Глубина 44 (роман-откровение)

Синтетические души

Громко щёлкнув, стрелки настенных часов вытянулись по стойке смирно. Полночь. Притихли соседские разговоры, замер старый, постоянно громыхающий лифт. И даже вечно перекатывающиеся на потолке, невидимые бильярдные шары, наконец, остановились. Дом номер восемь на Есенинской улице медленно отходил ко сну.

Я сидел возле давно немытого окна и ждал.

Наверное, следовало закурить или хотя бы налить чаю…но я даже свет не включал. Поставил локти на кухонный стол и в полной тишине сам превратился в окаменевшее изваяние.

В голове вяло ворочались липкие мысли, и мне хотелось поскорее закончить всё и уйти отсюда. Всё-таки не смог бы я так жить. Эта серость и обыденность каждого дня, закольцованная в бесконечность самоповторения, давила даже, когда я просто смотрел на неё со стороны.

И как он справляется?

Хотя, уверен, ему это даже нравится.

А что? Спокойно, стабильно, предсказуемо. Живёшь в своей норе и никаких тебе опасностей и приключений. Привычный маршрут, привычные люди, привычная работа и дом. Привычное всё.

Так зачем менять, если и так хорошо?

Брр…я словно окунулся в его сознание. На мгновение понял и даже кажется принял. Но простить предательство так и не смог. Потому и жду, чтобы принести кару своему персональному Иуде.

Скрежет ключа в дверном замке. Минута в минуту. Сегодня у нас день рождения, и он отправился в бар к тем, кого считает своими друзьями. Но, по давно устоявшейся привычке, домой возвращается не позже двенадцати. Ведь завтра рано вставать и идти на работу. Снова. Опять. Как и тысячи раз до этого.

Прикрыв веки в ожидании света, я слегка пошевелил плечами. Всё-таки неудобное это тело. Слишком уж материальное, привязанное к законам местной физики. Да, и погрузневшее порядком. Похоже, он не слишком любит заниматься спортом. А мне теперь страдай. По правилам мы должны находиться в одинаковой стартовой оболочке. Вот и приходится примерять на себя такую незамысловатую форму.

— Что? Кто здесь?! — клацнув переключателем и дёрнувшись от неожиданности, воскликнул он.

Подождав, пока глаза привыкнут к смене освещенности, я только хмыкнул в ответ. Он и сам прекрасно знал, кто я и зачем пришёл. Но, словно по какому-то нелепому сценарию, продолжал голосить и задавать глупые вопросы.

— Немедленно выметайтесь отсюда! Я сейчас вызову полицию, — делая шаг назад и вытаскивая из кармана перцовый баллончик, предупредил он, — у меня есть оружие!

Тут я не выдержал и захихикал, иронично поглядывая на его «средство самозащиты». Выглядело оно невероятно сурово и опасно. Одно нажатие и противника распылит на атомы. Ну, или просто немножко пощиплет, если попадёт в глаза.

— Давай, — коротко бросил я.

— Что давай? — не понял он.

— Вызывай полицию, брызгай мне в глаза, заламывай руки и кричи караул! — откровенно насмехаясь, пояснил я.

— Да кто вы такой? И что делаете в моей квартире?

— Ты выдыхай, давай. Присядь сначала и всё расскажу. Если ты, конечно, сам не вспомнишь, — прекратив ёрничать, предложил я.

Хмуро косясь в мою сторону и не выпуская из рук баллончика, он присел на табуретку, стоящую у холодильника.

— Мог бы и поближе. Не боись, не укушу. Всё-таки одной крови, считай, — хрустнув пальцами произнёс я.

Неужели и правда не понимает? Или просто делает вид… Но зачем? Ладно, сейчас разберёмся.

— Серый, ты дурачка-то не строй. Или то, что я полная твоя копия, тебя никак не смущает? Ты присмотрись. Потрогать даже можешь. Только без пошлости, — подмигнул ему я.

Проигнорировав моё предложение, он всё же внимательно посмотрел на меня, будто пытаясь найти сходство. Слепой что ли? Тут и без очков понятно, что мы, словно, братья близнецы.

— Вроде бы что-то есть… Погодите, я одену линзы и тогда смогу сказать точно, — встрепенулся он, поднимаясь со стула.

Что за глупость? Какие линзы? У меня, а значит и у него, со зрением всегда всё в порядке. Ментальная генетика, знаете ли.

Выйдя в коридор, Сергей направился в дальнюю комнату, где стал шумно в чём-то копаться, громко хлопая дверьми шкафа.

— Подождите ещё минутку. Я почти нашёл, — выкрикнул он.

Это что шутка какая-то? Или он сбежать хочет? Тогда надо было сразу к выходу бежать. Но я бы, в любом случае, догнал. Да и знаю его, как облупленного. Всё же это мой Осколок, а не какой-то левый тип.

Так, что он задумал? К чему весь этот цирк с плохим зрением?

Ответ я получил спустя секунду. Когда пол под моими ногами вспучился, а стены полыхнули огнём. Раздался низкий гул, и всё вокруг стало рушиться. Правда, всего этого я уже не ощущал. Первый же обломок потолка упал мне на голову, размозжив череп и выплеснув мозги наружу. Я покинул этот мир с проклятьями и дикими ругательствами.

Скотина! Надо же додуматься, взорвать целый подъезд ради меня одного!

А как играл-то?! Я почти поверил. Не ожидал от него такой прыти.

Что ж, он получил свою отсрочку. Мне придётся потратить несколько часов, заново собирая энергию и органику для перехода. А потом ещё и искать его снова… Уверен, теперь он постарается максимально отойти от базовой формы.

Поморщившись, я стряхнул с себя, зацепившуюся было, фантомную боль после смерти и принялся за дело. Медлить не стоило, каждая минута на счету.

Ну, Серёга, ну шельмец! Разозлил ты меня конкретно! Не хотел по-хорошему, теперь будет по-плохому.

…

И-реальность № 137-11

Да уж, воняет здесь конкретно. Похоже, на какие-то трущобы. Вот только, что они делают в центре города? Или тут так заведено?

Ну, и местечко он себе для новой жизни выбрал. Раньше хоть обычный спальный район был. А тут роскошь вперемешку с нищетой. Вот только первая показушная, а вторая самая что ни на есть настоящая. Дешёвая антиутопия, воплощённая в чужую реальность.

Поморщившись, я сплюнул на залитый чем-то радужным асфальт и прикинул с чего стоит начать. Конечно, можно подождать и через какое-то время моё чутьё полноценно адаптируется и направит меня в нужную сторону. Но просто так стоять и ничего не делать я не мог. Так что сперва можно просто прогуляться и осмотреть окрестности. Тем более, случайность великая вещь. Всегда можно повстречать кого-нибудь или что-нибудь нужное.

Выйдя на оживлённую центральную улицу, я, смешавшись с толпой, быстрым шагом двинулся в сторону громоздкого грязно-красного сооружения, что возвышалось над окрестными домами. Высокое, царапающие своими шпилями, хмурое небо, оно ощутимо давило на окружающий пейзаж.

Храм что ли какой? Или замок местной знати? И те, и те любят, чтобы перед ними преклонялись. Вот и строят пугающее уродство, которое должно показывать, кто здесь главный.

— Добрый день! Пройдите пожалуйста соцопрос от вашей касты. Вы трутень, рабочий или воин? — внезапно раздался писклявый голосок откуда-то слева.

Притормозив, я удивлённо посмотрел на девчушку в ярко-жёлтой униформе, что задала мне такой странный вопрос. Трутни? Серьёзно? Похоже, мой Осколок очень постарался, чтобы найти такое…специфическое общество. Неужели, это именно то, что было ему нужно? Или он бросился в первую попавшуюся Грань? Надо будет спросить его, когда увижу.

— Нет, девочка. Я спешу, — ответил я уже через плечо, удаляясь.

— Но…но так нельзя. У нас же был контакт. Вы посмотрели на меня и услышали. Теперь нужно ответить, — неожиданно настырно зацепилась она.

Пожав плечами, я продолжил идти дальше. Лишняя болтовня мне сейчас совершенно не нужна. Пусть найдёт себе какого-нибудь аборигена для навязчивых соцопросов.

В уши ввинтился мерзкий писк, который, казалось, переходит в ультразвук. Раздражённо обернувшись я увидел, как девчонка достала крохотный свисток и, выдувая из него безумные трели, тычет в меня пальцем.

Как некультурно подумал я и, ускоряя шаг, двинулся прочь. Не хватало ещё встрять со всеми этими непонятными культурными особенностями. Но не успев пройти и десяти метров, почувствовал, как меня кто-то схватил за рукав. Потом чья-то ладонь опустилась на плечо. И сразу двое мужчин пожилого возраста загородили мне проход.

— Эй, что происходит? — раздражённо спросил я.

— Слушать надо уметь, — прошептала мне благообразного вида старушка.

— Смотреть нужно в корень, — поддержал её малец, вцепившийся в мою ногу.

— Связь, это всё что у нас есть, — вторила им молодая парочка, подошедшая только что.

Попытавшись вырвать руку, я понял, что держат меня крепко. Вроде бы по-дружески, кто-то вообще просто прижимается, приобнимает. Но попробуешь освободиться и сразу поймёшь, что никуда тебя не отпустят.

Пока что? Не пройдёшь этот дурацкий соцопрос? Смешно.

— Ладно, ладно. Я понял. Давайте сюда ваши бумажки, я всё быстро отвечу и разойдёмся миром. Хорошо? — пошёл я на попятную.

Можно было, конечно, помахаться с этими двинутыми на всю голову туземцами, но я понимал, что в нынешнем моём состоянии это будет верный проигрыш. Здесь я обычный человек. Со всеми его плюсами и минусами. Хочешь играть…играй по правилам.

Хотя меня так и подмывало принять свою истинную форму и камня на камне здесь не оставить.

Но тогда мой Фрагмент будет потерян навсегда. А вместе с ним и частичка моей силы. И мне бы этого очень не хотелось. Так что выдыхаем и улыбаемся. Ответим, расскажем всё, что захотите. Главное, руки уберите и не шепчите в ухо всякие фанатично-отбитые фразочки.

— Ну, где опросник? Я же сказал, что готов, — стараясь выглядеть миролюбиво, повторил я.

— Он говорит неправду. Теперь контакта нет, — коснувшись меня и глядя прямо в глаза, сообщила девчонка в жёлтом.

— Что за глупости? Тебе показалось. Вот же, я говорю, что отвечу на любые вопросы, — натягивая на лицо улыбку, возразил я.

— Пахнет страхом. Чужой, — внезапно выдала она удивлённо, — зовите Сотников, они исправят.

— Эй, не надо ничего исправлять. Я нормальный! — пытаясь освободиться, ору я, — это вас тут проверить нужно на вменяемость.

Каюсь, слегка запаниковал. Впервые действительность Осколка так агрессивно себя показывает. А ведь вначале всё виделось таким мирным и спокойным. Обычный такой мирок. Но, похоже, он не зря выбрал его, чтобы спрятаться. Увидел, понял, что здесь есть с чем работать. И вот результат. Сначала взорвал меня, а теперь вот отправил прямо в лапы к каким-то местным сектантам. И я почему-то уверен, что всё это не случайно. Здесь чувствуется чёткий, продуманный план.

Только вот чей? Я всё ещё не верил, что на такое способна какая-то крохотная частичка меня. Пусть и одарённая всем моим потенциалом.

Неужели они начинают эволюционировать? Развиваться, расти…

Ведь, если это так, то скоро мне придётся сражаться с равными себе по уровню, а не поглощать запутавшихся в собственной свободе Осколки.

Что ж, уйти отсюда я всегда смогу. Так что посмотрим, что приготовил для меня мой одиннадцатый Фрагмент. Вдруг он и сам в гости пожалует? Тогда не придётся устраивать лишнюю беготню.

— Давайте уже сюда этих ваших сотников! — весело усмехаюсь я, — хотя для моей персоны нужны, как минимум, тысячники.

Толпа, собравшаяся вокруг меня молчала. Видимо, не оценили шутку.

А спустя мгновение, я сам понял почему.

Возвышаясь над людьми, ко мне медленно шли трое гигантов, ростом под два с половиной метра. Наглухо затянутые в матово-чёрную броню с золотой сотой на груди, они будто издавали низкое басовитое гудение от которого у меня мигом разболелась голова.

Перед глазами мутилось, и я вдруг с удивлением почувствовал, что еле стою на ногах. Это что же некое скрытое оружие? Похоже, нелегальное. Ну, или действующие только на чужих. Ведь все остальные стоящие вокруг меня никак не показывали хоть какое-то неудобство.

Я пытаюсь сказать этим увальням, что всё это ошибка, но вместо этого что-то мямлю себе под нос и плавно теряю сознание. Меня подхватывают десятки рук и куда-то несут. Странно, но мне кажется это даже приятным. Будто я рок-звезда или Иешуа в ладонях своих учеников.

Темно. Тепло. Тихо.

Сон длиною в век

Тяжело. Лениво. Даже не хочется открывать глаза. Всё тело будто наполнено свинцом и ртутью. Где-то тяжело перекатывается, где-то просто неподъёмный кусок металла.

Но просто так лежать нельзя. Память дружным хороводом проносит череду недавних событий и мне сразу хочется вскочить, чтобы закончить дело. Шевелю пальцами, морщусь, вроде всё нормально. Можно и оглядеться.

Полноценно это сделать не получается. Оказывается, я облит каким-то прозрачным пластиком, который пружинит, стоит мне только начать двигаться излишне активно. Прилегающая к коже тонкая плёнка даёт дышать, но кроме этого мои действия ограничены.

— Эй! Есть кто-нибудь живой? — кричу я, увидев, что вокруг меня только мерно урчащие механизмы.

Где-то за пределами моего зрения раздаётся тихое шипение. Затем слышатся шаги. И, наконец, передо мной предстаю я.

— Есть. Можешь не надрываться, — говорит Сергей и задумчиво на меня смотрит.

— Неожиданно. Значит, это твоих рук дело? — сложив дважды два, на всякий случай, уточняю я.

— Скорее, наших. Без тебя, я бы не смог провернуть такой специфический проект. Местные обитатели не очень шли на контакт. У них тут монолитное кастовое общество и лишние проблемы никому не нужны, — усмехнулся он, став чудовищно похожим на меня.

То есть, он как бы итак моя полная физическая копия. Но в плане ядра личности, истинности всей глубины, всего лишь Осколок, Фрагмент, тайл, что вдруг решил выделиться и персонализироваться.

— Если бы не твоя вечная паранойя, желание знать всё и вся, а самое главное контролировать окружающий мир, то я бы не справился. Так что пришлось поворошить старые аспекты нашего единого Я и использовать их себе во благо, — продолжил он.

— Ладно, я понял. Можешь не рассказывать, как ты обвёл меня вокруг пальца и всё хитро продумал. Давай сразу перейдём к финальной части, где я тебя побеждаю и всё становится на свои места, — поморщившись, останавливаю его я.

— Ну как же? Всё должно быть по правилам. Помнишь, ты их сам когда-то установил… Вот только в этой партии зло, это ты. А я пусть не миленький ангелочек с нимбом и крыльями, но вполне себе положительный персонаж. Так что, выдыхай и слушай, — он легонько коснулся моего лица пальцами и улыбнулся чему-то своему.

— Жаль, что слюна матки такая прочная. Иначе, перед анабиозом, я бы хорошенько начистил тебе морду. Объяснять за что, думаю не надо? — Сергей сжал кулаки и неспешно прохрустел суставами, — но рисковать было бы глупо, так что я, не повторяя твоих ошибок, на почве самонадеянности и невероятной гордыни сразу перейду к последнему акту. Сейчас мы с моими друзьями из касты учёных-трутней отправим тебя в маленькое путешествие во времени. Ты снова заснёшь, чтобы проснуться уже спустя тысячу лет.

Я молчал. Молчал и экстренно искал выход из сложившейся ситуации.

Вот, ублюдок! Продумал же всё. И вся его афера, хоть и попахивала безумием, но сработала. Уйти из этой действительности я могу только двумя путями. Либо умерев (причём не важно убьют меня или я сам ускорю этот процесс) или после возвращения моего Осколка на его законное место.

Оба этих варианта сейчас не особо жизнеспособны, так что придётся импровизировать.

— Стой, стой. Зачем спешить? Ты победил. Признаю! Избавиться от меня на десять веков, это, конечно, круто. Но вот что дальше? Я же рано или поздно очнусь. И ты понимаешь, что месть, это блюдо которое подают холодным. А у меня будет много времени, чтобы придумать самые изощрённые способы сделать тебе больно, как физически, так и морально. Ты же семью здесь обязательно заведёшь, так? Друзья, близкие. Не забывай, что ты часть меня, а значит, я знаю все свои слабые стороны, — постарался я образумить своего Фрагмента.

Но Сергей только рассмеялся в ответ. Хлопнув от избытка чувств в ладоши, он, хихикнув, сказал, что ждал от меня подобных угроз. И, разумеется, хорошенько к ним подготовился.

— Ты и вправду считаешь, что можешь заставить меня изменить своё решение такими глупостями? Может, после того, как мы все ушли от тебя, ты конкретно так потупел?

Ага, первый финт не прошёл. А, казалось бы, самый обычный Осколок. Ни ума, ни фантазии. Спокойствия только хочет. Обыденности. Мирского уюта. Но нет…за всей этой мишурой скрывался холодный, отточенный ум. Что-то быстро мои Фрагменты стали эволюционировать. Ну ладно, сейчас попробуем его дальше разговорить.

— И как же ты думаешь защититься от меня?

— А, зачем мне это вообще делать? Или ты думаешь, что я буду покорно ждать тебя из анабиоза?

Хм, неужели… Нет, он же не псих! Во всяком случае, не психованней меня.

— Что замолчал? Не ожидал такого? Думал, все, как ты будут жить бессмертными, вечно молодыми и потихоньку менять мир под себя? Самонадеянный идиот, вот кто ты такой!

— Я могу уничтожить всю планету, — тихо произнёс я.

— Ага! Да хоть всю эту чёртову реальность! Мне плевать. Я уже перестану быть частью тебя. Моя сущность пойдёт дальше. Вырастит новые корни, обретёт другие смыслы, пройдёт иными путями.

— Ты же понимаешь, что реинкарнация не выход? Да, ты можешь надеть на себя маску обычного человека, добропорядочного семьянина и с честью прожить эти…сколько здесь живут? Сто, двести лет? С каждым перерождением забывая часть себя и начиная всё заново. Это же тлен, бесконечное забвение. Рано или поздно, всё вернётся на круги своя, — попытался я образумить его, мысленно восхищаясь простотой и гениальностью его плана.

— Конечно! Для тебя это, наверное, так и есть. Но не забывай. Теперь я и ты, разные существа. Игра в свободу даёт свои плоды. Так что, вкушай их и наслаждайся тем, что сам и создал. А мне пора. Прощай, Сергей, — он неожиданно прервал наш разговор и быстро вышел из комнаты.

В ту же секунду плёнка на моём теле конкретно так съёжилась, и теперь я не то, что пошевелиться, а даже дышать мог с трудом. Сразу же упала температура и по коже будто пробежали колкие электрические разряды. Откуда-то вновь появилась тягучая сонливость и глаза сами стали закрываться. Грудь сдавило и сердце забилось с перебоями.

Может местные учёные допустили ошибку, и я сейчас умру, вместо того, чтобы отправиться в сон на тысячу лет? Надо было откусить себе язык, когда только очнулся. Тогда был бы реальный шанс не допустить всего этого затянувшегося спектакля.

Хотя что-то мне подсказывало, что у моего Осколка и на этот счёт была подготовлена мера противодействия. Слишком уж он продуманный, чтобы попасться на такой дешёвый трюк.

Но, я выкручусь. Обязательно выкручусь. Вот только вздремну немного…

…

Спустя 118 лет по хронологии И-реальности № 137-11

Прохладно. Даже очень. Я сжался в комок принимая позу эмбриона, стараясь сохранить остатки тепла.

Помогало не очень. Холод просачивался внутрь, заставляя уже не просто дрожать, а дёргаться, как припадочному. Я пощупал рукой вокруг в поисках одеяла, но нашёл только какую-то шуршащую пленку. Будто высохшая кожа змеи, она потрескалась и совершенно не грела.

В какой-то момент я окончательно взбился и, грязно выругавшись, проснулся полностью.

Что за…?

Вокруг был мрак, пыль и минусовая температура. Неужели за тысячу лет всё так быстро деградировало? Хотя о чём это я… Не стоит забывать, что это технологии обычных людей. Для которых то, что не ломается больше двадцати лет уже предел прогресса. А тут нужно десять веков нормального функционировании.

Интересно, а сколько на самом деле прошло времени?

Кхм, думаю, всё же оставить этот вопрос напоследок, а сейчас лучше озаботиться спасением собственной жизни. Нелепо погибнуть, замёрзнув, мне совершенно не хотелось. Так что ищем способы утепления. Ну, и свет заодно зажечь не помешало бы. А то темень вокруг стоит, хоть глаз выколи.

Кое-как поднявшись и придерживаясь за стену, я наощупь обошёл всё помещение. Организм ещё не до конца отошёл после анабиоза, так что я изредка ловил приступы тошноты и головокружения.

Итак, куча всякого старого хлама и неработающей электроники. Да уж, негусто. В плане оружия и одежды, так вообще не о чём. Значит придётся выйти в мир голым, беззащитным и окончательно заледеневшим.

Где-то тут было что-то, похожее на дверь. Сделав ещё один круг по комнате, я нашёл выступающую панель и через пару секунд уже тянул ручку на себя. Никакого эффекта. Толкнул, подёргал, снова толкнул, резко рванул на себя и, в итоге, остался с куском пластика в руке.

В очередной раз обматерив всё и вся, я попытался выломать эту чёртову дверь. Сил оставалось исчезающе мало, так что после каждого разгона и удара мне приходилось отдыхать чуть ли не целую минуту. Единственным плюсом всех этих физических упражнений было то, что я слегка согрелся.

Наконец, после пятого или шестого раза мне удалось прогнуть верхнюю часть. В появившуюся щель пролезть было нереально, но я удвоил свои усилия, пытаясь расширить отверстие. И вот через полчаса кряхтения, отборных матов и пары кружек пота, что начинали превращаться в ледяную корку прямо на моём теле, я всё-таки смог выбраться наружу.

Ну, как наружу…просто вывалился в коридор, где было хоть какое-то аварийное освещение. Оглядевшись, я увидел всё те же следы запустения и заброшенности. Кричать, зовя кого-нибудь на помощь, я не стал.

Во-первых, навряд ли кто-то откликнется. А во-вторых, даже, если кто-то придёт, то я совсем не уверен, что он будет мне помогать. Скорее, наоборот. Так что, пока своим ходом.

Через пару десятков метров я натолкнулся на ряд шкафчиков с рабочей униформой.

Неужели! Теперь можно и одеться.

Вот только порывшись внутри, я обнаружил, что почти все они пустые. Только в трёх был порванный комбинезон, чьи-то резиновые сапоги без одной подошвы и куча старых газет (из бумаги!), которые чудом не истлели в труху.

Плюнув, я взял всё это добро и стал экстренно утепляться. Запихнул скомканные подшивки под комбез, а из остатков сделал что-то вроде импровизированной стельки в дырявый сапог. Получилось так себе. Да и выглядел я, как какой-нибудь бомж или персонаж дешёвого фильма про апокалипсис. Но за неимением лучшего пришлось довольствоваться этим.

Так и пошёл дальше, прихрамывая на одну ногу и шурша бумагой под одеждой.

Коридоры сменялись лестницами, те выводили в новые проходы, за которыми снова оказывались двери (в большинстве своём, закрытые), и всё это в полном безмолвии и диком холоде.

Я старался найти окно или хоть какой-то проём наружу, чтобы понять на каком этаже нахожусь. А то будут скакать туда-сюда, а, в итоге, либо в подвал попаду, либо на крышу выйду. Да, и в качестве выхода такой вариант тоже пойдёт. Главное, чтобы вылезти и спуститься можно было.

Так, а это у нас тут что? Много столов на которых валяются подносы, перевёрнутые стулья, будто кто-то резко сорвался и куда-то побежал, ну а самое главное раздаточная линия с остатками давно истлевшей еды.

Столовая! Ну, или как у них тут называется место где едят на работе? А, значит есть шанс найти какие-нибудь консервы и воду.

Приступив к поискам, я уже через десять минут нашёл короб слегка проржавевших банок, рядом с ними несколько здоровенных бутылей воды и, самое главное, коробку спичек. Теперь, если всё сделать правильно, у меня будет не только отличный завтрак, но и тепло. Главное найти что-нибудь подходящее под топливо для огня. Ну, и постараться не устроить здесь полноценный пожар.

Спустя полчаса передо мной теплился невероятно чадящий костерок, а над ним в сложной системе остатков стула, половника и мусорного ведра шкворчит одна из немногих уцелевших банок. Внутри что-то мясное с примесью овощей, судя по запаху. Но я бы сейчас сожрал всё что угодно. Главное, чтобы было горячее и съедобное. А тут прямо целый пир. Осталось ещё чая или кофе найти, тогда вообще шик будет.

Эх, забыл я обо всех таких мелких радостях, пока по вселенным туда-сюда метался. Можно быть сколько угодно всемогущим, но если ты не получаешь удовольствия от простых вещей, то очень быстро всё скатиться в безумие и разговоры с самим собой. У меня правда зашло немного подальше. Я «расчленил» свою личность на составляющие, а они вдруг почему-то решили жить своей жизнью. Сбежали и оставили меня одного. Обидно!

Так, пора снимать. А-то горелое придётся кушать.

Вроде неплохо, съев первый кусок, решил я. Что-то похожее на рагу, только, на мой взгляд, слегка переслащённое. Но кто их местных трутней, рабочих и прочих насекомовидных знает? Может, им так нравится.

За минуту прикончив консерву, я понял, что мне этого мало. В дело пошли ещё сразу две банки. Ну, а пока они разогревались, я прошёлся по соседним помещениям в поисках «дров».

Негусто. Дерева почти нет, один странноватый пластик (который итак уже горит в костре). Спасала бумага, которая здесь попадалась в виде информационных листовок, высохших газет и каких-то полуистлевших досье.

Закидывая всё это разномастное топливо в огонь, мне подумалось, что неплохо было бы всё-таки узнать, что здесь случилось. Даты на новостной макулатуре показывали 2023 год (по местному календарю). Но сколько лет они здесь валяются мне неизвестно. Может, десять, а может, и пятьдесят. К тому же, пролистав некоторые из них, я так и не нашёл хоть малейшего упоминания о случившейся катастрофе.

Хотя…

С чего я вообще взял, что апокалипсис случился со всем миром сразу? Эх, мой старый, добрый эгоцентризм даёт о себе знать. Если что-то произошло, то только из-за меня, вокруг меня и благодаря мне. Трудно быть богом, если по натуре ты всё ещё человек. Так кто кого создал, мысленно усмехаюсь я.

Закончив трапезу, и я понял, что основательно подкрепился и согрелся. Благо мой коптящий костерок давал тепла почти наравне с дымом. Так что разморило меня хорошо, даже в сон потянуло.

Вздремнуть что ли чутка? А потом уже на свежую голову разбираться и искать выход? Всё равно спешить некуда. В моём положении так особенно.

Но где-то внутри дребезжал звоночек беспокойства и волнения. Интуиция или звериный инстинкт?

Раз уж с первостепенными необходимостями разобрались, то впору и какое-нибудь оружие поискать. Скажем, на кухне, я видел стеллаж с ножами и прочими мясницкими инструментами. Правда, там висело три калеки, покрытые ржавчиной по самое не могу. Да и размеры у них, только ногти чистить. Но вдруг найдётся что-нибудь получше?

Соорудив себе импровизированный факел из ножки стула и собственной штанины, пропитанной каким-то невероятно вонючим маслом, я отправился на поиски оружия. И, как оказалось, не зря. Стоило мне перелезть через раздаточную линию и зайти на кухню, как на входе в столовую раздался глухой скрежет. Будто кто-то царапнул когтями по полу. Причём очень большими когтями.

Колесо сансары

Затушив факел и притаившись, я наблюдал, как неведомая тварь неспешно обнюхивает пол возле двери. Секунд через пятнадцать она лениво затрусила в сторону всё ещё горевшего костерка. Похоже, там её что-то основательно привлекло.

Я же, стараясь не шуметь, аккуратно взял ножи-крохотули и засунул себе за пазуху, плотно обмотав бумагой. Защита от случайного пореза так себе, но, за неимением лучшего, придётся довольствоваться тем, что есть. Тем более, что я планировал их метать, а не использовать в ближнем бою. Размер не тот. Да и не хочется мне с таким монстром сходиться в рукопашной схватке. Вон пасть размером с две моих головы. А эти жвала по краям челюсти вместе с фасеточными глазами, так вообще наводят крайнюю степень ужаса.

