Гнев дракона

Глава 1 – Крад-Кадастра.

– Кадастра, просыпайся!

Ответом Матери-Вершителю послужил глухой утробный рык.

– Хватит дрыхнуть, дочка! – не унималась мать, разводя в огромном камине огонь. – Сегодня тот самый день, вставай!

Огромный семиметровый дракон буркнул в ответ что-то невразумительное, отвернулся от назойливого голоса матери к стене и, укрывшись с головой широкими перепончатыми крыльями, продолжил храпеть.

– Нет, юная леди, – заупрямилась мать-дракониха, ласково покусывая Кадастру за алое ухо, – на этот раз у тебя не выйдет улизнуть из дома. Вставай и приводи свой хвост в порядок. Сегодня «тот самый» день!

– Ну, мааам, я же просил называть меня Крад, когда мы наедине, – заныл молодой дракон, пряча от матери свои ушки под крыльями.

– Никаких Крадов! – уже серьёзным тоном прорычала мать. – Мы это сто раз уже обсуждали. Тебе отныне жить не на острове, а среди своих сверстниц. Никто не должен заподозрить, что ты самец.

– Я уже двадцать лет единственный дракон-самец на всем белом свете, и, похоже, только тебя одну волнует этот факт!

– Ты что, дурак? – заревела Астра, закипая от злости. Её ноздри расширились, узкие вертикальные зрачки сузились ещё больше, белки глаз начали наливаться кровью, а газовый мешок стал наполняться воздухом, смешанным с концентрированным горючим газом. Крад давно изучил пределы дозволенного в общении с Матерью-Вершителем. Сейчас он понимал, что перегнул палку, и если не успокоить родителя, то можно и схлопотать. Например, огненным шаром под зад.

– Ладно-ладно, мам, встаю уже, – пораженческим тоном затараторил он. – Не кипятись!

Дракон вынырнул из-под своих крыльев, грациозно, по-кошачьи выгнул спинку и ласково дотронулся своим мокрым носом до алого носа матери. И сделал это вовремя: она уже успела набрать в свои газовые мешки достаточно воздуха, чтобы зарядить непослушному отпрыску под зад адским пламенем. Мать от такого неожиданного жеста поперхнулась и выпустила огромный клуб дыма из ноздрей. Накал страстей угас.

Астра лукаво прищурилась и произнесла:

– Умеешь же, когда хочешь! Взгляни на себя – ну вылитая я в молодости! Грация, осанка, порода…

– Ты тоже можешь, когда хочешь, – перебил её Крад, подтачивая по-кошачьи острые, словно бритва, когти о точильный камень. Пещера наполнилась невыносимым лязгом, из-под когтей в разные стороны полетели снопы искр.

Мать не поняла реплики и уставилась на сына вопросительно. Крад сделал вид, что не заметил её немого вопроса и, закончив с когтями, медленно побрел к очагу, учуяв запах запеченного кабана.

– Что ты имеешь в виду, юная леди?

– Ну, ты же назвала меня именно дураком! – хитро подмигнул он ей и, не дожидаясь очередного приступа ярости, вылетел вон из пещеры на свежий утренний воздух.

Молодой дракон стремительно взмывал в небо, ускоряясь с каждым взмахом могучих крыльев. Он загребал ими воздух всё сильнее и сильнее, задыхаясь от восторга утреннего полёта. Нет на свете ничего прекраснее, чем вылететь ранним утром в прохладную синеву неба. Встретить свежесть облаков, омыть грубую чешую в туче с ледяной водой, поймать сильный восходящий поток воздуха и, вытянувшись в струну на недосягаемой ни для одного живого существа высоте, парить над родным островом.

Крад действительно был единственным в своём роде драконом-самцом. Все Северные земли и Южные острова кишели только драконами-самками. В их драконьей истории ещё не было случая, когда из раскаленного материнским дыханием яйца вылупился бы мальчик. Всю свою сознательную жизнь Крад провел во лжи. Он носил женское имя – Кадастра. Он регулярно подкрашивал свои крылья и постоянно подтачивал клыки и когти о скалы, слепо следуя веяниям женской драконьей моды. По воле матери он постоянно изображал из себя девочку, даже будучи в драконьих яслях, – благо драконы быстро учатся и осознают себя.

Мальчиком он ощутил себя ещё раньше, чем его сверстницы осознали себя девочками. Видимо, у самцов-драконов созревание мозга происходит несколько быстрее, чем у самок. И быть беде, если бы не его мать, Астра. Она первой поняла опасность такого нелепого стечения обстоятельств. Дело было после первого же светского визита. Астра с отпрыском и её верная служанка Вейлин гостили в ту пору на главном острове драконов Южных морей. Их пригласили на торжества по случаю пятисотлетия Великой Матери Драконов. То был своеобразный слёт всех монарших персон, на котором претендентки на трон представляли на всеобщее обозрение своих дочерей. Собственно, здоровое потомство было одним из главных условий сохранения статуса претендентки на корону. Сами дракончики после смотрин отдавались в своеобразные ясли, где за ними присматривали их гувернантки. Мероприятие тогда прошло без сучка, без задоринки. Несколько дней взрослые драконы пировали, а их дети играли друг с другом в яслях под присмотром гувернанток. Возвращаясь домой, маленький дракончик задал матери странный вопрос:

– Мама, а почему, кроме меня, в группе больше не было мальчиков?

Астра тогда остановилась на полпути, осторожно огляделась по сторонам, не слышал ли кто этот странный вопрос дочки, и спросила:

– Кадастра, откуда ты знаешь про мальчиков?

Маленький смешной дракончик не понял настороженности матери и выдал как на духу:

– Но ведь это всем известно: есть на свете девочки, а есть мальчики. В нашей группе мальчик только я.

– И с чего ты взяла, что ты мальчик? – спросила Мать-Вершитель драконьих судеб.

Короткокрылый смешной дракончик пожал плечиками и ответил:

– Просто знаю. Я мальчик.

