123ника

Гарри Поттер: Темные воспоминания

Книга 1 - Часть 1: Воспоминания

Гарри, моргая, уставился в потолок чулана, где он спал. Его только что разбудил очередной дурной сон, и, как и многие другие, которые он видел, теперь он чувствовал тошноту, страх и злость.

Долгое время ему приходилось втайне сталкиваться с этими кошмарами, и прямо сейчас он знал, что так и должно оставаться, если только он не хочет, чтобы его поместили в сумасшедший дом.

Эти сны приходили и уходили, но что пугало его больше, чем сами сны, так это то, как он вспоминал их в своем сознании…

Первый сон, который, как он помнил, у него был, когда ему было четыре. С тех пор он знал, что никогда не нужно спрашивать тетю и дядю о снах.

"Дядя Вернон? Есть ли какие-нибудь зеленые огоньки, которые могут навредить людям?" спросил он, и в его голосе слышался страх. В его сознании все еще были смутные очертания фигур в капюшонах, бегающих вокруг, стреляющих зелеными предметами из коротких палочек.

Вернон пристально посмотрел на него и сказал, что такого не бывает, что нечто может сотворить такое, и что ему запретят показываться на телевидении на следующую неделю, полагая, что он видел что-то подобное в телешоу. Позже Гарри подслушал, как Вернон бормотал Петунии, что у Гарри темная душа, раз он думает о подобных вещах.

Гарри больше никогда не упоминал ни о чем подобном, хотя его сны действительно сильно беспокоили его.

Однажды ему приснилось, что "он" уничтожил целую деревню, но он знал, что на самом деле это сделал не он, а кто-то другой, потому что он как будто смотрел чужими глазами.

Он проснулся в тот момент, когда сосредоточился на оконном стекле, показывающем отражение ужасающего белого лица с красными глазами. Он обнаружил, что дрожит, но быстро понял, что дрожит не только он. Небольшое количество старых игрушек, бывших в употреблении, дребезжало на полке у его ног. Его игрушечные солдатики вибрировали, направляясь к стене.

Он подавил крик как раз перед тем, как они затихли.

В этот момент он начал сомневаться во всем. Видение того, что невозможно, делает это с людьми.

Конечно, долгое время было проще называть это "просто ужасными кошмарами", но чем больше он думал об этом, тем больше понимал каждой клеточкой своего существа, что это нечто большее - это были воспоминания.

Затем он пришел к выводу, что все это может быть связано с одной из двух вещей.

Во-первых, он был невменяем и страдал каким-то психическим расстройством, о котором шептались и косо смотрели на него тетя и дядя после первого сна, сказав ему, что они уже так думали. И когда он сам подумал об этом, он мог бы быть таким, учитывая, что у него предположительно были воспоминания, не принадлежащие ему, и начинал верить, что стрельба по предметам концами палочек может быть реальной.

Или два, это было реально.

Когда он прошептал эти слова в полной темноте той ночью, все, что он когда-либо "испытывал" в этих "снах", всплыло на поверхность.

Смотреть глазами мальчика, которого он никогда раньше не видел, ходить в нереальную школу. Смотрит красными глазами, чьи убийственные намерения были полностью очевидны в опустошении, которое он принес бесчисленному количеству людей в цветных мантиях.

Хотя он все еще не был уверен, какой вариант был правильным, он решил думать о снах как о воспоминаниях. Это просто казалось правильным, как бы он ни старался отговорить себя от этого, поэтому он нерешительно начал классифицировать их как таковые.

Примерно год назад он начал думать о своих снах в таком ключе, но теперь, после всего, что произошло, его прежние мысли о безумии, казалось, становились всё более вероятными.

Гарри сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться после только что увиденного сна.

Это было то, о чём он думал бесчисленное количество раз, хотя, казалось, точки зрения двух людей периодически менялись.

Он сам ... и него…

В первый раз это было с точки зрения Гарри, но тогда он этого не знал, пока не увидел это с его точки зрения. Он посмотрел на холодное белое лицо и горящие красные глаза как раз перед тем, как ему помахали короткой деревянной палочкой… с её кончика ударил зелёный свет.

После этого Гарри проснулся в ужасе, но, что ещё хуже, его шрам сильно болел. Казалось, что шрам горит.

Он подавил крик, не желая, чтобы кто-то из его опекунов проснулся и разозлился на него сильнее обычного.

Успокоившись, он посмотрел себе под ноги и увидел, что все его солдатики и маленькие, довольно потрёпанные фигурки разбросаны повсюду. Некоторые были сломаны, одна, похоже, рассыпалась, а две торчали из нижней части лестницы, как будто их вбили в дерево. Остальные лежали у его ног на смятом одеяле.

Во второй раз, когда ему приснился этот сон, он увидел его с его точки зрения: он смотрел на ребёнка с зелёными глазами и произносил резкие, похожие на тарабарщину слова, а затем увидел, как зелёный свет ударил мальчика и отскочил, взорвавшись у него на лице.

В прошлом году он снова проснулся от этого кошмара, когда дядя Вернон постучал в дверь чулана и закричал: «Перестань пинаться! Ты весь дом перебудишь!»

По какой-то причине Гарри знал, что это последнее воспоминание об этом существе. Он не мог назвать его человеком, не говоря уже о человеке, поэтому он назвал его "существом". Несколько раз люди из этих "воспоминаний" называли его как-то "Лордом" ... но это было редко.

Гарри пытался переварить то, что он увидел, понять это и, возможно, объяснить это. Хотя любые объяснения, которые приходили на ум, были абсурдными и более фантастическими, чем предыдущее. Однажды он попытался убедить себя, что произошло самовозгорание игрушки, поскольку предположительно имело место самовозгорание человека. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы выбросить это.

Гарри вздохнул, закрывая глаза. Он вспомнил, что случилось с ним ранее на этой неделе, и попытался понять, как он смог поговорить с той змеей в зоопарке, не говоря уже о том, как исчез тот лист стекла.

Разговаривать со змеей было ненормально, это было очевидно, хотя, какие вещи он вообще делал, которые считались "нормальными"?

И что касается змей, у него была змея, причем очень большая, по имени Нагини.

Гарри чувствовал все, что он чувствовал в воспоминаниях, и Гарри знал, что у него была странная привязанность к этой змее. Это было по понятным причинам тревожно, и несколько раз Гарри мог поклясться, что даже слышал свои мысли один или два раза во время снов, но это было редко. Хотя, теперь, когда он думал об этом, он все чаще слышал мысли этого существа…

Это всегда были острые, подлые и порочные мысли. Гарри вздрагивал всякий раз, когда случайно думал о них.

Гарри покачал головой, пытаясь думать о более приятных вещах. Наконец, после некоторых размышлений всплыло воспоминание, и одно, Гарри мог только надеяться, действительно было его собственным.

Он был совершенно уверен, что так оно и было, особенно после того сна, из-за которого у него горел шрам. В нем он обнаружил, что его осторожно поднимают две очень большие руки. Через несколько мгновений эти руки завернули его в одеяло, и этот крупный мужчина, кем бы он ни был, любовно баюкал его.

Это было одно из его немногих хороших воспоминаний, и он часто был благодарен за то, что оно у него было.

Этот крупный мужчина с огромной черной бородой посмотрел на него сверху вниз со слезами на глазах. Он тихо издал несколько хриплых звуков, усаживаясь на что-то, прежде чем взлететь в воздух, явно на чем-то верхом. Мотоцикл? Гарри знал, что, должно быть, заснул в объятиях мужчины, потому что он закрывал глаза, и сон заканчивался. Затем Гарри просыпался спокойным и отдохнувшим.

Гарри сел, услышав, как Вернон спускается по лестнице, сигнализируя, что пора готовить завтрак. Гарри рассеянно потер свой шрам, когда Вернон открыл дверцу шкафа, позволив ему тихо выйти и приступить к работе.

Гарри понял, что происходит что-то очень странное, когда провел пальцем по грязному полу.

Письма, доставленные совами, посыпались дождем в дом номер четыре на Тисовой улице.

Его опекуны и его двоюродный брат были в смятении и истерике, настолько истеричной, что сейчас они находились в этой лачуге у черта на куличках.

Письма также обладали забавной способностью определять его местонахождение, где бы он ни находился, адрес на конверте был поразительно точным. Это было одной из причин, по которой Вернон принес их в это место.

Доедая нарисованный грязью праздничный торт, Гарри дунул, молча загадывая желание.

"Хотел бы я знать, были ли эти "воспоминания" на самом деле такими, так или иначе".

БУМ!

Дверь затряслась.

Гарри ахнул, очень обеспокоенный тем, что теперь его трясло, когда он бодрствовал.

БУМ!

Гарри встал и сделал шаг назад.

ПОТРЯСАЮЩЕ!

Дверь упала вперед, с грохотом упав на пыльный пол, поднялись клубы пыли, когда вошел посетитель…

В тот момент, когда глаза Гарри встретились с лицом этого гиганта, он понял, что его желание исполнилось…

Если тебе нравится, к чему это ведет, пожалуйста, скажи, это только поможет мне печатать быстрее. :)

Книга 1 - Часть 2: Волшебный мир

Взгляд Гарри не отрывался от лица Хагрида, пока они ехали в Лондон.

Теперь все приобрело гораздо больше смысла, даже несмотря на то, что теперь они были такими сложными.

Он был волшебником, и магия была реальной, и он собирался научиться ею пользоваться. Его родители тоже были волшебниками и умерли не так, как говорили Вернон и Петуния.

Ему также немного рассказали о школе, в которую он собирался поступить, и о том, что великий волшебник по имени Альбус Дамблдор был директором.

Это было практически все, что ему сказали, поскольку сразу после того, как Хагрид дал Дадли подходящий хвостик, они ушли.

Вариант безумия на этом этапе выглядел недействительным, если только у него не было галлюцинаций. Но можно ли галлюцинировать видами, звуками и запахами реального мира?

Гарри улыбнулся, почувствовав, что Хагрид хотел быть рядом с Дурслями так же сильно, как и он.

"Ты в порядке, Гарри?" Спросил Хагрид, когда они вышли из городского автобуса.

"Да, я в порядке", - сказал он, бегая трусцой, чтобы не отставать от Хагрида.

Хагрид повернулся и зашел в маленькое кафе. Гарри с любопытством посмотрел на него.

"Я, э-э, полагаю, у вас есть еще несколько вопросов, на которые вы хотите получить ответы", - сказал Хагрид, подходя к столу в тихом углу.

В магазине было тихо и почти пусто, если не считать официантки.

После того, как они заказали шоколадное молоко и пончики для них двоих, и когда официантка отошла за пределы слышимости, Хагрид заговорил.

Хагрид рассказал ему о "Волан-де-Морте" и его злых последователях, съежившись, когда он быстро произнес имя Темного Лорда, и Гарри не мог не сделать то же самое, но он съежился по другой причине…

Он внезапно почувствовал тошноту, как будто его вот-вот вырвет, в то время как Хагрид продолжал говорить, головокружительные образы крутились в его голове. Стол начал слегка трястись.…

Гарри сбежал, быстро найдя указатель туалетов.

Он смутно слышал, как Хагрид поспешно встал и пошел за ним, когда дверь туалета сама собой распахнулась перед ним, позволив ему забежать в ближайшую кабинку.

Сделав несколько глубоких вдохов, он был благодарен, что ему удалось не выпить шоколадное молоко, и ухватился за поручень на стене, чтобы не упасть.

"Гарри? Ты — с тобой все в порядке?" Спросил Хагрид, положив свою большую руку Гарри на спину.

Гарри кивнул, сглотнув. "Я, э-э..." Он закрыл глаза, пытаясь решить, должен ли он рассказать ему немного о своих снах.

"Это было из-за молока?" Спросил Хагрид, и что-то в его голосе подсказало Гарри, что если это было так, то у одного повара были небольшие неприятности.

"Нет, я ... просто теперь у меня есть имя к лицу", - прошептал он, немного съеживаясь на полу.

"Ты помнишь?" Хагрид выдохнул.

Гарри просто снова кивнул, не находя слов.

Хагрид просто стоял там, пытаясь решить, что ему делать.

"Спасибо, Хагрид", - пробормотал Гарри, сделав еще несколько вдохов.

"Ради чего?"

"За то, что спас меня дважды. Сначала той ночью, а потом от Дурслей".

Гарри выпрямил спину, слегка повернувшись. Хагрид стоял снаружи кабинки, не в силах протиснуться в дверной проем, его широкие плечи прижимались к шатким металлическим стенам.

Гарри посмотрел ему в лицо.

"Как много ты помнишь?" Спросил Хагрид.

"Я помню, что ты улетел на чем-то, что унесло нас прочь, после того, как ты подобрал меня. Может быть, на мотоцикле?"

У Хагрида на глаза навернулись слезы, и Гарри понял, что он едва держит себя в руках.

"Хагрид, я думал, что сошел с ума, раз все это снится во сне… ты настоящий, да?"

Это было все, что нужно было Хагриду: своими большими руками он вытащил Гарри из кабинки, обнял его и подавил рыдание.

"Я настоящий".

После того, как Гарри почти выдавил начинку, Хагрид отпустил его.

"Ты не сумасшедший, и если ты когда-нибудь так думаешь, приди ко мне", - сказал он, его глаза были спокойны, несмотря на то, что из них вот-вот потекут слезы.

Они вернулись к столу, оставив очень хорошие чаевые (Хагрид не понимал ценности полтинника), и вышли на улицу, теперь оба взяв себя в руки.

"Э-э, Гарри, прежде чем мы заберем твои школьные вещи, мне нужно тебя предупредить. По большей части, все знают, что произошло той ночью, и из-за этого ты здесь действительно знаменит. Ты избавился от "Сам-Знаешь-Кого", так что все знают твое имя."

Гарри удивленно посмотрел на него, но Хагрид этого не заметил, когда они вошли в старый обшарпанный паб "Дырявый котел".

"Как обычно, Хагрид?" раздался голос из-за стойки.

"Не могу, Том. Я по делам Хогвартса", - сказал Хагрид, сильно похлопав маленького Гарри по плечу.

"Боже милостивый, - сказал Бармен, — это ... это может быть—?"

Гарри никогда раньше не слышал такой потрясенной тишины.

"Благослови мою душу, - прошептал он, - Гарри Поттер"…какая честь.

Не успел Гарри опомниться, как он внезапно пожал руку Тому, в глазах которого стояли слезы. Вскоре после этого все встали и окружили его.

Ему было немного не по себе в таком окружении, и у него возникло странное ощущение, что за ним навязчиво наблюдают. Он повернулся к этому чувству, чтобы найти человека в тюрбане после того, как пожал кому-то руку по имени Дедалус Диггл.

"Профессор Квиррелл!" Сказал Хагрид, прежде чем посмотреть на Гарри. "Гарри, профессор Квиррелл будет одним из твоих учителей в Хогвартсе".

Гарри не знал почему, но он внезапно почувствовал раздражение, и, встретившись взглядом с Квирреллом, на мгновение почувствовал себя беззащитным, прежде чем успокоился, как и во многих других случаях, когда он просыпался от кошмара или во время одного из припадков Вернона или Петунии.

Глаза Квиррелла слегка сузились, прежде чем один из них странно дернулся. Гарри протянул руку, помня, что должен быть вежливым, независимо от того, каковы были его первоначальные чувства к кому-либо.

Квиррелл заикался, когда приветствовал его, вяло пожимая Гарри руку.

Гарри обрадовался, когда Хагрид вывел его оттуда и повёл мимо глазеющих людей в заднюю часть зала.

— Э-э, Хагрид… это профессор Квиррелл… э-э, — начал Гарри.

«Он всегда такой нервный, попал в неприятности в Шварцвальде. Бедняга».

Гарри покачал головой, пытаясь всё осознать, пока Хагрид постучал по стене, которая волшебным образом открылась.

"Добро пожаловать на Косой переулок".

Гарри никогда в жизни не видел столько магазинов и не мог поверить, что всё это время в Гринготтсе у него было столько денег.

Они также заглянули в другое хранилище, которое, по словам Хагрида, «принадлежит Хогвартсу и является очень секретным».

Гарри с любопытством посмотрел на маленький свёрток, который Хагрид тут же сунул ему в карман. Хагрид посмотрел на него сверху вниз и серьёзно кивнул, на что Гарри ответил тем же.

Гарри был очень вежлив с гоблинами, и по какой-то причине в его воображении возник образ высокого бородатого старика в мантии, слегка склоняющегося перед гоблинами.

Он решил, что это не повредит, особенно после того, как им поклонилось так много гоблинов, поэтому, когда низкорослый гоблин проводил их обратно из хранилища и сказал "Прощай", Гарри повернулся к нему, слегка поклонился и сказал: "Пусть процветание окутает вас, как плащ".

Гоблин был приятно удивлен, поклонившись ниже, чем все поклоны, которые Гарри видел до сих пор.

"И пусть карманы твоего плаща всегда будут полны золота", - сказал он, снова выпрямляясь.

Хагрид посмотрел на Гарри сверху вниз, удивленно моргая, прежде чем они ушли.

Теперь, идя по магазинам, Хагрид остановился. "Гарри, где ты слышал это раньше? Как ты догадался сказать это? Едва ли кто-нибудь из волшебников знает это", - сказал он с любопытством.

Гарри внезапно очень занервничал. Откуда он знал, что нужно это сказать?

"Я, э-э ... полагаю, я услышал это, когда мы вошли", - сказал Гарри, не зная, что еще сказать.

"Черт возьми, Гарри, ты определенно замечаешь мелочи", - сказал он, одобрительно улыбнувшись ему, прежде чем они начали покупать школьные принадлежности.

По большей части все прошло без происшествий, за исключением того момента, когда ему примерили мантию.

Он встретил светловолосого мальчика, которого он мог почти поклясться, что видел раньше во сне, или, по крайней мере, кого-то похожего на него. Он попытался подавить тревожное чувство, которое росло по мере того, как он разговаривал с неприятным мальчиком.

Он про себя решил попытаться держаться от него подальше, и даже без странных чувств мальчик был грубым, высокомерным и тщеславным.

Гарри был благодарен Хагриду, который, казалось, почувствовал его чувства и подбодрил его. Затем он продолжил помогать ему, рассказывая о странном, но увлекательном виде спорта под названием квиддич, прежде чем подвезти его к Олливандеру.

Что ж, по крайней мере, Гарри теперь знал, что это были за палочки, которые он видел во сне.

Мистер Олливандер начал говорить, перечисляя волшебные палочки родителей Гарри, когда подошел к нему. Затем он стал очень тихим, фактически слегка коснувшись шрама Гарри.

Гарри почувствовал облегчение, когда Олливандер отступил, пробормотав, что ему жаль, что он продал палочку, которая сделала это.

Гарри моргнул, не ожидая этого. Он каким-то образом удержал образ своего лица от того, чтобы завладеть его разумом.

Он очень нервничал, когда мистер Олливандер протянул ему волшебную палочку, чтобы он попробовал. Он должен был сознательно сказать себе, что заклинания должны быть произнесены, и что они не извергаются сами по себе.

"Ну что, ты не собираешься соглашаться?" - спросил мистер Олливандер, видя, что Гарри колеблется.

Гарри взял его, но его выхватили обратно, прежде чем вручить другому.

Он слушал, как мистер Олливандер говорил, когда ему давали палочку за палочкой, Гарри отодвигал образы из своих снов, когда Олливандер сделал паузу, держа в руке другую палочку и глядя на нее.

"Почему бы и нет?" сказал он, вручая Гарри палочку.

Гарри взял его, и в тот момент, когда он это сделал, он почувствовал невообразимую силу. Это было одновременно страшно и приятно.

Красные и золотые искры вылетели, как фейерверк, из кончика его волшебной палочки, воздух вокруг него дрогнул, когда на полках зазвенели вещи, и если бы не взволнованное выражение лица Олливандера, Гарри запаниковал бы.

Олливандер объяснил ему свою палочку и что это была "палочка-брат" с палочкой "Того-Кого-Нельзя-называть".

Гарри воспринял все это как нельзя лучше, прежде чем понял, что позади него сияет Хагрид со Снежной совой в клетке.

Если тебе нравится то, что ты читаешь, пожалуйста, скажи об этом , это только поможет мне печатать быстрее. :)

Вероятно, у меня не войдет в привычку обновлять это в ближайшее время, но я не мог не опубликовать это, так как я это написал.

Книга 1 – Часть 3: Разоблачительные встречи Хагрид

Книга 1 – Часть 3: Разоблачительные встречи

Хагрид отвел Гарри обратно к Дурслям, сказав Гарри, что если они попытаются что-нибудь предпринять, пусть пришлет Хедвиг.

Неделя была неплохой; Дурсли просто избегали его и фактически предоставили ему отдельную комнату — свободную спальню Дадли. Гарри потратил это время, чтобы прочитать и узнать как можно больше о Волшебном мире, бегло просмотрев "Современную историю магии", "Историю Хогвартса" и несколько других.

Сны Гарри немного успокоились, и хотя они все еще были у него, они были другими. Они были больше о том мальчике, который ходил в школу, которая, как Гарри мог только предположить, была Хогвартсом, по описанию Хагрида и из книг, которые он читал.

В этих снах он проходил уроки, возможно, изучал что-то вроде кулинарного курса? Нет, это называлось Зельеварение. Гарри не знал, откуда он это узнал, но он надеялся, что то, что он видел и слышал в этих "воспоминаниях", было точным, поскольку он усваивал информацию, даже не пытаясь.

Были и другие уроки, Защита от темных искусств. Он мог чувствовать трепет, охвативший мальчика, поскольку его собственное возбуждение от изучения предмета также росло. Гарри поймал себя на том, что шепчет заклинания себе под нос, вспоминая определенные уроки из своих снов, включая странный урок, где они меняли форму вещей.

Наконец, настал день поступления в Хогвартс, и Дурсли, с билетом в руках, высадили его и уехали.

Он нашел девять достаточно легко, но часть с тремя четвертями становилась хлопотной, пока он не увидел, как мимо него проходит семейство рыжеволосых, упоминая девять и три четверти.

Гарри встряхнулся, когда всплыло воспоминание, вызванное рыжеволосой женщиной, возглавляющей красную свиту. Одно из его воспоминаний.

"Наконец-то мы поймали Фабиана и Гидеона", - заявил мужчина в капюшоне. "Нам потребовалось пятеро, чтобы одолеть их".

"Давно пора", - прошипел он.

Гарри почувствовал восторг Волдеморта, услышав о смерти этих двух мужчин. Это немного ошеломило Гарри, опечалило и разозлило. Однако понимание того, что эта женщина была каким-то образом связана с врагами Темного Лорда, радовало его, побуждая двигаться вперед и забыть темные воспоминания.

Чем ближе он подходил, тем решительнее становился подружиться с этими людьми, независимо от того, насколько застенчивым и неловким он был при встрече с незнакомцами. Хотя, после этого воспоминания, должен ли он считать их "незнакомцами"?

Женщина была очень мила с ним и даже познакомила его с одним из своих сыновей, который тоже впервые собирался в Хогвартс. Она рассказала ему, как подняться на платформу, молодая рыжеволосая девушка ободряюще кивнула ему, чтобы он это сделал.

Гарри сделал, как сказала женщина, выйдя на другую сторону, чтобы найти платформу, о которой ему рассказывал Хагрид, люди уже садились в знаменитый поезд.

Он был удивлен тем, насколько тяжелым оказался его чемодан, когда пытался погрузить его в поезд, и почувствовал облегчение, когда подошел мальчик и помог ему. Он был немного поражен, обнаружив, что это был другой рыжеволосый мальчик, но улыбнулся, когда еще один, очевидно, близнец этого мальчика, подошел и помог.

Подняв чемодан и поставив его на место, они повернулись к нему, сосредоточив внимание на его лице, едва взглянув на лоб.

Их глаза расширились.

"Черт возьми!…ты что...?"

"Он такой", - сказал другой близнец. "А ты нет?"

"Что?" Спросил Гарри, немного сбитый с толку.

"Гарри Поттер", - сказали они оба.

"О. Да, это я", - сказал Гарри, протягивая правую руку для пожатия, прежде чем поднять левую, поскольку их было двое.

Близнецы мгновение таращились на него, прежде чем взять себя в руки и радостно пожать ему руку.

"Я Фред".

"Я Джордж", - представились они одновременно.

Мгновение спустя позвонила мама близнецов, и они ушли.

Гарри сел в купе, куда они положили его багаж, и выглянул в окно, чтобы понаблюдать за занимательной перепалкой между близнецами и их мамой, хотя небольшая деталь о "Сами-знаете-ком" немного скрутила его желудок.

Если бы они только знали… подумал он, когда все, кому нужно было быть в поезде, сели в него. Мгновение спустя они тронулись.

Гарри был приятно удивлен, когда вошел молодой рыжеволосый парень.

"Привет", - сказал Гарри, жестом приглашая Рона сесть, прежде чем Тот успел попросить.

"Спасибо, везде полно народу", - сказал он, садясь. "Я Рон, Рональд Уизли".

"Я Гарри, Гарри Поттер".

Выражение его лица почти соответствовало удивленным лицам близнецов из предыдущего.

"Вау… И у тебя действительно есть... ну, знаешь..." Он неуверенно указал на лоб Гарри.

Гарри был удивлен, что ему не было неловко показывать Рону свой шрам, но он гордо откинул назад челку.

Возможно, это было потому, что он смотрел на свой шрам в другом свете, рассматривая его как знак выживания, а не как "проклятие" или что-то злое и несчастливое. Такой образ мыслей возник благодаря Хагриду.

"Так это там, где Сам-Знаешь-Кто?"

"Да".

"Ты ... э-э, помнишь?" Неловко спросил Рон.

"Да", - тихо сказал Гарри.

— О, прости, мне действительно не стоило спрашивать.

— Ты первый, кто по-настоящему позаботился об этом, ну, кроме Хагрида, — сказал Гарри, не желая, чтобы Рон подумал, что он расстроен из-за его любопытства.

Рон открыл рот, чтобы попытаться что-то сказать, но дверь открылась. Их внимание привлекла дама с тележкой, полной конфет.

"Есть что-нибудь из ассортимента, дорогие?"

Гарри потратился. В восторге от возможности покупать вещи и делиться ими с новым другом. Сначала Рон не решался брать то, что предлагал ему Гарри, но после нескольких секунд подталкивания он встал рядом с Гарри.

Гарри был рад услышать все о семье Рона и хотел побольше узнать о магии.

Во время разговора с Роном к ним зашел мальчик и спросил, не видели ли они его жабу.

Они сказали ему, что это не так, но что-то внутри Гарри подсказывало ему, что они должны помочь этому обезумевшему мальчику выбраться.

"Здесь мы поможем тебе найти его", - сказал Гарри, вставая.

"Ты сделаешь это?" спросил он, его голос был удивлен, немного выше, чем обычно.

"Мы будем?" Спросил Рон, не менее удивленный.

"Конечно, твоя жаба, кажется, очень важна для тебя, если бы я потерял Хедвиг, мне бы понадобилась помощь. И если бы ты потерял Короста, тебе бы тоже понадобилась помощь, верно?" спросил он, глядя на Рона.

"Да", - согласился Рон, вставая и убирая Скабберса, когда Гарри первым вышел из купе.

"Где ты его видел в последний раз?" Спросил Гарри.

— До того, как я сел в поезд… — с несчастным видом сказал Невилл. — Но бабушка сказала, что он, наверное, сел в поезд без моего ведома, — добавил он, пытаясь говорить с надеждой, но безуспешно.

Рон и Гарри посмотрели друг на друга.

"Ну, что он любит? У него есть какие-нибудь любимые блюда? Ему нравятся прохладные места или теплые?" Спросил Гарри, идя по коридору длинного поезда.

"Э-э, он любит мух и э-э...…теплые влажные места", - сказал он, не отставая.

"Туалет", - прошептал Гарри. "Где ванные?" он спросил.

Рон пожал плечами, как раз когда к ним подошла девушка с каштановыми волосами.

"Все еще не можешь найти свою жабу, Невилл?" спросила она.

"Нет, Гермиона, но они помогают мне".

"О, это хорошо. Я Гермиона Грейнджер", - сказала она, глядя на Рона и Гарри.

"Рон Уизли".

"Гарри Поттер".

Глаза Невилла расширились, рот приоткрылся.

Гермиона больше сдерживала свое удивление.

"Ты правда? Ну, я, конечно, все о тебе читал".

"В "Современной истории магии"? Или "Расцвете и падении темных искусств"? - Спросил Гарри.

"Оба, - удивленно ответила она, - и в "Великих событиях двадцатого века"".

"Я только что просмотрел этот, честно говоря, я не думаю, что он настолько точен ..."

"Действительно, почему?"

"Аааа!"

Они обернулись и увидели, что кто-то бежит к ним.

"Жаба! Пыталась запрыгнуть мне на голову!" - закричала девушка.

Они смотрели, как она прошла по коридору, прежде чем направиться в туалет.

"Вы трое оставайтесь здесь, я войду", - сказала Гермиона, прежде чем войти в комнату маленькой девочки.

Мгновение спустя она вернулась с жабой.

"Держи, Невилл", - сказала она, вручая ему жабу.

"Спасибо", - сказал он, прежде чем посмотреть на Гарри и Рона. "Я бы никогда не подумал, что он может быть в ванной, с-спасибо ..."

"Нет проблем, Невилл", - сказал Гарри, игнорируя явную нервозность Невилла.

Затем все четверо вернулись, Гарри повел их в свое с Роном купе.

Открыв купе, они с удивлением обнаружили, что оно занято; Гарри и Рон остановились бок о бок, сразу за дверным проемом, Гермиона и Невилл позади них.

Там были светловолосый мальчик и двое мальчиков постарше.

"Мы слышали, что Гарри Поттер был в этом купе. Так это ты?" - спросил светловолосый мальчик, глядя на Гарри.

Гарри прищурился, стараясь не думать о том, что он чувствовал к этому мальчику раньше.

— Полагаю, тебе нужно было просто сказать «да», — сказал он, делая шаг к Гарри и двум его приятелям, сидевшим рядом с Гарри и Роном.

Гарри взглянул на кучку конфет и обнаружил, что она стала немного меньше, чем была. Гарри заметил, что мальчик слева быстро проглотил конфету.

Ошибочно приняв взгляд Гарри на конфету за любопытный взгляд в сторону двух его друзей, мальчик заговорил снова.

"Это Крэбб и Гойл. А меня зовут Малфой, Драко Малфой".

Гарри почувствовал, как поток воспоминаний захлестнул его разум.

Люди в темных одеждах покинули горящую деревню, повернувшись лицом к нему.

"Отличная работа, Люциус, семья Малфоев гордится тобой".

Гарри отогнал воспоминания и далекие мысли о Ненависти, Убийстве и Власти.

Он действительно не слышал, что говорил Драко, но, заметив, что Рон сжал кулаки, он решил, что речь шла о семейных оскорблениях.

"— друзья не того сорта. Тут я могу тебе помочь", - сказал Малфой, протягивая Гарри руку.

Гарри просто долго смотрел на это, вызвав странные взгляды Крэбба и Гойла, и раздраженный взгляд Малфоя.

Поразмыслив ещё секунду, Гарри взял Малфоя за руку.

— Я уверен, что сам могу понять, кто из них не в своём уме, но спасибо, что без сомнений показали мне, кто из них хуже всех. — Он перевёл взгляд с Крэбба на Гойла и снова посмотрел на Малфоя.

— Что ж, я рад, что смог вам помочь. Не хотите присоединиться к нам? — спросил Малфой, явно не понимая, на что намекал Гарри.

— Нет, но возьми немного сладостей, я вижу, что ты и твои приятели уже угостились ими, — сказал он, выходя из-за спины Малфоя в коридор. Рон и остальные последовали за Гарри, освобождая путь Драко и его друзьям.

Малфой странно посмотрел на него, прежде чем кивнуть с удивительным почтением, взял ещё конфет вместе с Крэббом и Гойлом и вышел.

— А Драко? — спросил Гарри, когда Драко проходил мимо него.

— Да? — спросил он, поворачиваясь в коридоре лицом к Гарри, Рону, Невиллу и Гермионе.

"Никогда больше не говори таких вещей о людях вокруг меня; Я победил Волан-де-Морта не для того, чтобы возвращаться в Волшебный мир и выслушивать жалкие подшучивания и высокомерные оскорбления".

Гарри ответил на уважительный кивок, которым Драко наградил его ранее, игнорируя взгляды Рона, Невилла и Гермионы, а также широко раскрытые глаза Драко и двух его охранников.

Гарри, не сказав больше ни слова, прошел в свое купе и сел у окна, за ним быстро последовали Рон, Невилл и Гермиона, которые закрыли дверь, прежде чем все сели — небольшая кучка угощений между Гарри и Невиллом.

— Ух ты, Гарри, я даже не знаю, что сказать, — сказал Рон.

Гарри пожал плечами.

— Ты назвал имя Сами-Знаете-Кого… — пискнул Невилл.

— О, наверное, да. Но почему бы и нет? Если мы будем бояться произносить его имя, это даст ему ещё больше власти, — сказал Гарри.

"Вау, я никогда раньше не слышал, чтобы это так излагалось", - сказал Рон, прежде чем широко улыбнуться. "И выражение лица Малфоя было веселым".

"Я слышала о Малфоях. Они неравнодушны к чистокровным, не любят магглорожденных и, как мы только что видели, невероятно грубы", - выплюнула Гермиона.

"Магглорожденные?" - спросил Гарри.

Они на мгновение уставились на него.

"Я магглорожденный. Это люди, у которых есть немагические родители", - объяснила Гермиона.

"О. Итак, "чистокровные" - это ..." Спросил Гарри.

"Я, по большей части, и семья Невилла тоже", - сказал Рон, заставив Невилла покраснеть.

Гарри с любопытством посмотрел на Невилла, отчего Невилл еще больше порозовел.

"Как твоя фамилия?" Спросил Гарри.

"Ло-Лонгботтом", - ответил он.

Название показалось Гарри знакомым, и, как и в предыдущие разы в тот день, всплыло воспоминание.

"О Лонгботтомах позаботились, хозяин, эти два аврора больше не будут создавать проблем".

Гарри внутренне съежился от отвратительного смеха, который последовал за этим, прежде чем женщина продолжила.

"Они, конечно, продержались долго, но, в конце концов, Проклятие Круциатус сделало свое дело. Они лишились разума".

"Хорошая работа, Лестрейндж".

Гарри слегка вздрогнул.

"Ты в порядке, Гарри?" Спросил Рон.

"Да, извини. Задумался".

"О чем? Выглядел так, будто тебя вот-вот стошнит", - заметила Гермиона.

"Наверное, я съел слишком много конфет", - пробормотал он.

Остальные слегка переглянулись, прежде чем пожать плечами.

Гарри сделал себе пометку познакомиться с Невиллом поближе, после того, чем пожертвовали его родители, их сын заслуживает дружбы.

"Итак, э-э-э,…Гарри, на мгновение я подумал, что ты собираешься подружиться с Малфоем и его приятелями", - сказал Рон, неловко усмехнувшись. "Я почти испугался, что ты клюнешь на его мусор".

"Как будто я подружился с парнем, чей отец - кровожадный неистовый Пожиратель Смерти", - Гарри почти зарычал.

Все трое слегка отшатнулись, сам Гарри удивленно заморгал.

Что, черт возьми, такое Пожиратель смерти? спросил он себя, но знал, что бы это ни было, это было зло, и отец Драко был одним из них.

"Извините, я не знаю, почему я это сказал ..." Прошептал Гарри, заметив их ошеломленное молчание.

"Не стоит, мой папа думает о нем именно так", - вмешался Рон. "Но, э-э, если ты не возражаешь, если я спрошу, почему ты позволил им взять конфеты?"

Гарри слегка улыбнулся, поняв, что Рон пытается поднять настроение.

«Хотя я не совсем согласен с поговоркой «держи друзей близко, а врагов — ещё ближе», я всё же считаю, что за врагами нужно присматривать».

Они кивнули в знак согласия, прежде чем Гарри взял маленький кекс.

— Вот, мы с Роном никак не сможем доесть всё это, возьмите немного, — сказал Гарри, пододвигая стопку ближе к Гермионе и Невиллу.

Остальная часть пути до Хогвартса прошла без происшествий, хотя жаба Невилла снова попыталась сбежать, но Гарри её поймал. Вскоре после этого они переоделись в мантии и, не успев опомниться, уже направлялись в Большой зал.

"Гриффиндор-Гриффиндор-Гриффиндор", - тихо пропел Рон.

"Что ты делаешь?" Спросил Гарри, уставившись на Рона.

"Я надеюсь, что меня распределят в Гриффиндор".

"О. Как Хаффлпафф, Равенкло и Слизерин?" Спросил Гарри, вспомнив их из своего предыдущего чтения на прошлой неделе.

"Да", - сказала Гермиона. "Я тоже надеюсь на Гриффиндор, но, полагаю, Равенкло не был бы ужасным".

"Вероятно, меня отправят в Хаффлпафф, я недостаточно храбр для Гриффиндора ..." Невилл вздохнул.

"Это лучше, чем попасть в Слизерин", - мрачно пробормотал Рон. "Нет ни одной плохой ведьмы или волшебника, которые не были бы в Слизерине. Сами-знаете—о, я имею в виду, Вол-волдеморт был одним из них, - прошептал он им, сдерживая дрожь.

— Волан-де-Морт был здесь? — тихо спросил Гарри, чувствуя, как внутри у него всё сжимается от ужаса.

Рон кивнул. "Мой папа так сказал".

Гарри быстро взял себя в руки, пока они шли вместе с другими учениками, и вошёл в Большой зал.

Пожилая профессор, которая быстро представилась как профессор МакГонагалл, велела им выстроиться в ряд и ждать, пока их имена назовут.

«Когда я назову ваше имя, вы наденете шляпу и сядете на табурет, чтобы вас отсортировали», — сказала она. «Эбботт, Ханна!»

Гарри посмотрел на людей за столом, и пока его взгляд скользил по ним, в его голове промелькнула быстрая череда коротких воспоминаний и мыслей.

Сделав медленный вдох, он смог немного прийти в себя.

Его взгляд упал на довольно устрашающего мужчину с чёрными волосами, и из мыслей, которые он уловил от этого человека, он понял, что Волан-де-Морт испытывал противоречивые чувства по отношению к этому человеку. Хотя он очень доверял ему, в нём также было странное, неуверенное сомнение.

Гарри решил перестраховаться и сделал ещё одну пометку в своём блокноте. Не перечь этому человеку, потому что, если он сторонник Волан-де-Морта, ему не составит труда добраться до тебя.

Гарри отвел взгляд, как раз перед тем, как взгляд мужчины встретился с его собственным, и наткнулся на мужчину рядом с ним, профессора Квиррелла, когда Гермиону Грейнджер вызвали на разборку.

Гарри не доверял этому человеку, что-то в нем было ... не то, и дело было не в заикании.

Пока продолжали называть имена, он посмотрел в центр стола, чтобы найти Альбуса Дамблдора.

Он улыбнулся, поняв, что Волан-де-Морт на самом деле боялся этого человека.

Гарри почти вздрогнул, когда взгляд Дамблдора упал на него, но он на мгновение задержал свой взгляд, пока не услышал: "Поттер, Гарри!"

Неужели он был настолько сосредоточен на своих мыслях, что даже не потрудился поинтересоваться, куда его поместят?

Он услышал, как в Большом зале воцарилась тишина, а затем послышался шепот. Он знал, что слегка покраснел, когда люди перед ним расступились, как море, и открыто уставились на него.

"Поттер, она сказала?"

"Ни за что..."

"Тот Гарри Поттер?"

Он прошаркал к табурету, надел шляпу на голову и сел.

"Хм..." - начал тихий голос. "Теперь дай мне подумать..."

Единственной мыслью Гарри в этот момент было: "Только не Слизерин, только не Слизерин, что угодно, только не Слизерин..."

"Что-нибудь "кроме" Слизерина? — О боже ... - сказал шляпа, его голос затих, когда всплыло воспоминание…

На табурете сидел бледный красивый мальчик, на голове у него была менее потрепанная шляпа.

— Ах… Ты мог бы стать великим, знаешь, всё это у тебя в голове, и Слизерин поможет тебе на пути к величию, в этом я не сомневаюсь — СЛИЗЕРИН!

«Это редкость, когда я вижу то, чего раньше не видел…» — снова заговорила шляпа.

Гарри почувствовал на себе взгляды всех присутствующих, когда повторил свою предыдущую мысль.

"Хм ... даже если я видел другое, ты уверен, так что — лучше быть ГРИФФИНДОРЦЕМ!"

Гарри с благодарностью спрыгнул со стула, подошел к восторженному гриффиндорскому столу и сел рядом с Гермионой, близнецы кричали: "У нас есть Поттер! У нас есть Поттер!"

Невилл сидел напротив него.

Он снова посмотрел на Высокий стол и увидел, что Хагрид сияет, подняв вверх большие пальцы. Гарри ухмыльнулся.

Когда все расселись, были названы новые имена и еще больше было отсортировано. Он заметил, что Малфой и его приятели уже сидели за столом Слизерина.

Вау, я, должно быть, был действительно глубоко погружен в раздумья, раз пропустил их сортировку, подумал Гарри, поскольку звали Рона Уизли.

Гарри перевел взгляд на своего нового друга, молча надеясь, что его распределят в Гриффиндор.

Он был. Гарри радостно присоединился к аплодисментам, когда смущенный Рон подошел к столу и сел рядом с ним.

Вскоре после этого распределяющую шляпу убрали, и Дамблдор встал.

"Добро пожаловать на новый год в Хогвартс! Прежде чем мы начнем банкет, я хотел бы сказать несколько слов. И вот они: Придурки! Вздор! Чудачество! Доработка!

"Спасибо".

На столе появилась еда, и разговор перекинулся на все столы.

Гарри наслаждался едой и слушал, как окружающие рассказывают о разных вещах, начиная с получения писем и заканчивая тем, как жили их семьи. Именно тогда он почувствовал то же неприятное чувство, что за ним наблюдают, которое он испытал в "Дырявом котле".

Он сосредоточился и посмотрел на источник звука, чтобы увидеть, как профессор Квиррелл начинает отводить от него взгляд… и тут его ударило, сильно ударило.

Он ахнул, ударив себя ладонью по лбу и склонив голову, пытаясь избавиться от боли. Со стороны могло показаться, что он получил удар где-то в области живота и пытается собраться с мыслями, вместо того чтобы показать, что именно у него болит.

"Черт возьми, Гарри, что случилось?" Спросил Рон.

Боль исчезла, осталась только тошнота.

— Я прикусил язык, теперь всё в порядке.

— Тебе нужно быть осторожнее, тебе нужно будет говорить правильно, когда ты начнёшь произносить заклинания, — мягко предупредила Гермиона.

Он вернулся к еде, его мнение было относительно Квиррелла. Гарри собирался быть осторожным с ним, даже больше, чем с тем черноволосым парнем.

"Э-э, Перси?" спросил он, услышав свое имя, когда близнецы ранее дразнили его по какому-то поводу.

"Да, Гарри?" Спросил Перси, немного чересчур восторженно.

"Кто этот учитель, сидящий рядом с профессором Квирреллом?"

"А, это профессор Снейп. Он преподает зелья, но не хочет — все знают, что он охотится за работой Квиррелла. Снейп, он ужасно много знает о Темных искусствах".

Почему я не удивлен ...Саркастически подумал Гарри.

Ужин закончился, и после нескольких тревожных слов директора о том, что нельзя выходить в коридор третьего этажа, их отвели в общежития их дома.

Рон, Дин, Невилл и Симус жили в одной комнате с ним. Войдя в комнату, Гарри испытал странное чувство дежавю: в его воображении комната слегка изменилась, и вместо красных занавесок вокруг кроватей появились бархатно-зелёные. На мгновение он почувствовал себя частью чего-то и ощутил твёрдую решимость, но затем слегка встряхнулся и снова увидел красные гриффиндорские занавески.

Гарри некоторое время лежал без сна. Его разум гудел от всего, что он увидел в тот день, и то, что он узнал, что Волан-де-Морт когда-то был студентом Слизерина, вызывало беспокойство. А затем возникшее у него воспоминание, которое шляпа, по-видимому, тоже видела, вызвало серьезную тревогу.

Видел ли он ранние дни Волдеморта в Хогвартсе? И до того, как он стал темным?

Это определенно была пугающая мысль. Возможно, однажды он увидит, что заставило Волан-де-Морта обратиться, если слизеринец уже не был в это время в его воспоминаниях…

И почему он видел эти "воспоминания"? Это было из той ночи? Это должно было быть. Хотя, возможно ли, что у него было больше одного набора воспоминаний? Мог ли он получить что-то от двух разных людей, не считая его самого?

Немного подумав об этом, он решил, что нет, только не после всего, что он только что узнал. Воспоминание о мальчике, поступающем в Слизерин, было слишком большим совпадением…

Он вздохнул, решив просто принять все как есть, и повернулся на другой бок, собираясь заснуть.

Гарри хорошо спал той ночью, к своему огромному облегчению, и проснулся как раз вовремя, чтобы отправиться на свой первый урок.

Всю дорогу, Рон и Невилл стояли по обе стороны от него, Гарри чувствовал на себе пристальные взгляды и возбужденный шепот.

Рон и Невилл помогли ослабить пристальные взгляды, ответив на грубое любопытство, и напомнили Гарри игнорировать их, хотя Рон больше бросал в глаза.

На гербологии Гарри и остальные быстро обнаружили, что это любимый предмет Невилла, несмотря на то, что он никогда не отвечал ни на какие вопросы.

В "Истории магии" Гарри обнаружил, что постепенно уходит, и что было еще хуже, так это то, что иногда ему приходилось выносить два урока в один день — один из воспоминаний, а другой в реальности. Отдельные его части иногда были интересными, учитывая, что казалось, что у профессора Биннса была лучшая память о тех прошлых годах, но чаще всего это было смертельно скучно, без каламбура.

"Чары" были хороши, и заклинания давались ему довольно легко, обычно их нужно было повторить всего несколько раз, прежде чем получалось правильно, но отчасти это было связано с тем, что он помнил, как их правильно выполнять…

Он несколько раз помогал Рону и Невиллу, Гермиона с любопытством наблюдала за происходящим. Гарри, в свою очередь, слушал Невилла на гербологии, поскольку у него был удивительный дар разбираться в растениях.

На Трансфигурации они сразу перешли к этому, и Гарри был благодарен за чтение, которое он прочитал за неделю до школы. Когда им сказали превратить спичку в иголку, Гермиона была единственной, кто хоть как-то продвинулся вперед, ну, в любом случае, к иголке…

Гарри, должно быть, сделал что-то серьезно неправильное, потому что его спичка дернулась. Гарри мог бы поклясться, что увидел, как из нее начала выползать серебряная змея, и это напугало его. Он моргнул, и в этот момент спичка взорвалась.

"Ты вкладываешь в это слишком много силы, Поттер. Немного расслабься, но помни позже, такое количество силы понадобится при более сложных трансфигурациях. Вот еще один матч, попробуйте еще раз, посмотрите на матч мисс Грейнджер, она неплохо начала. "

Наконец, вероятно, наступил единственный урок, которого он сознательно боялся, Защита от темных искусств. Дело было не в предмете; дело было в профессоре. Гарри почувствовал облегчение, когда получил обрывки воспоминаний, которые пришли к нему относительно этого занятия, увидев это с точки зрения мальчика, группа слизеринцев действительно изучала заклинания и проклятия, вместо того, чтобы сходить с ума от скуки, утопая в запахе чеснока.

Из воспоминаний он быстро узнал, что мальчика звали Том Риддл. Он отложил это знание подальше, слегка удивленный тем, что такое обычное имя было настоящим именем Волан-де-Морта, хотя это предполагало, что его предположение было правильным.

Рон вывел его из оцепенения.

"Ты выглядишь таким же скучающим, как и я. Пойдем, Общая комната", - сказал он.

Книга 1 – Часть 4: Варианты

Они завтракали в Большом зале, когда пришла почта, Гарри удивился, что он действительно получил письмо.

Дорогой Гарри,

Я знаю, что у тебя выходной в пятницу днем, так что не хочешь ли зайти ко мне на чашечку чая после занятий? Я хочу услышать все о твоей первой неделе. Пришли нам ответ с Хедвиг.

Хагрид

Гарри ответил: "Да, пожалуйста, увидимся позже" на обратной стороне записки и передал ее Хедвиг.

Гарри едва мог дождаться.

Гарри и другие гриффиндорцы вошли в подземелья, присоединившись к первокурсникам слизерина.

Невилл, Гарри, Рон и Гермиона сели вместе, в таком порядке. Гарри посмотрел через несколько столов и обнаружил, что Драко и его приятели уставились на него. Гарри понимающе кивнул, наслаждаясь растерянным выражением лица Драко. Он явно не знал, что думать о Гарри, и это нравилось Гарри.

При появлении Снейпа все внезапно замолчали, дверь с грохотом распахнулась.

Гарри и остальные внимательно слушали небольшую речь Снейпа "Введение в зелья" после того, как он завершил перекличку, его чувства по отношению к "знаменитостям" все время были громкими и ясными.

"Поттер!" Внезапно сказал Снейп. "Что я получу, если добавлю измельченный корень асфоделии в настой полыни?"

Гарри моргнул, с трудом понимая только что сказанные Снейпом слова, не говоря уже о том, из чего они готовились, хотя эти ингредиенты действительно казались знакомыми…

"Я не знаю, сэр", - сказал Гарри, пытаясь не позволить себе погрузиться в воспоминания, когда смутно заметил, как рука Гермионы взметнулась высоко в воздух.

"Тут, тут — слава явно не все".

Гермиона виновато посмотрела на него и опустила руку, решив, что сейчас не время отвечать на вопросы.

"Давай попробуем еще раз. Поттер, где бы ты стал искать, если бы я попросил тебя найти мне безоар?"

Гарри закрыл глаза, надеясь, что это воспоминание пройдет быстро, поскольку он не мог отогнать его обратно…

Том начал читать главу "Лекарства и их ингредиенты", его палец скользил вниз по списку и проходил мимо "Безоаров".

Гарри снова посмотрел на Снейпа, с благодарностью осознавая, что прошло всего несколько секунд.

"Это камень, сэр, из желудка козы, и, если я правильно помню из "Волшебных настоек и зелий", он спасет вас от большинства ядов, верно?"

Это заставило глаза Снейпа сузиться, а всех присутствующих в комнате застыть на месте.

"Правильно, я хотел бы знать, почему вы знали это, но не знали о первом вопросе, который я вам задал", - подозрительно сказал Снейп.

"Я, э-э,…мне было немного интереснее читать о лекарствах и положительных вещах, которые могут сделать зелья, если вы хотите знать настоящую причину, сэр. Я считаю, что зелья - одна из наиболее полезных тем здесь, хотя не думаю, что она когда-либо могла бы стать моей любимой, слишком много вещей, которые могут пойти не так, если неправильно смешать зелье или использовать слишком много определенного ингредиента ... "

Он замолчал, глядя мимо Снейпа и обнаружив, что Драко смотрит на него, приподняв бровь.

"Что ж, я рад, что ты осознаешь этот факт, Поттер. Я собираюсь ожидать, что вы не будете совершать подобных ошибок, особенно теперь, когда вы, кажется, так хорошо понимаете риски ", - сказал он, излучая сарказм и грубость, перед началом урока.

Гарри посмотрел на Рона, который пожал плечами. Снейпу Гарри явно не нравился – совсем –.

Смешивая зелье для этого урока, Гарри посмотрел на Невилла, который собирался положить иглы дикобраза в свой котел.

"Невилл, подожди, сначала тебе нужно снять это с огня", - сказал он, пока Рон помешивал в их котле.

"О, спасибо, Гарри", - сказал Невилл, Шеймус выглядел таким же благодарным.

"Что это?" Подошедший Снейп спросил, услышав, чем они обменялись. "Сосредоточься на своей работе, Поттер, и позволь другим делать свое дело".

Гарри поднял голову, встретившись с его холодными темными глазами. Он собирался объясниться, но передумал.

Это человек, который обожает уважение; прояви к нему немного уважения, сказал себе Гарри.

"Да, сэр".

Снейп едва заметно прищурил глаза, скорее в замешательстве, чем от ненависти, хотя ненависти в них все еще было много, и вся она была направлена на Гарри.

Позже, после того, как они покинули подземелья, они направлялись к Хагриду.

Рон и Невилл спросили, могут ли они присоединиться к нему, в то время как Гермиона, казалось, была довольна тем, что осталась одна и занималась.

Хагрид приветствовал их, радуясь видеть, что Гарри уже завел друзей, причем из хороших семей, насколько он мог судить.

Они поговорили о том, что произошло на этой неделе, и об уроке зельеварения в тот день.

Хагрид, казалось, сменил тему вскоре после того, как Гарри пробормотал, что Снейп, похоже, его недолюбливает.

Опустив глаза, Гарри нашел газету, что-то быстро привлекло его внимание. Взлом в Гринготтсе, в тот самый день, когда они были там.

"Хагрид, смотри!" Сказал Гарри, указывая, получив от Хагрида лишь невнятное ворчание.

Гарри решил, что Хагрид не хочет говорить об этом, вспомнив его слова ранее в Гринготтсе.

Невилл и Рон посмотрели на Гарри, молча пожав плечами.

Затем Рон рассказал об инциденте в поезде. Хагрид повернулся к Гарри, его глаза расширились.

"Ты действительно назвал его имя?!"

"Ну ... да. Насколько я понимаю, боязнь произнести его имя дает ему больше power...in пути ".

Хагрид на мгновение задумался над этим.

"Да, я полагаю, ты прав, Гарри".

Хагрид просмотрел их все, прежде чем заговорить снова.

"Вам всем следует просто держаться подальше от Малфоев, с этой семьей лучше не общаться", - начал Хагрид.

"Хагрид, на самом деле у нас нет выбора. Мы сталкиваемся с ними постоянно, и я слышал, что у нас будут не только зелья со слизеринцами, но и уроки пилотирования, - сказал Рон.

Хагрид вздохнул.

"Ну, я полагаю, что на самом деле я не должен судить мальчика так строго в данный момент, у него все еще есть время принимать разные решения, хотя из того, что вы, ребята, сказали мне, он уже становится хулиганом, как и его отец ..."

— Мой папа рассказывал мне об отце Драко, Люциусе Малфое. Мой папа его терпеть не может, — сказал Рон, не замечая, что Гарри медленно выдыхает, успокаиваясь и отгоняя неприятные воспоминания о жестоком нападении на магглорождённых.

После ухода из "Хагрида" Гарри было о чем подумать.

Что чуть не украли в Гринготтсе? Как им поступить с Малфоем и его головорезами? Должен ли он дать Малфою шанс, надеясь, что он изменит свои привычки и не пойдет по темным стопам своего отца?

Он решил, что ему нечего терять, и просто дал Малфою шанс; возможно, он мог бы помочь ему выбрать лучший вариант? И если Драко все же выберет путь своего отца, по крайней мере, Гарри будет наслаждаться странными взглядами с его стороны, вроде того, которым он наградил его в поезде.

Гарри почти пожалел Драко, в конце концов, у него было странное преимущество перед ним. Хотя Гарри заплатил за это кошмарными воспоминаниями…

Позже на следующей неделе они получили еще больше писем, и на этот раз Невилл получил подарок от своей бабушки - Памятный сувенир.

Гарри посмотрел мимо Невилла и увидел Драко и его приятелей, проходящих мимо стола. Драко остановился, увидев Памятный знак, когда Невилл объяснял, почему он у него, как раз в тот момент, когда он покраснел.

"В чем проблема, Драко? Тебе тоже нужен такой, потому что ты еще и забывчивый? Я слышал, это распространенная проблема", - вежливо сказал Гарри.

"Нет, конечно, нет".

"Ты уверен? Я уверен, что Невилл позволил бы тебе подержать это на секунду, чтобы убедиться, - предложил Гарри, Невилл на долю секунды приподнял брови, но, доверяя Гарри, он поднял это, предлагая Драко.

"Нет, я в порядке", - сказал Драко, разглядывая его, прежде чем перевести взгляд на Гарри.

Гарри равнодушно пожал плечами, когда Драко и его друзья ушли.

Гермиона наклонилась вперед рядом с Невиллом, обращаясь непосредственно к Гарри, который сидел через стол.

"Ты обращаешься с ними так, как я никогда раньше не видел, чтобы кто-нибудь обращался с хулиганами, Гарри".

Гарри пожал плечами, надеясь, что причины его действий не были столь очевидны для Драко.

"Им не обязательно вечно быть хулиганами, я просто даю им возможность увидеть, что если они хотят когда-нибудь измениться, они могут".

Рон недоверчиво поднял бровь, в то время как Гермиона посмотрела на него так, словно одобряла.

Урок полетов закончился, и первокурсники Гриффиндора и слизеринцы вышли на лужайку, рядом с каждым из них лежало по метле.

Гарри немного нервничал, особенно видя, насколько уверен Драко, но сосредоточился, когда учитель начал давать указания.

Следуя указаниям Хуча, Гарри сказал "вверх" и был удивлен, когда его метла быстро взмыла в его руку.

Когда все, наконец, поняли, что это сработало, они сели на свои метлы, но прямо перед тем, как мадам Хуч дала свисток, Невилл взлетел высоко в небо — только для того, чтобы мгновение спустя упасть с метлы и с грохотом приземлиться.

Хуч быстро подошла к нему, а затем велела классу оставаться на местах, пока она отведёт Невилла в больничное крыло.

Как только она ушла, Гарри обернулся и увидел Драко, который хихикал, обмениваясь шутками со своими приятелями по поводу неудачного короткого перелета Невилла.

Драко встретился взглядом с Гарри, бросив на него вызывающий взгляд, прежде чем ухмыльнуться.

Он проверяет, как ты отреагируешь, сказал себе Гарри. Совсем как его отец, подталкивать, тестировать, анализировать, действовать...

Гарри одарил его непреклонным взглядом.

Драко разорвал зрительный контакт и вышел на лужайку, где упал Невилл. Он наклонился и что-то поднял.

"Смотри! Это та дурацкая вещь, которую прислала ему бабушка Лонгботтома", - сказал он, показывая ее. "Я не могу поверить, что его семья предположительно чистокровная. Я имею в виду, посмотри на него!"

Глаза Гарри сузились.

Памятный знак покраснел в руке Малфоя…

Гарри подошел к Драко, и другие ученики расступились, любопытствуя посмотреть, что теперь произойдет. Гарри спокойно продолжил движение вперед, фактически заставив Драко слегка попятиться, даже находясь рядом со своими приятелями.

"Ну, похоже, ты кое-что забыл, Малфой. И я почти уверен, что именно. Мне нужно повторить то, что я сказал тебе в поезде, или ты вспомнил сейчас?" Гарри тихо сказал Драко, чтобы слышал только он, остальные ученики стояли позади него на достаточном расстоянии, чтобы обеспечить некоторую приватность, каким-то образом зная, что не стоит вмешиваться в этот обмен репликами.

Драко вспомнил, что Гарри сказал ему: "Никогда больше не говори таких вещей о людях вокруг меня; я победил Волан-де-Морта не для того, чтобы возвращаться в волшебный мир и выслушивать жалкие подшучивания и высокомерные оскорбления".

При этом дым в Воспоминаниях мгновенно стал белым.

Драко слегка прищурился, как будто внутри него шла борьба, и Гарри был уверен, что так оно и было. Драко поднял медальон, как будто собирался передать его Гарри, но затем, поддавшись порыву, вскочил на метлу и взлетел, на удивление хорошо держась в воздухе.

"Если ты хочешь вернуть это своему другу, Поттер, приди и забери это!"

"Ты не хочешь, чтобы я это делал, но ладно", - сказал Гарри более уверенно, чем чувствовал, тоже садясь на метлу.

Взлетая в воздух, он на мгновение запечатлел, как Том неуверенно летит, прежде чем упасть с метлы, но это воспоминание было отброшено острыми ощущениями и порывом реальности, ветер пробегал мимо его лица, когда радость и свобода захватили его.

Малфой был явно удивлен, когда Гарри остановился рядом с ним.

"Дай это сюда", - сказал Гарри, фактически протягивая Драко руку без рукопожатия, чтобы он отдал Памятку.

Драко был ошеломлен.

"Здесь наверху только ты и я, Драко, и, как и сейчас, твои друзья не всегда будут рядом с тобой, точно так же, как мои друзья сейчас там, внизу, а не рядом со мной. Помни, у тебя всегда есть варианты, и только ты можешь по-настоящему решить, какой выбрать ", - сказал Гарри, всплывая в еще одном кратком воспоминании, касающемся прошлых злодеяний, которые его отец совершил с Томом, поскольку Гарри надеялся, что это не будет будущей формой Драко.

Драко, казалось, на мгновение замер, взглянув на своих друзей, которые выжидающе смотрели на него. Увидев их, он сделал свой выбор, несмотря на внутреннюю борьбу, которая в тот момент бушевала в нём.

"Что ж, тогда вот твой выбор: поймай это или смотри, как это ломается!"

Драко сбросил Воспоминание, оставив Гарри с этим выбором.

Гарри нырнул, его взгляд сфокусировался на стеклянном шаре с серым дымом. Ветер резко засвистел в его ушах, когда он протянул руку, а земля становилась все ближе…

Его пальцы сомкнулись вокруг нее как раз вовремя, когда он поднимал метлу, его ноги задели траву внизу.

"ГАРРИ ПОТТЕР!"

Гарри не мог в это поверить. Через несколько часов после того, как он поверил, что попал в большую беду, он стал игроком команды Гриффиндора по квиддичу, Ловцом. Профессор Макгонагалл даже пошла к Дамблдору, чтобы нарушить правило первого года, и даже сказала ему, что его отец также был отличным игроком в квиддич.

Гриффиндор был в восторге, как и Почти Безголовый Ник. Он хвастался новым ловцом перед всеми, кто хотел и не хотел его слушать.

Слизеринцы, однако, были далеко не в восторге; они были в ярости.

"Они это переживут ..." Сказал Рон, когда они прошли мимо нескольких слизеринцев.

"Да, например, после того, как мы их победим —"

"В следующей игре и—"

"Они беспокоятся из-за этого", - сказали близнецы, подходя к ним сзади.

"Вуд только что рассказал нам", - сказал Джордж.

"Мы загонщики", - добавил Фред.

Они улыбнулись, похлопав Гарри по спине, и пошли дальше, им нужно было спешить в свой класс.

Книга 1 – Часть 5: Кошма

Книга 1 – Часть 5: Кошмар

Возможно, это было из-за всех волнений того дня, или, может быть, из-за того факта, что он столкнулся лицом к лицу с Малфоем, но по какой-то причине та ночь не была спокойной.

Гарри был доволен тем, насколько хорошо, "хорошо" - термин относительный, его кошмары доходили до сих пор. Он всего дважды просыпался от звука стакана воды, который только начинал вибрировать на тумбочке рядом с его кроватью; и в другие разы, когда он просыпался от довольно тревожных снов, это лишь заставляло его просыпаться слегка встревоженным, но он не беспокоил своих соседей по общежитию.

Гарри забрался в постель, все, что произошло в тот день, заставило его быстро заснуть…

Волан-де-Морт и его последователи пересекли поле, направляясь к маггловской ферме за городом. Была ночь, и взошедшая луна давала мало света. Они пришли в дом, их безжалостность быстро проявилась, когда Волан-де-Морт кивнул своим Пожирателям Смерти атаковать, в то время как он смотрел на небо.

"Морсмордре!" Взмахнув палочкой в небо, появился огромный зеленый череп, изо рта которого выскользнула змея.

Затем он повернулся, выбив входную дверь, и присоединился к пожирателям Смерти, которые вошли через заднюю и боковые части дома.

Отец семейства набросился на него с битой, пытаясь защитить свою семью, но безуспешно… Взмахом палочки Волан-де-Морт отбросил его к стене.

"Жалкий", - прошипел он. "Avada Kedavra!"

Грин взорвался по всему дому, оставив после себя безмолвное тело…

Вскоре после этого он и Пожиратели Смерти вышли из дома, вынудив остальных членов перепуганной семьи уйти вместе с ними. С отвратительной улыбкой, глядя на своих последователей, одним из которых явно был Люциус, он взмахнул палочкой вперед, его последователи сделали то же самое.

"AVADA KEDAVRA!"

Грин вырвался вперед.

Гарри вскочил, проснувшись от чьего-то крика…

Сам…

Рон проснулся от болезненных стонов и звона стекла. Он быстро сел и обнаружил, что стакан с водой на приставном столике вот-вот упадет с края. Он взял его, когда смотрел мимо него, чтобы увидеть, как Гарри поворачивает свою потную голову из стороны в сторону, как раз в тот момент, когда его кровать начала дрожать.

Со вздохом он встал, узнав случайную магию, когда увидел ее, вспомнив, как близнецы появлялись один или два раза.

Он схватил Гарри за руку как раз в тот момент, когда все кровати начали сильно трястись, Невилл, Дин и Шеймус быстро проснулись.

"Что происходит?" Спросил Дин, ошеломленный и сбитый с толку.

"Я не знаю!" Сказал Рон, тряся Гарри, пытаясь разбудить его. "Гарри! Очнись!"

Он этого не сделал, просто стало хуже, когда все на полу начало сползать с его кровати. Мгновение спустя все занавески на столбиках кровати разорвались и упали на пол, где теперь беспорядочно разбились, открылись или порвались предметы.

"Я позову на помощь!" - Крикнул Невилл, выбегая за дверь, звук обогревателя в центре их комнаты сердито перемещался позади него.

Гарри закричал так, как будто от этого зависела его жизнь, и мгновенно сел, почти бесконтрольно дрожа, его волосы прилипли ко лбу.

"Гарри!" Рон выдохнул, широко раскрыв глаза, Дин и Симус просто смотрели на него со своих медленно затихающих кроватей, предметы на полу снова стали неподвижными.

Гарри чувствовал себя опустошенным, запредельно эмоциональным и ужасным, и даже больше, когда осознание того, что он только что увидел, поселилось в его сознании. Он закрыл лицо руками, сдерживая рыдания, каким-то образом умудряясь сдерживать большую часть слез, выступивших на глазах.

Он взял себя в руки так быстро и насколько мог, свесив ноги с края кровати.

"Мне нужно подышать свежим воздухом", - прохрипел он, заставляя свои дрожащие ноги двигаться, пока вытирал слезы, которые сбежали из его глаз и начали стекать по щекам.

Он услышал Рона позади себя, но в этот момент он не хотел, чтобы друзья видели его таким, пока он не прогонит зеленые вспышки из своих мыслей.

"Пожалуйста, наедине", - прошептал он, надеясь, что не слишком обидит чувства своего друга. В конце концов, он просто пытался помочь.

"Конечно, Гарри ..." Сказал Рон, когда Гарри направился к двери.

Невилл побежал так быстро, как только мог, к двери профессора МакГонагалл и, ничего не удерживая, начал колотить в ее дверь, внезапно услышав чей-то оглушительный крик, доносящийся из комнаты, которую он только что покинул.

"Помогите! Профессор! Это Гарри! Помогите! Идите скорее!"

Дверь распахнулась, за ней стояла внезапно проснувшаяся МакГонагалл в ночной рубашке.

"В чем дело, Лонгботтом?!" - спросила она высоким голосом, когда бежала с ним в общежитие для мальчиков, видя страх в его глазах.

"Это Гарри, я думаю, ему снится кошмар", - сказал он, как только они вышли в коридор, ведущий прямо к двери спальни.

Они обнаружили Гарри, поспешно выходящего, вытирая красные, заплаканные глаза.

"Поттер? Что случилось? Ты в порядке?" спросила она, когда он подошел, но он как будто даже не услышал ее.

"Кошмар — нужен воздух", - заявил он хриплым и дрожащим голосом.

Он прошел мимо них, когда Макгонагалл повернулась к Невиллу.

"Лонгботтом, скажи своим соседям по общежитию, что я иду с Поттером, он позже ляжет спать, так что постарайся заснуть, если сможешь, и оставайся в своем общежитии", - сказала она, не оставляя возможности задавать вопросы, и последовала за Гарри.

"Да, профессор", - сказал он, следуя ее указаниям.

Она пошла в ногу с Гарри, позволив ему вывести их из башни Гриффиндора.

Гарри взглянул на неё, снова пытаясь стереть следы недавних слёз.

— Я провожу вас на улицу, в вашем возрасте не стоит ходить в такое время одному, — тихо сказала она, пока они шли по коридорам.

Она больше ничего не сказала, когда они выходили из замка, и ей потребовалось всего мгновение, чтобы понять, куда он направляется — к Хагриду.

Невилл вошел в комнату, Рон и другие мальчики включили свет.

Он едва мог поверить своим глазам.

Комната была практически в руинах. Упавшие шторы были сорваны, а по всему полу валялись разбитые бутылки, книги и маленькие коробочки, пострадавшие от мощной силы случайной магии Гарри.

"Все в порядке?" Спросил Невилл, глядя на Рона.

Он кивнул, все еще немного в шоке.

"Где Гарри?" Спросил Рон. "Ты видел, как он уходил, верно?"

"Да, профессор МакГонагалл с ним, она сказала мне, что мы должны остаться здесь и, возможно, попытаться заснуть, но она сказала, что он вернется позже", - сказал он, когда Дин поднял часть своей оторванной занавески.

"Я никогда не видел ничего подобного"…Интересно, что ему приснилось, из-за чего все это произошло", - сказал Шеймус.

"Я бы предпочел не знать", - заявил Дин.

"Ты думаешь, это было о Сами-знаете-ком?" Спросил Шеймус.

Рон уставился на него, что заставило Шеймуса немедленно сменить тему.

Рон вытащил палочку и посмотрел вниз.

"Reparo!" Сказал Рон, поправляя разбитую бутылку с конфетами, прежде чем снова поднять взгляд, его глаза остановились на всех их вещах, которые образовали своего рода дугу за кроватью Гарри, как будто сферическое поле простиралось наружу.

Рон стиснул челюсти, принимая решение.

"Хорошо, ребята, давайте договоримся прямо здесь и сейчас, что все, что произошло или произойдет в этой комнате, останется в этой комнате", - сказал он, переводя взгляд на каждого из них. "Мы держим это при себе".

Невилл кивнул, вскоре после него кивнули Дин и Шеймус.

«То, что мы здесь увидели, останется здесь. Я горжусь тем, что храню секрет Поттера, в конце концов, он остановил Сами-Знаете-Кого», — сказал Дин.

— Хорошо, — сказал Рон, прежде чем оглядеть комнату. — А кто-нибудь из вас знает чары для шитья? — спросил он, глядя на занавески.

Гарри и МакГонагалл подошли к двери Хагрида. Было около 3 часов ночи.

МакГонагалл перегнулась через Гарри и постучала в тяжелую дверь.

Они услышали движение внутри, как будто кто-то потягивался.

"Иду", - устало произнес чей-то голос.

Он подошел к двери и открыл ее, стоя примерно в трех футах снаружи.

Он выглянул, его глаза мгновенно опустились и встретились с явно обеспокоенным Гарри.

— Гарри? Что? — он поднял глаза и увидел МакГонагалл, стоявшую позади Гарри. Её взгляд был слегка обеспокоенным.

"Я думаю, он хотел бы поговорить с тобой наедине. Проснувшись, он направился прямо сюда. Я собираюсь поговорить с профессором Дамблдором, ему нужно рассказать, что произошло, а мне нужно проведать других мальчиков. Я вернусь позже, - просто сказала она, прежде чем кивнуть и уйти.

Хагрид поманил Гарри к себе, положив тяжелую, но нежную руку ему на плечо.

Понятно, что Хагрид был обеспокоен, но стал еще больше, когда почувствовал, что Гарри дрожит.

Хагрид закрыл дверь, а затем повернулся к Гарри, опустившись во весь свой рост на одно колено.

Гарри шмыгнул носом.

"Плохой сон?" Спросил Хагрид.

Гарри кивнул, готовый разрыдаться, когда воспоминание снова стало слегка затененным.

Хагрид, должно быть, заметил это, потому что притянул его в свои объятия, как и раньше, перед началом семестра.

"Теперь все в порядке, все кончено, теперь ты со мной", - сказал Хагрид. Гарри кивнул ему.

После того, как Хагрид убедился, что Гарри успокоился, он почти поднял его и осторожно положил на диван. Хагрид сел в свое большое кресло, взял зонтик и подбросил еще несколько искр в камин, чтобы пламя снова разгорелось по-настоящему, ночь была немного прохладной.

Хагрид посмотрел на Гарри, наблюдая, как тот вздыхает.

"Хочешь поговорить об этом?" Спросил Хагрид.

Гарри закрыл глаза, зная, что то, что он собирался сказать Хагриду, будет трудно рассказать, и, возможно, еще труднее услышать и принять, но в этот момент не было никого, с кем он предпочел бы поделиться этим.

Он действительно сказал обратиться к нему, если я когда-нибудь подумаю, что схожу с ума, подумал Гарри. И если я кому-нибудь об этом не расскажу, расскажу.

Он, наконец, открыл глаза и кивнул. Собравшись с мыслями, он вздрогнул, его спокойствие было не совсем наигранным.

"Я уверен, что не схожу с ума, но я знаю, что если бы я рассказал об этом большинству людей, они бы подумали, что я схожу с ума. На самом деле я не хочу, чтобы кто-то еще знал, даже мои друзья. Это не потому, что я им не доверяю…Я просто не хочу вешать это на них ... - его голос затих, Хагрид терпеливо ждал, когда он продолжит.

«Мне постоянно снились такие сны, сколько я себя помню, но я понял, что это не сны, а воспоминания».

Гарри не поднимал глаз, боясь того, что он мог увидеть в глазах Хагрида.

"До того, как ты меня поймал, часть меня думала, что я сумасшедший. Я подумал: "Что со мной не так? Почему я вижу эти вещи? Я каким-то образом делал эти вещи? Или я настолько извращен, что воображаю их и заставляю себя думать, что это воспоминания? Но, придя сюда, я обнаружил, что это не так; вместо этого я понял, чьи это воспоминания ".

При этом Гарри медленно встретился взглядом с Хагридом. Увидев, что Хагрид, похоже, следит за ним, он отвел взгляд, зная, что пути назад уже нет.

"Они принадлежат Волан-де-Морту".

Гарри ждал, что Хагрид закричит, взбесится, убежит или даже назовет его сумасшедшим, но он не сделал ничего из этого.

Он услышал, как Хагрид слегка откинулся назад, но не осмелился взглянуть на него, чтобы увидеть выражение его лица. Был ли на нем ужас? Страх? Жалость?

"Я верю тебе", - наконец сказал Хагрид. "Если ты думаешь, что это воспоминания, я верю тебе. И если ты когда-нибудь захочешь поговорить о том, что ты видел, я постараюсь тебе помочь. "

Гарри встретился с ним взглядом и обнаружил понимание, решимость, целеустремленность и непреклонное сострадание.

"Спасибо, Хагрид". На самом деле ему больше нечего было сказать.

"Итак ... этот сон был хуже других?" Спросил Хагрид, зная, что Гарри, вероятно, нужно поговорить об этом.

"Да, в последний раз у меня был такой плохой фильм около года назад ..."

"С Дурслями?" Спросил Хагрид.

Гарри кивнул.

"Что ты видел сегодня вечером?" Спросил Хагрид.

"Волан-де-Морт и его пожиратели Смерти, он запустил в небо этот большой зеленый череп, прежде чем ..." он перевел дыхание, заставляя себя продолжить. "Они убили всю ту семью. Я видел отца Малфоя..."

"Люциус?"

"Да".

Лицо Хагрида представляло собой смесь ярости, серьезности и мрачности.

"Пожиратели смерти все еще здесь, не так ли?" Тихо спросил Гарри.

"Боюсь, что некоторые из них такие, Гарри".

"Они ждут его возвращения, не так ли?"

Хагрид не ответил, но, судя по выражению его лица, Гарри знал ответ.

"Ты хочешь мне еще что-нибудь рассказать?" Спросил Хагрид.

"Э-э, ну ... вообще-то..."

"Есть что-то еще?" Спросил Хагрид.

"У меня вроде как были такие, я полагаю, вы могли бы назвать их "поэтапными отказами" ..."

"Поэтапный отказ"?"

"Иногда у меня возникают эти быстрые вспышки воспоминаний, когда я вижу что-то, что, как я предполагаю, вызывает их".

Гарри опустил глаза.

"Я знаю, что случилось с родителями Невилла. Это было одной из причин, по которой я определенно решил познакомиться с ним после того, как помог ему найти его жабу. Когда ему вернули его жабу, и после всей этой истории с Малфоем в поезде, о которой мы вам рассказывали, он представился. Когда я услышал его фамилию, у меня мелькнула картинка, как эта женщина говорит Волдеморту, что они позаботились о Лонгботтомах, и что теперь на двоих меньше ... "Помощников"?

"Да, они были великими мракоборцами — ловцами темных волшебников", - печально сказал Хагрид, прерывисто выдохнув, осознание того, что Гарри действительно видит воспоминания Волан-де-Морта, потрясло его больше, чем когда-либо смогло бы услышать его имя.

"Я видел и другие вещи", - сказал Гарри, продвигаясь медленно и осторожно, несмотря на то, как сильно он просто хотел все рассказать. Он никогда раньше не мог поделиться этим ни с кем.

"Например, что?"

"Вещи из того времени, когда он был мальчиком. Он не очень хорошо управлялся с метлой", - сказал Гарри, слегка улыбнувшись.

"Ты видел что-нибудь еще?"

"Просто мелочи, вроде некоторых воспоминаний о его занятиях. Профессор Биннс всегда был, э-э ... скучным ..."

Хагрид усмехнулся, прежде чем прочистить горло. Последовала долгая пауза.

"Ну, хочешь чего-нибудь? Я собираюсь выпить для себя".

"Нет, я в порядке", - сказал Гарри.

Хагрид встал и подошел к каким-то шкафам. Когда он вернулся, он обнаружил Гарри крепко спящим. Не решаясь будить его, он вместо этого достал одеяло и укрыл его.

"Твои родители были бы ужасно горды тобой", - прошептал он, прежде чем тихо сесть обратно, его взгляд упал на шрам в форме молнии, который, казалось, поблескивал в свете камина.

"Где он сейчас?" Спросил Дамблдор.

"В данный момент он у Хагрида. Сразу после того, как он проснулся, он, казалось, был полон решимости пойти к нему. Я подумала, что в этом нет ничего плохого", - сказала Макгонагалл.

Дамблдор встал, на нем были синяя мантия со звездами и шляпа в тон.

"Ты посмотрел общежитие?" спросил он, когда они вышли из его кабинета.

"Нет, я знал, что ты захочешь, чтобы тебе рассказали как можно скорее".

Дамблдор кивнул. "Правильное предположение".

Они направились в Гриффиндорскую башню.

"Я думаю, мы должны увидеть нанесенный ущерб, я не хочу, чтобы Гарри чувствовал себя еще более неловко, чем он уже есть".

"Я согласен".

Они подошли к общежитию и постучали в дверь, прежде чем войти.

"Профессор Дамблдор", - сказал Рон, стараясь, чтобы его голос не дрожал. Он не ожидал, что Гарри уже вернулся, но, быстро оглядевшись, Рон и остальные увидели, что Гарри с ними нет.

В комнате стало немного лучше. То немногое, что можно было починить, было почищено, но шторы были не по силам первокурсникам, поэтому они сложили их как можно лучше и отложили в сторону.

Кровати все еще стояли в тех положениях, в которые их перетряхивали, что могло быть замечено только внимательным взглядом кого-то вроде Дамблдора или Макгонагалл.

Дамблдор осмотрел комнату, принимая во внимание, что друзья Гарри немного прибрались в ней.

Какой сон ему, должно быть, приснился, чтобы вызвать это ...Подумал Дамблдор. И какой силой он должен обладать.

"Я подумал, что будет лучше, если я приду и поговорю со всеми вами, прежде чем позволить Гарри вернуться. Что случилось?" спросил он, инстинктивно глядя на Рона.

«Я, э-э… проснулся от того, что дрожит стакан, и увидел, что Гарри снится кошмар. Я пытался его разбудить, но он не просыпался. Сразу после этого произошло вот это», — сказал он, указывая на разбросанные вещи и порванные занавески. «Потом Невилл ушёл за помощью. Гарри был очень расстроен, когда проснулся, сэр», — закончил Рон, не желая говорить, насколько расстроен.

"Спасибо вам, мистер Уизли", - сказал Дамблдор, входя в комнату.

Он огляделся вокруг, как будто видел больше, чем могли видеть другие, прежде чем вытащить свою палочку. Несколькими быстрыми взмахами, тычками и шепотом комната снова стала такой, какой была.

Рон и другие мальчики были ошарашены.

"Я предлагаю вам четверым идти спать, мистер Поттер может вернуться, а может и не вернуться, чтобы переночевать здесь сегодня", - сказал Дамблдор, приглушая свет, но уловив нерешительность Рона и Невилла.

У него есть хорошие друзья ... и они ему понадобятся, подумал Дамблдор, прежде чем уйти с МакГонагалл, пока мальчики неохотно укладывались спать.

Хагрид услышал их приближение, поэтому тихо встал и вышел на улицу.

"Профессора", - поприветствовал Хагрид.

"Как он, Хагрид?" Спросила Макгонагалл.

"Сейчас сплю", - хрипло сказал он.

"Он с тобой разговаривал?" Спросила МакГонагалл.

"Да, но он сказал, что предпочел бы, чтобы никто больше не знал о том, что ..." Хагрид замолчал, глядя на Дамблдора.

Дамблдор поднял руку, не нуждаясь ни в каких других объяснениях.

"Гарри доверяет тебе, Хагрид, я не собираюсь подрывать то, что вы с ним построили", - сказал Дамблдор. "Однако мы были бы признательны за все, что, по твоему мнению, ты можешь нам рассказать".

"Конечно, сэр. Um…" Хагрид на мгновение задумался, пытаясь решить, что он мог бы им сказать.

"Я не могу рассказать вам подробности, очевидно, но эти сны ... имеют серу природу, и я думаю, что могу смело сказать вам, не выдавая желаний Гарри, что они были у него столько, сколько он себя помнит. И последний такой ужасный, как этот, случился больше года назад."

Дамблдор слегка кивнул.

"Я думаю, для Гарри было бы лучше остаться здесь на ночь, на самом деле нет особого смысла будить его, когда скоро наступит утро", - сказал Дамблдор. "Таким образом, ты также сможешь присматривать за ним, Хагрид, на случай, если ему приснится еще один кошмар. Минерва скажет своим друзьям принести комплект одежды завтра утром. К счастью, завтра выходные, так что никаких занятий, на которых можно заснуть."

Хагрид кивнул, когда Дамблдор и Макгонагалл вернулись в замок.

Глава 6

Книга 1 – Часть 6: Размышления

Гарри проснулся от запаха собачьего дыхания, коснувшегося его лица.

Он быстро сел и обнаружил, что Фанг положил голову на диванную подушку и смотрит на него.

Сначала он не понимал, где находится, но потом все вспомнил. Кошмар, МакГонагалл и разговор с Хагридом.

"Привет, Фанг", - сказал он, вставая, чтобы потянуться.

Хагрид открыл дверь и вошел.

"А, доброе утро, Гарри. Твои друзья снаружи. Вот, они принесли тебе это". Хагрид вручил ему сумку с одеждой, его обувью и палочкой на дне. "Э-э, профессор Дамблдор взял на себя смелость предложить это. Рон собирал вещи. Ну, тогда мы будем снаружи, они помогают мне с моим маленьким садом. Невилл определенно знает свое дело. О, и я сказал Гермионе, когда она пришла за Роном и Невиллом, что ты пришел раньше по моей просьбе помочь почистить Каталку. Просто продолжай, когда будешь готов. "

Хагрид указал на уже приготовленное ведро рядом со столом. Гарри улыбнулся, прежде чем Хагрид улыбнулся в ответ и ушел, закрыв за собой дверь.

Мгновение спустя Гарри вышел без пижамы. Он обнаружил, что Рон, Невилл и Гермиона ждут его с Хагридом.

Он мог сказать, что Рон и Невилл ничего не сказали Гермионе; в ее глазах не было ни малейшего беспокойства, как у них.

"Привет", - сказал Гарри, стараясь не выглядеть нервным, когда нес к ним ведро.

"Что мы опять сажаем?" Спросил Невилл, потирая руки.

"Гурдирут", - ответил Гарри, соглашаясь с шоу Невилла, чтобы убедить Гермиону. "Это вроде как зеленый лук, да?"

Остаток дня Рон и Невилл изо всех сил старались вести себя как обычно. Гермионе однажды показалось, что она заметила беспокойство на лице Невилла, когда он смотрел на Гарри, но она быстро решила, что это было ее воображение.

Гарри не знал, как это произошло, но они вчетвером стали друзьями.

Гермиона, казалось, ценила способность Гарри справляться с Малфоем и его головорезами, и ей нравилось обсуждать с Невиллом удивительные растения, а что касается Рона ... он был не так уж плох, и временами даже забавен, не то чтобы она когда-либо говорила ему об этом.

Гермиона подталкивала Невилла, как и других, вперед на всех их занятиях, заставляя их прилагать больше усилий, чем они приложили бы изначально без ее постоянного подталкивания.

Невиллу, если честно, нравилось, что его хотят видеть, и помощь другим в том, в чём он (как ему казалось) был хорош (в травологии), наполняла его чувством значимости и причастности. Больше всего он помогал Рону, потому что Рону травология давалась сложнее, чем остальным, но иногда Рон задавал вопрос, который заставлял Невилла искать ответ, и они все узнавали ещё больше.

Невилл относился к Гарри так, как относятся к старшему брату. Поначалу он очень боялся Гарри. У Гарри был такой характер, что он мог справиться с чем угодно, в то время как Невилл был полной его противоположностью, по крайней мере, до того, как стал одним из друзей Гарри. Теперь он чувствовал, что может справиться хотя бы с чем-то, а не с чем-то вообще.

Рон был ближе всех к Гарри, и Гарри был рад узнать, что он прикрывает его спину, особенно теперь, после всего кошмарного инцидента. С тех пор, как он впервые встретил его в поезде, он знал, что тот жизненно важный союзник. То, как он стоял на своем с Малфоем, даже несмотря на словесную взбучку, не осталось незамеченным Гарри. И, увидев воспоминание о Фабиане и Гидеоне, братьях мамы Рона, он почувствовал связь с Роном и его семьей, точно так же, как он почувствовал связь с Невиллом после того, как узнал, с чем столкнулись его родители.

Гарри посмотрел на своих друзей, когда они позже шли в Большой зал на ужин, и улыбнулся. Ни в какой другой момент в его жизни все не казалось более правильным, чем здесь, рядом с его друзьями.

Их ужин был приятным, но после, из-за того, что Гарри, Невилл и Рон почти не спали предыдущей ночью, они чуть не вырубились на своих местах. Гермиона подтолкнула их к башне Гриффиндора, когда они закончили; однако, возможно, из-за их медленного продвижения лестница сдвинулась.

"Вау!"

Они цеплялись за поручни, пока поезд продолжал движение и, наконец, остановился.

Рон и Гарри посмотрели на Невилла, находя его очень зеленым.

"Я плохо себя чувствую", - простонал он.

"Давай, пошли отсюда, я не думаю, что он выдержит еще один такой ход", - сказал Гарри, хватая Невилла за правую руку, а Рон - за другую. Они подняли его, преодолев полдюжины шагов до единственной двери, которую открыла Гермиона, надеясь, что они смогут пойти другим путем.

Гермиона шла впереди, Рон огляделся по сторонам.

"Где мы?"

Они продолжили немного дальше, пол и стены были покрыты пылью и паутиной.

"О, нет, это коридор третьего этажа ..." Гермиона выдохнула.

"Пошли", - сказал Гарри, уже разворачивая Невилла, чье лицо покраснело.

Они начали поворачиваться, но увидели миссис Норрис, кошку, преграждающую им путь, откуда-то сзади раздавались приближающиеся шаги. Филч.

"Это оно!" Рон застонал, Гарри теперь оттаскивал их от Норриса, чтобы идти по коридору, видя, что Гермиона побежала вперед, чтобы найти путь к отступлению. Она подошла к двери и дернула за ручку, пытаясь открыть дверь, когда они догнали ее.

"Нам конец! Это конец!" Рон чуть не взвыл.

"Нет, это не так", - сказала Гермиона, вытаскивая палочку. "Алохомора!"

Дверь открылась, и они, к счастью, ворвались внутрь.

Прижав уши к двери, они услышали, как Филч разговаривал с миссис Норрис, прежде чем вздохнуть и уйти.

"Это было близко", - сказал Рон, оборачиваясь. "О, собачка..."

Остальные тоже обернулись, обнаружив "собачку" с тремя головами.

Никто из них никогда не убегал из комнаты так быстро…

Они захлопнули дверь и бросились в башню Гриффиндора, забыв о предыдущей усталости и тошноте благодаря адреналину.

"Они что, думают, что делают, держа подобную штуку взаперти в школе ?!"

"Рон, ты не заметил, на чем он стоял?"

"Нет, я не смотрел на его ноги! Я был слишком занят разглядыванием его голов! Или, может быть, вы не заметили, их было три!"

Гермиона выдавила улыбку.

"Что?" - спросил он, все еще пытаясь отдышаться, особенно после своей вспышки гнева.

"Ты довольно забавный, когда у тебя стресс".

"О, рад, что тебе нравится мой дискомфорт", - саркастически ответил он.

Гермиона спрятала свою следующую улыбку и посмотрела на Гарри и Невилла, которые оба улыбались за спиной Рона.

"Ладно, так на чем он стоял? О, "наблюдательный"? Спросил Рон. "И тебе лучше не говорить "пол", или я заколдую тебя".

"Дверь-ловушка".

"Ты уверен?" Спросил Гарри, подходя к Рону.

"Да", - сказала она. "Эта собака что-то охраняет".

"Интересно, что это", - сказал Невилл.

"Это либо действительно ценно, либо действительно опасно", - сказал Рон.

"Или и то, и другое", - добавил Гарри.

"Ну, что бы там ни было внизу, в следующий раз, когда у нас будет выбор: бежать или встретиться с Филчем, давай выберем последнее", - сказала Гермиона, поворачиваясь к своему общежитию.

"Я не знаю, Гермиона, я кое-что слышал о Филче от моих братьев. Я думаю, мы сделали правильный выбор", - сказал Рон.

Остальные подняли брови, но решили просто оставить это, они слишком устали, чтобы обсуждать тему дальше.

Пожелав Гермионе спокойной ночи, мальчики отправились к себе в общежитие.

Гарри боялся столкнуться с Дином и Шеймусом, когда они поднимались по лестнице. Он не возражал против Невилла и Рона, зная, что ему иногда снятся кошмары, но Дин и Шеймус?

Дин и Шеймус лежали на своих кроватях и рассматривали Чары. Они посмотрели на Гарри и неловко, но слегка ободряюще улыбнулись, когда Невилл закрыл за собой дверь.

"У тебя получается лучше, Гарри?" Спросил Шеймус.

"Э-э, да. I'm uh…жаль, что вам пришлось это увидеть ..." Гарри был в замешательстве, не зная, что на самом деле сказать.

"Это круто, мы все раньше использовали случайную магию, Гарри. Именно поэтому мы все здесь", - сказал Дин, пытаясь успокоить его. "Я уже заставлял своего сводного брата извергать из ушей апельсиновый сок", - продолжил он, как показалось Рону, довольно гордо.

"И не волнуйся, Гарри. Что бы ни случилось в этой комнате, это останется в этой комнате", - сказал Шеймус.

Гарри улыбнулся с облегчением и благодарностью.

"Спасибо, я действительно ценю это", - сказал он, приветствуя возможность появления еще двух друзей.

Затем они все запрыгнули в свои кровати, и их приветствовал блаженный и безмятежный сон.

Выходные пролетели быстро, и не успели они опомниться, как уже сидели за завтраком, готовясь идти на следующий урок.

Подняв глаза, Гарри и остальные увидели, как сова спикировала вниз и уронила перед Гарри довольно большой сверток.

Взяв его в руки, Гарри обнаружил на нем небольшую записку.

НЕ ОТКРЫВАЙТЕ ПОСЫЛКУ ЗА СТОЛОМ.

В нем содержится твой новый Nimbus Two Thousand, но я не хочу, чтобы все знали, что он у тебя есть, иначе они все захотят его заполучить. Оливер Вуд встретится с вами сегодня вечером на квиддичном поле в семь часов на вашей первой тренировке.

Профессор М. МакГонагалл

Гарри показал записку своим друзьям, которые разинули рты.

После завтрака они вчетвером не могли дождаться, когда доберутся до Башни и откроют ее; даже Гермиона была взволнована за Гарри.

Спускаясь по одному из многочисленных залов, они обнаружили Малфоя и его приятелей, преграждающих им путь.

Рон и Невилл стояли по обе стороны от Гарри, а Гермиона немного позади него.

"Что у тебя там?" Спросил Драко.

Гарри мог сказать, что он пытался устроить шоу для Крэбба и Гойла, особенно после того, как Гарри непреднамеренно выставил его дураком несколько дней назад, поймав этого Воспоминателя и став самым молодым Искателем за столетие.

Гарри надеялся, что из-за этого не был сведён на нет тот небольшой прогресс, которого он добился с Драко. Однако Гарри начинал сомневаться, что его влияние действительно имеет значение.

— «Нимбус-2000», раз уж вы спросили, — спокойно ответил Гарри.

"О, правда? Я думал, первокурсникам не разрешают пользоваться метлами", - парировал он, продвигаясь вперед.

"Я полагаю, что из всего есть исключения, но, может быть, теперь, когда у меня есть это, они скоро изменят правило", - сказал Гарри, сохраняя хладнокровие, когда Малфой выхватил это.

"Ты можешь пойти дальше и открыть это для меня, если хочешь, избавь меня от хлопот", - сказал Гарри, не пытаясь забрать это обратно, когда Малфой начал разрывать его.

Малфой остановился и прищурился.

"Надеюсь, вы не спорите, мальчики?" Профессор Флитвик пискнул у локтя Рона, вероятно, заметив свирепый взгляд Малфоя.

"Я только что показывал Малфою свою новую метлу, профессор, нам было интересно, изменится ли теперь правило первого курса, поскольку я буду играть Искателя", - сказал Гарри.

"Ах, профессор МакГонагалл рассказала мне все об особых обстоятельствах, Поттер. Что это за модель?" спросил он, игнорируя комментарий Поттера об изменениях в правилах.

"Нимбус Две тысячи, сэр", - сказал Гарри, увидев ревность на лице Драко.

"Очень мило, что ж, лучше иди, нужно кое-что оценить", - сказал он, уходя.

"Какая модель у тебя дома, Малфой?" Спросил Рон, пытаясь соответствовать беззаботному настрою Гарри, и в то же время искренне любопытствуя.

"Комета Два Шестьдесят", - ответил он, - "Что у тебя, Падающая звезда?"

Рон прищурился, зная, что Драко сказал это как оскорбление.

«Стреляющие звёзды» были специально разработаны так, чтобы быть доступными для менее обеспеченных семей, но при этом быть достаточно хорошими для спортивных целей. Это означало, что если у вас была такая метла, то только потому, что вы не могли позволить себе ничего другого. Не то чтобы это было плохо, но для Малфоев это было так.

Гарри, не знал этого, но увидел, какой эффект это произвело на его друга, и приступил к действию.

Он шагнул вперед, его лицо оказалось всего в футе от лица Малфоя, и выхватил свою метлу обратно.

"Почему мы не можем прийти к взаимопониманию, Драко? Я проявляю к тебе уважение, ты отвечаешь мне взаимностью. Унижать моих друзей маленькими подлыми комментариями - это совсем не то. Вы не представляете, как я насмехаюсь над двумя вашими приятелями, которые, кажется, с вами только из-за вашей фамилии и богатства, - сказал Гарри, впервые проявив капельку гнева.

"Да, как будто твои друзья не с тобой из-за твоего имени", - выплюнул он.

