего на тот, где сидел Костоправ, копошилось нечто маленькое. Марк пригнулся, подобрался ближе, перебегая от камня к камню.

Существо было размером с крупную собаку. Оно сидело на куче костей и что-то делало — то ли грызло, то ли перебирало. Тело — комок спутанной шерсти, из которой торчали человеческие руки. Несколько рук, разного размера, все в грязи и запекшейся крови. Морда — не то крысиная, не то собачья, с длинными игольчатыми зубами и тремя маленькими глазками, бегающими независимо друг от друга.

[Могильный грызун. Уровень 2. Тип: Нежить (низшая)]

Тварь, питающаяся костным мозгом мертвецов. Труслива, но в стае опасна. Одиночку можно забить палкой.

Уровень 2. Выше Марка на один. Но тварь одна, и она явно не ожидает нападения.

Марк оценил дистанцию. Тридцать метров открытого пространства. Потом — рывок. У него нет оружия, только голые руки и навык, который он не может использовать из-за выносливости.

Выносливость: 28/100.

Хватит на рывок. На бой — неизвестно.

Голод кольнул снова, настойчивее. -7% к силе. Марк почувствовал, как мышцы слегка обмякли, будто после долгой болезни. Еще немного — и он станет слишком слаб, чтобы убить даже эту крысу.

Решено.

Марк двинулся вперед. Медленно, бесшумно, используя каждое надгробие как укрытие. Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.

Грызун поднял голову. Его три глаза разом повернулись в сторону Марка — унюхал? Услышал? Почувствовал?

Марк рванул.

Пять метров он преодолел за секунду — тело работало как хорошо смазанный механизм, будто тысячи таких рывков остались в мышечной памяти. Грызун взвизгнул и попытался вскочить, но Марк уже налетел на него, сбивая с кучи костей.

Они покатились по земле. Грызун оказался неожиданно сильным — его руки-конечности царапали, хватали, пытались добраться до лица. Одна рука вцепилась Марку в плечо, ногти (или когти?) пропороли кожу, но боли не было — только холодок и ощущение, что что-то чужое вторгается в тело.

Марк ударил. Голым кулаком, от души, вложив остатки сил.

Кулак провалился в шерсть, нащупал что-то твердое — череп — и впечатался в него с глухим стуком. Грызун взвизгнул, дернулся, но не отпустил. Его зубы щелкнули возле самого уха, откусив кусочек воздуха.

Марк ударил снова. И снова. И еще.

Он бил методично, как молотом, пока тварь не затихла, пока ее конечности не обмякли, пока три глаза не остекленели, глядя в никуда.

Марк сидел на туше, тяжело дыша (хотя воздух был не нужен, привычка осталась), и смотрел на свою работу.

И в этот момент система взорвалась перед глазами.

[Враг повержен: Могильный грызун (ур. 2)]

[Поглощение Искры жизни...]

Мир поплыл.

Марк почувствовал, как что-то теплое, тягучее, пульсирующее перетекает из туши в него. Сквозь руки, сквозь грудь, прямо в пустоту, которая голодала. Это было похоже на глоток воды в пустыне — нет, на первый глоток после того, как тонул. На сладкий, горячий, обжигающий нектар, разливающийся по венам.

[Поглощено: 45 Искр]

[Текущий опыт: 45/100]

Марк зажмурился от удовольствия. Тело наполнилось силой. Холод в груди отступил, сменившись приятным теплом. Мышцы перестали ныть. Голод утих, свернувшись в маленький комочек где-то глубоко внутри — теперь он просто ждал, а не требовал.

[Голод Пустоты: временно насыщен]

Эффект ослабления снят. Время до следующего голода: ~24 часа (зависит от активности)

Марк открыл глаза и посмотрел на тушу. Она уже начала высыхать — кожа сморщилась, шерсть выпадала клочьями, кости под ней крошились в труху. Он высосал из нее все, что можно. Осталась только оболочка.

— Ни хрена себе, — прошептал Марк.

Он встал, отряхиваясь от трухи. Силы вернулись, даже прибавились. Он чувствовал себя бодрым, свежим, готовым к новым подвигам. Проверил характеристики.

[Здоровье: 45/45]

[Выносливость: 52/100]

[Сила: 8]

[Ловкость: 9]

Все на месте. Даже выносливость подросла — видимо, поглощение частично восстанавливает ресурсы.

Марк улыбнулся. Впервые за то время, что помнил себя (а помнил он всего около часа).

Он обвел взглядом кладбище. Туман все так же стелился по земле, надгробия торчали, ветер шелестел. Но теперь это не казалось таким уж враждебным.

Теперь это была охота. А он — охотник.

Марк двинулся дальше, держась края кладбища, где могилы были старые, запущенные, заросшие. Здесь должно быть больше мелкой нежити — те, кто не рискует соваться в центр, где пасутся крупные твари.

Он не ошибся.

За следующим поворотом, в зарослях колючего кустарника, копошилось сразу трое грызунов. Они возились с полуразложившимся трупом, выдирая из него кости и хрустя ими, как собаки — сахарными.

Марк присел. Трое. Уровни: два по второму, один — первый. Против него одного, без оружия.

Шансы?

Он прислушался к себе. Тело было готово. Голод молчал. В голове прокручивались варианты атак — десятки вариантов, как подобраться, кого бить первым, куда отступать, если пойдет не по плану.

Откуда он это знал? Почему его тело помнит то, что мозг забыл?

Марк отогнал вопросы. Сейчас не до них. Сейчас — охота.

Он скользнул вперед, используя кусты как прикрытие. Выносливость позволяла — 52 единицы, можно и навык применить, если что.

До грызунов — метров пятнадцать. Они увлечены едой, не слышат, не чуют. Марк бесшумно обходит их с подветренной стороны, чтобы запах (есть ли у него запах?) не выдал.

Десять метров. Пять.

Марк выбирает цель — самый мелкий, уровень 1. Убить быстро, пока остальные не опомнились.

Рывок.

Марк налетает на грызуна со спины, одной рукой зажимая пасть (чтобы не завизжал), второй — ломая шею. Хруст — тихий, влажный. Тушка обмякает.

Система молчит — убийство не засчитано, пока он не "активирует" поглощение. Но это потом. Сейчас — остальные двое.

Они все-таки услышали. Повернулись. Три глаза на двоих — шесть бешеных точек — уставились на Марка.

Марк не стал ждать. Он бросил тушу и прыгнул на ближайшего, используя инерцию тела. Удар ногой — в морду, отбрасывая тварь назад. Разворот — второй уже рядом, щелкает зубами, целясь в ногу.

Марк уворачивается, но когти все же царапают голень — холодок, но не боль.

Ответный удар — кулаком в глаз. Глаз лопается, тварь визжит, отшатывается. Марк добивает ее добивающим ударом в висок — хруст, тушка падает.

Первый, которого он отбросил, уже вскочил и прыгает на спину.

Марк чувствует вес, когти впиваются в плечи, зубы — в шею. Холодно. Не больно, но неприятно. Он заваливается назад, прижимая тварь спиной к земле, и несколько раз бьет локтем назад, пока не попадает в голову. Раз. Два. Хруст. Хватка ослабевает.

Марк встает, тяжело дыша. Вокруг — три туши.

— Твою мать, — выдыхает он.

И тут система взрывается снова, но теперь иначе.

[Тройное убийство!]

[Поглощение Искр...]

Тепло хлынуло в него сразу с трех сторон — горячее, пьянящее, обжигающее. Марк застонал от накатившего удовольствия — это было сильнее, чем в первый раз. Гораздо сильнее. Тело выгнулось дугой, перед глазами поплыли цветные круги.

[Поглощено: 30 Искр (ур.1) + 40 Искр (ур.2) + 40 Искр (ур.2) = 110 Искр]

[Текущий опыт: 155/100]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 2]

[Получено 5 очков характеристик для распределения]

[Текущий опыт: 55/200 до следующего уровня]

Мир встал на место. Марк открыл глаза, чувствуя себя совершенно по-новому. Сила переполняла его — физическая, магическая, какая-то первобытная мощь, разливающаяся по каждой клетке (даже по мертвым).

Он посмотрел на свои руки. Они больше не казались серыми — скорее бледными, как у человека, который давно не видел солнца. Но сила в них чувствовалась нечеловеческая.

Марк улыбнулся. Теперь он понимал, что такое расти. Теперь он знал, ради чего стоит убивать.

Он распределил очки не думая — тело само подсказало, что нужно.

[+2 к Ловкости]

[+1 к Силе]

[+1 к Духу]

[+1 к Выносливости]

Новые характеристики:

Здоровье: 45/45

Мана: 0/0 (блокировано)

Выносливость: 84/110

Сила: 9

Ловкость: 11

Дух: 17

Концентрация: 12

Марк довольно крякнул. Ловкость перевалила за десятку — это значило, что он стал быстрее, резче, опаснее. Дух рос — видимо, для будущей магии. Выносливость увеличила запас — теперь можно дольше использовать тень.

Он посмотрел на туши. Три могильных грызуна превратились в три кучи трухи, которые ветер уже начинал развеивать по кладбищу. От них не осталось ничего — только темные пятна на земле.

Марк поднял голову и прислушался.

Кладбище изменилось. Звуки стали тише, будто твари поняли, что появился новый хищник, и затаились. Где-то далеко, у склепа Костоправа, мелькнула тень — то ли сплав, то ли кто-то еще.

Марк посмотрел в ту сторону и почувствовал, как голод снова шевельнулся.

Не сейчас. Сейчас он сыт. Но вечером...

Вечером он пойдет на большого зверя.

Марк развернулся и направился обратно к склепу. Нужно было переждать, восстановиться, расспросить Костоправа подробнее. Потому что кладбище явно таило еще много сюрпризов.

Он прошел мимо нескольких свежих могил, и вдруг остановился.

На одной из них, прямо на холмике, сидел ворон. Огромный, черный, с блестящими глазами-бусинами. Он смотрел на Марка без страха, склонив голову набок.

Марк замер. Вороны не сидят на могилах просто так. Вороны — это знак.

Ворон каркнул. Один раз, громко, пронзительно.

И с неба начал падать снег.

Крупные, белые хлопья — первые в этом сером мире. Они опускались на надгробия, на туман, на плечи Марка, и не таяли. Мертвый снег для мертвого мира.

Ворон каркнул еще раз и взлетел, исчезая в снежной пелене.

Марк смотрел ему вслед и чувствовал, что что-то начинается. Что-то большое. Что-то, ради чего его убили и воскресили.

Он пошел к склепу быстрее.

Снег падал, заметая следы, скрывая могилы, превращая кладбище в белое безмолвие. Где-то в глубине завыли псы. Где-то заскрипела несмазанная петля.

Марк вошел в склеп, прикрыл за собой дверь и оказался в темноте.

— Шустрый, — раздался голос Костоправа из угла. — Трех грызунов завалил. Я смотрел. Неплохо для новичка.

— Спасибо, — Марк присел у стены, прислоняясь спиной к холодному камню.

— Но ты шумишь, — продолжил скелет. — Топочешь, как слон. Тень используешь криво. Выносливость тратишь зря. И главное — ты не задаешь правильных вопросов.

— Каких, например? — спросил Марк.

— Например, почему снег пошел именно сейчас. Или кто послал ворона. Или что будет, когда стемнеет.

Марк промолчал, ожидая продолжения.

Костоправ вздохнул — на удивление человеческим жестом.

— Снег — это плохо, малек. Снег означает, что кто-то наверху заметил тебя. Кто-то очень старый и очень могущественный. И теперь он наблюдает.

Зеленые глаза вспыхнули в темноте ярче.

— Сегодня ночью кладбище покажет тебе все, на что способно. И если ты выживешь — может быть, я расскажу тебе, кто ты на самом деле.

Марк сжал кулаки.

— А если не выживу?

— Тогда мы встретимся на той стороне раньше, чем я планировал, — оскалился Костоправ. — А теперь — замри и слушай. Они уже близко.

За стенами склепа, в снежной мгле, что-то заскрежетало. Будто тысячи костей перетирались друг о друга в едином, жутком ритме.

Кладбище готовилось к ночи.

Глава 3. Ночь живых мертвецов

Скребущий звук нарастал.

Марк сидел у стены склепа, прижимаясь спиной к холодному камню, и слушал, как мир снаружи сходит с ума. Сначала это был просто шорох — тысячи мелких лап, скользящих по земле. Потом добавился скрежет — будто кто-то точил кости о камень. Потом — вой. Низкий, утробный, леденящий.

Вой подхватили сразу со всех сторон. Кладбище оживало.

— Что это? — спросил Марк, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Концерт, — хмыкнул Костоправ из темноты. — Еженощный. Солисты — местные таланты, оркестр — черви могильные, дирижер — луна, хоть ее и не видно за тучами. Нравится?

Марк не ответил. Он вслушивался в звуки, пытаясь выделить отдельные голоса, понять, сколько их там, насколько они опасны. Тело напряглось, готовое к рывку, хотя разум понимал — сидеть в склепе сейчас безопаснее всего.

— Расслабься, малек, — сказал Костоправ. — Сюда они не сунутся. Мой запах для них — табу.

— Запах?

— Я тут главный, — просто ответил скелет. — Не по праву силы, нет. По праву древности. Я здесь лежу дольше, чем любая из этих тварей вообще существует. Они чувствуют. Уважают. Боятся.

Зеленые глаза сверкнули.

— Поэтому ты в безопасности. Пока сидишь рядом со мной.

Марк кивнул, хотя в темноте этого не было видно. Он прислонил голову к стене и закрыл глаза, прислушиваясь к себе.

Голод молчал — насыщен. Сила переполняла. Новый уровень изменил восприятие — он чувствовал мир острее, слышал дальше, видел в темноте лучше. Даже сейчас, в абсолютной черноте склепа, он различал смутные очертания — кости, разбросанные по полу, старый гроб в углу, фигуру Костоправа, сидящего на груде черепов.

— Ты видишь в темноте? — спросил Костоправ, будто прочитав мысли.

— Начинаю.

— Класс работает. Теневой клинок — это не просто про невидимость. Это про глаза, про уши, про чутье. Тьма для тебя теперь не враг, а союзник. Чем глубже ночь, тем ты сильнее. Запомни это.

Марк кивнул.

Снаружи вой достиг крещендо и резко оборвался. Наступила тишина — звенящая, тяжелая, давящая на уши.

— Что теперь? — спросил Марк.

— Теперь охота, — ответил Костоправ. — Они вышли. Все, кто спрятан в земле, все, кто гниет в склепах, все, кто ждал темноты. Сейчас кладбище превратилось в одно большое жерло, перемалывающее слабых. Сильные будут жрать слабых, слабые будут прятаться или сдыхать. К утру останется половина.

— Жестоко.

— Это мир, малек. Ты еще не понял? Здесь нет жалости. Здесь есть только сила и слабость. Сильные жрут, слабых жрут. Ты хотел стать сильнее всех? Поздравляю, ты выбрал правильное место для старта.

Костоправ встал, потянулся (костяшки хрустнули) и подошел к двери. Прильнул к щели, вглядываясь в темноту.

— Хочешь посмотреть? — предложил он. — Только тихо.

Марк поднялся и бесшумно подошел к двери. Встал рядом, тоже прильнул к щели.

То, что он увидел, запомнилось ему навсегда.

Кладбище горело. Не огнем — жизнью. Сотни, тысячи огоньков — глаз — светились в темноте. Красные, зеленые, желтые, белые. Они двигались, сталкивались, гасли и зажигались снова. Между надгробиями текли реки теней, кипели схватки, вопили жертвы.

Прямо перед склепом, метрах в десяти, две твари рвали друг друга. Одна — знакомая, могильный сплав, только крупнее, уровня четыре. Вторая — нечто человекоподобное, высокое, тощее, с длинными руками-косами. Оно двигалось как танцор, уворачиваясь от десятков конечностей сплава, и раз за разом вонзало свои руки-лезвия в сплавленное тело.

— Костяной жнец, — прокомментировал Костоправ. — Уровень 5. Редкий экземпляр. Обычно сидят в склепах, но в такую ночь тоже выходят поохотиться.

— Кто победит?

— Жнец. Он быстрее, умнее. Сплав — это тупая масса, он хорош против слабых, но против умелого бойца у него шансов мало. Смотри.

Жнец сделал резкий выпад, и одна из голов сплава отлетела в сторону, покатилась по земле, все еще щелкая зубами. Сплав заревел — сотней глоток сразу — и начал распадаться. Его тело, лишенное целостности, просто развалилось на куски, которые тут же бросились врассыпную, пытаясь спрятаться в темноте.

Жнец не стал их преследовать. Он подобрал одну из голов, оторвал от нее нижнюю челюсть и, сунув внутрь свою руку-косу, начал что-то выковыривать.

— Жрет Искру, — сказал Костоправ. — Прямо на месте. Тоже умеет, хотя и не так эффективно, как ты. Он получит процентов двадцать от того, что было в сплаве. Остальное рассеется в воздухе.

— А я получаю всё?

— Ты получаешь всё. Если убьешь сам. Если добиваешь — процент меньше. Система так работает: кто нанес последний удар, тот и забирает львиную долю. Так что учись бить первым и бить последним.

Марк смотрел, как жнец доедает голову, и чувствовал, как голод снова шевелится. Не сильный — так, напоминание о себе. Но достаточно, чтобы в голову полезли мысли: а если выйти? а если попробовать?

— Не дури, — оборвал Костоправ, будто снова читая мысли. — Жнец тебя порвет. Ты второй уровень, он пятый. У него опыта больше, рук длиннее, скорости выше. Даже с тенью не спрячешься — он видит тепло. А ты, хоть и мертвый, тепло выделяешь. Не много, но достаточно.

Марк выдохнул. Разум победил инстинкты.

— Сидим, — сказал он.

— Сидим, — согласился Костоправ. — Смотрим. Учимся.

Они просидели у двери всю ночь.

Марк видел десятки схваток. Видел, как стая могильных грызунов завалила крупного ходячего мертвеца — за счет численности и наглости. Видел, как здоровенный сплав уровня шесть просто прошелся по поляне, сметая все на пути, пока не наткнулся на компанию жнецов и не был ими растерзан. Видел, как из склепа напротив выползло нечто огромное, многоглазое, покрытое слизью, и одним движением расплющило троих грызунов, замешкавшихся на его пути.

— Что это? — прошептал Марк.

— Древний ужас, — хмыкнул Костоправ. — Местный старожил. Уровень 8. Не лезь к нему, даже если станешь пятым. Он медленный, но если достанет — мало не покажется.

К утру схватки стихли. Огоньки глаз гасли один за другим. Твари, пережившие ночь, уползали обратно в могилы и склепы. Выжившие прятали раны, зализывали повреждения, ждали следующей ночи.

Когда небо начало светлеть (не солнцем — просто серый сумрак сменился чуть более светлым сумраком), Костоправ отошел от двери и уселся обратно на груду черепов.

— Ну как тебе ночное шоу?

Марк задумался.

— Поучительно, — ответил он наконец. — Я думал, что смогу справиться со сплавом. Теперь вижу — нет. Слишком много нюансов.

— Умный, — одобрительно кивнул Костоправ. — Это хорошо. Глупые здесь долго не живут. А теперь — давай поговорим серьезно.

Он похлопал ладонью по черепу рядом с собой, приглашая Марка сесть.

— Ты продержался ночь. Ты убил трех тварей, поднял уровень, не сдох. Это минимум, чтобы я с тобой разговаривал как с равным. Почти равным, — поправился он. — Теперь слушай.

Марк сел.

— Я не просто скелет-переросток, — начал Костоправ. — Я был человеком. Давно. Когда этот мир еще не был таким... гнилым. Я был магом. Некромантом. Хорошим некромантом. Настолько хорошим, что перехитрил смерть. Несколько раз.

Он поднял руку, показывая костяные пальцы.

— Это моя шестая смерть. Шестое тело. Каждый раз я воскресал, но терял часть себя. Часть плоти, часть памяти, часть человечности. Сейчас от меня остался только скелет, горстка воспоминаний и желание — понять, кто же меня убивает.

— Тебя убивают? — переспросил Марк.

— Меня убивают регулярно, — усмехнулся Костоправ. — Раз в пару сотен лет. Приходит некто, находит меня, убивает. Я воскресаю в новом теле, теряю память, через сотню лет вспоминаю, что меня убили, начинаю искать — и цикл повторяется. Я уже сбился со счета.

Он замолчал, глядя на свои руки.

— Но в этот раз все иначе. В этот раз я воскрес в этом теле, в этом склепе, и пробыл здесь уже пятьдесят лет. Меня никто не трогает. А потом появляешься ты.

— Я тут ни при чем, — сказал Марк.

— Ты тут при всем, — возразил Костоправ. — Твоя аномалия — Голод Пустоты — это не просто редкий навык. Это то, что ищут. То, за чем охотятся. Тот, кто меня убивает, — он тоже ищет таких, как ты. Он собирает души. Строит из них что-то. Я не знаю, что. Но я знаю, что ты — ключ.

Марк молчал, переваривая информацию.

— Тот ворон, снег, — продолжил Костоправ. — Это знак. Он заметил тебя. Теперь он будет искать. И когда найдет...

— Что тогда?

— Тогда либо ты убьешь его, либо он заберет твою душу и добавит в свою коллекцию. Третьего не дано.

Марк сжал кулаки.

— Кто он?

— Я не помню имени, — покачал головой Костоправ. — Каждый раз, воскресая, я забываю. Но я помню запах. Сладкий, приторный, как гнилые цветы. Помню глаза — черные, без белков, как бездна. Помню голос — тихий, вкрадчивый, от которого хочется залезть под землю и не вылезать.

— И как мне его найти?

— Не надо его искать. Он сам тебя найдет. Твоя задача — стать сильнее до того, как это случится. Настолько сильным, чтобы не сдохнуть в первые пять секунд.

Костоправ встал.

— Я помогу тебе. Буду учить, подсказывать, направлять. Но за это ты поможешь мне.

— Чем?

— Когда придет время — убьешь меня.

Марк замер.

— Чего?

— Убьешь меня, — спокойно повторил Костоправ. — По-настоящему. Так, чтобы я не воскрес. Я устал, малек. Шесть смертей, шесть жизней, вечная погоня за призраком. Я хочу покоя. А ты единственный, кто может дать его — потому что твой Голод пожирает душу полностью. Если ты убьешь меня, Искра не рассеется, не уйдет в новый сосуд. Она просто исчезнет. И я наконец отдохну.

Марк смотрел на скелета и не знал, что сказать.

— Ты не обязан прямо сейчас, — усмехнулся Костоправ. — Я еще поживу. Поучу тебя. Посмотрю, как ты растешь. Но когда придет час — ты знаешь, что делать. Договорились?

Марк кивнул.

— Договорились.

Костоправ удовлетворенно хрустнул шеей.

— Отлично. Тогда начнем урок первый. Ты поднял Ловкость, получил новые возможности, но не знаешь, как их использовать. Выходим наружу. Будем тренироваться на свежих трупах.

— Сейчас? — удивился Марк. — Светает же.

— Самое время. Ночные твари разошлись, дневные еще не вылезли. Есть окно в пару часов, когда кладбище почти пусто. Идеально для новичка.

Костоправ открыл дверь склепа и шагнул наружу.

Марк последовал за ним.

Утро (если это можно было назвать утром) встретило их холодом и трупным запахом. Поле ночной битвы усеивали останки — куски тел, лужи черной жижи, разбросанные кости. Кое-где еще дымилось — тлела плоть, сожженная чьим-то магическим ударом.

— Красота, — прокомментировал Костоправ, оглядываясь. — Продуктивный был вечер.

Он подошел к куче останков, поковырялся в ней и вытащил что-то длинное, блестящее.

— Держи. Первое оружие.

Марк поймал предмет. Это была кость — бедренная, судя по размеру. Но не простая. Она была отполирована до блеска, заострена с одного конца и явно укреплена магией — на поверхности мерцали едва заметные руны.

— Жнец обронил, — пояснил Костоправ. — У него таких много. Бери, пока никто не увидел. Это хороший коготь. Уровня третьего. С ним ты справишься даже с тем сплавом, который вчера видел.

Марк взвесил кость в руке. Легкая, удобная, ложится в ладонь как родная.

[Получено: Коготь жнеца (редкое)]

Тип: одноручное оружие (колющее/режущее)

Урон: 12-18

Особенность: +5% к урону по нежити, игнорирует 10% брони

Требования: Ловкость 10+

— Спасибо, — сказал Марк.

— Не за что. Это аванс. Отработаешь.

Костоправ двинулся дальше по кладбищу, и Марк пошел за ним, сжимая в руке костяной коготь и чувствуя, как мир вокруг перестает быть просто враждебным местом.

Он становился его миром. Его охотничьими угодьями.

И в центре этого мира сидел тот, кто хотел его убить — и тот, кто обещал помочь.

Марк улыбнулся. Впервые за долгое время — искренне, жестко, хищно.

— Чему научимся сначала? — спросил он.

— Самому главному, — ответил Костоправ. — Как не сдохнуть в первые три секунды боя. Остальное приложится.

Глава 4. Мясо

Кладбище дышало.

Марк чувствовал это каждой клеткой своего мертвого тела — медленные, тяжелые вздохи земли, которая переваривала ночные жертвы. Воздух дрожал от остаточной магии, от эха схваток, от предчувствия новых.

— Нюхай, — сказал Костоправ.

Марк втянул воздух.

— Зачем?

— Учись различать. Живой пахнет потом и кровью. Мертвый — тленом и землей. Маг — озоном и гарью. Тварь — каждой своей жертвой.

Костоправ шел впереди, длинные руки касались надгробий, собирали информацию. Он двигался как паук — плавно, экономно, ни одного лишнего движения.

— Сколько ты здесь проживешь, зависит только от одного: как быстро научишься чувствовать опасность за версту. Глаза обманут. Уши обманут. Нюх — никогда.

Марк прислушался к себе. Запахи действительно различались — он не замечал этого раньше, но теперь, когда Костоправ сказал, ноздри будто раскрылись.

Пахло сырой землей — везде, фоново. Пахло гнилью — отовсюду, но с разной интенсивностью. Пахло...

— Свежая кровь, — сказал Марк. — Слева.

— Умница. Веди.

Марк двинулся на запах. Коготь жнеца приятно грел ладонь — оружие чувствовало его, подстраивалось, ждало.

Запах привел к груде камней — остаткам старого склепа, рухнувшего десятки лет назад. В щели между валунами что-то шевелилось.

Марк замер, присел, выглянул.

Могильный грызун. Один. Уровень 2. Раненый — задняя лапа оторвана, на боку глубокая рана, из которой сочилась черная жижа. Он зализывал повреждения и тихо скулил.

— Добить? — спросил Марк.

— Ты спрашиваешь у меня, убивать ли еду? — усмехнулся Костоправ. — Твой голод, твоя добыча. Но учти: раненый зверь опаснее здорового. Ему терять нечего.

Марк кивнул и скользнул вперед.

Тень приняла его сразу — навык сработал будто сам, на инстинктах. Выносливость поползла вниз: 98... 96... 94...

Грызун не чувствовал опасности. Он скулил, лизал рану, вздрагивал всем телом.

Марк подобрался на три метра. Два. Один.

Коготь вошел в башку сзади, пробил череп насквозь и воткнулся в землю под мордой.

Грызун даже не пискнул.

[Враг повержен: Могильный грызун (ур. 2)]

[Поглощение Искры... +32 Искры]

Тепло разлилось по телу. Меньше, чем в первый раз, но все равно приятно. Голод довольно свернулся, насыщаясь.

Марк выдернул коготь, отряхнул его от черной жижи и посмотрел на Костоправа.

— Так?

— Криво, — ответил скелет. — Сзади заходить правильно, но бить надо в затылок, а не сверху. Коготь застрять мог. Если бы дернулся — остался бы без оружия. Еще.

— Еще?

— Ты сюда зачем пришел? Тренироваться. Вот и тренируйся. До обеда убьешь десяток — будет прогресс.

Марк кивнул и двинулся дальше.

Костоправ шел за ним, комментировал, ругался, изредка хвалил.

За час Марк убил семь тварей.

Первых двух завалил по одному — грызуны, пара ходячих мертвецов, едва держащихся на ногах. Третьего чуть не проворонил — тот затаился в кустах и прыгнул со спины, пришлось уходить кувырком и добивать уже лежа.

Четвертый и пятый попались вместе — два грызуна, которые жрали одну тушу. Марк убил первого быстро, второй успел заверещать, пришлось догонять и резать, пока не сбежал.

Шестой оказался сюрпризом — не грызун, не ходячий, а что-то вроде огромной пиявки, зарывшейся в землю. Марк наступил на нее, она вылезла, попыталась присосаться к ноге. Пришлось пилить когтем минуты три — тварь была склизкая, увертливая, с толстой шкурой.

Седьмого нашел Костоправ — указал пальцем на груду костей, под которой прятался мелкий скелет-воин. Тот выскочил с мечом в руках, попытался атаковать, но Марк был быстрее.

[Поглощено за час: 7 тварей, 310 Искр]

[Текущий опыт: 365/200]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 3]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 165/400 до следующего уровня]

Марк остановился, чувствуя, как сила снова вливается в тело. Рост шел быстро — слишком быстро? — но останавливаться он не собирался.

— Куда вкладывать? — спросил он у Костоправа.

— В Ловкость, конечно, — ответил скелет. — Ты убийца, не танк. Сила тебе нужна только чтобы коготь держать. Ловкость — это скорость, уворот, криты. Дух — на потом, когда магию откроешь. Концентрация — для точных ударов.

Марк распределил:

[+3 Ловкость, +1 Дух, +1 Концентрация]

Новые характеристики:

Уровень: 3

Здоровье: 45/45

Выносливость: 120/120

Сила: 9

Ловкость: 14

Дух: 18

Концентрация: 13

— Хорошо, — одобрил Костоправ. — Теперь покажи, что умеешь. Видишь вон того?

Он указал на холм метрах в ста. Там, у входа в склеп, стояло нечто. Человеческое тело, высокое, широкоплечее, в ржавых доспехах. В руках — огромный меч, проржавевший, но явно тяжелый. Лица не видно — под шлемом только тьма.

[Ходячий рыцарь. Уровень 5. Тип: Нежить (высшая)]

Погибший воин, который не смирился со смертью. Силен, медлителен, опасен в ближнем бою. Уязвим к скорости.

— Он вдвое больше меня, — заметил Марк.

— Он вчетверо медленнее. Твоя Ловкость — 14. Его — максимум 6. Ты будешь бегать вокруг него, как муха, пока он не упадет. Главное — не попадай под меч. Один удар — и ты труп. Даже с твоим здоровьем.

Марк сжал коготь.

— Рискнем?

— Затем и пришли.

Марк двинулся к рыцарю.

Ветер дул в лицо — запах ржавчины, старой крови и мертвой плоти. Рыцарь стоял неподвижно, как статуя. Может, спал? Может, ждал?

Сорок метров. Тридцать. Двадцать.

На двадцати рыцарь повернул голову. Из-под шлема блеснули два красных огонька.

— Пришел, — проскрежетал голос, похожий на скрип несмазанных петель. — Еще один. Живой. Мертвый. Какая разница. Я убью.

Он поднял меч. Двуручник, тяжелый, с зазубринами. Таким можно разрубить человека пополам одним ударом.

Марк не стал ждать. Рванул вперед, уходя вправо, активируя тень.

Выносливость поползла вниз: 120... 118... 116...

Рыцарь ударил — меч описал дугу, снося все на пути. Марк ушел под удар, перекатился, вскочил за спиной противника.

Коготь полоснул по ноге — там, где доспех был тоньше, у колена.

Рыцарь взревел, развернулся, ударил снова. Марк отпрыгнул, но меч задел плечо — холод, царапина, Здоровье: 40/45.

— Быстрее! — крикнул Костоправ издалека. — Не стой!

Марк нырнул под следующую дугу, оказался сбоку, всадил коготь в подмышку — туда, где доспех не закрывал тело.

Черная жижа брызнула на руку. Рыцарь зашатался.

— Еще!

Марк бил снова и снова. В спину, в поясницу, в затылок, куда доставал. Он кружил вокруг рыцаря волчком, исчезая в тени, появляясь с другой стороны, не давая противнику прицелиться.

Рыцарь ревел, махал мечом, но попадал только по воздуху.

Минута. Две. Пять.

Выносливость упала до 40, когда рыцарь покачнулся в последний раз и рухнул на колени.

— Добивай! — заорал Костоправ.

Марк прыгнул на спину, обхватил шлем руками, нашел щель между шлемом и доспехом и вогнал коготь по самую рукоятку.

Рыцарь дернулся, замер, упал лицом в землю.

[Враг повержен: Ходячий рыцарь (ур. 5)]

[Поглощение Искры... +280 Искр]

Тепло хлынуло мощным потоком. Гораздо сильнее, чем от грызунов. Марк зажмурился, чувствуя, как уровень снова дергается.

[Текущий опыт: 445/400]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 4]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 45/600 до следующего уровня]

— Ебучий... потолок... — выдохнул Марк, слезая с туши.

— Ты как? — Костоправ подошел ближе, рассматривая рыцаря.

— Цел. Почти.

— Хорошо. Зато прокачка — огонь. Два уровня за час. Так и дальше пойдет.

Марк распределил очки:

[+3 Ловкость, +2 Дух]

Ловкость: 17. Дух: 20.

Он чувствовал себя богом. Сила переполняла, движения стали легче, воздух — прозрачнее, мир — медленнее.

— Что дальше? — спросил Марк.

— Дальше — главное, — ответил Костоправ. — Смотри.

Он подошел к туше рыцаря и ногой перевернул ее. Под доспехами оказалась груда костей и черной жижи — тело рассыпалось после смерти. Но в центре, там, где должна быть грудь, что-то блестело.

— Доставай.

Марк запустил руку в месиво и вытащил небольшой кристалл. Темно-красный, пульсирующий, теплый.

— Что это?

— Ядро души, — сказал Костоправ. — У сильных тварей иногда остается. В нем — концентрированная Искра. Если сожрешь — получишь сразу много опыта. Но лучше не жрать.

— Почему?

— Потому что такие штуки нужны для другого. Для крафта, для ритуалов, для открытия способностей. Это валюта высшего уровня. Спрячь.

Марк сунул кристалл в карман — тот лег там тяжелым теплым комком.

— Еще такие будут?

— Будут. Чем сильнее враг — тем больше шанс. Костяной жнец, которого ты видел — у него таких штук десяток. Сплав уровня 8 — тоже может быть. Собирай. Пригодится.

Костоправ оглядел кладбище.

— Солнце встает. Ночные твари уже зарылись, дневные еще не вылезли. У нас час-полтора. Успеем еще одного?

Марк кивнул.

— Веди.

Они двинулись дальше.

Следующая цель нашлась быстро — старый склеп, почти полностью ушедший в землю. Внутри кто-то ворочался, скребся, тихо подвывал.

— Затаился, — сказал Костоправ. — Чует нас, но не выходит. Значит, слабее тебя. Заходи.

Марк скользнул внутрь.

Тьма обняла его, как родного. Класс работал на полную — он видел в черноте почти как днем. Склеп оказался большим, с кучей ответвлений, с нишами, где стояли гробы.

Тварь затаилась в углу, за грудой костей. Плоская, длинная, похожая на змею с десятком коротких лапок. Глаза горели зеленым.

[Могильный ползун. Уровень 4. Тип: Нежить (низшая)]

Падальщик, питающийся червями и мелкими останками. Труслив, но в тесноте опасен — душит жертву кольцами тела.

Ползун бросился первым.

Марк ушел в сторону, полоснул когтем по скользкой шкуре — без эффекта. Тварь развернулась, метнулась снова, попыталась обвить ноги.

Марк прыгнул, перекатился, вскочил на гроб. Ползун зашипел, полез на стену, чтобы атаковать сверху.

— Медленный, — пробормотал Марк.

Он прыгнул навстречу, в полете всадил коготь в единственный глаз твари, пробил голову насквозь и пришпилил к стене.

Ползун дернулся раз, другой и затих.

[+130 Искр]

[Опыт: 175/600]

— Чисто, — сказал Марк, выходя наружу.

Костоправ довольно кивнул.

— Учишься. Еще неделя таких тренировок — и ты сможешь выйти за пределы кладбища.

— А там что?

— А там — мир. Города, деревни, другие твари, другие охотники. Живые, которые боятся мертвых. Мертвые, которые охотятся на живых. Империи, которые рушатся. Боги, которые умирают.

Костоправ посмотрел на небо.

— Но сначала тебе нужно выжить здесь. До ночи.

— А ночью что?

— А ночью — охота. На тебя.

Марк нахмурился.

— В смысле?

— Ты убил рыцаря. Он был не простой — он был чей-то. У него был хозяин. И хозяин уже знает, что его пса завалили. Скоро придет проверять.

— Сильный?

— Не знаю. Но явно сильнее рыцаря. Так что готовься.

Марк сжал коготь.

— Я готов.

— Пока нет, — усмехнулся Костоправ. — Но скоро будешь. Пошли, покажу одно место. Там можно затаиться и переждать до вечера.

Они двинулись вглубь кладбища, туда, где надгробия стояли особенно густо, а туман не рассеивался даже днем.

Где-то позади, над телом рыцаря, уже кружили вороны.

Глава 5. Владения

Костоправ вел Марка через самые старые участки кладбища.

Здесь надгробия рассыпались в труху, склепы провалились в землю, а могилы заросли колючкой такой густой, что приходилось обходить. Воздух стал тяжелее — пахло не просто тленом, а чем-то древним, выдержанным, въевшимся в почву за сотни лет.

— Смотри под ноги, — бросил Костоправ через плечо. — Тут нор полно. Провалишься — буду откапывать.

Марк смотрел. Под ногами действительно зияли дыры — то ли ходы червей, то ли входы в чьи-то логова. Некоторые были маленькие, с кулак, другие — размером с человека.

— Кто тут живет?

— Много кто. Падальщики в основном. Но есть и серьезные твари — те, что не любят свет и выползают только в полную темноту. Мы идем к одному из них.

— К кому?

— К старшему. Хранителю границ. Он решает, кому можно здесь селиться, а кому — нет. Я с ним знаком. Недолго, но знаком. Если повезет — пропустит.

Костоправ остановился у огромного валуна, наполовину вросшего в землю. На валуне были высечены символы — старые, стертые временем, но все еще различимые.

— Здесь граница. Дальше — Владения Гнилых. Не суйся без спроса.

— Владения? — переспросил Марк.

Костоправ обернулся, присел на валун и махнул рукой, приглашая Марка сесть рядом.

— Ты думаешь, кладбище — это просто куча могил? Нет, малек. Кладбище — это государство. Со своими законами, границами, правителями и армиями.

Он достал из кармана (откуда у скелета карман?) какую-то кость и начал чертить на земле.

— Смотри. Кладбище, на котором ты очнулся — одно из крупнейших в этой части мира. Оно тянется на десятки километров. И оно поделено.

Костоправ нарисовал круг, разделил его на несколько секторов.

— Есть четыре основных Владельца. Четыре твари, которые правят здесь уже сотни лет. Им подчиняются все, кто живет в их секторах. Они собирают дань, решают споры, организуют охоту.

— И кто они?

— Первый — Гнилой Король. Правит северной частью, самой старой и самой гнилой. Он древний, очень древний. Говорят, был человеком, королем какого-то государства, которое рассыпалось тысячу лет назад. Теперь он — груда гниющей плоти, которая сидит на троне из костей и отдает приказы через своих слуг.

Костоправ нарисовал крест на верхнем секторе.

— Второй — Мать Червей. Она живет в южных катакомбах, под землей. Никто не знает, как она выглядит — видевшие не возвращались. Говорят, она — огромная матка, порождающая тварей. Все могильные черви, все ползуны, все, что ползает под землей — ее дети.

— Третий — Мясник. Он владеет восточной частью, свежими захоронениями. Там хоронят людей до сих пор, и Мясник питается свежатиной. Он быстрее всех, сильнее всех в ближнем бою. Говорят, он был палачом при жизни и теперь не может остановиться.

Костоправ нарисовал третий сектор.

— Четвертый — Библиотекарь. Самый загадочный. Он живет в западной части, где стоят старые склепы знати. Он собирает знания, память мертвых, их последние мысли. Говорят, у него есть архив из тысяч душ, и он может узнать любую тайну за определенную плату.

Марк смотрел на схему.

— А центр?

— Центр — ничейная земля. Там, где ты очнулся, где мы сейчас сидим. Там постоянно войны, потому что каждый из четырех хочет оттяпать кусок побольше. Поэтому центр опаснее всего — там нет правил, там можно все.

— А твой склеп?

— Мой склеп на границе центра и западного сектора. Библиотекарь меня терпит, потому что я тоже храню память. Иногда мы обмениваемся.

Костоправ стер рисунок.

— Ты убил рыцаря в центре. Но рыцарь был не сам по себе. Такие, как он, не гуляют просто так. Он был чей-то.

— Чей?

— Судя по доспехам и оружию — мясниковский. Мясник любит воинов. Собирает их души, превращает в своих слуг. Ты убил его пса. Значит, скоро Мясник узнает.

— И что будет?

— Придет проверять. Сначала пошлет разведку — тварей помельче. Потом, если разведка не вернется, придет сам или пришлет своего приближенного. У него есть лейтенанты — сильные твари, уровней 15-20. С ними ты пока не справишься.

Марк нахмурился.

— Сколько мне нужно, чтобы справиться с таким?

— Уровней 10-12, если повезет. И хорошее оружие. И знание их слабостей. И подготовка.

Костоправ встал.

— Поэтому мы идем к Хранителю границ. Это нейтральный персонаж. Он не подчиняется никому из четверых. Он просто следит, чтобы границы соблюдались. Если он разрешит тебе быть здесь — Мясник не сможет сунуться без объявления войны.

— И он разрешит?

— За плату. У тебя есть кристалл души рыцаря. Это хорошая плата.

Костоправ двинулся дальше, обходя валун.

— Пошли. Хранитель ждет.

Они спустились в низину, где даже туман не решался стелиться — просто пустота, черная земля, ни травинки, ни камня. В центре низины стояло кресло.

Огромное, каменное, вырезанное из цельной скалы. В кресле кто-то сидел.

Марк не сразу понял, что это существо. Оно было неподвижно, как статуя, и сливалось с креслом. Только когда подошли ближе, Марк разглядел — человек? Не человек. Нечто гуманоидное, с серой кожей, с длинными руками, сложенными на груди. Глаза закрыты. Лица почти нет — только гладкая маска с прорезями.

[Хранитель границ. Уровень ???]

Древнее существо, следящее за соблюдением территориальных договоренностей. Не участвует в схватках, но нарушителей наказывает лично.

— Костоправ, — раздался голос. Беззвучный, прямо в голове. — Редкий гость.

— Хранитель, — кивнул скелет. — Привел новичка. Хочу просить убежища в твоих землях.

— Новичок. Мертвый. Растет, — голос перечислял факты. — Убил рыцаря Мясника. Теперь Мясник ищет.

— Верно.

— Чем заплатит?

Костоправ толкнул Марка локтем.

Марк достал кристалл души рыцаря, положил на землю перед креслом.

Одна рука существа опустилась, взяла кристалл, поднесла к лицу. Прорези на маске чуть расширились — вдох? Втягивание?

— Плата принята. Можешь оставаться в моих землях до следующего полнолуния. Мясник не войдет.

Костоправ облегченно выдохнул.

— Спасибо, Хранитель.

— Но, — продолжил голос. — Новичок должен знать правила.

Глаза существа открылись. Там была пустота. Абсолютная, черная, засасывающая.

— Первое: не убивать в моих землях без нужды. Только самооборона. Второе: не привлекать внимание. Третье: каждый седьмой день — плата. Одна душа. Сильная.

Марк кивнул.

— Принято.

— Тогда иди. Твой склеп — вон там. — Рука указала на восток. — Пустой, сухой, ждет хозяина. Костоправ покажет.

Существо закрыло глаза и снова стало статуей.

Костоправ потянул Марка за рукав.

— Пошли, быстрее, пока не передумал.

Они двинулись прочь из низины.

— Это было... странно, — сказал Марк.

— Это Хранитель. Он не злой и не добрый. Он просто функция. Выполняет свою работу уже тысячу лет. Его даже Четверо боятся — потому что он вне их власти.

— А кто его создал?

— Никто не знает. Говорят, он был тут еще до кладбища. До людей. До всего.

Костоправ ускорил шаг.

— Теперь у нас есть своя территория. Маленькая, но своя. Будем тренироваться, расти, готовиться. Через месяц — полнолуние. Плата Хранителю. А там — посмотрим.

— Что будет в полнолуние?

— В полнолуние границы становятся тоньше. Твари выходят на охоту все сразу. Если хочешь много мяса — выходи в полнолуние. Если хочешь сдохнуть — тоже выходи в полнолуние.

Костоправ усмехнулся.

— Но ты же у нас голодный. Так что, думаю, выйдешь.

Марк промолчал.

Они подошли к склепу — небольшому, каменному, наполовину вросшему в холм. Дверь была цела, даже петли не скрипели.

— Жилье, — сказал Костоправ. — Обустраивайся. Завтра начнем серьезную подготовку.

Марк зашел внутрь.

Тьма. Сухо. Пахнет пылью и древностью. В углу — каменный саркофаг, пустой. У стены — полки с истлевшими книгами. На полу — кости, черепа, чьи-то останки.

— Уютно, — сказал Марк.

— Привыкнешь.

Костоправ уселся на саркофаг.

— Давай подведем итоги дня. Ты уровень 4. Убил рыцаря, ползуна, кучу мелочи. Получил убежище. Узнал про Четверых. Неплохо для первого дня.

— Что завтра?

— Завтра начнем учиться магии. Твой Дух уже 20 — пора открывать Мана-канал. Без магии ты долго не протянешь.

Марк удивился.

— Я думал, Теневой клинок — это про скрытность.

— Это про все. Тень — это стихия. У нее есть свои заклинания, свои техники. Скрытность — только вершина. Под ней — тьма, страх, подчинение, смерть.

Костоправ встал.

— Отдыхай. Завтра рано вставать.

Он вышел, оставив Марка одного.

Марк сидел в темноте, сжимал коготь и слушал, как за стенами склепа завывает ветер. Где-то далеко, на востоке, горели красные огни — владения Мясника.

Скоро они встретятся.

Глава 6. Воля к власти

Марк не спал.

Он сидел в углу склепа, прислонившись спиной к холодному камню, и смотрел в темноту. Саркофаг стоял пустой — ложиться в него не тянуло. Слишком свежи были воспоминания о гробе, о земле, о червяках, ползающих по лицу.

Вместо сна он думал.

Четверо. Гнилой Король. Мать Червей. Мясник. Библиотекарь.

Они правили этим кладбищем сотни лет. Им подчинялись тысячи тварей. Они собирали дань, решали судьбы, вели войны.

А он, Марк, всего четыре часа назад вылез из могилы с дырой в груди и когтем в руке.

Несправедливо.

Мысль пришла неожиданно и застряла занозой. Почему они? Почему эти четверо? Чем они лучше?

Ответ был очевиден: они старше. Сильнее. У них было время накопить силу, подмять под себя слабых, построить иерархию.

Но если он растет, а они — нет?

Марк замер.

Костоправ сказал: в этом мире все рождаются с потолком. Кому суждено быть червем — тот червь и сдохнет. Кому суждено быть драконом — тот дракон.

Но Четверо уже драконы. Они на вершине. И они не могут расти дальше.

А он может.

Марк встал, прошелся по склепу. Мысли метались, сталкивались, рождали новые.

Они сильные. Очень сильные. Каждый из них — уровень, наверное, за сотню. Он даже рядом стоять не может — раздавят.

Но если он будет расти... если он будет жрать души каждый день... если через год он станет пятидесятым, через два — сотым...

Он сможет бросить вызов.

Не сейчас. Не скоро. Но когда-нибудь.

Марк остановился у стены, уперся лбом в холодный камень.

— Ты чего не спишь? — раздался голос Костоправа из темноты.

Скелет сидел на саркофаге, скрестив ноги, и светился зелеными глазами. Марк даже не заметил, когда он вернулся.

— Думаю.

— О чем?

— О Четверых.

Костоправ хмыкнул.

— Рано еще о них думать. Ты муравей, они — слоны.

— Знаю. Но я расту. Они — нет.

Костоправ замолчал. Долго смотрел на Марка, будто видел впервые.

— Ты серьезно?

— А почему нет? Ты сам сказал: я единственный, кто может пробить потолок. Если я буду жрать достаточно, если стану сильнее... почему бы не попробовать?

— Потому что они тебя убьют, — жестко сказал Костоправ. — Не через год. Завтра. Как только узнают, что ты существуешь.

— А если не узнают?

— Они уже узнают. Мясник знает про рыцаря. Скоро пошлет разведку. Когда разведка не вернется — придет сам.

— И что мне делать? Прятаться вечно?

— Прятаться, пока не станешь сильнее. Это не вечность. Это год, два, пять. Для бессмертного — миг.

Марк покачал головой.

— Я не хочу прятаться.

— А что ты хочешь?

— Я хочу понять, как они это сделали. Как они подчинили всех остальных.

Костоправ встал, подошел ближе.

— Это просто. Сила. Страх. Иерархия. Каждая тварь на кладбище знает: если не подчинишься — сдохнешь. Если подчинишься — получишь защиту, пищу, территорию. Слабые идут к сильным, потому что так выживать легче.

— А ты?

— А я не подчиняюсь. Я слишком старый, слишком хитрый, слишком бесполезный для них. Меня не трогают, потому что я не мешаю.

— Но ты мог бы быть одним из них.

— Мог бы, — согласился Костоправ. — Но не захотел. Власть — это ответственность. Это войны, интриги, постоянная угроза. Я устал от всего этого. Я хочу покоя.

Марк кивнул.

— А я хочу попробовать.

— Что именно?

— Власть. Я хочу понять, каково это — когда тебе служат. Когда твари боятся не убить тебя, а не угодить тебе.

Костоправ усмехнулся.

— Честолюбивый малек. Это хорошо. Но давай по порядку. Сначала — выжить. Потом — стать сильнее. Потом — подумать о власти. Идет?

— Идет.

Костоправ хлопнул его по плечу костяной ладонью.

— Тогда слушай. Если хочешь, чтобы тебе служили, нужно понять, почему служат другие.

Он уселся обратно на саркофаг, жестом приглашая Марка сесть рядом.

— Смотри. Возьмем любую тварь. Могильного грызуна, например. Почему он подчиняется Мяснику?

— Потому что Мясник сильнее.

— Нет. Потому что Мясник дает ему то, чего у него нет. Защиту. Территорию. Доступ к пище. Грызун слаб, он не может охотиться на крупную добычу, не может отбиться от хищников. Ему нужен покровитель. Мясник — покровитель. Он говорит: "Живи на моей земле, жри то, что я разрешу, и в благодарность приноси мне часть добычи".

— А если грызун не согласится?

— Тогда он сдохнет. Либо от голода, либо от чужих тварей, либо от самого Мясника. Выбора нет.

Марк задумался.

— То есть власть — это не только сила. Это еще и ресурсы.

— Именно. Ты можешь быть сильнее всех, но если ты не даешь подчиненным ничего, кроме страха — они сбегут при первой возможности. Или убьют тебя во сне.

Костоправ постучал пальцем по виску.

— Умный правитель дает подчиненным то, что им нужно. Территорию, безопасность, пищу, возможность размножаться. Взамен берет дань и лояльность.

— А если подчиненный станет сильнее?

— Тогда он либо уходит и становится самостоятельным, либо бросает вызов. Поэтому умный правитель следит, чтобы никто не стал слишком сильным. Либо ограничивает рост, либо убивает потенциальных конкурентов.

Марк кивнул.

— Значит, если я хочу, чтобы мне служили, мне нужно сначала стать достаточно сильным, чтобы никто не рискнул бросить вызов. А потом дать слугам то, что им нужно.

— И никогда не выпускать ситуацию из-под контроля, — добавил Костоправ. — Одна ошибка — и ты труп.

— Сколько тварей у Мясника?

— Тысячи. От грызунов до рыцарей. У него целая армия.

— А у Гнилого Короля?

— Еще больше. Он старше, у него было время накопить. Но его твари медленнее, тупее. Мясник берет скоростью, Король — числом.

— А Библиотекарь?

— У него мало слуг. Он не воин. Он собирает знания, а не армии. Но те, кто ему служат — самые умные, самые хитрые. Потому что знания — тоже власть.

Марк встал, снова прошелся.

— А Мать Червей?

— Она вообще не выходит. Сидит под землей, плодит тварей. У нее самая большая армия, но она не управляет ими напрямую. Червям плевать на приказы, они просто жрут все подряд. Ее слуги — те, кто умнее, кто может контролировать червей.

Костоправ посмотрел на Марка.

— К чему эти расспросы?

— Я пытаюсь понять, какой правитель я хочу быть.

— Рано. Сначала стань сильным. А потом выбирай стиль.

— Но думать можно уже сейчас.

— Думать — можно. Только не заигрывайся. Власть — это наркотик. Начнешь пробовать — не остановишься.

Марк усмехнулся.

— А если я не хочу останавливаться?

Костоправ вздохнул.