Какими только способами ни пыталась Астра выбить из головы своего чада эту крамольную мысль! Она поила его всевозможными зельями и снадобьями, добытыми из листьев каких-то горьких растений. Окуривала его своим дымом, доводя бедного дракончика до беспамятства, обливала водой из священного озера Луу – всё без толку. Мысль о том, что он мальчик, лишь крепла в его драконьей голове. Астра перестала водить своё чадо в детский сад. Она опасалась, что дочь по глупости может проболтаться о своем недуге. Тогда она ещё была уверена, что это именно болезнь наподобие безумия или мании. Но со временем Астра и сама начала подозревать неладное. Ребенок рос гораздо быстрее, чем девочки соседних островов. К его десяти годам он уже встал на крыло – на три года раньше нормы. В конце концов она смирилась с этой мыслью, но не сдалась. Понимая, что её сыну уготована участь изгоя в обществе, мудрая Астра придумала до безобразия простой выход из ситуации. Она просто приказала сыну быть девочкой. Во всяком случае, изображать девочку до поры до времени. Первым делом она перевела сына на домашнее обучение и перебралась с ним на самый отдалённый остров архипелага. Вейлин – гувернантку Крада – она сослала подальше, дабы та не проболталась. Штат драконов-прислужников Астра расселила на соседних островах и запретила тем появляться у её вулкана. Астра сама учила Крада всем необходимым драконьим манерам и этикету, муштровала его на предмет знания всех женских премудростей. Со временем она даже позволила выходить сыну в свет. Разумеется, только убедившись, что он вызубрил все её уроки назубок и не забывает представляться Кадастрой. А то, что её дитя вымахало в полтора раза крупнее сородичей – так то экология, здоровый образ жизни, ежедневные тренировки и правильное питание. С точки зрения внешности сын был идентичен самкам – пойди, отличи. Разве что яйца откладывать не будет по достижении половой зрелости, но это были уже такие анатомические особенности, о которых никто и никогда не узнает.

Молодой дракон с ранних лет понимал всю серьёзность ситуации. Находясь в обществе, матери он не перечил, но от бунтарской натуры и половой идентификации всё же отказаться не мог, из-за чего у них с Астрой постоянно случались стычки. Со стороны их семья ничем особенным в драконьем сообществе не выделялась, но, когда они оставались наедине, их противостояние порой доходило до крайностей. Крад частенько поджаривался на праведном материнском пламени, если доводил её до исступления своим требованием называть его мужским именем.

Вот и сегодня, в последний день в материнском доме, он не упустил возможности продемонстрировать свой бунтарский нрав. Ему было обидно, что мать не рассказывает всей правды о том, как именно он родился. Каким-то шестым чувством он понимал, что в байках о его появлении на свет, рассказываемых матерью, кроется какая-то тайна. Он не понимал, почему Астра не доверяет ему всей правды, и это выводило его из себя. Мать же обвинения сына отрицала категорически.

– Ты появился на свет так же, как и все драконы! – упрямо твердила она. – Я провела обряд инициации по всем канонам, даже жертву выбирала с большей тщательностью, нежели остальные. И вообще, юным драконам свойственно верить во всякие «теории заговора» вместо простой истины.

Но Крад матери не верил. Скептик по натуре, он понимал, что дыма без огня не бывает и в ее рассказе кроется огромный пробел. Вопрос был лишь в том, где именно этот пробел искать.

В конце концов оба смирились с текущим положением вещей. Крад обещал матери исполнять роль самки до самого обряда инициации, хотя и понимал, что для этого ему придется совершить подлость, а именно выкрасть чужое яйцо и сделать вид, что он сам его отложил. Как именно осуществить этот коварный план, он не знал и до поры до времени особо не заморачивался этим вопросом.

Хорошо размявшись на свежем воздухе и посчитав, что материнский гнев уже должен был сойти на нет, Крад сложил крылья и камнем рухнул в пушистые облака, разрывая их в клочья. Развив безумную скорость, он расправил крылья лишь у самой земли и, заложив умопомрачительный вираж, ураганом влетел в их с матерью пещеру. Астра всё ещё злилась, но свои газовые мешки уже опорожнила, чем здорово обрадовала сына.

– Поешь, Кадастра, – сухо скомандовала она. – Лететь далеко.

Молодой дракон не стал перечить матери и присоединился к трапезе. Покончив с кабаном, он принялся тереться крыльями о красные скальные отложения, наводя «боевой марафет», как это было принято у самок. Как-никак сегодня первый день его взрослой жизни. Академия драконов была необходима ему для того, чтобы в будущем не было никаких препятствий для наследования материнского поста Вершителя драконьих судеб. Крад это понимал и потому делал сейчас всё, чему мать учила его полжизни.

Астра приняла его старания за извинения и наконец-то сменила гнев на милость.

– Будь учтив с Матерью драконов. Сегодня на торжестве она произнесет речь и наверняка будет пристально следить за тобой. Как-никак мы из правящей династии, и ты один из немногих претендентов на трон, – сказала дракониха, поправляя когтями распушившийся хвост сына.

– Претенденток, – поправил тот Астру и улыбнулся во всю пасть.

Астра расплылась в ответной улыбке, и от утренней перепалки не осталось и следа.

– Какой же ты у меня умный, Крад, – ласково сказала она, прижимаясь к могучей шее сына. Она намеренно назвала его мужским именем, и Крад принял этот жест доброй воли за окончательный шаг к примирению.

– Я не подведу тебя, мам.

Краем глаза он заметил приближающуюся к их пещере со стороны ближайшего к ним острова охрану из семи боевых драконов и перевел взгляд на мать. Затем ещё раз нежно поцеловал её носом и, глубоко втянув прохладный воздух обеими ноздрями, шумно выдохнул:

– Пора.

Глава 2 – Мать драконов.

Летели довольно долго – Мать-Вершитель не хотела являться на торжество запыхавшейся и потрепанной. Ко всему прочему, несколько раз приходилось огибать грозовые облака, чтобы не смыть «боевой» окрас крыльев Крада.

По традиции в академию драконов принимали в главной обители, находившейся на самом большом острове громадного архипелага. На подлёте их встретили воительницы из личной охраны Матери драконов – как-никак в драконьей иерархии Южных островов Астра с дочерью считались важными гостями.

Крад сразу поёжился, словно пытался уменьшиться в размерах, чувствуя своё существенное отличие от стандартных взрослых драконов-девушек. Драконочки из военного эскорта, напротив, никакого дискомфорта не испытывали – видимо, за годы муштры они уже привыкли беспрекословно выполнять распоряжения Матери драконов, не задавая никаких вопросов и ничему не удивляясь. К главному острову архипелага подлетали уже в сопровождении чужих военных.

Мать одарила Крада уверенным взглядом, который мог означать лишь одно: «не стоит себя недооценивать». Её уверенность передалась и сыну. Он приосанился, расправил хвост, и к главному вулкану архипелага мать и сын подлетали уже с гордо поднятыми головами.

У места посадки, где уже толпились сотни драконов, их встречала Саарра – Великая Мать драконов. У Крада по холке пробежал холодок: Мать драконов он видел лишь однажды, когда был ещё крохотным дракончиком – тогда их с Астрой приглашали на торжество по случаю ее пятисотлетия.

