Герцогиня идет Ва-Банк

Пролог

Поздний вечер. За окном разыгралась буря. Ливень лил, как из ведра. Замок, стоящий на холме, освещали молнии, придавая ему зловещий вид. Атмосфера уныния царила не только снаружи, но и внутри замка.

В гостиной расположились трое: две девушки и парень. Одна из девушек – платиновая блондинка, красавица с томным взглядом голубых глаз выглядела лет на двадцать, зато вторая – полная противоположность первой: темноволосая, привлекательная, но не красавица, в ней словно совершенно не было красок. Блеклая, тихая, забитая. Она лишний раз боялась поднять глаза. Зато парень выглядел эффектно. Высокий блондин с широкими плечами, сильными руками, на которых отпечатались мозоли явно не от работы. По нему сразу видно: что такое меч – он знает не понаслышке. Юноша отличался красотой, прекрасно зная себе цену. Не одно девичье сердце было им разбито. И он наслаждался вниманием девушек. Блондины были близнецами, тогда как шатенка младше на пять лет. Но она разительно отличалась от них, словно неродная.

– Эй, ты долго еще будешь нам тут глаза мозолить? – рыкнул юноша на младшую сестру. – Топай к себе, чтоб мы тебя тут не видели. Раздражаешь.

И девушка даже спорить не стала, молча поднялась и тихой тенью скользнула за пределы гостиной. Пусть в ее душе бушевала буря, но спорить с братом она посчитала себе дороже. За эти годы успела уяснить: стоит ему возразить, и он пустит в ход магию, чтобы ее унизить. Такое было не впервой. Сколько она от них настрадалась. Ее и в пруду топили, и в воздух левитацией поднимали, случая как она кричит от ужаса, и при гостях выставляли нерадивой служанкой, унижая и не гнушаясь оплеух. Почему она не смела возразить? Все просто. Магия. На нее накинули удавку, чтобы в случае неповиновения она ощутила все прелести удушения. Сколько раз она задыхалась – не счесть. И в какой-то момент решила не перечить, но искала пути отхода, как можно сбежать подальше от этой семейки.

Девушка не понимала: за что они так с ней? За свои семнадцать лет она ни разу не видела в своей семье ни теплоты, ни любви, ни ласки. Мать держалась от нее подальше, отца и вовсе раздражало одно ее существование. Когда вся семья уезжала на балы, ей приказывали сидеть дома и не высовываться. Тоже самое происходило, когда бал давали родители. Ей запрещено было показываться на глаза гостям. А если вдруг попалась, то должна всем говорить, что она служанка. Только в пятнадцать лет она поняла, что это связано с ее магией, которую отобрали в десятилетнем возрасте.

Покинув гостиную, она медленно брела к себе, думая, чем ей заняться. Уже в коридоре, оглядевшись, чтобы никто не заметил ее слез, дала им волю. Она с ненавистью обернулась туда, где остались старшие брат с сестрой. Как она их в этот момент ненавидела. Это ведь их вина, что она стала такой.

Где-то неподалеку раздались голоса слуг, и шатенка поторопилась к себе. Ее путь лежал мимо кабинета отца. Она бы как обычно прошмыгнула мимо, но в следующее мгновение уловила свое имя. Застыла, прислушиваясь. Там отец с матерью обсуждали ее дальнейшую судьбу.

– Нира, я пока не дал согласия, но граф Жаде – единственный, кто готов взять нашу пустышку в жены.

– Измар, но он женат, – воскликнула женщина. – Как он сможет взять нашу Алсию, уже имея супругу?

– Значит, пойдет второй женой, – отмахнулся мужчина. – Это лучше, чем висеть на нашей шее. К тому же ты сама должна понимать, долго прятать мы ее не сможем. Это пока она была ребенком, мы могли запереть ее в комнате во время бала и сообщить, что она не вошла в пору, когда можно присутствовать на празднике. А сейчас этот номер не пройдет. К тому же мой брат стал все чаще напоминать о дебюте Алсии. Ей через полгода исполняется семнадцать, время, когда все юные аристократки должны предстать перед монархом. Представляешь, какой будет позор, когда все увидят нашу пустышку?

– Измар, ты должен придумать что-то другое. Все же она твоя дочь, и отдавать ее на поругание я не желаю, – категорично заявила женщина.

– Тебе-то что за дело? Она ведь не твоя дочь, - сколько желчи в голосе.

– И тем не менее я ее растила. И даже изображала беременность, когда алчная графиня с помощью зелья одурманила тебя ради беременности. На что только не идут нищие аристократы, лишь бы поправить свое положение, - в голосе матери презрение. Девушка так и застыла.

– Ну да, эта идиотка хотела получить от меня пожизненное пособие, но не учла, что наша сила огромна, пустышки, вроде графини, чисто физически не смогли бы выносить такое дитя. Она сама поплатилась за свой идиотизм. Не пережила родов. А я теперь должен каждый день смотреть на напоминание о чужой глупости.

Алсия слушала и не могла поверить в услышанное. Разве такое возможно? Зато теперь ей многое стало понятно. Отец блондин, как и близнецы. У матери, точнее у леди Ниры – волосы карамельного оттенка. Никто не понимал, откуда в их семье появилась шатенка. Ответ лежал на поверхности. Девушке стало горько и досадно. Она даже родиться кому-то на радость не смогла. Неудивительно подобное отношение.

– И все же, Измар, не торопись с ответом. Все равно Алсии еще нет восемнадцати. Дай ей хотя бы год, - попросила женщина, удивив подслушивающую. Алсия не понимала, какое дело по сути чужой женщине до той, кого она даже не рожала.

– Хорошо, Нира, я подумаю, – недовольно обронил мужчина. Но, судя по голосу, вряд ли он изменит свое мнение.

Больше задерживаться здесь Алсия не стала. Ее душили злые слезы. За что? Почему? Это ведь не ее вина, что она лишилась магии. Это ее лишили. А теперь она стала изгоем, той, кого стыдятся, кого пытаются сбыть подальше. Зачем ей такая жизнь? И ведь она даже рассказать родителям не может ничего, потому что на ней клятва. Хотя и в этом случае вряд ли бы отец наказал своих любимчиков, он за старших детей стоял горой, чем они и пользовались, каждый раз подставляя младшую под наказание за собственные гадкие проделки.

Вместо своей комнаты, где за шесть лет привыкла прятаться от проблем, она вышла во двор. Застыла, глядя на небо, на звезды. Как любая девушка ее возраста, она мечтала о любви, о нежности. Ей хотелось узнать, что это такое. Вдруг от ворот послышался стук копыт. Кто-то приехал? Но почему так поздно? Сердце Алсии забилось с утроенной силой. Предчувствие охватили девушку и заставили подойти ближе. Из замка вышел отец. Оглянувшись, проверяя, не идет ли за ним кто, приблизился к мужчине.

– Ты зачем приехал? Я же сказал, ответ дам завтра, - процедил отец.

– Я привез то, что тебя заинтересует, чтобы твой ответ был положительным. И да, сделай так, чтобы Алсия уже через пару дней была у меня. Я должен привязать ее к себе до ее совершеннолетия, потом, как ты понимаешь, привязка станет невозможной. А так я получу самую любящую и беспрекословную наложницу, - голос незнакомца так и сочился патокой, в нем проскальзывали масляные нотки, от которых Алсию тут же затошнило.

Отцу передали сверток, который он тут же развернул и аж крякнул от удовольствия. Глянул на собеседника и довольно изрек:

– Ты умеешь уговаривать. Так и быть, завтра заключим магическую помолвку. Но забирать Алсию тебе придется самому. И да, в случае чего, в положенный срок ее все равно к тебе притянет.

– Эй, Измар, никаких случаев, она должна стать моей уже в течение этой недели, я так хочу. Устал по шландрам шататься, пока моя жена носит ребенка и не подпускает меня к себе, - заявил мужчина, заставив Алсию похолодеть.

– Ладно-ладно, не кипятись, сам лично прослежу, чтобы она до тебя добралась, - пообещал отец.

Мужчины разошлись, явно довольные друг другом. Девушка упала на землю и горько зарыдала. Что же такое ему подарили, раз он решил отдать дочь кому попало? Шатенка рыдала около часа, осознав, что ее жизнь фактически закончилась. Стоит оказаться в руках того типа, ей долго не прожить. Это она ощутила интуитивно.

– Так зачем мне вообще терпеть все эти мучения, когда можно оборвать все одним махом, - заключила Алсия.

Слезы резко высохли, им на смену пришла решительность. Быстро встав, она помчалась к пруду. Начавшийся ливень? Ну и пусть. Зато никто не отправится ее искать. А она совершит задуманное. И больше никто не сможет ей указывать, как жить и за кого замуж выходить. Уж лучше смерть, чем такое позорное существование. Ведь всем известно, что такое вторая жена. По сути любовница безо всяких прав, которая обязана прислуживать первой жене и исполнять ее даже самые нелепые прихоти. И это не говоря о самом мужчине. Даже до нее доходили слухи о садистской наклонности Жаде. Такой судьбы для себя Алсия не хотела.

***

– Алиса, тебя долго ждать? – раздалось в трубке, которую я так неосторожно сняла. Глаза открываться отказывались. Еще бы, мне и поспать удалось всего пару часов.

– Ира, не надо меня ждать, я спать хочу, – застонала, чувствуя, как злодейка–мигрень уже подкатывает. А я, как назло, забыла таблетки дома.

– Алис, какое спать? Ты же мне обещала, – и столько возмущения в голосе, словно не она слезно умоляла подменить ее на сегодня, так как у нее сестра замуж выходит, а им еще платье подобрать. И вот без Иры выбор платья ну никак не состоится.

– Во–первых, я тебе ничего не обещала, предупредила, что подумаю, и если будет время, подменю. Во–вторых, ты сама знаешь, что конкурс перенесли не на сегодня, а на вчера, и длился он почти полночи. В–третьих, надо иногда думать о ком–то, кроме себя любимой. Все? Не тревожь меня, я спать хочу.

Высказалась и снова отключилась. Стоило еще хотя бы пару часов подремать, чтобы к оглашению результатов быть в норме.

Из–за сотрудницы сон сбежал, но и открывать глаза не было сил, в них словно песка насыпали. Вздохнула. Полежу немного, потом встану. Пока же стоит заново прогнать вчерашний день и вечер. Все ли я учла? Не найдется ли повода меня срезать?

После развода с мужем три года назад, мне пришлось вспомнить, что второе образование у меня кулинарное. Так как без стажа работы я бы никуда не устроилась, нашла другой выход: открыла свое маленькое кафе. Ох, как злился бывший муж, он–то посчитал, что обобрал меня до нитки, но не учел мой прагматизм. Как когда–то говорила бабушка: “На мужа надейся, но свою подушку безопасности на черный день создай”. И как же она была права.

С Игорем мы поженились, когда я заканчивала как раз кулинарный техникум, чтобы потом пойти в институт на технолога. Увы, не получилось. Мой тогда еще жених ухаживал красиво, говорил много, воздушные замки строил великолепные. Сам он по образованию финансист. И все время жаловался, что выпускнику нигде нет места, всем нужен стаж работы.

Надо отдать должное Игорю, оратор из него чудесный. Он даже моего отца – директора сталеварного завода смог убедить в своей любви ко мне. Неудивительно, что через полгода мы поженились. Мне тогда только стукнуло двадцать. Ему двадцать пять. Папа взял его к себе помощником. Как же, зять. Разве можно оставить его без заработка. Как он любимую дочурку содержать станет?

Только мама была против. Ей Игорь с первого взгляда не понравился. Она с ним даже разговаривать не стала. Но и мне ничего не говорила. На мой закономерный вопрос:

– Будешь отговаривать? – она ответила:

– Нет, зачем? Каждый набивает свои шишки сам. Только кто–то, глядя на других, а некоторые предпочитают жертвовать собственным лбом.

Несмотря на большую любовь, слова мамы тогда запали глубоко в душу, поэтому я уже со дня свадьбы стала готовить себе ту самую подушку безопасности, о которой говорила бабушка.

Квартиру, что нам подарили мои родители, мама записала на себя, автомобиль на мою сестру. Я ездила на ней по доверенности. Мебель мы купили сами, собрав мою и Игоря зарплату. При этом чеки я все оставила, как и скрины со своей банковской карты, когда расплачивалась за все.

Мы прожили шесть лет. За это время сколько ни пыталась, а забеременеть не смогла, при этом все врачи утверждали, что я здорова. Игорь к ним идти отказался. А потом и вовсе наши отношения дали трещину. Я отчетливо ощутила холодность мужа. На мой закономерный вопрос:

– Что происходит? – мне ответили:

– Сама не догадываешься? Я за эти годы не продвинулся по службе. Как был помощником, так и остался. Почему бы твоему отцу не дать мне должность финансового директора? Она же вакантна.

– Видимо, не заслужил, – брякнула я тогда машинально и получила истерику, за которой последовало требование развода.

Точнее нет, не так. Мне поставили ультиматум: или отец отдает ему должность, или развод. Я выбрала второе. За эти годы успела осознать: это не мой мужчина. Меня вообще стала тяготить жизнь с ним. О чем и поведала. Что тогда началось, не передать словами. Истерики, угрозы, шантаж. В итоге, он нанял адвоката, который попытался лишить меня и квартиры, и машины, и денег. Но не учел нашей с мамой подстраховки.

Жаль, но совместный счет он успел опустошить. Думал, это мои последние деньги. Вот только я туда уже давно не вносила часть зарплаты, откладывая ее на другой счет. С него и сняла деньги, чтобы открыть свое кафе. И уже позже узнала, что мой супруг набрал долгов, рассчитывая на увеличение зарплаты и возможность запустить руку в кассу завода. Не вышло.

Зато моё кафе стало процветать. Небольшое, уютное, оно располагалось в проходном месте. Неудивительно, что там всегда было много народа. Но как любое кафе, каждый владелец имел шанс поднять рейтинг за счет какого–нибудь знакового мероприятия. Именно такое в скором времени ожидалось. Администрация города выбирала команду и несколько ресторанов и кафе, чтобы обслуживали делегации, прибывающие к нам на симпозиум. Что–то из космической тематики. Народу должно прибыть много. И чтобы не опозориться, места, что они должны посещать, обязаны были проверить.

Для всех поваров и кондитеров, подавших заявки на участие, собралась комиссия, и прошел конкурс, так как желающих оказалось много. Как по мне, так можно было всем поучаствовать, если прибывает куча народа, оказалось, есть еще какие–то ограничения.

Вот вчера как раз закончили сервировку и сладости по уникальному рецепту. Я была уверена, что меня никто не сможет переплюнуть, потому что отыскала дома книгу рецептов еще моей далекой прабабки. Она пять поколений назад была известным поваром, получала признания даже от монарших особ. Многие рецепты она придумывала сама. Та же Ирина – администратор ресторана, куда часто закупались мои торты и пирожные, много раз пыталась выведать секреты, но я как тот партизан на допросе, все время молчала. Молодая женщина даже пыталась со мной подружиться, но у меня словно внутренний ступор стоял. Общаться общалась, а дружить – нет. Изредка, когда у меня было время, я ее подменяла на работе. Благо ресторан находится на соседней улице. В последнее время она стала наглеть.

Очередной звонок. Я поморщилась, так как звон тут же ударил в голову, виски сдавило. Если опять Ирина, отключу. Сразу этого не сделала по той простой причине, что мне могли звонить по работе.

На удивление, это оказалась сестра. Интересно, что ей надо? Мы вроде и неплохо общались, но редко. Она была обижена на меня, когда я ей сказала, что не хочу делить свое кафе. Хочет, пусть себе сама открывает. Жестоко? Наверное. Но я прекрасно знала свою избалованную сестрицу, пользы от нее было бы ноль, а денег она бы требовала, как за полноценную работу, потому что привыкла, что родители ей всегда и во всем потакали, ни в чем не отказывая. Вот и получилась из нее махровая эгоистка. Мой отказ ее взбесил, она даже родителям жаловалась, надеясь, что они, как обычно, на меня повлияют. К моей огромной радости мама встала на мою сторону, еще и на отца прикрикнула, когда он по обыкновению собирался пойти на поводу младшенькой. Сестра объявила мне бойкот. И мы два года не разговаривали.

– Да, что ты хотела? – мой тон далек от дружелюбного.

– Маме плохо, вызвали скорую. Сердце, – голос сестры дрожал. Кажется, она искренне переживает. – Ты можешь приехать? Я боюсь, что…

– Даже не думай, мама еще долго проживет! – рявкнула зло, а сама тут же вскочила и, несмотря на то, что в глазах потемнело, сразу стала собираться.

Проблемы с сердцем у мамы давно. Она даже пару лет назад перенесла инфаркт на ногах, остались рубцы. Обследование показало: следующий приступ может стать для нее последним. Потому я и торопилась, наплевав на свою мигрень.

Машина завелась легко. Стараясь ехать быстро, но осторожно, я понеслась в загородный дом, где проживали родители. Минут двадцать, и я должна быть на месте.

Около моста возник небольшой затор. Там проводились ремонтные работы, потому создалась небольшая пробка. Вместо двух полос работала только одна. Двигались медленно. У меня в очередной раз потемнело в глазах. Я даже не поняла, откуда взялись крики. Только когда мою машину тряхнула, с ужасом заметила, как меня таранит фура. Водитель за рулем спал. Или ему стало плохо. Во всяком случае мужчина лежал на руле, не глядя, что творит.

Мне не повезло оказаться как раз напротив места, где чинили ограждение. Именно к нему меня потянуло. Тело сразу стало слабым. Мне бы выбраться и бежать, но ужас сковал. Я даже двинуться не могла. А потом стало поздно. Меня закрутило, завертело, и я понеслась навстречу мутным водам реки. Удар вышел такой силы, что я отключилась.

Глава 1

Очнулась рывком. Осмотрелась, не понимая, где нахожусь. То, что упала с моста в реку, отчётливо запомнилось, до сих пор мандраж по телу, полет вышел незабываемый. Но очнулась я явно не в черте города. Течением отнесло?

Пока пыталась сообразить, где я оказалась, в голове возникли абсолютно нереальные воспоминания.

– Алси, давай быстрее, ты же не хочешь, чтобы твоя только проснувшаяся магия сбежала от тебя? – золотоволосый красивый подросток поторапливал русоволосую девочку лет десяти. Чуть дальше за ними наблюдала красавица блондинка.

– А как она может сбежать, если она уже моя? – попыталась возразить девочка. Ее пугало то, что предлагал брат.

– Глупая. Она твоя, конечно, но ее необходимо укрепить, а то и немного увеличить. Ты же хочешь стать великим магом? – голос брата искушал, но вместе с тем и пугал.

– Асвен, да что ты ее уговариваешь? – капризно надула губы сестра. – Видишь же, ей плевать на свою магию. Не хочет ее усиливать и закреплять, пусть так и остается.

– Я хочу, но мне страшно, – возразила девочка.

– Так мы же рядом будем? Чего тебе бояться? – брат напоминал змея–искусителя. И малышка согласилась.

Ее привели в пещеру, где уже горела пентаграмма. Малышку поставили в центр, а брат с сестрой встали напротив двух лучей. На два голоса полился незнакомый речитатив. И тут Алсию стало трясти, внутри взбунтовалась ее сила, ее словно вытягивало. Девочка пыталась покинуть пентаграмму, осознавая, что ее обманули, но не смогла даже сдвинуться с места. Она пыталась кричать, но голос ей отказал. С ужасом глянула на брата и сестру, все еще лелея надежду, что они помогут, но, увидев злорадное выражение, осознала: все было подстроено, и ей точно никто не поможет.

Все, на что ее хватило, попытка удержать хотя бы маленькую едва тлеющую искорку. А потом она потеряла сознание.

Очнулась от голосов. Родители. Они беспокоились. Алсия собиралась встать и рассказать, что с ней сотворили ее брат и сестра. Но не смогла. Даже мысль об этом причинила неимоверную боль, а горло сдавило так, что стало нечем дышать. Именно в этот момент вошла женщина. Казалось, в ее глазах затухает огонек счастья.

