Генерал черных драконов 2. Истинная и наследник Хозяина Запределья

Глава 1

Лена-Эления

Слушая рассказы Анисьи и Белки, я себе навоображала, что Запределье — эдакий Мордор. Выжженная земля, над которой никогда не поднимается солнце, и краски там преобладают серые и черные с проблесками алого, а под каждым кустом скрывается по десятку монстров.

Ан нет! Запределье такое же, как и прочие земли в этой полосе. Нас оно встретило приветливо — так мне показалось.

Наш дилижанс катил по обычной дороге, петляющей между зеленых холмов. Не менее и не более зеленых, чем в Левшарах. Над холмами раскинулось голубое небо — такое же, как и раньше. Светило солнце. Вдоль обочины то и дело встречались заросли кустов, из которых доносился птичий щебет. Благодать, да и только!

Наверное, поэтому я немного снисходительно наблюдала за реакцией Белки и нянюшки. Она была такой бурной, словно мы из знойной Сахары въехали прямиком на Северный полюс.

— И воздух! Воздух здесь какой-то другой! Чувствуете? — воскликнула Беляна.

Обнаружив еще одно только ей заметное отличие, она обвела нас взглядом, в поисках поддержки. Я инстинктивно принюхалась, ожидаемо не ощутив никакой существенной разницы.

— Дымком потянуло, — неожиданно заметил генерал.

Похоже, драконье обоняние мало чем отличалось от драконьего острого слуха.

Захныкал Сашка, и я взяла его на руки, чтобы покормить. Вот кому путешествие давалось легче, чем прочим. Большую часть дороги мой сын спал в удобной люльке, подвешенной к потолку кареты и закрепленной специальными ремнями, чтобы не болталась. Еду он получал по первому требованию, ласку — тоже, причем ото всех присутствующих. У нас было достаточно пеленок, чтобы вовремя его переодевать, если возникнет надобность. В общем, не жизнь, а сказка!

Ну и еще, пожалуй, не страдал Хомка, который проводил время, устроившись на спинке сиденья позади Белки. Он тоже уставился в окно, шевеля усами, и предупредил:

— Будьте начеку, лэрд. Вдоль дорог много всякого сброда собирается в поисках поживы.

Хомка демонстративно проверил свой маленький меч, с которым не расставался с того момента, как я ему его подарила. Белка и Анисья, не сговариваясь, отпрянули от окон, испуганно уставившись на хомяка.

— Не бойтесь, мы с Энарой от любого сброда отобьемся. Главное, чтобы нас не встретил кто посерьезней. Вот тогда могут возникнуть проблемы.

Справа вдоль дороги тянулся древний лес с толстенными деревьями в несколько обхватов. Мы уже некоторое время двигались вдоль его опушки. Лес казался светлым и сказочным, но после слов Данте тревога, утихшая к этому моменту, снова подняла голову. Мы как раз почти поднялись на гребень очередного холма, и слева пространство просматривалось на много километров вокруг. Потому я принялась настороженно всматриваться в прогалы между стволами деревьев. Подумалось: если опасность придет, то непременно оттуда. Откуда же еще?

Некстати пришла мысль, что здесь весьма удачное место, чтобы пустить наш дилижанс под откос. Достаточно просто напугать лошадей или скатить ствол поваленного дерева. Такой, как эти, снесет с дороги даже паровоз. Словно почувствовав мое настроение, заплакал Сашка, выплюнув грудь, и я постаралась отогнать дурные мысли и не накликивать беду раньше времени.

— Сто-о-ой! — раздался зычный крик, а затем послышался свист.

Лошади тревожно заржали, дилижанс вздрогнул и остановился. Мы с генералом переглянулись, и я крепче прижала к себе сына.

— Мамочки! — пискнула Беляна, закрыв лицо руками.

— Не бойтесь, все будет хорошо! — успокоил нас генерал и спросил у наемницы: — Энара, кто там?

— Отряд, лэрд. Большой. Боюсь, просто так они нас не пропустят…

Данте ар Шахгар

Запределье впервые на моей памяти встретило меня мирно. Может, потому что я явился сюда не во главе армии?

Впрочем, тишина и покой были лишь иллюзией. Я прекрасно знал, насколько опасны эти края. Мирные с виду пейзажи вызывали подозрения. Не доверяя глазам, я пользовался магией, исследуя ближайшие окрестности на предмет магических угроз, и постоянно был настороже. Вот только драконье восприятие было мне больше недоступно, и от этого я злился. Впрочем, и моей человеческой магии хватило бы, чтобы распознать большинство опасностей.

Стоило усилить восприятие, как меня коснулась магия Хаоса. Здесь она не была так сильна, как на западной границе Запределья, но я уже имел с ней дело, поэтому распознал ее мгновенно. Этот магический аромат нельзя было спутать ни с чем.

Первое время все и правда было спокойно. Всяческая живность спешила убраться с глаз долой, а местные обитатели предпочитали не селиться вдоль тракта. Слишком велика вероятность однажды стать добычей лихих людей и нелюдей. Сброда здесь всегда хватало.

Магия Хаоса влияла и на простых людей. Беляна и Анисья инстинктивно пытались найти причину этой инаковости, но я-то знал, что так действует на них именно магия. Чувствовал ее и мой сын. Беспокоился, не понимая, что поменялась. А вот Эления была подозрительно безмятежна. Как будто и не замечала никаких перемен.

Запах дыма я почувствовал слишком поздно. А вместе с ним — лошадей, кожи, оружия, и дикого зверя. Очень знакомая смесь…

— Сто-о-ой! — Тотчас раздался окрик, следом кто-то свистнул.

Женщины обратили на меня перепуганные взгляды. Эления, кормящая нашего сына, выглядела растерянно. В ее глазах застыл немой вопрос. Да уж, не самый удачный момент для стычки. Согласен.

— Все будет хорошо, — пообещал я ей и выпрыгнул из кареты.

Пошел навстречу остановившему нас отряду, предварительно подав знак Энаре, убираться, если начнется бой. Ее задача — увезти и спрятать Элению и ребенка, пока я не разберусь с угрозой.

Я не ошибся, анализируя запахи. Нас остановили оборотни. Вот почему я их так поздно заметил. Безошибочно я чувствую лишь смерть, а в оборотнях слишком много жизни и своя особенная магия. В поле зрения оказалось тридцать всадников на крепких коренастых лошадях, не слишком отличающихся статью, но зато выносливых. Такие способны долго идти под седлом. А еще они не пугаются, когда в этом самом седле вместо всадника возникает дикий зверь.

Одного я пока не понял: кто именно идет мне навстречу? Медведи? Волки? Те и другие? А, может, и еще кто нарисовался?

Припомнив полевые карты, сделал вывод — волки. Если, конечно, расклад сил не изменился за месяцы моего заточения. Как оказалось, не ошибся. Один из всадников спешился и направился ко мне, сверкая белозубой улыбкой.

Райд Серый Камень — глава самого большого и сильного волчьего клана в Запределье. Мы были недолго знакомы, но волк оставил о себе приятное впечатление. Его клан приобрел влияние с приходом Морейна.

— Генерал ар Шахгар! Какими судьбами в наших краях? — поинтересовался оборотень.

Ждать, чтобы волки кланялись, не приходилось. Но, если честно, я и сам не был любителем всех этих церемоний. Потому первым протянул руку, и мы пожали друг другу предплечья в воинском приветствии. В этом не было урона моей чести.

— Давно не виделись, Райд! Как поживаешь? Как семья? Откуда узнал, где и когда меня встречать?

— Для меня честь первым в Запределье поприветствовать королевского наместника.

Эти слова не содержали ни унции лести. Райд всегда говорил то, что думал. В знак благодарности за его отношение я кивнул, и мой собеседник продолжил:

— А семья… — Оборотень перестал улыбаться и нехорошо прищурился. — Твоими молитвами, генерал, мой непутевый сынишка избежал вчера позора, так что я у тебя в долгу.

Я едва не присвистнул. Так вот кого мы вчера освободили из клетки! Спасли местного принца, можно сказать. Ульрих должен будет занять место отца, когда придет время. Если, конечно, силенок хватит потягаться с другими претендентами. У оборотней все непросто устроено. И не исключено, что это кто-то из своих попытался заранее расчистить себе дорогу, избавившись от сильного конкурента.

— Райд, нет у тебя передо мной долга. Волки не созданы, чтобы сидеть в клетке, вот я и вмешался.

— За что я тебе благодарен. Мы проводим вас, куда пожелаете, генерал. Нынче в Запределье неспокойно, да и слухи всякие ходят…

— Слухи?

— Генерал, тебе ли не знать, что слухи быстрее ветра и безжалостнее огня?

— Уж точно! — Я усмехнулся.

— Говорят, ты теперь в опале у Нарвага ар Гэрхэя? Врут?

— Не врут. Считай, что меня сюда отправили в ссылку, но официальная версия — навести в Запределье порядок.

Оборотень долго молчал, о чем-то раздумывая, а затем спросил:

— Одно никак не пойму, ты же служил королю верой и правдой. Что же произошло?

— Наверное, дело в моих успехах? Мои предки когда-то сидели на троне Морейна. Возможно, его величество опасается, что я пожелаю вернуть все вспять.

— Но ведь его опасения беспочвенны? — Райд посмотрел мне прямо в глаза.

— Кто знает… — ответил я неопределенно. Это было куда лучше, чем солгать.

