Газлайтер. Том 6

Глава 1 - Заслужил

Мы с ребятами прибываем в заслон в Южном Парке прямо со школьной линейки. Даже переодеваться не стали. Так что неудивительно, что царские охотники на заставе удивленно глазеют на нас. Девчонки в бантиках и белых блузках и парни в школьных костюмах немного не вписываются в антураж воинского подразделения.

- Что за пункт «Г»? – спрашивает Светка, пока дежурный по КПП провожает нас к Степану.

- Отчим поделил всю территорию вокруг Будовска на сектора, - поясняю. – А пункты – это заставы в таких секторах. Мы сейчас в одном из них.

Мы останавливаемся у дверей кабинета. К Степану допускают только меня, ребят просят подождать в коридоре. Полковник сидит за компьютером весь взмыленный с телефонной трубкой.

- Данила, слушай обстановку, - отчим сходу обрушивает на меня поток информации. – Вокруг Будовска сразу открылось сто пятьдесят «нор». Прут бигусы. Много. Целые толпы. Сейчас их гасим на заслонах из тяжелых пулеметов и зениток. Но твари всё равно везде просачиваются, и хрен бы с ними, доброотряды их зачистят.

- «Русичам» нужно туда? – уточняю.

- Нет, пускай другие дворяне там работают, - отмахивается Степан, положив трубку на аппарат. – Сейчас главная проблема – это основной поток тварей за городом. Вот, - он поворачивает ко мне монитор. – Такое я видел только на Аномалии.

- Ого, - офигеваю я.

На трассу и прилегающие посевные поля выбегает огромная толпа рогатых бигусов, и конца ей не видно. Всё от горизонта до горизонта заполнено зверями. Ближе к камере по ним долбит тяжелое вооружение царских охотников, но что-то тварей несильно убывает. Места убитых занимают новые приматы. Еще и в небе летают какие-то лохматые крокодилины с крыльями.

- Кишмя кишит, - соглашается Степан и неожиданно спрашивает меня: - Какие есть идеи, чтобы с этим разобраться?

- У меня? – Он что, серьезно спрашивает у школьника как разбить армаду зверей?

- А зачем я тебя еще мог вызвать? – требовательно рычит полковник. – Сиськи мять? Давай, Даня, пораскинь мозгами, как всегда.

- Хм, Степан, я вообще-то только что со школьной линейки, - намекаю, что вопрос не по адресу.

- Смотри и думай, - тычет он пальцем в монитор. – Обещаю - я достану тебе чертов герб! Богом клянусь, зубами выгрызу у командования!

Ну я и смотрю. Мда, прямо съемки «Планеты обезьян».

- В общем… - протягиваю задумчиво.

- Да? – тут же подскакивает на месте Степан. – Придумал?

- Придумал, что мне нужно подкрепить мозг, - киваю. – Чем-нибудь сладким и вкусным. Желательно, вафли с карамелью или малиновый тортик. Запить – раф-кофе с сахаром. Много сахара.

Степан выслушивает мои пожелания с каменным лицом, потом берет трубку телефона и, вызвав дежурного, требует принести банку сгущенки с хлебом и кипяток с чайными пакетиками. Ну, хоть так.

И вот сижу я, макаю хлеб в сгущенку, запиваю сладким чаем, смотрю на снафф-фильм с участием русской артиллерии и рогатых обезьян и думаю, думаю, думаю. Надеюсь, отчим так же поднапряг свой Аналитический штаб. А то странно на меня рассчитывать всегда во всем…Ой, сгущенка кончилась.

- Ладно, засиделся я что-то, - встаю, вытирая руки салфеткой.

- Так и не придумал? – вздыхает Степан, резко осунувшись.

- Почему не придумал? – удивляюсь. – У меня возникла идея, еще когда десерт принесли, но сгущенка оказалась больно уж вкусная.

Полковник смотрит на меня с явным желанием крепко стукнуть.

- А еще я надеялся, что, может, в голову придет что-то получше, - добавляю. - Да и важно было увидеть, уменьшается ли темп прироста обезьяньего подкрепления.

- Меньше стал, - кивает Степан, сменив гнев на милость. – Ненамного.

- Ага, - достаю телефон и звоню Лакомке. – Кликни Змейку: пускай она нырнет в сейф в моем кабинете и достанет железный кубик. Да, привези. Адрес сейчас скину. И золотую цепочку прихвати. И твоих пластырей немного…. А сколько есть? Все сто штук. Ушки спрятать не забудь.

Потом набираю Серегу Сивых:

- Зубастика привезите ко мне. Срочно. Адрес - Пункт «Г». Ага, у охотников.

После того, как я дожидаюсь доставку артефактов, мы со Степаном, Лакомкой и «Русичами» выдвигаемся на позицию ближе к обезьяньему фронту. Высоко в небе над машинами парит Зубастик. Я использую глаза дракона, чтобы найти подходящее место для остановки.

- Вот здесь останавливаемся, - приказываю.

Мы высаживаемся, и я веду всех через зеленеющий лес к вышке сотовой связи. Железная громадина увенчивает холм, возвышаясь над деревьями вокруг. Сюда доносится громкий грохот залпов артиллерии. Приматов громят совсем рядом.

- Так, Лакомка, облепливай меня, - командую я, стягивая брюки и рубашку, и альва принимается за работу. – «Русичи», контролируйте периметр.

Камила со Светой с удивлением смотрят, как блондинка с удовольствием трогает меня в самых разных местах. Конечно, из-за необходимости. Сто пластырей налепить не так уж просто. Лена же усмехается, глядя на реакцию одноклассниц.

- Она точно твоя родственница?! – возмущается Света, тряхнув бантами.

- Соколова, не отвлекайся, - одергиваю ее, и блондинка, фыркнув, уходит к опушке леса.

- Закончила, мелиндо, - улыбается альва.

Оглядываю себя – ага, весь в пластырях. Специально «включаю» «кровника» и через его Дар ограничиваю поглощение ингредиентов. Дозирую порции, чтобы хватило надолго.

- Что такое «мелиндо»? – сразу уточняет Камила, которая встала неподалеку.

- Потом все вопросы не по делу, - отмахиваюсь я, натягивая обратно брюки. Рубашку не надеваю, как и туфли – будут только мешать. Забираю у Лакомки «кубик Рубика» и цепочку Горнорудовой.

– Итак, «Русичи», Лакомка и Степан, наши действия следующие: я взбираюсь на вышку, вы контролируете периметр. Если вокруг начнут валиться деревья или произойдет еще какой-то катаклизм – я честно без понятия, что может произойти! - отступайте.

- Как это?! Без тебя?! – восклицают хором девушки, ну кроме Адии и Лакомки. Гришка остается невозмутимым, а Степан лишь хмурится.

- Ну я-то на Зубастике улечу, - пожимаю плечами. – Ладно, полез, не скучайте.

Полез я не сам, конечно. Зачем мучаться, когда у меня есть воздушный транспорт? Просто даю громкого свиста, и с неба пикирует Зубастик.

- Кла-кла… - ощеривает клыки дракон, опуская голову.

Я взбираюсь ему на спину, и даю псионическую команду: взлетать. Крылатый зверь мигом доносит меня до верхотуры вышки. Спрыгиваю на ржавую площадку. Старый пол под ногами опасно заскрипел. Блин, не навернуться бы. Вышка явно нерабочая, последний техосмотр был лет десять назад точно. Связано это, наверняка, с вымиранием близлежащих деревень из-за всё большего наплыва зверей. Нет людей – нет потребности в сотовой связи.

Крепко взявшись за поручни, всматриваюсь в завесу облаков впереди за лесом. Поле битвы как на ладони. Пулеметы и зенитки мощно бомбят по приматам, только тех всё равно охренеть как много. А летающие крокодилы не позволят вертолетам приблизиться и сбросить бомбы на рогатые головы. Какая-то умная инопланетная сволочь предусмотрела слишком многое. Но всё ли? Сейчас увидим.

Я врубаю Дар физика на полную катушку. Тело обрастает мышечным каркасом Конана-варвара. Потом через «кровника» поглощаю ингредиенты из нескольких пластырей. Пытаюсь еще раз усилить тело, особенно корпус и правое плечо.

- Ну дальше некуда, - говорю я повисшему рядом в воздухе Зубастику. Дракон лишь скалится в ответ:

- Кла-кла...

Сжимаю «кубик Рубика» и отвожу руку назад до упора. Ох, давно я не метал гранаты, да и то всегда делал это с разбегу. Тут же не разбежаться, а то площадка еще к чертям рухнет.

Ладно, погнали. Шаг правой вперед, разворот корпуса, бросок.

Кубик стрелой улетает сквозь дымные клубы прямиком в самую гущу приматов. Упал прилично от заслонов. Теперь самое сложное. Я без понятия, будет ли от этого толк. Но Степан хотел идею от школьника – он ее получит. Как говорится, родственникам нужно помогать.

Снова поглощаю ингредиенты из пластырей и, сжав в пальцах цепочку, бросаю телепатические сигналы вслед за кубиком. Впервые я так далеко применяю ментальные щупы, но это удается благодаря артефакту баронессы. Нахожу кубик моментально, но вот дальше наступают затыки. Например, гребаная усталость. С меня уже сошло семь потов, черт! А я ведь всего лишь коснулся псионических связок в кубе!

Мои перепончатые пальцы! Фу-у-х! Держись, Даня. Теперь ты знаешь, насколько это тяжело, а значит, сможешь подготовиться. Я выдыхаю, собираюсь с силами. Затем снова действую по схеме: «высосать» пластырь, насытиться энергией и переложить связки в кубике.

Шаг за шагом накладываю связки в уже выясненной комбинации. На это уходит почти все пластыри. А когда остается совсем немного, я кричу вниз на всякий случай:

- Ложись!

И из последних сил соединяю оставшиеся псионические нити. И… ничего не происходит. Кхм. Неужели я напутал, и это не ящик Пандоры? Да не, быть не может.

Только мелькает последняя мысль, как гремит громкий взрыв. Ударная волна сносит даже некоторые деревья, а затем докатывается до вышки. И ржавый пол под моими ногами с грохотом разлетается на куски.

Я падаю в пропасть. Но подо мной вовремя оказывается спикировавший Зубастик, а зачем еще он здесь нужен? Чтобы ловить мою задницу, конечно! К счастью, бронированного дракона отбросило недалеко и даже не оглушило. Так что ко мне он успел.

Что ж, всё оказалось довольно просто. Кубик Рубика – это банальный троянский конь. Наверное, иномирянин хотел с помощью него убрать сильного телепата в стане врага. Слабый телепат просто не решил бы ребус – просто не хватило бы гибкости ментальной моторики.

Обхватив чешуйчатую шею даркона, я усаживаюсь поудобнее. Со стороны леса валит горячий дым, пламя распространяется дальше по деревьям. Приматы точно сгорели, но артиллерия тоже замолкла, явно и ей сильно досталось.

Я грустно смотрю на последствия своей задумки. Сплошь выгоревшие поля.

Ну всё, теперь одно из двух: либо дадут дворянство, либо повесят на площади как совсем охреневшего.

***

- Даня, ты цел?! – Степан кидается ко мне, а вслед за ним и «Русичи» с Лакомкой. Все выглядят немного помятыми, их, видимо, тоже оглушило взрывом.

Я, шатаясь, слезаю с Зубастика. И дело не в энергии, ее пока еще в достатке, по крайней мере, хватит на жизнедеятельность, но мозг безумно вымотался, его словно несколько раз постирали в стиральной машинке. Нужен сон, много сна. Спа-а-а-ать!

- Как видишь, - устало улыбаюсь.

– Как ты это устроил?! Что это было вообще?! – надрывается Степан

- «Кубик Рубика», - честно отвечаю.

А полковник смотрит на меня, как на полоумного.

- Головой что ли ударился, пока летел? – предполагает Светка.

- Это артефакт, - поясняю. – Кубик князя.

- А, - Степан немного в курсе о просьбе Великопермского. – Ничего себе кубик. Мощно ударило.

- Как твои бойцы? – осторожно спрашиваю.

- Почти все оглохли, - улыбается полковник, хлопнув себя по разгрузке с рацией, показывая, что уже связался с подразделением. – И многие ослепли, а кого-то и обожгло до румяной корочки. Но никто не умер, а ранами сейчас Целители занимаются. Главное, что бигусов разметало. Остатки добьют уже спецгруппы.

- Фух, - меня накрывает волной облегчения. – Ну всё, я домой спасть. Гриша, «Русичи» на тебе. Степан, пожалуйста, присмотри за ними. До скорого.

Разворачиваюсь и ухожу. Я всё равно больше сегодня не боец. Видя мое состояние, Лакомка идет рядом со мной и поддерживает под руку.

- Даня, - окликает меня Светка, держа в руках мою рубашку. – Может, ты хоть оденешься?

- Не нужно, гвен, - Лакомка улыбается блондинке. – Всё равно скоро я его полностью раздену.

Замечаю, как щеки Светы вспыхивают. Затем отворачиваюсь и иду к машинам. Сил больше нет это слушать. Надо спа-а-а-ть.

- Да какие они родственники?! – не выдерживает Соколова за моей спиной.

- Дальние, Свет, - доносится тихий голосок Лены, выгораживающей альву.

Едва я сажусь в машину, как сразу откидываю голову назад и засыпаю.

***

Вечером Степан на звонке с Задунайским коротко отчитывается об успешном подавлении нашествия бигусов.

- Мда, Тимофеич, столько зверей…Эдак никакого личного состава не хватит, - размышляет генерал. - Может быть, это была разовая акция? Тот, кто посылает приматов, не из воздуха же их берет.

- Завтра узнаем, - отвечает Степан. – Но раз «норы» закрылись и больше никого не выплевывают, значит, силы противника закончились. Хотя бы временно.

- Ладно, поживем-увидим, - решает генерал. – А насчет своего сорванца ты, конечно, удивил новостями. Запустил иномирный артефакт, говоришь?

- Великопермский передал находку Даниле, а он с помощью телепатии его запустил.

- Смекалистый у тебя пацан, Тимофеич, - делает вывод генерал. – Спору нет: дворянство он точно заслужил. Вместе с орденом. Может, даже дадут четвертого Георгия, но не суть. Парня должны позвать в Кремль на вручение. А если Георгий не выйдет, я лично приеду и вручу твоему пасынку что дадут, как только оформят Жалованную грамоту. Но ждать надо две недели точно, а то и месяц. Комиссия по наградам быстро такие дела не решает.

- Благодарю, Ваше Превосходительство, - без сильной радости отвечает полковник. То, что Данила получит герб, уже не подвергается сомнению. После такого взрыва-то. Тысячи бигусов на тот свет улетели. Другое дело – как быть с чертовыми «норами». Ведь новое нашествие всего лишь вопрос времени.

- И, Тимофеич, держи подробности об артефакте в секрете, - предупреждает Задунайский. – Может, наш враг-иномирянин подбросит еще таких штук. Будем только рады.

- Понял, Ваше Превосходительство, - соглашается Степан. Если у иномирянина есть разведка в Будовске, то он, скорее всего, смекнет, что подорвало его обезьянью армию. А если нет – то остается шанс получить новые подарки.

***

На следующий день я, выспавшись, направляюсь в кабинет работать. В школу всё равно не надо. Какая тут школа? После вчерашнего безумия весь город перепуган. Думаю, пару дней точно нужно людям, чтобы оклематься. А потом они постепенно привыкнут к постоянным «норам». Люди ко всему привыкают, как тараканы.

Уедут ли бодовичи из города? Кто-то, может быть. Но основная масса останется и даже, наоборот, еще мигрантов прибавится. «Норы» «норами», а зарплаты в Будовске резко подскочили. Здесь теперь много дворян, а значит много денег. Аристократы любят ходить по ресторанам и прочим заведениям и ни в чем себе не отказывать. Это я уже не говорю про приток денег с продажи мяса.

Я потягиваюсь и размышляю о своей судьбе.

Да, вчера повалило многовато бигусов. Но зато мне дадут герб. Теперь осталось только его дождаться.

Поступает звонок от Эльдара Енерева.

- Данила, слышал, ты вчера сильно отличился. – Ну, конечно, Камила уже рассказала родным. – И соответственно у нас с отцом возник вопрос.

А этот вшивый всё о бане.

- Герб я еще не получил, - замечаю. – Как только получу, тогда поговорим о следующем шаге.

- Хорошо, - соглашается наследник рода. – Тут опять всплыли Зябликовы со своей Борзой. Хотят привезти к тебе ее сегодня вечером в семь часов.

- Что ж, пускай привозят, - равнодушно отвечаю.

- Я с Камилой тоже приеду, если ты не против, - смеется Эльдар. – Чувствую, будет весело. Зябликов ведь не знают, что ты уже заслужил герб.

Енеревы в гости? Еще об их безопасности не хватало мне волноваться. Впрочем, у Эльдара есть своя голова на плечах.

- Как хотите.

- Тогда до встречи.

Эльдар вешает трубку, а я задумываюсь, чем бы встретить Зябликовых. Они-то, наверняка, тщательно готовятся. Ай ладно, экспромт рулит. На месте разберемся.

Глава 2 - Сюрприз от Зябликовых

- По Сибири вроде как разобрались, - Царь Борис оглядывает членов Совета безопасности и хлопает по распечатке доклада на столе. - С этими Аномалиями сплошная головная боль. Раньше налетали хоть разные звери. Вчера изо всех щелей полезли чертовы огненные ежи. Где нам взять столько водных магов? – самодержец хмуро ждет ответа, но никто спешит брякать первую пришедшую на ум глупость, а ничего умного что-то не придумывается. – Думайте, господа. Поручаю это Министерству магии. Предложение принесете завтра к полудню.

- Будет сделано, государь, - кивает министр.

- Генштаб, а что там с новой напастью? Что с «норами» на Кубани и в Перми?

- Держим оборону, государь, - отзывается Кутузкин Варфоломей Иосифович, командующий Объединенной группировкой сил в районе Аномалий. – Вчера в Будовской зоне произошел сильный выплеск. А именно крупное нашествие зверей.

- Да, о нем я и спрашиваю, - кивает Царь Борис. - Приматы вроде бы полезли. Мне Великопермский уже успел похвастаться, что он посодействовал победе, отдав очень мощный иномирный артефакт доброотряду. Так в итоге разобрались с диверсией?

- Да, государь, - отвечает Кутузкин. – Отличился один юный маг из добровольческих сил. Он проявил смекалку и запустил иномирный артефакт, тем самым уничтожив основные силы противника.

- Да, Великопермский тоже похвалил одного добровольца, - кивает Царь.

- Как видите, идея с доброотрядами оправдала себя, - гордо выпрямляется Кутузкин. - Хочу отметить, что Генштаб разработал достойное стратегическое решение.

- Прекращай нахваливать своих штабистов, Вара, - тут же остужает Царь пыл разошедшегося командующего. – Какие меры будут приняты по итогам анализа диверсии?

- Увеличим полк в Будовске, - отчитывается Кутузкин. – Командируем туда больше магов, а также усилим заслоны тяжелым вооружением, чтобы при новом массовом возникновении «нор», объемным огнем уничтожить противника.

- И наградите этого парня, - решает Царь. – Дадим ему четвертого Георгия и дворянство, если еще нету.

- Именно Георгия, государь? - уточняет секретарь. Обычно невоенным дают максимум орден «За мужество».

- Почему бы нет? Ведь доброотряды - часть армии, - пожимает плечами Царь. - Вон как Варфоломей Иосифович только что распинался о том же самом. Этим вручением мы еще раз подтвердим сей факт, заодно и другим добровольцам покажем, как щедро Родина награждает за бравые подвиги. Возражений же нет?

Члены Совета молча мотают головами.

- Как парня зовут? – зачем-то уточняет Царь.

- Вещий Данила, простолюдин, - заглядывает в запись Кутузкин.

- Устройте герою награждение вместе с другими отличившимися, - кивает Борис секретарю, затем, считая вопрос законченным, снова возвращаются к обсуждению государственной угрозы. – Мало нам было Аномалий, теперь появились еще и «норы». Скоро всё Царство превратится в дырявое лоскутное одеяло. Влад, - государь обращает взгляд на брата, заведующего Охранным отделением. – Всё это происходит не просто так. Помнишь Короля Теней?

Владислав, конечно же, помнит. Даже чуть не передергивает плечами от нахлынувших воспоминаний. Речь идет о психическом существе, которое более пятнадцати лет назад захватило разум Филинова и едва не уничтожило всё Царство.

- Та тварь пришла из Астрала, - напоминает брат государя. – Не думаю, что она как-то связана с Аномалиями.

- Я лишь говорю, что в Аномалиях могут сидеть монстры не слабее, - поясняет Царь. – А то и сильнее. Всё возможно, ведь мир огромен. Главное, чтобы Совбез вовремя принимал меры в ответ на возникшие угрозы, - он строго смотрит на подданных. – Как недавно показал Будовск, у нас повсюду разумные враги – не только в Астрале, но и в Аномалиях. Да еще здесь, на Земле, постоянно британцы чудят. Мы окружены со всех сторон. А посему я жду от вас новую военную концепцию с учетом открывшихся реалий. Царство не для того возродилось, чтобы снова повязнуть в пучине хаоса и разрухи. Я всё сказал. Собрание закончено. Работайте.

***

До встречи с Зябликовыми еще остается прилично времени. Я решаю хорошо подготовиться к возможной угрозе от дворян-телепатов. Располагаюсь в кабинете с чайком и вафлями, похрустываю вкусняшками, да любуюсь в окно на расцветающий сад. Ну еще иногда поглядываю на рог бигуса на тумбочке.

Если торкнуть по нему электрошокером, проявится кривая руна. Лакомка сказала, что это искусственный язык неких госпиралий, ордена магов-экспериментаторов. Туда входят разные расы, даже есть выходцы из альвов. Только эта информация мало что дает. Предъявлять претензии за "норы" по-прежнему некому. У ордена нет единого начальства. Они создали кучу ответвлений по всему сопряжению миров, и неизвестно, кто конкретно с нами столкнулся.

Негусто, в общем.

Кстати, сегодня ранним утром я звякнул Великопермскому. Надо было же рассказать, что я собрал «кубик Рубика», но отдать князю его не могу по той простой причине, что артефакт уже подарил бигусам. В утешение я добавил, что приматам настолько понравился подарок, что они даже запылали. В буквальном смысле.

Но Великопермский ожидаемо не расстроился. Даже порадовался за осчастливленных обезьян.

- Слава богу, что никто из моих телепатов-оболтусов не взялся за эту дрянь! – воскликнул Великопермский. – Бог меня уберег! Данила, а ты молоток! Справился выше похвал!

- Вы о чем, Ваше Сиятельство? – уточнил я, не поняв его.

- Ну как же?! – в свою очередь удивился князь. – О нашей с тобой помощи армии в операции, конечно же! Очень хорошо, что наша импровизация по отражению обезьяньей атаки удалась, да, Данила?

А, понятно. Загребаем жар чужими руками, Михаил Ермолаевич. Совсем несолидно и не по-княжески. Впрочем, раз и меня задобрили, то пускай. Мне в любом случае не светит ничего больше, кроме герба с орденом. Да и сколько бы Великопермский не примазывался к моим заслугам, меня ему не вытеснить из этой истории. А ссориться с еще одним князем мне не с руки. Паскевичей хватает за глаза.

- Да, я рад, что вы доверились мне, княже, - спокойно ответил.

- Ну, задумка ничто без умелого реализатора, - засмеялся тогда Великопермский. – А вообще, Данила, ты далеко пойдешь, особенно когда о тебе сам Царь узнает. Я тебя ему обязательно похвалю.

- Княже, кстати, если найдете еще иномирные артефакты – вы знаете, кому их передать, - оставил я заклад на будущее.

- Да-да, это непременно, - согласился Великопермский. – Ну всё до встречи.

Доев вафли, я звоню Кире. Некромантка отчитывается, что наконец подобрала руководителей на все ключевые должности. Она уверяет меня, что это настоящие профессионалы своего дела. Работа кипит, специалисты работают, первые пробники лекарства уже получены в лаборатории и сейчас проходят клинические испытания.

- Вот и славно, что с основными трудностями ты разобралась, - подытоживаю я, выслушав. – Значит, теперь ты можешь переехать в Будовск.

- Что?! Куда переехать?! – сразу вскидывается некромантка.

- В мой город, - спокойно отвечаю. – Не помнишь? Ты здесь уже была однажды, я еще показывал тебе уктоносзавра. Такую здоровую махину с клювом.

- Даня, я помню, конечно, и весь Будовск, и утконосзавра, в частности, - растерянно произносит Кира. – Но зачем мне переезжать? Я же директор «Энергосинтеза», ты сам поставил меня на этот пост.

- Так ты и останешься директором, - разъясняю. – И поэтому ты нужна мне здесь. Основная лаборатория «Энергосинтеза» находится в Будовске. Отсюда пойдут в Москву все рецепты. Здесь же и придумали лекарство от «коровьей смерти». За Москвой стоит лишь задача тиражирования наших лекарств. А это сделают и без тебя, главное, что уже подобраны нужные люди, с них и требуй исполнения задач. Больше по телефону я рассказать не могу. Жду тебя в гости, Кира.

- Поняла, - голос некромантки приобретает твердость. – Да, Данила, тогда мне и, правда, нужно в Будовск. Кстати…а где мне лучше остановиться?

- Да у меня и остановишься, - спокойно отвечаю. Тут, тихонько постучавшись, в дверь заглядывает Лакомка. Услышав последние слова, она сразу навостряет ушки. Я жестом показываю ей сесть и прошу минутки, чтобы закончить разговор. Сам ведь просил ее зайти. Альва понятливо кивает, усевшись в кресло.

- У тебя?! – снова громкий возглас Киры.

Хм, она, наверно, думала, что я порекомендую гостиницу. Но этого делать я не буду по нескольким причинам.

- Да, а что не так? – немного удивляюсь.

- Данила… но я же барышня, - запинаясь произносит некромантка. – А ты…ты молодой человек…я даже не знаю, как это будет выглядеть со стороны…прилично ли?

Лакомка уже вовсю сдерживает смех. Закрыв рот ладошкой, альва сотрясается от беззвучных содроганий. Видимо, услышала девичьи оправдания. Ушки-то у нее длинные.

- Прилично, - отвечаю без грамма сомнений. - Во-первых, Кира, город находится в военном положении. И то, что ты выберешь место остановки исходя из позиции наибольшей безопасности, тебя полностью оправдывает. А у меня абсолютно точно безопаснее, чем в любой гостинице. Гвардия тебя защитит. Во-вторых, не забывай про мои пси-волны. Постоянная стимуляция твоей мозговой деятельности очень поможет тебе в работе. И без обид, но она тебе не помешает, судя по тому, что ты сама обо всем этом не подумала.

- Да, ты прав, - облегченно выдыхает Кира. – А я, правда, не догадалась. Военное положение же дает право жить у тебя, - раздается виноватый смешок. - Видимо, мне, правда, нужны твои пси-волны, Даня. Жутко туплю.

- Поможем чем сможем, - улыбаюсь. - До встречи.

Попрощавшись, сбрасываю звонок. Вот от уж от кого, от кого, а от Киры никак не ожидал подобного. Взяла и превратно меня поняла. А ведь должна гореть работой, как никто другой. Да и все тут какие-то ветреные. Тот же Степан постоянно подтрунивает надо мной – падишах, падишах... Какой я, блин, падишах?

- В «султанском дворце» скоро будет прибавление, мелиндо? – Ну и Лакомка туда же. Но с альвой-то как раз всё ясно. – Девочка очень нежная, судя по ее робости.

- Кира – некромант, - возражаю. – Ковыряется в трупах, обожает кладбища, а ее любимый питомец - это живой скелет попугая. Сложно такую назвать «нежной».

Лакомка лишь пожимает плечами, дескать, ковыряние в трупах и нежность никак не связаны.

Я спрашиваю альву, как чувствует себя Мария Федоровна. Затем Лакомку к себе и позвал. Вчера, пока я был на школьной линейке, девочка наконец приняла лекарство от маготропии.

- Всё хорошо, - улыбается Лакомка. – Улучшение налицо. Думаю, через неделю Мария Федоровна полностью вылечится, - она делает паузу. – И тогда они с Антониной Павловной съедут?

- Зачем? – отмахиваюсь. – В городе нынче небезопасно, повсюду открываются «норы». Пускай лучше у меня живут.

- Это замечательная новость, мелиндо, - радуется альва.

А мне пора уже на встречу с Зябликовыми. Надо заранее приехать на базу, дабы подготовиться к гостям. Не забываю и налепить пару пластырей Лакомки, благо она их уже изготовила. Когда только всё успевает?

Первыми из гостей добираются Эльдар с Камилой. Я встречаю брата и сестру Енеревых на парковке. А то засиделся уже в помещении, в то время как на улице уже почти лето. Стоит ясный солнечный день. Тепло, хорошо.

- Даня, привет! – машет ладонью Камила и застывает, заметив вокруг нас кольцо Легавых. – Ой, ты вывел и Акелу с остальными. Привет, Ракша! И тебе, Рама…

Стая волкомедведей выполняет мой приказ, поэтому сидит неподвижными горами черного меха. Ну разве что хвостами немного виляют – узнали брюнетку.

- Пускай проветрятся, - отвечаю. – Кстати, Эльдар, а вашему брату понравился Кряква?

Совсем недавно утконосзавр отправился в товарном вагоне на Аномалию, но Енерев-младший должен был уже получить зверя.

- Да, никак не нарадуется, - ухмыляется Эльдар. – Кряква сходу охмурил стаю утконосзаврих, и теперь у брата ручная армия. Правда, там сейчас нарисовалась запара с огненными ежами. Но и против них Кряква неплохо должен держаться.

- Рад слышать, - я наблюдаю, как Камила всё же не выдерживает и бежит чесать за ухом свою любимицу Ракшу.

Через четверть часа приезжают Зябликовы. Старый фургон баклажанного цвета, кряхтя, добирается до парковки, и наружу вылезают три мужчины. Гену-то я уже видел, а вот кто таки остальные - без понятия.

- Ба! Добрый день, Ефрем Павлович и Фома Павлович! – с преувеличенной радостью восклицает Эльдар, даже не думая протягивать руку. – Сам глава рода прибыл в Будовск! Давно? Видимо, вам очень нужна Борзая!

Ого, значит, все мужчины Зябликовых в сборе. Отец, сын и дядя. Причем развалюху старше моей бабушки вел один из Зябликовых. Действительно, у них всё плохо с финансами. Ни гвардейцев, ни водителя, ни слуг.

Зябликовы не сразу отвечают Эльдару. Их всех застала врасплох стая Легавых. Очень сложно не испугаться, когда впервые видишь внимательные глаза Акелы в ободках из шрамов. В это время Камила с превосходством и презрением смотрит на трясущегося Гену.

