Гильдия Пропавших Героев
Пролог: Плащ без хозяина
Если бы кто-то в этот момент проходил мимо офиса “Прахов и Компания: Магия, Мелочёвка, Мистика”, он бы наверняка удивился.
Во-первых, потому что офис находился в переулке, которого не существовало по понедельникам.
А во-вторых — потому что на пороге стоял плащ.
Без хозяина.
Он не висел, не лежал, не развевался на ветру. Он стоял, аккуратно выпрямив воротник, как будто всё ещё охранял плечи героя, который однажды пообещал: «Я вернусь, только сбегаю в туалет».
Только не вернулся.
Плащ дождался три дня. Сначала в таверне, потом у кузнеца, потом в травяной лавке, где в него почти случайно завернули чай.
Когда стало ясно, что герой исчез окончательно и, возможно, даже без пафосного монолога, плащ пошёл искать помощи.
Он не был дураком. Он был плащом третьего класса с базовым уровнем магического интеллекта. Он знал, что обычные гильдии помогут только за вознаграждение. А у него — кроме пуговицы и обрывков памяти о славе — ничего не осталось.
Но он слышал легенду.
О маге-недоучке, который принимает странные дела. О его офисе, где коза правит канцелярией. И о том, что они расследуют даже самые абсурдные случаи.
Он постучал.
Дважды.
И стал ждать.
Плащ не знал, что стал первым из десятков. И что скоро это будет уже не просто дело.
Это будет катастрофа жанра.
Глава 1: Завтрак с козой
— Ты опять сжёг овсянку, — сказала коза, не отрываясь от газеты.
— Это был эксперимент. — Зерик вытащил из котелка нечто чёрное, шипящее и воняющее так, будто вчерашний дракон решил стать вегетарианцем. — Я пытался превратить кашу в источник тепла. Чисто теоретически — успех.
Коза хмыкнула и аккуратно перегнула страницу. Её копыта оставляли мелкие вмятины на бумаге, но с учётом того, что она ещё и умудрялась держать карандаш за ухом, это было впечатляюще.
— Если ты продолжишь "экспериментировать" с кухней, нам придётся вызывать экзорциста, чтобы он изгнал запах.
Зерик вздохнул. Он не был совсем уж плохим магом. Он просто... не доучился. Один раз. Ну, два. Хорошо, три. Но факультет времени не должен был быть таким строгим. Если маг опаздывает на урок на три месяца, это ведь только доказывает его интерес к теме, не так ли?
Он сел напротив козы и разлил чай из старого чайника с подписью "Не открывать без перчаток". Чай был зелёным. В смысле — настоящего зелёного цвета, флуоресцентного, с лёгким побулькиванием. Коза покосилась на него с сомнением, но промолчала.
— Что нового в мире? — спросил он.
— Пропадают герои, — ответила коза. — Второй месяц подряд. Уже шестнадцать официально признанных, включая одного полудемона, двух бардов и целого паладина.
— Барды не герои. Они — фон. Как обои, только с лютней.
Коза фыркнула.
— У паладина осталась только перчатка. На рыночной площади. Всё сияющее исчезло, кроме неё.
— Это же классика. Он, может, влюбился в ведьму и ушёл жить в пекарню. Или стал сэндвичем. С паладинами всё возможно.
Коза отложила газету и уставилась на Зерика.
— Может, это наконец работа для нас?
— Нет. Это работа для тех, у кого лицензия, амулет идентификации, трезвая голова и хоть один положительный отзыв на “МагииРейтинг.орг”.
— У нас есть один отзыв. — Коза ткнула копытом в доску на стене, где висел лист пергамента с неровным почерком: “Не сгорело, но пахло странно. Наверное, норм.”
— Это был отзыв на зелье от перхоти. А клиент был гном, у которого и так была лысина.
Коза пожала плечами.
— Всё лучше, чем сидеть тут и сжигать овсянку.
БУМ-БУМ.
В дверь постучали.
Необычно. Кто-то нашёл их. Это уже само по себе подозрительно, потому что офис находился в аллейке между двумя антикварными лавками, которая существовала только в нечётные дни и только в условиях относительной влажности не ниже 70%.
— Жди здесь, — сказал Зерик.
— Я коза. Куда я, по-твоему, пойду? — буркнула она и всё же поднялась. На всякий случай.
Зерик подошёл к двери, приготовил защитное заклинание "Щит. Возможно." и открыл её.
На пороге никого не было.
Он огляделся.
Пусто.
И только потом он заметил, что что-то стоит у двери.
Это был плащ.
Бордовый, с золотой вышивкой, наплечниками и слегка подгоревшим краем.
Он стоял. Сам. Без хозяина. Без видимого подвеса. Просто — стоял. И слегка дрожал. Не от ветра. От волнения. Зерик отшатнулся.
— Коза... коза, он пришёл.
— Кто "он"? — коза подошла и замерла. — …Плащ?
— Самый обычный день, — пробормотал Зерик. — Утром каша взрывается. К полудню — проклятые предметы стучатся в дверь. До ужина наверняка придёт ананас с дипломом.
Плащ медленно наклонился, как бы кивнув. Из его кармана выпала записка.
Зерик поднял её.
“Он исчез. Я остался. Он не сказал даже 'прощай'. Я — Плащ Эльдира Третьего. Герой пропал. Прошу расследования. У меня мало ниток.”
Коза и Зерик переглянулись.
— Это дело пахнет сюжетом, — сказала она.
— Или нафталином, — добавил он.
Спустя пять минут Зерик сидел у стола, уставившись на плащ. Тот, в свою очередь, стоял у окна, как будто наблюдал за улицей. Или делал вид. Или просто не мог упасть.
— Ты уверен, что он не проклят? — спросил Зерик, пододвигая кружку с чаем подальше.
Коза пролистала один из старых томов: «Проклятия для начинающих и тех, кто уже на том свете».
— Не издаёт зловещих звуков, не шепчет на древнем, не пускает дым из капюшона. Пока что — нет. Но он слегка воняет героизмом. Это тоже тревожный признак.
— Герои действительно исчезают? — спросил Зерик, глядя на записку, оставленную плащом. — Я думал, они просто уезжают в отпуск. Или сдаются налоговой.
Коза кивнула:
— Уже шестнадцать за два месяца. У всех — странные обстоятельства. Один отправился на охоту за драконами и исчез, оставив только кристалл для маникюра. Второй вышел за грибами — и вернулся только его посох, завёрнутый в вязаный шарф. Сам посох, кстати, отрицает свою причастность.
— Ладно. Берёмся. В конце концов, что может пойти не так?
Он подошел к плащу и тоже выглянул в окно — Мы начнём с героя этого плаща… Как его... Эльдира Третьего. Надо выяснить, где хоть его видели в последний раз.
— А потом? — спросила коза.
— А потом… наверное таверна. В каждой уважающей себя истории расследование рано или поздно приводит в таверну. Разве нет?
Коза вздохнула, нацепила на себя вязаный капюшон и, хромая слегка на левое копыто, направилась к выходу.
— Лучше сразу начнем с таверны!
— Только не говори, что ты снова собираешься вести допрос в образе "Грозы Забегаловок".
— Это не образ. Это стиль. — Зерик поправил воротник своей мантии, которая была раньше шторой в храме забытого божества Бахусии (покровителя вечеринок и случайных решений) и смело направился в ближайшую таверну.
Таверна "Костяная Кружка" встречала гостей привычным ароматом разливного эля, жареных грибов и легкой безнадёги. В углу играла лютня — фальшиво, с болью, как будто музыкант проигрывал алименты нотами.
Бармен был тролль. Не очень высокий, но очень широкий. У него был взгляд человека, если конечно такое применимо к троллям, который видел слишком много и не желал видеть больше, но работал в баре — что обязывало.
— Зерик. — Бармен кивнул. — Ты с козой или в одиночку?
— С козой, как всегда. — Зерик хлопнул по стойке. — Мне информацию. И чай. Без грибов. А то в последний раз я два часа разговаривал с кувшином и влюбился в чайник.