"К твоему сведению, Драко, они подружились со мной еще до того, как узнали мое имя", - заявил Гарри.

Гарри сделал шаг назад со своим наполовину открытым пакетом с метлами, положив его на левое плечо и придерживая левой рукой.

"Ты мог бы быть намного большим, чем ты есть, Малфой, но вместо этого ты собираешься тратить свое время на ненависть, жадность и власть. И если вы скажете, что я не знаю, о чем говорю, просто помните, что я встретил человека, который основал свою жизнь на этих вещах, и посмотрите, к чему это его привело. Как я уже говорил тебе в пятницу, у тебя всегда есть варианты, и только ты можешь по-настоящему решить, какой выбрать."

Затем Гарри на прощание кивнул Драко и его приятелям, его зеленые глаза были полны искренности, а выражение лица торжественное. Глаза Драко горели смесью вызова и поражения. Теперь Гарри без сомнения знал, что внутри Драко шла борьба, и он инициировал ее.

С этими словами Гарри повел своих друзей вокруг Драко и его неандертальцев, все время держа правую руку наготове, чтобы достать волшебную палочку.

Дамблдор откинулся на спинку стула, размышляя о множестве вещей, в центре внимания которых был кто-то конкретный. Наступил Хэллоуин, и, как и его ученики, он с трудом мог поверить, что у них уже два месяца учебного года.

С первого дня семестра Дамблдор заметил, как быстро трое друзей Гарри подошли к нему, и ему показалось немного странным, что даже Невилл стал одним из них, хотя он был рад этому.

По слухам, бабушка Невилла часто признавалась, что Невилл не похож на своего отца и что ему не хватает уверенности, способностей и мужества.

Интересно, что она подумает, когда услышит, что Мальчик-Который-Выжил взял его под свое крыло? Дамблдор спросил себя, забавляясь.

Было очевидно, что Гарри питал слабость к Невиллу, очень похожую на то, что старший брат испытывает к предполагаемому младшему брату. Он не мог сосчитать, сколько раз Гарри что-то говорил Невиллу в Большом зале и видел, как Невилл кивал в знак согласия и обретал уверенность. Гарри дал Невиллу именно то, в чем тот нуждался больше всего: принадлежность и поддержку.

Сотрудники держали его в курсе того, как идут дела у Гарри – как они могли не знать, когда Гарри и его друзья преуспевали на всех занятиях, и по большей части даже на зельеварении?

Дамблдор, конечно, знал, что Снейп чувствовал к отцу Гарри, и хотя эти чувства передались Гарри, он был удивлен, что эти чувства по большей части не помешали Поттеру или его друзьям изучать зелья.

Благодаря могущественной лозе Хогвартса, которая включала студентов, призраков, портреты и профессоров, Дамблдор узнал, что произошло на том первом уроке зелий.

Гарри крайне удивил Снейпа, зная, когда говорить, а когда нет, и хотя Дамблдор знал, что Снейп всегда будет обижаться на любого, у кого фамилия Поттер, он был уверен, что враждебность ослабла, хотя и совсем немного, благодаря странному подходу Гарри.

Учитывая все, что собрал Дамблдор, подход Гарри был простым и тонким: демонстрировать уважение и покорность в большинстве ситуаций, но затем проявлять уверенность и смелость, когда это необходимо.

Дамблдор сделал паузу, осознав стратегию Гарри. Зачем он это делает? Это из-за того, что он вырос в доме своих тети и дяди, или из-за чего-то большего?

Дамблдор встряхнулся, продолжая размышлять.

Дамблдору и его сотрудникам казалось, что у Гарри и его друзей была система в отношении их занятий. Когда один из них был одарен в каком-то предмете, они помогали другим, а когда одному было трудно, остальные сосредотачивали свое внимание, чтобы помочь. Дамблдор знал, что на самом деле они не делали этого специально, но так просто получилось, идеальный баланс, который они придумали в первые несколько недель семестра, и у каждого была своя роль.

Гарри был главой и, возможно, вдохновлял остальных делать все возможное. Он также был тем, кто выступал в роли их защитника.

Дамблдор знал, что между слизеринцами и гриффиндорцами что-то происходило, они всегда знали, но у него возникло странное ощущение, что происходит что-то еще, что источником является Поттер.

Недавно Дамблдор заметил несколько незаметных взглядов, которые Драко бросил на Гарри, когда думал, что Гарри не смотрит, ненависть не была такой очевидной, как то, что он ожидал увидеть от Малфоя. Вместо этого было замешательство, неуверенность и, возможно, созерцание.

Профессор Флитвик также рассказал ему, что в тот день, когда Гарри получил свою метлу, он и его друзья столкнулись с Малфоем и двумя его постоянными спутниками. Очевидно, ничего особенного не произошло, и Гарри просто беседовал с богатым слизеринцем.

Однако Дамблдор был уверен, что происходило нечто большее, чем просто это…

Гермиона, казалось, была силовиком, напоминающим остальным, когда им нужно было вернуться в нужное русло, и той, кто разбирался во всем, когда никто из остальных не имел ни малейшего представления.

Дамблдор усмехнулся про себя, вспомнив, как чуть ранее в тот же день профессор Флитвик рассказал ему, как Гермиона заставила их сосредоточиться на уроке "заставлять предметы летать", заставив ее перо атаковать одно из них.

Невилл был тихим, нерешительным, но было ясно, что он доверял Гарри достаточно, чтобы делать то, что Гарри ему говорил, даже если он не был уверен. Дамблдор видел ту маленькую сцену с Воспоминателем в Большом зале и тихо восхищался тем, как Гарри справился с этим, и как Невилл последовал примеру Гарри.

А потом именно Невилл постучал в дверь МакГонагалл, чтобы позвать на помощь, когда Гарри приснился тот кошмар. Позже Макгонагалл рассказала Дамблдору, каким испуганным был Невилл, но это был страх не за себя, а за Гарри.

Невилл превратился из неуклюжего мальчика, который споткнулся по пути в распределяющую шляпу, в мальчика, который был преданным и поддерживающим.

Не похож на своего отца? Он просто нуждался в некоторой помощи, чтобы добраться туда, пробормотал Дамблдор.

Рон определенно был комическим дополнением и редким источником образовательного вдохновения, задавая странные вопросы, которые заставили бы кого-то из других найти что-то полезное. Дамблдор также понял, что Рон был прямой поддержкой Гарри.

Когда Дамблдор и МакГонагалл вошли в ту комнату после кошмара Гарри, стало ясно, кто руководил уборкой и кто взял управление на себя. И когда Дамблдор спросил, что произошло, Рон изложил ему все просто, в то же время сохранив некоторые вещи о Гарри при себе, например, насколько именно Гарри был расстроен.

Рон также был тем, кто упаковывал одежду для Гарри на следующий день, Хагрид сказал ему об этом.

Да, у Гарри определенно появились хорошие друзья, подумал Дамблдор.

Дамблдор вздохнул, на ум пришли другие вещи.

Хагрид, на удивление, не проговорился ни о чем важном, но то, что он от него узнал, все еще ... беспокоило.

Он мог только представить, в какой кошмар превратился бы кто-то, владеющий магией, чтобы вызвать столько случайных беспорядков. Когда ему сначала рассказали о случившемся, он предположил, что некоторые вещи были разбиты, возможно, несколько вещей сломано, но не это, не то, что он нашел.

Это повлияло на всю комнату, и позже несколько человек пришли к профессору МакГонагалл с вопросом, что происходило прошлой ночью, потому что они могли поклясться, что их комната на мгновение задрожала.

Услышав это по крайней мере от четырех человек, каждый в разных комнатах, Дамблдор понял, что случайная магия Гарри каким-то образом достигла более половины башни Гриффиндора.

Они обвинили в беспорядках нескольких призраков, которые, узнав о ситуации, с радостью согласились взять вину на себя.

МакГонагалл рассказала ему о состоянии Гарри, когда он выходил из комнаты, не было никаких сомнений, что он был доведен до слез из-за своего сна, и его твердая решимость попасть к Хагриду также была удивительной.

Что произошло до начала учебного года между Мальчиком-Который-Выжил и Хранителем Ключей, чтобы они стали доверять друг другу?

Дамблдор продолжал размышлять на эту тему, прокручивая в голове то, что Хагрид рассказал ему той ночью и после. Он знал, что это должно быть чрезвычайно серьезно; Хагрид никогда в жизни не был настолько серьезен, когда рассказывал ему, и никогда не хранил секрет так тщательно.

Он был уверен, что кошмар был, по крайней мере, связан с тем, что произошло той ночью много лет назад. С таким мощным проклятием должны были быть длительные последствия, большинство, если не все, неприятные.

У него была долгая дискуссия с МакГонагалл о том, что следует сделать, чтобы попытаться предотвратить повторение инцидентов, подобных той ночи в общежитии.

Минерва предложила Зелье сна без сновидений, но перспектива заставлять Гарри пить его каждую ночь была какой угодно, только не удобной. Это означало бы не только для Снейпа (постоянная необходимость варить зелье), но и, вероятно, заставило бы Гарри чувствовать себя еще более не в своей тарелке.

И как бы Гарри отреагировал на предложение ему пить зелье каждый вечер перед сном? Дамблдор сомневался, что он сразу согласился бы, хотя, если бы ему снились эти сны столько, сколько он себя помнил, был бы он благодарен за свободу от кошмаров? Но как насчет снов? Хороших снов? А что было, когда Гарри вернулся к Дерли? Дамблдор сомневался, что они позволят кувшинам с зельем войти в их дом.

И хотя исследование зависимости от зелья было изучено и было многообещающим, стоит ли рисковать? Что, если однажды ночью он забыл взять его, и поскольку он привык не иметь дела с такими интенсивными снами, ему приснился ужасный кошмар, который соперничал со всеми остальными из-за предыдущего подавления?

Дамблдор вздохнул, рассеянно покачав головой, отбрасывая все эти оправдания и заставляя себя посмотреть правде в глаза: он не хотел, чтобы Гарри принимал зелье сна без сновидений.

Что, если Гарри нужно было проснуться однажды ночью, но он не мог проснуться из-за зелья?

Был ли Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор готов рискнуть? Был ли он готов взять на себя вину, если что-то случится? Был ли он готов рисковать ужасными последствиями такого события?

Нет.

Не со всем, что произошло, не со всем, что было поставлено на карту.

Если это стоило Хогвартсу нескольких ночей тряски полов и стен, если это стоило ему нескольких прерванных ночей ремонта общежития, и если это даже стоило Гарри и его товарищам по общежитию нескольких ночей, когда они почти не спали, то так тому и быть.

Он сделал паузу, посмотрев на время.

"А, пора ужинать", - заявил он.

Книга 1 – Часть 7: Напряженный Хэллоуин

"Гарри, не мог бы ты передать миску картошки?" Попросил Фред.

Он так и сделал, тыквы и украшения для Хэллоуина по всему Большому залу.

Они вошли в приятную рутину, и с тренировками Гарри по квиддичу его друзья брали любую домашнюю работу и делали ее там. Гарри привык к растущим воспоминаниям и чувствам и принимал их такими, какие они были. Иногда они были полезны, поскольку иногда давали обзор или превью тем уроков. Они также доказали свою полезность, дав ему представление о том, кем были большинство людей, или, по крайней мере, об их семьях. А что касается более жестоких воспоминаний, он подавлял их как мог, часто ему приходилось уединяться, прежде чем идти в какой-либо класс со слизеринцами.

"Итак, ребята, вы слышали, что произошло?" Спросил Джордж, наклоняясь ко мне.

"Что?" Спросил Рон, явно заинтересованный.

"Ты где-нибудь видишь Драко?" Хитро спросил Фред.

Гарри взглянул на стол слизеринцев и обнаружил, что Крэбб и Гойл остались без своего лидера.

"Где он?" Спросил Гарри.

"Ну, очевидно, Маркус Флинт предложил что-то сделать с тобой, Гарри—"

"И Драко сказал что—то вроде того, что он предпочел бы не тратить свое время на то, что ..."

"Банально. Затем Флинт обвинил Драко в том, что у него нет мужества, и он позорит имя Малфоев, и—"

"Драко теперь избегает большинства других слизеринцев", - закончил Джордж.

"Я увидел его в ванной. Прежде чем он понял, что я там, он ходил взад и вперед, что-то бормоча себе под нос", - сказал Фред.

Гарри и его друзья переглянулись, их брови слегка приподнялись.

"Почему ты думаешь, что он мог это сделать?" Спросил Рон. "Хотя, наши стычки с ним в последнее время были короткими и менее хлопотными, теперь, когда я думаю об этом".

Рон был прав, казалось, что все, по крайней мере, выровнялось. Теперь между Гарри и Драко установилось странное взаимопонимание, с тех пор как Гарри сделал ему серьезные прямые заявления за несколько недель до инцидента с Падающей звездой.

Гарри также следил за тем, чтобы он всегда каким-то образом приветствовал Драко и его приятелей, когда они подходили, обычно коротким уважительным кивком, на который Драко и его спутники, к удивлению, отвечали.

На данный момент их понимание включало что-то вроде: не показывай мне причин беспокоить тебя, и я сделаю то же самое.

Гарри сосредоточился на своей тарелке, размышляя, когда ему внезапно захотелось посмотреть на Высокий стол.

Квиррелл ... где Квиррелл? Спросил себя Гарри.

Внезапно профессор Квиррелл выбежал из дверей и подбежал к Дамблдору.

"ТРОЛЛЬ! — в подземельях — подумал, тебе следует знать ..." - выдохнул он, прежде чем тут же потерять сознание.

Дамблдор немедленно взял под контроль запаниковавших студентов, отдавая приказы.

В считанные секунды все они были на пути в свои спальни.

"Как тролль мог проникнуть внутрь?" Спросил Гарри, следуя за остальными гриффиндорцами.

"Не спрашивай меня, они должны быть действительно глупыми", - сказал Рон.

"Может быть, Пивз впустил это в шутку на Хэллоуин", - предположила Гермиона.

"Я бы не стал сбрасывать это со счетов", - сказал Невилл.

Гарри внезапно остановился и схватил Рона и Невилла за руки, Гермиона чуть не врезалась в него сзади.

"Я только что подумал — Драко".

"А что насчет него?"

"Он не знает о тролле, он, вероятно, все еще в ванной".

"Ты не можешь говорить серьезно, Гарри", - сказал Рон, но знал, что это так.

"Пошли", - сказал он, ведя их обратно тем же путем, которым они пришли, смешиваясь с другими снующими учениками, прежде чем поспешить в пустынный боковой коридор и в туалет для мальчиков.

Остановившись, они выглянули из-за угла, услышав, как что-то твердое волокут по полу в конце коридора, и увидели, как тролль вышел из туалета для девочек, прошел по коридору и вошел в туалет для мальчиков.

"О, нет", - выдохнул Гарри, когда они побежали вперед.

"Достаньте палочки", - приказал Гарри, как только они услышали громкий ТРЕСК и леденящий кровь крик.

Малфой.

Они ворвались в ванную, Гермиона проигнорировала табличку мальчиков на двери и присоединилась к ним.

Гарри был первым, за ним следовали Рон и Невилл, а затем Гермиона.

Ванная была очень длинной, в ней легко поместилось более дюжины кабинок у правой стены, раковины располагались вдоль другой. Тролль был в середине, лицом к разрушенным прилавкам, которые он только что разрушил своей дубинкой, повсюду было дерево и фарфор, вода быстро смешивалась с обломками.

Драко корчился на полу в нескольких ярдах перед ними, его нога находилась в не самом крутом положении. Гарри быстро предположил, что Драко пытался спрятаться в одном из ныне разрушенных киосков, получил удар в ногу и был отброшен на пол.

"Риктусемпра!" Гарри закричал, когда тролль повернулся к ним, поднимая дубинку.

Тролль слегка хихикнул и сделал шаг назад.

Гарри быстро взглянул на остальных.

"Риктусемпра!" - прокричали они вчетвером, ударив тролля и вызвав у него приступ смеха, заставивший его сделать несколько шагов назад к задней стене, увеличив расстояние между ними на гораздо более удобное.

Рон окинул взглядом клуб, прежде чем крикнуть: "Вингардиум Левиуса!"

Дубинка взлетела вверх, но, вырвавшись из дрожащей руки своего владельца, отлетела в сторону и разбила туалет.

"Давай, уведем Драко отсюда!" Крикнул Гарри, подбегая вперед, приступ хихиканья тролля медленно утихал, когда он прислонился к задней стене кабинки.

Рон взял Драко за левую руку, и когда Гарри собирался взять его за правую, тролль внезапно взревел.

"Риктусемпра!" Невилл и Гермиона закричали вместе, но то ли от гнева, то ли от адреналина троллей это не возымело никакого эффекта.

Тролль повернулся к ним лицом, его глаза угрожающе смотрели на них.

- Уберите Драко! - Прогремел Гарри, сделав два шага вперед и встав между Драко и наступающим троллем.

Тролль двинулся вперед с пугающей скоростью, и его лицо было ужасающим, когда Невилл взял Драко за правую руку и потянул за собой Рона. Все это время шаги тролля сотрясали пол, и наполненные болью крики Драко были едва слышны, когда они начали тащить его обратно.

Тролль был всего в нескольких футах от него, его кулаки были сжаты, когда Гарри выставил палочку вперед и выкрикнул первое пришедшее ему в голову заклинание, вложив в него столько силы, сколько смог.

"АРДЕСКО!"

Вспышка ослепительного красного света заполнила всю комнату, когда что-то огромное вылетело из палочки Гарри. Сплошная масса пламени и магии ударила тролля прямо в грудь.

БАХ!

В момент попадания он взорвался, сильно отбросив тролля назад.

Тролль отлетел назад и врезался в заднюю стену с такой силой, что маленькие окна под потолком треснули, зеркала разлетелись вдребезги, а пол задрожал.

Рон и Невилл перестали тащить Драко, увидев, что Гарри только что сделал, вся передняя часть тролля теперь обуглилась, почернела и обгорела, на ней почти выгравирован круг в том месте, куда попало заклинание.

Гермиона пошла вперед, Драко в шоке и боли.

Опустившись на колени рядом с его сломанной ногой, она нацелила свою волшебную палочку.

"Это поможет снять боль", - сказала она, взмахнув палочкой над его ногой, и прошептала: "Леность".

Драко медленно выдохнул, когда боль значительно утихла, Рон и Невилл теперь полностью опустили его обратно на пол, когда все посмотрели на Гарри.

Гарри слегка повернулся к ним правым боком, кончик его палочки слегка дымился.

"Давайте отнесем его в больничное крыло", - сказал Гарри, нарушая тишину.

Гермиона встала, кивнула и снова взмахнула палочкой: "Мобиликорпус".

При этих словах Драко всплыл, как будто его несли на невидимых носилках, как раз в тот момент, когда дверь ванной распахнулась, и в нее ворвались несколько профессоров.

Дамблдор, Снейп, МакГонагалл, Флитвик и Квиррелл выбежали в коридор, услышав рев, а затем грохот из туалета для мальчиков, который потряс весь холл.

Ворвавшись в комнату, готовые к драке, они обнаружили то, чего меньше всего ожидали.

Запах горелой плоти и волос ударил им в нос, когда их глаза остановились на разрушенной ванной. Клуб троллей находился в частично разрушенном туалете, и повсюду были дерево и вода. Несколько зеркал над раковинами были разбиты, особенно зеркала ближе к дальней стене, где сейчас неподвижно находился Горный тролль.

Они сделали паузу, увидев трех гриффиндорцев вокруг левитирующего раненого слизеринца, еще одного гриффиндорца, стоящего между этой группой студентов и троллем, которому ничем нельзя помочь.

Профессора были совершенно ошарашены, когда большинство студентов повернулись к ним лицом, Драко попытался.

Гарри полностью развернулся, глядя на каждого профессора.

Флитвик пристально смотрел на Гарри, переводя взгляд на все еще дымящийся кончик своей палочки и тело тролля за ним.

МакГонагалл сжала губы в тонкую белую линию. Рон сглотнул, подумав, что у них большие неприятности.

Снейп выглядел убийственным, вероятно, недоумевая, как кто-то из его дома оказался втянутым в это, и почему пострадал только он.

Дамблдор выглядел спокойным и собранным, но в его глазах был расчет, и в них мелькнуло изумление.

Затем Гарри перевел взгляд за пределы Дамблдора и на Квиррелла.

Он встретился взглядом с Квирреллом, и внезапно у него возникло ощущение, что Квиррелл пытается каким-то образом заглянуть в него.

Гарри, должно быть, запаниковал, когда сосредоточился, потому что быстрый укол боли на долю секунды пронзил его шрам, когда в его сознании возник четкий образ, отличный от воспоминаний, но пугающе похожий.

Красный камень.

Картинка была там и исчезла следующей, заставив его чуть не покачнуться на ногах.

"Северус, отведи мистера Малфоя в больничное крыло", - внезапно сказал Дамблдор, делая шаг вперед и направляясь к Гарри.

"Да, директор", — сказал Снейп, быстро направляясь к Драко - Невилл, Гермиона и Рон отступили назад.

"Профессор, я применила к нему заклинание для снятия боли, Леность", - сказала Гермиона, слегка поморщившись, когда снова посмотрела на ногу Драко.

"Спасибо, что сообщили нам об этом", - пропищал профессор Флитвик, удивленный, что первокурсник применил такое заклинание, но затем вернулся к размышлениям, какое заклинание Поттер использовал против тролля, чтобы вызвать это. Определенно, это заклинание не для первого курса.

"Я обязательно расскажу мадам Помфри, мисс Грейнджер", - категорично заявил Снейп, выходя из комнаты вместе с Драко.

Гарри внезапно почувствовал себя нехорошо, и ему стало еще хуже, когда он снова посмотрел на Квиррелла, отчасти надеясь, что чесночный человек просто исчезнет.

У него разболелась голова, как будто кто-то долбил там наверху, и он не смог удержаться и поднес левую руку к голове.

Затем он понял, что Дамблдор был рядом с ним, чувствуя его руку на своем плече.

"Я думаю, вам четверым лучше пойти со мной, чтобы поговорить в менее отвлекающей атмосфере", - сказал он. "Минерва, обойди спальни, скажи всем, что угроза устранена. Профессор Флитвик, профессор Квиррелл, вы можете идти, я уверен, вам нужно кое-что сделать на ваших занятиях. И не волнуйтесь, профессор Квиррелл, этот тролль больше не встанет ", - сказал он.

Квиррелл неуверенно кивнул, прежде чем повернуться и уйти, как будто благодарный за то, что его отпустили.

Флитвик бросил последний взгляд на гриффиндорцев, его глаза на мгновение задержались на Гарри, прежде чем кивнуть Дамблдору и оставить Квиррелла позади.

МакГонагалл выдохнула, ее губы все еще были тонкими, когда она тоже уходила.

Как только дверь за ними закрылась, Гарри почувствовал, что головная боль проходит, а подозрения в отношении Квиррелла усиливаются.

Он выдохнул, даже не осознавая, что задерживал дыхание, пока Дамблдор выводил его из кабинета. К ним присоединились Рон, Гермиона и Невилл.

Путешествие в кабинет Директора прошло быстро, а подъем по винтовой лестнице пролетел незаметно. Они вошли в его кабинет, увидев повсюду странные штуковины и предметы.

Рон посмотрел на Гарри, когда они садились, Дамблдор принес дополнительные стулья для Невилла и Гермионы.

"Что ж, я должен сказать, что победа вас четверых над взрослым Горным троллем была приятным сюрпризом. Мне любопытно, как все это произошло?" спросил он, его глаза заблестели, когда он посмотрел на них всех.

"Ну, сэр, до нас дошли слухи, что у Малфоя были проблемы в его доме, и что он был в туалете для мальчиков, избегая некоторых слизеринцев", - начал Рон.

"Да, а потом, когда мы все направлялись в общежития после того, как профессор Квиррелл предупредил о тролле, Гарри сказал..." — продолжил Невилл, но Гермиона прервала его.

"Что Драко, должно быть, все еще в туалете, и что нам нужно было предупредить его, потому что он не знал о тролле —"

"А потом мы увидели, как тролль выходит из туалета для девочек и направляется в туалет для мальчиков", - продолжил Рон. "А потом Гарри сказал достать наши палочки, и мы вбежали".

Они продолжали рассказывать, что произошло, но когда дело дошло до той части, где Гарри убил тролля, все замолчали, внезапно осознав, что Гарри еще ничего не сказал.

"Гарри?" Спросил Рон, увидев, что Гарри положил локоть на подлокотник и прижимает два пальца к своему шраму, выглядя очень сосредоточенным.

Шрам Гарри покалывало так же, как мурашки, которые чувствуешь после того, как конечность засыпает, в его сознании мелькали проблески чего-то странного.

Перед ним был темный и пышный лес, тени и фигуры двигались перед ним. Наконец, после поисков, которые показались ему слишком долгими, его взгляд остановился на чем-то за кустами.

Единорог…

Гарри внезапно выбила из задумчивости твердая рука на его плече, рука Рона.

"Привет, Гарри, ты все еще с нами?" игриво спросил он.

"Да, да, я здесь", - сказал он, стараясь звучать убедительно, больше для себя, чем для остальных.

Глаза Дамблдора на мгновение остановились на нем, Гарри не мог понять, какие эмоции промелькнули в них.

"Гарри, какое заклинание ты использовал?" Спросил Дамблдор.

"Ардеско", - застенчиво ответил он, заметив, как глаза Гермионы расширились от изумления, замешательства и неожиданности одновременно.

Однако брови Дамблдора лишь слегка приподнялись.

"Это очень сложное заклинание, Гарри; где ты ему научился?"

— Не знаю, наверное, где-то в книге. Всё, что я сделал, — это выкрикнул первое попавшееся под руку заклинание и вложил в него все силы. Я защищал своих друзей, так что в тот момент это было легко, или я бы погиб от рук вонючего монстра, — просто сказал Гарри, и в его голове прояснилось.

"Я понимаю, и я рад, что ты это сделал, как, я уверен, и твои друзья, и мистер Малфой тоже", - сказал Дамблдор.

"Мы можем навестить Драко?" Внезапно спросил Гарри.

Это, по какой-то причине, казалось, удивило Дамблдора больше, чем использование этого заклинания, но он кивнул.

"Я уверен, что мадам Помфри разрешит людям навестить его завтра", - сказал он, прежде чем посмотреть на остальных. "Из-за четырех твоих действий я присуждаю пятьдесят баллов Гриффиндору за то, что ты пришел на помощь другому ученику".

Это привело к тому, что все четверо гриффиндорцев расплылись в улыбках.

"Спасибо, сэр", - сказал Рон.

Дамблдор слегка улыбнулся, прежде чем заговорить снова. "Вы трое можете идти в свои комнаты, мне нужно кое-что обсудить с Гарри".

Гермиона, Невилл и Рон встали.

"Вы можете подождать Гарри в гостиной Гриффиндора, если хотите", - добавил он, видя, что друзья Гарри колеблются.

"Хорошо. Спокойной ночи, профессор", - сказали они, уходя, закрыв за собой дверь.

Дамблдор откинулся на спинку стула, его взгляд на мгновение задержался на двери, прежде чем посмотреть на Гарри.

Гарри заерзал.

И затем Гарри внезапно снова почувствовал то же самое чувство, которое он получил от Квиррелла, только на этот раз оно было немного другим.

Это было не совсем навязчиво, но и не было приглашением. Гарри отреагировал так же, как и все предыдущие разы. Он сосредоточился, внутренне успокаивая себя.

Это прекратилось.

"Гарри, ты знаешь, что такое окклюменция?" Через мгновение спросил Дамблдор.

"Окклюменция, сэр?" Спросил Гарри, медленно встречаясь с ним взглядом за очками-полумесяцами.

"Это защита разума", - ответил Дамблдор.

"Сэр, зачем вы мне это рассказываете?" Спросил Гарри, не совсем понимая, но и не теряясь окончательно.

"Гарри, ты знаешь, что Окклюменция, естественно, кажется", - сказал он, его голос выдавал некоторое любопытство и изумление.

"Ты хочешь сказать, это то, что я делал, когда успокаивался?" Спросил Гарри.

"Похоже на то. Гарри, когда ты начал этим заниматься?" он спросил.

"Ну, я полагаю, я начал делать это после того, как понял, что это успокаивает меня после ..."

"Твои мечты", - подсказал Дамблдор.

"Да".

Последовало короткое молчание, прежде чем Гарри заговорил снова.

"Откуда ты знаешь, что я умею, э-э, Окклюменцию?" Спросил Гарри.

"Из-за моей должности я обязан знать магические уровни своих учеников. Я не копаюсь в чужих делах или что-то в этом роде, очевидно, это было бы неуместно. Я просто иногда задираю студентов ".

"О".

"И я приношу свои извинения, Гарри. Непосредственно перед тем, как я начал этот разговор с тобой, я сделал немного больше, чем просто "поиздевался" с тобой. Я сделал это, чтобы подтвердить свои подозрения, и они подтвердились, когда я не преодолел вашу защиту. "

"О, ну, по крайней мере, я буду знать, что происходит, когда у меня снова возникнет это чувство", - сказал Гарри, увидев искренность в глазах Дамблдора.

"Ты испытывал это чувство раньше?" он спросил.

— Да, несколько раз, но они были немного более… агрессивными, я полагаю. Почему?

— Гарри, я не хочу тебя пугать, но, думаю, если бы я тебя не предупредил, это было бы серьёзным риском. Сейчас угроза слишком близка, чтобы чувствовать себя спокойно, и я хочу, чтобы ты пришёл ко мне, если почувствуешь угрозу, — когда угодно.

"Хорошо, сэр. Я так и сделаю", - сказал Гарри, стараясь, чтобы предупреждение не нервировало его.

"Гарри, прости мое любопытство, но, похоже, я, как кот, ничего не могу с этим поделать", - сказал он, пододвигая к нему вазочку с конфетами и беря одну себе. "Лимонный леденец?"

"Спасибо". Гарри взял один.

"Но, похоже, твои мечты, по крайней мере, немного серьезны".

"Извините, сэр, я думал, что они у меня под контролем —"

Дамблдор прервал его, подняв руку.

"Я не сержусь на тебя, Гарри, никто не может контролировать свои сны; если бы кто-то мог, я сомневаюсь, что ты позволил бы себе иметь подобные".

Гарри ничего не сказал, но ждал.

"Я рад, что ты поговорил с Хагридом, и он сохранил твои секреты, так что тебе не о чем беспокоиться", - сказал он с улыбкой.

"Ты хочешь, чтобы я тебе рассказал?" Гарри спросил просто, его голос был нейтральным.

Гарри не был уверен, что расскажет ему, но Хагрид, казалось, доверял ему, и поскольку Хагрид все время говорил: "Великий человек, Дамблдор", не было сомнений, что он тоже считал себя великим.

"Только если ты захочешь, я здесь не для того, чтобы заставлять тебя что-либо делать".

"Сэр, не поймите меня неправильно, но прямо сейчас мне достаточно того, что Хагрид знает", - сказал Гарри после минутного раздумья.

Дамблдор понимающе кивнул.

"Сэр, Хагрид знает, что произошло?" он спросил.

— Хм, я уверен, что МакГонагалл рассказала ему, но я уверен, что он хотел бы услышать всю историю от тебя, — сказал он, сверкнув глазами.

Гарри улыбнулся, поняв, что его как бы отпускают, и ушёл.

Хагрид услышал стук в дверь. Наступали сумерки, и Хагриду сказали, что Гарри и его друзей отвели в кабинет директора, чтобы поговорить о случившемся.

МакГонагалл рассказала ему всё, что могла, а Хагрид чуть ли не умолял рассказать ему каждую деталь и спрашивал, всё ли в порядке с Гарри и остальными.

"Поттер использовал мощное заклинание против того тролля, Хагрида. Я никогда не слышал, чтобы первокурсники делали что-то подобное, но он сделал это. Когда мы прибыли, с кончика его палочки все еще шел дым ", - сказала она перед тем, как он пошел избавляться от трупа тролля.

Хагрид и Филч зашли в разрушенную ванную. Несколько других профессоров уже помогли с уборкой, но тролль все еще был там.

Это сделал Гарри? Подумал Хагрид, обнаружив большой обугленный круг и повсюду обгоревшего тролля. Даже Филч выглядел удивленным.

Хагрид встал со стула и открыл дверь.

"Гарри! Заходи!" - проревел он.

Гарри вошел, внезапно вспомнив, что его друзья ждут его в общей комнате. Он решил сделать это быстро.

"С тобой все в порядке?" Спросил Хагрид, садясь напротив него.

Гарри кивнул.

"Профессор МакГонагалл рассказала мне, что произошло. Черт возьми, Гарри, ты уложил взрослого Горного тролля!" - сказал он, не в силах сдержать волнения. "Как ты это сделал?"

"Ну, это одна из причин, по которой я пришел сюда сегодня вечером. Я действительно не знаю, как у меня это получилось, я просто выкрикнул первое заклинание, которое пришло мне в голову".

"Гарри, Макгонагалл сказала мне, что это заклинание высокого уровня, у большинства взрослых возникли бы проблемы с подобными заклинаниями ..."

"Я знаю", - пробормотал он. "Но, Хагрид, это было одно из заклинаний, которые я видел примененными против одного из Пожирателей Смерти в моих снах. Мне приснился этот сон давным-давно, и только сегодня я вспомнил, что он приснился мне после того, как я выкрикнул то заклинание."

"Так ты неосознанно их изучаешь?" Спросил Хагрид.

"Увидев некоторые из ранних воспоминаний Риддла, я обнаружил, что почти сразу понял, как использовать те заклинания, которые он пробовал, так что, я думаю ..."

"Ты рассказал профессору Дамблдору?" он спросил.

"Нет".

— Ну, я думаю, если случится что-то ещё, вам стоит об этом знать, — сказал Хагрид.

"Хорошо, я расскажу. Я просто, я не знаю, сейчас достаточно того, что ты знаешь. Кроме того, я не знаю, как он отнесся бы ко мне, узнав. Я не хочу, чтобы ко мне относились по-другому. Я ненавижу внимание, и его и так более чем достаточно."

Хагрид усмехнулся. "Да, я полагаю, ты прав".

"Профессор Дамблдор также сказал мне, что я разбираюсь в окклюменции ..." Гарри сказал через мгновение.

"У тебя прирожденный Окклюменс? Боже, ты полон сюрпризов, Гарри", - сказал Хагрид.

Гарри натянуто улыбнулся.

"Это хорошо, Гарри. Ты-знаешь-..."

Гарри поднял бровь.

"Отлично, Волдеморт… был экспертом в Легилименции, тем, кто может заглядывать в умы людей".

— Есть ли другие легилименты? — внезапно спросил Гарри.

— Да, конечно. Дамблдор — один из них, и я уверен, что Снейп тоже, а что?

«Я просто… несколько раз в этом году, наверное, можно сказать, что я чувствовал, как кто-то пытается проникнуть в мой разум. Когда это происходило, я думал, что у меня просто паранойя или что это странное ощущение, вызванное воспоминанием».

"У тебя это часто бывает?" Спросил Хагрид, имея в виду ощущение всплывающих воспоминаний.

"Немного, но они вроде как подсказали мне, кого остерегаться, если вы понимаете, что я имею в виду".

"Да", - сказал Хагрид.

Гарри сделал паузу, перебирая в голове, было ли там что-нибудь еще, прежде чем вспомнить, что там было.

"Есть кое-что еще, Хагрид, и это, вероятно, ерунда, но я думаю, что должен рассказать тебе, поскольку я предполагаю, что это было своего рода воспоминание ..."

"Хорошо, Гарри".

"Когда вошли профессора, и я посмотрел на Quirrell...my на секунду заболел шрам, и я получил изображение этого красного камня, но это длилось всего около секунды. А потом в кабинете Директора я как бы отключился на мгновение и увидел этот темный лес и Единорога за каким-то кустарником. "

Гарри сделал паузу, осознав, насколько внезапно стало тихо, прежде чем понял, что Хагрид очень неподвижен и, вероятно, не дышит.

"Я веду себя нелепо?" Спросил Гарри, не уверенный, как отнестись к молчанию Хагрида.

"Нет, нет, ты не смешной. Просто..."

"Это важно?" Гарри спросил, слегка не веря своим ушам.

"Очень важно, Гарри. Никому не рассказывай об этом камне, это опасно".

"Почему?" Спросил Гарри.

"Этот камень могущественен, многие люди захотели бы заполучить его в свои руки. Если бы некоторые люди знали, что ты видел его, даже в своей голове ..."

"Хорошо, Хагрид, но что это? Я имею в виду камень?"

Хагрид вздохнул, и на мгновение Гарри показалось, что он не собирается отвечать, но потом он ответил.

«Он называется Философский камень. Он создаёт эликсир жизни, который делает того, кто его выпьет, бессмертным.

«Я рассказал тебе об этом только для того, чтобы ты понял, почему это нужно держать в секрете. Кроме того, я знаю, какие вы с друзьями. Вы бы всё равно догадались. Я просто избавляю вас от неприятностей и от того, чтобы вас раскрыли».

Хагрид сделал паузу, когда Гарри вспомнил тот день, когда они пошли в Гринготтс, и маленький сверток, который взял Хагрид. Гарри ахнул.

"Ты хочешь сказать, что это та самая вещь? — Из Гринготтса? Кто—то пытался ее украсть ..."

"Ты очень проницательный, Гарри", - сказал Хагрид, в его словах звучала смесь гордости и беспокойства. "Да".

Гарри закрыл глаза и покачал головой.

"Только не говори мне, что его охраняет трехголовый пес", - пробормотал Гарри.

"Откуда ты знаешь о Флаффи?!" Глаза Хагрида расширяются.

Гарри бы рассмеялся, если бы это не было так серьезно.

"Э-э, мы вроде как наткнулись на это. Невиллу стало плохо из-за того, что он двигался по лестнице, и нам нужно было уйти, пока он не потерял свой ужин"… Мы собирались попробовать другой маршрут. Когда мы поняли, что находимся в коридоре третьего этажа, мы попытались уйти, но миссис Норрис преградила нам путь, а Филч приближался. Мы вроде как запаниковали ..."

"О. Ну, мне никогда не нравился этот кот ..."

Книга 1 – Часть 8: Раскрытый

Некоторое время спустя Гарри вернулся в Гостиную, к облегчению своих друзей, и рассказал им большую часть того, что произошло, исключая ту часть воспоминаний Волан-де-Морта, которая была причиной, по которой он знал заклинание, но он включил некоторые части о камне.

Сначала он не собирался рассказывать им о камне, но после некоторого раздумья решил, что они заслуживают знать, почему Флаффи был там, и он знал, что они сохранят это в секрете. Кроме того, Хагрид, похоже, намекал, что он и его друзья все равно догадались бы об этом, так разве это не означало, что Хагрид предполагал, что Гарри расскажет своим друзьям?

Гарри также чувствовал, что ему нужно, чтобы его друзья были "в курсе", по крайней мере в некоторой степени, если что-то случится. Он не знал, почему так сильно переживал по этому поводу, но он знал, что ему нужно, чтобы его друзья были с ним на одной волне в этом вопросе. Он просто надеялся, что Хагрид поймет это, когда он скажет ему, что посвятил своих друзей в этот секрет.

Затем Гарри нерешительно рассказал им о том, что он Окклюмен, но он знал, что они должны знать, что "кто-то" придирается к нему. Он не сказал, кто, по его мнению, это был, потому что на данный момент это были всего лишь предположения, и он не хотел, чтобы мистер Квиррелл, от которого-заикаюсь-и-пахнет-так-будто-я-купаюсь-в-чесноке-но-могу-ткнуть-тебе-в-голову, каким-то образом понял, что Гарри раскусил его.

Затем он рассказал им о предупреждении Дамблдора. В результате голос Невилла дрогнул, а лицо Рона утратило пигментацию. Гермиона просто выглядела серьезной. Перед тем, как лечь спать, у них состоялся серьезный разговор, в основном о том, как они будут следить за всем необычным.

На следующий день среди сверстников ходили слухи и обсуждались, что именно произошло с троллем, зная только, что Гарри и его друзья остановили это.

"Когда ты хочешь навестить Драко?" Спросил Невилл, откусив несколько кусочков.

"Я думаю, после завтрака", - сказал Гарри.

"Хорошо, но давайте действовать осторожно, мы понятия не имеем, каким он будет: благодарным или кровожадным", - сказал Рон.

Драко ненавидел вкус этих зелий, они были хуже испорченного молока.

Крэбб и Гойл его не посетили, не то чтобы его это волновало. После того, как Флинт сказал эти вещи, они обратились к силе ... точно так, как сказал Поттер.

Он вздохнул, смущенный, злой и сбитый с толку.

Что он собирался делать теперь? Сможет ли он каким-то образом восстановить авторитет, который когда-то имел в Слизерине?

Вероятно, нет, рассудил он. Меня спас не кто иной, как Поттер и трое других гриффиндорцев, мне повезет, если надо мной не будут смеяться в Слизерине ...

Что собирается делать мой папа? Они должны были сказать ему…

"Мистер Малфой, к вам посетители", - сказала мадам Помфри.

Она отступила в сторону, и вошли Гарри и трое его спутников. Затем Помфри ушла в свой кабинет, кивнув детям перед уходом.

Гарри и остальные подошли к кровати, Драко просто смотрел.

"Драко, у тебя получается лучше?" Спросил Гарри.

Драко хмыкнул.

"Хорошо. Ну, мы просто зашли посмотреть, как у тебя дела", - просто сказал Гарри, делая шаг назад, чтобы уйти.

"Поттер", - быстро сказал Драко, но затем отвел взгляд.

"Да?" Спросил Гарри, повернувшись к нему боком.

Драко, казалось, либо думал об этом, либо собирался с силами, чтобы заговорить, вероятно, и то, и другое.

Через мгновение он протянул руку для пожатия.

Гарри взял его, внутренне удивленный и довольный, когда Драко твердо и уважительно кивнул.

Гарри вернул его, прежде чем отпустить руку Драко и начать уходить, но внезапно остановился в нескольких шагах от кровати.

Гарри слегка повернулся.

"Драко?" Немного неуверенно переспросил Гарри.

"Поттер?"

Гарри сделал паузу, принимая решение.

"Это правда, что ты держал тролля на расстоянии с помощью зеркала и заклинания огня?" Спросил Гарри, многозначительно посмотрев. "Нет? Что ж, я уверен, что "правда" гораздо интереснее этого ... если вы понимаете, что я имею в виду ... "

Озорная полуулыбка появилась на лице Малфоя, когда четверо гриффиндорцев вышли из комнаты.

История Драко о том, как он сдерживал тролля, пока четверо гриффиндорцев не пришли, чтобы закончить ее, к обеду превратилась в эпопею.

Гарри кивнул и лукаво улыбнулся, проходя мимо уже исцеленного Драко в Большом зале. Крэбб и Гойл снова были рядом с ним, внимательно слушая, как он левитировал сломанное сиденье унитаза над головой тролля и увенчал его короной, прежде чем тролль вышел из себя и замахнулся дубинкой. Драко продолжил свой рассказ, сказав, что ему пришлось перепрыгнуть через дубинку, но из-за размера дубинки она порезала ему ногу, поэтому он оказался в больничном крыле.

"Гарри, Драко действительно делал это?" Спросил Фред, доедая ростбиф.

"Я не знаю, я был там позже, но я видел часть сломанного сиденья унитаза на голове тролля, прежде чем оно сдвинулось и отвалилось", - сказал он.

Близнецы всё ещё скептически смотрели на меня, прежде чем встать и сделать «домашнее задание».

Рон закатил глаза, понимая, что они делают что угодно, только не это.

Продолжали распространяться слухи о том, что на самом деле произошло с троллем. После нескольких дней разговоров и теорий, которые шептались, появился "правдивый отчет", сводящийся к следующему:

Драко отбивался от тролля, даже увенчав его сиденьем от унитаза, но, к несчастью, получил удар дубинкой. Гарри и его друзья вошли и выстрелили несколькими заклинаниями, заставив тролля отойти назад, чтобы они могли добраться до Драко. Затем Тролль разозлился. Гарри встал на пути тролля, преградив его своим друзьям и Драко. Затем он выкрикнул мощное таинственное заклинание, возможно, случайную магию, и убил тролля.

Это, без сомнения, было рождением легенды, которая будет помещена в книгу, такую как История Хогвартса.

Гарри и его друзья ловили на себе изумленные взгляды многих других студентов в течение нескольких дней после того, как все закончилось; и даже недели спустя люди испускали тихий трепет, когда Поттер и остальные приближались.

Гарри и остальные считали дни, когда все это просто уляжется и будет забыто или, по крайней мере, потускнеет, но, конечно, на это ушли недели.

Поначалу, когда всё прояснилось, многие задавались вопросом, почему Поттер и его друзья пришли на помощь слизеринцу, да ещё и слизеринцу, который был занозой в заднице почти у всех.

Поттера и его друзей расспрашивали об этом, а также о том, какое заклинание на самом деле использовал Поттер (Драко инстинктивно держал рот на замке по этому поводу, списывая отсутствие памяти на шок и боль, которые он испытывал в то время).

"Почему вы, ребята, помогли Драко?" Шеймус спросил на Трансфигурации, через несколько дней после выхода сказки.

Гарри слегка склонил голову набок, как будто недоумевая, зачем кто-то вообще спрашивает об этом. Наконец, увидев, что все в пределах слышимости ждут его ответа, он ответил.

"По той же причине, по которой я пришел бы к вам или кому-либо еще на помощь, это правильный поступок".

Конечно, в этом было нечто большее, но даже если бы не было других вещей, он бы пошел помочь, поэтому ответа, который он дал, было достаточно. Почему другим было так трудно понять действия его и его друзей?

Через несколько часов после того, как он дал Шеймусу свой ответ, он услышал другой вопрос, адресованный ему, на этот раз в Большом зале, во время ужина.

"Поттер".

Гарри обернулся и увидел крупного старосту Равенкло, стоящего позади него. Честно говоря, этот старший мальчик немного пугал, но Гарри скрыл свое беспокойство.

"Да?" спросил он.

"Какое заклинание ты применил? Мы с приятелями спорили о том, какое ты использовал".

Гарри моргнул.

Неужели это действительно такое большое дело, что даже старшеклассники говорят об этом, даже спорят по этому поводу? Спросил себя Гарри, слегка раздраженный.

"Э-э..." У него внезапно пересохло во рту.

"Да ладно, мы уже знаем, что это было не простое заклинание или проклятие", - подтолкнул Префект.

Стоит ли мне лгать? Гарри задумался.

— Только не говори мне, что это была случайная магия, — недоверчиво сказал староста.

— Ну, если хочешь знать правду, это случилось случайно, — признался Гарри. Это не было ложью.

Видимо, это было настолько впечатляюще, что оба стола (Гриффиндор и Когтевран) притихли, и внезапно подошли ещё два старосты, один из Хаффлпаффа, а другой из Слизерина.

"Твоя случайная магия убила тролля? Взрослого горного тролля?" - спросила женщина-префект Слизерина, префект Хаффлпаффа остановилась рядом с девушкой из Равенкло, чтобы просто посмотреть.

Гарри почувствовал, как его щеки запылали.

"Просто так получилось", - пробормотал Гарри, надеясь, что этот допрос скоро закончится.

"Невероятно. Итак, что еще ты натворил?" она продолжила, явно продолжая с того места, на котором остановился префект Равенкло, как раз в тот момент, когда Перси встал, подошел и вступил в разговор.

«Мы все впечатлены действиями, предпринятыми после инцидента с троллем, но я думаю, что вопросов достаточно, — заявил Перси, обращаясь к своим товарищам-старостам. — Я думаю, мистер Поттер хотел бы поесть, пока его еда ещё тёплая».

Перси стоял на своём, и другие старосты кивнули и вернулись за свои столы.

Перси повернулся к Гарри, на мгновение задержав взгляд на Гермионе, Невилле и Роне, прежде чем сосредоточиться на Гарри.

"Похоже, с тебя было достаточно, и ты хотел отдохнуть от вопросов", - сказал он.

"Да, спасибо, мистер Уизли", - сказал Гарри, соблюдая формальность, поскольку Перси был раньше.

"Пожалуйста, мистер Уизли - мой отец", - сказал он, прежде чем радостно развернуться и вернуться туда, откуда пришел.

Гарри посмотрел на Рона, который только что сумел закрыть свой разинутый рот, удивленный действиями Перси.

Гарри, без сомнения, заслужил уважение почти всех на всех факультетах, люди, которых он даже не знал, просто подходили и разговаривали с ним, даже несколько семикурсников.

Слизеринцы предоставили ему большое пространство для творчества, некоторые делали это в знак уважения, в то время как другие, казалось, были им запуганы. Какой бы ни была причина, трудно было не заметить, как изменилась определенная напряженность между Гриффиндором и Слизерином. По большей части они улучшились, по крайней мере, там, где и когда дело касалось Гарри, но в Слизерине была определенная группа, которая, казалось, становилась все более зловещей, главой которой был Маркус Флинт.

Драко и двое его приятелей несколько дистанцировались от Флинта и этой группы, хотя история с троллем восстановила Малфоя в круге победителей.

Люциус Малфой не навестил своего сына, но, по слухам, отправил ему письмо.

Никто не знал содержания, но теперь Гарри был по-настоящему рад, что позволил Драко приукрасить правду. Увидев определенные вещи в своих воспоминаниях, он был уверен, что Люциус не хотел бы, чтобы основное внимание уделялось тому, что его чистокровный сын был спасен мальчиком, убившим его учителя, грязнокровкой, сыном двух замученных авроров, потерявших рассудок, и сыном его заклятого врага на работе, не говоря уже о том факте, что все они были из Гриффиндора.

Было гораздо лучше сосредоточиться на том, как его сын некоторое время держался самостоятельно, прежде чем прибыло своего рода подкрепление, кем бы оно ни было.

Благодаря воспоминаниям, которые Гарри видел, связанным с Люциусом, он знал, что тот не был прощающим, терпеливым, милосердным или толерантным. Зная это, он немного лучше понимал Драко, понимая, что для Драко он должен был проявить себя перед своим отцом и сохранить образ, достойный Малфоя.

Теперь профессора смотрели на Гарри и его друзей немного по-другому. По большей части это было незаметно, вроде нескольких быстрых любопытных взглядов, когда они думали, что они не смотрят, но Флитвик был каким угодно, только не скрытным.

Не прошло и двух дней после Хэллоуина, как он прокомментировал в "Чарах", что Драко и Рон оба использовали Вингардиум Левиуса в борьбе с троллем, сказав, что даже заклинания первого курса важно по-настоящему выучить.

Конечно, Гарри и другие знали, что Драко не использовал Вингардиум Левиуса, и Малфой знал, что они знали, но как еще история о том, как Драко надел сиденье от унитаза на голову тролля, могла иметь смысл без этой маленькой детали?

Позже, проходя мимо них в холле, Флитвик сказал Гермионе, насколько он впечатлен тем, что она использовала Обезболивающее Заклинание на Драко, и что ей, возможно, стоит подумать о том, чтобы стать Целителем.

Затем он повернулся к Гарри, посмотрел на него с одобрением, прежде чем улыбнуться им всем и уйти. Флитвик был интересным профессором.

Гарри и другие игроки Гриффиндора в квиддич усердно тренировались; холодная ноябрьская погода усиливалась по мере того, как улучшалась.

Домашнее задание было выполнимо благодаря системе поддержки Гарри и его друзей. На самом деле они были немного удивлены тем, насколько хорошо они справлялись и насколько легко им давалась большая часть материала.

При первой же возможности Гарри сказал Хагриду, что немного рассказал своим друзьям о камне. Он так боялся, что Хагрид разозлится, но был удивлен реакцией Хагрида.

"Черт возьми, Гарри, когда я сказал "никому не говори о камне", я имел в виду посторонних. Твои друзья не посторонние. Если ты им доверяешь, то и я им доверяю. Если бы я имел в виду, что не стоит им рассказывать, я бы так и сказал, точно так же, как ты сказал, что не хочешь, чтобы кто-то знал твой секрет, даже твои друзья. Тогда я знал, что не стоит рассказывать Дамблдору определенные вещи, потому что, если бы ты не хотел, чтобы твои друзья знали, Дамблдор был бы таким же."

"Спасибо, Хагрид", - сказал Гарри, испытывая неописуемое облегчение. Он был поражен образом мыслей Хагрида, это было настолько просто, что почти невозможно было понять, например, как дети могут доверять определенным вещам, а взрослые просто не могут.

Хагрид, ребенок в теле гигантского мужчины; такой простой, но в чем-то мудрый. Гарри был рад считать его наставником и другом.

Сны Гарри приходили и уходили, и он только однажды разбудил Рона, который, убедившись, что с ним все в порядке и что это был всего лишь "маленький сон", снова заснул. После этих снов Гарри обычно тоже засыпал, но когда он обнаруживал, что не может, он спускался в Общую комнату и читал книгу заклинаний или свою книгу по зельеварению.

В любой день он предпочел бы воспоминания Тома воспоминаниям Волан-де-Морта.

К великому облегчению Гарри, Квиррелл больше не так часто смотрел в его сторону, и навязчивых чувств, которые он испытывал, было немного, но когда они появились, он усилил свою оборону, которая быстро превзошла оборону Форт-Нокса.

Наконец настал день его первой игры в квиддич.

Гарри уставился на свою еду.

"Тебе нужно позавтракать", - сказал Рон.

"Я ничего не хочу есть", - сказал Гарри.

"Всего лишь кусочек тоста", - подсказала Гермиона.

"Что-то не так, Гарри?" Спросил Невилл.

Гарри вздохнул.

На самом деле, что-то было не так, он просто не знал, что.

У него возникло ощущение, что кто-то сегодня охотится за ним, и этот кто-то собирается что-то предпринять.

"Ты подумаешь, что у меня паранойя", - пробормотал он.

— Нет, не будем, — сказал Рон.

— Присматривай за Квирреллом, я ему не доверяю, — наконец прошептал он едва слышно. — Я думаю, что это он… — Гарри постучал себя по голове.

Рон и Невилл удивленно посмотрели на него, в то время как Гермиона прищурилась.

"Гарри, ты уверен?" Спросил Рон.

Гарри кивнул.

"Знаешь, он мог впустить тролля той ночью ..." Пробормотала Гермиона. "Мы присмотрим за ним, Гарри", - заявила она, прежде чем помахать ему тостом.

"Прекрасно", - пробормотал Гарри, беря ломтик хлеба.

Все собрались на квиддичном поле перед игрой, Гарри и остальные были готовы.

Наконец, когда они услышали мадам Хуч, они вышли на поле, чтобы начать игру.

Гарри посмотрел на толпу и попытался прогнать бабочек из своего живота как раз в тот момент, когда прозвучал свисток и игра началась.

Гарри держался в стороне, высматривая Снитч. После нескольких партий в игре он увидел что-то золотое…

Он бросился за Снитчем, но когда он рванулся вперед, из ниоткуда появилась зелено-серебристая униформа, врезалась в него и отбросила с пути к Снитчу.

Маркус Флинт.

Прозвучал свисток, Хуч сердито заговорил с Флинтом, Гриффиндору был предоставлен штрафной удар, и так же быстро, как они остановились, они вернулись в игру.

После еще нескольких прокруток мимо него в опасной близости просвистел бладжер, и вот тогда это произошло…

Он чуть не упал, когда острая боль пронзила его шрам, чувство чистой ненависти пронзило его, но даже без этого психического нападения удержаться на метле было делом полутора лет.

Метла была похожа на взбрыкивающую лошадь, только хуже. Она не была связана силой тяжести и могла совершать более резкие повороты.

Хагрид встал, глядя в бинокль на Гарри.

"Не знаю, что Гарри думает о том, что он делает, - пробормотал Хагрид, - Но если бы я не знал лучше, я бы сказал, что он потерял контроль над своей метлой ... но он не мог ..."

Многим людям не потребовалось много времени, чтобы заметить проблемы Гарри, как раз в тот момент, когда метла сделала рывок и внезапно перевернулась, сбросив Гарри с метлы, заставив его повиснуть на ней, держась одной рукой за ручку.

"С ним что-то случилось, когда Флинт заблокировал его?" Прошептал Шеймус.

"Не может быть", - сказал Хагрид дрожащим голосом. "Ничто не может помешать метле, кроме могущественной Темной Магии ..."

При этих словах Гермиона выхватила у Хагрида бинокль и оглядела толпу.

"Что ты делаешь?" Спросил Рон, Невилл окаменел рядом с ним.

"Смотри!" Гермиона ахнула: "Квиррелл, смотри".

"Он сглазил метлу", - ошеломленно сказал Рон.

— Что нам делать? — спросил Невилл, и его голос зазвенел.

"Предоставь это мне", - заявила Гермиона.

Гарри был готов расплакаться, потому что его шрам продолжал пульсировать от боли, словно что-то пыталось проникнуть в его разум. Он почувствовал, как его пальцы разжались, когда ему вдруг стало достаточно.

Если этот панк хочет кусочек меня, то он получит его…

Гарри сосредоточился изо всех сил, прежде чем выпустить наружу одно чёткое воспоминание — своё собственное о той ночи…

Боль в голове тут же исчезла, как будто того, кто копал, отбросило назад, но метла всё ещё продолжала мести…

Гермиона бежала так быстро, как только могла, вытаскивая палочку, когда проходила под трибунами.

Она бы узнала запах чеснока где угодно и знала, кого заставить загореться.

С приглушенным голосом вырвался огонь и зацепил мантию Квиррелла.

Она выбежала оттуда так быстро, как только осмелилась, услышав вздохи облегчения из толпы буквально через несколько секунд.

"Невилл, ты можешь посмотреть!" Сказал Рон Невиллу, который все это время подглядывал сквозь пальцы.

Они наблюдали, как Гарри с шумом вскарабкался обратно на свою метлу, прежде чем внезапно спикировать на землю и выровняться.

Они ахнули, когда он прикрыл рот рукой, как будто собирался лишиться обеда, как раз перед тем, как он приземлился, споткнулся о метлу и закашлялся — в его руке приземлился золотой шар.

"У меня есть Снитч!" - крикнул он, размахивая им над головой.

Сразу после крайне запутанного окончания игры Гарри и его друзья отправились в дом Хагрида выпить крепкого чая.

"Это был Квиррелл, - объяснил Рон, - мы видели его. Он проклинал твою метлу, бормотал, он не сводил с тебя глаз".

— Чушь, — сказал Хагрид, который не слышал их во время игры, потому что слишком переживал за Гарри. — Зачем Квирреллу делать что-то подобное?

Остальные переглянулись.

"Квиррелл - учитель Хогвартса, он бы ничего подобного не сделал".

"Так почему он только что пытался убить Гарри?" Гермиона плакала.

"Хагрид".

Хагрид повернулся к Гарри, чей голос был предельно серьезен.

"Это он пытался запудрить мне мозги", - заявил Гарри.

Это заставило Хагрида замолчать.

"То, что я сказал тебе раньше, я те… чувства, когда я смотрел на него. Это плохие новости. И едва ли не главная причина, почему я чуть не свалился, потому что он был тараном мне очень тяжело, морально. Ну, я остановил это — я отодвинул ..."

Теперь Гермиона, Рон и Невилл уставились на него, гадая, что он имел в виду, говоря "отброшенный назад".

"Отброшенный назад"? Спросил Хагрид.

"Я показал ему, каково это - получить смертельное проклятие", - пробормотал Гарри.

"Вау, это потрясающе, Гарри!" Сказал Рон, поймав странные взгляды остальных. "Ну, это ..." - пробормотал он, немного съежившись.

"Я думаю, мы должны донести это до профессора Дамблдора", - заявила Гермиона.

Невилл кивнул.

Друзья Гарри посмотрели на Хагрида, который, в свою очередь, посмотрел на Гарри, который кивнул.

"Хорошо. Я пойду поговорю с ним, я бы хотел держать вас всех подальше от этого, насколько это возможно, я не хочу, чтобы Квиррелл видел, что вы все идете со мной к Дамблдору, он может что-нибудь предвидеть. "

"Хорошо, Хагрид".

Они отправились в башню Гриффиндора после того, как ушли от Хагрида. Общая комната была пуста из-за того, что большинство из них занимались в библиотеке.

"Я думаю, мне следует начать учить вас, ребята, окклюменции", - внезапно сказал Гарри, когда они вчетвером сидели у камина.

"Ты думаешь, ты смог бы?" Спросила Гермиона.

"Что ж, я неплохо справляюсь с этим, особенно теперь, когда я понимаю, что я делаю", - сказал Гарри.

"Я думаю, это хорошая идея", - сказал Рон.

"Да, я не хочу, чтобы Квиррелл был рядом со мной", - согласился Невилл.

"Полагаю, я мог бы начать с объяснения того, на что это похоже", - начал Гарри.

Гарри дал хороший обзор того, каково это, когда у тебя есть эти "границы", и каково это, когда кто-то их нарушает. Он также рассказал им, как избавиться от них, если вы чувствуете, что ваша ментальная стена вот-вот рухнет.

"Ты думаешь о своем худшем воспоминании, вспомни о нем как можно больше деталей, если хочешь, я думаю, ты мог бы даже кое-что добавить к нему. Убедитесь, что это показано с вашей точки зрения, и создайте ее, прежде чем на мгновение опустить щиты и выставить их так сильно, как только сможете ", - сказал Гарри.

"Твое худшее воспоминание?" Спросил Невилл.

"Да, мощный".

Они на мгновение замолчали, размышляя о том, какое воспоминание они бы выбрали, если бы оказались в такой ситуации.

"И что теперь? Ты просто сосредоточься?" Спросила Гермиона.

"Я полагаю. Ты сосредотачиваешься, проясняешь голову, прежде чем возводить вокруг себя стену", - сказал Гарри.

"Как мы узнаем, правильно ли мы все делаем?" Спросил Рон.

"Я не знаю, ты думаешь, в библиотеке есть что-нибудь об этом?" Спросил Гарри.

"Вероятно, только в закрытом разделе"…Я прочитала большинство других книг за пределами этой, и я раньше не читала ничего похожего на Окклюменцию", - сказала Гермиона.

"Хм," Гарри вздохнул.

На следующий день после уроков они отправились к Хагриду.

Он был тихим.

"Хагрид, что сказал профессор Дамблдор?" Спросил Гарри.

"Он сказал, что у него уже есть подозрения, и он будет присматривать за ним повнимательнее ..." Хагрид пробормотал.

Невилл выглядел так, словно его глаза вот-вот вылезут из орбит.

Рон и Гермиона разинули рты.

Гарри был сумасшедшим.

"Что?! Почему?! Этот человек чуть не убил меня, и он собирается держать его рядом!?" Гарри закричал, чайные чашки и тарелки на столе задребезжали.

"Успокойся, Гарри", - сказал Рон, пораженный, как и остальные.

Гарри заметил дрожащие предметы и расслабился.

"Почему он просто не уволит его?" Спросил Гарри чуть тише.

"Гарри, у него есть свои причины", - сказал Хагрид. "Он сказал мне, что Снейп заметил в нем что—то "странное" в начале года ..."

"Мой шрам! Помните, когда я сказал вам, ребята, что укусил себя?" Гарри сказал: "Я посмотрел на Квиррелла, и прямо перед тем, как он отвел взгляд, мой шрам заболел".

"Снейп, вероятно, заметил", - сказал Рон.

"Ну, сейчас он на радаре Дамблдора, сейчас больше, чем когда-либо", - сказала Гермиона.

"Знаешь, может быть, он хочет внимательно следить за ним, ну, знаешь, держать своих врагов поближе и все такое?" Предположил Невилл, глядя на Гарри.

"Да, может быть, ему не слишком нравится идея не знать, где этот парень", - продолжила Гермиона.

Гарри кивнул, соглашаясь с ними, но легче ему от этого все равно не стало.

После ухода от Хагрида они закончили домашнее задание, которое должны были сделать на следующий день, прежде чем отправиться на урок окклюменции, хотя в данный момент это, вероятно, больше походило на простую медитацию, но это было начало.

Не успели они опомниться, как приблизилось Рождество. Гермиона готовилась вернуться домой, как и Невилл. Рон и его братья остановились у Гарри, так как их родители были в гостях у Чарли.

"Я попытаюсь найти кое-что по окклюменции, если смогу", - сказала Гермиона перед уходом. "И я сама попрактикую "центрирование"", - добавила она.

"Я тоже, - сказал Невилл, - Хотя, если я спрошу бабушку об окклюменции, она, вероятно, подумает, что я сумасшедший".

"Ладно, что ж, счастливого Рождества", - сказал Гарри.

Рону и Гарри нравилось пустое общежитие и почти пустая общая комната. Гарри и Рон играли в волшебные шахматы, Рон старался не слишком сильно обыгрывать Гарри.

Наконец-то наступило рождественское утро. Гарри был уверен, что не получит никаких подарков, но его ждал сюрприз.

В ногах его кровати лежала груда подарков.

"У меня есть подарки!" Сказал Гарри, поворачиваясь к Рону, который копался в своей стопке.

"Да", - сказал Рон, отчасти удивленный тем, как взволнован Гарри.

Гарри получил от Гермионы большую коробку шоколадных лягушек, а от Невилла заколдованную ловушку для Венериных мух, которая меняла цвет в зависимости от того, насколько она была заполнена.

Затем Гарри наткнулся на подарок Хагрида, деревянную флейту.

"Мило", - сказал Рон, прежде чем посмотреть на другие подарки Гарри. "О, моя мама. Я сказал ей, что ты не ждешь подарков ... о, она сшила тебе свитер с Уизли, - сказал он без особого энтузиазма. "Каждый год она шьет нам всем свитера".

"Это круто", - сказал Гарри, глядя на свой зеленый свитер рядом с коробкой домашней помадки.

Затем Гарри наткнулся на свой последний подарок. Открыв его, серебристая легкая ткань полилась ему на руку и на кровать.

"ВАУ! Я знаю, что это!" Рон ахнул.

"Что это?" Спросил Гарри, чувствуя это в своих руках.

"Это плащ-невидимка, они действительно редкие. Надень его!" Сказал Рон, еще больше поворачиваясь к нему.

Гарри встал с кровати и надел его.

"Это есть!" Сказал Рон.

Гарри посмотрел вниз и обнаружил, что его тела больше нет.

"Вау ..."

"Смотри, здесь записка", - сказал Рон, указывая на лист бумаги на полу.

Гарри взял его и прочитал.

Твой отец оставил это у меня раньше

он умер. Пришло время вернуть его тебе.

Используй это с толком.

Счастливого вам Рождества.

Вскоре после этого вбежали близнецы. Гарри быстро убрал плащ, слова "Используй его хорошо" эхом отдавались в его голове.

В тот вечер, после потрясающего рождественского ужина и нескольких партий в волшебные шахматы, Гарри встал, не в силах заснуть, и достал мантию-невидимку.

Он уже решил, как "хорошо" воспользуется этим подарком. Он посмотрел на спящего Рона и решил, что если не разбудит его, Рон позже разозлится на него.

"Рон..." Гарри прошептал, разбудив его.

"Что?" - спросил он, прежде чем подпрыгнуть, увидев голову Гарри, парящую в воздухе.

"Хочешь пойти в запретную секцию?" Спросил Гарри.

Рон улыбнулся, встал, и они оба направились в библиотеку.

Плащ легко укрыл их обоих, и они без проблем добрались до Запретной секции.

"Как ты думаешь, в какой книге это будет?" Спросил Рон, когда они начали просматривать названия.

"Может быть, это?" Спросил Рон, снимая книгу с полки и открывая ее.

"АААА! "

Он захлопнул книгу в самом начале крика.

— Это плохая книга… — прошептал Рон.

Они продолжили листать книги в поисках чего-нибудь об окклюменции.

"Может быть, это", - прошептал Гарри, доставая книгу под названием "Окклюменция и легилименция, Свет и тьма войн разума".

Они осторожно открыли его и вздохнули с облегчением, когда там ничего не было написано.

"Смотри, там есть заклинание для Легилименции, Legilimens", - сказал Гарри, листая книгу.

Они листали его добрый час, сохраняя инструкции и краткие советы, чтобы позже заняться окклюменцией и улучшить ее. По большей части они держались подальше от легилименции, лишь бегло ознакомившись с основами того, как это делать; они были больше сосредоточены на изучении окклюменции.

Однако время их учебы было прервано мяуканьем и шагами.

"Филч!" Сказал Рон торопливым шепотом.

Они оба забрались под плащ, положили книгу обратно и обошли периметр, все это время Филч говорил: "Я знаю, что здесь кто-то есть! Выходи!"

Наконец, они вышли из библиотеки и были слишком озабочены тем, как просто выбраться, что им было все равно, куда идти. Пройдя по узкому коридору, они вошли в дверь и надеялись, что смогут переждать там, пока все не прояснится.

Осмотревшись по сторонам, они оказались в каком-то заброшенном классе. Старые столы и стулья были сложены у стен, но стена напротив них была чистой, за исключением большого зеркала.

"Вау, какое большое зеркало", - прошептал Рон, когда они пошли вперед, Гарри засовывал плащ под пижамную рубашку.

Зеркало было большим, доходило до самого потолка. Он тоже был необычным, с золотой рамкой и когтистыми лапами, а вверху было написано: Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi.

Они подошли к нему, оба наклонились к нему.

Они оба ахнули и отскочили назад.

"Ты видишь то же, что и я?" Выдохнул Рон, снова шагая вперед, теперь, когда он знал, что это не укусит.

"Я не знаю. Ты встречаешься с людьми?" Спросил Гарри, встав рядом с ним, глядя на бесчисленные лица, счастливо смотрящие на него в ответ.

"Нет, я вижу себя — только я Староста, и у меня в руках Кубок по квиддичу!"

Он сделал паузу, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Гарри.

"Что ты видишь?"

Гарри подошел ближе, фактически протянул руку и коснулся стекла ладонью.

"Кажется, я вижу свою семью ..."

Рон замолчал, когда они оба снова посмотрели в зеркало.

— Что это? — тихо спросил Рон. — Это же не будущее, да?

— Нет, если только не существует способа вернуть людей, — пробормотал Гарри.

Рон опустил взгляд, сочувствуя другу: внезапно он перестал видеть себя старостой и капитаном команды по квиддичу.

У него была его семья.

"Я думаю, нам пора идти", - наконец сказал Рон.

— Подождите минутку, я хочу хорошенько рассмотреть каждого, может быть, я смогу найти что-нибудь об одном из них в книге, если буду знать, как они выглядят, — сказал Гарри, оглядывая всех в зеркале.

Рон кивнул, ожидая, пока Гарри запомнит лица своей прошлой семьи.

Гарри отвел взгляд от своих родителей, отодвигая воспоминания о том, как Волан-де-Морт убил их, и посмотрел за их пределы. Он нашел сильного мужчину с зелеными глазами за спиной своей матери, старика с растрепанными черными волосами, держащего трость, и бесчисленное множество других, которые были так похожи на него самого.

Ему хотелось просто стоять здесь всю ночь, и тогда время просто остановилось бы.

Именно тогда, когда он позволил своим глазам просто остекленеть, осматривая их целиком, что-то произошло.

Изображение в зеркале как будто вздрогнуло, и по нему пробежала тень тьмы.

Он неосознанно ахнул и сделал шаг назад, когда перед его семьей возник выцветший образ.

Он сам.

Просто стою там.

"Гарри, что ты видишь?" Внезапно спросил Рон, обеспокоенный после того, как Гарри ахнул и отступил на шаг.

Гарри это не понравилось, что-то было не так.

Гарри собирался сказать, что хочет уйти, когда вспышка зеленого внезапно осветила отражение в зеркале, заставив Гарри в ужасе отскочить назад.

"Что?!" Спросил Рон, когда Гарри широко раскрытыми глазами уставился на тусклое отражение перед ним.

"Я мертв..."

Гарри повернулся и посмотрел на Рона, чьи глаза были такими же широко раскрытыми, как и его собственные. На этом Гарри вытащил свой плащ, и они бросились к двери, оба быстро оказались под защитой невидимости, выбегая из комнаты.

К тому времени, как они добрались до Общей комнаты, они пыхтели.

"Мне не нравится это зеркало", - сказал Гарри, когда они вошли в спальню.

"Я тоже. Ты думаешь, это одержимый?" Спросил Рон, когда Гарри убрал свой плащ.

"Я не знаю, но я больше не буду приближаться к этой штуке", - заявил Гарри.

"Хорошая идея".

"Как ты думаешь, почему это было там?" Спросил Гарри, восстанавливая дыхание.

"Я не знаю, я имею в виду, что трехголовый пес, по крайней мере, что-то охраняет. Это, я понятия не имею, зачем им понадобилось это в пустом классе, не говоря уже о в Хогвартсе."

Они оба забрались в свои кровати.

"Почему ты это увидел?" Спросил Рон низким голосом.

"Я не знаю, но это было не круто. Это было странно, и это было не так четко, как изображение моей семьи. Была зеленая вспышка, а затем ..." его голос затих. Рон догадался, что он увидел дальше.

"Это зеркало проклято, в этом нет сомнений. Оно заколдовано или что-то в этом роде".

"Возможно, это было предупреждение", - прошептал Гарри.

"Довольно резкий способ предупредить кого-то, тебе не кажется?"

"Это донесло смысл", - пробормотал Гарри.

Книга 1 – Часть 9: Норберт

Как только Гермиона и Невилл вернулись и нашли уединенное место для разговора, Рон и Гарри рассказали им, что они нашли той ночью в библиотеке и что случилось с жутким зеркалом.

Невилл пискнул, а Гермиона ахнула, когда Гарри рассказал им, что он видел.

После этого друзья Гарри стали еще ближе к нему, опасаясь, что то, что он увидел, могло быть каким-то плохим предзнаменованием или еще хуже.

Несмотря на это, последующие недели пролетели быстро, и все они усердно работали над улучшением своей Окклюменции. После того, как Рон и Гарри бегло просмотрели эту книгу в библиотеке, они были уверены, что справляются с ней.

Их изучение включало не только окклюменцию и их занятия, но и более продвинутую магию, включая несколько приятных заклинаний, которые Гермиона нашла, позаимствовав книгу у третьекурсника. Они решили, что с Квирреллом нельзя быть слишком осторожными.

Пришлось немного поработать, но они убрали изрядную часть заклинаний, включая Lumos, Stupefy (бедная озерная рыбка) и Accio.

Игра с Равенкло, которую судил Снейп, пролетела очень быстро. Когда они оглядывались назад, это было едва ли что-то значимое по сравнению со всем остальным происходящим. Единственными запоминающимися событиями, связанными с тем днем, были Дамблдор, пришедший посмотреть, Снейп, вздрогнувший, когда Гарри пролетел мимо с запасом в несколько дюймов, и Гарри, нырнувший следом и поймавший Снитч в рекордно короткие сроки.

Однажды, когда они сидели в библиотеке, спокойно практиковались в окклюменции и делали домашнее задание, мимо проходил Хагрид.

"Привет, Хагирд", - сказал Рон, взглянув на книгу в руках крупного мужчины, и на глаза попалось название.

Разведение драконов для удовольствия и наживы.

"О, э-э, привет", - сказал Хагрид, пытаясь спрятать книгу. "Что вы, ребята, делаете?" спросил он, пытаясь выглядеть невинным, когда подошел к ним.

Гарри наклонился вперед и прошептал: "Практикуюсь в окклюменции".

"Как дела?" спросил он, опускаясь на колени рядом с ними.

"Довольно хорошо, я думал попробовать Легилименцию, знаете, чтобы убедиться, что Рон и остальные понимают это, но я не думаю, что это хорошая идея ..." Гарри замолчал.

"Наверное, хорошая идея не трогать эти вещи, если ты можешь помочь этому, Гарри", - мрачно сказал Хагрид.

Гарри и остальные кивнули.

"Хагрид, как ты думаешь, тебе стоит начать практиковать окклюменцию? Я имею в виду, когда Квиррелл рядом и все такое ..." — начал Рон, внезапно пришедшая ему в голову мысль.

"Не, я наполовину гигант и все такое, кому-то пришлось бы серьезно поработать над этим, чтобы заставить меня задуматься", - гордо сказал Хагрид.

Гермиона снова посмотрела на книгу, которую он держал в руке.

"Что ты читаешь, Хагрид?" Спросила Гермиона.

"Ничего", - быстро ответил Хагрид.

При этом они знали, что он что-то скрывает.

"Хорошо, если ты должен знать ..." Хагрид огляделся, убеждаясь, что никто не подслушивает и поблизости никого нет. "У меня есть дракон", - счастливо прошептал он.

"Хагрид, как ты его достал?" Спросил Рон, широко раскрыв глаза.

"Пойдем, поговорим у меня дома, я все равно хочу тебе его показать", - сказал Хагрид, как будто он был отцом, собирающимся показать своего первенца.

"Драконье яйцо ..." - Драконье яйцо... - прошептал Рон, уставившись на него, пока Хагрид снимал его с огня.

"Да, разве это не замечательно?" Спросил Хагрид. "Это должно —"

Он положил его на стол, точно так же, как…

Crack

"Скоро вылупится..."

"Ого, - прошептал Рон, - я знаю, что это, это норвежский риджбек".

Маленький дракон выбрался из своей скорлупы и повернулся к Хагриду.

"Разве он не красивый?" Пробормотал Хагрид. "Благослови его Господь, он знает свою мамочку!"

Хагрид снял маленькую ракушку с головы маленького дракона.

"Хагрид, где ты его взял?"

"Я выиграл его у незнакомца в пабе", - беспечно сказал он. "Он был странным парнем, но достаточно милым, он продолжал угощать меня выпивкой".

"Значит, у него просто в кармане было драконье яйцо?" Скептически спросила Гермиона. Для нее повсюду поднимались красные флаги.

"Ну, он сказал, что ему нужно кое-что снять с рук, но хотел убедиться, что это достанется кому-то, кто сможет с этим справиться. Я спросил его, что это было, и он сказал мне. Ну, я всегда хотел дракона, поэтому я сказал ему, что присматриваю за Флаффи, так что дракон не будет проблемой. И я сказал ему: "Фокус с любым зверем в том, чтобы знать, как его успокоить ", - гордо сказал Хагрид.

"Он спрашивал, как успокоить Флаффи?" Спросил Гарри, страшась возможного ответа.

Эта собака охраняла тот камень, ради всего святого!

"Ну да, кто бы не хотел? Но я сказал ему: "Извини, не могу тебе сказать. "Секрет Хогвартса". Затем я пошутил: "Если я расскажу тебе, мне придется тебя убить". Вскоре после этого он ушел и отдал мне яйцо. Никогда нельзя быть слишком осторожным, особенно после всего, что произошло, а, Гарри?"

Гарри и его друзья тихо вздохнули с облегчением.

Гермиона снова сосредоточилась на драконе.

"Хагрид, как быстро растут эти типы драконов?" Спросила Гермиона, уже предвидя возможные проблемы.

Маленький деревянный дом, быстро растущий огнедышащий дракон и благонамеренный человек, который не понимал опасности .... плохое сочетание.

"Ну, вот почему у меня есть эти книги, они расскажут мне все, что мне нужно знать", - уверенно сказал он.

Гарри, Рон, Невилл и Гермиона беспокойно переглянулись.

"Э-э, как ты собираешься его называть?" Спросил Невилл, решив, что один из них должен что-то сказать, хотя его голос дрожал и выдавал их нервозность.

"Норберт", - объявил он. При этих словах Норберт поднял голову, словно гордясь своим недавно нареченным именем.

"Ну, я не должен был задерживать вас здесь допоздна, не хотел бы, чтобы у вас были неприятности", - сказал он, похлопав Норберта по голове.

Они рано пожелали ему спокойной ночи и ушли, переглянувшись, зная, что Норберт не сможет остаться, как бы сильно Хагрид этого ни хотел.

Последующие недели включали в себя дополнительные домашние задания, все учителя готовили их к выпускным экзаменам.

Квиррелл был таким же странным, как всегда, и Гарри мог поклясться, что поймал несколько сердитых взглядов от вонючего чесночного человека; и несколько раз на уроке он чувствовал, как кто-то постукивает по его разуму, но он поднял свои щиты, и они не собирались сдаваться.

У него был соблазн снова вызвать воспоминание о Кадавре, но он не хотел рисковать, опуская щиты, даже на мгновение.

Драко и его друзья были вежливы с ним и даже прекратили травлю, по крайней мере, когда он был рядом. Гарри мог бы зайти так далеко, сказав, что Драко становится дружеским знакомым, но называть его "другом" в этот момент было бы глупо, а доверять ему было бы опасно. Он все еще был сыном Пожирателя Смерти.

Гарри не знал, что потребуется от Драко, чтобы стать другом, но это должно было выйти за рамки того нынешнего уважения, которое у них сформировалось, это должно было включать нечто, называемое лояльностью.

Уроки окклюменции продолжались, но все они были уверены, что усвоили материал довольно хорошо, или, по крайней мере, настолько хорошо, насколько это было возможно с минимальными инструкциями, которые они смогли получить.

Гермиона не смогла раздобыть ничего по окклюменции во время перерыва. Когда она со своей семьей отправилась в Косой переулок, на нее посмотрели несколько странных взглядов, когда она рассматривала книги, и она решила, что сейчас неподходящее время их покупать. Это, и она не хотела объяснять родителям, почему она хотела приобрести книги, значительно превосходящие материалы, изучаемые в Хогвартсе.

Сны Гарри немного поутихли, но все еще время от времени давали о себе знать. Такое случалось всего несколько раз, Рон и остальные отнеслись к этому хорошо, разбудили его, убедились, что все в порядке, и снова легли спать.

Сейчас всех больше всего беспокоил предстоящий финал, и беспокойство Гарри и его друзей также касалось Норберта.

Он рос по меньшей мере на дюйм в день, а Хагрид либо не замечал, либо отрицал неизбежный исход.

"Хагрид, просто отпусти его, освободи его", - сказал Гарри однажды, увидев дракона рядом с Фангом, уплетающего кусок мяса.

"Я не могу, он слишком маленький. Он умрет", - сказал Хагрид.

"Хагрид, он не может здесь оставаться", - сказала Гермиона, делая шаг вперед.

"Я—я знаю, но я не могу просто бросить его, не могу".

"Если бы мы только знали кого-нибудь, кто мог бы забрать его", - рассеянно сказал Невилл.

Гарри повернулся к Невиллу, задумался, прежде чем внезапно повернуться к Рону.

"Чарли!" - сказал он.

Сначала Рон ничего не понимал, но потом до него дошло.

"Мой брат в Румынии!" Закричал Рон.

"Изучаю драконов", - сказал Гарри, и на его лице появилась ухмылка.

Хагриду не потребовалось много времени, чтобы убедить его согласиться отдать Норберта в заботливые руки Чарли. Вскоре после этого они написали Чарли письмо, надеясь, что им не придется долго ждать ответа.

Прошла неделя, пока они, наконец, не получили ответное письмо, в котором восторженный Чарли был очень рад забрать незаконного дракона из рук Хагрида. В письме было все, что им нужно будет сделать, и когда, поскольку его друзья должны были заехать на следующей неделе, чтобы забрать Норберта, все, что Гарри и его друзьям нужно было сделать, это доставить ценную посылку.

"Хорошо, с мантией-невидимкой мы двое можем пойти забрать Норберта", - сказал Гарри, они вчетвером тайно собрались, чтобы спланировать это.

"Думаю, я выхожу, я физически не настолько сильна", - разочарованно пробормотала Гермиона.

"Хм, да, я думаю, ты права", - извиняющимся тоном согласился с ней Гарри.

"Я не думаю, что должен, я, кажется, слишком нравлюсь Норберту ..." Сказал Рон, поднимая свою слегка распухшую руку.

"Да, это было бы нехорошо, мы передаем дракона, который съел брата Чарли, друзьям Чарли", - заявил Гарри. "Ну, тогда, я полагаю, остаемся мы с тобой, Невилл".

"Я?" - спросил он, явно не уверенный.

"Да, посмотри на себя, ты, наверное, мог бы донести ящик сам, я здесь почти только для моральной поддержки", - ободряюще сказал Гарри.

"Мы... ну, если ты уверен, Гарри", - сказал он.

"Да", - сказал он, и это все решило.

Если бы они не так спешили, они, возможно, сочли бы себя обязанными позволить Хагриду попрощаться подольше, но время поджимало, и они не могли рисковать упустить друзей Чарли. Невилл определенно подтвердил предыдущее заявление Гарри о силе. Гарри едва пришлось напрягаться, чтобы помочь нести ящик вверх по лестнице, придерживая его плащом.

Наконец, они добрались до верха, обнаружив, что их ждут друзья Чарли.

"Гарри, рад наконец познакомиться с тобой", - сказал один из них, остальные за его спиной готовили Норберта к полету.

"Привет", - сказал Гарри, Невилл застенчиво стоял позади него.

"Спасибо, что доставили нам дракона", - сказал молодой человек.

"О, Невилл сделал большую часть работы, если бы не он, я сомневаюсь, что ящик добрался бы сюда так быстро", - сказал Гарри, подзывая Невилла вперед.

— Невилл Долгопупс? — спросил он, протягивая руку для рукопожатия.

"Да, сэр", - сказал Невилл.

— Боже мой, приятель, я всего несколько лет как окончил Хогвартс, не нужно так официально, — шутливо сказал он. — Что ж, нам пора, было приятно познакомиться с вами обоими, — сказал он, поворачиваясь к своим друзьям, которые уже были готовы.

Гарри и Невилл ушли, снова забравшись под плащ, чтобы вернуться в общежитие.

На обратном пути они были благодарны, что у них был с собой плащ. Филч был в патруле, как и миссис Норрис. Если бы не повышенная осведомленность и осторожность Гарри и Невилла, они могли бы попасться.

Когда они наконец оказались в безопасности башни Гриффиндора, они вздохнули с облегчением, Гермиона и Рон с нетерпением ждали их.

"Ну? Как все прошло?" Спросил Рон.

"Есть какие-нибудь проблемы?" Спросила Гермиона.

"Все прошло хорошо, рад, что у меня есть этот плащ", - сказал Гарри.

"Без этого нас бы поймали", - признался Невилл.

"Филч?" Слегка зловеще спросил Рон.

"Да, и его кот", - сказал Гарри.

"Этот человек когда-нибудь спит?" Спросила Гермиона.

"Гермиона, ты видела этого человека? Готов поспорить, он не спит и не моется", - заявил Рон.

"Это было немного грубо", - ответила Гермиона, хотя в ее голосе не было враждебности.

"Но это правда", - продолжил он.

Невиллу и Гарри удалось не рассмеяться, прежде чем они все поняли, что время пришло, и отправились спать.

Экзамены в конце учебного года прошли быстрее, чем они хотели, но они были здесь, и им ничего не оставалось, как учиться и надеяться, что этого будет достаточно.

Невилл переживал из-за финала по зельеварению, и даже под руководством Гермионы и Гарри он был уверен, что обречен.

"Ну, просто утешься тем фактом, что все остальные чувствуют то же самое", - сказал ему Рон.

"Мне все равно не становится легче", - пробормотал Невилл.

"Эй, по крайней мере, ты знаешь, что сдашь один экзамен, Невилл", - сказал Гарри. "Гербология".

"Спасибо", - сказал Невилл.

Они готовились к экзамену по истории, которого Гарри боялся; он насмотрелся этих уроков на всю жизнь…

Ну, по крайней мере, я знаю свою историю ...сказал он себе, закрывая учебник истории и продолжая изучать Чары.

"Ну, на данный момент мы либо знаем это, либо нет", - наконец сказал Рон, ударившись головой о обложку книги "Трансфигурации".

"Получив сотрясение мозга, ты не будешь отстранен от экзаменов, Рон", - сказала Гермиона.

"Что, если я так сильно ударюсь головой, что это вызовет потерю памяти?" Спросил Рон.

"Они могли бы подумать о том, чтобы дать тебе больше времени на учебу", - ответила она.

Рон закатил глаза, прежде чем они встали и с пафосом отправились на свой первый экзамен.

Тесты проходили достаточно хорошо, Гермиона, конечно, переживала из-за того, что, возможно, пропустила одно из заданий, в то время как остальные были просто рады, что все закончилось.

"У тебя снова болит шрам?" Тихо спросил Рон.

"Да, и это действительно странно, я почти готов поклясться, что причина в Квиррелле. Я думаю, это предупреждение мне или что-то в этом роде", - сказал он, пытаясь унять раздражение.

Гарри с ужасом ждал теста по защите от Темных Искусств. Он все еще не мог понять, почему Дамблдор позволил этому человеку продолжать преподавать, хотя тот явно хотел смерти Гарри. Надеюсь, ничего такого, что заставило бы Дамблдора пожалеть о своем решении.

Гарри и остальные зашли в вонючий класс, чтобы сдать тест. В тот момент, когда Гарри вошел в комнату, он почувствовал, как его шрам покалывает нечто большее, чем просто боль или раздражение. Он чувствовал тревогу, нетерпение и возбуждение, исходящие от этого.

Это сверхъестественно, почему я не могу просто побыть нормальным в течение одного часа, особенно во время теста? Спросил себя Гарри, занимая свое место, остальные тоже сели.

Он посмотрел на Квиррелла, который выглядел таким же невинным и придурковатым, как всегда. Гарри просто хотелось заболеть. Маскировка мужчины была хорошей, это точно.

Гарри встретился с ним взглядом, и на мгновение это было точно так же, как в тот раз, когда он уничтожил Тролля, смешанного со временем на той метле.

Красный камень.

Он быстро переключился на что-то другое, схватившись рукой за край стола и подняв ментальные щиты выше необходимого уровня, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

Перед ним был темный лес, и единорог снова появился в поле зрения…

РРРРААААХХХХРРРР!

Гарри чуть не вылетел со своего места, когда существо, которое он видел глазами Гарри Поттера, бросилось и атаковало единорога.

"Вау, Гарри, этот тест будет не таким уж плохим", - сказал Рон, пытаясь создать впечатление, что Гарри просто слишком остро реагирует, а не устраивает какой-то приступ, в котором Рон был уверен.

Гарри посмотрел на Рона и остальных; они знали, что только что что-то произошло.

"Ты прав, давай просто покончим с этим тестом", - сказал Гарри, хватая перо и начиная свой тест, который уже был разложен перед ним на столе.

Гарри и другие никогда так быстро не заканчивали тест, не то чтобы они просто вставляли ерунду в качестве своих ответов; они просто поспешили и записали свои ответы в рекордно короткие сроки. Также было приятно, что они хорошо знали материал, но не благодаря Квирреллу, а благодаря их собственным инструкциям и изучению.

Когда они вышли из класса и снова вышли на воздух, пригодный для дыхания, они собрались в конце коридора, далеко за классом защиты от темных искусств и Квирреллом.

— Что там произошло, Гарри? — спросил Рон, когда Гарри отвернулся от проходивших мимо людей в коридоре.

— Давай поговорим об этом позже, где-нибудь в другом месте, — мудро предложила Гермиона, поскольку вокруг было много людей, а им нужно было подготовиться к следующему тесту по зельеварению.

"Я расскажу вам, ребята, после уроков зелий", - сказал Гарри, жалея, что не может поделиться этим с ними тогда, но зная, что они не могут рисковать, что Квиррелл подслушает, хотя он все еще был в том классе.

"Зелья на очереди, да?" Спросил Невилл, меняя тему и теряя при этом румянец.

"Я просто рад, что Защита от Темных искусств закончилась", - сказал Гарри.

"Я тоже, я думаю, это был самый скучный тест, который я когда-либо сдавала", - сказала Гермиона.

"Да, и мне показалось, или больше половины материала, который проходил тест, было совершенно бессмысленным?" Спросил Рон.

"Да. Это единственное, чему я рад в "Зельях"", - сказал Гарри, не зная, что приближаются определенные шаги, когда он продолжил. "Я имею в виду, профессор Снейп может быть суровым, и я клянусь, что иногда он намеренно придирается ко мне, но, по крайней мере, мы узнаем кое-что важное на его занятиях; хотя, я бы хотел, чтобы он осветил некоторые вещи немного подробнее. Но знаете что? Иногда я задаюсь вопросом, на что была бы похожа защита от Темных искусств, если бы профессор Снейп преподавал ее. Он выглядит как человек, который разбирается в подобных вещах. Я думаю, нет, я знаю, если бы у меня был выбор между профессором Строго-настрого Снейпом или этим жалким человеком, которого следовало бы называть "Чесночная головка" вместо "Профессор", я бы каждый раз выбирал профессора Снейпа...

Гарри внезапно прекратил свою тираду, увидев лица своих друзей.

Не может быть чесночной головкой ...Гарри подумал.

"Добрый день", - вежливо поздоровался сержант Снейп.

Гарри медленно повернулся и посмотрел на человека в темном плаще, встретившись с его еще более темными глазами.

"Здравствуйте, сэр", - сказал Гарри, надеясь, что его голос не слишком дрожит.

"Профессор Снейп"? Рад, что мои усилия стать таким профессором увенчались успехом", - заявил он, его лицо было абсолютно нейтральным, голос бесстрастным.

Ну, по крайней мере, он пока не набрал ни одного балла, подумал Гарри.

Снейп подошел ближе, тайно убедившись, что поблизости нет слишком любопытных, и его глаза сузились. Невилл сглотнул.

"Поттер, я думаю, тебе и твоим друзьям было бы разумно вести себя гораздо осторожнее в отношении "Головки чеснока". Как вы сказали, это всего лишь маскировка; его настоящая природа еще не раскрыта. Пять баллов с Гриффиндора за невнимательность. Одно очко получено за то, что видишь дальше внешнего вида ", - сказал он, прежде чем повернуться и продолжить свой путь, чтобы подготовить подземелье к экзамену по зельеварению.

Они смотрели, как он уходит, не смея сказать ни слова, пока он не скрылся из виду.

"Гарри, ты самый удачливый и самый невезучий парень, которого я когда-либо знал", - сказал Рон.

"Снейп когда-нибудь давал баллы?" Спросила Гермиона, все еще глядя туда, где она в последний раз видела Снейпа.

"Нет, я так не думаю", - сказал Гарри, подумав. "По крайней мере, не для не-слизеринцев".

"Я думаю, мы должны прислушаться к его совету ..." Пробормотал Невилл, оглядываясь назад, чтобы убедиться, что поблизости нет Чесночной головки, прежде чем продолжить. "После того, что он сказал, я думаю, что Квиррелл намного опаснее, чем кто-либо из нас изначально думал".

"Невилл, после того, что я увидел сегодня, я думаю, ты прав", - сказал Гарри.

Финал по зельеварению прошел довольно хорошо, и даже Невилл был уверен, что не провалился.

Снейп был своим обычным Сурово-строгим "я", когда они проходили тест, но Гарри мог поклясться, что враждебность, которая обычно окутывала комнату, когда Снейп входил, заметно ослабла, что помогло им в прохождении тестов.

Драко и Гарри обменялись едва заметными кивками, уважительно глядя друг на друга, когда начали свои тесты.

Покинув подземелья и отправившись в башню Гриффиндора, Гарри и остальные нашли уединенное место для разговора, и из-за экзаменов в конце года большинство людей были в других местах, готовясь к тестам.

"Ладно, что случилось раньше, Гарри?" Спросил Рон.

"Я не знаю, я видел красный камень и, я думаю, Квиррелла, напавшего на единорога", - сбивчиво произнес Гарри. Он держал в руках эти две вещи больше трех часов.

"Камень, как в the stone?" Спросила Гермиона.

Гарри кивнул. "Он хочет этого, очень сильно", - сказал Гарри.

"И ты видел, как он напал на единорога? Это значит, что он хочет или что?" Спросила Гермиона.

"Я уже видел у него "Темный лес" и единорога. Я думаю, он либо видел, либо действительно хочет увидеть", - сказал Гарри. "Он опасный человек".

"Хорошо, что он не подслушал эту чесночную историю раньше, а?" Сказал Рон.

Гарри пожал плечами. "Я знал, что его не было рядом с нами. Мой шрам безумно покалывало бы, если бы он был рядом".

"Сейчас все так плохо?" Спросила Гермиона. "Ты чувствуешь, что он близко?"