Ответить отрицательно я уже не мог. Больше не мог. Не после того, как со мной поступил мой король. Я пока не разобрался, что за игру ведет Нарваг ар Гэрхэй, но если он отправил меня сюда, чтобы уничтожить, не буду раздумывать ни секунды с ответом.

— Генерал, ты только что меня уверил в правильности моих действий. Я не просто провожу тебя до места, но и оставлю несколько крепких парней во главе с моим сыном. Ты, конечно, дракон. Но даже дракон не способен бодрствовать неделями. Сдается мне, что на этот раз ты пожаловал к нам без своего войска?

— Тут ты прав. И охранять есть кого, и войско дома осталось. Но ты уверен, что стоит так рисковать, демонстрируя поддержку захватчикам? — спросил я прямо.

Не то, чтобы оборотни были такими лояльными к Морейну, но с тех пор как на эти земли пришли черные драконы, их положение укрепилось. Они устали от вечной междуклановой грызни. Когда Запределье перешло под руку Нарвага ар Гэрхэя, территории были поделены, и установился какой-никакой, а порядок. Не без моего участия, конечно же.

— Мы давно приняли правила игры, — словно прочитав мои мысли, ответил Серый Камень и усмехнулся. — Главным образом, потому что они нас устраивают. Волки признали власть королевства Морейн, и соседи опасаются на нас нападать. Знают, что земли вдоль границы с Левшарами — наши. Знаешь, что мы делаем с преступниками, которые позволяют себе бесчинства на нашей территории?

— Что?

— Казним именем короля!

Мы вместе рассмеялись.

В том, что и раньше волки не церемонились с преступниками, я даже не сомневался, но так было и правда куда веселее.

Райд перестал смеяться и снова посерьезнел:

— Грядут перемены, а волки всегда чувствовали, откуда ветер дует. Клянусь всеми богами, что с твоим появлением Запределье вскипит.

— Вот чего бы я не желал. — Скривился я. — Мне нужна спокойная, размеренная жизнь в ближайшее время.

Я бросил короткий взгляд на карету.

— На свадьбу пригласишь? — поинтересовался оборотень вкрадчиво.

Улыбка невольно заиграла на моих губах.

— Обязательно. Как только моя избранница согласится.

Я вдруг почувствовал себя совсем юным перед умудренным опытом мужем. Впрочем, так оно и было, если говорить о семейной жизни. Да и Райд Серый Камень был старше меня, давно женат и имел уже взрослого сына.

— Она согласится. Кто ж тебе откажет, генерал? — подбодрил меня оборотень.

Из кареты послышался детский плач. Райд принюхался, посмотрел на меня внимательно, но ничего не сказал.

— Друг, ехать нам еще далеко, и мне бы хотелось добраться на место побыстрее.

— Где планируешь осесть? — поинтересовался оборотень.

— В Мейре.

— Мейр?! Данте, ты уверен, что ничего не перепутал? — от удивления у оборотня глаза на лоб полезли.

— Не перепутал. Эти земли мне пожаловал Нарваг ар Гэрхэй. У меня и бумаги с собой. А что не так с Мейром? — полюбопытствовал я, пытаясь припомнить, доводилось ли мне бывать там раньше.

Запределье протянулось узкой полосой между королевством Морейн и землями Хаоса. И Мейр находился хоть и в самом сердце, но как бы на отшибе — у самой западной границы. Там не было боевых действий, так что и делать особо было нечего. Мне — нечего. Ну, может, пролетал над ним раз или два, но и только.

А ведь и правда, подозрительно! Почему король пожаловал мне именно Мейр?

— С Мейром все не так, Данте! Это же проклятые земли на самой границе с Хаосом! Туда в здравом уме никто без нужды не суется! — просветил меня оборотень.

Неужели и здесь Нарваг ар Гэрхей мне удружил? Похоже, не зря я подозреваю его величество в недобром… В любом случае я должен лично убедиться, насколько разумно ехать в Мейр с будущей женой и ребенком.

— Как работает это проклятье, Райд?

— Если бы я знал, вряд ли бы сейчас разговаривал с тобой. Да только у нас каждый ребенок тебе скажет, что от Мейра нужно держаться подальше.

Пожалуй, мне и правда следовало хорошенько подумать, прежде чем совать голову в ловко расставленные силки. Перспектива вырисовывалась не из приятных. Конечно же, остальные территории давно поделены между разными кланами, обитающими здесь. Искать другое место, означает открытый конфликт с кем-то из них. Да, я решил прибрать к рукам это место, но действовать планировал мирно, присоединяя кланы один за одним. Незадача…

— И где же тогда мне остановиться? — задал вопрос, который остро встал передо мной после таких новостей.

— Приглашаю вас погостить в моем доме, пока эта проблема не решится, — предложил Райд Серый Камень.

____Друзья, добро пожаловать во второй том этой истории. Рада видеть всех, кто присоеденился ❤️Эления и Данте наконец добрались до Запределья, но на этом история не закончилась. Как встретит их край, куда они так стремились? Впереди их ждет множество опасных приключений, ведь Запределье таит свои опасности. До сих пор неизвестно, кому понадобился сын генерала, вряд ли он отступится от своей идеи. Героям предстоит еще многое сделать. Раскрыть чужие тайны, поделиться своими и стать настоящей семьей ;)

Глава 2

Лена-Эления

Генерал вернулся в карету и заявил:

— Планы поменялись, мы едем в гости.

— В гости? — удивилась я. — И к кому же?

— К оборотням.

Беляна ойкнула, закрыв лицо ладонями. А Анисья, испустив тоненький вздох, неожиданно повалилась в обморок. После минутного замешательства мы с Белкой бросились приводить ее в чувство, но пожилая женщина никак не желала приходить в себя. Не помогали ни ароматные соли, которые весьма кстати обнаружились у Белки, ни мои легкие пощечины.

Положение спас Хомка.

— Похоже, старушка-то наша окочурилась! Это что же, нам теперь ее прямо на дороге хоронить?

Анисья приоткрыла один глаз и прошипела:

— Я тебе окочурюсь! Ты сам у меня сейчас окочуришься, крысеныш полудохлый!

Встрепенувшись, Анисья приняла вертикальное положение и попыталась замахнуться на хомячка клюкой.

— Жива! Жива! — Белка радостно бросилась нянюшке на шею, одновременно спасая хомяка от расправы.

— Тю! Осторожнее, коза горная! Спина-а-а! — завопила няня.

Я переживала, что своей кутерьмой они напугают Сашку, но сынок лежал в люльке и таинственно улыбался, тихонько и как-то на удивление рассудительно «гыкая». За прошедшее время мой малыш подрос и изменился. Стал вполне себе осмысленным ребенком. Для меня — самым красивым и милым малышом в мире, естественно!

— Эй вы, тише! — шикнула я на них. — Генерал сейчас высадит вас за плохое поведение. Пешком пойдете. — Хомка, тебя это тоже касается.

— Да чо я-то? Я вам, вообще, бабулю оживил. Собой рисковал! Мне медаль за это положена. И орден! — возмутился хомячок.

— Хома, слово «окочурилась» — не самое удачное в данном контексте, — пояснила я.

— Усек! Анисья, ты на меня не серчай. Решил, что у тебя с переполоха такого молотилка не выдержала и встала, вот берега чуток и попутал. Кто ж знал, что ты просто под дохлую косишь? — «исправился» хомяк, больше играя на публику, чем чувствуя себя виноватым.

— Он сейчас что, меня косой обозвал? — зверея, уточнила Анисья.

Похоже, добрую половину сказанного хомяком-гопником она и не осознала даже.

Хомка почуял, что дело неладное, и бочком-бочком перебрался на прежнее место — позади Беляны и подальше от сердитой няни.

— Нянюшка, он просто разговаривать по-человечески выучен, да не приучен, — вмешалась я. — Но он старается по мере сил.

— Учусь! Вот те знак Эсклера! — Хомяк как заправский прихожанин в храме изобразил лапой знак бесконечности.

Нянюшка, ты лучше скажи, что именно тебя так сильно напугало у оборотней, что ты чувств решила лишиться?

Я ожидала какой угодно реакции вплоть до нового обморока, но Анисья неожиданно порозовела, словно девица на первом свидании.

— Так как же… Оборотни, они же… — Она покосилась на генерала. — У них же… Темперамент! — прошептала она, наклонившись к нам с Белкой ближе и многозначительно округлив глаза.

— Темперамент? — Я недоуменно приподняла брови, пытаясь сообразить, что именно нянюшка хочет этим сказать.

А сообразив, едва не прыснула! Сдержаться и не заржать в голос стоило мне серьезного усилия.

— Няня, мне кажется, что темперамента оборотней стоит опасаться только Беляне, — заметила я осторожно.

— А ведь наш генерал тоже в какой-то степени оборотень, но он совсем не страшный, — простодушно выпалила Белка. — Ой, а у него тоже темперамент? — спросила она полушепотом у Анисьи.

После короткой паузы и многозначительного взгляда нянюшки Белка ойкнула и закрыла лицо руками, осознав, что ляпнула лишнее. А я уставилась на Данте, ожидая реакции, но тот только улыбнулся и, пожав плечами, подтвердил:

— Без сомнений, в какой-то степени драконов тоже можно считать оборотнями, а насчет темперамента решать не мне. — Генерал подарил мне пристальный и какой-то слегка плотоядный взгляд.

Я невольно покраснела и, выглянув в окно, поспешила сменить скользкую тему:

— А это что за оборотни? В кого они превращаются?