И всё же нельзя недооценивать противника. Три телепата, даже слабых, – это серьезно. Я вообще поражен, что они бедняки. С их способностями всегда можно наняться на службу к другому роду. Хотя слышал, Зябликовы и пробовали, но насолили кому-то из пермской знати. Ну бывает.

В общем, телепаты – это серьезно. По себе знаю. Поэтому я «включил» сознания «кровника», Воронова и Дубного. Пластыри Лакомки дают достаточно энергии, чтобы я не тратил свои силы на контроль.

Тем временем Фома Зябликов распахивает дверь фургона, и там оказывается клетка с рычащим зверем. Похож на пса: размерами не больше немецкого дога, клыки саблевидные, шерсть красная, даже алая.

- Как договаривались, - произносит Ефрем Зябликов. – Вещий забирает его к себе и дрессирует. Если ему это удается, мы отзываем брачное требование к Камиле.

- Сначала я осмотрю зверя, - заявляю. – Вдруг у него есть какой-то дефект. Тогда мы сразу это зафиксируем, чтобы потом не было ко мне претензий.

- Что за глупости? Да нет у него никакого дефекта! – заявляет Ефрем, переглянувшись с братом.

- Если нет, то вам не о чем волноваться, - тут же поддерживает меня Эльдар.

Зябликовы еще пытаются возражать, но, конечно, мы с Эльдаром их затыкаем. Я усилием воли погружаю Борзую в сон, «отключив» ей сознание, и требую открыть клетку. Зябликовым приходится подчиниться, а потом они разом отходят на пару шагов от фургона. Это прямо заметно. Хм, взрывчатка? Да нет, всё равно слишком близко стоят. Ну, незачем гадать - сейчас узнаем.

На всякий случай я максимально улучшаю реакцию рефлексов, затем подхожу к фургону. Быстро осматриваю зверя. Вроде видимых повреждений нет. А что с ментальным состоянием?

Экспресс-сканировние ничего не дает. Тогда я для пробы ставлю простенькую ничего не значащую закладку.

- Ну всё сколько можно этого унижения? – вскидывается Ефрем. – Мы – дворяне, а вы нам не верите? Я же восприму это как оскорблени…

И в эту секунду Борзая взвывает болезненным и одновременно яростным воем. Зверь вскакивает, продолжая выть. Я тут же пытаюсь унять его новой ментальной закладкой. Но она не действует. А ведь должна: Борзая – это легко управляемый песий вид, как и Легавые

Но соображать некогда – Борзая алым смерчем прыгает из раскрытой клетки. Прямо на меня.

- Даня! – в ужасе кричит Камила.

Мои улучшенные рефлексы реагирую мгновенно. Раз – и я, отпружинив ногами, прыгаю назад. А Борзая, клацнув челюстями, приземляется прямо передо мной. Бедное животное продолжает выть. У него в голове ужас и смятение. Оно само не понимает, что с ним.

«Отключение» сознания тоже не действует. Точнее, это не помогает: непрекращающаяся боль тут же пробуждает Борзую. Да и толку-то. Мозг зверя не управляет телом. Синематеку вызывает что-то другое.

Хм, выбор у меня очевиден. Можно, конечно, убить бедного «собакена» несколькими пси-разрядами, но это не вариант. Пёса-то не виноват.

- Сейчас я тебе помогу, - нежно говорю воющему зверю, разводя руки в стороны. – Потерпи немного.

«Шеф, - неожиданно произносит «кровник» Егор. – Это яд. Я уже видел такой. Он активирует все рефлексы разом и причиняет жуткую боль».

Вот и разгадка. Тело Борзой действует чисто на самопроизвольных рефлексах: кусать, выть, метаться. Яд превратил Борзую в биологического робота. Похожим образом драйвовая музыка заставляет людей бросаться в пляс. Что ж, решение тоже понятно. Заодно еще раз проверим лояльность Коллекции. Только нужен тактильный доступ к кровеносной системе.

«Я хватаю – ты лечишь!» - приказываю «кровнику» и бросаюсь на Борзую. Она не остается равнодушна и, оскалив пасть, сигает навстречу.

- Даня! – кричит сзади Камила, и брюнетке вторят рычанием встревоженные волкомедведи.

Человек и зверь сливаются в схватке.

Глава 3 - Заказчик подлянки

- Ну, моя хорошая! – оскаливаюсь я, прыгая навстречу зверю. – Погнали!

Сцепившись, мы с Борзой превращаемся в слитый клубок. Ровно на десять секунд. Я хватаю «алую Цербершу» за морду, отводя жуткую пасть в сторону. Одновременно наношу несколько пси-разрядов. Несильных, но достаточных, чтобы зверь дергался от меня в стороны, вопреки сошедшим с ума рефлексам. Это дает фору мне и «кровнику».

Кстати, а чего там "кровник"?

«Работаю, шеф» - тут же отчитывается Егор о начале процесса. Через доступ к кровотоку он выводит яд.

Мои мускулы усилены до предела, но всё равно удерживать Борзую довольно проблематично. Сильная пёса, хоть и меньше волкомедведя. Еще извивается как уж на сковородке.

Вообще намного проще было бы спеленать Борзую веревками из Тьмы, тогда не пришлось бы кувыркаться с ней в обнимку. Но при свидетелях нельзя, конечно, светить Легионом. Тем более при таких свидетелях. Иначе Эльдар с меня не слезет. Прямо тут на месте обручит нас с Камилой. Собственноручно. И отсутствие священного сана для этого хитреца никакая не проблема. Эльдар запросто выбьет его себе у церковников, да еще запишут факт принятия задним числом.

- Акела! Окружить! – тем временем до моих ушей долетает звонкий крик. Молодец, Камилка. У брюнетки, как у одного из «Русичей, есть право отдавать команды стае, и сейчас она им воспользовалась. И правильно. Зябликовых надо взять в кольцо, чтобы не драпанули.

«Шеф, готово!» - раздается в моей голове радостный возглас «кровника».

Но я уже сам понял. Борзая перестала выть и, придя в себя от отступившей боли, охренела, что ее удерживает в тисках какой-то человек. Ошалевшие глаза хищника будто говорят: «Как так? Ты кто?» Тут же погружаю зверя в сон. На сегодня лохматой хватит впечатлений. Пускай отдыхает.

А что же вокруг происходит? Камила накрыла себя воздушным доспехом, Эльдар тоже. Стая окружила Зябликовых и утробно рычит на перепуганных телепатов. Есть чего бояться. Перехватить контроль над Легавыми они не способны. Я ведь не дурак и поставил своим питомцам щиты.

- Как вы смеете натравливать на нас тварей?! – кричит Ефрем. – Ваш телепат не справился с Борзой! Причем тут мы?!

Но ему приходится сразу замолчать, стоит Акеле рявкнуть один раз.

Встаю и, ни на кого не обращая внимания, отряхиваюсь от красной шерсти. Блин, почему столько волосни? Линька что ли началась? Хотя пора уже – на дворе почти лето.

Кто больше всех поражен случившимся, так это точно Зябликовы. Я бы их даже назвал Дятловыми. Отравили зверя, надеясь, что он загрызет меня, как только я начну ставить закладки. Да, видимо, отрава реагирует на определенную возбудимость нейронов, происходящую при дрессировке. Необычный яд. Надо потом изучить информацию о нем: насколько он редкий и дорогой, где производится и прочее.

- Как вы отравили зверя? – спрашиваю я Зябликовых, наконец убрав с себя большую часть шерсти. – Инъекция или через пищевод?

Бледные телепаты переглядываются между собой.

- Мы? – Ефрем строит из себя дурачка. – Молодой человек, ты что-то путаешь. И вообще голословное обвинение дворянина жестоко наказывается законом, ты не знал?

- Голословного не будет, - усмехаюсь. – Сейчас вызовем княжеских гвардейцев. Пускай возьмут у Борзой кровь на анализ. Как вам идейка?

- По-моему замечательная, - соглашается Эльдар, не снимая доспеха. – Вызывай, Данила.

- Кхм, стойте! - Ефрем напряженно размышляет и потом выдает: - Даже если в крови Борзой есть какой-то яд, род Зябликовых не причастен к этому. Мы ее поймали в лесу, видимо, она была уже отравленной. И вообще наш род никогда не пошел бы на такую дикую гнусность, мы благородные, а значит….

Дальше он еще долго что-то втирает о том, какие Зябликовы честные, безгрешные, справедливые и тэдэ и тэпэ. А я тем временем размышляю, как обыграть этих трусов. Яд в крови Борзой действительно не докажет их намерения убить меня. Они будут настаивать, что зверя отравили намного раньше. Можно, конечно, идти до конца и потребовать расследования, в том числе и через Степана. Но это долгий и муторный путь без стопроцентной гарантии результата. Я-то рассчитывал на совсем другой исход – что Зябликовы скомпрометируют себя полностью. Вот если бы сейчас они атаковали, было бы замечательно. Но куда там! Спасибо Акеле, вся троица напугана до дрожи в коленях. Гена так вообще вот-вот напрудит в штаны. Момент упущен, они не нападут. Что ж, тогда применим план «Б». В любом случае, Зябликовым сегодня конец.

- Хорошо, непогрешимые столпы человечества по имени Зябликовы, - улыбаюсь я. – Я принимаю в работу Борзую. Вы можете быть свободны.

- Раз зверь бракован, - бормочет Ефрем, - мы заберем его с собой.

- Нет, не заберете, - продолжаю я улыбаться, и глава разоренного рода не смеет спорить. Дело даже не в уликах, просто мне жалко бедняжку Борзую. Ведь эти паскуды при первой возможности ее устранят, чтобы замести следы.

- А…хорошо, - сдается Ефрем. – А своим Легавым можешь сказать пропустить нас?

Мда, их сейчас никак не спровоцировать. Слишком они напуганы, чтобы показать свою паскудную натуру. Эх, перестарались Легавые. Но ничего, максимум день, больше вам не прожить. Готовьтесь к похоронам.

По моей команде волкомедведи отступают в сторону и Зябликовы шустро загружаются в дряхлый фургон и уезжают.

- Даня, почему ты их отпустил? – только тогда требовательно спрашивает Камила. Брюнетка сдерживалась всё время, пока Зябликовы были здесь, но сейчас ее прорвало. – Они же, заразы, хотели тебя убить!

За меня отвечает Эльдар.

- Сеструль, расслабься и получай удовольствие, - усмехается наследник Енеревых. - Уверен, Данила уже придумал, как заставить Зябликовых спеть свой последний куплет. Сейчас просто неподходящее время.

В который раз я замечаю, что мне надо быть поосмотрительнее с Эльдаром. Слишком хорошо он меня понимает. Да и вообще у него повадки хитрого проныры, но никак не наследника благородного рода. Хотя на светских вечерах он, может, по-другому себя ведет.

- Это так, Даня? – оборачивается Камила ко мне. В ответ я молча смотрю на нее как на полено.

- Ну Камил! – Эльдар хлопает себя по лбу. – Кто такие вопросы задает?! Что ты как пятилетка?!

- Ой, - краснеет брюнетка, поняв, что только что сморозила. – Прости, Даня. Не отвечай.

Но я всё же отвечу, на всякий случай. Вдруг будет потом проходить тщательное расследование с участием телепатов.

- Я ничего не замышляю против аристократов, - себя компрометировать громкими заявлениями – это последнее дело. – Но всегда готов ответить ударом на удар. А с уважаемыми Зябликовыми попробую договориться.

Камила удивленно смотрит на меня, точно не ожидав таких слов. А Эльдар опять ухмыляется, нисколько мне не веря. Ну и черт с ним. Тем более, что он правильно думает.

Когда Енеревы уезжают, я вызываю гвардейцев – заняться Борзой: перенести в ангар, накормить, напоить, дать мягкую игрушку, чтоб не скучала. А сам иду в кабинет Сереги Сивых и велю ему взять квартиру Зябликовых под наблюдение. Тут очень вовремя подходит гвардеец с докладом по расшифровке видеозаписи из сломанного банкомата. Ну помните, когда еще на меня напал черно-полосатый шершнемет? Тогда гвардеец отдал поврежденные записи на восстановление своему двенадцатилетнему брату.

- Шеф, пробили, кто сломал банкомат, - гвардеец передает распечатанные снимки с объектива камеры. – Он же, оказывается, не просто сломал, но и разграбил инкассаторской отсек.

Секунды две я разглядываю довольную рожу Гены Зябликова, выносящего деньги. Мда, попался сученыш.

- Слушай, а брат у тебя молодец, - замечаю. – Фото очень четкое.

- Мой пиздюк, - довольно кивает гвардеец. – Мы им всей семьей гордимся.

Сомнений больше нет. Шершнемета спустили с поводка Зябликовы. Как и Борзую сегодня. Уже второе покушение на мою жизнь, а эти черти всё еще живы? Да как так? Срочно исправить.

Но сначала подготовка. Предварительно делаю ментальную установку Зубастику. Затем еду домой. Надо переодеться, причем максимально пафосно: дорогие часы, брендовый костюм с серебряными запонками и туфли ценой с полмашины. Еще прошу Лакомку налепить на меня дополнительные энергопластыри, что альва с большим удовольствием выполняет. Ее шаловливая ручка уже суется туда, куда клеить пластырь совсем не нужно, хотя она вовсе и не затем туда полезла. Я перехватываю тонкие пальчики и отвожу в сторону, покачав головой, отчего альва, не убавив улыбки, лишь пожимает плечами: мол, значит, в другой раз.

Затем уже на «Майбахе» в гости к Зябликовым. Район примечательный. Покосившаяся пятиэтажка, обгаженный подъезд, выкрученные лампочки на лестнице. Совсем невесело живут разорившиеся дворяне.

- Какого хрена ты приперся?! – орет открывший мне дверь Гена. Поразительно: в его поведении ни следа от страха, пережитого на моей базе. Ну, конечно, ведь я не взял с собой волкомедведей. Впрочем, Геннадий мог бы вспомнить, что у меня как бы два Дара.

- Я в гости, - с улыбкой отвечаю. - Старших позови, Ваше Благородие, - достаю из кармана сторублевую банкноту и бросаю ему в руки. – И неплохо бы послать кого-нибудь в магазин, пускай купят «Ириных ватрушек» к чаю.

- Ах ты, чернь! – сжимает он кулаки, хоть банкноту и поймал ловко. А я с улыбкой жду – накинется или нет. Но парень, видимо, хорошо помнит прошлый опыт атаки на меня и совсем не горит желанием снова бегать от галлюцинации Змейки. А жаль: так бы здесь всё и закончилось.

Но трусость – тот инстинкт, что уже во второй раз спасает Зябликова.

Тогда я просто прохожу мимо Гены и устраиваюсь в единственной комнате в старом кресле спиной к окну. Скоро из кухни приходят Ефрем и Фома. Один в дранном халате, другой в трениках и майке-алкоголичке.

- Зачем ты пришел, Вещий? – глава рода тоже с трудом сдерживается. Он усаживается на дряхлую тахту с торчащими пружинами, и видок у него недобрый.

- Поговорить, - небрежным движением задираю рукав пиджака, показывая циферблат дорогих часов. – Не уделите мне всего пятнадцать минут, Ваше Благородие?

Лица у всех Зябликовых перекашиваются от ярости. Их безумно бесит, что простолюдин носит дорогое шмотье, да и вообще намного богаче, чем они – люди белой кости и голубой крови. Но самое главное – сейчас Зябликовы не чувствуют страха. И это уже интересно. Для меня.

- Ну и что ты хочешь мне сказать? – рычит Ефрем.

- Я хотел бы уточнить, зачем вам Камила Енерева, - продолжаю вежливо улыбаться. – Вы явно находитесь в бедственном положении, но мне непонятно, как брак вашего наследника с Камилой поможет выбраться из него.

- А это не твое дело, - выцеживает Ефрем, будто бы незаметно кивнув Фоме и Гене. – Твое дело – не путаться у нас под ногами.

- Позвольте не согласиться, Ваше Благородие, - мягко возражаю. – Камила Енерева - член доброотряда «Юных русчией». У нас контракт с армией, мы служим Царю. А моя обязанность как фактического главы отряда, чтобы каждый «русич» мог исправно нести службу. Вы же чините этому препятствия.

- Слушай, Вещий, - фыркает Ефрем. – Я объясню тебе по-хорошему один раз. Ты всего лишь простолюдин. Твой полковник-отчим тебя не признал и не принял в род. А значит у тебя нет покровителя. Твоя стая Легавых далеко, как и банда, которую ты называешь гвардией, а два Дара тебе не помогут против трех телепатов.

Я с показной опаской поворачиваюсь к двум другим Зябликовым. Фома уже выхватил из воздуха какую-то кривую лиловую палку. Хм, это что, неужели пси-клинок? Серьезно? Ох, меня едва не разрывает смех от взгляда на корявое убожество. Даже не смог вылить форму меча.

- Насчет отчима у вас интересное предположение, - замечаю, опустив голову. – Но по поводу Камилы может…договоримся? Если не возражаете?

Вежливость сейчас просто необходима. Как и выражение испуга на лице. Первое – чтобы княжеские следователи не обвинили меня в оскорблении дворянской чести и создании повода для нападения, второе – чтобы Зябликовы уже наконец решились напасть. А то сколько можно сидеть? Я же безоружный, дрожащий, испуганный. Берите меня тепленьким, убивайте, закапывайте тайком загородом, ну же!

Но Зябликовы не торопятся.

- Пусть он мне часы отдаст, - требует Гена. – Не хочу их с трупа снимать.

- Подожди с трупом, - бурчит Ефрем, оглядывая меня. – Вещий, ты вроде не тупой. Но пришел к нам без своих бандитов? Что-то тут нечисто.

Кажется, не прокатило. Ну ладно, пятнадцать минут уже прошли. А значит, за окном уже должен взлететь он.

Все три Зябликова вдруг смотрят мне за спину. Их глаза наполняются ужасом. Не оборачиваясь, я специально притупляю слух, чтобы не слышать клацанье огромных челюстей и хлопанье мощных крыльев.

- Ах ты, чертов сопляк! – Ефрем вскакивает с тахты и бросает на меня псионический разряд. А мне только это и надо! Мои щиты выдерживают удар. Это успех, господа! Ведь теперь можно контратаковать! Ура!

Обрушиваю мощный разряд на Ефрема, чтобы он замедлился. Тот хватается за висок: проняла отдача от щитов. Да еще, возможно сквозь защиту просочились иллюзии - тогда он ощущает себя в в мареве тумана и ничего не видит.

- Сдохни, чернь! – сбоку набрасывается Фома со своей псионической палкой.

Я мигом формирую пси-гладиус и отражаю выпад. Два пси-оружия встречаются и отскакивают друг от друга.

Усмехаюсь в лицо телепату.

- Смешно: простолюдин дерется мечом, а благородный предпочел корягу.

- Это твоя последняя шутка! – вопит он, снова пытаясь огреть меня палкой.

Без труда отражаю замах. Тем временем во второй руке формирую пси-хлыст. Хорошо быть оберуким. Щелчок хлыста - и Ефрем падает на колени, схватившись за шею.

- Отпусти нашего главу! – орет мне аристократ в майке-алкоголичке с лиловой корягой в руке.

Он снова пытается атаковать. Я отбиваю удар и какое-то время фехтую с ним, одновременно пуская по пси-хлысту очередь разрядов. Ефрем судорожно сжимает лиловый конструкт на шее и орет, пока его щиты сгорают один за другим.

Очень неудобно заниматься двумя делами одновременно. Пускай рефлексы у меня и ускорены. Эх, жалко, Легион нельзя применить. Тут еще Гена пытается подобраться сзади, но как раз в этот миг в окно влетает Зубастик. До этого ящер просто пролетел мимо, чтобы просто напугать Зябликовых и спровоцировать на атаку, а сейчас на обратном развороте он решил заглянуть на огонек. Да так удачно заглянул, что ударом когтей разорвал Гене полплеча и отбросил его как тряпочную куклу.

- А-а-а-а! – орет Ефрем на коленях, затем резко поникает. Фонтанчики крови брызгают из его ушей и носа. Добил наконец. Хотя щиты у него говно. И двух минут не продержались под обстрелом.

- Рема! Нет! – вскрикивает Фома, увидев смерть главы. – Сдохни! Чернь!

Аристократ в алкоголичке налетает, и я полностью отдаю себя бою. «Корягой» он машет относительно неплохо, аристократ как-никак, с детства фехтует. Но мне удается между делом метнуть в него пару пси-ножиков. Затем подлавливаю и пробиваю острием гладиуса ему голову. Щиты лопаются все разом, и Фома падает на пол уже трупом.

- Фу! Зубастик, нельзя! – отгоняю я дракошу, увлекшегося обгрызанием единственного живого противника. – Я и не знал, что ты людоед! С каких пор?!

Зубастик виновато опускает голову и прячет окровавленные клыки, закрыв пасть. Из-за ящера в комнате довольно тесно, пускай он и сложил крылья. Я жмусь к стенке, что не мешает мне строго смотреть на своего питомца. Вот, блин, махина. Чтобы пролезть в окно, ему точно пришлось убрать крылья и спикировать ракетой.

- Ну-ка, принеси нам что-нибудь поесть, - я прогоняю Зубастика на кухню, и дракоша бегом протискивается в дверной проем, а сам опускаюсь над покусанным и истерзанным Геной. Быстренько «включаю» «кровника» и велю ему закупорить раны. Тот вмиг выполняет.

Я осматриваю «пациента». А не так всё и плохо. Кровопотерю мы ему прекратили, а жизненно важны органы даже не задеты. Ведь руки у Гены явно из жопы росли, а значит жизненно важными они не являются. Да и потерял он только левую.

Чтобы этот однорукий окорок пришел в себя, я сначала сношу ему щиты, а затем пси-разрядом привожу в чувства. Ну и глушу боль, чтобы он не впал в кому. Блин, мне лень еще ковыряться в его голове в поисках ответов.

- Давай так, - предлагаю. – Если будешь сотрудничать со мной, то я так и быть отвезу тебя к Великопермскому. Пускай князь решает твою судьбу. Идет?

Гена угрюмо смотрит. Я вздыхаю:

- Ну что так и будем молчать? – покачиваю в воздухе пси-клинком.

- Так ты же ничего не спросил! – сразу вопит Гена. - Вопрос задай!

- А точно, сорян, - я чешу голову. – Да я вроде задавал уже твоему отцу… Так зачем вам Камила?

И тут Гена рассказывает нечто настолько фантастичное, что мне всё же приходится залезть ему в голову и проверить сведения. Слишком нереально звучит. Но он не врет.

Офигеть.

В общем, Камилу заказал Зябликовым иномирянин. Точнее он заказал магиню с двумя Дарами, пообещав взамен неслыханные сокровища. Вот и всё. Больше Гена ничего не знает. Да и это он подслушал случайно, когда отец с дядей переговаривались. Блин, вот досада! Не того я Зябликова в живых оставил! Но на самом деле мне было пофиг, зачем им Камила, я же все равно собирался прихлопнуть всех троих Зябликовых, и если бы не всплыл иномирянин, так бы и оставалось. А тут такой шок-контент.

Как Ефрем мог встретиться с иномирянином? Без понятия. Правда, Гена помнит, что отец недавно ездил в район Сибирской Аномалии. Может, там. Но это слишком уж удачное совпадение. Я больше поверю, что у иномирянина есть в Царстве посредник, и этот выродок сам вышел на Зябликовых, зная о их договоре с Енеревыми. Логично? Логично. А значит, этот засранец еще всплывет.

С коридора доносится грохот, и скоро Зубастик приволакивает целый холодильник, толкая его в дверной проем и сам с трудом пролезая следом. «Принес поесть», называется. Я достаю из морозилки эскимо, а дракоше кидаю замороженную свинину. Тот довольно уходит в угол лопать.

После отдыха с перекусом усыпляю Гену и еще немного ковыряюсь в его памяти. Но всё без толку. Геннадий Одна Рука Пустая Голова ничего не знает. Отец ему вообще ничего не доверял. Такой себе наследник, конечно.

Ладно, что теперь переживать. Пора ехать на княжеский суд. Я же всё-таки сегодня убил дворянина. И даже не одного, а целых двух.

______________

Друзья, а давайте вы поставите лайки, и тогда меня хватит на еще одну главу в этом году)

Глава 4 - Требование барышни

Через два часа я приехал на княжескую ставку с одноруким Зябликовым в багажнике. Сказать, что Великопермский сильно удивился - это ничего не сказать. Густые брови князя взлетели вверх, показав спрятанные удивленные глаза. Добавлял эпатажа и сам Гена, который пускал слюни и вертел головой. Мне пришлось накачать его мощным ментальным обезболом, а то еще бы откинул кони. Вдобавок я стер ему память о нашем сражении. Князю объяснил это последствиями моей атаки. Так что единственные воспоминания о бое были моими.

Не лучше ли было вообще убить Генку? Ведь как пленник и свидетель он теперь полностью бесполезен. Важные упоминания об иномирянине и подлянке Зябликовых я и так забрал из его головы. Симпатии к Геннадию я, мягко говоря, тоже не испытываю.

Возможно, и лучше было убить. Но я просто не захотел этого делать. Да-да. Не захотел и всё тут. Наверное, у каждого человека бывают подобные порывы. Меня просто задолбало сегодня убивать. Род Зябликовых всё равно накажут. Иномирянина им не простят. А я привел живого участника предательского заговора, и тем самым доказал искренность своих намерений. Меньше поводов подозревать Вещего в неуважении к сословию аристократов. Да и какие из Зябликовых аристократы, раз они сговорились с врагом?

Можно было, конечно, не убивать, а захватить сознание Гены, но телепата, пускай даже никакущего телепата, я не рискну добавлять в Коллекцию. Слишком я еще не опытен в этом деле. Опять же помню предостережение Горнорудовой. А у меня и так некритичный перегруз легионеров. Чем больше разрастается Коллекция, тем мощнее требуется накопитель на сдерживание. В моем приоритете соразмерное развитие. Нынешняя Коллекция лояльна ко мне, но это пока. Надо всегда быть готовым к очередному бунту.

Но я таки сдублировал из головы Гены всю информацию о техниках рода Зябликовых. Сделал себе слепок матчасти, которой он сам владеет, или читал, или слышал. К счастью, родня заставляла Гену зубрить родовые методики. А у каждого телепата фотографическая память, даже у несообразительного Гены. Вообще он не тупой, просто ленивый и мало знает о жизни. Но родовые книжки просмотрел от корки до корки, и на том спасибо. Теперь большого секрета, чем владели Зябликовы, для меня нет. Впрочем, ничего особенного я не нашел. Но некоторые вещи стоит попробовать, просто ради опыта. Так, например, у рода Зябликовых оригинальная связка пси-щитов. Может, дополню ей свою динамическую защиту.

Вообще же полезность Зябликовых лично для меня состоит отнюдь не в мощных техниках или накрученных конструктах, а в том, что вся их информация структурирована и упорядочена. Род как-никак. За свою долгую историю Зябликовы обзавелись собственной программой обучения родовой магии. Вот бы попасть в их библиотеку. Парочка томов по телепатии бы пришлась очень кстати. Мне было бы проще сопоставить их методички со своим «костыльным» саморазвитием. Хотя и без книг будет результат, но я люблю, когда перед глазами текст.

К моему удивлению, Глеб, младший сынок князя, всё же потребовал меня наказать. Я так и не понял за что. Но Великопермский к нему даже не прислушался, вместо этого князь вызвал своего следователя-телепата, а также сам звякнул Степану. Отчим приехал незамедлительно, стоило ему услышать слово «иномирянин».

Дальше было скучно. Гену увели на лечение и допрос. Я передал его воспоминания Степану и княжескому телепату, заодно поделился пси-кадрами из нашей битвы с Зябликовыми. Теперь-то всем до лампочки, из-за чего произошло столкновение с предателями Царя и Отечества, но пускай будет. Так спать спокойнее.

- Вот же мрази! – не выдержал князь, когда телепат подтвердили ему мои слова о предательстве Зябликовых. – Каких змей, оказывается, пригрело мое княжество! А враг хитер!

- Еще как, - признал мрачный Степан.

- Ваше Сиятельство, - вставил я. – А что теперь будет с Геннадием Ефремовичем?

- В штрафбат загремит, - вместо князя вдруг ответил отчим. – Вешать нельзя. Хоть и однорукий, но как пушечное мясо вполне сойдет. Сейчас на Аномалии как раз нашествие огненных ежиков. С помощью штрафбатов их заманивают в ловушки.

Князь молча кивнул, соглашаясь.

- Михаил Ермолаевич, - продолжил Степан. – Сегодня же, пожалуйста. передайте предателя царским охотникам.

- Конечно, только сам скажу ему пару ласковых на прощание! - прогремел Великопермский.

Ну и на том меня отпустили. Про библиотеку Зябликовых сейчас совсем не подходящее время спрашивать. Потом уточню, может, через Степана. Глеб Михайлович проводил меня недобрым взглядом, но больше не посмел заикаться о моем наказании. Странный какой-то сын у князя. И чего ко мне прокопался? Неужели банальная личная неприязнь? Бывает, лишь бы дальше слов не пошло.

По дороге домой звонит Эльдар:

- Как дела, Данила? – любезным тоном спрашивает.

- Проблема с Зябликовыми устранена, - устало отвечаю. - Никто Камилу силой не потащит под венец.

- Ого! – радуется наследник Енеревых. – А я ведь сразу сказал отцу, что вступление Камилы в «Русичи» - это замечательная идея. За таким командиром сестренка как за каменной стеной.

- Официальный командир отряда Гриша, если что, - напоминаю, а то еще растреплет кому. Пока я не получил герб, лучше не подсвечиваться.

- Да всё понятно с вами, Данила Степанович, - сто пудово, опять ухмыляется.

Я просто вешаю трубку, а то достал уже. Понятно ему, блин. Я ваших врагов в одиночку положил, так где хотя бы простое человеческое «спасибо»? И пускай сам я в убытке не остался и приобрел полезную информацию о родовой методике Зябликовых, но Эльдар-то этого не знает.

Как только возвращаюсь домой, первым делом накидываюсь на стряпню Антонины Павловны. Сама учительница сейчас в школе, как и весь преподавательский состав, хоть уже и поздний вечер. Готовят учреждение к возобновлению работы. Скоро снова будем любоваться царицей математики у школьной доски. А Лакомка наверняка в лаборатории до сих пор трудится, бедняжка.

Пока уминаю порцию вареников на пятерых и запиваю чаем, решаю позвонить Сереге Сивых.

- Да, шеф? – незамедлительно отвечает командир гвардии. – Зубастик, если что, вернулся. Только у него понос. Он пока летел на базу, похоже, обгадил полгорода, словно гигантский голубь.

