Герой поневоле 2. Тайны Авалона

Глава 1

— Ргхх! — примерно так, очень коротко и емко, вслух охарактеризовал Артур новый, дивный мир, где ему не посчастливилось очутиться.

Такая удивительная краткость описания была вызвана тем, что ему внезапно стало трудновато дышать и воздуха в легких для более развернутого и подробного комментария уже практически не осталось. Ну а дышать ему было трудно по той простой причине, что какая-то слишком уж шустрая лиана подло сцапала его практически сразу же после прибытия, пока он как дурак стоял и с открытым ртом осматривался по сторонам, любовался окружающим пейзажем, так сказать. Хотя почему «как»? Ведь только дурак и даст сцапать себя какому-то жалкому, безмозглому растению! Скорее всего, еще и плотоядному, судя по всему. Если же нет, и его так интимно обхватили вовсе не с гастрономическими целями, то от этого становилось еще страшнее.

Артур с уже изрядно побагровевшим лицом все-таки смог извернуться и кое-как дотянуться до верного меча, висевшего на поясе. Теперь главное не уронить клинок! Ну и еще чтоб оставшихся силенок хватило на достаточно сильный удар по активно лапающему его щупальцу. Есть! Добрая эльфийская сталь с поразительной легкостью рассекла эту погань и героя тут же оросило какой-то едкой, вонючей дрянью, видимо растительным соком. И почти сразу же вслед за этими двумя событиями все окрестности огласил какой-то жуткий, пронзительный крик. «Что же это за лиана такая была?» — промелькнуло в голове Артура, пока он торопливо стряхивал с себя остатки щупальца, одновременно с этим лихорадочно озираясь по сторонам. Так сказать, на предмет новых поползновений на свою свободу, жизнь и, кто знает, возможно даже и честь.

Но, слава всем местным богам, вроде все было чисто. Пока во всяком случае. Может стальной урок пошел дерзкой местной флоре впрок? Лучше бы все-таки не проверять, а вместо этого как можно скорее отправиться на поиски ответов. Точнее кого-нибудь, хотя бы предположительно разумного, ну или выглядящего на первый взгляд таковым, кому можно будет сначала задать всякие тщательно продуманные, правильно подобранные вопросы. На которые в свою очередь получить уже соответствующие ответы. Желательно, чтобы ответы при этом были более-менее понятные, внятные и адекватные. Главных же вопросов было всего два. Первый — ну ка признавайтесь, где вы, гады, спрятали Экскалибур?! Ну и второй — как до него добраться, в смысле как к нему пройти? Причем желательно пройти побыстрее и, хотя бы относительно безопасным маршрутом.

Пока Артур искал себе подходящего собеседника, позвольте и мне, добровольно, безо всяких вопросов, дать кое-какие непрошенные ответы. Итак, на чем же мы с вами остановились в предыдущей книге? Ее главного героя, пусть и так сказать героя поневоле, после совершения какого-никакого, а все-таки подвига, вполне умеренной степени сложности, ждала абсолютно заслуженная награда. То есть еще один подвиг! Разумеется, на этот раз намного более сложный и опасный. Вплоть до смертельно сложный и смертельно же опасный. А вы как думали? Что он в благодарность получит машину, квартиру и дачу? И гарем из полудюжины роскошных красавиц в придачу? Нет уж, в наших фееричных краях так дела не делаются! Только хардкор! Только Оззи Осборн (вечная слава тебе, Принц Тьмы!)!

И, кстати, говоря, никто даже и не обещал, что уж на этот-то раз, после выполнения этого эпического квеста, его уж точно отпустят домой, восвояси. Нет одна ослепительно красивая, по крайней мере по меркам Артура, и на редкость бесстыжая, по любым меркам, рыжая особа нагло заявила ему, что это, мол, лишь самое начало его долгого, славного героического пути! Ведьма Моргана поведала Артуру о каком-то пробудившемся древнем Зле. Да, именно так с большой буквы. И о том, что, якобы, зло это угрожает не только волшебному, чудесному миру, в котором Артур оказался благодаря хитроумным козням Морганы, но и родному миру Артура. То есть, и нашему с вами миру тоже.

Артур, надо сказать, ей не поверил. Что в общем-то было вполне разумно с его стороны, учитывая склонность его собеседницы если уж и не к прямой лжи, так к полуправде и манипуляциям, к тому, чтобы любые сказанные ею же слова выворачивать наизнанку и заставлять своего собеседника делать именно те выводы и поступать именно так, как это было нужно ведьме, а не ему самому. Вот только, кажется, что выбора у него не было. Как неоднократно, причем с нескрываемым удовольствием, подчеркивала Моргана, она, и только она, может вернуть его, Артура, домой. И если он не хочет застрять в мире магии и волшебства навсегда, то придется ему делать, что скажут. Заставить же силой открыть портал в мир людей столь могущественную колдунью не представлялось возможным. В силе ее чар и ее колдовской мощи, у него уже была возможность убедиться.

Так что портал все-таки открылся. Вот только не в наш привычный, обычный, весьма унылый мирок, где, как думают многие, больше нет места всяким там чудесам (распространенное, хотя и несколько ошибочное мнение), а в очередной мир магии и волшебства. Да не абы какой! Название этого мира, затерявшегося во времени и мистических туманах, сохранилось даже и в людской памяти. Благо в него когда-то относительно легко было попасть и вполне обычным людям. Это «когда-то» закончилось много веков назад, проходы были запечатаны, закрыты и этот дивный край оказался изолирован не только от мира людей, но и от большинства других, даже волшебных, миров мультивселенной. Ладно, пожалуй, хватит ходить вокруг, да около. Этот мир назывался Авалон. Ну а зачем именно туда послали Артура, вы уже знаете. Да, ему было приказано принести оттуда самый известный меч в человеческой истории — Экскалибур. Ибо древние легенды вопреки обыкновению не лгут — умирающего короля, которого по совершенно случайному совпадению звали так же, как и главного героя этой и предыдущей книги, увезли именно на Авалон. Прихватив с собой и его легендарный меч.

И теперь этот меч — спустя столько веков! — понадобился кому-то вновь. Кого-то звали Моргана. Во всяком случае именно так рыжая ведьма представилась Артуру. Не тому Артуру, который был королем, а тому, кому, возможно, предстоит стать королем.

Зачем ведьме вдруг понадобился этот меч, она особо не объясняла. Якобы для борьбы с каким-то древним, пробудившимся Злом. Каким именно, она не уточняла. Равно как и почему этот легендарный клинок может принести только, и именно, Артур. Все, что она сказала, так это то, что хоть она и может открыть портал на Авалон, для нее самой путь туда заказан. На вполне уместный вопрос Артура, как же он тогда сможет вернуться, она «утешила» его тем, что когда задание будет выполнено, то все произойдет, само собой. И вот тогда-то он наконец-то вернется домой!

Артур ей не поверил. Вот только, как уже было сказано, выбора у него особо не было. И не особо тоже. Пришлось ему, скрепя сердце, шагнуть в один открывшийся портал и выйти уже из другого, возникшего прямо посреди круга из украшенных рунами камней. И окружающего его со всех сторон дикого, на первый взгляд, леса.

Лес был… необычный. Вроде как, с одной стороны, и вполне земной. С другой вроде как бы и не совсем. Во всяком случае были тут деревья, кустарники и растения, которые Артур не смог идентифицировать. Да, конечно, он был тот еще ботаник. С большим трудом мог отличить дуб от сосны. Но все-таки. Ну и еще всякие там порхающие мелкие, вроде бы безобидные, на первый взгляд, твари, которых даже такой любитель живой природы, как Артур, уж точно не перепутал бы с земными птицами.

И пока он, забыв об осторожности, столь беспечно любовался местной флорой и фауной, его и схватили. Какое-то щупальце, которое он, идентифицировал для себя как лиану, быстро и молниеносно выстрелило в его сторону и, обхватив его за торс, сделало попытку утащить куда-то вглубь леса, одновременно пытаясь его придушить. К счастью для Артура, попытка оказалось провальной.

Тем не менее, лучше бы убираться отсюда, да поскорее. Ведь неизвестно, что там находится на другом конце этой «лианы». Сколько у него еще щупалец осталось. И способно ли оно двигаться. Кричать оно точно оказалось способно. Причем очень жутко. И еще неизвестно, может на этот жуткий крик явятся друзья этого нечто…

Так что, да — топаем отсюда, да поскорее. Вот только куда? Что ж, если не знаешь куда именно идти, то все дороги будут хороши. Пожалуй, все-таки на юг — Артуру показалось, что здесь когда-то была проложена если и уж не дорога, то хотя бы тропинка. Теперь уже изрядно заросшая. Бросив прощальный взгляд на круг из поросших мхом камней, где кое-где проглядывали неведомые руны, Артур бодрым шагом зашагал навстречу уж к какому-никакому, но все-таки будущему.

Ну а пока Артур шагает бодрым шагом, торопясь навстречу судьбе, при этом не совсем подсознательно молясь, чтобы она была с ним так сказать понежнее, поласковее, приглядимся же к нему повнимательнее. Нет, со времен первой книги он вроде как не очень сильно изменился. Руки, ноги — все на месте. Как, впрочем, и голова. Даже боевых шрамов не слишком-то прибавилось. В общем, почти все тот же молодой парень, двадцати двух лет от роду, ростом чуть выше среднего, с каштановыми, слегка вьющимися волосами и ярко-голубыми глазами. Хотя кое-что и, почти неуловимо, но все-таки изменилось. Взгляд что ли стал более уверенным, походка более решительной… Может и еще что-то. И даже наверняка кое-что.

Но я сейчас больше про другое. Про тот внешний вид, который меняется с помощью одежды. Перед тем, как отправить своего героя в неведомые края, Моргана решила его немного так сказать «приодеть». Чтобы он был меньше похож на то чучело, которым предстал перед читателями первой книги. И больше собственно на героя. Ведьма демонстративно щелкнула пальцами, Артура окружили волны густого тумана… И вот, мгновение спустя, он уже щеголяет обновками. Новая, легкая, но прочная, кольчуга ему теперь впору, а не едва ли достает до пупка, как это было раньше. Штаны теперь также чистые и свежие, а не доставшиеся ему от нескольких предыдущих поколений владельцев. Причем владельцев гоблинов, которые не утруждали себя такими глупостями как стирка. Идеально сидящие, точно по размеру ноги, кожаные сапоги. Естественно черные. Ничего не забыли? Ах да, добротный дорожный плащ с капюшоном, сумка с припасами на несколько дней. Про шлем и щит ведьма то ли забыла, то ли не сочла их необходимыми. Ну а меч у Артура и так уже был — односторонний эльфийский клинок, доставшийся от одного эльфа на добрую и недобрую тоже память. Клинок острый, надежный, обильно украшенный таинственными рунами. Но, увы, не умеющий светиться синим цветом при приближении врагов.

За кадром осталось откуда взялись все эти вещи. Сотворила ли ведьма их так сказать «из воздуха», с помощью одной лишь силы магии. Видоизменила, трансформировала то старье, что уже было одето на Артуре, превратив его в новое, блестящее и не вызывающее смех у окружающих. Или же «позаимствовала» откуда-то. Впрочем, в тот момент, да и позднее тоже, Артура эти вопросы не слишком-то волновали. Так что и для нас с вами они навсегда останутся без ответов.

Но мы, точнее я, немного отвлеклись. Вернемся же поскорее к нашему герою, делающему свои первые шаги в этом новом для него, и для нас, мире. Свежий чистый воздух, пение птичек. И того, что к пернатым вообще не имело никакого отношения. Стрекот невидимых насекомых. И поросшая травой тропинка — да, это определенно была тропинка. Даже, когда-то, лесная дорога. Правда, теперь от нее мало что осталось. Местами же она и вовсе пропадала и Артуру лишь с большим трудом удавалось найти, где она продолжалась вновь. Тем не менее, это был его лучший шанс. Дороги и тропинки, как правило, ведут к жилью. Ну или хотя бы к другим, более крупным и проторенным дорогам. А значит шансы встретить каких-нибудь местных жителей, из числа тех, что строят дома, а не роют норы, идя по одной из них, резко повышаются. Остаются лишь надеяться, что местные жители в свою очередь будут, если и не рады, то хотя бы относительно спокойно отнесутся к появлению чужака. И первая же встреча с цивилизацией не обернется очередной схваткой не на жизнь, а на смерть.

Сколько тысяч шагов он уже оставил позади Артур не знал. Равно как и не знал, сколько времени прошло с момента его прибытия. По субъективному ощущению часа полтора, никак не меньше. Но поди скажи точнее. Когда попадаешь в средневековье, пусть даже и фэнтезийное, время для тебя — это ночь, утро, день и вечер, а также ближе к полудню, а не «тринадцать тридцать». Да и шел он пусть и не медленно, но и не бежал — приходилось внимательно смотреть по сторонам, на предмет того и тех, кто может ошибочно посчитать его приятным разнообразием в их сегодняшнем обеденном меню.

Кстати о меню. Вроде как дымком запахло. Дымком от костра, если точнее. Хм, кажется настало время пойти познакомиться с местными жителями! Артур на всякий случай картинно положил руку на рукоять меча и стараясь шуметь хотя бы чуть-чуть потише, чем раньше, в смысле постараться пореже наступать на сучки и сухие ветки, оглушительно трещавшие под подошвами его сапог, пошел на поводу у своего носа. Нос не подвел и привел его именно туда, куда надо. То есть к довольно большому костру, разожженному рядом с большим, могучим дубом. То есть, скорее всего дубом. Недалеко от костра валялись в живописном беспорядке какие-то веревки, крюки, сети разных размеров… Лагерь охотников, что ли?

— Добрый человек… — раздался чей-то мягкий, тихий, едва ли не на грани шепота, голос.

Артур мог себя поздравить — он ведь даже не вздрогнул. Ну почти.

— Помоги мне, добрый человек… — продолжал какой-то местный житель попытки установить с ним, Артуром, первый контакт. — Я здесь, наверху, добрый человек! — подсказали ему, видя, как Артур напряженно озирается по сторонам, в поисках источника столь хорошо воспитанного голоса.

Артур внял подсказке и задрал голову вверх. Да, вот теперь ему удалось обнаружить невидимого до сего момента собеседника почти сразу же. Тот сидел, хотя может и висел, тут, честно говоря, непонятно, как правильно, в чем-то похожем на гигантскую сеть. Имеется ввиду сеть не для ловли рыбы, а для ловли больших животных и доверчивых лесных путников. Сама же сеть в свою очередь была привязана к большой, толстой, крепкой ветке того самого дуба, рядом с которым и горел костер. Охотник случайно попался в собственную ловушку? Или тут кое-что похуже…?

— Пожалуйста, освободи меня — он скоро вернется! — умолял его незнакомец, определенно человек и определенно мужчина, к слову говоря.

— Он? Кто это «он»? — не придумав ничего лучше, переспросил Артур.

— Я! — раздался чей-то низкий, грубый, жестокий и даже слегка животный голос. Причем раздался он, естественно, прямо за спиной Артура, который умудрился не услышать его приближения. Видимо еще один незнакомец, в отличие от него, Артура, умел ходить по лесу совершенно бесшумно.

Вот на этот раз Артур вздрогнул, да еще как. Правда, надо отдать ему должное, одновременно с этим он молниеносно развернулся и весьма ловко вытащил меч из ножен. И не зря! Всего в какой-нибудь паре шагов от него стояла здоровенная зверюга! «Зверюга» в данном случае это вовсе не оскорбление и не метафора, а вполне приемлемое, хоть и краткое, описание. Это существо, источающее прямо чудовищную силу и почти столь же чудовищную опасность, уверенно стояло на двух ногах, правда ноги заканчивались не ступнями, а мощными копытами. Человекоподобное в большинстве остальных аспектов тело, венчала бычья голова со здоровенными рогами. Под толстой коричневой кожей так и бугрились чудовищные мускулы. Благо мускулы эти можно было рассмотреть во всех аспектах. Поскольку кроме грязной набедренной повязки на существе ничего не было. Впрочем, эту тварь с легкостью узнали бы как знатоки древнегреческих мифов, так и знатоки современного фэнтези и фэнтезийных же компьютерных игр. Перед Артуром стоял никто иной, как сам господин Минотавр. Стоял, одной рукой опираясь на здоровенный двусторонний топор, также известный как секира, в другой с легкостью держа здоровенный обрубок ствола дерева, видимо должный послужить в качестве дров для костра.

Глава 2

— Ну, как, налюбовался? — презрительно спросил его минотавр. — А теперь разворачивайся и топай своей дорогой смертный! Да побыстрее, пока я не передумал и не отрубил тебе ноги!

— Он прав, добрый человек, — печально поддержал своего мучителя сверху пленник. — Тут уж ничего не поделаешь! Видимо такова уж моя горькая судьба…

— Я уйду! — глядя минотавру прямо в налитые кровью бычьи глаза, как можно более спокойно сказал Артур. Его «внутреннее я» между тем замерло от ужаса и восторга одновременно, от осознания того, что именно он сейчас собирается сказать и сделать. — Но только вместе с ним! Отпусти его! Отпусти немедленно, слышишь!

Может, это был и весьма глупый, более чем неблагоразумный поступок. Очень опасный для жизни и здоровья. Может, лучше действительно было последовать «совету» этой твари, и просто пойти своей дорогой дальше. Но вот только человек висит в сетях, с виду вроде такой же, как и он, Артур. А минотавров почти все упоминающие их источники характеризовали как на редкость неприятных, грубых и крайне жестоких созданий. Оставить пленника за спиной, значит почти наверняка обречь его на пытки или даже на смерть. Ну или сначала на пытки, а уж затем и на смерть.

— Что, червь, возомнил себя бессмертным? — злобно фыркнул минотавр. — Ты хоть знаешь кому я служу? И что за этого вот, — быстрый взмах рогами в сторону пленника, — объявлена награда?! Так что, он мой! Мой по праву! Поэтому, даю тебе твой последний шанс сохранить свою никчемную шкуру, глупый человечишка! Беги! Беги прочь, а то ведь растопчу!!!

— Сам беги… тупая корова! — не смог на ходу толком сымпровизировать, придумать какого-нибудь оскорбления получше, посерьезнее, уж хотя бы позвучнее, ошалевший от собственной смелости Артур.

Впрочем, его оппоненту даже и этого более чем хватило. Из ноздрей минотавра разве что только пар не повалил. Двуногий бык грозно взревел и, швырнув во врага то бревно, которое он держал в руке, сам тут же и кинулся за ним следом, видимо намереваясь, как он только что и грозился, растоптать.

Артур еле-еле успел отпрыгнуть в сторону и от импровизированного метательного снаряда, и от летящей на него разъяренной бычьей туши, ростом в более чем два метра и весом килограммов так под двести, если не больше. Причем, вес этот состоял в основном из мышц и костей, а не жира.

Ладно, разок ему вроде как повезло, ну а дальше то что? Тем более, что минотавр, не обнаружив на своих мощных копытах останки растоптанного в кровавую кашицу врага, разъярился еще больше и огласив окрестности диким ревом, начал готовиться к новому броску.

И начался дикий, странный «танец» не на жизнь, а на смерть. Что интересно, минотавр вроде, как и забыл, что у него в руках здоровенный топор, вместо этого пытаясь сбить Артура с ног, поднять его на рога. Может считал, что такая смерть для жалкого человечка будет более позорной, более унизительной? Артур в свою очередь метался из стороны в стороны, стараясь не попасться на пути этой твари. Ведь этому монстру, учитывая его вес и чудовищную силу, будет достаточно одного-единственного сильного и точного удара. Ведь если эта тварь все-таки боднет его рогами, то тут уже скорее всего даже кольчуга не спасет. То есть сама-то кольчуга может быть и выдержит, не прорвется, зато внутренности человека в кольчуге будут буквально всмятку.

В какой-то момент между ними оказалось пламя горящего костра. Артур машинально, особо не думая, подскочил и со всего размаху пнул лежащие там головешки. Удачно, как это ни странно — сноп искр и горячих углей осыпал зверя с ног до головы, а одна раскаленная головешка приземлилась прямо на морду гибрида человека и быка. В воздухе запахло паленой шерстью, а окрестности огласил гневный вопль не ожидавшего такого гнусного трюка зверя.

Что ж, еще больше разозлить и так уже взбешенного противника у него получилось. Сможет ли он теперь обратить это себе на руку? Воспользоваться тем, что у его врага, и так судя по всему не блещущего интеллектом, от боли и гнева что называется последние мозги отказали. Кажется, Артура только что осенила либо на редкость удачная, может быть даже гениальная, либо на редкость же глупая, вплоть до смертельно глупая, идея. Видел он как-то раз одно странное шоу с быками и смешно одетыми людьми. Коррида, так это кажется называлось.

— Эй, рогатый! — крикнул Артур, срывая с плеч свой новый добротный дорожный плащ. — Давай-ка сюда! Сюда!

Минотавр взревел в ответ и, опустив голову, ринулся на него, как разъяренный локомотив. Расстояние сокращалось с ужасающей скоростью. В самый последний момент, когда горячее дыхание зверя уже коснулось его лица, Артур, подражая заправскому матадору, резко шагнул в сторону, выставив перед несущейся тушей плащ.

БА-БАХ!

Манёвр сработал до смешного идеально. Минотавр, не ожидавший такого подвоха, со всей дури врезался головой в могучий дуб, где в ловушке сидел пленник. Дерево содрогнулось, с него ворохом посыпались листья и желуди. Сам же виновник торжества отшатнулся назад, мотая бычьей головой, в налитых кровью глазах, на миг промелькнуло искреннее недоумение и обида.

— Великолепно! — донесся ободряющий комментарий откуда-то сверху. — Кажется, вы, добрый человек, изрядно выбили из него дух! Прошу вас, не останавливайтесь — покончите с ним, пока он еще не пришел в себя!

Что ж, совет хоть и банальный, но вполне дельный. Не теряя ни секунды, пока на очень краткий миг противник вроде бы был дезориентирован, Артур бросился к куче охотничьего снаряжения. Схватив первую попавшуюся веревку с привязанным к ней на конце большим, ржавым, хищным крюком, с несколькими «клювами», он, с ловкостью, удивившей его самого, метнул ее прямо под ноги покачивающемуся минотавру. А затем изо всех сил потянул. Острие крюка с мерзким, противным чавканьем вошло в ногу минотавра сзади, впившись ему в лодыжку.

Зверь взревел от боли, а затем сделал свой ход — метнул в сторону Артура свой топор! Артур еле-еле рефлекторно успел упасть плашмя на землю, а смертоносное оружие, просвистев прямо над его головой, улетело куда-то вдаль. И, судя по раздавшемуся оглушительному треску, поразило насмерть какое-то несчастное дерево. Что ж, уж лучше дерево, чем он, подумал Артур, резво вскакивая на ноги.

Минотавр в свою очередь тоже даром времени не терял. Невзирая на сильную боль, он успел вытащить крюк из своей ноги и теперь раскручивал его за веревку, видимо планируя использовать как метальное оружие.

Рогатый метнул крюк. Мимо! Минотавр тут же быстро подтянул его обратно и начал раскручивать вновь. Ситуация становилась весьма неприятной. Судя по всему, с крюком он умел обращаться довольно ловко — что вполне логично, учитывая, что это вообще-то оружие из его же снаряжения. И, несмотря на все свои раны, ушибы и всякого рода прочие травмы, пока что даже и не думал уставать. Может, все-таки попытаться предложить ему ничью?

— У меня есть предложение! — крикнул ему Артур. — Может, ничья? Отпусти пленника, и мы с ним просто уйдем! Ну как, разойдемся миром?

— Ты сейчас сдохнешь в муках! — пообещал ему в ответ минотавр и тут же лихо метнул крюк.

Артур попытался отмахнуться мечом от летящего в него крюка. Не то, чтобы совсем неудачно… Конкретно в него крюк так и не попал. Вот только лезвие меча зацепилось за одно из лезвий крюка. И, когда минотавр рванул свое оружие обратно на себя, меч вылетел из рук Артура. Он остался безоружным!

Артур бросил быстрый оценивающий взгляд на свое оружие, лежащее на траве ближе к минотавру, чем к нему. Понял, что не успеет схватить клинок. И побежал прочь.

Минотавр задрал голову, издал громкий, победный, торжествующий рев, и только после этого кинулся в погоню следом за человеком. Ветки хлестали по лицу Артура, а за его спиной казалось, что сама земля содрогается от тяжелых шагов зверя. Неужели это конец?! Потому что еще совсем немного, и его наконец-то догонят и все-таки вздернут на рога.

Ага, вот и его цель — впереди торчал глубоко впившийся в ствол несчастного дерева двусторонний топор минотавра. Вот только как успеть выдернуть это громоздкое, тяжелое, крепко засевшее в стволе оружие, и обратить его против своего же владельца?

Видимо никак, рассудил Артур, на ходу слегка подкорректировавший свой план и, в самый последний момент, сдавший чуть влево от цели. И проскочив таким образом мимо дерева с торчащим из него топором. А вот минотавр уже не успел. Здоровенная, тяжелая зверюга, разогнавшись уже не могла столь шустро повернуть. И на полном ходу влетела в дерево с торчащим из него двусторонним топором — напоровшись при этом на одно из его лезвий. Зверь вновь взревел от боли, гнева и, хотелось бы надеяться, предсмертной муки. На какую-то долю секунды Артуру даже стало его вроде как жалко. Затем он вспомнил, что эта тварь собиралась сделать с ним и жалость тут же улетучилась.

Минотавр же тем временем начал потихоньку сдавать назад, пытаясь слезть с насадившего его на себя секиры. Неужели и это еще не конец?! Неужели эта зверюга сможет оправиться от такой глубокой, тяжелой раны?!

Но нет, едва лезвие покинуло плоть, как из глубокой раны хлынул густой поток крови. Минотавр посмотрел сначала на себя, затем взглянул на Артура, открыл рот будто пытаясь сказать ему что-то. Да и рухнул замертво на землю.

Артур тяжело дыша смотрел на поверженного врага. Впрочем, вдоволь налюбоваться делом рук своих ему не дали. Тело минотавра замерцало, заблестело колдовским светом, да и мгновенно истаяло в воздухе. Лишь примятая трава, да густые пятна крови доказывали, что здесь только что лежал поверженный, вроде как мертвый враг. Его испачканный кровью топор, к слову говоря, так и остался торчать в дереве. Что это за шутки?! Что вообще за чертовщина тут творится?! И не воскреснет ли чудесным образом вроде бы убитая зверушка? С тем чтобы с новыми силами вновь приняться за него? Пожалуй, надо бы убираться отсюда! Да поскорее! Вот только перед этим надо бы еще освободить пленника, из-за которого все это собственно и приключилось.

— Добрый человек! Ты жив! Да и к тому же в добром здравии, насколько мне отсюда видно! А что же Гракс? Неужели тебе удалось сразить это чудовище?! О, вот это воистину великий подвиг! Да ты, как я погляжу, самый что ни на есть настоящий герой, друг мой! Не мог бы ты сделать еще одно доброе дело? Прошу, освободи же меня поскорее из этой гнусной сети!

Вот таким вот льстивым, хвалебным монологом встретил пленник победителя минотавра. Ну что тут скажешь? Что на это ответишь? Разве что еще одним добрым делом, пожалуй.

Пленник болтался в сети подвешенной посредством веревки, перекинутой через высоко растущую крепкую ветвь дуба. В общем именно в таком виде его и заметил Артур, когда тот впервые окликнул его. А вот чего Артур тогда не заметил, не успел заметить, так это то, что другой конец веревки был привязан к более низкорастущей ветви. До которой покойному, предположительно, минотавру, с его огромным ростом было легко дотянутся с земли.

Ему-то легко, а вот Артуру не очень. Делать нечего, пришлось сначала подобрать эльфийский меч, лежавший в траве именно там, где он и упал. Ну а затем карабкаться на дерево. Более сложное занятие, чем может показаться на первый взгляд. Особенно, если тебе только что пришлось выдержать бой не на жизнь, а на насмерть. Да и к тому же на тебе еще пусть и на удивление легкая, а все-таки кольчуга. Которую можно было снять, сообразил Артур где-то на середине своего пути вверх. Ладно, чего уж теперь — не спускаться же обратно!

Что ж, вот и так ветка, к которой была привязана веревка. Артур кое-как уселся на нее, достал меч из ножен. Помедлил немного, раздумывая и приноравливаясь. А затем сказал, обращаясь к пленнику:

— Я вроде как заранее извиняюсь! Сейчас будет немного больно! Но, похоже, что это самый быстрый способ тебя спустить вниз!

И перерубил веревку. Стерва-гравитация даже в этом магическом мире взяла свое и пленник, коротко вскрикнув, кульком шлепнулся на землю. Оставалось лишь надеяться, что он там себе ничего не отбил и уж тем более не сломал, подумал Артур, убрав меч обратно в ножны, и торопливо спускаясь вниз. В противном случае его, Артура, резюме начинающего героя будет несколько подпорчено.

— Ну ты как там? Живой? — поинтересовался спаситель судьбой спасенного.

— Ох! Ох! Ох! — простонал пленник, неуклюже барахтаясь и пытаясь выбраться из сети. — Да, добрый человек, я каким-то чудом все еще жив! Истинную правду ты сказал — было немного больно! И сейчас все еще немного больно! И, чувствую я, еще долго будет немного больно! Но что же я, неблагодарный, все жалуюсь и жалуюсь! Спасибо тебе! Спасибо за спасение, пусть и небезболезненное, от моей горькой участи!

С помощью Артура пленник наконец-то смог выбраться из сети. И перестал быть, собственно, пленником, а стал вместо этого относительно, предположительно свободным человеком. Давайте же поглядим на него вместе с Артуром, который только сейчас и смог его толком, впервые, рассмотреть, как следует.

Итак, взгляду Артура предстал долговязый, выше него самого, парень довольно плотного телосложения. Он был не только немного выше Артура, но и слегка старше. Так сразу точно и не скажешь, но, навскидку, ему было лет двадцать семь, может двадцать восемь. Но не старше тридцати, это уж точно. Лицо его было скорее миловидным, чем красивым, приправленное изрядной россыпью веснушек на носу и щеках. Волосы его представляли собою копну непослушных светлых волос, которые судя по всему уже успели позабыть, когда их в последний раз касалась расческа. Крупный нос, широкая улыбка. В общем, весь из себя такой добродушный увалень, который всем рад, со всеми готов дружить. Разве что глаза выделялись на этом в остальном в общем-то непримечательном лице. Они были цвета грозового неба — глубокого серо-синего оттенка. И взгляд у них был какой-то на удивление серьезный и проницательный. Будто их обладатель много где побывал, много чего видел, и много, даже слишком много знает. В общем, немного странный взгляд, скорее подходящий человеку намного, раза эдак в два, старше, чем такому все еще молодому человеку.

Одет же он был в белую, точнее когда-то белую, теперь же скорее желтую, но все еще добротную рубаху на шнуровке, да кожаные штаны. Подпоясан дорогим с виду поясом, на котором болтались несколько небольших кожаных мешочков. На ногах черные кожаные сапоги, покрытые изрядной коркой засохшей грязи. За спиной изрядно потрепанный, покрытый пятнами темно-зеленый плащ.

— Спасибо тебе еще раз, добрый человек! — искренне, широко улыбнувшись поблагодарил спасенный своего спасителя. — Если бы не ты, то страшно даже и подумать, что со мной бы сделал Гракс! — сказал он зябко поежившись.

— Гракс? — переспросил Артур.

— Да, Гракс. Или частенько Гракс-Крюк, Гракс-Мясник — именно так звали ту тварь, которую ты только что отправил на небесные пастбища, — пояснил его собеседник. — Кстати говоря, не будешь ли ты столь любезен, благородный господин, и не поведаешь ли мне и свое собственное имя?

— Артур! — не подумав, тут же представился Артур. Которому даже и в голову не пришло назваться каким-нибудь чужим именем, псевдонимом, так сказать. Ну так, исключительно предосторожности ради.

— Хорошее имя! Прекрасное имя! Воистину подходящее для такого доблестного, могучего воина! — прямо-таки рассыпался в комплиментах его собеседник.

— Ну а тебя как зовут? — в свою очередь поспешил поинтересоваться слегка покрасневший от смущения Артур. Лесть — это конечно хорошо и приятно. Но в меру же! Ну не чувствовал он себя «доблестным воином». Во всяком случае пока что.

— Меня-то? — слегка заторможено переспросил парень. — Твоего недостойного слугу зовут Дервен, — после небольшой паузы наконец-то представился он. Перед этим почему-то задумчиво посмотрев на тот дуб, где только что был пленником.

— Дервен и…?

— Просто Дервен — я не из благородных, — спокойно пояснил парень.

— И за что же он тебя так? Гракс этот? — полюбопытствовал Артур. — Он, кажется, говорил, что за тебя объявлена какая-то награда?

— Стоит ли верить минотавру, мой благородный друг? — вопросом на вопрос ответил Дервен. — Конечно за меня объявлена награда! Равно как и за любого, кого можно выгодно продать в качестве раба! Будто ты и сам не знаешь, как здесь дела делаются? — удивился такой потрясающей наивности Дервен.

— Эээ… — туманно высказался Артур. Стоит ли вот так, сразу, доверять тому, кого он первый раз в жизни видит? Стоит ли выкладывать всю правду о себе? Может, сначала как-нибудь аккуратно разузнать, что тут и как. — Я… ведь не отсюда! — все-таки сказал он истинную правду.

— И откуда же ты, скажи на милость? — продолжал любопытствовать собеседник.

— Издалека, — опять сказал правду Артур. Ведь он и в самом деле «издалека». Настолько издалека, что дальше и не придумаешь.

— Что ж, благородный воин из далеких, загадочных земель, в благодарность за мое спасение, я теперь твой вечный должник, твой слуга, и с радостью сделаю все, что ты попросишь, — торжественным тоном сказал Дервен и церемонно поклонился. — В разумных пределах, конечно! — поспешно добавил он уже далеко не столь торжественно и манерно.

— Да, кое-какая помощь мне действительно не помешает, — тут же ухватился за столь щедрое предложение Артур. Кажется, у него только что появился ценный источник информации из местных. — Для начала не подскажешь, где тут ближайшая деревня? Ну или какой-нибудь город?

— Не только подскажу, но и с радостью провожу! — широко улыбнулся Дервен. — Мне ведь все равно с тобою по пути!

Глава 3

Вдвоем идти сразу стало как-то веселее. Надо отдать должное Дервену, он не только оказался приятным, вежливым, порою даже слишком уж вежливым, остроумным собеседником, но и хорошим проводником. Видно было, что здешние места он знает если уж и не как свои пять пальцев, то в любом случае очень неплохо. Хотя, может он просто местный?

Дервен ответил, что нет, не местный. Он, мол, издалека. Хотя, конечно, и не из такой далекой дали, как его уважаемый спаситель. Просто побродить ему за свою жизнь пришлось уже изрядно. Артур как бы невзначай поинтересовался почему? Так-то вроде на бродягу Дервен как-то не слишком-то похож. Одежда выглядит пусть и поношенной, слегка потрепанной, но отнюдь не те лохмотья, в которых по представлению Артура должны щеголять все бродяги. Да и сам Дервен такой… не худенький. Не похоже, что ему приходилось периодически голодать.

На что Дервен объяснил, что он что-то вроде писца. Грамоте-то далеко не все местные обучены. Некоторые умеют лишь читать. Да и то с большим трудом, по слогам. Другие же и вовсе не умеют ни читать, ни писать. Между тем, иногда это бывает все-таки необходимо. Ну завещание там написать, торговую сделку, ее условия расписать и заверить. Не в каждой деревне есть тот, кто может это сделать. Тем более грамотно все составить, без ошибок. Вот и скитается он от одной деревеньки к другой, в поисках такой вот работенки. Другое дело, что и платят не то, чтобы много. И даже не всегда деньгами, а частенько какими-нибудь продуктами. Да и не в каждой деревне прямо здесь и сейчас у него тут же находятся клиенты. Что ж, в таком случае можно рассказать местным свежие, не далее, как несколько недель, новости из тех земель, что находятся на расстоянии более дня пути от их родных краев. Получив взамен информации стол и ночлег. Так себе стол, да и ночлег как правило на сеновале. Но тем не менее. В общем на жизнь, если не сидеть подолгу на одном месте, кое-как хватает.

Да, это вроде как было похоже на правду. Артур, задействовав свои скромные дедуктивные способности, отметил, что кожа на руках его спутника нежная и мягкая, а не грубая. В общем не такая, какая бывает у людей, занимающихся ежедневным физическим трудом. Так что, на писца он, Дервен, вполне тянул. Другое дело, а где же тогда все его письменные принадлежности? Артур слабо представлял себе, как они выглядят, и уж тем более как называются. Но тем не менее — должна быть бумага, ну или там пергамент, чтоб было на чем писать. Какие-нибудь там гусиные перья, ну или перья другой птицы, чтобы было чем писать. Ну и чернила, конечно же. Ничего этого у его спутника видно не было. Ну не на месте же, в очередной деревне, ему все эти принадлежности выдают? Может, конечно, после того как этот минотавр, Гракс кажется, взял его спутника в плен, то и отобрал, а затем и выкинул все это снаряжение профессионального писца. Может быть…

Вот только почему-то возникло, было у Артура какое-то смутное чувство, что его спутник и собеседник ему что-то недоговаривает. Как, впрочем, и Артур ему. Ну не угрожать же только что спасенному тобою человеку мечом? Тем более, что, когда ты настолько плохо знаешь и представляешь себе местные реалии, что все равно не сможешь толком отличить ложь от правды. Или полуправды. Да и может все это ему только кажется? Может у него просто паранойя разыгралась?

Ну и потом, личность его собеседника — это конечно вопрос довольно интересный, но куда больше Артура интересовали и другие, более важные для него вопросы. И в первую очередь конечно же самый главный. То есть Экскалибур. Что же еще. Где находится, где хранится. Много ли охраны… Но вот так вот, сразу в лоб, вроде, как и нельзя. Поэтому пришлось идти к главной теме исподволь, окольными путями. Заодно немного и разузнал, что да как тут устроено.

Картина, после целой серии многочисленных расспросов и вопросов честно говоря складывалась печальная, даже удручающая. Да, когда-то это была воистину благословенная земля, благословенный край. Едва ли даже не рай, если пользоваться христианской терминологией. Вечная весна и вечное лето — всего два времени года, сменяющие друг за другом одно другое. И никакой тебе осени и зимы. Все вечно цветет, растет и зреет — круглый год. Один урожай тут же поспевает за другим.

Что ж, климат — это, пожалуй, единственное, что тут осталось неизменным, прежним. Таким же, как и было всегда, многие века и тысячелетия. А вот все остальное… изменилось. Сильно. Очень сильно. Теперь благословенный край впору было называть едва ли не проклятым. Настолько все стало худо.

Раньше этот благословенный край, то есть Авалон, хотя этого слова Дервен и не произносил, представлял собой большую, скорее даже огромную долину. Точнее магическую, волшебную во всех смыслах долину, которая была со всех сторон окружена высокими горами. В которых тем не менее было несколько проходов. Проходов, через которые вполне обычным, пешим или же конным путем, можно было попасть в долину или напротив выбраться из нее. Один из этих проходов как раз и вел на Землю. То есть тот мир откуда Артур и его тезка были родом. Другие же вели в какие-то… иные миры. Какие именно Дервен не сказал, может и сам не знал.

Да это и неважно уже. Важно, что ни одна из этих дорог уже давным-давно не действовала. Невозможно было ни войти в долину, ни выйти из нее. Теперь все дороги вели в никуда — в определенных их местах казалось кто-то словно провел невидимую черту. И теперь там, за чертой, клубился непроглядный, волшебный, пурпурного цвета, туман. Те же смельчаки, кто рискнул войти в него — судя по всему пропадали навсегда. Во всяком случае, обратно никто еще не возвращался. Ни живым, ни мертвым. Как, впрочем, и с той стороны, из тех миров с которыми была когда-то связана Долина (пожалуй, дальше мы будем писать ее с большой буквы), гостей больше не было. Ни одного. Горы также сделались непроходимы. И там, после определенной черты, все также тонуло в этом тумане. Что бы он из себя на самом деле не представлял.

А что же магические порталы, решил щегольнуть своими познаниями Артур? Нет, порталы тоже перестали работать в тот же самый момент, когда Долину отрезало от внешнего мира. Точнее от внешних миров, во множественном числе. Раньше, да, маги, и те, кто мог себе позволить услуги мага, могли попасть в Авалон через магические порталы. Места для таких порталов частенько обозначали кругами из стоячих камней. Или выделяли каким-то иным способом.

Это было удивительно слышать. Учитывая тот факт, что сам-то Артур как раз и попал в Авалон не далее, как сегодня, всего полдня тому назад, с помощью одного из таких порталов. Каким же образом Моргана умудрилась заставить работать то, что по клятвенному уверению Дервена не работает вот уже много как столетий как? Впрочем, у него спрашивать явно бесполезно, а у самой Морганы пока что не спросишь. Так что этому вопросу до поры, до времени придется остаться без ответа.

Но даже не вынужденная изоляция Авалона была главной проблемой. Это, как говорится, всего лишь полбеды. Если не меньше. Главной проблемой стало то, что изменились правители Авалона. Не сразу, постепенно. На это ушли годы и даже десятилетия, на то, чтобы понять, что с ними что-то не так. Но со временем стало невозможно отрицать очевидное.

Девять волшебников и волшебниц когда-то, в былые времена, более-менее мудро правили Авалоном. Когда-то, но не теперь. С тех пор этот чудесный край пришел в изрядное запустение и упадок, местами даже хаос. Будто какая-то неведомая порча, неведомое проклятье, самым роковым образом повлияло на Авалон и его правителей.

Когда же именно все столь драматичным образом изменилось? Этого Дервен точно сказать не мог. Знал лишь то, что все началось вскоре после того как на Авалон, привезли смертельно раненого в грандиозной битве короля…

— Какого короля? — внезапно переспросил Артур.

— Того, в честь которого тебя назвали, — сухо ответил Дервен, искоса холодно посмотрев на собеседника.

Так вот, волшебник привез своего друга и соратника умирать на Авалон. Что именно за волшебник Артур у своего собеседника благоразумно спрашивать не стал. Тем более, что тот тут же и назвал его по имени. Это был никто иной, как сам великий Мерлин! Маг хотел лишь облегчить последние часы тезки Артура, дать славному королю умереть в тишине и спокойствие. А затем похоронить там, где его никто и никогда не побеспокоит, не потревожит.

Если бы была возможность вылечить короля, то такой хитроумный, всезнающий маг как Мерлин конечно же нашел бы способ, объяснил Дервен. Но в том-то и дело, что это было невозможно! Смертельные раны были нанесены отравленным, жутким колдовским клинком. И не было никакого средства от этого волшебного яда! К тому моменту, когда Мерлин с Артуром пересекли границы волшебной земли, король был уже мертв. Мерлину оставалось лишь оплакать и похоронить его, соорудив подобающую для такого случая, защищенную всей возможной магией от любых злоумышленников гробницу. Там тело лежало бы нетленным в тишине и покое многие века и тысячелетия. Так и было бы. Так должно было быть. Но…

Но кое-кто решил, что она знает достаточно много, чтобы обмануть смерть. Чтобы вернуть мертвого к жизни. Вернуть душу в уже покинутое ею тело. И когда Мерлин отвлекся, забылся на несколько часов тяжелым сном без сновидений, она принялась за дело…

— И что было дальше? У нее получилось? И, кстати, кто эта «она»? — спросил сгорающий от нетерпения Артур ненадолго замолчавшего собеседника.

— Она? — переспросил его Дервен. — Не знаю ее имени. Да и знать не желаю! Так, какая-то ведьма. Но Мерлин ей когда-то, очень давно, доверял и не ожидал от нее такой глупости, такого безумия. Получилось ли? Вряд ли! И, кстати, вот мы и пришли! Добро пожаловать в Дурной Холм!

— Куда? — переспросил Артур.

— Дурной Холм. Это название деревни. Строго говоря, изначально она когда-то называлась Чудной Холм. Но вот уже много лет как даже местные ее называют не иначе как Дурной Холм.

Пока Артур и его собеседник коротали время за приятным, ну по крайней мере уж точно полезным разговором, лес как-то совершенно неожиданно, без малейшего предупреждения закончился и взору Артура предстало то, с чего начинается любая цивилизация. То есть среднего размера деревушка со звучным, хотя и не слишком благозвучным названием. Деревушка была так себе, честно говоря. Довольно хаотичное скопление местами покосившихся домов из дерева и камня, с крышами, крытыми соломой, и лишь кое-где черепицей. Из достопримечательностей разве что довольно искусно сделанный каменный фонтан, стоящий на, за неимением лучшего слова, центральной площади. Вот, пожалуй, и все. Но с другой стороны, что еще человеку, проделавшему долгий путь, аж из другого мира, нужно? Посидеть, немного отдохнуть, прийти в себя, послушать местные сплетни, да и пойти своей дорогой дальше, на поиски приключений. Тем более, что ноздри Артура внезапно с вожделением уловили запах свежей выпечки. Ладно, пойдем, посмотрим, что эта за деревня такая. Тем более, что его проводник уже без долгих разговоров отправился туда.

Вблизи деревня тоже не слишком впечатляла. Разве что к запаху свежей выпечки добавился запах не менее свежего навоза, стиранного белья, кислой капусты, и прочие столь же приятные ароматы, свойственные пусть и фэнтезийному, но все-таки средневековью.Ну и, пожалуй, стоит отметить, что большую часть населения деревни составляли люди. Большую, но не всю. Встречались и представители других, не человеческих рас. Так, глядя на гордо вышагивающего на расстоянии вытянутой руки кентавра Артур понял, что лучше бы ему поменьше разевать рот, чтобы туда не залетали навозные мухи, и стараться побольше смотреть под ноги. Если, конечно, не хочешь потом чистить сапоги от «лошадиных яблок». Видимо до своей вынужденной изоляции Авалон успел изрядно нахвататься «мультикультурализма». Хотя, кто его знает — может эти расы тут всегда и жили, а как раз люди были здесь пришельцами.

К слову говоря, на них обращали внимание. Если точнее, то не на них, а на него. Дервен судя по всему был местным довольно хорошо знаком — его время от времени приветствовали вежливыми кивками и дружелюбными восклицаниями. На Артура же косились. И не так чтобы с любопытством, дружелюбно. Скорее довольно угрюмо и настороженно. Хотя, пожалуй, местных можно понять. Чужак в кольчуге, да с оружием — кто знает, что у него на уме? Что от него ждать? Сами-то местные ходили вроде как без оружия — если, конечно, не считать таковым такие грозные сельскохозяйственные инструменты, как косы и вилы.

Дервен между тем зашел в какое-то здание, откуда запах свежей выпечки доносился сильнее всего. И над дверью которого красовалась не слишком-то искусно сделанная вывеска. На которой было грубо намалевано какое-то подгоревшее местное хлебобулочное изделие. Ну или собачья какашка. Тут уж одно из двух. Хотя, если судить по запаху, наверное, все-таки первое. И это было бы весьма кстати — кое-кто вдруг внезапно осознал, что уже довольно давно не ел и неплохо бы это исправить.

Внутри было светло, относительно просторно, и довольно уютно. Ах да — значительную часть помещения занимали стеллажи с уже готовой продукцией. Нет, не основным продуктом собачьей жизнедеятельности, который потом так весело отчищать от подошвы, как это можно было бы ошибочно предположить по вывеске, а радующими не только нос, но и глаза хлебобулочными изделиями на любой вкус, цвет и, главное, кошелек. Которого у Артура, как он только что осознал, не было. И, что еще хуже, не было того, что обычно кладут в кошелек.

— Ну что, господа хорошие, будете уже что-нибудь брать? Или, так, просто поглазеть зашли? Слюнями мне весь пол закапать? — раздался чей-то ворчливый, грубый голос. Голос, обладателю которого судя по всему забыли объяснить, что для гордого представителя малого бизнеса прямо с порога хамить потенциальному клиенту — это, наверное, не самая лучшая стратегия с точки зрения дальнейших продаж и увеличения прибыли.

«Господа хорошие» развернулись на звук голоса, чтобы посмотреть, кто это тут такой весь из себя невежливый. Попытка оказалась неудачной — никого в поле зрения не оказалось. Местный пекарь мало того, что грубиян, так еще и невидимка к тому же, что ли?

— Борм, зачем так ругаешься?! Мы ведь не воры какие и не зеваки! — отозвался Дервен, которому судя по всему, местный пекарь был знаком.

— А, это вы, господин Дервен! — голос остался все таким же грубым, но хотя бы чуть-чуть, самую малость, менее ворчливым. — Извиняйте старика! Не признал сразу! Да и давненько вы в наши края не наведывались! А тут развелось всякого ворья, охотников до чужого добра! Так и норовят стащить, что плохо лежит! Вот я и пугаю, предупреждаю, что все вижу, еще лучше слышу и что со мной шутки плохи! Но вас, господин, это разумеется не касается! — поспешно добавил невидимый и неведомый пока что Борм.

Пекарь наконец-то показался на свет божий, прекратив прятаться за тем стеллажом, где он только что стоял и глазам путников предстал… Ну что тут скажешь, одним из его предков точно было гном. В этом не было практически никаких сомнений. Но вот кто был вторым слагаемым уравнения, в результате которого на свет появилось это дитя «запретной любви» вот так вот, сразу догадаться было сложно. Да и не сразу тоже. Ясно только, что это был не человек. Но вот кто именно? У «красавчика» Борма был примерно рост как у гнома, шикарная борода, положенная всякому порядочному гному. И здоровенные кабаньи клыки, торчащие прямо изо рта, которые обычной гномьей расе как правило не свойственны. Еще у него были длинные, аж до колен, но сильные и ловкие руки, короткие кривые ноги. Ну и небольшой горб, так, для комплекта.

Одет пекарь был в белый халат, белый, весь в муке, фартук. И почему-то совершенно не гармонирующий с остальной одеждой красный колпак.

— Итак, чем могу помочь, господин Дервен? — довольно вежливо спросил Борм. — Кстати, малец с вами? Или просто приблудился, вошел следом? — тут же вновь вернулся к более привычному для него тону пекарь, быстро стрельнув по Артуру цепким, злым, оценивающим взглядом. Лишь на висевшем на поясе мече его глаза задержались чуть-чуть подольше.

— Уж скорее я с ним! — поправил его Дервен. — И, несмотря на юный возраст, это умелый и очень смелый воин! Способный в одиночку справиться с минотавром!

— Да неужели! — явно не поверил последним словам Борм. — Впрочем, какое мне дело? Правильно, никакого! Мое дело продавать товар! Все остальное меня не касается! Кстати, о товаре — могу я что-нибудь предложить вам, мастер Дервен, и… вашему спутнику? — полугнома аж корежило от необходимости быть хоть немного более вежливым.

— Да, твои фирменный булки! — попросил Дервен.

— Что ж, пожалуйте! — в их руках тут же оказалось что-то выглядящее пусть и слегка неказисто, зато просто потрясающе пахнущее.

Вопрос же денег, как это ни странно, не встал и вовсе. Судя по всему, пекарь настолько хорошо знал Дервена, что просто отпустил ему товар в кредит. Ну или в счет будущей или же уже оказанной услуги, подумал Артур, вспомнив примечательную профессию Дервена.

Дальше Дервен коротко, но вежливо поблагодарил за товар и попрощался с пекарем, Артур повторил столь же коротко, но, вспомнив «мальца» чуть менее вежливо, повторил следом за ним. Борм со своей стороны угрюмо пробурчал что-то совершенно неразборчивое. То ли тоже попрощался, то ли грязно выругался, то ли чихнул. Выбирай на любой вкус.

— Человек несчастной судьбы, — коротко вздохнув, тихо сказал Дервен, когда они уже оказались снаружи лавки и за ними громко захлопнулась дверь этого исключительно гостеприимного заведения.

— Человек ли? — всерьез усомнился Артур.

— Образно выражаясь, конечно. Но, не будем об сейчас об этом — еще услышит чего доброго! А он очень обидчив. Так что, не надо, — попросил Дервен и зашагал далее к лишь одному ему ведомой цели.

Целью, как это ни удивительно, на этот раз оказалась таверна. Вывеска у нее также имелась — хоть и с очень большим трудом, но на ней все-таки можно было опознать грифона. Ну или курицу над которой жестоко поиздевалась мать-природа.

— «Пьяный грифон», — подсказал Дервен название, заметив, как Артур глазеет на вывеску.

— Угу, — коротко буркнул на это Артур. Кто-то уж точно был пьяным! И скорее всего это был все-таки здешний художник, рисовавший вывески для деревни. И почему-то складывалось такое впечатление, что источник вдохновения он постоянно искал на «дне бутылки». Даже во время работы. И останавливаться в своих поисках пока что не собирался. Артур пока что видел всего лишь два образца творчества этого безымянного гения, но впечатления уже были незабываемые. Ладно, чего уж там — ему здесь все-таки не жить и видеть подобную «красоту» каждый день не придется.

Они нырнули в таверну, ненадолго замерли, пока глаза привыкали к полумраку после яркого солнечного света, заодно давая местным завсегдатаям замолкнуть и внимательно рассмотреть новых посетителей. А затем двинулись за ближайший столик. Интерьеры таверны едва ли заслуживают подробного описания. Если совсем коротко, то «дешево и сердито». Если чуть поподробнее, то подгнивший тростник на полу, грубо сколоченные столы и стулья, не раз сломанные, судя по всему. В качестве источника света лишь несколько окон. Вечером здесь зажигали светильники, но по дневному времени хозяин считал это роскошью и расточительством. Ну а на самих посетителей два раза смотреть не захочешь. Грубые, пьяные, пропахшие табаком, дешевым пивом и еще более дешевым вином. В общем, настоящая «соль земли», как раньше, в стародавние времена, было принято говорить.

Дервен с Артуром прошли и молча, стараясь не обращать внимания на несколько пар любопытных глаз, плюхнулись за первый попавшийся столик. Столик был такой, как и вся таверна. Не слишком-то чистый, в застарелых винных пятнах, изрезанный ножом.

— Что пить, есть будете, господин Дервен и ваш таинственный спутник? — рядом с ними возник судя по всему, например, по засаленному фартуку, хозяин таверны. Опять-таки, такой же, как и сама таверна — потрепанный жизнью мужичок средних лет, не худой и не полный, изрядно облысевший, безбородый, но при этом с трехдневной щетиной. В общем, такой более чем средний типаж, из тех, что два раза не взглянешь. Нам, впрочем, и не нужно. Нам и одного раза будет более чем достаточно.

Впрочем, ответить, сделать заказ, «господа» так и не успели. Взгляд хозяина внезапно метнулся куда-то назад, за спину Артура. А сам Артур почувствовал, как ему на плечо опустилась чья-то тяжелая рука.

— Слышь, это мое место! — раздался за спиной у Артура чей-то злобный, низкий и тяжелый голос. На обладателя, которого ни вам, ни мне, ни тем более Артуру скорее всего смотреть бы и одного раза не захотелось. И уж тем более столкнуться с ним в какой-нибудь темной подворотне. Но тут уж делать нечего — придется все-таки посмотреть на этого предположительно очень неприятного типа.

Глава 4

Артур медленно повернулся, стараясь не дергаться слишком резко — рука на плече была как железный капкан — и…

Что ж, до сего момента лишь предположительно неприятный тип оказался еще более неприятным, чем это могло показаться ранее. Здоровенный, почти двухметровый детина в распахнутой куртке-безрукавке, надетой прямо на голое тело, да кожаных штанах. Выбритый наголо череп, грубые черты лица, жестокий взгляд глубоко посаженных глаз. К этому, пожалуй, можно добавить густо поросшее жестким черным волосом руки и тело, кучу шрамов разной степени давности и свежести. Ну и природную, весьма нехилую мускулатуру. А также большой топор на поясе — грубой ковки, тяжелый и смертельно опасный. Прям как его хозяин.

— Ну что, налюбовался? — с глумливым выражением сказал громила, а пальцы его сжали плечо Артура еще сильнее. Артур еле сдержался, чтобы не поморщиться от боли.

— Слушай, Хват, может не надо? — сделал робкую попытку вмешаться и остановить стремительно назревающий на ровном месте конфликт хозяин таверны. — Они же вроде как просто сидели, никого не трогали…

— Надо! Меня уже тошнит от того, что любой прислужник магов или их помощников, мнит себя неприкосновенным! Ходят везде, раздувшись от важности! Словно они тут хозяева, а все остальные рабочие люди просто пыль! Слышь, щенок, ты ведь наверняка одна из их шестерок, так ведь? Сидишь тут как король в своей новой кольчуге, с новеньким мечом! Думаешь, хозяева тебя защитят, если что? Да ты для них такая же пыль, как и мы! Найдут нового дурачка, готового им служить за обещания и подачки! А ну ка давай, быстро вытряхивай свою тощую задницу отсюда! Пока я тебе не помог!

Вот таким вот трогательным монологом разразился головорез, которого, как оказалось, зовут Хват. Хотя может это была просто кличка, кто его там знает. Особенно умилительны были его упреки по поводу пренебрежительного отношения к рабочему классу. Если он сам и имел к нему хоть какое-то отношение, то «работал» он судя по всему из засады на большой дороге. Ну вот как-то не тянул он на честного пахаря или там плотника. На браконьера разве что. И то в самом лучшем случае.

— Хват! — побледнел от ужаса хозяин таверны. — Не надо! Если он и вправду один из их слуг, то меня же потом накажут! Тебе то что — убежишь в свои леса и только тебя и видели. А у меня семья!

— Если этот щенок быстро свалит отсюда — то ничего тогда и не случится, — процедил Хват сквозь зубы.

— Ну а если нет… Откуда они вообще узнают, что с ним случилось? Так ведь, ребята? — обратился он за поддержкой к остальным посетителям таверны. Те в ответ пробурчали что-то невнятное. То ли были согласны, то ли нет, то ли просто с любопытством ждали дальнейшего развития событий. В конце концов, какое-никакое, а все-таки развлечение в их грубой, скучной, простой жизни. Тем более, что «развлекаются» пусть и не они сами, но зато хотя бы и не с ними. А просто поглазеть с относительно безопасного расстояния для таких людей, поглазеть как кого-нибудь унижают, избивают, а то и вообще убивают, это же всегда так интересно!

— Ну что, парень, выбирай, как оно сейчас все будет! — со злобной усмешкой предложил громила, вновь обращаясь к Артуру. — Меня устроят оба варианта!

Артур быстро оценил и выбрал. Если он выберет первый вариант и покорно уберет «свою тощую задницу» отсюда — его скорее всего все равно изобьют. Этот тип, непонятно почему так, на ровном месте, взъевшийся на него, явно был настроен при любом раскладе на драку. Вне зависимости от того, что Артур ему ответит или сделает. Ну а раз выбора по большому счету и нет, значит…

Хват конечно прекрасно видел, что Артур вооружен, но чувствовал себя на удивление спокойно. Видимо рассчитывал, что если его противник только сделает попытку потянуться за мечом, который не так-то просто вытащить из ножен из положения сидя, то он успеет «перехватить». Но вот колено Артура он перехватить уже не успел. Как ни странно, такой с виду отъявленный поддонок не ожидал столь грязного, даже по меркам уличной драки, приема. Ну а колено Артура в свою очередь вошло в слишком близкое соприкосновение с некоторыми интимными местами нависающего над ним Хвата.

Удар был достаточно слабым — опять-таки, из положения сидя бить подобным образом не очень-то удобно. Поэтому его новый знакомый вовсе не упал и не стал кататься по полу, крича от боли. Но тем не менее головорез наконец-то разжал свою стальную клешню и даже рефлекторно отступил, сделал шаг назад. Что Артуру, собственно, и было нужно.

Наш герой быстро вскочил на ноги, второпях опрокинув стул, и, тоже в свою очередь сделав шаг назад, обнажил клинок.

— Вот значит, как, — абсолютно спокойно сказал Хват. — А ты, мальчик, немного смелее, чем я думал! Что ж, тем хуже для тебя!

Он молниеносно снял с пояса свой тяжелый топор и приготовился к броску. Артур же сильно пожалел, что ведьма не озаботилась дать ему какой-нибудь надежный щит. Да, конечно, таскаться со щитом на своих двоих, а не разъезжать на лошади, как это подобает порядочному рыцарю, это еще то удовольствие. Но вот сейчас он бы очень даже не помешал! Он тогда мог бы прикрыться щитом от ударов топора и колоть противника мечом. Но вот чего нет, того нет. Увы! Может подхватить упавший стул и попытаться использовать его в качестве импровизированного щита? Но стоит ему нагнуться, и Хват со своим топором уж точно воспользуются моментом. Что ж, оставалось лишь положиться на госпожу Удачу!

И госпожа Удача, вопреки своему обыкновению, решила откликнуться на его невысказанные молитвы. Снаружи послышались дикий шум, крики, вопли и ругань. Что, в свою очередь, резко переключило фокус внимания всех присутствующих с конфликта в таверне на то безобразие, которое происходило за ее стенами.

— Ты! — сказал, словно выплюнул Хват. — Твои дружки подоспели, да шестерка? Ты ведь был не один? Просто разведчик, да? Шпион хозяев?!

— Нет! — растерянно ответил сбитый с толку Артур. — Клянусь!

Хват бросил на него тяжелый, полный ненависти и злобы взгляд, словно пытаясь прожечь своего оппонента на сквозь. Затем молча, больше ни слова не говоря, кинулся наружу. Артур не нашел ничего лучше, как спустя одно растерянное мгновение кинуться за ним. Ну и Дервен, не издавший за все время конфликта с Хватом ни единого слова или хотя бы даже звука, делавший вид будто его тут и вовсе нет, отправился за ними обоими следом. В отличие от хозяина и остальных посетителей таверны. Те предпочли чуть более рациональную с точки зрения выживания хотя бы в краткосрочной перспективе модель поведения и благоразумно остались внутри.

Ну а снаружи, как это быстро выяснила наша троица, оказалось очень даже «весело». В деревню вторгся отряд каких-то агрессивных чужаков. Вооруженных чужаков. И теперь эти чужаки были заняты тем, что избивали всех подряд, кто им под горячую руку попадался. И энергично крушили все вокруг. Жертв, насколько можно было судить, пока вроде не было — в том смысле, что никого еще не убили. Зато избитых и раненых уже хватало. Несколько человек корчились на земле, крича от боли. Другие «счастливчики» были без сознания. По крайней мере очень хотелось бы надеяться, что они были именно что без сознания, а не что-нибудь похуже.

— Эй, вы! — бесстрашно крикнул Хват ближайшему погромщику. — Что же вы такое творите, а?!

На самом деле он сказал кое-что другое, намного менее приличное, но намного более подходящее для столь драматичной ситуации. Но общий смысл его слов был как раз именно таков.

Погромщик в свою очередь посмотрел на Хвата абсолютно спокойным, равнодушным взглядом и холодным голосом произнес:

— В нескольких часах ходьбы от вашей паршивой деревеньки была самым жестоким образом подло ранена одна из любимиц госпожи Веридии. Госпожа знает, что негодяй, сделавший это, скрылся здесь. Вам, оборванцам, лучше выдать этого подлеца, чтобы мы могли доставить его на суд госпожи. Да поскорее! В противном случае нам придется наказать всю деревню! Нас устроят оба варианта.

Ну все, похолодев подумал Артур. Сейчас Хват сложит два плюс два, да и с радостью выдаст его солдатам какой-то там «госпожи», чье имя он тут же и забыл. Благо догадаться, кто именно был тот «подлец», столь жестоко покромсавший чью-то там «любимицу» большого ума, не требуется. Ну и тогда тяжко ему, Артуру, придется — то ли солдат, то ли бандитов был с целый десяток. Они были одеты в кожаную броню, с нашитыми на нее там и сям металлическими бляхами, вооружены разным оружием ближнего боя, у кое-кого из них были и щиты. И еще — все они носили одну и ту же эмблему. По всей видимости знак своей мстительной госпожи.

В общем, шансов в бою против такой маленькой армии у Артура были невелики. Особенно, если Хват присоединится к этим солдатам-бандитам. Скорее всего, именно так он и сделает — ведь по одной ему ведомой причине он невзлюбил Артура с первого взгляда. Но даже если он и останется в стороне — все равно, как победить такую толпу? Разве что попытаться убежать? Ведь в таком бегстве не будет ничего постыдного и позорного. Заодно и уведет этих погромщиков вслед за собой, подальше от деревни.

Но Хват его сильно удивил! Сначала он бросил быстрый взгляд на Артура, взгляд в котором помимо злобы и ненависти вдруг появилось и что-то еще. А затем с грозным боевым кличем и еще более грозным топором бросился на того солдата, с которым он только что разговаривал.

Солдат, явно не ожидавший такой прыти от какого-то местного мужлана, едва успел поднять щит, чтобы отразить сокрушительный удар тяжелого топора. Дерево и железо встретились с оглушительным треском и щит, не выдержав, разлетелся в щепки. Но прежде чем Хват успел нанести второй, уже смертельный удар, двое других слуг Веридии с двух сторон обрушились на него. Началась яростная, неуклюжая свалка.

— Артур, берегись! — крикнул Дервен Артуру откуда-то из-за его спины.

И, правда, было чего поберечься. Еще трое солдат, с искаженными лицами и какими-то странными, явно неестественно зелеными глазами, уже бежали к нему. Их кожаные доспехи были украшены очень примечательной эмблемой — плетущаяся лиана, обвивающая посеребренный человеческий череп. К слову говоря, вблизи выяснилось, что выглядели эти солдаты, даже за вычетом своих зеленых — причем у всех! — глаз, и жутковатой эмблемы весьма необычно. Например, кожа их была странного, какого-то бледно-зеленоватого оттенка, которого у нормальных людей вроде как обычно и не бывает. Было что-то и еще, что-то трудноуловимое и намекавшее, что перед нами не совсем обычные люди. Если конечно вообще люди.

Впрочем, совсем скоро обеим сторонам стало не до гляделок. Сталь зазвенела о сталь. И, сделав удачный выпад, Артуру удалось достать одного из нападающих. Эльфийский клинок легко пронзил кожаную броню. Солдат коротко вскрикнул, но какого же было удивление Артура, когда вместо алой крови из раны брызнул густой, зеленоватый, похожий на растительный, сок. Раненая тварь лишь пошатнулась, а потом, злобно оскалившись, взмахнула коротким, зазубренным мечом. Артур еле-еле успел отпрыгнуть, чтобы увернуться.

Стоит признать, что ситуация складывалась скверная — он в одиночку против троих противников. Хоть один из них и был уже вроде как ранен. К тому же, если оказавшийся в точно такой же ситуации Хват все-таки не выдержит натиска и падет, то та другая троица, что сейчас атаковала его, тут же переключит свое внимание на Артура. И вот тогда тому точно не выстоять! Дервен же, между тем как-то особо не проявлял активного желания принять участие в схватке, безмолвной тенью маяча где-то сзади, на относительно безопасном расстоянии. Да и к тому же, если бы он вдруг даже и захотел почувствовать себя героем, у него и вовсе не было при себе никакого оружия. Кроме острого слова, разумеется.

Но видимо сегодня госпожа Удача действительно решила быть чуть более щедрой по отношению к Артуру, чем обычно. Поскольку из распахнувшейся с громким грохотом двери пекарни на подмогу защитникам деревни выскочил Борм! Да, тот самый, который наполовину вроде как гном, а наполовину… кто-то еще. В одной руке он сжимал здоровенный мясницкий тесак, который было несколько непривычно видеть в руке у пекаря, а в другой — раскаленную кочергу, которую он, видимо, только что выхватил из печи. Причем стоит заметить, что кочергу он держал голой рукой, будто и вовсе не боялся жара! Полугном злобно прорычал что-то нечленораздельное, затем на всякий случай повторил еще раз, уже чуть более членораздельно, не забыв при этом оскорбить всех присутствующих по матери, и его короткие ноги понесли его прямо в гущу схватки.

Борм был хоть и низкорослым, но, как тут же и выяснилось, при этом на удивление ловким: он нырнул под удар меча, одного из спешащих на помощь своим солдат, из тех, что еще не были задействованы в схватке и до той поры просто громили деревню, рубанул его тесаком по ногам, и тот рухнул, хлеща зеленым соком. Затем с удивительной проворностью подскочил к одному из трех головорезов, напавших на Артура, и с размаху огрел его кочергой по шлему. Раздался глухой звон, и солдат рухнул на землю, дымясь и источая запах паленой травы.

Артур тем временем продолжал отбиваться от оставшихся двоих. Один из них рубанул, точнее попытался рубануть его мечом, Артур успешно парировал, но вот второй в тот же самый момент успел ткнуть его кинжалом. Клинок лишь скользнул по кольчуге, не в силах пробить ее. Хотя и оставил на будущее синяк под ней. Артур контратаковал, сразив первого врага ударом в грудь. Сок брызнул прямо ему в лицо. Второй, с кинжалом, отступил, сделал шаг назад. Только для того, чтобы попасть в заботливые руки Борма, который не стесняясь ткнул его своим тесаком… скажем так, слегка пониже спины. Солдат жалобно закричал — видимо боль эти существа, кем бы или чем бы они не были, чувствовать все-таки могли — но Артур тут же и оборвал его мучения, отделив голову от его плеч.

Тем временем, как показал быстрый взгляд по сторонам, дела у Хвата шли не так, чтобы очень уж хорошо. Он все-таки смог расправиться с одним из нападавших, разрубив того едва ли не пополам. Вот только два других уже не дались ему так легко. Они умело прикрывали друг друга и наскакивали на него с разных сторон, не давая ему ни единой секунды покоя, и заставляя Хвата едва ли не крутиться волчком. Хват хоть и был более чем сильным, крепким человеком, начал уже потихоньку уставать. А вот его противники, один из которых был вооружен простой дубинкой с металлическим наконечником, а другой моргенштерном (не путать с одним довольно популярным певцом!), пока что не показывали ни малейших признаков усталости.

Более того, Хват уже был ранен. Пока еще не слишком-то серьезно. Но то здесь, то там кровь сочилась из его поверхностных ран. Опять-таки, в отличие от его противников, доспехов у него не было. Один точный удар моргенштерном по голове и этот забияка отправится на небеса. Ну и стоит отметить, что к битве уже спешили присоединиться три последних оставшихся в живых солдата.

Артур с Бормом, естественно, бросились на выручку трактирному хулигану. Вот только, судя по всему, вполне могли уже и не успеть. Один из солдат, тот, что с обычной дубинкой, все-таки достал Хвата. Пока тот в очередной раз уклонялся от летящего в его лица моргенштерна, он подскочил сбоку, ударив Хвата дубинкой по почкам и тут же сделав тому подсечку. Здоровяк рухнул на землю и жить ему оставались явно считанные мгновения — на него вот-вот опустятся моргенштерн и дубинка одновременно. Нет, Артур с Бормом явно не успевали ему на выручку!

Зато вот Дервен как раз успел. Скромный писака, про которого уже все давно позабыли, наконец-то вступил в схватку. Да не абы как! Не с обычным оружием или острым словом! Точнее его оружием как раз оказались все-таки именно слова. Вот только необычные. Слова, произнесенные на древнем, мало кому ведомом языке, и наделенные силой изменять реальность усилием воли. Проще говоря, скромный Дервен оказался не кем иным как магом, волшебником, колдуном — можете выбрать себе любое определение по вкусу. Так или иначе он владел Силой. И сейчас эта Сила пришла на помощь ему и его союзникам, обратившись против вражеских солдат.

Дервен вскинул руки над головой и громко выкрикнул одно за другим несколько заклинаний. Заклинаний, не замедливших воплотиться в реальность и вызвавших парочку весьма впечатляющих эффектов. Задрожала, затряслась земля под ногами троих бегущих солдат. Более того, не просто задрожала, но и вопреки своему обыкновению стала вовсе не такой твердой, как обычно. Превратившись во что-то очень похожее на болото, после целой серии проливных дождей. Трое слуг волшебницы тут же провалились в это рукотворное, точнее чудотворное «болото» сразу аж по пояс и стали беспомощно барахтаться, пытаясь выбраться оттуда. Помимо этого, с рук Дервена сорвалось словно маленькое облачко довольно крупных огоньков. Эти огоньки тут же метнулись в сторону двух солдат, готовившихся прикончить Хвата, и впились им в лицо. Заставив тех бросить оружие и, истошно визжа, начать судорожно царапать пальцами стремительно обугливающуюся плоть.

У остановившегося, как вкопанный, Артура аж челюсть отвисла, от такого необычного, душераздирающего зрелища. Зато ни Хват, шустро вскочивший с земли, ни подоспевший к нему Борм не стали терять ни секунды и милосердно положили конец страданиям сгорающих заживо солдат. Ну а потом они протянули такую же «руку помощи» и тонущим в «болоте». Образно выражаясь, разумеется. Не забыв заодно добить и тех солдат, которые раньше были всего лишь ранены. Все, врагов больше не осталось! Маленькая армия вторжения была уничтожена полностью.

Осталось лишь выяснить отношения с так называемыми друзьями и недавними врагами.

— Так ты волшебник?! — без церемоний спросил Артур у подошедшего поближе Дервена.

— Да, волшебник! Точнее, правильнее будет сказать ученик волшебника. И, как я и говорил чуть раньше, по-прежнему к твоим услугам! — вежливо поклонился тот. — Сразу могу предвосхитить твой следующий вопрос — почему же я раньше то молчал? И почему не смог сам спастись из плена минотавра? Ответ на первый вопрос — я не знал, можно ли тебе доверять. Ведь за мной и в самом деле идет охота. Теперь знаю, что можно! Почему не мог спастись сам? Очень просто — Гракс был надежно защищен от моей магии. Да и к тому же заставлял меня время от времени пить особое зелье, ослабляющее мои магические способности. К счастью для нас всех сейчас эффект этого зелья уже почти сошел на нет. Есть еще какие-нибудь вопросы?

— Да! И масса! — сказал Артур. Но больше ничего добавить уже не успел. Ибо голова его закружилась, в глазах у него резко потемнело, превратив все вокруг в нечеткие силуэты, а тело начало трястись от холодной дрожи.

— Что со мной?!! — наконец смог простонать он, изо всех борясь с тем, чтобы не упасть без сознания. А может быть и замертво.

Глава 5

Но ни упасть без сознания, ни уж тем более замертво ему так и не довелось. По крайней мере на этот раз. Артур почувствовал, как кто-то, кого он видел сейчас лишь в качестве нечеткого силуэта, аккуратно положил ему кончики пальцев на виски и почти сразу же ему стало намного легче.

— Спасибо! — слабым голосом поблагодарил он Дервена. Да, естественно, это был именно он, скрытный ученик волшебника.

— Спасибо! — на этот раз уже куда более уверенным тоном сказал он.

Ему и вправду стало куда как лучше — причем настолько же быстро, насколько до этого стало плохо. Зрение вернулось, голова перестала кружиться, а тело трястись, будто в припадке. Но все-таки он поправился еще не до конца. Будто какой-то неприятный, легкий холодок теперь струился по его венам. Да и зрение — да, оно вернулось. Мир прекратил быть сборищем неясных силуэтов. Вот только теперь он будто смотрел на этот самый мир как бы сквозь солнцезащитные очки.

— Что со мной было? — полюбопытствовал Артур.

— Яд! — коротко ответил вместо Дервена незаметно подошедший к ним вместе с Бормом Хват.

— Да, яд, — кивнул Дервен. — Тебя поцарапали отравленным кинжалом во время боя. Здесь на руке, — показал он на ладонь Артура, где и правду виднелась маленькая, неглубокая и явно неопасная сама по себе для жизни царапина. Которую он в пылу боя и нахлынувшего адреналина даже и не заметил.

— Но ты ведь меня только что от него вылечил? — с надеждой спросил у него Артур.

— Не совсем! — сконфуженно ответил ему Дервен. — Яд, который используют слуги Веридии, очень мощная, очень коварная штука… С ним так просто не справиться! Тем более мне!

— Почему же ему не стало плохо? — удивленно кивнул головой Артур в сторону получившего куда как больше намного более опасных «царапин», до сих пор сочащихся кровью, Хвата. Тот лишь фыркнул, но промолчал.

— Потому, что яд этот был лишь у одного из ее доверенных слуг, — пояснил Дервен. — И он весь достался тебе, мой юный друг!

— Так что, выходит я умру? Или все-таки есть шанс получить какое-нибудь противоядие? — устало поинтересовался своей будущей участью Артур.

— Противоядие есть, — медленно сказал Дервен, глядя Артуру прямо в глаза немигающим взглядом. — Но есть оно только у той, кто и создала этот яд…

— И слуг которой мы только что убили, — продолжил за него Артур. — Почему-то мне кажется, что вряд ли после такого она будет счастлива поделиться им.

— И, тем не менее — это твой единственный шанс, — все так же медленно, и слегка задумчиво сказал Дервен, продолжая пристально смотреть на Артура. — Мы можем попытаться обратиться к ней с мольбой. Иногда, она бывает отзывчива… Правда может что-нибудь потребовать от тебя взамен. Я готов отправиться с тобой, если ты готов рискнуть!

— Ну мне-то терять нечего — как ты мне сам только что и объяснил! — ответил ему Артур. — Спасибо, за предложение помощи! И за то, что ты готов рискнуть ради меня!

— Я тоже пойду! — совершенно неожиданно для всех высказался Хват. — Ты прости, парень, что начал на тебя бочку катить! Я-то ведь подумал, что ты один их них, из слуг, и шестерок волшебников. А у меня на них очень большой зуб! И если ты насолил кому-то из них, или планируешь насолить — я буду только рад помочь! Тем более что у меня сейчас вроде как простой в работе.

— Спасибо! — не слишком искренне и не слишком уверенно поблагодарил его Артур. Сам между тем гадая, что же это все-таки за работа у Хвата такая. Конечно, такой компаньон ему особого доверия не внушал. Это, мягко говоря. С другой стороны, с солдатами этой, как ее там, Веридии он только что лихо дрался изо всех сил. Значит на ее сторону вряд ли переметнется. Да и выбора особого нет. Опять-таки, у вежливого и приятного в общении Дервена, как только что выяснилось, есть свои секреты. И кто знает, о чем он еще умолчал? Так что, еще и непонятно, кого из этих двух попутчиков стоит опасаться больше.

— А вот я с вами, парни, не пойду — уж извиняйте! — на всякий случай высказался Борм. — Такие длинные переходы не для моих коротких ног! Да и дело у меня! На кого я его оставлю? — сказал он, явно имея ввиду свою пекарню.

Артур с Дервеном тут же заверили пекаря, что ничего страшного. Они, мол, и так очень благодарны ему за помощь в схватке. Хват же предпочел промолчать.

На сборы ушел еще где-то час, не меньше. Благодарные за спасение от жестоких погромщиков жители деревни даже снабдили троих путников всеми необходимым припасами. Правда, возможно их благодарность была бы куда как меньшей, если бы была вообще, знай они, что именно Артур, пусть и невольно, навлек гнев и яростное нападение этих самых погромщиков, слуг волшебницы, на Дурной Холм. Однако Артур благоразумно предпочел не акцентировать их внимание на этом вопросе, а его спутники также предпочли промолчать на сей счет.

Но вот наконец-то со сборами было покончено, и веселая троица двинулась в путь.

Как выяснилось из расспросов Артура, до центра владений Веридии, где проживала она сама, было примерно три дня пешего ходу. Ну может два, если идти бодрым, быстрым шагом. Оба его спутника на удивление неплохо знали владения этой загадочной волшебницы, одной из девяти всевластных правительниц и правителей Авалона. Хват признался, что, либо часто пересекал ее владения, либо… скажем так, искал там что-нибудь интересное. И, хотя об этом он как раз не сказал, скорее всего и прятался там время от времени, отсиживаясь после своих явно темных делишек. Откуда эти земли знал Дервен, было непонятно. Может, бывал там вместе со своим учителем, имени которого он, кстати говоря, пока так и не назвал.

Что же касается самой Веридии, то и о ней спутники Артура знали опять-таки на удивление довольно много. Если вкратце — она искренне любила дикую природу. Очень! И делала все, чтобы с помощью своей магии и своих жутковатых экспериментов сделать эту природу еще более дикой. А заодно и защитить ее от всяких посягающих на нее и угрожающих ей двуногих букашек. Ну а поскольку Веридия не слишком-то любила людей, то совершенно не стеснялась время от времени отлавливать их и превращать с помощью своей магии в своих преданных слуг, создавая либо гибриды человека и животного, либо человека и растения, либо еще что-то столь же жуткое и порою совершенно несуразное. Но при этом как правило сильное, свирепое и зачастую смертельно опасное. Такие слуги были вполне лояльны своей хозяйке и служили ей в качестве солдат и охранников ее владений.

Правда, стоит отметить, что как сама Веридия, так и ее слуги, довольно редко появлялись за пределами ее владений. На самой границе которых, к слову говоря, и стояла деревенька Дурной Холм, которую они только что оставили позади. Но если уж какой путник вошел в ее владения, пересек невидимую границу, то тогда берегись! Особенно если у этого путника хватило ума углубиться в них! Он запросто мог попасться на обед какому-нибудь выпущенному на волю очередному эксперименту госпожи этого края. А мог и попасть в ловчие сети бдительных стражей и доставлен в центр этой маленькой зеленой страны. В магическую лабораторию великой волшебницы. С тем, чтобы либо пополнить ряды ее очередных экспериментов, ее творений, либо быть преобразованным в одного из ее слуг и солдат. Вот так, сразу, даже сложно сказать, какая участь страшнее.

Но вот ведь парадокс! Несмотря на то, что местные были в курсе такого положения вещей, все равно периодически находились смельчаки, которые осмеливались войти в эти запретные земли. По разным и как правило темным причинам. Были разбойники, которые устраивали свои логова вблизи границы ее владений. Надеясь, что с одной стороны они не попадутся слугам зеленой госпожи, с другой, что здесь их после очередного дерзкого налета просто побоятся искать. Как вариант, различные беглецы от закона также могли понадеяться укрыться здесь. Были и браконьеры. Были и контрабандисты, пересекавшие эти земли в поисках кратчайшего маршрута.

Был и особый подвид вышеперечисленных — бесстрашные наемники, готовы сунуться в земли Веридии как раз ради того, чтобы заполучить одного из ее «питомцев». Зачем? Либо ради частной «коллекции». Да, находились и такие богатые любители экзотики. Либо ради полезных с точки зрения алхимии ингредиентов. Многие местные колдуны и алхимики, как правило также служащие одному из девяти великих правителей, очень даже ценили творения Веридии именно в этом смысле. И довольно хорошо платили за них либо целиком, либо уж хотя бы за какие-то их части. Вот и находились солдаты, браконьеры, головорезы готовые рискнуть за звонкую монету и поохотиться на чудных тварей. И в случае неудачи, если охотник и добыча поменяются местами, пополнить их ряды, ряды слуг и солдат зеленой ведьмы. Кстати, примерно из таких вот персонажей и состоял отряд, недавно напавший на деревню.

Да, вот с такой вот милой дамой Артуру и его спутникам в очень скором времени и предстояло иметь дело! Если, конечно, они вообще до нее доберутся. Не идут ли они все вместе на верную смерть? Ладно Артур, ему, как говориться, терять уже особо нечего. Но, подумал Артур, стоит ли так рисковать его спутникам? Да, ему была очень нужна их помощь и поддержка! Ведь без них он вообще вряд ли дойдет до цели, даже если ему подробно расскажут куда и как идти. Но тащить их с собой только лишь из-за эгоистичных, шкурных соображений? Они оба уже согласились — еще тогда, в деревне. Но он, для очистки совести, все-таки должен спросить их еще раз. Втайне надеясь, даже молясь, что они все-таки не передумают.

Дервен и Хват тут же, каждый в своей манере, заверили его, что они готовы к такому риску. А Дервен напомнил Артуру, что вообще-то обязан ему своей жизнью и свободой. И теперь у него перед Артуром должок. Который он ему обязательно вернет при первой же возможности. К тому же за ним, Дервеном, так и так идет охота. И ему в этом смысле терять особо нечего. А путешествовать вместе с Артуром может быть даже более безопасно, чем в одиночку. Мотивы Хвата были куда как менее очевидны, кроме, конечно, его искренней ненависти к «хозяевам», то есть правителям-магам и к их слугам. Но, какими бы они, его мотивы, на самом деле ни были, его помощь вполне могла оказаться бесценной. И все-таки, не стоило в его компании совсем уж расслабляться и полностью доверять ему. Чтобы потом не пришлось очень сильно разочароваться какой-нибудь глубокой, темной ночью, если он вдруг решит прикончить обоих спутников, пока те спят, и, забрав все их сколько-нибудь ценные вещи, пойти дальше своей мрачной дорогой.

Впрочем, скоро путникам стало не до громких бесед или там глубокомысленных рассуждений. Поначалу они, путники, шли по хоть и пыльной, но довольно удобной дороге, которая уводила их все дальше от деревни. Пыльный тракт вилял между пологими холмами, воздух был чист и свеж, а волшебное небо Авалона, ну или Долины, как его называли местные, казалось безмятежным. Теперь же настало время покинуть проторенные дороги и углубиться в лес. Где не то, что дорог, даже проторенных тропок и тех почти не было.

Теперь приходилось идти гуськом, вслед друг за другом. И разговаривать исключительно полушепотом — так было меньше шансов привлечь совершенно ненужное им внимание. Первым шел Хват, который похоже чувствовал себя здесь если уж и не совсем как дома, то более чем уверенно. Он двигался почти бесшумно, его тяжелые сапоги не хрустели на ковре из мха и прелых листьев. Хват же настоятельно попросил обоих компаньонов ничего не трогать без крайней необходимости. Сейчас, мол, пока еще ничего. Но чем дальше они заберутся вглубь, тем больше шансов, что вполне безобидный с виду цветок окажется чем-то куда большим, и опасным, чем просто красивое растение. Ну или на защиту этого цветка может явиться какой-нибудь жуткий страж, как вариант. Впрочем, что Артур, что Дервен и так уже были настороже.

Поначалу лес казался вполне обычным. Разве что идти было не очень-то удобно — особенно такому заядлому, еще в недавнем прошлом, горожанину, как Артур. Никаких видимых тропок здесь ведь не было, даже проложенных браконьерами или охотниками. Поэтому приходилось тщательно глядеть под ноги, дабы не зацепиться за какой-нибудь очередной древесный корень и не рухнуть с грохотом на всю округу. Он и так уже запнулся пару раз. Так что двигались они не столь уж бодрым темпом, как хотелось бы. И как по идее нужно было бы. Особенно учитывая состояние Артура и то, что его время было крайне ограничено. Дервен как раз объяснил ему, что пусть он и сильно замедлил действие яда, но они выиграли тем самым хорошо если три, ну или в самом лучшем случае три с половиной дня. В общем, как раз времени только-только, чтобы успеть добраться до резиденции Веридии.

Шли долго, лишь время от времени делая короткие остановки, чтобы сделать глоток-другой воды, ну или дать время сориентироваться Хвату на местности, по каким-то одному лишь ему ведомым приметам. Тем временем воздух незаметно, постепенно становился все гуще, влажнее, словно они вошли в исполинскую, заброшенную оранжерею. Обычные дубы и сосны в какой-то момент незаметно уступили место вековечным гигантам, чьи стволы были обвиты толстыми, как корабельные канаты, лианами, а кроны сплетались так плотно, что небо превратилось в далекое воспоминание. Здесь же, внизу, из-за этого царил вечный изумрудный сумрак.

И как раз в тот момент, когда Артур, чьи ноги уже просто горели, был готов позабыть стыд и попросить своих спутников сделать остановку, хотя бы на полчаса, они наткнулись на крохотную деревеньку прямо посреди этого чудного леса. Если точнее, то скорее то, что от нее осталось. Меньше десятка развалин домов, с сорванными с петель дверьми, проломленными стенами. У некоторых отсутствовала крыша. И чтобы такое не случилось с этой деревней, случилось это уже довольно давно. Дерево, из которого когда-то были построены дома, все прогнило, поросло вековым мхом. Остатки стен были оплетены вьюнами и чем-то вроде них. Все вокруг поросло травой.

— Что здесь случилось? Кто здесь жил? — не выдержал и полюбопытствовал Артур усталым, хриплым голосом.

— Какие-то глупцы! — грубо ответил на это Хват.

— Те, кто верил, что если они добросовестно служат Веридии, то она их не тронет, — намного более мягким тоном ответил Дервен. Кстати говоря, глядя на него было и вовсе не похоже, будто он только что проделал весь этот тяжелый переход по лесу вместе с ними. Ладно Артур — для него жизнь искателей приключений была все-таки все еще в новинку. Но даже Хват выглядел пусть и намного меньше, чем изнеженный горожанин, но все-таки тоже, чуточку, самую малость, притомившимся. Дервен же, такое впечатление, был словно полон сил и энергии, будто после длительного отдыха. Хотя, он же вроде как волшебник. Может знал какое-то заклинание, снимающее усталость?

— И эти глупцы сильно ошиблись! — проворчал на это Хват.

— Да, ошиблись, — с тенью сожаления, повторил следом за ним Дервен. — Какое-то время Веридию это даже забавляло. Но затем ей это надоело, и она приказала своих слугам забрать жителей деревни для очередного эксперимента. Впрочем, было все это давным-давно, больше ста лет тому назад…

— Вот-вот! — не в тон перебил его Хват. — Это было черт знает, когда, а вот нам придется заночевать здесь и сейчас.

— Думаешь, это хорошая идея? — с изрядным сомнением спросил Дервен.

— Думаю, что на самом деле это очень паршивая идея, колдун! — огрызнулся на него Хват. — Но ты только посмотри на парня! Он же уже весь вымотался! Того и гляди, если пройдет хоть еще немного, то просто упадет замертво! Думаешь так лучше будет?!

Оба заткнулись на секунду и пристально уставились на Артура. Тому, откровенно говоря, стало как-то неуютно и даже слегка стыдно, что именно он в их команде оказался самым слабым звеном. По крайней мере в смысле дальних походов по лесу.

— Я… — начал было Артур. Он хотел сказать, что может пройти еще столько, сколько надо. Хотя это и было не так. На самом деле, он и вправду был готов вот-вот рухнуть «замертво».

— И то верно, — кивнул Дервен Хвату, не обращая внимания на Артура. — Действие яда становится все сильнее, организму все тяжелее с ним бороться. Да и ночь уже совсем скоро! Лучшего места для ночлега в этих диких краях мы уже можем просто не найти. Да, заночуем здесь — какая-никакая, а все-таки защита! Значит, решено!

Хват вместо ответа что-то пробурчал себе под нос, и они все вместе отправились исследовать деревню на предмет того, где же им лучше все-таки укрыться на ночь. Наконец-то выбрали один дом — точнее то, что от него осталось.

Когда-то он был видимо неплох. Может даже лучший в этой за неимением лучшего слова деревне. Толстые стены, двухэтажный… Вот только сейчас в одной из стен зияла огромная дыра — как раз там, где когда-то была входная дверь. Была и еще одна здоровенная дыра — на втором этаже, в крыше. Тем не менее, похоже это самое лучшее место для ночлега, что можно было здесь найти. По крайней мере есть слабая надежда, что, хотя бы со стороны трех оставшихся стен к ним никто не подберется грядущей ночью.

Они даже рискнули и развели небольшой костер — прямо внутри помещения. Использовав вместо дров то, что осталось от мебели. Конечно, дерево было так себе, все поросшее вездесущим мхом и изрядно отсыревшее. Но Дервен произнес какое-то короткое заклинание, и древесина послушно вспыхнула рыжим пламенем, сделав это унылое, даже жуткое место хоть немного уютнее.

Они перекусили на скорую руку и начали готовиться ко сну — прямо на полу. Точнее на том, что когда-то было полом. Осталось лишь решить, кто будет нести первую стражу — расслабляться здесь уж точно не стоило. Артур хотел было героически, превозмогая сильнейшую усталость предложить себя в кандидаты. Но его опередил Дервен, заявив, что ему пока все равно не хочется спать.

Поэтому Дервен остался сидеть, задумчиво глядя в костер. А оба его спутника растянулись рядом, по обе стороны от него. Хват тут же и захрапел во всю глотку. Артур было подумал, что точно не уснет. Даже не из-за музыкального сопровождения, которое выдавал сосед «по комнате». А из-за того, что спать пришлось на голом полу, считай земле, кое-как завернувшись в собственный плащ. Впрочем, как тут же и выяснилось, он здорово ошибся — ведь едва он только успел додумать эту мысль до конца, как тут же и уснул.

Проснулся он всего спустя одно мгновение, по крайней мере ему так самому показалось. И проснулся от того, что в плечо ему судорожно вцепилась чья-то рука. А другая рука в это же самое время крепко зажала ему рот.

Глава 6

Как оказалось, лапал его столь наглым, бесцеремонным образом никто иной, как Дервен. Впрочем, делал он это исключительно из благих побуждений. Ученик волшебника многозначительно выпучил глаза, а затем убрав одну руку с плеча Артура, поднес палец к своему рту, показывая, что им надо бы вести себя потише. Артур слегка кивнул, показав, что понял намек, и ладонь Дервена наконец-то прекратила зажимать ему рот.

— Что случилось? — тихим, еле слышным шепотом спросил Артур. Быстрый взгляд по сторонам показал, что Хват уже тоже проснулся и напряженно смотрит куда-то в темноту. Значит, Дервен вовсе не о нем хотел втихаря посплетничать.

— Там что-то есть, — напряженно сказал ему Дервен столь же тихим голосом, мотнув головой в сторону тьмы, простирающейся за их временным убежищем.

Артур попытался разглядеть, что же именно так сильно встревожило мага, но так и не смог. Все, что он смог увидеть, так это смутные очертания ночного леса и остатки других домов деревни. Зато, наверное, их троих из этой самый тьмы было очень даже хорошо видно. Ведь они по-прежнему сидели у уютного пламени костра. Разжигать который, опять-таки, наверное, было не столь уж хорошей идеей, как это казалось им раньше. Проще говоря, они были на свету, подсвеченные пламенем, и ничего не видели, зато они сами ночным гостям были очень даже хорошо видны. Если только у ученика волшебника просто воображение не разыгралось.

Нет, похоже все-таки не разыгралось. Артур, хоть и по-прежнему ничего не видел, зато кое-что услышал. Будто кто-то бы тихонько рассмеялся, глядя на их напряженно уставившиеся во тьму лица. Затем смех повторился вновь — уже более отчетливо и вроде как немного ближе. Да что за чертовщина такая там снаружи творится?!

— Смотри! Смотри! Смотри! — услышали путники чей-то на редкость мерзкий голосок. То ли мужской, то ли женский — вот так сразу и не понять. И не сразу тоже.

— Смотри, какие у нас сегодня гости! Интересно, насколько вкусные у них кости?! — поинтересовался все тот же мерзкий голос, с отвратительными гастрономическими пристрастиями.

— Крр! Мне тоже интересно! Интересно! Давай так! Тебе их кости — а вот мне все остальное? Договорились, да? — раздался еще один, пусть и звучащий по-другому, но столь же неприятный голос.

Артур начал вытаскивать меч из ножен, Хват схватился за топор. Дервен… Дервен готовил какое-нибудь заклинание, наверное. Во всяком случае, хотелось бы на это надеяться. Ведь похоже, что им троим сейчас предстоит нешуточная драка! И в этот момент раздался еще один, уже третий по счету, голос:

— Что же вы такое говорите, проказники? — этот голос уже можно было безошибочно определить, как женский. Очень приятный женский голос — особенно, если сравнивать его с двумя предыдущими.

— Зачем пугаете наших пусть и нежданных, но таких приятных и интересных гостей? — продолжала укорять женщина своих невидимых собеседников. Если конечно, то действительно была женщина. — Что они о нас теперь подумают?!

— Прости! — без особого раскаяния извинился первый неприятный голос.

— Прости! — тут же следом повторил за ним второй голос.

— Так-то лучше! — довольно сказала женщина. — А вы, друзья мои, не обращайте на них внимания! Не надо! Они на самом деле безобидные — просто любят дурачиться! — это она обратилась уже к путникам.

— Покажись! — грубо крикнул ей Хват в ответ.

— С удовольствием! — хихикнула женщина. — Вы же мне ничего не сделаете? Не тронете меня?

Они промолчали, но таинственная незнакомка и не думала дожидаться их ответа. Путники услышали звук очень легких, почти что невесомых шагов и вот в том месте где когда-то был дверной проем, а теперь зияла огромная дыра, показалась она. И она была восхитительна!

Артур понимал, что дело здесь явно нечисто, мягко говоря! Что просто не может такая красавица шляться ночью в глухом лесу. Тем более в этом лесу! Но ничего не мог с собой поделать. Перед ними стояло воплощение мужских фантазий. Молодая, лет так двадцати пяти, может чуть-чуть, буквально на пару лет, постарше. Стройная, но в то же время и не худенькая. И очень женственная — именно там, где надо. Идеальное лицо, на котором просто сверкали зеленые глаза, светлые волосы. Одета в простую юбку с разрезом, да простую же блузку, которая подчеркивала, уж не будем стыдиться этого слова, большую, эффектную грудь.

— Нравлюсь? — кокетливо спросила незнакомка. — Можно к вам присоединиться?

Артур, а возможно и Хват, чуть было не ответили машинально «да». Но их опередили.

— Нет! Это ответ сразу на оба твоих вопроса! — напряженно, но при этом спокойно, ответил ей Дервен.

— Неужели? — внимательно посмотрела на него незнакомка. — Зачем ты такой?! Зачем такой грубый?!

— А вы? — обратилась она уже к Артуру и Хвату, одарив каждого по очереди внимательным взглядом своих зеленых глаз. И не забывая при этом часто и глубоко дышать, так чтобы ее роскошная грудь быстро вздымалась и опадала. — Хоть вам-то я, мальчики, нравлюсь? Вы мне очень даже да! Бросайте же поскорее этого грубияна и выходите наружу! Мы очень даже весело проведем с вами время! Вот увидите! Вам очень понравится! Я могу быть очень нежной и ласковой…

Предложение было весьма заманчивым, чего уж там. Если бы она только так не торопилась выманить их наружу… Если бы чуть более тщательно разыграла свои карты… Не выпустив сначала на арену своих мерзких говорливых дружков. А сразу явившись к ним сама. И прикинувшись, например, какой-нибудь бедной, несчастной крестьянкой, чудом сбежавшей от разбойников или там вырвавшейся из лап подлых работорговцев. Показавшись перед ними не роковой красавицей, решившей ни с того, ни с сего поразвлечься с тремя незнакомцами прямо посреди леса. А представ перед ними в пыльной, полуизорванной одежде и всхлипывая, начала умолять их о помощи и защите… Вот тогда, кто знает — они трое вполне могли бы и поверить в такую историю. Клюнуть на ее уловки. И вот тогда им было бы действительно «весело».

Но к их счастью она таких тонких трюков то ли и вовсе не знала. То ли была исключительно уверена в своих силах и просто не хотела себя лишний раз утруждать. А может, была слишком уж голодна. Кто ее знает.

— Ну же, не бойтесь, выходите! — сделала она последнюю попытку выманить их наружу. Сама между тем начав теребить завязки на своей блузке. Будто обещая, что еще вот-вот и перед ними откроется очень волнительное зрелище.

— Я так не думаю! — холодно улыбнулся Дервен. Похоже, только он все это время был если уж и не полностью хладнокровен. То во всяком случае думал преимущественно головой, а не… всякими другими частями тела.

— Жаль! — притворно вздохнула прекрасная незнакомка. — Вам было бы почти не больно! Но раз отказались — теперь будет по-плохому!

Она взглянула на них в последний раз, перевела неодобрительный взгляд на костер, а затем шагнула назад, в темноту. Тут же растворившись в ней.

— Похоже сейчас нас будут убивать! — решил поделиться с окружающими своими гениальными мыслями Хват.

И тут же, словно в подтверждение его слов, снаружи раздался громкий свист, крик, что-то очень отдаленно похожее на птичий клекот, ну и еще какие-то странные, чудные звуки, которые сложно было хоть с чем-то сравнить. В общем, собравшаяся там, на условной улице, банда обсуждала как именно они будут добывать свой будущий ужин и заодно подбадривала друг дружку перед началом атаки. Затем все стихло так же внезапно, как и началось.

Трое путников напряженно вслушивались, безуспешно вглядывались в зловещую темноту. И темнота сжалилась над ними, не стала слишком уж долго терзать их томительным ожиданием. Раздался яростный клич и на них что-то помчалось со всех то ли ног, то ли лап. Вот только когда оно уже чуть было не ворвалось в то, что когда-то было дверным проемом, Дервен глубоко втянул воздух в легкие и изо всех сил дунул. И пламя их костра словно ожило и будто под порывом невидимого урагана устремилось вперед. Обрушившись на неведомого врага. Тварь, объятая колдовским пламенем, завизжала, закричала от дикой боли и кинулась обратно. Некоторое время было слышно, как она катается по земле, пытаясь сбить пламя, и сыплет самыми грязными ругательствами, вперемешку с яростными криками боли. Судя по мерзкому голосу это был как раз большой любитель чужих костей.

И в этот миг что-то с грохотом шлепнулось на крышу. Второй этаж! Они ведь уже совсем забыли про него. Как и про то, что там, в крыше, вообще-то была нехилая такая дыра, через которую кто-то вполне мог и залезть внутрь. И этот «кто-то», судя по раздающимся сверху звукам, как раз в данный момент и лез. Похоже, что их готовились атаковать с двух сторон одновременно!

И предчувствие их не обмануло! С диким визгом в пролом в стене устремилась орда каких-то мелких тварей. Сложно описать, что это вообще такое точно было. Но больше всего эти отвратительные создания были похожи на крысу. На вставшую на задние лапки, вымахавшую сантиметров так до шестидесяти, или даже чуть выше, крысу. Некоторые из этих двуногих «крыс» были вооружены всяким хламом вроде веток, камней, обломков костей и прочим тому подобным мусором. Другие же предпочитали использовать свое естественное, природное, оружие — зубы и когти. Да эти создания, судя по всему служившие чем-то вроде группы поддержки, были хилыми и слабыми. Но зато их было много! Десятки! Хотя сгоряча нашей троице показалось, что их едва ли даже не сотни.

Замелькал топор Хвата, Артур рубил во все стороны своим мечом, стараясь при этом не попасть по союзникам. Дервен пыжился изобразить какое-то впечатляющее колдовство — не забывая при этом пинать лезущих на него «крыс» ногами. И тут в бой вступила та тварь, которая все-таки наконец-то пробралась на второй этаж дома!

К слову говоря, лестница, ведущая наверх, давно была обрушена. Но твари это нисколько не помешало. Она просто пробила изрядно подгнивший потолок, быстро посмотрела вниз. А затем, выбрав жертву, молниеносно схватила ее своими очень длинными, сильными руками и потащила к себе, наверх, на второй этаж. Жертвой оказался Дервен. Его спутники только и успели разглядеть как ноги мага исчезают в образовавшийся на потолке дыре.

Артур закричал что-то нечленораздельное и, яростно полоснув очередную «крысу», кинулся было за ним. Да только куда там! Лестница наверх, как уже было сказано, сгнила, обвалилась, и по ней было уже не подняться. Подпрыгнуть и зацепиться за края дыры на потолке явно тоже не получилось бы. Между тем сверху раздавались звуки яростной борьбы — Дервен явно не собирался сдаваться вот просто так и позволить сожрать себя заживо какой-то неведомой твари! Чем бы она на самом деле ни была.

Артур заметался, полусознательно продолжая рубить визжащую вокруг него нечисть. А затем взял, да и рванул наружу. Сам даже и не зная зачем. Будто оттуда наверх забраться было проще!

— Куда, дурак?! — запоздало крикнул ему вслед Хват, остервенело рубя наседавших на него уродцев.

Артур вылетел наружу, мимоходом пнув сапогом один серый визжащий комок и ткнув мечом другой. И только тут понял, что совершил ошибку. Снаружи был еще с десяток «крысят». Но дело было даже не в них. И даже не в скулящей, сильно обожженной твари, которая первой попыталась наброситься на них. Быстрый взгляд на нее показал, что это вообще-то антропоморфное создание, покрытое шерстью и со здоровенной волчьей пастью. Оборотень, проще говоря. Вполне классический, из древних земных зловещих сказок и мрачных легенд. Но этот оборотень, мужского пола, кстати говоря, сейчас явно был не в форме. Это, мягко говоря. Судя по всему, Дервен не просто «швырнул» в него огнем костра, но и добавил в этот огонь и что-то еще. Какой-то своей злой магии. Оборотень был очень сильно ранен — кое-где среди все еще дымящейся плоти даже проглядывала кость. И регенерация — еще один мифический талант оборотней — ему сейчас явно не помогала. Зато другая тварь была жива, здорова, бодра и весела. И ослепительно прекрасна.

— Скучал по мне?! — кокетливо подмигнув, спросило его воплощение мужских фантазий. Во всяком случае фантазий большинства мужчин. Не будем забывать, что вкусы все-таки у всех разные.

Артур слегка растерялся с ответом. Впрочем, кажется, ей ответ был и вовсе не нужен. Светловолосая красавица одним ловким, быстрым движением сняла с себя блузку, оставшись топлес. А затем, прямо с места, прыгнула на Артура.

Ну а тот, вместо того, чтобы «поприветствовать» девушку выставленным ей на встречу эльфийским клинком, пусть и буквально на секунду, но все-таки впал в ступор. В его защиту можно сказать лишь то, что не слишком-то часто видишь такую большую и эффектную… красоту. Да еще столь внезапно, без прелюдии и предупреждения.

Вот только зря Артур невольно поддался чувствам. Поскольку еще в полете «девушка» начала трансформироваться. И на Артура приземлился, сбив того с ног и прижав к земле, еще один оборотень. Только на этот раз уже женского пола.

— Ну что? — прорычала тварь мерзким голосом, в котором уже даже и близко не было ничего соблазнительного. — Поиграем теперь? Да?!

Артур предпочел в ответ промолчать. У него сейчас были проблемы и посерьезней, чем светская беседе с приставучей, очень мохнатой девицей. Например, как скинуть с себя эту самую девицу, прежде чем она перейдет к «поцелуям».

Задача осложнялась тем, что эта весьма своеобразная «девушка» была, как и положено настоящему оборотню, очень даже сильной, да и весила на удивление много. А Артур в свою очередь уронил при падении свой верный меч. Тот лежал не так уж и далеко. Вот только оборотень, сидевшая на Артуре сверху, крепко держала его за руки.

— Что молчишь? Что молчишь?! — лязгнула на него зубами красавица. — Вы ранили моего брата! За это я буду есть тебя медленно! Откусывая по кусочку!

Да дело явно пахло дрянью. И воняло псиной к тому же.

Оборотень медленно, даже как бы слегка задумчиво, распахнула пасть, видимо выбирая местечко где попробовать Артура на зубок в первую очередь. Тот, прекрасно понимая, что с ним сейчас произойдет, судорожно затрепыхался в стальных объятиях роковой «красавицы». Да только все без толку! По физической силе она явно превосходила даже очень крепкого мужчину. И чтобы совладать с ней грубой силой потребовалось бы еще несколько таких Артуров. В придачу к тому, что уже и так имелся в наличии. В противно случае, даже и этого, одного-единственного, относительно уникального Артура очень скоро не станет. К его, Артура, большому и искреннему сожалению.

И тут оборотня с него будто ветром сдуло! Впрочем, то ведь и вправду был ветер — только колдовской! Старина Дервен, которого кинулся спасать Артур, в итоге сам спас себя и тут же поспешил на помощь Артуру.

— Арггх! — громко возмутилась оборотень, которую в самый последний момент лишили полночного перекуса.

И приготовилась было вновь кинуться сначала на Артура, а затем, возможно, и на мага. Но тут же поняла, что расклад сил уже изменился. Из дома с окровавленным топором выходил Хват, судя по всему только, что прикончивший последнего из «крысиной» стаи. Маг в свою очередь справился со своим врагом и ее союзником. А вот ее драгоценный «братец-волк» наконец-то окончательно затих, испустив дух.

Ну и Артур не стал терять времени, быстро вскочил на ноги и подобрал свой меч. Оборотень медлила. Она конечно была сильна. Но и относительно умна. Во всяком случае явно умнее чем ее павшие дружки. И драться сразу против троих врагов ей как-то не улыбалось. Нет, для нее это был слишком большой риск. И разочарованно взвыв мохнатая девица кинулась со всех лап прочь, скрывшись в лесу. Оставив троим парням свою блузку на память о себе. В качестве прощального подарка, так сказать.

Остаток ночи прошел неспокойно. Уснуть после такого «веселого» приключения было бы сложно. Да и пришлось к тому же для начала сменить место ночлега. Ведь старое было все сплошь завалено телами павших врагов. Так что пришлось им найти себе другой дом и коротать время до рассвета в его развалинах. Опять-таки, двигаться дальше по лесу в полной темноте было не слишком то разумно. Учитывая, что где-то там бегает их полуголая подружка. И кто знает, насколько далеко она на самом деле убежала? Может вертится где-то неподалеку, только и выжидая удобного момента для мести, а заодно и для обеда. Два в одном, так сказать.

Хотя, честно говоря, в этом лесу опасностей даже и без нее более чем хватало. Так что Хват, Артур и Дервен не стали лишний искушать судьбу. И примостившись к стене их нового временного обиталища кое-как коротали время до рассвета. Разве что вновь разожженный костер делал это томительное ожидание хоть чуточку полегче.

Артура ко всему прочему еще и начало знобить. То ли от яда Веридии. А может и от какой заразы, оставшейся после когтей красотки оборотня. Ведь та, когда «играла» с ним, не слишком-то деликатничала. И теперь на его руках виднелись глубокие порезы. Но он не жаловался, а терпел молча.

Кстати, тварь, напавшая на Дервена, была вовсе не оборотнем, а чем-то совсем другим. Чем-то вроде помеси человека и гигантского грифа. Хотя, опять-таки, может это тоже оборотень. Только уже не классический, человек-волк. А человек-гриф. Как-то так. Звучит мерзко. Выглядело еще более мерзко, как признался Дервен. К счастью теперь это существо их уже больше не побеспокоит.

Вообще, все это было странно, озвучил Артур свои мысли. Оборотни на любой вкус. Какие-то отвратительные крысы переростки, разгуливающие на двух ногах. Это все какие-то очередные эксперименты Веридии? Или же вполне «нормальные» местные обитатели?

Ни Хват, ни Дервен ни знали ответа, поэтому эта тема отпала сама собой и разговор постепенно сошел на нет. Но вот наконец-то и рассвет подоспел, и плохо выспавшиеся путники вновь могли двинуться дальше, в свой опасный путь.

— Ты плохо выглядишь! — без обиняков сказал Хват, глядя на Артура в серых лучах утреннего солнца.

— Он прав, — подтвердил Дервен. — Видимо яд постепенно распространяется по организму.

Артур конечно не знал, как он там выглядит, зеркало с собой в поход они захватить как-то не догадались. Но чувствовал он себя действительно так себе, существенно хуже, чем вчера. И вовсе не только из-за беспокойной ночи. Мир стал будто тусклее, темнее что ли. Озноб, мучивший его ночью, лишь усилился. И еще он чувствовал какую-то неприятную слабость.

Впрочем, как вскоре выяснилось, были и внешние следы действия яда. Его вены, на той руке, где была царапина, начали чернеть. Дервен задумчиво поцокал языком, глядя на это безобразие. Затем, как и тогда, в деревне, возложил руки на голову Артура и поток магии омыл его, отгоняя, хотя бы на время, яд и смерть. Артуру стало легче. Но он не восстановился полностью. В этот раз целебный эффект магии Дервена был далеко не столь сильным. Озноб вроде бы пропал. Мир вновь стал светлее. Но черная зараза, стремительно распространявшаяся по его телу, хоть и стала ощутимо меньше, но не исчезла полностью.

— Нам лучше поторопиться, — с тревогой глядя на Артура, сказал Дервен. — Чем больше мы сегодня пройдем, тем лучше. Тем больше у нас шансов… успеть вовремя, — неловко закончил он свою мысль, тщательно выбирая слова.

И на этой радостной ноте они, после скромного завтрака на скорую руку, двинулись дальше, вглубь владений ярой защитницы природы. И столь же ярой ненавистницы людей. У которой им, а если точнее Артуру, предстояло смиренно просить о помощи. И о милости.

Глава 7

Сегодня было намного хуже, чем вчера. Казалось, будто сам лес пытался их задержать: тропы путались, стволы сдвигались, ветви переплетались, образуя непробиваемые завалы.

К тому же и Артур уже с изрядным трудом держался на ногах. Он мужественно молчал, не желая показывать спутникам свою слабость, но шаг его между тем становился все тяжелее.

— Кажется, мы теряем время, — в какой-то момент сказал Дервен. — Похоже, что лес водит нас кругами.

— Это он так развлекается, — мрачно буркнул Хват. — Лес, то есть. Ведь он как бы живой. И злой. Такой же, как его хозяйка. Ты можешь что-нибудь с этим сделать?

— Постараюсь! — коротко ответил Дервен.

Он остановился, закрыл глаза. И на какое-то время замер абсолютно неподвижно, прямо как статуя. Казалось, он перестал даже дышать. Его спутники с любопытством уставились на него, гадая, что же такое будет дальше.

— Он там уснул, что ли? — наконец не выдержал Хват, спустя примерно десять минут томительного, напряженного ожидания.

Артур ничего не успел на это ответить, так как в этот же самый момент Дервен резко распахнул глаза и, не обращая ни малейшего внимания на комментарий Хвата, произнес:

— Кажется, сработало.

— Так «кажется»? Или «сработало»? — резко переспросил Хват. — От этого зависят наши жизни, знаешь ли! Его в первую очередь! — мотнул он головой в сторону Артура.

— Вот сейчас и узнаем, — абсолютно спокойно ответил на это маг.

Они вновь двинулись в путь. И чтобы такое не сделал маг во время своей лесной «медитации» — судя по всему, у него все получилось. Они перестали блуждать, шли быстрым, уверенным шагом. Пару раз останавливались, чтобы Дервен мог в очередной раз осмотреть, а затем и «подлечить» Артура.

Пожалуй, стоит отметить и то, что их путешествие было прямо на удивление спокойным. В том смысле, что они не сталкивались пока что ни со стражами Веридии, ни с… чем-то еще. И это после всех этих рассказов его спутников о том, как бдительно Веридия и ее слуги, охраняют свои владения, безжалостно карая нарушителей! То ночное нападение в развалинах деревни было до сих пор единственным эпизодом. И к тому же непонятно, что это вообще такое было. То есть понятно, конечно, что ими, их троицей, хотели поужинать на сон грядущий. Но неясно была ли эта бойкая, иногда излишне волосатая, девица и ее мерзкие дружки на службе у любительницы природы. Или же эта странная банда была так сказать сама по себе.

Между тем, лес, через который они теперь так бодро шли, в очередной раз изменился, преподнеся им сюрприз. Впереди между деревьями стлался густой и вязкий туман. В нём смутно угадывались очертания стен — но не каменных, а из сплетенных лиан. Они изгибались, поднимались вверх, создавая проходы, похожие на коридоры.

— Да это же самый настоящий лабиринт! — изумленно прошептал Артур.

— Он самый, — просто сказал Хват. — И дальше дороги я не знаю — так далеко я еще никогда не заходил! Уж прости, парень!

— Это ничего, — тут же встрял в их беседу маг. — Как раз за этим лабиринтом и находится самое сердце владений Веридии, ее резиденция. По крайней мере, так я слышал, — поспешно добавил он. — То есть нам надо всего лишь пройти этот лабиринт насквозь, и мы уже у цели!

— Угу! — скептически буркнул Хват. А затем не удержался и добавил. — Всего-то лишь!

— Я не силен в загадках, лабиринтах и тому подобном! — поспешил добавить Артур.

— Зато я в этом довольно неплох, — скромно сказал на это ученик мага. — Доверьтесь мне и все будет хорошо! Ведь все лабиринты, хоть магические, хоть обычные, строятся примерно по одному и тому же принципу. И если ты его понимаешь, то пройти очередной лабиринт для тебя уже не проблема. Итак, господа, прошу следовать за мной! Теперь я буду вашим проводником! Ах да, и постарайтесь ничего не трогать лишний раз, особенно «стены» — мало ли что!

Что ж, кажется особого выбора у них не было. Так что пришлось довериться ученику волшебника и его способности решать головоломки. И надеяться, что он не переоценил себя и свои способности.

Но пока что Дервен вел их за собой бодро и уверенно, без особых сомнений и колебаний ныряя то в один тенистый проход, то в другой. Лишь пару раз он буквально на несколько секунд задумывался, куда же им идти дальше. Ну а затем выбрав, очень хотелось бы надеяться, правильное направление, тут же вновь устремлялся вперед. И, кстати, его предупреждение насчет стен было, похоже, очень даже нелишним. Артур пару раз замечал, что, если он оказывается слишком уж близко к зеленой «стене», та слегка начинает дрожать. Будто в предвкушении.

Тем не менее, пока что все шло хорошо. Неужели они вот так просто смогут пройти весь лабиринт от начала и до конца?

Совсем уж просто не получилось. Очередной проход закончился чем-то вроде большой, широкой «комнаты». И чтобы продолжить путь и нырнуть в продолжение лабиринта, нужно было пересечь всю эту «комнату» насквозь. Которая, если честно, по своим размерам все-таки походила скорее уж на балетную залу.

И, кстати, «комната» эта вовсе не пустовала. Напротив, то здесь, то там она была вся сплошь заставлена искусно сделанными статуями. Всякие там соблазнительные нимфы, сатиры и все такое прочее примерно в таком же роде. Нимфы были все как одна прекрасны. Сатиры веселые, хитрые и какие-то слегка… распутные что ли. В общем, было такое впечатление, что они угодили на какую-то веселую вечеринку. Участники которой внезапно застыли в самых разных, порой весьма фривольных и двусмысленных позах.

Путники начали медленно, с опаской пробираться сквозь эту неожиданно попавшуюся им на пути выставку искусства. Точнее, это Артур и Дервен с опаской. А вот Хват чувствовал себя намного более уверенно, явно не ожидая от каких-то там статуй какого-либо подвоха. Он то и дело останавливался то возле очередной скульптуры и одобрительно цокал языком, разглядывая… скажем так, некоторые части их тела.

И все бы ничего, но, когда они уже были где-то на середине «комнаты», Хват все-таки решил перейти от слов к делу и наконец-то прикоснуться к прекрасному. То есть игриво шлепнул очередную нимфу по очень эффектной, пышной попке. Что в свою очередь привело к весьма интересной реакции со стороны этих произведений искусства неизвестного скульптора.

Вмиг ожившая нимфа в ответ на эти гнусные домогательства лишь кокетливо рассмеялась и послала обалдевшему Хвату страстный воздушный поцелуй. Ну а ожившие вслед за ней ее дружки и подружки разразились радостными криками, воплями и улюлюканьем. Ведь не так часто им, бедняжкам, удавалось с кем-то поиграть! С кем-то живым, из плоти и крови!

— Бежим! — подал голос разума Дервен.

Что ж, совет, конечно, был хороший. Жаль только выполнить его будет несколько сложновато! Ведь на них со всех сторон начали наступать ожившие экспонаты этой странной выставки. И эти «экспонаты» были готовы с радостью «поиграть» с неожиданными гостями! Вопрос только в том, удастся ли гостям пережить эту веселую «игру»!

— Бэээ! — насмешливо проблеял Артуру один из сатиров.

Выглядел он вполне как классический сатир из мифов. То есть, получеловек-полукозел… Хотя, если судить по запаху, от козла в нем все-таки было больше, чем от человека. Ну а одна из нимф в это же самое время игриво поправляла свои волосы, одновременно позволяя Артуру вдоволь полюбоваться своими… «прелестями». Тут, пожалуй, стоит заметить, что одежду эти легендарные обитатели «Древней Греции» в принципе не признавали и не носили. Демонстрируя себя всем желающим, и нежелающим тоже, во всем своем диком, первобытном естестве. Хотя вот на нимф, в отличие от тех же сатиров, хотя бы смотреть было приятно. Если честно, то очень приятно. И смертельно опасно!

— Угадай, кто! — кокетливо потребовал мелодичный голос откуда-то из-за спины Артура, а на его глаза опустились две маленькие, изящные ладошки.

Артур не стал угадывать, вместо этого мгновенно развернувшись. И оказавшись лицом к лицу с очередной нимфой. Выглядела она потрясающе! Идеальное лицо. Стройная, миниатюрная… И очень фигуристая — там, где надо!

— Нравлюсь? — это был по сути и не вопрос даже, а утверждение. Конечно она нравилась! Просто не могла не нравиться!

Впрочем, нимфа и не думала дожидаться его ответа, а просто закинула ему руки на шею, притянула к себе и поцеловала обжигающим, страстным, горячим поцелуем!

— Эй, подруга, я тоже хочу! — раздался еще один на редкость прелестный голосок.

Обладательница которого разлучила Артура с его новой девушкой, прервав их поцелуй. И, встряв между ними, оттерев свою «подругу» на задний план, принялась за дело. Вот только она не стала целоваться, вместо этого схватив Артура за руки и положив их себе… на некоторые выдающиеся части своего тела.

— Хорошо? — бесстыже спросила она. Ибо этому дитя природы был просто неведом стыд.

Одуревший от удивления и восхищения Артур сам чуть было не заблеял, как сатир. Ибо хороша она была просто не то слово! Всеми частями своего тела. Включая и те, что были у него прямо сейчас в руках. В крепко сжатых от волнения руках. В его защиту стоит сказать лишь то, что нимфы не стеснялись пользоваться не только своей природной красотой, но и своей «любовной магией». Феромонами, если по-научному. Вот только действие их феромонов было намного сильнее и вызывало намного больший эффект, чем это обычно бывает у обычной же, земной женщины.

В общем, скорее всего, тут бы и конец пришел и их путешествию, и самим путникам. Вряд ли игривые и прекрасные стражи лабиринта, вот так вот, просто, взяли и отпустили бы их. Позволив идти своей дорогой дальше. Может быть вначале их мужскую компанию действительно ждало бы то «веселье», на которое активно, изо всех сил, намекали бесстыжие нимфы. Но боюсь, что после этого «веселья» им бы пришлось познакомиться уже и с сатирами. Точнее, с их рогами, мощными копытами. Да и дудочками и флейтами, которые некоторые из них сжимали в руках, можно было тоже очень даже нехило огреть по голове и прочим частям тела. Особенно, когда одуревший после недавнего страстного развлечения оппонент стоит голый и без оружия.

К счастью, до этого так и не дошло. Хотя бы один из их троицы смог мыслить здраво, четко и ясно. Ученика волшебника то ли защищали его собственные чары, то ли его очень плохое обоняние.

— Бежим! — еще раз повторил свой призыв Дервен. — Это не продлится долго!

Что именно не продлится, он так и не пояснил. Но Артур и Хват, также окруженный прелестными нимфами, мгновенно пришли в себя, очнувшись от любовного морока. Зато сами нимфы и осторожно подкрадывающиеся сатиры замерли во всяких разных живописных позах. Лишь глаза их продолжали двигаться и внимательно следить за гостями.

— Бежим! — третий и последний раз крикнул ученик мага. По лбу Дервена между тем начал струиться пот, а его лицо покраснело, будто он изо всех сил удерживал какую-то невидимую тяжесть.

Спутники мага наконец-то вняли его призыву. И, подхватив свои вещи — Артур забрал свой меч с ножнами, неведомо как оказавшиеся в руках у еще одной, уже третьей по счету нимфы, а Хват подобрал свои штаны — кинулись со всех ног к проходу лабиринта, а заодно и выходу из этой чудесной комнаты. Сам маг, к слову говоря, уже стоял у этого самого выхода.

И едва они успели достичь этого прохода, он же выход, как действие заклинания внезапно закончилось и нимфы с сатирами вновь начали двигаться.

— Ну куда же вы! — начали жалобно причитать растерянные нимфы. — Мы же так хорошо вместе играли! Вернитесь — и мы с радостью выполним все ваши желания! Столько раз, сколько вы захотите! Вы ведь хотите?! Возвращайтесь!

Эти заманчивые обещания они подкрепляли всякими эффектными, очень соблазнительными телодвижениями и более чем игривыми позами, демонстрируя путникам свои совершенные, привлекательные тела во всех возможных выгодных ракурсах. И спереди, и сзади.

Сатиры, в свою очередь, ничего такого не говорили. И никаких поз, к счастью, не принимали. Лишь разочарованно блеяли. И, к слову говоря, ни нимфы, ни сатиры, не делали ни малейшей попытки покинуть свой зал и последовать за путниками дальше, в лабиринт. Видимо и не могли. Судя по всему, таково было наложенное на них заклятье.

— Какие красотки! — разочарованно вздохнул Хват, плотоядно облизываясь. — Жаль, и вправду с ними нельзя! Скажи, а ты не мог бы… ну попридержать их чуть-чуть подольше? Хотя бы на пару минут? — обратился он к Дервену.

— Нет! — с легким отвращением в голосе, холодно и твердо ответил тот ему. — И штаны застегни уже, наконец!

— Ну нет, так нет! — уже более спокойно сказал Хват, застегивая штаны. — Тогда, пошли уже дальше что ли?

И они вновь двинулись по этому лабиринту, а за их спинами нимфы и сатиры с разочарованными вздохами вновь начали разбредаться по своей «зале». И постепенно замирать, в терпеливом ожидании каких-нибудь следующих пусть и нежданных, но при этом таких желанных гостей. Которые, в отличие от этой троицы чудаков, все-таки согласятся с ними «повеселиться». Чем бы это «веселье» для них потом ни закончилось.

Ну а компания из трех путников вновь двинулась по зеленым коридорам. Артур чувствовал, как после недавнего, бешеного всплеска адреналина на него с новой силой навалилась смертельная усталость. Яд в крови будто стал намного сильнее, его холодное, губительное присутствие теперь ощущалось буквально в каждой вене. Он бросил быстрый взгляд на Дервена — может тот что-то сможет сделать, вновь «подлечить» его. Хотя бы на время. Но, честно говоря, ученик волшебника сейчас и сам выглядел ненамного лучше — он тяжело дышал и вроде как даже слегка пошатывался.

— Ты как, в порядке? — тихо спросил его Артур.

— В полном, — так же тихо ответил Дервен, хотя его вид говорил совершенно об обратном. — Просто… заклинание потребовало некоторой концентрации. Большей, чем я ожидал. Не беспокойся, я скоро приду в себя!

Что ж, пришлось пока что поверить ему на слово. Надо сказать, что чем дальше они шли, тем сильнее менялся лабиринт. Становился все более живым и все более… прекрасным что ли. Стены из простых лиан теперь были сплошь и рядом увиты цветами неземной красоты. Огромные, бархатные бутоны орхидей раскрывались при их приближении, источая дурманящий аромат. Светящиеся в полумраке лилии склоняли свои головки, будто кланяясь. Но все-таки стоило помнить, что вся эта красота была хищной. Артур невольно заметил, как одна из лиан, похожая на змею, медленно потянулась к плащу Хвата, но тут же отдернулась, когда тот бросил на нее тяжелый взгляд.

— Похоже, что она уже знает, что мы здесь! — злобно прорычал Хват, грозя очередной приставучей лиане своим тяжелым топором. — Она же просто играет с нами! Показывает свой сад!

Уточнять, кто именно эта «она» не было никакой необходимости. Ну а знает или нет… может быть. Ученик волшебника на сей счет ничего браконьеру не сказал. А Артур тем более предпочел промолчать — сейчас у него почти все силы уходили на то, чтобы просто идти. Ему стремительно становилось все хуже и хуже.

Наконец-то, после очередного, уже, казалось, что бессчетного, поворота, коридор вроде как начал постепенно расширяться. Впереди даже забрезжил свет! Свет, отличный от тусклого свечения мха и цветов. Еще несколько десятков шагов и они внезапно вышли из казалось бесконечного лабиринта. И замерли, пораженные открывшимся зрелищем.

Они стояли на самом краю огромного, идеально круглого ущелья. На дне его, где-то в сотне метров под ними, раскинулся «сад» Веридии. Это было средоточие первобытной, необузданной и извращенной жизни. Гигантские, похожие на папоротники деревья соседствовали с полянами плотоядных цветов, которые лениво щелкали своими челюстями-лепестками. Река, с водой цвета расплавленного изумруда, лениво текла между клумбами из странных, гигантских грибов и экзотических цветов, светящихся фиолетовым светом.

А в самом центре этого буйства жизни возвышалась ее резиденция. Это была не башня из камня, нет. Это было исполинское, скрученное магией в противоестественный узел живое древо, которое, казалось, пронзало небо насквозь. Его ствол на вид был толще любой крепостной стены, а ветви, покрытые черной, как смоль, листвой, образовывали шпили и галереи. Вся башня-древо была увита пульсирующими, шипастыми лианами, и от нее исходило слабое, даже болезненное зеленое сияние.

Узкая тропа, выложенная отполированными добела костями предыдущих посетителей, вела от края ущелья вниз, прямо к подножию башни.

— Ну вот мы наконец-то и пришли, — напряженно выдохнул Дервен. — Добрались даже быстрее, чем я, честно говоря, думал!

Хват лишь молча, судорожно сжал топор, его костяшки аж побелели. Он смотрел на башню-древо странным взглядом. В котором, помимо его обычной и уже даже привычной злобы, можно было разглядеть неуверенность. И даже страх.

Артур же почувствовал, как яд в его теле откликнулся на близость своей хозяйки, будто живое существо. Черные вены на руке резко запульсировали, и по телу прошла волна ледяного огня, заставив его с мучительным стоном согнуться от приступа чудовищной боли. Впрочем, боль почти тут же отступила. Зато вот все остальное осталось.

Он с трудом выпрямился, болезненно, тяжело дыша, и посмотрел на своих спутников. На измученного мага, который привел их сюда. На громилу, с непонятными мотивами, который стал их неожиданным союзником. И на себя — случайного парня из другого мира, чья жизнь теперь зависела от милости безумной ведьмы. Точнее будет сказать очередной безумной ведьмы! Что ж, кажется выбора-то особо и нет. Ведь, судя по ощущениям, жить ему оставалось лишь считанные часы — очень скоро яд добьет, убьет его. И никакая магия Дервена его уже не спасет. Артур сделал первый решительный шаг на костяную тропу.

Глава 8

Спуск оказался куда труднее, чем они могли себе это представить. Более изнурительным так уж точно. Особенно для Артура. Кости, отполированные временем и непогодой до зеркального блеска, были предательски скользкими. Тропа вилась по отвесной стене ущелья, и каждый неверный шаг грозил им падением в зеленеющий, хищный рай внизу.

Хват все-таки настоял на том, чтобы идти первым, его тяжелые шаги гулко отдавались по костям, и он то и дело ворчал что-то себе под нос, время от времени нервно сжимая топор, будто это хоть чем-то могло помочь.

За ним следом шел Артур, по возможности пытаясь держаться поближе к стене ущелья. Он старался не смотреть вниз, но каждый раз, когда его нога соскальзывала с гладкой поверхности, сердце замирало, а взгляд невольно цеплялся за бездонную пропасть.

Ну а Дервен замыкал шествие, его лицо было бледным, а дыхание — тяжелым. То заклинание в лабиринте явно выжало из него последние силы, но он упрямо держался, время от времени бросая встревоженные взгляды на Артура. Тот чувствовал эти взгляды спиной, но молчал. Жаловаться было бессмысленно — яд неумолимо, безостановочно, делал свое дело, и каждый шаг отбирал у него все больше сил.

— Великолепно, — в какой-то момент не выдержав, пробурчал Хват, бросая напряженный взгляд вниз. — Просто великолепно! Если свалимся, то…

— Просто иди, — оборвал его Дервен на полуслове, хотя голос его звучал неуверенно. — Мы слишком близко. Она знает, что мы здесь.

Артур в свою очередь промолчал. Его шаги были тяжелыми, дыхание сбивалось. Яд внутри него, казалось, начал жить своей жизнью: то вдруг вспыхивал ледяным огнем в венах, то отступал, оставляя после себя слабость и головокружение. Последнее было особенно мило, учитывая, что совсем рядом была пропасть. Каждый метр вниз давался ему все труднее и труднее. Мысли Артура путались, а перед глазами то и дело мелькали черные пятна. В общем, было похоже, что яд Веридии начал реагировать на близость своей хозяйки, и с каждым метром вниз его действие становилось все более ощутимым. Черные вены на руке теперь не просто пульсировали — они горели, словно раскаленные угли, вживленные под кожу. Он стиснул зубы и заставил себя двигаться дальше.

Но поначалу казавшийся бесконечным спуск к общей радости все-таки остался позади и тропа наконец-то вывела их к подножию ущелья. Здесь воздух был густым, пропитанным сладковатым ароматом цветов и чем-то еще — резким, металлическим, похожим на запах крови. Перед путниками раскинулся сад Веридии — дикое, первобытное буйство жизни, которое одновременно завораживало и пугало. Гигантские папоротники, чьи листья шевелились, словно живые, тянулись к ним, будто пытаясь коснуться. Плотоядные цветы, размером с человеческую голову, лениво раскрывались и закрывались, их лепестки-челюсти поблескивали от влаги. Вдалеке, между стволами исполинских деревьев, мелькали тени — то ли звери, то ли что-то похуже. Река изумрудного цвета текла медленно, почти лениво, но ее поверхность то и дело взрывалась пузырями, словно под водой что-то двигалось.

— Ну и местечко, — напряженно выдохнул Хват, подозрительно оглядываясь по сторонам. — Как бы нас тут не сожрали! Или еще что похуже! — добавил он. Хотя что может быть еще хуже, чем быть съеденным заживо, он так и не пояснил.

— Не каркай! — вопреки обыкновению, очень грубо оборвал его обычно весь из себя такой вежливый Дервен. — Нам теперь нужно как можно быстрее добраться до той башни! — он указал на исполинское древо в центре сада, чьи черные ветви, казалось, пронзали само небо. — Она там! Должна быть там!

— А если там нас ждет только смерть? — Хват прищурился, глядя на мага. — Ты ведь не знаешь, что она из себя такое представляет, да, колдун? Все твои байки — это слухи да легенды.

— Сейчас не время отступать! — взгляд Дервена стал куда жестче. — Вообще-то, тебя с нами никто силой и не тащил — сам ведь вызвался! А теперь, в самом конце пути, уже поздно внезапно передумывать и поворачивать назад! Ведь обратно через лабиринт ты без моей помощи уж точно не пройдешь! Живым, во всяком случае! Если ты так волнуешься за свою драгоценную шкуру, то можешь просто подождать нас здесь!

— Ты что, обвиняешь меня в трусости, колдун?! — побагровел Хват, рефлекторно хватаясь за топор. — Да кем ты себя возомнил?! Ты, волшебник недоделанный?!! Да я тебя одним пальцем!!!

Кажется, что еще немного и его спутники буквально вцепятся друг другу в глотку! Причем, если уж и не совсем на ровном месте — они явно не слишком доверяли друг другу — то очень уж не вовремя! Может, на них тоже как-то влияет близость зеленой ведьмы? Только не так, как на Артура, а по-другому, по-своему, заглушая голос разума и давая волю эмоциям? Или же они просто-напросто устали после тяжелого похода, и у них внезапно резко стали сдавать нервы? Так или иначе, еще раз, все это как-то очень не вовремя! Ведь яд в теле Артура теперь напоминал о себе с каждым ударом сердца. И он знал, что, если быстро не найдет Веридию, и не получит от нее столь нужной ему помощи, то уже не доживет до заката.

— Сейчас не время выяснять отношения! — сказал Артур, делая шаг вперед и вставая между спорщиками. Его голос звучал куда слабее, чем ему самому хотелось бы, но решимости в нем хватало. — Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше!

— Да, ты прав! — тяжело выдохнув, уже намного более спокойным тоном сказал маг. — Прошу прощения за грубость, друг мой! Кажется, я немного увлекся! Искренне прошу меня извинить!

Хват, у которого он только что попросил прощения, в свою очередь извиняться не стал, вместо этого отвернулся в сторону и что-то такое пробурчал себе под нос. Видимо, тем самым давая окружающим понять, что инцидент исчерпан. Пока, во всяком случае.

Ну а раз все хотя бы немного успокоились и передумали убивать друг друга прямо здесь и сейчас, то можно было уже наконец-то двигаться дальше.

Сад встречал их зловещей красотой. Сначала — гигантские папоротники, раскинувшие листья шириной с парус. На каждом — капли янтарной жидкости, которая при приближении путников начинала резко испаряться, источая сладковатый запах.

— Если вдохнете немного поглубже, то на какое-то время будет «весело», — на всякий случай, предупредил их Дервен. — Вот только потом можно уже и не проснуться...

Чуть дальше была поляна, сплошь покрытая цветами. Лепестки переливались всеми оттенками радуги, а в центре каждого цветка, казалось, будто что-то шевелится. Словно сами растения ждали момента, чтобы захлопнуться.

Воздух здесь был тяжелым, сладким, до головокружения. Гигантские, похожие на венерины мухоловки цветы лениво поворачивали свои головки вслед за ними. Из-под земли, прямо у них под ногами, то и дело пробивались толстые, мясистые грибы, которые росли на глазах, достигали размера человеческой головы, а затем лопались, выпуская облако фосфоресцирующих спор.

Пришлось быстро пробежать сквозь очередное облако спор, оказавшееся прямо на их пути, задержав дыхание. И когда Артур наконец смог вдохнуть, он почувствовал, как мир на мгновение поплыл, а цвета стали неестественно яркими. Он тряхнул головой, отгоняя нахлынувшее наваждение.

Между тем, тропа из костей вела их все дальше и дальше, через заросли растений, которые Артур не мог бы представить даже в самом безумном сне. Одни отдаленно напоминали кораллы, в то время как другие — клубки извивающихся змей. Третьи же были и вовсе ни на что не похожи. В чаще время от времени слышались всякие подозрительные шорохи: будто кто-то невидимый двигался за стеной из лиан и цветов. Несколько раз Артуру даже показалось, что за ними наблюдают — огромные глаза, то ли звериные, то ли растительные, изредка мелькали в полумраке. Над головой внезапно пролетело что-то, похожее на гигантскую летучую мышь, но при этом с крыльями, как у бабочки. К счастью, это странное существо, чем бы оно ни было, путниками совершенно не заинтересовалось. Во всяком случае с гастрономическими целями.

Внезапно путь им преградила река с изумрудной водой. Моста не было.

— Ну и что теперь? Вплавь? — с неуместным сарказмом спросил Хват. — Что скажешь, маг?

— Не советую, — сдержанно ответил ему на это Дервен. — Кто знает, какими мы выберемся на тот берег? Если, конечно, вообще выберемся… Сдается мне, эта вода вполне может растворить человеческую плоть!

И в этот же самый момент прямо из воды выросло несколько гигантских кувшинок, образовавших своеобразный живой мост на другой берег.

— Похоже, хозяйка устала ждать, — задумчиво пробормотал Дервен. — Она приглашает нас на аудиенцию.

Переходить по дрожащему, скользкому мосту из живых растений, под которым, предположительно, текла река чистой кислоты, было тем еще испытанием для нервов. Мягко говоря! Артур чувствовал, как яд в его теле ликует, приближаясь к своему источнику. Его сердце колотилось, но не от страха, а от какого-то странного, болезненного возбуждения. Часть его даже хотела упасть в эту изумрудную реку, раствориться в ней, стать частью этого безумного сада. Он изо всех сил, до боли, сжал рукоять меча, цепляясь за эту боль, как за якорь реальности.

И как только они ступили на другой берег, мост из кувшинок тут же погрузился обратно в воду, отрезая им даже теоретический путь к отступлению.

Тропа, тем временем, вела их все дальше и дальше — прямо к подножию башни-древа. Теперь ее можно было наконец-то рассмотреть поближе. Корни, невероятной толщины, переплетались в чудовищный узор, из которого поднимался гигантский ствол, уходящий в небеса. На корнях — цветы и плоды, которых не существовало в обычном, нормальном, мире: огромные ягоды, светящиеся изнутри, и цветы, из которых слышался тихий перезвон, словно колокольчиков.

— Красиво! — признал Артур, с трудом переводя дыхание. — По-своему.

— Красота может быть очень даже опасной, — как бы предупреждая, тихо ответил ему на это Дервен. — Особенно здесь…

Возразить на это Артуру было нечего. Да и едва ли нужно. Они шли между гигантских корней, уходя все ниже. Артур чувствовал, как сад словно давил на него. Яд внутри реагировал на близость хозяйки: вены на руке пульсировали, будто его собственная кровь пыталась вырваться наружу. Каждый шаг отдавался болью, но он упрямо продолжал идти, стискивая зубы.

Наконец, они оказались у самого подножия древа. Тут воздух был еще тяжелее, чем в саду, словно напитан чем-то невидимым. Даже Хват резко замолчал, наконец-то перестав ворчать.

Вход представлял собой огромную расщелину в стволе, сплошь увитую шипастыми лианами. Те шевелились, будто дышали, и то ли не хотели пускать чужаков, то ли, напротив, с нетерпением их ждали. Изнутри веяло сладким, теплым, даже приятным ароматом. Но вместе с тем и холодком смертельной опасности.

Дервен остановился, глядя на лианы, и шепотом сказал:

— Вот мы и у цели.

Артур, тяжело дыша, поднял глаза вверх. Башня над ним уходила в небеса, ветви образовывали шпили и галереи, оттуда свисали гигантские цветы, капающие нектаром. В каждом лепестке отражался мягкий зеленый свет — будто дворец жил своей собственной жизнью, сам по себе, смотрел на них… и улыбался.

Внезапно по саду прокатился легкий шелест, подозрительно похожий на смех. И тут же лианы у входа стремительно разошлись в стороны, образуя арку.

— Кажется, нас пригласили, — хрипло сказал Артур.

Они молча переглянулись. Артур сделал шаг вперед. Лианы слегка дрогнули, но беспрепятственно пропустили его, а затем и его спутников, внутрь.

И в тот самый миг, когда они ступили в тень башни-древа, все трое одновременно почувствовали ее! Да, Веридия была где-то рядом! Ее присутствие ощущалось так же отчетливо, как дыхание ветра или тепло солнца. Но это дыхание было влажным, сладким и опасным, а тепло — похожим на прикосновение пламени.

Башня будто вздохнула, приветствуя своих гостей.

Внутри все оказалось совсем не так, как они ожидали. Башня-древо не была тесной и душной, такой, как обычный ствол. Напротив — пространство перед ними открывалось огромным залом, уходящим вверх, будто они вошли в живой собор.

Стены были из переплетенных корней и лиан, которые поднимались на десятки метров, образуя изогнутые своды. Сквозь прорехи сочился мягкий зеленый свет, словно дневное солнце проходило через толщу листвы. Лианы то шевелились, то замирали, как дыхание огромного организма.

В центре зала уходил вверх гигантский столб — словно внутренний ствол, окруженный мостиками и лестницами, которые вились по спирали. Эти «лестницы» были не вырезаны, а будто выращены самой башней: ступени из древесины и переплетенных лоз образовывали узоры, слишком изящные, чтобы их сделал человек. Да и вообще было такое впечатление, что дворец Веридии может постоянно перестраивать сам себя, подстраиваясь под текущие нужды своей хозяйки. Или просто под ее настроение.

По залу плавали странные огоньки — не светлячки, а какие-то маленькие существа, с прозрачными крыльями и телами, светящимися изнутри янтарным светом. Иногда они садились на стены, и тогда те начинали слегка пульсировать, будто от прикосновения.

Под ногами же не было привычного камня или земли — пол образовывали сплетенные корни, гладкие, отполированные, словно специально созданные, чтобы здесь можно было ходить. Но иногда из щелей между корнями просачивался густой нектар, источавший приторно-сладкий аромат.

Где-то наверху доносился тихий шелест, похожий на шепот множества голосов. И этот шепот будто повторял одно и то же слово — имя хозяйки.

Веридия.

И вдруг свет вокруг стал меняться. Зеленоватое сияние усилилось, словно стены вздохнули глубже, чем прежде. Цветы на лианах раскрылись один за другим, заливая зал мягким светом. Воздух стал густым, сладким, приторным, как мед.

Из-под корней в центре поднялся цветок — гигантский бутон, размером почти с человека. Его лепестки дрожали, словно в предвкушении. Затем бутон раскрылся, и из него шагнула она, Веридия.

Она словно соткалась из самой природы, из ее дикости и первобытной силы. Высокая, стройная, но не хрупкая — женственная, гибкая, полная жизни. Ее кожа была цвета молодой листвы, мягкая и гладкая, с легким влажным отливом, словно покрытая утренней росой.

Грудь — большая, полная, пышная, идеально подчеркиваемая лианами и цветами, которые сами собой образовывали нечто вроде платья. Но, честно говоря, «платье» это было слишком уж откровенным, чтобы хоть что-то толком скрывать. И слишком живым, чтобы быть простой одеждой. Лианы ласково обвивали ее тело, то слегка раздвигаясь, открывая взгляду соблазнительные изгибы талии и бедер, то вновь смыкаясь, как будто играя с воображением.

Ее волосы — густые, длинные и шелковистые, цвета темного каштана, спадали свободными волнами по плечам и спине, спускаясь до тонкой талии. Среди прядей расцветали крошечные алые цветы, словно сам сад стремился украсить свою хозяйку, их лепестки слегка колыхались, подчиняясь невидимому ветру. Темно-каштановый ореол обрамлял ее фигуру, подчеркивая гипнотическую плавность движений — каждый шаг был подобен змеиному танцу, будто росток, тянущийся к солнцу.

Лицо — само совершенство. Высокие скулы. Правильные черты. Полные, чувственные губы, оттенка алых, спелых ягод. Взгляд изумрудных глаз, сияющих изнутри мягким светом. Но тот, кто встретил ее взгляд, мгновенно понимал: это вовсе не ангельская красота. Это взгляд хищницы, которая играет с добычей.

К этому, пожалуй, стоит добавить длинные, грациозные, стройные ноги и изящные, округлые бедра. В общем, перед изумленными путниками стояла богиня природы. И красоты.

Она улыбнулась — медленно, томно, и в этой улыбке смешались ласка, насмешка и хищная жажда. И в тот же миг вся башня-древо отозвалась ей: лианы на стенах зашевелились, цветы раскрылись еще шире, а из самого сердца живого строения донесся протяжный, тихий звук — будто само оно приветствовало свою хозяйку.