ГКР-8: Грань Забытых Земель
Пролог
Дем Михайлов
Цикл: Мир Вальдира
Герои Крайних Рубежей
Исправленная версия
Книга восьмая
Пролог (большой и даже огромный)
Дополнительный выпуск «Вестника Вальдиры», посвященный небесным монстрам. Экстренные новости! Будьте в курсе событий всего за шесть медных монет (а за десять еще и с картинками)!
Кровадор в войне! Сама нежить – яростно против чужеродной скверны!
Поразительно, но факт! Неоспоримый потрясающий факт! Поразитесь, о жители Вальдиры! Нежить восстала против незваных гостей с Зар'граада! Все происходит прямо сейчас – на девятом уровне одного из глубочайших данжей мира Вальдиры – Черного Кровадора!
Казалось бы – а нежити-то чего возражать против появления в их затхлых чертогах ужасных тварей? Обычно восставшие мертвецы во всем их упоительном гнилом и потустороннем разнообразии безразличны ко всему несъедобному – а две твари, рухнувшие на руины Черного Кровадора и пробившие древние своды, явно не относятся к блюдам мертвячьей гастрономии, но факт есть факт! Мертвецы ринулись в атаку на залетных монстров! Твари против тварей! А остолбеневшие авантюристы превратились в изумленных свидетелей.
О добрые читатели! Поймите же правильно – речь не о рядовом бое горстки пыльных скелетов против выползшей на них случайно иноземной твари. О нет! Мы говорим о настоящей войне, сравнимой по накалу и ярости с нападением знаменитого дракона Смауга на не менее печально известную гномью крепость под Одинокой горой! Все идет точно по такому же сценарию – от начала и до самого, возможно, очень печального огненного финала!
Стоило чудовищам оказаться на верхних уровнях – и Черный Кровадор будто сошел с ума! Полностью игнорируя игроков, мертвецы со всех тридцати трех уровней данжа двинулись вверх – навстречу врагу! Отряды тяжелых костяных рыцарей, окутанные облаками темной ауры, при поддержке некромантов, личей и шипастых церберов тьмы выстроились правильными порядками и вступили в битву!
Мы были там – бравые корреспонденты «Вестника Вальдиры». Мы видели все собственными глазами – пока наши потрясенные очи не были выжжены огнем, кислотой и темной магией там, в опаленных войной коридорах Кровадора. Сейчас мы снова спускаемся к девятому уровню, но боимся не успеть, ведь по известным нам обрывкам сведений твари проломили мертвячью оборону и добивают последних защитников у спуска на десятый уровень, широко известный как этаж Кровавого Песчаника. Мы все знаем, кто обитает на том уровне! Опытные игроки уже выразили свое веское мнение: на десятом уровне Кровадора двум гигантским чудовищам придется куда сложнее, и именно там, где в свое время погибали и продолжают погибать целые кланы, их, возможно, остановят и уничтожат. Но пока что монстры Зар’граада с хрустом и лязгом проламываются сквозь истлевшие тела защитников подземелья, упорно продвигаясь все глубже и глубже.
Куда они стремятся? К чему? Этого мы пока не знаем.
Но одно знаем наверняка: всей засевшей в Черном Кровадоре нечистью умело управляет волшебница-лич Теомерзия Атраменс, и только она могла отдать пока необъяснимый приказ своим войскам броситься в атаку на вторгнувшихся тварей.
Напомним, друзья – Теомерзия занимает почетное место во многих игровых топах, в том числе и как один из самых опытных и коварных полководцев. Черный Кровадор невозможно пройти малой или средней группой. Тут в бой идут отряды по сто умелых игроков и чаще всего погибают задолго до достижения пятнадцатого этажа, а минимальный уровень противника начинается от сотого. Именно с Кровадором связаны шесть и поныне никем не выполненных челленджей – с невостребованной наградой.
Что ж! Мы продолжаем спускаться узкими каменными лестницами все глубже в чрево Кровадора – и прямо сейчас рядом со мной шагает скелет-вампир, тащащий за собой зазубренную эспаду и полностью игнорирующий игроков. Он движется на бой с иноземными монстрами, а на нас ему плевать. Следом за ним топает пикинер-умертвие в шипастых доспехах и тоже не обращает на нас никакого внимания.
Удивительно!
Страшно!
Изумительно!
Волнительно!
И смертельно опасно!
Мы идем к десятому уровню Черного Кровадора, друзья! Будем держать вас в курсе событий – и даже умерев, не оставим вас без горячих новостей!
Спросите, на чьей мы стороне? А мы ответим – на стороне нежити! В бой же, о легионы мертвецов! В бой!
За сим временно прощаюсь. Искренне ваш, Мармадьюк Певучий Соловей!
P.S. Обещаю: скоро на книжных прилавках – честный рассказ «Оборона Кровадора» за моим авторством!
События накаляются стремительно, как пыточный крюк на жаровне палача!
На правах рекламы: гномий синдикат «Тяжелый Слиток» официально принимает ставки на исход событий в подземелье Кровадора. Не упустите свой шанс разбогатеть!
Звон! Звон! Небесный перезвон!
Светлые храмы Ивавы устроили призывный перезвон на всю Вальдиру!
И это не преувеличение!
В каждом храме богини Ивавы – большом и малом, далеком и близком – разом начались великие храмовые службы, каковые обычно устраиваются лишь по очень серьезным причинам. Богиня Ивава пробудилась от долгого сна, и говорят, что она чем-то очень и очень недовольна. Тысячи и тысячи жителей Вальдиры прямо сейчас вливаются в захлебывающиеся перезвоном и песнопениями храмы, присоединяясь к общей молитве, славящей жизнь и добрую Иваву. Зрелище завораживающее! Сотни прекрасных послушниц в белых одеяниях и живых венках на распущенных волосах вносят в храмы охапки только что срезанных зеленых ветвей, благословленных самой богиней. Каждая такая веточка – самый настоящий божественный артефакт, и получить ее можно в обмен на короткую молитву в любом храме! Энергия молящихся обильным бурлящим потоком льется на алтари светлых храмов – и мы уверены, что вся собранная прана пойдет на благое дело! Это несомненно! Да восславится жизнь!
Новые Ясли! Гип-гип-ура!
Открыты еще два квартала Юности (игровые Ясли) для новичков – ура и еще раз ура! Все мы вышли оттуда – из милых, светлых и таких ванильных Яслей Вальдиры. Именно в этих надежно защищенных от всех внешних невзгод кварталах мы столкнулись с первыми слабенькими монстрами, впервые взялись за оружие, встретились с новыми друзьями – или врагами! – и заработали первые тусклые медные монеты. Важность Яслей нельзя переоценить – это место, где игроки набираются ценнейшего житейского опыта, чтобы уже подготовленными вступить в большой опасный мир Вальдиры.
И вот сразу два важных события – появились одновременно два новых квартала Юности! Один из них возник в городе Люцерновый Холм, что является столицей Озерного Края и находится совсем рядом с великим озером Найкал, а второй обнаружился в мрачноватом и прекрасно защищенном городке Щитоград, что на южной кромке Темного Края – самого опасного леса Старого Континента.
Помимо этого, из тайных источников слышатся пока не слишком надежные слухи о грядущем появлении Яслей на новом материке Зар’граад – и там они появятся в клановом городе Озорной Ветерок.
Не иначе тут не обошлось без влияния самих Неспящих, одного из самых могущественных кланов мира Вальдиры, возглавляемого легендарной Черной Баронессой.
Подтвердятся эти слухи или нет – но мы о них уже сообщили.
Выньте соски, новички и возьмитесь за мечи! Битвы ждут! И не забудьте выпить отличнейшего темного пива «Абл и Габр» в любом из ясельных трактиров – там оно всегда свежее и с большой скидкой для новичков.
«Вестник Вальдиры» снова с вами!
Горячие новости с юга! В океане горят корабли!
Морской конвой из двадцати одного галеона и пяти охранявших их фрегатов был практически полностью уничтожен меньше часа назад! Багровое зарево на горизонте вызвало тревогу в Акальроуме – к месту бедствия устремилось несколько десятков боевых кораблей, а под морской гладью спешат подводные тяжеловесы. Известно, что большая часть торговых кораблей принадлежала клану Святых Почемучек, чья строящаяся на отмели морская крепость-порт нуждается в немалом количестве материалов.
Пока неизвестно наверняка, кто или что нанесло удар по торговому конвою, но красиво телепортировавшийся в ближайший порт замлид Почемучек, игрок Чмункл Спокойнейший спокойным не выглядел – хотя бы потому, что с ног до головы был объят ярчайшим и негасимым фиолетовым пламенем. Погасить его не удалось, и он трагически погиб на руках пожарных волшебников, захлебываясь пеной, песком и сквернословием.
Расследование «Вестника Вальдиры» продолжается! Мы обязательно сообщим, что погубило торговый конвой Святых Почемучек!
Внимание! Внимание! Внимание!
Вашему вниманию – «Вестник Зар’граада» и его главный редактор Кэлен Ищущая! Сногсшибательнейшие новости прямиком из нового достоверного и обильного источника! Да! Мы выходим из тени «Вестника Вальдиры» – полновластного владыки Старого Континента! Мы – независимое регулярное издание, и у нас большие планы на будущее! Сегодня выходит наш первый газетный выпуск с десятью большими и очень горячими статьями о Зар’грааде; пятью путевыми заметками о нем же; большим гайдом по прохождению только что открытого данжа Дэйграрх; откровенным – даже слишком! – признанием в своих грехах знаменитой Леи Цок-Цок-Огонек с цветными иллюстрациями грехопадения; тремя страницами обжигающей рекламы от достойных торговцев и ремесленников Зар’граада и целым листом скидочных купонов на различные товары, включающие в себя алхимию и кулинарные рецепты. Первое и ограниченное издание «Вестника Зар’граада» выходит уже сегодня! Всего тысяча газет! Поторопитесь купить – уверенно предсказываем будущий коллекционный статус этого выпуска за № 1!
Я, Кэлен Ищущая, опытный и тщательно отбирающий для вас только лучшие новости главный редактор «Вестника Зар’граада» ставлю на кон всю свою репутацию и гарантирую: чтение не даст вам заскучать! Мы обжигаем каждым словом!
Все, кто чувствует в себе творческое начало и неуемную страсть к опасным путешествиям, смешанную с желанием прославиться и стать однажды признанным журналистом Зар’граада – приходите к нам в редакцию! Мы найдем для вас самое славное приключение! Наш адрес: Зар’граад, Первый Лагерь, портовая зона, причалы по левую сторону, двухмачтовая бригантина «Независимость» с синими парусами. Обратиться к администратору Крейвену Серому за получением тестового задания.
И снова в данж?! Это невероятно!
Только жалкие остатки моей улетучивающейся сдержанности и суровый взгляд артефактора-печатника не позволяют мне начать писать лишь прописными буквами эту новость!
С вами снова ваш верный корреспондент Мармадьюк Певучий Соловей, и это еще один экстренный выпуск «Вестника Вальдиры»! Уже шестой за этот сумасшедший день и второй выпуск из-за меня.
Помните, я писал о зар’граадских тварях, рухнувших на подземелье Черный Кровадор? Помните?
А теперь угадайте, где я!
Кровадор? Холодно! Очень холодно!
Да, я был там – и по следам чудовищ добрался до тринадцатого этажа. Ничьи – и в том числе мои – предсказания не сбылись. Десятый уровень, этаж Кровавого Песчаника тварей едва замедлил и, похоже, рассердил до такой степени, что следующие два этажа они прошли легко, как ледяной гарпун через печень огненного элементаля! Мы шагали, как через богатейший арсенал, за пару минут до этого прошедший через огненную давилку – все в крошево! Столько ломанных костей, обломков доспехов и оружия мне еще видеть на своем вальдирском веку не приходилось. Месиво! Шагать было весело, и мы, двигаясь без всякой опаски в опустевшем данже Кровадор, медленно спускались по залитой бурой жижей древней лестнице, идя на звуки бойни. Мы почти дошли – и даже увидели вступивших в бой игроков, дерущихся на стороне нежити, но тут мой старый приятель-осведомитель, кому я плачу тяжелым златом, прислал мне срочное сообщение. Оно оказалось настолько обжигающим, что я бросил все, воспользовался кристаллом возврата, затем свитком телепорта, доставившим меня к северным холодным портам, там я оседлал ледовитого феникса – а вы знаете как это дорого и опасно! – и вот я на месте.
Где?
Что ж – я открою вам этот секрет.
Я на южной прибрежной оконечности снежных пустошей Кохгвальда! Многие из игроков, завороженно читающих мои пылкие строчки, возможно, и не понимают, чему тут удивляться, но вот сердца бывалых ветеранов прямо сейчас ёкнули и на миг остановились от пронзившего их ледяного холода.
Кохгвальд! Север! И тьмальды – древняя и темная, как душа моей бывшей, раса ледяных созданий, что люто ненавидят Свет, Жизнь и все, что с этим связано, – а значит, и нас с вами. Именно на пустошах Кохгвальда прогремели три Северные Военные Кампании, унесшие тысячи жизней. Именно здесь мертвецов сбрасывали на дно глубочайших ледяных трещин, превратившихся в могильники, где само слово «многослойность» обрело жуткий подтекст, а десерт слоеный торт навеки выпал из списка любимых лакомств…
И да – сюда, где никогда не бывало и вряд ли будет много игроков и «местных», заявились упавшие с неба чудовища Зар’граада!
Я с верными соратниками двигаюсь по их дымящимся следам. Они оставляют за собой следы настолько глубокие, что я могу поместиться в них во весь рост. И они двигаются к высокому и мрачному Воющему Лику, сотворенному природой из алого светящегося льда – месту, у чьего подножия находится самый большой и глубокий могильник снежных пустошей Кохгвальда.
Зачем эти твари туда идут? – а они идут именно туда!
Почему снова данж с нежитью?! – и разве это может быть совпадение?
Пока что у меня нет ответа на эти вопросы – но я их отыщу! Я – Мармадьюк Певучий Соловей. Я на самом острие – и я рядом с вами. Ждите самых горячих новостей и пожелайте мне удачи!
На правах рекламы: в славном городе Лагенброк начинаются соревнования лесорубов и фестиваль гермкнёдлей и кникюхле! Начало сегодня в полдень! Ждем желающих размяться с топором или же отведать вкуснейшего угощения прямо на улице! Есть и пиво!
Кланы Вальдиры бросают свои земли!
Секретный совет от редакции «Вестника» – не берите их даже даром! Не берите! Даже если вам приплатят – все равно не берите!
А ведь это совсем не шутка, дорогие читатели!
После пробуждения сразу трех давно спавших вулканов, выбросивших в небо облака черного пепла, а на склоны – потоки раскаленной лавы, накрывшей целые селения вместе с садами, полями и всем тем прочим, что в обычные тихие времена приносило немало денег, кланы, что в свое время поклялись защищать эти земли от всех мыслимых и немыслимых бед, принялись спешно избавляться как от своих обязательств, так и от ставших свинцовым балластом земель. Как хорошо владеть плодородными землями в мирное время без катаклизмов – стриги себе купоны и знай благоденствуй! Редкие налеты разбойников или каких-нибудь залетных тварей не в счет – любой серьезный клан шутя справится с подобной угрозой. Но у каждой монеты есть оборотная сторона, и забывать об этом не стоило – ой, не стоило! Все, кто объявляет земли под своей защитой, несут за них полную ответственность – в том числе и финансовую. Да, бывает, что буря или лесной пожар уничтожит несколько угодий – клановая казна потянет возмещение ущерба. Но когда в пепел обращается территория огромных размеров, а к тебе являются за возмещением убытков не только владевшие глинобитными хибарами селяне, но и потерявшие свои родовые замки дворяне… тут компенсация ущерба быстро превращается в четырех- и пятизначные суммы золотом.
Такие кланы, как Рыцари Пятого Светила, Маги Равноденствия и Подгорные Короли, уже официально отказались от взятых под свою опеку земель, что ожидаемо серьезно ударит по их репутации среди королевств Старого Континента. Многие из кланов получили эти земли в своеобразный дар, доказав королям свою верность, отвагу и добросовестность – теперь все это пошло прахом. Годы усилий впустую!
Мы, редакция «Вестника Вальдиры», стараемся быть максимально объективными и отстраненными, но тут нельзя не посочувствовать попавшим в серьезный переплет уважаемым кланам. Отказываясь от взятой ответственности – теряешь драгоценную репутацию. Платишь по скорбным счетам – разоряешься подчистую.
Повторимся – суммы огромные!
В лавовом пожаре погибают сокровища зодчества, предметы искусства, древние сады с магической силой, светлые храмы…
Надо заметить, что некоторые кланы еще держатся своих обещаний и продолжают бороться с растекающейся лавой, одновременно спасая всех, кто оказался в ловушке на их землях. Но чем шире расползаются языки лавы, тем больше суммы грядущих компенсаций и тем страшнее лики ответственных за деньги клановых казначеев. Только время покажет, насколько сильны и богаты эти кланы.
А мы пожелаем им удачи… и-и-и-и обратим наши жадные до событий взоры на еще один только начавший пробуждаться вулкан, на чьих склонах находятся земли немалого числа кланов – среди них Изумрудные Джинны, Альбатросы, Осеняя Листва и Восхитительные Некроманты. Вот уж воистину черные дни Вальдиры – всюду пепел, всюду разбойники и передел власти, а с небес рушатся страшные твари с Зар’граада…
Под Найкалом открылись дымные гейзеры! Пар до небес!
Найкал – самое большое и красивое озеро. Воистину прекрасный полноводный сапфир в короне Старого Континента. Там случалось немало всякого, но в последнее время не было ничего действительно значительного, если не считать нескольких нападений агр-кланов, пару сгоревших деревень и один неплохо так подгоревший городок Тишайшая Нега. И вот, казалось бы, этих бедствий уже хватит – но судьба посчитала иначе и подбросила следующую угрозу! Куда? Так снова к городку Тишка – месту известному своей изысканной кухней, очень неплохим вином, отличными рыболовными состязаниями, а так же расположенным прямо в нем холлом недавно созданного клана Герои Крайних Рубежей, чьим лидером является не кто иной, как Росгард – бывший Великий Навигатор, успешно выполнивший свою миссию, немало нашумевший в других приключениях и вот уже как несколько дней бесследно исчезнувший со всех радаров. Эй, Росгард! Дружище! Ты ведь еще и мэр! Где ты? Ау! Твой город вот-вот закипит, как уха на костре, а тебя все нет и нет!
Прибрежные воды рядом с Тишкой еще не кипят, но близки к закипанию, а облака пара начали стелиться по окраинным улочкам, медленно тянясь к центру.
Неужто под городом еще один пока что спящий вулкан?
Ох, лишь бы не рвануло!
Стеклянное дно шедеврально!
Но стоит взглянуть поближе – и мороз по чешуе!
Подводный вулканический взрыв уничтожил целый водорослевый лес, превратил в суп с морепродуктами немало морских обитателей – включая разумные вкрапления – и расплавил песок, создав стеклянный мертвый пейзаж. Будто один из филиалов ада Данте!
Не будем повторяться и скажем просто: на дне морском кипят все те же вулканические страсти. Взрывы, огонь, кипяток, смерть и ужас быстро распространяются во все стороны. Еще в нескольких точках к северу и в одной точке к востоку от Старого Континента океаническое дно уже начало подрагивать, предвещая скорый катаклизм.
Беда за бедой!
И ведь старые могучие кланы подводной Вальдиры могли бы, пожалуй, даже предотвратить все эти удары природы, но эти герои нынче далеко – пытаются захватить и освоить территории вокруг нового материка…
Продолжаем наблюдать, дорогие читатели. Продолжаем наблюдать.
Открыты и приручены еще два питомца ЛЕГЕНДАРНОГО класса!
Наконец-то позитивные новости, хотя явно не для тех, кто мечтал завести себе питомца из жестко лимитированный серии «Великие Звери Вальдиры».
Вашему вниманию – легендарный императорский дятел Пернатое Зло, принадлежащий счастливому владельцу Древний Леший. Раскраска питомца редакции пока неизвестна, но мы уже устроили фотоохоту!
И еще одна звезда сегодняшней статьи – крыса Фунька, принадлежащая госпоже Миледи Смерть. Крысу мы уже видели – премилое создание! Прилагаем ее фото к статье, а словесное описание следующее: серо-пепельный окрас, злобные черные глазки, алый хвост и алая же полоса по хребту с частыми костяными иголками.
Пенный кровавый взрыв!
Подводный вулкан взорвался прямо посреди сужающегося кольца боевых кораблей – как надводного, так и подводного классов. Удивительно, но все загонщики уцелели – чего не сказать об их страшном противнике гигантских размеров. Да! Прежде монстра такой величины нам видеть еще не приходилось. По сию пору игроки задаются вопросом, откуда же могла взяться такая махина, как Аньглубинглот…
Наши корреспонденты висят на реях и бушпритах, вглядываясь в красно-черную дымку и пляшущее над водой пламя, пытаясь выяснить судьбу гигантского монстра.
Не забудьте приобрести следующий экстренный выпуск «Всемирного Вестника Вальдиры»!
Мы – лучшие! Самый быстрый источник раскаленных новостей – и никаких подтасовок фактов!
Читайте нас! Читайте взахлеб!
Новый фильм Лизанны Роскошной уже не за горами!
Королева, богиня, звезда и просто прекрасная женщина – первое место в топе «Прелестницы Вальдиры» – дала свое царственное согласие сняться в еще одной слезовышибающей драме! Нанят опытный режиссер, уже во всеуслышание пообещавший пропитанные слезами скомканные простыни, сломленные судьбы, темную зависть, всепобеждающую любовь и сладкую истому каждому зрителю.
Основные съемки пройдут в Альгоре и Вхассальроуме – возможно, счастливчики смогут попасть в массовку!
Если заметите чаровницу наших сердце – делайте как можно больше фото и присылайте в редакцию Вестника!
Мармадьюк Певучий Соловей еще жив!
Я многое потерял, я был там, где еще никто не бывал, и я больше никогда не стану прежним, но я все еще жив – если так можно сказать после череды моих смертей и мгновенных возвращений к месту гибели с помощью невероятно дорогих артефактов, чтобы пробыть в живых лишь несколько мгновений, увидеть и запомнить нечто важное, а затем снова умереть… И вот я, трясясь от переизбытка чувств, сидя в рванине на краю дымящегося пепелища, пишу эти строки, уважаемые читатели, зная, что должен сообщить вам вот что: ПРОИСХОДИТ НЕЧТО ОЧЕНЬ ВАЖНОЕ!
Странные дела творятся на Старом Континенте и вокруг него!
В мою корзину для бумаг летят и летят скомканные листы первоклассной мелованной бумаги, а вокруг чернильницы – скорбное кладбище из сломанных золотых перьев и рассадник жирных клякс. Там, в корзине, столько почти мгновенного устаревшего материала, что я мог бы написать целый роман – а может, и напишу однажды. Но для раздела горящих новостей эти материалы уже не годятся. Поэтому, уронив локти на свой походный полированный стол из сандалового дерева, я просто и без изысков перечислю ниже все те факты, что известны мне с абсолютной достоверностью. А вы уж сами судите, может ли это все быть лишь совпадением.
Итак!
Вчера два упавших с небес зар’граадских чудища пробили свод подземелья Черный Кровадор и, сминая сопротивление нежити, отправились в его глубины.
Чуть позже, но в тот же день, чудовища Зар’граада упали в снежных пустошах Кохгвальда, проползли несколько километров сквозь льды и провалились на дно ледяной трещины у подножья пика Воющий Лик – тем самым проникнув в еще один древний могильник, где нашли свой последний приют погибшие во время Северных Кампаний воины.
На следующий день, еще до рассвета, несколько монстров Зар’граада прибыли к Старому Континенту. Группа из четырех тварей упала в глубокие сектора океана, туда, куда сухопутникам никак не поспеть быстро, но наши сотрудники-ахилоты заменили нас и дали оперативный репортаж с места событий. И я совсем не удивился, поняв, что в океанских глубинах атакованы еще два старых могильника – Гнилой Пузырь и Крепость Мокрых Черепов. Оставшиеся два чудища рухнули на плато Юдоль Мрака – и тут уже не узнать, куда они направлялись, ведь на свою беду твари упали не куда-нибудь в пепел, а врезались в стены Барад-Гадура – клановой цитадели Неспящих. В результате последовавшей атаки монстры были уничтожены в рекордное время – и тут тоже нечему удивляться, учитывая мощь клана Неспящих. Очевидцы говорят, что первый удар по падающим монстрам был нанесен еще в воздухе – чему я тоже совсем не удивлен. Напомню: Барад-Гадур – это единственная из старых клановых цитаделей, что никогда прежде не была взята штурмом, оставшись неприступной.
Что делали монстры на вулканическом плато Юдоль Мрака? Это неизвестно. Но те же очевидцы рассказали, что сразу после уничтожения монстров через открывшиеся черные врата Барад-Гадура проскакал отряд из более чем ста всадников, впоследствии разделившись и отправившись прочесывать окружающее крепость плато. Неспящие ищут, возможно, уцелевших монстров? Или же они пытаются отыскать на плато то, о чем сами, вероятно, даже не подозревали? Но это лишь мои ничем не подкрепленные предположения, и лучше я вернусь к перечислению уже проверенных фактов.
Тем же днем после славного и сытного для многих мирян обеда, четверка чудищ рухнула на Альгору – центральный и самый популярный Великий Город. Надо отметить, что магическая защита города сработала хуже, чем в клановой цитадели Неспящих, и опаленные, но еще живые твари упали на город, где, впрочем, им так быстро навязали схватку, что они погибли в считанных метрах от выбитых при падении воронок. Только стражи перевели дух, как новая пара гостей пробила защиту и ударила по… Сейчас многие засмеются нервным смехом – ударила по Площади Семи Фонтанов, причинив огромное количество смертей и разрушений. Площадь покрыта огнем, искры до самых потемневших небес, разрушено немало окружающих построек, в брусчатке пробиты глубокие дыры, а монстры канули в катакомбы Альгоры, и что там сейчас происходит –пока неизвестно. Я же как раз здесь – на краю Плосефонта, сижу за походным столом и пытаюсь свести воедино события двух последних напряженных дней.
Еще два незваных гостя с Зар’граада ударили по покрывшейся молодой зеленью обширной местности, еще недавно называемой не иначе как Великая Северная Пустыня. Да-да! Два живых метеорита врезались в покрытые травой бывшие барханы, взрыли песок и на бешеной скорости рванули к некогда крайне нежелательным для прогулок местам – туда, где были расположены стоянки знаменитейшего Клана Мертвых Песков.
Уже вечером, буквально четверть часа назад, четыре вспышки на небосводе оповестили о новых явлениях, хотя куда угодили страшные создания – мне пока неизвестно. Но об их прибытии вскоре оповестят тревожные дымы, зарева пожарищ, крики погибающих селян и яростный лязг боевой стали.
О! Пока я писал про отточенную боевую сталь, мне сообщили, что пара тварей рухнула в эльфийские леса к югу от Вхассальроума. Эльфам точно не понравится, если монстры устроят в их древних дубравах пожар до небес…
Но главная изюминка этой поспешной, неровной и даже чуть истеричной статьи – а мне такой стиль несвойственен, ведь вы же знаете, как сильно я пекусь о каждой запятой и каждом лишнем слове! – так вот, главная изюминка всех этих событий заключается в… явившемся на разборки божестве! И каком! Это вам не лесной вечно пьяный полубог с бревном наперевес!
Имя явившегося бога вообще известно еще далеко не всем, ведь он проснулся во время недавнего Великого Похода – не слишком ли много эпитетов и обозначений «Великий» за одну-то статью? Ох уж эта Вальдира с ее тягой к великому, древнему и непознанному… Но не стану замедлять повествование.
Аньрулл! Вот имя явившегося на разборки божества!
Бог смерти Аньрулл!
И он явился не один – вместе с ним прибыли живые легенды, прежде именуемые воинами Клана Мертвых Песков или песчаными ниндзя, а им во всем помогали аньлоссы – те создания, чьи боевые умения мы не без зябкого содрогания имели возможность лицезреть во время Великого Похода.
Надо признать – драться Аньрулл умеет. Да еще как! И оживлять мертвецов он тоже горазд… То, как он вырвал у одной из иноземных тварей гигантский хребет, чтобы тут же воткнуть его в глотку второму монстру, одновременно обращая первого в нежить… это нескоро сотрется у меня из памяти. Да и из вашей тоже, дорогие читатели: ролик уже монтируется, и вскоре и вы – за небольшую плату – сможете увидеть сразу несколько побоищ с участием бога Аньрулла. Он успел почти везде – кроме разве что пустыни, где твари до сих пор резвятся среди песков и ручьев, и вулканического плато Юдоль Мрака, где Неспящие успели прикончить монстров самостоятельно.
Итак…
Пока что я знаю далеко не всё. Но при этом убежден, что отчетливо вижу некоторые закономерности.
Твари с Зар’граада – нападения на древние могильники, полные нежити, – бог смерти Аньрулл…
На этом мои факты пока заканчиваются, но я провожу глубокие тщательные изыскания и вскоре представлю вашему вниманию упоительный доклад со сладкими вскрытиями тайн и нежными препарированиями секретов. Ждите новых статей от усталого, но не сломленного Мармадьюка Певучего Соловья!
ПС: День еще не закончен, а корабли в южных широтах уже тревожно сообщают о новых линиях на закатном небосводе – Зар’граад опять послал к нам в гости никак не меньше десятка ужасных тварей…
Пролог второй
Многие видеоролики из мира Вальдиры набирают десятки и даже сотни миллионов просмотров. Нарезки из самых эпичных событий, а порой и просто какие-нибудь мирные пейзажи с живописными лугами или подернутыми тиной озерцами круглые сутки транслируются в игровых барах – и ими наслаждаются даже те, кто еще никогда не был в ярком и волшебном цифровом мире. Существует немало различных рейтингов и топов по самым популярным роликам, есть форумы, где ведутся ожесточенные споры о самых эпичных битвах, поединках, уничтожениях чудищ и даже о лучших свадьбах. Трансляция ведется круглосуточно, а самые громкие моменты Вальдиры порой появляются в телевизионных новостях мира реального. Многие из искушенных зрителей еще по первым секундам очередного ролика мгновенно понимают, насколько он может быть интересен, и тут же оповещают о нем других. Чутье не подвело их и сейчас, хотя, честно говоря, как только на игровом портале появилось подергивающееся изображение много кому известного сурового лика, претерпевшего удивительные и страшные изменения, заинтересовались даже те, кто никогда в жизни не слышал об этом человеке, если так можно назвать существующую лишь в цифровой реальности личность.
Архимаг Тарниус.
Третья по значимости фигура в Гильдии Магов Альгоры – возможно, наиболее значимая в мире Вальдиры, хотя другие Великие города с этим не согласятся.
Имя Тарниуса громыхало во многих легендах, но появлялся он не только в пыльных свитках истории – он много раз принимал прямое или косвенное участие в немалом количестве недавних событий, и по большей части поддерживаемая им сторона выигрывала битву или переговоры.
Его звезда популярности начала закатываться совсем недавно, но не успев достигнуть горизонта, ярко полыхнула, как перерожденный феникс, и вновь взмыла вверх – когда Тарниус одним из первых оказался на Зар’грааде. Старый опытный маг и управленец живо доказал, что не утратил железной хватки, – выдачей срочных и уникальных заданий, кураторством ведущейся во все стороны разведки новых территорий, переговорами с прибывшими на новые земли кланами, заключением союзов громких и тайных, исследованием во главе боевых отрядов различных казематов, руин, пересохших русел и всего того, что в несметном количестве открывалось разведчиками чуть ли не на каждом шагу. Зар’граад был щедр на тайны и дары – причем первых было куда больше, чем последних. Имя Тарниуса снова звучало часто, и произносили его с разными интонациями – уважением, злостью, испугом, но только не с безразличием. Поползли и достаточно громкие шепотки о том, что вскоре будет создана настоящая, а не временная Гильдия Магов Зар’граада, и, несомненно, возглавит ее именно Тарниус. А кто еще? Кто более достоин?
И тут, вместе с испуганным воплем никому неизвестного игрока, превратившегося в лопнувший сгусток зеленой слизи, на вершину небольшого пригорка поднялся жутко изменившийся архимаг Тарниус и вонзил в задымившуюся землю двуручный раскаленный посох, что тут же воспламенил все вокруг себя, а затем начал плавить почву, в то время как сам старый маг заговорил четко, внятно и о-о-очень страшно…
От его прежнего облика не осталось почти ничего. Длинные волосы потемнели, и среди них появились светящиеся «раскаленные» пряди. Пурпурная мантия сменилась черно-красным мрачным одеянием с широкими рукавами, украшенными золотой вязью странных рун. Глаза полыхали яростным багровым пламенем, а стоило взгляду Тарниуса даже мельком задеть какую-нибудь бабочку, как она тут же вспыхивала и обращалась в летящий к земле пепел. Кожа на руках почернела, а вены зажглись так ярко, что их свет был виден даже днем. При каждом слове из его рта вырывался серый дымный выдох, а зубы превратились в две полосы сверкающего металла. Но главное изменение коснулось его макушки – она увенчалась сложным золотым ажурным украшением, плотно обхватившим голову длинными шипами и частично скрытым волосами.
– Вы должны покинуть эти земли! – вот что сказал Тарниус сразу после того, как убил бросившегося на него двухсотдвадцатитрехуровневого игрока одним небрежным жестом и недвижно встал на вершине пригорка, что медленно таял по мере того, как превращался в растекающуюся огненную лаву. – Вы все – прочь с Зар’граада! Не бывать здесь вашим городам и селениям! Не выситься здесь вашим башням и гордым замкам! Не реять здесь вашим флагам! И не колоситься вашим нивам! Вы покинете эти земли – или же будете уничтожены! У вас есть время до завтрашнего рассвета – и с первыми лучами солнца я обрушу на всех ослушавшихся весь свой раскаленный гнев! От меня вам не укрыться нигде! Прочь! Прочь с Зар’граада! Бегите! Или умрите…
Высказавшись, старец чуть сильнее сжал почерневшими пальцами раскаленный металл загадочного посоха и… экран затопила ослепительная белая вспышка. Раздались истошные крики погибающих игроков, снимавший все это бедолага побежал прочь, но не успел сделать и двух шагов, как его мелькающие в кадре руки и ноги попросту исчезли, превратившись в сотни разлетевшихся во все стороны черных мотыльков. Темнота… и новая, уже куда более мирная вспышка, с которой погибший игрок возродился на каменной плите, что находилась в паре десятков шагов от места его последней смерти. Потрясенно орущий, выкрикивающий нецензурную брань безымянный игрок начал пятиться, уходить в океан, продолжая снимать происходящее.
А там… там погибал Первый Лагерь…
Игроки разлетались облаками черных насекомых, растения за мгновения погибали, роняя облака листьев и хвои, медленно сгибались и опадали хищные сторожевые стены, а раздавшаяся земля поглощала постройки из камня и бревен. У берега появилась и быстро расширилась воронка водоворота, потянувшая к себе стоявшие у причала суда. Плиту возрождения вырвало вместе с солидным куском земли и отбросило далеко в океан, туда же полетели выплюнутые Зар’граадом осколки пережеванных построек, а следом за ними летели и серебристые посмертные сгустки, несущие в себе все имущество погибших игроков. Новый материк исторгал из себя все чуждое…
Еще несколько ужасающих мгновений, и орущего игрока настигла очередная смерть, явившаяся в виде ожившего зар’граадского дуба, пронзившего беглеца длинными сучьями и подбросившего в воздух. Умирающий игрок, пытаясь вырвать из обнаженной груди шипастый обломок со злобно улыбающимся ликом идола, успел увидеть и передать эту же картинку всем остолбенелым зрителям: как окутанный дымом архимаг Тарниус уходит прочь от побережья по новой дороге, с трудом вырубленной в здешних чащобах, направляясь в сторону недавно основанного города Озорной Ветерок.
Вспышка…
И замолчавший наконец игрок возник на плите возрождения, переместившейся на какую-то мель примерно в километре от затянутого дымом пожара берега. Он был не один – рядом с ним стояло, сидело или носилось туда-сюда по небольшому островку еще несколько десятков обряженных в подгузники, плавки, шорты, бикини и прочее белье высокоуровневых игроков, что были убиты чуть ли не щелчком пальца, как какие-то никчемные букашки. И эти игроки не были просто «кем-то там» из безликой массовки – многие из них являлись знаменитостями. Имелись среди них и танки, могущие похвастаться невероятной живучестью и стойкостью к любой магии. Но это их не спасло…
– Что мы наделали! – причитал высокой беловолосый эльф, сжав голову в ладонях. – Зачем мы сунулись в те руины?! Зачем?!
– Да что вообще случилось?!
– Что с Тарниусом?!
– А это вообще он? И чем нас так шарахнуло?!
– Я потерял уровень!
– Вон наш шмот на мелководье! Ох! Смотрите! Смотрите! Океан вышвырнул ахилотский лагерь!
– И их плиту!
– И ВСЕ ЭТО ЛЕТИТ СЮДА! БЕЖ-И-И-ИМ!
Не прошло и трех секунд, как смерть настигла несчастного игрока уже в третий раз.
Этого короткого, но невероятно зрелищного ролика хватило, чтобы буквально свести с ума всю и без того напряженную последними событиями и нападениями Вальдиру. Однако волновались и горячо обсуждали произошедшее лишь игроки высоких уровней и облеченные немалой властью «местные». Те же игроки, что не достигли трехзначного уровня, хоть и услышали новости и даже видели ролик с заявлением архимага, остались абсолютно равнодушны – равно как и обычные «местные» вроде фермеров, ремесленников или бродячих торговцев. И это понятно – ведь прежде им и слышать не приходилось о некоем Тарниусе, что никогда не пересекался с их простыми жизненными орбитами. Поэтому низы остались спокойны, продолжая повседневную жизнь, тогда как верхи лихорадило вовсю.
Тарниус и до своего появления на Зар’грааде являлся фигурой мощной, крайне весомой, не раз прогибавшей под себя ту или иную важную ситуацию. С ним были связаны многие игроки, он играл огромную роль в политике всех магических гильдий, с ним считались повсюду – в том числе и в других королевствах. Если же взять в расчет тесные деловые отношения с многими игровыми кланами и различные долгосрочные договоренности с ними, включая доступы к особым гильдейским хранилищам в обмен на услуги деликатного характера…
Но максимум горячих пересудов и доходящих до безумных масштабов обсуждений был вызван внешним видом радикально изменившегося Тарниуса и теми необычными предметами, что находились при нем.
Раскаленный посох.
Черное одеяние с золотыми рунами.
Сложный головной убор из золота.
От этих трех предметов исходила особая мерцающая аура и легкая черная дымка. У них были мелкие и крупные общие детали. Для знающего игрока эти признаки говорили о многом: во-первых, о невероятной мощи всех трех предметов и, во-вторых, о том, что это, скорей всего, некий магический сет и, скорей всего, легендарного уровня. Ну и в-третьих – вероятней всего, сет проклят.
Эти выводы быстро разошлись во все стороны и получили косвенные подтверждения от других сведущих игроков и «местных». После этого в славном королевстве Альгора, что сейчас претерпевало не самые лучшие времена, началась чуть ли не паника, которая была пресечена лишь с немедленным возвращением в столицу короля, до этого пребывавшего в очередном романтическом приключении. Первым делом король потребовал явиться во дворец всем, кого он посчитал необходимым видеть, чье мнение желал услышать и кому требовалось отдать приказы. В число срочно затребованных ко двору входили не только наместники, полководцы и маги, но и лидеры старых заслуженных игровых кланов.
С разноцветными вспышками телепортации вызванные во дворец один за другим прибывали на специально открытую для этого дела верхнюю дворцовую площадь Благих Поминаний – обычно используемую лишь для похорон членов королевской семьи. Сюда же челядь торопливо стаскивала длинные столы и кресла, по воздуху плыли огромные бочки старого вина, толстые рулоны красно-золотых ковровых дорожек, невероятной цены и веса золотые подсвечники, каждый на пятьдесят свечей, и похожие на безмолвных призраков полупрозрачные скатерти из цветного тончайшего шелка.