Гарри кивнул, бессознательно приложив два пальца к своему шраму.

"Сейчас больно?" Спросил Невилл, быстро оглядываясь вокруг и принюхиваясь к воздуху в поисках любого намека на чеснок.

"Да, я думаю, он что-то задумал", - сказал Гарри, пытаясь избавиться от неприятного ощущения в своем шраме.

Книга 1 – Часть 10: Противостояние

Было поздно, и темнота, сгустившаяся в его кабинете, странно успокаивала. Снейп наблюдал, как отблески свечей скользят по стенам, его темная мантия сливается с тенями вокруг него.

Что со мной не так? Это сын Джеймса!

Снейп расслабленно вздохнул, собираясь с мыслями.

"Но он также принадлежит Лили ..." - прошептал он в пустой комнате.

Северус откинулся на спинку стула, позволяя себе мысленно дрейфовать.

Он подумал о своем разговоре с Поттером перед экзаменом по зельеварению, вспомнив, как сильно удивился и в глубине души обрадовался, услышав слова мальчика.

Как бы сильно он ни хотел ненавидеть его, он не мог. С самого первого дня его ненависть была вынужденной. Он так старался презирать сына человека, который мучил его в юности, но обнаружил, что не может.

Гарри Джеймс Поттер. Несмотря на то, что он внешне так похож на своего отца, ему достались глаза матери, и, несмотря на способности и любовь отца к квиддичу, ему досталось сердце матери.

Гарри сбил Северуса с толку, а его отношение и действия помогли сбить его с толку еще больше. Он не мог понять, почему и как Поттер подружился с Малфоем, но это было так. Теперь между ними было взаимное уважение, которое он никогда не считал возможным между гриффиндорцем и слизеринцем.

Он знал, что из-за этого у Драко были проблемы во время Хэллоуина, но с тех пор, по какой-то причине, слизеринцы приняли его мирное общение с Поттером. Вероятно, это было из-за того тролля. Каким-то образом Гарри заслужил странное уважение за то, что уничтожил тролля и защитил слизеринца. Судя по рассказу Драко, это, казалось, убедило слизеринцев и большинство других, что Драко, Гарри и его друзья работали вместе, чтобы уничтожить этого тролля.

Что действительно задело Снейпа, так это то, почему Поттер и его друзья скрывали правду. Драко не удержал тролля; ему повезло, что они добрались туда вовремя и нашли его всего лишь со сломанной ногой. Поттер и его друзья спасли Драко жизнь, и если бы не причудливая демонстрация магии Поттером, у Драко и остальных были бы серьезные неприятности.

И почему Поттер и его друзья навестили Драко на следующий день в больничном крыле? Какими словами они обменялись? Было ли это тогда, когда началось настоящее взаимное уважение? Или именно тогда они оба это поняли и приняли?

У Снейпа не было ответов на эти вопросы, но он начинал получать смутное представление об определенных их частях.

Он знал, что после этого на Гарри и его друзей тоже некоторое время странно смотрели, но он также знал, что Гриффиндорцы и два других факультета уважали Поттера из-за того, как он справлялся с неприятностями, которые Малфой и его друзья причинили в начале года, и особенно теперь, после тролля.

Гарри Поттер был загадкой, в этом можно было не сомневаться.

Большинство сотрудников знали о его кошмарах; после того, как ему пришлось прикрывать его, это было необходимо. Дамблдор не вдавался в подробности о том, в каком состоянии он нашел комнату, но по выражению его глаз и лица Минервы он понял, что это должно было быть серьезно.

Часть его была удивлена, когда Директор не попросил его приготовить большую порцию зелья сна без сновидений, но потом он понял почему. Это было небезопасно, особенно когда вокруг бегал такой псих, как "Чесночная головка".

И как эти дети узнали о Квиррелле? Что сделала Чесночная головка, чтобы насторожить их? И почему никто из других учеников не знал, особенно старшеклассники? Конечно, если бы Префект что-то заподозрил, он бы рассказал.

Дамблдор рассказал ему о подозрениях Поттера и его друзей, и о том, как Хагрид пришел к нему и сказал, что Поттер и другие подозревают Квиррелла в попытке убить его во время игры в квиддич. Теперь Снейп не сомневался в лояльности Квиррелла и в том, насколько темным человеком на самом деле был этот человек. Ему потребовалось все, что у него было, чтобы противостоять проклятию, наложенному на метлу Поттера, и часть его подозревала, что в тот день он боролся не только за жизнь Поттера, но и за помощь из неизвестного источника, особенно когда он понял, чья мантия таинственным образом загорелась.

Происходило многое, чего он не мог объяснить, но, по крайней мере, он знал одну вещь. Квиррелл хотел этот камень, ненавидел Гарри и не остановится ни перед чем, чтобы получить то, что хотел.

Еще одна вещь, которую он не мог понять, была эта новая сторона Хагрида. Он изменился с тех пор, как встретил Поттера. Он, без сомнения, заботился о мальчике, и Снейп был уверен, что тот что-то скрывает от них, даже от директора. Что он знал? Это явно каким-то образом касалось Поттера. Что он знал такого, о чем не рассказывал никому из них? Какой секрет мог быть настолько важным, что даже неуклюжий нежный гигант смог утаить его от Альбуса Дамблдора, величайшего Волшебника своего времени?

Связан ли этот секрет с кошмарами Поттера?

Поттер был могущественным, в этом не было сомнений, независимо от того, как сильно он хотел отрицать, что такой юноша и сын его врага детства мог обладать такой силой на сдвиг. Этот факт был доказан, когда он убил Горного тролля одним заклинанием.

Как Поттер узнал это заклинание? Его определенно нет ни в одной книге, до которой он должен иметь возможность добраться, и найти его в закрытом разделе библиотеки крайне маловероятно.

И не только знать такое заклинание, но и действительно уметь его использовать, и использовать идеально против врага, который должен был стать победителем, а не побежденным…

В Поттере есть нечто большее, чем просто Мальчик, который выжил…

Тук-тук.

Снейп встал, оторванный от своих мыслей, задаваясь вопросом, кто мог стучаться так поздно ночью. Тот, кого он обнаружил, был одним из последних людей, которых он ожидал.

Драко Малфой.

"Мистер Малфой, что привело вас в мой офис в такой поздний час?" он спросил.

"Профессор, я хотел бы перекинуться с вами парой слов, без посторонней помощи… um… так, чтобы никто больше не знал, - нерешительно сказал он.

"Конечно, заходи", - сказал Снейп, впуская его и закрывая за ним дверь.

"О чем это, мистер Малфой?" он спросил.

"Ну, сэр, на самом деле, о нескольких вещах, в основном о том, что вы о них думаете", - сказал он. "Я уважаю вас и знаю, что получу прямые ответы. Они мне особенно нужны в таких вещах".

"Хорошо, какие вещи?" спросил он, жестом приглашая Драко сесть, в то время как сам прислонился к краю стола, спокойно скрестив руки на груди.

"Гарри Поттер. Я знаю, что сейчас это бессмысленно, так как скоро конец года и все такое, но он будет здесь в следующем году. Чего от меня ожидают? Как я должен на самом деле относиться к нему? Должен ли я вообще ассоциировать себя с ним? " - спросил он. Очевидно, что все это тяжело давило на него в течение некоторого времени, и он просто хотел выложить все это своему наставнику.

Снейп пристально посмотрел на Драко, прежде чем сформулировать ответ, который вертелся у него на губах.

"Драко, кто должен определять твою жизнь?" - Спросил Снейп, заставив Драко удивленно посмотреть на него не только своим вопросом, но и тем фактом, что он назвал его по имени.

"Твой отец? Я? Традиция? Нет. Ты. Ты выбираешь, как ты поступаешь, ты выбираешь, кто твои друзья, и ты решаешь, каким человеком ты станешь. Нет ничего плохого в том, чтобы иметь знакомых или даже друзей из других факультетов. У всех нас есть свои сильные и слабые стороны, вот почему хорошо общаться с теми, кто отличается от нас.

"Вы видите меня и профессора МакГонагалл с нашими разногласиями, и все же мы по-прежнему работаем вместе и терпимо относимся к обществу друг друга. Я уважаю ее, а она уважает меня.

"Ты понял?" он спросил.

Драко кивнул, чувствуя себя более непринужденно и довольный, что пришел.

"Спасибо, сэр", - сказал он, вставая.

Теперь Снейп тоже стоял прямо, больше не опираясь на стол.

Драко повернулся к двери, чтобы уйти.

"Мистер Малфой".

"Да, профессор?"

— Никогда не повторяй то, что я сказал или собираюсь сказать.

"Хорошо, сэр".

«Считайте, что вам повезло, что вы нашли достойного гриффиндорца, с которым можно подружиться. Надеюсь, за ним последуют и другие. Вы поняли то, на что у меня ушли десятилетия», — сказал он, и его лицо было скрыто в тени и свете свечей.

"И что же это, сэр?"

"Какой могущественной силой могут стать Слизерин и Гриффиндор, когда они друзья. Спокойной ночи, мистер Малфой".

"Спокойной ночи, профессор".

Той ночью Гарри не мог заснуть. Он был встревожен, как будто ждал, что что-то упадет, и упадет сильно.

Когда он наконец заснул, это был совсем не спокойный сон.

Тьма была густой, как деревья, а воздух тяжелым, когда он сфокусировал взгляд.

Внизу и немного рядом с ним был мертвый Единорог; он левитировал…

"Ты ... ты расскажешь мне", - прошипел голос. Перед ним была протянута рука, перед ним в этот момент стоял крупный мужчина.

"Нет, я тебе ничего не скажу", - сказал мужчина.

"Хорошо, тогда я возьму это", - опасно прошептал он, приподнимаясь сам на следующий фут, чтобы оказаться на уровне глаз мужчины.

Хагрид.

"Хагрид!"

Гарри вскочил и увидел, что Рон как раз встает с кровати, чтобы попытаться разбудить его.

"Гарри? Что ты видел?" Спросил Рон, видя, что Гарри потирает свой шрам.

— Нам нужно добраться до Хагрида. Квиррелл забрал его прямо сейчас, я думаю, он использует легилименцию, — сказал он, надевая ботинки, мантию и хватая плащ-невидимку.

Рону больше ничего не нужно было слышать. Он разбудил Невилла, радуясь, что остальные все еще спали, поскольку к этому времени привык к случайным вспышкам Гарри по ночам.

Невилл и Рон быстро собрались и были прямо за Гарри, когда они выходили из общежития.

"Гермиона, она нам нужна", - сказал Рон, останавливаясь в Общей комнате.

Гарри кивнул, собираясь взбежать по лестнице, чтобы забрать ее, но потом вспомнил, что мальчики не могут подниматься наверх, если только они не хотят, чтобы на них обрушилось очень страшное проклятие.

"Хедвиг!" - Хедвиг! - внезапно сказал Гарри, и Невилл быстро схватил несколько разорванных пергаментов на боковом столике и нашел перо под стулом, зная, что следует сделать.

То ли каким-то чудом, то ли очень хорошим слухом Хедвиг слетела вниз. К счастью, Гарри не запер клетку Хедвиг.

Она приземлилась на руку Гарри, Невилл протянул ему записку, которую он быстро набросал.

СПУСКАЙСЯ СЮДА СЕЙЧАС ЖЕ. ОДИН.

ХАГРИД В БЕДЕ. КВИРРЕЛЛ.

-НЕВ, Х.П., РОН

"Хорошо, ты можешь разбудить Гермиону, и только ее?" Спросил Гарри.

Хедвиг кивнула, как будто это указание было очевидным и его не нужно было произносить, и взяла записку из рук Гарри.

"Хорошо".

На этом Хедвиг подлетела за Гермионой.

Им не пришлось долго ждать. Меньше чем за минуту она спустилась и оделась, ее волосы были собраны в конский хвост, в руке палочка.

"Ладно, что происходит?" спросила она, когда все они забрались под специальный плащ.

"У Гарри было видение. Квиррелл прямо сейчас держит Хагрида в лесу, мы думаем, он использует Легилименцию", - сказал Рон, когда они вышли в коридор.

Несколько мыслей проносились в голове Гарри, пока они покидали Гриффиндорскую башню.

Должны ли они обратиться за помощью? Поверили бы они им? Было ли у них вообще время?

Гарри и остальные думали, что коридоры будут предоставлены только им, но быстро обнаружили, что это не так.

Драко Малфой.

"Что он вытворяет?" Слегка подозрительно спросил Рон.

Но прежде чем кто-либо из остальных успел высказать предположение, Гарри покинул защиту плаща и бросился к Драко.

"Что он делает?!" Спросила Гермиона, они трое все еще были невидимы.

"Драко!" Гарри закричал, напугав Драко до полусмерти, который был на другой стороне коридора.

"Поттер! Что ты не спишь?" спросил он, поворачиваясь к Гарри, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

"Мне нужна твоя помощь, нам нужна твоя помощь", - позвал он, останавливаясь на приличном расстоянии от него, настойчивость сквозила в каждом его слове, молясь, чтобы Драко понял, что он не может объяснить в данный момент, и помог. "Позовите на помощь, позовите профессора Снейпа! Хагрид в беде, скажите Снейпу, что Квиррелл держит его в Запретном лесу, пытается выведать секрет получения Камня. Он знает, что делать. Скажи ему!" - Сказал Гарри, начиная убегать от Драко к ближайшему выходу из замка, внезапно появились трое его друзей и присоединились к нему.

"Хорошо, Поттер!" - Крикнул Драко в ответ, поворачиваясь туда, откуда он только что пришел, слова Поттера и Снейпа звенели в его голове, когда он бросился в кабинет Снейпа.

Гарри и остальные очень быстро выбрались на улицу, Рон по дороге передал Гарри его плащ, поскольку он им больше не был нужен. Гарри спрятал его в мантии, когда они приближались к лесу.

"Давайте, сюда", - сказал Гарри, и все они достали палочки.

В лесу было так же темно, как и в его сне, но, используя его шрам и память как компас, они пробирались через лес, держась близко друг к другу и петляя вокруг деревьев и ветвей.

Гарри замедлился, остальные сделали то же самое.

Гарри жестом попросил их остановиться, указав на место в нескольких ярдах впереди них, за деревьями.

"Они там", - прошептал он, переводя дыхание, прежде чем изложить план. "Хорошо, когда я коротко произнесу "Люмос" и "Нокс", Рон, Невилл, вы вытаскиваете Хагрида — оглушаете Невилла, левитируете Рона или что-нибудь еще, что нужно, чтобы убрать Хагрида. Гермиона — отвлекись, обернись направо; сделай что-нибудь необычное. Я позову Квиррелла. Поняла? - Спросил Гарри.

"После того, как Хагрид выйдет?" Спросил Невилл.

"Выбирайся из леса—Иди в замок—Скажи Дамблдору-Охраняй пушистика".

"Все мы?" Спросила Гермиона.

"Вы трое. Охрана этого камня - высший приоритет. Это эликсир жизни. Я буду отвлекать Квиррелла, пока смогу. Хорошо?"

Остальные кивнули, понимая, что спорить бесполезно, время идет.

Они продвигались вперед, зная свои задачи.

Рон и Невилл пошли налево, Гермиона - направо, Гарри - в центр, когда все они нацелились на свою цель.

У Гермионы перехватило дыхание, как и у остальных, когда она увидела Хагрида, скованного телом перед парящим Квирреллом, только было что-то еще более неправильное…

Правая сторона Квиррелла была обращена к Хагриду, а его лицо было повернуто влево, он безучастно смотрел в направлении Гарри, и все же ... с другой стороны было другое лицо, сосредоточенное на Хагриде.

Болезненное серое лицо с рубиново-красными глазами…

Рон, Невилл и Гермиона оглянулись на Гарри, зная, где его найти.

Они увидели быструю вспышку света на кончике волшебной палочки Гарри и начали действовать, все еще укрываясь в кустах и зарослях темного леса.

"Обалдеть!" Невилл закричал, когда Гермиона выкрикнула несколько собственных заклинаний, вызвав на поляне столпотворение впечатляющими заклинаниями фейерверка, которые, без сомнения, заставили бы близнецов Уизли захотеть завербовать ее.

Красное ошеломляющее заклинание Невилла выстрелило вперед и попало в руку Квиррелла.

"АХ!"

Хагрид упал, приземлившись на землю на бок, как будто он был бревном.

"Вингардиум Левиуса!" - Крикнул Рон, прежде чем добавить: "Акцио Хагрид!"

Рон и Невилл, теперь стоявшие бок о бок, схватили парящего Хагрида за толстую одежду на его широких плечах, когда он рванулся к ним, его тело задело несколько торчащих ветвей и конечностей. Схватившись, они побежали, оттаскивая его прочь, клянясь выполнить задание, которое дал им Гарри, Гермиона продолжала прикрывать их — повсюду сыпались красные, белые, синие, золотые и серебряные заклинания.

Сказать, что Квиррелл был сумасшедшим, было бы большим преуменьшением, но это было за пределами понимания того, насколько сердитым было серое лицо на его затылке.

Лицо с красными глазами повернулось, Квиррелл все еще стоял так, как стоял, когда парализатор попал ему в руку.

"Оцепенение!" Гарри закричал через несколько мгновений после того, как Рон и Невилл схватили Хагрида. Гарри выскочил из кустов, когда заклинания Гермионы ослабли.

Гарри знал, что Гермиона выполнила его приказ и теперь бежит к замку, чтобы помочь охранять камень, бежит в безопасное место.

Серолицый прищурился, когда Квиррелл взмахнул палочкой и блокировал проклятие Гарри, несмотря на то, что его лицо смотрело в другую сторону.

Гарри остановился; теперь достаточно близко, чтобы разглядеть отвратительное лицо, когда он поднял палочку, готовый произнести еще одно проклятие.

"Гарри Поттер ..." - прошептало серое лицо. "Видишь, кем я стал? Просто тень и туман…Я обретаю форму только тогда, когда делю тело другого человека ... но всегда были те, кто хотел впустить меня в свои сердца и умы.… Кровь единорога придала мне сил за последние недели, и как только у меня будет Эликсир Жизни, я смогу создать собственное тело .... "

"Мы не позволим тебе, Волан-де-Морт ..." Сказал Гарри, крепко сжимая палочку, игнорируя нарастающую боль в шраме.

"Храбрость?" Спросил Волан-де-Морт, поднимая палочку Квиррелла, и сильно взмахнул ею вправо.

Палочка Гарри вылетела из его руки, несмотря на то, как сильно он ее держал, и приземлилась где-то в кустах справа от него, как раз в тот момент, когда голос Гермионы прогремел из-за деревьев, крича: "Экспеллиармус!"

Волшебная палочка Квиррелла / Волан-де-Морта была отброшена, Темный Лорд был полностью застигнут врасплох.

"Гермиона, БЕГИ! БЕГИ!" Гарри крикнул, тоже поворачиваясь, чтобы бежать, надеясь увести Квиррелла подальше от нее и замка.

"УБЕЙ ЕГО!" - крикнул Волдеморт.

Гарри собрался с духом, когда Квиррелл бросился в атаку, лицо Волан-де-Морта отвернулось, чтобы Квиррелл мог как следует рассмотреть.

Гарри поднял руки, когда Квиррелл врезался в него, сильно повалив на землю. Он почувствовал, как руки Квиррелла обхватили его шею, но Квиррелл быстро отпустил.

"Мастер, мои руки — мои руки!"

"УБЕЙ ЕГО!"

Квиррелл изо всех сил пытался подчиниться, снова опустив руки, но на этот раз он атаковал по-другому.

Его правая рука с силой опустилась на грудь Гарри, над сердцем, в то время как левая снова вцепилась Гарри в горло. Гарри в ответ схватил Квиррелла за лицо одной рукой, а другой взялся за то, что сбоку на голове Квиррелла должно было быть ухом.

"ААААААААААААА!"

Теперь все было так запутанно.

В груди Гарри начало пульсировать, когда он почувствовал и услышал множество вещей вокруг себя.

Он почувствовал дыхание Квиррелла у своего лица; резкий запах чеснока, когда он услышал резкие слова, доносящиеся от Квиррелла в перерывах между криками мужчины. Все это время Волдеморт продолжал кричать: "УБЕЙТЕ ЕГО! УБЕЙТЕ ЕГО!"

Грохот раскатывающегося грома приближался к нему, и он слышал всё больше голосов, перекрикивающих друг друга.

"ОТВАЛИ От НЕГО! ОТВАЛИ От НЕГО!"

Затем он почувствовал, как две пары рук отрывают его от Квиррелла.

"ГАРРИ!" - позвал кто-то, как раз перед тем, как все стихло ... и стало темно…

[A / N: Эта сцена перекрывает сцену выше. Должно быть понятно само по себе.

Драко подбежал к кабинету Снейпа так быстро, как только мог, и, не потрудившись постучать, просто ворвался внутрь.

"Мистер Малфой", - сказал Снейп, слегка удивленный.

"Сэр, Поттер, я только что столкнулся с ним. Он сказал мне передать вам кое—что о том, что Квиррелл с Хагридом в лесу пытаются выведать секрет камня".

Снейп немедленно подошел к нему и быстро вывел его.

"Скажи профессору МакГонагалл то и это, что я направляюсь в Лес; отправь директору сову, скажи ему, что он нужен здесь, и кратко упомяни "стоуна"; он в Министерстве. Пароль Гриффиндора - Виртутис. Иди, - сказал он, и они оба побежали по коридору.

— Да, сэр, — сказал Драко, развернулся и направился в башню Гриффиндора.

Снейп, не теряя времени, побежал в Запретный лес. Пробежав по траве, он увидел, как что-то с приличной скоростью выходило из леса.

Рон и Невилл тащат за собой плавающего Хагрида.

"Профессор! Они там, глубоко в лесу", - крикнул Рон, указывая, но не замедляя шага, пока они продолжали двигаться к замку и Снейпу.

"Добирайтесь до замка и не останавливайтесь. Помощь уже в пути", - заявил он, пробегая мимо них с палочкой в руке.

Невилл и Рон быстро кивнули, никогда не видели Снейпа с палочкой в руке и с таким напряженным выражением лица.

"Пошли", - сказал Рон, сильнее притягивая Хагрида.

Снейп продолжил движение вперед, вошел в лес и побежал так быстро, как только мог, туда, куда указал Рон.

Он прошел несколько десятков ярдов, когда увидел бегущую к нему Гермиону.

Она была близка к слезам, ее рука крепко сжимала волшебную палочку.

"Грейнджер", - сказал он, когда она остановилась перед ним. Он поддержал ее рукой и собирался отдать ей приказы, но до его ушей донесся стук копыт.

Он повернулся налево, обнаружив нескольких кентавров.

"Северус", - сказал один из них, выбегая вперед.

"Ронан", - сказал Снейп.

"Я позабочусь о том, чтобы мисс Грейнджер добралась до замка. Иди", - сказал он, беря Гермиону за руку и быстро поднимая ее, закидывая себе на спину.

"Северус!" где-то позади него раздался голос.

Снейп обернулся и увидел бегущего к нему профессора Дамблдора.

"Идите сюда", - сказал Снейп, поворачиваясь и показывая дорогу; Дамблдор следовал за ними, кентавры рядом с ними.

Они бросились вперед, до их ушей доносились крики.

"ААААААААААААА!"

"УБЕЙ ЕГО! УБЕЙ ЕГО!"

Они увидели Квиррелла сверху Гарри, который, без сомнения, творил Темную магию, крича от боли.

Вокруг них раздался топот копыт, когда Снейп и Дамблдор пришли Гарри на помощь.

"ОТСТАНЬ От НЕГО! ОТСТАНЬ От НЕГО!" - взревел Снейп.

И он, и Дамблдор схватили Квиррелла, как раз в тот момент, когда темная масса отделилась от тела Квиррелла.

Волан-де-Морт.

Он убежал от них в темноту леса…

Снейп и Дамблдор быстро оттащили обмякшего Квиррелла от Гарри и увидели, что кожа Квиррелла сильно обгорела в том месте, где Гарри его коснулся. Оттолкнув тело Квиррелла в сторону, они поняли, что силы Гарри тают.

Дамблдор поднял Гарри на руки, опустившись рядом с ним на колени.

"ГАРРИ!" - крикнул он, когда глаза мальчика закрылись. Дамблдор положил руку Гарри на сердце, быстро бормоча заклинания себе под нос и молясь, чтобы было еще не слишком поздно…

Книга 1 – Часть 11: Становление

Драко ахнул, когда двери открылись для Рона и Невилла, тащивших за собой парящего Хагрида. МакГонагалл, Флитвик и Спраут пробежали мимо его на мгновение ошеломленного тела, направляясь к двум мальчикам и большому мужчине без сознания.

Вскоре после того, как Драко встряхнулся, он сбежал вниз по ступенькам и присоединился к профессорам.

— Профессор Дамблдор идёт, — сказала МакГонагалл, помогая им вести Хагрида по коридору. Малфой теперь шёл рядом с Хагридом, держась за его негнущуюся руку, чтобы тоже помочь.

— Что случилось? — спросил Драко дрожащим голосом, боясь узнать, что случилось с Хагридом, но желая это выяснить.

— Квиррелл, это был Квиррелл и эта… эта штука с ним. Лицо, — сказал Рон. Адреналин был единственным, что позволяло ему в тот момент идти и говорить одновременно.

— Где Поттер? — спросила МакГонагалл, когда они подошли к лазарету.

— Последнее, что мы услышали, — это крик Гермионы «Экспеллиармус!» и крик Гарри, чтобы она бежала, — ответил Рон.

Лицо Невилла было серьёзным и сосредоточенным, он молчал.

Они быстро вошли в лазарет и, уложив Хагрида на кровать, выбежали обратно, зная, что камень всё ещё нуждается в защите — Квиррелл всё ещё может прийти.

Не обращая внимания на крики профессоров, чтобы они остановились, они продолжили путь, Драко, Флитвик и МакГонагалл шли за ними.

"Куда ты идешь?" Драко кричал, задыхаясь, когда они бежали к входной лестнице, которая вела в коридор, ведущий ко всем остальным лестницам.

"Коридор третьего этажа", - ответил Невилл, как раз в тот момент, когда входные двери снова распахнулись, на пороге стоял огромный кентавр, а за его спиной дрожала Гермиона.

"Гермиона! Где Гарри?" Спросил Рон, подбегая к ней, кентавр осторожно опустился, чтобы она могла слезть, в то время как МакГонагалл пошла вперед искать травмы.

"Я—я не знаю!" - всхлипнула она. "Это был он! Вол-де-Морт!"

Профессора ахнули.

"Ха-Гарри сказал мне бежать! И он-он..."

МакГонагалл притянула Гермиону в свои объятия, внутренне напуганная не меньше, чем она сама.

"Я шо-не должна была оставлять его", - воскликнула Гермиона.

Ронан, кентавр, внезапно повернулся, его копыта ударились о камень, и остальные подняли головы, чтобы посмотреть, что вызвало его движение.

"Они идут", - заявил он, отступая в сторону, чтобы позволить профессорам, Рону, Невиллу, Гермионе и Драко увидеть территорию перед школой и тех, кто это пришел.

Дамблдор и Снейп бежали рядом с парящим Гарри, полдюжины кентавров скакали рядом и позади них в качестве часовых.

"Минерва! Зелье—Вена восстановления!" Крикнул Дамблдор, увидев Минерву и остальных, смотрящих на них сверху вниз от входа.

На этом Минерва развернулась и побежала вперед, оставив остальных у входа. Каким-то чудом не поскользнувшись на камне, она бросилась в лазарет, быстро перебирая предметы на полках с мазями и зельями в поисках зелья для восстановления артерий, предупредив Помфри, которая в данный момент работала с Хагридом, что худшее вот-вот произойдет.

Вскоре после этого Снейп и Дамблдор с подвешенным между ними Гарри вошли в лазарет, двери волшебным образом закрылись за ними, оставив Флитвика, Рона, Гермиону, Невилла и Драко снаружи гадать, что происходит за заколдованными дверями... Исполненный страха приказ Дамблдора Минерве звенит у них в ушах…

Драко уставился на свои руки, сидя рядом с Невиллом, Рон между Гермионой и Невиллом. Они сидели на полу, прислонившись к стене напротив дверей лазарета.

Флитвик пытался заставить их уйти, разойтись по общим комнатам, но даже не закончил свое первое предложение, когда решил уйти и оставить их в покое.

Рон посмотрел на двери, как будто пытался заглянуть сквозь них.

Прошел почти час, а они все еще слышали торопливые движения, доносящиеся из комнаты ... приглушенные заклинания, бормотание заклинаний…

Флитвик и другие профессора, отсутствовавшие в аудитории, были такими же невежественными и обеспокоенными, как и студенты, сидевшие у стены.

Еще через несколько минут остальные профессора ушли, чтобы заняться подготовкой к началу дня для студентов, которые все еще крепко спали в своих кроватях.

Драко поднял глаза к дверям после того, как некоторое время теребил руки, погрузившись в свои мысли.

Что произошло? Рон и другие рассказали ему и профессорам все, но они не могли ответить, что произошло после того, как они ушли. Кентавры сказали им, что Квиррелл мертв, но мало рассказали о Гарри, и никто, кроме Гарри, не знал, что произошло после того, как он сказал Гермионе бежать.

А что с Волан-де-Мортом? Что он сделал с Поттером и где он сейчас?

Что за человек, если его можно так назвать, позволяет своему последователю умереть, чтобы тот мог сбежать?

Драко собрался с мыслями, осознав, что до сегодняшнего дня он никогда не видел Снейпа в таком состоянии, он никогда не видел его глаз в таком ужасающе пристальном взгляде, его губы двигались так быстро, он бормотал заклинания, которые никто не мог услышать, проводил палочкой над безвольным телом Поттера по пути в лазарет.

Тишина вокруг Драко и остальных была оглушительной, поскольку звуки за дверями стихли, но двери оставались закрытыми…

Неужели Поттер умрёт? Неужели он, Драко, потеряет того, кого Снейп называл «достойным гриффиндорцем»? Неужели он потеряет друга, который мог бы у него быть?

При этой мысли что-то внутри него внезапно щёлкнуло. Он осознал то, что должен был понять давным-давно. Независимо от того, сделал Поттер это или нет, он должен был сделать выбор прямо сейчас. Как сказал Поттер в начале года, у него были варианты, и только он мог решить, какой из них выбрать. Он должен был решить прямо сейчас: пойдёт ли он по пути Власти и «будет тратить время впустую», как его отец, или станет кем-то большим, сделав другой выбор?

Дверь открылась…

Драко и остальные быстро встали, когда МакГонагалл и Спраут медленно вышли, закрыв за собой двери.

Они выглядели настороженными и измученными и просто стояли там какое-то время, глядя на друзей Гарри, которые неуверенно смотрели на них, ожидая, когда им расскажут, что происходит.

Драко уставился на МакГонагалл, пытаясь поймать ее взгляд, но прежде чем он смог, подбежали несколько других профессоров, включая профессора Флитвика.

МакГонагалл наконец обрела голос.

«Мы взяли проклятие под контроль и сделали всё возможное, чтобы устранить ущерб», — сказала МакГонагалл, стараясь говорить спокойно.

— Что это было за проклятие? Какой ущерб оно нанесло? — спросила Гермиона, у которой покраснели глаза от недавних приглушённых рыданий.

«Это была тёмная магия, и, поскольку я не знаю точного заклинания, я не могу сказать. Что касается повреждений, Поттер получил внутренние травмы», — сказала МакГонагалл, пытаясь скрыть свои эмоции, но безуспешно.

"С ним – с ним все будет в порядке?" Спросил Невилл, когда они вчетвером обошли МакГонагалл и Спраут.

"Мы пока не знаем", - честно ответила Макгонагалл. "Директор, профессор Снейп и мадам Помфри выясняют, можно ли сделать что-нибудь еще. Все, что мы можем сейчас сделать, это ждать. "

Весть о том, что произошло за несколько часов до восхода солнца, распространилась среди всех жителей Хогвартса, и когда все вошли в Большой зал на завтрак, настороженность охватила всех.

Невилл, Рон и Гермиона тихо сидели вместе, слишком погруженные в свои мысли, чтобы даже замечать приглушенные голоса вокруг них. Многие ученики слышали небольшие фрагменты того, что произошло, особенно ту часть, где говорилось о том, как Драко Малфою дали пароль в башню Гриффиндора, чтобы предупредить Макгонагалл о чем-то происходящем в Запретном лесу.

Пока все рассаживались, в зале тихо гудело еще о чем-то, но никто точно не знал, что произошло. А то, что профессор Снейп, Хагрид, мадам Помфри и профессор Квиррелл исчезли, разожгло еще большее любопытство.

Взгляд Рона скользнул по столу Слизерина и обнаружил Драко, двое его приятелей просто молча сидели по обе стороны от него, уставившись в свою тарелку.

Ненависть Рона к слизеринцам медленно таяла в течение семестра, благодаря влиянию Гарри, и теперь, вместо того, чтобы видеть Малфоя, он видел Драко, просто Драко. И поскольку Драко больше не подшучивал над ним и не сыпал оскорблениями, Рон решил позволить прошлому быть забытым или, по крайней мере, прощенным.

Гермиона прерывисто вздохнула, когда Невилл неестественно неподвижно сел рядом с ней.

"Рон, ты знаешь, что происходит?" Спросил Дин. "Где Гарри?"

"Лазарет", - заявил Рон, на самом деле не зная, кому он отвечает, просто отвечая.

Несколько других людей, услышав его ответ, наклонились, чтобы задать вопросы, но, к счастью для Рона, Дамблдор встал и привлек всеобщее внимание своим мрачным выражением лица.

В Большом зале воцарилась тишина, все взгляды были устремлены на мужчину, который в данный момент показывал каждый год своего возраста. Ученики беспокойно переглянулись, понимая, что все, что произошло до того, как они проснулись, было серьезным.

"Прежде чем появятся новые слухи или начнутся расспросы о том, что произошло, позвольте мне сказать вам правду. Благодаря действиям, предпринятым мистером Гарри Поттером и четырьмя другими учениками, прошлой ночью была спасена жизнь Хагрида, а могущественный магический предмет не попал во владение Волдеморта."

Несколько человек ахнули, но быстро переключили внимание на Директора.

"Лорд Волан-де-Морт привязался к профессору Квирреллу, и оба были настроены заполучить этот предмет, который сейчас уничтожен. Волан-де-Морт был изгнан благодаря усилиям мистера Поттера, но это было сделано не без жертв. Мистер Поттер находится в лазарете. Профессор Снейп и мадам Помфри сделали все, что могли, но прямо сейчас все, что мы можем сделать, это ждать.

"Хагрид тоже в лазарете и, к счастью, выздоравливает. Я был бы признателен, если бы вы все занимались своими обычными делами; если будут важные новости, я вам сообщу ".

Ученики перед ним были ошарашены, ну, за исключением четырех, ну, шести (считая Крэбба и Гойла), студентов, которые знали всю историю.

Следующие дни прошли как в тумане. Не потребовалось много времени, чтобы вся школа узнала обо всем, что произошло. Как только выяснилось, кто были те четверо учеников, которые помогали Поттеру, школа получила дополнительные сведения о событиях от них, в основном от Рона, который сказал им просто заткнуться, решив, что правда лучше, чем их выдуманные истории — хотя и ненамного.

Хагрида освободили позже, в первый день. Ему было приказано пойти отдохнуть, и всем было сказано не беспокоить его.

На второй день стало общеизвестно, что Драко и двое его приятелей теперь болтались с тремя гриффиндорцами у лазарета, ожидая, когда их впустят или сообщат какие-либо новости о состоянии Поттера.

Им лишь ненадолго разрешили посетить спящую форму Поттера в конце второго дня. Было приятно видеть, что он на самом деле жив, но знание того, что он все еще нездоров, и обеспокоенные лица профессоров мало что могли поделать, чтобы успокоить их беспокойство.

На третий день поползли приглушенные слухи о состоянии Поттера. Все, конечно, знали, что это из-за Темной магии, но никто не мог осознать серьезность ситуации.

Профессора Снейпа видели редко, а когда видели, как он торопливо шел в лазарет или из него со старым пергаментом или бутылочками с зельями, большую часть которых он достал из подземелий. Все знали, что нельзя останавливать его, чтобы он задавал вопросы, и только четверо студентов, которые вместе с Поттером участвовали в остановке Темного Лорда, удостоились от него мимоходом взгляда.

Выйдя в очередной раз в коридор, ведущий в лазарет, Рон, Гермиона, Невилл, Драко и двое его друзей (которых по какой-то причине приняли в группу обеспокоенных), остановились.

Профессор МакГонагалл только что вышла из лазарета и направлялась к ним.

"П-профессор?" Спросил Невилл, когда она приблизилась.

"Он все еще спит. Профессор Дамблдор и профессор Снейп сейчас с ним. Я думаю, вы сможете навестить его после ужина, если захотите, - сказала она, глядя на стоящих перед ней гриффиндорцев и слизеринцев.

"Спасибо, профессор", - пробормотал Драко, его глаза смотрели мимо нее на закрытые двери лазарета.

МакГонагалл вздохнула, похлопала Драко и Рона по плечам, прежде чем пройти мимо них, пробираясь между этой странной группой друзей, группой, которую она никогда бы не подумала, что это возможно.

Профессор Снейп опустился в кресло напротив занятой кровати, его глаза болели от того, что он так долго держал их открытыми, ноги радовались перерыву от беготни взад-вперед по коридорам, а руки слегка расстроились из-за того, что он заставил их помешивать столько котлов за такое короткое время.

Он наблюдал, как грудь мальчика поднимается и опускается, глаза ребенка упрямо оставались закрытыми. Северусу больше ничего не оставалось делать, теперь все зависело от мальчика — зелья и заклинания не могли зайти так далеко.

За последние несколько дней Снейп пару раз видел друзей Поттера, каждый из них был так же обеспокоен, как и он, хотя он больше старался скрыть свои эмоции.

Директор сидел на кровати рядом с кроватью Поттера, все прожитые годы были написаны на его лице, прежде чем он склонил голову на руки. Снейп медленно выдохнул, видя и чувствуя страдания Директора, прежде чем закрыть глаза для короткого отдыха.

Он услышал дыхание, двое людей в комнате рядом с ним, просто дышали.

Где он был? Что случилось? Почему у него было ощущение, что в грудь ударили кувалдой?

Он осмотрел остальную часть своего тела, не обнаружив других повреждений, за исключением пульсирующей боли в груди, и решил, что пришло время открыть глаза.

Белый, белая комната.

Лазарет, рассуждал он.

Он обвел взглядом потолок, стену вдоль размытого окна и остановился на нечетком спящем человеке напротив него. Даже без очков он знал, что это профессор Снейп. Он узнал бы этот темный плащ, темные волосы и доминирующую позу где угодно, даже если бы мужчина спал.

Ну, это один из людей, которых я слышу, который другой—

Он начал поворачивать лицо, но внезапно остановился, когда в поле зрения появилось улыбающееся лицо Альбуса Дамблдора.

"Добрый день, Гарри", - прошептал он, давая ему надеть очки.

Гарри был поражен, почувствовав облегчение и сильную радость, исходящие от старика, почувствовав его старую обветренную руку на своем маленьком плече.

Однако после того, как это чувство прошло, все, что произошло, немедленно вернулось к нему.

Его первые мысли были о друзьях. С ними все было в порядке? Они спасли Хагрида? Они защитили камень? Где они сейчас? Где Чесночная головка и Волан-де-Морт?

Опасаясь худшего, Гарри пошевелил рукой и схватил Дамблдора за руку, пытаясь сесть и одновременно выпаливая вопросы.

"Что случилось? Мои друзья боятся? Безопасно ли для вас? Где Квиррелл? ", едва делая паузы между вопросами и игнорируя боль в груди, пока Дамблдор пытался успокоить его и не дать ему сесть.

"Успокойся, дорогой мальчик, все в порядке. Все твои друзья в безопасности, камень уничтожен, а Квиррелл мертв".

"Мертв? Но Волан-де-Морт!" — начал Гарри, больше не пытаясь сесть и едва заметив Снейпа, который теперь проснулся и быстро подошел к другой стороне кровати.

"Волан-де-Морт сбежал, и из-за этого Квиррелл умер", - сказал Дамблдор.

"Он убил своего слугу?" - Спросил Гарри, хотя это был едва ли вопрос, скорее испуганное утверждение, известная правда, как будто он знал, что не должен удивляться, но все равно удивился.

Дамблдор кивнул.

"Как долго я здесь?" Спросил Гарри.

"Три дня, Поттер", - сказал Снейп.

Гарри повернул голову к Снейпу и увидел его усталые темные глаза. Гарри, слишком опустошенный, чтобы бороться с нахлынувшими воспоминаниями, позволил им прийти.

Северус поднял на него глаза, заглядывая в его глаза, на что осмеливались немногие из его слуг. В глазах Снейпа появились смутные признаки усталости.

"Хорошая работа, ты хорошо служишь мне".

"Благодарю вас, милорд", - сказал Северус, низко кланяясь и отступая назад.

"Поттер? Ты в порядке?" Спросил Снейп, в его глазах действительно читалось беспокойство.

Это очень смущало Гарри. На чьей он стороне на самом деле? Но чем больше он смотрел в тёмные глаза человека, который, как он был уверен, ненавидел его в начале года, тем больше он убеждался в своём ответе.

Гарри сглотнул и кивнул, прежде чем снова посмотреть на Дамблдора.

"Что случилось?" он спросил.

Они рассказали ему, что сказали Рон и другие, а затем рассказали ему, что они видели и сделали, когда добрались до него. Они продолжили, рассказав ему, какие травмы он получил, и о проклятии, которое использовал Квиррелл, поскольку оно поражало артерии и кровеносные сосуды. Дамблдор рассказал ему, почему Квиррелл получил ожог, когда прикоснулся к нему, и продолжил, рассказав ему, как они усердно работали, чтобы исправить ущерб и обратить вспять проклятие.

"Значит, теперь я в порядке?" Гарри спросил их.

"Да, хотя тебе нужно будет побыть здесь еще немного", - сказал Дамблдор.

Гарри опустил взгляд на белые простыни, мягко положил руку себе на грудь и позволил ей нежно скользнуть по ткани.

Я мог умереть… В тот момент Волдеморт ничего так не хотел, как моей смерти. Он хотел моей смерти больше, чем камня ... Почему?

"Итак, мистер Уизли сказал что-то о том, что у вас было, кажется, он сказал, "видение", которое сказало вам, что Хагрид в беде. Не могли бы вы рассказать нам, что именно вы видели?" Спросил Дамблдор, отвлекая Гарри от его мыслей.

Гарри взглянул на Снейпа, не зная, как много ему известно, и не понимая, как много он должен сказать. Он по-прежнему не хотел рассказывать Дамблдору о воспоминаниях, но дело было не в воспоминаниях, а в… собственно, в чём дело?

"Все, что ты расскажешь мне, ты можешь сказать профессору Снейпу. Если только ты действительно не чувствуешь, что предпочел бы рассказать только мне", - мягко сказал Дамблдор.

"Я..."

Как много я должен сказать? Должен ли я рассказать ему все о том, что происходило с участием Квиррелла? Имеет ли это значение сейчас?

Наконец, после паузы в раздумьях, он принял решение.

"За последний год я получал эти вспышки от Квиррелла ..."

"Вспышки"? Спросил Снейп.

"Да, после "тролля". У меня мелькали красный камень и единорог. Теперь я знаю, что видел то, что Квиррелл сделал или думал о том, чтобы сделать ".

"Камень?" Спросил Снейп, его тон был непроницаем.

"Э-э ... да, "Философский камень"…Увидев пару его фрагментов, я, э-э..."

Его голос затих. Он не хотел лгать, но он также не хотел, чтобы у Хагрида были неприятности.

"Все в порядке, Гарри. Хагрид сказал мне несколько дней назад, прежде чем покинуть лазарет, что рассказал тебе", - мягко сказал он. "Итак, эти вспышки, когда ты их видел?"

"Когда я смотрел ему в глаза ... по большей части", - ответил он.

"Легилименция", - выдохнул Снейп, выказывая проблеск удивления.

"Да, Северус. мистер Поттер обладает естественным Окклюменцией и Легилименцией".

Дамблдор наклонился вперед, ближе к Гарри.

"Гарри, что ты имеешь в виду, говоря "по большей части"?"

"После всей этой истории с троллем, и когда мы были в вашем офисе, пока мои друзья рассказывали вам, что произошло, я увидел его ... ну, глядя его глазами, я увидел лес и единорога".

Дамблдор кивнул. "Я думал, происходит что-то большее, чем ты просто пытаешься успокоить свой разум. Теперь, когда я думаю об этом, после того, как ты убил тролля и мы вошли, ты тоже что-то увидел, верно?"

"Да, камень. Но даже до этого мне не нравился Гар - я имею в виду, Квиррелл".

Краем глаза Гарри мог бы поклясться, что заметил тень улыбки на лице Снейпа, но она быстро исчезла.

"С Квирреллом произошло что-нибудь еще, о чем я должен знать?" Через мгновение спросил Дамблдор. "Особенно об инциденте с метлой во время вашей первой игры в квиддич?"

"Хагрид рассказывал тебе об этой части?" Спросил Гарри.

"Какая часть?"

Очевидно, старик собирался прикинуться дурачком, но Гарри знал, что он знал, по крайней мере, что Квиррелл подвергал Гарри ментальной бомбардировке во время матча.

"Он использовал Легилименцию, чтобы попытаться помочь мне упасть с метлы, почти сработало, прежде чем я решил, что с меня хватит, и оттолкнулся".

Дамблдор улыбнулся при этих словах.

"Что ты сделал, Поттер?" - Спросил Снейп, поскольку казалось, что Директор уже знал ответ и не собирался спрашивать.

"Я вытеснил свое собственное воспоминание. Мое воспоминание о том, как смертельное проклятие поразило меня. Очень быстро выбросил его из головы ".

Дамблдор одобрительно кивнул, Снейп попытался скрыть свое потрясение, но безуспешно.

"Что ж, если ты когда-нибудь снова испытаешь вспышки от кого-то или что-то еще, чего ты не понимаешь или считаешь важным, пожалуйста, скажи мне.

"И я приношу свои извинения, Гарри. Хагрид рассказал мне о твоих подозрениях, но с тем, что я знал, и с учетом всех обстоятельств, я не мог допустить, чтобы этот человек исчез из поля моего зрения ".

Гарри мог видеть и чувствовать искренность старика и понимал его предыдущие решения и поступки, он просто хотел, чтобы все это можно было предотвратить с самого начала.

"Поттер, ты случайно ничего не знаешь о загоревшемся плаще Квиррелла, не так ли?" Спросил Снейп, его предыдущий шок прошел.

Гарри ухмыльнулся. "Это была Гермиона. Она увидела, что происходит, пошла туда и позаботилась об этом".

Снейп поднял брови, удивленный и позабавленный.

"Ну, Гарри, у тебя есть какие-нибудь вопросы?" Спросил Думбедор.

"Хм, у меня действительно есть несколько вещей, которые не дают мне покоя, теперь, когда я думаю об этом".

"Спрашивайте, я отвечу на них, если смогу", - сказал Дамблдор, его глаза блеснули.

"Почему Квиррелл и Волан-де-Морт не побежали в замок и не попытались достать камень или сделать что-нибудь еще? Зачем вообще нападать на меня? Это казалось пустой тратой времени, я имею в виду, он мог попытаться сбежать, но вместо этого он просто пошел за мной. И Волан-де-Морт казался довольно непреклонным в том, чтобы убить меня. Не имеет особого смысла. Почему Волдеморт так сильно хочет моей смерти? И почему он пришел за мной той ночью?"

Снейп откинулся на спинку стула, не собираясь вмешиваться в это, он будет наблюдать со стороны.

Дамблдор вздохнул, выглядя побежденным.

— Я не могу ответить на этот вопрос прямо сейчас, правда слишком опасна для тебя в данный момент. Я расскажу тебе, когда ты будешь готова.

"Не опасно ли мне не знать?" Спросил Гарри.

Он не совсем понимал это, но очень большая часть его хотела, требовала узнать ответ на этот вопрос.

"Да, но не так опасно, как было бы для тебя, узнай ты правду прямо сейчас".

Гарри опустил глаза. Часть его не была удивлена. Как он мог ожидать, что Дамблдор поделится ответами, когда он сам хранил секреты?

Гарри моргнул, вспышка воспоминания промелькнула в его голове.

"Милорд ..." - произнес голос позади него. Он сидел в большом кресле лицом к огню.

"Ты уверен, Северус?" он спросил.

"Да. Оракул предсказал: Приближается тот, у кого есть сила победить Темного Лорда...Рожден теми, кто трижды бросал ему вызов, рожден на седьмом месяце..."

Гарри спокойно выдохнул, не показывая ни одному из мужчин, что он только что что-то видел.

Что, черт возьми, это было? Спросил он себя. Что бы это ни было, я держу это при себе, или, по крайней мере, пока у меня не будет времени подумать. Не нужно, чтобы они думали, что у меня сейчас галлюцинации.

"Что ж, я уверен, что твои друзья хотели бы увидеть тебя, Гарри", - сказал Думбедор, вставая и позволяя Гарри увидеть стопку подарков, открыток и конфет за тем местом, где сидел Дамблдор.

Увидев его лицо, Дамблдор улыбнулся. "Подарки от твоих друзей и почитателей", - сказал он, прежде чем уйти со Снейпом и забрать своих друзей.

"Гарри, это потрясающе", - сказал Рон. "Часть меня почти жалеет головку чеснока".

Гарри только что закончил рассказывать им то, что он помнил из драки, и часть обсуждения, которое у него было со Снейпом и директором.

"Я не такая", - сказала Гермиона. "Он сделал свой выбор и решил свою судьбу".

Невилл и остальные (включая Драко и его приятелей) странно посмотрели на нее, удивленные ее свирепостью.

"Это печально, я признаю это", - продолжила она немного мягче. "Но этот человек сделал свой выбор. Я не собираюсь переживать из-за злого человека".

Гарри кивнул, соглашаясь с ней.

Драко и Гойл тихо сидели в ногах кровати Гарри. Рон и Гермиона были слева от него (Драко прямо рядом с ними), а Невилл и Крэбб - справа от Гарри.

"Значит, он ушел?" Спросил Драко после минуты задумчивого молчания.

Гарри сосредоточился на Драко, который сидел в левом углу его кровати.

"Пока", - ответил Гарри.

"Он никогда не был мертв, не так ли?" Тихо спросил Драко.

"Нет, как он сказал мне, он "Просто тень и туман ..." Его душа все еще здесь. Он не мертв ".

— Вы имеете в виду, что он всё ещё может вернуться? — спросил Невилл.

"С моими крестражами я бессмертен…Я не могу умереть,", - гордо прошипел его голос.

Затем разум Гарри быстро заполнился несколькими образами.

Черная книга с инициалами: Т.М. Риддл.

Медальон со слизеринской буквой "S" на нем.

Кольцо со странными царапинами на нем.

Нагини, змея.

Что-то вроде сине-серебряной короны.

И чашка с барсуком на ней.

"Гарри? Ты в порядке? Ты как бы отключился на секунду", - сказал Рон, легонько тряся его за плечо.

"Да, извини, задумался", - сказал он, быстро приходя в себя.

Немного грустно, что я начинаю привыкать к этим вещам.

"О чем?" Спросил Невилл.

Глаза Гарри пробежались по ним всем, не понимая, почему он увидел эти предметы или что такое Крестражи, но зная, что это важно. Его взгляд упал на трех слизеринцев перед ним, его разум прокручивал то, что он видел, и понимал, что Волан-де-Морт мог и вернется. Он был слишком могущественным и злым, чтобы не.

Какое отношение эти предметы имели к этим крестражам? Были ли это крестражи? Принадлежали ли они Волан-де-Морту? Для чего они были? Что Гарри должен был с ними делать? Сделали ли эти вещи, как подсказывало воспоминание, Волдеморта "бессмертным"?

Друзья Гарри смотрели на него с удивлением, нетерпением и скрытой тревогой, наблюдая, как Мальчик-Который-Жил-внутри- решает, как поступить.

Если, нет, когда, Волан-де-Морт вернется, им нужно быть готовыми. Когда Волан-де-Морт вернется, он, без сомнения, отправится за Гарри. Даже без этого сбивающего с толку воспоминания, в котором упоминалось неясное пророчество, было легко понять, что Волан-де-Морт затеял против него вендетту.

И когда он придет, мои друзья будут в опасности, и Драко и другие слизеринцы, вероятно, последуют за ним ... будет больше Люциусов, больше Пожирателей Смерти… НЕТ, у них есть право выбора, им не нужно становиться убийцами…

Я предоставлю им выбор. Им не нужно следовать Ненависти и Злу…

Причина, по которой слизеринцев ненавидят и считают злыми, заключается в том, что никто не дал им шанса доказать обратное… Что ж, я собираюсь это изменить.

Гарри знал, на какой риск он шел, он знал, кто были их родители, и что это может значить для всех них, какой бы выбор они ни сделали, но, как сказал некоторое время назад Хагрид, у них есть выбор, поэтому Гарри собирался дать им шанс выбрать.

"Волан-де-Морт вернется", - внезапно заявил он, и слизеринцы съежились при упоминании имени Темного Лорда. "Мы вчетвером, - сказал он, указывая на Гермиону, Рона, Невилла и себя, - видели его и его зло и остались живы, чтобы рассказать об этом. Он сбежал и позволил своему слуге умереть. И хотя это может показаться грубым и внезапным, нам нужно, чтобы ты сделал выбор сейчас… Ты с нами или ты еще один Квиррелл? "

Рон, Гермиона и Невилл потрясенно уставились на внезапную прямоту Гарри.

О чем он думает? Ради всего святого, он все еще в лазарете, неужели это не могло подождать? Гермиона и остальные спросили себя.

"Драко, Крэбб, Гойл — вы мои друзья?"

Крэбб и Гойл посмотрели на Драко, который пристально смотрел на Гарри.

Драко внезапно встал; Рон и Гермиона слегка попятились, когда Драко придвинулся ближе к Гарри.

Драко протянул руку.

"Друзья".

Гарри посмотрел ему в глаза, найдя в них жестокую честность и преданность, и крепко взял его за руку.

Долю секунды спустя Крэбб и Гойл вскочили, появившись по обе стороны от Драко.

"У тебя тоже есть наша дружба", - проворчали Крэбб и Гойл, их плечи были расправлены и горды, в их глазах читалась преданность, не уступающая преданности Драко.

Это было слегка удивительно для гриффиндорцев, оба приятеля Драко почти никогда не произносили ни слова, не говоря уже о целом предложении, а говорить с такой убежденностью было непросто.

Этот год изменил их; он изменил их всех.

Рон и Гермиона вместе с Невиллом перешли на другую сторону кровати, так что теперь трое слизеринцев были слева от Гарри, а трое гриффиндорцев справа.

"Это так круто и странно", - выпалила Гермиона. "Мы должны что-то сделать, чтобы это стало официальным".

Драко задумчиво посмотрел на нее.

"Формирование могущественной силы. Объединенная группа гриффиндорцев и слизеринцев, - прошептал Драко, вспоминая свой разговор со Снейпом, зная, что этот человек был прав и что это было началом той силы.

"Хорошо, у меня есть идея, все достаньте свои палочки", - сказала Гермиона.

Они сделали это, на самом деле не зная, что она планирует, тем более что они были в лазарете.

"Я читала о магических клятвах и тому подобном. Мы должны дать одну", - сказала Гермиона.

"Звучит интересно, но это просто слова, или за ними кроется что-то большее?" Спросил Гойл.

"Есть преимущества, я читал, что клятвы или обещания для группы создают особую связь между ними. Там говорилось, что если они будут использовать магию вместе, к ней будет легче присоединиться. Это не повредит, особенно если Волан-де-Морт вернется."

"Хорошая мысль, Миона", - сказал Гарри, Драко и остальные выглядели одинаково довольными.

"Ладно, хм, дай мне подумать". Они дали ей подумать, прежде чем она кивнула. "Хорошо, и как это пока?:

"Вместе мы , Гриффы и Слайты, выковаем Могучую Силу

"С доверием и вечной преданностью друг другу мы поведем за собой

"Как один мы выступим против наших врагов

"Мы - Формация ..."

"Хм, я думаю, мы могли бы добавить к этому", - сказал Драко, подумав.

"Мы - Отряд Защитников

"Мы ..."

"Нам нужно имя", - сказал Невилл, и Драко сделал паузу.

"Да, есть", - сказал Гарри, подумав. "Как насчет "Стражей света"? Наконец спросил Гарри.

"Да, мне это нравится", - сказал Рон, остальные кивнули.

"Итак, на латыни мы - Custosae de Lux", - сказала Гермиона.

"Хорошо, тогда как мы это сделаем?" Спросил Драко, поднимая палочку.

— Гарри должен сказать это первым, — сказала она, глядя на Гарри.

— Хорошо, — сказал Гарри, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что они по-прежнему одни. — Значит, мы действительно даём это обещание; мы заключаем своего рода договор?

— Да, наверное, — сказала Гермиона, немного удивившись сама. — Быстро всё произошло, да?

Она только что непреднамеренно возглавила создание специальной организации?

«Это круто, мы как группа против Волан-де-Морта», — сказал Невилл.

— Да… да, наверное, так и есть, — сказал Драко.

— Ребята, — начал Гарри, глядя на слизеринцев. — Я знаю, что ваши родители были на стороне Тёмного Лорда, и я знаю, чем это для вас чревато. Если вы хотите отказаться сейчас, я не буду держать на вас зла. Этот приказ будет секретным и скрытым, но ваше присутствие с нами, скорее всего, заметят. Мы можем остаться друзьями и не отдавать этот приказ.

"Нет, мы не отступаем. Пришло время раскрыть истинное лицо Слизерина, верно, Крэбб, Гойл?"

"Верно. После нашего времени слизеринцы будут известны кое-чем получше, чем чрезмерное усердие последователей тьмы", - сказал Гойл, Крэбб кивнул в знак полного согласия.

"Сказано как настоящий Страж, э-э-э...… Custos", - радостно сказал Невилл, все еще принимая тот факт, что эти слизеринцы теперь были их друзьями.

Но почему это должно было стать для него неожиданностью? Последние три дня они вместе ждали новостей или встречи с Гарри, и все враждебные отношения между ними закончились несколько месяцев назад.

Гойл улыбнулся, чего Гарри и остальные никогда по-настоящему не видели, искренней нежной улыбкой.

Это сработает, подумал Гарри.

"Хорошо, поднимайте палочки", - сказал Гарри, кивнув, и повел их.

"Вместе мы, Гриффы и Слайты, выковаем Могучую Силу

"С доверием и вечной преданностью друг другу мы поведем

"Как один мы выступим против наших врагов

"Мы - Отряд Защитников

"Мы - Стражи Света

"Хранители роскоши".

Во вспышке зеленого, серебряного, красного и золотого света из их палочек все было запечатано.

Родились Кастосы де Люкс.

Последний пир быстро наступил и закончился, школа приветствовала Гарри, вернувшегося в мир сознания. Гриффиндорцы выиграли кубок факультета, опередив всех на добрую сотню очков, и это не считая очков, которые они получили за спасение Хагрида и защиту камня.

Хагрид встретился с Гарри в последний день наедине. Гарри рассказал ему большую часть того, что произошло, и о чем говорили с ним Дамблдор и Снейп, но решил сохранить недавние воспоминания при себе. Он не хотел волновать Хагрида, и позже, если он захочет рассказать ему, он знал, что сможет. Всего в нескольких шагах отсюда.

Хагрид безмерно поблагодарил его и его друзей, почти до полусмерти сжимая Гарри, прежде чем отпустить.

"Так ты дружишь с Драко и его приятелями?" Спросил Хагрид, все еще не в силах поверить в это.

"Да, мы даже сформировали такой орден. Мы называем себя Custosae de Lux, или Стражи Света, хотя это секрет", - сказал Гарри.

"Я умею хранить секреты", - гордо сказал Хагрид.

"Я знаю", - сказал Гарри с улыбкой.

"Ты уже рассказал Дамблдору об этой штуке?" Спросил Хагрид.

"Нет, я думаю, я должен дать ему немного расслабиться, Рон и другие сказали мне, как он волновался. Думаю, я должен дать ему прийти в себя, прежде чем вываливать это на него ".

Хагрид усмехнулся, прежде чем вспомнил, что у него есть подарок для Гарри.

Книга в кожаном переплете с картинками.

"Разослал совам всем старым школьным друзьям твоих родителей, спрашивал фотографии ... знал, что у тебя их нет ... тебе нравится?"

Гарри с трудом сглотнул, пытаясь заговорить, но не смог.

Хагрид понял.

Поездка на поезде домой была интересной.

Кто бы мог подумать, что я подружусь с тремя людьми, с которыми я был врагами в начале года? Спросил себя Гарри, когда они втроем сидели в купе.

Гермиона была занята планами Custos. Выписывала клятвы, обещания, идеи и возможные церемонии. Остальные позволили ей, часть из них была в равной степени очарована тем, что они создали.

Они вкратце рассказали о том, что они будут делать в следующем году, будут ли у них встречи и какие вещи они будут делать.

Вскоре Гарри обнаружил, что размышляет не только об этих начальных вещах. Будут ли они учиться вместе? Будут ли они делать то, что они вчетвером делали с окклюменцией и дополнительной работой над заклинаниями?

"Знаешь, мы должны писать летом, чтобы убедиться, что у нас все в порядке. Мы никогда не можем быть слишком осторожны", - сказала Гермиона.

Остальные посмотрели на нее, как бы говоря: "Да,… верно, Гермиона. Как будто на нас нападут пожиратели Смерти ..."

"Это была просто мысль", - сказала она.

"Я думаю, мы сможем это сделать", - сказал Невилл. "Хотя я не знаю, что подумала бы бабушка, без обид, о том, что я пишу слизеринцам. Она все еще придерживается этого образа мыслей ..."

"Не обольщайся. Мой папа точно так же относится к гриффиндорцам. Мне все еще нужно подумать, как рассказать ему о Квиррелле. Я не думаю, что он действительно понимает мою роль в этом, - сказал Драко со вздохом.

"Ты спас наши жизни, Драко, или, по крайней мере, мою. К тому времени, когда Рон и остальные получили бы помощь, меня, вероятно, здесь уже не было бы", - признался Гарри.

Драко улыбнулся. "Спасибо, только не говори моему отцу, что..."

"Так мы будем писать кодом или что-то вроде того?" Хрипло спросил Гойл.

"Мы могли бы использовать специальные невидимые чернила", - предложила Гермиона.

"На данный момент, я не думаю, что нам нужно сильно беспокоиться о том, что люди будут рыться в нашей почте. Нам всего одиннадцать", - сказал Рон. "Я не думаю, что они когда-нибудь представят, что мы создаем серьезную секретную организацию".

"Хорошо, но я думаю, к концу следующего года у нас должна быть система", - сказала она, добавив это к своему списку дел.

"Я тут подумал", - сказал Гарри, заставляя всех посмотреть на него с полным вниманием.

Вау, можно подумать, что я их лидер или что-то в этом роде. О, думаю, я вроде как…

"Хм, ну, в следующем году мы могли бы собраться вместе, сделать домашнее задание, а затем начать учить себя некоторым продвинутым вещам. Если мы серьезно относимся к этой истории с Custosae de Lux, я думаю, мы должны заслужить право называть себя так ", - сказал Гарри.

"Да, я мог бы принести несколько книг из дома", - сказал Крэбб. "У меня есть кое-что о мощных щитах и прочем".

— Как и я, и, э-э... некоторые тёмные книги. Мы могли бы узнать, с чем нам придётся столкнуться, если всё станет серьёзно, — сказал Драко.

— Ладно, только не попадите в неприятности, хорошо? — предупредил их Гарри.

"Мой папа будет гордиться, что я смотрю на них", - сказал Драко с ухмылкой, прежде чем откусить кусочек шоколадной лягушки.

"Я думаю, нам всем нужно принести клятву волшебника", - внезапно сказал Рон. "Если мы собираемся углубиться в такого рода глубокие вещи, и если Волан-де-Морт собирается вернуться, я думаю, мы все чувствовали бы себя лучше, если бы без сомнения знали, что наши секреты в безопасности".

"Это хорошая идея, Рон", - сказала Гермиона, довольная его ходом мыслей.

"Я согласен. Я действительно доверяю вам всем, но дополнительная предосторожность немного успокоила бы меня", - признался Драко.

"Хорошо, поскольку это была твоя идея, Рон, ты приносишь клятву первым", - сказала Гермиона.

"Хорошо.

«Я, Рональд Билиус Уизли, торжественно клянусь своей жизнью и своей магией, что буду хранить секреты Хранителей Света и никогда не предам своих товарищей-Хранителей».

Во вспышке света была произнесена клятва.

Затем они по очереди произносили клятву, попеременно от Слизерина и Гриффиндора. Гойл, Гермиона, Крэбб, Невилл, Драко и, наконец, Гарри.

Свет Гарри, без сомнения, был самым ярким, и остальные слегка усмехнулись: не зря он был их лидером.

— Что ж, теперь, когда мы это сделали, я хочу кое-что сказать. Это касается Хранителей Света. Я прирождённый окклюмент и легилимент, — сказал Гарри, не зная, как отреагируют Драко, Крэбб и Гойл, но они лишь слегка удивились и стали ждать продолжения. — Ну, я обучал остальных окклюменции, и мне интересно, не хотите ли вы втроём присоединиться и сделать окклюменцию и легилименцию частью «Хранителей».

"Да, это было бы здорово. Мой отец однажды сказал мне кое-что об окклюменции, я думаю, было бы хорошо, если бы мы этому научились", - сказал Драко, остальные закивали. "Так вот как ты узнал, что у Хагрида проблемы?" спросил он.

"Да, большую часть года я, я полагаю, бессознательно читал его мысли", - пробормотал Гарри, слегка смущенный.

"Ты полон сюрпризов, Поттер, я рад, что мы на твоей стороне", - сказал Драко, удивленный и внутренне впечатленный.

Всю оставшуюся часть поездки они говорили о планах на лето и о том, чего они с нетерпением ждут от занятий в следующем году, пока, наконец, не подъехали к месту назначения.

Гарри внутренне улыбнулся, глядя на своих друзей, когда они выходили из поезда, веря в то, что что бы ни случилось в следующем году, они будут рядом с ним, а он - с ними.

Потому что они были Custosae de Lux.

Конец первого курса…

Книга 2 – Часть 1: Изменено

Гарри был благодарен за свою комнату. С тех пор как пришли "письма из ада", как назвал их Вернон, Гарри получил свободную спальню Дадли.

Прошло несколько недель, и в течение этих недель Гарри много думал, а также планировал. И независимо от того, признавал он это или нет, за те недели, проведенные в одиночестве в своей спальне, без ничего, кроме школьных принадлежностей, Хедвиг, случайных писем и тех снов / кошмаров / воспоминаний, он изменился.

Он убедил своих тетю и дядю разрешить ему хранить свои принадлежности в его комнате, сказав, что так меньше шансов, что их увидят, поскольку никто не видел его комнату, в отличие от шкафа (в котором теперь хранились пальто и ботинки, а иногда и куртки посетителей). Это привело Петунию и Вернона в ужас. Что подумали бы соседи, если бы стало известно, что они хранят волшебные книги под лестницей?

Он также достал их, сказав, что если он не сможет учиться и не отставать от школьных заданий, его могут выгнать, и это будет означать, что ему придется быть с ними в течение учебного года, или им придется заплатить за его отправку в какую-нибудь школу-интернат.

После этого обсуждения Вернон практически приказал Гарри спрятать свои школьные вещи в его комнате, чего Гарри в первую очередь и хотел.

Однажды вернувшись домой, либо после второго разоблачения Волан-де-Морта, либо после формирования Custosae de Lux, Гарри каждую ночь видел сны, в которых видел подробные воспоминания Волан-де-Морта.

Пробуждение от этих "воспоминаний" всегда было немного утомительным, но после многих лет переживаний эти воспоминания не были особенно стрессовыми или травмирующими, по крайней мере, по сравнению с тем, которое разбудило его товарищей по общежитию в начале семестра.

Он начал документировать свои сны, записывать заклинания, которые он видел, описывать, что делали заклинания / проклятия и как их использовать. Он также написал имена всех опознанных, описал, как они выглядели, и любые черты характера, которые он заметил. Он подумал, что это может пригодиться позже, либо ему (хотя он вряд ли забудет), либо заказчикам Люкса.

Он был уверен, что сможет сам творить заклинания, которые видел во сне, точно так же, как проклятие, Ardesco, которое уничтожило тролля во время Хэллоуина. Он, конечно, не стал бы практиковаться в них в своей комнате или еще где-нибудь, но он знал, что мог бы без проблем выполнять их, если потребуется. Его тетрадь заклинаний, проклятий и чар теперь была заполнена наполовину и росла с каждой ночью.

С каждым днем он становился все более взволнованным из-за Custosae de Lux. Он научит своих друзей тому, что узнал из этих снов, возьмет ужас, который Волан-де-Морт применил к невинным людям, и обратит его против Риддла и таких, как он.

Ужасы, которые он видел во сне, не обрушились бы ни на кого другого, если бы ему было что сказать по этому поводу.

Он часами размышлял над воспоминаниями, которые видел, особенно над памятью пророчества и Хоркруксом.

Прокручивает пророчество в голове…

Приближается тот, у кого есть сила победить Темного Лорда...Рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на седьмом месяце...

Его желудок сжался, когда он посмотрел на несколько фактов. Его день рождения был в конце седьмого месяца.… его родители, вероятно, несколько раз бросали вызов Волдеморту… и Волдеморт хотел его смерти больше всего на свете.…

Взяв эти вещи и соединив их вместе, вспомнив, что Дамблдор, скорее всего, с самого начала знал, почему Волан-де-Морт охотился за ним, он пришел к выводу…

Он, Гарри, был единственным, кто мог победить Волан-де-Морта… Вот почему Волан-де-Морт хотел его смерти; Гарри был угрозой для него.

В тот момент, когда он решил это, он почувствовал, как что-то глубоко внутри него затвердело. Он был прав.

Затем он подумал о крестражах. Теперь он был уверен, что те предметы, которые он видел, были крестражами, вещами, которые каким-то образом сделали Волдеморта "бессмертным". Но если он был тем, у кого была сила "победить Темного Лорда", разве не должен быть способ уничтожить или забрать силу, которой обладали эти предметы?

Он решил заставить хоркрукс поставить под сомнение деятельность Custosae de Lux, когда они вернутся в школу. Гермиона должна быть в состоянии найти что-нибудь о них, а если нет, то у Драко и других наверняка была какая-нибудь темная книга, в которой что-то было о них, поскольку эти крестражи, скорее всего, были очень темными.

Единственная проблема теперь заключалась в том, как он им расскажет. Расскажет ли он им всю правду (в том числе о воспоминаниях Волан-де-Морта), только часть или невинную выдумку? Но будет ли ложь считаться предательством?

Гарри решил не врать, он мало что знал о клятвах волшебников, но он знал, что на них нельзя давить, проверять или нарушать. Возможно, только часть правды, а затем позволить ей перерасти во всю правду? Гарри решил подумать об этом чуть позже.

Оставаясь в своей комнате почти каждый час дня (за исключением тех случаев, когда ему приходилось выполнять работу по дому, которой, на удивление, стало меньше – Гарри полагал, что это из-за того, что его родственники боялись, что он применит магию), у Гарри было много свободного времени. Когда он не думал об этих воспоминаниях или не записывал то, что касалось его снов, он делал единственное, что мог делать: учился. Просматривая свои книги, он получал вспышки воспоминаний, которые только подкрепляли знания, которые он почерпнул из книг, и воспоминания даже разветвлялись на чтение, которое Риддл прочитал после этих книг.

Теперь у Гарри, без сомнения, были способности от солидного первого до седьмого курса с несколькими выдающимися тритонами. Хотя это немного сбивало с толку, с каждым днем пробел заполнялся, и жажда знаний Гарри росла.

Гарри был рад, что быстро соображал в те первые дни лета. Из-за его навыков быстрого мышления и манипулирования Хедвиг разрешали гулять по ночам.

На самом деле все было просто. Гарри попросил разрешить Хедвиг выходить только ночью, чтобы отправлять сообщения "своим людям", и "его люди" не забрасывали их "письмами из ада". Он также сказал им, что если он не будет рассылать письма, некоторые из "его окружения" забеспокоятся и проверят его. После мысли о странно одетых людях, приходящих в его дом, Вернон предоставил Хедвиг свободу, при условии, что это было только ночью, а "кровавый голубь" молчал днем.

После первых двух недель Гарри закончил просматривать все свои книги, и его воспоминания больше не показывали ему ничего нового, поэтому Гарри решил, что пришло время приобрести новые книги.

(A / N: Я знаю, что ученики Хогвартса не получают писем о расходных материалах до конца лета, но я думаю, что для Гарри Поттера менеджер получил бы книги раньше, если бы он их попросил, а поскольку деньги не проблема, почему должна быть проблема?)

Написав Флоришу и Блоттсу, он попросил прислать ему учебники для второго курса совой (с просьбой убедиться, что они были доставлены ему ночью), а стоимость списать с его счета. Он также попросил дать ему список книг, которые у них были, чтобы он мог просмотреть список и купить еще из них, если увидит что-нибудь, что ему понравится. Он надеялся, что небольшая заметка: "Летом мне становится скучно, и я люблю много читать" будет достаточным объяснением того, почему он хотел получить свои книги сейчас, а не позже, и почему ему, возможно, нужны были дополнительные книги.

Ожидая доставки своих книг, он написал своим друзьям. В своем первом письме он сказал им, что, если они напишут ему, пусть их совы доставят письмо ночью — он не мог рисковать рассердить Вернона.

Он получил несколько писем от своих гриффиндорских друзей, но ни одного от Драко. Крэбб и Гойл писали ему несколько раз, но их письма были в основном короткими и по существу, в основном в духе:

Привет,

У меня все хорошо получается. Кое-что читал, правда, ничего особо интересного, но одна книга обещает, может принести ее, когда начнутся занятия в школе.

Позже.

Было ясно, что их письма были написаны в спешке, написаны небрежно и всегда доставлялись Хедвиг после того, как она относила им письмо Гарри. Гарри надеялся, что у его слизеринских друзей все в порядке, но из всего, что они написали, было ясно, что никто из их семей не знал о письмах или об их дружбе. Лично Гарри надеялся, что так и останется.

Письма Гермионы были немного более подробными. В ее письмах Гарри еще больше расхваливал Custosae de Lux. Она все время говорила о том, что, по ее мнению, они должны делать, как проводить "встречи" тайно и как добавлять новых участников. Она коснулась изучения продвинутых форм магии, но не стала углубляться в это слишком далеко (не зная, что Гарри уже строил планы на подобные вещи).

Письма Рона были простыми, но милыми. Он рассказывал ему, какой была его семья и какие шалости натворили близнецы. Гарри хихикнул, подумав о том, как близнецы каким-то образом заставили еду плакать, когда их мать готовила ее.

Письма Невилла были немного больше похожи на письма Гермионы, но не такие многословные. Он рассказал ему о некоторых вещах, которые читал, и не все о гербологии. Гарри улыбнулся, приятно удивленный тем, что Невилл думал о магии немного так же, как он. Хотя и не так глубоко, некоторые вещи, которые он написал, успокоили Гарри. Как бы странно это ни звучало, это ослабило его опасения, что друзья сочтут его сумасшедшим из-за новых идей о магии, которые, казалось, пришли ему в голову.

Гарри тайно отправил Хедвиг ко всем своим слизеринским друзьям, попросив Хедвиг убедиться, что они будут одни, когда она доставит письма. В этих первых письмах он написал им, что если они не смогут отправить сову в ответ, то всё в порядке, и что он напишет им ещё одно письмо, только если они отправят сову с ответом, что всё в порядке, потому что он не хочет, чтобы у них были проблемы. Он также написал им, что никто из остальных не будет им писать, если они не отправят сову Гарри и не скажут ему об этом. Крэбб и Гойл согласились с этим методом и сказали, что будет лучше и безопаснее, если им будет совать сову только Гарри. Они также сказали, что Драко, вероятно, не сможет безопасно совать ему сову, потому что мистер Малфой немного «возмущён» тем, что его сын участвовал в событиях в конце года.

У Гарри было предчувствие, что происходит нечто большее, чем просто это, но он не осмелился написать свои мысли по этому поводу в письме, на случай, если его перехватят. С тех пор, как он начал разбираться в своих воспоминаниях, особенно в начале лета, он обнаружил, что ведет себя очень осторожно, некоторые могли бы сказать, чрезмерно, но после всего, что он узнал из воспоминаний, он знал, что никогда нельзя быть слишком осторожным, когда дело касается Пожирателей Смерти.

Тем не менее, Драко ответил на первое письмо Гарри, с ним вернулась Хедвиг. Когда Гарри поманил ее внутрь и закрыл окно, он спросил, все ли прошло нормально. Она тихо утвердительно хмыкнула и протянула ему небольшой кусочек пергамента.

HP,

Совать небезопасно, если это так, я сову тебе.

Остальные будут на связи.

-DM

Он был опечален тем фактом, что Драко не смог безопасно отправить ему сову, но его воспоминания о Люциусе и других пожирателях Смерти (включая родителей Крэбба и Гойла) напомнили ему, что ему повезло, что любой слизеринец (не говоря уже о трех) рисковал дружить с гриффиндорцами.

После написания всех писем, которые он мог (рассказывая им, что он делает и тому подобное), ему было безумно скучно, то есть до тех пор, пока его не осенила идея. Зелья. Достав свою книгу по зельеварению, которую он перечитал по меньшей мере три раза (получив бесчисленное количество полезных и бесполезных воспоминаний, а также интригующие знания), он достал свои принадлежности для зелий.

Приготовление зелий не противоречило школьным правилам; здесь не было никакой "магии" и, конечно же, никакого "дурацкого размахивания палочкой". Наконец-то он нашел способ использовать то, чему научился за последние недели, не попадая в неприятности.

Благодаря полезным вещам, которые он почерпнул из воспоминаний, а также из книги, он смог расширить свои запасы, чтобы приготовить как можно больше зелий из доступного материала.

Разведение огня под котлом изначально было проблемой для зелий, требующих огня, а это было почти во всех них. Как он мог развести огонь в своей комнате, не создавать дыма, контролировать его и не сообщать об этом своей тете, дяде и кузену?

Все просто, завариваешь на кухне, над плитой, когда его родственники спят…

В час ночи он набрался смелости (или безумия) и пошел на кухню со своими припасами. Он знал, какие зелья он будет готовить, уже подготовив ингредиенты ранее в тот день в своей комнате, когда он приготовил первое "зелье" (согласно книге по зельеварению, на самом деле это не считалось зельем), для которого не требовалось пламени.

Он приготовил пасту для заживления ожогов в своей комнате. Для этого потребовалась только горячая вода (которую он получил, якобы приготовив горячее какао для себя, к недоумению и подозрительности его родственников), и, когда он закончил готовить странную апельсиновую пасту, перелил ее в короткий старый вычищенный кувшин.

Сейчас, на кухне, его сердце было настроено на приготовление порции ранозаживляющего зелья. Он подумал, что это было бы разумно сделать, и, прочитав несколько амулетов, которые могут сжимать бутылки, он понял, что у него не возникнет проблем с тем, чтобы носить это с собой.

Еще немного поразмыслив о зельях, он решил, что возьмет за правило для всех заказчиков повсюду носить с собой коллекцию зелий в сморщенных небьющихся бутылочках.

Это решение было вызвано воспоминаниями Волан-де-Морта, но он позаимствовал идею не у Риддла; вместо этого он позаимствовал ее у Снейпа. Во всех воспоминаниях, где Волан-де-Морту или одному из его последователей требовалось зелье, чтобы залечить рану или для чего-то еще, они обращались к Снейпу. У него всегда была с собой заначка, поэтому Гарри удивился почему мои друзья должны рассчитывать на одного человека, который даст им зелья, если они им понадобятся? У всех нас должна быть базовая коллекция, а затем, возможно, трое или четверо из нас возьмут с собой что-нибудь более сложное.

Так было безопаснее, и это дало бы им преимущество, если бы все когда-нибудь стало так плохо, как это было в воспоминаниях.

Из воспоминаний, касающихся зелий, он узнал больше от преподававших профессоров, чем от Риддла. Конечно, Риддл был блестящим учеником, но у Гарри возникло ощущение, что у него не было особого таланта в приготовлении зелий, поэтому он доверил Снейпу приготовить их для него.

Гарри потребовалось около четырех часов, чтобы приготовить зелья. Он приготовил две бутылки ранозаживляющего и одну для заострения ума.

После того, как он закрыл бутылочки с зельями крышками, он отнес припасы обратно в свою комнату, навел порядок и набросал себе напоминание о том, что ему нужно пополнить запасы.

Его книги для второго курса пришли на следующей неделе, и он сразу же начал поглощать их, хотя после беглого просмотра двух книг Локхарта (думая, что они многообещающие, поскольку предназначены для занятий по ДАДА, но обнаружив, что это не так) он отложил их в сторону для возможного сжигания, не в силах больше терпеть глупости. Ему даже не пришлось пробежать глазами половину книги, чтобы понять, что парень был очень высокого мнения о себе, полон лжи и законченный идиот. Это было связано с неясными датами (один человек не может встретиться лицом к лицу с банши в Дании и оборотнем в Болгарии в один и тот же короткий промежуток времени), абзацами о том, какой он замечательный, и целым разделом о том, почему ему нравится сиреневый цвет. Гарри испытывал искушение ответить Флоришу и Блоттсу совой и спросить их, действительно ли это необходимый материал для второго курса, но решил подождать, он всегда может вернуть их позже.

После размещения коллекции книг, которые, как он знал, были пустой тратой денег, Гарри перешел к чтению Книги заклинаний 2-го уровня. Он просмотрел список, который прислали ему Флориш и Блоттс, и на самом деле получил несколько снимков воспоминаний Риддла из нескольких названий. Он быстро отправил Завиток и Кляксу обратно (была ночь) и набросал книги, которые хотел, в том числе "Могучие обереги", "Сборник распространенных проклятий и противодействия им", и "Старые и забытые чары".

Он не совсем понимал почему, но ему хотелось узнать как можно больше и как можно быстрее. Часть этого, очевидно, заключалась в том, что он знал, почему Волан-де-Морт так сильно ненавидел его, но, когда он подумал об этом, за этим было нечто большее.

Казалось, что он изголодался по знаниям, и единственный способ избавиться от этого чувства - читать и учиться. Это было чудесное чувство, когда он подпитывал в себе этого зверя, охотящегося за знаниями, и чем больше он узнавал, тем лучше себя чувствовал.

Даже плохие воспоминания о Волан-де-Морте подпитывали его, хотя он и не хотел признаваться в этом даже самому себе. Он презирал себя за то, что видел это, но он усвоил урок и поклялся заставить Волан-де-Морта заплатить за всё, что тот сделал. Пробуждение от этих снов/воспоминаний укрепляло его решимость и помогало сосредоточиться на том, чтобы узнать больше, чтобы однажды он не только победил Риддла, но и уничтожил его.

Это была ночь перед его днём рождения, и, как и все остальные ночи тем летом, ему снились сны. Этот сон был более ярким, чем другие сны тем летом, но вскоре Гарри понял, что, хотя он и был ужасен, не всё было так плохо…

Женщина лежала у его ног, в страхе сжавшись при его приближении.

«Женщина, скажи мне, что ты сделала», — приказал он.

Она не ответила, и после нескольких ужасных проклятий, которые он обрушил на неё, он опустился рядом с ней на колени и силой отобрал её воспоминания, чтобы получить ответ, который она не хотела давать.

-Женщина находилась в маленьком доме, дети и пожилые люди жались к дальней стене, а она стояла лицом к единственной двери. Все окна были наглухо закрыты, и дом с одной спальней был наглухо заперт.

-Несколько пожирателей Смерти были снаружи, пытаясь проникнуть внутрь и пройти через чары и барьеры дома. Они почти прошли…

- Вытащив палочку, пробормотав заклинание и проведя палочкой по порезанному пальцу, она позволила капле крови упасть на пол. Опустившись на колени, она приложила кончик своей палочки к красной капле и закрыла глаза. После произнесенных слов золотой свет распространился от кончика ее палочки и растекся по всему дому.

-Те, кто снаружи, больше не могли войти. Она и те, кто внутри, были в безопасности.

Затем воспоминание вернулось, и Гарри потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что Волдеморт пробовал то же самое заклинание, которое, как он видел, делала женщина.

Это имело неприятные последствия; заклинание, сотворенное женщиной, не сработало. Независимо от того, сколько раз он пытался, это не сработало, и закончилось только тем, что он проделал дыру в полу, рискуя повредить себя. Волдеморт был в ярости.

Гарри проснулся, смущенный и взволнованный.

Почему Риддл не смог заставить это заклинание сработать? Что это было за заклинание? Мог ли Гарри это сделать? Гарри уже показал, что не обязательно, чтобы Волан-де-Морт произносил заклинание в памяти, чтобы он мог его произнести…

Гарри включил свою боковую лампу и записал то, что он видел, подробно описав, что сделала женщина, и какие слова она пробормотала, и что Волан-де-Морт не смог заставить заклинание сработать сам.

После этого он не мог снова заснуть, не то чтобы это имело значение, уже почти рассвело.

Он оделся и застелил постель, прежде чем схватить книги, которые ему еще предстояло прочитать, и разложить их на кровати. Он просмотрел большую часть материала из всех своих учебников для второго курса и знал, что в этом году проблем не будет (хотя он надеялся, что ДАДА не сосредоточится на Локхарте, он не был уверен, что он будет делать, если это произойдет).

Он не мог поверить, сколько всего прочитал, но когда он подумал об этом, это было все, что он делал, он даже читал во время еды, теперь ему разрешали есть в его комнате, так как это избавляло его от неприятностей со стороны родственников.

Он улыбнулся, оглядывая свою комнату. Его принадлежности были под кроватью, а книги, которые он закончил читать, были сложены стопкой под приставным столиком, накрытые одеялом, чтобы не обидеть Вернона, когда он проверял, хорошо ли он себя ведет и была ли "чертова голубка" в ее клетке.

Гарри посмотрел на время. У него было шесть часов до прибытия мейсонов.

Он вздохнул. Что ж, по крайней мере, на этот день рождения никто не помешает, поскольку Вернон, Петуния и Дадли будут слишком заняты, пытаясь произвести впечатление на Мейсонов, чтобы возиться с ним. Он мог спокойно посидеть, как и большинство других дней этим летом.

Вчера Вернон втолковал ему, как важно для него было вести себя хорошо, когда пришли масоны. Молчать. Быть тихим. Не шевелиться. Оставаться в своей комнате. Быть беззвучным. Быть несуществующим.

Гарри подчинился, пообещав, что сделает так, как сказал Вернон, хотя и добавил, что он уже сделал то, чего хотел Вернон, но что он сделает это еще лучше, когда прибудут масоны.

Вернон хмыкнул, что сказало Гарри, что он уволен, чтобы снова стать "несуществующим".

Гарри отложил Старые и забытые чары и взял свой блокнот, нуждаясь в перерыве. Он пролистал свой блокнот, просматривая то, что написал. Он перечитал некоторые из своих дополнительных заметок, которые он набросал, касающиеся магии или определенного заклинания, которое, как он видел, использовалось в воспоминаниях Тома, и внезапно кое-что понял.

Его собственные мысли о магии менялись.

Он больше не воспринимал все, что читал, или даже то, что узнал в Хогвартсе за предыдущий год, как абсолютную правду, как в "это все, что есть". Он смотрел не только на состав и конечный результат заклинания; он смотрел в саму магию.

Вспоминая начало лета, когда открылись мега-шлюзы воспоминаний, он никогда не думал, что будет так глубоко погружен в магию.

Что такое магия на самом деле? Откуда она взялась? Почему она там была? Сколько видов магии существовало?

Он начал формировать свои собственные теории и идеи, даже подвергая сомнению границы между видами магии. Существовали ли эти границы вообще? Существовала ли вообще такая вещь, как "Темная" магия, или это действительно просто зависело от того, как ее использовать? И если действительно существовала "Темная" магия, то должна быть и "Светлая" магия, ибо необходим баланс. И если магия есть магия, разве не должен кто-то иметь возможность формировать свой собственный стиль? Переделайте это по своему вкусу и желанию? Была ли верна вся теория и предполагаемая структура "так работает магия, и больше ничего"?

Гарри сделал паузу, обнаружив две страницы своих мыслей, которые он записал только на прошлой неделе.

Магия подобна воде, насколько я ее понимаю. У нее нет жесткой структуры (за исключением корня, - как химический состав воды: два атома водорода и один кислород). Магия тоже должна быть такой. Конечно, элементарная основа имеет структуру, но само соединение не имеет ее без внешнего воздействия, вот почему "контейнер", в котором оно хранится, должен иметь форму. Магия зависит от формы контейнера, потока внутри контейнера и, возможно, от "температуры" контейнера (или человека).

Форма человека - это количество магии, которой он может владеть или на которую способен, и к какому количеству у него есть доступ в любой момент времени (это разделяется на Поток).

Поток магии внутри человека - это то, как он ею владеет, например: короткими всплесками, удерживая ее в себе и расходуя всю сразу, всегда используя что-то или смесь того и другого. "Магическое ядро" человека следует сравнить с сетью труб — изгибов, соединений и прямых труб, наполненных магией, с клапанами в определенных местах. Эти различные типы труб можно сравнить с типами магии. (Я верю, что любая магия изначально возможна для всех, просто требуется усилие, чтобы открыть клапаны, позволяющие использовать трубы). Мышление человека влияет на поток магии, определяя его пределы (полагая, что могут быть открыты только определенные "клапаны"); это связано с "температурой".

"Температура" человека определяет силу его магии, а также то, какие клапаны могут быть открыты. Я верю, что на это влияют убеждения человека и образ мыслей. Если кто-то думает, что что-то невозможно, это фактически приводит к замерзанию воды (магии), не позволяя этому человеку открыть клапан, чтобы выпустить свою магию наружу. Идеалы человека также являются частью этого. Если вид магии слишком "темный" для них, они блокируют себя от возможности использовать ее. То же самое должно быть и с теми, кто злой, неспособный творить магию, которая считается "доброй", но, возможно, это нечто большее…

Если плохой человек овладел "темной" магией, то магия на противоположном конце может быть заблокирована или прийти в негодность, поскольку поток там всегда был "заморожен".

Также возможно, что после того, как человек произносит определённое заклинание, некоторые трубы или клапаны трескаются или ломаются (например, если человек использовал слишком много магии за один раз и вызвал засорение или смещение трубы), что мешает ему использовать определённый тип магии. Если это так, то должен быть и противоположный эффект. Если человек овладевает определённым типом магии, этот тип может способствовать использованию других типов магии, тем самым доказывая связь между всеми видами магии.

Поначалу Гарри задавался вопросом, почему и как у него возникают эти странные мысли и идеи, но после первой недели лета он смирился с тем, что теперь это его обычное состояние, и что вполне естественно, что он начал глубже задумываться о магии после всего, что с ним случилось.

Поразмыслив ещё немного, он посмотрел на часы и увидел, что уже немного за полдень. Встав, он спустился вниз, чтобы перекусить, и взял столько еды, чтобы хватило до конца дня, так как знал, что будет сидеть в своей комнате, когда придут Мейсоны.

— Что ты делаешь, мальчик? — рявкнул Вернон, когда Гарри вошёл на кухню.

Вернон, Петуния и Дадли наслаждались обедом.

На столе было только три тарелки, три набора столового серебра и три стакана. Четвертый стул и место, где он обычно сидел и ел, были пусты.

"Просто собираю немного еды, а еще я сейчас приготовлю ужин, чтобы не беспокоить вас всех, когда придут Мейсоны", - просто ответил он, быстро делая два сэндвича с индейкой, хватая две бутылки воды и пакет чипсов.

Вернон прищурился, как будто Гарри лгал.

Гарри собрал свою еду, предварительно вытер со столов (даже с тех мест, которыми он не пользовался) и подмел кухню.

"Нам лучше не встречаться с тобой до завтра", - предупредил Вернон.

"Я останусь в своей комнате тихо, как дохлая мышь", - ответил Гарри, прежде чем добавить: "Только без запаха".

"Тебе лучше быть мальчиком, или ты пожалеешь об этом".

Гарри вышел, не сказав больше ни слова, прошел в прихожую, поднялся по лестнице, повернулся наверху, чтобы продолжить путь по узкому коридору к своей комнате, и открыл дверь, планируя насладиться одним из своих сэндвичей, пока будет читать " Могучие обереги".

Ну, он быстро понял, что это не то, что он будет делать…

Его глаза расширились от открывшегося перед ним зрелища, его взгляд упал на обмякшее и израненное тело Драко Малфоя на полу посреди его комнаты, странное существо рядом с ним, спиной к окну, его огромные глаза пристально смотрели на Гарри.

Книга 2 – Часть 2: Белый дракон

Взгляд Гарри остановился на маленьком тощем существе, воспоминание поразило его прежде, чем он даже смог попытаться остановить его.

Он вошел в большой старый дом, Люциус Малфой открыл дверь, приветствуя его в своем доме.

"Милорд, для меня большая честь приветствовать вас в моем скромном доме".

Малфой поклонился, отступая назад к своей жене, которая была беременна.

"Ах, чистокровный в процессе становления", - сказал он с улыбкой, когда он вошел, закрыв за ним дверь. "Благородный поступок, этот ребенок будет первым из многих, кто насладится новым миром, который мы создадим".

Нарцисса покраснела, Люциус просиял.

"Спасибо, милорд. Пожалуйста, сюда".

Затем они вошли в большую столовую с большим столом.

"Добби!" Малфой закричал.

С ХЛОПКОМ появилось существо, кланяющееся чрезвычайно низко, очень явно трясущееся от страха.

"Да, мастер?" он пискнул.

Гарри быстро закрыл дверь, прежде чем броситься вперед, быстро вспоминая и откладывая это в сторону.

"Добби, что случилось?"

Глаза Добби расширились еще больше, он просто смотрел на него в шоке, страхе и ... благоговении?

"Гарри Поттер знает Добби? Как?"

"Забудь об этом сейчас", - быстро сказал Гарри, его взгляд скользнул по Драко.

Вся правая сторона лица Драко была обожжена, ожог продолжался вниз по его шее, плечу и руке, где его мантия была опалена и обуглена, остальная часть его мантии была покрыта пылью и была порвана.

Добби трясло, и, бросив взгляд, Гарри увидел, что он тоже обгорел, и что вещь, которая была на нем, была в худшем состоянии, чем тряпки для стирки, которыми ему приходилось пользоваться при уборке.

Гарри встал и быстро убрал со своей кровати, бесшумно убрав книги обратно под стол и кровать. Затем он вернулся к Драко, Добби все еще смотрел на него в шоке, наблюдая, как Гарри Поттер двигается так быстро и бесшумно.

"Добби, помоги мне уложить его на кровать", - приказал он, на самом деле не зная, что ему следует делать, но зная, что хоть что-то лучше, чем ничего.

Добби оцепенело кивнул, подошел к ногам Драко и помог Гарри уложить его посередине кровати (примерно в футе от обоих краев).

Затем Гарри опустился на колени на пол, достал из-под кровати зелья, которые он только что приготовил, и поставил их на приставной столик перед движущейся фотографией своих родителей.

Гарри быстро оценил травмы Драко, обнаружив, что ожоги были единственными видимыми повреждениями, за исключением небольших порезов на руках и лице, как будто он попал во взрыв.

Гарри осторожно снял мантию и рубашку Драко, передав испорченную одежду в протянутые руки Добби. Добби аккуратно сложил их, как мог, и положил на стол Гарри, когда Гарри быстро схватил свой котел и сделал шаг к двери.

"Я вернусь, думаю, в ванной есть аптечка первой помощи", - сказал Гарри. "Оставайся здесь и молчи, если он проснется, скажи ему, что я скоро вернусь, и чтобы он вел себя тихо".

Добби кивнул, стоя у кровати.