Мне, конечно, доводилось встречать выродков и пострашнее. Но там я как бы был в своей привычной ипостаси и мог в любой момент превратить их в груду пыли. Здесь же, ощущение собственной уязвимости давило и заставляло совершать более обдуманные поступки.

Разумеется, всегда можно умереть и уйти отсюда. Но, боюсь, тогда мои поиски затянутся надолго. Я ведь всё ещё не знал сколько лет прошло с моего заточения в анабиоз и есть ли шанс «обогнать» реинкарнацию.

По идее, одно-два перевоплощения не критичны. Базовая структура моего Фрагмента не должна сильно измениться. Хотя многие его воспоминания уйдут в метаархивную форму. Он как бы будет другим человеком, но только снаружи. Энергетическая основа останется той же. А, значит, есть вероятность, что я всё-таки смогу вернуть его «домой».

Пока я размышлял о бренности существования (чужого, конечно. Я-то бессмертен), чудище хорошенько порылось в консервных банках и, выловив съеденные мной, начало их яростно вылизывать. Уж не знаю, чего ему там не хватало в организме, но порыкивал он совсем уж смачно. В какой-то момент даже заурчал, словно гигантский уродливый кот.

Да и запах плавящегося пластика от моего огня тоже привлекал его внимание. Подъедая остатки, он постоянно втягивал тянущиеся к потолку струи дыма.

Неужели я сам и позвал эту местную животину на неожиданный банкет? Да уж, если так, то как-то неудобно выходит. И я не подумал, и тварь ни в чём не виновата. Но, разве что, выглядит она не очень приятно. Но это же не преступление?

Хотя в этой действительности всё может быть. Особенно после странного увлечения местным народом всякими инсектоидными философиями. С другой стороны, кто знает, что у них тут изменилось за то время пока я благополучно дрых в коконе из маточных слюней.

Хм, может, в этом и дело?

Материал, который я покидал в огонь содержит в себе какие-нибудь знакомые ему вещества, которые перейдя в летучую форму подманили животину. Тогда и про консервы становится понятно. Не хватает ему сахарка в крови, ох, как не хватает. Налицо эксперименты с генетикой. И мне очень не хотелось бы выйти наружу и повстречать получеловека-полутрутня. Ну, или какие у них сейчас тут касты?

Правда, есть вероятность, что я всё это выдумал и притянул одно к другому за уши.

Ладно, разберёмся. Пусть, главное, эта чудность доест и свалит отсюда. А я уж аккуратненько за ней пройдусь. Уверен, она выведет меня к выходу.

Окончательно разворошив место моих посиделок, существо ещё раз внимательно всё вокруг обнюхало. В какой-то момент мне даже стало не по себе, когда его морда обратилась в сторону кухни. Неужели учуяла что-то? Засунув руку за пазуху, я сжал рукоять одного из ножей. В глаз метнуть успею, а там уж как пойдёт.

Но внезапно животина заинтересовалась кое-чем другим. Да так, что аж на месте подпрыгнула. Когти зацарапали по полу, когда она, приземлившись, стартанула прямо с места в сторону двери. Я даже выдохнуть не успел, как метнувшаяся тварь выскочила из столовой.

На всякий случай, выждав ещё минуту, я отправился за ней. Идти приходилось медленно, так как факел я заново зажечь не рискнул. В полутьме, постоянно прислушиваясь и озираясь, мне удалось пройти совсем немного. Но, судя по дуновению свежего воздуха, я был на правильном пути. Правда, этот «ветерок» принёс с собой снежинки и бодрящий холод, который напомнил, что снаружи температура будет значительно ниже. Так что я поёжился и лишь поплотнее запахнул свой дырявый комбез. Помогло это слабо, но я надеялся побыстрее найти ещё кого-нибудь живого и желательно более разумного, чем это чудище.

Пройдя ещё полсотни метров, я явственно ощутил поток ледяного ветра, бьющий откуда-то слева. Скорее всего, выход там. Ускорившись, я уже через минуту вышел к здоровенной дыре в стене, через которую открывался прекрасный вид на мёртвый город. По-другому я просто не мог назвать это скопище развалин, «скелетов» полуобвалившихся высоток и груд мусора, что когда-то было чьими-то домами. Всё это «великолепие» покрывал слой грязно-серого снега с вкраплениями «радужного» льда. Свет тусклого солнца отражался от этой смеси химикатов и обычной воды, на мгновение расцветая всеми возможными красками на фоне окружающей блеклости.

Да уж…неужели старая сказка на новый манер? Классический техноапокалипсис с капелькой климатической катастрофы и всеобщей затянувшейся войной. По крайне мере, выглядит всё именно так.

К сожалению, если дела обстоят, как мне видится, то надеяться на встречу с человеком здесь не приходится. Если только тварь, зашедшая ко мне на огонёк, не чей-нибудь питомец.

И, словно в подтверждение моим мыслям, в полукилометре от меня мелькнул знакомый уродливый силуэт. Нёсся он, судя по всему, к замызганному оранжевому куполу, край которого выглядывал из-за остатков обвалившейся стены.

Добежав туда, зверюга как-то смешно притормозила, заваливаясь вперёд и, нелепо виляя куцым задом, стала подпрыгивать, словно в ожидании вкусняшки. Дальше я уже не видел, животина скрылась за углом.

Что ж, если это не тонкий намёк об остатках выживших, то я уж и не знаю. Главное, ещё туда добраться. А то при такой погоде можно на полпути превратиться в ледяную статую. К тому же я не был уверен, что меня примут с распростёртыми объятьями. Но особого выбора не было. Так что придётся рискнуть.

Заприметив направление, в котором мне нужно двигаться, я быстро осмотрелся, чтобы понять, как мне лучше спуститься вниз. Чудище же смогло? Вот и у меня должно получиться. Правда у него когти, мышца, да и вообще он здесь живет. А у меня только разум и пару ножей за пазухой.

Ага! Вот их и используем. Будут у меня в качестве ледорубов. Главное, рукояти поплотней обмотать, чтобы не выскользнули. Вот только чем? Разумеется, остатками моей одежды. Хотя теперь правильней назвать мой комбез самыми обычными лохмотьями.

Через полчаса, основательно вспотевший и с трясущимися руками, я, наконец, оказался на земле. Вроде и пятый-шестой этаж, а ощущения будто со стометровки спускался. Теперь нужно поспешить, а то мой пот мигом превратится в глазурь, сделав из меня замороженную креветку.

Стараясь идти быстро, но аккуратно, я двинулся в сторону оранжевого купола. По идее, до него метров пятьсот-шестьсот, так что ещё раз вспотеть не успею. Если, конечно, не повстречаю на своём пути ещё одного местного обитателя. Но там уже по обстоятельствам. На свои «метательные» ножи я надеялся не слишком сильно. Да, и мой импровизированный факел, тоже мог сгодиться разве что в качестве хлипенькой дубинки. Поэтому вступать в конфликт я собирался только в самом крайнем случае. Подохнуть и вернуться обратно всегда успеется. Другой вопрос, что тогда придётся начинать всё заново. Чутьё, это такая вещь, которая не всегда поддаётся моей воле. Иначе всё это действо закончилось бы слишком быстро. И просто. Потому оно и работает, не как точный радар или сканер. Скорее, общее ощущение направления. Ну, и чем ближе, тем сильнее себя проявляет. Скажем, если Осколок будет находиться в радиусе ста метров, то я смогу довольно точно определить его местоположение. А вот, если полкилометра и больше, тот тут уже чувство становится смутным и хаотичным. Может, и кругом поводить, ориентируясь на остаточные следы Фрагмента.

Вот и приходится каждый раз играть в лотерею, пытаясь угадать туда ли я прибыл. А то одно дело ошибиться с городом и совсем другое с материком. Но чем больше времени я провожу в выбранной действительности, тем лучше начинает действовать моё чутьё. Так что, боюсь, стоит мне «перезайти» в этот мир заново, весь прогресс будет потерян. Значит, будем идти до конца. В конце концов, постоянный страх «смерти» тоже обостряет ощущения. А не для этого ли я всё это и затеял? Встряхнуться, обновиться и заново почувствовать вкус к жизни.

Невесело ухмыльнувшись смёрзшимися губами, я подумал, что не так представлял себе эти приключения. Кожа треснула и капли крови потекли мне на подбородок. Правда, потекли слишком сильно сказано. Красная жидкость густела и почти сразу же превращалась в кристаллы льда.

Смахнув багровый иней со своего лица, я лишь ускорился, понимая, что лишняя бравада сейчас ни к чему. Все эмоции оставим на потом, главное, найти тепло. И что-то подсказывало мне, что в конечной точке моего маршрута есть всё необходимое для выживания. Другой вопрос, как это заполучить…

Так, а теперь осторожней. Не хватало ещё «пёсика» взбудоражить. Он же сначала разорвёт, а потом уже хозяина позовёт. Прижавшись к стене, я быстро выглянул из-за угла, чтобы оценить обстановку.

Ага, похоже, купол стоит тут давно. Трещины, грязь и груды нанесённого мусора чётко подтверждали это. Осталось найти владельца оранжевого жилища. Взглянуть на него со стороны, а потом уж решать, как быть дальше.

Чуть переместившись в сторону, я заприметил остатки лестницы, которая когда-то вела на второй этаж разрушенного здания, от которого теперь остались только пара стен. Вполне подойдёт для наблюдательного пункта.

Заняв удобную позицию, я понял, что долго так не просижу. Холод яростно отвоёвывал последние крохи тепла, оставшиеся в моём теле, проникая всё глубже и глубже. Значит, думать и решать, как действовать дальше нужно быстрее.

Хм, что-то я не вижу других следов. Только лапы зверюги и наносы снега вокруг. Есть, конечно, вариант, что выживший умеет летать или так искусно перемещается, что с первого раза и не заметишь. Тогда мне досталась сложная задачка.

Что ж, пока не будем строить теории, а постараемся собрать все имеющиеся факты.

Первое, зверюга прибежала сюда, будто её позвали, и она давно тут живёт.

Второе, по внешним признакам здесь никто не обитает.

Третье, тем не менее, купол существенно выделяется из общей городской среды и выглядит относительно новым.

Вывод? Налицо несостыковка. Значит, нужна ещё информация. А для этого стоит провести эксперимент. Мысленно улыбнувшись, я подумал, что не все части моего Я отправились в путешествие. Некоторые особо занудные остались.

Нахожу подходящий по размеру камень и, хорошенько прицелившись, кидаю его на другую сторону оранжевой полусферы. На таком морозе тело начинает подводить, и мой «снаряд» попадает точно в центр строения. Глухой стук и он просто скатывается вниз.

Жду.

Минута, вторая…ничего.

Ещё один бросок. Теперь обломок покрупнее.

Результат тот же. Тишина, никто не реагирует. В конце концов, даже это чудище могло выбежать, посмотреть, что происходит. Но никого в поле моей видимости нет.

Может, спуститься и, совсем уж обнаглев, пнуть это оранжевое полотнище? Тогда уж точно жильцов (если они есть) всполошу.

На всякий случай, оглядываю окрестности. Ветер, снег, и стремительно опускающееся за горизонт солнце. Признаков жизни никаких.

Что ж, пора выбирать.

Оставаться без убежища на ночь довольно самоубийственное решение. Так что придётся рискнуть и попытаться пролезть внутри этой половинки апельсина.

Спустившись вниз, я обошёл стену и сразу же столкнулся с «хозяином» животины. Автоматическая кормилка, вяло проскрипев, тихо загудела, обнаружив ещё одно живое существо. Золотистый луч скользнул по моему туловищу, видимо, оценивая размер и вид. Интересно, к какому семейству меня отнесут? Не заглючит ли от такой неожиданности крохотный процессор нехитрого механизма?

Секунд через десять аппарат выдал свой вердикт. Мне была предоставлена миска воды и…всё. Похоже, для полноценной кормёжки, я ещё не дорос. Ну, или меня просто не было в базе данных. В любом случае, это доказывает, что здесь ещё действует автоматика. А, значит, есть шанс, что и другие части купола могут работать.

Ну, и желательно узнать это побыстрее. Не хватало ещё оказаться снаружи, когда зверюга снова придёт на кормёжку. Поэтому я сразу же отправился осматривать периметр, чтобы найти вход внутрь полусферы.

Неужели! Стоило мне только обогнуть ближний сегмент, как я сразу наткнулся на гермодверь. Разумеется, там была цифровая панель для её открытия. И, конечно же, никакого кода я не знал.

Наскоро попробовав с десяток самых примитивных комбинаций, я понял, что лёгкий порыв моей удачи закончился. Вход мигал уютным зелёным огоньком, но оставался для меня закрытым. Ну не ломать же его? Да, и сказать откровенно, сил у меня оставалось всё меньше и меньше. Всё же органическое тело имеет свои ограничения. А тут уже несколько часов на холоде, с минимальным питанием, да ещё и без нормальной одежды. Выживание, да и только.

Может обойти купол полностью? Какой-нибудь запасной проход или аварийный люк найдётся…

Спустя полчаса, я вновь стоял перед цифровой преградой. Да уж, будет смешно сдохнуть прямо здесь. В сердцах пнув чёртову гермодверь, я вернулся к кормушке, чтобы попить воды.

Напившись, я устало присел рядом, оперившись спиной о бок автомата. Солнце почти село, и температура стремительно опускалась всё ниже и ниже. Сквозь оболочку механизма просачивались крохи тепла, и я прижался к нему крепче. Руки в подмышки, колени к груди, голова опущена. Типичная поза замерзающего человека.

Дёрнувшись, я поспешил встать. Что-то царапнуло плечо. Инстинктивно повернувшись, я заприметил на поверхности кормилки какие-то заусенцы. Дефект металла? Хотя…выглядит слишком структурированно. Будто в этих потёртостях есть своя логика.

Приглядевшись и протерев от налипшей грязи знаки (а это были именно они!), я вдруг ощутил слабый порыв надежды.

Так…это семь, пять, какое-то полустёртое число, перевёрнутая буква А и ещё с десяток цифр и непонятных мне символов. Несколько раз прочитав и по возможности запомнив их, я метнулся к двери.

Первая попытка, никакого эффекта. Наверное, что-то не так ввёл.

Вторая. Снова ошибка. Ага, вот эту «рогатину» перепутал с игреком.

На третьем наборе у меня уже начали дрожать пальцы. Уж не знаю от нервов или холода. Тихий щелчок и просьба приложить ладонь к сканеру.

Услышав голос робота я вздрогнул, но сразу же приложил руку к выдвинувшейся панели.

Секундная тишина, показавшаяся мне вечностью, и, с еле заметным жужжанием, гермодверь стала открываться.

Совершило оборот

Тепло. Как же здесь тепло! Уж не знаю, автоматика сработала или внутри купола всегда поддерживается одинаковая температура. Но, как только я вошёл, то сразу почувствовал обволакивающую волну спокойствия и уюта. Тут, конечно, сыграла роль моя богатая фантазия. Я просто согрелся, а мне уже в голову лезут всякие вычурные эпитеты. Не хватало ещё окунуться в ласковые объятья неги и умиротворения.

Хмыкнув про себя от такой вычурности, я первым делом осмотрелся вокруг на предмет наличия хозяина жилища. Как и ожидалось, никого не было. Собственно, я понял, что купол заброшен почти сразу. А уж дальше, только подтверждал свою догадку.

Разумеется, оставался шанс, что он (она или они) просто вышли погулять… Но верилось мне в это что-то с трудом. Хотя, на всякий случай, стоит забаррикадировать гермодверь, чтобы ко мне в гости тоже не явился какой-нибудь умник, прочитавший код на кормилке.

Но сначала ревизия. Мне нужна пища, нормальная одежда, в идеале, оружие, ну, и информация о том, что всё-таки здесь произошло.

Погрузившись в поиски, я почти сразу понял, что это некий научно-исследовательский модуль, который был рассчитан на двух человек. Куда делись его обитатели, тоже пока оставалось под вопросом. Но то, что произошло это недавно, ясно без всяких сомнений. Потрёпанный дневник одного из них имел последнюю запись, сделанную всего несколько дней назад. А электронные часы в углу купола показывали сегодняшнее число. Двадцать третье июля, две тысячи… Если не ошибаюсь, то момент, когда меня отправили в анабиоз на местном календаре начинался на один и девять, а заканчивался на восемь и шесть. А сейчас две тысячи сто четвёртый. Значит, мне удалось выбраться условно-досрочно спустя сто восемнадцать лет.

Хм, по идее, мой Фрагмент мог уйти, максимум, на первую реинкарнацию. Если он, конечно, не поспешил сделать новый оборот самостоятельно. Тогда возможность его отыскать становится более размытой.

Кстати, моё чутьё всё ещё молчит. Тут есть два варианта. Либо в близлежащих окрестностях нет искомого, либо оно ещё банально не настроилось. Всё-таки первые часы своего «воскрешения» я, считай, боролся за жизнь и мне было как-то не до квантовой медитации. Значит, чтобы проверить вторую теорию, нужно выдохнуть, успокоиться и заглянуть внутрь себя со стороны. Именно так звучит главный постулат всех этих энергетически-многомерных эквилибристик. Остаться в равновесии с собственным разумом, выйдя в другую плоскость восприятия. Конечно, структура мышления и уровень интеллекта у всех разный. Так что, некоторым наоборот лучше войти в себя и оттуда не вылезать. Но я-то уже опытный дайвер, поэтому и не боюсь потеряться в глубине.

Но всё это чуть позже. Сейчас вещи первой необходимости.

Под кроватями хозяев модуля обнаружилось несколько ящиков сухпая и упаковка воды. Отлично! Значит, вопрос с едой решён. Теперь одежда, а то мои лохмотья рассыпаются прямо на глазах. И здесь мне повезло не так сильно. Уж не знаю, куда слиняла эта парочка, но всё тёплое они забрали с собой. В небольшом шкафчике обнаружились пижамы, «домашняя» смена в виде тонких штанов и рубашек, а вместо нормальной обуви что-то, похожее на смесь тапочек и кроссовок. В общем, гулять так снаружи я бы не рискнул. Хотя сам буквально полчаса назад бегал по снегу босой.

Ладно, что-нибудь придумаем. В конце концов, можно превратить одеяла в подобие утеплённого пончо. А на ноги…пусть поработает фантазия. Но потом. В моём списке важного всё ещё остаётся оружие и информация. И, если насчёт второго я спокоен (сбоку от меня стояло несколько процессорных моноблоков и ещё куча всякого оборудования), то с первым, чувствую, у меня возникнут проблемы.

Что-то подсказывало мне, выходя из купола стоит не только хорошо одеться, но и обезопасить себя по максимуму. Можно, конечно, положиться на встреченную мной зверюгу…вот только она своим хозяевам особо не помогла. Так что получается, забрали они всё нужное мне с собой и свинтили в неизвестном направлении.

С другой стороны, и на том спасибо. В смысле на этом. Работающий научный модуль с запасом еды, как минимум, на месяц, это уже хорошо. Поэтому не будем огорчаться, а лучше займёмся делом. Переоденемся, подкрепимся, попьём горяченького и полезем разбираться, что же произошло с этим миром пока я спал.

…

Кое-как разобравшись с местной операционной системой, я, наконец, смог преобразить видео, фото и гипертекст в удобовариваемую форму. Потом ещё пару часиков сидел, загружая в себя море всяческой информации. Хорошо, что мозг продолжал работать, как надо, и процесс прошёл быстро, хоть и не безболезненно. Всё-таки это тело слишком уж человеческое и мои способности были довольно ограничены. Но, в результате, я всё равно получил необходимую мне выжимку из фактов, проверенных данных и зафиксированных свидетельств. Из которой следовало, что огромная страна, занимавшая чуть ли не четверть всей суши вдруг решила, что и остальная часть планеты должна принадлежать ей. А так как мой Осколок выбрал именно её для своего спокойного и стабильного проживания, то что-то мне подсказывает, всё случилось не просто так. Как бы не пытались мои части прятаться и маскироваться под своих в сотнях других миров, но их истинная сущность всё равно рвалась наружу. И они, волей-неволей, начинали менять реальность под свои нужды. Кто-то делал это осознанно подгоняя под свои хотелки (как, например, Седьмой, который превратил целый материк в свой личный клуб любителей оргий и вакханалий). Другие, пытаясь адаптироваться под окружающее общество, сами того не понимая, трансформировали отдельные аспекты действительности очень уж специфически. Считая потом, что они тут не причём и это обычный ход местной истории.

В общем, «развлекаться» мои Фрагменты умели. Пусть и не всегда получая от этого удовольствие. Зато свободы получили полную глотку. Да так, что некоторые даже подавились.

Здесь же Сергей пытался создать свой уютный обывательский мирок, но слегка просчитался, включив в уравнение меня. Хотел и рыбку съесть, и на стул не присесть. Слегка подкорректировав некоторые особенности социума, он вывел новую ветвь философско-политической системы, где базовыми доминантами являлись кастовость, вертикальная иерархия и полная покорность власти вышестоящих. Тоталитарный прогрессор, блин.

Но, не смотря на кажущуюся суровость и жестокость подобной структуры, большинство людей при ней жило спокойно и сытно. А что ещё нужно для народа, который сам не знает, чего хочет?

Конечно, свою роль сыграла и смесь науки с мистикой, где при помощи генетики и прочих интересных вещей постепенно менялся сам образ жизни и мировоззрение целых поколений.

Я, кстати, оказался где-то в начале пути этого «франкенштейна» от мира общественно-государственных извращений. Так что застал лишь первые пробы таких кардинальных изменений. Но и этого хватило, чтобы меня взяли в плен и отправили в анабиоз на целую сотню лет.

Да уж, не ожидал я такой прыти от крохотного куска моей личности. А тут многоуровневый план, полный столь хитрых манёвров и актёрской игры, что прямо диву даёшься, как он вообще всё успел за такой короткий срок.

Но, в итоге, всё обернулось против своего создателя. Считая, что главной проблемой являюсь я, одиннадцатый мой Фрагмент совсем забыл, что запущенный маховик прогресса уже не остановить. И, получив долгожданный победоносный финал, Сергей вновь вернулся в своё привычное растительное состояние. Жил, постепенно растворяясь в обыденности, и горя не знал. Вот только начиная с двадцать четвёртого года процесс реформирования человечества под новую парадигму существования перешёл на планетарные рельсы. Ну, и счастливая спокойная жизнь моего Осколка закончилась.

Оказывается, не весь мир хотел жить по единому стандарту, и кое-кто воспротивился победоносному шествию Сотников, трутней и прочих «маточно-медовых» прихвостней. Началась затяжная война. С применением всех доступных видов вооружения и даже больше. В ход пошло всё, что было придумано или даже находилось на стадии проекта. Собственно, поэтому я сейчас и сижу в конце лета с температурой вокруг под минус двадцать. Издержки местных послевоенных климатических особенностей.

Последние пару десятилетий, правда, все немного подуспокоились и, чтобы не уничтожить планету, приняли вынужденное перемирие. Вот только половина земного шарика уже обратилась в труху, а вторая находится на последнем издыхании. Так что я, считай, ещё проснулся в спокойном местечке. Радиации, вроде, нет (проверил по местной вариации счётчика Гейгера), других опасных излучений тоже. За исключением дикого холода и возможно агрессивной фауны ничего страшного. Жить можно. Только недолго и очень некомфортно.

Этого ли хотел Сергей? Не уверен. Хотя он сам, скорее всего, уже успел отправиться в своё следующее перерождение.

Кстати…моё чутьё, вроде бы, активизировалось и настойчиво тянет меня на юга. Либо к теплу, либо к реинкарнации моего Осколка.

В любом случае, засиживаться я здесь не намерен и уже через денёк намеревался отправиться в путь. Главное, подгадать момент, когда погода будет поспокойней и рядом не будет ошиваться зверюга пропавших научников.

…

И-реальность № 137-11

— Мам, можно мне погулять?

Укутанный по самые глаза мальчонка настойчиво упрашивал дородную женщину, стоявшую за плитой. Та молчала, старательно помешивая варево, булькающее в кастрюле.

— Ну, мам! Ну, пожалуйста, — продолжал канючить тот.

— Цыц! Дома сиди. Храмовник сказал, что буря надвигается. Нечего тебе по улицам шляться, — отрезала она.

— А Деня за шелковником пошёл, я всё видел, — не унимался парень.

— Твой Деня гнездовой. У него ни папы, ни мамы. Так что пусть делает, что хочет, — нахмурилась мать.

— Зато ему никто ничего не запрещает!

— Брысь, пока по уху не дала, умник мелкий, — замахнулась женщина.

Мальчонка, на всякий случай, сделал вид, что всё понял и ушёл в соседнюю комнату. Конечно, свой план подкрепиться шелковником вместе с Деней он не забросил. Слишком велико было искушение. Но вот, что делать с неприступной мамой? Просто так её не уговорить.

Задумавшись, он не заметил, как в комнату вбежал Сургуч. Мелкий хитиноид поцокал когтями по полу и, тихо порыкивая, стал тереться о ногу мальчика.

— Да знаю, опять жрать хочешь, — улыбнулся парень, почёсывая ему за жвалами, — может ты как-нибудь мамку отвлечёшь, а я на часик улизну? А? –заглядывая ему в фасетчатые глаза, спросил он.

Тот лишь урчал в ответ и продолжал свои попытки выпросить съестного.

— Кажется у меня появилась идея, — воскликнул мальчишка и куда-то рванул.

Взвизгнув от неожиданности хитиноид побежал было следом, но не успел. Прямо перед его носом захлопнулась дверь, и бедная зверюга, врезавшись в неё, тихо заскулила.

— Да, что там такое происходит? — раздался суровый голос матери из кухни.

Она вышла в коридор и увидела только мелькнувшую спину сына в коридоре.

— Ах, ты! — в сердцах крикнула женщина, сдерживая ругательства, — ну, ничего, вернёшься и получишь своё сполна.

Неразборчиво себе мыча что-то под нос, она вернулась к кастрюле. Панцири трупоедов нужно варить очень тщательно, чтобы они стали хоть немного съедобными. Чуток зазеваешься и пенка впитается обратно, вернув пище вкус отборной мертвечины.

А сын…её третий выживший ребёнок, должен сам уметь позаботиться о себе. Хотя её сердце и болело, когда он вот так шлялся неизвестно где.

Грехи отцов

Затянувшиеся сумерки никак не хотели переходить в полноценную ночь. Короткий световой день промелькнул незаметно, оставив после себя исчезающе тонкое ощущение тепла. Солнце, привычно тусклое, вновь скрылось за облачным покровом, бросив промёрзшую землю на растерзание холоду.

Хорошо хоть ветра особо не было. Иначе, мне вновь пришлось бы искать укрытие и пытаться развести огонь из почти разряженной лазерной «зажигалки».

Это вещица, одна из немногих полезных в пути, что я захватил с собой из научного модуля, могла служить и оружием последнего шанса. Главное перевести её в форсированный режим и иметь полный аккумулятор. И вот с последним постоянно возникали проблемы.

Двое суток назад столбик заряда горел зелёным и радовал глаз. Но уже спустя полдня стал бледнеть, плавно переходя в жёлтый. И, как я не прятал важную техническую приблуду, кутая её и держа поближе к телу, но энергия беспрепятственно уходила в никуда.

Конечно, к ней прилагались переносные солнечные батареи, но толком использовать их не удавалось. Прихотливое светило надолго исчезало за мутным небосводом, а иногда и вообще показывалось только ранним утром на полчаса, чтобы вновь сгинуть неизвестно куда.

Так что я всячески берёг свою «зажигалку», стараясь использовать её только для разведения огня во время ночлега. С которым у меня тоже постоянно возникали проблемы.

Нет, руин и тому подобного вокруг хватало с избытком. Но вот, что касается их безопасности, топлива для костра и прочих «бытовых» особенностей, тут возникали сложности. Поэтому, я старался присматривать себе убежище на ночь загодя и относился к этому очень щепетильно. Не очень хотелось стать чьим-то ужином (обедом или завтраком) из-за собственной неосторожности.

Вот и сейчас я шёл, ориентируясь на чутьё, которое всё сильнее сигнализировало о том, что мой Осколок гораздо ближе, чем раньше и успевал поглядывать по сторонам в поисках подходящего места для ночёвки. Делалось это автоматически, давно забытые рефлексы начинали просыпаться, и я вновь стал чувствовать себя человеком, а не скучающей сверхсущностью.

Так-так, вот, вроде, удобные развалины. Каким-то странным образом одна из стен завалилась на другую, образовав нечто, похожее на пещеру. Пространство, с трёх сторон защищённое от ветра, обладало и ещё одним приятным бонусом. На входе образовался полуметровый порожек, который значительно облегчал оборону от возможного нападения какого-нибудь хищника. По сути, чтобы пролезть внутрь пришлось бы очень постараться, горбатый потолок тоже нависал довольно низко. Так что, по всем канонам выживания, это убежище было довольно приличным.

