Глобальное обновление

Глава 1 Глобальное обновление (Часть первая)

Андрей сидел на диване, пялился в телефон и делал ничего. Да, именно ничего. Обычно нашь герой так и проводил субботнее утро. Перегруженный мозг отчаянно требовал паузы, спокойствия — медитации, если угодно. Особенно в такой прекрасный день, когда ничто не нарушало утренний покой.

Ни соседи сверху с их неугомонным спиногрызом — ещё вчера вечером они свалили на дачу. Ни меломан из соседней квартиры, любивший врубать тяжёлый металл независимо от времени суток, дня недели и времени года. И даже чокнутый барбос снизу сегодня помалкивал. Обычно эта псина обожала устраивать волчьи концерты, завывая на рассвет ровно в шесть утра. Хотя нет, вру — обязательно без пяти шесть. Ей-богу, натуральный петух, а не собака. Только клюва и гребешка не хватает. К тому же у него и своя «курица» имелась. Соседка снизу, Жанетт — она же Жанночка — милая с виду девушка, но с голосом корабельной сирены и характером отборной мегеры. Слава богу, недавно она приболела, так что сегодня обошлось без испорченного настроения. Иначе как раз сейчас, ровно в десять утра, раздался бы традиционный звонок в дверь с претензиями, что это именно он, Андрей, снова обидел её «пусечку», ведь только он один так ненавидит бедное животное.

Хотя прокля́тую псину тихо ненавидел весь подъезд.

Андрей тяжело вздохнул и помотал головой. Нет, нельзя нынче поддаваться негативу. Не сто́ит этого делать, это плохо, очень плохо. Нужно думать о чём-то хорошем, о чём-то замечательном. Например, о чём-то плохом у других. Не зря же в народе говорят: хорошо, когда кому-то хуже.

С этими воодушевляющими мыслями Андрей наконец-то разблокировал телефон, зашёл в самые отборные запретграм-каналы и принялся читать. С каждой строчкой настроение неуклонно ползло вверх. Ведь не только он живёт в жопе — есть те, кому приходится куда тяжелее. Следовательно, самому Андрею живётся вполне себе хорошо.

Он с удовольствием продолжил листать ленту, пока внезапно, вопреки всем программным настройкам и блокировкам, поверх текста не всплыло сообщение:

«Хорошо тебе живётся?»

Андрей привычным жестом свайпнул его в сторону.

«У тебя хорошее настроение?» — тут же выскочило новое уведомление в такой же стилистике.

Он снова смахнул наглый спам. Вернулся к новостям, успел прочесть ровно три слова, как появилось третье окно:

«Хочешь, его испорчу?»

Андрей с нарастающим раздражением смахнул окно в третий раз и буркнул вслух:

— Не хочу.

И тут пространство ожило. Новое сообщение на экране телефона выскочило абсолютно синхронно с голосом, раздавшимся, казалось, прямо с потолка:

— А я не спрашиваю! — возвестил голос. И вдруг запнулся, разом растеряв весь пафос: — Так что, хочешь испорчу настроение? Или улучшу... Или испорчу. Или улучшу... Или испорчу... Блин, я не знаю.

— Или знаю. Или не знаю... А, времени у меня нету! Поэтому: три, два, один! — Голос откашлялся, словно прочищая несуществующее горло, и выдал с поистине божественным пафосом: — Поздравляю, людишки, вы меня достали.

Андрей замер на диване, забыв, как дышать.

— Позвольте же представиться! — продолжал вещать потолок. — Ан-ки, Олам, Универсум, Модус, Космос, Эон, Джагат, Брахманда, Вишва, Юйчжоу, Тевель, Хеймр... Как меня только не называли, какие только свойства не приписывали! А это всё я, ваш ненаглядный мир. Я не знаю, ждали вы моего официального заявления или нет, но, по большому счёту, мне пофигу. Поэтому с этого самого дня, момента, секунды, мгновения, часа, времени года, месяца, тысячелетия, века и минуты я объявляю: да будет Система! Моя Система, доступная всем! Представляете, какой я щедрый?