Те, кто прибыл первым, наспех осматривались, тут же находили своих и спешили к ним, чтобы как можно скорее начать обсуждать случившееся: вскоре прибудет сам монарх, и кто знает, от кого именно он потребует высказать свое взвешенное мудрое мнение. Тут никак нельзя опростоволоситься и сморозить какую-нибудь глупость! Король Альгоры такого не прощает, и тогда всё – прощай карьера, прощай приближенность ко двору и многие даруемые этим блага… прощай будущее…
Подобное мероприятие, где в одном месте собираются весьма значимые персоны, может привлечь злой умысел могущественных недоброжелателей. И посему королевская стража прибегла к максимальным мерам безопасности, окутав дворец, центральную часть города, а следом и всю столицу многослойными магическими аурами. Все это требовало невероятных затрат маны и слаженной работы сотен волшебников, но ради безопасности стража была готова на любые траты. Помимо этого, в воздух поднялись десятки драконов с вооруженными до зубов воинами на спинах, а к ним присоединились пылающие матерые фениксы, живые воздушные шары с меткими стрелками и немалое число обученных хищных птиц с их чрезвычайно зоркими глазами. Стражи были готовы загодя обнаружить угрозу с любой стороны и тут же отразить ее. Завороженные происходящим зрители не подозревали, что и под Альгорой, в катакомбах, прямо сейчас собирались немалые силы, способные уничтожить даже самого сильного врага.
Единственными, кого не впечатлили предпринятые меры, были те, ради которых они, собственно, и предпринимались. Им было не до этого – все увеличивающиеся числом группы прикрылись аурами приватности и горячо обсуждали выдвинутый Тарниусом ультиматум.
Очень быстро вопросы свелись к нескольким самым важным – к тем, на которые уже идущий сюда монарх потребует ответы.
Что вообще случилось с архимагом Тарниусом?
Действует ли он по своей воле?
Какие действия Тарниус предпримет следующими?
И что теперь делать нам самим?
Ответов было куда меньше, чем вопросов. Спорщиков радовало осознание того, что все случившееся произошло далеко от Старого Континента, которому вот прямо сейчас вроде как ничего не грозит.
Архимаг Тарниус – один из наиболее могущественных ныне живущих волшебников. В его арсенале огромное количество самых различных заклинаний, включающих в себя магию Древних. Архимаг в одиночку стоит небольшого войска и не раз доказывал это в самых горячих баталиях прошлого. К тому же он очень умен и как облупленных знает всех тех, кто сейчас собрался на площади Благих Поминаний.
Разделившиеся на пару десятков групп игроки и «местные» еще продолжали горячо обсуждать главную тему, когда Зар’граад решил напомнить о себе с помощью уже известного всем громкого заявления: под тревожный многоголосый птичий крик и драконий рев в накрывшую город ауру уперся сразу десяток протянувшихся по облачному небу красный линий.
– Твари Зар’граада! Твари Зар’граада! Много!
Волшебники подняли руки выше, огромные артефакты в башнях басовито загудели, ауры засияли ярче, а мощные арбалеты начали менять направление, наводясь наконечниками на городские улицы. Тем временем в Альгору уперся еще десяток светящихся красных линий… а через пару мгновений послышался нарастающий свист, и в небе возникли первые черные точки, предвещающие появление монстров.
Двадцать тварей Зар’граада в одно и то же место – такое было впервые!
– Все с улиц! Все с улиц! – глашатаи кричали одно и то же, а им вторили прыгающие с крыши на крышу наездники на белых пустынных леопардах. – Все с улиц! Укройтесь! Укройтесь!
Над городом завыли раскручиваемые вручную ревуны, драконы и фениксы раздались в стороны и закружили в нисходящей карусели, по улицам побежали перепуганные горожане, спеша укрыться в домах и подвалах.
Еще через минуту три первых огромных валуна ударили в ослепительно засверкавшие многослойные ауры и, окутавшись темным дымным пламенем, начали их продавливать, стремясь добраться до улиц Альгоры…
Информация о героях повествования:
Боевая группа «Братство Тропы».
Росгард – человек, лидер группы, боевой маг, кулинар.
Орбит – эльф, воин ближнего боя, метатель.
Бом – полуорк, танк и воин ближнего боя, «ишак».
Храбр – человек, стрелок, маг, алхимик и травник.
Док – человек, целитель и маг поддержки.
Спутники:
Затти.
Глава 1
Глава первая
Уровень персонажа: 30
Базовые характеристики персонажа:
Сила – 35
Интеллект – 40
Ловкость – 10
Выносливость – 55
Мудрость – 10
Доступных для распределения баллов: 0
Прищурив слезящиеся от едкого дыма глаза, я опаливал на костре злобно визжащую шестиногую сосиску. Пахло паленой шерстью, кишками бурого единорога и, собственно, говяжьими сосисками с примесью мяса голубого марлина. Я сам ощущал лишь запах шерсти и чуток мяса – в остальном меня авторитетно заверил Орбит.
Вы получили достижение «Кашевар» четвертого ранга!
Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.
Ваша награда за достижение: +3% к скорости приготовления простых блюд; +17% к продолжительности действия эффектов от приготовленной вами пищи.
Текущий бонус:
+7% к скорости приготовления простых блюд;
+1% к силе бонусов от приготовленных вами блюд. +17% к продолжительности действия эффектов от приготовленной вами пищи. Забытая Линия. Благодаря растущему опыту кашевара,
вы начинаете глубже понимать тонкости поварского искусства!
Ваша награда за достижение: +3% к шансу узнать часть рецепта, отведав незнакомое простое блюдо; +0.5 к шансу узнать весь рецепт, отведав часть незнакомого простого блюда; +1% к шансу приготовить вкусное блюдо (у блюда эффект Малого Вкусового Блаженства); +1 Любимчик (возможность назначить один из знакомых рецептов любимым, что незначительно усилит его вкус, срок хранения и даруемые им бонусы). Внимание! Выбор окончателен! Изменить его позднее невозможно! Выбирайте с умом!
Текущий бонус:
+6% к шансу узнать часть рецепта, отведав незнакомое простое блюдо; +0.9% к шансу узнать весь рецепт, отведав часть незнакомого простого блюда; +3% к шансу приготовить вкусное блюдо (у блюда эффект Малого Вкусового Блаженства);
Блюда-Любимчики – 3.
Осмотрев поджаренный початок – а это был именно початок с напоминающего кукурузу высокого растения, найденного на берегу ближайшего ручья, – я протянул его Бому:
– На!
С величайшим подозрением осмотрев дымящийся плод моих варварских трудов, полуорк оскалил клыки и резонно спросил:
– А почему я?
– Ты полуорк, – легко ответил я. – Ты всеядный и с луженым пузом.
– Это там, – столь же легко возразил он, отодвигаясь назад. – А здесь – далеко не факт.
– Да факт, факт, – закивал я, наклоняясь к нему и вытягивая палку с насаженным початком. – Ешь давай.
Полуорки – наиболее стойкая к любым пищевым отравлениям игровая раса Вальдиры. То, отчего эльф сразу скорчится в агонии, у полуорка вызовет разве что намек на изжогу. Подобная их стойкость объяснима глобальной игровой историей – в которой орки раз за разом проигрывали другим расам, теряя богатые пищей территорией и уходя в почти бесплодные скалы и пустоши. Вот там они и научились есть то, что пищей вовсе не являлось, попутно изобретя невероятные адские блюда – я как-то видел их знаменитый кулинарный шедевр, пафосно именуемый «Женское хрусткое лакомство из остатков сытного жралова ушедшего в бой воина». «Лакомство» представляло собой разбитые молотком панцири и кости пустынных черепах, опаленные на огне и политые млечным соком огненной сангвинарии. Хрусти себе на здоровье… если зубы позволяют…
Благодаря такому долгому и мрачному наследству минувших веков орки и камни жрать могут, а полуоркам досталось немало желудочной стойкости.
Но это лирика.
– Ешь! – уже требовательней произнес я, поднося дымящийся початок с остатками подергивающихся лап к зеленому носу полуорка. – Надо же знать, съедобно или нет!
– Скорми Орбу, – предложил Бом, отодвигаясь еще чуть дальше. – Он любит такое всякое…
– Ешь, блин! – буркнул я. – Хотя бы кусочек…
– Черт с тобой! – рявкнул в буквальном смысле слова припертый к стене полуорк, вжавшийся в покрытую полустертыми рунами колонну. – Вот помру – и останетесь без танка! Рыдать будете на моей окровавленной кольчуге!
– С чего окровавленной-то? – усомнился я.
Молча забрав у меня «кукурузу», Бом оглядел початок со всех сторон, шумно принюхался и, пожав плечами, откусил сразу четверть. С хрустом прожевал, склонив голову, прислушался к ощущениям, проглотил и… солнечно и клыкасто заулыбался:
– Сладко! Реально как кукуруза, но будто смешанная с кусочками говядины и чесночного сыра. Прямо высокая кухня! – закинув в рот остаток, он прожевал и одобрительно кивнул: – И ядовитая.
– Тьфу! – буркнул я, разочаровано опуская палку. – И чего ты тогда радуешься?
– На меня этот яд почти не действует, – пояснил казначей и похлопал себя по могучей груди. – Я же полуорк. Могучий и всеядный.
– Ты только что ныл на эту тему!
Проигнорировав мой укор, Бом продолжил перечислять достоинства сего блюда:
– А еще я получил неплохой бафф на силу и выносливость – по пять единиц сроком на десять минут. Яд наверняка не отпустит столько же, но он реально на меня действует едва-едва, и регенерация трудится быстрее него. Неплохо! Нажарь еще штук десять таких, а?
– С радостью, – кивнул я, втыкая импровизированный шампур в очередной взвизгнувший початок. – Но не хотел бы я знать тонкости перекрестного опыления этой «кукурузы».
– Я растения Вальдиры довольно плотно изучал, – заметил проходящий мимо Храбр. – Но такого не помню. Уже заскринил ее, описал в своих заметках и спрятал в рюкзак початок и несколько листьев. А сейчас хочу сделать отвар из корней, стебля и молодых побегов – чуйка подсказывает, что эффект будет. Не знаю какой, но будет. Бом выпьет и расскажет…
– Не буду я это пить! – рявкнул во весь немалый объем легких Бом. – Я вам свинка подопытная? Всерьез убить хотите? Так можно поступить проще – дайте мне почитать еще один свежий «Вестник Вальдиры». Мы тут сидим и кукурузой ядовитой хрустим, а там такое происходит…
– Да уж, – хмыкнул я. – У нас тут тишь да гладь, а там столкновение миров. И знаете что?
Дождавшись, когда ко мне обернутся все устроившиеся на вершине холма друзья, я развел руками и с улыбкой признался:
– Лично я прямо рад, что хоть на этот раз мы не находимся в самом эпицентре событий.
Взгляды друзей незамедлительно выразили абсолютное недоверие к моим словам. Вздохнув, я пояснил проще:
– Наконец-то ни я, ни вы, ни клан ГКР ну просто никак не связаны с творящимися там безобразиями. Никто меня не поминает недобрым словом, никто не ищет, никто не желает никому из нас зла – даже агры не нападают. К тому же там сейчас творятся такого масштаба события, что… ну вот что мы сумеем сделать, ребят? Клан у нас молодой, все середнячки, легендарными сетами и эпичным оружием мы не обвешаны. У нас на руках город Тишка – и мы, как можем, заботимся о нем. Там сейчас Кирея рулит, заодно приглядывая за Роской – и я спокоен. Ну а падающими с неба монстрами и всем Зар’граадом пусть занимаются те самые старые прославленные и очень богатые кланы вроде Неспящих. Мне еще грыз сердце непонятно откуда взявшийся Аньглубинглот – но с ним вроде как разобралось уже нечто, если верить «Вестнику».
Перевернув переставший визжать початок, я отодвинул его чуть дальше от огня и начал насаживать следующий на другую подходящую палку, продолжая задумчиво рассуждать:
– Там вот король Альгоры сходку важных персон объявил. Кого-нибудь из нас позвали?
– Не позвали! – горько вздохнул Док и уронил рядом со мной охапку сухого хвороста. – Подонки! Смерть капиталистам! Монархию на эшафот! Еще дрова надо тащить?
– Надо, – кивнул я, и штатный лекарь снова отправился заниматься совсем не профильной работой.
Но нас всего пятеро, и каждый старается работать за троих. Иначе нам грядущей дороги не осилить. Пока я разглагольствую – продолжая жарить початки и остатки мяса, – Бом чистит оружие и броню, Храбр собирает травы по тому выцыганенному у меня салатному рецепту, Док прочесывает кусты и склоны в поисках хвороста и грибов, а Орбит… лысый ловелас сидит рядом с добродушной сегодня Затти и что-то ей поясняет, жестикулируя с бурной неумелостью. У нас за плечами тяжелая битва, закатное солнце вот-вот опустится, и поэтому я не стал ничего говорить тощему романтику. В целом картинка вокруг костра на вершине холма была прямо каноничной – золотая классика вставших на отдых авантюристов, потрепанных последней схваткой.
– Нас не позвали, – продолжил я мысль, – потому что мы нифига не заслуженные.
– В конце той статьи вывесили длинный список званых персон, – мимоходом заметил Бом, запихивая за пояс увесистые округлые камни.
– И что?
– Наместник Седри среди приглашенных.
Я невольно передернул плечами, вспомнив последнюю нашу с ним встречу лицом к лицу…
– Само собой! – рядом со мной уселся Храбр. – Он ведь контролирует немалую такую часть королевских земель и должен быть в курсе дела.
– Седри там всякие шляются, – согласился я вслух. – Еще одна причина пока лишний раз не светиться. И вообще у нас хватает врагов явных и неявных. Так пусть они лучше монстрами залетными занимаются, а нас пока не трогают. Ну и главное – лично я устал от всего этого масштабного и эпичного, – признался я начистоту и палкой с дергающимся в затихающей агонии початком указал на тянущуюся вдаль зеленую равнину, прорезанную несколькими тропами: – Вот! Супер же! Мы, пятеро чужаков-авантюристов, неведомо где, почти ни с чем, начав с нуля, каждый день должны делать простое и привычное дело – с боем прорываться через монстров все дальше и дальше. Простая четкая и – самое главное – ясно видимая цель. Вот мой бальзам душевный…
Я оглядел товарищей и понял, что хотя бы отчасти они разделяют мои ощущения. Бом задумчиво щурился вдаль, Орбит с Затти повернулись и смотрели туда же, где у горизонта мерцали тускнеющие в закате водные жемчужины далеких озер, Храбр подпер подбородок ладонью и прикрыл глаза, а усевшийся в траву на склоне Док вдруг замычал какую-то незатейливую знакомую мелодию.
– Где-то пару приключений назад я вдруг понял, насколько сильно этого не хватает, – вздохнул я.
– Чего не хватает? – спросил Храбр.
– Настоящей Вальдиры. Той, что у вечерних потрескивающих костерков, когда весь день ушел на поиск чертовых квестовых монстров в густых чащобах, когда едва ушел от разбойников верхами по деревьям, свалился в реку, где меня чуть не сожрал голодный сомяра, наконец выбрел на крохотную безопасную полянку, разжег костер, заварил крепкого деревенского чайку и сидишь себе, вслушиваясь в шаги наступающей ночи…
Бом удивлено присвистнул:
– Да в тебе издох поэт, Рос…
– Испортил все! – зло зашипел Храбр. – А я ведь прямо представил себе все это… И знаешь – ты прав, Рос. Сильней всего я был счастлив, когда начинающим алхимиком у небольшого костерка варил свои первые простенькие зелья, все ингредиенты для которых собрал самолично – до последней тычинки и лапки! И вот такое умиротворение… в котелке побулькивает смесь, плывет по воздуху мерцающий дымок, что-то тихонько поет в душе…
– Ты что там варил, а? – подозрительно взглянул на него полуорк. – Мерцающее и поющее… Сдать бы тебя страже…
– Да ну тебя!
– И я! – ожил Док и поднялся сусликом из травы. – Когда на десятом уровне с зачаточными заклинаниями исцеления я едва-едва оттащил от края смерти сразу двоих вечно лезущих на рожон дебилов-напарников, затем получил свои законные и жалкие десять процентов от добычи, все продал, сдал квест… и сидел себе на сторожевом посту с кружкой дешевенького пива, слушал, как неподалеку бородатый бард истязает гитару, а эльфийка терзает арфу… вот прямо счастье я ощутил… прямо настоящее… А теперь вроде счет в банке, снаряжение отличное, клан суперский… а вот того самого простенького дешевого счастья больше нету.
– Теперь есть! – улыбнулся я и похлопал ладонью по траве: – Вот оно – счастье наше простенькое и дешевое, но настоящее! Костер, друзья, шикарный закат и понимание, что завтра будет не легче…
Ненадолго над холмом повисла звонкая тишина, и я ее и нарушил, вернувшись к роли лидера, а они всегда ломают кайф:
– Доделываем все мелкие дела – и выходим в реал отсыпаться. Первым на страже остается Бом – у него там еще немало возни.
– Согласен, – проворчал полуорк.
– Затем Орб, потом я, а остальные спят до упора. Сбор прямо задолго до рассвета, – глянув на Затти, я напомнил: – Добрая девушка нас предупредила, что раз Скулла далась нам так тяжко, то Рачьи Озера нам не пройти. Так что…
– Будем качаться и снаряжаться до упора? – предположил Док.
– Именно, – подтвердил я и протянул ему дымящийся початок: – На, откуси кусочек.
– Она же ядовитая!
– Ну ты же медик – а они любят испытывать на себе всякое.
– Сдохну я…
– Бом не сдох.
– Бом дуболом зеленый, а я – мыслитель…
– Эй!
– Всего кусочек, – я улыбнулся шире. – Должны же мы знать, как здешний маис влияет на наши когнитивные способности…
– Пагубно! Пагубно влияет! Хотя черт с ним… надо быть открытым новому и неизведанному. Ну-ка!
Через пару мгновений приютивший нас холм накрыло истошным воплем:
– Погиба-а-а-а-ю-ю-ю! О черт! Вы это видите? Рука дымится! Нет! Уже горит! Горю-ю-ю!
– Тушите его!
– Воды!
– Какого лохра он полыхнул?! Тушите его!
– Затти! Помоги с водой!
– Серебруха!
– Ладно!
– Эх… продешевила…
**
Хреновый я все же спутник жизни для своей почти супруги – так мне Бом сказал, опустившись на корточки рядом с горкой жареных початков и сгребая их в свой мешок. На мой логичный возмущенный привскок он ответил просто: а кто обещал подруге барбекю до заката и танцы до рассвета?
Вот тут меня и проняло горячей волной стыда, что переросла в бурю спешных действий, стоило мне взглянуть на время.
Я ведь еще не опоздал!
Смущаясь и даже стыдясь своей непостоянности и лоховатости как командира, я переиначил смены, и в результате первым на стражу вставал Док, следом за ним Храбр, а потом уже я. Бом и Орб будут отсыпаться – полуорку я был глубоко благодарен за напоминание, а ушастому в последнее время не доверял, учитывая его залипшие на Затти глаза.
Попрощавшись с половиной друзей, на остальных надвинулся со страшными глазами и потребовал не задерживаться, так как это будет проявлением максимальной невежливости – и это после того, как я сам благополучно забыл обо всем.
Вот что Вальдира делает… а мои дырявые мозги в этом ей активно помогают.
Вспышка.
Выход.
До скорой встречи, Вальдира…
В последние дни после выхода из игры, я, еще не привыкнув к нашему новому удивительному обиталищу, некоторое время разглядывал стены, портреты, старомодное практичное убранство… но только не этим вечером. В этот раз, едва отключившись, я сразу рванул в ванную комнату, по пути вливая в себя бутылку теплой воды. Едва не захлебнулся, но справился и вскоре уже яростно намыливал сероватую физиономию, а глазами искал бритву…
Через двадцать минут я довел себя до телесной чистоты эпического уровня «огурчик скрипучий». Идеально выбритый, поприседавший перед душем, чтобы к посеревшей коже прилило хоть немного крови, аккуратно расчесанный, благоухающий одеколоном, я бодро прыгал на одной ноге к двери, другой стараясь попасть в штанину старых верных джинсов. Я уже почти вышел, но что-то внутри властно остановило мой дурной порыв, заставило оглянуться… и рядом с кроватью я обнаружил сложенные серые брюки, белую футболку и вроде как рубашку. Сверху лежал листок бумаги…
В коридор я вышел истинным таежным джентльменом, попутно пытаясь понять, надо ли заправлять футболку в штаны, если она под рубашкой или нет. Так и не сумев вспомнить, что об этом вкрадчиво шептали с экранов гуру никогда не интересовавшей меня мужской моды, я оставил все как есть – спереди заправлено, сзади торчит – и ускорился.
Место для барбекю было чуть в стороне от дома, неподалеку от спортивной площадки. Благодаря оставленному Кирой посланию, я знал о возложенных на меня обязанностях и сразу приступил к делу. Убрав с большого мангала укрывной материал и вооружившись лопаткой, я вычистил из него всякую мелочь, после чего наведался к небольшой поленнице под навесом, и вскоре вспыхнул огонь. Следом я разжег еще пару костерков поменьше в двух высоких костровых чашах по бокам площадки. Затем настала очередь небольшой застекленной беседки, где я включил свет и две антимоскитные лампы. Пошарив за массивной дубовой балкой – вроде бы дуб, хотя в реальном мире я точно не спец по древесине, – нашел еще пару выключателей, и дорожки осветились мягким светом из окутанных побегами фонарей. Оглядев дело рук своих, я удовлетворенно кивнул – выполнил начальные пункты на отлично.
Красота! И при этом меня не отпускало чувство неловкости.
Буквально все мои мужские инстинкты кричали, что в этом месте хозяйничать нельзя. Здесь мне можно быть только скромным гостем, знающим свое место, сидящим с бутылкой пива на складном стуле и смотрящим, как настоящий хозяин этого дома чистит мангал, укладывает сухие поленья, с одной спички умело разжигает пламя, в то время как на укрытом пленкой подносе лежат ждущие своего шампуры с правильно нанизанными кусками выдержанного в маринаде мяса.
Все это место было создано с продуманной любовью и пониманием, что оно – на все оставшиеся годы, что и через десять или двадцать лет хозяин по-прежнему хотя бы раз в неделю будет над тлеющими углями готовить вкуснейшее сочное мясо для своей семьи, одновременно наблюдая, как растут дети и все хорошеет год от года жена.
Так… это я уже воображать начал. Тряхнув головой, заставил ненужные мысли вылететь из головы и пошел искать веник или метлу. Об этом Кира не просила, но я все же вымел всю площадку и дорожки от листьев, хвои и мелкого сора, не забыв обмести и массивные широкие подоконники.
– Хозяйничаешь? – пробасил подошедший Бом, явившись не один, а в компании двух гирь.
– В том-то и дело, – вздохнул я, опираясь на ручку старой метлы. – И ощущения от этого не очень. Не знаю, как объяснить, но…
– А и не надо, – буркнул атлет, опуская вызывающий у меня опасения спортивный инвентарь на дорожку. – Я сам постоянно ощущаю себя как поселившийся в пустой медвежьей берлоге кролик. Тут пахнет медведем, всюду его когтистые следы, клочки шерсти и вроде как в углах еще не до конца стих его сиплый грозный рев.
– Вот! В точку! – обрадовался я. – И ты тоже, значит?
– Не знаю, кто здесь хозяин, но мужик он особый, – хмыкнул Бом и задумчиво покачал головой. – Из тех, кто даже на скале оставит отпечаток своего пристального взгляда… А он вообще разрешил тут огонь разводить и мясо жарить? Не дай бог придет на запах…
Я сначала поежился, а потом рассмеялся и пожал плечами:
– Ну… мы будем рады.
– Влажно испуганы – но рады. Да?
– Ну тебя. А гири ты зачем приволок?
– А твои дельты не в обиде на свою заброшенность? – удивился Бом, глядя мне в плечо.
– Мои дельты, альфы, гаммы и булки в полном порядке и просят забвения! – уверенно заявил я. – А еще я весь намытый, сбрызнутый парфюмом, в чистой одежде и… обессиленный. На турнике я могу только повисеть – и только если меня поддержит петля на шее. Присесть могу разве что на вон тот стул, и пусть мне втиснут в руку гантель в виде бутылки с пивом…
– Ну, не наговаривай на себя, – ласково улыбнулся нависающий надо мной амбал, лениво отмахиваясь от комаров и моих жалобных слов. – Ты дышишь нерастраченной энергией! Давай покажу тебе толчок гири одной рукой – просто шикарнейшая штука…
– Не надо!
– Да надо, надо… Ты же не хочешь быть из тех, кто просто сел и сожрал незаработанное тяжкой треней вкусное жирное мясо? Это ведь буквально оскорбление всех спортсменов мира! Тебе не стыдно?
– Да мне пофиг!
– Сотни тысяч людей сейчас стоят в планке или делают тысячный подход на пресс, мечтая хотя бы о кусочке поджаристой свининки – и то не сегодня, а через недельку…
– А миллионы людей едят мясо без всяких таких извращений! О… надо бы полешков докинуть… Ты не в курсе, сколько там мяса замариновали? Можешь размяться, кстати – сходи на кухню, притащи подносы тяжелые.
Мне на плечо опустилась тяжелая рука:
– Мы принесем подносы вместе, – гора мышц широко улыбнулась: – Попозже… когда наши дельты будут гореть таким страшным огнем, что им позавидует пламя мангала, а дрожащие руки будут висеть, как перебитые плети винограда…
– А подносы тогда как принесем?!
– С радостной болью…
– Не хочу я так! Стой! Чего ты мне суешь эту гирю?! Не надо!
– Да ты просто погладь эту пудовую милашку… проведи пальцами по ее крутому бочку – ощути, как много она может тебе дать…
– Не буду я ее гладить! У меня был тяжкий трудовой день… Люди! Помогите! Человека насильно к спорту приобщают!
**
Пока я, с горящими после тренировки плечами, продолжил хлопотать над мангалом, Бом сходил за почему-то не явившимся Орбитом и притащил его примерно минут через сорок – как он пояснил с помощью бодрящих ругательных выражений, хитрый лысый негодяй обманул всех и вернулся в Вальдиру сразу же, как только мы вышли. Вот только Затти не было, так что время он коротал у костра, рисуя в воздухе загадочные огненные руны с помощью пылающего прутика. И что интересно, некоторые руны, по словам Бома, мерцали довольно долго, прежде чем угаснуть – осталось только понять, над чем там колдовал эльф. И ведь здесь, уже в мире реальном, Орб продолжил делать то же самое – совершая загадочные пассы над мангалом, словно дирижируя пылающей палочкой невидимому оркестру. Понаблюдав за ним с пару минут, я уже хотел было в голос рассмеяться, но случайно взглянул в сторону темной громады дома и… замер шипящим носорогом.
– Щ-щ-щ-щ…
– Ты чего? – изумился Бом. – На угли насмотрелся?
– Глянь на дом, – уголком рта пробубнил я. – Но головой не верти.
Страшно скосив глаза, он посмотрел в указанную сторону и выдал что-то крайне эмоциональное, но непонятное. И я его вполне понимал – из крайнего окна на втором этаже на нас кто-то смотрел. Света в окнах не было, но кто-то зажег освещение в коридоре и открыл дверь в темную комнату, в результате чего три окна чуток посветлели. И в одном из них обрисовался силуэт неподвижной фигуры – несомненно, мужской. Не будь Бома рядом со мной, я бы предположил, что это он там притаился. Но нет… это был кто-то незнакомый – точно не из нашей бдительной охраны. Высокий, широченные плечи, массивная и вроде как косматая голова, толстые могучие руки – он развел их и уперся ладонями в боковины окна. В окне позади него мелькнул кто-то еще – гораздо меньше ростом и комплекцией. Еще пара мгновений… дверь закрылась, и окно снова стало непроницаемо черной и чуть поблескивающей стеной, скрыв за собой наблюдателя.
Кто-то включил свет в коридоре, зашел в чью-то комнату, возможно, что-то спросил, получил ответ и вышел, прикрыв за собой дверь. Ну вот… а у нас теперь мурашки по коже бегают.
– Обалдеть! – вполне себе громко произнес Бом и с интересом спросил: – А не будь ты заядлым игроком Вальдиры, привыкшим к подлости врагов, – заметил бы его? Он стоял неподвижно.
– Не знаю, – машинально ответил я и снова зашипел: – Да какая разница?! Ты видел того огромного мужика? Который, скорей всего, продолжает на нас пялиться.
– Видел. И что? Пусть себе смотрит на здоровье, – безмятежно улыбнулся Бом, массируя себе левое плечо. – Забей, Рос. Там ведь не узник в железной маске, а кто-то из жильцов дома. Может, сам хозяин. Чего тут таинственного?
– Таинственного? – хмыкнув, я повернулся к мангалу. – Ты так говоришь, потому что не был в подвале.
– В каком подвале? – в голосе неисправимого авантюриста зазвучал неподдельный интерес. – А тут есть подвал? Хотя как не быть подвалу… И что там есть? Сундуки с сокровищами?
– Запросто сыщутся, – улыбнулся я, отталкивая продолжающего кудесничать Орба от мангала. – Я там недолго был и не каждый угол рассмотрел. Но кое-что увидел.
– Так не томи.
– Там пара стеллажей со всем необходимым для игровых коконов Вальдиры. А у стеночки стоят два легендарных кокона. Красная «Манта-1» и белый «Скат-1».
– Вранье!
– Если бы, – проворчал я. – Мы с Кирой туда спускались.
– И меня не позвали!
– Это было семейное приключение, – отмахнулся я. – Да и не ожидали мы таких открытий. Короче, там два игровых кокона, а к ним столько всего, что можно небольшой магазин открывать.
– А что именно? Перечисляй.
– Да я не разглядывал!
– А зачем тебе природа глаза дала?!
– Не для того, чтобы ими по чужим полкам шариться!
– Как попасть в тот подвал? И под какой легендой вы туда прошмыгнули?
– Да ни под какой. Кире вообще почудилось, что ее туда чуть ли не подталкивала госпожа Молчана.
– А чего она меня туда не подталкивала? Эх… столько интересного упускаю.
– Да вот…
– В подвал как попасть?
Покорившись неизбежному, я пояснил маршрут, и мускулистый детина мгновенно исчез. Я только и успел крикнуть ему вслед, чтобы заглянул на кухню и притащил оттуда мясо и прочее. А сам занялся мангалом и костровыми чашами – отгреб готовые угли и подкинул поленьев, после чего с удивительной для меня самого садистской радостью занялся тушкой Орбита. Вскоре он у меня со стонами приседал, с аханьем наклонялся и с молчаливым ужасом глядел на пару стоящих неподалеку гирь – Бом что-то там говорил про необходимые ему десять подходов гоблет-приседаний. Не знаю, что там за гоблины, но я в этом участвовать не собирался…
Сам Бом вернулся через полчаса, притащив нагруженный мясом поднос, решетку и упаковку из четырех банок холодного пива. Его глаза пылали восторгом, и он сходу поделился впечатлениями:
– Тут живут про!
– Про что?
– Просто про! Профи!
– Да понял я, – вздохнул я, с радостью принимая банку пива и со щелчком вскрывая ее. – Орбу тоже дай. И давай дальше свои догадки.
– Да не догадки, а основанные на увиденном логичные выводы, – возразил Бом, протягивая еще одну банку Орбу. Третью он сунул в набедренный карман, а четвертую открыл. – Будем!
Звякнув банками, мы сделали по большому глотку пива.
– Фух…
– Хорошо…
– Ликрах наэмдилл!
И еще по глотку.
– Ох…
– Да-а-а…
– Вку-у-усно!
– О, – Бом покосился на лыбящегося Орба и одобрительно кивнул: – Пиво даже эльфов в людей превращает. Хотя бы временно…
– Про подвал и профи.
– О, точно! Там на полках и в ящиках по максимуму собрано все необходимое для обслуживания и ремонта игровых коконов. Все то, чем можно самостоятельно заменить сгоревшее без вызова специалистов. Я такие наборы уже видел и не раз. Да у меня почти такой же есть, а у брата раза в два больше всегда неподалеку лежало. Для профессиональных игроков это –норма жизни, хотя позволить себе такое могут только люди, хорошо обеспеченные… и предпочитающие жить либо подальше от мирской суеты, либо скрывающие свое местоположение.
– Вот как мы сейчас?
– В точку, – кивнул Бом и, взмахнув банкой, продолжил: – Коконы – штуки умные. Они тебе сами подскажут, что и где заменить, так что особых знаний не требуется, к тому же процесс ремонта выглядит как «выкинуть сгорелое, а затем вставить новое до щелчка». Особенно актуально, если не хочется, чтобы к твоему дому подъезжал фирменный фургон Вальдиры или подлетал их яркий грузовой дрон.
– Да знаю я. Вот только в коконах тех давно уже нет профессиональных игроков.
– Может, просто сменили коконы на более новые? Как ни крути, а «Манта» и «Скат» – версии давно устаревшие.
– И в окне мы сейчас видели матерого геймера?
– Запросто.
– Не нравится мне это, – проворчал я, яростно мешая кочергой угли. – Забрались в самое сердце тайги и… наткнулись на логово игроков в Вальдиру? Совпадение?
– Вряд ли. Для игры нужен мощный сетевой канал, – ответил Бом и, почесав подбородок, добавил: – И вы с Кирой ошиблись. Те игровые коконы не «Манта» со «Скатом».
– Да они это. Все знают их очертания ромбические.
Он покачал головой:
– Это прототипы. И можешь даже не спорить – я точно знаю, потому что в не столь давнем прошлом пытался отыскать прототип «Манты» по заказу своего брата. Он коллекционер с теми еще замашками: если вино, то только старое, если книги, то первые издания, если игровой кокон – то самый первый, но с модернизированной начинкой…
– Нашел?
– Не нашел. Они ведь бешеных денег стоят и редкость великая. Прототипы к обычным игрокам попасть не могли. Их выпустили для внутреннего пользования крайне ограниченным количеством. По легенде, их распределили случайным образом между теми, кого мы знаем как Праймеров.
Мы дружно уставились на Орба. А он, оставив пока попытки вытащить из кармана Бома банку с пивом, коротко кивнул и вернулся к своему делу, добавив:
– У меня не-е-ет. У отца – да-а-а.
Вздохнув, Бом отдал ему банку и удивленно покачал головой:
– Россия. Глухая первобытная тайга. Темный подвал… и в нем два редчайших игровых кокона Вальдиры… И отсюда вопрос дня: так кто, говоришь, хозяин этого имения?
– Если бы я знал, – вздохнул я, глядя в мерцающие угли. – Если бы я знал… Но знаешь…
– М?
– Пусть он окажется просто коллекционером, – честно признался я. – Этаким конченым интровертом, домоседом, миллионером, который онлайн заказывает дорогущие оригиналы…
– В виде инвестиций в далекое будущее? Мудрое вложение…
– Да пофигу, чем он там руководствуется и мудр ли он. Но пусть он будет кем угодно, но только не связанным с миром Вальдиры. Нехорошо так говорить, но нам ничего такого сейчас уже и не потянуть. А учитывая происходящее в Вальдире прямо сейчас – так даже наш поход по Забытым Землям уже перебор…
– А ты стал умнее и скучнее, босс, – хмыкнул громила и с лязгом опустил решетку на мангал. – Отходи. Я буду жарить мясо.
– Я и сам могу.
– Ты его испортишь. А я зажарю. С хрусткой канцерогенной корочкой и сочной мякотью…
– Ничего я не испорчу! Хотя… я лучше по тумбочкам пошарю и на стол покидаю все полезное…
– Вот! Мудрое разделение обязанностей, что еще раз подтверждает мой вывод: ты превращаешься в скучного руководителя, столь же далекого от приключений, как машинка Оливетти от запечатления их на бумаге…
– Как-как?
– Еще бы печеной картошки и терки с сыром нам не помешало…
– Спрошу, – вздохнул я, заглядывая в один из ящиков стола в беседке и задумчиво глядя на длинный ряд серебряных столовых приборов: – Офигеть они тут чем шашлыки кушают… Может, стоило запонки к футболке подобрать?
Остальные участники мероприятия подтянулись позже – к этому моменту мы как раз сделали первую порцию отличнейшего жареного мяса, а я в результате сей кулинарной операции испытал мощнейшее дежавю, ведь до выхода из Вальдиры я занимался ровно тем же, хотя в реале основную часть работы сделал Бом, а я у мангала стоял, лишь когда он отлучался до туалета или попить. Но дежавю все же поймал. Пришлось даже ущипнуть себя, чтобы понять, в каком из миров я нахожусь. Боль отрезвила, а покачивающая головой Кира окончательно дала понять, что я в реале и вести себя надо не как полудурок.
Собрались здесь все – включая пару ребят из нашей охраны, что держались в стороне, к алкоголю не притрагивались, зато потягали гири и отдали должное шашлыкам, квасу и печеной картошке.
Я не отходил от Киры, пытаясь за единственный вечер хотя бы отчасти наверстать провалы в нашем общении. Старался не галочки ради. К тому же и сам соскучился по общению с ней и еще раз мысленно поклялся, что не позволю игровому миру забирать у меня реальную женщину. К чуток ревнивому сожалению, Киру мне надолго не отдали – ее утянула к себе присевшая за стол бабушка Молчана, и они о чем-то оживленно зашептались. Изредка старушка делала мелкие глотки из очень большого и крайне дорогого на вид бокала из алого с серебром и золотом стекла. Я подумал было, что это новодел какой из пластика, но увидевший бокал Бом сделал большие круглые глаза, и я понял, что вещь прямо очень недешевая. Когда он в очередной раз притащил порцию ароматного мяса, попутно утащив баночку пива, то не преминул прояснить мне убогому причину своего удивления:
– Мозельский хрусталь.
– Стекло?
– Хрусталь! Кажись, это девятнадцатый век. Смекаешь?
– Пить из него полезней, чем из пластика?
– Придуриваешься?!
– Опомнись! Воровать его не будем! – фыркнул я, и хрюкнувший Бом вернулся к мангалу.
Выдержав вежливую паузу в четверть часа, я ненадолго урвал Киру обратно и провел с ней еще полчаса, но затем Молчана перешла в наступление, вернувшись с двумя роскошными теплыми платками, а следом сделав хитрый ход – протянув бокал мне:
– Обновить? – догадался я.
– Обнови, – милостиво кивнула все еще загадочная бабушка и повела бровью в сторону пузатой бутылки на подоконнике.
Вытащив пробку – не свинтив, а вытащив – я принюхался и пожал плечами. Пахнет коньяком. Набулькав треть бокала, я не удержался и плеснул немножко себе, благо стопки были рядом. Отхлебнул, поболтал за щеками, проглотил. Ну… кофе отдает, а так коньяк коньяком…
– Ты обалдел?! – незнамо откуда взявшийся Бом уставился на бутылку уже не расширенными, а донельзя выпученными глазами. – Хлебаешь амброзию, как дешевый портвейн! Тут по глоточку наслаждаться надо, взирая на млечный путь или любимую женщину – но на млечный путь лучше. И чтобы арфа тренькала.
– Эльфами что-то запахло…
– Плесни и мне! Дай, я сам! – он забрал бутылку, бормоча что-то про невероятную зависть брата, если тот узнает, что именно сейчас Бом держит в руках.
Я отнес выпивку, подумав, вернулся в беседку и как мог тонко нарезал лимончик, на другую сторону блюдца наломал шоколада. Тут вообще всего хватало – не меньше десятка тарелок и блюд. Угощение на любой вкус. Но я предпочел еще одну банку пива, напомнив себе, что это последняя – скоро снова в Вальдиру. Опьянеть с этой смешной дозы алкоголя я не боялся, а вот за мочевой пузырь переживал…
На выходе наткнулся на уткнувшегося во включенный планшет Орба, так согнувшегося на лавке, что козырек его увешанной нитками бейсболки касался стола. Рядом с ним стояли аж четыре бутылки пива, и прямо при мне он сделал еще несколько больших глотков. Я хотел было его притормозить, но вовремя себя остановил – нечего разыграть из себя папашу или опекуна. Орб не ребенок и не отсталый. А если раньше не пил и мечтает познать радость адского похмелья – его право. Я отнес закуску, навалил в тарелку мяса, салата и картошки, воткнул вилку в это дело и отнес начинающему алкоголику. Потом спокойно пошел прочь, но он сам поймал меня за рубашку и дернул. Повернувшись, глянул вниз и остолбенел – с экрана планшета на меня смотрела Черная Баронесса. Лидер клана Неспящих сердито хмурилась.