— Волки. Здесь вождь их клана — Райд Серый Камень. Он отец того самого волка, которого мы освободили вчера на ярмарке. Удачно получилось. — Дракон усмехнулся.

При этих словах Беляна снова ойкнула и залилась краской до кончиков ушей. Странная реакция.

— А нам обязательно к ним ехать? — переживала Анисья.

— Не бойтесь, нянюшка, волки вас не съедят, — успокоил ее генерал.

— А я не за себя переживаю, за Элению! Кровиночка моя — вон какая красавица! Эти охальники и не посмотрят, что у нее дитя! Наслышана я об оборотнях ентих!

Нянюшка чопорно поджала губы.

— Эти охальники знают, что такое законы гостеприимства и подчиняются своему вождю, — заметил генерал. — Да и меня не стоит со счетов списывать.

Пока мы препирались, дилижанс тронулся и покатил дальше в сопровождении отряда оборотней. Эдакий правительственный кортеж получился. Ехали мы довольно долго. Только через час или полтора, свернули с основной дороги куда-то в лес. Движение замедлилось. То и дело я видела, как вокруг шныряют крупные звери. Непривычные к оборотням наши лошади всхрапывали и тоненько ржали. Один из волков нагнал карету и некоторое время бежал рядом, заглядывая в наше окно. Беляна не выдержала и демонстративно задернула занавеску перед его носом. Я отметила, что ее руки при этом подрагивали.

— Ты чего? — поинтересовалась я.

— Страшно мне, лейра… — ответила девушка шепотом и, алея щеками, покосилась на Анисью.

— Да ясно же все как день! Она из-за «темперамента» переживает, — пояснил за нее хомяк, старательно выговаривая новое для себя слово.

В поселение волков мы прибыли затемно. Лесная дорога оказалась не такой комфортной, как раньше. Я жутко устала от тряски, меня даже слегка укачало и мутило. Прижимая к груди Сашку, я вывалилась из кареты на руки генералу. Следом, кряхтя и охая, выбралась Анисья. Ее поясница, растревоженная дорогой, снова дала знать, и няня едва могла стоять на ногах.

Мы ждали-ждали, но Белка так и не появлялась.

— Беляна? — позвала я.

— Темперамента опасается! — Хомка, узнав новое слово, старательно им пользовался к месту и нет.

— Белка, выходи, дурища! — негромко, но строго прикрикнула на нее Анисья.

— Не выйду! — пропищала Беляна из кареты.

В этот момент в свете неярких огней из-за деревьев показались многочисленные фигуры — женские и мужские. Когда они приблизились, я увидела, что мужчины почти все раздеты до пояса. Исключение составлял сопровождавший нас отряд — эти были в броне, но тоже надетой на голые торсы.

Выглядели волки интересно. Большинство мужчин косматые — с волосами не короче, чем до плеч, у многих заплетены на висках в косы, чтобы не мешали. Коротко стриженных не было вовсе. Мужчины постарше — носили аккуратные недлинные бороды. Независимо от возраста, все были сложены так, что хоть статуи с них ваяй! Эдакая концентрация тестостерона и мужественной красоты, но без слащавости.

Женской красоты тоже хватало с лихвой, но Белку пугала явно не она. Даже я — дитя своего мира и времени, и то слегка стушевалась под многочисленными пристальными взглядами и порадовалась, что успела намотать на голову сейр. Как будто он как-то мог меня защитить.

К нам приблизились двое мужчин. Один — постарше, второй — ровесник Данте на вид. Их сходство выдавало близких родственников.

— Лэрд, лейры, добро пожаловать в Волчье Логово! — приветствовал нас тот, что старше. — Меня зовут Райд Серый Камень, и я здесь главный. — Посмотрев на карету, он добавил: — Пока вы у нас в гостях, вы находитесь под покровительством волков. Лейра, ваших служанок никто не обидит, пусть не боятся.

При этих словах Беляна почти вывалилась из кареты. Как будто ее силой оттуда вытолкали. Подтверждая мои подозрения, следом за ней показалась слегка встрепанная Анисья, которая тут же схватилась за поясницу. Пожилая няня забралась обратно, чтобы «помочь» Белке, а я и не заметила.

— Прекрати нас позорить! — едва слышно прошипела она, крепко держа Беляну под руку.

Волчицы, что стояли поблизости, переглянулись, и едва заметно заулыбались. Похоже, у оборотней был прекрасный слух.

— Мои подданные покажут вам настоящее волчье гостеприимство. Если что-то понадобится, можете обратиться к любому члену стаи за помощью, — продолжил свою речь Серый Камень.

Вождь волков произвел на меня приятное впечатление. Надежный и основательный — вот что приходило в голову, глядя на него. Казалось, этот мужчина отвечает за каждое сказанное слово.

— Здравствуйте! — поприветствовала я присутствующих. — Меня зовут Эления дан Анатур. Лэрд Райд, рада знакомству. Благодарю за гостеприимство. Дорога и правда выдалась непростой. Нам хотелось бы отдохнуть и перекусить, если это возможно?

— Твоя избранница не только красива, но и крайне скромна, Данте, — заметил Райд Серый Камень. — Она просит о малом, в то время, когда предложено много большее. Лейра дан Анатур, вон идет моя жена Далила. Она устроит вас на ночлег.

К нам приблизилась женщина лет сорока навскидку, в нескромном наряде. На ней было что-то вроде парео или большого платка, надетого прямо на обнаженное тело. Концы парео был обвязаны вокруг шеи самым классическим образом. По крайней мере, на улицах столицы Верховедов, да и по дороге через Левшары я ничего подобного еще не видела.

Странно? Наверное. Но если немного подумать, становится ясно, что это удобно. Потяни за узел, и все — ты свободен. Не то что все эти корсеты и многочисленные юбки. Пока наденешь, пока снимешь... Если вспомнить, что мы имеем дело с оборотнями, их можно понять. Я не знаю, как часто они принимают звериный облик, но если делаешь это по нескольку раз за день, замаешься переодеваться и менять наряды.

Удивительно, но меня не слишком смущал тот факт, что человек может менять облик. Хоть я и не видела, как это происходит, но в душе как будто успела свыкнуться с этой мыслью. Наверное, потому что путешествую с человеком, который умеет принимать облик гигантского ящера, дышащего огнем. Так что мне какие-то там волки?

Вдруг стало безумно интересно, как выглядит Данте, когда становится драконом? Насколько он большой? А какого цвета? Нет, я понимаю, что вроде как черный. Но какой именно? Пятнышки есть?

— Генерал. — Далила вежливо, но с достоинством поклонилась Данте. — Лейры. — Второй исполненный королевского достоинства кивок достался нам.

— Далила, наши гости желают поесть и отдохнуть с дороги.

Райд Серый Камень глядел на свою жену с теплом и любовью, и женщина ответила ему таким же говорящим взглядом. Определенно их отношения крепкие и не угасшие за годы совместной жизни. Приятно было наблюдать подобное. В какой-то степени я даже им позавидовала.

— Конечно, дорогой. Для наших высоких гостей я приготовила самый лучший дом — наш, — пояснила она и улыбнулась. — Прошу за мной.

Все это время парень, так похожий внешне на вождя волков, молчал, при этом неотрывно глядя на меня. Понимаю, этот народ отличается свободой нравов, но неприлично же вот так на человека таращиться!

Поселение, где мы оказались, было скрыто за деревьями, но стоило пройти совсем немного вглубь леса, и мы оказались на широкой улице, где кипела жизнь, несмотря на поздний вечер.

Окна одноэтажных просторных домов с цветниками и небольшими огородами уютно светились. Рядом была организована детская площадка, где резвились ребятишки. Качели крепились прямо на ветках. Веревочные лестницы вели в домики на деревьях. Соединенные подвесными мостиками, они представляли собой настоящий городок. Эдакий панда-парк в местном исполнении.

Улица уходила вдаль, ее пересекали переулки, и было трудно судить о масштабах поселения. Но под описание «наша улица в три дома» она точно не подходила.

— Как же так? Только что мы были посреди леса, а здесь целый городок! — удивилась я.

— Охранная магия. Чужак, который попал сюда без приглашения, мог бы долго блуждать совсем рядом, но так и не попасть в Волчье Логово. Заговоренные тропы уводили бы его прочь в чащу или в болото, — пояснила Далила.

— Надо же! А если человек просто заблудился и нуждается в помощи? Его тоже в болото? — возмутилась я.

— Нет, конечно! Такого дозорные встретили бы и проводили к дороге или приютили в поселении на время, если возникла бы такая необходимость. Ну а если это шпион или кто-то с недобрыми намерениями, туда ему и дорога.

— Как интересно! А у нас тоже будет что-то подобное? — Посмотрела я на Данте.

— Подобное не обещаю, но охранную магию организую непременно. Вы с Александром будете в полной безопасности.

Нас поселили в большом красивом доме — единственном двухэтажном, который я здесь заметила. Архитектура зданий в волчьем поселении чем-то отдаленно напоминала мне шале. Бревна, двускатные крыши, просторные террасы, и все это в окружении вековых деревьев, кроны которых терялись в полумраке ночного неба.

— Надеюсь, наш скромное жилище, придется по вкусу высоким гостям? — низким приятным голосом поинтересовалась Далила.

— Кажется, нам сейчас придется по вкусу любое жилище, где нет насекомых, сквозняков и вони, — ответил генерал.

— И которое стоит на месте, а не едет, — добавила я, чем вызвала улыбку на губах гостеприимной волчицы.