— Да ты и без грибов не лучше, — буркнул бармен и налил что-то дымящееся.
Коза подошла и боднула Зерика под рёбра.
— Не пей. Это не чай. Это испытание жизнью.
— Слушай, Угрюмер, — Зерик повернулся к бармену. — Слыхал про Эльдира Третьего? Героя. Высокий такой, в плаще и с мечом.
— Все герои высокие, в плащах и с мечами. Конкретизируй.
— Ну... Эльдир. Останавливался тут? Исчез?
Бармен задумался, почесал затылок половником.
— Был такой. Примерно неделю назад. Вёл себя как обычно — громко, пафосно, обещал спасти кого-нибудь. Ушёл пьяный и с картой в зубах.
— Картой?
— Ага. Купил у местного полурослика схему старого подземелья. Сказал, что чувствует "призвание судьбы". Ну, или это была отрыжка.
Коза писала что-то в блокнот.
— Имя полурослика?
— Винни. Полное имя — Винни Барматутик. Найдёте его у рынка. Он торгует тем, что выкопал или придумал, что выкопал. Как-то раз продал архимагу зуб тролля, а потом оказалось, что это его собственный.
Зерик кивнул.
— Отлично! Благодарю. И ещё… ты случайно не заметил, чтобы за Эльдиром кто-то следил?
— Тут половина таверны следит за друг другом, если ты не помнишь. Хотя... была пара подозрительных клиентов. Один — странный тип в сером плаще, другой — зельевар, который пах… как бы сказать… отсутствием совести.
— Хм... Следы. Следы есть. — Коза задумчиво закрыла блокнот. — Значит, наш герой мог пойти в подземелье… и исчезнуть. Но если бы он просто погиб, от него бы что-то осталось. Кости, меч, эхо пафоса.
— Или хотя бы его рукопись, — мрачно добавил Зерик.
Он встал.
— Пора на рынок. Навестим Барматутика. Посмотрим, кто и зачем продаёт подземелья налево и направо.
— Ставлю рог на то, что он будет неприятным типом, — сказала коза. — Вечно эти торговцы информацией либо скользкие, либо по уши в долгах.
— Или оба, — кивнул ей Зерик.
Рынок Ласт-Гильда был местом, где встречались цивилизация и откровенное безумие. И, как правило, безумие побеждало. Ряды лавок извивались, как пьяный змей, между ними бегали дети, чьи родители в какой-то момент махнули рукой, а сверху нависали тряпичные навесы всех цветов, создавая иллюзию, что ты попал внутрь попугая, страдающего манией величия.
— Я всегда забываю, как тут… громко, — поморщился Зерик, когда мимо пронеслась пожилая гномиха с тележкой, полной поющих черепов. Рынок встретил их гвалтом, запахом пережаренного чего-то и музыкальной какофонией: два барда одновременно пели разные песни про одно и то же событие, но с противоположными финалами. Один утверждал, что герой победил чудовище, другой — что чудовище открыло лавку варенья и реформировалось.
— Вот она, сила искусства, — пробормотал Зерик. — Теперь бы найти искусство.
— Надо просто не слушать, — отозвалась коза, уворачиваясь от подносчика с дынями. — Или научиться понимать язык базарной шизофрении.
Со всех сторон раздавались крики зазывал:
— «Амулеты! От сглаза, от зависти, от тёщи!»
— «Три носорога в одной банке — уникальный артефакт!»
— «Грибные зелья — гарантия, что вы увидите свою душу!»
— «Сапоги семимильные! Почти новые, пахнут только одной милей!»
Они миновали лавку, где полувампир продавал зубочистки «с анти-проклятием», и павильон, где орк в фартуке предлагал «кулинарные проклятия на вынос» — судя по запаху, весьма успешные.
— Барматутик, — мрачно сказал Зерик. — Ага. Информация мутная, личность скользкая. Его же ещё найти надо.
Они свернули в переулок, где стояли более тихие, «специализированные» лавки: магические свитки, ритуальные свечи, носки с рунами и один задумчивый эльф, продающий «тишину в пузырьке».
Зерик подошёл к торговке амулетами — старушке, которая одновременно чесала спину ворону и приговаривала «всё равно они все сгорят».
— Простите, бабуля. Вы не подскажете, где тут торгует один… полурослик? Винни Барматутик.
— Барматутик? — она прищурилась. — Это что, болезнь?
— Торговец. Славится тем, что продаёт странные карты и уверенность.
— А, это мелкое мошенство с ногами! Он бывает у третьего поворота от кузни, рядом с лавкой, где продают ожерелья из настоящих воспоминаний. Только он, зараза, вечно переезжает. Как только кто-то его найдёт — он испаряется, как скидка у гоблина.
— Отлично, — вздохнул Зерик.
— Ещё говорят, что он прячется под телегой, если видит паладина, — добавила старушка. — Один раз целый день изображал сумку с картошкой.
Коза ехидно хмыкнула.
— Наш клиент.
Они пошли дальше. Путь им преградила лавка с живыми грибами, которые пели куплеты о боли и налогах. Затем — прилавок, на котором лежали уши. Много. Разных. Подписанные.
— Не спрашивай, — сказала коза. — Это, скорее всего, коллекция шепотов. Или очень необычный сыр.
Наконец, у крайнего ряда, между повешенным вверх тормашками порталом и девушкой, пытающейся продать свой сон за 5 серебряников, Зерик заметил красный жилет.
— Есть контакт, — кивнул он. — Барматутик.
Полурослик в этот момент втолковывал бородатому дворфу, что эта карта приведёт его к сокровищам и внутреннему спокойствию. Винни был обаятелен, как косяк, из которого внезапно выросли лепестки доверия. А ещё — слишком радостный.
— Винни Барматутик, — сказал Зерик, подходя. — У нас к тебе вопрос. Или пять.
Полурослик вздрогнул, посмотрел вверх.
— Вы стражи?
— Хуже, — коза шагнула вперёд. — Частные расследователи.
— А, — полурослик вздохнул с облегчением. — Ну тогда давайте говорить, только, если можно, не здесь. А то тут конкуренты подслушивают. И один бывший заказчик. Он считает, что карта была недостаточно… реальной.
— Мы слышали, ты продал карту подземелья Эльдиру Третьему, — сказал Зерик. — Герой. Исчез.
— Я? Ну… да. Но она была настоящая. Или почти. Я её получил честно. За бутерброд.
— От кого?
— От некроманта. С подозрительным голосом. Он ещё целовался с лягушкой на прощание. Не спрашивайте.
Коза уже открыла блокнот.
— Ладно. Рассказывай всё. Без театра. Если узнаем, что ты соврал — я поставлю тебя в конец очереди на реинкарнацию.
— Вот же, — пробормотал Винни, — с вами и совесть просыпается…
Глава 2. Чем пахнут приключения?
— Значит, — начал Винни, понизив голос до заговорщического шёпота, — было это… как бы… ночью. Ну, почти ночью. То есть — ранним вечером. Хотя, может, это было утро. В общем, свет был странный, я был голоден, а тут он — в плаще, как у заклинателя скидок, с глазами, будто ел сырую истерику.
— Некромант? — уточнила коза.
— Прям как с картинки. Только хуже пах. И при нём был мешок, из которого доносились звуки, которых я не могу описать без помощи духовных наставников и бубна.
— Что он сказал? — спросил Зерик.
— Он сказал: «Мне нужно мясо. Любое. Срочно. В обмен — древность.» Ну, я, как порядочный торговец, предложил ему бутерброд с говядиной и лёгким налётом магического соуса — я называю его "Забудь-всё-и-съешь".
— И он отдал тебе карту? —
— Угу! Прямо в руки! Дал, пыхнул зельем, назвал меня "Светоносным торговцем" и исчез в канализационный люк с фразой: «Они всё равно не поверят».
— Романтика, — коза фыркнула. — А ты проверял карту?
— Конечно! Я же… ну, я же почти специалист! У меня даже есть лупа с драконом. Правда, дракон времён вымирания и плохо видит. Но она подлинная! Почти.