— Тогда ты либо станешь новым Четвертым, либо сдохнешь, пытаясь. Третьего не дано.

— Меня устраивает.

В склепе повисла тишина.

Где-то снаружи завыл ветер. Где-то далеко заскрежетала тварь. Кладбище жило своей ночной жизнью.

— Костоправ, — спросил Марк. — А почему они вообще служат? Твари? У них же нет разума, почти.

— У них есть инстинкты. Голод, страх, желание размножаться. Если ты можешь закрыть их базовые потребности — они будут служить. Даже тупые.

— А если я захочу, чтобы мне служили разумные? Как ты?

Костоправ рассмеялся — сухо, скрипуче, как несмазанная телега.

— Ха! Разумные — это проблема. Разумные хотят не только жрать и размножаться. Они хотят смысла, свободы, уважения. Их сложнее контролировать. Но если получится — они лучшие слуги.

— Как ты с Библиотекарем?

— Я не слуга. Я партнер. Иногда. Когда ему нужны мои знания, он платит. Когда мне нужны его — я плачу. Равный обмен.

— А можно так со всеми?

— Нельзя. Равных мало. Остальные — либо слабее, либо сильнее. С сильными ты не на равных, ты или подчиняешься, или умираешь. Со слабыми — ты или правишь, или игнорируешь.

Марк кивнул.

— Я понял.

— Что именно?

— Чтобы править, нужно быть сильнее всех. Чтобы быть сильнее всех, нужно жрать. Чтобы жрать, нужно убивать. Выходит, власть и убийства — одно и то же.

Костоправ одобрительно щелкнул челюстью.

— Дошло. Молодец. Теперь осталось малость — научиться убивать так, чтобы не убили в ответ.

— Научишь?

— Учу уже. Завтра продолжим.

Костоправ зевнул (откуда у скелета зевота?) и улегся на саркофаг.

— Спи. Завтра тяжелый день.

Марк вернулся в свой угол, сел, закрыл глаза.

Но мысли не отпускали.

Четверо. Тысячи слуг. Армии. Территории. Войны.

Он представлял себя на их месте. Как он сидит на троне из костей, а вокруг — полчища тварей, ждущих его приказов. Как он посылает их на охоту, на войну, на смерть. Как они возвращаются с добычей, с душами, с кристаллами.

Голод внутри одобрительно заурчал.

— Нравится? — прошептал Марк сам себе.

Пустота ответила теплом.

Да. Нравится.

За стенами склепа ветер стих. Кладбище замерло в ожидании рассвета.

Марк не спал. Он планировал.

Утром (серым, как всегда) Костоправ растолкал его пинком.

— Вставай. Есть хотим.

Марк открыл глаза. Тело отдохнуло — видимо, мертвым тоже нужен отдых, просто по-другому.

— Сколько времени?

— Полдень. Проспал всю ночь и пол-утра. Хорошо, что я караулил.

— Караулил от кого?

— От разведки Мясника. Приходили ночью. Двое. Уровни 7 и 8. Я их спугнул.

Марк вскочил.

— Ты убил их?

— Нет. Сказал, что здесь владения Хранителя. Они ушли. Доложить.

— Значит, Мясник знает, где я.

— Знает. Теперь у тебя есть время до вечера, чтобы подготовиться.

— К чему?

— К гостям. Сегодня ночью они придут снова. Не разведка — бойцы.

Марк сжал коготь.

— Сколько их?

— Не знаю. Но точно больше двух.

— И что делать?

— Жрать. Расти. У нас есть несколько часов. Пошли на охоту.

Они вышли из склепа.

Кладбище встретило их туманом и тишиной. Дневные твари еще не вылезли, ночные уже зарылись. Идеальное окно.

— Куда идем?

— К южным катакомбам. Там много мелочи, которую можно быстро сожрать. Нам нужен тебе уровень 5-6 до вечера.

— Реально?

— Если будем бегать быстро.

Костоправ двинулся на юг, Марк за ним.

По пути он спросил:

— А почему нежить вообще подчиняется Четверым? Они же мертвые. У них нет инстинктов, как у живых.

— Есть, — ответил Костоправ на ходу. — Другие, но есть. Голод — раз. Страх смерти — два. И самое главное — память.

— Память?

— Нежить помнит, каково это — быть живым. Помнит боль, потерю, одиночество. Поэтому они ищут защиты, ищут смысл, ищут того, кто даст им иллюзию жизни.

— А Четверо дают?

— Дают. Территорию — чтобы было где прятаться от охотников. Пищу — чтобы не голодать. Иерархию — чтобы знать свое место и не сходить с ума от пустоты.

Марк задумался.

— Значит, если я стану правителем, мне нужно будет давать им это?

— Да. Или придумать что-то лучше.

— А что может быть лучше?

Костоправ остановился, обернулся.

— Ты можешь дать им то, чего у них никогда не было.

— Что?

— Рост. Возможность стать сильнее. Если ты единственный, кто может давать Искры другим... если ты научишься делиться... они пойдут за тобой на край света.

Марк замер.

— Я могу давать им силу?

— Не знаю. Но если можешь брать — может, можешь и отдавать. Надо проверить.

— Как?

— Найди добровольца. Слабого. Попробуй передать ему часть Искры.

Марк посмотрел на свои руки.

— А если не получится?

— Тогда доброволец сдохнет. Такое бывает.

— Жестоко.

— Это мир, малек. Здесь все жестоко.

Костоправ двинулся дальше.

— Но если получится... если ты сможешь растить своих слуг... ты станешь богом. Не просто правителем — богом.

Марк шел за ним и чувствовал, как голод внутри разгорается с новой силой.

Не просто жрать. Не просто расти.

Создавать.

Владеть.

Быть тем, кому служат не из страха, а из благодарности.

— Я хочу попробовать, — сказал он.

— Попробуешь, — ответил Костоправ. — Но сначала — нажрись до отвала. Вон, видишь?

Он указал вперед.

В низине, у входа в катакомбы, копошилась целая стая могильных грызунов. Штук десять. Уровни от 2 до 4.

— Твоя разминка.

Марк сжал коготь и скользнул в тень.

Впереди была охота.

Глава 7. Кровь и уровень

Стая не ждала гостей.

Десять грызунов жрали что-то — тушу крупного зверя, которую выволокли из катакомб. Они чавкали, рычали, дрались за лучшие куски и не смотрели по сторонам.

Марк стоял в тени старого склепа в тридцати метрах и оценивал добычу.

— Уровни, — прошептал он.

Костоправ, присевший рядом, зашелестел в ответ:

— Два по четвертому, три по третьему, остальные вторые. Стая. Если нападешь в лоб — сожрут. Если будешь умным — вырежешь по одному.

— Как?

— Жди. Они насытятся и начнут расходиться. Самые слабые уйдут первыми — им не досталось. Вот их и бери.

Марк кивнул.

Ждать пришлось долго. Минут двадцать грызуны возились у туши, пока самые крупные не нажрались до отвала. Тогда они начали отгонять мелочь — рычали, кусали, отбрасывали в стороны.

Мелкие, повизгивая, разбегались.

Первый попался через пять минут. Маленький, тощий, уровень 2 — он плелся вдоль стены катакомб, зализывая укушенную лапу.

Марк вышел из тени бесшумно. Коготь вошел в затылок — чисто, быстро, без звука.

[+28 Искр]

Тепло разлилось по телу. Голод довольно дернулся.

Марк оттащил тушу в кусты и вернулся на позицию.

Второй нашелся у груды камней. Он пытался отрыть чью-то нору, чтобы украсть запасы. Уровень 2.

Коготь. Хруст. Тишина.

[+31 Искра]

Третий пил воду из лужи. Уровень 3.

Марк подобрался сзади, зажал пасть рукой и полоснул по горлу.

[+45 Искр]

К четвертому пришлось идти дальше — он забрался в небольшую пещерку у входа в катакомбы и там сворачивался клубком, готовясь ко сну.

Марк зашел следом. Темнота приняла его сразу. Грызун даже не проснулся.

[+30 Искр]

Пятый оказался хитрее. Он не ушел далеко, а затаился у туши, надеясь, что крупные уйдут и он доест остатки. Когда Марк вернулся, грызун сидел под брюхом мертвого зверя и грыз кость.

Дистанция — пять метров. Четыре. Три.

Грызун поднял голову.

Их глаза встретились.

Грызун разинул пасть, чтобы завизжать, но Марк уже летел вперед. Коготь вошел в раскрытую глотку, пробил нёбо, воткнулся в мозг.

Грызун дернулся и затих.

[+42 Искры]

— Шестой, — прошептал Марк, вытирая коготь.

— Осталось четверо, — раздался голос Костоправа из темноты. — Но они крупные. Вместе.

Марк выглянул из-за туши.

Три грызуна третьего уровня и один четвертый сидели у входа в катакомбы. Они не уходили — ждали, когда мелкие принесут им дань. Типичная стайная иерархия.

— Как брать?

— В лоб нельзя. Замани.

— Чем?

Костоправ усмехнулся и выкинул на открытое место кусок мяса, оторванный от туши.

Грызуны повернули головы.

Один — третий уровень — встал и пошел к мясу.

— Давай, — шепнул Костоправ.

Марк скользнул в тень, обошел грызуна сзади, ударил.

[+38 Искр]

Остальные трое замерли. Они не поняли, что случилось — их сородич просто исчез.

Второй пошел проверить.

Марк убил его через минуту.

[+41 Искра]

Двое оставшихся — третий и четвертый — наконец заподозрили неладное. Они встали спина к спине, зарычали, закрутили головами.

— Сейчас они побегут, — сказал Костоправ. — Не дай.

Марк рванул вперед.

Грызуны бросились в разные стороны. Марк погнался за четвертым — самый жирный кусок не должен уйти.

Тварь бежала быстро, но Марк был быстрее. Ловкость 17 делала свое дело — он настиг грызуна через сто метров, прыгнул на спину, всадил коготь в основание черепа.

[+78 Искр]

Последний, третий уровень, уже скрылся в катакомбах.

Марк остановился у входа, тяжело дыша (привычка, уже не нужная, но въевшаяся).

— Догонять?

— Нет. В катакомбы без подготовки не суйся. Там Мать Червей.

Марк кивнул и вернулся к туше.

Костоправ сидел на камне и пересчитывал трупы.

— Девять из десяти. Неплохо. Жри.

Марк подошел к трупам и активировал поглощение.

Тепло потекло рекой.

[+28 +31 +45 +30 +42 +38 +41 +78 = 333 Искры]

[Текущий опыт: 508/600]

— До уровня осталось 92 Искры, — сказал Марк.

— Мало. Нужно еще.

— Где?

— Смотри.

Костоправ указал на тушу, которую жрали грызуны. Большой зверь, похожий на медведя, но с костяными наростами по всему телу.

— Кто это?

— Могильный лом. Уровень 6. Его завалила стая. Тушу не трогали — грызуны не могут пробить шкуру. Жрали только то, что вывалилось наружу.

Марк подошел ближе.

Зверь был огромный — раза в три больше человека. Шкура толстая, в наростах, костяных пластинах. Глаза выедены, в брюхе дыра — видимо, грызуны пробрались через мягкое место.

— В нем еще есть Искра?

— Есть. Он умер недавно. Искра еще не рассеялась. Но чтобы ее взять, нужно добить.

— Он же мертв.

— Для Искры нет разницы. Если тварь умерла не от твоей руки, ты можешь добить ее труп и забрать остатки. Но меньше, чем если бы убил сам.

— Сколько?

— Процентов 30-40.

Марк оценил тушу.

— Как добивать?

— Найди сердце. Воткни туда коготь и держи, пока Искра не перетечет.

Марк полез в дыру в брюхе.

Внутри было темно, мокро, воняло смертью. Он шарил рукой, раздвигая внутренности, пока не нащупал что-то большое, твердое, еще теплое.

Сердце.

Марк воткнул коготь.

Тепло хлынуло такое сильное, что он застонал.

[Поглощение остаточной Искры: +190]

[Текущий опыт: 698/600]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 5]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 98/800 до следующего уровня]

Марк вылез из туши, дрожа от удовольствия.

— Как ощущения? — спросил Костоправ.

— Кайф.

— Распределяй.

Марк подумал секунду и вложил:

[+2 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух, +1 Выносливость]

Новые характеристики:

Уровень: 5

Здоровье: 45/45

Выносливость: 130/130

Сила: 10

Ловкость: 19

Дух: 21

Концентрация: 13

— Хорошо, — одобрил Костоправ. — Ловкость почти два десятка. Теперь ты быстрее любого грызуна и большинства ходячих.

— А рыцарь?

— Рыцаря уровня 5-6 тоже сделаешь. Но с семеркой уже сложнее.

— Сколько времени до ночи?

— Часа три.

— Успеем еще?

— Успеем. Пошли к восточной границе. Там есть один мой знакомый, который должен нам.

— Должен?

— Я его спас год назад. Теперь он отдает долг. Душой.

Костоправ двинулся на восток, Марк за ним.

— Кто это?

— Ходячий. Был человеком, умер, встал. Сохранил разум. Охотится в одиночку, не служит Четверым.

— Редкий?

— Очень. Таких единицы. Он согласится отдать тебе свою Искру в обмен на услугу.

— Какую?

— Убьешь того, кто убил его.

— Он не может сам?

— Не может. Тот слишком сильный. Уровень 12.

Марк присвистнул.

— Я пятый. Как я убью двенадцатого?

— Не сейчас. Потом. Он подождет. Ему спешить некуда — он мертв.

Они подошли к груде камней. Костоправ постучал по одному из них костяшками.

— Выходи. Свои.

Из-под камней выползло нечто.

Человек. Почти. Мужчина, лет сорока, с серой кожей и пустыми глазами. Одет в рваную одежду, в руках — ржавый меч. От него пахло сыростью и старой кровью.

[Ходячий. Уровень 7. Тип: Нежить (разумная)]

— Костоправ, — проскрипел ходячий. — Зачем пришел?

— Долг отдавать. Привел того, кто убьет твоего врага.

Ходячий уставился на Марка пустыми глазами.

— Малой. Слабый.

— Вырастет. Он растет. Единственный такой.

Ходячий моргнул. В пустых глазах зажегся интерес.

— Растет? Как?

— Жрет души. Может твою сожрать и стать сильнее. А взамен убьет того, кто тебя убил.

— Мясниковского генерала?

— Его.

Ходячий задумался.

— Генерал уровень 52. Опытный, хитрый, быстрый.

— Марк будет десятым, когда пойдет на него.

— Обещаешь?

Костоправ посмотрел на Марка.

Марк кивнул.

— Обещаю.

Ходячий протянул руку.

— Тогда жри. Но если обманешь — я найду тебя даже после смерти.

Марк взял его за руку и активировал поглощение.

Тепло потекло — не такое сильное, как от зверя, но плотное, концентрированное. Вместе с теплом пришли образы — вспышки чужой памяти.

Бой. Меч. Крик. Темнота.

[Поглощение добровольной Искры: +350]

[Текущий опыт: 448/800]

Ходячий рухнул на землю, рассыпаясь в прах.

— Спасибо, — прошелестел ветер.

Марк стоял, переваривая полученное.

— Это было... странно.

— Память получил? — спросил Костоправ.

— Немного. Бой. Смерть.

— Запомни. Пригодится, когда пойдешь на генерала. Теперь ты знаешь, как он двигается.

Марк кивнул.

— Сколько таких должников?

— Есть еще пара. Но не сейчас. Нам нужно возвращаться. Скоро стемнеет.

Они двинулись обратно к склепу.

— Костоправ, — спросил Марк по пути. — А ты? Ты тоже хочешь, чтобы я тебя убил?

— Хочу. Но не сейчас. Ты еще слаб. Я хочу, чтобы моя смерть была последней. Чтобы ты взял мою Искру и стал сильнее настолько, чтобы никто не смог тебя остановить.

— Зачем тебе это?

— Затем, что я устал. А ты — мой шанс уйти по-настоящему. Без воскрешений, без циклов. В никуда.

Костоправ посмотрел на небо.

— Темнеет. Пошли.

Они ускорились.

Вдали, на востоке, зажглись красные огни.

Мясник готовил гостей.

Глава 8. Гости с востока

Они вернулись в склеп за час до заката.

Марк сел в угол, прикрыл глаза и начал перебирать в голове всё, что узнал за день. Четверо, иерархия, добровольная передача Искры, память ходячего о генерале Мясника.

Генерал двигался быстро. Очень быстро. В обрывках памяти Марк видел размытый силуэт, уходящий от ударов, контратакующий из слепых зон, исчезающий и появляющийся снова.

— Костоправ, — спросил он. — Генерал Мясника — кто он?

Скелет сидел на саркофаге и точил костяной нож о камень.

— Был человеком. При жизни — гладиатором. Убил сотни противников на арене. Когда умер, Мясник забрал его душу и превратил в своего главного палача.

— Уровень 52?

— Сейчас уже, наверное, выше. Он тоже растет. Не так, как ты — но Мясник подкармливает его душами сильных врагов.

— Значит, к тому времени, как я дойду до десятого, он может быть шестидесятым?

— Может. Поэтому тянуть нельзя.

Марк кивнул.

Снаружи стемнело.

Первые звуки ночи поползли по кладбищу — шорохи, скрежет, далекий вой. Где-то началась охота, где-то — драка, где-то — пир.

Марк прислушался.

— Идут, — сказал Костоправ.

— Сколько?

— Трое. Уровни 6, 6 и 8.

— Восьмой — это...

— Серьезно. Готовься.

Марк сжал коготь и скользнул к двери.

Тени снаружи двигались плавно, синхронно. Три фигуры — две поменьше, одна крупная. Они шли прямо к склепу, не скрываясь.

— Выходи, — раздался голос. Глухой, механический. — Мясник хочет говорить.

Марк вышел.

Трое замерли в десяти метрах.

Двое — ходячие рыцари, уровни 6. Тяжелые доспехи, мечи наголо. Третий — не человек. Нечто высокое, тощее, с длинными руками-лезвиями.

Костяной жнец. Уровень 8.

— Ты убил рыцаря, — сказал жнец. — Мясник недоволен.

— И что?

— Ты пойдешь с нами. Будешь служить Мяснику. Или умрешь.

Марк усмехнулся.

— А если я откажусь?

Жнец шагнул вперед.

— Тогда мы убьем тебя здесь и принесем твою душу хозяину. Выбирай.

Марк посмотрел на Костоправа. Тот стоял в дверях склепа, скрестив руки на груди, и не вмешивался.

— Моя территория, — сказал Марк. — Под защитой Хранителя.

— Хранитель не тронет нас, если мы убьем быстро. Мы имеем право на месть.

Марк кивнул.

— Тогда валяйте.

Жнец прыгнул первым.

Марк ушел в тень за мгновение до того, как лезвия пронзили воздух там, где он стоял. Выносливость дернулась вниз: 130... 128... 126...

Он появился слева от жнеца, полоснул когтем по ноге. Попал, но неглубоко — жнец отпрыгнул, развернулся.

— Быстрый, — проскрежетал он. — Но недостаточно.

Рыцари двинулись с двух сторон, отрезая пути отхода. Мечи засвистели в воздухе.

Марк прыгнул, перекатился, ушел от удара, вскочил за спиной одного из рыцарей. Коготь вошел в стык доспехов на пояснице — черная жижа брызнула, рыцарь заревел, развернулся.

— По одному, — прошептал Марк.

Он ушел в тень снова. Выносливость: 112.

Рыцари заметались, пытаясь нащупать его. Жнец стоял неподвижно, сканировал пространство своими пустыми глазницами.

— Он прячется в тени, — сказал жнец. — Подсветите.

Один из рыцарей поднял руку, и из его ладони ударил луч бледного света. Магия. Света.

Марк зашипел — тень рассеялась, открывая его. Свет жег кожу, пустота внутри взвыла.

— Тварь, — выдохнул Марк и бросился на рыцаря с источником света.

Меч встретил его в грудь.

Здоровье: 45 → 28.

Марк даже не почувствовал боли — только холод и толчок. Он схватился за меч рукой, рванул на себя, одновременно всаживая коготь в смотровую щель шлема.

Рыцарь замер, дернулся, рухнул.

Свет погас.

[Враг повержен: Ходячий рыцарь (ур. 6)]

[Поглощение Искры... +190]

Тепло хлынуло, залечивая рану. Здоровье: 28 → 35.

Осталось двое.

Второй рыцарь бросился на Марка, размахивая мечом. Марк ушел в сторону, пропустил удар мимо, контратаковал в спину. Коготь скользнул по доспеху — не пробил.

— Крепкий, — выдохнул Марк.

Жнец двинулся к нему, раскинув руки-лезвия. Он больше не спешил — понял, что Марк опасен, но все еще слабее.

— Ты умрешь, — сказал жнец. — Медленно.

Марк отступал, лихорадочно соображая. Рыцарь наседал спереди, жнец заходил сбоку. Вдвоем они зажимали его в угол.

Выносливость: 87.

— Костоправ! — крикнул Марк.

— Занят, — донеслось из склепа.

— Чем?!

— Смотрю, как ты умираешь. Развлекайся.

Марк выругался и прыгнул в единственную свободную сторону — прямо на жнеца.

Тот не ожидал. Лезвия взметнулись, но Марк уже врезался в него, прошел под руками, всадил коготь в живот.

Жнец взревел, схватил Марка за горло, сжал. Хруст. Здоровье: 35 → 15.

Марк захрипел, но не остановился. Он бил когтем снова и снова — в живот, в грудь, в лицо, куда доставал. Черная жижа заливала руки, лицо, землю.

Рыцарь подбежал, занес меч для удара.

Марк рванулся, увлекая жнеца за собой, и меч врубился в спину жнеца вместо Марка.

Жнец замер. Глаза расширились.

— Предатель... — прошептал он, падая.

Рыцарь застыл в шоке.

Марк добил его через секунду.

[Враг повержен: Костяной жнец (ур. 8)]

[Поглощение Искры... +450]

[Враг повержен: Ходячий рыцарь (ур. 6)]

[Поглощение Искры... +180]

Тепло хлынуло двойным потоком. Здоровье восстановилось до 45. Уровень дернулся.

[Текущий опыт: 448 + 450 + 180 = 1078/800]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 6]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 278/1000 до следующего уровня]

Марк стоял среди трупов, тяжело дыша.

Костоправ вышел из склепа, похлопал костяными ладонями.

— Красиво. Особенно с подставой под меч.

— Ты мог помочь, — выдохнул Марк.

— Мог. Но не помог. Ты должен учиться сам. Я не буду вечно таскать тебя за руку.

Марк кивнул, распределяя очки.

[+3 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух]

Ловкость: 22. Сила: 11. Дух: 22.

Он чувствовал себя совершенно иначе. Мир замедлился, тени стали плотнее, голос Костоправа звучал глубже.

— Мясник пошлет еще, — сказал Костоправ. — Теперь уже точно. Ты убил его жнеца. Это удар по престижу.

— Сколько у меня времени?

— До завтра. Может, до послезавтра. Он соберет отряд побольше.

— И что делать?

— Уходить. На время. В нейтральные земли. Или к Библиотекарю.

— К Библиотекарю?

— Он не любит Мясника. Может укрыть. За плату, конечно.

— Чем платить?

Костоправ посмотрел на трупы.

— Ядрами. У жнеца должно быть.

Марк обыскал тушу. В груди жнеца нашел три кристалла — красный, зеленый и черный.

— Три.

— Много. Библиотекарь возьмет один за неделю укрытия.

— Идем?

— Утром. Ночью по кладбищу опасно. Даже для нас.

Они вернулись в склеп.

Марк сел в угол, закрыл глаза.

В голове крутились мысли о власти, о слугах, о том, как Четверым удается удерживать тысячи тварей в подчинении. И о том, как он сможет сделать то же самое.

Когда-нибудь.

Глава 9. Дорога к Библиотекарю

Марк не спал.

Он сидел в углу склепа, прислонившись спиной к холодному камню, и перебирал в руках три кристалла, добытые из груди костяного жнеца. Красный пульсировал теплым, ровным светом — будто маленькое сердце. Зеленый мерцал неровно, иногда вспыхивая ярче, иногда почти угасая. Черный же был абсолютно матовым — он просто впитывал свет, не отражая ничего.

— Разные, — сказал Марк.

Костоправ сидел на саркофаге, скрестив ноги, и смотрел на кристаллы с интересом коллекционера.

— Конечно разные. Красный — ярость. Его дают воины, берсерки, все, кто убивал в бою с азартом. Зеленый — страх. Его оставляют жертвы, которых мучили перед смертью. Черный — пустота. Редкий. Такие бывают у тех, кто умер от отчаяния, от потери смысла.

— И что с ними делать?

— Красный — для усиления оружия. Воткнешь в коготь — будет жечь врагов. Зеленый — для маскировки. Спрячешь под кожу — станешь невидимее для тварей, которые охотятся по запаху страха. Черный... черный я не знаю. Библиотекарь скажет.

Марк спрятал кристаллы в карман.

— Расскажи о Библиотекаре.

Костоправ слез с саркофага, подошел к двери, выглянул наружу. Ночь была в самом разгаре — кладбище выло, скрежетало, чавкало. Где-то совсем близко дрались две твари — звуки ударов и визг доносились отчетливо.

— Библиотекарь, — начал Костоправ, не оборачиваясь, — самый старый из Четверых. Он был здесь еще до того, как кладбище стало кладбищем. Когда тут было просто поле, на котором хоронили павших в какой-то древней битве.

— Сколько ему?

— Никто не знает. Тысяча лет? Две? Может, больше. Он не говорит об этом. Но он помнит всё.

Костоправ повернулся к Марку.

— Понимаешь, обычная нежить со временем тупеет. Память стирается, эмоции исчезают, остаются только инстинкты — жрать, размножаться, избегать опасности. Но Библиотекарь нашел способ сохранять себя. Он собирает души.

— Как я?

— Нет. По-другому. Ты жрешь Искры, становишься сильнее. Он собирает память. Каждая душа, которую он забирает, оставляет ему кусочек знаний. Он не становится сильнее физически, но он знает всё. Истории, тайны, слабости врагов, расположение сокровищ, имена древних богов.

— И зачем ему это?

— Затем, что знание — власть. Другая, но власть. К нему приходят за советом, за информацией, за ответами. И платят. Душами, кристаллами, артефактами. Он накопил столько, что мог бы править всем кладбищем, если бы захотел.

— А не хочет?

— Не хочет. Война — это грязь, шум, риски. Библиотекарь предпочитает сидеть в своем склепе и читать. Он коллекционер, а не воин.

Марк задумался.

— Но он может защитить нас от Мясника?

— Может. Если захочет. Мясник его боится. Не самого Библиотекаря — тот слаб в бою. А его знаний. Библиотекарь знает все слабости Мясника. Если понадобится, он продаст эту информацию врагам Мясника.

— Значит, Мясник не рискнет соваться в его земли.

— Именно. Но Библиотекарь не дает убежище просто так. Заплатишь — получишь неделю. Потом или плати снова, или уходи.

— Недели хватит?

— Должно хватить. За неделю ты вырастешь еще. А там посмотрим.

Марк кивнул.

— Когда идем?

— На рассвете. В окно между ночными и дневными тварями. Часа два-три у нас будет.

— А если встретим кого-то по дороге?

— Убьешь. Или убежишь. Ты уже шестой уровень, с семеркой справишься, с восьмеркой — если повезет. Но лучше не рисковать. Будем идти тихо.

Костоправ вернулся на саркофаг.

— Отдыхай. Я покараулю.

Марк закрыл глаза.

Он не спал — просто лежал, слушая звуки ночного кладбища и думая о том, что ждет впереди.

Библиотекарь. Самый старый. Самый умный. Тот, кто знает всё.

Интересно, знает ли он, кто такой Марк? Откуда он взялся? Почему у него дыра в груди вместо души?

Может, ответы есть у него.

Рассвет пришел серый и холодный.

Марк открыл глаза, чувствуя себя отдохнувшим. Странно — он не спал, но тело восстановилось. Видимо, мертвым тоже нужен отдых, просто в другой форме.

Костоправ стоял у двери, вглядываясь в щель.

— Пора. Тихо.

Они вышли.

Кладбище замерло. Ночные твари уже зарылись в могилы, дневные еще не вылезли. Туман стелился низко, закрывая землю белой пеленой.

Костоправ двинулся на запад, Марк за ним.

Они шли быстро, но осторожно. Костоправ вел Марка самыми глухими тропами — между покосившихся надгробий, по краям оврагов, через заросли колючки, которую мертвая плоть не чувствовала.

— Стой, — сказал Костоправ через полчаса.

Марк замер.

Впереди, метрах в тридцати, что-то двигалось. Небольшое, быстрое, серое.

— Могильный гончий, — шепнул Костоправ. — Уровень 7. Чует живых. Но мы не живые. Может, пронесет.

Гончий остановился, повел мордой, принюхиваясь. Его глаза — желтые, горящие — шарили по туману.

Марк затаил дыхание. Хотя дышать ему было не нужно, привычка осталась.

Гончий смотрел прямо на них.

Секунда. Две. Три.

Потом тварь развернулась и ушла в туман.

— Пронесло, — выдохнул Костоправ. — Пошли.

Еще через час они вышли к границе.

Это было заметно сразу — воздух изменился. Стал чище, что ли? Исчез запах тлена, исчезла тяжесть. Надгробия здесь были старые, но ухоженные — никакой грязи, никакой плесени.

— Владения Библиотекаря, — сказал Костоправ. — Здесь чисто. Он не любит гниль.

— А кто здесь живет?

— Слуги. Хранители. Те, кто собирает для него информацию. Они не опасны, если ты не враг.

Они пошли дальше.

Склеп Библиотекаря Марк увидел издалека. Он возвышался над всеми остальными постройками — огромное здание из черного камня, с колоннами, с высокими узкими окнами, с остроконечной крышей. Похоже на собор. Или на замок.

— Ни хрена себе, — сказал Марк.

— Он собирал это тысячу лет. Каждый камень — с чьей-то могилы. Каждая колонна — чей-то надгробный памятник.

Они подошли к воротам. Тяжелые, железные, покрытые рунами.

Из тени вышел кто-то.

Марк напрягся, но Костоправ поднял руку — спокойно.

Существо было похоже на человека, только кожа серая, глаза белые, а из спины торчали костяные шипы.

[Хранитель. Уровень 65. Тип: Нежить (служебная)]

— Кто? — спросил хранитель. Голос скрипучий, безжизненный.

— Костоправ. Привел гостя. К Библиотекарю.

— Зачем?

— Поговорить. Купить убежище.

Хранитель посмотрел на Марка. Белые глаза ощупали его с ног до головы.

— Растет, — сказал хранитель. — Редкий. Библиотекарь захочет посмотреть.

Он отступил, ворота со скрипом открылись.

— Входите. Ждите в приемной.

Они вошли.

Внутри склеп оказался огромным. Высокие сводчатые потолки, ряды колонн, уходящих в темноту. Вдоль стен — стеллажи. Тысячи, десятки тысяч книг. Кожаных, деревянных, каменных. Некоторые светились, некоторые были оплетены цепями, некоторые лежали в стеклянных гробах.

— Это его коллекция, — шепнул Костоправ. — Память мира.

Они прошли через главный зал, свернули в коридор, поднялись по лестнице. Еще коридор, еще лестница.

Наконец хранитель остановился у тяжелой двери, обитой кожей.

— Ждите.

Они вошли в небольшую комнату. Стены заставлены книгами, на полу — ковер, в углу — камин с живым огнем. Марк удивился — огонь в мире мертвых?

— Библиотекарь любит уют, — пояснил Костоправ. — Говорит, это помогает думать.

Они сели в кресла.

Минут через пять дверь открылась.

Вошел он.

Марк ожидал увидеть скелета, или мумию, или что-то жуткое. Но Библиотекарь оказался... обычным. Старик в длинной мантии, с седой бородой до пояса, с умными живыми глазами. Если бы не серая кожа и легкое свечение вокруг головы, его можно было принять за живого профессора.

[Библиотекарь. Уровень ???]

Хранитель знаний. Один из Четверых. Самый старый, самый мудрый, самый опасный в своем роде.

— Костоправ, — голос у старика был мягкий, чуть хриплый. — Давно не виделись. И ты привел... интересный экземпляр.

Он посмотрел на Марка, и Марку показалось, что его просветили насквозь. Каждая клетка, каждая мысль, каждый атом.

— Пустота, — сказал Библиотекарь. — Удивительно. Я думал, таких больше не делают.

— Вы знаете, что это? — спросил Марк.

— Знаю. Но знания стоят дорого. Чем заплатишь?

Марк достал черный кристалл.

Библиотекарь взял его, повертел в руках, понюхал, даже лизнул кончиком языка.

— Чистая пустота. Отчаяние без примесей. Редкость. Хорошая плата за один вопрос.

— Кто я?

Библиотекарь улыбнулся.

— Самый популярный вопрос. И самый сложный. Но для тебя — отвечу.

Он сел в кресло напротив, сложил руки на груди.

— Ты — артефакт. Тебя создали. Не родили, не породили — создали. Кто-то очень могущественный взял пустой сосуд — тело, душу, не важно — и вдохнул в него жизнь. Но не до конца. Оставил пустоту. Чтобы ты мог впитывать.

— Зачем?

— Затем, что ты — оружие. Ты должен был стать идеальным убийцей. Расти бесконечно, жрать души, становиться сильнее, пока не достигнешь уровня... ну, скажем, бога.

— И кто меня создал?

— Это второй вопрос. А у тебя остался только зеленый и красный кристаллы. Их мало для такого ответа.

Марк сжал кулаки.

— Сколько нужно?

— Много. Или услуга.

— Какая услуга?

Библиотекарь посмотрел на Костоправа.

— Оставь нас.

Костоправ встал, поклонился и вышел.

— Ты хочешь власти, — сказал Библиотекарь, когда они остались одни. — Я вижу это. Ты хочешь не просто выжить — ты хочешь править. Стать пятым.

— Да.

— Хорошо. Честно. Я могу помочь тебе. Но за это ты поможешь мне.

— Чем?

— Убьешь Мясника.

Марк замер.

— Я шестой уровень. Он — за сотню.

— Сейчас — да. Но ты растешь. А он — нет. Через год ты будешь пятидесятым. Через два — сотым. И тогда ты сможешь его убить.

— Зачем вам это?

— Мясник мешает мне. Он слишком активен, слишком агрессивен. Он нарушает баланс. Если он падет, его земли разделят между собой Гнилой Король и Мать Червей. Они старые, медленные, с ними легче договориться.

— А вы?

— А я останусь в тени. Как всегда. И буду собирать знания.

Марк задумался.

— И что я получу?

— Информацию. Всю, какую захочешь. Где брать сильных врагов, как быстро качаться, где лежат артефакты, какие твари опасны, какие — нет. И убежище. Когда Мясник пошлет за тобой своих генералов — я укрою тебя.

— Надолго?

— Сколько нужно. Пока не станешь достаточно сильным, чтобы дать бой.

Марк смотрел в глаза Библиотекарю. Умные, спокойные, бесконечно древние.

— Договорились, — сказал он.

Библиотекарь улыбнулся.

— Отлично. Тогда начнем прямо сейчас. Первый совет бесплатно: не ходи на восток. Мясник устроил засаду на всех дорогах. Там тебя ждут.

— А куда идти?

— На север. К Гнилому Королю. Его земли безопасны для тебя — он не любит Мясника и не станет выдавать гостя. Там ты сможешь качаться спокойно.

— А вы?

— Я буду ждать твоего возвращения. Когда станешь двадцатым — приходи. Будет новый разговор.

Библиотекарь встал.

— А теперь иди. Костоправ проводит. И запомни: на севере не жри местных. Гнилой Король этого не простит. Жри пришлых — тех, кто идет с востока. Мясник часто шлет разведку через северные земли.

Марк кивнул и вышел.

Костоправ ждал в коридоре.

— Ну?

— Идем на север.

— Я так и думал. Пошли, пока солнце не село.

Они покинули склеп Библиотекаря и двинулись на север, в земли Гнилого Короля.

Марк чувствовал, как внутри разгорается голод.

Впереди была охота.

Глава 10. Эксперимент

Северные земли пахли иначе.

Марк заметил это сразу, как только они пересекли невидимую границу. Запах тлена здесь был старше, гуще, въевшийся в саму землю за столетия. Воздух казался тяжелым, будто пропитанным чем-то вязким, что оседало на коже и не смывалось.

— Чувствуешь? — спросил Костоправ, когда они остановились у покосившегося надгробия, чтобы перевести дух (Марку воздух был не нужен, но привычка брала свое).

— Гниль. Сильная.

— Это Гнилой Король. Он здесь главный. Его запах пропитал всё. Даже твари, которые живут в его землях, пахнут иначе — старым мясом, болотом, чем-то... доисторическим.

Марк огляделся.

Пейзаж изменился. Если в центре кладбища были обычные могилы и склепы, то здесь земля была изрыта, изрезана оврагами, в которых стояла черная вода. Надгробия торчали под немыслимыми углами, многие наполовину ушли в болото. Вместо деревьев — огромные грибы, бледные, с человеческий рост, источающие споры.

— Красиво, — сказал Марк без иронии.

— Привыкнешь. Пошли, нужно найти сухое место до темноты.

Они двинулись дальше, обходя болота и стараясь не наступать на грибы — Костоправ сказал, что споры некоторых из них вызывают галлюцинации даже у мертвых.

Через час они нашли убежище — старый склеп, почти ушедший в землю, но с сохранившейся крышей и сухим полом внутри. Дверь отсутствовала, но внутри было пусто — только несколько костей в углу да старый, рассыпавшийся гроб.

— Жилье, — сказал Костоправ. — Обустраивайся.

Марк сел на каменный пол, прислонился к стене и закрыл глаза.

Мысли не отпускали.

Библиотекарь сказал, что он — оружие. Созданное кем-то могущественным для какой-то цели. Но кем? Зачем? Почему он оказался в могиле, если его создавали как идеального убийцу?

— Костоправ, — спросил он. — Ты веришь Библиотекарю?

Скелет сидел на груде камней у входа, глядя наружу.

— Верю. Насколько можно верить тому, кто старше самой смерти. Он не лжет — это ниже его достоинства. Но он не договаривает. Всегда.

— О чем он мог не договорить?

— О твоем создателе. Он знает, кто это. Но не сказал, потому что хочет, чтобы ты работал на него. Если скажет сразу — ты уйдешь искать ответы сам. А так ты будешь делать то, что он хочет, пока не накопишь достаточно для нового вопроса.

Марк кивнул.

— Умно.

— Он умный. Поэтому и прожил так долго.

Они замолчали.

Снаружи темнело. Северные сумерки были гуще, чем в центре — туман поднимался из болот, закрывая небо, просачиваясь в щели склепа.

— Костоправ, — сказал Марк. — Я хочу попробовать кое-что.

— Что?

— Поделиться Искрой.

Костоправ резко обернулся. Его зеленые глаза вспыхнули ярче.

— С чего вдруг?

— Ты сказал, что если я смогу давать силу другим, они пойдут за мной. Я хочу проверить.

— Рисково. Можешь потратить Искры впустую. Можешь убить подопытного. Можешь сам пострадать.

— Знаю. Но если не попробую сейчас, когда попробую? Когда за мной будет охотиться Мясник со всей своей армией?

Костоправ задумался.

— Логично. Но где возьмешь подопытного?

— Найдем.

Марк встал и подошел к выходу.

— Сейчас ночь. Твари выползают. Посмотрим, кто попадется.

Они вышли наружу.

Ночь в северных землях была черной — абсолютно, беспросветно черной. Даже глаза Марка, привыкшие к темноте, с трудом различали очертания. Туман клубился у ног, болота чавкали, где-то далеко выли твари.

— Туда, — сказал Костоправ, указывая на восток. — Там есть стая мелких. Я чую.

Они двинулись через туман.

Стая нашлась быстро — шесть могильных грызунов, уровни от 2 до 4, копошились у туши какого-то крупного зверя. Те же, что и везде — серые, голодные, тупые.

— Как будем отлавливать? — спросил Костоправ.

— Самого мелкого. Аккуратно.

Марк скользнул в тень.

Выносливость позволяла — 130 единиц, можно было не экономить. Он подобрался к стае с подветренной стороны, выбрал цель — самый маленький грызун, уровень 2, сидел с краю и доедал какую-то кость.

Марк схватил его за шкирку, зажал пасть рукой и рванул прочь.

Грызун дергался, пытался визжать, кусаться, но Марк держал крепко. Остальные даже не заметили — слишком увлеклись едой.

Он вернулся к склепу через пять минут, таща упирающуюся тварь.

— Есть, — сказал он, бросая грызуна на пол.

Костоправ подошел, наклонился, рассматривая добычу. Грызун сжался в комок, трясся, но не рычал — чувствовал, что противники сильнее.

— Уровень 2. Слабый. Идеально для эксперимента. Если что-то пойдет не так — хотя бы не жалко.

Марк присел на корточки перед грызуном.

Тот смотрел на него тремя маленькими глазками, полными ужаса. Шерсть дыбом, зубы стучат, тело дрожит.

— Не бойся, — сказал Марк. — Не убью. Пока.

Грызун не понял слов, но интонацию уловил — немного расслабился.

— Как это делается? — спросил Марк у Костоправа.

— Понятия не имею. Никогда не пробовал. Но логика подсказывает: если ты можешь втягивать Искру, значит, можешь и выталкивать. Попробуй представить, что твоя пустота — это насос. В одну сторону — забирает, в другую — отдает.

Марк закрыл глаза, сосредоточился.

Пустота внутри отозвалась сразу — теплом, голодом, желанием жрать. Он подавил это желание, представил обратный ток.

Ничего.

— Не идет, — сказал он.

— Пробуй иначе. Не отдавать, а... делиться. Как будто ты не выталкиваешь, а открываешь дверь и пускаешь внутрь. Только наоборот.

Марк попробовал снова.

Он представил свою пустоту как комнату. В комнате горит свет — это его сила, его Искры. За дверью — грызун, маленький, голодный, жалкий. Марк открыл дверь.

Тепло шевельнулось.

— Оно... двинулось, — сказал Марк.

— Давай. Медленно. Контролируй.

Марк открыл дверь шире.

Тонкая струйка тепла потекла из него в грызуна. Совсем маленькая — капля, две, три.

Грызун дернулся. Его глаза расширились, шерсть встала дыбом. Он замер, потом начал мелко дрожать — не от страха, от чего-то другого.

— Еще, — шепнул Костоправ. — Смотри.

Марк усилил поток.

[Передача Искры: -10]

[Передача Искры: -10]

[Передача Искры: -10]

Грызун затрясся сильнее. Его тело начало меняться — шерсть темнела, когти удлинялись, мышцы набухали под кожей.

— Твою мать, — выдохнул Костоправ. — Работает.

Марк остановился.

Грызун сидел на полу и выглядел... иначе. Он стал крупнее, шерсть из серой превратилась в черную, глаза горели красным. Уровень прыгнул.

[Могильный грызун. Уровень 2 → Уровень 3]

— Ни хрена себе, — сказал Марк.

Грызун поднял голову и посмотрел на него. Не с ужасом, не с агрессией — с чем-то другим. С благоговением. Собака, которая нашла хозяина.

— Он... изменился, — сказал Марк.

— Он эволюционировал, — поправил Костоправ. — Ты дал ему силу. Теперь он твой.

Грызун подполз к Марку и ткнулся мордой в ногу. Осторожно, будто прося ласки.

Марк протянул руку. Грызун лизнул ее шершавым языком.

— Питомец, — усмехнулся Костоправ. — У тебя теперь есть питомец.

— Сколько я потратил?

Марк проверил системное окно.

[Потрачено Искр: 30]

[Текущий опыт: 248/1000]

— Тридцать Искр, — сказал он. — Поднял тварь с второго до третьего уровня.

— Дешево. Для такого эффекта — очень дешево. Обычно, чтобы эволюционировать, тварям нужно жрать годами.

Марк посмотрел на грызуна. Тот сидел у ног и преданно смотрел в глаза.

— Как назовешь? — спросил Костоправ.

— Клык.

Грызун дернул ухом — будто понял.

— Клык, — повторил Марк. — Сидеть.

Клык сел.

— Голос.

Клык тявкнул.

— Апорт.

Клык не понял. Но старательно склонил голову набок, пытаясь угадать, что от него хотят.

— Будем учить, — сказал Марк.

Костоправ покачал головой.

— Ты понимаешь, что это значит? Если ты можешь растить слуг... ты станешь богом этого места. Просто богом.

— Знаю.

— Мясник убьет тебя сразу, как узнает. Он не потерпит конкурента, который может создавать армию из ничего.

— Значит, не дадим узнать.

Марк встал.

— Клык, за мной.

Грызун вскочил и потрусил следом.

Они вышли из склепа в ночь.

— Куда теперь? — спросил Костоправ.

— Охотиться. Нужно восполнить потраченное.

— И проверить, как Клык в деле.

— Именно.

Они двинулись к болотам, где слышались звуки драки.

Через десять минут нашли цель — двое могильных грызунов дрались за какую-то добычу. Уровни 3 и 4.

— Клык, — сказал Марк, указывая на мелкого. — Возьми.

Грызун метнулся вперед.

Он двигался быстрее, чем раньше — эволюция дала о себе знать. В три прыжка настиг противника, вцепился в горло.

Драка была короткой. Клык разорвал грызуна за минуту, хотя тот был того же уровня.

— Молодец, — сказал Марк.

Клык подбежал, весь в черной крови, и преданно уставился на хозяина.

— Жри, — приказал Марк.

Клык не понял.

— Искру. Жри.

Марк показал на труп.

До грызуна дошло. Он подбежал к телу, вцепился и начал жрать. Не мясо — он втягивал что-то невидимое, парящее над трупом.

[Ваш слуга поглотил Искру: +25]

— Работает, — сказал Костоправ. — Он тоже может жрать. Медленнее тебя, но может.

Клык закончил, подбежал обратно.

— Еще? — спросил Марк.

Клык тявкнул.

— Будет.

Марк убил второго грызуна сам. Клык смотрел, учился.

[+42 Искры]

— Ладно, — сказал Марк. — Теперь главное.

Он присел перед Клыком.

— Слушай. Ты теперь мой. Будешь делать, что я скажу. Получишь силу. Будешь жрать каждый день. Предашь — убью. Понял?

Клык тявкнул.

Марк посмотрел на Костоправа.

— Думаешь, поймет, если что-то пойдет не так?

— Нет. Но инстинкты сработают. Он теперь привязан к тебе. Ты дал ему силу — ты для него бог.

— Хорошо.

Марк встал.

— Пошли дальше. Нужно набить Искр до уровня.

Они двинулись вглубь болот, ведомые звуками охоты и запахом крови.

Клык бежал рядом, и Марк впервые за долгое время почувствовал что-то похожее на удовлетворение.

Он не просто жрал. Он создавал.

А создатели всегда становятся богами.

Ночь принесла еще пять тварей.

Марк убил троих, Клык — двоих. Мелкие, уровни 2-3, но для начала сойдет. Клык поднялся до четвертого уровня, Марк восполнил потраченное и немного нарастил.

[Текущий опыт: 248 + 210 = 458/1000]

Под утро они вернулись в склеп.

Клык свернулся у входа клубком и заснул. Марк сел в углу, обдумывая произошедшее.

— Костоправ, — спросил он. — А если я так смогу делать с разумными?

— С разумными сложнее. У них своя воля. Они могут не захотеть.

— А если захотят?

— Тогда у тебя будет армия. Настоящая. Не просто твари, а воины, маги, убийцы. Все, кто захочет силы.

— И они будут мне верны?

— Пока ты даешь им то, чего они хотят. Перестанешь давать — уйдут или убьют.

Марк кивнул.

— Значит, нужно давать постоянно. Чтобы зависимость была сильнее свободы.

— Именно.

Костоправ подошел, сел рядом.

— Ты быстро учишься, малек. Быстрее, чем я думал. Еще неделя — и ты станешь десятым. Еще месяц — двадцатым. А там и до генералов Мясника недалеко.

— А до самого Мясника?

— Полгода. Если будешь жрать каждый день. Если повезет с добычей. Если не сдохнешь.

Марк посмотрел на спящего Клыка.

— Я не сдохну.

— Посмотрим.

За стенами склепа занимался серый рассвет.

Северное кладбище просыпалось, готовое к новому дню охоты.

Глава 11. Стая

Утро пришло мокрое и холодное.

Марк открыл глаза, чувствуя себя отдохнувшим, хотя он снова не спал — просто сидел с закрытыми глазами, слушая дыхание Клыка и редкие звуки снаружи. Мертвому телу отдых был нужен иначе, чем живому — не сон, а статичное состояние, когда пустота внутри замирала, переваривая поглощенные Искры.

Клык спал у входа, свернувшись в клубок. За ночь он подрос — передача Искры и самостоятельная охота изменили его. Шерсть стала гуще, чернее, когти длиннее, а морда — крупнее и злее. Сейчас он напоминал не крысу, а скорее волка — если бы волки были покрыты жесткой щетиной и имели три глаза.

Марк поднялся, подошел к выходу, выглянул наружу.

Туман стелился низко, закрывая землю белой пеленой. Болота дымились, грибы светились бледно-зеленым, где-то далеко орали твари. День в северных землях наступал медленно — солнца не было видно сквозь плотные тучи, и только чуть более светлый оттенок серого на небе говорил о том, что утро пришло.

Клык зашевелился, открыл глаза, посмотрел на Марка.

— Тихо, — сказал Марк. — Спи дальше.

Клык не понял слов, но интонацию уловил — снова свернулся и закрыл глаза.

Марк вернулся в угол, сел, начал думать.

Эксперимент удался. Он мог передавать Искры — не только забирать, но и отдавать. Это меняло всё. Если раньше он был просто хищником, пожирателем душ, то теперь становился кем-то большим. Создателем. Тем, кто может растить слуг.

Вопрос был в том, как это использовать.

Костоправ проснулся через час — сел на своем саркофаге, потянулся, хрустнул костями.

— Жив?

— Жив, — ответил Марк.

— Кормить будешь?

— Кого?

— Зверя своего. Он голодный.

Марк посмотрел на Клыка. Тот тоже проснулся, сидел у входа и смотрел на хозяина голодными глазами.

— Жрать хочешь? — спросил Марк.

Клык тявкнул.

— Пошли.

Они вышли наружу.

Туман уже начал рассеиваться, открывая болотистую равнину с редкими надгробиями и склепами. Грибы гасли, сворачиваясь в бутоны до следующей ночи.

— Куда идти? — спросил Марк у Костоправа.

— На северо-восток. Там есть старая дорога. По ней иногда ходят твари с востока — разведка Мясника. Гнилой Король не любит чужаков, но не трогает их, если они не задерживаются. Можно поохотиться.

— А местных? Нельзя.

— Нельзя. Гнилой Король ревнив. Тронешь его подданных — он узнает. И тогда даже Библиотекарь не спасет.

— Понял.

Они двинулись на северо-восток, держась края болот. Клык бежал рядом, принюхиваясь, иногда отбегая в сторону, чтобы обнюхать какой-то след, но всегда возвращаясь.

— У него охотничий инстинкт, — заметил Костоправ. — Хорошо. Будет помогать.

— Сколько он проживет?

— Если будешь кормить — долго. Твари, которых подкармливают Искрами, живут дольше обычных. Могут стать почти бессмертными, как мы.

— А если перестану?

— Одичает. Или сдохнет. Зависит от того, насколько сильно ты его изменил.

Марк кивнул.

Они шли около часа, когда Клык вдруг замер, поднял морду и насторожился. Его уши дернулись, ноздри раздулись.

— Чует, — сказал Костоправ.

Марк прислушался.

Впереди, метрах в двухстах, кто-то был. Шаги, тяжелые, мерные. Несколько пар.

— Сколько?

Клык тявкнул три раза.

— Трое, — перевел Костоправ. — Умный зверь.

— Прячемся.

Марк скользнул в тень ближайшего склепа, Костоправ прижался к стене. Клык замер у ног Марка, почти сливаясь с темнотой.

Через минуту из тумана вышли трое.

Двое — ходячие рыцари, уровни 6 и 7. Третий — знакомый тип, костяной жнец, уровень 8. Та же компания, что приходила за Марком в первую ночь, только состав чуть другой.

— Опять жнец, — прошептал Марк.

— Мясник любит посылать их. Быстрые, сильные, умные.

Отряд прошел мимо, метрах в тридцати. Они двигались на запад — в сторону центра, где были владения Библиотекаря.

— Идут к нему, — сказал Костоправ. — Проверить, не укрывает ли он нас.

— Догоним?

— Зачем?

— Искры. И кристаллы. У жнеца наверняка есть.

Костоправ усмехнулся.

— Трое? Один ты?

— Не один. Клык поможет.

Костоправ посмотрел на грызуна. Тот сидел, вжавшись в землю, и дрожал — чувствовал силу врагов.

— Он боится. С такими не справится.

— Значит, будет учиться.

Марк встал, вышел из тени.

— Эй!

Трое остановились, обернулись.

Жнец узнал его сразу — глаза вспыхнули красным.

— Тот самый, — проскрежетал он. — Убийца рыцарей. Мясник назначил награду за твою голову.

— Пришел получать?

Жнец шагнул вперед, рыцари за ним.

— Ты один. Нас трое. Умрешь быстро.