– Здра-а-асте, – улыбнулся я и отсалютовал пивной банкой.
Она позвонила через мессенджер Вальдиры, причем прямо из игры, а судя по ее знакомому платью и книжным полкам за спиной, она находилась в Барад-Гадуре. На нашем фоне она могла увидеть только крышу беседки с веселыми огоньками и выходящие на стену сосен окна, а услышать могла только нас и музыку, что стала за последние полчаса громче и веселее. Главное, чтобы больше никто в кадр не попал – из тех, кого она не знает по реалу.
– Пьете, – произнесла Баронесса, вглядываясь в наши лица.
– Пьем, – признались мы с Орбитом хором.
– Мясо едите…
– Едим.
– Ку-у-усное, – закивал Орбит и, запихнув в рот кусок поджаристой свинины, зачавкал прямо в экран, явно делая это нарочно.
С трудом сдержавшись, Баронесса немного отодвинулась:
– Хорошо вам, гады?
– Не жалуемся, – хмыкнул я. – Ты по семейным делам? Я пошел тогда…
– Стой! Я тебя вызванивала, но ты недоступен.
– Выключено вообще все, – признался я. – Мы же как бы в отпуске.
– Я всю верхушку твоего клана набирала, Рос. Лидер, замлида, казначей, главный алхимик… Вы там все веселитесь, что ли?
– Все может быть.
– Вместе? Съехались в реале?
– Хитро, хитро, – рассмеялся я. – А ну прекратить выведывание клановой информации! А то попрошу Орба почавкать в экран печеной картошкой!
Не успел я закончить, а он уже усиленно чавкал, делая все возможное, чтобы выбесить уже злобно кривящуюся сестру.
– Хватит! – не выдержала она, рявкнув так сурово, что Орб едва не подавился и испуганно отпрянул.
Я с трудом подавил усмешку. Все же младшему братцу не сравниться со своей более чем властной сестрой, привыкшей умело командовать брутальными мужиками.
– Что-то случилось, о добрая усталая леди? – мирно спросил я, усаживаясь рядом с другом. – Мы ведь временно отстранились от дел.
– И хорошо так отстранились, однако, – заметила ЧБ, задумчиво накручивая на палец локон волос. – Око цитадели не видит вас. Не зрит ничего, хотя сейчас оно стало куда мощнее…
– Ну, мы не специально, – улыбнулся я. – И прости, что дразним барбекю – тут тоже не специально. Просто спокойный ужин на природе после изматывающего игрового дня.
Она подалась вперед:
– И что же вас так измотала, бравые воины и чародеи? Что за монстр испил из чаши вашего терпения и жизненных соков?
– Красиво сказано, – хмыкнул я. – Так что за срочность?
– Аньрулл.
– Аньрулл? – усталая улыбка сменилась на моем лице изумленной гримасой. – В смысле?
– Бог смерти тоже ищет тебя, о Росгард Неуловимый, – она удивленно покачала головой. – И ищет очень настойчиво, – она сделала нарочитое ударение на слове «очень». – И он лично посетил меня буквально минут тридцать назад. И знаешь где?
– Где?
– Похоже, перенял тактику у лохров… или они у него… но он появился в термах Чистейшей Магдалии!
Мы с Орбом одновременно присвистнули.
Термы Чистейшей Магдалии были расположены в центре Рогхальроума и представляли собой овальное трехэтажное здание с черт его знает еще сколькими этажами, уходящими под землю. И шанса узнать это у меня не было – во всяком случае, лично. Термы Магдалии были открыты для посещения лишь игрокам и «местным» женского пола. Сама Магдалия была храмовой жрице, а храм ее располагался на территории увеселительного квартала красных фонарей, который мог живо напомнить всем прохожим, что Вальдира – это игра для людей совершеннолетних. Легенду о Магдалии я особо не знаю, но вроде как она помогала девицам воздушного поведения, заботясь об их чистоте как духовной, так и телесной. Но это в прошлом – сейчас термы Магдалии являются крайне дорогим заведением и бедным рядовым игрокам ход туда заказан. Запись видео и аудио внутри не работает, скриншот не сделать, что сильно разочаровывает всех тех форумных рыдателей, что мечтают узреть прелести своих кумиров игроков.
– Я сижу в ванне, облепилась благословленным огурцом, пью успокаивающее нервы ромашковое шампанское… – Баронесса покачала головой и вдруг ослепительно улыбнулась: – Поворачиваю голову… а в ванне со мной сидит обнаженный и вроде как покойный разбойник Изумрудный Лемросс. А на шее белая полоса – там, где ее когда-то перерубил меч Алого Крестоносца, мускулистые руки лежат на краях ванны, тихо плывет по вспененной воде его бедренная изумрудная повязка…
– Эй! Эй! – я поспешно закрыл уши Орбу, едва не шарахнув его банкой пива по виску. – Ты чего так резко жанр от ужасов к эротике меняешь?!
– Удивился?
– Еще как!
– А теперь попробуй представить мои чувства, – запрокинув голову, она звонко расхохоталась, разом помолодев лет на двадцать. – Ох… поверь – Аньрулл бодрит получше ромашкового шампанского и благословленных огуречных слайсов…
– Да уж…
– Заорала-а-а? – с живейшим интересом спросил Орбит и постучал пальцем по экрану: – Бу-у-уся…
– Ты что – пьян? – Баронесса уставилась в его улыбающееся лицо сквозь завесу свисающих с козырька бейсболки разноцветных нитей. – Пьян ведь?!
– Он взрослый мужик, – возразил я. – Вон щетина какая. Да и выпил всего ничего.
– Отец если узнает…
– Пф-ф-ф-ф-ф! – Орб пренебрежительно скривился, и меня невольно продрал мороз по спине – я ведь когда-то по отношению к собственному родителю вел себя точно так же.
– Бог смерти в твоей ванне, – напомнил я. – И его плывущие по воде мокрые трусы.
– Набедренная изумрудная повязка из чистейшего шелка!
– Может, ему постирать ее надо было? А там пена…
– Рос!
– Да шучу. Зато ты улыбнулась уже раз десять.
– Это да, – признала девушка и снова рассмеялась. – Тебе не понять всю глубину моих смешанных чувств, когда внезапно появившийся в моей ванне обнаженный мускулистый мужик на меня даже не взглянул и сразу потребовал встречи с тобой…
– Не-не, – я скрестил руки. – Ну нафиг. Мы люди порядочные, семейные. Нам всякое такое не надо.
– Да и ему тоже, судя по всему. Он ищет тебя, Рос. Жаждет встречи. Когда я проверила твой статус и сказала, что ты в оффе, он попросил записать сообщение. Так что из ванны пришлось вылезать, натягивать халат и топать на балкон – там запись…
– Ага. Я слышал.
– Да все мужики слышали и плакались на эту тему, – фыркнула ЧБ, водя пальцем по воздуху и что-то активируя лишь в ей видимом меню. – Сейчас…
Экран мессенджера замерцал, в воздухе возникло изображение облаченного в черный костюм Изумрудного Лемросса, и сквозь его лицо проглядывал безглазый клыкастый лик бога смерти Аньрулла.
– Росгард, – его голос прозвучал как шелест входящего в тело кинжала. – Не могу тебя нигде отыскать, мой несравненный друг. А ты нужен мне… нужен срочно… Встреться со мной! Мне удалось отсрочить страшное, но это лишь отсрочка почти неизбежного и губительного для всех нас – без разделения на светлых и темных. Вернись в Вальдиру, Росгард! И позови меня – ты знаешь, как это сделать, – череп клацнул клыками, и изображение растаяло, пропуская сквозь дымку распадающегося черепа крайне задумчивое лицо Черной Баронессы.
– Как ты понимаешь, я это письмецо просмотрела уже раз тридцать, – заметила она.
– Даже не сомневался в твоем любопытстве, – заверил я. – Есть просьба. По старой дружбе. Передашь весточку Аньруллу?
– Ты спутал меня с почтой? – мирно поинтересовалась она.
– Ты права. Что-то я зарвался, – вздохнул я и сделал глоток пива. – Алкоголь затуманил разум и полирнул наглость. Я передам ему весточку через кого-нибудь другого.
– Нет-нет… я с радостью, – возразила она, и Орбит смешливо хрюкнул. – Знаешь, я девушка прагматичная, на гребнях волн успеха не катающаяся, встреч с богом смерти не чурающаяся. Это Аньрулл. И если надо – я ему и чаю налью в серебряную чашку. И с поклоном подам. Большая часть моих боевых умений и магии порождена его магией. Так что говори свою весточку.
– Только без видео, – предупредил я.
– Само собой, – кивнула она. – И никакой записи твоего реального голоса я ему тоже не дам. Вообще ничего реального. Ты говори – я перескажу ему слово в слово.
– Хорошо. Так… Аньрулл! Я очень сожалею, что не услышал твой зов. Я в Вальдире, но там, куда так просто не попасть и откуда так просто не выйти. Мы торопимся завершить наш путь и вернуться домой. Надеюсь, справимся за несколько дней. И как только окажусь там, где можно докричаться до тебя, – медлить не буду. Представится шанс докричаться до тебя раньше – обязательно воспользуюсь им. Я дорожу нашей дружбой. Все.
– Запомнила, – кивнула ЧБ. – Себе запись сделала, но удалю, как только перепишу, тут можешь даже не сомневаться.
– И не думал, – улыбнулся я. – Спасибо.
– Так где вы сейчас?
– Да черт пойми где. Бредем себе… А у тебя как дела?
– Да вот жду одного мокрого и до жути делового подводного гостя, – усмехнулась Баронесса. – По поводу одного большого и очень прибыльного проекта. Хочешь стать его частью, лидер ГКР?
– Буду рад обсудить, как только вернусь, – ответил я. – Оставишь местечко?
– А в обмен на местечко?
– Деньги?
– К черту деньги. Информация. Ты ведь уже не новенький в этой вечной игре.
– Будет что полезное для тебя – ты узнаешь, – пообещал я. – Будет что особенное к продаже – ты увидишь первая. Так пойдет?
– Слово?
– Слово.
– Договорились, – она удовлетворенно кивнула. – Ну, удачи вам, любители шашлыка и картошки. А я пойду побулькаю на языке бизнеса…
Произнеся сие, она одарила нас крайне задумчивым взглядом и прервала связь. Переглянувшись с Орбом, я пожал плечами:
– Каждому свое. Допивай пиво и давай спать, дружище.
Он кивнул, а я потопал отвоевывать Киру у хитрой старушки, чувствуя, что вряд ли преуспею в этом деле. Впрочем, грех не попытаться – ведь даже безуспешная попытка будет зачтена мне в плюс…
Я не ошибся. Заполучить вторую половинку в свою компанию мне не удалось, равно как и посидеть рядом с воркующими дамами. Я только и успел подслушать слова Киреи о том, насколько сильно продвинулись в техническом плане последние модели игровых коконов, способные считывать и определять немало биологических показателей в организмах хозяев, тут же предупреждая об аномалиях и прочих отклонениях от нормы.
Когда меня одарили совсем не дружественными взглядами, я попытался печально и одиноко улыбнуться, но улыбка никого не впечатлила, и я, включив гордость обратно, неспешно удалился в поисках компании. Орбит погрузился в чтение какой-то книги, прильнув козырьком бейсболки к экрану планшета. Так что я прибился к Бому и ребятам-охранникам, но и там долго не задержался – они горячо обсуждали нечто мне непонятное и неинтересное: рекорды в жиме и толчке, тонкости постановки ног в приседаниях, самое практичное боевое искусство, и до каких пор его, собственно, нужно изучать, чтобы получить необходимый минимум для улицы… Не выдержав льющихся в голову почти инопланетных знаний, я потихоньку свинтил, раздраженно бурча под нос про хитрости вязания гинцевого узла и мартышкиной цепочки, но мое брюзжание осталось неуслышанным.
Впихнув в себя кусок мяса, я запил его колой, почесал в затылке… да и потопал в дом, успокаивающе махнув рукой увидевшей меня Кире.
Смешно, но в дом я входил крадучись, как в опасный данж, – едва переступил чужой порог и сразу вспомнил тот темный и чем-то грозный силуэт в окне. А вдруг обладатель того могучего силуэта сейчас не в комнате, а бродит здесь, в коридорах? Вышел на ночную жорную охоту и бежит сейчас с копьем, нацелившись на жирный холодильник. А на его пути возникну я – пахнущий шашлыком олень…
Обошлось, и на меня никто не напал. Прикрыв за собой дверь отведенной нам с Кирой комнаты, я облегченно вздохнул и пожалел, что не могу запереться на крепкую задвижку – иначе бравая паладинша не сможет попасть внутрь. Звать ее я не собирался – у них там явно более чем интересная беседа, причем на тему Вальдиры. Кира – та еще хитрюга, причем упертая, и раз ей в голову втемяшилась какая-то тайна, то разгадывать ее она будет до последнего. Хотя я предпочел бы все оставить как есть…
До того, как заснуть, я потратил четверть часа на участие в клановом чате, изначально пояснив всем, что наша бравая пятерка находится на очень важном задании, в Вальдире мы почти сутками, не филоним, дело отложить нельзя, и поэтому очень прошу всех понять и держаться, зная что мы скоро вернемся. Прочитав комментарии, ответил на каждый, посмеялся над несколькими действительно смешными историями, произошедшими с новичками, и пообещал надавить на Киру, чтобы разрешила увеличить бюджет на расход алхимии для рекрутов.
Ну и еще минут пятнадцать я читал «Вестник Вальдиры», благо лились статьи сплошным потоком – планшет то и дело вибрировал, получая новую порцию новостей срочных, важных, политических, военных, торговых и прочих. Выбрав нужный тег, я решил почитать о нежити…
Черный Кровадор затих!
Затихла рябь в лужах крови, замерли мрачные рыцари в своих нишах, все тридцати три этажа смерти погрузились в сонное оцепенение, а уцелевшие после недавней бойни игроки сгрудились вокруг тусклых костерков в безопасных тупиках, пытаясь поверить, что все позади. Это было безумно жестоко и запредельно элегантно! Игрокам удалось уничтожить одного эволюционировавшего в нечто мерзкое и огромное монстра, но его посмертный кислотный взрыв многих из них забрал с собой. Другие герои изо всех сил спешили по коридорам вниз, но их опередил бог смерти Аньрулл – в образе облаченного в черно-зеленые одежды насмешливого разбойника, сопровождаемого умелыми воинами-аньлоссами. Они прикончили последнего врага на тридцать третьем этаже – в считанных шагах от проваренных в кровавом масле Костяных Врат, преграждающих путь в зал волшебницы-лича Теомерзии Атраменс.
Чудом в этом неистовом побоище выжили все три игрока-хая, и они увидели, как распахиваются створки костяных врат и как у высокого резного порога опускается в низком поклоне сама Теомерзия Атраменс, прекрасная в своем роскошном черном пышном платье с золотыми рукавами – склоняется пред стоящим там огромным безглазым скелетом.
Пред богом смерти Аньруллом…
От нее ударила черная дымная волна, а от него – изумрудно-зеленая. И как только эти волны соприкоснулись, свет в глазах выживших померк – но они успели увидеть, как тела стоящих вокруг воинов-аньлоссов наполняются мертвенно-зеленым свечением…
Что вообще произошло при встрече двух легенд, воплощающих само слово «смерть»?
Этого мы не знаем.
Но, друзья, не будем забывать – Аньрулл не только древний и пока неизученный бог, восставший из мертвых. Аньрулл – правитель королевства мертвых Аньгора. И перед кем, как не перед ним, склонять головы всем остальным элитным умертвиям Вальдиры?
Вассала атаковали… и грозный сюзерен не подвел – тотчас явился и уничтожил осмелившихся, чем подтвердил свою власть и крепость данного когда-то слова (но это лишь мысли вслух одного из наших матерых журналистов).
Призраки все хуже откликаются на зов! И атакуют!
Информация пока непроверенная, но уже не в первый раз до редакции «Вестника Вальдиры» доносятся слухи о заканчивающихся впустую ритуалах призыва призраков.
О где те дивные славные и столь недавние времена, когда было достаточно разжечь на могилке усопшего «местного» несколько свечей, прошептать пару слов – и вот тебе и чудо: являлся призрак, готовый рассказать тебе все, что знает. Сотни и сотни раз игроки таким образом успешно сдавали мертвым их же квесты – но взятые еще у живых. Тысячи раз так вызнавались секреты магических замков на сундуках с сокровищами или же рецепты вкуснейших блюд – ведь и повара умирают…
И вот, похоже, все это почти или уже в прошлом!
Дабы проверить упорные слухи, мы провели свой скромный и пока неполный эксперимент по призыву мертвых. Всего десять призывов.
И каков итог?
А он печален, о дорогие читатели!
Семь проведенных по всем правилам призывов кончились ничем – никто не явился на наш зов.
Еще в двух случаях призраки явились, но их почти не было слышно, и вскоре они растворились в воздухе.
И один раз призрак явился, но не стал отвечать на вопросы, предпочтя пойти в атаку, убив одного из призывателей, второго утащив в могилу и оставшихся трех прокляв. Будьте максимально осторожны! А лучше всего некоторое время повременить с разжиганием мерцающих огоньков на могилах… если не хотите сами там оказаться… И да – мы вызволили несчастного призывателя духов из могилы, куда его утащил призрак. Видели бы вы его лицо…
Лють-лютейшая! Зомби-крабберы!
Да, вы не ослышались – зомби-крабберы! Целый отряд жестоко искалеченных крабберов в разбитых панцирях покинул морскую пучину и атаковал прибрежную деревушку Парусный мыс, что находится на южном побережье к западу от Акальроума.
Деревушка вместе с высоким полосатым маяком расположилась на вершине мыса, откуда к берегу сбегают крутые тропинки – это и спасло большую часть жителей. Пока страшные гости поднимались по круче, успели прибыть первые игроки и встать стеной, ограждая мирных селян от жутких зомби.
Сражаясь, крабберы что-то бормотали, изрыгая черный дым из ртов и щелей в броне, но никто не знал этого языка. Благодаря умениям, отваге и численному превосходству, игроки победили морских зомби, и угроза для Парусного мыса миновала.
В первую очередь следует благодарить такие кланы, как Рунный Орден и Острые Эспадоны. Виват героям!
Поняв, что еще пара таких статей на сон грядущий и я точно не усну, заставил себя выключить планшет, повернулся на бок и… мгновенно заснул.
Глава 2
Глава вторая
Мясо тухло стремительно – и довольно прохладная цифровая ночь едва замедлила этот процесс, как и наваленные поверх кусков листья обнаруженного Храбром целебного растения, пахнущего огуречной свежестью и замедляющего гниение. Ранее приготовленное держалось куда лучше, хотя и там таймер тикал неумолимо. Подбросив в угасшее пламя с десяток сухих ломких прутьев, я уселся поближе и вернулся к готовке.
Я не один на вершине погруженного в ночную тьму холма с одиноким световым пятном трепещущего на ветру костра. В нескольких шагах от меня свернулась под одеялом загадочная Затти – и она выглядела пугающе реальной. Обычная спящая девушка, изредка что-то бормочет и переворачивается, по подбородку сбегает струйка слюны. Но она ни черта не настоящая. Просто еще один почти совершенный образец цифровой личности Вальдиры. Удержав себя от попытки поправить уголок съехавшего с нее одеяла – не желаю получить кинжалом под ребра, – я продолжил методично обжаривать все имеющееся. А когда закончил, подняв по другую сторону от себя целую горку соблазнительно пахнущего вегетарианского кошмара, оценил прогресс в готовке и огорченно поморщился – до пятого ранга еще далеко. Всего семнадцать процентов прогресса. Подумав, я подбросил еще стеблей в пламя и принялся готовить все, до чего мог дотянуться – траву, ветки с мелкими листочками, сам лиственный сверток. В результате большая часть сгорела, а остальное выглядело неким хрустким травяным скелетом. И ни единого процента прогресса.
Обозлившись, я запалил факел, прихватил оставленную алхимиком стеклянную посудину, добавил к этому дрянную тряпичную сумку и пустился в обход холма, изредка покидая обложенную валунами безопасную вершину, чтобы подхватить с земли что-то или кого-то: неизвестные светящиеся ягоды, жирных слизняков вместе со склизкими грибами, трехуровневых многоножек, различных улиток, юрких ящерок, стремительных мышек-полевок и здоровенных десятиуровневых жуков в багровых хитиновых доспехах. Я собирал, убивал и снова собирал, делая все с несвойственным мне чуть ли не фанатичным усердием. Я с яростью сражался с жуками, бился со слизняками, отмахивался от слепящих облаков грибных спор, тыкал факелом в наглые зубастые рожи жутких луговых пауков и продолжал собирать все, что попадалось под мою жадную неразборчивую руку. Кода я вернулся к вновь угасающему костру, банка и сумка были до краев полны самым тошнотворным содержимым, но я с удовольствием запустил в это месиво пальцы, вылавливая и швыряя на шипящие камни кусочки бледного и черного мяса, брызгающие брюшки насекомых, разваливающиеся лапы пауков, подавленные ягоды и грибное крошево. Вонь поднялась несусветная – Затти заметалась во сне, корча страшные рожи, и так продолжалось до тех пор, пока вдруг не подул ровный и довольно сильный холодный ветер, погнавший запахи прочь.
Отвратное амбре меня не смущало от слова совсем. Мне приходилось бывать во многих страшных местах Вальдиры и нюхать всякое. Я, пожалуй, по сию пору слишком уж хорошо помню многие из этих «ароматов»: жуткую вонь пищи коротышек-гихлов; исходящее из живых гнилых пней пожирателей зловоние от наложенного туда великанами перебродившего кушанья из голов и потрохов врагов… Вальдира удивляет по-всякому…
– Как вовремя подул ветерок, – заметил я, плоской щепкой переворачивая дохлого жука и укладывая рядом сочный бурый стебель. – А то бедная Затти едва не задохнулась.
– Готовка твоя вонюча зело, – одобрительно ответил мрак позади меня.
Я не шелохнулся – и так знал, что за мной пристально наблюдает давно уже скучающий повелитель здешних земель, а когда свежий ветер подул от спящей девушки к костру, успокоив ее сон, я понял, что наблюдатель в буквальном смысле где-то очень и очень близко. Возможно, сидит прямо за спиной или витает над макушкой…
Мимо неслышно скользнула вроде как неспешная, но на самом деле очень быстрая зыбкая тень и опустилась на камень по ту сторону костра. Теперь нас разделяло танцующее пламя – меня и неизвестного, закутанного в бурый плащ со скрывающим лик капюшоном.
– Не спится, дядюшка Акмэр? – поинтересовался я, сбрасывая на лист пожаренных жуков и улиток.
Шкала прогресса увеличилась на целый процент, и я обрадованно хмыкнул – не зря ползал по траве и сражался со слизняками. А что до режущей нос вони, то не стоит забывать простой и важный факт – привлекательность или отвратность одного и того блюда для каждой расы различны. Человеку жареный слизняк – фу. И ядовит наверняка. А орк слопает с удовольствием, да еще и за ушами слизняком помажет – чтобы ароматом сего парфюма дам привлекать.
– Не спится, – легко признался безликий Акмэр.
– Поговорим? – предложил я, зачерпывая из банки еще порцию бле-свежести.
– А что захочешь взамен?
– Да ничего, – улыбнулся я. – Просто дружеская беседа у костра.
– Откуда такая щедрость, Росгард?
– Да нет тут никакой щедрости. Я охраняю наши скромные пожитки и собираюсь встретить рассвет у дымного костра. Особо мне заняться нечем, и буду рад что-то рассказать или послушать другого рассказчика.
– Встретить рассвет у дымного костра, – задумчиво повторил Акмэр. – Что ж… тогда я предпочту послушать. Расскажешь?
– О чем?
– О Вальдире, – тихо обронил он. – О большом мире за незримыми стенами моего тесного обиталища. О Великих городах и бесконечных дорогах, о героях с гремящими именами и о скромных начинающих авантюристах, что скорчились у таких же дымных костров в ожидании спасительного рассвета. Расскажи мне и о спокойной жизни мирных селений, и о повседневной жизни бродячих торговцев. Расскажи о домашних ссорах и дворцовых интригах. Расскажи мне все, что только придет тебе на ум, Росгард, но говори искренне, не выдумывая и не пытаясь добавить блестящих лживых самоцветов для украшения своих речей. Правда – всегда была лучшей приправой для любого блюда из слов.
Выслушав, я кивнул, подумал немного, глядя в огонь и… не став искать заумные пути, просто начал рассказывать о самом себе. О том, как вроде бы совсем недавно, но уже так давно, я получил предложение пойти на перерождение, чтобы возродиться новичком Росгардом в Яслях Альгоры, о том, как оказался заперт в квартале для новичков и решил заняться повышением уровней и заработком денег, чтобы как-то скоротать время в ожидании запаздывающей мечницы…
Я рассказывал спокойно и говорил как есть, ничего не выдумывая, не добавляя, но иногда упоминая свои ощущения от той или иной встречи, битвы или какого-нибудь иного события. Я сам не заметил, как у меня закончилось сырье для готовки, но Акмэр лишь повел плечом, и я оказался окружен немалым количеством слизняков, жуков, улиток и прочей живности. Начав на них охоту, я машинально отметил разницу в подходе – явно заинтересовавшийся Акмэр не хотел, чтобы я прерывался с рассказом, и помог мне с сырьем. Вот только сырье все еще бегало и ползало – мне пришлось охотиться, получая при этом прямой урон и отравление. В этом и заключалась разница. Будь на месте Акмэра Чтящего Устои какой-нибудь нынешний лесной божок – он бы просто щелкнул пальцами, даруя мне гору толстых свежайших мясных стейков. Так что помощь помощи рознь. Но вставать мне не пришлось и, нашлепывая на шипящий камень всяких паразитов, я продолжал говорить.
Так мы и встретили первые лучи рассвета, остановившись на моменте, когда вместе с пьяным, но от этого не менее грозным Гримом Безутешным мы вошли в Карстовое Гнездилище, шагая навстречу неизбежной битве.
– Интересно, – едва заметно кивнул Акмэр и начал превращаться в зыбкое тающее облачко. – Я хочу услышать продолжение этой истории.
– С радостью, – кивнул я, потягиваясь.
– За беседой учишься быстрее, – заметил Акмэр и окончательно пропал.
Уловив намек, я радостно полез в меню, чтобы узреть свое вознаграждение. И нашел… за несколько часов упорной готовки я достиг тридцати девяти процентов прогресса в достижении следующего ранга «Кашевара». Теперь же там красовалось число сорок девять – Акмэр докинул десяточку от щедрот. А я, дурень, губу раскатал на весь холм…
С большим трудом сдержав ругательство, я рассмеялся и помахал рукой, приветствуя возникшего на вершине холма улыбающегося Орбита – кто бы сомневался, что лысый явится самым первым. Поглядев на небо, я забросил в рот жареное паучье брюшко и задумчиво захрустел, глядя в светлеющее чистое небо – день, похоже, будет ясным.
Отравление!
Вы получили легкое отравление и нуждаетесь в немедленном принятии противоядия или наложении заклинания очищения!
А черт! Шахерезаду отравили!
**
Друзья явились без опозданий и максимально не буднично.
Бом, едва появившись, выпрямился во весь немалый рост, вздел зеленые ручищи к небу и протяжно заревел, злобно оскалившись в видимую лишь ему одному точку. От неожиданности я вздрогнул, но промолчал и продолжил жарить вонючих слизняков.
Храбр Светлушка реветь не стал, но обежал трижды вокруг костра и меня, после чего со звоном расколотил о первый попавшийся камень бутылку малого зелья здоровья, бросил в огонь связку увядших трав и, упав на живот, уполз в заросли бурьяна у каменных обломков. Я сумел промолчать и на этот раз, спокойно перевернув шкворчащую гигантскую стрекозу, тонущую в раскаленном жире улитки.
Док явился, сонно потянулся, покрутил шеей, подарил мне и остальным по кивку, после чего как следует разбежался, удивительно ловко взбежал по крепко накрененной колонне до самого верха, раскинул руки и… шмякнулся пузом оземь с достаточно солидной высоты. Покряхтев, постонав, дождался, когда спадут негативные эффекты, и подлечил себя магией исцелений. Удовлетворенно поднялся, задумчиво покивал, огляделся, неторопливо занял позицию и… снова взбежал по колонне, но на этот раз прыгнул дальше, долетел до соседнего высокого обломка и… впечатался в его бок. Попытался уцепиться, и ему это даже отчасти удалось, прежде чем он полетел вниз с четырехметровой высоты, где неплохо так разбился и завозился в пыли.
После этого молчание далось мне с большим усилием, но я все же сдержался и выложил на раскаленный камень трех больших волосатых пауков седьмого уровня.
Орбит, который явился первым, усердно прыгал из стороны в сторону, удивительно ловко перекатывался, швырял камни в стену с остатками красивой резьбы, падал и куда-то уползал, чтобы вернуться хаотичными прыжками и со всей силы ударить в стену обеими ногами – после чего рухнуть и прикинуться мертвым опоссумом.
Я не выдержал и с тяжким вздохом спросил:
– Я тут единственный нормальный?!
Вылезший из колючих зарослей Храбр стряхнул с взлохмаченных волос птичье гнездо и изумленно спросил:
– Это ты-то нормальный?! Ты жаришь стрекоз и пауков на облитом слизью камне!
– А ты занят чем-то поумнее?
– Конечно! Вот тебе двенадцать птичьих яиц, босс, – Храбр довольно заулыбался, протягивая мне сложенные ковшиком ладони. – Чистая дюжина! Бахнешь яишенку?
– Знать бы еще рецепт, – с сожалением вздохнул я, принимая ценный в наших условиях дар. – Эх…
– Я пожарю! – звонкий девичий голос заставил Орбита-десантника перестать пинать стену и вскочить с широченной улыбкой. – Люблю яичницу – но только с идеальными желтками! Каждый – как жидкое обжигающее солнышко, в которое надо макать еще горячий свежий хлебушек… М-м-м-м… – она в экстазе закатила глаза. – Жаль, хлеба нету…
– М-м-м… – я невольно сглотнул голодную слюну и рыкнул на заметавшегося в поисках хлеба лысого эльфа: – Сядь уже! – после чего опять перевел не слишком приветливый взгляд на девушку: – Яичницу? Да с радостью угощу – если рецептом поделишься. Ты ведь знаешь рецепт?
– Рецепт знаю… за сколько купишь? – Затти оценивающе прищурилась, опускаясь по ту сторону костра.
– Ни медяка не дам, – решительно ответил я и снова зло зыркнул на Орбита, тянущего руку к лежащим на земле птичьим яйцам. – Но с удовольствием буду готовить тебе яичницу каждый раз, как ты захочешь. Если будут яйца, конечно. И другой своей готовкой тоже угощу.
Торговался я не просто так – уже оценил, насколько мощный бонус дают приготовленные мной блюда, и собирался приумножить как собственные умения кулинарии, так и ассортимент рецептов.
– Чем угодно угостишь? – спросила Затти.
– Если будут ингредиенты и буду знать рецепт – да! – твердо ответил я.
– Слово? Ты учти – я люблю вкусно покушать! Особенно мастерски приготовленную еду… Хотя ты на мастера не тянешь, – она с нескрываемым презрением оглядела залитый жиром почернелый камень и корчащихся на нем насекомых. – Выглядит как ритуал темной магии…
– Я стану поваром-мастером, – пообещал я. – И буду угощать тебя самыми вкусными блюдами. Бесплатно.
– Слово?
– Слово! Но ты уж не жмись – делись всеми рецептами, что знаешь, – с улыбкой попросил я и указал рукой вдаль, где изогнутая земляная лента лугов, рощ и гор уходила все ниже, маня за собой: – У нас впереди тяжелый и долгий путь…
– Ну уж нет, хитрец! Я поведаю только два! Пока что… а как докажешь свою честность…
– Договорились! – кивнул я. – Сможешь на чем-нибудь написать?
– Рецепты мои пишутся лишь алмазным пером и чернилами из крови бесноватого эльфа по пергаменту, выделанному из содранной со спины повешенного полуорка кожи…
– Затти!
Девушка со вздохом закатила глаза:
– Да шучу я! Дайте пару обрывков любой ткани, а утиное перо и самодельные чернила у меня есть…
Порывшись в наших тухлых богатствах, я вручил ей требуемые лоскуты, а через пару мину с искренним удивлением спросил, глядя, как она аккуратно выписывает слова:
– Вот так просто? Без всяких там дополнительных условий?
Она ослепительно улыбнулась:
– Делай друзей, а не врагов.
– Мудрые слова, о вороватая таинственная дева, – недоверчиво пробурчал я. – Зело мудрые… вот только с чего бы ты решила дружить с нами? До этого особого доверия не было…
– Вы пока живы, – просто ответила она. – И стали сильнее. А еще вы все больше нравитесь дядюшке Акмэру – а ему тяжело угодить.
– Стараемся, – вздохнул я, глядя на усердно ломающего хворост полуорка, на ползающего алхимика, на прыгучего доктора и на туповато улыбающегося лысого умника. – По его же вине и стараемся. Это ведь он зажал нас в стальных тисках…
– Тиски? – она покачала головой, протягивая мне исписанные лоскуты. – О нет… это пока так… детские ясельные игры. Тиски начнут сжиматься вон там, – она указала рукой на не столь уж далекие горы. – И дядюшка Акмэр будет не так уж и виноват в крепости сжатия их челюстей…
– Это почему?
– Потому что даже он не полностью властен над всеми землями нашего узилища… и далеко не над всеми существами, что обитают там и сям. Мой вам совет, Росгард Кашевар: готовьтесь изо всех сил.
– Расскажешь подробней?
– Посмотрим на яичницу и на итоги этого дня, о хитрый авантюрист, – рассмеялась она.
– Посмотрим, – согласился я, расправляя на бедре тряпичные лоскуты. – Так…
Рецепты были многоразовые, что меня, как игрока со стажем, уже немного радовало. Не любим мы, когда ценные вещи после использования или прочтения вдруг рассыпаются горсткой пыли. Изучив текст, я дождался подтверждающего сообщения игровой системы и облегченно улыбнулся – сработало. В обоих случаях. Теперь я могу приготовить еще два блюда Забытых Земель – походную яичницу и полевую мясную похлебку.
– Они вкусные и сытные, – сообщила Затти, скромно ковыряя пальцем в каменном носу бородатого мужика на барельефе.
– Большое спасибо! – от души поблагодарил я. – Яичницу сейчас готовить?
– Давай на обед, – без обычной насмешки предложила девушка и нетерпеливо дернула плечом: – Уж солнце высоко, а вы все еще на холме прохлаждаетесь.
– Глупить и торопиться нам нельзя, – возразил я, впрочем, признав ее правоту и с сожалением поднявшись на ноги. – И погибать нельзя. Иначе вы все так и останетесь в этой ловушке Забытоземелья.
– А ты честно хочешь нас отсюда спасти? – вопрос был уже с прежней усмешкой, а сама Затти оказалась на вершине накрененной колонны и мягко подтолкнула собирающегося с духом Дока, отправив его в недолгий полет головой вниз.
– Ой! – ухнул лекарь, с нездоровым стуком врезавшись лбом в почву.
– Честно, – кивнул я. – Во всяком случае, пока что.
– А ты можешь и передумать?
– Если тут есть лютые злодеи, что только прикидываются несчастными овечками, и я об этом узнаю… то точно не стану открывать дверь клетки, – признался я.
– А зло не имеет право на свободу?
– Какие сложные вопросы с раннего утра.
– А я? Меня тоже не выпустишь?
– С тобой у нас уговор, – напомнил я и крикнул: – Пять минут на сборы!
– Десять! – возразил Храбр. – Мне надо еще чуток трав собрать, босс!
– А мне еще бы раза три упасть и подлечиться, – добавил Док.
Не дожидаясь комментариев от остальных – Орб медитировал, прислушиваясь к нашему разговору, а Бом что-то сосредоточено шил из обрывков шкур, – я проворчал:
– Десять минут.
– Опять задержка, – с грустью констатировала Затти. – Вы нас еще сколько лет спасать собираетесь? Пять? Десять?
– А ты помоги чем можешь – и спасетесь быстрее, – хмыкнул я, расправляя на колене обрывок оберточной бумаги. – Вчера ты назвала пару мест, Затти. Я помню про Рачьи Озера и какие-то очень мерзкие врата.
– Мерзозвонкие Врата. Место вашей гибели и моей печали, – тяжело вздохнула девушка. – Туда и я не пробивалась…
– Опиши наш путь до этих врат, – попросил я и ткнул пальцем в землю. – Вот мы сейчас где?
– На холме!
– Затти!
– Да шучу я. Разбойники должны быть веселыми! Мы на холме, а он – на краю Долгой Долины, ее вы прошли вчера. Там, позади нас, к долине примыкают владения Колуса – его вы уже видели.
– А впереди? – записав названия, я поднял глаза к горизонту: – Что ждет нас там?
– Долина кончится через пол-лиги и там мы упремся в Курганное Всхолмье. Вон оно тянется поперек нашего пути. Если не копать курганы, то проблем не будет, – заметила Затти. – И лучше не копать!
– А что в курганах? – вопрос, как и следовало ожидать, задал жадный до добычи Бом, оторвавшийся от сшивания меховых лоскутов. – Есть что ценное?
– Ценного там полно, – девушка солнечно улыбнулась. – Там погребено двадцать четыре поколения королевского рода Акальроума. Слышали о таком городе? Акальроум… залитая солнцем прибрежная жемчужина…
– Слышали и бывали, – кивнул я. – А ты?
– А я что-то помню… вкус свежайших устриц… жар солнца на лице… аромат цветов и чьи-то внимательные смешливые глаза… Может, я там бывала?
– Все может быть, – мягко улыбнулся я, вписывая Курганы на жалкое подобие карты. – Может, и еще побываешь, когда выберемся отсюда. А что нас ждет за курганами?
– Там… – начала Затти, но ее перебил заворчавший полуорк:
– Погоди, Рос! Курганы с могилами царского рода? Нетронутые?! – в его рыке послышался звон золотого водопада. – Ты представляешь, какая добыча нас может ждать под этими травяными горками?
– Пвухср Мертвожуй вас там будет ждать! – фыркнула Затти.
– Это еще кто? Видела его?
– Видела однажды – когда ослушалась дядюшку Акмэра и залезла в один из курганов от скуки. Еле спаслась! Жуткая тварь! Выглядит, как огромная рассохшаяся винная бочка, внутрь которой засунули столь же огромный раздутый кожаный бурдюк со множеством длинных лап и десятком багровых глаз на длинных ножках. Двигается очень быстро, а еще умеет телепортироваться и менять размер! Видела его огромным, как слон, подпирающий свод гробницы, а потом увидела мелким, как тростниковая кошка, и столь же юрким и злым! Не вытащи меня оттуда дядюшка Акмэр и не запечатай проделанный мной ход – я бы сейчас вам ужасы эти не рассказывала! Не лезьте в курганы, авантюристы! Не хватит у вас сил, чтобы совладать с Мертвожуем!
– А он один? – в голосе полуорка добавилось интереса, но не страха. – Один на все курганы, и больше там никого?
– Есть там и нежить. Обычная, костяная, как у Мерзозвонких Врат… ой! – поняв, что сообщила чуть больше, чем собиралась на этот момент, Затти высунула кончик языка, прикусила и зло зашипела: – Болтуш-ш-ш-шка…
– Ш-ш-ш-ш… – отозвался Орбит и хотел добавить что-то еще из шепелявого репертуара, но получил от меня пяткой в бок и огорченно затих.
– Обычная костяная нежить, – спокойно сказал я, не показывая своей радости, хотя и записав про нежить и поставив отметку врат рядом с Рачьими Озерами. – Видишь, Бом? Не надо нам соваться в чужие могилы.