– Милая, как же ты так неосторожно? Зачем пыталась применить силу, когда она еще так нестабильна? – в голосе женщины сожаление.

– Мама, я не… – начала было девочка, но ей не дали договорить.

– Знаю, милая, Асвен нам рассказал, что у тебя произошел неконтролируемый выброс силы, и ты перегорела. Нам очень жаль.

Алсия смотрела на мать, по ее щекам текли слезы от бессилия рассказать о подлости брата и сестры. Зато те были несказанно счастливы, ведь за счет малявки они значительно расширили свои резервы, еще и увеличили силу на несколько единиц. О чувствах младшей сестры они не думали. Собственное благополучие для них оказалось намного важнее. Тем более им как раз предстояло поступление в Академию, где они надеялись выделиться за счет большого резерва.

Я тряхнула головой. Что это было? Зачем мне это видение? И откуда оно вообще взялось? Мне бы выбраться отсюда и попасть домой. Мама! Мысль обожгла. Срочно! Надо срочно выбираться, вызывать такси и мчаться к матери.

Встав, пошатнулась. Откуда эта слабость? Радовало то, что от мигрени не осталось и следа. Но сильная слабость не давала мне покоя.

Ухватившись за ствол дерева, чтобы не упасть, с ужасом воззрилась на свои руки. Икнула. Закрыла глаза, постояла несколько секунд. Открыла. Ничего не изменилось. Все дело в том, что в свои почти тридцать я не являлась тростинкой. Во мне всегда было восемьдесят килограмм веса. И я даже не пыталась похудеть. Зачем? Есть люди, которых легкая полнота красит. И я как раз относилась к таким. Сейчас я рассматривала руку анорексички, по–другому я не могла назвать увиденное. Такое чувство, что кости обтянули кожей. Но руки ухоженные, ни единого мозоля или заусенцы. Как сказала бы мама – рука аристократки.

Интересно, сколько я пробыла в коме? Могла ли за это время настолько похудеть? Такое чувство, что с меня сошло килограмм сорок, не меньше. Голова кружилась, по венам словно кипяток бежал, а не кровь. Стало горячо, нестерпимо захотелось окунуться в воду. И раз я все равно уже мокрая, то почему бы и не остудиться?

Не успела приблизиться к воде, постоянно путаясь в складках длинного платья, я… Стоп! Платье… Длинное… В моем гардеробе ничего подобного не имелось. Я вообще платья терпеть не могла. Опустила голову. И когда меня успели переодеть?

Что–то ситуация мне все больше не нравилась. Вызывала некую смутную тревогу.

Дойдя до огромного озера, застыла на берегу. Какое озеро? Я же в реку падала. В груди сдавило. Опустив голову к воде, едва сдержала рвущийся наружу крик. Это. Не. Я. Из отражения на меня смотрела темноволосая девушка, лет шестнадцати на вид, тощая до ужаса, на лицо не сказать, чтобы красавица, но миловидная. Хотя и блеклая, словно с нее стерли все краски.

Интересно, что с ней случилось? И как я оказалась в ее теле? В том, что именно так и произошло, я уже не сомневалась. Все же несколько раз мне попадались книги по путешественницам по мирам и в чужих телах. Одно пока непонятно, как девочка погибла?

И снова память решила помочь. Подкинула события последних часов. Я аж зубами заскрипела. Замуж? Вот этого ребенка? Да родители совсем рехнулись. Даже головой мотнула, отгоняя ярость. И тут же присела на траву, схватилась за голову.

– А мне-то что делать? Ни в какой замуж мне не хочется, – зашипела, чувствуя, как рукам стало горячо, ладони засветились. Я едва не подпрыгнула от удивления.

Магия? Но Алсию ведь ее лишили. Откуда она могла снова появиться?

Из глубины сознания прилетела мысль, что это моя собственная магия дала толчок той самой искре, оставленной маленькой девочкой, потому сейчас я самый настоящий маг. Правда не знаю, что теперь с этим делать. Хотя, почему не знаю?

Постепенно память предшественницы улеглась в голове. И я могла принимать решения, исходя из ее знаний. Академия! Вот куда мне надо. Там точно научат. Тем более, обучение длится всего три года. За это время как раз стану совершеннолетней, и уже никто не сможет выдать меня замуж. А я уж как-нибудь найду, чем заняться в этом мире, благо руки есть, мозги тоже в наличии. В тот момент я совершенно выпустила из виду факт о магической помолвке. Раз я в них ничего не понимаю, то и значения не придала.

Встряхнулась. Приняв решение, стоило поторопиться, чтобы привести его в действие. Мне нужна фора. Уж где–где, а в Академии пустышку точно искать не станут. Мне же главное поступить, все остальное после.

Благодаря памяти предшественницы, я добралась до своей комнаты. Достала сумку, вошла в гардеробную и стала выбирать платья, которые возьму с собой. К моей радости в одной из коробок для обуви я нашла кошелек. В нем десять золотых, пятьдесят серебрушек и горсть медных монет. Уже счастье. Осталось озаботиться документами, а они, насколько я помнила, в кабинете у отца.

К своей огромной радости в гардеробе отыскались брюки и длинная рубашка. Поверх надела корсет, удобные ботинки, подхватила сумку и осторожно выбралась в коридор. Тишина. Все спят. Осторожно ступая, добралась до кабинета. Насколько знаю, он никогда не запирался. Мне это только на руку.

Дверь открылась тихо. Войдя, подошла к столу. Осмотрелась. И где искать документы? Вдох, выдох. Начнем с ящиков стола. Если там не будет, придется искать сейф. О том, как стану его открывать, не задумывалась.

Мне повезло. В самом нижнем лежали три пластинки. Моя и брата с сестрой. Забрала свою, повертела в руках, сунула в сумку. Кажется, все. Я уже закрывала ящик, когда заметила кошель. А вот это мне пригодится. В конце концов эта семья должна девочке за все годы, что ее унижали и травили.

Вот теперь можно в путь. Благо, Академия находилась в трех часах пути. А добраться можно только верхом. Ух. Об этом я как–то не подумала. Я лошадей только в кино видела. Зато настоящая Алсия была весьма неплохой наездницей. И как мне быть? Стоит ли понадеяться на память тела? Или не рисковать?

Где–то на втором этаже хлопнула дверь. Это и подтолкнуло меня к действиям. Я все же кинулась на конюшню, отыскала любимого скакуна Алсии. От меня он воротил свою морду, будто чувствовал, что это не настоящая хозяйка. Но все же позволил не только на себя взобраться, что вышло только раза с третьего, но и удобно устроиться. На миг даже показалось, что на морде коня ехидный оскал. Да ладно? Наверное, показалось.

Наконец, я все же оседлала коняку и покинула сперва конюшню, потом двор, а за ним и замок. Выехав на тракт, понеслась быстрее ветра. Чтобы не свалиться, вцепилась в гриву коня и прижалась к нему всем телом.

Спину ломило, на ноги будто колодки надели, своего тела я не чувствовала. И когда показались ворота города, из меня вырвался вздох облегчения. Неужели мои мучения закончатся?

Стражники на городских воротах проводили меня взглядом, но подходить не стали. А я двинулась в сторону, где виднелись шпили Академии. До открытия Академии, как мне казалось, еще пара часов, и я надеялась провести их там, прикорнув где-нибудь на траве. Но вышло еще лучше, чем я думала.

Народу оказалось много. Ворота широко распахнуты, будущие студенты по очереди входили внутрь. Одни сразу возвращались и покидали место, другие задерживались подольше. Интересно, это какое–то испытание?

С коня мне пришлось сползти. Еще несколько долгих минут понадобилось, чтобы восстановить кровоток и заставить ноги двигаться. Придя в себя, я взяла своего четвероногого друга под уздцы и повела следом за собой. Ровно полчаса нам понадобилось, чтобы пройти ворота. А там уже ждал маг с каким–то шариком.

– Приложите ладони на шар, – скомандовал мужчина, стоило мне с ним поравняться. Сделала, как было сказано.

Магия внутри забурлила, окрасилась в серый цвет, добавились алые всполохи, их разбавили фиолетовые. Мне показалось, или там еще какой–то цвет мелькнул, но маг дал отмашку и скомандовал:

– Проходите, вам к третьему столу. Запишитесь и на экзамен.

Кивнула. Нашла третий стол. За ним восседала девушка с пышными формами. Ее зеленые глаза цепким взглядом окинули меня с головы до ног.

– Документы, – потребовала, но я не торопилась их доставать.

– А без них не запишут? – уточнила ровно. И тут же предложила: – Давайте пока остановимся на имени. Алсия. Так и запишите. А после экзамена я предоставлю документы, если меня зачислят.

– Просто Алсия? – на лице студентки мелькнуло презрение. Мое хорошее настроение начало портиться.

– На данный момент да, – отрезала, резанув по ней взглядом. – Куда мне идти?

От моего властного тона та слегка вздрогнула, в глазах мелькнуло сомнение. Но все же ответила:

– Главный корпус, второй этаж, третья дверь от лестницы. А свою лошадь можете оставить тут.

Кивнула. Погладила коняшку по морде, после чего двинулась туда, куда шли остальные. Путь привел в огромную аудиторию. Столы амфитеатром, верхние ряды все заняты. Только нижние остались свободны. Пришлось устраиваться за одним из них. В тот момент, когда последнее свободное место оказалось занятым, двери захлопнулись. Перед нами возникли шкатулки. Так как советовать было некому, в зале мы находились одни, то я первой потянулась к крышке. Не успела коснуться, как та распахнулась. На столе возник лист с заданиями. Отвечать предстояло прямо на нем. Магия давала простор для маневра, сколько ни напишешь, все поместится.

Я полагалась на память предшественницы, ведь она все время проводила за книгами. Неудивительно, что знала многое. И это сослужило мне хорошую службу. Писала машинально, выуживая из памяти ответы на вопросы. И сама не заметила, как список закончился. Проверять не видела смысла, потому что все равно сама ничего не знала, а из памяти выудила все, что могла.

Сложила листы с ответами обратно в шкатулку. Она вспыхнула. Я не успела моргнуть, как оказалась в коридоре. Потрясающе. Меня просто вынесло, а я и не заметила. Но переосмыслить применение к себе магии не успела. На меня налетели ожидающие абитуриенты, стали заваливать вопросами. Открыла рот, закрыла и поняла, что ничего не могу сказать по поводу вопросов. Развела руки в стороны.

– Эх, подстраховались, – с сожалением протянул парень с разноцветными волосами. На непонимающие взгляды других пояснил: – Блокировка. Ее ставят тем, кто уже прошел теорию, чтобы не успели рассказать другим о вопросах, тем самым давая возможность подготовиться.

– Надо же, так разве можно? – удивилась рыжеволосая и конопатая девушка с круглым лицом и носом картошкой.

– Все можно, чтобы узнать настоящий уровень знаний студентов, – важно отозвался парень.

Я же потеряла к ним интерес, соображая, куда мне теперь идти. Подсказал все тот же разноволосый, заметив мою заминку.

– А ты чего здесь? Тебе на полигон надо для проверки магии. Выходишь из здания и сворачиваешь налево, там увидишь других студентов.

– Спасибо, – от души поблагодарила и пошла, куда послали.

Действительно, стоило свернуть в сторону и пройти метров сто, услышала сперва гомон, выкрики, а потом заметила толпу разномастных абитуриентов. На одних одежда дорогая, качественная, это видно невооруженным взглядом. На других потертая, местами штопаная, такие старались держаться в стороне, чтобы, не дай боже, не задеть аристократов, за такое и прилететь могло, как подсказала память Алсии.

Приблизившись, остановилась, наблюдая за происходящим. Полигоном оказалась площадка, больше смахивающая на футбольное поле, где на трибунах восседали жюри, наблюдающие за прохождением экзамена. Поле огорожено сеткой, за ней столпились другие студенты и абитуриенты. Каждый наблюдал за ходом экзамена. И я не стала исключением. Подошла ближе, прислушалась.

В комиссии сидело семеро: четверо мужчин и три женщины. Вид у всех сосредоточенный, они слишком пристально наблюдали за использованием силы экзаменуемых. Иногда слышались реплики членов жюри, что надо сделать и сколько капель силы выпустить. Тут–то я и поняла, что попала, потому что я понятия не имела, что такое капли и как их выпускать.

Абитуриенты сменялись один за другим, а я все наблюдала. Изредка до меня доносились непонятные реплики явно старшекурсников, если судить по форме Академии. Они решали вопрос, кого из перваков застолбить. Жаль, непонятно, для чего. Но интуиция подсказывала: ничего хорошего ждать не стоит. Вот еще один повод быть настороже.

Пара часов пролетела незаметно. Но за это время я, наконец, смогла понять, что надо делать. Как? Элементарно. Не я одна оказалась несведущей. Несколько человек явно из бедного сословия понятия не имели ничего о силе, вот для них пара магистров и провели небольшую лекцию, даже показали, что и как надо делать. И если одна из женщин возмутилась такой помощи, то самый старший из мужчин – представительный седовласый магистр, чем–то напоминающий Гэндальфа, категорично заявил:

– Магистр Гаэри, сейчас для нас главное не их умения – научить мы обязаны всех поступивших, а размер резерва и плавности магической силы, нам надо убедиться, насколько она подчиняется будущему студенту.

Женщина на это ничего не ответила, но все же кивнула и снова устремила свой взгляд на очередного поступающего. Им оказался как раз тот самый парень с разноцветными волосами. К моему удивлению справился он блестяще, я даже засмотрелась, настолько красиво это выглядело. Неудивительно, что его отправили на факультет универсальной магии. Наконец, мне надоело ждать, и я смело вышла на поле. И пусть внутри обмирала от страха, старалась этого не показывать. На меня посыпались задания:

– Выплесните сырую силу.

– Создайте воздушный смерч.

– Вырастите любое растение.

– Призовите дождь.

До меня дошло: меня проверяют на владение стихиями. Не все получилось, но я не отчаивалась, продолжала следовать наставлениям. Пыталась выполнить все сказанное. Пару раз седовласому магистру пришлось мне подсказывать, как и что надо сделать. И уже в самом конце, когда я ощутила, насколько вымоталась, до меня донеслось:

– Какая странно знакомая магия. И где я могла ее видеть и ощущать? Кто же ты такая?

– Алсия, – вырвалось машинально, я решила, что меня просят представиться.

– Что? – седовласый явно не понял, зачем я представилась. Пришлось пояснить:

– У меня спросили, кто я такая, вот и назвала свое имя.

– Спросили? – ух, от вкрадчивого тона меня аж мороз пробрал. А еще услышала: – И как же у нее спросили, если я ничего не слышал?

– Может, вы были заняты, потому и не услышали? – дернула плечом. И… Чего я не ожидала, так это хохота магистра. На него с непониманием смотрели все, в том числе и я. Он же ничего никому объяснять не стал, только категорично заявил:

– Факультет универсальной магии, – и уже мне: – Через час жду тебя у себя в кабинете. Второй этаж, правое крыло, четвертая дверь. До этого времени постарайся ни с кем не общаться, я потом объясню, почему.

Что оставалось делать бедной попаданке? Только согласно кивнуть. Мне не терпелось понять, за что меня так ограничили в общении с другими, но спорить и сопротивляться не рискнула. Вместо этого отправилась сразу к нужному месту, чтобы там подождать преподавателя. Мне уже не терпелось узнать, что происходит. Увы, дойти до кабинета спокойно мне не удалось.

Сперва я врезалась в парня с разноцветными волосами, извинилась. Но меня поразили его слова:

– Самое нелепое знакомство, которое у меня было.

– Да я и не стремилась знакомиться, – бросила равнодушно, дернув плечом, и двинулась дальше.

Вслед мне раздался хмык. А я вздохнула. И почему все красивые парни такие неприятные? Неужели сложно предположить, что девушка просто не заметила, куда шла, так задумавшись. Нет же, сразу надо предполагать то, что удобно и выгодно ему. Я разозлилась. Дальше идти оказалось сложно.

Столпотворение, восторженный писк, аромат духов, от которого сразу затошнило – все это невольно навело на мысли, что появилась какая-то звезда. Очень уж напоминало рев фанаток по своему кумиру. Я попыталась прошмыгнуть как можно быстрее в здание, самым натуральным образом работая локтями, но не успела. Толпа разом расступилась, и я оказалась напротив трех парней. Лица у всех троих словно кирпича просят. Ой, то есть, как принято говорить в книгах, что мне пару раз перепадали скрасить вечерок: властные, надменные, самоуверенные, считающие всех мусором под ногами. Выделялся среди них блондин. Красив, как бог, и это без преувеличения. Таким бы любовалась в эстетических целях. Люблю все красивое.

И если в первую минуту я увидела только внешнюю красоту, то небрежный взгляд всех троих, окативший меня словно помоями, заставил разозлиться. Прищурилась, соображая, что высказать, но меня опередили. Тот самый красавчик резко остановился, всмотрелся в мои глаза и выдохнул:

– Алсия?

Я недоуменно смотрела на парня, пока до меня не дошло: передо мной наследный принц Кристар Фетир. А правил сейчас Аонар Фетир – его отец. На миг задумалась, почему тогда у нашего рода немного другое название? И тут же память выдала:

Когда рождаются близнецы, одному на роду править королевством, а у второго остается герцогство Фетнарское. Соответственно, и имя рода брата короля становится не Фетир, а Фетнар, но всем и так известно, что это вторая ветвь королевского рода.

Теперь стало многое понятно. На моем лице возникла сама собой кривая усмешка. Почему? Да потому что стоит тут весь из себя такой красивый, участливый. А где он был, когда девочку магии лишали, а потом еще и травили морально в собственном доме?

– Ваше высочество, – склонила голову и попыталась его обойти. Да куда там? Меня схватили за руку.

– Алсия, дьярг тебя побери, что происходит? Мы же всегда были дружны. Откуда эта неприязнь? – принц был искренне удивлен. Я вздохнула, прищурилась. Вспомнила, что до десяти лет он и правда был частым гостем в доме Фетнар, а потом перестал приходить. Неудивительно, что я его сразу не узнала.

– Дружны, говоришь? А где ты тогда был, когда братец с сестрицей меня магии лишали? Когда в собственном доме стало невыносимо? Когда отец решил отдать второй женой к какому-то тирану и деспоту? Куда делась твоя дружба?

Я цедила слова, распаляясь все сильнее. Кристар сперва завис, а потом стал злиться.

– Магии лишали? Что ж до конца не лишили? Сейчас ты никак не напоминаешь лишенку.

– А тебе не приходило в голову, почему я и рассказать раньше ничего не могла, а сейчас спокойно об этом говорю?

Мы напоминали двух словесных дуэлянтов, старающихся обвинить друг друга. Но самое удивительное: сейчас я чувствовала себя вполне комфортно рядом с этим парнем.

– И почему? – Кристар как-то резко сдулся и глянул на меня настороженно. Ответить я не успела, один из парней – красавец блондин – заявил:

– Крис, на ней печать смерти. Она умирала.

– Вот тебе и ответ на твой вопрос. Со смертью, как известно, все клятвы сжигаются. Но мне повезло вдвойне, искорка, которую я оставила когда-то неимоверными усилиями, за Гранью разгорелась. Все украденное ко мне вернулось. Но, как ты понимаешь, сообщать дома об этом я не стала, слишком зла и обижена. Я вообще сбежала, пусть поищут. Хотя я сомневаюсь, что обо мне станут волноваться.

Я заметила, что высочество уже открыл рот, наверняка собирался переубедить меня, но тут же закрыл, не став ничего говорить. Он вообще как-то весь сдулся, явно переваривая информацию, что я ему подкинула.

Тут-то нас и застал седовласый магистр. Заметив меня в компании принца, снисходительно ухмыльнулся, словно другого и не предполагал. Но потом строгим тоном заявил:

– Студентка Алсия, я, конечно, понимаю, что кумир важнее, но я сказал вам где ждать?