— Посмотрим.

Марк рванул вперед.

Ловкость 22 сделала свое дело — он оказался возле жнеца быстрее, чем тот поднял руки-лезвия. Коготь полоснул по ноге, жнец взревел, отшатнулся.

Рыцари бросились вперед, мечи засвистели.

Марк ушел в тень, появился за спиной одного из них, ударил в поясницу. Коготь вошел глубоко, рыцарь зашатался, но устоял.

— Клык! — крикнул Марк. — Взять!

Грызун метнулся из укрытия. Он все еще боялся, но приказ хозяина был сильнее страха. Клык вцепился в ногу раненого рыцаря, рванул, повалил его на землю.

Рыцарь заревел, попытался ударить мечом, но Клык увернулся и вцепился в горло.

Второй рыцарь бросился на помощь, но Марк перехватил его. Удар, уклон, еще удар. Коготь скользнул по доспеху, не пробил. Рыцарь ответил мечом — Марк едва ушел, лезвие чиркнуло по ребрам.

Здоровье: 45 → 38.

Жнец пришел в себя, прыгнул на Марка сзади. Марк ушел перекатом, вскочил, активировал тень. Выносливость: 122 → 120.

Жнец заметался, потеряв цель. Рыцарь тоже замер, крутя головой.

— Где он? — проскрежетал жнец.

Марк появился за его спиной, всадил коготь в основание черепа.

Жнец дернулся, захрипел, рухнул на колени.

— Не... может... быть...

— Может.

Марк добил его вторым ударом.

[Враг повержен: Костяной жнец (ур. 8)]

[Поглощение Искры: +460]

Тепло хлынуло, восстанавливая здоровье. 38 → 45.

Второй рыцарь бросился бежать. Марк догнал его через сто метров, сбил с ног, добил.

[+190 Искр]

Первый рыцарь уже был мертв — Клык разорвал ему горло и теперь сидел рядом, тяжело дыша и облизываясь.

— Молодец, — сказал Марк, подходя.

Клык тявкнул, виляя хвостом.

— Жри.

Клык набросился на труп, начал втягивать Искру. Марк подошел к жнецу, обыскал его. В груди нашел два кристалла — красный и зеленый. Спрятал.

— Итого, — сказал он, подводя итог.

[Три твари: +460 +190 +180 = 830 Искр]

[Текущий опыт: 458 + 830 = 1288/1000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 7]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 288/1400 до следующего уровня]

Клык тоже подрос — его уровень скакнул до 5.

Марк распределил очки:

[+3 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух]

Ловкость: 25. Сила: 12. Дух: 23.

Он чувствовал, как мир снова замедлился. Теперь он мог различать движение капель тумана в воздухе, слышать, как под землей копошатся черви, видеть в полной темноте как днем.

— Хорошо, — сказал Костоправ, подходя. — Очень хорошо. Еще пара таких дней — и ты будешь десятым.

— Что дальше?

— Дальше — искать еще. Пока есть свет.

Они двинулись дальше.

День принес еще пять стычек.

Марк убивал, Клык учился, Костоправ комментировал. К вечеру Марк был на 400 Искр ближе к восьмому уровню, а Клык дорос до шестого.

Они вернулись в склеп затемно.

Клык сразу свернулся у входа и заснул. Марк сел в угол, достал кристаллы — теперь у их было пять штук, разных цветов.

— Костоправ, — спросил он. — А если я дам кристалл Клыку? Он сможет его использовать?

— Не знаю. Никто не пробовал. Обычно твари не могут — у них нет такого же голода, как у тебя. Но твой Клык уже не обычный.

— Проверим?

— Рискни. Худшее, что случится — кристалл сломается.

Марк подозвал Клыка, показал ему красный кристалл.

— Жри.

Клык обнюхал кристалл, лизнул, сморщился — видимо, вкус был странный.

— Жри, — повторил Марк. — Надо.

Клык взял кристалл в пасть, хрустнул.

Кристалл раскололся, из него вытекла красная дымка, которую Клык втянул носом.

Грызун замер. Его глаза расширились, шерсть встала дыбом. Тело затряслось — мелко, часто, будто в припадке.

— Что с ним? — спросил Марк.

— Смотри.

Клык начал меняться. Шерсть почернела еще сильнее, стала отливать металлом. Когти удлинились, стали толще, острее. Из спины полезли костяные наросты — сначала маленькие, потом все больше. Морда вытянулась, пасть расширилась, зубы стали длиной с палец.

Через минуту перед Марком сидело нечто новое. Не грызун — монстр. Размером с крупную собаку, покрытый черной чешуей, с костяными шипами вдоль хребта и тремя красными глазами, горящими злобой.

[Клык. Уровень 6 → Уровень 8. Тип: Эволюционировавший могильный грызун (редкий)]

— Твою мать, — выдохнул Костоправ. — Он эволюционировал. Снова. За один день.

Клык поднял голову, посмотрел на Марка. В глазах не было злобы — только преданность.

— Ко мне, — сказал Марк.

Клык подошел, ткнулся мордой в руку. Чешуя была теплой, гладкой, приятной на ощупь.

— Хороший мальчик.

Клык лизнул руку шершавым языком.

— Теперь у тебя есть настоящий боевой зверь, — сказал Костоправ. — С таким можно и на генерала идти.

— Рано. Еще рано.

— Знаю. Но уже близко.

Марк сидел, гладил Клыка и думал.

Если один кристалл дал такую эволюцию, что будет, если дать два? Три? Десять?

Можно ли вырастить армию таких?

Можно ли стать богом?

Пустота внутри одобрительно заурчала.

Ночь прошла спокойно.

Утром Марк вышел из склепа и увидел, что туман рассеялся, а на горизонте, на востоке, горит зарево.

— Что это? — спросил он.

Костоправ вышел следом, посмотрел.

— Мясник жжет свои земли. Готовится к войне.

— С кем?

— С тобой.

Марк усмехнулся.

— Пусть готовится.

Он посмотрел на Клыка, на Костоправа, на бескрайние болота северных земель.

— Сегодня идем глубже. Нужно много мяса.

— Зачем?

— Хочу сделать Клыка десятым. А самому — восьмым. А потом...

— Что потом?

— Потом навестим генерала.

Костоправ присвистнул.

— Рисково.

— А когда было не рисково?

Они двинулись вглубь болот.

Клык бежал рядом, и Марк чувствовал, как внутри растет что-то новое. Не голод — уверенность.

Он станет сильнее всех.

Он создаст армию.

Он убьет Мясника.

А потом — посмотрим, кто создал его и зачем.

Глава 12. Глубины Севера

Три дня они углублялись в северные земли, и каждый следующий день оказывался тяжелее предыдущего.

Марк перестал считать убитых тварей после сотой. Где-то на второй день цифры в системном логе просто перестали иметь значение — важны были только Искры, только рост, только приближение к заветной цели. Клык рос на глазах, и это было удивительнее всего — из мелкого, дрожащего грызуна, которого Марк вытащил из стаи, он превращался в нечто иное, нечто, чему не было названия в скудной системной классификации этого мира.

После второго кристалла, скормленного на вторую ночь, Клык дорос до девятого уровня и перестал походить на грызуна окончательно. Эволюция, запущенная Марком, пошла по какому-то своему пути, не предусмотренному природой этого мира. Теперь это был зверь размером с небольшого медведя, покрытый черной чешуей, которая переливалась на тусклом свете северного неба, как вороненая сталь. Костяные шипы вдоль хребта — семь штук, ровных, острых, словно выточенных искусным мастером — поднимались, когда зверь злился или готовился к прыжку. Хвост, длинный и гибкий, заканчивался костяным наконечником, похожим на копье. Три глаза горели ровным красным светом — не мигая, не уставая, видя в темноте лучше, чем Марк видел днем.

Он двигался бесшумно — чешуя не шуршала, когти не стучали по камням, дыхание было почти неслышным. Чуял врагов за километр — Марк проверял, специально заставляя Клыка искать спрятавшихся тварей. Убивал быстрее, чем Марк успевал отдать приказ — иногда казалось, что зверь читает мысли и бросается в атаку за мгновение до того, как Марк открывал рот.

Костоправ кряхтел, но поспевал — скелет оказался выносливее, чем выглядел. Иногда Марк ловил себя на мысли, что Костоправ движется как-то иначе, чем простая нежить — слишком плавно, слишком экономно, слишком расчетливо. Будто за тысячелетия своих смертей и воскрешений он научился тратить ровно столько энергии, сколько нужно, и ни каплей больше.

— Далеко еще? — спросил Марк на третье утро.

Они стояли на краю огромного болота, которое тянулось до самого горизонта. Марк никогда не видел ничего подобного — даже в обрывках чужой памяти, которые приходили к нему после поглощения сильных тварей. Вода здесь была черной, как смоль, и пахла так, что даже у мертвого Марка слезились глаза. Не просто гнилью — чем-то древним, выдержанным веками, въевшимся в саму землю. Будто здесь разлагались не просто тела, а сама реальность.

— Это Чумные топи, — сказал Костоправ, и его голос звучал приглушенно, будто туман гасил звуки. — Самое сердце северных земель. Дальше только владения Гнилого Короля. Туда нам пока нельзя.

— Почему?

— Потому что он не любит гостей. Если сунемся без приглашения — сожрет. И ему плевать, что ты под защитой Библиотекаря. Библиотекарь силен в своем склепе, но здесь, в сердце владений Короля, его слово ничего не значит.

— А здесь? — Марк обвел рукой топи.

— Здесь нейтральная зона. Дикие твари, ничьи. Гнилой Король не претендует на эти земли — слишком болотисто, слишком нестабильно. Даже его слуги сюда не суются. Можно охотиться сколько хочешь.

Марк оглядел топи внимательнее.

Из черной воды торчали деревья — мертвые, голые, с ветвями, похожими на скрюченные пальцы. Они росли прямо из воды, без видимой почвы, и казались неестественными, выросшими не по воле природы, а по чьей-то злой прихоти. На ветвях сидели огромные птицы — белые, с красными глазами, без единого пера. Их голая кожа лоснилась от влаги, длинные шеи изгибались, следя за пришельцами, клювы — кривые, острые, явно созданные для разрывания падали — щелкали в такт каким-то своим мыслям.

— Что это?

— Трупоеды. Уровни 5-7. Не опасны, если не подходить близко. Питаются тем, что умирает в топях. У них нет агрессии к живым — они ждут, когда добыча сдохнет сама. Но если ты ранен и слаб — могут напасть и добить.

Клык зарычал, глядя на птиц. Звук был низким, вибрирующим — чешуя на его спине чуть приподнялась, шипы встали торчком. Птицы зашевелились, закаркали — резко, пронзительно, будто предупреждая сородичей об опасности — но с мест не слетели. Инстинкт подсказывал им, что Клык опасен, но они не боялись — слишком много их было, слишком хорошо они знали эти топи.

— Тихо, — сказал Марк, кладя руку на голову зверя. — Не тронь.

Клык замолчал, но глаз с птиц не сводил. Марк чувствовал его напряжение через какую-то странную связь, возникшую после передачи Искры. Будто тонкая нить пульсировала между ними, передавая эмоции, намерения, готовность к бою.

— Нам нужно найти логово, — сказал Костоправ, вглядываясь в горизонт. — Базу. Откуда можно будет ходить на охоту и куда возвращаться. Здесь, в топях, опасно ночевать под открытым небом — твари выходят из воды и нападают на спящих.

— Здесь есть что-то подходящее?

— Должно быть. Вон там, — он указал на восток, где из черной воды торчала скала, — похоже на руины. Я бывал здесь давно, сотни лет назад. Там была старая крепость, люди строили. Если она еще стоит — это идеальное место.

Марк прищурился, пытаясь разглядеть скалу сквозь туман. Та маячила смутным пятном на горизонте, идти было далеко — часа три, не меньше.

— Пошли.

Они двинулись к скале.

Путь оказался тяжелее, чем Марк предполагал. Топи не были просто болотом — это была сложная система трясин, открытой воды, зыбучей грязи и странных островков твердой земли, которые могли в любой момент уйти под ногами. Костоправ шел первым, проверяя дорогу длинной костью, которую подобрал по пути — тыкал перед собой, слушал, как чавкает грязь, и только потом ступал сам.

Клык бежал рядом, иногда отбегая в сторону, чтобы обнюхать особо подозрительные места. Несколько раз он замирал, припадал к земле и рычал — тогда Марк доставал коготь и готовился к бою. Но твари, почуяв опасность, не вылезали — умные, опытные обитатели топей знали, когда стоит прятаться.

Приходилось обходить трясины — широкими дугами, теряя время. Перебираться по упавшим деревьям — скользким, гнилым, готовым рухнуть в любой момент. Иногда деревья не выдерживали веса Клыка — тогда зверь проваливался в воду, но выплывал, отфыркиваясь и тряся чешуей, и лез дальше.

Три раза им пришлось вступать в схватки с местными тварями. Первая вылезла из воды внезапно — длинное, змееподобное существо с десятком коротких лапок и пастью, полной игольчатых зубов. Уровень 6. Клык разорвал его раньше, чем Марк успел замахнуться когтем — прыжок, удар лапой, еще удар, хруст позвоночника. Тварь дернулась и затихла.

[Ваш слуга убил Болотного ползуна (ур. 6)]

[Поглощение Искры: +140]

Вторая оказалась хитрее — затаилась в грязи, прикрывшись тиной, и попыталась укусить Марка за ногу, когда он ступил на твердый кусок земли. Марк почувствовал опасность за секунду до атаки — тело среагировало быстрее мысли, он прыгнул в сторону, перекатился, вскочил и всадил коготь в спину твари, прежде чем та успела развернуться. Уровень 7.

[+180 Искр]

Третья была самой опасной — стая мелких тварей, похожих на огромных пиявок, окружила их, когда они переходили по узкой гряде между трясинами. Штук десять, уровни 3-4. Они не нападали в лоб — просто кружили вокруг, ждали, когда кто-то оступится и упадет в воду. Клык метался, пытаясь поймать хоть одну, но они уворачивались, ныряли, вылезали с другой стороны.

— Не останавливайся! — крикнул Костоправ. — Иди, не дай им себя окружить!

Марк побежал. Клык за ним. Пиявки бросились вдогонку, но на твердой земле были медленнее — отстали, скрылись в воде, затаились до следующей жертвы.

— Твари, — выдохнул Марк, когда гряда кончилась и они выбрались на относительно твердый участок.

— Местные, — поправил Костоправ. — Они здесь хозяева. Мы чужие.

К скале подошли к полудню — если серое небо, никогда не видевшее солнца, можно было назвать полднем.

Это действительно были руины.

Старая крепость, наполовину ушедшая в болото. Когда-то, сотни лет назад, она была построена на скале, возвышающейся над топями, — люди выбрали это место, чтобы контролировать окрестности и защищаться от тварей. Теперь скала почти полностью скрылась под водой и грязью, от крепости остались только стены — толстые, каменные, покрытые мхом и плесенью толщиной в палец — и башня, торчащая из воды под углом, будто застывшая в последнем усилии не упасть.

— Когда-то здесь был форпост, — сказал Костоправ, оглядывая руины с видом знатока. — Люди строили, чтобы защищаться от тварей, что лезут из топей. Потом проиграли.

— Кто?

— Твари. Они всегда выигрывают в итоге. У них больше времени, больше терпения, больше численности. Люди приходят, строят, умирают. Твари ждут, пока стены рухнут сами, и занимают территорию.

Марк подошел к стене, постучал костяшками. Камень был крепкий, не крошился — древняя кладка, сложенная на совесть, с использованием какой-то магии, может быть.

— Внутрь можно?

— Попробуй найти вход.

Они обошли руины по периметру. Стены местами обвалились, местами стояли ровно. В одном месте был пролом — видимо, когда-то сюда ударило что-то тяжелое, пробив камень насквозь. Пролом был завален камнями, но проход оставался — узкий, неудобный, но проходимый.

Марк полез первым, Клык за ним, Костоправ замыкал.

Внутри было темно — даже глаза Марка, привыкшие к сумраку, не сразу адаптировались. Сырость стояла такая, что воздух казался тяжелым, как вода. Пахло гнилью, старостью и еще чем-то — древним запахом смерти, въевшимся в камни за столетия.

Пол устилали кости. Марк сначала подумал, что это останки защитников крепости, но Костоправ, присев на корточки, покачал головой.

— Твари. Те, кто забредал сюда и умирал. Кости старые, очень старые. Некоторым сотни лет.

Марк пошел дальше, стараясь не наступать на останки. Кости хрустели под ногами, рассыпались в труху, поднимали облачка пыли, которая щекотала ноздри и заставляла чихать — даже мертвого.

— Чисто, — сказал Марк, осмотревшись. — Никого живого.

— Здесь давно никто не живет, — подтвердил Костоправ. — Слишком близко к Гнилому Королю. Твари боятся. Даже дикие предпочитают держаться подальше.

— А нам не бояться?

— Нам нельзя к нему соваться. А здесь — можно. Он сюда не ходит, у него есть дела поважнее. Его слуги патрулируют границы, но внутрь не заходят — считают эти места проклятыми.

Марк прошел вглубь.

Внутри крепость оказалась больше, чем выглядела снаружи. Главный зал — прямоугольное помещение с высоким потолком, частично обрушившимся. В углах валялись останки мебели — гнилые столы, сломанные стулья, куски ткани, истлевшей до состояния паутины. На стенах висели ржавые светильники, давно потерявшие магию. В центре зала — каменный очаг, холодный, пустой, заросший мхом.

От главного зала отходили коридоры — влево, вправо, прямо. Костоправ прошелся по ним, заглянул в каждую дверь.

— Спальни, — сказал он, возвращаясь. — Кладовая. Оружейная, пустая. Лестница в башню. Лестница в подвал.

— Подвал?

— Затоплен. Я проверил. Вода черная, ничего не видно. Может, там что-то есть, может, нет. Лезть не советую.

— Почему?

— Потому что в таких местах часто остается то, что пережило людей. Древние твари, которых замуровали и забыли. Слуги, которые не получили приказа умирать. Ловушки, которые ждут дураков.

Марк кивнул и вернулся в главный зал.

Здесь было сухо — крыша частично сохранилась, и дождь не заливал. В углах, где стены сходились, даже не было плесени — ветер задувал через проломы и проветривал помещение.

— Жить можно, — сказал Марк.

— Нужно укреплять, — ответил Костоправ. — Вход завалить, стены проверить, запасной выход найти.

— Зачем? Мы же не собираемся здесь зимовать.

— Затем, что сюда могут прийти. Мясник ищет тебя. Рано или поздно его разведка наткнется на это место. Если мы будем готовы — сможем отбиться или уйти. Если нет — погибнем.

Марк задумался.

— Сколько у нас времени?

— День. Может, два. Они идут по следу.

— По какому следу?

Костоправ вздохнул, уселся на камень, жестом пригласил Марка сесть рядом.

— Ты убил уже больше двадцати тварей Мясника. За три дня — двадцать. Это много. Каждая смерть оставляет след. Магический. Невидимый для обычных глаз, но читаемый для тех, кто умеет.

— Как они его читают?

— По-разному. Есть твари-ищейки. Они чуют запах смерти, который оставляет твой коготь. Есть маги — они видят ауру убийства. Есть просто умные следопыты, которые читают знаки: направление, частоту, силу ударов.

— И что, Мясник держит таких?

— Конечно. Он правит восточными землями уже тысячу лет. У него есть всё: ищейки, маги, следопыты, шпионы. Он узнает о тебе всё, прежде чем послать убийц.

Марк помолчал, переваривая информацию.

— И что делать?

— Заметать следы. Уходить в топи, охотиться далеко отсюда, не оставлять трупов рядом с базой. Менять направление каждый день. Использовать тень, чтобы не оставлять запаха.

— А если они все равно найдут?

— Тогда будем драться. Или умирать.

Клык, лежавший у ног Марка, зарычал — низко, угрожающе, будто понял, о чем речь.

— Он не хочет умирать, — сказал Марк.

— Никто не хочет. Но придется, если не будем умными.

Марк встал.

— Тогда сегодня же идем в топи. Нужно мясо.

— Отдохни сначала. Ты не спал трое суток.

— Я мертв. Мне не нужно спать.

— Нужно. Иначе сойдешь с ума. Даже мертвым нужен отдых. Твоя пустота — это не бездонный колодец. Она тоже устает. Если не давать ей покоя, она начнет требовать жертв без разбора. Ты убьешь Клыка. Или меня. Или сам себя.

Марк хотел возразить, но почувствовал, что Костоправ прав. Пустота внутри была спокойна, но мысли начинали путаться, реакции — запаздывать. Он поймал себя на том, что несколько раз смотрел на Клыка как на потенциальную добычу — и это было неправильно.

— Ладно. Посплю пару часов.

Он сел в углу, прислонился к стене, закрыл глаза.

Клык улегся рядом, положив голову на лапы, прикрыв хозяина своим телом. Костоправ уселся у входа, глядя наружу, и замер — статуя, охраняющая покой спящих.

Марк провалился в темноту.

Ему снился сон.

Впервые с момента пробуждения в гробу.

Он стоял в белом пространстве — ни стен, ни пола, ни потолка, только бесконечная белизна вокруг. Она была везде, заполняла всё, давила на глаза, проникала в пустоту внутри, пытаясь заполнить её собой. И тишина. Абсолютная, давящая, звенящая в ушах, хотя звука не было.

— Марк.

Голос раздался отовсюду сразу. Женский, тихий, печальный — но в то же время властный, требующий внимания.

— Кто здесь?

— Ты не помнишь меня. Но я помню тебя. Я создала тебя.

Перед ним возник силуэт.

Женщина в белом платье, с длинными черными волосами, которые струились в несуществующем ветре. Лицо, которое он не мог разглядеть — оно расплывалось, менялось, ускользало от взгляда. То молодое, то старое, то красивое, то уродливое. Будто все лица мира слились в одно и никак не могли остановиться на чем-то одном.

— Зачем?

— Чтобы спасти мир. Или уничтожить. Я еще не решила.

— Что?

— Ты — эксперимент. Моя последняя надежда. Я вложила в тебя пустоту, чтобы ты мог расти бесконечно. Чтобы ты стал достаточно сильным, чтобы убить то, что нельзя убить.

— Что нельзя убить?

— Его. Того, кто ждет в центре. Того, кто старше Четверых. Того, кто спит под кладбищем.

Женщина шагнула ближе. Теперь Марк видел её глаза — черные, без зрачков, без белков, просто чернота, в которой кружились звезды.

— Гнилой Король, Мать Червей, Мясник, Библиотекарь — всего лишь стражи. Они охраняют вход в его тюрьму. Они не дают ему проснуться.

— А я?

— А ты должен его разбудить. И убить.

— Почему я?

— Потому что только пустота может поглотить пустоту. Он — такая же дыра, как ты. Только больше. Намного больше. Он пожирал души тысячелетиями, пока его не запечатали. Теперь он спит и ждет. Ждет того, кто сможет открыть печать.

— И я открою?

— Ты убьешь Четверых. Каждый из них — часть печати. Когда они падут, цепь разорвется. И тогда ты сможешь войти.

Марк хотел спросить еще, но силуэт начал таять — края размывались, цвета блекли, голос становился тише.

— Подожди! Как тебя зовут?!

— Лита.

— Ты богиня?

— Была. Теперь — только память. Но ты можешь вернуть меня. Если захочешь.

— Как?!

— Убей их. Собери их силу. Приди ко мне.

Белизна схлопнулась.

Марк открыл глаза.

Он сидел в углу крепости, Клык сопел рядом, положив голову ему на колени. Костоправ сидел у входа и смотрел на него зелеными глазами — спокойно, выжидающе.

— Приснилось? — спросил скелет.

— Да.

— Что?

— Женщина. Лита. Говорила, что создала меня.

Костоправ замер. Его глаза вспыхнули ярче, погасли, вспыхнули снова.

— Лита?

— Ты знаешь ее?

— Легенда. Древняя, как само кладбище. Говорят, она была богиней смерти. Потом исчезла. Никто не знает, куда и зачем.

— Она сказала, что Четверо — стражи. Они охраняют вход к кому-то, кто спит под кладбищем.

Костоправ долго молчал. Так долго, что Марк уже решил, что он не ответит.

— Есть одна древняя история, — сказал он наконец. — Я слышал ее от Библиотекаря, когда мы обменивались знаниями. О том, что под кладбищем похоронен не просто мертвец. Не просто бог. А нечто, что было до богов. Первая пустота. Первая смерть.

— И что?

— И то, что Четверо действительно сторожат его. Каждый из них получил часть силы, чтобы держать печать. Гнилой Король — разложение, чтобы тлен не расползался. Мать Червей — плодородие, чтобы новые души рождались и умирали. Мясник — войну, чтобы смерть не прекращалась. Библиотекарь — память, чтобы никто не забыл, кого они стерегут.

Марк встал.

— Значит, она не солгала.

— Боги не лгут. Они просто не договаривают.

— Что она не договорила?

— Не знаю. Но узнаем, когда придет время.

Клык проснулся, потянулся, зевнул, показав ряды острых зубов.

— Пошли в топи, — сказал Марк. — Хватит отдыхать.

Они вышли из крепости.

Туман сгущался, болото дымилось, птицы-трупоеды кружили в небе, ожидая добычи. Где-то далеко, на востоке, горели красные огни — владения Мясника. Где-то на севере, невидимый за туманом, сидел Гнилой Король и ждал.

Клык бежал впереди, чуя дичь.

Охота продолжалась.

Два дня они провели в топях.

Марк перестал считать часы — время здесь текло иначе, не различая дня и ночи, только меняя оттенки серого на небе. Он убивал всё, что двигалось. Всё, что имело Искру. Всё, что попадалось на пути.

Твари здесь были странные — не такие, как в центре кладбища. Эволюция под влиянием Гнилого Короля и близости древнего зла изменила их, сделала другими.

Болотные ходячие — то, что осталось от людей, утонувших в топях. Они поднимались из воды, покрытые тиной и водорослями, с длинными руками, которыми хватали жертв и топили в черной воде. Уровни 5-8. Двигались медленно, но в воде были быстрее рыб. Марк научился не подходить к краю трясин — ждал, пока они вылезут сами, и убивал на суше.

[+120-180 Искр за каждого]

Гниющие исполины — огромные туши, которые медленно бродили по болоту, давя все на своем пути. Уровни 9-12. В них почти не осталось разума — только голод и инстинкт уничтожения. Клык научился забегать им за спину, кусать за ноги, валить на землю, пока Марк добивал. Вместе они брали даже двенадцатых.

[+250-350 Искр за каждого]

Летучие твари — нечто среднее между огромными летучими мышами и людьми. Они гнездились на мертвых деревьях, пикировали сверху, пытались вцепиться в спину и выпить Искру. Уровни 6-9. Клык прыгал выше, чем они могли подняться, хватал в воздухе и рвал на части.

[+140-220 Искр за каждого]

Болотные змеи — длинные, тонкие, с ядовитыми зубами. Уровни 4-7. Прятались в воде, нападали внезапно. Одна укусила Марка за ногу, когда он зашел слишком глубоко. Яд не подействовал — мертвая плоть не реагировала на токсины, но боль была адская.

[+80-160 Искр за каждого]

Трупоеды — те самые белые птицы. Если долго стоять на месте, они начинали кружить ниже, ниже, пока не решались напасть. Стаей. Штук по десять-пятнадцать. Клык рвал их, как котят, но они лезли и лезли, пока не кончались.

[+50-100 Искр за каждого]

Клык научился сражаться с каждым типом. С ходячими он был быстрее — обходил, кусал, отпрыгивал, не давая схватить. С исполинами — хитрее — забегал сзади, кусал за сухожилия, валил. С летучими — прыгал выше, хватал в воздухе, ломал крылья. Со змеями — осторожничал, не давал укусить, бил лапой по голове.

Марк смотрел на него и понимал, что зверь растет не только уровнем. Он учился. Адаптировался. Становился умнее.

На вторую ночь, после того как они завалили особенно крупного исполина уровня 13, Клык подошел к Марку и ткнулся мордой в руку. В глазах зверя было что-то новое — не просто преданность, а... благодарность? Понимание?

— Ты молодец, — сказал Марк, гладя чешуйчатую голову. — Хороший мальчик.

Клык лизнул руку и отошел, сел у костра, который Костоправ разжег из остатков сухого дерева — редкая роскошь в топях.

— Он меняется, — сказал Костоправ, глядя на зверя. — Сильнее обычных тварей. Умнее. Может, это твоя Искра так влияет.

— Или кристаллы.

— Или то и другое. Главное — он верен тебе. Это дорогого стоит.

Марк кивнул.

Он сидел у костра, смотрел на огонь и думал о Лите. О том, что она сказала. О том, что ждет внизу, под кладбищем.

Пустота внутри гудела — то ли от голода, то ли от предчувствия.

На утро третьего дня Марк открыл глаза и понял, что уровень близко.

[Текущий опыт: 1280/1400]

Сто двадцать Искр до девятого уровня. Мелочь.

— Идем, — сказал он, поднимаясь.

Клык вскочил, готовый к охоте. Костоправ вздохнул, но пошел следом.

Они углубились в топи дальше, чем раньше. Туман здесь был гуще, вода чернее, твари — злее. Через час нашли стаю болотных ходячих — пять штук, уровни 5-7.

Марк убил троих, Клык — двоих.

[+120, +150, +130, +110, +140 = 650 Искр]

[Текущий опыт: 1930/1400]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 9]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 530/1800 до следующего уровня]

Марк распределил:

[+3 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух]

Ловкость: 28. Сила: 13. Дух: 24.

Мир снова замедлился. Теперь он видел движение капель тумана в воздухе, слышал, как под землей копошатся черви на глубине десяти метров, чувствовал запах крови за километр.

Клык подошел, потерся о ногу. Его уровень тоже подрос — до 11.

— Хорошо, — сказал Костоправ. — Теперь можно и на генерала.

— Еще немного. Хочу сделать Клыка двенадцатым.

— Рискованно.

— Ничего. У нас есть время.

Они пошли дальше.

К вечеру Клык стал двенадцатым.

Марк скормил ему еще два кристалла — зеленый и красный. Эволюция была не такой бурной, как в первый раз, но изменения стали заметны. Чешуя стала толще, шипы — длиннее, из пасти полезли дополнительные клыки, а глаза засветились ярче.

Теперь Клык был размером с крупного медведя. Он двигался бесшумно, убивал мгновенно и слушался Марка с полуслова.

— Хватит, — сказал Костоправ. — Возвращаемся. Завтра выступаем на генерала.

Они вернулись в крепость затемно.

Марк сел в углу, закрыл глаза.

Завтра будет бой.

Завтра он узнает, чего стоит на самом деле.

Пустота внутри заурчала — согласно, голодно, хищно.

Глава 13. Иерархия силы

Марк не спал.

Он сидел в углу крепости, прислонившись спиной к холодному камню, и смотрел в темноту. Клык лежал рядом, положив голову ему на колени, и тихо посапывал — зверь умел спать даже после самых тяжелых боев, отключаясь мгновенно и полностью. Его чешуйчатое тело мерно вздымалось, шипы на спине чуть подрагивали во сне, а три глаза под закрытыми веками двигались — зверь видел сны, охотничьи сны, где гонял добычу по бескрайним топям.

Костоправ сидел у входа, как всегда, глядя наружу своими зелеными глазами. Он не спал никогда — по крайней мере, Марк ни разу не видел его спящим. Скелет просто замирал на своем посту и мог сидеть так часами, неподвижно, как статуя, только глаза горели ровным, немигающим светом.

Внутри Марка всё гудело.

Не голод — предчувствие. Что-то приближалось, что-то большое, и пустота внутри чувствовала это раньше, чем разум успевал обработать информацию. За два дня в топях они убили больше сотни тварей, Марк поднялся до девятого уровня, Клык — до двенадцатого. Они стали сильнее, быстрее, опаснее. Но после разговора с Костоправом Марк понял, что это только начало. Что настоящая сила находится где-то далеко впереди, и чтобы достичь её, нужно пройти через десятки, сотни уровней, через тысячи убитых тварей.

— Костоправ, — позвал Марк негромко, чтобы не разбудить Клыка.

— Слышу.

— Расскажи мне о Четверых. По-настоящему. Не так, как в прошлый раз — подробно. С цифрами. С уровнями. С тем, что они могут.

Костоправ повернул голову, посмотрел на Марка своими горящими глазами. В темноте это выглядело жутковато — два зеленых огонька, парящих в воздухе отдельно от тела.

— Уверен? Может, сначала поспишь? Завтра тяжелый день.

— Я не усну. Рассказывай.

Костоправ вздохнул — у скелетов это получалось удивительно человечно — и начал рассказ. Он говорил тихо, размеренно, будто читал лекцию, и Марк слушал, впитывая каждое слово, каждую цифру, каждую деталь.

— Начнем с самого слабого из Четверых. Это Мясник. Уровень 78.

Марк вздрогнул.

— 78? Ты же говорил — 42.

— Я говорил то, что ты был готов услышать. Правда в том, что Четверым тысячи лет. Они накапливали силу веками. Мясник — самый молодой и самый слабый, но даже он давно перешагнул за сотню. Я сказал 78, чтобы ты не впал в отчаяние. Реальный его уровень — около 120.

Марк молчал, переваривая.

— 120, — повторил он наконец. — Я — 9.

— Ты растешь. Они — нет. В этом твое преимущество.

— Сколько мне нужно, чтобы сравняться с ним?

— Если будешь жрать каждый день, убивать сильных тварей, не останавливаться — года два. Может, три.

— Два года?

— Для бессмертного — миг. Для того, кто хочет власти — терпимо.

Марк кивнул, заставляя себя успокоиться. Пустота внутри гудела, но не от страха — от азарта. Вызов. Настоящий вызов.

— Рассказывай дальше.

Костоправ продолжил:

— Гнилой Король. Уровень 150. Он старше Мясника на тысячу лет. Был человеком, королем какого-то древнего государства, которое рассыпалось задолго до того, как появилось это кладбище. Теперь он — груда гниющей плоти, сидящая на троне из костей. Но не думай, что гниль делает его слабым. Наоборот. Он может заразить одним касанием, разложить любой организм за секунды. Даже мертвые не защищены — его гниль жрет не плоть, а душу.

— 150, — повторил Марк. — Дальше.

— Мать Червей. Уровень 200. Она живет под землей, в катакомбах, которые тянутся на десятки километров. Никто не знает, как она выглядит — видевшие не возвращаются. Говорят, она — огромная матка, порождающая тысячи тварей каждый день. Червей, ползунов, грызунов, всех, кто живет под землей. Она не воин, она — фабрика. Но если ее разозлить, из-под земли вылезут миллионы тварей и сожрут всё.

— 200.

— И самый сильный — Библиотекарь. Уровень 300.

Марк присвистнул.

— 300?

— 300. Он старейший из Четверых. Он был здесь еще до того, как кладбище стало кладбищем. Он помнит времена, когда мир был другим, когда боги ходили по земле, когда смерть была роскошью. Он собирает знания, и каждое знание дает ему силу. Не физическую — ментальную. Он может заглянуть в твою голову, узнать все секреты, сломать волю одним взглядом.

— И он просто сидит в своем склепе и читает книжки?

— Он ждет. Как и все они. Ждут того, кто придет снизу.

Марк вспомнил сон. Литу. Ту, что говорила о спящем в центре.

— Тот, кто под кладбищем. Кто он?

Костоправ долго молчал. Так долго, что Марк уже решил — не ответит.

— Его имя забыто, — сказал скелет наконец. — Даже я не помню. Но Библиотекарь знает. Говорят, это был бог. Самый первый бог. Бог смерти и пустоты. Потом появились другие боги, свергли его, заточили под землей, а сверху поставили стражей.

— Четверых?

— Четверых. Они не просто правят кладбищем — они сторожат тюрьму. Каждый из них получил часть силы древнего бога, чтобы держать печать. Если они падут — печать разрушится.

— И он выйдет?

— Если он выйдет, мир изменится. Навсегда.

Марк молчал, переваривая.

Пустота внутри гудела сильнее, чем когда-либо. Будто узнав о древнем боге, она откликнулась — родственная душа, такая же пустота, только огромная, бесконечная, древняя.

— Костоправ, — спросил Марк. — А если я убью Четверых — я стану таким же сильным, как он?

— Если поглотишь их Искры — станешь. Может быть, даже сильнее. Но для этого тебе нужно сначала их убить. А чтобы убить их, тебе нужно стать хотя бы двухсотым.

— Двести уровней.

— Двести. Или триста. Зависит от того, как будешь жрать.

Марк посмотрел на свои руки. Серые, холодные, но сильные. Руки, которые за несколько дней убили сотни тварей.

— Я сделаю это.

— Уверен?

— Да.

Костоправ усмехнулся — сухо, скрипуче.

— Мне нравится твоя наглость. Посмотрим, что будет, когда ты столкнешься с первым генералом.

— Генералы. Расскажи о них.

Костоправ кивнул и продолжил:

— У Мясника четыре генерала. Четыре твари, которые командуют его армией. Каждый отвечает за свое направление, каждый силен по-своему. Первый — Костолом. Уровень 72.

Марк вздрогнул.

— 72?

— 72. Это тупая сила. Огромный, как гора, покрыт костяной броней, вооружен дубиной из бедренной кости мамонта. Он медленный, но если достанет — размажет в лепешку. Его броню не пробить обычным оружием. Его сила позволяет ему крушить стены одним ударом. Командует тяжелой пехотой — рыцарями, исполинами, всеми, кто может держать удар.

Марк кивнул, запоминая.

— Второй — Плеть. Уровень 75. Это скорость. Тощая, длинная, с руками-хлыстами, которыми может достать с пятидесяти метров. Она быстрее любого воина Мясника, быстрее даже жнецов высшего ранга. Ее удары рассекают камень. Она может убить десяток тварей за секунду, не напрягаясь. Командует разведкой и легкой пехотой. Если Плеть вышла на охоту — значит, они уже знают, где ты, и ты уже труп.

— Почему она?

— Потому что она была женщиной при жизни. Танцовщицей в каком-то борделе, пока ее не убили и не превратили в нежить. Мясник любит такие иронии. Говорят, она танцует в бою — и тот, кто видит ее танец, умирает.

Марк поморщился, но промолчал.

— Третий — Гниль. Уровень 78. Самый мерзкий из всех. Он не воин в прямом смысле — он биологическое оружие. Его тело постоянно разлагается, но не до конца, и он заражает всё вокруг. Одно касание — и ты начинаешь гнить. Даже мертвые. Даже нежить. Его гниль жрет не плоть, а Искру. Если он коснется тебя — твой уровень начнет падать. Командует осадными отрядами и диверсантами.

— Падать? — переспросил Марк.

— Падать. Уровни будут сгорать один за другим. Если не оторвешься вовремя — сдохнешь.

— А четвертый?

— Четвертый — Тень. Уровень 82. Самый опасный. О нем почти ничего не известно. Никто не видел его лица и не остался в живых. Говорят, он был убийцей при жизни — лучшим в своем деле. Теперь он личный палач Мясника. Если Мясник посылает Тень — значит, цель должна умереть любой ценой. Тень не оставляет следов. Тень не оставляет свидетелей. Тень — это смерть, приходящая бесшумно.

Марк почувствовал, как пустота внутри сжалась. 82 уровень. Почти в десять раз выше его.

— И мы пойдем на них?

— Не сразу. Сначала наберешь уровень. Много уровня. Потом, может, на Костолома. Он самый слабый из четырех. Потом — на остальных. А уж потом — на самого Мясника.

— А после Мясника — на других Четверых?

— Если выживешь.

Марк замолчал, обдумывая услышанное.

Клык во сне зарычал — погнался за кем-то в своих охотничьих грезах. Марк машинально погладил его по голове, успокаивая.

— Костоправ, — спросил он. — А почему ты мне помогаешь? Ты мог бы сидеть в своем склепе и не ввязываться.

— Мог бы.

— Тогда зачем?

Костоправ долго молчал. Так долго, что Марк уже решил — не ответит.

— Потому что ты — мой шанс, — сказал скелет наконец. — Моя смерть. Моя свобода. Я устал, малек. Устал просыпаться в новом теле, устал вспоминать, устал терять. Ты дашь мне покой. Настоящий. Не временный.

— А если я не смогу?

— Сможешь. Я в тебя верю.

— Почему?

— Потому что ты единственный, кто растет. Потому что ты голоден. Потому что ты не остановишься, пока не сожрешь всё. Это мой единственный шанс уйти по-настоящему. Я не могу его упустить.

Марк не нашелся, что ответить.

Он просто сидел, гладил Клыка по голове и слушал, как воет ветер над Чумными топями.

Утром Клык проснулся первым.

Зверь вскочил, потянулся, зевнул, показав ряды острых зубов, и ткнулся мордой в руку Марка — проверял, жив ли хозяин.

— Жив, жив, — сказал Марк, почесывая его за ухом. — Не дождешься.

Клык тявкнул и побежал к выходу — размять лапы, обнюхать территорию, убедиться, что за ночь никто не подобрался слишком близко.

Костоправ уже стоял снаружи, глядя на восток.

— Что там? — спросил Марк, выходя.

— Следы. Свежие. Ночью кто-то проходил.

Марк подошел, посмотрел.

На влажной земле действительно отпечатались следы — не грызунов, не ходячих, не знакомых тварей. Что-то другое. Крупное, тяжелое, но при этом странно аккуратное — следы были ровными, глубокими, будто существо шло размеренно, не торопясь, зная, что здесь его никто не тронет.

— Кто это?

— Не знаю. Но следы ведут с востока. От Мясника.

Марк напрягся.

— Разведка?

— Возможно. Но слишком уж нагло. Разведка прячется, а этот даже не пытался скрываться.

Клык обнюхал следы, зарычал — низко, угрожающе. Чешуя на его спине встала дыбом, шипы поднялись.

— Он боится, — сказал Костоправ. — Или чует опасность.

— Догоним?

— Нет. Если это ловушка — попадемся. Если это разведка — они уже знают, где мы. Смысла нет.

Марк выругался сквозь зубы.

— Значит, они нашли нас.

— Похоже на то.

— И что делать?

— Уходить глубже. В топи. Там они не сунутся — слишком опасно даже для них. А потом — расти. Расти так быстро, как только сможешь. Потому что времени у нас мало.

Марк посмотрел на бескрайнее болото, простирающееся до горизонта. Туман клубился над водой, птицы-трупоеды кружили в небе, где-то вдалеке орала тварь.

— Сколько у нас времени?

— День. Может, два. Потом они придут.

— Кто?

— Не знаю. Но придут. Мясник не прощает убийств своих слуг. А мы убили больше двадцати.

Марк кивнул.

— Тогда пошли.

Они собрались быстро — вещей у них не было, только оружие да кристаллы, которые Марк носил в специальном мешочке на поясе. Клык побежал вперед, прокладывая путь, Марк и Костоправ за ним.

Топи встретили их привычным запахом гнили и тишиной.

Следующие три дня они уходили все глубже в Чумные топи.

Марк перестал ориентироваться в пространстве — вокруг были только вода, туман, мертвые деревья и бесконечные островки твердой земли, которые вели себя непредсказуемо. Костоправ, кажется, знал дорогу — или делал вид, что знает — и вел их какими-то своими ориентирами: по расположению грибов, по цвету воды, по крикам птиц.

Клык охотился каждый день, принося добычу. Марк убивал сам, когда видел цель. Искры капали в копилку медленно, но верно. Они не встречали крупных тварей — только мелочь, уровни 3-7, которая не давала много опыта, но зато была безопасной и многочисленной.

К концу третьего дня Марк поднялся до десятого уровня.

[День 1: +450 Искр]

[День 2: +620 Искр]

[День 3: +580 Искр]

[Текущий опыт: 450+620+580 = 1650/1800]

До одиннадцатого уровня оставалось всего 150 Искр — пара хороших тварей, и он перешагнет рубеж.

Клык тоже подрос — до тринадцатого уровня. Зверь становился все крупнее, все опаснее, все умнее. Теперь он понимал не только простые команды, но и сложные — мог зайти с фланга, отвлечь внимание, притвориться раненым, чтобы подманить добычу.

— Он гений, — сказал Костоправ, наблюдая за охотой. — Среди тварей такое редкость. Обычно они тупее камня.

— Это Искры, — ответил Марк. — Мои Искры делают его умнее.

— Или кристаллы. Или то и другое. Главное — он верен тебе. Это дорогого стоит.

На четвертый день они нашли новое убежище.

Это был не склеп — скорее, естественная пещера в скале, которая торчала из болота, как последний зуб во рту старика. Вход был узкий, почти незаметный, зато внутри оказалось сухо и просторно. И главное — здесь не было следов пребывания тварей.

— Жилье, — сказал Костоправ. — Надолго.

— Сколько мы здесь пробудем?

— Пока не станешь двадцатым. Или пока они не найдут.

Марк кивнул.

Он сел у входа, глядя на бескрайние топи, и начал планировать.

Десятый уровень. До двадцатого — десять уровней. Если убивать по сотне тварей в день, можно управиться за месяц. Если найти крупную добычу — быстрее.

Но крупная добыча опасна. Крупная добыча привлекает внимание.

Нужно быть умным. Хитрым. Осторожным.

Пустота внутри заурчала — согласно, голодно, нетерпеливо.

— Потерпи, — сказал Марк. — Всё будет.

Клык подошел, ткнулся мордой в руку, сел рядом.

Вместе они смотрели на топи, на туман, на далекие огни восточных земель, где сидел Мясник и ждал.

Скоро они встретятся.

Но не сейчас.

Сначала — рост.

Сначала — охота.

Сначала — сила.

Глава 14. Выбор

Утро четвертого дня в новом убежище началось с привычного ритуала.

Марк открыл глаза, чувствуя, как пустота внутри пульсирует в ровном, спокойном ритме — она была сыта, довольна, готова к новым свершениям. За последние три дня они с Клыком перебили больше сотни тварей, и организм (если так можно было назвать мертвое тело) наконец-то переварил всё поглощенное, превратив Искры в чистую силу.

Он проверил системное окно:

[Марк, уровень 10]

[Опыт: 1650/1800 до уровня 11]

[До следующего уровня: 150 Искр]

Сто пятьдесят. Сущие пустяки. Пара крупных тварей или десяток мелких — и он перешагнет рубеж. Одиннадцатый уровень откроет новые возможности, новые навыки, новую силу.

— Клык, — позвал Марк.

Зверь спал у входа, свернувшись клубком, но при звуке голоса мгновенно вскочил, отряхнулся, подбежал. Его три глаза светились красным — ждал команды, ждал охоты.

— Сегодня будет хороший день, — сказал Марк, почесывая зверя за ухом. — Сегодня я стану одиннадцатым.

Клык тявкнул — согласно, довольно, нетерпеливо.

Костоправ уже стоял снаружи, глядя на топи. За ночь туман сгустился настолько, что видимость упала до десяти метров — редкое явление даже для этих мест.

— Странно, — сказал скелет, когда Марк вышел. — Туман не должен быть таким плотным. Что-то меняется.

— Что именно?

— Не знаю. Но чую — в топях что-то происходит. Какая-то тварь вышла на охоту. Крупная.

Марк прислушался к себе. Пустота внутри дрогнула — не страх, а интерес. Крупная тварь — это много Искр.

— Где?

— На северо-востоке. Километрах в пяти. Я чувствую вибрацию — она двигается, тяжелая, большая.

— Пошли.

Костоправ покачал головой.

— Рискованно. Мы не знаем, что это. Может быть, уровень 20. Может, 30.

— Тем лучше. Больше Искр.

— Или смерть.

Марк усмехнулся.

— Я уже мертв. Хуже не будет.

Они двинулись на северо-восток.

Путь занял два часа.

Туман не рассеивался — наоборот, становился все гуще, все плотнее, все более осязаемым. Он лип к коже, проникал в легкие (хотя Марку не нужно было дышать), застилал глаза. Клык бежал впереди, ориентируясь по запаху — его ноздри раздувались, он то и дело останавливался, принюхивался, менял направление.

Костоправ шел молча, напряженный, как струна. Его костяные пальцы сжимались и разжимались — признак волнения, которого Марк раньше не замечал.

— Близко, — сказал скелет наконец. — Очень близко.

Они вышли к огромному озеру черной воды. В центре озера возвышался остров — небольшой, каменистый, поросший мертвыми деревьями. На острове что-то было. Что-то большое, темное, шевелящееся.

Марк прищурился, пытаясь разглядеть сквозь туман.

— Вижу. Тварь. Огромная.

— Уровень? — спросил Костоправ.

— Не вижу. Слишком далеко.

— Нужно ближе.

Они обошли озеро по краю, стараясь держаться в тени деревьев. Вода у берега была черной, маслянистой, от нее исходил тяжелый запах — не гнили, а чего-то древнего, выдержанного веками.

Клык зарычал, глядя на воду. Из глубины кто-то смотрел на них — Марк чувствовал взгляд, тяжелый, давящий, изучающий.

— Не смотри в воду, — предупредил Костоправ. — Там тоже живут.

Они подобрались к острову на расстояние пятидесяти метров. Теперь Марк мог разглядеть тварь.

Это было нечто невообразимое.

Огромный паук? Нет, не паук — скорее, сплав паука и человека, увеличенный в сотни раз. Восемь лап, покрытых хитином, заканчивались острыми когтями, каждый размером с человеческую руку. Туловище — массивное, брюхастое, покрытое жесткой щетиной. Голова — человеческая, но искаженная, с множеством глаз, расположенных по кругу, и пастью, полной игольчатых зубов.

Но самое страшное было не в этом.

Из спины твари торчали десятки, сотни рук. Человеческих рук, разного размера, разного цвета, разной степени сохранности. Они шевелились, хватали воздух, тянулись к невидимым целям, будто пытались вырваться из тела, в которое были вплавлены.

— Твою мать, — выдохнул Марк.

— Многоножник, — прошептал Костоправ. — Я думал, они вымерли.

— Что это?

— Древняя тварь. Уровень... сейчас посмотрю.

Костоправ замер, вглядываясь, и через секунду его глаза вспыхнули ярче.

— Уровень 25. Твою мать, Марк, это уровень 25.

Марк почувствовал, как пустота внутри сжалась. 25 — в два с половиной раза выше его.

— Уходим, — сказал Костоправ. — Сейчас же.

— Погоди.

— Ты с ума сошел? Он раздавит нас, даже не заметив.

— Посмотри на него. Он не двигается. Он спит? Или...

Марк всмотрелся внимательнее.

Многоножник действительно был неподвижен. Он стоял на острове, поджав лапы, и его многочисленные руки безвольно свисали вниз. Глаза на человеческой голове были закрыты — все, кроме одного, который смотрел куда-то в сторону, не на них.

— Он спит, — сказал Марк. — Или в трансе. Не видит нас.

— Это ничего не меняет. Если проснется — мы трупы.

— Но он спит. И у него внутри — сотни душ. Тысячи Искр.

Костоправ посмотрел на Марка, и в его зеленых глазах мелькнуло понимание.

— Ты хочешь...

— Я хочу его убить.

— Ты рехнулся.

— Я хочу его убить, — повторил Марк. — Посмотри на него, Костоправ. Он спит. Мы можем подобраться, ударить в слабое место, забрать Искры.

— Какое слабое место? Ты видишь его броню? Этот хитин не пробить твоим когтем.

— Значит, найдем другое место. Глаза. Пасть. То, что не защищено.

Костоправ покачал головой.

— Даже если ты попадешь — один удар не убьет его. Он проснется, разозлится и сожрет нас.

— А если я ударю несколько раз?

— Он не даст.

Марк замолчал, обдумывая.

Пустота внутри гудела, требовала, толкала на риск. 25 уровень. Если убить — сколько Искр? Тысяча? Две? Этого хватит, чтобы подняться сразу на несколько уровней. Может быть, даже до 15.

Риск огромный. Но и награда — огромная.

— Клык, — позвал Марк тихо. — Видишь тварь?

Зверь зарычал, но не агрессивно — предупреждающе. Он тоже чувствовал опасность.

— Сможешь отвлечь, если что?

Клык посмотрел на Марка, потом на тварь, потом снова на Марка. В его трех глазах читалось сомнение — но не страх. Он был готов.

— Костоправ, — сказал Марк. — Если что — уводи Клыка. Я задержу.

— Ты самоубийца.

— Я голоден.

Марк двинулся к озеру.

Вода была холодной — обжигающе холодной, даже для мертвого тела. Марк поплыл, стараясь не поднимать брызг, не создавать шума. Клык плыл рядом, бесшумно, как тень.

Остров приближался медленно. Слишком медленно.

Марк смотрел на тварь и считал удары пустоты внутри. Она билась ровно, спокойно, не паникуя — одобряла риск.

Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.

Марк коснулся дна, поднялся, вышел на берег.

Тварь была в десяти метрах. Огромная, неподвижная, жуткая. Из ее спины торчали руки — они слабо шевелились, даже во сне, даже в трансе, будто жили своей жизнью.

Марк подобрался ближе. Пять метров.

Теперь он видел детали. На брюхе твари, там, где хитин был тоньше, виднелись шрамы — старые, зарубцевавшиеся раны от прошлых битв. В одном месте шрам был особенно глубоким — может быть, туда били магией, прожгли защиту.