Они мягко коснулись земли, и, следуя этикету, синхронно склонились в учтивом поклоне, приветствуя королеву. Мать драконов, величественное существо с ярко-алой тиарой на голове и великолепными белыми зубами, подошла к ним и, благосклонно кивнув головой, позволила выпрямиться.

– Ваше величество! – поприветствовала Астра Мать драконов.

– Сестра, все условности соблюдены, – бархатным грудным рыком ответила Мать драконов и с нежностью прикоснулась к щеке Астры своей щекой. – Сколько же зим мы с тобой не виделись? Я уж и забыла, как выглядит моя крошка-племянница!

Мать драконов уже явно обращалась к Краду, и он, дико тушуясь и дав нехилого петуха, поприветствовал свою монаршую тётю таким тонким голосом, на какой вообще был способен. Прозвучало так, словно дикого кабана жарят на костре живьём:

– Ваше величество…

– Что ты, крошка, встань с колен, ты уже поприветствовала меня. Дай-ка я на тебя взгляну.

– Ду уж, ну и «крошка»… – послышались за хвостом Крада шепотки придворных дам. Он покраснел от кончиков ушей и до хвоста. Мать драконов медленно обошла его сбоку и иронично произнесла, обращаясь к Астре:

– Да, в последний раз, когда я видела Кадастру, она была… эмм, чуть меньше.

– Хвала небесам, сестра, – нашлась Мать-Вершитель, – мы живем в поистине райском месте, и, похоже, моя девочка впитала каждую капельку нашего тёплого светила.

– Она такая же девочка, как корова – ягненок… – послышался в толпе чей-то язвительный комментарий, сопровождавшийся волной хихиканья. Астра явно расслышала укол, но в присутствии Матери драконов даже ухом не повела.

Крад сразу узнал этого вредного крокодила-комментатора: то была младшая из монарших сестёр и последняя претендентка на трон – Бриггида. Она тоже прибыла сюда со своей дочкой – страшненькой замухрышкой по имени Галлора. Крад встречал её и раньше на светских приемах, но никогда с ней не общался.

– Держу пари, она впитала и всю твою любовь, Астра, – ответила Мать драконов, не сочтя нужным делать замечание младшей сестре. – Недаром твое имя на человеческом языке означает «звезда».

Мать-Вершитель поклонилась, принимая комплимент от монаршей сестры. Королева снисходительно кивнула им и, развернувшись, направилась к подножию вулкана, увлекая за собой и свою язвительную свиту. Последним от Крада и Астры отвел взгляд самый мелкий дракон из свиты Бриггиды. Эта скрюченная старуха пристально наблюдала за происходящим и на протяжении всего разговора с нескрываемым отвращением разглядывала Крада своим колючим оценивающим взглядом. Крад чувствовал его на себе, но всеми силами старался скрыть свою неприязнь.

Наконец и эта злобная старуха – Ассасия – отвернулась от Крада и его матери и поспешила нагнать удаляющуюся свиту королевы. Астра с сыном присоединились к толпе, и мать, не меняя добродушного выражения лица, тихо прошептала:

– Когда придёт время, яйцо выкрадешь у этой убогой Галлоры. Эту стерву Бриггиду нужно как следует проучить.

Крад коротко кивнул, давая понять, что нисколько не против такого способа мести. Габариты его им, видите ли, не понравились. Но по пути следования процессии из его памяти никак не уходил этот колючий взгляд Ассасии – личного телохранителя Бриггиды. Она смотрела на Крада так, словно видела его насквозь.

Процессия тем временем добралась до подножия курящегося вулкана. Мать драконов, медленно и величественно расправив крылья, воспарила над своим народом и, дождавшись, пока колени преклонят все до единого драконы, приземлилась на небольшом скальном выступе. Обведя толпу подданных суровым взглядом и напустив на себя легкую улыбку, торжественно возвестила:

– Драконы Южных островов!

Все дружно подняли головы вверх и выкрикнули троекратное «Аурр-Аурр-Аурр». От громогласного вопля сотен драконов завибрировал воздух. В мире не было более могучей силы, чем собравшиеся вместе драконы королевства Южных островов. Северные соседи были не столь могучими и не столь многочисленными – сказывались как климат, так и постоянные стычки с людьми.

Королева продолжила:

– Я приветствую вас на ежеквартальном торжестве – посвящении в первокурсники нашей горячо любимой академии драконов!

Толпа зашлась в ликующем рыке и не унималась больше минуты. Наконец у подножия вулкана вновь воцарилась тишина, и мать драконов могла продолжать свою речь:

– Каждые двадцать пять лет избранные отпрыски самых именитых родов нашего королевства вступают в дружные ряды слушателей академии драконов. Обучение в ней есть самая высокая привилегия, которой только может удостоиться молодой дракон. Это гордость для всего клана. Это почётное звание при выпуске и возможность с честью представлять наше королевство на мировой арене. И самое главное – это возможность самим стать матерьми и подарить жизнь новому поколению драконов!

Толпа вновь взорвалась бурными овациями. Рык разносился по округе на многие версты, ввысь вздымались тысячи драконьих хвостов. Мать драконов доброжелательно обвела взглядом царящее вокруг неистовство и расправила свои могучие синие крылья. Мгновенно повисла гробовая тишина.

– Дорогие первокурсницы! – с любовью в голосе произнесла она. – Будьте храбрыми. Будьте сильными. Будьте драконами! Аурр!

Началось невообразимое зрелище. Сотни драконов синхронно подняли вверх свои морды и выпустили в голубое небо сотни огненных фонтанов. Молодые драконы, в газовых мешках которых ещё не образовывалась горючая смесь, неистово вздымали вверх свои нарядные хвосты, громогласно сотрясая воздух дружным «Аурр».

Мать драконов со своей свитой покинули вулкан и удалились во дворец-пещеру. Место Матери драконов заняла Мать-Магистр – ректор академии драконов Южных островов. После короткой вступительной речи невзрачная маленькая самка пригласила всех первокурсников на пиршество. По случаю праздника на активной стороне вулкана были сервированы сотни горячих блюд, приготовленных на раскаленной лаве. Родителей и гостей на этом празднике живота уже не ждали, поэтому Крад коротко простился с матерью и они расстались. Основные моменты своей тактики они оговорили давным-давно, так что в длительном прощании не было никакой нужды.

– В Северные земли за питомцем не летай. Там гиблое место, – предостерегла сына мать, и тот коротко кивнул.