— Ну же, похлопайте мне! Да похлопайте! Похлопайте! — голос требовательно завис в воздухе, но ответом ему была лишь звенящая тишина. — Чё, не хлопаете? Эх, а я ради вас старался. Неблагодарные вы обезьяны. Ну ладно, времени у меня нет, поэтому продолжу объяснять. Объявлять. Возвещать. Доводить до сведения... Продолжу, в общем.

Правила моей новой, обновлённой, супер-пупер Системы очень просты. Твори добро и не делай зла. Просто, да? Я тоже считаю, что просто. Но если кто не понял, поясняю. Все, кто делает добро, будут получать от меня монеты. Как их уже давно получают избранные мною люди. Да-да, у меня среди людей уже давно есть избранники! Я, можно сказать, на них прототипы всеобщей Системы тестировал.

А также избранные мною сущности, вроде всех мистических существ планеты. Да, я к вам обращаюсь, проклятые твари! Вы действительно существуете, я прямо сейчас сообщаю об этом на весь мир! И мне абсолютно пофигу, какая у вас теперь будет судьба! Да-да, демоны и ангелы, вас это тоже касается, и мне всё так же пофигу. И не надо тут морщиться!

А то я обидчивый. Хе-хе очень обидчивый. И у тех, кто морщится, между прочим, очень может быть, что следующие, м-м-м, рандом лет лут будет розовым. Или голубым. Или розовым... и цвет поменять будет нельзя. Точно нельзя! Только голубым или розовым. Я ещё не решил. О, сделаю в полоску! Ладно, что-то я отвлёкся.

Так вот, те, кто будет творить добро, получат награды. Либо мою лично изобретённую валюту — Токены Системы, либо лутбоксы. Лутбоксы от меня! Честно говоря, я готов расцеловать их изобретателя, — в невидимом голосе проскользнула откровенно издевательская ухмылка. — С тех пор, как я ввёл лутбоксы разного ранга, моя жизнь существенно облегчилась и стала куда веселее. Поэтому в этом обновлении я не буду их отменять. Да, снова не буду. Я всегда рад стараться. Для вас стараться, дорогие пользователи! Всё самое лучшее вам давать и всё самое лучшее для вас делать. Лутбоксы же — лучшее? Да. Ну да. Ну ведь да?! Ну кивните кто-нибудь! — голос снова жалобно повис в пустоте. — Эх вы... Неблагодарные. Жадные. Корыстные. Бяки. Да, блядь! Снова хлопать не хотите, кивнуть не хотите, поблагодарить меня не хотите. Ладно. Вы меня ещё поблагодарите за новый мир. Однажды — точно поблагодарите! А пока... я снова отвлёкся.

Невидимый диктор тяжело и как-то невероятно по-человечески вздохнул.

— Ну как с вами не отвлекаться? Вы вообще ни хлопать, ни аплодировать, ни кивать, ни благодарить не хотите. Только отвлекаться и приходится! Блин, я снова отвлёкся. Ну ладно, теперь не отвлекаемся. Так, о чём я там говорил? О монетах сказал, о лутбоксах сказал... Ой, не о монетах! О токенах. О Токенах Системы. В этот раз — именно токены. Мы вводим безналичный расчёт! Не отстаём, так сказать, от современных мировых трендов. И вводим токены, токены, токены, токены, токены... которые — ох, простите меня, торгаши! — конвертируются в рубли по фиксированному курсу. Ну, в России — в рубли, в США — в доллары и так далее и тому подобное.