— Туда, — прошептал Марк.

Клык понял, зашел с другой стороны, готовый прыгнуть.

Марк подобрался вплотную.

Воняло здесь невыносимо — смесью гнили, крови и чего-то сладковатого, приторного. Руки над головой тянулись к нему, но не хватали — спали вместе с хозяином.

Марк занес коготь.

Удар.

Коготь вошел в старый шрам, пробил хитин, ушел глубоко внутрь. Черная жижа брызнула фонтаном, заливая Марка с головы до ног.

Тварь взревела.

Этот звук невозможно было описать — вой тысячи глоток одновременно, крик боли и ярости, от которого закладывало уши и темнело в глазах.

Марк выдернул коготь, ударил снова. И снова.

Тварь дернулась, ее лапы подогнулись, она попыталась встать, но Марк не давал — бил и бил в одно место, расширяя рану, углубляя ее, добираясь до внутренностей.

Клык прыгнул, вцепился в одну из лап, рванул, отрывая кусок хитина.

Тварь закричала громче. Ее руки — сотни рук — ожили, потянулись к Марку, пытаясь схватить, разорвать, вырвать из него душу.

Марк уворачивался, бил, уворачивался, бил.

Здоровье таяло — одна рука все-таки достала, полоснула по лицу, оставив глубокие царапины. Здоровье: 45 → 38.

Еще одна — по спине, разрывая одежду и кожу. 38 → 30.

Клык взвизгнул — его тоже достали, отбросили в сторону.

Марк понял — еще немного, и они погибнут.

Он отпрыгнул, активировал тень, исчез из виду.

Тварь заметалась, потеряв цель. Ее руки шарили вокруг, глаза открылись — все сразу, десятки глаз, ищущих, сканирующих.

Клык тоже исчез — прижался к земле, замер, слился с камнями.

Марк стоял в трех метрах от твари, сжимая коготь, и ждал.

Выносливость таяла: 130 → 120 → 110.

Тварь успокаивалась. Ее руки опускались, глаза закрывались, дыхание становилось ровнее.

Она снова засыпала.

Марк выдохнул.

Минута. Две. Три.

Тварь замерла, погрузившись в транс.

Марк подобрался снова. Рана, которую он нанес, все еще кровоточила — черная жижа текла по брюху, капала на землю.

Он ударил в то же место.

Тварь взревела снова, но слабее — силы уходили вместе с кровью.

Марк бил и бил, не останавливаясь, не думая об опасности, не чувствуя усталости.

Клык вернулся, вцепился в другую лапу, рвал, кусал, не давая твари подняться.

Пять минут. Десять.

Тварь зашаталась, ее лапы подогнулись, она рухнула на бок, подняв тучу пыли.

Марк прыгнул на голову, всадил коготь в самый большой глаз — тот, что смотрел на него в первую минуту.

Тварь дернулась в последний раз и затихла.

[Враг повержен: Многоножник (ур. 25)]

[Поглощение Искры...]

Тепло хлынуло таким мощным потоком, что Марк закричал. Не от боли — от наслаждения. Никогда раньше он не испытывал ничего подобного. Это было в сто раз сильнее, чем от любой другой твари. Тысячи Искр врывались в пустоту, заполняли её, расширяли, делали больше.

[Поглощено: 4200 Искр]

[Текущий опыт: 1650 + 4200 = 5850/1800]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 11]

[Получено 5 очков характеристик]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 12]

[Получено 5 очков характеристик]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 13]

[Получено 5 очков характеристик]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 14]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 5850 - 1800 - 2000 - 2200 - 2400 = -? Системная ошибка... Пересчет...]

[Итоговый уровень: 14]

[Опыт: 450/3000 до уровня 15]

[Получено 20 очков характеристик для распределения]

Марк рухнул на колени, дрожа от переполнявшей его силы.

Клык подбежал, лизнул в лицо — шершаво, тепло, преданно.

— Живой, — прохрипел Марк. — Мы живы.

Костоправ подошел, глядя на тушу.

— Ты... ты убил его. Уровень 25. Один.

— Не один. С Клыком.

— Всё равно. Это... невероятно.

Марк встал, пошатываясь. Сила распирала его изнутри, требовала выхода, требовала движения.

— Сколько я получил?

— Четыре уровня. Сразу. С 10 до 14.

Марк рассмеялся — впервые за долгое время.

— Хорошо. Очень хорошо.

Он посмотрел на тушу. Из многоножника все еще сочилась черная жижа, но в глубине раны что-то блестело.

— Там кристаллы. Много.

Клык уже копался в туше, вытаскивая один за другим.

Двадцать три кристалла. Разных цветов, разных размеров. Красные, зеленые, синие, черные, даже один белый, пульсирующий теплым светом.

— Белый? — спросил Марк. — Что это?

— Чистая душа, — ответил Костоправ. — Редкость. Очень ценная. Береги.

Марк спрятал кристаллы, посмотрел на Клыка.

— Жри.

Клык набросился на тушу, начал втягивать остатки Искры. Через минуту его уровень скакнул:

[Клык: уровень 13 → уровень 15]

Зверь довольно рыгнул и подбежал к Марку, виляя хвостом.

— Молодец, — сказал Марк. — Хороший мальчик.

Костоправ смотрел на них и качал головой.

— Вы двое — просто машина для убийства. Еще месяц такой охоты — и вы догоните генералов.

— Не месяц. Три недели.

— Оптимист.

Они двинулись обратно к убежищу.

Марк чувствовал себя совершенно иначе. Четыре уровня изменили его — не только числом, но и качеством. Тело двигалось быстрее, мысли — четче, пустота внутри была спокойна и сыта.

— Костоправ, — спросил он по пути. — А что будет, когда я стану двадцатым?

— Откроется новая способность. У каждого класса своя. У Теневого клинка, говорят, что-то связанное с полным слиянием с тьмой.

— Полное слияние?

— Станешь тенью. Настоящей. Невидимый, бесшумный, проходящий сквозь стены.

Марк кивнул.

— Хочу.

— Будешь. Но сначала — еще шесть уровней.

Они шли через топи, и туман рассеивался, будто признавая нового хищника в этих землях.

В убежище вернулись затемно.

Марк сел у входа, достал кристаллы, разложил перед собой. Двадцать три штуки — богатство, о котором он не мог и мечтать неделю назад.

— Что с ними делать? — спросил он.

— Копи, — ответил Костоправ. — Или трать. Красные можно в коготь — сделает острее, добавит огненный урон. Синие — в амулет, защита от магии. Зеленые — для маскировки. Черные — для усиления темной магии. Белый — для... не знаю. Для чего-то особенного.

Марк взял белый кристалл, повертел в руках.

Он был теплым, пульсирующим, будто живым. Внутри него клубился туман, иногда складываясь в лица — чьи-то, незнакомые, мелькающие и исчезающие.

— Чистая душа, — повторил Марк. — Чья она?

— Многоножник жрал тысячи тварей. Может, одна из них была особенной. Может, это его собственная душа, очищенная временем. Не знаю.

Марк спрятал белый кристалл в отдельный карман, подальше от остальных.

Остальные рассортировал по цветам — красных семь, зеленых пять, синих четыре, черных шесть.

— Богатство, — усмехнулся Костоправ. — На такое можно армию купить.

— Я не собираюсь покупать. Я собираюсь растить.

Марк подозвал Клыка.

— Хочешь еще?

Клык посмотрел на кристаллы, облизнулся, но покачал головой. Зверь был сыт — переваривал полученное от многоножника.

— Завтра, — сказал Марк. — Отдыхай.

Клык улегся у входа и мгновенно заснул.

Марк сидел, смотрел на кристаллы, слушал вой ветра над топями.

Пустота внутри была спокойна. Впервые за долгое время — абсолютно спокойна.

Но Марк знал — это ненадолго.

Голод вернется.

И тогда снова придется убивать.

Ночь прошла спокойно.

Марк сидел у входа в пещеру, глядя на топи и перебирая в руках кристаллы. Двадцать три штуки — двадцать три души, двадцать три истории, двадцать три смерти, заключенные в камень. Красные пульсировали жаром, синие источали холод, зеленые мерцали тревожным светом, черные впитывали всё вокруг, а белый — белый жил своей жизнью, меняя оттенки, пульсируя в такт чему-то, что Марк не мог уловить.

Клык спал, положив голову на лапы, и во сне подрагивал — гонял добычу, убивал, рос. За последние дни зверь изменился до неузнаваемости — от мелкого трусливого грызуна до монстра пятнадцатого уровня, способного рвать тварей, которые еще недавно казались Марку непобедимыми.

Костоправ сидел в глубине пещеры, скрестив ноги, и молчал. Он мог молчать часами — скелеты вообще неразговорчивы, если их не спрашивать.

— Костоправ, — позвал Марк.

— Слышу.

— Что происходит на пятнадцатом уровне?

Скелет поднял голову, его зеленые глаза вспыхнули ярче.

— А что, уже близко?

— Почти. Четыреста пятьдесят из трех тысяч. Если найду еще одну крупную тварь — завтра буду пятнадцатым.

— Быстро ты. Слишком быстро.

— Плохо?

— Хорошо. Но опасно. Организм может не успеть адаптироваться. Пустота внутри — она как мышца. Если качать слишком быстро, можно порвать.

— Я мертв. Мне нечего рвать.

Костоправ покачал головой.

— Дело не в теле. Дело в душе. В том, что от нее осталось. Если будешь расти слишком быстро, можешь потерять себя.

— Потерять себя?

— Стать тварью. Обычной нежитью без разума, без памяти, без цели. Просто голодной машиной для убийства.

Марк задумался.

— А со мной такое может случиться?

— Может. Если не будешь осторожен. Эволюция — это не просто цифры. Это изменение сути. На десятом уровне ты стал сильнее. На пятнадцатом — изменишься качественно. Откроются новые способности, новые возможности. Но вместе с ними придет и новая опасность.

— Какая?

— Голод станет сильнее. Ты будешь хотеть жрать больше, чаще, сильнее. Если не контролировать — сорвешься.

Марк кивнул.

— Я справлюсь.

— Посмотрим.

Они замолчали.

За стенами пещеры завыл ветер. В топях началась ночная охота — крики, визги, хруст костей. Привычный саундтрек этого мира.

Марк смотрел на кристаллы и думал.

Двадцать три штуки. Если скормить их Клыку — зверь станет двадцатым, может быть, даже выше. Если использовать самому — вставить в коготь, в амулет, в тело — можно получить новые способности. А можно просто хранить, копить, ждать.

Что важнее — сила сейчас или сила потом?

Он вспомнил слова Литы: "Ты должен стать достаточно сильным, чтобы убить то, что нельзя убить".

Для этого нужно расти. Расти любым способом. Не останавливаясь.

— Клык, — позвал Марк тихо.

Зверь мгновенно проснулся, подбежал.

— Хочешь стать сильнее?

Клык тявкнул.

Марк взял красный кристалл, протянул зверю.

— Жри.

Клык взял кристалл зубами, хрустнул. Красная дымка впиталась в его пасть, зверь зажмурился, затрясся — и через минуту открыл глаза. Они горели ярче, чем раньше.

[Клык: уровень 15 → уровень 16]

— Еще.

Второй красный. Третий. Четвертый.

[Клык: уровень 16 → уровень 17]

[Клык: уровень 17 → уровень 18]

Зверь менялся на глазах. Чешуя темнела, становилась почти черной, с металлическим отливом. Шипы на спине удлинились, стали похожи на копья. Из пасти полезли новые клыки — длинные, острые, кривые. Глаза горели алым огнем, в котором плясали искры.

— Хватит, — сказал Костоправ. — Еще немного — и он лопнет.

Марк убрал оставшиеся кристаллы.

Клык подошел, ткнулся мордой в руку. От него исходило тепло — не жар, а ровное, приятное тепло сытого зверя.

— Хороший мальчик, — сказал Марк. — Теперь отдыхай. Завтра тяжелый день.

Клык улегся у входа и мгновенно заснул.

Марк снова уставился на топи.

До пятнадцатого уровня оставалось четыреста пятьдесят Искр. Один хороший бой — и он перешагнет рубеж.

Но где взять этот бой?

— Костоправ, — спросил он. — Здесь есть еще крупные твари? Кроме многоножника?

— Есть. Но они умнее. Многоножник спал — поэтому вы и смогли его убить. Другие не спят. Другие охотятся.

— И что?

— И то, что идти на них в лоб — самоубийство. Нужна хитрость. Засада. Ловушка.

— Придумаем.

Костоправ вздохнул.

— Ты неисправим.

— Я голоден.

Они замолчали до утра.

Рассвет пришел серый и холодный, как всегда.

Марк вышел из пещеры, потянулся. Тело слушалось идеально — четыре уровня добавили не только силы, но и контроля. Он чувствовал каждую мышцу, каждую кость, каждый сантиметр мертвой плоти.

Клык выбежал следом, обнюхал территорию, зарычал — предупреждающе, тревожно.

— Что там? — спросил Марк.

Костоправ вышел, посмотрел на восток.

— Следы. Опять.

На влажной земле отчетливо виднелись отпечатки — не такие, как в прошлый раз. Другие. Меньше, но глубже, будто существо было тяжелее, чем казалось по размеру.

— Кто это?

— Не знаю. Но они близко. Очень близко.

Марк прислушался к пустоте. Она гудела — не тревожно, а предвкушающе.

— Охота идет за нами, — сказал он.

— Да.

— Значит, мы перестанем быть дичью.

Костоправ посмотрел на него с интересом.

— Что задумал?

— Засада. Мы знаем, откуда они идут. Знаем, что они ищут нас. Значит, можем встретить.

— Рискованно.

— Всегда рискованно.

Марк двинулся по следам, Клык за ним, Костоправ — замыкая.

Следы вели на юго-запад, в самую гущу топей, туда, где туман стоял стеной, а вода была чернее, чем где-либо.

Через час они вышли к месту.

Это была поляна — небольшая, окруженная мертвыми деревьями, с чахлой травой, растущей прямо из воды. В центре поляны лежало нечто.

Марк сначала подумал, что это труп — большой, раздувшийся, покрытый тиной. Но труп дышал. Медленно, тяжело, с хрипом.

— Живой, — прошептал Костоправ. — Или почти.

Они подобрались ближе.

Существо было похоже на человека — если бы человек мог вырасти до трех метров в высоту и покрыться чешуей. Оно лежало на спине, раскинув руки, и смотрело в небо пустыми глазницами. Из груди торчал обломок копья — древко сгнило, а наконечник остался, врос в плоть, оброс костяными наростами.

— Древний, — сказал Костоправ. — Очень древний. Его ранили давно, но не убили. Он лежит здесь сотни лет и не может умереть.

— Уровень?

— Не вижу. Слишком слабый сигнал. Может, 10. Может, 30. Зависит от того, сколько силы у него осталось.

Марк подошел ближе.

Существо повернуло голову — медленно, с трудом, будто каждое движение стоило невероятных усилий. Пустые глазницы уставились на Марка.

— Ты, — прохрипело оно. — Ты пахнешь пустотой.

— Кто ты?

— Я был воином. Давно. Сражался в великой битве. Проиграл.

— Кто тебя ранил?

— Он. Тот, кто спит внизу.

Марк вздрогнул.

— Ты сражался с ним?

— С ним. И с его стражами. Мы хотели убить его, пока он спал. Не вышло.

Существо закашлялось — черная жижа потекла из уголка рта.

— Ты хочешь убить его, — сказало оно. — Я чую. Твоя пустота хочет его пустоты.

— Хочу.

— Тогда забери мою силу. Она все равно пропадает здесь. Я умираю уже тысячу лет. Хватит.

Марк нахмурился.

— Ты отдашь мне свою Искру? Добровольно?

— Да. Только убей его. Отомсти за нас.

Существо протянуло руку — огромную, чешуйчатую, с длинными когтями.

Марк взял ее.

Тепло хлынуло мощным потоком — не таким, как от многоножника, но плотным, концентрированным, древним.

[Поглощение добровольной Искры: +2800]

[Текущий опыт: 450 + 2800 = 3250/3000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 15]

[Получено 5 очков характеристик]

[Внимание! Достигнут порог эволюции класса!]

[Теневой клинок (ранг 1) → Теневой клинок (ранг 2)]

[Открываются новые способности...]

Мир вокруг замер.

Марк почувствовал, как пустота внутри взорвалась — расширилась, углубилась, изменилась. Тьма, всегда бывшая просто фоном, стала частью его, продолжением тела, новой конечностью.

[Получена новая способность: Слияние с тенью (ранг 2)]

Вы можете становиться тенью полностью, сливаясь с любой темной поверхностью. В этом состоянии вы неуязвимы для физических атак, но не можете атаковать сами. Стоимость: 20 Выносливости в минуту.

[Получена новая способность: Теневой рывок]

Мгновенное перемещение между тенями на расстояние до 20 метров. Стоимость: 30 Выносливости.

[Получена новая способность: Объятия тьмы]

При атаке из тени вы можете временно ослепить противника, погружая его в абсолютную темноту на 3 секунды. Стоимость: 40 Выносливости.

Марк стоял, чувствуя, как новые возможности встраиваются в тело, становятся частью его существа.

Существо, отдавшее ему силу, рассыпалось в прах.

— Спасибо, — прошелестел ветер. — Отомсти.

Марк кивнул.

Он посмотрел на свои руки. Теперь они казались еще более серыми, почти прозрачными, будто сотканными из дыма.

— Костоправ, — сказал он. — Я чувствую... я чувствую всё. Каждую тень в радиусе километра. Каждое движение. Каждую жизнь.

— Эволюция, — ответил скелет. — Ты стал ближе к тьме. Теперь ты не просто пользуешься тенью — ты часть её.

Клык подбежал, обнюхал Марка, зарычал — но не агрессивно, а удивленно. Хозяин пах иначе.

— Всё нормально, — сказал Марк, гладя зверя. — Я всё тот же.

Он распределил очки характеристик, не задумываясь:

[+3 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух]

Ловкость: 31. Сила: 14. Дух: 25.

Теперь он был готов.

— Пошли, — сказал Марк. — На охоту.

— За кем? — спросил Костоправ.

— За теми, кто идет по нашему следу.

Они двинулись обратно, к пещере, но теперь Марк вел отряд не как охотник — как тень, скользящая между мирами.

Впереди была битва.

И он был готов.

Глава 15. Охотники и дичь

Марк вел отряд обратно к пещере, но теперь каждый его шаг был пропитан тьмой.

Он чувствовал тени вокруг себя как продолжение собственного тела. Они тянулись к нему, обнимали, шептали что-то на древнем языке, которого он не понимал, но интуитивно ощущал смысл. Тени говорили о безопасности, об опасности, о движении — они были его глазами и ушами, разбросанными по всему болоту.

Костоправ шел следом, и Марк чувствовал его тень — она была старой, плотной, пропитанной тысячелетиями существования. Клык отбрасывал тень звериную — подвижную, горячую, полную голода.

— Ты изменился, — сказал Костоправ. — Я вижу это даже без магии. Ты двигаешься иначе. Дышишь иначе.

— Я не дышу.

— Тем более.

Марк улыбнулся — впервые за долгое время. Улыбка вышла странной, хищной, не совсем человеческой.

— Я чувствую их, — сказал он. — Тех, кто идет по следу. Их трое. Двое по бокам, один в центре. Они думают, что скрываются, но тени видят всё.

— Кто они?

— Не знаю. Но уровни... один 16, два по 14. Серьезные.

— Ты справишься?

— Посмотрим.

Они вышли на открытое пространство — поляну, окруженную мертвыми деревьями. Здесь туман был реже, и Марк видел далеко вперед.

— Здесь, — сказал он. — Здесь мы их встретим.

— Почему здесь?

— Потому что здесь много теней. Деревья отбрасывают их на землю. Я могу перемещаться между ними, как захочу.

Костоправ кивнул и отошел в сторону, к краю поляны, готовый наблюдать и вмешаться, если понадобится.

Клык встал рядом с Марком, припал к земле, готовый к прыжку.

— Жди, — сказал Марк. — Они придут сами.

Они ждали.

Минута. Пять. Десять.

Туман сгущался, ветер стих, наступила абсолютная тишина — даже твари в топях замерли, чувствуя приближение чего-то важного.

Марк видел их тени задолго до того, как они появились.

Двое с флангов двигались синхронно, обходя поляну с двух сторон. Они были легкими, быстрыми — разведчики, привыкшие к скрытности. Третий шел прямо по центру, не таясь, уверенный в своей силе.

Когда они вышли на поляну, Марк увидел их впервые.

Двое по бокам были костяными жнецами — высокие, тощие, с руками-лезвиями. Уровни 14. Обычные бойцы Мясника, каких он уже убивал десятками.

Но третий...

Третий был другим.

Огромный, под три метра ростом, покрытый костяной броней, котораяросла прямо из тела. В руках — дубина, сделанная из бедренной кости великана, утыканная металлическими шипами. Голова — череп, обтянутый кожей, с одним горящим красным глазом во лбу.

[Костолом-младший. Уровень 16. Тип: Нежить (элита)]

Младший генерал армии Мясника. Сын Костолома, наследник его силы. Глуп, но силен. В бою предпочитает крушить всё подряд.

— Сын генерала, — прошептал Костоправ. — Интересный экземпляр.

Марк кивнул.

Троица остановилась в центре поляны, оглядываясь. Жнецы сканировали пространство своими пустыми глазницами, Костолом-младший просто стоял, сжимая дубину.

— Выходи, — прогудел он. — Мы знаем, что ты здесь. Мясник хочет твою голову.

Марк не двинулся с места. Он стоял в тени дерева, полностью слившись с ней — новая способность работала идеально, делая его невидимым даже для магического зрения.

— Выходи, или мы сожжем эти топи дотла, — добавил Костолом.

Марк улыбнулся.

Теневой рывок.

Он исчез из тени дерева и появился в тени, которую отбрасывал один из жнецов. Мгновение — и коготь вошел в основание черепа твари.

[Враг повержен: Костяной жнец (ур. 14)]

[Поглощение Искры: +320]

Второй жнец даже не успел среагировать — Марк уже ушел в другую тень, появился за его спиной, ударил.

[+340 Искр]

Костолом-младший заревел, размахивая дубиной, но Марка уже не было на прежнем месте. Он перемещался между тенями, как призрак, появляясь то слева, то справа, то сверху, то снизу.

— Выйди и сразись как воин! — орал Костолом.

Марк появился прямо перед ним, в трех метрах, усмехнулся.

— Как воин? Хорошо.

Он активировал Объятия тьмы.

Костолом замер — абсолютная темнота накрыла его, лишив единственного глаза. Он закрутился на месте, размахивая дубиной вслепую, круша деревья и землю, но не попадая по Марку.

Три секунды.

Марк использовал их, чтобы забежать за спину, запрыгнуть на костяную броню, вцепиться в затылок.

Когда темнота рассеялась, коготь уже вошел в мозг.

Костолом замер, дернулся, рухнул на колени.

— Как воин, — прошептал Марк ему на ухо. — Только быстрее.

[Враг повержен: Костолом-младший (ур. 16)]

[Поглощение Искры: +680]

[Текущий опыт: 3250 + 320 + 340 + 680 = 4590/3000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 16]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 1590/3500 до следующего уровня]

Марк спрыгнул с туши, отряхнулся.

Клык подбежал, облизал руку — одобрительно, довольно.

— Чисто, — сказал Марк. — Быстро.

Костоправ вышел из укрытия, глядя на трупы.

— Ты использовал новые способности. Как они?

— Идеально. Теневой рывок — это... это как телепортация. Я просто перемещаюсь между тенями. Никто не может уследить.

— А Объятия тьмы?

— Три секунды слепоты. Для боя — вечность.

Костоправ кивнул.

— Хороший набор. Теперь ты реально опасен.

Марк обыскал трупы. У жнецов ничего не было, а вот у Костолома-младшего на поясе висел мешочек с кристаллами. Пять штук — два красных, два зеленых, один черный.

— Трофеи, — сказал Марк, пряча добычу.

Клык уже жрал трупы, втягивая остаточные Искры. Его уровень дернулся, но не перескочил — видимо, зверь тоже приближался к своему эволюционному порогу.

— Костоправ, — спросил Марк. — А у Клыка будет эволюция?

— Должна. На двадцатом уровне. Если будешь кормить его кристаллами и Искрами, может, даже раньше.

— Что он станет?

— Не знаю. Таких, как он, раньше не было. Ты создал новый вид.

Марк посмотрел на зверя. Тот уже закончил жрать и теперь сидел, довольно облизываясь.

— Пойдем, — сказал Марк. — Нужно уходить. Мясник скоро узнает, что его сын мертв.

— Думаешь, это был его сын?

— Сказано же — младший генерал. Сын Костолома. Значит, папаша скоро придет мстить.

Костоправ кивнул.

— Тогда уходим глубже. В самые топи, где даже Мясник не сунется.

Они двинулись на северо-запад, туда, где болота становились непроходимыми, а твари — самыми дикими и опасными.

Три дня они уходили всё дальше.

Марк убивал всё, что попадалось на пути — мелких тварей, средних, иногда крупных. Искры капали в копилку, уровень медленно, но верно полз вверх. К концу третьего дня он был на 2150/3500 — чуть больше половины пути до семнадцатого.

Клык дорос до девятнадцатого. Зверь менялся — становился крупнее, умнее, опаснее. Теперь он понимал сложные команды, мог действовать самостоятельно, заходить с флангов, отвлекать внимание, притворяться раненым. Иногда Марку казалось, что Клык вот-вот заговорит — так осмысленно смотрели его три глаза.

— Ему нужен кристалл, — сказал Костоправ вечером третьего дня. — Для эволюции. Дай ему черный.

— Почему черный?

— Черный — пустота. Он питался твоими Искрами, он часть тебя. Черный кристалл усилит связь.

Марк достал черный кристалл — один из тех, что взял у Костолома-младшего. Протянул Клыку.

— Жри.

Клык взял кристалл, хрустнул.

И замер.

Мир вокруг замер вместе с ним.

Тьма сгустилась, обволокла зверя, втекла в него, изменила.

Когда она рассеялась, перед Марком стоял не Клык.

Перед ним стоял монстр.

Размером с небольшую лошадь, покрытый черной чешуей, переливающейся всеми оттенками ночи. Четыре глаза — добавился четвертый, надо лбом — горели алым огнем. Из спины торчали шипы — длинные, острые, как копья. Хвост раздвоился на конце, превратившись в два гибких хлыста с костяными наконечниками.

Но самое главное — взгляд.

Раньше Клык смотрел на Марка с преданностью собаки. Теперь в его глазах было понимание. Осознание. Почти разум.

[Клык. Уровень 19 → Уровень 22. Тип: Ночной хищник (уникальный)]

Эволюционировавшая форма могильного грызуна, вскормленного Искрами Пустоты. Разумен, предан, смертоносен. Способен к самостоятельному принятию решений.

— Клык? — позвал Марк.

Зверь подошел, ткнулся мордой в руку. Тепло. Преданность. И что-то новое — будто между ними протянулась еще одна нить, еще более прочная, чем раньше.

— Ты понимаешь меня?

Клык кивнул. Кивнул — осмысленно, четко, по-человечески.

— Твою мать, — выдохнул Костоправ. — Он разумен.

— Слышишь меня? — спросил Марк.

— Да, — раздалось в голове.

Голос был негромким, хрипловатым, но явно осмысленным. Марк вздрогнул.

— Ты говоришь?

— Мысленно. С тобой. Связь.

Марк посмотрел на Костоправа. Тот развел руками.

— Я такого тоже не видел. Ты создал не просто зверя — ты создал компаньона. Разумного. Преданного.

Клык — теперь уже не совсем Клык, но Марк не знал, как еще его называть — сел рядом, положил голову на колени хозяину.

— Что ты чувствуешь? — спросил Марк.

— Твой голод. Твою пустоту. Твою цель. Я помогу.

— Поможешь убивать?

— Помогу жить.

Марк замолчал.

Впервые за долгое время он почувствовал что-то кроме голода и азарта. Что-то теплое, почти человеческое.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда вместе.

Вместе они смотрели на топи, на туман, на далекие огни восточных земель.

Впереди была война.

Но теперь у Марка была семья.

Ночь после эволюции Клыка выдалась беспокойной.

Марк сидел у входа в очередную временную пещеру — они редко оставались на одном месте дольше суток, постоянно перемещаясь, заметая следы, уходя всё глубже в топи. Клык лежал рядом, положив голову ему на колени, и впервые за всё время не спал — просто лежал, глядя в темноту своими четырьмя глазами, и думал.

Марк чувствовал его мысли — не словами, а образами, эмоциями, воспоминаниями. Клык вспоминал свою прошлую жизнь, когда был просто мелким грызуном в стае, боялся всех, прятался по углам, выживал как мог. Потом вспоминал, как Марк схватил его, утащил от сородичей, как влил в него первую Искру. Боль, страх, а потом — невероятное тепло, рост, силу, свободу.

— Ты не злишься? — спросил Марк мысленно. — Что я забрал тебя из стаи?

— Нет, — пришел ответ. — Там я был никем. Здесь я — Клык.

— Тебе нравится имя?

— Это имя дал ты. Значит, оно правильное.

Марк погладил зверя по голове. Чешуя была теплой, гладкой, приятной на ощупь.

— Костоправ, — позвал он. — Ты спишь?

— Я не сплю, — донеслось из темноты. — Я думаю.

— О чём?

— О том, что ты создал. Разумный зверь — это не просто редкий экземпляр. Это новая ветвь эволюции. Если таких станет много, мир изменится.

— Станет?

— Если ты будешь плодить их — да. Но это опасно. Четверо узнают, поймут, что ты можешь создавать армию. И тогда они объединятся против тебя.

Марк задумался.

— А если я буду создавать их медленно? По одному?

— Всё равно узнают. Рано или поздно. Слишком заметно.

— Значит, нужно быть готовым к войне раньше, чем они узнают.

Костоправ вздохнул.

— Ты мыслишь правильно. Но война с Четверыми — это не война с генералами. Это совсем другой уровень.

— Я знаю. 300 уровней, 200, 150. Я помню.

— И тебя это не пугает?

— Пугает. Но голод сильнее страха.

Они замолчали.

Где-то вдалеке завыла тварь, ей ответили другие — ночная охота набирала обороты. Марк слушал эти звуки и понимал, что уже различает их — знает, кто кричит, на кого охотится, кто побеждает. Тени рассказывали ему всё.

— Костоправ, — спросил он. — А что будет, когда я убью Четверых? Стану новым богом этого места?

— Не знаю. Никто не знает. Библиотекарь, может быть, но он не скажет.

— А Лита?

— Она сказала достаточно. Остальное узнаешь сам.

Марк кивнул.

Он смотрел на топи, на туман, на редкие огоньки где-то далеко — может быть, костры живых, может быть, глаза тварей, может быть, просто болотные огни.

— Завтра мы идем дальше, — сказал он. — На восток.

— К Мяснику?

— К его землям. Не к нему самому — к его окраинам. Там много тварей, много Искр. Будем растить уровень.

— Рискованно. Тебя заметят.

— Я тень. Меня не заметят.

Костоправ хмыкнул, но спорить не стал.

Утром они вышли в путь.

Клык бежал впереди, прокладывая дорогу через топи. Теперь он двигался иначе — осмысленно, выбирая лучшие пути, обходя опасные места, предупреждая Марка мысленно о каждой твари за километр.

— Слева, — пришла мысль. — Трое. Уровни 5-7.

Марк кивнул, скользнул в тень, через секунду был там. Три удара — три трупа.

[+90, +110, +130 Искр]

— Справа. Один. Уровень 9.

Снова тень, рывок, удар.

[+210 Искр]

— Впереди. Группа. Восемь штук. Уровни 4-8.

Марк улыбнулся. Хорошая охота.

Он вошел в тень и начал жатву.

Клык не участвовал — наблюдал, учился, запоминал. Марк знал, что зверь копит опыт, скоро перешагнет новый рубеж.

Через час группа была уничтожена.

[+890 Искр]

[Текущий опыт: 2150 + 90+110+130+210+890 = 3580/3500]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 17]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 80/4000 до следующего уровня]

Марк распределил очки не задумываясь:

[+3 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух]

Ловкость: 34. Сила: 15. Дух: 26.

Он чувствовал, как тело наполняется новой силой. Семнадцатый уровень. Еще три — и новый этап эволюции.

— Хорошо идем, — сказал Костоправ, подходя. — Быстро.

— Клык помогает. Видит всё заранее.

— Это хорошо. С ним ты безопаснее.

Они двинулись дальше.

К вечеру они вышли к границе восточных земель.

Марк понял это сразу — воздух изменился, стал суше, теплее, исчез запах гнили, характерный для топей. Вместо него появился другой запах — крови, металла, старого мяса.

— Земли Мясника, — сказал Костоправ. — Чувствуешь?

— Да. Здесь много смертей.

— Здесь армия. Тысячи тварей, готовых убивать по приказу. Если нас заметят — не уйдем.

Марк кивнул и активировал тень, полностью сливаясь с сумраком.

Они двинулись вдоль границы, не заходя внутрь, но достаточно близко, чтобы чувствовать пульс вражеской территории.

Клык шел рядом, его четыре глаза сканировали пространство, улавливая малейшее движение.

— Там, — мысль зверя. — Стоят. Ждут.

Марк посмотрел в указанном направлении.

В полукилометре, у входа в ущелье, стоял отряд. Десяток тварей — жнецы, рыцари, пара крупных фигур, похожих на тех, кого они уже встречали. Охраняли вход.

— Застава, — сказал Костоправ. — Проверяют всех, кто идет с севера.

— Мы не идем. Мы просто смотрим.

— И что ты хочешь увидеть?

— Слабые места. Патрули. График смены. Всё, что пригодится, когда пойдем воевать.

Они просидели в тени до полуночи, наблюдая.

Отряд не двигался — просто стоял, тупо, механически. Только два жнеца время от времени обходили периметр, проверяя территорию.

— Тупая охрана, — прошептал Марк. — Если напасть быстро, можно вырезать всех за минуту.

— Если напасть. Но сейчас не время.

— Знаю. Просто примечаю.

Под утро они ушли обратно в топи.

Три следующих дня Марк провел, исследуя границу.

Он находил заставы, запоминал их расположение, считал тварей, оценивал уровни. Клык помогал, его новое зрение видело то, что не видел Марк — ауры, слабые места, скрытых врагов.

К концу третьего дня у Марка была полная картина восточного фронта.

— Семнадцать застав, — сказал он Костоправу вечером. — От маленьких, по пять тварей, до крупных, по двадцать. Общая численность — около двухсот.

— Двести тварей только на границе, — присвистнул Костоправ. — А внутри — тысячи.

— Знаю. Но это только начало. Главное — я нашел проход.

— Проход?

— На северо-востоке, там, где болота подходят ближе всего. Там только одна застава, маленькая, и ее можно обойти по воде.

— И что ты хочешь?

— Проникнуть внутрь. Найти место, где много тварей, и устроить зачистку. Поднять уровень.

— Рискованно.

— Я тень. Меня не увидят.

Костоправ покачал головой, но спорить не стал — уже понял, что бесполезно.

— Когда?

— Завтра ночью.

Ночь выдалась черной — даже для этих мест.

Луна не светила, тучи закрыли небо, топи утонули в абсолютной темноте. Для Марка это было идеально — тени стали плотнее, гуще, роднее.

Он скользил между ними, как рыба в воде, перемещаясь рывками по двадцать метров, появляясь то тут, то там, не оставляя следов.

Клык шел рядом, его глаза светились в темноте алым — четыре огонька, парящих в воздухе.

— Застава, — мысль зверя. — Прямо. Десять тварей.

— Вижу.

Марк остановился в тени дерева, изучая цель.

Десять тварей: шесть жнецов (уровни 8-10), три рыцаря (уровни 9-11) и один крупный — Костолом-младший, но не тот, которого он уже убивал. Другой. Уровень 15.

— Легко, — сказал Марк.

Он начал жатву.

Теневой рывок — жнец падает, не успев понять, что случилось.

Второй рывок — еще один жнец.

Третий — рыцарь, сраженный ударом в затылок.

Твари заметались, пытаясь понять, откуда приходит смерть. Марк появлялся из теней, убивал, исчезал, появлялся снова.

Через три минуты на ногах остался только Костолом-младший.

Он стоял, сжимая дубину, и крутил головой, пытаясь увидеть врага.

— Выходи! — орал он. — Выходи и сразись!

Марк вышел из тени прямо перед ним.

— Я здесь.

Костолом замахнулся, но Марк уже исчез, появился сзади, в прыжке вонзил коготь в шею.

Тварь рухнула, даже не успев закричать.

[+950 Искр]

Клык добивал раненых, собирал трофеи. Через пять минут всё было кончено.

— Девять кристаллов, — сказал Марк, пересчитывая добычу. — Красные, зеленые, один черный. Хорошо.

— Ты уничтожил заставу за пять минут, — сказал Костоправ. — Если так пойдет дальше, Мясник заметит через день.

— Значит, за день нужно успеть много.

Они двинулись дальше вглубь восточных земель.

Следующие десять часов стали для Марка временем чистой, концентрированной охоты.

Он убивал всё, что двигалось. Заставы, патрули, одиночные твари, группы — ничто не могло скрыться от его тени.

Клык помогал, прикрывал, предупреждал. Вместе они были идеальной машиной смерти.

К рассвету Марк уничтожил пять застав, перебил больше сотни тварей и поднялся до восемнадцатого уровня.

[Текущий опыт: 80 + 950 + 4200 (примерно) = 5230/4000]

[Уровень 18]

[Опыт: 1230/4500 до 19]

Он стоял посреди поляны, окруженный трупами, и чувствовал, как пустота внутри гудит от удовольствия.

— Нужно уходить, — сказал Костоправ. — Скоро рассвет. Местные заметят.

— Еще одна застава, — ответил Марк. — Самая крупная. Вон там, в километре.

— Ты устал.

— Я не устаю.

— Твоя пустота устает. Я вижу — ты двигаешься медленнее.

Марк прислушался к себе. Костоправ был прав — реакция чуть притупилась, мысли текли медленнее.

— Ладно, — сказал он. — Уходим.

Они двинулись обратно к топям, унося с собой мешок кристаллов — больше тридцати штук, богатство, о котором Марк не мог и мечтать неделю назад.

В убежище вернулись затемно.

Марк рухнул на землю, чувствуя странную опустошенность — не голод, а именно пустоту, требующую отдыха.

Клык лег рядом, прикрывая его своим телом.

Костоправ сел у входа, глядя наружу.

— Ты сделал невозможное, — сказал он. — За одну ночь уничтожил пять застав. Мясник в ярости.

— Пусть ярится.

— Он пошлет ищеек. Лучших. Ищейки пойдут по следу.

— Пусть идут.

— Ты их встретишь?

— Встречу.

Марк закрыл глаза.

Пустота внутри затихала, успокаивалась, готовилась к новому дню.

Клык вздохнул во сне, и Марк впервые за долгое время почувствовал что-то похожее на покой.

Завтра будет новый бой.

Но сегодня — отдых.

Глава 16. Пробуждение древнего

Три дня прошли в напряженном ожидании.

Марк восстанавливался после ночной резни, переваривал поглощенные Искры, распределял новые силы. К восемнадцатому уровню тело привыкло, пустота внутри успокоилась, голод перестал быть постоянным фоном, превратившись в ровное, контролируемое желание.

Клык тоже рос. За три дня он поднялся до двадцать четвертого уровня, и его разум становился все более человеческим. Теперь они общались мысленно постоянно, без слов, образами и эмоциями. Марк знал, что зверь чувствует, о чем думает, что планирует. Иногда Клык даже подсказывал стратегию в бою — видел то, что не видел Марк, предлагал нестандартные ходы.

Костоправ стал еще молчаливее обычного. Он сидел у входа в пещеру, глядя на восток, и его зеленые глаза горели ровным, немигающим светом.

— Что с ним? — спросил Марк у Клыка мысленно.

— Чует опасность. Большую. Близко.

Марк прислушался к теням. Они молчали — ровное, спокойное молчание, без тревоги. Но Костоправ видел то, чего не видели тени.

— Костоправ, — позвал он.

— Слышу.

— Что там?

Скелет повернулся, и Марк впервые увидел в его глазах нечто новое — страх.

— Они идут, — сказал Костоправ. — Не просто ищейки. Не просто генералы. Кто-то другой. Кто-то древний.

— Кто?

— Не знаю. Но я чувствую его магию. Она... она как моя. Только сильнее. Намного сильнее.

Марк встал, подошел к выходу.

На востоке, на горизонте, разгоралось багровое зарево. Оно пульсировало, дышало, росло.

— Что это?

— Он идет, — прошептал Костоправ. — Он уже здесь.

Они появились через час.

Марк видел их приближение задолго до того, как они вошли в топи. Тени предупреждали о движении — большом, тяжелом, неотвратимом.

Отряд был огромен.

Сотни тварей — жнецы, рыцари, исполины, твари, которых Марк никогда не видел. Они шли плотной колонной, не таясь, не скрываясь, уверенные в своей силе.

В центре колонны, на огромной платформе, которую несли десятки исполинов, возвышалось нечто.

Трон.

А на троне — фигура.

Человек? Не человек. Слишком большой, слишком неподвижный, слишком... древний. Он сидел, скрестив руки на груди, и смотрел прямо на пещеру, где прятался Марк.

— Кто это? — спросил Марк.

Костоправ молчал. Его глаза горели ярче, чем когда-либо, костяные пальцы сжимались и разжимались.

— Костоправ!

— Это... это один из первых, — прошептал скелет. — Один из тех, кто был до Четверых. Я думал, они все мертвы.

— Кто он?

— Некромант. Древний. Уровень... я не могу сказать. Слишком сильный.

Фигура на троне подняла руку.

Колонна остановилась.

Тишина накрыла топи — даже твари перестали кричать, даже ветер замер.

— Выходи, — раздался голос. Тихий, но слышимый на километры вокруг. — Я знаю, что ты здесь. Я чувствую твою пустоту.

Марк сжал коготь.

— Не выходи, — сказал Костоправ. — Он убьет тебя.

— Если не выйду — он придет сам.

— Тогда беги.

— Нет.

Марк шагнул наружу.

Клык вышел следом, встал рядом, зарычал.

Фигура на троне смотрела на них. Теперь Марк видел его лучше — высокий, худой, с длинными седыми волосами, с лицом, изрезанным морщинами, с глазами, в которых горела абсолютная чернота.

— Интересно, — сказал некромант. — Очень интересно. Пустота в теле. И разумный зверь, вскормленный ею. Ты создал нечто новое, мальчик.

— Кто ты?

— Меня зовут Мортеус. Когда-то я был главным некромантом этого мира. Теперь я просто старик, который хочет покоя.

— И что тебе нужно?

— Твоя пустота. Она нужна мне для ритуала.

— Не получишь.

Мортеус улыбнулся — холодно, спокойно, уверенно.

— Ты думаешь, у тебя есть выбор?

Он щелкнул пальцами.

Сотни тварей рванули вперед.

Марк активировал тень, исчез, появился в гуще врагов. Коготь работал как бешеный — удар, еще удар, еще. Клык рвал глотки, ломал кости, крушил черепа.

Но тварей было слишком много.

Они накатывали волнами, и каждая волна уносила часть сил. Марк чувствовал, как выносливость тает, как здоровье падает, как пустота внутри начинает паниковать.

— Костоправ! — крикнул он. — Помоги!

Скелет вышел из пещеры.

И мир изменился.

Костоправ поднял руки, и из его костяных пальцев ударили лучи чистой черной энергии. Они вонзились в землю, и земля ответила.

Из могил, из болот, из-под камней полезли мертвецы. Тысячи мертвецов. Они вставали, стряхивая с себя землю, и шли в бой — на тварей Мортеуса.

— Что за... — выдохнул Марк.

— Смотри, — мысль Клыка. — Он великий.

Костоправ творил некромантию высшего уровня. Он не просто поднимал мертвых — он перестраивал реальность, менял законы смерти прямо на ходу.

Каждое его движение рождало новую волну нежити. Каждое слово — новое заклинание. Каждый взгляд — новую смерть.

Мортеус смотрел на это с интересом.

— Так вот ты кто, — сказал он. — Я думал, ты просто скелет. А ты — один из нас.

— Я был им, — ответил Костоправ. — Пока не умер.

— Ты умрешь снова. Навсегда.

Мортеус встал с трона.

И началась настоящая битва.

Два некроманта сошлись в центре топей.

Черная энергия хлестала во все стороны, убивая всё живое и неживое в радиусе километра. Твари разбегались, визжа от страха. Даже Клык прижался к земле, закрывая голову лапами.

Марк стоял и смотрел, не в силах пошевелиться.

Он видел, как Костоправ творит чудеса — поднимает десятки тварей за секунду, перехватывает контроль над вражеской нежитью, развеивает заклинания Мортеуса одно за другим.

Но Мортеус был сильнее.

Он был старше, опытнее, могущественнее. Каждое его заклинание было выверено тысячелетиями практики. Каждый удар достигал цели.

Костоправ держался, но Марк видел — долго не продержится.

— Клык, — мысль. — Надо помочь.

— Как?

— Не знаю. Но надо.

Он рванул вперед, в самую гущу магического шторма.

Теневой рывок — двадцать метров. Еще рывок — еще двадцать. Он перемещался между тенями, уворачиваясь от летящей энергии, приближаясь к Мортеусу.

Некромант заметил его, усмехнулся.

— Глупый мальчик. Думаешь, твой коготь пробьет мою защиту?

Он махнул рукой — и Марка отбросило на десяток метров, врезало в дерево.

Здоровье: 45 → 22.

Марк встал, сплюнул кровью.

— Я не умру, — сказал он. — Я пустота.

Мортеус нахмурился.

— Пустота не может убить меня. Я старше пустоты.

— А мы?

Голос раздался сзади.

Костоправ стоял за спиной Мортеуса, его костяные руки светились черным.

— Мы умрем вместе, — сказал он.

И взорвался.

Вспышка черного света ослепила Марка на секунду. Когда зрение вернулось, он увидел, что Костоправа больше нет — только груда костей на земле.

А Мортеус... Мортеус стоял на коленях.

Его защита была пробита. Его тело дымилось. Его глаза потухли.

— Ты... — прошептал он. — Ты убил себя... чтобы ослабить меня...

— Да, — раздался голос из груды костей. Слабый, умирающий. — Чтобы он мог добить.

Марк понял.

Он рванул вперед, вкладывая в удар всю свою силу, всю пустоту, всю ненависть.

Коготь вошел в грудь Мортеуса.

Некромант закричал — впервые за всю битву. Его тело начало рассыпаться, превращаясь в пыль.

— Ты... пожалеешь... — прохрипел он. — Он... проснется...

— Кто?

Но Мортеус уже исчез, оставив после себя только облако праха и пульсирующий черный кристалл размером с кулак.

[Враг повержен: Мортеус, древний некромант (ур. 85)]

[Поглощение Искры...]

Тепло хлынуло таким потоком, что Марк потерял сознание.

Очнулся он через несколько часов.

Клык сидел рядом, облизывая его лицо. Вокруг было тихо — твари разбежались, магический шторм стих, только груда костей напоминала о том, что здесь произошло.

— Костоправ, — позвал Марк.

Тишина.

Он подполз к костям, начал перебирать их. Холодные, мертвые, обычные — ничего не осталось от того, кто был его проводником в этом мире.

— Костоправ, — повторил Марк.

И вдруг одна кость шевельнулась.

Череп. Он лежал отдельно, и в его глазницах загорелся слабый зеленый огонек.

— Жив... — прошептал голос. Почти неслышный. — Почти...

— Костоправ!

— Тише... сил нет... Мортеус забрал почти всё... но я успел... спрятал часть себя в черепе...

— Как тебе помочь?

— Искры... много Искр... и время... дай мне кристаллы... черные...

Марк достал все черные кристаллы, что у него были — штук десять. Положил рядом с черепом.

Череп начал втягивать их — медленно, с трудом, но втягивать.

Огонек в глазницах разгорался ярче.

— Хватит... — сказал Костоправ через минуту. — Оставь... остальное потом...

— Ты восстановишься?

— Частично... нужно новое тело... и время... много времени...

— Я найду тебе тело.

— Не сейчас... сейчас иди... Мортеус был не один... скоро придут другие... уходи...

— Я не брошу тебя.

— Ты не бросаешь... ты уходишь, чтобы вернуться... я буду ждать... здесь... в черепе...

Марк сжал зубы, взял череп в руки.

— Клык, — мысль. — Неси.

Зверь взял череп зубами, осторожно, бережно.

Они ушли в топи, оставив за спиной поле битвы, груды трупов и память о том, что даже бессмертные могут умирать.

Марк бежал, не разбирая дороги.

Топи принимали его, тени укрывали, туман скрывал следы. Клык бежал рядом, сжимая в зубах череп Костоправа, и Марк чувствовал через связь, как зверь бережно относится к этой ноше — понимал, что внутри черепа теплится жизнь того, кто был с ними с самого начала.

— Быстрее, — мысль Клыка. — Они приближаются.

Марк оглянулся.

На горизонте, там, где осталось поле битвы, вздымались столбы черного дыма. И в этом дыму двигались тени — большие, быстрые, хищные. Те, кого Мортеус привел с собой, кого не добили, кто пережил магический шторм и теперь шел по следу.

— Сколько их?

— Много. Десятки. Уровни 15-25.

Марк выругался сквозь зубы. Его здоровье едва восстановилось до тридцати, выносливость была на исходе, а новые способности требовали ресурсов, которых почти не осталось.

— Нужно укрытие. Надежное.

— Впереди. Скалы. Пещеры.

Клык видел дальше, чуял лучше. Марк доверился ему и побежал за зверем.

Через час они добрались до скал.

Это был невысокий кряж, торчащий из болот, как спина доисторического чудовища. Скалы были старыми, изъеденными временем и влагой, в них зияли десятки пещер — естественных нор, уходящих глубоко в камень.

— Туда, — мысль Клыка. — Самая глубокая. Там безопасно.

Они нырнули в узкий лаз, протиснулись сквозь щель и оказались в просторной пещере. Здесь было сухо, темно и тихо — звуки болота не проникали сквозь толщу камня.

Марк рухнул на пол, тяжело дыша.

Клык положил череп рядом с ним и лег у входа, готовый встретить врага.

— Костоправ, — позвал Марк. — Ты здесь?

— Здесь, — раздался слабый голос из черепа. Огонек в глазницах горел тускло, едва заметно. — Еле жив... но жив.

— Как тебя восстановить?

— Нужна плоть. Много плоти. И кости. И кровь. И время.

— Где это взять?

— Враги придут сами. Их плоть подойдет.

Марк кивнул.

— Сколько у нас времени?

— Несколько часов. Они ищут, но топи большие. Найдут не скоро.

— А потом?

— Потом будет бой. Ты должен быть готов.

Марк посмотрел на свои руки. Сила возвращалась медленно, но верно. Пустота внутри переваривала Искру Мортеуса — огромную, плотную, древнюю.

— Кстати, — спросил он. — Сколько я получил от него?

— Проверь систему.

Марк вызвал окно статуса:

[Поглощение Искры Мортеуса: +12500]

[Текущий опыт: 1230 + 12500 = 13730/4500]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 19]

[Получено 5 очков характеристик]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 20]

[Получено 5 очков характеристик]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 21]

[Получено 5 очков характеристик]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ!]

[Марк, уровень 22]

[Получено 5 очков характеристик]

[Текущий опыт: 13730 - 4500 - 5000 - 5500 - 6000 = -7270? Ошибка... Пересчет...]

[Итоговый уровень: 22]

[Опыт: 2730/7000 до уровня 23]

[Получено 20 очков характеристик для распределения]

[Внимание! Достигнут порог эволюции класса!]

[Теневой клинок (ранг 2) → Теневой клинок (ранг 3)]

[Открываются новые способности...]

Марк замер, чувствуя, как пустота внутри расширяется, углубляется, становится частью самой реальности.

[Получена новая способность: Властелин теней]

Вы можете повелевать тенями в радиусе ста метров. Тени становятся вашими слугами — они могут душить, связывать, ослеплять врагов. Стоимость: 50 Выносливости в минуту поддержания.

[Получена новая способность: Теневое тело]

На 10 секунд ваше тело становится полностью неосязаемым, пропуская сквозь себя любые атаки. В этом состоянии вы не можете атаковать сами. Перезарядка: 5 минут.

[Получена новая способность: Клинок тьмы]

Вы можете материализовать тень в форме клинка, который наносит удвоенный урон и игнорирует 50% брони. Длительность: 1 минута. Перезарядка: 10 минут.

Марк открыл глаза.

Он чувствовал себя совершенно иначе. Тени вокруг него шевелились, тянулись, ждали приказов. Они были частью его, продолжением воли.

— Ты эволюционировал, — прошептал Костоправ. — Я чувствую. Твоя сила... она огромна.

— 22 уровень, — ответил Марк. — И новые способности.

— Хорошо. Теперь ты можешь дать бой.

— Кому?

— Тем, кто идет за нами.

Марк встал, распределил очки:

[+3 Ловкость, +1 Сила, +1 Дух] х4 уровня = +12 Ловкость, +4 Сила, +4 Дух

Ловкость: 34 + 12 = 46

Сила: 15 + 4 = 19

Дух: 26 + 4 = 30

Он чувствовал себя почти богом.

