Главы из романа

Глава 1Главы из романа

Детский участок

В один из дней, пребывая в умиротворенном состоянии от созерцания могил, я неожиданно для себя забрел на кладбищенский участок, поразивший меня своей запущенностью. Промежутки между могилами поросли высокой травой. Сами могилы в некоторых местах были настолько осевшими, что в их глубине были видны участки гробов. Многие урны на могилах стояли косо. Небольшие стелы, на которых были выбиты имена и фамилии покойных с датами их рождения и смерти, были повалены или опрокинуты лицевой стороной к земле. Лишь одно захоронение на этом участке имело ухоженный вид. Вся трава вокруг этой могилы была тщательно выполота, а на самой могиле лежали свежие цветы. Рядом с букетом цветов, лежавшем на могиле, лежали детские игрушки. Приподняв рукой одну из стел, я с трудом смог прочесть, что в этой могиле лежит Дима Коростылев трех лет. В то время, пока я пытался прочесть надпись на другой стеле, к ухоженной могиле с детским ведёрком в руке подошла молодая женщина. Полив из детского ведерка небольшой цветочный кустик, росший прямо на могиле, женщина принялась рыхлить землю вокруг него. Обилие детских игрушек на ухоженной могиле навело меня на мысль о том, что в ней может покоиться ребенок. Да и надписи на стелах, какие мне удалось прочесть, говорили мне о том, что на этом участке могли быть захоронены маленькие дети. Обилие детских могил сразу погрузило меня в печаль. Ощутив потребность перекинуться с кем-нибудь хотя бы парой фраз, я подошел к молодой женщине, хлопотавшей над могилой. - Добрый день, - приблизившись к женщине, произнес я. - Здравствуйте, - мельком взглянув на меня, сказала она. - Мне кажется, что этот участок на всем кладбище самый заброшенный, - разглядывая фотографию симпатичного малыша на невысоком гранитном памятнике и прочитав надпись: «Милый, не бойся, мама скоро придет», сказал я ей. - Что вы хотели от людей, успевших забыть о том, что у них когда-то были дети, - продолжая рыхлить землю вокруг цветочного кустика, ответила мне она. - Здесь везде похоронены дети? - спросил я у неё. - Да, в основном от годика до пяти лет. - ответила она. - Сколько всего здесь детских могил? - Точно сказать не берусь, но где-то порядка шести или даже семи десятков. Скорее всего, этот участок закрепили за самыми нерадивыми землекопами. За три года я никого из них здесь не видела. - Почему вы считаете, что это участок мог быть закреплен за нерадивыми землекопами? - спросил я. - Все просто, - ответила она. - На любом кладбище есть два участка, где землекопы не могут заработать лишнюю копейку. Первый участок тот, где хоронят безродных, а второй участок - детский. Ни к тем, ни к другим никто не ходит. - Но вы же посещаете могилку вашего ребенка, - боясь огорчить женщину её воспоминаниями, произнес я. - Не обо мне речь, - закончив рыхлить землю вокруг кустика, сказала молодая женщина. - Мне горько представлять судьбы несчастных детей, которые здесь похоронены. Они не были никому нужны при жизни и стали не нужны после смерти. Сама смерть, мне кажется, стала для многих из них избавлением. Извините, но мне тяжело об этом говорить. Я лучше