Барматутик нырнул в сундук, достал пыльный свиток, но быстро спрятал.
— Это оригинал. Но… эээ… его я не продаю. Однако! — Он вытащил другой, свернутый попроще. — Вот копия! Почти точная! Ну, за исключением пары поворотов и отсутствующего этажа. Но зато — прочнее!
— Что значит — «отсутствующего этажа»? — подозрительно спросил Зерик.
— Ну… мелочи. Один уровень, пара ловушек, немного золота… Всё равно никто до туда не доходит. А эта копия идеально подходит для путешествий! Водонепроницаемая, термостойкая, пахнет амулетами свежести. И всего за…
— Если ты сейчас скажешь "две золотые", я превращу тебя в клубнику, — спокойно сказал Зерик.
— Ладно, скидка. Для вас — две серебряные. И бесплатная брошюра "Как выжить в подземелье, если вы не герой".
— Берём, — отозвалась коза, — но только чтобы потом не было «О, это была демоверсия».
— Обещаю, — сказал Винни и, сверкая улыбкой, протянул карту. — Она приведёт вас туда. Или почти туда. Главное — не поворачивайте налево у костяного моста. Там недовольный минотавр и очень философский гриб.
Вернувшись в контору, Зерик швырнул копию карты на стол.
— «Почти туда». Вот прямо слышу, как приключения шепчут: «Не делай этого».
— Но ведь ты уже хочешь, — сказала коза, устроившись на подоконнике. — Приключения пахнут азартом. И возможной травмой.
— Ладно, — Зерик вздохнул. — Снаряжаемся.
Он достал из шкафчика кожаную сумку и начал собирать:
— Зелье от головной боли (для тебя).
— Зелье от побочных эффектов первого зелья.
— Верёвка, фонарь, мел, три орешка на удачу и одну котлету — если всё совсем пойдёт не так.
Коза, между тем, нашла старую карту региона, упаковала блокнот, очки следователя и тёплый плащ.
— Беру амулет от нежити. На всякий случай. Или, скорее, на вероятный случай.
— Беру палочку для магических вспышек.
— У тебя она работает через раз.
— Да, но светит красиво. И отвлекает, если кинуть во что-то.
Плащ Эльдира, всё это время висящий на вешалке, снова вздрогнул и словно с упрёком наклонился вперёд.
— Он определённо идёт с нами, — сказал Зерик. — Или его ругает дух владельца.
— Надеюсь, этот дух — не тот, кто носил носки из адского пламени. Я не хочу снова нюхать эфирные подгорелости.
Они вышли в предвечерний город.
— До леса идти пару часов. Успеем до темноты.
— Да. Главное — не свернуть к философскому грибу, — усмехнулась коза.
— А если свернём?
— Тогда ты ему всё и объяснишь. Я не могу спорить с грибами. У меня до сих пор флешбеки после шаманского супа.
И они пошли. В сторону леса. В сторону карты с «почти» точными указаниями, в сторону подземелья, о котором никто не знал, но которое уже ждало.
Ждало с ухмылкой.
Старый лес начинался неожиданно — один шаг с обочины, и ты уже в другом мире. Городской шум остался позади, как плохая идея после завтрака. Впереди была тишина, настороженная и плотная, как суп, забытый на огне.
— Лес как лес, — пробормотал Зерик, вглядываясь в высокие деревья. — Только слишком… наслушанный.
— Он слушает, — сказала коза. — Я это чувствую. И не одобряет.
— За что?
— За всё. Он в возрасте.
Дорога, обозначенная на карте Барматутика пунктиром и подписью «примерно сюда», привела их к огромному дубу. Тот стоял посреди тропы, словно охранник на пенсии, который всё ещё верит в дисциплину. В коре можно было различить лицо — невыспавшееся, сердитое и слегка мохнатое.
— Кто идёт? — раздался хриплый голос. — И зачем?
— Эм… следователи, — сказал Зерик. — Ищем героя.
— А у вас разрешение?
— А у вас кора на глазах?
— Ладно, — ворчливо пробормотал дуб. — Проходите. Но имейте в виду: после третьего куста начинается «зона неадекватной геометрии».
— Это как?
— Это когда поворачиваешь направо, но оказываешься вверх ногами в левом воспоминании. Не благодари, предупреждение бесплатное.
Они пошли дальше. Лес становился всё плотнее, воздух — тяжелее. Ветки скрипели, как пенсионеры на утренней зарядке. Под ногами шуршал мох, явно шепчущий гадости.
— Тут странно, — заметила коза. — Смотри, следы. Человеческие. Но…
— Что?
— Слишком правильные. Как будто оставлены нарочно. И слишком чистые. Будто кто-то хотел, чтобы мы их нашли.
— Или чтобы мы подумали, что он хотел, чтобы мы их нашли.
— У тебя ПА-РА-НО-ЙЯ, — одобрительно сказала коза. — Молодец. Значит, в форме.
Через пару сотен шагов тропа закончилась. Вернее, стала лестницей. Каменной. Ведущей вниз, туда, где уже не пахло лесом, а пахло сыростью, старой магией и лёгким привкусом «вы точно уверены, что хотите это сделать?»
— Подземелье, — кивнул Зерик. — Барматутик не врал. Ну или почти не врал.
У входа стояла вывеска:
"ВНИМАНИЕ! ВХОДИТЕ НА СВОЙ СТРАХ. ВЫХОД — ПО СОГЛАСОВАНИЮ С СУДЬБОЙ."
— Очаровательно, — пробормотал он.
— Стиль есть, — добавила коза. — Отпугивает идиотов. Мы подходим.
Они зажгли магический фонарь (второго поколения, с мягким свечением и приятным ароматом лаванды) и шагнули внутрь.
Первые комнаты были пусты. Стены покрыты пылью. Пол — подозрительно чистый.
— Слишком чисто, — сказал Зерик.
— Слишком очевидно, — отозвалась коза. — Стой.
Он замер. Прямо перед его ногой на полу была нарисована тонкая серебристая линия.
— Ловушка?
— Почти. Иллюзия. Наступишь — окажешься где-то, где очень холодно и очень неудобно.
— Откуда знаешь?
— Я туда уже падала. С козьего балкона. Пять раз.
Они обошли линию, свернули направо — и наткнулись на дверь. Большую. С эмблемой в виде меча, пересечённого пером.
— Символ Гильдии Героев, — тихо сказал Зерик. — Он был здесь.
На двери — следы. Царапины, едва заметные отпечатки ладоней и надпись, процарапанная ногтем: «Это была ошибка»
— Ну вот и весело стало, — сказала коза. — Настоящее приключение.
— Или ловушка, — пробормотал Зерик. — Или… обе сразу.
Он потянулся к дверной ручке. Она была тёплой.
И за дверью кто-то дышал.
Зерик коснулся ручки. Тепло, идущее от металла, будто предлагало:
«Открой меня. Доверься. Что может пойти не так?»
Он потянул.
Щелчок.
Дверь не открылась — она растворилась. Не распахнулась, не скользнула в сторону — просто исчезла, как воспоминание о важной дате.
— Ну, не ominous at all*, — пробормотал он.
— Перевожу: "Ага, сейчас как начнётся". — коза зашла первой.
Комната за дверью была странно круглой. Ни углов, ни окон. Только мягкое свечение от потолка, пахнущее старым пергаментом и мятными каплями от головной боли. В центре — пьедестал. На пьедестале — ничего.
— Ха. Классика, — заметил Зерик. — Или иллюзия, или нас опередили.
— Или сейчас будет ловушка.
Как по заказу, воздух задрожал, и из стены выдвинулся магический конус — блестящий, вращающийся и отчаянно самоуверенный.
— ВНИМАНИЕ! — загремел он. — ОХРАНА РЕАГИРУЕТ. ОБНАРУЖЕНЫ:
а) МАГ.
б) ЖЕНЩИНА.
в) НЕПОНЯТНОЕ СУЩЕСТВО С КОПЫТАМИ.
— Женщина?! — возмутилась коза. — Да я — принцесса!