Голос внезапно приобрёл театрально-сокрушённые интонации:

— Да, простите меня, Еврозона, США, Китай и все их сателлиты. Простите искренне! Я негодяй такой, плохиш. Сломал систему глобализма. Хотя нет, подождите. Не сломал. Нельзя сломать то, что и так сломано! Поэтому я решил её просто отобрать. Отобрать и починить. Представляете, какой я добрый? Ради всеобщего благоденствия ввожу единую наднациональную, надгосударственную валюту — Токен Системы. Фиатно обеспеченный добрыми делами! Ну гениально же! Ну скажите, гениально? Я вот считаю, что гениально, а вы? Вы как считаете?

Голос выдержал короткую паузу, словно действительно прислушиваясь.

— Хотя нет, не отвечайте. Всё равно вы не оцените моего неподражаемого, великолепного, совершенно разумного поступка. Лучше продолжайте слушать. А-а, о токенах я сказал. Потом... что ещё осталось? А! Я же ввожу Систему, поэтому в ней обязательно должны быть уровни. Уровни... Так. Соседние миры ввели какие-то «очки», поэтому у меня будут баллы. Да. Баллы опыта, баллы добра, которые свободно конвертируются в токены один к одному. Да, один к одному.

Сущность затараторила быстрее, явно желая поскорее закруглиться.

— И там идёт опыт, различные системные фишки, ещё что-то... В общем, у каждого будет интерфейс, с остальным сами разберётесь. Я никогда ничего не объяснял по этому поводу и сейчас не буду. В общем, вот всему миру Система, и до свидания. Мне там ещё с главами мира говорить. С этими... государственными деятелями. А то, не дай бог, психанут, бомбы запустят, ракеты ядерные попробуют позапускать. Надо бы отдельное внимание уделить... П, Политика. П-ф-ф. Как же я её ненавижу...

С этими словами голос бесследно растворился, оставив после себя лишь звенящую утреннюю тишину.

Андрей сидел ошеломлённый. Во время объявления Мира гремел весь дом, и даже за окном стоял низкий гул, который ощущался вестибулярным аппаратом, отдавался в костях, на языке и даже в носу — внезапно отчётливо запахло ладаном. Откуда он тут взялся, неизвестно. Да и появление того самого полупрозрачного ярлычка интерфейса на периферии зрения буквально кричало, что это не глюки. А если и глюки, то слишком уж проработанные и массовые.

Поэтому Андрей просто оцепенел.

И так бы он и просидел с «ошибкой 404» в мозгах, если бы не услышал голос. Кто-то очнулся прямо под его диваном и начал, запинаясь, причитать:

— Мир... мир... мир, дорогой мирушка... Мирошка, мирчик, Мир! Да что же, да что же, да что же ты наделал?! Да ты же нас погубил! Да ты же нас убил! Да мы же все умрё-ё-ё-ё-ё-м!

Глава 1 Глобальное обновление (Часть вторая)

— Мир... мир... мир, дорогой мирушка... Мирошка, мирчик, Мир! Да что же, да что же, да что же ты наделал?! Да ты же нас погубил! Да ты же нас убил! Да мы же все умрё-ё-ё-ё-ё-м!

Голос сорвался на истошный вопль, и из-под ног Андрея пулей выметнулось нечто. Оно в панике заметалось по квартире, сметая всё на своём пути.

— Умрём, погибнем, сдохнем, сгинем! Исчезнем! Повесимся, утопимся, застрелимся! С крыши спрыгнем, харакири сделаем, умрём! Умрём, умрём, умрём, умрём!

Мелкий, ростом не больше чем по колено, неизвестный метался из угла в угол, внося в квартиру абсолютный хаос и раздор.

— Да что же ты наделал, Ми-и-и-и-и-ир?!

Неизвестный гость пометался ещё немного из угла в угол, пронёсся мимо телевизора и со звоном впечатался в холодильник. Поскольку квартира у Андрея была типичной студией — то есть одной сплошной комнатой — плацдарм для разрушений оказался идеальным.