В доме пахло травами, хвоей и нагретым на солнце деревом. Большой, выложенный грубым камнем камин встретил нас на первом этаже в гостиной. Вычурная люстра из отполированных оленьих рогов точно сошла с разворота журнала по дизайну. Сколько же я их пересмотрела в прошлой жизни, пока выбирала оформление для собственного жилья!

Грубая деревянная мебель и притом мягкие кресла, накрытые накидками из сшитых звериных шкурок. Все это отлично сочеталось между собой, не вызывая чувства дисгармонии.

А еще тут было много живых растений в горшках. Буквально повсюду зелень!

— У вас очень уютно, Далила! — искренне похвалила я волчицу, и той это пришлось по душе.

— Лэрд, лейра, простите за бестактный вопрос, но я так и не поняла, вам нужны общие покои или раздельные? — спросила волчица.

Прежде чем мы с Данте успели открыть рот, заговорила Анисья:

— Конечно, разные, лейра! Где это видано, чтобы порядочная девица ночевала вместе с мужчиной, который не является ее мужем?

— Еще раз, простите меня! У нас несколько иные порядки, но я ни в коем случае не желала оскорбить лэрда генерала и лейру дан Анатур.

Далила сделала знак служанке, незаметно выскользнувшей откуда-то из тени.

— Рима, проводи лэрда в гостевые покои и помоги ему устроиться. Выполни любое его пожелание, о чем бы он ни попросил.

Красивая и гибкая, точно плеть, волчица кивнула. Одета она была так же фривольно, как и остальные женщины в этом месте, но почему-то мой взгляд приковала ее грудь, под обрисовавшим контуры поджарого тела эфемерным парео. Она выступала остро и как-то особенно дерзко. И голову девушка держала высоко и гордо, а смотрела исключительно на моего генерала.

От ее вида, и от оценивающего взгляда Данте, которым тот окинул ее, я ощутила чувствительный укол ревности. А еще от слов Далилы, показавшихся мне чересчур однозначными. Она что же, намекает на нечто непристойное?!

А чего я удивляюсь? Подобное и на Земле когда-то местами до сих пор принято.

— Лэрд генерал, наш вождь ждет вас для беседы, если вы в состоянии уделить ему время, — вмешался в разговор вошедший в дом парень.

— Да, конечно, — ответил ему генерал и посмотрел на меня. — Эления, отдыхайте и ни о чем не переживайте. Я скоро вернусь.

С этими словами он ушел, а Далила жестом пригласила нас следовать за ней.

— А в дороге лэрд и лейра ночевали в одной комнате. И даже спали в одной постели! — громко прошептала позади Белка, когда мы поднимались на второй этаж.

— То в дороге! Это не считается! — сварливо ответила ей Анисья.

Шедшая впереди нас Далила едва заметно повела головой. Она прекрасно все расслышала, но сделала вид, что не заметила.

Нам с сыном отвели отдельные покои, состоящие из гостиной и спальни, а Белке и Анисье выделили — комнату по соседству. Мои служанки пожелали нам спокойной ночи, и Беляна передала мне Сашку, которого несла наверх, чтобы дать мне немного отдохнуть.

Место, где нам с сыном предстояло ночевать, оказалось просторной спальней с огромной кроватью по центру. Не иначе — хозяйская! И, о счастье, в примыкающем санузле тоже была моя любимая волшебная сантехника, инкрустированная драгоценными камешками!

Я чуть от радости не завопила, поняв, что волки тоже под кусты не ходят, и удобства для них — не пустой звук.

— Вы оказали мне честь, отдав собственные покои? — поинтересовалась я.

Далила улыбнулась и согласно кивнула.

Было неловко стеснять семью вождя, но сил на споры у меня уже не осталось. Опять же подготовка других покоев займет время, а уже поздно. Не стоит лишний раз тревожить людей дурацкими капризами. Да и кто знает, вдруг отказ занять эту спальню будет воспринят как оскорбление?

Смирившись, я в очередной раз поблагодарила хозяйку:

— Спасибо!

— Все для дорогих гостей. Под дверью будет дежурить Лада. Это и прислуга, и охрана одновременно. Достаточно просто позвать ее, и она выполнит все ваши пожелания, если только их возможно выполнить. У Лады отменный слух, так что она услышит, если вы позовете ее по имени, — сообщила хозяйка дома.

— Но у меня есть свои служанки…

Я так сказала, потому что без Данте и Анисьи с Белкой почувствовала себя неуверенно.

— Конечно. Но они ведь тоже устали с дороги? К тому же дом им не знаком. И, насколько я поняла, старшей служанке требуется помощь лекаря? — мягко возразила Далила.

— Прихватило спину. У нее есть какие-то снадобья с собой, но помощь точно не помешала бы, — согласилась я.

— Я пришлю к ней своего лекаря. Лейра Эления, если пожелаете, то служанка может размять вам тело перед сном.

Массаж? Ох… Я бы не отказалась, но не стоит совсем уж расслабляться.

— Спасибо большое за заботу, но не стоит. Лучше я сразу лягу спать.

— И все же рекомендую сначала поесть и накормить ребенка.

— Конечно. Что-то я уже совсем не соображаю. Вот даже про Анисью не вспомнила… — пристыдилась я.

— Лейра Эления, вам сейчас и не до этого. Нужно думать о малыше каждую секунду, другим перепадает куда меньше внимания, когда мать заботится о своем ребенке. Кстати, я велела принести колыбель для вашего сына, или можете положить его с собой, если так удобнее. Кровать достаточно просторная...

Волчица улыбнулась и вдруг просительно посмотрела на меня.

— А можно мне его подержать?

Далила мне нравилась. Вызывала доверие, что ли? Поэтому я не стала возражать и осторожно передала ей Сашку. Волчица приняла моего сына так, словно он был драгоценностью, и ее лицо при этом как будто просветлело. Сынок что-то прокряхтел, но не расплакался, а принялся рассматривать склоненное над собой лицо, а потом схватил волчицу за прядь волос и потянул.

— Чудесный малыш! — похвалила Далила, морщась одним глазом, и ее улыбка стала шире.

— Спасибо! — поблагодарила я ее и тоже улыбнулась в ответ.

— Сколько лет прошло, когда я держала на руках Ульриха… Жаль боги не дают нам с Райдом больше детей.

— А вы бы хотели еще деток?

— Хотели бы. Но, похоже, такова наша с Райдом судьба, — с грустью ответила Далила. — Я слышала, что вчера вы помогли Ульриху? Они с мужем те еще заговорщики, скрывают от меня все подробности. Не хотят волновать. Но я-то знаю — случилось что-то неприятное…

Волчица определенно намекала на то, чтобы я поделилась подробностями.

Вот только стоило ли? Муж и сын не желали ее беспокоить…

С другой стороны, все ведь уже закончилось, так почему бы не рассказать? По себе знаю, как тяжело пребывать в неведении. И как бесит, когда от тебя только отмахиваются. Не раз на себе испытала, когда интересовалась у мужа, почему он задержался на работе.

Взвесив за и против, приступила к рассказу:

— Мы были в Левшарах на ярмарке и увидели волка в клетке. Его заметила моя служанка, и нам пришлось вмешаться. Мы освободили волка, и он убежал. Все. — Я не стала вдаваться в подробности и объяснять, что клетку разрушила моя магия. — Признаюсь, я даже и не подозревала, что мы помогаем оборотню, если честно.

— Лейра Эления, спасибо, что вмешались и спасли моего ребенка от страшной участи!

— Без Данте вряд ли мы хоть что-то смогли бы сделать.

— Да, но ведь именно ваша служанка заметила Ульриха? Вы могли приказать ей не вмешиваться, но вместо этого попросили генерала о помощи. Так что я и ваша должница тоже. Эления, вы всегда можете обратиться ко мне за помощью. В любое время. Помните об этом.

— Спасибо, я буду иметь это в виду, — поблагодарила я ее, и мне показалось, что в этом мире у меня стало на одного друга больше.

Сашка закряхтел и засучил ногами, и Далила передала его мне.

— Что вы желаете на ужин? Может, хотите чего-то особенного?

— Просто горячая еда и питье, — скромно обрисовала я круг своих пожеланий.

Есть хотелось зверски и желательно чего-то жиденького. Весь день мы только перекусывали.

Волчица кивнула и направилась к выходу. На пороге Далила обернулась и сказала неожиданно:

— Эления, не переживайте за вашего дракона. Он уже выбрал вас, значит, останется верным навсегда. Истинным не изменяют.

Я долгое мгновение смотрела на нее с благодарностью, а затем от души пожелала:

— Далила, пусть у вас с мужем все получится, и Рада пошлет вам малыша!

Глава 3

Ужин подали мгновенно. Нежное мясо с овощами и пряностями, наваристая похлебка, теплый ароматный хлеб. А на десерт — свежие ягоды, от которых я с сожалением отказалась. Побоялась, что у Сашки разболится животик. Поев и накормив сына, уложила его рядом с собой — так было уютнее и спокойнее в чересчур просторной комнате.

Уснула мгновенно, а проснулась будто от толчка. Затаив дыхание, я прислушалась, пытаясь понять, есть здесь кто-то еще или это просто отголоски дурного сна меня растревожили? По ощущениям на дворе стояла глубокая ночь. Сколько мне удалось поспать? Час? Два?

Тревога не отступала, и я приоткрыла глаза, взглянув из-под ресниц. На фоне большого окна отчетливо выделялась мужская фигура.

— Кто здесь? Я закричу! — предупредила строгим шепотом, а у самой поджилки затряслись.