- Потому что жрет всякую гадость, - вздыхаю. – Например, конечности предателей родины. Дайте ему что ли миску активированного угля. Кстати, а я зачем тебе позвонил-то? - секунду вспоминаю. - В общем, набирай в гвардию больше людей, Серега. Еще сто ветеранов. Найдешь?

- Хм, найти-то найду, но это же сколько ртов, - замечает он. – Зачем их кормить, если задействовать не будем? Или мы собрались воевать? Для контрактов «Патриота» вполне хватает наряда из двадцати человек.

- Кстати, а как там поживает «Патриот»? – Сам я с этими «норами» уже и подзабыл о нашем подразделении, созданном под контракты с государственными ведомствами.

- Неплохо, - радуется Сергей. – Спросом у полиции пользуется. Правда, пока что это большей частью облавы на нелегальных мигрантов. Недавно вот накрыли крупное общежитие с уроженцами из Ближнего Востока. Но главное, что нарабатываем послужной список. Думаю, скоро посыплются контракты и посерьезней. А то совсем негусто платят, только и покрываем расходники.

- Ничего страшного, пускаю парни продолжают, - одобряю. – Мы и не рассчитывали, что сразу выйдет толк. Веяние новое, силовики к нам только-только присматриваются. Им сейчас вообще невдомек, с чего это мы почти забесплатно у них работы просим. Может, пройти и полгода, и год, прежде чем дадут рыбу покрупней. Но мы никуда не торопимся.

- Хорошо, шеф, - расслабляется Сергей. Наверное, его напрягало то, что не может обрадовать меня успехом нашего патриотического направления.

- А насчет твоего вопроса про «воевать» - так мы давно уже воюем, - замечаю. – Многие дворяне восприняли «норы» как сафари. Это серьезная ошибка. В Будовске начались самые настоящие захватнические войны с предварительной боевой разведкой. Бигусы сейчас поутихли, но другие звери продолжают прибывать. Да и приматы, наверняка, вернутся. А значит, скоро примут закон, когда в добротряды начнут принимать все сословия. В будущем на зверей будут охотиться не только благородные.

- Мы создадим больше доброотрядов? – дошло до Сереги.

- Верно, - подтверждаю. – Так что в приоритете бывшие царские охотники. Они знают, что со зверями делать.

- Хе, это точно, - смеется командир. - Мы знаем.

Поговорив с Серегой, я откидываюсь на стуле и поглаживаю раздутый живот. Столько слопал, что наелся нехилый момон. Но не спешу ускорять переваривание пищи. Разве что только немножко. Хочется насладиться подольше моментом, когда не голоден. Ох, хорошо.

Я встаю медленно и тяжело, как пингвин. Потом топаю в гостиную, там падаю в удобное кресло и пять минут пережидаю легкую одышку.

- Шеф, - возникает на пороге гвардеец. – К вам в гости просится Камила Енерева. Пропустить?

Хм, ну вот. А я только собирался вздремнуть после сытного ужина.

- Проведи сюда, - киваю, неуклюже повернувшись к нему.

Он мигом исчезает, а я лениво размышляю обо всём и ни о чём сразу, поддавшись меланхоличному настроению перекормленного человека.

- Даня, – тревожно восклицает появившаяся на пороге Камила с тонкой прямоугольной коробкой в руках. – С тобой всё хорошо? Неужели это последствия сражения с Зябликовыми?

- Нет, это я просто плотно покушал, - со вздохом ускоряю метаболизм, чтобы не пугать одноклассницу. – Сейчас мой вид улучшится. А ты зачем пришла?

- Я пришла тебя благодарить. За Зябликовых, - брюнетка с улыбкой поднимает крышку коробки. – Вот сама приготовила вишневый пирог.

Я задумчиво смотрю на выпечку, еще не остывшую и испускающую ароматный запах. И первое что делаю – еще сильнее ускоряю пищеварение, а также всасывание и удаление непереваренных остатков пищи. А сам легко встаю и принимаю у девушки пирог.

- Присаживайся, - указываю на кресло у журнального столика. – Сейчас будем ужинать, Камила Альбертовна.

Брюнетка, кивнув, садится, я же бегом отправляясь за служанкой, чтобы принесла сервиз и налила чай. Когда накрывают на столик, я с удовольствие накидываюсь на пирог. В один присест уминаю почти половину. Вкусно-о-о-о!

- Любим покушать, Данила Степанович? – с улыбкой наблюдает за мной девушка.

- Только достойные яства, - нахваливаю ее кулинарные достоинства. Брюнетка важно кивает и улыбается чуть шире, принимая комплимент. Сама она тоже пробует кусочек.

- Какое у тебя настроение теперь, когда Зябликовы канули в лету? – праздно интересуюсь.

- Честно? Противоречивое, - заявляет девушка, серьезно отнесясь к вопросу. – С одной стороны – больше никто не хочет жениться на мне. С другой – больше никто не хочет жениться на мне, - с намеком смотрит на меня.

- Перед тем, как жениться, сначала хорошо бы закончить школу, - замечаю.

- За это время могут появиться новые «Зябликовы», - вздыхает Камила, поджав губы. – И что тогда мы с тобой будем делать, Даня? Снова их убивать?

Мда, тут и не поспоришь. Несмотря на вызывающее поведение, Камила нисколько не льстит себе. Два Дара это два Дара. Скоро желающих на ее руку будет как грязи.

Но я ничего не отвечаю. Ей хочется выговориться – пусть выговаривается.

- Чем больше проходит времени, тем больше риск, что информация о моей уникальности просочится в высший свет, - всплескивает руками Камила. – Пока этого не случилось, можно успеть обвенчаться.

Я остаюсь спокойным. Камила инстинктивно, сама того не ведая, использует манипулятивный прием. Так же хитрят маркетологи с акцией «последняя цена»: времени на размышления мало – если тянуть с покупкой слишком долго, товар раскупят. Но настоящего газлайтера подобным не пронять.

- Спешить никуда я не собираюсь, - смотрю ей прямо в глаза. – Сначала герб, потом выпуск, потом остальное.

- Даня, я что, тебе ни капельку не нравлюсь? – выдает она с обидой.

- Скорее, нравишься не только ты, красавица, - отвечаю с улыбкой, отчего она ошеломленно округляет зеленые глаза. Ну а что ты хотела? Откровенность в ответ на откровенность. Мы тоже умеем удивлять.

- Что это значит? – раскрыв ротик, спрашивает брюнетка.

– У меня есть план, и я не буду отступать от него из-за твоих мимолетных страхов, - пожимаю плечами.

- Но…но как же другие претенденты, которые скоро появятся? Что ты с ними будешь делать?

- Если тебе кто-то из них сильно понравится, то пожелаю вам счастья да любви, - отвечаю, и тут же удосуживаюсь мрачного взгляда. – Если же они будут навязываться тебе, то прекращу это непотребство.

Камила в шоке смотрит на меня. В ее красивых подведенных глазах полный аут.

- Вещий! – вскочив, она подбегает ко мне и бьет кулачками по плечу. – Что ты за человек! Ты можешь ответить нормально! Женишься ты на мне или нет?!

Ого, как прорвало нашу элегантную аристократку! Утонченная маска дала трещину, и вот мы видим под скорлупой деликатности и изворотливости вторую Соколову. Хотя нет, у Светы под панцирем, наоборот, очень нежная и ранимая натура.

Я вскакиваю и, подхватив взвизгнувшую девушку за ноги и спину, кружусь с ней пару оборотов, а потом бросаю красотку на диван.

- Узнаешь в следующем году, - усмехаюсь, отступив от дивана, а то еще лягнет каблуками.

Растрепанная брюнетка беззвучно хлопает ртом, явно не зная что сказать.

- Но после выпуска ждать я тебя не буду! Так и знай! – наконец выдает Камила, сдувая с лица упавшие пряди волос.

- К этому времени всё станет ясно, - обещаю, возвращаясь к пирогу.

Какое-то время Камила на диване смотрит, как я уминаю за обе щеки творение ее рук. Потом молча присоединяется ко мне и двумя пальцами берет в руку чашку чая. Изящненько пригубливает, словно пытаясь компенсироваться недавний срыв. Спустя пару минут я всё-таки разбалтываю девушку на посторонние разговоры и даже выбиваю из нее улыбку. Ну а потом она уезжает, а я направляюсь на базу. Время уже позднее. Но завтра мы репетируем экзамен по алгебре, а Борзая до сих не выдрессированная, бедняжка. Буду теперь с ней до поздней ночи сидеть, эх.

Но я зря расстроился: с лохматой удается закончить довольно быстро. То ли у меня из-за многократного создания закладок выработался навык, то ли у самой Борзой очень уступчивая психика. Но закладки кладутся на «ура», и буквально за час алая Борзая превращается в послушную лапочку. Я захожу к ней в клетку и чешу за ушком, а пёса и кайфует, обласканная.

- Бусинка, ты, конечно, молодчина, но недельку придется пожить в клетке, - сообщаю больше себе, чтобы отложилось в памяти. – Надо, чтобы закладки переформатировали твою психику. Зато уже через неделю будешь резвиться с братвой Акелы и другими.

Бусинка согласно кивает, будто поняла. Моему умилению нет предела. Надо было Камилу взять с собой на дрессировку, чтобы показать пример послушной девочки. Да и Соколовой тоже не помешает демонстрация.

Глядя на Бусинку, я вспоминаю о яде. О нем уже через пять минут и общаюсь с «включенным» «кровником» в своем кабинете. Именно общаюсь, а не выискиваю информацию в его памяти. Так сказать, налаживаю двусторонний контакт с легионером. Тоже нужное дело.

- Да что тут рассказывать, шеф? - пожимает плечами «кровник». – Я же у Горнорудовых пахал. Вот один раз их гвардейцы позвали, говорят: глянь, Егор, чем киска заражена, а то никакая телепатия ее не унимает. А там здоровый ирабис в клетке мечется. Визжит, прыгает, как сайгак, да прутья грызет. Ну я обнаружил яд да вывел. С твоей псинкой та же история случилась, ясно без «бэ».

- Горнорудовы экспериментируют со зверями? – спрашиваю.

«Кровник» иронично усмехается.

- Шеф, откуда мне знать? Я занимался в Тагиле совсем другими делами, в секреты барона меня не посвящали.

- Ясно, - принимаю ответ. – Ну давай что ли тренироваться. Сделай-ка кровяной щит.

- Недорос я до щита, - кривится он. – Это же пятый ранг.

- А ты пробуй, - приказываю. – Только не филонь и прояви усердие.

И он с неохотой подчиняется, но не сачкует. Пробует раз за разом. Щит, конечно, не получается, но частично пластины более-менее держатся перед выставленным кулаком.

- Шеф! – приходит в восторг легионер. – Я ведь раньше и этого не мог!

- Пси-волны, дядя Егор, - усмехаюсь, - творят чудеса. Продолжай.

И «кровник» с энтузиазмом принимается по новой лепить щит. А я только подбавляю в топку энергию, да стимулирую его Дар пси-волнами. Сегодня, конечно, у Егора не получится защитная техника, но всему свое время. Благодаря моим пси-волнам развитие Даров легионеров идет ускоренными темпами.

Вообще, удивительно, как Филиновых смогли уничтожить. Рой - это же нечто! Маг-телепат с обвесом из десяти легионеров настоящий полубог. Или не все Филиновы обладали столь развитым Даром? А, может, у Царя в подчинении другие древние рода с неменьшей силищей? Или сам Царь Борис – самый страшный богозверь?

Фух, столько вопросов. Но ответы мне никто не даст. Сам когда-нибудь выясню.

Добираюсь домой, когда время уже за полночь, и сразу спать. Утром же меня будит звонок с неизвестного номера.

- Да? – протираю я глаза.

- Здравствуйте, Данила Степанович, - раздается мужской голос. – Это Никита Игоревич Недежка. Вы имели честь общаться с моим братом, правда, недолго.

- Недолго, зато очень плодотворно, Никита Игоревич, - зеваю я, вспомнив о приобретенной базе с вооружением. - Доброе утро.

- Да-да, обогатились вы знатно, - не теряется собеседник. – Приглашаю вас на ужин сегодня вечерком. Хочу лично познакомиться с известным одаренным Будовска Данилой Вещим.

Зовет, значит. А я что?

- Конечно, ждите, - соглашаюсь.

А я только рад вкусно покушать в гостях.

Глава 5 - За гербом

На следующее утро Антонина Павловна всё же проводит репетицию экзамена по алгебре. Делаем это у нас дома. Также пришла Лена, а еще заранее напросились Света с Камилой. Ну тогда я заодно уж позвал и Гришу с Адиией.

Пришлось прятать Змейку, да и Лакомке проявить бдительность – ушки спрятать, меньше выдавать «эльфийских» словечек. Тем более что она тоже захотела поучаствовать в сдаче "куладгебры"

А вообще иномирность Лакомки надо как-то «легализовывать». А то если это вскроется в неподходящем свете, мне кирдык. Обвинят предателем, как Зябликовых, сошлют в штрафбат на Аномалии. Но пока идей нет.

Расположились в гостиной, куда слуги натаскали столов со стульями. Час с лишним все сидим в молчании и решаем задачки. Из-за частых разъездов я успел пройти не весь материал, но где надо догоняю смекалкой, основные формулы-то вызубрил.

Вскоре заканчиваем, и я провожаю друзей до парковки. Все по очереди садятся в свои тачки и отправляются восвояси. Предпоследней уезжает Лена, еще в сторонке мнется Камила. Моя девушка, заинтригованно глянув на застывшую брюнетку, демонстративно целует меня в губы, обнимает на прощание, затем садится в свою «Волгу» и покидает особняк.

- Данила, я хотела извиниться за свое неподобающее поведение вчера, - покраснев, произносит брюнетка. – Не знаю, что на меня нашло. Правда, не знаю, - пристыженной опускает взгляд. - Ты свободный человек и вправе поступать так, как велит тебе сердце.

- Хорошо, я принимаю извинения, - улыбаюсь. – В последние дни у тебя был мощный стрессовый фактор. Я это понимаю как никто другой. Зябликовы хорошо подпортили нервы не только тебе, но и мне.

Камила задумчиво кивает.

- Как скажешь, Данила, - спокойно улыбается она, прогнав краску с лица и снова обратившись в уточенную, знающую себе цену аристократку. – Тогда увидимся.

Решаю поухаживать за брюнеткой. Открываю дверь ее «Чайки». Благодарно кивнув, девушка гордо усаживается в машину и уезжает, а я поднимаюсь в дом. В гостиной за одним из столов застаю Антонину Павловну. Учительница уже принялась за проверку работ и сейчас сверяет ответы с решебником.

- Если вам будет удобнее, вы можете занять для проверок мой кабинет, - предлагаю. – Я сейчас всё равно уеду по делам.

- Спасибо, Данила, - с благодарностью улыбается бессменная участница моих подростковых снов. – Но в этом нет необходимости. Вас немного, и не проверку мне нужно не больше часа, - она бросает взгляд на работу, которую проверяет, немного мешкает и спрашивает. – Данила, скажи, пожалуйста. Ты ведь не использовал телепатию для решения задач?

- Как можно, Антонина Павловна? – даже немного обижаюсь. – Я никогда не мухлевал ни на уроках, ни на контрольных работах, ни на переводных экзаменах. Тем более у вас.

- Да конечно, - бывшая «королева пилона» словно расцветает, обрадованная ответом. – Просто у тебя все задачи выполнены идеально, вот я и невольно усомнилась. Прошу прощения.

- Хорошо, - принимаю извинения, второй раз за сегодня.

Я не ухожу, так как надо прояснить один момент. Не мне – Антонине Павловне. Уже пару дней вижу по ее глазам, что она в этом нуждается.

Мы какое-то время молчим.

- Данила, Маше стало намного лучше, - наконец собирается с духом учительница. – Похоже, она вылечилась. Ей больше не нужны песни Лакомки, поэтому на этой неделе мы с дочкой можем съехать от тебя.

Я задумчиво смотрю в глаза Антонины, затем произношу совершенно серьезно:

- Антонина Павловна, а если математика – царица всех наук, то вы, получается, царица всех цариц?

- Даня! – вспыхивает женщина. – Что ты такое говоришь?!

- Не надо никуда уезжать, - пожимаю плечами. – Просто не нужно.

- Но…- она будто бы собирается возразить, а потом передумывает и облегченно выдыхает: – Как скажешь, Даня. Спасибо тебе!

- Всегда к вашим услугам, сударыня, - с усмешкой делаю легкий поклон и покидаю гостиную.

Вот и разрешили вопрос. Правда, не понимаю, ну зачем ей съезжать? Что за глупости? Дом большой, места всем хватает, а Антонина Павловна, считай, уже родная женщина. Да и опасно нынче в Будовске. Аномальные звери это вам не отморозки раннего Царства.

Отправляюсь на базу, чтобы проверить закладки Бусинки, да и помедитировать. Там гвардеец приносит мне письмо с «львиным гербом» Царя. Шустро вскрываю конверт и обнаруживаю приглашение на Церемонию вручения высших государственных наград на следующей неделе. Мне присуждается «четвертый Георгий», а это уже прямая дорога в дворянство.

- Ну наконец-то! – довольно машу конвертом. – А то я уже заждался своей заслуженной медальки. Скоро ведь наберется поводов для следующей, а мне еще и первую не выдали!

Что ж, новость положительная, и надо с ней поделиться да с тем же Серегой Сивых.

Прихожу в кабинет командира своей гвардии и с довольным лицом даю ему прочитать пригласительное письмо. Сначала у Сергея глаза лезут на лоб, а потом молча встает и достает из серванта бутылку «Царской» и две граненые рюмки. Затем из мини-холодильника извлекаются порезанная колбаса с сыром и солеными огурцами.

- Смотрю, мой командир гвардии всегда во всеоружии, - усмехаюсь.

- Отметим, - просто говорит гвардеец, и даже не спрашивая, наливает мне и себе крепкую беленькую.

Я не любитель выпивать, но повод действительно весомый. Хоть мне сегодня и идти на встречу с Недежкой, но вывести алкоголь из организма не так уж и энергозатратно. Да и чтобы напоить физика, не хватит и ведра самогона.

- За величие будущего рода Вещих! – поднимает тост Сергей.

- И его славной гвардии! - добавляю.

Чокнувшись, опрокидываем рюмки и занюхиваем огурцами.

- Вот что интересно, - наконец прорывает Сергея. – До сих пор Георгиями награждали только военных. А ты, выходит, шеф, первое исключение из правил.

- Не прав ты, Серёг, - замечаю. - Мы же тоже военные: у доброотряда контракт с армией. А значит, это всего лишь звоночек о небольшом развороте государственной политики.

- Какой именно?

- О том, что добровольческие формирования постепенно уравнивают в правах с военнослужащими, - зеваю. – Не во всём, конечно. Армия это всё же армия. Но какие-то преференции мы получим. Наливай что ли, а то я сейчас усну.

- Есть! – командир послушно освежает рюмки, и мы, чокнувшись «за скорые победы», их опустошаем.

- Вот смотрю я на тебя, шеф, - занюхивает огурцом Сергей. – Вроде совсем зеленый пацан, а кругозор у тебя не хуже, чем у меня, подполковника в отставке.

- Смышленый я просто, - пожимаю плечами. – В детстве часами сидел в библиотеке… Давай еще по одной и пойду я медитировать. Роду нужен сильный глава, а не расхлябанный подросток.

- Тогда за нашего главу! – провозглашает тост Сергей, наполняя рюмки.

- Отличный тост! - одобряю.

Бахнув последнюю рюмку, отправляюсь обратно в тренировочный зал. Быстренько сгоняю градус через ускорение метаболизма и продолжаю «вязать» пси-конструкты.

Ближе к вечеру же отправляюсь в гости к Недежке Никите. Аристократ встречает меня вежливо и без нападок, что примечательно. Стол он также накрыл достойный: зажаренные перепела, салатики и красное винцо. Я не отказываюсь от угощения. Ведь и пришел в первую очередь поесть дворянских разносолов.

И вот сидим мы вдвоем, кушаем, пьем, разговариваем на посторонние темы.

- Знаете, Данила Степанович, мы с главой признаем, что мой брат поступил неразумно, поссорившись с вами, - резко переключается Недежка. - И мы не хотим следовать его дурному примеру, тем более что вы является представителем князя Морозова, да и в свои юные лета уже прославились как герой «нор». Поэтому хочу извиниться за глупый поступок брата.

- Ваш брат уже получил наказание от князя, - спокойно отвечаю, на секунду прекратив ковыряние вилкой в жареной перепелке. – А к роду Недежке претензий я не имею, да и не могу иметь в силу сословной пропасти между нами.

- Отлично, - кивает аристократ. – Раз все неопределенности сняты, я бы хотел обсудить поставки нашего мяса князю Морозову.

- Конечно, Ваше Благородие, – улыбаюсь. Заключить прибыльные контракты мы всегда только «за».

По итогу ужина у Недежки я обзавожусь еще одним поставщиком мяса, с перепродажи которого получу жирный процент, а также снимаю все вопросы с пермским родом. Конечно, Недежки запросто могут врать, затаив злобу, ну тогда им же станет хуже. Я не собираюсь поворачиваться к ним спиной, максимум только сделаю вид

Благодаря Морозову я неплохо навариваюсь. Браво князю, что не постеснялся сделать подростка своим представителем. Но хоть спекуляции мясом довольно прибыльные, нельзя забывать и о саморазвитии. Надо продолжать охотиться и готовиться к повторению нашествия. Времени до награждения еще полно.

***

Неделя пролетела быстро, и вот я отправляюсь в Москву. Сначала на «Майбахе» в Пермь, и оттуда на реактивном бизнес-джете прямиком в столицу.

«Султанский дворец» оставлял с небольшим волнением, но о девушках позаботится гвардия. Охрана дома усилена, турели включены, патрули стоят на каждом десятом метре. Кира еще не прибыла: я решил отложить командировку некромантки в связи с моим награждением. Потом с ней разберемся.

Лакомка надавала мне с собой целый чемодан разных примочек: энергопластыри, какие-то гранулы с регенеративными свойствами и повышением выносливости. Последние еще не пробовал, но уже в предвкушении чего-то особенного. Блин, мне действительно повезло с альвой. Красавица, умница, да еще к тому же алхимик с многовековым опытом. Только вот и риск от нее исходит огромный. Надо срочно легализовать альву, чтобы никакие Недежки не смогли меня раскрыть. В этом направлении идей пока нет. Думаем, думаем, Даня.

По дороге в Пермь останавливаемся на пятиминутный отдых у небольшого автовокзала. Никитос выходит покурить, я же отправляюсь на поиски туалета. Нахожу такой в кафешке с броским названием «Боброем». К счастью, я не голоден, и нет необходимости пробовать местные блюда.

В холле сразу направляюсь к туалету. Дверь заслоняет огромный лысый бородач в черном костюме. Он стоит, скрестив на груди толстые, как бревна, ручищи.

Помню, в старом мире в нашем поселении выживальщиков был дядя Толя. Такой же лысый, бородатый и здоровый. Радиация ему подарила длинный раздвоенный язык, как у змеи. Из-за этого многим не нравилось общаться с дядей Толей: он постоянно шипел по-змеиному, сложно было разобрать речь. Разве что только тетя Тамара, жена дяди Толи, почему-то очень радовалась этому языку…А потом дядя Толя целиком оброс чешуей и обратился в огромного мутанта-крокодила. Он долго сохранял рассудок и был превосходным охотником. Но однажды зеленый здоровяк всё же начал сходить с ума. Его мозг деградировал и терял человечность. Когда дядя Толя накинулся на другого охотника, мне пришлось увести мутанта прочь от поселения и оставить одного в ядерной пустыне.

- Пропустите, пожалуйста, - обращаюсь я к лысому в костюме.

Тот смеряет меня презрительным взглядом.

- Здесь занято. Пойди в другую забегаловку

- Заняты все кабинки? – не поверил я.

- Проваливай, - процедил он сквозь стиснутые зубы

Эх, точно не добряк дядя Толя.

Никуда не спеша, я прислушиваюсь. Нет, не показалось. Из туалета доносятся женские крики и мужской злой смех. А этот бугай, значит, «стоит на стрёме».

- Чего встал?! – рыкнул лысый, видя, как я нахмурился. – Тебе показать дорогу? Или может, дать напутственного пинка?

- Лучше отойди в сторону и пока попрыгай на одной ноге тысячу раз, - отмахиваюсь от него, продублировав команду псионическим импульсом.

Лысый громила тут же отчаливает к стенке, загибает левую ногу и принимается за прыжки.

- Раз, два, три, четыре…- считает громоздкий прыгун.

Я же открываю дверь туалета и захожу внутрь. Громкая парочка оказывается сразу у раковины. Главные действующие лица - парень со спущенными штанами и полуголая официантка. Причем у парня на пальце блестит золотой перстень аристократа.

Девушка явно не согласна с тем, что носитель голубой крови закинул ее на тумбу и собирается вторгнуться ей между ног. Ну так мне показалось из-за размазанной туши и слез на лице.

От этой картины мне становится грустно, даже не знаю почему. Наверно, из-за испытанного разочарования.

- Дворяне, эх. Сколько у вас высокопарных самоназваний: высший свет, знатные, аристократы, благородные, - вздыхаю я, встав у раковины. – А люди-то такие же. С теми же пороками и глупостью в голове.

- Чего? Эй, ты как прошел? - парень, натягивая штаны, бросает взгляд на мою правую руку. Дворянского перстня он, конечно, не видит, поэтому приходит в полное замешательство. – Федор! Ты нахрена пропустил этого?! - громко орет. – Я тебе велел всех гнать, пока не закончу, дубина! Федо-о-ор!

- Простите, господин, - на пороге возникает лысый громила, который схватившись за дверной косяк, продолжает прыгать на одной ноге. – Мне осталось еще семьсот семь прыжков. Как только закончу, сразу же вернусь к своим обязанностям.

- Что-о-о-о?! – охреневает парень и, вдруг словив озарение, оборачивается ко мне. – Так ты телепат?! Да я тебя сейчас!

Аристократ меня не боится по простой причине – у него щиты. Поэтому смело размахивается и бьет меня в челюсть. Ну намеревается. Я ловлю руку налету, делаю шаг вперед и вбиваю в зубы выродку его же кулак. Как там говорится в «Уложении о сословиях»? Простолюдину нельзя поднимать руку на дворянина? Так я и не поднял. Он сам себя ударил. Да так мощно, что осколки зубов полетели во все стороны, а сам самобивец мешком упал на пол и уснул.

- Спасибо! Спасибо! – всхлипывает девушка, соскальзывая с раковины. – Он хотел...! Знаете, что он хотел…!

- Сударыня, покиньте, пожалуйста, мужскую уборную, - строго смотрю на нее. – Мне надо справить нужду.

Девушка смотрит на меня в непонятках и хлопает мокрыми глазками. Ну делать нечего. Я ведь предупредил. Больше не обращая внимания на официантку, я перешагиваю вырубленного недонасильника и подхожу к писсуару, расстегивая ширинку…

- Ой, простите! – за спиной раздается пристыженный писк и торопливый цокот каблуков.

Когда заканчиваю, я выхожу в коридор и обнаруживаю Федора, который с предвкушающей улыбкой на лице, добивает последние прыжки:

- Девятьсот девяносто пять, девятьсот девяносто шесть….

- Когда закончишь, - скучающе говорю. – Попрыгай еще на другой ноге тоже тысячу раз, а потом возьми своего господина на руки и иди прямо по дороге до следующего вокзала. Если твой господин очнется раньше, выруби его, - но не убивай - и неси дальше.

И с удовольствием понаблюдав ужас на его лице, иду в кафе. Там у стойки стоят заплаканная официантка с барменом.

- Господин, спасибо! – девушка снова принимается благодарить меня.

- Я бы на вашем месте закрыл кафе на сегодня и поспешил бы отсюда, - замечаю я бармену, игнорируя официантку. – Скоро я уеду, и вы останетесь предоставлены сами себе. А тот дворянин, когда очнется, вряд ли будет в хорошем настроении. Полчаса у вас есть. Вы позаботитесь о сударыне?

Дожидавшись судорожного кивка бармена, я разворачиваюсь и ухожу. Девушке действительно лучше спрятаться. Она может побежать в полицию, но от этого вряд ли выйдет толк. Многие полицейские в Перми куплены дворянами. А мелкие рода любят понаглеть. Царь, конечно, постепенно налаживает порядок в стране, но это дело небыстрое. Поэтому самый разумный выход для девушки спрятаться на несколько дней и не отсвечивать.

Я же сделал для нее всё, что сейчас мог себе позволить – дал времени на то, чтобы укрыться. Конечно, в принципе в моих силах инициировать следствие и призвать этого недонасильника к суду. Только тогда я потеряю время и не успею в Кремль к награждению. А чего добьюсь? Максимум накажу по заслугам лишь одного выродка, да и то не факт. А остальные так и продолжат безнаказанно творить «полную дичь».

Нет, тут нужен системный подход. И первый шаг на пути к его реализации – получить герб. За этим я и еду в Москву.

Глава 6 - Ветер перемен

- Данила, вот как мне тебя называть на людях? – спрашивает вдруг Кира. – Ведь я работаю на тебя, а, значит, ты мой господин.

- Пмммм….

- Что? – вскидывает она брови.

Я прожевываю спагетину и запиваю яблочным соком, потом отвечаю:

- Не говори глупостей, твой господин и сюзерен – князь Великопермский. А я временно тебя нанял. Не нужно усложнять нашу ситуацию, а то еще донесут князю, что Пауковы кого-то другого называют господином, и мы потом проблем не оберемся.

- Да, ты прав, - отвечает Кира, задумавшись. – Буду тогда тебя просто называть Данила Степанович.

- Ага, - я с удовольствие накидываюсь на тефтели. – Взаимно, Кира Игоревна.

Некромантка тихонько улыбается. Я же кошусь на скелет попугая, усевшийся на краю стола. А он в ответ зыркает на меня. Точнее на мое блюдо. Чертова умертвия уже пыталась утащить у меня спагетину, стоило отвернуться в сторону.

Когда Кира отходит в уборную, я угрожаю вилкой скелетопопугаю.

- Только тронь мои макарошки – и твоими костями будут лакомиться волкомедведи.

Внушение срабатывает. Зомбинедоразумение тут же торопится спрятаться под стол.

А вообще у нас с Кирой, конечно, очень щепетильная ситуация. Дворянка в найме у простолюдина! Хорошо, что буквально завтра я получу герб, и всё само собой утрясется. А пока надо проявлять двойную осторожность и не ляпать необдуманных глупостей. А то ведь формат моего и Киры сотрудничества – для некоторых отмороженных дворян почти что вызов сословному обществу. Понятно, что тут нет ничего страшного. Но радикальным консерваторам подобное как красная тряпка.