помолчу. - Вы не против, если я обойду этот участок? - идя навстречу желанию женщины помолчать, спросил я у неё. - Конечно-конечно, - ответила она мне. - Обойдите, если вам так хочется. Если честно, то смотреть на разоренные детские могилки мне не хотелось. Стараясь не заглядывать в темные провалы осевших могил, я, не спеша, стал обходить детский участок. Вскоре меня окликнул мой новый знакомый, ездивший по просьбам землекопов им за лимонадом и едой. - Это ты, Федор! - окликнул он меня. - Привет, - поздоровался я с ним. - А я смотрю и понять не могу, какого полоумного бегунка на детский участок занесло. Ведь тут никто, ничего, никогда не заказывает. Чего ты такой хмурый? Случилось что? - Вид этого участка сделал меня хмурым, - ответил я ему. - Неужели же нельзя хоть как-то его обустроить?. - Кому это надо? - спросил он у меня. - Да хотя бы нам с тобой, - ответил я ему. - Кто мы с тобой тем детям, что тут похоронены? - спросил он меня. - Никто, - ответил я ему. - В том-то всё и дело, - сказал мне он. - С просьбой о благоустройстве захоронения может выступить только тот, на чье имя оно было оформлено. Большинство мамочек, чьи дети здесь похоронены, либо сразу отказались от своих новорожденных чад, либо были лишены родительских прав по суду. - Но не все же, наверное, - возразил я. - Не все, - согласился он. - Те, кого не успели лишить материнства, похоже, забыли о том, что у них когда-то умерли дети. Они в основном о живом думают. Беременность их естественное состояние. - На кого же оформляются захоронение тех детей, чьи матери от них отказались или были лишены судом родительских прав? - спросил я. - Думаю, что на сиротские дома, куда их обычно свозят, - ответил мне он. - Тогда дома ребенка могли бы выступить с просьбой о благоустройстве захоронений, - высказал я своё предположение. - Домам ребенка это надо? - спросил меня он. - Надо сделать так, чтобы им стало надо, - ответил ему я. - Дома ребенка ответят тебе, что у них нет денег на благоустройство могил бывших воспитанников. Денег на это у них и в самом деле нет, - сказал он мне. - А, если найти деньги и договориться с кладбищенскими ребятами? - спросил я. - Давай, - сказал он мне. - Что давать? - спросил я. - Деньги, - ответил он. - Одинарный поребрик будет стоить двадцать тысяч. Скромный памятник – пятнадцать. Посыпка песком - десять. На круг выходит тысяч пятьдесят только за одну могилу. А этих могил тут под целую сотню. - У меня нет таких денег, - сказал я. - И не надо, - ответил мне он. - Если все ребята кинутся за деньги детский участок обустраивать, то директор кладбища с ума сойдет. Ведь все это будет делаться мимо его кассы. - Но можно ведь и через кассу, если денег сумеем найти. - сказал я. - У тебя с памятью как? - С утра было нормально. - Я же тебе говорил, что с просьбой о благоустройстве захоронений могут выступать только те, на кого было оформлено захоронение. - Получается заколдованный круг, - сказал я. - И, заметь, не единственный в нашей жизни, - сказал он мне. - Мой тебе совет, если вид детского участка вгоняет тебя в депрессивный ступор, то обходи его стороной. Куда как все просто. Согласись.