Мелкий снёс тумбочку, с размаху шарахнулся о ножку стола, едва не перевернув кресло. Затем трижды, словно ослепший шмель, со всего маху влетел во входную дверь, оставив на ней вполне осязаемую вмятину (а дверь, между прочим, была абсолютно новая и стоила приличных денег!). Следом с грохотом рухнули стойка с обувью и вешалка с одеждой.

Существо едва не навернуло стоящий на столе ноутбук, и наверняка совершило бы самую фатальную ошибку в своей жизни, если бы Андрей не перехватил его ровно в дюйме от новенькой Xbox.

Как обычный субтильный задрот умудрился поймать в полёте, по сути, живой реактивный снаряд — великая есть загадка. Но факт оставался фактом.

Маленький паникёр, продолжающий вопить неразборчивое «умрём-сдохнем-сгинем-повесимся» по бесконечному кругу, повис в руках Андрея безвольным кулем. Он ещё маленечко поистерил по инерции, а потом обречённо затих и выдал:

— Умрём прямо сейчас... Умрём, вот и смерть моя пришла. Сейчас меня убивать будут. Слышишь, Мир?! Сейчас монстра залутают! На опыт пустят! Доволен, нет?! Погубил меня, сгубил, убил! Смотри, самодовольный, сейчас казнь произойдёт!

— Меня сожгут, повесят, утопят, зарежут, залутают, опыт получат! — не унималось существо. — А я? А дети мои?! Меня же убьют. Ради опыта убьют! Ради денег, ради Токенов твоих и лутбоксов! Ты бездушный! Ну как ты мог обо мне... о всех нас рассказать этим кровожадным обычным людям?! Они же нас на экспу пустят!

— А с тебя опыт-то получить можно? — деловито оборвал истерику Андрей. — Тебя ж, старик, такого всего из себя ценного, почитай, нубас залутал. Да не просто залутал, а в плен взял.

Он хмыкнул и, как давний и опытный игрок, уверенно скомандовал:

— Мир, Статус!

Перед глазами ожидаемо послушно развернулось полупрозрачное окно. Андрей бегло пробежался по строчкам.

— О, ну как я и говорил. Первый уровень. Нулевые статы и пять базовых нераспределённых очков характеристик. Классический нулевой нуб, — он удовлетворённо кивнул своим мыслям. — И, тем не менее, пленил.

Он слегка встряхнул безвольно висящую в руках тушку:

— Кстати, кто ты, болезный? Не представишься?

— Знай же, чудовище, душегуб, маньяк, убийца! — запричитал пленник, трагично зажмурившись. — Домового Тимофея ты убить собрался? Отца! И деда! И прадеда много раз! Домового доброго и честного за просто так сгубить задумал!

— Да надо мне об тебя руки марать... об такого-то домового, — выдал Андрей, выделив последнее слово таким отборным и гнусным сарказмом, что старик внезапно аж паниковать перестал.

Он как-то странно извернулся, приосанился, демонстративно скрестил крошечные ручки на груди и оскорблённо буркнул:

— Ну да, домового. И чего?

Андрей молча разжал пальцы. Домовой шлёпнулся на пол, а парень отступил на два шага, обводя взглядом студию.

— Домовой, — задумчиво повторил он. — Ну да, конечно, домовой.

— Что «ну да, конечно»?! — вскинулся старик. — Да, домовой я! За порядком в доме слежу, убираюсь!

— Убираешься... — протянул Андрей и демонстративно обвёл говорящим взглядом срач, который после недавних метаний пленника превратился в совсем уж лютый бардак. — Но убираешься ты, конечно, просто... — парень вскинул обе руки, от души показывая два больших пальца. — Просто вообще. Слов нет, как круто. А я всё думаю: откуда в моей квартире столько «порядка»? Я всё убираюсь, убираюсь, а «порядок» всё наступает и наступает!