Вчера вечером я прилетел в столицу и разместился в гостинице «Бородино». Суперджет клевый, мне очень понравилось лететь со всеми удобствами. Симпатичные бортпроводницы делали всё возможное для моего комфорта, и полтора часа пролетели незаметно. Никитос, полетевший со мной, умудрился даже взять номерок у одной девушки. Не при мне, конечно. Просто по его счастливой роже и так всё было понятно. А вообще стоит мне куда-нибудь слетать с Лакомкой и Леной. Было бы неплохо провести отдых в компании своих девушек.

Сейчас же мы с Кирой зашли пообедать в итальянский ресторанчик недалеко от лаборатории. Сегодня у меня выделен целый день на «Энергосинтез». Церемония награждения завтра, а значит есть время познакомиться с руководителями лаборатории. Личные дела я уже просмотрел. Кира на пару с Тамарой Репкиной нашли очень серьезных дядек и тетек с кучей научных степеней. Видимо, разработка лекарства от «коровьей смерти» заботит ума многих. Болезнь хоть и редкая, но не излечимая. И вакцина от нее – это достойный шаг в фармацевтике.

- Как твоя учеба, кстати? – спрашиваю. – Мы же одновременно выпустимся, а потом ты тоже поступишь в Магическую академию с обязательной срочкой между курсами.

- Школу я закончу без проблем, - отмахивается Кира. – А насчет Академии… да, придется учиться. Не хотелось бы, конечно. Лучше бы дали заняться лабораторией.

- Что, значит, «не хотелось бы»? – удивляюсь. – Лекарство лекарством, но про себя-то не забывай, Кира. Мне нужен гендиректор с высшим образованием, а не абы какой, - говорю тоном строгого начальника.

- Поняла, - вздыхает некромантка. – Данила, ты не волнуйся. По закону всем одаренным аристократам всё равно нужно отучиться в Академии хотя бы первый курс.

- Ага, но не вздумай специально вылететь на первом экзамене, - произношу. – У тебя очень крутой Дар и надо его развивать. И тогда ты сможешь создавать мощные умертвия, а не просто суповой набор, - от моего взгляда высунувшийся было скелотопопугай прячется обратно.

А Кира улыбается, поощренная.

- Спасибо, Данила. Это действительно разумно.

После обеда мы добираемся до «Энергосинтеза», и там я провожу череду встреч с заместителями Киры. Общаемся о производстве лекарства. Лакомка, конечно, изготовила уникальный рецепт, но его необходимо доработать, иначе вакцина выйдет чудовищно дорогой и с небольшим сроком годности, да еще и с возможными побочками. Люди разные, и для того, чтобы лекарство стало универсальным, необходима многократная обработка ингредиентов. Ладно, я не буду вдаваться во все подробности, скажу только, что здесь много нюансов, и их как раз должна учесть команда Киры.

Во время совещания главный заведующий лабораторий позволяет себе спросить:

- Простите, Данила Степанович, но я не я буду, если не спрошу. Как вы смогли найти столь работоспособный состав? – взволнованно поправляет мужчина очки. – Это же десятилетия экспериментов!

- Вы правы - десятилетия, если не столетия. К счастью, эволюция и природа могут себе их позволить, - улыбаюсь. – Аномальные звери давно лечатся от смертельных у нас болезней, а мне как телепату повезло прочитать в их памяти эту информацию.

- Это действительно серхудачное совпадение, - ликует аптекарь.

А я даже не соврал. Лакомка ведь, правда, взялась из Аномалии, да и в зверя она очень даже способна обращаться. Особенно в постели.

Через пару часов я наконец уезжаю к себе в гостиницу. Общение с аптекарями вышло нелегким, мозг порядком напрягся, переваривая тонкости фармацевтической работы, но в целом я доволен. Главное, что исполнители компетентные и знают, что делают. А Кира уж проследит за ответственным выполнением их работы. Начальство в виде некромантки - это хороший стимул. Не думаю, что кто-то из аптекарей хочет превратиться в нежить.

В номере я переодеваюсь для прогулки. Вчера с мной связалась Маша Морозова. Княжна уже откуда-то прознала о моем награждении и захотела встретиться. Далеко же тянутся руки Морозовых. Что ж, не стоит отказывать княжне без причины.

Когда мы встречаемся, невольно любуюсь фигурой брюнетки. Давненько я не видел Машу. За несколько месяцев она еще больше похорошела и из юной девушки практически превратилась в молодую женщину. Мы с княжной проводим вечер в том же кафе, в котором сидели в первый день нашего знакомства. Брюнетка щебечет о том, о сем, а потом неожиданно вставляет:

- Даня, еще одна малоприятная новость. Паскевич Дима вернулся из пограничья, - вздыхает тяжко. – И не думаю, что у свирепых ханьцев он научился доброте.

- Почему же? – улыбаюсь. – Вряд ли он горит желанием вернуться на заставу, значит, всё возможно.

Затем Маша выказывает желание прогуляться по парку, где я впервые увидел плачущую княжну в парике, а потом помогал ей отбиться от грабителей. Сначала мне кажется, что Маше опять хочется почесать кулаки о голову случайного бандита. Но когда мы проходим насквозь темный парк, даже не сманив никого из подозрительных прохожих, княжна звонко смеется от вида моего озадаченного лица:

- Что, Даня, расстроился, что никто не попросил «пощелкать семок»? – старательно имитирует она гопарский говор.

- Скорее поразился такому равнодушию к содержимому моих карманов и твоей красоте, - отвечаю, отчего Маша довольно улыбается. Делать комплименты девушкам – это не подхалимство, это самосохранение. – Здесь полиция недавно делала облаву что ли?

- Просто Москва меняется. Ходить ночью по темным закоулкам становится всё безопаснее, - поясняет Маша с улыбкой. – В столице люди уже не кидаются друг на друга как звери.

Что ж, это закономерный процесс. Правоохранительная система постепенно развивается. Местные «девяностые» сильно затянулись в силу наличия одаренных и Аномалий, но и они должны закончиться. Пока улучшение видно лишь в столице, но это пока.

Я провожаю Машу до ее «Чайки», а сам решаю немного прогуляться по «обновленной Москве». Благо, что тепло и нет дождя. И вот хожу я под фонарями и нарадоваться не могу, что вокруг никого не грабят, не насилуют и даже не кроют матом…

- Старый пердун! Старпер, ты охренел, твою мать?! Мою «Ласточку» покарябал, хрыч! Я ж тебя щас урою! – гремит над округой оглушительный бас.

- Простите, но вы же сами не включили поворотник… - следом доносится скрип старческого голоса.

Заглянув в переулок, я подхожу к двум притершимся машинам. Старенькая «копейка» и последняя «Веста». Наружу выскочили здоровый бугай в малиновом пиджаке и золотых цепях, а также сухенький старик.

- Потому что мне некогда было включать! Догнал дед?! – орет бугай на старичка. – Так, моя тачка стоит тридцать косарей. Живо гони деньги.

- Какие еще деньги? У меня нет столько… - хмурится старик.

- А квартира есть? – тут же деловито интересуется «малиновый» и, заметив замешательство деда, довольно скалится. – Значит так, сейчас я вызову юриста, а ты доставай паспорт, будем переписывать твою жилплощадь…Эй, а тебе чего тут надо? – обращается бугай ко мне.

И вопрос резонный. Ведь я подошел к нему совсем близко и теперь разглядываю его как диковинную зверюшку.

- Интересно стало, - отвечаю. - Вы же сами признали, что не включили поворотники. Так с чего претензии?

- Вали отсюда, придурок! – напрягает шею бугай, быстро глянув на мои руки – нет ли перстня. – Пока сам цел!

Всё же рано Маша обнадеживает себя. Очень рано. Обществу еще расти и расти над собой. Например, этого бугая придется долго перевоспитывать. А все потому что он немного одаренный, а также «шестерит» в темной шайке одного из дворянина, правда, он сам не знает кого именно. Я сейчас заглянул к нему в голову и всё это просмотрел.

- Привет, Марин, - не обращая внимания на бандита, я машу рукой в сторону «копейки». В салоне маленькая девочка припала лицом к окну. Вот так встреча. Та сама любительница тортиков, которую я давненько угощал.

Девочка расцветает улыбкой и тоже машет мне. Только что малявка была напугана, а теперь сияет от радости. Да я прямо даритель положительных эмоций. Сейчас и «малиновому» подарю кусок счастья.

- Ты меня слышал?! – напирает бугай.

- Ага, - посылаю ему в мозг псионическую программу, и он застывает столбом. – Итак, забудь деда – лицо, одежду, и его номера тоже забудь. Ага, а теперь уезжай на другой конец улицы, там… - я задумываюсь над дальнейшими действиями. – Там достань из багажника монтировку и от души пройдись по фарам и лобовому стеклу своей «ласточки». Поехал!

Бандит лихо запрыгивает в «Весту» и уносится прочь с моих глаз. Только сейчас меня узнает старик. Он начинает здороваться, благодарить, чуть ли не поклоны бить, но я отмахиваюсь, всё же пока еще не дворянин для таких почестей, и зову его с внучкой в ближайшее кафе. Дед отвозит на своей «копейке». Там заказываю кучу тортиков, и мы вместе с малыхой накидываемся на сладкие блюда. Параллельно я расспрашиваю, как дела у Марины со стариками.

Услышанное меня вполне удовлетворяет. Тамара Репкина хорошо исполнила мое поручение. Девочку перевели в престижную школу с полным пансионатом. Ее дедушке кадровик тоже помогла – устроила его консьержем в жилищный комплекс, где платят достойно, а работы не так много. Сегодня же суббота, вот дед и забрал Марину домой на выходные.

К кафе я вызываю Никитоса на «Майбахе». Затем оплачиваю счет и прощаюсь со стариком и Мариной. Сегодня никаких медитаций. Надо выспаться. Награждение пройдет утром и надо хорошо выглядеть. Поэтому сегодня в планах только сон.

***

- Я хочу быть на церемонии, - заявляет Дмитрий Паскевич отцу. – Этому щенку точно добавит нервозности новость, что я вернулся.

Степан Алексеевич вздыхает, затем откидывается на спинку кресла и задумчиво размышляет.

- Откуда ты узнал о Вещем?

- Да весь молодой свет только это и обсуждает, - сжимает кулаки княжич. – Простолюдина, любовника Морозовой, удостоят дворянства и какой-то медали, наверно, «За мужество».

- Готов поспорить, что про любовника ты сам только что придумал, - хмурится Степан Алексеевич. – Ты мне брось эти шутки про Морозовых. Только вернулся, а опять за старое.

- Да нет! – сразу идет на попятную княжич. – Хрен с этой Морозовой! Я про нее больше ни слова не скажу. Отец, пожалуйста, выбей мне место на церемонии.

- А ты сможешь держать себя в руках? – наконец фыркает князь. – Не обзавидуешься из-за награды и не устроишь драку прямо на награждении? После такого уже не отделаешься пограничьем.

- Конечно, я буду держать себя в руках, - даже обижается Дмитрий. – При Царе-то как иначе?

- А кто тебя знает, - с недоверием относится к сыну князь.

- Ну пап! - всплескивает ладонями Дмитрий. – Я собственными руками убил тридцать ханьцев. Неужели я не заслужил хоть капли доверия?

- Хм, ладно, - Степан чешет подбородок. – Вопрос с Вещим, правда, нужно закрыть как можно скорее. Он уже почти дворянин. Это никуда не годится.

- А я говорил, что эту чернь следовало раньше прихлопнуть, - княжич обрывает себя на полуслове под уничтожительным взглядом отца.

- Иди побрейся, - строго говорит князь. – На церемонии нужно выглядеть достойным, а не черти как.

И Дмитрий, довольно ухмыльнувшись, покидает кабинет.

***

Царю Борису сегодня не до сна, как обычно. Чертовы государственные отчеты! Куча бумаг, которые надо просмотреть, а дальше либо самому принять решение, либо делегировать исполнителю. К сожалению, частично Царство до сих пор находится на ручном управлении. А по-другому никак. Стоит только зазеваться – и какой-нибудь ушлый боярин учудит такое, что годами потом не разгребешь. Не говоря уже про Аномалии и британцев.

- Вызывал? – входит Владислав, начальник Охранного отделения, в народе прозванного просто Охранка.

- Ага, хотел обсудить завтрашнее награждение, - Царь отрывается от бумаг и некоторое время молчит.

- Немного не мой профиль, брат, – замечает Владислав.

- По этому вопросу только с тобой и можно говорить, - фыркает Борис. - Парень уже прибыл? Проблем не было?

- Прибыл, ага, - смеется начальник Охранки. – Ведем наблюдение. Он уже успел погулять с княжной Морозовой и поиздеваться над «шестеркой» одного дворянина. К счастью, та рыбешка мелкая, и ничего за нее не грозит.

Царь удивленно приподнимает бровь.

- Морозовой? А парень шустрый как электровеник, - фыркает государь.

- А вообще с ним связано очень много странностей, - серьезно говорит Владислав. - Но о них потом расскажу. Там ничего срочного, к тому же не помешает предварительно разобраться.

- Ладно. Тогда свободен, - Царь снова погружается в бумаги, а Владислав тихо встает и уходит.

***

Говорят, эта церемония отличается от прочих. На ней должны награждать только участников боевых действий и в то же время среди награждаемых есть не совсем военный и даже не совсем совершеннолетний. Это, конечно, же я. Рядом со мной стоят совершившие подвиги срочники и отслужившие рекордный срок военные. Я еще выделяюсь и благодаря одежде. На военных парадная форма, на мне черный смокинг. Нетипично. Но у доброотрядов нет унифицированной формы.

Благородные зрители то и дело посматривают на единственного члена добровольческого формирования. Особенно прикипает ко мне взглядом Дмитрий Паскевич. Не знаю, что он здесь забыл. Может, пришел меня поддержать?

Награды раздает сам Царь, худой мужчина с золотой гривой волос и широкой бородой. Фамилия Львов ему полностью подходит. Пускай он и не отличается огромными габаритами, но от него веет силой, словно от могучего зверя в человеческом обличье.

Один за другим военные получают ордена из рук государя. Очередь доходит и до меня. Когда я подхожу к Царю, церемониймейстер оглашает, что Данила Вещий награждается Жалованной грамотой личного дворянства и орденом Святого Георгия четвертой ступени.

В ту же секунду за спиной раздается слитный удивленный вздох.

Хм, странные. Они что, не знали, что мне дадут Георгия?

Я украдкой бросаю взгляд на Паскевича-младшего. Лицо княжича перекошено от злобной зависти. Этот-то уж точно не знал.

Глава 7 - Московский дворянин

- … За заслуги перед Царством и русским народом Данилу Вещему присуждается личное дворянство с вассалитетом в Московском Великокняжестве, - продолжает вещать церемониймейстер, пока государь надевает мне на шею Георгиевскую ленту с тяжелым орденом.

И снова удивленный вздох толпы за спиной.

На этот раз я тоже удивляюсь. Сильно удивляюсь. А еще всерьез настораживаюсь. Решение Царя слишком необычное.

Москва, значит. Согласно старому порядку, меня должны были прописать в Пермском княжестве в вассалах Великопермского, а тут неожиданный переезд. Конечно, в законе прямо не прописано, что сюзерен назначается исходя из старой прописки бывшего простолюдина, просто таков устоявшийся обычай. Только почему вдруг Царь сделал паренька из глуши напрямую своим вассалом?

Гвардеец передает Царю свернутый свиток Жалованной грамоты в бумажной обертке, и государь незамедлительно вручает его мне.

- Поздравляю, сынок, - улыбается в бороду Борис Львов, правитель Российского Царства. Но глаза у него до жути серьезные. – Продолжай подавать достойный пример и бить наших врагов.

- Конечно, государь, - произношу, поклонившись.

- Ступай, - кивает он, и я отступаю обратно в ряды новых кавалеров орденов, а на мое место встает следующий награждаемый.

Больше подобных сюрпризов не происходит. Многие из сегодняшних орденоносцев и так дворяне, есть только еще парочка простолюдинов. Но их назначают вассалами тех князей, во владениях которых они живут. Царю эти два солдата оказались не интересны. Тем больше заинтересованности вызываю я у высшей знати.

Блин, последнее дело для меня сейчас – выделяться. Но, с другой стороны, Царя можно понять. Телепатов мало, и, если объявится сильный самородок из простолюдинов, что мешает ему прибрать к рукам раритетный талант? Уверен, такие случаи уже были, просто они довольно редки. Всё же у меня достойное портфолио. Одно воскрешение Горнорудовой очень даже знаковое событие.

Нет, я себя не успокаиваю сейчас, просто рассматриваю разные варианты. Очень велик риск, что во мне признали Филинова, и сейчас Царь подстраховывается. С самого прибытия в Москву иногда у меня возникало смутное ощущение слежки за мной, очень умелой слежки, ведь поиск разума никого не обнаруживал, и вот тут такой сюрприз. Уверен, Царская Охранка способна чуть ли не наступать мне на пятки, а я ее не замечу, несмотря на весь свой ментальный апгрейд. В мире существует много разных Даров, а в Охранке не могут не работать виртуозы искусства слежки. Какой-нибудь выдающийся Мастер-сканер сможет следить за мной на расстоянии нескольких километров.

Тем временем, церемония подходит к концу, и Царь удаляется. Церемониймейстер же просит кавалеров орденов и гостей пройти в Екатерининский зал для празднования. Сегодня также намечался бал в честь награждения.

Вслед за остальными я двигаюсь в большой светлый зал. Здесь уже играет оркестр, белые скатерти столов заставлены закусками, поток гостей из раскрытых дверей наполняет помещение. Приглашенных на бал в разы больше, чем на церемонию награждения. Здесь не только титулованные дворяне – всякие графья, князья, баронья - но и просто потомственные дворяне Московского Великокняжества.

Вообще территориальное устройство у Царства очень интересное. Есть Московское Великокняжество и подчиненные ему Княжества, Графства, Баронства, боярские вотчины и даже тройка Ханств. Царский трон передается по наследству потомственным Московским великокнязям Львовым, у них в прямых вассалах находятся не только главы субъекты и крупные бояре, но и всё дворянство Московского Великокняжества, в том числе и нетитулованное, к которому с сегодняшнего дня принадлежу и я.

- Значит, теперь Данила Вещий – московский дворянин, - со стороны закусок ко мне подходит улыбающаяся Настя Горнорудова в алом платье. Выглядит девушка великолепно и непривычно. Я уже успел привыкнуть к ее вечным минималистичным топикам с шортиками, а тут наряд юной светской львицы. – Поздравляю, Даня! Ты заслужил!

- Спасибо, Настя, - улыбаюсь. – Честно, не ожидал тебя здесь увидеть.

- Я же тебе писала, что переехала в Москву продолжать учиться, - супится рыжая оборотница. – Мама разрешила… И вообще мог бы позвонить, когда приехал. Мы бы хоть погуляли.

- Да как-то времени не было, - оправдываюсь. Действительно, у меня вылетело из головы, что дочка барона уже в столице. Так бы совместили прогулку с ней и Машей, а сейчас уже и некогда развлекаться еще и с Настей. Теперь надо разбираться с московской пропиской и исходящими из нее преимуществами и проблемами. – А ты здесь с кем?

- С отцом, - вздыхает Настя. – Он недавно приехал по вызову Царя.

- Вот оно как, - я ищу взглядом барона, но его нигде не видно. Вот бы так и оставалось. Лучше нам с Горнорудовым не встречаться, а то он испытывает ко мне слишком горячие эмоции. Наш конфликт затих, и хоть «Рабис» я всё еще получаю, спасибо придиркам надзорных служб, но размораживать тихую войну точно не в моих интересах. – А Жанна Валерьевна?

- Мама не захотела ехать, - сообщает рыжая барышня и поправляется: – Точнее, не смогла. У нее легкое недомогание.

Хе, недомогание? А Целители ей на что? Похоже, баронесса решила соскочить с царской аудиенции. Хм, интересно, как Царь относится к тому, что Жанна насильно забрала к себе тело бедной девушки, да и вообще владеет знанием о фактическом бессмертии. Думаю, отношения у баронессы с государем далеко не простые.

- Поздравляю, Даня! – к нам подходит группа молодых аристократов во главе с Машей Морозовой. Княжна хитро улыбается. – Мне уже рассказали, что ты смог удивить всех на церемонии…О, Настя, уже общаешься с нашим героем дня?

- Да, я успела первой, - усмехается рыжая оборотница, чуть ли не показывая княжне язык.

Девушки скрещиваются взглядами, а я в это время здороваюсь с друзьями Маши. Это всё та же несменная компания: подруги-княжны Лопухина Настя и Меньшикова Лиля, а также их кавалеры княжич Урусов Михаил и графский сын Демидов Павел.

Причем Меньшикова демонстративно поднимает руку ладонью вниз. Настаивает на «джентельменском приветствии». Ну да, ладно. С нас не убудет.

- Надо же, мне целует руку столичный франт, - весело улыбается Лилия, когда я почмокал протянутые пальчики княжны.

Рыжая Настя с Машей теперь обе колко смотрят на Меньшикову.

- Ну, Лиля, - качает головой Морозова.

- Что? – удивляется Лилия. - Москва – это метрополия. Столичный дворянин считается более завидным женихом, чем какой-то пермский или тагильский.

- Лиль, прекращай выдумывать, - отмахивается Морозова. – Данила еще не закончил школу. Рано ему думать о женитьбе. И не вздумай искать ему пару среди ваших вассалов.

- Московский дворянин, значит, - смеется Урусов. – А вообще стоило ожидать подобное. Зачем Царю отдавать способного телепата какому-то Воронежу?

- Я из Пермского княжества, - поправляю.

- Ага, Пермь, - кивает явно подпитый Урусов, а Демидов загорается глазами:

– Пермь, говоришь? Представляю, как князь Великопермский будет рвать и метать. Царь ему подложил крупную свинью, - сбавляет тон дворянин, хитро улыбаясь.

- Тише, - шикает на него Лиля, ткнув локтем в бок. – Договоришься сейчас до опалы.

- О чем ты говоришь, Миш? – не обращает внимания на подругу Морозова. – Какую еще свинью?

А я, кажется, его понял. А может и нет. Но мне в голову тоже пришла уже одна возможная проблема.

– У них же в «норах» охотились до сих пор только пермские дворяне, - замечает Демидов. – Великопермский никого не пускал, а тут вдруг один из его охотников обращается в московского дворянина. Это прецедент, дамы и господа. Царь через Данилу открыл всему дворянству ворота к «норам»!

А я вот совсем этому не рад. Главное, чтобы Великопермский не обиделся и не посчитал меня виноватым. Ведь князь умный и должен понимать, что у него скоро отберут «норы», а повод может быть совершенно любой.

- Ну пока всё же не открыл, - замечает Настя. – Скорее, подготавливает почву.

Молодые аристократы еще немного рассуждают о политике, потом мы отходим к закускам и, взяв по бокалу шампанского, пьем за «Данилу московского дворянина и франта». Приходится еще немного поучаствовать в этом веселье, пока ко мне не подходит незнакомый мужчина преклонного возраста.

- Александр Витальевич, здравствуйте, - приветствует его лучезарная Маша.

- Добрый день, судари и сударыни…– аристократ поворачивается ко мне. - Боярин Александр Соловьев, - произносит он без предисловий, хотя обычно в таких случаях просят знакомых представить вас новому человеку. – Поздравляю!

- Спасибо, Ваше Сиятельство, - слегка кланяюсь.

Боярин продолжает вглядываться в мое лицо. Причем очень внимательно вглядывается. Затем вздыхает как-то тяжко и надсадно:

- А ведь вы очень похожи на моего старого знакомого, юноша.

- Надеюсь, он был хорошим человеком, - отвечаю, внутренне напрягшись.

- Сложно сказать. Что точно - судьба у него была полна противоречий, - непонятно произносит Соловьев. В глазах у него словно блестят слезы. Да и вообще боярин весь выглядит каким-то расстроенным, будто мое лицо напомнило ему о старой боли.

Ничего не сказав, Соловьев разворачивается и уходит прочь из зала. Маша, Настя и остальные удивленно смотрят вслед боярину.

- Что это с Александром Витальевичем? – спрашивает Маша.

- Здесь душновато, - Настя мельком бросает на меня быстрый взгляд, но тут же беззаботно улыбается. – Наверно, пошел на свежий воздух.

Я успокаиваю участившийся пульс и делаю невозмутимое лицо. Соловьев явно увидел во мне отпрыска Филинова. Подправить память боярину я не могу, да и глупо это даже представлять возможным, а потому остается только ждать последствий. Вряд ли такое открытие просто забудется.

Еще какое-то время пообщавшись с дворянами, я отхожу будто бы в туалет, а сам прогуливаюсь между столами, пытаясь упорядочить мысли. Больше всего меня волнует куда отошел Соловьев. Не прямо ли к Царю? Государя ведь тоже нет на банкете.

Едва не натыкаюсь на только что зашедшего в зал барона Горнорудова. Меня он, кстати, не замечает – весь загруженный и мрачный шагает к скоплению народа. Видимо, разговор с Царем дался барону нелегко.

- Данила Степанович, поздравляю с гербом и орденом! – отвлекает меня от наблюдения звонкий голос.

Оглядываюсь и вижу перед собой тонкую девушку в платье сливочного цвета, бирюзовых перчатках и длинными косами на груди. Надо же, сама Зина Паскевич пришла поздравить. Она, помешкав, еще руку протягивает – ладонью вниз. Что это как не знак примирения?

- Благодарю, - нагнувшись, слегка касаюсь губами перчатки. – Выглядите потрясающе. Косы вам очень идут.

- Спасибо, - улыбнувшись, девушка слегка теребит кончики прядей. Она явно гордится своими волосами. Действительно, цвет у них здоровый и яркий.

Наше намечающееся ламповое общение прерывает резкий рык справа:

- Что я слышу?! Наглеешь и смеешь задерживать мою сестру, ничтожество?! – к нам движется сам Паскевич-младший. Лицо красное то ли от злобы, то ли от выпитого, то ли от распирающих княжича изнутри газов.

- Дима, - супится Зина. – Никто меня не задерживал. Я сама подошла к Даниле Степановичу.

- Думаю, это неважно, Зинаида Степановна, - спокойно замечаю. – «Ничтожеством» меня уже обозвали. А за слова нужно отвечать.

- И что ты сделаешь? – оскаливается Дмитрий, уперев руки в бока.

- У меня с вашим отцом заключен договор, - напоминаю, оглядев сестру с братом. – На десять магических спаррингов. И теперь первый пройдет в рамках дуэли за честь. Дмитрий, я готов начистить твою княжескую рожу завтра утром.

- Может, не нужно? – пытается охладить наш пыл Зина.

- Начистить? – фыркает Паскевич. – Никакого глупого мордобоя. Ты теперь дворянин, так и дерись по-дворянски – магией и клинками. Тем более что сам назвал это дуэлью, значит, за мной выбор оружия.

- Конечно, выбирай, - соглашаюсь. – Но после моей победы не забудь принести извинения.

- Да хоть сто раз подряд, - смеется Паскевич. Его настроение резко меняется на радостное. Видимо, выродок давно мечтал встать со мной один на один. Только я не низкорослый ханец, меня этому снеговику даже с места не сдвинуть.

- Зинаида Степановна, вы слышали своего брата, - поворачиваюсь к княжне. – В случае проигрыша он должен извиниться сто раз подряд. А если он этого не сделает, то нам троим сразу станет понятно, кто истинное ничтожество. Давай свой номер, - обращаю взгляд на княжича. – Скоро пришлю тебе адрес и время поединка.

С яростной рожей Паскевич послушно диктует цифры. Раз я вызвал, значит, мне и выбирать когда и где драться. Я откладываю номер в памяти, на этом отворачиваюсь и оставляю расстроенную Зину наедине с ее братцем-придурком. Хватит уж на сегодня портить настроение общением с семейством Паскевичей.

Я специально напомнил о десяти поединках с княжичем и незамедлительно назначил первый. Как оказалось, выродок всё еще зол на меня, а значит, может в любую минуту сорваться и устроить какую-то западню. Лучше направить его в дуэльную струю. Пускай после первых затрещин ждет вторые, а потом третьи и так далее. Так его и прогоню через десять растянутых во времени поединков. А за это время и придумаю, как его унять раз и навсегда.

- Данила Степанович, вас просят к Владиславу Владимировичу, - возникает предо мной гвардеец в черном мундире и золотых погонах. – Пройдемте за мной.

Не струхнуть тут просто нельзя. Владислав Владимирович, просто, без упоминания фамилии может быть только один-единственный. «Красный Влад», начальник Царской Охранки, Палач Царя. Так что я, конечно, напрягся не на шутку. Первым желанием было «включить» весь Легион. Но, конечно, я обхожусь без резких движений. Если бы меня хотели убрать, то не награждали бы высшим воинским орденом.

Вслед за гвардейцем покинув бал, я ухожу за ним из Кремлевского дворца и направляюсь в административный корпус, располагавшийся между Спасскими воротами и Сенатским дворцом. Меня приглашают в кабинет на последнем четвертом этаже. Там за монументальным дубовым столом сидит худой мужчина. Не узнать родственника Царя просто нельзя. Грива у этого Львова пускай поменьше, седины еще нет, но в его чертах лица проступает та же властность.

- Ваше Высочество. – Ну как тут не поклониться брату Царя.

- Присаживайся, Данила, - по-простому называем меня Владислав и указывает на стул напротив. – Чай, кофе?

- Кофе с сахаром, пожалуйста, - киваю.

- Конечно, с сахаром, - улыбается Владислав. – Ты же телепат.

Он встает и сам подходит к кофемашинке на тумбе. Спустя полминуты жужжащего помола передо мной на стол падает дымящаяся кружка. Я отпиваю напиток и молча кайфую. Сахарка пять ложек, не меньше. Такое мы пьем.

- А расскажи мне, Данила, о Горнорудовой, - вдруг произносит Владислав, усевшись обратно в кресло со своей кружкой в руках. – Вы же с ней довольно близко сдружились.

- Об Анастасии Павловне? – строю из себя дурачка.

- Нет, о Жанне Валерьевне, - ухмыляется Владислав. Он нисколько не расстроился, что не подловил меня. Таких проверок в процессе разговора будет еще ого-го, я-то уж знаю. – Поведение баронессы в последнее время вызывает большие вопросы у Царя. Поэтому давай рассказывай всё, что знаешь.

Ну я и рассказываю. Осторожно, не акцентируя внимания на себе и своих тайнах. Сообщаю о том, что Владиславу точно известно: о воскрешении баронессы, о том, что она забрала себе тело любовницы бароны. О Змейке тоже приходится упоминать, но я умалчиваю, что Горнорудовы делали над Горгоной эксперименты. В процессе доклада Владислав задает уточняющие вопросы. В ответах я не допускаю ни слова лжи. К счастью, все вопросы кружатся вокруг баронессы, и мне удается не слить себя.