Встреча в автобусе

Распрощавшись с Александром, я пошел на автобусную остановку. Людей на остановке было много. В основном это были те, кто посещал могилы своих родственников и теперь возвращался с кладбища домой. Не найдя сидячего места, я, зажатый с двух сторон незнакомыми мне людьми, обосновался в хвосте автобуса. После нескольких перемещений рядом с мной оказалась та молодая женщина, с которой мы встретились примерно час назад возле могилы её сына. - Еще раз здравствуйте, - заглянув в мое лицо, сказала она. - Здравствуйте еще раз, - ответил ей я. - Давайте знакомится, раз судьба вновь свела нас вместе, - предложила она. - Федор, - сказал я. - Очень приятно, Лариса, - ответил мне она. - О чем вы все время так напряженно думаете? - Откуда вы знаете? - Я заметила это, когда вы садились в автобус, - ответила она мне. - Значит, вы не случайно оказались сейчас рядом со мной? - Вы не ответили мне на мой вопрос, - улыбнулась она. - Вас в самом деле интересует, о чем я думаю? - Да. - Я думаю, как можно привести в порядок тот участок, на котором мы с вами встретились. - Придумали? - Нет, - сказал я. - Найдите компаньона. - Компаньон тут не поможет, - ответил ей я. - Кладбище не принимает заявки на благоустройство захоронений от случайных людей, но в любом случае дело упирается в отсутствие денег. - Кладбище действительно не принимает подобным просьб от случайных людей – в этом вы правы, но с аналогичной просьбой может выступить общественная организация. - Вы предлагаете мне учредить общественную организацию? – спросил я. - Один человек не может учредить общественную организацию. Нужны, как минимум, трое. Сама регистрация через налоговую инспекцию не займет много времени, но потребуется юридический адрес, открытие банковского счета с его ежемесячным обслуживанием. Мне кажется, что этот путь вам не удастся пройти до конца. - Почему? - Потому что вы очень сильно этого хотите. - Разве это плохо? - Само по себе нет, но где-то в середине пути вы можете перегореть и решить, что вам этого больше не хочется. Раз, кроме вас, это больше не хочется никому. Я дам вам свой телефон. Звоните либо рано утром, либо поздно вечером. Я поздно ложусь и рано встаю. - А как к этому отнесется ваш муж? - С мужем мы разошлись вскоре после смерти нашего сына. Мой муж считал, что в смерти Андрейки виновата я. - Синдром Льва Толстого? - попытался угадать я. - Простите, - чуть удивленно сказала она. - Лев Толстой винил в смерти своего сына Ванечки свою жену. Ему казалось, что её супружеская измена стала причиной смерти их ребенка. - Ситуация похожа на нашу, - призналась она. - А ваша работа не станет помехой поиску общественной организации, готовой выйти с ходатайством и оплатить расходы на благоустройство детского участка? - С моей редакцией я перешел на договорные отношения. Теперь я внештатный корреспондент. - Но какие-то требования к вашей творческой работе у вашего редактора все равно есть? - Пятьдесят тысяч знаков в месяц, - ответил я ей. - Справитесь? - Справлюсь. - Тогда держите, - протянув мне свою визитную карточку, сказала она. – Я сейчас выхожу. Звоните. На визитной карточке, врученной мне, было написано, что моя новая знакомая является инженером-инспектором первой категории.

Ну лажно мннадо реябтам ехать за едоей с Утра не смог. В атобусе вс женщиной. Вы все думаете о детском участке, да. Ищу компаньона. Для чего. Чтобы обратиться в контору кладдбища. Хоть имена на стелах востановить. Там вам не помогут. Этой инофрмации у них нет, поверьте мне. Где она есть. В архиве, но там запрос либо от общественной организации, либо от родственников. Информации нене дадут. Если нам с вм создать обществную организацию. Скажем. Забота зарегистриовать ее, получить устав печать написать отношение архив. Это можно через налогову. Но за обслуживание счета. Я сама бухгалтер. Можете мне верить В коппечку. Просто придем и скажем, что так продолаться не может. Надо что-то делать. Вам скажет делайте, но в рамках срого закона. А если сторння организация напишет такое ходатйсто . Это конечно, мысль, но на поиски такой организации смогут уйьти годы. Нам некуда спешит и мертым некуда спешить. Вы о ком. О себе и о детях, Вы считает себя мертым. Если честно, наполовину. До сего дня я так не считал, Ведь яфобия. Мне нравитсябвать на кладбище. Это мне помгает бороться с моей депнессие, но я уверен, что не смогу себя не заствмить себя не зхаходить на этот учатско. Странный вы человек. У вас есть доступ в интренет.Компьютер есть, но длступа нету. А на вашй работе? Я Меня вывели за штат. В редакии теперь только в день пролучки. Запишите мой телефон. Я попытаюсь найти общественныеорганизации,Юкоторые смогут нам помочь Вы сказали нам? Ну раз вы решили заняться благоустройством участька, где у вас никто не похоронен, то мне, как говоится, сам Бог велел. Кто у вас там ребенок Дпавй те не в этот раз хорошо. Хорошо. Я выходу денржэите мой тедефлрн. Звонить лучше или рано утром или поздно вечером.

Точнее С семи до восьми у тра по омя ухоку на работу и с девяти вечерп до олдинндцати часов. сПать ложусь в двенадцать. А ваш муж? с мужем мы развелись три года назад Вскоре после смерти нашего Адрейки. Почему? Вы вс сразу хотте знать. Потерпите. Если так неиерпелиавы то у вас не получится довести до конца то, что мы с вами задуматли одной мне будет трудно. Не бросайте хогоро /Хорошо