Появилось уже что-то вроде пунктира с отростками, и так родилось подобие нашего будущего маршрута – даже с указанием возможных опасностей. Полудуги курганов украсило облачко со словом «Мертвожуй», а над вратами возник прямоугольник с надписью «Нежить!!!»
– Надо! – возразил Бом. – Нам нужна снаряга! Нормальная качественная снаряга!
– Если и добудем чего стоящего – снаряжение все равно не подойдет нам по уровням.
– На вырост возьмем лучшее!
– Мы и так едва тащим, – резонно заметил Храбр и с грустью покачал головой: – Ох, как бы я хотел увеличить грузоподъемность хотя бы втрое! Да, это первое, чем я занялся в Яслях!
– И я, – хмыкнул Бом. – В этом мыслим одинаково, бро. А насчет веса – дотащу как-нибудь, если будет того стоить! А про свитки что скажете магические? Ими можно пользоваться на любом уровне! Ты бы отказался жахнуть разрывным огненным шаром высшего ранга, Рос?
– Я бы его изучил, – вздохнул я.
– К тому же ты кое-чего не учитываешь, – не остановился казначей и, подсев ко мне, через плечо ранее присоединившегося Храбра ткнул перепачканным золой пальцем в бумагу, оставив на ней пятно: – Оцени общую ситуацию, Рос.
– Не уловил…
– Это ведь явно хитрости умного Акмэра. Забытые Земли вытянуты широкой такой полосой, – когтистый палец прочертил на старой бумаге чумазую борозду, следуя вдоль намеченного мной пунктира. – Тут нет даже иллюзии выбора. Будь это другой игрой, я бы оскорбился такой скудостью вариантов и с пеной у рта орал бы про необходимость открытого мира. Но это лирика. А в нашем случае идти можно только вперед или назад. Сзади – непроходимая туманная стена, а впереди неизвестность – куда мы и держим путь. И на нашем маршруте Акмэр раскидал кучу проблем, но, как говорят умные люди, каждая проблема – это потенциальная возможность. Сначала мы перлись Долгой Долиной, верно?
– Верно.
Остальные тоже покивали, зачарованные звучащей в рыке полуорка мудростью.
– По пути мы неплохо подросли, свалили пару серьезных боссов, обросли кое-какими умениями и магией. Теперь у нас на пути курганы – но они тянутся нитью поперек нашего маршрута, я это и отсюда увидел. То есть мы пройдем всего мимо пары-тройки высоких холмов и окажемся на…
– На берегу Малого Рачьего озера, – за меня ответила увлекшаяся Затти, тоже ткнув пальцем в бумагу: – Тут вот начинается. А за ним узкая полоса поросшего ягодниками перешейка и снова вода – там начинается Большое Рачье. А оно тянется лиг на пять от края до края.
Ого, сколько невероятно полезной информации… Благодарно кивая, я сделал пару пометок, повел очертания ближайшего озера, но девушка забрала у меня ободранное птичье перо, макнула его в подкрашенную сажей слизь на камне для жарки и парой быстрых движений начертила все необходимое, следом добавив еще несколько слов и пометок. Пара мгновений – и у меня на колене уже почти карта. А Затти продолжала вести линии и ставить точки, дублируя их голосом:
– Мы здесь. Через Курганы к Озерам и дальше вплавь до дальнего берега, где над водой нависают первые деревья Страннорослой Пущи. Если сумеете выжить в лесу, упретесь в скалы Гнилых Клыков, а там уже и Мерзозвонкие Врата недалече. Вот тут, тут и тут есть места для отдыха – может, и другие найдутся, но в своих путешествиях я останавливаясь на этих точках.
«Точках».
Совсем не фэнтезийный слог у девушки. Проскакивает порой этакое современное. Да и лицо у нее буквально пылает от жажды хоть каких-то событий – настоящий авантюрист, а если судить по повадкам, то весьма опытный.
– Спасибо, – еще раз поблагодарил я и, пользуясь случаем, начал уточнять: – Озера посуху обойти можно?
– Малое – можно. Большое – никак. Там по сторонам жуткие болота – вонючие, бездонные, кишат монстрами. Я сколько не шастала, а тропинок так и не нашла надежных. Сегодня кочка надежная – а завтра ловушка клыкастая кровососущая. Правое болото вообще гиблое. Слева чуть суше и проходимее, но…
– Но?
– Но там обычно живет ведьма Сельдяная Голова. Она просто убьет всех вас.
– А тебя?
– Я пробовала с ней поговорить – скучно же! Но она раз махнет рукой – уходи! – два махнет… а потом ударит посохом в хлябь – и бах! – ты уже в начале Долгой Долины. Не ходите к Сельдяной Голове.
– Не пойдем, – кивнул я. – А она хихикает? Противно так…
– Да нет… за все годы не услышала от нее ни звука – хотя являлась к ней в гости раз пятнадцать. Я девушка упорная…
– Я заметил.
– А у нее есть что-нибудь ценное? – вкрадчиво спросил Бом.
– Кто знает? – вздохнула Затти и, не скрывая разочарования, сморщилась, как от кислого яблока: – Есть у нее там хижина покосившаяся. Но я даже приблизиться к ней не смогла…
– А этот курганный Мертвожуй – ты говорила, он тоже умеет с телепортацией шутить?
– Еще как! Раз! И он у тебя за спиной – уже втыкает отравленный коготь под левую лопатку снизу вверх, чтобы он у тебя изо рта показался и магичить ты не смог…
– Жуть! – икнул я.
– Кошмар! – согласился со мной привставший с земли пыльный лекарь. – Я такое ни лечить, ни видеть не собираюсь!
– Да погодите вы! Курганов ведь много – а он один…
– Там везде его сторожевые нити: заденешь едва-едва, и он тут же явится, – предупредила Затти. – В мгновение телепортируется – и сразу коготь в спину! Помрете вы там!
– Мудрые слова, – задумчиво пробормотал Храбр. – Но такие обидные… я же спать потом не смогу, зная, что в курганах могло быть что-то очень ценное для алхимика…
– Я видела там свитки, доспехи, золото, серебро, драгоценные камни…
– Хватит, хватит соблазнять, – полуорк жадно сглотнул слюну. – Ох…
– Еще видела оружие, какие-то пыльные книги…
– Ох… прекрати… что ж ты делаешь-то…
– А еще там бродят злобные людские скелеты и костяки огромных псов… Скелеты вооружены мечами и копьями, иногда бьют магией, а псы хватают пастью и начинают прыгать из стороны в сторону, снося все, ударяя жертву об стены и задевая все сторожевые нити, какие только можно…
– Мы не полезем туда! – твердо решил Док. – Давайте сразу к Рачьим Озерам!
– Полезем! – возразил Бом.
– Полезем! – решился Храбр.
Орб задумчиво почесал макушку и уставился в небо. Остальные уставились на меня – понимая, что решение за мной. Вместо ответа я покопался за пазухой, вытащил свиток, раскрыл его и дал прочесть друзьям.
– «Свиток разового вызова странствующего торговца Другса Пэмга», – вслух прочитал Храбр и шлепнул себя по колену: – Точно! Вот зачем нам нужно злато могильных курганов! Торговец не станет покупать совсем уж мусор – вроде глиняных черепков. Вот что у нас есть ему предложить? Ничего! А с добычей хотя бы из одного кургана – пусть даже если утянем жалкую горсть меди и серебра – уже будет о чем говорить! Вывод? А он прост: надо лезть в курганы, если хотим раздобыть себе хоть что-то нормальное. Что скажешь, Рос?
– Что скажу? – я убрал свиток, к которому Бом уже тянулся лапищей, и ткнул пальцем в карту: – А что за напасти нас ждут на Рачьих Озерах, Затти? Огромные раки?
– Раки? Да нет. Обычные они. Вкусные. Я знаю отпадный рецепт! – утерев слюну с подбородка, девушка мечтательно покачала головой: – Особенно вкусно готовить их на том перешейке между озерами. И у меня там спрятана гитара – даже сыграю вам, если доживете.
– А почему можем не дожить?
– Хм… В Малом озере водятся желтые венумры – лягушки размером с крупного волка. У них на языках ядовитые шипы, а еще они метко прыгают и сшибают с ног. Если утянут на дно – то все пропало. Там обитают их дети – араниды. Клыкастые головастики длиной с мою ногу. Клыки ядовитые, а еще они плетут над дном мелкую клейкую паутину – и стоит вляпаться, уже не отлепишься, пока не окажешься на суше. Под водой их клей нерушим.
– Паутину можно перерезать?
– Можно, но это очень тяжело. Однажды я уже совалась туда и едва спаслась. Помогла подготовленность – знала, куда лезу, и все предусмотрела.
– А зачем лезла?
– Там на дне куча всего поблескивает: зелья различные, бутылки, бочонки. И все чистенькое – араниды каждую грязинку убирают будто нарочно.
– Странно, – сказал Храбр и пожал плечами в недоумении: – Обычные ведь классные монстры. Зубастые, хватающие, отравляющие. Почему их забросили в Забытые Земли и не стали использовать в большом мире Вальдиры? Они ведь не бессмертные?
– Не бессмертные, – фыркнула Затти. – Но убийственные для всего живого. Они водятся только в Малом озере. Ни араниды, ни лягушки никогда не покидают воды. И кроме них, в Малом озере больше не живет никто. А вода непригодна для питья – слабый, но яд! Сейчас эти твари выживают только за счет охоты на птиц – венумры сшибают их своими языками. Иногда утаскивают живущих на берегах шестиногов и кабров.
– А это?
– Обычные медведи и кабаны – только у них по шесть ног и нет шерсти. Они мирные, если их не трогать.
– Хорошо, – кивнул я, делая еще пометки.
Похоже, Затти разговорилась не только из-за жажды приключений, но и потому, что уверилась в наших силах – ведь мы кое-как, но выжили. И даже выполнили вызов Акмэра.
– Получается, эти лягушки выжирают все живое?
– Полностью, – подтвердила Затти. – Но не это главный ужас. Дядюшка Акмэр сказал, что эти твари размножаются с безумной скоростью. Брось пяток икринок в любой пресный водоем – и через пару дней они завоюют его и уничтожат все живое если не своей прожорливостью, то растекающимся в воде ядом.
– Ого, – буркнул я. – Настоящая водная чума… и понятно, почему она здесь за семью замками, а не в реках Вальдиры. А Большое Рачье чисто от этой заразы?
– Абсолютно, – кивнула девушка. – Там обычная вкусная рыба, много раков, водорослей и моллюсков. В центре – небольшой островок с развалинами какого-то храма. Там безопасно. Из хищников – только огромные всеядные сомы, а еще есть оранжевые пресноводные медузы – они могут убить одним ударом стрекал. Но сами не нападают. Питаются мелкой рыбой. О! У островка – большая глубина, и там – на дне – затонувший двухмачтовый корабль! Но я так и не сумела добраться – слишком много над ним медуз, а на палубе тьма голодных сомов-усачей… эх! Как же хочется заглянуть в трюм!
– Заглянем, – заверил ее Бом и ткнул пальцем в бумагу: – Ты записывай, босс, записывай!
– Мы здесь не за этим, – напомнил я. – Вот и Орб против спуска в опасные глубины. Да?
Я взглянул на эльфа. Тот кивнул. Затти надулась:
– А я вот хотела бы!
Орбит тут же закивал:
– Хочу-у-у в глубины…
– Тьфу! – буркнул я, делая пометки. – Ты как ребенок, честное слово… Ладно! Получается, Малое озеро лучше обойти по берегу, а через Большое – только вплавь?
– Берега Малого вязкие. Почти болото. Но пройти можно, и тропинки есть. А вот деревьев больших там дальше нет – только кустарник на перешейке, ну, может, еще пара берез и осин.
– И что?
– А плот строить не будете?
– Да как-нибудь сумеем и без этого, – сказал Храбр, переглянувшись со мной и Доком. – Пять лиг – не так уж и много. Вещи сложим на те самые березки и дотолкаем…
– Я просто забыла сказать про главное чудо Большого Рачьего озера… – Затти тонко усмехнулась, выдержала паузу и снова заговорила: – У него разные размеры. Чаще всего это три или пять лиг. Но иногда вдруг и десять… а один раз я проплыла, быть может, вдвое больше…
– Плот, – подытожил я, делая еще отметку. – Спасибо, Затти. Мы все очень благодарны тебе за фонтан полезных сведений.
– Это все не просто так, – хитро прищурилась девушка.
– Ты идешь с нами до конца, – подтвердил я наши договоренности.
– Без обмана?
– Ты уже спрашивала. И мой ответ не изменился – без обмана. Расскажешь про Пущу за Рачьими Озерами?
– Пора в дорогу! Если доберетесь хотя бы до середины Большого Рачьего – расскажу и о Пуще.
– Так ведь никто не знает, где его середина, коль оно меняется туда-обратно в размерах…
– А ты на глазах умнеешь, Росгард Мудрый, – она звонка рассмеялась и вскочила: – Вперед! Вперед! В пучину приключений!
– Да! – рявкнул Бом и поспешно добавил: – Но только после ограбления первого кургана…
– Это ведь как русская рулетка, Бомыч, – простонал лекарь и вцепился полуорку в плечо: – Как русская рулетка! Что если Мертвожуй окажется в первом же выбранном кургане?! Он же нас сожрет!
– Он жует только мертвое!
– Убьет и сжует!
– Пусть попробует! – Бом выпятил мускулистую грудь и подбоченился. – Мы с голоду и нищеты сами кого хочешь сожрем! И вообще – нам повезет, и никого там не будет!
– Да когда нам так везло?! Никогда! Нам даже в Карстовых пещерах вместо стада слабых протеев и кучки кобольдов пришлось смахнуться с серебряным оборотнем! Который туда вместе с нами же и пришел, похлебывая по пути шардоне!
С презрением отвернувшись от паникера, Бом повернулся ко мне:
– Рос! Пошли копать могилы?
– Пошли, – кивнул я, бережно складывая бумажный лист с ценной информацией.
Что ж… теперь нам известно куда больше.
Долгая Долина – Курганное Всхолмье – Рачьи Озера – Страннорослая Пуща – горная гряда Гнилые Клыки и лежащие под ней Мерзозвонкие Врата… а там дальше посмотрим, ведь сначала надо выжить…
**
До первого кургана, представляющего собой поросший цветами и мягкой травой холм, мы добрались без малейших трудностей, проследовав одной из условно безопасных троп. По пути нам встретилось несколько крыс, четыре здешних хорька и аж семь разноцветных ядовитых змей. Со всем этим мы справились, действуя строго как боевая группа – в связи с чем монстры погибли почти мгновенно.
Поднявшись на вершину холма, я осмотрелся, убедился, что нас пока никто не атакует, и задумчиво взглянул себе под ноги. Мои пятки попирали мягкий дерн, затем шло метра два-три почвы и глины, и наконец – толстая каменная крыша резной гробницы, под которой находилась нужная нам опасная и богатая на наживу темнота могилы.
Речь шла не совсем о королевской династии, как по пути пояснила нам Затти. Да, здесь лежат предки одного из правителей Акальроума, но в те легендарные далекие времена они были столь же далеки от любого королевского трона, как богомол от жизни после встречи с суженной. В те времена они разбойничали на большой дороге, грабя обозы, вырезая караваны и добывая заветное золотишко любыми способами, не заморачиваясь с такой странной штукой, как карма. Так вот наживаясь на чужой крови год за годом, они быстро превратились сначала в законопослушных с виду богатеев, затем купили дворянский титул и… в итоге оказались в королевском дворце Акальроума, где сумели однажды дотянуться и до трона – чтобы больше никогда не выпустить его из цепких лап. Вот так и рождаются могущественные династии, что позже уничтожают свое грязное прошлое, выжигая всю грязь из учебников по истории. И это не мои мысли – это опять же пояснила нам Затти, прочтя подобие быстрой емкой лекции. Она не знала, правят ли наследники династии по сию пору, но Бом, расспросив про них, кивнул – да, правят по сию пору. И король Акальроума считается одним из самых милостивых и либеральных монархов.
Свои лекции неугомонная воровка и грабительница курганов Затти то и дело прерывала деловитыми и пугающе полными указаниями о том, как правильно добираться до вкусного могильного содержимого гробницы. Она пояснила простую истину: чем ниже земляная горка, тем она древнее, но не по причине выветривания, а потому, что там закопаны еще не дворяне, а простые разбойники, погибшие во время налетов. Под землей, скорей всего, обычный гроб или несколько, а внутри ничего особо ценного: кости, прах, ржавое и сломанное оружие, и почти наверняка там нет и не предвидится Мертвожуя. А вот чем выше курган, тем просторней в нем гробница и тем больше ценностей там сокрыто.
Я стоял на действительно высоком холме. Но едва заметил проявленный к нему жадный интерес Бома, тут же грозно заворчал, как перепуганный щенок, и ткнул пальцем в едва-едва приметную земляную горку, украшенную двумя большими березами.
– Березы срубить и повалить, к берегу оттащить, – мудро решил я и добавил: – Я копать не стану.
– Хочешь чистеньким остаться, босс? – нарочито кривя губы, прохрипел прищурившийся орк. – Боишься лапки прахом могильным испачкать и смерти в глаза заглянуть? Аль об осуждении за разграбление могилок переживаешь? А как же нам прожить тогда, коль чужих злых взглядов страшиться станем? На что вина сладкого в таверне купим? Не дело это, атаман! Бери лопату поскорее!
– Красиво сказано, – признал я. – Красиво… Но копать не буду. И Док не будет.
– У медицины аллергия на лопату?
– Я вместе с ним займусь плотом и попутно буду кулинарить. Завали мне пару хорьков на стейки, Бом. Вам же их и приготовлю.
– Это дело! – согласился полуорк. – Двинулись тогда ближе к берегу – разобьем там лагерь.
– Но не слишком ближе! – предупредил Храбр. – Помните про лягушек? Утащат и сожрут!
– Так мы копаем или нет? – уставшая ждать Затти раздосадовано топнула ногой. – Хочу выкапывать мертвецов и злато!
– Копайте-копайте, – великодушно разрешил я, сбегая вниз по склону. – Копайте…
Я не останавливался, пока не пересек линию курганов поперек и не оказался на обычной широкой тропе, сливавшейся с уходящей в сторону товаркой, ведущей круто в сторону и начинающей обегать достаточно внушительное озеро – Малое Рачье. Выбранное мной место находилось метрах в трех над уровнем воды – все Забытые Земли являлись нисходящей широченной полосой локаций, о чем не следовало забыть и чем надо было пользоваться. Услышав стук топора, я глянул на покачивающиеся ветви березы, мелькающие меж двух высоких курганов, посмотрел на тащащего остатки наших пожитков лекаря и снова повернулся к посверкивающей водной глади.
Мирно-то как…
Напоенный ароматами цветов и сосновой хвои воздух холодил лицо, а летнее солнце прогнало принесенную прохладной ночью зябь и прогрело начавшую парить поверхность озера, заодно отразившись от него сотнями бликов. Качаемые мелкими волнами бесшумно тыкались в берег желтые хвоинки, упавшие с растущих у кромки воды старых величественных сосен – я смотрел на опасное озеро сквозь живой частокол. От воды нас отделяло метров десять, и уменьшать это расстояние я не собирался. Посижу, погляжу, пожарю яишенку…
Минут через десять с печальным стоном рухнуло первое дерево, и вскоре тройка пыхтящих авантюристов притащили его к месту стоянки, где и бросила с одышливыми проклятьями – царящие здесь жестокие старые законы нас не щадили. Шкала усталости заполнялась и краснела с неимоверной скоростью, что заставляло куда глубже планировать бой или любые действия. Наградив лесорубов яичницей, я напомнил про ожидаемые стейки и вернулся к жарке и наблюдению за озером, в то время как Док лазил по кустам и выискивал птичьи гнезда. Изредка я его окрикивал – когда у меня кончались запасы хвороста или он слишком уж приближался к береговой кромке озера. Природа тоже добавляла нам адреналина: из десяти вылазок Док дважды вернулся отравленным, один раз пришибленным отвалившимся сосновым суком, три раза на него напали драчливые сурки десятых уровней, и еще один раз он вдохнул аромат пышного черного цветка и ослеп на пятнадцать секунд, ползя на звуки моей чарующей ругани и чертыхаясь. У меня тоже не все было ровно: ветерок усилился и стал порывистым, в результате чего языки пламени удлинились втрое и жадно лизнули сухую траву. Полыхнуло в момент. Справиться с начавшимся пожаром я смог только с помощью подскочившего Дока и Храбра, прибежавшего на наши крики об ослепляющем черном цветке – он его потом нашел, не опознал, но наделал скриншотов, срезал и убрал в свои запасы.
Вторую березу братья «бобры» подточили и свалили чуть быстрее, а доволочив ее до меня, рухнули и некоторое время лежали неподвижно, исчерпав лимиты выносливости. В этот момент, как по мановению волшебной палочки, на них спикировала откуда-то вся комариная рать, пяток здоровущих шмелей, несколько реально гигантских ос с черно-малиновым полосатым окрасом и жалами, навевающими мысли о портняжных иглах. К этому нашествию радостно присоединилась лесная гадюка двадцатого уровня и чем-то взбешенный черный еж с мелькающими между иглами электрическими разрядами. Сдавленный дружный вопль несчастных заставил меня и Дока броситься к ним на помощь. Успели мы в последний момент, и отбить их от смерти удалось лишь благодаря пылающим головням из костра: я с криками махал факелами над почти павшими героями, в воздухе вспыхивали и трещали десятки искорок сгорающих комаров, шмели и осы с гулом уворачивались, змея вонзила отравленные зубы не в ляжку Бома, а в мою лодыжку, еж пугливо отступил от дыма и огня; Док, подобно безумной лягушке, прыгал от одного раненного к другому, подлечивая их магией. Первым сумел подняться Бом – что и неудивительно, учитывая его неизменный класс выносливого воина. Выхватив у меня обе головни, он с ревом закрутился юлой, едва не снеся мне полголовы, – я поторопился рухнуть на землю и уползти подальше. Остановился я только у костра, почти уткнувшись лицом в знакомые сапожки. Приподняв перепачканное сажей лицо, я кашлянул дымом и, смотря на улыбающуюся Затти, подъедающую яичницу прямо с жарочного камня, спросил:
– И часто тут у вас так?
– Привычное ведь дело, – рассмеялась она. – Избегай сильного, бей и жри слабого – вполне обычные законы жизни. А там не так?
– В Вальдире есть кое-где умные монстры, чующие усталость врага, – вздохнул я, поднимаясь на колени и торопливо засовывая в костер еще две валежины на всякий случай. – Но там монстры особые, умные, знаковые. Например, медные фигуры стражей в проклятых копях Валладара, что оживают и нападают, только когда ты уже едва шевелишься от усталости. Но тут ведь обычные шмели и комары…
– Вы выжили, – улыбнулась Затти и скривилась: – А яичница у тебя невкусная, Росгард Обманщик!
– Пока что невкусная! – заверил я, указывая взглядом на несколько лежащих на тряпке птичьих яиц. – Стоп! Эй!
На моих глазах жирная серая куропатка выскочила из-за пучка пыльной травы, подскочила к яйцам и… в несколько сильных ударов разбила их! В следующий миг ей по башке прилетело подхваченной мной горящей палкой, а вторым ударом я добил эту пернатую заразу.
– Вот же сволочь! – рявкнул я. – Зачем?!
– Берегите припасы, – безмятежно отозвалась девушка, глядя как две подкравшиеся луговые полосатые мыши утягивают тушку куропатки за тот же самый пучок травы.
Мышей я прибил той же палкой и зло прорычал:
– Сбережем! Ну или хотя бы постараемся…
– Вам бы заклинание отваживания мелких вредителей. И очень неплохо иметь при себе походную защитную бечевку, сплетенную из стеблей дикого льна и полыни, натертую отваром из дикого чеснока и еще одной полезной травки. Круг из такой бечевки не пропустит кусачих насекомых и мышей.
– А у тебя есть такая бечевка? – с грустью спросил я.
– Не-а.
– Ну и все…
– Погоди, лидер, – мне на плечо легла покрытая красными пятнами укусов рука алхимиков, а сам Храбр припал на одно колено перед Затти и задал вопрос чуть иначе: – А рецепта на создание такой бечевки не найдется?
– Могу написать, – девушка сверкнула улыбкой. – Но… не бесплатно, господа авантюристы. Не бесплатно…
Храбр Светлушка, приглаживая всколоченные волосы, оправляя рванье, попытался придать себе вид зажиточного авантюриста, но не преуспел и спросил прямо:
– Сколько?
– Лысых эльфов? – она картинно приподняла левую бровь и критически оглядела лежащего в пыли Орбита. – Хм… да, думаю, хватит одного и всего часика на два… ну, может, на три или на четыре… К полудню точно вернемся обратно!
– Стоп, – подняв ладонь, я уточнил: – Ты серьезно, Затти? В обмен на рецепт ты хочешь забрать на несколько часов Орбита?
– Сделка сомнительная! – прогудел ополаскивающийся в луже Бом. – Очень сомнительная!
– Все верно, – подтвердила Затти. – Вам – рецепт изготовления бечевки, а мне – лысого эльфа до полудня.
– А зачем? – почему-то с придыханием спросил Док, пододвигаясь поближе.
Орбит же сначала закивал, стряхивая пыль с лысины, и только потом начал вставать, но замер после моего злого окрика:
– Полежи-ка пока, где лежал, друг мой! – убедившись, что эльф замер, я повернулся к заказчице и с сомнением покачал головой: – Почему-то мне кажется, что для нас эта сделка не слишком выгодна… И опять же – отпускать верного товарища незнамо куда с подозрительной особой, что уже обокрала нас однажды…
– Эй! Эй! Это было в прошлом – а смотреть надо в будущее! – возмутилась Затти.
– Не знаю, не знаю…
– Могу добавить еще рецепт зелья выносливости! – предложила она. – И заодно покажу алхимику все нужные травы и корешки для зелья и для создания защищающей бечевки.
– Мало! – прогудел Бом и опустил тяжелую зеленую ладонь на спину опять зашевелившегося Орбита. – Наш лысый эльф стоит дороже! Намного дороже!
– Да это я вам одолжение делаю!
– Зачем он тебе? – спросил я, возвращаясь к кулинарии. – Почему именно Орб? Мы тут все равны, но ты выбрала его…
Она ответила просто:
– Не знаю! Мне просто кажется, что он сумеет справиться с одной небольшой, но колкой занозой тут, неподалеку… я сколько ни пыталась, а справиться так и не смогла.
– Может, мы вместе сходим? – предложил Храбр. – Сообща справимся!
– Хватит и эльфа! – отрезала Затти. – Ну так что?
– Раз тебе сердце подсказывает, что нужен именно он…
– Я не говорила про сердце! Фу, какая гадость!
– К-хм… раз тебе холодный разум подсказывает, что нужен именно Орб – так и быть, забирай в недолгую аренду. Но всего пары рецептов нам не хватит. Погоди возмущаться! – остановив ее протестующий порыв, я поднял ладонь и начал загибать пальцы: – Нам курганы копать?
– Копать! – подтвердил Док.
– Нам березы таскать?
– Таскать! – хрипло согласился полуорк. – А они тяжелые!
– Нам плот вязать?
– Вязать! – кивнул Храбр Светлушка. – А еще факелы делать, зелья варить, всякую всячину в округе собирать, а потом и с нежитью в могилах воевать!
– Вот видишь, – я развел руками. – Работы – целый океан и еще три поварешки. А ты собираешься забрать нашего лучшего трудягу аж до полудня, а взамен предлагаешь два каких-то жалких рецепта… Да мы больше на раскопках могил заработаем!
– Заработаем втрое! – поддержал меня полуорк и, схватив эльфа за руку, оттащил его от костра, бросив посреди лужи, где недавно отмывался. – Или впятеро больше!
– Демоны с вами! – вскочив, Затти демонстративно сплюнула на землю, отвернулась и двинулась прочь. – Ну и ладно!
Орбит забился, но Бом встал ему на спину обеими ножищами, и эльф с бульканьем утонул в жидкой грязи.
– Тут главное – выдержка… – пробормотал полуорк, кровожадно скалясь. – Я таких, как она, знаю. Раз уж решила себе нашего лысого ловеласа к рукам прибрать, то не отступится… Считаю до трех. Раз… два…
– Ладно! – крикнула Затти, снова поворачиваясь к нам. Топнув, она уперла руки в бока: – Ну?! Чего хотите в обмен на эльфа?!
– До полудня! – дополнил я. – До этого полудня!
– А хотим мы много чего, – широко-широко улыбнулся Бом, выуживая отплевывающийся товар из грязи и встряхивая. – Начинай перечислять, босс. А я подхвачу…
– Но-но-но! – возразила Затти. – Сильно широко жадные рты не разевайте! Я вам не сундук с сокровищами!
– Зато ты умелая воровка и неуемная авантюристка, – улыбнулся я. – Так… те два упомянутых рецепта с веревкой и зельем выносливости – само собой, берем. А что можешь предложить из боевой магии? Мне бы что-нибудь средней дальности и годное против нежити…
– Нету такого! Хм… хотя… есть у меня подходящий свиток – магия редкая и воздушная. И хватит с вас этого!
– Отлично, – кивнул я. – А что-нибудь поисковое? Помогающее обнаружить сидящих в засаде монстров и все такое.
– Нету… Эй! Я же сказала – хватит уже! Эльф того не стоит!
– У нас эльфы дорогие, – вздохнул я и обвел рукой пространство вокруг себя: – Но если тебя цена не устраивает, то ты пойди походи по рынку, приценись к другим ушастым – вдруг дешевле найдешь…
– Тьфу на тебя! Надо было его просто украсть!
– А вот эльфов воровать нельзя! – я укоризненно покачал головой и махнул рукой. – Ладно! Пусть Бом скажет последнее желание – и черт с тобой. Забирай Орба до полудня.
– Хочу двуручный прочный топор на тридцатый уровень – без обмана! И железный щит!
– Нет у меня такого! Вернее, есть, но там, – она махнула рукой в сторону, откуда мы пришли. – В самом начале Долгой Долины, под пригорком рядом с Колусом…
– Сбегаешь?
– Нет уж! Дам стальной короткий меч и старое, но еще крепкое копье!
– А щит?
– Нету! Есть светящийся в темноте колпак ведуна! Усиливает немного целебную магию!
– Беру! – заспешил Док. – Пусть и мне хоть что-то перепадет!
Полуорк поскреб когтем щетинистый подбородок:
– Маловато за жирного сочного эльфа… вдруг она его там за рощицей вусмерть зацелует?
Побагровевшая Затти зашипела змеей:
– Не собиралась я его целовать!
– Ладно! – я махнул рукой. – Если Орбит не против – пусть идет. Орб, что скажешь?
Эльф торопливо закивал, грязное лицо расплылось в счастливой улыбке.
– Эх… – Бом тяжело вздохнул. – Продешевили мы, босс…
Я широко улыбнулся:
– На первый раз сделаем большую щедрую скидку на эльфийские услуги. Но только на первый раз…
Бому понадобилось не больше секунды, чтобы сообразить, и он взглянул туда же, куда и я – на панораму лежащих ниже еще неисследованных нами территорий, после чего медленно кивнул:
– Ну да… вдруг она еще раз захочет его одолжить – а мы заломим цену! Ты мудр, босс. Прямо мудр! Орб! Ты уж постарайся там с поцелуями – чтобы не разонравиться!
– Я же уже сказала! Я не собираюсь с ним целоваться! Еще одно слово – и сделке конец!
– И попрошу рецепты и предметы передать нам сразу, – взревел Бом. – А нашего эльфа просим не портить всякими там… ролевыми предпочтениями…
– Раффнахрг дарыг вырг!
– Сама такая! – буркнул ухмыляющийся Бом. – Ждем плату за эльфа не позднее чем через десять минут! Так… Рос, я Дока забираю – мы начинаем копать тот мини-курган. Ты с нами?
– Заберу оплату и приду, – кивнул я, тоже не в силах сдержать улыбку. – Вы там пока сильно не углубляйтесь.
– Это ты Орбиту скажи! А то, ишь, скачет на все готовый… А вдруг она из этих?
– Из кого?
– Да мало ли какие тут бывают… не зря же их тут всех заперли…
– Я все слышала! И еще припомню! Ой припомню!
– Хватит, парни, – остановил я соратников. – Отстаньте от живых и идите докопайтесь до мертвых. В буквальном смысле слова…
**
Конечно же, никуда я через десять минут не пришел и никаких курганов копать не начал. Здешняя жестокая реальность снова напомнила о себе нашествием различных мелких тварей, и нам пришлось скооперироваться, чтобы дать им отпор. А после завершения эпичной битвы с комарьем и огромными тараканами, мы снова объединились, чтобы помочь алхимику Храбру как можно скорее создать крайне необходимые сейчас зелья выносливости и защитную бечевку, ну и попутно обрубить сучья с поваленных берез.
Только через час после того, как бесследно исчезли Затти с блаженно улыбающимся Орбитом, мы растянули тонкую посверкивающую бечевку кругом вокруг костра и наваленного имущества и… Воздух над нами очистился от надсадного звона комариных крыльев. Две змеи круто свернули и уползли, разбежались в сторону алые и желтые жуки… Впервые за утро никто не покушался на наши пожитки и нашу кровь.
Встав от костра, Храбр прошелся, вручил каждому по две небольших склянки с бурым содержимым и пояснил:
– Зелья выносливости. И ведь неплохие! Замедляют приток усталости на двадцать процентов сроком на десять минут.
Бом разочарованно скривился, сжимая в лапище склянки:
– Мало!
– Действие зелья на орков и полуорков удвоено по длительности, – улыбнулся Храбр. – Тут тебе повезло. Да и нам повезло – травы, корешки и прочее для этих напитков здесь буквально повсюду. Эх! Мне бы наставника!
– Да он всем нам не помешал бы, – вздохнул Док, проводя себя по животу светящимися ладонями. – Очень не помешал бы! Ну что? Теперь можем идти выкапывать мертвецов?
– Секунду, – попросил я, поднося к глазам полученный от Затти свиток.
– И мне времени чуток надо, – проворчал Бом, вооружаясь тяжелым старым копьем и побитым жизнью небольшим железным щитом. – Ох и никакущая же снаряга… но все лучше, чем тыкать в яму обычной палкой. Док! Храбр! А вы чего расселись? Давайте ко мне – отработаем еще пару раз боевое построение. Храбр, ты чуть назад давай. В курган первым полезу я, и черт его знает, что меня там встретит – так что медицина пусть чутко дышит мне в копчик. Потом наш разносторонний алхимик, а Рос залезет последним. Слышал?
Кивнув, я продолжил изучение свитка:
Магический свиток.
Заклинание «Воздушное лассо»
Тип: воздушная магия.
Ранг свитка: низший.
Количество использований свитка: 1 (свиток будет разрушен при использовании).
Ранг заклинания при изучении свитка: первый (свиток будет разрушен при изучении).
Тип заклинания: бытовое/атакующее/активный урон.
Затраты маны: постоянные, два пункта маны в секунду.
Описание заклинания: скрученный в тугую нить воздушный поток выбрасывается из пальцев мага, петлей захлестывается вокруг избранного объекта и крепко обхватывает его. Воздушная петля остается соединена с создавшим ее магом. Некоторые объекты могут быть перемещены с помощью заклинания (зависит от силы мага).
Внимание! Правило перемещения объектов работает в обе стороны
и может быть применено и к самому магу!..
Вдумчиво прочитав описание заклинание несколько раз – а текста там было прямо немало и уж точно в разы больше, чем в описаниях обычных вальдирских заклинаний, – я сделал сначала скриншот и только затем изучил свиток. И когда я стал таким осторожным? Ответ очевиден – когда мы очутились в Забытых Землях.
Вложив заклинание в левую руку, я окликнул рыкающего на остальных Бома:
– Воин!
– Че тебе?
– Ща схвачу, – предупредил я и произвел нужный пасс, радуясь, что эта магия не требовала вербального дублирования.
– Ну, давай, – Бом насмешливо оскалился. – Хватай…
Из моей левой ладони вырвалась тонкая воздушная нить, светящаяся слишком уж ярко. Преодолев разделяющие меня с целью три метра, она послушно обхватила спокойно стоящего полуорка вокруг груди, прижав мускулистые ручищи к бокам.
– Неплохо! – обрадовался я.
Бом резко развел локти, и… воздушная петля беззвучно лопнула, а меня нехило так шатнуло – будто порывом ветра в грудь ударило. На ногах я устоял и тут же повторил атаку. На этот раз петля обвилась вокруг коленей полуорка, и, не теряя времени, я резко дернул воздушное лассо на себя. Бом не шевельнулся.
Я дернул еще раз. Бома даже не качнуло.
Уперевшись покрепче ногами, я дернул изо всех сил. Результат нулевой. А добрый друг и верный товарищ взял да и прыгнул назад, хорошенько оттолкнувшись спутанными ножищами. Он переместился метра на полтора – и точно такую же дистанцию преодолел я в низеньком полете, финишировав лицом в колючих пыльных кустах, где меня тут же радостно укусила бордовая сороконожка.
Отравление!
Вы получили серьезное отравление и нуждаетесь в немедленном принятии противоядия или наложении заклинания очищения!
Причина отравления: укус неизвестного вам насекомого.
Не успел я выругаться, а меня уже выдернуло из кустов, пронесло по кругу и впечатало в бревна, серьезно так забрав здоровья. Только сейчас я запоздало деактивировал заклинание, а подскочивший Док начал мою спешную реанимацию, во всю глотку выкрикивая достойные любого театра слезливые слова:
– Я удержу погибель! Не будет ей поживы! Исцелись! – приложив к моему лбу ладонь, он завопил еще громче: – Не сегодня! Может, завтра – но не сегодня!
Все эти секунды Храбр с Бомом неудержимо веселились, катаясь вокруг костра и оглашая полянку хохотом.
Смешно им…
Поднявшись, я уже чуть прицельней навелся, скастовал магию, поймал бьющегося в истерике алхимика и резко дернулся назад всем телом.
Сработало!
Охнувшего Храбра проволокло по траве с метр, затащив пятками в костер. Втягивать его глубже в пламя я не стал и отключил магию, позволив насмешнику заняться тушением полыхающих ног. А я перевел взгляд на сидящего Бома. Он пренебрежительно скривился:
– Меня так не сможешь. Слабо тебе мою тушу уволочь.
– Слабо, – подтвердил я, активируя заклинание и протягивая руку к полуорку.
– Не сможешь ты, – повторил он и невольно дернулся, когда я дернул рукой к себе.
Ничего не произошло. Да и светящаяся воздушная нить его даже не коснулась, пройдя в сантиметрах от головы.
– Я же говорил, что… ай! А черт! Ах ты ж! – Бом покатился по земле, награждая себя оплеухами. Только с третьей попытки ему удалось сбить с макушки ту самую бордовую сороконожку и швырнуть ее в пламя. Запричитавший Док кинулся к новому пациенту, и снова полянка огласилась дешевыми театральными речами:
– Я не отдам его тебе, смерть! Не отдам! Не литься крови товарищей моих – я исцелю!
Настала моя очередь валяться и хохотать, чем я и занимался следующую пару минут – пока один лечился, а другой заливал тлеющие пятки остатками жижи из котелка.
– В целом норм, – подытожил я, наблюдая за тоскливо медленной регенерацией своей маны. – В курган полезу с этим заклинанием.
– Там тесновато для таких замахов.
– Вот и потренируюсь, – кивнул я. – Если совсем не пойдет – переключусь на старую магию. Ну что, друзья, что так не похожи на симпатичных грабительниц гробниц… пойдемте копать курганы?
– Да давно уже пора! – обрадованно рыкнул Бом. – Там деньги зря пылятся!
– И монстры нас заждались уже, – вздохнул Док. – Жаждут барбекю из тощих ребер глупых авантюристов…
– Алхимик к бою готов, – широко улыбнулся Храбр Светлушка.
Глава 3
Глава третья
В реальном мире процесс копания земли весьма труден – конечно, если копаешь не многократно перелопаченную до этого мягкую землицу в любимой теплице, где нет ни единого камешка и корешка. Но это там – в мире реальном и трудном, откуда так порой хочется сбежать ненадолго. А в мир цифровой мы приходим веселиться и отдыхать, что подразумевает упрощение процесса копки, но никак не усложнения сей работы.