Прикинув, что до «нормальной» ночи осталось не больше трёх часов, я решил обойти окрестности в поисках съестного и топлива для костра, ну, и чтобы прикинуть свой завтрашний маршрут. Запасы запасами, но свежая еда лишней не бывает. Правда, пока мне повстречался только мелькнувший на горизонте крохотный силуэт, похожий на кролика, но я не оставлял надежды увидеть его поближе. Желательно в моём походном котелке.

Хрусткий снег, как всегда, набивался в мои импровизированные сапоги, что я соорудил из груды всякого тряпья, найденного в заброшенном куполе. Так что каждые полчаса мне приходилось останавливаться и основательно чистится. Промокать было нельзя. Сушиться было негде, а запас бумаги, которую я использовал для разведения огня и собственного утепления, быстро подходил к концу.

Хм, что это? Мне показалось или пахнуло дымом?

Остановившись, я, словно заправский хищник, принюхался и уже через пару минут примерно представлял себе откуда может идти запах. Выходило, что это направление лежало чуть в стороне от моего маршрута. И сразу же стал выбор, зайти проверить или не стоит?

С одной стороны, я могу получить информацию об оставшихся анклавах выживших, нормально выспаться, и, возможно, обменять свой сухпай на что-нибудь полезное. С другой, не факт, что всё это пройдёт мирно и безболезненно. Причём для обоих сторон.

Ладно, стоит подумать об этом более обстоятельно. И желательно возле уютного костерка со скворчащей банкой консервов на нём.

Сделав ещё один контрольный круг и больше не заметив ничего стоящего внимания, я вернулся к своей «пещере». К тому времени расплывчатый полумрак сумерек, наконец, сменился на ночную темноту, и я смог заслуженно расположиться на отдых.

…

Утро встретило меня весёлой детской болтовнёй и тихим повизгиванием, которое показалось смутно знакомым.

Напрягшись, я, несмотря на довольно беззаботные звуки, приготовился к любому варианту развития событий. Стараясь самому не шуметь, выглянул из своего укрытия и почти сразу засёк двух, укутанных по самую макушку, мальчуганов, которые копошились в рощице неподалёку.

— Сато, ты совсем слепой что ли? Смотри какого жирного пропустил! — выкрикнул один из них, что-то вытаскивая прямо из дерева.

— Я думал, ты всех самых больших ещё вчера собрал, — потупился второй.

— Ага, но они, похоже, за ночь снова из корней наползли. Ух, гляди тут прям вообще прорва, — радостно завопил его товарищ, — зови Сургуча, тут без его когтей не вытащить.

В поле зрения появилась уменьшенная версия той зверюги, что охраняла оранжевый купол исследователей. Вздрогнув, я вытащил «зажигалку» и нахмурился, увидев, что жёлтый столбик заряда за ночь успел опуститься до оранжевого. Надеюсь, на один выстрел мне хватит. Иначе придётся разбираться с животиной, считай, голыми руками. Ножи-малютки всё ещё были со мной, но особо я на них не рассчитывал. Только, как запасной вариант.

— Деня, отойди чуток, а то у Сургуча дурости хватит и тебя повалить. Он же, когда еду почует, совсем не в себе становится, может и цапнуть, — продолжали общаться парнишки.

— Прям щассс! Чтобы он половину успел сожрать, пока мы его не оттащим!

— Тогда давай я поближе стану, а ты отвлекай его, как он до шелковников доберётся, — предложил тот, кого звали Сато.

— Ладно…давай попробуем.

Полностью поглощённые процессом, они не замечали ничего вокруг. А вот я как раз всё прекрасно видел. Особенно то, как из-за соседнего холма неспешно выползает невероятно уродливая образина. Что-то среднее между огромным червём и раздавленной жабой, да ещё покрытое грязно-белым мехом, оно, волнообразно сокращаясь, уверенно двигало к мальчуганам.

Раздумывая, как мне поступить в этой непростой ситуации, я, на всякий случай, притоптал ещё дымящий костёр и прижался к дальней стене своего укрытия.

Что я могу противопоставить этой твари? Жалкий огрызок лучевика и пару ржавых ножиков…

Совсем негусто.

Да, и чего ради? Кто эти мальцы, откуда взялись? И что заставляет меня вообще думать о каком-то выборе?

Я пришёл сюда, чтобы забрать свой Фрагмент, а не подрабатывать спасителем на полставки. Так что правильней всего будет дождаться конца представления, а потом двинуть дальше по своим делам.

Так думал разум, а тело уже вылезло из «пещеры» и, заходя по широкой дуге, двинулось к продолжавшим беззаботно болтать парням.

Первым заметил монстра Сургуч. Прерывисто рыча, животина прервала увлекательное занятие по добыче съестного из дерева и обернулась в сторону приближающейся опасности.

— Эй, малыш, ты чего? — удивился Деня, который придерживал зверюгу за холку.

Увидев причину волнения своего питомца, ребята ошеломлённо замерли. Этих секунд чудовищу как раз хватило, чтобы преодолеть оставшееся расстояние. Неожиданно оказалось, что, когда нужно, двигаться оно умеет очень быстро. Несколько мгновений, и вот образина уже поднимается на дыбы, открывая свою уродливую пасть, словно пытаясь одним махом сожрать обоих мальцов.

Но её успевает опередить Сургуч. Глухо рявкнув, он бросается на отвратительную зверюгу и сразу же впивается ей в мягкое подбрюшье.

Не ожидавшая такого напора тварь, пронзительно визжит и пытается упасть всем своим весом на крохотную, по сравнению с ней, животину. Вот только защитник ребят успевает вывернуться и вцепиться в бок мохнатой змее-переростку. На этот раз он просто висит на складке шкуры, пытаясь прокусить слой «шерсти» и добраться до уязвимой плоти. Получается у него не очень. Всё-таки с этих сторон монстр защищён прилично. Так что Сургуч пока только отвлекает внимание, не давая напасть на своих хозяев.

И, разумеется, моя, давно спящая, героическая жилка вдруг начинает яростно биться, зовя меня к подвигу. Сам не понимая зачем всё это делаю, я мчусь вперёд, на ходу доставая ножи. Перехватив их поудобней лезвием вниз, одним прыжком оказываюсь на спине мерзкого создания. Пару шагов по массивному хребту и вот я уже почти у его головы. Тут тварь почувствовала, что у неё появился ещё один неожиданный гость и, взбрыкнув, попыталась меня сбросить. Ожидая этого, я вонзаю ножи в бугристое мясо, и, словно заправский ковбой, пытаюсь удержаться на спине взбесившегося чудища.

Руки заляпаны красноватой жижей и начинают соскальзывать с рукоятей. Я понимаю, что нужно что-то делать дальше, иначе через пару-тройку таких скачков меня скинут на землю. Ну, а дальше исход будет очевиден.

Решив рискнуть (как будто вся эта авантюра сама по себе не огромный риск), вытаскиваю одно из лезвий и, чуть подтянувшись, вновь втыкаю его, но уже гораздо выше. Следующий рывок, и я снова чуть ближе к морде уродца. Осталось совсем чуть-чуть и моя рука с ножом достанет до глаз монстра.

Но сделать я этого не успел. Что-то зашипело, пахнуло озоном и прямо передо мной появилась здоровенная обугленная дыра. А, спустя секунду, ещё одна.

Поняв, что на нашу вечеринку заявился ещё один участник, я, вытащив ножи, соскакиваю на землю. Вовремя. Обмякшая туша зверюги валится рядом, чудом не подминая меня под собой.

Взглядом ищу негаданного спасителя и почти сразу замечаю на том же холме, откуда приползла эта гадина, мужчину, что держит нечто, напоминающее компакт-струну. Пушка, конечно, доисторическая. Можно сказать, раритет времён моей молодости. Но здесь это, видимо, невероятный уровень технологий. Вон, как бережно с ней обращается. Проверяет и только потом в специальный футляр прячет. Но безоружным не остаётся. В руке сразу же появляется какой-то метатель. Тоже старинного вида…вроде, даже огнестрел.

Убедившись, что главная опасность устранена, незнакомец начинает неспешно спускаться вниз. И вот тут моё чутьё начинает вопить, как резанное.

Осколок!

Он шёл прямо на меня, ничего не подозревая, и был удивительно спокоен. Неужели он не чувствует этого напряжения, вибрирующей связи между нами?

— Сургуч, ко мне! — позвал он животину.

Чуть подволакивая лапу, тот вяло потрусил вперёд. Всё это время он тоже не отпускал шкуру твари, пытаясь прокусить её, как можно глубже.

— Сато, объяснись! — тоже в форме приказала бросил он одному из мальчишек.

— Пап…тут такое дело… В общем, мы с Деней решили прогуляться за шелковником, а тут эта гадина вылезла. Мы даже дёрнуться не успели, как она рядом оказалась, и Сургуч в неё вцепился, — потупив глаза, тихо ответил тот, кто помладше.

— Ясно. А матери ты что сказал?

— Ммм…почти правду. Мы думали, что за пару часов управимся. Никто бы и не заметил. Я просто хотел…

— Дома разберёмся. И с этим гнездовым тоже, — мужчина бросил неприязненный взгляд на второго парня.

Тот понуро молчал, понимая, что вляпался.

— А, ты кто такой? Зачем на сплавня полез? Мозгов совсем нет? — перевёл он своё внимание на меня.

— Да так, решил погеройствовать. Не оставлять же ребят в беде, — стараясь перевести всё в шутку, ответил я.

Всё-таки на стороне Фрагмента сейчас сила. В руках пистолет, а во взгляде настороженность. И это, несмотря на то, что я фактически спас его сына. Чувствует что-то. Но понять не может. Скорее всего, первая реинкарнация. Память и прочие умения в спячке, но стоит появиться какому-нибудь триггеру, как всё вернётся назад. И я как раз могу стать таким спусковым крючком.

Вот только мне легче впитать его без лишних эксцессов и прочих активностей. Начнёт тут махать руками, драться, пристрелить ещё попытается. А мне потом всё заново начинать.

Конечно, я уже знаю примерное местоположение его обитания, но во второй раз он, скорее всего, будет готов ещё лучше. Так что действовать нужно сейчас, пока он не понял, что к чему.

Поэтому я, широко разведя руки и показывая, что безоружен, двинулся навстречу к нему.

— Меня Сергей зовут, а тебя? — стараясь завязать разговор, сказал я.

— Тебе то какое дело? Так и быть, забирай треть мяса и уматывай. Вижу, что ты не из нашего селения, а значит вполне можешь быть из диких симбионтов. Нам такие контакты не нужны, — хмуро произнёс он, наставляя на меня оружие.

Вот так да… Неожиданный поворот. Просто так его Монограммы не коснуться. Сразу стрелять начнёт, видно, что напряжён и готов к любым моим действиям.

Может, попробовать выйти за пределы возможностей? Да, тело пострадает, но оно для меня разменная монета. А так будет шанс достать его на сверхскорости. Уверен, он даже не успеет понять, что произошло. Пусть даже выстрелит разок, не факт, что попадёт.

Выдохнув, я принял решение.

— Эй, чего молчишь? Мало что ли? Так больше не дам, радуйся и такому. Я сам его выслеживал почти целые сутки, — неправильно истолковав мою заминку, бросил он.

Улыбнувшись, я продолжил к нему идти.

— Ну-ка стой! Чего лыбишься? — всполошился Фрагмент.

Тогда я и перешёл черту.

По ту сторону

Понимая, что после такого мою физическую оболочку можно будет выбросить на помойку я шёл ва-банк.

Ещё в первую секунду мне стало понятно, он готов к атаке. Уж не знаю, предчувствие это или осознанность, но стоило мне двинуться вперёд, как его палец сразу же напрягся на спусковом крючке.

Пока не понимая, чего я именно хочу, Осколок просто готовился отразить агрессию. Но я не хотел причинять ему вреда и, уж тем более, убивать его. Мне просто нужно было забрать своё.

Мгновение моего рывка растянулось во времени, давая привычное ощущение контроля всего и вся. Я был быстрее, сильнее, гибче и наслаждался этим чувством превосходства. Пусть после моему телу и придётся расплачиваться почти полным распадом. Но меня уже в нём не будет, я вернусь обратно в свою привычную ипостась, присовокупив к своей личностной мозаике ещё одну часть.

Я парил в воздухе, двигаясь со скоростью вдвое, а то и втрое, превышающую максимально возможную для человеческого организма. Связки и мышцы уже начали рваться, получая невероятную для них нагрузку и переводя её в кинетический импульс.

Распластавшись в прыжке, я тянулся вперёд, игнорируя направленное на меня оружие. И когда раздался первый выстрел, то я даже не заметил этого. Глухой вибрирующий раскат медленно прошёлся по коже, оставляя за собой тягучий след. Только после третьей звуковой волны я понял, что в меня попали. Два толчка в область плеча и шеи отдались вспышками запоздалой боли. Игнорируя все эти мелкие помехи, я продолжал движение, уже схватившись за одежду Осколка.

Теперь, не обращая внимания на сорванные ногти и три сломанных пальца, я буквально сдираю несколько слоёв ткани с груди Фрагмента. Оставляя за собой кровавые следы, не обращая внимания на свои и чужие ранения, наконец, касаюсь неистово пульсирующей Монограммы.

Словно живой, знак, вмещающий в себя глубину и сплетения его личности, дрожал и бился. Казалось, за ним прячется огромное сердце, которое колотится, стремясь вырваться наружу. Собственно, так оно и было, только сам символ и есть физическое воплощение многомерности сознания Сергея. Чувствуя, что к нему приближается более сильная и мощная структура, он, будто примагниченный, тянулся в ответ.

Касание сразу же встопорщило пространство вокруг, вызвав бешеный энергетический всплеск. Продолжалось это не больше одной пикосекунды, затем процесс начал сворачиваться внутрь себя, уходя из этой вселенной.

А вслед за ним и я.

Монограмма из плоского кольца превращалась в выпуклый тороид, втягиваясь в мою сущность, где она обретала новую форму и векторальность.

Не скрою…это было приятно. Ощущения давно забытой целостности захлестнули меня, ускоряя трансформацию и подстёгивая метаэволюцию. Я впитывал знания, память, эмоции и прочее, что накопилось в моей отделившейся ипостаси и получал от этого дикое удовольствие.

Совмещая приятное с полезным, я двигался к своей цели.

…

И-реальность № 303-?

— Ты зачем изумруд в реактиватор засунул? Совсем крыша поехала? Я же мог тумблером клацнуть и всё…

— В схеме написано, что нужно добавить семь опорных элементов и уже после пустить поток. А я только второй положил, — понурив голову, оправдывался прыщавый юнец.

Перед ним стоял упитанный мужчина с окладистой бородой и искусственным глазом. Механическое око тихо пощёлкивало, подстраиваясь под уровень освещения. Изредка оно вспыхивало багрянцем, выдавая свою полумагическую природу.

— Простите, магистр, такого больше не повториться, — продолжал извиняться ученик.

— И где только таких студиозов на мою голову набрали? Расхлёбывай теперь. Абра… Абре…как там тебя? — рявкнул преподаватель.

— Амберион, ваше превосходительство.

— Ну, и имечко. Ты что из Отражений приехал?

— Да, господин. Седьмая грань базовой линии.

— Ага, ещё, наверное, сразу на второй курс записали. Если из Отражений, значит, с флёром обращаться умеет. Логика, конечно, у администратума невероятная. Сидят там головы дубовые и, будто в другом мире живут, — ни к кому конкретно не обращаясь, взъярился магистр.

Студиоз пристыженно молчал.

Его действительно пропихнули сразу на ступень выше, только благодаря происхождению. Особых способностей он за собой не замечал, да, и к точным наукам притяжения не чувствовал. А при работе с флёром нужно либо то, либо другое. Лучше, конечно, всё вместе. Но такое встречается только в исключительных случаях. Потому и делят техмагов на две категории. Интуитивщики и Аналитики.

Разумеется, идеально «чистых» теургов не бывает. У каждого есть своя основная черта и дополнительная. Вот только у него, похоже, оба этих умения отсутствовали.

Дождавшись, когда магистр до конца выплеснет свой гнев и выдохнется, Амберион прошмыгнул мимо, чтобы успеть на следующее занятие. Сегодня по расписанию у него оставался практикум по схематике создания малых тварей, и он собирался отсидеть его в самом глухом месте аудитории.

Путаясь в ученической мантии и постоянно спотыкаясь, он всё-таки успел к финальной трели и заскочил в самый последний момент. Пробравшись мимо всё ещё шумящих студиозов, парень юркнул в тёмный уголок за колонной и притих.

Но долго отдыхать ему не дали.

— Эй, ты чего такой смурной? Диогеныч что ли постарался? — толкнула его в бок, присевшая рядом девица.

Хмыкнув себе под нос, он постарался проигнорировать вопрос.

— Да ладно. У тебя на морде лица всё написано. А индив у этого жирдяя, само по себе уже наказание. По себе знаю, — подмигнула ему студиоза.

— Катрин, хватит. Мне итак на душе гадко. Я с каждым днём в университете чувствую себя всё тупее и тупее, — шёпотом ответил Амберион.

— Ну, так это, потому что тут ничему толком не учат. Просто повторяют пыльные истины давно умерших мудрецов. Но время-то сейчас другое. И подход нужен иной. Так что…– сразу же зацепилась девушка.

— Я же тебе говорил, что не буду этого делать. За такое можно и на каторгу отъехать. Или вообще, голову потерять, — резко оборвал он её.

— Какой-же ты зануда. Кто не рискует, то не выигрывает, слышал такое?

— По-моему, там было про не пьёт амброзию.

— Тебе лишь бы набухаться, вонючка аристократическая, — вдруг взбеленилась Катрин и отвернулась.

С удивлением посмотрев на неё, Амберион лишь пожал плечами. Кто их девушек поймёт? А, уж решивших стать теургом, так вдвойне. Надумала себе, небось, весть что и сама обиделась.

Время тянулось невыносимо долго, и юноша сам не заметил, как стал клевать носом. Этому ещё и способствовал шепелявый и дико занудный голос преподавателя. Простой технарь, так и не дотянувший до звания магистра, Сенеций просто читал по внушительному талмуду перед собой и изредка делал остановки, чтобы попить воды. Никакой практики, не смотря на названия занятия, тут не предусматривалось. Только схемы, формулы и вокабулярные активаторы на бумаге. Скукота даже для тех, кто разбирается во флёре.

В очередной раз, почти заснув, студиоз дёрнулся и случайно толкнул локтём Катрину. Та, разумеется, именно в этот момент писала особо важную часть фразы, произнесённой лектором. Ну, и, сделав помарку, возложила всю ответственность на бедного парня.

Результатом стал бледный след ладони на красном от смущения лице Амбериона и последующее его исключение из аудитории.

Сенеций не стал разбираться, кто прав, а кто виноват и следом за студиозом отправил прогуляться и девушку. Нечего создавать разброд и шатание на таком важном предмете, как у него. Ну, и занести пометку в журнал о недостойном поведении на занятии тоже стоит. Будет им жизненным уроком. Примерное поведение, это неотъемлемая часть процесса обучения качественного техмага. Уж он-то об этом знает достаточно.

Оказавшись за пределами аудитории, Катрина сразу накинулась на парня, продолжая охаживать его, добавляя настолько грязные ругательства, что стоило поинтересоваться, где она им научилась.

Бедный студиоз пытался отбиваться от яростного напора девушки, но получалось у него так себе. Мало того, что Амберион толком-то и драться не умел, так ещё и нападала на него волоокая красавица, по которой неровно дышала половина их курса. Так что приходилось ему несладко. И неизвестно чем бы закончилось такое «избиение», если б не прозвучал тягучий звон университетского колокола.

Вздрогнув, Катрина оторвалась от процесса и настороженно замерла.

— Три удара подряд, — задумчиво произнесла она.

— И что тут такого? В начале недели он так и звонит, — отряхиваясь и отходя подальше, на всякий случай, удивился Амберион.

— Во-первых, сегодня последний день шестидневки. А, во-вторых, созыв на всеобщее собрание, это один удар. Два используется, когда случилось какое-то бедствие: пожар, ураган приближается или ещё что подобное. А вот три подряд я никогда не слышала, — нахмурившись, ответила она.

— Что будем делать?

— Пойдём узнаем, что происходит, конечно! — сменив волнение на любопытство, сказала девушка.

— А, это не опасно? — поёжившись, поинтересовался студиоз.

— Разумеется! Главное успеть туда первыми.

— Может, не надо?

— Хватит ныть! Хочешь сидеть здесь, так оставайся. Я тебе не мамка, — грубо ответила студиоза и, не оглядываясь, быстрым шагом двинулась прочь по коридору.

Немного поразмыслив, Амберион всё же решил пойти за ней. Не то, чтобы он почувствовал жгучее желание узнать, что случилось, но отпускать Катрину одну в неизвестность ему не хотелось. Несмотря на своё часто переменчивое настроение, она была единственным человеком, кто проявлял к нему хоть какие-то дружеские чувства.

Так что немного помявшись, парень всё же созрел и через полминуты ринулся за ней.

Догнать девушку получилось уже возле корпуса администратума, где на внушительной башне продолжал бесчинствовать разрывающийся колокол. Удары следовали один за другим, перестав даже придерживаться сигнальной «тройки». Казалось тот, кто наверху, сошёл с ума и просто дёргает «язык» как попало.

Вокруг уже скопилось немало народу, и все недоумевали что же такое происходит.

Несколько высших магистров отошло в сторонку и стало что-то оживлённо обсуждать. Один из них активно махал руками, словно показывая, что действовать нужно сейчас, иначе будет поздно.

Будто в подтверждение его жестикуляции, звон внезапно замолк, и почти сразу же верхняя площадка башни разлетелась во вспышке мощнейшего взрыва. Ударная волна опрокинула всех стоявших, разбила стекла в половине корпусов и вызвала переполох в близлежащих деревнях.

Пурпурное сияние в оранжевом клубе огня, что забушевало наверху, прямо указывало на работу с флёром. А, значит, пришло время уважаемым техмагам и теургам показать своё мастерство. Как минимум, потушить пожар и, как максимум, найти виновника произошедшего, чтобы наказать его.

Но никто не успел даже подняться с земли, как две, объятые холодным мерцанием, фигуры вырвались из бушующего пламени и метнулись в небеса. Оставляя за собой инверсионный след, как новомодные пороховые ракеты, они, перебрасываясь энергетическими сгустками, стали подниматься всё выше и выше.

— Это же Сергиус, наш ректор, — прохрипела Катрин, пытаясь выплюнуть пепел, что щедрой рукой разбросал ревущий на колокольне огонь.

— А, кто второй? И что, вообще, случилось? — поддерживая её за талию, спросил Амберион.

— Да, я откуда знаю?! Эй, ты руки-то ниже не опускай. Я и сама могу подняться, — бросила девушка.

Впрочем, вырываться она не стала. Так что, спустя пару секунд, они уже оба стояли на своих двоих, продолжая опираться друг на друга.

Вокруг царил легкий хаос и зарождалась паника. Никто не знал, что делать и куда бежать. Конечно, большая часть мятущихся людей были студиозами. Магистры же и преподаватели пытались навести порядок, но получалось у них пока не очень.

— Ладно, пойдём отсюда. Что-то подсказывает мне, ничем хорошим это не кончится, — чуть наклонившись к уху парня, сказала Катрин.

Согласно кивнув, Амберион поудобней перехватил девушку, чем вызвал её возмущенное восклицание и, придерживая драгоценную ношу, похромал прочь.

Геральдика сознания

И-реальность № 303-37

Вот, чего я не люблю в новых мирах, так это первые пару часов после прибытия. Момент, когда ты перестраиваешься, адаптируешься и пытаешься понять, что к чему. Тут тебе и физические неудобства (материальная оболочка трансформируется по здешним канонам), и психологическая составляющая, которая диссонирует с местным окружением. Пока найдёшь точки соприкосновения, пока почувствуешь «аромат» реальности, может много всяких казусов произойти.

Так и в этот раз.

Стоило мне вдохнуть воздух иной вселенной, как прямо передо мной, буквально из ниоткуда, возникла маленькая девчушка. Она тут же заверещала, будоража своим воплем окрестности.

Да уж, скрытного перемещения не получилось. И чем я её так напугал? Неужели выгляжу настолько страшно? Или процесс метаморфоза ещё не закончился, и она видит мою истинную ипостась (вернее, её минималистичную версию)?

— Тише, тише… Я тебя не обижу, — стараюсь успокоить мелкую крикунью.

Продолжая визжать, она не обратила на мои слова никакого внимания и, медленно отходя, случайно споткнулась, сразу же упав на пятую точку.

Я уже хотел подойти к ней и помочь встать, но сразу же понял, что это создаст ещё больше проблем. Так что самым лучшим решением будет просто уйти отсюда подальше и уже там посмотреть, куда я попал.

Вот только сделать мне этого не дали.

Только я развернулся, чтобы уйти с небольшой поляны, где произошло перемещение, как из-за одного из деревьев вылетела стрела. Не скажу, что в этом теле у меня сработали идеальные рефлексы, но я по привычке дёрнул рукой, пытаясь отбить атаку и, сам того не ожидая, спалил древко в пепел. Стальной наконечник, потеряв стабильность, промчался мимо и пропал в соседних кустах.

Не ожидав такого поворота событий, я удивлённо хмыкнул и сразу же направил свои проявившиеся способности в ту сторону, откуда стреляли. Не зная своих сил, я случайно подпалил несколько деревьев и какого-то мужика, который, истошно вопя, выскочил из своего укрытия и стал кататься по траве, пытаясь потушить пламя.

Бросившись к нему, я попытался помочь заживо горящему человеку, но мне удалось только услышать его последний хрип и проклятье каким-то теургам.

— Дядя Терций! — вновь закричали у меня над самым ухом.

Девчонка, про которую я совсем забыл, рванулась вперёд, отталкивая меня, и прижалась к ещё дымящемуся трупу. Что-то неразборчиво хныкая, она поливала слезами обугленное тело.

Да уж, начало не очень удачное. Как-то даже чувствую себя виноватым.

Но, что я мог поделать? Меня атакуют, я защищаюсь.

На всякий случай, оглядевшись, я решил оставить эту ситуацию, как есть, а самому поискать ближайший населённый пункт.

Теперь, конечно, всё осложнялось тем, что я вполне могу попасть туда, где жил этот дядя Терций и его девчушка. А там меня вполне могут опознать и решить, что я смертоубивец или ещё кто похуже. Так что, придётся пройтись подальше, чтобы избежать лишних проблем.

Правда, отойти мне удалось всего на сотню метров. Под одним из разлапистых древесных гигантов меня скрутила метаморфоза, переходя в финальную стадию трансформации.

Спустя час или около того, я кое-как пришёл в себя и почти сразу почувствовал кардинальные изменения, произошедшие в моём организме.

Перво-наперво я ощутил течение некой эфемерной субстанции щедро разлитой вокруг. Полная хаотичной энергии, она пронизывала окружающую реальность, передавая ей отголоски привычной мне многомерности.

Неужели мой Осколок решил здесь сделать что-то, похожее на наш дом? Только к чему тогда все эти декорации? Стал бы уже местным демиургом и наслаждался всевластием.

Хотя…в таком случае, моя «работа» существенно облегчится. По правилам моя вещественная конфигурация должна быть максимально близка к нынешней форме Осколка. И чем сильнее во всех воздействиях на реальность он, тем, соответственно, и я тоже.

Вот только мой опыт исчисляется эонами, а у него… Пусть даже он ускорил местное течение времени, но практика, в отличии от теории, требует действия. А здесь, судя по моим первым впечатлениям, особых противников, да и способов применить свои таланты, не наблюдается. Разве что швыряться энергетическими сгустками и заниматься прочими псевдомагическими непотребствами.

По сути, это нижайший уровень манипуляций с действительностью и мой тридцать седьмой Фрагмент просто балуется, играя в волшебников. Что ж, хозяин — барин. Пусть творит здесь, что захочет. Я всё равно приду и заберу принадлежащее мне по праву.

…

Спустя неделю, я уже, в принципе, представлял, как устроен этот мир. И сразу стало понятно, почему Сергей выбрал именно его. Ничего особо не меняя, он лишь дополнил некоторые аспекты местной реальности и кое-где модернизировал её под себя. Движимый фантазией в стиле магического средневековья, мой Осколок полностью погрузился в новую жизнь.

Довольно быстро он преодолел путь от простого жителя захудалого королевства до ректора университета технической магии и расширенной теургии. Используя новообретённые возможности, он довёл своё влияние и власть до максимума, практически приручив здешнюю знать. Даже король приходил к нему на поклон, если случались какие-то проблемы с соседями. И самое главное, его не только боялись, но и уважали. Ведь он возвёл искусство владения флёром на недосягаемый уровень. Именно эта особенность окружающей действительности дала ему столь могучую силу и уверенность в контроле всего и вся.

