Генеральный попаданец 5

Глава 1. 29 декабря 1967 года. Останкино

- Леонид Ильич, вы готовы?

Телевизионщики, наконец, смогли подготовить свет. Сегодня съемки более сложные, и потому осветители и операторы работают тщательней. Очень уж в этой локации хлопотный интерьер для съемок. Зато как красиво и примечательно! Потому даже решили снимать не на телевизионную технику, а на пленку, с привлечением кадров с Мосфильма. Заодно телевидение выпустит серию фильмов о строительстве Останкинской телебашни и о том, как все устроено внутри. В моем мире телебашне после ее открытия 5 ноября 1967 года присваивают название: «Общесоюзная радиотелевизионная передающая станция имени 50-летия Октября».

Только в 1991 году ее официально переименуют в Останкинскую телебашню. Сейчас же с моей легкой подачи название стало для народа удобоваримым. И для меня самая высокая конструкция в столице СССР стала знаковым объектом. Останкинская башня по сути - кульминация архитектурной и инженерной мысли своего времени. Высота Останкинской телебашни - 540 метров. На момент создания она была самой высокой свободностоящей башней в мире, и еще долго она оставалась самой высокой башней в Европе.

Потому долго не размышляя, новогоднюю речь я решил провести отсюда. Благо, сразу же строили и ресторан «Седьмое небо». Название «взяли» из конкурса, что был запущен в газете «Вечерняя Москва». Даже кого-то там наградили. На самом деле я в телефонном разговоре с редактором газеты как бы нарочно обронил, что очень звонкое название предложили москвичи. Так что справедливость и здесь восторжествовала. Но прибавилось головной боли телевизионщикам. Помещение кругового ресторана на самом деле небольшое, да еще буквально везде предательски бликующие окна. Но в итоге мастерство победило.

Зато физиономия довольного Генерального на фоне новогодней Москвы выйдет потрясающая. Как будто символ наших свершившихся и будущих побед. Я даже для этого в ресторан членов Политбюро притащил. В том времени 1967 и 1968 годах его посетителями были только правительственные делегации. Для посетителей Останкинской телебашни ресторан «7 Небо» распахнул свои двери лишь в 1969 году. Ожидаемо приехали не все, но я не рассердился. Некоторые даже очень храбрые люди до чертиков боятся высоты. Ну что сказать, всех впечатлило. Особенно когда оказалось, что здесь на самом деле еще и кормят и сразу в трех ресторанах. Небожители задумались и одобрили открытие заведения для обычного народа. Отличная реклама достижений Советского Союза. Кто-то обронил:

- Надо будет сюда международные делегации приглашать.

- Особенно из стран капитала. Пусть увидят, что советские не лыком шиты!

Верхний зал ресторана на высоте 334 метра отделали в тёплой цветовой гамме. Карниз облицевали кованой красной медью, на пол положили тёмно-красное ковровое покрытие. Внутреннюю стену украсили серым мрамором. Его назвали «Бронзовый» зал. В зале среднего этажа потолок и карниз облицевали алюминием с золотым напылением. Ковровое покрытие на полу сделали золотисто-коричневым. Этот зал получил название «Золотой». И, наконец, нижний – самый спокойный по цветовой гамме. Зал расположился на отметке 328 метров. Его потолок и карниз украсили алюминием, а пол – тёмно-серым ковровым покрытием. Внутреннюю стену облицевали белым мрамором. Этот зал стал именоваться «Серебряным». Между собой все помещения связала полукруглая металлическая лестница с мраморными ступеньками. Каждый из ресторанов совершает круговые движения вокруг своей оси. И это впечатляет.

Меню даже для советских небожителей предложили простое:

Салат "Столичный", аналог Оливье с колбасой.

Жюльен из курицы с грибами

Штрудель "Останкино"

Согревающий напиток "Птичье молоко"

Последний оказался на удивление невероятно вкусным и пришелся членам Политбюро по вкусу. Чую, на Старой площади вскоре изменится меню.

Так что никто не возражал, чтобы уже становящееся привычным для СССР приветствие от его руководителя снималось здесь. Телевизионщики выбрали «Серебряный» зал как наиболее подходящий по тону к зимнему празднику. Из моего гардероба отобрали синий костюм, подарок французских кутюрье и красный галстук. Я же должен изображать из себя франта! И я точно знаю, что народу нравится, что их Генсек выглядит достойно на фоне других мировых руководителей, а то и более элегантным. То же самое можно сказать и о зарубежной публике. Там на сей фактор сразу обратили внимание, и некоторые издания всегда отмечают, во что я в этот раз одет. Настолько было разительно отличие Леонида Ильича от прежних руководителей в полувоенных френчах и мрачных костюмах. Старая когорта руководителей поначалу относилась к этому с ворчанием, но заметив эффект, смирилась.

После смерти аскета Суслова в ЦК однозначно стали одеваться лучше. Внешний вид – это одно из отличительных свойств респектабельности. И никуда от этого фактора не деться. Какой смысл карабкаться наверх, чтобы не отличаться от других? Так или иначе советская элита приобретала все признаки отдельной управленческой прослойки. Именно за так называемые «привилегии» ее крепко прикладывали «прорабы Перестройки». Сами же они были ничем не лучше по человеческим свойствам критикуемых. Чаще и хуже, потому что кроме яркой болтовни, ничего делать не умели. Зачастую и вовсе продавали свою Родину за чужие серебряники.

Поэтому впадать в дешевый популизм не собираюсь. Спрашивать строго – спрашиваю. Но за дело! И советская номенклатура мой настрой изучить успела. Нет, от глубоких реформ я отказываться не собираюсь. Но третировать запросто так управленческие кадры не позволю никому. Не зря в строй вернулись многие старые кадры, что были волюнтаристки выкинуты при Никите и позднем Сталине. Да-да, последние годы правления Вождя проложили путь гиблому пути Хрущевских метаний. Пока не готов высказать, отчего так вышло. Но я даже Молотова к себе в Кремлевские структуры прибрал. Но строго-настрого приказал ему не высовываться и мемуаров не выпускать. Потом. Когда-нибудь потом. Старый большевик меня отлично понял и кое в чем оказал неоценимую услугу.

Народ в целом за годы моего правления осознал, что резких шатаний не предвидится и массовых репрессий не случится. И что практически каждый месяц в их жизни происходит нечто хорошее. Пусть и незначительное. Но пока советская пропаганда настроена именно так. Показывать реальные достижения державы для «маленького человека». Ему плевать на гигантские стройки и прорыв в космос. Вот когда рядом с его домом строится детская больница, ясли, вместо колдобин появляется асфальтированная трасса, а в ежедневном рационе добавляются рыба, свежие овощи и фрукты, то настрой сразу же становится иным. О нем советская власть помнит и заботиться, а требует взамен лишь хорошо и профессионально трудиться.

На самом деле при капитализме ровно то же самое. Разве что акценты иные: ты с детства видишь, что бывает с теми, кто не желает учиться и работать. Вот они рядом – отбросы общества, бездельники и бродяги бездомные. Кнут при капитале разве что пожестче. И все отношения регулируются с помощью денег. Вот тут мы пока не так сильно отличаемся. Разве что вместо налогов у нас сразу заложены «общественно значимые затраты». Но если посмотреть здраво: для сбора налогов, их распределения капиталистическому обществу приходится содержать огромные структуры. Бюрократический аппарат съедает всю мнимую эффективность. Хулители социализма об этом мило забывают.

Но меня уже ждут, я еще раз прокручиваю в голове текст. Читать буду не с бумажки. Так что экспромт обязательно появится. Потому речь записывается для монтажа и сравнения. Готовые варианты привезут ко мне завтра утром для выбора. Так что не буду затягивать.

- Леонид Ильич, сюда. Прогон!

Я сдвинулся с места, операторы так же. Режиссер и его помощники внимательно наблюдают, что-то обсуждая вслух. Но актер из меня прекрасный, я точно прошел по всем «точкам» и не вылез из кадра, остановившись напротив наряженной красавицы елки.

- Ну, как, ребята?

Режиссер улыбается:

- Леонид Ильич, приходите ко мне сниматься.

- Обязательно. Царя играть буду!

- Больно грозны вы для царя.

Мы смеемся, как малые дети, приводя в трепет съемочную группу. Вы не поверите, но я попросил сделать ролик известного мастера комедийного жанра Гайдая. Политбюро пришло в ужас, но я пояснил им, что у нас с режиссером отличные личные отношения. Я по прибытии стал его патроном, совсем не вмешиваясь в режиссерскую деятельность и не надоедая. Разве что Госкино начало Гайдаю быстрее выделять средства, и первым зрителем его фильмов становился я. Иногда мы смотрели фильм вместе, осуждая затем. Вот и не так давно мы всей семьей и с частью Политбюро хохотали над «Бриллиантовой рукой». Фильм относительно мало отличался от того из моей эпохи. Но сразу после него начнутся съемки «Иван Васильевич меняет профессию». Уже в виде кинофильма и телесериала. Я знаю, что очень многое в том времени оказалось выкинуто. Негоже!

- Камера!

Я с улыбкой иду в сторону оператора. За мной в полумраке утопает зал ресторана. В Москве еще не рассвело. Для нужного эффекта, и чтобы не мешать, мы начали съемки еще ночью. Кадры из окон и я рядом с ними сняты раньше. Там большой перепад по свету и используется мультиэкспозиция. Пленки уже в работе. Ко мне подплывает павой официантка, на самом деле загримированная артистка Наталья Селезнева, протягивая мне бокалы с шампанским. Ловко подхватываю один из них и поворачиваюсь ко второй камере, начиная речь. Быть в центре внимания довольно сложно, яркий свет софитов слепит, внушительных габаритов камера с большущей блендой на объективе уставилась на меня. Сбоку пристально поглядывает режиссер, ассистент карточками сопровождает мои действия. Но я и так все выучил. Прохожу на камеру и тут же оборачиваюсь на другую. Все, на месте!

- Дорогие соотечественники, дорогие товарищи и друзья! Кремлевские куранты отсчитывают последние минуты 1967 года. Уходящий год вобрал в себя многое: были в нем трудности и огорчения, были и успехи, и радости. Но провожаем мы его с добрым чувством. Потому что это в первую очередь год наших успехов! Успехов советского трудового народа! Благодаря реформам уже заметны сдвиги в нашей экономике, советская наука берет одна за другой новые высоты. В стране получен невиданный урожай. Более пяти миллионов семей взъехали в новые квартиры. И я хочу передать сердечное спасибо всем тем, кто трудится на заводах и фабриках, нефтяных промыслах, возводит дома, прокладывает магистрали, строит электростанции, кто создает духовные ценности, учит и воспитывает детей, охраняет здоровье людей, украшает их быт — всем, кто работает сознательно и плодотворно на благо социалистической Родины. Благодаря им мы достигаем новых высот в строительстве коммунизма!

Но не буду вас утомлять лишними словами, товарищи, - ехидно улыбаюсь и поднимаю бокал, пошел экспромт. Ассистент схватился за блокнот, представитель Лапина держится за голову, Гайдай откровенно лыбится. – Всех нас ждет семейный стол с нашим любимым салатом, не менее вкусной закуской и бокалом шампанского. И потому сердечно поздравляю с наступающим Новым годом весь советский народ и каждого человека в отдельности. Пусть он вам принесет свои маленькие радости. Пусть в каждом доме, в каждой семье всегда будут благополучие и согласие! С Новым годом, дорогие товарищи! С новым счастьем!

Неспешно иду напрямик через сугробы к машине. Ночью прошел снегопад, и усердные дворники еще не все успели очистить. Хочется подышать свежим воздухом. Три дубля признаны успешными, и телевизионщики рванули проявлять, монтировать и озвучивать наш маленький шедевр. Я даже выпил со съемочной группой шампанского. Не ту жидкость с пузырьками, что была приготовлена для съемок, а настоящее из Крыма. У всех отличное предпраздничное настроение. Наверное, это мудро устроить такой яркий праздник посередине долгой и выматывающей русской зимы. Потому он и прижился в советском обществе. Даже позже Рождество его так и не смогло заменить, а нехристианские республики так и оставили это праздник в череде национальных.

- Куда сейчас, Леонид Ильич?

Немного подумав, отвечаю:

- В Кремль. Поработаю до обеда и в Заречье. Устал.

Как же я устал!

Уже в ЗИЛе понимаю, что надо было сразу ехать домой. Какая сейчас работа! Я и в самом деле безмерно устал. Этот год дался мне особенно тяжело. Страсть неофита уже угасла, а по факту занятая мною должность обозначает чуть ли не ежедневную тяжелейшую работу. И 1967 год стал началом слома эпохи. Столько всего случилось непредсказуемого и страшного. Черт с ним, с Ближним Востоком, есть еще время для тотального перераспределения местных ништяков. Но Китай! Мао с ума сошел или его кто-то подставил? Чего-чего, а такого я не ожидал. И судя по скорому удару возмездия, простого ответа на вопрос не существовало. Это ханьцы сами намудрили, да так, что вместо одной КНР у нас сейчас две, и Маньчжурия под советским военным присмотром. Так что следующий год точно станет эпохой кровавого противостояния или окончательного распада восточной империи. Посмотрим.

Мне бы внутренние проблемы сначала решить. Подавить оппозицию в ЦК и … Хорошо хоть голову у гидры отрубили. Меня внезапно пробил озноб. Видимо, переживать те проклятые часы придется до конца тутошней жизни. И я до конца не уверен, что поступил правильно. Но точно бесчеловечно. Ну, почему, если ты отвечаешь за государство и отчасти за все человечество, то обязательно приходится совершать массу грязных поступков. Почему? Да потому что власть влечет к себе продажных, моральных уродов и настоящих садистов. И вот этой среде приходится соответствовать.

Но окровавленное лицо бывшего Первого секретаря ЦК КПСС и второго правителя мира будет сниться мне еще долго.

Снова морозное ноябрьское утро. Темень за окном, занавешенные окна и выставленная по кругу охрана из «своих». Никто не должен узнать, никто не должен помыслить, никто не будет заикаться про закон. Потому что если делят власть и прошлое, то ни каком правосудии и морали никто и никогда не заикнется. Нужны были революции головы Карла I и французского короля Людовика XVI. И они пали. Надо было убить табакеркой Павла и его убили. Потребовалась смерть последнего императора России. И его семью расстреляли. И все в угоду политического момента. Не в то время и не в том месте. Жуткое стечение обстоятельств и воли народных масс.

Вот и Никита Сергеевич попал под раздачу. Он лежал передо мной на полу с разбитой головой. Переусердствовал с моей охраной. Привычки-то старые остались, и гонор никуда не делся. А там такие ребята, что меня в обиду не дадут. Они только что все вышли по кивку моей головы, и мы остались наедине.

- Не ожидал от тебя Лёня, такой прыткости. Бить-то было зачем? Не по-большевистски это.

Несмотря на остроту момента, я чуть нервно не захихикал. Затем взял себя в руки.

- Никита Сергеевич, а что тогда в тридцатые в застенках НКВД со старыми большевиками делали? Угощали чаем и марципаном?

Хрущев понимает, что зря меня провоцирует, но удержаться не может.

- Так с врагами народа никто не церемонится!

Я обошел его кругом и присел на корточки, стараясь разглядеть лицо бывшего Первого.

- Ты, что ли, сам себя назначил тем, кто имеет право утверждать врагов народа? Сколько ты там людишек внес в расстрельные списки? Испугался после пленума обличений? Начал пачкам людей топить?

- Время такое было, Лёня!

- Не время, а вы его сами таковым сделали.

- Ох, Лёня, сколько ты всего не знаешь.

- Это вы зря, Никита Сергеевич. Мне товарищ Молотов многое поведал. Как и арестованная накануне группа МИДовских работников. Из Информбюро бывшего и Интернационала. В КГБ вы всю агентуру растеряли давно. Не так ли?

Как он на меня глянул! Не дурак он, товарищ Хрущев. Вовсе не собирался назад вскарабкиваться. Но держать руку на пульсе и контролировать после переворота – это обязательно. Добиваю дальше:

- Что же вы так неаккуратно с документами, Никита Сергеевич? Нам попалась одна крайне интересная записочка. Много вам англичане за нее обещали?

Вот тут он все понял и буквально завыл. Затем глянул на меня злобно. Но ноги у Хрущева хитрым узлом связаны, с места он подняться не может. Не дурак же я в самом деле!

- Сволочь! Я еще доберусь до тебя и в первую очередь до твоей семейки! Страх вы забыли, страх!

- Вот это и есть самое вредное, что ваша группировка со страной сделала. Страх вбили в души людей. Как вот после этого коммунизм строить? А, товарищ Хрущев? Как ты там писал в прессе: «Мы должны уничтожать мерзавцев, предателей, где бы мы их ни вскрыли. Если мы рубим врагу его змеиную голову, то спасаем тысячи жизней рабочих, колхозников, трудового народа нашей страны». 55 741 человека в одной Москве было арестовано. По-твоему, надо заметить, наущению. Не все из них были невиновны. Я в это не верю. Иначе ваша группировка не начала бы свалку. Ведь ты по наущению кураторов в массе остальных прятал именно вам неугодных людей? Что вы хотели на самом деле?

Я такой ненависти в глазах не видели еще никогда. Это взгляд загнанного, невероятно сильного и хитрого хищника. Ведь как все было поставлено! Даже Сталин не раскусил этого шута горохового в вышиванке. Вернее, только частично. Или в своем обычном ключе Вождь решил того использовать. «Других генералов у меня для вас нет». А ведь это неправильно. Жуткий кадровый голод лечился ростом новых кадров. Что очень странно, сами же большевики начинали относительно молодыми людьми. Что же потом на посты старых пердунов ставили? Вот у нас прогресс и заглох!

Все-таки проморгал, но спасла реакция, наработанная в ежедневных упражнениях. Рывок бывшего Первого нарвался на крепкий ботинок. Хрущев заскулил, а в комнату мгновенно ворвались двое с пистолетами наперевес. Моя безопасность у них в приоритете.

- Стоять!

- Что-то случилось, Леонид Ильич?

- Случилось. Готовьте доктора и магнитофон.

Снова нагибаюсь:

- Что же они тебе обещали? Не мировую же революцию?

Никита прожигает меня насквозь. Его тайна раскрыта. А я не считаю эту историческую загадку какой-то особо таинственной. Достаточно посмотреть на Хрущёвскую амнистию и становится явным, какой урон она нанесла СССР. Значит, была проведена не просто так, а с какой-то целью. Затем Хрущева убрали. Но никто не постарался разобраться. И вот это уже странно. Боялись разоблачений? Вряд ли. После всех потрясений, новые бы общую картину не изменили.

17 сентября 1955 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной вой­ны 1941–1945 годов. Согласно этому Указу, с бывших прислужников гитлеровцев снимались судимость и поражение в правах, что позволяло им вернуться из мест лишения свободы и даже из эмиграции. Причём, как выяснилось позже, сумевшие сбежать от справедливого возмездия за границу были сразу завербованы там спецслужбами США, Британии, ФРГ. Так, по инициативе Хрущёва началось активное освобождение бандеровцев, власовцев, «лесных братьев», полицаев.

Согласно архивным данным республиканских МВД, только в период с 1955 по 1958 год разрешение на постоянное место жительства на территории Украины получили больше 25 тысяч амнистированных. Из них больше 7 тысяч отправились во Львовскую область. И везде им предоставляли жильё, возвращали или возмещали конфискованное имущество, а также давали возможность устраиваться на любую работу. Даже на руководящие посты разных уровней. То есть последствия «за горизонтом» для умного человека просматривались прозрачно.

Но что еще ужасней: с целью налаживания отношений с ФРГ было освобождено около 40 тысяч эсэсовцев, которые были отправлены на территорию Западной Германии. Вместе с ними свободу получили и некоторые "внутренние враги". Таким образом, часть настоящих военных преступников избежали наказания. Я пытаюсь с помощью Штази восстановить справедливость, но сделать это крайне сложно. В ФРГ среди бывших нацистов существует настоящая круговая порука. Но хотя бы мы закрыли для многих из них возможность политической карьеры и поселили в душах западных немцев сомнения. Натиск пока пришлось замедлить, чтобы договориться с американцами.

Это ни в какую не сравнится с так называемой Бериевской амнистией 1953 года, обросшей множеством ужасных мифов. У нас вся история состоит из мифов. Берия был далеко не дурак и решил воспользоваться ситуацией, чтобы очистить Гулаг от лишних. Да и нельзя бесконечно завинчивать гайки, рванет. Решение о проведении амнистии было принято в силу давно назревших причин. После войны вклад ГУЛАГа в экономику страны сокращался, а ситуация в местах не столь отдаленных накалялась, как из-за увеличения числа, отбывавших наказание с почти 1,5 млн человек в 1945-м до более чем 2,5 млн в начале весны 1953 года, так и из-за притока в лагеря и колонии заключенных, имевших боевой опыт.

26 марта 1953 года Берия обратился в Президиум ЦК с предложением о проведении амнистии. В подготовленной им записке, имевшей гриф «совершенно секретно», говорилось: «В настоящее время в исправительно-трудовых лагерях, тюрьмах и колониях содержится 2 526 402 человека. Из общего числа заключенных количество особо опасных государственных преступников (шпионы, диверсанты, террористы, троцкисты, эсеры, националисты и др.), содержащихся в особых лагерях МВД СССР, составляет всего 221 435 человек». Сколько среди них «невинноубиенных»?

Нет, и такое малое количество советских граждан, осужденных по доносам и невольно попавшим в жернова страшной государственной машины, — это не есть хорошо. Но врать то зачем о миллионах?

Общее число вышедших по амнистии из лагерей и колоний составило 1 201 601 человек. Среди них осужденных на срок до 5 лет – 551 551 человек; осужденных, независимо от срока наказания, за должностные, хозяйственные и некоторые воинские преступления – 49 745; женщин, имевших детей в возрасте до 10 лет, – 57 132; беременных женщин – 6013; несовершеннолетних – 5684; мужчин старше 55 лет – 44 210; женщин старше 50 лет – 18 044; страдавших тяжелыми неизлечимыми недугами – 43 411. Кроме того, на воле оказалось 425 811 осужденных на срок свыше 5 лет, которым согласно ст. 4 Указа «Об амнистии» срок наказания был сокращен наполовину. Общая численность заключенных в СССР уменьшилась примерно вдвое. Отбывавших наказание по политическим статьям амнистия почти не затронула. Не распространялась она на совершивших тяжкие или особо тяжкие преступления. Ну и где правда в перестроечном блокбастере «Холодное лето пятьдесят третьего»?

Так что между двумя амнистиями огромная разница. И только слепой его не видел. Как так вышло, что партия не заметила прямое предательство? Привычки, субординация, страх? Так следующие деяния Хрущева ничем не лучше. Семилетка, Экономическая реформа 1957 года в СССР, Освоение целины, Кукурузная кампания и Денежная реформа в СССР 1961 года. Это так взбаламутить страну, что до сих пор разгребаю. А в том мире с последствиями вредительства Никиты так до конца и не справились. И снова все слепые. Ах, нет сняли-таки в октябре 1964, когда деваться некуда было. Но ведь как хитро все проведено. Мастер экстракласса! Только вот на кого он работает? И чего добивается?

После моих прямых обвинений глаза бывшего главы государства тухнут. Его игру вдолгую разоблачили.

- Никита Сергеевич, у вас есть лишь два выхода. Умирать долго, но все рассказать. Поймите, фармакология ушла далеко вперед. Я специально создал под это дело лабораторию. Негоже во второй половине двадцатого века бить людей и выдергивать им ногти, - Хрущев невольно дергается, он мне верит сразу. – Да и последствия для ваших родных будут нехорошие. Род точно прервется. В Марийских лагерях.

Никита поворачивает окровавленную голову:

- Второй?

- Вы все расскажете в этот микрофон. Умрете без боли. Родных никто и пальцем не тронет. Даже больше. Зять ваш - человек одаренный, вижу у него большое будущее. Да и сыну не дадим потеряться. Я человек не злопамятный. Выбор за вами.

И Хрущев заговорил. Все-таки матерый волчище, но слишком поверил в себя. А вот окружение подвело. Нельзя набирать в свою свиту людей слабых из второго эшелона. Не зря я сразу после попадания озадачился сколачиванием вокруг себя группы сторонников. Власть держится на персоналиях. Те, кто окружает себя невзрачными личностями, в итоге проигрывают не только свою должность, но и государство.

- Никита Сергеевич, - я честно говоря, пребывал в шоке. Такое тут открылось, что вам и не снилось, - так чего вы добивались?

Хрущев уже наполовину в ином мире. Он сбросил с себя невероятную тяжесть совершенного, ему стало намного легче.

- Эх, молодежь, ничего вы не смыслите в мировой политике. Нельзя жить наособицу. А кто вас в закрытый клуб пустит с посконными рожами? Хозяин считал, что сами справимся, и где он? Народу столько зря загубил, загоняя всех в общий лагерь. Людей ведь не вернешь?

- Вы его?

- Без меня желающих хватало. Нельзя сидеть на троне столько лет!

- А сами как?

Никита помрачнел:

- Я хотел договориться с барыгами и передать власть умному человеку. Знал бы тебя получше, то, может, и тебе.

Я крепко задумался. Пора заканчивать комедию, и так слишком привлекаем внимание. За эти часы волна арестов должна была закончиться. Те люди просто исчезнут из социума. Как будто и не было. Жестоко, но необходимо. Потому что с сегодняшнего дня мы вступили на тропу войны с могущественными силами. И мне откровенно страшно. Не за себя, а за страну и свои деяния. Неужели опять не получится? И мы ляжем под очередной клан общемировых барыг и начнем никому не нужную войну с братьями-славянами?

- Вы всерьез считаете, что мощь государства бессильна против той кодлы?

- Лёня, не будь наивным. Они мировые войны устраивают. Что им какие-то страны и династии. Вот твоя королева это отлично понимает.

Я хмыкнул. Елизавета, душа моя, была в том страшном списке. Напоминающем перечень состава одного закрытого клуба на букву Б. Хотя считаю, что он лишь дымовая завеса обнаглевших от безнаказанности мировых игроков. Вся схема намного серьезней. И оттого еще опасней.

- Но как бы мы могли договориться? Зачем тогда ракеты и бомбы? Огромная армия?

- Лёня, ты как будто никогда не играл. Ставка, не более. Они отлично знают, насколько мы слабы экономически. Даже прокормить себя не можем. Нам бы в их структуре нашлось местечко.

Вот сука! Предать мечту миллионов, превратить в ничто кровь и жизни стольких людей. И все ради чего?

- Не понимаю.

- И не поймешь. Я тоже не сразу понял, когда они пожаловали ко мне. Хозяин не хотел подчиниться, а у меня почти получилось. Только этот ирландский клоун смешал все карты. Тогда я понял, что они не всемогущи. Убить президента, чтобы перехватить власть. Как это пошло! Заканчивай, Лёня. Я сделал, что мог. Мой народ достоин лучшей жизни, чем умирать за пустую идею.

Я пил в тот вечер в одиночку. Сидел в кабинете и наливался французским коньяком. Хмель не брал. Еще одни неверующий. Совершенно лишний человек во властной пирамиде. Как он так смог добраться на самый верх? И никто не разглядел в нем предателя? Почему на политическом Олимпе нет системы отбора? Ох, как я был в тот вечер зол! И поклялся отомстить всем, кто оказался в списке. Сам не смогу, преемнику оставлю. Кого ж на царство ставить?

Информация к размышлению:

Записка Комиссии Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями, имевшими место в период 30-40-х - начала 50-х годов

Сов.секретно

Особая папка

25 декабря 1988 года

Подписи: А.Яковлев, В.Медведев, В.Чебриков, А.Лукьянов, Г. Разумовский, Б.Пуго, В.Крючков, В.Болдин, Г.Смирнов, Опубликована: Вестник Архива Президента Российской Федерации. 1995. № 1. С.123 -130.

Вот текст

Н.С.Хрущёв, работая в 1936-1937 годах первым секретарем МК и МГК ВКП(б), а с 1938 года - первым секретарем ЦК КП(б)У, лично давал согласие на аресты значительного числа партийных и советских работников. В архиве КГБ хранятся документальные материалы, свидетельствующие о причастности Хрущёва к проведению массовых репрессий в Москве, Московской области и на Украине в предвоенные годы. Он, в частности, сам направлял документы с предложениями об арестах руководящих работников Моссовета, Московского обкома партии. Всего за 1936-1937 годы органами НКВД Москвы и Московской области было репрессировано 55 тысяч 741 человек.

С января 1938 года Хрущёв возглавлял партийную организацию Украины. В 1938 году на Украине было арестовано 106 тысяч 119 человек. Репрессии не прекратились и в последующие годы. В 1939 году было арестовано около 12 тысяч человек, а в 1940 году - около 50 тысяч человек. Всего за 1938 - 1940 годы на Украине было арестовано 167 тысяч 565 человек.

Усиление репрессий в 1938 году на Украине НКВД объясняло тем, что в связи с приездом Хрущёва особо возросла контрреволюционная активность правотроцкистского подполья. Лично Хрущёвым были санкционированы репрессии в отношении нескольких сот человек, которые подозревались в организации против него террористического акта.

Летом 1938 года с санкции Хрущёва была арестована большая группа руководящих работников партийных, советских, хозяйственных органов и в их числе заместители председателя Совнаркома УССР, наркомы, заместители наркомов, секретари областных комитетов партии. Все они были осуждены к высшей мере наказания и длительным срокам заключения. По спискам, направленным НКВД СССР в Политбюро только за 1938 год, было дано согласие на репрессии 2.140 человек из числа республиканского партийного и советского актива.

А вот из книги Шепилова "Непримкнувший".

Как-то один из старейших деятелей Коммунистической партии, член её с 1897 года, бывший депутат и председатель большевистской фракции 4-й Государственной Думы, председатель ЦИК СССР и зам. Председателя Верховного Совета СССР Григорий Иванович Петровский передавал мне через третье лицо:

- Вы не знаете, что такое Хрущёв. А я знаю. Я это и на себе испытал. В январе 1938 года Хрущёв прибыл к нам на Украину Первым секретарем ЦК. Развенчал Ленина. Утвердил культ Сталина. Меня объявил «врагом народа». И началось:

Без ведома и прямой санкции Хрущёва не решались никакие персональные вопросы опустошительных чисток 1937-1938 и последующих лет по Москве и Украине. Таким путем тысячи и тысячи ни в чем не повинных людей были ввергнуты в пучину невероятных страданий, нашли свою мученическую смерть с клеветническим клеймом «врага народа». И, может быть, самое примечательное и отталкивающее в этой стороне деятельности Хрущёва состояло в том, что многих из отправленных им на эшафот он затем с непревзойденным лицемерием оплакивал с высоких партийных и правительственных трибун. Причем в этих стенаниях виновниками гибели прославленных коммунистов выставлялся, конечно, прежде всего Сталин и другие его соратники, но не он, Хрущёв.

А решающим в его карьере было искусство постоянного поддержания доверия и расположения того же Сталина. В течение многих лет сталинского руководства непременными атрибутами любой публичной речи, статьи или книги были здравицы в честь Сталина. Мы все должны были подчиняться этому неписаному, но железному закону. И подчинялись, но Хрущёв поднялся в этом искусстве извержения елея до недосягаемых вершин.