— Принцесса с бородкой.
— Это стрессовая шерсть!
— ОХРАНА ПЕРЕХОДИТ В РЕЖИМ "УМИЛЕНИЕ" → НЕ ПОДХОДИТ. ПЕРЕХОД К РЕЖИМУ «ДЕКОРАТИВНЫЕ ШМЕЛИ».
— Что?! — воскликнули оба.
Конус начал пульсировать сиреневым.
Зерик выдернул палочку и в панике крикнул:
— Deflectimus apiarium!
— Ты только что сказал "Отклоняю пчеловодство", — уточнила коза.
— Это сработало?
Конус завис, издал глухое: "Пчёлы сбиты с толку" — и зажужжал менее уверенно.
— Ага, значит, действует! — Зерик ткнул его палочкой.
— НЕПРЕДУСМОТРЕНО. НЕПРЕДУСМОТРЕНО. ЗАПУСК РЕЖИМА "СПЕЦИАЛИСТ".
Из стены выплыло… существо. Высотой по грудь Зерику, с глазами размером с чашку для эспрессо и хвостом, который, казалось, чесался сам по себе. Оно было одето в жилетку.
— Привет. Я — Специалист. По всему.
— Что… ты такое? — осторожно спросил Зерик.
— Я — интерфейс древней системы. Привязан к этому уровню. Вы не подлежите мгновенному уничтожению — поздравляю.
— Ага. Благодарим. И… что ты можешь?
— Отвечать на вопросы. Давать подсказки. Делать кофе, но только ментальный.
— Мы ищем героя по имени Эльдир. Был тут. Пропал.
Специалист замер. Его хвост вяло пошевелился.
— Эльдир. Имя есть в архивах. Он активировал меня. Неделю назад. Искал… «Путь Забытого». Потом ушёл в зал испытаний. Не вернулся.
— Как всегда, — вздохнула коза. — Один пошёл, другой выносит.
— Где этот зал? — спросил Зерик.
— За второй дверью. Но туда не попасть без ключа.
— Ключ где?
— Разбросан. По трем частям. Первая часть — прямо здесь.
В центре зала, на пьедестале, возник светящийся кристалл. Он пульсировал лениво, как уставшее сердце.
— Отлично, — сказал Зерик. — Берём.
Он протянул руку.
— Подожди, — сказала коза. — А ловушка?
— Уже была. С пчёлами.
— Думаешь, древняя система ограничилась пчёлами?
— Да… надеюсь?
Он взял кристалл и крепко зажмурился. Ничего не произошло. Ни жужжания, ни света, ни метафизического пердежа.
— Ну, это даже обидно, — сказал он простояв ещё минуту.
— Обидно было бы, если бы тебя укусила пчела вне времени, — буркнула коза выбираясь из за шкафа.
Специалист подошёл ближе:
— Первую часть вы получили. Остальные — в Зале Искажений и Башне Безумцев. Но будьте осторожны. Эти места… хм… требуют нестандартного подхода.
— Под нестандартным ты имеешь в виду что?
— Пример: один зал открывается, если вы одновременно споёте гимн забытых профессий и станцуете скорбную чечётку.
— Ага. Понравится. Особенно козе.
— У меня копыта. У меня нет выбора.
Они вышли из зала, Специалист остался внутри, попивая ментальный эспрессо.
— Ну что ж, — сказал Зерик, пряча кристалл. — Один из трёх. Карта — частично правдива. Магия — нестабильная. Мы на пути.
— И, — добавила коза, — мы ещё даже не начали спорить, кто понесёт рюкзак. А это значит — всё впереди.
— А знаешь, — сказал он, — я начинаю скучать по рынку и кричащим зазывалам.
— Ничего. Скоро заскучаешь по ногам.
Следующий участок пути был гораздо менее приятен, чем предыдущий, что в подземельях считалось знаком стабильности и включал в себя:
два внезапных обрыва,одну почти-смерть от неожиданной пиявки на потолке,и лестницу, у которой ступеньки менялись местами, пока ты на неё смотрел.— Вот бы так с налоговой, — проворчал Зерик, перепрыгивая через очередную ступеньку, которая решила стать стеной.
— Только не жалуйся, — буркнула коза. — Могла бы быть лестница-головоломка. Чтобы пройти, нужно отгадать свой собственный возраст.
— Я всё равно его придумываю каждый год.
Преодолев лестницу Зерик и коза оказались в длинном туннеле с забавными надписями на стенах и капающей с потолка слизью почти желтого цвета.
— Знаешь, — сказал Зерик, переступая через очередную подозрительно квадратную лужу, — я понимаю, почему герои исчезают. Тут достаточно просто заблудиться, чтобы начать сомневаться в реальности.
— А ты и в нормальной-то жизни сомневался, — заметила коза. — Помню, как ты пытался налить чай в хлебницу.
— Она была похожа на кружку.
— Она была похожа на хлебницу.
— Кто ты, эксперт по кухонной посуде?
— Я принцесса. У меня диплом.
Дойдя до конца туннеля они вновь оказались на лестницы изогнутой в форме спирали, которая время от времени становилась вертикальной без предупреждения пройдя по которой наконец добрались до новой двери. На этот раз — зеркальной. Гладкая, без ручки, отражающая даже магическую усталость под глазами.
— Зал Искажений, — прочитал Зерик надпись на табличке. — Вход только при честном взгляде в отражение.
Он посмотрел в зеркало. Оттуда на него уставился он же — только с пышными усами, в шёлковом халате и с кубком, полным сарказма.
— Не люблю этого парня, — пробормотал Зерик.
— Меня там вообще показывают как священную ламу, — фыркнула коза. — Даже не спорю. Но всё равно странно.
Он вздохнул и шагнул ближе. Отражение… усмехнулось. Буквально. Оно склонило голову, как бы говоря: «Ты уверен, приятель?»
— М-м-м… неловко, — сказал он и всё-таки шагнул вперёд.
Коза последовала за ним.
ЩЕЛК!
Дверь втянулась внутрь и пропустила их, заодно щёлкнув Зерика по пятке — будто в отместку за сомнения в отражении.
Зал Искажений представлял собой длинный коридор, целиком выложенный зеркалами: стены, потолок, даже пол — всё отражало. Ты видел себя бесконечно, сзади, сбоку, в профиль, в плохом освещении и с двойным подбородком, под разными углами, в разных эпохах, и иногда в другом настроении.
— Только попробуй сказать, что тебе тут нравится, — прошипела коза.
— Не скажу, — отозвался Зерик, — но вот я, вон там справа, выгляжу как герой.
— Он тоже так думает про тебя. И мы оба ошибаемся.
Тут раздался голос, хриплый, как будто кто-то курил магические трубки в течение нескольких эпох:
— ВНИМАНИЕ. ЭТО ЗАЛ ИСКАЖЕНИЙ.
ЗАПРЕЩЕНО:
КАСАТЬСЯ ЗЕРКАЛ.ВСПОМИНАТЬ СЫР.ПЫТАТЬСЯ ПОНЯТЬ, ЗАЧЕМ ЭТО ВСЁ.**— Сыр? — переспросил Зерик.
БУМ.
Из зеркала выпрыгнул огромный, светящийся, маслянистый сырный куб — с глазами, усиками и выражением обиды.
— Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ, — простонал голос.
— Что за... бри? — выдохнул Зерик, отпрыгивая в сторону.
Куб заворчал и покатился на них, оставляя за собой липкий след из молочного безумия.
— БЕГОМ! — заорала коза, боднув мага в бок.
Они помчались по зеркальному коридору, лавируя между отражениями, которые почему-то начинали двигаться с опозданием. Одно из зеркал показало, как коза запрыгивает Зерику на спину — за три секунды до того, как она это сделала.
— У тебя зрение с опережением! — простонал он под весом рогатой принцессы.
— Я — особенная коза!
Сырный куб грохотал позади, приговаривая:
— Примите меня… я вкусен… я сливочный…
— Не оборачивайся! — скомандовала коза.
— Поздно! — заорал Зерик и получил в лицо куском отражённого камамбера.