Гарри тихо вышел из своей комнаты, так быстро, как только мог, направляясь в ванную. Он был благодарен, что его родственники все еще ели и что телевизор работал громко. За мгновения, которые показались часами, он достал из-под раковины аптечку первой помощи, несколько полотенец (надеясь, что Петуния не хватится нескольких из шкафчиков в ванной) и наполнил свой котел водой. Затем он вернулся в свою комнату, неся в руках тяжелый котел, держась пальцами за ручку аптечки первой помощи, а полотенца для рук были наброшены на его плечи.

Снова войдя в свою комнату, он быстро поставил тяжелый котел на пол, а остальные вещи - на стол. Затем он повернулся к Драко. Добби отошел с дороги, подойдя справа от Гарри и встав на цыпочки, чтобы посмотреть, что делает Гарри.

"Ты можешь залезть на кровать, Добби. В любом случае, мне скоро понадобится твоя помощь ", - сказал Гарри, начиная промывать ожоги, насколько мог, удаляя мусор (осколки стекла, куски ткани и деревянные щепки) с помощью твистеров из набора. Пока он это делал, Добби забрался на кровать и осторожно опустился на колени справа от Драко.

Надеясь, что того, что он сделал, будет достаточно, Гарри схватил банку с пастой для заживления ожогов и открыл ее.

"Добби, вот, помоги мне приложить это к ожогам", - сказал Гарри, зачерпнув немного средства, прежде чем передать банку Добби.

Добби сделал, как ему сказали, взяв Драко за руку, в то время как Гарри принялся за его лицо. Они быстро закончили с этим, подложив полотенца ему под голову, плечо и руку, чтобы паста не попала на кровать Гарри. Гарри подумал о том, чтобы перевязать раны, но вспомнил, что апельсиновая паста лучше всего действует на открытом воздухе.

В конце он использовал немного заживляющего средства, чтобы закрыть порезы, которые смог. Заживление ран плохо действовало на ожоги, потому что они оставляли отвратительные шрамы и вызывали увеличение "заживших" ожогов, поскольку зелье было разработано для того, чтобы закрывать кожу, а не отращивать новую.

Видя, что это все, что он мог сделать для своего друга в данный момент, он подошел к своему рабочему креслу и повернулся к Добби.

"Добби, подойди и сядь сюда, пожалуйста", - сказал Гарри, указывая на стул. Добби тихо подошел к креслу и сделал, как ему сказали.

Взяв маленькое чистое полотенце, он намочил его водой из котла.

"Давай я тебе помогу".

Гарри с облегчением обнаружил, что ожоги Добби были не такими серьезными, как у Драко, и начал осторожно вытирать грязь. Быстро очистив ожоги, он нанес апельсиновую пасту на небольшие ожоги Добби.

"Гарри Поттер действительно велик, и его доброта превосходит все", - выдохнул Добби, застыв перед ним.

На мгновение Гарри не нашелся, что сказать. Встряхнувшись, он переориентировался.

"Добби, что случилось?"

Добби начал трястись, и выглядел так, как будто вот-вот заплачет. А потом он заплакал.…

"Добби, тише, тише! Пожалуйста, тише!" При слове "тихо" Гарри взял Добби за худенькие ручки (помня об ожогах) и опустился на колени перед стулом, на котором в данный момент сидел Добби.

Добби шмыгнул носом и прекратил рыдания, Гарри подумал, что это чудо, что никто за пределами комнаты его не услышал.

"Ты должен рассказать мне, что произошло", - прошептал Гарри.

Добби на мгновение опустил взгляд, прежде чем снова поднять его. Гарри отпустил его, но остался на месте, его голова была чуть ниже головы Добби.

"Я покажу Гарри Поттеру", - пробормотал Добби, прежде чем поднять дрожащую руку и положить ее на макушку Гарри.

Гарри почувствовал, как что-то мощное хлынуло в него от Добби, прежде чем все вокруг него внезапно расплылось, и он оказался в другом месте…

Он выглядывал из-за какой-то мебели, все вокруг казалось намного больше, чем должно было быть.

Гарри потребовалась всего секунда, чтобы понять, что это должно быть. Добби дал ему свое в том, что он видел, Гарри мгновенно понял, где он находится: особняк Малфоев.

Он был в большой гостиной, большие книжные полки занимали левую стену, а рядом с полками был арочный проход, который вел в столовую. На стене перед ним в дальнем правом углу была дверь, ведущая на задний двор. По всей комнате стояла великолепная мебель, включая несколько больших диванов и стульев.

Люциус стоял перед книжными полками с черной книгой в руке, лицом к лицу с пятью одетыми в темное людьми, все они стояли и смотрели на Люциуса.

"Темный Лорд доверил это мне, Крауч", - прямо заявил Люциус.

"Если бы Темный Лорд знал о том, кем ты станешь, или, более конкретно, о том, что произведет твоя линия, он бы этого не сделал, но, к сожалению, даже Темный Лорд не может знать всего", - выплюнул Крауч, прежде чем проделать что-то странное со своим языком, который смутно напомнил Гарри змею.

Люциус собирался возразить, когда из столовой вошел Драко.

"Отец?" спросил он, вопросительно глядя на пятерых посетителей.

"Иди в свою комнату, Драко", - приказал Люциус, когда Крауч шагнул вперед.

"Ах, маленький Малфой, каково это - быть предателем крови?" - спросил кто-то позади Крауча.

Крауч направил свою палочку на Драко, и Люциус рявкнул…

"КАК ТЫ СМЕЕШЬ НАПРАВЛЯТЬ СВОЮ ПАЛОЧКУ На МОЕГО СЫНА!" - Прогремел Люциус, казалось, аппарируя перед Драко.

В мгновение ока Люциус схватил своего сына и буквально швырнул его в сторону арки, не отрывая взгляда от пяти пожирателей Смерти в комнате, когда посыпались проклятия.

"Добби! Защити Драко!" Прежде чем нырнуть за диван перед книжными полками, Люциус приказал бросить проклятие, которое попало одному из людей Крауча в лицо.

-POP-

Гарри, видя глазами Добби, обнаружил, что помогает Драко подняться, сразу за аркой, когда Нарцисса прошла мимо них, чтобы помочь своему мужу.

Обернувшись, он увидел, что вся комната наполнена сыплющимися туда-сюда проклятиями, двое из пяти людей в плащах замерзли на полу. Но прежде чем он смог понять, что происходит на самом деле, он увидел два очень больших заклинания, летящих навстречу друг другу. Инстинктивно зная, что сейчас произойдет, он съежился.

-БУМ-

Магическое давление было невероятным, воздух вокруг них, казалось, взорвался. Вскоре после этого он почувствовал, как его отбросило назад, грохот вокруг него превратился в размытое пятно ... а затем наступила тишина…

Открыв глаза, он огляделся. Он был прямо внутри столовой. Стена с дверью наружу исчезла, а книжные полки были снесены взрывом. Книги, предметы мебели, куски стен и потолка были повсюду, большая часть потолка в гостиной обвалилась, фактически разделив комнату пополам. Из-за взрыва арка стала шире, и можно было разглядеть три тела, лежащие под обломками в гостиной.

Он почувствовал, что связь с его Хозяином и Любовницей оборвалась, и знал, что Драко теперь его единственный хозяин.

"Молодой господин!" - внезапно подумал Добби.

Ему не нужно было далеко ходить, и он обнаружил Драко в нескольких футах от себя.

"Молодой господин?!" Добби тихо прохрипел, переворачивая его, боясь произвести слишком много шума.

"Добби?" Драко выдохнул, уродливый ожог покрывал половину его лица.

"Да, мастер?"

"Останься со мной ..." - пробормотал он, переводя дыхание. "Поттер ... отведи меня к Поттеру ..." - продолжил он. "Делай, как он говорит ..." Затем он потерял сознание, прежде чем смог сказать что-либо еще.

"Они мертвы?" Внезапно Добби услышал недовольный голос из-за обвалившегося потолка.

"Не знаю, но если кто-то из них еще не готов, то скоро станет", - прорычал другой голос.

Затем он увидел, как Крауч-младший и трое других начали отодвигать часть потолка, как раз перед тем, как он схватил Драко за руку и исчез.

Гарри упал на спину и ударился об пол в тот момент, когда Добби убрал руку от его головы.

Добби ахнул, вскакивая со стула и подходя к Гарри.

"Гарри Поттер, сэр, Добби так сожалеет!" он плакал, в ужасе от того, что случайно натворил.

"Все в порядке, Добби, правда, просто молчи. Поверь мне, если мой дядя услышит нас, Драко не будет в безопасности".

Добби быстро кивнул, беспокойство исчезло с его лица, когда Гарри потер образовавшуюся шишку на затылке.

"Мальчик! Что, по-твоему, ты здесь делаешь?" Крикнул голос Вернона, когда он поднимался в комнату Гарри.

"Прости, дядя, я ... э-э, уронил книгу, больше такого не повторится. Я обещаю!" Ответил Гарри, надеясь, что Вернон оставит все как есть.

"Лучше не надо, мальчик!"

Гарри вздохнул с облегчением, когда услышал, как Вернон спускается по лестнице.

Гарри снова повернулся к Добби.

"Ты знаешь, кто были эти люди?" - Спросил Гарри, присаживаясь на офисный стул, в то время как Добби осторожно устроился на краешке кровати, у ног Драко.

"Только Крауч-младший... Добби не видел лиц остальных".

"Так они были там ради этой книги?"

"Они сказали, что для того, чтобы их сюжет сработал, им нужно было diary...to заставить происходить самые ужасные вещи ..."

"Они просто пришли забрать дневник?" Спросил Гарри, испытывая дурное предчувствие. Добби кивнул.

Эта книга никак не могла быть той, которую он видел в той вспышке памяти, не так ли?

"Добби, ты хорошо рассмотрел дневник?" Спросил Гарри.

"Однажды Добби так и сделал, сэр".

"На нем было название или что-нибудь еще?"

"Да, Гарри Поттер, "Т.М. Риддл"".

Гарри прикусил губу.

Что ж, в данный момент он мало что мог с этим поделать. По крайней мере, это доказывало существование хоркуксов, хотя Гарри и не был от этого в восторге, но это было уже что-то.

Гарри вздохнул, глядя на Драко, покрытого пятнами оранжевой пасты.

Что теперь будет? Родители Драко мертвы. Что ему делать? Он знал, что ему нужна помощь, но от кого?

Он только начал обдумывать варианты, когда Драко внезапно застонал.

— Драко, ты в безопасности, но, пожалуйста, будь как можно тише. Я наложил на твои ожоги кое-что, что должно помочь, — сказал Гарри, придвигая стул ближе к кровати.

— Поттер? — спросил Драко, открывая глаза. — Добби?

— Мы здесь, ты в моей комнате. Добби привёл тебя сюда.

Драко вздохнул с облегчением.

— Поттер, я не могу здесь оставаться, они… они будут преследовать меня, — сказал он, глядя на Гарри.

"Пожиратели смерти?"

"Да. После всего, что было в прошлом году, произошли некоторые ... изменения. На мою семью смотрели свысока с тех пор, ну, на самом деле, с тех пор, как появился тролль", - признался он. "Они думают, что мой отец позволял мне делать эти вещи и, я не знаю, поощрял меня делать их".

"Ты думаешь, они попытаются заполучить тебя сюда?" Гарри спросил, немного нервничая (ладно, сильно нервничал, но он довольно хорошо это скрывал).

— Я не знаю, но, честно говоря, на данный момент это вполне возможно. Предатели крови для них хуже, чем грязнокровки, не говоря уже о том, что они захотят сделать из моей семьи пример для подражания.

"Как они могли найти тебя здесь?" Спросил Гарри. "Добби появился здесь, и они не слышали тебя, когда ты сказал Добби, куда тебя отвести".

"У них есть свои способы. Если они действительно захотят, они смогут найти меня, это всего лишь вопрос времени. Мне нужно уехать отсюда как можно скорее".

Гарри стиснул челюсти, прежде чем приступить к действию.

"Что делает Гарри Поттер, сэр?" Спросил Добби, наблюдая, как Гарри достает пергамент, чернила и перо.

"Я пишу письмо".

"Кому, сэр?" Спросил Добби.

"Кто-то, кто сможет помочь, я просто надеюсь, что я прав в своем предположении", - ответил он.

Гарри обмакнул перо в чернила, размышляя.

"Это должно быть в каком-то коде, незаметном - например, они, возможно, уже наблюдают в определенных местах", - посоветовал Драко, осторожно садясь, Добби поспешил ему на помощь.

"Хорошо, у меня есть идея", - сказал Гарри, записывая.

Строго-Strict,

Белый дракон в безопасности.

С ним его хранитель.

-Чеснокодавка

"Что ты думаешь?" Спросил Гарри.

"Сурово-строгий"? Спросил Драко, приподнимая незагорелую бровь.

"Профессор Снейп. Я непреднамеренно дал ему это прозвище в прошлом году; он подслушал".

Драко ухмыльнулся, но это быстро превратилось в гримасу, вызвав раздражение у его ожога.

"Хороший штрих к дракону, и я даже не буду комментировать "Чесночницу"", - добавил он с полуулыбкой, которую смог без опаски изобразить.

Через мгновение Гарри, нахмурившись, выглянул в окно.

"В чем дело, Поттер?"

"Я не могу выпустить Хедвигу до темноты, дядя ..." Гарри сердито пробормотал, прежде чем прищурить глаза. "О, хорошо, это гораздо важнее, но прежде чем я отправлю Хедвиг, мне нужно написать еще одно письмо. Я думаю, что Custosae de Lux следует проинформировать".

Драко коротко кивнул.

"Я напишу только Гермионе, она сможет безопасно передать сообщение остальным, за исключением Крэбба и Гойла. Я не думаю, что было бы хорошей идеей посылать им что-нибудь в данный момент. Как ты думаешь, с ними все будет в порядке? Спросил Гарри, доставая еще пергамент и начиная писать.

"На самом деле их родители не позволяли им много общаться со мной. Но нам удалось собраться вместе достаточно надолго, чтобы заставить их вести себя так, будто они меня ненавидят. Я уверен, что мы одурачили их родителей; они в безопасности, - сказал он, закрывая глаза.

Гарри наблюдал, как он на мгновение остановился.

"Мне жаль, Драко", - наконец прошептал Гарри.

"Это не твоя вина", - заявил он, и одного его голоса было достаточно, чтобы сделать это заявление окончательным.

Гарри вернулся к написанию, пытаясь определить, как много он должен сказать.

"Они ушли", - пробормотал Драко. "Мои родители…Я видел..."

"Мастер, Добби так жаль", - шмыгнул носом Добби, едва удерживаясь от того, чтобы снова не разрыдаться.

Драко сделал вдох, пытаясь подавить свои эмоции. Медленно выдохнув, ему удалось сдержать слезы на глазах. Гарри решил промолчать и оставить Драко наедине с его мыслями, пока тот заканчивает писать.

Родители Белого Дракона были убиты.

Предупредите тех, кому это разрешено. Последователи нашего врага движутся.

Они охотятся за Белым Драконом. Я не знаю, в какой безопасности он здесь.

Я предупредил Строго-настрого.

Сохрани для меня мою сову. Отвечай нормально.

Все как один мы выступим против наших Врагов

Гарри показал письмо Драко.

"Я надеюсь, Гермиона сможет разобраться в этом", - пробормотал Гарри.

"Она будет".

"В следующий раз, когда мы соберемся все вместе, мы придумаем кодовые имена для остальных из нас", - сказал Гарри.

"Хорошая идея".

Гарри открыл клетку Хедвиг в 17:46 вечера.

Он выглянул наружу и сдержал проклятие. Мейсоны подъезжали к дому.

"Нам придется немного подождать, Хедвиг", - сказал Гарри, садясь; она выглядела раздраженной, но поняла.

"Поттер, откуда у тебя эти зелья?" Внезапно спросил Драко, посмотрев на боковой столик и увидев их, а также аптечку первой помощи.

"У меня, э-э,… было много времени на чтение и прочее, поэтому однажды ночью я приготовил их, пока все спали".

"Мило, определенно пригодилось, да?" Сказал Драко, пытаясь казаться беззаботным, но безуспешно.

Они услышали, как вошли Мейсоны, Вернон и Петуния чуть не споткнулись, приветствуя их. Затем они, должно быть, отвели Мейсонов в гостиную, потому что едва могли расслышать протяжный диалог.

"Знаешь, по крайней мере, мои родители…любят твоих…сделали что-то важное", - прошептал Драко после долгой паузы. "Они закончили не так, как Квиррелл, но вышли наилучшим образом", - продолжил Драко, его голос слегка дрожал, прежде чем он сжал губы и крепко зажмурил глаза. Он медленно отвернул лицо от Гарри, на всякий случай, если из глаз потекут слезы…

"Да, они это сделали", - согласился Гарри таким же тихим голосом, как у Драко.

Некоторое время они просто сидели, оба размышляя.

Теперь они оба потеряли своих родителей, и оба похожими способами. Оба их родителя погибли, защищая их, и были убиты теми, кто был воплощением зла, Волан-де-Мортом или его последователями.

Теперь у них обоих были очень веские причины для драки, не то чтобы у других их не было, но теперь у них обоих было что-то большее, что двигало ими.

Волан-де-Морту и его последователям не сошло бы с рук то, что они сделали.

"Мы достанем этих кровавых ублюдков, Драко. И их Хозяин тоже не останется безнаказанным", - поклялся Гарри.

Драко только хмыкнул в знак согласия, не доверяя своему голосу.

Видя, что становится все темнее и что Хедвиг становится беспокойной, Гарри сказал ей сначала пойти к Снейпу, а затем, не останавливаясь, направиться прямо к Гермионе. Хедвиг тихо утвердительно хихикнула, прежде чем Гарри молча открыл окно и отпустил ее.

Сейчас было 18:14 вечера.

"У тебя есть твоя палочка, Драко?" Спросил Гарри.

"Да, я все время ношу его при себе".

"Я тоже. Ладно, иди отдыхай, мы с Добби посторожим, и если ты думаешь, что тебе нужно еще этой пасты, просто скажи мне, у меня ее много", - сказал он, указывая на все еще наполовину полную банку. "О, и если ты голоден, у меня есть сэндвич и немного чипсов".

"Я сейчас не голоден, спасибо, и мои ожоги в данный момент проходят", - сказал Драко, опускаясь обратно.

"Хорошо", - ответил Гарри, когда Драко закрыл глаза, пытаясь заснуть.

Гарри оглядел комнату, пытаясь понять, может ли он чем-нибудь занять себя.

Ему не хотелось читать, но он не мог просто сидеть.

Он начал собирать свои книги и паковать их. Он тихо достал свой большой чемодан и начал собирать одежду и все остальное, что могло ему понадобиться. Он не знал, что сделает Снейп, когда получит письмо, но на всякий случай, если он придет и им нужно будет уйти, по крайней мере, он будет готов.

"Добби, ты не мог бы тихонько достать книги из-под кровати, пожалуйста?" Спросил Гарри, заметив, что домовому эльфу не терпится помочь, но он не уверен, хочет ли Гарри этого.

Добби с радостью выполнил просьбу и отдал Гарри книги, некоторые из которых были задвинуты далеко в конец.

"Гарри Поттер прочитал все эти книги?" Спросил Добби, нарушая тишину приглушенным и благоговейным голосом.

"Большинство из них, но не все Локхарта ... и я не думаю, что когда-нибудь узнаю. Этот человек - мошенник, я действительно не могу поверить, что люди попадаются на его ложь, хотя, я полагаю, люди попадались на худшее, - рассеянно ответил Гарри.

Драко уже спал, и время от времени фальшивый смех родственников Гарри доносился до спальни. Гарри закончил собирать вещи, все, что нужно было собрать, - это зелья, которые он мог легко захватить.

Гарри сел, глядя в окно, как опускаются сумерки. Он схватил свой бутерброд, разломил его пополам и протянул одну из половинок Добби.

"О, нет. Добби не смог отобедать у Гарри Поттера", - сказал Добби, широко раскрыв глаза.

Видя, что Добби собирается заупрямиться, и внезапно осознав, что он довольно голоден (в конце концов, он пропустил обед), Гарри открыл пакет с чипсами.

"Тогда возьми хотя бы это", - Гарри чуть не приказал.

Добби подчинился, услышав легкую нотку в голосе Гарри.

"Спасибо, сэр".

Они поели, Гарри слегка позабавило довольное выражение лица Добби после того, как он попробовал свой первый чипс.

"Добби никогда не ел ничего подобного, сэр! Что это?"

"Это картофельные чипсы".

"Добби любит картофельные чипсы", - сказал он, проглатывая еще одну.

"Добби, если что-нибудь случится, я хочу, чтобы ты схватил Драко и свалил отсюда, хорошо?" Через мгновение сказал Гарри, открывая бутылку с водой.

"Да, сэр, но как насчет Гарри Поттера?"

"Не беспокойся за меня, у меня в голове созрело несколько идей".

"Гарри Поттер - великий волшебник".

Гарри молча покачал головой, но не собирался утруждать себя противоречием с Добби.

Гарри посмотрел на свой чемодан, внезапно о чем-то задумавшись. Быстро доев сэндвич, он встал и снова открыл чемодан.

"Я должен был подумать об этом раньше", - пробормотал он, доставая плащ, прежде чем снова запереть чемодан.

Добби разинул рот. "Гарри Поттер, это что—"

"Да, мантия-невидимка. Она принадлежала моему отцу. Теперь, даже если Вернон войдет, я могу накинуть это на Драко и тебя, и он не узнает, что ты здесь ".

Добби ухмыльнулся.

Было почти десять, когда Мейсоны наконец ушли. Вернон поблагодарил их за визит, в очередной раз превзойдя себя, став величайшим коричневым носом в мире.

Гарри услышал, как на кухне или в гостиной снова включился телевизор, Дурсли, без сомнения, разговаривали между собой, поздравляя друг друга с их замечательными актерскими способностями.

Гарри закатил глаза.

Вскоре после этого Драко проснулся, вяло откусил кусочек от второго сэндвича, который Гарри сделал раньше, и отпил немного воды из другой бутылки.

Драко собирался что-то сказать, когда Добби перебил.

"Гарри Поттер, совы", - сказал Добби, указывая в окно.

Гарри быстро открыл окно, сразу же взяв посылки и письма, одна сова довольно настойчиво требовала, чтобы сначала проверили их доставку. Четыре совы приземлились на его стол, стоя бок о бок, все выглядели довольно усталыми.

Гарри взял конверт настойчивой совы и открыл его.

Оставайся внутри.

Я строю планы, просто будь готов уйти.

Не отвечайте, если не возникнут проблемы.

S-S

Драко посмотрел на Гарри, желая узнать, что говорится в записке. Гарри протянул ему записку; Драко протянул здоровую руку, чтобы взять ее.

"Довольно настойчивый, прямо как его сова, да?" Спросил Гарри, прежде чем повернуться к другим совам, Снейп уже повернулся, чтобы уйти, что вскоре и произошло.

"Что здесь делают все эти другие совы?" Спросил Драко.

"Ну, это ... э-э, мой день рождения", - тихо ответил Гарри.

"Ирония ненавидит тебя, не так ли?" Спросил Драко.

"Кажется, я так думаю", - сказал Гарри, открывая другие посылки и письма.

Письмо Рона было коротким: "С днем рождения, Гарри, надеюсь, у тебя все хорошо", рядом с упаковкой шоколадных лягушек.

У Невилла было почти то же самое, но добавлено кое-что из того, что он делал со своей бабушкой, в том числе разбивал сад, но для Гарри было очевидно, что Гермиона предупредила их не писать в письмах ничего, что могло бы вызвать подозрения.

Подарком Невилла была магически запечатанная упаковка странного вида семян, которую Гарри открыл, вызвав слабое золотистое свечение вокруг упаковки. По-видимому, печать была предназначена для того, чтобы только он мог ее открыть. Внутри была крошечная записка следующего содержания:

На всякий случай.

Гарри улыбнулся.

Он знал, что это за семена, и Невилл знал, что он знал, поскольку в последнем письме, которое он ему написал, упоминалось, как бы он хотел, чтобы у него было немного семян на случай, если они когда-нибудь понадобятся.

Это были Энергетические Семена, покрытые специальной травой, которая увеличивала исцеление, в то время как само семя повышало выносливость и силу.

Он достал четыре семечка, больше пятидесяти плоских мелочей из упаковки.

"Вот", - сказал он, протягивая два Драко, а два других Добби. "Если что-нибудь случится, откуси от одного из них. Это Семена Энергии, - сказал он, надежно пряча остальное в карман.

Драко кивнул и тоже положил их в карман, в то время как Добби некоторое время смотрел на них, прежде чем спрятать в свою грязную тряпку. Гарри не потрудился спросить, как они там останутся.

Затем Гарри подошел к посылке Гермионы. Ее подарком был простой набор конфет, к которому было прикреплено ее письмо.

Гарри,

Я рассказал остальным о твоем последнем письме. Семья Рона была весьма заинтересована новостями. Они получили краткое изложение от Рона, надеюсь, все в порядке.

Здесь все идет хорошо, хотя новости уже распространяются.

Надеюсь, вы как можно лучше проведете свой день рождения.

Хедвиг остается на ночь у меня и отдыхает.

И учитывая, что, вероятно, будет поздно, когда вы получите это письмо, я не ожидаю, что вы ответите.

-Гермиона

"Она рассказала остальным, и я уверен, что отец Рона что-то с этим делает", - сказал Гарри, подзывая всех сов уйти, прежде чем закрыть окно.

"Это хорошо", - сказал он, как раз перед тем, как заметить плащ, висящий на спинке стула Гарри. "Ни за что ..."

"О", - сказал Гарри, заметив, что его взгляд прикован к плащу. "Это был плащ моего отца. Подумал, что если Вернон поднимется сюда, я смогу быстро накрыть им вас двоих".

Драко был удивлен и впечатлен.

"Очень мило".

Только что прошел 11-й, а Дурсли все еще были внизу, наслаждаясь своим успехом в впечатлении на масонов, даже Драко к этому времени перестал находить это забавным.

"Они все время такие?" он спросил Гарри.

"Нет, обычно они так раздуваются из-за разговоров о Дадли или о том, какой я глупый", - ответил Гарри, пожав плечами.

"Гарри Поттер не глупый", - вызывающе заявил Добби.

"Спасибо, Добби", - сказал Гарри.

Добби просиял.

Гарри внутренне развеселился, бросив взгляд в окно на тускло освещенные улицы. Он внезапно встал, немного отодвинув свой стул, его глаза смотрели вниз, сначала он не был уверен, что или, скорее, кого он видит.

Но всплыло воспоминание, давшее ему ответ…

Темные тени пронеслись по подстриженной траве, окружая дом, который он выбрал…

"Пожиратели смерти..." - выдохнул Гарри.

Несколько темных фигур медленно приближались, пересекая лужайки и рассредоточиваясь, укрываясь в тени, но Гарри увидел их.

"Драко, достань свою палочку. Добби, останься здесь и защити Драко. Откуси эти зернышки. Они приближаются".

Гарри не потрудился закрыть за собой дверь и выбежал, хрустя семечком между зубами, помчался вниз по лестнице, вынимая волшебную палочку, в Гостиную, где жили Дурсли. Он слышал, как его родственники спокойно болтают, как невнятные обезьяны, не обращая внимания на быстро приближающуюся опасность.

Книга 2 – Часть 3: Брешь

Гарри побежал вниз, перепрыгивая через две ступеньки за раз, чувствуя, как энергия семени вливается в него, но еще до того, как он достиг основания лестницы, он почувствовал пульсацию магической энергии, исходящую от самих стен.

Вскоре к этому чувству присоединился плавный звук скандирования…

Он мгновенно понял, что происходит. Пожиратели Смерти противодействовали оберегам древней magic...as древней, как сама Обереговая магия. Они, без сомнения, расположились вокруг дома, чтобы провести какую-то "церемонию против оберега". Он уже видел, как такое делали раньше в воспоминаниях Тома; они пробовали это на том маленьком доме с женщиной внутри. Надеюсь, защита здесь будет такой же сильной, как у женщины в воспоминаниях.

Он с глухим стуком приземлился у подножия лестницы и ворвался в гостиную, когда трое испуганных Дурслей повернулись к нему, сбитые с толку, поскольку они тоже чувствовали помехи в воздухе и слышали странные песнопения, пробивающиеся сквозь стены.

"Мальчик, убери эту штуку немедленно!" Вернон зашипел, а Петуния и Дадли ахнули, увидев палочку, которую Гарри крепко сжимал в руке.

"Они приближаются! Иди в мою комнату сейчас!" - Прогремел Гарри, влетая в комнату.

"Они"?! Кто?! - глупо выкрикнул Вернон, уже краснея, когда Петуния мгновенно встала, ее лицо побледнело, а глаза расширились. Очевидно, она была достаточно умна, чтобы увидеть опасность, которая была связана с внезапным странным пением и силой, исходящей из дома, от которой волосы у нее на затылке встали дыбом.

" Вернон, Дадли, делайте, как он говорит", - заявила она ровным и гулким голосом.

"Что?" Начал Вернон, поворачиваясь к жене так, словно она не выдержала.

БУМ!

"ВПЕРЕД!" - крикнул Гарри, пробегая мимо них на кухню, и увидел, как по меньшей мере двое Пожирателей Смерти атакуют заднюю дверь, пытаясь пробиться сквозь чары, которые теперь были видны и переливались ярко-красным и серебристым поперек дверного проема.

Гарри не видел Дурслей, но слышал, как они взбегали по лестнице, когда он буквально почувствовал, как дом оживает; он был зол…

Гарри повернулся и собирался направиться к лестнице, чтобы последовать за своими родственниками, когда магия в доме содрогнулась. Она не погасла, но Гарри знал, что то, что он почувствовал, не было хорошим знаком. Что бы ни делали Пожиратели Смерти, это было не то же самое, что они сделали в воспоминаниях с домом той женщины.

БАХ!

Задняя дверь кухни с треском распахнулась, и Гарри увидел, как Пожиратели Смерти начали переступать порог, когда стража слегка дрогнула, прокладывая себе путь точными взмахами палочек.

"Reducto!" Гарри закричал, ударив Пожирателя Смерти, который только начал входить, в грудь, прежде чем быстро двинулся назад к лестнице, возвращаясь в прихожую из кухни.

Затем Гарри взглянул на кухонный стол и взмахом палочки, пробормотав заклинание, отправил его в сторону двери.

"Vinculum!" Гарри закричал, вытаскивая из головы заклинание, которое он совсем недавно выучил.

При этом стол, казалось, растворился в самой стене, светясь ярким синим, а затем красным, фактически соединяясь с домом и подопечными.

Затем Гарри побежал к лестнице, надеясь, что Дурсли не сходят с ума из-за Добби или Драко. Надеюсь, Драко привязал их к телу в стороне или что-то в этом роде, и он охранял окно и дверь.

Он был на полпути вверх по лестнице, когда входная дверь позади него распахнулась. Едва оглянувшись, он крикнул: "Одурмани!" - И с шумом взбежал по лестнице, надеясь попасть в того, кто вышиб дверь.

Он услышал, как его проклятие попало во что-то, за чем последовал глухой удар тела.

"Протего!" Вскоре после этого Гарри крикнул, почувствовав странное теплое давление на спину и зная, что оно было каким угодно, только не дружеским.

Защита дома подверглась нападению, и Гарри буквально чувствовал бреши в защите вокруг себя, это было за гранью смущения.

Взбегая по лестнице, он почувствовал, как что-то столкнулось с его щитом, и краем глаза, когда он обернулся наверху лестницы, он увидел, что перила разлетелись на части — проклятие срикошетило от его щита.

Споткнувшись, он упал перед входом в свою комнату. Повернувшись, чтобы встать, он заглянул в комнату. Драко стоял у кровати, его почти зажившие ожоги были хорошо видны, палочка наготове. Дурсли с испуганным видом жались друг к другу в углу, а Добби был рядом с Драко.

Гарри встретился взглядом с Добби, когда услышал, как кто-то поднимается по лестнице, и по звуку шагов понял, что этот кто-то зол.

— Добби, запри дверь! — крикнул Гарри, поднимаясь по лестнице.

Добби, к сожалению, сделал, как ему было сказано, вспомнив предыдущий приказ Драко делать всё, что скажет Поттер. Он мгновенно запер дверь, прежде чем Драко успел что-либо сделать или сказать.

Гарри перевёл взгляд на лестницу и увидел грозную фигуру, спускающуюся по ступенькам. Она была одета в чёрное, а лицо закрывала маска, похожая на череп.

Пожиратель смерти вышел вперёд, его чёрные одежды развевались вокруг него, в руке он держал волшебную палочку.

Гарри выпрямился и поднял палочку. Вокруг них по-прежнему звучали заклинания, но сила оберегов угасала.

Гарри был уверен, что Пожиратель смерти ухмыляется под своей дурацкой маской, радостно сверкая глазами.

— Что ж, это приятный сюрприз. Одним выстрелом двух зайцев… — пропел мужчина. — Тёмный Лорд будет доволен.

— Я не уверен, — пробормотал Гарри как раз перед тем, как они обменялись заклинаниями.

— Диффиндо! — крикнул Пожиратель смерти.

"Протего!" Гарри прогремел.

Казалось, что магия зашла во временный тупик, пока Гарри не почувствовал, а не услышал, как кто-то подошел к нему сзади.

"Экспеллиармус!"

Гарри попытался пошевелиться, но было слишком поздно, из-за небольшого пространства в зале и отсутствия предупреждения он почувствовал, как палочку выдернули у него из руки. Он слегка повернулся спиной к запечатанной двери, левым боком к первому Пожирателю Смерти, правым - к новому.

Теперь его палочка лежала на полу рядом с новоприбывшей, которая вертела в руке свою собственную палочку.

"Боже-мой-мой…что у нас здесь? Защитник предателей крови? Мерзкий любитель грязнокровок и магглов? Мальчик-Который-выжил?" спросила новичок ядовитым голосом. "Ну, я полагаю, часть "прожитое" продлится недолго. Жаль, что мы должны прервать это ..."

Время внезапно, казалось, остановилось, потому что в этот момент произошло так много событий, что Гарри показалось, что это не должно было быть возможным, и он был прав. Это не должно было быть возможным, и все же это было.

Он увидел, как женщина-Пожиратель Смерти подняла свою палочку, и ее губы начали шевелиться…

"АВАД-"

Он почувствовал, что защита дома наконец-то прогнулась и пала ... но что-то большее…

[Дублирование. Опять же, должно быть понятно само за себя)

Дамблдор начал действовать в тот момент, когда получил сообщение от Кингсли Шеклболта, высокопоставленного аврора, о том, что в поместье Малфоев что-то произошло. Он только что закончил связываться с Аластором Муди после того, как тот предупредил Снейпа о случившемся.

Кингсли рассказал им, что они нашли, и что сейчас ведется расследование, которое они в настоящее время держат в секрете. Тела Люциуса и Нарциссы Малфой были найдены, но их сын в настоящее время пропал без вести. Благодаря этой информации Дамблдор и Снейп были уверены, что в этом замешаны Пожиратели смерти, но вопрос был в том, почему. Это было несколько часов назад, и теперь они размышляли, где искать юного Малфоя.

Снейп только что вернулся из своей комнаты в кабинет директора. Письмо было надежно зажато в его руке, и, судя по выражению его лица, Дамблдор знал, что это важно, но прежде чем он успел спросить, в чем дело, сова вылетела из окна и приземлилась прямо перед ним, крепко сжимая в когтях пергамент.

Видя, что сова срочно хочет освободиться от своей ноши, Дамблдор взял конверт и прочел. Снейпу было так же любопытно, но он не изменил своего мрачного выражения лица.

Альбус,

Мне сообщили тревожные новости, и у меня нет причин им не верить. Очевидно, мистер Поттер отправил сову Гермионе, которая, в свою очередь, отправила сову моему сыну по серьезному поводу. Моего сына редко что-то выводит из себя или доводит до такой серьезности. Исходя из того, что мне рассказали и что содержалось в письме, у меня есть основания полагать, что Малфои в беде, а также их сын и, возможно, мистер Поттер. Я должен быть честен, мы с Люциусом не в дружеских отношениях, но то, как Рон говорит о Драко, я не могу игнорировать возможную опасность для его семьи, не говоря уже о том, что если все это правда, то теперь это касается не только его семьи. Если вы не знаете, о чем я говорю, напишите мне.

Я жду ваших инструкций,

Артур Уили

Дамблдор быстро передал письмо Снейпу, чтобы тот прочитал, что он и сделал. При этих словах Снейп выпрямился, его глаза стали еще темнее, чем обычно.

"Директор, я нашел похожее сообщение. Оно было от Поттера, и я полагаю, что у него есть юный Малфой", - сказал он, возвращая письмо Артуру. "Я боюсь, что люди, ответственные за нападение, будут охотиться за Малфоем. И если я прав, они не позволят никаким свидетелям раскрыть то, что они могли видеть, и я почти не сомневаюсь, что Драко знает, что на самом деле произошло с его родителями. Я ответил Поттеру, сказав ему оставаться в доме, но..."

Он сделал паузу, встретившись взглядом с мудрым стариком, и скрытое за ними послание проникло в твердые голубые глаза.

"Чары маяка ..." Прошептал Дамблдор.

Снейп сжал челюсти, прежде чем слегка кивнуть.

"Да, Люциус наложил это на своего сына на случай, если его когда-нибудь заберут в защищенное место. Эти чары такие же старые и такие же могущественные, как Обереги Крови. Вы знаете, что может быть сделано с защитой локации, если войдет человек с Чарами-Маяками ..."

При этих словах Дамблдор достал какой-то пергамент и быстро написал инструкции.

Артур,

Я лично занимаюсь этим вопросом. Следите за всем подозрительным и пока держите свою семью в Норе. Кое-что произошло, но я не могу сказать больше прямо сейчас.

Я свяжусь с тобой, как только смогу.

Альбус

Затем Дамблдор запечатал письмо и передал его сове, которая все еще выжидала, прежде чем сова вылетела в окно.

Амулеты-маяки были такими же древними, как и Обереги Крови. Их использовали, чтобы можно было найти человека где угодно. Такого рода меры предосторожности вселяли в родителей некоторую уверенность в том, что, если их ребенка когда-нибудь похитят или потеряют, они смогут его найти. Однако, точно так же, как существовали разные виды Защиты, существовали и разные виды Маяков, и Дамблдор и Снейп знали, что тот, который был наложен на Драко, был самым мощным, который мог наложить Люциус, что говорило о том, что он был самым мощным из возможных.

Все маяки излучали сигнал, который можно было использовать, чтобы привести в действие тех, кто знал, как активировать наложенное конкретное заклинание, но этот конкретный маяк мог сделать больше; он мог воздействовать, наносить урон или даже разрушать чары, пока человек с Маяком на них находился в пределах границ чар.

Однако никогда раньше Защита Крови и Маяк этого типа не конфликтовали, поскольку причина, по которой Маяк когда-либо будет задействован, заключается в том, чтобы спасти кого-либо от выкупа или удержания против его воли. Кровавые обереги в первую очередь использовались для защиты, а не для сокрытия. Тем похищающим людям было мало пользы от Оберегов Крови, заклинание Фиделиуса имело больше смысла, поскольку все, что мог бы сделать Маяк, - это указать приблизительное местоположение, оно никому не дало бы прохода в это место.

Дамблдор выглядел на свой возраст, когда наступило полное осознание. Никто не знал, что могло случиться с Оберегами Крови, если активировать заклинание Маяка. Два заклинания могли нейтрализовать друг друга разрушительным взрывом, они могли медленно сражаться друг с другом, пока магия не превратится в ничто, или они могли даже объединиться, что привело бы к одному Мерлину известно чему.

Повернувшись к огню, Дамблдор позвал Кингсли Шеклболта, зная, что для этой операции им понадобится больше людей, чем только он сам, Снейп и Грозный Глаз.

"Директор", - поприветствовал Кингсли, высунув голову из-за камина, выглядя немного уставшим.

"Кингсли, мне нужно, чтобы ты собрал группу своих самых доверенных авроров для миссии альфа-уровня. У меня есть новая информация по делу Малфоя, по которой необходимо действовать как можно скорее".

Глаза Кингсли на мгновение расширились от удивления, прежде чем снова стали нейтральными, усталость в них исчезла. Затем он сухо кивнул и ушел.

Затем Дамблдор позвонил Муди и рассказал ему о новой ситуации, попросив его также помочь. Муди подчинился и сказал, что приедет, как только приведет кое-какие дела в порядок.

Снейпу и Дамблдору не пришлось долго ждать, прежде чем несколько человек вышли из камина.

Кингсли вышел, за ним следовала высокая, слегка пугающая леди с распущенными каштановыми волосами. Она встала рядом с Кингсли, выпрямив спину и ничего не выражая на лице. Вскоре после этого вошли еще трое.

Из пламени вышел невысокий чернокожий мужчина с серебристо-черными волосами и такими же черными глазами. На поясе у него был короткий кинжал, а его одежда была надежно закреплена. Никакая свободная одежда не сковывала бы его движений и не зацепила бы в драке.

Следующим человеком был полный молодой человек. У него были светлые вьющиеся волосы и золотисто-карие глаза. Его одежда была светло-коричневой, а на нем был жилет из толстой кольчуги.

Последним человеком был мужчина в лохмотьях, который, откровенно говоря, выглядел так, как будто он остался без работы и жил на улице, но от него исходило безошибочное ощущение силы, смешанное с впечатлением чести и нерушимой верности.

Четверо новичков теперь были рядом с Кингсли, по двое с каждой стороны от него.

"Директор, позвольте представить Стефани Сомак", - сказал Кингсли, указывая на официально выглядящую женщину. "Она новенькая в Британии, она американка. Я доверяю ей все, что мне дорого."

Снейп уважительно кивнул ей, как и Дамблдор, прежде чем посмотреть на остальных. Взгляд Снейпа скользнул по мужчине, который вошел последним, но придержал язык.

"Это Джозеф Д. Мой. Осмелюсь сказать, что он лучше всех владеет клинком, но ему подойдет любое оружие. Он из Африки и был другом семьи задолго до того, как стал аврором, - сказал он, положив руку на плечо невысокого чернокожего мужчины.

"Это Форшоу Кроу. Мастер защиты, а также надежный товарищ и аврор".

Светловолосый молодой человек отвесил небольшой респектабельный поклон.

"И, я уверен, вы знаете Ремуса Люпина", - закончил Кингсли, прежде чем решительно поднять руку, скорее для того, чтобы заставить Снейпа замолчать, чем Дамблдора. "Вы сказали собрать самых надежных людей, каких я только смогу найти, и хотя мистер Люпин не аврор, он сражался бок о бок с несколькими величайшими представителями этого поколения. Я случайно встретил его в Министерстве, и мне понадобилось четвертое тело, и поскольку других авроров, которым я доверяю в такой миссии, в то время не было поблизости, я воспользовался шансом попросить его об услугах ...

"Кингсли, дальнейших объяснений не требуется, мы приглашаем его присоединиться к нам, и мы ценим его помощь", - сказал Дамблдор, прерывая решительного человека.

В этот момент пламя вспыхнуло снова, и оттуда вышел Грозный Глаз Грюм.

"Значит, все здесь?" хрипло спросил он. Он огляделся, задержавшись на Люпине, прежде чем перейти к остальным. "Хорошо", - закончил он.

"Чего мы можем ожидать?" Спросил Утроба, его голос был намного глубже, чем можно было ожидать от человека, который выглядел так молодо.

Дамблдор собирался кратко изложить суть дела, но прежде чем он успел произнести первое слово, предмет на его полке издал отчетливый тревожный вопль.

Лицо Дамблдора вытянулось.

"Подопечные атакованы", - категорично заявил он, вытаскивая искореженную ручку.

"Держитесь и приготовьтесь к бою", - приказал Муди, хотя все уже протянули руки вперед, чтобы схватить очевидный портключ, с боевыми лицами.

Они приземлились на землю в тихом жилом районе, но они знали, что "мирный" - неверное описание.

Воздух вокруг них был наполнен противоречивой магией, и в воздухе витало тревожное пение. Они немедленно начали действовать, обогнув соседнюю улицу, чтобы найти источник.

То, что они нашли, было домом, освещенным красным и серебряным, классическими цветами Кровавой Обереги. Дюжина пожирателей Смерти стояла вокруг границы, распевая заклинания, обереги простого дома мерцали.

Муди и остальные пошли вперед, но прежде чем они успели послать свои проклятия, произошло то, во что никто из них не поверил бы накануне. Кровавая защита пала, уменьшилась и исчезла.

Защиты, которую Дамблдор установил для Гарри, больше не было. Теперь дом был таким же, как любой другой, — беззащитным.

В этот момент пожиратели Смерти, которые скандировали, остановились и ворвались в дом, когда Альбус и другие заявили о себе.

Снейп бросился к дому, проклиная каждого пожирателя Смерти, которого видел. Муди и Люпин направлялись к задней двери на кухню. Снейп собирался войти в дом и броситься вверх по лестнице, но что-то остановило его.

Волна силы, не похожая ни на какую другую, коснулась его, устремившись к центру дома. Рев невероятной энергии пронесся по дому, когда ослепительная серебряная вспышка резонировала внутри.

Петуния и Вернон осмелились поднять глаза, когда пол задрожал от рева. Они сосредоточились на светловолосом мальчике без рубашки, стоящем рядом с ужасающе сморщенным монстром, но затем появился свет.

Казалось, что это исходило из самого дома, и все же мальчик, похоже, тоже был источником. В мгновение ока раздался рев и стих, и в ту же секунду свет хлынул из раненого мальчика внутрь, оставив на его теле лишь магический след.

"АВАДА КЭД..." - продолжила женщина, и на кончике ее палочки загорелся зеленый огонек.

Гарри почувствовал это у своих ног, чистую горячую силу, гнев, любовь и защиту, нахлынувшую на него. Это было похоже на пульсирующую теплую воду в его теле. Если бы у Пожирателей Смерти было больше времени, они бы увидели после вспышки, как на коже Гарри заиграл яркий свет, но времени было так мало.

Действуя чисто импульсивно, Гарри протянул руки левой к мужчине, а правой к женщине, и, как в случае с троллем, он выкрикнул первое пришедшее на ум заклинание, снимающее проклятие женщины.

"АРДЕСКО!"

Давление в его руках было неописуемым, но это было ничто по сравнению с давлением, с которым столкнулись Пожиратели Смерти, когда заклинание было выпущено и попало в цель.

Пожиратели Смерти были прижаты к стенам позади них, и прежде чем Гарри смог по-настоящему осознать, что он делает, он протянул руку к своей палочке.

Она тут же, как по вызову, влетела ему в ладонь.

Повернувшись к запечатанной двери, обереги теперь явно исчезли, внизу слышались звуки людей, врывающихся в дом, Гарри начал испытывать ничем не сдерживаемую панику.

Если бы защита была снята, Пожиратели Смерти могли бы проникнуть в комнату через окно. Драко, Добби и Дурсли были бы более уязвимы.

Я должен войти ...подумал он, глядя на магически запечатанную дверь, и странное неясное чувство поднялось из его сердца.

-POP-

"АААА!" Петуния закричала, когда Гарри с хлопком возник в центре комнаты перед Добби.

Гарри, не потрудившись никого поприветствовать, повернулся лицом к двери и поднес палочку к пальцу. Нельзя было терять времени, он знал, что обереги исчезли, и поэтому, торопливым шепотом порезав палец палочкой, позволил красной капле упасть на пол.

Он почувствовал, как Драко подошел к нему ближе, и, к своему удивлению, почувствовал исходящую от Драко магию.

"Охраняй окно", - приказал Гарри, опускаясь на одно колено, отбрасывая все отвлекающие факторы и сосредотачиваясь на текущей задаче. Это был их последний шанс. Даже если бы помощь прибыла сейчас, пожиратели Смерти завершили бы то, зачем пришли, особенно теперь, когда они встретили сопротивление.

Он услышал, как Драко утвердительно хмыкнул, а Добби повернулся, чтобы помочь, прежде чем закрыл глаза и помолился, чтобы это сработало.

Прижав кончик волшебной палочки к капле крови на полу (его порез уже зажил благодаря Энергетическим Семенам Невилла), он произнес заклинание, которое услышал от женщины из воспоминаний.

Казалось, прошла вечность, прежде чем он закончил бормотать слова, но как только он закончил, воздух замер, торопливые шаги, приближающиеся к комнате, смолкли, и страх, исходивший от всех в комнате, исчез.

Золотистый свет, действующий как жидкость, распространился от кончика волшебной палочки, заливая каждый уголок комнаты, оставляя блестящий оттенок на всех стенах, двери, окне и полу.

Они были в безопасности.

В тот момент, когда свет озарил комнату, к ним вернулся звук, и они могли слышать тех, кто был снаружи, и тех, кто находился за дверью в коридоре.

Звучало так, как будто этажом ниже шла битва, но их больше беспокоили сердитые голоса за дверью.

"Просто взорви дверь!" - крикнул чей-то голос.

"Бомбарда!"

БУМ!

Светящаяся золотая дверь вообще не сдвинулась с места, однако раздалось несколько испуганных криков и грохот чего-то или, скорее, кого-то, пробивающегося сквозь стену.

Заклинание отскочило от двери и попало в человека, наложившего заклинание, а также в их спутника, пробив их сквозь стену напротив двери.

Гарри стоял на одном колене, Драко шагал рядом с ним, готовый защитить их, если что-нибудь прорвется.

Он все еще мог чувствовать магию Драко, а теперь и Добби, теперь, когда он думал об этом, но что было более поразительным, так это магия, которую он чувствовал за пределами комнаты.

Теперь в доме было несколько могущественных волшебников, и, хотя он мог ошибаться, они, казалось, сражались друг с другом.

— Что там происходит? — хрипло спросил Вернон, всё ещё прижимая к себе свою семью.

— Я не знаю, — ответил Гарри, переводя дыхание и пытаясь собраться с мыслями после того, как завершил заклинание «Золотое яйцо».

«Поднимайся! Поднимайся! Они там наверху!» — прогремел за дверью низкий голос, а звуки ломающихся и бьющихся предметов продолжали доноситься снизу.

"Одурмани!"

"Диффиндо!"

"Протего!"

"Утроба, охраняй их!" - крикнул кто-то еще, когда было слышно, как еще несколько человек входят в зал.

Гарри встал, теперь бок о бок с Драко, такой же растерянный, как и он.

"Редукто!" - крикнул грубый голос, за которым последовал знакомый голос, кричащий: "Протего!"

"Диффиндо!"

"Люди, вам не надоедает использовать это ?!" - спросил тот же грубый голос, проклятие попало в щит, не причинив вреда, прежде чем изможденный молодой человек добавил: "Петрификус Тоталус!"

"Чисто!" - крикнул кто-то снизу, когда шум битвы затих, голос, полный магии и силы.

"Кингсли, я надеюсь, твои люди справятся с их охраной?" - спросил другой голос, направляясь к лестнице.

"Поттер?" Прошептал Драко, искоса взглянув на него.

"Я не сниму защиту, пока мы не узнаем, кто эти люди", - тихо ответил Гарри, адреналин все еще бушевал в нем.

Драко кивнул в знак согласия, остальные в комнате хранили полное молчание.

Снейп шагнул к мерцающей золотой двери.

Что это за магия? спросил он себя. Муди и Люпин стояли по обе стороны от него, задаваясь одним и тем же вопросом.

Он знал, что нельзя прикасаться к двери, об этом ему сказали двое пожирателей Смерти за стеной позади него, хотя ему было интересно, как два других Пожирателя Смерти оказались в кучах по обе стороны коридора.

Это еще одна магия Поттера?

Встряхнувшись, зная, что с вопросами придется подождать, он заговорил.

"Поттер, с тобой все в порядке?" спросил он, надеясь, что эта магически запечатанная комната не удерживает тех, кому они не могут помочь, игнорируя испуг оборотня рядом с ним.

"Профессор?!" - спросил сильный голос, несомненно, принадлежавший Драко.

Снейп внутренне вздохнул с облегчением.

С его крестником все было в порядке.

"Да, это я. А теперь впустите нас, теперь здесь безопасно", - ответил он.

"Докажи это", - потребовал второй голос, голос, который, как он с удивлением понял, принадлежал Поттеру.

"Однажды я снял с тебя пять баллов за невнимательность, рад, что ты усвоил свой урок", - заявил Снейп.

Гарри не сдвинулся с места после того, как встал, и теперь он жалел, что не остался стоять на коленях. Услышав доказательство того, что Снейп был тем, за кого себя выдавал, всплеск адреналина спал, и волшебный стук в ушах утих.

Гарри слегка опустил палочку, и по взмаху его руки золотая защита отступила.

Драко и остальные напряглись, когда комфорт, который обеспечивала палата, исчез, когда дверь медленно открылась.

Гарри, Драко и Добби держались настороже на случай, если это окажется уловкой, но вскоре они поняли, что это не так.

За дверью, в холле, стояли люди и смотрели на них.

Снейп был в середине, крупный мужчина со шрамами и очень большим глазом справа от него, и потрепанный мужчина слева от него. Они нашли Дамблдора за человеком в лохмотьях слева и светловолосого толстяка за человеком со шрамами и побоями на войне.

Гарри почувствовал, что пошатывается, но рука Драко на его плече быстро успокоила его.

"Ты в порядке?" Спросил Драко ему на ухо.

Гарри кивнул, когда Снейп и Дамблдор вошли в комнату.

"Идите все сюда", - сказал Дамблдор, глядя также на Дурслей и Добби.

"Что?! Мы никуда не пойдем с такими, как ты!" Заявил Вернон, его храбрость проявилась сейчас, а не раньше.

Дамблдор посмотрел поверх своих очков-полумесяцев на толстяка, который все еще слегка дрожал в углу с Петунией и Дадли.

"Я не спрашивал", - решительно сказал Дамблдор, в его голубых глазах вспыхнули раздражение и чистая сила.

Дамблдор пристально смотрел на Вернона, пока тот не был вынужден отвести взгляд, после чего он переключил свое внимание на Гарри и Драко.

Снейп подошел к Драко, быстро осмотрел его раны и с удивлением увидел следы заживляющей пасты на ожогах. Ему потребовалась всего секунда, чтобы понять, что это паста для заживления ожогов.

"Добби получит вещи Гарри Поттера, хозяин", - сказал Добби, делая то, о чем Драко собирался попросить его.

Дамблдор опустился до уровня Гарри, положив руку ему на плечо, Драко все еще поддерживал его.

"Профессор?" Дрожащим голосом спросил Гарри, но прежде чем старик ответил, он почувствовал, что его поднимают.

"Мы отправляемся в безопасное место, Гарри", - ответил Дамблдор, вставая с ним на руках.

Голова Гарри покоилась на плече Дамблдора, он едва слышал приказ Дамблдора Снейпу отнести Драко вниз из-за обломков, поскольку Драко был босиком.

Книга 2 – Часть 4: Безопасность

Покидать свою комнату было жутковато. Гарри позволил себе полностью расслабиться в более чем умелых руках Дамблдора, пока его глаза ловили вспышки всего вокруг.

Он позволил своим чувствам взять верх, чувства от них нахлынули на него.

Он почувствовал запах горелого дерева и сажи в воздухе. Он чувствовал, как Дамблдор крушит стекло и мусор под своей поступью, и видел, что большая часть стен в зале обуглилась от заклинаний и проклятий.

Он смутно осознавал присутствие других людей в доме, людей в мантиях, осматривающих ущерб, и стоящих над связанными Пожирателями Смерти, когда они проходили мимо них по коридору. Люди, которых он не узнал, замерли и смотрели на него, когда Дамблдор повернулся и начал спускать его по лестнице.

Он слышал, как люди разговаривали в прихожей, гостиной и кухне, но все обсуждения прекратились, когда он и Дамблдор достигли нижней ступеньки лестницы, в гостиной была видна перевернутая и поврежденная мебель.

"Шестеро находятся под стражей, четверо мертвы, а остальные сбежали, возможно, семеро", - сказал Дамблдору грозный чернокожий мужчина, остановившись в шаге от них.

"Спасибо тебе, Кингсли", - сказал Дамблдор, и Гарри перевел взгляд на смуглое лицо, на котором читалось хорошо скрываемое беспокойство.

"Им нужна медицинская помощь?" спросил невысокий чернокожий мужчина, подойдя к Кингсли, посмотрел на Драко, прежде чем перевести взгляд на Гарри.

"Они получат кое-что там, куда мы направляемся, Джозеф", - мягко сказал Дамблдор.

"Очень хорошо. Тебе нужен сопровождающий?" спросил он.

Гарри не мог не проникнуться уважением к двум мужчинам, стоявшим перед ним, хотя никогда раньше их не встречал. Они вели себя так же целеустремленно, как и он, и в их глазах он мог чувствовать их решимость и чувство долга.

"Конечно, чем больше, тем лучше", - раздался грубый голос позади них.

Гарри услышал лязг металла о дерево, когда мужчина подошел к ним. Гарри слегка напрягся, прежде чем снова успокоиться. Мужчина с выпученным глазом смотрел вверх, почти поверх его головы. Гарри сжал свою волшебную палочку, но не для того, чтобы воспользоваться ею, а чтобы получить от нее утешение.

"Мистер Поттер", - грубо поприветствовал он, на мгновение уставившись на крепко зажатую волшебную палочку Гарри, прежде чем встретиться с ним взглядом. Затем он перевел взгляд на двух чернокожих мужчин, стоявших у входа в гостиную. "Привет, Шеклболт", - сказал он, кивнув.

"Муди", - поприветствовали они в ответ. "Люпин", - продолжили они, глядя на человека, который встал по другую сторону от Гарри и Дамблдора.

Гарри пристально посмотрел на настороженного мужчину. Что-то в нем было знакомое, но, хоть убей, он не мог понять почему.

Гарри, должно быть, на мгновение отключился, потому что, когда он снова сосредоточился на окружающих, он обнаружил, что разговор продолжился без него, и что теперь они движутся к двери.

"Профессор, мы проводим вас всех", - произнес мягкий голос, раздавшийся сразу за входной дверью.

"Это ценно, мисс Сомак", - мягко сказал Дамблдор, проходя мимо нее.

Дурсли неохотно последовали за ним, не сказав ни слова после предыдущего заявления Дамблдора "Я не спрашивал".

Гарри почувствовал чье-то присутствие, оно бежало к ним, но он слишком устал, чтобы что-либо предпринять, кроме как снова сжать палочку.

"Альбус", - голос, который, как он знал, принадлежал Макгонагалл, звучал ужасно близко. "Боже, с ним все в порядке?" она ахнула.

"Он будет. Магическая усталость", - заявил Дамблдор, снова двигаясь.

Это было последнее, что он услышал, когда его глаза закрылись, и он сдался тьме, с которой боролся с тех пор, как снял Золотую Защиту.

Рыцарский автобус появился перед большой группой грозных волшебников и далеко не счастливых магглов.

Кингсли и Стефани Сомак первыми вошли в автобус Knight, у бедного Стэна чуть не случился сердечный приступ при виде тех, кто собирался сесть в автобус.

Драко знал, что Гарри нет дома, потому что его тело обмякло в руках Дамблдора. Снейп опустил Драко на землю, поскольку вокруг не было обломков, но он знал, что нужно оставаться рядом со Снейпом.

Он не знал точно, что происходит, но он уловил большую часть того, что говорили Дамблдор и другие, особенно ту часть, которая касалась Гарри.

Дамблдор и другие не знали точно, что было не так, но они были уверены, что это как-то связано с количеством магии, которую он только что использовал, и за такой короткий промежуток времени. Из-за этого Дамблдор подчеркнул, что нельзя аппарировать или использовать портключ, чтобы добраться до места назначения, поскольку это может повлиять на и без того нарушенную магию Гарри.

После нескольких крепких словечек в адрес Грюма они решили сесть в «Ночной рыцарь», хотя Драко не понял, куда они направляются, потому что в тот момент его внимание было приковано к потрёпанному на вид мужчине по имени Люпин. Выражение лица этого мужчины отвлекло его настолько, что он не заметил, куда они направляются. Мужчина смотрел на Гарри так, словно видел то, чего, как он думал, никогда больше не увидит, но, похоже, дело было не только в этом.

Драко почувствовал руку на своем плече и понял, что это Снейп, когда его вели в автобус "Рыцарь". Дамблдор, все еще держа Гарри, занял место в нескольких ярдах от него, в середине автобуса. По обе стороны от него были Люпин и МакГонагалл. Драко прошел вперед, сев напротив старого волшебника и Гарри, в то время как Снейп сел справа от него, Муди сел по другую сторону от Снейпа.

Драко повернулся к Снейпу. "Сэр, куда мы идем, и ..." Он посмотрел на Гарри, пока Дамблдор доставал свою палочку.

"Альбус?" Спросила Минерва, ее голос был не обычным строгим, твердым, а тихим и встревоженным.

Дамблдор покачал головой.

"Я никогда не видел ничего подобного. Я могу только предположить, что это как-то связано с тем золотым стражем и его защитными заклинаниями, которые мы видели, когда впервые вошли в дом, - сказал он, снова проводя палочкой над Гарри.

Дамблдор сделал паузу, глядя на Драко, который пристально наблюдал за происходящим.

"Мистер Малфой, отвечая на ваш предыдущий вопрос, мы отправляемся в особняк Лонгботтомов. Я чувствую, что там безопаснее, и там будет легче лечить Гарри и себя без шума и суеты Святого Мунгоса. Мы связались с несколькими надежными целителями. Они будут там вскоре после нашего прибытия, - сказал Дамблдор. "Когда мы прибудем, мне нужно будет поговорить с тобой, если ты не против".

"Конечно, сэр", - немедленно согласился Драко.

Вскоре после этого (автобус ехал с нетипичной для него комфортной скоростью) автобус остановился.

Дамблдор встал, Муди и МакГонагалл вышли первыми.

Невилл не понимал, что происходит, но, видя, что бабушка встревожена, он знал, что бы это ни было, это было что-то серьезное.

"Подожди здесь, Невилл", - сказала она, направляясь в прихожую и оставляя его в гостиной.

Невилл расхаживал взад и вперед, надеясь, что если Гарри понадобилось использовать эти семена, то они помогли и что с Драко все в порядке.

Весть о нападении и убийстве Малфоев облетела весь Волшебный мир, а новость о пропаже их сына распространилась еще быстрее.

Что происходило? Вернулся ли Волан-де-Морт? Был ли новый темный лорд, который занял его место и командовал пожирателями Смерти?

Невилл не знал наверняка, но из совы Гермионы Гарри сказал: "Последователи нашего врага движутся", что могло означать только одно: пожиратели смерти.

Бабушка рассказала ему о них перед тем, как он отправился в Хогвартс, и о том, что они сделали с его родителями…

Невилла оторвали от его мыслей шаги нескольких человек, входящих в его дом, и голос его бабушки, подзывающей их войти.

"Альбус, боже мой!" - внезапно сказала она, заставив Невилла набраться смелости и выглянуть из-за угла.

Он обнаружил, что в прихожей полно людей, некоторых он видел раньше, а других нет, но что быстро привлекло его внимание, так это вид двух его друзей.

"Конечно, Альбус, отведи его в комнату для гостей наверху", - сказала она.

Все, что он мог сделать, это разинуть рот, наблюдая, как Альбус Дамблдор кивнул его бабушке, прежде чем направиться в комнату для гостей, все это время неся на руках потерявшего сознание Гарри.

Встряхнувшись, он вышел, совершенно забыв, что бабушка велела ему оставаться на месте в гостиной. Он направился прямо к Драко, который стоял рядом со Снейпом, без обуви и рубашки. Его правый бок, без сомнения, был обожжен, но, к удивлению, выглядел не так уж плохо. Драко увидел, что он приближается, и пошел ему навстречу.

"Драко, что случилось? Что не так с Гарри, что случилось с ним, с тобой?" Невилл вышел, почти запинаясь на словах, когда указал на ожоги Драко.

"Мистер Лонгботтом, если вы проводите нас в свободную комнату, я бы хотел сам осмотреть раны мистера Малфоя", - сказал Снейп, внезапно оказавшись рядом с ними.

"Д-да, сэр", - сказал Невилл, поймав взгляд бабушки.

Он никогда в жизни не видел такого выражения на ее лице, которое было сейчас, и он не был уверен, злилась она или нет.

Он повернулся и повел их к выходу, бабушка не звала его обратно, а просто следила за ним своими непроницаемыми глазами.

Несколько часов спустя

Снейп уселся в кресло в дальнем углу комнаты. Многое произошло с тех пор, как они приехали, и он все еще пытался все это переварить.

Будучи крестным отцом Драко, он занял его место опекуна Драко, как только смог. После похорон он заберет Драко домой и воспитает его как своего собственного, как просили его Люциус и Нарцисса, если что-нибудь случится; Снейп просто хотел, чтобы в этом не было необходимости.

Драко, казалось, хорошо воспринял потерю, если смерть близких вообще можно хорошо воспринимать, но поскольку он, казалось, больше беспокоился о Поттере, это, вероятно, еще не поразило его по-настоящему.

Снейп тихо печально вздохнул.

Все, что произошло, казалось таким нереальным, часть его ожидала ... надеялась, что он проснется и обнаружит, что все это сон.

Гарри все еще спал, и, по словам Дамблдора, Помфри и доверенного Целителя, в таком состоянии он пробудет до завтра. Снейп покачал головой, незамеченный тремя другими людьми в комнате. Как и он, они были погружены в свои мысли.

Как Гарри сделал то, что он сделал? И что вызвало то, что Драко описал через несколько мгновений после падения защиты?

"Вспыхнул свет, и я почувствовал, как он прошел по моей коже", - сказал им Драко. "Я никогда не чувствовал ничего подобного".

Это было последствием падения Защиты? Или это было нечто большее? И как Гарри сдержался и победил двух пожирателей Смерти, и одновременно? Как он аппарировал? Пример случайной магии? И как он создал эту Защиту?

Было слишком много вопросов и почти недостаточно ответов.

Снейп оглядел гостиную, тускло освещенную медленно тлеющими углями в камине. Муди чутко спал на диване, его бдительность так и не ослабла; а напротив дивана сидел Дамблдор, погруженный в самую глубокую задумчивость, какую Снейп когда-либо видел.

Дамблдор собрал приличную информацию о том, что произошло, хотя многое из этого все еще ускользало от него. Чары вокруг дома пали, включая Кровавую защиту, которую Дамблдор наложил на семью Дурслей, чтобы защитить Гарри, вскоре после той ночи, но пало кое-что еще: чары-Маяки на Драко.

Дамблдор предположил, что свет, который описал Драко, был результатом падения Маяка, но он все еще не мог полностью объяснить огромный всплеск магии, который произошел вскоре после того, как они вошли в дом, чтобы помочь, потому что это не могла быть Защита Крови, поскольку она уже упала. Это был Гарри?

Возможно, они никогда не поймут, что произошло, точно так же, как они никогда полностью не узнают, что произошло в ту ночь, когда исчез Волдеморт…

Снейп сделал паузу, заставляя себя думать о другом, поскольку не было смысла думать о таких вещах…

Несколько часов назад состоялся ужин, в том числе у Дурслей.

Это был незабываемый опыт…

Снейп мысленно улыбнулся, вспоминая прошлое. Кто бы мог подумать, что у Невилла окажется такое сильное чувство преданности и упорства, достаточное, чтобы заставить замолчать ворчливого неандертальца?

Все они сидели за большим обеденным столом, за исключением Поттера и мадам Помфри по очевидным причинам. Они уже обсудили случившееся с Драко и даже с Дурслями, но Петуния, казалось, была единственной, кто мог говорить.

Ужин прошел тихо. Муди, МакГонагалл и Стефани сидели по одну сторону стола, напротив Снейпа, Августы Лонгботтом и Кингсли-Дамблдор во главе. Драко, Невилл и Люпин сидели на другом конце стола, напротив Дурслей.

Итак, они были там, сидели за столом, Невилл и Драко сидели рядом друг с другом, напротив Дурслей, которые избегали взрослых волшебников и довольствовались тем, что сидели напротив младших, вероятно, чувствуя, что они представляют меньшую угрозу.

Было несколько тихих разговоров, но самый тихий был между Дурслями, или, скорее, один из них разговаривал сам с собой — Вернон.

"Как нас угораздило оказаться втянутыми во все это? Если бы не тот мальчик, ничего бы этого не случилось ..." Вернон пробормотал почти беззвучно. "Никогда не следовало соглашаться…в чем была наша проблема? Затем, после того, как мы взяли урода, он навлек это на нас. Из-за него нас всех чуть не убили. Глупый мальчишка. Одни неприятности. Ни на что не годный маленький бюстгальтер ...

БАХ!

Невилл и Драко встали, позволив своим стульям рухнуть позади них, Люпин тоже собирался встать, но, увидев, что Невилл и Драко опередили его, он решил посмотреть.

Они оба были в ярости, услышав каждое слово неуклюжего человека.

"Если ты скажешь еще хоть слово против моего друга, я обещаю тебе, это будет твое последнее!" Драко плюнул, но прежде чем он успел добавить что-либо еще, Невилл взял верх…

"Как ты можешь говорить такие вещи ?! Он твоя семья или, по крайней мере, твоей жены! Даже если она не ладила со своей сестрой, Гарри все равно твой племянник. И забудьте об этом, Гарри спас вашижизни. Чего я не понимаю после всего, что он мне рассказал, и даже того, чего он мне не сказал! Я не знаю, зачем он вообще беспокоился! Но он это сделал, и ему—не—нужно-было.

"Он выбежал из своей комнаты, чтобы забрать вас троих. Он выбежал из верхнего положения, предусмотренного его комнатой, чтобы забрать вас. Ему пришлось уклоняться от бог знает скольких проклятий, и он остался запертым в коридоре с двумя пожирателями Смерти, защищающими вас и вашу семью."

Он сделал паузу, но не для того, чтобы перевести дыхание, а для того, чтобы взглянуть на меня, прежде чем продолжить — все за столом растерялись, не находя слов, даже Дамблдор, хотя его глаза мерцали.

"О, но Гарри всего лишь "глупый мальчик", от которого "одни неприятности"… давайте просто проигнорируем тот факт, что вы трое были бы мертвы, если не хуже, прямо сейчас, если бы не он."

Невилл слегка наклонился вперед, вся его былая нервозность и робость исчезли — это был настоящий Невилл, тот, кто скрывался под застенчивым и боязливым…

"Почему бы вам не подумать об этом, сэр, прежде чем начинать нести чушь о людях, присутствия которых вы даже не заслуживаете".

Невилл выпрямился, Драко твердо стоял рядом с ним, гордый и внутренне благоговейный. Он правильно выбрал своих друзей, в этом он не сомневался.

"Могу я выйти из-за стола?" Спросил Невилл, все еще глядя на ошарашенного и, вполне возможно, перепуганного Вернона.

"Да, дорогой", - вмешалась его бабушка, выходя из своего шокированного состояния.

"Можно мне тоже?" Спросил Драко.

Получив кивок, он последовал за Невиллом из комнаты и наверх, туда, где был Гарри.

Снейп никогда не забудет тот ужин до конца своих дней, но, отогнав это воспоминание, его взгляд упал на Стефани Сомак, аврора из Штатов.

Казалось, она знала, как вести себя в напряженных ситуациях, продемонстрировав это во время битвы и переезда Дурслей. Снейп почти улыбнулся, подумав о выражениях на их лицах, когда Дамблдор сказал им, что Министерство переведет их из соображений безопасности.

Поскольку Защита Кровью была снята, Гарри больше не мог оставаться с ними летом или в любое другое время, если уж на то пошло. Снейп мог только представить реакцию Поттера, когда тот узнал, что…

Ну, из-за этого Дамблдор переселил Дурслей и снабдил их несколькими мощными чарами для защиты. Тем не менее, они не будут такими мощными, как тот, что у них был, но этого будет достаточно. У пожирателей смерти действительно не было причин нападать на них, и как только они будут перемещены, их будет трудно найти.

Он видел Драко только один раз после ужина, и они лишь обменялись короткими кивками, прежде чем Драко снова ушел с Невиллом проведать Гарри. Снейп мысленно вздохнул; позже у него будет достаточно времени, чтобы поговорить с ним обо всем.

Другой вопрос, который, как надеялся Снейп, они скоро решат, касался Поттера. Где он останется? Отвезет ли его Дамблдор в Хогвартс? Или куда-нибудь еще? Какое место было безопасным? Действительно ли сейчас существует такое место?

Стефани подняла глаза и на мгновение встретилась взглядом со Снейпом. Казалось, она думала о том же.

Что бы сделало Министерство сейчас, теперь, когда было доказано, что Пожиратели смерти существуют? Они не могли скрыть это; было слишком много свидетелей. Будет ли паника? Или тот факт, что их "золотой герой" снова одержал победу, успокоит страхи и заставит публику сплотиться? Покажет только время?…

Снейп знал, что Волан-де-Морт не вернулся, но это не означало, что он не принимал в этом участия, особенно после того, как Драко рассказал ему и Дамблдору о книге…Дневник Тома Марволо Риддла… Из-за этого Малфои стали мишенью? И зачем им был нужен дневник?

Снейп слегка кивнул в знак приветствия Стефани, прежде чем снова погрузиться в свои мысли.

Гарри посмотрел вниз на крысу, которая съежилась и дрожала от страха.

"Червехвост, лучше всего, что ты принес мне новости", - прошипел он, когда крыса превратилась в дрожащего человека.

"Да, мастер, Поттеры теперь находятся под чарами Фиделиуса ..." мужчина заикался.

"И я полагаю, они сделали Сириуса Блэка своим Хранителем Тайны?" - Спросил он.

"Мастера нет…Блэк — приманка"

"Для кого?!" - крикнул он, обрывая Червехвоста. "М-я..."

Он посмотрел вниз со злым одобрением.

"И где они, о Хранитель тайны?" спросил он с ухмылкой.

"Годрик Хэллоу ..." - сказал он, называя точный адрес.

"Ну что ж, сегодня вечером я нанесу визит ... и если ты мне не солгал, когда я вернусь, Червехвост, для тебя будет награда..."

"Спасибо, мастер ... спасибо тебе..."

Сон прервался, и следующее, что Гарри увидел, был фасад дома, который теперь был ему так хорошо знаком. Этот сон снился ему бесчисленное количество раз ... и всегда заканчивался одинаково…

Зеленый свет взрывается перед его лицом…

Тем временем…

Невилл делил свою комнату с Драко, Дамблдор наколдовал кровать для Драко, и хотя они оба пытались заснуть, им обоим это не удавалось.

Драко рассказал Невиллу все, что произошло, даже более подробно, чем то, что он рассказал Дамблдору и Снейпу. Он поклялся Добби хранить тайну, что не было проблемой, Добби был счастлив сделать все, о чем его попросят мастер Драко или мистер Гарри Поттер.

Драко описал Дамблдору и Снейпу людей, которых он видел, но это мало помогло, он не успел толком рассмотреть. Драко вздохнул и перевернулся, пытаясь найти удобное положение, которое помогло бы облегчить боль от его ожогов.

Мадам Помфри и другая Целительница, Джин Бэрри, очень помогли залечить его ожоги, но из-за того, что он долго не получал надлежащего лечения, у него осталось бы несколько глубоких шрамов; однако, даже если бы они добрались до него раньше, у него все равно остались бы какие-то шрамы, потому что ожоги были магическими и от них всегда оставались шрамы.

Лечение, которое Поттер смог ему назначить, все еще очень помогло, и его шрамы, которые у него остались бы, были бы просто более светлым пигментом гладкой кожи на одной стороне лица, на шее сбоку и немного ниже по руке.

Невилл сказал ему, что это добавит персонажа. Драко согласился и сказал, что будет носить шрамы без стыда, поскольку они были свидетельством того факта, что он выжил, несмотря на попытку пожирателей Смерти убить его.

Добби заскочил ранее после ужина и рассказал им о человеке, которого он видел (Барти Крауч-младший), но поскольку Добби был домашним эльфом, его слово не имело силы в суде. Драко и Невилл, однако, согласились рассказать Дамблдору позже, после того, как они поговорят с Поттером, по крайней мере, тогда Дамблдор будет знать, что за ним нужно следить.

Драко думал о том, что он теперь будет делать, и о том, что к жизни со Снейпом придется привыкать, как вдруг он почувствовал, что что-то его ошеломляет. Чувство вырвалось из его сердца, но он знал, что источник был вне его.

Он сел, чутье подсказывало ему, что что-то ужасно не так.

"Драко, что случилось?" Прошептал Невилл, тоже садясь.

"Поттер", - внезапно прошептал он в ответ, быстро вставая с кровати и тихо спеша к Гарри.

Он обнаружил, что бежит по коридору, едва сознавая, что Невилл идет за ним по пятам. Он добрался до двери гостевой комнаты и вошел, Невилл инстинктивно закрыл за ними дверь.

Гарри ворочался, бормоча во сне, его лоб был влажным от пота. Они чувствовали, как в воздухе сгущается магия, и Драко мог поклясться, что кровать Поттера тряслась.

"О, нет... Это случалось раньше", - прошептал Невилл, подходя к Драко рядом с кроватью.

Драко едва бросил на него косой взгляд, как схватил Гарри за руку одной рукой, а другую положил на грудь Гарри, пытаясь успокоить его.

"Поттер ...Поттер, проснись ..." - прошептал он так громко, как только осмелился.

Дыхание Гарри стало тяжелым, и Невилл испугался, что то, что произошло в Хогвартсе в прошлом году, повторится…

Магия продолжала расти, несмотря на попытки Драко разбудить Гарри, и Невилл знал, что все, что они могли сделать, это дождаться, пока Гарри проснется сам; и тогда он проснулся.

Глаза Гарри распахнулись, он сделал глубокий вдох и вскинулся.

"Малфой?" через мгновение он выдохнул, слегка дрожа.

"Это я, Невилл тоже здесь ..." Драко замолчал, когда Гарри закрыл лицо руками.

"Петтигрю ... Питер Петтигрю, Червехвост ... Хранитель секрета…Черный…Приманка ... " - пробормотал он, явно пытаясь взять себя в руки и сдержать непрошеные слезы.

Драко собирался спросить, о чем он говорит, и может ли он или Невилл чем-нибудь помочь, когда они внезапно услышали голос позади себя.

"Гарри?" властный, но заботливый голос спросил с порога.

Драко и Невилл резко повернули головы и увидели Альбуса Дамблдора, уставившегося на Гарри с беспокойством, которого они никогда раньше у него не видели. Они были так сосредоточены на Гарри, что не услышали, как открылась дверь.

Они быстро отошли в сторону, голова Гарри все еще была в его руках.

"Гарри ..." Снова спросил Дамблдор, дверь тихо закрылась за ним, и он слегка засиял от того, что был зачарован.

Он подошел, опустился на колени рядом с кроватью и положил одну руку Гарри на колено.

Он почувствовал магическое возмущение еще на пути из гостиной. Большинство остальных ушли или спали, а что касается Муди, он попросил его остаться там, пока он пойдет на разведку. Он был уверен, что уже знает причину, и оказался прав.

"Профессор?" Гарри задохнулся.

Дамблдор знал, что Гарри пытался держать себя в руках, быть сильным, но он знал, что сейчас не время для такого рыцарства.

Прежде чем Гарри понял, что происходит, он почувствовал, как руки Дамблдора обхватили его и притянули в свои объятия. Он мгновенно вспомнил, когда в последний раз чувствовал такую безопасность, такую заботу и бескорыстную любовь ... которые были в объятиях Хагрида…

Он позволил себе погрузиться в это, больше не заботясь о том, насколько слабым он может выглядеть или что могут подумать те, кто видел.

Он плакал.

Сколько раз он видел, как этот ублюдок убивал его. parents...so сколько раз он видел, как он входил в свой старый дом и убивал своего отца, как будто это ничего не значило ... и делал то же самое с его матерью, прежде чем направить на него палочку…

И теперь ... теперь он знал, как он это сделал…

Теперь он знал, кто помог ему сделать это…

Теперь он знал, как ему удалось обойти защиту своей семьи…

Хранитель Тайны рассказал ему…

Питер Петтигрю ... предполагаемый друг своего отца ... это знание пришло к нему из мыслей Волан-де-Морта в то время.

Червехвост…

Он почувствовал, как горячие слезы текут по его лицу, когда он просто отпустил все это…

"Червехвост рассказал ему…Петтигрю ... Хранитель тайны ..." - сказал он. "Волдеморт ... воспоминания ..."

Дамблдор просто укачивал его, пока он продолжал бессвязно болтать, Дамблдор тут и там подхватывал несколько слов - и все они заставляли его внутренне напрягаться.

Драко и Невилл просто молча стояли в стороне, не понимая всего, что говорил Гарри, но понимая, что бы это ни было, ничего хорошего в этом не было.

Гарри успокоился, его грудь теперь сдерживала икоту, а глаза сосредоточились, как никогда раньше…

"Я собираюсь заставить его заплатить за все, что он сделал ..."

Его голос был устрашающе спокоен, и в нем чувствовалась пронизанная им сила, даже Дамблдор немного растерялся, прежде чем раздался внезапный стук в дверь.

Дамблдор снял чары и волшебным образом открыл дверь.

"Что случилось?" Спросила Джин Бэрри, Целительница.

"Плохой сон, теперь с ним все в порядке", - ответил Дамблдор, поглаживая Гарри по спине, чтобы еще больше утешить его.

"У меня есть успокаивающее зелье, которое он мог бы принять", - предложила Джин.

"Это хорошая идея, только не Сонное зелье", - сказал он.

"Да, сэр", - сказала она, уходя за книгой.

Как только она ушла, Дамблдор вновь сосредоточился на Гарри.

"Это то, что Хагрид хранил в секрете?" спросил он тихо и как можно мягче.

"Да".

"Теперь это и мой секрет, я сохраню это между нами", - заявил он, прежде чем посмотреть на Драко и Невилла.

"Мы тоже сохраним это, мы никому не скажем", - сказал Драко, Невилл кивнул в знак согласия.

"Хорошо, потому что если об этом узнает кто-нибудь, кто был или остается с Волан-де-Мортом ... последствия ..."

"Мы понимаем, сэр", - сказал Невилл.

Дамблдор, теперь уверенный, что они сохранят секрет, снова повернулся к Гарри.

"Гарри, насколько я понял, ты знаешь все, что произошло той ночью?"

Гарри кивнул. "Но я никогда раньше не видел Червехвоста".

"Прошлая ночь, возможно, вызвала всплытие воспоминаний", - сказал Дамблдор, прежде чем сделать паузу. "Гарри, мы подробнее поговорим об этом позже, а сейчас отдохни".

Гарри откинулся на кровать, когда дверь снова открылась и вошла Джин с Успокаивающим зельем, в ее глазах читалась озабоченность и легкое чувство благоговения, сдерживаемое профессионализмом, когда она обнаружила, что он смотрит на нее в ответ.

Вскоре после этого Невилл и Драко ушли, кивнув Гарри на прощание, сказав, что поговорят завтра.

Книга 2 – Часть 5: Старый друг

Дамблдор не спал той ночью, он был слишком занят мыслями.

Итак, у Гарри есть воспоминания лорда Волан-де-Морта о том дне ... вполне возможно, проклятие вернулось обратно, и теперь кажется вероятным, что Гарри получил взамен часть сущности Волан-де-Морта ... но это все, что получил Гарри?

При этой мысли Дамблдор опустился в кресло…

Это объясняет, почему заклинания Гарри были более мощными, чем обычно ... но это из-за того, кто он есть, или из-за того, что произошло?

И Питер ... если я правильно расслышал Гарри…это означало бы, что Сириус невиновен. Но почему правда не всплыла на суде над ним? Почему Сириус не рассказал им, что произошло? Объясните, почему он пошел за Питером…

... И почему он убил его, непреднамеренно убив тех магглов…

Дамблдор выдохнул.

Ему придется разобраться в этом и, возможно, даже заглянуть и самому увидеть Сириуса. Он не мог понять, почему правда не всплыла наружу, то есть, если то, что сказал Гарри, было правдой. Но как этого могло не быть? Он бессвязно называл имена людей, которых ему не следовало знать, и даже упомянул Хранителя Тайны, о котором, Дамблдор был уверен, Гарри не знал.

О да, ему нужно было бы разобраться в этом, возможно, поговорить с Гарри об этом немного подробнее.

Дамблдор был так погружен в свои мысли, оставшись один в гостиной, Муди и остальные оставили его наедине с его мыслями и отправились спать в комнаты, что не услышал, как нерешительно вошел мальчик.

Было предрассветное время, и Гарри проснулся, не в силах больше сомкнуть глаз. Он спустился вниз, опасаясь скрипа половиц, но каким-то образом сумел уменьшить их громкость, медленно спускаясь.

Он не знал точно, куда идёт, но решил зайти в комнату с тусклым мерцающим светом и вскоре обнаружил, что это гостиная. Сделав шаг вперёд, он понял, что комната не пуста и что кто-то сидит в большом кресле у камина.

Он быстро понял, кто это был, но, узнав об этом, не был уверен, стоит ли ему заходить или лучше уйти и, может быть, найти столовую, чтобы там посидеть.

Он уже собирался сделать выбор, когда Дамблдор внезапно понял, что за ним кто-то наблюдает.

— Гарри, думаю, ты уже понял, что я не кусаюсь, хотя, должна признать, некоторые из моих конфет кусаются.

Гарри слегка подпрыгнул, и Дамблдор слегка повернул голову, чтобы посмотреть на него. Его лицо было очерчено слабым мерцающим пламенем.

Гарри слегка улыбнулся и вошёл, остановившись у дивана в нескольких шагах от Дамблдора.

Дамблдор встал.

— Кажется, сейчас самое подходящее время для разговора, — сказал он, осторожно проходя мимо Гарри и садясь на диван. Он жестом пригласил Гарри присоединиться к нему. Тот сел на другой конец дивана.

Затем Дамблдор взмахнул рукой, и Гарри быстро понял, что это было заклинание конфиденциальности. Гермиона как-то упоминала о них, говоря, что их полезно знать, потому что они не позволяют людям, находящимся за пределами заклинания, подслушивать, а если кто-то войдёт в него, то люди внутри будут быстро оповещены.

— Гарри, я понимаю, что это трудно, но я также знаю, что ты понимаешь, что это очень важно.

"Да, профессор".

Дамблдор слегка наклонился вперед, глядя Гарри прямо в глаза.

«Ранее вы упомянули, что Питер был хранителем секрета. Не могли бы вы рассказать мне больше?» — спросил он.

— Я видел это глазами Волан-де-Морта, сэр. Питер пришёл к нему сначала в облике крысы, а потом превратился в человека. Должно быть, он анимаг, как профессор МакГонагалл…

— Крыса? Скажи мне, Гарри, что ты помнишь? Как выглядел Питер в обеих своих формах?

«Он был тощей коричневой крысой обычного вида, хотя на кончиках его ушей торчало несколько более длинных волосков. А как человек он был немного полноват и лысел…

— Он действительно был другом моих родителей? — спросил он, а Дамблдор слегка откинулся назад, обдумывая то, что Гарри только что ему рассказал.

"Боюсь, что да, Гарри, он был ... и теперь ясно, что он предал их", - признал Дамблдор перед паузой. "Гарри, откуда ты знаешь, что он был другом твоих родителей?"

"Well...in во сне я мог слышать мысли Волан-де-Морта…о чем он думал в то время ..."

"Понятно", - прошептал Дамблдор, теперь еще более обеспокоенный.

"Кто такой Сириус Блэк?" Спросил Гарри, нарушая воцарившееся между ними молчание.

"Один из лучших друзей твоего отца. Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Петтигрю были друзьями твоего отца".

"Они все уже мертвы?" Тихо спросил Гарри.

"Нет", - ответил Дамблдор, его мысли были сосредоточены на чем-то другом…Анимаг Питера…

Он встал с дивана.

"Сэр?" Спросил Гарри.

"Мне нужно кое-что проверить насчет Гарри. Я вернусь, и мы подробнее поговорим об этом, и я постараюсь ответить на любые ваши вопросы, но прямо сейчас, из-за этого, есть кое-что очень важное, на что мне нужно обратить внимание. Спасибо, Гарри, если я прав, ты, возможно, только что помог одному из настоящих друзей своего отца."

Затем Дамблдор шагнул в камин, бросив туда немного летучего порошка.

"Нора", - твердо заявил он, исчезая в реве зеленого пламени.

Гарри сделал паузу, сбитый с толку словами Дамблдора, что он имел в виду? Что он проверял? И зачем он пошел в Нору? Именно там жили Уизли, верно?

Решив, что ему придется подождать, пока Дамблдор вернется, чтобы выяснить это, он покинул полутемную и пустую комнату.

Спускаясь по большому холлу и проходя мимо лестницы в свою комнату, он восхитился искусно обработанными полами и стенами, все было облицовано полированным деревом и камнем, а затем он услышал кого-то за холлом, в районе за холлом.

Выйдя из зала, он обнаружил, что входит в кухню, где, казалось, кто-то уже готовил.

"Невилл?" Спросил Гарри, увидев Невилла у плиты.

Невилл подпрыгнул, поворачиваясь к нему лицом.

Гарри быстро понял, что у Невилла были помощники. Три домовых эльфа, одним из которых был Добби.

"О. Привет, Гарри, я думал, я единственный, кто встал", - сказал он, ставя сковородку.

— Нет, я встал несколько минут назад. Привет, Добби, — поздоровался он.

— Доброе утро, Гарри Поттер, сэр, — сказал он, поклонившись, и другие домовые эльфы тоже поклонились.

— Ты готовишь завтрак? — спросил Гарри, продолжая идти.

— Да, мы делаем это почти каждое утро, — пожал плечами Невилл.

— Я тоже каждое утро готовлю завтрак. Давай, я помогу.

И вот Гарри и Невилл вместе с домашними эльфами начали готовить завтрак, а весь остальной дом ещё спал, но вскоре к ним присоединился Драко.

— Вы что, две ранние пташки? — спросил Драко, всё ещё пытаясь прогнать сонливость.

— Наверное, — сказал Гарри, переворачивая яйцо.

Драко посмотрел на трёх домовых эльфов, усердно работавших вокруг них, доставая ингредиенты и другие вещи.

Почему домовые эльфы не делают это в одиночку? Драко задумался. И как они уговорили Добби позволить им помочь?

"Молодой господин, Добби пытался—" - начал Добби, видя, что Драко смотрит на него в замешательстве, но Невилл перебил его.

"Я помогаю готовить завтрак, мне нравится готовить. Итак, когда мне было около восьми, я, наконец, убедил эльфов разрешить мне, и они согласились, только после того, как я чуть не приказал им ... ну, бабушка сделала. В любом случае, теперь, когда они видят, как сильно мне это нравится, у них нет с этим проблем ", - сказал Невилл.

"Ну что ж", - сказал Драко, обходя большой кухонный стол посреди кухни, солнечный свет теперь начал пробиваться через окно. "Тогда, пожалуй, я накрою на стол", - сказал он, подходя к шкафчику и доставая тарелки.

Драко и Невилл потратили это время, чтобы ввести Гарри в курс всего, что происходило, и Гарри уставился на Невилла с гордостью и удивлением, когда Драко рассказал ему о том, что Невилл ушел от Вернона.

Гарри приостановил свою работу, когда ему сказали, что он не вернется к Дурслям, Невилл сказал ему это так мягко, как только мог, зная, что Гарри, вероятно, захочет услышать это от него, а не от кого-то из взрослых. Затем они сказали ему, что Дурсли уже уехали и что некоторые из друзей Кингсли уже позаботились о их переезде.

"Где же я тогда останусь?" Спросил Гарри.

"Я не знаю, но я ... я вроде как подслушал разговор бабушки с Дамблдором ... Ты мог бы остаться здесь, по крайней мере, до начала занятий", - сказал Невилл.

Гарри поднял глаза и улыбнулся. "Мне бы этого хотелось. О, и Невилл? Спасибо за те семена. Они очень помогли", - сказал он.

"Рад, что смог помочь", - ответил Невилл.

Они продолжили работу, Гарри не особо удивился, когда Драко сказал ему, что скоро будет жить со Снейпом, поскольку он его крестник.

После этого Драко сделал паузу, его глаза больше ни на чем не фокусировались, пока он говорил.

"Похороны завтра..."

После этого никто из них некоторое время не произносил ни слова, все молча осознавали, что у всех у них есть одна общая черта…все они потеряли своих родителей.

Драко знал о родителях Невилла, потому что его отец рассказал ему, где находятся Лонгботтомы, еще за много лет до того, как он поступил в Хогвартс. И, конечно, Гарри тоже знал, узнав об этом из одного из воспоминаний в начале года в поезде.

Драко посмотрел на них обоих, на мгновение забыв о половинке намазанного маслом тоста, лежащего перед ним, и сказал: "Мы уничтожим их. Всех-до-одного".

Все они кивнули в знак твердого согласия, прежде чем вернуться к своей работе.

Завтрак был незабываемым, взрослые дома были потрясены, увидев, что трое мальчиков, не меньше, приготовили завтрак с домашними эльфами.

Муди со скрытым недоумением наблюдал за взаимодействием между Гарри, Драко и Невиллом.

Люпин молчал, не уверенный, много ли Гарри о нем знает, и не хотел заставлять его нервничать или что-то в этом роде, хотя наблюдал за ним с едва скрываемой гордостью.

Бабушка приняла Драко, видя, как он обращался с ее внуком, и после демонстрации за ужином накануне вечером поняла, что по какой-то причине молодой слизеринец встал на сторону Невилла и его друга Гарри Поттера.

Августа Лонгботтом наблюдала за тремя мальчиками, Драко и Невиллом, стоявшими по обе стороны от Гарри, и обнаружила уважение и преданность, написанные на их лицах.

Ее внук изменился; он стал сыном ее сына…

МакГонагалл, Снейп, Кингсли и Стефани ушли вскоре после завтрака, у всех у них были дела, которые нужно было сделать.

На следующий день должны были состояться похороны, и поэтому Снейп и МакГонагалл делали последние приготовления. Стефани и Кингсли нужно было кое-что проверить в Министерстве в связи с расследованиями обоих нападений; им также нужно было собрать информацию о том, как общественность и Министерство отреагировали на новости, и какими могут быть их следующие действия.

"Ежедневный пророк" уже написал несколько статей о событиях и только что отправил утренний выпуск.

У Муди и Люпина был дневной выпуск, и они быстро его прочитали.

Муди, Люпин, Августа, Невилл, Гарри и Драко теперь все были в гостиной, те, у кого не было газеты, гадали, что читают Муди и Люпин.

"Итак? Что происходит?" Спросила Августа немного нетерпеливо.

Муди бросил в нее газету, покончив с ней.

"Ну ... они определенно не теряли времени даром", - пробормотала она.

Мальчики собрались вокруг нее. Она опустила газету, чтобы они могли видеть.

Там была фотография дома на Тисовой улице, 4, Авроры и им подобные по всей лужайке, они входили и выходили из теперь уже очищенного дома, дверь была сорвана с петель.

Мальчики Света в безопасности после Второй атаки Темных

После исчезновения Драко Малфоя, сына Люциуса и Нарциссы Малфой (да упокоятся они с миром), Гарри Поттер приютил, но вскоре после этого снова подвергся нападению неизвестных темных волшебников. На данный момент неизвестно, как Драко попал в дом Поттера, но некоторые полагают, что они устроили портключ в течение учебного года, на всякий случай, это предположение исходит из вероятного слуха о том, что юный Малфой подружился с Поттером в прошлом семестре. Также считается, что этот портключ был предоставлен сторонником света, хотя расследование все еще ведется.

По словам Кингсли Шеклболта, главного аврора в расследованиях, нападение произошло между 11 часами вечера и полуночью 31 июля в резиденции магглов в Литтл-Уингинге, графство Суррей, дом 4 по Тисовой улице.

Неизвестное количество темных волшебников и ведьм, возможно, более дюжины, продвинулись вперед, думая, что у них есть свобода действий, но забыли, в чей дом они вторглись…Мальчика-Который-выжил.