– Какой кумир? Вы о чем, магистр? – зашипела я, кинув взгляд на Криса. Тот ухмылялся, даже показательно приобнял, пришлось пригрозить:

– Руку сломаю и не посмотрю, что брат.

Седовласый икнул, рвано выдохнул, а я тут же пристроилась рядом с ним, выражая готовность следовать, куда скажут. Но кто бы меня отпустил? Крис с друзьями пристроились рядом. На вопросительный взгляд преподавателя, братец с самым невинным видом пояснил:

– Вы же понимаете, что я должен присматривать за сестрой? С нее станется куда-нибудь вляпаться. А я и так проворонил много всего неприятного для нее. Теперь стану ее стражем.

И с таким пафосом он это произнес, что я невольно улыбнулась, покачала головой, но говорить ничего не стала. Так мы вчетвером и дошли до нужного кабинета. А там меня огорошили:

– Я, конечно, все понимаю, кроме одного: откуда в ненаследной ветви ментальная магия? Насколько я знаю, это прерогатива правящего рода.

Застыли все, и я в том числе. До меня только сейчас дошло: то, что я тогда слышала на полигоне, это были мысли. Но с другой стороны, почему я тогда выборочно их улавливаю, а не чувствую гомон голосов в голове? Не успела задать этот вопрос, как магистр наверняка догадался по моему лицу, о чем я думаю, потому что тут же пояснил:

– Причем ментальная магия точечная, обычно этому учатся годами, а у вас сразу получается слышать мысли того, на кого обращен ваш взгляд.

Даже у Криса челюсть упала на пол. Я же попыталась объяснить, пока меня не записали в бастарды короля или еще чего похуже:

– Думаю, она появилась после моей смерти. Я умирала. И сама не понимаю, как вернулась обратно.

То, что я все же бастард, предпочла умолчать. Все же это не моя тайна. А родители подстраховались, чтобы никому и в голову не пришло, что я могу быть плодом любовницы, пусть и невольной.

– Даже так? А причиной не хотите поделиться? – вот теперь в глазах подозрительность. Я даже испугалась, что все узнают о моем попаданстве. Не знаю, насколько это опасно, но рисковать не хотелось. Потому и заявила:

– Сердце не выдержало. Меня все семь лет в доме травили морально, но апогеем стало известие, что отец продал меня второй женой какому–то садисту. Я просто не выдержала такого известия. Сперва плохо стало, а потом темнота. Очнулась и не сразу сообразила, что происходит. Даже память не сразу вернулась, а постепенно. Но самым радостным оказалось то, что я, наконец, снова почувствовала в себе магию. И решила сбежать в Академию. Тут меня точно искать никто не станет. А я придумаю, как мне быть дальше.

– И вы все–все помните? – снова эта подозрительность. Хуже всего то, что я не понимала, из–за чего, но все равно кивнула. А пока меня не обвинили непонятно в чем, поторопилась сообщить:

– Если бы я ничего не помнила, как бы сдавала теорию? Но мне повезло, дома единственной отдушиной были книги, я изучала все, до чего дотягивалась: история, экономика, политика, мироустройство. Зачем? Просто так, мне это было интересно.

Стоило об этом сообщить, как лицо магистра разгладилось, теперь он смотрел на меня с долей уважения. Кивнул. А я все же рискнула спросить:

– А к чему эта подозрительность? В чем вы меня хотели обвинить?

– Внешне вы герцогиня Алсия Фетнар, но кто может поручиться, что она сама не умерла, а в ее теле не появилась захватчица? – я аж застыла от такого предположения, но старалась сохранять спокойный вид. Кто бы знал, насколько сложно мне это далось. – Вам повезло. Память обычно у подселенцев отсутствует напрочь. Так и выявляют нечисть или нежить в чужом теле.

– Ого! И такое бывает? И что с ней делают? Как это вообще возможно? – я изобразила искреннее любопытство, и тут же пояснила: – Просто ни в одной книге мне ничего подобного не встречалось.

– И не встретится, эта информация не для общего распространения, – жестко поведал ректор. И тут же уже мягче пояснил: – Таких подселенцев отправляют на остров Ханзе, где царит культ очищения. Там и выявляют, каким образом чужое тело заняли хрозгры. Это, как вы наверняка знаете…

– Высшая нечисть. О ней я читала… – кивнула и задумалась. – А что они очищают?

– Об этом никому неизвестно. Увы, но все зараженные хрозграми так и остаются на острове. На моей памяти обратно еще никто не вернулся.

– Подождите, но ведь может так случиться, что кто-то упал, ударился головой, от этого зачастую бывает потеря памяти, об этом я тоже читала. Таких все равно на остров? – я была поражена. Но меня успокоили.

– Нет, конечно. Сперва проводится проверка. Выявить хрозгра сложно, но возможно. Надо только довести его до кипения, и у него глаза становятся черными. Полностью. Меняется структура магии, даже кровь становится другой, - любезно просветили меня.

Мне стало страшно. Это даже прозвучало зловеще. Я точно не отношу себя к нечисти или нежити, обычный человек, просто из другого мира. Но вряд ли мне кто–то поверит на слово, значит, стоит быть осторожнее. Потому что попадать в культ очищения мне точно не хочется. Неизвестно, что там делают. Очищение – это могут быть только красивые слова.

– Но к нам попадают и иномирные гости, – между тем продолжил глава Академии. Я удивленно на него воззрилась.

– Тоже нечисть? – вопрос задала как можно невиннее. Мне улыбнулись.

– Нет, как ни странно, обычные люди. И как правило почему–то только из техногенного мира, где магии нет совсем.

– И что, их тоже на остров? – я сделала большие глаза. Теперь мужчины расхохотались.

– Нет, для них у нас имеется Центр, где помогают всем попавшим в наш мир освоиться, главное, чтобы они потом приносили пользу. И, кстати, как раз в этом году поступило три иномирянки.

– Подождите, но, если мир техногенный, это значит, магии у них нет. Тогда как они в Академию поступили? – я спрашивала скорее для себя, не понимая, откуда у меня самой может быть сила.

– Отличный вопрос, - похвалил меня магистр. И тут же на него ответил: – Как правило, иномиряне попадают к нам во время своей смерти в своем мире. Душа освобождается от тела. И во время перехода собирает все доступные эманации по пути. За все время я знал очень мало тех, кто появился у нас без магии.

– Подождите, вы меня запутали. Раз у себя в мире они погибли, то каким образом перенеслись сюда в своем же теле? – этот момент я тоже никак не могла понять. И снова улыбка магистра.

– Душа материализовала тут свое собственное тело. Но так бывает, когда смерть быстрая и не мучительная. Я не знаю, от чего это зависит. К тому же есть и такие, кто вообще случайно попал в портал, не умирая в своем мире, они просто перешагнули грань миров и оказались тут. Наши ученые магистры давно ищут ответы на вопросы попадания в наш мир, но пока еще никто не нашел. Мы даже статистику не можем подбить, потому что попадание у всех разное.

Я кивнула. Все необходимое узнала. Можно уходить? Или от меня еще что-то хотят. Повисла пауза. Я не знала, как уточнить, могу ли я быть свободна. На помощь пришел кузен.

– Лорд Сеймар, мы можем быть свободны? Вы же видите, Алсия и сама не знает, откуда у нее ментальная магия. Думаю, со временем с этим можно будет разобраться.

– Вы правы, Ваше высочество, со временем разберемся, можете идти.

Мы покинули кабинет ректора. И тут произошла заминка, я не знала ни куда мне идти, ни что делать с моим конем. И снова выручил принц. Подхватив меня под локоть, уточнил:

– Ты на чем сюда прибыла?

– Схватила на конюшне коня и прискакала, – бесхитростно заметила, надеясь, что он решит мою проблему. Так и оказалось.

– Идем, сперва стоит пристроить красавца в конюшню, а потом выбирать комнаты.

– Выбирать? Разве нам не дадут свободные?

Крис расхохотался, слегка щелкнул меня по носу и тут же довольно изрек:

– Алси, какой выбор? О чем ты? В Академии, может, и все равны, но нам в любом случае выделят самые лучшие условия. Пошли, сама увидишь.

И я действительно увидела. Забирая своего красавца в компании принца, удосужилась удивленного взгляда той самой пышки, что показывала мне дорогу на экзамен. Теперь в ее взгляде уже не было пренебрежения. Но все равно от язвительности она не смогла отказаться.

– Не успела поступить, а уже принца окрутила. Далеко пойдешь.

И если я предпочла проигнорировать нелестный выпад, то друг Криса молчать не стал. Резанул по девице взглядом, заставив ту поежиться, и холодно выдал:

– Ты бы слова подбирала. Оскорбить сестру Его высочества – прямой путь на плаху. Советую в следующий раз выбирать выражения.

Ох, как та побледнела, позеленела и стала задыхаться. А Крис подхватил моего коня под уздцы, меня слегка приобнял и произнес:

– Кузина, идем определим четвероногого друга на конюшню, а потом я отведу тебя в общежитие. Наверняка устала с дороги.

Именно в этот момент нам снова пришлось столкнуться с парнем с разноцветными волосами. Он услышал слова Криса, вскинул одну бровь и тут же отвернулся. Я и сама не стала уделять ему внимания. Зато оба друга принца провожали его взглядом.

– Вы его знаете? – спросила равнодушно, во всяком случае пыталась сделать это именно так.

– Барон Денир Корф. Недавно стал сиротой. Отец влез в авантюру с герцогом Абьерон, это оказалось мошенничество. Барон потерял все, благо ему хватило ума оставить жене и сыну родовое поместье и часть земли. Зато все деньги, родовые украшения, все ушло в уплату долга. Неудивительно, что он потребовал ответа. Герцог только посмеялся тому в лицо, а когда Лорд Корф дошел до короля, его убили. Супруга сперва слегла с расстройством, а потом отправилась за мужем. Денир поклялся отомстить за свою семью. Теперь я не удивлен, что решил поступить в Академию.

Я слушала парня и мне было жаль Денира. Нет ничего хуже лишиться родителей из–за какого–то герцога. Я бы тоже пожелала мести. Так, ладно, хватит думать о постороннем парне, он вообще мне нахамил. Лучше перейти на насущные проблемы. Не всегда же меня за ручку водить будут и разбираться со всем за меня.

Без помощи братца я бы так быстро не справилась. С ним получилось все отлично. По пути познакомилась с его друзьями.

Русоволосый красавец с фигурой атлета – Ромар Итьер, граф, чьи земли граничат с нашим герцогством. Если бы не вечно угрюмое выражение лица, от него невозможно было бы оторвать взгляд. А так смотришь на него и ожидаешь подвоха, словно он вот-вот накинется.

Блондин с шальной улыбкой и синими, как грозовое небо глазами – Ариэн Мирко. Маркиз. Его семья имеет монополию в ювелирном деле. Признаться, я была удивлена. Неужели больше никто не рисковал продавать ювелирные украшения? Кажется, вопрос вырвался у меня вслух, потому что парень засмеялся и тоном заговорщика пояснил:

– Продавать они могут, что угодно, но изготавливать украшения с камнями можем только мы, – предупреждая мой вопрос, кивнул и выдал: – Без камней любой может как изготавливать, так и продавать. А на камни у нас монополия, потому что они добываются в наших шахтах.

Кивнула. Теперь поняла, что он имел в виду. Больше спрашивать ни о чем не стала. Так и дошли сперва до конюшни, где моего красавца тут же взяли в оборот, а потом и до общежития. В моем понимании это было большое здание в несколько этажей, где на каждом селили студентов. Но все оказалось совершенно не так. Нет, такое здание тоже имелось, но меня привели к одному из трех небольших особняков, находящихся между учебным корпусом и общежитием. Ариэн первым просветил:

– Высшие аристократы живут здесь. Нас не так много, потому выделили всего три здания. Ты сможешь выбрать комнату на нашем этаже, там еще остались свободные покои.

Он еще не закончил, а на нас уже неслась девушка с рыжеватыми волосами, колючим взглядом зеленых глаз и широкой улыбкой на лице.

– Криси! Как я рада, что ты здесь. Представляешь, меня не впускают в общежитие. Я сказала, что ты распорядился поселить меня рядом с собой, а мне не верят. Но ты же замолвишь за меня словечко?

– Игни, ты что здесь делаешь? – тон принца далек от дружелюбного. – Я, кажется, тебе уже все сказал.

– Но как же? Ты ведь меня сам пригласил учиться, – надутые губы уточкой вызвали смех, но я сдержалась.

– Я тебе посоветовал идти учиться, но это не предполагает нашего дальнейшего общения.

– Это из–за нее, да? Нашел себе новую игрушку? – мгновенно вскипела девушка. И ошпарила меня такой ненавистью, что не будь я землянкой с закаленной натурой, точно бы отшатнулась.

– Ты мою сестру назвала игрушкой? – Ого, какой рык. Не думала, что высочество так умеет.

– С–с–сестру? Но она блондинка.

– Астер – старшая сестра, а Алсия младшая, – расщедрился на пояснение Крис.

– Но я слышала она пустышка, – взвизгнула девица и тут же прикрыла себе рот рукой. Теперь уже я подалась вперед.

– И от кого же ты такое слышала? – сама не узнала свой тон, змеи бы обзавидовались. Вон, и рыжая уставилась на меня, как кролик на удава.

– Я… Я… Просто слышала, – промямлила, а в мыслях заметалась:

“Вот, дьярги, Астер меня закопает, если узнает, что проговорилась. Она же по секрету мне об этом сказала, а я…”

– Астер, значит. Не думала, что у сестрицы слишком длинный язык, – протянула довольно, заставив рыжую от страха затрястись. Я бы о многом хотела еще послушать, но Крис не дал, потащил меня к домику.

– Оставь ее, она того не стоит, – бросил равнодушно. Позади послышался всхлип. Но на него уже никто не обратил внимания.

Наши покои и правда оказались рядом. Мои состояли из спальни, гостиной и небольшого кабинета, где предполагалось делать уроки. Обстановка мне понравилась. Я осмотрела все, что здесь имеется. Большая ванная порадовала. Санузел оказался совмещенным, но я не расстроилась. В шкафу, куда тоже заглянула, уже висело два комплекта повседневной формы, одна праздничная, две спортивные, так же здесь обнаружились удобные ботинки, туфли, больше похожие на балетки и пара пледов. Для чего последнее я не разобралась. Потом подумаю. На столе в кабинете горкой стояли уже полученные учебники. Это не считая книг на стеллаже вдоль стены.

Осмотрев все, я довольно устроилась на диване, откидывая назад голову и на миг прикрывая глаза. Какой сегодня выдался насыщенный день, однако. Но как же хорошо, что мне попался принц, с его помощью я точно не пропаду.

Отдыхать мне долго не дали. Крис с друзьями ввалился, как к себе домой, устроился в кресле напротив и сообщил:

Сейчас мы идем на собрание студентов, потом я проведу тебе экскурсию. Ты же тут ничего не знаешь, еще заплутаешь.

– Экскурсия – это хорошо. А скажи–ка мне, братец, ты на каком факультете?

– Универсальной магии. Но ты не переживай, я гляну твое расписание и буду отводить тебя на занятия, пока окончательно не освоишься, – пообещал и удивился моей ухмылке.

– Меня не надо никуда отводить, на занятия будем ходить вместе, я тоже на этот же факультет определена, – и подмигнула.

– Да ладно? – Крис и правда оказался ошарашен. Переглянулся с друзьями и тут же потребовал:

– Рассказывай. Тебя только из-за ментальной магии туда определили?

– Нет. Оказалось, у меня стихия воздуха, земли и огня. Ну еще ментал. А еще каким–то боком боевая магия. Вот поэтому меня и определили на универсальный факультет.

– Ух ты! Так это же здорово! – Крис едва не подскочил от восхищения. – Отлично, значит, будем учиться вместе. А теперь, дорогая кузина, я хочу услышать подробный рассказ о том, как тебя лишили силы.

Последняя фраза произнесена жестко и бескомпромиссно. Непроизвольно повела плечами, но отказываться не стала и в подробностях рассказала о произошедшем, благо эту сцену из своего видения я отлично запомнила.

Все трое слушали меня и мрачнели все больше. В конце они переглянулись между собой, и Крис заметил с горькой усмешкой:

– Теперь понятно, каким образом Асвен и Астер стали лучшими на своем факультете. Еще бы, имея не только свой резерв, но и чужой. Не думал, что они опустятся до запретного колдовства. Вестник отцу я уже послал.

И тут я едва не застонала. Недаром говорят: “Простота хуже воровства”. И кто его просил? Я так надеялась спокойно отучиться, а потом исчезнуть куда подальше. Не получится. Пусть и с благими намерениями, но Крис запорол на корню все мои идеи. Да, была надежда, что обойдется, но, увы, я не верила, что с моим счастьем можно так легко отделаться. И оказалась права.

На собрание студентов, а попросту на местную линейку, мы шли вчетвером. Я с Крисом, рядом с ним со своим угрюмым видом шествовал наш атлет, а рядом со мной блондин. Он по обыкновению широко улыбался, но цепкий взгляд словно сканировал пространство. Каким–то образом новость о нашем с принцем родстве уже облетела Академию. На меня смотрели, меня оценивали. Взгляды слегка напрягали, но я поняла: придется привыкать, все же статус обязывает. Вон, надо брать пример с брата, который идет с высокомерным видом, словно рядом и нет никого.

Потом была речь ректора. Ничего нового он не сообщил, все сводилось к одному: ”Учитесь прилежно, старайтесь усердно и из вас получится непревзойденный маг”. А потом нас отправили знакомиться с Академией. Ну мы и пошли. За нами увязались как фанатки принца, так и несколько лордиков, явно в надежде на мою благосклонность. Причем от них так и веяло фальшью. А что творилось у них в мозгах – мне и вовсе хотелось после услышанного вымыться хорошенько. Общаться я пока ни с кем не планировала, мне брата и его друзей за глаза хватало.

Почти месяц пролетел незаметно. И я даже расслабилась, надеясь, что буря родственников минует меня стороной. Наивная. С самого утра, мы еще с Крисом не успели дойти до аудитории, где должно проходить занятие, как меня вызвали в кабинет ректора.

– Интересно, зачем ты ему понадобилась? – удивился парень. Пожала плечами и непринужденно выдала:

– Пока не схожу – не узнаю.

– Я с тобой, – тут же вскинулся Крис.

Отказываться? И не подумала. Так мы вдвоем и пошли. Ребят отправили учиться, чтобы потом у них переписать конспект. До кабинета главы Академии дошли быстро. А там меня поджидал сюрприз. Недовольный такой, даже злой.

– Алси, что ты творишь? – с порога накинулся на меня отец. Моя бровь скептически взлетела вверх.

– И тебе здравствовать, папа, – произнесла спокойно, после чего заметила Асвена и Астер. Вот у кого в глазах лютая ненависть. Интересно, за что они так ненавидят собственную сестру? Вряд ли они знают, что я не от их матери. Но тогда другой причины я не вижу. – Конкретизируешь вопрос?

– Как ты посмела оговорить своих родных? – выплюнул отец.

– Дядя, я бы на твоем месте сперва разобрался, а потом обвинял. И да, я лично видел в мыслях Алсии ту самую сцену с запретным ритуалом, когда ее лишали магии, – строго заметил Крис.

О, как побледнели близнецы. Они-то явно надеялись, что их слово будет против моего, а тут ментальная магия, обмануть которую никому не под силу. Отец украдкой кинул взгляд на своих любимчиков. И снова уставился на меня.

– Почему ты раньше ничего не сказала?

– На мне была клятва, точнее удавка, не позволяющая произнести хоть слово, брат отлично постарался, моей же магией запечатал мне уста, – издевку скрывать и не думала.

– И что изменилось, если ты теперь свободно об этом говоришь? – в тоне обвинение, меня явно посчитали лгуньей.

– Моя смерть, – припечатала жестко, заставив отца вздрогнуть и побледнеть. С него даже злость разом схлынула.