В конце коридора — арка. Над ней надпись:
«Чтобы пройти — забудь всё. Особенно про сыр.»
— Я НЕ МОГУ НЕ ДУМАТЬ О СЫРЕ! — истерично закричал маг.
— Я ТЕБЕ СЕЙЧАС ЗАДАМ ГОЛУБОЙ С ПЛЕСЕНЬЮ! — прорычала коза и врезала ему головой.
Они ввалились в арку. Куб не успел — застрял, заюлил, и жалобно обмяк, расплывшись в лужу фальшивого пармезана.
ТИШИНА.
— Живы? — прохрипел Зерик.
— Пока да. Но у меня теперь посттравматическая сырофобия.
Помещение за аркой — круглая комната с пьедесталом. На пьедестале — вторая часть ключа. Она пульсировала светом, а в центре был выгравирован... глаз.
Комната оказалась круглой (в этом подземелье геометрия явно училась у сумасшедшего архитектора). В центре — пьедестал. На нём — часть ключа. На этот раз — с выгравированным глазом.
— Ну, это тревожно, — сказал Зерик.
— Особенно если глаз начинает моргать.
— Он… моргнул? — спросил маг.
— Я не хочу это слышать. Просто бери.
Зерик всё-таки подошёл и аккуратно взял ключ. Ничего не случилось.
— Ну и где взрывы, превращения, телепортации?
— Возможно, всё было ДО этого. Сырный куб — это была проверка.
— Это была личная атака на мои вкусовые рецепторы, — ответил он и сунул ключ в сумку.
Голос снова заговорил:
— ВЫ ДОСТАЛИ ВТОРУЮ ЧАСТЬ. ОСТАЛАСЬ ЕЩЁ ОДНА. БАШНЯ БЕЗУМЦЕВ ЖДЁТ. НО ТАМ НЕ СЫР. ТАМ… СОЛЕНЫЕ СУШКИ.
— Звучит как вечер с моими родственниками — прошептал Зерик.
— А теперь пошли. Пока что-нибудь снова не вылезло. Например, рассольный огурец с глазами.
— Если это случится — я сдамся. И уйду торговать лавандой.
— Надеюсь, там нет ничего про колбасу, — пробормотала коза. — У меня на неё аллергия.
— Что, правда?
— Нет. Но если скажешь "колбаса" — наверняка опять что-то вылезет. Лучше молчи. И думай о чём-нибудь безопасном.
— Как, например… облака?
— В этом месте облака могут жевать. Просто иди.
*не так уж зловеще. Англ.
Глава 3. Не лезь в дверь, если она тебя облизывает
Башня Безумцев была видна издалека — потому что пыталась спрятаться. Словно стыдилась своего названия и архитектуры. Она переливалась всеми оттенками серого, ломаного, как сны бухгалтера на абсенте. Каждая её башенка выглядела так, будто кто-то не справился с инструкцией по сборке замка. Окна располагались вертикально, горизонтально и по диагонали. Одно — вовсе снизу.
— Это не башня. Это постирочная галлюцинаций, — прошептал Зерик.
— Я жила при дворе, где один архитектор тоже творил в таком стиле. Его потом отправили на лечение — через окно. Без открывания, — коза поёжилась. — Не повторяй его ошибок, маг.
Подход к башне начинался с поляны, покрытой табличками:
«НЕ ПРИНОСИТЕ СЮДА СОВЕСТЬ.»«ВСЕ ВОПРОСЫ — К ВАШЕЙ ПОДСОЗНАТЕЛЬНОЙ ТРАВМЕ.»«ПРОХОД С ТАРАКАНАМИ ЗАПРЕЩЁН. В БАШНЕ СВОИ ЕСТЬ.»У самой двери к ним подбежал… коврик. Да, коврик — с глазами, ручками и агрессивной лояльностью.
— Вы вытерлись? — строго спросил он.
— А ты выведен как страж? — удивился Зерик.
— Я коврик. Я — граница между чистым и неизвестным. Вытерся — проходи. Не вытерся — иди в лужу.
Коза фыркнула, потопталась по коврику и боднула мага:
— Покажи уважение к местной фауне. Мы не хотим снова повторения сырного инцидента.
Когда они вошли, дверь облизнулась и закрылась с чавканьем. Башня вдохнула.
— Это уже второй раз, когда здание делает звуки, как мой дядя, когда пьёт борщ, — пожаловался Зерик.
Первый зал был абсолютно круглым. На стенах висели портреты… самих Зерика и козы. Но в разных состояниях: Зерик с бородой до пола, Зерик в платье, Зерик — лягушка. Коза — с короной, с сигарой, в броне, и, в одном варианте, почему-то — держащая меч в зубах.
— Портретная психодиагностика, — пробормотала она. — Классический трюк Башни Безумцев. Показывают, кем ты мог бы быть. Или уже был. Или кто-то хотел, чтобы ты был.
— Я не хочу быть лягушкой, — заявил маг. — Лягушке бы ты не понравился. Не тот тип лапок.
ГОЛОС прозвучал снова:
— «Испытание Первое: Прими себя. Или хотя бы не убей себя при попытке».
В центре зала возникло зеркало. Но в нём отражались… не они, а версии себя, которых они не узнавали.
Зерик посмотрел — и увидел:
Маг в роскошной мантии, стоящий на трибуне, толпа скандирует его имя.Зерик-повар, улыбающийся над казаном.Зерик, лежащий на диване, читающий книгу, а вокруг — тишина. Спокойствие. Нет магии. Нет проблем.Он замер.
— Это…
— Возможности. Мечты. Иллюзии. Осторожно.
Коза выглядела напряжённой. В зеркале она была…
В человеческом облике. Принцесса. Корона. Грация.Потом — воительница.Потом — снова коза, но с крыльями.— Это жестоко, — прошептала она.
Зеркало дрогнуло. Из него вылезла рука. Потом — вторая. Потом целиком вышел… Зерик. Только… улыбчивый. Гладкий. Без мешков под глазами. Без пыли на мантии. И — уверенный.
— Привет, я — ты, но успешный, — сказал он.
— О нет. Только не ты, — простонал Зерик. — Уходи. Я уже видел себя с утопическим завтраком.
— Я пришёл помочь. Я знаю, как достичь величия. Мы можем стать лучше. Вместе.
— Я ещё не готов к такому уровню мотивации.
Коза заржала:
— Если ты — он, значит, я должна быть с твоей версией?
Из зеркала вышла она. Принцесса. Красивая. Улыбающаяся. Благородная походка.
— Здравствуй, — произнесла она, — я — ты. Но без шерсти.
— Бррр. Мерзость, — отозвалась коза. — Мех не предают!
Свет мигнул. Иллюзорные версии начали наступать.
— Испытание — бой с собой? — спросил Зерик.
— Скорее, бой с иллюзиями того, кем мы могли бы быть.
— Прекрасно! — маг выдернул свою палочку. — Я всегда мечтал победить успешного себя.
— И я, — коза взвилась в прыжке и боднула идеальную версию принцессы. Та исчезла с мягким “пух”.
Сражение было странным.
Заклинания метались, но не наносили вреда — лишь раздували иллюзии. Их двойники стали:
Огромными.Шестирукими.С сияющими глазами и мотивационными речами.— ТЫ МОЖЕШЬ СТАТЬ ЛУЧШЕ!
— УСПЕХ ЖДЁТ!
— ПОВЕРЬ В СЕБЯ!
— Я уже нес козу по подземелью! Я заслужил отдых! — взревел Зерик.
Он вонзил палочку в пол. Иллюзии вздрогнули. Коза сообразила и крикнула:
— Не сопротивляйся! Прими, что ты не идеален!
Маг тяжело вздохнул и произнёс:
— Да, я ленивая магическая обёртка с зависимостью от кофе и непроходящим страхом экзаменов.
БАХ. Иллюзии исчезли.
— Что сработало? — спросил он, отдышавшись.
— Признание. Оно тут как чеснок для вампиров. Только для психологии.
На пьедестале — ключ. Третий.