Гарри Поттер, Спаситель Волшебного мира, снова совершил невозможное, отбиваясь от бесчисленных врагов, и, по некоторым данным, убил по меньшей мере четырех злоумышленников. Ему удалось защитить юного Малфоя (который был ранен во время первого нападения на его собственную резиденцию) и сдерживал их до прибытия авроров, среди которых был Альбус Дамблдор.

Текущее местонахождение Мальчика-Который-выжил и Драко Малфоя засекречено, но сам Альбус Дамблдор подтвердил, что они в безопасности.

Было произведено несколько арестов, и, хотя на тот момент это были только слухи, многие из этих людей когда-то следовали за Тем-Кого-Нельзя-Называть. Было подчеркнуто, что безопасность во всем Волшебном мире повышается, и что остальные ответственные лица близки к поимке, но в таких обнадеживающих словах нет необходимости, поскольку Мальчик-Который-выжил и юный Малфой смогли помешать этим темным волшебникам и свергнуть большое количество из них.

Этому репортёру ясно, что если какой-нибудь новый Тёмный Лорд задумает восстать, то в его распоряжении будет не только единое и дееспособное Министерство, но и ум последнего Малфоя и сила последнего Поттера — Мальчиков-из-Света…

Подробное описание обоих нападений… Прочитайте, что говорят эксперты об удивительном побеге, совершенном молодым Малфоем, и об удивительной защите, предпринятой Гарри Поттером - см. стр. 3.

Почему напали на этих Мальчиков Света? ... Посмотрите, что они делали до Лета - смотрите стр. 5.

Что ты можешь сделать? … Узнайте, какие дополнительные меры предосторожности может предпринять любая семья - см. стр. 8.

"Ну, по крайней мере, они кое-что сделали правильно ..." Пробормотал Невилл.

"Мальчики света?" Спросил Драко, приподняв бровь.

"Могло быть и хуже, вы двое могли бы стать Мертвыми Мальчиками Света", - хрипло сказал Муди.

"Честно, Аластор, ты всегда должен быть таким мрачным?" Спросила бабушка, переворачивая страницу и находя фотографии нескольких авроров, участвовавших в расследовании.

Грюм пожал плечами и заявил: «Я смотрю на это с оптимизмом».

— Я уверена, — возразила бабушка.

Приближалось время обеда, и остальные сказали Гарри, что Уизли придут к обеду, потому что им сообщили об этом накануне вечером.

Ну, по какой-то причине они все еще не пришли, уже прошел обед, и, собственно говоря, Дамблдора все еще не было.

Основателям the Custosae present стало ясно, что что-то происходит, особенно после того, как вошел один из людей Кингсли и отвел Муди в сторону. Драко сказал Невиллу и Гарри, что этот человек был аврором по имени Мой и другом семьи Кингсли.

Зайдя в комнату Невилла, Гарри и Драко затеяли игру в Волшебные шахматы, одновременно обсуждая то, что, по их мнению, могло произойти, а также недавние события.

"Я видел Дамблдора этим утром, перед тем как пойти на кухню. Я рассказал ему больше о своем сне, а затем он сказал что-то о том, что я, возможно, помог одному из настоящих друзей моего отца. Затем он просто удрал в Нору, - сказал Гарри, передвигая пешку.

"Он пошел к Уизли? Поэтому их до сих пор здесь нет?" Спросил Невилл.

"Я не знаю", - сказал Гарри.

"Что ты сказал? О чем вы говорили?" Спросил Драко.

"Я сказал ему, что Питер Петтигрю был анимагом, ра—О нет..."

"Что?! Что это?" - спросили они, увидев, что краска отхлынула от лица Гарри.

"Крыса Рона… Он Питер. Он Червехвост ..." Гарри выдохнул.

"Это тот парень, о котором ты говорил из своего сна прошлой ночью, верно? Хранитель тайны или что-то в этом роде?" Спросил Драко.

"Да. Понимаете? Он предал моих родителей, из-за него они мертвы", - сказал им Гарри, тупо глядя на шахматную доску.

"Эй, подожди. Откуда ты это знаешь? Ты что, своего рода провидец?" Спросил Драко.

Гарри немного опустил голову, но смотрел на них.

— Ребята, я расскажу об этом подробнее, когда все соберутся… Я не хочу повторяться, и это связано с делом Кустоса…

— Ты можешь хотя бы что-нибудь нам рассказать? — спросил Невилл.

"Обещаешь, что не будешь психовать?" Спросил Гарри.

"Мы не будем волноваться, и ты знаешь, что мы никому больше не расскажем", - сказал Драко, уже зная, что Гарри хотел бы, чтобы ему это сказали.

"У меня есть воспоминания Волан-де-Морта ..."

Гарри опустил глаза, не желая видеть выражения их лиц.

После долгого молчания, которое длилось некоторое время, Драко откашлялся.

"Ну, я обещал, что не буду психовать" out...so, Я не буду, - медленно сказал Драко, выдыхая.

"Т-ты уверен? Я имею в виду..." Начал Невилл.

"Я уверен, и я не сумасшедший Невилл, но, поверь мне, долгое время я так и думал".

Гарри рискнул и посмотрел на них. После нескольких секунд продолжающегося шока Драко внезапно стал задумчивым, в то время как выражение лица Невилла сменилось согласием.

— Теперь это кажется немного более логичным, я имею в виду, что ты хорошо владеешь заклинаниями и всё такое, — сказал Драко.

"Да, снова и снова переживаю лекции, даже Бинна ... они как бы запекаются у меня в голове", - сказал Гарри.

"Вау, извини за Binns...it это чудо, что ты все еще среди живых, я бы умер со скуки".

Гарри улыбнулся.

"Итак, когда мы доберемся до остальных, ты расскажешь нам больше? Я имею в виду, что его воспоминания могли бы быть нам действительно полезны", - сказал Невилл.

"О, я знаю; У меня есть планы. Я просто надеюсь, что Рон и остальные Уизли скоро доберутся сюда. Я надеюсь, что Дамблдор смог сделать то, что он намеревался сделать. Я уверен, что в этом замешана крыса Рона ... Сказал Гарри.

"Надеюсь, Рон не закатил истерику, когда Дамблдор захотел посмотреть, как его зовут? Короста?" Спросил Драко.

"Да", - сказал Гарри, надеясь, что все прошло хорошо, учитывая, что приближалось время ужина.

Нора, 7:22 утра

Рон спустился со Скабберсом на кухню. Его мама уже встала, и ему не терпелось пойти к Невиллу домой. Накануне вечером, после того, как Стефани Сомак пришла и рассказала им о случившемся, ему сказали, что они отправятся туда на следующий день.

Он хотел посмотреть, как поживают его друзья, и убедиться, что с ними все в порядке, особенно после того, что рассказала им Стефани.

Хорошо, что Гарри написал Снейпу и Гермионе, подумал Рон, кладя Скабберса на стол.

"Рон, помоги мне накрыть на стол", - сказала Молли, как раз в тот момент, когда их камин вспыхнул зеленым пламенем.

"Ах, Молли, я знал, что ты не спишь", - приветствовал Дамблдор, его взгляд на мгновение упал на крысу…

Червехвост

Что-то не так… Что-то происходит… Почему были убиты Малфои? Червехвост задумался, только услышав обрывки разговоров Уизли.

Темные волшебники? Пожиратели смерти? Означает ли это, что мой Господь ... нет… Я бы почувствовал пробуждение метки… закончил он, когда Рон понес его вниз по лестнице на кухню, прежде чем положить на стол.

Зачем им было нападать на Малфоев? Самая преданная семья Темному Лорду? Спросил себя Червехвост, глубоко задумавшись. Неужели…Они обратились или что-то вроде того?… Они разговаривали?

Червехвоста охватил страх. Люциус знал о предательстве Питера ... знал, как Темный Лорд смог проникнуть в дом Поттеров…рассказал ли он? Именно поэтому другие Пожиратели Смерти убили его и его жену?

Он подпрыгнул при виде зеленого пламени камина, и его кровь застыла в жилах, когда он увидел, кто выступил из пламени, единственный волшебник, которого когда-либо боялся Темный Лорд, человек, чей взгляд на мгновение остановился на нем.

Он знает! Червехвост мысленно закричал, внезапно повинуясь импульсу, и все это в попытке выжить.

Он спрыгнул со стола, приземлившись на пол позади Молли, снова принял человеческий облик и схватил ее…

"АААА!" - закричал Рон, когда Дамблдор быстро встал перед ним.

Молли окаменела, застыв на месте, Червехвост уже успел завладеть ее палочкой и в настоящее время использовал ее как живой щит.

"Питер, ты не хочешь этого делать", - заявил Дамблдор, его глаза были стального цвета, огонек полностью отсутствовал.

Червехвост отчаянно огляделся вокруг в поисках какой-нибудь дыры или расселины, через которые можно было бы сбежать, но он ничего не нашел, по крайней мере, таких, до которых он мог добраться, не будучи пойманным своим старым Директором.

Отчаяние росло, и он пришел к одному выводу, который совершил более десяти лет назад…

Он изо всех сил толкнул Молли к Дамблдору, прежде чем выкрикнуть проклятие, наполненное всем его страхом и настоятельной потребностью убраться восвояси.

"БОМБАРДА!"

Дамблдор сделал единственное, что мог сделать.

Он поднял щит, защищая Молли и ее сына, а также себя, но, к сожалению, это означало, что проклятие отразилось…

Старый дом затрясся, подняв тревогу людей наверху, которые только что проснулись от предыдущего крика Рона.

Червехвост был поражен, проклятия было более чем достаточно, чтобы протащить его сквозь стену и выбросить на выжженную солнцем лужайку…

Горящий свет одолел его, но вскоре он ничего не почувствовал…

Он не знал, сколько прошло времени, но каким-то образом знал, что его больше нет среди живых.

Где он был? Он двигался ... это было ясно, но куда? Куда он направлялся?

Не было ни света, ни тьмы, просто ... ничего…

А потом…

Там что-то было.

Фигура. Мужчина.

Все замедлилось, а затем, наконец, остановилось.

Питер моргнул.

Он не мог видеть то, что видел ... не так ли?

"Джей-Джеймс?" Питер пискнул.

Мужчина ничего не сказал; его карие глаза, однако, медленно поднялись, встретившись с безумными глазами Питера. Иссиня-черные волосы мужчины слегка шевелились от странного несуществующего ветерка, его поза была твердой.

Джеймс.

Питер, который уже дрожал, затаил дыхание, когда Джеймс слегка наклонил к нему лицо, показывая Питеру, без сомнения, кто он такой. Но он по-прежнему ничего не сказал.

"Джеймс! Мой старый друг!"

Питер двинулся, чтобы обнять его, но быстро обнаружил, что его ноги твердо стоят и не двигаются. Джеймс сделал шаг назад, лишь поприветствовав Питера продолжающимся молчанием и безжалостным взглядом, прежде чем отвернуться, опечаленный и разочарованный.

"Джей-Джеймс?"

"Друг?" Джеймс прошептал так тихо, что это прозвучало как дуновение ветерка, а не как голос. "Когда-то я считал тебя своим другом", - продолжил он, его голос был таким же тихим ... и жутким. "Но, очевидно,…Я никогда не был твоим ..."

Джеймс полностью повернулся к нему спиной и ушел, буквально растворившись при этом.

А потом Питер упал.

Не вниз, определенного направления не было, но он знал, что падает во всех остальных смыслах этого слова…

Погружение во тьму и отчаяние ... в адские глубины…

И он знал ... куда бы он ни направлялся…Азкабан будет всего лишь тенью…

Книга 2 – Часть 6: Отдых и действие

Гарри, Невилл и Драко спустились вниз незадолго до ужина, надеясь, что им расскажут о том, что происходило в Норе, ибо явно что-то происходило.

Гарри собирался набраться смелости и спросить Муди, но прежде чем он успел подойти к нему, камин вспыхнул, из него быстро высыпалось более полудюжины рыжих голов, за которыми следовал настороженный Дамблдор.

Молли выглядела расстроенной, Артур выглядел ошеломленным, Рон был зол, близнецы были сбиты с толку, Джинни была растеряна, а Перси…Перси пытался выглядеть собранным, но у него ничего не получалось.

"Альбус, сказать домашним эльфам, чтобы приготовили еще комнаты?" Спросила Августа, уже ухаживая за Молли и усаживая ее на диван.

"Да, я верю, что это было бы мудро. Это был трудный день", - сказал он, прежде чем пройти мимо Артура и подойти к Гарри. "Гарри", - сказал он, разворачивая Гарри к коридору и выводя его, остальные в комнате благоразумно не стали сейчас расспрашивать старого волшебника.

"Да, сэр?" спросил он, не в силах оторвать взгляд от своих друзей, которые быстро собрались вместе, и близнецы присоединились к ним. Все пятеро ободряюще кивнули ему, когда Дамблдор выводил его.

Дамблдор отвел его в пустую комнату для гостей и закрыл дверь.

"Что случилось, сэр? Вы поймали Червехвоста?" Спросил Гарри через мгновение после того, как Дамблдор наложил защиту на комнату.

Дамблдор хорошо постарался скрыть свое удивление заключительной способностью Гарри и ответил торжественно.

"Червехвост мертв. Его заклинание сработало против моего щита. Я полагаю, он пытался сделать то, что сделал более десяти лет назад. Если бы я не выставил свой щит, боюсь, юного Рональда Уизли и его матери здесь бы не было."

"Откуда у него палочка?" Ошеломленный Гарри спросил.

"Он забрал дом миссис Уизли вскоре после того, как я туда попал. Очевидно, он каким-то образом узнал, что я его раскусил", - сказал он, присаживаясь на краешек кровати перед Гарри.

"Зачем ты привел меня сюда? Предполагается, что это секрет?" Спросил Гарри.

"Нет, остальным рассказывают это прямо сейчас. Я привел вас сюда, чтобы рассказать вам кое о ком, точнее, о двух людях. Я упомянул их сегодня утром", - ответил он.

"Настоящие друзья моего отца?" Спросил Гарри.

"Да. В настоящее время я работаю над тем, чтобы заполучить Сириуса Блэка, боюсь, была допущена ужасная ошибка. Что касается Ремуса Люпина, вы можете поговорить с ним после того, как мы здесь закончим ".

"Люпин?"

Дамблдор кивнул, затем прошло несколько секунд молчания, и теперь они оба сидели - Гарри на краешке кровати, а Дамблдор на стуле напротив него.

"Гарри, у меня не было времени поговорить с тобой о том, что произошло на Прайвет Драйв, не мог бы ты рассказать мне, что ты помнишь?"

"Все произошло так быстро", - прошептал он, делая паузу, чтобы вспомнить все. Дамблдор терпеливо ждал.

"Я выглянул в окно и увидел приближающиеся темные фигуры. Я знал, что они плохие, поэтому я сказал Драко и Добби использовать семена энергии от Невилла. Затем я побежал к Дурслям и сказал им идти в мою комнату, потому что они скоро придут. Тетя Петуния сказала им слушать меня… Ну, а потом они начали колотить в двери, и их пение стало громче, и тогда дом действительно сильно затрясся. Дурсли побежали вверх по лестнице, пока я их тормозил. "

"Ты использовал стол, не так ли? Чтобы заблокировать заднюю кухонную дверь?" Спросил Дамблдор, его глаза блеснули. Гарри кивнул.

"Ну, я побежал вверх по лестнице, но прежде чем я успел добежать до холла, входную дверь разнесло взрывом. Я думаю, что получил один из них до того, как использовал протего, и в него попало проклятие, сбив меня с ног в коридоре. Моя дверь была открыта, поэтому я приказал Добби запечатать дверь. Он это сделал. Затем появился Пожиратель Смерти, и мы обменялись еще несколькими заклинаниями, но затем еще одно появилось у меня за спиной, вероятно, через окно. Моя палочка вылетела у меня из рук, и она уже собиралась кадаврить меня, когда..."

"Что? Что случилось, Гарри?" Спросил Дамблдор, видя, что Гарри не собирается продолжать.

"Дом...все пошло… странно...мне было жарко, но хорошо. Это набросилось на меня, а потом я просто раскинул руки и ... следующее, что я осознал, они были по обе стороны коридора, и палочка была у меня в руке, а затем, бац, я в своей комнате ".

"Драко сказал, что ты трансгрессировал в комнату ... возможно, это была случайная магия, для этого определенно была веская причина", - рассеянно сказал Дамблдор, пытаясь понять, что произошло с Защитой и Маяком.

Были ли они каким-то образом связаны на эти несколько секунд, служа своей цели до самого конца? Защищая? Дамблдор задавался вопросом.

"Гарри, как ты создал эту Золотую защиту?" Спросил Дамблдор, понимая, что ему еще предстоит разгадать половину головоломки.

"Я не знаю…Я просто сделал это", - пробормотал он. "Воспоминание ... она..." Он остановился, его голос слегка дрогнул, не желая говорить или думать о женщине, которую, на его глазах, пытал и убил Волан-де-Морт.

"Тебе не нужно продолжать, Гарри ..." - тихо сказал он, безмолвно предположив, что "она" - это Лили.

"Любовь - могущественная вещь. Она может защитить даже после того, как нас не станет, но тогда человек должен задаться вопросом, действительно ли он ушел, связана ли его любовь все еще с нами", - сказал он.

Гарри поднял глаза, сбитый с толку, не понимая, какое это имеет отношение к женщине из его воспоминаний. Он не знал ее, и она определенно не знала его. О чем говорил Дамблдор?

"Хорошо, Гарри, я думаю, остальным скоро будет интересно, где мы находимся. Если ты вспомнишь что-нибудь еще или захочешь поговорить о чем-нибудь, ты всегда можешь прийти ко мне, хорошо?" спросил он, встретившись с ярко-зелеными глазами Гарри своими голубыми.

"Да, сэр", - сказал он, радуясь, что дискуссия окончена.

Дамблдор мысленно вздохнул, желая с чистой совестью узнать, о чем подумал Гарри, увидев его растерянный взгляд; но он не мог, или, скорее, не хотел. Если бы он хотел доверия, настоящего доверия, ему пришлось бы добиться его старомодным способом: Гарри пришлось бы рассказать ему — он только надеялся, что со временем он это сделает.

Он, должно быть, ссылается на воспоминание о чем-то из той ночи ... возможно, сформировался золотой щит, и источником была Лили? Дамблдор задумался, пытаясь понять, почему то, что он сказал, вызвало такое явное замешательство у Гарри.

Я что-то упускаю? интересно, подумал он, наблюдая, как Гарри выходит из комнаты, явно погруженный в такие же размышления, как и он сам.

Ночь быстро наступила для тех, кто находился в особняке Лонгботтомов, мрак и печаль, которые ожидали их на следующий день, нависли над ними. У Гарри не было возможности поговорить с Люпином, но он поклялся, что скоро поговорит, вероятно, через некоторое время после похорон.

Гермиона поздно вечером затонула, получив разрешение от своих родителей пойти с ними на похороны на следующий день, но поскольку следующий день был тяжелым и напряженным, они все устроились на ночь довольно рано.

Она жила в комнате с Джинни. Невилл, Драко и Гарри жили в одной комнате, а Рон и близнецы - в другой. Перси удостоился того, что ему досталась самая маленькая комната.

Они все были благодарны (ну, близнецы были бы не прочь разделить с ним комнату, но Перси был бы).

Дамблдор создал портключи для всех них, чтобы использовать их на следующий день, и группами по пять человек все они были доставлены туда, где проводилась служба.

Служба отправлена.

Присутствовал министр магии, как и многие выдающиеся члены общества, и, к хорошо скрываемому ужасу Гарри, Драко и Добби, также присутствовал Крауч-младший. Он был рядом с министром, отвратительно хорошо изображая скорбящего коллегу и друга Малфоев.

Драко почувствовал, как рука Снейпа напряглась на его плече, когда Крауч-младший вышел вперед и выразил Драко свои соболезнования.

Драко, очевидно, не купился на это, как и остальные, даже Гермиона и Рон, которые не знали всей истории случившегося. Также было ясно, по крайней мере для Драко, что Снейпу, очевидно, тоже не нравился Крауч-младший.

Драко действительно испытывал искушение проклясть этого человека прямо здесь, кого волновало, что "Непростительные" запрещены законом? Ему едва удалось побороть это искушение, когда убийца ушел.

Крэбб и Гойл тоже были там вместе со своими наглыми семьями, хотя и Винс, и Грег едва заметно кивнули Драко и остальным, которые были так же тайно возвращены им.

Винс и Грэг играли роли, и остальные знали, насколько это важно. Если их враги узнают правду, они могут закончить так же, как многие другие, кто скрестил их с Волан-де-Мортом.

Несколько человек сказали несколько слов, прежде чем гробы опустили и покрыли грязью, которая с помощью магии мягко осела на них до окончания похорон.

Уизли откланялись, вернувшись в особняк Лонгботтомов, чтобы приготовить для всех поздний обед, поскольку большинство остальных тоже ушли.

Остались только Гарри, Дамблдор, Снейп и Драко.

Гарри и Драко не знали почему, но они были рады, что сейчас там были только они. Раньше это казалось вынужденным, как будто люди, которые были там, были там только потому, что они должны были быть или чувствовали себя обязанными; и хотя Уизли, Лонгботтомы, Кингсли и даже Муди и Люпин были там искренне, чтобы оказать поддержку и выразить свои скромные обиды, было приятно, что кладбище было в их полном распоряжении.

Гарри был немного удивлен, что Драко тайно попросил его остаться, и был еще больше удивлен, когда Дамблдор и Снейп не попросили Гарри присоединиться к Невиллу или Гермионе в Особняке, но оставили его в покое.

Драко и Гарри некоторое время молча стояли рядом друг с другом, пока ветер обдувал их, не сводя глаз с огромного надгробия семьи Малфоев из черного мрамора.

Снейп встал за спиной Драко и положил руки ему на плечи.

Так продолжалось еще несколько минут, прежде чем Гарри почувствовал, как рука Дамблдора легла на его плечо.

"Пойдем со мной, Гарри", - прошептал он.

Гарри обернулся и увидел очень серьезного Дамблдора, прежде чем пойти с ним.

Гарри оглянулся на Драко и Снейпа. Они все еще стояли там, без сомнения, погруженные в свои мысли.

Дамблдор продолжал уводить Гарри, и только когда они оказались вне поля зрения и слышимости, Дамблдор остановился и повернулся к нему лицом.

"Сэр?" Спросил Гарри, немного нервничая.

У Дамблдора не было огонька, и на самом деле он выглядел обеспокоенным и печальным.

Гарри понимал, что он выглядит грустным, но проблема заключалась в том, что вызывало у него беспокойство.

Дамблдор полез в карман и вытащил резной деревянный предмет.

"Это портключ, Гарри", - сказал он.

"Куда мы идем?" Спросил Гарри.

"Я должен был отвести тебя туда вскоре после твоего возвращения в Волшебный мир", - тихо сказал он.

Гарри хранил молчание.

Куда его должны были увезти и почему?

"Прости меня, Гарри, у меня нет реальных оправданий тому, что я не забрал тебя раньше. Полагаю, я чувствовал, что будет лучше подождать, что это каким-то образом избавит тебя от боли, но я понял, что поступал наоборот. "

"Я не понимаю, сэр", - сказал Гарри, перестав быть обеспокоенным, теперь становясь немного напуганным, если быть честным с самим собой.

Что могло вызвать такое сожаление? Что сделал Дамблдор, чтобы просить у него такого прощения?

"Гарри, ты можешь сказать "нет", но мне нужен ответ".

"Ответ?" Спросил Гарри, глядя в старое лицо мужчины.

"Гарри, хочешь, я отвезу тебя на могилы твоих родителей?"

Гарри моргнул.

Что ж, он не знал, чего ожидать, но уж точно не этого.

Гарри опустил глаза.

Хотел ли он? Хотел ли он увидеть могилу своих родителей? Может быть, сказать им что-нибудь, как Драко, вероятно, делал сейчас?

Да, он это сделал.

Гарри кивнул, не доверяя своему голосу, и снова посмотрел в лицо Дамблдору.

"Прямо сейчас?" Спросил Дамблдор, его голос был на грани срыва, хотя и едва скрытый от Гарри.

Гарри твердо кивнул, его глаза показали Альбусу, что он не шутил.

"Вот", - сказал Дамблдор, протягивая портключ, чтобы он прикоснулся к нему.

Гарри подчинился, хотя и немного нерешительно, и взялся за портключ вместе с Дамблдором.

Он почувствовал притяжение, а затем, вскоре после этого, почувствовал, как они приземлились.

Он огляделся по сторонам, внезапно почувствовав себя немного изолированным и занервничав.

"Где мы?" Спросил Гарри.

"Кладбище Годриковой реликвии", - тихо ответил он. "Сюда", - сказал он, медленно ведя их через старое кладбище.

Дамблдор остановился, увидев перед собой большое белое надгробие, на котором были написаны имена Лили и Джеймса Поттеров с датами их рождения и смерти.

Утверждение: "Последний враг, который должен быть уничтожен, - это смерть" выгравировано ниже.

Гарри встал рядом с Дамблдором, прежде чем сделать несколько шагов ближе, остановившись всего в нескольких дюймах от края места, где они были похоронены.

Гарри почувствовал, что его переполняет столько эмоций, что он даже не смог попытаться сдержать рыдание, медленно опустившись на колени… и разрыдался.

Оплакивает то, чего у него никогда не будет. Скорбит о том, что у него украли и чего он не мог вспомнить — любящих родителей.

Его руки сжались на земле, которая покрывала его родителей, крепко сжимая сочную траву в кулаках.

Он всегда переживал потерю своих родителей, но встреча с ними graves...it сделала это намного реальнее…

Дамблдор хранил молчание, надеясь, что сделал правильный выбор, приведя туда Гарри.

Гарри безуспешно пытался выровнять дыхание, чувствуя, как стеснение в груди начинает поглощать его. Он чувствовал его горе и печаль, но также чувствовал отдельную часть внутри себя, но не от него, будучи охваченным теми же чувствами.

"Гарри?" Прошептал Дамблдор, подходя и опускаясь на колени рядом с ним.

На кладбище воцарилась невероятная тишина; ветра не было, и листья были неподвижны.

Дамблдор приготовился к случайному всплеску магии, но его не последовало, хотя он практически почувствовал, как чистая магия исходит от тела Гарри.

Гарри смутно осознавал присутствие Дамблдора рядом с собой, пытаясь собраться с мыслями.

Обращаясь внутрь себя, в попытке успокоить себя с помощью окклюменции, произошло нечто, чего он не мог объяснить или по-настоящему понять.

Он услышал голос Снейпа в глубине своего сознания, где-то среди густой печали, не своей, но такой похожей на его собственную.

«Скорбите столько, сколько вам нужно, мы не уйдём, пока вы не будете готовы. Как только мы уйдём, позвольте себе избавиться от горя, хотя бы для того, чтобы они не смогли использовать его против вас, а вы могли использовать его против них», — тихо сказал Снейп.

Он не знал, как это произошло, да ему и не было дела до этого, но в тот момент он понял, что Снейп сказал это Драко, и каким-то образом это дошло до него.

Какое-то время он не обращал внимания на эти слова, но потом задумался над ними и сделал так, как они советовали.

Его родители ушли, и ничто не могло вернуть их, но они оставили после себя кое-что, что никогда нельзя будет забрать.

Надежда.

Они сделали то, что удавалось немногим другим; они помешали Темному Лорду осуществить свои планы.

Из-за этого это означало, что Гарри тоже мог и мог побудить других сделать то же самое.

Была надежда.

И этого было достаточно, чтобы подтолкнуть Гарри к выходу из отчаяния, которое угрожало поглотить его, напомнив ему о решении, которое он принял в конце прошлого семестра: он продолжит с того места, на котором остановились его родители, он продолжит бросать вызов Волдеморту, продолжит борьбу, и то, что его родители не смогли завершить, сделает он.

С помощью Custosae de Lux он выиграл бы войну.

Медленно выдохнув, он сосредоточился на надгробии перед собой, краешком сознания успокаиваясь и фокусируясь.

Вытирая слезы с глаз и смахивая их со щек, он встал.

Поворачиваюсь к стоящему сбитому с толку Дамблдору и встречаюсь с ним взглядом.

"Я готов вернуться". Гарри сделал паузу, прежде чем продолжить. "Спасибо, что привел меня сюда".

Дамблдор кивнул, решив, что лучше не задавать вопросов и не комментировать перемену, которую он заметил в глазах Гарри: усилившееся чувство решимости, неповиновения, целеустремленности и ... надежды?

На следующий день

Гермиона и Джинни быстро собрались на следующее утро после похорон и разговаривали о предстоящих занятиях в Хогвартсе, когда кто-то, или, скорее, двое, постучали в дверь.

Уизли собирались остаться в особняке до тех пор, пока не закончится ремонт в Норе. Червехвост разрушил заднюю часть дома и нанёс серьёзный ущерб и без того сомнительному строению. Вероятно, они, или по крайней мере дети Уизли, останутся там до начала учебного года.

Невилл и Гарри были в восторге, и Драко тоже был счастлив, поскольку все, что ему нужно было сделать позже, когда он переедет к Снейпу, это спросить Снейпа, может ли он навестить его.

"Заходи", - сказала Джинни, почти уверенная, кто будет по другую сторону.

Вошли близнецы.

"Гермиона, Рон и остальные хотят поговорить с тобой ..."

"Они в комнате Невилла", - сказал Фред, завершая заявление Джорджа.

"О, хорошо. Джинни, я сейчас вернусь, чтобы рассказать тебе о занятиях профессора Снейпа", - сказала она, дав Джинни ускоренный курс о том, чего ожидать в первый год обучения. Она встала, но не без тонкого дневника в замке.

"Хорошо. Ничего, если я просмотрю кое-что из твоих старых заметок?" спросила она, желая получить преимущество в занятиях, поскольку все ее братья, казалось, неплохо учились в школе, и она не хотела быть лишней.

"Конечно", - сказала Гермиона с улыбкой, счастливая, что нашла кого-то такого же увлеченного, как она, даже если это ненадолго. Она знала, что Джинни, вероятно, не стала бы продолжать это жесткое "желание учиться".

Гермиона повернулась и последовала за близнецами к комнате Невилла, где близнецы грациозно встали по обе стороны двери и смиренно поклонились.

"Мы благодарим вас за—"

"Позволяя нам—"

"Чтобы сопровождать тебя—"

"Мадам", - сказали они, и Фред открыл дверь.

"Пусть планы тебя и твоих спутников—"

"Добивайся всего, чего пожелаешь".

Застигнутая врасплох, она сначала нервничала из-за того, что им рассказали. Она остановилась в дверях.

Смахнув притворную слезу, Фред шмыгнул носом (Джордж последовал его примеру). Гермиона подняла бровь.

"Ронни и его друзья… уже разыгрывают ..." - сказал Фред, испуская гордый вздох.

"Мы желаем вам удачи. Комната ваша".

Сдерживая замешательство, она прошаркала вперед, Джордж закрыл за ней дверь.

Гарри, Драко, Невилл и Рон сдержали смех. Добби, сидящий между Гарри и Драко, выглядел смущенным.

"Это было единственное, что мы смогли придумать, Гермиона", - сказал Гарри.

"Ты убедил близнецов, что мы планируем розыгрыш?" Спросила Гермиона.

"Это сработало, не так ли?" Спросил Драко.

Гермиона покачала головой, но присоединилась к их кругу.

"Добби, пожалуйста, оставь нас в покое", - попросил Драко.

Добби с улыбкой щелкнул пальцами.

"Готово, мастер".

Гермиона придержала язык, единственное, что удерживало ее от того, чтобы что-то сказать, был тот факт, что Добби был счастлив, и что от него чего-то просили, а не жестоко приказывали.

"Добби, настоящим тебе запрещается говорить о чем-либо, что ты собираешься услышать, посторонним участникам без моего согласия или согласия Гарри. То, что мы здесь делаем, очень секретно, мы - группа, тайно сражающаяся против Вас, я имею в виду, против Волан-де-Морта. Ты понимаешь? Спросил Драко.

Добби, заткнувший уши при упоминании имени Темного Лорда, кивнул.

"Добби понимает, сэр, Добби сохранит все секреты".

"Хорошо", - сказал Драко, а затем, кивнув Гарри, все расселись.

"Ну, я думаю, мы все понимаем, что нашу деятельность нужно начинать раньше, чем мы думали", - начал Гарри. "Я полагаю, это первая настоящая встреча, на которой определяются действия Кастос де Люкс против Волан-де-Морта".

Все они кивнули, чувствуя, что впадают в режим серьезности, который, как считалось, невозможен для детей их возраста.

"Эм ... идеи?" Спросил Гарри, немного неуверенный, с чего начать.

"У меня есть несколько идей о том, что мы должны делать, когда поступим в школу, и я также подумал ... если мы действительно собираемся сделать что-то важное, нам нужно расширить наши ресурсы ..." Сказала Гермиона, открывая свой дневник.

"Нам также нужно найти место для встречи в Хогвартсе", - сказал Рон.

"Э-э, господа, Добби мог бы помочь", - сказал Добби, немного неуверенный, стоит ли ему прерывать.

"Ты мог бы найти место, где мы могли бы проводить наши встречи тайно?" Спросил Невилл.

"Да, господа, Добби слышал, что там работают домовые эльфы, Добби может спросить у них".

"Хорошо, об этом позаботились, спасибо, Добби", - сказал Гарри, заставив Добби смиренно поклониться.

Они все замолчали, заметив, что Гарри уставился на свои руки.

"Хм, у меня есть кое-что, что вы все должны знать. Я уже немного рассказал об этом Невиллу и Драко, и мне нужно будет рассказать об этом Винсу и Грегу, когда мы найдем место в Хогвартсе, но это не может ждать до тех пор. Нам нужно начать что-то делать с этим прямо сейчас ", - сказал Гарри.

Рон и Гермиона на мгновение взглянули на Невилла и Драко, надеясь, что они подскажут им, о чем Гарри говорил, прежде чем снова посмотреть на Гарри.

Драко прервал.

"Прежде чем ты расскажешь им, Гарри", - сказал он, глядя на Рона и Гермиону. "Не пугайся, это на самом деле хорошая вещь".

"Очень хорошая вещь", - добавил Невилл.

"Да, так что просто послушай, что он хочет сказать, хорошо?" Сказал Драко.

Они быстро кивнули, теперь еще более любопытные и обеспокоенные тем, о чем идет речь, когда Драко посмотрел на Гарри, как бы давая ему разрешение говорить.

"Ладно, что?" Слегка нетерпеливо спросил Рон.

"Ты помнишь те кошмары, которые мне снились в прошлом семестре?" Спросил Гарри.

Рон кивнул, в то время как брови Гермионы поднялись от удивления и беспокойства.

"Кошмары?" спросила она, впервые услышав о них.

Драко поднял руку и заставил ее замолчать.

"Это было о ... о той ночи, верно?" Спросил Рон.

"Иногда ..." Пробормотал Гарри.

"Гарри, просто скажи им", - заявил Драко.

"У меня есть воспоминания Волан-де-Морта", - выпалил Гарри с тяжелым вздохом и подсказкой Драко.

Гермиона ахнула, Рон потерял несколько оттенков пигмента.

"И— и чем это хорошо?" Гермиона задохнулась.

"Я знаю, почему он не умер, когда должен был умереть", - заявил Гарри; теперь, когда правда вышла наружу, он почувствовал себя увереннее.

Все взгляды устремились на него, даже Драко и Невилл, которым еще не сообщили эту информацию.

"Он разбил свою душу на части, поместив их в предметы и создав из них вещи, называемые Крестражами", - сказал он.

"Крестражи?" Спросила Гермиона.

"Да, и из-за них его душа привязана к этому существованию, он не может умереть - умри".

"Тогда как нам победить его?" Спросил Рон.

"Мы находим эти вещи и уничтожаем их. Благодаря воспоминаниям я знаю, где они все находятся, или, по крайней мере, где он в последний раз их размещал. Я также знаю, что избить их простой битой не сработает. Только что-то могущественное, например, волшебный меч или что-то в этом роде, может уничтожить его ", - сказал Гарри.

"Итак, где они? Сколько их там?" Спросил Невилл.

"Один из них находится в Хогвартсе, спрятанный в действительно особенной комнате, где прячут вещи — это корона, принадлежавшая Равенкло. Сначала я подумал, что ручная змея Волан-де-Морта была одной из них; но, подумав о воспоминаниях, у него не было возможности сделать ее одной, он только планировал. Ну, еще одна чашка, она принадлежала Хаффлпаффу, она в ..." он на секунду подумал о Невилле. "В хранилище пожирателей смерти в Гринготтсе. Кольцо в какой-то лачуге. Медальон ... Гарри вздрогнул. "Оно в пещере ... охраняется проклятиями, ловушками и страшными вещами. И ... другой - дневник. Дневник Тома Марволо Риддла. Это настоящее имя Волан-де-Морта, и люди, которые, - Гарри тяжело вздохнул, - напали на Драко и его родителей ... теперь оно у них. Вот почему они пошли к Малфоям, чтобы забрать Дневник."

"Откуда ты это знаешь, Поттер?" Спросил Драко.

"Э-э, Добби показал мне. Сделал эту странную штуковину для обмена воспоминаниями", - сказал Гарри, пожимая плечами.

В этот момент Добби, казалось, похудел на несколько дюймов, вспомнив, что из-за него Гарри ударился головой об пол вскоре после этого.

"Зачем им это нужно?" Спросил Рон.

"В нем изображен 16-летний Волан-де-Морт. На самом деле любой может поговорить с ним, написав на чистых страницах. Не спрашивайте меня, откуда я знаю, я просто знаю", - ответил Гарри.

"Хорошо. Хм, может быть, они используют это, чтобы получать приказы от Волан-де-Морта, но я не понимаю, зачем им 16-летний подросток, указывающий им, что делать", - сказал Драко.

"Они бы так и сделали, если бы это был 16-летний Волан-де-Морт", - добавил Невилл.

"Нет ... за этим должно быть что-то большее, чем то, что мы видим", - сказала Гермиона. "Гарри, можно ли использовать эти вещи, чтобы вернуть Волан-де-Морта?" Я имею в виду, регенерировать его или что-то в этом роде? спросила она.

Гарри сделал паузу, размышляя, на самом деле радуясь информации, которую ему удалось собрать из искаженных "данных памяти", как он это назвал, но затем то, что он собрал, заставило его пожалеть, что это не так.

"Гарри?" Спросил Невилл, Гарри был в легком оцепенении.

Гарри покачал головой.

"Ну, я думаю, я знаю, зачем они этого хотели. Гермиона права. Единственное, чего я не понимаю, это почему они собираются попробовать это сейчас, я имею в виду, почему не вскоре после того, как его оторвали от тела? Спросил Гарри.

"Ну, сейчас мы ничего не можем с этим поделать", - сказал Драко. "Давай обсудим, что делать, над чем у нас больше контроля", - предложил он.

Гермиона выбрала этот момент, чтобы положить свой дневник / записную книжку посреди всего этого.

"Это то, о чем я некоторое время думала, расширяя наши ресурсы", - заявила она, когда все они наклонились вперед, чтобы посмотреть, что она написала.

То, что они обнаружили, было паутиной имен, стрелки шли в разные стороны, у некоторых имен было несколько стрелок к ним или от них, в то время как у других была только одна. Некоторые имена они узнали, в то время как другие были просто должностями, например: Медсестра или врач Святого Мунго, контакт с аврорами, Гринготтс? А Визагомот—Дамблдор?.

Среди них также были их собственные имена, написанные синими чернилами, стрелки расходились от имен и должностей таким образом, что это, без сомнения, было сделано целенаправленно.

"Мадам Боунс? Снейп?" Спросил Невилл, пытаясь понять, что это было.

"Мой папа?" Спросил Рон, мягко говоря, сбитый с толку всем этим.

"Гермиона, если это то, что я думаю ... это гениально!" Гарри воскликнул почти в безмолвном благоговении.

"Я уже написал письмо мадам Боунс, просто жду вашей критики и одобрения. Я думаю, мы могли бы разослать эти письма с защитными заклинаниями и тем, чего на них нет, чтобы их нельзя было отследить до нас…Этим летом я много изучал подобные вещи… и пригласить их тайно помочь нам, - сказала Гермиона, переворачивая страницу.

"Кодовые имена?" Спросил Драко, увидев список их имен и людей, которых они видели на предыдущей странице, с уникальными словами рядом с ними.

"Мухоловка? Я Мухоловка?" Спросил Невилл.

"Ну, тебе нравятся растения ..." Пробормотала Гермиона.

"Нет, все в порядке, я полагаю, это подходит", - ответил Невилл.

"Огненный муравей?" Спросил Рон, выглядевший не таким понимающим, как Невилл.

"Ну, ты можешь придумать другое кодовое имя, если хочешь, это как раз то, что пришло мне в голову, хорошо?" Гермиона фыркнула.

"Это работает, - сказал Гарри, - Нам все равно придется периодически их менять".

Драко хихикнул. "Длинная борода" для Дамблдора?"

"Это определенно работает ... хотя, возможно, это слишком очевидно", - сказал Гарри, которого это тоже позабавило, прежде чем взглянуть на кодовое имя Крэбба только для того, чтобы разразиться смехом. "Себастьян?!"

Гермиона пожала плечами с легким смешком. "Ничего не могла с собой поделать".

"Что? Что не так с этим названием?" Спросил Рон.

"Это имя персонажа маггловского мультфильма ... персонажа, который был крабом ..." - ответила она.

Драко подавился смехом. "А я думал, что "Затворник для тебя" было забавным", - сказал он, обращаясь к Гермионе.

Немного придя в себя, они снова посмотрели на таблицу.

"Думаю, мне нужно добавить несколько имен ..." Гарри серьезно заявил.

"Я тоже, начиная с Кингсли", - сказал Драко, вспоминая, как хорошо он справлялся с делами в Литтл Уингинге.

"Я думаю, мои старшие братья хотели бы помочь. Билл много общается с Гринготтсом", - предположил Рон.

"Хорошо", - сказала она, раздавая ручки, чтобы они могли вписать имена, о которых думали.

Менее чем за десять минут у них был полный список, и хотя они не были уверены, что половина приведенных там имен станет частью их истинной сети (поскольку этим людям пришлось бы согласиться), они знали, что им можно доверять и они могут сыграть важную роль в дальнейшей борьбе с Волан-де-Мортом.

"У Волан-де-Морта есть союзники, что ж, тогда и у нас будут. Давайте назовем их "Друзья Лакс", - сказал Гарри, возвращая Гермионе теперь уже закрытый дневник.

Затем Гарри завершил встречу, и теперь всем им есть чего ожидать, поскольку вскоре они примут участие, возглавят и продолжат бой.

Те, кто стольким пожертвовал, чтобы помочь в войне против Волан-де-Морта и его идеалов, сделали бы это не напрасно, Хранители позаботились бы об этом.

Книга 2 – Часть 7: Войдите в Custosae de Lux

Следующие недели пролетели быстрее, чем они думали, и были чрезвычайно напряженными.

Драко переехал к Снейпу, и ему часто разрешали навещать Невилла, Гарри и других, кто жил в особняке Лонгботтомов.

Было ясно, что Августа Лонгботтом скучала по такой жизни в своем доме, и поначалу Невилла это немного беспокоило. Он никогда не видел, чтобы она так много улыбалась.

У Джинни была отдельная комната, которую она иногда делила, когда приходила Гермиона, что было всего несколько раз после похорон; однако во время этих визитов Опекуны использовали это время с пользой.

У близнецов и Рона была комната рядом с комнатой Джинни. Комната Невилла, где также жил Гарри, находилась в конце коридора рядом с комнатой Рона и напротив кабинета, который находился рядом с библиотекой.

Мистер и миссис Уизли жили на втором этаже, под детьми, напротив главной спальни миссис Лонгботтом. Их комната была вторым номером, который был в три раза больше, чем их комната в "Норе".

Семейство Уизли рассматривало свое пребывание в особняке Лонгботтомов как своего рода отпуск, оставаясь там до завершения ремонта / улучшений в Норе, который занял целых три недели из-за структурных повреждений, нанесенных бомбардой.

Гарри также хорошо приспосабливался к пребыванию в Особняке, хотя по какой-то причине воспоминания Риддла всплывали все чаще, и его сны, казалось, все больше и больше воспроизводили молодую жизнь Темного Лорда. Возможно, это было связано с тем, как много он думал и пытался узнать о нем больше? Какова бы ни была причина, теперь он гораздо лучше понимал мальчика, подростка и, в конце концов, мужчину, который стал лордом Волан-де-Мортом.

Было тревожно быть откровенным, и после того, как он несколько раз просыпался ночью, он не мог не сравнивать себя с monster...to мальчиком, которому на самом деле не нужно было им быть, но он все равно им стал…

Невилл сразу заметил, что его что-то беспокоит (как он мог не заметить? однажды ночью он проснулся в 2 часа ночи и обнаружил, что Гарри сидит в своей кровати, уставившись в стену).

Гарри рассказал Невиллу, что он узнал, и о чем он думал, и хотя Невилл все еще находил всю эту историю с воспоминаниями немного жутковатой, он сказал ему то, что Гарри никогда не забудет.

"Гарри, возможно, у тебя с ним есть кое-что общее ... но ты никогда не будешь таким, как он. Ты бы никогда не захотел делать то, что делал он".

И вот оно…

Выбор.

"Спасибо, Невилл", - прошептал он с мягкой, благодарной улыбкой.

Герои, за исключением Винса и Грега, встречались несколько раз, когда Гермиона могла приходить в гости. Во время этих встреч они делились своими новыми взглядами на магию (о которых они говорили и вне собраний, во время учебы), обсуждали то, чему им следует научиться дальше, как у них идут дела в Окклюменции (что включало несколько мягких ударов от Гарри, который только начинал улучшать контроль над своей Легилименцией), а также способы, методики и правила набора новых участников и поиска возможных дружеских связей.

Письма на возможные товарищеские матчи шли довольно хорошо, а с учетом секретов, которые Гарри узнавал из ставших частыми "снов на память", они становились, мягко говоря, очень интригующими.

От изучения Ордена Феникса Дамблдора или, по крайней мере, того, что знал Волан-де-Морт (включая то, что Снейп был его "шпионом"), до получения дополнительной информации о детстве Тома (включая сиротский приют, его отца-маггла и то, что Дамблдор приезжал пригласить его в Хогвартс), все это было очень поучительно, и каждое воспоминание раскрывало все больше и больше.

Гарри не терпелось сдвинуть дело с мертвой точки с помощью Custosae letters.

Если бы на их стороне были определенные взрослые, которые могли делать то, что они пока не умеют, все пошло бы намного быстрее, а также было бы безопаснее. Всем, кто участвует в операции, было бы безопаснее, потому что, если что-то случится, они могли бы легко заблокировать Клиентов по сети, объявить своего рода "радиомолчание", пока все не будет улажено. В конечном счете, опасность и вред для вовлеченных лиц будут ограничены, в отличие от ущерба, который, как знал Гарри, был нанесен Ордену много лет назад.

Благодаря Гермионе и, что удивительно, углубленному исследованию Невилла, они теперь знали, как произносить буквы по буквам и зачаровывать их так, чтобы их мог прочитать только тот, кому они адресованы, а также защищать письма от того, чтобы их не отследили, среди прочего, включая копирование письма, передачу его кому-то другому и попытку отменить защиту. Библиотека Лонгботтома была очень полезна. Также было добавлено несколько других второстепенных заклинаний, защищающих от урона от огня и воды, включая урон от заклинаний; единственной проблемой было наложение этих защит, если они собирались разослать первые несколько до начала занятий.

Что ж, эту проблему решил не кто иной, как Грозный Глаз Муди.

Однажды он зашел, желая убедиться, что все в порядке. Это было меньше чем через неделю после похорон.

"Постоянная бдительность! Никогда не знаешь ..." - прорычал он, его большой голубой глаз вращался, как серьезно сбитый с толку шарик.

Его взгляд, а затем и их обоих, медленно остановился на Гарри и его друзьях, сидящих за столом и завтракающих.

"Встаньте и займитесь чем-нибудь продуктивным, в этом доме нет заклинаний слежения за несовершеннолетними. Идите и приготовьтесь! Никогда не знаешь, когда ты будешь благодарен за подготовку ", - заявил он, полностью игнорируя шокированные и слегка разъяренные взгляды взрослых, трепет и возбуждение, исходящие от Гарри и компании, и злобные ухмылки близнецов.

— Аластор! Что на тебя нашло? Магия для несовершеннолетних запрещена по известной тебе причине! — сердито и с упрёком воскликнула Молли.

— Лучше пусть учатся здесь, чем среди Пожирателей смерти… Хотя они уже это сделали… — мрачно проворчал Грюм.

На этом всё. Гарри и остальные, а также Джинни, могли свободно использовать магию, но только на территории Лонгботтомов и вне поля зрения сотрудников Министерства и прочих.

Перси был возмущён, но, зная правила использования магии несовершеннолетними, он промолчал… Хотя это и не рекомендовалось, это могло быть разрешено на территории владельца, который дал согласие, а Августа определённо дала согласие.

Она просияла так, как Невилл никогда раньше не видел, когда заметила, что Невилл учит Гарри заклинанию для выращивания растений. Так что из-за этого и многих других случаев Перси в конце концов сдался и присоединился к заклинаниям несколько дней спустя, хотя и делал это неохотно и подальше от любопытных глаз.

Люпен был простым человеком, ну, не совсем, но иногда ему хотелось, чтобы это было так.

Юный Малфой и Северус Снейп снова ушли в тот день, Снейп теперь единственный опекун Драко Малфоя, единственного наследника Малфоев.

До сих пор Люпин держался на расстоянии от сына своего друга и с гордостью наблюдал, как друзья Гарри в печали уходили, пообещав, что будут навещать его как можно чаще.

Гермиона всегда уходила таким образом, как и Драко, и что удивило оборотня, так это то, что Снейп кивнул в молчаливом согласии с этим заявлением, когда они уходили в первый раз.

С тех пор, как Люпин впервые после спасательной операции вошел в эту группу людей, он был поражен многими вещами, одной из первых было то, как Снейп относился к Гарри: сын Джеймса, смертельного врага Снейпа во многих отношениях.

Он не увидел ненависти или чистого отвращения, которые, как он думал, он увидит в глазах шпиона, когда они посмотрят на Гарри. Вместо этого он увидел принятие, уважение ... и заботу?

Вот что его по-настоящему выбило из колеи. Он бы никогда в такое не поверил.

Конечно, Гарри был сыном Лили, но показывать такие неосторожные чувства? Это "неохраняемый" по сравнению с тем, каким он был обычно: обычно это было укрепление, которое посрамило бы Великую Китайскую стену. "Неохраняемый" в данном контексте означало, что выражение его лица раскрывало многое людям, которые хорошо его знали и знали, на что обращать внимание. Люпин был одним из таких людей.

Еще одной вещью, которая приятно потрясла Люпина, были знания Гарри и его друзей о магии. Они легко превзошли свой третий год обучения в нескольких областях, одна из них - владение волшебной палочкой. Молодые второкурсники очень хорошо освоили искусство движений палочками, что было показано после заявления Муди о том, что они должны выбросить закон о несовершеннолетних волшебниках в окно и позволить разъяренным гиппогрифам растоптать его.

Люпин улыбнулся, прежде чем сосредоточиться на том, что он планировал сделать сегодня.

Дамблдор усердно работал после смерти Питера, и его работа только что принесла свои плоды. Сириус Блэк теперь был свободным человеком, и после прохождения всех разбирательств и бюрократической волокиты ему присудили значительную сумму и искренние извинения от Министерства. Мадам Боунс добилась публичного заявления и от министра — правосудие больше никогда не будет отодвинуто в сторону, это точно...

Сириус сейчас восстанавливает силы в неизвестном месте, скорее всего, в отеле, и сможет приехать в Особняк, как только отдохнет, по распоряжению мадам Помфри.

Дамблдор попросил Люпина сообщить Гарри обо всем этом и рассказать ему о его Крестном отце, хотя ему не сказали, как это сделать.

Этот день был тихим по сравнению с большинством других дней, Гермиона только что ушла, как и Драко, и теперь единственными детьми в Особняке были Невилл, Гарри, Рон, близнецы, Перси и Джинни.

Войдя в гостиную, он увидел близнецов, тихо разговаривающих в углу (плохой знак), Рона, играющего и выигравшего партию в шахматы у Перси, и Невилла, показывающего Джинни заклинание для изменения цвета ее носков.

Где Гарри? Люпин задумался.

Поворачивая в холл, он чуть не столкнулся с Августой.

"О, прости меня, Августа", - сказал он.

"Все в порядке". Она посмотрела мимо него, затем снова на него. "Он в саду, если тебе интересно", - прошептала она, прежде чем обойти его и войти в комнату.

"Э-э, спасибо..."

Он вышел на задний двор и направился в сад, в одной из трех оранжерей в поле зрения появилась фигура Гарри.

Поместье Лонгботтомов было большим и величественным, без малого двадцать акров.

Пройдя по территории, он наконец добрался до оранжереи. Нерешительно остановившись на мгновение, он перевёл дыхание и постучал.

— Я не помешаю? — спросил он, и Гарри повернулся к нему.

— Нет, не совсем, — ответил Гарри, немного удивлённый и внутренне обрадовавшийся тому, что наконец-то у него появилась возможность поговорить со старым другом своего отца наедине.

Прошлая неделя не дала такой возможности, хотя Люпин вежливо здоровался с ним за завтраком и так далее, но дальше этого дело не шло.

"Ну, эм, у нас действительно не было возможности узнать друг друга получше, поэтому я подумал, что сейчас самое подходящее время", - немного неловко начал Люпин. "Я Ремус Люпин, на случай, если вы не знаете, и вы можете называть меня Ремус или Люпин. Хотя с мистером Люпином я чувствую себя старым", - добавил он с улыбкой.

Что бы ты сказал сыну своего друга, который ничего о тебе не знает?

"О, привет, Люпин". Гарри улыбнулся. "Я Гарри, но ты уже знаешь, что… Я, э-э, вообще-то, искал хорошую возможность начать с тобой разговор, но раньше такая не подвернулась, - сказал Гарри.

"О?"

"Профессор Дамблдор сказал, что вы были другом моего отца", - тихо сказал Гарри, слегка переступая с ноги на ногу и глядя вниз.

Люпин просто уставился на него на мгновение, задаваясь вопросом, как много Дамблдор рассказал ему.

Встряхнувшись, он обрел дар речи.

"Я был".

Некоторое время они молчали.

"Гарри, я знаю, это должно быть странно для тебя; это для меня ..." Люпин замолчал, жалея, что не знает, что сказать. "Итак ... как тебе понравились твои занятия на первом курсе?"

Гарри улыбнулся, зная, что Люпин знал о событиях, связанных с его первым годом обучения, и намеренно приближался к менее травмирующей части.

"Это было не то, чего я ожидал, но я многому научился. Мне нравились все мои занятия ... ну, кроме истории".

Люпин усмехнулся. "Да, я могу это понять. Итак, что ты думаешь о своих учителях?"

"Мне нравится профессор МакГонагалл, она может быть строгой, но всегда справедливой".

"Это она. А как насчет других учителей? Флитвик? Снейп?"

"Профессор Флитвик забавный, на его уроках никогда не бывает скучно, хотя я очень быстро усваиваю материал".

"Это хорошо. Знаешь, Флитвик был чемпионом по дуэлям, когда был моложе".

"Правда? Вау, я этого не знал".

"Итак, что насчет профессора Снейпа?" Спросил Люпин, которому было любопытно услышать больше.

"Этот человек больше, чем кажется. Он помог с делом Волдеморта в прошлом семестре, а затем с нападением. Я отправил ему письмо с просьбой о помощи и сообщением, что Драко был там со мной. Он ответил очень быстро и вовремя прислал помощь. Я рад, что он на моей стороне. "

Люпин был ошеломлен. Он знал о том, что Снейп каким-то образом сыграл жизненно важную роль в спасении, но был удивлен, что Гарри обратился за помощью именно к нему.

Что произошло за учебный год, чтобы ребенок, гриффиндорец и сын Джеймса, ни много ни мало, доверил свою жизнь холоднее льда Снейпу?

"Да, он определенно такой. Я рад, что вы видите больше, чем на поверхности".

Гарри ухмыльнулся. "Он сказал то же самое, когда я рассказывал о Квиррелле своим друзьям в зале. Он получил пять баллов за беспечность, но затем присудил одно очко за то, что видит дальше внешней видимости ".

Люпин поднял бровь, снова узнавая в Снейпе ту сторону, о которой раньше не знал.

"Неужели он сейчас?"

— Да. Кажется, ему даже понравилось прозвище, которое я ему дал.

"О, и что бы это могло быть?"

"Сурово-строгий".

"Это определенно ему подходит".

"Я так и думал".

Люпин встал рядом с Гарри, и вскоре они уже гуляли по оранжерее, остерегаясь ядовитых растений, брызгающих ядом, и растений, бросающих шипы.

"Гарри…Меня попросили поговорить с тобой кое о ком".

Они продолжили идти, и теперь выходили из оранжереи и направлялись к небольшому ручью, который протекал через часть сада рядом с оранжереей.

"Имеет ли этот человек какое-либо отношение к тому, почему Дамблдор был действительно занят в последнее время?" он спросил.

Гарри, очевидно, не был тупым, он и его друзья слушали, и они знали об усилиях, предпринимаемых Дамблдором и другими сотрудниками Министерства, чтобы исправить несправедливость. И тот факт, что Дамблдор сказал, что работает над получением Сириуса Блэка, мог означать очень многое.

"Как много ты знаешь?" Справился Люпин, решив, что так будет проще.

"Я знаю, что ты, Сириус Блэк, и предатель Питер Петтигрю когда-то были друзьями моего Отца. Я предполагаю, что Сириус Блэк каким-то образом попал в беду, и из-за обнаружения Питера была раскрыта правда, которая касается того, кто на самом деле был Хранителем Тайны моих родителей, - сказал Гарри, пытаясь решить, стоит ли ему продолжать.

Он знал больше, но это было больше о Люпине, чем о ком-либо другом…

Он узнал об этом после того, как Дамблдор сказал ему, что Люпин был одним из друзей его отца. Он искал Люпина и ждал, когда кто-нибудь назовет его по имени, он увидел, как Муди подошел к оборванному мужчине в гостиной, прежде чем назвать его Люпином.

Это заставило Гарри перевести взгляд на изможденного мужчину, когда внезапно всплыло воспоминание.

"Будь проклят этот несчастный оборотень", - прошипел он, глядя на человека убийственного вида, стоявшего перед ним. "Грейбек, если ты не можешь прикончить его, тогда я найду того, кто сможет".

«Я убью Люпина; я должен был прикончить его, когда впервые укусил этого коротышку», — прорычал Грейбэк.

«Лучше прикончи его; ты знаешь, как я отношусь к неудачам», — предупредил он.

Увидев это воспоминание и узнав мысли Волан-де-Морта в тот момент, Гарри понял кое-что, чего, как он был уверен, Люпин не хотел бы, чтобы узнал кто-то его возраста или кто-то другой.

Вернувшись в настоящее и оказавшись в саду, он посмотрел на Люпена.

"Это все?" Спросил Люпин.

"Э-э..." - Он замолчал.

Должен ли я сказать ему, что знаю? Как бы я объяснил, что знаю? Как бы он отреагировал? Примет ли он это? — спрашивал себя Гарри.

Он имеет право знать, что я знаю, подумал Гарри. Но это его секрет, который он должен рассказать ...

Как это может быть его секретом, чтобы рассказывать, когда ты уже знаешь!? Он спорил сам с собой.

Да, но что я скажу, когда он спросит, откуда я знаю?

"Гарри? Есть что-то еще?" Спросил Люпин, с любопытством глядя на него.

"Um…"

"Все в порядке, Гарри, ты можешь сказать мне, если тебе от этого станет легче, это останется между нами".

"Правда? Ты обещаешь?"

"Ну, если это то, что, по моему мнению, другие должны знать, я постараюсь побудить вас хотя бы рассказать Дамблдору, но я не буду делать ничего другого, обещаю".

Гарри посмотрел на свои руки, внезапно обнаружив, что они завораживают, прежде чем набраться достаточно смелости.

Давай, Гарри, ты лидер Custosae! Сказал он себе.

"Ну ... не спрашивай меня, откуда я знаю…Я просто знаю, но ..." Он быстро огляделся, чтобы убедиться, что они одни. Убедившись, что поблизости больше никого нет, он быстро произнес следующие слова на одном дыхании.

" .ты. .и.Я' . — . ' .любой — .я' .ты,.но. . .знаешь. , .бы ' . . .чтобы. — . .я'. . .знал.

"Что?"

Сердце Люпина внезапно заколотилось в груди, когда он уловил слово "оборотень" и несколько других избранных слов в неразберихе.

Гарри перевел дыхание, немного волнуясь; ладно, ладно, сильно волнуюсь.

"Тебя укусили, когда ты был маленьким. Ты оборотень..." - Прошептал Гарри, мысленно похлопав себя за то, что добавил лакомый кусочек в момент, когда Люпина укусили.

"Откуда— откуда ты это знаешь?" Спросил Люпин, опускаясь на колени на уровне глаз Гарри так спокойно, как только мог.

"Это не имеет значения, я просто подумал, что ты должен знать, что я знаю, и что мне все равно, что ты знаешь", - ответил Гарри, каким-то образом умудряясь сохранять зрительный контакт, несмотря на то, как сильно ему хотелось смотреть себе под ноги.

Люпин провел рукой по щеке и волосам, пытаясь собраться с силами. Прерывисто выдохнув, он не смог удержаться от смешка над абсурдностью ситуации.

Как этот разговор превратился во все это? Разве он не должен был говорить с ребенком о его крестном отце и о том, где он, вероятно, остановится следующим летом? И все же он был здесь, и ему сказали, что его секрет известен.

"Ты кому-нибудь рассказывал?" Спросил Люпин, наконец обретя дар речи.

"Нет, никто, кроме тебя".

"Как давно ты знаешь?"

"Больше недели".

"Больше недели", - тихо повторил Люпин, борясь с шоком.

Люпин прочистил горло.

"И ты никому не рассказывал? И ты не против ... этого?"

"Я никому не рассказывал. И почему я должен быть не в порядке?" Спросил Гарри, сбитый с толку, почему кого-то должно волновать, что кто-то оборотень. Они не были виноваты в том, что их укусили, а укус не сделал никого злым, если бы это было так, он был уверен, что Муди или Дамблдор действовали бы.

"Ты интересный молодой человек", - сказал Люпин с улыбкой, снова не зная, что еще сказать.

Гарри улыбнулся в ответ, подождав мгновение, прежде чем заговорить.

"Так что тебе нужно было рассказать мне о Сириусе Блэке?" Спросил Гарри; рад видеть, что Люпин успокоился.

Люпин встал, признавая, что он мало что может поделать с тем, что Гарри узнает его секрет, и что, вероятно, так будет лучше. Если бы он хотел узнать сына своего друга поближе, секреты не помогли бы.

"Профессор Дамблдор работал над его освобождением и после некоторых юридических процедур добился его освобождения. Видите ли, считалось, что он был Хранителем Тайны", - сказал Люпин.

"Итак, они думали, что он рассказал Волдеморту", - констатировал Гарри, следуя за ними без особых усилий.

Люпин постарался не показать своего удивления, когда Гарри спокойно назвал имя Темного Лорда. Он, конечно, не боялся использовать это, но был просто удивлен, что такой юный человек использовал это, даже не моргнув глазом.

"Да, и учитывая все обстоятельства того времени, и чувствуя, что это было открытое и закрытое дело, они приговорили его без суда. Они, конечно, не сделали это достоянием общественности, и предполагалось, что они следовали закону, просто быстро из-за того, что было схвачено так много Пожирателей Смерти и сочувствующих. "

"Значит, он провел в тюрьме одиннадцать лет?"

Люпин вздохнул и кивнул.

"Но благодаря Дамблдору и вам, я полагаю, он сказал, что Сириус свободен и в настоящее время выздоравливает".

"Так я с ним познакомлюсь?" Спросил Гарри, волнение было заметно в его голосе и глазах.

"Да, это еще одна причина, по которой мне сказали поговорить с тобой. Гарри, он твой крестный отец, и по всем правам, теперь, когда его невиновность доказана, является твоим опекуном".

Глаза Гарри расширились.

"Правда?" его голос почти срывается.

"Да. Так что следующим летом, если хочешь, можешь переехать жить к нему ".

"Нравится, как Драко сейчас живет со Снейпом?" Спросил Гарри. "Почему я не могу переехать к нему этим летом?"

"Ну, ему все еще становится лучше, и его дом также нуждается в некоторой уборке, потому что он был в аварийном состоянии. Честно говоря, для тебя было бы небезопасно жить там прямо сейчас. Волшебные дома творят странные вещи, когда ты слишком долго оставляешь их пустыми."

"О".

"Но не волнуйся, я уверен, ты сможешь навестить его, пока он ремонтирует дом, и я определенно уверен, что он будет рад приехать сюда навестить тебя. Твой отец и Сириус были действительно близки ".

Гарри мягко улыбнулся, когда они шли вдоль медленного ручья.

Они продолжали разговаривать, пока не решили, что пора возвращаться к ужину, Люпин с удовольствием рассказывал истории о годах, проведенных в Хогвартсе, включая несколько розыгрышей с розовыми шариками-пуфами и летающими кроликами.

Два дня спустя

"Ты готов это сделать?" Спросил Невилл.

"Готов настолько, насколько это вообще возможно", - сказал Драко, беря запечатанное письмо и пряча его в карман мантии.

"Ты уверен, что сможешь тайно оставить это в его кабинете?" Спросил Рон.

"Да".

"И у тебя есть заготовленная история для обложки, если тебя поймают?" Спросил Невилл.

"Да".

"Тогда удачи", - сказал Гарри, выводя их из комнаты.

Они закончили со своими первыми двумя обычными письмами и были готовы передать их тому, что, как они надеялись, станет первым из многих успешных наборов Друзей Света, или того, что Невилл окрестил: Друзья Люциса. Их также называли Товарищескими матчами, но официально они собирались называться Amici Lucis.

Драко доставил бы первое письмо, а Добби - второе.

"Осталось всего два до начала занятий", - прошептал Гарри сам себе.

Первым контактом, которого они надеялись заполучить, был Снейп, затем Дамблдор, затем Артур, а затем Кости. Остальные получат свои письма вскоре после этого, но первые четыре, по мнению Гарри и остальных, были самыми важными, поэтому с ними нужно обращаться с максимальной осторожностью.

Количество имен в Сети увеличилось, и, если все получится, у них появятся контакты в Министерстве (включая отдел авроров, маггловский и юридический отделы), в Гринготтсе, в Румынии, в Египте, в Сент-Мунгосе, а также в нескольких волшебных нациях или группах (возможно, включая Великанов, Оборотней, кентавров, домашних эльфов и гоблинов).

О да, они искали возможных союзников.

Дом Снейпа

Драко рано лег спать после того, как они вернулись от Лонгботтомов, поднявшись наверх, пока Снейп готовил себе выпивку. Снейп с нетерпением ждал тихого вечера в своем кабинете и был счастлив, что все продвигается комфортным темпом.

Драко прекрасно освоился, и они оба хорошо приспосабливались к обществу друг друга.

Сириус еще не появлялся, но из-за сообщений от Ремуса это не стало неожиданностью. Он проспал первые несколько дней после того, как выбрался из этого ужасного места, и в настоящее время пытался привести себя в порядок, например, подстричься, надеть хорошую мантию и начать строить планы, как отремонтировать этот презренный Черный дом: 12, площадь Гриммо.

Он скоро должен был навестить Поттера, и Снейп намеренно устроил так, чтобы они с Драко были заняты перестановкой в библиотеке в этот день.

Он проверил Драко, поднявшись по лестнице со своим успокаивающим напитком, и обнаружил, что мальчик уже спит. Он мысленно улыбнулся и прикрыл дверь до щелочки. Затем он отправился в свой кабинет, уже строя планы относительно того, какие книги он будет изучать для исследования возможных новых зелий.

Войдя в свой кабинет и взмахнув палочкой, чтобы зажечь свечи, он быстро обнаружил на своем столе предмет, которого там быть не должно, и приоткрытое окно.

"Что это?" прошептал он, осторожно приближаясь.

Никогда нельзя быть слишком осторожным; известно, что на предметах иногда наложены чары близости, вызывающие взрывные проклятия. Не обнаружив никаких опасных вещей, связанных с конвертом, он направил на него свою палочку, заставив ее скользнуть к нему, чтобы он мог взглянуть на печать.

Печать была не из тех, которые он узнал, и цвет бумаги также был интригующим.

Он был зачарован, отчего слегка искрился, и печать, казалось, пульсировала.

Печать состояла из большой буквы C, внутри нее было "de", а рядом, вертикально вниз, стояло "LUX".

Не обнаружив никаких проклятий, сглазов, наветов или чего-либо вредного, он осторожно поднял его и перевернул.

СЕВЕРУС СНЕЙП

"Хорошо..."

Сломав печать, он чуть не выронил письмо, почувствовав магическую волну, пробежавшую по его пальцам.

Он был уверен, что в этом нет ничего вредного, по крайней мере, для него, но все равно это было удивительно. Он был глуп, что не поискал защитные чары, но он привык к людям, пытающимся причинить ему боль, а не защитить.

Проведя палочкой над конвертом и письмом, он обнаружил ряд чар, которые удивили его, включая некоторые обереги.

Все они либо защищали письмо от повреждений, слежки за людьми, либо манипуляций, например, от обратного отслеживания, которое помогло бы в поиске автора или авторов письма. Также существовало заклинание, благодаря которому только он, получатель письма, мог его прочитать.

Гениально, если Снейп сам так сказал.

Снейп обошел свой стол, прежде чем вынуть письмо до конца; если он собирался прочитать это таинственное письмо, то мог бы сделать это с комфортом. Взмахнул палочкой в сторону окна, окно закрылось, Снейп предположил, что причиной была сова или ястреб, которые доставили его.

Вытащив черную зачарованную страницу, он развернул ее, обнаружив белый замысловатый шрифт, написанный курсивом. Это было довольно жирно на черном мерцающем фоне, и Снейп остановился, удивляясь, почему кто-то потратил столько времени на это.

Встряхнувшись, он начал читать.

…

Восхитительныйзатылок эверуса ,

Выо нас не знаете и не слышали. Мы - Custosae de Lux. Из-за недавних событий мы были вынуждены действовать и открыться вам и некоторым другим. Мы - секретная организация, своего рода гильдия, которую нельзя запугать сторонниками зла или теми, кто достаточно невежествен, чтобы следовать им подобным.

Мысмотрели и будем продолжать смотреть, но вечно стоять сложа руки - это на нас не похоже. Мы слышали о ваших работах и видели ваши убеждения и этику в действии. Мы знаем о ваших действиях против Тома Риддла, также известного как Волан-де-Морт, и знаем о серьезном риске, которому вы подвергли себя, шпионя в его рядах и притворяясь тем, кем вы явно не являетесь. Мы знаем, что вы предоставляете бесценную информацию Ордену Феникса, возглавляемому Альбусом Дамблдором, и понимаем, какую роль вы продолжите играть, когда война, к сожалению, возобновится. Что ж, прежде чем я продолжу, позвольте мне сообщить вам, что заслужить наше одобренное внимание нелегко, в этом вы можете быть уверены, поэтому я поздравляю вас с неосознанным успехом в этом начинании. Я также приношу извинения, если мы встревожили вас нашими знаниями, это не входило в наши намерения, но будьте уверены, ваши секреты и секреты Ордена в безопасности, в конце концов, мы на одной стороне.

As мы уверены, вы знаете, что Риддл снова пытается подняться, и те, кто в его рядах, снова зашевелились. У нас есть больше информации, которой мы можем поделиться, но это может подождать. Я уверен, вы хотите знать наши мотивы и немного больше о нас. Как мы уже писали, мы секретная организация и хотим оставаться таковой, по крайней мере, пока. Мы работаем над тем, чтобы навсегда покончить с угрозой Волан-де-Морта и стремимся защитить невинных и тех, кто принадлежит Свету.

Pлюди, подобные нам, не принимают слова за чистую монету, написанные или произнесенные, поэтому я не виню вас за то, что вы сомневаетесь в содержании этого письма, тайно отправленного и написанного таинственными и неизвестными личностями. Однако, пожалуйста, выслушайте нас, потому что вам захочется внимательно прочитать следующее.

Тон касается юного Драко Малфоя, и поскольку вы его крестный отец, мы считаем, что вы имеете право знать. В конце семестра мы обратились к юному Малфою, и он любезно согласился помочь нам в борьбе с Риддлом, пообещав быть наблюдателем и посыльным, если это когда-нибудь понадобится. Что ж, после недавних событий, без сомнения трагических, мы решили, что ему пора приступить к выполнению этих обязанностей. Мы понимаем ваше возможное несогласие с его участием в подобных мероприятиях, но при всем должном уважении, сейчас он является частью происходящего, с вашим согласием или без него, и отказ от его вклада был бы насмешкой над жертвой его родителей. Я также хотел бы напомнить вам, что если мы хотим выиграть эту войну, каждый человек света должен внести свой вклад, и что это очевидный факт, слишком много людей недооценивают способности молодых людей. Драко Малфой - это то, что мы называем Товариществом, часть Amici Lucis, которая находится под нашим покровительством. Он также добровольно дал себе Клятву Волшебника, поэтому не будет отвечать на вопросы, на которые ему запрещено отвечать; однако, не стесняйтесь искать какие-либо внешние влияния, вы их не найдете. Люди, которые присоединяются к нам, в отличие от тех, кто присоединяется к Риддлу, всегда делают это по собственной воле. Теперь, когда мы разобрались с этим, перейдем к делу…

Последователи Волдморта сейчас предпринимают попытку, которая увенчается успехом без нашего вмешательства. Мы пришли к некоторым поразительным открытиям и выводам, о которых мы сообщим вам позже, но сейчас мы скажем вам, что это во многом связано с дневником, который нашли Пожиратели Смерти, напавшие на Малфоев и убившие их. Нам нужна ваша помощь. Согласны ли вы присоединиться к Amici Lucis и помогать нам? У нас есть важная информация, о которой, мы уверены, не знает даже Альбус Дамблдор, но делиться ею небезопасно, пока мы не будем уверены, что эти вещи останутся в секрете.

Еслитебе нужно связаться с нами или ты принял решение, тайно уведоми Драко Малфоя и скажи: Тави, мы - Отряд Защитников. Я Темный Рыцарь, пожалуйста, скажи Гриффину ... а затем передай ему сообщение, которое ты хочешь, чтобы оно было отправлено нам. Такого рода обмены будут всегда одинаковыми, если я не скажу тебе иначе. Затем он скажет вам, что нам от вас нужно.

D не пишите об этом письме, а говорите о нем только в полной тайне с двумя вашими контактами. Мы применили меры защиты к этому письму, как, мы уверены, вы уже заметили, поэтому передавать его тому, кому оно не было адресовано, будет крайне неразумно. Ваши два контакта — Драко Малфой под кодовым именем Рикки-Тикки-Тави (сокращенно Тави) и Альбус Дамблдор под кодовым именем Длинная Борода. Никому не говорите, кто ваши два контакта, даже другим Amici Lucis, и никогда не раскрывайте ничье кодовое имя. Это включает в себя рассказ Длинной Бороде о том, кто такой Тави, и наоборот. Это для нашей защиты, а также для их и вашей.

ЛОнг Бирд свяжется с вами, чтобы обсудить это по секрету. Он должен связаться с вами к концу недели, если не раньше.

Мыверим, что вы сохраните то, что узнали, при себе, к какому бы решению вы ни пришли. Мы понимаем, что вы не примете свое решение относительно всего этого немедленно, мы были бы удивлены, если бы вы это сделали, но каким бы ни был ваш выбор, просто знайте, что мы здесь, и здесь останемся — Ибо мы Стражи Света, Хранители Роскоши.

Мыждем вашего решения.

Глава Custosae de Lux,

Все как один мы выступим против наших Врагов, Врагов Света

…

Снейп медленно выдохнул, пытаясь переварить все, что содержалось в письме.

Кто эти люди? Зачем они на самом деле это делают? Они говорят правду? Откуда они все это знают? Что мне делать? Почему они связались с Драко? Это потому, что они знали, кто был его отцом? Скорее всего. Откуда они знают обо мне? Откуда они знают об Ордене? Как много они знают? Когда Альбус свяжется со мной по этому поводу? Насколько он причастен к этому?

Снейп продолжал сидеть, пытаясь сохранять спокойствие.

Что они знают, в чем они уверены, что Дамблдор не знает? Откуда у них эта информация? Что они знают о дневнике? Как много известно Драко? Что включало в себя его клятву?

Утро застало его в таком состоянии, Драко все еще мирно спал в своей комнате дальше по коридору.

Дамблдор вошел в свой личный кабинет в своем доме в Швейцарских Альпах, готовый почитать хороший роман у уютного камина с миской лимонных леденцов, возможно, начать роман с марсианскими роботами или с космическим кораблем "Энтерпрайз". Этого, однако, не должно было быть; потому что, когда он вошел, в когтях Фоукса было любопытное письмо.

"Фоукс? Что у тебя там?" Спросил Дамблдор, закрывая за собой дверь.

Фоукс посмотрел ему в глаза, быстро передав свои чувства.

Они носили серьезный характер, выражали важность, долг и действие во имя Света.

"Хм. Ладно, давай посмотрим, что это тебя так взволновало", - сказал он, забирая конверт у Фоукса.

Он сразу же обнаружил более дюжины чар, заклинаний и оберегов по всему пергаменту и быстро понял, что тот, кто это прислал, был серьезен во всем, что они ему написали.

Взглянув на слегка магически пульсирующую печать, которую он не узнал, прежде чем сломать ее, он открыл письмо, уже зная, что если бы внутри было что-то опасное, Фоукс предупредил бы его или вообще не отдал бы ему письмо.

Как он и ожидал, он почувствовал, что магия письма проверяет, что он тот человек, которого имели в виду отправители, и осторожно развернул черную бумагу, обнаружив сообщение, написанное белым.

Заинтригованный, он подошел, сел в большое кожаное кресло у камина и начал читать.

…

Honorable Albus Pэрсивал Сульфриком Брианом Думблдором,

Мы слышали о ваших работах и видели ваши убеждения и этические принципы в действии. Мы знаем о ваших поступках по отношению к Тому Риддлу, или, как его чаще называют, Волан-де-Морту, и о том, что Орден Феникса, которым вы руководите, прилагает усилия. Что ж, прежде чем я продолжу, позвольте мне сообщить вам, что заслужить наше уважение нелегко, в этом вы можете быть уверены, поэтому я поздравляю вас с тем, что вы, сами того не зная, преуспели в этом начинании. Я также приношу извинения, если мы напугали вас своими знаниями. Мы не хотели этого, но будьте уверены, секреты Ордена в безопасности с нами. В конце концов, мы на одной стороне.

Тего беспокоит Северус Снейп. Мы знаем о его серьезных обязанностях против Риддла и знаем, на какой смертельный риск он идет, выполняя их, чтобы предоставить бесценную информацию для вашего Ордена. Как и вы, мы только что поставили его в известность о нашем существовании и попросили его стать тем, кого мы называем Другом, частью Amici Lucis, который находится под нашей эгидой. Как мы уже говорили ранее, мы сохраним секреты Ордена, включая секреты Северуса Снейпа.

Tеще одна важная вещь касается Риддла. У нас есть много информации о нем, наименьшая из которых включает его происхождение от полукровок и его детство в приюте, но мы можем обменяться заметками позже. Однако, что вам нужно понять, так это то, что у нас есть важная информация, которая повлияет на ход войны, и мы уверены, что вы не знаете о вещах, о которых мы говорим, но делиться ими небезопасно, пока мы не будем уверены, что наши секреты в такой же безопасности для вас, как и ваши для нас. Согласны ли вы присоединиться к Amici Lucis и помочь нам?

D не пишите об этом письме, а говорите о нем только в полной тайне с одним из двух ваших контактов одновременно, которые указаны ниже. Мы применили меры защиты к этому письму, как, мы уверены, вы уже заметили, поэтому передавать его тому, кому оно не было адресовано, будет крайне неразумно. Ваши два контакта — Северус Снейп под кодовым именем Темный рыцарь и Амелия Боунс под кодовым именем Одинокий фонарь. Никому не говорите, кто ваши два контакта, даже другим Amici Lucis, и никогда не раскрывайте ничье кодовое имя. Это включает в себя рассказ Темному Рыцарю о том, кто такой Одинокий Фонарь, и наоборот. Это для нашей защиты, а также для их и вашей.

P: свяжитесь с the Dark Knight при первой же возможности. Мы уже связались с ним, и я уверен, что он хочет обсудить присоединение или неприсоединение к нашему делу так же сильно, как и вы. Одинокий Фонарь свяжется с вами позже, чтобы обсудить тот же вопрос.

Есливам нужно связаться с нами или вы приняли решение, тайно сообщите Северусу Снейпу и скажите: Темный Рыцарь, мы - Отряд Защитников. Я Длинная Борода, пожалуйста, скажи Тави ... а затем передай ему сообщение, которое ты хочешь, чтобы оно было отправлено нам. Такой обмен всегда будет в том же формате, если я не скажу тебе иначе. Это мера предосторожности против самозванцев.

Мыждем вашего решения.

Глава Custosae de Lux,

Все как один мы выступим против наших Врагов, Врагов Света

…

Дамблдор молчал несколько минут, Фоукс тоже был непривычно тих, ожидая, пока его старый, хоть и более молодой, друг смирится с тем, что он прочитал, и осознает возможные последствия.

— Что ж… теперь я знаю, что тебя так взволновало, — тихо сказал Дамблдор. — Хотя я всё ещё пытаюсь понять, как они заставили тебя доставить это, — продолжил он, глядя на своего фамильяра, который внезапно пожал плечами.

"Ах, так ты не рассказываешь. Тогда не могли бы вы поделиться со мной своим впечатлением о них?" - спросил он серьезно, но с надеждой.

Прошел момент интенсивного обмена эмоциями между ними.

После этого Дамблдор кивнул, сказав просто: "Я понимаю", прежде чем встать. Затем он схватил какой-то камин и позвонил Северусу Снейпу.

Это началось. Кастосы вступили в войну.

Книга 2 – Часть 8: Крестные отцы

"Сириус, успокойся", - сказал Люпин в десятый раз за этот час.

Сириус, как и в предыдущие разы, не слушал, но продолжал бить правой пяткой по передней части левой ноги, прежде чем поменять ногу.

"Сириус, я серьезно, если ты не остановишься, то либо износишь свои ботинки, либо сломаешь палец на ноге".

Сириус продолжал стучать, но повернулся к Люпину.

"Я ничего не могу с собой поделать, я нервничаю. Он похож на Джеймса? Понравлюсь ли я ему? С ним все в порядке после всего? Он счастлив? Ему нравится летать? Он —"

"Сириус! Просто дыши. Ты скоро встретишься с ним, хорошо?"

Сириус нервно потер руки и глубоко вздохнул.

"Сириус, есть кое-что, что ты все же должен знать", - сказал Люпин через мгновение.

"О?"

"Не делайте никаких комментариев против слизеринцев, или о Снейпе. У Гарри есть несколько друзей из Слизерина, и после того, как он впервые увидел взаимодействие между одним из них hand...it было бы неразумно говорить что-либо против них, он очень защищает всех своих друзей. "

"С-Снейп?!" Ошеломленный Сириус спросил.

"Да. И, как я уже говорил вам раньше, Снейп очень помог ему в прошлом году. Он заслужил мое уважение, так же как и Гарри. Снейп, возможно, и не избавился от своих обид на Джеймса, но он определенно отложил их в сторону, когда дело дошло до Гарри. Гарри сказал мне, что сначала было немного тяжело, но, как сказала мне Минерва, Гарри совершил удивительный подвиг, и Снейп больше не смотрит на него как на мини-Джеймса. Я действительно видел проблески уважения в глазах Снейпа, когда он смотрит на Гарри, думая, что никто не смотрит. "

Сириус впитал все это, вспоминая все, что ему говорили за последнюю неделю, когда он был достаточно осознан, чтобы слушать.

"Итак, Сириус, если ты хочешь поближе познакомиться с сыном Джеймса, помни, что с ним случилось, и кто его друзья: люди, с которыми большинство других никогда бы не сочли возможным подружиться сразу, я имею в виду, да ладно, Малфой и магглорожденный?"

"Я понял, Люпин".

"Хорошо. Я бы не хотел, чтобы ты испортил что-то, о чем потом, несомненно, пожалеешь".

"Ты думаешь, они их получили?" Невилл спросил Гарри.

"Я уверен, что они это сделали. Драко сообщит, если они придут к решению", - сказал он.

"Так твой крестный собирается прийти сегодня?" Спросил Рон, закрывая за собой дверь спальни, когда вошел.

"Да, именно это сказал Люпин", - ответил Гарри.

"Ты нервничаешь?" Спросил Невилл.

"Немного, я имею в виду, я, вероятно, буду жить с ним после этого года, но, по крайней мере, я знаю одну вещь".

"Что?" Спросил Рон.

"Он должен быть лучше, чем у Дурслей", - радостно сказал Гарри.

"Без шуток", - согласился Рон.

После того, как они наложили несколько сильных оберегов приватности и прочего в комнате Невилла, они перешли к делу, зная, что позже у них будет мало времени для этого, поскольку Сириус Блэк прибудет вскоре после завтрака, а затем после обеда они все отправятся в Косой переулок.

"Гарри, ты уверен, что хочешь осуществить это, я имею в виду, с гоблинами?" Спросил Невилл, имея в виду создание сети, которую они наметили с Драко и Гермионой.

"Да, я уверен. Когда мы пойдем в Косой переулок, я пойду в Гринготтс и найду способ поговорить с кем-нибудь из них наедине. Я думаю, они могли бы стать отличными союзниками ".

— Тебе не кажется, что это немного рискованно? — спросил Рон. — Доверять им, даже если это всего лишь на один вечер…

"Вот почему это сработает. Гоблины очень высоко ценят доверие. Когда я доверяю им и уважаю их, они с радостью вернут это", - сказал Гарри. "Я уверен, что они помогут нам".

— Надеюсь, ты прав, потому что ты расскажешь одному из них всё, — заявил Рон.

«Не всё, просто больше, чем кто-либо другой прямо сейчас», — уточнил Гарри.

— Хорошо, я просто хотел убедиться, что ты уверена, — сказал Невилл.

— Ладно. Письма… — сказал Рон, напоминая им, что ещё нужно сделать.

"Верно. Добби?!" Позвонил Гарри.

-POP-

«Гарри Поттер, сэр, вы звали Добби? Что Добби может сделать для великого Гарри Поттера, сэр?»

"Можете ли вы доставить эти два письма так, чтобы вас никто не видел? Просто положите это на стол человека в его офисе, когда его там нет. Мы также не хотим, чтобы кто-либо еще знал об этих письмах, кроме людей, которым они адресованы, поэтому убедитесь, что вы отправили их в подходящее время. Понятно? " - Спросил Гарри, вытаскивая два полностью зачарованных и защищенных письма.

"Добби понимает, сэр. Добби должен доставлять письма точно так же, как Добби доставил письмо великому Альбусу Дамблдору ".

"Правильно. Вот они", - сказал он, протягивая их ему.

"Артур Уизли и Амелия Сьюзан Боунс ..." Добби читает.

"У них обоих есть личные кабинеты в Министерстве, ты можешь их найти?" Спросил Рон.

"Да, без проблем, сэр", - сказал он с поклоном.

"Спасибо, Добби, вернись ко мне и расскажи, как все прошло", - сказал Гарри.

"Добби будет сэром".

И с этими словами Добби исчез.

"Интересно, как мой папа это воспримет ..." Немного обеспокоенно пробормотал Рон.

"Я не знаю, но скоро увидим, ты его личный контакт", - сказал Гарри.

"Итак, что насчет тех зелий?" Спросил Невилл, меняя тему.

"Я думал о зельях омоложения, заживления ран, ожогов и Усиления, которые должны быть частью стандартного набора Custosae", - начал Гарри, прежде чем они начали обсуждать, какие еще зелья должны быть, в том числе когда и как они собираются приготовить запас.

Драко быстро собрался, но когда он закончил, он стоял в своей комнате и сосредоточился.

Он знал, что его Окклюменция не сравнится с Легилименцией его крестного отца, но, по крайней мере, он узнал бы, если бы посмотрел.

Если он посмотрит ... Драко пробормотал.

Он не знал, действительно ли Снейп сделал бы это, поскольку это было явное вторжение в частную жизнь, и они со Снейпом пришли к пониманию доверия через несколько дней после того, как он стал его законным опекуном, но Драко не мог отделаться от ощущения, что Снейп может посчитать необходимым нарушить это доверие, которое они сформировали.

Если это произойдет, то это произойдет. У Гарри уже есть план, если это произойдет, так что просто иди туда и встреться лицом к лицу с тем, что тебя ждет.…

Драко вышел из своей спальни и спустился на завтрак, спустился по лестнице и повернул за угол в сторону кухни.

Он слышал, как Снейп готовит завтрак, поэтому знал, что он там, еще до того, как тот вошел.

"Доброе утро, Крестный отец", - поприветствовал он, немедленно выполняя свою задачу по расставлению тарелок и столового серебра.

"Доброе утро, Драко".

Драко закончил раскладывать тарелки и сел.

"Итак,…что мы делаем сегодня?" Спросил Драко, стараясь вести себя как можно более обычно.

"Мы пойдем в Косой переулок позже, после обеда. Ты, вероятно, увидишь там своих друзей, когда мы пойдем", - заявил он, ставя еду на стол и садясь сам.

"Так я заберу свои книги и вещи?" Спросил Драко.

"Да".

Они приступили к еде, Драко нервно ждал. Он оторвался от еды и обнаружил, что Снейп пристально смотрит на него.

Драко уже собирался спросить, в чем дело, когда Снейп внезапно отодвинул от себя тарелку.

"Драко, прошлой ночью я получил письмо", - заявил он.

"О?"

Снейп откинулся на спинку стула, как будто хотел получше рассмотреть своего крестника.

"Тави".

При этих словах Драко вздернул подбородок, и это движение было единственным, что показывало его более пристальную сосредоточенность, поскольку он уже сидел прямо и с достоинством.

"Темный рыцарь", - ответил Драко.

Снейп забеспокоился еще больше и в то же время почувствовал облегчение.

"Ты понимаешь масштаб сделанного тобой выбора?" Спросил Снейп. "На какой риск ты идешь?"

"То же, что и ты, хотя и не так быстро", - ответил Драко, зная, что должен показать, насколько уверен в своем решении. Проявление каких-либо колебаний не ободрило бы его крестного отца и только заставило бы его думать, что Драко сожалеет о вступлении в "организацию".

Они сидели в тишине, Драко решил, что больше ничего не скажет, а будет ждать продолжения от Снейпа.

"Я поговорил с Длинной Бородой; мы пришли к решению".

Драко продолжал смотреть Снейпу в глаза, зная, что дает Снейпу шанс применить к нему Легилимецию, но молясь, чтобы он им не воспользовался.

"Прошлой ночью мы многое обсуждали, и позвольте мне совершенно ясно заявить: мы отнеслись к этому очень серьезно".

"Они и не ожидали ничего меньшего", - просто заявил Драко.

"Конечно. Но прежде чем я продолжу, ты хочешь мне что-нибудь сообщить?" Спросил Снейп.

"Как насчет дополнительной информации, которую они не включили в письмо?" Спросил Драко.

"Ты знаешь, что было в письме?" он спросил.

"Изрядное количество, но, очевидно, не все".

"Драко, ты знаешь, почему они это делают?"

"Я уверен, по тем же причинам, что и в письме. Им надоело все, что связано с Риддлом — да, они поделились со мной этим лакомым кусочком — и со всем, что он отстаивает. Кроме того, из того, на что они мне намекнули, как только с Риддлом и его последователями будет покончено, они продолжат свои усилия по улучшению Волшебного мира в целом. "

"Улучшить волшебный мир"?"

"Крестный отец, мне понадобились события прошлого года, чтобы увидеть, насколько коррумпирован Волшебный мир. Даже без бродящих повсюду пожирателей Смерти, например, Крауча-младшего, Министерство слишком властолюбиво и расистски настроено. Грейнджер изучала Волшебный закон, и довольно очевидно, кому они отдают предпочтение. Все, что я говорю, это то, что группе людей, даже если они работают в фоновом режиме несколько лет, пора помочь снова направить все в нужное русло. "

"Вы говорите о начале революции".

"Если это то, что должны сделать Custosae и theAmici Lucis, чтобы все исправить, то да будет так".

"Они поделились с вами, как они планируют все это сделать, после того, как разберутся с Темным Лордом?"

"Через людей. С нашей помощью они раскроют общественности ошибки Министерства, и когда это произойдет, перемены будут неизбежны ".

"И ты думаешь, что можешь помочь в этом?" - Спросил Снейп, внутренне восхищенный страстью, которую он видел в этом у своего крестника.

"С чего-то же надо начинать, Крестный отец. Почему мое поколение не должно сыграть свою роль?"

Снейп ухмыльнулся, слегка откинувшись на спинку стула, прежде чем сказать то, на что надеялся Драко.

"Тави, мы - Отряд Защитников. Я Темный Рыцарь, пожалуйста, скажи Гриффину, что мы принимаем".

"Привет, Джинни", - поздоровался Гарри, проходя мимо нее в коридоре.

"Привет, Гарри".

Первые несколько дней, проведенных Уизли в особняке, были интересными, особенно с Джинни. Сначала она очень нервничала рядом с Гарри, так сильно, что покраснела, когда он просто взглянул на нее, но сейчас ей было лучше, хотя она все еще немного стеснялась.

Завтрак прошел хорошо, и теперь Гарри с нетерпением ждал приезда Сириуса.

Они собирались пойти в Косой переулок после обеда, поскольку миссис Уизли предположила, что это будет продуктивно и позволит Гарри и Сириусу сделать что-нибудь простое вместе без неловкости.

"Гарри, мама говорит, что он скоро должен прийти. Гостиная", - сказал Рон.

"Хорошо", - сказал он, следуя за ним и Невиллом.

Через несколько мгновений после того, как они вошли в гостиную, в камине запылал огонь, и Гарри затаил дыхание, когда в комнату вошли двое мужчин: Ремус Люпин и высокий, утонченно выглядящий мужчина в красивой коричнево-синей одежде.

Он встал рядом с Люпином, и его глаза сразу же сфокусировались на Гарри.

Его глаза были глубокими, затравленными, но не слишком, потому что в них смешались надежда и молодость.

Он прошел вперед, остановившись перед Гарри, из-за чего ему пришлось немного поднять голову, чтобы сохранить зрительный контакт.

"Привет, Гарри. Если ты еще не догадался, я Сириус", - поздоровался Сириус с легкой наигранной серьезностью.

"Привет, э-э, Сириус", - сказал он с улыбкой, которую уже позабавил этот человек.

У Гарри внезапно возникло ощущение, что он прекрасно поладит с этим человеком.

Следующие несколько часов пролетели незаметно, Сириус и Люпин разговаривали с ним (хотя большую часть этого делал Сириус). Он рассказал Гарри о своих родителях, предоставив пикантные подробности об их учебе в Хогвартсе, и продолжил о том, чем он будет заниматься, пока Гарри будет в школе.

"Я уже поговорил с Дамблдором, и он уже согласился добавить больше оберегов к моему дому (не то чтобы это было необходимо), чтобы было безопасно, когда ты приедешь и останешься со мной на каникулах и летом... то есть, если ты захочешь, - быстро добавил он, еще не уверенный в том, что Гарри рассказали обо всей ситуации с опекунством / крестным отцом.

"Где ты живешь? Люпин сказал, что тебе нужно подготовить дом, могу я помочь? Могу я приехать на это Рождество?"

Люпин начал смеяться, когда Сириус, казалось, засиял, услышав взволнованные вопросы Гарри.

"Эй, задавайте по одному вопросу за раз, и помните, что вам все еще нужно дышать", - перебил Сириус.