Хотя ни в чем нельзя быть уверенным при общении с дознавателем. Но я и не тешу себя пустыми надеждами, а просто показываю свою готовность сотрудничать и морально готовлюсь ко всему.

- Хорошо, ты свободен. Оставайся пока в Москве, Данила, - сообщает Владислав. – Ты можешь понадобиться для еще одних показаний.

- До свидания, - я выхожу из кабинета и, выдохнув, сразу следую к парковке. Хватит мне на сегодня балов и танцев. Сейчас нужно позвонить Морозовым и попросить их присутствовать завтра на поединке с Паскевичем. Обычная предосторожность, чтобы Дмитрий не вздумал устроить ловушку.

***

- Парень - вылитый Кеннер, - заявляет Александр Соловьев, сделав большой глоток воды и отставив в сторону стакан. – Да и Мишу можно узнать, если присмотреться к его внуку.

- Да, похож, - спокойно соглашается Царь, без сильного удивления. – На церемонии я тоже заметил сходство. А ты что скажешь?

Вопрос обращен к только что вошедшему в кабинет Владиславу. Тот, улыбаясь, подходит к креслу.

- Умный парниша, - делает вердикт Начальник Охранки. – И хитрый. Явно что-то скрывает.

Глава 8 - Дуэль

- Скрывает? – переспрашивает заинтересованный Царь. – Неужели Рой?

- Вряд ли, - Владислав садится в кресло, сохраняя военную осанку. – Слишком зелен он для Роя. Если бы и дорвался до него, то, наверняка, бы уже словил расстройство расщепления личности, а мы этого не наблюдаем. По нашим сведениями, Филиновы очень осторожно осваивали свой родовой Дар. Да и поздно к нему приходили. Для Дара нужна зрелая личность с устоявшимися ценностями и не зависящая от окружающей среды и других людей. У подростка такое ментальное состояние априори не может быть. Банально не хватит жизненного опыта. Кроме того, бушующие гормоны этому не способствуют.

- Всё так, - подтверждает Соловьев. – Молодым Рой не подвластен. Миша называл это самозащитой юного организма. «Филины растут медленно» - говаривал он.

- Тогда что Вещий скрывает-то? – Царь смотрит на Влада.

- Несомненно, парень – сильный телепат, который принижает свои способности, - отвечает Владислав. – Но это как раз логично. Будешь скрывать границы своей силы – больше проживешь. Особенно актуально для простолюдинов, да и не только. Но у меня есть смутное подозрение, что он знает о своем происхождении.

- Горнорудова, - морщится Царь.

Владислав кивает.

- Скорее всего. Баронесса очень близко общалась с одним из сыновей главы Филиновых, а потом вполне могла углядеть в парне их фамильные черты.

- Ее интерес к Вещему, безусловно, понятен, - вздыхает Соловьев. – Эта ведьма всегда была падка на молодых самородков, а тут целый Филинов. Удивительно, как он еще не стал ее вассалом.

- Ничего удивительного, - отмахивается Владислав. – Просто баронесса не хотела привлекать внимание высшего света к Вещему. Очень возможно, она уже его обрабатывает.

- Горнорудова в ближайшее время не покинет Тагил – слишком сильно боится меня, - коротко смеется Царь. – Так что Жанну я меньше всего остерегаюсь. Но наблюдать за ней не прекращаем. Особенно за их «секретной экспериментальной лабораторией».

- Это само собой, - кивает Владислав. – А что делаем с парнем?

- Мы не можем подтвердить его принадлежность к Филиновым? – спрашивает Царь. – Нужны железные доказательства. Очень много будет сомневающихся.

- У нас нет трупов Филиновых, - вслух перебирает варианты Владислав. – А значит, ДНК-тест не сделать. Опознавательные артефакты Михаила мы тоже не нашли. Что еще остается?

- Аномальный залив в усадьбе, - тихо произносит Соловьев. – Если парень пойдет туда и вернется, то он точно отпрыск.

Владислав смотрит на Царя, ожидая его решения.

- Мы не звери, - подумав, отвечает государь. – И не отправляем детей насмерть. В любом случае, будем пока держать в тайне его происхождение. Но ты, Влад, еще раз встреться с ним и расскажи о Филиновых. Не запугивай его, честно объясни, кто он и откуда, если еще не знает, кстати, заодно выяснишь этот факт. Также растолкуй причины, почему ему пока что нельзя объявлять право на свой род.

- Потому что его растерзают другие дворяне? – спрашивает Соловьев. – Все те стервятники, которые растащили земли Филиновых?

- Да, - кивает Царь. – И они тоже.

***

Утром встаю в приподнятом настроении. Вчера Морозовы согласились присутствовать на дуэли. Точнее прибудет шурин князя Борзов, и этого более чем достаточно.

Позавтракав в блинной возле гостиницы, я отправляюсь к спортклубу «Стезя» на юго-западе. Бронированием и подготовкой арены занимались мои помощницы Василиса с Алисой. Я сказал им, что всё должно быть сделано на высоком уровне, ибо прибудет как зритель член знатного княжеского рода да и соперник у меня тоже знатный засранец. Девушки отнеслись с пониманием.

Прибываю в клуб я пораньше, чтобы переодеться, ну и посмотреть, как помощницы справились с приготовлениями. Уже на первой взгляд неплохо: от парковки в сторону крыльца и далее по ступенькам к самым дверям стелется чистая ковровая дорожка. Даже жалко ее топтать.

Сразу на входе в клуб меня встречает швейцар в броской красной униформе.

- Господин Данила Степанович, - сделав поклон, он открывает дверь.

- Спасибо, - кивнув, прохожу в холл. Там сразу ко мне подбегает хостес в белом смокинге. Мужчина объясняет, где что находится: раздевалка, бар, уборная и собственно арена.

- Времени еще полно. Не желаете сначала освежить горло у бара? – спрашивает он.

- Сначала переоденусь, - направляюсь в сторону указанной раздевалки. – А вы продолжайте караулить Морозовых и Паскевичей.

- Будет исполнено.

За дверью раздевалки меня ждет сюрприз в виде двух красоток в строгой деловой форме. «Дуэт «Валентино»» застывает с радостными улыбками. А затем обе девушки синхронно кланяются.

- Господин, ваша спортивная форма, - брюнетка Алиса протягивает пакет с эмблемой «В».

- Господин, ваша обувь, - белокурая Василиса держит на маникюрных руках новые брендовые кроссовки.

- Спасибо, мои хорошие, - я принимаю свое боевое облачение. – С Паскевичем связывались?

- Да, княжич прибудет вместе с княжной Зинаидой, Целителем и еще пятью слугами, - отчитывается Алиса.

- Видимо, с санитарами, - хмыкаю.

- О медиках мы также позаботились, - тут же рапортует Василиса, гордо выпрямившись. – Арендовали услуги медперсонала из поликлиники «Медси». Среди них есть Целитель.

- Хорошо, - я подхожу к скамье и начинаю раздеваться. – Могли бы вы лично встретить Борзова? Уверен, столь симпатичные хостес впечатлят даже княжеского родственника.

- Конечно, господин, - девушки улыбнувшись уходят.

А я, спровадив их, достаю аптечку. Вынимаю из упаковки регенеративную пилюлю и проглатываю ее. Никакого преимущества в бою она не дает, просто позволит не помереть, если мне вдруг расколет череп ледяным булыжником.

Энергопластыри лепить не буду. А то выйдет много чести Паскевичу. Кто он там? Мастер? Вот в честном бою и огребет от официального Воина да так, что потом от стыда не сможет смотреть в глаза даже собственному отражению.

Эх, жалко нельзя светить Легионом. Тогда бы бой не занял и двух минут. Но нельзя так нельзя. В рамках телепатии сдерживаться я не буду. Пора показать, чего стоит московский дворянин Вещий, герой «нор».

Переодевшись и прикрепив к поясу ножны с навахой, направляюсь к арене, там уже в первых рядах расположились Евгений Борзов и Маша Морозова со своей свитой. Ого. И княжна пришла поддержать.

Официанты расставляют на столике стаканы с напитками. Княжеский шурин располагающе смотрит на рассказывающих что-то Василису с Алисой.

- Ваши Сиятельство, добрый день! - я подхожу к столикам с громким приветствием.

- Привет, Данила. Мы приехали чуть раньше, но, как смотрю, у вас всё готово, - произносит Борзов, при этом поглядывая в декольте улыбающийся Алисы.

- Рад, что вас устраивает наш радужный прием, - отвечаю.

- Данила, будь осторожен, - серьезно говорит Маша. – Дима – очень опасный противника. Перворанговый Мастер-ледовик, а еще про него говорят, что он очень жестоко расправлялся с пленными ханьцами. Пытал их, мучал…

- Машуль, женское дело – не суетиться, а держать осанку ровной и улыбаться, - делает замечание племяннице Борзов.

- Прости, дядя, - застыженная княжна опускает голову, потом резко выпрямляется. – Данила, удачи тебе в бою!

- Вот так уже лучше, - одобряет Борзов и ухмыляется мне. – Данила, никакие ханьцы не сравнятся в свирепости с аномальными зверями. Тем более пленные ханьцы, - смеется он. - А ты мастер по зверям, Данила. Так что случайно не прибей княжича.

- Будет сложно, но постараюсь, - на полном серьезе отвечаю, от чего Борзов громогласно хохочет.

На этой ноте прибывают и Паскевичи. Дмитрий уже одет на спорте, с клинком наголо. Увидев Машу, он перекашивается в лице и сразу поднимается в стеклянный куб арены. Там он злобно топчется как бык.

Но я не тороплюсь составить компанию княжичу. Как хозяин мероприятия, первым делом подхожу к княжне Зинаиде и на глазах Дмитрия пару минут любезничаю с его сестрой. Очередной шуткой я добиваюсь улыбки, мелькающей на губах Зины. Думаю, княжичу это зрелище доставляет особое удовольствие.

Также Зина показывает мне кейс с деньгами. Мои два миллиона. Что ж, отлично. Василиса с Алисой тоже должны были подготовить такой же. Я не спрашивал, где он, так как не собираюсь проигрывать.

Когда я наконец поднимаюсь на арену, у Дмитрия из ноздрей чуть ли не идет пар.

- Сегодня ты сдохнешь, Вещий! - угрожающе машет он прямым сверкающим клинком.

- Хотел бы я сказать тебе то же самое, - вздыхаю грустно. – Но нет – сегодня ты только получишь несколько затрещин, да потеряешь меч.

- Поединщики! - гаркает зашедший на арену судья. – Подойдите ко мне. Сейчас я зачитаю вам правила.

***

Князь Степан Паскевич с книгой в руках усаживается в домашней библиотеке. Наконец-то появился свободный часик и можно провести время за прочтением любимой беллетристики. Конечно, сегодня у сына проходит бой с выскочкой Вещим, но уж там Дима и сам справится. Он так долго стремился отлупить этого телепата, что теперь точно не упустит своё. На арене он может показать свой бешеный норов во всей красе. Князю больше не нужно сдерживать сына. Пускай резвится, сколько влезет.

Прочитав пару строк, Степан берет со столика серебряный колокольчик и пару раз встряхивает им. На звон прибегает слуга.

- Сообщите, как только закончится поединок Димы, - велит князь. – Мне интересны результаты вплоть до деталей.

- Хорошо, Ваше Сиятельство, - поклонившись, слуга исчезает.

Князь же с наслаждением откидывается в кресле и продолжает чтение.

***

Зачитанные правила вполне себе типичные. Мы деремся не до смерти, поэтому если противник вырубается, контрольный в голову делать нельзя. Если же он не переживет вражеской атаки, значит, ему просто не повезло. Судя по предвкушающей лыбе Паскевича, он намерен наносить только смертельные техники. Ну и дурак. Только зря потратит энергию.

Я уже «включил» сканера. Накопитель у Паскевича приличный, но не безразмерный. Ну он, конечно, не представляет с чем столкнется и поэтому стоит тратить силы с умом.

Судья велит нам отойти по углам и приготовить оружие к сражению. У княжича клинок уже обнажен. А я одним движением извлекаю из ножен наваху.

- В бой! – гаркает судья.

В ту же секунду я стреляю болтами псионической энергии. Через ментальные щупы ощущаю сопротивление щитов. Атака замедляет Паскевича, но он всё уже успевает накинуть ледяной доспех. Я не теряюсь и взмахом руки выбрасываю россыпь пси-стрел. Это деформированные пси-ножички, больше похожие на иглы. Целый их рой осыпает противника на другом конце арены.

- Агрххх, - пошатывается княжич. Он дергает рукой и выплеск магической энергии обращается в россыпь ледяных кольев.

Со всех сторон летит морозная смерть. Усиленными ногами я прыгаю вправо, но меня все равно задевает. Плечо разрывает резкой болью. Терпимо, только жжет.

«Включенный» «кровник» мигом свертывает кровь в ране. Вдобавок еще пилюля действует, начав медленную регенерацию. А я, сделав перекат и еще не вскочив, бросаю руку вперед, и пси-хлыст обвивает шею Паскевича. По образовавшемуся каналу пускаю цепочку телепатических разрядов.

Рыча княжич едва не падает. Доспех у него хороший и способен сопротивляться пси-оружию. Но чем больше нагрузка, тем менее эффективна. Поэтому я делаю два шага вперед и покрываю наваху пси-клинком.

Паскевич на месте не задерживается. Под непрекращающейся очередью разрядов сложно скастовать дальнюю атаку. Удавка на шее ему сильно мешает. А потому княжич, закричав, бросается в ближнюю.

Правильно, Дима. Каналы не резиновые. Твоему доспеху осталось недолго.

Я резко уклоняюсь от удара и, заскочив ему за спину, обеими руками вонзаю наваху противнику в наплечник. Бью со всей силы. Ледяное покрытие трескается. Острие застревает в толще панциря.

Попался, карась!

По-другому и не могло быть. Моя «бритва» сделана из аномального металла. И под пси-покрытием режущая кромка становится прочнее и пробивает даже металл.

Поверх навахи вспыхивает лиловая псионика, и в следующий миг у меня закладывает уши от ора, полного боли.

Орущий Паскевич падает на колени. Его плечо насквозь пробил лиловый пси-клинок. Физического урона нет, зато его ментальное пространство полностью опустело. Больше княжич не боец.

Вопли не прекращаются. Гроза пленных ханьцев продолжает извиваться на полу и надрываться от боли. Крепко же его ударило по нервам. Удивительно, что он еще в сознании.

Воля княжича дает сбой. Магический доспех рассыпается на кривые обломки, наружу показывается бледное вопящее лицо. Я немедля хреначу кулаком в глаз, и Паскевич вырубается. Затем убираю упавшую наваху в ножны.

- Победитель – Вещий Данила, - объявляет судья, пока на арену влетают люди Паскевича и мои медики.

Меня быстренько лечит арендованный Целитель из «Медси». Обойдется он, конечно, очень дорого, примерно, как круиз на Мальдивы. Но куда деваться? Не калечиться же Паскевичу на радость.

- Удивительно, что вы не истекли кровью, - замечает Целитель, залечив широкую колотую рану на плече. – Пробило до кости, мышцы и сосуды были разорваны. При таких глубоких повреждениях люди обычно даже стоять не могут.

- Я умею терпеть, - пожимаю вылеченным плечом. – Да к тому же физик.

- Наверное, это всё объясняет, - кивает мужичок в очках, успокоившись. – Физиков я не лечил, не знаю.

Считай, пронесло. Сложно не палиться даже в таких мелочах, как перенесение кровопотери и боли. Хотя тут опять же вопрос очень-очень спорный. Этот старичок явно домашний доктор и настоящего пороха не нюхал. На войне я видел людей, которые на адреналине и без оторванных конечностей бегали. А тут какая-то рана до кости, хе.

- Данила Степанович, - ко мне подходит Зинаида Паскевич с серьезным лицом. Обеими руками она горизонтально держит кейс с деньгами, а поверх его лежит дорогущий меч Дмитрия. – Вы победили моего брата, а значит деньги и его меч теперь ваши.

- Верно – мои, - с довольной лыбой принимаю призы.

- Касательно меча, надеюсь, вы не откажите в выкупе за него, - волнуется княжна, бросив беспокойный взгляд на клинок.

Действительно, дорогое оружие. Тут и рубины с сапфирами на рукояти, да и само лезвие гладкое и чистое как слеза младенца. Я ничего не понимаю в мечах, но тут и дурак поймет – шедевр.

- Конечно, - взвешиваю в руке меч. - Только сначала схожу в ломбард возле дома и узнаю, сколько он стоит.

- Хорошо, - облегченно выдыхает девушка и, кивнув на прощание, идет к брату. – Значит, увидимся.

А я уже про нее и забыл, увлекся новой игрушкой. Меч-то загляденье. Почти невесомый, прямой и гладкий. Такой нельзя отдавать задаром.

- Меньше чем за еще один заводик точно не отдавай, - смеется подошедший Борзов, а следующая за ним Маша весело улыбается дядиной шутке. Или не шутке?

- Уверены? – переспрашиваю.

- Конечно, - довольно скалится княжеский шурин. – Это же родовой меч Паскевичей. Древний как Москва. Даже странно, что Димке дали его на дуэль. Либо Паскевичи слишком самоуверенны, либо им денег не жалко.

Ну княжич Митя! Ну удружил! Я качаю клинок, изучая идеальный баланс. Да, неплохой сегодня улов.

***

- Ваше Сиятельство, поединок закончился, - докладывает появившийся в дверях слуга. Он произносит это со странными виноватыми нотками в голосе.

- Быстро, - Степан с неохотой отрывается от чтения и бросает слуге: - Ну и как прошло? Дима несильно зверствовал? Наверно, отсек телепату голову, как всегда?

- Дмитрий Степанович проиграл поединок, - опускает голову слуга.

- Как проиграл?! – у князя аж глаз задергался. – А меч…как же меч?

Степан разрешил сыну взять на дуэль фамильный клинок, благо противник несерьезный, а малец давно мечтал расправиться с ним. Князь решил: почему бы и нет? Пускай запечатлеет момент в памяти.

- Достался победителю в качестве трофея, - слуга еще ниже опускает голову.

После этих слов в голове Степана словно что-то переключается. В сердцах князь бросает книгу в распахнутое окно и орет отборным матом. А слуга, не выдержав, убегает в коридор от греха подальше.

Глава 9 - В имение

- Княжича, значит, одолел, - размышляет Владислав Львов, пролистывая оперативный доклад аналитического центра внутренней разведки. – А насколько Паскевич-младший силен был?

- Внизу справка о Паскевиче, - подсказывает агент Охранного отделения. – Ледовик, первый ранг Мастера. Подает некоторые надежды в развитии. Второго ранга точно добьется в течение пяти лет.

- Не слабак, - заключает начальник Охранки, вчитываясь в строки, а затем морщится. – Но большим боевым опытом не может похвастаться, а вот его наклонности не внушают доверия. Мда… - царский брат качает головой. - Соберите побольше информации об увлечениях Дмитрия Степановича. Если там совсем всё плохо, надо переговорить насчет него с Борисом. Сомневаюсь, что нам нужен полный садист во главе княжеского рода.

- Будет сделано, Ваше Высочество, - помечает в блокноте агент. – Касательно самого поединка мы провели тщательное расследование. В том числе допросили Целителя из «Медси». Он заметил некоторую странность в состоянии Вещего, а именно сверхчеловеческую выносливость Вещего. В принципе, ничего странного в этом нет. Наш аналитический аппарат подтверждает, что Мастеру-физику по плечу обезболивать конкретные участки тела и прижимать кровеносные сосуды.

- Это про, то что он бегал с раной в плече? – хмыкает Владислав. – Слушайте больше этих гражданских докторов. На адреналине и не такое можно вытворить. Парень не лыком шит, он с малолетства охотится на зверей, а потому привычный к ранам. На заметку, конечно, возьмите этот случай, но рано судить. Другой вопрос, откуда у парня еще и Дар физика? Не помню, чтобы Филиновы владели несколькими Дарами на постоянной основе. Это что-то новенькое. Вещий не сдавал ранговую комиссию на второй Дар?

- Никак нет.

- Надо его направить, - размышляет Владислав. – Ладно, понял. Материала достаточно. Продолжайте наблюдать за целью. Если Паскевичи вконец обнаглеют, сразу доложите. А то не хватало еще, чтоб нашего птенца придушили, когда он даже еще крылья не расправил.

- Будет исполнено, - агент уходит, а Владислав встает и потягивается. Разминая затекшие мышцы, он задумчиво смотрит в окно.

Всё бы ничего, но с этим Вещим есть одна странность – и заключается она в слове "много". Много заварушек, много общения с дворянами, много контактов в высшем свете. Вещий для своих семнадцати лет очень много наворотил: участвовал в уничтожении рода Вороновых, стал представителем Морозовых в Будовске, сейчас занимается созданием лекарств вместе с провинциальной дворянкой, еще успел и Паскевича отмутузить. Про Горнорудову вообще говорить не стоит. Пробивной парень, конечно. Когда только успевает? А вдруг он и Рой освоил? Вряд ли, конечно. Но Владислав ловит себя на мысли, что будь это так, то несильно удивился бы. Но это из разряда фантастики. Бастард без родовой поддержки и должного наставничества просто на такое не способен.

- Понаблюдаем, - пожимает плечами начальник Царской Охранки. Он садится обратно в кресло и, отодвинув отчет по Вещему, принимается за следующий вопрос.

***

На следующий день я занимаюсь своей «московской пропиской». А именно еду в Землеустроительный центр Московского Великокняжества, чтобы подписать кипу бумаг.

- Итак, Данила Степанович, - строгая девица в очках заходит в кабинет, где меня оставили одного с десятком документов. – Вы со всем ознакомились? Всё подписали?

- Да, - кротко отвечаю. С этой девушкой мне совсем не хочется паясничать, а то еще заставит заново перечитывать всю эту стопку канцелярского текста.

- Вы как московский дворянин наделяетесь не только правами, но и обязанностями, - девица всё же решает меня проверить. Она требовательно смотрит сквозь очки. – Надеюсь, вы усвоили конкретно какие?

- Конечно, сударыня, - я решаю дать этой мегере развернутый ответ, а то ведь не верит. Даже обидно. – Обязательное участие в волостном земском собрании, недопущение нарушения княжеского и царского законодательства на своей территории, допуск налоговой, пожарной, водоканальной, дорожной и других надзорных служб на свое имение при наличии у их представителей официального ордера, а также в рамках плановых проверок, устройство имения не ниже минимальных княжеских стандартов...

- Хорошо, - взгляд девушки за прозрачными стеклами моментально теплеет. Она протягивает мне выписку с моим жалованным имением. Затем выпрямляется и гордо произносит. – Поздравляю вас, Данила Степанович, с дворянской собственностью в Московском Великокняжестве!

Оказывается, она и улыбаться умеет.

Я опускаю взгляд на адрес имения. Да, неплохо. Земля вплотную к поместью Филиновых. Прям рядышком. Царь либо явно решил намекнуть мне, что в курсе о моих опальных родственниках, либо сам подводит меня к этому «открытию». Я ведь типа не знаю, что Филинов.

От души сразу отлегает. Ну раз меня еще не грохнули, значит, преступление Филиновых не распространяется на бастардов. Значит, мне дозволяется еще пожить и даже неплохо пожить, учитывая статус дворянства.

- Спасибо, сударыня, - на прощание махаю улыбчивой девушке. И вовсе она не мегера, видимо, показалось.

Дальше еду в «Валентино». Надо переоформить все мои налоги, чтобы платились они в казну Великокняжества, а не Перми. Но это и без меня сделают. Поручение финдепартаменту уже дано, а Алиса с Василисой проследят за исполнением. Что нужно действительно сделать – это пообщаться с Прошкиным.

- Здравствуйте, Данила Степанович! - в холле хором приветствует меня прекрасный Дуэт «Валентино».

Блондинка с брюнетка встретили меня чуть ли не у двери.

- Привет, - улыбаюсь я ассистенткам, заметив, что до самого ресепшена не видно других девушек. Хм, неужели Василиса с Алисой решили выполнить работу хостес. – А почему вы лично встречаете? У вас и без этого работы навалом.

- Нам несложно, господин, - отвечает Алиса, а Василиса согласно кивает. – Позвольте вас проводить к господину Прошкину.

- Конечно, за тем я и пришел.

Пока мы поднимаемся в лифте и идем по коридору, девушки неожиданно откровенничают со мной насчет жука-гендира. Как оказалось, они давно наблюдают, что Прошкин сильно нервничает, а еще он опять порывался пропихнуть раздутый маркетинговый бюджет, но ему не дали. Как раз сами ассистентки и не дали.

Честно, девчонки большие молодцы! Не ожидал! Алиса с Василисой тщательно следят за делами в компании и в случае чего моментально связываются с нужным директором и напоминают о моем указе: никаких сомнительных действий. Вот и Прошкину они знатно подпортили планы.

- Кирилл Павлович, добрый день. Я пришел к вам с ментальной ревизией, - без стука вхожу к гендиру, а за мной с злорадными улыбками цокают каблуками Алиса с Василисой.

- Пфф, Данила Степановиффф? – Прошкин едва не подавился кофе, который как раз пил. – М-может, в другой раз?

Он начинает юлить, отговариваться, просить отложить проверку, но кто бы его слушал. Я просто залетаю ему в голову, отвожу в сторону свои же ментальные щиты, ну и просматриваю, где он напакостил.

- Банда «Гроб»? – удивленно вскидываю брови.

- Они самые, - опускает голову Прошкин, больше не пытаясь отвертеться. – Это серьезные люди, Данила Степанович, и им нельзя отказывать. Может, вы согласитесь на внеплановые расходы?

А я, не слушая его уговоры, всерьез задумываюсь над проблемой. К Прошкину недавно приходили бандюганы и требовали, чтобы он продолжил мутить старые схемы. И всё бы ничего, но эти «Гробы» - теневая шайка некоего графа Хоренова.

- Никакой коррупции, - спокойно сообщаю. – Назначь мне встречу с этими «Гробами».

- Хорошо, - вздыхает гендир.

- И Прошкин, - надавливаю на него ментальным жимом. – Еще раз: если возникают проблемы, ты мне сообщаешь. Сразу. Иначе я посчитаю уже тебя одной из своих проблем. Тебе ясно?

Под псионическим прессом он вжимается в спинку кресла, морщась от боли.

- П-понял, Д-данил Степанович, - выдавливает он ответ, трясясь в ужасе. – Б-больше не повторится.

На этом оставляю гендиректора. У меня сегодня еще встреча с Морозовым, а князя лучше не заставлять ждать. Вместе со мной выходят и девушки. В лифте они задумчиво молчат, поглядывая на меня. Алиса первой не выдерживает:

- Данила Степанович, простите, но почему вы не прогоните Прошкина?

- Или не убьете? - добавляет белокурая Василиса.

Хе, какие жестокие у меня помощницы.

- Потому что его запугали, - отвечаю. - Сам по себе Прошкин руководитель с опытом и со способностями, но он, конечно, испугался бандитов.

- Он прогнулся под них! – заявляет Василиса, недовольно сверкнув глазками. И тут же опускает лицо, устыдившись своего порыва.

- Да, - с улыбкой соглашаюсь. - И другой такой же опытный руководитель тоже прогнется под графскими людьми. Такова практика в современном деловом мире. Умные, но слабые простолюдины без защиты сгибают спины перед наглыми дворянами и их шайками. Я решил перевоспитать Прошкина, а не мучаться с его заменами. Но если он ничему не научится, то, конечно, вышвырну его.

Вообще, все проблемы «Валентино» вытекают из бесхозяйственности Горнорудова. Сам барон сильнейший маг крови, и никто не смел у него открыто отобрать фабрики. Но вот тайком компанию обложили со всех сторон. Тот же Хоренов использовал ее для отмывания денег. Якобы закупал ткани, а потом те же деньги выводил как маркетинговый бюджет «Валентино». Понятно, что Прошкин заткнулся и постепенно привык к такому ходу вещей. Кому ему было жаловаться? Горнорудову? Барон сидел безвылазно в своем поместье и клал на всё.

Теперь мне за ним разгребать.

Попрощавшись с ассистентками, я на «Майбахе» добираюсь до ресторана «Терем». Выхожу и достаю из багажника меч Паскевичей, обмотанный упаковочной тканью. Морозов просил зачем-то привезти реликвию. На вопрос «зачем?» простодушно заявил: «посмотреть». Отказывать я не стал, но если князь захочет выкупить клинок, то здесь буду категоричен. Делать врагами весь род Паскевичей мне что-то не хочется. Пока у меня вражда только с психом Дмитрием, а если я сбагрю их меч другому князю, то и его папаша разозлится не на шутку.

В ресторане хостес провожает меня в вип-кабинку. Оформление как в старорусской избе: бревенчатые стены, стол из полированных досок и тяжелые скамейки вместо стульев. За накрытым столом наяривает дымящуюся скоблянку сам Морозов, а напротив него сидит со стопкой и огурцом в руках граф Шереметьев-старший. Оба дворянина с багровыми щеками и масляными глазами. Благородные господа неплохо уже поддали.

- Данила, пришел? Заходи, садись! – машет мне вилкой Михаил Морозов. – Вот, Валер, познакомься – это тот самый удачливый молодец.

Прикрыв за собой дверь, я сажусь на скамью. Сверток с мечом кладу себе на колени.

- Знаю-знаю его, - довольно смотрит на меня Шереметьев. – Ведь именно благодаря этому юноше мой сын летом женится на своей Исабель.

- Да ты что? – поражается Морозов. – Это как?

- Данила научил Антошу на ножах махаться, - поясняет граф. – Да так неплохо, что мой нерадивый одолел в дуэли воздыхателя своей испанки.

- Данила, значит, уже и у Шереметьевых отметился? Наш пострел везде поспел, – качает головой князь, а потом замечает сверток. – Это он? Косяк Степана? Давай показывай! Не томи.

Я развязываю тесемки и разворачиваю тряпку. Наружу показывается гладкий клинок и драгоценные камни на рукояти.

- Хаха! Действительно он! – радуется Морозов, беря меч в руки. – Надо же, как Стёпа опростоволосился! Проворонить родовой меч! Кому расскажешь – не поверят!

- А мы сейчас доказательство устроим, - Шереметьев, бахнув стопку, занюхивает огурцом, а потом отложив его достает откуда-то из-под стола зеркалку. – Давай, Юр, позируй!

Морозов встает со скамьи и нагло ухмыляется в объектив, одновременно демонстрируя меч от гарды до острия. Щелкает вспышка. Затем то же самое проделывает и Шереметьев, отдав фотоаппарат князю, а сам взяв меч. Оба дворянина при этом громко хохочут.

Когда мне возвращают меч, я только качаю головой. Ну прямо дети малые, а не князь с графом.

- Повеселил, Данила, - обратно садится на скамью довольный Морозов. – Мы потом эти снимки покажем Стёпе – после того, как ты вернешь ему пращурский клинок.