Мелькнула мысль, что это нелогично, но инстинктивно я старалась не разбудить и не напугать спящего сына.

— Не бойтесь, лейра! Я не причиню вам вреда! — так же шепотом ответил мне незнакомец, выставив открытые ладони.

— Ульрих?! — узнала я ночного гостя и села на постели. — Ты же Ульрих! Сын Далилы и Райда!

— Верно. А еще я — тот самый волк, которого вы освободили из клетки, лейра.

— Поверить не могу! — ерничала я от возмущения.

Убедившись, что сыночек спит, я поднялась, завернувшись в длинный халат, и подошла к оборотню ближе. Ульрих походил на своего отца. Прямо копия, разве что значительно моложе, и более сухой и жилистый, а в волосах пока нет и намека на седину.

— Прошу прощения, что потревожил вас, лейра Эления, но мне нужно с вами поговорить.

— А нельзя было отложить разговор до утра? — поинтересовалась я, едва сдерживая зевоту.

— Не думаю, что генерал с вас хоть на минуту глаза спустит . Он и сейчас был бы здесь, да отец увлек его разговором. К тому же моя мама… Она настрого запретила мне приближаться к вам. Боится, что генерал будет ревновать, и это может плохо кончиться.

Сказанное повергло меня в легкое недоумение.

— Глупости какие… — пробормотала я и уточнила: — Ты утверждаешь, что твой отец отвлекает сейчас генерала, чтобы ты мог со мной спокойно поговорить?

— Не совсем так, просто удачное стечение обстоятельств.

Что ж, у всех свои странности. Я решила не вникать, да и спать больно хотелось. Сдерживая зевоту, я опустилась в кресло, стоявшее прямо у окна и, посмотрев на оборотня, поинтересовалась:

— Обязательно было лезть через окно?

Ульрих сверкнул клыкастой улыбкой, или это в свете луны мне показалось, что его клыки чуть острее, чем у нормальных людей?

— Обязательно. У порога дежурят соглядатаи матери, ей тут же доложат, что я здесь, и она мне головомойку устроит, а я этого страшно не люблю!

— И будет права! Ульрих, тебе не кажется, что слегка невежливо врываться вот так, когда люди спят? В твоем возрасте пора бы об этом знать, — поддела я оборотня, не сдержавшись.

— Совершенно верно, лейра! Но разговор действительно важный! Лейра Эления, вы спасли меня, и я хотел сказать, что можете рассчитывать на ответную услугу в любой момент. Волки всегда платят долг жизни.

— Спасибо, Ульрих. Но тебе скорее Беляну стоит благодарить, а не меня. Если бы не она, мы бы даже не узнали, что ты в беде. Это моя служанка увидела тебя и бросилась на помощь.

— Ей я тоже благодарен, но именно вы освободили меня из клетки. Счет шел на минуты. Это не простая клетка, она вытягивала из меня магию. Час… Может, два, и я бы превратился в дикого зверя, неспособного больше принять человеческий облик. Только ваша магия меня спасла — разрушила артефакт, так что именно вам я обязан тем, что остался в здравом рассудке. Родители о том не знают. Мама, вообще, не в курсе подробностей, а отцу я не говорил про то, что клетка магическая. Он… Он бы рассердился на меня за то, что я подверг свою жизнь такой опасности.

— Твое положение было куда хуже, чем казалось на первый взгляд, — заметила я, слегка шокированная.

— Точно!

Ульрих присел на подоконник и уставился куда-то в противоположную стену, как будто переживая все заново.

— Ты догнал того урода, который задал стрекача? — поинтересовалась я, чтобы отвлечь его от грустных мыслей.

— Догнал. И убил. Но сначала допросил.

Ответ оказался настолько же жестким, насколько прямолинейным, но я отреагировала удивительно спокойно. Даже нигде ничего не дрогнуло, как будто подобное в порядке вещей. Наверное, привыкаю к новым реалиям потихоньку?

— Полагаю, он заслужил свою участь?

— Заслужил, — подтвердил Ульрих. — Он был из «ловцов».

— Кто такие «ловцы»? — спросила осторожно, чувствуя какое-то внутреннее напряжение.

— Охотники на оборотней, — ответил Ульрих с легкой заминкой.

— Расскажешь?

Волк оценивающе посмотрел, словно решал, посвящать ли меня в какую-то тайну. Мне вдруг показалось, что ситуация чем-то похожа на мою. Ульрих — тоже сын, пусть уже взрослый. Его тоже пытались похитить, и судя по всему, за это кто-то заплатил. Я решилась поделиться:

— Ульрих, моя мачеха продала моего сына неизвестно кому. За нами тоже охотятся, и если бы не генерал, не знаю, был бы ли еще мой ребенок со мной.

Похоже, мои слова разрушили последние сомнения, и Ульрих принялся рассказвывать:

— Все началось около года назад. Оборотни отправлялись по делам в Левшары и другие места неподалеку, и не возвращались. Пропадали парни и девушки, но сначала никто ничего дурного не заподозрил. У нас бывает, что молодежь уходит из отчего дома на поиски счастья, или просто странствовать. Такое не редкость. Некоторые возвращаются, но не все.

— Когда же вы поняли, что их похищают?

— Последней пропала Хельга — девушка моего друга Бриана. Они собирались пожениться этой осенью, так что она не могла просто взять и уйти. Они очень любили друг друга.

— И как это случилось?

— Хельга оставила записку, но не Бриану, а мне. Написала, что решила сделать особенный подарок жениху и отправилась в Левшары за ним. В записке она написала, где планирует остановиться, и обещала вернуться через два дня. А если нет, тогда просила рассказать обо всем Бриану. Мой друг что-то почувствовал. Он очень волновался, и когда я пришел и передал записку ему, очень расстроился. Сказал, что я должен был сделать это сразу. Мы поссорились и даже едва не подрались. Он один направился в Левшары, чтобы найти Хельгу. Меня с собой не взял и даже не сказал, что пойдет туда.

История Ульриха взволновала меня.

— И что случилось дальше? Бриан тоже пропал?

— Нет, он вернулся наутро и рассказал, что Хельга остановилась в самой дешевой гостинице в пригороде. В ее номере все было перевернуто вверх дном, когда он пришел.

— Там был обыск?

— Скорее, драка. Пропали все вещи Хельги, кроме одной — браслет, который Бриан ей подарил. Да и тот валялся под окном снаружи. Порванный и со следами крови Хельги…

Ульрих замолчал. Похоже, он чувствовал свою ответственность за пропажу девушки.

— А он спрашивал работников и хозяина гостиницы?

— Пытался. — Ульрих усмехнулся.

— И, конечно же, никто никого и ничего не видел? — констатировала я.

— Верно. Пока мы искали, пока сообщили совету старейшин, пока те думали, что делать, пропала еще одна волчица. Тихоня Луана, которую мать послала за покупками. Безобидная и девушка, которую считали лунной странницей.

— Лунной странницей? — переспросила я.

— Она была слегка не в себе, — пояснил Ульрих, красноречиво покрутив ладонью у виска. — Но ей бы точно не пришло в голову отправиться в путешествие в одиночку и без разрешения родителей.

— И что дальше? Что решил совет?

— Они боятся нарушить правила. Наши ведь не могут просто так заявиться в Левшары и навести там порядок. Это кончится войной.

— Бюрократия… Куда же без нее, — пробормотала я, понимая, что с точки зрения политики все верно.

Надо обращаться к властям, но это должен сделать кто-то вроде Райда, а не Ульриха.

— Вроде того, — согласился оборотень. — Поэтому я и решил действовать. Сам отправился в Левшары на ярмарку и притворился деревенским дурачком. Да еще нарочно засветился с оборотом, чтобы наверняка. Подумал, раз им нужны оборотни, это имеет значение.

— И у тебя получилось, — констатировала я.

— Да! Они клюнули и куда быстрее, чем я ожидал, потому и попался. Я снял комнату на постоялом дворе недалеко от того места, где похитили Хельгу. Ждал, что нападут ночью, если, вообще, нападут, но ловцы совсем обнаглели. Взяли меня сразу же.

— Но как ты им поддался?

— Что-то было в питье.

— Выпивка еще никого до добра не доводила, — пошутила я. — Многие на этом погорели.

— Я пил воду! — возмутился Ульрих. — Похлебка, что мне подали на обед, оказалась слишком острой. Жажда замучила, и я попросил воды. Выглушил целый кувшин, после чего мгновенно отключился, а пришел в себя уже в клетке. Как и когда принял волчье обличье, даже не помню!

— Похоже, работают они профессионально, продумав каждый шаг.

— Так и есть. Доставщик — тот самый покупатель, которого я догнал и допросил, рассказал, как у них все устроено: ловцы выслеживают и похищают одиноких оборотней в городе, подливая в питье особое зелье. Оно без вкуса и запаха, так что даже в воде его не распознать при всем желании.

Мне это совершенно не понравилось.

— Очень предусмотрительно! Таким средством можно любого одурманить!

— Верно! Иначе с оборотнями у них ничего бы не получилось. Мы тонко чувствуем запахи. Малейшие оттенки. Сразу можем понять, если с пищей что-то не так.

— Скажи, ты действительно применил пытки, чтобы он все это тебе поведал?

— Не пришлось. Двинул пару раз по дых, и он запел как птичка. Разве что…

— Что?

— Этот урод был настолько самоуверенным, что даже не считал нужным запираться!