"Я живу в безопасном месте, или, скорее, буду жить, но поскольку я не хранитель секрета, я не могу сказать вам, где именно, но я попрошу их сказать вам это в ближайшее время. И нет, ты не можешь помочь мне отремонтировать дом, прямо сейчас это небезопасно, и да, надеюсь, ты сможешь приехать ко времени наступления Рождества. "

Гарри просиял, что заставило Сириуса тоже просиять, прежде чем они пошли обедать.

Гарри не мог поверить, что все идет так хорошо. Он наконец-то по-настоящему узнал о своих родителях, и, поскольку некоторые из его друзей были поблизости, Сириус и Ремус также включили истории о своих родителях.

Невилл выпрямился от гордости, когда Сириус упомянул, как сильно он уважает Фрэнка Лонгботтома, а затем покраснел, когда Сириус сказал, что даже завидовал ему, когда у него появилась Элис в качестве девушки.

Обед пролетел быстро, и, прежде чем они успели опомниться, они уже стояли у камина, чтобы отправиться в Косой переулок.

"Я не могу поверить, что ты получил свои книги раньше и прочитал их", - сказал Рон.

"В большинстве из них я не мог прочитать ни одной страницы ни в одной из книг Локхарта", - поправил Гарри. "Если бы это были не обязательные книги, я бы вернул их".

"Интересно, кто наш новый учитель папаизма. Наверное, влюбленная ведьма", - сказал Рон.

"Возможно", - пробормотал Невилл.

"Готовы идти?" Спросил Сириус, протягивая им пакетик с летучим порошком.

"Ага", - сказал Гарри.

И вот они отправились в Косой переулок.

Молли, Перси, близнецы, Джинни, Рон, Невилл, Гарри, Сириус, Люпин и Августа - все затоплены.

"Ты в порядке, Гарри?" Спросил Рон.

"Да, я это делаю впервые", - кивнул Гарри, когда Сириус и Рон помогли ему подняться и стряхнули с него пепел.

"Хорошо!" Крикнула Молли, привлекая всеобщее внимание. "Мы собираемся разделиться на группы, так как вместе мы слишком большие и это займет слишком много времени. Я думаю, для нас было бы лучше всего поступить так: Фред, Джордж, Джинни, со мной. Люпин: Перси и Рон, пожалуйста. Невилл и Августа. И Гарри и Сириус."

Никто не спорил.

"Ладно, все возвращаемся сюда перед ужином".

"Так куда начнем, малыш?" Спросил Сириус, когда они остались одни.

"Гринготтс", - заявил Гарри, решив ничего не говорить о всплывшем прозвище "волчонок", поскольку оно ему понравилось.

Войдя, Гарри и Сириус направились к одному из столов, Гарри вежливо кивнул проходившим мимо них гоблинам.

"Мистер Блэк", - поприветствовал его гоблин за столом.

"Привет, Арааг", - сказал он, слегка наклонив голову, увидев имя Гоблина на столе.

Затем Арааг посмотрел на Гарри.

"Пусть процветание окутает тебя, как плащ", - сказал Гарри с легким поклоном, не видя крайнего удивления на лице Сириуса или довольного лица Араага.

Арааг улыбнулся, вспомнив, как Гарри в последний раз заходил в Гринготтс.

"И пусть карманы твоего плаща всегда будут полны золота, юный сэр. В каком твоем деле мы можем тебе помочь?" спросил он, не совсем обижая Сириуса, но, без сомнения, показывая, кто был его главным клиентом в данный момент.

"Я хотел бы поговорить кое с кем о моем аккаунте. Я также хотел бы обсудить с ними кое-что еще, что, как я полагаю, потребует особого внимания", - сказал Гарри.

"Внимание, включая секретность?" спросил он.

"Высший".

Сириус поднял бровь при этих словах.

Понимает ли Гарри, о чем он только что просил? Сириусу стало интересно. И о чем он мог бы поговорить, что, по его мнению, требует "особого внимания"?

Он собирался предложить Гарри исправить или перефразировать его просьбу, поскольку не смог найти ничего, что Гарри нужно было бы обсудить, что оправдывало бы его просьбу, но внезапно остановился, когда Арааг слегка кивнул.

"Прямо сейчас об этом договариваются, мистер Поттер. Грипхук будет вашим менеджером. Я полагаю, вы встречались с ним, когда были здесь в последний раз".

"Это он проводил меня в мое хранилище?" Спросил Гарри.

"Да".

"Тогда он подойдет идеально. Я на самом деле надеялся на него", - признался Гарри, прежде чем сделать шаг назад, показывая, что теперь он закончил и будет ждать, пока они скажут ему, что готовы принять его.

"Мистер Блэк?" Спросил Арааг, не скрывая полностью того факта, что ему нравилось растерянное выражение лица Сириуса.

"Хм, мне просто нужно попасть в свое хранилище", - запинаясь, сказал он.

"Дрегг отведет тебя", - сказал он, махнув в их сторону молодому гоблину.

"Сэр", - обратился Дрегг, прежде чем подошел другой гоблин.

"Грипхук", - приветствовал Гарри легким поклоном, к удивлению Грипхука, который не ожидал такой фамильярности.

Сириус посмотрел на Гарри, задаваясь вопросом, должен ли он позволить ему побыть одному.

"Все хорошо, мистер Блэк. мистер Поттер с нами в безопасности, и, поскольку он требует соблюдения строжайшей секретности, мне нет необходимости говорить вам, что это влечет за собой".

"Со мной все будет в порядке, Сириус. Я просто хочу обсудить некоторые вещи, о которых раньше не думал спрашивать. Что касается секретности.…Я понял, что никогда нельзя быть слишком осторожным", - сказал Гарри.

"Ну, хорошо. Я подожду тебя здесь, когда вернусь".

И с этими словами они разошлись в разные стороны, Гарри последовал за гордым Грипхуком, а Сириус - за молодым энергичным Гоблином.

Гарри вошел в маленькую комнату, заполненную рунами.

"Вот мы и пришли, мистер Поттер", - заявил Грипхук, закрывая за ними дверь и запечатывая ее, активируя руны.

"Вау", - прошептал Гарри.

"Вы просили о строжайшей секретности. Никто не сможет нас подслушать, я никогда не смогу раскрыть то, что вы обсуждаете со мной, и эта комната защищена от всех форм обнаружения, как внутри, так и за пределами этой комнаты ".

"Мило".

"Да, это так. Руническая магия очень полезна. Итак, что я могу для вас сделать, мистер Поттер?" Спросил Грипхук, когда они заняли свои места за маленьким круглым столом.

"Грипхук, я собираюсь быть с тобой предельно откровенным, я со всем уважением прошу того же".

Грипхук выглядел слегка любопытным, но в то же время колебался.

"Что ты думаешь о Волан-де-Морте, его последователях и Министерстве?" Спросил Гарри, внутренне удивленный и довольный тем, что Грипхук не ухватился за имя Волан-де-Морта.

"Гоблины обычно держатся подальше от дел волшебников, почему тебя волнует, что я о них думаю?" Спросил Крюкохват.

"Я просто прошу услышать твое мнение о них прямо сейчас. Полагаю, мне просто любопытно", - ответил Гарри.

Грипхук ухмыльнулся, решив подыграть.

"Я думаю, что Министерство коррумпировано, жадно и эгоистично и само рухнет, если что-то не будет сделано для его исправления, с влиянием Волан-де-Морта и его последователей или без них", - ответил он.

"Так ты знаешь, что Волан-де-Морт все еще жив?" Спросил Гарри.

"Люди, которые говорят, что это не так, позволяют себе впасть в ложное чувство безопасности и упадут сильнее всего, когда правда выйдет наружу ".

"Грипхук, что бы ты сказал, если бы я сказал тебе, что у меня есть способ начать исправлять все это, и что я хотел бы, чтобы ты стал частью этого? Часть чего-то, что уничтожит Волдморта раз и навсегда, уничтожит расистские идеалы Министерства и укрепит твердое стремление к миру между нашим народом и всеми другими волшебными нациями? - Спросил Гарри.

"Тогда я должен предположить, что у вас есть план окончательного уничтожения Волдеморта".

"Я верю".

"Если бы я услышал это от кого-то другого, я бы им не поверил, но я верю тебе".

"Но мне нужна твоя помощь".

"Для тебя сделать что-то подобное самостоятельно было бы невозможно", - просто сказал Грипхук.

"Без сомнения".

"Итак, мистер Поттер, вы собираетесь поделиться со мной этим грандиозным планом?"

"Ты согласился помочь мне осуществить это?"

"Если бы не это, я бы не спрашивал", - заявил Грипхук, наслаждаясь подшучиванием.

"Я лидер секретной организации под названием Custosae de Lux. У меня есть знания о том, почему Волан-де-Морт, похоже, не может умереть, и в настоящее время я создаю еще одну группу, которую мы называем Amici Lucis. Благодаря тому, что сеть пополнится участниками Custosae, мы сможем эффективно продвигать события и заботиться о них. Все это делается с помощью кодовых имен и секретности, с учетом всеобщей защиты. "

"Продолжай", - сказал Грипхук, поскольку Гарри сделал паузу.

"Я хотел бы принести равную клятву верности, пожалуйста, если вы действительно хотите присоединиться к сети", - сказал Гарри, зная, что он ступил на опасную почву, прочитав книгу о гоблинах из библиотеки Лонгботтома. Он знал, что такие запросы получить еще труднее, чем его запрос о строжайшей секретности.

Грипхук сделал паузу, и Гарри мог бы поклясться, что гоблин слегка приподнял бровь, в его глазах появился решительный блеск, прежде чем он протянул Гарри руку. Гарри пожал ее.

"Я дам тебе клятву в десять раз лучше", - заявил он, его длинные пальцы крепко, почти до боли, обхватили маленькую руку Гарри.

"Я, Крюкохват, сын Гефрука, принимаю эту душу как равную и буду относиться к нему соответственно. Его секреты - мои секреты, а мои секреты - его секреты. Однако моя цель выходит за рамки этого. Я помогаю ему, как самому себе. Я называю лорда Гарри Джеймса Поттера почетным членом моей семьи, поскольку у него мало своего, и я, как Управляющий всем материальным в его семье, имею право требовать применения этого древнего закона, поскольку считаю необходимым обеспечить защиту и поддержку этого уважаемого клиента. Я, Грипхук, глава семьи Ин-оук, настоящим клянусь в правдивости моих предыдущих слов. Ты исключаешь?"

Гарри был совершенно ошарашен, но каким-то чудом ответил: "Я, Гарри Джеймс Поттер, с уважением".

То ли от магии окружающих его рун, то ли от магии внутри Грипхука, то ли от него самого, казалось, что вокруг них исходит энергия, прежде чем снова замереть.

"Это было не совсем то, что я имел в виду, но я все равно благодарен за это", - выдавил Гарри, пытаясь осознать произошедшее.

"Другие гоблины узнают об этой клятве, поскольку моя магия отметила тебя, а твоя магия отметила меня, поэтому не пугайся их действий по отношению к тебе. Хотя вы уже быстро становились одним из самых уважаемых в своем роде, это завершит этот процесс. Эту клятву не давали более пятисот лет, мистер Поттер. Мы, гоблины, не относимся к клятвам легкомысленно."

"Очевидно, я этого не ожидал, но сделаю все возможное, чтобы внести позитивные изменения в отношения между мной и вами".

"В этом я не сомневаюсь. Итак, глава Custosae de Lux, что я могу сделать, чтобы помочь вам?"

«Я бы хотел услышать о каких-либо действиях Пожирателей смерти, я уверен, что вы знаете, кто они такие, и позже у меня будет очень серьёзная просьба, но сейчас это может подождать».

"Вы сказали, у вас есть информация о Волдеморте?" спросил он.

"Как много ты знаешь о крестражах?" Спросил Гарри.

Глаза Грипхука расширились, так как он потерял несколько оттенков пигмента.

"Я вижу, у тебя есть", - тихо сказал Гарри.

"Он еще большая мерзость, чем мой вид изначально считал. Теперь я еще больше рад, что поклялся помочь тебе ".

Грипхук сделал паузу, размышляя.

"Разделить свою душу надвое ..." Грипхук пробормотал, качая головой.

"Не два, а шесть, и он пытался сделать их семью", - мягко поправил Гарри.

"Тебе придется уничтожить их всех, кого ты знаешь", - ответил Грипхук, испытывая крайнее отвращение и ужас.

"Я знаю, и один из них связан с той услугой, о которой я собираюсь попросить тебя позже".

"Услуга?"

"Один из крестражей находится в семейном склепе Беллатрикс Лестрейндж. Я знаю, насколько серьезно предложение взять что-то из хранилища, учитывая то, что произошло здесь в прошлом году с Философским камнем, но если дело дойдет до того, чтобы забрать кубок или позволить Волан-де-Морту продолжать разгуливать ..."

"Вы очень хорошо информированы", - отметил Грипхук.

Гарри ничего на это не сказал.

"Я посмотрю, что можно сделать", - просто сказал Грипхук, удивив Гарри своим заявлением и тоном голоса. "Ты сказал чашку?" он спросил.

"Да, он принадлежал Хельге Хаффлпафф. Он белый, с одной ручкой и барсуком на ней".

Грипхук кивнул, явно напряженно размышляя.

Думает ли он о том, чтобы сделать то, о чем я думаю? Гарри задумался.

"Я свяжусь с тобой по этому поводу позже. Я придумаю причину, по которой ты лично придешь ко мне сюда", - сказал он через мгновение.

"Хорошо, хотя ты должен знать, я все еще пытаюсь найти способ уничтожить их".

"Я посмотрю, смогу ли я придумать способ", - загадочно сказал Грипхук.

"Спасибо".

"Какое у меня кодовое имя?" Спросил Грипхук.

"Рук", - ответил Гарри, придумав это имя всего несколько минут назад.

"И как я узнаю, встретил ли я кого-нибудь из Custosae или Друзей?" спросил он.

"Они поприветствуют с той же вежливостью, что и я, попросят конкретно тебя и сохранят все в строжайшей тайне. Затем, когда ты останешься с ними наедине, они скажут: "Рук, мы - Отряд Защитников. Я "... затем они назовут свое кодовое имя и продолжат рассказывать о своих делах. Если они доставляют сообщение от меня, они скажут: "Гриффин просил меня передать вам ... ".

"Очень хорошо. Есть что-нибудь еще? Потому что, я думаю, твой крестный отец, возможно, уже начинает беспокоиться. Сообщите ему, что мы обсудили ваши четыре объекта недвижимости и их стоимость, а также какой ремонт, возможно, потребуется сделать, чтобы повысить их стоимость ", - заявил Грипхук.

Гарри кивнул, задаваясь вопросом, не выдумал ли Грипхук это просто как оправдание, но каким-то образом знал, что за его словами была правда.

"Я напишу тебе о своей собственности", - ответил Гарри, когда они выходили из комнаты.

"Я соберу необходимые документы и информацию о них, а также все остальное, что, по моему мнению, вам нужно", - сказал Грипхук, в словах которого скрывался скрытый смысл.

Гарри понял.

"Гарри! Я думал, ты заблудился или что-то в этом роде", - сказал Сириус, быстро направляясь к ним.

"Вот, пожалуйста, мистер Поттер", - сказал Грипхук, вручая ему мешочек с галеонами, заставив Гарри задуматься, откуда они вдруг взялись.

"Спасибо тебе, Грипхук", - сказал он, взял сумку и пошел рядом со своим крестным отцом.

Затем Грипхук поклонился, Гарри последовал его примеру.

"Пусть ваше богатство, материальное или иное, никогда не тускнеет и не колеблется", - сказал Грипхук, привлекая внимание окружающих гоблинов и клиентов-людей.

"И пусть твоя честь возрастет так же, как и мое богатство, материальное и прочее", - ответил Гарри, придумывая это по ходу дела, воспоминания Риддла заходили так далеко только тогда, когда дело касалось гоблинов, поскольку Риддл их не уважал.

Грипхук улыбнулся, и если бы Сириус этого не видел, он бы никогда не поверил, но, похоже, Грипхук был тронут ответом Гарри.

Затем Сириус и Гарри повернулись и ушли, Сириус прекрасно осознавал косые взгляды всех гоблинов в их сторону.

Что, черт возьми, Гарри натворил?

Почувствовав облегчение, что они наконец выбрались из Гринготтса, Сириус решил не спрашивать, что Гарри нужно было обсудить с гоблином, поскольку он подслушал "свойства" и потому что не хотел сказать ничего глупого. Они только начинали строить отношения, и он не хотел их портить; кроме того, Гарри, казалось, мог очень хорошо справляться с гоблинами.

"Итак, куда теперь?" Спросил Сириус.

"Эм, Аптекарь?" Спросил Гарри.

"Тебе нужны принадлежности для зелий?" спросил он.

"Да, хотя у меня есть все, что нужно второгоднику, я ..." Гарри переступил с ноги на ногу.

Сириус предположил, что это произошло из-за осознания того, что он признал возможную вину в будущем.

"Мои уста на замке", - сказал Сириус с улыбкой, когда они шли за зельями.

"Так ты разбираешься в зельях?" Спросил Сириус.

"Да, я приготовил кое-что этим летом. И хорошо, что Драко пришел всего ... всего через день".

"О. Да, Люпин рассказывал мне об этом".

Они вошли в магазин, Гарри быстро наполнил свою корзину всем, что, по его мнению, могло ему понадобиться.

Сириус просто разинул рот, когда Гарри спокойно схватил несколько дорогих редких предметов, бормоча, какие зелья он планирует приготовить из них. И с его минимальными знаниями по этому предмету Сириус мог предположить, что Гарри действительно знал, о чем говорил.

"Думаю, я закончил", - сказал он, и они вдвоем направились к стойке.

"Ты думаешь?" Спросил Сириус.

"Да, если нет, я всегда могу заказать это по почте. Именно так я поступил со своими книгами".

"Я вижу".

После Аптеки они отправились в магазин Котлов, и Гарри купил самый лучший, который смог найти, несмотря на то, что продавец заявил, что его выпускнику подойдет простой оловянный котел второго размера. После этого они перешли к Мантиям мадам Малкин на все случаи жизни.

"Ооо, круто", - сказал Сириус, когда Гарри вышел в своей новой мантии.

"Правда?" спросил он, глядя на себя в зеркало.

Он обзавелся совершенно новым гардеробом, одежда Дадли была изъята давным-давно. Он приобрел несколько пар очень красивых темных рубашек, коричневые и черные брюки с карманами-карго и новую пару обуви.

Теперь на нем были коричневые брюки-карго и черная рубашка с воротником и длинная многослойная черная мантия.

"Лихой, как благородный джентльмен", - сказал Сириус.

Гарри пошел платить за свою новую одежду, Сириус смял ее вместе с другими вещами, когда в магазин вошли двое человек.

"Гарри, близнецы сказали, что видели, как ты входил сюда", - раздался голос у него за спиной.

Гарри обернулся и увидел стоящих там Драко и Снейпа.

"Эй, Драко, покупаешь новую мантию?" Спросил Гарри.

"Нет, просто отдал эту мантию в ремонт. Мы с Северусом дрались на дуэли, и одно из его проклятий довольно сильно порезало ее", - сказал он, передавая сложенные мантии мадам Малкин.

"Дальше мы идем во "Процветание" и "Блоттс", мне все еще нужно купить несколько книг", - продолжил Драко, внезапно заметив Сириуса.

"О, Драко, профессор, это Сириус Блэк, мой крестный отец. Сириус, это мой друг, Драко Малфой, и его крестный отец, профессор Северус Снейп, - представил Гарри, внезапно осознав, что Сириус, вероятно, не знал, кто такой Драко.

Сириус выступил вперед.

"Драко, Северус", - поздоровался он умеренно чопорно, но вежливо пожал им обоим руки, Северус был таким же чопорным, как и он.

"Я закончил получать то, что мне нужно, мы присоединимся к вам", - сказал Гарри, решив привлечь внимание их крестных отцов к чему-то другому, а не друг к другу, поскольку их взгляды были на грани убийства.

Малкин вернулась с отремонтированными мантиями, и Драко расплатился с ней, прежде чем они отправились в книжный магазин.

"Гилдерой Локхарт подпишет копии своей автобиографии "Волшебный я"? - Спросил Гарри, прочитав табличку. "Боже мой", - пробормотал он, заставив Снейпа пробормотать согласие.

"Я пытался читать его книги…Я не смог их дочитать. Меня чуть не стошнило от одного только эго, не говоря уже о глупости", - сказал Гарри Драко.

"Кажется, там действительно многолюдно", - отметил Сириус.

"Мы с Гарри можем просто зайти, мистер Блэк", - предложил Драко.

Сириус выглядел успокоенным, в то время как Северус кивнул в знак согласия, в душе благодарный, что его избавят от необходимости смотреть на этого идиота. Он мог иметь дело с Сириусом. Он играл хорошо, так что он тоже мог. Локхарт, с другой стороны…

Гарри и Драко зашли внутрь, быстро отыскав книги, которые были нужны Драко, а также некоторые другие книги, которые Гарри не терпелось прочитать, в том числе: Обереги и руны: Сила внутри; Волшебные палочки? Кому это нужно?; и Министерство, Закон и порядок, которые им особенно понравились, высмеивая оксюморонное название.

Пройдя в конец, где длинная очередь превратилась в небольшую толпу, Драко посмотрел, не нужно ли ему чего-нибудь еще, но остановился, уставившись на идиотскую улыбку человека за столом.

Эта улыбка - остаток проклятия? Он задумался.

Гарри остановился рядом с ним, задаваясь тем же вопросом, в то время как люди продолжали толкаться вокруг них, стекаясь к мужчине.

"С дороги, там", - рявкнул на Драко невысокий грубый мужчина с черной камерой. "Это для "Ежедневного пророка"..."

"Ну, извините меня, это все, что вы хотели сказать", - сердито огрызнулся Драко.

Блин, у некоторых людей хватает наглости!

Локхарт услышал его и поднял глаза, быстро оценив его, а также Гарри, который был рядом с ним.

"Этого не может быть, Мальчики Света?" он просто кричал.

Толпа вокруг них расступилась, взволнованно перешептываясь, когда Локхарт нырнул к ним, схватив за шиворот несколько мантий.

"Эй! Пусти!" Крикнул Драко.

— Отвали! — добавил Гарри, и они оба отпрянули друг от друга.

— Давайте, ребята. Вместе мы стоим целого па… — начал он, пытаясь притянуть их к себе, но внезапно две руки, принадлежащие двум разным, явно разозлённым мужчинам, схватили его за запястья.

— Отпусти. Мой. Крестник. — одновременно прорычали Сириус и Снейп, прежде чем продолжить свои угрозы.

"— если только ты не хочешь, чтобы тебе оторвали руку и били ею по твоей окровавленной пустой голове", - пригрозил Сируис.

"— если только ты не хочешь, чтобы твою руку оторвали и использовали как оружие против тебя", - пообещал Снейп.

Они оба, идеально повторяя движения и выражения лиц друг друга, уставились на Локхарта — толпа уставилась на них пятерых, гадая, что будет дальше.

Сириус был справа от Гарри, Снейп слева от Драко, Локхарт все еще держал Гарри и Драко за мантии; хотя он больше не чувствовал своих рук из-за того, как крепко теперь держали его запястья.

"Ты угрожаешь Гилдерою Локхарту? Орден Мерлина третьей степени; пятикратный обладатель премии "За самую очаровательную улыбку" Еженедельника "Ведьма" и почетный член Лиги защиты от темных сил? " - спросил мужчина из толпы.

"Шут только что грубо обошелся с "Мальчиками Света"? Мальчиками, которые столкнулись с более реальными опасностями, чем те, с которыми Локхарт предположительно сталкивался во всех своих тщеславных книгах, вместе взятых?! Я знаю закон, поверьте мне. Я прочитал все 201 книгу после того, как Министерство милостиво освободило меня, осознав свою ошибку. И согласно Тому 27, страница 182, параграф 3 Закона и порядка в волшебстве, "привлечение несовершеннолетних волшебников против их воли или воли их опекунов к участию в публичных фотографиях для газет, рекламы или любых других подобных мероприятиях, включая мероприятия, подобные фан-клубу, строго запрещено и карается штрафом в размере 2000 галеонов, в зависимости от степени тяжести, НО - если рукоприкладство нежелательно для как несовершеннолетнего волшебника , так и его опекуна, штраф увеличивается". может быть взмахнут и заменен желаемым действием хранителя!'

"Итак, поскольку это мое право, я повторяю свое предыдущее требование: "Освободи. Моего. Крестника. Если только ты не хочешь, чтобы тебе оторвали руку и били ею по твоей чертовой пустой голове!" - заявил Сириус, опасно прищурив глаза, и Снейп сделал то же самое. "Я не буду повторять это снова, отпусти их".

"Просто несколько дружеских фотографий", - внезапно сказал Локхарт с неловкой ухмылкой типа "Я-невежда, пожалуйста, пристрелите-меня", когда он отпустил Гарри и Драко, быстро встряхивая онемевшими руками, прикрепленными к очень ободранным запястьям.

Снейп наклонился вперед, мягко обойдя Драко, чтобы встретиться взглядом с Локхартом.

"Когда-нибудь еще раз тронешь моего крестника или его друга, и ты мне ответишь", - предупредил он, его черные глаза почему-то потемнели еще больше.

Локхарт перестал улыбаться, его заметно трясло, когда Гарри, Сириус, Драко и Снейп обернулись, толпа быстро пропустила их.

"Драко, положи эти бесполезные книги обратно; ты их не получишь. Поттер, если ты их купил, верни их, и если у тебя возникнут какие-либо проблемы с этим, скажи мне, - заявил Снейп, когда они подходили к прилавку.

Сириус взглянул на Снейпа, сразу решив, что с ним все в порядке, учитывая, что он защищал не только Драко, но и Гарри.

"Мы с Блэком поговорим с директором. Вы двое не будете изучать ничего из того, чему учит человек", - заявил Снейп, глядя на Сириуса.

"Я определенно согласен", - кивнул Сириус.

Книга 2 – Часть 9: Ревлис

На следующий день после их поездки в Косой переулок сова доставила ежедневную почту.

Перси, сидевший рядом с миссис Уизли, взял почту и вскрыл её.

Он чуть не расплескал апельсиновый сок по всему столу.

БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ: Чрезвычайно Заботливые Крестные отцы!

Крестные отцы Мальчиков света пресекли попытку Гилдероя Локхарта сфотографироваться с мальчиками для "Ежедневного пророка". После нескольких серьезных угроз в адрес Локхарта, все из которых были в пределах их права (были лично проверены этим репортером), Сириус Блэк, крестный Гарри Поттера, и Северус Снейп, крестный Драко Малфоя, спокойно оставили Флориша и Блоттса со своими крестниками.

После опроса присутствующих становится ясно, что Локхарт был немного перевозбужден и недооценен. "Я искренне приношу извинения Мальчикам Света. Я был взволнован, заметив, что они вошли во Флориш и Блоттс, и хотел только приветствовать их возвращение после их отсутствия. Я должен был понять, насколько нервными они будут после пережитых травм.… После того, как я увидел то, что у меня есть, например, ужасных вампиров, с которыми я позаботился ... (толпа и я сам гордо хлопаем, когда он ослепительно улыбается) Я не учел этого и явно не осознавал, насколько заботливы их крестные отцы. Я могу понять их реакцию на меня, в конце концов, их подопечные сталкивались с опасностями, почти такими же смертельными, как моя. Я могу только надеяться, что Поттер и Малфой позволят мне научить их чему-то из того, чему научился я, чтобы они не были такими параноиками ".

В продолжении статьи рассказываются свидетельства очевидцев и "экспертные" мнения о крестных отцах и их крестниках.

Перси быстро показал это всем.

"Отлично, теперь люди будут жалеть нас еще больше, чем, вероятно, жалели раньше", - простонал Драко.

"Я действительно надеюсь, что теперь нам не придется посещать его уроки", - пробормотал Гарри, а Рон и Невилл, стоявшие позади них, тоже посмотрели статью с извиняющимся видом.

Последние дни лета не прошли даром, и в перерывах между планами Custosae, знакомством с Сириусом, приготовлением зелий для наборов Custosae, планированием новых заданий Custosae, чтением книг, игрой в квиддич с близнецами, Роном, Невиллом, Драко и, что удивительно, Джинни — Гарри решил, что это лето было лучшим в его жизни.

Драко рассказал ему о решении Темного Рыцаря и Длинной Бороды, и два дня спустя они получили ответ от Артура Уизли.

Рон многозначительно посмотрел на Гарри после того, как мистер Уизли что-то тихо сказал ему.

Кивнув Гарри и Невиллу, Рон последовал за отцом в Главную комнату для гостей, в которой остановились его родители.

Рон закрыл за собой дверь, изо всех сил стараясь успокоиться. Он повернулся к своему отцу, который затем взмахнул палочкой и что-то пробормотал.

Рон знал, что только что поставил защиту на комнату, но все равно добавил свою.

Артур постарался не выглядеть слишком удивленным.

"Огненный муравей?" тихо спросил он.

"Факел", - ответил Рон, сам удивляясь отсутствию колебаний в ответе.

"Если твоя мать когда-нибудь узнает, она убьет нас обоих", - заявил он.

Рон не смог сдержаться и рассмеялся.

Рон взял себя в руки и посмотрел на своего отца, который слегка улыбнулся.

"Рон, если это действительно так важно, как предполагалось в письме, ты действительно готов взяться за такую задачу, потому что я даже не знаю, готов ли я ..."

"Я готов, папа, и помни, мы в этом не одиноки. Если мы хотим, чтобы это сработало, мы должны доверять друг другу и тем, кто работает с нами".

"Кто ты такой и что ты сделал с моим сыном?" Спросил Артур, на мгновение посерьезнев, прежде чем гордо улыбнуться.

"Чего они от тебя ожидают?" он спросил.

"В основном служу посыльным. Я имею в виду, да ладно, кто бы мог ожидать, что именно я буду доставлять важные сообщения от секретной организации ее помощникам?" Спросил Рон.

"Я полагаю, ты прав", - признал Артур, борясь с искушением спросить, знает ли кто—нибудь из его друзей, что происходит, - но в письме конкретно говорилось об этом.

"Так ты решил?" Немного встревоженно спросил Рон.

Артур выдохнул, явно мысленно сражаясь с самим собой, прежде чем, наконец, поднять взгляд.

"Огненный муравей, Мы - Отряд защитников. Я Факел, пожалуйста, скажи Гриффину, что я принимаю ".

Рон улыбнулся.

"Хорошо, теперь, когда ты решил, тебе просто нужно дать эту клятву", - сказал он, протягивая ему лист бумаги.

Артур взял его, прочитал про себя, прежде чем вытащить палочку, как будто не веря, что он действительно это делает.

"Хорошо… "Я, Артур Уизли, торжественно клянусь своей жизнью и своей магией, что сохраню секреты Custosae de Lux и Amici Lucis и никогда не предам их доверие ".

Вокруг них закружилась магия; клятва была скреплена печатью, и как только это произошло, лист бумаги, который Рон вручил ему, распался, гарантируя, что никто другой никогда не сможет его прочитать.

Артур уставился на него в шоке.

Эти люди действительно серьезны…

"Хорошо, теперь, когда с этим покончено, я могу передать тебе сообщение. Два человека скоро свяжутся с вами, но они еще не принесли клятву, а одному еще предстоит решить, присоединятся ли они, но мы надеемся, что они присоединятся. Нам нужно, чтобы вы сделали именно то, что я предлагаю вам. Их кодовые имена: Железный человек и Одинокий фонарь. Я знаю, ты знаешь, кто такой Одинокий Фонарь, но не говори мне. Эти двое придут к вам, чтобы либо обсудить нашу подлинность, либо принести клятву, либо и то, и другое. Что бы они ни решили, сообщите мне позже защищенным письмом.

"Я знаю о некоторых твоих работах в Ордене, папа, поэтому я знаю, что ты можешь это сделать", - закончил Рон.

"Знаешь, в прошлом году, если бы это происходило, я бы подумал, что это розыгрыш, или я сошел с ума", - сказал Артур, преодолевая шок от того, как много Рон знал и что он делал.

"Я знаю папу, но за последний год многое изменилось. Я знаю, что Волан—де-Морт все еще на свободе, и после того, что он почти - почти сделал с Гарри… Я хочу помочь, насколько могу ... особенно после всего, что произошло этим летом ... "

Артур с грустью посмотрел на своего сына.

Такому молодому человеку не следует иметь дело со всем этим. Двух его друзей чуть не убили, причем одного из них дважды менее чем за несколько месяцев…

"Я бы хотел, чтобы все было по-другому. Я бы хотел, чтобы ты не чувствовал, что должен помогать ... и на самом деле был прав в этом чувстве ..." Артур пробормотал.

"Не могу помочь с тем, как обстоят дела сейчас, могу только помочь с тем, как они будут", - ответил Рон, не зная, откуда взялись эти мудрые слова, но решив, что лучше не подвергать сомнению случайный блеск. В конце концов, это было все, что у него было.

Артур мгновение смотрел на своего сына с гордостью и изумлением.

"Есть что-нибудь еще?" наконец спросил он.

"Когда я буду в школе, и тебе нужно будет связаться со мной по какому-нибудь срочному поводу, позвони Добби. Драко сказал Добби приходить на все наши звонки, включая звонки наших родителей, на случай, если произойдет что-то вроде того, что произошло летом ", - сказал Рон. "Но даже не намекай, что с остальными что-то происходит", - предупредил Рон, намекая / привирая, что остальные ничего не знали о Custosae.

"А если это не срочно?"

"Отправьте защищенное письмо. Не отслеживаемое, адресованное только прикосновениям и глазам читателя, и несколько защитных чар от повреждений", - ответил Рон. "Родители попросили меня выучить все эти заклинания, что я и сделал. Тебе тоже следует".

"Ну, по крайней мере, я теперь знаю, чем ты занимался этим летом", - сказал Артур с ухмылкой. "Я уверен, мисс Грейнджер была рада, что ты решил выучить несколько новых заклинаний".

Рон поборол румянец, но он все равно появился у него в ушах.

"Ну, нам нужно идти готовиться к ужину, не хотелось бы, чтобы за нами пришла поисковая группа", - сказал Артур.

Невилл, Драко и Гарри (Рон был объявлен собирателем ингредиентов из-за того, что было решено, что зельеварение ненавидит его) приготовили необходимые зелья, наборы всех шести членов Custosae были укомплектованы омолаживающими, ранозаживляющими, заживляющими ожоги, придающими силы, сна без сновидений и кровенаполняющих зелий.

Все они были помещены в небьющиеся цилиндрические контейнеры, прежде чем их уменьшили до размера обычной капсулы для приема таблеток, которая рассасывалась одним словом и прикосновением, благодаря исследованию очарования Гермионы и деньгам Гарри.

Затем, с помощью Невилла, Рона и системы доставки owl, они соорудили тонкие полоски для хранения зелий, включая полдюжины энергетических семян, а также сделали несколько других отделений для вещей, которые пожелают отдельные участники. Эти ленты можно было закрепить на руке, запястье, лодыжке или поясе. Рон был доволен своим дизайном.

Они также изготовили кобуры для волшебных палочек, которые можно пристегивать к голени или предплечью для удобства извлечения.

К тому времени, когда им пришлось беспокоиться об упаковке, все было готово.

Заказчики были должным образом экипированы и были готовы.

Сириус и Снейп, вернувшись однажды из Хогвартса, быстро вошли в гостиную. Гарри и другие читали какие-то книги по заклинаниям.

Сириус и Снейп явно не были друзьями, но терпели друг друга ради своих крестников и их общего врага: Локхарта.

"Сириус?" Спросил Гарри.

"Мы только что говорили с Дамблдором", - заявил Сириус.

"О?" - спросил Драко.

Это обещало быть интересным.

"В этом году вы не будете посещать занятия Локхарта; вместо этого я лично дам вам два урока", - сообщил им Снейп.

"Остальных освободят от посещения его урока?" Спросил Гарри.

"К сожалению, нет. Мы едва уговорили Дамблдора разрешить Снейпу учить вас двоих", - сказал Сириус. "Мы бы предложили нанять нового профессора для класса, но уведомление пришло слишком поздно, это и тот факт, что почти каждый студент Хогвартса получил необходимые "учебники"".

Позже в тот же день, после ужина, Гарри кое-что решил.

Они с Драко научат остальных всему, что узнали от Снейпа, им просто нужно найти подходящее место для этого. Надеюсь, Добби сможет им в этом помочь, как он и обещал.

Гарри последовал за Сириусом через стену на платформу 9¾. Набор Хранителя был спрятан у него на поясе, а палочка — в кобуре на предплечье под мантией.

— Вот, — сказал Сириус, вкладывая что-то в руку Гарри, прежде чем тот сел в поезд вместе с остальными.

— Что это? — спросил Гарри, когда Сириус притянул его к себе и обнял.

«Двустороннее зеркало. Просто произнеси моё имя, и мы сможем поговорить в любое время. Только держи это в секрете», — сказал он, приложив ухо к стеклу.

Гарри кивнул, когда Сириус отступил назад.

"И если Снивеллус сделает что-нибудь ехидное, скажи мне", - сказал он, подмигнув.

"Если он это сделает, я тебе скажу", - сказал Гарри, помахав рукой перед посадкой в поезд. "Уже с нетерпением жду возвращения на каникулы, пока!" - сказал он.

Гринготтс

Грипхук откинулся на спинку стула, просматривая недавно заполненные документы для запроса на новое хранилище. Перед его станцией была очередь, волшебники нетерпеливо ждали, когда он закончит со своим текущим клиентом, чтобы он мог перейти к ним.

Как обычно, более половины "посетителей" вели себя очень грубо, обращаясь с ним и его братьями как с прославленными домашними эльфами. Остальные едва вели себя вежливо, полагая, что если они будут с ними резки, то послужат им лучше, вместо того, чтобы понимать, что, хотя гоблины прямолинейны и переходят к делу, обычная вежливость все равно приветствуется.

Грипхук уже начал исследовать то, что он обещал для уничтожения крестражей, и пока у него есть несколько идей.

Грипхук внутренне ухмыльнулся, ставя печать одобрения на запросе хранилища и вручая пергамент снобу, поскольку он знал то, чего не знали большинство других.

Грядут большие перемены.

Перемена настолько велика, что определит новый мир для них всех.

В отличие от волшебников, у которых было это расплывчатое, довольно жалкое и тревожное пророчество, у гоблинов было пророчество, выходящее за рамки конечного результата войны, и Грипхук предпринял первые шаги, чтобы убедиться, что пророчество сбудется...

Хогвартс Экспресс

Поездка прошла довольно быстро, но в основном потому, что они рассказывали друг другу о том, что происходило тем летом и что они планировали сделать в этом году.

Крэбб и Гойл сказали им, что их родители поручили им шпионить за Драко и Гарри. Услышав это, Драко быстро сказал им притвориться, что они именно этим и занимались.

"Мы уже решили это сделать", - сказал Гойл.

Драко и остальные одобрительно кивнули.

"О да, вот, я взял это из библиотеки моей семьи. Папа с радостью согласился оставить его мне, сказал что-то о том, что я на пути к величию ", - сказал Крэбб, доставая книгу темных проклятий для изучения.

"Предполагается, что эта книга была запрещена, ты знаешь", - сказал Драко с ухмылкой.

"Кто сказал, что это не так?" Спросил Крэбб с искоркой озорства.

"Почему это было запрещено?" Спросил Рон, прочитав название на переплете: Темно, как ночь.

"Министерство посчитало, что эти проклятия были слишком мрачными для чтения обычным волшебником", - сказал Драко.

"Судя по списку запрещенных книг, который я прочитала, у них есть веские основания так решить", - сказала Гермиона.

"Вот, продолжайте и посмотрите на некоторые из них, у них есть описания под заклинанием и того, как произносить заклинание", - сказал Гойл. "Я уже начал просматривать некоторые из них. Мой папа даже дал мне несколько советов, - сказал он с улыбкой.

Гермиона взяла книгу и начала просматривать.

"Вау, эти заклинания не такие уж темные. Конечно, их можно использовать для совершения плохих поступков, но на самом деле они такие же вредные, как Редукто", - сказала Гермиона.

"Еще один пример глупости Министерства и неспособности использовать разум", - сказал Гарри, качая головой. "О! Пока я не забыл, вот, - сказал он, вручая Крэббу и Гойлу ленту с зельями и энергетическими семенами.

"У каждого персонажа есть такой. На них есть амулет "не обращай на меня внимания", а также амулет "разочарование", который активируется, когда ты его надеваешь. Капсулы представляют собой сморщенные трубочки, которые не сжимаются, когда вы прикоснетесь к ним и скажете "restituo". В этом кармашке также есть семена энергии, которые ты кусаешь, когда тебе нужен дополнительный заряд энергии ", - сказал Невилл, показывая свое собственное, которое было у него на лодыжке.

"Какие зелья?" Спросил Гойл.

"Омолаживающее, заживляющее раны, ожоги, придающее силы, сон без сновидений и восполняющее кровь", - сказал Гарри, называя каждое из них.

"Мило", - сказал Крэбб.

"Драко введет вас в курс всего остального, чем мы занимались этим летом, вам не потребуется много времени, чтобы наверстать упущенное", - сказал Гарри после того, как они закрепили свои группы, с восхищением и одобрением наблюдая, как группы сочетаются с их нарядами.

"Итак, что мы планируем делать сейчас?" - Спросил Гойл, и он, и Крэбб были поражены тем, как много Гарри и другие уже сделали — от писем и снаряжения до изучения заклинаний.

"Мы должны быть начеку в поисках возможных новых участников", - сказала Гермиона.

"У меня есть несколько человек на примете, но мы не будем торопиться", - сказал Драко.

"Да, нам нужно быть очень уверенными, прежде чем что-либо раскрывать", - согласился Невилл. "Особенно с теми, кто в Слизерине; без обид".

"Не обижайся", - сказал Драко.

"При первой же возможности мы отправимся к Хагриду", - заявил Гарри.

"Почему?" Гойл с любопытством спросил.

"Я думаю, ему следует стать Кустосае", - сказал Гарри.

"Это блестящая идея, Гарри", - сказала Гермиона.

"Я думаю, что после прошлого года ему определенно можно доверять", - сказал Невилл, вспоминая, как им с Роном пришлось вытаскивать его из леса после того, как Квиррелл / Волан-де-Морт оглушил его, потому что он отказался выдавать информацию.

"Я согласен", - сказал Драко, когда все остальные кивнули в знак согласия.

"Хорошо. Итак, это в списке", - сказал Гарри.

"Мы также продолжим изучать заклинания и прочее, верно?" Спросила Гермиона через мгновение.

"Конечно, особенно теперь, когда у нас есть эта новая книга!" Сказал Рон, как будто это было очевидно. Ему не нравились школьные занятия, но изучение полезных и крутых заклинаний определенно было в порядке вещей.

"Хм, надеюсь, Добби скоро найдет хорошее место, чтобы мы могли встречаться и практиковаться с этими новыми заклинаниями", - сказал Драко. "Если нет, то мы знаем достаточно заклинаний уединения и прочего, так что найти пустой класс, если нам действительно нужно, не составит труда".

Остальные кивнули.

"Хорошо, что-нибудь еще?" Спросила Гермиона.

"Нет", - сказал Гарри, прежде чем они пошли надевать мантии.

Вот-вот должен был начаться новый год.

Приветственный пир был таким же радушным, как и в прошлом году. Сортировка прошла быстро, и большинство из них удивлялись, почему в прошлом году, когда их сортировали, казалось, что это длилось вечно.

Из новых гриффиндорцев один сразу же представился Гарри, Рону, Гермионе и Невиллу. Колин Криви. Гермиона и Невилл спасли Гарри от обожающего фаната, Рон просто нашел это забавным, лишь наполовину помогая отвлечься.

Занятия начались хорошо, но тем, кто обратил внимание, быстро стало очевидно, что мальчики света не посещают занятия Локхарта.

Перейдя к "Двойным зельям", заказчики коротко кивнули друг другу, прежде чем разойтись по своим местам.

"Привет!"

Гарри повернулся к окликнувшему его мальчику и обнаружил, что Теодор Нотт пристально смотрит на него.

"Да?" спросил он.

"Почему вы с Малфоем чувствуете, что можете пропустить Защиту от темных искусств?" он спросил высокомерно.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ввалился Снейп.

"Потому что, мистер Нотт, было решено, что я буду учить их этому предмету", - категорично заявил Снейп, положив конец дискуссии. "Мистер Малфой, мистер Поттер, ваш первый урок состоится в эти выходные, в субботу, ровно в 7 утра".

"Да, сэр", - ответили Гарри и Драко, прежде чем Снейп приступил прямо к уроку.

Драко и Гарри не потребовалось много времени, чтобы заметить, как люди относились к ним. Для Гарри это было вроде как в прошлом году, только в десять раз хуже; для Драко это было совершенно в новинку.

Некоторые люди оборачивались и смотрели, в то время как другие отводили глаза и начинали перешептываться, а затем появлялись преследователи...

Дошло до того, что Гарри и Драко оба захотели кого-нибудь заколдовать, и не прошло и второй недели!

"Эй, эй! Посмотри на это!" Крикнул Рон, указывая на объявление, вывешенное за пределами Большого зала.

"Здорово, Дуэльный клуб", - сказал Драко.

"Это в следующее воскресенье", - отметил Невилл.

"Основать клуб этим—"

"В начале года еще не—"

"Это делалось раньше", - заявили близнецы за "семеркой".

"Интересно, почему Директор разрешает это", - сказал Рон.

"Ну, это очевидно, не так ли? Я имею в виду, учитывая то, что произошло летом… профессора, вероятно, думают, что это хорошая идея - позволить нам немного попрактиковаться в самозащите, - сказала Гермиона.

"Интересно, кто этому учит", - хрипло сказал Гойл, пытаясь сообразить, какой профессор лучше всего подошел бы для этого.

"Я слышал, что Флитвик в молодости был чемпионом по дуэлям", - сказал Гарри, вспомнив комментарий Люпина о нем тем летом.

"Выглядит многообещающе, кто бы ни преподавал это", - заявил мальчик из Равенкло.

"Я надеюсь на это", - сказал кто-то еще.

Семеро молча согласились, теперь продолжая удаляться от Большого Зала.

"Эй, не хотите поздороваться с Хагридом?" Спросил Гарри, подразумевая то, что они обсуждали в поезде.

"Конечно, на этой первой неделе не так уж много домашних заданий, один свободный день не должен сильно отстать от нас. Но завтра нам придется наверстать упущенное", - сказала Гермиона.

"Конечно, Могучий исполнитель домашних заданий", - сказал Драко с ухмылкой.

Хагрид пригласил их в свой дом, хотя теперь там было немного тесновато из-за семерых учеников, полугиганта и Фанга.

Гарри и остальные наложили заклинания конфиденциальности, а затем быстро ввели Хагрида в курс дела. Это заняло почти два часа, хорошо, что была пятница и в тот день у них больше не было занятий.

После рассказа о том, что произошло с нападением "Темного волшебника", а затем о том, что они делали, оставаясь в особняке Лонгботтомов, Гарри задал вопрос, который он умирал от желания задать с тех пор, как они впервые вернулись.

Хагрид быстро согласился стать Custosae (пока что единственный взрослый, который действительно вступил в это, вместо Amici Lucis).

"Хорошо, Хагрид ... эм, у тебя есть палочка?" Спросил Гарри.

Хагрид мельком взглянул на свой зонтик.

"Хм, не совсем", - признался он.

"Хорошо, держи", - сказал он, вручая Хагриду его собственную палочку.

"Что это за фильм?" спросил он.

"Ты собираешься принести свою клятву. Повторяй за мной, просто впиши свое имя. "Я, - вставляю имя, - торжественно клянусь своей жизнью и своей магией, что сохраню секреты Custosae de Lux и никогда не предам своих собратьев-Custosae ".

Хагрид улыбнулся и гордо поднял палочку Гарри.

"Я, Рубеус Хагрид, торжественно клянусь своей жизнью и "своей магией", что сохраню секреты Custosae de Lux и никогда не предам своих собратьев-Custosae".

Вспыхнул яркий синий свет, а затем погас.

"Хагрид, добро пожаловать в Custosae", - сказал Гарри, и Хагрид вернул ему палочку. "Мы дадим тебе группу Custosae, как только сможем. В нем есть несколько полезных зелий и вещей, на всякий случай, - продолжил Гарри.

"Хорошо, Гарри", - сказал он, ухмыляясь как сумасшедший. Это был первый раз, когда кто-то включил его в нечто великое, кроме Альбуса Дамблдора.

В тот момент он пообещал себе выполнить это задание лучше, чем все остальное до этого.

Следующая неделя прошла быстро, особенно уроки ДАДА со Снейпом.

Снейп просто сказал, что первые несколько недель он будет в основном тестировать, чтобы увидеть, где они находятся в предмете, убедиться, что они усвоили основы (включая темных существ), а затем он начнет учить их большему.

Первые два урока прошли отлично и быстро, несмотря на то, что они длились пять часов с сорокаминутным перерывом в середине на обед.

Гарри и Драко рассказали остальным, что они рассмотрели, а это было немного, учитывая, что большая часть была обзорами из-за их работы тем летом (хотя это было полезно Крэббу и Гойлу, которых быстро догнали остальные, пока Драко и Гарри были со Снейпом).

Снейп втайне был впечатлен ими обоими, но настаивал так же усердно, как и на Зельеварении, хотя и не так устрашающе (Гарри и Драко были оба благодарны).

"Гарри Поттер, сэр! Юный господин", - сказал Добби Гарри и Драко, заскочив к ним, когда они были одни на улице, делая перерыв в выполнении домашнего задания.

Гермиона быстро наложила необходимые заклинания конфиденциальности.

"Добби нашел комнату!" Объявил Добби, подпрыгивая вверх-вниз.

"Ты сделал?" Спросил Рон, становясь таким же взволнованным.

"Ага. Это называется комната прихода и ухода. Это самая секретная, даже профессора не знают!" Сказал Добби.

Гарри и остальные улыбнулись. Была сделана еще одна важная вещь; теперь у них было безопасное место для сбора.

"Спасибо, Добби, ты очень помог. Не мог бы ты показать нам завтра после занятий?" Спросил Гарри.

"Конечно, Гарри Поттер, сэр", - сказал он с поклоном.

На следующий день Добби показал им комнату, рассказав, как войти.

"Гарри Поттер, сэр, должен очень хорошо подумать, трижды очень сильно подумать о том, чего он хочет", - проинструктировал Добби.

Внезапно перед семью Хранителями и одним гипер-хранителем-помощником материализовалась дверь.

Они вошли, пораженные огромной комнатой. Часть ее, похоже, была библиотекой с множеством книг и несколькими удобными диванами и стульями, в то время как другая зона явно предназначалась для дуэлей.

"Что ж, это определенно сработает", - сказал Драко.

В течение этих первых двух недель также активизировалась деятельность Custosae.

Гермиона и остальные отправили еще два письма (опять же, их доставил нетерпеливый Добби); одно Кингсли Шеклболту, кодовое имя: Железный человек, которое, как и предыдущие, служило приглашением. Другое письмо было адресовано Артуру Уизли, в нем были инструкции.

Torch,

Когдак вам придет Железный Человек, если он согласится, выполняйте указания Огненного Муравья. После того, как Железный Человек принесет клятву, попросите его предоставить список людей, которым, по его мнению, можно доверять и которые могут служить возможными друзьями. Затем отправьте этот список запечатанным в Fire Ant с соблюдением обычных мер предосторожности. Если Железный Человек не примет приглашение, сообщите о его отказе и поблагодарите его за уделенное время.

Глава Custosae de Lux,

Все как один мы выступим против наших Врагов, Врагов Света

Позже в тот же день Рон получил письмо от своего отца.

Fразгневанный Муравей,

Тон, Одинокий Фонарь, принял и принес клятву. Я еще не получил известий от других возможных Друзей.

Torch

"Мило", — сказал Рон, показывая остальным, что все они находятся в специальной комнате - Гермиона уже прочитала две толстые книги и начала раскладывать, на чем им следует сосредоточиться в каждой.

"Она определенно будет большим помощником позже", - сказал Невилл, и Гарри счастливо улыбнулся.

Той ночью Гарри разговаривал со своим крестным отцом через двустороннее зеркало.

"Как дела, малыш?" спросил он.

"Был очень занят. Прости, что не поговорил с тобой раньше", - сказал Гарри, сидя посреди своей кровати с задернутыми занавесками и наложив на себя заклинания тишины и уединения.

"Все в порядке, малыш. Я действительно удивлен, что ты смог найти время. Я знаю, какой может быть первая неделя, и вторая не намного лучше. Итак, Снейп хорошо к тебе относится? - спросил он, все еще не в силах поверить, как сын его лучшего друга ладит с бывшим Пожирателем Смерти.

"Да, он начинает учить меня и Драко вещам, до которых мы не дошли этим летом. После уроков мы идем и рассказываем остальным, что мы узнали. Из того, что я слышал, я еще больше благодарен вам и Снейпу за то, что вы смогли вытащить нас из класса Локхарта ... Гарри сказал, качая головой. "Корнуоллские пикси ..."

"О боже".

"Да, но мои друзья позаботились об этом… ну, после того, как волшебная палочка Локхарта была взята Пикси и возник полный хаос, все остальные покинули комнату, кроме Гермионы, Рона, Невилла, Грега и Винсента, - сказал Гарри, сдерживая смешок.

"Гермиона и другие окружили пикси успокаивающими и дружескими заклинаниями, но когда Гермиона увидела тесную клетку, она ничего этого не потерпела. Она сказала что-то о том, что это бесчеловечно… Итак — я не могу в это поверить — она спросила Пикси, не хотят ли они втиснуться внутрь, попросить ее увеличить клетку или красиво выйти из замка и отправиться в Запретный лес, откуда они родом.

"Они выбрали Лес, хотя Рону и Гойлу пришлось пожертвовать им своих шоколадных лягушек. Очевидно, "главный" пикси хотел подношение или что-то в этом роде", - продолжил Гарри.

При этих словах Сириус заплакал от смеха.

"Что?!" Гарри спросил, задаваясь вопросом, что же такого смешного, думая, что, хотя история была веселой, она не была настолько смешной.

"Теперь пикси в твоем полном распоряжении, крестник".

"Что? Что ты имеешь в виду?" Спросил Гарри.

"Твои друзья непреднамеренно заключили сделку с кланом Пикси. Хотя я лично никогда не слышал об этом, я читал о том, что это возможно. Вау, это слишком весело ".

"Ого", - сказал Гарри, уже думая о том, насколько полезным это могло бы быть позже.

Из пикси получились бы хорошие шпионы? Ему стало интересно.

Наконец-то наступило воскресенье, первый день Дуэльного клуба.

Легко пришла половина школы, все стремились учиться, особенно после того, что случилось с "мальчиками-из-света", и зная, что Гарри Поттеру действительно пришлось сражаться на дуэли, чтобы выжить.

Очевидно, что все это послужило большим стимулом для многих посетить мероприятие.

Собравшись в недавно обустроенном Большом зале, Гарри и его друзья собрались примерно в середине стола, другие студенты, по нескольку человек со всех курсов, втиснулись вокруг них, как раз в тот момент, когда человек, которого они меньше всего ожидали, поднялся и вышел на платформу.

Близнецы и Джинни тоже были поблизости, стояли рядом с Роном, Гойлом, Крэббом и Гарри. Гойл и Рон позволили Джинни встать перед ними, чтобы она могла лучше видеть, поскольку она была ниже их ростом, в то время как близнецы ответили им такой же любезностью, поскольку они были намного выше их всех.

Некоторые другие первокурсники были на первом плане по той же причине, хотя один показался особенно странным. Светловолосая девушка из Равенкло, которая, казалось, просто сливалась с фоном, была рядом с Джинни и немного впереди Гарри. На ее лице было мечтательное выражение, которое, казалось, было постоянным.

"Вы, должно быть, издеваетесь надо мной ..." Драко застонал рядом с Невиллом и Крэббом, когда Локхарт шел через платформу.

Они едва слушали его, когда он болтал о том, что получил разрешение от Дамблдора основать этот Дуэльный клуб из-за "недавних событий".

Драко и Гарри пытались игнорировать внезапные взгляды и внезапный шепот… "недавние события", без сомнения, имели отношение к тому, что произошло с ними тем летом.

Они переориентировались только тогда, когда кто-то другой вышел на длинную сцену. Снейп.

"... Мой ассистент, профессор Снейп", — театрально произнес Локхарт.

Гойл и Крэбб хихикнули, остальные молча согласились с тем, что они ворчали.

"Хочет ли этот человек умереть? Никто, кроме Дамблдора, не может называть Снейпа помощником ... и даже Дамблдор не называет его так, скорее соратником..."

Гарри и остальные ликовали, когда Снейп легко победил Локхарта в "демонстрации".

Отряхиваясь, Локхарт еще больше продемонстрировал свою напыщенность, пытаясь создать впечатление, что он сделал это нарочно.

"Возможно, было бы разумно сначала показать им, как блокировать недружественные заклинания", - лениво заявил Снейп.

— Ах, отличное предложение, — сказал Локхарт, и почти все ждали его следующих слов.

Гарри и остальные с трудом удержались от того, чтобы не закатить глаза. Драко и Рон не удержались.

— Давайте найдём пару добровольцев… — сказал он, глядя на толпу. Никто не вызвался добровольцем. — Профессор Снейп, давайте тогда выберем двух человек.

Он уже собирался наклониться и взять Гарри на руки, но вдруг передумал, особенно когда Гарри и Драко уставились на него, почему-то напомнив ему Сириуса и Северуса.

— Э-э… Ты, подойди сюда, — быстро сказал он, внезапно указав на высокого, худощавого слизеринца, посчитав разумным выбрать кого-то, кто не стоит рядом с мальчиками из «светлых» факультетов, и жестом подозвал Малфоя.

Локхарт выбрал первого попавшегося человека, в основном потому, что нервничал из-за того, что даже смотреть на крестника Снейпа и его друга было слишком рискованно. Ему нравились его руки.

Нотт и Драко поднялись на платформу, и Северус прищурился, увидев, что Локхарт тоже выбрал слизеринца.

Ну, по крайней мере, это не будет полностью односторонним… — пробормотал Снейп.

"Хорошо, поклонись своему противнику и на счет три используй свои чары для обезоруживания — и только для обезоруживания — мы не хотим здесь никаких случайностей", - сказал он.

Нотт и Драко поклонились, хотя поклон Нотта едва ли можно было считать таковым. Это было больше похоже на короткий кивок.

"Готовы? Хорошо. Раз—два—три!"

"Риктусемпра!" Нотт крикнул незадолго до трех.

"Экспеллиармус!" Вскоре после этого Драко закричал.

"Я сказал только разоружаться!" Локхарт взревел, когда Драко только что увернулся от приближающегося заклинания, Нотт каким-то образом увернулся от удара Драко.

Они обменялись еще несколькими проклятиями, Нотта по-настоящему разозлило то, что Драко продолжал уклоняться от его более мощных заклинаний, и Драко решил, что лучше воздержаться.

"Серпенсортия!" Нотт взревел, явно раздраженный, поскольку был ранен несколькими заклинаниями Драко, в то время как ни одно из его заклинаний даже не коснулось Драко.

Волшебная серебристокожая голубоглазая Мамба вылетела из его волшебной палочки и приземлилась всего в нескольких ярдах перед Драко.

Несколько человек закричали, в том числе Локхарт, которая говорила как чопорная школьница.

Драко посмотрел на змею, поражённый тем, что Нотт смог произнести такое сложное заклинание. Его отец научил его этому в прошлом году, и он освоил его всего за несколько дней до начала учебного года, прежде чем…

Он встряхнулся, Мамба свернулась калачиком в оборонительной позе.

— Не двигайся, Драко! — приказал Снейп, и в его словах промелькнула едва заметная тревога. — Я избавлюсь от…

— Позвольте мне! — сказал Локхарт, и страх сменился глупостью.

Драматично взмахнув палочкой, он нацелил ее на змею.

БАХ!

Взлетев в воздух на добрых три метра, змея рухнула вниз и тяжело приземлилась на платформу. Разозлившись и получив несколько ушибов, а возможно, и переломов рёбер, змея набросилась на первое, что попалось под руку: ученицу — странную светловолосую девочку из Рейвенкло.

Рот открыт, клыки обнажены, он встал на дыбы.

:СТОП!: Драко и Гарри оба закричали… хотя их голоса звучали не по-английски, по крайней мере, для всех остальных в комнате…

Гарри мгновенно подтолкнул блондинку из Равенкло и Джинни (которая также была на расстоянии удара змеи) к Рону и Гойлу, когда сам встал на линию атаки, его взгляд метнулся к Мамбе.

Все замерли и затаили дыхание, совершенно растерянные.

: Никого не кусай: Сказал Гарри, слегка подняв руки в защитной позе, кратко вспоминая тот раз, когда он разговаривал с удавом в зоопарке.

Драко медленно двинулся вперед, забыв предыдущие инструкции своего крестного отца, и недоверчиво уставился на него.

: Вы выступаете?: спросила Мамба.

Гарри взглянул на Драко, чьи глаза были широко раскрыты от шока.

: Я-я думаю, что мы ...: Дрожащим голосом ответил Драко.

: Я выполню твою просьбу, но пусть никто не причинит мне вреда: сказала змея.

Гарри посмотрел на двух профессоров в комнате, хотя, по его мнению, только один заслуживал этого звания.

Снейп впервые публично растерялся, хотя он изо всех сил старался держать свои глаза при себе.

Локхарт был откровенно ошарашен.

"К-Гарри?" Заговорил Рон, Джинни теперь полностью позади него, на расстоянии не менее пяти футов, образованном Гарри, Драко и змеей.

Гарри оглянулся на змею, но ответил Рону.

"Да?"

"Вы ... вы оба ..." Рон замолчал, когда змея зашевелилась, переводя взгляд с Гарри на Драко и снова на Гарри.

: Заберите меня отсюда, Мастера. Мне не нравится, что на меня так много глаз: сказано на Мамбе.

Гарри посмотрел на Драко, прежде чем двинуться вперед.

: Тогда вот. Только не кусай меня. Это было бы вредно для здоровья нам обоим: сказал Гарри, протягивая руку и глядя на Снейпа, который поднял свою палочку.

Но Снейп не сделал ничего другого, кроме как просто был готов вытащить змею, на всякий случай, поймав взгляд Гарри, а также Драко.

Гарри подобрал змею, когда Драко спускался с платформы.

Драко, стоявший рядом со своим другом, посмотрел на серебристую мерцающую змею, которая теперь обвилась вокруг левой руки Гарри.

: Скажи неуклюжему невежде, чтобы он держался от меня подальше. Если он этого не сделает, я не знаю, смогу ли удержаться от того, чтобы не укусить его за уродливую физиономию. Я бы остался таким, каким был, если бы он этого не сделал: сказал змей, поворачивая голову к Локхарту и сердито шипя. : Я думаю, этот придурок сломал мне несколько ребер.:

Драко и Гарри сочувственно поморщились, когда змея с некоторым дискомфортом пошевелилась, прежде чем Гарри посмотрел на Локхарта.

"Профессор Локхарт, мой друг хочет, чтобы я сказал вам держаться от него подальше. Он действительно зол из-за того, что его подбросили в воздух. Вот почему он решил отомстить. Если бы вы просто оставили его в покое, он бы остался в середине стола в оборонительной позиции."

Затем Мамба что-то добавила, раздалась череда шипений.

Драко перевел взгляд на Нотта.

"Нотт, просто чтобы ты знал, он покидает твою службу, потому что чувствует, что ты потерял свой авторитет", - сказал Драко.

Нотт был слишком ошеломлен, чтобы делать что-либо, кроме как пялиться.

"Профессор Снейп, мы можем пойти в лазарет?" Начал Драко, он тоже хотел уйти от пристальных взглядов, но остановился, поскольку змея, казалось, что-то говорила. "У Ревлиса, кажется, сломано несколько ребер", - продолжил он.

"Показывайте дорогу, мистер Малфой", - сказал Снейп, каким-то образом собравшись с духом, хотя все еще бросал на змею скрытый настороженный взгляд.

Неужели у этих мальчиков никогда не будет перерыва? Спросил себя Снейп.

Книга 2 – Часть 10: Змеиные рты

Гарри и Драко, Ревлис между ними и под левую руку Гарри, направились в Больничное крыло, Снейп следовал за ними, оставляя собравшихся в Большом зале размышлять над тем, чему они только что стали свидетелями.

: Сильные, молодые Мастера, Ревлис благодарит вас. Кто тот темный, что стоит за нами?: Спросил Ревлис.

: Профессор Снейп, он здесь мастер зелий, и мой Крестный отец: Драко ответил.

: Он также глава факультета Слизерина: добавил Гарри.

"Драко, Поттер", - сказал Снейп, становясь рядом с Драко. "Я думаю, будет лучше, если мы изменим место назначения на профессора Кеттлберна, а не на мадам Помфри. Я не верю, что о ней лучше всего заботиться ... Ревлис."

"Хорошо, профессор", - сказал Гарри, сворачивая за угол и направляясь к Кеттлберну.

Они нашли его на опушке леса, он ухаживал за саламандрой, повернувшись к ним спиной.

"Профессор Кеттлберн, не могли бы вы уделить мне несколько минут?" Спросил Снейп, его голос был таким же волнующим, как всегда.

У Кеттлберна были седые пряди в волосах и не хватало двух пальцев на левой руке. У него было несколько шрамов, что было довольно впечатляюще, учитывая их количество и тот факт, что он все еще был жив и брыкался.

Он опустил саламандру на землю, позволив ей убежать, очевидно, закончив все, что он делал с маленьким существом.

"А, профессор Снейп", - сказал он, только начав поворачиваться. "Что у вас есть такого, что требует моего внимания?" Теперь он был лицом к ним, его глаза быстро оценили, кто был со Снейпом, и что держал в руках один из них.

Профессор его положения должен был быстро замечать детали, это несколько раз спасало его руки (хотя и не все пальцы) в прошлом.

"Сейчас же положи змею на место, сынок", - сказал он, сохраняя свой голос низким и спокойным, хотя его глаза этого не делали.

"Ревлис не кусается, сэр, но он ранен. Не могли бы вы взглянуть на него? Мы думаем, у него сломано несколько ребер", - сказал Гарри, слегка приподнимая руку, чтобы показать ему.

Кеттлберн не пошевелился, но его взгляд метнулся к Снейпу.

"Ты ведь знаешь, что это такое, верно?" он спросил другого профессора.

"Конечно", - ответил Снейп.

"И вы позволяете ученику продолжать держать это в руках?" Спросил Кеттлберн, явно осуждая его, хотя и старался говорить ровным голосом.

: Этот человек собирается мне помочь или продолжит говорить?: Спросил Ревлис, его язык мелькнул и он попробовал воздух.

: Да, но я думаю, он тебя боится. Ты ядовитый, не так ли?: Спросил Гарри.

: Очень даже так, Мастер. Было бы неразумно злить меня:

: Я запомню это: заявил Драко.

"Добрый Мерлин ..." Кеттлберн выдохнул. "Вы двое… Вы оба Змеиные рты..."

"Да, сэр"…Итак, вы поможете ему? Спросил Гарри.

Кеттлберн настороженно посмотрел на змею, но медленно вытащил палочку.

"Пока он меня не укусит ..." - сказал он, медленно продвигаясь вперед. "Вы сказали, что возможны переломы ребер?" он спросил.

"Да, сэр, я думаю, здесь", - сказал Гарри, указывая другой рукой, Драко кивнул в знак согласия.

Кеттлберн взмахнул палочкой над этим местом, готовый отдернуть руку, если почувствует угрозу.

"Ты прав. Четыре перелома, вероятно, в месте удара. Хм, простого заклинания, отказывающегося от костей, должно хватить, - сказал он, бормоча заклинание себе под нос и заставляя чешуйки на мгновение почти засветиться.

: Ах ... так-то лучше: с облегчением сказал Ревлис. : Передайте этому джентльмену спасибо: сказал он, прищелкнув языком из-за неловкого ожога.

"Он говорит спасибо", - сказал Драко.

"Ну, эм, добро пожаловать; Ревлис, кажется?" Ответил Кеттлберн.

"Да, сэр", - сказал Гарри.

"Хорошо, Поттер, Драко, пойдемте со мной. Я полагаю, директор захочет поговорить с вами обоими", - сказал Снейп.

"А Ревлис, сэр?" Спросил Гарри.

Снейп посмотрел на змею.

: Я хочу остаться с вами, Мастера: прошипел Ревлис.

"Он хотел бы прийти, сэр", - сказал Гарри.

"Очень хорошо", - сказал Снейп.

Рон и остальные быстро покинули Зал, но решили не следовать за Гарри и Драко, справедливо предположив, что Снейп не хотел, чтобы вокруг змеи было больше людей, чем там уже было.

Они направились в Комнату встреч, предполагая, что Гарри и Драко пойдут туда после того, как все успокоится.

"Ну, это было по-другому", - выдавил из себя Рон, когда они все устроились в уютной гостиной, которая стала их штаб-квартирой. Все кивнули.

Там были диваны и подушки, на которых можно было сидеть, и ковер, чтобы они могли даже сидеть на полу, что они часто делали, позволяя им разложить книги заклинаний и тому подобное.

В одном конце комнаты стояли книжные полки, а в другом — лаборатория по приготовлению зелий. Это было идеальное место для всего, что им нужно было сделать, хотя для лаборатории им приходилось приносить свои собственные материалы, так как они не могли уйти с чем-то, предоставленным магией комнаты.

— Итак… полагаю, мы все знаем, что это было? — спросила Гермиона.

— Д-да, Гарри и Драко говорят на языке змей, — ответил Невилл.

«В прошлом году Драко не был змееустом», — заявил Грег.

"О?" Спросила Гермиона. "Как это могло быть? Разве ты не родился с этой способностью?"

"Я так и думал ..." - сказал Винсент, думая столько, сколько был способен (это было больше, чем он привык — он надеялся улучшить это).

"Я думаю, нам просто нужно подождать, пока они вернутся. Я уверен, что их отвели к Директору после того, как они помогли той ... змее", - сказал Невилл.

Дамблдор, наконец, закончил письмо, наложив на него требуемые охранные заклинания и вкладывая его в конверт. Запечатав его еще одним взмахом палочки, он отложил его в сторону, чтобы позже отдать Снейпу, поскольку Снейп был его связующим звеном с таинственной организацией, частью которой он стал… Друзья Люциса из Custosae de Lux.

Он поднял голову, почувствовав приближение трех человек.

Хм, Гарри, Драко и Северус?

"Войдите", - сказал он, прежде чем Снейп успел постучать.

Они вошли, но Дамблдор быстро заметил дополнительного спутника.

Если бы не тот факт, что Снейп сопровождал их вместе со змеей, сопровождавшей Гарри, Дамблдор взорвал бы смертоносную тварь.

Дамблдор не был большим поклонником змей…в юности он пережил инцидент с одной из них, но он знал, о чем бы это ни было, он хотел бы это услышать.

Он сложил руки вместе, выглядя совершенно непринужденно (но в основном сдерживался, чтобы не вытащить палочку). Дамблдор был благодарен за его актерские способности.

"Директор, в Дуэльном клубе произошли некоторые ... интересные события", - заявил Снейп из-за спины Гарри и Драко.

"О? Это как-то связано с Серебряной мамбой на руке мистера Поттера?" Спросил Дамблдор, взглянув на змею, которую, как он заметил, Гарри нежно держал.

: Мастера, директору не по себе, - тихо прошипел Ревлис. : Я думаю, это из-за меня:

— Ну, ты же сам сказал, что ты довольно ядовит, — заявил Драко.

: Просто сохраняй спокойствие, я не хочу, чтобы он заставлял тебя уходить, если ты этого не хочешь, - сказал Гарри.

Внезапная тишина в комнате была осязаемой.

"Да, директор, они оба Змеиные рты", - заявил Снейп, видя один из немногих случаев, когда Дамблдор не находил слов.

Дамблдору потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.

"А откуда взялась Мамба?" Спросил Дамблдор.

"Из палочки Нотта. Он вызвал серпенсортию", - ответил Снейп.

"Я понимаю", - заявил он.

Ревлис слегка наклонился, положив голову на руку Гарри.

Дамблдор слегка поднял руки, соединив кончики пальцев вместе, и слегка наклонился вперед, размышляя.

"Проходите и садитесь, мальчики", - сказал Дамблдор, кивнув Снейпу, чтобы тот наколдовал еще стульев.

Они прошли вперед, впервые осматривая комнату. Назвать ее великолепной было бы легкомысленно. От полок, полных хрустальных предметов и книг, до впечатляющего письменного стола и золотой подставки с красной чудесной птицей.

"А, это Фоукс", - сказал Дамблдор, заметив, что Гарри и Драко уставились на него. "Он Феникс. Они могут переносить невероятно тяжелые нагрузки и обладают способностью исцелять слезы. "

Фоукс взволнованно уставился на Ревлиса. Очевидно, найдя в змее то, что искал, он проигнорировал это. Это немного утешило Дамблдора.

"Эм, директор"… Я, эм,… не был Змееротом в прошлом году. Почему я сейчас? - Спросил Драко, нарушая наступившее молчание.

"Я еще не уверен", - задумчиво произнес Дамблдор, прежде чем посмотреть на Гарри. "Гарри, ты когда-нибудь разговаривал со змеей до сегодняшнего дня?"

— Да… — ответил он, немного опустив взгляд. — Это было до того, как я получил письмо из Хогвартса… Мне разрешили пойти в зоопарк с остальными на день рождения Дадли. Ну, мы зашли в павильон с рептилиями, и я заговорил с удавом, и… — Он с улыбкой замолчал, вспоминая, как исчезло стекло.

"И что?" Спросил Дамблдор, зная, что это должно быть что-то интересное.

"Я вроде как помог ему сбежать ..."

У Гарри хватило порядочности выглядеть смущенным.

"Ты что?" Спросил Снейп. Гарри и Драко могли почти поклясться, что услышали ухмылку в его вопросе.

"Ну, это вроде как только что произошло… Дадли толкнул меня, и я упал. Следующее, что я увидел, когда поднял глаза, это как стекло исчезло, и удав выскользнул из него и прошел мимо меня, прошипев "спасибо, амиго ".

"Ты заставил стекло исчезнуть?" Заинтригованный Драко спросил.

Гарри пожал плечами. "Я был немного раздражен из-за того, что меня толкнули, но я все еще не знаю, почему стекло вот так исчезло. Наверное, поэтому они называют это случайной магией ".

Они снова замолчали, заметив, что Дамблдор снова погрузился в раздумья.

"Мне кажется, я знаю, что может происходить", - внезапно заявил Дамблдор. "Я бы попросил мистера Малфоя уйти, но это имеет к нему такое же отношение, как и к тебе, Гарри", - продолжил он немного серьезно.

"Я бы все равно не хотел, чтобы он уходил", - сказал Гарри.

Дамблдор слегка улыбнулся, прежде чем начать.

— Гарри, почему ты умеешь говорить на парселтанге? — спросил он.

Гарри взглянул на Драко. Он смутно догадывался, почему так происходит, но не собирался озвучивать это.

— Потому что Лорд Волан-де-Морт умеет говорить на парселтанге. Если я не ошибаюсь, Гарри, он передал тебе часть своей силы в ту ночь, когда оставил тебе этот шрам.

Снейп стоял ошеломленный, благодарный Драко и Гарри, что они не могли видеть его лица, потому что он был позади них.

Гарри знал, что не должен удивляться, но чувство страха все равно наполнило его. Если Волдеморт передал ему все его воспоминания и некоторые из его способностей, что еще он ему дал?

"Гарри", - сказал Дамблдор, видя исходящую от Гарри тревожную ауру. "Помни, именно наш выбор показывает, кто мы на самом деле, гораздо больше, чем наши способности".

Гарри кивнул.

"Но почему Драко может говорить на нем?" Гарри спросил через мгновение.

Прежде чем Дамблдор успел ответить, заговорил Драко.

— Это из-за того, что случилось этим летом, да?

— Верно, мистер Малфой. Я полагаю, что падение Кровавого барьера и заклинания-маяка привело к интересному результату. Это создало своего рода магическую связь между вашей магией и магией Гарри.

"О ..." Гарри и Драко одновременно выдохнули.

"Я изучу магические узы и расскажу вам обо всем, что обнаружу. Я чувствую, что вы оба имеете право знать, что могло произойти между вами", - сказал Дамблдор.

"Спасибо, сэр", - сказал Гарри, бросив взгляд на Ревлиса.

"Ах ... и что касается Ревлиса", - сказал Дамблдор, заметив взгляд Гарри. "Чего он хочет?"

: Я хочу остаться. Не часто змея встречается с змееротом, не говоря уже о двух: сказал Ревлис.

— Он хотел бы остаться с нами, — сказал Драко.

"Я не думаю, что это понравилось бы большинству обитателей Хогвартса; однако я разрешу это с некоторыми условиями", - сказал Дамблдор.

Они терпеливо ждали продолжения, Ревлис, казалось, тоже ждал.

"Первое очевидно — он никого не может укусить".

: Согласен, пока никто не угрожает моим хозяевам. Если кто-нибудь попытается причинить вред кому-либо из вас, я буду безжалостен: заявил Ревлис.

"Он согласен, но будет защищать нас, если потребуется", - сказал Драко.

"Это то, чего я ожидал", - сказал Дамблдор с одобрительным взглядом. "Второе касается занятий. Он может посещать уроки с вами, но у вас должно быть разрешение профессора, и он не может бродить по комнате, но должен оставаться с вами."

Драко и Гарри кивнули, Ревлис тоже согласился.

Интересно, кажется, змеи могут нас понимать, размышлял Дамблдор.

"Что касается еды и ухода за Ревлисом; это касается вас, Ревлис, и, возможно, профессора Кеттлберна. Я не хочу сейчас слышать ни о каких пропавших курах или петухах, - мягко предупредил Дамблдор.

: Я не притронусь к домашней птице, грызуны намного лучше: Ревлис поклялся.

Гарри повторил заявление Ревлиса.

"Хорошо, тогда решено. Ревлис может остаться с тобой, но, Гарри, тебе придется спросить профессора Макгонагалл, разрешено ли ему оставаться в общежитии. Северус, я надеюсь, ты разрешишь Ревлису пожить в общежитии Слизерина?"

"Да, директор. Салазар Слизерин, в конце концов, был Змееустом", - сказал Снейп.

"Тогда очень хорошо. Идите, мне нужно поговорить с Северусом", - сказал Дамблдор, отпуская Гарри, Драко и их нового компаньона.

Как только они ушли, Дамблдор повернулся к Снейпу.

"Директор?" Спросил Снейп, когда Дамблдор достал зачарованное и защищенное письмо.

"Мне нужно, чтобы это сообщение было доставлено главе Custosae, и я исхожу из предположения, что моя ссылка находится через вас, верно?"

"Да", - сказал он, беря конверт. "Я передам это своему контакту, как только смогу".

"Спасибо тебе, Северус".

"Что-то не так?" Спросил Снейп, остановив себя, когда собирался повернуться и уйти.

"Я не уверен. Эта связь между Драко и Гарри… Я должен подумать об этом ".

"Я понимаю. Я буду присматривать за ними обоими", - сказал он, прежде чем почтительно удалиться, письмо теперь в безопасности в нагрудном кармане его мантии.

Драко и Гарри решили пойти в Комнату для свиданий, надеясь, что остальные догадаются подождать их там.

Проходя мимо людей в коридорах, все они смотрели на серебристую голубоглазую змею. Все трое надеялись, что их любопытство скоро уляжется.

Убедившись, что поблизости никого нет, они вошли в комнату "Приходи и уходи".

"Гарри, Драко, что случилось?" Рон немедленно спросил, но остановился, увидев Ревлиса. "Эм, Р-Ревлис собирается остаться с нами?" он спросил.

"Да, но нам придется спросить профессоров, может ли он посещать занятия с нами, и нам придется поговорить с профессором Кеттлберном о еде. Хм, если только Ревлис не хочет охотиться на грызунов в одиночку? Спросил Гарри, глядя вниз на змею у себя на руке.

: Этого будет достаточно: заявил он.

Гарри поднял глаза и кивнул, подтверждая договоренность.

"Это довольно странно, ребята", - заявил Рон, глядя на змеиные рты.

"Да", - ответили они оба.

Затем Гарри и Драко сели, быстро изложив все, что они только что узнали, объяснив причину, по которой они могли говорить на парселтонге, и магическую связь, которая, казалось, теперь установилась.

В глазах Гермионы появился тот блеск, который часто появлялся у нее, когда она находила хороший предлог, чтобы позже углубиться в материалы исследования. Остальные совсем не возражали.

"П- можно мне подержать его?" Спросил Невилл, удивив их всех, когда они закончили разговор.

"Конечно, только будь осторожен, он все еще восстанавливается после падения", - предупредил Гарри, Ревлис скользнула к Невиллу и обвилась вокруг его руки.

"Вау", - выдохнул он.

Вскоре после этого Рон и остальные собрались вокруг, осторожно поглаживая его. Ревлис, казалось, купался во внимании.

"Драко, я думаю, он должен оставаться с тобой большую часть времени, ведь он в Слизерине и все такое. Кроме того, мне все еще нужно спросить профессора МакГонагалл", - сказал Гарри.

"Хорошо, Гарри", - согласился Драко, Крэбб и Гойл выглядели такими же взволнованными, когда по очереди обнимали его, Невилл передал Ревлиса.

"Ладно, теперь, когда мы разобрались с новым развитием событий", - сказала Гермиона с легкой насмешкой. "У нас действительно есть кое-какие неотложные дела, которыми нужно заняться".

"Верно", - сказал Гарри. "Кто-нибудь?"

"Хм, я тут подумал", - сказал Невилл. "Та медсестра, которая приходила и помогала вам двоим этим летом, Джин Бэрри.… Я думаю, мы должны пригласить ее. Я видел ее несколько раз в больнице Святого Мунго и ... она хорошая Целительница."

Все они посмотрели друг на друга, проверяя, есть ли у кого-нибудь что добавить.

Гермиона окунула перо в чернила и добавила имя Джин на пергамент, на котором был список возможных контактов для сети.

"Ты хочешь быть ее контактным лицом, Невилл?" Спросила Гермиона, зная, что была более серьезная причина, по которой Невилл предложил ее.

Гермиона предположила, что это могло быть как-то связано с его родителями, о которых он никогда не говорил. Гарри и Драко знали, что это было.

"Я думаю, так было бы лучше, она, наверное, уже вроде как знает тебя, верно? И если ее поймают на том, что она связывалась с тобой, я бы подумал, она может придумать правдоподобное оправдание, - предположил Грег, решив, что лучше не вдаваться в причину, по которой Невилл предложил медсестру. Как и Драко, Грегу и Винсенту их семьи рассказали о родителях Невилла.

"Это хорошая идея", - согласился Невилл, радуясь, что остальные не стали углубляться в это.

"Хорошо, начнем с ее письма. Есть еще какие-нибудь, на которые нам следует обратить внимание?" - спросила она.

"Хм, а почему не кто-нибудь из других профессоров?" Спросил Винсент.

"Это может стать слишком опасным, хотя мы все еще можем это сделать. Нам просто нужно быть предельно осторожными", - сказала Гермиона.

"Мы могли бы подождать и подумать об этом, и просто внести их в своего рода список"возможных", - сказал Невилл.

"Это сработает", - сказал Драко.

"Как насчет двух моих старших братьев?" Спросил Рон. "Билл разрушает проклятия в Гринготтс, а Чарли работает с драконами. Они были бы очень полезны, если бы дела пошли плохо".

"Хорошая идея", - сказала Гермиона, записывая имена и бессознательно заставляя Рона просиять.

Не часто ему приходила в голову хорошая идея.

"Я начну работать над черновиками, и, надеюсь, твой папа, Рон, свяжется с нами по поводу Кингсли. Возможно, у него даже есть список возможных товарищеских матчей", - сказала Гермиона, поднимая глаза.

: Простите, мастера. О чем это?: С любопытством спросил Ревлис, выглядывая из-за плеча Гойла, свободно обвив руками шею большого мальчика.

Гарри и Драко посмотрели друг на друга.

: Ну, мы основатели группы, которая работает над улучшением вещей, - сказал Драко.

: Нравится что?:

Оттуда Гарри и Драко вкратце рассказали, что они делали и почему.

Ревлис внимательно слушал.

: Боже, я еще больше заинтригован вами и вашими товарищами: сказал Ревлис. : Мастера, я к вашим услугам. Я хочу помочь разгадать зло, которое распространила эта Загадка, о которой я так много слышал:

: Спасибо, Ревлис: Сказал Гарри.

: Вы думали о клятвах, чтобы защитить своих участников?: Ревлис спросил с любопытством.

: Да, вообще-то, у нас есть. Ты хочешь взять это?: Спросил Драко.

: Клятвы, которую вы все, вероятно, дали бы, мне будет недостаточно: заявил Ревлис. : Но я готов связать себя узами брака. На самом деле, это было бы лучшим, что можно было бы сделать, иначе, если бы появился еще один Змеерогий, который не согласен с тем, что вы все делаете, я был бы вынужден подчиниться, поскольку послушание моего вида во многом зависит от силы воли волшебника, командующего им. Связь делает это недействительным, и моя верность останется с тобой в безопасности:

: Связь?: Спросил Гарри, чувствуя, как всплывают воспоминания. Он вздохнул и позволил им всплыть…

Он был в большой, огромной, какой-то сырой комнате с гигантским каменным лицом слизеринца на стене…

: Слизерин, величайший из четверки Хогвартса, приходит:

Изо рта статуи вышла огромная змея.

: Мастер, чего ты хочешь?:

: Я хотел бы узнать ваши мысли об узах. Я прочитал отрывок о том, что узы возможны между волшебниками и волшебными существами: Сказал Том Риддл.

: Ах, облигации…:

Большая змея опустила голову и подошла ближе.

: Есть какая-то особая причина, по которой вы хотите получить знания по этому предмету, мастер?: спросила змея.

: Я хочу сблизиться с тобой:

: Для меня большая честь это слышать, но почему вы этого хотите?:

: Я читал, что такая связь помогла бы моей магии, и что это простой процесс:

: Что ты читал? Это неверно по отношению к тебе. Для тебя, поскольку ты намного могущественнее среднего волшебника, и, с магической точки зрения, даже сильнее меня, этот процесс причинил бы тебе боль. Не только физически, но и магически. Соединиться со мной, как бы мне ни было стыдно это признавать, было бы все равно что снизить силу твоей магии и повысить мою. Конечно, мы были бы связаны, но зачем тебе этого хотеть? Я к твоим услугам, и нет других волшебников, которые могли бы бросить тебе вызов в этом. Ты самый могущественный волшебник из существующих:

: Понятно. Тогда очень хорошо:

"Гарри?" Спросил Рон.

«Это было самое странное воспоминание, которое я когда-либо видел, а я повидал немало странных вещей», — пробормотал Гарри, пытаясь переварить увиденное.

Гарри быстро рассказал им о том, что увидел, хотя ни один из них не мог сказать ничего, что помогло бы им понять это.

— Ты знаешь, где находилась эта комната? — спросила Гермиона.

Гарри покачал головой, размышляя. «Я думаю, что это здесь, в каком-то тайном подземном месте».

— Здесь, в Хогвартсе!? — спросил Рон, широко раскрыв глаза и стараясь не представлять себе огромную змею, ползущую где-то под замком.

"Да".

"Ты что-то говорил о Салазаре Слизерине?" Спросил Гойл.

"Да, его лицо было на стене", - ответил Гарри.

Слизеринцы посмотрели друг на друга.

— Гарри, я думаю, ты видел, что находится внутри Тайной комнаты, — заявил Винсент.

"Что?" Спросил Рон.

"Это легенда, известная всем слизеринцам. Перед тем, как Слизерин покинул Хогвартс, он изготовил и запечатал комнату, чтобы, когда его наследник вернется, они смогли открыть ее и очистить школу от ... ну, всех, кроме чистокровок, - объяснил Грег.

"Чистка?" Спросил Невилл.

"Устранить", - уточнил Драко.

"Это ужасно", - ахнула Гермиона.

"Легенда продолжается тем, что Палата является домом монстра. Я могу только предположить, что они имеют в виду гигантскую змею, что имело бы смысл для Слизерина. Он был змееротом", - сказал Винсент.

"Это Легенда, хотя иногда я задаюсь вопросом, действительно ли Слизерин был таким, каким они его описывают. Я имею в виду, если он был так против магглорожденных, почему он вообще согласился и помог построить школу? Он должен был знать, что другие думают о таких вещах, - задумчиво произнес Драко.

"Я думаю, мы никогда по-настоящему не узнаем", - сказал Невилл.

"Ну, у нас все еще есть тот факт, что где-то под школой, вероятно, есть огромная змея. Интересно, знает ли Дамблдор", - сказала Гермиона.

"Василиск", - заявил Гарри. "Вот кто он такой".

"Змея? Боже, когда ты сказал "огромная", я имел в виду большого удава, а не..." Драко замолчал.

: Мастера, я полагаю, что мой собрат-змей, о котором вы говорите, может захотеть стать вашим союзником, - прервал Ревлис.

: Почему ты так говоришь?: Спросил Гарри.

: Потому что он солгал Риддлу: ответил Ревлис. : Он не хотел сблизиться с ним, поэтому солгал о связи:

: Почему?: Драко спросил, заинтригованный.

: Возможно, ваше утверждение относительно истории верно, мастер Драко, и он не хотел лишать себя всех шансов ослушаться Риддла, если это возможно. Видите ли, обман Риддла, заставивший его думать, что процесс установления связи навредит ему, позволил моему великому другу найти другого в будущем и не обязал его быть лояльным к Риддлу:

: Значит, если он все еще здесь, Василиск, возможно, согласится нам помочь?:

: Возможно, но, если позволите, я думаю, мне следует пойти к нему заранее, если мы когда-нибудь найдем комнату, и сказать ему, что у него будут посетители:

: Это хорошая идея, - сказал Драко.

: Итак, об этой связи…какова правда?: Спросил Гарри.

"Ребята, о чем вы говорите?" Рон перебил, к облегчению остальных.

"О, извините", - сказал Гарри, быстро подводя итог тому, о чем они только что говорили.

"Ооо, мне может понравиться этот василиск", - сказал Рон.

"Ладно, Бонд", - сказала Гермиона, возвращая их в нужное русло.

"Верно", - сказал Гарри, оглядываясь на Ревлиса, который проскользнул в центр их круга.

: Волшебное существо может быть связано только с одной ведьмой или волшебником, и эта связь не может снизить магическую силу, меньшее, что она может сделать, это просто усовершенствовать и обострить ее, что очень полезно для обоих участников. Другие преимущества варьируются от небольшого увеличения силы до обмена способностями: сказал Ревлис.

: Кому-нибудь из них больно?: Спросил Гарри, вспоминая заявление василиска о боли.

: Это может быть неудобно, но быстро проходит. Я слышал, это как поплавать в очень теплом озере, нужно время, чтобы привыкнуть, а потом чувствуешь себя прекрасно:

: Ты сказал, что был бы готов к сближению?: Спросил Драко.

:Да:

: Можем мы сделать это сейчас? Сколько времени это займет?: Спросил Гарри.

: Да, и это займет всего несколько секунд, хотя для получения полных результатов потребуется несколько дней:

"Ребята ..." Сказал Грег, напоминая им, что не все из них говорят на парселтонге.

"О, мы говорим о сближении", - сказал Драко, прежде чем продолжить рассказывать им, что они узнали.

"Итак, кто из вас собирается связать себя узами?" Спросил Винсент.

"Хм", - подумал Гарри.

: Ревлис, тебе обязательно быть связанным с змееротом?: Спросил Драко, поскольку, как и Гарри, он на самом деле не хотел усиливать связь, которая у него, очевидно, уже была. Кто знает, что могло бы случиться.

: Нет, и у меня нет проблем с привязанностью к человеку, не говорящему, пока один из вас рядом:

: С кем бы ты хотел сблизиться?: - Спросил Гарри, которому понравилась идея, пришедшая в голову Драко.

Ревлис оглядел их всех, позволяя Драко объяснить остальным, что происходит.

: Я полагаю, вы исключаете себя из моего выбора?: Спросил Ревлис.

: Если ты действительно не хочешь сблизиться с кем-то из нас, я думаю, мы с Драко предпочли бы, чтобы нас исключили, - сказал Гарри.

: Очень хорошо, мастера:

Он скользнул к Невиллу.

"Я?" - потрясенно спросил Невилл.

"Почему бы и нет, Невилл? Я думаю, это отличная идея", - сказала Гермиона.

"Хорошо, что мне делать?" спросил он.

Драко перевел для Revlis.

"Протяни руку с палочкой", - сказал он. "Ему придется укусить тебя, но он делает этот укус особенным, от него едва останется шрам, и даже тогда он исчезнет".

"Ты уверен насчет этого?" Спросил Невилл, по понятным причинам передумав.

"Да", - уверенно сказал Гарри; хотя его собственный здравый смысл сомневался, он знал, что все будет в порядке. "Но если ты не хочешь, ты не обязан".

"Нет, я хочу", - сказал он, протягивая руку Ревлису, вынужденный все еще держать его правую руку левой.

"Он говорит, что это будет быстро, не бойся", - сказал Драко, остальные собрались вокруг.

"Ладно ..." Прошептал Невилл, решив, что лучше отвернуться.

В мгновение ока Ревлис рванулся вперед, укусил и выпустил.

Это было сделано.

Невилл ахнул, быстро обернулся и посмотрел на свою руку.

Две дырочки, расположенные на расстоянии чуть меньше дюйма друг от друга, светились.

Они все смотрели и наблюдали, как она, наконец, потускнела и зажила, оставив два маленьких, очень слабых круга.

"Ревлис говорит, что дело сделано", - сказал Гарри. "Как ты себя чувствуешь?"

"Немного странно, но хорошо. На самом деле было даже не больно", - сказал Невилл с огромным облегчением.

: Как насчет тебя, Ревлис?: Спросил Драко.

: Очень хорошо, мастера.… На самом деле я испытываю облегчение, сделав это. Приятно сознавать, что никто не может принудить меня к верности себе. Выбор - это все, и я знаю, что сделал правильный выбор.:

Он скользнул к Невиллу, который быстро поднял его, все они знали, что, вероятно, было бы хорошей идеей показаться перед ужином.

"Итак, как насчет того, чтобы пойти к Хагриду и отдать ему набор Custosae?" Спросил Гарри, собирая готовые зелья в лаборатории.

"Да, не могу дождаться, когда увижу его лицо, когда он встретит Ревлиса", - сказал Рон.

Снейп спустился в подземелья и вошел в свои покои.

Со вздохом он подошел к своему столу и сел.

Решив, что передаст конверт от Дамблдора Драко после ужина, он сосредоточился на попытках понять, что происходит.

Он вспомнил ночь нападения в Литтл-Уингинге, вспомнив поток магии, с которым он столкнулся, когда входил в дом номер 4 по Тисовой улице.

Это была сила, которую он никогда раньше не ощущал, и от одной мысли об этом у него мурашки побежали по коже; он был рад, что никто не видел, как он встряхивается.

Что эта связь сделала с его крестником и Поттером? Насколько глубоко она зашла? Чего еще им следует ожидать от этого? Станет ли она сильнее? Что именно она включала в себя?

Он надеялся, что Дамблдор сможет получить ответы, в которых они нуждались.

А как же Кастосы? Что они делали прямо сейчас? Чего они ожидали от них? Ответят ли они на вопросы Дамблдора, которые, без сомнения, содержались в письме, которое сейчас находилось у него в кармане?

Знали ли они, что происходит с Драко? Рассказал бы им Драко, если бы уже не рассказал? Должен ли он написать им письмо и сообщить о ... чем бы ни была эта связь?

Как могло столько всего происходить? Как он должен был все уладить?