– Смерть? – выдохнул и на этот раз недовольно уставился на Асвена и Астер. Те тоже такого не ожидали.

– Она самая. А ты думал, столько лет меня травить морально, а потом узнать, что ты продал меня второй женой садисту – сердце выдержит? Вот и мое не выдержало. Но кому-то из богов моя смерть не пришлась по душе, меня вернули обратно, вернув магию и сняв с меня все удавки. Я знала, что говорить вам с мамой что–то бесполезно, для вас ведь всегда существовали только близнецы. И я предпочла исчезнуть.

Говорить о подслушанном разговоре и о том, что я узнала правду – не стала. Будь мы наедине, я бы многое ему высказала. Но близнецы, пусть и ненавидят настоящую Алсию, а теперь и меня, но пока не должны узнать правду. Им она точно ни к чему, как и принцу.

Отец разом сник. Ему нечего было мне сказать. Правда тут же взял себя в руки и сообщил:

– Ты обязана вернуться домой, тебя ждет жених, я уже заключил магический договор.

– Это твои проблемы, – бросила непринужденно. – Но за лорда Жаде я выходить не собираюсь. Вон, отдай за него Астер. А мне еще три года учиться.

– Да как ты смеешь противиться? Ты обязана слушать главу рода, – рявкнул родственник.

– В пределах разумного. Сейчас ты предлагаешь мне совсем неразумное решение, и я отказываюсь. Насильно забрать ты меня не сможешь. У тебя все?

– Я лишу тебя поддержки рода, – посыпались угрозы. Я усмехнулась. Отмахнулась.

– Попробуй.

– Да как ты смеешь со мной разговаривать в таком тоне?

– Дядя, успокоился бы ты, а то еще сердце прихватит, – с фальшивым участием влез в разговор Крис. – И нет, Алсию я никуда не отпущу, она будет учиться вместе со мной. И из рода ей выйти никто не позволит. А если ты попытаешься что–то сделать, отец на правах старшего, волен заново принять кузину в род, только уже в наш.

Больше я ничего не услышала, отец, забрав с собой близнецов, вылетел за дверь, словно за ним полчища нежити гналось. А мы отправились на занятия.

Вот теперь, глядя на серьезного принца, я ощущала, насколько мне повезло встретиться с ним в Академии. Без его поддержки у меня вряд ли бы получилось одержать победу. И пусть война еще не выиграна, но этот бой с родственниками оказался за мной.

Учиться мне понравилось. Я старалась изо всех сил. И к третьему курсу была лучшей… Вместе с Дениром Корфом. Так получилось, что между нами все время велось негласное соревнование. Нет, мы не общались, дружбу не заводили, но за результатами друг друга следили. Крис все время смеялся и называл это одержимостью, я только отмахивалась, стремясь к тому, чтобы быть лучшей во всем. Но однажды случилось так, что я ненароком спасла Денира.

Мы возвращались после тренировки по боевой магии, когда услышали крики. Любопытство не позволило пройти мимо. За парком находилась небольшая площадка, где обычно устраивали магические дуэли. Именно там увидели семерых старшекурсников, нападающих на одного парня. Его разноцветные волосы я узнала сразу. Сама не поняла, как так получилось, но я произнесла:

– И это студенты лучшей в королевстве Академии. Всемером на одного. Ай–ай–ай, как не аристократично.

– Шли бы вы, куда шли… – в пылу драки рыкнул один из нападающих. Остальные в этот момент шарахнулись в сторону, они явно узнали мой голос.

– Да мы–то пойдем… Прямиком к ректору. Вам явно надоело тут учиться, так это легко устроить, – опередил меня Крис. Вот теперь застыли все. А я смогла рассмотреть синяки и ссадины на телах студентов. И только Денир оказался ранен сразу в нескольких местах. К нему тут же подскочил Ариен, а Ромар послал вестника лекарям, так как сам Корф стоять на ногах уже не мог. И как только драться умудрялся? Прежде, чем он потерял сознание, выдохнул:

– Я бы и сам справился.

– Конечно, в этом никто и не сомневается, вот только все семеро с оружием, а ты без него, – кивнула, разглядывая нападавших.

Тут и лекари пожаловали вместе с ректором. Студентов забрали. Уже позже нам удалось узнать, что это простолюдины, имеющие деньги, но не имеющие титула. Они требовали Денира ввести их в свой род, чтобы получить титул. Он отказался, прекрасно увидев гнилую натуру просителей. Они решили ему отомстить.

С того времени мы стали изредка общаться, делиться успехами и своими наработками. Этот парень меня все сильнее интриговал. Я сама не заметила, как увлеклась им. А на третьем курсе именно с ним у меня случился первый поцелуй. И произошло это как раз на зимнем балу, где Криса от меня отвлекли.

Денир пригласил меня на танец. Не сговариваясь, мы старались держаться подальше от развешенных ветвей омелы, потому что студенты, украшавшие зал, постарались на совесть, вплели в ветви дополнительные функции: пока не случится поцелуй тех, кто попал в зону действия омелы, с места никто не сдвинется. Я заранее проверила все места, где их развесили. К тому же там чаще всего находилось множество народа, каждый стремился оказаться именно в том месте. Мы с Дениром танцевали, изредка обменивались шпильками, пока нас не сковала магия. Как так? Мы же все учли. Оказалось, не все. Для таких предприимчивых омелу развесили в других местах и скрыли ее заклинанием невидимости. Под такое мы и попали. На поцелуй в щеку магия не сработала. Легкое касание к губам тоже не выпустило нас из плена. Пришлось целоваться по-настоящему. Только тогда мы получили свободу. А после поцелуя в душе что-то перевернулось. И не у меня одной.

Пусть мы не стали лучше общаться и не превратились в друзей, но лично я так и не смогла забыть тот поцелуй. Он разбередил душу, вызвал томление и еще много непонятного.

Дошло до того, что я решила предложить Дениру отправиться вместе в любой из городов. Не успела. Он заочно сдал все экзамены, получил золотой диплом и исчез из Академии на три месяца раньше выпуска. Я же, как ни старалась, а забыть парня не вышло.

Глава 2

Три года спустя

– Алси, ты скоро, мы опаздываем, – ко мне ворвался Крис уже при параде. Я даже засмотрелась. Какой же он все–таки красивый, недаром за ним студентки толпами бегали. И ко мне сколько раз подкатывали с просьбами замолвить словечко. Но я отказывалась, не желая давить на брата. Он сам в состоянии выбирать себе фавориток.

Увы, они у него долго не задерживались. Дольше всего продержалась второкурсница Элси, кажется, она почти две недели грела ему постель. Но потом наскучила, слишком жадной оказалась. Таких никто не любит. Зато потом мы еще около месяца выслушивали ее истерики и слезные мольбы. Это еще сильнее отвратило Криса от нее.

Сама я ни с кем романов не заводила. Был единственный кандидат, с кем бы не отказалась попробовать, но он исчез. А другого я не хотела. Училась, как одержимая, за что получила золотой диплом. Который именно сегодня нам должны вручить.

Помимо всего прочего за три года я скопила прилично денег. Как? Элементарно, своими иллюзиями. Этот вид магии у меня открылся на втором курсе. В первое время кузен ругался, не позволял мне работать, но я отстояла свое право, сообщив, что домой возвращаться не намерена. А чтобы обосноваться на новом месте мне нужны деньги. И нет, брать у него я ничего не стану, мне нужны мои собственные. Ему пришлось мне уступить.

Я организовывала праздники, сама будучи в маске, это придавало пикантность моей задумке. Несколько раз помогала лорду Гверну – главе безопасности Его величества. Казалось бы, что может простая студентка? Оказалось, моя ментальная магия способна пробиться даже сквозь чужие блоки. Это мы узнали совершенно случайно.

На каникулах я все время гостила во дворце, потому что домой мне путь был заказан. Однажды в кабинет дяди, где мы с Крисом рассказывали о занятиях и делах в Академии, вошел лорд Гверн, рядом с ним самоуверенный тип неприятной наружности. Я только глянула на него, как на меня накатило. Рвало меня долго и со вкусом от той мерзости, что я увидела. Дядя всполошился, Крис испугался, только глава безопасности странно на меня поглядывал. Стоило мне немного прийти в себя, как у меня спросили:

– Алси, что произошло?

Я и рассказала, что видела в голове этой мрази. Сам неприятный тип с каждым моим словом становился все бледнее, с него слетала самоуверенность, а под конец он вскочил и кинулся ко мне:

– Как? Как ты это сделала? На мне блок стоит. Ты не могла этого увидеть?

– Но увидела. И чем попусту сотрясать воздух, можно проверить, верно ли я все рассмотрела. Я ведь знаю, где ты закопал трупы. Вот и проверим.

Лорд Гверн тут же отправил своих людей разобраться. И через час ему прилетел вестник: в том самом месте, что я указала, действительно нашлись Астерзанные и замученные трупы. Мерзавца казнили на месте. А ко мне стали присматриваться.

Во второй раз меня вызвали уже целенаправленно. Как обычно мы явились в маг департамент вместе с Крисом. Первым дали возможность ему ментально проверить преступника, выйдя, кузен мотнул головой и сообщил о блоке. Когда вошла я, увидела знакомую картину: самоуверенность на грани наглости.

Спокойно обойдя блоки, увидела все, что от меня хотел лорд Гверн, а после сообщила ему, что рассмотрела. Так и повелось. Самое приятное, что мне за это еще и платили, причем неплохо так платили. И в данный момент у меня в банке на счету скопилась внушительная сумма.

Совсем недавно, всего месяца два назад, в Академию заявился отец с матерью. Как они узнали о моих подработках, так и осталось тайной. Но папа сходу заявил:

– Ты обязана перевести все заработанные золотые на наш семейный счет.

– То есть, вы явились сюда не узнать, что с дочерью, которую вы не видели три года, а потребовать деньги? Вы серьезно? – я была ошарашена.

– Твоя сестра через три месяца выходит замуж, ей необходимо устроить хорошую свадьбу. Тебя тоже все еще ждет лорд Жаде, тем более он согласился взять тебя единственной женой, – неприязненно бросил отец.

– А с его супругой что случилось? – меня вроде и не особо волновал данный вопрос, но не задать его я не могла. Если честно, рассчитывала, что папа одумается.

– Она скончалась, не перенеся родов, – отмахнулись от меня. Вот тут я и вскипела.

– Я. Не. Пойду. Замуж, – процедила, выговаривая каждое слово.

– Пойдешь, магия заставит, договор магический. Через три месяца тебя просто притянет к алтарю, – ухмыльнулся папа. Я же судорожно стала соображать, что делать.

– Я уже совершеннолетняя, ты не можешь меня заставить, – ухватилась за соломинку.

– Пока у тебя нет ничего своего – могу и заставлю, – выдал довольно отец. Я прищурилась.

– Посмотрим, – бросила и, не прощаясь, покинула родителей. Они что–то мне говорили вслед, но я уже не слушала. В данный момент мой мозг работал.

Уже в комнате я нашла карту и села смотреть, куда могу податься после Академии, чтобы меня не сразу нашли. Было бы, конечно, лучше, попади я по распределению, но, увы, аристократкам такое только снится. Никто не заставит их работать, если они этого не хотят. Вот и меня – сестру принца – никто не имел права заставить работать. Пришлось выкручиваться самой.

Мой взгляд упал на герцогство Абьерон. Знакомое какое название. И где я о нем уже слышала? Мысли крутились в голове, пока не вспомнила. Это же тот самый тип, из–за которого погиб барон Корф. Хм, стоит ли туда соваться? Но с другой стороны – почему бы и нет? Если не повезет встретиться с самим герцогом, я все равно не намерена заключать с ним никаких сделок.

Решено. Пусть будет Абьерон. Итак, что выбрать? Есть крупный город Маниара, и небольшой Сэльрон – портовый, стоит на берегу моря. Уже одно это заставило сердце биться. Море я всегда обожала, жаль, бывать там приходилось редко. А сейчас есть все шансы обосноваться там жить. Что там папа говорил? Пока у меня нет ничего своего? Что ж, я благодарна за эту оговорку. Будет у меня свое. Я даже улыбнулась. Выбор оказался очевиден. Я остановилась на Сэльроне. И сразу после Академии именно туда и решила направиться.

– Алси, если ты не поторопишься… – вырвал меня из воспоминаний Крис.

– Я готова, – предстала перед братом во всей своей красе. Ему явно понравилось увиденное. Он довольно кивнул и предложил мне локоть, за который я с радостью ухватилась.

Родители на награждение не пришли. И я была этому несказанно рада. На торжество оставаться не стала. Нашла Криса и сообщила, что уезжаю. Брат был в шоке.

– Алси, и куда ты собралась? Зачем? Тебе плохо во дворце? – забеспокоился юноша, пришлось ему рассказать о разговоре с родителями. Тогда я промолчала, зная, как он станет за меня переживать, но сейчас пришлось открыть правду.

– Понимаешь, здесь я не хочу ничего покупать, к тому же отец имеет все шансы отобрать. А там, куда я отправлюсь, меня не найдут. И я не только жилье себе приобрету, но и найду, чем заняться. Поверь, я не пропаду. А как устроюсь, пошлю тебе вестника.

И как бы он ни противился, но угроза магического брака его тоже заставила поволноваться. Ему пришлось меня отпустить. И рано утром я отправилась в неизвестность. У меня оставалось слишком мало времени, чтобы избежать ужасного брака.

***

В дилижансе мне пришлось трястись почти неделю. Думала, сойду с ума. А ведь Крис предлагал мне портальные камни. Отказалась. Потому что их легко можно отследить, а я пока не готова была кому–то рассказывать, куда именно направляюсь. Чтобы приобрести билет на дилижанс, мне пришлось хорошо замаскироваться и наложить иллюзию старой тетки с объемными формами. Даже если и станут искать, на такой образ и не подумают. Значит, у меня появится время не только обустроиться, но и найти себе занятие по душе.

Сэльрон встретил меня вонью и изморосью. Мерзкой и неприятной. А еще запахом тухлой рыбы. Фу, какая гадость. На миг возникло желание развернуться и двинуться дальше. Но куда? В Маниар? Где гарантия, что там будет чище? Из груди вырвался полный страданий стон. Привыкшая к чистой столице, я и подумать не могла, что где–то может быть настолько грязно. Как на свалку какую попала.

Осмотрелась. Серые непримечательные дома, на дорогах не только лужи и грязь, но и конский навоз, который тут явно никто не убирает. Народ, явно привычный к такой мусорке, лавировал между лепешками, прекрасно обходя их. Задумалась. Куда мне идти? В какую сторону?

Мимо прошмыгнул малец, явно вознамерившись забраться ко мне в карман. Но у меня там защита. И пока он не пострадал, ловко ухватила его за руку.

– Ай, тетенька, ты чего? Я ж ничего не делал, мимо пробегал.

– А кошель ты решил так, мимоходом прихватить? – усмехнулась, показав, что могло стать с его рукой, коснись он моих денег. Паренька пробрало.

Грязный, чумазый, навскидку лет десяти, он смотрел на меня… С восторгом. Не поняла. Ему пугаться надо, а не восхищаться.

– Тетенька, а ты маг? – с придыханием.

– Маг, – подтвердила, ожидая продолжения.

– Тетенька, а тебе служка не нужен? Я все могу, чесслово, – еще и кулаком себя в грудь ударил, наверняка местное подтверждение. Я задумалась, осмотрела паренька. Моя интуиция подсказывала: надо брать.

– Тебя как зовут? – спросила с улыбкой.

– Гойшик, госпожа, – мгновенно отчитался малец.

– Леди, не госпожа, – поправила машинально. – И что, Гойшик, ты тут все знаешь?

– А то ж, ледя, я много где бегаю, не изволь беспокоиться, все покажу и расскажу. Только ты, ледя, возьми меня в служки.

И взгляд такой честный–честный. Ага, другая бы точно купилась, поверила. Ну как можно не поверить такой наивности и искренности? Да только я прекрасно чувствовала подвох. Нет, мальца я бы в любом случае взяла к себе, но мне стало интересно, в чем же все–таки подвох.

– Я подумаю. Ты мне сперва скажи, продаются ли тут дома? Мне нужен хороший и добротный, желательно там, где почище и не так воняет.

Думал Гойшик недолго. Засиял и поманил за собой. Я и пошла. К тому же чем дальше мы продвигались, тем чище становились улицы. Да и дома имели более ухоженный вид.

– Вот, ледя, выбирай. Туточки три дома продаются, но цены… У–у–у–у…

– А кто мне их показывать станет? – поинтересовалась, так как в моем представлении должен быть местный риэлтор. Я ошиблась.

– Так енто, сами ж хозяева и покажуть.

Кивнула. Глянула на мальца. С ним меня точно никуда не пустят. А без него мне не хотелось идти. Выход нашелся быстро.

– Стой спокойно и не пугайся, сейчас я тебя очищу от грязи, чтобы ты на человека был похож, а не чумазую нечисть.

Мальчишка кивнул и даже зажмурился. Я накинула на него заклинание очищения. И весьма удивилась, когда темные волосы тут же посветлели до платинового блонда. Без грязи мальчик оказался очаровательным. Словно сошел с картинки рекламного поста. Довольно кивнула, взяла его за руку и собралась идти, но вспомнила, что на мне иллюзия. Пришлось и с ней расстаться.

– Ух ты, ледя, а как это? Ты на самом деле такая красивая?

– На самом деле я именно такая и есть. А сейчас идем, хочу поскорее перебраться в собственное жилье. И, кстати, если я сегодня выберу, то как быть с хозяевами? Им же съехать надо, а это время.

– Так они давно съехали, а сюда приходят каждый день в надежде на покупателя. Вот как дилижансы прибывают, так они и приходят. Сидят пару часов и назад возвращаются. Раз никто не приехал из новых, значит, сегодня уже не приедет.

Я слушала и кивала. По всему получалось, что дилижансы ходят раз в день. С одной стороны, мне это на руку, не надо будет долго волноваться и переживать. А с другой – и сама не смогу часто кататься в столицу или какой другой город.

– А что, тут только дилижансы? А порталов нет? – уточнила на всякий случай.

– А то как же ж, есть, только дюже дорогущие. Они там аж по три золотых. Никто не захоча расставаться с такими деньжищами.

Ну хоть какие–то блага цивилизации. В случае чего у меня будет возможность переместиться порталом, куда подальше. А сейчас надо разобраться с жильем.

Начали осмотр с первого дома. Одноэтажный, но стоящий буквой П. Земли вокруг дома мало, ни одного плодового дерева или кустарника. Уже это мне не очень понравилось. Постучав, ждали несколько минут, пока нам открыла неопрятная женщина с хищным взглядом. Она слишком пристально рассматривала и меня, и Гойшика. Нехотя посторонилась, пропуская нас внутрь. И только тогда поинтересовалась:

– С чем пожаловали?

– Хотим осмотреть дом. Какова его цена?

– Госпожа, я готова отдать за две тысячи золотых, смотрите, какой большой, просторный, – поведение дамочки вмиг сменилось. Стало угодливым и лицемерным. Меня перекосило.

Две тысячи – весьма приличная сумма, за нее и в столице можно купить дом на окраине, а тут маленький городок, да еще и грязный. Говорить пока ничего не стала, стоило для начала осмотреться. В холле нас ожидала полная разруха. Полы вскрыты, несколько дверей держались на честном слове, потолок пропускал воду. Нет, это явно не дом моей мечты. Мне и дальше идти никак не хотелось.

– Благодарю, я увидела все, что хотела.

Развернувшись, потащила паренька за собой. Женщина пыталась преградить мне путь и что–то вещала, но я воздушной волной отодвинула ее в сторону и покинула дом. На улице выдохнула с облегчением.

– Идем дальше смотреть? – отдышавшись, двинулась вдоль по улице, рассматривая ворота и вывески. На одной калитке висела табличка о продаже.