- Главное, не вздумай отдать задешево, - учит меня Шереметьев. – На меньше десяти миллионов даже не соглашайся.

- Спасибо за совет, - киваю. – Задешево точно не отдам.

- Ну а теперь, Данила, давай о деле поговорим, - Морозов настраивается на серьезный лад. – Про «норы».

- Ваше Сиятельство, я теперь вассал Львовых, - сообщаю. – А значит, могу быть вашим представителем только с их разрешения.

- Да-да, - соглашается Морозов. – А Львовы его не дадут. Зачем им это? Незачем. Поэтому я хотел бы тебя попросить найти мне в Будовске другого представителя-простолюдина.

- Другого? – задумываюсь.

- Ага. Есть такой, кого бы уважали пермские дворяне? – допытывается князь. – Сам понимаешь, не хотелось бы мне лишаться поставок мяса. Тут уже к моему бизнесу и Валера присоединился, - кивает он на икнувшего графа. – Часть добычи отдаю ему для изготовления полуфабрикатов. Получаются замороженные котлеты стоимостью с золотой слиток.

- Расходятся на «ура», - подтверждает Шереметьев.

Я размышляю. Чья кандидатура подходит? Точно не мама – она сама уже дворянка благодаря браку со Степаном. А так легко бы подошла, ведь она создала сеть магазинов «Ирины ватрушки» и довольно популярна у будовичей всех сословий.

- Могу предложить подходящую кандидатуру, - решаю. – Но нужно уточнить согласна ли она.

- Она? - хмурится Морозов. – Женщина?

- Верно, - киваю. - Антонина Павловна Ручкина. Уважаемый педагог в государственной школе магии. Многие будовские дворяне ее лично знают.

- То, что учитель, это большой плюс, конечно, - мешкает Морозов. – Но женщина…Ладно, если ты советуешь, Данила, почему бы и не попробовать?

«Если ты советуешь…». Интересно, с каких пор мое мнение стало авторитетным у самого князя? Но что ж, приятно. Да и плохого кандидата я действительно не порекомендую. Мне это просто невыгодно.

- С этим решили, - кивает Морозов и указывает рукой на накрытый стол. – Давай угощайся, Данила, не стесняйся. Мясной рулет, пироги, крендельки...Ну и кристальной выпей со стариками.

Отказываться неудобно, тем более что Шереметьев уже протягивает мне полную стопку. Приходится опрокинуть беленькую, затем уже я отпрашиваюсь и, прихватив меч, покидаю благородных собутыльников.

- Куда дальше, шеф? – спрашивает Никитос, когда я заваливаюсь в «Майбах».

- В мое имение, - решаю. – Надо поглядеть, какую вотчину мне отвел Царь-батюшка.

По дороге звоню Сереге и велю ему прислать в Белокаменную отряд Студня, а еще подумать где им раздобыть бронемобили и легкое вооружение. Возможно, коллеги Степана одолжат или можно у кого-то арендовать.

Скорее всего, «Гробы» так просто не отстанут от Прошкина. В любом случае предусмотрительность не повредит.

- Приехали, - Никитос останавливается у большого пустыря. Я покидаю машину и выхожу в чистое поле. Ступаю по траве, созерцаю безоблачное небо. По соседству, за той рощей, стоит забор имения Филиновых, а там и Астральный залив с карманами. Теперь я могу беспрепятственно переходить туда прямо со своей земли. Зачем Царь это устроил? Неужели хочет посмотреть, обуздает ли бастард Астральный залив?

Я оглядываюсь. Где-то здесь надо строить поместье с нормальной дорогой. Таков порядок. Дворянин должен обустраивать свои земли. А иначе меня оштрафуют, да и просто засмеют. Ладно, год на начало строительства есть. Сюда я пришел вовсе не за этим.

Застыв посреди голого поля, пытаюсь засечь слежку. «Включаю» сканера, а также и сам не сачкую. Видимость здесь на километры. Если за мной наблюдает Магистр-сканер, то он должен попасться. Не может же он с другого конца города на меня смотреть.

Неожиданно я засекаю группу разумов на дороге. Почти сразу звонит мобильник:

- Шеф, тут бандитосы какие-то приехали на джипах, - быстро бросает Никитос. – По мне вдарили очередь из автоматов, но я газанул и отъехал. За мной не дернулись, выбежали из тачек и прямиком в поле драпанули. Знают, что вы там. Следили, суки. Какой будет приказ?

- Бандитов я беру на себя, - спокойно говорю. – А ты отъезжай дальше и не отсвечивай.

- Понял, - со скрипом произносит водитель. – А может я…

- Нет, - сбрасываю трубку и иду к дороге.

Ко мне в имение заявились первые гости. Надо их встретить как полагается, с полной отдачей. Что ж, псионические болты отлично отдадутся им по нервам.

Глава 10 - Гроб для "Гробов"

Предварительно «включаю» «кровника». Еще не помешает сканер, но он и так рядом гуляет, любуется солнышком и весной. Больше никого из легионеров я себе не позволяю. Обидно, что приходится сдерживаться. Но лучше уж так, чем сидеть потом в казематах Охранки в ожидании допроса. Надо сначала узнать, как Царь отнесется к Рою-Легиону.

Я двигаюсь к дороге, и вскоре из-за глинистого бугра появляются трое отморозков. Двое с автоматами, один безоружный - судя по накопителю, крепкий Воин. Ухмылка у последнего самая наглая и отмороженная. Мне уже хочется стереть ее псионическим болтом, но пока сдерживаюсь и любезно спрашиваю:

- Кто такие и чего приперлись?

- Прошка сказал, что ты хочешь увидеться, - еще шире лыбится Воин. – Вот мы здесь.

Двое других зачем-то встряхивают автоматы, видимо, в знак подтверждения. Чудные бандюганы. Да и название у них отстой. Кто себя в здравом уме "Гробом" назовет?

А вообще интересно, они издеваются или серьезно не понимают? Нет, это стоит выяснить. Просто любопытно, насколько тупые бандиты на побегушках у графа.

- Я как бы дворянин, - замечаю. Конечно, перстня пока у меня нет – он еще изготавливается, - но эти увальни, конечно, должны знать, с кем связались. – А вы на моей земле без приглашения, да еще пришли с оружием. Вообще-то я вас спокойно могу убить без суда и следствия.

Зря распинался. Меня тут же поднимают на смех. Что ж, интеллектом не блещут. Как и чувством самосохранения.

- Насмешил, Ваше Благородие, - с издевкой произносит Воин. – Короче, нашему господину не нравится, что твоя фирма пошла в штыки. Не знаю, что ты себе там навыдумывал, сопляк, но «Валентино» - всего лишь хаб для переброски графских денег. Так было, есть и будет. А если ты против, то мы тебя самого закопаем на твоей же земле. Усёк?

И все трое напрягаются. Не совсем тупые, раз ожидают атаки от благородного. Наверняка, пробили меня и знают, к кому пришли. А после таких слов их мало четвертовать. Но я не люблю мараться, потому обойдусь ментальным сжиганием. И чуть-чуть пальбой.

- Эх, балаболы, - демонстративно вздыхаю. – Закопать? Пфф. Вы ведь даже не взяли лопату.

Я взмахом руки бросаю пси-стрелу в голову правого автоматчика. Одновременно и сам сигаю в его сторону – прочь от разразившихся пуль левого автоматчика. Усиленный прыжок выбрасывает меня за спину бандита. Он как раз падает с пси-стрелой во лбу. Я ловлю налету автомат и быстро пускаю очередь по конкуренту-стрелку. Под грохочущей очередью его тело превращается в кровавый мешок.

- Р-р-р-а-а-а! Сука! – орет Воин, швыряя в меня сноп воздушных лезвий.

К счастью, мне есть кем прикрыться. Схватив безвольного автоматчика, швыряю его как пушинку навстречу атаке. Пара шальных лезвий по косой задевают мои раздувшиеся плечи, но основной сноп лезвий вонзается в бандита. Интересно, Воин в курсе что только что убил своего товарища? Моя пси-стрела ведь всего лишь оглушила его.

Впрочем, Воину сейчас не до судьбы товарища. Я швырнул в него ответку в виде града пси-стрел, и сейчас бандитос корчится на земле от бешеной головной боли. Сознание его отключается, и он погружается в коматозное состояние. Можно брать тепленьким, то есть живым.

Взявшись за поцарапанное плечо, я отхожу в сторону. Мой "кровник" сам, без напоминания уже остановил кровотечение. Вот что значит командная работа.

Я же сажусь на траву и принимаюсь шерстить сознание коматозника. Ищу как информацию о «Гробах» с графом Хореновым, так и интересные воздушные техники. Пригодятся моему легионеру-воздушнику, а то он какой-то слабоватый. Накопитель-то у него нормально подрос благодаря моим пси-волнам, а вот матчасть хромает. Он ведь тоже бывший бандитос, только на службе у Вороновых, и видимо, хозяева несильно заботились о силе своих «шестерок».

Выудив достаточно информации, я отправляюсь к дороге. Воздушника не трогаю – он уже сам улетел в мир иной. Всё же мое ковыряние в мозгах окончательно его добило. Я сильно не церемонился: нагло шерстил память, грубо откидывал ненужное, а нужное забирал. Как итог – раненый умер. Будет для меня опыт. А то ведь я только догадывался о последствиях такого грубого взлома.

Но этим трем "Гробам" я лично благодарен: у мне появилось больше информации о своих недругах, а в поместье удобрений. Ну и трофеи для Коллекции какие-никакие.

Про самого графа воздушник мало что знал, но про «Гробов» я раздобыл много чего интересно. Конечно, отморозки те еще. Таких не жалко и четвертовать.

Также есть и для моего легионера парочка интересных трюков: Воздушный порыв и Кручение флага. Потом с ним будем осваивать.

Направляюсь к двум черным джипам на обочине. Трое бандитосов стоят и переговариваются, лениво облокотившись на капоты и не обращая внимания на округу. Не знаю, откуда такое бесстрашие. Может быть, потому что шайка серьезно вооружена: один автоматом, двое сигаретами. Но я, так и быть, рискну с ними связаться. Всё же отморозки швыряют окурки на моей земле, а за такое надо наказывать.

Для начала обстрел пси-стрелами. Под градом псионики автоматчик сразу отлетает в мир иной. Одновременно я закидываю пси-хлыст одному курильщику на горло, а другому швыряю в лицо проецированный псионический сгусток. Выглядит он как лиловый снежок. Только от попадания такого комка конечности немеют, а мозг напрочь пустеет.

С недавних пор умею я сразу в три псионические атаки, если не надо двигаться. Очень полезно. Можно одновременно трех бандитосов бить со спины вот как сейчас. Никто не обижен, все своё получили.

Я быстро сканирую территорию. Обнаружение разумов больше никого не показывает.

Я приглядываюсь к лежачим. Оба безоружных оказываются магами, и оба в коме. Прямо удача! Щиты оказались не полное фуфло, раз помогли мозгам не развалиться. Больше от таких щитов польза как раз врагу – можно взять недобитков живыми и допросить.

Итак, два огневика. Быстро изучаю их техники. Огненная лиса? Странное название, но пускай будет.

Я также смотрю информацию про "Гробы, но тут почти ничего нового. Да и огневики быстро "заканчиваются". Всё же я был грубоват с их покалеченными сознаниями.

Вздохнув, я топаю прямо по дороге в сторону Никитоса. По пути обдумываю полученную информацию. Эти «Гробы» - настоящие отморозки из отморозков. За своих они всегда мстят, несмотря ни на что. А значит, нет смысла требовать переговоров или аудиенции у Хоренова. Граф меня всерьез не воспримет. Остается только показать ему, что со мной лучше не связываться.

Достаю телефон и звоню Сергею:

- Алло, почему группа еще не выехала? – строго спрашиваю. – А, выехали уже. Тогда пусть возвращаются и захватят с собой Змейку. Еще того парня-темныша, как его? Борис, да. Знаю, что он перворанговый. Он нужен не для бойни. Ага, спасибки.

Дорога у них займет всю ночь. За это время надо составить план. И кстати, хорошо бы было, если у Никитоса найдется фотоаппарат. А иначе придется ему сгонять в магазин электроники.

***

Утром следующего дня граф Хоренов Кузьма Осипович покидает салон цирюльника и садится в салон своей «Чайки». Его взгляд вдруг натыкается на фотокарточку, прибитую гвоздем к переднему сидению. Дорогую кожаную отделку салона просто взяли и испортили ржавым гвоздем.

- Что за..! – Хоренов срывает фотокарточку и вглядывается в снятые трупы. У одного мертвого мужчины задран рукав так, чтобы видно было старую наколку «Гроб». – Кто посмел?!

Граф переворачивает фотокарточку. На обратно стороне написано:

«На меня напали на моей земле. Ваше Сиятельство, я жду извинений.

С уважением, Вещий Д.»

- Ах ты сученыш! – гремит Хоренов, догадавшись, кто отправитель. – Получил герб и сразу страх потерял! Да я тебя на куски порву!

Перегородка посреди салона опускается, и испуганный водитель спрашивает:

- Ваше Сиятельство, что случилось?

- Какого хрена ты впустил посторонних в салон?! – гремит граф, покраснев от ярости. На лбу у него выступает толстая вена.

- Я никого не впускал, - блеет водитель. – Двери были закрыты…

Но граф его уже не слушает. Он шустро выбегает наружу и торопится отойти подальше от «Чайки». Вдруг машина заминирована. Вряд ли сопляк осмелел настолько, но береженого бог бережет.

- Что случилось, Ваше Сиятельство?! – подбегают к графу бойцы из машин сопровождения.

- Какого черта в моей машине лежит это дерьмо?! – он бросает снимок в лицо одному из бойцов.

Бойцы в шоке разглядывают фотокарточку и не знают, что ответить. Еще немного поорав на них, Хоренов достает из кармана телефон и набирает куратора бандитской группировки.

– Что там случилось с «Валентино»?! – рявкает он. – Да мне плевать! Мне подкинули снимок твоих убитых придурков! Какого черта?! – секунды две слушает оправдание куратора, затем прерывает: - Пусть твои «Гробы» разберутся с этим никчемным дворянином! Сегодня же! – сбросив звонок, Хоренов звонит своей помощницей. – Новую машину к цирюльне! Быстро! А этого водителя уволить!

Через полчаса за графом приезжает другая вызванная «Чайка». Когда же выбежавший новый водитель распахивает дверь, Хоренов не глядя садится внутрь. Но, едва оказавшись на сидении, граф чуть ли не захлебывается отборным матом.

- …Да гребаный сученыш! – надрывается багровый Хоренов. – Как ты умудряешься всё это проворачивать!

Придя в себя, он пулей вылетает наружу. От греха подальше. Вдруг под тачкой, правда, бомба? Всё может быть! Этот Вещий – настоящий отморозок! А кто же еще посмеет засыпать весь салон графского автомобиля фотоснимками с трупами «Гробов»?

***

- Вы еще не выкупили меч? – спрашивает князь Паскевич.

- Мы в процессе телефонных переговоров, Ваше Сиятельство, - отвечает клерк в деловом костюме. – Данила Вещий не хочет идти на уступки и требует выкуп в десять миллионов.

- Десять?! – вскидывает бровь князь. – Да этот щенок совсем оборзел! Больше, чем на два, не соглашайтесь!

- Мы придерживаемся данной ценовой политики, - виновато опустив голову, произносит клерк. – Но боюсь, Вещий прекрасно представляет себе ценность вашей реликвии и не хочет уступать в цене. Тем более, что и десять – это далеко не верхний предел возможного ценового диапазона.

- Два и точка, - твердо произносит князь. - Уговаривайте его, угрожайте, что хотите делайте! У вас ведь есть опыт переговоров? Вот и переговарите этого школьника, в чем проблема? Никаких десяти миллионов. Я никогда не соглашусь столько отдать какому-то безродному щенку.

У князя пиликает телефон. Он бросает взгляд на дисплей, и лицо его мрачнеет.

- Гадство! Заплатите десять!

- Что? – клерку кажется, что он ослышался.

- Заплатите Вещему десять миллионов и быстрее верните клинок! – рычит Паскевич не отрывая взгляда от телефона. – Пока эти двое не сделали из меня посмешище!

Телефон в руках князя - новейшая модель, которая стоит баснословных денег. Он позволяет передавать через специальный сервис мультимедийные сообщения на такой же современный мобильник. И сейчас князь получил две фотографии.

На первой Морозов, на второй Шереметьев. Оба подвыпивших дворянина в каком-то кабаке позируют с родовым мечом Паскевичей.

А ниже приписка от Морозова:

«1:0.

Стёпа, твой Дима пока проигрывает».

***

Для прибывшей ночью кавалерии я снял домик в пригороде. Но и сам с ними заселился. Номер в «Бородино» пока не сдавал. «Гробы», наверняка, узнают о нем, и если бандиты заявятся в гостиницу, портье за сто рублей мне сообщит об этом.

А пока готовимся к штурму базы «Гробов». Благо, я теперь знаю маршруты патрулей, местоположения арсенала и количество боевых единиц внутри.

В течение дня гвардейцы собирают необходимое вооружение. Бронемашины одалживают сослуживцы Степана, о боеприпасах позаботился Серега Сивых. Одна знакомая ему столичная банда привозит нам ящики с патронами, а также пластит. Как я выяснил, эти бандиты бывшие военные, которые сейчас выполняют теневые операции для Шереметьевых. Мда. Куда только судьба не заносит ветеранов. Нет, не осуждаю. Теневые операции тоже разные бывают. Вот у нас сейчас, к примеру, намечается благородная теневая операция по ликвидации головорезов «Гробов», хе.

- Мазака, - рядом возникает Змейка, выскочив из стены дома. Я как раз прогуливаюсь по саду. – Когда рубита фака?

«Рубита» - это что? Рубить? Ай не важно. Смысл понятен.

- Вечерком, ближе к полуночи, - зеваю. – Пока поспи. На штурме ты должна быть свежей и незаспанной, Змейка.

- Я – Ммать выводка фака, - ворчит змееволосая, но при этом послушно ныряет сквозь бетон обратно в свою комнату.

А мне сегодня днем не судьба поспать. Переговорщик Паскевичей просто меня задолбал. Каждые полчаса звонит и требует привезти ему меч и забрать выкуп. Вот странный человек! Вчера сам же пошел в отказ и никак не хотел соглашаться на десять миллион. А сегодня – вдруг просится.

Я его даже хотел послать и послал. Дескать, до свидания до завтра, сегодня мне некогда. Но потом мне вдруг позвонила княжна Зинаида и вежливо, даже, можно сказать, заискивающе просила произвести обмен как можно скорее, а то князь Степан очень сильно волнуется. Я подумал и согласился. Злить князя лишний раз тоже не стоит. Побесить можно, но в меру.

Поэтому я отлучаюсь ненадолго и встречаюсь с переговорщиком в ресторане на ничейной территории. Отдаю меч, забираю кейс с деньгами, ну и возвращаюсь назад.

В течение дня портье звонит и докладывает, что меня искало десять головорезов. Вели себя они вынужденно цивильно – гостиница принадлежит одному княжескому роду, - но долго не уходили из вестибюля.

Значит, Хоренов не внял моему предупреждению. Прискорбно. Для его бандитов, конечно.

Эх, зря Змейка старалась, фотки ему в машину подкидывала. Но нет так нет. Придется пускать «Гробов» в расход.

Змейку я, скорее всего, засвечу перед Охранкой, но подумав, здраво решил: да и фиг с ним. Охранка и так знает, что я приручаю зверей, это не секрет. Одним питомцем больше , одним меньше. Конечно, Змейку не сравнить с другими зверьми: она разумная, разговаривает, да и фигура у нее под стать новоизбранной королеве пилона. Но как это сможет узнать Охранка? По энергетическому свечению? Не вариант. Если же еще за мной есть и визуальная слежка каким-то чудом, то уж ладно, пускай. Да, Владислав Владимирович, моя Змейка четрыхрукая великанша-фитоняшка, и что теперь?

Наступает вечер, и мы на бронемобилях выдвигаемся к окраине города. Высаживаемся в нескольких километрах от базы. Мы с Змейкой и еще двумя одаренными идем проказничать, не забываем прихватить с собой и взрывчатку. Остальным приказано ждать.

База «Гробов» оснащена парой турелей, но один убитый мной огневик знал слепые места сигнализации. Зона покрытия далеко не сплошная, и он часто пользовался этим, чтобы сбегать наружу покурить.

Действуем по старой схеме. Я под покровом Тьмы и ментальной невидимостью василискуса проникаю первым. За забором меня ждут Змейка, а также «темник» и сканер. «Темник» очень слабый, перворанговый Воин, но не суть. Он нужен только для моего алиби. Если Охранка засечет на мне покров Тьмы, то можно спихнуть на парнишу за забором.

Быстро убиваю единственного сканера в патруле. Затем покрываю Тьмой забравшуюся в периметр Змейку с сумками на плечах. Горгона сразу направляется в казарму. Змееволосая знает, что ей делать. Я подробно объяснил, куда класть взрывчатку.

Сам же в это время занимаюсь турелями, затем дожидаюсь у забора Змейку, и вместе возвращаемся к ребятам за периметром.

По рации Студень получает от меня приказ начинать штурм. Вскоре под грохот очередей колонна бронемашин сносит ворота и влетает на территорию базы. В ту же секунду детонируют первые заложенные мной бомбы и подорванные турели выходят из строя.

Пулеметы на крышах машин стреляют не переставая. По всей базе воют сирены, и почти сразу детонируют бомбы Змейки. Стрекот очередей растворяется в реве взрывов. Летит на воздух оружейный арсенал, а также казармы с бойцами. База «Гробов» стала гробом в буквальном смысле.

- Крррасива фака, -Змейка завороженно смотрит на вспышки взрывов и гордо выпячивает грудь. – Мая рработа!

- Ага, молодчинка, - хвалю четырехрукую хищницу, и она довольно мурлычет.

Мне же ох как не терпится попасть на склад «Гробов». Кроме всего прочего, банда промышляла контрабандой, в том числе деликатесами с Африканской Аномалии. Очень интересно, что там за заначка. Каждая Аномалия выбрасывает разных зверей, посему Африка очень даже может удивить.

Глава 11 - За перстнем

- Мегамозг, это Студень, возникла проблема. Четыре Воина, как минимум пятого ранга. Прием.

- Студень, иду. Прием, - бросаю я в рацию и, прихватив парнишу-«темника», бегом направляюсь в главный корпус. Здание сейчас зачищает основная группа. Понятно, что бомбы Змейки положили не всех бандитов. Казарма подорвана, но ведь есть и другие помещения. Так что нужно немного и самим потрудиться.

Змейка просится со мной, но я отказываю. Пускай отдохнет, а то она всех бандитов положит, и мне никто не достанется. А я ведь тоже хочу размяться.

По пути «включаю» Воронова.

- Наконец! - восклицает легионер и замечает последствия взрывов. – Ого! Уже разгар веселья! Почему сразу меня не позвал! Что за отношение!

- Не ворчи, - приказываю. – А то сделаю немым.

Он сразу затыкается. Нет, ну правда, очень неприятно, когда нужно сосредоточиться, а в твоей голове голосит другая личность.

Еще на подходе в комнату, где ведется обстрел, я ошпариваю пси-разрядами бандитосов за стеной. Грохот пальбы немного притихает. Кого-то достало нехило.

- Стой здесь, - кидаю парнише за спиной. Ну как парнише? Этот Боря меня старше года на два, но еще неопытен, и вообще его обычно используют в группе поддержки. Мне же он в Москве пригодился как прикрытие для своей Тьмы, чтобы ищейки Охраны не подумали неладное. Повезло, что Боря тоже «темник», хоть и слабый.

«Воронов, как зайду – убивай всех не наших, сил не жалей, - командую легионеру. – Посмотрим, как ты выполнишь первую самостоятельную работу»

«Нормально выполню» - обижается Воронов.

«И еще – залепи окно» - вовремя вспоминаю, выхватив из воздуха пси-клинок.

Дождавшись кивка от «темника», я бросаюсь в комнату. Внутри перестрелка. Гремят автоматы моих бойцов. Вспыхивают молнии и огнешары одаренных бандитосов.

Первым делом Воронов послушно закрывает окна завесой Тьмы, а затем недолго думая врубает Голод Тьмы. Я только и успеваю выпустить десяток пси-болт, как тут же просторную комнату передо мной заливает черный блестящий поток. Бойцы Студня с ужасом отскакивают к стене. На их глазах вырастает другая стена – из сплошного мрака.

Почти сразу из непроницаемой завесы раздаются вопли ужасов и треск костей.

Воронов действительно не пожалел сил. Хорошо, что у меня вся спина в энергопластырях, а то бы сейчас в обморок свалился от истощения. Но приходится «включить» еще и «кровника»- Егора, чтобы он мгновенно всосал пятерку пластырей.

Вообще вся атака длится от силы несколько секунд. Но я успеваю через Дар сканера увидеть, что внутри творится. Накопители двух бандитосов гаснут почти моментально, а когда Тьма сходит, на полу лежат перекореженные чуть ли не в труху тела. Повсюду лужи крови и куски оголенных, словно обглоданных, костей. Таковы последствия пира Тьмы.

Только двое Воинов еще как-то держатся – те, что в огненных доспехах. Один припал на колено, а второй крутит головой, пытаясь прийти в себя. Но люди Студня не дают бандитам опомниться. Незамедлительно грохочут автоматы, и Воины окончательно сдают. Доспехи рассыпаются на искры, а их носители умирают.

Я «выключаю» Воронова с Егором и перевожу дух. Упорядочиваю потоки псионики в теле, а то накопитель весь взбаламутился. Эльдар вдарил так вдарил! Хорошо, что Воронов освоил Голод Тьмы только уже со мной. Если бы это было до нашей с ним встречи, пришлось бы его убивать намного дольше.

- Это точно второй ранг Мастера, - авторитетно заявляет Студень, оглядывая последствия Голода. – Шеф, вы круты!

Он прав: техника смогла перевалить на следующий ранг. Очередное подтверждение, что маг лучше всего развивается в бою.

- Ага, продолжайте зачистку, - устало отмахиваюсь.

И группа уходит дальше рыскать по зданию. Вроде бы больше Воинов нет, по крайней мере я не чувствую.

Я остаюсь ждать конца операции в комнате. Подхожу к окну и поглядываю на последствия взрывов. А турели-то отлично горят – до сих пор дымятся. И пофиг, что стальные. Интересно, импортные? У нас вроде бы нормально делают.

Из глубин здания доносится пара очередей, а дальше снова тишина. Вскоре Студень докладывает, что вся база зачищена. Отлично! Можно приступать к трофеям! Бегом на склад!

Через пять минут я уже брожу по большому промышленному холодильнику и разглядываю этикетки на упаковках с замороженным мясом. Гибон, биполамс, норабух, ептигроид…Вообще впервые слышу о таких зверях.

Блин, а всё не увезти - на базе только один рефрижератор. Надо как-то отобрать самое ценное.

Змейка увязалась со мной и сейчас с недовольством ежится. Не любят Горгоны мороз. Хладнокровные как-никак.

Она вскрывает медными когтями одну упаковку, затем принюхивается к большому филейному куску, подумав, высовывает раздвоенный язычок и лижет.

- Неррга, - довольно оскаливается Горгона. – Хорррошо для какуль.

- В смысле для пищеварения? – догадываюсь. - Змейка, ты можешь по вкусу определять чье это мясо?

Наши названия ей ничего не дадут, поэтому может такой способ сработает.

- Могггу, мазака, - довольно мурлычет Змейка и тут же спохватывается: - Только я - Матть выводка, фака!

- Конечно, - соглашаюсь. - Приступим с этого ящика.

И следующие полчаса мы с змееволосой определяем самые дорогие трофеи. Всё мясо нам не увезти, слишком тут много всего, да и не нужно мне столько. А вот туши редких зверей очень даже пригодятся для сывороток Лакомки, ну и просто для моего питания. Я люблю покушать пищу, наполненную полезными витаминами и микроэлементами.

В итоге мы отбираем около тридцати «африканских» туш. Кое-что Змейка сразу отбраковала, про другое сказала «оччччень хорррошо» и только одного зверя не смогла опознать. Называется ептигроид.

Почесав голову, я звоню Сергею Сивых. Серега командовал гарнизоном в Туркменистане и, может, что-то слышал об «африканских» зверях.

- Ептигроид? – переспрашивает Сергей. – Да, слышал. Он выскакивает не только из Африканской Аномалии – из Туркменской тоже появлялся разок. Ух, долго же его валили! Я задействовал аж два целых отряда из одних Воинов-каменщиков.

- Мясо полезно или нет? – прерываю воспоминания Сереги.

- А кто ж его знает? - вздыхает командир гвардии. – Не помню я уже. Зверь один был. Как только завалили, тушу сразу сдали в царский питомник. А нельзя его с собой взять на всякий случай? Потом разберешься.

- Здесь только один грузовик с холодильной установкой, - объясняю. – Всё мясо не поместится, а ептигроид очень здоровый. Если он бесполезен, лучше взять вместо него трех гибонов… - ко мне в голову приходит идея. – Серёга, а ты опиши как выглядит этот ептигроид, а я у Лакомки уточню, может, она в курсе о мясе.

- Ну здоровый, как легковушка, - вспоминает командир. - Вообще похож на корову, как рогогор, только рога в виде перламутровых спиралей, ну и копыта золотого цвета. А еще у него десяток хвостов.... Или больше? В общем, дохрена хвостов. Но, шеф, не помню, чтобы мясо этого зверя отличалось полезными свойствами. А иначе бы у меня, наверное, отложилось в памяти.

- Хорошо, будь на связи, - сбрасываю звонок и набираю Лакомку.

Альва берет сразу. Она было начинает осыпать меня: «Мелиндо, как ты там? Я соскучилась…», но я сразу ее останавливаю и спрашиваю о главном:

- Один вопрос: нужно ли мне мясо зверя с перламутровыми спиральными рогами, золотыми копытами и куче хвостов? – название ептигроид она всё равно не знает. – Я тут разворошил гнездо бандитов и теперь выбираю трофеи поценней.

- Хм, финфар что ли?! – блондинка радостно заявляет. – О, это очень ценный зверь! Мелиндо, обязательно его возьми! Нам с тобой он обязательно пригодится!

- «Нам»? – удивляюсь. – А что в нем такого ценного?

Тут многомудрая альва неожиданно теряется.

- Мелиндо, а можно я потом скажу тебе? – заискивающе просит она, голос у нее непривычно робкий. – Клянусь-клянусь, мясо полезное. А если даже ты решишь, что фанфир тебе не нужен, то его можно дорого продать.

Хм, очень странно. Впрочем, Лакомке в таких вопросов я полностью доверяю.