В ноябре 1964 года в английском парламенте праздновали 90‑летие всемирно известного британского политика Уинстона Черчилля. В какой‑то момент один из парламентариев предложил за него тост как за самого ярого врага Советской России. На что Черчилль ответил: «К сожалению, не могу принять этот комплимент на свой счёт, потому что имеется человек, который нанёс вреда стране Советов значительно больше, чем я. Это Никита Хрущёв. Давайте поаплодируем ему».

Глава 2. 11 Января 1968 года. Москва. Города будущего!

Как приятно после новогодних хлопот окунуться в мир будущего. Мы давно готовили эту Международную конференцию. По ее окончании в советской строительной отрасли произойдет сдвиг, сравнимый с тем, что произошло в нашей космонавтике. Где мы перестали бегать за американцами и продвигать свое. Я с большим удовольствием посетил е в первый день, выступил с невероятно короткой официальной речью, чем всех порадовал и ответил на вопросы на пресс-конференции.

Затем пришлось два дня потратить на братские компартии. Черти бы их побрал! Но деваться некуда, в соцлагере назревает системный кризис, и мне приходится ездить по столицам стран СЭВ и Варшавского договора, как кризисному управляющему. Поэтому я с нескрываемым удовольствием приехал на проспект Калинина, где размещается только что построенный Комплекс зданий секретариата Совета экономической взаимопомощи.

Именно там и проходят как рабочие совещания, так и личные встречи. Стремительно поднимаюсь по лестнице. К черту лифты! Пусть народ видит, что Ильич в хорошей форме и в отличие от официальных представителей нисколечко не запыхался. Надо отметить, что этот фактор в первую очередь замечают именно женщины. Природой, что ли, заложено, что их тянет к сильным самцам? Еще не наступило время «папиков» с выступающими животиками и дряблыми яйцами!

В небольшом зале горячо. Говорят на разных языках, жестикулируют, о чем-то спорят. На чертежных досках представлены чьи-то проекты. На столах стоят макеты. Возле них также разгораются дискуссии. Вижу как знакомых мне советских архитекторов, так и заграничных. Их отчего-то узнаешь сразу. Даже не по одежде, а более свободному и изящному поведению. Хотя сия характеристика сказывается и на манере одеваться. У нас все или бедновато, или помпезно и зажато. Помню в девяностых, и более богатых нулевых в международном аэропорту я сразу различал наших и иностранцев. Родные буржуи хорошо, если только в двадцатые научились одеваться нормально. В новые русские в основном вылезали люди шустрые, но без вкуса.

Затем мое внимание привлекает темнокожий человек, с нездешним темпераментом, объясняющий что-то группе архитекторов и строителей. Последние на конференции обязательны. Потому что строить им, как бы их представители ни ныли, что это невозможно. Я сразу в Минстрое отметил, что вопрос не в том – есть ли у нас для этого мощности. А сколько и каких следует построить. Зря, что ли, я по памяти геологам отдал «тайные сведения НКВД» и раскрыл десятки месторождений!

Так как старт масштабного эксперимента вскоре ожидается в Подмосковье, то мы начали возводить объекты строительной индустрии заранее или смотреть, где логистически выгодней это делать в ближайших областях. Потому что подтягивать необходимо и их. Тем это также выгодно, построим основную часть объектов в столице и Подмосковье, эти мощности останутся в русской провинции для массового жилищного строительства. Вот с последним в стране сложнее. Деньги есть, природные ресурсы имеются, индустрии почти нет, как и опытных кадров. Все придется создавать на ходу. Впрочем, в той эпохе так и было. Что, в свою очередь, сказывалось на качестве.

- Оскар, вы говорите по-английски?

Известнейший бразильский архитектор и создатель новой столицы Бразилиа тут же откликается с ярчайшей улыбкой. Он в Москве уже не первый раз и очень рад, что сейчас находится на этом сборище. Но мы доселе не встречались. Ручкаемся, обнимаемся, как старые знакомые. Сверкают блицы фотокамер. Пресса вездесуща. Сама же конференция шокировала представителей мировых СМИ своей невероятной открытостью. Мы, коммунисты, не скрываем, что собираемся строить города будущего. Считаю, что это известие окончательно «добьет» ту шоблу, против которой мы воюем. Наши успехи в космосе, атоме, на международной арене вовсе не мешают строить нам и новые города. То есть потенциал первой страны Советов еще далеко не исчерпан.

Оскар Нимейер улыбается в ответ:

- С вами придется!

Между прочим, он Убеждённый коммунист, член Бразильской коммунистической партии на протяжении почти семи десятилетий. Член президиума Всемирного совета мира, лауреат Международной Ленинской премии «3а укрепление мира между народами». С 1964 года после захвата власти в Бразилии военной диктатурой он живет в эмиграции.

Спрашиваю уже ставшего знаменитым архитектора:

- Оскар, так вы беретесь за проект Космограда?

Нимейер с интересом оглядывает оживленную группу молодых архитекторов, стоящих возле масштабного макета. Космоградом я хочу назвать будущий Королев, который сейчас Калининград. Городов с именем всесоюзного старосты нам хватает. Мы уже объединили Особое конструкторское бюро № 1 Королева и с производственной базой завода № 88 в единую корпорацию «Орбита». Они будут заниматься пилотируемыми полетами и орбитальными станциями в рамках структуры «Совкосмоса». В моих планах выстроить город заново. Это один из самых грандиозных проектов на ближайшее время. Такому подходу помогает особый статус городка. Отчасти сюда будет перенесен и Центр подготовки космонавтов. Да ЦУПу место в Космограде.

- Ваш замысел впечатляет. Я привез несколько проектов.

Меня подводят к макету, здесь же рядом валяются эскизы. Честно говоря, даже для человека из будущего смотрится шокирующе. В самом деле Космоград! Широкие проспекты, целиком отданные общественному транспорту и людям. Автомобильные дороги идут чуть в стороне с удобными подъездами к магазинам и жилым домам. Башни, какие-то летающие тарелки, невиданное богатство форм. Но как замечательно все расставлено! Вижу неподалеку побледневшее лицо начальника Госстроя. Его глаза кричат: - «Ну кто так строит!»

- Я всегда стараюсь впитывать красоту местного ландшафта. Ваш русский очень спокойный, без резких, вызывающих форм. Потому я постарался изобразить больше простора и пластичности. Гармония архитектуры и природного ландшафта — одно из условий здоровья человека. Нам нужно обязательно передать красоту местной природы. Вы посмотрите: почти что всё, созданное человеком, имеет прямые, жёсткие и негибкие линии и углы. Я же приверженец свободно текучих, чувственных, кривых линий, создателем которых является сама природа. А она лучше человека знает, как красивее и лучше.

Коротко бросаю:

- Впечатляюще. Это все железобетон?

- Да, он отлично помогает передать пластику.

Я задумчиво киваю. В СССР как раз создается так называемая школа «брутализма», массово использующая монолитный железобетон и сборные бетонные конструкции. В СССР Брутализм начал зарождаться в середине 1950-х годов. Богатство, декоративность сталинского ампира уже не соответствовали идеологии нового государства. Функциональность, коллективизм и отказ от излишеств — то, что пропагандировал марксизм-ленинизм. Брутализм, с его акцентом на функциональность, долговечность и экономичность, соответствовал этим потребностям. Использование бетонных панелей позволяло быстро и экономично возводить большие здания, что подходило амбициозным планам советского правительства по строительству жилья и инфраструктуры. Советской власти такие образы пришли по душе. Один Кремлевский дворец чего стоит.

По моему заданию мировой опыт был изучен и создается целая новая отрасль при Госстрое, которая будет заниматься именно сборными конструкциями. Это позволит нам резко повысить индустриализацию и механизацию строительства. С возведением убогих панелек надо лет через пять заканчивать. Делать больше индивидуальных проектов. Особенно в Москве. И как только мы подготовим техническую базу, тот тут же запустим массовое монолитное строительство. Но для этого потребуется много новой техники, тех же бетоновозов, сварочных аппаратов, утепляющего материала. Тяжелые грузовики, краны, полимеры, материалы для внутренней отделки. И что еще более важно – потребуется много металла. Это хипстеры из будущего не понимают важности чугуния, кивая на Айфоны. Мол, их из пластика делают. Только вот здания, в которых они живут и работают, мосты, по которым переезжают реки, железные дороги, коими доставляют грузы, с этим утверждением не согласятся.

Я снизил пока затраты железа на оборонку, но мы активно строим торговый флот, а вскоре придет черед Океанского военного. Так что пока много свободной стали у нас нет. Придется и металлургии уделить должное внимание. Мы как раз активно разрабатываем месторождения Курской магнитной аномалии. В 1960 году богатую железную руду в промышленных объемах стали добывать открытым способом из Михайловского карьера. В прошлом Стойленское месторождение. Это крупнейший в мире железорудный бассейн, и что очень важно, расположен он в густонаселенном районе. Раскрутим строительство АЭС и построим новые металлургические комбинаты неподалеку.

- Когда мы увидим ваш проект целиком?

Нимейер задумывается:

- Я сейчас плотно занят во Франции. Нет, нет, я не отказываюсь! Просто прикидываю, как лучше быть.

Я показываю рукой на вездесущую молодежь:

- Открывайте конструкторское бюро здесь. Вон сколько у вас последователей.

По глазам заметно, что бразилец крепко задумывается. Москва и мой настрой ему по духу ближе. А строительство с нуля Космограда - это мечта любого архитектора мира. Да, именно так. Сносим все лишнее и строим все коммуникации на самом современном уровне. Жители, думаю, сопротивляться не будут, если им предложить жилплощадь в столице. Хотя многие захотят жить в новом городе.

- Был бы очень рад принять участие в таком грандиозном проекте. Как только я решу насущные проблемы, я ваш.

- Дорогой Оскар, можете прихватить к нам еще кого-нибудь.

- Обязательно!

В стороне стоящий в группе советских архитекторов Гришин улыбается. Он отлично запомнил мои слова о том, что если не будет лезть в высокую политику, то мое покровительство ему обеспечено и сейчас крепко занят переустройством столицы. Поэтому до принятия нового плана развития Москвы полностью задроблено строительство в историческом центре. Многочисленные организации пытаются любым способом впихнуться на свободные участки. Здорово напоминает будущие «точечные» застройки. Так они поломают общую архитектуру города. Я не сторонник того, чтобы оставлять всю старую рухлядь в центре. Самое интересное и имеющее историческую ценность мы сохраним. Кое-что передвинем, создавая кластеры исторической застройки. Остальное – извините, но снесем к чертям! Все должно быть продуманным и актуальным. Воспеватели старых московских двориков затем с большой охотой переезжают в современные дома со всеми удобствами!

И еще одна из задач, поставленных перед Гришиным - держать количество москвичей в узде. На самом деле институт прописки в таких делах крайне важен. Жаль, что в будущем в Москве его отменили и со спутниками город вырос в двадцатимиллионного монстра с человейниками, вечными пробками. Пожирающий сам себя мегаполис. Отчасти решение проблемы мы видим в развитии Подмосковья и городов-спутников. Для этого здесь и собрались. Уезжать из современного по мировым меркам городка с передовым производством и близостью природы захотят намного меньше народу. Особенно молодежь, которой и жилье будет выдано быстрее, чем в столице, и город станет намного уютней.

Мы для претворения плана используем все возможные хитрости, например, улучшение снабжения. Оно идет за счет Прибалтики и Украины. Первой нефиг, не заслужили, а у южной славянской республики имеются внушительные внутренние резервы. Я об этом Щербицкому постоянно напоминаю и киваю на северного соседа - Машерова. Как тот лихо начал поднимать у себя сельское хозяйство! Правда, ему здорово помогло ускоренное строительство индустрии по производству удобрений, а также собственный тракторный завод. Там и производство всевозможных мини-тракторов, мотоблоков и культиваторов наладили.

Стыдно, товарищи украинцы, у себя не повысить урожайность! Так что сейчас в УССР целая кампания разворачивается. Сделать удои, привесы, собираемость с гектара самыми передовыми в Союзе. Дело чести! Ну а я не возражаю. Как и против новой культурной политики. Начнем внедрять ее в Подмосковье. Современные кинотеатры, организация кино и театральных фестивалей. Богеме ехать недалеко, да еще и забесплатно. Все за счет принимающей стороны. Думаю, что они поддержат идею. А жители Подмосковья не будут чувствовать себя оторванными от культурной жизни столицы. Незачем станет лишний раз мотаться в столицу. Колбаса в ближайшем магазине спокойно лежит, снабжение промтоварами будет не хуже. Да и культурный досуг есть где организовать. А речка, лес рядом в пределах доступности.

Москву придется вдобавок разгружать от слишком громоздких и тяжеловесных производств, перенося в другие места. Хотя бы в Подмосковье или в среднюю полосу РСФСР. Одна из основных причин – они занимают много места в центре и что еще немаловажно – являются спонсором такого явления, как лимита. Это общая беда Москвы. Никто из коренных не хочет трудиться на тяжелой работе. Вот и сейчас пришлось сделать исключение для строителей. Иначе народ на стройки не заманишь. Новоявленное поколение «москвичей» своих детей вырастит в том же духе: «Мы тяжко работали, найдите себе место в хорошем НИИ или какой-нибудь конторе».

В условиях «развитого социализма» базовые потребности не сжирают так много финансов, а личные связи намного важнее. Так что зачастую важен не сам оклад, а окружение. Что привело в моем времени к известным последствиям. Можно было не особо вкалывать, а свое иметь. Должность, научная категория, связи позволяли получать незаработанные премии и выплаты, и довольно неплохо существовать. А если еще заиметь загранкомандировки, что сделать в столице намного проще, то все выгоды москвича очевидны. То-то сюда так и стремились! И пока разорвать этот порочный круг не получается. Но будем пытаться. Не все любят жить в огромном городе, так что есть шанс остановить провинциалов, создав ему условия.

- Вот у Михаила Васильевича есть интересные предложения, - Гришин указывает на известного архитектора Посохина. За его плечами постройка сталинской высотки на площади Восстания, Государственный Кремлёвский дворец и застройка проспекта Калинина. Величина! А если добавить, что Посохин еще возводил здания и за рубежом, то международного масштаба. Внимание мировой общественности привлекли павильоны СССР на «ЭКСПО 67» в Монреале. Он также проектирует комплекс зданий посольств СССР в Бразилии и США.

Посохин указывает на внушительного размера макет.

- Город без свободных пространств – это лабиринт, угнетающий человека. Необходимо ритмичное чередование закрытых и открытых пространств, сочетание узких и широких улиц, больших и малых площадей, бульваров и парков. Столица СССР достойна чистого воздуха и свободного пространства.

Живо интересуюсь проектом. Мне нравится проектировка. Не все же заграничным мастерам отдавать! Вспоминаю, что при проектировании сталинских высоток архитекторам запрещали читать специализированные издания. Чтобы сами оригинальничали. Ну что ж, тогда получилось!

В моем мире Михаил Васильевич и архитектор Николай Уллас возглавили работу над генеральным планом развития Москвы. В 1971 году документ одобрен и опубликован. Авторы указали достаточно строгие внешние границы Москвы. Разрастание города вширь должна ограничить лесопарковая зона. Параллельно в радиусе 100 км от столицы предполагалось создать сеть городов-спутников. Согласно проекту, столичная радиально-кольцевая система дорог сохранялась, но дополнялась прямоугольной системой скоростных шоссе. Для обеспечения жизнеспособности столицы требовалась новая полицентрическая структура с историческим центром в качестве основной зоны и семью новыми, расположенными на периферии. Промышленные предприятия следовало вывести за пределы города или модернизировать производственные мощности. Реализация генерального плана оказалась неосуществимой в условиях той советской экономической системы. Потому сейчас в углу поставлены проекты и их тщательное рассмотрение. Так что флаг ему в руки! Пусть творит.

- А это что за район, где планируется такое интересное строительство?

Отвечать вызвался Гришин:

- Лефортово, Леонид Ильич. На месте металлургического завода «Серп и Молот». Мы его переносим в Электросталь в рамках общемосковского проекта. И вот решили - раз на этом месте все будем строить заново, в том числе и коммуникации, то сделать проект пилотным.

Размышляю. Мне насчет этого проекта некоторые товарищи из министерств всю плешь проели. Они живут старыми идеями, что любое производство есть хорошо. Но держать в центре столицы сверхдержавы металлургический комбинат, пожалуй, чересчур. Нам бы еще автозаводы убрать в Подмосковье или вовсе куда подальше. Рабочих найдем чем занять. Например, переучить на сборочное производство различных видов товаров народного потребления. Нам нужны холодильники, бытовая техника, автоматические системы. Это как раз столичный уровень. Заодно освободим в центре Москвы кучу места и улучшим экологическую обстановку. К тому же строительство заново хорошо тем, что можно прокладывать новые коммуникации, а не пользоваться старыми, ветхими. Господа футуристы об этом почему-то постоянно забывают.

Вы думаете это так просто создать в многомиллионном городе инженерные коммуникации: тепло-, электро- и газопроводы, канализационные сети. Только совсем недавно в Москве реализованы проекты сетей дождевой канализации. В соответствии с предложенными решениями были построены коллекторы рек Таракановки, Копытовки, Жабенки, Фильки, Хапиловки, Рыбинки, Сосенки, Чуры, Раменки, Нищенки, Коломенского и Ермаковского ручьев. Проект ливневых и сточных коммуникаций не менее важен, чем изыски в области домостроения.

- Хорошо. Я считаю, что все столичные проекты стоит объединить, но сделать различными по архитектуре.

Посохин соглашается:

- Разные части Москвы обязаны выглядеть иначе. У них совсем различные настроения.

Удивленно поглядываю на архитектора. Тот не теряется, берем в руки цветные мелки и начинает рисовать в альбоме. Наглядно показывая различия. Я удовлетворенно хмыкаю, но киваю на группу спорящей о чем-то молодежи.

- Им это показывайте!

- Уже, - Посохин улыбается, - это ребята из экспериментального бюро. Их задача – генерировать идеи, компоновать их по разделам и предлагать в комиссию.

- Неплохо!

Замечаю среди молодежи знакомые лица. Перед конференцией пришлось пытать специалистов, кто есть ху. Генеральный не должен выглядеть, как полный дилетант.

В центре диспута американец Роберт Вентури, один из основателей теории постмодернизма. Рядом с ним страдает переводчик, не всегда понимая, что хочет сказать архитектор. Его готовили по другой программе. Я немедля прихожу на помощь, помогая понять некоторые понятия. Да и американский английский несколько иной.

- Основные ценности постмодернизма: Амбивалентность предпочтительней одновалентности, воображение предпочтительней вкуса «Сложность и противоречивость» предпочтительней сверхпростоты и «минимализма». Теория сложности и теория хаоса являются более основательными в объяснении природных явлений, чем линейная динамика. Это значит, что «истинно природное» в своем поведении скорее нелинейно, чем линейно. Память и история органически связаны с нашим историческим кодом, нашим языком, нашим стилем и нашими городами и потому являются ускорителями нашей изобретательности.

Советские молодые умы стоят разинув рот.

- Архитектура должна формировать город, отсюда — контекстуализм, коллажность, неорационализм, мелкоквартирное планирование, смешение типов пользователей и типов строений. Архитектура должна кристаллизовать социальную реальность в современном городе глобального типа — гетерополисе, что очень важно для плюралистичности этнических групп, отсюда — партиципационный подход к проектированию и адхокизм. Архитектура должна учитывать экологическую реальность нашего времени и уметь поддерживать своё развитие, зеленую архитектуру и космический символизм.

Мы живем в удивительной, творящей, самоорганизующейся Вселенной, которая ещё только готовится к различным вариантам определённости, отсюда — необходимость в космогенной архитектуре, которая прославляет критицизм, процессуальность и иронию.

Временами приходится обращаться к самому Роберту, чтобы он разжевал некоторые понятия. Иногда ребята приходят на помощь, говорят, что понимают, о чем идет речь. По их глазам заметно, что они в некотором замешательстве. Сам Генеральный работает переводчиком!

В конце концов, Вентури понимает: что-то идет не так. Затем близоруко щурит глаза и сам впадает в ступор:

- Господин Брежнев? Да мне в жизни никто не поверит, что вы стояли рядом и помогали этим молодым парням понять сложные архитектурные идеи.

Я указываю на вездесущих фоторепортеров:

- Уже поверят.

Мы смотрим друг на друга и смеемся. Американец разводит руками:

- Я слышал, что в России идут перемены, но все равно безмерно удивлен вашей открытостью. И я сейчас и сам в них поверил. Спасибо, господин Брежнев, у вас поистине чудесная молодежь. Они будущее нашего мира!

Ловлю его на слове:

- Вы готовы прочитать им цикл лекций?

Вентури лишь качает головой:

- У вас американская хватка! Но я думаю, что нам стоит сделать перерыв и чего-нибудь выпить. Ребята, где тут бар?

Я лишь вздыхаю. Мне пора идти на крайне скучное мероприятие: общаться с теми, кто собственно будет строить наш проект. Ведь массовое жилищное строительство в стране также никто не отменял. Цемент, песок, металл, машины. Где, как и сколько это все взять. Это со стороны все просто: издал постановление и дело в дамках. Но в реальной жизни все не так просто. Тут же начнется: где конкретно будет промышленная площадка? То есть ее нужно привязать к планам, посмотреть коммуникации. Наверняка их придется откуда-то тянуть. Комбинат ДСК занимает немало места и не должен быть слишком далеко от города. Это ведь и геологическая разведка. Песок, щебень. И чтобы поближе. Может оказаться так, что везти издалека совсем невыгодно. То есть менять планы.

И создавать другие планы на грузовые автомобили и их специализации: бетоновозы, панелевозы. Краны, подъёмники, иная механизация. Это все потенциальные задания Госплана имеющимся заводам или строительство новых. Не хватает для промышленного строительства сверхтяжелых машин. Придется часть оборонного производства отдать туда. Что-то закупать заграницей. Отделочные материалы нового типа научиться производить. Это уже химическая промышленность. Не зря в эти годы ее так развивали. Мы же взял более ускоренный темп, и с этим делом уже намного легче. Но все равно придется на первых порах привлекать социалистический лагерь. Тито обещал прислать толковых строителей и поставлять нам отделочные материалы.

Но к новым химическим предприятиям требуется провести ветки нефте- и газопроводов. И брать откуда-то сырье. Хорошо хоть нефтяные провинции Западной Сибири разрабатываются с ускорением. Спасибо умной идее. Дирижабли нам здорово пригодились. Хотя не обошлось без препятствий. Не самый идеальный транспорт, честно говоря. Выявилось на практике. Так что использование такого проблемного вида транспортировки выгодно далеко не везде. Но все равно геологи с помощью дирижаблей смогли не в сезон закинуть огромное количество груза. В их сторону посматривают лесозаготовители. Огромные массивы спелого леса находятся вне зоны транспортировки и просто сгинут. Пограничники уже испытывают модели небольших дирижаблей слежения. К ним присматриваются войска ПВО.

Потому в зал совещания я шел с некоторой неохотой. Но раз взялся за гуж, не говори, что не дюж. Человека на направление я обязательно поставлю, но без внимания оставить никак нельзя. Очень это сейчас важно. Значимей космонавтики и отчасти обороны. Потому что человека в первую очередь окружает домашнее пространство. Дайте его в лучшем виде, с современными коммунальными удобствами; добавьте уютные кварталы с развитой торговой сетью и точками бытовых удобств; если еще будет вменяемый общественный транспорт без толкучки, то мнение простого человека во многом изменится. Даже без колбасы.

И таких, казалось бы, мелочей до черта. У нас в СССР огромное количество электростанций и ТЭЦ работают на угле. Зола и шлаки — это минеральная несгорающая часть угля. В ЗШМ содержится добрая часть периодической таблицы: оксид кремния, алюминия, железа, редкоземельные металлы и так далее. Одно из перспективных направлений переработки золошлаковых отходов — извлечение из них полезных металлов. Зола богата оксидом алюминия, ее можно рассматривать, как потенциальный заменитель бокситов.

Впервые алюминий научились извлекать из отходов горения угля в 1950-е годы в Польше. В «холодную войну» действовало эмбарго на поставку алюминиевой руды в страны Восточной Европы. Первый завод в Польше был открыт в 1953 году, он производил 10 000 тонн алюминия и 100 000 тонн цемента из ЗШМ. Почему бы не перенять этот опыт? Но ведь потребуется пинок и постановление Совмина.

Проблема утилизации отходов, которые образуются при сжигании угля на тепловых электростанциях, летучей золы актуально для многих стран. Технология использования гранулированного доменного шлака позволяет отказаться от большей части традиционных земляных работ и применения огромного количества привозных материалов для устройства слоя основания. Все в стране должно идти в дело. Вдобавок можно делать из отходов строительные материалы; дорожное строительство в виде наполнителей для дорожного полотна; производство различных наполнителей; сельское хозяйство - стабилизаторы почвы. У нас в стране огромное количество разнообразных НИИ. Пишутся диссертация, но нет объединяющего центра. Надеюсь, общая база патентов и компьютеризация поможет найти выход из положения.

Мой список в блокнотах еще и на треть не вычеркнут.

Глава 3. 25 января 1968 года. Коллегия МВД СССР. Преступность уничтожить!

С чего начинается день Генерального секретаря ЦК КПСС? Нет, и удовлетворение первых потребностей тоже необходимы, не спорю. Все мы люди-человеки и даже такой могущественный поц, как я, не ангел. Использую свою должность себе во благо. Потому что так и сказано в лозунге: «Всё во имя человека, для блага человека!» Но в первую очередь для собственного здоровья. Ибо оно имеет общегосударственную ценность. Так что после привычной разминки плюхаюсь в бассейн и плаваю там, сколько захочу. В этом мы с Ильичом схожи – оба любим плавание. Летом и зимой оно невероятно бодрит. Хотя в Черном море купаться куда приятней. Но и на том спасибо, что на территории Заречья появился спортивный комплекс. Тихий скрежет зубов со стороны ЦК уняли первые лица. Никому не возбранялось заниматься физкультурой здесь. Иногда мы выездные собрания собирали около бассейна. С минеральной водичкой или чаем. Остальное в Завидово.

После процедур завтрак. Это уже обязанности Вити. Она считает, что должна меня лично накормить, а я не возражаю. Но все по феншую: каша, сырники или вареные яйца, соки и травяной чай. Врачи категорически запретили мне пить кофе и обычный крепкий чай. И Чазову ведь фиг откажешь! Потому и в Кремле гостям пришлось втянуться в ЗОЖное меню. В принципе мне не привыкать умирать, но хотелось бы дожить до восьмидесятого года, когда кончится первая пятилетка правления преемника. Которого я еще, кстати, не выбрал. Пока из имеющихся под рукой все слабоваты или стары, но может появиться некто совсем новый. И я о нем еще даже не догадываюсь. Наша история весьма неожиданна. Мне уже встречались яркие личности, о которых я ни сном, ни духом.

За завтраком или сразу после него неспешно читаю доклады разведки, в том числе и от Информбюро, то есть собственного политического сыска. Да, это против партийных документов и конституции. Но, тогда как бы я узнал о зреющем в рядах части ЦК и МИДа заговоре. Западники и отщепенцы! А по сути, недобитые троцкисты и меньшевики. Зря их Никита объявил невинноубиенными. Хотя сейчас понятно почему. Некоторые из этих деятелей даже не догадываются, что их настоящие кукловоды в Лондоне, а то и дальше.

Только Хрущев знал, с кем он на самом деле вел игру. Остальных лидеров заговора мы обнаружили уже мертвыми. Успели по цепочке доложить и те приняли яд. Капсулы были в воротники вшиты. Какой мрачный октябрь получился! Считай, через три года после переворота бывший Первый дал дуба из-за сердечной недостаточности. Похороны бывшего вождя вышиванки вышли скромные. Я не мешал пожеланиям родни, но слухи по столице поползли разные, и народ решил лишний раз не высовываться. Разве что Старая гвардия немного фрондировала. Микоян, Косыгин, Полянский и что самое противное - Подгорный. Ничего не боится, сука!

Что обычно я черпаю из представленных докладов? Международная обстановка сложная! Етить колотить! А когда она при моей жизни была простой? Даже в благостные по будущим и прошлым меркам, годам Перестройки на планете постоянно творилась редкая хтонь. То одни чупакабры режут других, то очередная великая держава возомнит себя Империей и начинает важничать, гнобя мелкие государства. Так что уже перестал рефлексировать по каждому поводу. У меня одно пожелание: чтобы интересы нашей державы не пострадали. Все равно в геополитической стратегии не бывает все ровно и постоянных побед не предвидится. Переформатировали под себя некоторые части планеты, улучшили по сравнению с тем временем позиции, и то хлеб!

После завтрака обычно еду в Кремль. Если нет ничего срочного, то на стол сразу кладутся доклады из отделов АП. «Информация», «Пропаганда», «Ай Ти». От первой идет сжатая сводка «с полей». Отдел «И» накоротке сотрудничает с Главным вычислительным центром при Совмине. Будущий дата-центр нашего правительства. «П» приходит обычно по моей заявке. Там работа неспешная. Утилизация антисоветчиков и продвижение собственных идей в массы не агитационными методами. Мы отслеживаем потенциальных диссидентов. Благодаря моему удачному внешнеполитическому ходу вскоре их станет заметно меньше.

«Ай Ти» занято продвижением в промышленность изобретений и новых методов. Они, как могут, «оцифровывают» архивы соответствующих организаций, а также шерстят научно-популярную прессу. Это через них я «вбрасываю» вести из будущего. Принимают такую информацию легко, потому что она легендируется, как полученная от разведки. Вот, пожалуйста, летом по моей наводке в поймах некоторых рек Белорусской ССР был организован подъем мореного дуба. А таким уникальным природным ресурсом обладают единичные страны мира. Днепр, Сож, Березина, Свислочь, Щара, Уборть, везде развернулся поиск. И небезрезультатный. Фигурирует цифра 500 тысяч кубометров. И с таким богатством стоит еще разобраться. Искать специалистов по подъему, обработке, изготовлению мебели высочайшего класса. Можно сказать, со дна поднимаем весомый источник валюты. Мы-то сами на мебели попроще посидим. Это буржуям подавай диковинки!

Или я вспомнил события семидесятых годов, когда в 1976 году произошло резкое повышение мировых цен на кофе. У одних из страстных любителей кофе восточных немцев не было лишней валюты на его покупку. Потому вся страна буквально страдала. Как же решить кофейную проблему? Надо завести собственные кофейные плантации! Но где? Во Вьетнаме! В 1980 году ГДР подписала с Вьетнамом соглашение о совместном производстве кофе — Вьетнам предоставляет землю и грубую рабочую силу, а ГДР поставляет оборудование, специалистов и деньги на обустройство всего этого дела. А урожай — пополам. Поскольку с экономикой в социалистическом Вьетнаме всё было очень грустно, то вьетнамцы охотно согласились на создание такого предприятия.

Но кофейное дерево растёт от посадки до первого урожая целых 8 лет. Когда пришло время пить кофе, ГДР уже не стало. А руководству объединённой Германии собственные кофейные плантации в далёком Вьетнаме были ни к чему. В общем, немцы передали все дела вьетнамцам и отбыли на родину. Кроме этого руководство ГДР планировало ещё создать собственные банановые плантации в Мозамбике. Так почему мы покупаем за валюту этот напиток и фрукты?