На этот раз я не торопилась. Сперва осмотрела сад, количество земли и сам дом. Решила положиться на свою интуицию. От дома смердело чем–то неприятным. Голая земля, на которой даже травинки не было. Нет, сюда я точно не хочу. И я двинулась дальше. Гойшик молчал, ни единого вопроса не задал.

Тупик. Именно в нем располагался третий дом. Еще даже не глядя на то, что его окружает, я уже знала: хочу именно его. На меня повеяло теплом, запахом свежести и легкой кислинки. Больше не сомневаясь, толкнула створку ворот. Она легко распахнулась, позволяя мне войти внутрь. А там… Я аж дыхание затаила, любуясь цветущим садом, достаточно большим огородом. Вдоль забора еще и теплицы стояли. Интересно, зачем продавать такую красоту?

Двухэтажный дом с мансардой, широким балконом, резными ставнями и прямой крышей впечатлил. Сразу видно: за домом ухаживали и очень хорошо ухаживали. С противоположной стороны тоже увидела калитку. Судя по всему, на другую улицу. А что, очень удобно, к тому же я смогла рассмотреть за забором кусочек моря. Почему же тогда продают?

Я еще не успела все рассмотреть, а из дома выпорхнула девушка, чуть старше меня самой. На лице улыбка, глаза сияют.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – вопрос задан миролюбиво, она вообще вся словно светилась изнутри. И я невольно улыбнулась в ответ.

– Ясного дня. Вы продаете дом? Какова цена? – задала сразу насущные вопросы.

– Да, продаем. Готовы отдать за тысячу триста золотых. Увы, ниже не получится, именно столько нам надо на мое приданое. Я замуж выхожу, а мой брат отправляется вместе со мной, одного его я не могу оставить. Так как мы с женихом отправляемся в Сургань, то выставили дом на продажу.

– Я покупаю его, – заявила решительно, так как ощутила, что мне сказали правду. Ни единым словом девушка не соврала.

Та аж в ладоши захлопала, позвала брата. Им оказался подросток лет тринадцати–четырнадцати. Симпатичный, но слишком лопоухий. На него невозможно было смотреть без улыбки.

– Вицар, беги на поверенным, у нас покупатели, – с улыбкой попросила брата девушка. Тот тут же сорвался с места, а нас пригласили в дом.

Внутри оказалось уютно, правда мебели было мало. Как пояснила хозяйка, ее уже всю вывезли из того, что они планируют брать с собой. Остальное остается мне вместе с домом. Как и сад с огородом.

Пока ждали поверенного, мне показали дом. На первом этаже большая кухня, несколько кладовых, большой ледник, в данный момент пустой, столовая и три небольшие комнаты с большими окнами. А также санузел. Ванная, хоть и небольшая, но она была. И это не могло не радовать.

На втором этаже уже пять комнат, кабинет, санузел и библиотека. Последняя тоже почти пустая. Но это не проблема, книги я в состоянии и сама купить. Главное, дом мне очень понравился. Чувствовалась в нем душа.

Внизу хлопнула дверь. Нам пришлось спуститься. Вернулся Вицар и привел представительного мужчину с небольшим чемоданчиком. Поприветствовав девушку и нас с Гойшиком, он деловито устроился за небольшим столом, достал бумаги и стал писать. Не поднимая головы, уточнил:

– Какое имя покупателя вписываем?

– Алси Фетнар, герцогиня Фетнарская.

Мужчина дернулся, поднял голову и уставился на меня. Хозяйка дома и вовсе рот открыла, как и Гойшик. Такое чувство, что они лицезрели какое–то там по счету чудо света.

– А я могу увидеть ваши документы? – осторожно поинтересовался и тут же засуетился: – Вы не подумайте, Ваше Сиятельство, просто не каждый день в нашем захолустье можно встретить столь высокую особу. У нас и графов–то пересчитать по пальцам одной руки можно, а тут аж целая герцогиня.

Достала документы, показала, магией подтвердила свое родовое имя и только после этого поверенный снова занялся бумаги, то и дело кидая взгляды в мою сторону. Судя по всему, он до конца не верил, что я решила купить этот дом. Все же не по статусу высшей аристократке жить в таких условиях. Мне казалось, он словно чего–то ждал, вон как медленно пишет. Осознание пришло само собой: он ждет, что я передумаю. Вон, и в мыслях непонятно что творится. С трудом удержала лицо, когда услышала:

“Эти высшие совсем с ума посходили. И что ей дома в своем дворце не сиделось? Так нет же, принесла нелегкая. А теперь думай, что от нее ожидать. А вдруг это какая–то проверка? Надо будет мэра предупредить”.

Показывать, что услышала его мысли, не стала. Пусть предупреждает, кого хочет. Главное, что я скоро стану владелицей своей собственности. И теперь отец не сможет меня ни к чему принудить.

Заполнив один лист, он провел над ним рукой. И тут же появилось две копии. Весьма эффектно, надо сказать.

– Прочтите и, если все устраивает, подпишите. Вам двоим по экземпляру, а третий отправится в канцелярию мэрии, где будет внесен в регистр для обозначения нового горожанина.

И снова смотрит так, словно ждет, пока я сообщу, что все это шутка. Интересно, они тут все такие зашуганные? Или только мне так повезло? Думаю, скоро я это проверю на собственном опыте.

Девушка подписала сразу, а вот я все внимательно прочла. Привычка из прошлой жизни. Даже проверила на мелкий шрифт, но тут такого не водилось. Все чисто и прозрачно. Поставила свою подпись, достала вексель и внесла в него нужную сумму. Для девушки пояснила:

– Не думаю, что вам будет уместно путешествовать с таким количеством денег, лучше обналичить вексель в городе, где остановитесь. Безопаснее.

Со мной согласились. Забрав вексель, брат с сестрой и с поверенным пожелали всего хорошего и помчались в новую жизнь. А мы с Гойшиком остались.

– А теперь рассказывай, – потребовала, устраиваясь в кресле.

– Что рассказывать? – и снова тот самый честный взгляд и невинный вид.

– Гойшик, говорю один раз, больше повторять не стану. Я люблю честность, ложь и недоговорки не признаю. И если ты и дальше намерен умалчивать, мы с тобой распрощаемся.

Я говорила спокойно, голос не повышала, но так выглядело еще более устрашающе. Малец вздохнул и, повесив голову, признался:

– Вашество, ты только не ругайся. Я хотел потом сестру тихонько к себе привести, чтобы она со мной жила. А то Вырван на нее уже засматриваться начал. А всем известно, как он поступает с красивыми юными девицами. Сперва кладет под себя, потом в дом утех. А моя Бьяра учиться хочет.

– Сколько ей лет? – уточнила, пытаясь сообразить, могло ли мне так повезти или это происки нечистого.

– Шестнадцать нынешней зимой будет. Самый возраст для Вырвана. Кто постарше – для него перестарки, таких он не жалует.

– А кто такой этот Вырван? – поинтересовалась на всякий случай. Должна же я знать, что меня может ожидать в будущем.

– Правая рука Брона, он тута главный над всеми, иногда сам одергивает Вырвана, но не всегда. Ему и так делов хватает, мотается по городам и чаще всего в столицу. И шо у него тамочки за дела, никому не ведомом. А еще Брон все время носит маску и повязку на голове. Никто не знает, что он за личность. Год назад на него пытались напасть, чтобы сорвать маску, но он магией так всех раскидал, что ух, – глаза парня загорелись, когда он об этом рассказывал.

– У каждого могут быть свои причуды, – сообщила, решив особо не заморачиваться. В конце концов с криминальными авторитетами мне делить нечего.

– Говорят, он из благородных, – понизив голос до шепота, сообщил малец. Я покачала головой. Мне уже было все равно.

– Приводи Бьяру, мне все равно нужны будут слуги, – произнесла и увидела, как загорелись глаза мальчишки. Кивнув, он тут же кинулся бежать, а я осталась одна.

Еще раз осмотревшись, улыбнулась. Что ж, начало положено, осталось определиться, чем я хочу заниматься. Зря, что ли, принесла со своего мира такие знания. Теперь главное придумать, как их использовать и не попасть под подозрение. Про остров я ни на мгновение не забывала. Стоит кому–то усомниться, что я не настоящая Алсия, мне кранты будут.

Пока Гойшик бегал за сестрой, я достала наличность и пересчитала. С собой я взяла необходимый минимум, всего двадцать золотых. Это не столица, здесь, как я успела изучить, на эти деньги можно прожить около трех месяцев, если не особо шиковать. Но в моих планах шик не значился, только обустройство дома. И с такими запросами денег мне хватит на месяц. А потом придется наведаться в банк. Что–то мне подсказывает, в этом случае служащие точно доложат отцу, где я нахожусь. Значит, что? Надо найти за это время себе занятие.

Я настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу услышала стук двери. Вернулся Гойшик с юной девушкой. Бьяра с первого взгляда внушала доверие. Нежная, светлая, словно какая–то воздушная. Она мне сразу понравилась. На вид девушке я бы и тринадцати не дала. Слишком худенькая, словно ее не кормили.

– Ваше Сиятельство? – голосок такой, словно ручеек журчит. А какой идеальный реверанс у нее получился, я даже позавидовала.

– Проходи, знакомиться будем, – сделала приглашающий жест рукой. Брат с сестрой тут же оказались напротив меня.

– Меня Бьяра зовут, я могу и дом убирать, и еду готовить, и шить немного.

– Отлично, в таком случае выбирайте себе комнаты, потом отправимся за продуктами, мне необходимо изучить местные цены и осмотреть город, – сообщила и первая двинулась на второй этаж выбирать себе покои. – Что касается дома, у меня с собой есть бытовые артефакты, да и бытовую магию никто не отменял. А вот за огородом надо будет ухаживать, я планирую собрать неплохой урожай, а после его использовать по назначению.

Сейчас же не мешало бы переодеться и помыться, все же время в пути изрядно утомило, да и тело покрылось липкой пленкой от пота и пыли. А потом можно и на экскурсию по городу, кто знает, вдруг какая мысль придет.

В ванной я пробыла порядка часа, зато ощутила себя обновленной и готовой на подвиги. Достала свежее платье, сделала прическу. Глянула на себя в зеркало. Вот теперь я готова, можно выходить.

К моему удивлению, пока я купалась и собиралась, Бьяра с Гойшиком успели убрать весь дом. Вот же, торопыги. Говорила же про бытовые артефакты. Ну да ладно, вернемся, надо будет их установить. А сейчас оба стояли наизготовку и ждали меня, чтобы отправиться на рынок. В руках мальчика корзина.

Покинув дом, приложила руку к замку, создала защиту и только после этого покинула территорию. Наш путь лежал мимо дома, который я осматривала первым. Там сейчас разгорался скандал. Каюсь, не удержалась, прислушалась. Оказалось, прибыли покупатели, а выяснилось, что дом той неприятной дамочке и не принадлежал, она его снимала, а потом решила продать. Чем можно думать, чтобы провернуть такую аферу? И как она собиралась заключать договор купли–продажи?

Тряхнув головой, потеряла интерес и двинулась по своим делам. Гойшик рассказывал, где что находится.

– Этот район почище других будет, потому как центр и живут аристократы. А чем ближе к порту, тем грязнее. Наш мэр – мужик хороший, но у него не хватает средств охватить весь город, из казны денег, говорят, мало приходит. А то и вовсе не приходит.

– Или воруют много, – машинально отметила и тут же получила горячее возражение.

– Что ты, Сиятельство, мэр не вор, не, он радеет за своих. Вон, всех нищих припутил, дал возможность работать. А то, что оплата мизерная, так это от него не зависит, каждый жеж сам устанавливает цены, а остальным выбирать – идти или нет. Там вообще есть такие хозяева, которые нанимают работников только за еду и крышу над головой. Притом работать заставляют так, словно им платят по два золотых.

Я слушала и мотала на ус. Пока не знала, зачем мне это надо, но информация лишней никогда не будет.

Рынок располагался между богатым кварталом и ремесленным. Народу оказалось много, шум, гам, выкрики торговцев, расхваливающих свой товар. Чего тут только не было. Фрукты, овощи, поделки, платки, шали, кружево, вышивка. И все это бессистемно, вперемешку. Про запахи я вообще молчу. Пахло грязью, плесенью, тухлой рыбой. Как оказалось, чуть дальше стояли прилавки как раз с дарами моря. Я только головой качала. Нет, закупаться тут мне определенно не хотелось. Глянув на Гойшика, я уточнила:

– Ты знаешь, у кого можно приобрести свежие продукты, зелень, мясо, овощи и фрукты? А то как–то мне тут совсем не хочется закупаться.

– И очень правильно, Сиятельство, свежего тут ты не найдешь, – деловито заметил мальчишка.

– Тогда зачем мы сюда пришли?

– Так ты ж сама хотела рынок посмотреть, – отозвался малыш. И ведь не поспоришь, я действительно сама пожелала посмотреть рынок.

– Ладно, я его посмотрела, выводы для себя сделала, теперь идем туда, где мы сможем купить нормальные свежие продукты.

И мы пошли. Рынок остался позади, как и его шум, зато теперь передо мной предстал ремесленный квартал. Лавки, небольшие палатки, просто лотки. Чего тут только не было. Кожевники, гончары, швеи, мебельные мастерские. Наконец, показалась продуктовая лавка. Именно к ней меня и повел Гойшик. Звякнул колокольчик. Внутри оказалось чисто, пахло вкусно. Я поразилась. Магазинчик напомнил мне наш мини–маркет. Все разделено на отделы: мясо отдельно, фрукты чуть в стороне, молочная продукция и вовсе разделена перегородкой. За прилавком нам улыбалась приятная женщина лет сорока. Чистое платье, белоснежный передник, на голове чепчик, ни одного волоска не пробивалось.

– Гойшик, ты ли это? Тебя и не узнать, – восхитилась хозяйка лавки.

– Ага, я, тетушка Лони. Не признала? А мы с сестрой теперича служим у Ее Сиятельства, леди Алсии, – и столько гонору, что я невольно улыбнулась.

– Сиятельства? Гойшик, ты бы говорил, да не заговаривался, – засмеялась женщина.

– Он сказал чистую правду, – поведала равнодушно. – Алсия Фетнар, герцогиня Фетнарская.

– Ой, батюшки–колотушки, неужто правда? Чего изволите, вашество? У нас все свежайшее, соберем по высшему разряду.

– Отлично, тогда нам мясо, желательно вырезку, овощи, фрукты, зелень, и всего побольше. Еще нам нужна мука, масло, молоко, творог. А так как мы сами вряд ли все унесем, то я бы попросила занести все… М–м–м… Куда? – повернулась к Гойшику. Но ответила Бьяра:

– Заветный переулок, дом десять.

– Знаю этот дом. Теперича вы, значицца, там жить будете? – поинтересовалась женщина.

– Да, я сегодня купила этот дом, – подтвердила и покинула лавку.

Задумалась. Я, конечно, все понимаю, аристократка, герцогиня, но кто бы знал, как мне не хотелось нанимать еще слуг. А ведь понимаю, что обходиться двумя не по статусу. Но и лишних людей терпеть рядом с собой совершенно не хочется. Готовить я бы и сама могла, но меня не поймут. Не положено аристократке самой к плите становиться.

– Гойшик, Бьяра, а где я могу нанять еще слуг? Мне нужны кухарка, горничная, садовник и конюх. Думаю, достаточно.

– Так у нас имеется бюро по найму. Отвести тебя? Только там надо быть осторожным. Уж больно дорого дерут за свои услуги эти хапуги из бюро, а подсунуть могут всяких прохиндеев, – буркнул мальчишка.

– Вижу, у тебя есть другое мнение? Или знаешь тех, кого можно нанять и доверить вести хозяйство? – вкрадчиво спросила и получила важный кивок.

– А то ж, конечно, знаю. В бюро том как? Если не заплатил, то и работы тебе не видать, а потом еще дерут каждый месяц свой процент от оплаты. А кто не желает им платить, остаются за бортом. А ведь именно из них и попадаются достойные.

– Хорошо, ты меня убедил. И где нам найти этих достойных? – поинтересовалась, хитро поглядывая на парня.

– Так я покажу. Только идти надо утром, сейчас уже нет смысла.

– Хорошо, утром, так утром, – легко согласилась я. И тут мой взгляд упал на вывеску “Мечта гурмана”. Оттуда шли такие запахи, что я просто не смогла пройти мимо. – Зайдем? Есть хочу. Дома все равно пока ничего нет. Как считаешь, таверна достойная? – я покосилась на брата и сестру.

– Достойная, дядька Джон строгий, но следит и за чистотой, и за качеством продуктов, так что у него можно вкусно поесть. Не отравишься, – деловито заметил малец. И мы вошли.

Внутри и правда оказалось чисто, но как–то не очень уютно. На полу солома, ее явно несколько дней не убирали. Но пока не критично. Столы поцарапанные, но без жира и пятен.

– Гойшик? Бьяра? Пришли перекусить? – добродушно поинтересовался мужчина лет сорока, высокий, массивный, черноволосый, гладко выбритый. Серый фартук смотрелся на нем чужеродно.

– Ага, дядька Джон, хозяйка проголодалась. Накормишь? – малец взял на себя труд познакомить нас. – Это леди Алсия Фетнар. Герцогиня. Мы с сестрой теперича у нее работаем.

– Надо же, герцогинюшка. И что ж вам тута понадобилось? Городок у нас маленький, не шибко чистый. Вона, все наоборот в столицу стремятся, а вы к нам.

Несмотря на добродушный тон, в глазах стужа. Он явно в чем–то меня подозревал, только я пока не поняла в чем. Ответить не успела. Из неприметной двери вышла толстая тетка, встрепанная, в несвежем платье, передник явно лет пять назад был белым, сейчас его цвет грязно–серый, блестел от сальных пятен.

– Снова попрошайки пожаловали? Еще и с собой кого–то притащили, бессовестные, – начала горланить с порога.

– Я надеюсь, это не кухарка? – презрительно скривилась. – После такой и еду есть неприятно. Я бы побрезговала.

– Что?! Да ты еще претензии мне предъявлять будешь? – рассвирепела тетка.

– Фриса, угомонись, – жестко осадил женщину Джон. И пока она не успела еще что–то ляпнуть, повернулся ко мне. – Ваше Сиятельство, приношу свои извинения. Фриса не разобралась, – и ошпарил ее недовольным взглядом. Та подавилась воздухом, во все глаза рассматривая меня. А Джон заверил: – Ваше Сиятельство, Фриса не кухарка, она служанка, убирает, моет, помогает подавальщицам.

Я кивнула. Осмотрелась и заняла столик у стены. Гойшик с Бьярой расположились напротив. Так не положено? Может быть. Но сейчас не до реверансов. Это дома можно будет соблюдать правила, а сейчас голод не давал отправить детей ждать меня на улицу.

Фриса ушла, то и дело кидая взгляды на нашу компанию. А к нам подскочила молоденькая подавальщица.

– Что желаете? Есть тыквенный суп, рыбное жаркое, мясная нарезка, каша из пшена, тушеные овощи.

Ничего из этого меня не привлекало, но я все же выбрала кашу и нарезку. Дети взяли тыквенный суп, жаркое и кашу. Принесли нам все быстро. Вкус… Пресно, без приправ, каша чуть подгорела. Мясо плохо просолено и нарезано так тонко, что почти просвечивалось. Таким точко не наешься. Что ж, голод мы утолили, цены оказались демократичными. Но пока я ждала детей, мне в голову пришла мысль и весьма интересная, надо сказать.

– Джон, присядьте, есть разговор, – чинно указала рукой на соседний стул. Хозяин таверны осторожно устроился напротив.

На меня смотрели с подозрением. Мужчина не знал, чего ждать от аристократки, которую он совершенно не знает. Вон и дети застыли, удивленно поглядывая то на меня, то на хозяина таверны.

– Ваше Сиятельство? Что–то не так? – Джон хоть и пытался говорить спокойно, но голос дрогнул.

– Скажи мне, хозяин, а что это в таверне народу нет никого? – спросила, оглядываясь вокруг.