Я лишь покачала головой. Рассказ Ульриха и свежий воздух из открытого окна согнали остатки сна. Я зябко поежилась, и оборотень накинул мне на плечи плед, который лежал на подоконнике.

— Спасибо! — поблагодарила я и попросила его продолжить рассказ.

— Ловцы действуют по хитрой схеме. Поймав очередную жертву, они просят продавцов живности на рынке присмотреть за товаром, пока покупатель не приедет. Якобы срочно нужно уехать, а за волком вот-вот придет покупатель. Предлагают хорошую плату, но не слишком большую, чтобы выглядеть подозрительной. Кто откажется от такой пустяковой просьбы? Никаких затрат на содержание. Нужно лишь присмотреть за зверем час или два, передать покупателю и получить остаток гонорара. Снадобье, которым ловцы меня усыпили, действует довольно долго, а клетка с виду используется самая обычная. Если зверь не проснется, продавец и не заподозрит, что присматривает за оборотнем.

— А если даже и догадывается, то ему все равно… — заметила я, вспомнив того самого мужика, который продавал «кошаков».

Мне показалось, что он прекрасно понимал, что ввязался во что-то дурно пахнущее, но деньги ароматами не обладали.

— Даже если и заподозрит что-то, то будет поздно дергаться. Ловцов уже след простыл, а опасный товар нужно сбыть с рук во что бы то ни стало. Сбыть и забыть об этом побыстрей, — подтвердил оборотень.

— Ну да, выпустить тоже страшно. Вдруг ловцы явятся потом с разборками к нему домой. У каждого дети, жена…

Ульрих согласно покивал.

— За «товаром» приезжал тот самый человек, которого, я… Ну, того... Шею свернул.

— Всегда только он?

— Других он не знает, даже если они есть, но подозревает, что не один. У нас ведь не единственное поселение, где живут оборотни. Так что мы не знаем, сколько всего похищенных.

Я задумалась. Похищение оборотней приобрело массовый характер. Интересно, а конечный потребитель товара один, или они разные? И кто он? Маньяк какой-то? Или все прозаичнее?

— Ульрих, а этот самый «доставщик» знал, кому он должен был тебя передать?

На лицо оборотня легла тень.

— К сожалению, нет. Заказчик получает товар в условленном месте. Они с доставщиком никогда не встречаются. А, может, оборотня там забирает очередной посредник. Этого тот мужик не знал.

Я задумалась, пытаясь осмыслить схему.

— Умно у них все устроено. Посредник не знает в глаза ловцов. А те — посредника. Временные продавцы постоянно меняются, рынки тоже? — уточнила я.

— Уверен, что так и есть. Из нашего с доставщиком напряженного, но содержательного разговора я понял, что оборотней не всегда продавали там же, где они были пойманы. Все устроено таким образом, что звенья цепочки не контактируют между собой напрямую. Так что след Хельги здесь теряется. Как и остальных несчастных…

Мне стало не по себе, и я обхватила себя за плечи.

— Жаль, что тебе не удалось больше ничего выяснить.

— Да... Но все равно теперь я знаю намного больше, чем раньше. Я смог убедить отца, что это не выдумки влюбленного Бриана, и Хельга никуда не сбегала. Она была очень своенравной волчицей и доставляла проблемы. Вот все так и решили. Но теперь точно известно, что похищенных было больше. Возможно, намного больше!

— Ульрих, я искренне тебе сочувствую и Бриану тоже. Неизвестность — это ужасно. Надеюсь, теперь получится выйти на этих заказчиков и найти пропавших. Но… Больше не действуй в одиночку, ладно? Твоя мама очень беспокоится за тебя. Ты у нее один.

Я дотянулась и тронула оборотня за локоть. Он согласно опустил голову.

— Да. Я был чересчур самонадеянным, это правда. Думал, что уж меня-то им не обмануть, а вышло как вышло…

Мы замолчали, погрузившись каждый в собственные мысли. Ситуация мне не нравилась, и я решила поговорить об этом с Данте. Если он собирается здесь править, ему все равно придется с этим разбираться рано или поздно. Но как оборотень отнесется к тому, что я его выдам?

Я взяла парня за руку и сжала его пальцы.

— Ульрих, нужно рассказать об это генералу ар Шахгару. Уверена, он сможет что-то посоветовать, — попыталась я его уговорить.

Реакция превзошла ожидания. Ульрих стиснул мою руку и, опустившись передо мной на одно колено, заглянул мне в глаза.

— Спасибо вам, лейра Эления! Я сам собирался попросить вас об этой услуге. Если бы не вы, не знаю, где бы я сейчас был, а генерал, он... Отец запретил его беспокоить, и тогда я решил...

Оборотень не успел закончить мысль. Дверь спальни отворилась, и на пороге возник Данте собственной персоной.

— Ульрих? Эления? Что здесь происходит?

— Э-э… К-хм! Генерал, я… — Оборотень поспешно выпустил мою руку и поднялся. Он походил на мальчишку, застигнутого за просмотром сайтов с неподходящим возрастным рейтингом. — Пожалуй, мне пора.

Ульрих попытался ретироваться тем же путем, которым попал сюда — через окно. Ухватила его за запястье, не позволяя улизнуть.

— Останься! — сказала твердо и тоже поднялась из кресла. — Данте, тебе стоит послушать историю Ульриха, — обратилась я к генералу. — Поверь, это очень интересно.

Дракон молча буравил меня потемневшими глазами, и я видела, что он едва справляется с собой.

Его взгляд медленно сместился на мою руку, все еще сжимающую запястье волчонка.

Очень красноречиво! Неужели ревнует?

Ревность — плохое чувство. Следовало убить его на корню. Выпустив Ульриха, которой, кажется, передумал, убегать, я подошла к Данте и взяла его руки в свои. Стиснув пальцы, попросила шепотом, чтобы не разбудить Сашку:

— Идемте, поговорим в гостиной. — И потянула дракона за собой.

Мягко ступая, мы все покинули спальню, а я мысленно смирилась с тем, что выспаться мне сегодня не удастся. Сынок вот-вот проснется и потребует его накормить.

Ульрих, у которого в голове все сложилось после нашей беседы, смог куда более сжато и коротко поведать о том, что он успел узнать о похищениях оборотней. Данте слушал, не перебивая. Лишь потом задал несколько уточняющих вопросов.

— С этим нужно разобраться, — согласился он. — Я не позволю никому бесчинствовать на своих территориях.

— Уверен, отец предоставит любую помощь. Сейчас его возможности ограничены. Оборотни не могут действовать законно на территории, которая нам не принадлежит.

— Я обладаю определенными полномочиями во всех княжествах Морейна и меня пока никто не лишал этого права. Завтра я поговорю с Райдом, и мы подумаем, с чего можно начать расследование. После того, как ты улизнул из лап ловцов, они могут затаиться на какое-то время.

— И верно… — расстроился Ульрих.

— Не переживай, зато ты выжил и смог рассказать о том, что произошло. — Поддержала его я и добавила, глядя на Данте. — А у нас пока будет время устроиться.

Ульрих ушел, еще раз извинившись за столь поздний визит. Повисла тишина. Я не считала, что в чем-то виновата, потому не торопилась оправдываться. А о чем думал генерал, я не знала. Но определенно он был чем-то взбудоражен. И это точно была не пропажа оборотней.

Генерал обвел взглядом комнату, а затем уставился прямо на меня.

— Эления… — выдохнул он с такими интонациями, что у приятная вибрация по всему организму прошла.

Смутившись, я неожиданно для себя довольно улыбнулась и спросила:

— Что?

Генерал вдруг схватил меня и притянул к себе. Обнял, крепко прижав. С усилием гладя и растирая мне спину. Его ладонь обжигала через тонкую ткань ночной сорочки и такого же тонкого халата. Волны жара расходились по телу. Бежали маленькими молниями по коже, выстреливая в кончики пальцев. Грудь тут же напряглась, дыхание участилось. Желание, острое, точно кайенский перец, и такое же пряное, прокатилось по моим венам. Сводя с ума, лишая лишних мыслей...

Я затаилась, наслаждаясь ощущениями. Полной грудью вдыхая запах такого желанного мужчины и пытаясь понять, что со мной происходит и почему? Пытаясь не сорваться в пучину.

Почему столь острая реакция? Как это, вообще, возможно? Или это тело Элении так реагирует. Хотя… Теперь оно мое. И мысли тоже мои. И реакции…

— Эления, я… Когда увидел его рядом с тобой… Я едва сдержался. Думал, оторву голову на месте. Я никогда… Потерял контроль…

— Не потерял, Данте, — выдохнула я на какой-то неожиданно мягкой ноте. — Ты прекрасно держался. Но не надо меня ревновать, пожалуйста…

— Не могу!

Странно, но фраза, в которой не было ни одного рычащего звука, отдалась рокотом далекого грома внутри меня, вспугнув бабочек в животе.

— Не могу. Не желаю, чтобы мужчины посещали твою спальню ночью! Независимо от причины!

В отличие от генерала я себя сейчас почти не контролировала. Вопреки здравому смыслу. Не думая о недавних родах, я поднялась на цыпочки и закрыла рот Данте жадным поцелуем.

Глава 4

Данте ар Шахгар

Ревность сжигала меня, и я ничего не мог с этим поделать. Умом понимал, но инстинкты так тяжело побороть! И даже сейчас, когда драконья суть подверглась враждебному влиянию, чувства не притупились. Напротив! С каждым днем… С каждым проведенным рядом часом наша связь только крепла. И этому было объяснение: наш малыш, который мирно сопел в своей колыбели. Он был главным подтверждением того, что Эления — моя женщина.