— Клык, — мысль. — Сколько их?

— Тридцать семь. Идут цепью, прочесывают топи. Будут здесь через час.

— Хорошо. Встретим.

Марк вышел из пещеры, встал на краю скалы, глядя на восток.

Туман клубился внизу, скрывая приближение врага. Но тени уже рассказывали Марку всё — каждый шаг, каждое движение, каждое намерение.

— Костоправ, — сказал он. — Сейчас ты увидишь, на что способен твой ученик.

— Я не ученик, — усмехнулся голос из черепа. — Я просто старый скелет, который привязался к тебе.

— Всё равно. Смотри.

Тридцать семь тварей вышли из тумана.

Впереди шли жнецы — быстрые, острые, смертоносные. За ними — рыцари в тяжелых доспехах. По бокам — ползуны и грызуны, прикрывающие фланги. Замыкали колонну два исполина, каждый ростом с дерево.

— Красиво идут, — сказал Марк. — Стройно. Жалко ломать.

Он поднял руку.

— Властелин теней.

Тени ожили.

Они взметнулись из-под ног тварей, схватили их за глотки, начали душить. Жнецы заметались, пытаясь разрубить тьму, но тени были бестелесны — мечи проходили сквозь них, не причиняя вреда.

— Теневые клинки.

В руках Марка материализовались два клинка из чистой тьмы — длинные, тонкие, пульсирующие силой.

— Клык, за мной.

Он прыгнул вниз.

Теневой рывок — двадцать метров. Еще рывок — еще двадцать. Он врезался в строй врагов, как нож в масло.

Клинки тьмы косили тварей десятками. Каждый удар находил цель, каждая цель рассыпалась в прах. Клык рвал глотки, ломал хребты, крушил черепа.

Тени помогали — душили, связывали, ослепляли.

Через пять минут всё было кончено.

Тридцать семь трупов лежали на земле, истекая черной жижей.

Марк стоял в центре, покрытый кровью врагов, и улыбался.

— Хорошо, — сказал он. — Очень хорошо.

Клык подбежал, облизал его руку.

— Жри, — приказал Марк.

Зверь набросился на трупы, начал втягивать Искры. Его уровень дернулся, пополз вверх.

Марк подошел к черепу Костоправа, который Клык оставил в пещере.

— Видел?

— Видел, — ответил скелет. — Впечатляет.

— Теперь твоя очередь.

— Что?

— Ты говорил, тебе нужна плоть. Много плоти. Вот она.

Марк указал на груду трупов.

— Выбирай.

Костоправ молчал секунду, потом в его глазницах вспыхнул огонек азарта.

— Помоги мне. Поднеси к самому крупному.

Марк взял череп, поднес к телу исполина.

Череп начал втягивать плоть.

Это было жуткое зрелище — огромное тело исполина съеживалось, высыхало, превращалось в труху. Вся его масса, вся его сила перетекали в череп, наполняя его жизнью.

Череп рос.

Из него начали прорастать кости — позвонки, ребра, руки, ноги. Скелет собирал себя заново, используя плоть врагов как строительный материал.

Через полчаса перед Марком стоял Костоправ.

Не тот Костоправ, которого он знал — новый. Выше, мощнее, с костяными шипами на спине и плечах, с длинными руками, заканчивающимися острыми когтями. В его глазницах горел яркий зеленый огонь, а изо рта торчали клыки.

— Новое тело, — сказал он, разглядывая свои руки. — Неплохое. Даже лучше старого.

— Какой уровень? — спросил Марк.

Костоправ замер, прислушиваясь к себе.

— Сорок третий, — ответил он. — Я никогда не был таким сильным.

— Хорошо. Теперь мы ровня.

— Почти. Ты двадцать второй, я сорок третий. Но ты растешь быстрее.

— Догоню.

Костоправ усмехнулся.

— Догонишь. Я знаю.

Они стояли среди трупов, и тени вокруг них шевелились, радуясь новым хозяевам.

— Что дальше? — спросил Марк.

— Дальше — война, — ответил Костоправ. — Мортеус был не один. Он был послан. Кем-то сильным. Кем-то, кто хочет твою пустоту.

— Четверо?

— Нет. Четверо не стали бы посылать некроманта. Они действуют сами. Это кто-то другой.

— Кто?

— Не знаю. Но узнаем.

Костоправ посмотрел на восток.

— Идем туда. К Мяснику. Там будут ответы.

Марк кивнул.

— Идем.

Они двинулись в путь — Марк, Клык и возрожденный Костоправ.

Впереди была война.

Глава 17. Война приближается

Они шли на восток трое суток.

Марк перестал считать убитых тварей где-то на второй день. Костоправ в новом теле оказался не просто проводником — он стал полноценным боевым магом, способным уничтожать целые отряды одним заклинанием. Клык дорос до двадцать седьмого уровня и теперь мог разговаривать мысленно не только с Марком, но и с Костоправом — связь между ними троими становилась все прочнее.

— Остановимся здесь, — сказал Костоправ, указывая на группу скал, торчащих из болота. — До границы восточных земель полдня пути. Нужно обсудить план.

Они расположились в пещере — привычное убежище, каких у них были уже десятки. Марк сел у входа, глядя на закат. Небо на востоке горело багровым — не от солнца, а от зарев над военными лагерями Мясника.

— Сколько у него армии? — спросил Марк.

— Тысячи, — ответил Костоправ. — Десятки тысяч. Он собирал ее веками.

— И мы пойдем против этого втроем?

— Мы не пойдем в лоб. Мы будем умными.

Костоправ достал из сумки (откуда у скелета сумка?) карту — старую, потрепанную, испещренную пометками.

— Смотри. Восточные земли делятся на три кольца. Внешнее — окраины, где живут слабые твари и стоят заставы. Среднее — зона патрулирования, там базируются генералы со своими армиями. Внутреннее — цитадель Мясника, куда не ступала нога чужака тысячу лет.

— Мы во внешнем кольце?

— Да. Заставы, которые ты уничтожил — внешние. Мясник уже знает о потерях. Он в ярости.

— Хорошо.

— Не хорошо. Он пошлет генералов. Всех четырех.

Марк помолчал.

— Костолом, Плеть, Гниль, Тень. 72, 75, 78, 82 уровня.

— Верно.

— Мы справимся?

— Вместе — да. Если будем умными. Если разделим их.

Клык подошел, сел рядом, его четыре глаза внимательно смотрели на карту.

— Я могу отвлечь одного, — пришла его мысль. — Самого слабого.

— Костолома? — спросил Марк.

— Да. Он медленный. Я быстрый.

— Рискованно.

— Я умру за тебя.

Марк посмотрел на зверя. В его глазах не было страха — только преданность.

— Не умрешь. Мы все выживем.

Костоправ усмехнулся.

— Оптимист. Ладно, давайте думать.

Они просидели над картой до утра.

На рассвете Марк вышел из пещеры и увидел, что туман рассеялся — редкое явление в этих краях. Небо было чистым, серым, безоблачным, и на востоке отчетливо виднелись очертания гор.

— Что это? — спросил он.

— Горы Костей, — ответил Костоправ. — Там цитадель Мясника.

— Красиво.

— Жутко. Там каждая скала сложена из костей. Буквально.

Марк всмотрелся. Да, теперь он видел — горы действительно состояли из костей. Огромных, мелких, человеческих, звериных — они были спрессованы временем и магией в твердую породу.

— Сколько там тварей?

— Все, кто умер в этих землях за тысячу лет. Миллионы.

Марк почувствовал, как пустота внутри заурчала — от голода, от предвкушения, от вызова.

— Мы дойдем туда.

— Дойдем. Если выживем после генералов.

Они двинулись дальше.

К полудню они вышли к границе среднего кольца.

Здесь всё изменилось.

Исчезли болота, исчез туман, исчезла сырость. Земля стала сухой, твердой, покрытой мелким щебнем. Вместо деревьев — редкие кусты колючки. Вместо птиц-трупоедов — огромные стервятники, кружащие в вышине.

— Чувствуешь? — спросил Костоправ.

— Да. Здесь пахнет смертью. Сильно.

— Здесь каждый день умирают. Слабые — от сильных. Сильные — от более сильных. Это закон Мясника.

Они прошли еще немного и увидели первую заставу среднего кольца.

Это была не просто группа тварей, как на окраинах. Это была крепость.

Небольшая, но укрепленная — стены из костей, башни из черепов, ров с черной жидкостью. Внутри кипела жизнь — сотни тварей сновали туда-сюда, готовились к чему-то.

— Они знают, что мы идем, — сказал Костоправ. — Готовятся.

— Сколько там?

— Около трехсот. И один генерал.

— Кто?

— Костолом. Его ставка именно здесь.

Марк прищурился, пытаясь разглядеть генерала сквозь стены. Тени помогали — они проникали всюду, рассказывали о каждом движении.

— Он внутри. В самой высокой башне. Сидит на троне из костей.

— Охрана?

— Сто единиц вокруг. Близко не подойти.

— Нужен план.

Они отошли подальше, сели в тени скалы, начали обсуждать.

— Костолом медленный, — сказал Костоправ. — Но его броня — уровень. Ее не пробить обычным оружием. Даже твои клинки тьмы могут не взять.

— А магия?

— Моя магия не работает на каждом встречном и у него есть разум.

— Тогда как?

Клык подал мысль:

— Глаза. У него только один глаз. Брони там нет.

Марк посмотрел на зверя с уважением.

— Умный мальчик.

— Он прав, — кивнул Костоправ. — Глаз — уязвимое место. Но чтобы достать до глаза, нужно подобраться вплотную.

— Я могу. Теневой рывок, теневое тело — я пройду сквозь охрану.

— А если заметят?

— Не заметят. Я тень.

Костоправ задумался.

— Рискованно, но реально. А мы с Клыком отвлечем основную массу.

— Сколько вам нужно времени?

— Минут десять. Продержимся.

Марк кивнул.

— Тогда на закате.

Закат в восточных землях был кровавым.

Солнце, которого Марк почти не видел в топях, здесь садилось огромным красным шаром, заливая всё багровым светом. Крепость Костолома казалась вырезанной из рубина — кости светились изнутри, черепа скалились в алом зареве.

— Красиво, — сказал Марк.

— Страшно, — поправил Костоправ. — Это предзнаменование.

— Чего?

— Крови. Много крови.

Марк усмехнулся.

— Я люблю кровь.

Он встал, потянулся, проверил оружие. Коготь был на месте, кристаллы в мешочке, новые способности ждали своего часа.

— Клык, готов?

— Готов.

— Костоправ?

— Всегда готов.

— Тогда пошли.

Марк скользнул в тень.

Охрана крепости не ждала нападения.

Сотни тварей сновали по стенам, готовились к ночи, но никто не смотрел вниз, никто не ждал атаки из темноты. Марк прошел сквозь ворота, используя теневое тело — его просто не замечали, проходили сквозь, не чувствуя.

Внутри крепость оказалась еще больше. Коридоры, залы, лестницы — всё из костей, всё пропитано смертью. Марк двигался бесшумно, ориентируясь по теням, поднимаясь всё выше, к башне.

На лестнице стояла стража — два десятка жнецов, готовых убить любого, кто попытается пройти. Марк замер в тени, оценивая.

Если ввязываться в бой — поднимет шум. Если ждать — уйдет время.

Он выбрал третье.

Теневой рывок сквозь стражу — из тени в тень, минуя всех, даже не касаясь. Через секунду он был за их спинами, на следующем пролете.

Жнецы даже не пошевелились.

Марк улыбнулся и пошел дальше.

Костолом сидел на троне.

Огромный, под пять метров ростом, покрытый костяной броней, с одним красным глазом во лбу. Он был неподвижен, как статуя, и только глаз двигался, сканируя пространство.

Марк замер в тени у входа, изучая цель.

Глаз. Единственное уязвимое место. Но глаз защищен костяным веком, которое может опуститься за долю секунды.

Нужно бить наверняка.

Марк достал черный кристалл — самый большой, что у него был, от Мортеуса. Сжал в руке, впитал его силу.

[Использован черный кристалл (эпический): +500 к урону следующей атаки]

— Сейчас, — прошептал он.

Теневой рывок — прямо к лицу Костолома.

Глаз распахнулся, удивленно глядя на возникшую из ниоткуда тень.

Коготь вошел в зрачок.

Костолом взревел — так, что задрожали стены. Его рука метнулась к лицу, пытаясь схватить Марка, но Марк уже ушел в тень, появился за троном, ударил снова — в затылок, туда, где броня была тоньше.

Костолом рухнул с трона, сокрушая кости, разбрасывая черепа.

— ТЫ! — заревел он. — ТЫ УМРЕШЬ!

Марк не слушал. Он бил снова и снова — в шею, в спину, в поясницу, везде, куда доставал. Каждый удар усиливал черный кристалл, каждая атака находила цель.

Костолом пытался встать, но не мог — поврежден глаз, поврежден мозг, тело отказывало.

— Как... ты... — прохрипел он.

— Быстро, — ответил Марк.

Последний удар — в висок.

[Враг повержен: Костолом (ур. 72)]

[Поглощение Искры: +8400]

[Текущий опыт: 2730 + 8400 = 11130/7000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 23]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 24]

[Текущий опыт: 11130 - 7000 - 7500 = -3370? Пересчет...]

[Итоговый уровень: 24]

[Опыт: 4130/8000 до уровня 25]

[Получено 10 очков характеристик]

Марк стоял над телом генерала, чувствуя, как сила вливается в пустоту.

Снизу доносился шум боя — Костоправ и Клык сдерживали сотни тварей, рвущихся на помощь хозяину.

— Пора уходить, — сказал Марк.

Он прыгнул в окно, активировал теневое тело и полетел вниз, сквозь стены, сквозь кости, сквозь реальность.

Приземлился рядом с Костоправом.

— Уходим! — крикнул он.

Костоправ ударил последним заклинанием — десятки мертвецов поднялись из-под земли, задержав врагов. Клык рванул следом за Марком.

Они бежали, не оглядываясь.

Позади горела крепость Костолома.

Впереди была война.

Они бежали до рассвета.

Марк не чувствовал усталости — пустота внутри гудела от переполнявшей силы, требовала продолжения, требовала новых жертв. Но разум понимал: сейчас нельзя останавливаться. Сейчас нужно уйти как можно дальше, пока армия Мясника не пришла в себя после потери генерала.

Костоправ двигался легко, новое тело слушалось идеально. Клык бежал рядом, его четыре глаза сканировали пространство, предупреждая об опасности за километры.

— Здесь, — мысль зверя. — Пещера. Глубокая. Безопасная.

Они нырнули в узкий лаз между скалами и оказались в просторном гроте. Здесь было темно, сыро, но безопасно — ни одной твари, ни одного следа чужого присутствия.

Марк рухнул на каменный пол, тяжело дыша.

— Жив? — спросил Костоправ.

— Жив. Ты как?

— Цел. Клык?

— Здесь, — пришел мысленный ответ. — Ранен, но не сильно.

Марк посмотрел на зверя. На боку Клыка зияла глубокая рана — один из жнецов все-таки достал его в суматохе. Черная кровь текла по чешуе, но рана уже начала затягиваться — регенерация у зверя была отменная.

— Держись, — сказал Марк, доставая зеленый кристалл. — Жри.

Клык взял кристалл, хрустнул. Через минуту рана затянулась полностью.

— Хорошо, — мысль зверя. — Спасибо.

— Не за что. Мы одна стая.

Костоправ сел напротив, его зеленые глаза горели в темноте.

— Ты убил Костолома, — сказал он. — 72 уровень. Один.

— Не один. Вы отвлекли армию.

— Всё равно. Это подвиг. Мясник теперь в бешенстве.

— Хорошо. Пусть злится.

— Он пошлет остальных. Всех трех.

— Знаю.

— Мы не готовы.

Марк посмотрел на Костоправа. В его голосе не было страха — только констатация факта.

— Сколько нам нужно, чтобы быть готовыми?

— Тридцать пятый уровень тебе. Тридцатый Клыку. Мне — пятьдесят.

— Сколько у нас времени?

— День. Может, два. Потом они будут здесь.

Марк кивнул.

— Значит, за два дня нужно вырасти.

— Это невозможно.

— Для меня нет ничего невозможного.

Он встал, подошел к выходу из пещеры, выглянул наружу.

На востоке разгорался рассвет — серый, холодный, безжизненный. Где-то там, в цитадели Мясника, уже знали о смерти Костолома. Где-то там готовились к походу Плеть, Гниль и Тень.

— Костоправ, — сказал Марк. — Где здесь можно быстро набрать уровень?

Скелет задумался.

— Есть одно место. К югу отсюда, в нейтральных землях. Там старые поля битв. Тысячи трупов, тысячи душ, которые не упокоились. Но там опасно.

— Чем?

— Там живут пожиратели мертвых. Твари, которые питаются душами павших. Они сильные. Очень сильные. Уровни 30-40.

— Идеально.

— Ты с ума сошел?

— Я голоден.

Костоправ вздохнул.

— Я знал, что ты так ответишь. Пошли.

Они вышли из пещеры и двинулись на юг.

Старые поля битв открылись перед ними через несколько часов.

Марк никогда не видел ничего подобного.

Равнина, уходящая за горизонт, была усеяна костями. Не просто костями — целыми скелетами, десятками тысяч скелетов, лежащих в тех позах, в которых их застала смерть. Здесь были люди, звери, твари, которых Марк никогда не видел — гиганты, драконы, нечто невообразимое.

— Здесь была великая битва, — сказал Костоправ. — Давно. Тысячи лет назад. Две армии сошлись и уничтожили друг друга. Никто не выжил.

— И никто не похоронил?

— Некому было. И не нужно. Это место стало заповедником смерти.

Марк ступил на равнину.

Воздух здесь был тяжелым, пропитанным болью и страданиями. Пустота внутри взвыла — столько Искр, столько силы, столько еды.

— Чувствуешь? — спросил Костоправ.

— Да. Они здесь. Спят. Ждут.

— Не буди всех сразу. Разбудишь — сожрут.

Марк кивнул и двинулся вперед, выбирая цель.

Первый пожиратель попался через полчаса.

Он выполз из-под груды костей — огромный червь с пастью, полной игольчатых зубов, и десятками глаз вдоль тела. Уровень 32.

Марк не стал ждать.

Теневой рывок — за спину твари. Клинок тьмы — в голову. Червь дернулся, заверещал, попытался уйти в землю, но Марк не дал — бил снова и снова, пока тварь не затихла.

[+1100 Искр]

— Легко, — сказал Марк.

— Это самый слабый, — ответил Костоправ. — Дальше будут сильнее.

Он не ошибся.

Следующие два часа Марк убивал пожирателей одного за другим. Они вылезали из-под костей, нападали из засад, пытались окружить, но Марк был быстрее, хитрее, смертоноснее.

Клык помогал, прикрывал, добивал раненых. Костоправ держался в стороне, но если тварей было слишком много — поднимал мертвых и бросал в бой.

К концу второго часа Марк поднялся до двадцать пятого уровня.

[+8700 Искр за два часа]

[Уровень 25]

[Опыт: 1830/9000 до 26]

— Хорошо, — сказал он. — Еще немного.

— Ты устал, — заметил Костоправ.

— Я не устаю.

— Твоя пустота устает. Я вижу — ты стал медленнее.

Марк прислушался к себе. Костоправ был прав — реакции притупились, мысли текли медленнее.

— Ладно. Отдых.

Они нашли укрытие среди огромных костей какого-то древнего монстра и залегли.

Ночью Марку снова приснилась Лита.

Она стояла в белой пустоте, как в прошлый раз, и смотрела на него с печалью в глазах.

— Ты растешь быстро, — сказала она. — Быстрее, чем я ожидала.

— Ты следишь за мной?

— Всегда. Ты мое творение.

— Зачем ты создала меня?

— Я уже говорила. Чтобы убить его.

— Того, кто спит под кладбищем?

— Да.

— Кто он?

— Мой муж.

Марк замер.

— Твой муж?

— Мы были богами. Самыми первыми. Я — жизни, он — смерти. Мы правили миром, пока другие не восстали против нас. Его убили. Заточили. А меня изгнали.

— И теперь ты хочешь его освободить?

— Убить, — поправила Лита. — Освободить убийством. Он страдает там, внизу. Веками. Я хочу дать ему покой.

— А я?

— Ты — ключ. Пустота, которая может поглотить пустоту. Только ты сможешь забрать его душу, не разрушив мир.

Марк молчал, переваривая.

— Четверо — стражи, — продолжила Лита. — Они не дают ему выйти. Но они же не дают мне войти. Убей их — и путь откроется.

— А потом?

— Потом ты спустишься вниз. И сделаешь то, для чего создан.

— А ты?

— Я буду ждать. В конце.

Она начала таять.

— Подожди! Где ты?

— Везде и нигде. В твоей пустоте. В твоей памяти. В твоей цели.

Белизна схлопнулась.

Марк открыл глаза.

Утром он рассказал сон Костоправу.

Скелет слушал молча, не перебивая. Когда Марк закончил, он долго смотрел в одну точку.

— Значит, она была богиней, — сказал он наконец. — А он — богом смерти. И они были мужем и женой.

— Ты веришь?

— Я верю тому, что вижу. А вижу я, как ты растешь быстрее любого существа в этом мире. Как твоя пустота поглощает всё. Как ты убил Мортеуса, древнего некроманта. Как ты завалил Костолома. Это не случайность.

— Значит, я должен идти до конца?

— Ты должен стать сильнее. А потом решить, чью сторону принять.

— А ты?

— Я пойду с тобой. До конца.

Марк кивнул.

— Тогда пошли. Нам нужно еще два уровня.

Они вышли на поля битв.

Следующий день стал днем непрерывной бойни.

Марк убивал пожирателей одного за другим, переходя от группы к группе, не останавливаясь ни на минуту. Клык сражался рядом, его уровень рос вместе с Марком. Костоправ поднимал мертвых, создавая временную армию, которая сдерживала наиболее крупные группы.

К вечеру Марк поднялся до двадцать седьмого уровня.

[Уровень 26]

[Уровень 27]

[Опыт: 2100/11000 до 28]

Клык дорос до тридцатого.

Зверь снова изменился. Теперь он был размером с крупного быка, чешуя стала почти черной, глаза горели алым, из пасти торчали клыки длиной в ладонь. На спине выросли дополнительные шипы, а хвост раздвоился, превратившись в два гибких хлыста с костяными наконечниками.

— Еще немного, — сказал Марк. — Завтра — тридцатый.

— Завтра сюда придут они, — ответил Костоправ.

— Кто?

— Плеть, Гниль и Тень. Я чую их запах. Они близко.

Марк посмотрел на восток.

Да, теперь он тоже чувствовал — три мощных ауры приближались с разных сторон, окружая поля битв.

— Они нас зажимают, — сказал он.

— Да. Хотят взять в кольцо.

— Значит, нужно прорываться.

— Куда?

— К самому сильному. К Тени.

Костоправ усмехнулся.

— Ты самоубийца.

— Я голоден.

Они двинулись на восток, навстречу самой опасной твари в армии Мясника.

Впереди была ночь.

Впереди была битва.

Глава 18. Тень

Они шли на восток всю ночь.

Марк чувствовал приближение Тени задолго до того, как увидел её. Это было не просто присутствие — это было давление, давящее на пустоту внутри, заставляющее её сжиматься и вибрировать. Тень была не просто тварью — она была воплощением самой смерти, той её части, что приходит бесшумно и не оставляет следов.

Клык шел рядом, его четыре глаза горели ярче обычного — зверь тоже чувствовал опасность и готовился к бою. Костоправ молчал, но его костяные пальцы сжимались и разжимались в такт каким-то своим мыслям.

— Расскажи о ней, — попросил Марк. — Подробно.

Костоправ вздохнул — у скелетов это получалось удивительно выразительно.

— Тень — не просто генерал. Она — личный палач Мясника. Говорят, при жизни она была человеком, но не простым — она была ассасином высшего ранга, убийцей королей. Её наняли, чтобы убить Мясника, когда тот ещё был человеком. Она проникла в его замок, перебила всю стражу, подобралась к спальне... но Мясник проснулся.

— И что?

— И убил её. Но не просто убил — он превратил её в нежить, сохранив все её навыки, всю её память, всю её ненависть. Теперь она служит ему, убивая тех, кого он прикажет. Говорят, она ненавидит его за это, но не может ослушаться — связь сильнее воли.

— 82 уровень?

— 82. И это не просто цифра. Это опыт тысяч убийств. Она знает все приёмы, все хитрости, все слабости. Если мы встретимся с ней в лоб — у нас нет шансов.

— Значит, не в лоб.

— А как?

Марк задумался.

Тени вокруг шептали, подсказывали, вели. Они знали всё, что происходило в радиусе километра, и Марк учился слушать их всё лучше.

— Она одна? — спросил он.

— Обычно да. Тень не берёт с собой армию. Она работает в одиночку.

— Значит, у нас численное преимущество.

— Трое против одного — неплохо. Но каждый из нас слабее её в разы.

— Клык — 30. Я — 27. Ты — 43. В сумме — 100. Она — 82. Мы сильнее.

— Так не считают. Уровни не складываются.

— А если мы будем действовать идеально слаженно?

Костоправ помолчал.

— Теоретически — да. Практически — она убьёт нас по одному, если мы ошибёмся.

— Значит, не ошибаться.

Они замолчали.

Тень ждала их на рассвете.

Она стояла на вершине невысокого холма, глядя на восток, откуда вставало серое солнце. Ветер трепал её длинные чёрные волосы, развевал полы чёрного плаща. Она была высокой, стройной, почти красивой — если не считать серой кожи и абсолютно чёрных глаз без зрачков.

Марк остановился в ста метрах, изучая противника.

Тень не двигалась. Она просто стояла и ждала, зная, что они придут.

— Она чувствует нас, — мысль Клыка. — С самого начала.

— Знаю.

— Она не боится.

— Тоже знаю.

Марк шагнул вперёд, выходя из укрытия.

— Тень! — крикнул он. — Я здесь!

Тень медленно повернула голову. Её чёрные глаза остановились на Марке, и он почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок — не страх, а предупреждение.

— Ты убил Костолома, — сказала она. Голос был тихим, мелодичным, почти ласковым. — Мясник недоволен.

— Передай Мяснику, что я скоро приду за ним.

— Не придёшь. Я убью тебя здесь.

Тень исчезла.

Марк едва успел активировать теневое тело — и в ту же секунду почувствовал удар там, где только что стоял. Клинок, сотканный из чистой тьмы, прошёл сквозь него, не причинив вреда.

— Телепортация? — удивилась Тень, появляясь в трёх метрах. — Интересно.

— У меня тоже есть козыри.

Марк атаковал.

Теневой рывок — за спину Тени. Клинок тьмы — в шею.

Тень уклонилась с невозможной грацией, развернулась, ударила в ответ. Марк парировал, но её клинок прошёл сквозь его защиту, полоснув по плечу.

Здоровье: 45 → 38.

— Ты быстрый, — сказала Тень. — Но не достаточно.

Клык прыгнул со стороны, целясь в спину. Тень развернулась, встретила его ударом ноги — зверь отлетел на десяток метров, но тут же вскочил, готовый к новой атаке.

— И зверь у тебя интересный, — добавила Тень. — Жаль, что он умрёт.

Костоправ поднял руки, и из земли вокруг начали подниматься мертвецы — десятки, сотни скелетов, готовых выполнить его волю.

— Некромант? — Тень усмехнулась. — Ещё интереснее.

Она взмахнула рукой, и половина скелетов рассыпалась в прах, даже не успев сделать шаг.

— Моя магия сильнее, — сказала она. — Я питаюсь той же тьмой, что и ты, некромант. Только дольше.

Костоправ побледнел (если скелет может побледнеть) и отступил.

Марк понял: нужно менять тактику.

— Клык, — мысль. — Отвлекай.

— Понял.

Зверь рванул вперёд, атакуя с бешеной скоростью. Тень уворачивалась, парировала, контратаковала, но Клык не давал ей сосредоточиться — он был везде, кусал, царапал, бил хвостом, исчезал и появлялся снова.

Марк скользнул в тень, активировал Властелина теней.

Тени вокруг ожили, потянулись к Тени, пытаясь схватить её за ноги, за руки, за горло. Она отбивалась, но тени были везде, они душили, связывали, ослепляли.

— Хитро, — сказала Тень. — Но этого мало.

Она взмахнула рукой, и тени разлетелись в стороны, как сухие листья.

— Я сама — тень, — сказала она. — Ты не можешь управлять тем, что является мной.

Марк понял, что проигрывает.

Но сдаваться не собирался.

Он выхватил из мешочка все кристаллы, что у него были — красные, зелёные, синие, чёрные — и впитал их разом.

Боль пронзила тело, пустота внутри взорвалась, расширилась, вышла за пределы.

[Использовано 15 кристаллов различных типов]

[Временное усиление: +500% к урону, +300% к скорости на 30 секунд]

[Побочный эффект: после окончания эффекта — уровень понизится на 2]

— Сейчас или никогда, — прошептал Марк.

Он атаковал.

Тень не успела среагировать — Марк был слишком быстр. Клинок тьмы вошёл ей в бок, вышел с другой стороны. Она закричала — впервые за весь бой.

— ТЫ!..

Марк бил снова и снова, не давая ей опомниться. Клык рвал её сзади. Костоправ ударил некромантией прямо в рану, заставляя её тело разлагаться на ходу.

Тень падала долго.

Она рухнула на колени, потом на землю, и замерла.

[Враг повержен: Тень (ур. 82)]

[Поглощение Искры: +12400]

Марк рухнул рядом, чувствуя, как пустота внутри схлопывается, теряя временную силу.

[Побочный эффект кристаллов: уровень понижен на 2]

[Марк, уровень 27 → уровень 25]

[Опыт: 2100/9000]

— Твою мать, — выдохнул он. — Два уровня коту под хвост.

— Зато мы убили Тень, — сказал Костоправ, подходя. — 82 уровень. Это дорогого стоит.

Марк посмотрел на труп.

Из груди Тени что-то светилось.

— Там кристалл, — мысль Клыка. — Большой.

Марк подполз, запустил руку в рану, вытащил.

Кристалл был чёрным — абсолютно, беспросветно чёрным. Он пульсировал в такт чему-то, что Марк чувствовал глубоко внутри.

— Чистая пустота, — сказал Костоправ. — Я такого никогда не видел.

— Что с ним делать?

— Жрать. Или сохранить. Он стоит тысячи обычных.

Марк спрятал кристалл в мешочек.

— Уходим. Сюда идут остальные.

Они побежали на запад, оставляя за спиной тело Тени и поле битвы.

Впереди были ещё два генерала.

Они бежали до полудня.

Марк чувствовал, как пустота внутри постепенно восстанавливается после шока от кристаллов. Потеря двух уровней была болезненной, но не фатальной — он знал, что вернёт их быстро. Главное — они выжили. Главное — Тень была мертва.

Клык бежал рядом, его четыре глаза постоянно сканировали пространство. Зверь тоже пострадал в бою — на боку зияла глубокая рана, оставленная клинком Тени, но регенерация уже запустила процесс заживления. Через пару часов от раны не останется и следа.

Костоправ двигался легко, без видимых повреждений — его новое тело оказалось на удивление прочным. Но Марк замечал, что скелет стал более молчаливым, более задумчивым.

— Ты чего? — спросил он, когда они остановились передохнуть в небольшой пещере.

Костоправ долго молчал, глядя в стену.

— Я видел её, — сказал он наконец. — Тень. Я видел её глаза, когда она умирала.

— И что?

— В них не было ненависти. Не было злобы. Там была... благодарность.

Марк нахмурился.

— Благодарность?

— Она хотела умереть. Понимаешь? Она служила Мяснику тысячу лет против своей воли. Каждое убийство, каждая смерть — всё это было проклятием для неё. А мы освободили её.

— Ты думаешь, она на небесах?

— В этом мире нет небес. Есть только пустота. Но пустота лучше, чем вечное рабство.

Марк кивнул.

— Тогда мы сделали доброе дело.

— Для неё — да. Для Мясника — нет. Он потерял лучшего палача.

— Значит, он ослаб.

— Значит, он в ярости. И скоро пошлёт остальных.

— Пусть шлёт.

Марк достал чёрный кристалл Тени, повертел в руках.

Он был тяжёлым, холодным, и внутри него клубилась тьма, которая, казалось, жила своей жизнью. Марк чувствовал, как пустота внутри тянется к кристаллу, хочет поглотить его, стать сильнее.

— Не сейчас, — сказал он сам себе. — Потом.

Он спрятал кристалл обратно.

— Костоправ, — спросил он. — Сколько у нас времени до следующей встречи?

— День. Может, меньше. Плеть и Гниль уже знают, где мы. Они идут с двух сторон, чтобы отрезать пути отхода.

— Куда нам идти?

— На север. Там старые шахты. Можно затеряться.

— Веди.

Они двинулись на север.

Путь лежал через каменистую пустошь, где не росло ничего, кроме редкой колючки. Воздух здесь был сухим и горячим — странный контраст с вечно влажными топями, в которых они провели столько времени.

— Здесь когда-то было море, — сказал Костоправ. — Потом вода ушла, остались только камни.

— И кто здесь живёт?

— Никто. Слишком пусто. Слишком голодно. Даже твари обходят это место.

Марк огляделся.

Да, здесь действительно не было жизни. Ни насекомых, ни птиц, ни даже червей в земле. Только камни, пыль и ветер.

— Идеальное место для засады, — сказал он.

— Или для смерти.

Они шли до вечера.

К закату показались горы — невысокие, скалистые, с тёмными провалами пещер и шахт.

— Старые копи, — сказал Костоправ. — Здесь добывали руду для оружия, когда люди ещё жили в этих землях.

— А сейчас?

— Сейчас здесь пусто. Иногда забредают твари, но не задерживаются — нечего жрать.

Они вошли в ближайшую шахту.

Внутри было темно, холодно и сыро. Стены были укреплены гнилыми балками, пол усыпан щебнем. Воздух пах пылью и чем-то металлическим.

— Далеко идти? — спросил Марк.

— Есть одно место. Глубоко. Там когда-то был подземный город. Если верить легендам, там можно спрятаться от кого угодно.

— Легендам?

— Я здесь никогда не был. Но слышал от Библиотекаря.

Они углубились в шахту.

Чем дальше они шли, тем темнее становилось вокруг. Марк видел в темноте хорошо, но даже ему приходилось напрягаться, чтобы различать детали. Клык ориентировался по запаху и звуку, Костоправ — по магии.

Через час они вышли в огромный подземный зал.

Это действительно был город.

Руины домов, улицы, площади — всё высечено в камне, всё покрыто пылью веков. В центре зала возвышался огромный дворец — или то, что от него осталось.

— Ничего себе, — выдохнул Марк.

— Люди жили здесь, — сказал Костоправ. — Тысячи лет назад. Потом ушли. Или умерли.

— Почему?

— Никто не знает. Библиотекарь говорил, что они нашли что-то в глубине. Что-то, что заставило их бежать.

— Что?

— Он не сказал. Или не знал.

Марк посмотрел в темноту, в глубину шахт, уходящих ещё дальше вниз.

Пустота внутри дрогнула — не страх, а интерес.

— Пойдём, — сказал он. — Нужно найти укрытие.

Они двинулись к дворцу.

Внутри дворца было просторно и пусто.

Высокие сводчатые потолки, колонны, покрытые резьбой, залы, уходящие в темноту. Марк выбрал небольшую комнату в глубине — с толстыми стенами, узким входом и даже остатками мебели.

— Здесь, — сказал он. — Отдыхаем.

Клык лёг у входа, закрыв его своим телом. Костоправ сел в углу, прислонившись к стене. Марк опустился на каменный пол и закрыл глаза.

Пустота внутри была спокойна — впервые за долгое время.

— Костоправ, — позвал он. — Ты говорил, что Гниль — биологическое оружие. Что это значит?

Скелет поднял голову.

— Его тело постоянно разлагается. Он — ходячая инфекция. Если он коснётся тебя, ты начнёшь гнить. Даже мёртвые. Даже нежить.

— И как с ним бороться?

— Не давать касаться. Держать дистанцию.

— А Плеть?

— Плеть — это скорость. Она быстрее всех. Её руки-хлысты достают с пятидесяти метров. Она танцует в бою — и тот, кто видит её танец, умирает.

— Значит, с ней тоже нужна дистанция?

— С ней нужна скорость. Твоя скорость. Ты должен быть быстрее.

Марк задумался.

— У меня 25 уровень. У неё — 75. Я не быстрее.

— Значит, нужен другой план.

— Какой?

Костоправ помолчал.

— Ловушка. Засада. Удар из тени.

— Тень мёртва.

— Но ты — Теневой клинок. Ты можешь то же, что и она. Может быть, даже лучше.

Марк посмотрел на свои руки.

— Я попробую.

Он закрыл глаза и провалился в темноту.

Сон пришёл не сразу.

Сначала была просто тьма — привычная, родная, уютная. Потом во тьме начали появляться образы.

Он видел битву. Огромную, страшную, на том самом поле, где они охотились на пожирателей. Две армии сошлись в последней схватке — люди и твари, боги и демоны, свет и тьма.

В центре битвы стоял он.

Мужчина в чёрных доспехах, с лицом, закрытым шлемом. В руках — огромный меч, который рубил всё вокруг. Он был смертью. Он был концом всего.

— Мой муж, — раздался голос Литы.

Марк обернулся.

Она стояла рядом — прекрасная, печальная, вечная.

— Это он? Тот, кто спит под кладбищем?

— Да. Это было до заточения. Последняя битва.

— Он проиграл?

— Они проиграли. Он и я. Нас разделили. Его заточили, меня изгнали.

— А эти армии?

— Это те, кто восстал против нас. Люди, боги, твари — все, кто боялся нашей власти.

— И ты хочешь, чтобы я убил его?

— Я хочу, чтобы ты освободил его. Смерть — это освобождение.

Марк молчал, глядя на битву.

— Я сделаю это, — сказал он наконец. — Но не ради тебя. Ради себя.

— Почему?

— Потому что я голоден. А он — самая большая еда в этом мире.

Лита улыбнулась — грустно, понимающе.

— Ты прав. Он — пустота. Такая же, как ты. Только старше.

— Я поглощу его.

— Посмотрим.

Битва начала таять, уходить во тьму.

— Берегись, Марк, — сказала Лита. — Плеть идёт. Она быстрее, чем ты думаешь.

Марк открыл глаза.

В комнате было тихо. Клык спал у входа. Костоправ сидел в углу, глядя в темноту.

— Что случилось? — спросил скелет.

— Она идёт, — ответил Марк. — Плеть. Уже близко.

— Откуда ты знаешь?

— Лита сказала.

Костоправ встал.

— Тогда готовься.

Марк поднялся, потянулся, проверил оружие. Коготь был на месте, кристаллы в мешочке, новые способности ждали.

— Клык, — мысль. — Просыпайся. Гости идут.

Зверь вскочил мгновенно, готовый к бою.

— Где она? — спросил он.

— Снаружи. Окружает.

Марк вышел из комнаты, прошёл через залы, поднялся на крышу дворца.

Ночь была тёмной, но он видел.

Плеть стояла на краю подземного города, в сотне метров. Она была тощей, высокой, с руками, которые свисали почти до земли — и каждый палец заканчивался острым лезвием.

— Выходи, — раздался её голос. Тихий, шипящий, как змеиный. — Я знаю, что ты здесь.

Марк спрыгнул с крыши, приземлился на площадь перед дворцом.

— Я здесь.

Плеть улыбнулась — страшно, неестественно.

— Ты убил Тень. Мясник в ярости. Я пришла за твоей головой.

— Попробуй.

Плеть исчезла.

Марк едва успел активировать теневое тело — и в ту же секунду десятки лезвий пронзили то место, где он только что стоял.

— Быстрый, — раздался голос отовсюду. — Но недостаточно.

Марк ответил теневой атакой — клинки тьмы полетели во все стороны, пытаясь достать противника. Плеть уворачивалась с невозможной грацией, танцуя между ударами.

— Ты похож на неё, — сказала она. — На Тень. Те же приёмы. Та же тьма.

— Я лучше.

— Посмотрим.

Она атаковала снова.

Марк парировал, уклонялся, контратаковал. Клык помогал, атакуя с флангов. Костоправ держался в стороне, готовя какое-то заклинание.

Плеть была везде и нигде. Она двигалась быстрее ветра, быстрее мысли, быстрее тени.

— Она слишком быстрая, — мысль Клыка. — Я не могу попасть.

— Держись, — ответил Марк. — Я что-то придумаю.

Он вспомнил слова Костоправа: "Тот, кто видит её танец, умирает".

Значит, нужно не видеть.

Марк закрыл глаза.

Тени заговорили с ним — не глазами, а кожей, пустотой, самой сутью. Они показывали движение Плети, её траектории, её слабые места.

Он видел, не глядя.

— Властелин теней, — прошептал он.

Тени ожили, потянулись к Плети, пытаясь схватить. Она отбивалась, но тени были везде — они связывали, душили, замедляли.

— Что за... — выдохнула она.

Марк ударил.

Клинок тьмы вошёл ей в грудь.

Плеть замерла, глядя на него с удивлением.

— Ты... видишь... без глаз...

— Я — тень, — ответил Марк. — А тени видят всё.

Он выдернул клинок.

Плеть рухнула на колени, потом на землю.

[Враг повержен: Плеть (ур. 75)]

[Поглощение Искры: +9800]

[Текущий опыт: 2100 + 9800 = 11900/9000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 26]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 27]

[Текущий опыт: 11900 - 9000 - 9500 = -6600? Пересчет...]

[Итоговый уровень: 27]

[Опыт: 2900/10000 до уровня 28]

Марк открыл глаза.

Клык подбежал, лизнул руку. Костоправ подошёл, глядя на труп.

— Два генерала за сутки, — сказал он. — Ты творишь невозможное.

— Остался один, — ответил Марк. — Гниль.

— Он самый опасный.

— Знаю.

Марк посмотрел в темноту шахт, откуда должен был прийти последний враг.

— Пусть приходит. Я готов.

Глава 19. Гниль и заражение

Они не стали задерживаться на месте битвы.

Марк обыскал тело Плети — быстрая, профессиональная проверка, ничего лишнего. Восемь кристаллов, все зеленые — цвет скорости, ловкости, ветра. Спрятал в мешочек, который уже заметно отяжелел.

— Ее танец, — сказал Костоправ, глядя на труп. — Говорят, она танцевала так красиво, что враги забывали защищаться.

— Я не смотрел.

— Ты умнее, чем кажешься.

— Я голоднее, чем кажусь. Это важнее.

Клык обнюхал тело, зарычал — не на мертвую, а в сторону темноты, откуда они пришли.

— Чует, — мысль зверя. — Гниль близко. Очень близко.

— Сколько у нас времени?

— Минуты. Может, меньше.

Марк посмотрел на Костоправа. Скелет уже готовил заклинание — костяные пальцы светились черным, глаза горели ярче обычного.

— Уходим в глубину, — сказал Марк. — В шахты. Там узко, там он не сможет использовать свою заразу на полную.

— А если там тупик?

— Значит, встретим его в тупике.

Они побежали в глубь подземного города, туда, где зияли черные провалы старых шахт.

Гниль догнал их у входа в главный ствол.

Марк даже не понял, что это он — просто воздух вокруг стал вдруг тяжелым, липким, сладковато-тошнотворным. Клык закашлялся, Костоправ замер, его кости начали темнеть.

— Не дышите, — сказал Марк. — В смысле, ты не дыши, — поправился он, глядя на Клыка. — А ты... просто не впитывай.

— Легко сказать, — прохрипел Костоправ. — Он уже здесь.

Из темноты вышел ОН.

Гниль был невысоким — чуть выше человека, но тощим, почти прозрачным. Его кожа свисала лоскутами, обнажая гниющую плоть. Из открытых ран сочилась желто-зеленая жижа, которая дымилась на камнях. Глаз не было — только пустые глазницы, из которых текло что-то черное.

Но самое страшное было не в этом.

Самое страшное было в том, что воздух вокруг него плавился. Буквально. Камни под его ногами шипели и покрывались трещинами. Металлические крепления в стенах ржавели на глазах.

[Гниль. Уровень 78. Тип: Нежить (биологическое оружие)]

Один из четырех генералов Мясника. Его тело — концентрированная инфекция, убивающая всё живое и неживое в радиусе ста метров.

— Ты убил моих брата и сестру, — сказал Гниль. Голос у него был булькающий, как утопленник пытается говорить. — Костолома и Плеть. И Тень. Даже Тень.

— Твоя очередь.

— Глупый. Ты не понимаешь. Я не такой, как они. Меня нельзя убить оружием.

Гниль шагнул вперед.

Марк попятился.

— Клык, назад. Костоправ, не подходи.

— Что ты задумал? — спросил скелет.

— Я встречу его один. Если я заражусь — уходите.

— Ты с ума сошел!

— Я тень. Тени не гниют.

Марк шагнул навстречу Гнили.

Воздух вокруг стал невыносимым — жарким, влажным, вонючим. Марк чувствовал, как его кожа начинает покалывать, как пустота внутри дергается, пытаясь отторгнуть заразу.

Здоровье: 45 → 44 → 43.

— Ты гниешь, — улыбнулся Гниль. — Медленно, но верно.

— Посмотрим.

Марк атаковал.

Теневой рывок — за спину. Клинок тьмы — в шею.

Клинок вошел, но вместо крови оттуда хлынула желтая жижа, которая потекла по клинку к руке Марка.

Здоровье: 43 → 38.

— Моя кровь — яд, — сказал Гниль, разворачиваясь. — Ты отравляешь себя каждым ударом.

Марк отпрыгнул, стряхивая жижу. Рука горела огнем, но пустота внутри уже боролась с заразой.

Здоровье остановилось на 35.

— Сильный, — удивился Гниль. — Обычно от одного касания умирают.

— Я не обычный.

Марк атаковал снова.

Он бил быстро, исчезая и появляясь, не давая Гнили коснуться себя. Но каждый удар отравлял его, каждое касание жижи прожигало плоть.

Здоровье падало: 35 → 32 → 28 → 23.

— Клык! — крикнул Марк. — Давай!

Зверь рванул из темноты, вцепился Гнили в ногу, рванул кусок плоти. Жижа хлынула на него, Клык взвизгнул, отпрыгнул, но было поздно — его чешуя начала чернеть.

— Клык!

— Держись... — мысль зверя слабела. — Я... жив...

Костоправ ударил некромантией — черная энергия вонзилась в Гниль, заставив его закричать. Но крик был скорее удивленным, чем болезненным.

— Магия? — Гниль повернулся к скелету. — Я питаюсь магией. Спасибо.

Он втянул энергию, и его тело стало еще более гнилым, еще более страшным.

— Твою мать, — выдохнул Костоправ.

Марк понял: так они проиграют.

Он выхватил из мешочка черный кристалл Тени — самый большой, самый ценный — и раздавил его в руке.

Тьма взорвалась.

Она выплеснулась из кристалла, смешалась с пустотой Марка, с его болью, с его яростью. На секунду Марк перестал быть собой — он стал просто тьмой, чистой, абсолютной, ненасытной.

— ПОГЛОЩУ, — сказал он голосом, в котором звучала сама бездна.

Он бросился на Гниль, обхватил его, прижал к себе.

Жижа потекла по телу Марка, разъедая плоть, но тьма внутри жрала ее быстрее, чем она успевала распространяться.

— Что ты... делаешь... — захрипел Гниль.

— ЖРУ.

Тьма втекала в Гниль, вытекая из Марка. Она разрывала его изнутри, пожирала его заразу, его плоть, его душу.

Гниль кричал — долго, страшно, пока не рассыпался в прах.

[Враг повержен: Гниль (ур. 78)]

[Поглощение Искры: +11200]

[Текущий опыт: 2900 + 11200 = 14100/10000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 28]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 29]

[Текущий опыт: 14100 - 10000 - 11000 = -6900? Пересчет...]

[Итоговый уровень: 29]

[Опыт: 3100/12000 до уровня 30]

Марк рухнул на колени.

Тело горело. Пустота внутри бушевала, переваривая чудовищную порцию чужой силы и чужой заразы. Кожа почернела, покрылась струпьями, но уже начала восстанавливаться.

— Клык, — прохрипел он. — Где Клык?

Зверь лежал в десяти метрах, не двигаясь. Его чешуя почернела, из пасти текла желтая жижа.

— НЕТ!

Марк пополз к нему, не чувствуя боли, не чувствуя ничего, кроме ужаса.

— Клык! Клык, твою мать, не смей!

Он достал из мешочка все кристаллы — зеленые, синие, красные — и начал впихивать их в пасть зверя.

— Жри! Жри, кому сказал!

Клык не двигался.

— КОСТОПРАВ! — заорал Марк. — СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ!

Скелет подбежал, положил руки на зверя, закрыл глаза.

— Он жив, — сказал он через секунду. — Но умирает. Зараза жрет его изнутри.

— СПАСИ ЕГО!

— Я не могу. Это можешь только ты.

— Что? КАК?

— Твоя пустота. Она пожрала Гниль. Если ты впустишь Клыка в себя, в свою пустоту, зараза перейдет в тебя. Ты выживешь. Он — может быть.

— Делай.

— Это опасно. Вы можете оба умереть.

— ДЕЛАЙ!

Костоправ кивнул и начал читать заклинание.

Черная энергия связала Марка и Клыка. Марк почувствовал, как пустота внутри раскрывается, впуская зверя. Боль была нечеловеческой — Клык был частью его, и его агония стала агонией Марка.

Они кричали вместе.

Потом тьма схлопнулась.

Марк открыл глаза.

Клык лежал рядом, живой. Его чешуя посерела, но глаза — все четыре — смотрели на Марка с любовью.

— Жив, — мысль зверя. — Спасибо.

— Не за что, — ответил Марк. — Ты мой. Я не отдам.

Костоправ стоял рядом, глядя на них.

— Вы теперь одно целое, — сказал он. — Навсегда.

— Хорошо, — ответил Марк.

Он закрыл глаза и провалился в спасительную тьму.

Марк очнулся через несколько часов.

Первое, что он почувствовал — боль. Она была везде: в каждой клетке мертвого тела, в каждой кости, в самой пустоте внутри. Боль была чужой, привнесенной — это Клык все еще боролся с остатками заразы, передавая агонию через их связь.

— Терпи, — прошептал Марк. — Мы справимся.

Клык лежал рядом, его четыре глаза были закрыты, но грудь вздымалась — значит, жив.

Марк попытался встать и понял, что не может. Тело не слушалось — пустота внутри все еще переваривала Гниль, и этот процесс требовал всех ресурсов.

— Лежи, — раздался голос Костоправа. — Тебе нужно время.

— Сколько?

— День. Может, два. Ты принял в себя сильнейший яд этого мира и перевариваешь его. Это не быстро.

— А Клык?

— Клык выживет. Ты вытянул из него большую часть заразы. Теперь его организм справляется сам.

Марк кивнул и закрыл глаза.

Пустота внутри бурлила, переваривая Гниль. Это было похоже на то, как если бы он проглотил живого змея — тот бился, пытался выбраться, но пустота была сильнее. Постепенно биение стихало, змей переставал сопротивляться, растворялся, становился частью Марка.

Вместе с этим приходили видения.

Он видел Гниль — не как монстра, а как человека. Тот был когда-то живым, был ученым, алхимиком, изучавшим природу разложения. Он хотел победить смерть, создать эликсир вечной жизни. Но эксперимент пошел не так — яд, который он создал, убил его, но не до конца. Он стал тем, чем стал — вечно разлагающимся, вечно живущим, вечно страдающим.

— Прости, — прошептал Марк. — Ты не выбирал эту участь.

Гниль в ответ не сказал ничего — только слабое эхо боли, которое постепенно затихло.

К вечеру Марк смог сесть.

Тело все еще болело, но уже терпимо. Клык открыл глаза и попытался встать, но рухнул обратно.

— Лежи, — сказал Марк. — Я сам.

Он подполз к зверю, положил руку ему на голову. Чешуя была горячей — Клык все еще боролся с инфекцией.

— Держись, мальчик. Ты сильный.

— Я знаю, — пришла слабая мысль. — Ты тоже.

Марк улыбнулся и отполз обратно к стене.

Костоправ сидел у входа в зал, глядя в темноту.

— Что там? — спросил Марк.

— Ничего. Пока. Но они знают, что Гниль мертв.

— Мясник?

— Мясник в ярости. Три генерала за двое суток. Такого не было никогда.

— Хорошо.

— Не хорошо. Он пошлет всю армию. Тысячи тварей. Они идут сюда.

— Сколько у нас времени?

— День. Может, меньше.

Марк кивнул.

— Значит, за день нужно стать тридцатым.

— Это невозможно. Тебе нужно 9000 Искр.

— Значит, нужно найти 9000 Искр.

Костоправ покачал головой, но спорить не стал.

— Внизу, — сказал он. — Под городом. Там старые захоронения. Тысячи тел. Может быть, там есть то, что ты ищешь.

— Веди.

— Ты не дойдешь.

— Дойду.

Марк встал, пошатываясь. Каждый шаг отдавался болью, но пустота внутри уже переварила Гниль и теперь восстанавливала тело.