- Лады, тогда отбой, - бросаю трубку и киваю Змейке. – Этого непонятного тоже возьмем. Вместо трех гибонов.

- А можжжжно? – Горгона плотоядно смотрит на распакованную вырезку гибона.

- Ладно, погрызи, пока будут загружать остальное мясо, - вздыхаю. – Ровно через десять минут мы уезжаем.

Змейка с удовольствием накидывается на замороженный «полуфабрикат». Зубы у нее не только острые, но и крепкие. Заодно поточит.

- Так, - говорю я сам себе, вспомнив одно важное дело. – Надо же сходить в машину за фотоаппаратом.

Не зря говорят, что воспоминания - самое ценное в жизни. И пока мы не уехали, стоит запечатлеть разбитую базу на пленку.

***

Когда Даня отключается, Лакомка с радостным смехом откидывается в кресле.

- Что такое, госпожа? – спрашивает заглянувшая в кабинет к альве молоденькая ассистентка. Она с недоумением смотрит на свою мудрую, но очень юную, очень красивую и очень озорную начальницу.

- Ничего, Клава, просто мой мелиндо порадовал новостью, - улыбается альва, небрежно поправляя медицинскую шапочку на волосах. – У тебя получилась смесь с гипосульфитом?

- Да, я пришла отчитаться, - растерянно кивает ассистентка, выпускница аптекарского колледжа.

- Хорошо, я сейчас подойду, - с улыбкой кивает Лакомка.

Клава покидает кабинет и возвращается в лабораторию. Альва же довольно барабанит тонкими пальцами по столу.

Фанфир, фанфир… Данила пока даже не догадывается, что за свойства у этого мяса, а вот Лакомка уже вовсю представляет их волшебное совместное будущее, полное заботы и звонкого детского смеха.

До сегодняшнего дня это будущее казалось невозможным. Поэтому Лакомка в глубине души печалилась. К сожалению, альвы и люди не могут иметь детей. Слишком разная физиология у их видов. Теперь же проблема решена. Ибо сыворотка из плоти фанфира дает двум представителям разных рас возможность завести ребенка.

Лакомка довольно кружится в кресле и улыбается заглянувшему в кабинет летнему солнцу.

***

Граф Хоренов Кузьма Осипович обедает в ресторане «Терем». Он зачерпывает ложкой грибовницу и кладет наваристый суп в рот. Ммм, объедение. Ароматные разваренные грибы прямо таят во рту. Граф причмокивает губами, даже прикрывает глаза от удовольствия, как вдруг ему на лоб падает с потолка какая-то бумажка.

- Какого лешего! – рычит граф, срывая с лица фотокарточку.

Хоренов в непонимании смотрит на снимок. Дымящиеся турели, снесенные ворота, и пара трупов на газоне. А на обратной стороне написано.

«Я всё еще жду извинений, Ваше Сиятельство.

С уважением, Вещий Д.»

И только тогда до графа доходит содержание снимка.

- Что?! Опять?! – ревет Хоренов, вскакивая и опрокидывая тарелку супа на белую скатерть. – Гвардия! Тревога!

Тесную вип-кабину моментально наполняют гвардейцы, которые держали дозор за стенкой. Граф не сдерживается в выражения. Бойцы слушают яростную ругань Хоренова, но не сразу понимают услышанное.

-... Куда вы смотрите! Как можно проморгать такое?! У щенка телепорт что ли?! – орет Хоренов, швырнув фотокарточку в лицо командира патруля. – Чего встал?! Быстро всё прочесать!

Только тогда до командира доходит смысл слов, и он отдает нужные распоряжения. Всё же Дар телепорта один из мифических. Если такой и есть у кого-то, то этот уникум работает разве что только на Царскую Охранку, но никак не на рядового дворянина без титула.

Весь ресторан мигом обыскивают, но никого не находят. Озлобленный граф выслушивает доклад командира патруля о безрезультатных поисках.

- Вещий, это война, - Хоренов сжимает в кулаке фотокарточку. – Ты доигрался, сосунок. Взрослый дядя, так и быть, за тебя возьмется лично.

Он оборачивается к столу и тянется за стаканом темно-красного морса. А то горло пересохло от криков. Надо бы смочить.

Одним глотком граф опустошает полстакана, но тут же давится попавшей в рот бумагой.

- Кха-кха…Опять?! – хрипит граф, выплевывая мокрую фоткарточку. – Да как он это делает, мать вашу?! Как?!

Но, к сожалению, у теперь бывшего командира патруля нет ответа на этот вопрос.

***

Просыпаюсь я только ближе к четырем вечера. Бессонная ночь и куча потраченной энергии взяли свое. Днем мы еще со Змейкой сгоняли к Хоренову в «Терем». Немного украсили ему обед фотографиями с базы «Гробов».

Вообще проследить за лимузином графа довольно просто. Он ездит по городу с таким помпезным кортежем, что любой гвардеец справится со слежкой. Но больше развлекать Хоренова мы со Змейкой, пожалуй, не будем. Весело, конечно, но опасно. После последнего номера граф обязательно утроит бдительность. Впрочем, своего я добился. Теперь он точно начнет нервничать.

Теперь надо ждать хода графа. Студень расставил плотное кольцо патрульных, а также разбросал камеры вокруг периметра. Конечно, не мне тягаться с армией графа. Но большими силами Хоренов не ударит – в пределах Москвы такое безобразие сильно может аукнуться. Скорее, пошлет за мной опытных Мастеров-гвардейцев. Надеюсь, они проявят осторожность, не зря же я подбрасывал карточки Хоренову. Его люди должны насторожиться и не лезть в лоб. Думаю, они попробуют подловить меня в самый уязвимый момент. А такой я им, конечно, предоставлю, просто потому что не люблю разочаровывать людей.

Я еще толком не проснулся, как неожиданно обнаруживаю у себя на постели свернувшуюся Змейку. Горгона что-то мурлычет во сне, обхватив мои ноги. Ах, вот почему моим ступням было так тепло, хе.

Осторожно освобождаю ноги из объятий четырехрукой хищницы и шурую умываться. За завтраком заглядываю в телефон. Что здесь? Пропущенный от Насти Горнорудовой и сообщение из Земского центра. В смске просят заехать за родовым кольцом.

Набираю Настю.

- Добры день, сударыня, - вежливо здороваюсь.

- Даня, ты совсем меня забыл? – в голосе девушки звучат обиженные нотки. – Мне Маша всё рассказала. Ты с ней гулял, а со мной нет. Я требую компенсации.

- Хорошо, - смеюсь. – Но я не могу сейчас уделить много времени на развлечение. Да и небезопасно это, честно скажу.

- Неужели у тебя завелись новые враги? - ее голос полон любопытства.

- Ага, вот нашлись откуда-то, - соглашаюсь.

- Знать не посмеет напасть на тебя рядом с Горнорудовой, - заявляет Настя. – А мелких бандитов я не боюсь.

Тоже так думаю. Хоренов не рискнет связываться с Жанной. Никто не рискнет.

- Мне надо съездить за перстнем в Земство. Хочешь со мной? – предлагаю.

- О, я буду первая, кто увидит дворянский перстень Вещего? – кокетничает барышня. – Хорошо, давай встретимся у Земства.

- Тогда в шесть там, - я кладу трубку и доедаю блинчики, приготовленные Студнем. Оказывается, у командира группы большая любовь к кулинарии. Ему, конечно, далеко до Антонины Павловны, но в целом получается неплохо.

Через час встречаемся с дочерью барона у Земского центра. Настя оделась в кожаные шорты до колен и белую рубашку с расстегнутым воротом. Видно, что барышня скучает по минималистическим шортиками с майками, но здесь не дикие места, в столице нужно соблюдать рамки приличия.

Процедура выдачи занимает четверть часа. Я подписываю акт приема-передачи и мне выдают деревянный футляр с моим гербом – меч с книгой крест-накрест. Внутри на бархатной подложке стальной перстень с тем же изображением. Надеваю на средний палец – садится как влитой. Ну это и логично, ведь мерки у меня заранее брали.

- Поздравляю! – хлопает в ладони Настя и с любопытством спрашивает: – А почему ты выбрал меч и книгу? Это означает, что сила приходит через знание, да?

В ответ я смотрю на барышню и смеюсь.

- Что? Что смешного? – дуется она.

- Вообще книга – потому что я люблю читать, а меч – это просто круто, - улыбаясь, отвечаю. – Но теперь я буду всем говорить твою версию. Спасибо, Насть.

- На здоровье, Даня, - сменяет она гнев на милость. – Ну что, в кафе? Праздновать?

Отвертеться будет грубо, поэтому соглашаюсь. Сидя в кофейне за чашкой горячего какао, я обнаруживаю за собой слежку. Точнее «включенный» сканер сообщает о присутствии своих коллег. Это точно не профи из Охранки. Слишком сильно палятся.

Ну что ж, сейчас попрощаюсь с Настей и наступит время показать свою «уязвимость». Чтобы люди графа не стеснялись напасть.

Глава 12 - Набрал

- Ваше Высочество, это вы хотели меня видеть? – удивленно приветствует Хоренов царского брата, только-только войдя в кабинет.

Вызов на Лубянку произошел внезапно, к тому же граф не ожидал встречи с самим Красным Владом – думал его примет кто-то из генералов Охранки. Графу не сказали, кто именно хочет его видеть. Умолчание имени важного собеседника может означать, что он хочет оставить их разговор в тайне.

- Да, Кузьма Осипович, спасибо, что приехали, - любезно улыбается главный палач страны. – У моего ведомства созрела необходимость провести с вами недолгую беседу. Пожалуйста, садитесь.

- Премного благодарен, - бормочет Хоренов, усаживаясь в кресло.

- Итак, речь пойдет о вашей скороспелой вражде с новым дворянином Данилой Вещим, - неожиданно произносит Владислав, но останавливается, чтобы заметить: – Кстати, весь наш разговор должен сохраниться в секрете, никто не должен узнать о нем.

- Хорошо, Ваше Высочество, - пораженно отвечает Хоренов. И в то же время пытается скрыть свое облегчение. Он никак не мог предположить, что царский младший брат заведет речь об этом щенке, и уже искал оправдания за свои старые преступления против законов Царства.

- Не расскажите, что вы не поделили с Вещим? – улыбка Владислав становится усмешкой. Ощущение, будто он и так всё прекрасно знает, но хочет посмотреть, как будет выворачиваться граф. – Откуда взялась ваша вражда?

– Если позволите заметить, никакой вражды с незрелым юнцом у меня априори не может быть, - спешит заметить Хоренов, ощутив, как от слов Владислава пошатнулся его авторитет. – «Вражда» - слишком громкое слово для такой мелочи. Просто господин Вещий напал на моих людей, и теперь должен ответить за поступок.

- Как интересно, - улыбается Владислав. – Напал, значит… - он делает трехсекундную паузу, и за это время Хоренов понимает, что если Красный Влад начнет копать дальше, то быстро вскроет множество преступлений графа: контрабанда, неуплата налогов, сокрытие доходов… – Ладно, не будем ковыряться в ваших делах с господином Вещим, - неожиданно заключает Владислав, будто специально не став вскрывать подноготную Хоренова. – Какую цель вы себе поставили в этом конфликте?

- Кммм, конечно же, получить извинения, - отвечает граф, не зная что ответить. Он просто хотел прищелкнуть щенка, но теперь ситуация с ним становится абсолютно непонятной.

- В каком виде извинения: словесном, материальном или, может быть, кровью? – продолжает расспрашивать Владислав.

- Думаю, слов будет мало, Ваше Высочество, - произносит Хоренов.

- Их всегда мало, - легко соглашается начальник Охранки. – Но я бы хотел, чтобы вы взяли во внимание просьбу моего ведомства. Видите ли Вещий проходит свидетелем по делу, которое достаточно важно для Царства, а посему пока что настоятельно не рекомендуется лишать жизни этого значимого свидетеля.

- Вот как, - протягивает ошеломленный граф. – То есть мне необходимо снять с Вещего все претензии?

- Ни в коем случае, – сразу качает головой Владислав. – Вы не имеете право прощать своего обидчика. Вашу честь задели и вы должны ответить. Согласны?

Граф растерянно хлопает глазами. Убивать Вещего нельзя. Оставлять его в покое теперь тоже. Что же Владислав от него хочет в конце концов?

- Я не понимаю, Ваше Высочество, - честно признается Хоренов.

- Вам только что поставили красные линии, - поясняет Владислав. – Переступать их вам не стоит, а внутри обозначенных рамок вы вправе требовать от своего обидчика сатисфакции.

– Значит, мне разрешается ловить Вещего? – переспрашивает Хоренов. – Пленять, избивать, требовать компенсации?

- В точку, - соглашается царский брат. – Эти действия не за рамками.

Граф всё еще ничего не понял, но продолжает «щупать» эти рамки:

- А убивать его родственников?

- Давайте всё же не переступать моральную черту, - морщится Владислав. – У Вещего есть гвардия, ее вы можете хоть всю пустить в расход, если вам угодно. Эти люди, по крайней мере, знали, на что шли.

- Ясно, Ваше Высочество, - кивает Хоренов, сильно преувеличивая: ясного в этом ничего нет. Здесь какая-то тайна. Если щенок – действительно важный свидетель, почему графу только что приказали дальше натравливать на него своих людей? Причем Владислав прекрасно видит, что его объяснение шито белыми нитками, но ему будто бы плевать. Начальник Охранки не стал заморачиваться ради этого вопроса, ведь Хоренов и так не будет возражать Красному Владу. Да и кто будет? Нет, таких дураков мало.

- Тогда вы свободны, граф, - машет ему рукой Владислав, снова усмехнувшись. – Успешной сатисфакции, Кузьма Осипович.

Выйдя из здания Охранки, Хоренов первым делом звонит в гвардию:

- Вещего не убивать! Ни в коем случае! Отряд уже на хвосте? Ну так передай, чтобы хватали щенка живым. Для них это раз плюнуть. Неужели пять Мастеров с телепатом-Воином не справятся с каким-то сопляком? Пускай скручивают и везут в клетку, ага.

Хоренов вешает трубку и выдыхает.

Теперь он жалеет, что вообще связался с этим щенком. Граф даже не помнит из-за чего всё началось. Из-за какого-то «Валентино» что ли? Да и черт бы с ним! Запросто нашли бы другой хаб для отмывания денег. Пришлось бы повозиться, конечно - мало таких бесхозных больших компаний. Только уже поздно жалеть. Владислав теперь ему не позволит соскочить. Если Хоренов своевольничает, агенты Охранки тут же найдут за что его арестовать.

- Ладно, щенок, - рычит Хоренов, шагая к лимузину. – Ты у меня за всё ответишь. В том числе за то, что Красный Влад поставил меня на карандаш.

***

Покушав тортики с Настей, я отправляюсь на арендованном «Майбахе» к своему имению. Подмечаю, что слежка не отстает. Хорошо. Пускай двигаются.

Никитос вдруг опускает перегородку.

- Шеф, кажется, за вами следят, - он не отрывает взгляда от дороги.

- Уже полчаса где-то, - равнодушно подтверждаю, доставая телефон из кармана. – А ты, выходит, только сейчас учуял, господин сканер?

Водитель вздрагивает, словно пойманный за поеданием варенья.

- Ну шеф, контрразведка же не мой профиль, - сразу оправдывается Никитос, устыдившись. – Я не нахожусь в режиме круглосуточного сканирования. Это какой силы накопитель надо-то?

Хм, а ведь он прав в чем-то. Если энергии не хватает, то бессмысленно с него требовать невозможное. Можно было ему тоже подкинуть энергопластырей, да только без Дара «кровника» не хватит и несколько часов, чтобы впитать вещество через кожу. А таблетки, как говорила Лакомка, пагубно влияют на пищеварительную систему. Если бы в гвардии был Целитель, то он бы подлечивал производственную травму бойца. Но чего пока нет, того нет. Что точно нужно делать – работать на таблетками, чтобы их прием обходился без побочек. Это я потом поручу «Энергосинтезу», после того как он запустят первый рецепт в производство.

По дороге звоню Студню:

- Выдвигайтесь к имению. Держитесь там поблизости, но не нападайте. Как только понадобитесь, я сам вас вызову.

Гвардейцы – всего лишь подстраховка. Думаю, за мной послали очень мощных парней, и лучше мне самому с ними разобраться. Нечего людей терять зазря.

- Останавливайся здесь. Мотор не глуши. Сейчас выйду и езжай дальше, - велю Никитосу.

- А куда дальше? – оборачивается водитель, остановив машину.

- Куда-нибудь, - отмахиваюсь, выходя наружу. – Но не ближе трех километров. Посмотри лес, пособирай грибы. Всё, давай.

Я захлопываю дверь, услышав напоследок.

- Какие грибы? Дождей сто лет не было...

«Майбах» уезжает, а я бросаюсь в лес на границе моего и Филиновых имений. Останавливаюсь рядом с обочиной и жду новых гостей. Когда приезжает черный бронированный фургон, я разворачиваюсь и не торопясь скрываюсь в листве. Уверен, Хореновы меня заметили. Теперь, главное, чтобы они пошли следом.

***

- Куда он дернулся? – спрашивает Огневик из графского отряда. – Есть предположение? Тут же кругом лес.

Когда группа из Мастеров и одного Воина-телепата заметила Вещего, то выскочила из фургона и бросилась на обочину. Но парень уже скрылся за деревьями.

- За лесом имение Филиновых, - вспоминает Телепат и нервно передергивает плечами. – Но там никому не выжить. Еще во время Гражданской в поместье произошел мини-Армагеддон и место до сих пор фонит Астральной энергией.

- Значит, и Вещий туда не сунется, - громыхает Каменщик, командир группы. – Идем и выловим этого сопляка. Псионик, веди.

Телепат послушно ведет группу через лесные дебри. Вскоре дорогу им преграждает обветшалый деревянный забор.

- Ну и где? – спрашивает Воздушник.

- Он за забором, - сообщает Телепат, нахмурившись. – Вернее, телепатическое сканирование показывает, что единственный разум в пределах трех километрах находится за забором.

Каменщик требовательно смотрит на Сканера.

- Так и есть, - подтверждает тот. – Одаренный с полным накопителем находится за забором.

- Так он не сдох что ли? – гаркает Каменщик. – Ты говорил, там опасно.

- Нет, он цел и невредим, - Телепат подходит ближе к забору. – Но дальше начинается большой поток Астральной энергии. Вещий, похоже, смог закрыться щитом.

- А ты сможешь нас всех закрыть? – спрашивает Каменщик.

- Если мы пройдем по самому краю, то смогу, - кивает Телепат, подумав. – Но вглубь имения лучше не заходить – мне не выдержать мощный поток Астрала.

- Тогда и сопляку тем более не выдержать, - кивает Каменщик. – Решено. Заходим, пробегаемся по краю имения и ловим парня.

- Утес, а если парень от нас шарахнется вглубь и погибнет? – спрашивает Кислотник. – Нам он живой нужен.

- Живого и получим, - пожимает плечами Каменщик. – Он же телепат, значит, чувствует их этот Астрал. Насмерть ему незачем бежать - ведь мы сразу предложим сдаться.

- А потом уже граф так обласкает его в пыточной, - смеется Огневик. - Что он пожалеет, что не умер.

- Ты только сопляку это не говори, - хихикает Кислотник. - А то недовезём - от страха сдохнет.

- Так, хватит базары разводить! Отряд, группируемся! Ты, - Каменщик смотрит на Телепата. – Идешь в тылу, чтобы тебя ничем вдруг не задело. Выходим.

Гранитный панцирь покрывает Каменщика целиком, и он каменной ногой сносит доски забора. Через прореху группа попадает в имение Филиновых. Почти сразу Телепату становится плохо.

- Капитан, с трудом держусь, - выцеживает он сквозь сжатые зубы. – Может, вернемся?

Каменщик не обращает на его жалобы внимания. Он поворачивается к Мастеру-Сканеру.

- Где щенок?

- Хм, я его не чувствую, - теряется Сканер. – Он словно пропал.

- Убежал что ли? - недоумевает Каменщик. - Или умер?

- Нет, - качает головой Сканер. – Я бы почувствовал, если бы мимо нас прошел. То же самое со смертью – накопитель не сразу затухает после убийства. Цель просто взяла и исчезла.

- Ка-апитан, - надсадно стонет Телепат, сцепив пальцы обеих рук от натуги. – Пожалуйста-а-а…

- Ты какого ранга? – фыркает Каменщик. – Пятого? Так терпи. Щенок же терпит.

- Так он один, - хрипит Телепат, едва переставляя ноги. – А нас шестеро. Мне очень трудозатратно вас тянуть, а кругом полно Астральных ям…

- Я их называю «карманами», - раздается звонкий голос справа.

В ту же секунду Телепату в голову прилетает огромным булыжником. Череп с хрустом расплющивается всмятку, и боец-менталист мгновенно умирает. А остальной отряд, оставшись без пси-прикрытия, мгновенно попадает под воздействие бушующего Астрального потока. Людей наполняет энергия, смертельная для всего живого, кроме членов рода Филиновых.

- НЕ-Е-ЕТ!!!! – орет Каменщик под треск рассыпающегося доспеха. Огромный мужик последним падает без сил на колени, его бойцы уже лежат в тяжелой коме.

Каменщик еще держится. Он смотрит слезящимися глазами на появившегося перед ними парня. Молодому юноше совсем не составляет труда ходить между вырубленными бойцами. Парень с любопытством их осматривает. Каменщик смаргивает слезы и узнает его. Это их цель! Данила Вещий! И он не выглядит усталым, нет, он не стискивает зубы, он не волочит по земле ноги, как Телепат отряда. Как такое возможно?!

- Кхак… - хрипит командир убойного отряда, упав лицом на землю. – Кхахкхх ты хтоишь!

- Просто это мое имение, - пожимает плечами парень.

Печально, думает Каменщик. Печально, что они не смогли даже один раз ударить его. Паршивее смерть для воина и представить нельзя – просто упасть замертво перед каким-то пацаном.

– Ты не переживай так, - произносит Вещий. – Вы не умрете. По крайней мере, не сейчас. Один бесподобный бой я вам устрою. После него вам непозорно будет и умереть.

Это последнее, что слышит Каменщик. А потом его глаза стекленеют, и он впадает в кому

***

Я с невольным уважением смотрю на силу командира отряда. Под скрестившимися потоками из Астральных карманов он продержался на одной воле где-то семь минут. Мощный мужик. Но, к его сожалению, Астрал не создан для живых и не ценит подвиги мужества. В этом Астральном заливе способны жить и подзаряжаться только Филиновы. А будь это не так, то я бы подготовил совсем другую ловушку.

Куча тел. Пять без сознания Мастеров – Каменщик, Огневик, Воздушник, Кислотник, Сканер – и один мертвый Воин-Телепат. Граф не пожалел на меня высокоранговых бойцов. В прямом бою у меня не было бы шансов. Зато теперь я обзавелся мини-армией. Спасибо роду Хореновых.

Эх, жалко телепата пришлось прихлопнуть. Канула в лету его память с методиками и техниками. Но по-другому было никак. Он ведь защищал остальную братию. А так минус один – плюс пять.

К сожалению, остальных я тоже не смогу сделать своими постоянными легионерами. Иначе слишком возрастут риски потери контроля над Легионом. Я уже, конечно, подумал над этим, взвесил все «за» и «против», долго метался, и всё же нет. У меня и так орава в голове живет. Я еще недостаточно опытен и силен для удержания еще пятерки Мастеров. Но для разовой акции их можно использовать. Причем результат их труда сделает меня намного сильнее.

К тому же эти маги - настоящий кладезь методик и техник для развития моих легионеров. А знания телепаты любят настолько же сильно, как и мороженое.

Но всё по порядку. Сначала лечь рядом и сцепить ментальными щупами сознания магов. Затем тянем их за собой в Астрал, сразу же обратно. Без Астрального залива мне бы просто не хватило энергии на такую ораву, а так запросто.

- Поздравляю, уважаемые, - я улыбаюсь ментальным образам офигевших магов.

- Что происходит?! - гремит призрачный Каменщик. – Мы же только что умерли!

- Я пленил ваши сознания, - поясняю, но, видимо, ничего им не прояснилось. Эх, как же это сложно. – В общем, я забрал на время ваши личности себе. Временно. Кажется, ты, капитан, хотел настоящей битвы перед смертью. Я могу вам ее дать.

- С тобой? – зыркает Каменщик из-под насупленных бровей.

- Нет, мне вы уже проиграли, - качаю головой. – Теперь я могу делать с вашими сознаниями всё что угодно. Но сейчас я даю вам свободу воли. Если согласитесь, ваш новый враг будет опасным и сильным. Это зверь, который живет неподалеку в Астральном кармане. Если вы его победите, то я получу его силу, а вы упокоение.

Маги переглядываются в шоке.

- Хм, полная дрянь, - подает голос Кислотник. - Мы так и так умрем.

- Нет, - произношу я. – Если вы не захотите послужить мне один раз, то я просто привяжу вас к ближайшему Астральному карману, и вы будете куковать в нем годы и годы напролет.

Маги, конечно, не понимают смысл моей угрозы. Поэтому я «включаю» Дубного, и выуживаю из его памяти воспоминания, где он до нашей встречи почти двадцать лет сидел в Астральном кармане. Эти отрывки с эмоциями тоски и безудержной скуки я передаю Мастерам, и они сразу приходят в ужас.

- Такого загробия нам точно не надо, - решает за всех Каменщик. – А сразиться мы можем. Веди, Вещий.

Остальные его молча поддерживают.

Я киваю. Другого ответа от настоящих воинов и не ждал. И пускай эти парни те еще изверги и отморозки, но всё же и воины, а не просто маньяки.

А поведу я их сейчас к Пожирателю. Этот зверь, как и василискус когда-то, живет в Астральном кармане. И он обладает очень полезной силой. Особенно полезной для телепата.

В прошлые командировки мой Легион уже несколько раз пробовал победить Пожирателя. Дубной с остальными постоянно терпел поражение. Но сегодня будет по-другому. Новый реванш увенчается успехом. Ведь такого Легиона у меня еще не было.

_________________________

Друзья, а вы думаете, какая способность у Жоры Пожирателя?

Глава 13 - Жора в Коллекцию

Мне уже не терпится к Пожирателю, но, как известно, поспешишь – людей насмешишь. Или как минимум потеряешь ценные трофеи. А я этого позволить себе не могу. Не для того приманивал Мастеров в свою ловушку. Такая вкусная малина, как память высокоранговых магов, мне еще не скоро снова перепадет.

Поэтому первым делом – знания. Минимум два с половиной часа я копаюсь в памяти Мастеров и наби раю приличный ментальный сундук сведений. Беру всё, что можно: техники, программы расширения накопителей и накаливания каналов, прочие силовые тренировки и упражнения на раскачку Дара. Фух, информации очень много, после каждой порции приходится переводить дух, ведь поглощение каждой инфоединицы – это затрата энергии. Но Астральный залив отлично меня подпитывает. Я мигом восполняю силы, и после передышки снова кидаюсь на раздолье вкусной информаций, будто голодающий на ароматный кусок мяса.

В процессе работы «включаю» по очереди Коллекцию: Дубного, воздушника, огневика, сканера. Уточняю у легионеров, что им еще будет полезно. Пожелания и рекомендации не заставляют себя ждать. Дубной сразу выкатывает настолько обширный список, что мне приходится еще раз плотно засесть за воспоминания Каменщика. Остальные легионеры не настолько въедливые и запросы у них в разы меньше.

Эх, жалко, телепата пришлось кокнуть. Но таков был изначальный план, я уже в стадии планирования смирился с его потерей. Впрочем, если граф не успокоится, мне могут выпасть еще возможности разжиться знаниями других телепатов.

Отдельным слотом я закрепляю у себя в голове сведения о складах и гвардейских базах Хоренова. Всё это скоро пригодится в нашей войнушке с графом. Даже очень скоро.

- Итак, - довольно улыбаюсь, "включив" пятерку Мастеров и всех своих легионеров, кроме василискуса. – С учебным материалом мы закончили. Впереди жаркая баталия.

- Ты забрал наши знания! - недовольно гремит Каменщик. – Это не входило в договор!

- А кто сказал, что у нас договор? – удивляюсь я. – Вы насильники и убийцы. Чего только не творили в Гражданскую, да и после нее зверствовали. Таких мразей стоило бы навечно приковать к Астральному карману, но вместо этого я даю вам шанс умереть и двигаться дальше. Или, может, мне стоит передумать?

Каменщик вздыхает:

- Я понял тебя, Вещий. Давай покончим с этим.

- Как говорится, тяжело в учении – легко в раю, - я киваю на рыжего бородача. – Вы уходите в прямое подчинение Дубного. Иван, проинструктируй своих бойцов, кто наш враг и какой план атаки.

Рыжий богатырь кивает и начинает инструктаж. Мы уже обсуждали с Дубным стратегию боя против Пожирателя, поэтому я полностью ему доверяю оперативное ведение атаки.

А вообще со стороны это забавно смотрится – телепат, разговаривающий сам с собой. Если кто увидел бы, то решил бы, что парень поехал кукухой.

Пока Дубной вводит в курс дела Мастеров, я звоню Студню и велю отогнать их фургон на лесную тропу прочь с посторонних глаз.

- И пусть кто-то сгоняет за едой куда-нибудь поблизости, - добавляю. А то когда вернусь, буду чертовски голодным.

Затем беру рацию одного из Мастеров и докладываю на базу, что «гоним цель по лесу, деваться ей некуда. Как поймаем, так сообщим». Конечно, гвардейцы Хоренова купились. Позывные, пароли и явки я теперь все знаю. Могу к графу как к себе домой ходить.

Неожиданно до меня дозванивается Маша Морозова. Странно, что сюда доходит мобильный сигнал.

- Мария Юрьевна, чем могу быть полезен? – надеюсь, по официальном обращению она поймет, что я немножко занят.

- Мария Юрьевна? О, ты, наверно занят, Даня. – Чудо, а не девушка. – Я просто хотела, спросить, что ты делаешь завтра вечером. Может прогуляешься со мной и Настей и Лилей?

- С радостью, но я думаю, что к этому времени юный Паскевич созреет на еще один поединок, - замечаю.

- Ему князь Степан не позволит снова позориться, - возражает Маша.

- Когда Дмитрий Степанович слушался старших? Тем более он знает, что я из Будовска и могу в любой момент уехать.

- Тоже верно. Ну тогда, если не ты против, мы с Настей и Лилей придем на твой поединок? – осторожно спрашивает девушка.

Ой, да на здоровье. Мне свидетели только на пользу.

- Всегда рад столь прекрасным зрительницам.

- Льстец, - смеется княжна. – Всё, больше не отвлекаю. Пока.

Девушка вешает трубку. Ну раз связь работает, почему бы не звякнуть шурину Морозова?

- Да, Данила, - дружелюбно откликается Борзов.