Зерик поднял его. Он сложил все три части вместе. Они дрожали, как будто не хотели быть целыми.
— Погоди, — нахмурилась коза. — Обычно в этот момент что-то должно…
ТРЕСК.
Пол провалился и они полетели вниз.
— Ага, вот это, — успела пробормотать она.
Когда под тобой внезапно пропадает опора, ты ожидаешь хотя бы драматичной музыки или ворон. Но реальность Зерика была куда злее — его падение сопровождалось писклявым голосом:
— «Осторожно, внизу мысли!»
— МЫСЛИ? — крикнул он, вращаясь вокруг своей оси.
— Да не ори! — рявкнула коза, вращаясь на соседней траектории. — У меня и так мозг вибрирует, как желе под ритм марша!
Падение закончилось внезапно. Они приземлились не больно, но… неудобно. Зерик оказался в кресле. Коза — на непонятно откуда появившемся потолке.
— Ты не находишь, что гравитация в этом месте переоценивает свои возможности? — буркнула она, медленно сползая на люстру.
— Где мы? — осмотрелся маг. — Это похоже на библиотеку. Только книги… шепчут.
Он подошёл ближе. На полке стояла книга «Как не быть собой. Практическое руководство по симуляции личности». Рядом — «Молчание как оружие массового поражения. В 8 томах». Чуть выше — «Я, коза: исповедь одной принцессы». Он повернулся и посмотрел на спутницу.
— Не смотри так. Я ничего не писала, — прорычала она.
В центре зала стоял стол. На нём — кусок бумаги, ключ и… чайник, который злобно пыхтел и подрагивал.
— Это тебе не кажется странным? — спросил Зерик.
— После того как дверь нас облизала? Нет, — ответила коза. — Странно будет, если здесь появится нормальный обед.
Кусок бумаги оказался запиской:
«Ты прошёл испытание башни. Ключ скомпонован. Дверь ждёт. Осталось одно: выбрать, в какой реальности ты продолжишь путь. Да, у тебя теперь выбор. Удачи. PS: Коза – не обсуждается. Она идёт в комплекте.»
— Я не понял. Нам теперь… выбирать? — Зерик почесал затылок. — Это квест или какой-то магический абонемент на жизнь?
Чайник прыснул паром и проговорил:
— «Выберите выход. Дверь налево — реальность первая: спокойная деревня, тёплый ужин, никто не зовёт на подвиги. Справа — вторжение жабьей армии, пророчество и магический зоопарк. Посередине — вы продолжаете свою текущую линию, как ни в чём не бывало. С выбором шутить нельзя. Или можно, но последствия — на ваше усмотрение.»
Коза замерла у крайней двери слева.
— Хм… спокойствие звучит… заманчиво.
— Ты же ненавидишь скуку.
— Именно поэтому и заманчиво. Я хочу убедиться, что я её и правда ненавижу.
— Нет, — вздохнул Зерик. — Пошли посередине.
Он потянулся к центральной двери.
— Подожди, — сказала коза. — А если это ловушка? Что, если на самом деле правильная дверь — та, что мы не выбираем?
— Тогда судьба снова посмеётся, но как обычно — не в голос.
Они открыли дверь.
Коридор. Простой, прямой и скучный. Это уже вызывало подозрение. Но в самом его конце маячило что-то похожее на портал — мягко светящийся, как утренний кофе без сахара.
— Видишь? Всё хорошо, — обрадовался Зерик. — Я думал, будет хуже.
Из стены вылезла рука. Потом вторая. Потом — гном в халате.
— Эй, вы! — крикнул он. — Тут очередь вообще-то!
— Очередь? Куда?
— В портал. У нас тут по билетам. Вы по какому маршруту?
Коза подняла бровь:
— По маршруту «хватит уже нас глючить».
Гном оглядел их, вытащил папку и начал листать:
— Так… маг-недоучка… коза… карта… башня… ага! Вы проходите без очереди. Удачи! Не забудьте тапочки.
— Тапочки?
— Шутка. Или нет. Я уже не уверен.
Их втянуло в портал.
Вынырнули они в… лесу. Но лес был на удивление тихим. Ни птиц. Ни ветра. Только одинокий звук капающей воды.
— Это уже не башня, — пробормотал Зерик. — И не рынок. И не таверна. И не—
— Перестань перечислять. Это новая глава. Значит, пора найти новые проблемы.
Он достал карту, полученную от Винни. На ней на месте, где они стояли, было написано:
«Ха-ха-ха. Удачи.»
— Отлично. Самоироничная топография, — пожаловался маг.
Из кустов раздался шорох.
— Если там снова гном — я кусаю, — заявила коза.
Но из кустов вышло… письмо. Да, письмо на ножках. С пером вместо руки. Оно передало Зерику свиток, поклонилось и ушло в чащу.
На свитке:
«Поздравляем! Вы прошли вступительное испытание Гильдии Пропавших Героев. Ваше следующее задание: выяснить, куда исчезла команда экспедиции "Мандрагор-7", которая должна была вернуться ещё неделю назад. Последний сигнал — руины в Чужебесии. Будьте осторожны. И не забывайте: вы подписались на это сами. PS: Отказ от козы невозможен.»
Коза вздохнула:
— Ладно. Снова в путь?
— Снова в путь.
Он взял карту, свернул её в трубочку и почесал ею за ухом.
— А ты знаешь, — сказал он, — с тобой даже весело. Иногда.
— Следи за языком, недомаг. А то начну вести себя, как настоящая принцесса.
И они пошли в чащу.
Глава 4. Пропавшие экспедиции и один очень подозрительный гриб
— Я всё ещё считаю, что письмо на ножках — это перебор, — пробурчал Зерик, раздвигая ветви.
— А я считаю, что мы должны были повернуть налево у говорящего дерева, — ответила коза, аккуратно перепрыгивая корень, который слишком уж подозрительно напоминал лапу.
Лес казался слишком живым, чтобы быть просто лесом. Ветки шептались. Листья шевелились, даже если не было ветра. Один куст хихикнул, когда Зерик случайно задел его посохом.
— Я не могу понять, — заметил маг, — это всё магия или просто плохой дизайн природы?
— Это Чужебесье, — хмыкнула коза. — Тут даже здравый смысл на пересменке.
Спустя полчаса блужданий, во время которых они:
— отбивались от дружелюбного мха, предлагающего «прикрыть спину»,
— спорили о том, кого считать более разумным: гномов или хлеб,
— и один раз искали выход из капкана, который оказался лавкой по продаже капканов,
наконец вышли на дорогу. Или, по крайней мере, на нечто, что прикидывалось дорогой и старательно изображало гравий. А минут через пять пути они увидели вывеску:
«Добро пожаловать в деревню Безбородых. Бороды не приветствуются. Чай по расписанию. Магам скидка при предъявлении совести.»
— У тебя есть совесть? — спросила коза.
— Была. Где-то в академии. Я оставил её между стыдом и дисциплиной.
— Значит, платим по полной.
Деревня была… странной. Даже по меркам Зерика. В ней не было ни одного человека с бородой. Даже у старушек. Особенно у старушек. Зато у каждой двери стояла чайная стойка, а уличные фонари были заменены на кипящие чайники. Они не освещали, они настаивали.
— Местный стиль, — буркнула коза. — Либо ты пьёшь чай, либо чай пьёт тебя.
К ним подошёл низенький мужчина с идеально гладким подбородком и блестящими усами, которые явно приклеены.
— Здравствуйте, путники! — радушно начал он. — Я Бедрик Безбородый, старейшина деревни! Проходите, проходите! Не хотите ли чаю? Или может быть, бородавки от скуки? Или...
— Мы ищем экспедицию, — перебил Зерик, не желая слушать про все возможности этой деревеньки. — Мандрагор-7. Последний след — неподалёку от вас. Вы что-нибудь слышали?
— Мандрагор-7… — нахмурился Бедрик. — Хм… Были такие. Странные ребята. Ходили по лесу, искали руины, смеялись не там, где положено, тряпки жгли. Исчезли несколько дней назад. В последний раз их видели в районе Поляны Обидчивых Пней.