— Клык, жди здесь, — мысль. — Я вернусь.

— Я пойду.

— Нет. Ты слаб. Отдыхай.

Клык хотел возразить, но не смог — глаза закрылись, и он провалился в сон.

Марк и Костоправ двинулись в глубину.

Подземный город оказался больше, чем они думали.

Они шли по улицам, мимо рухнувших домов, мимо площадей с высохшими фонтанами, мимо храмов, где когда-то молились давно мертвым богам. Воздух здесь был спертым, тяжелым, но без запаха гнили — странно для такого места.

— Здесь была магия, — сказал Костоправ. — Сильная. Она законсервировала город.

— Кто?

— Те, кто жил здесь. Они знали, что умрут, и хотели сохранить память.

— Зачем?

— Чтобы кто-то пришел и узнал их историю.

Они подошли к огромным воротам в конце главной улицы. Ворота были закрыты, но не заперты — просто притворены, будто ждали гостей.

Костоправ толкнул створку.

За воротами открылся зал. Огромный, уходящий в темноту, полный... тел.

Тысячи тел лежали рядами, как в некрополе. Они были мумифицированы, одеты в древние одежды, сжимали в руках оружие или символы власти.

— Короли, — сказал Костоправ. — Воины. Жрецы. Все, кто правил этим городом.

— Они мертвы?

— Давно. Но их души... их души все еще здесь.

Марк почувствовал это. Тысячи искр, слабых, но все еще горящих, ждали своего часа.

— Можно их забрать?

— Можно. Но это будет... неправильно.

— Почему?

— Они ждали воскрешения. Ждали, что кто-то придет и вернет их к жизни.

— Я не могу их воскресить.

— Знаю. Но можешь забрать их силу.

Марк задумался.

Пустота внутри голодала. Тысячи искр — это десятки тысяч опыта. Это уровень 30, 31, 32. Это шанс выжить против армии Мясника.

Но это души. Души тех, кто когда-то был живым.

— Костоправ, — спросил Марк. — Что происходит с душой, когда я ее забираю?

— Она перестает существовать. Растворяется в тебе.

— То есть я их убиваю. Окончательно.

— Да.

Марк молчал долго.

Потом подошел к первому телу — старику в короне, с длинной седой бородой. Положил руку ему на грудь.

— Прости, — сказал он. — Мне нужна сила. Чтобы защитить своих.

Он активировал поглощение.

Искра перетекла в него — слабая, древняя, полная воспоминаний о жизни, которой давно нет.

[+120 Искр]

Марк пошел дальше.

Тело за телом, искра за искрой. Воины, жрецы, женщины, дети — все они отдавали ему свои последние силы.

[+130] [+95] [+210] [+80] [+300]...

Пустота внутри наполнялась, росла, менялась. С каждым поглощением Марк чувствовал себя сильнее — и виноватее.

— Ты можешь остановиться, — сказал Костоправ.

— Нет. Если я остановлюсь, мы умрем. И эти души пропадут зря.

— Они и так пропадут.

— Нет. Они станут частью меня. Я запомню их. Я пронесу их через всё.

Костоправ кивнул и замолчал.

Марк поглощал час за часом.

К концу он обошел весь зал — больше трех тысяч тел.

[Итого: +32100 Искр]

[Текущий опыт: 3100 + 32100 = 35200/12000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 30]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 31]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 32]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 33]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 34]

[Текущий опыт: 35200 - 12000 - 13000 - 14000 - 15000 - 16000 = -34800? Пересчет...]

[Итоговый уровень: 34]

[Опыт: 5200/18000 до уровня 35]

[Внимание! Достигнут порог эволюции класса!]

[Теневой клинок (ранг 3) → Теневой повелитель (ранг 4)]

[Открываются новые способности...]

Марк стоял посреди зала, окруженный тысячами пустых тел, и чувствовал, как сила переполняет его.

Пустота внутри стала глубже, шире, спокойнее. Тени вокруг пели ему гимн.

[Получена новая способность: Теневая поступь]

Вы можете перемещаться между любыми тенями в радиусе километра мгновенно. Стоимость: 50 Выносливости.

[Получена новая способность: Объятья бездны]

Вы призываете саму бездну, которая поглощает всех врагов в радиусе ста метров на 10 секунд. Враги в бездне не могут атаковать, лечиться или двигаться. Перезарядка: 1 час.

[Получена новая способность: Пожиратель душ (улучшено)]

Вы поглощаете 100% Искры с каждого убитого врага (вместо 70%). Дополнительный бонус: +10% к урону за каждые 10 уровней.

Марк открыл глаза.

— Теперь я готов, — сказал он.

Костоправ смотрел на него с уважением.

— Ты изменился. Сильно.

— Я стал сильнее.

— Ты стал другим. Глубже. Темнее.

— Это хорошо?

— Для того, что нас ждет — да.

Они вышли из зала, оставив за спиной тела древних правителей.

Впереди была армия Мясника.

Впереди была война.

Марк шел обратно через подземный город, и каждый его шаг отзывался эхом в пустоте внутри.

Он чувствовал себя по-другому. Тридцать четвертый уровень изменил не только цифры — изменилось само восприятие реальности. Тени стали плотнее, послушнее, они тянулись к нему, как к родному. Пустота внутри больше не голодала постоянно — она была сыта, спокойна, но готова в любой момент пробудиться и пожрать всё вокруг.

Но было что-то еще.

Что-то, что осталось от Гнили.

Марк чувствовал это внутри — темное, липкое, живущее своей жизнью. Оно не было враждебным — скорее, ждало, когда им воспользуются.

— Костоправ, — остановился Марк. — Во мне что-то есть.

Скелет обернулся, его зеленые глаза внимательно ощупали Марка с ног до головы.

— Что именно?

— Не знаю. Остатки Гнили. Они не ушли, не переварились. Они... затаились.

Костоправ подошел ближе, положил костяную руку на грудь Марка, закрыл глаза.

— Ты прав, — сказал он через минуту. — Часть его заразы осталась в тебе. Но она изменилась.

— Как?

— Твоя пустота переработала ее. Сделала частью себя. Теперь это не гниль в обычном смысле — это... тьма, которая заражает.

— Что это значит?

— Это значит, что ты можешь передавать свою пустоту другим. Как Гниль передавал заразу, но вместо разложения — тьма.

Марк замер, осознавая.

— Я могу создавать таких, как Клык? Но из врагов?

— Не совсем. Клык — добровольный союзник, он принял твою силу. А это — заражение. Ты будешь вливать тьму во врагов, и они будут становиться твоими рабами.

— Навсегда?

— Пока ты жив. Или пока не отпустишь.

Марк почувствовал, как внутри шевельнулось что-то темное, довольно заурчало.

— Как это активировать?

— Должно появиться в системном окне. Новая способность.

Марк вызвал окно статуса и увидел новую строчку:

[Получена новая способность: Заражение тьмой (пассивное/активное)]

Вы можете заражать врагов своей тьмой, подчиняя их своей воле. Заразить можно только существа, которые слабее вас (разница не более 10 уровней). Заработанные слуги теряют часть личности, но сохраняют боевые навыки. Максимальное количество зараженных: уровень х 1. Текущий лимит: 34.

Марк перечитал несколько раз.

— 34 слуга, — сказал он. — Я могу создать армию из 34 тварей.

— Если найдешь, кого заражать, — кивнул Костоправ. — И если они будут слабее тебя.

— Мясник придет с тысячами. Там будут и слабые.

— Будут. Но заражение требует времени и концентрации. В бою это не сделаешь.

— Значит, будем делать до боя.

Костоправ усмехнулся.

— Ты всегда находишь способ.

Они двинулись дальше.

Клык встретил их у входа в зал.

Зверь стоял на ногах — еще слабый, пошатывающийся, но живой. Его чешуя посерела, но глаза горели ярко.

— Жив, — мысль зверя. — Ты вернулся.

— Я всегда возвращаюсь.

Марк подошел, положил руку на голову Клыка. И вдруг почувствовал, как тьма внутри дернулась, потянулась к зверю.

— Что это? — удивился Клык.

— Способность. Я могу заражать тьмой. Но ты уже заражен — по-хорошему.

— Я чувствую. Ты стал ближе. Сильнее.

— Тебе больно?

— Нет. Тепло.

Марк убрал руку.

— Отдыхай. Завтра будет тяжелый день.

Они расположились в зале, укрытые тенями и тишиной.

Марк сидел, прислонившись к стене, и думал.

Тридцать четыре слуги. Если выбрать самых сильных тварей из армии Мясника, можно получить отряд, способный на многое. А если использовать их в бою, отвлекая основные силы...

— Костоправ, — позвал он. — Сколько тварей в армии Мясника?

— Тысяч десять. Может, больше.

— А если я заражу тридцать четыре самых сильных? Генералов у него больше нет — только он сам.

— Остаются полководцы. Уровни 40-50. Их много.

— Они подходят под разницу в 10 уровней? Я 34, они до 44.

— Подходят. Если найдешь таких.

— Найду.

Марк закрыл глаза и провалился в темноту.

Утром его разбудил Клык.

— Идут, — мысль зверя была напряженной. — Много. Очень много.

Марк вскочил, выглянул наружу.

На горизонте, там, где кончались скалы и начиналась равнина, двигалась армия. Тысячи тварей — жнецы, рыцари, исполины, твари, которых он никогда не видел. Они шли плотной массой, поднимая тучи пыли, заполняя горизонт от края до края.

— Красиво, — сказал Марк.

— Страшно, — поправил Костоправ.

— Одно другому не мешает.

Марк посмотрел на свою руку. Тьма внутри пульсировала в такт сердцебиению армии.

— Я пойду один, — сказал он.

— Ты с ума сошел?

— Я хочу попробовать новую способность. Если получится — у нас будет армия. Если нет — вы с Клыком уйдете.

— Мы не уйдем.

— Уйдете. Я приказываю.

Костоправ хотел возразить, но Марк уже исчез в тени.

Он появился в центре армии, среди тысяч тварей, идущих к подземному городу.

Никто не заметил его — тень была абсолютной, невидимой даже для магического зрения.

Марк выбрал цель.

Огромный исполин, уровень 42, шел в первых рядах, сокрушая всё на своем пути. Марк подобрался к нему вплотную, коснулся рукой.

— Заражение тьмой.

Тьма хлынула из него в исполина.

Тот замер, дернулся, остановился. Его глаза — два мутных бельма — вспыхнули черным. Он повернул голову, посмотрел на Марка.

— Хозяин, — прохрипел он.

— Жди здесь. Не двигайся.

Исполин замер статуей.

Марк двинулся дальше.

Второй — жнец, уровень 38. Касание — и тьма перетекает в него.

— Хозяин.

Третий — рыцарь, уровень 40.

— Хозяин.

Четвертый, пятый, десятый.

Марк двигался сквозь армию, как призрак, касаясь тварей одну за другой. Тьма внутри таяла, но и росла одновременно — каждый зараженный отдавал часть своей силы обратно, замыкая круг.

Через час у него было тридцать четыре слуги.

Они стояли среди тысяч ничего не подозревающих тварей, готовые к бою — но не против Марка, а за него.

— А теперь, — прошептал Марк. — Повелеваю: убейте своих бывших собратьев.

Тридцать четыре монстра взревели и бросились в бой.

Началась резня.

Марк стоял в стороне и смотрел, как его слуги крушат армию Мясника изнутри.

Исполины давили жнецов. Жнецы резали рыцарей. Рыцари рубили исполинов. Кровь, жижа, крики, смерть — всё смешалось в один клубок.

Тысячи тварей не понимали, что происходит — враг был среди них, но они не могли его опознать. Каждый зараженный выглядел как свой, но убивал своих.

— Хозяин, — раздалась мысль от одного из слуг. — Идет сильный. Уровень 58.

— Где?

— С юга.

Марк посмотрел.

Из южной части армии выдвигался отряд — сотня тварей во главе с огромным рыцарем в черных доспехах. Уровень 58 — один из полководцев Мясника.

— Мой, — сказал Марк.

Он исчез в тени и появился перед полководцем.

— Ты! — заревел тот. — Тот, кто убил генералов!

— Я.

Марк не стал ждать. Теневой рывок — за спину. Клинок тьмы — в шею. Но полководец был быстр — развернулся, парировал удар, ответил мечом.

— Я не чета генералам, — прорычал он. — Я сильнее.

— Посмотрим.

Бой длился минуту.

Марк использовал все свои способности — теневое тело, объятия тьмы, клинки. Полководец держался, но постепенно слабел.

— Сдавайся, — сказал Марк. — Стань моим слугой.

— Никогда!

Марк коснулся его рукой.

— Заражение тьмой.

Полководец замер. Его глаза вспыхнули черным, потом погасли, потом загорелись снова — но уже другим светом.

— Хозяин, — сказал он.

— Хорошо. Теперь убей всех, кто не мой.

Полководец развернулся и бросился на своих.

Марк смотрел, как армия Мясника уничтожает сама себя, и улыбался.

Тьма внутри пела.

Через три часа всё было кончено.

Десять тысяч тварей лежали мертвыми на равнине. Тридцать пять зараженных — Марк заразил еще одного, добив лимит до 35 с новым уровнем — стояли вокруг, ожидая приказов.

[Уровень повышен: 34 → 35]

[Опыт: 5200 → 7200/18000]

[Лимит зараженных: 35]

Марк подошел к полководцу.

— Как тебя зовут?

— Крог, — ответил тот. — Был пятым в иерархии Мясника.

— Был?

— Теперь я твой.

— Мясник знает?

— Знает. Он в бешенстве. Он идет сам.

Марк посмотрел на восток.

Там, на горизонте, поднималась тьма — не его тьма, другая. Злая, старая, голодная.

Мясник шел на войну.

— Хорошо, — сказал Марк. — Пусть идет.

Он повернулся к своей новой армии.

— Слушайте меня. Скоро сюда придет Мясник. Он сильный. Очень сильный. Но нас много, и мы умнее. Мы встретим его так, как он не ждет.

Тридцать пять тварей взревели в ответ.

— Костоправ! — крикнул Марк. — Клык! Идите сюда. Будем строить планы.

Скелет и зверь вышли из укрытия, глядя на новую армию Марка с удивлением.

— Ты сделал это, — сказал Костоправ. — Ты реально сделал это.

— Я только начал.

Марк смотрел на восток, где приближалась тьма, и чувствовал, как пустота внутри поет от предвкушения.

Завтра будет бой.

Завтра он встретится с Мясником.

И один из них умрет.

Глава 20. Мясник

Ночь перед битвой была самой длинной в жизни Марка.

Он сидел на вершине скалы, глядя на восток, где в темноте пульсировало багровое зарево — Мясник приближался, и его аура была видна даже невооруженным глазом. Тридцать пять зараженных тварей расположились внизу, в старом подземном городе, готовые к бою. Клык лежал рядом, положив голову на лапы, его четыре глаза неотрывно следили за горизонтом. Костоправ стоял чуть поодаль, опираясь на посох из кости, который создал специально для этого боя.

— Расскажи мне о нем, — попросил Марк. — Всё, что знаешь.

Костоправ долго молчал, собираясь с мыслями.

— Мясник, — начал он наконец, — не просто тварь. Не просто генерал. Он — один из Четверых. Он правит восточными землями тысячу лет. Он видел империи, которые приходили и уходили. Он пережил войны, эпидемии, голод. И он стал сильнее всего этого.

— Уровень?

— Сто двадцать. Может, сто тридцать. Точно не знаю. Он растет, как и ты, но медленно. Каждое убийство, каждая смерть в его землях делает его сильнее.

— Значит, он питается смертью своих подданных?

— Да. Чем больше умирает в его землях, тем он сильнее. Поэтому он не мешает войнам между тварями. Поэтому он поощряет охоту.

Марк кивнул.

— А что насчет его способностей?

— Он — мясник. Буквально. Его сила — в расчленении. Он может разрезать что угодно — камень, металл, магию. Его клинки невидимы, но смертельны. Говорят, он убил дракона одним ударом, разрубив его пополам.

— Как драться с ним?

— Не давать приблизиться. Использовать дистанцию. Магию. Тьму.

— Моя тьма — та же стихия, что и его?

— Нет. Ты — пустота. Он — расчленение. Разные вещи.

Марк задумался.

Тридцать пять зараженных, Клык, Костоправ и он сам против существа, которое на сто уровней выше. Шансов почти нет.

Но Марк привык побеждать, когда шансов нет.

— Крог, — мысленно позвал он полководца.

— Хозяин, — отозвался тот снизу.

— Сколько у тебя опыта боев с Мясником?

— Ни одного. Никто из живых не дрался с ним и не выжил.

— А из мертвых?

— Тоже.

— Значит, мы будем первыми.

Марк спустился со скалы и подошел к своей маленькой армии.

Тридцать пять тварей стояли перед ним — исполины, жнецы, рыцари, ползуны. Они были разными, но всех объединяло одно: черный огонь в глазах, знак того, что они принадлежат Марку.

— Слушайте меня, — сказал Марк. — Завтра мы встретим врага, который сильнее каждого из вас. Сильнее всех нас вместе. Но у нас есть преимущество — мы знаем, что идем на смерть, и не боимся ее. А он боится. Потому что он жил слишком долго и слишком дорожит своей жизнью.

Твари зарычали в ответ.

— Мы не будем атаковать в лоб. Мы будем действовать хитростью. Засады, ловушки, удары из темноты. Мы измотаем его, ослабим, заставим ошибаться. А когда он ошибется — я убью его.

Марк посмотрел каждому в глаза.

— Если вы умрете — я заберу ваши души и сделаю их частью себя. Вы будете жить во мне. Если я умру — вы будете свободны. Но лучше не умирать никому. Договорились?

Тридцать пять тварей взревели в один голос.

— Тогда готовьтесь. Рассвет близко.

Рассвет пришел кровавым.

Солнце, которое редко видели в этих землях, взошло огромным красным шаром, заливая всё багровым светом. В этом свете армия Мясника казалась бесконечной — десятки тысяч тварей заполнили равнину от края до края.

В центре армии, на огромной платформе, которую несли сотни исполинов, возвышался трон.

А на троне сидел ОН.

Мясник был огромен — под десять метров ростом, покрыт доспехами из спрессованных костей. Его лицо скрывал шлем с прорезями, из которых горел багровый свет. В руках он держал два клинка — каждый длиной с человеческий рост, прозрачных, почти невидимых.

[Мясник. Уровень 128. Тип: Древняя нежить (один из Четверых)]

Правитель восточных земель. Владыка смерти и расчленения. Убил больше тварей, чем существует в этом мире.

Марк стоял на скале, глядя на приближающуюся армию, и чувствовал, как пустота внутри замирает — не от страха, а от предвкушения.

— Костоправ, — сказал он. — Ты готов?

— Всегда готов.

— Клык?

— Готов.

— Тогда начинаем.

Марк поднял руку.

Из-под земли, прямо перед наступающей армией, начали подниматься мертвецы — тысячи мертвецов, которых Костоправ поднял за ночь. Они были слабыми, медленными, но их было много — достаточно, чтобы задержать первую волну.

Армия Мясника врезалась в эту стену мертвой плоти.

Началась резня.

Первая фаза длилась час.

Тысячи тварей погибли с обеих сторон, но армия Мясника продолжала наступать, сметая всё на своем пути. Мертвецы Костоправа падали один за другим, но каждый павший давал Марку время.

— Вторая фаза, — скомандовал Марк.

Из руин подземного города, из пещер, из-за скал выскочили его зараженные слуги. Они врезались во фланги армии Мясника, сея хаос и панику.

Тридцать пять тварей против тысяч — это была капля в море, но капля яда. Они убивали быстро, исчезали, появлялись снова, не давая врагу сосредоточиться.

Мясник на троне не двигался. Он просто смотрел.

— Он ждет тебя, — сказал Костоправ. — Он знает, что ты здесь.

— Пусть ждет.

Марк скользнул в тень.

Он появился прямо перед платформой, в ста метрах от трона.

— Мясник! — крикнул он. — Я здесь!

Багровый свет в прорезях шлема повернулся к нему.

— Ты, — прозвучал голос — глубокий, гулкий, как из бездны. — Тот, кто убил моих генералов. Тот, кто украл мою армию.

— Я.

— Ты смелый. Глупый, но смелый.

Мясник встал с трона. Даже на расстоянии Марк чувствовал его силу — она давила, ломала, заставляла пустоту внутри сжиматься.

— Я убью тебя медленно, — сказал Мясник. — Ты будешь кричать тысячу лет.

— Попробуй.

Мясник исчез.

Марк едва успел активировать теневое тело — невидимые клинки прошли сквозь него, не причинив вреда.

— Тень? — удивился Мясник, появляясь рядом. — Ты как та, которую ты убил.

— Я лучше.

Марк атаковал.

Клинки тьмы полетели в Мясника, но тот отбил их голыми руками, даже не поцарапавшись.

— Слабо, — сказал он.

Он ударил снова — на этот раз Марк не успел уйти. Клинок рассек ему плечо.

Здоровье: 45 → 32.

— Ты умрешь, — сказал Мясник. — Медленно.

Клык прыгнул со спины, вцепился в шею. Мясник даже не повернулся — просто сбросил зверя ударом локтя. Клык отлетел на двадцать метров и затих.

— КЛЫК!

— Жив, — пришла слабая мысль. — Но не встану.

Костоправ ударил некромантией — черная энергия вонзилась в Мясника, заставив его пошатнуться.

— Магия? — он повернулся к скелету. — Ты смешной.

Он взмахнул рукой, и Костоправ разлетелся на кости.

— КОСТОПРАВ!

— Жив... — донеслось из груды костей. — Почти...

Марк остался один.

Он стоял перед Мясником, сжимая коготь, и понимал, что это конец.

— Ты проиграл, — сказал Мясник. — Твои друзья мертвы. Твоя армия уничтожена. Ты один.

— Не один, — ответил Марк.

Он выхватил из мешочка все кристаллы, что у него были — десятки кристаллов, накопленных за неделю бойни — и раздавил их в руке.

Тьма взорвалась.

Она выплеснулась из него, затопила всё вокруг, поглотила свет, звук, реальность. Мясник закричал — впервые за тысячу лет — и начал тонуть в этой тьме.

— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!

— ЖРУ, — ответил Марк.

Тьма втекала в Мясника, вытекая из Марка. Она разрывала его изнутри, пожирала его душу, его силу, его память. Мясник сопротивлялся, бился, но тьма была сильнее.

— ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ! — заревел он в последний раз.

И исчез.

[Враг повержен: Мясник (ур. 128)]

[Поглощение Искры: +42000]

[Текущий опыт: 7200 + 42000 = 49200/18000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 36]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 37]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 38]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 39]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 40]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 41]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 42]

[Итоговый уровень: 42]

[Опыт: 49200 - 18000 - 20000 - 22000 - 24000 - 26000 - 28000 - 30000 = -? Пересчет...]

[Итоговый уровень: 42]

[Опыт: 3200/40000 до уровня 43]

Марк рухнул на землю.

Вокруг него лежали тысячи трупов — армия Мясника, лишившись хозяина, рассыпалась в прах. Его зараженные слуги — те, кто выжил — стояли на коленях, ожидая приказов.

Клык подполз, лизнул руку.

— Жив, хозяин.

— Жив, — прошептал Марк.

Костоправ собирал себя из костей, ворча и матерясь.

— В следующий раз, — сказал он, — предупреждай, когда будешь взрывать кристаллы.

Марк улыбнулся и закрыл глаза.

Он сделал это.

Он убил Мясника.

Впереди были еще трое.

Марк очнулся через сутки.

Тело болело так, словно его пропустили через мясорубку и собрали заново. Каждая клетка, каждая кость, каждый миллиметр мертвой плоти напоминали о себе тупой, ноющей болью. Пустота внутри была почти пуста — все ресурсы ушли на переваривание Мясника, на восстановление после взрыва кристаллов, на то, чтобы просто остаться в живых.

— Живой, — раздался голос Костоправа. — А я уж думал, что придется искать нового подопечного.

Марк приоткрыл глаза.

Скелет сидел рядом, его новое тело было собрано наспех — некоторые кости торчали не с той стороны, но в целом он выглядел функциональным. Клык лежал с другой стороны, положив голову Марку на грудь, и тихо посапывал — зверь восстанавливался после боя.

— Сколько я провалялся?

— Сутки. Мог бы и дольше — ты выложился по полной.

Марк попытался сесть и понял, что не может. Тело отказывалось подчиняться.

— Не дергайся, — сказал Костоправ. — Тебе нужно время. Ты поглотил Мясника — сто двадцать восьмой уровень. Это не шутка. Организм переваривает.

— Сколько нужно времени?

— День. Может, два.

Марк кивнул и закрыл глаза.

Пустота внутри медленно наполнялась — сила Мясника растекалась по телу, укрепляя кости, мышцы, саму суть. Это было приятное чувство — тепло, спокойствие, уверенность.

— Костоправ, — позвал он. — Что с моими слугами?

— Твои зараженные? Выжило двадцать три. Остальные погибли в битве. Они ждут снаружи.

— Позови одного. Самого слабого.

— Зачем?

— Хочу проверить кое-что.

Костоправ ушел и через минуту вернулся с жнецом. Тот был невысоким, тощим, с руками-лезвиями и пустыми глазницами, в которых горел черный огонь преданности. Уровень 28 — самый слабый в отряде.

— Хозяин, — прошелестел жнец, склоняясь.

— Подойди.

Жнец приблизился.

Марк с трудом поднял руку и положил ему на голову. Тьма внутри дрогнула, откликнулась, потянулась к жнецу.

— Заражение тьмой, — прошептал Марк. — Эволюция.

Тьма хлынула в жнеца мощным потоком.

Тот замер, затрясся, его тело начало меняться прямо на глазах. Кости утолщались, лезвия удлинялись, из спины полезли дополнительные шипы. Пустые глазницы вспыхнули ярким черным светом, а потом погасли, оставив после себя абсолютную тьму.

Процесс длился минуту.

Когда всё закончилось, перед Марком стоял совершенно новый жнец — выше, мощнее, с четырьмя руками-лезвиями вместо двух и с костяной короной на голове.

[Жнец эволюционировал: Жнец (ур. 28) → Жнец-палач (ур. 35)]

[Тип: Уникальная нежить, созданная заражением тьмой]

[Особенности: +200% к урону, +100% к скорости, способность "Теневой рывок"]

— Хозяин, — сказал жнец-палач голосом, в котором появились новые нотки — уважение, благоговение, страх. — Я чувствую... я стал сильнее. Намного сильнее.

— Хорошо, — ответил Марк. — Иди, позови остальных.

Жнец ушел.

Костоправ смотрел на Марка с открытым ртом — если у скелетов могут быть открытые рты.

— Ты... ты заставил его эволюционировать? Просто касанием?

— Похоже на то.

— Это... это меняет всё.

— Знаю.

Через несколько минут все двадцать три слуги собрались вокруг Марка. Они смотрели на него с благоговением — жнец-палач уже рассказал, что произошло.

— Слушайте меня, — сказал Марк. — Я могу сделать каждого из вас сильнее. Но не сразу. Нужно время, нужно восстановление, нужны ресурсы. Вы будете ждать?

— Да, хозяин, — ответили они хором.

— Тогда по одному. Начиная с самых слабых.

Следующие несколько часов Марк занимался эволюцией своих слуг.

Он подзывал каждого, клал руку на голову, вливал тьму. Процесс отнимал силы, но с каждым разом становилось легче — пустота внутри адаптировалась, училась, росла.

К вечеру все двадцать три слуги эволюционировали.

[Итог: 23 слуги, уровни 35-48]

[Потрачено Искр: около 15000]

[Текущий опыт Марка: 3200 - 15000 = отрицательный? Пересчет...]

[Системная корректировка: эволюция слугов не тратит Искры Марка, а использует остаточную энергию Мясника]

[Текущий опыт: 3200/40000]

Марк обессиленно откинулся на камни.

— Ты создал армию, — сказал Костоправ. — Настоящую армию. Двадцать три элитных бойца.

— Это только начало, — ответил Марк. — Теперь мы пойдем к Гнилому Королю.

— С этой армией?

— С этой армией. И с новыми способностями.

Марк закрыл глаза.

Пустота внутри была спокойна. Впервые за долгое время — абсолютно спокойна.

Впереди была война с Гнилым Королем.

Но теперь у него была армия.

Ночь после эволюции слугов выдалась беспокойной.

Марк не спал — он лежал с закрытыми глазами, чувствуя, как пустота внутри медленно восстанавливается, переваривая остатки силы Мясника. Двадцать три элитных бойца стояли в отдалении, охраняя периметр. Клык дремал рядом, его четыре глаза иногда приоткрывались, сканируя пространство. Костоправ сидел у входа в импровизированный лагерь и смотрел на звезды — редкое зрелище в этих краях.

— Костоправ, — позвал Марк. — Ты говорил, что Гнилой Король — самый старый после Библиотекаря.

— Да. Ему тысячи лет. Он правит северными землями с тех пор, как кладбище стало кладбищем.

— Что он такое?

— Был человеком. Королем какого-то древнего государства, которое рассыпалось в прах. Теперь он — груда гниющей плоти, сидящая на троне из костей. Но не думай, что гниль делает его слабым. Наоборот — она его сила.

— Расскажи подробнее.

Костоправ вздохнул и начал рассказ.

— Гнилой Король не просто гниет — он разлагает всё вокруг. Его аура убивает медленно, но верно. Любая тварь, приблизившаяся к нему, начинает гнить заживо. Даже нежить. Даже камни. Говорят, его трон стоит в центре зала, и пол вокруг него просел на метр — потому что камень просто растворился под действием его силы.

— Уровень?

— Сто пятьдесят. Плюс-минус. Он не растет уже тысячу лет — достиг потолка.

— Значит, он сильнее Мясника.

— Намного. Мясник был воином. Гнилой Король — это стихийное бедствие.

Марк задумался.

— Как с ним драться?

— Не драться. Убивать издалека. Магией. Или заставить его выйти из своей ауры.

— Он выходит?

— Никогда. Он сидит на троне и ждет. Уже тысячу лет.

— Значит, нам нужно заставить его встать.

— Чем?

Марк посмотрел на своих слуг.

— У нас есть двадцать три элитных бойца. Если они атакуют его армию, может, он захочет посмотреть.

— Рискованно. Они погибнут.

— Часть — да. Но если мы победим, они будут жить в моей пустоте.

Костоправ покачал головой, но спорить не стал.

— Когда выступаем?

— На рассвете.

Рассвет пришел серый и холодный.

Марк стоял на вершине скалы, глядя на север. Там, за горизонтом, лежали владения Гнилого Короля. Там ждала смерть — или победа.

Двадцать три элитных твари выстроились внизу, готовые к походу. Клык стоял рядом с Марком, его четыре глаза горели алым. Костоправ закончил последние приготовления — наложил защитные заклинания на каждого слугу, проверил амулеты, пересчитал кристаллы.

— Готовы, — сказал он.

Марк спустился со скалы и подошел к своим бойцам.

— Сегодня мы идем на север, — сказал он. — Там нас ждет враг, который сильнее любого, кого мы встречали. Он старше, опаснее, страшнее. Но мы не боимся. Потому что мы — его смерть.

Твари зарычали в ответ.

— Мы не будем атаковать в лоб. Мы будем умными. Мы ударим по его армии, заставим его выйти из укрытия. А когда он выйдет — я убью его.

Марк посмотрел каждому в глаза.

— Те, кто погибнет сегодня, будут жить во мне. Я запомню каждого. Я пронесу вас через всё. А те, кто выживет, станут сильнее. Намного сильнее.

Двадцать три твари взревели в один голос.

— Тогда вперед. На север. На войну.

Они шли трое суток.

Северные земли встречали их холодом, ветром и запахом гнили, который становился сильнее с каждым километром. Марк чувствовал, как пустота внутри напрягается — Гнилой Король был близко.

На третьи сутки они увидели его цитадель.

Это был не город — это была гора. Гора из гниющей плоти, костей и камня, слепленных в одно целое. Из вершины горы торчал трон, а на троне сидел ОН.

Гнилой Король.

Даже на расстоянии Марк чувствовал его силу — она давила, ломала, заставляла пустоту внутри сжиматься.

— Красивый, — сказал Костоправ без иронии.

— Страшный, — поправил Клык мысленно.

— Одно другому не мешает.

Марк поднял руку, останавливая отряд.

— Ждите здесь. Я пойду один.

— Ты с ума сошел? — спросил Костоправ.

— Нет. Я хочу поговорить с ним.

— Он не говорит. Он убивает.

— Посмотрим.

Марк исчез в тени.

Он появился в ста метрах от трона.

Воздух здесь был невыносимым — тяжелым, липким, сладковато-тошнотворным. Марк чувствовал, как его кожа начинает покалывать — аура Гнилого Короля уже работала.

Здоровье: 45 → 44 → 43.

— Гнилой Король! — крикнул Марк. — Я пришел поговорить!

Фигура на троне шевельнулась.

Гнилой Король повернул голову — медленно, с трудом, будто каждое движение стоило невероятных усилий. Его лица не было видно — только гниющая масса, в которой угадывались черты человека.

— Ты, — прозвучал голос. Глухой, как из могилы. — Тот, кто убил Мясника.

— Я.

— Ты смелый. Глупый, но смелый.

— Я пришел предложить сделку.

Гнилой Король засмеялся — звук был страшным, булькающим, как утопленник пытается дышать.

— Сделку? Ты? Со мной?

— Да. Ты хочешь жить. Я хочу убить того, кто спит внизу. Мы можем помочь друг другу.

— Зачем мне помогать тебе?

— Потому что если ты не поможешь, я убью тебя. Как Мясника.

Гнилой Король замолчал.

Долго. Очень долго.

— Ты наглый, — сказал он наконец. — Мне это нравится. Но ты слабый. Ты умрешь от моей ауры раньше, чем договоришь.

— Моя пустота сильнее твоей гнили.

— Проверим?

— Проверим.

Марк шагнул вперед.

Здоровье: 43 → 41 → 39.

Еще шаг.

39 → 37 → 35.

Еще.

35 → 33 → 31.

Он остановился в двадцати метрах от трона. Кожа почернела, покрылась волдырями, но пустота внутри жрала гниль быстрее, чем та успевала распространяться.

— Видишь? — спросил Марк. — Я стою.

Гнилой Король молчал.

Потом поднял руку.

— Хватит, — сказал он. — Ты доказал. Я слушаю.

Марк выдохнул.

— Тот, кто спит внизу — твой враг? Мой враг? Наш враг?

— Наш, — ответил Гнилой Король. — Он хочет сожрать всё. Даже нас.

— Тогда помоги мне убить его.

— Как?

— Открой проход вниз. И не мешай.

Гнилой Король задумался.

— Проход охраняю не я один. Есть Мать Червей. Есть Библиотекарь. Они не пустят.

— Я разберусь с ними.

— Ты не справишься.

— Я справился с Мясником. Справлюсь и с ними.

Гнилой Король долго смотрел на Марка.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Я не буду мешать. Но и помогать не буду. Если ты умрешь — я даже не замечу.

— Договорились.

Марк развернулся и ушел в тень.

Он вернулся к отряду через минуту, весь черный от гнили, но живой.

— Ты как? — спросил Костоправ.

— Нормально. Он согласился не мешать.

— Просто так?

— Просто так. Ему всё равно.

Костоправ покачал головой.

— Ты везучий.

— Я голодный. Это важнее.

Марк посмотрел на своих слуг.

— Теперь у нас два врага. Мать Червей и Библиотекарь. Кто легче?

— Мать Червей, — ответил Костоправ. — Она тупая. Просто огромная матка, которая плодит тварей.

— Тогда идем к ней.

Они двинулись на юг, туда, где под землей ждала Мать Червей.

Впереди была новая война.

Но Марк знал: он победит.

Потому что он — пустота.

А пустота побеждает всё.

Глава 21. Мать червей

Они шли на юг трое суток.

Ландшафт менялся постепенно — каменистые пустоши северных земель сменялись сначала редкой растительностью, потом чахлыми кустами, потом настоящими зарослями какой-то странной, темной травы, которая шевелилась без ветра. Воздух становился тяжелее, влажнее, пропитанным запахом сырой земли и чего-то древнего, подземного.

— Мы приближаемся к ее владениям, — сказал Костоправ. — Чувствуешь?

Марк кивнул. Пустота внутри вибрировала — не от голода, а от предупреждения. Под землей кто-то двигался. Много кто-то. Тысячи.

— Сколько у нее тварей? — спросил Марк.

— Никто не знает. Она плодит их постоянно. Червей, ползунов, грызунов, всех, кто живет под землей. Говорят, ее катакомбы тянутся на сотни километров под всем кладбищем.

— И мы пойдем туда?

— Если хочешь убить ее — да. Она не выходит на поверхность. Никогда.

Марк остановился, оглядываясь на свою армию. Двадцать три жнеца-палача замерли за его спиной, ожидая приказов. Клык стоял рядом, его четыре глаза сканировали пространство.

— Вход в катакомбы где-то здесь?

— Должен быть. Ищи норы.

Они разошлись по окрестностям.

Через час Клык нашел вход — огромную дыру в земле, уходящую в темноту. Края дыры были оплавлены, будто кто-то прожигал землю кислотой. Из глубины тянуло сыростью, холодом и запахом тысяч тел.

— Она там, — мысль Клыка. — Глубоко. Очень глубоко.

Марк подошел к краю, заглянул вниз.

Тьма. Абсолютная, беспросветная. Даже его глаза, привыкшие к темноте, не видели дна.

— Костоправ, — сказал он. — Сколько нам идти?

— До нее? Километров пять вниз. Может, десять. Катакомбы многоуровневые.

— А твари?

— Чем глубже, тем больше. И тем они сильнее.

Марк кивнул.

— Жнецы, — позвал он. — Вы идете первыми. Клык, прикрывай. Костоправ, ты замыкаешь. Я — тень.

Двадцать три жнеца бесшумно скользнули в дыру. Клык прыгнул за ними. Костоправ спрыгнул, цепляясь за стены костяными пальцами. Марк исчез в тени.

Первый уровень катакомб оказался почти пуст.

Несколько мелких червей, пара грызунов — жнецы растерзали их за секунды, даже не замедлив шага. Стены здесь были гладкими, будто отполированными, и светились слабым фосфоресцирующим светом.

— Биолюминесценция, — сказал Костоправ. — Грибы, водоросли, что-то такое. Здесь своя экосистема.

Второй уровень был гуще населен.

Десятки тварей бросились на отряд, но жнецы-палачи были слишком быстры, слишком сильны. Четыре руки-лезвия работали как мясорубки — черви, ползуны, грызуны падали десятками, не успевая даже завизжать.

Марк не вмешивался. Он шел в тени, наблюдая, учась, запоминая. Его слуги были эффективны — каждый знал свое место, каждый работал на пределе возможностей.

Третий уровень. Четвертый. Пятый.

Чем глубже они спускались, тем сильнее становились твари. На пятом уровне появились первые черви-гиганты — длиной с автобус, с пастями, полными игольчатых зубов. Жнецы справлялись с ними втроем, но теряли скорость.

— Хозяин, — мысль одного из жнецов. — Мы замедляемся.

— Держитесь. Я рядом.

Шестой уровень принес новых врагов — разумных тварей. Не просто червей, а нечто похожее на людей, только с длинными руками, щупальцами вместо ног и глазами на стебельках.

— Стражи, — сказал Костоправ. — Уровни 30-40. Охраняют вход на седьмой.

— Жнецы, — скомандовал Марк. — Атакуйте с флангов. Клык, бей в центр. Костоправ, поддерживай магией.

Бой длился десять минут.

Семь стражей пали, но три жнеца погибли.

Марк подошел к их телам, положил руки на каждого.

— Я запомню вас, — сказал он. — Вы будете жить во мне.

Тьма впитала их остаточные Искры.

[+1200 Искр]

[Опыт: 3200 + 1200 = 4400/40000]

[Осталось слуг: 20]

— Идем дальше, — сказал Марк.

Седьмой уровень оказался городом.

Настоящим подземным городом, высеченным в камне тысячи лет назад. Здесь были дома, улицы, площади — все покрытое слизью, все заселенное тварями. Тысячи червей, ползунов, грызунов копошились в руинах, жрали друг друга, размножались.

— Ее инкубатор, — сказал Костоправ. — Здесь она выращивает армию.

— Где она сама?

— В центре. Там, где самый большой дворец.

Марк посмотрел в указанном направлении. В центре города возвышалось здание — не просто дворец, а огромный холм из плоти и камня, пульсирующий, дышащий.

— Она там.

— Да.

— Тогда идем.

Двадцать жнецов двинулись через город, оставляя за собой горы трупов.

Мать Червей ждала их в тронном зале.

Она была огромна — не поддается описанию. Гора плоти, занимающая половину зала, с тысячами отростков, щупалец, глаз. Из ее тела постоянно выползали новые твари — черви, ползуны, грызуны — и тут же бросались в бой.

[Мать Червей. Уровень 200. Тип: Древняя нежить (один из Четверых)]

Прародительница всех подземных тварей. Бесконечный источник армии. Сама почти не двигается, но ее порождения заполняют всё.

— Ты, — прозвучал голос у Марка в голове. — Тот, кто убил Мясника. Ты пришел умереть.

— Я пришел убить тебя.

Мать Червей засмеялась — звук был похож на миллион червей, копошащихся в земле.

— Глупый. Ты не сможешь. Мои дети сожрут тебя.

Из ее тела полезли новые твари — десятки, сотни. Они заполнили зал, ринулись на жнецов, на Клыка, на Костоправа.

Началась бойня.

Марк не участвовал в общей свалке.

Он скользил в тенях, пробираясь к самой Матери, уворачиваясь от щупалец и отростков. Теневой рывок — еще десять метров ближе. Теневое тело — сквозь стену плоти. Еще рывок — он внутри.

Внутри Матери Червей.

Здесь было темно, мокро, жарко. Вокруг пульсировали стены, текли соки, рождались новые твари. Марк шел вперед, разрезая плоть клинками тьмы, пробиваясь к самому сердцу.

— Ты... внутри... — удивилась Мать.

— Я — пустота. Меня нельзя остановить.

— Я сожру тебя.

— Попробуй.

Стены сомкнулись вокруг него, пытаясь раздавить, переварить. Марк активировал теневое тело — стал неосязаемым, прошел сквозь плоть, оказался еще глубже.

Перед ним было сердце.

Огромное, размером с дом, пульсирующее, перекачивающее черную кровь. Оно было защищено слоем плоти толщиной в метр, но Марка это не остановило.

Он размахнулся и вонзил оба клинка тьмы прямо в сердце.

Мать Червей закричала.

Этот крик услышали во всех катакомбах — твари замерли, а потом бросились наутек, спасаясь от гнева умирающей матери.

— ТЫ... УБИЛ... МЕНЯ...

— Да.

Марк поглощал.

Тьма хлынула в него из сердца Матери — миллионы Искр, тысячи лет жизни, бесконечная сила. Он кричал вместе с ней, чувствуя, как пустота расширяется до бесконечности.

[Враг повержен: Мать Червей (ур. 200)]

[Поглощение Искры: +95000]

[Текущий опыт: 4400 + 95000 = 99400/40000]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 43]

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 44]

...

[Достигнут НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Марк, уровень 58]

[Итоговый уровень: 58]

[Опыт: 99400 - 40000 - 42000 - 44000 - 46000 - 48000 - 50000 - 52000 - 54000 - 56000 - 58000 - 60000 = отрицательный? Пересчет...]

[Итоговый уровень: 58]

[Опыт: 23400/110000 до уровня 59]

[Внимание! Достигнут порог эволюции класса!]

[Теневой повелитель (ранг 4) → Владыка бездны (ранг 5)]

[Открываются новые способности...]

[Получена новая способность: Бездна]

Вы можете призвать саму бездну, уничтожающую всё в радиусе километра. Время действия: 30 секунд. Перезарядка: 24 часа.

[Получена новая способность: Пожиратель миров]

Вы поглощаете 200% Искры с каждого убитого врага.

[Получена новая способность: Абсолютная тьма]

Вы становитесь тьмой полностью, неуязвимы для любых атак на 1 минуту. Перезарядка: 1 час.

Марк открыл глаза.

Он стоял в руинах тронного зала, окруженный трупами тысяч тварей. Его жнецы — те, кто выжил — стояли на коленях, глядя на него с благоговением. Клык подбежал, лизнул руку. Костоправ подошел, глядя с уважением.

— Ты сделал это, — сказал скелет. — Ты убил Мать Червей.

— Я только начал, — ответил Марк. — Теперь — Библиотекарь.

Он посмотрел на запад, где в темноте ждал последний из Четверых.

Впереди была финальная битва.

Тишина в катакомбах стояла абсолютная.

Марк стоял посреди развороченного тронного зала, и пустота внутри продолжала пульсировать, переваривая чудовищную силу Матери Червей. Пятьдесят восьмой уровень — он чувствовал себя совершенно иначе, чем даже несколько часов назад. Мир вокруг стал медленнее, прозрачнее, послушнее.

— Хозяин, — раздалась мысль одного из жнецов. — Твари бегут. Все, кто выжил, покидают катакомбы.

— Пусть бегут, — ответил Марк. — Они больше не враги.

Он оглядел своих слуг.

Из двадцати трех жнецов-палачей выжило только двенадцать. Остальные погибли в битве с порождениями Матери, разорванные, раздавленные, сожранные. Но каждый из них перед смертью успел передать свою Искру Марку — через связь, через тьму, через ту нить, что соединяла их.

— Вы будете жить во мне, — сказал Марк, глядя на тела павших. — Я запомню каждого.

Пустота внутри дрогнула, принимая новые души.

— Костоправ, — позвал Марк. — Ты как?

Скелет сидел на груде камней, его новое тело было покрыто трещинами и сколами — битва не прошла даром даже для него.

— Жив, — ответил он. — Но еще пара таких боёв — и я рассыплюсь.

— Больше не будет таких боёв. Остался только Библиотекарь.

— Библиотекарь страшнее, — сказал Костоправ. — Он не воин, но он знает всё. Он будет готов.

— Я тоже готов.

Марк подошел к Клыку. Зверь лежал на боку, тяжело дыша — в его боку зияла глубокая рана, оставленная одним из стражей. Но глаза горели ярко, и регенерация уже запустила процесс заживления.

— Держись, — Марк положил руку на голову зверя. — Ты нужен мне.

— Я никуда не уйду, — пришла слабая мысль. — Мы одна стая.

Марк улыбнулся и достал из мешочка три зеленых кристалла — последние, что остались после битвы с Матерью.

— Жри.

Клык взял кристаллы, хрустнул. Через минуту рана начала затягиваться быстрее, дыхание выровнялось.

— Спасибо, хозяин.

— Не за что.

Марк встал и посмотрел на своих двенадцать жнецов. Они стояли неподвижно, ожидая приказов, их лезвия были в крови, их глаза горели черным огнем преданности.

— Вы славно сражались, — сказал Марк. — Сегодня вы заслужили отдых. Завтра мы идем к Библиотекарю.

Жнецы склонили головы.

— А теперь — наверх. Нужно похоронить павших.

Они выбирались из катакомб несколько часов.

Путь наверх оказался легче — твари разбежались, никто не нападал, только изредка попадались трупы тех, кто погиб в давке при бегстве. Марк шел первым, его новые способности позволяли чувствовать каждый сантиметр подземелья — он знал, где пусто, где опасно, где есть скрытые проходы.

На третьем уровне они наткнулись на странное место.

Это была пещера, не отмеченная на мысленной карте Марка. Вход в нее был завален камнями, но сквозь щели пробивался слабый свет.

— Что там? — спросил Костоправ.

— Не знаю. Но тени молчат. Там что-то другое.

— Магия?

— Возможно.

Марк подошел к завалу, прислушался.

Из-за камней доносилось тихое ритмичное гудение — будто работал огромный механизм.

— Нужно проверить, — сказал он.

— Рискованно, — ответил Костоправ. — Мы только что пережили битву с Матерью. У нас нет сил на новую.

— Я чувствую — там нет врагов. Только... сила.

Марк раздвинул камни и протиснулся внутрь.

За завалом открылся огромный зал — естественного происхождения, но явно обработанный чьими-то руками. Стены были покрыты резьбой, пол выложен плитами, а в центре...

В центре стоял алтарь.

Огромный, черный, пульсирующий той же энергией, что текла в жилах Марка. На алтаре лежал меч.

— Что это? — прошептал Костоправ, протискиваясь следом.

— Не знаю. Но это... это часть меня.

Марк подошел к алтарю.

Меч был длинным, чуть изогнутым, с лезвием, которое казалось сотканным из чистой тьмы. Рукоять была украшена рунами, которые Марк не понимал, но чувствовал — они говорили о смерти, о пустоте, о вечности.

— Возьми его, — раздался голос в голове. Голос Литы.

— Это ты?

— Это я. Я оставила это здесь тысячи лет назад. Для тебя.

— Для меня?

— Для того, кто придет убить моего мужа. Это его меч. Меч бога смерти.

Марк протянул руку и взял меч.

Тьма взорвалась.

Она хлынула из меча в Марка, из Марка в меч, соединяя их в одно целое. Мир вокруг исчез, осталось только это — пустота, клинок, вечность.

[Получено легендарное оружие: Клинок Бездны]

Тип: двуручный меч

Урон: 1000-1500

Особенности: игнорирует 100% брони, +500% к урону по нежити, поглощает 10% Искры убитых врагов

Требования: уровень 50+, класс "Владыка бездны"

Марк открыл глаза.

Меч лежал в его руке, легкий, как перышко, и тяжелый, как вся тьма мира. Он пульсировал в такт пустоте внутри, дышал с ним одним дыханием.

— Красивый, — сказал Костоправ.

— Смертоносный, — ответил Марк.

Он вложил меч в ножны, которые появились из ниоткуда, и повернулся к выходу.

— Идем. Нам нужно наверх.

Они покинули зал, оставив алтарь пустым.

На поверхности их ждал сюрприз.

Солнце — настоящее солнце, которого Марк не видел с момента пробуждения — светило ярко, заливая всё вокруг золотым светом. Тучи разошлись, туман исчез, и мир предстал в совершенно ином виде.

— Что случилось? — спросил Марк.

— Мать Червей мертва, — ответил Костоправ. — Ее сила удерживала тьму над этими землями. Теперь солнце вернулось.

Марк смотрел на свет и чувствовал, как пустота внутри сжимается — не от боли, а от непривычки. Он был создан для тьмы, и свет был ему чужд.

— Нужно уходить в тень, — сказал он. — Скоро стемнеет.

Они нашли убежище в развалинах старого храма на краю бывших владений Матери Червей. Двенадцать жнецов расположились снаружи, Клык лег у входа, Костоправ и Марк зашли внутрь.

— Сколько у нас времени до Библиотекаря? — спросил Марк.

— Дня три, если идти быстро. Он на западе, далеко.

— Успеем.

Марк сел, прислонившись к стене, и закрыл глаза.

Пустота внутри все еще переваривала Мать Червей, но уже спокойнее, ровнее. Пятьдесят восьмой уровень давал не только силу — он давал контроль.

— Костоправ, — позвал он. — Что ты знаешь о Библиотекаре? Всё.

Скелет устроился напротив, его зеленые глаза горели в темноте.

— Библиотекарь — самый старый из Четверых. Он был здесь еще до того, как кладбище стало кладбищем. Он помнит времена, когда боги ходили по земле.

— Уровень?

— Триста. Может, больше.

— Триста, — повторил Марк. — Я — пятьдесят восемь.

— Разница огромная. Но он не воин. Он не будет драться с тобой в открытую.

— А как?

— Он будет использовать знания. Он знает все твои слабости, все твои страхи, все твои секреты. Он сломает тебя ментально, заставит сдаться.

— Я не сдамся.

— Он найдет способ.

Марк задумался.

— А если я убью его быстро? Не дам времени на ментальные атаки?

— Он окружен защитой. Ты не подойдешь к нему, пока не пройдешь через его лабиринты, его ловушки, его слуг.

— Значит, нужен план.

Клык подал мысль:

— Я могу пойти первым. Отвлечь.

— Нет. Ты погибнешь.

— Я готов.

— А я нет.

Марк погладил зверя по голове.

— Мы пойдем вместе. Все. Или никто.

Он посмотрел на Костоправа.

— Ты говорил, у Библиотекаря есть архив из тысяч душ. Что это значит?

— Он собирает память мертвых. Каждая душа, которую он забирает, оставляет ему кусочек знаний. Он знает всё, что когда-либо знали эти души.

— Значит, он знает и про меня?

— Возможно. Если Лита была в его архиве — да.

Марк нахмурился.

— Тогда он знает, что я создан, чтобы убить его.

— Знает. И готовится.

Марк встал.

— Тогда нам нельзя медлить. Чем дольше мы ждем, тем больше он готовится.

— Ты хочешь идти сейчас? Ночью?

— Сейчас. Тьма — мое время.

Костоправ вздохнул.

— Ты неисправим.

— Я голоден.

Марк вышел из храма и посмотрел на запад.

Там, в темноте, ждал последний враг.

Последний ключ к правде.

Марк уже собрался уходить, когда Клык вдруг замер, принюхался и зарычал.

— Там, — мысль зверя. — Под камнями. Кто-то живой.