По сути, являясь одной из форм тёмной энергии, флёр, оправдывая своё название, скрывал истинную суть мироздания. Словно дымка, иллюзия влияния, он давал, умеющим с ним обращаться, способность трансформировать поверхностные слои материальности. Причём странным образом исследователи и практики разделились на две взаимопроникающие коалиции. Одни стремились понять и изучить флёр при помощи научного подхода, добавляя механику и математику. Другие же использовали более интуитивный подход, работая с абстракциями и внутренними резервами. Первых называли техмагами, а вторые именовались теургами.

Конечно, у этих двух сословий не было чёткого разграничения. Обе ветви развития дополняли друг друга, размывая и смешивая границы. Думаю, в будущем они окончательно сольются воедино и отбросят лишние условности. Но пока существовало отдельное направление теургии и технической магии.

Собственно, по собранным мной сведениям и чутью, которое упрямо показывало на местоположение университета, я уже примерно знал, что и где мне ожидать. Другой вопрос, мои умения обращаться с флёром оставляли желать лучшего.

То есть, да. Мощи во мне немерено. Могу одним махом развоплотить с десяток окрестных деревень. Но вот более тонкое управление требует более длительного обучения. А времени у меня катастрофически не хватает. После моего вынужденного «отдыха» в добрую сотню лет, я категорически отстал от многих Фрагментов, которые продолжали усиленно готовиться к моему появлению. Несмотря на разноплановость скорости течения хронопотоков в различных вселенных, общая структура у них всё же имелась. И сдвиг более, чем на одну единицу темпороса был просто невозможен. Так что, особо рассиживаться мне не приходилось. Ещё денёк и нужно двигать напрямую в гости к Сергиусу. Почему-то мой Осколок именно так изменил наше имя. Уж не знаю повлияли на него местные культурные особенности или он сам всегда хотел что-нибудь этакое.

Сделав ещё один глоток вина, я встал из-за стола и потянулся, хорошенько хрустнув всеми косточками. Моя скромная обитель, где я поселился, была самым обычным номером в придорожной гостинице какого-то маленького городишки. Причём вначале мне пришлось отыграть роль своей тридцать седьмой части. Идентичная внешность дала возможность не платить за проживание и питание. Легенду моего тайного пребывания здесь додумал сам хозяин. Мол, у меня здесь любовница и я инкогнито время от времени посещаю её. История, конечно, так себе, но перечить я не стал. Пусть представляют себе, что хотят. Главное без лишних вопросов и ненужных проблем.

Разумеется, долго бы мой маскарад не продержался. Так что я, погрузившись в местные реалии, прожил в гостинице семь дней и уже завтра собирался съезжать. Прекрасно понимая, что, скорее всего, слухи обо мне уже дошли до университета, я был готов к любым неожиданностям по пути. Мой Фрагмент, узнав, что явились по его душу, не будет просто так сидеть и ждать. Уверен, он подготовил мне «тёплую» встречу.

Но и я не лыком шит. Отточив свои умения обращаться с флёром до приемлемой формы, я научился почти полностью его контролировать. Действуя больше на внутреннем состоянии и интуиции, я выстроил свою собственную систему теургии. Добавив туда некоторые аспекты техмагов и смежных дисциплин. Получившийся симбиоз был успешно опробован в местных лесах и сбоев пока не давал.

Что ж, посмотрим, как поведут себя мои чары-заготовки в реальном бою. В том, что мне придётся сражаться с тридцать седьмым я был практически уверен. Он не даст просто так коснуться своей Монограммы. А, значит, пробиваться придётся силой.

…

И-реальность № ◼️◼️◼️◼️

— Это путь вникуда.

— Успокойся. Ты просто не видишь финальной точки. Мы итак, считай, вышли на финишную прямую. Ещё немного и всё случится.

— Ещё немного это сколько? Десять миров, пятьдесят, сто?!

— Давай без истерик. Мы же их не уничтожаем. Просто кое-что изымаем.

— Да…вот только после нашего вмешательства они как-то очень быстро коллапсируют. Не считаешь, что тут кроется некая связь?

— Не начинай. Случайность, неудачное стечение обстоятельств, может, они вообще сами до апокалипсиса докатились. Ты же знаешь, человечество во всех своих проявлениях жутко конфликтный вид.

— Ты так говоришь, будто мы не они.

— Иногда мне кажется, что так и есть. Слишком далеко мы ушли, слишком сильно изменились.

— Хех, вот только ты, как и сотню лет назад, всё-так же пожимаешь плечами. Смотри, даже нахмурился по-человечески. Так что не надо из себя бога тут строить. В каждом из нас всё еще есть частица людского.

— Особенно в тебе. Вон какой милосердный и неуверенный в себе. Типичный Спаситель.

— С первым согласен. А, насчёт второго…я, скорее, сомневаюсь правильным ли мы путём идём. Не будет ли это движением в один конец? Фатальным для всей многомерности.

Снова пожав плечами, его собеседник промолчал.

Две фигуры, стоявшие на несущейся сквозь пустоту комете, спорили уже не первый раз. И пока никто из них не мог переубедить другого. Каждый считал, что прав и приводил веские доводы. Но, в конце, всё все равно скатывалось в пустое философствование с примесью юмора и шуток друг над другом. Видно было, что эта парочка знакома не первый год. Хотя тут, скорее, стоит исчислять время столетиями.

Тем не менее, они продолжали двигаться одним курсом, помогая и не конфликтуя. Снова и снова выбирая реальность, где их ожидала ещё одна частица давно утерянной общности.

— А, что насчёт этого юродивого, который взял базовую линию воспоминаний вместо нормального дара? Будем решать эту проблему?

— Хм…зачем его вообще трогать? Собирает и собирает. Пусть накопит побольше, тогда и мы придём. На горяченькое. Уверен, он будет в шоке, когда узнает правду, — усмехнулся второй.

— Что-то подсказывает мне, просто так он ничего не отдаст. Будет битва.

— Ты какого-то отщепенца испугался? Нас двое, в конце концов. Да, и по силе мы уже сравнялись сам знаешь с кем! Так что это будет лёгкая победа, я уверен.

— Самоуверен. И в этом твоя главная проблема, брат.

— Ой, ну, давай без этого. Брат, сын, святой дух. Ты сам знаешь, что всё это не так.

— Но, тем не менее, ты рядом со мной. Поддерживаешь, принимаешь моё естество и не пытаешься меня поглотить. Это называется связь.

— Ещё скажи тонкое эмоционально-психологическое родство, — подколол его тот в ответ.

— Может, и скажу. Но чуть позже…когда всё закончится.

Они оба замолкли, наблюдая мелькавшие мимо фантомы невоплотившихся реальностей. Каждый из которых мог перейти в материальную ипостась по щелчку пальцев. Нужно только знать, где и когда, а самое главное кто должен был это сделать.

Иллюзии, ставшие реальностью

И-реальность № 303-37

Мощённая булыжником дорога вела прямо к университету. Уж не знаю сколько они отвалил денег за такое роскошество, но даже путь к столице представлял собой обычный пыльный тракт. А тут, считай, средневековое шоссе. Сразу становится понятно, кто здесь важный и нужный. Коалиция техмагов и теургов плотно вошла в местное мироустройство, став чуть ли не главным его стержнем. И всё это за неполные полторы сотни лет. Именно тогда сюда и явился мой Осколок.

Видимо, он сразу принялся за работу, ведь окружающая действительность значительно изменилась с того момента. Об этом говорят древние книги и некоторые старики, помнящее то время.

Чего стоит одна авантюра с Отражениями. Это ж надо додуматься, внутри «своей» вселенной создать ещё с десяток её версий. Словно матрёшки эти миры вкладывались друг в друга, удивительным образом соприкасаясь оболочками, но не смешиваясь и поддерживая определённую стабильность.

Да, что уж тут говорить, если жители этих «карманных» реальностей могли свободно перемещаться между ними и даже обучаться в университете Центрума. Причём их ещё и считали особенными, одарёнными по природе для работы с флёром.

Так что я, как минимум, мог удивляться такой продуманности Сергиуса и, как максимум, опасаться его отшлифованных умений. Всё-таки это пусть и невысокий, но достаточно специфический уровень манипуляций с действительностью. Поэтому стоит быть настороже. Ещё неизвестно, что выкинет мой тридцать седьмой Фрагмент.

— Господин, изволите перекусить или освежиться? У нас тут недалеко харчевня. Самое то, чтобы расслабиться в начале дня, — обратила на себя внимание миловидная девчушка, выскочившая на дорогу.

В засаде что ли сидела? Хотя больших зарослей на обочине не было, так что спрятаться особо-то и нигде. Тем нее менее, появилась она словно ниоткуда. И это сразу же навевает на нехорошие мысли.

Разумеется, её мог послать Осколок. Уверен, он уже успел почувствовать меня и подготовиться к встрече.

Есть ещё вариант самых обычных бандитов, которые промышляют на пути к университету и просто отлавливают тех, кто выглядит побогаче.

В любом случае, проверять какая из версий ближе к реальности мне не с руки. Так что, девочке до свидания, а я иду дальше.

— Постойте, господин. Поверьте, у нас очень вкусно, а вино самое лучшее в округе. Хотите, можем найти вам пару на вечер. Кого желаете? Даму, миловидного юношу, куклу от теургов или «живого» голема производства техмагов? У нас большой выбор! На любой вкус! — продолжала уговаривать меня она.

Отрицательно махнув рукой, я шёл, не останавливаясь. Надо же какая прилипала. Определённо что-то здесь нечисто.

— Господин, умоляю вас! Они убьют меня, если я не приведу хоть кого-нибудь, — вдруг бросилась мне в ноги девчушка.

Обречённо вздохнув, я постарался оторвать её от моих сапог. Получалось не очень. Рыдая и постоянно всхлипывая, она вцепилась в меня намертво.

— Ладно, успокойся уже. Кто и почему тебя хочет убить?

— Коршуны! Они выкрали меня из дома ещё зимой и теперь используют, как приманку. Я уже два дня не ела. Главный сказал, что ему лишний рот не нужен. А бесполезных они вешают на деревьях, я сама видела! — захлёбываясь, плачем рассказала она.

Да уж, вся история шита белыми нитками. Глупость на глупости. Про логику я вообще молчу. Можно, конечно, сделать скидку на эмоции и сломанную психику девчонки, тем самым оправдав её нелепую легенду. Но что-то мне не очень хотелось со всем этим возиться. Так что, придётся сработать по-быстрому.

— Хорошо, хорошо. От меня ты что хочешь?

— Господин, прошу помогите!

— И как я это сделаю? Приду к твоим бандитам, всех там положу…а дальше? Что потом делать будешь? По деревням побираться? Не думаю, что здесь люди настолько сердобольные, что примут такую взрослую миледи в семью, — совершенно спокойно ответил я.

— Но, но…

— Да и остаётся вопрос, почему ты сама не сбежала? Вроде, на тебе нет кандалов и в пределах видимости никаких охранников. Что мешает тебе самой дойти до университета или даже деревни, и там уже попросить помощи? — откровенно провоцируя её на дальнейшие действия, продолжил я.

— Я пыталась…они ловили меня, мучали, издевались и всё начиналось по-новой, — срываясь в истерику, закричала она.

— Ага, значит, и благородного рыцаря, чтобы спасти такую красавицу, тоже не нашлось? Что-то подсказывает мне, такие парни были. Вот только, что с ними случилось дальше, непонятно.

Видимо, эти слова, наконец-то, задели какую-то внутреннюю струну девчонки, и она, резко замолчав, рванула из-за пазухи короткий кинжал. Всё-также в полной тишине, будто и не было секунду назад слёз и воплей, незнакомка пырнула меня в бедро.

Конечно, я ждал чего-то подобного и, как только в её руке появилось оружие, сразу же начал действовать. Одним из минусов теургии, бесспорно, являлась обязательная подготовка к работе с флёром. Какой бы ты ни был великолепный интуитивщик или наоборот магистр со стажем, тебе нужна форма, куда будет вливаться энергия. Заклинания, чары или прорисовка сигил, это осознанная необходимость контроля потоков сил. Без этой визуализации (или вербализации), скорее всего, ничего не получится. Либо, наоборот, выплеск будет настолько сильным и хаотичным, что разрушит всё вокруг.

Я же, как мог, сократил этот путь от точки А до точки Б. Убрав лишнее, сконцентрировав нужное и на выходе получив идеальный симбиоз звука, движения и мысли. Вместо произнесения многосоставных молитв, текстов призыва и прочей мишуры, я вычленил главное и возвёл его в абсолют. Теперь мне достаточно произнести необходимый символ-активатор вслух, добавить к нему жест-триггер и влить в новосозданный сосуд воздействия «аромат» флёра.

Делается это быстро и чётко.

Не успела хищница, прикидывающаяся жертвой, замахнуться, как я обратил её плоть в дерево. Разумеется, не полностью и даже не навсегда. Хрустнув, кожа девушки проросла мельчайшими растительными волокнами, что сразу же схватились, став мощной древесной корой.

Поняв, что с ней происходит нечто ужасное, она попыталась закричать. Слишком поздно, зелень появилась и там. Нечленораздельно захрипев, то, что раньше было человеком, стало покрываться нежными изумрудными листочками и крохотными желтоватыми цветками.

— Не волнуйся, всё хорошо. Порасти тут, отдохни. Через денёк-другой эффект сойдёт на нет, — отряхивая штанину, произнёс я, — и в следующий раз будь хорошей девочкой, не приставай к кому попало на дороге. Это может оказаться кто-нибудь похуже меня.

Отойдя на десяток шагов, я оглянулся. Хм, а корни-то мощные оказались. Вон, как булыжники раздвинули. Теперь путь не был таким ровным и ухоженным. Как всегда, природа и человек не могут без вечного спора. Вот только покорить другое всегда хотят почему-то именно люди. Может, поэтому мы и расползлись по миллионам реальностей? Просто не могли быть рядом с себе подобными.

…

Да, красиво. Статуи всякие, барельефы, витражи разноцветные. И не скажешь, что университет технической магии и расширенной теургии. Больше на какой-то храм или замок богатого лорда похоже.

Хотя, может, здесь всё совсем наоборот. Святоши и правители живут в скромности и аскезе, а учёные, философы и прочий умный люд нежатся в роскоши.

Усмехнувшись про себя от такой нелепой мысли, я продолжал идти по внутреннему дворику, заинтересованно поглядывая на проходящих мимо студиозов. Сколько же здесь будущих техмагов и теургов? Неужели с такой мощью этот мир не может совершить цивилизационный скачок, убрав, как минимум, голод и нищету? Разве для этого много нужно? Управляя живой и неживой материей, местные чародеи вполне могли привести весь народ в эпоху благоденствия. Но почему-то никто не спешит дарить этого делать? В чём загвоздка?

Пожалуй, спрошу у основателя всего этого движения. Вдруг моя часть расскажет больше, чем вижу я сам.

Ага, а вот и главный корпус. Величественный и монументальный, он, словно ядро, скреплял все остальные здания университета. А башня с колоколом, что царапала яркую голубизну небосвода, словно указывала, где обитает самый главный человек этого мира.

А для меня ещё и самый нужный. Я ведь сюда не просто так погулять наведался. Мне нужен он. Мой Осколок, что возомнил себя цельностью. Пришло время забрать то, что по праву принадлежит мне.

Быстро поднявшись по внушительных размеров лестнице, я оказался в коридоре с одной единственной дверью. Судя по надписи, за ней меня ожидал Сергиус Ривалийский, ректор, профессор, архимагистр и ещё с десяток должностей и регалий, но уже более мелким шрифтом.

Войдя внутрь, я сразу же натолкнулся на внимательный взгляд секретарши и скупую улыбку, полную холодной вежливости, последовавшую за ним.

— Доброе утро, уважаемый. Ректор ждёт вас, проходите, — пригласила она меня проследовать дальше.

Хм, даже так. Знает, что я приду и даже не скрывает этого. Уверен в себе? Или подготовил какую-то ловушку?

Кивнув, я прохожу в следующую комнату, где за огромным дубовым столом в окружении редкостей, картин, скульптур и прочих элементов местного искусства, восседает мой Фрагмент.

Ты смотри, какой важный! Седая окладистая грива спускалась далеко за плечи, придавая лицу царственное выражение. Дополняла величественность Сергиуса и борода, что ровным серебристым потоком опускалась ему на грудь. Ну, прям настоящий король волшебников или император чародеев, уж не знаю, какой он ещё титул мог себе присудить.

Ладно, посмотрим, что у тебя внутри, дорогой кусочек моей базовой личности. Причём сделаем это во всех смыслах.

— Приветствую тебя. Присаживайся, уверен, ты о многом хочешь поговорить, — сказал он, когда я подошёл ближе.

Ого, сколько пафоса. Поговорить…да, вот именно за этим я и пришёл.

— И ты, здравствуй. Да, болтать особо нет времени. Тем более, уверен, ты знаешь зачем я пришёл. Так что давай отбросим глупые формальности и сразу перейдём к делу, — усмехнулся я, тем не менее, садясь на пустующее кожаное кресло.

— Понимаю, — кивнул он, — но ты же не думаешь, что я сам оголю грудь и позволю тебе коснуться моей души?

Ничего себе…уже Монограмму душой называют. Так они скоро до самосознания доберутся и решат, что прям отдельные личности. Вроде бы, прошло совсем немного времени, а возомнили себя непонятно кем. Вон миры уже редактируют (а иногда и сами создают), как заправские демиурги. Надо срочно приструнить такие зарвавшиеся Фрагменты, а то в следующий раз меня будут встречать они же, но уверенные в нашем равенстве.

— Лелею слабую надежду, — спокойно улыбнулся я, — ты же понимаешь, что исход всё равно будет закономерен. Сколько бы мы не общались, спорили и даже сражались. Единица всегда побеждает ноль, а свет уничтожает тьму. Это догматы нашего существования, пусть я и подарил вам кратковременную свободу.

— Слова полные высокомерия и собственной непогрешимости. Как знакомо. Может попробуешь поумерить свою гордыню и понять, что всё уже слишком изменилось? — вонзив в меня негодующий, взгляд бросил он.

— Да, да. Мантры, которые произносит каждый из вас. Отличается только внешний вид и обстановка. А суть та же. Но давай посмотрим с другой стороны. Представим, что мы поменялись местами. Ты уверен, что не поступил бы так же, как я? — пожав плечами, сказал я.

— Для начала, я не уродую людей по собственной прихоти. Жестокость –лишняя грань любой личности, — сцепив руки, хмуро ответил Сергиус.

— Ага, значит, та девчушка всё-таки была твоей проверкой. Глупо как-то. Предсказуемо.

— Возможно. Но главное она сделать успела. Теперь ты в моей власти.

Удивленно взглянув на него, я сначала не понял, что он имеет ввиду. Но стоило мне прокрутить в голове события той встречи, я почти сразу же вспомнил еле заметный укол в ногу.

— И что? Ядом что ли в меня каким-то впрыснули? Ты же понимаешь, даже если я сейчас умру, то всё равно вернусь…рано или поздно, — хмыкнул я, поднимаясь.

— Вот это как раз и было бы предсказуемо. Нет, всё намного изящней и продуманней. Уверен, ты считаешь, что отлично контролируешь флёр и можешь делать с ним всё, что захочешь. Но я решил внести некоторые коррективы в это умение. Думаю, ты уже ощутил их, — пренебрежительно пояснил он.

Я замер, прислушиваясь к своему внутреннему камертону, что чувствовал и контролировал любые энергетические выплески вокруг. Действительно, тончайшие вибрации и мельчайшие искажения стали для меня теперь обычным фоном. Я, словно, потерял глубину своего понимания и ощущения.

— Дошло, наконец. Теперь самое большее, что ты можешь делать, так это работать с самыми грубыми проявлениями флёра, — уже не скрывая своего победного настроя, продолжил мой Осколок.

— Хм, ну чтобы уделать тебя мне хватит и этого, — закипая дикой злобой, прорычал я, формируя в руке силовой сгусток.

Теперь и мне стало понятно, что мои возможности ограничены до примитивных швыряний энергоболами и кое-каких манипуляций с пространством.

— Зачем мне вообще сражаться с тобой — щёлкая пальцами и взлетая, говорит Сергиус, — я лучше отправлю тебя попутешествовать. Ты же сам хотел новых впечатлений. Так что пара миллиардов, созданных лично мной, Отражений ждут тебя.

Резко отпрыгнув, я бросаю в него искрящийся всполохами шар. Время разговоров закончилось. Теперь пришёл момент померяться силами.

Недобро усмехнувшись, мой противник просто отбивает рукотворную молнию ладонью и, разведя руки, бросает в меня нечто, похожее на полупрозрачную светящуюся сеть.

— Не вертись, так будет удобней всем нам, — хмурится он, не обращая на то, что отбитый энергобол сносит одну из стену его кабинета.

Ага, как же! Посмотрим, как сработает поговорка против лома — нет приёма.

Я создаю сразу с десяток силовых сгустков и, накачав их концентрированным флёром под завязку, запускаю в разные стороны. Мне нужен простор для манёвра. Уж очень не хочется попадать под эти подозрительные чары.

Грохот, чьи-то крики и отдалённый колокольный звон. Вокруг царит разрушение и клубится оранжевое пламя, щедро напоенное пурпурным сиянием.

Переняв стратегию Сергиуса, я взлетаю вслед за ним, осыпая его потоком энергоболов. Голая сила против мастерства отточенного веками. Эта битва будет интересной. И проигрывать её я не намерен.

Бесконечность и безграничность

Наша игра в «снежки» закончилась довольно быстро. Сначала я даже не понял, что происходит. Вроде бы, всё также носимся вокруг друг друга и перекидываемся энергоболами. Какие-то попадают, какие-то нет. В любом случае, ущерб наносится минимальный. Слишком хороша защита у Сергиуса, а уж мой силовой щит, так вообще, только что не пылает от насыщенности флёром.

Так бы и продолжалась наша псевдомагическая вакханалия, если бы я не заметил, что местность вокруг нас как-то уж слишком изменилась.

То есть мы, конечно, летали, постоянно меняя траекторию, пикировали и вновь взмывали вверх. Но всё это происходило в радиусе десятка километров от университета. А сейчас под нами будто совершенно другая страна. Откуда-то появились горы, хвойные рощицы и даже крохотная речушка, что блестела на закатном солнце.

Что?! Мы же только утром встретились… Сейчас должен быть, максимум, полдень. Неужели мой Фрагмент настолько искусен, что способен манипулировать временем? Пусть и в локальной версии.

Словно прочитав мои мысли, Сергиус вдруг застыл, продолжая парить в воздухе, и усмехнулся.

— Похоже, ты заметил кое-какие трансформации в этой реальности. Что ж, не буду тебя томить и сразу перейду к главному. Тем более, мне, откровенно говоря, уже наскучило наше бутафорское сражение. Так что я, пожалуй, вернусь к своим насущным делам, а ты уж, уверен, сам найдёшь, чем тут заняться. Времени у тебя теперь целая куча. Считай, бесконечность, — он махнул рукой, становясь прозрачным и будто куда-то проваливаясь, — прощай…и, добро пожаловать в Отражения.

Я рванулся вперёд, пытаясь ухватить исчезающего противника, но цапнул лишь пустоту. От пропавшего Осколка остался лишь затухающий смех и призрачное мерцание. Но, спустя секунду, погасло и оно. Я остался один в неизведанной мне вселенной, которую многие называли «карманной». Теперь мне на себе придётся узнать насколько она мала или наоборот запутано огромна на самом деле.

Взлетев повыше, я заприметил дымок, поднимавшийся из одного ущелья, что разрезало два массивных горных хребта напополам. Что ж, поинтересуемся у местного населения, как они тут живут и ходят ли в гости в другие Отражения.

…

И-реальность № 303-37 (Центрум. Стержневой мир)

Амберион не знал, что делать. Пойти на поводу у Катрин уже само по себе глупо, но и противиться её предложению тоже не очень дальновидно. Всё-таки в девчонке есть некая искра…особое видение, казалось бы, банальных вещей. Вот и сейчас, значительно переработав свою довольно крамольную и, откровенно говоря, суицидальную идею, она вновь напирает на возможность её реализации.

— Да, ты пойми, тут делов-то на полдня. Зато, если получится, то нам, как минимум, дадут первую учёную степень, а могут и, вообще, мастера досрочно присудить. А там и до бакалавра недалеко… Ну, а что дальше идёт, ты и сам знаешь, — продолжала «давить» студиоза.

Заманчиво, конечно. Раз и перепрыгнул несколько лет обучения. Вот только честно ли это будет? Прежде всего по отношению к себе. Амберион здраво оценивал свои способности и понимал, что, даже пройди он полный курс теургии, в результате из него всё равно получится специалист весьма среднего уровня. Этакий ремесленник на подхвате.

А так, есть шанс, что, если задумка Катрин выгорит, то он мало того, что получит бесценный практический опыт, так ещё и в университете преподаватели станут к нему по-другому относиться. Хотелось, конечно, чтобы, как к равному. Ну, или немного поуважительней. Тут уж, как всё выгорит с этой несносной девчонкой.

Амберион сам не заметил, как внутренне почти согласился с планом Катрин.

— Ладно, давай ещё раз по порядку, как именно ты хочешь реконструировать переходы в Отражениях? — вслух произнёс он.

— Что ж, ты такой тугой сегодня, — вполголоса пробурчала она, — суть проста. Всё, как обычно, зависит от исполнения. Мне потому и нужен ты, истинный житель «сопредельных вероятностей». У тебя есть связь с энергосигнатурой твоего королевства и этого уже достаточно, чтобы использовать тебя, как ключ для открытия мобильных порталов, — уже в полную громкость закончила она.

— Слушай, я, конечно, просмотрел твои формулы и сигилярное построение. Там, вроде, всё кажется понятным и логичным. Но ты же понимаешь, на бумаге одно, а в реальности совершенно другое. Нельзя просто так взять и смешать все Отражения. Это же верный путь к хаосу, — немного подумав, ответил студиоз.

— Ты, как всегда, не видишь за деревьями леса. Ещё и волнуешься о том, чего ещё не случилось. Поясняю для непонятливых, — девушка от избытка чувств поднялась и стала ходить по комнате, — смотри, у нас есть Отражения, грани-вероятности нашего мира, созданные великими теургам и техмагами прошлого. Каждая такая микро-вселенная отстаёт или, наоборот, спешит по сравнению с нами на одну секунду. Разумеется, хронопоток не вынес бы таких выкрутасов, если бы не скрепляющая сила флёра и стержень нашего мира, к которому крепятся все эти лепестки-реальности. Кому-то они кажутся эфемерными и иллюзорными, а для других это вполне себе законные королевства, где всё, как и у нас. Ну, почти…

Катрин сделала перерыв, чтобы промочить горло и в один заход опростала в себя целый бокал вина. Неразбавленного! Сразу видно, происхождение у неё далеко не аристократическое. Но зато прыти и напора хватит на целый дворянский род.

— А, ты у нас словно паучишка, возьмёшь и подтянешь своими сетями родное Отражение поближе. Если действовать аккуратно и продуманно, то ничего страшного не случится. Просто наши миры станут чуть ближе, и, чтобы переходить из одного в другой, уже не понадобится переться к чёрту на рога к единственному порталу. Раз, заклинание-активатор запустил и всё. Угол реальности чуток сместился. И ты вместе с ним, — девушка мечтательно заулыбалась, будто уже представляя, как их носят на руках за такой невероятный прорыв в сфере техмагии.

— Но…

— Стой, стой, сейчас ещё глоток сделаю. А то без красного твои занудствования вообще не лезут, ­– закатив глаза к потолку, перебила парня симпатичная студиоза.

— Ну, давай! Я готова! — поставив второй пустой бокал на стол, подмигнула она.

— Во-первых, даже если получится, то, что скажет таможня? Там же такие деньги вертятся. А мы, считай, им перекрываем источник дохода. Дальше…как будет работать свиток, ну, или амулет-активатор? Там же нужно уметь с флёром обращаться, чтобы запустить процесс. Получается такое будет доступно только теургам и техмагам? Ну, и напоследок. Я правильно понимаю, что если получится на моём Отражении, то после мы соединим всю Зеркальную Империю воедино? — проигнорировав её подколки, выдал целый список вопросов Амберион.

— Хех…так и знала. Ладно, давай по очереди. Это называется конкуренция. А монополия на что угодно, вообще, вредная штука. Мы, как бы, даём выбор, альтернативу людям. Ну, и, конечно, сами с этого немного денежек поимеем. Патент, разумеется, передадим университету, пусть они и решают финансовые вопросы с портальной таможней. Себе же оставим пунктик, что с каждого перемещения получаем…ну, скажем, один процент. Поверь, в общей массе этого будет более, чем достаточно для безбедной жизни нашей и наших потомков до тридесятого колена, — Катрин перевела дух и продолжила, — а с заклинаниями, так вообще, легко. В какую форму запихнём, так и будет работать. Сделаем одноразовыми, например. Вливай флёра ровно на одно перемещение и пользуйся, кто хочет. Хочешь побольше, так и плати щедрее. Ну, и насчёт Зеркальной Империи, это ты слишком далёко смотришь. Начнём с самых ходовых вероятностей, там, где всего побольше, тех в первую очередь и соединим. А дальше уже, как пойдёт.