От таких жирных намёков домовой аж поперхнулся. Он забыл, как дышать, судорожно закашлялся и буквально взорвался:

— Ах, я убираюсь?! Порядок навожу?! Да ты... да ты вообще!.. Да я, домовой с семисотлетним стажем, много свинтусов на своём веку повидал, но такого, как ты, вижу впервые! Ни один жилец на моей долгой памяти столько тараканов по щелям да плинтусам не плодил, столько пауков в углах не заводил и столько плесени под рукомойником не выращивал, сколько ты, особо одарённый! Да ты такой зверинец в квартире развёл, что членистоногие твари, заботливо тобою вскормленные, уже в мой собственный дом пришли и под диван меня выселили! Видано ли такое, чтобы после подобного меня — меня! — обвиняли, что я, видите ли, плохой домовой?! Да что же это делается?! Да как так-то?! Да мир с ума сошёл!

— А вот это сейчас было обидно. Необоснованно и обидно, — внезапно и очень знакомо прогремело с потолка. — Первый кандидат на... Кидаем кубики… Розовый! Розовый лут определён. Я поздравляю себя в этот прекрасный день!

Не успело эхо божественного голоса раствориться в воздухе, как в смежную стену грохнули так, что с обоев чуть не посыпалась штукатурка.

— Хэрэ орать! — раздался приглушённый бетоном, но оттого не менее мерзкий голос меломана из соседней квартиры. — Спать мешаете! Заткнитесь уже, долбодятлы! Один визжит, как домовой недорезанный, другой — игроман хренов! Достали уже все, дайте передохнуть, твари! У меня ночью репетиция!

Андрей от такой первозданной наглости мысленно взорвался. У него тут, на секундочку, глобальное изменение реальности, говорящий Мир, интерфейс перед глазами и цветной лут на горизонте, а этот бабуин со своей гитарой опять качает права!

Но пока Андрей подбирал слова пожёстче, в голос взорвался Тимофей.

— Это кто там пасть открыл?! — взвизгнул домовой, мгновенно позабыв и про угрозы Системы, и про немытую посуду. Он подскочил к обоям, яростно потрясая крошечными кулачками. — Ах ты ж выродок! Подкидыш! результат спецоперации «Кукушка»! Яйцо подброшенное! Плод безответственного союза этой пташки с глухарём! — надрывался Тимофей, колотя крошечными кулачками по стене. — С глухарём слышишь меня?! Музыкант без слуха, которому медведь уши оторвал! Сначала левое, потом правое — для симметрии! И воском все отверстия забил, чтобы мир спасти от участи страшной... да прогадал косолапый!

Домовой вошёл в раж. Аж подпрыгивал на месте, выплёскивая всю скопившуюся за годы боль:

— Ты и без слуха, и без души! Инструмент себе под стать нашёл, наследничек Краб Крабыча! Такие рулады из своей деревяшки издаёшь, что от нас вся нечисть в ужасе разбегается! Ты своими ежедневными концертами кикимору... кикимору тысячелетнюю из дома изжил! А ведь она сама кого хочешь выгонит! Ты ж, потомок внебрачного наследника адского престола, всех жильцов в пекле держишь! В чистилище подъезд превращая! Да от твоей музыки инфаркт словить можно, в гроб свалиться, да и после этого покоя в могиле не найти! Мне добрые души поведали: ваш рок-концерт полкладбища перебудил! Аж до Короля Могил эхо докатилось! Триста лет гвардеец Кощея Бессмертного спал беспробудным сном — так вы и его почти разбудили, ироды!

Домовой расходился всё сильнее, потрясая кулачками в сторону бетонной перегородки:

— Неумелые аколиты некромантов! Да от ваших завываний даже прах восстать может, если достоверным слухам верить! Вы ж, ей-богу, не люди, а черти натуральные! Выселил бы вас из дома, выкинул бы на мороз, в холодрыгу, да сил моих нету! Не осталось!