Забытые Земли считали иначе.
Легко было только в самом начале. А как только мы срезали толстый слой зеленого дерна, под ним обнаружилась не сырая мягкая земля, а то, что ошалевший Док вскоре назвал «адским плам-пудингом, слепленным из суглинка, камней и злобных намерений» – похожая на глину вязкая масса, до отказа напичканная камнями самого различного размера. И это еще не все! К этому страшному кошмару землекопа еще добавилась плотная сеть из толстых и колючих древесных корней – которые то и дело подергивались, старались проткнуть неосторожную руку, брызгали едким соком из разрубов и вообще никак не походили на корневища мирных берез. Казалось, что мы не бок холма раскопали, а вскрыли живот какого-то неведомого чудища. Глядя на эту паутину, мне подумалось, что мудрая природа пытается сдержать сокрытое под землей зло и не дать ему вырваться наружу. Но мысль для меня была слишком заумной, поэтому я поскорее избавился от нее, и мы с головой погрузились в раскопки…
Из своей липкой колыбели камни вылезали с большой неохотой, то и дело выскальзывали из облепленных грязью рук, обязательно падая на чью-нибудь многострадальную ногу. Большими каменюгами занимался Бом, а остальные ковыряли палками и ножами землю вокруг этого чертова «изюма». Через четверть часа такого труда полуорк рухнул на груду грязных камней, влил в рот зелье выносливости и прохрипел:
– Да к проклятым мученикам такую работу! Это ж обалдеть!
– Мы углубились на полметра, – просипело присевшее рядом чумазое нечто, в прошлом бывшее Доком. – А такое ощущение, что вручную перетащили весь этот чертов холм! Да придадут мне сил и сдержанности светлые боги…
Опираясь о длинную палку-копалку, Храбр выпил зелье, убрал склянку в инвентарь и, задумчиво оглядев яму и вынутые из нее камни, молвил:
– Теперь я с куда большим уважением отношусь ко всем пахарям далекого прошлого. Я про настоящих пахарей – которые пару веков назад приходили в лес, вырубали его, корчевали пни, а затем начали распахивать крохотные делянки, вынимая по ходу дела сотни камней и рубя толстые корни…
– Попутно отмахиваясь от заживо пожирающих их облаков гнуса, – добавил я. – И не забывая поглядывать в нависающий над ними старый черный лес, откуда в любой миг могла явиться какая-нибудь напасть…
– Короче – мы слабаки и нюни! – заявил Бом и поднялся. – Копаем дальше! Во славу предков, братья!
– Во славу предков! – рявкнули мы с Храбром.
– В моем роду одни интеллигенты и профессора на протяжении веков так пяти, – скромно заметил Док. – Прадед проследил всю нашу родословную аж до…
– Бери палку и копай, интеллигент! – прорычал Бом.
– Да я копаю, копаю, – вздохнул лекарь и с кряхтеньем перевалился на живот. – Ох… надо было мне идти в ветеринары Вальдиры. Лечил бы сейчас элитных питомцев от колики, а драконов – от расстройства желудков…
– И стоял бы ты сейчас под дождем драконьего гуано, – заметил Храбр. – Уж лучше копать…
– А почему «гуано»? Это ж у птиц гуано и у летучих мышей, а дракон – ящер.
– Но ведь летает!
– Сомнительный аргумент, и на него я могу заметить, что…
– Копайте давайте! – взревел полуорк, и на этом дискуссия оборвалась толком не начавшись.
Мы дружно вгрызлись в неподатливый бок старого могильного кургана, а пульсирующая корневая система попыталась нам помешать, и валуны попытались нам в этом помешать. Но ничто не остановит упорных авантюристов, и вскоре мы сумели общими усилиями выворотить из ямы камень размером с заднюю половину джерсийской коровы – еще одна оценка Дока, который сегодня явно пребывал в творческом ударе. Камень укатился вниз и придавил нагло прущую на нас куропатку, мгновенно прикончив ее. Каждому досталось по одному баллу опыта – все это время мы были в боевой группе. Все кроме отсутствующего Орбита.
– А Орб сейчас, поди, вкушает сладкий джем любви с пунцовых губ озорной красотки, – еще горше вздохнул Док.
– Да что сегодня с тобой, поэт Забытоземелья? – изумленно спросил я.
– Да просто почитал вчера перед сном вальдирский любовный роман, – со смущенной улыбкой признался лекарь. – А там столько всего! Хочешь почитать, Рос?
– Нет.
– Там одна из героинь – Лизанна Роскошная.
Меня аж передернуло:
– Точно нет!
– Зря! Не знаю, чем вдохновлялся автор, но та отличнейшая сочная любовная сцена в морской пене на спине белоснежного ската надолго запала мне в душу и…
– Док!
– Говорят, скоро экранизируют…
– О-о-о-о, – я невольно закатил глаза. – Ты прямо как…
– Пень грязный! – крикнул Храбр.
– Ну, не так грубо, – возразил я.
– Пнище! – заорал Бом.
– Да хватит Дока обзывать! Он совсем не…
– ПЕ-Е-ЕНЬ! – завопил лекарь, совершая удивительный по протяженности прыжок вниз по склону. – Рос!
Я сначала прыгнул следом, попутно кинув через плечо камень, и только затем оглянулся. Вовремя – на место, где только что была моя задница, тяжело упали два длинных колючих корня. Туда же вонзились еще три испачканных в земле отростка, а рядом тяжело ворочался в грязи пока сохранивший белизну оживший пень срубленной нами березы. Кора с треском лопнула, образовав клыкастую злобную пасть. Следом в древесине открылись зажегшиеся зеленым и мгновенно нащупавшие нас недобрые глаза. Я машинально считал появившиеся над монстром знакомые слова:
Малый темный пожиратель. 52 уровень.
– А ведь мы срубили две березы! – крикнул Храбр, двумя руками швыряя во врага солидного размера камень. – Надо валить его как можно быстрее!
– Согласен, – процедил я и сотворил лассо, поймав им тянущийся к Доку длинный корень с шипом на конце.
Дернув, я изменил немного траекторию, и корень вонзил шип в земляную кучу рядом с полуорком – Бом не упустил свой шанс, одним ударом перерубив его. Пень взревел, с чавканьем вырвал себя из земли и ударил сразу десятком корней. Мы бросились врассыпную. Я споткнулся на втором же шаге и кубарем покатился по склону, успев заметить, как Храбр и Док рыбкой ныряют в вырытую нами яму. Бом прикрылся щитом, отбил несколько выпадов, обрубив еще пару корней. Сделав три шага, он встал между мной и врагом, и следующие удары пожирателя пришлись в звенящий щит. К этому моменту меня за спиной полуорка уже не было – поднявшись, я бросился наутек. Сбежав по склону, промчался между двумя курганами и рухнул на колени рядом с затухающим костром. Охапка хвороста упала на угли и вспыхнула. Выхватив две длинные чадные головни, я побежал обратно и успел как раз вовремя, чтобы увидеть невероятное: подобрав под себя корни подобно пауку, чудовище резко их выпрямило и… подпрыгнуло! Пролетев несколько метров, монстр тяжело рухнул на склон, запечатав своей тушей… воронку, где скрылись бросающиеся камнями Храбр с Доком!
– Ах ты ж тварь! – завопил я.
– Рос! Огня мне!
Швырнув Бому одну из полыхающих головней, я без раздумий бросился в лобовую атаку, вытянув перед собой руку. В это время пожиратель снова стягивал толстые корни, а несколько из них уже запустил под себя – в яму, где в ловушке оказались друзья. Ревущий полуорк метнул щит, а следом и факел. Щит был отбит и со звоном улетел в кусты, а вот факел попал точно в пасть монстра. Пожиратель с неким даже злорадством сомкнул ее, и сырая древесина издевательски зашипела. Во все стороны ударил серый дым, брызнул обильный сок, и головня угасла. Но этих секунд мне хватило, чтобы забросить второй факел в щель под монстра, где его ухватила грязная рука алхимика. Сырой пень или нет, но он не может не бояться огня – и пожиратель тут же явил свой страх, выдернув из-под себя длинные плети корней. Я ударил лассо, а Бом уже стоял во весь рост на макушке твари и с диким криком опускал тяжелый старый топор. Удар! Еще один! Полуорку удалось нанести и третий, прежде чем его сшибли и отбросили прочь. Хрипло заревев, монстр накренился на бок и рухнул, ожесточенно взбивая землю вокруг себя, а вставшие Храбр с Доком держали в руках уже не один, а три факела, использовав для обмотки палок собственное тряпье. Два бойца в подгузниках… Я помог им с помощью лассо, оставаясь на расстоянии, как и положено порядочному волшебнику. Дистанция заклинания зависела от показателя мудрость, а он у меня не то чтобы прямо большой, но даже такая дистанция лучше, чем бой вплотную. Бома унести унесло, но не оглушило. И когда полуорк вернулся, судьба только что ожившего пожирателя была предрешена. Через минуту мы уже праздновали победу, глядя как Бом с ожесточением рубит тулово второго еще не ожившего пня, только-только начавшего шевелить вспучивающими землю корнями.
Выжили… мы снова выжили…
– Ну вот, – подлечив себя и Храбра, лекарь со стоном упал обратно в вырытую нами яму. – Я уж думал, эта дыра станет нам братской могилой.
– Прыгучий пень, – хмыкнул я, усаживаясь на краю ямы и свешивая ноги. – Прыгучий и очень злобный.
– Но все позади, – улыбнулся Док, раскинув руки и лежа на мягкой взрытой земле. – Хорошо-о-о-о-О-О-О-А-А-А!
– А-А-А-А! – поддержал я его и ударил лассо, обвив врачевателя поперек туловища и тяня на себя.
Нам было отчего орать – из мягкой почвы вырвались три дымящиеся костяные руки, обхватили разлегшегося лекаря и потащили на себя, утягивая под землю! Храбр вцепился в ноги орущего Дока, я тянул магией, а Бом, бросив разделывание пня на дрова, прыжками несся к нам с воздетым над головой топором…
Бом не успел буквально секунду. Четвертая костяная рука высунулась из земли в районе головы орущего лекаря, вцепилась ему в лицо – запустив один палец в ноздрю – и резко рванула. Док булькнул и провалился в черноту, утягивая с собой меня и Храбра. Бома утягивать не пришлось – он прыгнул в яму сам. Мой полет длился максимум секунду, и приземлился я на мягкое и злобно ругающееся – судя по голосу, мне под ноги попался Храбр. Упав в сторону, я налетел головой на нечто уже куда более твердое, и перед глазами вспыхнули яркие искры, не сумевшие развеять непроглядный мрак вокруг.
Темно.
Слишком темно!
Я лежал непонятно где, рядом орал и бился Док, раздавался сухой треск костей, ругались друзья, но всему этому не удалось перебить главного моего ощущения от проглотившей нас западни – темно! Тут царит истинная тьма, настолько могучая и тяжелая, что пробивающийся сквозь проделанную нами дыру свет, казалось, проникает внутрь лишь на пару сантиметров и только затем, чтобы глянуть на все это, сказать «да ну нахрен» и свалить обратно к солнцу.
Думал я об этом, уже стоя на ногах и остервенело махаясь с кем-то. Именно махаясь и именно с кем-то: кого там бьют мои кулаки, я не понимал, но вроде как я стучал ими по сухой и зло шипящей черепушке скелета, то и дело промахиваясь. А тот стучал в ответ по моему грязному челу – и промахивался реже. После одного моего удачного удара – пришедшегося точно в лоб – внутри избиваемого черепа внезапно вспыхнул яркий желтый свет, а следом засветилась и реберная клетка. Отпрянув от внезапно заработавшего светоча, я наспех оглянулся, увидел знакомые ноги и послал лассо. Захлестнув магией Храбра, я уперся ногами в какой-то бугор, потянул на себя и выволок друга из-под кучи месящих его скелетов. Крутнувшийся на месте Бом подбросил еще живого лекаря, и того вынесло в дыру. Я среагировал моментально – поймал лассо уже его ноги, и меня ощутимо рвануло вверх, а затем я повис в сантиметрах от земли. Ко мне сунулся светящийся скелет, вытащивший откуда-то из-таза ржавый тесак. Я всадил ему пятки в глазницы, и шипящий наглец разом потух и рухнул наземь. Я успел прочитать его уровень и еще у нескольких – от тридцатых по сорок седьмые вроде бы. Не так уж и страшно, и сами они больше похожи на доходяг, чем на грозную нежить. Полуорк пару раз пнул ножищами хрустящих недругов, отбросив их к стенам, подхватил с земли что-то там, подобрал и швырнул вверх измотанного алхимика, после чего метнул туда же трофеи и побежал вокруг меня, щедро раздавая зуботычины.
– Вверх! – крикнул я. – Вверх давай!
Я продолжал болтаться и размахивать ногами. Примерно каждый десятый удар приходился по одному из черепов, то зажигая их, то снова туша. В результате пространство плесневелой гробницы то освещалось, то снова погружалась во мрак. Все походило на какую-то дурацкую безмолвную дискотеку, где все танцуют в наушниках.
– О-о-о… – простонал я, увидев, как три светящихся скелета подхватили с пола большущее копье, направили его шипастым метровым наконечником на мое пузо и приготовились идти на таран. – Бо-о-о-м! Харе затариваться! Меня щас на вертел насадят!
– Р-р-р-р-а! – полуорк взмахнул своим копьем и сбил скелетов как кегли, после чего метнул его в стену под самым потолком, где оно и застряло.
Подпрыгнув, Бом взгромоздился мне на плечи, прыгнув еще раз, оказался на копье и, прежде чем оно с треском сломалось, успел дотянуться до края дыры, где его подхватили остальные. Я остался в гробнице один, и ко мне уже тянулись жадные лапы скелетов, но в этот раз удача им не улыбнулась – меня дернуло вверх, и я словно вознесся в столбе света к спасению. Пальцы мертвяков схватили лишь воздух, и они разочаровано замерли там, внизу, скорбно изучая мои уносящиеся пятки пустыми глазницами. Но изучением биологии смертных занимались не все – один, с пучком светящихся волос на макушке, подобрал с земли какой-то обломок и швырнул. И попал! Ржавая штуковина вонзилась мне в бедро, а там, внизу, обрадовано засветились новогодней гирляндой все скелеты разом. Сволочь!
– Гад! – рявкнул я, едва меня вытащили.
Не обращая внимания на торчащую из ноги железяку, я перегнулся через край, выцепил взглядом наглого «пучка» и скастовал лассо. И дотянулся, поймав его как раз за эти самые волосы!
– Тащите меня!
Сразу шесть черных от грязи рук схватили меня за туловище и дружно потащили прочь от ямы. Беззвучно потянулось и магическое лассо, выдернув пойманную мною рыбку из темных вод. И едва эта мерзкая кучка костей оказалась снаружи, я перешел в атаку, обрушив на нее град подбираемых камней, благо накопали мы их целую уйму. Мне помогли и остальные, так что скелета расколошматило и уничтожило секунд за десять.
– Гад! – повторил я и рухнул на спину в полном изнеможении.
Шкала усталости мигала алым, рядом лежал ржущий Бом, повалившийся на хохочущего Храбра, а чуть поодаль скрючился нервно хихикающий Док.
– Обезьяны, – выдохнул со стоном Бом, медленно садясь и упираясь руками в грязь. – Вот мы кто. Ох… верещим, визжим, злобно деремся… Знаете что?
– Что? – спросил алхимик.
– Я скелета за ногу укусил, – рассмеялся полуорк, скаля свои внушительные клыки. – Я… игрок со стажем, солидный и гордый, очень умелый… взял и цапнул скелета за ляжку. Он аж забился… а затем я ему эту кость перекусил… а откушенной ногой сбил второму скелету голову. У меня, кстати, плюс один уровень.
– И у меня, – хмыкнул я.
– И я приподнялся в уровне, – закашлялся Док. – Знаете что… меня когда те твари схватили и в землю потащили… так я от страха чуть не обделался. А может, и случилось… там в реале. Лежу сейчас и пахну отнюдь не фиалками.
– Но ты ведь рад и наслаждаешься приключениями, да? – спросил все еще смеющийся Храбр.
– В паузах между нервной икотой – пожалуй, что наслаждаюсь, – проворчал лекарь. – Так… а это еще что?
Он указывал на свое туловище, где его схватили костяные ладони. Остались явственные темные отпечатки, и они медленно расплывались, пуская по коже длинные черные нити, пугающе похожие на умирающие вены. Я торопливо осмотрел остальных и себя, чтобы обнаружить точно такие же украшения. Я хотел выругаться, но вместо этого изо рта вырвался сухой долгий кашель. Бом, словно передразнивая, ответил тем же, и мы испуганно уставились друг на друга.
Вы больны!
Вы чувствуете слабость и ломоту во всем теле. Зрение начинает хуже служить вам,
едкий кашель разрывает грудь, а дрожь в руках и ногах становится все сильнее. Возможно, вам следует срочно обратиться к сведущему лекарю, пока не стало хуже?
Я посмотрел на Дока. Все посмотрели на Дока. А он, подавившись лающем кашлем, через силу просипел:
– У вас тоже про болезнь? Ох… а я не сведущий! Я совсем не сведущий, парни! Я коновал! Нам всем конец, да?
– Могильная лихоманка, – выдохнул Бом. – По симптомам очень похоже на нее. Но не на первую, а уже на третью, предсмертную стадию. Храбр! Нам нужен отвар из цветков клевера, аира и душицы. Срочно! Вряд ли нам осталось жить больше получаса! Знаешь эти травы?
– Знаю! Но аир… где взять аир?
– Озеро, – булькнул полуорк и заторопился к водоему. – Там видел. Соберу.
– Там эти твари! – предупредил я.
– Давай со мной, Рос. Поймаешь аир своим лассо… О-о-о… у меня пошла черная слюна.
– И у меня!
– Док лечи нас! – крикнул я, с испугом глядя, как пошла вниз шкала и без того изрядно порезанной жизни. – Лечи, как в последний раз!..
**
Опытный Бом не ошибся – это была лихоманка.
Мы спаслись по канонам всех крутых фильмов и книг – буквально в последний миг. Обваривая рты крутым кипятком, мы сделали по несколько глотков и… могильная лихоманка начала отступать. А ведь не знай Бом рецепта – и всем бы нам пришел бесславный конец.
– Эти земли – не для новичков, – озвучил я главную свою мысль, лежа с раскинутыми руками на мягкой траве и глядя в синее небо. – Ой не для новичков. Они бы тут давно померли…
– Порог вхождения слишком высок, – согласился со мной полуорк-спаситель, валяясь у костра в обнимку с почти пустым помятым котелком. – Если это старый мир Вальдиры – то я понимаю, почему этого психопата-убийцу навсегда заперли за семью замками.
– Причем главная угроза здесь не монстры, а всякая мелочевка вроде ненормальных куропаток, психованных корней и всяких там заразных болезней, – добавил Док.
– Слишком заразных, – задумчиво произнес Храбр. – Сколько мы пробыли в том кургане? Максимум минуту?
– Мне показалось – вечность, – признался я со смешком. – Но да. Может, чуток больше минуты.
– И этой минуты хватило, чтобы заразиться – причем нам всем без исключения.
– Природной стойкостью к могильной лихоманке обладают только гномы, – не без зависти сказал полуорк. – Если так, навскидку, суммировать, то у подгорных коротышек даже слишком много бонусов.
– Ну так родился бы гномом, – Храбр приподнялся на локте и уставился на чуть не прикончивший нас курган. – Раз у них так много плюшек.
– Гномом? – поднявшись, полуорк ткнул пальцем себя в грудь. – Я орк!
– Полуорк, – поправил его Док.
– Орк! – прорычал Бом, и его грозный рык разнесся по всей округе. – Могучий зеленый клыкастый орк! Высокий и мускулистый! Вот кто я такой! Так что никаких гномов мне не предлагать!
– Да орк ты, орк, – согласился я, глядя на высокое солнце. – А ведь уже почти полдень, парни. Мы тут пять часов или даже больше. И чего достигли за это время?
Док начал загибать грязные пальцы:
– Две березы срубили, яичниц наделали, зелий наварили чуток, курган прокопали, а еще Бом перекусил скелету ляжку. И его поступок я осуждаю, кстати, – тащит всякую гадость в рот. А вдруг в этих землях существует что-то вроде некромантского стоматита?
– Тьфу-тьфу-тьфу, – я торопливо замахал руками. – А ну хватит такое предполагать! А вообще, Док, ты – супер. Спасибо.
– Я? – лекарь искренне удивился.
– Ты, – подтвердил я.
– Ты, – кивнул Храбр.
– Молоток! – полуорк от души врезал Доку ладонью по спине. – В кургане действовал отлично!
– Да я ничего такого… – смущенно улыбающийся Док развел руками. – Я там валялся, орал, брыкался, меня таскали по земле, как тряпку…
– И все это время ты лечил, лечил и лечил, – кивнул я. – Не забывая выкрикивать свои смешные кличи. Спасибо. А теперь пошли и снова заглянем в тот чертов курган. И будем надеяться, что там не появился тот страшила Пвухср Мертвожуй.
– Передохнем еще минут двадцать, Рос, – остановил меня Бом и перевел взгляд на Храбра: – Нам бы восстановиться, обговорить тактику, наварить еще порций двадцать лечебного отвара и проверить, насколько прочную веревку мы сможем сплести.
– И факелы, – сказал Храбр, направляясь к холму, на чьем склоне покачивались кустики цветущего клевера и лаванда. – Больше огня! Больше!
– А вот чего я награбил… – со скорбью в глазах произнес Бом и указал когтем на разбросанный по траве мусор. – Осмотришь, Рос? Я пока наломаю веток для факелов…
– Ага, – кивнул я и потопал подбирать наши скудные трофеи.
И я уже даже не удивлялся тому факту, что во время полной неразберихи и тотального хаоса с криками, воплями и танцами скелетов, Бом еще и успел что-то насобирать.
Вскоре я снова сидел у костра, на камнях вкусно шипела яичница, рядом запекались съедобные слизняки, а над пламенем висел помятый котелок с закипающей водой для будущего целебного отвара. У моих скрещенных ног лежала достаточно мерзкая на вид кучка добычи, и я сосредоточено копался в ней, то и дело швыряя в огонь всякую ерунду.
Два насквозь гнилых и расползающихся в руках плаща из грубой ткани; треснутая от горлышка до дна зеленая стеклянная бутылка; разбитый деревянный колчан с трухой внутри; два одинаковых ржавых и распадающихся ножа – это все я без малейших сомнений отправил в огонь, и в небо поднялся густой столб серого дыма.
Мешочек с горсточкой мелких золотых самородков и три небольших изумруда; еще крепкий короткий пехотный меч на сороковой уровень; находящаяся на грани распада поясная сумка с шестью пустыми флаконами под зелья, и там же лежал короткий нож травника с загнутым лезвием; удивительно крепкие высокие сапоги адского размера двадцать шестого уровня – это то, что я сохранил, расставил, оглядел и быстро раздал тем, кому это подходило.
Вот и вся наша добыча. Много или мало? Ответ прост – много. Всего за минуту мы неплохо так обогатились по здешним меркам, и особенно нам пригодятся самородки, если Акмэр согласится принять их в качестве денег за оплату повышения ранга заклинаний и умений.
Глядя, как что-то бормочущий про осиную талию Пэалии Светлой алхимик опускает в закипевшую воду нарезанные травы, я сказал:
– Еще минут десять – и отправляемся на рыбалку.
– На рыбалку? – удивился Храбр.
– На рыбалку, – кивнул я. – На особую могильную рыбалку…
**
«Авантюристы – личности рисковые. Но те из них, кто сумел выжить после сотни приключений, в первую очередь отличаются природной смекалкой и приобретенной осторожностью».
Это не мои слова. Просто навсегда запали в память – так начинался один из первых прочитанных мной гайдов по миру Вальдиры. Как сейчас помню – сижу на старом пне в Яслях Альгоры в свою бытность лучником Крашшотом и аккуратно листаю потрепанные страницы популярнейшего журнала «Авантюры, приключения и снаряжение!» Не помню уже, какой выпуск, но там любой возьми – и не ошибешься. В каждом номере имелся кладезь полезной информации о данжах, нужном для их покорения снаряжении, способах проникновения в различные опасные места, список лучших бюджетных средств исцеления и еще много чего другого – включая художественные рассказы на те же самые темы. Популярное чтиво для любого авантюриста. И вспомнил я о нем просто потому, что действовали мы сейчас строго по восхваляемым этим журналам каноном: лихо, но при этом осторожно; рисково, но при этом не глупо; а еще действовали с веселым и чуть злым огоньком.
– Подсекай, Рос!
– Раз! – крикнул я и, повернувшись, побежал вниз по травянистому склону, волоча за собой воздушное лассо.
Мне в спину упирались руки толкающего Дока, а у дыры поджидали Бом с Храбром.
Еще несколько прыжков, и я ощутил сначала сопротивление, а затем резкий рывок, что на миг остановил меня, даже потащил назад, но с помощью Дока я устоял на ногах и сделал еще пару шагов вниз.
– Есть! – обрадованно рявкнул Бом, и тут же послышался жалобный треск костей и смачные звуки тяжелых ударов.
Я деактивировал магию, и мы помчались обратно. Я еще не добежал, а уже получил еще один уровень. У самой дыры витало облачко пыли, полуорк с алхимиком крошили дубинами еще дергающийся и дымящийся на солнце костяк. Наклонившись, Бом содрал с замерших пальцев несколько колец, осмотрел их и бросил одно мне. Мельком глянув – дешевка на пятнадцатый уровень с +3 к интеллекту – я надел его на указательный палец левой руки и уселся на траву чуть передохнуть. За последние полчаса мы изрядно проредили население кургана.
– Можно рискнуть и нырнуть в могилку, – Бом будто мысли мои прочитал и, радостно потирая ладони, добавил: – Заметил там мельком пару каменных полок в стене. Горшки какие-то, мешки, черепа…
– Нырнем, – кивнул я и оглянулся на посверкивающее озеро. – Нам нужно больше снаряжения и магии. Нам нужно больше всего. И выпей зелье – вы с Храбром снова заразились.
Они поспешно откупорили склянки с отваром, а я, дожидаясь, когда немного восстановится бодрость, занялся распределением свободных баллов характеристик. Пять единиц ушло в мудрость, а еще пять – в силу.
Уровень персонажа: 32
Базовые характеристики персонажа:
Сила – 40
Интеллект – 40
Ловкость – 10
Выносливость – 55
Мудрость – 15
Доступных для распределения баллов: 0
В результате характеристики персонажа стали выглядеть еще несуразней. Не маг и не воин.
Но сейчас я преследовал свои цели и думал только на шаг вперед, а не на перспективу. Нет у нас тут далекого будущего. Выживать и побеждать нам надо здесь и сейчас.
Сила мне нужна, чтобы тягать с помощью магического лассо тяжелые или упирающиеся объекты, плюс сила же добавит мне стойкости – что не позволит многим пойманным тварям подтащить меня к себе. Я хорошо запомнил то алое предупреждение в описании заклинания: «Внимание! Правило перемещения объектов работает в обе стороны и может быть применено и к самому магу!»
Дополнительно на мою устойчивость к рывкам и толчка влияет показатель выносливости, она же телосложение, так что повышать придется и ее тоже – чему я только рад, ибо это дополнительные пункты жизни.
Мудрость – она оказалась главным требованием для увеличения дальности действия и стабильности заклинания. Примерно в половине случаев воздушная нить обрывалась, и я ловил откат по мане – в то время пока летел кубарем под горку. Чем активней пойманный объект – тем больше шансов, что он оборвет мое заклинание. Вот я и занялся срочным увеличением этой характеристики.
Отдышавшись, мы поднялись, переглянулись, прислушались к мертвой тишине внутри кургана… и дружно кивнули.
– Пора повторить смертельную вылазку, – улыбнулся я. – Там нас ждет смерть. Поэтому я и Храбр останемся здесь, а вы лезьте давайте в могилу…
Бом насмешливо оскалился:
– Вот именно такие слова я всегда и мечтал услышать от истинного лидера! Лезьте и умрите! А мы тут подождем…
Я старательно оскалился в ответ, но вышло куда мене убедительно – с моими-то человеческими безобидными зубами:
– Все верно.
– Не лидер, а сущее золото, – поддакнул Док полуорку, заходя к нему сзади и запрыгивая на спину. – Заботится о нас, как о собственных детях…
– Осторожней! – напутствовал их Храбр, крепко хватая меня за левую руку. – Мы готовы!
Тактика наша была проста и неказиста. Зато эффективна.
Стадия первая: выудить большую часть хилых скелетов из родной среды обитания и прибить их на залитом солнцем склоне холма, собирая попутные трофеи.
Стадия вторая: удильщика в моем лице и помощника оставить наверху, а внутрь отправить самого крепкого воина с поддержкой в виде смелого лекаря. Чуть что – и мы их выдернем наружу. Причем выдергивать надо будет с максимальной быстротой – и именно поэтому я поймал Бома магическим арканом, еще когда они только начали спускаться по веревке. Мы боялись не скелетов. Мы боялись появления Пвухсра Мертвожуя.
Загадочная Затти описывала его максимально буднично, но при этом ей удалось достаточно сильно запугать пятерку матерых авантюристов. Ладно… четверку, а не пятерку – ибо пятый брат тропы в данный момент пребывал в компании красивой девушки и не парился насчет спасения из затхлых гробниц и лап страшных монстров…
– Я вот прикидываю так и сяк, – со смешком произнес страхующий меня Храбр, – но как ни крути, а получается, что главный виновник торжества нас покинул, а мы тут отдуваемся… Вы не подумайте – я не со зла. Просто задумчиво констатирую…
– А вот я еще как зол! – пробубнил Бом из дыры в боку кургана. – И не приведи светлые боги, если этот лысый хмырь заявится в следах губной помады, благоухая шампанским и дамским парфюмом… я ему в обоих мирах морду начищу!
Я недоверчиво уточнил:
– Орбит? Благоухающий шампанским и дамским парфюмом? В следах губной помады? Мы точно об одном и том же эльфе говорим?
– Резонно… но ты понял, о чем я!
Рассмеявшись, я напомнил:
– Мы его не бесплатно отдали, а в аренду сдали. Почти продали друга за барахло. К тому же все трофеи, что удастся добыть – делим между нами четырьмя, а ему нифига.
– Такая справедливость мне нравится! – рыкнул Бом. – Мы у дна… и пока тут тихо…
– Быстрее! – напомнил я. – Быстрее.
И как я ни старался, а скрыть звенящую в голосе тревогу мне не удалось.
Минута… другая… Моя мана быстро утекала на поддержку заклинания, и я торопливо выпил малое зелье, чтобы восполнить запасы. Количество жизни и маны – еще одна моя сильнейшая головная боль. И того и того не хватает. Особенно в тех случаях, когда я чаще всего дерусь, как воин ближнего боя, но при этом от меня то и дело требуется проявить себя в качестве полноценного волшебника с огромными запасами маны.
Еще минута, и наконец оттуда завопили:
– Тяните!
Мы развернулись и побежали, выглядя при этом максимально странно – полуголые грязные парни со всколоченными волосами, один с отведенной назад рукой, другой упирается ему в спину ладонями, и они с криками бегут вниз по склону. Пара секунд – и из выдыхающей пыль и костяную муку дыры показались еще две чумазые головы, спешно выбросившие что-то наружу, а затем вылезшие сами. Увидев это, я отключил магию, и мы побежали обратно, спеша выполнить заключительную стадию плана. Дружными усилиями мы скатили в яму большой валун, его засыпали камнями поменьше, после чего присыпали землей, кое-как уложили дерн и наконец-то выдохнули с облегчением – вроде пронесло. А нет, не пронесло – Бом и Док начали жадно заглатывать содержимое флаконов с целительным отваром, чтобы прогнать могильную лихоманку. Я и Храбр оглядели друг друга и… тоже приложились к своим запасам – лихоманка зацепила и нас. Это слишком уж круто…
Немного подлечившись, мы собрали добычу – и я очень рад, что хотя бы она не заразна, однако это еще не факт, – и вернулись в лагерь, собирая по пути хворост и птичьи яйца. И спокойным наш короткий путь не был: за сто с небольшим шагов на нас дважды напали куропатки-психопаты, Бом с трудом избежал атаки гадюки, а Док провалился по колено в глубокую нору и был там кем-то укушен – само собой, укус оказался ядовит.
– Время за полдень, а я вымотан, будто сутки напролет трудился на каторжных работах, – заметил я, падая у костра лицом вниз.
– А эльфа все еще нету, – с намеком произнес прагматичный полуорк.
– Может, у них еще дела не закончились? – пробубнил я.
– А нам пофиг, закончилось у них там или нет! – отрезал Бом. – Пусть доплачивает за аренду ушастого! Мы ей не богадельня!
– Пусть она в следующий раз меня арендует, а? – с надеждой произнес Док и удивленно заморгал, когда мы все на него уставились. – Что? А чем я хуже? Сложен атлетично, разум остер как бритва, манеры обходительны, а шутки заразительны…
– Вот сейчас смешно было, – признал я, с трудом сдерживая смех. – Показывайте трофеи давайте, добытчики могильные.
– А показывать ведь есть чего! – Бом бодро вскочил. – Чего-то да нагребли! А ну-ка, глянем…
И мы глянули.
И чуть не прослезились – от счастья.
Деньги. Серебро, медь и даже чуточку золота – все вперемешку лежало в треснутом глиняном горшке с той самой примеченной полуорком полки. Мы посчитали, и набралось почти пять полновесных золотых монет. Много это или мало за полдня адского опасного труда? В наших условиях – много. Награда солидная.
Помимо этого, нам перепали: два меча – на двадцатый и тридцатый уровни; еще одно двуручное медное копье на сороковой уровень; один железный шлем на пятнадцатый; порванная ржавая кольчуга на двадцать пятый; гнилая сумка, полная пустых пузырьков и с двумя затесавшимися между ними зельями маны, а еще там же отыскалось три вполне крепких шила и коробочка с простенькими усиливающими геммами. Потом мы развернули пару тряпичных свертков и стали обладателями кое-какой одежки: рубах, штанов, бечевочных ремней, шейных платков. На этом добыча кончилась, если не считать обычные ржавые ножи, десяток наконечников для стрел и болтов, плюс три башмака без пары.
Распределив добычу, я ссыпал деньги в мешочек, потуже затянул горловину и передал его Бому – полуорк сразу же повесил наше богатство на шею и так злобно оскалился, что даже свора разбойников поостереглась бы посягнуть на эти жалкие монеты. Оставлять деньги в лагере мы не собирались – хватит с нас таких глупостей. Та же Затти и сопрет…
Закончив со скорбными до слез финансовыми делами, я поочередно переглянулся с каждым из стоящих рядом со мной грязнуль, и мы поняли друг друга без слова: надо копать второй курган, и он должен быть в размерах побольше. Выше холм – знатнее мертвецы.
– Но на самую высокую гробницу мы замахиваться не станем, – предупредил я, ни к кому конкретно не обращаясь, но успев заметить, как разочарованно потускнели глаза жадного полуорка.
– Не факт, что там окажется Мертвожуй, – заметил Храбр.
– Не факт, – кивнул я. – Зато там, может, похоронили пару павших волшебников, и они обратились в личей-некромантов – вот они нам кишки и размотают по всему Курганному Всхолмью. А может, и до озера их дотянут…
– Тогда выберем горку пониже, – часто закивал всегда осторожный Док.
Бом неохотно кивнул, признавая мою правоту: мы банально уровнями не вышли, чтобы мериться силами с кем-то действительно серьезным. Я сам так вообще не полез бы еще раз под курган, но нужда заставляла – у нас в планах призвать загадочного торговца, и мне почему-то кажется, что цены у него будут из тех, от которых глаза лезут на лоб…
– Горку пониже, – повторил я и взглянул на Дока: – Выбирай ты.
– Почему я? – он аж попятился. – Ты – лидер, ты и выбирай, под какой куче земли мы все помрем.
– Резонно, – хмыкнул я и не оборачиваясь, ткнул большим пальцем правой руки через плечо: – Вон та подойдет.
– Выбор сделан! – быстро произнес полуорк, и я понял, что по случайности указал не на самый низкий из курганов.
– Орбита ждать будем? – поинтересовался Храбр, споро работая ножом травника.
Я покачал головой и взглянул на еще высокое солнце:
– Не будем. Опыта у нас прибавилось, сил тоже, так что до содержимого гробницы должны добраться вдвое быстрее. И со скелетами мы обращаться тоже наловчились. Пока я с Доком копаю – вы свалите еще несколько берез. Потом вызов торговца, вязка плота – и отправимся в водное путешествие.
– Вечер же уже будет, Рос. Или даже ночь.
– Тогда решим по ситуации, – вздохнул я.
– А куда мы вообще торопимся-то? – спросил Док.
– По дистанции – никуда, – ответил я. – А вот впечатлить Акмэра Чтящего Устои очень хочется. И вряд ли он посчитает наше промедление достойным истинных авантюристов – мы, блин, с самого утра тут и пока даже пары километров не преодолели.
– Преодолеем, – заверил меня Бом, вооружаясь топором. – Еще как преодолеем! Вы слышали босса, парни – давайте живее! На все про все у нас три часа!
**
И снова опытный Бом не ошибся – мы преодолели. Правда, он забыл добавить, что это дастся нам ценой невероятных усилий, почти полного нервного истощения и многократного балансирования на грани смерти и жизни. Два часа ада и еще полчасика геенны огненной – вот что нас ждало.
Дымясь, в тлеющей одежде, выдыхая костяную пыль, трясясь от неохотно отступающей могильной лихоманки, борясь с эхом выдыхающегося кратковременного проклятья, мы лежали рядом с запечатанной дырой и молчали. Молчали вот уже минут пять, просто наслаждаясь светом цифрового солнца и тем, что наконец-то нас никто не бьет, не швыряет, не кусает и в целом не пытается уничтожить.
Из миновавших двух с половиной часов больше сорока минут длилась непрерывная бойня: мы – против примерно четырех или даже пяти десятков скелетов, прущих и прущих из кургана парами и тройками. А мы встали стеной и держали этот натиск до тех пор, пока не перемололи большую часть врагов. При этом мало было просто драться – тесня уже вылезших, мы не давали остальным выбраться наружу и окружить нас. Случись это – и настал бы нам бесславный конец.
Мы справились. Мы преодолели. Уничтожили нежить сначала снаружи, затем выудили и убили самых умных, поймали и прикончили мелкую и удивительно шуструю ведьму-нежить шестидесятого уровня с минимальным физическим уроном, но безостановочно сыплющую различными кратковременными проклятьями – и она одна умудрилась поразить ими нас всех, порубив все статы до единого и в два раза усилив терзающую нас лихоманку. Эту словоохотливую тварь по имени Виказория Болтушка мы уничтожили с особым удивительно злобным удовольствием. Заодно я приобрел стойкую симпатию ко всем книжным инквизиторам, что так любили зажигать костры под пятками мерзких ведьма – дайте и мне факел! Я зажгу! А потом буду танцевать вокруг костра и наслаждаться воплями подыхающей твари. Всех ведьм на костер!
Главное разочарование нас ждало впереди – курган был почти пуст на трофеи. Мы приложили столько усилий, а взамен получили кое-какое тряпье, несколько уже лишних мечей и ножей, с десяток тоже уже ненужных бронзовых и медных колец с минимальными плюсами на статы, горсть медяков и пять серебряных монет. Вот и вся награда – слезы, да и только. Тут – полное фиаско и никакой соразмерности между затраченными усилиями и полученной наградой.
Я получил еще два уровня, распределив их в горячке боя: задумываться было некогда, и я пошел путем того, кто просто хочет выжить – выжить вот прямо сейчас, а не когда-нибудь. Свободные пункты ушли в выносливость и ловкость. И да – эти скудные вложения изрядно облегчили мне жизнь и помогли продержаться еще несколько драгоценных минут в бою, приняв на себя броски камнями и увернувшись от вражеских выпадов копьем, и суметь сдержать сразу двух легких скелетов со щитами, прорвавшихся через упавшего Бома и попытавшихся повалить задний ряд нашей группы. Я выдержал. Я выстоял. И лежал сейчас гордый и радостный – и плевать, что мы ничего не заработали.