- Евгений Станиславович, добрый день. У меня появилось интересное предложение, - произношу. – Точнее, скоро появится – часа через два-три. Я получил сведения об одном незаконном тайнике. Там мясо разных зверей. Отдам за полцены, но у меня не хватает рефрижераторов. Одолжите пять машин?

- Так, а чей тайник? – голос Борзова сразу принимает деловой тон.

- Хореновых.

- Хорошо, что не Паскевичей, - усмехается дворянин. – Хореновых, в принципе, не жалко. Сейчас уточню у Юрия, жди сообщение. Но, Данила, рейд проведешь ты своими силами, с нас только машины. Оформим как аренду транспорта.

- Да, без проблем. – Так и планировал. Понятно, что Морозовы не захотят мараться в конфликте с другим кланом из нескольких тонн мяса.

Борзов отключается, а я объявляю Легиону скорое начало штурма. А то легионеры заболтались что-то. Затем я осторожно двигаюсь немного вглубь имения. Тут очень много входов в Астрал и торопливый шаг может легко аукнуться. Сами карманы не опасны для меня, конечно, зато те, кто к ним привязан, - очень даже. Сейчас у меня стоит определенная цель, и незачем растрачиваться на другие.

За зиму я пару-тройку раз посещал имение Филиновых. Тогда-то я и нашел Пожирателя. Он мне сразу приглянулся, но, к сожалению, Легион спасовал перед ним. Пришлось отложить до лучших времен.

- Готовьсь! - командую я вороху сознаний в своей голове. Нужный Карман бурлит возле мертвых яблонь. Деревья полностью высохли, превратившись в черные кривые столбы. А мне вот хорошо рядом с карманами. Парадоксально. Для всего живого энергия Астрального залива – это гибель, для меня же – живительная свежесть.

Располагаюсь у ближайшей яблони. Просто сажусь на голую землю, привалившись спиной к стволу. Медитативный транс удается сразу. Я плету узлы трансформационного конструкта и вскоре переношусь в психическое измерение. Быстрый и экономный скачок. Только в имении Филиновых я могу так легко вступать в Астрал. Это дает огромные возможности для его изучения, и надо бы их в скором времени реализовывать.

Знакомый белый туман окружает со всех сторон. Легионеры приходят следом за мной. Мастера оглядываются недоуменно – они здесь в первый раз, салаги совсем.

- Слушать команду! – зычно командует Дубный, в азарте оскалившись прямо как рыжий медведь. – Диполь, где зверь?

- Там! – указывает наш сканер в сторону надвигающегося врага. Я тоже почувствовал хозяина Кармана. Пожиратель нас уже учуял и спешно двигается в сторону «энергетических вкусняшек» - так воспринимает этот зверь любое живое существо.

- Отряд, стройся по направлению к врагу! – Дубный раздает быстрые команды. - Штрафбат вперед, Центр – за ними.

Я с любопытством слежу за построениями легионеров. «Штрафбатом» Дубный метко назвал Мастеров, и ведь точно – этот бой они не переживут. Центр же – это мои постоянные легионеры.

- Факел, посвяти! – велит Дубный.

Огневик бросает огнешары. Стена тумана развеивается, и к нам выпрыгивает Пожиратель или, как я его уже прозвал, Жора.

- Кварррраа!!! – Жора то ли квакает, то ли рычит. Еще он умеет мычать, мяукать, гавкать и издавать другие звериные звуки.

- Мррру-у-у-у-у!!!

Вот, я же говорил. Талант! И не разобрать то ли помычал, то ли опять рыкнул.

Как выглядит Жора? Огромная синяя жаба размером с корову. Ну еще из бородавочного тела Жоры повсюду торчат конечности разных пород зверей – когтистые лапы, липкие тентакли, огромные паучьи лапы.

- Огонь! – рявкает Дубный, и подавая пример, обрушивает на зверя гранитные булыжники.

Следом и остальные легионеры бросают на монстрожабу дальнобойный техники. Сил никто не жалеет. Если Легион сможет ослабить Жору, не подпуская к себе, то одолеет зверя. Но стоит Жорке налететь вплотную – и шансы на победу стремительно обвалятся.

Фишка Жоры – опустошать через касания накопители живых существ. Также этот зверь способен поглощать через касания части чужого организма. Поэтому у него столько разных конечностей и голосовых связок. Не зверь, а талантище.

Между тем Легион вовсю обстреливает Жору. А тот прыгает навстречу с бешеной скоростью, передвигаясь шахматкой. Каскад огня задевает зверя, и он лишается кучи лап. Еще и летящими валунами в него попадают, но Жору всего лишь отбрасывает как мячик, и он продолжает двигаться. Я пока берегу силы, да и пускай Легион отрабатывает.

Когда ясно, что столкновение неизбежно, Дубный командует:

- Кислотник – в ближнюю!

Мастер послушно кидается в рукопашку. В общем, пожертвовали одним бойцом из Штрафбата. Пока он схватывается с обожженной жабой, остальные продолжают массированный обстрел. Жора прыгает на Кислотника и, придавив телом, опустошает его накопитель. Но тем временем зверя сносит массовый удар, нивелировав все его приобретения. А дальше новый град камней, огня и воздушных лезвий. Только Жора уже очухался и уже не скачет, а летит навстречу бойцам. Для этого у жабы сзади есть огромные перепончатые крылья.

Тут я и добавляю очередь псионических болтов. В Астрале они выглядят как искрящиеся заряды из лазерного бластера. Не ожидавший Жора попадает под весь залп целиком и с болезненным мычаньем падает кометой.

- Бейте! Чего стоим! – гаркаю уже я, и затихший было Легион обрушивает сконцентрированный огонь, прибив жабу к земле.

Жора почти готов. Зверя придавливает булыжниками, и жаба зло квакает под камнями. Я присматриваюсь к его накопителю – ага, ослаб, можно брать.

- Отставить огонь! – снова я вмешиваюсь в оперативное управление, а то еще грохнут мне зверя.

- Отставить! – вторит мне Дубный.

Легион останавливает обстрел. Я подхожу к куче камней и нащупываю ментальными щупами сознание Жоры. Измученный, он еще пытается бороться, но жабья воля ослабла, и мне не составляет труда обвить сознание и притянуть в Коллекцию. Ментальная устойчивость у Жары обычно не нулевая, но именно сейчас его можно брать тепленьким. А еще установить в его сознании несколько пси-крюков. Моя недавняя разработка. Теперь если я «включу» жабу, и она заупрямится, то достаточно просто будет потянуться за эти «крюки» и зверь «отключится».

Обожаю быть телепатом! Практически всё в твоей власти, только будь изобретательным и не ленись!

- Молодцы! – оборачиваюсь к легионерам. – Хорошо повоевали!

- Мы еще живы, - недовольно замечает Каменщик. – Четверо из нас.

- Ах да, - киваю и снова «включаю» Жору.

Огромная синяя жаба словно возникает из воздуха, хотя никакого воздуха в Астрале нет, конечно.

- Штрафбат, нападайте, - велю Мастерам. Своих же легионеров развоплощаю за ненадобностью, а то еще пострадают.

- Что?! – вскрикивает растерявшийся Каменщик. Вздрогнув, он отшатывается. – Постой! Мы не готовы…!

Зато готов Жора. Квакнув, жаба сама прыгает к магам и прибивает брюхом Огневика с Воздушником к земле. От контакта с бородавочным зверем их накопители мгновенно пустеют, ну а следом умирают и сознания.

- Оказывается, вот что значит «Жаба душит», - замечаю я.

Остаются Каменщик со Сканером, но Жора быстро с ними разбирается, благо близко стоит. Я же наблюдаю за охотой со стороны. Каменщик перед смертью одаривает меня обиженным взглядом, и это оставляет меня в непонятках. С чего ради обида? Разве он сам не хотел этого? Я просто выполняю чужие пожелания. Я – добрый волшебник.

Но да ладно. Главное, накопитель пообедавшего Жоры наполнился до краев, и теперь я без труда могу использовать полученную энергию для телепатии либо для призыва Легиона.

Пробую создать мощный псионический импульс в Астрал.

Луч концентрированной энергий улетает прочь. Работает! Ура! Потрясающе! Теперь у меня есть еще один способ получить топливо!

- Ква-ррра! – жаба бешено разворачивается ко мне. Мои манипуляции ей совсем не понравились, ведь она снова «пустая».

- Привыкай, - пожимаю плечами. – Теперь так часто будет.

- Ква-а-а-му-у-у-у! – заводится Жора. Он даже делает попытку сигануть на меня. Быстренько дергаю за пси-крюки и «отключаю» его сознание. А то ишь что удумал.

Так, а что дальше? А дальше надо действовать, пока Мастеров не хватились в гвардии графа. Такой шанс упускать нельзя.

Плетение трансформационного конструкта получается за доли секунды. Опп! И вот я снова сижу в имении, привалившись спиной к высохшему дереву. Бррр, только задница замерзла от сидения на холодной земле. Быстро вскакиваю и через Егора разгоняю кровь в тазобедренной области. Надо было взять с собой расскладной стул. В следующий приход обязательно прихвачу. У меня пока еще нет наследников, и мне никак нельзя простужаться.

- Утес, это Замок, - доносится снизу вперемешку с помехами. - Как обстановка? Цель схвачена

Хватаю с земли рацию Каменщика, оттряхиваю от песка и отвечаю, старательно копируя манеру общения мага.

- Замок, Утес. Никак нет. Едрить этого сукина сына! Всё еще бегаем по кушерям и его ловим.

- Утес, ждем, - лаконичный ответ.

Надеюсь, два часика подождут еще. Больше мне не надо.

Бегом покидаю имение. Крадучись, перелезаю забор и, постоянно оглядываясь, демонстративно трясясь от каждого шороха, добираюсь через лес к дороге. Скорее всего, Охранка раскидала в лесу дофигищи камер и уже в курсе о моей вылазке, вот я и строю из себя робкого боязливого подростка. Авось, меня, правда, таким посчитают.

Связываюсь со Студнем, и вскоре ко мне подъезжает бронированный фургон Мастеров. Автоматическая дверь отходит в сторону. Внутри Студень и еще пятеро бойцов.

- Едем на Дорожную дом один корпус один, - скороговоркой говорю, запрыгивая в салон.

- Шеф, это в Северном Чертанове что ли? – оглядывается водитель, доставая карту из бардачке.

- Секунду, - сверяюсь со сведениями из памяти Каменщика. – Ага, там.

Фургон трогается, и я инструктирую бойцов, куда мы движемся и зачем. Быстро проглядываю сообщения в телефоне. Хорошие новости: Борзов пришлет рефрижераторы. Трижды ура. В этот раз трофеи не пропадут. Отправляю княжескому шурину адрес и ориентировочное время. В эту секунду звонит незнакомый номер.

- Да?

- Ну привет, Вещий, - противный голос Димки Паскевича невозможно не узнать.

Легок на помине. А я ведь говорил Маше, что он скоро объявится. Такие мудаки ничему не учатся. Наверно, Паскевич уже убедил себя, что ему просто не повезло – случайно поскользнулся и улетел в аут, налетев на мой пси-клинок.

- Ты звонишь извиниться, как обещал? – спрашиваю.

- Я тебя порву на реванше, простолюдин! – рычит Паскевич. – Завтра же! Ты понял?!

– За тобой сейчас ржавеет сотня извинений, - напоминаю. – Пока их не сделаешь, мысли о реванше можешь засунуть себе глубоко в задницу.

- Как ты разговариваешь с княжичем? – продолжает он тявкать.

- А как с тобой еще разговаривать, раз ты слово не держишь? – удивляюсь. – Сто извинений лично в лицо. Слабо?

Молчит. Я уже собираюсь бросить трубку – сейчас точно не до него.

- Ладно, я извинюсь, - выдыхает Паскевич. – Но дуэль будет завтра, ты понял, простолюдин?!

Ох, как ему не терпится. И никакой я уже не простолюдин, но его тявканья мне лень поправлять.

- Дуэль уже состоялась, - отвечаю равнодушно. – Я уже получил сатисфакцию, и моя честь чиста. Это будет просто поединок, за который твой отец заплатит мне два миллиона. А извинишься ты прямо перед поединком. Понял, княжич?

- Готовься, - рычит Димка.

И он что-то еще собирается сказать, но мне пофиг: я просто вешаю трубку. Не до всяких кретинов мне сейчас. Уже через полчаса я будут бить графских гвардейцев и богатеть на миллионы рублей.

Глава 14 - Зверобой

По дороге я перекусываю захваченными Студнем шоколадками с газировкой. Вроде бы и незачем, накопитель-то полный. Но привык после боя употреблять сладкое, теперь фиг отучишься. Да и зачем? Вкусно же!

Затем переодеваюсь в запасную экипировку Мастеров с вышитым на всю грудь гербом Хореновых: то ли репой, то редисом, а может даже и хреном.

- Подъезжаем, - напряженно произносит водитель.

Я быстренько набираю склад по многоканальной рации Мастеров:

- Чертог, это Утес, - старательно парадирую мертвого Каменщика. – Нужна дозаправка. Открывайте ворота.

- Утес, полный бак не дадим, - предупреждают со склада. – Подвоза не было, самим мало горючего. И вообще у нас тебе не бензоколонка.

- Сколько дадите, - отмахиваюсь. – Нам лишь бы до базы дотянуть.

Чертог соглашается. А по-другому и быть не может. Гвардейской машине на задании нельзя светиться на обычной АЗС, а если графский бойцы встанут на дороге из-за того, что склад отказал в заправке, потом могут полететь головы. Это всё я узнал из памяти Каменщика.

Мы приближаемся к высокому забору посреди леска. Автоматические ворота распахиваются, и фургон въезжает на территорию. На КПП нас никто не останавливает – номерные знаки числятся в списке дежурного, к тому же всё только что обсудили по рации.

- В ангар заворачивай, - приказываю я водителю, указывая на распахнувшиеся ворота склада.

Внутри просторного помещения встречает семь человек с автоматами. Окна у фургона тонированные, и нас они не видят. Зато мы их прекрасно. А еще я сразу просканировал встречающих: один маг и шестеро неодаренных. Двух легионеров, пожалуй, хватит. Я «включаю» Жору и Воронова.

- С этими я разберусь, - сообщаю Студню и, натянув балаклаву на лицо, выпрыгиваю в немного приоткрывшуюся дверь.

- Ты чего в маске? – спрашивает один из бойцов снаружи.

А я стремительно подхожу к магу и хватаю его за глотку. В ту же секунду опустошаю накопитель бедняги, и он мгновенно превращается в хрипящий овощ.

- Эй! Отпусти его! – за моей спиной остальные бойцы вскидывают автоматы.

Глупцы. Надо было сразу стрелять, ну а теперь поздно. Не оборачиваясь, я врубаю Голод Тьмы. В ту же секунду за спиной раздаются крики боли, хруст пережеванных костей и журчание фонтанов крови. Тьма приступила к кушанью. Техника эффективная, но очень затратная. Полученная энергия ушла полностью, да еще пришлось отдать часть своей, но не беда. Раздобудем еще. Да и пластырей много.

Пока Тьма пиршествует шестью автоматчиками, я командую Студню выходить и производить зачистку всего периметра. А то засиделись они что-то. Не всю же работу мне опять делать. Тем более что на весь склад осталось не больше пятерых бойцов – то, что нужно для отработки командных навыков. Мои гвардейцы, правда, немного взбледнули от последствий Голода, но пора привыкать. Чай, не институтки, а матерые ветераны.

Зачистка корпусов проходит быстро. Мне всё же приходится помочь гвардейцам. Один из графских людей забаррикадировался в комнате с пулеметом, ну я его быстро вырубил пси-болтами, благо у него щиты говно.

Итог - местный гарнизон быстро выбыл на тот свет. Боевого сопротивления даже толком не было. Я специально выбрал целью этот склад. Он не только близко расположен, к тому же незаконный. Официально он не входит в собственность Хоренова, а потому больших частей здесь нет, иначе это могло вызвать вопросы у госорганов.

Зато куш очень даже ценный: мясо «африканских» зверей, а еще чемоданчик с звериными анаболиками. Таблетки называются «зверобой», другое название – «красноглаз» из-за лопающихся после употребления глазных капилляров. Всё это опять же я узнал из памяти Каменщика-Мастера.

Таблетки я сразу решаю сжечь концентрированном огнешаром. Спокойнее спать буду. А то контрабанда «зверобоем» жестокго карается законом. Дело в том, что это опасные для жизни стероиды. Они не только забивают энергией накопитель под завязку, но могут неплохо так подпортить организм и вызвать ментальную зависимость. Так что пускай это дерьмо горит и точка. Вещие не торгуют смертью.

Также велю гвардейцам подчистить следы Голода. А то разорванные тела - это улика против меня, спорная, но всё же. Облить бензином да поджечь, и больше нечего обсуждать.

Вскоре приезжают рефрижераторы Морозовых. Их люди на пару с моими гвардейцами шустро набивают кузовы до предела так, что даже пружины подвески чуть проседают. Погрузка занимает полчаса, затем мы с грузовиками разъезжаемся в разные стороны.

Я довольно откидываюсь в кресле приобретенного фургона. Настроение у меня отличное. Но вот гвардейцы что-то усталые и невеселые совсем.

- Всем премия за сегодня – по семь тысяч деревянных, - объявляю бойцам, и они тут же улыбаются довольно.

Ну и славно. Люблю, когда мои люди разделяют мои радости. С меня не убудет. Тем более, что мой личный навар сегодня просто шикарный.

Во-первых, в деньгах неплохо поднялся. Мясо точно набрали на сотню миллионов. Сюда же добавим этот бронефургон за два лимона где-то. Во-вторых, память Мастеров. Теперь можно выстроить программу развития Легиона. В-третьих, Жора, конечно же. Самый страшный зверь - жаба, которая задушила больше половины населения земного шара во время траты денег, хе. Ну а если без шуток, в бою у меня теперь меньше шансов остаться «обесточенным». Схватил врага за шкирку – и снова полный.

А еще – моральное удовлетворение. Жалко, я не увижу лица Хоренова, когда он узнает, сколько сегодня потерял. Вообще же, большое спасибо графу за подарки. Надеюсь, ему сегодня хорошо будет спаться.

***

Той же ночью граф Хоренов в бешенстве кричит на главу гвардии и едва не рвет волосы на голове. Граф уже разнес в хлам свой кабинет, затем перебрался в винный погреб и вовсю отыгрался на дорогих бутылках за сегодняшний провал. Сначала он хотел напиться, но потом понял, что терять самообладание сейчас никак нельзя, иначе малолетний враг разовьет инициативу. Поэтому в итоге Хоренов разбил всю свою коллекцию красного сухого на осколки и вернулся снова поорать на главу гвардии.

- Пять! Пять Мастеров! – надрывается граф. - Как…как они умудрились погибнуть?!

- Вещий умудрился заманить их в имение Филиновых, - в который раз спокойно поясняет глава гвардии. – Как телепат, он легче переносит Астрал. Видимо, в имении была ловушка. Мы смогли зафиксировать тела – они все еще лежат там, но забрать их сложно.

- Найдите! Найдите этого щенка и схватите! – не унимается граф. – Притащите мне его!

- Мы установили слежку за его домом, - докладывает глава. – Сканеры обнаружили зверя внутри периметра. Возможно, именно прирученный питомец подкидывал вам фотографии.

- Да какая разница?! – рычит граф.

- Учитывая наши потери, я бы не рискнул снова необдуманно кидаться на Вещего. Людей может погибнуть еще больше, а, напомню, каждый Мастер – это очень ценная единица.

- Черт! Отставить нападение! – идет на попятную Хоренов, вспомнив о своих врагах в дворянских кругах. Эти стервятники только и ждут его ослабления, чтобы накинуться всем скопом. – Конечно, всё дело в звере. Щенок сам ни за что бы такое не провернул!

- Тогда мы продолжаем наблюдение? – спрашивает гвардеец.

- Да, и как только зверь исчезнет – сразу штурмуйте дом, - кивает Хоренов. – А еще следите за щенком – если он снова окажется один загородом, не провороньте его и хватайте!

- Будем ждать, сколько потребуется, - кивает гвардеец.

Отдав распоряжения, граф решает спуститься обратно в разнесенный погреб. Может быть, там осталась хоть одна ценная бутылка? Выпить всё же надо.

***

- Дима, – князь Паскевич смотрит на своего сына. – Почему мне Морозов пишет о еще одной дуэли? Ты что, опять вызвал Вещего?

- Вызвал, да, - кивает Дмитрий.

Князь с трудом сдерживается. В итоге он тяжко выдыхает и переводит взгляд на окно – там цветет прекрасный зеленый сад. Благодаря виду цветочных клумб ему удается успокоиться. Совсем немного.

- Сын, ты совсем дебил? – тихо спрашивает князь.

- Пап, я…

- Это риторический вопрос, - прерывает его отец. – Зачем ты это сделал? Чтобы он еще раз навалял тебе?

- Пап, ему просто повезло! – горячо заявляет Дмитрий. – Я бы никогда не проиграл какому-то телепату!

- Какому-то? – качает головой князь Степан. Он встает и начинает расхаживать широкими шагами по комнате. – Обладателя нескольких видов боевой псионики – ты называешь «каким-то телепатом»… Похоже, это естественный отбор, сын.

- Отец! - яростно сжимает челюсти Дмитрий. – Завтра я поломаю Вещего пополам, и ты перестанешь так со мной разговаривать!

- Скажи мне на милость, почему ты решил биться сразу, едва встал с больничной койки? – спрашивает Степан, остановившись. – Не разумней ли было уделить несколько месяцев тренировкам, и только тогда снова попытать шанс? Я ведь трачу деньги за твои поражения, а сам ты приобретаешь лишь неуважение света.

- Я…

- Не распыляйся. Уже поздно что-то менять, - обрывает князь Паскевич. – Морозов, Меньшиков и Лопухин уже знают о завтрашнем бое. Вещий зря времени не терял и позвал гостей. Советую тебе поучиться у бывшего простолюдина и с умом использовать оставшийся день, например, провести в его тренировках.

Постояв и поиграв желваками, Дмитрий всё же уходит. Видеть отца в гневе он точно не хочет, потом сложно будет отойти от икоты.

Сам же князь уже жалеет о всей этой затее с поединками. Но деваться некуда. По-тихому убрать Вещего сейчас тоже нельзя. Морозов горы перевернет, но вскроет личность заказчика, и тогда одним заводом не отделаешься.

***

- Мда, - выдает Владислав Львов, выслушав оперативный доклад агента Охранки. – Не ожидал. Перехитрить пятерку Мастеров и одного телепата, да еще с летальным для них исходом… А тела вытащили из имения?

- Да, - кивает гвардеец. – Телепаты смогли достать. Причина смерти – массированное воздействие Астрала. Никаких других повреждений нет ни у кого, кроме телепата. Ему расплющили голову.

- А что камеры? Недавно в имении установили сеть видеонаблюдения.

- Большая часть происходящего засвечена, - отвечает агент. - И мы видим, как отряд Хоренова упал замертво, а рядом ходит Вещий.

- Понятно, он всё же перехитрил этих тупиц, - Владислав стучит пальцем по столу. - Что дальше делал Вещий?

- Он ушел немного вглубь имения, потом сел у дерева и провел там некоторое время. Затем покинул имение.

- Любопытно, что ему хватило сил находиться там так долго, - замечает Владислав. - Либо же он совсем не тратил энергии?

- Наши аналитики приходят к выводу, что для него это совсем не энергозатратно. На выходе из имения он был испуган и будто бы слаб, но скулы не заострены, лицо не бледное, также не видно и других признаков энергетического голодания.

– Хорошо, продолжайте слежку.

Агент уходит, а царский брат глубоко задумывается. То, что Вещий это бастард Филиновых, почти подтвердилось. Но ситуация выходит за рамки желаемого. Сегодня Вещий, словно бешеная шельма, носился по северному пригороду столицы, сначала угробив мощный отряд Хоренова, а затем разграбив его незаконный склад. Обогатился парень знатно.

Владислав же рассчитывал на совсем другой исход. Во-первых, он хотел вынудить парня использовать Рой, но пока что засечь это не удалось. Во-вторых, подразумевалось, что молодой парень испугается нападков графа и с радостью примет покровительство Владислава, стоит только один раз предложить. Это сделало бы перспективного телепата зависимым от царского рода, а еще очень ему благодарным.

Но Вещий удивил так удивил. Теперь он стал еще богаче и вряд ли боится Хоренова.

Владислав берет телефонную трубку и велит секретарю:

- Назначьте на завтра встречу с Вещим Данилой. А когда там есть окно? С утра пойдет. Отлично. Кто там следующий? Его на час перенесите. А того совсем уберите, не нужен он мне здесь, пускай на поле работает.

Утвердив расписание, Начальник Охранки кладет трубку.

Сейчас нужно поспешить с этим юным дарованием. Вещему, конечно, не одолеть Хоренова. Граф даже близко не его уровень. Но юношеству свойственен максимализм. И чем больше времени парню удастся больно кусать графа, тем сильнее будет крепнуть его уверенность в своей ложной непобедимости. А это чревато роковой ошибкой.

Владислав же не намерен терять талантливого телепата. Ибо Царству нужны сильные маги.

***

Утром мне позвонили из Охранки. Сказали, чтоб был на Лубянке через час. Пришлось ехать. Надеюсь успеть до дуэли в два часа, а то некрасиво получится перед гостями. Маша уже подтвердила, что придет с подругами. Да и Борзов тоже должен явиться.

Теперь со мной в «Майбахе» ездит Змейка. И вообще пока что надо брать хищницу везде. Хоренов, наученный подсунутыми снимками, должен остерегаться четырехрукую. Я уверен, именно поэтому на наш дом не напали ночью. Всё же на это я и рассчитывал изначально, да и других причин не вижу.

Для выхода в город наряжаю хищницу в никаб – черное покрывало скрывает ее голову и выразительную фигуру сверху до низу, оставляя открытыми только глаза, но и их прикрываем прозрачной сеточкой.

Пока едем, я достаю змееволосой газировку из мини-бара. Любит она сладкие напитки, сразу мурлычет и становится доброй. А сидеть в лимзуине со злой Горгоной, знаете, и врагу не пожелаешь.

Час дороги спустя я сижу в кабинете Красного Влада, на моем лице дежурная улыбка, а в голове нешуточное волнение. Да и как не волноваться рядом с главным тайным полицейским Царства?

- Данила, не буду ходить вокруг да около, - начинает Владислав доброжелательным голосом. – Я в курсе о твоей проблеме с графом Хореновым. Ты молодой дворянин, и терять тебя государству незачем. Так что говори смело, если хочешь, чтобы я тебе помог.

- Помогли? – искренне удивляюсь я. – Простите, Ваше Высочество, но у меня нет никаких проблем с Его Сиятельством Хореновым.

- Да? – прищуривается Владислав. – А как же то, что он послал за тобой опергруппу, и то, что ты бегал по его складам.

Ну надо же. Всё обо мне уже знают и даже не скрывают.

- У нас было небольшое недоразумение, - пожимаю плечами. – Но я надеюсь, граф всё понял и больше не держит на меня зла.

Владислав фыркает, дескать после того, как ты его обчистил, конечно, не держит зла, да и с чего бы?

- Ну как хочешь, - не настаивает Красный Влад и протягивает мне какую-то бумажку. – Это повестка на сдачу ранга. У тебя второй Дар физика не зарегистрирован. Это непорядок. Исправься.

- Понял, - принимаю документ и осторожно уточняю: – А по телепатии не надо пересдавать?

- Пока не надо, - отмахивается Владислав и, резко потеряв ко мне интерес, утыкается в свои бумаги. – Свободен, Данила.

Я спешно покидаю «Лубянку» и сразу еду в спортклуб «Стезя». В этот раз Змейку беру с собой. В вестибюле нас встречают улыбающиеся Алиса с Василисой. Красотки с интересом поглядывают на Змейку в никабе, пока провожают нас в зал.

- Ваш противник уже прибыл, Данила Степанович, - докладывает Алиса. – Он в раздевалке. Гости тоже все уже расселись. Как и медперсонал "Медси".

- Хорошо, - киваю.

Первым делом поприветствую гостей, а потом пойду переодеваться.

За накрытыми столами уже собираются наши благородные зрители. Здесь и Борзов, и Маша Морозова с подругами, и даже сам князь с Морозов с графом Шереметьевым. Ну дела! Я приветствую знатных мужей поклонами, а девушкам целую протянутые руки. В свою очередь барышни с горячим любопытством поглядывают на Змейку в никабе, особенно на ее проступающие сквозь покрывало выпуклости. Но хищницу я им не представляю – пускай считают моей слугой.

- Ну что, Данила, готов задать трепку Паскевичу-младшему? – спрашивает князь Морозов, хитро улыбаясь.

- Ваше Сиятельство, я готов выложиться на все сто, - отвечаю, – чтобы не обидеть княжича неуважением.

Старики Морозов с Шереметьевым довольно смеются. Еще потрепавшись, я ухожу в раздевалку.

***

После того, как Данила уходит, Мария Морозова решается сходить в раздевалку к Диме Паскевичу. Всё это время княжна радовалась победе Данилы, но в то же время ей было стыдно за свои прошлые отношения с Паскевичем. Ведь именно из-за них Дима и возненавидел Данилу и теперь не дает ему спокойно жить.

Хватит! Пора прекратить это безумие! Мария хочет сказать княжичу, чтобы он перестал злиться на Данилу, ведь у обычного дворянина с княжной в принципе не может быть никакой связи, кроме дружбы, и вся злость Паскевича не стоит выеденного яйца. Пускай сегодня будет последний поединок, а уже завтра пути Димы и Данила навсегда разойдутся в разные направления.

Мария проходит по коридору, заворачивает за угол и, открыв дверь, застывает. На ее глазах Дима Паскевич бросает в рот зеленую пилюлю.

- Маша? – замечает ее княжич. – Что ты здесь делаешь?

Лицо Дмитрия меняется прямо на глазах. Зрачки расширяются, сосуды в глазах лопаются так, что белки становятся полностью красными, как у какого-то демона, а на лбу и шее вздувается сетка вен.

Мария, оторопев, смотрит на изменившегося княжича. Дмитрий подходит к ней ближе и оскаливается.

- Неужели ты пришла поддержать меня…А-а-а-й!!!

Резко Мария наносит Дмитрию пощечину, и он с воплем отшатывается. Теперь лицо княжича обезображено еще больше – отпечатком руки Морозовой.

Не произнеся ни слова, Мария отворачивается и уходит. С Паскевичем говорить бесполезно. Человек, который решился на «зверобой», последний на свете мерзавец и подлец.

Сейчас нужно срочно бежать к Даниле и предупредить его, чтобы он отказался от поединка. Это жизненно важно. Иначе Паскевич убьет его на арене.