Снейп посмотрел на часы, понимая, что уже почти ужин, хотя казалось, что с тех пор, как он покинул кабинет Дамблдора, прошло совсем немного времени.

Он встал и быстро вышел в Большой зал, мантия развевалась за ним.

Большой зал

Все семеро вошли в Большой зал и разошлись по своим уважаемым столам, Ревлис сидел на плечах у Невилла.

Профессора, сидевшие за Главным столом, были потрясены, увидев, как счастлив Невилл, имея на плечах смертоносную змею.

Снейп внутренне ухмыльнулся, глаза Дамблдора осторожно блеснули, МакГонагалл быстро успокоила свое бешеное сердцебиение, Флитвик пискнул, а Локхарт чуть не упал в обморок.

МакГонагалл, видя, что у них есть несколько минут до начала ужина, спустилась к столу Гриффиндора.

"Здравствуйте, профессор", - сказала Гермиона, предупреждая остальных о своем приближении.

"Добрый вечер", - сказала она, держась на почтительном расстоянии от Ревлиса и Невилла. "Профессор Снейп рассказал мне о ... Ревлисе, и я почувствовала, что для меня будет лучше поговорить с вами перед ужином".

Она привлекла внимание всего факультета Гриффиндор, а также нескольких студентов с соседних столов, все они со страхом или любопытством смотрели на Ревлис.

"Он может остаться в твоем общежитии, и ты можешь привести его в мой класс, но если он станет отвлекать, тебе придется найти для него место, где можно пожить, пока ты будешь посещать занятия".

"Да, профессор", - сказал Гарри.

"Мадам Помфри также хотела бы запросить образец яда Ревлиса, если он будет согласен", - продолжила она.

Они посмотрели на Ревлиса.

: Я приведу некоторые, для мышей приличного размера:

Гарри улыбнулся и кивнул МакГонагалл.

МакГонагалл кивнула в ответ и вернулась к столу.

Визит семерки к Хагриду был приятным, хотя и коротким, и Хагрид мгновенно подружился с Ревлисом.

Он взял набор Custosae почти с благоговением и быстро повесил его на пояс, он прекрасно гармонировал с ним. Они рассказали ему о связи Ревлиса и Невилла, но сказали, что решили сохранить это в секрете. Хагрид пообещал, что сохранит это.

Затем они вкратце рассказали ему о том, что узнали, и проинформировали о новых вещах, касающихся Custosae. Они также окрестили его кодовым именем: Маленький Джон.

Гермиона придумала это, хотя понял это только Гарри. Они объяснили остальным значение этого имени.

Ужин прошел хорошо, но все были рады, когда он закончился. Это был напряженный день, и они были уверены, что впереди еще больше.

Гарри, Рон и Невилл отправились в свое общежитие и приготовились ко сну.

Ревлис остался сегодня вечером у Невилла и спал на подушке у головы Невилла. Дин и Шеймус просто смотрели мгновение, прежде чем пожать плечами и тоже приготовиться.

Гарри задернул занавески на своей кровати и поболтал с Сириусом, предварительно установив защиту конфиденциальности вокруг своей кровати.

У бедного Сириуса чуть не случился сердечный приступ, когда Гарри рассказал им, что произошло в тот день (за вычетом связи между Невиллом и Ревлисом и, конечно, истории с Кустосами). Но после того, как Сириус взял себя в руки, он был в восторге, рассказывая, как это было круто и какие шалости они могли бы выкинуть с Люпином на каникулах…

После того, как его разговор с Сириусом закончился, Гарри начал думать о том, как они могли бы включить Сириуса и Люпина в Custosae. Это было бы сложно, но он решил, что они справятся. В конце концов, в них был и Снейп, и Дамблдор.

Гарри решил больше подумать над этим на следующий день и поговорить об этом с остальными после их занятий.

Гарри спрятался под одеялом, поднял палату и улыбнулся, услышав, как Ревлис пробормотал: "Интересно, храпят ли люди"…:

Через несколько минут все в комнате уснули. Раздавалось мирное дыхание и шёпот.

Жаль, что так не прошел весь вечер...

Книга 2 – Часть 11: Ночь событий

МакГонагалл потягивала чай, пытаясь убедить себя, что миру не приходит конец. Гриффиндорец…был Змееустом…

Дамблдор, конечно, сообщил ей об обстоятельствах, поскольку Поттер был в её доме, и она должна была быть в курсе его самочувствия и тому подобного (он поговорит со Снейпом на следующий день, так как знает, что Снейп сейчас занят приготовлением зелий в подземельях для мадам Помфри).

Если бы кто-то другой рассказал ей о возможной магической связи между Поттером и Малфоем, она бы рассмеялась. Но это был Дамблдор. Серьезный Дамблдор, и этого было достаточно, чтобы она немного забеспокоилась.

Почему всё происходит вокруг этого мальчика? — подумала она. Почему судьба, кажется, так сосредоточена на нём и на тех, кто ему близок?

Что ж, было без четверти двенадцать, и Дамблдор обещал более подробно поговорить обо всём, когда у него будет время провести кое-какие исследования и подумать.

Она знала, что теперь он может зайти в любое время…

Спустя ещё несколько минут ожидания Дамблдор вышел из камина, выглядя немного более расслабленным, чем в прошлый раз.

Обнадеживающее зрелище, рассудила она.

Общежитие 2-го курса Гриффиндора

Тревор был в своей коробке, сначала обеспокоенный возможным появлением хищника в комнате, но, поняв, что ему ничего не угрожает, он тоже пошел спать — присоединившись ко всем остальным, которые отключились, как свет.

Рон фыркнул во сне, бормоча что-то о Снейпсе, разнесшем на куски Ройхартов, кем бы они ни были. Дин прижимал к себе свою маленькую плюшевую собачку, старого товарища, о котором предположительно никто больше не знал (хотя все в этой комнате общежития знали, просто решили не упоминать об этом)… Невилл свернулся калачиком, его голова была частично прикрыта подушкой. Ревлис время от времени высовывал язык, как будто постоянно собирал информацию со всей комнаты. Шеймус тихо похрапывал, из уголка его рта текла слюна.

Все крепко спали, все, кроме Гарри…

Он был в Комнате и теперь выходил, Василиск следовал за ним.

: Лестница: он зашипел, из-за чего появились ступеньки.

Поднимаясь, Гарри мог чувствовать предвкушение Тома, мог чувствовать волнение и ощущение своей непобедимости. Он очистит школу и покажет себя единственным истинным наследником Слизерина.

Поднимаясь по туннелю, он обнаружил, что входит ... в ванную?

Гарри, видя глазами Риддла, впитал столько, сколько смог.

Что делает Риддл? Это ... женский туалет ?! Гарри задал вопрос.

Мысли Гарри были прерваны, когда до его ушей донесся плач.

: Миртл из Равенкло. Грязнокровка. Мы не можем допустить, чтобы она сказала, откуда вы поступаете… Кроме того, она предоставит все необходимое, в конце концов… Слагхорн сказал, что для создания крестража нужно отнять жизнь…

:Убей ее: он заказал Василиска.

Гарри был уверен, что уловил колебание змеи, но Риддл был слишком сосредоточен на Миртл, чтобы заметить, как большая змея приземлилась: Да, мастер:

"Уходи!" Крикнула Миртл, распахивая дверь кабинки как раз в тот момент, когда василиск оказался перед ней.

Она была мертва еще до того, как ее тело коснулось пола…

Воспоминания продолжаются, Риддл быстро сбегает обратно в комнату с василиском, чтобы зачаровать дневник, и приступает к созданию своего первого Крестража.

Гарри не знал, что и думать, наблюдая, как дневник светится ненавистью и злом, а Риддл разглагольствует о том, что это его первый шаг к величию после того, как он произнес заклинания.

Затем сцена изменилась…

Где он был?

"Риддл, подойди", - произнес голос сзади. Риддл обернулся, и Гарри внутренне ахнул.

Дамблдор? он задумался.

"Тебе не следует бродить по коридорам в такой час, Том", - сказал младший Дамблдор.

"Я ... я просто должен был сам убедиться, правдивы ли слухи".

"Боюсь, что так и есть, Том".

"Но они действительно не стали бы закрывать Хогвартс"… Мне больше некуда идти".

"Боюсь, у директора Диппета, возможно, нет выбора".

"Профессор, если преступник, стоящий за нападением, был пойман ..."

"Риддл, ты ничего не хочешь мне сказать?"

"Нет, сэр..."

Гарри показалось, что Дамблдор ему не поверил, и Риддл подумал то же самое, когда все снова изменилось, унося его обратно в Комнату.

: Я ничего не могу сделать, пока Дамблдор наблюдает за мной ...: сказал он змее. : Мне придется снова запечатать Камеру и ждать, пока я смогу вернуться ... или у меня будет шанс позволить дневнику убедить другого…:

: Однако это не решает вашу текущую проблему, мастер:

: Ты прав ... и я не вернусь в этот чертов приют: сказал он с насмешкой. : У меня есть план, который включает в себя одного безмозглого жалкого полукровку…:

Гарри мгновенно понял, что задумал Риддл, получив все его мысли по этому поводу, когда воспоминание переместилось в коридор с дверью в конце.

Подойдя к двери, он распахнул ее.

"Отойди в сторону, Хагрид. Я не думаю, что ты хотел кого-то обидеть, но..."

"Это был не Арагог; Арагог никому не причинил бы вреда, никогда!"

"Отойди в сторону, Хагрид!"

Гарри подпрыгнул бы, если бы мог, когда появился пугающе большой паук и пронесся мимо него ... воспоминание снова изменилось.

Гарри почти в оцепенении наблюдал, как Риддл во всем обвиняет Хагрида.

От Риддла, приводящего Хагрида к директору Диппету, до Риддла, свидетельствующего о том, что он видел "монстра" и прогнал его, а затем награжденного за заслуги перед школой… Гарри видел, как Риддл одурачил всех ... всех, кроме Альбуса Дамблдора. Но для Риддла это не имело значения, потому что он преуспел в том, чего хотел больше всего.…

Чувство грусти больше не было заметно внутри Гарри, потому что чувство, которое он никогда не испытывал в такой степени, овладело им после того, как он увидел и прочувствовал все из воспоминаний, свидетелем которых он только что стал.

Шок сменился отвращением, горе от смерти Миртл сменилось возмущением, а гнев, который поднялся при виде того, как Хагрида подставили и обманули бесчисленное множество других, сменился на - чистую- безудержную ярость.

Все еще затененный вихрем воспоминаний Риддла, гнев Гарри продолжал нарастать.

Это было достаточно плохо, Волдеморт, очевидно, всегда был жестоким лжецом-манипулятором, убийцей, и мучителем, помимо прочих ужасных вещей, но он также всегда был злым трусом.

Как кто-то может быть таким злым? Спросил себя Гарри. Убить безоружную девушку, плачущую в кабинке туалета, не меньше… где в этом была хитрость и могущественное величие ?! Хех, но ведь он действительно напал на меня, когда я был ребенком.

Но гнев Гарри был вызван не только этим, поскольку прошлые мысли Волдеморта эхом отдавались в его голове…

"Я Величайший Волшебник в мире, величайший, который когда-либо был и когда-либо будет"… С моими крестражами я буду жить вечно, и моя сила и величие будут почитаться всеми. Они будут бояться и трепетать при упоминании моего имени, и чистокровные займут свое законное место рядом со мной ... ибо я - лорд Волан-де-Морт, наследник Слизерина ".

Охваченный яростью, Гарри начал кричать, несмотря на то, что не мог по-настоящему озвучить это, поскольку был "в" Риддле и видел все его глазами.

Он излил свой гнев, ничего не сдерживая, когда мысленно кричал, по крайней мере, так он думал.

"Ты НЕ Величайший Волшебник в мире! И ты никогда им не будешь! Ты безумный, окровавленный, трусливый убийца! Ты слышишь меня?! Проклятый трус! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! И ты пожалеешь обо всем, что сделал! То, что ты пришел за мной, было твоей самой большой ошибкой, и перед концом ты узнаешь это!"

"ГАРРИ!"

Гарри резко открыл глаза, быстро обнаружив, что его крепко, хотя и не причиняя боли, держит не кто иной, как Альбус Дамблдор. Лицо Дамблдора, всего в нескольких дюймах от его собственного, выражало смесь чувств, которые он не мог расшифровать, но он был почти уверен, что среди них были страх и беспокойство.

Гарри понял, что сидит в своей кровати, очевидно, проснувшись и заорав во сне, а не в мыслях. Он смутно осознавал, что у него болит горло, что занавески, которые должны были висеть на карнизах вокруг его кровати, исчезли, и что он не видит никого в этой едва узнаваемой комнате общежития.

Ох, чувак…

Общежитие 2-го курса Слизерина; за несколько мгновений до

Драко проснулся от едва сдерживаемого толчка.

Что-то было не так. Очень не так.

Он тихо сел, пытаясь понять, что за тревожное чувство охватило его, и ему потребовалась всего секунда, чтобы понять, в чём дело. Это было то же чувство, которое он испытал ночью в особняке Лонгботтомов, когда Гарри снился кошмар, но на этот раз он ощущал растущую ярость.

Гарри…

Он почувствовал непреодолимое желание добраться до него и сразу же начал думать, как это сделать, не обращая внимания на то, что в прошлый раз он не смог ему помочь, и в этот раз, скорее всего, будет так же.

Мне нужно добраться до Поттера…Мне нужно быть там, чтобы помочь ему проснуться и успокоиться…Мне нужно добраться до Поттера…

-POP-

Драко исчез, очень похожий на домового эльфа, которого он очень хорошо знал, оставив после себя пустую кровать.

Общежитие 2-го курса Гриффиндора

Рон и остальные проснулись от звука трясущихся предметов, за которым быстро последовали звуки ломающихся предметов.

Вскочив с кровати, Рон, к которому быстро присоединился Невилл, повернулся к кровати Гарри и обнаружил, что Тот лежит на боку, раскачиваясь взад-вперед.

Комнате, освещенной только светом луны и звезд из окна, уже был нанесен ущерб, в комнате царило нечто, что быстро сказало мальчикам, что этот кошмар отличается от прошлогоднего, который был наполнен страхом, печалью и возмущением.

Это был чистый, неподдельный гнев.

"Я позову на помощь!" Дин и Шеймус оба сказали, уже выходя за дверь, оба побежали в комнату МакГонагалл.

Рон и Невилл едва заметили уход Дина и Шеймуса, Тревор дрожал в своей коробке у кровати Невилла, а Ревлис быстро скользнул на край кровати, чтобы посмотреть, что происходит.

-POP-

"Ах!" - сказал Невилл, выхватывая палочку и направляя ее на звук, прежде чем в шоке опустить ее, все еще дрожа вокруг них. "Драко?! Как —?"

Драко был так же удивлен, как Рон и Невилл, появившись в ногах трясущейся кровати Гарри, но, прежде чем кто-либо из них смог что-либо предпринять, занавески вокруг кровати Гарри вспыхнули пламенем и быстро рассыпались в пепел.

"Черт возьми!" Рон ахнул.

"Гарри, проснись!" - кричали они, Ревлис шипел то же самое.

Но, как и в прошлый раз, он не проснулся.

Через несколько мгновений они, к счастью, услышали, как люди бегут к ним по коридору, но затем быстро поняли, что то, что они нашли Драко в зоне "только для Гриффиндора", вероятно, было не очень хорошо.

"Быстрее!" Сказал Рон, бросаясь к своей слегка трясущейся кровати и приподнимая одеяла, чтобы убрать Драко под кровать.

"Нет, Добби", - сказал Драко, благодарный за лязг и треск вокруг них в виде "ХЛОП-ХЛОП".

— Отнеси меня в мою спальню, быстро! — сказал Драко, прежде чем Добби успел спросить, как он попал в Гриффиндорскую башню, и несколько предметов слетели с одного из столиков и врезались в противоположную стену.

Авария!

Добби немедленно взял его за руку.

-POP-

Они исчезли как раз перед тем, как вошли Дин, Шеймус, МакГонагалл и, что достаточно поразительно, Директор. К счастью, край кровати Гарри, где были Драко и Добби, не находился в поле зрения зала.

"Все, вон. Итак,", - заявил Дамблдор в тот момент, когда увидел, в каком состоянии разгромленная комната, и почувствовал густую, сырую магию в воздухе — предметы все еще толкались, оконные стекла угрожали разлететься вдребезги.

МакГонагалл быстро вывела проснувшихся гриффиндорцев (Ревлиса с Невиллом и Тревора с Роном), закрыв за собой дверь как раз вовремя, когда поток необузданной, хаотичной, вышедшей из-под контроля магии вырвался из комнаты и сквозь каменные стены разлетелся во всех направлениях.

Сила фактически подтолкнула их вперед, когда они услышали громкий треск, прежде чем кто-то, кем, как они могли только предположить, был Гарри, выкрикнул слова, которые они не смогли разобрать, вероятно, из-за чего-то, что Дамблдор поднял по комнате внутри.

Но все они услышали, как Дамблдор выкрикнул имя Гарри таким тоном, которого никто из них, даже Макгонагалл, никогда от него не слышал ... а потом все стихло.

Старосты и другие гриффиндорские мальчики медленно начали просачиваться в коридор, выглядывая из своих дверных проемов, все они остановились, чтобы посмотреть на единственную закрытую дверь, которая теперь выглядела как разбитое стекло, покрытое трещинами.

От ПЕРВОГО ЛИЦА Дамблдора

Дин и Шеймус предупредили Дина и Макгонагалл, но им не стоило беспокоиться. Дамблдор чувствовал давление еще из гостиной Минервы.

Он вошел в комнату общежития, никто еще не потрудился включить свет, пока он осматривал то, что было перед ними. Предметы все еще вибрировали и разрушались из-за всепоглощающей магии, и он быстро понял, что дальше будет намного хуже.

"Все, на выход. Сейчас", - приказал он.

Я не позволю истории повториться. Я потерпел неудачу в этом однажды, я не позволю этому случиться снова, поклялся Дамблдор, на мгновение подумав о своей прошлой семье, особенно о хаотической магии своей сестры.

Он немедленно пошел вперед, когда они последовали его приказу, и когда он двинулся к Гарри, он наложил защиту на комнату и на себя, чтобы сдержать неминуемый урон, который вот-вот должен был проявиться.

И вот оно пришло.

Это не было похоже ни на что, что он когда-либо испытывал раньше. Это была неподдельная ярость в ее самой основной форме, и он испытал одновременно облегчение и глубокую тревогу, когда обнаружил, что все это было направлено исключительно на одного, пока неизвестного человека.

Магия вошла в стены и прошла сквозь них, и он должным образом осознавал, что магия безвредно коснулась его, когда неживые предметы безжалостно захлопнулись, потому что несколько предметов взорвались, и он знал, что дверь позади него придется заменить, даже не взглянув на нее, потому что он услышал звук раскалывающегося дерева.

Прежде чем магия полностью прошла, он добрался до Гарри как раз в тот момент, когда мальчик сел, явно все еще спящий, и начал кричать, громче, чем, по мнению Дамблдора, было возможно.

«Ты НЕ величайший колдун в мире! И никогда им не будешь! Ты безумный, кровавый, кровожадный трус! Ты меня слышишь?! Проклятый кровавый трус! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! И ты пожалеешь обо всём, что сделал! Преследовать меня было твоей самой большой ошибкой, и до конца ты поймёшь это!»

Дамблдор решительно встал на край кровати и схватил Гарри за руки, глядя в его разъяренное, слегка приподнятое лицо.

"ГАРРИ!"

Звук голоса старого волшебника мог бы пробить камень, но в нем не было злости. Однако за этим последовала тишина — мертвая тишина, — когда Гарри открыл глаза, магия в воздухе растаяла в небытие.

Сначала Дамблдор заметил ярость в глазах Гарри, но ее быстро сменили шок, удивление, беспокойство и страх.

"С-сэр?" Гарри удалось выдавить.

"Все в порядке, Гарри, просто дыши сейчас", - ответил Дамблдор, все еще не отпуская руки Гарри.

Дамблдор продолжал изучать его лицо, отмечая тот факт, что взгляд Гарри был оценивающим, вероятно, задаваясь вопросом, насколько все плохо, и попал ли он в беду. Дамблдор отпустил его, но остался сидеть на кровати.

Дамблдор спокойно оглядел комнату, включив свет в общежитии взмахом руки, решая, как лучше поступить.

"Ну, ты определенно показал мне степень разрушения занавесок ..." - сказал он, глядя на пепел. "Мне никогда не нравились эти занавески ... на четвертом курсе мои занавески сами загорелись — случайно, конечно".

Гарри просто некоторое время молчал, не зная, что сказать, пока не выдавил: "Извините, сэр".

"Гарри, есть некоторые вещи, которые никто не может контролировать; но я хотел бы услышать, что произошло, о чем ты мечтал, что так явно разозлило тебя".

Гарри по какой-то причине опустил глаза, чувствуя стыд.

Как он мог позволить себе так потерять контроль, даже если он думал, что это было только у него в голове?

"Злиться - это нормально, Гарри. Стыдиться нечего, но, пожалуйста, позволь мне помочь тебе".

Гарри сжал в кулаках край одеяла.

Как много он мог безопасно рассказать ему? Нужно было учитывать секреты Кустоса, но, вероятно, ему также не следовало забывать о его здравомыслии…

Он остановился на полуправде.

"На самом деле я не знаю know...it было трудно разобрать ..."

Это было в некотором роде правдой; за воспоминаниями было трудно уследить.

"Я слышал, как он разглагольствовал, вероятно, про себя или что-то в этом роде, возможно, перед тем, как он ..." он не закончил предложение, не желая откровенно лгать.

"Это Волан-де-Морт, Гарри?" Спросил Дамблдор, конфиденциально завершая предложение Гарри чем-то, связанным с той ночью почти одиннадцать лет назад.

Гарри кивнул.

"Ты помнишь, что он говорил? Это то, что тебя так разозлило?"

"Да ... но это также было чувство того, что он was...at время. Дерзкий и все такое".

"Что он сказал?"

Гарри сделал паузу, Дамблдор мог сказать, что он раздумывает, стоит ли ему перефразировать или процитировать. Он решил процитировать, сам его тон бессознательно отражал человека, которого он цитировал.

"Я Величайший Волшебник в мире, величайший из когда-либо существовавших и когда-либо будет… С моими крестражами я буду жить вечно, и моя сила и величие будут почитаться всеми. Они будут бояться и трепетать при упоминании моего имени, и чистокровки займут свое законное место рядом со мной ... ибо я - лорд Волан-де-Морт, наследник Слизерина ".

Гарри наблюдал, как Дамблдор буквально потерял несколько оттенков пигмента.

Крестражиесть? Дамблдор внутренне ахнул. Больше одного!?

"Профессор, с вами ... все в порядке?" Он был искренне напуган; он никогда раньше не видел, чтобы Дамблдор так колебался.

"Да, Гарри. Но я верю, что ты только что разгадал тайну того, как Волан-де-Морт смог избежать смерти. Это немного шокировало, как, я уверен, ты понимаешь ".

"Это о чем-то вроде крестражей?" Спросил Гарри, желая выяснить, как много Дамблдор знал о них.

"Да, но давай сохраним это между нами. Само знание о них может быть опасным. Они очень темные, Гарри. Я даже не думаю, что я могу полностью понять, до какой степени они правдивы."

"Хорошо, профессор".

Наступила удобная пауза, и Гарри воспользовался этим моментом, чтобы хорошенько рассмотреть поврежденную комнату. Все предметы в комнате были встряхнуты, и все, что находилось в пяти футах от его кровати, было либо отброшено, либо сломано, либо и то, и другое. Окно было разбито, дверь покрыта трещинами, а все кровати сдвинуты.

"Как ты сейчас себя чувствуешь, Гарри?" Спросил Дамблдор, обеспокоенно глядя поверх очков-полумесяцев.

"Ну, я больше не злюсь по-настоящему ..." - сказал он, глядя на повреждения. "Не могу поверить, что я все это сделал".

«Ваши соседи по комнате отреагировали должным образом, и никакого серьёзного ущерба не было нанесено. Должен сказать, Гарри, я впечатлён магической силой вашей ответной реакции и тем, что она нанесла вред только неживым предметам. Я готовился к чему-то гораздо худшему».

"Хуже?" Спросил Гарри.

О Гарри, я даже не могу передать, как я рада, что всё обошлось…

"Магия может быть очень опасной, и в определенных формах она может быть непредсказуемой", - сказал Дамблдор, прежде чем достать свою палочку и наложить мощные восстанавливающие заклинания на комнату.

2-й курс Слизеринского общежития

Драко немедленно установил защиту конфиденциальности, среди прочих мер предосторожности, прежде чем обратиться к Добби.

"Мастер может стрелять?" Спросил Добби, каким-то образом сразу поняв.

"Очевидно", - заявил Драко.

"Как, мастер?"

— Я не знаю, я вроде как надеялся, что ты знаешь, но меня больше беспокоит то, что сейчас происходит с Гарри. Он больше не злится, или что бы он там ни чувствовал раньше, но… Добби, мы поговорим об этом позже; не мог бы ты сходить и проверить Гарри, убедиться, что с ним всё в порядке? — спросил Драко.

— Да, хозяин, — сказал Добби и исчез.

Драко оглядел комнату и обнаружил, что остальные блаженно спят.

Как он смог аппарировать или «появиться»? Была ли это какая-то странная реакция на связь? Или что-то ещё? Он забрался под одеяло, но сомневался, что сможет уснуть этой ночью. Он решил подождать, пока Добби вернётся и расскажет ему, как обстоят дела у Гарри и остальных, ведь он видел, что в комнате продолжается разруха.

Общежитие 2-го курса Гриффиндора

Они снова погрузились в уютное молчание, хотя Дамблдор внимательно наблюдал за Гарри.

Дамблдор закончил ремонт комнаты, хотя дверь и шторы ремонту не подлежали, с остальным можно было справиться. Теперь Дамблдор сидел на краю кровати Рона, напротив Гарри, который был один.

Дамблдор знал, что Макгонагалл скоро постучится в дверь, и что мадам Помфри, возможно, была уведомлена о возможных магических повреждениях. Он знал, что не должен позволять им волноваться (прошло уже почти пятнадцать минут с тех пор, как Гарри проснулся), но он также знал, что должен еще немного поговорить с Гарри.

Гарри сделал глубокий вдох, пытаясь не думать о том, что, должно быть, думает о нем сейчас Дамблдор.

Он, должно быть, думает, что я псих, слышащий Волдеморта в своей голове…Если бы он знал всю правду…

Но это не имеет значения…

"Я знаю, что я должен сделать, и я это сделаю", - пробормотал Гарри себе под нос, не собираясь на самом деле произносить это вслух.

"Что ты должен делать, Гарри?" Мягко спросил Дамблдор, отвлекая его от размышлений.

О, бугер, я сказал это вслух? Мне действительно нужно закрыть рот.

"Гарри? Что это? Я хочу помочь, но не могу, пока ты мне не позволишь".

"Я не знаю, откуда я знаю… Я просто знаю, хорошо?" он сдался, решив, что теперь уже ничего не поделаешь. "Я знаю, что я единственный, кто может остановить его ... и он это знает".

Им обоим было ясно, кого он имел в виду.

Гарри встретился взглядом с Дамблдором, на самом деле не зная, чего ожидать найти, но обнаружил печаль и поражение, а также решимость и принятие.

Плечи Дамблдора немного поникли, и он внезапно стал выглядеть на все свои годы старше.

"Мне очень жаль, Гарри. Я надеялся, что ты еще немного продержишься в неведении, но теперь, когда я знаю, что ты знаешь, есть только одна вещь, которую я могу правильно сделать. Знай, что я здесь, чтобы помочь, и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе завершить то, что, как ты знаешь, ты должен сделать.

"Но пообещай мне это, Гарри, насколько сможешь, позволь себе детство. Не позволяй Волдеморту отнять это у тебя".

"Спасибо, профессор, я постараюсь", - сказал Гарри, но прежде чем он успел сказать что-нибудь еще, кто-то появился перед ним.

-POP-

"Мистер Гарри Поттер, сэр, мастер Драко попросил меня посмотреть, все ли с вами в порядке", - сказал Добби с поклоном, не видя Дамблдора позади себя.

— Спасибо, Добби, теперь я в порядке, — сказал Гарри.

"Добби так рад это слышать. Мастер Драко волновался. Он знал, что ты больше не злишься, но—" Добби обернулся, внезапно осознав, что в комнате есть кто-то еще, и оказался под любопытным взглядом Альбуса Дамблдора.

— Великий директор Дамблдор, сэр! — сказал Добби, снова поклонившись.

— Привет, Добби. Мистер Малфой попросил тебя прийти сюда?

— Да, профессор Дамблдор, сэр! Он был обеспокоен, чувствовал, что Поттер в какой-то беде. Поэтому он попросил Добби прийти, — сказал Добби, даже не делая пауз между словами.

— Что ж, как видите, Гарри стало намного лучше, и скоро он и его однокурсники вернутся в свои спальни. Возвращайтесь к мистеру Малфою и скажите ему, что всё в порядке и что он может поговорить с мистером Поттером завтра, — сказал Дамблдор, и его глаза снова заблестели.

"Да, директор Дамблдор, сэр!" Сказал Добби с поклоном, прежде чем исчезнуть с хлопком.

Дамблдор решил не обращать внимания на странные заявления о том, что Драко знал, что что-то не так, справедливо предположив, что это был еще один компонент странной магической связи.

Гарри был рад, что Дамблдор сделал это, но потом он понял, что его друзья-гриффиндорцы все еще были в зале, и кто знал, что там происходит. Он не ожидал возможных последствий этого…

Он мог слышать это и сейчас… "Мальчику-Который-Выжил снятся кошмары, от которых трясутся ноги. Он сумасшедший!" Или хуже ... видеть жалостливые взгляды…

"Не волнуйся, Гарри, я выйду и все объясню. Тебя не будут беспокоить никакие слухи о сегодняшнем вечере, потому что их не будет", - заявил Дамблдор.

Гарри моргнул, но не смел надеяться, что такое утверждение окажется правдой. Дамблдор заметил.

"Я давно кое-чему научился, Гарри. Дома сами заботятся о себе, если ты дашь им шанс".

Надеюсь, ты прав ... Гарри подумал, когда сказал: "Да, сэр".

Дамблдор ободряюще улыбнулся, жестом предлагая ему ложиться в постель, и направился к двери.

"Остальные вернутся через минуту", - сказал Дамблдор, прежде чем выйти в коридор и закрыть за собой дверь.

Холл общежития мальчиков Гриффиндора

Все смотрели в коридор из своих комнат, гадая, что, черт возьми, только что произошло и что происходит сейчас.

Все они почувствовали, как задрожали пол и стены, все почувствовали магический импульс, доносящийся из комнаты общежития второкурсников, когда, что самое поразительное, они услышали молодой голос, который, как они быстро узнали, был Гарри Поттером, который о чем-то ревел, но был заглушен голосом директора…

МакГонагалл стояла перед дверью, выглядя слегка обеспокоенной.

Старшие ученики знали почему, и задавались вопросом, что вызвало этот магический взрыв.

"Профессор?" Спросил Рон.

МакГонагалл поджала губы, повернулась и посмотрела на учеников в коридоре и тех, кто выглядывал из своих комнат.

— Профессор, что случилось? Мне позвать мадам Помфри? — спросил Перси, проходя мимо остальных в коридоре с достоинством и сохраняя самообладание.

"Нет, мистер Уизли. Директор занимается делами, и если бы потребовалась медицинская помощь, мы бы знали", - заявила Макгонагалл.

Перси посмотрел на своего младшего брата, близнецов, стоявших всего в нескольких футах от него, не желая ничего другого, кроме как расспросить его об ответах, но знал, что сейчас не время.

Послышались перешептывания, но их мгновенно утихомирил строгий взгляд Макгонагалл. Хотя на самом деле это не имело значения, потому что время пролетело на удивление быстро, и все чуть не подпрыгнули, когда взломанная дверь наконец открылась, и единственный человек, которого Волдеморт когда-либо боялся, вышел.

"Альбус?" Спросила МакГонагалл.

"Теперь с ним все в порядке, Минерва. Мадам Помфри не нужно звать. Однако..." Он обратил свое внимание на тех, кто был в зале, все задавались вопросом, что случилось, что заставило Директора нанести визит в общежитие второкурсников, и что теперь будет.

"Мне нужно поговорить со всеми вами", - сказал он.

Мальчики, с первого по седьмой год, переглянулись, прежде чем снова посмотреть на старика перед разбитой дверью, который был одет в темно-синюю мантию с неоновыми сверкающими звездами и вращающимися созвездиями. Но, несмотря на совершенно нелепый наряд, он выглядел гораздо серьезнее и внушительнее, чем большинство из них когда-либо видели его таким.

"Позвольте мне начать с того, что я не хочу слышать никаких разговоров о сегодняшнем вечере, слухов, разрастающихся до абсурдных размеров, или любых слухов вообще, если уж на то пошло. Это понятно? " - Спросил он, тон его голоса и искра в глазах не оставляли сомнений в том, насколько сильно он к этому относился, и в то же время давали небольшое представление о том, почему сам Волан-де-Морт боялся его. "Хорошо. Теперь, поскольку я уверен, что многим, если не всем, из вас уже интересно, что произошло, позвольте мне объяснить. То, что мы все почувствовали, было негативной реакцией на магию мистера Поттера ".

Глаза слушателей расширились, они сразу же задались вопросом, что же послужило причиной этого, хотя близнецы были почти уверены, что прекрасно понимают, в чем причина. Они были довольно наблюдательными и, если судить по их шалостям, чертовски умными.

"Я не думаю, что кто-то может полностью осознать бремя, лежащее на тех, кто пострадал от руки лорда Волан-де-Морта, прямо или иным образом", - сказал он, его глаза скользнули по Невиллу (который, как быстро заметил Дамблдор, держал Ревлиса), прежде чем посмотреть на мальчиков Гриффиндора в целом. "Мы все знаем, что случилось с мистером Поттером много лет назад, и я предполагаю, что мы не забыли, поэтому позвольте мне просто заявить, что это сопровождалось далеко не приятными снами. Это то, что вызвало магический всплеск, и я сомневаюсь, что кто-либо здесь может по-настоящему понять последствия таких воспоминаний…

"Мистеру Поттеру не нужны слухи или жалость, он этого не хочет и не заслуживает; поэтому я прошу, как храбрые, благородные гриффиндорцы, дайте ему то, что он делает ... понимание, чего мы все хотим, нуждаемся и заслуживаем".

Его глаза сканировали мальчиков и юношей перед ним, их глаза говорили ему, что он повлиял на них так, как хотел.

"Хорошо, есть вопросы, прежде чем мы все отправимся спать?" Он решил, что это справедливый вопрос, который также поможет подавить любое желание "обсудить" / посплетничать позже.

Оливер Вуд и остальные переглянулись, гадая, осмелится ли кто-нибудь что-нибудь спросить. Наконец, Оливер первым набрался смелости и задал вопрос.

«Профессор, что нам делать, если это случится снова?» — спросил он.

Дамблдор мягко улыбнулся, одобрив то, что вопрос Оливера был направлен на то, как они могли бы помочь, если бы это случилось снова.

"Позовите профессора МакГонагалл. Не пытайтесь разбудить мистера Поттера, потому что он этого не сделает. Мистер Рональд Уизли и другие его товарищи по общежитию знают, что делать. Благодаря их быстроте мышления, профессор МакГонагалл и я были вовремя предупреждены ", - сказал он, когда Перси медленно поднял руку.

"Да?"

«Насколько серьёзной может быть эта «магическая отдача»? Может ли мистер Поттер просто принять зелье, чтобы предотвратить её?» — спросил Перси, впервые за год сказав что-то не слишком напыщенное.

— Мистер Уизли, я не думаю, что вы до конца понимаете, что предлагаете, — мягко сказал Дамблдор, вспомнив свои глубокие размышления на эту тему в прошлом году.

«Длительное употребление зелий может вызвать ряд негативных последствий. Вы также повышаете вероятность зависимости, с которой или без которой организм мистера Поттера может выработать иммунитет к зелью — и это при условии, что оно вообще сработает. Шрамы от проклятий — довольно редкое явление, но у мистера Поттера… Нет. Зелье не безопасно в этом случае и может даже усугубить ситуацию. Я не хочу так рисковать, — заявил Дамблдор, удивив гриффиндорцев своей очевидной убеждённостью.

"Что касается серьезности возможных событий в будущем, я твердо убежден, что только неодушевленные предметы подвергаются вредному воздействию. В свете этого я укреплю определенные предметы в общежитии, включая окно и дверь."

"Профессор…в прошлом году… На самом деле это были не призраки, не так ли?" - спросил четверокурсник через мгновение, имея в виду только одно событие, которое он мог иметь в виду.

"Нет, этого не было", - торжественно заявил Дамблдор, и только его ответ объяснил им всем истинную причину прошлогоднего события "Сотрясающаяся башня".

Все сделали паузу, большинство подумав примерно так: "Блин ... иметь дело с такими вещами, наверное, насколько ты можешь помнить… И все же Гарри изо всех сил старается быть как все, никогда не выставляя напоказ, кто он есть ..."

Поразмыслив еще несколько секунд, даже старшеклассники, которые почти никогда не видели Гарри, обнаружили, что думают о нем по-другому. По большей части для них он все еще был Мальчиком-Который-выжил, но теперь они кое-что поняли.

Ему нужна была помощь, их помощь. И поэтому они решили, прямо тогда и там, что дадут ему это. Дамблдор был прав, они будут храбрыми, благородными гриффиндорцами ... они будут следить за своими.

Обнаружив, что все обдумывают произошедшее, Дамблдор решил, что пора спать.

"Если у кого-либо из вас есть еще какие-либо вопросы по этому поводу, задавайте их либо профессору МакГонагалл, либо мне наедине. Я уверен, что мистер Поттер услышит об этом обсуждении позже от вас четверых, - сказал он, глядя на Рона, Невилла, Дина и Симуса, - позже, в комфорте вашего общежития. Итак, если больше ничего нет, я думаю, нам всем следует вернуться в свои кровати и посчитать разноцветных овечек. "

Так они вернулись в свои спальни, и МакГонагалл задумалась, что они скажут девочкам из Гриффиндора. Очень вероятно, что, как и в прошлый раз, импульс достиг и женских спален. Выходя из спальни, Минерва пристально посмотрела на Альбуса.

Он казался другим, как будто узнал что-то, что, как ему хотелось бы, было неправдой.

"Альбус? Что это?" - спросила она, когда они вошли в ее гостиную.

Дамблдор установил второй слой защитных чар (в этой комнате уже есть один слой) и серьезно повернулся к Макгонагалл.

"Гарри обладает памятью Волан-де-Морта о той ночи в такой степени, которую я никогда не считал возможной. Он уловил сами мысли и чувства этого человека, неудивительно, что он так сильно реагирует ..."

"Что это значит, Альбус?"

"Я не знаю".

Он сел, как показалось МакГонагалл, довольно тяжело.

"Что он кричал?" спросила она.

Он поднял на это глаза.

— Его голос был слышен в коридоре? — спросил он, явно шокированный и обеспокоенный.

«Ну, не совсем. Но было очевидно, что он очень зол».

— Но ты не слышал ничего из того, что он сказал? — спросил он.

"Нет, это было слишком искажено".

Дамблдор, казалось, почувствовал облегчение.

"Из той комнаты не должно было доноситься ни звука. Я установил чары и защиту, чтобы гарантировать это, или я так думал. Но, по крайней мере, это сработало достаточно ".

МакГонагалл села в кресло у камина, напротив него.

"Альбус, мы все отчетливо слышали, как ты выкрикивал его имя", - сказала она через мгновение.

"Я испугался, Минерва. Я боялся за него", - сказал он. "Он кричал на Волдеморта, становясь все злее, и его магия реагировала так же сильно".

"Ну ..." Сказала МакГонагалл, ее голос был немного напряженным. "Это вполне понятно, после того, что, должно быть, пережил мальчик".

МакГонагалл сделала паузу, сообразив, что это еще не все.

"Что?"

"Он знает Минерву. Он знает, какая несправедливая задача была возложена на него в тот момент, когда Волан-де-Морт наложил это проклятие ".

МакГонагалл потребовалось время, чтобы осознать эту новость.

"Возможно, это к лучшему. Я даже не могу представить, что бы он почувствовал, узнай он об этом слишком поздно и обнаружив, что вы скрывали это от него, для его душевного спокойствия или нет. Я слишком хорошо тебя знаю, Альбус. Я знаю, ты бы хранил это в секрете так долго, как только мог ", - сказала она.

"Ты прав,… Я бы так и сделал".

"И что теперь?"

"Я сказал ему, что помогу ему всем, чем смогу, и я помогу".

"Мы все будем", - сказала она.

Дамблдор кивнул с легкой улыбкой, в его глазах блеснула решимость.

Тем временем в общежитии второго курса Гриффиндора мальчики мирно спали, решив, что они поговорят обо всем на следующий день в комнате для встреч и проведут еще одно собрание Попечителей - потому что скоро должны были начаться новые перемены.

Книга 2 - Часть 12: Пояснения и письма

Было еще рано, и Дамблдор расхаживал по своему кабинету. Он обдумал каждое слово, которое Гарри процитировал ему из тирады Волдеморта.

Что-то было не так. Почему Волан-де-Морт сказал это прямо перед тем, как отправиться к Поттерам? Почему он не сказал что-нибудь вроде уничтожения тех, кто выступал против него, или что-то в этом роде?

Что это значило? Оставил ли Волан-де-Морт в Гарри нечто большее, чем просто воспоминания о той ночи? Оставил ли он также свои убеждения? Или это было нечто большее?

Это сводит с ума, почему я не могу понять, что должно быть так ясно передо мной? Что я должен видеть такого, чего нет?

Он больше думал о крестражах, но что-то связанное с ними и Гарри было темой, о которой он не хотел думать, поэтому он отодвинул ее в сторону, когда она подошла слишком близко.

Слишком о многом нужно было подумать, и та предыдущая мысль, которую он отодвинул в сторону, была просто слишком велика, чтобы принять во внимание возможность в данный момент. Он не хотел даже думать о том, что бы это значило, если бы то, о чем он "не" думал, было правдой…

Ну, по крайней мере, я знаю, что Гарри выступает против всего, чего желает Волан-де-Морт. Он бы не отреагировал так, если бы это было не так, рассуждал он, внезапно задаваясь вопросом, когда он услышит от Custosae о своем письме.

Надеюсь, какие-то ответы придут, подумал он, взглянув на своего спящего фамильяра.

Той ночью Минерва связалась с Сириусом, рассказав ему о случившемся. Потребовалось несколько минут, чтобы Сириус успокоился и не вылетел сразу, чтобы лично убедиться, что с Гарри все в порядке.

Утром МакГонагалл была так же занята. Пострадала вся башня Гриффиндора, и нужно было позаботиться о ликвидации последствий. Они с Дамблдором решили, что лучше поделиться голыми фактами о том, что случилось со всеми гриффиндорцами, поскольку мальчикам уже рассказали об этом накануне вечером, поэтому она пошла в общежитие для девочек и сделала объявление.

Дамблдор был прав в своем утверждении, что Дома сами заботятся о себе, и этот факт никогда не переставал удивлять даже его.

МакГонагалл рассказала девочкам то же, что он сказал мальчикам, и позже она сказала ему, что единственным человеком, который, казалось, не удивился, была Гермиона.

Это стало для него небольшим утешением и сделало все немного менее мрачным. У Гарри были друзья, с которыми он чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы поделиться хотя бы некоторыми вещами.

МакГонагалл также продолжила, сказав девочкам, что они могут коротко поговорить об этом с мальчиками Гриффиндора наедине в Общей комнате, поскольку она знала, что они все равно это сделают, но напомнила им, что это дело Гриффиндора, и так должно оставаться. Горе любому, кто допустит утечку этой информации в другие Факультеты.

Гарри последовал за Роном и Невиллом вниз, в Общую комнату. Он был проинформирован о том, что произошло до того, как он проснулся, включая появление Драко и то, что Дамблдор сказал другим мальчикам из Гриффиндора после этого. Он был заинтригован очевидной новой силой Драко, но страшился встречи с гриффиндорцами.

Все вокруг были подавлены, и Гарри знал, что причиной тому были события прошлой ночи. Продолжая идти вперед с Роном и Невиллом (Дин и Шеймус уже ушли завтракать), он увидел Гермиону у камина, ожидающую.

"МакГонагалл говорила с нами сегодня рано утром, Гарри", - тихо сказала Гермиона, когда они остановились перед ней.

"Что?" Спросил Гарри.

Как будто все недостаточно плохо. Неудивительно, что все такие тихие, подумал он.

— Не волнуйся, Гарри, это останется между нами. Я никогда не видела МакГонагалл такой серьёзной, а это о чём-то да говорит. Я знаю, что все это видели, и, глядя на них…

— Привет, — сказал Оливер, мысленно извиняясь за то, что перебивает.

Остальные быстро простили его, и не успел Гарри опомниться, как они отошли в сторону и позволили Оливеру отвести его в более уединённое место в гостиной (большинство уже ушли на завтрак).

— Хм, так ты готов к сезону квиддича в этом году? — спросил Оливер, решив начать разговор с этого.

— Да, я так думаю. Ты хотел поговорить со мной о времени тренировок по квиддичу? — спросил Гарри, хотя был почти уверен, что это не так.

"Не совсем..."

Гарри поднял бровь, зная, что Оливер делает это не для того, чтобы быть грубым или любопытствовать, но все равно немного раздражен.

"Я просто хотел сказать тебе, что если тебе когда-нибудь ... когда-нибудь понадобится, я не знаю, выпустить пар или что-то в этом роде, я буду здесь, чтобы помочь тебе сделать это. Я пойду попрошу разрешения у МакГонагалл, чтобы ты мог использовать поле для квиддича, или что-нибудь еще, что я могу сделать, чтобы помочь. У меня также есть кое-какие услуги, к которым я могу обратиться, так что ... да. Я твой капитан, и это не заканчивается на поле. "

Гарри слегка улыбнулся, раздражение исчезло, когда он кивнул, решив включить Оливера Вуда в свой короткий список возможных кандидатов в будущие Custosae или Amici. Из него получился бы хороший участник, но, что более важно, хороший друг.

"Спасибо", - сказал Гарри и, кивнув на прощание, Оливер ушел завтракать.

Гарри получил торжественные кивки от гриффиндорцев, все они передали ему секретное сообщение о том, что они сохранят его тайну и гордятся тем, что охраняют ее.

Гарри вернул их, к своему большому изумлению, увидев реакцию своего Факультета на его вспышку магии и узнав причину этого. Дамблдор был прав.

За завтраком Драко, Винсент и Грег подошли к столу Гриффиндора и просто сказали, что встретятся позже, после занятий. Гарри и остальные быстро согласились.

Драко получил письмо от Снейпа тем утром и решил, что после того, как они выяснят, как он исчез, они прочтут письмо от Длинной Бороды.

За завтраком пришла почта, и Рон получил письмо от своего отца. Он почувствовал покалывание от магии на письме, сразу сказавшей ему, что это будет касаться Клиентов, поэтому он отложил его на потом, поскольку открывать его прямо там, очевидно, было небезопасно. Он кивнул Гарри и остальным, прежде чем они ушли в класс.

Другие факультеты могли сказать, что что-то изменилось в Гриффиндоре, но по прошествии дня следы странности исчезли. Хотя члены других факультетов все еще спрашивали своих гриффиндорских друзей, есть ли у них друзья, в чем дело. Каждый гриффиндорец ответил просто: "МакГонагалл провела домашнее собрание ..."

Это было все, что им нужно было сказать, потому что у них был свой глава факультета, и они знали последствия таких скучных встреч, и на этом все и закончилось.

Гарри и остальные были благодарны.

Это был час ПАПЫ, и (поскольку по выходным они брали уроки у Снейпа) У Драко и Гарри было свободное время. Они договорились встретиться у Хагрида. Ревлис также решил, что для него лучше остаться с Драко на этот час, и Невилл искренне согласился, поскольку то, что он поведет Ревлиса на урок, не только будет выглядеть подозрительно, но и Ревлис признался, что не знает, сможет ли он удержаться от того, чтобы не укусить Локхарта.

Урок папаоведения у Гарри и Драко со Снейпом по-прежнему был запланирован на субботу, и, похоже, у них у всех все получилось, хотя год только начался.

"Проходите", - сказал Хагрид, открывая дверь, чтобы они вошли.

"Привет, Хагрид", - сказал Гарри.

Они закрывают за собой дверь, Драко уже ставит чары уединения.

"Обычно чай с печеньем не вызывает у меня таких опасений", - сказал Хагрид с наполовину веселой, наполовину обеспокоенной ухмылкой.

"Ну, мы просто хотели сказать вам, что у нас будет собрание Custosae после того, как остальные закончат урок, и мы встретимся в комнате для встреч. Мы хотим, чтобы ты тоже пришел, - сказал Гарри.

"Поскольку ты теперь участник", - добавил Драко.

Затем Гарри вкратце рассказал, где находилась комната и как она работала.

"Черт возьми, я слышал об этой комнате, но никогда не думал, что она может быть реальной. Думал, это миф", - сказал Хагрид.

"Ну, это реально, и теперь это штаб-квартира Custosae", - сказал Гарри с улыбкой.

"Итак, что будет включать сегодняшняя встреча?" Спросил Хагрид.

"Много чего ..." Сказал Драко.

Затем они рассказали Хагриду, что произошло предыдущей ночью. Из кошмара Гарри / сна-воспоминания появляется Драко и Добби уводит его обратно, к разговору Дамблдора и Макгонагалл с гриффиндорцами.

Хагрид был поражен этим сном и шмыгнул носом, хотя довольно быстро взял себя в руки.

"Жаль, что тебе пришлось это увидеть, Арри", - хрипло сказал Хагрид. "И василиск..."

"Это часть того, что мы собираемся обсудить на встрече, Хагрид. Мы также собираемся попытаться выяснить, как Драко теперь может появляться. Затем мы прочитаем письма, которые только что пришли, а также письма Длинной Бороды, а затем обсудим других возможных новых друзей и союзников, знаете, таких как Грипхук и Пикси? Что ж, у Гермионы уже готовы четыре письма для отправки, которые мы отправим как можно скорее ", - сказал Гарри.

"Вау, Гарри, как ты все это улаживаешь?" Спросил Хагрид.

Гарри пожал плечами.

Полчаса спустя они были в Комнате для свиданий, Драко прошел вперед, чтобы убедиться, что в коридоре никого нет, прежде чем Хагрид и Гарри последовали за ним и вошли.

Рон и остальные уже были там, но, войдя и закрыв за собой дверь, они обнаружили Гермиону посреди разглагольствования.

"Этого человека не следует пускать даже в класс, если он там не научится всему, чего не знает, а это очень много! Как он может быть профессором ?! И после Дуэльного клуба?! Какая катастрофа! В его книгах, возможно, есть доля правды, но он явно не делал того, что предположительно делал в них. Он даже не может продемонстрировать ни одного из заклинаний, которые есть в его книгах. Как мы, по-твоему, сможем чему-то научиться у этого человека? И я отказываюсь называть его профессором. И Невилл, выбрав тебя для демонстрации, мог причинить тебе боль! Спрыгиваю со стола и случайно опрокидываю тебя на стол, боже мой! И после всего, что произошло этим летом, нам нужно знать, как защитить себя, и все, чему мы учимся у него, это как бросить палочку и упасть со стола! Нам нужно что-то делать ... "

"Привет, Хагрид", - сказал Рон, в то время как Гермиона наконец прекратила разглагольствовать, погрузившись в глубокую задумчивость.

Хагрид ответил на приветствие, благоговейно оглядываясь по сторонам.

"Довольно круто, да?" Спросил Драко, поерзав у него на плечах.

"Да, я скажу", - согласился Хагрид, когда они собрались вместе и сели на диваны, а для Хагрида появилось очень большое кресло для отдыха.

Невилл пожал плечами, поскольку именно он подумал о стуле для Комнаты.

"Кажется, тебе это может понадобиться", - сказал он Хагриду.

"Хорошо, - сказала Гермиона, - Нам нужно многое выяснить, и мы должны сделать это до ужина".

"Точно. О, Добби!" Позвал Драко, Винс и Грег сидели на диване рядом с ним.

-POP-

"Да, мастер Драко?" Спросил Добби с поклоном.

"У нас собрание Custosae, и есть кое-что, в чем вы могли бы нам помочь. Мы бы хотели, чтобы вы доставили еще несколько писем, но это может подождать", - сказал Драко.

"Добби рад помочь во всем, сэр", - сказал он.

"Ну, есть какие-нибудь мысли относительно того, как Драко смог аппарировать?" Гермиона спросила их всех.

"Вы все хотите знать, как Драко может взрываться?" Спросил Добби, его глаза слегка расширились, как будто удивленный, что они не знали.

"Да, Добби. Ты знаешь, как это произошло?" Спросила Гермиона.

Добби заламывал руки, все еще немного опечаленный тем, что летом сбил Гарри с ног.

"Добби думает, что мог бы", - сказал Добби.

"Как?" Спросил Грег.

"Добби поделился воспоминаниями с Гарри Поттером, сэр ..."

"Конечно!" Сказала Гермиона, слегка подпрыгнув от ах-ха!-несс. "Воспоминание, которое он дал тебе, Гарри, включало в себя то, что он явил тебе себя и Драко, и мы знаем, что все, что ты видишь в воспоминаниях Волан-де-Морта, ты можешь сделать, потому что ты способен каким-то образом обработать это по-другому. Итак, увидев все с точки зрения Добби и то, что это воспоминание, ты получил эти знания ", - сказала она.

"Эм, Гермиона, это не Гарри выскочил, это был Драко", - сказал Рон, немного смущенный.

"Я как раз к этому подходила", - заявила она. "А потом—"

"Связь", - закончил за нее Гарри.

"Совершенно верно", - сказала она.

"Значит ли это, что Гарри тоже может попрыгать?" Спросил Невилл.

"Более чем вероятно", - сказала Гермиона, очень гордясь собой за то, что додумалась до этого, с помощью Добби, конечно.

"Гарри Поттер, сэр, может, мы, Домашние эльфы, чувствуем эту способность в других", - сказал Добби.

"Вау", - сказал Рон. "Появляться и исчезать по желанию".

"Ну, теперь, когда мы знаем об этом, я полагаю, позже вы двое договоритесь с Добби, чтобы попрактиковаться в этом, но сейчас нам нужно двигаться дальше", - указала Гермиона, поняв, что поппинг отличается от аппарирования, поскольку в стенах Хогвартса невозможно аппарировать.

Добби просиял, когда Драко и Гарри посмотрели на него, словно спрашивая разрешения. Добби взволнованно кивнул, прежде чем они продолжили.

"Ладно, письма. Рон, тебе папа прислал одно, верно?"

"Это прямо здесь", - сказал он, открывая его и взмахивая над ним волшебной палочкой, чтобы снять защиту, поскольку оно было заколдовано только для того, чтобы он мог прикоснуться к нему и передать лидеру Кустосае.

Затем все они быстро прочитали его.

Огненный муравей,

Я, Рон Мэн, согласился, но попросил меня попросить о личной встрече с Заказчиком для него. Он сказал мне, что хотел лично передать список Заказчикам из соображений безопасности и, честно говоря, из собственного любопытства. Он был довольно удивлен существованием другой группы, выступающей против Темного Лорда, и был утешен моими заверениями в подлинности нашей группы. Он просил меня передать вам, что у него семеро в списке и он готов встретиться в любое время и в любом месте.

Факел

"Хм, ну, я не думаю, что он воспринял бы кого-нибудь из нас всерьез, за исключением ..." Начал Винс, когда все посмотрели на Хагрида.

"Я бы хотел с ним встретиться. Мог бы пригласить его на чай", - сказал Хагрид.

"Хм, я думаю, приход сюда Аврора может выглядеть немного подозрительно", - сказал Драко.

"Мы могли бы просто попросить тебя пойти к нему домой. Просто отправь письмо моему отцу, в котором скажи Железному Человеку, что Маленький Джон встретится с ним у него дома в определенное время. Подойди и произнеси обычное приветствие, чтобы дать ему понять, что это действительно ты, а затем поговори с ним и получи список, - предложил Рон.

"Да, в библиотеке есть самообновляющаяся книга о местонахождении жилья", - сказал Грег. "Я уверен, что его дом там".

"Хорошо, это сработает", - сказала Гермиона, уже почти закончив с маленькой запиской. Затем она положила его в конверт и запечатала всеми необходимыми средствами защиты, гарантируя, что его сможет открыть и прочитать только Кингсли Шеклболт.

Невилл взял четыре письма с кофейного столика, стоявшего перед ними.

"Четыре письма в значительной степени готовы, нужны только их контакты. Письма адресованы Джин Бэрри, Биллу и Чарли Уизли и профессору МакГонагалл", - сказал Невилл, который помог Гермионе написать их.

"Я могу отдать письмо Снейпу и попросить его передать его Дамблдору. Затем он откроет первую часть, в которой его попросят передать запечатанное письмо Макгонагалл, поскольку она заместитель директора, - сказал Драко. "Итак, главный контакт Макгонагалл - Дамблдор. Тогда мы могли бы попросить Хагрида быть ее другим контактом, просто не сообщать ей, что Хагрид - Кустоса, по крайней мере, пока ".

Все они кивнули в знак согласия.

"Я могу быть контактным лицом Джин Бэрри, поскольку для меня не будет странным написать ей, потому что она главная медсестра моих родителей", - сказал Невилл. "Однако Добби должен доставить это, поскольку ей нужно открыть это, когда она одна. Что касается другого ее контакта ... мы могли бы передать ей второе позже, когда у нас будет лучшее представление о том, кто нужен ".

Гарри согласился, хотя у него уже было несколько человек на примете, он подождет, поскольку они все равно не были друзьями… пока.

"Хорошо, остаются Билл и Чарли", - сказал Гарри.

"Я могу быть их контактным лицом, а наш папа мог бы быть их заместителем", - сказал Рон.

"Хорошо, это сработает", - сказала Гермиона. "О, и другим контактом Билла будет Рук, я отправлю письмо, сообщив об этом Руку позже сегодня", - продолжила она, запечатывая их письма после того, как записала их контакты, придумав кодовые имена для всех них ранее.

Кодовое имя Джин Бэрри было Найтингейл; МакГонагалл - Чешир; Билла Уизли звали Брейкер, а Чарли - Огненный шар.

"Было бы также проще, если бы Добби доставил и эти письма", - сказал Рон, к большому волнению и рвению Добби.

"Добби рад помочь сэрам и мэм", - сказал он им, Рон и Невилл вручили ему письма, оставив то, которое Драко передаст Снейпу. Драко уже начал часть с Длинной Бородой, в которой ему будет сказано отдать ее МакГонагалл.

Гермиона перечитала то, что он написал, и пока осталась довольна. Затем Драко вытащил письмо, которое дал ему Снейп, и отдал его Гарри, который, в свою очередь, сделал то, что Рон сделал с письмом Торча, прежде чем они его прочитали.

Head of the Custosae de Lux

После некоторых тщательных размышлений с моей стороны, я решил, что сейчас самое подходящее время поделиться информацией. Я предполагаю, что вы многое знаете о прошлом Риддла, учитывая ваши заявления о его наследии и воспитании, но я вкратце изложу то, что знаю я.

РИддл был помещен в приют после того, как его мать родила и, к сожалению, скончалась. Его отец был магглом и не любил магию, поэтому ушел от матери Тома. Выросший в приюте, он начал контролировать свою случайную магию, в результате чего я нашел его. Оттуда я отвез его в Хогвартс, и он стал одаренным учеником, даже став старостой Слизерина. Однако, на пятом курсе, я полагаю, он был причиной смерти сокурсника. У меня нет доказательств, только подозрения, которые усилились после того, как он покинул Хогвартс. Вскоре после этого я стал директором, а несколько лет спустя Том вернулся и попросил стать преподавателем защиты от темных искусств. Я отказался. Я считаю, что эта должность теперь проклята из-за Риддла. После этого Том сменил свою личность и начал свое царство террора, собирая союзников и последователей.

As по причине, по которой Риддла не удалось уничтожить навсегда… В настоящее время у меня есть лишь смутное подозрение, поэтому мне не терпится узнать, какой информацией вы располагаете, а также что вы, возможно, планируете делать в связи с этим. Однако у меня есть кое-какая информация, которая жизненно важна для этого, и я был бы удивлен, если бы вы знали об этом; впрочем, вы знаете об Ордене, поэтому я не буду недооценивать вашу способность собирать информацию.

Я готов поделиться этой информацией только при личной встрече, поскольку секретность на данном этапе имеет первостепенное значение, и что-то такого масштаба нельзя безопасно поместить в письмо. Не только из-за того, что это за информация сама по себе, но и из-за того, что она может сделать для безопасности людей, в частности одного, которым я поделюсь только на этой личной встрече.

Я понимаю ваше возможное нежелание раскрываться мне. Человек вашего положения должен быть осторожен, потому что, как и у меня, у вас должно быть несколько врагов, но, несмотря на все это, я смиренно прошу вас рассмотреть возможность встречи со мной. Информация, которой я располагаю, может быть такой же важной, как и информация, которой вы располагаете для меня.

Я жду вашего решения и условий нашей встречи.

Товарищ по защите Света,

Длинная борода

"Ну, это было прямолинейно", - заявил Рон.

"Гарри не может встретиться с ним", - сказал Невилл. "Любой гламур или что-то еще, что мы могли бы попытаться применить к Гарри, не сработает; Длинная Борода разглядел бы это насквозь".

"Хм..." Сказал Гарри. "Возможно, у меня есть способ, но я не знаю, пойдет ли на это Дамблдор. Но я мог бы просто дать клятву волшебника, сказав, что в комнате больше никого нет ... "

"Как?" Спросил Грег.

"Двустороннее зеркало. Знаешь, я использую его, чтобы поговорить с Сириусом перед сном", - сказал Гарри.

"Итак, ты говоришь, что у нас есть два таких вида зеркал", - начала Гермиона.

"И подарить один "Темному рыцарю", чтобы он передал его Длинной Бороде, и таким образом устроить встречу?" Спросил Винс, медленно понимая это.

"Нам нужно подумать об этом, прежде чем что-либо решать", - сказала Гермиона.

Они все согласились.

"Но мы можем сказать ему, что это рассматривается. Как ты думаешь, нам стоит включить Крестражи сейчас? Теперь он знает о них из-за прошлой ночи", - сказала Гермиона.

"Мы могли бы сказать ему, что у Риддла их пять, и ты знаешь, где они все, но пока не говоришь где. Прибереги эту информацию на потом", - предложил Винс.

"Я начну письмо сегодня вечером", - сказала Гермиона, кивая, письмо уже формировалось у нее в голове.

"Хорошо, нам нужно обсудить что-нибудь еще?" Спросил Гарри, глядя на них всех.

"Эм, проверка возможных участников? Нам нужно найти способ сделать это", - сказал Драко. "У меня есть варианты, но давать им выбор напрямую - это не то, что можно безопасно сделать".

Все они на мгновение задумались.

"Я думаю, у меня есть способ ..." Сказал Рон, глядя на Гермиону. "Гермиона, ты что-то сказала о том, что Локхарт недостаточно хороший учитель, чтобы преподавать защиту, и сказала, что нужно что-то делать".

"Да ..." - сказала она.

"Почему бы нам ничего с этим не сделать?" Спросил Рон.

"Что, у нас есть собственный Дуэльный клуб?" Спросил Драко.

"Я думаю, вы, ребята, могли бы это сделать", - сказал Хагрид.

"Я думаю, это должно быть немного секретно, только скажите людям, которые, по нашему мнению, возможны, и посмотрите, как они воспримут секретные материалы. Это также покажет нам их надежность", - сказала Гермиона.

"Хм, мы могли бы отнести это Флитвику; ему не очень нравится Локхарт, и он был чемпионом по дуэлям, когда был моложе. Я уверен, что он помог бы и держал это в секрете ", - сказал Гарри.

"Мы могли бы также привлечь к этому Снейпа, поскольку он все равно дает нам уроки", - сказал Драко, рассказывая об уроках, которые они с Гарри провели с ним в субботу.

"Хорошо, я поговорю с Флитвиком, а ты иди поговори со Снейпом, Драко", - сказал Гарри.

"Тогда мы начнем оттуда?" Спросил Грег.

"Да, так что прямо сейчас нам, вероятно, стоит начать думать о том, кого пригласить и как", - сказал Рон.

"Мы могли бы поговорить с главами факультетов и спросить их, есть ли у них ученики, которые, по их мнению, хотели бы присоединиться к нашему немного скрытному клубу, и просто сказать, что нам нужны люди, серьезно относящиеся к изучению продвинутой защиты, поэтому не хотим людей, которые не отнесутся к этому серьезно и будут тормозить других", - сказал Невилл.

"Хорошо, сначала мы поговорим с Флитвиком и Снейпом, посмотрим, как все пройдет, а затем передадим это МакГонагалл и Спраут. Хм, Гермиона, ты могла бы поговорить с МакГонагалл; Невилл, ты поговоришь со Спраут, - распорядился Гарри.

"Хорошо", - сказали они.

"Хорошо,… теперь, пока я не забыл, Василиск", - заявил Гарри, меняя тему. "Что нам с ним делать?"

"Хм, ну, не похоже, что он сейчас чем-то занят ... и спускаться туда, вероятно, небезопасно", - сказал Невилл.

"Вот почему Ревлис согласился пойти. Он поговорит с василиском и расскажет ему о нас", - сказал Драко, Ревлис кивнул в знак согласия.

"Хорошо, тогда позже мы отправим его вниз", - сказал Гарри.

"Почему у меня такое чувство, будто мы что-то забываем?" Спросил Рон.

: Связь: Ревлис прерван.

"О, спасибо, Ревлис", - сказал Гарри, глядя на Невилла. "Заметил что-нибудь о связи между тобой и Ревлисом?"

"Нет, пока ничего, просто немного другое ощущение от моей магии", - сказал Невилл.

"Хорошо, нам просто нужно убедиться, что мы следим за этим", - сказал Гарри.

"Да, после того, что я прочитала до сих пор, узы могут быть немного непредсказуемыми", - сказала Гермиона.

"Уже почти время обеда, есть что-нибудь еще, прежде чем мы уйдем?" Гарри спросил их всех.

"У меня есть кое-что", - заговорил Хагрид. "Я не уверен, что они захотят, но я мог бы попросить кого-нибудь из Центуариев о помощи "; особенно после прошлого года. Осмелюсь сказать, что на многих из них это произвело сильное впечатление. "

"Хорошо, Хагрид. Ты можешь поговорить с тем, кому ты доверяешь больше всего, о том, что он мог бы подумать о более агрессивном подходе к Волдеморту, и спросить, думает ли он, что другие тоже могли бы", - сказал Гарри. "Вы могли бы намекнуть на существование группы, но я хотел бы услышать, что они думают об этой идее, прежде чем приглашать их присоединиться".

"Ладно, сойдет", Арри, - сказал Хагрид.

Через несколько минут после этого они отдали письма Добби, а затем ушли в Большой зал, Ревлис вернулся на плечи Невилла.

По дороге в Большой зал кто-то вышел перед ними.

"Э-э, привет", - поприветствовал Гарри ошеломленную светловолосую девушку.

"Привет, Гарри Поттер", - сказала она, взглянув на его друзей рядом с ним и позади него.

Она сделала небольшую паузу на Драко, затем на Невилле и Ревлисе, прежде чем снова посмотреть на Гарри.

— Я Луна Лавгуд. Я хотела поблагодарить вас за то, что вы с Драко Малфоем сделали вчера. Это напомнило мне о том, как отважные Даддеркинсы перехватывали Прутогистов и спасали маленьких Бедибагов. — Она замолчала, оглянувшись на Невилла и Ревлиса. «Можно мне его погладить, раз уж я вижу, что он больше не притворяется протогистом, а Сесамаронгов поблизости нет?» — спросила она, подходя ближе. Невиллу и остальным казалось, что она плывёт.

"Э-э, конечно", - сказал Невилл, Ревлис рад встретить еще одного человека, желающего погладить его.

Прежде чем кто-либо из них успел опомниться, Ревлис оказался на голове Луны, очень похожий на корону. Она пронесла его до самого Большого зала, где вернула Невиллу, многие люди были шокированы тем, что девушка, на которую только что "напала" смертоносная змея, находилась даже рядом с этой тварью.

"Это было ..." Тихо сказала Гермиона, когда они сели.

"Псих", - закончил Рон, но тут же получил удар от Гермионы. "Ну, это было ..." - выдавил он.

: Она мне нравится: сказал Ревлис.

:Мы заметили: Сказал Драко.

: Есть причина почему?: Спросил Гарри.

: Хм, она внимательная и нежная. Очень любознательная, я бы посоветовал пригласить ее позже в ваш клуб: сказал Ревлис.

: Я думаю, мы сделаем это: сказал Гарри, глядя на остальных, которые, казалось, уже решили то же самое.

Было ясно, что у всех на уме были люди, которых можно было пригласить в Дуэльный клуб, ну, раз уж они его создали.

Той ночью Добби доставил письма, убедившись, что их получит только тот, кому они были адресованы. Ему пришлось ждать почти час, чтобы безопасно оставить письмо Чарли, и еще два - для Джин Бэрри. Наконец, он доставил все три, с Биллом было легко, он оставил их на своей кровати, когда увидел, что Билл вошел в квартиру и запер за собой дверь.

Драко постучал в дверь Снейпа той ночью, Снейп жестом пригласил его войти, все остальные уже легли спать.

"Темный рыцарь, мы - Отряд защитников. Я Тави", - сказал он, доставая запечатанное магией письмо. "Это относится к Длинной Бороде; однако мне сказали, что это не ответ на его последнее письмо, а по другому поводу. Спокойной ночи, сэр ".

"Спокойной ночи, Тави", - сказал Снейп, забирая письмо и позволяя Драко просто уйти.

Кабинет Дамблдора

Вошел Снейп, обрадованный тем, что Дамблдор был один.

"А, Северус", - поприветствовал Дамблдор, когда Снейп достал конверт.

Дамблдор мгновенно посерьезнел.

"Как я понимаю, дело обычное", - сказал он, забирая у него письмо.

"Это не ответ на письмо, которое вы отправили, мой контакт сообщил мне, что это касается другого вопроса", - сказал Снейп.

"Спасибо тебе, Северус", - сказал Дамблдор.

Снейп кивнул на прощание и ушел.

Несколько минут спустя Дамблдор вызвал МакГонагалл, спрашивая, может ли он пройти. После долгого обсуждения в Amici появился новый участник: Чешир.

Следующая неделя прошла быстро. "Бизнес" Custosae продолжает процветать, Хагрид выполняет свою первую настоящую миссию Custosae всего через несколько дней после долгой встречи с Custosae…

Кингсли получил сообщение от Custosae через Артура и немного нетерпеливо ждал в своем доме, ожидая стука в дверь, который сообщил бы ему о прибытии посетителя.

Несколько мучительных минут спустя раздался сильный стук в дверь, как раз вовремя.

Он открыл дверь, мгновенно опешив при виде того, кто там стоял.

"Сегодня очень хорошая погода. Могу я зайти, аврор Шеклболт? Вы ожидали меня, если я не ошибаюсь, - сказал Хагрид, вспомнив слова, которыми ему велели сообщить Кингсли, что он участник Custosae.

"Конечно", - сказал Кингсли, быстро приходя в себя и убираясь с дороги (действительно, с дороги, Хагрид все-таки был большим парнем).

Хагрид закрыл за собой дверь, прежде чем последовать за Кингсли в гостиную.

"Здесь больше никого нет", - сказал Кингсли, уже взмахивая палочкой, собираясь предпринять меры предосторожности, о которых говорилось в письме, и несколько своих собственных, что было действительно излишним. Меры предосторожности были более чем достаточными.

"Хорошо", - кивнул Хагрид, ожидая, пока Кингсли закончит. Когда он закончил, Хагрид выпрямился (не то чтобы ему это действительно было нужно) и сказал: "Железный человек, мы - Отряд защитников. Я Маленький Джон, член Custosae. Вы просили о встрече?"

"Э-э, да ..." - сказал Кингсли, медленно вытаскивая список, написанный от руки, по какой-то причине немного напуганный (помимо размера Хагрида).

Здесь был участник Custosae, член организации, которую Артур Уизли назвал подлинной, растущей и могущественной. И теперь, увидев воочию организацию, формальный и традиционный тип приветствия, исходящий от Хагрида, тот, кого он никогда бы не подумал, что способен так себя подать, стал частью этого: зонтиком, который вел и затмевал группу, частью которой он теперь был, Amici.

"Вот список", - сказал Кингсли, передавая его.

Хагрид взял его и улыбнулся.

"Великие умы мыслят одинаково", - сказал он, прочитав список.

Remis Lupin

Стефани Сомак

Джозеф Д. Мой

Форшоу Зоб

Аластор Муди

Амос Диггери

Билл Уизли

"Можете ли вы, люди, связаться с ними, или вам нужно их местонахождение?" Спросил Кингсли.

"Пожалуйста, места, просто чтобы убедиться", - сказал Хагрид.

Кингли вернулся к бумаге и добавил их адреса и работу.

"Я передам это остальным, и мы свяжемся с ними. Спасибо. Есть что-нибудь еще? Спросил Хагрид, взяв список и сложив его, прежде чем положить в карман.

"Нет-нет, я так не думаю. Спасибо, что заглянул", - сказал он, его любопытство было удовлетворено.

"Без проблем. Скажи Торчу, чтобы в ближайшее время ждал писем, если не визитов. Он скоро узнает о чем", - махнул рукой Хагрид.

"Конечно".

Ревлиса также отправили на его первое задание на той первой неделе, фактически в тот же день, когда Хагрид отправился на свое.

Гарри, Невилл и Гермиона пробрались в женскую ванную на втором этаже, Гарри точно знал, где находится вход. Остальные (за исключением Драко, который разговаривал со Снейпом о Дуэльном клубе) были в Комнате, где приходили и уходили, отрабатывая заклинания и составляя список людей, которых нужно пригласить в Клуб, как только он будет сформирован.

Они быстро поболтали со Плаксой Миртл, но она нырнула в туалет вскоре после того, как заметила Ревлиса. Очевидно, она не любила змей, остальные не могли ее винить.

"Хорошо, просто зайди туда и поговори. Не делай ничего опрометчивого, я не хочу, чтобы он причинил тебе боль или что-то в этом роде", - сказал Гарри.

: Не волнуйся, я тоже забочусь о своем благополучии, ты же знаешь: Ревлис ответил, прежде чем Гарри встал и сказал: Открывай, лестница:

"Удачи", - сказал Невилл, Ревлис кивнул ему, прежде чем посмотреть вниз на винтовую лестницу.

"Как он должен выбраться? Мы не узнаем, когда он закончит разговаривать с василиском", - сказала Гермиона.

"Водопровод. Именно так Риддл планировал продолжить свою атаку, прежде чем решил остановиться. Он знал о трубах и планировке замка. Я сказал Ревлису, что он придет к нам, когда закончит, - сказал Гарри.

На этом Ревлис отключился, вскоре после этого Гарри закрыл камеру.

Следующий день начался так же, как и любой другой. Драко и Гарри были в комнате для свиданий, поскольку это был их свободный час от "урока" Локхарта.

Добби был в припадке, учил их правильно "хлопать".

"Вот так, господа".

-Pop-

«Сосредоточьтесь, направьте свою магию, а затем высвободите её. Намерение, намерение — это всё, сэр. Вы должны захотеть и нуждаться в том, чтобы оказаться в другом месте», — инструктировал Добби.

Гарри и Драко оба сосредоточились, пытаясь оказаться на другой стороне комнаты. Но это все равно не сработало, как бы они ни старались. Они занимались этим уже три дня, и до сих пор никакого прогресса.

Драко расхаживал взад-вперед, Гарри упрямо продолжал сосредотачиваться, в то время как Драко остановился в другом конце комнаты, удивляясь, почему он не может снова хлопнуть.

-Pop-

"Ты сделал это, Гарри Поттер!" Добби захлопал в ладоши.

"К-как?" Спросил Драко.

"Я сосредоточился ..." Гарри сделал паузу, размышляя, прежде чем над его головой зажглась невидимая лампочка. "Я сосредоточился на том, чтобы добраться туда, где были вы", - сказал он, и они оба разобрались в проблеме.

"Добби, иди туда, я хочу кое-что попробовать", - сказал Драко. Добби с радостью подчинился.

-Pop-

В дальнем углу комнаты появился Добби.

Драко закрыл глаза, сосредоточившись на том, чтобы добраться до Добби.

-Pop-

"Да!" Крикнул Драко. "Это не локация, это человек, индивидуум!"

"Но… Домовым эльфам не обязательно появляться перед людьми", - сказал Гарри, и они втроем направились к дивану.

"Да, Гарри Поттер. Мы приходим к нашим хозяевам, когда они нас призывают", - сказал Добби. "Очень юные домовые эльфы могут делать только это, пока не станут старше и не научатся хлопать, не сосредотачиваясь на человеке. Добби сожалеет, что не подумал об этом ..." - сказал Добби, его уши поникли.

"Все в порядке, Добби, мы тоже не знали, и у тебя не было никаких причин сравнивать нас с юными домовыми эльфами", - сказал Гарри.

"Итак,… прямо сейчас мы с Гарри можем общаться только с людьми?" Спросил Драко, решив продолжить разговор в надежде вывести Добби из возможной депрессии. "Научимся ли мы позже перемещаться по локациям?"

"Я думаю, что да, мастер. Просто легче направить свою магию на человека, поскольку твоя магия чувствует его", - сказал Добби.

"Значит, как самонаводящееся устройство?" Спросил Гарри.

"Что?" Спросили Драко и Добби.

"О, извините, магловское устройство. Я имею в виду, что-то вроде локатора, что-то вроде талисмана-локатора?" Спросил Гарри.

Добби кивнул. "И скоро, когда магия юных сэров станет достаточно сильной, вам не понадобится ... гм, "самонаводящееся устройство", - сказал Добби.

"Это было бы круто", - сказал Драко, заметив время.

"Спасибо, что учил нас до сих пор, Добби. Ты отличный учитель", - сказал Гарри.

Добби просиял, депрессия отступила.

Позже в тот же день они встретились с Невиллом и остальными на очередном собрании Custosae (за исключением Хагрида, у которого была кое-какая работа), и Драко и Гарри хватило одного взгляда, чтобы понять, что что-то произошло.

"О боже, ребята, вы должны были быть там. Это был единственный раз, когда я был по-настоящему рад, что пошел на урок этого человека. Невилл он ... блин, это было так ужасно!" Сказал Рон.

"Что было?" Спросил Драко.

"Невилл похож на хамелеона!" Сказал Рон. "Смотри", - сказал он, беря Невилла за руку. "Давай, Невилл, покажи им".

Невилл покраснел, но сделал, как ему сказали, заставив свою руку отойти на задний план, которым были пол и рука Рона.

"Вау", - сказал Гарри, и глаза Драко расширились.

"Ты думаешь..." Начал Драко.

"Связь с Ревлисом?" Спросил Гарри.

"Вот в чем дело, - вмешалась Гермиона. - Я посмотрела Серебряных Мамб, и у них такая же способность".

"Потрясающе, Невилл", - сказал Грег, хлопая его по спине.

"Как ты думаешь, когда Ревлис вернется?" Спросил Винс.

"Я не знаю, но я начинаю немного волноваться", - признался Гарри.

Остальные кивнули.

"Ну, он вернется, но до тех пор у меня хорошие новости", - сказала Гермиона. "МакГонагалл разрешила нам провести "секретный" клуб; она сказала, что директору особенно понравилась эта идея".

Все они поговорили с теми, с кем им было "поручено" поговорить, и Снейп сказал, что может появиться, чтобы дать несколько советов, включая Флитвика, МакГонагалл и Спраут; все они дали молчаливую клятву не пускать Локхарта.

Флитвик был особенно заинтригован идеей и дал список студентов, которые, по его мнению, серьезно отнеслись бы к этому дополнительному "обучению", понимая их желание принимать только тех, кто действительно хотел бы научиться этому, а не по простой причине "эй, я беру это, я крутой".

Флитвик также полностью согласился с Гарри в его причинах, побудивших его сделать это. После того, что произошло летом, их нужно было научить защищать себя и других, и он также признал, что было бы неразумно открыто рассказывать об этом каждому ученику. К сожалению, были темные семьи, как в Слизерине, так и за его пределами.

"Отлично", - сказал Гарри. "И у нас есть список студентов, так что теперь нам просто нужно распространить информацию".

"МакГонагалл сказала, что она и другие профессора разберутся с этим. Они задержат определенных людей после урока и расскажут им. Эти люди потом расскажут остальным", - сказала Гермиона.

"Злые, это как сети внутри сетей, и они даже не осознают этого", - сказал Рон.

"Становится немного сложно содержать все это в порядке, но я думаю, оно того стоит", - сказала Гермиона.

"Да, это так. С исчезновением Дневника и Пожирателями смерти в Министерстве, это определенно того стоит", - сказал Драко.

"Хорошо, я получил ответ от Факела. Они согласились", - сказал Рон. "Брейкер и Огненный шар уже в игре".

"Очень хорошо. Невилл?" Спросил Гарри.

"Она сказала, что подумает об этом, но не раньше, чем скажет мне, что это серьезно, и чтобы убедиться, что я знаю, что делаю ... она немного обеспокоена, но, по крайней мере, относится ко мне серьезно", - сказал Невилл, говоря о Джин Бэрри.

— Ладно, возможно, нам придётся связаться с ней раньше, чем мы думали. Мы позаботимся об этом к следующей неделе, — сказала Гермиона. — Драко?

«Снейп сказал, что отдал Долгобородому письмо с ответом на его последнее письмо, ну, знаете, с личной встречей. О, и МакГонагалл согласилась. Она сегодня встречалась с Хагридом», — сказал Драко.

— Очень хорошо. Я закончила ещё несколько писем. Ремусу Люпину, Аластору Грюму и Флитвику. Я думаю, что после того, что Флитвик сделал для нас, мы можем включить его в список, — сказала Гермиона.

"Итак, кто их контакты, и когда мы отправим эти письма?" Спросил Грег.

"Ну, я знаю, что это немного рискованно, но…Гарри может быть контактом Флитвика и Люпина. Он уже поладил с ними, так что они должны отнестись к нему серьезно, а поскольку Макгонагалл - другой контакт Люпина, а Снейп - Флитвика, все должно быть в порядке, - сказала Гермиона. "Контактами Муди будут Кингсли и Дамблдор. Что касается того, когда они получат письма… мы можем отправлять письма через контакты, но я думаю, что Добби должен будет доставить письма Люпину, когда у него будет время."

"У Добби есть время", - пропищал Добби.

"Спасибо, Добби, ты действительно незаменим. Я не знаю, как бы мы справились с этим без тебя", - сказала Гермиона, чувствуя себя неловко из-за того, что заставила Добби так много работать на них.

Добби просиял, в его глазах стояли слезы.

"Для Добби большая честь помочь благородному Кустосае", - сказал он.

"Хм, знаешь, я думаю, Добби нужно кодовое имя ..." - сказал Винс.

"Я думаю, ты прав, как мы могли это упустить?" Спросил Невилл.

"Um…Я тоже думала, но не знала, как поднять этот вопрос ... может быть, какая-нибудь форма или что-то в этом роде .... Наволочка ... Гермиона неловко начала.

Они все уставились на нее.

"Я думаю, Затворник прав", - сказал Гарри, нарушая тишину. "Добби, тебе нужно надеть что-нибудь другое. Ты можешь оставить это, но что-нибудь сверх этого было бы хорошей идеей ", - сказал он.

Добби повернулся к Драко. Драко моргнул.

"Почтовый", - сказал Драко.

"Что?" - спросили остальные.

"Его кодовое имя. Он как наш посыльный, почтальон. Так что его имя должно быть "Почтовый". Он наша почтовая служба", - объяснил Драко. "И я согласен. Красивая, гладкая зелено-золотая форма подошла бы очень хорошо."

"Хозяин дарит Добби одежду!?" В ужасе спросил Добби.

"Ты все еще будешь у меня на службе, не волнуйся, я тебя не освобождаю, если ты действительно этого не захочешь", - сказал Драко, зная, что Добби этого не сделает.

"О, нонононо!… Добби желает служить Великой Семье Малфоев, недавно восстановившей Честь, которой она изначально должна была обладать", - взмолился Добби.

— Хорошо, тогда я закажу для тебя форму, зелёную с золотом, — сказал Драко, немного позабавленный своим домашним эльфом.

"У Добби отличный хозяин, а у мастера отличные друзья, которые дружат с Добби. Как Добби может быть таким везучим?"

"Хорошая работа, Драко. Я думаю, что пришло время старым семьям уважать своих помощников ", - одобрительно сказала Гермиона (хотя она и не была согласна с "рабством", после того, как она провела время с Добби, ей стало ясно, что они так на это не смотрели).

"Идеально", - сказал Гарри, хотя и воздержался от хихиканья, постал также упомянул "сумасшедший", и после недавней демонстрации Добби это было бесперспективное совпадение.

"Почта ..." Добби выдохнул, глаза его сияли от радости. "Сейчас я доставлю письмо", - объявил он.

"Хорошо, Добби, ты знаешь, где и все такое?" Спросил Гарри.

"Конечно, Гриффин", - сказал Добби, изо всех сил используя жаргон Custosae.

"Хорошо, Почтальон, удачи", - сказал он, вручая ему письмо Люпина.

-Pop-

"Мы скажем Хагриду, чтобы он рассказал МакГонагалл о Люпине, или, скорее, о Лунаре. И Драко..." — начала Гермиона.

"Я расскажу Темному Рыцарю о Колоссе через Флитвика, как о его новом связном", - закончил Драко.

"Я отправлю письмо Торчу, который отправится Железному Человеку, а затем Муди", - сказал Рон.

"Верно. И кодовое имя Муди - Пег", - сказала Гермиона, довольная, что они поняли.

"Тогда, как только мы получим их ответы и, надеюсь, они скажут "да", я свяжусь с Колоссом и Лунаром", - сказал Гарри.

"И пока мы ждем, мы закончим с другими письмами", - сказала Гермиона.

"Как ты думаешь, мы сделали правильный выбор в идее зеркала с длинной бородой?" Спросил Рон.

"Я думаю, это был единственный вариант. Я физически не могу находиться с ним в одной комнате. Чтобы мы действительно сделали то, что планируем, он не должен знать", - сказал Гарри. "По крайней мере, не прямо сейчас".

"Мы даже не знаем, согласится ли он с идеей двустороннего зеркала", - сказал Винс.

"Да, но я уверен, что он согласится, поскольку мы совершенно ясно дали понять, что это единственное, на что мы сейчас согласимся", - сказал Гарри.

Несколько дней спустя Ревлис наконец вернулся, проскользнув на кровать Гарри глубокой ночью.

: Мастер Гарри: голос прошипел у головы Гарри на подушке. : Просыпайся, я вернулся:

Книга 2 — Часть 13: Пакт

Гарри проснулся от того, что кто-то скользнул языком по его щеке.

: Ревлис! Ты вернулся!:

: Действительно. Мне есть что вам сказать, она потрясающая:

: Она?: Спросил Гарри, теперь садясь, лунный свет отражался от серебряной чешуи Ревлиса.

: Мадам Василиск, она великолепна: Ревлис благоговейно прошипел.

Гарри ухмыльнулся. Кто бы мог подумать, что змеи могут влюбляться?

: Я уверен, что она такая: сказал Гарри. : Итак? Как все прошло?:

: Ну ... ей не понравилась идея встретиться с, э-э ... человеком, но я убедил ее, что она может доверять тебе или, по крайней мере, встретиться с тобой. Я сказал ей, что если ты ей не нравишься, она может укусить тебя или заставить смотреть на нее:

: Revlis…: Гарри зашипел немного осуждающе / обеспокоенно.

: Я просто шучу, блин. Но я сказал, что она может укусить тебя, если ты сделаешь какую-нибудь глупость:

Гарри поднял бровь.

: Это был единственный способ заставить ее согласиться, хорошо?:

"Гарри? С кем ты разговариваешь?" - Шепотом спросил Невилл, просыпаясь. "Я слышал голоса".

"Голоса? Ты имеешь в виду шипение?" Спросил Гарри, поддразнивая.

"Эм, голосов нет, ты разговариваешь с Сириусом?"

"Нет, Ревлис", - ответил Гарри, теперь уже немного сбитый с толку.

: Я думаю, он может понять меня: прошипел Ревлис.

"Ревлис?" Спросил Невилл, теперь способный разглядеть сверкающую змею на подушке Гарри.

"Вы слышали Ревлиса?" Прошептал Гарри, взглянув на остальных в комнате. Они все еще крепко спали.

: Ты меня слышишь? Алло? Мой связанный узами друг слышит меня?: - Спросил Ревлис, с надеждой подползая к краю кровати Невилла.

"Обрывки, ты звучишь как сломанное Волшебное радио", - сказал Невилл, пытаясь разобрать слова среди шипящих звуков.

: Невилл, ты хочешь сказать, что ты действительно можешь нас понять?: Спросил Гарри.

"Если ты спросишь, понимаю ли я тебя, то ответ будет вроде того. Все, что я услышал в тот момент, было: "Невилл, ты… - понимаешь нас?"

Гарри ухмыльнулся и пробормотал одновременно с Невиллом: "Связь".

Гарри и остальные начали свой день, Гарри и Невилл рассказали им, что сказал Ревлис, и что Гарри в тот день спустится в комнату после уроков.

Была пятница, и после занятий они все семеро расходились, обсуждая, что им нужно сделать.

Гарри и Рэлвис должны были войти в Тайную комнату, поскольку Рэлвис смог убедить «мадам Василиску» позволить Гарри войти. Драко должен был ждать их возвращения у входа в Тайную комнату, выполняя роль наблюдателя.

Гермиона, Крэбб и Гойл будут в комнате для приходящих и уходящих, изучать заклинания, планировать возможные новые контакты и то, что ещё они могут сделать для улучшения Хранителей, поскольку они уже выполнили домашнее задание в начале недели. К тому времени, как вернулся Ревлис, они уже придумали, как создать зеркала-коммуникаторы, как у Гарри, и Крэбб совершил неожиданный прорыв. Прорыв заключался в том, что на обратной стороне зеркала была нанесена постоянная руническая печать, а затем оно было покрыто специальным раствором, который «связывал» два зеркала, позволяя общаться между ними и только между ними.

Книги в комнате "Приходи и уходи" были действительно полезны.

Рон и Невилл ходили в библиотеку, чтобы закончить домашнее задание, которое они не успели сделать, потому что делать домашнее задание в выходные казалось неправильным.

Однако по пути в библиотеку Рона и Невилла остановила МакГонагалл.

"Профессор?" Спросил Рон.

"Директор хочет поговорить с тобой, Уизли. Не волнуйся, у тебя нет проблем. Лонгботтом, ты можешь подождать его в библиотеке", - сказала Макгонагалл.

Рон и Невилл обменялись кратким взглядом.

"Да, профессор", - сказал Невилл, пожимая плечами Рону, когда тот ушел в библиотеку без него.

"Что-то не так?" Обеспокоенно спросил Рон.

"Нет, директор просто хочет обсудить с тобой несколько вещей", - сказала она, провожая его в кабинет директора. Рон с трудом сдержался, чтобы не сглотнуть.

Гарри и Драко вошли в ванную Миртл, Ревлис обвился вокруг шеи Гарри.

"Я буду наблюдать и закрою за тобой комнату", - сказал Драко, убедившись, что Миртл там нет.

Гарри кивнул.

"Мы вернемся, как только сможем", - сказал Гарри, поворачиваясь к раковине. :Открыть:

Раковины сдвинулись.

:Лестница:

Образовалась лестница, ведущая вниз, в темные глубины.

"Передавай привет от меня", - добавил Драко.

"Я так и сделаю", - ответил Гарри, продвигаясь вперед.

:Закрыть: Сказал Драко, снова закрывая камеру.

Он повернулся, отыскивая подходящее место, чтобы сесть, и достал одну из своих книг заклинаний, чтобы почитать. С таким же успехом можно было бы немного почитать, чтобы побороть скуку и безумные мысли, которые начали всплывать на поверхность, задаваясь вопросом, что происходит внизу, в комнате, и когда Гарри и Ревлис вернутся.

Гарри продолжил спускаться, открыл круглую дверь и прошёл через неё, прежде чем спуститься по другому туннелю.

— Ого, — сказал Гарри, оказавшись в широком коридоре, вдоль которого висели головы змей.

— Внизу, господин Гарри, — сказал Ревлис, указывая кончиком своего серебристого хвоста.

— Ладно, Ревлис, — сказал Гарри, борясь с желанием передумать.

Он остановился, стоя в большом влажном помещении, перед огромным каменным лицом Салазара Слизерина.

— Ладно, значит, мы просто подождём? — спросил Гарри, но прежде чем Ревлис успел ответить, рот Салазара открылся, и из него донеслось шипение.

Гарри немедленно закрыл глаза, зная эффекты и силу василисков, благодаря исследованию, которое он провел с другими ранее на этой неделе, а также воспоминаниям Риддла.

: Говорящий, тебе нечего меня бояться: произнес сильный голос, который, хотя изначально можно было принять за мужской (как Гарри сделал при просмотре воспоминаний), был мягким женским.

Гарри поднял голову на голос, услышав, как что-то очень большое выскользнуло изо рта статуи и опустилось перед ним, но продолжал держать глаза закрытыми.

— Я не буду смотреть тебе в глаза, тебе не нужно закрывать глаза, — сказала она.

Гарри медленно открыл глаза, стараясь замедлить биение сердца, и обнаружил, что стоит перед очень внушительным змеем.

— Спасибо, что приняли меня, мадам Василиск, — сказал Гарри, стараясь не смотреть на чешуйки Василиска, расположенные рядом с её головой.

Она усмехнулась, и это был ряд слегка тревожных, но добродушных шипений.

— Я вижу, ты послушал Ревлиса и назвал меня так; однако это не моё имя, или, по крайней мере, не то имя, которым я хотел бы, чтобы меня называл человек. Я Саландра, и ты можешь называть меня так: — сказал Василиск. — А теперь говори. Кто ты и почему ты попросил меня поговорить с тобой?

: Саландра, я Гарри Поттер, и я буду откровенен и перейду к делу. У меня есть воспоминания Тома Риддла, и я знаю о вашем разговоре с ним относительно облигаций. Я пришел по поводу недавних событий, чтобы убедиться, что вас не заставят делать то, чего вы не хотите, если Змееротый придет и прикажет вам что-то сделать: Гарри сказал, поговорив с Ревлисом о честности, может быть, даже болезненной. : Я не прошу о узах, но я пришел сюда, чтобы сообщить вам, что я против Тома Риддла, потому что я думаю, что вы тоже. Саландра, я смиренно прошу вашего союза.:

Саландра пошевелила своим большим телом, и если бы Гарри мог посмотреть, он бы увидел выражение заинтригованности или, по крайней мере, такое же, какое можно увидеть у змеи.

: Вы просите заключить договор: заявила Саландра.

Рон вошел в кабинет директора, и Макгонагалл пришлось уговаривать его пройти в комнату, вместо того чтобы остановиться на пороге.

"А, мистер Уизли, добрый день. Минерва, спасибо, что привела его", - сказал Дамблдор.

МакГонагалл кивнула и вышла, закрыв за собой дверь.

"Пожалуйста, присядь, мой мальчик, и не нервничай так, уверяю тебя, у тебя нет проблем", - сказал Дамблдор, когда Рон медленно сел, осторожно оглядывая комнату.

Осмотрев все классные блестящие вещицы на полках, которые он мог видеть, и множество портретов вокруг, его взгляд остановился на Фоуксе, прежде чем вернуться к Дамблдору.

В офисе было много интересного, вспоминая описания Гарри и Драко, когда они вошли туда несколько недель назад, включая то, кем или, скорее, кем был Фоукс.

— Я надеюсь, что мистеры Поттер и Малфой рассказали вам о Фоуксе, — сказал Дамблдор.