Марк прислушался к теням. Да, под грудой обломков у входа в храм действительно кто-то был. Маленький, слабый, испуганный.

— Костоправ, разбери завал.

Скелет подошел к груде камней, костяные пальцы сомкнулись на самом крупном. Несколько минут работы — и из-под обломков показалась морда.

Грызун.

Самый обычный могильный грызун, каких Марк перебил сотни. Маленький, тощий, с тремя испуганными глазами и дрожащей шерстью. Уровень 2 — самый низкий из возможных.

— Что он здесь делает? — удивился Костоправ.

— Прятался. Боялся.

Грызун смотрел на Марка и дрожал. Он видел, кто перед ним — убийца Матери Червей, владыка тьмы, хозяин армии жнецов. Он должен был бежать, но не мог — страх парализовал его.

Марк смотрел на грызуна и чувствовал странное родство.

Точно таким же был Клык, когда Марк нашел его в первый раз. Таким же маленьким, испуганным, никчемным.

— Хочешь жить? — спросил Марк.

Грызун не понял слов, но интонацию уловил. Он слабо пискнул.

— Хочешь стать сильным? Как Клык?

Грызун посмотрел на Клыка — огромного зверя с четырьмя глазами, чешуей и шипами. В его взгляде было недоверие — разве такое возможно?

— Возможно, — ответил Марк. — Если ты согласишься.

Он протянул руку.

Грызун смотрел на руку, на Марка, на Клыка. Страх боролся с надеждой.

Потом он сделал шаг вперед и ткнулся мордой в ладонь.

Марк улыбнулся.

— Заражение тьмой.

Тьма хлынула в грызуна — не мощным потоком, как в жнецов, а мягко, осторожно, бережно. Грызун дернулся, зажмурился, его тело начало меняться.

Он рос.

Медленно сначала, потом быстрее. Шерсть темнела, становилась жесткой, превращалась в щетину. Мышцы набухали под кожей. Когти удлинялись, становились толще, острее. Три глаза разгорались алым.

Через минуту перед Марком стоял уже не грызун.

Это был монстр размером с небольшого медведя — мощный, приземистый, покрытый черной щетиной, с огромными когтями и пастью, полной клыков. Но эволюция не закончилась.

— Еще, — прошептал Марк. — Ты можешь больше.

Он влил еще тьмы.

Грызун заревел — впервые в жизни издав настоящий, мощный рев. Его тело продолжило расти. Щетина превратилась в бронированные пластины. Когти стали длиной с кинжал. Из спины полезли шипы. Из пасти — дополнительные клыки.

Когда процесс закончился, перед Марком стоял огр.

Настоящий огр — трех метров ростом, с могучими плечами, толстой шкурой и глазами, горящими абсолютной преданностью. Он опустился на колени перед Марком, и земля дрогнула.

[Грызун эволюционировал: Грызун (ур. 2) → Огр тьмы (ур. 45)]

Тип: Уникальная тварь, созданная заражением тьмой

Особенности: +500% к силе, +300% к выносливости, способность "Сокрушающий удар"

— Хозяин, — прогрохотал огр голосом, похожим на камнепад. — Я служу.

Марк смотрел на него и чувствовал, как пустота внутри поет.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— У меня нет имени. Хозяин, дай имя.

— Крушитель, — сказал Марк. — Ты будешь Крушителем.

Огр склонил голову.

— Крушитель. Хорошее имя. Я буду крушить врагов хозяина.

Клык подошел к новому собрату, обнюхал его, одобрительно рыкнул. Жнецы смотрели на огра с уважением — такой боец стоил десятка обычных.

Костоправ покачал головой.

— Ты создал монстра. Из ничего.

— Я создал слугу, — поправил Марк. — Теперь у нас есть тяжелая артиллерия.

Он посмотрел на свою армию: двенадцать жнецов-палачей, Клык, Крушитель и Костоправ. Четырнадцать бойцов против Библиотекаря.

— Этого хватит, — сказал Марк. — Пошли.

— Куда? — спросил Костоправ.

— К Библиотекарю. За ответами.

Они двинулись на запад, в сторону заходящего солнца.

Позади остались руины храма, трупы тысяч тварей и память о Матери Червей.

Впереди ждал последний бой.

Глава 22. Эволюция клинков

Армия Марка двигалась на запад уже третьи сутки.

Чумные топи остались позади. Теперь их путь лежал через Каменистую пустошь — выжженную равнину, усеянную обломками древних статуй и ржавыми остовами конструктов, погибших тысячелетия назад. Здесь даже воздух был сухим и колючим, совсем не похожим на влажную тяжесть северных болот.

Марк сидел на обломке колонны, перебирая в памяти события последних дней.

Двенадцать жнецов-палачей застыли неподвижными изваяниями в двадцати шагах позади. Их пустые глазницы смотрели в никуда, но Марк чувствовал каждого — как двенадцать холодных огней на периферии сознания.

Клык лежал у его ног.

Зверь занимал поразительно много места даже в расслабленной позе — около четырех метров от носа до кончика раздвоенного хвоста. Его чешуйчатая черная шкура переливалась металлическим блеском, сливаясь с тенями пустоши. Четыре глаза были прикрыты, но Марк знал: боковые продолжают сканировать пространство на все 360 градусов, а основные в любой момент готовы распахнуться. Костяные шипы вдоль хребта лежали прижатыми к спине, и зверь походил на огромного спящего кота — если не присматриваться к четырем рядам клыков в приоткрытой пасти и двум полуметровым верхним клыкам, торчащим наружу даже когда пасть закрыта.

Любой другой на месте Марка давно бы умер от страха просто находясь рядом с таким существом.

Марк же протянул руку и почесал Клыка за ухом — там, где чешуя была тоньше и чувствительнее. Зверь довольно прикрыл глаза и тихо заурчал. Звук напоминал работу древнего двигателя — низкий, вибрирующий, пробирающий до костей.

— Они достигли предела, — проскрипел Костоправ, подходя ближе. Скелет нервно постукивал костяными пальцами по посоху. — Я наблюдаю за жнецами последние два дня. Никакого прогресса. Они застыли.

— Я знаю, — Марк не открывал глаз.

— Ты должен их эволюционировать.

— Знаю.

— Тогда почему ты ждешь?

Марк молчал, продолжая машинально гладить Клыка.

Способность «Заражение тьмой» позволяла не просто подчинять — она давала возможность развивать слуг, вкладывая в них часть своей силы. Но до сих пор Марк использовал это только на Клыке и Крушителе. Жнецы оставались на том же уровне, что и в день превращения.

Потому что жнецы были оружием.

А Клык был кем-то большим. Клык был первым. Тем, кто добровольно принял тьму, когда Марк еще ничего не понимал в этом мире. Тем, кто вырос из трусливого мелкого грызуна в зверя, способного одним ударом хвоста пробить каменную стену. Тем, кто умер за него и вернулся обратно.

— Боишься, что они перестанут быть просто инструментами? — Костоправ словно прочитал его мысли. — Что, получив разум, они начнут задавать вопросы?

— Я боюсь, что они станут уязвимыми, — ответил Марк. — Клык чуть не умер, потому что научился чувствовать боль как живой. Крушитель теперь думает, прежде чем бить. Это делает их сильнее в бою... но слабее как солдат.

— Ты не армию собираешь, Марк, — Костоправ присел рядом, с хрустом сложив костяные ноги. — Ты собираешь стаю. Стая сильна не дисциплиной, а верностью. Верность рождается из разума, а не из слепого подчинения.

— Откуда ты знаешь?

— Я прожил тысячу лет. У меня было много слуг. Самые преданные умирали за меня, потому что выбирали это. Остальные просто разбегались, когда приходила настоящая беда.

— Клык не выбирал, — тихо сказал Марк. — Я выбрал его. Самого слабого в стае. Просто потому что он был удобным для эксперимента.

— А теперь?

Марк посмотрел на зверя.

Клык открыл основные глаза — алые огни полыхнули в темноте — и посмотрел на хозяина с такой любовью и преданностью, что у Марка перехватило дыхание. На лбу зверя, над глазами, поблескивал костяной гребень в форме короны — знак уникальной эволюции.

— Я не жалею, — раздалось в голове Марка. Голос был низким, спокойным, совсем не звериным. — Ты дал мне жизнь. Ты дал мне разум. Ты вытащил меня из смерти. Я твой. Всегда.

Костоправ усмехнулся, хотя у скелетов это получалось плохо:

— Кажется, твой зверь только что ответил на твой вопрос.

Марк кивнул и поднялся.

— Хорошо. Эволюционируем жнецов. Но сначала — Клык. Он пройдет через это первым, чтобы потом помочь остальным.

Клык встал, отряхнулся — костяные шипы вдоль хребта коротко звякнули друг о друга — и подошел вплотную к хозяину. Даже стоя на четырех лапах, он доставал мордой до груди Марка. Чешуя под пальцами была теплой и гладкой, как полированный металл.

— Ты справишься, — сказал Марк. — Ты всегда справляешься.

— Я знаю, — ответил Клык. — Я рядом.

Марк положил руку ему на голову, между основными и боковыми глазами. Закрыл глаза.

Заражение тьмой. Эволюция.

Сила хлынула из него, как кровь из открытой раны.

Процесс занял три часа.

Марк сидел на земле, обессиленный до предела. Перед ним лежал Клык — его тело светилось изнутри черным пульсирующим светом. Чешуя опадала кусками и тут же нарастала новой — еще более плотной, еще более темной, с едва заметными серебристыми прожилками, которые переливались в такт дыханию. Костяные шипы на хребте становились длиннее, острее, и теперь даже в спокойном состоянии не прилегали полностью, создавая веер острых гребней вдоль всей спины. Раздвоенный хвост дергался во сне — казалось, каждая половина живет своей жизнью, оттачивая удары даже в бессознательном состоянии.

— Получается, — прошептал Костоправ. — Получается, старый дурак!

Клык открыл глаза.

Все четыре. Алый свет стал глубже, насыщеннее — в нем появились золотые искры, которых раньше не было. Зверь осмотрелся, моргнул — сначала основные глаза, затем боковые — и поднял голову.

— Хозяин.

Голос в голове Марка изменился. Если раньше это был просто мысленный шепот, то теперь слова звучали четко, уверенно, с интонациями. Клык говорил как разумное существо — не как зверь, научившийся складывать мысли.

— Я... вижу иначе. Гораздо иначе.

— Рассказывай.

Клык встал, потянулся — суставы хрустнули, шипы на спине встали дыбом и снова прижались. Он сделал несколько шагов, принюхиваясь к воздуху.

— Запахи. Я чувствую их за три лиги. Каждый камень пахнет по-своему. Там, — он мотнул головой на восток, — отряд тварей. Пятеро. Идут сюда. Будут через полчаса.

— Уровни?

— Трое по тридцать пять, двое по сорок. Костоправ с ними справится. Но дело не в этом. Я чувствую их страх. Они знают, что идут на смерть. Им приказали.

Клык повернул голову к жнецам, застывшим в отдалении.

— И я чувствую их. Каждого из двенадцати. Раньше я видел просто слуг — пустые оболочки, которые делают что скажут. Теперь... они разные. В каждом своя искра. Своя память. Своя смерть. Они как слепые котята. Ждут, когда ты дашь им зрение.

Марк усмехнулся, несмотря на усталость:

— Котята, значит. Четыре метра длиной, с клыками в тридцать сантиметров, и называет жнецов котятами.

— Я не хотел обидеть. — Клык склонил голову, и это выглядело почти смущенно. — Просто они действительно маленькие и беспомощные без тебя.

— Ты сам был таким, — напомнил Костоправ. — Месяц назад ты был грызуном второго уровня, который прятался за спиной Марка.

— Я помню, — Клык посмотрел на скелета. — Я всё помню. Каждую секунду с того момента, как хозяин коснулся меня в первый раз. Как рос. Как учился думать. Как умирал в бою с Гнилью и как хозяин вытащил меня обратно.

Зверь подошел к Марку и лег рядом, положив тяжелую голову ему на колени. Чешуя холодила кожу, но Марк привык.

— Я не забуду никогда. Поэтому я сделаю всё, чтобы помочь им пройти этот путь. Чтобы они тоже стали достойными тебя.

Марк провел рукой по голове зверя, между основными глазами, где начинался костяной гребень-корона.

— Я знаю, друг. Ты всегда делаешь.

[НОВЫЙ УРОВЕНЬ СЛУГИ]

Клык: ур.32 → ур.41

Класс эволюции: Теневой ловчий (ранг 4)

Новые способности:

· Чувство стаи (+50% к восприятию всех союзников в радиусе 500 м)

· Призрачный укус (атака игнорирует 40% физической защиты)

· Вой пустоты (дебафф на врагов в радиусе 200 м: -30% к атаке и скорости)

· Дополнительно: Усиление мысленной связи (полноценный диалог, передача образов и эмоций)

— Неплохо, — выдохнул Марк, изучая системное сообщение. — Очень неплохо. С этим набором ты один мог бы разогнать ту пятерку, что идет с востока.

— Мог бы, — согласился Клык. — Но я останусь с тобой. Ты слаб после эволюции. Если нападут, я тебя прикрою. Костоправ справится сам.

— Наглая зверюга, — проворчал скелет, но без злости. — Ладно, иду встречать гостей. А вы отдыхайте.

Костоправ ушел в темноту, опираясь на посох. Через минуту оттуда донеслись звуки боя — хруст костей, вспышки магии, предсмертный вой. Клык даже ухом не повел. Он сканировал пространство боковыми глазами, положив голову на колени Марку, и тихо урчал.

— Расскажи мне, — попросил Марк. — Что ты чувствуешь сейчас? Что изменилось?

Клык задумался — Марк буквально ощущал, как в голове зверя формируются мысли, прежде чем превратиться в слова.

— Раньше мир был плоским. Как картина. Я видел врагов, видел опасность, видел тебя. Теперь мир объемный. Я чувствую не только где кто находится, но и что они думают. Не слова — эмоции. Страх, злость, голод, преданность.

— И что чувствуют жнецы?

— Пустоту. Они хотят заполнить ее. Тобой. Твоей силой. Твоим приказом. Они как открытые раны, которые ждут, когда их зашьют. Я таким же был? До того как стал думать?

— Ты был другим, — Марк улыбнулся, вспоминая. — Ты был самым мелким в стае. Самым трусливым. Когда я кормил стаю, ты всегда ждал, пока остальные наедятся, и доедал остатки. Я выбрал тебя, потому что ты был слабее всех. Думал — если эксперимент провалится, потерь почти нет.

— А если бы эксперимент провалился?

— Ты бы умер.

Клык моргнул — сначала основные глаза, потом боковые.

— Я рад, что не умер.

— Я тоже.

Они замолчали. С востока доносились последние звуки боя — Костоправ добивал выживших. Марк чувствовал, как силы понемногу возвращаются к нему. Через час можно будет начинать эволюцию жнецов.

— Ты будешь рядом, когда я буду их делать? — спросил Марк.

— Всегда.

— И подскажешь, кому что нужно? Ты говорил, они разные.

— Да. Я буду чувствовать их. Кому нужна тьма, кому нужна кровь, кому нужен прах. Я скажу тебе. Только...

— Только?

Клык поднял голову и посмотрел Марку прямо в глаза — всеми четырьмя.

— Ты должен быть готов, что не все выживут. Даже с моей помощью. Эволюция — это риск. Я выжил, потому что ты вложил в меня больше, чем в остальных. Потому что я был первым. Им придется труднее.

— Сколько, по-твоему, не доживут?

Клык помолчал, сканируя пространство, словно мог увидеть будущее.

— Трое на грани. Один почти безнадежен. Если ты отдашь ему часть себя — выживет. Если нет — умрет.

— Тот, что безнадежен — кто он?

— Жнец из третьего ряда. Крайний слева. В нем слишком много смерти и слишком мало жизни. Ему нужна кровь живого существа, чтобы заполнить пустоту. Много крови.

Марк кивнул. Кровь у него была. И Клык, и Крушитель, и сам Марк — живые достаточно, чтобы их кровь работала.

— Я отдам.

— Это ослабит тебя.

— Я восстановлюсь.

Клык лизнул руку Марка — язык оказался шершавым, как наждак, но теплым.

— Ты хороший хозяин. Лучший. Я рад, что ты выбрал меня тогда. Самого слабого.

— Я тоже рад, — Марк потрепал зверя по голове. — Ты оказался самым сильным из всех.

С востока вернулся Костоправ, отряхивая костяные пальцы от чужой плоти.

— Готово. Пятеро тварей больше не твари. Можно приступать к жнецам.

Марк поднялся. Клык встал рядом — огромная черная туша, готовая в любой момент закрыть хозяина собой.

— Приступаем, — сказал Марк.

Они пошли к строю двенадцати жнецов, застывших в ожидании. Впереди шагал Клык — Теневой ловчий, первый слуга, верный друг. Сзади плелся Костоправ, бормоча что-то о молодых и самоуверенных.

А над пустошью занимался рассвет, окрашивая камни в кроваво-красный цвет.

Эволюция начиналась.

Марк остановился в десяти шагах от строя жнецов.

Двенадцать фигур в рваных балахонах стояли неподвижно, словно изваяния. Кости, обтянутые почерневшей плотью, пустые глазницы с тлеющими алыми угольками, косы в костяных руках. Они были одинаковыми — и в то же время Клык чувствовал: каждый из них уникален.

— Подойди к первому, — сказал зверь мысленно. — Крайнему слева. Тому самому.

Марк шагнул к жнецу, которого Клык назвал безнадежным.

Вблизи разница стала заметна. Этот жнец был чуть ниже остальных, кости тоньше, а тьма внутри него казалась не просто пустотой — она была голодной, злой, почти отчаянной. Словно существо внутри оболочки понимало, что умирает, и цеплялось за жизнь из последних сил.

— Он был ребенком, — тихо сказал Клык. — При жизни. Я чувствую это сейчас. Маленький мальчик, умерший от голода в катакомбах. Его душа так и не смогла повзрослеть.

Марк сжал челюсти.

Он редко думал о том, кем были жнецы до смерти. Это было опасно — жалеть нежить значило терять эффективность. Но сейчас, глядя в пустые глазницы существа, которое когда-то было голодным ребенком, он не мог остаться равнодушным.

— Как его звали? — спросил Марк.

— У него не было имени. Бродяжка. Никто. Таких не называли.

— Теперь будет.

Марк положил руку на грудь жнеца — туда, где у живых бьется сердце. Кость под пальцами была холодной, как лед.

— Слушай меня, — сказал он громко, обращаясь ко всем двенадцати. — Вы были никем. Вы были пустыми оболочками, которые таскали косы по чужой воле. Теперь вы мои. А мои — не бывают никем.

Он полоснул Когтем жнеца по ладони — черная кровь, смешанная с тьмой, закапала на грудь первого жнеца.

— Ты. Ты умрешь, если я не дам тебе силу. Я даю. Бери.

Жнец вздрогнул.

Впервые за всё время, что Марк командовал ими, тварь проявила самостоятельное движение. Голова дернулась, костяные пальцы сжались на древке косы, пустые глазницы вспыхнули ярче.

— Еще, — потребовал Клык. — Мало.

Марк разодрал ладонь глубже и прижал ее к груди жнеца уже не капая — припечатал, заставляя тьму втекать внутрь.

— Живи, — прошипел он. — Я приказываю.

Тьма внутри жнеца взорвалась.

Черное пламя вырвалось из пустых глазниц, изо рта, из щелей между ребрами. Жнец закричал — впервые издал звук, не похожий на механический скрежет. Это был крик живого существа, которому больно, страшно, но которое не хочет умирать.

— Отпусти, — Клык ткнулся мордой в бок Марка. — Он справится сам. Ты дал ему достаточно.

Марк убрал руку, шатаясь. Кровь все еще текла из раны, но он не замечал. Он смотрел, как жнец корчится в черном пламени, как меняется его тело — кости утолщаются, плоть нарастает, пустые глазницы обретают форму, превращаясь в нечто, похожее на настоящие глаза.

А потом пламя погасло.

Перед Марком стоял не жнец-палач.

Перед ним стоял воин.

Рост — под два метра. Широкие плечи, мощные руки, на груди — пластины костяной брони, словно вросшей в тело. Вместо балахона — черная, как смоль, кожа, обтягивающая мускулистый торс. Лицо — не череп, а почти человеческое, с резкими чертами, запавшими щеками и глазами — настоящими глазами, алыми, но с вертикальными зрачками, как у змеи.

Коса исчезла. В руках воина появились два клинка — изогнутые, черные, с пульсирующими жилами тьмы внутри лезвий.

— Хозяин, — голос воина звучал хрипло, словно он учился говорить заново. — Я... помню.

— Что ты помнишь? — Марк все еще держался на ногах только благодаря тому, что Клык подпирал его сбоку.

— Голод. Холод. Смерть в темноте. И... — воин поднял глаза. — И твою руку. Ты дал мне тепло. Ты дал мне имя?

— У тебя нет имени.

— Тогда дай. Я хочу иметь имя. Чтобы знать, кто я.

Марк посмотрел на него. На этого парня, умершего ребенком, воскресшего тварью и ставшего воином благодаря капле его крови.

— Ты будешь Первый, — сказал Марк. — Потому что ты первый, кто прошел эволюцию до конца.

Первый опустился на колено — движение получилось тяжелым, неуклюжим, но исполненным достоинства.

— Я твой, хозяин. Навсегда.

Марк кивнул и перевел дух. Восемь жнецов оставались в строю, двое светились слабее остальных, один — тот, кого Клык назвал безнадежным — стоял на коленях перед ним, живой и почти разумный.

— Дальше, — сказал Марк. — Клык, веди.

Зверь подошел к строю и замер, сканируя каждого своими четырьмя глазами.

— Этот, — он ткнулся мордой во второго справа. — Ему нужен прах. Много праха. Он был стражем в прошлой жизни, сгорел заживо. Ему нужен пепел врагов, чтобы возродиться.

— Где взять?

— Вон там, — Клык мотнул головой на восток, где Костоправ добивал последних тварей. — Трупы еще горячие. Крушитель, принеси.

Огр, который все это время послушно сидел в стороне, вскочил и огромными шагами потопал к месту недавнего боя. Через минуту он вернулся, волоча за ноги сразу три обгоревших тела.

— Куда класть?

— К ногам жнеца, — приказал Клык.

Крушитель бросил тела перед вторым жнецом. Тот даже не шелохнулся — только алые угольки в глазницах разгорелись ярче.

— Хозяин, — Клык повернулся к Марку. — Твоя очередь. Подожги прах своей тьмой. Сделай так, чтобы он впитал силу убитых.

Марк шагнул к телам и поднял руку.

Тьма. Пламя. Поглощение.

Черный огонь вырвался из ладони и лизнул трупы. Те вспыхнули мгновенно — и так же мгновенно сгорели, превратившись в горку пепла, которая начала светиться изнутри алым.

— Вставай в пепел, — сказал Марк жнецу.

Тварь шагнула вперед — механически, бездумно, но когда ее кости коснулись светящегося праха, произошло то же, что и с Первым.

Черное пламя. Крик. Трансформация.

Через пять минут перед Марком стоял второй воин.

Этот был тоньше, выше, с длинными руками, достающими почти до колен. Вместо клинков — когти, выросшие прямо из пальцев, острые, как бритвы, покрытые все той же пульсирующей тьмой.

— Я помню огонь, — прошептал он. — Я горел и не мог умереть. Теперь... теперь я не боюсь огня.

— Имя, — потребовал Марк.

— Дым, — ответил тот. — Я хочу быть Дымом. Ты даешь жизнь — я даю смерть.

— Хорошо. Дым, встань рядом с Первым.

Процесс пошел быстрее.

Клык чувствовал каждого. Третьему нужна была кровь врага — Крушитель придавил уцелевшего разведчика, и Марк заставил жнеца пить прямо из горла. Четвертому — тишина и темнота. Марк укрыл его своим плащом и держал в объятиях полчаса, пока тот не перестал дрожать. Пятому — сила стихии. Костоправ наколдовал маленькую бурю прямо над его головой.

Шестой, седьмой, восьмой, девятый...

Каждый эволюционировал по-своему. Каждый получал имя, которое сам выбирал — или которое давал Марк, глядя в новые, почти разумные глаза.

К рассвету перед Марком стояли двенадцать воинов.

Двенадцать разных, двенадцать сильных, двенадцать — его.

Первый — тяжелый воин с двумя клинками, молчаливый и смертоносный.

Дым — убийца с когтями, быстрый как ветер.

Бездна — маг тьмы, научившийся плести заклинания из самой пустоты.

Кость — щитоносец, чье тело превратилось в живую броню.

Шорох — разведчик, почти невидимый даже для Клыка.

Пепел — пирокинетик, укротивший огонь, который его убил.

Ржавчина — отравитель, чье касание разъедает плоть.

Звон — берсерк, теряющий контроль в бою и разносящий всё вокруг.

Тишина — ассасин, убивающий без звука и следа.

Крик — тот, чей вой парализует волю врагов.

Слом — бывший калека, теперь силач, ломающий кости голыми руками.

Ноль — последний, самый слабый, получивший больше всех крови Марка и ставший... никем. Пустотой. Тем, кто не имеет формы и может принимать любую.

— Двенадцать, — прошептал Костоправ, глядя на строй. — Двенадцать ранга 4. Марк, ты понимаешь, что ты сделал? У Мясника была армия в десять тысяч, но таких воинов у него было... трое. Четверо. А у тебя — двенадцать.

— Тринадцать, — поправил Клык, подходя и ложась у ног Марка. — Не забывай про меня.

— И Крушитель, — добавил огр, гордо выпятив грудь.

— И Крушитель, — согласился Клык. — Хотя ты пока не эволюционировал.

— Я потом. Я подожду. Я сильный и так.

Марк смотрел на свою армию.

Двенадцать воинов, застывших по стойке смирно. Огр, возвышающийся над ними как гора. Клык, черной тенью растянувшийся у ног. Костоправ, опирающийся на посох и улыбающийся безгубым ртом.

— Библиотекарь, — сказал Марк. — Мы идем к тебе.

И армия двинулась на запад.

[НОВЫЙ СОСТАВ ОТРЯДА]

Марк: ур.58 (Владыка бездны)

Клык: ур.41 (Теневой ловчий, ранг 4)

Крушитель: ур.45 (Огр-разрушитель, ранг 3)

Костоправ: ур.43 (Некромант, ранг 3)

Жнецы-элита (12): ур.35-48 (ранг 4) — Первый, Дым, Бездна, Кость, Шорох, Пепел, Ржавчина, Звон, Тишина, Крик, Слом, Ноль.

[НОВЫЙ УРОВЕНЬ УГРОЗЫ ОТРЯДА]

Оценка системы: Полк элитной нежити. Способен уничтожить небольшой город. Рекомендация для низкоуровневых существ: избегать. Рекомендация для существ уровня 100+: действовать с осторожностью.

Марк смотрел на строй своих новых воинов и чувствовал, как силы покидают его.

Двенадцать эволюций за одну ночь. Двенадцать раз он вкладывал в жнецов частицу себя — кровь, тьму, саму суть. Если бы не Клык, подсказывающий, кому что нужно, и не Костоправ, добывающий ингредиенты, он бы не выдержал и половины.

— Хозяин, — раздалось в голове. — Ты должен отдохнуть.

— Успею.

— Нет. Не успеешь. — Клык поднял голову и посмотрел на Марка всеми четырьмя глазами. В алом свете читалась тревога. — Ты еле стоишь. Если сейчас нападут...

— Не нападут, — вмешался Костоправ. — Я проверил периметр. В радиусе пяти лиг никого. Мясник мертв, Мать Червей мертва, Гнилой Король затаился. Библиотекарь ждет — он не станет нападать исподтишка, не его стиль.

— Вот видишь, — Марк попытался улыбнуться, но вышла гримаса. — Всё под контролем.

Он сделал шаг и чуть не упал.

Крушитель подхватил его в последний момент — огромные ручищи обхватили Марка, не давая рухнуть на камни.

— Сидеть, — прогудел огр. — Я сказал: сидеть. Ты маленький, слабый. Я большой, сильный. Я носить.

— Крушитель, поставь меня.

— Нет.

— Я приказываю.

— Нет. — Огр набычился, но рук не разжал. — Ты упадешь. Я не дам. Ты хозяин. Хозяин не должен падать. Хозяин должен сидеть на троне. А трона нет. Значит, сидеть на мне.

Марк хотел возразить, но Клык вдруг тихо засмеялся — мысленно, но очень отчетливо.

— Он прав, хозяин. Посмотри на себя. Ты белее мела. Если ты сейчас сдохнешь от истощения, кого мы поведем к Библиотекарю?

— Я не сдохну.

— Ты близко. Очень близко.

Марк хотел ответить, но вдруг понял, что Клык прав. Система молчала, но он чувствовал: запас прочности на исходе. Еще одна эволюция — и он рухнет без сознания. А может, и не проснется.

— Ладно, — выдохнул он. — Крушитель, неси меня к тому камню. Посидим.

Огр довольно заухал и бережно, словно Марк был сделан из стекла, перенес его к обломку колонны и усадил, подперев спину своей тушей, чтобы хозяин не завалился.

— Тепло, — прогудел Крушитель. — Я грею. Ты отдыхай.

Марк закрыл глаза.

И провалился в сон.

Ему снилась Лита.

Богиня стояла на краю бездны — огромной черной дыры, уходящей в бесконечность. Ее белые одежды развевались на несуществующем ветру, глаза светились холодным серебром.

— Ты хорошо поработал, — сказала она. — Двенадцать воинов. Почти армия.

— Почти?

— Армия — это когда есть тот, кто проламывает стены. А у тебя одни танцоры. Быстрые, острые, смертоносные. Но где тот, кто пойдет первым? Где тот, кто примет на себя удар, чтобы остальные успели зайти с флангов?

Марк молчал.

— Твой огр, — продолжила Лита. — Он сильный. Но он спит. Ты дал ему силу, но не дал цели. Он таскает камни и греет тебе спину, а мог бы крушить башни.

— Я боялся.

— Чего?

— Что он станет уязвимым. Как Клык.

— Клык стал уязвимым и выжил. Он стал сильнее, потому что ты не побоялся дать ему шанс. А огр — твой щит. Твоя стена. Твой таран. Без него твои танцоры рассыплются под первым же ударом настоящего врага.

— Библиотекарь?

— Библиотекарь — это только начало. Проснись, Марк. Ты спишь, а враг идет.

Она толкнула его в грудь.

Марк открыл глаза.

Над ним склонился Крушитель — огромная рожа с маленькими глазками выражала неподдельное беспокойство.

— Хозяин кричал, — прогудел огр. — Плохой сон?

— Плохой. Или хороший. Не разобрал еще.

Марк сел, чувствуя, что силы вернулись. Система показывала полную шкалу здоровья и магии. Он проспал часа четыре — достаточно, чтобы восстановиться.

— Крушитель, — сказал он. — Давно ты со мной?

Огр задумался, шевеля губами.

— Много дней. Я не считать. С тех пор как ты убил Мать Червей. Там было темно и страшно. Ты дал мне силу. Я стал большой.

— Ты стал большой, но ты всё еще просто большой. Ты хочешь стать кем-то большим?

Крушитель нахмурился — насколько мог.

— Я не понимать. Я хочу быть полезным. Я хочу бить врагов. Я хочу, чтобы хозяин не падал. Я хочу... — Он замолчал, подбирая слова. — Я хочу, чтобы ты гордился.

Марк положил руку на его огромную ладонь.

— Я горжусь, Крушитель. Ты спас меня сегодня. Ты носишь меня, греешь, охраняешь. Но ты прав: ты можешь больше. Гораздо больше.

Он встал и посмотрел на огра снизу вверх — Крушитель возвышался над ним метра на три.

— Ты готов рискнуть?

— Я готов умереть, — просто ответил огр.

— Умирать не надо. Надо эволюционировать.

Крушитель моргнул.

— Это больно?

— Очень.

— А страшно?

— Еще как.

— А если не получится?

— Получится. — Марк улыбнулся. — Я рядом. Клык рядом. Костоправ рядом. Мы не дадим тебе умереть.

Крушитель подумал секунду — для него это была вечность — и кивнул.

— Я готов.

Клык подошел первым, обошел огра кругом, сканируя его своими четырьмя глазами.

— Интересный случай, — сказал он мысленно Марку. — Он не просто сильный. Он... чистый. В нем нет злобы, нет хитрости, нет желания власти. Он хочет служить. Хочет защищать. Это редкое сочетание для такой туши.

— Что ему нужно?

— Камень. Много камня. И сила. Твоя сила. Он не жнец, ему не нужна смерть — ему нужна опора. Буквально. Он должен чувствовать землю под ногами, понимать, что мир не рухнет.

— Камень найдем. — Марк оглядел пустошь, усеянную обломками. — Здесь этого добра навалом.

— Тогда начинай. Я посторожу.

Костоправ уже тащил к ним огромную глыбу — напряг всю свою магию, чтобы сдвинуть ее с места.

— Хватит? — прокряхтел он.

— Мало, — ответил Клык. — Еще. В два раза больше.

— Ты с ума сошел! Я не подниму!

— Крушитель поднимет. Если выживет.

Марк подошел к огру и положил руки ему на грудь — туда, где у живых бьется сердце. У Крушителя сердца не было, но была тьма — та самая, которую Марк вложил в него при заражении.

— Слушай меня, — сказал он тихо. — Ты будешь чувствовать боль. Ты будешь чувствовать страх. Ты будешь хотеть остановиться. Но ты не остановишься. Потому что ты — Крушитель. Ты — моя стена. Мой таран. Моя гора.

— Я... гора?

— Ты будешь горой. Никто не сдвинет тебя с места. Никто не пройдет сквозь тебя. Ты встанешь — и враги разобьются о тебя, как волны о скалу.

Крушитель закрыл глаза — его маленькие глазки исчезли в складках кожи.

— Я хочу быть горой, — прошептал он.

— Тогда стань.

Марк влил силу.

Это было не так, как с жнецами.

Крушитель не закричал — он заревел. Так ревет раненый медведь, когда на него идут с рогатиной. Так ревет обвал в горах, когда каменная лавина сносит всё на своем пути.

Его тело начало меняться прямо на глазах.

Кожа темнела, становясь серой, как гранит. Мышцы набухали, разрывая одежду — там, где были просто крупные мускулы, вырастали каменные пластины, врезающиеся в плоть и становящиеся частью тела. Спина выгнулась дугой, плечи раздались вширь — теперь Крушитель занимал вдвое больше места, чем раньше.

— Камни! — закричал Клык. — Бросайте камни! Ему нужно впитать!

Костоправ швырял глыбы одну за другой — они врезались в тело огра и... таяли. Вплавлялись в кожу, становились частью нового панциря. Крушитель хватал их сам, прижимал к груди, к плечам, к голове, и камень втекал в него, как вода в сухую землю.

— Хозяин! — взревел он. — Хозяин, больно!

— Терпи! — Марк не убирал рук, хотя сам еле держался на ногах. — Ты гора! Гора не чувствует боли!

— Я чувствую!

— Значит, будь сильнее боли!

Крушитель заревел снова — и вдруг затих.

Он стоял неподвижно, закрыв глаза. Тело перестало меняться — теперь оно просто... было. Огромное, серое, с вкраплениями черного минерала, поблескивающего в складках каменной кожи.

— Всё, — выдохнул Клык. — Получилось.

Крушитель открыл глаза.

Они изменились. Раньше это были маленькие, подслеповатые глазки — теперь в них горел ровный серый свет. Без злобы, без ярости — просто свет. Свет существа, нашедшего свое место.

— Я... гора, — прогудел он. Голос стал глубже, раскатистее — от него вибрировали камни под ногами. — Я не сдвинусь. Никто не пройдет.

Он сделал шаг — и земля вздрогнула.

Еще шаг — и в камне остались глубокие вмятины от его ступней.

Крушитель подошел к огромному валуну, который торчал из земли метрах в двадцати — пятиметровая глыба, вросшая в пустошь на века. Обхватил ее руками, напрягся...

И вырвал с корнем.

— Хозяин, — сказал он, подходя к Марку и бережно кладя валун к его ногам. — Это тебе. Для трона.

Марк смотрел на него и не верил своим глазам.

[НОВЫЙ УРОВЕНЬ СЛУГИ]

Крушитель: ур.45 → ур.59

Класс эволюции: Горный титан (ранг 5)

Новые способности:

· Каменная кожа (+500% к защите, неуязвимость к физическому урону ниже 1000 единиц)

· Дробящий удар (каждая атака игнорирует 70% брони противника)

· Стена (может встать в режим абсолютной защиты, закрывая союзников своим телом, поглощая 100% урона в радиусе 50 метров)

· Землетрясение (ультимейт, удар по земле, оглушающий всех врагов в радиусе 200 метров на 10 секунд)

· Трон (пассивная способность: если Крушитель рядом с Марком, хозяин получает +30% к регенерации и +20% к защите)

— Пятьдесят девятый уровень, — прошептал Костоправ. — Выше хозяина.

— Не выше, — поправил Клык. — Сильнее физически — да. Но он никогда не поднимет руку на Марка. Никогда. Я чувствую это в нем.

Крушитель подошел к Марку и опустился на колени — так, чтобы их глаза были на одном уровне.

— Ты дал мне всё, — сказал он. — Я теперь гора. Твоя гора. Куда скажешь — туда встану. Кого скажешь — раздавлю. Только говори.

Марк положил руку на его каменное плечо — оно было теплым, вопреки ожиданиям.

— Встань за моей спиной, Крушитель. И смотри на запад. Туда, где Библиотекарь.

Огр — теперь уже Горный титан — послушно развернулся и застыл, глядя на горизонт.

— Я смотрю, — прогудел он. — Если кто придет — я раздавлю.

Армия Марка снова двинулась на запад.

Впереди шел Клык — Теневой ловчий, сканирующий пространство четырьмя глазами. За ним — двенадцать жнецов-элит, каждый со своим именем и характером. Посередине — Марк, Владыка бездны, опирающийся на плечо Костоправа. А замыкал шествие Крушитель — Горный титан, гора, стена и таран в одном лице.

Каждый его шаг отдавался дрожью в земле.

Каждый его взгляд прожигал камень.

Каждое его дыхание поднимало пыль.

— Библиотекарь, — сказал Марк, глядя на запад. — Мы идем.

[НОВЫЙ СОСТАВ ОТРЯДА]

Марк: ур.58 (Владыка бездны)

Клык: ур.41 (Теневой ловчий, ранг 4)

Крушитель: ур.59 (Горный титан, ранг 5)

Костоправ: ур.43 (Некромант, ранг 3)

Жнецы-элита (12): ур.35-48 (ранг 4) — Первый, Дым, Бездна, Кость, Шорох, Пепел, Ржавчина, Звон, Тишина, Крик, Слом, Ноль.

[НОВЫЙ УРОВЕНЬ УГРОЗЫ ОТРЯДА]

Оценка системы: Армия вторжения малого масштаба. Способна уничтожить укрепленный город. Рекомендация для существ уровня 100+: вступать в бой только при численном превосходстве. Рекомендация для существ уровня 150+: соблюдать осторожность.

Глава 23. Шепот из-под земли

Отряд двигался на запад уже вторые сутки.

Пустошь осталась позади. Теперь их путь лежал через Мертвые поля — бескрайнюю равнину, поросшую серой травой, которая шелестела на ветру, как погребальные одежды. Здесь не было камней, не было руин, не было ничего — только трава, небо и далекие холмы на горизонте.

Марк шел в центре колонны, погруженный в свои мысли.

Крушитель замыкал шествие — каждый его шаг отдавался глухим ударом, от которого трава пригибалась к земле. Жнецы двигались бесшумно, словно тени. Клык сканировал пространство впереди, а Костоправ брел рядом с Марком, опираясь на посох и бормоча что-то под нос.

— Ты стал тихим, — заметил скелет. — Раньше ты всегда спрашивал, куда идем и зачем. А теперь молчишь.

— Думаю.

— О чем?

— О том, что Лита сказала во сне. "Библиотекарь — это только начало". Что может быть после трехсотого уровня?

Костоправ хмыкнул — насколько это возможно без губ.

— Много чего. Я жил тысячу лет и видел тварей, перед которыми Библиотекарь показался бы младенцем. Вопрос не в том, что будет после. Вопрос в том, готов ли ты к этому.

— А я готов?

— Ты растешь быстрее, чем кто-либо в этом мире. У тебя армия, какой не было у Четверых. У тебя верные союзники. Но готов ли ты к тому, что настоящий враг окажется не там, где ты его ждешь?

Марк хотел ответить, но вдруг Клык резко остановился.

Все четыре глаза зверя смотрели в одну точку — на небольшой холмик в сотне метров впереди.

— Там что-то есть, — сказал он мысленно. — Под землей. Живое.

— Опасное?

— Не знаю. Очень маленькое. Уровень... первый.

Костоправ фыркнул:

— Первый уровень? Тут? В Мертвых полях? Здесь даже грызуны до пятого дорастают. Ошибка.

— Я не ошибаюсь, — Клык обиженно повел ухом. — Там существо. Уровень 1. Оно не двигается, не атакует, просто... лежит.

Марк нахмурился.

За время своего пребывания в этом мире он привык к простому правилу: чем ближе к центру кладбища, тем выше уровень тварей. Мертвые поля считались зоной 30-50 уровня. Существо первого уровня здесь было такой же аномалией, как сам Марк в день пробуждения.

— Проверим, — решил он. — Клык, веди. Остальным — ждать.

Зверь осторожно двинулся вперед, ступая бесшумно, несмотря на свои размеры. Марк шел следом, держа руку на Клинке Бездны.

Холмик оказался обычной норой — небольшой, сантиметров тридцать в диаметре, уходящей вертикально вниз. Края норы были оплавлены, словно кто-то прошелся по ним кислотой.

— Он там, — Клык мотнул головой. — Метра три в глубину. Не двигается. Но живой.

— Как его достать?

— Не надо доставать. Он сам вылезет. Он знает, что мы здесь.

Марк присел на корточки и всмотрелся в темноту норы.

И вдруг увидел два глаза.

Маленькие, блестящие, с вертикальными зрачками — они смотрели на него из глубины с каким-то странным выражением. Не страхом. Не голодом. Любопытством.

— Ты кто? — спросил Марк вслух.

Существо зашевелилось.

Из норы показалась голова.

Это был червь — примерно метр в длину, толщиной с руку взрослого мужчины. Его тело покрывала блестящая слизь, от которой шел слабый дымок — кислота, разъедающая всё вокруг. Но когда червь выполз на поверхность, Марк заметил странность: трава под ним не плавилась. Совсем. Слизь лежала на травинках, не причиняя им вреда.

— Он контролирует это, — прошептал Костоправ, подошедший ближе. — Смотри, кислота не активируется. Он ее сдерживает.

Червь поднял голову — если у червей бывают головы — и уставился на Марка. Глаза у него были необычные: не просто блестящие точки, а настоящие глаза, с радужкой и зрачком. Серые, с золотыми искрами.

— Трупный землерой, — прокомментировал Костоправ. — Самый низший вид подземных тварей. Обычно живут стаями, жрут падаль, боятся света. Но этот... этот какой-то странный.

— Почему?

— Он один. Трупные землерои не живут поодиночке. И он не боится. Смотрит на тебя и не убегает.

Марк протянул руку к червю.

Клык напрягся:

— Хозяин, осторожно. Если он выпустит кислоту...

— Не выпустит.

Марк сам не знал, откуда в нем эта уверенность. Но когда его пальцы коснулись влажной кожи червя, он почувствовал то, что чувствовал только однажды — когда впервые коснулся Клыка.

Пустоту.

Голод.

Желание быть чем-то большим.

— Ты такой же, как я, — прошептал Марк. — Аномалия.

Червь моргнул. И вдруг... заговорил.

Не словами — образами. Картинками, которые вспыхивали в голове Марка.

Темнота. Одиночество. Стая, которая сгорела в кислотном дожде. Он один выжил, потому что спрятался глубоко. Потом — голод. Долгий, бесконечный голод, который нельзя утолить, потому что вокруг нет падали. Потом — странный свет. Зов. Кто-то звал его с поверхности. И он выполз. А здесь — Марк.

— Ты слышал меня? — удивился Марк. — Мой голос? Мою силу?

Образ: Да. Ты светишься в темноте. Как солнце. Я хочу к тебе.

— Он хочет присоединиться, — перевел Клык. — Добровольно. Как я когда-то.

Марк посмотрел на червя.

Уровень 1. Самый слабый из всех, кого он встречал. Даже могильные грызуны были сильнее. Но в этом существе было что-то, чего не было в других тварях — воля. Желание жить. Желание расти.

— Знаешь, что я делаю с теми, кто приходит ко мне? — спросил Марк. — Я забираю их. Делаю своими слугами. Ты станешь частью меня. Частью моей тьмы. Это больно. Это страшно. Это может убить.

Червь снова моргнул.

Образ: Я уже умирал. Кислотный дождь убил всех. Я остался. Я не боюсь. Возьми меня.

Марк усмехнулся.

— Клык, ты был прав. В этом мире есть те, кто хочет быть чем-то большим. Даже черви.

Он положил обе руки на скользкое тело трупного землероя и закрыл глаза.

Заражение тьмой. Принятие.

Процесс занял всего минуту.

Червь оказался удивительно восприимчив к тьме — он впитывал ее, как сухая земля воду. Его тело засветилось черным, слизь на коже закипела, но не обожгла — просто стала гуще, темнее, тяжелее.

А потом свет погас.

И перед Марком лежал... не червь.

Существо выросло — теперь оно было около двух метров в длину, толщиной с ногу взрослого человека. Кожа потемнела, стала почти черной, с редкими серыми прожилками. Глаза — те же, серые с золотом, но теперь в них читался разум.

Самое главное — слизь исчезла. Вернее, она стала частью тела — теперь кожа существа просто слегка поблескивала, но не выделяла кислоты. Вместо этого, когда червь — уже не червь — шевелился, земля под ним не плавилась, а уплотнялась, становясь тверже камня.

[ЭВОЛЮЦИЯ ЗАВЕРШЕНА]

Тип: Трупный землерой (ур.1) → Глубинный странник (ур.7)

Новые характеристики:

· Уплотнение почвы (способен превращать обычную землю в камень простым касанием)

· Чувство глубины (видит сквозь землю на 100 метров)

· Кислотная кровь (при ранении разъедает врагов, но не вредит союзникам)

· Безмолвная речь (общается мыслеобразами, как Клык)

— Глубинный странник, — прочитал Костоправ. — Никогда о таких не слышал. Уникальный класс.

Существо подползло к Марку и ткнулось головой ему в ногу. Жест был почти собачьим, несмотря на отсутствие лап и наличие скользкой кожи.

— Имя, — сказал Марк. — Ты хочешь имя?

Образ: Да. Я хочу быть твоим.

— Ты будешь Шепот. Потому что ты пришел ко мне из-под земли, как тихий звук, который никто не слышал, кроме меня.

Шепот издал тихий звук — не то свист, не то шипение — и обвился вокруг ноги Марка кольцом. Теплый, влажный, но почему-то не противный. Наоборот — уютный.

Клык подошел ближе, обнюхал нового члена отряда.

— Маленький, — сказал он мысленно. — Слабый. Но умный. И преданный. Я чувствую это. Он будет хорошим.

— Он будет копать, — добавил Костоправ. — Если нам придется уйти под землю, Шепот проведет нас там, где никто не пройдет. Ценность такого союзника трудно переоценить.

Марк кивнул и посмотрел на запад.

— Двигаемся дальше. Библиотекарь ждет.

Отряд тронулся в путь.

Клык впереди — четыре глаза сканируют пространство.

Двенадцать жнецов за ним — тени среди серой травы.

Марк в центре — Владыка бездны, создатель армии.

Костоправ рядом — древняя мудрость в костяной оболочке.

Крушитель сзади — гора, стена, таран.

И Шепот — под землей.

Он ушел вглубь сразу, как только отряд двинулся. Марк чувствовал его присутствие где-то внизу — теплое, спокойное, преданное. Шепот прокладывал путь под ногами, уплотнял почву, чтобы отряду было легче идти, и сканировал глубины на предмет опасности.

С таким союзником врасплох их не застанет никто.

[НОВЫЙ СОСТАВ ОТРЯДА]

Марк: ур.58 (Владыка бездны)

Клык: ур.41 (Теневой ловчий, ранг 4)

Крушитель: ур.59 (Горный титан, ранг 5)

Костоправ: ур.43 (Некромант, ранг 3)

Жнецы-элита (12): ур.35-48 (ранг 4)

Шепот: ур.7 (Глубинный странник, уникальный класс)

Отряд шел уже пятый час, когда Марк почувствовал странную вибрацию под ногами.

Сначала он подумал, что это Крушитель топает слишком сильно — Горный титан действительно сотрясал землю каждым шагом. Но вибрация была другой: ритмичной, пульсирующей, почти живой.

— Клык, — позвал он мысленно. — Чувствуешь?

— Да. Это Шепот. Он... меняется.

Марк остановился, поднял руку, приказывая отряду замереть.

И в этот момент земля перед ним вздыбилась.

Огромный холм вырос прямо на глазах — метров десять в диаметре, пять в высоту. Трава на нем почернела и осыпалась пеплом. Воздух наполнился запахом озона и чего-то древнего, подземного, никогда не видевшего солнца.

— Назад! — крикнул Костоправ, взмахнув посохом. — Отходите!

Жнецы мгновенно перестроились в боевой порядок, клинки сверкнули в сумеречном свете. Крушитель заслонил Марка своей каменной тушей. Клык припал к земле, готовый к прыжку.

А холм продолжал расти.

— Стоять, — тихо сказал Марк. — Не нападать. Это Шепот.

— Откуда ты знаешь? — прошипел Костоправ.

— Я чувствую его. Он... он не враг. Он просто растет.

Холм треснул.

Из земли показалось нечто.

Сначала Марк подумал, что это змей — слишком длинное, слишком гибкое тело, покрытое чешуей, переливающейся черным и серебром. Но когда существо выбралось наружу полностью, он понял: это не змей.

Это был дракон.

Подземный дракон.

Длина тела — метров двадцать от носа до кончика хвоста. Толщина — с хорошее дерево, в обхвате не обнять. Чешуя — крупная, каждая пластина размером с ладонь, черная с серебряными прожилками, пульсирующими в такт дыханию. Голова — массивная, с костяным гребнем, уходящим от затылка до середины спины. Глаза — огромные, серые с золотом, вертикальные зрачки сужены в щелки.

Из пасти, когда существо приоткрыло ее, показались ряды зубов — каждый размером с кинжал.

И эти зубы улыбались.

— Хозяин, — раздался в голове Марка голос. Глубокий, рокочущий, но в то же время знакомый — тот же тембр, что был у Шепота, только во много раз сильнее. — Я вернулся.

Клык, который все это время стоял в боевой стойке, вдруг расслабился и сел на землю.

— Шепот? — переспросил он мысленно. — Это ты?

— Я. Прости, что напугал. Я не ожидал, что так выйдет. Просто... я почувствовал, что могу стать больше. И стал.

Марк обошел Крушителя, который все еще загораживал его своей тушей, и встал перед огромной мордой подземного дракона.

— Как? — спросил он. — Ты же был седьмого уровня. Как ты вырос до...

Он открыл системное окно и присвистнул.

[НОВЫЙ УРОВЕНЬ СЛУГИ]

Шепот: ур.7 → ур.40

Класс эволюции: Безднарий (ранг 4, уникальный)

Новые способности:

· Пожиратель глубин (поглощает минералы и магию из земли, растет без дополнительных вливаний силы)

· Кислотное дыхание (выдыхает облако кислоты, разъедающее всё, кроме союзников)

· Уплотнение реальности (способен уплотнять не только землю, но и воздух, создавая невидимые стены)

· Чувство мира (видит сквозь любые преграды на 500 метров вглубь и 200 метров вверх)

· Подземный рывок (движется сквозь землю со скоростью 100 км/ч)

· Древний голос (мысленная речь на любом расстоянии, может общаться одновременно со всеми членами отряда)

— Сороковой уровень, — выдохнул Костоправ. — За несколько часов. Марк, это... это невозможно.

— Для него возможно, — ответил Шепот. — Под землей есть то, чего вы не видите. Жилы чистой магии. Останки древних тварей, пропитанные силой. Я нашел их, когда пошел вглубь. И я их съел.

— Все?

— Много. Очень много. Я не мог остановиться. Это было как голод — такой же, как у хозяина. Я чувствовал силу и хотел еще. И еще. И еще.

Шепот опустил огромную голову к земле, чтобы оказаться на одном уровне с Марком.

— Ты сердишься? Я не спросил разрешения.

Марк протянул руку и коснулся его морды. Чешуя была теплой, чуть вибрирующей — внутри дракона гудела сила.

— Нет, — сказал он. — Не сержусь. Ты сделал то, что должен был. Ты вырос. Ты стал сильнее. Ты сможешь лучше защищать отряд.

— Я смогу лучше защищать тебя, — поправил Шепот. — Ты мой хозяин. Ты дал мне имя. Ты дал мне цель. Я буду твоим щитом снизу, как Крушитель — щит сверху.

Крушитель, который все это время стоял истуканом, вдруг шагнул вперед и уставился на дракона.