И я опять действовал через немцев. Хотя валюта шла из специального фонда. Те уже успели договориться с Родезией, Панамой, а также с Алжиром. То есть режимами, которые мы хоть как-то контролируем. Прокатит опыт, начнем использовать его дальше. Первые фрукты пойдут уже в этом году. А вот кофе ждать еще восемь лет. Но в СССР сейчас с ним нет проблем, как и с индийским чаем. Англичане жалуются, что мы все скупаем на корню. Так куда нам еще девать чертовы рупии? ГДР же вскоре станет производителем готового кофе как в зернах, так и растворимого. Ну чай фасовать красиво они умеют, втюхивая его в Европе, как истинно индийский! Прибыль пополам.

Но сегодня наш небольшой кортеж катит в союзное МВД. Расширенная коллегия по реформе правоохранительных органов. Заодно будем решать вопрос с системой наказаний. Спасибо Подгорному – завалил работу с новым Уголовным кодексом. Милиция уже стоном изошла. Задач нарезали, полномочий не дали. Ничего, скоро расширенное заседание Политбюро. Поставлю вопрос о невыполнении своих обязанностей Председателя Президиума Верховного совета. Потому что не руки нужно рубить, а головы, а с криминальным фундаментом и воровским балаганом пора заканчивать. Я не тешу себя надеждой, что удастся полностью побороть преступность. Человеческое общество для этого не готово. Но обкромсать самую тяжкую уголовщину нам вполне по силам. Главное, что готов аппарат для внедрения законов в жизнь. И так считаю, что подготовительная работа затянулась.

В зал с большим круглым столом почти вбегаю. Все уже привыкли, что Генеральный везде поспешает. Этакий «энеджзайер». Я как имел неосторожность данное словечко использовать, так среди своих и осталось «Наш энеджзайер опять учудил». Но в целом подобная характеристика воспринимается народом положительно. Вот пусть Брежнев в памяти народной и останется таким: бодрым, энергичным, стремительным. А не шамкающим дедушкой на троне. Я старым и дряблым еще стану, но уже в кулуарах и на пенсии. Какой с меня тогда спрос?

- Начинайте, Николай Анисимович!

А чего мудрить? Вот, если честно подумать, то вариант Щелокова был неплохим, и полтора года назад я повторил финт ушами и провел в министры МВД еще одного «Днепропетровского». Никто такому раскладу особо не удивился.

Ведь планировали некие силы возрожденное МВД под товарища Тикунова? А я новая метла, мне положено под себя грести. Поразились прошлой осенью, когда после пленума в заместители генерал-полковнику провели бывшего гэбиста Семичастного. В ЦК случился скандал, среди соратников непонимание. Пришлось, как младенцам, пояснять суть. Заместителями политического ставленника должны быть специалисты вроде первого зама Щелокова Петушкова. Он в органах с 1939 года, так что опыта ему не занимать.

Но неплохо вдобавок иметь в этой среде человека со стороны. Семичастный по моей протекции возглавил крайне важное политически для нас направление — Управление по борьбе с хищениями социалистической собственности и спекуляцией. Я имел продолжительный разговор с Владимиром Ефимовичем, в итоге мы пришли к согласию. Он отлично понимает важность сдерживания уровня спекуляции до тех пор, пока мы не проведем полностью экономическую реформу. Снесем к чертям материальную подоплеку спекуляции, станет легче.

Не менее важный пост руководителя Управления административной службы милиции возглавил Вадим Самохвалов. В моем времени он неплохо поработал в столице, думаю, и здесь справится. На не менее важный Уголовный розыск я порекомендовал настоящую легенду: Игорь Иванович Карпец в 1955 году защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Назначение наказания по советскому уголовному праву», а в 1963 году — докторскую диссертацию «Индивидуализация наказания в советском уголовном праве». В 1965 году ему присвоено учёное звание профессора. В 1963 году был назначен директором Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности при Прокуратуре СССР. Так что костяк министерства невероятно крепок, и я жду от него многого. Пока Щелоков меня не подводил, взялся за дело рьяно.

- Я положительно отношусь к новому имиджу нашей милиции.

Щелоков с довольной миной кивает. Уже введена новая форма, повышены оклады сотрудников, 10 % всего строившегося жилья отныне выделялось сотрудникам милиции и внутренних войск, созданы новые школы милиции и Академия МВД СССР.

- Нам бы еще материальных средств, Леонид Ильич.

Ловлю на себе взгляды собравшихся руководителей. Как ни странно, но советская милиция долгое время являлась падчерицей правительства. В тридцатые годы имелся крен в сторону службы безопасности. Потом десятилетия бесконечного переустройства и переформирования. Надо дать время сотрудникам милиции выдохнуть и ощутить на себе заботу властей.

- Будут, партия и правительство о вас не забудут. Вскоре запускается новая серия носимых радиостанций, а также мобильной связи «Саяны», которую вначале получат все патрульные экипажи крупных городов. С развитием сети их количество будет множиться. Также по возможности мы перевооружим милицию на более удобные пистолет-пулеметы и снабдим ее новой автотехникой. Образцы сейчас проходят испытания.

- Пистолет-пулеметы нам зачем? - поинтересовался Самохвалов.

- Это для групп быстрого реагирования при серьезных правонарушениях. А также для новых подразделений.

Семичастному тоже интересно:

- Леонид Ильич, ведь это, по сути, отряды жандармерии. Не излишне ли иметь в своем распоряжении их на пятидесятом году советской власти? Не оттолкнет от нас трудящихся?

Он имеет в виду аналог ОМОНа, созданного недавно. Оперативный отряд милиции, ОПОМ. Подобные соединения создавались в СССР и ранее, но требовалась целостная структура, сначала в союзных столицах, затем в крупных областных центрах. И мы в своем желании далеко не одиноки. Польский «ZOMO», Zmotoryzowane Odwody Milicji Obywatelskiej создан в Польше в 1956 году. Первое применение ЗОМО произошло 7 марта 1957 года в Жешуве, когда произошёл разгон демонстрации католиков, протестующих против закрытия прихода. В августе того же года ЗОМО подавляли забастовку работников трамвайного транспорта в Лодзи. В октябре разгоняли демонстрации варшавской молодёжи, которые выступали против закрытия популярного журнала. Наиболее активно ЗОМО использовались в период военного положения 1981—1983 годов. Военнослужащие ЗОМО расстреляли забастовщиков на силезской шахте «Вуек» 16 декабря 1981 года. ЗОМО неоднократно применяли оружие при подавлении массовых выступлений сторонников Солидарности. Наиболее крупные столкновения произошли в различных городах Польши 1—3 мая и 31 августа 1982 года. Настоящий боевой отряд польской компартии. Странно, что наши небожители не додумались создать аналог ранее. Или оказались в плену идеологических догм?

- Вы считаете, что у нас не может быть беспорядков? Вам их перечислить? Например, прошлогодний Чимкентский бунт? Вот как раз каждый раз использовать неподготовленную армию чревато. Пусть работают специалисты. Как говорится, без шума и пыли. К сожалению, мы пока не вышли на тот уровень общества, когда можно обойтись без кнута.

Бывший председатель КГБ внимательно на меня глянул:

- А убеждение?

- Так дело в ваших руках, товарищи. Николай Анисимович, что у нас с кинофильмом?

- Уже снимают, Леонид Ильич, - Щелоков широко улыбается.

- Тогда расскажите товарищам подробности.

- Мы задумали снять киноэпопею про уголовный розыск, от его создания до наших дней. Приглашены известные актеры. Сценарий писали люди, служившие в органах, им помогали ветераны.

Серьезные чины оживились. Я делаю ремарку:

- Мы решили, что будет полезным снять фильм в нынче модной форме многосерийного телевизионного повествования. Хотя вдовесок выйдет еще ряд кинофильмов. Про действия наших органов во время войны. В одном из них будет описана ситуация в столице октября 1941 года, - наблюдаю целый всплеск эмоций на лицах собравшихся в кабинете серьезных мужиков. Это же какая открытость! О том смутном периоде советской истории упоминается крайне глухо. А тут целое кино. И о милиции, что боролась с паникерами и диверсантами. – Будут еще детективы про уже современный уголовный розыск.

Министр с улыбкой добавляет:

- Мы привлекаем к работе над картиной наших сотрудников. Даем консультации, технику, разрешаем съемки. Это важно для создания положительного образа работника МВД среди трудящихся.

Коллегия оживилась.

- Владимир Ефимович, вы удовлетворены?

Семичастный кивает, с интересом поглядывая на меня. Я для него до сих пор загадка. А это очень проницательный человек. И лучше держать его поближе.

- Своевременное решение, Леонид Ильич. Может, тогда сделать на Центральном телевидении специальную передачу, где просвещать наших граждан юридически? Многие из них толком не знают законов, потому и нарушают их так легко.

Я задумался, но помогает Щелоков:

- Мне нравится идея.

Соглашаюсь:

- В ближайшее время поговорю с Лапиным.

Доклад генерал-майора милиции Солопанова, руководителя научно-исследовательского института МВД СССР был основным на коллегии. Он подробно рассказал, что нам досталось в наследство от царской России, о профессиональных воровских сообществах и как они менялись в приснопамятном Гулаге. Ох, каким боком нам вышла версия партии о «социально-близких ворах». А ведь именно они и виноваты больше штатных сотрудников НКВД в насилии по отношению к «антисоветским элементам». Это принцип воровской кодлы – «Умри ты сегодня, а я завтра». И вот это человеческое дерьмо мы мечтали перевоспитать?

При Хрущеве уже пытались поломать старые порядки. В августе 1960-го вышло постановление ЦК, констатировавшее, что, несмотря на все принятые меры, до полного перевоспитания преступников ещё далеко, а число преступлений продолжает расти. Следствием этого постановления стала глобальная реформа лагерной системы, начавшаяся в 1961 году.

Все они были разделены на несколько режимов. На общий режим отправляли впервые преступивших закон, на строгий — совершивших тяжкие преступления или рецидивистов. Особый предназначался для самых опасных рецидивистов. Наконец, тюремный режим — для исключительно опасных заключённых, нуждающихся в тотальной изоляции. Планировалось, что эта реформа окончательно разведёт законников и новичков криминального мира и выведет последних из-под их влияния. Законников отправляли на особый и тюремный режимы, где они находились в полной изоляции и в тяжелейших условиях с массой запретов и ограничений.

В моем мире в ответ за жестокую ломку арестантского и воровского мира так называемые «воры в законе» провели глубокую реформу своей системы, результатом которой стало появление «общака» и рэкета цеховиков с установленной «десятиной». Деньги воровского мира пошли на поддержание зон, что привлекало в криминал обычных «мужиков». Во что это вылилось в девяностые, всем известно. И нам следует избежать такого развития событий любыми методами.

Солопанов дополняет:

- К середине 1950-х после продолжительных «сучьих войн» и восстаний в лагерях на зонах СССР установился относительно мирный и либеральный режим. Однако это время продлилось недолго, и уже в начале 1960-х исправительная система снова взялась за ужесточение режима в тюрьмах. Началом ломки послужило Положение об исправительно-трудовых колониях и тюрьмах союзных республик от 3 апреля 1961 года. Цель перед органами исполнения наказания была поставлена достаточно ясная. Прежде всего – по возможности дифференцировать осуждённых, развести их по разным режимам в зависимости от тяжести преступления и профессионального уголовного стажа. Таким образом, пытались свести на нет влияние «воров» и их «идей» на основной контингент арестантов, искоренить арестантские «законы», «правила» и «понятия». «Законченные» «урки» должны сидеть в «своих» колониях и лагерях, «первоходы» – в своих. При этом и для впервые осужденных вводились режимы разной строгости – в зависимости от тяжести преступления: для «тяжеловесов» создавались отдельные колонии усиленного режима. Было решено, что пора кончать с неоправданным «либерализмом» в отношении лиц, отбывающих наказание «за колючкой». В тюрьме должно быть тяжело и страшно! Пусть тот, кто её прошёл, будет вспоминать о ней с ужасом, и другим закажет туда попадать. В результате осуждённые лишились многих льгот, завоёванных ими в буквальном смысле кровью в 1950-х. Вместо этого были введены драконовские ограничения – в том числе на переписку с родными, на получение посылок и передач, на приобретение в магазинах колоний продуктов питания и предметов первой необходимости, запрещалось ношение «вольной» одежды.

- А что здесь неправильно? - бурчит первый зам министра Петушков. – Не подарками же встречать урок?

- Проблемы во внутренней организации симбиоза воровского мира и лагерного сообщества, товарищ генерал. Мужику приходится «пахать» и при новом режиме. Однако теперь он еще должен изыскивать, как ему лучше «вертеться», добывать своим трудом пропитание в обход официальных правил. Ведь лагерный «ларёк» позволялся раз в месяц, в нём можно было «отовариться» на 5-7 рублей. Тут-то и протянули руку помощи «чёрные», лагерная «братва». В исправительных учреждениях стали расцветать нелегальные арестантские кассы взаимопомощи под контролем «воров» – так называемые «общаки». Налаживались через подкупленных работников колоний нелегальные «дороги» на волю, по которым потекло в «зоны» всё то, что строжайше было запрещено: колбаса, шоколад, чай, деньги, водка, наркотики. Конечно, за баснословные цены – но «за колючкой» есть всё. И только благодаря «воровскому братству». «Мужик» резко колыхнулся в сторону «законников». Тем более что теперь «честные воры» и их подручные на первое место стали выдвигать идеи «защиты справедливости», «братства честных арестантов», во главе которого стоят «честные воры».

- Откуда берутся деньги в общак?

Ответил Семичастный:

- Одним из особо угрожающих нам факторов – это использование «ворами» подпольного черного рынка. Вымогательство у спекулянтов, расхитителей социалистической собственности. Так называемые «Корейки», добывающие свои миллионы незаконными методами. Барыги ведь не пойдут в органы жаловаться. Чем пользуется преступный мир.

Присутствующие с некоторым удивлением уставились на бывшего председателя КГБ. Он, получается, успел много изучить в своем управлении или использовал наработки ГэБэ.

Щелоков неожиданно эмоционально стукнул кулаком по столу:

- Необходимо изолировать возможность получения в «общаки» любых денежных средств! Усилить работу Уголовного розыска по его выявлению и конфискации.

Я прошу слово:

- Дорогие товарищи, а вы не задумывались, что само существование целого подпольного мира полностью противоречит коммунистической идее. Если так дело пойдет, то криминал еще более плотно охватит так называемых «цеховиков». Да-да, Генеральному известно это понятие, как и места, где они существуют. По сути, это теневые предприниматели, носители капиталистического бизнеса внутри социалистической системы. То есть хочу обратить ваше внимание на то, что они не просто преступные элементы, а враг в первую очередь идеологический. И потому нет ничего удивительного, что со временем они начнут сращиваться с обычным криминалом. Что уже есть угроза советской власти! Николай Анисимович, я бы обратил самое пристальное внимание на Закавказскую республику и вообще южные регионы в частности. Они у нас первые в плане криминализации. Ведь по законам мафии дальше в ход пойдет коррупция, организованные бандиты станут второй властью. Мы обязаны ни в коем случае не допустить подобного исхода. Еще раз подчеркну: это уже вопрос политический. И я считаю, что наказание за подобные деяния должно быть не менее строгим, чем за измену Родине.

Милицейские генералы слушают меня завороженно, до них только сейчас начало доходить важность принимаемого решения. И что в дело вмешивается партия на самом верху. Будем считать, что Генеральным дана отмашка на войну с преступностью, а этим в Союзе не шутят.

Щелоков понимает меня с полуслова, мы сей момент не раз обговаривали. Можно обвинять его во многом, но точно не в понимании политических и общественных процессов.

- То есть, Леонид Ильич, вы за предельно жесткие меры?

- Все уже есть в проекте нового УК. Нужно развести преступления и наказания по их опасности для общества. Не формально подходить, как сейчас. По букве закона.

Представитель Генеральной прокуратуры поднял руку и деловито поинтересовался:

- А кто будет эту разницу определять?

Киваю в сторону генерала Солопанова:

- НИИ МВД совместно со специалистами из различных юридических институтов уже год разрабатывает кодекс и изучают специфику нынешней преступности. От вас там представителя так до сих пор и не появилось. Это касается и других ведомств. В течение недели отрядить в рабочую группу лучших специалистов и внести собственные предложения. На мартовской сессии Верховного совета новый кодекс должен быть принят.

Щелоков меня полностью поддерживает:

- Для решения данного вопроса наша коллегия и собралась, товарищи. НИИ МВД уже почти подготовило проект нового Уголовного кодекса и рекомендации по использованию. Он вам будет сегодня роздан. И, как уже точно выразился Леонид Ильич, всем управлениям необходимо принять активное участие в его обсуждении и внесении правок. А то потом будете бегать, как ошпаренные, добиваясь поправок.

Присутствующие тонко отметили тот факт, что меня министр назвал не товарищ Брежнев, а по имени-отчеству. Тонкий намек на толстые обстоятельства. Так что все будет исполнено в срок. В России чинопочитание, наверное, никуда не денется и через тысячу лет.

Кто-то с места интересуется:

- А если вкратце? В чем соль реформы?

Солопанов с готовностью отвечает:

- Мы должны кардинально развести мир старого криминала и тех, кто попал в места лишения свободы по более легким статьям. Зачем так называемым «мужикам» воры и прочие блатные в колонии? Они только им мешают и тянут в сторону от сотрудничества с администрацией. Мы планируем широко применять досрочное освобождение при соответствующем поведении. А по мнению блатных - это «зашквар». Они давят морально и физически на тех, кто готов искупить вину тяжелым трудом. И не секрет, что криминальные элементы постоянно ищут новых адептов, демонстративно распространяют в подростковой среде воровскую романтику. Да что они, у нас известные на всю страну певцы не гнушаются исполнять блатные песни. Вот с этим надо жестко бороться. Нет нового поколения – не будет продолжения традиций. Никакого положительного образа ворам и убийцам! Потому планируются через оперативные мероприятия выявления в колониях лиц, связанных с криминалом и агитирующих заключенных в пользу воровского мира. По ним немедленно будут приниматься соответствующие меры: то есть суд, новый срок и отправка в специализированные учреждения.

.

- То есть всех, кто поддерживает «понятия», нам нужно наказывать сильнее, чем обычных преступников!

- И намного жёстче, товарищи! – все снова оглядываются на меня. Я, против обыкновения, невероятно суров. – Вплоть до ликвидации. Законными методами. Понимаю, сложно. Нужно создавать на основе старых лагерей места лишения свободы, где блатным дорога будет в один конец. Лучше где-нибудь в Заполярье, без возврата назад. Любой вор заработает себе дополнительный срок на ровном месте. Я вполне отдаю себе отчет, что для полного изолирования старого преступного мира понадобится некоторый срок. Но через десять лет от него и духа не должно остаться в СССР! Не хочешь жить в обществе: добро пожаловать за решетку. Не одумался, уже оттуда никогда не выйдешь. А для оступившихся в первый раз, и тех, кто наносил материальный ущерб государству в первую очередь наказывать рублем. Увеличить штрафы, заставить выплатить ущерб весь до копейки. Для таких личностей хватит наказания в виде работ в народном хозяйстве. И пусть потом уже на свободе платят проценты с зарплаты до окончания установленной судом выплаты.

Семичастный оценил:

- Получается, что те самые цеховики станут перед выбором: или платить до конца жизни или просто ее не увидеть? Жестко.

- Правильно понимаете, Владимир Ефимович. Но шанс мы даем всем. Это и есть советский гуманизм!

На меня странно посматривают. Жестоко? Но разве не менее жестоко оставлять этих нелюдей среди людей.

Руководитель НИИ МВД тем временем продолжает:

- Прошу обратить внимание, что даже после принятия Кодекса и поправок следует провести гигантскую по объему дополнительную работу. Довести линию партии до работников прокуратуры, следственных органов, уголовного розыска, службы исполнения наказания.

- И с народными судьями провести подробные лекции.

- Жизнь шире любого закона, товарищ Генеральный секретарь.

Кто это сказал. Ага, Карпец.

- Что вы имели ввиду, Игорь Иванович?

Мнение автора книги «Записки начальника уголовного розыска» мне важно.

- Всегда есть место ошибке. И всего не предусмотреть заранее. Да и обстановка будет меняться.

Задумываюсь. А ведь он прав!

- Тогда считаю нужным создать Наблюдательный совет с правом законодательной инициативы. И туда назначить представителей от ЦК КПСС, Совмина, Верховного совета и профильных ведомств. Чтобы не заметать идеи в бумажки, а решать проблемы в процессе.

Моя инициатива народу пришлась по душе. Видя, что сомнения Карпеца были мной приняты, народ выложил и свои. Так что остаток коллегии мы провели вполне плодотворно. Почему говорят, что в Союзе не было умных и инициативных людей? Дайте им сначала возможность!

Информация к сведению:

Немного фактов о массовых беспорядков в те времена. В принципе до самого развала страны они не прекращались.

Беспорядки в Одессе 18 декабря 1960 года на Молдаванке. Искрой к бунту стал конфликт в местном гастрономе между продавцом и нетрезвым покупателем-солдатом. Конфликт собрал многих наблюдателей и перерос в столкновения с милицией. К вечеру число мятежников значительно увеличилось — до нескольких сотен человек. Для подавления беспорядков были задействованы курсанты милиции и вооруженные автоматами военные, после чего бунт прекратился.

Начался 1961 год с беспорядков в Краснодаре. Поводом к беспорядкам послужил случай на колхозном рынке Краснодара 15 января 1961 года. Самовольно отлучившийся из части рядовой Грень продавал на рынке сапоги и шапку, украденные с военного склада. Как позже выяснилось, солдат просто хотел есть. Греня арестовал военный патруль, но вокруг мгновенно образовалась толпа сочувствующих. Они требовали отпустить солдата. Патрульные обратились к дружинникам, которые проходили рядом, с просьбой помочь отвести солдата в военную комендатуру, что они и сделали. Однако толпа не успокоилась и пошла следом за патрулём. С целью успокоить митингующих было решено отпустить подставного милиционера вместо рядового Греня, но подставной был распознан и спасся бегством. В толпе раздались призывы взять штурмом комендатуру и освободить настоящего солдата. Часовой открыл предупредительный огонь, пуля отразилась от навеса попала в голову ученику десятого класса одной из средних школ Краснодара, который погиб на месте. Толпа временно отхлынула, но вскоре зачинщики решили пойти громить краевой комитет КПСС

Стихийные волнения в городе Александрове Владимирской области, происшедшие в результате конфликта местных жителей с представителями правоохранительных органов 23-24 июля 1961 года. Драка с милицией началась из-за пьяных солдат. В ней приняли участие криминальные элементы. Александров был зоной 101-го километра, за который высылали от крупных населённых пунктов ранее судимых. Из впоследствии осуждённых за участие в беспорядках 18 человек 12 имели судимости. В том же году случились массовые беспорядки в Беслане.

Этот год отчего-то богат на подобные выступления. 25 июня 1961 года жители села Первомайское Бийского района Алтайского края 38-летний плотник Николай Трубников, его жена Мария и зять Анатолий Прилепский приехали на рынок Бийска для покупки подержанного автомобиля. При себе они имели 2580 рублей. В тот день купить автомобиль не удалось, и Трубников с Прилепским решили заняться распитием спиртных напитков. Мария Трубникова в это время находилась в торговых рядах рынка. Когда мужчины распивали спиртные напитки, к ним подошёл милицейский наряд в составе народного дружинника Огнева, рядового Лейзерзона и участкового уполномоченного Зосима. Патрульные потребовали прекратить распитие алкоголя в общественном месте, на что Трубников и Прилепский ответили руганью, которая привлекла внимание зевак. И понеслось. Бардак пришлось успокаивать чуть ли не танками. Нечто схожее случилось 30 июня 1961 года в Муроме.

Случались эксцессы и ранее в Новороссийске в 1956, Темиртау в 1959, в Сумгаите в 1963 году, ну и всем известный бунт в Новочеркасске. Спокойное советское время.

В 1975 году место начальника политуправления внутренних войск освободилось. Кого из трех замов назначить? Непростой выбор… А еще через год опустело кресло заместителя министра внутренних дел. Юрий Михайлович поначалу даже не обратил на это внимание, но…

«Леонид Ильич поздоровался, спросил, на каком участке пути мы находимся (видимо, опасался, что зять от неожиданности вывалится из машины — Чурбанов с женой ехал на дачу. — С. К.), и, получив ответ, сказал: „Поздравляю тебя с новой должностью “. Я опешил. Спрашиваю: „Какая должность? “— „Ты назначен заместителем Щёлокова“. — „Как же так, — говорю, — Леонид Ильич, со мной же никто не посоветовался “. „Ну вот еще, — полушутя, говорит он, — надо мне с тобой советоваться! Это решение Политбюро, я его только что подписал. Кстати, тебя рекомендовал Щёлоков. И еще: тебе только что присвоено звание генерал-лейтенанта “».

Так у министра внутренних дел появился «молодой энергичный зам», как скромно называет себя в мемуарах Юрий Михайлович.

В декабре 1979 года, вернувшись из командировки в Афганистан, застрелился первый заместитель министра Виктор Семенович Папутин (назначенный на должность в 1974 году помимо желания Щёлокова). По-видимому, это решение объяснялось личными обстоятельствами. И вот уже у Щёлокова — «молодой энергичный» первый зам.

С позиций сегодняшнего времени (но многие и тогда так считали) Николай Анисимович проявлял беспринципность, соглашаясь с этим, прямо скажем, оскорбительным для ведомства и лишенным видимости приличий возвышением «первого зятя». Легко судить… Скорее всего, Щёлокова ставили перед фактом (да и самого Чурбанова, по его утверждению, не всегда спрашивали, кем ему руководить). Однако — беспринципность это или компромисс, хотя и тяжелый? Только ли проблему получал министр в лице своего некомпетентного и амбициозного зама? Нет, он приобретал и практически стопроцентного по результативности лоббиста интересов ведомства. К дряхлеющему Брежневу не находишься, а тут — гарантированное решение вопроса. В умелых руках такой заместитель может принести много пользы МВД. В тех случаях, когда Щёлоков и Чурбанов выступали заодно, их аппаратный вес не уступал весу председателя КГБ.

Вот как иногда действовало чудо-оружие системы «Чурбанов — Брежнев».

Рассказывает Оскиан Галустьян:

«Министр очень много вопросов поручал своему первому заму. Например, такой. Тогда существовали ограничения на прием в партию, в том числе и в МВД. Мы хотели эти лимиты убрать. Обращения к Капитонову, который в ЦК отвечал за кадровые вопросы, результата не давали. Тогда решили делегировать Чурбанова к Брежневу. Составили докладную записку на имя генерального секретаря, дескать, МВД — не то ведомство, на которое должны распространяться лимиты и разнарядки. Юрий Михайлович пришел к Брежневу в кабинет (в домашней обстановке служебные вопросы генеральный обсуждать не любил). Стал докладывать. Потом Чурбанов нам рассказал, как было дело. Брежнев: „Юр, сядь за стол, напиши, что я должен сказать Капитонову “. Чурбанов сел и каллиграфическим почерком написал. Брежнев: „Хорошо, я дам ему указание “. Не успел Юрий Михайлович вернуться в министерство, а его уже разыскивал Капитонов. Обижался: „Зачем было утомлять Леонида Ильича? Зашли бы ко мне, мы бы всё решили “. После этого случая у нас стала расти партийная прослойка, что считалось хорошо с точки зрения ЦК».

В 1981 году именно первый замминистра успешно продавил решение о повышении зарплат милиционерам. Это была очень существенная прибавка. Скажем, лейтенант милиции стал получать сразу на 70 рублей больше, а некоторые категории оперативников — на 100–150 рублей. Радостное событие сразу — и справедливо — связали с появлением в руководстве МВД зятя Брежнева. Поэтому сотрудники органов внутренних дел того времени вспоминают о нем хотя и без уважения, но и без неприязни, а за то, что «пробил прибавку» — с благодарностью. Тогда ведь большинство из них жило на зарплату.

Таким образом, тандем Щёлоков — Чурбанов мог быть очень продуктивен.

Но за компромиссы приходится платить. Юрий Михайлович хочет, чтобы с ним в министерстве считались. У него есть сильный козырь: в случае разногласий с министром он может обратиться в ЦК, и там наверняка займут его сторону. Так было в случае с С. М. Крыловым. Усилиями Чурбанова отправляют на пенсию начальника Главного управления кадров Рябика, однако своей команды у первого зама нет, и ГУК возглавляет также выдвиженец Щёлокова — Игорь Яковлевич Дроздецкий, служивший до того главным советником министра внутренних дел ГДР (как представитель КГБ СССР).

В аппаратном смысле большой проблемы для министра его первый зам не представлял. Дроздецкий: «Чурбанов не дышал ему в затылок, он отлично понимал, что всем ему обязан. Знал свое место. Завихрения проходили без его участия». А какие проходили завихрения? И. И. Карпец: «В министерстве немедленно появилось немало людей, ориентировавшихся уже не на Щёлокова, а на Чурбанова. Сложилась своеобразная обстановка скрытого двоевластия».

Глава 4. 12 февраля 1968 года. Штаб-квартира Никсона. Округ Колумбия

Ричард Никсон заметно нервничал, удивляя собравшихся в небольшом кабинете его предвыборного штаба джентльменов. Еще недавно потрясающий всех оптимизмом, основанным на результатах внутрипартийных выборах и общественным мнением он бы сейчас не похож на себя. Собравшиеся здесь гости были далеки от его непосредственной команды. Казалось бы, для подобных «конспиративных» тусовок удобней встречаться в загородных клубах. Но не в округе Колумбия. Где все за всеми следят. Да и политическая ситуация в целом никому не добавляла оптимизма. Страну сотрясали антивоенные демонстрации, в «черных» кварталах шла настоящая война, наркомафия подняла голову. Политические партии и группировки совершали порой довольно странные рокировки. В стране явно что-то назревало.

Так что во время предвыборной кампании как раз проще всего объяснить появление странного подбора лиц, приглашенных сюда. Республиканцы, хоть и продвигались вперед по ржавым рельсам прошлых заслуг, но в свою победу свято верили. Демократы несли огромные потери из-за совершенных ошибок. Особенно были недовольны ими денежные мешки и правые. Как можно было так подыгрывать Советам? Куда делись вопросы национальной безопасности? Складывалось впечатление, что наверху царит разброд и шатание. Что чрезвычайно нервировало Никсона, имеющего богатый политический опыт и прямые выходы на клан Рокфеллеров. Без дружбы с сильными мира сего невозможна политическая карьера.

Потому именно здесь и сейчас могли встречаться как с потенциальными кандидатами в будущее правительство, так и теми, кто окажет поддержку. Или брать консультации у людей сведущих. Обычный светский разговор о политике. Казалось бы, что может быть проще? Разве что вызывали некоторые вопросы присутствие на встрече директора национальной разведки Ричарда Хелмса. Но Никсону в предстоящем разговоре остро требовались его советы и информация. Будучи в разведке еще со Второй мировой, 1965 году Хелмс сумел дослужиться до поста заместителя директора ЦРУ, а в 1966 году стал первым профессиональным разведчиком, возглавившим управление.

ЦРУ в США больше чем просто спецслужба, это настоящее государство с нитями, ведущими к тем, о ком не принято публично говорить. Один из ведущих специалистов Управления стратегических служб в Берне во время Второй мировой войны, первый директор Центральной разведки Аллен Даллес был глубокой и противоречивой фигурой. Со своих первых дней на Уолл-стрит, где братья Джон и Аллен Даллесы имели адвокатскую компанию «Салливан и Кромвель», самую могущественную на тот момент в стране компанию по корпоративному праву, они всегда были привержены к изысканному кругу привилегированных людей, которых они считали настоящей властью в Америке.