Уровень персонажа: 34
Базовые характеристики персонажа:
Сила – 40
Интеллект – 40
Ловкость – 15
Выносливость – 60
Мудрость – 15
Доступных для распределения баллов: 0
Получено Достижение!
Вы получили достижение «Здоровяк» второго ранга!
Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.
Ваша награда за достижение:
+7 к защите от атак физического типа,
+125 к количеству пунктов жизни.
Текущий бонус:
+12 к защите;
+200 к количеству пунктов жизни.
Отныне на вопрос «Ты маг?», я, как порядочный вальдирец, должен честно ответить нет. Магов с таким раскачем просто не существует. Да таких, как я, даже на порог Гильдии Магов пускать нельзя – сразу надо бить волшебным свитком по роже и пинком отправлять в Гильдию Воинов, на факультет грязных варваров…
– Смешно, – без особых эмоций произнес валяющийся лядом Храбр, и я понял, что последние мысли, сам того не осознавая, произнес вслух.
– Нет, правда смешно, босс, – поддержал его Бом. – Не очень, но смешно. И даже жалостливую слезу вышибает.
Док что-то пробубнил и выплюнул комок грязи вперемешку с тряпьем – последний из скелетов зашвырнул ему этот липкий снаряд в рот, тем самым снизив вероятность срабатывания заклинания исцеления – клич ведь уже не прокричишь. В результате Храбр едва не помер, а мне пришлось принять назначенный ему удар на себя.
– Еще курган? – в ворчании полуорка больше не слышалось жадности.
– Никаких больше курганов, – твердо заявил я. – Хватит с нас раскопок. Переходим на вызов торговца и покупки.
Храбр кивнул и показал оттопыренный большой палец. Док продолжал отплевываться, но кивал. Бом тоже кивнул и уже с куда большим интересом добавил:
– Но сначала условимся, что покупаем в первую очередь! А то знаю я вас – опять потратите деньги на всякую ерунду! Для начала предлагаю купить мне большой рюкзак с бонусом на грузоподъемность!
– Да щас! Мне нужны инструменты алхимика!
– А мне – посох с плюсом на мудрость и какой-нибудь кнут исцеления!
– Свиток метеора, – тоскливо вздохнул я. – Чтобы как жахнуть по всем этим землям, а потом наслаждаться тишиной, покоем и созерцанием медленно падающего с небес пепла… Но если нету, то я готов взять жезл с каменной картечью…
Глава 4
Глава четвертая
Странствующий торговец Другс Пэмг появился не сразу, но и без особых театральных эффектов. Разовый свиток по его призыву рассыпался у меня в руках серебряной пылью, и эти искры, загоревшись еще ярче, отлетели в сторону, закружились серебристым смерчем, а спустя несколько секунд внутри появилась темная фигура. Едва заметная вспышка… и в двух шагах от нашего лагерного костерка стоял заложивший руки за спину мирно улыбающийся мужчина. Он взглянул на нас – сидящих рядком, – мы жадно уставились на него, пытаясь понять, что это за личность. Рядовым «местным» торговцем он быть не может – раз обитает в Забытых Землях. Наверняка есть за ним какая-то не самая обычная история, хотя лично меня сейчас больше интересуют его ассортимент и цены. Но пока что я молчал, внимательно изучая его внешность – и скриншот сделать не забыл.
Первове впечатление – мужчина средних лет, средней наружности и нулевой примечательности. В его внешности не было ни единой вызывающий хотя бы легкий интересы черты. Такой пройдет мимо – и внимания не обратишь. На голове круглая соломенная шляпа, Легкая небритость, белая рубаха, такие же заплатанные штаны, босые ноги уверенно стоят на траве, на губах легкая улыбка. Он выглядел, как любой окликнутый в летнем парке прохожий, что обернулся и смотрит с приветливым недоумением, одновременно пытаясь признать в тебе знакомого.
Бом первым нарушил тишину:
– День добрый!
– Всегда добрый, – торговец улыбнулся чуть шире и вежливо кивнул.
– А где всё вот это? – полуорк описал ручищами большой круг перед собой и загадочно пошевелил пальцами. – То, самое-самое главное…
– Товары? – предположил Другс Пэмг, и полуорк яростно закивал:
– Да! Они самые! Товары! Крепкое снаряжение, острые мечи…
– Рецепты алхимии! – вставил Храбр.
– Магия! – добавил я.
– Свитки исцеления и большой кнут ОзОж! – заторопился и Док, явно боясь, что не успеет сделать заказ.
Выдержав паузу, торговец – если это был он, в чем я начинал сомневаться, – неспешно выудил руки из-за спины, показал на пустые ладони и признался:
– У меня нет ничего. Кроме рубахи и штанов, что вы видите на мне.
– ЧТО?! – вопль Бома едва не разбудил всех и без того потревоженных нами покойников. – НЕТУ?!
– Нету, – подтвердил мужчина.
– Погодите, – спохватился я. – Вы торговец? Торговец Другс Пэмг?
Поморщившись как от неприятного укола, он кивнул и одновременно помотал головой:
– Я он. Торговец Другс Пэмг, но на самом деле мое имя Дэммиур Нуммус – его я выбрал себе сам и считаю наиболее подходящим как по звучанию, так и по смыслу. Дэммиур Нуммус. К вашим услугам.
– А я к вашим, – машинально ответил я и вцепился в плечо начавшего было подниматься полуорка. – Рад знакомству! Я Росгард. Этот нетерпеливый зеленокожий бугай – Бом. Приятный молодой человек у костра – Храбр Светлушка. А это Док, наш умелый целитель.
– К вашим услугам, – повторил Другс, вернее, Дэммиур и указал пальцем на одно из бревен: – Позволите присесть?
– Конечно, – улыбнулся я. – К сожалению, не можем предложить чаю или кофе, но есть жареное мясо и яичница, если вы голодны, господин Нуммус.
– Вежливость и гостеприимство всегда прекрасно сочетаются и подчеркивают выгодные качества их обладателя, – улыбнулся Дэммиур, садясь на бревно. – Буду рад отведать и того и другого из предложенного. И пусть вас не смущает отсутствие фарфора и серебряных столовых приборов – признаться начистоту, я и сам нахожусь в крайне стесненных жизненных обстоятельствах. Походная яичница и припорошенный пылью дорог стейк? Как по мне – прекраснейшая еда! Особенно в том случае, если уже не помнишь, когда ел в последний раз…
– С удовольствием, – ответил я, вставая, перешагивая наши подготовленные для продажи жалкие трофеи и торопясь к жарочному камню. – И кое-какие столовые приборы у нас все же найдутся.
– И даже полбутылки старого красного вина! – вставил Док.
– Большего и пожелать нельзя.
Торговец обрадованно потер руки, принял от меня тарелку с куском мяса и наваленной сверху яичницей, воткнул погнутую оловянную вилку в еду и… с жадностью принялся все это уплетать, не забывая делать глотки вина из поданного Доком треснувшего хрустального фужера. Он сделал паузу только однажды, отсалютовав нам фужером и сказав:
– За встречу!
– За встречу, – нестройным удивленным хором отозвались мы, глядя на сидящего на бревне босоногого оборванца, чей внешний облик ну никак не вязался с представлением о том, как должен выглядеть пусть и странствующий, но все же торговец.
– Вас ограбили? – довольно резонно предположил Храбр. – Какие-нибудь разбойники?
– Ограбили, – ответил Дэммиур Нуммус и отставил опустевшую тарелку. – Было достаточно вкусно. Чувствуется, что рука повара еще неопытна, но все же вкус прекрасный. Кто готовил?
Подняв руку, я признался:
– Я готовил.
– Росгард, – вспомнил он и, проведя ладонью по волнистым черным волосам, снова заговорил: – Да, меня ограбили. Но не какие-то там разбойники, а те, кто запер меня и остальных несчастливцев в Забытых Землях. Меня обобрали до нитки. Забрали все нажитое. Вручили это тряпье и, чтобы сковать мне руки и разум, заперли в темной кладовке, что в свою очередь сокрыта в этих заброшенных землях. Я пребывал во тьме и горести… пока вы не призвали меня с помощью свитка. И я вам не какой-нибудь там торговец Другс Пэмг или как там еще! Я Дэммиур Нуммус! И я финансист!
– Ага, – кивнул Бом. – Финансист. Но за душой у тебя ничего?
Торговец тонко улыбнулся и признал:
– Ни единой медной монеты! В моих карманах не найдется даже треснувшей пуговицы. Кажется, таких, как я, называют банкротами… – он отхлебнул из фужера, посмаковал и кивнул: – Вино действительно неплохое. Откуда оно у вас?
– Из гробницы с нежитью, – ответил я чистую правду.
– Прохладно, темно, а бродящая там компания сплошь непьющая – как по мне, так это идеальные условия для хранения дорогого вина. К тому же нежить всегда будет рада полакомиться тем, кто посягнет на чужие винные запасы.
– Мы учтем, – вздохнул я, с тоской глядя на наши никому ненужные товары. – Проклятье… А ведь было столько надежд…
– Мы, дураки, еще и покупки себе выбирали, очередность устанавливали, – Бом схватился за голову. – Че-е-е-ерт… в курган ход копали ради заработка денег…
– А вот это неправильный подход, друг мой, – Дэммиур Нуммус укоризненно покачал головой: – Кто ж так делает? Таким путем состояния не заработать. Деньги делают деньги – вот единственно верный подход, если возжелал стать неприлично богатым. Хм… предлагаю поступить следующим образом, друзья мои – и уж простите, что так обращаюсь к вам. Но кем, как не друзьями, считать тех, кто даровал мне пусть не истинную свободу, но хотя бы тень ее? Теперь я в долгу перед вами – а я долгов не терплю. Я – Дэммиур Нуммус, и я обещаю не остаться перед вами в долгу!
– Ждали торговца, а освободили из тюрьмы нищего говоруна, – пробормотал Док и пожал плечами. – Ну хотя бы доброе дело сделали. В карму зачтется.
– К демонам карму! – рявкнул Бом. – Нам нужен торговец! Нормальный торговец! С нормальными полезными товарами! Лопату! Я лопату хочу купить! И топор нормальный! И щит хороший мне тоже нужен! Проклятье!
– Лопату? Щит? Топор? – оставшись невозмутимым, Дэммиур кивнул: – Легко. Раз есть спрос – я обеспечу и предложение. Но мне нужен толчок, чтобы начать. Легкий дружеский толчок в спину…
– И как мы можем с этим помочь? – спросил я, уже смирившись с очередной неудачей.
Пустой сегодня какой-то день. Очень пустой. Ничего не добились – не считая подъема уровней и приобретения практического опыта выживания в суматошных боях.
– А вот, – торговец кивнул на лежащие у наших ног «товары». – Не ошибусь ли, предположив, что вы приготовили все это для меня и в ваших сердцах жила надежда на меновую торговлю?
– Не ошибетесь.
– Товар сомнительный, но я бы купил и его – будь у меня деньги. Но денег нет, – он с улыбкой развел руками. – Хотя… быть может, вы поверите мне в долг? Назовите цену за всё, я ее оспорю, немного поторгуемся, после чего я стану должен вам еще больше, а вы избавите свои спины от переноски всякого хлама…
Переглянувшись с Бомом, я уточнил:
– В долг? Вы хотите забрать все наши товары в долг?
– Верно. А когда я снова войду в торговую колею и мое колесо со скрипом завертится… я вернусь к вам сам или с помощью свитка призыва и раздолжусь до последней медяшки. Ну или же предложу иные товары в обмен на погашение своего долга. И уверяю вас, господа – долго меня ждать не придется. Земли здесь, насколько мне известно от изредка навещающего меня Акмэра, довольно небольшие, и долгих путешествий не предвидится.
С искренним удивлением я спросил:
– Да с кем здесь торговать?
– С кем-нибудь, – улыбнулся Дэммиур. – Каждому что-то нужно. Так уж устроен мир.
– А деньги? У нас есть немного…
– В иное время и в ином месте я бы не раздумывая сказал «да». Но здесь… боюсь, что деньги здесь – наименее ходовой товар.
Помолчав, переглянувшись с ошарашенными соратниками, я обреченно махнул рукой:
– Да забирайте уж, достопочтимый господин Нуммус.
Блеснув глазами, он бодро подскочил с бревна:
– Тогда обговорим цену! Я предлагаю десять золотых за все, что лежит у ваших ног!
– Двадцать! – сходу удвоил Бом, выпав из отрешенного забытья.
– Одиннадцать!
– Девятнадцать!
– Сойдемся на пятнадцати?
– Шестнадцать – и все ваше!
– Вместе с вон тем плетенным ранцем?
– Хорошо!
– Продано!
Они пожали друг другу руку и одинаково хищно улыбнулись. А ведь у торговца довольно острые зубы…
Ему хватило нескольких минут, чтобы собрать все в плетенный короб, забросить его за плечи, улыбнуться нам напоследок, и, опираясь на сучковатый посох, он двинулся прочь, направляясь в сторону покинутой нами Долгой Долины. Мы наблюдали за ним, пока он не исчез за первой линией курганов.
– Что за чудика мы освободили? – задумчиво спросил Храбр, устало потягиваясь. – Куда он пошел? С кем он там будет торговать? С пугалом на колу? Или с живущими в высокой траве монстрами?
– Да пофиг! – признался я, зло сжимая кулаки. – Весь день мамонту под зад! Все надежды в прах! Давайте хотя бы плот свяжем!
– И набьем рожу наглому лысому эльфу, когда он объявится! – мрачно проворчал Бом, подбрасывая на ладони топор. – Босс прав. Надо срочно делать плот и выходить в открытые воды.
**
Плавучесть плотов – а возможно, и прочих плавсредств – в Забытых Землях тоже сильно отличалась от остальной Вальдиры и, конечно же, в худшую сторону. Там, снаружи, в необъятном и куда более солнечном и добром мире, нам бы хватило пяти достаточно толстых берез, чтобы плот легко выдержал четверку авантюристов вместе с небольшим количеством снаряжения. Добавь бревно – и плот не утонет под весом еще одного путешественника с тяжелым рюкзаком. Здесь нам потребовалось связать вместе шесть длинных бревен, чтобы плот держал нас кое-как. Поэтому пришлось добавить еще два ствола, чтобы повысить плавучесть. Связывали с помощью метров и метров прочной тонкой веревки, сплетаемой нами прямо на месте. На этом наши приготовления не закончились: мы нарезали с запасом крепких шестов, чтобы отталкиваться от дна, навалили у носа красной глины, обнаруженной неподалеку от берега, натоптали из нее площадку, уложили сверху камни и разожгли на плоту костер. Игровая система все наши попытки пусть не с первого раза, но поняла и обозначила как «самодельный глиняный очаг» и разное прочее. Рядом уложили несколько вязанок хвороста и много самодельных факелов.
По ходу работ несколько раз проговорили план действий: двигаться будем вдоль топкого берега, на середину озера не идем ни в коем случае, а игру не покинем до тех пор, пока не достигнем безопасного места для стоянки. Если понадобится пробыть в Вальдире еще десяток часов – значит, так тому и быть. Чтобы хотя бы частично защититься от возможной угрозы, решили вдоль бортов поставить несколько плетеных коробов – весят они ничтожно мало, а удар врага на себя принять способны. Легкая одноразовая защита. Был соблазн заполнить плетенки песком и глиной, но не хотелось утяжелять плот.
Распределили и позиции: Бом и я спереди, Док в центре, Храбр с Орбитом позади. Такая расстановка позволит мне использовать для ускорения движения воздушный аркан – если будет за что им зацепиться. И по этой же причине, раз я снова выступаю в роли двигателя плавсредства, меня намертво привяжут к плоту. Хотя потом мы вспомнили рассказ Затти про обитающих в Малом Рачьем озере венумрах и о том, как они любят сшибать в воду и утягивать ко дну всяких лопухов, и решили, что мы все привяжемся к плоту и друг к другу. У лягушек своя паутина на дне – а у нас своя на плоту.
С постройкой и подготовкой мы торопились как могли – день уже не клонился, а стремительно падал к вечеру и закату, свет потускнел, а ветер усилился, и стал гораздо холоднее. Забытые Земли готовились погрузиться в опасную ночную тьму. А мы впервые находились не на вершине безопасного приютного холма, и это заставляло нас, грязных больных оборванцев, утроить свои усилия.
И едва мы закончили – постоянно дергаясь от любого плеска, плюха или шелеста ветра над ставшей слишком близко водой Малого Рачьего, – наконец-то случилось то самое невероятное и давно ожидаемое нами чудо: Орбит вернулся!
Сначала мы услышали звонкий радостный смех Затти, и она первая сбежала к берегу по поросшему яркими цветами травянистому склону. За ней неспешно спустился улыбающийся Орбит, поднявший руку для приветствия. Мы замахали в ответ, обрадованные его благополучным возвращением. Бом махал пуще всех, скалясь широко и лучезарно, но глядя налитыми кровью стеклянными глазами, живо напомнив всех киношных маньяков разом.
– Убью! – тихонько пообещал Бом, продолжая улыбаться и махать рукой. – Убью жестоко. Шею сверну! Швырну его в воду и буду смотреть, как его заживо жрут хищные головастики! Потом вытащу остатки наглого эльфа, подсушу над костерком и приколочу его хитрозадую шкуру к нашему плоту в качестве подстилки для сна! Иди же сюда… иди… – он замахал уже обеими руками. – Иди скорее…
Лысый эльф, польщенный столь теплой встречей, старательно заулыбался полуорку и замахал в ответ. Как ребенок, что не сообщил, куда ушел, вызвал переполох, но вот вернулся и спешит порадовать родителей – не понимая, что они невероятно перенервничали и их улыбки скорее злы, чем ласковы.
– Иди-иди, смертничек, – бормотал Бом, забывшись и крепко сжал пальцы. – Нагулялся, навеселился… ишь, чистенький какой… щечки румяные… глазки блестят… Теперь можно и помирать в мучениях…
Сейчас он уже махал двумя кулаками, одновременно притопывая по глине, отчего казалось, что он танцует некий таинственный, простенький и при этом очень недобрый танец. Будто дикий орк, готовящийся совершить кровавое жертвоприношение при последних лучах закатного солнца. Когда между нами и вернувшейся парочкой осталось шагов десять, Бом не выдержал и взревел:
– Прибью! Убью! Потом воскрешу и снова глумиться начну! Весь день тебя не было! А мы тут пылью могильной дышим! Нет тебе прощения! Ничто тебя не спасет и…
– Во-о-о-от! – без страха подойдя к огромному набыченному полуорку, Орбит с улыбкой протянул ему здоровенный заплечный мешок из черной кожи и с серебряной вышивкой. – Тебе-е-е!
Протянутые к глотке эльфа зеленые ручищи вздрогнули и остановились в паре сантиметров. Тяжело сопя, Бом уставился на висящий в воздухе рюкзак: поблескивающая черная проклепанная кожа, широкие ремни, серебряные массивные пряжки; едва заметная серебристая аура витает над этим солиднейшим средством переноски немалого груза.
– Ничто тебя не спасет… – уже совсем другим тоном повторил Бом. – Ничто…
– Зачарован на грузоподъемность! – вставила Затти, встав за спиной эльфа и говоря поверх его правого плеча, для чего ей пришлось привстать на носочки. – И на прочность!
– Ничто не спасет…
– Кожа бычья! Толстая!
– Бы-ы-ычья, – кивнул Орб.
– А внутри мешка знаешь, что спрятано? – девушка улыбнулась еще ослепительнее: – Внутри поясная сумка из того же материала и явно вышедшая из рук того же мастера!
– Ничто… – икнул полуорк. – Никто… никто не посмеет обидеть моего друга Орбита! Никто! Лапы прочь от него, вы, злобные негодяи! Эльф работал весь день! Старался!
Зеленые пальцы жадно сцапали мешок, и через мгновение Бом уже сидел на корме плота, скрючившись, нюхая черный рюкзак и что-то бормоча. Что ж – главную угрозу Орбит от себя отвадил, но всех опасностей не избежал. Себя я в числе его угроз не считал и просто радовался возвращению друга. Скрестив руки на груди, я уселся под пнем – не ожившим, слава всем светлым богам! – устроился поудобней и с интересом стал наблюдать за представлением.
– Мы тут изнемогли в конец, – робко заявил о несправедливости Док, заранее вытягивая руки ладонями вверх. – Чуть не померли!
Следующий предмет перекочевал из рук в руки – длиннополое пальто из серой и даже на вид прочной ткани, с высоким воротником и двойным рядом бронзовых пуговиц.
– «Пыльник врача-путешественника, – прочитал Док описание и от переизбытка чувств аж покачнулся. – Тридцать пятый уровень, плюсы к мудрости и разуму, бонус – пять процентов к действию заклинанию исцеления…» Орб! Ты настоящий друг!
– А в кармане лежит свиток ауры приглушенности! – добавила Затти, выглядывая уже из-за левого плеча эльфа. – Да-да!
– Вы такие молодцы… мы тут фигней страдали, а вы дела делали, – окончательно расчувствовался Док. – Да по сравнению с вами мы – просто бездельники!
Тут же напялив идеально подошедшую по уровню обновку, он удалился к Бому и уселся рядом с ним.
– Я вот даже не знаю, как тебя ругать, бро, – заметил Храбр, выжидательно шевеля пальцами.
Эльф с улыбкой протянул ему… пару сапог с короткими голенищами. Синяя темная кожа, медные украшения, толстая крепкая подошва.
– «Походный друг травника, – прочитал Храбр. – Зачарованы на прочность, выносливость и обнаружение некоторых полезных растений поблизости». Обалдеть!
– А в голенище – магический свиток «Облачко стылого тумана»! – промурлыкала Затти. – Ненадолго скроет небольшую компанию от вражеских глаз и нюха!
– Люблю вас обоих! – твердо заявил Храбр и ушел к полуорку и лекарю, прижимая подарки к груди.
Моя очередь?
– Не-а, – изрек я с улыбкой. – Меня подкупать не надо. Рад, что вернулись. И сердиться не сержусь.
– Вот настоящий мудрый лидер, преисполненный великодушия! – воскликнула Затти и ткнула эльфа в плечо: – Я же говорила! А ты переживал!
Орбит закивал, в глазах появилось облегчение, но тем не менее он все же протянул мне пару небольших предметов. Подойдя, я принял извинительные дары и осмотрел. Скрученный темно-серый свиток с черными вкраплениями – уже недобрый знак. И второй предмет представлял собой опаленную огнем красную книгу – носимый на поясе артефакт, на один процент усиливающий любую огненную магию и на столько же дающий от нее защиту. И плюс семь к интеллекту.
Развернув свиток, я попытался прочесть описание и не смог – свиток оказался неидентифицированным. Я посмотрел на Орба, и тот огорченно вздохнул и развел руками. За него ответила Затти:
– Мы не смогли расшифровать! Но однажды ведь сможем! Бери это щедрый дар смело, о Росгард Мудрый и в Меру Продажный! И скажи главное – а я смогу еще раз забрать Орбита на полдня?
– Да! – рявкнули сидящие на плоту истинно безмерно продажные негодяи.
– Нет! – буркнул я. – И давайте на плот уже! Время отплывать!
– А где вы вообще были? – главный вопрос был задан, само собой, Бомом, что уже снарядил обновки, переложил в них имущество и теперь с большим интересом и подозрением смотрел на ладный рюкзачок Затти и тощий сидор Орбита. – А что там делали? Я не про личное спрашиваю, а про золотое и стальное там всякое, которое зело ценное и в наших странствиях полезное. А ну, колитесь! Нашли что-нибудь полезное? Поделитесь рассказами и трофеями?
Согласным заинтересованным гудением вопрошателя поддержали и остальные – я в том числе. Правда, гудение получилось сдавленное и прерывистое – мы изо всех сил налегали на тяжелый и уже начавший увязать в прибрежной тине плот. Орбит бросился помогать, а девушка первой запрыгнула на наше мощное сооружение и уселась в центре.
– У него получилось! – она с трудом сдерживала ликование. – И я была права – он разгадал загадку! Не знаю, почему я так была уверена в его способностях – но он смог!
Пыхтящий рядом со мной Орбит засиял улыбкой, но она живо потускнела, когда хитрая чертова безжалостно поперчила сладкую конфетку лести:
– Но справился он далеко не так быстро, как я ожидала. Да еще и с заминками постоянными.
Огорченный эльф удвоил усилия, но не рассчитал время – плот уже оторвался от берега и попер прочь, – поэтому Орб рухнул в прибрежную грязь, разом лишившись своей чистоты.
– Хотите купаться – делайте это сейчас, – предупредила Затти, и стоило ей это сказать, стадо из пяти грязных хряков тут же заплескалось на быстро мутнеющем мелководье.
Превратив прозрачные воды в мутную и зловонную сточную клоаку, мы забрались на плот, убедились, что не забыли на берегу ничего важного, и вооружились шестами. Следующий этап нашего путешествия начался, и мы оставляли Курганное Всхолмье позади. Отталкиваясь шестами изо всех сил, мы скорректировали направление, а следом ускорились, насколько это возможно, двигаясь в шаге от правого берега Малого Рачьего озера. Убедившись, что ситуация под контролем, я отложил шест, уселся рядом с Затти, открыл карту и поставил галочку над отметкой Курганов. Еще одна локация позади – и на этот раз мы точно не получим награду от Акмэра. Ведь курганы мы исследовали едва-едва, возможно, оставив позади огромнейшую кучу сокровищ. И мы не встретились с Мертвожуем – одним из несомненных боссов локи. Уверен, что в одном из курганов наверняка сидит еще как минимум пара главных монстров, только и ждущих, когда к ним в пыльное царство явятся наконец авантюристы. Но мы не явились, не победили и не разграбили, чем, вероятней всего, сильно разочаровали Акмэра.
Вот только других вариантов нет. Даже жадный Бом это понимал и молчал, не пытаясь задержаться рядом с курганами. И причина проста – нас мало, а курганов много. Нам потребовалось бы минимум дней десять, а то и больше, чтобы вскрыть далеко не все из могильников. И речь о полновесных настоящих днях. Да, мы бы отлично подкачались на мочилове скелетов, что очень даже неплохо. Но описанное Затти чудище Мертвожуй… оно действительно превращает раскопки в убийственную русскую рулетку.
– Рос! – Док толкнул меня в плечо, а когда я взглянул на него, указал глазами вниз.
Опустив взгляд, я посмотрел в уже потемневшее волнистое зеркало озерной глади и удивленно вздохнул – там на дне, прямо под нами, происходило нечто невероятное. В темных опасных водах один за другим зажигались яркие разноцветные огни, медленно высветились линии той самой подводной паутины, а по ним побежали плавные хаотичные вспышки. Узлы паутины светились особенно ярко, а в темных ячейках зажигались и гасли полупрозрачные хвостатые тела с темными внутренностями. Эти юркие тени сновали из стороны в сторону, крутились на месте, а некоторые раскрутились так быстро, что породили водовороты, показавшие себя даже на поверхности. И все это буквально в нескольких метрах от берега.
– Рос! – на этот раз меня окликнул Бом.
Посмотрев на полуорка, я глянул на то, чем занимается этот хвастливый громила и зло зашипел:
– Тебе заняться нечем?! Нашел время для забав!
– Рос… это не я… – просипел улегшийся на бревна ничком полуорк, свесивший голову над краем плота и опустивший левую руку по локоть в воду – на это я и разозлился, когда увидел.
– Не сам руку в воду засунул? – скептически осведомился Док.
– Не сам! – рявкнул Бом.
И тут я понял, что он не шутит. Более того – он серьезно разозлен и вроде как в пока еще легкой панике. Зеленая ручища опустилась в воду глубже, передергиваемое судорогами лицо опустилось ниже, и по щеке ударила пощечина набежавшей волны, оставив мокрую отметину.
– Это не я делаю!
– Держите его! – велел я и поспешно присел.
Уперевшись ногами в одно из бревен, я нашел нужную веревку и до отказа натянул ее, не давая полуорку сползти еще глубже в воду.
– Не могу отвести взгляд, – в голосе Бома зазвучали те самые обожаемые зрителями нотки из фильмов ужасов. – Не могу прекратить смотреть…
К этому моменту мы все дружно тащили полуорка, и у нас получилось сдвинуть его многопудовую тушу, но тут он вцепился в бревно и подался вперед, пытаясь пересилить своих спасителей. Затти присоединились к нам, ухватившись за веревку и вытянувшись в струнку. Бом остался на месте.
Откуда у полуорка столько бешеных сил? Пусть он воин, но и мы силу вкачивали! И он держится всего одной рукой – а мы его всем гуртом тянем! Хотя он вторую лапу уже тянет вперед… г-гад!
– Бом! – рыкнул я. – Разожми пальцы!
– Не могу! И все смотрю и смотрю…
Первым сообразил Док. Бросив веревку, он неуклюжим сурком прыгнул на полуорка, навалился грудью ему на голову и обеими ладонями закрыл стеклянные глаза. Секунда… и окаменевшее тело Бома разом расслабилось. Еще секунда – и он шумно задышал, завел руки назад, схватился за бревна и одним мощным рывком оттащил себя от гибельного края. Наткнувшийся на берег плот остановился и начал медленно разворачивать – но это была обычная инерция и игра волн. Мы, пытаясь понять и оценить произошедшее, продолжали валяться и облегченно глядели в звезды. А те насмешливо мигали…
– И что это было? – спросил я.
– Какой-то визуальный гипноз, – ответил Док, умудрившись добавить в голос сухую академическую нотку. – Как я ему зенки прихлопнул ладонями – так и отпустило.
– Спасибо, – хрипло поблагодарил Бом и поднялся, легко сбросив с себя крякнувшего лекаря. – Жизнь… усталость…
Мы были в группе, поэтому я просто скосил глаза и взглянул на разноцветные линии наших показателей жизни, маны и бодрости. У всех они были в полном порядке, а вот у Бом на десять процентов просела жизнь, а бодрость плескалась у нуля – будто он совсем недавно долго и упорно сражался, вымотав себя до изнеможения.
Я перевел взгляд на Затти. Та, правильно поняв выражение моего лица, развела руками:
– Да я сама ничего не понимаю! Чего это зеленого купаться потянуло?
– Огни, – произнес Храбр, снова заглядывая в воду. – Он смотрел на подводные огни. И его будто потащило в озеро. Я видел, как он упал, потом руку опустил в воду – но я подумал, что он решил поприкалываться.
– К черту такие приколы! – почти прежним голосом зарычал Бом. – Я потерял над собой контроль! Шутки ведьмовские!
– Огни? – Затти возмущенно затрясла головой. – Огни тут причем? Знала я про них – но это ж просто огоньки и ничего больше, поэтому и забыла рассказать. Я их много раз видела!
– Мы все смотрели на эти огни, – заметил я. – И со мной ничего не случилось. Да и с остальными тоже.
– Кроме Бома, – добавил лекарь. – И чем он отличается от нас?
– Расой! – выпалил Храбр, а раскрывший рот Орбит огорченно захлопнул его, не успев опередить алхимика.
– Бросьте! – буркнул я, поднимаясь и берясь за шест. – Не до этого сейчас! Бом, ты оставайся, где сидишь. Остальные – за работу! Затти, помоги нам. И следите за собой и друг за другом! Сразу оповещайте, если потянет вдруг искупаться!
С одной стороны плота воды уже были куда глубже и заполнились огнями, а с другой было почти темно и мелко – туда мы и воткнули шесты. Несколько минут пролетело в напряженном пыхтении, но затем я все же не выдержал и попросил:
– Расскажи об этих тварях все, что слышала, Затти. Даже мелочи. Знаешь что-нибудь?
– Знать знаю, но не бесплатно же такое вываливать на нищих слушателей, – фыркнула в ответ ловко орудующая шестом девушка. – Вот если позолотите ручку, то…
– Мы еще не обговорили почасовую аренду лысых эльфов и новые, куда более высокие расценки, – задумчиво произнес я.
– А с другой стороны, как не рассказать друзьям пару интересных историй! – Затти натужно заулыбалась. – И вообще я натура добрая и щедрая. И хватит уже злиться! Ну опоздали мы немного – но там тоже все непросто оказалось! И забирала я его слабеньким – а вернула куда более сильным!
– Признаю, – кивнул я, до этого уже успев заметить, что Орб достиг сорок первого уровня.
К тому же на нем новая экипировка: серые просторные штаны, синяя рубаха, а поверх нее –черная кожаная безрукавка. На ногах черно-серые мокасины, а на поясе широкий кожаный ремень с ножом в ножнах и короткой дубинкой. Ну и мешок за плечами – куда мы пока не успели заглянуть. И одет наш лысый красавец так ладно и стильно, что можно заподозрить воздействие женской руки с хорошим вкусом.
– К тому же он не только загадку разгадал, но и монстра вылезшего помог мне прикончить! И трофеи мы получили неплохие! Так что дядюшка Акмэр это тоже зачтет в вашу пользу!
– Ладно, – кивнул я. – Значит, договориться сумеем. Но про лягух отвратных рассказывай.
– Хорошо. А теперь ложитесь и дальше двигаемся только так, – она опустилась первой, продолжая удерживать шест в руках. – Ложитесь же! Они хорошо различают силуэты…
Мы попадали, как срезанные снопы, повозились на мокрых бревнах, пытаясь приноровиться к шестам, и кое-как приспособились.
– А огонь тушить? – шепотом спросил лежащий у костра Храбр.
– На костер они почему-то не реагируют, – тихо ответила девушка. – Но огня боятся!
Бом подполз к глиняной площадке и подкинул в пламя небольшую охапку хвороста. Затрещавшее пламя выбросило в ночное небо сноп искр, убив несколько десятков кружащих вокруг насекомых.
– Нам еще долго идти до перешейка? – спросил я, вглядываясь в темноту впереди.
– Минут так двадцать еще, – ответила Затти и опять совсем не фэнтезийным сленгом.
– Главное – не шуметь, – подытожил Храбр.
Убедившись, что все готовы слушать, Затти приглушенно заговорила о монстрах, убивших все живое в Малом Рачьем озере. И она не бубнила себе под нос и не говорила с равнодушием. О нет. Тут началось настоящее представление: у девушки будто что-то быстрее завертелось в ее ладном теле, и, наклонившись к Орбиту, она почти запела, звонко и ясно проговаривая каждое слово. Выправившийся плот медленно шел по звездной воде, мы вытянулись на мокрых холодных бревнах и внимательно слушали. И начала Затти не с хищных лягушек и их детишек, а с Акмэра – что только подстегнуло наш интерес.
Акмэр Чтящий Устои суров и не слишком балует даже тех, кто разделил с ним судьбу узника в просторной клетке Забытых Земель. Просто так из него не выбить и слова лишнего. Но и он не в силах сдержать свою натуру и, став свидетелем пусть небольшого, но смелого поступка, порой вдруг да обмолвится о чем-нибудь полезном. Это неудивительно – ведь она давно поняла, что Акмэр покровительствует упорным и храбрым, любит отчаянных и никогда не сдающихся на милость судьбы. Видя эти качества, он снисходит до пояснений и предостережений. Он делится. И хотя зачастую даваемые им знания бесполезны с практической точки зрения, или же ими нельзя воспользоваться здесь и сейчас, они все же интересны и позволяют немного скрасить царящую здесь вечную скуку.
Затти много раз пыталась добрать до дна Малого Рачьего – слишком уж много разбросано там всякого манящего, блестящего, пьянящего взор жадной до сокровищ и новых знаний авантюристки. Как она только не старалась! Перебрала десятки способов, меняла подходы, заходила с разных сторон, изощрялась как могла, но так и не преуспела. Несколько раз была на грани жизни и смерти, но ни холодная вода озера, ни жгучий яд аранидов не смог остудить ее решимость. Она ненадолго отступала, чтобы заняться исследованием других мест, находила и изучала что-то полезное, становилась чуть сильнее, после чего возвращалась к озеру и делала очередную попытку. И снова терпела поражение, едва живой выползая на болотистый берег. И в такие моменты иногда появлялся дядюшка Акмэр, делясь очередной крохой сведений, после чего исчезал. Постепенно эти крохи складывались вместе, и получалась почти целая страничка из разрозненной книги потерянных знаний…
Лягухи эти – бич божий для всех подводных обитателей. И страшны они не своей плодовитостью и прожорливостью, а живучестью и… разумом!
Разумом? Лягухи?
Затти сердито закивала – да, разумом! И нет, сейчас они не особо разумны – слишком уж мало для них это озерцо, слишком мала их численность и невелики размеры паутины. Дядюшка Акмэр сказал, что только дай этим тварям шанс расплодиться на более обширных территориях, дай им в разы увеличиться в количестве – и жди появления страшного умного врага!
Общий разум. Стайный. И чем больше стая – тем она умнее. И тем они, не боясь этого истинно человеческого подлого и страшного словечка, – тем они коварней! Да, коварней и хитрее! Какую-то роль в этом всем играет и светящаяся под нами паутина – есть у нее свое особое предназначение, связанное с разумом хищных лягушек. Видя недоверие на наших лицах, Затти пробормотала ругательство на неизвестном мне языке и рассказала небольшую историю, чтобы доказать свои слова.
В одну из своих попыток достигнуть дна и сокровищ лягушачьей обители, она угодила ногой в липкую хватку паутинной петли. Ее почти настигли клыки огромных головастиков, но ей удалось увернуться от двойной атаки, а следом перерезать петлю и телепортироваться с помощью одного из драгоценных местных кристаллов – ее, мокрую и перепуганную, перебросило в Страннорослую Пущу. А чтобы мы понимали весь ужас ситуации и счастье спасения – магия телепортации не работает, если тебя держит паутина венумров! Но самое главное впереди! Через некоторое время она снова решила испытать удачу и, несмотря на предостережения дядюшки Акмэра, опять погрузилась в ядовитые воды. И снова ее поймали за ногу – ситуация повторилась в точности. Вот только на этот раз головастики не просто атаковали с разных сторон, но и выплюнули дополнительные паутинные нити. И спасало ее уже не чудо, а использование свитка огненной сферы, выжегшей вокруг нее не только воду, но и все живое. Она, окутанная паром, рухнула на дно, что-то там схватила и добежала почти до берега, прежде чем ее настиг шлепок мелкого цунами, забросив в болото. Так она потеряла свой единственный свиток огненной сферы, а взамен получила черепушку эльфа, обвитую жемчужной нитью. Так себе награда! Но пригодилась в качестве шкатулки для всяких мелочей…
Оглядев слушателей, Затти ткнула пальцем в воду и уверенно заявила:
– Это ужас подводный! И как говорит дядюшка Акмэр, боятся эти твари лишь других еще более страшных тварей – величайшего и плодовитого племени подводных разумных пауков! Гигантских пауков, называемых дрэнгами! Еще я что-то слышала о пауках луртах, но они мельче и слабее. А вот дрэнги живо бы пожрали всех чертовых лягушек и головастиков! Ну а мне достались бы их сокровища…
– У нас есть гигантские разумные пауки, – задумчиво произнес Бом. – Подводные.
– Вот! – обрадовалась Затти. – Их бы сюда нам!
– Вот только паучье подводное племя давно уже не великое, не плодовитое и не особо страшное, – добавил полуорк, отталкиваясь шестом от дна. – В далекие времена существовало целое паучье королевство в глубоких водах. Но воинственные ахилоты пошли войной и почти уничтожили паучий род. Лурты – пауки умные, деловитые – прижились среди ахилотов и разумных слизней в подводных городах, живут себе на отшибе, потихоньку плетут паутину. А вот пауков дрэнгов – сокрушителей и пожирателей, элиты паучьего воинства – их почти не осталось. Я не слишком много о них знаю, я все же не мокрый противный ахилот, но каждый лохр Вальдиры ведает, что паучья подводная раса на грани вымирания. Если их и прятать в Забытые Земли – то не для битвы с венумрами, а ради спасения.
– Лохр? – с огромным интересом спросила Затти.
– Разумная раса Вальдиры, – с улыбкой ответил я, вспомнив Пенька Лупоглаза и его безумную любовь к Кире. – Болотные жители, обожающие рыбу. Мирный светлый народец, имеющий кое-какие торговые связи…
– И отсутствие каких-либо амбиций, – добавил Бом. – Лохры – главные лохи Вальдиры и причем по собственному желанию.