Астра многозначительно посмотрела на сына и, явно борясь с нахлынувшими чувствами, поспешила удалиться. В ближайший год Крад её не увидит.

Глава 3 – Охота на человека.

Обучаться в академии драконов – дело нехитрое. Знай себе посещай скальную библиотеку и читай письмена, выгравированные в бесконечных лабиринтах соседней горной гряды. Кем и когда эти письмена были оставлены, доподлинно известно не было, но все драконы с детства учились читать именно на этом языке. В этих скалах можно было получить все необходимые знания по истории королевства драконов. Также имелись сведения обо всех Матерях драконов Южных островов.

Северная часть островной гряды была посвящена навигации и ориентации по звёздам. Каждый дракон постигал азы ориентирования и картографию звёздного неба. Южная часть острова была отведена под знания о хитростях охоты и способах приготовления добытой пищи, хотя нередко драконы питались и сырым мясом. Также южная часть была посвящена сведениям о размножении драконов.

В последней секции Крад, разумеется, проводил большую часть времени. Мать хорошо обучила его навигации и премудростям охоты, поэтому эти залы он посещал больше для вида, чтобы не вызывать подозрений у сокурсниц. А вот древние знания о методах размножения вызывали у молодого дракона неподдельный интерес. В общих чертах мать рассказала ему о самом процессе. Достигнув половой зрелости, самка дракона могла понести яйцо. Репродуктивный возраст у здоровой самки мог длиться до самой её смерти, но большинство самок старались обзавестись потомством в первые годы своей взрослой жизни. Драконы из правящего класса, напротив, не спешили обзаводиться потомством – у них в приоритете было обучение.

Драконье яйцо несколько месяцев развивалось в драконьем чреве. По достижении зрелости яйцо появлялось на свет через родовые пути. Процесс был нехитрым и не доставлял драконам особой боли. Самое главное и таинственное начиналось после рождения яйца. Для того чтобы из него появился новый дракон, оно должно было длительное время нагреваться. Сама процедура проходила долго. Яйцо методично нагревали по определенным схемам до экстремальных температур – только так обеспечивался запуск развития зародыша внутри плотной огнеупорной скорлупы. Но так рождались рядовые драконы. Чтобы на свет появился дракон-аристократ, а, тем паче, наследник престола, яйцо необходимо было подвергнуть ритуалу инициации. Как раз суть этого ритуала и была не совсем понятна Краду. Мать отказалась описывать ему сам процесс, сославшись на древний обычай – о процессе инициации дракон узнает лишь в академии драконов. И именно эту информацию Крад усердно искал изо дня в день в пещерах южной части островной гряды.

В первый же день обучения первокурсников проинформировали, что основной задачей первого года обучения будет поиск, пленение и воспитание человеческой женщины. Питомец должен был появиться у каждого дракона не позднее, чем через месяц после начала обучения. Не справившихся с поимкой питомца драконов с позором отчисляли.

Искать питомцев было разрешено где угодно, но особо ценными считались породы Северных земель. Они были более выносливыми, неприхотливыми к воде и пище, устойчивыми к холоду и зною, поскольку с детства обитали в суровых климатических условиях. Питомцы же Южных земель континента отличались ленью, избыточной массой тела и катастрофической смертностью. Случалось, что южные люди умирали прямо во время охоты на них просто от испуга, а не от полученных ран. Краду не улыбалось потерять свой трофей до окончания первого курса. Именно поэтому он был уверен, что, вопреки воле матери, отправится на поиски питомца именно в Северные земли.

Для такого дальнего похода ему нужна была напарница. Северные племена людей, помимо живучести, отличались ещё и крайней агрессивностью. Они без конца воевали с драконами Северных земель, регулярно уменьшая их поголовье. Нередко северные люди сражались и между собой, что, безусловно, было Краду на руку.

Молодому дракону хотелось во что бы то ни стало заполучить в свои лапы самого лучшего питомца. Большая часть его сокурсниц не горели желанием напороться на хорошо укрепленную крепость, защитниками которой были сплошь мужчины. Их вполне устроила бы какая-нибудь селянка из леса. Но Крад не желал обходиться абы какой добычей. Если учиться, размышлял он, то только на лучших экземплярах.

Помощница ему нужна была как раз на случай упорного сопротивления северных людей. Бывалые драконы советовали действовать сообща, по два-три дракона. Один отвлекает и ведет основное сражение, другой регулярно подкачивает его мешки горючим газом и поддерживает в атаке, а третий тайком совершает рейд в тыл врага, куда обычно уводят женщин и детей при нападении. Молодым же драконам было ещё труднее. Они ещё не обладали способностью изрыгать пламя и могли рассчитывать лишь на свои габариты, зубы и клыки.

Не прошло и недели, как Крад выбрал себе из сотни юных драконих претендентку в напарницы. Это была та самая дочка наглой младшей сестры Матери драконов – Галлора. Несмотря на хамское поведение своей матери, девушка оказалась на редкость покладистой. Она, как и сам Крад, была одиночкой. Но если его одиночество было способом избежать лишних подозрений и уклониться от лишних вопросов по поводу размеров и грубоватого голоса, то одиночество Галлоры крылось в том, что она была дурна собой и при этом являлась самой родовитой из всех первокурсниц. За исключением Крада, конечно. А наследников на престол простые смертные драконы всегда чурались, стараясь держаться подальше от них и поближе друг к другу.

Был и ещё один повод взять в напарницы именно её. Их с матерью план подразумевал банальное воровство: пункт первый – подружиться и втереться в доверие, пункт второй – похитить яйцо, когда жертва его родит и будет максимально беззащитной. Украв яйцо этой страшненькой Галлоры, Крад решал сразу две свои проблемы. Во-первых, обзаводился своим собственным потомством, поскольку, по понятным причинам, Кадастра как мать состояться никак не могла. А во-вторых, избавлялся от лишних конкурентов в возможной борьбе за престол в будущем. Ввиду наличия коварного плана, Крад совершенно не собирался принимать в свою команду еще и третьего дракона. Он не знал, когда именно Галлора надумает рожать яйцо, а потому предпочитал быть наготове с первых же дней «дружбы» с соперницей. А потому лишние свидетели злодеяния и потенциальные шантажисты были ему ни к чему.

Хорошенько всё обдумав, Крад приступил к реализации своего плана. Для начала ему нужно было каким-то образом завести дружбу с этой дурнушкой. Как ни странно, в этом она помогла ему сама. Спустя неделю после начала обучения она подошла к нему и, виновато потупив взгляд, спросила:

– Кадастра?