И хотя сами братья Даллесы не происходили из таких же богатых семей, которые заседали в этом элитном клубе, их сообразительность, практичность, миссионерство и связи поставили их в ряд менеджеров высшего звена в особом мире больших денег. Братья Даллесы не боялись избранных президентов. Когда Франклин Рузвельт начал проводить свой «Новый курс», направленный на то, чтобы ограничить процветавшие в стране алчность классических капиталистов, которые довели Америку до экономической разрухи, Джон Фостер Даллес собрал свою клиентуру в офисе на Уолл-стрит и призвал их игнорировать президента.

«Не подчиняйтесь, – заявил он. – Сопротивляйтесь его законам всей силой своего могущества, и скоро все будет хорошо».

И действительно, поскольку меры Рузвельта ограничивали свободу предпринимательства, Верховный суд США признал его политику противоречащей Конституции, и в 1934 году большинство мероприятий «Нового курса» было запрещено. Во время Второй мировой войны Аллен Даллес откровенно игнорировал политику Рузвельта безоговорочной капитуляции Германии и проводил собственную линию секретных переговоров с нацистами. Потрясающие жертвы, которые понес Советский Союз в войне против Гитлера, мало что значили для Даллеса. Его больше интересовала возможность использования аппарата безопасности Третьего рейха против СССР, который он искренне считал настоящим врагом Америки.

Или, скорее всего, так считали его покровители из влиятельных кругов, которые ему служили. Аллен Даллес переиграл и пережил Франклина Рузвельта. Он потряс Гарри Трумэна, подписавшего распоряжение о создании ЦРУ в 1947 году, тем, что превратил эту организацию в настоящего колосса холодной войны, гораздо более мощного и смертоносного, чем Трумэн мог себе представить. Эйзенхауэр, начав проводить свою политику в области национальной безопасности под претенциозным названием «Новый взгляд», дал Даллесу широкие полномочия для ведения тайной войны против коммунизма, но в конце своего президентства он обнаружил, что Даллес лишил его заслуженного места в истории как «миротворца», а самого его оставил у разбитого корыта.

Но Даллес ни разу не поступал опрометчиво, им всегда двигал холодный расчет. Как руководитель спецслужб США, он никогда не начинал чрезмерно рискованных операций, если не чувствовал поддержки главных членов своей «команды» – влиятельных людей в Вашингтоне и на Уолл-стрит, которые тайно управляли процессом принятия решений в стране. Эксперименты по контролю за умами, пытки, политические убийства, так называемая чрезвычайная выдача заключенных в секретные тюрьмы ЦРУ, массированная слежка за гражданами США и иностранными союзниками – все это широко применялось во времена Даллеса.

Отдельного упоминания заслуживает инициированная Даллесом операция «Пересмешник» по установлению контроля ЦРУ над американскими и зарубежными СМИ, положившая начало зловещему сращиванию американской разведки с международными информационно-пропагандистскими кланами. Иезуитское решение под крылом «Свободы прессы» вести агитацию и пропаганду, замещая в мозгах страждущих жажду правды на информационный мусор.

Даллес прослужил в администрации Кеннеди меньше года, но даже такое краткое переплетение их биографий имело гигантские последствия. Вначале признанный руководитель спецслужб фактически «окрутил» Кеннеди и втянул его авантюру в заливе Свиней, но молодой президент оказался способным учеником, быстро разобравшимся в вашингтонских политических играх. Он стал первым и единственным президентом, осмелившимся лишить Даллеса его обширных полномочий. За что вскоре поплатился.

После убийства Кеннеди Даллес опять вышел на авансцену в Вашингтоне, добиваясь у президента Линдона Джонсона назначения в состав комиссии Э. Уоррена. Даллес был так активно вовлечен в официальное расследование убийства Кеннеди, что кто-то из наблюдателей заметил, что ее следовало бы назвать «комиссией Даллеса». Он работал осторожно за кулисами вместе со своими бывшими коллегами по управлению, чтобы увести расследование в сторону от ЦРУ и привести его к «стрелку-одиночке» Ли Харви Освальду. То есть один из участников покушения точно получил возможность заметать следы.

Джон Маккоун, что наследовал пост Директора, прославился разрешением чрезвычайно опасного Карибского кризиса. На некоторое время политической элите удалось заткнуть голос и возможности влияния провокаторов из разведки. Но ветеран ЦРУ Ричард Хелмс в своей деятельности ориентировался на старые стандарты. Что делало этого одновременно нужным и опасным товарищем. Сейчас он беседовал со Спиро Агню, кандидатом в вице-президенты. Для прессы политический центрист, этот губернатор штата Мэриленд, Агню публично поддерживал гражданские права, но сожалел о воинственной тактике, используемой некоторыми чернокожими лидерами. На самом деле он был одним из зачинателей движения «Новые правые», яркими представителями которых позже стали Рейган и Тэтчер. Обычное двуличие американской политики.

- Почему Ричард сегодня так хмур? - Хелмс делал вид, что пьет выдержанный виски.

- У нас возникли проблемы в финансировании, – угрюмо ответил Агню.

- Почему-то так и подумал. Что, Рокфеллеры нашли другие кандидатуры?

- Если бы знал. Что-то здесь не так, Рич. Я думал, вы мне поясните.

- Отчего бы? - директор ЦРУ не любил, когда влезали в его владения.

- Рокфеллеры всегда поддерживали нас, республиканцев. И у нас уже были договоренности. Что там, черт побери, поменялось?

- Спокойно, Спиро, - Хелмс вздохнул. Как сложно с этими политиками. Мнят о себе слишком много. Неужели пример клана Кеннеди, проклятых ирландских выскочек ничему их не научил?

Губернатор Мэриленда осознал, что перегибает и уже более мягко попросил:

- Хотелось бы понять в чем, собственно, проблема?

Директор ЦРУ сделал глоток, пробуя ячменный напиток на вкус. Никсон и в этот раз оправдал свое реноме любителя всего прекрасного. Виски был безумно хорош.

- Вы слишком увлеклись внутренней политикой, Спиро. Сейчас дела решаются вне Америки.

- Рокфеллеры поменял курс?

- Да, и ваша партия стала барьером. Я сожалею. Мне нравитесь вы и Никсон. У вас впереди большие свершения. Вы сможете устроить миротворчество во Вьетнаме, послать ракету на Луну. Вдохнуть в Америку свежее дыхание. Но вместе с тем существует опасность, что все пойдет наперекосяк.

- Черт вас дери, Рич, вы говорите загадками! Джонсон и его партия хромые утки, кто в своем уме будет ставить на них?

Хелмс пристально посмотрел на кандидата в вице-президенты. Вроде умный парень, а так тупит.

- Если у вас не ничего выйдет и наступит политический кризис, то США откатятся назад. А это катастрофа.

Агню начал что-то понимать:

- То есть мы уходим в команду запасных?

- Да. Чтобы демократы сделали за вас самую грязную работу. Пойми, Спиро, всем будет плохо, есть у нас не будет наготове сильного президента. Всем!

- Ричард знает?

- Пока нет. Подготовь его, пожалуйста.

Агню покачал головой. Опять эти геополитически игры! Он знал, что если Рокфеллеры всегда интересовали нефтью, то Ротшильды сидели на золоте, «вечном» металле. Это их главные сферы влияния и контроля. Советский Союз был нужен Рокфеллерам, как противовес Ротшильдам. Рокфеллеры в равной мере поддерживали как нацистов, так и советскую индустриализацию. В отличие их от извечных конкурентов Ротшильдов им нужен был не управляемый Лондоном баланс «блестящей изоляции», а объединенная Евразия со всей ее нефтью. Потенциальными лидерами континента, ввиду наличия пассионарных идеологий они видели как Гитлера, так и Сталина. Кто бы из них ни победил, но только при их собственном непременном контроле. Для этого требовалось довести обе страны в междоусобной войне до состояния неспособности бросить в дальнейшем вызов США.

Кроме того, получив в конце 1920-х годов концессионную долю бакинской нефти, Рокфеллеры, уже руками Гитлера, попытались окончательно забрать ее в собственность, просчитавшись, правда, на этом под Сталинградом. Переиграв своих неожиданных «попутчиков», Сталин в 1945 году стал самостоятельной фигурой глобального масштаба. Малоизвестный, в отличие от пакта Молотова — Риббентропа, пакт Молотова — Хисса, заключенный в 1944-1945 гг. на конференциях Объединенных Наций в Думбартон-Оксе и Сан-Франциско и патронировавшийся будущим губернатором Нью-Йорка и вице-президентом США Нельсоном Рокфеллером, стал неприятным сюрпризом для американского политического истеблишмента.

Отныне тем не следовало совать нос в дела народов СССР и стран Восточной Европы, как, впрочем, и Москве в «британский» Иран и «американскую» Саудовскую Аравию. Ситуация, к сожалению, радикально поменялась после смерти великого вождя. Укрепившийся у власти в результате пятилетки «дворцовых переворотов» 1953-1958 годов Хрущев, будучи старым троцкистом, «разоблачил» пресловутый «культ личности» и не без помощи Микояна переметнулся к Ротшильдам. Или давно был с ними связан в мировой геополитической игре. Но при новом лидере Брежневе, видимо, что-то в их игре пошло наперекосяк. О чем говорили недавние события в Москве. Хрущев скоропостижно скончался, бесследно пропали важные контакты. Агню мог лишь догадываться, какие подспудные перемены идут под толстым слоем благопристойности американской элиты, и ему стало на мгновение страшно. Он во чтобы не стало должен держаться за свое губернаторство.

- Почему Советы спустили всех собак на англичан?

Никсон любил ходить по комнате во время разговора:

- Я сам не понимаю. У них же заключены с кузенами хорошие сделки.

- Да, они спасли Роллс-Ройс от разорения, - поделился сведениями Меллон Скейф. Он происходил из богатой питтсбургской семейки. Скейф активно поддерживал на президентских выборах кандидатов от Республиканской партии. Он пожертвовал избирательной кампании Ричарда Никсона 1 миллион долларов. Чтобы не платить налоги за эту сумму, бизнесмен выписал 334 отдельных чека. И в его планы входило создание в ближайшем будущем собственной медиа-империи. Никсон знал, что на этой почве миллиардер сошелся с Хелмсом, что несколько настораживало. До него доходили слухи об операции «Пересмешник», инициированной ЦРУ. И он всерьёз опасался очередного усиления спецслужбы. И в то же время пользовался ее услугами. Но в политике не бывает постоянных друзей и союзников.

- Тогда почему так происходит? Хелмс, у вас наверняка есть какие-то сведения?

Директор ЦРУ загадочно улыбнулся.

- Есть у меня одна забавная мысль. Помните, во время визита Брежнева в Великобританию желтая пресса судачила об их вспыхнувшем романе.

- В этих таблоидах чего только не пишут!

- А вдруг их статьи - это дымовая завеса. Как раз в такой чудовищный бред, запущенный для широких масс серьезные люди не верят.

Собеседники некоторые время оценивали заявление, но на лице Хелмса не увидели ни тени улыбки.

- Вы серьезно?

- Не забывайте, что личные обиды зачастую сильнее политических.

Все замолчали, обдумывая услышанное.

- Этого не может быть!

- Она ему отказала или….

- Мы со свечкой рядом не стояли.

- Вот это новость! Коммунистический пролетарий покрыл европейскую аристократку. Такой пощечины Британия давно не получала.

- Это месть за убитого русского царя. Есть мнение, что их расстреляли с согласия Виндзора.

- Зная кузенов, охотно в это верю.

Присутствующий среди приглашенных бывший руководитель военно-морской разведки адмирал Риндскоф едко заметил:

- То есть ради тела королевы русский лидер уничтожил десятки агентом Ми-6? Это неслыханная операция превратилась в настоящую прокси-войну. Ливан в итоге стал чисто русским.

Все замолчали, переваривая сказанное профессионалом. Термин «прокси» в данном контексте они давненько не встречали и потому были поражены заявлением разведчика.

Никсон перевел взгляд на директора ЦРУ:

- Рич? У тебя есть что сказать по этому поводу.

Хелмс стоически перенес жесткий взгляд кандидата и меланхолично ответил:

- Пока ты не президент, нет, Ричард.

- Но черт дери, как нам тогда строить будущую политику? Понятно, что во Вьетнаме мы вляпались в полное дерьмо. Советы оказались намного сильнее и решительней. Но у Джонсона были и победы. Ему удалось наладить диалог с Советами. С этим бешеным Брежневым. Это уже много!

Директор национальной разведки мрачно уставился на Никсона:

- То есть потерять Берлин – это успех?

- Было бы лучше дождаться, когда он взорвется изнутри. Это вы потеряли свою станцию и исходите желчью!

Хелмс сверкнул глазами, а Риндскоф резко заметил:

- Да к черту его! В Германии творится чёрт-те что. Впрягаться из-за тупых бошей это самое меньшее, что нам сейчас надо. ФРГ впереди ждет глобальный политический кризис. Он может потопить и наши желания. Но представьте, чтобы сейчас творилось вокруг Китая, если бы у нас не было постоянного контакта с русскими?

Директор ЦРУ согласился с Риндскофом:

- Китай - наша ближайшая головная боль, джентльмены. Но, похоже, что и русские не знают, что с ним делать.

- Так не знают, что оттяпали всю Маньчжурию.

- Брежнев заявляет, что это временная мера, чтобы обезопасить свои границы. Провинциями управляют местные власти.

- Которые стремятся к сепаратизму.

- Как и Восточный Туркестан.

Гости переглянулись, похоже, джентльмены сейчас обсуждали будущую политику США и потому высказывались честно. Насколько это возможно в мире политиканства.

Хелмс осторожно ронял слова:

- Кому-то надо будет обязательно поехать в южный Китай. Они отчаянно сопротивляются центральному правительству, где во главе китайские военные. Многие из них ветераны войны с Гоминьданом и потому терпеть не могут правительство на Тайване. Они лучше пойдут на контакт с Советами. Да уже пошли.

Риндскоф жестко добавил:

- Вы просто еще не слышали последние новости. Китайцы бомбили Тайвань. Советы передали им новейшие ракетоносцы Ту-16. Мы вынуждены отвезти часть флота от Вьетнама на север.

- Но тем самым вы ослабите наш натиск!

- Резервов у нас нет.

Директор ЦРУ протянул:

- Во почему Дэн Сяопин встречался с нашим агентом.

- У вас есть сигналы? – тут же оживился Никсон. Прорыв в китайском направлении здорово бы помог его политической карьере. Он отлично представлял, что уход из Вьетнама, несмотря на антивоенно настроенную общественность, вызовет позже неоднозначную реакцию.

- Возможно. Но решить отвечать на них или нет: дело уже следующей администрации.

Намек был понятен. Джонсону об этом не доложили. Зачем «хромой утке» заниматься перспективными вопросами?

Никсон произнес свои мысли вслух:

- Нам нужно срочно узнать, что там творится. Рич, вы не поделитесь следующими новостями?

- Разумеется, Ричард.

- Джентльмены, - глава выборного штаба Джон Митчелл встревожился. – Но мы так и не выработали девизы, под которыми пойдем на выборы. До 5 ноября осталось немного. Ситуация меняется так быстро, что часть лозунгов и привычных императивов устарела.

Никсон крепко задумался, что-то его настораживало. Но что, он еще не мог понять.

- Так озадачь своих людей, Джон. За это мы им деньги и платим. Внимательно оцените внутреннюю повестку. Отбирайте голоса у всех, у кого можно.

- Но так нельзя.

- Ты сам сказал, что времена меняются.

- Как скажешь, Ричард.

Меллон встрепенулся:

- Может, вам прислать моих ребят? Очень зубастые акулы пера. Рич, у тебя ведь наверняка найдется что-то на наших оппонентов.

Директор ЦРУ искоса глянул на миллиардера:

- У нас за такие разглашения принято сажать, Скейф. Это ты уже сам.

И его тон здорово не понравился Никсону. Слишком уж быстро тот ответил, как будто ждал запроса на компромат. Что-то тут не так. Надо звонить в конгресс.

Уже в дверях Хелмса остановили:

- Мистер Директор, вас просят к телефону.

Разведчик удивился. Кто его ищет так срочно?

- Хорошо.

После короткого разговора по телефону Директор ЦРУ вышел из здания штаба сильно раздраженным. Садясь в служебную машину, он размышлял о том, кому сейчас звонить и стоит ли вообще это делать. Но сразу по приезде домой он все-таки набрал номер.

- Это Ричард. Представляешь, они выбрали ирландского недоумка!

- Кандидатом будет Роберт Кеннеди? Они там на Уолл-Стрит с ума сошли?

Хелмс решил не мешать напитки и быстро набулькал себе односолодового.

- Есть только один ответ. Бобби устроил обе стороны.

На том конце телефонного провода некоторое время молчали, затем осторожно произнесли:

- В прошлые разы оба клана на букву Р совершали подобное перед грядущими глобальными изменениями. Например, мировыми войнами. Которые сами и устраивали.

Директор ЦРУ очень быстро думал. Рузвельт, которого с помощью полковник Хауса, именовавшего себя «властью за троном», приводили к власти Ротшильды, на деле оказался креатурой Рокфеллеров. Не случайно самого Хауса в окружении нового президента сменил Б. Барух — крупный биржевой спекулянт, существенно поправивший свои дела на посту председателя Комитета военной промышленности США, который он занимал всю Первую мировую войну. Главной причиной двух мировых войн было не что иное, как изъятие у Ротшильдов и консолидация Рокфеллерами евразийских нефтяных активов. Именно для этого Германию дважды натравливали на Британию. Гитлера, как и кайзера, Рокфеллеры исправно финансировали всю войну.

«Горячая» война закончилась и началась холодная. Рокфеллеры — прежде всего «нефтяная» династия, а для Ротшильдов главное — это «золото» и другие драгметаллы. Ротшильды начали с подкопа под доллар, поставив целью заменить его золотом. Главный рычаг для этого — цена на золото. Она устанавливается не рыночным, а директивным путем. Начиная с середины 1940-х годов ежедневно, без перерывов на выходные и праздники, два раза в день Лондонской ассоциацией рынка драгметаллов проводятся так называемые «фиксинги», в которых участвуют пять банков: головной банк британской ветви Ротшильдов «N M Rothshild & Sons», близкий к их французской ветви «Societe Generale» (он нам еще потребуется), памятный еще по «турецко-иракской» сделке 1910-1920-х годов «Deutsche Bank», китайский «филиал» Ротшильдов - глобальный банк «Hong Kong & Shanghai Banking Corp.», взросший в XIX веке на торговле наркотиками, а также мировой лидер в сфере оборота золота и драгметаллов «ScotiaMocatta» — подразделение «Scotiabank Global Banking & Markets».

Внезапно Хелмса озарило: американского золота в Форт-Ноксе больше нет! Чертовы ублюдки! Не отсюда ли отчаянные провалы их агентов? И наступающая гегемония Советов?

- Ричард, что мы будем делать?

- Я свяжусь с тобой.

Первым порывом было позвонить Даллесу, но директор вовремя отдернул руку. К черту этих махинаторов! Данную проблему нужно решать самому. Ибо ввергать державу в новые испытания в угоду банде ублюдков он не желал. С них станется устроить новую Великую депрессию. Только не сейчас, когда Брежнев строит сверхдержаву. Неужели упыри с Уолл Стрит не понимают, чем это грозит им, Америке? Но Хелмс еще не ведал, что все телефоны предвыборного штаба прослушиваются. И что у молодого работника с немецкой фамилией имеется собственный интерес и главное - доступ к записям.

Информация к размышлению:

В течение десятилетий после знаменитого убийства 1963 года фактически никаких подозрений не было направлено против Израиля, и, как следствие, ни одна из сотен или тысяч книг о заговорах с целью убийства, которые появились в 1960-х, 1970-х и 1980-х годах, не намекала на какую-либо роль Моссада, хотя почти все остальные возможные виновники, от Ватикана до иллюминатов, подвергались тщательному изучению. Кеннеди получил более 80% голосов евреев на своих выборах 1960 года, американские евреи играли очень заметную роль в его Белом доме, и его очень превозносили еврейские медиа-деятели, знаменитости и интеллектуалы от Нью-Йорка до Голливуда и Лиги плюща. Более того, люди с еврейским происхождением, такие как Марк Лейн и Эдвард Эпштейн, были среди ведущих ранних сторонников заговора с целью убийства, а их спорные теории отстаивали влиятельные еврейские культурные знаменитости, такие как Морт Саль и Норман Мейлер.

Учитывая, что администрация Кеннеди широко воспринималась как произраильская, не было никаких возможных мотивов для вмешательства Моссада, а странные, совершенно необоснованные обвинения столь монументального характера, направленные против еврейского государства, вряд ли получили бы большую поддержку в подавляющем большинстве произраильской издательской индустрии.

описываются экстремальные усилия администрации Кеннеди, направленные на то, чтобы заставить Израиль разрешить международные инспекции его якобы невоенного ядерного реактора в Димоне и тем самым предотвратить его использование для производства ядерного оружия.

«Опасные связи: внутренняя история тайных отношений США и Израиля» Эндрю и Лесли Кокберна появились в том же году и охватывали схожие темы. Хотя в то время политический конфликт между американским и израильским правительствами в начале 1960-х годов по поводу разработки ядерного оружия был полностью скрыт от общественности, он представлял собой главный внешнеполитический приоритет администрации Кеннеди, которая сделала ядерное нераспространение одной из своих центральных международных инициатив. Примечательно, что Джон Маккоун, которого Кеннеди назначил на пост директора ЦРУ, ранее работал в Комиссии по атомной энергии при Эйзенхауэре и именно он раскрыл информацию о строительстве Израилем ядерного реактора для производства плутония.

Давление и угрозы финансовой помощи, тайно применяемые к Израилю администрацией Кеннеди, в конечном итоге стали настолько серьезными, что привели к отставке основателя Израиля премьер-министра Давида Бен-Гуриона в июне 1963 года. Но все эти усилия были почти полностью остановлены или обращены вспять после того, как Кеннеди был заменен Джонсоном в ноябре того же года. Еще одной важной областью беспокойства для израильских чиновников могли быть усилия администрации Кеннеди по резкому ограничению деятельности произраильских политических лоббистов.

Во время своей президентской кампании 1960 года Кеннеди встретился в Нью-Йорке с группой богатых сторонников Израиля во главе с финансистом Авраамом Файнбергом, и они предложили огромную финансовую поддержку в обмен на контрольное влияние на политику на Ближнем Востоке. Кеннеди удалось отмахнуться от них с помощью неопределенных заверений, но он счел инцидент настолько тревожным, что на следующее утро он разыскал журналиста Чарльза Бартлетта, одного из своих ближайших друзей, и выразил свое возмущение тем, что американская внешняя политика может попасть под контроль сторонников иностранной державы, пообещав, что если он станет президентом, то исправит эту ситуацию.

И действительно, как только он назначил своего брата Роберта генеральным прокурором, последний инициировал серьезные юридические усилия, чтобы заставить произраильские группы зарегистрироваться в качестве иностранных агентов, что резко сократило бы их власть и влияние. Однако после смерти Кеннеди этот проект был быстро заброшен, и в рамках урегулирования ведущее произраильское лобби просто согласилось преобразоваться в AIPAC. American Israel Public Affairs Committee, Американо-израильский комитет по общественным связям, целью которой является оказание влияния на проведение произраильского курса во внешней политике США

Глава 5. 23 февраля 1968 года. Удачи в новой жизни!

Хайфа

Вдоль набережной Бат Галим неспешно прогуливалась пожилая парочка. Свежий ветер с моря полоскал их плащи, пытался сорвать шляпы, но люди не поддавались, продолжая идти. В этой паре ощущалась некая скрытая энергия, которую никакой стихии было не задавать. Набережная еще не приобрела лоск будущего, не была толком озеленена и ее не загораживали высотки. Зато тут очень хорошо дышалось. Песок, камень, узкая полоса зелени, бьющие по береговой линии волны. Синеет вдали гора Кармель. Еще нет изматывающего летнего жара, и никто их не торопит. Покой, ветер и движение. Но это только тут. Город был рядом, и он жил широко.

«Иерусалим молится, Хайфа работает, Тель-Авив веселится».

Пожилые люди дошли до уличного кафе и устроили в уголочке на террасе, где не дуло. Они заказали латкес и цимес из моркови с изюмом.

- Ты сегодня шикуешь, Ицхак?

Когда-то эта женщина была обворожительно красива. Как и смертоносно опасна, к тому же служила в штабе ударного батальона Пальмах. «Сионистская военная подпольная организация в Палестине Хаганы». Мужчина провел руками по шикарным усам и со смешком в голосе ответил:

- Могу же я отметить свой успех и разделить его с любимой женщиной?

- Мы для этого сюда приехали из Тель-Авива?

- Мне здесь нравится в это время года.

- Брр-р-р, холодно.

- А знаешь, я иногда тоскую по холоду. Вспоминаю нашу русскую зиму, мороз и снег.

- Ужас! Никогда этого не понимала, я привыкла с молодости к жаре.

Ицхак унесся мечтами в далекую северную страну, где родился и за которую воевал перед тем, как приехать в Израиль в сорок восьмом. Его умения, как артиллерийского офицера тут же пригодились в войне с арабами. Какое было время! Он, еще не старый статный военный. Она, в черном берете и с развевающимися волосами. Как они тогда спорили, куда ставить батарею!

- Ты чего ухмыляешься?

- Да просто вспомнил, Рахель, в какой обстановке мы встретились.

Женщина отодвинула в сторону салат.

- Помню! Ты был отличным артиллеристом, но совершенно не понимал местности. Но знаешь, что мне понравилось тогда?

- Что?

- Ты принял мнение женщины и сделал все грамотно.

- Война научила. Насмотрелся я на тупых командиров, что клали батальоны в угоду своему эгоизму.

Они пили кофе, смотрел на море и неспешно разговаривали. У каждого в этой жизни было масса обязанностей и редко удавалось так просто посидеть и никуда не торопиться.

- Представляешь, к нам в этом месяце делегация за делегацией. Все хотят трудиться в министерстве или общественном совете. Писатели, эстрадные артисты, актеры, художники. Подавай им легкую работу.

- Это новые репатрианты? – Рахель смотрела на близкое море.

- Да. Советский Союз начал массово выпускать евреев еще в прошлом году. Говорят, что это новая политика Брежнева.

- Я в курсе. Не забывай, что я еще состою в МИДе.

- Тогда можешь мне ответить, зачем он это делает? Мы ждали ученых, инженеров и рабочих. Зачем нам эти бездельники? Они требуют помощи, пособий и не хотят работать.

Женщина повернула голову:

- Ты сам и отвечаешь на этот вопрос.

- Прости…

- Ицхак, ты слишком давно занимаешься образованием и должен понимать, что Израилю важнее наука и технологии, чем театры и музыка. Это уже помогло нам выжить и пережить последнюю войну. Мы модифицировали имеющуюся у нас старую технику, выжали из нее все возможное и смогли противостоять более передовому вооружению, что поставил СССР арабам.

Мужчина пожевал губами:

- Тут я с тобой согласен. Моему батальону попали в руки некоторые образцы. Арабы - полные идиоты, если не смогли воспользоваться таких потрясающим оружием. Мне сейчас более понятна позиция русских.

Женщина удивилась:

- И давно ты стал следить за международной обстановкой?

- С тех пор, дорогая Рахель, как наше правительство профукало начало войны. Между прочим, на счету моей роты четыре подбитых танка. Мы их к тому же захватили для нашей доблестной ЦАХАЛ.

- Рядом с тобой всегда хочется закурить.

- Кто тебе мешает?

Мужчина достал сигареты, они позволили себе то, что не разрешали в обычной жизни.

- Брежнев обманул всех. Он сделал вид, что не хочет нашего уничижения, добился с американцами мира, натянул арабов и надул нас волной бесполезных репатриантов.

- Потому сюда едут одни «деятели культуры»?

- Бездари и прощелыги, которым нет места при коммунизме. Но, как ты говоришь, они и у нас не уживаются.

Ицхак ухмыльнулся:

- Помнишь Хаима из моей роты? Он служит в международном аэропорту, и ему приходится иметь дела с советскими. Как они начинают вопить, когда им вручают повестки о мобилизации. Многие из них не служили у себя на родине в армии, а у нас служба обязательна. И наряды на работы. Нет работы – нет пособий. Нам не нужны актеры, комики, литераторы и художники. Требуются инженеры, рабочие в кибуцы, строители. К тому же согласно договоренности с Советами и США им в течение пяти лет запрещен выезд за рубеж. Понимаешь! И объявляют этот факт уже здесь. В Союзе об этом ни слова. Представляешь, эти беженцы все скопом собирались в Америку, а туда их не пускают! Мы тут с кровавыми мозолями строили новый Израиль, а им на это плевать. Они думают лишь о себе! И вот ради этого наши друзья в Америке так старались?

Рахель затушила сигарету и подозвала официанта:

- Еще два кофе, пожалуйста. Вот ты все правильно и разъяснил. Запрет на реэмиграцию – одно из условий соглашения.

- Так поэтому они сюда начали высылать всякую шваль? Они ругали у себя советское правительство, а сейчас ему же предъявляют претензии? Нет, в моей молодости бывало всякое, но я не ощущал себя там полным чужаком. И я честно защищал русскую родину моих предков. Для этого мне дали отличное образование, которое помогло позднее выжить. А эти… ведут себя, как проклятые свиньи. Понятно, почему их там не любят. Но куда смотрит правительство?

Женщина с усмешкой в глазах взирала на своего мужчину, которого нашла посреди кровавой бойни в борьбе за жизнь:

- Ты вроде умный человек, но видишь лишь очевидное. Советам нужен идеологический успех. Они одновременно избавляются от балласта, показывают всему миру и своему народу, что не преследуют политических диссидентов, но в то же время открывают их внутреннюю сущность. Это в основной массе не борцы, а заурядные мещане. Думаешь, зачем их репортеры берут столько интервью? Будешь смеяться, но у себя в Москве они пишут полную правду.

Ицхак задумался:

- Тогда нам это все зачем?

Принесли кофе, и женщина начала размеренно отвечать. Мужчина слушал предельно внимательно. Они мало обычно общались на подобные темы. И офицер запаса отлично понимал, что его жена работает на МОССАД.

- Мы смотрим в будущее, Ицхак. Нам не нужен такой мощный враг, как Советский Союз. И его нынешнее брезгливое отношение нам только на руку. Так что прием нескольких десятков тысяч репатриантов — довольно малая цена за соглашение. Хотя слухи разносятся быстро и очередь на эмиграцию на той стороне стремительно тает. Еще один весомый аргумент: русские здорово вложились в Ливан. Я тебе скажу даже больше, потому что знаю, что мои слова не уйдут дальше. Советы немыслимым образом сумели захватить ведущие финансовые организации в Леванте и полностью очистили его от англичан и прочего сброда. Представляешь, они убили или выгнали всех их агентов. Под боком свободная Латакия и там строится огромный порт. И наверняка будет советская военно-морская база. Алавиты им по гроб жизни обязаны и слова не пикнут.

Мужчина был удивлен:

- Это немыслимо!

- Как ты думаешь, нужны ли мы им для того, чтобы оказать помощь в безопасности Ливана и разобраться с палестинцами?

Ицхак потер руки:

- Я начинаю лучше понимать вас. Наверняка там крутятся большие деньги, которые могут пройти и через нас?

- Я знала, что ты умный.

- Но есть что-то и еще?