Налив вина и себе, юный студиоз задумался. Бросив в бокал пару кубиков льда и рассматривая, как они медленно тают, Амберион вспоминал своё детство в отцовском замке. Правда, так его можно было назвать лишь с большой натяжкой. Капитальное строение из камня и дерева, бесспорно, возвышалось над окрестными деревнями, но своей «монументальностью» слегка не дотягивало до грозного имени Замок. Скорее, гранитная башня в окружении почерневшего от времени частокола.

Тем не менее, их род обладал весомой властью в этой части Отражения и старшего отпрыска смогли отправить на обучение в Центрум. Стоило это, конечно, баснословных денег и определённого вида услуг, но в результате Амберион всё-таки стал студиозом единственного полноценного университета Стержневого мира. Пусть и не имел никаких к этому предрасположенностей. Но кто будет спрашивать юнца, у которого только начал пробиваться пух над губой? Отец решил, значит, так и будет.

И вот сейчас у парня появился шанс доказать, что и он чего-то достоин и может сам строить свою жизнь. Пусть с опаской и огромным риском, но всё же. Пришло время принимать решения лично, а не идти на поводу у старших. И, если для этого нужно пройти по лезвию бритвы, то, чёрт побери, он готов на все сто процентов!

Выдохнув и резко отставив недопитый бокал, Амберион поднялся и в упор посмотрел на Катрин.

— Давай-ка проверим этот мир на прочность!

Катрин улыбнулась и, неожиданно шагнув, обняла юношу. Вот такой напарник и был ей нужен. Теперь можно переходить к следующему пункту её плана.

…

И-реальность № 303-37 (Хгворци. Отражение)

Ну, и названице. Будто у кого-то запершило в горле, и он хочет сглотнуть или прокашляться, но в результате получился именно такой звук.

Ладно, мне тут, в любом случае, не жить, так что пусть называются, как хотят. Сейчас, главное, узнать, как отсюда можно выбраться. И, как оказалось, вариантов не густо.

Для перехода из Отражения есть порталы. Обычно один или два. Там всегда стоит внушительная охрана и целый таможенный комплекс. Прорываться там, всё равно, что сражаться с целой армией. Да, ещё и в заранее укреплённом для противника месте.

К тому же не факт, что я попаду туда, куда мне нужно. Старейшина крохотного поселения, в котором мне пришлось приземлиться, здраво оценил мой внешний вид и боевой настрой, сразу перейдя на миролюбиво-любезный тон. Ответив на все мои вопросы, накормил и даже предложил остаться на ночь. К тому моменту солнце уже село за пики окрестных гор и всё вокруг погрузилось во тьму.

Оценив его почти натуральное гостеприимство, я великодушно согласился. Бросаться в бой с бухты-барахты, да, и без какой-либо подготовки было немного не в моём репертуаре. Так что, решив передохнуть, я сразу же начал проработку своих дальнейших действий. Тем более какой-никакой информацией местный владетель меня снабдил, а значит, есть возможность хорошенько всё обдумать.

После нескольких попыток самостоятельно открыть портал в Стержневой мир я понял, что это умение либо сокрыто для меня после инъекции «яда» от той дряни на дороге, либо, в принципе, невозможно в этой системе координат. Что ж, я и не надеялся на столь лёгкий вариант развития событий.

Использовать портал в принципе можно. Замаскироваться, придумать легенду и пробраться на ту сторону без лишнего кровопролития. Вот только что-то подсказывало мне, не всё так просто. Сергиус определённо знал обо всех этих порталах и других способах перехода между вероятностями. Так что, затащив меня сюда, он не мог оставить мне такую примитивную лазейку. Попробовать, конечно, можно…вот только не факт, что результат будет таким, как нужно мне.

Разумеется, всегда остаётся ещё вариант с развоплощением этой оболочки и возвратом в мою истинную форму. Сверхсущность на то и сверхсущность, что является практически всемогущей. Если, конечно, сознательно не ограничивает свои возможности. Но физическое самоубийство я решил оставить на самый крайний случай. Всё-таки для меня это, считай, шаг назад. Неизвестно ещё куда меня потом вынесет. Эта реальность достаточно объёмная. А, если учесть, что она оказывается ещё и «складная», то закинуть меня может и в одно из этих чёртовых Отражений. И тогда мне снова придётся бегать по кругу в поисках выхода, как какой-нибудь обезумевший хомяк.

Зачем мой Осколок вообще создал эти Отражения? Ирония над собственным смыслом существования? Или попытка превзойти собственного прародителя?

Усмехнувшись от излишне глубоких философствований на такую прозаическую тему, я решил мыслить более практично.

Ловушка. Он заранее готовил её для меня, вот и всё.

Продумал, спланировал, просчитал и выдал вот такую «матрёшку». Наверное, в этой схеме есть алгоритмы на случай моего ухода «обратно» и ещё куча других вариантов развития событий. Да уж, попался мне Фрагмент-математик.

И если он так хорошо всё спрогнозировал, то помочь мне может только случайность. Искренняя, неопределённая и полная первостатейного хаоса.

Что ж, просто так сидеть и ждать помощи от моей старой знакомой по имени Тюхе не очень-то продуктивно. Так что завтра я сам отправлюсь на разведку, ну, и заодно посмотрю, как обустроена эта «карманная» реальность. Пока особых различий я не увидел, но это совсем не значит, что их нет.

Погасив свечу, что коптила возле моей кровати, я поудобней улёгся на шуршащем тюфяке из соломы и закрыл глаза. Сон пришёл быстро и спокойно.

…

И-реальность № 303-37 (Неизвестное Отражение)

Некрасиво получилось. Вроде, и приютили, а, вроде, и убить хотели. Причём подло, дождавшись пока засну. Напялили красные мешки на голову, кричали про каких-то «диких» теургов, скверну и ересь упоминали, а потом все скопом и накинулись. Комнатка-то маленькая, там и пятерым не развернуться, а их с десяток набилось. Да, ещё и снаружи раза в два больше.

Ну, я спросонья и ударил всём, что было. Причём в ход пошёл не только флёр, но и самые обычные руки-ноги. Я бил, меня били. Потом загорелся дом, и уже в дыму драка превратилась в какое-то сатанинское побоище.

В итоге, уничтожив чуть ли не половину деревни, я получил стрелу в грудь из темноты, а потом ещё дюжину в другие части тела. Напоследок, выпустив огненную волну, что превратила ночь в яркий день, я ушёл из этого тела…чтобы, спустя мгновение, вернуться обратно.

Смачно выругавшись, я сразу понял, что-то идёт не так. Вместо привычного мне многомерного континуума, я вновь очутился в одном из Отражений. Хорошо хоть новая физическая оболочка была без видимых повреждений.

Неужели Сергиусу удалось «закольцевать» меня внутри этой вселенной? Чтобы раз за разом я возвращался в одно из Отражений. Такое, в принципе, возможно, но нужно очень постараться и подойти к этому заданию с чудовищной кропотливостью. Как минимум, высчитать мои базовые фрактальные идентификаторы, чтобы привязать их к выбранной реальности. Тут ещё играет роль и то, что Отражения по сути не являются самостоятельными мирами, а вероятностями, которые созданы для одной единственной цели. И сейчас я понимал её, как нельзя лучше.

Хитро, ничего не скажешь!

Теперь, даже «умирая», я буду всего лишь перемещаться в следующее Отражение и так пока не пройду их все. Сколько он их там создал? На бесконечность силёнок не хватит, а вот про безграничность, тут вопрос другой.

Хотя, я всё равно не планировал проверять их количество на себе лично. Должен быть другой выход. Определённо должен. И я его найду!

____________________________________

Дорогой читатель, если моя история близка вам и интересна, то самым лучшим выражением своего одобрения будет поставить лайк этому произведению. Это помогает продвигать книгу, чтобы её увидело, как можно больше людей (иномирян, техмагов, сверхсущностей и всех других существ нашей и соседних вселенных).

Одно нажатие, а сколько разумных будет радо!)

Уверен, в этой вероятности у меня получится достучаться до вашего сердца, уважаемый читатель.

Ну, а если не получится…тогда будем открывать порталы вместе!)

Бобовый стебель

И-реальность № 303-37 (Центрум. Стержневой мир)

— Обязательно это делать возле портала? — прошептал Амберион, опасливо озираясь.

Наступившая ночь скрыла их дилетантские попытки подобраться, как можно ближе к точке перехода и пока спасала от бдительного взора проходящих мимо патрулей. Хотя, сказать откровенно, стражи особо не усердствовали, проходя по выложенной гравием тропинке. Сто шагов вперёд и столько же назад, чтобы снова нырнуть в уютную каптёрку и глотнуть горячего настоя. Конечно, лучше бы вина, но устав не позволял. А вылететь с такого хлебного места мог хотеть только полный дурак. Вот и крепились храбрые воины, держа свои желания в крепкой узде.

— Радуйся, что я тебя через него пропихнула. А-то, может, нужно пересчитать формулы и окажется, что активатор должен быть наполовину там, наполовину здесь, — пробурчала Катрин, не оборачиваясь.

Она скрупулёзно чертила сигилы на не по-летнему промёрзлой земле и всячески пыталась не отвлекаться. Потому и поставила своего напарника следить за тем, что происходит вокруг. Вот только он свою миссию выполнял из рук вон плохо. Постоянно что-то бормотал над ухом, дёргался от любого шороха и, вообще, создавал атмосферу безалаберности и непрофессионализма.

— Да, понял я. Всё молчу, — нахохлился студиоз присаживаясь на поваленное дерево.

Вокруг стояла почти непроглядная темень, и только редкие огоньки факелов таможенников, что изредка проходили мимо, хоть как-то освещали ночной лес.

— Подай толчённые сапфиры и киноварный мел, — тихо проговорила Катрин.

Порывшись в заплечном мешке и с трудом найдя искомое, Амберион чуть не упал, запутавшись в своём плаще, но всё-таки подал девушке нужные ингредиенты.

— Ты можешь потише? Гремишь, будто пьяный папаша на кухне, — злобно прошипела она, забирая склянки.

Парень не стал ничего отвечать. Нервы у них обоих сейчас ни к чёрту, и лишняя ругань совершенно ни к чему. Тем более, он всё ещё ощущал себя слегка бесполезным в сложившейся ситуации. Львиную часть расчётов и магпостроений делала Катрин, а он просто был на подхвате. Принеси, подай, а ещё лучше, не мешай.

Но, засунув свою гордость поглубже, он понимал, что на такие уступки можно пойти ради светлого будущего. Не только своего, разумеется. Он думал о других людях, которые теперь смогут путешествовать по Отражениям, не оплачивая каждый раз конскую пошлину за проход туда и обратно. Жить станет проще, интересней, а самое главное сытнее. Ведь, благодаря их изобретению, улучшиться торговля, обмен знаниями, да, и просто рабочий люд сможет найти себе место получше.

Позволив себе незаметно улыбнуться, студиоз вновь сосредоточился на контроле местности. Хотя, по сути, это тоже было довольно бесполезным занятием.

Ну, наткнутся на них стражники или ещё кто. Что делать? Сбежать не получится, драться тоже не вариант. Так что единственный выход, это затаиться и надеяться, что их никто не заметит.

— Почти закончила. Теперь твоя кровь нужна, давай руку, — вдруг повернулась к нему Катрин.

Девушка требовательно тянула ладонь, и Амберион неосознанно ответил ей тем же. В ту же секунду его резанула боль и от неожиданности он вскрикнул. Чтобы тут же получить удар в лоб рукоятью ножа.

— А, ну, не ори! Тут царапина, — шикнула на него напарница.

Покорно замолчав, парень потёр лоб и тут же чертыхнулся, сообразив, что он размазал кровь по лицу.

— Вот держи, — протянула Катрин ему платок.

Хмуро поблагодарив её, студиоз кое-как вытерся и наскоро перевязал руку.

— Что теперь? — спросил он.

— Ждать утра. Нам нужно два потока. Световой и флёровый. Как только будет достигнута нужная концентрация, сигилы сработают, и мне нужно будет прочесть заклинание-активатор. Заземлим всё на тебя, и после ты должен будешь перейти на ту сторону. Как только окажешься в Отражении, сразу ломай напополам стержень призыва. Твоя кровь здесь, и твоя суть там, будут тянуться друг к другу, пока не «склеят» две мировых сферы. И, если я всё рассчитала правильно, то ты почти сразу сможешь переместиться обратно, — девушка устало потянулась, — я пока вздремну, а ты разбуди меня через пару часов, поменяемся. Ну, и постарайся не учудить здесь ничего, пока я сплю.

Кивнув, Амберион не стал спорить или задавать какие-то вопросы. Всё это лишнее. Раз уж решился, то нужно идти до конца.

Ему, конечно, претило так слушаться девчонку (пусть и довольно умную), но особого выбора не было. Так что лучше отыгрывать роль сурового и молчаливого героя, чем болтающего и постоянно трясущегося мальчишки.

Прекрасно понимая, что пройти через таможню будет та ещё задачка, он всё же держал себя в руках и не истерил по этому поводу. Хотя очень уж хотелось заорать и бежать отсюда подальше, куда глаза глядят. Правда, потом он до конца жизни не сможет взглянуть в глаза не только своему отцу и Катрин, но и самому себе в зеркале. Есть один шанс стать великим и, если будет нужно, Амберион сломает себя, но использует его на полную.

Подбадривая себя такими мыслями, студиоз сам не заметил, как быстро пролетело время, и на востоке заалел рассвет. Неужели уже утро? Значит, в своих раздумьях он провёл гораздо больше двух часов. Теперь, как бы аккуратно разбудить Катрин и не нарваться на её очередную отповедь по поводу его безалаберности.

Но к его удивлению девушка среагировала на промашку довольно нейтрально. Протерев глаза, она сразу увидев восходящее солнце и только недовольно зыркнула на парня. Говорить ничего не стала, а перешла прямо к делу.

Через полчаса закончив манипуляции с чарами и «включив» сигилы в центре которых стоял побелевший Амберион, она передала ему в руки стержень призыва и намертво связала его физическую и энергетическую сущность. После вытащила уже слегка отошедшего от такого напора (во всех смыслах) юношу и всучила ему верительную грамоту, где написано, что студиоз вроде как возвращается домой на каникулы. Отсыпала полсотни монет (большая часть из которых принадлежала ему самому и была взята как бы в долг). Напоследок напутствовала не болтать лишнего, вести себя естественно и сделать всё как нужно.

— Хоть раз в жизни, давай без глупости! — хлопнув по плечу сказал она.

Коротко кивнув, парень стараясь придержаться образа «рыцаря» молча отправился к порталу.

…

И-реальность № 303-37 (Неизвестное Отражение)

Утро выдалось так себе.

Не найдя хоть какого-то признака присутствия человека, мне пришлось ночевать по старинке прямо в лесу, под корнями какого-то исполинского дерева. Здесь, кстати, всё было каким-то гигантским. Река, встреченная по дороге шириной чуть ли не с полсотни километров. Горные пики вдали, что будто царапали своими вершинами небо. Да, даже звери, которые разбегались вокруг, казались слишком уж большим.

Вон, страхолюдина, похожая на обычного зайца, но размером с хорошую лошадь и какими-то выступами на лопатках. Или копия куропатки, правда, высотой со страуса.

В общем, фантазии было где разгуляться, поэтому на ночёвку я сначала было взлетел на верхушку этого самого лесного великана, но, увидев, что место уже занято семейством монструозных белок, решил опуститься пониже. Натаскал себе листьев, веток помягче и зарылся во всё это великолепие, страстно желая, чтобы ко мне в гости не пришёл местный аналог каких-нибудь муравьёв-переростков.

Как только солнце заглянуло в моё импровизированное убежище, я, хорошенько потянувшись, встал и принялся заниматься делами насущными. А именно искать питьё и еду, заодно осматривая местность вокруг на предмет чего-то похожего на портал или людское поселение.

Если с первым проблем не возникло, я напился из уже виденной раннее реки и наскоро поджарил выловленную там же рыбину (опять же совершенно невменяемых размеров), то со вторым возникла проблемка.

Как бы высоко я не взлетал, но ничего похожего на следы деятельности человека не было.

В конце концов, я принял решение лететь в сторону примерного юга и надеяться, что в этой реальности я прибываю не в гордом одиночестве.

Сил у меня было достаточно, особых изысков управление весом своего тела не требовало, так что я парил в небесах, аки двуногая птица без перьев и обозревал земную чашу, что медленно изгибалась внизу. Пока…меня не встретил край реальности.

Да уж, я как-то совсем не ожидал, что попаду во вселенную, где материализуется древнейшее представление о мире. Надеюсь, слонов на черепахе там не будет.

Замедлившись, я осторожно подлетел к границе тумана, за которым расплывалось сумрачное ничто и аккуратно посмотрел вниз. Ага, вроде, даже не классический срез, откуда можно упасть и бесконечно лететь в космическую пустоту. Ну, и никаких животных, поддерживающих диск, не видно. Хотя теперь мне было понятно, что форма этого кусочка действительности больше напоминает полусферу с загнутыми вверх краями, а не пресловутую плоскую Землю.

Опустившись пониже, я понял, как устроен этот естественный (или наоборот искусственный) предел. Сначала холмы, потом горы и после чередующиеся пропасти с плавно размывающейся материей, вперемешку с этой странной дымкой.

Хм, неужели, это то, о чем я подумал?

Зачерпнув эту непонятную субстанцию, я вдруг почувствовал, что она покорна мне. Я могу трансформировать её, как мне угодно. Обратить в энергию, придать нужную мне плотность, строение… Похоже, именно так выглядит овеществленный флёр. И здесь его используют, как строительный материал. Что ж, интересно, хоть и предсказуемо.

Итак, раз я оказался у конца этого мира, то что мешает мне полететь дальше и попытаться сбежать из этой импровизированной темницы без конца и края?

Ответа я получить не успел. Вселенная вокруг начала рушиться. Я говорю об этом таким обыденным тоном, так как сам не раз был инициатором подобного действа. Вот только здесь всё происходило не в порядке эксперимента, а совсем наоборот. И, самое главное, теперь я был объектом над которым творится такое вопиющее бесчинство. Это, кстати, оказалось довольно неприятным ощущением. Удивительное чувство бессилия овладело мной и теперь мне стало понятно, что такое истинный ужас и безысходность.

Флёр стремительно утекал из меня, растворяясь в окружающем хаосе. Я потерял контроль над чарами и стал падать вниз. Туда, где уже раскрывала свою пасть межмировая бездна. Алчущая и вечна голодная тварь, имя которой Легион.

Реверберация действительности

И-реальность № 303-37 (Где-то между Отражений)

Вереща от ужаса, Амберион пытался хоть как-то остановить своё падение. Но, как его остановишь, если даже не знаешь в какую сторону мчишься? Верх и низ перестали быть абсолютами и смешались в дикую катавасию. Бедного парня тащило во все стороны сразу и одновременно держало на одном месте. Казалось, пространство вокруг него сошло с ума и пыталось утащить в своё безумие одинокого человека, безуспешно старавшегося совладать с бушующей вокруг энтропией.

А всё начиналось так хорошо. Студиоз без проблем прошёл таможню, оказался в знакомом с детства мире и, отойдя на сотню шагов, сломал перламутровую палочку, чем вызвал спонтанное схлопывание более, чем десяти тысяч вероятностей. Цепная реакция такого масштаба могла обрушить и базовую реальность, но фиксатор, заранее поставленный кем-то умным и предусмотрительным, вовремя погасил зарождающийся эффект Эверетта IV.

В результате, большая часть Отражений перешла в нулевую возможность и просто перестала существовать. Остальные же стали проникать друг в друга, образуя невероятную волну хаотичных модуляций, что грозила вот-вот накрыть изначальную действительность.

В этом круговороте вещества-энергии сейчас и пытался выжить Амберион, ставший спусковым крючком всего процесса.

Скорее всего, он рано или поздно всё-таки растворился бы в окружающей пространственно-временной вакханалии, но появившаяся, словно из ниоткуда, фигура, истекающего тьмой человека схватила его за шиворот и куда-то потащила. На этот раз по-настоящему, с изменением координат его местоположения.

Закрыв глаза и читая молитвы всем известным богам (которые по заветам теургии являлись всего лишь одушевлёнными источниками силы), несчастный студиоз трясся, желая только одного…чтобы всё это поскорее закончилось.

Его просьбы были услышаны и, спустя мгновение, его швырнули на удивительно мягкую и чарующе настоящую траву. Вдыхая запах реальности с примесью коровьего навоза, юное дарование подняло голову и сразу же получило мощнейшую оплеуху.

— Наверное, стоило бы сказать тебе спасибо…но рефлекс сработал быстрее. Ты как всё это умудрился начудить? — сурово спросил незнакомец.

Не успел Амберион ответить хоть что-то, как его снова схватили за шкирку, но на этот раз не стали куда-то тащить, а просто поставили на ноги.

— Ладно, мне в общем-то всё равно. Главное, что случилось это в самый подходящий момент. Теперь я смогу закончить своё дело с Сергиусом на равных. И ты мне в этом поможешь, — грубо ткнул он парня пальцем в грудь.

— Я…? Как я…что? В смысле? — пролепетал испуганный студиоз.

— Не волнуйся. Тебе даже делать ничего не придётся. Просто стой рядом и молчи.

— Но…почему…и вообще…

— Сказал же лучше молчи. Мы в паре километров от университета, судя по деревенским полям вокруг, так что доберёмся быстро. Иди рядом и не мешай, — вновь оборвал парня неизвестный.

Амбериону ничего не оставалось, как подчиниться.

…

И-реальность № 303-37 (Центрум. Стержневой мир)

Повезло, так повезло. Уж не знаю, кого за это благодарить, старую подругу Тюхе или Великую Неопределённость. В любом случае, как только вероятность вокруг меня начала разрушаться, переходя в фантомную фазу, я увидел перед собой энергетический след, что словно спрут раскинул свои щупальца по всем Отражениям. Впитав в себя остатки щедро расплескавшегося флёра, я успел выскочить из схлопывающейся действительности и ринуться к источнику зарождающейся катастрофы.

Каково было моё удивление, когда я понял, что визжащий от ужаса мальчишка, парящий в пустоте междумирья, и есть триггер всего этого безумия.

Решив оставить все вопросы на потом, я подхватил его и ринулся в базовую реальность. Благо, в парне ещё горел сгусток силовых искажений, что запустил процесс трансформации «бобового стебля», созданного моим Фрагментом.

Теперь у меня появился хороший шанс застать Сергиуса врасплох и поразить его моим «секретным» оружием. Хотя правильней будет назвать этого прыщавого юнца щитом. Именно такую роль он должен будет сыграть в приближающемся финале нашей пьесы.

Я, правда, пока ещё не определился, кто в ней злодей, а кто сияющий благостью герой.

Добрались мы до университета быстро. Я решил не использовать флёр вообще, чтобы не привлекать внимания. Кто их знает, какие у них есть чары слежения или контроля за магическими возмущениями. Так что шли мы своими ножками и делали это максимально скоро.

Уже через полчаса, входя под сень альма-матер моего «напарника», я почувствовал нарастающее напряжение вокруг. Все куда-то спешили, переговаривались в полголоса и постоянно хмурились, бросая странные взгляды в небеса.

Я тоже не удержался и посмотрел наверх. Ничего необычного. Небо, как небо. Облака, синева и парочка полупрозрачных трещин по краям.

Ну так это нормально, если ваш мир на пороге катастрофы. Не надо было делать кучу вероятностей, которые после, как карточный домик обрушатся на вашу привычную действительность.

— Что это?! — увидев то же, что и я, спросил студиоз.

— Конец твоего мира, придурок, — буркнул я и потащил его дальше.

Уже поднимаясь в кабинет к ректору, я всё-таки решил немного «прокачать» парня, дав ему нужную мотивацию.

— Смотри, сейчас будет последний шанс спасти всё, что тебе дорого. Главное, стой рядом и ничего не делай. Тебе будут обещать золотые горы, пытаться обмануть и настроить против меня. Но знай, я единственное, что ограждает твою реальность от полного и тотального уничтожения. Хочешь, чтобы всё повторилось, как и в твоём Отражении?

— Нее…не-нет, ккк…конечно, — запинаясь, ответил он.

— Вот и хорошо, значит, мы поняли друг друга, — хлопнул я его по плечу.

Первым в кабинет Сергиуса вошёл юнец. Я подтолкнул его и сказал, что так надо. Святая простота, он верил мне безоговорочно. Мне даже не нужно было ничего объяснять больше. Я говорил, он делал.

— Что? Почему без разрешения? — сразу же вспылил мой Осколок.

— Да, как-то твоей секретарши рядом не оказалось, вот и прошли напрямик, — ухмыльнулся я, выходя из-за спины студиоза.

На самом деле девушку я «прирастил» к столу, за которым она сидела. Заодно отправив её немного поспать. Мой расчёт оказался верным. Используй я обычную физическую силу, она вполне могла успеть закричать и предупредить Сергиуса. А так, секунда и, проросший через рот, изумрудный стебель сразу лишил её дара речи.

— Значит, это ты. Что ж, я ожидал чего-то подобного, — скривившись, произнёс Фрагмент.

И сразу же без остановки бросил в меня какое-то особо изощрённое заклинание.

Усмехнувшись, я лишь коснулся плеча парня, стоящего рядом со мной, и отправил этот магический всплеск в хаос бушующих вероятностей. Сергиус сначала не понял в чём дело и переключился на другие манипуляции с флёром. Правда, через минуту, увидев, что все его ухищрения просто не работают, он решился использовать финальный аккорд и попытался вновь отправить меня в Отражения. Как и в прошлый раз юнец просто впитал заклятье, сам не понимая, что он делает.

Зато это прекрасно понимал я. «Подключившись» к аномалии, которую этот парень притащил с собой из междумирья и использовал её, как канал сброса любых магических действий, направленных на меня. Фактически он стал неким подобием «живого щита» для меня. На мой взгляд, не самая большая плата за спасение из бездны.

— Что ж, туше, — задумчиво хмыкнул Осколок.

— Не думаю, — улыбнулся я и бросился вперёд, таща за собой студиоза.

Не ожидавший такого примитивного нападения, Сергиус на автомате забросал нас кучей, заранее подготовленных, чар. Но все они в очередной раз были поглощены «живым щитом». Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, я, наконец, отпустил бедного парня и одним движением разорвал сюртук вместе с рубахой на груди моей тридцать седьмой части.

— Пора возвращаться домой, — прошептал я, касаясь причудливо изогнутой Монограммы.

Сплетающиеся линии, окаймлённые золотом, полыхнули тёмным пурпуром и стали перетекать в меня. Энергия выплеснувшаяся следом образовала кокон, скрывший нас обоих от внешнего мира. Хотя нет…теперь не было никаких двоих. Только я. И вернувшийся ко мне Осколок моего я. Вместе, воедино, как было сотни эонов подряд. Я рассмеялся. Легко и приятно. Вот, что значит снова быть целым.

Дыхание мгновения закончилось и передо мной снова предстала уютная многомерность. Раскинув миллиарды эфемерных псевдоподий, я отдыхал, чувствуя, как во мне сходятся куски вселенского сознания, представляющие мою личность.

Кто будет следующим? Какой мир предстанет на моём пути к совершенству?

Ответ был рядом. Стоило его только ухватить.

…

И-реальность № ◼️◼️◼️◼️

— Он стал слаб.

— С чего ты это взял?

— Раньше он убивал без раздумий. Но теперь он даёт шанс.

— И? Может, ему просто не хотелось лишней крови на руках.

— Ты не понимаешь. Вбирая в себя утраченные Фрагменты, он должен всё больше соответствовать оригиналу. Но, похоже, его тянет другая ипостась.

Презрительно хмыкнув, искрящийся звёздной пылью, силуэт только пожал плечами. Каждый из них видел только свою сторону этой гигантской головоломки и строил всё понимание на основе лишь собственного взгляда. Это давало им обоим чудовищную силу и одновременно невероятную слабость.

Конечно, они могли объединиться, но тогда каждый из них перестал бы существовать, как личность. Симбиоз возвышал сознание, но забирал индивидуальность. Сделав выбор быть полубогами, эти двое, кто разговаривали на краю распластавшейся в пустоте туманности, навсегда отрезали себя от всемогущества, всезнания и всеприсутствия. Но взамен они оставили себе грань человечности, от которой так упорно бежал тот, о ком они сейчас говорили.

Во всяком случае, они думали именно так.