Моя и только моя! А значит, никто не смеет ошиваться рядом без моего ведома!

Не убить волчонка на месте помог отработанный годами самоконтроль. Эления почувствовала, что со мной происходит. Пусть не поняла, но инстинктивно оказалась рядом. Ее нежные пальчики нашли мою руку, и душу словно омыло волной тепла. Меня попустило достаточно, чтобы я смог мыслить и говорить, а не рычать.

Хотя… Мыслил я не так уж здраво.

Ночь выдалась особенной. Напоенная безудержной, дикой магией Запределья и приправленная, точно специей, магией хаоса, она походила на свежий морской бриз, перемешанный с ароматом южных пряностей — кружила голову и толкала на безумства. Не только меня…

Когда мы остались одни, я попытался объяснить Элении, что почувствовал, когда увидел ее рядом с волком, но… Она буквально заткнула мне рот поцелуем! Знаю, эту банальную фразу используют солдаты и наемники, сидя у костра вечерком и делясь своими постельными похождениями с излишне болтливыми девками. Не подозревал, что испробую такое на себе!

Когда это Эления стала такой смелой? Ее напор одновременно удивил и даже слегка рассердил меня: да как она посмела так вести себя с драконом?

Из груди вырвался глухой звук, похожий на рычание. Моя рука скользнула в чуть спутанную после сна копну шелковых волос, аромат которых казался ярким и призывным. Приласкав затылок Элении, я сжал пальцы, запрокинув ей голову. Из горла моей женщины вырвался низкий призывный стон, и все, что могло у меня окаменеть, окаменело.

Я ласкал ладонью ее талию… Хотя нет, давно уже не талию, а приятную упругую выпуклость ниже. И сейчас потянул на себя. Прижал, не давая отстраниться. Заставляя прочувствовать, что она натворила своим неразумным поведением. Подсознательно желал ее припугнуть, чтобы одумалась, но добился противоположного эффекта.

Эления резко вдохнула и, приподнявшись на цыпочки, обвила мое бедро ногой. Потерлась, словно кошка, и откинулась чуть назад, взглянув из-под ресниц. Затуманенный желанием взгляд разлился горячим медом по моему телу. Казалось, я кожей чувствую исходящие от моей пары волны возбуждения. Это было удивительно приятно и ново. Ведь в нашу первую ночь все было совершенно по-другому, несмотря на дурман Сердца Рады.

Налитые груди Элении с призывно выделяющимися под тонкой тканью сосками приковали мой взгляд незримыми цепями. Тепло ее тела, его аромат, наполненный страстью и ожиданием, кружили голову не хуже вина из королевских подвалов, а действовали почище, чем самая забористая сивуха в кабаках городского дна.

Потеряв остатки здравого смысла, я подхватил Элению на руки. Ее стройные ноги тут же обвили мою талию, и я ощутил, какая она жаркая и готовая. Наши взгляды встретились. В широко распахнутых серебряных глазах я увидел призыв, на который не мог не откликнуться, даже если бы хотел.

Розовый, манко приоткрытый и такой беззащитный рот со слегка припухшими, чуть влажными губами сам напрашивался на поцелуи. Мой язык ворвался внутрь, и Эления на миг растерялась, но приняла правила игры, отвечая мне с тихими стонами, от которых по коже шли волны удовольствия.

Не прекращая целовать, я понес ее в спальню.

— Нет! Там Сашка! — выдохнула она мне в рот, на такой ноте, что у меня все зазвенело от окрепшего донельзя желания.

Подоконник, предназначенный для чтения, показался достаточно широким, а еще на нем лежали несколько подушечек. Оценив обстановку, я решил, что там будет достаточно удобно, и изменил траекторию. Усадив Элению, принялся целовать ее шею, подбородок. Спустил с плеч сорочку. Ворот был слишком узкий, пришлось его слегка расширить, чтобы увидеть полные молока груди с крупными сосками. Блеск луны на светлой коже окончательно свел меня с ума…

— Нет! Не трогай их… — выдохнула Эления, а затем ее руки надавили мне на голову, опуская ниже, направляя...

Одновременно она прогнулась, подставляя животик, немного мягкий еще после того, как она выносила и родила моего сына, и такой желанный!

Сорочку я разорвал до самого низа, и под ней не было ничего ровным счетом. Полюбовавшись на округлившееся тело, которое приобрело более женственные формы, чем в нашу первую ночь, я остался очень доволен.

Эления постанывала и вздрагивала от моих поцелуев, ей было приятно и щекотно одновременно, а движение бедер подсказывало, чего она от меня ждет. И я покорился, наслаждаясь вкусом любимой женщины, ее стонами, дрожью, тихими мольбами: она то требовала прекратить, то продолжить.

Пришлось чуть придержать ее, чтобы не сбежала, и наградой мне стали частые всхлипы и вцепившиеся в мои волосы пальцы. Эления достигла пика очень быстро. Желание и в ней копилось не одни сутки, теперь это было понятно. Как и во мне…

Заплакал ребенок. Требовательно и надрывно, словно от приснившегося кошмара. В тот же миг Эления разом изменилась. Выскользнула из моих объятий, на ходу закутавшись в остатки ночной рубашки и халат. Скрылась в спальне, и плач тут же стих, а до меня донесся ее ласковый шепот и голодное чмоканье сына.

Этому мелкому дракошке было позволено сосать ее грудь сколько влезет!

Уткнувшись лбом в твердый прохладный камень, я постоял, стараясь остудить мысли, вот только тело остывать не желало. Было почти больно, но уже понятно, что продолжения не последует. Уж точно не сейчас, и это правильно… Еще слишком рано для постельных утех. Организм Элении должен восстановиться после рождения ребенка. Не стоит торопиться.

Мой бездумный взгляд скользнул за окно, и мне вдруг показалось, что я заметил темную фигуру, которая тут же скрылась за стволами деревьев. Кто это был? Случайный прохожий, или кто-то намеренно наблюдал за нашими похождениями? Пожалуй, подоконник был не самой лучшей идеей, подумал я и направился в спальню. Оставлять свою семью этой ночью я не собирался.

Пожалуй, только это меня и остановило от того, чтобы догнать незнакомца и сделать ему внушение. Объяснить, что подглядывать в чужие окна — нехорошо.

Или это была женщина?

Плащ помешал рассмотреть фигуру, но мне показалось, что двигалась она как-то… По-женски, что ли?

Неважно! Важно понять, кто это? Случайный прохожий, или тот, кто желает забрать нашего сына. Возможно, это отвлекающий маневр, и наши враги намеренно пытаются выманить меня из дома таким образом? Хотят, чтобы Эления осталась одна?

Но если так, то как им удалось проникнуть в поселение оборотней?

Ответ напрашивался один — это кто-то местный. Например, тот же, кто давал наводку на молодых одиноких оборотней, отправляющихся из Запределья в Морейн. Кто-то… Кто имеет зуб на всю общину? Исключать такой вариант было нельзя, и я решил сказать об этом Райду, но утром. Сейчас я хотел побыть с истинной и нашим сыном. С этими мыслями я и вошел в соседнюю комнату.

Эления, увлеченная кормлением малыша, не сразу меня заметила. Я постоял в дверях, наслаждаясь зрелищем. Ощущая, как в моей душе что-то меняется. Крепнет. И вдруг понял, что вижу слабое свечение, которое окружает мою истинную и ребенка. Магия, совершенно особенная, разливалась вокруг, заполняя пространство. Когда мы ехали в карете, я не раз наблюдал, как Эления кормит сына, но не замечал ничего подобного. Сейчас же происходило что-то особенное — ни с чем подобным я раньше не сталкивался.

Завороженный зрелищем, я подошел ближе и тихонько присел на краешек постели.

Эления повернула голову.

— Сашка... Он есть захотел. Прости…

Она виновато и чуть смущенно улыбнулась. Мое сердце зашлось в особой, не испытанной ранее, неге.

— Ничего. Наш сын… — Я споткнулся и добавил, чтобы скрасить оговорку: — Растет, парень.

— Наш сын? — Эления, внимательно посмотрела на меня и снова улыбнулась, а затем неожиданно добавила: — Мне нравится, когда ты так говоришь о Сашке.

В горле встал ком, не давая выдавить больше ни слова, а Эления вдруг продолжила:

— Данте, я выйду за тебя, только…

— Только? — повторил я хрипло, словно старый ворон.

— Только давай сначала устроимся. Поживем вместе. Убедимся, что подходим друг другу…

Ее слова удивили меня настолько, что я переспросил:

— У тебя еще есть сомнения в том, что мы подходим друг другу?

— Нет, но… Мы ведь пока еще не любим...

— Эления, я…

— Стой! — Пальцы истинной коснулись моих губ. — Ничего пока не говори, пожалуйста. — Я просто хотела сказать, что нас вместе свела беда. Ты помог мне, я испытываю благодарность, а ты — ответственность. Это сближает. Но пережив острый период, люди зачастую понимают, что чужие друг другу. Не хочу, чтобы с нами случилось так же. Сашка привыкнет считать тебя отцом…

Она разволновалась и замолчала, уставившись на меня умоляющим взглядом.

— Эления, я никогда вас не оставлю! Как же ты не понимаешь?

— Данте, ты говоришь сейчас то, что думаешь. Но, пожалуйста, не будем торопиться, ладно? Дадим нам шанс стать настоящей семьей. Мы ведь так мало знаем друг о друге на самом деле.