- Репатрианты уезжают из СССР свободно. Оставляют жилье государству, им даже разрешено поменять годовую зарплату в рублях на любую валюту.

- Ого!

- Но не разрешено вывозить золото. Только ювелирные украшения на человеке.

- Представляю, сколько воя было на таможне.

- Это их право. Но вот что интересно. Если гражданин связан с научной деятельностью определенного толка и подает заявление на репатриацию, то Советы его принимают. Но гражданин должен уволиться и пять лет не работать по специальности.

- Мудро, - мужчина задумался. – Только самые упертые или бездарные захотят уехать. Я слышал, что ученые в СССР сейчас в чести. Хорошая зарплата и снабжение. И национальность там не так важна, как полезность. Достаточно глянуть состав их Академии наук. Я бы точно не покинул такое выгодное место.

- Но мы согласились. Пусть лучше жидкий ручей, чем ничего. Нам остро требуются кадры. Особенно после войны.

Ицхак встрепенулся:

- Подожди, неужели Советы не боятся, что мы узнаем их секреты?

Женщина усмехнулась уголками губ и затянулась сигаретой:

- Знаешь, у нас создалось впечатление, что нисколечко не опасаются. Кто-то из их ученых в состоянии подпития прямо заявил нашему агенту, что за пять лет они так разовьют науку, что их будет невозможно догнать. Брежнев - чрезвычайно практичный человек. Он просто так ничего не делает. Видимо, так в нем сказывается крестьянская закваска. Он все тащит к себе, мало что давая взамен.

- Настоящий кулак! – восхищенно воскликнул бывший артиллерист.

Рахель с интересом наблюдала за выражением лица своего мужчины. Он был неглупым человеком, но новость ошеломляла. Это самонадеянность или уверенность? Жаль, что даже ему она не могла сказать всю правду. Часть правды, известной ей. Что кроме перемирия Израилю пришлось пойти на сворачивание ядерной программы. Сопротивляться жесткому давлению сразу двух сверхдержав было невозможно. Советский Союз хоть как-то сдерживал арабов, а Соединенные Штаты поддерживали их маленькие штанишки. И они были едины в стремлении поставить заслон на пути распространения ядерного оружия. Давая взамен гарантии. Пусть и на словах. Но что израильтянам было делать? Мало кто знал, что к окончанию боевых действий у ЦАХАЛА почти не осталось техники и особенно боеприпасов. Потери превышали все опасения. Общество было на грани взрыва.

И что самое поганое – на еврейское лобби в Америке неожиданно оказали неслыханное давление. Та что точно стоило передохнуть и поразмыслить, что происходит в мире. Рассмотреть геополитические тенденции и подумать, что делать дальше. Военное противостояние еще не окончилось. Надо было закупать новое вооружение, создавать свое, готовить армию к новому типу войны. И зарабатывать деньги. И вот в такой момент с юга Африки и середины Европы им поступили довольно странные, но перспективные предложения.

- Ицхак, ты не хочешь скатать в Йоханнесбург?

- Чего это тебя так далеко понесло?

- Новое задание. И командировка продлится не менее полугода. Не бойся, там и тете найдётся место.

Мужчина вздохнул и посмотрел на пустую чашку.

- Здесь не обойтись другим напитком.

- Тогда найдем место, где его подают.

Подмосковье. Завидово. Секреты мира

Бисовы дети! И здесь покоя не дадут! Думал, после торжественного заседания отдохну на охотничьей заимке. Только настроился на лыжные покатушки, благо и погода не подкачала, как срочно позвонили и выдернули прямо с трассы. Но раз сам Питовранов сотоварищи пожаловал, то дело неординарное. Снимаю лыжный костюм, пошитый в специальном спортивном ателье, натягиваю короткие валенки и двигаю в «кают-компанию». Здесь невозможна прослушка и поэтому проходят самые важные переговоры. Сколько тут перебывало президентов, премьер-министров и просто посланников. Недавно вот снова Мельник пожаловал, по просьбе французских банкиров. Опасаются насчет своих активов в Ливане. Чертовы Ротшильды, уже начинают палки в колеса вставлять! Но ничего не поделаешь, капитализм – это прежде всего мир капитала.

Марксисты всегда на сей факт особенно напирали. Только вот демократы девяностых об этом весьма глухо упоминали. Под кого кто и когда лег. Если бы патриотичные военные и народ узнали об этом, мог вспыхнуть мятеж. И, следовательно, произойти внешняя интервенция, а, возможно, и началась бы Третья Мировая. Так что неведение не всегда плохо. Вспомним печально известного десантника- диверсанта, что не смог «закрыть» одну рыжую сволочь. Такой вот уровень Советской армии на тот период.

Когда Рейгану доложили, что созданная им комиссия во главе с председателем Совета управляющих ФРС П. Уокером, ставленником Ротшильдов «выяснила», что в Форт-Ноксе нет ни грамма американского государственного золота - только иностранное и частное, то ему не оставалось ничего другого, как следовать пути клана Ротшильдов — с помощью знаменитой «рейганомики», то есть надувания «финансовых пузырей». Именно тогда у США и появился внушительный госдолг. США дошли бы «до ручки» гораздо быстрее, чем в моем будущем, году примерно к 1995-му, но им сильно подфартило с распадом СССР, который с опорой на связи в нашей стране готовили Ротшильды. Рокфеллеры в распаде СССР особо заинтересованы не были. Более того, для них Советский Союз был противовесом Ротшильдам. Так что ждем очередной всплеск закулисной борьбы.

Хрущева и его союзников мы вывели из игры навсегда. Никита умер от «сердечного приступа», похороны были скромными, но знаковыми. Чистка в МИДе продолжается до сих пор. Слишком много там осталось «наследия» и почванилось бестолковых «сынков и дочек». Мне даже пришлось лично ехать в МГИМО и запретить принимать детей руководителей. Всех. Пусть идут учиться туда, где смогут принести пользу выкормившей их Родине. Вместо этого пусть поскребут по провинциальным «сусекам». Чего-чего, а умной и главное – патриотичной молодежи у нас достаточно. В сфере грядущей чистки ЦК мне нужны на внешнем фронте свежие кадры.

И агентов влияния мы к власти больше не допустим. Рокфеллеры после распада СССР вынуждены были свернуть на путь наименьшего сопротивления: вместе с Ротшильдами включились в раздел СССР. Окончательный консенсус по этому вопросу был достигнут в 1989 году на закрытой встрече «влиятельных людей», прошедшей на испанском островке Ла Тоха. Там же, вопреки отчаянному сопротивлению М. Тэтчер, стоившему «железной леди» скорой отставки с поста британского премьера, было принято решение об объединении Германии.

С помощью развала СССР и за наш счет американцам удалось закрыть множество «дыр» в своей экономике и финансах. При этом — надо отдать должное Рокфеллерам — распаду Российской Федерации они, как могли, воспрепятствовали. В том числе с помощью властолюбивого Ельцина. И не только ЕБН. Того, что было награблено в бывшем СССР, Америке хватило на двадцать лет. Но позже снова госдолг все-таки одолел. В России Ротшильды контролировали перебежавшую на их сторону еще при Ельцине-президенте «семью»; ключевую роль в продвижении ее политических интересов сегодня играет Волошин. Они также имели общий бизнес с олигархом Дерипаской, а через него - с креатурами Чубайса — олигархами Потаниным и Прохоровым.

Чубайс из всех самый хитрый: имеет связи и с Ротшильдами через экс-министра финансов США Л. Саммерса, возглавляющего в Америке Национальный экономический совет, и с Рокфеллерами — является членом совета директоров глобального банка «JP Morgan Chase». Цель проста и понятна: в любом случае остаться на плаву — и ведь «плавает», «не тонет»! Это будущее, которого здесь не будет. Не стать Чубайсу комсомольцем, увезла мамочка его в Израиль. Папа раньше времени в ящик сыграл. Вот Гайдара возьму под крыло, он умница. Будет у меня цифровой рубль создавать и коммунизм строить!

Нам в кают-компанию уже несут травяной чай и свежие пироги с рыбой и ягодами. Питовранов приехал не один. С ним один из ключевых персонажей «Операции Биржа», попытке захвата части важнейших активов. Америку начинает потряхивать, и грех таким шансом не воспользоваться. В США того мира кризису 1969–1970 гг. предшествовал небывало длительный экономический подъем, лишь слегка замедленный в 1967 году. В немалой степени необычным для США повышением индекса производства в 60-х годах страна частью обязана влиянию научно-технической революции на производство, а в известной мере – мероприятиям президентов Кеннеди и Джонсона. Названные «новой экономикой», эти мероприятия сводились к стимуляции хозяйственной конъюнктуры, финансируемой в немалой степени за счет дефицита государственного бюджета и роста государственного долга, что усиливало развивающуюся в стране инфляцию.

Хотя кризис в американской экономике давно назревал, но его развертывание было в немалой степени усилено уменьшением военных расходов, так как эскалация войны во Вьетнаме пошла после 1968 года на убыль. Здесь и сейчас кризис начался на полгода раньше. Так как потери экономики сильней. Особенно после неожиданного скачка цен на нефть, случившегося летом после Ближневосточной войны. Это уже я постарался, затянув войну между евреями и арабами и нагнетая страсти на мировом рынке.

Первый пинок клану Рокфеллеров. Но надо отдать им должное, ОПЕК быстро сориентировался, добычу увеличили, но цены вниз не пошли. «Внезапно» Иран объявил о проблемах с добычей, в СССР начался ремонт нефтяных терминалов. Социалистические страны получали нефть по трубопроводу. Остальным предлагался дорогой бензин с наших НПЗ. Заводы на берегу Балтики уже начали производить их. Так что мы успели заработать.

И не только у нас. Хотя эти нефтедоллары мне лишними не были. Семена, техника, лицензии, приглашения опытных аграриев в СССР. Все это стоит свободно конвертируемой валюты. Зато мы с урожаем! Но валюту можно заработать и иным способом. Потому что почти три года мы тщательно скупали предприятия нефтепромысла, бензоколонки и акции крупных американских НПЗ. Сделать это оказалось не так просто, особенно в Техасе. Сейчас свободные финансы канализировались на Уолл Стрит. Этим и занимается Виктор Владимирович Геращенко. Да тот самый, работавшей доселе заместителем управляющего Московского народного банка в Лондоне. Мы также вовсю используем их отделение в Бейруте, чтобы гонять валюту туда-сюда. Нам понадобился человек, знакомый с западными реалиями, да еще и такой молодой! Ему всего тридцать лет и огромные амбиции. Лучше специалиста не найти.

- Чем обязан, товарищи?

Генерал Питовранов ходить вокруг и около не любит, потому сразу заявляет:

- Леонид Ильич, нашим агентам удалось перехватить важную новость. Демократы решили выдвинуть кандидатом на пост президента Роберта Кеннеди.

Вот это непруха! С минуту осмысливаю известие.

- Что по этому поводу думаете?

Геращенко в курсе самого страшного, так что при нем можно разговаривать.

- Кланы что-то мутят. Им не нравятся наши последние шаги.

Осмысливаю:

- Считаешь, что они в курсе наших действий?

- Вряд ли, но …

Геращенко с шефом неожиданно не соглашается:

- Финансовая комиссия инициировала проверку одной из подставных фирм. Техас-синтезтойл.

- Это опасно?

- В принципе нет. Они время от времени проверяют последние сделки.

- Она выдержит примененную «легенду»?

- Должна. Мы провели деньги через Карибы и Мексику. В Техасе хватает латиноамериканцев.

Снова Питовранов:

- Леонид Ильич, нам не стоит пока притормозить в Нью Йорке?

- А что это изменит по существу? Если Рокфеллеры или Ротшильды решили что-то провернуть, то мы об этом рано или поздно узнаем.

Геращенко прерывает меня:

- Леонид Ильич, это Барухи.

- Им то, что надо? ФРС в их распоряжении.

- В этом и дело. Они начали какую-то свою игру. Р один и Р два лишь реагируют.

Вот дьявол! Поговаривают, что клан Барухов ведет родословную из первых евреев, поселившихся в Средние века в Испании. Тогда их проживание было связано в основном с городом Толедо. Помимо этого, в Испании и Португалии сформировалось большое количество еврейских финансовых династий. После изгнания евреев из Испании в 1492 году часть семьи Барухов переселилась в Османскую империю, другая — в Португалию, а оттуда — в Бордо, Амстердам, Гамбург и Новый Свет.

Эта семейка еще со времен Вильсона лезла в американскую политику. Барух сопровождал Вудро Вильсона на Парижской конференции. По некоторым данным, при поддержке Бернарда Баруха произошло возвышение британского премьер-министра Уинстона Черчилля. Также при поддержке Бернарда Баруха шел подъем известной американской семьи политиков и бизнесменов Бушей. В 1910–1920-е годы Бернард Барух действовал в тесной связи с дипломатом полковником Хаусом, также одной из наиболее интересных фигур американской истории первой четверти XX века.

Особенно активную роль Бернард Барух играл в администрации президента Франклина Рузвельта, тесно связанного с американской финансовой олигархией. Сама семья Рузвельтов была старинного «банковского» происхождения, а в окружении президента Рузвельта были члены семей Гарриманов, Леманов, Рокфеллеров и других представителей финансовой олигархии. Известно, что во время Великой депрессии в США Бернард Барух смог значительно увеличить свое состояние. Также Барух является автором термина «холодная война». Бернард Барух, а вовсе не Уинстон Черчилль впервые употребил это словосочетание 16 апреля 1947 года в речи перед палатой представителей Южной Каролины для обозначения конфликта между США и СССР. Хотя именно Барух принимали участие в финансировании советской индустриализации тридцатых.

Эх, вот бы узнать, о чем он разговаривал со Сталиным в 1946 году!

Демократия, етить его за ногу! Коней на переправе меняют, как им заблагорассудится!

Угрюмо роняю:

- У нас пока руки коротки.

Питовранов, как руководитель операции осторожничает:

- Нам нужна запасная площадка. И лучше в Европе. Может быть, Испания? Нидерланды?

Геращенко неожиданно предлагает:

- Почему бы не завести банк в Великобритании?

Мы тут же очумело уставились на него.

- Чего?

- Прятать надо на самом видном месте.

Тут я ничего определенного сказать не могу. Вообще, этого бодания с Борухами и прочими уродами я хотел бы избежать как можно дольше. Но внезапные события с Хрущевым показали, что прятать голову в песок не стоит. Не я начну, так они продолжат.

- Хорошо, вы продумайте проект и ко мне на стол. И вот что. Раз нам пока не дотянуться до головы, будем рубить щупальца.

Геращенко вытаращил глаза. Запоздало понимаю, что подельники с ним не всем поделились. Добро пожаловать во взрослый клуб, милейший! Вот кровавая гэбня менее сентиментальна:

- Сами или…

- Здесь только через прокси. Работаем дальше предельно осторожно. Даже Штази не стоит привлекать. Найдите хороших спецов в Африке. Там постоянно стреляют. «Диких гусей» предостаточно.

Питовранов хмурится:

- Опять ваши непонятные термины.

- Я вас и не такому научу.

Генерал предлагает свою версию:

- У кубинцев найдем. У Кастро в Майами агентуры море.

Соглашаюсь. Мы тут ничего не теряем.

Информация к размышлению:

Начало 1970‑х годов стало для американского истеблишмента политическим водоразделом. Понадобились решительные шаги, чтобы гарантировать длительное господство США в качестве глобальной экономической и финансовой супердержавы. И отнюдь не было очевидно, как это будет проделано. Однако достаточно скоро силы, которые доминировали над Уолл-Стрит, разработали необходимую стратегию.

На фоне эскалации войны Линдона Джонсона в Юго-Восточной Азии и роста затрат на неё, международные и центральные банки ускоряли продажи своих долларов и скупку золота. К1968 году федеральный американский бюджетный дефицит, питаемый стремительно растущими военными расходами, достиг беспрецедентной отметки в 30 миллиардов долларов. Золотой запас продолжал снижаться, приближаясь к сомнительному порогу 25%, позволенному законом в соответствии с Бреттон-Вудским соглашением. Политическая неразбериха в правительстве Джонсона, когда подал в отставку министр обороны Роберт Макнамара (которого повсюду рассматривали как архитектора «безнадёжной военной стратегии»), ускорила финансовое разорение.

Министром обороны Робертом Макнамарой, советником по вопросам национальной безопасности Макджорджем Банди, планировщиками из Пентагона и ключевыми советниками вокруг Линдона Джонсона была сознательно разработана такая стратегия войны во Вьетнаме, чтобы она с самого начала была именно «безнадёжной войной» и тем самым гарантировала длительное наращивание военного сектора американской экономики. Американский избиратель, рассуждали в Вашингтоне, будет соглашаться на крупные новые военные затраты против предполагаемого «вторжения безбожного коммунизма» во Вьетнаме, несмотря на зияющие дыры в американском бюджете, пока этот процесс образует новые рабочие места на оборонных заводах.

В соответствии с продиктованными США правилами Бреттон-Вуда, раздувая доллар через огромный дефицит расходов внутри страны, Вашингтон реально мог вынудить Европу и других торговых партнёров «проглотить» американские военные затраты в форме дешевеющих долларов. Пока Соединённые Штаты отказывались обесценивать доллар против золота, что отразил бы ухудшение американских экономических показателей с 1944 года, Европа должна была платить эту цену и принимать доллары в соотношении двадцатилетней давности, несмотря на огромную инфляцию за прошедший период.

Чтобы финансировать огромный бюджетный дефицит своей программы «Великое общество», а также эскалацию расходов на вьетнамскую войну в течение 1960‑х годов, Джонсон, опасающийся потери голосов в результате подъёма налогов, просто печатал доллары, продавая всё больше американских казначейских облигаций. В начале 1960‑х дефицит федерального бюджета США составлял в среднем приблизительно 3 миллиарда долларов ежегодно. Он достиг тревожных 9 миллиардов долларов в 1967 году, когда взлетели военные расходы, и к 1968 году достиг ошеломительных 25 миллиардов.

В течение этого периода европейские центральные банки начали накапливать крупные долларовые счета, которые они использовали в качестве официальных резервов, так называемые зарубежные евродолларовые накопления. По иронии судьбы, в 1961 году Вашингтон просил, чтобы американские союзники в Европе и Японии (Группа десяти[36]) ослабили утечку американских золотых запасов и держали свои растущие резервы в долларах вместо обмена их на американское золото, как полагалось по правилам Бреттон-Вуда. Европейские центральные банки в свою очередь платили проценты по этим долларам, вкладывая капитал в американские правительственные казначейские облигации. Результирующий эффект состоял в том, что европейские центральные банки, таким образом, в действительности «оплачивали» огромный бюджетный дефицит времён войны во Вьетнаме в 1960‑х годах, против которой они так выступали

К 1960‑м годам эти недавно объединённые и чрезвычайно влиятельные нью-йоркские банки предприняли меры, чтобы создать новый офшорный рынок для долларов вне Соединённых Штатов – новый рынок «евродолларов», как называли доллары в руках держателей за границей в Европе. В конце 1960‑х нью-йоркские банки во главе с «Чейз Манхэттен» и «Ситибанк» начали разрабатывать методы использования миллиардов долларов, накапливающихся за границей в лондонских и континентальных европейских банках. С помощью дальновидного лоббирования нью-йоркскими банками, ссуды, сделанные иностранными отделениями американских банков иностранцам, были объявлены освобожденными от нового американского уравнительного налога на доход от процентов от 1964 года, разработанного с тем, чтобы обуздать американские заграничные банковские ссуды и остановить утечку долларов. Это освобождение, разумеется, означало, что утечка продолжилась с новой силой.

В результате американские банки всячески изворачивались, чтобы учредить свои отделения в Лондоне и других подходящих центрах. Лондонский Сити, несмотря на слабость британской экономики, снова маневрировал, чтобы стать центральным элементом мировых финансов и банковского дела с помощью развития обширного нового и нерегулируемого долларового банкинга, и рынка кредитования с центром в Лондоне.

Усилия Вашингтона убедить заграничных держателей долларов не обменивать свои доллары на золото привели к тому, что рос объём долларов, надолго оседавший за границей, главным образом в Западной Европе или в Лондоне. Ослабевающая фортуна Лондона снова начала укрепляться по мере того, как лондонский Сити, банковский район, приступил к монополизации рынка зарубежных долларов. Банк Англии и лондонский банкир сэр Зигмунд Варбург, основатель влиятельного британского инвестиционного банка «Эс. Дж. Варбург и К°», стоял у колыбели только что родившегося евродолларового офшорного денежного рынка. С помощью своих друзей в Вашингтоне, особенно заместителя государственного секретаря Джорджа Болла, Варбуг умело привлекал доллары в то, что станет крупнейшей концентрацией долларового кредитования за пределами самих США.

Получающийся лондонский рынок евродолларов был также «офшорным», то есть находился вне юрисдикции американских внутригосударственных законов и вне надзора центрального банка. Нью-йоркские банки и брокерские фирмы Уолл-Стрит учреждали офисы в Лондоне, чтобы управлять расцветающим новым евродолларовым казино вдалеке от внимательных глаз американских налоговых органов. Международные отделения крупных нью-йоркских банков наряду с крупными транснациональными корпорациями получали с рынка евродолларов дешёвые деньги. Вашингтон в начале 1960‑х охотно позволял обширное бегство доллара от американских берегов на новый рынок евродолларовых «горячих денег».

Покупателями этих новых еврооблигаций стали анонимные банкиры Лондона, Швейцарии и Нью-Йорка, управлявшие этой новой игрой. Их цинично прозвали «бельгийскими дантистами», поскольку еврооблигации оформлялись на «предъявителя», то есть нигде никакие имена не регистрировались. Таким образом, новые бонды стали фаворитами для инвесторов, ищущих уклонения от уплаты налогов, или даже для наркобаронов или прочих сомнительных лиц, желавших отмыть незаконные прибыли. Где же ещё лучше держать свой «чёрный» доход, чем в евродолларовых бондах с процентами, выплачиваемыми «Дженера Моторс» или «Италиан Аутострада Корпорэйшн»? Один проницательный аналитик отмечал по поводу этого процесса:

«Рынок евродолларов был самым важным финансовым явлением 1960‑х годов, ибо именно здесь зарождалось финансовое землетрясение начала 1970-х

Глава 6. 11-14 марта 1968 года. Москва-Подмосковье. Меткий выстрел – залог победы!

Все последние дни приходилось мотаться между заседаниями комитета по вооружениям Совета Министров, встречами с представителями конструкторских бюро и армейскими полигонами. Задания наших производителям боеприпасов и стрелкового вооружения даны еще два года назад, но у некоторых «заслуженных» даже конь не валялся. Новый «промежуточный» патрон не готов, со снарядами та же тем. Качество порохов и взрывчатки признано неудовлетворительным. С моей подачи армейские не идут на компромиссы. Нам это благодушие слишком дорого обходится.

А ведь дело наиважнейшее: на носу армейская реформа и надо решать вопросы вооружения. Порох, патроны, капсюли, снаряды, без этого даже пострелушек на полигоне не устроить. А с ним все не так. И то, из чего стреляют. Напринимали полусырых автоматов, пулемётов, пушек и сидят довольные. На бумаге всего полно, а по факту. А если война? Маньчжурская кампания уже показала откровенную слабость некоторых видов вооружения. Вьетнам и Индия просят улучшить качество новых образцов.

Эта неделя в итоге показала истинное положение дел. Часть проектов не готова, остальные не доработаны. Придется, как обычно, принимать решения «на живую». Радуют, как всегда, молодые и активные. Вот на них и сделаем ставку! Растягиваюсь поудобней на сиденье. Умели собирать в Союзе лимузины для бонз! Надо бы эти наработки спускать далее. Особенно в сфере безопасности. Глянул я статистику жертв автомобильных аварий и диву дался! И ведь директивами эти цифры не поменять. Нужна кропотливая работа с изменениями в автомобилях и правилах дорожного движения. Изучение зарубежных наработок и создание своих. И конечно же, ежедневная работа ГАИ. Но у Генсека уже имеется удачный опыт внедрения в иных сферах. Союз еще не потерянное общество. Если дать грамотную установку, направление и поставить нужных людей, то они творят чудеса.

Забота у нас простая,

Забота наша такая:

Жила бы страна родная,

И нету других забот!

И снег, и ветер,

И звёзд ночной полёт.

Меня мое сердце

В тревожную даль зовёт.

И как с такими людьми не смогли сделать решающий прорыв в конце двадцатого века? Отдали власть проходимцам. Все больше прихожу к выводу, что на самом деле не очень-то и хотели. Верхушка погрязла в нарастающем маразме. Они всерьез верили, что их нафталиновые лозунги работают! Ни одной свежей мысли за десятилетия. Или шкурные интересы отдельных кланов на первом плане. Вон почти каждый день мне названивают. Бестолочи типа Кириленко или Полянского. Шага в сторону боятся как черт ладана! Придется вас, ребята, к следующему съезду всех поменять. Остро требуется свежая кровь! Пономаренко обязательно выдвинуть в кандидаты в Политбюро. Пусть говорят, что в нем сейчас слишком много партизан. Зато люди привыкли отвечать за «свой базар».

Михаил Георгиевич Первухин уже поставлен первым замом к Косыгину. Он уже был с февраля 1955 года по июль 1957 года Первым заместителем Председателя Совета Министров СССР и одновременно с декабря 1956 года по май 1957 года председателем Государственной экономической комиссии Совета Министров СССР по текущему планированию народного хозяйства. Первухин эвакуацию и атомный проект осилил, в 1957 не побоялся идти против Хрущева. Начав как идеолог, к войне уже вырос в очень крупного хозяйственного руководителя. Но не сошелся характером с Никитой, за что и поплатился. Блестящий кандидат на технического Предсовмина.

Я же планирую к семьдесят пятому всех ведущих лидеров страны заменить на технократов. Идеологией пусть партия занимается, и сидят они в ЦК. После ближайшего Пленума сделаю рокировку. Вдобавок в комиссию по экономической реформе вошел отличный профессионал министр внешней торговли СССР Патоличев. На этой должности он прослужил стране 27 лет и увеличил товарооборот СССР в 17 раз! Ну в этот раз держать там его столько нет смысла, но управленческий талант и энтузиазм использовать стоит на более высокой планке.

«Кадры решают все!»

Пока едем на полигон, успеваю отсмотреть папку с новостями и подумать. В этом мире, пусть и с опозданием, но состоялся экспериментальный беспилотный запуск корабля «Аполлон-5». Видимо, все-таки полет на Луну состоится. Американцам нужны перед этим пять беспилотных полётов. Пилотируемый произойдет уже при следующем президенте. С Джонсоном мы договорились, что наши специалисты будут сотрудничать с НАСА. Вы можете радостно рукоплескать: вот оно, плодотворная дружба между нациями во имя человечества! Но я категорически против этой, казалось бы, красивой идеи. В мире обязательно должно быть соревнование, иначе все рухнет. Что и произошло в моем будущем мире. Айфоны у всех, а Илон Маск один.

Королев после продолжительной беседы со мной согласился. Он уже бредит огромными орбитальными станциями. И скажу так: замах у этого великого человека поистине гигантский. Полеты на Луне через пять лет забудутся, а наши станции будут летать около Земли постоянно. Напоминая миру о советских научных достижениях. К тому же у военных на этот счет куча планов. И я их поддерживаю в той мере, чтобы они не мешали остальному. Военная станция в космосе здорово напрягает противоположную сторону и заставить шевелится. А это гигантские расходы! Им в очередной раз придется нас догонять.

Что еще интересного творится в мире? В Банги заключён политико-экономический Союз государств Центральной Африки. Получила независимость британская колония остров Маврикий в Индийском океане. Президент Египта Гамаль Абдель Насер провозгласил «Программу 30 марта», направленную на радикализацию преобразований в стране. Вьетконговцами сбит самолёт C-130B ВВС США. Крупнейшая авиакатастрофа в мире на тот момент. Я неплохо сохранил в памяти даты различных катастроф, и части из них удалось избежать. Но появились те, которых не было в моем мире. Видимо, действуют некие законы миропорядка, которые я понять не могу. Не погибла в марте наша подводная лодка К-129, потому что почти все дизельные выведены из строя в запас. Не случилось катастрофа Ту-124 в Волгограде, потому что вместо этой модели вышли более надежные Ту-125 и вскоре мы ждем бенефиса Ту-135. Туполеву дан пинок, и его КБ, наконец-то, зашевелилось. Но случилась страшная авария в Карелии с Ан-24. Сорок четыре погибших.

Как будто Вселенная показывает, что я не могу полностью изменить мир.

Непогоду сменили солнце и легкий ветерок. Весна уже остро ощущается в воздухе, обещая скорое потепление. Синоптики в сей раз не прогадали. Стрельбы организованы в «Центре переподготовки личного состава», устроенных, в свою очередь, на базе курса «Выстрел». Здесь в инструкторах офицеры, побывавшие в горячих точках. Центр стал не только площадкой для подготовки, но и инициатором многих предложений, направленных на реформу Советской Армии. Она еще впереди, пока идет сбор материалов, его апробация на местах, а также изучение современного боевого опыта. Война во Вьетнаме уже здорово повлияла на работу советских войск ПВО и структуру наших ВВС. Последние вдобавок получили опыт в Индии. Прошлогодняя операция в Маньчжурии выявила слабые места в сухопутных силах. Например, что для некоторых ландшафтов так любимая нашими генералами гусеничная техника совсем не подходит.

Военный люд уже переоделся в новый камуфляж. Генералы и полковники деловиты, сосредоточены и усиленно делают вид, что без них державе не обойтись. Знают мой суровый нрав, и что терпеть не могу многозвёздных бездельников. Недавно брошенное мной замечание, что звание генерала стоит давать только обстрелянным офицерам, разошлось по всей армии. Так что в горячие точки у нас очередь будет стоять. Блат останется в Маньчжурию, а не в ГДР. Гражданские в отличие от армейских одеты более разнообразны. Москвичи берут пример с меня, на них удобные спортивные куртки и шапки. Провинциалы ежатся в темных пальто, или преют в полушубках и меховых шапках.

Даю отмашку на начало стрельб. Майор в зимнем камуфляже резво подбегает к площадке, выхватывает из кобуры компактный пистолет-пулемет, мгновенно приводя его в боевое положение. Выстрелы, затем офицер бежит ко второй площадке, имитирующей помещение. Замечаю, что он в хорошей спортивной форме. Движется легко и непринужденно. Мишени там еще не видно, они появляются позже. Две очереди, цели поражены. Кувырком майор уходит в сторону, в это время он успевает перезарядиться, потому что дальше «на улице города» мишени будут «бегающие» и прыгающие. Я отрываюсь от «трубы», гляжу на часы и оборачиваюсь к остальным:

- Молодец майор, уложился и все цели положил.

За ним идет капитан, затем старший лейтенант. Все из разных родов войск и служб. Люди обстрелянные и опытные. Через десять минут в штабном вагончике пьем чай и выслушиваем стороны. Майор по факту оказался капитаном третьего ранга из морской пехоты. Камуфляж на полигоне у всех одинаковый. Капитан был выходцем из МГБ, там организовали по моему приказу свой антитеррористический отряд. Старший лейтенант из мобильных сил, но уже с опытом и орденом за Маньчжурскую кампанию. Каптри также имеет орден, это мне доложил куратор проекта. Так что к их мнению можно прислушаться.

- Ну, что, товарищи, скажете?

Первым откликается безопасник.