— И что нам это даёт? Может, убивать направо и налево он перестал, но его уровень всё ещё чертовски опережает наш. Слабость или не слабость, но он всё ещё в одиночку раскатает нас двоих в тонкий блин, — хмуро бросил «звёздно-пыльный».

— Это, если мы пойдём на открытое противостояние. На низких слоях, он будет вынужден действовать по местным законам мироздания.

— Да, только и мы тоже будем подвержены этим ограничениям.

— А, кто говорит про нас?

— Что конкретно ты предлагаешь?

— Есть у меня одна идея, — тихо произнёс тот, чья фигура напоминала зарождающийся коллапсар, — но нам понадобится помощь ещё кое-кого.

— О, нет! Только не говори, что придётся идти на поклон к этому психопату.

— Слушай, он не так уж и плох, если найти к нему персональный подход. В конце концов, он один из нас.

— Да, так и есть. Самая худшая наша часть, о которой я предпочитаю забыть.

— Но…сейчас он вполне может помочь.

— Если не поглотит нас обоих, — угрюмо хмыкнул сгусток галактической пыли.

— Ты забываешь, что его сила не в этом. Совсем не в этом….

Вечный Океан*

И-реальность № 771 — 01

Вдохнув солёный морской воздух, я с удовольствием потянулся. Процесс трансформации и адаптации к новому миру, как никогда, прошёл легко и быстро. Сначала я даже подумал, что здесь кроется какой-то подвох. Но, тщательно проанализировав свои ощущения, понял, всё в порядке.

Усмехнувшись собственной паранойе, я вернулся к осмотру поистине райского пейзажа. То ли мне невероятно повезло, то ли здешний Фрагмент искал нечто, похожее на свои представления об идеальном месте для отдыха. Во всяком случае, ласковое солнце, белоснежный песчаный пляж и, колышущаяся неподалёку, пальмовая роща говорили именно об этом.

Ещё раз с наслаждением хрустнув всеми хрящиками, что были в моём новосозданном теле, я, помочив ноги в удивительно тёплой воде, направился к деревьям. Нужно было озаботиться водой и пищей, заодно проверив побережье на предмет обитания аборигенов.

Пройдя метров двести, я начал догадываться, что не всё так прекрасно в местном королевстве. Издали, похожие на пальмы, вблизи эти вытянувшиеся вверх растения больше походили на некие кусты с венчиком из ядовито-зелёных «лопухов». Покрытые словно бы мокрыми ворсинками, они качались совершенно в противоположную сторону от дуновения ветра. Имитируют что ли?

Шагнув вплотную к «пальмам», намереваясь коснуться чего-то, похожего на кору, я на себе ощутил, что такое в мгновение ока из исследователя превратиться в жертву. Молниеносно изогнувшись, растение метнулось ко мне всеми своими «листьями», которые на проверку оказались мясистыми щупальцами, стараясь за раз обхватить всё моё туловище.

Несмотря на только что сформированное тело, я уже обладал довольно внушительными рефлексами (спасибо Фрагменту этой реальности) и кое-как успел отпрыгнуть. Тем не менее, одна из «конечностей» кровожадной твари успела меня задеть. Мазнув по плечу и руке, она оставила липкий, горящий огнём след. Будто медуза обожгла.

Вскрикнув от неожиданности, я сразу же принялся тереть песком кожу, стараясь поскорее смыть неизвестный яд. Помогало так себе, и мне в голову пришла мысль попробовать морскую воду.

Шатаясь и чуть не падая от внезапно накатившего головокружения, я с трудом добрёл до полосы прибоя и буквально упал в, казавшиеся теперь удивительно прохладными, волны.

Мне действительно полегчало, и я даже немного взбодрился, как внезапно почувствовал, что кто-то пробует моё лицо на вкус. Мелкие полупрозрачные рыбёшки, скорее, даже мальки с упоением стали вгрызаться в мою плоть. Причём выбирая для этого самые нежные и чувствительные места.

Заорав от невыносимой боли, я стал сдирать крохотных бестий, сразу давя их пальцами. Вот только борьба была неравной. Уничтожив с десяток прожорливых существ, я сразу же обзаводился полусотней новых. Причём теперь они стали грызть и мои руки. Понимая, что ещё пару минут, и я уже просто не смогу встать, мой инстинкт самосохранения из последних сил вытащил меня на берег и зарыл в песок. В мозгу успела промелькнуть мысль, что так нелепо я ещё никогда не умирал.

…

На мою голову лилась ледяная вода, что удивительным образом никак меня не беспокоило. Кажется, я даже получал мазохистское удовольствие от холода, что отключал мои чувства одно за другим.

— Не спи! Тебе нельзя спать! Яд мясоловок начинает действовать активней, — кричал мне кто-то прямо на ухо.

Нечленораздельно промычав, чтобы от меня отстали, я хотел лишь одного…поскорее вернуться в приятное и спокойное забытьё. Но меня не переставали теребить и даже, кажется, били по щекам. Следы укусов тех мерзких мальков начали гореть с удвоенной силой, но и это уходило на второй план перед тягучим желанием заснуть.

И вот тут меня удивили. Похоже, этот вариант нежданный спаситель решил приберечь напоследок, как самый экстремальный.

Мне вырвали ноготь. Во всяком случае, ощущения были именно такие. Взорвавшийся шар боли охватил сначала всю кисть, но потом сосредоточился в указательном пальце.

Разлепив глаза, я увидел ужасного монстра с невыносимо прекрасным лицом, кто терзала меня раскалёнными щипцами.

Да, я не ошибся. Загорелая кареглазая блондинка, с выгоревшими на солнце волосами, склонилась надо мной, держа в руках настоящее орудие пыток.

— Не спи, иначе я поставлю второй! — бросила она мне в лицо, видя, что я очнулся.

Вяло кивнув головой, я вдруг понял, что лежу на какой-то травяной циновке, а рядом трещит крохотный костерок.

— Никогда бы не подумала, что буду использовать клеймер на человеке. Правда, ты ни похож на «плавников», те, считай, чёрные, да, и глаза у них больше голубые или зелёные. А у тебя волосы длинные и светлые, как у «скользящих», но кожа бледная, как у «пещерников». Так кто ты? — внимательно посмотрев на меня, спросила она.

— Можно воды? — проигнорировал я её вопрос.

Всё тело ломило, а голова будто раскалывалась надвое. Так что мне сейчас совершенно не хотелось объяснять ей откуда я прибыл. А, уж выдумать какую-нибудь правдоподобную легенду, тем более.

— Держи. Пить тебе сейчас нужно много, — она протянула мне глиняный сосуд, но, видя, что я толком не могу схватить его стала помогать, — просто глотай. Моргни, когда напьёшься.

Я пил большими глотками холодную воду, пока не заломило зубы. Затем сомкнул веки и устало откинулся назад.

— Клеймер ещё в моих руках, — напомнила незнакомка.

Чертыхнувшись, я снова открыл глаза.

— Может, есть какое-то противоядие? Или другой вариант лечения, чем ставить на мне метки, будто на животном? — вяло спросил я.

— Есть. Но его продают только на Северных островах. И стоит оно очень дорого. Так что твой организм должен сам справиться с отравлением, иначе… — договаривать она не стала, и так всё понятно.

— А, мы где?

— На Южном архипелаге, — пожав плечами ответила она.

Что ж, логично. Если есть северные, то должны быть и южные. А, судя по климату, мы вполне можем на них находиться.

— Как насчёт Восточных и Западных? — полушутя-полусерьёзно спросил я.

— Таких не существует. Есть только Северные и Южные, — посмотрев на меня, как на дурачка, произнесла девушка.

— А, всё остальное…

— Вечный Океан, — странно взглянув на меня, продолжила она.

Да уж, попал, так попал. Планета, почти полностью покрытая водой. Любимая фишка всяких фантазёров, которые ни черта не смыслят в эволюции и биологии. Ещё и с человечеством в своём стандартном оформлении. Откуда они тут взялись, как, вообще, выжили и почему ещё не деградировали до первобытного уровня, никто мне не скажет. Просто раз и всё. Живут себе поживают, общество вон какое-никакое есть, цивилизация даже, вроде. Да, и технологии присутствует, пусть и в минимальном объёме. Откуда-то же моя спасительница знает про Северные острова и всяких там «скользящих» и «плавников». Значит, есть средства коммуникаций или торговые пути. Другой вопрос, как всё это работает и не загибается столь долгий срок.

Кстати…надо бы узнать, как давно здесь обитают люди. Может, удастся прикинуть, когда сюда пришёл мой Осколок.

— А, сколько тебе лет? — начал я с наводящего вопроса.

— Пять, — удивлённо хмыкнув, проговорила она.

— Эээ…– замялся я, не зная, как продолжить дальше.

— Наверное, теперь ты хочешь узнать моё имя? Но сразу предупреждаю, икру с тобой метать я не намерена. Так что, оставь ритуал союза для другой носительницы.

Хм, похоже, я случайно начал речь с какой-то местной версии приглашения к браку. Хотя момент с икрой меня слегка озадачил. Неужели я ошибся, и здешнее человечество всё-таки существенно отличается от базовой версии? С другой стороны, это может быть и оборотом речи. Всё-таки, приходя в новую реальность, я создаюсь по образу и подобию моего Фрагмента, обитающего здесь. Не имея его памяти и сознания, я всё же обладаю знанием языка (или языков) и прочими стандартными характеристиками, необходимыми для поиска своей сбежавшей частицы. Но, что касается культурных особенностей, внутренних принципов социума, да, и просто банальных привычек местных, тут уж всё приходиться изучать самому. Поэтому вполне возможно, что я мог не так понять её слова про совместное метание икры.

Мысленно усмехнувшись, я вспомнил свою недавнюю эскападу в мире техмагии и теургии, где обитал Сергиус. Там, вначале используя его облик, я получил простенькие плюшки в виде бесплатного питания и проживания в гостинице. Но после мне пришлось простеньким способом чуть подкорректировать собственную внешность, чтобы каждый встречный не падал мне в ноги, принимая за архимагистра и ректора университета Центрума. Да и в целях безопасности и неожиданности это было нелишним.

Здесь же мой облик тоже вызвал удивление, но никакого подобострастия и поклонения не было и в помине. Что говорило о двух вещах. Первое — мой Фрагмент в этой реальности не занимает каких-либо значимых позиций во властных кругах. Второе — я очутился в таком диком захолустье, что, если даже он и стал местным царьком, то до этих мест его слава просто не долетела.

Оба варианта были равноценны, но для меня, конечно, предпочтительней первый. Добираться через половину планеты в гости к Осколку, удовольствие так себе. Я, конечно, увижу невероятные тайны вместе с чарующими пейзажами бесконечного океана и всё-такое… Но, что может показать удивительного одна из миллионов действительностей сверхсущности, которая половину этих миров и создала? Вот именно, скорее всего, ничего. Ну, разве что, очередные фантазии на тему, а что, если…

Так что, лучше бы моя часть личности оказалась где-нибудь неподалёку. А, чтобы узнать это поточнее, мне, как минимум, нужно выздороветь и ознакомиться с местной географией. Поэтому наладить контакт с туземкой, дело первостепенной важности. Хотя в моих глазах она виделась истинной дикаркой. Умной, прозорливой и полной той варварской красоты, которая бывает лишь у настоящих детей природы.

— Начнём с моего имени. Я — Сергей. А как мне называть тебя? — решил я перехватить инициативу нашего разговора.

— Верного течения тебе, Сергей. Зови меня Лотус — сделав волнообразный жест рукой, ответила она.

— Лотус, это цветок?

— С чего ты это взял? У нас так зовётся момент, когда солнце встречает своего Хрустального брата, и всё небо начинает сиять многоцветьем. Такое бывает очень редко и только на Южном архипелаге, — удивлённо посмотрев на меня, пояснила девушка.

Что ж, похоже, здесь есть свои особенности не только с замедленным вращением планеты вокруг местного светила. Иначе, как объяснить её «возраст» и этого Хрустального брата?

Ладно, разберёмся.

— Откуда ты сам? — вдруг спросила меня Лотус, — видно, что не здешний, но и на жителя Северных островов не похож.

Задумавшись на мгновение, я решил не юлить и рассказать ей правду. В обрезанной версии, но всё же.

— Хм, я слышала от второй матери, что помимо нашего мира есть и другие. Но всегда думала, что это сказки. А теперь оказывается, что нет. Хотя, я пока не решила верить твоим словам или…

Оборвавшись на полуслове, дикарка замерла, вся обратившись в слух. Я было дёрнулся спросить её, что происходит, но она резким толчком заставила меня замолчать.

Только через пару минут она, склонившись надо мной и одарив запахом каких-то незнакомых трав, тихо прошептала, чтобы я не шевелился.

Послушавшись, я почувствовал, как в кровь бросился адреналин. Бежать или сражаться? Тело само выберет нужный вариант. Боль и слабость после отравления отошли на второй план. Я напрягся и был готов к любому повороту событий.

— Кракен-ши, — одними губами произнесла Лотус.

Я не понял, что она имела ввиду, но слово мне показалось хищным и опасным. Как оказалось, я был прав.

Из тьмы перед нами выступил силуэт чего-то невыносимо мерзкого и покрытого сотнями щупалец. Сдавленное ворчание возвестило, что существо не видит нас, но прекрасно слышит. Невыносимо медленно оно надвигалось на костёр, пока полностью не оказалось в круге света. Тогда девушка внезапно закричала нечто, похожее на боевой клич, и прыгнула прямо в этот сгусток постоянно шевелящихся конечностей.

Нелогичная эстетика

И-реальность № 771 — 01

Неожидавший такого резкого поворота, я успел только приподняться с циновки, как Лотус уже «выплюнули» обратно. Перекатившись через плечо, девушка сразу же метнулась в темноту, напоследок крикнув, чтобы я уходил в другую сторону.

Уже примерно понимая, что она задумала, я с низкого старта рванул в указанном направлении. Тело ещё плохо слушалось, так что быстро бежать получилось только первую сотню метров. Потом ноги стали путаться, дыхание сбилось, а перед глазами замелькали красные пятна. Крохотная луна непривычного зеленоватого оттенка еле-еле подсвечивала окружающую местность. Удивительно, как я вообще столько пробежал и не упал, зацепившись за какую-нибудь корягу или не врезавшись в дерево.

Прижавшись спиной к, словно бы, чешуйчатой коре какого-то растения, я вдруг вспомнил своё знакомство с мясоловкой (кажется, так дикарка называла ту прожорливую тварь) и, обливаясь холодным потом, отскочил на пустое пространство.

Замер, стараясь восстановить силы и отдышаться, параллельно прислушиваясь к ночным звукам вокруг.

Где-то вдалеке раздался яростный рёв, а вслед за ним дикий визг. Я не знал, моя ли это спасительница, но, судя по тону, скорее всего, сражались два зверя.

Может, Лотус куда-то заманивала этого монстра?

Даже, если и так то, что теперь делать мне? Возвращаться обратно опасно, стоять на месте тоже. Двигаться куда-то в глубь джунглей, да ещё и ночью просто глупо.

Немного поразмыслив, продолжая внимательно сканировать всеми чувствами окружающую местность, я всё-таки принял решение двигать обратно. Медленно, осторожно и стараясь особо не шуметь.

Спустя полчаса, когда мне уже казалось, что я основательно заблудился, ноги будто сами вывели меня на небольшую полянку, где всё ещё горел крохотный костерок. Рядом валялась скомканная циновка и та штука, которой Лотус «заклеймила» меня. Самой девушки видно не было.

Сердце почему-то начало выбивать тревожные трели, и я вдруг понял, что волнуюсь за прекрасную туземку. Подняв довольно массивные «щипцы», я, взяв их поудобней, стал всматриваться в темноту. Оружие, пусть и неказистое, но другого не было.

Минут через пять, я, скорее, почувствовал, чем услышал, как кто-то подходит ко мне со спины.

Хищник?

Я чуть пригнулся и напряг ноги. Пусть только попробует прыгнуть, как я встречу его хорошим ударом с разворота. Клеймер вполне себе может сойти за самую обычную дубину.

— Сергей… — раздался тихий голос совсем рядом.

Выдохнув, я расслабился и опустил своё импровизированное оружие.

Из темноты слева (откуда я совсем не ждал) вышла Лотус. Пара царапин на бедре, растрёпанные волосы и руки, покрытые чем-то чёрным и липким.

— Духи были милостивы ко мне. Мало кому удаётся в одиночку победить кракен-ши, — устало произнесла она, садясь возле костра.

Я подошёл и, расправив циновку, сел рядом. Почти сразу понял, что девушку бьёт сильная дрожь и не нашёл ничего лучше, чем попытаться приобнять её. Конечно, это был не холод. Скорее, волнение, нервы отходили после пережитого стресса, вот её и трясло не по-детски.

Словно не заметив моего прикосновения, она сгорбилась, часто и мелко дыша.

— Откуда ты знала, что он побежит за тобой? — спустя какое-то время, спросил я.

Кажется, Лотус стала приходить в себя. По крайней мере, вздрагивала она теперь лишь эпизодически.

— Кракен-ши всегда выбирает сильнейшего в стае. Расправившись с ним, он после добивает остальных. Я напала первой, и он принял меня за вожака. Поэтому я была почти уверена, что он будет гнаться именно за мной, — ответила дикарка, поднимаясь и доставая флягу с водой.

— Хм…понятно. Но как ты смогла его победить? Не уверен, что с этой зверюгой мог справиться и мужчина, а тут…

— Сразу видно, что ты не отсюда, — перебила меня девушка и усмехнулась, искоса взглянув в мою сторону.

Напившись воды, она продолжила.

— Я не воин. Поэтому кодекс битвы и прочие выдумки самцов меня не касаются. А, значит, я вправе использовать любые способы для победы. Так что я взяла тебя.

Удивлённо посмотрев на неё, я ничего не понял.

— Яд мясоловки, который остался у тебя на коже, хоть ты и пытался смыть его. Я собрала остатки и хотела их продать. Такие вещи очень ценятся у наших знахарей. Но, как видишь, пришлось использовать их для других целей, — пояснила она, — моя Девственная Игла всегда рядом. Так что я окунула её в склянку с ядом и успела царапнуть кракен-ши, когда прыгнула на него. После этого оставалось только ждать.

Я задумался. Неужели такую здоровенную тварь, размером с три-четыре человека, можно победить всего лишь каплей яда? Меня-то он так и не убил…хотя я существенно меньше. В чём же подвох?

Задав этот вопрос Лотус, я получил исчерпывающий ответ.

— Величина не играет никакой роли. Вся суть в глубине. Строение тела, «запах» кровотока, сопротивляемость чужим «вкусам». Мясоловки растут на побережье, возле солёной воды, а кракен-ши, наоборот, обитают в глубине леса. Потому они и не соперники друг другу, да, и вообще встречаются вместе крайне редко.

Что ж, логично. Но тогда у меня сразу возникает ещё один вопрос. Как она смогла дотащить меня сюда в одиночку? Или я что-то упускаю…

— Сейчас пора спать. Там, где охотятся «ночные кляксы», других хищников не бывает. Завтра утром я снова призову морло-ка, и он довезёт нас до ближайшего поселения, — словно прочитав мои мысли, произнесла она, — только отмою руки и переложу хризолитовые жéлезы в «мягкую» склянку.

Она быстро смыла чёрную жижу, которая вероятно была кровью убитого монстра и, достав из поясного кармана крохотные желтовато-зелёные комочки, поместила их в прозрачный мешочек.

— Вижу, тебе стало получше. Если ты голоден, то у меня есть лепёшки и стручки кха. Могу поделиться, — предложила Лотус, заканчивая укладывать всё в небольшой рюкзак.

Я благодарно кивнул. Только сейчас почувствовал, как заурчало в животе. Всё-таки эта ночная беготня, а перед этим борьба с ядом мясоловки, отняли у меня много сил. И подкрепиться сейчас не мешало бы.

Приняв еду, я стал быстро жевать тонкие пласты чёрного хлеба, закусывая неизвестными мне плодами красного цвета с удивительным вкусом слегка острого копчёного мяса. Запив всё это пиршество водой, я понял, что дико устал и тоже хочу спать. На этот раз не из-за отравления, а «по-настоящему».

— Ложись рядом. Так будет теплее. Под утро может похолодать, — сказала девушка, раскладывая свою циновку.

Сначала мы лежали спина к спине, но уже в полусне как-то само собой получилось, что я снова приобнял её. Лотус что-то неразборчиво пробурчала себе под нос, а мне в пах вдруг упёрлось тонкое лезвие. Поняв намёк, я сдвинулся чуть пониже, решив, что одной жертвы для Девственной Иглы будет на сегодня достаточно.

…

Морло-ка оказался чем-то средним между вараном и броненосцем. Величиной с добрую лошадь, он, тем не менее, в холке с трудом доходил мне до пояса. Этакий ползун, покрытый довольно мягкой чешуёй, которая, тем не менее, могла, словно бы менять свою структуру, становясь жёсткой и колючей.

— Я зову его Гарри, — сказала Лотус, почёсывая существо где-то в районе затылка, — вообще, они довольно миролюбивые и послушные. Если не голодные, конечно. Так что, управлять ими приходится либо при помощи еды, либо вот такими матками. Им нравится их запах, а от слизи, выделяемой задним проходом они вообще сходят с ума.

Девушка достала из бездонных закромов своего, казалось бы, довольно скромного по размерам рюкзака нечто, похожее на улитку. Правда, довольно объёмистую и полосатую.

— Журди, пока спит, но стоит дать ей капельку вот такой смеси, как она мигом будет делать то, что мне нужно, — произнесла дикарка, прикусывая губу и смешивая слюну с кровью, сплёвывая себе на ладонь.

Этот «коктейль» мигом вытащил удивительное создание из раковины, дав мне лицезреть процесс кормления. Выглядело не то, чтобы отвратительно, а, скорее, странно и непривычно. А когда Журди в ответ поделилась несколькими струйками быстро застывающей на воздухе синеватой слизи, я начал понимать определённую логику во всех этих действиях.

Морло-ка сразу же взволнованно принюхался, поводя вытянутой мордой туда-сюда, а Лотус дала ему слизать с ладоней остатки своей крови и слюны, смешанной с выделениями «улитки».

— Он должен знать, кто даёт ему нектар и всегда помнить своего хозяина. Так Гарри будет слушаться только меня и всегда приходить на зов, — пояснила девушка, заканчивая этот удивительный процесс симбиоза.

Слегка поражённый такой чуждой, но в тоже время притягательной эстетикой взаимодействия совершенно разных созданий, я отдал должное моему Фрагменту, выбравшему именно эту реальность. Его стремление к прекрасному, действительно проскальзывало в каждой грани удивительного мира Вечного океана.

— Ехать нам примерно четыре-пять часов, так что садись вот здесь. Для непривычного седока тут будет удобней всего. Голова и хвост морло-ка обычно сильно мотается во время движения. Но ты, в любом случае, держись крепче, иногда Гарри выбирает довольно странные пути для передвижения. Помню как-то раз он умудрился, словно бы, соединить две точки нашего путешествия и вместо положенных суток я попала туда всего лишь за пару часов. Но всё это зависит от его конкретного желания. Я лишь задаю направление и место, где хотела бы оказаться, — прочла мне краткую лекцию аборигенка, усаживая на спину существа.

Что ж, после применения феромонов, биологически активных веществ и прочих чудес направленной генетики, я уже совершенно не удивлялся играм с расстоянием. Остатки моего всезнания в этой физической оболочке подсказывали мне, что Гарри искривляет метрику пространства по-своему хотению, как заблагорассудится.

Устроившись поудобней, я приготовился к бурной «скачке», но к моему удивлению морло-ка начал движение довольно плавно. Я, словно бы, скользил в метре над землёй, совершенно не чувствуя всё возрастающей скорости. Чего нельзя было сказать о Лотус. Она довольно резво металась слева направо. Причём мне иногда казалось, что ещё мгновение, и она просто вылетит из седла. Но девушку эти рывки, похоже, ни капли не беспокоили. Она спокойно компенсировала сумасшедшие изгибы Гарри и будто бы даже не замечала их. Ну, что тут сказать…привычка, тренировка или очередная версия местного симбиоза.

…

Добрались мы до Эдема (так по дороге дикарка назвала поселение, куда мы направлялись) довольно быстро. Я и сам не заметил, как местность вокруг изменилась, и мы выехали к подножью вулкана, который, судя по поднимающей струйке дыма, всё ещё был активен.

— Это не самое большое человеческое гнездовье на Южном Архипелаге, но, благодаря тому, что сюда часто залетают «скользящие», здесь очень развита торговля редкостями. Поэтому тут довольно оживлённое место, которое к тому же ещё и является центром-перекрёстком многих дорог. Как воздушных и наземных, так и водных, — проговорила Лотус, когда мы подъехали почти вплотную к скопищу удивительных зданий, похожих на бутоны-переростки.

Будто в подтверждении её слов, в небе мелькнул поразительный силуэт человеко-птицы с небольшой выпуклостью на спине. Совершив изящный манёвр, сравнимый с «мёртвой петлёй», переходящей в «бочку», он, раскрыв крылья, плавно спланировал на самое высокое строение в городе.

Неужели, это и есть «скользящие», о которых говорила Лотус? Какие же технологии нужны, чтобы вот так просто оседлать воздушный океан и парить в нем, словно это твой родной дом?

Разумеется, я знал о существовании огромного количества самых различных летательных аппаратов, работающих на самых безумных принципах в бесконечном сонме ветвящихся реальностей. Да, что говорить, я и сам мог беспрепятственно преодолевать гравитацию просто усилием воли. Но здесь мне повстречалось редкое сочетание прекрасного и практичного, созданное не только, чтобы покорять пространство, но и услаждать глаз смотрящего.

Тем более, вдвойне удивительно, что здесь используется не стандартная машинерия, пусть и достигшая почти «магического» уровня, а нечто среднее между биотехнологией и фантазией учёного-мечтателя.

— Здесь пора отпустить Гарри. Он не любит большого количества людей. Они для него плохо пахнут и слишком суетятся. Так что дальше мы пешком, — сказала девушка, останавливая морло-ка прямо на въезде в гнездовье.

Мы спустились, взяли свои вещи и вошли в тень человеческого Эдема. Живого, цветущего и полного ярчайших красок вперемешку с целым сонмом диковинных запахов.

Искажённая суть

И-реальность № 066 -◼️◼️

Ты смотри какие…опять хотят жар чужими руками загребать. Знаем мы этих хитрожопых ублюдков. Трусливые вонючки, которые сами подбирают объедки с царского стола и кичатся, что не замарали руки кровью. Блевать от таких хочется.

Но в этот раз идейку они подкинули неплохую. Как всегда, мерзкую и подлую, но что с этих шакалов взять. Припёрлись, значит, вдвоём и давай заливать про благое дело, борьбу добра со злом и прочую моральную отрыжку.

Послать бы их куда подальше, но голод не тётка. Да, и засиделся я в этой сраной реальности уже дальше некуда. А вырваться не так, чтобы просто. Вокруг полным полном забаррикадировавшихся намертво психованных параноиков. Это я по себе знаю, сам такой же. Только у меня подход другой. А они залезли в свои норы, ловушек понаставили и ждут простачков. Но нет… я не из этих.

А каких?

Из других! Умных, хитрых, знающих себе цену! Так что долбиться об стену оставлю кому-нибудь другому. Я то знаю обходной путь. Его, кстати, эта сладкая парочка мне и предложила.

Сплюнув и злобно хихикнув, сгорбленный силуэт, когда-то напоминавший человека, продолжил разбрасываться мыслями вокруг. Словно стайки щебечущих ободранных птиц, они носились кругом, иногда прорываясь в чувствительную сферу всполохами света и многослойными образами. Часто присутствовал и звук с запахом, которые, смешиваясь, выводили совсем уже отвратительные рулады. Но этому созданию было плевать, как это выглядит со стороны. Оно думало только о себе и ему было совершенно плевать на остальных. Тем более, в этом мире он уничтожил всех, кто противоречил ему или имел собственную точку зрения. Именно поэтому на всей планете остались только животные, насекомые и прочие неразумные твари.

Так-с…таксик…тако-тако-сэээ, нужно решаться. Заманчиво, дико заманчиво. Новая реальность, новые возможности. Но нутром чую, где-то здесь подвох. Ну, не будут мне предлагать эти два упырёнка что-то просто так. Есть у них своя цель. Знать бы какая…

А, может, мне и их сначала выпотрошить? Согласиться, сделать вид, что даунёнок доверчивый и потом раз, в душу монограммную залезть. Да, да, да, да, было бы классненько. Шикарно. Сочно. Правильно!

Может, и попробую. Пусть придут, когда договаривались за ответом, тут и запущу свои ручонки в их девственные сплетения.

Да, да, да, да…

Продолжая на разные лады повторять одно и тоже слово, существо задёргалось в припадке восторга и любви к самому себе.