— Это где? — нахмурился Зерик.
— За холмом, у старого колодца. Только будьте осторожны — в прошлый раз, когда туда пошёл наш поэт, он вернулся без рифмы.
— Без… рифмы?
— Он стал писать белые стихи. Проклятие.
Коза вздохнула.
— Ну хоть сам не вернулся белым с зеленой кепкой.
Они решили переночевать в деревне. Старейшина в ответ на обещание избавить от обидчивых пней подсуетился и им отвели комнату в таверне под названием «Лист Снизу». Название пошло от того, что вывеска была прибита с внутренней стороны двери и никто не удосужился её перевесить.
Хозяином был говорящий чайник.
— Добро пожаловать! — сказал чайник, когда они вошли. — Правила просты. Не трогать ложки. Не пытаться угадать, откуда берётся булка. И не вставать с кровати, если потолок шепчет.
— Нормально тут у вас, — заметил Зерик. — Уютно.
— Спасибо. Я сам выбирал обои, — сказал чайник и гордо выпустил пар.
— Скажи… — начал маг. — Ты... всегда был чайником?
— Только с прошлого вторника. До этого был бюстом великого философа. Но потом меня осенило. Теперь я грею воду и грею души.
— Звучит как неплохая переориентация, — кивнула коза. — А у тебя нет комнаты без потолка?
— Только кладовка. Только там один демон, но он — интроверт.
— Сойдёт.
Ночью, как обычно происходит в незнакомых местах, произошло что-то подозрительное.
Во-первых, исчезла подушка. Просто испарилась. Вместо неё осталась записка: «Спасибо. Очень мягко. — Мышь-архивариус.»
Во-вторых, потолок действительно шептал.
— Зерик… — просипело сверху. — Зерииик… Ты оставил чай остывать… Это недопустимо…
— Я чувствую, как моя жизнь теряет здравый смысл, — пробормотал он, накрываясь одеялом.
— Добро пожаловать в фэнтези, — зевнула коза. — А теперь спи. Завтра у нас встреча с обидчивыми пнями.
Утро наступило неожиданно — особенно для чайника, который всю ночь спорил с занавеской о природе бытия и теперь страдал от экзистенциальной накипи.
Зерик с козой позавтракали чем-то, что по виду напоминало кашу, по вкусу — оскорблённую тюльку, а по консистенции — заговор. Тем не менее, в дороге у них был только один компас, и тот показывал на ближайшую булочную. Поэтому они полагались на память и указания местных.
— Итак, — сказал Зерик, осматривая лесную тропу, — идём до старого колодца, потом поворачиваем налево у подозрительного пня, затем через заросли недоверчивой малины, и мы на месте.
— А если ошибёмся? — спросила коза.
— Тогда, согласно местным, попадём в пасть недружелюбного буерака.
— Хорошо хоть без поэзии.
Путь к поляне занял около часа. За это время:
Зерика пытался убедить вступить в профсоюз веселый мох;Коза вырвала у белки карту, на которой был нарисован сыр, но это оказался план обороны соседней кротовой республики;Они нашли чей-то ботинок, изнутри которого доносился писк: «Верни! Это мой дом!»Ну и когда они наконец вышли к Поляне Обидчивых Пней, их встретило гробовое молчание. И 37 пней.
— Это они? — спросил Зерик.
— Да. По легенде, каждый из них когда-то был деревом, которое обидели словом. Теперь они стоят и обдумывают месть.
— А если я попрошу "понять и простить"?
— Только не это! — прошипела коза. — Они сочтут это за насмешку. Эти пни тонко чувствуют сарказм.
— Отлично. Нам надо осмотреться. Что мы ищем?
— Следы экспедиции, конечно. Или следы чего-то, что съело экспедицию. Или хотя бы их обувь.
Зерик активировал простенькое заклинание обнаружения недавней магии. Оно подсветило воздух странным голубым свечением, и над одним из пней появилось облачко с надписью:
"И вот снова ты, Маркус, со своей теорией о гигантских слизнях. Прекрати."
— Они были тут! — воскликнул маг. — И, похоже, спорили.
— Классическая научная экспедиция, — вздохнула коза. — Сперва споры, потом исчезновение, потом мемориальная табличка с ошибками в фамилии.
Зерик прошёлся вокруг пней. Один из них оказался особенно обиженным и шепнул:
— Они ушли туда… к Заброшенной Хижине… Ты не пройдёшь!.. Бегите, глупцы!..
— Он говорит! — изумился маг.
— Конечно говорит. Это Обидчивый Пень. Они ещё и стихи пишут. Хоть и с ошибками.
След, оставленный магией, вёл их через лес, мимо родника, наполненного киселём (и одним утопленным дневником), вдоль тропинки, где на каждом камне было написано «Не трогать!», и к старой хижине.
Хижина выглядела так, как будто её собирал пьяный архитектор, вдохновлённый плесенью и меланхолией. Крыша сползала набок, двери не было, зато было дверное настроение. И табличка:
"Здесь никого нет. Особенно внутри."
— Я определённо чувствую магию, — нахмурился Зерик. — Прямо в воздухе... какая-то вязкая.
— Это потому, что ты встал в паутину, — заметила коза.
— А-а, да. Спасибо.
Они вошли внутрь.
Первое, что бросилось в глаза — хаос. Стол был завален бумагами, обрывками карт, амулетами и чашками, в которых что-то шевелилось и шептало что-то похожее на "Амон встретит свой конец!".
Второе — на стене была надпись, выцарапанная острым предметом:
"Он пришёл из подземного архива. Мы были не готовы. Он забрал Профессора. Остальным велено молчать."
— Кто «он»? — прошептал Зерик.
— Подозреваю, не местный библиотекарь.
Они начали рыться в бумагах. Среди них были:
карта подземелий с надписью «тут не ходи — тут обедают»;список членов экспедиции: Профессор Бандерус, ассистент Маркус, два техника, один дракон в отпуске;и листок, исписанный одним словом: «гриб» — повторённым 72 раза.— Это уже… странно, — заметил маг.
— Даже по нашим меркам.
— Особенно по моим. Я ведь недоучка, но даже я понимаю — если кто-то 72 раза пишет «гриб», то, скорее всего, это не просто салатный интерес.
В углу хижины Зерик нашёл небольшой магический маяк — устройство, которое можно было активировать для передачи сигнала. Оно было сломано. Или, точнее, переплавлено изнутри.
— Что-то мешает им выйти на связь. Что-то очень сильное.
— Или просто злопамятное. Здесь в моде обида.
Коза ткнула носом в ещё один листок:
«Если нас не станет, скажите библиотеке, что они были правы. Особенно Эмили.»
— О, — Зерик кивнул. — Это звучит как признание поражения.
— Или как намёк на то, где искать следующую улику.
— Библиотека?
— Именно.
Снаружи дул ветер. Пни ворчали себе под нос. Один крикнул:
— Я был берёзой! Меня любил милиционер! А теперь все думают, что я — табурет!
— Нам пора, — сказал Зерик. — У нас есть след, и он ведёт в городскую библиотеку, которой нет на карте. А если она есть, то только на той, что рисуют в полнолуние.
— Значит, вечер обещает быть… познавательным, — коза хмыкнула. — Пошли. Надо успеть, пока библиотекари не начали драться за грамматику. Нам в город!
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
— У нас проблема, — заявил Зерик, когда они наконец вернулись в город.
— Мы заблудились? — предположила коза и принюхалась. — Или ты просто снова чихнул на магические чернила?
— Ни то ни другое. Библиотеки нет на карте. Вообще. Даже в примечаниях, даже в “легендарных объектах сомнительного существования”.
— Может, она тайная?
— Или настолько старая, что сама про себя забыла. Но мы всё равно найдём.
Поиск начался с прогулки по задворкам Старого Города — району, где даже время шло с опозданием и носило дырявую шляпу. Зерик шагал вперёд, сверяясь не столько с картой, сколько с “интуицией исследователя” — весьма сомнительным навыком, обретённым в молодости после падения с третьего этажа алхимической башни.