– Так еще не вечер, кто ж посреди дня выпивает? А поесть ко мне не ходють, все дома питаются. А вот вечером не грех и пропустить стаканчик, обсудить за жизнь.

Н–да, вроде все действительно так обстоит, но что–то мне подсказывало, не все настолько правдиво. Те же торговцы должны где–то обедать, не целый же день они без еды торгуют. И тем не менее, таверна пуста. Не знаю, почему Гойшик сказал, что кормят тут сытно, видимо, ему с голоду так всегда казалось. Я же вижу другую картину. Еда не только безвкусная, но и явно приготовлена неумехой. Такое чувство, что кухарка раньше никогда не готовила. Уж я–то в этом разбираюсь.

– А кто у тебя готовит? И насколько профессиональная кухарка? – я спрашивала, а сама витала в собственных мыслях.

– Так из столицы приехала, вот уже полгода у меня работает, говорила, что служила в богатых домах, хозяева хвалили, – поведал Джон.

– А рекомендации у нее были? Сможешь навскидку вспомнить, у кого она работала? – Сама не знаю, зачем мне это надо, видимо, снова интуиция.

– Так у лорда Хитьяна, кажется, потом у леди Дьерни. У последней юный лорд стал оказывать знаки внимания, ей пришлось попросить расчет, так как девушка прекрасно знала, что ее используют и выбросят.

– У леди Дьерни дочь, а не сын, – поправила машинально. Глупую и слишком настойчивую блондинку, что проходу не давала Крису, я отлично помнила.

– Вы что-то путаете, Ваше Сиятельство, – начал было Джон, но я оборвала его взмахом руки.

– Я ничего не путаю, Эсмия меня в Академии достала до ужаса и не только меня, так что перепутать я ничего не могу. А пригласите сюда девушку, хочу с ней пообщаться. А потом я бы с радостью обсудила с вами некоторые моменты, если вы не против.

И как бы он не пытался придумать причину отказать, у него не вышло. Пришлось встать и позвать девушку. Та не успела появиться, как я сразу догадалась: она явно аристократка, которая в жизни не занималась ничем подобным. Шатенка, стройная, гордая посадка головы, хоть она и пыталась сутулиться. Простая, но добротная одежда. На вид двадцать три–двадцать пять лет. Что же ее заставило податься в кухарки? Сейчас и узнаю.

Заметив, что Гойшик и Бьяра уже поели, попросила пересесть за соседний стол. Они шустро ретировались. А я сделала знак девушке приблизиться. Та неспешно приблизилась и застыла напротив меня. В глазах страх. Она явно знала, кто я такая. Ее аж затрясло, хоть она и пыталась сдержать дрожь.

– Присядь, – приказала. И та без сил опустилась на лавку. Мне показалось, или из ее глаз сейчас польются слезы.

Я и слова не успела сказать, как она тут же затараторила:

– Ваше Сиятельство, я честно не хотела, он меня принудил, а потом еще собирался оставить при себе любовницей, потребовал, чтобы я принадлежала только ему.

– Ты о ком? – я нахмурилась, совершенно не понимая, зачем мне эта информация. И почему она виновато смотрит на меня.

– Так о лорде Асвене, – прошелестело едва слышно. Я едва не выругалась. И тут братец отметился. Ну и мразь. – Вы за мной, да? Я все равно сбегу, не желаю принадлежать кому бы то ни было.

– И поэтому ты соврала о своих нанимателях? – усмехнулась, она покраснела. Кивнула. Я покачала головой. – Я одного не понимаю, как можно было перепутать сына и дочь леди Дьерни.

О, как у нее округлились глаза. Кажется, она потрясена.

– Но у нее сын, а не дочь, – заявила уверенно, я в очередной раз покачала головой.

– Ты ошиблась. Эсмия Дьерни – единственная дочь леди Дьерни. Других детей у нее нет и никогда не было. Слишком амбициозная, вознамерилась выйти замуж за принца, но он был категорически против.

– Тогда кто ко мне приставал? Он представился Эсмором Дьерни.

– Тебя обманули, – жестко припечатала. – Почему именно эта таверна? И как ты вообще научилась готовить? Плохонько, но все же научилась.

– Никуда больше не брали, а тут кухарка только замуж вышла и покинула город вместе с мужем. Дядька Джон искал слишком спешно кухарку. Я и подделала рекомендации, – она опустила голову, наверняка готовая зареветь.

– Откуда Асвена знаешь? – этот вопрос я не могла не задать.

– Учились в одной Академии, только я на факультете артефакторики, куда он с дружками часто заглядывал, чтобы разжиться очередной пакостной вещицей. Там он меня и заметил, - пояснила собеседница. Я кивнула.

– Ты же аристократка, зачем тебе вообще работать? Почему домой не вернулась? – именно этот вопрос сейчас волновал меня сильнее всего. Она смутилась всего на мгновение, а потом решительно поведала:

– Мама была исследователем, однажды поймала проклятие и быстро сгорела. А отец… Его оболгали, он погиб, - в ее голосе мелькнула горечь пополам с яростью. Мне стало ее жаль. – А наше поместье забрали за долги. Во всяком случае именно так мне сказали, когда выгоняли из дома.

Все, что хотела узнать, я спросила. Из глаз девушки так и не исчезла настороженность, потому я поторопилась ее заверить:

– С братом у меня ничего общего нет, я не собираюсь вас никому сдавать. А вот с пищей надо что–то делать. Эту еду есть невозможно.

– Я стараюсь, но у меня не получается, – вздохнула, не сводя взгляда с моих пальцев, которыми я сейчас барабанила по столу. – А ведь я стараюсь, даже нашла несколько новых рецептов.

– Рецепты не главное, необходимы навыки, а у тебя, как я поняла, их нет, – отозвалась на автомате, размышляя о своем. И тут в голове забрезжила мысль: – Знаешь, а ведь я могу помочь. Это и в моих интересах. Но необходимо обсудить с хозяином таверны. Джон!

Мужчина, стоящий в стороне и с опаской поглядывающий в нашу сторону, приблизился и присел за стол. Еще несколько секунд побарабанила пальцами по столу, потом обратилась к мужчине.

– Джон, почему в твоей таверне нет народу? Ведь недалеко рынок, проголодавшихся много, но к тебе они не идут. Сам не задумывался об этом? – спросила и заметила, как он поджал губы.

– У меня нет того разнообразия блюд, которые любят всякие аристократы. Они лучше пойдут в ресторацию возле мэрии, чем ко мне. Не по чину им это. А рыночные с собой берут еду, чтоб, значицца, лишний раз не тратиться.

Я покачала головой. Объяснение вроде и приемлемое, но меня не устроило. Хитро прищурилась и предложила:

– А если я помогу тебе сделать таверну самой востребованной? Согласишься на мою помощь? Но нужна будет клятва о неразглашении. Все, что вы оба увидите и чему научитесь, никто больше не должен узнать.

Если девушка согласилась сразу, то мужчина раздумывал. Не задай он ни единого вопроса, меня бы это насторожило, и Джон оправдал мои надежды.

– Зачем вам это, Ваше Сиятельство?

– Скажем так, я хочу реализовать накопленные знания, заодно проверить саму себя, смогу ли выжить без поддержки семьи. Ведь я именно этого всегда и добивалась.

– А почему вы думаете, что у вас получится? – не желал сдаваться мужчина. И тут я широко улыбнулась, подмигнула и тоном заговорщика сообщила:

– Потому что у меня есть такие рецепты, которых еще никто и никогда не пробовал. Но для начала мне нужен кузнец. Есть знакомые?

– А то ж, как не быть? – закивал с готовностью Джон, пока не понимая, какое отношение кузнец имеет к готовке.

– Тогда пригласи его сюда, а еще… – я осмотрелась вокруг. – У тебя, конечно, чисто, но уюта нет. А его надо создать, чтобы народу хотелось приходить сюда почаще.

На время нам пришлось прерваться, пока мужчина щелчком пальца подзывал к себе какого–то мальчишку, глядя в окно, а после отдавал ему распоряжение. Закончив с делами, повернулся ко мне.

– И как его создать? – удивился Джон.

– Смотри, первое, несколько столов надо застелить скатертью. Не все, только те, куда планируешь приглашать аристократов, для них вообще стоит сделать отдельный зал. Дальше. Солома на полу никуда не годится. Убери, а сам пол лучше мыть чаще, чем разводить такой мусор. Окна. Их тоже необходимо вымыть и повесить красивые занавески.

– Вот о чем я вам и говорила, – тут же вскинулась девушка, имени ее я пока так и не удосужилась узнать.

– Ладно, сделаем. Но где гарантия, что я не зря потрачу свои деньги? – надулся Джон.

“У богатых свои причуды, но непонятно, зачем это герцогиньке надо? С жиру бесится? Откуда ей вообще что–то знать? Как она вообще может предполагать, что мою таверну способно хоть что–то спасти? Тут надо чудо или божественное вмешательство”, – раздалось в голове мужчины. Но я и бровью не повела, что услышала, старалась сохранить бесстрастное лицо.

– Я могу потратить свои, но тогда ты берешь меня в партнеры. К тому же за свои рецепты и новинки я все равно потребую половину, не меньше. Как ты понимаешь, дарить свои знания я не собираюсь.

Мои слова не понравились хозяину. В его мыслях полный раздрай. Он и хотел бы согласиться, но во всем искал подвох. Но он прекрасно осознавал, что я не фонд благотворительности, а если он желает зарабатывать, то ему придется прислушаться ко мне, насколько бы бредовые идеи я не выдавала.

– Ваше Сиятельство, давайте пока без партнерства. Я согласен делить все пятьдесят на пятьдесят, но предпочитаю быть единоправным владельцем своего наследия.

– Хорошо, как скажешь, – легко согласилась я и добавила: – Но тогда не удивляйся, если я свои рецепты буду продавать на сторону. Да, сливки с них ты снимешь, а дальше придется выкручиваться для поддержания имиджа.

– Чего? – переспросил хозяин таверны. Я же про себя выругалась. Такого слова в этом мире еще не знали. Пришлось выкручиваться:

– Репутации заведения. Раз поднял планку, ее надо всегда держать на заданной высоте. А однотипность приедается, насколько бы сразу она не оказалась интересной и привлекательной.

“Леди Алсия сама на себя не похожа, – донеслись до меня мысли девушки. – Но, если у нее получится, попрошусь к ней в ученицы. Она же вроде окончила Академию и уже имеет право брать учеников”.

Я едва не улыбнулась. Обиженная моим братом, она тем не менее не ожесточилась, а сохранила чистую и светлую душу, что не могло не радовать.

Тут и кузнец пожаловал. Поклонился, глядя на меня, и уточнил:

– Ваше Сиятельство, мне сказали, вы хотели меня видеть? – поклонился мужчина под два метра ростом. Одна его рука, наверное, две моих. Но лицо добродушное, даже где–то привлекательное. Да и возраст лет тридцать–тридцать пять.

– Хотела. Мне надо, чтобы ты кое–что для меня сделал, – протянула и попросила лист бумаги и перо. Стала рисовать общую суть мясорубки. За столько лет я ее множество раз собирала и разбирала, что успела все выучить. Итак: рабочая камера, шнек, подрезная решетка, ребра, ножевые решетки, упорное кольцо, нажимная гайка, ножи. Их тоже пришлось детально прорисовать. Потом показать, как собирать. А еще сделать гнездо для кристалла. Так как тут электричества не было, я решила сделать ее на магической тяге. Заодно прорисовала и ручную. Не все в состоянии приобрести кристаллы, они пока еще дорогое удовольствие. И самое главное – я нарисовала клеймо, которое необходимо поставить на изделии. Оно только сейчас пришло в голову. Круг, ветка лаврового венка и буквы А и Ф. Сперва хотела герб рода поставить, но потом подумала, что отдавать изобретение семье в мои планы не входит. Оно должно быть только моим.

Чертежи я раздвоила. И один комплект сразу отправила принцу с вестником, где просила резолюцию на новое изобретение. Это типа патента. Второй протянула мужчине.

Кузнец, представившийся Наркаром, почесал голову, покрутил и так, и этак мой чертеж, а потом улыбнулся и пообещал все сделать за пару дней.

– А для чего энто? – не мог не уточнить.

– Терпение. Как сделаешь, так я все и расскажу, заодно Его величество к тому времени как раз утвердит мое изобретение, – прояснила на всякий случай, чтобы у кузнеца не возникло желания обойти меня в продажах. – Потом мы заключим договор, в котором ты будешь и дальше изготавливать такие штуки, но отчислять мне процент за каждую продажу.

– Да кому ж такое понадобится? – буркнул едва слышно, я усмехнулась, хлопнула мужчину по плечу и заверила:

– Поверь мне на слово, много кому понадобится.

Сопротивляться Наркар не стал. Кивнул, забрал чертежи и отбыл восвояси, пообещав через пару дней все принести. Кивнула. Поднялась, глянула на Джона.

– С вами мы встретимся через два дня, тогда и приступим к реализации моего плана. Надеюсь, к тому времени вы обустроите зал. Рекламную кампанию я обеспечу.

Вот теперь можно и домой.

Гойшик и Бьяра всю дорогу молчали, только изредка кидали на меня взгляды. Наверняка решили, что хозяйка малость рехнулась. В мысли к ним не полезла, мне сейчас предстояло о многом подумать. В данный момент я и сама была удивлена порывом не только зайти в таверну, но и предложить свою помощь. И на месте того же Джона гнала бы наглую посетительницу подальше, вместо этого он согласился с моим предложением. Неужели настолько отчаялся? Скорее всего. Тут и так жизнь не сахар, а он вынужден выживать и платить налоги, взять которые наверняка неоткуда.

Сразу домой не пошли, сделали небольшой крюк, чтобы я могла хоть немного осмотреть город. Он вызывал уныние. Серый, грязный, от запахов слегка подташнивало. Единственное место, вызвавшее теплые чувства – набережная. Именно по ней мы сейчас шли. Как оказалось, она располагалась с противоположной стороны моего дома.

Набережная мне определенно понравилась. Широкая, огражденная перилами с ажурной ковкой. Под ногами брусчатка, но выровненная явно магией. Местами имеются выступы, напоминающие балконы – для любителей острых ощущений. Ещё бы, ведь далеко внизу раскинулось море, волны разбивались о скалы. Стоя на таком выступе, ощущаешь себя птицей, которой не хватает крыльев, чтобы взлететь.

С противоположной стороны расположились лоточники. Они наперебой хвалили свой товар: сувениры, сдобу сомнительного качества, артефакты.

Интересно, для кого все это? Народу тут почти не было, если только рыбаки, возвращающиеся с моря, или моряки с пришвартованных в порту кораблей. Всего на миг перед глазами мелькнула картинка, каким этот город мог бы стать, если из него сделать курортный. И так меня захватила эта мысль, что я готова была прямо сейчас бежать в столицу, чтобы сообщить дяде о своих планах. Пришлось притормозить. Сперва разберемся с таверной, посмотрим, какой будет спрос, а уже после можно замахнуться и на что–то большее.

Оказавшись дома, я отправила Бьяру встречать продукты, что нам должны были завезти, а сама отправилась в кабинет. Мне предстояло вспомнить многие рецепты, нарисовать план мероприятий на ближайшее время, озаботиться магическим договором с Джоном, чтобы избежать неприятного замужества.

Я настолько увлеклась, что не сразу почувствовала, как желудок скрутило от голода. Как раз и стук в дверь послышался. Заглянувший Гойшик покачал головой.

– Вашество, иди есть, голодная ж небось. А Бьярка ужо все сготовила, продукты распределила.

– Да, ты прав, надо перекусить, а потом можно и отдохнуть, я сегодня неплохо поработала, – сама осталась довольна проделанной работой.

Мне накрыли в столовой, ела я одна. Как бы ни хотелось пригласить за стол своих помощников, пришлось унять такой порыв. Этот мир со своими заморочками. Слуги никогда не сядут за стол с аристократкой.

Пока я работала, Бьяра отлично потрудилась. Она убрала мои покои, перестелила постель. И сейчас я с наслаждением растянулась на широкой кровати. Настроение приподнятое. Мне вдруг показалось, что у меня все получится. Первый шаг уже сделан, дело осталось за малым.

Глава 3

На следующий день рано утром меня разбудил Гойшик. И мы отправились выбирать слуг. А ведь еще лошадей купить и карету. И зачем они мне? Тут и ездить-то некуда. Но статус обязывает. Я с сожалением вспомнила свою коняшку, на которой когда-то прискакала в Академию. Его тогда сразу же отец и забрал, сообщив, что это его имущество, и мне его он дарить не намерен. Жмот. Ну и ладно. Деньги у меня пока были, особенно, если учесть, что на доме я немного сэкономила.

Сама не заметила, как оказались недалеко от площади. Там на одной из улиц в ряд выстроились мужчины и женщины, некоторые с детьми от восьми до шестнадцати лет. Всего я насчитала пару десятков взрослых и около десятка детей. Некоторые бегали, потому я не всех успела сосчитать.

– Пришли, ледя, вона, смотри, стоят. Ты только не бери тех, кто ближе к площади стоит. Те места платные. А коли платят, значицца им и работа не так уж и нужна. Самые нуждающиеся в конце.

– Хорошо, тогда с конца и начнем, – приняла решение и двинулась в ту сторону.

– Красавица, куда же ты? Коль работа нужна, так ты можешь туточки остановиться, я подсоблю, – щербато заухмылялся самый первый мужчина лет тридцати навскидку. Типичный ловелас, привлекательный на лицо, но неприятный по ощущениям.

Отвечать и не подумала, молча прошла дальше, не обратив внимание на окрик нахала. Добравшись в конец очереди, стала рассматривать нуждающихся. Лица у всех изможденные. Интересно, как они работать собираются?

– Госпожа ищет что–то конкретное? – заметив мои затруднения, ко мне обратился мужчина лет сорока. Спокойный, взгляд теплый. Но на дне глаз застыла обреченность.

– Леди, – поправила машинально. – Да, мне нужны конюх, садовник, горничная и кухарка, – озвучила свои требования, глядя на народ. И тут же рядом возник тот самый тип, кто приглашал присоединиться.

– Так что же ты мимо прошла? Я могу заменить всех разом, – и тон соблазняющий, а глазами он уже раздевал меня.

– В альфонсах не нуждаюсь, – жестко, категорично, со сталью в голосе. Он попытался наехать на меня, но тут Гойшик важно приблизился и сообщил:

– Ваше Сиятельство, горничной можно взять Элру, мы с Бьярой ее знаем, она честная, исполнительная, вы не пожалеете.

– Сиятельство? – опешил грубиян, и снова я на него никакого внимания не обратила, вместо этого глянула на мужчину, что предложил помощь.

– А вы что умеете? – и тут же Гойшику: – Раз ты ручаешься, мы возьмем Элру. Отведи ее в сторону, я после с ней пообщаюсь.

– Садовник я, – вздохнул обреченно.

– А почему с таким сожалением? – удивилась, глядя на мужчину.

– Так сейчас мало кто разбивает у себя сады, не выгодно нынче. А уж нанимать кого–то ухаживать за ним…

– Но ты разве не слышал, я ведь сказала, что мне нужен садовник.

– Так вам наверняка кто помоложе надобен.

Я нахмурилась. Кажется, окончательно потеряла нить разговора. И чтобы не вдаваться в полемику, решила потом расспросить, зачем мне молодой садовник, когда есть уже, можно сказать, профессионал.

– Вы мне вполне подходите. Гойшик? – парнишка прекрасно понял, что от него хотят. Он пригласил мужчину следовать за ним, наверняка туда, где уже стояла Элра.

И на этом оказалось все. Сколько ни присматривалась, больше никто на душу не лег. Учитывая их мысли, никому я доверять не могла. Во всяком случае именно работать, а не бездельничать, мало кто желал. Каждый уже прикидывал, как меня можно обмануть.

– На сегодня все, – вышло резко и недовольно. Мои спутники удивились, но спорить не стали. – Идем домой, там и поговорим.