И-реальность № 771 — 01

— Хризы, конечно, хорошие. Да, и свежие, вон ещё секрет толком не высок. Хранила, наверное, в «мягкой» склянке? — задумчиво рассматривая жéлезы кракен-ши, промолвил торговец.

Лотус кивнула. Сразу видно, человек разбирается в своём деле. Вот только он уже минут пятнадцать расспрашивал девушку о месте добычи, способе и прочих подробностях, но цену не называл.

В конце концов, мою спутницу это утомило, и она спросила, что не так.

— Видите ли, уважаемая, сейчас переизбыток «живого» товара. И я боюсь, взяв у вас этот, бесспорно, отличный экземпляр хризолитовых жéлез, не смогу его продать за реальную стоимость. А вы сами знаете, что хранить такие вещи долго не получится. Пара недель и начнётся неминуемый процесс распада, — пожевав немного губами, лысоватый мужчина продолжил, — но я могу предложить вам сделку. Как насчёт бартера?

Дикарка насмешливо взглянула на него и молча стала убирать хризы обратно в прозрачный мешочек.

— Стойте, стойте! Вы же не знаете, что я предлагаю взамен. У меня очень богатый выбор! Самый привередливый покупатель найдёт себе достойную вещь, — защебетал он, видя серьёзность намерений девушки.

— Туманные кристаллы есть? — чуть замедлив свои сборы, словно бы нехотя, спросила Лотус.

— Ну, разумеется! Самые насыщенные из всех, что могут предложить «пещерники». Желаете взглянуть? — подобострастно предложил он.

— Давай. Но сразу предупреждаю, обмен будет один к одному. Я знаю цену этим безделушкам, — сурово бросила дикарка.

Помявшись, торговец всё-таки достал из закромов своей лавки шкатулку, покрытую затейливой вязью. Открыл и аккуратно достал оттуда пять дымчатых осколков «стекла». Девушка, совершенно не стесняясь взволнованного взгляда мужчины, взяла один из них и долго в него всматривалась. Затем понюхала, зачем-то лизнула и, поморщившись, кивнула.

— Шкатулка и вот этот мелкий с трещиной в подарок. Тогда беру, — коротко сказала она.

— Но.но, это же произведение искусства. Базальтовое дерево, тончайшая обработка, рука мастера! Да, и на кристалле не такой уж большой дефект, — сделав круглые глаза, стал канючить торговец.

— Да или нет? Тут еще с десяток твоих конкурентов, — пожала плечами аборигенка.

— Без ножа режете! Ладно, по рукам! — краснея и потирая лысину, воскликнул лавочник.

Закончив сделку, где, судя по хитрому взгляду торгаша, каждый считал себя в выигрыше, мы двинулись дальше.

— Здесь неподалёку есть жилой «улей». Ты можешь там поселиться, пока не решишь, что делать дальше. А мне пора возвращаться обратно, — огорошила меня неожиданным заявлением Лотус.

Я, конечно, не ожидал от неё сопровождения по всем островам Южного Архипелага, но как-то уж очень быстро она оборвала наше знакомство. С другой стороны, мне уже стоит поблагодарить её за спасение и поддержку.

— Эмм…спасибо. Я бы отплатил тебе, но, как ты видишь сама, особо нечем. Если вдруг тебе понадобится какая-то помощь, то обращайся, — чувствуя себя неловко, ответил я.

Обычно мне не нужны спутники в моих путешествиях. Они мешают, часто умирают по пути и вообще лишние привязанности ни к чему. Но тут что-то ёкнуло в сердце, и я будто вновь почувствовал себя самым обычным человеком. Да, и, сказать честно, то, скорее, мужчиной. Уж не знаю физическая оболочка диктует свои правила или у меня, спустя миллионы лет, вновь проявилось то, что некоторые называют одиночеством, но факт налицо. Я хотел, чтобы Лотус осталась со мной. Пусть на краткий миг пребывания в это мире, но всё же.

Я раздумывал над этим пока мы шли к чему-то, похожему на гостиницу (по словам девушки), но внешний вид напоминал, скорее, вытянутую цветочную луковицу, которую слегка завалили набок.

— «Глухая цикада» самое спокойное место, которое я здесь знаю. И недорогое. У тебя же есть деньги? — повернулась ко мне она, когда мы подошли ко входу.

Тут я понял, что нужно делать выбор прямо сейчас. Удивительно для себя, нервничая, я уже открыл было рот, чтобы предложить совместить наши пути вместе, но меня прервали. Причём довольно нагло. Мощный удар по затылку чуть не бросил меня на землю. Присев, я на автомате выпрыгнул обратно, выставив локоть. Вот только удар с разворота пришёлся в пустоту. Позади меня уже никого не было.

Изумлённо оглядевшись, я увидел лишь удаляющуюся высокую фигуру с сомкнутыми крыльями. Именно одним из них я и получил по голове.

Народ, мельтешащий вокруг, расступался при приближении гиганта, и никто кроме меня не оказался задет.

— Что с тобой? — удивлённо спросила Лотус.

Я зло посмотрел на неё. Почему не сказала, не предупредила? Или тут такая традиция, приклоняться перед этими крылатыми ублюдками, которые, задрав нос, идут и никого не видят вокруг?

Свирепо выбранившись, я метнулся вслед за этой шпалой с перьями, но девушка тут же схватила меня за плечо.

— Ты сумасшедший? Тебя стража мигом растерзает. Никто не может трогать «скользящих», кроме самих «скользящих», — взбудоражено прошептала она мне на ухо.

— А, они, значит могут трогать кого захотят? — пытаясь вырвать, бросил я.

Удивительно, но в этих хрупких ручках оказалось много силы. Я не только не смог скинуть её ладонь, но и почувствовал, как моя конечность немеет, когда она ткнула пальцем в какой-то нерв на локте.

— Успокойся. Он даже не заметил тебя и сделал это не специально, — заводя меня внутрь «улья», продолжила она, — я думала, ты всё видишь и понимаешь. Сам ж заметил, что я шагнула в сторону. Да, и люди вокруг сделали это чисто интуитивно.

Постепенно эмоции отпустили меня, и я немного успокоился. Конечно, она права. Не зная местных традиций, я уже хотел сразу броситься в бой. И не важно, успел бы я разбить морду тому наглому засранцу или нет. Меня бы убили и всё пришлось начинать заново.

Но, несмотря на понимание собственной неправоты, огонёк обиды, переходящий в холодное пламя мести, зажегся у меня внутри. Нелегко менять свой статус от божественного демиурга к плебею, кто бродит по улицам какого-то гнездовья в замшелом мирке.

Я, конечно, мог бы уничтожить весь этот остров (да, и соседние тоже) в одну секунду, но тогда мой Осколок мало того, что будет предупреждён, так ещё и получит возможность ударить так же сильно в ответ. Нити равновесия слишком прочны для этой игры. А, нарушая правила, я, скорее, проиграю, чем выиграю. Поэтому мои части так и изощряются, пытаясь поймать меня в ловушку собственной силы. А терять ещё одну реальность я не намерен. Мне хватило одного раза, когда меня ткнули носом в собственную глупость, смешанную с гордыней. Так что, будем искать другие пути. Эта Монограмма будет моей, и Фрагмент вернётся на своё законное место.

Выдохнув и оставив зарубку в памяти поквитаться с этим летуном-наглецом, я вернулся к первостепенным заботам. А именно, как уговорить Лотус остаться рядом со мной.

Вот только сделать это теперь будет вдвойне трудно. Уж не знаю, какие здесь ещё есть местные особенности, но женский пол во всех мирах обращает внимание прежде всего на сильного. В каком бы виде это не выражалось.

А тут меня, считай, окунули в грязь лицом, и я даже ответить толком не могу. Подумают, псих какой-то или самоубийца. Да, и предложить мне прекрасной дикарке особо нечего. Я переместился в эту реальность с минимум одежды и умений. То есть тело, конечно, полная копия моего Осколка здесь, но вот всё остальное придётся добывать самому.

— Скажи, а какие тут есть возможности подзаработать? А то, как видишь, я не очень ориентируюсь в ваших законах. Вдруг опять напортачу, — осторожно начал я подбираться к своему предложению.

— Я уже поняла это, — усмехнулась девушка, — ну, так как ты особо ничего не умеешь, то остаются только опасные или грязные варианты.

— Согласен на любые. С меня половина прибыли, если поможешь, — сразу же согласился я.

— Мне не нужно ничего. Я уже получила то, что хотела, — непонятно ответила дикарка.

— Надеюсь, ты не напилась моей крови пока я спал? — попытался пошутить я.

— Одна спасённая жизнь уже благо. Но, если ты настаиваешь, то я могу принести кое-какие твои части тела в жертву духам, — серьёзно ответила она.

И вот пойми, что она имела ввиду…

Вправду может «ненужный» орган на алтарь положить или это такой неудачный юмор, как и у меня.

— Ну, раз мы квиты, то готов выслушать, где мне можно подзаработать.

— На самом деле выбор не велик. Либо стать свободным охотником, либо попробовать крепость своих кулаков на Арене Чести, — задумчиво посматривая на меня, сказала Лотус.

— Хм, а какой из них самый быстрый?

— Для того, чтобы стать свободным охотником всё же нужно немного подучиться. Тут тебе помогу я. Знать повадки животных и растений, места обитания, особенности. Хотя бы пара недель. А, если на Арену, то бои проводятся каждую неделю.

— Очевидно второй вариант.

— Тогда давай заселимся, и я покажу тебе, где она находится. Там же, есть и место для тренировок.

— Мы будем жить вместе? — загораясь надеждой, спросил я.

— Конечно. Так дешевле и удобней. Но не вдвоём, а втроём, — улыбаясь, ответила дикарка, — не забывай про Девственную Иглу.

Кровь и кость

И-реальность № 771 — 01

Переговорив с распорядителем Арены Чести, я понял, что мои шансы быстро заработать денег невелики. Таких новичков, по словам дородного мужчины с уродливым шрамом через всё лицо, к нему приходит с десяток каждую неделю. Все мнят себя бойцами, истинными воинами и готовы броситься в битву хоть сейчас. Вот только чаще всего на утоптанной земле Круга Крови остаются лишь их обезображенные трупы. Одно дело биться на кулаках в какой-нибудь уличной драке и совсем другое встретиться с мастером Смерти.

Разумеется, не все попадают к таким высокоуровневым ристальщикам. Вначале происходит отбор между пришедшими. Оставшихся на ногах отправляют к оружейнику, чтобы он подобрал им достойный клинок. После несколько дней подготовки, и вот тогда уже тебя могут выпустить против одного из опытных соперников. Если и тогда ты выживешь, то приходит черёд сразиться с одним из хищников Голодного леса.

А дальше…тут уж начинаются какие-то совсем уж фантастические истории.

В любом случае, после прохождения «квалификации» мне заплатят столько, что с трудом хватит на проживание в «улье» и скромное питание в течение половины месяца. Следующий бой (это при условии, что я его выиграю) даст мне прибавку, примерно, в треть предыдущей суммы. Нормальные же деньги начинаются после битв с профессиональными гладиаторами. А до них, как уже стало понятно нужно ещё добраться.

Что ж, выбора у меня всё равно пока особого нет. Профессия свободного охотника выглядит ещё менее обещающей. Так что я выбираю ядовитую синицу в руках вместо чешуйчатого журавля в небе.

Получив каменную бляху с подтверждением моего статуса начинающего бойца, я отправился на тренировочную базу, где рассчитывал проверить свои силы в этой физической оболочке.

Устланный травяными матами, зал находился на открытом воздухе и был лишь для вида огорожен худосочной изгородью. Вокруг бродили какие-то подозрительные личности, и носилась стайка местных мальчишек.

Как мне сказала Лотус, первые принимали ставки и оценивали новичков уже на подготовительном этапе, а вторые просто хулиганили в меру своих сил. Хотя иногда мелкие сорванцы и оказывались полезны. Принести воды, позвать кого-то или просто поддержать яркого драчуна. С последним ребятня справлялась лучшего всего, напропалую обсуждая, кто слабак, а у кого есть все шансы пройти начальное испытание.

— Чего встал? Не видишь, тут место занято, — специально задев меня плечом, бросил какой-то мускулистый тип.

Красная пелена мигом застлала мне глаза и, вспомнив своё недавнее унижение от «скользящего», я не стал разбираться кто передо мной и сразу бросился в драку.

Словно ожидая моей безрассудной атаки, здоровяк сразу же закрылся и, приняв два моих первых удара в блок, сразу же контратаковал. Его кулак врезался мне в грудь, а следующий должен был добить. Но каким-то чудом на невероятных рефлексах я успел отшатнуться, и он лишь вспорол воздух там, где только что находился мой подбородок.

Поняв, что меня заманили в ловушку и банально спровоцировали, я стал действовать осмотрительней. Не лез на рожон, а пробовал на прочность защиту противника одиночными уколами.

Тот, поняв, что бездумных налётов больше не будет, лишь усмехнулся и сам пошёл вперёд. Видимо, рассчитывая на свою силу и размеры. Но и про осторожность тоже не забывал. Сразу видно, что мне попался довольно опытный боец. Умело используя свои габариты и рукопашные умения, он методично и спокойно разбивал мою защиту, постепенно превращая мои руки и плечи в два огромных синяка. Вскоре я уже с трудом мог держать блок, а мышцы просто отказывались работать. Некоторые удары стали попадать в цель и у меня во рту появился медный привкус крови. Понимая, что ещё десяток-другой секунд такого напора, и я просто не выдержу, принимаю решение идти ва-банк.

Пусть мне и досталось хорошее, тренированное тело с отличными рефлексами и внушительной скоростью реакции, но я настолько отвык биться в такой примитивной форме, что прошлые знания восстанавливались очень медленно. Вот мне и приходилось импровизировать, держась на грани своих реальных возможностей в этом мире и истинных способностей моего естества.

— Что, ручки болят, мальчик? Скоро и остальное превратится в кровавую кашу, — зловеще процедил сквозь зубы здоровяк.

Отвлекает внимание, давит на психику. Приёмчики, конечно, дешёвые, но на ком-то другом вполне могли сработать. Я же не ведусь и жду подходящего момента. Правда, он приходит, когда у меня остаётся совсем немного сил, но я всё равно рискую и, резко пригнувшись под особо размашистый удар, ныряю вперёд. Моё плечо врезается в живот в этого амбала, а руки плотно обхватывают бёдра, дёргая их на себя. Мускулистая туша валится, не удержавшись на ногах, а я оказываюсь сверху. Вывернувшись из попытки захвата моей шея, я понимаю, что у меня есть всего несколько мгновений, прежде чем он сбросит меня. И использую это время на полную, совершенно себя не жалея. Вкладываюсь в локти всем телом и начинаю буквально вбивать голову этого урода в землю. Удар идёт за ударом и мне в лицо начинает брызгать чужая кровь. Я не смотрю во что превращается его лицо, просто бью, пока есть силы. Раз за разом стараясь нанести, как можно больше урона. И, похоже, у меня это получается. Кто-то тянет меня за плечи, пытается оторвать от дёргающегося багрового месива подо мной, но я вырываюсь и продолжаю свою «грязную работу».

Наконец, разум возвращается ко мне, и я позволяю поднять меня на ноги. Всё тело дрожит, дыхание из груди вырывается с хрипом, а перед глазами медленно растворяется алый туман.

— Идиот! Кто, вообще, пустил сюда этого психа? На тренировочной базе запрещены полные спарринги! — надрывался какой-то старикашка сбоку от меня.

Обвиснув на руках четырёх немаленьких парней (именно столько понадобилось, чтобы отлепить меня от «жертвы»), я только улыбался разбитыми губами в ответ на эти крики. Интересно, где был этот доходяга, когда меня забивали, несмотря ни на какие правила? Чаёк попивал и видом вулкана наслаждался? А сейчас вот сразу объявился. Чудеса, да и только.

Сил говорить что-то особо не было, да и желания тоже. Поэтому я только презрительно сплюнул кровью ему под ноги и устало прикрыл глаза.

— Ваш боец его спровоцировал. Я могу подтвердить, — вдруг послышался за моей спиной голос Лотуса.

— А, ты кто такая? Бабам здесь не место! — огрызнулся седовласый.

— Я, экрей-даос из Блуждающих земель. Моё слово равно твоему, — спокойно ответила девушка.

Злобно зыркнув на неё, он промолчал. Похоже, выходцы из этих мест пользовались, если не уважением, то определённым статусом в Эдеме.

— Пусть и так. Но первый удар нанёс именно он, — обличающий палец ткнулся в мою сторону.

— Так и есть. Как и последний, — холодно подтвердила дикарка.

— Значит, он и виноват. Кто теперь мне заменит главного претендента на выход из отборочного испытания? Я теряю деньги и мне их должны возместить, — продолжал яриться старик.

— В случае нашей победы, вы получите всю награду. Такой вариант устраивает?

— А, если он сдохнет? На ногах то еле держится…

— Один туманный кристалл или его денежный эквивалент.

— Три!

Да уж, дедуля откровенно зажрался.

— Один, — глядя ему прямо в глаза, сказала Лотус.

— Два!

— Один и шкатулка для хранения.

— Идёт! Но помни, ты дала слово. Все вокруг слышали. Если ты действительно экрей-даос, то выполнишь уговор. А, если нет… — угрожающе протянул он.

Презрительно отвернувшись, девушка подошла ко мне и, игнорируя седого распорядителя, перехватила меня у державшей четвёрки. С трудом удерживая моё, еле стоящее на ногах тело, она направилась к выходу.

— Когда бой? — чуть слышно спросил я, когда мы вышли за пределы тренировочного зала.

— Через три дня.

— Не уверен, что успею восстановиться…

— Обычным способом, да. Но я не зря обменяла хризы кракен-ши на туманные кристаллы. Есть одна тайная практика моего народа, которая поможет тебе быстро встать на ноги, — шёпотом ответила девушка, — но предупреждаю, будет больно. Очень. А ещё ты можешь умереть.

…

Лотус не обманула. Меня скручивало и выворачивало почти целые сутки, пока организм под воздействием неизвестных мне веществ и жидкостей проходил многочисленные стадии обновления. Во время всех этих «процедур» девушка постоянно присутствовала рядом со мной, всячески стараясь облегчить мои страдания. Помогало слабо, но зато внутри меня всё больше разгорался огонёк привязанности и симпатии к ней. На этот раз нечто большее, чем просто физическое влечение.

— Ты прошёл пик трансформы и не умер. Значит, твой дух так же силён, как и тело. Теперь нужно уравновесить «дыхание жизни», закрепив результат, — сказала она ранним утром, когда я немного пришёл в себя.

И снова тихий шёпот возле моего уха, растирания странными субстанциями и употребление всяческих порошков и взваров. Лёгкие касания дикарки то облегчали «движение», происходящее внутри, то словно бы ускоряли его, вновь заполняя меня волнами боли.

Наконец, всё закончилось и, спустя ещё одно утро, я проснулся бодрым и свежим, а заодно выздоровевшим.

— Я чувствую себя по-другому. Мне кажется, это не просто ускоренная регенерация. Будто ты что-то изменила во мне, — задумчиво проговорил я, осторожно разминаясь и пробуя своё тело заново.

— Так и есть. «Рождение Нум-ши» это всегда выбор. Куда пойдёт дорога, что получится в итоге, не знает никто. Я всего лишь импульс, что запускает процесс. Капля, дающая жизнь или рушащая скалу, — загадочно ответила Лотус.

Что ж, одной трансформацией больше, одной меньше. Теперь хоть знаю, что местные шаманы тоже владеют возможностью запустить спонтанную регенерацию, а, может, даже и вывести на новый виток развития.

— Сколько у нас осталось времени до начала испытаний? Я немного потерялся в счёте, пока валялся в полусознании.

— Сегодня вечером, после заката.

— Да уж, совсем немного. Предлагаю хорошенько подкрепиться, а после немного потренироваться, чтобы понять в какой я форме.

— Тебе нужна пища. После обновления всегда приходит голод, — согласно кивнула Лотус, — а, насчёт тренировки…давай, только не как в прошлый раз. Второго «Рождения Нум-ши» ещё никто не переживал.

Усмехнувшись, я пообещал, что буду вести себя прилично.

…

Разогревшись и отработав внушительную серию работы с мешком, я, не останавливаясь, перешёл на «бой с тенью», не чувствуя ни капли усталости. Наоборот, каждый всплеск адреналина будто дарил мне «второе дыхание», переходящее в третье, четвёртое и так далее. Мышцы приятно гудели и требовали продолжения нагрузки. А, что самое удивительное, скорость моих движений совершенно не сбавлялась. Внутри, словно искрила бесконечная батарейка, пускающая свои разряды до самых кончиков пальцев и взрываясь в макушке волной энергии, дарящей ощущение необъяснимой мощи. Я радовался, как ребёнок, вставляя акробатику в свои боевые па, когда бился с несколькими невидимыми противниками сразу.

Решив сделать перерыв, я залпом выпил чуть ли не половину бочонка воды и, присев на скамейку, стал вытирать пот, когда ко мне подошёл паренёк с хитро бегающими глазами.

— Здравия и процветания тебе, о великий воин, имени которого я, к сожалению, не знаю, — заковыристо начал он.

— Сергей, меня зовут Сергей. Давай сразу к делу, — оборвал я его словоблудствования.

— Рад знакомству, неукротимый и вечно первый Сергей. Я — Румбольд и, как вы поняли, мне хотелось бы с вами поговорить о некоторой сделке. Видите ли, я помогаю людям, приходящим на Арену Чести сделать правильный выбор для вложения своих денежных средств. Меня знает весь Эдем и даже за пределами гнездовья я имею определённый вес. Так что я хотел предложить вам…

— Ставки. Ты обычный пройдоха, который зарабатывает на ставках. Я понял, — игнорируя его возмущённое лицо, я продолжил, — не вижу здесь ничего плохого. Тем более, ты подошёл в действительно нужный момент. Ты хочешь получить много денег, и я тоже. Поэтому, думаю, мы можем помочь друг другу.

Пригласив присесть его рядом, я стал обстоятельно излагать свою достаточно простую, но в тоже время рабочую идею.

Насилие, как неизбежность

И-реальность № 066-■ ■ ■_ ҉ _И-реальность № 771 — 01

Вот и порешили. Голубчики, конечно, хитрозадые попались. Будто знали, что у меня есть секретик секретный. Завихрения всякие пространственные, как броню от моих ручонок использовали. Только я вперёд полез, чтобы обнять их, поделиться любовью своей вселенской, как они раз и закрутили меня в десяток измерений всяких.

Пришлось отбрыкиваться, говорить, что меня не так поняли и прочую пургу нести. Вроде, поверил, вроде, отстали, вроде, дальше беседы вести стали.

Дёрнувшись, сгорбленное существо собрало свои разбросанные мысли в комок и, задумчиво перебирая искрящийся образами шар, продолжило думать, но уже гораздо тише.

Соглашаться или нет, тут особого выбора не стояло. Здесь не покормился, значит, в другом месть до отвала наемся. Мне и координаты подкинули, и жертву обрисовали.

Типичный такой отпрыск изначального корня. Важный, много о себе думает… А на самом деле…

В общем, кивнул я, раз другой, третий, пока голова не заболела и в глазах помутилось. А как открыл очи свои глубокие, да волоокие, так и понял, что не дома я у себя, а совсем в другом месте. Солью пахнет, тепло так, да, и живности вокруг полно всякой. Ну, я и куколкой обернулся, в клубок свернулся, чтобы поближе к местным стать. А уж потом, как процесс закончился, выдохнул и капельку другим стал.

Походил, побродил, да и полез в самую гущу аборигенов, где мешается вода солёная и пресная. Они в этих речушках, да озёрах целый город выстроили. Я там быстро нужные контакты навёл и сети закинул. Да и сам фонить стал на полную. Пусть мой пирожочек сам бежит ко мне в гости. А я с открытой пастью и подожду.

Эх, хорошо! Даже улыбаться, а не скалиться хочется.

И-реальность № 771 — 01

— Ты точно уверен?

— На все сто процентов.

— А, если не получится?

— Ну, тогда мне уже будет не до этого, — пожав плечами, ответил я.

Наш разговор с Лотус очень не вовремя всплыл у меня в голове, и я вновь подумал, что нужно было сказать совершенно другое. Объяснить, выразиться по-другому, не изображать из себя пафосного героя мифов и комиксов, а быть более открытым и искренним. Но, что сделано, того уже не вернуть, так что горевать о собственной глупости уже поздно.

Тем более, что испытание начнётся совсем скоро, а я всё никак не мог сосредоточиться на предстоящем бое. Перед глазами стоял образ девушки, что задумчиво смотрела на меня, когда я горделиво рассказывал ей свой невероятно гениальный план.

— Эй, парень, — хлопнул меня кто-то по плечу, — ты чего смурной такой? Нервничаешь что ли?

Повернув голову, я увидел круглого, как бочонок мужика, который иронично щурясь разминал свои запястья.

— Видел, как ты отделал Мордатого. Качественно! Хотя и тебе тоже досталось, — подмигнув мне, он продолжил, — но ты, вроде, пришёл в форму. Главное, думай поменьше, а делай побольше. Сам знаешь, в драке всё рефлексы, да, и удача решает.

Я согласно кивнул. Незнакомец сразу располагал к себе. От него исходил позитив и дружелюбие.

— Так что, давай не межуйся. На арену скоро. А там кто последний останется, тот и прав. Ну, и нашу болтовню близко не принимай. Жалеть тебя никто не будет, — резко сменив тон, закончил толстяк, — я уж, тем более.

Громогласно засмеявшись, он отошёл в сторону.

Вот так верь в хороших людей. Вроде, и поддержал, а, вроде, и напомнил, что на битву идём и там нет пощады слабым.

Как ни странно, его слова настроили меня на боевой лад и когда прозвучал гонг, приглашающий участников к выходу, я уже был полностью готов биться до конца.

Выйдя на всё ещё горячий песок «квалификационного» круга, я в свете факелов увидел своих противников. Четыре мужчины самой разной комплекции стояли равномерно друг от друга и ждали сигнала к началу схватки. Последний оставшийся на ногах должен будет встретиться с победителем другой пятёрки. Таких отборов всего будет три. В конце финалисты смогут получить обещанную плату и перейти к более серьёзным ристальщикам. Разумеется, после недельного перерыва для восстановления сил.

Но мне сейчас рано думать об этом. Вот пройду первый круг, а дальше видно будет.

Тем временем бойцы стали осторожно сходиться к центру арены, примеряясь и выбирая себе будущего соперника. Конечно, на пары здесь разбиться не получится, число-то нечётное, но и двое на одного нападать не будут. Пресловутая честь имеет здесь самое важное значение.

Быстро оценив свою четвёрку, я решил не играть в эти игры и сходу бросился на самого слабого. Тощий, дышащий мне в пупок, парень затравленно озирался и, кажется, вообще не понимал, где находится.

Чем быстрее, я с ним закончу, тем больше у меня будет времени и сил на остальных.

Скользящий шаг вперёд и, чуть присев, делаю размашистую подсечку. К моему удивлению, соперник реагирует довольно быстро и, перепрыгнув мою ногу, сам бросается в атаку. Мелкий, скоростной, он обрушивает на меня град ударов, и я понимаю, что его испуганный вид всего лишь хитрая маска.

Уйдя в оборону, я краем глаза продолжаю контролировать оставшихся трёх. Они всё ещё не решаются начать битву и просто кружат вокруг друг друга.

Ага, вот и промашка. Слишком сильно провалившись вперёд, парнишка открывает челюсть и сразу же получает в неё хороший тычок.

Плывёт. Сам пытается поднять блок, но я уже вижу другие открытые места. Серия ударов по почкам завершается двойкой в открывшуюся голову. Он падает, и я, на всякий случай, быстро «выключаю» его добивающим пинком. Да, жестоко, но тут уж лучше перебдеть, чем недобдеть.

Тем временем тройка так и не начала нормальную драку, изредка проверяя защиту противника одиночными выпадами.

Что ж, нужно помочь им. А, то так и будут выжидать до утра.

В два прыжка оказываюсь возле того, кто стоит ко мне спиной и сходу залетаю на его хребет. Заправляю ноги за бёдра, а руки привычно делают удушающий приём. Сознание мимолётно замечает, что память миллионов проведённых схваток за эоны лет моего существования вновь возвращается в новосозданное тело.

Лысый мужчина хрипит, пытаясь сбросить мой захват, но уже через полминуты валится на песок, теряя сознание. Я держу его до последнего, чтобы никто не ударил мне в спину. Вот только меня всё же бьют, причём качественно и с разбега.

Позвоночник взрывается болью, и я быстро откатываюсь в сторону. Задним кувырком поднимаюсь обратно в стойку и тут же принимаю ещё один удар ногой, но уже в блок. Автоматически перехватываю ногу и рефлекторно бью в промежность атакующего. Теперь его очередь вопить от боли. Что-то влажно хрустит, я тяну его на себя и хорошенько насаживаю на мощный апперкот.