- Хорошее оружие. Слышал, что смежники его используют. Для работы накоротке лучше не придумаешь. Можно носить скрытно. При его извлечении достаточно ладонью ударить по скобе приклада под стволом, и приклад встаёт в боевое положение ещё до выведения ствола на цель. А это серьёзное преимущество в решении задач по отражению внезапной агрессии. То есть его можно смело рекомендовать и милиции. Магазин у «Скорпиона» служит дополнительной рукояткой, затвор довольно лёгкий, отдача у него очень терпимая. Он настолько управляем, что позволяет стрелять полной очередью с одной руки, причем точно. Хорошая опция у Скорпиона - приклад можно отвинтить полностью, и он становится еще короче и легче. На мой взгляд для спецслужб отличное штатное оружие.

Представитель Минобороны заинтересованно поддакнул:

- Интересное замечание. Есть еще у кого что сказать?

Десантник-штурмовик крутит в руках чешский Šcorpion vz. 61 и делает замечания:

- По моим наблюдениям этот пистолет-пулемет устойчив при стрельбе, удобен при удержании, как следствие, точность стрельбы очередью высокая. Для выполнения спецзаданий и в самом деле великолепное оружие. Но под него надо специально готовить бойцов. Оружие все-таки специфическое и разборка-сборка для чистки сложная. Так что использовать его, как оружие для военнослужащих так называемого второго эшелона, которым не нужно идти в атаку с оружием в руках – танкистов, пилотов, связистов, военных водителей будет несколько проблематично. Нужно что-то проще.

Кто-то из специалистов ГРАУ замечает:

- И патрон у него особенный 7,65x17mm «браунинг». У нас таких производят только под заказ. После 1945 г. выпуск небольших партий патронов 7,65 браунинг продолжался на Юрюзанском и Ленинградском патронных заводах. Особенность ленинградских «браунингов» - капсюль оригинального диаметра 4,5 мм. Патроны других заводов имели "нагановский" капсюль диаметра 5 мм. Патроны послевоенного выпуска внешне отличаются от довоенных - они имеют пулю с томпаковой оболочкой и герметизацию капсюля и пули красным лаком. Довоенные пули имели латунную оболочку и не имели герметизации.

- То есть в принципе мы их выпускать можем?

- Конечно! Но это будет дороже серийной сборки.

Вступает в разговор каптри. Я ведь его помню, он из Черноморского полигона Минобороны, где отрабатывают новую тактику для различных родов войск. Это его ребята шли впереди в Маньчжурии.

- Товарищ Главнокомандующий, тут правильно сказали о патроне к «Скорпиону». Именно он дает такую точность, но имеет свои проблемы, да и не так распространен. Патрон 9 на 18 к пистолету Макарова хорош для полиции, но абсолютно не годится для боевого использования, даже из удлинённого ствола вроде пистолета Стечкина. На замену нужно принимать или 9 на 19(Люгер), как во всем мире, или Маузер-экспорт - 9 на 25. Последний, хоть и имеет более тонкие стенки гильзы, чем люгеровский, но за счёт большей длины пороховой камеры позволит обеспечить прицельный огонь до дистанции 200-300 метров из длинного ствола в пистолет-пулеметах.

МГБшник не согласен.

- Капитан третьего ранга, это оружие для целевого применения. Ему не нужно стрелять так далеко. Но согласен, ему нужен более мощный патрон. При использовании в помещениях важнее удобство, а не точность.

Представитель ГРУ с ним согласен.

- Люгеровский патрон более приемлем. Особенно при операциях за рубежом. Он популярен и позволяет доставать боеприпасы там на месте.

Военные переглядываются.

Я незаметно вздыхаю. В слизанном со Скорпиона «Кипарисе» применяли самый распространенный в СССР патрон к Макарову, и чехов заставили переделать ствол. Пожалуй, морпех прав, надо сразу делать по уму. И создавать более перспективный патрон 9×21 мм. Он был разработан у нас в России в девяностых. С пулей со стальным сердечником повышенной пробиваемости с малорикошетирующей пулей со свинцовым сердечником; с экспансивной пулей; с бронебойно-трассирующей пулей. Да, с нынешними технологиями это будет сделать сложно. Но… Зато какие потом откроются перспективы! Остановимся на Люгере, так он у нас и останется надолго. Нет, работать надо сразу на большое будущее.

- Согласен с вами, что нам потребуется другой патрон. Но сначала попросим наших чешских товарищей переделать ствол под общепринятый в СССР пистолетный боеприпас.

Каптри смотрит на меня, я ему киваю, мол, добавляй!

- А что будет с этой машинкой? Она чертовски хороша. Пока мы еще создадим свое.

Парень не дурак, скоро кавторангом станет.

- Закупим, сколько необходимо. Ждать нам некогда, надо боевые задачи выполнять. И патронную линию запустим, да товарищ Пыхов?

Представитель ГРАУ молча кивает. Им досталось на орехи позавчера. Претензий по пороху, его навеске в снарядах и по качеству изготовления патронов больно уж много накопилось. Я даже подумываю изъять со временем вопросы боеприпасов из ГРАУ. Там все как в черную дыру пропадает. Военным нельзя отдавать на откуп изобретения, инновации и внедрение. Пусть исполняют! Ищу глазами товарища Афанасьева. Тульский конструктор в прошлом создал «Кипарис», вот и сейчас пусть работает над подобным вариантом. И что-то новое создает под перспективный патрон.

- Николай Михайлович, расскажите, когда вы представите свои наработки?

- К концу года.

- Ну, тогда прикидывайте сразу вариант пистолет-пулемета под более мощный патрон.

- Вас понял, Леонид Ильич.

- Вам привезут и другие образцы подобного оружия, чтобы было с чем сравнить, - это я намекаю на знаменитый УЗИ, что наша разведка добыла в Ливане в товарных количествах. – И сделайте сразу вариант оружия с несъемным глушителем для спецслужб.

- Хорошо.

Ну вот, хоть одну проблему решим. И пусть туляки не останавливаются, сразу начинают работать над следующими моделями. В итоге МВД, спецчасти и армия будут снабжены различной номенклатурой пистолет-пулеметов. И еще нам нужен надежный армейский пистолет. Простой, удобный и еще раз повторю -надежный. К сожалению, в нашей армии слишком малое внимание уделяли оружию самообороны солдата. По уму каждый военнослужащий должен иметь оружие ближнего боя, то есть последнего шанса. Разве что авиаторы снабжались АПС. Экипажи бронетехники вынуждены были таскать с собой громоздкие изделия Калашникова. Практически то же самое можно сказать о снайперах, вооружённых самозарядной винтовкой, о первых номерах расчётов станковых пулеметов, автоматических гранатометов - они остаются безоружными в ближнем бою, потому несут неоправданные ничем, кроме глупости или жадности государства, потери. То есть нам кроме специзделия нужен массовый и простой пистолет-пулемет для солдат. Со временем, думаю, его изготовим.

Мы перемещаемся на площадку, где снайперы из различных видов войск испытывают модернизированные СВД. В принципе ничего особенного не мудрили. На самом деле эта автоматическая винтовка не для снайпинга, как такового. СВД оружие меткого стрелка (марксмана), в рядах пехоты, опередившее, между прочим, свое время. Так что не смотря на недостатки, отказываться от него никто и не подумает. Будем модернизировать. В последние годы разные модификации испытывали во всех военных конфликтах мира. Оставили в итоге для серийного производства лучший вариант Драгунова. И никакой идиот с лампасами не заставит поменять на "драгуновке" длину нарезов. Изменение шага нарезов у СВД с 320 до 240 мм было вызвано тем, что при шаге 320 мм бронебойно-зажигательные пули летели кувырком. СВД стала кушать бронебойные патроны, но перестала отличаться кучностью боя. Несколько десятков тысяч стволов уже испорчены. Генерала выгнали, отобрав погоны. Дураков у нас припасено на сто лет вперед! То же самое касается штык-ножа на стволе. Зато появились сошки.

Основные изменения произошли в плане оптики и патронов. О недостатках штатного ПСО-1 в войсках говорили много. Кратность мала, корпус слишком светлый и демаскирует, маховички блестят, сетка прицела перегружена множеством элементов, нет возможности регулировки под глаз стрелка и так далее. Потому мной два года назад были инициированы разработки совместно с "Карл Цейс" в городе Йена. Эта продукция широко известна в мире. И вот мы видим первые серийные изделия современного поколения оптики, что ваяет уже наш Красногорск. С корпусом из легких сплавов, а не чугуния, наполненной сухим азотом, с "прозрачностью" всей оптической схемы на мировом уровне.

Ну, и конечно, патроны. Пришлось погонять ГРАУ, чтобы они начали делать точные патроны для снайперки. Поднять дисциплину производства, поменять несколько директоров и ввести новые технологии. Но в промышленности нам еще долго порядок наводить. Пользуясь своей необходимостью для страны, некоторые товарищи излишне оборзели. И довольно поздно сей момент осознали. Судили их по статье «Измена родине». Они считали, что Ильич добрый. Ну-ну.

Я с интересом подержал в руках складной вариант СВД для мобильных сил. Впервые увидел оружие с нашим подобием планки Вивера. Это система рельсового интерфейса, кронштейн для присоединения дополнительных оружейных аксессуаров и вспомогательных принадлежностей к ручному стрелковому оружию. Она устанавливается на оружие с целью дальнейшего крепления самых разных аксессуаров:

оптических прицелов любых видов, фонарей. В грядущем лазерных целеуказателей. В моем будущем станут чрезвычайно популярны планки Пикатинни. Мой довод, что оружие нужно модернизировать любым возможным способом, офицеры оценили положительно.

Мечтаю и вовсе запретить разработку и производство прицелов огнестрельного оружия типа прорезь/мушка везде, кроме разве что пистолетов. Кольцевые и диоптрические прицелы производятся давно, достаточно просты в производстве и хорошо изучены. Оснащать ими оружие боевых частей просто-напросто необходимо давно. Но пока наталкиваюсь на непонимание военных. Они до сих пор считают советских солдат тупыми колхозниками уровня сорок первого. То есть сочетать интегралы в школе — это нормально, а научиться следить за своим оружием уже выше понимания?

Информация к размышлению:

В начале июня 1968 года Борисоглебск стал местом беспрецедентной в норвежской истории, крупнейшей советской демонстрации военной мощи против Норвегии. 3 июня войска Ленинградского военного округа были приведены в повышенную боевую готовность. 6 июня советская мотострелковая дивизия в полном составе выстроилась в боевой порядок перед границей, наведя стволы всех орудий и бронетехники на норвежские объекты, а на близлежащем к границе советском аэродроме происходила высадка посадочного десанта СССР. Рано утром 7 июня произошла кульминация противостояния — около двухсот советских танков приблизились к норвежской границе. Норвежский пограничный гарнизон 450 военнослужащих, дислоцированный в южной части полуострова Варангер, был приведён в состояние повышенной боевой готовности (всего на всём протяжении двухсоткилометровой норвежско-советской сухопутной границы находилось 6 тыс. норвежских военнослужащих и около 30 тыс. советских.

Норвежские военные получили боевые патроны и подготовились к оказанию вооружённого отпора. Согласно полученным указаниям, любое нарушение границы должно было быть встречено огнём. Советская армия остановилась в 30 метрах от границы, нацелив пушки своих танков на норвежские военные объекты. Норвежские военные находились на своих постах в одиночку, в то время как десятки тысяч советских солдат в полном вооружении, прикрываемые бронетехникой, артиллерией и авиацией, перемещались вблизи от границы, — эти массированные перемещения советских войск, военной техники и авиации вблизи норвежской границы продлились пять дней.

Всего, по оценкам западных экспертов, в операции с советской стороны было задействовано около 11 тыс. солдат, 4 тыс. морских пехотинцев, 265 САУ, 1300 грузовиков, 50 вертолётов и 20 военно-транспортных самолётов Ан-12. Гул от двигателей советских танков и дрожь земли от такого количества передвигающейся бронетехники были слышны на протяжении всего этого времени в окрестных селениях и подтверждаются как местными жителями, так и всеми служащими Киркенеского пограничного гарнизона. Противостояние продолжалось до 12 июня, когда советские войска отошли из приграничной зоны. Норвежский Стортинг принял резолюцию об участии Норвегии в совместных мероприятиях НАТО, но в то же время отказалось от каких-либо практических оборонительных мер, как-то: объявления военной тревоги или военной угрозы, обращения к союзникам за помощью или же объявить мобилизацию. Вместо этого, власти призвали норвежские медиа не освещать дальше эту историю. И, как резюмирует Кирстен Амундсен, удивительно, особенно для уровня свободы прессы в скандинавских странах, но практически все норвежские издания прислушались к этому призыву властей, кроме приграничной Киркенесской газеты.

Глава 7. 16 марта 1968 года. Завидово. Ядерные секреты

Разморённый солнцем и хлопотными днями, мечтаю об отдыхе и лыжной прогулке. Но покой нам только снился. Неожиданный звонок от сверхсекретной группы «А» окончательно выветрил всю сонливость. Я давно его ждал и не стал откладывать на потом. Позже обязательно что-то срочное появится. Да и пленум ЦК все ближе. Телефонные разговоры заканчиваются временами за полночь. А они помогают держать руку на пульсе жизни страны. Да и любопытство перевешивают осторожность. Что на самом деле происходило с проектами ядерных держав.

В группу «А» при Информбюро вошел и товарищ Первухин. Впервые к атомной проблеме он был подключен еще в 1942 году, когда В. М. Молотов поручил ему, как заместителю председателя СНК разобраться в докладах разведорганов о проектах уран-графитовых реакторов и способах выделения изотопа урана-235. В 1943-1945 годах он был куратором атомного проекта со стороны Совнаркома. В августе 1945 года был включен в состав Спецкомитета, а 31 ноября этого же года становится председателем Инженерно-технического совета при Спецкомитета.

В атомном проекте М. Г. Первухин отвечал за обеспечение работы первых предприятий по получению тяжелой воды, гексафторида урана и многих химических реагентов. В связи с тяжелым заболеванием Ванникова в декабре 1947 года. Первухин был назначен первым заместителем начальника ПГУ и оставался им до конца 1949 года. 29 августа 1949 года были проведены успешные испытания первого отечественного ядерного заряда. Председателем Государственной комиссии на них также был Первухин.

Еще с ним приехали два молчаливых типа в гражданке. Один из них полковник Квасников. В 1943 году он прилетел в США и на месте руководил сбором информации об американской ядерной программе.

Потом до своего увольнения служил в научно-технической разведке, курировал создание советской атомной бомбы. Сейчас состоит на службе у Питовранова, как носитель сверхсекретной информации. И в Информбюро попал из-за профиля работы. Третьим был легендарный академик Харитон. Тема разговора его, видимо, несколько удивляла, он больше отмалчивался, давая технические пояснения. Я же сидел и тихо офигевал от услышанного.

- В ноябре 1944 года в ГРУ поступило донесение, в котором речь шла о подготовке в Тюрингии под контролем СС испытания нового оружия большой разрушительной силы. О сроках испытаний или конструкции этих бомб не сообщалось. Доложили «наверх»: - «В последние месяцы наши источники неоднократно утверждают в своих донесениях о лихорадочных усилиях немцев испытать все более мощное оружие и средства его доставки к цели. Предположительно именно эти эксперименты представляют собой попытку немцев провести испытания атомной бомбы, о существовании которой у нас до сих пор были лишь неполные, отрывочные данные».

В марте 1945 на стол Сталина лег доклад ГРУ, в котором рассказывается о «двух мощных взрывах», произведенных в ночь 3 и 12 марта 1945 года, в результате которых «… на расстоянии 500–600 метров от эпицентра взрыва лежали сваленные деревья. Возведенные для испытаний укрепления и строения были разрушены. Военнопленные, находившиеся в месте взрыва, погибли, причем в ряде случаев от них не осталось следов. Другие военнопленные, находившиеся на некотором расстоянии от эпицентра взрыва, получили ожоги на лице и теле, степень которых зависела от расстояния их нахождения от центра…»

28 марта 1945 года с докладом ознакомился Курчатов. Он не был убежден, что немцы в самом деле провели испытания атомной бомбы. По его подсчетам, при взрыве атомной бомбы площадь разрушения должна была составить несколько квадратных километров, а не сотни квадратных метров. 30 марта 194. физик составляет тщательно взвешенный рукописный доклад, который передает Сталину. Единственная копия этого документа была направлена в адрес шефа ГРУ генерал-лейтенанта Ильичёва. Курчатов тут же запросил у него дополнительную информацию.

Сразу после окончания войны в Тюрингию по инициативе Курчатова направили небольшую экспедицию во главе с товарищем Флёровым, одним из лучших наших физиков. Однако в Ордруф - район предполагаемого атомного взрыва им добраться не удалось. Большую часть Тюрингии занимали американские войска. Только в июле, когда Германия была поделена на оккупационные зоны, сюда вошли советские войска. Нам неизвестно, смог ли товарищ Флёров провести на местности замеры радиационного фона, но уже в августе он был возвращен в Москву. Таким образом, вопрос - провели ли немцы атомное испытание, остался в то время без ответа.

Харитон мрачно добавил:

- Замеры состоялись, но тогда сослались на будто бы неудовлетворительную работу измерительной техники.

Я тут же встрепенулся:

- То есть радиация была?

- Скорее всего, да. Иначе бы все так резко не засекретили.

Гляжу на полковника. Тот пожимает плечами.

- Все было так засекречено, что сейчас без официального расследования концов не найдешь, товарищ Генеральный секретарь. Но мы нашли новую информацию.

Первухин достает из папки и зачитывает бумаги:

- У нас имеются воспоминания очевидцев. Их записали в 1962 году сотрудники службы безопасности ГДР. Одно из них принадлежит Вернер жительнице деревушки Ваксенбург, расположенной примерно в 4 километрах от полигона. По словам Вернер: «Около 21 часа 20 минут очень яркая, внутри красноватая, а снаружи желтоватая вспышка осветила местность. Тотчас же мы увидели поднимавшийся в воздух большой стройный столб, который был настолько светлым, что утром я сказала маме: - у окна можно было читать газету. И этот столб увеличивался кверху и выглядел, как большое дерево с листьями». Затем наблюдатели из Ваксенбурга ощутили сильный порыв ветра, после чего всё успокоилось.

Герр Ваксмут в 1944–45 годах работал в фирме по строительству шахт в Ордруфе. Он так описал события тех дней:

- «В послеобеденное время приехала грузовая автомашина с эсэсовцами. Нам дали задание погрузить всю древесину, какую только возможно. Затем на машине нас направили в Рёрензее, там работало несколько врачей СС, так как у многих жителей в этот день наблюдались головные боли и кровохаркание. Оказалось, что нам нужно было не туда, и нас тотчас же отвезли в поместье Рингхофен под Мюльбергом. Нам приказали сложить древесину в кучу на краю леса – примерно 12 на 12 метров и не более метра высотой. Для этого мы должны были надеть защитные формы. Между тем на краю леса мы увидели несколько куч сложенных трупов, видимо, бывших заключенных. У них совершенно отсутствовали волосы, местами не было и одежды, у многих кожа была покрыта волдырями, ожогами, из-под которых выступало мясо, у некоторых не было отдельных частей тела. Эсэсовцы и заключенные подносили трупы. Когда мы уложили первые шесть куч, в каждой из которых было примерно 50 трупов, древесину подожгли. Нас отвезли назад. В поместье нам велели снять защитные костюмы и одежду. Их сразу же сожгли люди из СС, а мы должны были помыться, после чего нам была выдана новая одежда и новые средства защиты. Один эсэсовец в высоком офицерском звании сказал мне, что накануне вечером он был свидетелем громадного пламени. Опробовали какое-то невиданное оружие, о чем будет теперь говорить весь мир, и мы, немцы, стали первыми. С нами работал один из русских военнопленных. Он сказал, что слышал, как один из тех расстрелянных бормотал: - «Огромная молния... Огонь, многие сразу умерли мгновенно, раз их не было; многие валялись, все обожженные; многие ослепли. Скажите матери Олега Барто в Гурьеве».

Я нахмуриваю брови. Похоже, что меня к чему-то исподволь подводят.

- А конкретно, товарищи?

Квасников оглядывается на коллег и выдыхает:

- Есть сообщенная в советском плену группенфюрером СС Вернером Вехтером информация. Она строго настрого до сих пор засекречена. Извините, товарищ Генеральный секретарь, но мы бы и вам ее не доложили, если бы не вмешательства третьих лиц. Опираясь на его показания, можно сделать вывод, что принципиально проблема создания атомной бомбы в рейхе была решена уже в 1943 году, а к весне 1945 года был наработан необходимый боезапас в определенное количество изделий, а также средства доставки, причем имелись как самолеты, так и ракеты. Ядерный удар по СССР был намечен на июнь 1945 года.

В августе 1944 года на секретном совещании эмиссаров рейхсляйтера Мартина Бормана с германскими промышленниками в Страсбурге, были установлено:

«Война проиграна, но будет продолжена до достижения определенных целей».

Вот оно что! Быстро соображаю:

- То есть сепаратный мир с союзниками не миф?

- Это были немножко другие переговоры, товарищ Генеральный секретарь.

- Говорите по существу, полковник. О чем шла речь на переговорах с американцами? Вы знаете, в каком ведомстве сейчас служите.

Все-таки разведчикам, которым известны секреты такого ранга, что и не снились никому, сложно переломить себя.

- Внедрение германских капиталов и размещение германских разработок в западных транснациональных компаниях. Более конкретно: о создании и передаче Западу атомных секретов Третьего Рейха.

А мне не верили форумные жуки! Изначально Манхэттенский проект задумывали как огромный «попил», в реальность атомной бомбы никто не верил. А когда запахло жареным, американцы обосрались и с помощью Рокфеллеров вышли на круги, близкие к Гитлеру. В конце 1944-го до штатников дошла информация, что немцы провели ряд успешных испытаний и вроде как начали работы над серийными боевыми изделиями. То есть могли угрожать более глобально, что не предусматривалась поджигателями войны.

Но именно из-за сложившегося хода сражений немцы ещё не были готовы до конца. Им вечно чего-то не хватало. Нам жутко повезло. Весной 1945 года мир прошёл по самой кромке жутчайшей атомной войны. Неслыханное по мощи наступление Советской Армии сломало планы по массовому изготовлению боеголовок, вещества уже было минимум на сотню зарядов. К нашему счастью, немцам пришлось эвакуировать производство, поэтому не успели наклепать БЧ и снарядить ими носители. Носитель у немцев уже имелся - Фау-2. Они не просто так пуляли по Лондону дорогими ракетами — проверяли возможность ядерного удара. Но на самом деле спаслись и немцы. Вряд ли с ними после страшных взрывов кто-то бы церемонился. От Германии оставили бы сожженную пустыню. Видимо, это понимали и те, кто согласился отдать наработки союзникам.

Но сами подумайте. В официальных документах ядерная бомба «Малыш» весит 4,5 тонны, но это наглая ложь — там было менее тонны! Как раз влезает в отсек Фау-2 и проходит по грузоподъёмности ракеты. Ракетная инфраструктура вермахта не была критично разрушена, она вообще мало пострадала. Гитлеру не хватило пару месяцев для того, чтобы соорудить ракеты и массово применить обещанное Wunderwaffe, о котором тогда уже постоянно верещал Геббельс по нашим и англо-американским войскам, а может быть и столицам.

- Я так понимаю, первые три бомбы США и дальнейший проект, это уже успехи немцев?

- Скорее всего, так. Свои производственные мощности в США к реальному концу войны задач проекта не обеспечивали. Полное развертывание этих мощностей с соответствующими результатами по нашим данным ожидалось именно к названным заранее срокам, то есть к 1946 году. Американские штабные расчеты, произведенные до Ялты и Потсдама, показывали, что именно тогда будет осуществляться десантная операция на Японские острова, завершение которой рассчитывалось в лучшем случае летом 1946 года. То есть официально финал Манхэттенского проекта выводился как раз на разгар предполагаемых боев в Японии. А когда СССР взял на себя обязательство вступить в войну против Токио, что облегчало задачу союзников, у США возник ядерный форс-мажор.

Первухин комментирует:

- Имеются сведения о выходе из Киля 26 марта 1945 года, то есть через две и три недели после предполагаемых успешных ядерных испытаний, о которых мы уже рассказали, подводной лодки U-234 из личного отряда Бормана. На ней среди груза были 80 цилиндров, содержащих обогащенный уран-235, чертежи и модель реактивного истребителя “Мессершмит-262” и немецкие инфракрасные взрыватели дистанционного действия вместе с их изобретателем Хайнцем Шлике. Эти взрыватели аналогичны тем, что обеспечили успех испытаний американской плутониевой бомбы. Освободившись от части груза и пассажиров в Испании, куда та зашла с разрешения диктатора Франко, лодка вышла в Атлантику, где сдалась американцам и была эскортирована на базу ВМС США в Нью-Гэмпшире. На этой подлодке в Испанию, по-видимому, с разрешения союзников скрылся и сам Борман.

Полковник продолжил, он докладывал без бумаг:

- Рузвельт скончался подозрительно «вовремя» - за месяц до победы и за две недели до учредительной конференции ООН в Сан-Франциско. И, судя по всему, немецкие выводы о Манхэттенском проекте сводились к тому, что американцы погнались за двумя зайцами – ураном и плутонием. Немецкий проект был урановым, на плутоний не отвлекались. И потому американцы нигде толком не успели. Запасы оружейного урана в конце 1944 — начале 1945 года после двух лет исследований и производства в действительности составляли лишь меньше половины необходимого. По урану недоставало объемов, по плутонию – взрывателей. И то и другое находилось на подлодке U-234. Вдобавок у Третьего рейха был уже не только ядерный арсенал, но и дальняя авиации, «Фау-2» И у рейха были возможности по нанесению ядерных ударов как по советскому Уралу и Средней Азии, так и по Северной Америке. Потому Сталин так торопил наши войска. Операции сорок четвертого дались нам непросто, и для полноценного наступления в Германии требовались еще несколько месяцев.

- Которых у нас не было, - добавляю я задумчиво. Ну вот все и встает на свои места. А у нас было принято Жукова критиковать за Зееловские высоты. Да после атомного удара немцев нам бы подняться просто не дали. СССР превратился бы в руины.

- Потому весной сорок пятого Манхэттенский проект был фактически расформирован, и большая часть его сотрудников в составе миссии «Алсос» отправилась в Европу — добывать немецкие «изделия».

Так что мы полагаем, что бомбы, сброшенные на Японию, были не американскими, а немецкими. Но их всего было не более пяти. Заметим еще, что нам известно:- после вереницы событий, которые привели к испытанию плутониевой бомбы на полигоне в Нью-Мексико, конструкцию подрывного устройства были внесены изменения. Добавлены так называемые «вентиляционные радиационные каналы», позволившие радиоактивному излучению при взрыве детонатора вырваться из плутониевого ядра и отразиться от окружающих отражателей в течение нескольких миллиардных долей секунды после начала сжатия. Объяснить это усовершенствование можно лишь включением в окончательную конструкцию американской бомбы инфракрасных неконтактных взрывателей доктора Шлике, поскольку именно они позволили взрывателям откликнуться и сработать с молниеносной быстротой. Но у американцев все равно оставалось очень мало готовых зарядов.

- И поэтому товарища Сталина Трумену испугать не получилось?

Ну что ж, теперь все встало на место. Загадочное молчание Вождя и судорожные попытки союзников напугать СССР. Все это вылилось в итоге в Холодную войну. Только вот по чьему плану? США не могли так быстро подготовить множество бомб, у нас после Победы имелась лучшая в мире сухопутная армия. Еще оставались японцы. Сталин знал, что делает. Как бы его ни ругали, но СССР обязан своим существованием именно ему.

В разговор вступает молчавший доселе Харитон:

- Мы досконально точно не знали, насколько продвинулись немцы, потому сильно торопились. Лаборатория № 2 под руководством товарища Курчатова работала с 1943 года, и к концу войны уже была наработана необходимая для создания атомного оружия научно-технологическая база: построили циклотрон, начали добычу и обогащение урана. Без наличия такой базы, на пустом месте, с чистого листа ни военным, ни мирным атомом заниматься было бы невозможно. Но все равно помощь со стороны разведки, особенно добытые в Германии сведения здорово нам помогли в некоторых областях продвинуться вперед. Но не более. В том же 1945 году на советскую сторону перешел барон Манфред фон Арденне, работавший в команде рейхсминистра почты Вильгельма Онезорге, курировавшего атомный проект по поручению Гитлера. В Германии фон Арденне возглавлял засекреченный институт с собственной лабораторией в Лихтерфельде. Он нам показало, что можно вывести из Германии. Вдобавок Николаус Риль выдал НКВД два тайника с оксидом урана всего 112 тонн. Более ста десяти немецких специалистов мы тогда смогли все-таки перевести в СССР. Они нам помогли в некоторых областях догнать американцев. Фон Арденне даже за участие в создании установки для разделения изотопов получил Сталинскую премию.

- То есть немцы виноваты в атомной гонке?

- Товарищ Генеральный секретарь, США и Советский Союз оказались готовы к серийному производству бомб только к концу сороковых годов. Это все, что мы хотели вам доложить по данному вопросу.

Я поднимаюсь, жму всем руки.

- Огромное вам спасибо, дорогие товарищи. Зная подноготную этой истории, нам будет проще работать дальше.

А сам прокручиваю в голове, как эти сведения могут быть мне полезны.

Естественно, никто не собирался оставлять у меня документы. К секретам в СССР относились предельно серьезно. Даже чересчур. Мне стоило много крови убрать лишние запреты, чтобы не пропадало добро для народного хозяйства. Даже конференцию устроили, куда пригласили «ответственных лиц» и представителей министерств. Молодые ребята всем на пальцах объяснили, что раскрытие секрета обходится государству на порядок дешевле, чем неиспользование этой информации в промышленности и науке. Как ни странно, но именно конкретные цифры «разрешителей» убедили. Такие личности любят конкретику. И узнав ее воочию, меняют свою точку зрения. Ведь их задача – блюсти интересы государства.

Считаю, в ближайшую пятилетку выхлоп от снятия «грифов» будет колоссальный. То же самое касается статистики. Именно ее закрытость зачастую приводила к неправильному планированию. Что наблюдалось сплошь и рядом. А это, в свою очередь, приводило к нехватке элементарного и некоторому расстройству различных видов народного хозяйства. Забыли расписать о деталях, что чаще всего выходят из строя. В итоге многомесячный простой дорогостоящей техники. Эту проблему неплохо изучил профессор Каценелинбойген, он руководил отделом комплексных систем в Центральном экономико-математическом институте. Профессор привел на заседании комитета по экономической реформе массу интересных примеров. Открыл всем целое явление, которое метко обозвал «бюрократическими извращениями».

Нашему Госплану и дядькам из ЦК и Совмина было странно слышать, что «экономика СССР» на самом деле представляет собой «совокупность рынков», реализующих и дополняющих централизованный механизм планового управления. Каценелинбойген предложил подробную классификацию рыночных отношений в якобы тотально планируемом советском хозяйстве — от «красного» рынка к «черному». Это бюрократические издержки нашего Госпланирования. «Система планирования в СССР построена во многом на принципе «силовой игры», объяснял им профессор. По всей вертикали, начиная с Госплана и кончая рабочим местом, идет борьба между управляющими и управляемыми за назначение плана. Управляемые пытаются получить как можно меньший план выпуска продукции, и как можно больше включить в план затрат. Оставляя у себя резерв для перевыполнения плана или обмена.