Волшебное свечение пропало вместе с особой магией. Кажется, наш разговор ее разрушил…

Ощутив разочарование, я нехотя кивнул. Но надо было отдать должное мудрости Элении. Такое могла выдать опытная женщина, прожившая не один десяток лет в браке, а не вчерашняя девчонка, которую силой затащили в бордель, подложив под незнакомца.

Разница между той Эленией и этой ощущалась особенно ярко. Передо мной уже была не испуганная девчонка, а уверенная в себе женщина. Моя пара. Внутри бушевала и ярилась драконья суть, запертая в прочную оболочку враждебной магии. Дракон больше не спал, но и вырваться не мог, и от этого было тошно…

Хотелось выйти и дать себе время собраться с мыслями. Подышать воздухом и прийти в себя. Но Эления, уложив сына в колыбель, подошла и положила руку на мое плечо.

— Данте, ложись со мной. Мне не нравится, что ты ночуешь где-то в другом конце дома, а рядом ошиваются готовые на все прислужницы, — проворчала она, укладываясь и увлекая меня на подушки. — Да и эти покои слишком просторные для двоих, — добавила она сонно.

Я лег и притянул Элению к себе. Обнял, стараясь не думать о близости. Чувствовал, что истинной сейчас это не нужно. Мне было приятно просто лежать вот так рядом. Ощущать тепло ее тела. Наслаждаться ритмом биения сердца. Дыханием — ее и нашего сына. Дракон внутри меня тоже угомонился, а я понял, что чувствую его почти совсем как раньше.

О полном восстановлении речи пока не шло, но какую бы магию ни использовал Нарваг ар Гэрхэй, волшебство истинности ее словно бы и не замечало. Но достаточно ли истинности, чтобы все стало как раньше. А чтобы создать полноценную семью, ее хватит?

Эления была права. Мы слишком мало знали друг о друге. А еще у каждого из нас были свои секреты. Вопрос: останется ли все по-прежнему, когда правда выйдет наружу?

Я-то был готов понять и принять что угодно. Дракону внутри меня не было дела до того, кто его пара — раскованная жрица Рады, благопристойная служительница Эсклера или последняя тварь и убийца, разумом которой управляет сам Локрус.

Но как отреагирует Эления, когда узнает, что я настоящий отец ее ребенка? И что случится раньше: я расскажу сам, или она вдруг это вспомнит?

Стоило на миг представить, что потеряю истинную, и страх оглушил меня. Я крепче прижал Элению к себе, словно пытаясь укрыть ее от всего мира в собственных объятьях. Она погладила меня по руке, успокаивая, а потом завозилась, устраиваясь поудобнее, и скоро уснула, а я еще долго лежал, прислушиваясь к дыханию сына и к тому, что происходит снаружи.

Я все-таки уснул, да так крепко, что не заметил, когда встала Эления. Не обнаружив ее рядом, на миг испугался, но в этот момент дверь ванной комнаты отворилась, и оттуда показалась моя истинная с ребенком на руках. На ее губах блуждала улыбка.

— Доброе утро, лэрд генерал! Как спалось? — поинтересовалась она.

— А почему так официально? — ответил я вопросом на вопрос.

Эления пожала плечами и принялась заниматься ребенком. Подложив под голову руки, я наблюдал за ними. Истинная то и дело поглядывала на меня, и от этих взглядов меня словно теплом обдавало.

— Ты так смотришь… — заметил я.

— Просто смотрю! — ответила она поспешно и зарделась. А потом неожиданно возмутилась: — Данте, прекрати меня смущать!

— Ха! Это я-то тебя смущаю? — удивился я. — Ходит тут передо мной в одном тонком халатике. Посматривает так, что внутри все переворачивается от желания затащить тебя в постель, и это я ее смущаю! — рассердился я наигранно.

Эления возмущенно выпучила глаза, покраснев, а затем ехидно парировала:

— Тебе говорили, что ты очень милый по утрам?

О такого абсурдного заявления я не выдержал и рассмеялся.

— Слышали бы тебя мои подчиненные! Вот кто не назвал бы меня милым ни в какое время суток.

Вместо ответа Эления передала мне ребенка и заявила:

— Побудь с ним, мне в уборную надо!

Она снова скрылась за дверью ванной, а я остался один на один с младенцем и слегка оробел.

Что-то незримо изменилось в нем с момента нашей первой встречи. Он стал другим? Вырос?

И правда…

Не зря говорят, что дети растут не по дням, а по часам.

— Кажется, кое-кому скоро исполнится месяц, — заявил я малышу, и в ответ услышал согласное: «Гху!»

Клянусь всеми богами, он мне ответил!

— Мы должны сделать хороший подарок маме, верно, Александр?

Ребенок продолжал смотреть на меня не мигая. Я понятия не имел, как полагается играть с детьми, потому вытянул губы дудкой и попытался изобразить что-то вроде: «Пу-пу-пу!»

Наследник, внезапно быстрый, точно кобра в пустыне, ловко схватил меня маленькой ручонкой за нижнюю губу. Да так крепко, что даже стало немного больно!

— Кьепкие фруки! И фто взе ты делаефь? — поинтересовался я.

— Гу! — ответил дитеныш и снова дернул губу.

Я аккуратно расцепил маленькие пальчики. Поцеловал крепко сжавшийся кулачок и улыбнулся, положив сына себе на грудь. Он попытался приподнять голову, но потерпел неудачу и расстроенно закряхтел, намереваясь заплакать.

— Ничего страшного, скоро получится. Ты же настоящий дракон! — успокоил я его.

— Гуг! — согласился со мной малыш и попробовал снова.

На этот раз у него почти получилось. Еще немного и будет уверенно головку держать.

— Вот и правильно! А реветь пока не надо. Мама бросит все дела и прибежит. А ей тоже надо иногда принимать ванну. И, вообще, она слишком много внимания тебе уделяет. Не доверяет тебя нянькам, понимаешь? Так что не наглей.

Сын решил последовать моему совету и затих. От него пахло молоком и еще чем-то приятным, а сам он был маленьким и забавным. Наблюдая, как он борется с дремотой, я не смог удержаться от улыбки.

Думал ли ты, черный дракон, что найдется что-то, что способно сделать твое сердце мягким, как пудинг? А вот, нашлось такое средство. Но не в этом ли весь смысл заговора: дать тебе сына, а затем лишить ?

Лишить, чтобы что? Чтобы управлять тобой? Подчинить?

Я легонько погладил пушок на головке ребенка.

— Обещаю, что найду того, кто за тебя заплатил. Он пожалеет, что посмел допустить мысль о том, что так можно поступать с моим сыном!

На пороге ванной появилась Эления с намотанным на волосы полотенцем. Она пристально уставилась на меня, и на миг показалось, что вот-вот прозвучит вопрос, дать ответ на который, я пока не готов.

Эления спросила другое:

— Ты тоже считаешь, что похищения оборотней и охота на Сашку могут быть как-то связаны?

— Не знаю, но обязательно это выясню. Я должен помочь оборотням и найти того, кто организовал эти похищения.

Эления подошла ближе и принялась сушить волосы.

— У тебя есть мысли, кто это может быть?

— Кто бы он ни был, у него есть связи. Возможно, что это кто-то приближенный к его величеству.

— Ваш… Наш король водится с подобными людьми? — удивилась Эления.

Оговорка резанула ухо, и я подумал, что Энера во многом права. У Элении много странностей. Например, то, что между нами случилось накануне, не вязалось с поведением домашней, затюканной мачехой, девочки. Она была раскованной и приняла мои ласки, не выказав ни малейшего удивления или протеста. Как будто подобное было для нее в порядке вещей, а ведь о таком ей и знать пока не положено.

Но это мне в ней и нравилось, побери меня Локрус!

— Не надевай сейр, пока мы здесь, — попросил я неожиданно для себя.

— Что? — удивилась она.

— Не надевай сейр, пока мы у волков. Хочу любоваться твоими волосами, — попросил я.

— Хорошо. Мне все равно не нравится носить головные уборы, — легко согласилась она.

На миг я представил ее одетой так же, как волчицы. Мелькнула шальная мысль, согласится ли она надеть одежду, которую носят местные? Интуиция подсказывала, что согласится и даже не поймет, что именно не так. Вот только стоило представить, как моя истинная расхаживает полуобнаженной при других мужчинах, и я передумал экспериментировать. Первый же не выдержу и сдохну от ревности к каждому самцу. Но еще раньше сделаю ее своей…

В дверь покоев постучали, прервав мои крамольные мысли.

— Лейра, простите, но лэрда генерала зовет вождь. Прибыла делегация от лесного народа… — сообщил приятный женский голос.

— От лесного народа? — переспросила Эления, с недоумением посмотрев на меня.

— Ильвы, — пояснил я. — Рановато они заявились…

Остроухие снобы, которые доставили мне проблем больше, чем кто-либо еще из народов, населяющих Запределье уже знали, что я здесь. Плохо. Встречаться с этими ребятами, лишившись драконьей сути, было крайне опасно. Неизвестно, что взбредет им в голову?

— Это опасно? — Эления правильно считала мою настороженность.

— Ильвы — это всегда опасно. Но будем надеяться, что они не посмеют нарушить законы волчьего племени и не станут мстить мне прямо сейчас.

Эления растерянно захлопала ресницами, а из-за двери донеслось:

— Лэрд, так что мне передать вождю?

— Передай, что я скоро буду, — ответил я и добавил, обращаясь к Элении: — Надеюсь, меня там накормят завтраком.