— Большой, — прогудел он. — Очень большой. Но я больше.

— Ты тяжелее, — согласился Шепот. — Я длиннее.

— Я сильнее.

— Я быстрее.

— Я могу раздавить.

— Я могу прокусить.

— Хватит, — вмешался Марк. — Вы оба сильные. Вы оба мои. Драться будете только с врагами. Ясно?

Крушитель и Шепот переглянулись.

— Ясно, — сказали они почти хором — один прогудел, второй прошипел мысленно.

Клык подошел к дракону, обошел его кругом, обнюхал.

— Ты пахнешь глубиной, — заметил он. — Тысячи лет. Древние кости. Магия, которой уже нет на поверхности.

— Там есть еще, — ответил Шепот. — Много. Если мы пойдем под землей, я покажу. Там можно спрятаться от любого врага. Там можно найти силу, о которой вы не знаете.

— Потом, — отрезал Марк. — Сначала Библиотекарь. Шепот, ты идешь с нами или под землей?

— Под землей. Так я буду видеть больше. Если кто-то подойдет снизу, я встречу. Если кто-то нападет сверху, я ударю из-под земли. Это моя роль.

— Хорошо. Тогда двигаемся дальше. Клык, веди.

Отряд снова тронулся в путь, но теперь он выглядел иначе.

Клык впереди — Теневой ловчий, четыре глаза, нюх на три лиги.

Двенадцать жнецов за ним — элита, имена, характеры, клинки.

Марк в центре — Владыка бездны, создатель монстров.

Костоправ рядом — костяной мудрец, знающий тысячу лет.

Крушитель сзади — гора, стена, таран, пятьдесят девятый уровень.

И Шепот — под землей.

Но теперь Шепот был не маленьким червем, а чудовищем длиной в двадцать метров, способным двигаться сквозь камень со скоростью ветра и видеть врагов за полкилометра в любом направлении.

Иногда земля под ногами отряда чуть заметно вибрировала — это Шепот прокладывал путь, уплотняя почву, чтобы идти было легче. Иногда из-под земли доносился тихий гул — дракон общался с кем-то в глубине, спрашивал дорогу, узнавал новости.

А однажды Марк почувствовал, как что-то огромное скользнуло прямо под ним — Шепот проверял, все ли в порядке.

— Ты как там? — спросил Марк мысленно.

— Хорошо, — ответил дракон. — Здесь темно, спокойно и вкусно. Я нашел еще одну жилу. Можно я съем?

— Ешь. Но не отставай.

— Я никогда не отстану, хозяин. Я всегда буду под тобой.

Марк улыбнулся и пошел дальше.

Армия росла. Армия становилась сильнее. И где-то впереди, за горизонтом, их ждал Библиотекарь.

[ОБНОВЛЕННЫЙ СОСТАВ ОТРЯДА]

Марк: ур.58 (Владыка бездны)

Клык: ур.41 (Теневой ловчий, ранг 4)

Крушитель: ур.59 (Горный титан, ранг 5)

Шепот: ур.40 (Безднарий, ранг 4, уникальный)

Костоправ: ур.43 (Некромант, ранг 3)

Жнецы-элита (12): ур.35-48 (ранг 4)

[НОВЫЙ УРОВЕНЬ УГРОЗЫ ОТРЯДА]

Оценка системы: Армия вторжения среднего масштаба. Наличие подземного ударного элемента делает отряд практически неуязвимым для засад и окружения. Рекомендация для существ уровня 150+: избегать прямого столкновения без значительного численного превосходства. Рекомендация для существ уровня 200+: соблюдать крайнюю осторожность.

Отряд шел всю ночь и весь следующий день.

Мертвые поля тянулись бесконечной серой равниной, и только далекие холмы на горизонте подсказывали, что они все-таки движутся вперед. Клык периодически уходил в разведку, возвращался с докладами: "Никого", "Пусто", "Только старые кости". Жнецы молчали, каждый погруженный в свои новые мысли. Крушитель размеренно топал сзади, и каждый его шаг отдавался глухим ударом.

Шепот перемещался под землей.

Марк чувствовал его присутствие постоянно — огромное тело дракона скользило в глубине, то уходя на сотню метров вниз, то поднимаясь почти к самой поверхности. Иногда земля под ногами становилась тверже — Шепот уплотнял ее, чтобы отряду было легче идти. Иногда вибрация менялась — дракон находил что-то интересное и замирал, изучая находку.

— Хозяин, — раздался в голове Марка голос Шепота. — Там впереди кое-что странное.

— Что именно?

— Я не понимаю. Это под землей, глубоко. Метров сто. Там... пустота. Но не пустота. Там что-то есть, но я не могу это почувствовать. Как будто черная дыра.

Марк нахмурился.

— Опасно?

— Не знаю. Я боюсь подойти ближе. Впервые боюсь.

Клык, услышавший разговор через общую связь, остановился и повернул голову.

— Я ничего не чувствую на поверхности, — сказал он. — Если там что-то есть, оно не выходит наружу.

— Или ждет, — добавил Костоправ, подходя ближе. — Подземные аномалии — штука опасная. Я помню, тысячу лет назад на востоке открылась такая пустота. Из нее вылезло такое... мы три дня потом собирали армию заново.

— Что вылезло?

— Не помню. Я умер в первый день.

Марк задумался.

С одной стороны, лезть в неизвестность, когда цель уже близка — глупо. Библиотекарь ждал их где-то за холмами, и ввязываться в приключения на пустом месте не хотелось.

С другой стороны — Шепот боялся. А Шепот, прошедший эволюцию от червя до дракона за несколько часов, бояться не должен был вообще.

— Веди, — сказал Марк. — Посмотрим, что там.

— Хозяин, — Шепот колебался. — Там правда страшно.

— Я рядом. Клык рядом. Крушитель рядом. Если там что-то опасное — мы его убьем или убежим. Но я должен знать, что пугает моего слугу.

Дракон молчал несколько секунд, а потом земля под ногами дрогнула.

— Хорошо. Идите за мной. Но осторожно. Очень осторожно.

Пустота оказалась в двух километрах от их маршрута.

Обычное место — ничем не примечательный участок равнины, поросший серой травой. Ни холмов, ни оврагов, ни камней. Только трава, ветер и тишина.

Но под землей...

— Смотри, — Шепот мысленно передал образ.

Марк закрыл глаза и увидел.

Глубоко под поверхностью, на стометровой глубине, зияла пустота. Идеально круглая полость диаметром метров пятьдесят. Стены — гладкие, словно отполированные. И в центре — нечто.

Нечто, что Шепот не мог разглядеть.

— Там нет минералов, — объяснил дракон. — Нет магии. Нет ничего. Мои чувства просто... обрываются. Как будто стена.

— Мы идем туда? — спросил Клык.

Марк посмотрел на своих слуг.

Двенадцать жнецов замерли в ожидании приказа. Крушитель сжимал огромные кулаки. Костоправ нервно постукивал пальцами по посоху. Клык сканировал горизонт всеми четырьмя глазами. А глубоко внизу Шепот дрожал от страха — дракон, способный прогрызть камень, боялся неизвестности.

— Идем, — решил Марк. — Шепот, делай проход. Клык, прикрой. Крушитель, ты последний. Если что-то пойдет не так — вытаскиваешь всех.

— А если не смогу?

— Сможешь. Ты гора.

Крушитель кивнул и встал над тем местом, где Шепот начал рыть.

Дракон работал быстро — его новая форма позволяла буквально плавить землю. За минуту он прорыл вертикальный туннель диаметром три метра, уходящий вглубь. Стены туннеля Шепот уплотнил до состояния камня — они блестели, как полированный гранит.

— Готово, — донеслось из глубины. — Я спустился. Здесь... странно.

Марк спрыгнул первым.

Туннель уходил вертикально вниз, но Шепот сделал в стенах углубления — удобные выступы, по которым можно было спускаться. Марк двигался быстро, чувствуя, как тьма вокруг него сгущается, приветствуя возвращение в свою стихию.

За ним спустились Клык (ловко перепрыгивая с выступа на выступ), Костоправ (парил на магии, экономя кости) и пятерка самых быстрых жнецов — Первый, Дым, Бездна, Тишина и Ноль. Остальные остались наверху с Крушителем — прикрывать вход.

Сто метров глубины Марк преодолел за пять минут.

И оказался в пустоте.

Это было похоже на сон.

Огромная круглая пещера — идеальная сфера, словно вырезанная неведомым инструментом. Стены — черные, блестящие, без единой трещины. Пол — такой же гладкий, что в нем отражалось все, как в зеркале.

В центре стоял саркофаг.

Каменный, массивный, покрытый письменами, которых Марк не понимал. Письмена светились слабым голубым светом — единственный источник освещения во всей пещере.

— Что это? — прошептал Костоправ.

— Не знаю, — Марк сделал шаг вперед.

— Стой! — Клык зарычал и преградил ему путь. — Там ловушка. Я чувствую.

— Какую?

— Не знаю. Но если ты сделаешь еще шаг — мы все умрем.

Марк замер.

В этот момент саркофаг открылся.

Крышка медленно съехала в сторону, и изнутри поднялась фигура.

Человек. Мужчина. Высокий, худой, с длинными седыми волосами, разметавшимися по плечам. Одет в простые белые одежды, совсем не подходящие для подземного захоронения. Глаза закрыты.

— Кто ты? — спросил Марк.

Фигура открыла глаза.

Они были пустыми. Абсолютно, полностью пустыми — ни зрачков, ни радужки, ни белков. Просто две черные дыры в лице.

— Тот, кто ждал, — ответил человек. Голос у него был тихий, спокойный, лишенный эмоций. — Тот, кто знал, что ты придешь.

— Откуда ты знал?

— Я вижу. Я всегда видел. Ты — аномалия. Ты — тот, кто сломает круг. Ты — Владыка бездны.

Марк напрягся.

— Ты знаешь мой класс?

— Я знаю всё, что было. Я знаю всё, что будет. Я знаю, что ты убьешь Библиотекаря. Я знаю, что после этого ты спустишься глубже. Я знаю, что там ты найдешь то, что ищешь.

— Что я ищу?

— Себя, — человек улыбнулся. — Ты ищешь себя. Того, кем ты был до того, как проснулся в гробу. Того, кто создал тебя.

Марк сделал шаг вперед, игнорируя предупреждение Клыка.

— Ты знаешь, кто меня создал?

— Знаю. Но не скажу. Ты должен найти сам. Иначе не сработает.

— Что не сработает?

— Твое предназначение. Ты — ключ, Марк. Ключ к клетке, в которой сидит тот, кого нельзя выпускать. Но чтобы ключ сработал, ты должен хотеть открыть клетку. Добровольно. Осознанно. Без принуждения.

Человек шагнул вперед, и свет от письмен упал на его лицо. Марк увидел — это не человек. Вообще не человек. Под белой кожей не было мышц, не было костей — была тьма. Такая же, как внутри самого Марка.

— Ты — нежить, — сказал Марк.

— Я — ничего, — поправил тот. — Я — пустота. Я — то, что осталось от существа, которое пыталось убить древнего бога и проиграло. Меня не существует. Я просто воспоминание, которое заперли здесь, чтобы оно не мешало.

— Зачем ты здесь?

— Чтобы передать тебе это.

Человек — пустота — воспоминание — протянул руку. На ладони лежал небольшой черный камень, пульсирующий тьмой.

— Что это?

— Частица меня. То, что осталось от моей силы. Ты можешь отдать ее своему слуге. Тому, кто под землей. Он станет сильнее. Намного сильнее.

— Зачем тебе это?

— Затем, что когда ты убьешь бога, я смогу умереть по-настоящему. А пока я жив — я хочу помочь. Хотя бы так.

Марк взял камень.

И в ту же секунду человек — пустота — воспоминание — рассыпался прахом. Белые одежды упали на пол пустой оболочкой, и через мгновение истлели, оставив только темное пятно на гладком камне.

— Хозяин, — Шепот подполз ближе, глядя на камень всеми своими глазами. — Что это?

— Твой подарок, — Марк протянул камень дракону. — Держи.

Шепот осторожно взял камень пастью — огромные клыки сомкнулись вокруг пульсирующей тьмы.

И проглотил.

Эволюция Шепота в этот раз была не такой, как в первый.

Тогда он просто вырос — из червя в дракона. Теперь он менялся качественно.

Тело дракона начало светиться изнутри — черный свет, такой плотный, что казался осязаемым. Чешуя плавилась и затвердевала заново, становясь не просто черной — абсолютно черной, поглощающей любой свет. Глаза из серых с золотом превратились в две бездны — такие же, как у того существа в саркофаге.

Размер увеличивался прямо на глазах. Двадцать метров? Тридцать? Сорок?

К тому моменту, когда свечение погасло, Шепот занимал почти всю пещеру.

Длина — пятьдесят метров. Толщина — с небольшой дом. Чешуя — живая тьма, в которой тонули взгляды. Голова — массивная, украшенная тремя парами рогов, закрученных в спираль. Из пасти, когда дракон дышал, вырывались не клубы пара — клубы тьмы, оседающие на стенах черной росой.

И глаза. Пустые глаза, в которых не было ничего, кроме обещания смерти.

[ЭВОЛЮЦИЯ ЗАВЕРШЕНА]

Шепот: ур.40 → ур.58

Класс эволюции: Безднарий (ранг 5) → Пожиратель пустоты (ранг 5, легендарный)

Новые способности:

· Поглощение реальности (может "съедать" пространство, создавая зоны абсолютной пустоты)

· Дыхание бездны (выдыхает не кислоту, а саму тьму, убивающую всё живое мгновенно)

· Невидимость в пустоте (становится абсолютно невидимым в темноте, не оставляет следов)

· Хозяин глубин (контролирует все подземные пространства в радиусе 5 км, может уплотнять, разжижать или уничтожать любой грунт)

· Мысленный укус (атакует не тело, а разум врага, вызывая мгновенную смерть мозга)

· Вечный голод (пассивная способность: растет, просто существуя, поглощая фоновую магию мира)

— Пятьдесят восьмой, — прошептал Костоправ. — Твой уровень, Марк. Он догнал тебя.

Шепот — теперь уже Пожиратель пустоты — повернул огромную голову к хозяину. В пустых глазах не было эмоций, но Марк чувствовал связь — такую же сильную, как с Клыком.

— Хозяин, — голос дракона звучал в голове у всех одновременно. — Я вижу дальше. Я вижу глубже. Я вижу Библиотекаря. Он ждет. Он знает, что мы идем. Он не боится.

— А ты?

— Я тоже не боюсь. Теперь нет.

Марк кивнул и повернулся к выходу из пещеры.

— Тогда идем. Хватит прятаться под землей. Выходим на поверхность и встречаем врага лицом к лицу.

Шепот скользнул в туннель — его огромное тело двигалось с невероятной грацией, не задевая стен. За ним двинулись жнецы, Клык, Костоправ.

Наверху их ждал Крушитель, который при виде выползающего из-под земли пятидесятиметрового дракона только крякнул:

— Вырос, — сказал он. — Совсем большой. Теперь я не самый большой.

— Ты самый тяжелый, — ответил Шепот. — Я самый длинный.

— Хватит, — прервал их Марк. — Клык, веди к Библиотекарю. Всем приготовиться к бою.

Отряд двинулся к холмам за горизонтом.

Впереди бежал Клык — Теневой ловчий, сорок первый уровень.

За ним плыли двенадцать жнецов-элит.

Посередине шагал Марк в окружении Костоправа и Крушителя.

А под землей, на глубине ста метров, скользил Шепот — Пожиратель пустоты, пятьдесят восьмой уровень, легендарный дракон, способный сожрать реальность.

Библиотекарь ждал.

[ИТОГОВЫЙ СОСТАВ ОТРЯДА]

Марк: ур.58 (Владыка бездны)

Клык: ур.41 (Теневой ловчий, ранг 4)

Крушитель: ур.59 (Горный титан, ранг 5)

Шепот: ур.58 (Пожиратель пустоты, ранг 5, легендарный)

Костоправ: ур.43 (Некромант, ранг 3)

Жнецы-элита (12): ур.35-48 (ранг 4)

[ИТОГОВЫЙ УРОВЕНЬ УГРОЗЫ]

Оценка системы: Элитная ударная группа. Наличие двух существ уровня 50+ (Крушитель и Шепот) и командира с легендарным классом делает отряд способным уничтожать цели до 200 уровня в одиночку. Рекомендация для существ уровня 200+: не вступать в бой без поддержки армии. Рекомендация для существ уровня 250+: соблюдать максимальную осторожность.

Глава 24. Библиотекарь

Холмы на горизонте оказались не холмами.

Когда отряд подошел ближе, Марк увидел, что это руины — огромные, раскинувшиеся на километры, останки того, что когда-то было городом. Колонны, уходящие в небо, арки, под которыми мог бы пройти Крушитель, не пригибаясь, площади, вымощенные камнем, который не тронуло время.

— Это было здесь всегда? — спросил Марк.

— Нет, — ответил Костоправ. — Город появляется только когда Библиотекарь хочет, чтобы его нашли. Раньше здесь была пустошь. Как Мертвые поля.

— Он нас приглашает.

— Похоже на то.

Отряд вступил на каменные плиты бывшей площади.

И в этот момент Марк почувствовал.

Город был живым.

Не в метафорическом смысле — он действительно дышал. Камни под ногами пульсировали слабым голубоватым светом, колонны гудели на пределе слышимости, воздух был плотным, как вода.

— Хозяин, — голос Шепота из-под земли звучал напряженно. — Здесь всё пронизано магией. Даже глубина. Я не могу копать — земля становится камнем, когда я пытаюсь пройти.

— Оставайся на поверхности, — приказал Марк. — Все вместе.

Шепот вырвался из-под земли с грохотом, подняв тучу каменной крошки. Его пятидесятиметровое тело зависло над площадью, закрывая полнеба. Жнецы мгновенно рассредоточились, занимая боевые позиции. Крушитель встал перед Марком, Клык — сбоку, припав к земле.

— Не нужно, — раздался голос.

Он исходил отовсюду и ниоткуда. Тихий, спокойный, очень старый.

Из тени одной из колонн вышел человек.

Он был невысоким, сутулым, в длинном сером балахоне, заштопанном во многих местах. Лицо скрывал глубокий капюшон, из-под которого торчала седая борода, спутанная, словно в ней жили птицы. В руке — посох, но не боевой, а скорее опорный, с набалдашником в виде раскрытой книги.

Библиотекарь.

Уровень 300.

Клык зарычал, но не агрессивно — скорее, напряженно. Жнецы замерли, ожидая приказа. Шепот в небе издал низкий гул, от которого задрожали камни.

А Марк шагнул вперед.

— Я пришел.

— Я знаю, — Библиотекарь откинул капюшон.

Под ним оказалось лицо, которое могло принадлежать кому угодно — старику, юноше, мужчине, женщине. Оно менялось каждую секунду, оставаясь при этом одинаковым. Глаза — серые, глубокие, смотрящие сквозь время.

— Ты убил Мясника. Убил Мать Червей. Договорился с Гнилым Королем. Твоя армия растет. Твоя сила растет. Ты пришел убить меня?

— Это зависит от тебя.

— От меня? — Библиотекарь улыбнулся. — Я — последний страж. Если я паду, цепь оборвется. То, что спит под кладбищем, почует свободу. Ты готов к этому?

— Я готов к правде.

Старик — юноша — мужчина — женщина кивнул.

— Тогда идем. Твоим слугам нечего бояться — здесь им ничего не угрожает. Если, конечно, они не начнут ломать книги.

Он развернулся и пошел между колонн, не оборачиваясь.

Марк двинулся следом. Клык шагнул было за ним, но Марк поднял руку:

— Ждите здесь.

— Хозяин, — Клык не скрывал тревоги.

— Я сказал — ждите.

Зверь оскалился, но остался на месте. Шепот медленно опустился на землю, обвив кольцами колонну. Крушитель застыл истуканом, сжимая кулаки. Костоправ только вздохнул и оперся на посох.

— Старый дурак, — проскрипел он. — Иди. Мы подождем.

Библиотекарь привел Марка в самое сердце города.

Здесь не было колонн и арок. Здесь было здание — огромное, вросшее в землю, поросшее мхом и временем. Оно напоминало сплющенную пирамиду, увенчанную куполом из черного стекла.

— Библиотека, — сказал старик. — Все знания этого мира. Все, что было. Все, что будет.

— Здесь?

— Здесь. — Он толкнул дверь.

Внутри было темно и тихо. Пахло пылью, пергаментом и чем-то еще — чем-то очень древним, забытым.

Библиотекарь щелкнул пальцами.

Зажглись светильники — тысячи, десятки тысяч. Они висели в воздухе, паря между бесконечными стеллажами, уходящими вверх, вниз, во все стороны. Марк стоял на узкой платформе, а вокруг была бесконечность книг.

— Впечатляет, — признал он.

— Это только первый уровень. Всего их триста. По одному на каждый мой уровень.

— Ты построил это?

— Я нашел это. И сохранил. Когда мир умер в первый раз, эти знания должны были исчезнуть. Я не дал.

Марк посмотрел на старика.

— Кто ты?

— Я — тот, кто был. Я — хранитель. Я — последний из тех, кто видел создание этого мира. Я — тот, кто помнит.

— Помнишь что?

— Всё.

Библиотекарь подошел к одному из стеллажей, взял книгу — тонкую, в черном переплете — и протянул Марку.

— Это про тебя.

Марк взял книгу, открыл.

Страницы были пусты.

— Я не понимаю.

— Это потому, что ты еще не стал тем, кем должен стать. Когда ты станешь — книга заполнится. А пока... — Библиотекарь вздохнул. — Пока я расскажу тебе историю.

Он сел прямо на пол, опершись спиной на стеллаж. Марк опустился рядом.

— Давно, очень давно, этот мир был живым, — начал старик. — Не кладбищем, не пустошью, а настоящим миром. Люди, звери, боги. Всё как положено.

— Что случилось?

— Пришел он. Тот, кто спит под нами. Его называли по-разному — Пожиратель, Тишина, Конец. Он был не злым, не добрым. Он был голодным. Он пришел и начал есть. Мир. Душу. Время. Всё.

— И его остановили?

— Его заперли. Четверо — первые, сильнейшие — отдали свои жизни, чтобы создать тюрьму. Но тюрьма требует стражей. И стражей сделали из их детей. Потом из детей детей. Потом из тех, кто оказался рядом, когда очередной страж умер. Так появились Четверо. Мы.

— Ты — потомок тех, кто запер бога?

— Я — тот, кто был. Я — первый страж. Я не умирал. Я просто... менялся. Каждую тысячу лет я становлюсь новым человеком. Но помню всё.

Марк молчал, переваривая информацию.

— А я? — спросил он наконец. — Кто создал меня?

Библиотекарь посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты — это ошибка. Или чудо. Как посмотреть. Тот, кто создал тебя, хотел создать оружие. Оружие, способное убить бога. Но он ошибся в расчетах.

— Кто?

— Тот, кого ты знаешь как Литу. Богиня. Последняя из настоящих богов. Она решила, что тюрьма — это не выход. Что бога надо убить. И она создала тебя. Но она не учла, что для убийства бога нужно не оружие. Нужно желание. Свободное, добровольное желание.

— Желание чего?

— Желание умереть. Или желание убить. Бога нельзя победить силой. Его можно только... переиграть. Он — голод. Он ест всё. Единственный способ остановить его — дать ему то, что он не сможет переварить.

— Что это?

— Ты.

Марк замер.

— Я — то, что он не сможет переварить?

— Ты — пустота, Марк. Ты — голод, как и он. Но ты — голод, который может насытиться. Который может расти. Который может выбирать. Он — просто голод. Бесконечный, бессмысленный. Если ты столкнешься с ним, случится одно из двух: либо ты поглотишь его, либо он — тебя.

— А если я поглощу его?

— Ты станешь новым богом. Или новым чудовищем. Это зависит от того, кем ты будешь в тот момент.

Марк поднялся.

— Ты говоришь так, будто это уже предрешено.

— Всё предрешено. — Библиотекарь тоже встал, опираясь на посох. — Я вижу будущее. И в каждом будущем ты спускаешься в глубину. В каждом будущем ты встречаешься с ним. Разница только в том, с кем ты приходишь.

— С армией?

— С друзьями. — Старик улыбнулся. — Твои слуги — не просто слуги, Марк. Они — твои якоря. Пока они с тобой, ты — человек. Когда они умрут, ты станешь чудовищем. Выбирай.

Марк повернулся к выходу.

— Я не собираюсь их терять.

— Никто не собирается. Но бог голода не спрашивает, хочешь ты терять или нет. Он просто ест.

— Тогда я съем его первым.

Марк шагнул к двери, но голос Библиотекаря остановил его:

— Ты не хочешь узнать, что будет после? Если ты убьешь бога — мир вернется к жизни? Или умрет окончательно?

— Я узнаю это после.

— А если будет поздно?

Марк обернулся.

— Ты видел будущее. Скажи мне — в каком из вариантов мир выживает?

Библиотекарь молчал долго. Очень долго.

— Ни в одном, — сказал он наконец. — Мир умрет в любом случае. Вопрос только в том, как — быстро или медленно. И кто будет рядом с тобой, когда это случится.

Марк кивнул, словно ожидал этого ответа.

— Тогда мне нечего терять. Спасибо за правду.

Он вышел из библиотеки, оставив старика в одиночестве.

На площади его ждали.

Клык первым бросился навстречу, обнюхал, убедился, что хозяин цел, и только потом отступил.

— Что он сказал? — спросил Костоправ.

— Что я должен убить бога.

— И ты согласился?

— Я не соглашался. Я просто узнал, что это неизбежно.

Крушитель нахмурился.

— Бог — это сильно. Я могу его ударить?

— Не знаю. Но если придется — будешь первым.

Огр довольно заухал.

Шепот, все еще обвивающий колонну, открыл свои пустые глаза.

— Я чувствую его, хозяин. Глубоко. Очень глубоко. Он спит, но он знает, что мы здесь. Он ждет.

— Тогда не будем заставлять его ждать.

Марк повернулся к библиотеке. Старик стоял в дверях, глядя на него.

— Я ухожу, — сказал Марк. — Ты будешь меня останавливать?

— Нет. Я только храню знания. Я не мешаю им воплощаться.

— Тогда прощай.

— До встречи, Марк. Мы еще увидимся. Когда всё закончится.

Марк кивнул своим. Отряд развернулся и двинулся прочь из мертвого города.

Впереди, под ногами, под холмами, под всем кладбищем, спал тот, ради кого всё это затевалось.

Бог голода.

Пожиратель миров.

И Марк шел к нему.

Глава 25. Спуск

Они шли неизвестно сколько.

Не к Библиотекарю — он остался позади, серой точкой на горизонте, растворившейся в дымке. Они шли вниз.

Это началось незаметно. Сначала просто изменился рельеф — равнина пошла трещинами, между которыми пробивался пар, пахнущий серой и чем-то более древним. Потом трава исчезла, уступив место голой земле, а земля — камню, черному, с красными прожилками, пульсирующими в такт чему-то глубоко внизу.

— Мы на правильном пути, — сказал Шепот. Он снова ушел под землю, но теперь двигался осторожно, словно боясь разбудить то, что спало рядом.

— Откуда знаешь? — спросил Марк.

— Я чувствую его дыхание. Оно поднимается сквозь камень. Горячее. Голодное.

Клык фыркнул, отряхиваясь от пыли, которая здесь была повсюду — мелкой, въедливой, пахнущей смертью.

— Я не чувствую ничего, кроме этого запаха. Он забивает всё.

— Потому что ты привык охотиться на поверхности, — ответил Шепот. — Здесь другие правила. Здесь всё пахнет им.

Марк поднял руку, останавливая отряд.

Впереди земля обрывалась.

Не овраг, не пропасть — просто разлом, уходящий в бесконечную темноту. Края его были оплавлены, словно кто-то прошелся гигантским ножом, раскаленным докрасна. Из глубины поднимался ветер — не холодный, не горячий, а странно пустой, лишенный температуры, словно сама пустота дышала в лицо.

— Туда, — сказал Шепот. — Он там. Внизу.

Марк посмотрел в темноту.

Система молчала. Впервые с момента его пробуждения интерфейс не давал никакой информации — ни уровня опасности, ни рекомендаций, ни даже простого указания направления. Словно то, что ждало внизу, находилось за пределами системы.

— Крушитель, — позвал Марк. — Ты боишься высоты?

Огр подошел к краю, глянул вниз.

— Не боюсь. Я камень. Камню не страшно падать.

— Хорошо. Ты пойдешь первым. Если что-то пойдет не так — ты сможешь задержать нас?

Крушитель задумался — для него это всегда было долгим процессом.

— Смогу. Я гора. Гору не сдвинуть.

— Тогда вперед.

Крушитель шагнул в разлом.

Он не полетел вниз, как ожидал Марк. Огр просто... пошел. По вертикальной стене, как по ровной дороге. Его каменные пальцы находили опору там, где обычный человек не увидел бы и щели, а тяжесть тела, казалось, только помогала — каждый шаг вбивал ноги в камень, создавая новые ступени.

— За мной, — прогудел он снизу. — Я держу.

Марк шагнул следом.

Спуск оказался проще, чем он думал. Крушитель пробивал дорогу, оставляя в стене глубокие вмятины, в которые можно было ставить ноги. Клык двигался с невероятной легкостью, перепрыгивая с одной ступени на другую. Жнецы скользили тенями, не касаясь камня. Костоправ парил на магии, ворча что-то о молодых, которым лишь бы лезть в бездну.

Шепот ушел глубже, пробиваясь сквозь породу параллельно их пути.

— Здесь странно, — донесся его голос. — Камень живой. Я чувствую, как он дышит. Как он ждет.

— Чего ждет?

— Нас.

Первый час спуска прошел в тишине.

Стены разлома смыкались, образуя нечто вроде туннеля — неровного, оплавленного, с прожилками красного света, пульсирующего в такт невидимому сердцубиению. Воздух становился плотнее, тяжелее, словно сама тьма сгущалась вокруг.

— Хозяин, — Клык остановился, принюхиваясь. — Там впереди что-то есть. Я чувствую запах... железа и крови. Много крови.

— Живое?

— Не знаю. Оно не двигается. Просто... есть.

Марк поднял руку, приказывая замедлиться.

Крушитель замер, вцепившись в стену.

Из темноты впереди донесся звук.

Это был не вой, не скрежет, не шепот — это было дыхание. Глубокое, размеренное, такое мощное, что вибрировал камень под ногами.

— Он? — спросил Марк у Шепота.

— Нет. Это не он. Это... страж.

— Страж? Библиотекарь говорил, что Четверо — это стражи.

— Другие стражи. Те, кто охраняют путь к нему. Я чувствую их. Много. Они спали, но мы разбудили их.

Из темноты выступила фигура.

Это был воин — если слово "воин" вообще применимо к существу, которое было сплавом металла и плоти. Ростом с Крушителя, но тоньше, быстрее. Руки оканчивались не пальцами — клинками. Глаза горели красным, таким же, как прожилки в камне. Броня вросла в тело, став частью его.

Уровень 120.

— Сто двадцать, — прошептал Костоправ. — Это вам не Мясник.

Воин шагнул вперед. За ним из темноты выступили другие — трое, пятеро, десять. Все одинаковые. Все с горящими глазами. Все с уровнем под сотню.

— Хозяин, — Клык оскалился. — Их много.

— Я вижу.

— Я могу...

— Нет. Шепот, ты чувствуешь их всех?

— Да. Их тридцать. Они ждали нас. Они знали, что мы придем.

Марк посмотрел на строй врагов, преградивших путь.

Тридцать существ уровня 100+. Против его дюжины жнецов, двух зверей, одного огра и скелета. И его самого.

Система ожила:

[ОЦЕНКА СИТУАЦИИ]

Вероятность победы в лобовом столкновении: 12%

Рекомендация: отступление, поиск альтернативного пути.

Марк усмехнулся.

— Отступление? — он произнес это вслух, чтобы слышали все. — Мы не отступаем. Мы идем вниз.

Первый воин — тот, что стоял впереди всех — поднял руку-клинок.

— Вернись, — голос его звучал как скрежет металла о металл. — Он не для тебя.

— Он для того, кто сильнее, — ответил Марк. — А я сильнее.

— Ты червь. Он — бог.

— Я Владыка бездны. А он — просто еда.

Воин замер, словно переваривая услышанное.

А потом тридцать пар красных глаз вспыхнули ярче.

— Тогда умри.

Они бросились вперед.

Марк не успел скомандовать — Клык рванул первым.

Зверь двигался быстрее, чем когда-либо. Его четырехметровое тело сократило расстояние до врага в три прыжка, и первый воин встретил атаку, выставив руки-клинки. Но Клык не стал бить в лоб — он ушел вниз, скользнув под ударом, и вцепился в ноги воина челюстями, способными перекусить сталь.

Хруст. Металл и кость сдались одновременно.

Воин упал на колени, и в тот же момент Крушитель обрушил на него кулак, от которого треснул каменный пол.

— Один! — прогудел огр.

Но остальные уже налетели.

Жнецы встретили их стеной.

Первый с двумя клинками крутанулся волчком, рубя сразу троих. Дым прошел сквозь вражеский строй, оставляя за собой полосу рассеченных сухожилий. Бездна плела тьму в оковы, сковывая воинов по двое. Кость подставил себя под удар, и клинок врага разлетелся вдребезги о его живую броню.

Но врагов было больше. Намного больше.

Один из воинов прорвался сквозь строй жнецов и бросился на Марка.

— Хозяин! — закричал Клык, но он был слишком далеко.

Марк не двинулся с места.

Он смотрел, как враг приближается, как заносит руку-клинок для удара, как красные глаза горят ненавистью.

И в этот момент из стены вырвался Шепот.

Пятидесятиметровая туча челюстей сомкнулась вокруг воина, и тот исчез. Просто перестал существовать — раздавленный, разорванный, проглоченный.

— Не трогать хозяина, — голос дракона звучал спокойно, но от этого спокойствия веяло смертью.

Шепот развернулся, и его хвост смел троих воинов, припечатав их к стене. Дыхание бездны — черная тьма, вырвавшаяся из пасти, накрыла еще пятерых, и когда она рассеялась, от них остались только пустые доспехи.

— Одиннадцать! — заорал Крушитель, отрывая голову очередному врагу. — Я считаю! Одиннадцать!

Бой длился еще десять минут.

К тому моменту, как последний воин рухнул на камни, разрубленный пополам мечами Первого и Ноля, Марк потерял счет. Но Крушитель помнил:

— Тридцать. Я убил одиннадцать. Шепот — девять. Клык — четыре. Жнецы — шесть. Хозяин никого не убил. Хозяин стоял и смотрел.

— Хозяин командовал, — поправил Клык, слизывая с морды чужую кровь.

— Хозяин смотрел, — упрямо повторил огр.

Марк улыбнулся.

— Я смотрел, чтобы понять, как они двигаются. Если это только стражи, то тот, кто внизу, будет быстрее. Сильнее. Гораздо.

Костоправ, который в бою прятался за спиной Крушителя, выбрался из укрытия и осмотрел поле битвы.

— Тридцать стражей сотого уровня. Марк, ты понимаешь, что это значит?

— Что дальше будет хуже?

— Что Четверо — это были просто надзиратели. А настоящая армия — здесь. Под землей. И мы только что убили ее авангард.

Шепот, снова обвивший колонну из камня, открыл свои пустые глаза.

— Там дальше еще. Много. Я чувствую их. Они просыпаются.

— Сколько?

— Сотни. Тысячи. Я не могу сосчитать. Они везде. В стенах, в полу, в потолке. Они ждали, пока кто-то пройдет достаточно глубоко.

Марк посмотрел вниз, в темноту туннеля.

— Значит, мы идем не тихо. — Он повернулся к своим. — Все слышали? Дальше не будет засад. Дальше будет война. Клык — разведка, но если увидишь врага — не прячься. Уничтожай. Шепот — под нами, жнецы — по бокам, Крушитель — в центре. Костоправ — поддержка.

— А ты? — спросил скелет.

— Я буду впереди. Я хочу, чтобы они видели меня. Хочу, чтобы они знали — кто идет.

Марк шагнул в темноту.

И армия двинулась за ним.

Следующие два часа были адом.

Стражи выходили из стен, из пола, из потолка. Они были везде — сотни, тысячи, бесконечный поток металла и плоти, с красными глазами и клинками вместо рук. Они не говорили, не кричали, не издавали ни звука — просто атаковали, снова и снова, бесконечной волной.

Но отряд держался.

Клык рвал глотки, круша черепа, уходя из-под ударов с невероятной грацией. Шепот пожирал десятками, его дыхание бездны выжигало коридоры в толпе врагов. Крушитель стоял стеной, и ни один страж не мог пройти мимо него — каждый, кто пытался, превращался в лепешку под его кулаками.

Жнецы работали как единый механизм — Первый рубил, Дым резал, Бездна вязала, Кость прикрывал, Шорох находил слабые места, Пепел сжигал, Ржавчина разъедал, Звон крушил, Тишина убивала беззвучно, Крик оглушал, Слом ломал, Ноль исчезал и появлялся там, где его не ждали.

Костоправ поднимал мертвых стражей, и те сражались на стороне отряда, добавляя хаоса в ряды врага.

А Марк шел впереди.

Клинок Бездны пел в его руке, разрубая металл и плоть. Тень подчинялась каждому его движению, уводя от ударов, возвращая для новых. Голод пустоты разгорался в груди, требуя всё новых душ, всё новых искр.

Он рос на глазах.

Каждый убитый страж давал силу. Каждая искра вливалась в него, поднимая уровень за уровнем.

Система сыпала сообщениями, но Марк их не читал. Он просто шел вперед, оставляя за собой горы тел.

— Хозяин! — крикнул Клык в какой-то момент. — Их становится меньше!

Марк оглянулся.

Вокруг была груда металлолома и рассеченной плоти. Жнецы стояли в центре круга из тел, тяжело дыша. Крушитель был покрыт кровью с головы до ног. Шепот едва ворочался, проглотив столько врагов, что его тело раздулось.

— Сколько мы прошли? — спросил Марк.

— Половину, — ответил Шепот. — Я чувствую дно. Еще километр.

— А стражи?

— Кончились. По крайней мере, здесь.

Марк кивнул и двинулся дальше.

Дно разлома встретило их тишиной.

Здесь не было стражей, не было красных глаз, не было металлических воинов. Здесь была просто пещера — огромная, бесконечная, с черными стенами, в которых мерцали звезды.

Нет, не звезды.

Глаза.

Тысячи глаз, вделанных в стены, в пол, в потолок. Они смотрели на отряд. Смотрели на Марка.

И в центре пещеры, на троне из костей, сидел он.

Бог голода.

Он был огромен — ростом с Крушителя, но тоньше, изящнее, словно вырезанный из тьмы. Лица у него не было — только гладкая черная поверхность, на которой иногда проступали очертания рта — рта, который открывался и закрывался, втягивая воздух.

Уровень: ???

Система не показывала. Система молчала.

— Марк, — сказал бог.

Голос его звучал в голове у всех одновременно. В этом голосе не было злобы, не было ненависти. Только голод. Бесконечный, всепоглощающий голод.

— Ты пришел.

— Я пришел.

— Ты знаешь, что будет дальше?

— Знаю. Один из нас поглотит другого.

Бог поднял руку — длинную, тонкую, с пальцами, похожими на корни деревьев.

— Ты уверен, что это будешь ты?

Марк поднял Клинок Бездны.

— Уверен.

Он шагнул вперед. И тьма сомкнулась вокруг.

Глава 26. Пожиратель

Тьма сомкнулась, и мир исчез.

Марк стоял в пустоте. Ни стен, ни пола, ни потолка — только бесконечная чернота, в которой не было ничего. Даже его собственное тело казалось призрачным, едва различимым.

— Здесь нет пространства, — голос бога звучал отовсюду и ниоткуда. — Нет времени. Нет жизни. Есть только я. И ты.

Марк сжал Клинок Бездны. Лезвие светилось слабым черным светом — единственный источник в этой пустоте.

— Где мои слуги? Где отряд?

— Они там, где ты их оставил. Здесь ты один. Так нужно. Только ты и я. Только голод и голод.

Из тьмы проступила фигура.

Бог голода был не таким, как в пещере. Здесь, в своей стихии, он не имел формы — он был текучим, изменчивым, то расплываясь пятном тьмы, то сжимаясь в точку, то принимая очертания чудовища, то становясь почти человеком.

— Ты боишься, — сказал он. — Я чувствую. Твой голод дрожит перед моим.

— Это не страх, — ответил Марк. — Это предвкушение.

Он шагнул вперед и рубанул.

Клинок Бездны рассек тьму, и бог — или то, что было его формой — распался на тысячу осколков. Но осколки не исчезли — они закружились вокруг Марка, смеясь голосами, которых он никогда не слышал.

— Ты думаешь, меня можно убить мечом? Я — голод. Я — пустота. Я — то, что было до всего. Меч не может убить отсутствие.

Марк почувствовал, как тьма сжимается вокруг него, давит на грудь, на горло, на глаза. Он не мог дышать — не потому, что воздуха не было, а потому, что сам воздух исчезал, поглощаемый присутствием бога.

— Ты слаб, — продолжал голос. — Ты — только искра. Я — целое пламя. Ты — капля. Я — океан. Ты думал, что сможешь меня поглотить? Я поглощал миры, когда тебя еще не было в замыслах богов.

Марк упал на колени.

Клинок выпал из рук, утонув во тьме. Сила уходила из него, высасываемая невидимыми щупальцами голода.

— Хозяин!

Голос Клыка прорвался сквозь пустоту, как удар молнии.

Марк открыл глаза — и увидел.

Он стоял на коленях в пещере. Вокруг него — его отряд. Клык вцепился зубами в руку бога, которая тянулась к Марку. Крушитель держал вторую руку, вросшую в пол. Шепот обвил тело бога своими кольцами, сжимая, не давая двигаться. Жнецы вонзили клинки в его спину, грудь, ноги.

— Хозяин! — крикнул Клык мысленно. — Он пытался забрать твою душу! Мы не дали!

— Вы... — Марк не верил своим глазам. — Как вы сюда попали? Он сказал, я должен быть один.

— Он врал, — Костоправ стоял у входа в пещеру, его посох светился белым огнем, сдерживая тьму, рвущуюся из тела бога. — Мы всегда с тобой. Где бы ты ни был.

Бог засмеялся.

Смех его был страшнее любой угрозы — в нем не было злобы, только насмешка. Насмешка над теми, кто думает, что может противостоять голоду.

— Милые зверушки, — сказал он. — Ты привел с собой закуску?

Он дернулся — и Клык отлетел в сторону, ударившись о стену. Крушитель взлетел в воздух, припечатанный к потолку. Шепот закричал — кольца его тела разжались, чешуя полетела осколками. Жнецы разлетелись, как кегли.

— Стоило ли приходить с ними, Марк? — бог поднялся с трона, и пещера содрогнулась. — Они только умрут раньше тебя.

Марк поднялся.

Клинок Бездны сам прыгнул в руку, и Марк почувствовал — в нем есть что-то, чего не было раньше. Не сила. Не ярость. Что-то другое.

— Ты сказал, что я — искра, — тихо произнес он. — А ты — пламя. Но ты забыл одно.

— Что же?

— Искра может зажечь пожар.

Он ударил.

Не Клинком — собой. Всем, что в нем было. Всем голодом, который накопил за время своего существования. Всей тьмой, которую впитал. Всеми душами, которые поглотил.

И бог отступил.

Впервые за всю битву он отступил.

— Что ты делаешь? — в его голосе впервые появилось нечто, похожее на тревогу. — Ты не можешь меня поглотить! Я — бесконечность!

— А я — пустота, — ответил Марк. — А пустота всегда больше бесконечности. Потому что в ней нет предела.

Он шагнул вперед и вонзил руку в грудь бога.

Внутри было темно.

Темнее, чем в любой пещере. Темнее, чем в разломе. Темнее, чем в пустоте, где они только что сражались.

Здесь была память.

Марк видел миры — сотни, тысячи, миллионы миров, которые поглотил этот бог. Каждый мир был живым, полным людей, зверей, богов. И каждый мир умирал, когда бог приходил.

Он видел последний миг каждого из них. Крики, которые никто не слышал. Слезы, которые никто не видел. Надежду, которая умирала последней.

— Зачем? — спросил Марк. — Зачем ты это делал?

— Я голоден, — ответил бог. Его голос звучал в самой глубине, тихий, усталый. — Я всегда голоден. Я не знаю, что такое сытость. Я не знаю, что такое покой. Я просто ем. Это моя природа.

— И ты не можешь остановиться?

— Можешь ли ты остановить свой голод, Марк? Можешь ли ты перестать расти? Перестать поглощать? Перестать быть тем, кто ты есть?

Марк замолчал.

Он знал ответ. Не мог. Голод пустоты был в нем с первого дня. Он был его сутью, его силой, его проклятием.

— Я не могу остановиться, — признал он. — Но я могу выбрать, что есть.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не буду есть миры. Я буду есть таких, как ты. Тех, кто угрожает жизни. Тех, кто приносит смерть. Я буду твоим голодом, направленным на тех, кто этого заслуживает.

Бог молчал долго.

— Ты хочешь стать мной, — сказал он наконец. — Ты хочешь занять мое место.

— Нет. Я хочу занять свое место. Я — Владыка бездны. Пустота, которая выбирает. Голод, который знает, когда остановиться.

— И ты думаешь, что сможешь?

— Я должен.

Марк сжал руку.

И начал поглощать.

В пещере отряд видел, как тело бога начало сжиматься.

Тысячи глаз в стенах закрывались один за другим. Черная плоть бога втягивалась, исчезала, вливалась в Марка, который стоял перед ним, не двигаясь, не дыша, не живя.

— Что происходит? — спросил Клык, поднимаясь с земли.

— Он поглощает его, — ответил Костоправ. — Как поглощал всех нас. Как поглощал души. Только сейчас он поглощает то, что сильнее его в сотни раз.

— Он справится? — Крушитель оторвался от потолка и приземлился рядом.

— Не знаю. Если он победит — станет новым богом. Если проиграет — исчезнет. Вместе с богом.

— А если он станет богом? — спросил Шепот, разматывая кольца.

— Тогда мир получит нового Пожирателя. Вопрос только в том, будет ли этот Пожиратель лучше старого.

Тело бога сжалось до размеров человека. Потом до размеров ребенка. Потом до точки.

И Марк открыл глаза.

Они были пустыми. Абсолютно, полностью пустыми — как у бога. Как у того существа в саркофаге. Как у бездны, в которую смотрели, не видя дна.

— Хозяин? — Клык шагнул вперед, не скрывая страха.

Марк моргнул.

И глаза стали прежними. Серыми, с вертикальными зрачками, которые то расширялись, то сужались, привыкая к новому миру.

— Я здесь, — сказал он. Голос его звучал иначе — глубже, объемнее, словно говорил не один человек, а множество. — Я справился.

[СИСТЕМНОЕ СООБЩЕНИЕ]

Объект "Пожиратель миров" поглощен.

Источник "Голод пустоты" эволюционировал.

Класс: Владыка бездны → Пожиратель богов

Уровень: 58 → 150

Новые способности:

· Поглощение божественного (может поглощать сущности уровня 300+)

· Голод без границ (нет лимита на количество слуг)

· Пустота (может создавать зоны абсолютного ничто)

· Вечность (не подвержен старению, не нуждается в еде, сне, воздухе)

· Память миров (несет в себе память всех поглощенных существ)

· Тишина (может убивать одним прикосновением, не оставляя следов)

Марк посмотрел на свои руки.

Они были теми же. Те же шрамы, та же бледная кожа, те же пальцы, сжимающие Клинок Бездны. Но внутри было иначе. Внутри был океан — океан голода, который теперь подчинялся ему. Который ждал его приказа.

— Ты... — Костоправ не находил слов. — Ты поглотил бога. Ты стал богом.

— Нет, — Марк покачал головой. — Я остался собой. Просто теперь я сильнее.

Он повернулся к отряду.

Клык стоял ближе всех — зверь смотрел на него с обожанием и страхом. Крушитель застыл истуканом, не зная, что делать. Шепот свернулся кольцами, его пустые глаза расширились. Жнецы замерли в поклоне.

— Не надо, — сказал Марк. — Я не изменился. Я — тот же, кто вел вас сюда. Просто теперь мы можем идти дальше.

— Дальше? — переспросил Клык. — Куда дальше?

Марк посмотрел вверх, туда, где далеко-далеко, на поверхности, было небо.

— Этот мир умирает. Бог голода держал его в равновесии, сам того не зная. Теперь равновесия нет. Через несколько дней кладбище начнет распадаться. Через месяц — весь мир. Нам нужно уходить.

— Куда? — спросил Костоправ.

— Туда, где есть жизнь. Туда, где мы сможем начать заново. Я чувствую их — другие миры. Миры, которые не знают голода. Миры, которые можно спасти.

— Или поглотить, — тихо добавил Шепот.

Марк посмотрел на дракона.

— Или поглотить, — согласился он. — Если они окажутся такими же, как этот бог. Если они будут угрожать жизни. Если они будут нести смерть. Но я не буду есть просто так. Я не буду голодом без разума. Я — это я. И я выбираю.

Он поднял Клинок Бездны и вонзил его в пол пещеры.

Трещина пошла от клинка во все стороны, разрывая камень, поднимаясь вверх, к поверхности. Свет — настоящий, живой свет — хлынул в разлом, освещая лица отряда.

— Идем, — сказал Марк. — Нам пора.

Он шагнул в свет.

И армия двинулась за ним.

Эпилог.

Кладбище умирало.

Земля трескалась, могилы открывались, твари разбегались кто куда, не зная, куда бежать от страха, который разлился в воздухе. Гнилой Король сидел на своем троне и смотрел, как рушится его королевство. Библиотекарь стоял на пороге своей библиотеки и закрывал последнюю книгу.

— Он сделал это, — прошептал старик. — Он убил бога. Теперь мир умрет.

Он закрыл глаза и стал ждать.

Но смерть не пришла.

Вместо этого пришел свет.

Свет, который лился из разлома, открывшегося в центре кладбища. Свет, в котором шли фигуры — огромный зверь, каменный великан, черный дракон, дюжина воинов в черном и человек с мечом в руке.

Человек, который светился изнутри. Не светом — тьмой. Тьмой, которая была ярче любого света.

— Библиотекарь, — сказал Марк, останавливаясь перед стариком. — Я пришел попрощаться.

— Ты убил бога. Ты поглотил его. Теперь ты — новый Пожиратель.

— Я — это я. Я не буду есть этот мир.

— Ты не сможешь его спасти. Равновесие нарушено.

— Я знаю. Но я могу вывести отсюда тех, кто захочет уйти.

Библиотекарь открыл глаза.

— Ты хочешь забрать с собой нежить? В миры живых?

— Я хочу дать им выбор. Тем, кто хочет жить — пойдут со мной. Тем, кто хочет умереть — останутся.

Старик посмотрел на отряд за спиной Марка. На Клыка, который припал к земле, готовый к прыжку. На Крушителя, который держал в руках огромный камень — для трона, который обещал построить. На Шепота, чье тело обвивало разлом, не давая ему расшириться. На двенадцать жнецов, каждый из которых нашел свое имя, свою судьбу, свою причину жить.

— Ты изменился, Марк, — сказал Библиотекарь. — Ты пришел сюда голодным зверем, а уходишь пастырем.

— Я просто понял, что голод — это не проклятие. Это возможность. Возможность расти. Возможность выбирать. Возможность быть кем-то большим, чем просто пустота.

Марк протянул руку.

— Ты идешь с нами?

Библиотекарь посмотрел на его руку. Посмотрел на свою библиотеку. На книги, в которых была память мира.

— Кто будет хранить знания? — спросил он.

— Ты. Как и прежде. Просто в другом месте.

Старик улыбнулся и взял Марка за руку.

— Тогда идем.

Они уходили через разлом.

Тысячи существ — те, кто решился, кто поверил, кто захотел жить — шли за ними. Могильные грызуны и ходячие рыцари, жнецы и сплавы, даже несколько разумных тварей, которые служили Гнилому Королю и Матери Червей. Они шли в свет, который не был светом, в тьму, которая была ярче солнца.

Впереди шел Марк.

С ним были его друзья — Клык, Крушитель, Шепот, Костоправ. За ними — двенадцать жнецов, которые когда-то были пустыми оболочками, а теперь стали воинами. А замыкал шествие Библиотекарь, несущий в руках книгу, в которой была записана история этого мира.

Мир умирал. Но они уходили, чтобы начать новый.

— Хозяин, — голос Клыка прозвучал в голове Марка. — Ты знаешь, куда мы идем?

— Нет, — ответил Марк. — Но мы найдем.

— А если там будет так же? Если там будет боль, смерть, голод?

— Тогда мы сделаем то же, что и здесь. Вырастем. Станем сильнее. И изменим.

Марк оглянулся на свой отряд. На своих друзей. На свою армию.

— Мы — голод, — сказал он. — Но голод может быть разным. Голод, который уничтожает, и голод, который созидает. Голод, который пожирает миры, и голод, который спасает их. Мы выбираем.

Он шагнул в разлом, и тьма приняла его.

Позади оставался мир, который умирал. Впереди были миры, которые ждали.