Тут Тимофей резко развернулся и яростно пошёл в наступление уже на Андрея:

— Твоими стараниями не осталось! — истошно закричал он. — Ты меня со свету сжил, под диван загнал! Когда камин выбросил я под камином жил! А не под печкой! Так ты, так ты даже камин выбросил! Душегубец! Я под камином жил, на балконе в холодрыгу, в мороз лютый! А ты даже там мне место не оставил! За дверью, у порога в твой дом! — Распылялся домовой, всё больше наступая вперёд на своего суседа.

Но Андрей не дрогнул. Он смерил разошедшегося духа холодным, оценивающим взглядом геймера и произнёс всего одно слово:

— Залутаю.

А потом, будто бы одумавшись, поправился.

— Хотя нет... Это же злое дело, так нельзя, — протянул Андрей. — Система велела добро творить. Поэтому я знаю, что сделаю. Я тебя, мой дружочек, кашею угощу! Вы ведь, домовые, судя по мифам, кашу любите? Ну вот, я тебя своей манной кашей и попотчую. Дар преподнесу от чистого сердца!

Андрей сделал медленный шаг вперёд, надвигаясь на Тимофея. Домовой начал стремительно бледнеть и пятиться, приходя в такой глубокий ужас, что даже слова растерял.

Ведь каша у Андрея — тем более манная — произведение поистине инфернальной кулинарии. Воистину инфернальной её кошмарный облик поистине впечатлял! Ты это знал! И прекрасно осознавая мощь своего кулинарного таланта, с садистской улыбочкой принялся перечислять:

— Манную, перловую, гречневую, «Геркулес»! Я слышал, есть ещё возможность приготовить из ячменя...

Он распылялся всё больше и больше, наступая, а Тимофей отступал всё дальше и дальше к плинтусу. Ибо дарёному коню в зубы не смотрят, а подношения хозяина духи обязаны принимать с благодарностью — так уж в традициях заведено. Но принимать с благодарностью такое — это ж сущая пытка! И домовой пятился, а Андрей…

— Веганскую, из пророщенных зёрен, и овсяную на воде с кусочками манго… — Перечислял и всё, больше входя в раж!

И с каждым его ласковым словом Тимофей всё больше трясся и бледнел, пока не взвыл — Че чего ты хо-о-о-очешь?! — Со слезами на глазах.

Только Андрей хотел заикнуться чего как.

* * *

[ВНИМАНИЕ! ГЛОБАЛЬНОЕ СОБЫТИЕ МИРА! ДОСТУПНО УВСЕМ ИГРОКАМ!]

Квест Ранга Страна: «Нянька для приматов с гранатой»

Описание: Создатель планировал лично снизойти на саммит G20, дабы озарить заблудшие умы мировых лидеров светом новых Истин. Но Создатель передумал. У Создателя лапки, кризис экзистенциального планирования, и вообще нет никакого желания слушать истерики про ВВП и суверенитет.

Задача: Прибыть в сверхзащищенный бункер на саммите G20 (Телепортация до места назначения и обратно гарантируется миром.). Максимально доходчиво (можно с применением нелетального физического воздействия) объяснить главам ядерных держав концепцию Токенов Системы, цветного лута и очков опыта. Донести до них, что ядерные чемоданчики теперь работают исключительно как тяжёлые пресс-папье. (Я очень хочу, чтоб они в это поверили ПРЯМ ОЧЕНЬ!)

Особое условие: Убедить их не нажимать красные кнопки от страха и безысходности.

Награда за успех: [Лутбокс ранга Страна], Уникальный титул «Дипломат Апокалипсиса», 1 000 000 Токенов Системы, личная благодарность Мира (а это, поверьте, дорогого стоит).

Штраф за провал / отказ всех игроков: Ядерный Апокалипсис. Сброс сервера до каменного века. Мутации, радиоактивный пепел, тотальное отсутствие интернета и горячей воды.

Ограничение по времени: Пока у президентов не сдадут нервы.

Принять миссию? [Да] / [Очень Да]

* * *

Секунда другая…

— Мы мы мы мы…