Бессознательная туша валится вниз. Ещё один готов.

А вот последний понимает, что он остался один на один с самым настоящим хищником и решает выбрать другую стратегию поединка. Он кружит вокруг, пытаясь поймать меня на ошибке, заодно постоянно раздёргивая сдвоенными ударами.

Рука-нога, рука-рука, нога-рука и снова нога. Комбинации повторяются, сменяя одна другую.

Я делаю вид, что принимаю его игру и тоже не рвусь в атаку. Пусть думает, что я выдохся и дерусь на пределе сил. Можно даже опустить локти пониже, тяжело задышать, да, и двигаться помедленней.

Похоже, мой спектакль срабатывает, и мускулистый увалень вдруг взрывается фонтаном выпадов, целясь мне в голову. Я, вроде бы, отхожу, пытаясь разорвать дистанцию, и он, почувствовав вкус близкой победы, несётся за мной. В этот самый момент я чуть приседаю, будто падая, и, молниеносно распрямившись, заношу своё колено точно по адресу его лица. Эффект получается невероятный. Череп, будто сминается внутрь, и противник вялым кулем падает на песок. Всё вокруг заливается его кровью, и я понимаю, что победил.

Где-то на фоне ревёт толпа, и выбежавшие на арену помощники оттаскивают неподвижные тела.

Смахнув капли пота со лба, я делаю глубокий вдох и осознаю, что совсем не устал. Так…размялся немного.

Вскинув сжатый кулак вверх, я показываю, что готов к следующей партии «мяса». Но по правилам сейчас должна выйти другая пятёрка, так что я, продолжая держать руку над головой, ухожу в раздевалку. Где меня тут же перехватывает Румбольд.

Он затравленно шипит мне на ухо, что так откровенно выигрывать было лишним. И теперь коэффициент на мою победу возрастёт. Говорю ему в ответ, чтобы он заткнулся и делал своё дело. А уж я как-нибудь разберусь сам, что мне делать на арене.

…

Мой следующий бой проходил уже один на один. Уж не знаю, кто этот «счастливчик», который победил в своей пятёрке и достался мне, но шансов у него немного. Бодрый и полный сил, я пружинисто затанцевал вокруг длинноволосого парня, сплошь покрытого замысловатыми татуировками. Лезть на рожон он не спешил и пока внимательно приглядывался ко мне, изредка блокируя мои проверочные удары.

Через пару минут я признал, что он довольно уверено чувствует себя в схватке и с наскока одолеть его не получится. А, значит, будем раздёргивать, ловить на оплошности и заставлять его тратить, как можно больше энергии.

Делаю вид, что собираюсь ударить его ногой и сразу же провожу внушительную серию «по этажам». Голова-грудь-печень-снова голова. Повторить, но не передерживать.

Отскок и снова обманка, только на этот раз уже рукой. Хорошее попадание в бедро с оттяжкой, вижу, как скривилось его лицо за блоком. Парень контратакует и пытается поймать мою челюсть. Получается так себе, но он не сдаётся. Вновь и вновь работает разноплановой двойкой, сменяя хук на прямой и добавляя короткий снизу.

Даю ему «выговориться» и, дождавшись, когда он потратит порядочно сил делаю резкий проход в ноги. Уж не знаю, как в этом мире с борьбой и прочими партерными штуками, но защиты я не встретил никакой. Прижимаюсь к скользкому телу противника, не спеша провожу контроль и, «оседлав» беднягу, жёстко довожу дело до закономерного финала, забивая его локтями до кровавого фарша.

Где-то внутри радостно кричит один из Фрагментов, кто олицетворял мою ярость и боевое безумие. Странно, ведь вернувшись обратно, они растворяются в базовой личности и теряют свою индивидуальность. Списываю это на бушующие эмоции от победы и иллюзии собственного сознания.

Снова, поднятый к ночному небу, кулак и ожидание последней, третьей битвы.

…

Что ж, предсказуемо. Подруга Тюхе, госпожа Фортуна, подкинула мне в противники того толстяка, который общался со мной перед началом отбора.

Слегка потрёпанный, с хорошим синяком под левым глазом, он понимающе хмыкнул, увидев меня. Я просто кивнул, давая понять, что помню его слова и пощады не будет. Как с одной, так и с другой стороны.

Не строя ложных надежд по поводу его усталости после двух полноценных боёв, я всё-таки решил первым начать схватку. Несколько пробных ударов, чтобы оценить уровень соперника и сразу же назад, чтобы он не успел достать.

Немного подвигавшись вокруг друг друга, мы перевели битву в более активную плоскость и теперь обмен ударами шёл без остановки. Я продолжал хорошо держать дыхание, а вот мой противник, похоже, стал уставать. Вроде бы, незаметно, но уже отставая от моей скорости и запаздывая с ответом на долю секунды. Понимая, что в таком темпе он долго не продержится, толстяк пошёл в размен и, несмотря на все мои увёртки, вскоре прижал меня к ограждению арены.

Уклоняясь от его ударов и принимая самые опасные в блок, я подождал ещё минуту, пока он окончательно не выдохнется. И уже тогда перешёл в наступление, взвинтив темп до максимума.

Как и следовало ожидать надолго его не хватило. Колено в толстый слой жира и последующая обработка головы бросила его на песок, где мне оставалось лишь добить его резким пинком чуть позади уха.

Получив свою дозу оваций, я горделиво повторил свой жест победителя и отправился за заслуженной наградой. Надеюсь, Румбольд будет умным малым и отдаст мне честно заработанные деньги. Иначе…во мне всё ещё горел огонь битвы, да, и усталости я особо не чувствовал. Так что пусть всё пройдёт по-честному.

Запах

И-реальность № 771 — 01

— Но почему ты не остался сражаться дальше? — недоумевала Лотус.

Дёрнув плечами, я ничего не сказал.

— У тебя были все шансы победить лучших ристальщиков Арены Чести. А, может, даже и стать эдемским Чемпионом, — продолжила девушка.

— Зачем? Всё это пыль. Звания, регалии, никому не нужное одобрение и напускное уважение. Пройдёт время и придёт новый победитель. Тем более, я здесь совершенно не за этим, — наконец, ответил я.

— Ладно. Представим, что тебе не нужно то, к чему стремится большинство мужчин. Но что насчёт денег? Ты мог заработать столько, что хватило бы на всю оставшуюся жизнь, — не унималась дикарка.

Мне не хотелось ей объяснять, что быть воином, это не значит побеждать всех и вся. Банальное насилие иногда всего лишь средство. Причём одно из многих. И самый простой путь не всегда верный. А про деньги… Ну, тут уж совсем не ко мне. К чему все эти сверкающие монеты, если я из другого мира и пришёл сюда по совершенно другому поводу? Отдал долг этому ворчливому старику, расплатился за гостиницу и вернул причитающееся девушке, а остального вполне должно хватить на моё путешествие. Проснувшееся чутьё чётко дало понять, что местный Осколок совсем рядом. Движимый его напором, я двигался вперёд, туда, где ждала моя потерянная часть. Судя по описаниям Лотус и купленной у одного из торговцев карте, он находился на ближней оконечности одного из островов Южного Архипелага. Дорога до туда предполагала обогнуть вулкан и переплыть через небольшой пролив. Там в смешении крохотных озёр и мелких речушек и притаился мой Фрагмент.

— Жадность — плохое качество. Зачем мне лишнее? Тем более, я всегда смогу заработать ещё, — усмехнулся я.

Задумчиво посмотрев на меня, дикарка промолчала.

— Лучше расскажи, кто такие экрей-даосы из Блуждающих земель и почему к ним так уважительно относятся? — перевёл я тему нашего разговора.

Устроившись поудобней на хребте морло-ка, девушка ответила не сразу. Видимо, решала, что можно рассказать, а что лучше опустить. Всё-таки я для неё оставался «тёмной лошадкой». И даже тот момент, что мне удалось уговорить её отправиться вместе со мной, совершенно не говорил о том, что она будет мне доверять на все сто процентов. Лотус, скорее, заинтересовалась моей необычностью и по каким-то своим внутренним хитросплетениям решила узнать куда же я на самом деле стремлюсь.

Я так и не открыл ей истинной цели своего путешествия. Отвечал туманно, стараясь, тем не менее, говорить правду и не добавлять ненужной лжи в наши отношения. Так что в принципе она понимала, что я ищу кого-то и сам пришёл издалека, но в особые подробности не вдавался.

Зачем? У каждого из нас свой путь и своя судьба. А сплетать наши жизненные нити было бы жестоко, как минимум, с моей стороны.

Я уйду, а она останется. Причинять лишнюю боль не в моих привычках. Тем более, тем, кто мне нравится.

Так что я наслаждался этим хрупким огоньком привязанности и симпатии, внимательно следя, чтобы он не перерос в нечто большее.

— Если очень коротко, то мой народ, это искатели. И после достижения совершеннолетия каждый отправляется в путешествие, чтобы вернуться, спустя год, и принести обратно свою эксей-о, — тихо произнесла Лотус.

— Хм, а можно поподробней?

— Эксей-о у каждого разная. Как и правда. Лишь Единая Истина вмещает в себя бесконечные грани существования. Поэтому сложно описать словами, что ищет экрей-даос, — дикарка нахмурилась и продолжила, — можно свернуть за угол и увидеть подлинную суть. Или пройти тысячи километров и так ничего не понять. Пропустить сквозь себя всё и вся, так и оставшись пустым. Но в следующее мгновение почувствовать озарение и узнать в чём твоя эксей-о. И отпустить, подарив свободу новому смыслу.

— Как-то слишком запутанно… Получается, вы кто-то, вроде, бродячих мудрецов? Ну или философов? — потирая виски переспросил я, — но всё-таки почему к вам относятся так по-особенному?

— Это всё легенды. Многие считают, что на наших поисках держится равновесие всего мира. Пока мы видим, ощущаем и познаём эту реальность, она существует. И, тронув любого из нас, можно случайно перерезать божественную нить, что скрепляет явь и навь, — девушка внезапно подмигнула мне, — а ещё мы очень хорошо можем постоять за себя. Как по одиночке, так и всем племенем.

Да уж, вроде, и объяснила, а всё равно ничего не понятно. Всё-таки сложно быть просто человеком, не используя такое привычное сверхзнание, дающее тебе полный контроль над всей доступной информацией.

С другой стороны, касаться и познавать новое, это ни с чем несравнимое удовольствие. Разум дарит возможность додумывать и осмысливать всё самому. Пропуская сквозь себя чужое, делая его своим и близким. Так что вполне возможно, проживи я здесь ещё пару лет (особенно по-местному «растянутому» времени), уверен, мне многое стало бы понятным.

— Сколько нам ещё ехать? А то Гарри, конечно, отличный транспорт, но ещё одни сутки я на нём не продержусь, — потирая ноющую поясницу, спросил я.

— Ещё один дневной переход. Уже скоро выйдем к проливу и там будет полегче.

— А, он что плавать умеет? — удивился я.

— И ещё много чего другого. Просто сейчас нужен только его талант перевозчика. Кстати, пора делать привал. Голодный морло-ка, это лишние проблемы.

Найдя удобную полянку, мы быстро разбили лагерь и занялись насущным делами. Лотус кормила животину и перепроверяла наш маршрут, а я, пытаясь скрыть свою боль в ягодицах и спине, готовил нам обед. Правда, готовил, это слишком сильно сказано. Скорее, доставал продукты из дорожных мешков и раскладывал их на куске ткани, что заменял нам стол.

— Сергей, что ты будешь делать, когда найдёшь свою эксей-о? — присаживаясь рядом и надкусывая лепёшку, вдруг сказала девушка.

Сначала я даже не знал, что ей ответить. Слишком неожиданный был вопрос. Вроде бы, она и раньше спрашивала откуда я и зачем пришёл сюда, но ответы мои были не менее туманны, чем и её. А здесь, словно пропустив мои мысли сквозь себя, экрей-даос чётко уловила глубину, переиначив её под своё мировоззрение.

— Пойду дальше. Мой путь ещё не окончен. Это лишь одна его часть, — честно, но размыто ответил я.

Тем не менее, дикарка степенно кивнула, будто услышала то, что хотела.

— Спасибо тебе…ты согласилась отправиться вместе со мной без лишних расспросов. Один бы я всё делал дольше и с кучей ошибок. Не знаю, как и благодарить тебя, — внезапно совершенно искренне произнёс я, — богатство, как и власть не нужны тебе. Я вижу это. Так чем я могу расплатиться с тобой за такую неоценимую помощь?

Лотус улыбнулась и промолчала. Я и сам знал ответ. Моя эксей-о должна соединиться с её воедино. Это и будет достойная плата.

…

Водная гладь выглядела безопасной. Бирюзовая, ровная, почти идеально гладкая. Под палящим солнцем так и хотелось окунуться в неё и в одно движение уйти в прохладную глубину.

Но я знал цену этого мнимого спокойствия. Опять какие-нибудь мелкие паразиты или другие зубастые водные обитатели поджидают глупца, кто сам придёт к ним в гости. Нет уж, я туда полезу только в самом крайнем случае. Так что пусть дикарка пускает вперёд своего Гарри с его дубовой шкурой, а я уж лучше на лодочке переправлюсь. Вон, тем более, рощица с, вроде бы, нормальными деревьями, так что, как минимум, плот я сварганить смогу.

— Чего застыл? Давай запрыгивай, тут всего ничего осталось, — махнула рукой девушка.

Я отрицательно помахал головой и вкратце объяснил свои предчувствия.

— Но тут нет мейкало или других хищников. Тут рядом пресная вода, а морские обитатели не любят её вкуса. Да, и пролив совсем крохотный, морло-ка переплывёт его за час, не больше, — успокоила меня она.

Но я всё ещё не был уверен.

— А Гарри, в случае чего, может сражаться? Вода для меня не самая привычная стихия в бою. Даже этот кинжал не факт, что поможет, — положив ладонь на рукоять купленного в Эдеме оружия засомневался я.

— Кого надо напополам перекусит. Но, вообще, морло-ки миролюбивые существа. Их нужно очень разозлить, чтобы они напали первыми. Ну, или не кормить с недельку, тогда, возможно, и кинется, — удивилась Лотус.

— Может, всё-таки плот по-быстрому сделаем? Ну, не хочется мне плыть здесь по колено в воде. Отхватят ногу, и кому я потом доказывать буду, что хищники здесь не водятся? — продолжал волноваться я.

— Послушай, Сергей, с твоей деревянной штуковиной мы потеряем ещё полдня. Если, вообще, к закату успеем. Хватит изображать из себя мальчишку! Залазь уже обратно и поплыли, — раздражаясь, бросила экрей-даос.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, я, вроде бы, переборол, непонятно откуда взявшийся, фантомный страх.

— Ладно…давай сделаем это по-быстрому, — пробормотал я и, запрыгнув на костистый хребет Гарри, на всякий случай, крепко сжал левой рукой рукоять кинжала.

Была не была! Может, Лотус и права. Всё-таки она местная аборигенка и должна знать, что здесь и где.

Искоса глянув на меня через плечо, дикарка сжала бёдрами чувствительные места позади головы морло-ка и направила его в воду. Плавно работая лапами, ящер сначала окунулся по самые ноздри, но потом как-то странно раздув бока поднялся над поверхностью и, ритмично загребая лапами, двинулся к другому берегу.

…

Фух! Неужели всё закончилось? На протяжении целого часа я постоянно находился в напряжении, готовый дать отпор любой твари, которая решит мной подзакусить. Но, к моему счастью, дикарка оказалась права, и пролив действительно был чистым и безопасным. В конце я даже немного получил удовольствие, когда мы подплыли к коричневатому песку другого острова и мне удалось окунуться с головой перед тем, как выйти на берег.

Бредя рядом с Гарри и отфыркиваясь, я наслаждался прохладной водой, стекающей по коже и мягкостью ила (?) под моими ногами.

— Здесь есть несколько речушек. Самая широкая из них приведёт нас к гнездовью Водомерок. У них и переночуем, а потом уже определимся куда двигать дальше. Можно, конечно, сразу к Серебрянкам. Их поселение самое крупное. Но, не уверена, что доберёмся до темноты, — вслух раздумывала Лотус.

Я согласно кивнул. Хотелось уже нормального ночлега и горячей пищи. Во время нашего путешествия мы разводили костёр только один раз. Джунгли вокруг были слишком влажные и нормального топлива было не найти. Так что сушёный помёт морло-ка оказался, как нельзя кстати. Правда, о том, что эти чёрные, пряно пахнущие стручки испражнения Гарри, я узнал уже в самом конце, когда еда была приготовлена. Возмущаться показалось глупым, так что я просто принял к сведению, что наш транспорт ещё и производит экологически чистое горючее.

— Сначала пойдём направо. Насколько я помню, там будет один из притоков, — махнула рукой в сторону зеленоватого валуна девушка.

Не успели мы пройти и десяти метров, как в песок перед нами вонзилась стрела. Короткая, с ярким оперением, она дрожала в шаге от морды ящера. Тот, словно не заметив «сюрприза», уже готовился двигаться дальше, но дикарка притормозила его.

— Этого только не хватало, — буркнула она себе под нос.

Я непонимающе посмотрел на неё.

— Имаго, — словно это что-то объясняло, бросила Лотус через плечо.

Решив, что вытащить кинжал лишним не будет, я приготовился к обороне. Из полумрака джунглей стали появляться скособоченные фигуры, напоминающее уродливую смесь человека и насекомого.

Многомерный паразит

И-реальность № 771 — 01

Драться не пришлось. Вышедшие из леса существа оказались вполне себе обычными людьми. Ну, за исключением того, что на них были напялены панцири и куски каких-то циклопических насекомых. Вон тот парень, например, с шлемом из морды «богомола». Мне бы очень не хотелось встретиться с первоначальным владельцем этой головы. По размерам, он должен быть не меньше Гарри. Так что его лапы-клинки могли достигать длины человеческого тела. И это не тот противник, с которым мне хотелось бы сразиться. Максимум, что я смогу получить после этой битвы, это свою жизнь. А в этом мире, как мне стало понятно, это не самая большая драгоценность.

— Куда они нас ведут? — шёпотом спросил я.

— На ритуал очищения, — нахмурившись, ответила Лотус.

И, увидев непонимание в моих глазах, продолжила.

— Церемония Ал’Кха, это обряд, призванный не допустить на землю Мягкого края «нечистых» пришельцев. Так как это западная оконечность Южного Архипелага, то именно сюда часто причаливают торговцы с Северных островов, прежде, чем отправится дальше. Да, и другие «плавники» тоже любят здесь набирать провизию и пресную воду. Поначалу всё это вызывало конфликты и постоянные драки. Сражалось одно племя, потом другое, иногда они объединялись, чтобы дать отпор пришлым. В конце концов, межклановый совет старейшин решил выделить отдельную касту воинов-шаманов, которые могли бы заниматься делом обороны и защиты острова. Ну, и взымать плату с чужеземцев за пользование местными ресурсами. Так и появились Имаго, власть над властью, — передёрнув плечами, девушка стала говорить чуть тише, — наглые, высокомерные и помешанные на своём родстве с «королями» хищного мира Мягкого края инсектами, они всегда себе на уме. Так что, попав к ним в лапы, стоит иметь глаза на затылке и, вообще, не расслабляться.

Воодушевлённый таким рассказом, я понял, что лучше бы мы сразились с ними в честном бою, а не шли прямо к монстру в пасть. Кто знает, что у них за причуды с этим очищением? Может, у них каждый второй должен быть принесён в жертву, как боги (или кто у них там?) пожелают? А нам тогда биться на их территории в окружении сотен этих фанатичных воинов-насекомых.

…

— Пей! — взвизгнул тощий «паук», вскинув к полуденному небу все свои и чужие руки-лапы.

Передо мной стояла чаша, наполненная непонятной бурдой синеватого цвета, в которой плавали комки свернувшихся личинок. Да уж, отличный обеденный перекус. Чистый белóк плюс «бульон» для лучшего прохождения по пищеводу. Причём перед этим нам с Лотус пришлось выслушать заунывную песню-молитву о благости и правильности всего этого процесса. И это только первая стадия. Если мы пройдём её, то останется ещё две.

Неуверенно сглотнув, я краем глаза увидел, как дикарка, сохраняя каменное выражение лица, коротко поклонившись, одним махом опростала свою чашу.

Хм, мне бы такое спокойствие.

С другой стороны, если уж она смогла, то чем я хуже? Откровенно травить нас всё равно не будут. А, значит, придётся пожертвовать своим желудком во славу «дружбы народов».

Резко выдохнув и стараясь не чувствовать вкуса, я приложился к шаманской ёмкости. После второго глотка до меня всё-таки дошли нотки древесной смолы и шаров жука-навозника. Потом во рту закопошились раскрывающиеся личинки, и я понял, что нужно заканчивать этот приём «пищи», как можно быстрее.

С трудом сдерживая рвотные позывы, я поставил пустую чашу на место и с грустью подумал, что впереди ещё две «проверки». И если они будут в таком же стиле, то я, пожалуй, рискну и пошлю этих Имаго куда подальше. Пусть мне и придётся после этого умыть кровью весь остров.

— Теперь часть Великого Ал’Кха в каждом из вас, и вы не можете навредить его творениям, ибо сами стали плотью от плоти, — закатывая глаза, пафосно начал вещать «восьмирукий» дед.

Из-под его маски-шлема выбились седые волосы, и я понял, что передо мной старик. Хотя двигался он довольно живо, да, и болтал будь горазд. Без остановки петь почти целый час, это не каждый молодой сможет.

Хотя, может, у них тут свой особенный цикл жизни и на самом деле передо мной стоит парень, который от употребления этой синей жижи слегка поседел.

Ладно, что у нас по графику дальше? Пустить себе кровь во славу местного божка или дать себя похрумкать какому-нибудь священному насекомому?

Спустя минуту я мысленно выругался, кляня себя за слишком чёткое предсказание будущего. К нам вынесли клетку, где копошилась какая-то многоногая тварь, причём явно недоброго настроя.

«Паучий» старикашка продолжал что-то бубнеть на заднем фоне, а я приготовился к худшему.

Правда, как оказалось, нужно было только засунуть руку внутрь и постоять смирно пару минут. Если ты праведный и «чистый», то чудище тебя не тронет. Безропотно выполнившая указание, Лотус успела шепнуть мне, чтобы я не волновался. Мол, выпитая бурда с личинками как-то влияет на мой организм, и он начинает выделять нужные для безопасности феромоны.

Что ж, надеюсь, процесс изменения идёт полным ходом. Мне совершенно не хотелось лишаться своей конечности в угоду местным обычаям. Так что пусть всё пройдёт, как надо.

Снова резкий выдох и, словно ныряя в прорубь, я проталкиваю свою руку в специальный паз. Тварь заинтересованно обнюхивает (?) мою ладонь, затем, роняя капли слизи, поднимается выше и легонько касается жвалами кожи. Вроде, и гадко, а, вроде, и ничего страшного. Во всяком случае, мурашки отвращения пробегают сверху вниз и сразу же исчезают.

Секунды текут одна за другой и ничего не происходит. Неужели проскочил?

Снова визгливый голос шамана и меня отодвигают от клетки. Похоже, и вторая часть испытания пройдена.

Что дальше? На этот раз я решил не строить никаких предсказаний, пусть даже и шутливых.

— Близка тень Великого Ал’Кха, и только ночное светило сможет показать вторую сущность чужеземцев. Пусть ждут заката в Улье-над-землёй. Мы дадим им воду и пищу по законам гостеприимства, подарив время, чтобы понять самих себя. Я всё сказал, так тому и быть! — громогласно закончил старик-паук, звонко щёлкнув всеми конечностями.

…

Чутьё затрепетало, опаляя меня огнём предвкушения. Где-то совсем рядом был мой Фрагмент. Я дёрнулся и еле сдержал себя, чтобы не плюнуть на все эти ритуалы и не отправиться к своей цели напрямик.

— Что с тобой? — заволновалась девушка, увидев мои метания.

— Ничего, ничего, просто странно себя чувствую, — постарался успокоить её я.

— Такое может быть после употребления «молочка» Имаго. Некоторые, вообще, не выдерживают и теряют сознание. Обычно, те, кто проходит первую часть очищения, без проблем доживают до конца ритуала. Но ты, в любом случае, ляг отдохни. Скорее всего, твоё тело всё ещё адаптируется к вынужденным изменениям. Хорошо, что этот процесс обратим. Лично я проходила его трижды и, как видишь, ничего…жива, — невесело усмехнулась дикарка.

— Да, скорее всего, так и есть, — не стал спорить я, — а, что за третья стадия этой церемонии? Хотелось бы знать к чему готовиться.

— Лучше не надо. Иначе…ты можешь попытаться сбежать прямо сейчас, — «успокоила» меня Лотус.

— Так, так, подожди! Теперь мне интересно вдвойне. И что-то подсказывает, это будет мерзко, отвратительно и чертовски неприятно. Верно?

— Смотря с какой стороны посмотреть. У тебя появится друг. Хотя, правильней будет сказать, что ты познакомишься с другой стороной своей личности. И, надеюсь, вы найдёте общий язык, — загадочно ответила экрей-даос.

Хм, я, вроде, уже попробовал это «блюдо» сполна. Вот теперь расхлёбываю остатки. Посмотрим, что смогут мне предложить местные «инженеры душ».

А, вообще, нужно поскорее заканчивать все эти церемонии и двигать к Осколку. Судя по активизировавшемуся чутью, он совсем рядом. Правда, эманации какие-то странные. Будто, есть в нём непонятная особенность…незнакомая мне уникальность. Так ли на него повлиял этот мир или он сам стал другим, точно сказать не могу. Нужно познакомиться «поближе», тогда всё станет яснее.

…

— Ты уверена, что это необходимо? — наверное, в десятый раз переспросил я.

Лотус молча кивнула. На её шее уже вольготно расположилась лента всё ещё шевелящегося симбионта. Он (или оно?) устраивался поудобней, погрузив свои крохотные педипальпы под кожу девушки. Скорее всего, «подключался» к нервной системе своего носителя.

Сглотнув, я приготовился к повтору этой процедуры. Вот только теперь я был «подопытным».

Ладно, будем надеяться, что это того стоит. Нас пропустят дальше, и я, наконец, смогу добраться до своего Фрагмента. Иначе будет очень обидно пройти через всю эту туземную хрень и, в итоге, банально сдохнуть от какой-нибудь неизвестной болячки. Ну, или получить полсотни стрел в свою тушку. Вон, как Имаго напряглись, держат нас постоянно на мушке. Может, ждут, что из нас бесы начнут выходить? Так это они ещё меня в истинной ипостаси не видели. Сразу бы с ума сошли, как пить дать.

Делаю шаг вперёд и склоняю голову. Тощий старикашка с трудом достаёт до моей шеи, но всё-таки прикладывает сероватый комок к моему затылку.

Тёплый…мягкий…я ожидаю боли, но её совсем нет. Вместо этого по всему телу пробегает волна уюта и спокойствия. Хочется потрогать своего нового знакомого, но что-то подсказывает мне, это будет немного неприлично. Интуитивные правила симбиотического этикета сами проявляются в моём сознании.

Где-то вдали слышится голос шамана Имаго, но я ощущаю только колеблющуюся тень, что поднимается изнутри меня, поддерживая и укрепляя. Теперь я точно знаю, что всё делаю правильно. У меня нет и не было хороших или плохих поступков. Я не злой и не добрый. Такие крайности, вообще кажутся глупыми и ненужными. Я — есть я. И это прекрасно.

Мой друг открывает мне глаза на самого себя и это хорошо. Он не перетягивает одеяло на свою сторону и не лезет с непрошеными советами. Просто подтверждает, что любое моё действие или решение всегда верно.

Не сдерживаясь, я улыбаюсь и, протягивая руку к шее «паучьего» старика, в одно движение ломаю ему хребет. Надоел он уже своей трескотнёй.

Разворачиваюсь к Лотус и вижу на её прекрасном лице недоумение. Подмигиваю и, притянув к себе, жарко целую в губы. Зачем все эти экивоки и брачные танцы? Если я хочу её, то возьму прямо сейчас.

В плечо вонзается стрела. За ней ещё одна.

Эй, кто это такой наглый? Кто посмел отрывать меня от самых важных дел в мире?

Шепчу, что скоро вернусь и, взлетев в воздух, окидываю взглядом собравшихся на центральной площади поселения людей. Что-то около сотни воинов, половина из них с луками, другие с дубинами и копьями. Остальные просто безоружная толпа.

Многовато для обычного человека, но сущая мелочь для меня.

Быстро избавлюсь от них и вернусь к приятному. Вкус поцелуя дикарки всё ещё играет у меня на языке. Это будоражит и толкает вперёд.

Приземляюсь прямо посередине отряда лучников. Ну что, кто первый?