Искусство участников советской экономической системы как раз и заключалось в том, чтобы обменять имеющиеся у них резервные излишки на недостающие. К примеру, звонит начальник отдела снабжения данного завода своему знакомому начальнику отдела снабжения другого завода и спрашивает его:

- «Иван Петрович, нет ли у тебя такого профиля металла тонн этак 10?»

На что Иван Петрович отвечает:

- «Дорогой Евсей Абрамович, конечно, для тебя найдется. Но что дашь мне взамен? Есть ли у тебя, скажем, подшипники такого диаметра?»

В ответ следует:

- «У меня их нет, но я попытаюсь узнать у Виктора Иосифовича и перезвоню тебе».

Это перераспределение осуществляется по подобию рыночного механизма. И ведь нашим производственникам пришлось признать правоту профессора Каценелинбойгена. У меня он в эмиграцию точно не уедет, а продолжит научные изыскания.

Из-за недостоверной информации и перекосов в планировании появился такой широко известный, но не афишируемый подкласс «толкачей». То есть «полутеневых» агентов по снабжению. Толкачи были призваны обеспечивать и ускорять поставки на предприятия материалов, сырья, комплектующих. Толкачи были одним из важнейших элементов неформальных хозяйственных связей в сфере распределения и товарного обмена. Их деятельность позволяла поддерживать относительную устойчивость общественного производства в условиях дефицита материальных ресурсов. Одновременно деятельность толкачей способствовала мнимой устойчивости советской экономической системы, избегая ее реформирования. То есть они как масло смазывали детали трущихся механизмов, не давая им перегреться и сломаться.

К концу 1970-х годов к деятельности толкачей были причастны десятки тысяч человек. Так, по результатам проверки на 33 предприятиях, проведенной в 1976–1977 годах Комитетом народного контроля СМ СССР, выяснилось, что на эти производства тогда приезжали более 204 тысяч человек, причем 70% из них направлялись по вопросам отгрузки сырья, материалов, запасных частей, комплектующих и готовой продукции. За шесть месяцев Горьковский автомобильный завод посетили 34,6 тысячи человек.

И что еще более интересно. В итоге ошибок правительства и создания дефицита у нас появились многочисленные различного типа нелегальные рынки: к «коричневым» рынкам относились рынки легальных, но дефицитных товаров, которые трудно было приобрести по государственным ценам: одежда, ковры, импортная мебель, холодильники, легковые автомобили, стройматериалы. Те граждане, кто не хотел стоять в очереди, могли приобрести такие товары по «завышенной цене» у тех, кто имел к ним доступ без очереди. К настоящему «черному» рынку относились в основном товары и услуги криминального свойства. Например, наркотики и валюта. Но в СССР к ним внезапно попали и товары, нелегально произведенные на государственных предприятиях. Действующая в СССР система планирования позволяла предприятиям накапливать резервы, которые могли быть использованы как в целях выполнения плана, так и для производства продукции. Эта продукция в конечном счете, шла потребителям — правда, деньги за нее получали руководители и работники предприятия.

Доля теневого сектора советской экономики к исходу 1970-х годов составляла 30% ВВП, в нем было занято 18–20% всей рабочей силы, а уровень доходов в 8–10 раз превышал средний доход по стране. Легальная, но скрытая от государства экономика, заключающаяся в работе на частных участках, занимала около 10% рабочего времени в экономике СССР. К концу 70-х годов 30% всех доходов населения были получены за счет теневой экономики. Вспомните сантехника, что брал трешку за «халтуру», или «бомбил», что приторговывали по ночам водкой или везли клиентов в шалманы.

Нелегальный рынок здорово повлиял на паление морали и переформатирование советского общества. «Левачество» в глазах обычного гражданина стало чем-то не порицаемым. Заурядным явлением. «Ты мне – я тебе!» Вот что значит искажение статистики, неправильное планирование или применение экономических методов. И что нам придется менять на корню. Благо компьютерщики, наконец, смогли договориться между собой, уняли амбиции, и вскоре Вычислительный центр Госплана заработает в рабочем режиме. Сказывают, что ребятам удалось то, о чем в мире только мечтают. Посмотрим!

Информация к размышлению:

6 июля 1945 года американские спецслужбы приступили к реализации плана операции Overcast по вербовке и вывозу из Германии ученых. Военное командование США опасалось, что передовые разработки нацистов могут попасть в СССР. Секретная операция была разработана Управлением стратегических служб и утверждена Объединенным комитетом начальников штабов. Доставкой немецких специалистов в США занималось Объединенное управление планирования разведывательной деятельности.

Охоту за научными разработками Германии американская разведка начала еще до окончания Второй мировой войны. В ноябре 1944 года CCS создал Комитет промышленно-технической разведки с целью поиска в Третьем рейхе технологий, «полезных для послевоенной американской экономики». Спецотдел разведки ВВС по сбору и анализу авиатехнической информации составил список немецких самолетов, которые требовалось захватить. Мобильные вооруженные подразделения, включавшие пилотов и техников, разыскивали и эвакуировали технику, персонал, архивы. Изначально в ходе проведения операции Overcast предполагалось вывезти в США около 350 специалистов.

Позднее, однако, список расширили: сегодня известно о примерно 1500 немецких и австрийских ученых и техниках, переброшенных через Атлантику. Им оформили гражданство США. Мнения офицеров CCS по поводу целесообразности сотрудничества с исследователями-нацистами разнились. Одни, побывавшие в освобожденных концлагерях и своими глазами видевшие результаты зверств, требовали привлечь ученых к Нюрнбергскому процессу. Другие полагали, что немцы представляют собой незаменимый персонал. За фильтрацию лиц, находившихся на службе у Третьего рейха, выступал еще президент Франклин Рузвельт. С его смертью фракция сторонников сотрудничества с немцами усилила свои позиции. Попав в США, эти ученые осуществляли исследования в области химического оружия, использования психотропных веществ во время пыток и освоения космоса.

Еще во время проведения американскими спецслужбами операции «Алсос» по оперативному сбору информации о тайном немецком ядерном проекте США заручились согласием на сотрудничество ведущих ядерщиков Германии. Так, руководитель немецкой ядерной программы накануне Второй мировой войны Вернер Гейзенберг поддержал скорейшее создание ядерной бомбы в США. Американская разведка описывала его как «более ценного для нас, чем десять дивизий вермахта».

Центральной фигурой во всем проекте являлся Вернер Магнус фон Браун — член нацистской партии с 1937 года и обладатель звания штурмбаннфюрер СС, известный сегодня как отец космической программы США. Во время войны он трудился над созданием баллистической ракеты дальнего действия «Фау-2», что представляло особый интерес для американцев. Фон Браун считался блестящим организатором, весьма ценимым нацистской верхушкой. Так, титул профессора руководитель немецкой ракетной программы получил лично от Адольфа Гитлера. Весной 1945-го фон Браун вместе с другими учеными скрывался под охраной эсэсовцев в Баварских Альпах. Сопровождавшие имели тайный приказ ликвидировать ракетчиков при угрозе их попадания в плен. Ученым удалось перехитрить офицеров СС и сдаться американцам. 2 мая сам конструктор, его брат и еще несколько немецких специалистов добровольно вышли к союзникам. На ломаном английском они первым делом предупредили солдат, что среди них находится изобретатель «Фау-2».

«Мы знаем, что мы создали новое средство ведения войны, и теперь моральный выбор — какой нации, какому победившему народу мы хотим доверить наше детище, — стоит перед нами острее, чем когда-либо прежде», — заявил Вернер фон Браун.

Глава 8. 21 марта 1968 года. Москва. Старая площадь. Острый разговор

Я ожидал этого, но не так скоро.

- Мы все в последнее время замечаем, что товарищ Брежнев перестал советоваться с соратниками. Вот и сейчас его предложения к Пленуму не согласованы с Секретариатом. На наш взгляд сырые и преждевременные. Разве можно такое выносить на Центральный комитет, товарищи?

Вот как! Как забрезжили глобальные перестановки, так сразу появились защитнички. И ничего ведь не боятся! Уверены в собственной безнаказанности. Потому что ответственные товарищи за них обязательно вступятся. Заведующий Отделом пропаганды и агитации ЦК КПСС Степаков из Шелепинских, потому в нем так гонора много. И заместителем у него в моей истории был небезызвестный Яковлев. Да тот самый «Прораб Перестройки». В восьмидесятые он данный отдел и возглавит. Вот почему я так рьяно зачистил наследие «Железного Шурика». Весь отдел ЦК по сути необходимо расформировать. Он плодит предателей дела коммунизма.

- Можно также обратить внимание на тот факт, что Генеральный секретарь не прислушивается к мнению заслуженных кадров. А так поступать нельзя, - еще один пропагандист, Михаил Зимянин, редактор газеты «Правда» пытается топить меня. – Центральный комитет коллегиален, товарищ Генеральный секретарь. Так было задумано самим Владимиром Ильичом Лениным. Нам важно общее мнение.

Этот записной пропагандист меня заметно удивил. Я думал, что удар пойдет из кадров. Это там постоянно плетется паутина слухов. Это там центра заговоров. Кого же при себе пригрел Суслов? Демичев опустил взгляд " долу", на поверку секретарь оказался слабоват. Ничего, будем менять. Зато вон как у Фурцевой глазки заблестели, рвется в бой баба! Свалят Брежнева и ей не жить. Меня буквально прожигают взгляды ряда секретарей ЦК. Акела промахнулся! Остается лишь внутренне усмехнуться.

Сегодня у нас расширенная коллегия. Очень расширенная. Вот этим обстоятельством заговорщики и воспользовались. На самом деле я эту стаю шакалов совершенно не боюсь. Хотя несколько удивлен сплоченностью выступления. Потому что кучу часов накануне потратил на телефонные разговоры. Их претензии в мою сторону на пленуме не пройдут. У нас там будут более глобальные разговоры, важные для СССР: инновационная экономика, строительство, кадры.

Люди с мест желают конкретного дела, а не пустопорожних разговоров в ЦК. И они видят, что перемены идут. Секретари обкомов РСФСР полностью за меня. Они заметили, кто именно перераспределил ресурсы Союза. Они только начинают жить по-человечески. Разве что южные регионы несколько фрондируют в общей массе. Кубань, Ставрополь, автономии. Южное кумовство и горский национализм — это следующий адрес зачистки. А республики тем более за меня. Латвия слезно просится обратно к нам из Косыгинской вакханалии. Литва желает категорически работать и дальше с Белоруссией. Машеров в фаворе, а хитрые литовцы это в первую очередь замечают. Украина в ежовой рукавице, но с пряником в зубах. Что же и данные деятели не хотят меняться соответственно веяниям времени? Как я пришел в этот мир, так тут на Старой площади ничего не поменялось.

Отдел пропаганды был одним из более чем 20 отделов аппарата ЦК КПСС. Он входил в неофициальный блок идеологических отделов, который кроме него составляли отдел культуры и отдел науки, вузов и средней школы. Отдел пропаганды, насчитывающий в своих рядах порядка 120 ответственных и технических сотрудников, считался в аппарате «вторым» отделом по значимости – после отдела организационно‑партийной работы. Но за Орготдел я был спокоен, там незыблемой глыбой сидел Черненко.

Во главе отдела находился заведующий. Это был партийный бюрократ высокого ранга, имевший возможность прямого общения не только с курировавшим его секретарем ЦК или членом Политбюро, но и с их коллегами. Его ближайший аппарат составляли несколько заместителей заведующего, один из которых официально считался «первым» и замещал заведующего в случае его отлучки. Каждый заместитель курировал несколько секторов, связанных, как правило, близкой тематикой.

«Белую кость» отдела представляла собой «группа консультантов» во главе с заведующим. Официально на её сотрудников был возложен анализ ситуации в конкретных сферах, в которых консультанты были специалистами. Свой анализ и предложения они должны были подавать вышестоящему руководству в виде обобщающих «записок». Так именовался особый жанр аналитических документов. Именно поэтому на должности консультантов попадали ученые с кандидатскими и нередко докторскими степенями и опытные журналисты.

Однако на практике большая часть деятельности консультантов сводилась к писанию различных докладов для «первых лиц» – членов и кандидатов в члены Политбюро, секретарей ЦК и заведующих отделами. Написание длинных, многочасовых докладов для руководства вообще было одной из главных обязанностей аппарата ЦК. Например, в свое время Михаил Суслов являлся одним из наиболее крупных «заказчиком» подобных материалов. Это к уровню понимания политической обстановки в стране.

Самыми важными секторами отдела считались два, курировавших идеологическую работу в Российской Федерации и в остальных республиках СССР соответственно. Они так и назывались – «по РСФСР» и «по союзным республикам». В первую очередь они контролировали секретарей по идеологии региональных партийных органов и подчиняющихся им заведующих отделами пропаганды. И это крайне важно помнить. Параллельная структура партии, мне не подчиненная напрямую. Вторым по значимости в отделе был блок секторов, курировавших медиа сферу и издательства.

Вместе с тем они относительно мало вмешивались в деятельность партийных СМИ: журналов «Коммунист», «Агитатор», «Партийное самообразование», газет «Правда», «Советская Россия», «Социалистическая индустрия», поскольку их главные редакторы несли персональную ответственность перед секретариатом ЦК КПСС. По той же причине сектор телевидения и радио имел относительно малое влияние на вещательную политику Гостелерадио СССР. Например, его глава с 1970 года Сергей Лапин был в числе личных друзей Брежнева и исполнял только его указания. Третий блок секторов занимался разными формами прямой пропагандистской работы.

Наконец, квинтэссенцией пропагандистских секторов являлся сектор «партийной пропаганды» под началом единственной за 30 лет женщины, находившейся на руководящей работе в отделе – Валентины Байковой. Он занимался уже пропагандой среди членов партии. Для этого сектор курировал систему домов политпросвещения, а также, по-видимому, кабинеты партучебы и прочие «парткабинеты», существовавшие при райкомах и представлявшие собой на практике небольшие библиотеки.

То есть мне на самом деле противостоит довольно обширная организация. С развитой внутренней структурой и отчасти независимая. Привыкшая действовать не официозно. Я так до сих пор до конца и не разобрался в характере функционирования ЦК. Да мало кто, что в этой конторе на самом деле понимал. В целом ЦК КПСС был организацией, предпочитавшей вербальные формы коммуникации и очень неохотно фиксировавшей свою «внутреннюю кухню» на каких-либо письменных носителях, тем более имеющих характер официальных документов. Достаточно сказать, что из ЦК КПСС в курируемые ею организации никогда не поступало никаких официальных бумаг, за исключением общих решений Политбюро ЦК КПСС и Совета Министров СССР. В редких случаях руководителю организации для ознакомления могло быть послано – с фельдкурьером.

На деле присутствовали: телефонные разговоры, различные формы совещаний и консультаций, которые, как правило, не фиксировались официально, но следы их можно найти в рабочих записных книжках сотрудников аппарата и других приглашенных на эти мероприятия лиц. Рабочий секретарь ЦК КПСС по идеологии в письменной, накладывая резолюции на документы или устной форме, передавал распоряжения заведующему отделом, а тот спускал их ниже – своим заместителям, передававшим его ниже по цепочке заведующим секторами, а те – инструкторам. Другой способ руководства Отделом был через помощников, которые могли позвонить лично нужному им в данный момент сотруднику аппарата с официальной, полуофициальной или совсем неофициальной просьбой, или вопросом.

.

Очень важным фактом было то, что одним из способов распространения влияния и получения обратной информации являлись всевозможные совещания. Участниками совещаний обычно были люди из обкомов и республиканских комитетов партии, партийных научных и образовательных учреждений, припартийных научных учреждений. Таких, как ИМРД, ИНИОН, ИМЭМО, ИЭМСС, Институт США и Канады и другие страноведческие институты, академических институтов и ведомственных НИИ, вузов, в первую очередь МГУ, редакций, как партийных, так и прочих изданий, творческих союзов и тому подобных псевдообщественных организаций.

Круг людей, принимавших участие в таких совещаниях, мог быть достаточно широк. Он охватывал значительную часть той интеллигенции, которая напрямую коммуницировала с представителями аппарата, вполне искренне считала себя сторонниками существующей модели власти и, более того, тайно или открыто гордилась причастностью к ней. Как вам такое? Диссида занимала в советском обществе крайне малую долю процента, зато сколько гонора было! Общество в целом отличалось конформизмом. Но шум в информационном поле создавали другие. Особенно отметилась сим наша богема. Партократы, кстати, на них внимание обращали, не зря многие видные советские деятели гордились контактами с известными артистами и певцами. Как бы показывая всем созвучность и понимание. Это вообще нормально, работать в аппарате с фигой в кармане?

Фронтального противостояния партаппарата и интеллигенции на самом деле не было. Это выдумка более поздних времен для собственного самооправдания. Между ними существовала довольно широкая прослойка, обеспечивающая конвергенцию обеих социальных групп. Люди, которые принадлежали к творческой и научной интеллигенции и имели несомненные заслуги на этой ниве, одновременно вполне активно и нередко искренне сотрудничали с партийным аппаратом. Советской культуре, кстати, шло только на пользу.

Между тем поглядываю на сидящих за столом членов Политбюро. Щербицкий явно рвется что-то ответить, делаю ему незаметный жест. Мол, обожди! Все знают, что он моя креатура. Подгорный и Полянский поглядывают с откровенным злорадством, отчего-то считая, что сейчас происходит аналог октября 1964 года. Косыгин битая оппозиционная утка, но после похорон Хрущева молчит, как проштрафившийся партизан. В принципе его связей хватит, чтобы узнать, что Никита умер не своей смертью. Питерец в курсе, что меня трогать чревато, и на дурака непохож. Он хочет тихо дожить на теплой должности. И она у меня для него имеется. Я не разбрасываюсь кадрами. Больше всего меня не обрадовал Кириленко. Если ты так боишься партийных склок, то какого рожна лезешь на роль Второго? Вот Воронов, Устинов, Гришин и Ефремов посматривают на Цэковских взглядами голодных волкодавов. Откровенно считают тех дармоедами. Но в пекло первыми полезли настоящие партизаны.

Машеров качнулся вперед, удобней пристраивая свои несоразмерно длинные руки, выдающие крестьянскую закваску:

-Товарищи ничего не путают? Это когда Генеральный секретарь отказывался от разговора? Я что-то не припомню такого. Мы с ним раз в неделю, но разговариваем. И спорим частенько. И не раз он соглашался с моими доводами и менял решения.

Мазуров тут же поддерживает земляка:

- Да, хотелось бы конкретики. Товарищ Зимянин? Что вы имели в виду?

Тот растерянно хлопает ресницами:

- Ну…

- Баранки гну! Если вы пришли сюда с обвинениями, то должны их немедленно предъявить их партии!

Мазуров груб, но его можно понять. Экономическая реформа вытягивает из него все силы и энергию. Ему в отличие от секретарей трепачеством заниматься некогда.

Зав отделом Степаков не спешит сдаваться, он осознал, что встал у расстрельного рва и отчаянно заявляет:

- У меня есть письма с мест, товарищи! Разве это не факты?

- Давайте их сюда, - Мазуров сноровисто распределяет листы среди остальных моих сторонников, даже Кириленко берет одно из писем. Демичев нервно протирает очки. Понимает, что сделал неверную ставку.

- И что это такое? – Фурцева рвется в свалку, как бешеная сучка. – Подобные бытовые вопросы разве Генеральный секретарь должен решать? Ему может непосредственно давать указания в каком месте сортиры ставить? К сведению уважаемого Владимира Ильича товарищ Брежнев регулярно проводит совещания и коллегии с лучшими управленцами Союза. Общается с людьми ежедневно. Вам перечислить их количество за последний месяц? Что вы имели в виду, когда обвинили его в том, что он не считается с коллегами?

На помощь Цэковским отчаянно бросается редактор главной партийной газеты:

- Но мы имеем в виду работу с Центральным комитетом. Ведь по Уставу партии именно он руководит партией.

- Товарищ Зимянин, - Воронов бьет словами хлестко, как хлыстом, - а вас не удивляет, что работа аппарата ЦК выстроена в несколько ином ключе, а по факту обязанностей у товарища Брежнева намного больше, чем предусмотрено уставом. Так сложилось исторически. И ему есть чем заняться, а не вниканием во все ваши мелкие рабочие вопросы. Если у аппарата ЦК имеются претензии, то будьте добры, подавайте их установленным уставом партии порядком. Почему я или товарищ Устинов регулярно встречаемся с Генеральным секретарем по разного рода вопросам, то вы этого сделать почему-то не можете? Если так, то меняйте стиль работы.

Степаков, получив неожиданно жесткий отпор, весь пошел пятнами. Контратака его оппонентов в расширенном Политбюро вышла больно напористой. Но и в самом деле: эти недоумки сморозили полную чушь! Или у них имелось желание показать свои скрытые возможности? Спасибо, показали. Теперь понятно, откуда ветер дует. И почему некоторые документы застревают на этапе согласования. Пленум скоро, будет время переговорить о перестановках в отделах. Участникам пленума это не покажется странным. Союз меняется прямо на их глазах и в лучшую сторону. Новые кадры умнее, профессиональней. Им нет причин мне не доверять. Потому в отличие от этих аппаратчиков обычным первым секретарям не так сложно выйти прямиком на меня. Хотя чаще всего их вопросы решают без моего участия. Для этого есть АП и Совмин.

Но спасибо за участие. Мне, собственно, внутри души смешно. Всесильный внеконституционный орган власти не кажется уже таким страшным. Они так привыкли повелевать бумажками, что оторвались от суровой реальности.

- Товарищ Воронов поставил запрос правильно. У нас в последнее время все чаще возникает вопрос о результативности деятельности Центрального комитета. Особенно это касается двух отделов. Возглавляемый товарищем Степаковым отдел пропаганды и агитации и отдел ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран под руководством товарища Пономарева крайне слабо показали себя в последнее время. У руководства партии накопилось довольно много вопросов по этому поводу.

Диван стремительно развернулся, и я буквально ощущаю, как за моей спиной «смыкаются ряды соратников». Сейчас идет пятами уже Пономарев. Честно говоря, проблема отдела в наследстве Коминтерна, Суслова и Андропова. После венгерского мятежа международный отдел разделили. Был отдельно, что занимался коммунистическими партиями капиталистических стран, и второй, что возглавил «Ювелир». Честно говоря, когда я ставил на это места Пономарева, то считал, что тот, как опытный дипломат разрулит ситуацию. Но не справился. Власти не хватило, а аппарат попросту не умел работать. Но тут и моя вина. Надо кого-то ставить на ЦК. Кириленко тоже не тянет. Воронов? Тот, как будто услышал меня:

- Правильно! Одно дело проводить совещания, а другое – работать с партиями. Вон что творится в Чехословакии! Товарищу Брежневу пришлось самому вмешиваться.

- А что в это время делал аппарат отдела?

- В Польше неладно, где работа Центрального комитета?

Секретари внезапно осознали, что отнюдь не всесильны, и вжали головы. Может, кто-то бы и вступился за них, но под таким крепким напором желающих нема.

Я вспоминаю последнюю беседу с представителями компартии Чехословакии. Кадровые перемены, на которых я настоял, а также прямое вмешательство Советского Союза уже помогла купировать часть проблем. Наконец-то после увесистого пинка с намеком на жесткие последствия зашевелились чехословацкие спецслужбы. Я сделал еще хитрее, на помощь чехам в Прагу перебросили словаков, которым эта Пражская буча на фиг не сдалась. Им неформально помогали специалисты из Штази. Улицы патрулировали отряды Рабочей милиции, которым за это неплохо платили. Ну, и мозги работягам вдобавок промыли на закрытых лекциях. Хотя показ правдивой информации с нужной точки зрения можно назвать и иначе.

Но обычный трудовой народ впечатлился. Желающих помогать пригретым коммунистической властью либералам среди них не оказалось. Даже пришлось работяг сдерживать, чтобы не нарушать «социалистическую законность». Западные СМИ ожидаемо начали вой про репрессии. Но фронда неожиданно резко притихла. Одно дело ругать Советы и своих дубоголовых, но своих. Совсем другое – получить по морде от работяги и еще штраф или срок. Я, честно сказать, выдохнул. Основная опасность миновала. Пражской весны не будет.

Осталось пережить молодежный натиск, потому что, несмотря на мои советы, де Голль никак не работал со студенческой молодежью. Оттуда полыхнет дальше. Тито, наоборот, нанес превентивный удар и арестовал потенциальных бузотеров, но основную массу радикальной молодежи загреб в армию на сборы резервистов. Скатают в Сирию и образумятся. Огромная ошибка партии: мы не показываем нашему народу, как живет основная масса трудящихся планеты. Даже в относительно развитых странах. Нет, лекции идут, но нужна конкретика. Так что поедут наши туристы и в Индию, Алжир, Мексику и на юг Италии. Пусть увидят культурную разницу. Не все же по Парижам шастать!

Еще запомнился крепкий молодой человек, что захотел переговорить со мной. Он был в составе молодежной организации, что приехала в Союз.

- Леонид Ильич, помните тот скандал, когда на советских студентов напали?

- Еще бы! Нам жутко это не понравилось

- Это были не наши студенты, а подосланные агенты. Мы их сами разоблачили. Мы после этого создали боевые дружины, и ваши студенты вернулись обратно. Правда, - представитель чехословацкого комсомола, «Československýsvazmládeže» Мариан Чалфа усмехнулся в усы, - с ними приехало несколько крепких ребят.

Я улыбаюсь, понимая его озабоченность.

- Не робейте. Это не агенты страшного КГБ, а представители движения «коммунаров». Они сами вызвались помочь нашим студентам.

В кабинете оживились. Как оказалось, в странах социалистического лагеря почти ничего не знают о переменах в Советском Союзе. Чалфа озабоченно произнес:

- Мы о них не слышали.

- Так поинтересуйтесь. Наши новые коммунары считают, что человек будущего общества должен быть развит всесторонне. Духовно, умственно и физически. Они не только много бегают и думают, но и изучают боевые единоборства. Чтобы дать в случае чего врагу отпор.

Мариан почесал подбородок:

- Некоторые хулиганы уже испытали это на себе. Зато нашим девушкам эти ребята нравятся.

Я заразительно смеюсь, молодые люди меня поддерживают. Атмосфера резко потеплела.

- Тогда сделаем с вами вот что. Вас сегодня с советскими коммунарами и познакомят. Если, конечно, пожелаете.

- Мы были бы очень рады.

- Но учтите, что они неформальны. То есть официальной организации у коммунаров не существует. Ячейки коммунаров появляются самостоятельно в учебных заведениях, предприятиях и даже в армии.

Чехи всерьез удивлены. А мне не хочется вспоминать, какой крови мне это стоило. И что курирует это движения подотдел АП «М». Но я считаю, что молодежь пора отправлять в свободное плавание. Пусть иногда их и будет заносить. Но без болезней нет роста. И меня откровенно радует, что молодежный обмен между странами социалистического содружества растет каждый месяц. Это оказалось интересно всем.

Огромная ошибка советского руководства состояла в том, что оно не работало в этом направлении. Понадеялись на братские партии и пустили дело на самотек. Когда я поддержал этот проект, то ужаснулся тому факту, что доселе не было никаких наработок. Пришлось начинать с нуля. Как ни странно, но в дело живо вписались комсомольцы. Кто-то ради карьеры или загранпоездок, но нашлось достаточно людей умных и живых.

Их и пинать не пришлось, поток идей иногда зашкаливал. Начали со студентов среди ведущих вузов страны, сейчас даже ездят обычные молодые рабочие. К нам и от нас. Зарубежные гости замечают наши проблемы, удивляются пустым полкам и незажиточности советского населения. Надо видеть глаза немецких или венгерских студентов, когда им заявляют, что наши проблемы отчасти из-за того, что мы помогаем всему миру. То есть, отрываем от своего стола. Показываем, что Интернационализм не пустой звук для советского человека. Зато их поражают масштабы нашего строительства и научных достижений.

Но кроме молодежи растет и туристический поток в Польшу, Венгрию, Югославию и Болгарию. Не обходится без трений с некоторыми службами вроде таможни, но опыт взаимного общения уже сказывается на экономических связях. Ведь в отпуск за рубеж в первую очередь поехали директора и заведующие. А их нетерпеливо ждали кураторы с той стороны. Показывали свои предприятия, принимали с впечатляющим шиком. Я посоветовал закрыть глаза на некоторые прегрешения, если они не перекрывают «норму». В тетрадочку, конечно, записать. Но все мы люди.

Зато косяком пошли прямые договоры на поставку продукции и совместного сотрудничества. Личные связи всегда важны! Официальные организации уже были наготове, и подписание договоренностей не задерживалось. Накачивались каналы кредитных «переводных рублей», увеличился масштаб грузопотоков. Такой вот взаимообогащающий опыт получается. Безо всяких отделов ЦК. Сейчас никакой местечковый князёк в СЭВ не сможет одним махом отказаться о сотрудничества с нами. Его не поддержат ни промышленники, ни крестьяне. Им также выгодней работать напрямую. Даже строптивого Чаушеску понемногу загоняют в стойло. Есть мнение, что от него вскоре избавятся. Но там уже работает охранка Тито. Ему это сделать проще.

Воронов рубит дальше:

- Считаю, что вопрос о замене секретарей надо вынести на голосование.

Устинов поддерживает:

- И назначить комиссию по расследованию их деятельности.

Цэковские вовсе сникли. На такой исход они точно не рассчитывали. Это все-таки как надо быть далеко от действительности! Политбюро зашевелилось и в течение трех минут приняло решение.

Затем слово беру я:

- Геннадий Иванович, пока возьмите на себя международный отдел. Екатерина Алексеевна, вы - отдел пропаганды. Товарищ Демичев, подготовьте, пожалуйста, нужные документы.

У главного пропагандиста запотели очки, секретари позеленели. Их карьера окончена. Мазуров жестит дальше:

- Предлагаю создать комиссию для расследования действия означенных отделов.

Мягко поправляю:

- Для проверки. Но комиссия точно нужна. Товарищи Воронов и Фурцева ее как раз и возглавят, предлагаю туда еще товарища Соломенцева.

Глава КПК доволен. Его не забыли, а статус у него внушительный. Пусть он не так ретиво взялся за дело, помня судьбу Суслова, но работа постоянно идет, и его откровенно побаиваются.

- Ставим на голосование!

Воздержавшихся нет!

Информация к размышлению:

Из воспоминаний Ненашева:

Становление в аппарате ЦК КПСС, в отличие от Челябинского обкома, было мучительным. Размышляя над этим спустя 16 лет, вижу, что связано это было не просто с другим стилем работы, но и с совсем иными правилами взаимоотношений, другими, весьма строгими требованиями подчинения на всех должностных ступенях, от инструктора и до секретаря ЦК. Старая площадь и ее обитатели жили по своим особым законам и обычаям, известным только им и исполняемым безукоризненно.

За долгие годы монопольного положения партии в руководстве всеми сферами жизни общества был создан механизм аппарата, действующий на основе жесткой дисциплины и послушания отлаженно и почти без сбоев. В аппарате ЦК не принято было никоим образом выделять персонально деятельность того или иного работника, каждый был лишь маленькой частью, тем самым пресловутым винтиком большого механизма, результаты работы которого были обезличенными и считались коллективными.

Право на имя, на авторство имели преимущественно лишь секретари ЦК, хотя доклады, с которыми они выступали, статьи, публиковавшиеся от их имени в печати, были всегда результатом работы большого количества рядовых работников аппарата.