Удивительно, но рассмеявшаяся девушка «местная» не стала спрашивать про значение слова «лох» – похоже, прекрасно знала его сама.
– Ахилоты… – начал Храбр, но Затти замахала рукой:
– Про них знаю от дядюшки Акмэра. Они тоже на грани вымирания?
– О нет, – заулыбался алхимик. – Ахилоты вполне себе процветают и расширяют территории. Они царят под водой, уверенно тесня всех прочих – включая крабберов.
– А что вы знаете про разумных пауков? – поинтересовалась Затти, поочередно оглядывая нас.
– Орбит наверняка знает кучу всего интересного, – ответил я, и эльф благодарно заулыбался мне. Но, воскресив в памяти его долгое отсутствие и не слишком щедрые извинительные дары, я мстительно добавил, вспомнив о еще одном весьма сведущем и богатом персонаже: – Но больше всего о пауках, как я думаю, может рассказать ахилот Бульквариус.
– И кто он такой? – Затти завозилась, отворачиваясь от эльфа. – Я хочу знать больше о пауках сокрушителях! Они же крутые! Как найти Бульквариуса, и кто он вообще такой?
– Бульк? – хмыкнув, я попытался описать его несколькими словами: – Чужеземец, как мы. Торговец, финансист, исследователь, авантюрист и вообще классный честный парень. Мы имели с ним дело и не были разочарованы ни разу.
– А пауки тут причем?
– Он ахилот, – напомнил я. – И я лично видел сопровождавших его здоровенных страшных пауков. Возможно, это и были те самые дрэнги – пауки сокрушители и пожиратели.
– И они охраняли Бульквариуса? Тогда мне точно надо с ним познакомиться! Может, он одолжит парочку своих охранников, чтобы они помогли мне разобраться с этими гадкими венумрами!
– Да тебя просто бесят живущие здесь лягушки! – понял я.
– Да! – воскликнула Затти, зло сжимая кулаки. – Еще как бесят! Столько всего на них потратила – сил, свитков, артефактов! Аж кричать хочется!
– Не надо! – попросил я и посильнее налег на шест. – Нам бы пересечь это озеро поскорее, а там уже кричи на здоровье.
– Без драки не пересечете, – буднично заметила Затти. – Венумры ждут. Плавают сейчас под нами и пытаются понять, что мы затеваем. Если решат, что мы хотим нырнуть и достичь дна – уйдут в тень и будут ждать, когда мы поглубже занырнем и окажемся в их лапах. Но если поймут, что плот просто пересекает их владения и не вернется – они тут же атакуют.
– И ты молчала?! – зарычал Бом.
– Отобьемся, – уверенно произнесла вечно что-то недоговаривающая авантюристка. – В воздухе они атакуют малыми силами. Кушать им ведь нечего – вот головастики и не превращаются во взрослых сильных лягух. Бойцов у них мало, а мне удалось уменьшить их поголовье на двадцать четыре твари! Хотя и высокой ценой…
– Опиши, как они атакуют, – Док нервно поежился и перекатился ближе к девушке. – Насколько сильно бьют? Мне ведь всех лечить, и я должен знать. Яд? Кровотечение? Что-нибудь еще?
Привстав, я всмотрелся вперед и, как мне показалось, разглядел на сером фоне густых сумерек далекую черную массу высокого перешейка. Мы уже миновали середину пути. И раз так, то скоро нас атакуют разочаровавшиеся в наших трусливых действиях венумры…
Я уже начал прикидывать возможную тактику в скорой битве, а Бом подбросил больше хвороста в огонь и с некой даже беспомощностью уставился на меня, зло сжимая кулаки:
– Как только взглядом чертовы подводные огоньки зацеплю – так сразу подтормаживать начинаю. Такой магии в низкоуровневых локах вообще быть не должно!
– Мы несколько раз проверили его рефлексы, – заверил меня Док и постучал по мускулистому плечу полуорка: – Этот индивидуум безнадежен – смотрит, как олень на фары мчащейся машины, и не реагирует. И что делать?
– Завязать глаза, и пусть машет топором по команде? – предложил Храбр.
Вытаращивший глаза Орбит поспешно замотал и головой, и руками – и я его опасения полностью разделял. Ну нафиг нам такой слепой шаолинь – могучий полуорк скорее порубит на суповой набор нас, а не лягушек. То-то головастики удивятся, когда изрыгающая ругательства еда сама посыплется им на головы кормом для рыбок.
– С завязыванием глаз могучим амбалам я погорячился, – признал Док. – Тогда пусть работает шестом, а мы сразимся!
– И сам ты олень! – запоздало среагировал Бом, зло зыркнув на лекаря. – Ты где видел, чтобы врачи так с пациентами разговаривали? И кого ты амбалом назвал?
– А ты не амбал?
– Амбал! – признал Бом. – Но не олень! Кстати! А если ослепить лягух дневным светом? а если ослепить лягух дневным светом? У тебя ведь осталась та найденная в грязи бутылка с запечатанным светом?
– Попробовать можно, – кивнул я. – Хм...
– Не сработает! – отрезала девушка. – Дневного света они не боятся. А во время прыжка им плевать – несутся, как камни из катапульты. Что камню бьющий в глаза свет?
– Как ни свети – а траекторию он не изменит даже если зажмурится, – согласился Храбр. – Ну… тогда Док прав – Бом толкает шестом, а мы воюем. Других вариантов нет ведь? Рос? Орбит?
Я честно пытался что-то придумать, но ничего полезного в голову не шло. Как ни крути, а монстры так и так будут выпрыгивать из ночного озера, а нам придется уворачиваться и одновременно пытаться нанести им существенный урон, не прибив при этом самих себя. Такая тактика планировалась изначально и все еще выглядела вполне работоспособной.
Орбит взглянул на меня, открыл рот, я радостно закивал – давай, гений ты наш, рожай очередное спасительное чудо! – но Затти толкнула его в плечо, едва не свалив в воду и, заставив замолчать столь бесцеремонным способом, спросила:
– А вам так хочется воевать? Одно слово – мужчины. Лишь бы топорами и вилами помахать!
Уловив в ее словах проблеск надежды, я, совсем не горя желанием воевать на темном и не слишком большом плоту, торопливо заверил искусительницу:
– Уверяю – воевать вообще не хотим!
– Ну так и не воюйте! – беззаботно воскликнула она. – Нет чести в глупых битвах! Авантюристы рискуют только ради сокровищ и славы! А тут нам ничего не светит…
– А так можно? – осторожно спросил я – Не воевать?
– Можно! – заверила она. – Слушайте, как мы поступим!
Мы поспешно склонили к ней головы. А через минуту, обогатившись нехитрой тактикой, мы уже действовали.
Поскрипывающий и постанывающий трущимися бревнами плот, повинуясь нашей воле, неохотно начал менять курс. Отведя борт от спасительного берега, нагло повернувшись к нему кормой, мы пошли на глубину, в точности следуя тихим командам таинственного лоцмана Затти, уже не раз бывавшей в этих туманных водах и всякого здесь повидавшей. Вскоре мы отошли на десяток метров, и шесты перестали достигать дна. Бом смирно лежал на середине, накрыв лицо тряпкой. В окружении нескольких чадных факелов и с горящим у головы костром он выглядел покойником, коего безутешные братья по оружию собираются предать погребению огнем и водой. Вот-вот полыхнет трескучий яркий факел над озерной гладью, и еще один отважный авантюрист упокоится с миром… Оставляя за собой след взбаламученной ряски, пахнущей гнилью, спелыми апельсинами и только что разрезанной арбузной коркой, мы прошли еще немного и качнулись то ли на едва заметном течении, то ли зацепив окраину бурлящего под водой источника. Мы шли в абсолютной и пугающей тишине, будто угодив в наполненный вакуумом пузырь. Мерцающие под разорванной ряской подводные огни стали ярче, напитав воду потусторонним свечением. Мы шли по затухающей инерции и я, пользуясь кратким бездельем, опустился на колено и вгляделся в глубину.
Зря я так поступил…
По коже невольно пробежал холодок, стоило мне увидеть десятки вытянутых живых торпед, крутящихся под туловом плота. Буравя светящуюся воду, они оставляли за собой сотни почти мгновенно затухающих искр – хищные злобные головастики выглядели удивительно красиво и в чем-то походили на идущие в космосе космические корабли, виденные мной на бумажных страницах старой фантастики. И в нашем случае эти «корабли» несли нам смерть…
– Держи! – шепнула Затти, и заранее проинструктированный Орбит с такой готовностью обхватил ее талию и так крепко прижал девушку к себе, что я не удержался и сделал скриншот сего тесного и весьма романтичного на вид сотрудничества.
– Во дает… – сдавленно и завистливо пискнул Док. – А почему не медицина в первых рядах?
Ему никто не ответил – начинался самый опасный момент. Вытянув руки, Затти всматривалась в кромешную темноту – я как ни напрягал глаза, не увидел ровным счетом ничего. Подавшись вперед, она обнаружила, что искала, и воспользовалась уже знакомой мне магией – воздушным лассо, но явно куда более прокачанной его версией. Протянувшаяся от ее рук едва заметно дрожащая в дыму факелов и костра воздушная линия ушла в темноту, после чего девушка резко подалась назад всем телом подобно подсекшему добычу удильщику, и… плот начал разворачиваться, а затем и набирать скорость. При этом авантюристку удерживал только Орбит – а будь на ее месте я, меня пришлось бы держать всей пятерке, чтобы я только не слетел к чертям с плота. Законы магического противодействия еще никто не отменял. Хотя Затти как-то справлялась, и либо у нее был огромный запас сил, либо прокачанный ранг заклинания давал дополнительные бонусы. Я аж воспылал жаждой встречи с Акмэром…
– Там! – Храбр указал мне направление.
Активировав заклинание, я выстрелил лассо в едва-едва виднеющееся нечто слева по курсу – а Затти зацепилась магией гораздо правее. Держащая меня веревка туго натянулась и завибрировала, когда я потянул лассо на себя. Направляемый уже двумя магическими арканами плот пошел быстрее и чуть изменил курс.
– Тянем сильнее! – прошипела Затти, и мы удвоили усилия, благо перед этим перекусили наспех приготовленной яичницей. – И еще сильнее!
Сильнее я просто не мог, но плот и так набрал достаточно скорости, с шелестом идя по густому ковру полумертвой ряски. В темноте впереди проявилась серая высокая масса, мимо прошли наши зацепы, оказавшиеся торчащими из воды валунами. Храбр еще раз указал мне направление, я поймал арканом следующий зацеп, Затти меня немного опередила, и мы изо всех сил потянули с таким азартом, будто верили в возможность выдернуть валуны из озерного дна. За моей спиной в воду с плеском опустились шесты – мы снова были на мелководье, и остальные подключились к процессу спасения.
Метр пройден… еще один…
На этот раз мы ухватились уже за сам берег, а плот вошел в достаточно узкий проем между мокрыми валунами с пляшущими на их боках причудливыми тенями, отброшенными нашими мечущимися фигурами. Валуны появились и тут же остались позади, но до того, как это случилось, я успел заметить мелькнувшую по боку правого камня еще одну длинную быструю тень. Тревожно закричала Затти, резко уселся Бом, вскидывая толстый шест. Полуорк не промахнулся – тупой конец шеста угодил точно в центр белесого тугого пуза венумра, но не остановил прыгнувшую сзади тварь, а чуть ускорил и подправил ее полет, послав через узкую лагуну на каменистый берег. Мы со скрежетом прошлись днищем по мелким камням, и плот рывком остановился, уткнувшись мордой в сушу. Развернувшись, мы с Затти схватились за факелы и вскинули их над собой, одновременно пятясь назад. Полуорк, ревя бешеным медведем, поймал концом шеста еще одну тварь – но она шла так низко, что удар пришелся ей в разинутую клыкастую пасть, насадив на шест, как на вертел. Монстра это не убило. Разбрасывая вокруг тину и воду, он забился на весу, а Бом, крутнувшись, швырнул венумра вместе с шестом на берег и тут же упал, не дав следующей твари схватить себя за голову. Ее магическим лассо поймал я и спиной вперед побежал назад, тяня изо всех сил. Это не составило труда – монстр летел в нужном направлении, и я просто чуть удлинил его полет, не дав упасть в воду и приземлив на жесткий сухой берег.
Сухой. Сухость. Сушь. Эти слова Затти подчеркнула несколько раз. Монстры летят – и пусть себе летят. Но приземлиться они должны не в воду и даже не на влажную землю, а на сухой щебень там, выше.
И сначала наши уши разорвал истошной силы пронзительный визг, а затем мы увидели дергающихся на сухих камнях венумров. И они не просто дергались! Разинув рот, я споткнулся и едва не упал, глядя, как бьющиеся лягушачьи тела за считанные мгновение усыхают, будто поедаемые изнутри. Выпученные бешеные глаза сдулись проткнутыми шариками, утянулся в пасть шипастый двухметровый язык, скрючились у тела когтистые передние и мощнейшие задние лапы. Еще несколько секунд – и все оказавшиеся на берегу твари умерли, одарив нас опытом. На месте страшных монстров остались иссохшие серые мумии с провалами глаз и скукоженными конечностями. По одной из них ненароком промчался Бом с шестом, и мумия рассыпалась тут же истаявшим прахом.
Отбежав еще на несколько шагов, я уселся, вцепился магическим лассо в центральное бревно плота и замер, наблюдая. А там было на что взглянуть: за кормой опустевшего плота со все еще пылающим костром и факелами поднялись три большие и грозные головы венумров. Вода вокруг них кипела от обилия змееподобных головастиков, наворачивающих круги в огражденной камнями мелкой бухточке. Сидящая рядом со мной Затти с двух рук шарахнула двойной очередью мелких и злобно гудящих оранжевых огненных шаров. С шипением они ударили в цель, поразив одну лягушку и выбив облачка пара из воды там, где секунду назад торчали другие мерзкие морды. В последнюю очередь исчезли головастики, и поднятые им волны начали медленно успокаиваться. Но Затти продолжала посылать в воду один огненный удар за другим.
– Зачем? – не удержался я от вопроса.
– Иначе утянут плот, чтобы заманить владельцев обратно в озеро, – ответила девушка, медленно опуская одну руку и вставая с помощью Орбита, действующего без колебаний и удивительно слаженно.
Странно – она ведь даже не просила помочь, просто плечом повела, а он уже подхватил ее, поставил на ноги, отступил чуть в сторону, оставаясь при этом на такой позиции, чтобы суметь прикрыть ее собственным телом. А руку держит так, будто в ней большой щит. И вообще, Орб сейчас действует не как говорящий с духами, а как тяжелый воин-щитовик с океаном здоровья и морем стойкости к любым повреждениям. Он действует, как могучий танк, вставший на защиту слабой волшебницы.
Задумчиво почесав затылок, я пожал плечами и промолчал. А Затти, вволю отстрелявшись огнем, внимательно осмотрела бухточку и, ехидно улыбнувшись, указала пальцем на один из боковых валунов – ничем не примечательных на вид.
– Засада, – пояснила девушка. – Матерый венумр сидит под водой и таращит глаза. Подойдешь ближе – вобьет в тебя язык и утащит на глубину. Детишкам на завтрак.
– Где? – Храбр развел руками. – Там ведь хватает света от факелов, но я не вижу монстра. Водоросли дохлые колышутся, водичка прозрачная…
– Сейчас увидишь, – пообещала авантюристка, и из ее руки вырвалось окутанное паром ледяное копье.
Не успело оно ударить в валун, как от него отделилась зыбкая тень и обратилась в тяжеловеса венумра, злобно зыркнувшего на нас и исчезнувшего у дна. Ледяное копье со звоном разлетелось о камень, плеснула вода у выхода из бухточки, а Затти удовлетворенно кивнула:
– Вот теперь все!
– Спасибо, – поблагодарил я, медленно вставая и деактивируя магию.
– Не знаю, сколько еще раз этот фокус сработает, – вздохнула она, потягиваясь всем телом. – Твари умнеют. В последнее время я вообще старалась не лезть к ним – чтобы они не учились слишком быстро.
– Спасибо, – повторил я, наблюдая, как Бом, Храбр и Док вооружились горящими факелами и зашагали вверх по склону перешейка.
Теперь нам надо понять, как мы сможем перетащить через перешеек плот и сумеем ли вообще. Иначе придется снова разбирать его на части и волочь по бревнышку.
– Это вам спасибо, – вдруг тихо произнесла Затти и ткнула стоящего рядом с ней Орбита кулаком в плечо. – Вам спасибо. Вы оживили это болото. И… и вы дали мне пока слабую, но все же надежду на продолжение пути. Знаешь, чего я хочу, Росгард?
– Чего же?
Глянув на меня и снова переведя взгляд на молчаливого улыбающегося эльфа, она ответила:
– Я хочу и дальше идти по тропе! Идти вперед, а не назад! Идти каждый день! Радостно улыбаться новым приключениям и смеяться в лицо новым опасностям. Да… я хочу и дальше идти по тропе…
Не сразу найдясь что ответить – слишком уж много бурлящих, кипящих и брызжущих через край эмоций было в ее словах, – я немного помолчал, улыбнулся и сказал очень просто:
– Ну так и шагай с нами по этой тропе, Затти. Мы рады тебе.
Орбит кивнул.
– Скоро тропа упрется в Мерзозвонкие Врата, – девушка тяжело вздохнула.
– Да плевать, куда она там упрется, – улыбнулся я. – Мы пробьем себе путь дальше и снова зашагаем по тропе. Верно, Орб?
– Верно, – спокойно, уверенно и без малейших искажений речи ответил Орбит. – Мы пройдем…
– Ну тогда я с вами, – широко и снова беззаботно улыбнулась Затти. – Ох уж эти мужчины с их сладкими обещаниями… Но так и быть – я пойду с вами по этой тропе. А вы уж постарайтесь сдержать свои обещания! Пошли, Орб! Время погреться у костра и послушать твои веселые истории.
«Веселые истории Орбита?» – я невольно зажмурился и помотал головой. Я сплю? С каких это пор Орбит стал веселым рассказчиком? Прямо захотелось все же узнать, чем они занимались весь сегодняшний день.
Что интересно – она переняла нашу манеру называть эльфа.
Ну а насчет обещаний – так ведь я уже говорил ей, что мы не собираемся никого бросать и пойдем по Тропе до самого конца. И она приняла тогда мой ответ. Но, похоже, тема для нее очень важная и болезненная. К тому же мы только что миновали еще одну локацию в этом ожерелье нисходящих к аду территорий и, стало быть, стали еще на шаг ближе к непроходимым Мерзозвонким Вратам. Вот она и переживает… и поэтому требует новых и новых обещаний. Так? Скорей всего, так. А вообще фиг его знает: никогда не считал себя знатоком человеческих душ – пусть даже и цифровых.
Прежде чем направиться за ними на звук повеселевших голосов остальных из братства, я ненадолго задержался у бухты, искоса наблюдая за плотом, вслушиваясь в столь мирный плеск опаснейших вод и занимаясь кое-чем рутинным, но важным – немного заметок, немного мыслей в цифровой блокнот и всякое такое прочее. А то событий столько, что голова их уже не удерживает. Закончив, я помахал рукой Малому Рачьему и заторопился в заросли кустарника, где полыхнул свет нового костра, а Док заорал что-то про огромного шестиногого кабана с в-о-о-о-т такими клыками.
Заботы Братства Тропы не кончаются…
Глава 5
Глава пятая
С немалым удобством вытянувшись на еще теплой кабаньей шкуре, брошенной поверх охапок трескучего хвороста, я жарил богатырскую яичницу на приткнутом к очажку раскаленном камне. Дополненный еще двумя бревнышками плот без всякой спешки медленно шел по указанному нам продольному течению, идущему через все Большое Рачье озеро. Плотом никто не управлял, а большая часть команды беззастенчиво дрыхла, улегшись по ту сторону костра. Набегавшие изредка волны лизали ноги игроков, но не были в силах вывести их из крепкого вальдирского сна. Из бодрствующих был только я – Затти свернулась калачиком на шкурах по соседству, укрылась вытащенным из маленького рюкзачка огромным красным одеялом и тотчас заснула.
Причина такой беспечности была проста – в Большом Рачьем не имелось опасных для нас монстров. Вытянутое и все еще остающееся достаточно широким озеро обладало солидной глубиной, и в нем бурлила обычнейшая жизнь. Рыба, раки, моллюски, изобилие водорослей и прорва квакающей, орущей и хихикающей живности, что прямо сейчас надрывала глотки и жабры в ночи. В самой глубокой части озера водилось нечто донное и агрессивное, но Затти там еще не бывала – слишком уж глубоко. На поверхность это нечто жуткое не поднималось никогда. Поэтому следующие пять с лишним лиг озерного пространства мы пойдем на беспечном «автопилоте», а скорость хоть и неспешна, но постоянна, и ближе к утру мы уткнемся в противоположный берег.
Я мог бы и сам завалиться на боковую, но наперекор усталости решил задержаться и посвятить хотя бы пару часов спокойной жарке немалого количества яиц и уймы кабаньего мяса. А кабанов мы завалили две штуки, едва не погибнув: как оказалось, крупные зверюги ненавидели огонь и тут же бросались его тушить. Ночь стояла теплая, мясо портилось быстро, и прежде чем оно окончательно стухнет, я хотя бы часть пущу на поджаристые стейки и скормлю их рыбам. Рядом плеснуло, на миг показался хвост крупной рыбины, и я невольно вспомнил Роску – вот бы она порадовалась ночной рыбалке с хорошим клевом. Но Роска была там – в большой Вальдире, сотрясаемой сейчас различными катаклизмами и угрозами. Но, может быть, однажды я смогу вернуться в эти необычные места и привести с собой Киру и Роску.
Сбросив на треснутую глиняную тарелку потрясающую яичницу из шести яиц и ароматный толстый стейк, я тяжело вздохнул и швырнул их в воду, а на освободившийся жарочный камень бросил два куска сырой кабанятины. Я переполнен едой и не смогу съесть ни кусочка, а на утро заготовил целый короб жареного мяса.
– Не грех ли выбрасывать добрую еду? – спросил сидящий по ту сторону костра человек, с ног до головы укутанный в бурый плащ.
– Ночи вам доброй, Акмэр Чтящий Устои, – устало улыбнулся я и пожал плечами: – Еду выбрасывать грех, конечно. И грех большой. Но не в этом случае.
– Почему же?
– Мяса в запасе слишком много, и портится оно быстро, – пояснил я. – И не мы охотились на тех кабанов, а скорее – они на нас. Пришлось убивать. Ну а озерные обитатели сожрут любую еду – только дай.
– А готовя пищу, ты совершенствуешь свои навыки кашевара.
– Ну да, – признал я. – И сейчас сытная еда для нас лучшее подспорье в путешествии.
– Сытый желудок рождает бодрый дух и укрепляет ноги. Старая неоспоримая истина.
– Запомню эти слова.
– В своей утренней истории ты остановился на том, как вы вместе с Гримом Безутешным вошли в Карстовое Гнездилище… – напомнил мне Акмэр. – Та история еще свежа в твоей памяти?
– Эта история не потускнеет никогда, – хмыкнул я и, приняв вертикальное положение, сразу перешел к рассказу: – Сопровождаемые рыкающим Гримом, мы вошли в подземелье, спустились на второй этаж и там устроили знатную охоту на кобольдов. Мы собрали немало добычи в тот вечер. Насколько помню, в моем мешке хранилось почти тридцать рваных плащей с убитых кобольдов. Мы были перегружен и другой неплохой добычей, когда решили сделать небольшую передышку и разбили лагерь. Мы как раз живо обсуждали наши дальнейшие планы, и большинство высказалось за возврат на поверхность, где нас ждали торговцы, готовые скупить трофеи, а дальше и трактир с переполненным гудящим залом и кружками свежайшего пива. Но планам этим не суждено было сбыться – до этого молча нас сопровождавший Грим сделал свой выбор и начал со мной разговор, приведший нас к кровавой битве.
– О чем же вы говорили с оборотнем?
– Это скорее он говорил, – улыбнулся я и невольно передернул плечами, живо вспомнив бледную усмешку истинного Грима, жаждущего смерти в бою. – Он говорил о смелости и трусости, о чувствах к своей возлюбленной и о чести воина. Но перед этим он разрешил мне дать друзьям выбор: уйти и спастись или же остаться и умереть вместе со мной. Он разрешил им выбрать между жизнью и смертью.
– И они сделали выбор, – Акмэр указал рукавом на спящих парней. – Ты уже называл их имена, и могу предположить, что они решили остаться.
– Они остались, – подтвердил я. – И до сих пор шагают вместе со мной по пыльным дорогам Вальдиры. Мы уже больше, чем компаньоны и напарники. Мы друзья.
– Но помимо них, в том подземелье еще были некие Кэлен и Крей…
– И они сделали тот же выбор. Они остались. Наши дорожки разошлись гораздо позднее.
– Что ж… о чем говорил оборотень Грим?
– Я могу пересказать почти дословно. Подобные события намертво врезаются в память.
– Перескажи, – попросил Акмэр.
Кивнув, я перевернул шипящее мясо и снова заговорил, без малейшего труда вспоминая тот состоявшийся в тупике Карстового Гнездилища разговор, приведший к побоищу. На подробный пересказ у меня ушло никак не меньше получаса, и все это время вокруг плота кружила двухметровая рыба с высоким и ярко светящимся синим спинным плавником. Казалось, что она тоже прислушивается к моим напитанным подземной жутью словам, а вдоволь наслушавшись, медленно погрузилась и пропала. Скорей всего, рыбине не понравились мои потуги неумелого рассказчика, а вот Акмэр продолжал сидеть у костра, и я не заставил себя ждать, перейдя к следующему этапу нашей уже давней эпопеи. Пересказав беседы с архимагом Тарниусом о новых божественных детях и начинающейся войне богов, я перешел к персоне наместника Седри и последовавшему за нашим с ним бесплодным разговором ограблению его поместья. На подробнейшее описание ушел еще час, и закончил я моментом нашего спасения на живом воздушном шаре с огромным глазом, когда мы сумели пережить погоню, вошли в телепорт и вдруг оказались над пылающей вулканической пустошью Юдоль Мрака с высящейся на ней клановой цитаделью Барад-Гадур.
– Вас обвели вокруг пальца, как последних дураков, – подытожил Акмэр.
– Ага, – кивнул я с улыбкой. – Клан Неспящих – они такие. Особенно Черная Баронесса такая.
– Ты восхищаешься ею?
Задумчиво покачав головой, я ответил как есть:
– Скорее опасаюсь. Она – человек практичный, целеустремленный, почти всегда умеющий отбросить лишние эмоции. При этом не боится рисковать, любит вызывать огонь на себя и по праву возглавляет, возможно, сильнейший клан Вальдиры. А еще она собрала вокруг себя удивительных людей – все они немного обезбашенные, но при этом сильные и умеющие держать данное слово.
– Ты рассказывал о чужеземце Шепоте и опаленном метеоритом болоте Рэйвендарк, – кивнул Акмэр. – И о том, как ты сделал еще один сложный выбор, решив спасти ребенка из болотной хижины вопреки воле бога. Удивительная история, Росгард… сначала обычный человек решает пойти против воли бога, а затем все вокруг тонет в карающем огне…
– Ну… – я выбросил за борт уже не помню какой по счету стейк и развел руками: – Тут уж поделать нечего. Что случилось – то случилось.
– И случись тебе вернуться во времени и снова встать у дверей той покосившейся хижины…
– Я бы сделал то же самое, – без малейших колебаний ответил я.
– Значит, ты по-прежнему живешь в ладу с собственной душой и принципами, Росгард Смелый. И по-прежнему не боишься заводить могущественных врагов.
– О… – я улыбнулся широко-широко. – Вы уж поверьте, Акмэр – я еще и близко не добрался до по-настоящему страшных врагов, что спят и видят, как бы сжечь нас заживо.
– Вот даже как…
– Так, – кивнул я. – И это не попытка завлечь вас на еще одну ночную беседу, уважаемый Акмэр. Просто говорю как есть.
– Тогда не торопись забегать вперед, Росгард. И продолжай рассказывать подробно, не упуская ни одной мелочи. Мне понравился твой рассказ о Карстовом Гнездилище и о болоте Рэйвендарк. Судя по твоим словам, места там незатейливые, но популярные у авантюристов.
– Топи Рэйвендарка – не особо. Слишком уж там глыбко и опасно. А вот Гнездилище весьма и весьма популярно у чужеземцев, только-только вставших на путь авантюриста.
– Хотел бы я увидеть эти места воочию…
У меня в голове будто щелкнуло, и я зашевелил пальцами, вызывая меню:
– Увидеть воочию? Да никаких проблем, уважаемый Акмэр.
Открыть на игровом портале раздел «Виды Вальдиры 24/7», ввести в поиске «Карстовое Гнездилище», выбрать из выпавших вариантов сначала пункт «Архив», затем найти примерно подходящую дату, отыскать подпункт «У входа в подземелье», вывести виртуальный экран на пространство слева от себя и активировать.
Мгновение…
И рядом со мной засветился прямоугольный яркий экран, показавший вход в подземелье – каким он был несколько месяцев назад. Еще секунда – и с экрана понеслись знакомые кличи и призывы:
– Набираем группу на первый этаж! Нужен танк и боевой маг, имеющий магию исцеления! Я лучник сорокового апа! Со мной начинающий, но умелый друид тридцать шестого уровня!
– Красивая девушка-маг ищет надежную пати! Специализируюсь на магии льда!
– Продам плащи кобольдов! Продам окаменелое гуано протеев!
– Внимание всем! Напоминаю – эти земли принадлежат клану Алый Крест! Мы рады помочь советами по прохождению данжа – бесплатно! Не забудьте посетить торговый навес клана и в первую очередь покупайте липуны и особые сапоги!
– Варвар двадцать девятого уровня жаждет небольшой бойни! Готов кромсать и рубить, если меня будут лечить! Я двурукий воин-топорщик!
Чуть убавив громкость, я тихо рассмеялся – вот ведь ностальгия. Тут перед глазами всплыло сообщение, и мой смех резко прервался – за трансляцию видео в воздух с меня снималось два пункта маны в секунду.
Это как?!
Похоже, видеосеанс будет недолгим. Я смущенно кашлянул:
– Долго показывать не смогу – слишком много маны тратится.
На полсекунды оторвавшись от экрана, Акмэр махнул рукавом в мою сторону, и между нами замерцала тончайшая синеватая нить, чем-то похожая на мое магическое лассо. Шкала энергии мигнула и… расход маны прекратился. Похоже, меня переключили на чужой источник маны – в принципе, случай обыденный.
Усевшись поудобней, я вернулся к жарке стейков, а Акмэр застыл, не отрывая черного провала капюшона от разворачивающихся на экране событий. А там в целом ничего и не происходило – обычнейшая предбоевая бытовуха. Администрация Вальдиры ежедневно записывает сотни видеороликов – и это помимо прямых онлайн-трансляций с тысячи мест. Игроки тоже любят делать подобные записи, а потом выкладывают их на игровой портал. Причем записи игровой рутины, обычного, скажем, ленивого торгового дня в какой-нибудь деревушке на отшибе Старого Континента легко набирают десятки тысяч просмотров. Этакий срез жизни цифровой вселенной.
Первый ролик закончился и тут же начался следующий.
– Можно завести… магическое око и внутрь, – предложил я.
– Заведи, – попросил Акмэр.
Несколько движений пальцами, и на экране появился первый залитый водой уровень Гнездилища. По темному проходу, то и дело вздрагивая и нервно подпрыгивая, двигалась группа из семи игроков различных классов и рас, с ними – пяток питомцев, и все это озаряется светом факелов и светляков. Прямо золотая классика авантюризма.
Не остановившись на этом, я «выбросил» на экран несколько более мелких окошек с поясняющими надписями и попросил:
– Попробуйте прикоснуться к любому из окошек внизу, уважаемый Акмэр. Не знаю, сработает или нет, но…
Фигура в буром плаще качнулась вперед, прочла вслух одно из названий:
– «Акальроум», – и коснулась надписи.
Экран моргнул, и картинка изменилась. Запись делалась со спины дракона, и вид на город получился эпически красивым: внизу тянулись причудливые крыши, вздымались вверх спички башен, разбегались в стороны нити улочек, торопились по своим делам тысячи и тысячи горожан и игроков. Время полуденное, и когда дракон начал поворачиваться, вдали мелькнул залитый солнечным светом большой городской порт.
Еще одно касание пустым на вид рукавом мерцающего экрана, и на нем возник другой Великий город – Храдальроум. Столица гномьего королевства. Крутые заснеженные склоны суровой горы пронеслись снизу вверх, и перед нами появились одни из главных городских врат. Многочисленная стража в блестящих доспехах досматривала длиннющий караван, по стенам ползли светящиеся улитки, а чуть в стороне раскинулся стихийный рынок, переполненный товарами и мошенниками. На этом экране Акмэр завис надолго, внимательно вслушиваясь в доносящиеся до нас речи и явно стараясь не упустить ни единой мелочи.
Я тихо покачал головой, поняв, что он выглядит как узник, в чью камеру спустя десятилетия повесили телевизор.
– Доброго и прекрасного вечера, господа, – мягкий голос донесся с озера и заставил меня подпрыгнуть на полметра.
Какого?!
Акмэр никак не отреагировал. Даже от экрана не оторвался. А я, изогнувшись, уставился в темные воды и изумленно выпучился, когда из сумрака сначала появилось одинокое бревно, с закрепленной спереди большой корзиной, а затем владелец всего этого – стоящий во весь рост торговец Дэммиур Нуммус собственной персоной. Не думал я, что новая встреча состоится так быстро.
А ведь он чуток изменился – причем в лучшую сторону. Пока бревно догоняло плот и равнялось с ним, я успел внимательно осмотреть приветственно улыбающегося торговца и поиграть в древнюю игру «найти сто отличий». Нас он покинул в старом рванье и босиком, унося с собой всякий мусор – ничем другим наши дары было не назвать. Теперь же он красовался хорошими кожаными штанами, поверх старой рубашки появилась кожаная серая жилетка, за спиной висел крепкий на вид мешок, а на шее болтались связанные вместе короткие сапоги. Еще я заметил серебряную змейку украшения на его правом запястье и пару тусклых колечек на пальцах левой руки. Прикрепленная к бревну корзина была закрыта плетенкой, и ее содержимого я не увидел.
– Не мешай, – глухо предупредил даже не обернувшийся Акмэр.
Дэммиур Нуммус заулыбался:
– Ну что вы, что вы – даже и не собирался мешать достопочтенным господам коротать приятную ночь. Росгард…
Тряхнув головой, я очнулся от удивления и торопливо перевернул очередной стейк:
– М?
– Не выбрасывай еду глупым рыбам – отдай мне, – улыбнулся торговец. – Если тебе не жалко…
Указав на стоящий рядом со мной солидный плетенный короб, вышедший из рук умелого Орбита, я сказал:
– Забери вот его, достопочтенный Дэммиур. Он до краев полон жареным мясом и яичницами. А нам я нажарю еще.
– Благодарю! – увесистый короб не мог весить меньше двадцати килограммов, но торговец подцепил его буквально парой пальцев и поставил на опасно качнувшееся бревно. – Этот щедрый дар позволит мне быстрее вернуться на торговую стезю привычных мне масштабов…
– Всегда рад помочь, – улыбнулся я и на дощечке преподнес ему только что изжаренный стейк. – Прошу. Свежее не бывает.
– С удовольствием приму, – кивнул Дэммиур, показав в ответной улыбке чуть заостренные зубы. – А что вон там лежит у твоих ног? Поблескивает…
– Это? – нагнувшись, я поднял с бревна горсть разноцветных стеклянных шариков. – Обычные шарики. Даже и не знаю, что это такое. Скорей всего, чья-то потерянная в Забытых Землях детская игрушка. Они были в сгнившем мешочке под комлем поваленного нами деревца.
– Нужны тебе?
– Не нужны. Забирай.
Очередной мусор перекочевал от меня к торговцу, и тот, последний раз окинув плот пристальным взглядом, улыбнулся на прощание:
– Желаю хорошего пути!
– И вам того же, добрый торговец, – ответил я. – Куда путь держите, если не секрет?
– Слышал я, что поблизости живет особа по имени Сельдяная Голова.
– Ведьма? – я покачал головой. – Говорят, она опасна и нелюдима. Стоит ли соваться к болотной ведьме?
– Ведьма? И что же? Разве не может она быть покупателем?
– Да вряд ли, – хмыкнул я. – Мы про нее уже наслышаны. Она не жалует никого, и ей ничего не надо.
– Зря ты так полагаешь, добрый Росгард, – он укоризненно вздохнул. – Очень зря. Всем нам что-то да надо. Все мы чего-то да желаем. А задача хорошего торговца как раз и состоит в том, чтобы предоставить желаемое по справедливой цене и к обоюдному удовольствию.
Торговец с плеском опустил весло в воду, и бревно сменило курс, направившись к левому берегу – туда, где, по словам Затти, обитала ведьма Сельдяная Голова. Вскоре он исчез в темноте, и оттуда донеслось прощальное:
– До скорой встречи.
– До скорой, – ответил я, и мои слова утонули в поднявшемся с воды белесом тумане.
Акмэр коснулся экрана и снова застыл, вглядываясь в очередной вид бескрайней Вальдиры. Ну а я… я покосился на дрыхнущих товарищей, вытащил из-под хвороста большой шмат мяса и начал его нарезать. Стейки сами себя не пожарят, знаете ли…
Припечатав зашипевшее мясо к камню, я спросил, не особо надеясь на ответ:
– То, что мы не полезли в большие курганы и решили покинуть Всхолмье… это проявленная нами трусость?
К моему удивлению Акмэр ответил:
– Нет. Вы проявили не трусость, а мудрость и здравую осторожность. А эти качества присущи тем из авантюристов, кто трезво оценивает свои силы и не испытывает почем зря удачу.
Сказал и снова замолк. Но этих слов хватило, чтобы вернуть мне отличнейшее настроение. Даже бодрость вернулась, несмотря на то, что я не спал уже почти сутки. Еще успею вздремнуть несколько часов – но не раньше, чем плот достигнет противоположного берега. Там нас ждет некая безымянная песчаная отмель, отмеченная Затти на моей карте, как безопасная…
**
О чем мечтает до смерти уставший авантюрист, благополучно добравшийся до безопасного места, упавший без сил на мокрый песок, с болью в покрасневших зенках смотрящий на рассвет и пытающийся связать хотя бы пару слов пересохшим языком?
Забыться мертвым сном?
Нет, неправильно.
Прокачать умения и заклинания до следующего ранга?
Вот теперь в самую точку!
Об этом я и мечтал, благо проведший всю ночь перед магическим оком Акмэр задержался до самого рассвета, когда от цифрового сна очнулись остальные из Братства Тропы. Пока они, покряхтывая, потягиваясь и делая все прочее, столь свойственное для давно уже познавших дорожный ревматизм тел, пытались прийти в себя, я оказался первым на очереди, держа в руках часть наших сбережений. Основная сумма хранилась в мешке на шее полуорка.
– Цена – серебрушка за заклинание или умение, – молвил Акмэр. – Я благодарен тебе за рассказ и созерцание большой Вальдиры.
Я уважительно склонил голову:
– Благодарю за доброту и щедрость!
– В чем ты стал сильнее, авантюрист Росгард? Дай взглянуть…
– Заклинание «Воздушное лассо», – опередил я таинственную сущность.
– Вижу, что ты использовал его множество раз, приложив немало усилий для развития этой магии. И ты готов перейти к следующему рангу, именуемому «Воздушная удавка». Передай серебряную монету, Росгард.
Я отдал требуемое, Акмэр повел рукавом из стороны в сторону, и передо мной всплыло подтверждающее сообщение. Наспех прочтя, я убедился, что магия осталась точно такой же, но при этом немного подросли дистанция и устойчивость к срыву заклинания внешними факторами. Главное изменение – существенно возросла сила сжатия невидимой петли. Думаю, теперь я смогу буквально удавить магией обычное живое существо, если оно не слишком высокого уровня. Жаль, что пришлось тянуть с подъемом ранга аж до утра – заклинание было готов к апгрейду гораздо раньше.
– Что-нибудь еще?