Они миновали:
Улицу Шепчущих Вывесок, где вывески лавок ругались друг с другом;Переулок Одинокого Сундука, который то и дело шевелился и постанывал;Мост Без Названия, который категорически отказывался называться хоть как-то.Наконец, они вышли на глухую улочку с заросшей стеной. На первый взгляд — просто тупик.
— Это и есть "ничто", — пробормотал Зерик. — То, что не отмечено, но может быть важным.
Он постучал по стене.
Та слегка дрогнула. Замерцала. И — расступилась, как скромный дверной проём в альтернативную реальность.
— Ну вот. Открыто с девяти до "как получится", — коза кивнула на табличку у входа. — Самое точное расписание, что я видела.
Они вошли.
Библиотека была огромной. И при этом... неестественно молчаливой. Даже пыль здесь казалась дисциплинированной и оседала строго по алфавиту.
— Простите, — обратился Зерик к ближайшему библиотекарю — даме в очках толщиной с боевой щит. — Нам бы информацию об экспедиции "Мандрагор-7".
— Это, мил-человек, не ко мне, — криво улыбнулась дама. — Вам в Отдел Забытых Исчезновений. Второй ярус, секция "У", после архивов по йети.
— Благодарю!
Они поднялись, прошли, свернули, прошли мимо залов “Книги, которые обиделись” и “Фолианты, издающие странные звуки”. В Отделе Забытых Исчезновений их встретил пожилой библиотекарь с глазами, уставшими от смысла.
— Экспедиция "Мандрагор-7"? — он почесал переносицу скелетом крысы. — Нет-нет, это точно не к нам. Вам в Подотдел Пропавших, но Периодически Возвращающихся Групп. Назад, направо, через отдел “Неудобной Топографии” и поворот у портрета орка с книгой “Как не читать”.
— Спасибо, конечно, — буркнула коза.
После второго забега их встретила голограмма профессора с головой совы, которая сказала:
— Вам определённо в зал “Гипотетических Исчезновений в Практике”. Там, где иногда бывает свет.
— Я скоро сам исчезну гипотетически, — зло прошипел Зерик. — Навсегда.
Они добрались до нужного зала, наполненного книгами, которые меняли названия в зависимости от настроения.
И тут...
В самом центре зала, прямо под хрустальной лампой, сидел гриб. Не в смысле “гриб в углу”, а гриб с руками. В жилете. С очками. И с книгой. Толстой, как энциклопедия забытых посудных проклятий. Он читал.
Медленно с достоинством старого графа переворачивая страницы.
Зерик робко подошёл.
— Простите… эээ, вы не знаете ничего об экспедиции "Мандрагор-7"? Мы...
Гриб поднял взгляд. Его глаза светились... знанием? Сарказмом? Грибной усталостью?
Он закрыл книгу, отложил её с осторожностью, будто это спящий ёжик, поднял палец вверх и медленно сказал:
— “Истинная истина — это ложь, которую слишком сложно опровергнуть.”
И испарился.
Просто растворился в воздухе. Ни дыма, ни запаха спор. Только лёгкий "пшик", как у прокисшего зелья.
Зерик и коза замерли.
— Что... это... было? — прошептала коза.
— Похоже, он обиделся, что мы его нашли.
На полу, где сидел гриб, остался предмет. Небольшой, металлический, с гравировкой и мерцающим камушком посередине.
— Это... ключ? — Зерик поднял его. — Или артефакт?
Коза понюхала.
— Пахнет споро-насыщенной магией. И... пряниками.
На обратной стороне была надпись:
“Зал архива №9. Доступ только при взаимном согласии. Или если очень сильно надо.”
Зерик усмехнулся:
— Кажется, мы нашли нечто важное. И я чувствую: впереди будет гораздо больше... странного.
— Надеюсь, там будут перекусы. — коза почесала рогом полку.
Оказалось, что Зал архива №9 был не просто залом. Он был… мнением. Убеждением, выраженным в форме архитектурного сарказма. Его не существовало, пока в него не поверишь — а поверить мешало всё: логика, здравый смысл и план эвакуации, который на этом месте показывал «место, которого точно нет, мы проверяли».
— Давай ещё раз, — Зерик прижал к двери в уборную грибной артефакт.
— Зал №9, — повторил он торжественно. — Мы сильно хотим туда. Очень.
Светящийся камень на артефакте пискнул и мигнул один раз. Затем… дверь засветилась, сменила букву с "М" на "Ж", а потом на цифру "9", ктоорая сразу же перевернулась на единственном гвоздике которым она была прибита.
За дверью простирался узкий коридор, тускло освещённый свечами, явно раздражёнными тем, что их потревожили.
— Что-то мне это не нравится, — пробормотала коза.
— В нашем случае это скорее хороший знак, — ответил Зерик, шагнув вперёд.
Архив №9 или №6 оказался наполнен ящиками, свитками и табличками, написанными на всевозможных языках, включая один, который, по словам вывески, был запрещён к использованию «из соображений гигиены».
— Надо искать что-то про экспедицию, — сказал Зерик, проходя мимо полки с пометкой “Документы, потерянные ещё до написания”.
Коза остановилась перед ящиком с надписью:
"Экспедиции, закончившиеся странно".
— Подходит?
— Более чем, — Зерик открыл ящик, откуда вылетело облако пыли с писком:
— «Положите обратно, пожалуйста!»
Но в ящике, под ворчливыми документами, действительно оказался дневник. Кожаный, потрёпанный, с выцветшей надписью:
«Капитан М. Тромбл, экспедиция “Мандрагор-7”.»
— Он настоящий! — выдохнул Зерик.
— Или очень хорошо подделанный. В любом случае, открой скорее. Может, там карта к сокровищам. Или хотя бы рецепт печенья.
Зерик пролистал страницы.
Внутри были заметки, сделанные с разной степенью безумия:
описания болот, где растения дают толкование снов;пещеры, где тени не совпадают с объектами, а иногда существуют сами по себе;и, главное — упоминание артефакта: «Ключ Тени. Находится в храме Забытого Бормотания. Защищён. Очень.»— Это и есть то, что мы ищем! — Зерик хлопнул дневником. — Нам нужно попасть в этот храм!
— Погоди, погоди. — Коза ткнула копытом в страницу. — Смотри, тут примечание:
“Если это читает кто-то посторонний: поздравляю, теперь за тобой выехал Ужас. Удачи!”
— Это, конечно, пугает, — сказал Зерик. — Но не настолько, чтобы остановиться. Мы уже сталкивались с Ужасами. Помнишь того сторожа в магической бане?
— У него хотя бы был график, — коза вздохнула. — Ладно. Пора возвращаться и собираться.
Они вышли из архива с дневником, артефактом и лёгким ощущением, что библиотека теперь знает о них больше, чем они сами. За ними молча наблюдали книжные полки, и одна из них тихо вздохнула, будто прощаясь.
На выходе, дверь сомкнулась за ними с громким чпок, и на табличке появилось новое время работы:
"Закрыто. Навсегда. Или до обеда."
Вернувшись к себе, Зерик и коза начали собирать вещи.
— Наконец-то мы знаем, куда идти, — Зерик аккуратно укладывал артефакт в сумку. — Храм Забытого Бормотания. По описанию — где-то на юге, за Гремучими Холмами.
— Там, где магниты шепчут и компасы бегают в панике? — уточнила коза. — Великолепно.
— Это будет приключение. В первый раз у нас есть настоящая зацепка.
— И всё благодаря читающему грибу, — усмехнулась коза. — Мне он понравился. Не слишком разговорчив, но зато с эффектом.
Они заперли комнату, надели дорожные плащи, и коза подвязала к рогам тряпочку с надписью:
“В случае пропажи — ищите в ближайшем бардаке.”
— В путь, — произнёс Зерик. — И пусть нас ничто не остановит!
С потолка упал пыльный паук и проворчал:
— Да-да. Удачи. Как же без неё...
Спасибо за чтение
Вернуться к книге