Не могу не признать, что работа в аппарате ЦК КПСС была хорошей школой укрощения гордыни, воспитания организованности, дисциплины, позволяла владеть анализом тех процессов, которые происходили в стране. Однако утраты были тоже немалые, ибо, с другой стороны, она лишала работника всякой самостоятельности, отучала от инициативы. Превыше всего в аппарате ЦК ценились послушание, исполнительность. Любые попытки каким-то образом выразить свое особое мнение или заявить о своей позиции в выступлениях перед аудиторией или в прессе встречали сначала неприятие, затем сопровождались осуждением, а закончиться могли отлучением от должности. Все эти варианты отношения к инакомыслию мне довелось испытать на собственном опыте.

Существовала лишь весьма небольшая группа работников аппарата, принадлежащих к элите, – это были помощники генерального секретаря, помощники секретарей, членов Политбюро – М. А. Суслова, А. П. Кириленко, – имеющих практически неограниченные права на интеллектуальную эксплуатацию любого из работников отделов, на использование творческой собственности, принадлежащей инструктору, консультанту, завсектором, заместителю или заведующему отделом. Время партийного правления Л. И. Брежнева, особенно в последние годы, с большим основанием можно именовать временем аппаратного всемогущества помощников. Думаю, это было неизбежно, ибо, чем инертнее и беспомощнее в интеллектуальном и физическом отношении оказывались хозяева, тем ретивее, смелее становилась челядь, особенно из числа особо приближенных к первым лицам.

Подобное положение неизбежно приводило к разделению работников на подмастерьев, подносчиков снарядов, и мастеров, имеющих право на окончательное формулирование и отработку материалов докладов, партийных решений. Уже через короткое время пребывания в аппарате ЦК КПСС становилось понятным, что здесь заранее и навсегда определено место каждого работника, и только в рамках отведенного ему пространства он мог двигаться, поворачиваться, иметь мнение, вносить предложения, не переступая установленные барьеры. Строго была установлена и иерархия партийной власти, подчинения и зависимости, оставаясь незыблемой многие годы. Только самые чрезвычайные обстоятельства или события, ставшие достоянием широкого общественного мнения, могли внести изменения в этот нерушимый порядок.

Приведу по этому поводу всего лишь один пример. Обычно деятельность секретарей ЦК КПСС, членов Политбюро с помощью их ближайшего окружения намеренно окутывалась непроницаемой завесой таинства и секретности, с обязательным выпячиванием на первый план особой значительности и влиятельности личности высокопоставленного партийного начальника. И только непредвиденные события вдруг открывали перед всеми очевидное, и становилось ясным, что за этой завесой порой просто ничего нет, что-король-то голый. Многим памятна та грандиозная конфузия, которая случилась с А. П. Кириленко, в свое время претендовавшим на роль второго лица в партии и даже пытавшимся в чем-то нарушить всесилие в ЦК КПСС М. А. Суслова. Случилась эта конфузия на XXVI съезде КПСС, в последний день его работы, когда, чтобы отличить лидеров партии и одновременно повысить значимость вносимых предложений по составу членов и кандидатов в члены ЦК КПСС, было предусмотрено, чтобы предложенный для голосования список членов ЦК КПСС зачитал М. А. Суслов, а кандидатов в члены ЦК КПСС – А. П. Кириленко. Чтение списка М. А. Сусловым прошло без особых трудностей. А вот когда к чтению списка кандидатов в члены ЦК с трибуны съезда приступил А. П. Кириленко, делегатам стало очевидно, что перед ними человек или просто не умеющий читать, или находящийся в последней стадии умственной и физической немощности. Все присутствующие на съезде не могли скрыть чувства стыда, когда он не смог правильно произнести, прочитать ни одной фамилии из списка, содержащего немногим более ста человек. Предположения о давнем и глубоком склерозе А. П. Кириленко оказались соответствующими действительности. И этот человек в таком состоянии, будучи на вершине партийной власти, располагал высочайшим правом «казнить и миловать». И только после этого он не сразу и с большим трудом был отправлен на пенсию.

Работа неделями и месяцами на дачах для подготовки докладов на международные совещания, пленумы ЦК, торжественные собрания… была, как всякая обезличенная работа, малопроизводительна, неэффективна и в творческом отношении непродуктивна. К тому же нередко параллельно над одним и тем же материалом для доклада работали две-три группы, а завершала работу уже четвертая, в результате все, что готовилось группами на первом этапе, часто оказывалось вообще неприемлемым, особенно если авторами предлагались новые идеи или непривычные подходы.

Такой непроизводительный подход в организации работы неизбежно приводил к тому, что большинство работников аппарата ЦК КПСС были заняты преимущественно подготовкой различных бумаг. Все сотрудники отделов непрерывно что-то писали. Возможность и право анализировать процессы, происходящие непосредственно в жизни – в республиках, областях и районах, – имели лишь отдельные работники, их было немного, чаще всего лишь из числа отделов организационно-партийной работы, отраслевых отделов. И даже в этом случае это были весьма немногие из тех, кто не был занят подготовкой справок, проектов решений, докладов, выступлений в печати. Отрыв от реальной жизни, бесконечная и огромная по объемам бумажная работа неизбежно вели к тому, что отдельные из наиболее способных работников, усвоив азы аппаратной деятельности и уяснив ее существо, уходили на самостоятельную работу. Другая же часть из тех, кто по тем или другим причинам задерживался, постепенно привыкала к этому хорошо отлаженному механизму аппаратной работы, где можно было приспособиться: не отвечать за конечные результаты, не проявлять особой ретивости, не брать на себя слишком много, а ровно столько, чтобы исполнять только то, что поручено. Не высовываться – так, может быть, грубовато, но справедливо говорили в то время в аппарате ЦК КПСС, советуя жить с минимальными потерями, затратами нервной энергии, не слишком насилуя свой интеллект

Глава 9. 28 марта 1968 года. Москва. Кремль. Пленум ЦК КПСС. Жить стало лучше, жить стало веселей!

Я не побоялся повторить эту сталинскую фразу на очередном пленуме ЦК, которая изначально звучала так: Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее. А когда весело живется, работа спорится… Если бы у нас жилось плохо, неприглядно, невесело, то никакого стахановского движения не было бы у нас».

И мою интерпретацию встретили овациями. Нет, в Колонном зале не сидели сталинисты или почитатели твёрдой руки. Центральный комитет за несколько лет был достаточно обновлен на свежих людей иной формации. Просто эта фраза стала рефреном наших решений. Я не раз повторял, что советский народ должен с каждым годом жить лучше предыдущего. И если партия с этим не справляется, то она также должна меняться.

Партноменклатура меня правильно поняла: или ты работаешь и показываешь результаты, или уходи сам. Потому что карать буду строго. Но что самое интересное, в этой прослойке сидели отнюдь не дураки. Работать они умели, если представляли близкую перспективу и понятный им алгоритм действий. Вот этим я и был плотно занят все прошедшие два года. Так что есть разительная разница между мартом шестьдесят шестого и нынешним. Работа с членами ЦК была проведена преогромная, и в этот раз не только мной. В итоге делегаты пленума приехали подготовленные и с конкретными предложениями. Три дня говорили. На пленуме и в кулуарах. Я не уезжал из Москвы на дачу, сидел в гостиничных номерах, ресторанах, буфетах театров. Разговаривал, убеждал, запугивал.

Но самое важное мы в итоге приняли: Решение об экономической инновационной реформе и ускорения научно-технического развития страны, начале подготовки к реформе партии. Осенью ее примем на следующем пленуме и вынесем на съезд. Который пройдет не в 1969 году, а в начале 1970-го. Текущая экспериментальная трехлетка плавно перетечёт в четырехлетку, а потом мы вернемся к нормальным пятилеткам. Осенью же я объявлю в кулуарах, что на съезде заявлю о своем решении работать только до 1975 года. И начнется операция «Преемник». Кто? Это будет решать не Политбюро, а партия. Так что кулуарно подвинуть меня не получится. Каждый кандидат будет осмотрен публично. Зато с таким доверием ему будет легче работать. А я буду приглядывать. Насколько получится.

Одергиваю себя. Ишь размечтался! До 1975 года еще дожить надо! Разобраться с аппаратом ЦК, легализовать Экономические районы, что принизят роль союзных республик, выдвинуть вперед Советы, запустить в полный ход цифровизацию всей страны, построить основы высокотехнологичной индустрии. Да много чего предстоит совершить. Но глаза боятся, руки делают!

Вот и сейчас иду по оживленному коридору Дворца съездов в буфет. Нет, я не ловлю дешевый популизм, просто общение с участниками пленума необходимо. Все уже привыкли, что я не удаляюсь в свой кабинет, а постоянно где-то рядом. Можно подойти, проинформировать или попросить. Не борзеть, но по делу. Иду, здороваюсь, приветствую, улыбаюсь. Пусть все видят, что Генеральный всегда близко. Он не небожитель, а с народом! Вот мне и в очереди уже не уступают. Приучены. А мне, куда торопиться, поговорю с людьми.

- Леонид Ильич, когда к нам заскочите?

Впереди стоит первый секретарь обкома Целиноградской области Казахской ССР Николай Ефимович Кручина. Мне, то есть тому Ильич он хорошо знаком. Это его выкинут из квартиры в том девяносто первом агенты западных спецслужб. Кручина тогда дослужится до управляющего делами ЦК КПСС. Человек деловой, мне он в Москве потребен. Пусть доработает до съезда и найду ему местечко.

- Обязательно после посевной заеду к вам. Давно хотел посетить Целину. Как у вас там дела?

- Вот познакомьтесь, - Кручина указывает на сухощавого человека с военной выправкой. – Иван Трапезников. Это он придумал создать республиканский отряд комбайнёров. У него есть интересное предложение.

- Давайте, слушаю.

Рядом со мной возникает молодой помощник из отдела «Ай-Ти» с микрофоном. Народ уже привык к записи и не шарахается. Наоборот, им лестно, что их мысли и идеи записываются.

Трапезников оказался бывшим военным, танкист. В свете грядущих сокращений и проблем со здоровьем этот не старый еще человек решил поехать на целину. Он мог своими руками починить любую технику, умел водить грузовики, трактора, комбайны. И конечно же, такого специалиста вскоре заметили. И в итоге бывший военный стал руководителем мехстанции в одном из целинных совхозов, частенько бывал в райкоме и обкоме. Идея была неновой и простой.

- Наша страна большая, и уборка урожая идет в разное время. Где-то в июле начинают, а где-то на востоке и в сентябре. Это даже у нас, а что в России-матушке? Мы в Казахстане при поддержке ЦК организовали свой Республиканский отряд. Технику приобретаем в складчину.

- Так, подождите, а что Сельхозбанк? Неужели не помогает?

Кручина задумался:

- Мы покуда этот вопрос до такой степени не прорабатывали. Отряд пока небольшой. И надо на уровне республики решать.

- Но мы уже показали свою эффективность. У нас договора с мехколоннами, военными, железной дорогой. Нам много где дают зеленый свет. Вот я и думаю, что надо бы развернуть наш опыт на весь Союз.

А ведь было подобное у нас! Как я упустил из виду? Зерновые культуры созревают в разное время в разных регионах, поэтому для эффективной уборки комбайны нужно перемещать туда, где они были наиболее востребованы в данный момент. Оптимизировать «битву за урожай»! И надо делать все по уму, централизованно.

- Отличная идея! Только это следует провести на уровне Минсельхоза. И обязательно привлечь Сельхозбанк. Зачем покупать за свой счет, когда можно использовать лизинг?

- А это что такое, Леонид Ильич?

- Если коротко, то долгосрочная аренда с последующим выкупом.

- Понимаю, - бывший танкист - человек деловой и схватывает на лету. – То есть пользоваться уже можно, а после выкупа техника будет полностью наша?

- Правильно понимаете. Только вот такие отряды не должны подменять основные фонды предприятий. Поэтому надо хорошенько все подсчитать. Сделаем так: я в начале лета к вам приеду с уже готовыми выкладками и техникой. А вы пока готовьте людей.

- Договорились.

Ну вот и прекрасно! И люди довольны, и новая наработка появилась. Сельское хозяйство - место проклятое, если к нему неправильно подходить. Капиталов туда вложено было при Союзе невероятно много. Впрочем, не забудем, что в Западной Европе сельское хозяйство зачастую дотировалось. До 1992 года затраты на сельское хозяйство представляли собой 49 % бюджета Евросообщества. Средства шли через Единую сельскохозяйственную политику, Common Agricultural Policy, принятую в 1957 году систему развития сельского хозяйства в Европе.Только крупные агрохолдинги способны приносить стабильную прибыль. В Европейском сообществе в 1960 появляется план Сикко Мансхольта, Европейского комиссара по сельскому хозяйству, цель которого заключалась в уничтожении маленьких фермерских хозяйств, и консолидация фермеров в большую, более эффективную промышленность.

Нам же пока приходится изыскивать все резервы, чтобы улучшить продовольственную обстановку в стране. Личные подворья разрешили использовать как можно шире. Помню, какой был скандал на Секретариате, где часть высшего руководства партии высказалась категорически против «культивирования кулачья». В чем-то я был с ними согласен. Крестьянин всегда желал быть собственником, что помогало ему оставаться крайне эффективным. Но я насмотрелся на «фермеров» из будущего. Жилы из себя и семьи вытянут, пашут без продыху и отпуска. Пока не упадут замертво. Это, что ли, достойная жизнь будущего? Можно много ругать совхозную реальность, но там следили за переработкой, платили отпускные и жилось легче.

Но действительность заставляет вносить коррективы на пути строительства Развитого социализма. Именно эту формулировку я стал использовать все чаще. Мол, социализм мы построили, будем развивать дальше. Поставим аграрный сектор на индустриально-научную основу и можно заняться рудиментами частнического отношения к труду. Потому отмашка дана не мешать. Например, Машеров заставил свои колхозы и совхозы давать крестьянам комбикорма, участки. Зато у него в прошлом году рекордная сдача мяса, и на колхозных рынках оно в свободной продаже. Сейчас неугомонный белорус ездит по Европе и собирает опыт в огромных свиноводческих хозяйствах. Белорусская свинина вскоре станет брендом!

Ну, а мы для сборки урожая привлекаем армию. Что не дело. Эта практика началась в 1956 году, когда в соответствии с постановлением Пленума ЦК КПСС «Об освоении целинных и залежных земель» от 2 марта 1954 года командование вооружённых сил приняло решение об оказании помощи труженикам села в уборке урожая. Ранее военнослужащих привлекали на колхозные поля лишь от случая к случаю, и это не было системным явлением. С 1956 года каждое новое постановление пленума ЦК КПСС всё шире вовлекало военных в решение проблем сельского хозяйства.

Масштабы участия военных в уборочной кампании были таковы, что Министерство обороны СССР ежегодно готовилось к ней, как к настоящей боевой операции. Так, в 1970 году Минобороны всего выделило для оказания помощи сельскому хозяйству 102 тысяч автомобилей и около 210 тысяч человек. Максимальная численность военнослужащих, участвовавших в уборочной кампании, достигала 250 тысяч человек. Подготовка разворачивалась весной, отправка эшелонов — летом, а в конце октября - начале ноября опергруппы начинали возвращаться в гарнизоны. Вся эпопея занимала до шести месяцев. Места работы опергрупп были разбросаны по огромным пространствам в четырёх союзных республиках: РСФСР, УССР, КазССР и УзССР. Уборка урожая начиналась на юге страны, а потом постепенно перемещалась на север и в Сибирь, поэтому за сезон опергруппа дважды — трижды меняла место работы.

Смысл призывать деревенского паренька в армию, если он там на поле в военной форме и работает? Пусть лучше трудится в «летучих отрядах».

Но вот подошла наша очередь. Я толкаю помощника вперед и шепчу ему:

- Бери сколько надо молодому организму. Я заплачу.

Уже научен, кошелек с мелочью всегда со мной. Мне бы и так в буфете дали, но дело. Как-то обронил во время поездок, что за любую работу надо платить звонким рублем. Иначе неуважение проявляю. Так что меня поняли правильно. Беру с раздачи свежий морс, овощной салат, рыбный суп и судака в сметанном соусе.

- Леонид Ильич, борщ сегодня вкусный!

- Спасибо, мои дорогие, но врачи прописали диету.

Кто-то огорченно роняет:

- Так, иногда ведь можно и нарушить.

- Нет, товарищи, - оборачиваюсь к стоящим неподалеку партийным делегатам, что развесили в любопытстве уши, - мое здоровье нынче государственное достояние! Так что не имею права нарушать. Что и вам советую. Следите за физической формой, посещайте врачей. Ибо болеть и уходить раньше времени мы не имеем права!

Задумались. В СССР инфаркт миокарда часто называли "болезнью директоров" или "болезнью руководителей». Вроде и врачи есть, а у первых лиц регионов доступ к ним проще, а все равно. Мрут как мухи. Хотя могли бы вылечиться. Я ведь не только Королева спас. Список намного больше. Так все равно почти всех чуть ли не под дулом пистолета пришлось загонять в клиники. В устав партии, что ли, внести? Нельзя умирать от инфаркта! Посмертно будем забирать партбилет.

Беру поднос и двигаюсь к «украинскому» столику. Вернее, там в удобном углу их два, сдвинутых вместе. «Во главе» восседает Щербицкий. Он или с меня пример берет, или у него собственные соображения, но сидит с народом. В последнее время мы несколько отдалились друг от друга. Да и понятно. Такая прорва проблем у человека. Но я в него верю.

- Найдется место, товарищи?

Секретари обкомов оживились и сдвинулись.

- Садитесь, Леонид Ильич, вы ж для нас всегда родным останетесь

Первым на Днепропетровск я посоветовал поставить типичного технократа Качаловского. В моем времени он дослужится до первого заместителя Председателя Совета Министров Украинской ССР. Не нужны нам в регионах идеологи. Можно сказать, что и обкомы не особо требуются. Но пока вертикаль власти держится на этом, убирать их не буду. Потому что ты сначала построй – а уж потом ломай. Горбачев то ли был полным идиотом, то ли ему так «подсказывали» точно. Но наломал он предостаточно. Дай бог к нулевым начали обратно сращивать. Хотя вспомним, кто у нас был в «прорабах» перестройки? Нетоварищ Яковлев, антисоветчик и русофоб. Сейчас он пашет двойным агентом. Согласился быстро, потому что тварь и трус.

- Благодарствую.

Начинаю с супа. Вот не могу первым салат кушать! Нужно сначала горячее и душистое в себя запихнуть. А супчик неплох! Не уха, но съедобно.

- Леонид Ильич, сегодня борщ отличный! У нас такой редко где в общепите готовят.

- Точно!

- Придется за борщом нынче в Москву ездить!

Мы смеемся. Атмосфера за столом «свойская». Со многими знаком по прошлому, с остальными беседовал перед пленумом. Я с каждой делегацией от республик встретился. Чтобы никого не обидеть, шел по алфавиту. Разве что исключение сделал Закавказской республике. Там две входящие в нее бывшие республики начинаются на букву «А». Не повезло, как водится Эстонии, но зато с ними дольше просидел. Разговор шел о промышленности. Тоже хотят себе предприятия электроники. Помню, у них отличные фотовспышки «Фил» делали.

- Свой кушайте! Буряк на Украине самый лучший.

- Так и есть, Леонид Ильич!

- А у меня диета. Так что спасибо, в другой раз у вас борщеца поем. На Украине, с пампушками!

- Всегда рады вас видеть.

Щербицкий помалкивает. Он нынче предельно осторожен. После националистического бунта и показательного поворота в сторону РСФСР на Украине крепко задумались. И что вы думаете, начали делать? Зажимать гайки. В Киеве и русскоязычном Востоке за два года исчезло огромное количество украинских школ, театров. Перестали печатать книги на украинском языке. По этому поводу с западной частью республики не раз случались конфликты. Ведь в план издательств авторы внесены, но они категорически против того, чтобы их печатали только на русском языке. Скажете перебор? А мне пока все равно. Я наблюдаю, что из этого выйдет. И сам помалкиваю, напрягая этим республиканский актив.

Ну а что вы хотели? После насильственной украинизации двадцатых и пятидесятых откат вышел довольно жестким. Не желал русский город селюковской мовы. Но с другой стороны, я не хочу политических дрязгов. Потому что больно много там всего намешано. Республика очень развита промышленно, сильнейшее в стране сельское хозяйство. Это обуславливает наличие колоссального количества внутриреспубликанских связей. И не все там поддерживают Генсека и линию ЦК КПУ. Мне об этом докладывают. Все-таки иметь свою спецслужбу полезно. Она работает гибче и целенаправленней. Насколько КГБ непрофессионально занимался с диссидой!

- Летом приеду. Буду смотреть, как дела идут на селе. Вон целинники предложили создавать межреспубликанские механизированные отряды.

- Чу! У нас уже есть.

- Масштабы не те, - а этот лысый с Херсонщины. Они живут за счет земли. – Приезжайте к нам, Леонид Ильич. Хвастаться не буду, но ждем рекордный урожай. Уже сейчас начинаем готовиться.

- Правильно. Ваш сосед свиноводческие комплексы хочет возводить, комбикорма ему понадобятся.

Намек понятен. Щербицкий кисло улыбается и вступает в разговор:

- Я к нему скоро заеду, посмотрю, что он там в Европах увидел.

- Езжай. С соседями надо дружить.

- И с румынами?

- И с ними тоже. Я вот что подумал, товарищи. У вас есть общая граница с родственными народами. Словаки, поляки. Надо начать развивать приграничные контакты и торговлю. Да и туризм. Внесите предложения, мы быстро их рассмотрим.

Те, кто в курсе, знают, что Львивщина всегда была одним из центров контрабанды. Я просто советую узаконить то, что уже имеется, и отобрать деньги у черного рынка. Щербицкий соображает быстро и кивает:

- В ближайшее время проведем совещание.

Народ также оживился. Пусть тут сидят в основном секретари восточных обкомов, но связи ведь у них есть. И поехать туристом хотя бы в Польшу все равно почетно. Ну а мне всякое лыко в строку. Вот из таких, казалось бы, мелочей и ткется прочная ткань будущего. Я улыбаюсь, улыбаются мне. Своей среди своих. Разве что слюнки у меня на их котлеты текут. Эх, Ильич, не мог раньше на диету сесть? Украинцы подначивают, когда уплетаю салат и рыбу. Но судак хорош, а свежие огурцы и помидоры внезапно вызывают вопросы. Откуда они в мартовской Москве? Достаю маленький блокнотик и чиркаю там запрос. Народ умолкает.

- Да не бойтесь, не ваши фамилии записываю, друзья. Умные мысли нужно оформлять сразу же.

Задумались. Качаловский соображает быстрее, нужно его наверх раньше двинуть.

- А что, необходимая вещица. Надо тоже себе завести карманный блокнот.

С ним соглашаются.

- Спасибо, Леонид Ильич, за науку. Вроде мелочь, а важная.

Зато наутро так приятно было читать новости в газете «Правда». Редактором там уже другой человек. Для укрепления редакции и с перспективой роста я туда командировал Сергея Аджубея. Да-да, того самого. В заговоре тестя он не участвовал, а беседу со мной выдержал с честью. Талант у него есть, вот его и проверим в деле. А ради карьеры Аджубей способен на многое. Он человек амбициозный, просто в то время не повезло. А я кадрами не разбрасываюсь!

«В Москве закончился Мартовский Пленум ЦК КПСС. Продолжалось обсуждение доклада тов. Л. И. Брежнева об экономической ситуации в стране. В прениях выступили товарищи 3. Н. Нуриев (первый секретарь Башкирского обкома КПСС), Д. А. Кунаев (первый секретарь ЦК К П Казахстана), В. В. Гришин (первый секретарь Московского горкома КПСС), П.М. Машеров - первый секретарь ЦК КПБ.

Пленум единодушно принял постановление одобрить Новую Экономическую Модель правительства Советского Союза. Пленум перевел из кандидатов в члены Политбюро товарищей Машерова и Устинова. Пленум избрал в кандидаты членов Политбюро товарища Первухина. Пленума вывел из состава Политбюро товарищей Подгорного, Полянского. Пленум освободил товарища Степакова от обязанностей секретаря ЦК КПСС»

Полная победа! Нет, вру, еще не полная, но номенклатуре и партаппарату поддеть меня стало невероятно сложно. Открыто выступить они уже не посмеют. Потому что за моей спиной сложилась целая банда из высших лиц государства. И слухи о репрессивном аппарате. Пока еще некоторым невдомек, что страна вокруг меняется. Они погружены в привычные им интриги и сплетни. На самом деле и это опасно, но уже не мне. Я много разговариваю и встречаюсь с различными слоями общества. С ними работать надо, а не читать сухие бумажки! Отдаляясь от народа, ты рискуешь оказаться в информационном мешке. Что вышло с нашим будущим правителем. Отсюда ошибки и «меня обманули». Ты правитель, и ты прежде всего ответственен за решения и собственное окружение. Так что подбирай людей тщательней и не жалей их. Мне был выгоден ранее Кириленко, но вижу, что от него нужно избавиться. Участь Косыгина также предрешена. К съезду их в Политбюро быть не должно.

Как, например, по воспоминаниям вел заседания покойный Суслов. Он обрывал любого, кто хоть на миллиметр отклонялся в сторону от темы: "Вы по существу докладывайте, товарищ…" Он был очень самостоятельным в принятии решений. Ни с кем не советуясь, объявлял: "Решать будем так!" Когда некоторые хитрецы говорили, что другое решение согласовано с Брежневым, отмахивался и отвечал: "Я договорюсь". А боялись его прежде всего потому, что кадровые решения он принимал крайне резко. Он как-то смотрел по телевизору хоккей и увидел, что команде-победительнице вручили в награду телевизор. На другой день был снят с работы директор телевизионного завода. Суслов просто спросил: "Он что, свой собственный телевизор отдал?"

Но от его начетничества уставал даже Брежнев, и я успел это дело и тут застать. Как-то пожаловался своему окружению: - В зале, наверное, заснули - скучно. Знаете, как сваи в фундамент забивают. Так и у Михаила - ни одного живого слова, не одной мысли — тысячу раз сказанное и писанное. Обиделся тогда Суслов сильно.

И подобным страдают и многие другие. Нет у партаппаратчиков хорошего образования, умения управлять. А те, кого мы сейчас учим, будут поглядывать на Запад. И ради чего? Пары помятых джинсов?

Настроение ожидаемо портится. Нет, от материального мы никуда не денемся, но как бы не вышло так, как в Польше. Гордые поляки выразили свою идею фикс в мещанском лозунге:- «Польша будет более сильной при богатых людях».

Мне временами становится даже любопытно: а были ли вообще настоящие коммунисты в странах Восточной Европы? Часть тамошних «народных» партий даже на социал-демократов не тянут. В Польше была за уши притянута теория «Открытого плана». Безумная политика набора кредитов, неадекватная экономическая линия привели к тому, что планирование стало чисто декоративным. Поскольку рабочие не имели никакого контроля над правительственными бюрократами, разные группы этой самой бюрократии проводили решения в своих интересах. Результатом случилось то, что бесплановость польской экономики привела к полному экономическому краху.

Нехватка продуктов первой необходимости и продуктов питания, наряду с ускоренным развитием тяжелой промышленности, привела к растущей инфляции. Нарушение равновесия, первоначально произошедшее в одной части рынка, постепенно привело к полной дезорганизации. Фактически власти преднамеренно вели инфляционную политику с целью достижения экономического роста и стимула для эффективной работы. Это произошло вследствие вульгарного допущения о пропорциональных отношениях между производительностью труда и материальными стимулами в форме увеличения заработной платы. Такая политика, основанная на идеологии «роста числа богатых», была провозглашена, как главная цель жизни для людей, а также важнейшей формой их содействия общественному благосостоянию. По сути, в будто бы социалистической стране создавался мещанский культ обогащения. Во где секрет всех этих «бархатных» революций. Мы имели дело с глубоко мещанскими обществами, над которым десятки лет не работали в плане воспитания.

Вот явный путь той части элиты, что смотрела на Запад. Мы ее прошли стремительно при Горбачеве. Странно, вроде негативный опыт был под рукой. Но Гайдар являлся сторонником «Югославского пути», в шестидесятые засматривались на Венгрию. Только своего пути никто не искал. Грустно. К черту все! Не желают сами, загоню силой. Давлю в себе жалость и принимаю решение:

- Гриша, в Завидово.

Вызову туда Судоплатова. На душе теплеет. Люблю, когда кровь врагов льется.

Исторические заметки:

Александр Чаковский, «Блокада»

Жить стало лучше и веселее, с этим были согласны и старые, и молодые.

Нет, это не были годы изобилия, людям ещё очень многого не хватало. Но пожилые могли сравнивать. На их глазах ушла в прошлое карточная система, а с нею и пустые, украшенные лишь банками желудевого кофе и муляжами ветчинных окороков витрины, бесконечные очереди за хлебом и картошкой, в которые надо было становиться с раннего утра… Жить стало лучше.

Жить стало веселее, и это первой почувствовала молодежь, заполняющая бесчисленные танцплощадки, там и сям открывающиеся кафе. Летом по вечерам из окон домов неслись звуки патефонов, на эстрадах гремели джаз-оркестры… И казалось, что так будет всегда, что с каждым годом жить будет лучше и веселее.

Товарищ Сталин обладал специфическим чувством юмора, специфическим, но очень остроумным. Иногда свои решения и умозаключения он озвучивал с юмором, но тем, кому он это говорил было далеко не до смеха.

1. При разработке автомобиля «Победа» планировалось, что машину назовут «Родина». Узнав об этом, Сталин иронически спросил: «Ну и почем у нас будет Родина?» Название автомобиля сразу изменили.

2. Из воспоминаний одного из охранников Сталина, А. Рыбина. В поездках Сталина часто сопровождал охранник Туков. Он сидел на переднем сиденье рядом с шофером и имел обыкновение в пути засыпать. Кто-то из членов Политбюро, ехавший со Сталиным на заднем сиденье, заметил:

– Товарищ Сталин, я не пойму, кто из вас кого охраняет?

– Это что, – ответил Иосиф Виссарионович, – он еще мне свой пистолет в плащ сунул – возьмите, мол, на всякий случай!

3. Однажды Сталину доложили, что у маршала Рокоссовского появилась любовница и это — известная красавица-актриса Валентина Серова. И, мол, что с ними теперь делать будем? Сталин вынул изо рта трубку, чуть подумал и сказал:

– Что будем, что будем… завидовать будем!

4. Конструктор артиллерийских систем В.Г. Грабин рассказывал, как в канун 1942 года его пригласил Сталин и сказал:

– Ваша пушка спасла Россию. Вы что хотите – Героя Социалистического Труда или Сталинскую премию?

– Мне все равно, товарищ Сталин.

Дали и то, и другое.

5. Во время войны войска под командованием Баграмяна первыми вышли к Балтике. Чтобы преподнести это событие по пафоснее, армянский генерал лично налил в бутылку воды из Балтийского моря и велел своему адъютанту лететь с этой бутылкой в Москву к Сталину. Тот и полетел. Но пока он летел, немцы контратаковали и отбросили Баграмяна от балтийского побережья. К моменту прилета адъютанта в Москве об этом были уже осведомлены, а сам адъютант не знал — в самолете радио не было. И вот гордый адъютант входит в кабинет Сталина и пафосно провозглашает: — Товарищ Сталин, генерал Баграмян посылает Вам воду Балтики! Сталин берет бутылку, несколько секунд вертит ее в руках, после чего отдает обратно адъютанту и произносит: — Отдай обратно Баграмяну, скажи, пусть выльет там, где взял.