– Умение «Свежевание»!
– Ты снял немало шкур и срезал немало кусков мяса, Росгард, набив руку и получив новые знания. Теперь ты сможешь получить с туши гораздо больше трофеев, затратив при этом куда меньше времени.
Ура!
Я удивился, поняв, что радуюсь совершенствованию бытовых навыков куда сильнее, чем повышению боевых.
– Ты провел немало часов и за готовкой. Вижу, что ты почти готов перейти на новую ступень в кулинарии. Грех не помочь столь истовому трудяге. Одна серебряная монета и…
– Да! Пожалуйста! – предпоследняя серебруха покинула мои руки и растворилась в темноте пустого бурого плаща.
Само собой, я бы и сам достиг развития этого умения, но если можно купить за столь небольшие деньги, то лишь дурак пожалеет монету. Деньги безусловно важны, но их и рядом нельзя ставить с хорошими умениями – эту простую истину я понял именно в Вальдире.
– Даровано, – произнес Акмэр.
Вы получили достижение «Кашевар» пятого ранга!
Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.
Ваша награда за достижение: +10% к скорости приготовления простых блюд; +22% к продолжительности действия эффектов от приготовленной вами пищи. Вы получаете действующее во время готовки пассивное умение
«Аура Повара» первого ранга (Подробности в примечаниях).
Текущий бонус:
+17% к скорости приготовления простых блюд;
+1% к силе бонусов от приготовленных вами блюд. +37% к продолжительности действия эффектов от приготовленной вами пищи. Забытая Линия. Благодаря растущему опыту кашевара,
вы начинаете глубже понимать тонкости поварского искусства!
Ваша награда за достижение: +5% к шансу узнать часть рецепта, отведав незнакомое простое блюдо; +2% к шансу узнать весь рецепт, отведав часть незнакомого простого блюда; +3% к шансу узнать часть рецепта, отведав незнакомое сложное блюдо; +0.5% к шансу узнать весь рецепт, отведав часть незнакомого сложного блюда; +3% к шансу приготовить вкусное блюдо (у блюда эффект Малого Вкусового Блаженства); +3% к шансу приготовить действительно вкусное блюдо
(у блюда эффект Среднего Вкусового Блаженства); +3% к шансу приготовить потрясающе вкусное блюдо
(у блюда эффект Большого Вкусового Блаженства); +1 Любимчик (возможность назначить один из знакомых рецептов любимым, что незначительно усилит его вкус, срок хранения и даруемые им бонусы). Внимание! Выбор окончателен! Изменить его позднее невозможно! Выбирайте с умом! Текущие бонусы:
+11% к шансу узнать часть рецепта, отведав незнакомое простое блюдо; +2.9% к шансу узнать весь рецепт, отведав часть незнакомого простого блюда;
+3% к шансу узнать часть рецепта, отведав незнакомое сложное блюдо; +0.5% к шансу узнать весь рецепт, отведав часть незнакомого сложного блюда. +6% шанса приготовить вкусное блюдо
(у блюда эффект Малого Вкусового Блаженства);
+3% к шансу приготовить действительно вкусное блюдо
(у блюда эффект Среднего Вкусового Блаженства); +3% к шансу приготовить потрясающе вкусное блюдо
(у блюда эффект Большого Вкусового Блаженства); Блюда-Любимчики – 4.
– Вот и первая вершина умений, – прошептал я, внутренне удивляясь слишком легкому росту умений и достижений.
Но стоило мне проверить данные, как улыбка застыла на губах. Там черным по белому было указано, что я достиг одного процента в совершенствовании следующей ступени «Кашевара». Еще девяносто девять процентов – и я достигну шестого ранга.
Откуда шестой ранг? В Вальдире всего пять ступеней…
Акмэр едва слышно рассмеялся и кивнул, поняв, о чем я думаю:
– Здесь царят старые законы, Росгард. Старые и суровые. Чтобы подняться на первую вершину мастерства, тебе придется преодолеть не пять, а десять ступеней. Но и это еще не истинный конец пути, ведь мастер всегда найдет способ совершенствоваться дальше в любом навыке! Понимаешь?
– А… эм… ага… – закивал я и в ответ на удивленные взгляды еще сонных друзей пояснил: – Только что выяснил, что здесь существуют достижения десятого ранга.
– Какого?! – рявкнул вскочивший полуорк. – Десятого?!
– Подожди, – замахал я руками. – Тише!
На полуорка зашикали и остальные, справедливо опасаясь, что огорченный нашей бесцеремонностью Акмэр уйдет, и они останутся без повышения умений.
– Что-нибудь еще, Росгард?
– Да вроде бы и нет, – огорченно вздохнул я.
За прошедший день я вовсю свежевал, кашеварил и использовал магию лассо, но вот «кротовью нору» почти не трогал – внутри курганов толку от нее было мало.
– Ты упрямо движешься к своей цели, не забывая при этом об уважении к окружающему тебя миру, – задумчиво произнес Акмэр. – Это же касается и твоих спутников. Пока что я одобряю избранные вами способы преодоления препятствий и здравую осторожность. Вы стали еще ближе к этим землям…
Достижение! Серия «Забытая Линия»
Вы получили достижение «Житель Забытых Земель» второго ранга!
Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.
Ваша награда за достижение:
Вы один из своих. Эти земли будут чуть добрее к вам! (серые и зеленые тропы безопасны для путешествий, вершины холмов с развалинами безопасны для отдыха, очерченные ромашками и васильками круги безопасны для отдыха) Вы сумели что-то доказать. Эти земли будут чуть уважительней к вам! (мелкие создания перестанут досаждать вам и нести угрозу для пожитков, слабые агрессивные существа не будут атаковать первыми)
Первая же мысль была радостной и облегченной: «Слава всем светлым богам!»
Вторая чуть истеричная мысль: «Не досаждайте нам! Не досаждайте!»
Психанутые куропатки, вездесущие осы, кусачие сурки и прочая мелочь не просто досаждали – они изводили нас! Поедом ели, несмотря на всю защиту в виде зачарованных веревок, площадной ругани и беспощадного избиения. То и дело приходилось откачивать кого-нибудь из наших главных хиляков, после того как его погрызли мыши и покусала комариная мелочь!
Друзья, оценив блаженное выражение моего лица, переглянулись:
– Что-то хорошее ему дали, – предположил Храбр.
– Много чего дали, – добавил Бом.
– И позволили унести, – обрадовался Док.
– Интере-е-есно, – подытожил Орбит, незнамо как опередив остальных и усевшись перед Акмэром.
Мешать наглому эльфу никто не стал – он был выше всех нас по уровню. Старшим почет…
– Ты меня приятно удивил, авантюрист Орбит, – задумчиво произнес Акмэр, простирая над головой эльфа пустой рукав старого плаща. – Должен признать, что с той загадкой не смог справиться даже я – хотя пытался многажды.
– Ты не говорил! – заметила Затти.
– Хотел сделать приятный сюрприз, – с удивительно человеческим вздохом сожаления произнес Акмэр. – Но я так и не сумел разгрызть скорлупу загадки. А он справился, тем самым обидно щелкнув меня по носу и сбив спесь с моих старых плеч. Чужеземцы умеют удивить. Не все из них, но многие…
Я и остальные из числа «не все из них» переглянулись и пожали плечами. Сказать нечего. Орбит кардинально отличается от нас своим мышлением и подходом к той или иной задаче. Тем он и уникален.
– Ты приобрел новые умения и магию, авантюрист, – заметил Акмэр, опуская руку. – И далеко не все из них светлые и добрые. Вижу, что ты относишься к выживанию в Забытых Землях более чем серьезно и не тратишь много времени на размышления о том, что угодно светлым богам, а что нет…
Орб подтверждающе кивнул, выглядя при этом удивительно серьезно.
– Тебе посчастливилось добыть могучую темную магию, и только за владение ею многие из светлых жрецов привязали бы тебя к очищающему помыслы и кости костру.
Орбит заулыбался так довольно, будто ему хорошее что пообещали, а Акмэр тем временем продолжал:
– Я и не знал, что столь много всего было сокрыто в том сундуке. Значит, раскрытие загадки стоило всех потраченных на нее усилий.
– Еще как стоило! – звонко и радостно заявила Затти.
– И что там было? – похоронным голосом спросил Бом, вытягивая руки к эльфу. – Что ты заполучил? Чем ты с нами не поделился? А чем поделишься? Жить хочешь? Или можно тебя сразу убивать?
– Бом! – фыркнул я, давясь от смеха. – Не мешай!
– Эх…
– И еще вопрос – кто кого убьет, – протяжно зевнув, Затти поудобней устроилась у костерка и воткнула тусклую серебряную вилку в яичницу. – Но ты можешь попробовать, зеленый…
Качнувшись, Акмэр напомнил о себе:
– Ты уделил достаточно внимания заклинанию «Ирамортис», Орбит, и оно готово к переходу на более высокую ступень. С тебя серебряная монета.
Еще одна монета сменила хозяина. На миг мне почудилась темная вспышка над ушастой головой Орба, но, скорей всего, это просто в глазах клубится туман усталости.
– Вижу и другие развитые тобой умения… с тебя три монеты…
Еще три серебрухи покинули руки эльфа, и он легко поднялся на ноги. На его место тут же плюхнулся Бом, а чуть-чуть не успевший его опередить Док жалобно застонал. Их переживания мне очень даже понятны – у нас здесь нет другого наставника, способного поднять умения и заклинания до нового ранга. При этом Акмэр не из тех «местных», кто всегда готов помочь – мы очень сильно зависим от его благорасположения к нам. Поэтому я и переживал так сильно, когда мы завязли с проклятыми курганами, с которых к тому же так и не получили ничего ценного. Едва слышно рассмеявшись, Акмэр повел рукавами, помедлил мгновение и сухо перечислил:
– Бом – пять серебряных монет. Док – три серебряные монеты. Храбр – пять серебряных монет. Затти… – шесть серебряных монет.
– Мы же родня! – возмутилась девушка, пока остальные торопливо доставали деньги.
– Ты стала частью их отряда! – отрезал Акмэр, в то время как к нему плыли по воздуху затребованные монеты. – Ты пользуешься их помощью. Ешь их пищу. Путешествуешь с ними. Ты одна из них – и мое отношение к тебе отныне такое же.
– Тогда скидку хочу! Большую!
– И я давно сбился со счета твоих тайников, сорока Затти… в каждом третьем дупле и под каждым пятым пнем сыщется хотя бы горстка медяков, припрятанных тобой на некий мифический черный день. Один из тайников находится совсем рядом и…
– Не надо выдавать мои секреты! – Затти разъяренно надулась, став похожей на взбесившегося хомяка. – Это подло! Они же украдут мои сбережения!
– Как ты украла у нас? – спросил Док и был удостоен испепеляющего взгляда и универсального ответа:
– Это другое! К тому же я украла не так много, а дядюшка Акмэр вас подчистую обобрал!
– Я вернул баланс, – возразил правящий этими землями дух. – Но вернемся к делам – все умения дарованы.
– Круто! – обрадованно рявкнул Бом и потряс сжатыми кулаками: – Ну, пусть твари грызут и рвут меня – я теперь так легко не сдохну! О… достижение «Житель Забытых Земель» достигло второго ранга! Ах ты черт! Комарье наконец-то отвянет от нас! Вот истинная радость приключенца!
Другие согласно загомонили, обнаружив в сообщениях те же радостные вести. Настроение на плоту резко повысилось. Теперь всклоченные, опухшие и небритые личности излучали море позитива. Как проспавшиеся алкаши, знающие, что надежный кренящийся товарищ уже прет от ближайшего магазина пакет с бодрящим средством…
– Баланс, – повторил Акмэр.
Он повел рукой, и в воздухе повисли собранные у нас серебряные монеты. Покрутившись этаким миниатюрным денежным вихрем, монеты вдруг порскнули в стороны и с плеском ушли в воды Большого Рачьего. Бом грустно застонал.
– Баланс, – повторил Акмэр, оставаясь на месте. – Баланс очень важен. Вот и сейчас истраченные вами монеты вернулись в мир. Возможно, однажды какой-нибудь отважный пловец достигнет глубокого дна и отыщет их, чтобы снова пустить в дело. А вот только что две монеты были проглочены большим усатым сомом – и он по-прежнему голоден и рыщет по дну в поиске добычи. Быть может, вам посчастливится поймать его на удочку? Тогда монеты станут приятным дополнением к вкусному ужину. Но главное – не тяжесть в ваших кошельках, о авантюристы, дело совсем не в этом. Подумайте о радости мелких открытий и наград…
– О чем? – искренне удивился я.
– Радость мелких свершений, – чуть переиначил Акмэр. – Вспомните себя в самом начале пути авантюриста. Первый выигранный бой с какой-нибудь невзрачной букашкой. Первая снятая шкура, откопанный случайно жалкий медяк, проданные с малой выгодой грязные клубни…
Бом вдруг тяжело засопел и почесал затылок.
– Первая срезанная дешевым тупым ножом целебная трава. Первое сваренное на костерке малое зелье здоровья…
Настала очередь Храбра Светлушки задумчиво вздыхать и о чем-то вспоминать, глядя в чистое утреннее небо.
– Первая изученная магия исцеления и первый спасенный тобой от неминуемой гибели собрат…
– Да-а-а, – протянул Док и часто закивал: – Ох и радости у меня тогда было! От восторга едва из балахона не выпрыгивал! Я врач! Я спас!
– Первое выполнение поручение – неважное, сложное или нет, – и полученная за него награда…
– Радость, – согласился я. – Как сейчас помню свое первое появление в Вальдире. Времена тогда были другие.
– Ты был другим, – возразил Акмэр. – Просто с тех пор ты разучился радоваться мелочам жизни, Росгард Пресытившийся. А ты, Орбит? Помнишь радость своей первой разгаданной загадки?
Эльф туманно улыбнулся и едва заметно кивнул, лежа на плоту и глядя туда же, куда и Храбр – в бескрайнее небо над просыпающимся озером.
– Вы всегда хотите повысить свои шансы на успех. Вспомните количество имущества, что вы доставили с собой. Целый обоз!
– У нас важная цель – и погибать нельзя, – сказал я.
– Так идите к ней! Но не забывайте при этом радоваться так же сильно, как и в первые дни. Вот что такое истинный авантюризм – жить полной жизнью, наслаждаясь каждым глотком воздуха и приветствуя каждый новый день. Что ж… ваш плот вот-вот достигнет отмели.
– Спасибо! – спохватился и я вызверился на развесившую уши команду: – Чего сидим и лыбу давим? Встречайте берег, пока он не встретил нас!
Все кроме Затти резко оживились, вскочили и рванули на нос, где ожидались главные события. Орбит пошлепал туда же, но задержался рядом со мной и передал пару предметов – два скрученных и перевязанных черными ленточками магических свитка. Я уже хотел заняться их изучением, но вовремя заметил, что Акмэр еще никуда не исчез, и сделал торопливую попытку урвать хоть немного полезной информации:
– Уважаемый Акмэр!
– Спрашивай, Росгард. Вижу, ты решил не упускать шанса…
– Уж простите, – улыбнулся я. – Но вы – личность хоть и вездесущая, но неуловимая. Грех медлить…
– Спрашивай, – повторил дух. – Но помни, что не на каждый вопрос я отвечу. И не стану предупреждать об опасностях на вашем пути.
– Понял, – кивнул я. – Но пока что мы прямо по вашим заветам набиваем шишки, дышим полной грудью и кое-как справляемся сами. И спросить я хотел о другом. И вот мой вопрос – кто такой Дэммиур Нуммос?
Ответ последовал мгновенно, и мне показалось, что в голосе Акмэра зазвучали нотки некоего брюзжания:
– Делец. Воротила. Торговец. Не совсем обычный, но все же делец.
– Мы думали, что призываем странствующего торговца…
– Он торговец и есть. И он странствует. Да ты и сам это видел.
– Но он торговец без товара, – чуть надавил я, пытаясь пробить пелену безразличности Акмэра, явно считающего, что уже дал все ответы. – У него за душой не было ничего, кроме штанов и рубахи.
– А разве торговцы рождаются с полным мешком готового для продажи товара в крепко сжатых младенческих руках? – судя по интонации, Акмэр удивился.
Тут он меня уел… И при этом Акмэр, похоже, наслаждается нашей неспешной беседой, в то время как плот глотает последние десятки метров до берега. Поэтому зайду с козырей:
– Я прошу прямого ответа, – попросил я. – За свою жизнь в Вальдире я встречал немало купцов – как владельцев богатых торговых лавок, так и бродящих по пыльным дорогам коробейников, продающих бронзовых жуков и залатанные воздушные шарики. Но Дэммиур Нуммус на них не похож – ни по разговору, ни по повадкам.
– Тут ты не ошибся. Но скажи мне, Росгард, откуда у тебя такой интерес к нему? Ведь он не принес тебе ни радости, ни бед.
– Отвечу просто – мне показалось, что мы освободили его из некой тюрьмы. Да он и сам упомянул об этом. И сделали мы это не без вашей подачи.
– Без моей что?
– Не без вашей помощи, – пояснил я. – Свиток мы получили в Забытых Землях, а здесь ничто подобное не могло попасть в наши руки случайно или по недосмотру.
– Тут он тебя уел, дядюшка Акмэр, – Затти весело засмеялась, подбрасывая на руке пару серебряных монет, а стоящий рядом Бом изо всех сил сдерживался от попытки поймать их.
– Пусть так, – Акмэр медленно кивнул, и капюшон бурого плаща пошел волнами. – Ты полностью прав, Росгард Мудрый. Магический свиток призыва загадочного торговца появился здесь очень давно. Я слышал голос заключенной в нем души, но ничем не мог помочь – свиток покорялся лишь воле и слову чужеземца. Такого, как ты и как твои спутники. Только вы могли призвать его… и сделали это, соблазненные возможностью купить у него что-нибудь полезное для вашего путешествия. И да – я знал, что так и случится, когда вкладывал свиток в ваши крепкие руки.
– Но кто он такой?
– Он? О… он торговец. Делец. Воротила. Да, я помню, что уже говорил это, но так оно и есть. Я знал Дэммиура и прежде. Он появился вскоре после меня – босой, почти нагой и без гроша за душой. Когда же я увидел его вновь спустя пару месяцев, он был уже на коне, а за ним тащился по дорожной пыли тяжело нагруженный караван – его караван. И цепляясь за стремена его коня, следом бежали два рыдающих бородатых мужа в рваных богатых одеяниях, умоляя проявить милосердие и вернуть хотя бы часть их сбережений, раз уж он забрал в уплату долга все их дома и земли…
– Ни хрена себе… – емко выразился Бом, позабыв про порхающие над ладошкой Затти монеты и заодно позабыв следить за курсом плота.
– Дэммиур, как он назвал себя сам, остался глух к их молитвам и продолжил свой путь, прямо в седле подсчитывая что-то на абаке из красного дерева и черного жемчуга и записывая в толстую книгу. И это было только начало. На достигнутом он не остановился. Не знаю, правда ли это, но перед тем, как меня заключили сюда, я успел услышать, что в его владение перешла половина порта Акальроума и два городских квартала там же почти целиком. Ну а в северных водах он стал хозяином нескольких мелких островков и уже готовился заполучить остров Аль Дра Дас, намереваясь сотворить из него нечто особенное для своей рождающейся на глазах финансовой империи. Дэммиур Нуммос просто торговец, да. Но при этом он торговец гениальный и, возможно, лучший из всех, кто когда-то рождался в Вальдире…
– Теперь ясно, почему его убрали с доски, – тихо произнес Бом. – Это ж обалдеть у него размах… Такой всю Вальдиру скупить может.
– Может, – согласился Акмэр. – Слишком сильная карта…
– Карта? – спросил я.
– Карта, – повторил дух. – Да… давным-давно, когда я еще прилежно исполнял свою роль, приглядывая за первыми авантюристами, я часто сидел у костра, разговаривая с ними. Они научили меня многим диковинным вещам. Да и в Вальдире есть немало игр в карты – в том числе в карты с монстрами. Некоторые карты слабые, другие сильные. А есть карты слишком сильные… такие карты ломают игру, уничтожают баланс, лишают остальных игроков даже призрачных шансов на победу.
– И Дэммиур именно такая карта?
– Все мы здесь именно такие карты, – просто ответил Акмэр. – Всех нас посчитали лишними и неудобными. Теми, кто ломает игру… и нас убрали под зеленое сукно.
– Но не уничтожили, – заметил я, машинально озвучив промелькнувшую мысль. – О! Я не хотел обидеть или…
– Нас не уничтожили. Просто спрятали в пыльный сундук и захлопнули тяжелую крышку, – Акмэр поднялся и начал таять, превращаясь в бурый туман. – И причина проста – зачем уничтожать то, что однажды может понадобиться? Ведь когда-то же мы были нужны… До скорой встречи, авантюристы. Постарайтесь не погибнуть.
– Спасибо! – крикнул я и хотел помахать рукой, но тут плот во что-то врезался и резко остановился.
Я полетел кубарем в костер, а следом по влажным бревнам, вслух поминая всех прочих из Братства Тропы. Остановился я, только налетев на валяющегося ничком Дока и выбив из него пятками десяток хитов здоровья.
– Вяк! – укоризненно сказал лекарь. – Медицину нельзя бить ногами!
– А чем можно? – убедившись, что накрененный плот вроде как замер в этом положении, я начал подниматься.
– Можно избивать нас денежными премиями, – предложил Док, подлечивая сначала меня, а затем себя. – Лупи прямо нещадно!
– Смешно, – пробурчал я, поднимаясь во весь рост и упираясь руками в тлеющие после кувырка через костер бока. – И где это мы?
Вопрос был риторическим – солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы разогнать туманную дымку над водой и сушей, а заодно ярко осветить близлежащую местность.
Наклонившийся набок плот наехал носом на пологий песчаный берег, проделал в нем широкую борозду, и намертво завяз, с явным облегчением достигнув конца своего путешествия. Трап подан, господа и дама, может валить на все три стороны – а назад нам не надо.
Волнистый светлый песок усыпан раковинами и валежником, кое-где торчат обточенные волнами верхушки валунов, будто неряшливыми шляпами накрытые битыми сучковатыми бревнами и кучами гниющих водорослей. Широкая песчаная коса отделена от скалистого берега узкой водной перемычкой, выглядящей вполне спокойной и преодолимой. Пугливые остатки ночного тумана утягиваются в расщелины высокого скалистого берега, нависающего над нами удивительно мерзкого вида стеной.
– Это надо было постараться такое создать, – заметил Храбр, стирая с лица песок и глядя вверх. – Аж подташнивает…
Да уж…
Над нами вздымались скалы странного желто-бурого цвета с белыми вкраплениями, обилием черных дыр и трещин и растущим поверх всего этого красным то ли мхом, то ли лишайником. В общем и целом, скалы полностью оправдывали свое название – Гнилые Клыки, а я почему-то был уверен, что это именно они. Именно так они и выглядели – никогда в жизни не чищенным, изрядно сгнившим оскалом целой кучи наезжающих друг на друга кариозных зубов и клыков. Красная растительность добавляла эффект кровоточащих после изнурительной цинги десен, а частые расщелины и пещерки неведомой глубины наглядно показывали, что происходит с зубами тех, кто всю жизнь брезговал касаться зубной щетки и пасты.
– Не Гнилые Клыки ли это, сеньорита? – осведомился я у продолжающей лежать Затти, с отчетливо заметной озадаченностью смотрящей на уродливые скалы. – С моей картой не сходится…
– Это Мертвоскал! – возмущенно крикнула девушка и подскочила. – И он всегда был втиснут между Страннорослой пущей и грядой Гнилых Клыков!
– То есть пока не горная гряда? – с облегчением уточнил Док.
– Вон верхушки деревьев, – она указала на вершины скал, над которыми покачивались вполне себе мирные зеленые ветви. – Это серебристые клены, и растут они только в пуще. А мы должны были упереться сначала в эту самую отмель, миновать ее и выйти на галечный восходящий берег. По нему нам следовало подняться высоко над озером и там, после парочки холмов с руинами и хорошими местами для охоты начиналась Страннорослая Пуща. Но теперь все не так!
– Не так, – пророкотал Бом. – Ну да… Акмэр ведь предупреждал – он изменил эти земли. Видимо, изменил не так уж и сильно, но различия есть.
– И зачем? – задумчиво спросил Храбр.
Пристально оглядывающийся Орбит молча указал на Затти и в привычной своей манере пояснил:
– Она-а-а… знала земли-и-и сли-и-и-ишком хорошо. Это неинтере-е-есно…
– Ну да, – кивнул я, глядя на тихо бесящуюся Затти, злобно смотрящую то на вытащенную из рюкзака карту, то на скалы, которых тут не должно было быть. – Она ведь побывала в каждой начальной локе этих земель. Наизусть знает все опасности, все особенности каждого монстра.
– И то, как можно от всего этого защититься, – кивнул Док и разочарованно сморщился: – А теперь ее знаниям грош цена.
– Но почему тогда он первые локации не изменил? – спросил алхимик.
– Потому что сбросил наши уровни и забрал все наше барахло, – зло прорычал Бом. – Мы превратились в слабаков и оказались в самом начале пути. Тут по всем канонам нам не помешал бы знающий человек, способный предупредить об опасных тварях и помочь в мелочах. Кое-какие рецепты, мелкие подсказки, указание безопасного пути, а к этому всему добавить туманные намеки и ободряющие насмешки, и вот он – образ нашей ехидной проводницы по Забытым Землям. А как только мы стали сильнее и крепче, то, выражаясь сказочным ругательным диалектом, пробила полночь – и ее блестящие знания превратились в выеденную тыкву, а принцесса вновь стала оборвашкой Ашеншпатель…
– Кем-кем? – не понял я.
– Ну Ашенпуттель…
– М?
– Золушкой! – рявкнул Бом. – Образно же выражаюсь… образно! Размыто, туманно, остроумно и иносказательно!
– Он подставил меня! – завопила Затти и зло топнула ногой. – Злобный, мерзкий, противный, ужасный дядюшка Акмэр! Я еще доберусь до тебя! Я еще изведу тебя каверзами! Ты у меня попляшешь! Ох, попляшешь! Я буду дуть в дудку дни напролет!
– Ну, не будем мешать девушке швыряться угрозами, – хмыкнул я и указал на наши пожитки: – Разгружаемся, парни. Да, Орбит – ты тоже! Она и без твоих подсказок вполне себе сможет намазывать грязную ругань на чашу терпения Акмэра! А ты мясо давай таскай кабанье!..
Разгрузка заняла минут пять, и все это время Затти надрывала глотку до хрипа. Акмэр если и слышал ее, предпочел остаться невидимым, а посему ей такая забава вскоре надоела и, откашлявшись, она повернулась к нам, еще раз топнула ногой, сдула с лица непослушную прядь и улыбнулась:
– Ну и ладно! Мертвоскал – обычная скальная стена! Перелезем – и всего делов! Из вон тех синих водорослей я могу свить крепкую веревку, и нам в этом никто не помешает – ведь отмель абсолютно безопасна!
Она успела договорить сию краткую ободряющую речь, а через миг песок за ее спиной взорвался фонтаном гейзера, ударившего на пару десятков метров вверх. В стороны полетели отброшенные валуны. Одна из каменюг прогудела над нашими головами и с оглушительным треском ударила в плот, разбив его в щепу. Мы с воплями полетели на землю. До того, как нас накрыло облако пыли, я успел заметить, как удивительно быстрый Орбит сбивает с ног замершую в изумлении Затти и перекатывается с ней, в то время как в место, где они только что были, тяжело ударило нечто большое.
– Р-Р-Р-Г-Х-Х-О-О-ОМ!
Оглушительный рев разорвал воздух и прогнал пыль, явив нам невероятное создание.
Краб?
Насекомое?
Нет, скорее все же нечто вроде речного рака – только рака с телом из валунов, лапами из заостренных изломанных бревен и тремя то ли головами, то ли глазами, представляющими собой поднятые на толстых водорослевых канатах здоровенные алые раковины моллюсков. Поднявшись во весь свой примерно трехметровый рост, вздев головы на высоту втрое больше, монстр разинул раковины и снова заревел, дробно ударяя в песок ногами-бревнами.
– Р-Р-Р-Г-Х-Х-О-О-ОМ!
– Мусорный Всхлоп Дробильщик, – прокричал Храбр, первым прочитав угрожающе алое имя монстра, висящее над его головами. – Уровень восьмидесятый!
Одна из раковин-голов резко дернулась, качнулась в нашу сторону и… Орбит, сжимая девушку в объятиях, снова резко перекатился, а в песок со щелчком ударил костяной гарпун с безмерно длинным линем, выстреливший из открытой раковины и туда же убравшийся после промаха.
– Это что-то вроде алых гребехроков! – крикнул я, пятясь в воду. – Отступаем в воду! Живо вон за те камни! Быстрее! Быстрее!
– В этот раз мы точно сдохнем! – заверил меня вбегающий в воду Док. – Ой!
Воду пробил очередной удар гарпуна, и еще два всплеска указали места, где монстр проткнул озеро шипами из других раковин.
– Р-Р-Р-Г-Х-Х-О-О-ОМ!
– Да слышали мы тебя, слышали, – процедил я, медленно пятясь. – Ты только в воду за нами не лезь, а?
А он, словно услышав и вняв, никуда и не полез. Стоило нам отойти всего на десяток шагов от песчаной косы, Мусорный Всхлоп медленно опустился на песок и замер кучей грязного прибойного мусора. Торчат бревна, лежат камни, а бока алых раковин едва видны сквозь водорослевые завалы.
Тишина, умиротворение, птички поют в воздухе, и мы, придурки придурками, стоим на цыпочках по подбородки в воде и тянем рыльца кверху – чтобы в глотки водицы не залило. Только недовольному полуорку вода по грудь, и он, скрестив на ней мускулистые лапищи, зло глядит на отмель и рычит:
– А кто за плот разбитый платить будет, скотина?!
– Да к черту плот, – буркнул я, глядя на прибойный мусор. – Хорошо, сами живы остались. Затти, тебе есть что сказать?
– Впервые вижу эту гадину! – бодро заявила девушка, оттолкнувшись от Орба, отплыла к чуть более мелкому месту, встала на дно и, наклонившись вперед, пошла к берегу. – И в последний! Сейчас я этот хлам отправлю к темным богам! А вы созерцайте в благоговении и учитесь!
Орбит дернулся было за ней, но я ухватил его за плечо и остановил:
– Погоди-ка, торопливый ты наш. Видишь же – девушка знает чего хочет и уверена в своих силах. Сейчас все за нас порешает, и всего делов. А нам сказано созерцать и учиться…
– Взрослеет начальник! – одобрительно заявил Док, хватаясь за второе плечо эльфа и тяня его назад. – Не лезь, Орб! Затти покруче нас будет. Она вон сколько всего облазила, каждого монстра хотя бы по разу убила и все тайны этого мира познала. Щас как спасет нас всех сия дива дивная, и с просветленными лицами мы прошествуем к брегу, где предадимся отдыху и…
– А-А-А-А-А-А!
Дружно задрав головы, мы успели увидеть, как над нами пролетает «перелетная» птица Затти, размахивающая руками и вопящая. Когда за нашими спинами раздался громкий «плюх», мы столь же дружно опустили лица и еще раз насладились зрелищем монстра, разваливающегося на составные части.
Хоп… и снова на взрытой отмели лишь груда мусора, а набегающие мирные волны неторопливо утюжат песок, стирая наши следы.
Хоп… и на плечи эльфа забралась злющая, как потревоженная кобра, Затти, плюющаяся водой и ядом:
– Гад! Тьфу! Сбоку хвостом махнул, внимание отвлек, а потом как врезал в лоб! Тьфу! Подлый! Тьфу! Гад! Тьфу!
– Вот и не спасла нас дева дивная, – проворчал я. – Может, попробуешь еще разок, Затти?
– Нет уж! – подобрав ноги, девушка зло зашипела, держась за уши эльфа. – С меня хватит полетов! Идите и деритесь – как положено мужчинам!
– А чего первая полезла тогда? – резонно спросил Бом и, не дождавшись ответа от взъерошенной авантюристки, переключился на меня: – Есть гениальные идеи, босс?
– Идея только одна, – ответил я, поднимаясь на носки, чтобы в рот заливало меньше замутившейся озерной водички. – И очень простая.
– И какая?
– Не драться с ним отсюда, – не совсем вразумительно пояснил я, но опытные друзья меня прекрасно поняли и дружно огляделись.
Хуже нет, когда игровой мир навязывает тебе стартовую позицию для будущей схватки – а обычно откуда начинаешь, туда же и отступаешь, если дела вдруг обернутся скверно. Но мне совсем не улыбалось отступать в чуждую нам стихию – раненый монстр вряд ли успокоится столь же быстро, как и сейчас. А с трансформирующимся телосложением такая глубина ему не помеха. Хотя хватит и пары ударов гарпунами гребехроков, чтобы мы познали всю радость загарпуненной рыбы.
– Согласен, – кивнул Храбр, успевший поймать обломок бревна и оседлать его. – Эта чертова штука чем-то похожа и на рака, и на водомерку. И тело у нее наполовину из дерева – может, даже не утонет.
– Туша каменная – утянет на дно, – усомнился Док. – О! Может, заманить его сюда? Я могу бросить камень из-за спины зеленого!
Бом нахмурился:
– Подставить хочешь, Пипеткин? А я помру из-за тебя?!
– У каждого врача свое личное кладбище, – ответил лекарь и торопливо погреб ко мне, уворачиваясь от потянувшейся к нему зеленой ручищи.
Задумчиво побулькав и подняв из воды руки, Орб сбросил с пальцев водоросли и парой жестов показал, что монстр может и разделиться на несколько частей. Каменную задницу оставить на суше, а за нами полезть на отменно непотопляемых бревнах. Особенно сильно восторгаться его жестикуляцией мы не стали – информация и так всем известна. Помнится, я сам пару раз чуть не погиб, когда атакованный мной неповоротливый тяжелый монстр, вдруг сбросил с себя мешающие ему оковы и стал в разы быстрее и смертоносней. Те побегушки от серого вартуумга я не забуду никогда в жизни…
– Что с монстром делать будем? – напомнил Храбр. – Можно обдумать несколько вариантов, но тут как-то слишком мокро, и поэтому думается плохо…
– Да, – кивнул я. – Нам надо как-то обойти эту тварь и не помереть при этом. Отмель длинная, но он наверняка наблюдает за нами и может вдруг рвануть с места. И поэтому мы воспользуемся уловкой номер семнадцать из гагатового кодекса авантюристов…
Едва я произнес для многих проклятые слова «гагатовый кодекс авантюристов», Орбит забулькал от смеха и начал погружаться, утягивая сидящую на его плечах девушку, а Бом вдруг изрыгнул длиннейшее ругательство на смеси обычного и вроде как орочьего языков.
– Что еще за «гагатовый кодекс авантюриста»? – спросил удивленный Храбр, смотря на тонущего от смеха эльфа. – И что за уловка номер семнадцать?
– Одна из дивных историй Вальдиры, – хмыкнул я. – А уловка номер семнадцать гласит примерно следующее: если на вашу группу вышел крупный монстр в местности, где есть пространство для маневра, но нет никакой уверенности в том, что его удастся победить, авантюристам следует разделиться на несколько двоек или троек и обходить тварь с разных сторон. Так не только повысятся шансы выжить хоть у кого-нибудь, но и есть вероятность заставить монстра гоняться за несколькими зайцами сразу и никого в итоге не поймать.
– Звучит круто, – восхищенно произнес Док. – Видать, гагатовый кодекс очень неплох! И звучит дорого – прямо как рубин или агат… гагатовый… гага-а-атовый… аж нёбу приятно произносить…
Орбит снова подавился смехом, Бом выругался уже короче, но столь же эмоционально, а я, подавив смешок, махнул рукой:
– Гагат – не агат. Хотя многие так думали и попались, как идиоты, – я еще раз взглянул на пошедшего черными пятнами полуорка, но спрашивать ничего не стал, решив заняться куда более важным делом нашего вызволения из мокроватого места. – Мудрить не будем. Делимся на две тройки. Я, Бом и Храбр – первая тройка. Док, Орб и Затти – вторая, – прервавшись, я взглянул на девушку, ожидая возражений, но она просто кивнула, не сводя взгляда с опасной кучи мусора на песчаной отмели и что-то беззвучно бормоча.
Чем-то она мне напоминает Черную Баронессу – столь же смела, умела, владеет магией и боевыми умениями, не склонна унывать и держит удар. Хотя в скорости она Баронессе уступает –и сильно.
– От этого места отходим метров на тридцать и по моему сигналу движемся к отмели. Перекрикиваться не сможем на таком расстоянии, поэтому каждая тройка сама по себе. И нам не убить монстра надо, а успешно смыться от него и оказаться у подножия вон тех скал, – я указал мокрым пальцем на берег. – Все поняли?
Получив подтверждение, я пожал плечами и буднично сказал:
– Ну и потопали тогда в разные стороны. Бом, тащи нас!
– Я вам буксир, что ли? – деланно недовольно забухтел Бом, давая нам с алхимиком зацепиться за свои широченные плечи.
– Ты высокий, – ответил я. – И большой.
– И зеленый! – добавил Храбр.
– Это уже расизм, знаете ли, – видеть в больших полуорках тягловую силу. Мы, между прочим, интеллектуалы! Мыслители!
– А еще вы камни жрете, – буркнул я. – И у вас есть о них кулинарные книги.
– И людей вы жрете! – добавил тянущийся в кильватере Храбр. – Я сам читал рецепт о том, как закоптить ляжку авантюриста в пещерном дымоходе. Жуть!
– У каждой расы свои особенности! – возразил Бом. – А люди чего творят?
– Чего мы творим? – удивился я.
– У киви отрываете клювы и лапы, а затем продаете под видом фруктов в красивых лоточках – подпольное мясо для вегетарианцев! Хотя это в мире реальном – но все равно! Изверги!
– Э-э-э-э… – ошарашенный Храбр покачал головой и, вспомнив, переключился на другую тему: – Так что за кодекс гагатовый?
Наш живой буксир затрясся в очередном припадке ярости, и я поспешно замахал свободной рукой:
– Потом! Все потом! Сначала доберемся до берега – и там уже все расскажу. Бом! Хватит тратить силы на скрежет клыков! Греби быстрее!
– Да гребу, гребу… кстати, об орочьих рецептах! Мой любимый это: «Поданный целиком авантюрист в собственном соку в чреве сожравшего его живьем и затем запеченного на вертеле мимика. Подавать с крепкой черной плесневухой. Соблюдать осторожность – в кушанье может попасться монетный изюм». Что, кстати, логично – деньги Вальдиры неуничтожимы. Так вот печенку жуешь, а серебрушки на стол выплевываешь…
– О-о-о-о-о… – Храбр закатил глаза и едва не разжал пальцы. – Жестоко… как же жестоко…
– И вкусно, – добавил Бом, заставив алхимика поперхнуться и закашляться:
– А-кха… а ты-кха… пробовал что ли?
– Рванули! – подняв руку, я дал отмашку, и круто повернувший Бом попер прямиком к отмели…
Я ожидал худшего, но оправдалось лучшее – стоило нам выскочить на берег, монстр реально подскочил, рванул сначала к нам, затем к другой тройке, снова обратно, заметался, головы-гребехроки потянули его в разные стороны, и… мы проскочили полосу отмели, снова ухнули в воду, живо ушли подальше от берега, после чего Мусорный Всхлоп с уже знакомым воплем рухнул на песок и замер, признавая свое поражение.
– Ушли! – радостно крикнул Храбр.
– Но мы вернемся, – пообещал я, глядя на пройденную отмель.
– А есть зачем возвращаться? – удивленно спросил он.
– Опыт? – предположил Бом.
– Кажется, я заметил под ним большой сундук, – ответил я. – Большой такой. С красной крышкой.
– Ах ты! Ты тоже?! И я тоже! – рыкнул Бом. – Еще подумал, что мне от жадности показалось, и решил промолчать! Черт! Тогда точно вернемся! Сегодня же!
– Но сначала подкачаемся, – добавил я, нащупав ногами дно и поднявшись. – Лезть в Страннорослую пущу на текущем уровне я не хочу. И никого из вас не пущу…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге