Геном хищника. Книга шестая

Глава 1

Мы отбились!

Правда, реанимация Цокора затянулась. Я бросился было догонять Кристину, только когда меня сменили откиснувшие от ауры страха лекари «Крысоловов». Но оказалось, что «Искатели», убегая, подорвали основные выходы из подземелья. Никто из «Крысоловов» не захотел участвовать в разборе завалов — им и без того хватало дел: убедиться, что все уровни безопасны и начать зализывать раны.

Впрочем, и я с удовольствием занялся бы тем же самым. «Иммунитет» к токсину работал как-то странно: умереть я не умер, яд по крови не разгулялся, но мешал затянуться ране, оставленной когтями. Аркаша в ответ на мои вопросы сочувственно пыхтел, повторяя, что регенерация в процессе. Были бы у виртуального помощника руки — развел бы ими, наверное.

Я снова подошел к Цокору. Он в себя пока не пришёл. Как по мне, так это было похоже на кому, но Джуни и очень важный пожилой доктор в один голос сказали, чтобы я не волновался. Это, мол, не кома, а такой специальный режим восстановления. Цокор, мол, потратил слишком много энергии, и теперь только Путь знает, когда он вернётся, и бла-бла-бла…

Я не стал ничего уточнять. Опять, блин, какое-то местное шаманство, похоже. Но не верить в него было сложно, потому что Цокор похудел. И не просто скинул пару килограмм за время напряжённой схватки, а сдулся почти в два раза! Так что сейчас на носилках лежал не огромный лидер «Крысоловов», а его бледная тень.

Какое-то время я покрутился рядом, наблюдая за действиями лекарей, попытался оказывать помощь другим раненым, но, по их мнению, я больше мешал, чем помогал. Так что мне ничего не оставалось, кроме как переключился на финальную зачистку подземелий. За мной, как хвостик, везде следовала Джуни. Сначала в качестве проводника, потом помощника, если не стажёра.

Крысиный газ уже полностью растворился, только в нескольких местах на стенах поблёскивал бледно-розовый осадок. Зато последствия его применения мы встречали на перекрёстках, где валялись мёртвые «Искатели», убитые жестоким способом.

Вроде бы я уже встречался с бешеными фриками, но те препараты, которыми их пичкали, просто какие-то витаминки в сравнении с этим…

Рука невольно потянулась к защитным каплям, когда я переступил через фрика с разбитой в кашу головой. Он как будто лицом в стену долбился. Но этому ещё повезло, он хотя бы сам справился. Дальше уже вперемежку лежали как расстрелянные, так и загрызенные. Причём глотки друг другу рвали даже те, кто мог стрелять.

В какой-то момент мы присоединились к отряду «Крысоловов», который искал выживших. Нашли пятерых: трое пережили воздействие газа, но стали совершенно неадекватными, а ещё двое сумели убежать и заблудились в коридорах. Я не успел предложить допросить пленных — их нашинковали крысиными когтями, не дожидаясь, когда они очухаются.

В общем, пленных «Крысоловы» не брали. Их можно было понять. По разговорам, я понял, что община уменьшилась почти на треть. Если все раненые выживут, конечно, ведь не только Цокор впал в энергокому, но те, кто плохо перенёс ауру страха.

Добив всех, мы вернулись с тележками. «Крысоловы» отдельно собирали своих, а отдельно «Искателей». А я заполнял свою оружием и снаряжением.

Первых свозили в общий зал и готовили к ритуалу последнего Пути. А вторых сбрасывали в другом помещении, больше похожем на фабрику по производству консервов.

— Ну какие консервы? — возмутилась Джуни, когда я решил пошутить на эту тему. — Мы же не людоеды какие-то! Мы еду выращиваем. А это — так, на удобрения.

Мы с ней толкали две тележки. В одну я складывал то, что пригодится мне или моей команде в будущем, во вторую — всё остальное. Себе я пока подобрал только новый семнадцатый «глок» — забрал его у одного из «красных». Не кастом, как мне хотелось, но видно, что пистолет улучшали для Аркадии. Для Купера взял «Дезерт Игл» в подарок.

Добравшись до первого уровня, мы оказались в брошенном лагере «Искателей». А дальше завал, на разбор которого могла уйти пара дней, а «Крысоловы» категорически отказались этим заниматься. На стрессе от пережитого они, наоборот, были готовы ещё качественнее всё закопать.

Джуни после долгих уговоров согласилась вывести меня поверхность где-то совсем в другой части города, через подвал или даже подпол какой-то очень дряхлой заброшенной лачуги. Я сперва даже не соориентировался, где именно мы оказались. Искал башню, но выглядела она иначе. На её вершине поменялся флаг. Символика «Искателей» исчезла, сменившись знаками повстанцев.

Удивиться этому я не успел — откуда-то из кустов выскочил шакрасик и сначала радостно набросился на меня, будто дождавшийся хозяина Хатико, но почти сразу же включил обиду, что я надолго бросил его одного. Мелкий зарычал, стал кусаться и никак не хотел даваться в руки — больно цапался. Пришлось даже браслеты активировать, чтобы поймать его, прижать к себе и успокоить.

Пришлось пообещать, что больше я так с ним не поступлю. Вроде он понял меня, но все равно выплеснул всю обиду, которую я ощутил на себе на уровне чуйки. Капец, я будто сам в шкуре Хатико оказался, аж на луну завыть захотелось! Пока я успокаивал его, из темноты появилась запыхавшаяся Эсра и кратко поведала, что произошло, пока я помогал отбивать подземелье.

Как говорится, покой нам только снится. Если сами идущие по Пути сейчас хотели только одного — вылечить раненых, собрать погибших и восстановить своё жильё, то местная ячейка повстанцев проснулась и захотела использовать слабость «Искателей» для прорыва. Когда все поняли, что Кристина положила под землёй не только собственный отряд, но и половину местного гарнизона, то все резко подорвались и погнали развивать успех.

По горячим следам, пока «Искатели» не поняли, что произошло и что делать дальше, отряд повстанцев захватил Башню. Заняв самое укреплённое и выгодное с точки зрения обзора и контроля здание города, повстанцы поверили в себя и на кураже начали гонять разрозненные группы «Искателей» по всему городу.

— Башня под нашим контролем, центр наш, торговые кварталы тоже, — начала перечислять Эсра, указывая рукой на районы, которые называла. — Мы прижали «Искателей» в больнице и на складах. Промки пока — серая зона. Сколько там людей не очень понятно, несколько машин проскочили. Как понимаешь, всё спонтанно получилось.

— А раненую женщину в чёрном видели возле больницы?

— Нет, — покачала головой Эсра. — Но от больницы как раз три машины отъехали. Тонированные, на большой скорости. Одна свернула в сторону Хиллегома, а две — к Хемстеду.

— Ясно.

Я вздохнул, на сто процентов уверенный, что в одной из этих машин сидела Кристина. Сомнительно, что она отправилась в Хемстед. Нечего ей делать на окраине Пограничья. Скорее всего, она поехала в Хиллегом, если не дальше — в Ганзу. К Драго.

— Что с гостиницей? Там же руководство «Искателей»? Пленные есть? Какие-то документы нашли?

— Гостиница пустая, мы её контролируем. Я скажу, чтобы там ничего не трогали до твоего прихода. А в плен никто не просится, — пожала плечами Эсра. — Меня сейчас больше другое интересует.

— Подмога из Хемстеда? Там у «Искателей» сильный гарнизон…

Я задумался, пытаясь прикинуть, чем нам грозит захват Хардервайка. Одно дело — захватить, а совсем другое — удержать. К тому же я так до конца и не представлял себе, какими силами располагают повстанцы.

— Связь с Датчем есть?

— Мы отправили три отряда. Один с весточкой, остальные попытаются перехватить «Искателей», — сказала Эсра. — Но в успех погони я не верю. У них и фора, и тачки помощнее. Мы сейчас подтягиваем всех, кого можно. Численное преимущество в городе у нас уже есть, но численное не значит качественное. Ты ранен? — спросила Эсра, кивая на моё плечо, а потом на башню. — Твоя помощь бы не помешала.

— Просто царапина, — хмыкнул я. — Мне нужно добраться до машины. И да, пусть в гостинице ничего не трогают. Меня в первую очередь интересует номер стервозно-симпатичной женщины в чёрном. Наверняка кто-то из персонала сможет опознать её.

Я потрепал по загривку шакрасика, шепнув, чтобы не расстраивался, — ему тоже хватит приключений. Даже если сейчас Кристина ушла и, возможно, затаится на время, то Драго-то никуда не денется. А вообще, неплохо всё получилось. С суперсолдатами UNPA познакомились, планы по очередной лаборатории обломали.

Пора было выдвигаться, и тут Эсра, наконец, заметила Джуни. Да я и сам, честно говоря, про неё почти забыл — настолько она была тихой и незаметной. Но эта скромность не делала её неопасной. Шакрасик, кстати, за ней внимательно наблюдал, но не настороженно, а с любопытством. Видимо, каким-то образом считал моё спокойное отношение к девушке. А я только сейчас поймал себя на мысли, что считаю её частью своей команды. Пока в роли стажёра-подмастерья, а потом в роли поддержки, в смысле ещё одного стрелка. Помощь меткой девушки мне точно пригодится, когда мне придется лезть в самый эпицентр замеса. Так что, когда «мышка» без объяснения причин наотрез отказалась возвращаться к «Крысоловам», я даже обрадовался. Оружие надо будет только получше подобрать для неё и обучить как следует. Но на то она и подмастерье.

Эсра провела нас по кратчайшему пути к своему магазину, где я оставил «форд». Я вытащил G28 с запасом патронов и свои запасы еды, а затем мы опять почесали по тёмным улицам. Где-то вдалеке раздавались выстрелы, но на полноценный штурм это не тянуло, максимум сдерживание. На мой вопрос Эсра ответила, что первая атака завершилась, сейчас будет перегруппировка и после этого «Искателей» додавят.

Сразу же, как только я займу позицию на башне.

Там нас уже ждали.

Незнакомые повстанцы, которые ещё вчера были максимум охотниками, а, скорее всего, торговцами или фермерами. Сильных геномов среди них я не ощущал, разве что стандартных кайманов с усиленной выносливостью и скоростью. Обычный выбор для мирного жителя Аркадии, чтобы и здешний климат лучше переносить, и отбиться от монстра или бандита.

Первый этаж Башни раньше был полицейским участком. С прежних времен осталась и стойка за решёткой, и столы, и шкафы с папками, и карта города на стене, и небольшой арсенал. Повстанцы его, правда, успели разобрать. Почему-то остались только популярные в Пограничье G3, среди которых затесалось немного бельгийских FN FAL и совсем чуть-чуть наших «калашей». С ними вообще как-то плохо было в Пограничье, будто Ганза все поставки оставляла у себя. В общем, я на такую картину в Африке насмотрелся: дёшево, сердито и при должной сноровке достаточно убойно.

Каким-то чудом в арсенале сохранились аж две СВД, которые я, конечно же, забрал. Первым делом выдал одну Джуни. Сразу и учиться начнём.

На втором этаже повстанцы переоборудовали казарму в лазарет. К сожалению, он уже был полным. Третий этаж, четвёртый, пятый — мы вихрем взлетели по винтовой лестнице на крышу, где сразу начали готовить позиции и изучать город, чтобы скоординировать действия отрядов зачистки.

Через полчаса к нам присоединилась Эсра. Принесла с собой бинокль и набор флажков. Радиосвязь, конечно, не помешала бы, но, как оказалось, повстанцы неплохо приспособились. Эсра залезла на перила и, помахав флажками, отдала команду нужному отряду.

— Выдвигаемся! Прикрывайте, — бросила она нам, оглянувшись. — Думаю, что эта ночь будет долгой.

Согласен!

А потом я пойду на площадь, обойду все трактиры, перепробую весь вискарь и заселюсь в гостиницу. Посмотрю, не оставила ли Кристина, чего полезного, и на пару дней уйду в энергетическую спячку…

***

К одиннадцати часам утра город был наш.

Пока он, правда, больше походил на призрак, а не «жемчужину Пограничья», как его называли. Наглухо запертые дома, закрытые ставнями окна, за которыми тихонько сидели мирные жители. Никто не высовывался. Несколько догорающих пожаров — совсем без них у повстанцев обойтись не получилось. Но они все равно молодцы — почти всё умудрились вовремя локализовать. На дорогах лежали трупы «Искателей», которых обходили новые уставшие патрули.

Я сейчас сидел и наблюдал в глазок оптики за тем, как из города выгоняют поддерживающих «Искателей» горожан. Довольно цивилизованно, кстати. Никаких расстрелов, публичных казней и прочих измывательств. Просто указали им на дорогу. Иди, мол, куда хочешь, а если вернёшься, тогда уже по-другому поговорим.

Естественно, реплики я себе сам додумал. С башни было не слышно.

В общем, как говорится, власть поменялась.

Я пока давно уже позёвывал и протирал глаза, поглядывая, как неугомонная Джуни тренируется в сборке-разборке СВД. Она приставала ко мне с кучей уточняющих вопросов, на которые я отвечал коротко и по делу. К этому времени мы уже успели обсудили, что дальше она поедет со мной. Джуни эта идея понравилась, но она предупредила, что нужно сперва только спросить разрешения у Цокора и других старейшин.

К обеду пришли новости от Датча. Мы с Джуни спустились на первый этаж, чтобы поесть и узнать, как дела, и тут пришла Эсра и собрала недавно назначенных командиров, среди которых затесался и я.

Почти по классике: плохая, хорошая и ещё одна плохая.

Из Хемстеда выступил большой отряд карателей. Очень большой. Даже по примерным прикидкам Голландца, он вдвое превышал количество повстанцев в Хардервайке. Вторая плохая новость заключалась в том, что на помощь к нам никто не придёт.

Зато когда каратели отойдут подальше, отряды Датча атакуют Хемстед. «Крысоловы», пообещали незаметно провести отряды в город. И если всё пойдёт хорошо, то одновременно выступят Дикие земли и ирландская община подтянется.

Бла-бла-бла, мы молодцы! Мы те, кто разжёг костры восстания по всему Пограничью. Те, кто сдвинул первую костяшку домино, за которой посыпятся и все остальные. План — огонь, а вы держитесь! Мы придём, как только, так сразу.

— Если кто-то хочет уйти, то лучше сделать это сейчас, — сказала Эсра, закончив читать письмо.

— Сколько у нас есть времени? — спросил усатый дядька с геномом каймана.

— До рассвета, — ответила Эсра. — Может, чуть больше.

— Гражданских хотя бы получится вывести?

— Опасно. С Хиллегомом связи нет, наших там мало. Если оттуда идут «Искатели», люди попадут под удар, — нахмурилась Эсра. — Может, «Крысоловы» их пустят? Если, конечно, захотят помочь…

Она подтащила стул к карте на стене, взобралась на него и начала обводить ключевые точки: несколько домов на основных перекрёстках, потом бетонные укрепления вокруг города и, наконец, нашу Башню.

— Сумрак, ты с нами? — Эсра обернулась ко мне.

— Нет, — помотал головой я. — Пока нет. Для начала прогуляюсь. Посмотрю хоть, кто к нам едет.

Глава 2

Я попросил подробную карту Трёхи. Нашёлся и доброволец, который показал мне, по каким дорогам каратели поедут из Хемстеда. Я прикинул сразу несколько мест, где можно устроить засаду. Причём одну за другой, чтобы несколько раз отступить, прежде чем «Искатели» поймут, кто и откуда на них напал.

Датч планировал кусать «Искателей» по частям. У меня была та же цель. Я посмотрел на Джуни — та с кривой улыбкой кивнула. Мелкий же телепат шакрасик не только прочитал мои мысли, но и на уровне чуйки окатил меня своим нетерпением: он предвкушал славную охоту на свежем воздухе.

Ладно, раз все хотят подраться, то кто я такой, чтобы портить им праздник? Биомонитор дал мне до кризиса вагон времени, а вот «инспектор» ЗОЖ негодовал. Ладно, поем по дороге, посплю на месте. Тут главное первым прибыть.

Я очень примерно обрисовал командирам, что собираюсь делать. В основном упирал на то, что постараюсь выиграть для них побольше времени. В ответ выслушал такой же умозрительный план выстраивания городской обороны.

Варианты были разные: и заминировать что-нибудь найденной в арсенале взрывчаткой, и где-то что-то подкопать или завалить по старинке, чтобы направить карателей по нужным улицам. Усатый командир вещал уверенно, хотя опыт у него был разве что в охоте на обычных животных, даже не на мутантов. Хотя разница была невелика, пожалуй. В общем, дольше договаривались, как нам с Джуни лучше возвращаться, чтобы не попасть под «дружеский» огонь или в ловушку.

Проверив свою «десятку», я загрузил в багажник запас еды на неделю. В этом вопросе лучше не экономить. Я собирался погонять всего лишь до утра, но посмотрим, как пойдёт. Я сел за руль. Джуни тут же призналась, что водить машину не умеет, да и вообще до этого момента она никогда так надолго не покидала подземелье.

Общее представление о городе и его размахе она, конечно, уже получила, отстреливая «Искателей» с башни, но теперь со смесью удивления и скепсиса таращилась по сторонам.

Больше всего её впечатлило почтовое здание UNPA. Мне рассказали, что это было самое нормальное UNPA с самыми обычными «Миротворцами», которые явно были не в курсе тёмных дел разведывательного Директората. По крайней мере, они не помогали «Искателям». Как только в городе началась заварушка, они тут же спрятались в своём офисе и повесили табличку: «Закрыто». Никого к себе не пускали и ни во что не вмешивались, демонстрируя свой показательный нейтралитет.

Я снизил скорость, когда мы проезжали мимо их крыльца, и даже кивнул охраннику, проводившему нас скучающим взглядом. Матёрый мужик, поди ветеран какой-нибудь войны на Земле. Он кивнул в ответ и даже козырнул двумя пальцами. Может, поддерживал наш бунт против сектантов, а может, просто от скуки. Мне хотелось верить, что среди «Миротворцев» всё-таки есть нормальные люди.

Город постепенно оживал. Мы ещё выехать не успели, а повстанцы уже развили бурную деятельность по подготовке к обороне: выводили людей с окраин, устраивали завалы на дорогах, укладывали мешки на крышах и что-то даже минировали. Не город, а проснувшийся муравейник какой-то! Рядовые бойцы на нас косились, но проехать никто не помешал.

Покинув город, мы сверились с картой и помчали по тракту, наслаждаясь свежим ветром. Точнее, мы с шакрасиком наслаждались: мелкий, как обычная собака, ёрзал у меня на коленях, пока не догадался высунуть морду в открытое окно и вывалить язык от счастья. А вот Джуни, наоборот, притихла и вжалась в кресло, будто забилась в норку. Она хмуро следила за тем, как я управляю машиной, не упуская ни единого движения.

По-моему, мышка мне не доверяла.

В зеркале заднего вида я поглядывал на две машины повстанцев, которые следовали за нами не ради поддержки, а чтобы предупредить людей, живущих в пригороде, о приближении карателей. Посигналив, они обогнали нас и скрывшись в темноте. То ли механика предупреждений об опасности была отработана давно, то ли никто лишних вопросов не задавал, но все фермы, мимо которых мы проехали, показались нам уже брошенными.

Километров десять вокруг дороги тянулись фермерские поля, потом их сменила саванна. Видимость была прекрасной, но это-то и плохо: снайперу спрятаться негде. Когда деревьев стало больше, тракт начал петлять, да и горки появились. Так мы ехали ещё какое-то время: то в горку, то с горки, то мимо холма, то вдоль почти высохшей речушки в каньоне. Мост через неё у меня был записан как последнее место для засады.

Потом мы проехали огромный песчаный карьер, за которым хорошая дорога закончилась. Тракт свернул в сторону небольшого городка типа Нового Зандейка. Назывался примерно так же: Новый кто-то там (на карте было неразборчиво). Крюк до Хемстеда через него выходил чересчур уж большим, поэтому Эсра с усатым уверяли меня, что каратели поедут напрямую. Мы с Джуни туда и не поехали, а свернули на просёлочную дорогу. Я только ненадолго остановился, чтобы приглядеть себе пару удобных точек, откуда можно будет контролировать все подъезды к карьеру.

И снова нас ждала ночная саванна и её дурманящие запахи — и в кои-то веки это была не кровь и не гниль монстров и подземелий, а нечто сладкое и свежее. Может, лишь чуть-чуть горчинки, как будто мяту смешали с грейпфрутом. И никаких пряностей, напоминающих Кристину.

Стоило подумать об этом, я тут же её вспомнил, как она стояла рядом с мутантами и красными бойцами. Эх, жаль, что я их толком обтрофеить-то их после победы не успел: в порядке мёртвой очереди они покатились на тележках «Крысоловов» на консервный завод. Тьфу, то есть завод удобрений. Ладно, сейчас об этом бессмысленно вздыхать. Вернусь к Цокору, там и спрошу. Может, их ещё не «схомячили».

Мы подъехали к перекрёстку, на котором расположилась старая двухэтажная ферма. По всей видимости, здесь уже неоднократно гоняли тех, кто имел неосторожность жить на этом перекрёстке. Одна стена хранила следы гари, по второй явно полоснули чем-то крупнокалиберным. Во дворе стоял сгоревший грузовик, а за сараем — собранная на скорую руку виселица, где болтался какой-то старик. Болтался давно. Голову ему подпортили птицы, а ноги обглодал какой-то не особо прыгучий монстр.

И, судя по реакции шакрасика, этот монстр всё ещё был здесь. Чуйка на минималке подсветила шевеление под домом, в погребе. Я придержал Пепла, рвущегося в дом. Ещё раз посмотрел на висельника, оценивая ширину челюстей по вырванным кускам мяса, и решил не нарываться. Может, этот монстр станет моим союзником против «Искателей»? Прикинув, как быстро забраться на крышу, я отметил в мысленном блокнотике третью точку для засады и быстренько, пока монстр нас не почуял, поехал дальше.

Четвёртая подходящая точка оказалась на холме, с которого открывался отличный вид на следующий перекрёсток сразу на выезде из леса. Отсюда можно будет уйти не только к соседним городкам, но и в сторону общины ирландцев. Я чуть-чуть не доехал до гребня холма, оставил машину в тени и пешком взобрался на вершину.

До кромки леса далековато, что-то около полутора километров. Зажать карателей прямо на выезде из леса не получится, но с другой стороны, будет выбор целей. А прятаться им некуда: на перекрёстке когда-то стоял трактир, заправка и сервис, но сейчас там одни пеньки остались, да смотровая яма, заваленная мусором.

— Тут останемся? — тихонько спросила Джуни, подкравшись ко мне.

— Можно, конечно, и дальше проехать, — зевнул я. — Карта говорит, что за лесом озеро. Было бы неплохо с одного берега принять другой, но может дистанции не хватить.

— А тут хватит?

— Подпустим поближе. Твоя дистанция — метров пятьсот. Работаешь только по тем, кто пытается нас обойти. Не высовывайся и не торопись. Как только они начнут нас прижимать, разворачиваемся и валим на ферму. Повторяем и гоним на карьер. И так обратно до Хардервайка. Мы, конечно, один за всех, но геройствовать с криками «я их задержу», мы не будем. Поняла?

— Ничего не поняла, это какая-то отсылка? — нахмурилась Джуни.

— Забей, — поморщился я, махнул рукой и посмотрел на шакрасика. — А кто не послушается, того будем бить по наглой серой морде! Короче, ждём. То есть я спать, а вы в засаде.

Я забрался обратно в машину, развернулся, чтобы сваливать было сподручней, и откатил ещё чуть ниже, чтобы даже с деревьев нельзя было увидеть её крышу за холмом. Расчехлил «десятку», проверил все магазины и прошёлся с ней по вершине холма, выбирая позиции для себя и девушки. Потом сменил повязку на плече, сделав новый компресс из «Живинки», и наконец откинулся на переднем сиденье. Уснул моментально, даже не успел представить, что трескотня каких-то сверчков станет моей колыбельной.

Организм будто щёлкнул выключателем и даже сны мне не стал показывать. Щёлк — и темнота, щёлк — всё ещё темнота, но уже с вкраплениями редких звёзд за лобовым стеклом. Луна скрылась за тучами, тьма стояла жуткая — то, что нам доктор прописал! Я посмотрел на часы: отрубился, выходит, аж на шесть часов, а проснулся от внутреннего будильника — занервничал шакрасик. Он чувствовал приближение чего-то, а чего именно — и сам понять не мог.

— За лесом что-то шумит, — сказала Джуни, когда я подошёл.

Я тоже это слышал. Пока не очень явное гудение катилось над лесом, будто там внутри жужжал рой рассерженных пчёл. Причём этот рой растянулся, игнорируя только одну дорогу. Я лёг возле плоского камня — тот прикрывал меня справа. Поставив «десятку» на сошки, нацелился на выезд из леса. Сделал несколько глубоких вдохов, не столько настраиваясь, сколько призывая геном проснуться. Шикнул на мелкого, которого будить не нужно было — шакрасик аж извёлся весь, но серьёзностью ситуации благодаря моему настрою проникся. Прилёг рядом, толкнув меня в бок и уткнувшись носом в траву.

Гул моторов приближался. На дороге появились проблески фар, мелькавшие среди деревьев. Сперва жуткие кривые тени ложились на дорогу, а потом разом стало светло! Десятка два фар вырвались из леса с обеих сторон от дороги. А с неё ударил прожектор, который начал шарить по полю вокруг. Луч задержался на развалинах, а у меня глаза разбежались.

— М-да, не дорабатывает у Датча разведка, — прошептал я, пытаясь понять, что за стальной монстр выкатился на дорогу.

У «Искателей» был собственный бронетранспортёр! Очень отдалённо он напоминал наш БТР-80, но с таким количеством усилений и обвесов, что его можно было снимать в любом зомби-апокалипсисе или «Безумном Максе». Таранить монстров, по крайней мере, он мог любым своим бортом. Не машина, а какая-то акула со стальными плавниками! Помимо дополнительных стальных листов и решёток на броню повесили крупные куски чей-то шкуры. На крыше, сразу за прожектором, виднелся силуэт спаренного крупнокалиберного пулемёта.

Сомнительно, что «десятка» пробьет такую защиту. Винтовка «Древних» могла бы справиться, но она всё ещё дожидается меня в мастерской Ульрика. Кажется, время для экспериментов прошло и мне стоит при первой же возможности заехать за ней. Раз «Искатели» повышают ставки, то и мне надо.

Следом за броневиком между деревьями выскочили несколько десятков мотоциклов. Они проехали метров пятьдесят и выстроились практически в линию.

— Блин, ну что вы такие пуганые? — вздохнул я. — Нет бы выехать нормально. По одному, без брони. А если даже на броне, то с бригадиром в полный рост в люке. Эх…

— Уходим? — спросила Джуни, повысив голос.

Рёв моторов на холостых залил всю округу, так что можно было хоть орать — всё равно нас бы никто не заметил.

Луч прожектора начал бродить по дороге, постепенно поднимаясь по холму. Моя чуйка засекла попытку сканирования, но её источник до нас не добивал.

— Ждём, — ответил я. — На тебе мотоциклы, как сорвутся. Подпускай ближе, а я попробую всё-таки уговорить их повернуть обратно.

— Может, поединок? — спросила Джуни. — Или это опять отсылка?

— Скорее, юмор, — хмыкнул я. — Примерно, как и у тебя насчёт поединка.

Так-то, конечно! Сейчас один на один схлестнёмся с каким-нибудь Ехидом, если он, конечно, карательный отряд решил возглавить, а не Датча ждёт. Точнее, Купера. При всём моём уважении к капибарам, я бы поставил на Ехида. Ещё из разряда фантастических планов — настолько разозлить «Искателей», что они передумают идти на Хардервайк, а бросятся в погоню за мной. Но надо признать: я ещё не настолько легендарен, чтобы ради меня бросать целый город.

Ладно, пошутили и хватит. Это скорее нервное, потому что уже понятно: Хардервайк такое не переживёт. Ехид там или нет, но и внутри броневика, и среди мотоциклистов хватает сильных аур с задатками хищников-маньяков.

Луч прожектора добрался до вершины холма. Скользнул над нашими головами. В этот момент БТР тронулся с места. Следом за ним подорвались и байкеры — все как один нормальные человеческие бойцы без признаков мутаций. Но и фрики недолго заставили себя ждать. Как только БТР со своей «мотобандой» проехал метров пятьсот, на дороге в лесу снова показались фары. Одна пара за другой и так далее, пока когда задние не начали засвечивать передних. Я узнал типовые грузовики «Искателей» для перевозки мутантов.

До первых мотоциклистов оставалось всего метров шестьсот, а мутантовозы всё ещё не закончили выезжать из леса. Если они всё битком, то там уже штук двести фриков сидит, а через каждые пять грузовиков встречались и технички с вооружёнными бойцами и установленными пулемётами.

— Уходим? — нетерпеливо переспросила Джуни, хотя, возможно, напряжение транслировала не она даже, а шакрасике, который сжался в тугую пружину у меня под боком.

— Ждём, — скупо ответил я, целясь в узкую смотровую щель, за которой должен быть водитель.

До перископов и сложной оптики местные умельцы ещё не дошли. Бронестёклами тоже, видать, небогата местная промышленность. Всё в первую очередь против монстров делается. Крышка-люк, а там щель, поверх неё приварена решётка, какой-то хренью костяной ещё по бокам закрыто. Шанс на успешное попадание… ну примерно как белке в прикрытый глаз. Но он есть! Плюс, чуйка помогала: прорисовывая ауру, она подсказывала мне, что прямо за решёткой сидит человек.

Я задержал дыхание, концентрируя на кончике пальца и весь свой опыт, и все примочки генома. Темень стояла полная, но мне она не мешала. Расстояние сократилось до трёхсот метров, зрение работало на максимум, под боком напрягся шакрасик, будто это он сейчас рванёт, а не пуля. Он тоже что-то просчитывал, видимо. Я не выбирал время для выстрела — я просто вдруг понял, что пора. Всё уже просчитано и экстраполировано: от инстинктов дикого хищника до результатов внутреннего баллистического калькулятора, который учёл всё, что только можно было. И даже то, что было нельзя в моей прошлой жизни…

Выстрел!

Оценить его я смог только по погасшей ауре и вильнувшему в сторону бронетранспортёру. С задержкой в полсекунды выдохнула и Джуни. Работаем! Пусть через раз, но после каждого второго выстрела то одна, то друга фара дёргалась, а байкер оказывался на земле. Один проскочил, чуть не забрался на вершину холма, но им тут же занялся шакрасик. Чёрная, блин, молния сорвалась с невидимого поводка и одним прыжком вгрызлась в открытое горло «Искателя».

Я свистнул, чтобы вернуть мелкого, и тут же переключился на дальние грузовики. Тут уже расстояние на пределе, но и глаз белки там считался от бампера до верхушки лобового стекла!

Моментально опустошив магазин, я вывел из строя три грузовика и одну техничку.

— А вот теперь уходим!

Глава 3

Уходим-то, конечно, уходим… Только недалеко и ненадолго.

Я подхватил шакрасика под мышку, на бегу закинул «десятку» на заднее сиденье, вцепился в руль и дал по газам сразу же, как только Джуни запрыгнула на пассажирское место. «Форд» бодро рванул с горочки, а за спиной в небо ударили лучи мотоциклетных фар. Я дал по тормозам и крутанул руль, разворачивая машину бортом к вершине.

— Дай-ка! — Я протянул руку к СВД, попутно локтем спихивая шакрасика на заднее сиденье.

Тесновато снайперской винтовкой в салоне размахивать, но одолжить у «мышки» СВД было сильно проще, чем тянуться за своей G28.

Эх, как говорится, руки помнят! Высунув ствол в окно и оперев его на дверь, я поймал в прицел первого мотоциклиста, показавшегося над вершиной. Ёлочка прицела совпала с разгрузкой на груди сектанта, и пуля наперегонки с «Кондрашкой» выкинула его из седла. Мотоцикл грохнулся и закувыркался по склону. А я уже ждал следующего, ориентируясь на подсветку дороги и тонкий луч в небо. Завидев очкастую голову, не колебался.

Выстрел! Минус два.

Сразу же прицел на следующему. Думал, умнее всех: рванул наискосок. Даже выстрелить успел в нашу сторону, но пули ушли выше. Одна только, явно шальная, чиркнула по крыше «Форда». Я немного его проводил, взял упреждение и опрокинул вместе с мотоциклом. Четвёртый попытался вильнуть, чтобы свалить обратно за холм, так что моя пуля ушла ниже, чем нужно, поломав что-то в байке. «Искатель» грохнулся, получил по хребту своим же байком, а потом и колесом по голове. Похоже, не жилец — в том смысле, что больше не ездун. Так-то оклемается — от него продвинутым кайманом за версту несло. Пятый получил пулю в спину и кувыркнулся на вершине.

Раздался хруст, будто мотоцикл попал под колёса чего-то очень тяжелого, а затем появился край прожектора. Ага! Очухались там, в броневике! Или просто заменили водителя? Я не стал дожидаться, когда за прожектором появятся и спаренные пулемёты — добил остаток магазина в белый свет. Выключил и сам свет, и того, кто за ним. Затем вернул винтовку Джуни и вновь дал по газам.

И теперь уже не останавливался до самого заброшенного хутора, с висельником и какой-то тварью в погребе.

Припарковал машину вплотную к дому, чтобы по ней забраться на крышу. Убедился, что нас точно не видно с дороги, в очередной раз проверил оружие и с двумя винтовками полез на крышу. Активировал маскировку. Можно было устроиться и на втором этаже, но, честно говоря, заходить внутрь дома мне не хотелось — чуйка нервничала, Пепел скалился, и даже Джуни фыркала, морща носик. Поэтому я отправил их подальше, к небольшой насыпи из камней метрах в пятидесяти от дома. Задача перед «мышкой» поставил всё ту же — пусть валит тех, кто подберется чересчур близко.

Снова ждём!

Я чувствовал, что нечто в погребе зашевелилось, но как-то неуверенно. Как будто тварь не понимала свои собственные ощущения: для неё наверняка маячила какая-то опасность, но не в зоне видимости. В принципе, её растерянность понятна: мы с Пеплом замаскированы по самое набалуйся, у Джуни какой-то свой навык, связанный с тенями. Она пыталась мне объяснить, но все термины были завязаны на Путь, так что я махнул рукой. Путь тени, тень в пути или что-то такое, чем «Крысоловы» активно пользуются под землёй. Над землёй это тоже работало, но только в тёмное время суток или в пасмурную погоду.

Но даже это не было главным. Невидимый монстр вполне мог ощущать лёгкую дрожь земли от приближающегося конвоя «Искателей». Но появились они красиво, в этом им не откажешь. Едва вдалеке на дороге забрезжил свет фар, как в небо взлетели три осветительные ракеты. Точнее ослабленные шаровые молнии. Белые вспышки, виляя, поднялись в небо, разделились на три стороны и, ненадолго зависнув, медленно спикировали обратно на земле. Ничего не взорвалось (всё-таки не фейерверк), но на пару километров вокруг стало светло, как днём.

До нашего хутора эти осветились пока не доставали, зато я, наоборот, смог очень хорошо разглядеть авангард. «Искатели» перестроились. Первыми ехали три технички с пулемётами в кузовах. Брони туда тоже напихали от души, отчего пострадала скорость и манёвренность. Вместо лобовых стёкол поставили решётки типа жалюзи, а пулемётчик в кузове спрятался за толстенным стальным щитом. Ему оставили несколько прорезей для обзора, а так торчал только ствол. Бампер тоже усилили, хотя решётку радиатора защищал разве что череп какого-то безрогого зверя. Плоский лоб с костяными надбровьями, нависающими над узкими глазницами, черный провал на месте носа и клыкастая верхняя челюсть. Ну и образина!

— Нормально… Белке — в глаз, черепу — в нос, — прошептал я, прикидывая, куда буду стрелять.

За техничками катил мой старый знакомый БТР. Можно сказать, что уже дважды обезвреженный. Люк, в который я выстрелил в первый раз, сейчас полностью прикрыли шкурой, а выбитый прожектор прямо на ходу пытались чинить два сектанта. Пока в небо запускали осветительные шаровые молнии, они приникли к крыше, делая вид, будто их нет.

Метров через сто растянулся основной караван мутантовозов. А вот мотоциклы куда-то свалили. Два шустрика, которые гоняли от техничек до грузовиков, видимо, выполняя роль связистов, не в счёт. Зато я хорошо слышал рев двигателей за границей подсвеченной области. По сути, мотоциклы ехали без света и немного опережали колонну. Немного, но достаточно, чтобы нивелировать моё преимущество в дальности.

Но это не значит, что я не попытаюсь снова. Просто убегать в этот раз будем раньше. Или вообще по мотоциклам только и отработаем. Когда заряды молний погасли и степь снова погрузилась во тьму, я смог разглядеть силуэты байкеров. Расстояние до них — больше километра, ужасно жаль тратить патроны «десятки» на них, но ничего не поделаешь. Мешают они сейчас больше. Понятно, что пулемёты на техничках опаснее, но уйти от них будет проще. Сначала под прикрытием дома, а дальше на скорости можно будет пользоваться неровностями рельефа.

Я пристроился поудобней, упираясь ногами в печную трубу, и вместе с винтовкой высунулся над коньком крыши. Рядом на ветру заскрипел уродливый флюгер, совершенно не похожий на петуха, а скорее на какую-то ящерицу. Прекрасно, считай подсказка направления ветра, хотя мой геном уже несколько раз доказал, что справляется лучше всяких технических приспособлений. Я выбрал правую сторону, потому что Джуни их даже не увидит из-за дома. Надеюсь, она увидит тех, что слева.

Понятно, что много времени нам не дадут, поэтому я решил рискнуть. Ветер на нашей стороне, «десятка» пока не подводила…

Прицелился сильно выше головы первого мотоциклиста и потянул спуск. Винтовка ощутимо лягнула в плечо, даже как-то чересчур, аж больно стало. Зашипев сквозь зубы, я поймал следующего, выстрелил во второго. И только в этот момент с мотоцикла свалился первый. Какой-то, блин, временной лаг, хотя на самом деле всего лишь время полёта пули. Когда я целился в третьего, упал второй. Когда в четвёртого — третий счастливо разминулся с пулей и бросился на землю. Четвёртому повезло меньше, а пятую пулю я отправил в упавший мотоцикл. Бронебойно-зажигательный снаряд пробил бензобак со всеми вытекающими последствиями. Под грохот взрыва я скрылся на другой стороне крыши, цепляясь за трубу, чтобы не свалиться.

А потом опять включили свет! Над моей головой просвистели трассеры, выбив минифейрверк из жуткого флюгера. Следом в небо поднялись новые сигнальные молнии. Возможно, на этот раз больше трёх, потому что светом залило вообще всё вокруг: и крышу, и двор, и сарай, за которым покачивался висельник и как будто даже улыбался. Понятно, что это всего лишь игра света, хотя намёк был очень красноречивым!

Тут же заработали пулемёты с техничек. И вот либо летело как попало, либо там нарочно целились по окнам. Крыша, конечно, тоже охала и скрипела, но не так. Печная труба осыпалась осколками, а из края крыши вылетело несколько черепиц. Похоже, насквозь прошло. В шуме пулемётных очередей практически затерялись одиночные выстрелы Джуни.

Отгорели сигнальные молнии. Вместе с темнотой пришла тишина. Я тут же отлип от трубы и бочком проскочил до проделанной дыры по скату. Мысленно поблагодарив «Искателей», просунул ствол «десятки» в образовавшуюся щель. В поле зрения попала только одна техничка, но я и не рассчитывал, что мне дадут много времени. Машины приближались, расстояние стремительно сокращалось, и следующие очереди сделают из крыши решето. От дома останутся рожки да ножки…

Стоп! А действительно, что останется-то? Жители подвала не оценили, что кто-то ломает их дом. Чуйка завибрировала от напряжения, а волны на сканере превратились в воронку, в центре которой я и находился.

Я вспомнил о черепе на радиаторе. Прицелился, пропустил навязчивые мысли об опасности — монстр уже выбрался на первый этаж. Выстрелил! Практически одновременно с этим в поле вспыхнула новая шаровая молния. Считай, опять включили подсветку, чтобы отчётливо разглядеть огненные искры, вырвавшиеся из резко вставшей машины. Проблема в том, что эта подсветка летела не в небо, а целенаправленно слепила глаза!

— Джу-уни-и! Беги к дороге! — закричал я, скатываясь с крыши прямо на землю и держа в каждой руке по винтовке.

— Это ты беги! — донеслось от «мышки». Как оказалось, она уже улепётывала по дороге. Видать, воспользовалась темнотой и вместе с мелким перебежала за дома.

Слепящий свет шаровой молнии догнал меня уже в машине. К счастью, я успел отъехать от дома. Правда, чтобы подобрать Джуни прямо на ходу, пришлось немного сбросить скорость. Забросив шакрасика в окно, «мышка» тоже нырнула внутрь. Возможно, именно это спасло её глаза — то, что голова в самый опасный момент оказалась под сиденьем. Я посмотрел в зеркало заднего вида — там стоял пусть дырявый, но довольно здоровый дом. На мгновение его будто просветили рентгеном: стены, перекрытия, какую-то червиво-змеиную массу, лезущую из погреба. И всё это расплавилось в ярком свете.

Шакрасик обиженно завыл, а я одной рукой вцепился в руль, другой в куртку Джуни, чтобы она не выпала. Мы погнал! Даже не по приборам, а по памяти! Ближайший километр дорога никуда не должна сворачивать. Секунд через десять за спиной раздался душераздирающий вопль. Ещё через десять послышались выстрелы. Снова заработал пулемёт, но я уже и чуйкой, и жопой знал, что палят не по нам. А секунд через сорок я, наконец, проморгался, и перед глазами поплыли деревья.

Особенно одно из них в глаза бросилось. Замаячило прямо по центру. Я вильнул влево, одновременно закидывая Джуни в кабину и ловя шакрасика, чуть не вылетевшего в открытое окно. Мелкий в очередной раз обиженно пискнул, но в остальном, можно сказать, мы отделались лёгким испугом. Плюс, разведка боем показала, что сейчас там, среди «Искателей», либо сам Ехид, либо кто-то из очень сильных «ведьм». Таких мощных молний я на Аркадии ещё не встречал. Но спасибо ему — погоне теперь тоже нужно сперва проморгаться.

Мы несколько раз свернули, объезжая то небольшие холмики, то высокие заросли кустов и редкие деревья. Погоню либо не отправили вообще, либо они нас успели потерять. Учитывая, что я гнал, выжимая из «форда» максимум, мы выиграли время, чтобы спокойно доехать до карьера.

Но мы понимали, что «Искатели» в третий раз точно будут начеку.

В лоб, значит, больше не атакуем. Лучше зайти с фланга. Пропустим дозорных и отработаем по мутантовозам. А если получится, то перекроем им узкую дорогу. Для этого мы загнали машину в небольшой лесок в километре от дороги практически на другом краю карьера. Замаскировались под камни и песок и улеглись рядом. Не факт, что «мышка» сможет с такого расстояния сделать что-то своим калибром, но я, по крайней мере, смогу прочитать ей лекцию, комментируя все свои действия.

Ждём, но и учимся.

Ждать пришлось почти на два часа больше, чем мы рассчитывали. В общей сложности мы выиграли повстанцам всего три часа. Но зато выбили почти всех мотоциклистов. Учитывая «дырявость» Хардервайка, это должно помочь защитникам.

— Едут, — прошептала Джуни, указав на широкую подсветку неба за холмами.

Через десять минут погасшее было зарево засветилось по новой — ярче и ближе. А ещё через десять минут вспышки по дуге пролетели над нашими головами. На дорогу выкатил одинокий БТР.

— Опять какая-то рокировка, — хмыкнул я.

Бронетранспортёр поехал вдоль карьера и остановился практически напротив нас. Люк на крыше открылся и оттуда вылетела яркая шаровая молния. Мы вжались в песок, превратившись в два неподвижных холмика. Третий остался охранять машину — уж больно он подвижный был.

Люк закрылся, так и не показав того, кто выпустил молнию, и машина тронулась. Доехала до конца карьера и всё повторилось. И только после этого на дорогу выехал грузовик с карателями. За ним второй, потом третий и далее плотным потоком с минимальным расстоянием. Только грузовики. Ни одного мотоцикла, ни джипа, ни технички.

Чуйка шакраса молчала, моё шестое чувство пребывало в лёгкой непонятке. Я представил карту местности, учтя все окружные дороги и даже просеки. Нормальной дороги в Хардервайк не было, только если через тот самый городок, который остался у нас за спиной. Либо основные силы «Искателей» завернули в этот городок, либо они рассредоточились по бездорожью и просачиваются поодиночке широким фронтом, окружая нас.

— Отходи к машине, — скомандовал я.

Не задавая никаких вопросов, песчаная кучка по имени Джуни плавно перетекла назад. Я дал ей немного времени, чтобы добраться до машины. Если они близко, то по-тихому всё равно уже не уйдём…

Я навёл причел на мутантовоз и быстро, практически не целясь, отстрелял магазин по пяти грузовикам, ползущим друг за другом. Везде попал и везде хорошо. Мне опять подсветили «поляну» и с БТР заработал пулемёт, но я не стал ждать. Открытая водительская дверь моей машины уже ждала меня. Заскочив, я дал по газам и вырулил на смесь песка и гравия в ближайшем подлеске.

— Пригнитесь! — крикнул я, спихивая шакрасика под ноги Джуни.

И вовремя! По крыше чиркнул рикошет, а по заднему стеклу побежали паутинки от дырок.

Двигатель «Форда» загудел, колёса заскрипели. Как минимум с двух сторон гремели выстрелы, а надо всем этим вопила чуйка, похоже, дезинформированная. Не знаю как, но «Искатели» сбили её. Джипы с бойцами оказались совсем не там, где я чувствовал опасность. И поэтому туда — в зону самого большого риска — я и погнал.

Глава 4

«Форд» продрался через кусты, отгремев по камням, и вырвался на грунтовую дорогу. Нас растрясло, особенно шакрасика, который впился когтями в обшивку кресла и отчаянно орал. Треск подранной обшивки поглотил грохот дороги, рёв мотора и выстрелы. Машину занесло, швырнуло из стороны в сторону, но я выровнялся и погнал вперёд.

В зеркалах зажглись три пары фар стёкшийся за нами с разных сторон погони. Кто-то выскочил за нами из-за большой песчаной кучи, кто-то подтянулся из подлеска, а кто-то даже бросился наперерез. В висках набатом застучало: «Погоня, погоня, погоня», и «форд» взревел ещё сильнее. Джуни попыталась перелезть на заднее сиденье, пару раз стукнулась головой о потолок, охнула, но справилась. Правда, тут же рухнула на пол, прячась от новой очереди, расколотившей нам заднее стекло.

Пришлось снова вилять, толком не разбирая дороги. Адреналин попёр из всех щелей, наверняка накручивая время до кризиса со скоростью счётчика в такси. Три джипа «Искателей» будто приклеились, врубили дальний свет и, как только мы выехали на более или менее прямую дорогу, выстроились в линию у нас на хвосте.

Джуни несколько раз выстрелила, но, судя по её разочарованному ворчанию, особых успехов не добилась. Слепят заразы! Вроде обычные внедорожники, в том смысле, что не пикапы с пулемётами, но скорость у нас была одинаковая. Бронированные технички давно бы уже отстали. Хотя и наш «форд» не то чтобы летел ласточкой, скорее нёсся, как курочка на стероидах, ещё и кудахтал, скрипя, как ненормальный. Но хотя бы нёсся!

Из первой машины высунулись сразу два автоматчика. Один болтался в пассажирском окне, а второй выбрался через люк в крыше. Зарядили косые очереди, полностью выбив мне заднее стекло. Короче, обновил, блин, я свою «ласточку», ну, или точнее, «курочку».

Джуни снова открыла огонь, и на этот раз на порядок успешнее. Из машины вылетел «пассажир», а потом и водитель потерял управление. Машину бросило в сторону и выкинуло с дороги. Но её место тут же заняла следующая и будто бы даже прибавила газу, хоть и выглядела тяжелее из-за массивного таранного бампера с рогатым черепом спереди. Опять кто-то выбрался из люка, и стал стрелять одиночными. Причем прицельно. Джуни огрызнулась, но противника не сняла, только заставила быть ещё осторожней.

— Выберемся, и я первым делом научу тебя машину водить, — проворчал я, уходя в минимальный занос на повороте и выравниваясь перед перекрёстком.

У меня получилось это провернуть чуть лучше, чем у преследователей. Но говорить о том, что мы ушли, было бы слишком рано. Слева появились одиночные фары. Каратели бросились нам наперерез, вынуждая свернуть в сторону городка, но мне туда совсем не хотелось. Чуйка всё ещё сбоила, из-за чего та дорога выглядела самой безопасной, зато ночное зрение прекрасно видело три машины, затаившиеся с выключенными фарами.

«Мышка» их тоже заметила и добила магазин, прежде чем спрятаться обратно под сиденье. Я крутанул руль, подхватил «Стэн» и, не снижая скорости, выдал длинную очередь, отпугивая тех, кто пытался прижать нас. Слегка продырявил им двери и окна, но, скорее всего, никого не зацепил. Зато заставил их вильнуть в другую сторону. Выжал остатки мощности «Форда» и погнал под ответным огнём. В плечо что-то ужалило, но браслет «Древних» принял этот урон и передал по цепочке «Поглощению». Но всё равно же больно! Вдобавок и рана на груди разошлась опять.

Но опасность мы проскочили! Погнали дальше тем же путём, каким приехали сюда. Скоро и хутор показался, точнее, то, что от него осталось после удара молнией. Мы промчались мимо обгоревшего фундамента, заваленного трупами бледно-коричневых змей. Под колёсами что-то чавкнуло, машину повело и чуть не кинуло на брошенный на дороге мутантовоз. Еле разминулись! Прошли настолько близко, что я во всех подробностях разглядел и мёртвого водителя с дырявым, пробитым пулями шарфом вокруг шеи. И пасть мёртвой змеи, вцепившейся в нос пассажира.

— Ну, хоть чуть-чуть, но план всё же сработал, — прокомментировал я, объезжая пикап, который подбил уже сам.

Мотоциклы тоже валялись на обочине, но меньше, чем мы набили на пару с Джуни. Я попытался оторваться и уйти в сторону. Может, хотел даже развернуться, чтобы зайти к нашим преследователям со спины, но с обеих сторон появились фары мотоциклов, и пришлось передумать. Возможно, сейчас выскочили именно те, кого я не досчитался на дороге. Хрень, так мы до самого Хемстеда убегать будем! Если, конечно, бензина хватит.

Я посмотрел на индикатор — нет, до Хемстеда не хватит. Но до леса, где мы устроили первую засаду, — вполне. Тот же холм, только с другой стороны. Примем самых шустрых и уйдём в лес. Практически план, а когда есть план, мне как-то проще!

— Держись! — крикнул я Джуни и уверенно погнал к холму, чтобы не подставляться на склоне. — Но продолжай стрелять!

В принципе, можно было и не напоминать. «Мышка» только успевала перезаряжать магазины, отрабатывая во все стороны. Правда, патронов под СВД и G28 у нас оставалось примерно столько же, сколько и бензина, то есть почти не осталось. Но в лесу будет проще. Там главное — это первыми уйти за холм.

Небо стало светлеть, предупреждая о скором рассвете. За холмом я увидел подсветку, идущую с той стороны. Явно чьи-то мощные фары медленно взбираются в горочку. М-да, в такие моменты на холмистой трассе на обгон уже не идут. Но уходить было уже некуда. «Форд» вкатился на горочку. За спиной фары «Искателей», а впереди…

Чуйка ёкнула, но как-то по-доброму, а Пепел радостно тявкнул.

«Форд» загудел, набирая обороты. Когда мы оказались на вершине холма, меня ослепил свет чужих фар. Я надавил на клаксон, изображая «ту-ту-чем-пи-он» или гудение свадебного кортежа. Наш «форд» взлетел на гребень и с грохотом рухнул на противоположной стороне. Нас тряхнуло, а машину бросило поперёк дороги — я крутанул руль, едва успев разъехаться со встречным грузовиком.

Этот грузовичок был мне хорошо знаком благодаря своей большой эмблеме на капоте «Датч лимите-что-то там». Но даже если бы я не узнал эмблему, вытянутое от удивления лицо Филиппка за лобовым стеклом не узнать было невозможно. Я дал по тормозам и развернул «Форд», перекрывая дорогу идущему за грузовиком джипу.

Фух, свои! Значит, план можно немного скорректировать!

В джипе сидели Купер, Сапёр и Шустрый, а в кузове грузовика — с десяток охотников-повстанцев! Некоторых из них, кого я сам обучал!

— Сдай назад, принимать будем! — крикнул я Филиппку, а потом махнул рукой Куперу.

— Сколько? — спросил Купер, выставляя в люк на крыше пулемёт.

— Семь машин, плюс байки. Броня есть, но подъёмная, — ответил я, пристраивая «десятку» на капоте.

Вот и всё, вот и поговорили. Без лишних слов, вопросов или сомнений Шустрый отъехал и встал поодаль. Из грузовика высыпался повстанческий десант, который моментально рассеялся по полю.

— Сумрак! — крикнул Купер. — Мы думали, что опоздаем и нам не хватит. А тут прямо с доставкой!

Ответить я ему не успел. На вершине холма появились фары первого джипа. Он ещё не успел перевалиться на нашу сторону, как по нему ударили с десятка стволов. Ни выскочить, ни сдать назад «Искатели» не успели. Расстрелянная машина тут же просела на сдувшихся колёсах, а в разбитое лобовое прилетел привет от Сапёра. Машина рванула, языки пламени вырвались из каждого окна.

— Блин, кажись, перестарались, — нахмурился я, так и не выстрелив.

Сейчас спугнём остальных и лови их потом по всем полям! Но я зря переживал. «Искатели» чересчур разогнались в духе «вижу цель — не вижу препятствий». По факту их всё равно было больше, чем нас, конечно. Под пули полезли ещё несколько машин, а ревущие мотоциклы вообще вылетели так, будто они на соревнованиях по мотокроссу.

Я выстрелил в лобовое стекло джипа. Попал в водителя, в сиденье, в пассажира и вышиб заднее стекло, которое брызнуло осколками.

Ещё минута — и я уже стоял на вершине, провожая в последний путь развернувшийся пикап.

— Это все? — разочарованно спросил Купер, подойдя ко мне и морщась от жара горевшей рядом машины.

— Эти кончились. Но я знаю, где есть ещё, — кивнул я, меняя магазин. — А вы вообще что здесь делаете? В Хемстеде тоже все закончились?

— Не, — качнул головой Купер и потянул меня за собой. — На самом деле не знаю. Голландец как-то пронюхал, что Ехид отправился с карателями в Хардервайк. А потом мы узнали, что и ты там. В общем, я решил, что с тобой будет веселее. А ещё у них есть броня, аж три штуки.

— Хм… Одну только видел. У Сапёра найдётся что-нибудь приличное?

— К сожалению, — вздохнул Купер, — у него только неприличное осталось. Стыдно даже показывать. Жжётся неплохо, но броню не возьмёт. Но! — И тут он поднял большой палец и улыбнулся. — Тебе Ульрих передал какую-то явно внеземную хрень. Надеюсь, ты умеешь с ней обращаться, потому что выглядит она, мягко говоря, странно.

Купер отвлёкся на минуту, чтобы дать команду повстанцам занять периметр и проверить «Искателей». Потом он повёл меня к своей машине, открыл багажник и выдал винтовку «Древних», небольшой кейс для патронов и крошечную баночку с чем-то похожим на варенье.

— А это Баба Нина передала, — ответил Купер на мой удивлённый взгляд. — Сказала, что ты наверняка пару шишек набьёшь или траванёшься. А это, как я понял, универсальное средство. Ну типа звёздочки.

Я пустил Купера за руль «Форда», познакомил с Джуни и расположился на заднем сиденье, разворачивая подарки.

— Погнали, а то пропустим всё веселье в Хардервайке, — скомандовал я. — Там и одного Ехида на броне хватит, а если их три…

Купер кивнул и выехал вперёд, за ним потянулись остальные машины. Наша небольшая колонна сразу взяла приличный темп, а я только дорогу подсказывал. Четвёртый раз за ночь тут уже катаюсь, уже хорошо запомнил.

По ходу движения я слушал, как Купер рассказывает про обстановку в Хемстеде. Он был уверен, что Датч справится легко. Так уж сложился сейчас баланс сил, что хороших парней в Хемстеде оказалось в несколько раз больше, чем плохих. Все плохие парни сейчас рвались к Хардервайку. Я в ответ поделился информацией об Эсре и местной ячейке, а также об их планах по обороне города, обрисовал опасные и, наоборот, выгодные позиции. Про «Крысоловов» мы тоже поговорили. Джуни пообещала, что старейшины как-то помогут, но мы особо не поверили: очевидно, что у них сейчас слишком много своих забот.

Потом я раскрыл баночку от Бабы Нины. Капец, и правда воняет как звёздочка! Аж нос пробило и глаза заслезились. Но организму понравилось. Аркаша оповестил, что процесс регенерации пришел в норму, а сдерживающие факторы нейтрализованы. Рану совсем немного прижгло, а потом обдало холодом. Вся нездоровая чернота по краям исчезла, а сама ранка начала подсыхать, будто в неё суперклея щедро налили. Я ради интереса прогнал мазь через сканер и уважительно хмыкнул. Система опознала восемнадцать разных ингредиентов, а ещё с четырьмя не справилась. И по сложности производства, и по силе действия эта «звёздочка» была мощнее «Живинки» раз в пять.

Порадовал и подарок близнецов, который они сделали вместе с моими крестниками: чехол, где с одной стороны кривоватенько вышили надпись: «Удачной охоты», а с другой выжигателем попытались изобразить мордочку шакрасика. Трижды. Просто первые два у них точно не получились. На третьей голове тоже было маловато деталей, так что это мог быть любой хищник от тигра до волка. Но мне всё равно понравилось. Ведь главное — внимание, а не мастерство исполнения.

В кейсе лежал заряженный барабан от винтовки «Древних», плюс отдельно четыре патрона с разноцветными полосками. И записка с перечнем того, какой цвет что означает. Ульрик постарался не меньше, чем дети. Восемь геномно-модифицированных патронов: четыре красных с жуком-бомбардиром, два зелёных с нейротоксинами и два голубеньких с чем-то морозильным из запасов Борея. Этого должно хватить и на бронетранспортёры, и на Ехида. Ну а если не хватит, то… Я достал телескопическую дубинку, проверил заряд в рукоятке, добавил геном в наконечник. Посмотрим, что за «бум» там приготовили «Древние». Главное, чтобы руку не оторвало.

Готовясь, я зарядил магазины «Стэна» и, откинувшись на сиденье, погрузился в лёгкую медитацию. Холодный рассветный ветер задувал в дырки в окнах, дверях и крыше, что ничуть не отвлекало, а, наоборот, успокаивало, выгоняя из головы накопившиеся за последние сутки события. Я медитировал, пытаясь принудительно ускорить регенерацию, а заодно «прочистить» чуйку генома, чтобы больше не было никаких сюрпризов. Прогонял через себя сканер, распуская круги вдоль дороги, и так прощупал каждый маркер, который попадался в сеть.

Нашу банду, включая повстанцев, как мне кажется, я теперь поимённо смогу за несколько километров почувствовать. Не только Купера — от него хоть и несло сейчас кайманом, но его некий неповторимый дух я ещё на Земле мог признать, даже не догадываясь ни о каких аурах. Короче, вроде «прочистил фильтры», почувствовав отряд «Искателей» ещё до того, как на горизонте появился карьер.

Всего четверо. Два бойца и два фрика, оставленные то ли ждать тех, кто гонял меня, то ли охранять подбитые мутантовозы. Остановить нас они не смогли. Джуни выбила первого стрелка, а по второму отстрелялись сразу три охотника. Фрики продержались чуть дольше, бросились на машину — один сразу отлетел, а второго Купер ещё покатал немного на капоте, прежде чем скинуть в карьер.

Дальше помчали уже без происшествий. Как только увидели дым — то уже и на полной скорости. Следом показалась башня, а потом уже весь город. Горело пока только на окраинах, но зато в десятке мест. Пылали как дома, так и выжженные чёрными пятнами бетонные ДОТы. Из стоящих полукругом грузовиков выскакивали фрики. Между мутантовозами затесались джипы и пикапы, а впереди — уже на уровне первых домов — медленно ползли бронетранспортёры. Из каждого вылетали шаровые молнии, мечась между баррикадами. Фиг поймёшь, где мог быть Ехид! Ещё и аурой страха пованивало. Правда, концентрации не хватало — на открытом-то воздухе.

— Кажется, мы успели к самой раздаче плюшек, — хмыкнул Купер.

— А мы раздавать или получать? — деловым тоном уточнила Джуни. — Если раздавать, то туда сворачивай! Я короткий проход в город покажу.

Глава 5

Не приближаясь к «Искателям», Джуни провела нас к заброшенной каменной постройке, спрятанной в высоких кустах. Для чего она здесь, было непонятно. Стандартная недостроенная заброшка с выбитой дверью и заваленная мусором. В центре чернело уже заплесневелое кострище и валялись обглоданные косточки какого-то монстра.

— Суровые на Аркадии бомжи, — скривился Купер, придирчиво заглянув внутрь. — Ты уверена, что нам сюда?

Джуни в ответ тоже скривилась, без слов сказав Куперу что-то вроде «ага, понаехали тут всякие-разные сомневающиеся». Спокойно и уверенно прошла внутрь, подцепила край доски, торчащий из кучи мусора и сухих листьев. Довольно легко подняла, не свалив ни одного листочка, будто это бутафория приклеенная. С довольной улыбкой продемонстрировала нам стальной закрытый люк.

— Дальше пешком, — сказала «мышка», активируя скрытый механизм. — Здесь должно быть безопасно. По крайней мере раньше было безопасно.

— А где выход?

— Если в центральные залы не лезть, то на восточной окраине, — не очень понятно ответила Джуни и первой спрыгнула в открытый тоннель.

Я пропустил охотников вперёд, а сам вернулся к машине за снаряжением. Обрадовал Купера тем, что вручил ему «Дезерт Игл». Шустрый вклинился и заявил, что хочет себе такой же «Стэн», как у меня. Пришлось пообещать. А если вдруг местные не продадут второй, то я согласился обменяю его Шустрому на что-нибудь компактное, но скорострельное.

Короче, пока слово за слово, мы с ребятами загрузились по максимуму. Благо, привезли они с собой целый арсенал! «Десятку» я на время тоже отдал Куперу. Он с ней точно справится, а я с такой кучей «вёсел» в люк просто не пролезу. На плече и без того пришлось такщить чехол с винтовкой «Древних». По моей внутренней классификации её калибру можно было присвоить индекс «пятидесятка», но я решил ласково называть её «древнеганом» Mark А. То есть антиматериальный. Была ещё идея дать прозвище «Царь-пушка», но вдруг я что-то более убойное найду? Придётся переименовывать тогда…

Ладно, шутки шутками, а чехол с «древнеганом», плюс пистолет-пулемёт на спине, плюс магазины, штык, кукри и прочая снаряга сами по себе грозили сделать меня неповоротливым и медленным. А время уже поджимало. В городе шёл бой, до нас постоянно долетал грохот перестрелок. Будто урывками, словно «Искатели» застревали на каких-то участках, а потом какое-то время двигались свободно, подавив или отогнав повстанцев.

Я вклинился в наш импровизированный ручеёк сразу за Сапёром. «Поплыли» мы лёгкой трусцой по узкому коридору, пригибая головы из-за низких потолков. Явный новодел, который прокопали уже «Крысоловы». Закапай я капли, наверняка увидел бы много интересного на стенах, но Джуни вела нас за собой быстро, некогда было разглядывать знаки.

Никакие монстры сюда не добрались, а «Искатели» этот тоннель не нашли, судя по пыльной паутине, по которой бегали толпы мелких паучков. Некоторым охотникам из повстанцев не хватило дыхалки — воздух был настолько спёртым, что даже при вдохе полной грудью либо порция маловатой казалась: не доложили, либо будто кто-то вдохнул твой воздух прямо у тебя из-под носа.

Два раза над нами что-то грохотало, а с потолка сыпалась пыль. Подземный марш-бросок выдался изнуряющим. Метров за сто до выхода мы снизил темп и стали чаще сканировать и прислушиваться.

— Над нами чисто, — морща нос, доложил один из охотников. — Неподалёку семьи в домах. Но впереди маячит большой грязный отряд. Думаю, там обдолбанные каратели.

Я кивнул, соглашаясь со всем сказанным. Всё совпадало с тем, что подсказывала мне чуйка, хотя у него даже точнее получилось. Горожан, попрятавшихся в домах, шакрас не посчитал нужным распознать. Типа нет угрозы — нет подсказок, а просто лёгкий фон, говорящий, что там есть какая-то живность. Я присмотрелся к охотнику. Надо будет его запомнить — человек с навыками, заточенными под поиск, в команде всегда пригодится.

Джуни открыла люк и отступила. Первыми в него протиснулись мы с Купером и оказались в одном из бетонных ДОТов. Это было круглое помещение со сферической крышей метров пять в диаметре. Я осмотрел узкие бойницы, потом проверил каменную перегородку, за которой, как оказалось, пряталась стальная дверь. Повстанцев здесь не было ни живых, ни мёртвых, зато нашёлся ящик с аптечкой, сухпайком и водой.

Я приник к бойнице. Мы на перекрёстке, впереди — узкая улочка с маленькими одноэтажными домиками с закрытыми воротами, на дороге лежали трупы фриков, а на противоположном конце пока ещё живая группа штурмовала баррикаду из двух грузовиков.

Было жарко. Солнце палило на полную катушку. И в переносном смысле тоже: слева, от складов, раздавались выстрелы, а справа, на окраине города, что-то рвануло с ослепительной белой вспышкой. Я покружился между бойницами, пока народ вылезал, полюбовался на Башню, на которой развевались сразу три повстанческих флага.

— Ну, хоть в чём-то у нас преимущество, — хмыкнул я, пытаясь прикинуть, где сейчас бронетранспортёры.

Один я нашел без труда. Просто смотреть пока в эту сторону было больно. Остаточный ореол от вспышки всё ещё резал глаза. Я воспроизвёл в памяти карту города. Вспомнил, что находилось в той стороне: рынок, магазинчики, за ними прямая дорога к центру, откуда уже можно было прямой наводкой бить по Башне.

Хотя о чём я? Прямой наводкой по ней можно бить из любой части города, она единственной свечкой возвышается. Но «Искатели» пока не били. Это значит, что либо они боялись недолёта, либо хотели оставить её целой. Ладно, их намерения не важны, важно им всё обломать.

Я мысленно добавил на карту города план баррикад повстанцев и сопоставил с нашим местоположением. В центр вели три дороги, как раз между развалинами «Древних». Мимо них не проедешь, да и стратегически они самые важные и укреплённые.

Ладно, будем надеяться, что броневики разделились. Начнём искать Ехида с того, который только что отстрелялся. Какой бы кролик «энерджайзер» там ни сидел, но не на генераторах же он работает — откат какой-то должен быть.

— Купер, наведите шороху тут! — велел я и показал рукой на фриков, а потом в ту сторону, где была вспышка. — Я до коробочки смотаюсь. Встретимся у больницы.

— Это где? — спросил Шустрый, вытягивая голову между бойницами.

— Джуни, проведёшь их потом? — спросил я и, дождавшись кивка от «мышки», направился к двери. — Встретимся там и дальше уже вместе пойдём.

Мы покивали друг другу. Прихватив шакрасика, я выпрыгнул на улицу. Слишком светло! Не получится реализовать наши с ним преимущества, но вдвоём мы всё равно быстрее проскочим незамеченными. Да и теней пока ещё хватает.

Я метнулся к стене гаража и пробежался вдоль неё до соседнего палисадника. Перебрался через забор, чуть не приземлившись на чей-то труп. К сожалению, это кто-то из горожан. Ему не просто разорвали горло, но ещё и глаза выкололи. Чёрт, какая-то новая фишка у фриков, похоже.

Пробежал один палисадник, потом второй и оказался на соседней улице, где нарвался на фрика, отбившегося от стаи. Или это он на меня нарвался? Я только начал формировать «Перо», а через меня уже перемахнул Пепел. Совсем обнаглел мелкий! Использовал меня в роли трамплина. Но красиво полетел, будто у меня своя чёрная молния.

Кажется, мелкий подрос. Погостил, блин, на пирожках у бабушки Эсры! Фрика он снёс без труда. На лету вцепился в ключицу, и на рывке крутанул, роняя его на землю. И дальше уже спокойно вгрызся в горло.

Капец! Я вырастил демона!

Мой пацан!

Мы рванули в переулок, мимо мусорных баков и старого драндулета на спущенных колёсах. Я метался из тени в тень, постоянно сканируя местность. Застыл на углу двухэтажного домика, чистенького, беленького, с резными наличниками на окнах. Всё такое милое, доброе и, как оказалось, опасное. Из окна второго этажа прилетел глиняный горшок с цветочком. И только каким-то чудом разминувшись с моей головой, разбился о дорожку.

Шакрасик возмущенно фыркнул, а я удивлённо поднял голову. За льняной шторкой мелькнула перепуганная старушка. Таких божьими одуванчиками обычно называют. Чёрт, чуть под «френдли фаер» не попал! Бабка-то исчезла, но в следующее мгновение в окно высунулся ствол дробовика.

Нравится мне настрой местных жителей, конечно! Но объяснять, что я хороший, мне было некогда. Я перебежал за угол, на соседней улице перескочил через разрушенную баррикаду. Мельком посмотрел на трупы. Тут лежали все вперемешку: и фрики, и повстанцы. Впереди загудел бронетранспортёр.

Забежав в открытую дверь дома, я дважды его просканировал. К счастью, никого: ни с цветочными горшками, ни с дробовиками.

Убедившись, что тут безопасно, я забрался на второй этаж и через балкон перелез на плоскую крышу с довольно высоким парапетом. Наступил на пустые гильзы. Понятно. Здесь отстреливались повстанцы. Стало ещё жарче — это стальной парапет раскалился от недавнего удара шаровой молнией. Над ним прямо марево поднималось. А соседний дом вообще дымился полностью. Там выбило стекла, вся краска облезла, а растения в палисаднике уже догорали.

Дальше по улице два дома переехали в раскалённый ад: от одного остался только фундамент, второму повезло чуть больше. Пол первого этажа сохранился, и через дыры в стенах приглядывался уцелевший обеденный стол. Капец, сюр какой-то!

Я с трудом оторвал взгляд от этого стола и посмотрел в конец улицы. Есть контакт! Жопа бронетранспортёра ещё не успела повернуть, хотя уже собиралась. Фрики, идущие рядом, на что-то среагировали и остановились.

— Ну, не подведи, — прошептал я, вынимая из чехла «древнеган».

Не люблю торопиться с выстрелом. В этом деле поспешишь — «Искателей» насмешишь…

Но времени почти не осталось. Ещё несколько секунд — и машина повернёт за угол. Придётся снова её догонять, а фрики впереди не подпустят без шума. Я сбросил чехол, а рюкзак положил на парапет. Запахло палёной кожей. Шакрасик тут же запрыгнул на чехол, видать, и ему пятки жжёт. Он оскалился, показывая, что ему здесь всё не нравится: ни жара, ни близость очень сильного «Искателя» в бронетранспортёре.

— Согласен, — сказал я на выдохе, будто поставив точку.

Сконцентрировался и прицелился в заднюю стенку машины. Расстояние смешное, всего метров двести. А в остальном шансы на успех — пятьдесят процентов: либо пробьёт, либо нет, а куда именно — неважно. Но «Кондрашку» я всё равно активировал в роли направляющей и чтобы водитель невзначай не газанул.

В барабане бомбардирно-зажигательный. В голове никаких мыслей. Палец на кнопке активации…

Вот чёрт! Я и забыл насколько здесь особенный спусковой крючок. Безумный жук-бомбардир будто цапнул меня за палец, «древнеган» попытался лягнуться, но в браслетах «Древних» он был словно в тисках. Прошла реакция геномов: щёлк-щёлк-щёлк. Как механизм какой-то. Перед глазами ярко вспыхнула огненная линия, знойное марево над сталью бросилось врассыпную, словно кто-то старший сказал шпане рассыпаться. Но, может, так и было. Термометра у меня не было — не замерить. Но зато эффект превзошёл все мои ожидания!

Где-то треть бронетранспортёра, как и дома по соседству, резко куда-то переехала! Теперь уже точно в ад! Бронированные шкуры монстров превратились в пепел, будто сигаретная бумага. Хотя… Там весь БТР сейчас выглядел как сигарета, которой кто-то очень лихо затянулся. Сталь расплавилась. Фрики, стоящие рядом, расплавились. Даже брусчатка и та превратилась в стекло!

Но маркер опасности почему-то никуда не делся. К сюру за сегодня я уже привык, но вот горящий белым пламенем силуэт, который медленно выбирался из огня, меня всё-таки удивил. Он вышел из остатков машины, переступил пламя и встряхнулся, рассеивая вокруг себя защитное поле. Во все стороны полетели искры, и на фоне догорающего БТР осталась совершенно невредимая, но очень злая «ведьма». На груди у неё висел какой-то медальон, похоже, «Древний».

Он явно раскалился. Зашипев, «ведьма» сорвала цепочку, бросила её на землю и посмотрела по сторонам. Раскинула руки, а меж растопыренных пальцев заискрились маленькие молнии. «Ведьма» свела руки — и шаровая молния стала расти. У меня даже волосы на загривке зашевелились.

— Эх, отличный амулет пропал, — пожалел я. — Жаль, что одноразка. Ну или не жаль…

Я надавил на кнопку активации, спокойно пережив укус жука-бомбардира. «Кондрашка» сработала как-то странно: вместо того чтобы замереть, «ведьма» хлопнула в ладоши. Поймала и пулю «Древних», и собственный заряд. Два взрыва объединились, и сначала мне показалось, что они нейтрализовали друг друга. Даже через закрытые веки я увидел рождение сверхновой звезды. Махонькой такой, буквально с теннисный мячик. В воздухе запахло озоном, а потом пошёл дождь. Кроваво-костяной дождь. До меня, к счастью, долетел только лоскуток балахона.

— Не, это не антиматерия, — прошептал я, — это аннигилятор какой-то.

Жаль только патроны такие не скоро появятся в следующий раз. Ульрик написал, что вложил всё, что было, экспериментируя с мощностью заряда. Надо признать, эксперимент вышел удачным.

Шакрасик тявкнул и бросился к краю крыши, где вылезла голова скалившегося фрика. Рядом с ним показался второй, а затем и третий. Парни как бы намекали, что мы здесь засиделись. Пепел без колебаний вцепился в татуированный нос, а во второго я метнул «Перо». Третьего мы просто сбросили с крыши на оградку палисадника. Он ещё попытался снять себя с острой пики, но на него упал безносый.

Я заметил отсветы молний со стороны больницы. Опаздываю!

Подхватив шакрасика, убедившись, что он не ест всякую гадость, и спрыгнул на балкон, а оттуда на дорогу. И по велению чуйки нырнул в проулок, чтобы разминуться с большим отрядом «Искателей». А дальше уже помчал знакомыми дорогами прямиком к больнице.

Глава 6

Забор больницы замелькал впереди уже минут через двадцать. Я, как тот колобок, и от дедушки ушёл, и от бабушки, а вот лисичка с зайчиком по щам получили. То есть, я проигнорировал два отряда на пикапах, совавшими пулемётные стволы в каждый переулок. Но заблудших карателей и одного бригадира, которые между делом решили пограбить дома горожан, мы с шакрасиком по-тихому успокоили.

Сканер генома привёл меня в аккуратный двухэтажный домик на соседней улице, в котором засел Купер с ребятами. В чьей-то некогда уютной спальне было полно народу.

Перед окошком, прикрываясь весёленькими занавесками с цветочками, сидел Купер с «десяткой». Дедки с очень сильными геномами создавали вокруг него какую-то практически незаметную для обычного глаза ауру. Что-то среднее между маскировкой и тишиной: силуэт Купера размывался по контуру, а его первые слова, когда я появился, я не расслышал.

У соседнего окна дежурил Шустрый вместе с двумя охотниками, на кровати сидел Сапёр и мастерил какое-то взрывное устройство, как водится, из того самого, палок и разобранного будильника, который он, скорее всего, тут же и нашёл. У стеночки в углу сидели два перебинтованных охотника: у одного голова, у второго нога. Оба были в сознании и довольно бодро снаряжали магазины, в том числе и тарахтелки Шустрого.

«Мышки» почему-то с ними не было, и я даже успел испугаться, но оказалось, что она просто ушла в подземелья за помощью или хотя бы за коктейлями с крысиным огнём.

Ладно, это была хорошая идея.

Купер поманил меня к себе, уступая место у окна.

— В больничке наши, — сказал он и усмехнулся. — Между нами лысые черти, мы их погоняли и в хвост, и в гриву. Слышишь?

Он поднёс руку к уху, а потом жестом скомандовал дедам, чтобы те убрали ауру. И я тоже услышал. Звук неспешно прущей тяжёлой техники, которая вот-вот повернёт из-за угла.

— Короче, недобитки затаились где-то за забором и ждут подкрепление, — продолжил Купер. — До которого: десять, девять…

Купер ошибся. Бронетранспортёр вывалился на дорогу при счёте два и немного покрутился, чтобы раздавить уже разломанную баррикаду. Нацелился прямиком на забор. Я покосился на Купера и осуждающе покачал головой, мол, кто же так плохо считает. В ответ он махнул рукой, типа прошу, сам покажи, на что способен.

— Слушай, умник, — сказал Купер мне на ухо, когда я уселся и упёр в подоконник «древнеган», — нам бы такая машинка тоже не помешала. Есть вариант не сильно покоцать её?

— Пока не вижу.

Я ответил довольно громко, но деды уже по новой запустили свою шарманку-невидимку-глухоманку. Интересное ощущение: меня будто в кокон обернули с идеальной тишиной для концентрации и особым микроклиматом будто под кондиционером. Идеальные условия для работы. Ещё и мошкара, которая часто мешала жить на Аркадии, пытаясь забираться то в нос, то в глаза, сейчас как на привязи кружила за пределами ауры.

Место, где БТР собрался проделать новую дыру в заборе, находилось метрах в пятистах от моего окна. И перед нами, и дальше по дороге повстанцы максимально завалили все проезды. Где-то просто перекрыли машинами, где-то успели притащить бетонные блоки, а где-то, наоборот, дорожное полотно резко ушло на ремонт. Думаю, мощностей машины хватило бы, чтобы всё здесь растолкать и перебраться через все препятствия, просто путь через стену показался короче. Ещё подумалось, что нам действительно не помешала бы такая же. Вот только «древнеган» с теми боеприпасами, что имелись у меня, либо перестарается, либо не справится вообще. «Морозилкой» бы попробовать, но потом всё равно придётся на абордаж брать. Никаких гарантий же, что замораживающий патрон через броню отморозит тех, кого нужно! Я решил, что проверю их на третьей машине. Придётся. Запас-то у меня, к сожалению, не резиновый.

Бронетранспортёр уже выкатился и подставил мне правый бок, а за ним показались две укреплённые технички с пулемётчиками в кузове, а уже в последнюю очередь потекли фрики под предводительством трёх бригадиров.

— Мы их отсечём! — крикнул Купер и стал тыкать на дома, где сидят повстанцы.

Большую часть я и сам почувствовал и, показав Куперу большой палец, отвернулся и принялся наблюдать за происходящим. Судя по тому, как разнесло первый БТР, топливные баки где-то сзади были. Хотя не удивлюсь, если узнаю, что там уже какой-нибудь местный генератор на геномах установили. Ладно, будем пробовать зону водителя, где концентрируется самая тёмная аура. Не такая мощная, как у прошлой «ведьмы», но различать ауру даже я почти научился. А эти-то здесь годами тренируются!

Я прицелился в стык между двумя шкурами каких-то рептилий. Крупные ячейки шли ромбиком, а в некоторых местах торчали костяные шипы. Всё вместе это напомнило мне шипованную резину с мощным протектором. Интересный, блин, аналог композитной брони! Но мы ещё посмотрим, чья возьмёт.

Выстрелил. Одновременно со мной открыли огонь повстанцы, полностью замаскировав мой выстрел. Под коконом он и так прозвучал не громче пневматики, зато удар по броне громыхнул так, что прикрыл бы автоматные очереди.

Вот только на этом грохоте все достижения моего выстрела и исчерпались.

Пока остальные повстанцы превращали пикапы в решето, я удивлённо смотрел на огненный всплеск, охвативший правый борт бронетранспортёра. Вспыхнуло знатно, но ещё быстрее пламя опало, оставив после себя только неровный чёрный круг прожжённой шкуры и вдавленного почерневшего металла. Маловато!

Я моргнул, стараясь не обращать внимания на растущую тревогу, и прицелился в место первого попадания. Надавил на кнопку активации, не отреагировав на боль в пальце. Такими темпами «древнеган» меня оставит без отпечатков! Я успел представить себе, как подушечка на указательном пальце покроется шрамами и рубцами, но потом вспомнил, что это нервные окончания шалят, а кожа толком-то и не страдает. На этой успокаивающей ноте патрон, начиненный взрывным геномом, добрался до цели.

Вспышка на этот раз была совсем небольшой. Огонёк будто протолкнулся сквозь броню, словно кумулятивный снаряд, и исчез внутри. Но через мгновение вырвался снова изо всех смотровых щелей — внутри что-то сдетонировало. Бронетранспортёр чихнул так, что его аж подбросило. Люки вылетели, небольшую командирскую башенку отбросило на несколько метров.

Я быстро перезарядил барабан на случай если опять кто-нибудь сверхзащищенный выберется наружу. Но шансов у них не было: «коробочка» вспыхнула, будто это был обычный спичечный коробок, в котором разом подожгли все спички. Надо будет всё-таки узнать, что там за двигатель и топливо!

Прищурившись от яркого пламени, переключился на то, что происходит вокруг. С обеих сторон грохотали выстрелы. Часть «Искателей» отступила за подбитые пикапы, отстреливаясь. А те, кого изначально прижали между забором и больницей, ломились обратно, пытаясь поддержать своих. Но их тут же стали давить — на этот раз из больницы.

Все стреляли во всех, и только дом, в котором мы находились, остался островком спокойствия. Похоже, аура дедков, которых, как оказалось, к нам специально направила Эсра, не просто скрывала звуки и размывала силуэты, но и внедряла какой-то эффект отторжения. Получалась даже не маскировка, а некий аналог ауры страха, который работал не напрямую, а косвенно.

— Очень интересно, — прошептал я, покосившись на одного из дедов и попытавшись выяснить, что у него за геном. Что-то травоядное, похоже. Я бы поставил на то, что это вообще не аура страха, а мы типа все тут прикинулись мёртвыми.

Я уже собрался было поздравить нас с победой на этом участке, как над крышами взлетела шаровая молния. Поднялась и по дуге рухнула на один из домов, в котором сидели повстанцы. Взрыв получился не очень большим, но достаточным, чтобы вылетели окна, а вместе с ними и пара бойцов. Вспыхнули занавески, а часть черепицы просела, выпустив через щели струйки чёрного дыма.

В поисках «электрика» я перекинул прицел. Всплески аур привлекали внимание, фонили бригадиры, но за что-то грандиозное зацепиться не получалось. В палисаднике зашевелились ветки фигурно подстриженных кустов. Я навёлся на небольшой памятник. Некогда красивая статуя, возможно, оленя выглядела скверно. Вся в сколах от пуль, а голова и хвост отколоты. За её постаментом я засёк зарождающееся электрическое поле, разбухающее, как мыльный пузырь. Замерев в ожидании, я стал ждать, когда над краем покажется этот «электрик». В стволе сидел патрон с такой дозой токсина, что достаточно будет всего лишь чиркнуть по коже.

Я чуть было не пропустил вторую шаровую молнию! Она вылетела из открытого окна дома навстречу той, что росла за статуей. Два небольших шара встретились во дворе и плавно втекли друг в друга, увеличившись в размерах практически в четыре раза.

Хрень какая-то! Зря мы надеялись, что нейтрализовали главную угрозу внутри бронетранспортёра. То ни одного молниеносца вокруг, то сразу два! Их даже сканер толком не выделял, но сейчас и без чуйки было понятно, что следующему дому, где засели повстанцы, вот-вот придёт хана. Увеличенная молния тут же прыгнула к следующему дому и огненным взрывом снесла весь второй этаж.

Пыл повстанцев сразу же угас, а «Искатели», наоборот, стали давить сильнее. По улице, мечась от укрытия к укрытию, пронеслась стая фриков. Вот они шустрые! У них, что, «Спринт» вообще не отключался?

Как-то резко всё поменялось… куда-то исчезло приятное чувство, что мы побеждаем. А над постаментом росла следующая молния.

— Купер, вали оленя! — заорал я, стараясь перекричать защитное поле.

Слева раздался громкий выстрел из «десятки», а из постамента рядом с ногой вырвало кусок камня.

— Вали постамент! — завопил я, понимая, что по тонким ногам мы можем до скончания всех патронов стрелять.

Прогремели ещё два выстрела. В каменном просвете показалась запылённая макушка — и настал черед моего «древнегана». Насчёт «чиркнуть по коже» я погорячился, похоже. «Искателя» скальпировало по самые уши, по сути, заряд токсина я потратил зря. Его молния вильнула в сторону, сдуваясь, как воздушный шарик.

Вторая, мелькнувшая в тёмном провале окна, потеряла ориентир для слияния и заметалась между стенами и потолком, словно сорвалась с поводка. Но вс равно не рванула. Хозяин смог её приструнить и направить обратно в окно. Правда, при этом он подсветился сам — фанатик сидел в углу, возле комода. Кажется, он понял, что спалился, и дёрнулся в сторону, чтобы спрятаться за хлипкой стенкой. Но было уже поздно: у меня, как в тепловизоре, нарисовался чёткий силуэт.

Выстрел! Патрон «Древних» прошил стенку, как картонную. «Искатель», пошатываясь, появился в проёме. Уже не человек, а обычный зелёный мертвяк с волдырями на коже. Прошёл пару метров и рухнул на пол. Его аура погасла.

Только в этот момент я понял, что моей защитной ауры больше нет. Оба дедка сползли по стеночкам и накачивались голубыми эликсирами. Точь-в-точь как в играх зелья маны рисуют! Купер продолжал увлеченно и сосредоточенно стрелять, чуть ли губу не прикусил. Шустрого с охотниками в комнате уже не было видно — его тарахтелка надрывалась с крыши.

Зато в комнату вошла Джуни, о чём-то увлечённо перешёптываясь с Сапёром. Он поставил на кровати ящик с огненно-взрывной смесью «Крысоловов». Почувствовав мой взгляд, «мышка» обернулась.

— Добыла всё, что смогла, — виновато улыбнулась она, кивнув на неполный ящик. — Почти всё потратили, а новое не успевают изготовить.

— А случайно… — начал я, но «мышка» меня перебила:

— Всего одна.

Профессиональным жестом скрытого алкоголика Джуни отвернула полу куртки и продемонстрировала чекушку с розовым газом. — Но на открытом пространстве она не сработает, ты же знаешь.

— А мне на открытом и не надо, — проворчал я. Забрал драгоценную бутылку и кивнул Куперу. — Может, всё-таки будет у нас такая машинка. Давайте поохотимся!

Мы провели короткое совещание с тремя вопросами на повестке: где сейчас третий БТР, как пробраться туда незамеченными и как задержать машину, чтобы подойти вплотную. Судя по направлению, куда попытались отступить остатки «Искателей» от больницы, Ехид сейчас прорывался к старому подземному водохранилищу, которое возвели «Древние».

Я этот район плохо успел изучить, Джуни знала только подземную часть города, а Купер, хоть и бывал когда-то с «Миротворцами» в Хардервайке, но за исключением окрестностей офиса UNPA вообще не ориентировался. Проводить нас вызвался один из раненых повстанцев, пообещав показать одну узкую улочку, на которой легко устроить засаду. Точнее, повстанцы её уже заранее подготовили. Нам осталось убедить «Искателей» поехать именно по ней и заманить туда бронетранспортёр, а потом обрушить стены спереди и сзади. И дальше изгаляйся как хочешь, машина будет как на блюдечке.

Роль обрушителя выпала Сапёру, а заманивать и отвлекать вызвались Шустрый с Купером, и для этой цели им выдали несколько бутылок с зажигательной смесью. Ну а мне, собственно, досталась финальная часть: налететь сверху и накурить всех весёлым газом. Плюс в резерве имелись два замораживающих патрона: либо тормознуть колёса, если с завалом не получится, либо подморозить Ехида, если на него не подействует газ.

В общем, план есть — считай, полдела уже сделано.

Убедившись, что вокруг больницы повстанцы берут верх на двести процентов и новых неприятных сюрпризов можно не ждать, мы погнали к складам. Где-то переулками, где-то снова под землёй, а потом опять переулками. Чем ближе мы подбирались к цели, тем отчётливее слышали звуки боя и видели молнии. Повстанцы оставили три проезда к складам, но нам требовался самый узкий. В теории из любого можно было сигануть на крышу, но отсечь остальных «Искателей», идущих плотной колонной за бронетранспортёром, в других местах было бы сложновато.

Мы понимали, что рискуем. Обогнали «Искателей». Пока Сапёр минировал глухие стены чьих-то домов, Шустрый выскочил играть роль приманки. Выбежал на перекресток и, будто герой какой-то жёсткой демонстрации, метнул «коктейль Молотова». Ему для полного образа не хватило только банданы на лице. Но и без неё он метнул хорошо — склянка разбилась прямо за бронетранспортером, угодив в капот следующего пикапа. Прежде чем по нему открыли огонь и спустили фриков-ищеек, Шустрый дал по пяткам, улепётывая в переулок.

Я за всем этим наблюдал с края крыши.

Вот он — момент, который определит дальнейшую судьбу нашего плана! Ещё в принципе и мою, и всех остальных, включая Ехида. Он был здесь — я почувствовал это сразу, как только БТР попал в зону действия сканеров. И не только я. Шакрасик тоже занервничал и как-то жалобно пискнул. Он был моим индикатором опасности — подсказывал, насколько всё может быть плохо.

— Давай, решайся уже, — прошептал я, вслушиваясь, как порыкивает мотор перед выбором направления.

Пауза затягивалась. Возможно, Ехид сканировал округу или оценивал ущерб, нанесённый горящему пикапу. Должно же у и них щёлкнуть осознание, что они спокойно тут не проедут, и первым надо пускать броневик. Но пока не щёлкало. Так что Шустрому пришлось рисковать головой во второй раз. Он мелькнул в переулке и выбросил вторую склянку. Она задела борт броневика, мягко спружинила от защитной шкуры, а потом всё-таки разбилась, брызнув огнём. И он просто стёк с борта, образовав горящую лужу на земле. Ладно, не просто так он стёк, мы его специально разбавили — пусть поверят в себя, да и мне как-то по горелому и горячему потом скакать не хотелось.

Поверили!

В переулок ударила молния. Серебряный росчерк вылетел из короткоствольной пушки, торчащей из командирской башенки. Чуть ли не цепная! Она выдала серию рикошетов по всем металлическим частям: досталось и засовам с замками, и стальной обшивке на дверях, и решёткам на окнах. До Шустрого, кажись, тоже долетело, хотя он успел юркнуть в один из проходов.

Бронетранспортёр, наконец, принял решение! Заскрипели колёса, он рыкнул и вырулил в нашу сторону, объезжая огненную лужу. Не спеша втянулся в переулок и, дождавшись перестроившуюся колонну, поехал вперёд. Толстый обрубок, который, скорее всего, даже пушкой не был в прямом смысле слова, а скорее направляющей для молний, завертелся по сторонам, выискивая нас по окнам и крышам.

Высота для прыжка детская: всего два этажа плюс высокий парапет. Повстанцев мы отсюда прогнали на другие участки. Осталось только пробежать вдоль крыши и, сиганув через бортик, приземлиться на крышу машины. Отложив «древнеган», я взял склянку с газом. Вспомнил про защитные капли и быстренько закапал оба глаза. Поморгал, зарычал на Пепла, чтобы охранял винтовку и за мной не вздумал побежать.

Всё! Пора!

Отойдя к середине крыше, чтобы меня не заметили раньше времени, взял разгон. Стартанул одновременно с первым взрывом, раздавшимся в переулке. Этот должен отсечь колонну и, судя по скрежету металла и грохоту камней, он это сделает, заодно завалив и машину, идущую за «коробочкой». Второй взрыв! Этот уже перед колёсами. Я расслышал тяжёлый скрип тормозов и, не позволяя себе колебаться, прыгнул через парапет.

Всё было рассчитано до доли секунды, плюс чуйка помогала: светился маркер Ехида, а геном вовсе будто опять и сам знал, что и когда следует делать вплоть до движений отдельных мышц. Миг — и я рухнул на крышу бронетранспортёра. Уже не Чёрный плащ, летящий на крыльях маскировки, а прям Бэтмен какой-то!

Приземление на плоскую шкуру оказалось мягким — неожиданно знакомое чувство, будто шакрас на этого зверя примерно так и охотился. Вот только вместо того, чтобы вонзить клыки или когти в стальное брюхо, я с силой воткнул газовую бомбу в ствол. Услышал звон битого стекла, увидел розовую струйку дыма, потянувшуюся вверх. Оглянулся по сторонам — после взрывов ещё пыль даже не осела, так что я с «Броском» рванул обратно на стену, цепляясь за чудом уцелевший подоконник.

Я забрался внутрь, боясь даже чихнуть, а не то что скакать дальше. Эту часть плана мы плохо продумали. Стены вокруг скрипели, по бокам продолжали осыпаться кирпичи. Осторожно выглянул в окно, чтобы проверить, как там дела. БТР закоптился изнутри, выпуская через щели розовый газ. Раздались глухие выстрелы, кто-то закричал как полоумный, а потом… как умирающий.

Всё стихло довольно быстро. Хотя у колонны всё только начиналось. За каменной пылью выросла стена огня. Пару машин повстанцы закидали огненной смесью.

Колонна «Искателей» сейчас переживала не лучшее время.

Очень скоро и там всё затихло. Выстрелы прекратились, и буквально на секунду стало очень тихо. Настолько тихо, что скрип открываемого люка прозвучал как гром! Крышка откинулась, и из люка в клубах розового дыма выбрался Ехид. Живой, почти невредимый, и очень злой.