– Вашество, а когда карету покупать станете? Еще бы и лошадок надо. Да и конюха найти.

– Это пока не к спеху, успеется, будем решать проблемы по мере их поступления.

Мальчишка важно кивнул, то и дело поглядывая на шедших за нами слуг. Только я в душе немного раздражалась. Оно мне надо – такое количество народа в доме держать? Но с другой стороны – статус, мать его, обязывает. А еще у меня появились планы на свой огород, сад и постройки. Надо будет только поговорить с ними, смогут ли они ухаживать за хозяйством, если я его куплю, потому что сама я точно это не смогу, у меня ни разу ничего подобного не было. Нет, как разделать тушу свиньи, я прекрасно знаю, умею, практикую, но растить ее мне ни разу не доводилось. В прежней жизни закупала все уже в виде туш и полутуш. А тут придется приспосабливаться, все же деньги имеют свойство заканчиваться, а свое мясо всегда пригодится, как, собственно, молоко, яйца, если купить куриц и корову. Интересно, тут такое вообще имеется? Об этом я тоже планировала разузнать у слуг.

До дома дошли в молчании. А там, не успев войти во двор, сразу указала мужчине фронт работ, не забыв уточнить его имя. При этом я сразу сказала, что получать он будет золотой в месяц. По местным меркам это приличная оплата. Фарн, как представился слуга, кивнул и сообщил, что ему ухаживать за садом одно удовольствие. Комнату он себе выбрал на первом этаже.

Элре тоже назначила золотой в месяц, но и требований к ней немало. Одежда, постельное белье, шторы, ковры – все должно содержаться в чистоте. Бытовые артефакты я развесила по дому, так что пыли и грязи можно не опасаться, но стирка не входит в список услуг бытовых артефактов. Девушка кивала, по ее глазам я видела, насколько она счастлива. Вторая комната на первом этаже тоже осталась за ней.

А вечером собрала всех и уточнила, смогут ли они, помимо основной работы, взять на себя обязанности по уходу за домашней живностью. Глаза Эрлы тут же заблестели. Она и слова никому не дала вставить, подскочила, поклонилась и выпалила:

– Я была бы рада за всем ухаживать, у нас когда–то было большое хозяйство, я одна за ними присматривала.

– Замечательно. Знаешь, где можно купить хорошую корову, с десяток куриц, пару поросят? – спросила и цепко глянула на девушку. Та кивнула. От ее робости не осталось и следа.

– В десяти верстах отсюда есть ферма, она когда–то была нашей, пока ее не забрали за долги. Но выкупивший ее купец наш хороший знакомый, я могу с ним договориться, он и цену хорошую даст, и не обманет, – затараторила Эрла.

– Договорились. Завтра вы все трое отправитесь на ферму, а мы с Гойшиком займемся своими делами.

– Ваше Сиятельство, сперва надо бы подправить хозяйственные постройки, чтобы было куда живность припутить. Думаю, за день я с этим справлюсь, а послезавтра можно и за живностью, – осторожно предложил садовник, назвавшийся Игром.

На том и решили. Мужчина и правда оказался рукастым. Но и Эрла не сидела в стороне. Видимо, очень ей хотелось поскорее живность прикупить. Я только посмеивалась, когда они спорили у сараев, как и что должно быть. Но сама не вмешивалась.

Ночью я проснулась от шорохов. Сработала моя защита, что я успела поставить на калитку и забор. Кто–то забрался на территорию моего дома. Криво ухмыльнулась. Подошла к окну. Посмотрим, что дальше будет. Зря я, что ли, столько ловушек напихала на пути к крыльцу и к черному ходу. Раздался вскрик, за ним еще один. О, как, получается, ко мне не один воришка пожаловал. Открыла окно и прислушалась.

– Збира, ты идиот? Какого ляда нас сюда потащил? Неужо не мог распознать магичку? Да из–за тебя мы туточки и поляжем, – шипел один, я заметила, как его волосы искрили от попавшей в него молнии.

– Да не знал я, что она магичка, мне сказали, шо обычная девка при баблах, вот и решил ее малек пощипать.

– И шо теперича? Вы как хотите, а я назад, мне ешо жить охота, – выдал второй парень, молодой да юркий, он несколько раз увернулся от моих “вонючих гранат”, но попал под маленький камнепад и сейчас усиленно потирал голову.

– Трусы. Мы ж ужо туточки, осталося самое малое.

И тут раздался слаженный вопль ужаса. А я едва не расхохоталась. Моя гордость. Иллюзорная ловушка мертвой невесты. Почему–то она мне пришла на ум, когда я защищала свой дом. И сейчас наблюдала, как трое воришек в ужасе трясутся, не имея сил сдвинуться с места. А моя иллюзия в виде обглоданного скелета в свадебном платье и прозрачной фате тянет к ним свои костлявые руки и шепчет:

– Вместо одного жениха, получу сразу троих.

Первым отмер самый молодой и юркий, он подскочил, как заяц, и с воплем кинулся назад к воротам. Мне показалось или его темные волосы окрасились в белый цвет? Поседел, бедолага, от страха. Остальные тоже пришли в себя и кинулись бежать. Спотыкались, падали, орали, но бежали. Может, это и жестоко, но я расхохоталась. И мстительно шепнула:

– Будут знать, как по чужим домам лазать.

Как выяснилось утром, не я одна была свидетельницей ночного происшествия. Гойшик, захлебываясь от восторга, рассказывал, какую картину наблюдал. Остальные тоже успели многое увидеть. Только Бьяра осторожно уточнила:

– Ваше Сиятельство, а то чудище в свадебном платье не опасно?

– Нет, это иллюзия, она только для тех, кто незаконно проникает на мою территорию.

– А вы опасная леди, Ваше Сиятельство, – на меня с уважением смотрел Игр.

– Только для тех, кто желает мне зла, – отмахнулась, с трудом сохраняя серьезный вид. Перед глазами то и дело вставала картина ночного происшествия.

Облегченный вздох вырвался у всех четверых. А потом закипела работа. Сегодня Игр вместе с Эрлой заканчивали укрепление сараев и загонов. Гойшик и Бьяра вызвались им помочь, пока я решала свои вопросы с финансами и рассчитывала планы на ближайшее будущее. Мне хотелось многое, но я ограничена в бюджете. Пришлось с этим смириться.

А уже на следующее утро я стала обладателем двадцати куриц, коровы с теленком и трех поросят. Причем деньги я им выделила на десять куриц, на корову и двух поросят. И на ферму они отправились вчетвером. Зато вернулись довольные и с большим количеством заявленной живности. Все с уважением смотрели на Гойшика. Я и поняла, что это малец расстарался. Какой же он у меня умный.

За пару дней я успела осмотреть город, наметить некоторые изменения в планах. Рассмотреть наиболее интересные места. И только после этого отправилась в таверну, где меня уже ожидала мясорубка. Улыбнулась. Пусть с некоторыми изменениями, но я получила именно то, что заказывала. Как раз и ответ от Его величества пришел вместе с письмом:

“Не знаю, что ты задумала, но твои чертежи утверждены на твое имя. Позже, надеюсь, ты мне покажешь, что это за штука и для чего она нужна. Мой брат интересовался, куда ты делась, пришлось сообщить, что я и сам этого не знаю. Будь осторожна. Не нравится мне поведения родственника в последнее время. Жду в гости”

Ни подписи, ни имен. Я улыбнулась. Его величество тот еще конспиратор, но меня это вполне устраивало. Сейчас же я не стала отвлекаться. На меня накатило вдохновение по забытым временам. Неужели я снова смогу окунуться в привычную среду? Мне даже не верилось.

– Герцогиня, что вы задумали? – рядом суетился Джон, наблюдая, как я повязываю передник, убираю волосы под чепчик.

Гойшик, отправившийся со мной, тоже наблюдал с интересом. С утра он напросился со мной, чтобы помочь в случае надобности. Бьяра тоже хотела пойти, но работы и по дому хватало, ей пришлось остаться. А вот парнишку я с собой взяла, от него точно могла был помощь.

– Сейчас увидишь, – отмахнулась от него. Повернулась к девушке. – Тебя как зовут? А то мы до сих пор толком и не познакомились.

– Истра, – выдохнула та. Я кивнула.

– Так, Истра, неси специи, обрезки мяса, лук. Его надо почистить, пока я буду разбираться с мясом.

– И что можно с тех обрезков сделать? – буркнул едва слышно Джон, а в мыслях: “На меня и так Хортер смотрел, как на идиота, когда я у него эти обрезки просил. Теперь точно в мою таверну никто не пойдет, решат, что я экономлю на мясе”.

Говорить ему ничего не стала, вместо этого улыбнулась про себя и занялась делом. Пока помощница чистила лук, я зарядила кристалл магией, и включила мясорубку, только успевая закидывать куски в воронку. Вот тут хозяин таверны едва не подскочил, заметив, что получается. Глаза большие, рот приоткрыт. Он явно не понимал, для чего это все. Но и я не торопилась рассказывать. Забрала несколько луковиц и тоже пропустила через мясорубку. А дальше начался замес фарша. Соль, специи. Гойшик едва в таз не влез, наблюдая, что я делаю, пришлось щелкнуть его по носу и дать задание помогать с чисткой картошки.

– Истра, поставь сковороду на плиту, будем жарить котлеты. И принеси муку.

Сперва хотела по привычке панировочные сухари попросить, но тут о таком не слышали. Позже сама сделаю, а пока стоило сперва один способ жарки показать.

Пока я месила фарш, Истра чистила картошку, я ее попросила, чтобы сделать нежное пюре. К моим котлетам – самое то. Кстати, я ни разу не видела, чтобы здесь готовили пюрешку, в основном отварной картофель целиком или в мундирах. Других рецептов еще никто ни разу не делал. У меня тут вообще поле невспаханное, можно творить все, что придет в голову.

Пока все кипело, шкворчало, я замесила тесто. Захотелось обычных булочек с каким-нибудь вареньем. Благо этого добра у Джона полно. Оставила тесто подходить, сама занялась основным блюдом.

Гойшик и Истра уже резали овощи, крошили их, чтобы после я заправила все майонезом.

К моменту, когда прожарились первые котлеты, как раз сварилась картошка. А я занялась майонезом. Захотелось салата именно с ним. Несколько раз замечала, как и Джон, и Истра судорожно сглатывали. Еще бы, запахи витали такие, что у меня самой желудок сжимался, а слюна так и просилась наружу. Как только майонез был готов, я заправила салат. Перемешала. Мои помощники пробовали первые, за ними Джон с таким одухотворенным лицом, словно я ему какую реликвию предложила.

– Это очень вкусно, – в один голос выдохнули все трое. А я улыбнулась. Еще бы, сама знала, насколько заправка улучшает вкус блюда.

Неудивительно, что в таверне появились первые посетители.

Осмотрели новую обстановку. Да, хозяин отлично постарался и сделал все так, как я ему говорила. И теперь тут стало весьма уютно, хотелось задержаться, помечтать и просто отдохнуть.

– Эй, Джони, чем это у тебя так пахнет? – раздалось снаружи. Как мне показалось, там как минимум человека три вошли. Мужчина тут же убежал, а я проверила картошку на готовность. Отлично, можно толочь и запрявлять.

Истра за моими действиями наблюдала так, словно решала: сошла ли я с ума или только на подходе. А когда я влила в чан молоко и кинула кусок масла, ее и вовсе едва удар не хватил. Зато после… Стоило попробовать, что получилось, она смотрела на меня с таким обожанием, не передать словами. Тут и хозяин пожаловал уточнить, все ли готово. Кивнула. Достала тарелки, красиво разложила пюре, котлету и ложку салата. Протянула Джону и шепнула:

– За блюдо требуй не меньше серебрушки, скажи, эксклюзив от герцогини.

Мужчина засомневался. И я его понимала. Как правило, за двадцать медяшек можно было заказать обед, состоящий из похлебки сомнительного качества, каши и куска резинового мяса. А тут всего одно блюда, а стоит как как пять обедов. Но мой уверенный вид подействовал благотворно.

Схватив три тарелки – и так у него это ловко получилось – он выскочил к посетителям и тут же решительно произнес:

– Пахнет новым блюдом от самой герцогини. Коль желаете попробовать, с вас по серебрушке. Гарантирую, такого вы нигде не найдете.

Я не удержалась и выглянула в зал. Первым на глаза попал мужчина в маске и бандане, скрывающей голову. Не хватало шляпы и был бы типичный Зорро, даже телосложение похожее. Чуть не хихикнула. Потом вспомнила слова Гойшика. Оппаньки, к нам не иначе как сам Брон пожаловал. Криминальный авторитет местного городишки. Я нахмурилась. Пусть только попробует не заплатить.

Еще заметила, как один из троицы попытался возмутиться, но его взгляд упал на тарелки. Возмущение застряло в горле. Он принюхался. Ткнул пальцем сперва в пюре, потом в салат и осторожно уточнил:

– Это что?

– Пюре с котлетой и салатом, только у нас. Даже Его величество еще подобного не пробовал, – и столько гордости в словах, что я невольно прыснула, зажав рот, чтобы никто не услышал. Повернулась к помощнице.

– Чисти еще картошку, а я замешивать фарш, чувствую, уже совсем скоро у нас начнется наплыв посетителей.

И оказалась права. Троица первооткрывателей, как я их назвала, мгновенно разнесли весть о новых блюдах в таверне Джона. И к нам потянулся народ. Столы все оказались заняты уже через пару часов. А народ все прибывал. Вот когда порадовалась, что Гойшик пришел со мной. От него была ощутимая польза. Лишние руки в такой ситуации всегда благо. А я еще и булочки поставила в духовой шкаф, смазав их и повидлом, и джемом, и вареньем. Все, что вытащила из погреба Истра, пошло в ход, хоть Джон и ворчал, что стоит оно там давно, уже и пропасть могло. Я отмахнулась.

– Джон, у тебя на чердаке не осталось каких лавок или досок? Мы можем сделать на улице летнее кафе, чтобы всех вместить, – предложила и получила не решительный кивок.

Еще через час мы обустроили веранду, правда вместо стульев – лавки из досок, столы тоже слегка покоцанные, так как Джон вытащил те, которые пришли в негодность. Я использовала свою магию, чтобы их подлатать. Народ обрадовался, хозяин таверны светился весь, как и Истра, уже самостоятельно жарившая котлеты, пусть и под моим чутким руководством. А Гойшик резал овощи для салата, пока я замешивала еще порцию майонеза.

Закрылись мы только в полночь. Как сказал Джон, такая выручка, как сегодня, у него бы и за три года не набралась. Шутка ли, просить за блюдо серебрушку. Но никто не роптал. В итоге к закрытию у нас набралось в общей массе десять золотых. Когда мужчина считал выручку, у него руки дрожали.

– Герцогинюшка, а так всегда будет? – поинтересовался с недоверием.

– Всегда, Джон, всегда, учитывая тот факт, что я знаю очень много блюд, которые мы как раз и будем готовить, – ответила, хитро сверкнув глазами.

Всего пара минут понадобилась тому, чтобы решительно стукнуть кулаком по столу и заявить:

– Я согласен на контракт, леди Алсия. Но пропишем, что решающее слово все ж буде за мной.

– Да не вопрос, – легко согласилась я. И мы отправились в кабинет, где я выложила на стол уже приготовленные бланки. Да, я знала, что он согласится, потому что по–другому и быть не могло. Сегодня я наглядно показала ему, что такое вкусная еда и как за нее готовы платить.

Надо отдать должное, хозяин таверны долго читал, вдумчиво, только после этого поставил свою подпись, а потом и заверил магически. Следом за ним и я проделала ту же процедуру. И в этот момент мне показалось, что внутри меня что–то лопнуло. Радоваться я пока не торопилась, хотя и надеялась, что это и был магический контракт помолвки. Посмотрим, как все обернется дальше.

Получив свою долю, ушла домой, чтобы придумать, чем еще поразить народ. Задумок у меня много, но сразу все раскрывать не стоит. Сперва пусть одним–двумя блюдами насладятся, а потом можно и новшества вводить. Рядом с гордым видом шагал Гойшик. Парень не без оснований гордился собой. Еще бы, он нам сегодня здорово помог.

Чего мы не ожидали, как из проулка, словно тень, рядом появится Брон. Да–да, его только по маске и можно узнать. От неожиданности дернулась, но тут же разозлилась и уже приготовилась защищаться. Но мужчина поднял обе руки вверх и сообщил:

– Ваше Сиятельство, я с добрыми намерениями, всего лишь решил проводить вас домой. Негоже молодой девушке по ночам одной возвращаться, – его взгляд упал на Гойшика, что тут же нахмурился, и мужчина мгновенно поправился: – Даже с таким защитником вас могут ожидать неприятности. Все же город наш пока далеко не добродетельный.

Я сперва хотела отказаться, но что–то в жестах мужчины, в его взгляде вдруг навеяло ностальгию. По чему? Этого я вспомнить не могла. Но согласие все же дала. И ни разу не пожалела. Брон оказался интересным собеседником, он рассказывал много смешных историй. Его правильная речь, мягкий с бархатинкой голос вызывал умиротворение. И мне нестерпимо захотелось увидеть его лицо. Но я понимала, что просьба снять маску в первый день знакомства наверняка будет воспринята отрицательно. А потом мы дошли до дома. Брон рассмотрел дом, вскинул бровь и не удержался от вопроса:

– Вы здесь живете?

– А что вас смущает? – тут же вскинулась я.

– Непривычно как–то. Герцогиня и в простом доме, – дернул плечом Брон. Я улыбнулась.

– Меня устраивает. Зато только мое и ничье больше. Спасибо, что проводили, – поблагодарила и вошла в калитку.

Уже дома не смогла сдержать улыбку. Вниманием я и в Академии не была обделена, но почему-то именно сейчас в груди стало тепло именно от взгляда этого странного мужчины в маске. Его глаза словно гипнотизировали, дарили обещания неизвестного. Но самое главное, он смотрел на меня, не как на денежный мешок, а как на женщину. Я, признаться, уже отвыкла от такого, обычно меня сразу оценивали на предмет состоятельности, а уже потом рассматривали мою личность. Надеюсь, мы с Броном подружимся. О другом загадывать не хотелось, рановато будет.

Так и потянулись дни. Я практически летела утром в таверну, чтобы погрузиться в свою стихию. Мои помощники всегда были на подхвате, они наблюдали, учились, пробовали что–то делать сами. С того дня у нас каждый день был ажиотаж. Джону пришлось потратиться на нормальные столы на веранде, на навес, чтобы не промокнуть во время дождя. Защиту я установила сама. И теперь мы могли обслуживать вдвое больше народу, чем было раньше. Однажды Джон заикнулся, что нам нужны еще помощники. Фриса продолжала убираться, а одна девчонка подавальщица физически не успевала обслужить сразу все стол. Моему компаньону ничего не оставалось, как взять еще двоих подавальщиц. Потому что один с Тьяной он не справлялся, даже с помощью юркого Гойшика все равно не успевали. Зато две девушки мне на первый взгляд понравились. Ловкие, привлекательные, располагающие к себе. Но как бы они нам не понравились, на кухню мы их не пускали и рецепты блюд не раскрывали. Кто знает, откуда они взялись? Рисковать никто из нас не хотел.

Каждый вечер стало традицией, что домой нас провожал Брон. Он развлекал нас разговорами, изредка спрашивал обо мне, о семье, но вот о себе ни разу ничего не рассказал. Я несколько раз пыталась узнать его имя, настоящее имя, но каждый раз он уходил от ответа. И мне все чаще стало казаться, что мы можем быть знакомы. Откуда взялось такое чувство? Не знаю, оно просто появилось, когда Брон крутанул кистью во время разговора, пытаясь что-то вспомнить. И этот жест я точно уже видела раньше, но у кого – память отказывалась всплывать. Ничего, позже я обязательно все вспомню.

А через пару недель впервые в таверну вошли аристократы. Джона аж затрясло от волнения. Но на удивление никто из прибывших не скривился, заняли столы со скатертями и потребовали себе обед.

Я рассматривала троих мужчин и одну девушку. Ее взгляд напугал. Равнодушный, стеклянный и пустой, она словно никого и ничего не видела. На ее руках сверкнули браслеты с тремя камнями. Меня передернуло. Я прекрасно знала, что это такое. На занятиях нам о подобном рассказывали. Камни – накопители, в которые закачивалась магия. Они бывают разного объема. У меня тоже есть, но на пять кратов, куда сливаются излишки силы, если я ей долго не пользуюсь. Это средний размер. Те, у кого магия средненькая, обычно выбирают накопителя в два крата. У девчонки в браслетах шесть камней, каждый по семь кратов. Как она еще на ногах держится? И за что с ней так?

Не успела подумать, как заметила мелькнувшую в глазах тьму. Накатила волна ужаса. Ох ты ж! Получается, это и есть та самая тварь, за которыми охотятся местные стражи правопорядка. И только я собралась заняться своими делами, как от той самой девицы, вперившей в меня свой страшный взгляд, ко мне прилетела мысль:

“Вкусная. Сильная. Она бы мне подошла намного больше, – по моему щиту в этот момент словно ударили, я машинально дернулась, а незнакомка оскалилась. – Щиты. Как я их ненавижу. Хочу это тело, эту душу”.

А потом раздался вой, от которого заложило уши. Я поторопилась сбежать, чтобы не видеть и не слышать этих ужасов. Самое поганое, что, кажется, все эти звуки слышала только я одна. Именно на меня они и были направлены, чтобы дезориентировать и заставить снять защиту. А я без нее давно уже не хожу, привычка с Академии.

Мужчины поели быстро, даже пленницу покормили. Рассчитались, поблагодарили за вкусный обед и покинули таверну. Только тогда Джон выдохнул. Кажется, этот момент стал отправной точкой, чтобы к нам зачастили и местные аристократы, пусть их тут и было не очень много. А в мою голову пришла интересная идея. Но сперва, думаю, пришла пора познакомиться с местным мэром. У меня есть для него чудесное предложение.

В моих планах было много чего, но не стоило забывать и о женишке, будь он неладен. Время как раз приближалось. И пусть я выполнила оба условия, но беспокойство не оставляло, а вдруг я чего–то не учла. Не хотелось бы попасть в руки того неприятного типа, которому отец решил меня сплавить. И моя рассеянность едва не стоила кому–то неприятностей. И мне в том числе.

Сегодня с утра я встала сама не своя. Магия в крови бурлила, грозя неконтролируемо выплеснуться. И что на нее нашло? Ах, да! Точно! Именно сегодня тот самый день, когда меня должно перенести к жениху. Потому так и трясет, как не в себе.

По пути Гойшик то и дело поглядывал на меня. Но в какой–то момент не выдержал:

– Вашество, что с тобой такое сегодня? Бледная, руки трясутся, да и магия сверкает на пальцах. Не убила бы кого ненароком.

– Ох, Гойшик! Я сама не понимаю, нервозность накатила. Есть причина. Мне бы только этот день пережить без последствий, – призналась, передернув плечами.

Спрашивать паренек ничего не стал, видел мое состояние. В таверне я смогла отвлечься за работой. В зал старалась не выходить. На удивление, день прошел относительно спокойно. И я уже обрадовалась, что пронесло и можно выдохнуть. Рано радовалась.

Мы только закрылись, посчитали и поделили выручку, когда в дверь затарабанили. Джон удивился.

– И кого там дьярги принесли? – недовольно буркнул хозяин таверны. У меня сердце кольнуло. Но остановить мужчину не успела.

В зал ввалились четверо. На лицах нахальные ухмылки, они были уверены в себе. Позади мелькнула одна из девушек подавальщиц. Вот, гадина! И чем ей тут не работалось?

– Ну, что, Джон, пора раскошелиться, – нагло заявил один из четверки. На лбу моего компаньона выступила испарина.

– Кстати, девок мы с собой заберем. Не переживай, всего лишь на ночь, развлечемся и вернем, – нагло потребовал второй. Подобного я стерпеть не могла. Да и надо было нервотрепку целого дня выплеснуть наружу.

– А мнение девочек, я смотрю, вас не особо интересует?

– И что на это скажет Брон? – нагло влез Гойшик. Но те даже не дернулись, только ухмыльнулись.

– А Брона нет, зато, когда явится, ему ужо буде не интересна попользованная девка, – нагло заржал первый.

– А че это нас должно нас волновать мнение каких–то шлошек? Девки нужны для одного, – подключился третий. Но договорить не успел.

Моя магия сорвалась с пальцев и ринулась ко всем троим, четвертый стоял в стороне и наблюдал.

– Что ж, мальчики, сейчас мы из вас сделаем девочек, чтобы вы на своей шкуре узнали, каково это.

Как они орали, как грозились, а я стояла с милой улыбкой, чувствуя, как окончательно исчезает нервозность. Вот что значит – скинуть пар. Ага, сделал гадость – на сердце радость. Ко мне в данный момент эта присказка очень даже подходит.

– Мальчики, развлекаться вы будете со своими шавками, а я аристократка. Не знаете, что бывает за оскорбление леди? Нет? Плохо. Законы надо знать. Смертная казнь, – последнее произнесла жестко и со сталью в голосе, дернулись все четверо. – А сейчас пошли прочь, пока я вас не поджарила и не запекла в духовке. А еще раз сунетесь или кого подошлете, церемониться больше не стану. Я – боевой маг, к вашему сведению.

Таверну они покидали спешно, то и дело оглядываясь. Напоследок ко мне приблизился четвертый, все время стоявший в стороне. Осмотрел и поинтересовался:

– Могу я узнать ваше имя, леди?

– А вы что, не знали. Куда шли и кого оскорбляли? Слабо верится, – холодно отозвалась, не глядя на собеседника.

– Мы действительно не знали, нам сказали, тут две девки, одна из которых выскочка – ведет себя так, словно на голове корона, и ее необходимо поправить и сбить спесь. О том, что здесь аристократки, мы не знали. Иначе не полезли в таверну, – пояснил мужчина.

И я ему поверила. Он не пытался что-то доказывать с пеной у рта. Говорил спокойно, размеренно. Изредка в его тоне проскальзывала злость, как я догадалась на того или на ту, кто их сюда заманил. Не завидую я наводчице. Глянула на незваного гостя. Смотрит внимательно и все еще ждет ответа.

– Алсия Фетнар.

– И что Ваше Сиятельство забыло в нашей дыре? – удивление скрывать и не пытался.

– Присматриваю себе городок, где можно развернуться. Устроит такой ответ? – я прищурилась. Мужчина кивнул, поклонился и исчез. Мы выдохнули одновременно.

Надо же, я и подумать не могла, что здесь тоже может быть местный рэкет. Оказалось, ошиблась. И надо думать, как с этим быть дальше. Вероятно, к мэру придется идти уже завтра. А потом и с дядей связаться.

– Вашество, примите мою благодарность, – низко поклонился Джон. Я отмахнулась.

– Не гни спину, я все же и свое защищала, – выдала правду и отправилась домой.

Сегодня нам пришлось идти одним, так как Брон вчера предупредил, что ему надо отлучиться на пару–тройку дней, дела в столице. И какое совпадение, не успел главарь местной банды отлучиться, а к нам уже бандюки пожаловали. Совпадение? Не думаю.

До дома дошли без происшествий. Никто за нами не увязался, не попытался ограбить или напасть. А там меня ждало письмо от Криса.

“Привет, сестренка! Ты не поверишь, что сегодня было. Давно я так не веселился. Явился дядя, твой отец, с каким–то неприятным типом и зверским лицом. Жаловались на тебя, что ты сумела разорвать магическую помолвку и ударил откат как раз по ним. Спрашивали, где “нерадивая девка”, чтобы достойно наказать. Отец посмеялся и сообщил, что они сами виноваты, нечего было гадости делать магичке, это запрещено. Дядя тогда заблеял, что помолвка заключалась, еще когда никто не знал о вернувшейся к тебе магии. В общем, дворец лихорадило. Дядя знатно разозлил отца, и тот пригрозил, если не уймется, не посмотрит, что они братья, отправит на суд за принуждение магически одаренной. Но самое забавное оказалось в том, что вместо тебя притянуло твою сестру, как она орала, надо было слышать. У нее ведь через три дня должна состояться свадьба с другим. Но теперь поздно.

Алси, я соскучился, могла бы уже и наведаться в гости, рассказать, как тебе удалось обойти эту клятую помолвку.

Твой дорогой и самый любимый кузен Крис”.

От последней строчки я расхохоталась. Парень в своем репертуаре. Но ведь и ни слова неправды не сказал, я действительно его безумно любила. Брат у меня потрясающий, пусть и двоюродный.

Ответ написала сразу, пообещав, что обязательно наведаюсь во дворец, как позволит время и скорректирую окончательно планы. Думается мне, это произойдет в скором будущем.

– Вашество, ты еще не надумала брать кухарку и конюха? – спросил Гойшик, ожидая меня в столовой, куда как раз Бьяра накрывала завтрак.

– Да мне как–то и без них неплохо, – отмахнулась и глянула на девушку. – Или тебе не нравится готовить?

– Что вы, Ваше Сиятельство, очень нравится, вы столько новых рецептов рассказали, это ж одно удовольствие такие делать, – зарделась сестра мальчишки. Я кинула.

– Значит, пока обойдемся и без кухарки, и без конюха. К тому же, вы все и так прекрасно справляетесь. У нас теперь каждый день молоко, яйца. Скоро свое мясо будет. Эрла, тебе не тяжело? – уточнила у девушки, спешащей к живности. Она засияла и мотнула головой.

– Мне в радость, Ваше Сиятельство, да и Игр помогает. А я ему с садом и огородом. Скоро урожай снимать, хорошо в этом году уродился. Да и ягод много. На заднем дворе я нашла малинник, а клубники сколько. Хоть продавай.

– Нет, продавать мы не станем, сделаем из нее джем, варенье и заморозим на зиму, чтобы потом свеженькой полакомиться, – приняла решение. Девушка кивнула. И отправилась кормить домашний скот.

Я завтракала и не могла сдержать улыбку. Кто бы мне сказал, что я решу завести хозяйство, сама никогда бы не поверила, настолько я была далека от всего этого. Столько лет отдавала готовке, что ни о чем другом не думала и не помышляла. Зато сейчас самое время. Главное, чтобы никто не догадался, что в теле Алсии теперь другая душа. Этот момент меня очень сильно пугал. А еще я сама удивилась, но успела соскучиться по Брону. Этот мужчина как–то легко влетел в мою жизнь и оставил там свой след. Интересно, что он забыл в столице? Мне все сильнее хотелось разгадать его загадки.

А на следующий день, быстро дав задание помощникам, сама отправилась в мэрию, прихватив с собой Бьяру, Гойшик остался на кухне помогать. Мэрия располагалась на площади недалеко от таверны. Чтобы до нее дойти, нам понадобилось минут десять неспешного шага. Внутри сновал народ, все куда–то спешили, торопились, сталкивались. Один раз я сама едва успела увернуться, чтобы меня не задели.

– Кто такие? С чем пожаловали? – обратился к нам мужчина в форме стража. Хм, тут и такие есть?

– Мне нужен мэр города, – заявила высокомерно, осознав, что мою доброту примут за слабость и неуверенность.

– Он всем нужен, да только некогда ему тут со всякими девками лясы точить, – похабно ухмыльнулся мужчина.

Меня удивил тот факт, что его даже моя одежда не смутила. А одета я была как леди. И тем не менее, он мне нахамил. Что ж тут за порядки такие?

– Ты бессмертный? – излишне ласково поинтересовалась, вызвав на его лице недоумение. Стоило заметить искры магии на моих пальцах, так и вовсе дрогнул.

– И чего молчишь? – рявкнула Бьяра. – Тебе Ее Сиятельство Алсия Фетнар вопрос изволила задать.

Страж икнул, попятился, а потом и вовсе раскланялся, изволив проводить меня к кабинету мэра. По пути нам встретился молодой человек. Привлекательный. На лице широкая улыбка, словно он готов обнять весь мир и подарить ему радость. Вот только мне почему-то было неприятно на него смотреть и даже рядом находиться противно. Откуда такая реакция, я и сама не понимала. Одно осознала весьма четко: за привлекательной оболочкой скрывается настоящее чудовище, от которого лучше держаться подальше, чтобы нервы сохранить и здоровье.

– И куда очаровательная барышня так спешит? Может, я мог бы помочь? – ну само участие. И я бы поверила, не противься вся моя сущность нахождению рядом с этим субъектом.

– Увы, если только вы не мэр этого славного городка, – мне даже удалось выдавить улыбку. – А сейчас, если позволите. Я спешу, у меня еще много дел.

В последнюю фразу пришлось вложить стали, чтобы от меня отстали. И мужчина подвинулся, полоснув меня неприязненным взглядом. Тут нетрудно догадаться, с чем он связан. Вряд ли кто-то позволял себе с ним так разговаривать. И мой тон, как и мой отказ ему явно не пришлись по душе. Плевать. У меня есть цель, и я к ней пойду любым путем. И пусть только подобные этому типу встанут у меня на пути, размажу.

С таким воинственным настроением я и двинулась дальше вслед за стражем. Позади раздался вопрос, как я поняла, от того самого неприятного типа:

– А вы, собственно, кто? И зачем вам мэр?

Вопрос я проигнорировала, даже не обернулась. Тем более мы уже пришли. Возле дверей главы города я насчитала порядка десяти посетителей. Но, судя по лицам, ни один из них не чаял сегодня попасть на прием. Тем удивительнее было то, что передо мной раскрыли дверь, приглашая внутрь. Я приготовилась к недовольным выкрикам страждущих, но никто и слова не сказал. Только молча проводили меня взглядами и потеряли интерес.

За столом сидел хозяин кабинета. Кое-что я успела о нем узнать. Мэр – бывший военный в отставке, строгий, но справедливый. Прислан сюда около полугода назад. Он несколько раз писал в канцелярию Его величества, прося прислать дотации для города. А в ответ тишина. Об этом мне, кстати, Брон рассказывал. Судя по всему, он прекрасно осведомлен обо всем, что тут творится.

На меня синими глазами смотрел мужчина лет тридцати пяти на вид, но уверена, он на самом деле старше. Алгард Сорье. Страж испарился бесшумно, я даже не услышала. Мы остались вдвоем, Бьяра заходить не стала. Осталась в коридоре.

– Леди Фетнар, вы ли это? Или мои глаза меня обманывают? – усмехнулся мужчина. Его голос обволакивал, заставлял довериться. Я усмехнулась, отгоняя наваждение.

– Да, лорд Сорье, это я. Причем нахожусь здесь уже порядка трех месяцев, и за это время так и не увидела никаких улучшений. Неужели вам самому нравится эта мусорка? Не проще ли сделать курортный город, куда станут приезжать многие аристократы и оставлять тут свои деньги?

– Как вы себе это представляете, леди Алсия? Я уже несколько раз писал Его величеству, но мне так никто и не ответил. Я даже артефакты очищающие не могу закупить, чтобы убрать грязь и вонь с улиц. Сперва пытался нарушителей правопорядка приспособить под уборку, но это бесполезно. На день-два хватает, а потом все снова становится как было.

– Ну, положим, с артефактами я вам помогу. А вот с Его величеством поговорить надо будет, все же я планирую тут все кардинально менять, и мне надо будут на первое время деньги для строительства, – протянула задумчиво. Мужчина аж вперед подался.

– Для какого строительства?

– Вот, смотрите, я планирую создать на пристани и на набережной небольшие кафе, чтобы прогуливающиеся или прибывающие на кораблях в порту могли перекусить, выпить горячего чая или прохладного лимонада. В центре города в квартале аристократов я планирую сделать несколько кафе. А чтобы заинтересовать корону, предложу Его высочеству ресторан на воде, будет для него отличное развлечение, там же можно и всякие игровые и музыкальные шоу устраивать. Уверена, Криса это заинтересует.

Я с азартом показывала свои наметки, попутно просчитывая прибыль. И какие бы планы у меня не были, но пришлось признать: за просто так мне помогать никто не станет. А помощь мэра мне определенно понадобится. Эх! Уплывет от меня значительная часть прибыли. Но охватить все сферы я бы в любом случае сама не смогла. Ладно. Глянула на мужчину и с сожалением предложила:

– Вы можете себе взять сеть отелей, где станут размещаться приезжие отдыхающие. Думаю, это выгодное предложение.

– Предложение выгодное и идея интересная, но есть проблема. Как это донести до Его величества? Мои письма он, кажется, не читает, – вздохнул и отвернулся.

– Хм, проблему нашли, – фыркнула я. – Будьте готовы завтра утром отправиться в столицу. Пойдем порталом, некогда мне тратить время на дилижансы. Отправлю вестник Крису, он нас встретит и проведет к дяде.

– Дяде? А ведь точно, вы же племянница нашего монарха. И как я мог об этом забыть? – хлопнул себя по лбу мужчина. А я прищурилась, глядя на него. Точно ли забыл? Или это какой-то хитрый ход?

А потом вспомнила, что родители меня все время прятали, неудивительно, что обо мне мало кто знает. А имя… Так и вовсе все просто, каждый мэр должен знать, кто из аристократов посещает его город. Вероятно, успели сообщить.

– А вы уверены, что Его величество нас послушает? – с сомнением поинтересовался мэр.

– Уверена. Да и что гадать, завтра и узнаем.

На том и договорились. Покинув мэрию, двинулась в таверну. Стоило сделать заготовки, неизвестно, сколько времени меня не будет. Да и несколько новых рецептов оставить. Не хотелось бы, чтобы таверна простаивала, имидж-то надо поддерживать. Мы прикормили кучу народа, даже аристократы не гнушаются у нас столоваться. Но тут свою роль сыграл тот факт, что нашу стряпню еще даже король не пробовал, а в зачуханном городишке народ питается покруче монарха.

Тем более, за три месяца мы успели сделать пристройку к таверне, где разместили несколько закрытых кабинок для тех, кто желает приватности. Изначально Джон не понимал, зачем это надо, но как только на эти кабинки пошел большой спрос, смотрел на меня с уважением. Однажды даже спросил, не пророчица ли я, пришлось отмахнуться и сообщить, что все дело в практике, мол в столице любят уединяться, чтобы никто не лез под руку. Мне поверили.

В таверне теперь каждый день ажиотаж. Джон подбирал новую подавальщицу, ту, которая привела к нам наглых типов, с позором изгнали, остальных предупредили, что в следующий раз разбираться с предательницами будут не так великодушно.

Я провела Бьяру на кухню, будет Истре помощь, показала и рассказала, что надо делать. Взяла с нее клятву о неразглашении. Вспомнила об этом только сейчас. Пусть я ей и доверяла, да и за эти месяцы она зарекомендовала себя, как честная девушка, но непроизвольно проговориться любой может.

Этот день мы работали, как сумасшедшие. В ледник закинула кучу заготовок, чтобы всем было полегче, наделала три бочонка майонеза для заправки, подсказала, как его еще можно использовать.

Довольная от проделанной работы, я спала в эту ночь как убитая, предвкушая совершенно новую жизнь в будущем. Радовал уже тот факт, что от помолвки удалось избавиться. И раз меня не притянуло к тому гаденышу, значит, я свободна. Самое время заняться бизнесом, чтобы окончательно освободиться еще и от влияния родителей. Не хочу о них ничего знать.

Встала рано утром сама. Мои помощники уже были на ногах. Перекусив, из дома вышли вместе. Гойшик и Бьяра проводили меня до портала, где уже ждал мэр, а сами ускакали на работу.

– Готовы, Ваше Сиятельство? – с трудом сдерживая зевок, спросил мужчина.

– Конечно, – еще и кивнула, подтверждая.

Естественно я была готова перейти на новый этап своей жизни. Посмотрим, что мне принесет будущее.