– Прости? – прикинулся дурочкой Крад.

– Тебя же Кадастра зовут, верно? – спросила Галлора.

– Да, а ты Галлора, мы раньше виделись, – дружелюбно ответил Крад, внутренне ликуя. Он уже понимал, зачем подошла эта слабачка.

– Скоро нужно будет представить своего питомца на суд матери-учителю, а я, если честно, трушу соваться в людские земли одна.

– И чего ты хочешь от меня?

Галлора залилась краской, но не стала корчить из себя невесть что:

– Я заметила, что ты всё время одна и, также как и я, не имеешь напарницы, – сказала девушка. – К тому же, мне ужасно неловко за слова своей матери. Она расстроена из-за вопросов…

Тут Галлора прикусила себе язык, понимая, что может сболтнуть лишнего, и Крад подыграл ей:

– Из-за вопросов престолонаследия, я полагаю, – он хитро подмигнул смутившейся девушке и добавил. – Не переживай, я не в обиде, меня как только не называли. А про очередь на трон пускай взрослые драконы думают, нам-то какая разница. Меня вполне устраивает роль наследницы титула Матери-Вершителя. Я принимаю твою лапу, Галлора. За людьми собираемся на рассвете. Я за тобой залечу с первыми лучами солнца.

Девушка просияла и поинтересовалась:

– А куда мы отправимся, на запад или на восток?

– На крайний север, – холодно ответил Крад и, не добавив ни слова, улетел к себе в пещеру.

Глава 4 – Похищение.

Несмотря на раннее утро, Крад застал свою напарницу бодрствующей. Судя по красным глазам, драконочка не спала всю ночь. На самом деле, Крад добивался не такого эффекта, сообщая о цели полета. Он просто хотел произвести на Галлору впечатление. Путь в Северные земли займёт не менее суток, а, вылетев в таком состоянии, к моменту прибытия девушка будет не в состоянии даже стоять, не говоря уже о ведении каких-либо боевых действий. Но откладывать задуманное Крад не решился, поскольку для удачной реализации его плана нужно было стартовать немедля, тем более что им благоприятствовал ветер.

Перед полётом решили подкрепиться. Крад разглядывал Галлору. Драконочка была почти вдвое меньше самца. Её чешуя была неприглядного серого цвета, и Крад не припоминал, чтобы она когда-либо красилась. Драконочке, по-видимому, было глубоко плевать на свою внешность, равно как и на отношение к ней сверстниц. На её передней лапе красовался небольшой золотой амулет на веревке. Собственно, медальон был единственным украшением самочки. Он бренчал и поблескивал в тусклом лунном свете при малейшем движении.

– Это что? – поинтересовался Крад.

Галлора ответила уклончиво:

– Подарок. Ничто.

– Сними лучше. Там, куда мы летим, нужно быть максимально тихими.

Галлора кивнула и острым когтем распорола веревку на своем амулете, давая понять, что в любой момент выполнит любой приказ Крада.

Вылетели ещё до восхода солнца и к полудню пересекли море. Летели молча, по очереди меняя лидерство. Лететь в хвосте было проще, и если бы с Галлорой летел именно Крад, то он великодушно пустил бы более слабую самку под своё крыло. Но с Галлорой летела Кадастра, которой нужно было изображать женственность и поддерживать легенду, а потому усилия распределили поровну.

Поохотившись на берегу на стаю каких-то морских животных, напоминавших ленивых чёрных коров, они продолжили свой путь и уже к вечеру пересекли высокие горные хребты, делившие материк на две части. Оказавшись в северных широтах, Крад первым делом остановился, чтобы сориентироваться по звездам.

– Как ты их понимаешь, Кадастра? – вслух удивилась Галлора. – Ты же никогда раньше не видела этой части неба!

– Небо везде одинаковое, – ответил Крад. – Нужно лишь ориентиры знать и понимать, куда именно ты летишь.

– А куда ты летишь? – спросила драконочка.

– Я лечу на свою родину. Мать рассказывала, где нашла питомца для обряда инициации.

– А что, для обряда инициации нужен человек?

«Великая Матерь драконов, какая же она темная!» – подумал Крад и сурово ответил:

– Человек не нужен. Нужна его кровь.

Остаток ночи летели молча. Крад не был уверен, что все взрослые драконы рассказывают своим чадам о таких вещах. Сам он узнал о том, что для обряда инициации потребуется кровь человека, кропотливо изучая древние письмена. Сложив два и два, Крад пришёл к выводу, что задание первокурсникам раздобыть себе человеческого питомца давалось неспроста. Но Галлора была словно не от мира сего. Складывалось ощущение, что убивать своего питомца ради обряда инициации она не собиралась, несмотря на то, что в наскальных письменах ритуал был прописан «от» и «до».

«Хотя, по большому счету, ей и не придется никого убивать», – злобно подумал Крад и продолжил загребать воздух могучими крыльями.

К утру они уже были на месте. Крад был бесконечно доволен собой, поскольку в самое первое своё путешествие не сбился с пути ни на версту. Они с Галлорой облюбовали высокий холм в нескольких верстах от укрепленного каменного замка, откуда было очень удобно вести наблюдение.

Судя по всему, люди совершенно не ожидали нападения. Крад не заметил на стенах замка ни требушетов, ни каких-либо иных метательных орудий. Жители мирно занимались своими делами. Поля возделывались, скот пасся на заливных лугах. Туда-сюда из крепости и в крепость сновали обозы с товаром. Королевство, казалось, жило мирно, и ничто не говорило о пребывании людей в перманентном состоянии войны с драконами. Более того, у Крада возникло ощущение, что люди готовятся к какому-то празднеству. На главной площади внутри крепости виднелся огромный шест, украшенный цветами, а вокруг него постепенно собиралась толпа людей.

Не веря в такой счастливый случай, Крад шепнул Галлоре:

– Думаю, лучшего момента для атаки не придумаешь. Застанем их врасплох и нападем ближе к вечеру, когда на площади соберется максимальное количество людей.

Галлора поддержала план напарницы. Драконы медленно спустились с холма и, укрывшись в ближайшей роще, стали дожидаться вечера. Нужно было выспаться и перевести дух после длительного перелёта. Обоим драконам даже посчастливилось перекусить заплутавшим скотом – к вечеру какой-то нерадивый пастух не досчитается в своём стаде двух коров и одной овчарки.

На закате драконы осторожно взобрались на холм и обнаружили, что праздник уже идет полным ходом. Люди пили и плясали, весело распевая какие-то песни. В небо то и дело взмывали маленькие разноцветные огоньки. На центральной площади яблоку негде было упасть.

– Гляди, Кадастра! – Галлора обратила внимание Крада на украшенный цветами столб. – Там что-то странное происходит.

Крад пригляделся и тоже заметил странность. К центральному столбу, вокруг которого бесновалась толпа людей, была привязана молодая девушка. Крад сперва растерялся, но потом до него дошло.

– Это не праздник, – сказал он Галлоре. – Это день жертвоприношения!

Галлора уставилась на дракона непонимающим взглядом.

– Видимо, люди наконец поняли, что каждые двадцать пять лет драконы не просто так прилетают к ним, сея смерть и разрушения. Каждый раз они не досчитывались среди мёртвых и выживших какой-нибудь девушки и теперь хотят решить вопрос, просто откупившись.

– Варвары, – злобно прошептала Галлора.

– Если откровенно, я не горю желанием воевать, – сказал Крад. – Думаю, я приму эту жертву.

– А мне как быть?

– Пока не знаю, – протянул Крад, но тут же накидал план. – Значит, так. Я спускаюсь и, совершенно не таясь, вхожу в замок через центральные ворота. Если все действительно так, как мы думаем, они пропустят меня и не окажут сопротивления. Как только питомец окажется у меня в пасти, выходи и ты. Просто подходи и жди. Думаю, им придется сегодня раскошелиться ещё на одну жертву.

Галлора согласно кивнула. Крад, выдохнув, встал во весь свой семиметровый рост и, расправив могучие крылья, издал оглушительный рёв, привлекая к себе внимание. В городе сразу же все стихло. Толпа перестала перемещаться по площади и замерла в нерешительности. Никто не убегал, и это убедило Крада в том, что его предположение оказалось верным. Он уверенно взлетел на несколько метров вверх и, быстро преодолев разделявшее его с крепостью расстояние, грузно приземлился прямо перед распахнутыми настежь воротами. Он оскалился, грозно обводя толпу горящими глазами и давая понять, с чем именно придется столкнуться потенциальным защитникам города. Толпа безмолвствовала. Дракон сделал шаг к воротам, подспудно оглядывая крепостные стены и пытаясь понять, не приготовили ли защитники какую-нибудь ловушку. Но всё было чисто. Два стражника в доспехах, вооруженные лишь алебардами, стояли неподвижно по обе стороны от главных ворот. Никакого раскаленного масла или горящих поленьев на крепостных стенах дракон не обнаружил. Путь был свободен.

Крад пригнулся и протиснулся в узкие ворота. Толпа на площади расступилась, давая проход огромному дракону, но никто так и не убежал. Наконец дракон остановил свой взгляд на девушке, прикованной к жертвеннику. Она стояла неподвижно, дерзко глядя зверю прямо в глаза. Тот медленно подошел к жертве. Никто из жителей так и не встал на защиту бедной девушки. Крад решил немного покрасоваться, а заодно и помочь своей спутнице. Он вытянул свою шею вверх и издал оглушительный, леденящий душу рык. Толпа расступилась ещё сильнее, не зная, чего ожидать от свирепого дракона. Наконец, Крад поддел путы девушки своим острым, словно бритва, когтем и освободил её. Если честно, он думал, что девушка тут же бросится бежать прочь, но она так и осталась стоять на месте, ожидая своей участи. Крад повернул шею, разинул пасть и аккуратно взял девушку зубами за талию. Острые клыки впились в её плоть, но нежную кожу не прокусили. Девушка даже не пикнула. Крад аккуратно приподнял её над землей, затем сильно оттолкнулся мощными ногами и взлетел над крепостью. Под дружные охи горожан он приземлился на крыше сторожевой башни, ожидая свою подругу. На головы горожан полетела повреждённая черепица и массивный металлический шпиль башни.

Галлора появилась сразу же, эффектно рухнув прямо с неба. Драконочка замерла посреди площади и медленно обвела толпу взглядом. Среди людей поднялся ропот. Толпа заволновалась, словно море в шторм. Люди начали поднимать к небу руки. Кто-то схватился за вилы, кто-то за топоры. Заплакали и начали причитать женщины:

– Мы так не договаривались! На ещё одного дракона жертвы нет! – выкрикивали из толпы разные голоса, но ни Крад, ни Галлора языка людей не знали. Для них все эти возгласы были не более чем мяуканьем.

Другие голоса тоже поддержали ропот горожан:

– Пусть проваливает! Точно, пусть катится ко всем чертям! Смерть драконам!

Толпа начала волноваться, в Галлору полетели камни и палки. Откуда ни возьмись, на главной площади появилась стража. Громко гремя железными доспехами, они обходили молодую драконочку, стараясь окружить. Галлора злобно озиралась вокруг, лихорадочно думая, что бы предпринять. Настроение людей читалось безо всякого перевода. Но тут драконочка набрала в легкие воздух и истошно завопила. Люди на площади попадали наземь, держась за уши руками. Витражи на главном здании замка разлетелись вдребезги. Следом за витражами из окон домов также повылетали и все стёкла. Никто из живущих на земле не смог бы выдержать этой пытки долго. Даже для слуха Крада, привычного к таким испытаниям, этот свирепый вопль показался мучительным. Наконец безжалостный крик Галлоры стих. Драконочка огляделась по сторонам и поняла, что на площади не осталось ни одного дееспособного человека. Все лежали на булыжной мостовой, зажимая руками уши. Многие были без чувств, иных тошнило. Галлора быстро сориентировалась и схватила ближайшую к себе девушку-селянку. Крад увидел, что дело сделано, и взмыл в небо. Галлора последовала его примеру и, не дожидаясь, пока толпа опомнится, так же стремительно поднялась ввысь.

Охота оказалась более чем удачной.

Глава 5 – Гнев дракона.

Назад летели почти без остановок. Неприрученные ещё питомцы довольно сильно сопротивлялись, особенно доставалось от своей селянки Галлоре. Но вскоре обе человеческие девушки вымотались и потеряли сознание. Не последнюю роль в этом сыграло и решение Крада немного набрать высоту. Кислорода наверху было достаточно для дракона, но людям явно не хватало. Единственную короткую остановку сделали на побережье у края континента, нужно было отдохнуть и подкрепиться. Драконы выбрали для охоты самый большой пляж. Пленницы, конечно, попытались сбежать, но их поймали ещё до того, как им удалось преодолеть хотя бы половину пути до спасительной чащи леса.

На следующее утро драконы представили своих питомцев на суд преподавателей академии. Питомица Галлоры выглядела затравленной и под пристальным взглядом огромных чудовищ дрожала, словно осиновый лист на ветру. Жертва же Крада, на удивление, вела себя вызывающе. Она жадно разглядывала каждого дракона из наблюдательной комиссии, а к некоторым даже дерзнула подойти и изучить более пристально. Несмотря на столь дерзкое ее поведение, учителя высоко оценили труд подопечных и даже поставили обеих драконочек в пример остальным слушательницам академии, которые не стали утруждать себя поисками сильных и выносливых северных экземпляров. Людей позволили оставить и по такому случаю даже дали двум смелым студенткам увольнительную на сутки.

Галлора валилась с ног от долгого перелета и потому своим правом слетать домой решила воспользоваться позже. Оставив свою питомицу в академической темнице, она предпочла здоровый сон хвастовству перед близкими. По сути, это было верным решением – остров Галлоры был много ближе, чем остров Крада, можно было и выспаться, и родных успеть повидать. Крад же, хоть и сильно устал, решил все-таки навестить Мать-Вершителя, а потому сразу же после заседания комиссии подхватил пленницу пастью и направился к своему далекому острову.

Мать встретила сына с великой радостью и даже приготовила потрясающий ужин из местного деликатеса. Совсем недавно ей удалось поймать детеныша кита, и она решила угостить его нежнейшим жирным мясом своего сына.

Ужин удался на славу. В их пещере, где с отлётом Крада, по словам матери, стало холодно и неуютно, вновь разгорелся жаркий очаг. Снова потекли искрометные шутливые перепалки о половой принадлежности Крада – бывало в их отношениях и такое. Вновь пещера огласилась заливистым смехом матери.

Краду было приятно видеть мать именно такой – жизнерадостной, смеющейся, молодой драконихой, которую он любил, которая его воспитала и, бесспорно, тоже любила. Любила безмерно.

Вечер удался на славу. Уже глубоко за полночь драконы, насладившись обществом друг друга и вдоволь наговорившись, разошлись по своим углам пещеры. Всё это время заложница Крада провела, забившись в самый дальний угол пещеры. Питомицу было не узнать. От той дерзкой и гордой северной девушки не осталось и следа. Она сидела молча, ниже воды, тише травы и внимательно следила за трапезой двух драконов, не сводя с них своих маленьких холодных глаз.

– Где ты ее раздобыл? – поинтересовалась мать, укладываясь спать.

– В северных землях, – не без гордости сообщил Крад, еле подавив зевок. Только сейчас он почувствовал, как сильно устал за последние сутки.

Мать резко подняла голову.

– Где??? Я же велела тебе не летать туда! – довольно грозно прорычала она.

– Во-первых, это был не приказ, а рекомендация, а во-вторых…

– Избавься от неё немедленно! – перебила его мать.

– Почему это? – удивился Крад. – Я не для того рисковал шкурой и проделал путь в несколько тысяч верст, чтобы так легко распрощаться с лучшим человеческим экземпляром во всей академии.

– Кадастра, как Мать-Вершитель драконьих судеб, я тебе повелеваю…

– Я тысячу раз просил называть меня КРАД! – взревел молодой дракон, сотрясая стены пещеры.

– Ты вконец зазнавшаяся, избалованная и глупая девка! – ответила мать не менее грозно. – В тебе нет ни капли моей мудрости!

– Может, во мне и крови твоей нет? – пошел ва-банк Крад и, судя по всему, не ошибся. Укол достиг цели. Мать налилась пунцовым и начала вбирать в свои газовые мешки воздух. Из неё вот-вот должен был извергнуться вулкан гнева.

– Как смеешь ты, щенок!

– Уже щенок, – засмеялся Крад матери в лицо. Он понимал, что сильнее и проворнее родителя и что с легкостью увернется от её языков пламени. – Ты уже определись, мама, самец я для тебя или самка!

– Тогда я сама её изжарю! – гневно выкрикнула Мать-Вершитель и повернулась мордой к пребывающей в сакральном ужасе от лицезрения ссоры двух драконов девушке.

– Не смей! – взревел Крад и бросился наперерез адскому пламени, которое уже начала изрыгать из себя Астра. – Она моя!

Нестерпимый жар полоснул Крада по боку. Пещера на мгновение превратилась в огромную доменную печь.

Несмотря на весь свой вспыльчивый характер, за все время взросления Крада Мать-Вершитель никогда не использовала свой огненный фонтан на полную мощность. Бывали небольшие выволочки слабенькими огненными струями, которые в мире драконов можно было классифицировать как стандартное наказание. На самом деле Крад понятия не имел, какой мощью обладает взрослая самка дракона. Получив максимальный урон, он взвыл от боли и рухнул на землю без чувств. Мать вскрикнула от неожиданности. Такого она от сына не ждала. Увидев его испепеленный бок, она тут же остыла. Бесконтрольная ярость сменилась жалостью, и она бросилась вон из пещеры. Вернулась она уже через пару минут с ледяной водой из священного озера Луу в обоих газовых мешках и обильно полила рану сына.

– Что же я натворила? Что же я натворила?! – все повторяла она, суетясь возле поверженного дракона.

Через некоторое время целебные свойства воды священного озера Луу начали себя проявлять. Крад стал дышать ровнее и перестал стонать, всё глубже проваливаясь в сон. Не веря тому, что она могла причинить сыну такую боль, Астра обернулась кольцом вокруг своего отпрыска и, убитая горем и чувством вины, заснула беспокойным, тревожным сном.

Утро встретило Крада ласковыми лучами солнца. Он приоткрыл один глаз и зажмурился. Дракон попытался пошевелиться, но его тут же обожгла нестерпимая боль в боку. Крад поморщился и попытался вывернуться из крепких материнских объятий. Он встал, тяжело дыша, и направился в дальний конец пещеры, чтобы напиться из струящегося в недрах горы источника. Утолив жажду, он вернулся к Астре. Гнев больше не терзал его нутро. Он не мог припомнить, чтобы когда-либо ругался с матерью столь яростно, и его больно кольнуло чувство вины.

– Прости, мам, – прошептал он Астре на ухо. Ответа не последовало. – Я был не прав, мне стыдно.

Крад лизнул мать в нос и отшатнулся. Шершавый нос матери был ледяным.

– Мам? – тихо окликнул он Астру.

Она не откликалась. Веки её были плотно закрыты. Из глаз по щекам струились два скупых ручейка слез.

– Мама! – уже крикнул Крад. – Проснись, мам!

Он обошел её кругом и только сейчас увидел, что из пасти матери течет голубая струйка крови. Астра не дышала. Внутри у Крада всё перевернулось. Он ощутил сильное головокружение и, не в силах больше стоять, рухнул на бездыханное тело Астры. Мать-Вершитель была мертва.

***

Девушка стремглав бежала вдоль берега. К подножию горы она спустилась ещё затемно. Повезло, что ночь оказалась лунной, а небо чистым. Бежала она долго. Вскоре её застал рассвет, и она наконец нашла небольшой грот, в который никакому дракону с его габаритами было не забраться. Светлое время суток она решила переждать там. Тяжело дыша, она напилась из источника внутри грота и уселась на мокрый пол.

Девушке до сих пор не верилось, что её план сработал. Столько лет она лелеяла, оттачивала, добавляла новые нюансы и шлифовала шероховатости этого плана, полируя его до блеска, и вот, наконец, свершилось. Её отец, король Северного королевства Габриэль, отомщён!

Девушка улыбнулась впотьмах. Кто бы знал, чего ей стоило все эти годы играть роль мудрой правительницы с железной волей и стальными нервами. И это уже не говоря о том, что все эти годы она уверяла свой народ, что при следующей встрече с драконами Южных островов не погибнет ни один житель их королевства.

Девушка помрачнела. Одну спасти всё же не удалось, но тут её вины не было. Обычно драконы забирали лишь одну девушку. Кто же знал, что этим тварям в этот раз понадобятся две?

Хотя, если ей удалось так легко завалить своего кровного врага, может, ей ещё и повезёт добраться до главного драконьего острова, и она сможет выручить свою подданную. Маловероятно, но всё же…

Дальше кровной мести её планы никогда не шли. Она ничего не знала о месте обитания драконов, прилетающих с юга. Обратный путь обещал быть бесконечно трудным. Ей необходимо будет преодолеть (неизвестно как) сотни верст океана. Спасти свою служанку Флору. Затем каким-то образом добраться до материка и преодолеть ещё несколько тысяч верст пути. Их ждут пустыни и горный перевал, непроходимые северные леса и бесконечное число полноводных рек. И это уже не говоря о недружественных народах севера и северных драконах, которые были хоть и меньше по размеру, но не менее опасны, чем южные.

Путь мог растянуться на долгие годы. А каждый новый год сопровождала крепкая северная зима с её дикими ветрами и трескучими морозами. Но оно того стоило. Девушка улеглась на мокрый пол своей пещерки и в блаженной неге потянулась. Она устала, но решимости её не было границ.

Эмоции последних дней, а тем паче последней ночи переполняли её сознание. Девушка поняла, насколько сильно вымоталась за последние сутки, и решила отдохнуть. Засыпая, она вспомнила, как всё начиналось. Тогда она была совсем маленькой девчушкой. Отец её, король Габриэль, был великим и мудрым правителем. Таким же был и его отец. И отец его отца. Их королевство с незапамятных времён терзали драконы, но её доблестный народ всякий раз находил в себе силы сопротивляться. Войны велись постоянно и потому закалили характер людей Северного королевства. Со временем люди даже выработали вполне действенные тактики борьбы с этими ужасными чудовищами. Но однажды с юга пришли совсем иные драконы. То были огромные, гораздо крупнее северных сородичей огнедышащие твари, уничтожавшие всё на своем пути. Каждые двадцать пять лет они опустошали их земли, и всякий раз после набега люди не досчитывались одной девушки.

В день, когда Анабель исполнилось четыре года, крепость готовилась к осаде. Южные драконы были пунктуальны и всегда нападали в один и тот же день весеннего равноденствия. Юную Анабель вместе со всеми женщинами и детьми отправили в пещеры, подальше от военных действий. Но девочке не терпелось своими глазами увидеть живого дракона, и потому она сбежала из укрытия. В опустошенный битвой и выжженный адским пламенем замок она пробралась через тайный лаз. Выбралась как раз в тот момент, когда её отец – последний из защитников крепости – пал от лап огромного дракона с алой мордой. Анабель навсегда запомнила особенность этого дракона – красный, пылающий алым цветом нос, из которого вырывались дым и языки пламени. Победивший в схватке, но изрядно потрепанный битвой дракон медленно осмотрелся кругом и, не найдя иной подходящей жертвы, унес прочь раненого отца Анабель.

В тот день девушка поклялась отомстить. Она много лет искала способ лёгкого убийства драконов и в одной из поездок в дальние пределы королевства встретила друида, посоветовавшего ей попробовать яд редкого растения Ару, произраставшего на склонах великих Предельных гор. Подданные Анабель собрали необходимое количество цветков этого растения и опробовали яд на более мелком северном драконе. Яд действовал великолепно, и дело оставалось за малым – придумать план, по которому очередной дракон похитит именно её.

И всё прошло безукоризненно. Дракон, похитивший её, притащил Анабель в своё логово, где их встретил другой дракон. И не просто дракон, а дракон с алой мордой – тот самый! Девушке несказанно повезло. По странному стечению обстоятельств оба дракона, с виду находившиеся в дружественных отношениях, растерзали тушку какого-то морского чудища размером с четырех коров. И даже почти уснули. Но вдруг ни с того ни с сего они начали злиться друг на друга. Громко рыча и напоминая Анабель двух ощетинившихся волков, делящих добычу, они начали кружить по пещере. Каким-то странным чутьём девушка поняла, что причиной их разлада послужила она сама. Анабель уже прощалась с жизнью, когда поняла, что её кровный враг, дракон с алым носом почему-то решил её испепелить. Но в самый последний момент раскаленную струю пламени принял на себя другой зверь – тот, что пленил её. От нестерпимого жара, воцарившегося в пещере, девушка на какое-то время потеряла сознание, а когда пришла в себя, то обнаружила обоих драконов, лежащих в обнимку. Не иначе, духи предков были в ту ночь на стороне Анабель. Убийство одного дракона другим Анабель восприняла как знак свыше и сигнал к действию. Подобравшись к дракону с алым носом, девушка свершила свою месть. Она аккуратно вскрыла ножом спрятанный за голенищем её сапог яд в бамбуковой колбе (благо драконы не имели физической возможности обыскать её), и вылила содержимое колбы прямо дракону в разинутую пасть.

Цель всей её жизни была достигнута. Анабель ещё раз сладко потянулась и уже хотела выбраться из своей пещеры, чтобы осмотреться, но её остановил страшный истошный рёв дракона, разносящийся на многие версты вокруг.

У Анабель замерло сердце. Один из драконов всё-таки выжил.