"Да, сэр", - сказал Рон.

— Очень хорошо, лимонное пирожное? — спросил он, протягивая ему миску.

"Спасибо", - сказал Рон, взяв несколько кусочков, хотя и не стал их есть.

"Они просто зачарованы легким успокаивающим заклинанием. Я узнал, что оно помогает студентам", - сказал Дамблдор. Фоукс, казалось, кивнул.

Рон уловил кивок и знал, что Фениксы - очень легкие существа, они не потерпят лжи или обмана кого-либо, поэтому он съел каплю.

"Вы хотели о чем-то поговорить со мной, сэр?" Спросил Рон, видя, что Дамблдор ждет, что он что-нибудь скажет, либо это, либо сам Дамблдор думает, как именно начать разговор.

"Мистер Уизли, вам, наверное, интересно, зачем я на самом деле пригласил вас сюда прямо сейчас; очевидно, это было не для того, чтобы предложить лимонные леденцы и поддержать легкую беседу".

"Немного", - признался Рон.

"Рональд, я знаю, что ты глубоко предан своим друзьям и не станешь делиться тем, чего, по твоему мнению, они бы предпочли, чтобы ты не рассказывал, но я искренне обеспокоен и хочу помочь всем, чем могу, если понадобится", - сказал Дамблдор, складывая руки, что только сделало его присутствие еще более впечатляющим.

"Поделиться чем-нибудь?" Нерешительно спросил Рон.

"Как поживал Гарри? Я спрашиваю тебя, потому что ты явно один из его лучших друзей и, вероятно, знаешь о нем больше, чем кто-либо другой. Что меня больше всего беспокоит, так это то, как он спал, я не хочу, чтобы он думал, что только потому, что общежитие теперь укреплено и защищено, никого не волнует, как он спит, или, скорее, не спит. "

"Э-э, директор, не хочу показаться грубым или что-то в этом роде, но… почему бы не спросить его?" Спросил Рон, боясь встретиться с ним взглядом, но все равно как-то умудряясь.

"Я думал об этом, но, как и другие люди, он может не помнить, что проснулся ото сна к тому времени, как наступит утро. Ему мог присниться кошмар, и он проснулся, только чтобы снова заснуть и забыть даже о том, что он был утром. Вот почему, - сказал Дамблдор, понимая нерешительность и вопрос Рона.

"Я думаю, он хорошо спал. После той ночи он разбудил меня только один раз, но он казался в порядке. Он просто сел, выглядя испуганным. Я спросил его, все ли с ним в порядке, и он кивнул, сказав: "Я только что видел его снова, но теперь я в порядке ". Затем он снова лег, перевернулся и снова заснул ", - сказал Рон, не упомянув тот факт, что, хотя Гарри не будил его в другие разы, когда он просыпался от кошмара (или как там это лучше называть), Гарри рассказал ему и остальным, что на прошлой неделе ему приснилось еще несколько "снов на память".

"Я рад это слышать. Он говорит с тобой о них?" Спросил Дамблдор, зная, что ступает по тонкому льду, но беспокойство заставило его продолжить.

Рон встретился взглядом с Дамблдором, молча надеясь, что его Окклюменция не соскользнет, если Дамблдор попытается "задело", когда он мысленно повторял: "Окклюменция-Окклюменция ... спокойствие ... спокойствие… Окклюменция-Окклюменция ... спокойствие ... calm...'

"Немного", - заявил он, решив, что это единственный ответ, который он может дать.

Дамблдор кивнул, чувствуя себя немного лучше в сложившейся ситуации. Гарри, рассказывающий о своих снах, помог бы, и Дамблдор был рад, что у Гарри был кто-то, кому он доверял, кто действительно мог поговорить о вещах, даже если это был не он, хотя он и хотел, чтобы это был он.

У него были некоторые подозрения, что Гарри рассказал своим близким друзьям об этих снах, но наличие доказательств принесло гораздо большее облегчение, чем когда-либо могли обнадеживающие подозрения. Он цеплялся за этот факт, хотя и желал бы больше помочь самому себе.

Он перевел взгляд на Рона, ожидая увидеть нетерпеливое, скучающее, раздраженное или даже любопытное лицо; вместо этого он обнаружил, что Рон уставился на Фоукса с совершенно ошарашенным видом.

"Немного", - пробормотал Рон, по какой-то причине чувствуя, что эти вопросы действуют ему на нервы.

Почему Дамблдор спрашивал его об этих вещах? Просто казалось неправильным так говорить о Гарри. Конечно, Дамблдор, казалось, был действительно обеспокоен, и в некотором смысле это облегчило чувства Рона по поводу ответов на его вопросы, какими бы расплывчатыми они ни были, но он не мог не чувствовать раздражения на своего Директора за то, что тот допрашивал его, вместо того, чтобы просто поговорить с Гарри о мечтах Гарри.

-Не суди Альбуса слишком строго, юноша-

Что за—

Рон огляделся по сторонам, игнорируя тот факт, что Дамблдор, казалось, был погружен в свои мысли, пытаясь найти источник голоса.

-Я говорю в твоих мыслях, если тебе интересно. Больше меня никто не слышит.-

Кто ты?…- кто ты? - спросил он, усиливая свою окклюменцию в меру своих возможностей.

— Окклюменция на меня не действует, просто чтобы ты знал. — Голос, казалось, усмехнулся, прежде чем продолжить. — Что касается того, кто я такой, то я Фоукс.

Рон перевёл взгляд на величественную птицу, сидевшую на столе Дамблдора, и разинул рот, когда Фоукс кивнул ему, а в глазах феникса мелькнуло веселье.

— Мистер Уизли? — спросил Дамблдор, немного озадаченный тем, что стало причиной этого противостояния взглядов между его фамильяром и одним из его самых многообещающих учеников.

- Ты мог бы также рассказать ему, он достаточно скоро поймет, что происходит, - сказал Фоукс, спокойно расправляя крылья.

"Я думаю,…Фоукс разговаривает со мной", - выдавил Рон, не отрывая взгляда от красной птицы.

-Ты думаешь? Дитя мое, насколько ты тупая? Я говорю с тобой, не нужно говорить, что ты так думаешь; я такая!-

Рон подпрыгнул, Фоукс поднял голову, словно довольный, что заставил Рона подпрыгнуть.

Дамблдор посмотрел на Фоукса поверх очков, его брови слегка приподнялись.

Фоукс бросил на него быстрый взгляд и кивнул, подтверждая, что он делает.

-Фениксы, как и я, могут общаться с людьми несколькими способами. Хотя для большинства людей это общение ограничено получением чувств или "случайных хороших идей", есть несколько таких, как вы, которые могут получить больше.-

"Я?" Тупо спросил Рон.

Дамблдор промолчал, решив, что лучше понаблюдать за происходящим. Рон мог слышать мысли Фоукса? Даже он не мог этого делать, хотя и получал от Фоукса более понятные чувства и «идеи», чем большинство людей, но не мог общаться с ним на уровне слов.

Для Дамблдора все разговоры с Фоуксом были односторонними. Он говорил, Фоукс отвечал чувствами, а не словами.

-Дитя огня, ты думаешь, ярко-огненно-рыжие волосы были простой семейной чертой? Дело гораздо глубже. Твоя семья - одна из последних, кому достался этот подарок.-

"Вся моя семья? So...so вы могли бы поговорить с моими братьями и сестрой?" Спросил Рон.

- Конечно, хотя я разговаривал только с Чарли. У меня не было хорошей возможности пообщаться с другими твоими братьями, и мне еще предстоит познакомиться с твоей сестрой. Что касается твоих родителей, в этом не было необходимости. Для вас, однако, более чем вероятно, что так и будет.-

Рон сидел там, пытаясь все осмыслить.

-Никому больше не рассказывай об этом, спаси Гарри и своих друзей-Кустосае. Да, я знаю об этом — помог Добби доставить письмо Альбусу. И не волнуйтесь, Альбус ничего не подозревает. В любом случае, я хочу получить удовольствие от того, что увижу удивление на лицах ваших братьев и сестер, если начну с ними дискуссию.-

Ладно, я им не скажу. — подумал Рон.

— Ах, вы уже освоились? Блестяще. Теперь к делу. Я хотел сообщить вам, что предлагаю свои услуги Хранителям; кроме того, я хотел кое-что вам сообщить. В замке растёт зло. Оно ещё недостаточно сильно, чтобы действовать, но оно очень тёмное. Предупредите об этом своих товарищей.

Зло?

-Да. Мне жаль, что я не могу рассказать вам больше, но это все, что у меня есть прямо сейчас. Что ж, я думаю, тебе следует закончить этот разговор с Альбусом, эти разговоры в твоих мыслях немного утомляют, поскольку у меня не было такого длительного разговора, как этот, более десяти лет. Время вздремнуть!-

Рон приподнял бровь, когда Фоукс тихонько чирикнул и спрятал голову под крыло, чтобы уснуть.

"Что ж, мистер Уизли, как мистер Поттер и другие, с кем вы общаетесь, вы, несомненно, полны сюрпризов", - заявил Дамблдор, и Рон поклялся, что его глаза сияли, как солнце.

Рон, сдерживая мерцающий взгляд, сокрушенно вздохнул в знак согласия.

: Итак ... Ты согласишься на это?: - Спросил Гарри, осознавая, что если он поднимет глаза, его ждет мгновенная смерть, если он встретится взглядом с Саландрой.

: Да, я не причиню вреда и не убью ни одного находящегося под защитой жителя Хогвартса, если этого можно избежать, клянясь вам в верности. Взамен ты возьмешь меня под свою защиту, не позволяя другим змеерогим командовать мной, если они не получат твоего разрешения, - сказала Саландра, вполне довольная соглашением, которое заключил с ней этот ребенок.

Это дало ей свободу и защиту, а также избавило от беспокойства о том, что она совершит свой худший поступок: охоту на Детей Хогвартса. Хотя было странно иметь простого ребенка в качестве своего "защитника", как того требовал Пакт, было довольно освежающе снова иметь над ней Управляющего.

Стюард был на ступень ниже Мастера. Он обладал всеми защитными качествами Мастера, но без его высокого авторитета. Авторитет - это, конечно, способность отдавать команды, которые она должна была бы выполнять. Авторитет Управляющего просто не позволял "подопечной" нарушить его доверие, поэтому, пока она оставалась в рамках убеждений / правил Управляющего, которые были изложены при создании Пакта, она была в безопасности от всех других властей, включая облигации.

Договоры могли быть заключены только с очень волшебными существами, что и стало причиной, по которой Ревлису пришлось связать себя узами брака с Невиллом — он не был достаточно волшебным, чтобы заключить Договор. Однако, как и Фоукс, магия Саландры была достаточно высока, чтобы. Например, Фоукс заключил договор с Дамблдором, он даже позволил себе выполнять просьбы старого светлого волшебника; однако было ясно, что Альбус Дамблдор не был его хозяином.

: Тогда давайте заключим этот Договор, - сказал Ревлис, когда Гарри вытащил свою палочку, а они с Саландрой приготовились.

: Я, Саландра, покорная слуга Салазара Слизерина, одного из Великой Четверки, отдаюсь под защиту Гарри Джеймса Поттера, которому еще предстоит заслужить свой настоящий титул, и клянусь не причинять вреда никому, находящемуся под защитой Хогвартса, поскольку я продолжаю служить здесь защитником в меру своих возможностей:

Гарри еще немного поднял свою палочку, вспомнив предыдущие инструкции Саландры, когда они обсуждали, что такое Пакт и как он был заключен.

: Я, Гарри Джеймс Поттер, сын Джеймса и Лили Поттер, беру Саландру, смиренную служанку Салазара Слизерина, под свою защиту и становлюсь ее Управляющим:

Яркий зелено-белый свет струился из его палочки, окутывая его и Саландру, как одеялом, прежде чем окончательно потускнел и исчез.

: Дитя, иди сейчас и отдохни. Я буду вечно благодарна тебе: Саландра сказала это честно и со всеми эмоциями, которые были возможны для такой старой хладнокровной змеи.

Гарри и Ревлис ушли, устало попрощавшись, магия, необходимая для заключения Договора, истощила Гарри почти до изнеможения. Сегодня вечером он будет хорошо спать, ну, после ужина и после того, как встретится с остальными в Комнате отдыха, чтобы, так сказать, ввести их в курс дела.

Дамблдор посмотрел сверху вниз на своих учеников из-за высокого стола. Его взгляд скользнул от стола Хаффлпаффа к столу Слизерина, остановившись на светловолосом мальчике, который, как он верил годом ранее, станет реинкарнацией Малфоя-старшего.

О, как он был рад, что этого больше не будет, хотя некоторые обстоятельства, связанные с этим, показались ему довольно печальными, но сейчас ничего не поделаешь; впрочем, возможно, так было лучше. Северус воспитывает его, его преданность основана на вещах, стоящих…

Дамблдор знал, что с начала прошлого года для мальчика все изменилось. Юный Малфой больше не был юным принцем, каким он был раньше, больше не был избалованным сыном богатого последователя Темного Лорда. Нет, теперь он был самим собой, отделенным от тьмы, в которую погрузился его отец.

Дамблдор позволил своему взгляду окинуть шрамы, которые теперь навсегда будут тянуться вдоль лица мальчика и вниз по шее, без сомнения продолжаясь беспорядочными участками на плече и руке.

Дамблдор тихо вздохнул, не обращая внимания на наблюдающего за ним Снейпа, и перевел взгляд на мальчиков по обе стороны от Драко — Крэбба и Гойла, их родителей, вероятно, все еще верных бестелесному Темному Лорду.

Когда они сделали свой выбор? он задумался, но потом вспомнил. Когда Гарри остановил Риддла в прошлом году.

С этой мыслью его взгляд переместился на стол Гриффиндора, где он обнаружил Гарри и его друзей за непринужденной беседой.

Дамблдор улыбнулся про себя, вспомнив свой разговор с Минервой об этом "клубе секретных защитников", несомненно, в отместку или в ответ на катастрофу Локхарта. Дамблдор покачал головой, жалея, что не смог найти компетентного учителя. Может быть, в следующем году.

Он посмотрел на Гермиону Грейнджер, без сомнения, организатора этой будущей организации, которая проведет свое первое собрание в это воскресенье, поскольку сегодня пятница. Он лениво задумался, как бы они назвали это, должно оказаться поучительным.

Затем он посмотрел на Рональда Уизли, сидевшего напротив Гермионы, что стало явным сюрпризом во многих отношениях. Конечно, его лояльность не была неожиданностью, но из его предыдущих встреч с парнем он казался, ну, за неимением лучшего термина, тупым и бесполезным, затмеваемым своими братьями. И все же, вот он здесь, с Поттером, Грейнджер, Лонгботтомом и тремя слизеринцами, не меньше, и действительно вносит свой вклад в что-то. Хотя в чем именно, он все еще был немного не уверен. А способность Уизли разговаривать с Фоуксом? Это определенно было сюрпризом. Конечно, у него были подозрения относительно того, что у Уизли есть такая способность, но то, что Фоукс действительно начал разговор? Это было сюрпризом.

Дамблдор подсознательно без помощи волшебной палочки разрезал свой нежный стейк, когда подошел к Невиллу. Такой тихий мальчик, и будучи внуком Августы, это было неудивительно, но теперь… Глаза Дамблдора начали мерцать сильнее обычного. Итак, мальчик представлял собой идеальное сочетание своих родителей — осторожный, смелый, верный и непреклонный, по крайней мере, когда дело касалось важных вещей.

Дамблдор собирался взять вторую порцию картофельного рагу, как вдруг Невиллу, казалось, грозила опасность задохнуться до смерти, а Рон практически бил его кулаком по спине. Но после еще нескольких ударов Рона, оливка какого-то коротышки вылетела у него изо рта и попала Гарри в голову. Дамблдор подавил смешок, когда гриффиндорский стол взревел от смеха, Невилл покраснел как свекла, когда тоже начал смеяться.

Дамблдор сосредоточился на Гарри, который добродушно качал головой с усталой улыбкой на губах.

Дамблдор нахмурился.

Он казался в порядке этим утром и во время обеда, что, черт возьми, могло заставить его так упасть? Дамблдор задумался.

Он посмотрел на друзей Гарри и даже на его змею Ревлис. Они, казалось, не волновались, хотя ранее он мог поклясться, что Гермиона краем глаза положила что-то на тарелку Гарри, когда он смотрел на стол Слизерина. И теперь, когда он присмотрелся повнимательнее, Ревлис, казалось, поддерживал Гарри под руку, его голова покоилась на тыльной стороне ладони Гарри.

Странно, подумал Дамблдор, когда понял, что Гарри поднимает голову, его зеленые глаза не такие яркие, какими он привык их видеть.

Дамблдор улыбнулся ему, хотя и не был до конца уверен, смог ли вовремя скрыть свое беспокойство. Гарри улыбнулся в ответ, слегка кивнув, и повернулся обратно к своим друзьям, поскольку Рон о чем-то спросил его.

Дамблдор вздохнул, надеясь, что мальчик достаточно выспался, и перевел взгляд на других учеников перед ним.

Седрик Диггори, хороший парень, Спраут пригласила его в "клуб секретности", а также в несколько других старших классов Хаффлпаффа. У этого молодого человека было многообещающее будущее, Дамблдор был уверен.

Оливер Вуд, еще один человек с многообещающим будущим впереди, и еще один студент, приглашенный в клуб. Фред и Джордж также были приглашены, хотя приглашение сделал Рон, а не Минерва.

Было еще несколько студентов, о которых он размышлял, задаваясь вопросом, кем станет это поколение и какими история увидит их через столетия. Он отогнал свои мысли от этого, хотя мысли о Риддле каким-то образом всплыли на поверхность.

Не успел он опомниться, как ужин закончился, и поэтому он весело пожелал своим студентам спокойной ночи и отпустил их, провожая взглядом одного усталого гриффиндорца, выходящего из Большого зала, прежде чем решил, что один из его самодельных изолированных профессоров должен его навестить.

Трелони.

Дамблдор поднимался по кажущейся бесконечной лестнице, снова задаваясь вопросом, почему он вообще согласился с Трелони отдать ей эту абсурдно высокую башню. Он наложил восстанавливающее заклинание на свои ноги и успокаивающее на суставы.

Возможно, ему стоит подумать о размещении лифта…

Наконец, он добрался до покоев Трелони.

Почему, черт возьми, у нее нет камина? удивился он, постучав.

"Ах, директор, пожалуйста, пожалуйста, проходите, я видела, что вы идете. Чай?" - спросила она, ведя его в свою гостиную, прежде чем сделать шаг вправо и наткнуться на небольшую стойку.

Дамблдор подавил ухмылку.

Ах, Трелони…

"Да, немного чая всегда полезно", - сказал он, занимая свое обычное место напротив нее.

Он всегда брал за правило навещать ее, по крайней мере, раз в месяц, если не чаще, несмотря на долгое путешествие, чтобы встретиться с ней.

"Да, чай помогает прояснить мой внутренний взор, никогда не подводит", - сказала она, разливая чай, когда наливала немного в свою чашку.

Пока она смотрела вниз, без сомнения, вытирая свой беспорядок, Дамблдор рассеял немного дыма вокруг себя. От слишком сильного запаха у него разболелась голова.

"Все хорошо, Сибил?" Спросил Дамблдор.

"Как я и предвидела, у меня нет проблем", - сказала она, поправляя вещи на маленьком столике, когда взяла свою чашку и села.

"Очень хорошо, не хотел бы, чтобы кто-нибудь из моих сотрудников заболел", - сказал Дамблдор, и дым снова окутал его. Ему пришлось сознательно не махать рукой, чтобы освободить место для глотка воздуха, пригодного для дыхания.

"Я не думаю, что персонал будет много болеть в этом году, мой внутренний взор подсказывает мне, что у нас впереди здоровый год", - сказала Трелони, делая глоток, ее толстые, больше, чем земля, очки сползли на кончик носа.

Дамблдор продолжал простой разговор, как он всегда делал, Трелони, напевая и время от времени делая неопределенные "футуристические" заявления.

Еще через несколько минут Дамблдор случайно взглянул на часы, увидев, что определенно пора спать.

"Что ж, Трелони, кажется, время подкралось незаметно, и я должен идти спать. Спасибо тебе за еще одну великолепную чашку чая", - сказал он, вставая, чтобы уйти.

Трелони кивнула, собираясь тоже пожелать спокойной ночи, но затем застыла…

Дамблдор почувствовал, как у него сжалось в груди, он видел это раньше, когда она внезапно заговорила, ее голос смешался с бесчисленными другими, эхом отдаваясь вокруг него…

"Когда начинается сезон роста,

"В чертоге Змея- Основателя,

"Темный Лорд вернется.

"Однако равный ему нарушит ритуал,

"Но быть вынужденным отправиться в Царство Мертвых,

"И там его обнимут..."

Дамблдор тяжело откинулся на спинку стула, немедленно обдумывая последствия этого и приходя к пугающему выводу.

Через мгновение, которое он не заметил, Трелони вышла из этого состояния, мгновенно села и наклонилась к нему.

"Альбус? Ты в порядке? Ты неважно выглядишь", - сказала она, ее голос слегка дрогнул от беспокойства.

"Я в порядке, Сибил. Я пойду спать", - он встал, заставляя ноги не подкашиваться под ним. "Еще раз спасибо за чай", - сказал он, закрывая за собой дверь, прежде чем Трелони успела сказать что-нибудь еще.

Его мысли лихорадочно соображали, он спускался по лестнице, в ушах звенело только что провозглашенное пророчество.

Темный Лорд вернется ... он повторил. Равный ему… ритуал… Царство мертвых...

"Сезон роста" ... Весна… 20 марта, закончил он, едва осознавая, что входит в свой кабинет.

Что ему теперь делать? Что он мог сделать?

Заказчики. Им нужно рассказать. Если Риддл вернется, им следует начать готовиться, если они еще не вернулись, и, возможно, они смогут составить план, который сможет предотвратить это, если я не смогу.

"Равный ему"… Гарри…

Дамблдор схватил пергамент и быстро начал писать, прося Главу Custosae, если это возможно, перенести их встречу, даже через зеркала, на что он уже решил согласиться ранее в тот день.

Затем он быстро положил его в конверт, произнес необходимые заклинания и запечатал его, после чего взял немного энергии от камина и шагнул в свой камин.

"Апартаменты Снейпа", - заявил он.

Снейп готовился к уроку, который он проведет для Гарри и Драко на следующий день, решив, что пришло время познакомить их с некоторыми существами, от которых каждый должен знать, как защититься.

Было почти одиннадцать, его записи к уроку были почти идеальными, когда внезапно его камин ожил, и оттуда вышел очень обеспокоенный старый волшебник.

"Альбус?" - выдохнул он. "Мерлин, ты в порядке?" спросил он, немедленно вставая, чтобы попытаться усадить его на стул.

Дамблдор отмахнулся от него, подняв другую руку, в которой держал конверт. Он быстро взмахнул рукой и поднял еще несколько защитных чар поверх тех, что всегда были у Снейпа.

"Это должно дойти до главы Custosae как можно скорее. Я только что получил кое-какую ... сбивающую с толку информацию".

"Тревожное больше похоже", - заявил Снейп, беря конверт.

"Что случилось?" Спросил Снейп, гадая, когда Драко сможет передать эту явно важную информацию Заказчикам и сколько времени им потребуется, чтобы довести ее до Ума.

У Custosae, казалось, была достаточно быстрая система, хотя, если бы время имело значение, насколько быстрыми они могли быть?

"Я вернулся из визита к Сибилле", - заявил Дамблдор.

Снейп вздрогнул. Что сейчас сказала эта леди-с-увеличенными-глазами-со-смертельными-воззваниями-для-всех?

"Я так понимаю, то, что она сказала, было нехорошо?" Спросил Снейп своим бесцветным голосом. Дамблдор уже давно обнаружил, что это защитный механизм.

"Это касается Волан-де-Морта и Гарри. Мы должны подготовиться, Северус. Боюсь, если мы не сможем предотвратить это, предыдущая война не пойдет ни в какое сравнение", - сказал Дамблдор.

На следующий день

Гарри и Драко встретились в подземельях, гадая, что Снейп приготовил для них на этой неделе. Предыдущие уроки с мастером зелий были обзорными, хотя они изучали новые способы использования известных им заклинаний, и приобретение опыта в их использовании всегда было полезным.

Накануне вечером, после ужина, они пошли в комнату "Приходи и уходи", быстро рассказывая друг другу, чем занимались. Гарри рассказал им о Саландре и Договоре, который он заключил с ней, что было причиной, по которой он так устал (остальные уже пришли к этому выводу за ужином).

Гермиона, Крэбб и Гойл рассказали им, чего они достигли, сделав их все зеркалами, а также пару зеркал, которыми Гарри воспользуется, если Дамблдор согласится встретиться таким образом. Крэбб и Гойл также с радостью рассказали остальным о своих очевидных навыках владения рунами, придумав несколько дополнительных мер предосторожности для зеркал, таких как уменьшение их до более удобных размеров для путешествий, наложение на них небьющихся чар, а также еще несколько заклинаний секретности, которые предотвратили бы магические манипуляции из недружественных источников.

Гарри ухмыльнулся, довольный теми двумя, которых он считал безмозглыми, когда впервые встретил их. Теперь ему было ясно, что они просто не проявили себя.

Затем Рон рассказал им о своей небольшой беседе с Директором, а также с Фоуксом.

"Восстающее зло?" Спросила Гермиона. "Он больше ничего не сказал?"

"Нет, он сказал, что это все, что он знал", - сказал Рон.

"Тогда нам просто нужно быть более осторожными", - сказал Невилл, остальные закивали.

"Ну, я думаю, на сегодня все. Гарри нужно поспать", - сказал Драко, указывая на едва соображающего Гарри.

Теперь Гарри определенно был более отдохнувшим, после спокойного сна он чувствовал себя великолепно.

Войдя в комнату, которую Снейп превратил в их "классную комнату", Драко и Гарри отошли и стали ждать у стены.

У стены справа от них стояло несколько письменных столов, стол среди них, меловая доска в дюжине ярдов или около того перед ними, а между ними и доской стоял шкаф.

Гарри и Драко переглянулись, оба недоумевая, зачем Снейп поставил шкаф посреди комнаты. Он сделал ремонт в своей комнате и ему нужно было место для хранения дополнительной мебели?

"Достаньте палочки!" Заявил Снейп, дверь с грохотом распахнулась, когда он вышел в развевающемся плаще.

Гарри и Драко вытащили свои палочки, всегда довольные своими кобурами для палочек, которые прижимали палочки к внутренней стороне предплечий, готовые в любой момент.

"Возможно, вам интересно, почему этот шкаф находится здесь, а не в чьих—то покоях, ну, в том, что внутри ..."

Шкаф внезапно затрясся, что-то внутри не радовало.

"—вы изучали, поэтому должны знать, как от этого избавиться. Если нет, то это должно оказаться интересным, если не поучительным ", - сказал он, нисколько не подпрыгнув, поскольку шкаф продолжал греметь, когда он прислонился к одному из столов у стены.

Гарри и Драко посмотрели друг на друга, гадая, что Снейп положил в этот шкаф, о котором они якобы узнали.

"Приготовься", - заявил он, взмахнув палочкой, открывая дверцу шкафа.

Гарри и Драко сделали осторожный шаг вперед, Гарри случайно сделал шаг побольше.

Появилась маленькая бледная рука, схватившаяся за край двери, когда существо… нет, человек, вышел наружу.

У Гарри кровь застыла в жилах, когда он увидел, что стоит лицом к лицу с юным Риддлом, прежде чем стало ещё хуже.

Когда юный Том Риддл сделал шаг вперёд, ему показалось, что с каждой секундой он стареет, превращаясь в своё более взрослое, не совсем человеческое «я».

Гарри не заметил, как Драко ахнул, и не заметил, что его профессор зельеварения побледнел.

«Ты потерпел неудачу, Гарри Поттер. Ты потерпел неудачу… ты один… и мне больше некого убивать, кроме тебя… Больше никого нет, потому что ты подвёл их… Авада Кеда…»

— Ридди… — начал Драко, делая шаг вперёд и внезапно осознавая, что это за существо. Но прежде чем он успел закончить заклинание, Волан-де-Морт превратился в кого-то другого…

Уставший и измождённый Северус Снейп стоял, забрызганный кровью, в порванной и потрёпанной мантии, с пробивающейся щетиной на лице, крепко сжимая в руке покрытую царапинами волшебную палочку.

"Сохранение этой информации при себе принесло больше вреда, чем пользы. Если бы вы рассказали нам это в самом начале, все бы не погибли! Темный Лорд победил! По твоей вине все мертвы, твои секреты убили их всех. Крестник, - выплюнул фальшивый Снейп, - я сожалею, что вообще отдал тебя под мою опеку. Почему ты не сказал мне? Почему ты не сказал нам ...,"

Остальная часть его заявления представляла собой серию глухих бульканий, которые привели только к высокому звону. Губы фальшивого Снейпа все еще шевелились, но с них не слетало ни одного внятного слова.… по крайней мере ... с точки зрения настоящего Снейпа…

"Загадкулус!" - Крикнул Снейп, швырнув домового в шкаф и снова заперев его внутри.

Гарри и Драко теперь тяжело дышали, хотя и старались говорить как можно тише, не смея поднять глаза на Снейпа, полагая, что их секрет раскрыт.

"На сегодня это все. Драко, пойдем со мной, пожалуйста", - заявил Снейп после очень-очень долгой паузы, во время которой никто не двигался.

"Драко", - заявил Снейп, хотя в его голосе не было злости, что только еще больше сбило их с толку.

Драко медленно последовал за ним, поглядывая на Гарри, который был так же ошеломлен, как и он.

После паузы Гарри попытался подобрать слова, чтобы помешать им уйти в другую комнату, объяснить Снейпу или попытаться, но дверь в покои Снейпа внезапно закрылась и была защищена. Гарри был заблокирован.

Драко нерешительно последовал за Снейпом, все его тело онемело.

"Сэр, я ..." — сумел выдавить Драко, когда Снейп внезапно обернулся.

"У тебя есть секреты, которые нужно хранить. Теперь я вижу, насколько сильна клятва, которую ты дал Кустозае, Драко. Что бы ни сказал тот боггарт, все, что я услышал, было неразборчивой путаницей. Клятва, которую ты дал Кустозае, должно быть, очень связывала Драко, и раз ты смог ее выполнить, ты явно верен им. Послушай меня очень внимательно; такая преданность может быть возложена только на что-то достойное. Поверь мне, я знаю", - сказал Снейп, думая о своей преданности Дамблдору, Ордену, а теперь, казалось, и своему Крестнику.

"Что касается того, что боггарт сказал о сожалении. Никогда. Я никогда не пожалею о том, что сделал для тебя, Драко. Я дал слово твоему отцу, Драко, и, что более важно, я дал слово тебе. Никогда больше не подвергай это сомнению, - заявил Снейп, и только его глаза подтверждали его слова.

Драко едва смог сдержать слезы, навернувшиеся на глаза, когда Снейп милосердно повернулся, чтобы взять что-то со своего стола. Драко быстро прогнал слезы, прежде чем Снейп повернулся обратно.

"Теперь, Тави, это очень важно. Длинная Борода сказал мне, что это обязательно должно дойти до Главы Custosae как можно скорее — как можно скорее, Драко. Я не знаю, кому ты это передашь, но сделай это быстро. Это письмо, возможно, самое важное сообщение, которое когда-либо было доставлено, - сказал Снейп, серьезность усилилась в его глазах и голосе.

— Да, Тёмный Рыцарь, — ошеломлённо сказал Драко, принимая конверт. — Я доставлю его как можно скорее.

Кивнув, Снейп отпустил его, прежде чем сесть на диван, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, прежде чем обдумать все, что он только что видел в другой комнате, особенно младшую версию Тома Риддла . . . .

Драко вышел из комнаты, все еще слегка шокированный, но конверт, который теперь лежал в кармане его жилета, подтолкнул его к действию.

: Давай, нам нужно встретиться, сейчас же: Драко прошипел, на случай, если кто-то, кого они не знали, был поблизости.

Гарри кивнул и быстро побежал с ним к остальным в комнате "Приходи и уходи".

Невилл и остальные были в Комнате, где Приходили и уходили, каждый из них делал что-то свое.

Гермиона организовывала сеть Custosae и Amici network, а также организовывала "клуб скрытной защиты", встреча которого должна была состояться на следующий день.

Крэбб и Гойл увлеченно изучали магические книги, очарованные идеей комбинирования, создания и изменения всех типов заклинаний. Они уже начали работу над защитой, которая служила бы отборным видом Протего, только в десять раз лучше, хотя это было довольно сложно.

Невилл и Ревлис были в другом конце комнаты, Ревлис учил Невилла контролировать способность хамелеона, которую Невилл получил благодаря связи, хотя учить этому было немного сложно, поскольку Невилл все еще не мог постоянно понимать его.

Они также только что узнали, когда Рон вернулся из своей комнаты с письмом, что Пег, или, скорее, Муди, присоединился к Amici, без сомнения, допросив Железного Человека и Длинную Бороду (Кингсли и Дамблдора), прежде чем прийти к такому решению.

Драко и Гарри вошли, немного запыхавшись. Невилл поднял голову, его тело сливалось с фоном пятнами по всему телу. Если бы Гарри и Драко не были такими запыхавшимися, они могли бы прокомментировать это.

"Ты уже закончил уроки со Снейпом?" Спросил Гойл.

"Что-то случилось?" Спросил Рон.

"Вы двое в порядке?" Спросила Гермиона.

"Кое-что действительно произошло, но я думаю,… сначала мы должны открыть это письмо", - выдавил Гарри, замедляя дыхание.

"Длинная Борода раздобыл кое-какую информацию, Темный Рыцарь отнесся к этому довольно серьезно", - сказал Драко.

"Хорошо", - сказал Невилл, не сливаясь с окружающей обстановкой, когда они быстро собрались вокруг стола и сели, Гарри взял письмо и открыл его.

Книга 2 — Часть 14: Зеркала и армии

Гарри спустился в холл один, зная, что этот день будет иметь огромное значение для семьи.

У Драко уже было письмо, которое Снейп должен был передать Дамблдору, хотя он подождет еще немного, прежде чем доставить. Столь быстрый ответ вызвал бы слишком много подозрений. В письме содержались детали и условия встречи в зеркалах, и Гермиона и остальные уже готовили комнату для встреч, включая маскировку для Гарри (в конце концов, показывать его лицо в зеркале не имело смысла). Они также писали еще четыре письма, которые, как мы надеемся, будут доставлены на этой неделе. Письма: Стефани Сомак, Джозефу Д. Моему, Форшоу Кроу и Амосу Диггори.

Встреча с Длинной Бородой должна была произойти вечером после ужина, поскольку устраивать ее в школьный вечер или накануне учебного дня, вероятно, было бы нехорошо для них.

На следующий день должно было состояться первое заседание "клуба скрытной защиты", и Гарри едва мог дождаться, как и остальные.

Гарри сосредоточился на своей текущей задаче, добравшись до Флитвика и представившись связным, точно так же, как Драко был связным для Снейпа. В письме, которое они отправили Флитвику, конечно, через Снейпа, они упомянули тот факт, что другой его контакт будет более быстрой связью с Custosae, чем Темный Рыцарь, и сообщит ему о любых делах Custosae, если только Темный Рыцарь не окажется на этот раз быстрее. И поскольку Флитвик стал моим другом, теперь следовало нанести визит.

Подойдя к классу Чар, он постучал, надеясь, что его визит не привлечет слишком много внимания.

"Войдите", - произнес голос довольно взвинченным тоном, если Гарри мог что-то сказать.

Гарри вошел, закрыв за собой дверь, и обнаружил низкорослого профессора Чар за столом на высоком табурете.

"Ах, Поттер!" - пропищал он, и Гарри лениво подумал, как отреагирует Флитвик, когда узнает, зачем он пришел. "Приходи еще поговорить о завтрашнем мероприятии?"

"Э-э, нет, профессор. Я, э-э,… хотел спросить, не могли бы мы отнести это к вам в кабинет? Я не хочу, чтобы нас случайно подслушали", - нерешительно ответил Гарри.

Флитвик, сбитый с толку, кивнул и спрыгнул на пол.

— Конечно, сюда, — сказал он, подводя Гарри к двери своего кабинета. Взмахнув палочкой, он открыл дверь и вошёл, Гарри последовал за ним.

Гарри закрыл за собой дверь и, обернувшись, окинул взглядом кабинет, которого никогда раньше не видел.

Повсюду лежали стопки пергамента, и Гарри удивился, как Флитвику удаётся поддерживать порядок. Там был стол с красным пером для пометок и, без сомнения, для выставления оценок, а за ним — книжные полки, заставленные старыми потрёпанными книгами. Слева было окно, выходящее на часть территории, а справа — картины, на которых, как предположил Гарри, была изображена семья Флитвика.

Флитвик повернулся к нему, в его глазах плясало любопытство.

— Что случилось, мистер Поттер? Чем я могу вам помочь? — спросил Флитвик.

Гарри сделал успокаивающий вдох, прежде чем достать волшебную палочку и умело наложить чары тишины и конфиденциальности, а также заклинания, закрывающие обзор, после чего тяжёлым взмахом палочки задернул занавеску на большом окне. Он не ожидал, что ему придётся использовать это заклинание, но оно сработало достаточно хорошо, а в сочетании с другими мерами предосторожности всё было в безопасности.

Флитвик уставился, пораженный быстрой последовательностью передовых заклинаний, которые только что были произнесены всего лишь второгодником, когда Гарри снова сосредоточился на нем.

"Колосс, мы - Отряд Защитников. Я Гриффин", - заявил Гарри, зная, что пути назад уже нет. "Я, как ты теперь знаешь, твой другой контакт".

Гарри не мог сдержать легкой улыбки от того, как Флитвик теперь открыто, без стеснения, пялился на него.

"Я здесь, чтобы рассказать вам о другом человеке, который, надеюсь, присоединится к нам, если вы, я полагаю, могли бы сказать, согласитесь ли вы взять на себя это задание", - продолжил Гарри, надеясь, что Флитвик все еще слушает.

"Ты - ты друг?" Спросил Флитвик.

"Хм, не совсем, но я твой контакт с Custosae", - заявил Гарри, надеясь, что он не будет настаивать.

"Что ж, очень хорошо. Я, конечно, знаю, что нужно держать ваше участие во всем этом в секрете, и я рад сделать все, что поручат мне Заказчики, - сказал Флитвик, его голос слегка скрипел.

Гарри вытащил заколдованный конверт.

"Мне сказали, что с этим человеком уже связывались, но он не хочет связывать себя обязательствами, потому что не уверен в нашей подлинности", - сказал Гарри. "Мне сказали, что вы, возможно, сможете развеять их сомнения".

"Я сделаю все, что в моих силах", - сказал Флитвик.

Гарри кивнул. "Инструкции внутри; сообщи мне о любых результатах встречи. Спасибо тебе, Колосс".

"Добро пожаловать, Гриффин. Передай заказчикам мои наилучшие пожелания".

Гарри слегка склонил голову, прежде чем убрать защиту, которую он недавно наложил, снова открыл окно и ушел, не сказав больше ни слова.

Флитвик остался стоять, наблюдая, как Гарри покидает свой кабинет и классную комнату, в его глазах читалось чувство гордости, которого он не проявлял с тех пор, как другой зеленоглазый ученик украсил коридоры.

Гарри вошел в комнату "Приходи и уходи" после того, как получил интересное письмо от сокола, который перехватил его по пути из Флитвика. Открыв письмо, он подошел и сел на один из диванов, которые были в комнате.

"Что у тебя там, Гарри?" Спросил Рон.

"С Колоссом все в порядке?" Спросил Грег.

"Это письмо от Рука, и да, с Колоссом все прошло нормально", - ответил Гарри, ломая печать и вытаскивая желтовато-коричневый пергамент.

Гермиона и остальные быстро собрались вокруг, за исключением Драко, который только что ушел, чтобы передать письмо для Длинной Бороды Темному Рыцарю.

Гарри и остальные читают письмо.

Гриффин,

Я пришел к решению небольшой проблемы, касающейся определенных злых предметов, с одним из которых я уже разобрался в моем маленьком эксперименте, призванном доказать метод, к которому я пришел. Проще говоря, кубка больше нет, и на его месте теперь стоит идеальная копия. Надеюсь, вы не возражаете, но был только один способ убедиться в его эффективности, и, немного подумав, я решил, что этот безопаснее.

Я приберег трёх из этих злобных разрушителей для вашего дальнейшего использования и с радостью подарю их вам во время вашего следующего визита, возможно, на каникулах.

Рук

Дочитав, Рон восторженно взревел, а остальные заулыбались от радости.

— Ты ведь понимаешь, что это значит, да? — спросила Гермиона. — Скоро мы сможем начать собирать остальных.

"Да, как только мы получим этих "разрушителей зла"", - согласился Гарри, чувствуя облегчение, которого он не ожидал, что почувствует от этой новости, наполнившей его.

Дни Волдеморта были сочтены, сейчас больше, чем когда-либо.

Драко присоединился к ним позже в тот же час, сказав, что доставил посылку и все было хорошо. Затем остальные сообщили ему хорошие новости.

"Это потрясающе. Должен отдать тебе должное, Гарри. Я не знал, что и думать, когда ты сказал нам, что сделаешь гоблина своим союзником, но я уверен, что рад, что теперь ты это сделал, - сказал Драко.

"Да, и теперь у меня появилось еще больше причин с нетерпением ждать каникул", - сказал Гарри.

Крауч Мэнсон, Месяц назад…

Крауч-младший и шесть других фигур в темных одеждах стояли вокруг стола, в центре которого лежала одинокая черная книга, окруженная рунами и письменами темного текста.

"С этим Темный Лорд вернется к полной силе, - заявил Крауч, - Он станет целым".

Остальные в кругу согласно загудели.

"Наш план нельзя отменить, исход неизбежен. Те, кто перешел дорогу Темному Лорду, будут трепетать и растопчены. После этой ночи мощь его текста возрастет, и если кто-то попытается помешать ему обрести силу, он не будет уничтожен, ибо кто может по-настоящему уничтожить его? Тот, кто бессмертен?"

Остальные в комнате дружно загудели, прежде чем Крауч-младший поднял руки.

"Тогда давайте начнем", - заявил он, прежде чем начать пение и кастинг.

Дневник светился.

Хогвартс, после ужина

Гарри был встревожен и чрезвычайно нервничал. Мало того, что в тот день ему только что пришлось иметь дело с боггартом, причем в присутствии Снейпа, не меньше, но он собирался поговорить с Дамблдором, как с равным. Что, если он все испортил? Что, если Дамблдор обо всем догадался?

"Гарри?" Спросила Гермиона.

"А?" Тупо спросил Гарри, пока она продолжала наносить макияж на его лицо.

"Просто успокойся, это сработает, хорошо?" Сказала Гермиона.

Гарри кивнул, но затем был вынужден остановиться, так как она приклеила усы.

Они, конечно, наложили на него несколько чар гламура, чтобы изменить цвет его глаз и волос, а также форму носа, но все остальное, как они решили, требовало грима, клея и резины, или, по крайней мере, до тех пор, пока они не почувствуют себя достаточно уверенно, чтобы наложить более мощные чары маскировки.

Теперь Гарри выглядел как уверенный в себе деловой мужчина с очень аккуратно подстриженной козлиной бородкой и усами. Его волосы были темно-каштановыми с несколькими седыми прядями, а глаза были очень светло-голубыми, настолько светлыми, что, по словам Рона, они казались серебристыми. Все думали, что они выглядят круто, поэтому Гарри сохранил их. Гермиона также применила найденное ею заклинание, понижающее голос Гарри (мужчина с голосом маленького мальчика, похоже, не вызывал сильного впечатления).

"Ладно, почти время", - сказала Гермиона.

— Готов, Гарри? — спросил Невилл, обнимая его за плечи.

Гарри кивнул.

— Ладно, тогда, я думаю, мы подождём тебя в общежитии, — сказал Рон.

— Увидимся завтра, — сказал Драко, и Винсент с Грегом кивнули в знак согласия, как и Гермиона, которая, очевидно, не собиралась ждать в спальне мальчиков вместе с Роном и Невиллом.

Гарри глубоко вздохнул, прежде чем помахать им рукой, чтобы уходили.

Остальные ушли, не сказав больше ни слова, зная, что он морально готовится.

После нескольких минут тишины в совершенно пустой комнате ожидания часы начали отбивать девять. Было пора.

Взяв зеркало в руку и веря, что Дамблдор придет вовремя, он активировал его.

"Длинная борода".

Гарри выпрямился, твердо держа зеркало в левой руке, когда лицо Альбуса Дамблдора попало в фокус.

"Глава Custosae de Lux", - поприветствовал Дамблдор, не зная, как еще обратиться к удивительно молодому, но впечатляюще выглядящему мужчине, смотрящему на него в зеркало; хотя он знал, что вряд ли это была его настоящая внешность.

"Длинная Борода, я надеюсь, ты один?"

"Конечно, все было так, как вы просили, но я бы справился и без этого", - сказал Дамблдор.

"Я тоже один, и ты можешь называть меня Магом. Итак, ты сказал, что у тебя есть срочные новости, чтобы сообщить мне?" Спросил Гарри.

"Да, итак, я перейду к делу; ты знаешь о пророчествах?" спросил он, и его глаза посерьезнели.

"Я знаю, что они созданы, и знаю об одном, сделанном более десяти лет назад", - сказал Гарри.

"Относительно чего, если можно спросить?" Спросил Дамблдор, довольно осторожно, как показалось Гарри, поэтому он ответил осторожно.

"О Темном Лорде и рождении того, у кого будет сила уничтожить его".

В глазах Дамблдора отразилось удивление, но оно быстро прошло.

"Я снова вижу, что ваши ресурсы огромны. Итак, вы слышали все пророчество? Вы знаете, о ком в нем говорится?"

"Если пророчество заканчивалось строчкой: "Рожденный у тех, кто трижды бросал ему вызов, Рожденный после смерти седьмого месяца ..." тогда да. Что касается того, о ком это говорится.…У меня есть подозрения."

— Маг, это ещё не всё пророчество.

— О? Тогда, пожалуйста, расскажите, — сказал Гарри с максимальным достоинством.

«Далее говорится, что Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но у него будет сила, которой Тёмный Лорд не знает, и что в конце концов выживет только один».

"Я так и думал, что касается маркировки как равного ему и силы, о которой он не знает? Это самое любопытное. Это то, что ты хотел мне сказать?" Спросил Гарри.

"Нет, было сделано другое пророчество, и, боюсь, оно произойдет в начале весны".

"И что это?"

"Возвращение Волан-де-Морта".

Гарри напрягся.

"Ты уверен?"

"Человек, сделавший это пророчество, тот же, кто высказал первое. Я уверен ".

"Что там было сказано?" - Спросил Гарри, уже строя планы, с кем связаться, чтобы начать организацию и по-настоящему подготовиться к худшему.

"С началом сезона Роста,

"В Чертоге Змея-Основателя,

"Темный Лорд вернется.

"Однако равный ему нарушит ритуал,

"Но будет вынужден отправиться в Царство Мертвых,

"И там его примут в объятия. . . . "

Гарри моргнул, мгновенно установив связь с Тайной комнатой, прежде чем еще больше встревожился из-за того, что "равный ему" отправился в Царство Мертвых.

"Прав ли я, предполагая, что у вас те же связи, что и у меня?" - Спросил Дамблдор, оценивая реакцию товарища-лидера света и сразу решив, что он рад, что встал на сторону этого человека.

Маг был явно обеспокоен этой новостью, но он держал себя в руках, продолжая разговор.

"Я уверен, что это относится к Тайной комнате, которая была открыта, когда вы были учителем трансфигурации. "Равный ему" - Мальчик-Который-выжил, Гарри Поттер, и если принимать это пророчество за чистую монету, мистер Поттер умрет ", - заявил Мэдж, его голос был лишен эмоций, главным образом потому, что если бы он позволил им проявиться, это показало бы, насколько он был встревожен.

Ему было предсказано умереть!

"Я пришел к такому же выводу", - серьезно сказал Дамблдор.

Гарри откинулся назад, показывая Дамблдору, что находится за его пределами.

Дамблдор, хотя и встревоженный, был достаточно наблюдателен, чтобы разглядеть тускло освещенный кабинет с книгами в кожаных переплетах, покрывающими стену позади Мага.

"Ты принял какие-нибудь меры предосторожности? Ты думал о том, чтобы рассказать мальчику?" Спросил Маг, стараясь не быть слишком фамильярным с, ну, собой.

"Я предупредил своих сотрудников, чтобы они были более наблюдательными, если что-то случится до весны; что касается того, чтобы рассказать юному Поттеру ... подробно", - признал Дамблдор. "Он не знает о первом пророчестве; хотя он знает о своем несправедливом задании, я не хотел обременять его еще больше и до сих пор не хочу. Я уверен, вы понимаете ".

— Да, но мы все должны нести своё бремя, и хотя это несправедливо, я думаю, что, скрывая от него эти вещи, какими бы благородными ни были намерения, мы мешаем ему готовиться, — тихо сказал Гарри, удивляясь, откуда взялись эти слова, но, с другой стороны, воспоминания о человеке старше пятидесяти лет не могли не оказывать такого эффекта, каким бы хорошим или плохим он ни был.

"Ты хочешь, чтобы я рассказал ему", - заявил Дамблдор, как будто ему было больно даже думать об этом.

"Я не говорю тебе что-либо делать".

"Ты действительно хочешь, чтобы я сказал ребенку, что он может не увидеть лето? Что ему суждено умереть, даже не успев пожить по-настоящему?" Вопросил Дамблдор, и только его голос выдавал внутреннюю печаль.

Гарри был шокирован, хотя и хорошо это скрывал. Уверенный образ Дамблдора дал трещину, он, Маг, Гарри Поттер, Мальчик-который-выжил, лидер Custosae de Lux увидел в Альбусе Дамблдоре свое истинное "я".

Лидер, очень похожий на Гарри, с проблемами, неопределенностью и нежелательными обязанностями.

"Я могу честно сказать вам, что если бы я был тем, к кому относилось это пророчество, я бы хотел, чтобы мне сказали, предсказывает оно конец моей жизни или нет. Я предпочел бы, чтобы мой директор и вероятный наставник рассказал мне все сам, чем чтобы я был ошарашен этим событием ", - сказал Гарри. "И Длинная Борода, возможно, пророчество предсказывает не то, что мы думаем", - добавил он, хотя больше для того, чтобы облегчить свое бешено колотящееся сердце, чем для Дамблдора.

Гарри не хотел умирать; у него было слишком много дел.

"Надеюсь, ты прав", - вздохнул Дамблдор.

"Что ж, если я вспомню что-нибудь, что может помочь, я немедленно поделюсь этим с вами, но сейчас, боюсь, мы должны двигаться дальше", - сказал Гарри, хотя и с легким напряжением в голосе.

"Да, мне было любопытно узнать, что ты знаешь", - сказал Дамблдор, отправляя в рот что-то желтое, в чем Гарри сразу же понял лимонную крошку.

Зная, что Дамблдор уже знал о наличии у Риддла крестражей, Маг решил просто выложить все это.

"Я надеюсь, вы знаете, что такое крестражи. Ну, у Риддла есть несколько крестражей, на самом деле пять, ну, раньше у него были. Я рад сообщить вам, что мой союзник недавно уничтожил одного из них и скоро даст мне средства уничтожить остальных ", - радостно объявил Гарри, предсказание его смерти на данный момент было отложено.

"Пять?!" Дамблдор ахнул, хотя теперь он казался таким же взволнованным, как Маг, услышав, что они уничтожили одного.

"Риддл планировал сделать его семерым, понимаете, это магическое число и все такое", - продолжил Гарри, хотя и осознавал, как много он выдал.

"Ты знаешь, кто остальные? Ты знаешь, где они?" Спросил Дамблдор, слегка наклонившись вперед.

"Да, знаю, но пока у меня не будет средств уничтожить их, с их сбором придется подождать, хотя я скоро начну это дело", - сказал Гарри.

"Как?" Пораженный Дамблдор спросил.

"Контакты", - уклончиво ответил Гарри.

Откинувшись назад, слегка разочарованный тем, что ему ничего не сказали, Дамблдор смягчился.

"Что ж, я с радостью приму участие во всем, что смогу сделать, чтобы помочь в этом задании".

"Я ценю это", - честно сказал Гарри.

Дамблдор слегка кивнул.

"Есть что-нибудь еще, Длинная Борода?" Спросил Гарри, зная, что становится поздно и что ему определенно нужно будет воспользоваться своей мантией-невидимкой, чтобы вернуться в башню Гриффиндора.

"Нет, но для будущих встреч", - начал Дамблдор.

"При следующей возможности я отправлю "Темного рыцаря", и если вам нужно будет поговорить со мной до этого, повторите то, что вы сделали на этот раз. Что касается возможных чрезвычайных ситуаций, я свяжу это зеркало с одним из моих доверенных контактов". Просто скажите "Отшельник", и зеркало активируется. Но я умоляю вас, не используйте это легкомысленно, - сказал Гарри, вспоминая дискуссию, которая у него была с Гермионой и остальными.

Было решено, что в случае каких-либо чрезвычайных ситуаций зеркало Гермионы будет связующим звеном Дамблдора, поскольку она лучше всех соображала на ходу и быстрее всех владела чарами гламура. Если бы что-то случилось, она была бы первой, кто смог бы что-то придумать.

"Конечно", - сказал Дамблдор.

"До нашей следующей встречи", - сказал Гарри.

"Мы - Отряд Защитников", - закончил Дамблдор, тем самым положив конец зеркальному общению.

Гарри положил зеркало лицевой стороной вниз, быстро сняв с себя чары, а также произнеся простое заклинание удаления клея.

После быстрого превращения обратно в себя прежнего, он смирился с тем, что подождет, пока они все соберутся завтра, чтобы рассказать что-нибудь остальным, потому что прямо сейчас все, чего он хотел, это спать. Изображать личность было утомительно, а сообщения, которое он получил, было более чем достаточно, чтобы заставить его пожелать попасть в страну грез.

Северус Снейп тихо сидел в своем кабинете, не в силах отвлечься от урока, который он провел ранее в тот день с Драко и Гарри.

Каким-то образом он знал, что Дамблдор в настоящее время встречается с Главой Custosae, но для него прямо сейчас все это было далекой реальностью, его разум все еще не мог прийти в себя после того, как он увидел, как боггарт Поттера появился в образе очень молодого Волан-де-Морта, а затем превратился в подростка, в мужчину в расцвете сил и, наконец, в Темного Лорда.

Он не осмеливался рассказать Дамблдору о том, что видел, он все еще пытался смириться с этим сам. У его старого наставника и так было достаточно забот, кроме того, что хорошего принесло бы ему это сообщение? Просто еще больше путаницы, а ее у них было предостаточно.

Чего Снейп не мог понять, так это того, почему и как Гарри боялся Темного Лорда в детстве вплоть до недавнего прошлого. Страх, который смог вызвать боггарт, должен был уже быть в сознании жертвы. Конечно, они никогда не должны были видеть этот страх в реальной жизни, но образ должен был уже существовать, по крайней мере, в их подсознании.

Как юный Риддл мог оказаться в подсознании Гарри? Как весь физический облик Темного Лорда мог существовать внутри Гарри?

Снейп сначала был сбит с толку, когда ребенок вышел из шкафа, но один взгляд на Гарри сказал ему многое.

Гарри узнал ребенка, который вышел, мальчику даже четырех лет не исполнилось, который быстро вырос во властное и устрашающее существо, известное как Волан-де-Морт. Но что также озадачило Снейпа, так это то, что сказал Темный Лорд-боггарт.

"Ты потерпел неудачу, Гарри Поттер. Ты потерпел неудачу.… ты один ... и мне больше некого убивать, кроме тебя.… Больше некого, потому что ты подвел их .... Avada Ked—"

Истинным страхом Гарри был не Волдеморт, а проигрыш ему: Неудача…

Хотя этот факт был странно утешительным, зная, что истинным желанием Гарри было уничтожить Волан-де-Морта, во всем этом было что-то явно тревожащее, и все это возвращало к первоначальному вопросу Снейпа.

Как мог мальчик, ребенок, который увидел Волан-де-Морта только после того, как убийца уже стал взрослым, знать, как он выглядел в детстве и все, что было между ними?

Что-то было не так.

Снейп долго думал над этим, обдумывая все возможности, пока только одна не обрела смысл…

Причина, по которой Гарри узнал юного Риддла, заключалась в том, что он видел его раньше, и это могло быть только в одном месте: в его сознании.

Гарри знал, как выглядел Темный Лорд, начиная с детства и заканчивая взрослой жизнью, потому что он видел это.

И тогда все обрело смысл.

Ребенку не могло присниться столько кошмаров за одну ночь; это просто было невозможно, особенно при разной силе магического воздействия, каким бы ужасным ни был один кошмар.

Сны / кошмары Гарри, должно быть, больше, чем первоначально представляли себе Дамблдор, он сам и другие.

Они были не просто об одной ужасной ночи, они были о целой жизни, полной ужасов и событий, и не только об этом, воспоминаниях. Воспоминания Тома Риддла и лорда Вольтеморта.

Снейп обмяк в своем кресле, когда реальность всего этого обрушилась на него.

Заклинания, которые Гарри чудесным образом знал.

Его высокие оценки на занятиях.

Зонирование, которое он иногда проявлял в самые случайные моменты.

Его скромное, но знающее отношение к своему классу.

Он обращается к Драко, сыну Пожирателя Смерти, возможно, желая увести его от ошибок его отца.

Его действия по отношению к другим ученикам, особенно к Лонгботтому, помогают ему обрести принадлежность.

О, какие вещи он, должно быть, видел…

Чему он был свидетелем ... но тогда, среди них, должно быть, был и он, Северус Снейп.

Неудивительно, что он вопросительно посмотрел на него в конце прошлого семестра в больничном крыле. Что он увидел?

Знал ли он, кому он на самом деле предан? Или он думал, что служит этому злобному убийце?

Снейп провел рукой по волосам, молясь, чтобы то, что он недавно совершил, показало мальчику, который, без сомнения, видел то, чего никто не должен был видеть, правду.

Придя к этой мысли, он был уверен, что так оно и было, и, поразмыслив об этом, ему захотелось облегченно всхлипнуть.

Как Гарри мог оставаться рядом с ним? Как он вообще мог продолжать уважать его после того, что у него, скорее всего, было?

Снейп напрягся.

Если то, о чем он думал, было правдой, то Гарри, должно быть, вспомнил воспоминания Волан-де-Морта о том, как тот дал ему пророчество. Снейпу показалось, что с Гарри произошло что-то странное после разговора о том, почему Волан-де-Морт, казалось, так сильно его ненавидел. Это то, что произошло? Всплыло воспоминание?

Снейп, конечно, догадывался, но чем больше он думал об этом, тем больше понимал, что, должно быть, прав, независимо от того, насколько это его беспокоило.

Что ему теперь делать? Должен ли он рассказать Дамблдору? Дамблдор уже знал?

Снейп пытался успокоиться, принимая решение.

Он оставит это при себе, мальчик уже зарекомендовал себя, не нужно заставлять его беспокоиться о том, что кто-то знает правду, кроме того, до сих пор он справлялся с этим на удивление хорошо. Обладать воспоминаниями сумасшедшего и при этом сохранять рассудок было замечательным подвигом, хотя это определенно объясняло, почему он сам изучал окклюменцию…

Итак, Снейп решил, что будет следить за ним больше, чем он уже наблюдал, на случай, если он когда-нибудь понадобится сыну его единственного друга.

И позже, если он почувствует, что это необходимо, он скажет Гарри, что знает.

На следующий день

Гарри и остальные находились в специально отведенной комнате, которую Макгонагалл и Флитвик организовали для "клуба секретов", и Гарри особенно не терпелось дать группе настоящее название.

Там уже собралось приличное количество людей, но все они представятся, как только начнется собрание. Ходили легкие разговоры, и некоторые даже шутили о том, что Снейпа якобы видели, как он что-то бросал в этой части школы. Драко назвал это заклинанием "Заметьте, я не Локкарт".

Классная комната была большой, и Гарри подумал, что, вероятно, Дамблдор заколдовал комнату, чтобы увеличить ее относительно необходимой вместимости.

"Все прибыли?" Спросила Макгонагалл, глядя на них всех.

Все кивнули.

"Очень хорошо. Что ж, сегодняшнюю встречу возглавим мы с профессором Флитвиком. На наших последующих встречах в них также примут участие профессор Снейп и профессор Спраут. Итак, давайте начнем с того, что представимся, - сказала она, жестом предлагая Гермионе начинать.

Они ходили по кругу, указывая свое имя, дом и год выпуска. Гермиона все это записала.

Флитвик взвизгнул, когда взял слово.

"Теперь, когда мы все знаем друг друга, давайте организуемся. Необходимо имя, а также назначенные лидеры, потому что наверняка будут случаи, когда глава Факультета не сможет присутствовать", - сказал он.

"Помните, зачем мы здесь. Вы все должны научиться защищать себя и, возможно, других. Я расскажу это всем вам без обиняков. Дамблдор согласился разрешить сформировать эту довольно неортодоксальную группу, потому что он чувствует, что это может понадобиться в ближайшем будущем. Учитывая недавние события, я уверен, вы все знаете почему. Хотя я уверен, что в этом клубе будет весело, не забывайте, почему главы ваших факультетов направили вам приглашение. Мы считаем, что из-за ваших оценок и отношения на уроках и тому подобного вы можете брать своего рода дополнительные уроки и уверены, что отнесетесь к ним серьезно ", - очень строго сказала Макгонагалл. "Кроме того, я не хочу видеть здесь никакого возмутительного соперничества факультетов. Вы все согласились стать частью этой новой группы, так что давайте просто сосредоточимся на том, что у всех вас есть общего: на том факте, что все вы студенты Хогвартса. "

Все кивнули, слегка заморгав от того, как яростно она это сказала.

"Идеи для имен?" Спросила Гермиона через мгновение, держа перо наготове.

Все начали что-то бормотать, перешептываясь друг с другом, пока не начали называть имена.

"Клуб защитников".

"Ассоциация могучих защитников".

"Нет-нет, как насчет… Армии Дамблдора?"

Об этом возбужденно болтали, пока один из Хаффлпаффцев, мальчик постарше, которого Гарри иногда видел на поле для квиддича, Седрик Диггори, не сказал: "Эй, почему бы и нет, Армия Хогвартса?"

Все закивали, приходя в восторг.

"Все за армию Хогвартса?"

Все подняли руки, еще до того, как Макгонагалл или Флитвик успели что-либо сказать.

"Хорошо, мы также можем использовать Армию Хогвартса, звучит более официально", - сказала она.

Все согласились. МакГонагалл и Флитвик были втайне довольны.

"Все в порядке, организация?" спросила шестикурсница Равенкло, Пенелопа Клируотер.

"Ну, если мы армия, то должны быть генерал, капитаны и все такое", - сказал один из близнецов Уизли.

"Да,… Итак, директор может быть генералом, главы факультетов могут быть Командирами, а затем мы можем проголосовать за то, кто будет представлять каждый факультет, и они будут Капитанами", - сказал Рон. "Это вроде как шахматы!"

"По-моему, звучит неплохо", - сказал Гарри.

"Все за?" Спросила Гермиона.

Они подняли руки, и МакГонагалл с Флитвиком растерялись от того, как быстро их ученики всё поняли.

"Хорошо, теперь нам нужно проголосовать за капитанов", - сказал Невилл.

"Я думаю, они должны быть из старших классов, у них должен быть опыт", - сказал мальчик из Равенкло, которого, как помнила Гермиона, звали Терри Бут.

Несколько гриффиндорцев посмотрели на Гарри. У него было много опыта.

Некоторые также посмотрели на Драко, задаваясь вопросом, выберут ли его капитаном слизеринцев.

"Я согласен", - сказал Гарри, не желая занимать эту позицию, и, судя по виду Драко, он тоже не хотел.

Некоторые выглядели разочарованными этим, а МакГонагалл и особенно Флитвик были удивлены.

Гарри посмотрел на Оливера Вуда, вспомнив, как тот обращался с ним после того кошмарного случая.

"Я рекомендую Оливера Вуда", - сказал Гарри.

Вуд слегка опешил.

"Вы принимаете номинацию?" Спросила МакГонагалл.

Вуд кивнул.

"Есть еще что-нибудь для Гриффиндора?"

Гриффиндорцы переглянулись.

Гарри Поттер сам предложил Вуда, кто они такие, чтобы спорить?

"Вуд-Вуд-Вуд!" - скандировали близнецы, а остальные кивали в знак согласия.

Вуд подавил румянец.

Гермиона записала его имя, прежде чем посмотреть на другие факультеты, которые сейчас разговаривали между собой.

После нескольких минут тихого обсуждения они подняли глаза.

— Адриан Пьюси будет нашим капитаном, — сказал Драко, указывая на четверокурсника Слизерина, который играл в их команде по квиддичу и, если Гарри не ошибался, ни разу не был оштрафован.

"Седрик Деггори", - сказал Джастин Финч после того, как Гермиона записала имя капитана Слизерина.

"Пенелопа Клируотер", - сказала Чо Чанг, и Перси улыбнулся Пенелопе, услышав это.

"Великолепно", - сказал Флитвик, слегка хлопнув в ладоши. "Итак, я полагаю, теперь мы действительно можем начать".

Они закончили встречу, начав с простого обезоруживающего заклинания, а затем обсудив защитные чары. Флитвик был вне себя, рассказывая о своих молодых годах в дуэльном клубе.

После того, как все было закончено, Гарри просмотрел то, что написала Гермиона, весьма довольный тем, что они установили.

Армия Хогвартса

Общие сведения: профессор Альбус Дамблдор

Гриффиндор-

Командир: профессор Минерва МакГонагалл

Капитан: Оливер Вуд (6 курс)

1-й курс: Джинни Уизли

2-й курс: Гарри Поттер, Невилл Лонгботтом, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер, Дин Томас, Симус Финнеган, Парвати Патил, Лаванда Браун

3-й курс: Кэти Белл

4-й курс: Джордж Уизли, Фред Уизли, Анджелина Джонсон, Ли Джордон, Алисия Спиннет

6-й курс: Перси Уизли

Слизерин-

Командир: профессор Северус Снейп

Капитан: Эдриан Пьюси (4 курс)

2-й курс: Драко Малфой, Винсент Крэбб, Грегори Гойл, Дафна Гринграсс, Блейз Забини

4-й курс: Лиам Уоррингтон, Джейд Маркс

Хаффлпафф-

Командир: профессор Помона Спраут

Капитан: Седрик Диггори (5 курс)

2-й курс: Джастин Финч-Флетчли, Эрни Макмиллан, Ханна Эббот

Равенкло-

Командир: профессор Филиус Флитвик

Капитан: Пенелопа Клируотер (6 курс)

1-й курс: Луна Лавгуд

2-й курс: Падма Патил, Терри Бут, Майкл Корнер, Энтони Голдстайн.

3-й курс: Чо Чанг

Следующие недели пролетели довольно быстро, и только в октябре Флитвик наконец попросил Гарри остаться после уроков. После того, как он привел Гарри в свой кабинет и наложил соответствующие чары, он сказал ему, что его "миссия" была успешной, и что Гарри может сообщить Custosae, что у них появился новый участник Amici.

Гарри был в таком же восторге, как и Флитвик, и пошел рассказать остальным.

Снейп был таким же, как всегда, и Драко с Гарри продолжали ходить к нему на уроки по субботам. Гарри и Драко показалось странным, что он так и не упомянул об их уроке боггарта; казалось, будто этого никогда и не было.

Они были благодарны и просто предположили, что Снейп счел за лучшее просто забыть об этом. Они были правы, в некотором роде.

Они разослали письма Custosae с приглашением новых участников Amici и уже получили их ответы о согласии, их контакты (такие как Снейп, Кингсли и Муди), вероятно, обеспечивают достаточную обоснованность их намерений.

Ревлис продолжал путешествовать между Гарри, Драко и Невиллом (к недоумению студентов и персонала).

Армия Хогвартса продолжала проводить собрания и "тренировки", которые, казалось, особенно нравились Флитвику, а Локхарт и те, кто не участвовал в них, продолжали не обращать внимания на их деятельность.

Сириус и Гарри продолжали вести небольшие зеркальные беседы, но они никогда не отходили далеко от того, что происходило в классе, и следили за тем, чтобы определенные люди оставались в очереди, например, Локхарт, хотя Снейп упоминался несколько раз, прежде чем Сириус решил, что он ... терпимый.

Гермиона, Винс и Грег продолжали экспериментировать с заклинаниями и теперь были уверены, что у них есть несколько новых. Они уже изготовили необходимые зеркала, и теперь у каждого участника Custosae было по одному.

Невилл и Ревлис продолжали работать над улучшением прерывистого змеиного языка Невилла и особой способности хамелеона, в то время как Гарри, Драко и Добби работали над появлением / телепортацией.

Они иногда навещали Саландру, хотя на домашние задания, занятия, Кастосы, Армию Хогвартса, квиддич (для Гарри) оставалось не так много времени. Саландра поняла и была просто счастлива, что они пришли, когда смогли. Они рассказали ей о пророчестве, которое ее сильно обеспокоило. Она пообещала, что сделает все, что в ее силах, чтобы помешать Риддлу добиться своего, что принесло им некоторое утешение — Весна в не столь отдаленном будущем ....

Рон узнал больше о фениксах, решив, что раз он может с ними разговаривать, то может узнать о них все, что сможет. Гермиона была горда.

Дамблдору еще предстояло поговорить с Гарри, не то чтобы он был удивлен, но он надеялся, что Маг смог достучаться до него.

Гарри мало что знал, он знал, Дамблдору просто было трудно с ним разговаривать. Однако однажды, после Трансфигурации, МакГонагалл попросила Гарри задержаться после урока на минутку.

"Поттер, минутку, пожалуйста?" - попросила она.

Остальные ушли, кивнув, что они встретятся позже.

"Да, профессор?" спросил он, оставшись с ней наедине.

"Директор желает поговорить с вами. Надеюсь, вы знаете, где находится его кабинет?" - спросила она.

Гарри кивнул.

"Мне также велели передать вам, что директор любит лимонную помадку", - сказала она, пытаясь сдержать дрожь в голосе (ей потребовалась целая вечность, чтобы избавиться от этого вкуса во рту после того, как он предложил ей немного, а она была настолько глупа, что попробовала его).

"О, хорошо. Спасибо, профессор", - сказал он, прежде чем повернуться и уйти в кабинет директора.

Дамблдор сидел в ожидании у своего стола, беря еще одну лимонную карамельку из миски.

Это будет непросто. Он знал, что обязан предупредить Гарри, и все же он не хотел раскрывать слишком много и пугать мальчика, который неизбежно стал довольно близок его сердцу.

Наконец, горгулья предупредила Дамблдора о присутствии Гарри и он заставил себя расслабиться. Чем спокойнее он был, тем меньше Гарри встревожился бы от того, что он должен был ему сказать.

Он не знал, когда именно решил, что собирается это сделать, но отступать было некуда, кроме того, после всего, что случилось с Гарри, Гарри заслуживал знать или, по крайней мере, быть предупрежденным.

Гарри постучал в дверь, и он быстро пригласил его войти.

"Привет, Гарри. Хочешь лимонный сок?" Спросил Дамблдор.

"Э-э, нет, спасибо, сэр", - сказал Гарри, слегка переступая с ноги на ногу.

"Что ж, присаживайся, мой мальчик", - сказал он, усаживаясь на стул напротив стула, который он указал Гарри.

Гарри подчинился, немного удивляясь, почему Дамблдор не сидит за своим столом, поэтому он слегка заламывает руки, прежде чем взглянуть на Фоукса, который, казалось, кивнул ему. Дамблдор, казалось, ничего не заметил.

"Гарри, я пригласил тебя сюда, чтобы обсудить с тобой несколько вещей", - начал Дамблдор, слегка наклонившись вперед, в его глазах не было обычного блеска.

"Вещи?" Спросил Гарри, заставляя себя не свешивать ноги со стула, поскольку его ступни едва касались пола.

«Что ж, для начала я хотел бы поздравить вас и ваших друзей с основанием Армии Хогвартса. Это было бы невозможно, если бы не организация мисс Грейнджер и ваше с остальными участие. Я слышал о ней много хорошего, в том числе от профессора Снейпа — и мне не нужно говорить вам, насколько это высокая похвала», — сказал Дамблдор, и его глаза на мгновение засияли, прежде чем снова стать серьёзными.

"Спасибо, сэр", - сказал Гарри, хотя знал, что это не главное, о чем он хотел с ним поговорить.

Дамблдор сложил руки на коленях.

«Гарри, после совета одного своего друга я кое-что решил. Помнишь вопрос, который ты задал мне в конце прошлого учебного года?» — спросил Дамблдор.

— Тот, что о Волан-де-Морте, и ты сказал, что не можешь мне его рассказать? — спросил Гарри.

— Да, — сказал Дамблдор, хотя по его голосу было очевидно, что он надеялся, что Гарри не вспомнит.

"Что на счет этого, сэр?" спросил он, хотя у него были свои подозрения.

"Что ты знаешь о пророчествах, Гарри?" Спросил Дамблдор довольно прямо, вероятно, потому, что он просто хотел покончить с этим, как будто снимал пластырь одним быстрым движением.

"Я знаю, что Министерство хранит те, которые им удалось задокументировать", - сказал он, пожимая плечами. Гермиона что-то сказала об этом после того, как провела небольшое исследование пророчеств после того, как он упомянул о своей памяти в них.

"В Департаменте тайн", - сказал Дамблдор, слегка кивнув, зная, что информацию можно получить, если знать, где искать, и было верным предположением сказать, что мисс Грейнджер стремилась найти ее, поскольку, вероятно, именно там Гарри узнал об этом, особенно имея доступ к библиотеке Лонгботтомов.

Гарри кивнул.

"Перед твоим рождением было сделано пророчество", - тихо сказал Дамблдор, зная, что это даже не самая сложная часть, то, что должно было произойти.

Гарри удивленно поднял брови. На самом деле ему собирались сказать что-то еще, кроме "будь осторожен" и "будь начеку" ?!

"Вы уже поняли, что это влечет за собой, по большей части", - сказал Дамблдор, и если бы это не было такой серьезной темой, он мог бы гордиться и забавляться.

"У меня есть?" Спросил Гарри.

"Пророчество касалось Темного Лорда и будущего ребенка, который сможет уничтожить его".

"Ты думаешь, я - это он?" - Спросил Гарри, надеясь, что его актерские способности убедительны, хотя он был уверен, что так оно и было, поскольку на самом деле он не играл.

"Я это знаю".

"О", - выдавил Гарри. "Что там было написано?"

"Это должно храниться в секрете, Гарри, чем меньше людей знает, тем лучше".

"Я понимаю, сэр", - сказал он, решив, что те, кто уже знал о пророчестве и его содержании, были честной добычей.

"Очень хорошо. Там говорилось: "Приближается тот, у кого есть сила победить Темного Лорда...Рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, Рожденный на седьмом месяце. умирает...И Темный Лорд отметит его как равного, Но у него будет сила, о которой Темный Лорд и не подозревает...И любой из них должен умереть от руки другого, потому что ни один не может жить, пока выживают другие...Тот, у кого хватит сил победить Темного Лорда, родится на исходе седьмого месяца ...'"

Дамблдор замолчал; уверен, Гарри потребуется время, чтобы переварить услышанное.

"Итак, я был прав в том, что сказал ранее в этом году?" Спросил Гарри, который на тот момент уже знал половину пророчества, но все еще был поражен всем этим. Услышать настоящие слова было откровенно страшно.

"Да, и это было одной из причин, почему я решил рассказать тебе это сейчас", - признал Дамблдор.

"Ч-что это за "сила, о которой Темный Лорд не ведает"?" - спросил он.

Это был разумный вопрос, решил он.

"Что-то, чего Волдеморт не понимает, чего он никогда не мог понять, но что у вас есть в таких количествах", - сказал Дамблдор, его глаза снова заблестели. "Сострадание и любовь".

"Это сила?" Спросил Гарри, которому теперь было очень любопытно услышать, что думает Дамблдор.

Какое-то время он пытался выяснить, что это за сила, которой он обладал и о которой "Темный Лорд не знает", и решил, что это у него были воспоминания, но ведь Волдеморт знал их; хотя… он не знал, что они были у Гарри.

"Да, Гарри. Это движущая сила всего. Эти двое идут рука об руку. Без сострадания любовь превращается в похоть, которую Волан-де-Морт считает могучей. Но у вас есть и любовь, и сострадание, об этом свидетельствует ваши действия дружба с Драко в прошлом году. Но лучшим примером я хочу показать эту власть твоя мать. Вы здесь из-за этой силы, - сказал Дамблдор.

"Значит, это могущественнее смерти? Так вот почему проклятие на меня не подействовало?" Спросил Гарри, желая убедиться, что он понимает, о чем говорит Дамблдор.

"Да".

"Но почему этого не происходило ни раньше, ни с тех пор?" - Спросил Гарри, вспоминая времена, когда он видел, как смертельное проклятие применялось к людям, которых несколько мгновений назад другие защищали от того же проклятия. "Поступок моей матери не мог быть уникальным. Другие, должно быть, сделали то же самое для своих близких, почему их не спасли?"

Гарри всегда задавался этим вопросом, и теперь, когда у него появилась прекрасная возможность задать вопрос, он не собирался упускать его, не попытавшись получить ответ.

"Я не знаю ответа на этот вопрос, Гарри; но, хотя я уверен, что ты устал это слышать, ты необыкновенный ребенок — особенный. Я верю, что с пророчеством или без него, подобное событие произошло бы и с вами, хотя я бы хотел, чтобы этого не было. Единственное, что сделало пророчество, это предупредило нас о том, что родится кто-то, кто сможет победить Волан-де-Морта, и о том, как их идентифицировать ", - сказал Дамблдор.

Гарри смотрел на свои руки, не зная, что сказать.

Почему я? он удивился.

"Итак,…Я так понимаю, Волан-де-Морт знает о пророчестве?" Спросил Гарри.

"Только часть. Он не получил ту часть о том, что у тебя есть силы, о которых он не знает, или о том, что он считает тебя равным себе. Я уверен, что если бы знал об этой части, он отреагировал бы по-другому ".

Гарри кивнул, снова поднимая взгляд, чувствуя себя ошеломленным, но в то же время безмерно благодарным за доверие, оказанное Дамблдором, когда он рассказал ему это.

"Гарри, однако это не было главной причиной твоего сегодняшнего визита ко мне", - сказал Дамблдор, испустив то, что, как с удивлением понял Гарри, было вздохом.

"Должен признать, я никогда не думал, что поделюсь с тобой такой суммой, но не делиться было бы, как ты сказал в прошлом году, опасно", - сказал он.

Он посмотрел на Гарри поверх линз, как будто колебался, что так и было.

"Сэр?" Спросил Гарри, если это было возможно, еще более удивленный, чем раньше.

"Недавно было сделано еще одно пророчество, и если произойдет то, о чем оно, кажется, говорит, произойдут ужасные события, события, которых я не хочу", - сказал он наконец.

"Что там было написано?" - Спросил Гарри, не зная, что бы он сделал, если бы Дамблдор действительно рассказал ему.

"Я не буду называть его точное содержание, поскольку хочу избавить вас от вещей, которые вам не нужно знать, но я скажу, что оно касается Волдеморта и вас".

"И кое-что очень плохое", - прошептал Гарри.

"Мы этого не знаем", - сказал Дамблдор.

Но ты бы не волновался, если бы не думал, что это было так, подумал Гарри.

"Что ты хочешь, чтобы я сделал?" Спросил Гарри. "Я имею в виду, я действительно благодарен за то, что вы поделились этим со мной, но теперь, когда я знаю о первом пророчестве и немного о втором, что я должен делать? Есть ли способ избежать пророчества?"

"Я хочу, чтобы вы были настороже, потому что я не думаю, что вы сейчас можете сделать что-то еще, но знайте, что здесь есть люди, на которых вы можете положиться, к которым вы можете прийти, если вам понадобится помощь. Что касается того, чтобы избежать пророчества…Боюсь, что нет. Я пытался избежать первого, и это все равно произошло, несмотря на мои действия, которые должны были гарантировать обратное, - с сожалением сказал Дамблдор.

"Ты сделал?"

"Поскольку вы уже знаете об этом, вам следует знать вот что. Сначала мы не знали, о ком идет речь в пророчестве, но мы сузили круг поисков до двух: вас и Невилла Лонгботтома ".

"Наши дни рождения ..." Пробормотал Гарри.

— Да, и тот факт, что оба ваших родителя трижды бросили вызов Волан-де-Морту, — кивнул Дамблдор, зная, что не должен удивляться зрелой реакции Гарри после того, как узнал его за прошедший год, но всё же удивился. — Я попросил их спрятаться и предложил использовать чары Фиделиус. Я думал, что это сработает, но это не помогло ни вашей семье, ни семье Лонгботтомов…

Он наблюдал за Гарри, решив, что стоит помолчать, пока Гарри поднёс руку ко лбу, без сомнения, размышляя о том, что подсказало Дамблдору и остальным, о ком говорилось в пророчестве.

Его челка была легко отброшена в сторону, обнажив его шрам, он провел по нему пальцами, когда к нему пришло своего рода внезапное просветление, его глаза больше не смотрели в сторону Дамблдора. Дамблдор ждал, зная, что он захочет услышать, что Гарри собирался сказать ....

"Люди смотрят на это с благоговением, некоторые даже с завистью и страхом. Люди думают, что это удивительно, что это свидетельство чуда. Хотя они не видят меня — истинное доказательство, - тихо сказал Гарри, совсем не напыщенно или высокомерно, а с грустью. "Иногда люди спрашивают меня, почему я пытаюсь это скрыть, почему я не выставляю это напоказ и все такое, но они не понимают. Это не то, чем можно щеголять. Это знак зла, данный существом зла. Зачем мне открыто показывать это, когда все, что это напоминает мне о том, чего у меня нет и почему? "

Дамблдор нахмурился, в его глазах отразилась печаль, когда он услышал слова Гарри.

Он знал о некоторых вещах, которые Гарри претерпел из-за того, что был Мальчиком-Который-выжил, особенно о пристальных взглядах, но он не знал, насколько тяжело это давило на сердце мальчика.

Дамблдор ждал продолжения Гарри, поскольку на самом деле не знал, что он мог сказать после этого, чтобы хоть как-то утешить.

"Но теперь я кое-что понял. Это больше, чем я думал. Это знак, говорящий тем, кто знает пророчество о моем предназначении, хотя, надеюсь, не единственном. Так что спасибо, что рассказали мне, что не относились ко мне как к беспомощному ребенку, с которым нужно нянчиться и который ничего не может, поэтому ему ничего не следует говорить. "

Гарри сделал паузу, на мгновение прикрыв глаза, прежде чем продолжить.

"Благодаря тебе я больше не ненавижу это так сильно", - закончил Гарри, опуская руку и встречаясь взглядом с горящими глазами Дамблдора.

"С удовольствием, мой мальчик", - тихо сказал Дамблдор, едва сдерживая слезы.

Гарри рассказал остальным о своей встрече с Дамблдором, Невилл слегка посерел, услышав о своей некогда возможной роли в пророчестве, но у них было мало времени размышлять о таких вещах, потому что приближался Хэллоуин.

Гарри и остальные присутствовали на празднике, едва избежав Вечеринки в честь Дня смерти с призраками. Итак, они поужинали хеллоуинскими сладостями и едой в Большом зале, Ревлис сидел на плечах Драко и наслаждался мышкой, которую Снейп любезно предоставил Драко перед едой. Девочки за столом отвернулись, в то время как мальчики смотрели с безудержным благоговением, заявляя, насколько это было круто.

Это был хороший Хэллоуин, и, безусловно, лучший из всех, которые когда-либо были у Гарри, и, зная, что приближается сезон квиддича (Вуд напоминал ему об этом каждый раз, когда видел его на тренировке или вне ее), Гарри был счастлив насладиться коротким перерывом, который предложил Хэллоуин. Однако счастье и беззаботность длились недолго, когда они направлялись в свои комнаты отдыха.

«Что это такое?» — спросили несколько человек, указывая на стену, через которую им всем приходилось проходить, чтобы попасть в общие комнаты, независимо от факультета.

ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА,

ВРАГИ НАСЛЕДНИКА, БЕРЕГИТЕСЬ.

Гарри и остальные напряглись, но само по себе сообщение было не совсем причиной, что за ним скрывалось...

Филч, жесткий, как доска, лежал на спине, закрыв руками лицо, на котором застыло выражение чистого ужаса, все его тело больше походило на керамику, чем на плоть и одежду.

Миссис Норрис печально мяукала и терлась о твердое, как камень, плечо Филча, по всему полу растеклась неглубокая лужица воды ....

Книга 2 — Часть 15 А: Устранение

Остаток той недели был беспокойным, и при первой же возможности Гарри спустился в комнату, готовый со своим зеркалом связаться с остальными, если возникнут проблемы.

Было решено, что, поскольку Гарри заключил договор с Саландрой, он был лучшим выбором, чтобы спуститься и поговорить с ней. Ревлис согласился, сказав, что он знал, что Саландра никогда бы добровольно не причинила никому из них вреда, и что этому должно быть объяснение.

Так вот что Гарри сделал, он пошел и поговорил с ней, пока половина остальных была в ванной, остальные в Комнате для свиданий, собрались вокруг своих зеркал на случай, если они ему понадобятся.

: Саландра?: Гарри позвонил, как только оказался в комнате.

: Гарри: Саландра ответила, скользнув вперед, в ее голосе действительно слышалось беспокойство. : Я рада, что ты пришел, после того, что произошло, я беспокоилась, что ты не придешь.:

: Я должен был прийти, чтобы узнать, что произошло. Я знаю, что должна быть причина.:

: Есть. Гарри, в кого-то вселился темный артефакт. Я не знаю, в кого, потому что когда они говорят, это не их голос ... но… Гарри, это его голос, Риддла:

:Что?!:

: Я не знаю как, но этот предмет говорит устами этого человека:

: И вы понятия не имеете, кто этот человек?:

: Нет, я не смотрю их, в основном потому, что не хочу убивать возможного невиновного. Я уверен, что они делают это не по своей воле. Это мог быть студент, или, может быть, посторонний, или даже профессор:

: Загадка?: Спросил Гарри, пытаясь привести свои мысли в порядок.

Могло ли это быть частью того, что приведет ко второму пророчеству? Было ли это началом того, что произойдет в марте?

: Так и есть, и его голос такой же, как был. Сначала я собирался ослушаться, но потом он понял бы, что я связан или заключил договор, поэтому я согласился с ним. Я не хотел рисковать безопасностью того, кто у него есть. Он мог разозлиться и выместить это на них. Таким образом, я могу окаменеть вместо того, чтобы убивать, и списать это на невезение, например, на воду на полу, и посмотреть, чего на самом деле хочет Риддл:

: Это хорошо. Когда они сюда спустились?: Спросил Гарри.

: За час до того, как вы с другими учениками поужинали:

: Значит, если бы этот человек был студентом или профессором, его бы там не было за ужином?:

: Совершенно верно. О чем ты думаешь, Гарри?:

: Я думаю, мы с Заказчиками сможем сузить круг подозреваемых, если они инсайдеры, а не аутсайдеры. Я также знаю, какой предмет искать:

: Вы знаете, что такое темный артефакт?:

: Да, это один из его крестражей, вообще-то, его первый. Его дневник. Я просто надеюсь, что мы сможем найти его до того, как они вернутся сюда снова:

: Что ты хочешь, чтобы я сделал, если они снова появятся?:

: Пока соглашайся с ними, только никого не убивай. Надеюсь, тебе не придется раскрывать свое прикрытие. Если они думают, что вы на их стороне, надеюсь, мы сможем удивить их и позаботиться об этом, прежде чем кто-нибудь пострадает:

:Очень хорошо:

: Я буду время от времени присылать Ревлис, чтобы узнать, навещали ли они вас. Затем мы перейдем к этому:

:Хорошо:

Гарри кивнул, но потом понял, что это бессмысленно, поскольку Саландра не смотрела на него.

: Прощай, Саландра. Мы разберемся с этим: сказал Гарри.

: Я верю тебе, Гарри: Тихо ответила она, прежде чем ускользнуть.

С этими словами Гарри опустил глаза и посмотрел на зеркало в своей руке, которое все это время было активировано, чтобы остальные могли слышать, что происходит.

"Мы начнем составлять список возможных людей, Гарри", - сказала Гермиона.

"Мы также будем следить за этим дневником", - сказал Гойл, зеркало сдвинулось, чтобы показать его лицо после лица Гермионы.

Гарри кивнул, направляясь к выходу.

После этого некоторое время было тихо, что только усугубляло беспокойство клиентов, даже несмотря на уроки, собрания, домашние задания, тесты и предстоящий матч по квиддичу. Тем не менее, они смогли определить, что одержимый не был профессором, но у них было слишком много студентов в качестве подозреваемых, и вероятность того, что этот человек не был обитателем Хогвартса, все еще существовала, хотя они решили, что такая возможность маловероятна.

Ревлис продолжал ходить на Саландру, чтобы проверить, вернулся ли человек, или даже посмотреть, сможет ли он поймать их и узнать, в кого вселился демон, но безуспешно. Саландру посетили еще несколько раз, но она не узнала ничего полезного, и ее больше не просили выходить, хотя она определила, что человек был маленького роста, судя по его шагам.

Все они продолжали следить за дневником, Гарри рассказал им, как он выглядит, но они пока не смогли его найти.

После того, как Филч окаменел, Дамблдор бросил несколько незаметных взглядов на Гарри и остальных, и они получили молчаливое сообщение быть осторожными. Гарри и другие испытывали искушение рассказать ему, что они знали, но они не хотели, чтобы Дамблдор заострял внимание на факте существования василиска, когда истинной опасностью был Наследник, кроме того, даже если бы он знал большую часть того, что они делали, что хорошего это дало бы? Тем не менее, они решили рассказать ему, если возникнет необходимость.

Уроки со Снейпом продолжались, рассказывая о способах защиты от некоторых довольно мрачных проклятий, вплоть до отражения их обратно. Это было, мягко говоря, впечатляюще, хотя Снейп был довольно настойчив в том, чтобы убедиться, что они знают, какие из них они могут вернуть, а какие нет.

Армейские собрания продолжались, и было довольно забавно наблюдать за выражением лиц их "командиров", когда они действительно могли последовательно работать вместе и по большей части откладывать в сторону соперничество факультетов. Все шло довольно хорошо, и они уже перешли к контр-проклятиям и щитам. Армия Хогвартса уже становилась грозной силой, и хотя главы факультетов держали это при себе, они были впечатлены и пожалели, что не сформировали эту группу давным-давно, возможно, это помогло в войне с Волан-де-Мортом более десяти лет назад ....

Наконец, настал день игры по квиддичу, Гриффиндор против Слизерин.

Ищейкой Слизерина была Джейд Маркс, четверокурсница и член Армии Хогвартса. За выходные до игры Джейд пошутила над Гарри, сказав, что она и другие слизеринцы побьют гриффиндорцев до позора. Гарри вернул его, к нему присоединились близнецы и другие гриффиндорцы.

Другие слизеринцы из армии Хогвартса поддержали Джейд, но они и другие "солдаты" Гриффиндора удивили МакГонагалл и Флитвича, командиров, присутствовавших на той встрече, не убивая и не пытаясь убить друг друга, а просто устраивая дружеское и шутливое соревнование, а не ненависть.

"Тебе не страшно, Поттер?" Джейд крикнула ему, когда обе команды вышли на поле.

"Как пожелаешь", - крикнул Гарри в ответ, пряча улыбку.

Мгновение спустя началась игра.

Сначала все шло медленно, Гриффиндор и Слизерин забили по нескольку голов, а снитча не было видно. Бладжеры носились взад и вперед, близнецы и загонщики Слизерина изо всех сил старались отбросить их в сторону другой команды.

"50 на 60, Слизерин!" Крикнул Ли, и тогда Гарри увидел это.

Снитч.

Рванувшись вперед, он погнался за снитчем, настолько сосредоточенный и двигающийся так быстро, что не обращал внимания на то, что происходило у него за спиной, пока его рука не сомкнулась на золотом шаре.

БАЦ!

"Ааааа!"

Гарри обернулся в воздухе и увидел, что далеко позади него начинает падать тело, темный бладжер отлетает в сторону, оставляя после себя сломанную метлу и обмякшее тело.

Джейд.

Он услышал крики толпы, сначала торжествующие (при виде пойманного снитча), а затем шокированные (при виде начинающего падать игрока в квиддич, независимо от того, в каком доме он находился). Снитч все еще был в его левой руке, когда он увидел две фигуры, устремившиеся к падающему ловцу Слизерина — одна красная, другая зеленая.

Джордж Уизли и Адриан Пьюси - капитан армии Хогвартса четвертого курса Слизерина.

Они поймали её вместе, когда её сломанная метла пролетела мимо них всего в нескольких метрах.

Стадион обезумел, Гарри испустил вздох, который, сам не зная, что задерживал, и немедленно полетел на своей метле к Джейд и остальным.

"Как она?" Спросил Гарри.

"Я буду жить", - выдохнула она с закрытыми глазами, обхватив свой бок левой рукой, ее правая рука лежала на плечах Джорджа, его правая рука обнимала ее за спину, в то время как его левая рука сжимала метлу; Адриан держал ее за ноги.

Они быстро спустились, опустив ее на землю, несколько человек высыпали на поле.

"Ты поймал снитч", - выдавила Джейд, скорчив гримасу.

"Да, но я думаю, что больше людей сосредоточено на том, что с тобой случилось", - сказал он.

"Так вот по какому поводу были эти аплодисменты", - сказала она, одновременно поддразнивая и серьезно.

"Те, кто служил в армии, определенно не были", - заявил Джордж, прежде чем кто-либо, не входящий в группу, оказался в пределах слышимости.

"Этот бладжер появился из ниоткуда", - пробормотала Джейд.

"Обычно так и бывает", - согласился Адриан.

"Попал мне прямо под ребра, прежде чем врезаться в ручку моей метлы", - закончила она.

"Помфри позаботится об этом, не волнуйся", - сказал Гарри, когда обе их команды собрались вокруг.

«Я могу быстро вылечить её раны», — раздался весёлый дерзкий голос, внезапно раздавшийся среди слизеринцев и гриффиндорцев.

"Просто идеально", - тихо прошипела Джейд, ее глаза сузились.

Джордж и Адриан придвинулись к ней ближе, когда Гарри повернулся и встал, все еще держа снитч в руке.

Очевидно, что игра закончилась, но вот-вот должно было начаться что-то еще.

"Я залечу твои раны, не нужно беспокоиться", - сказал Локхарт, проходя вперед, Гарри встал частично перед Джейд, загораживая Локхарту действительно хороший обзор.

"Нет, Помфри меня вылечит", - категорически заявила Джейд, те, кто был в Армии Хогвартса, солидно закивали, остальные были шокированы тем, что она не хотела, чтобы Локхарт исцелял ее, поскольку ей было явно больно, а Локхарт был знаменит. "При всем моем уважении, я не хочу, чтобы ты исцелял меня", - продолжила она.

"Бедная девочка, она не понимает, что говорит", - сказал Локхарт, продолжая идти вперед, только для того, чтобы врезаться в Гарри, который решил не двигаться.

"Юный Гарри, я знаю, это шок видеть, как кто-то вот так чуть не умер, но ты не должен позволять этому вот так заморозить тебя", - напыщенно сказал он, пытаясь обойти Гарри, но Гарри отступил вместе с ним, как будто случайно.

"Вы что, не слышали ее, сэр? Она хочет, чтобы ее вылечила мадам Помфри, а не вы", - сказал Гарри. "Это в пределах ее права выбирать, кто ее вылечит".

Гарри прислушивался к юридическим советам Сириуса, поскольку и он, и Сириус решили, что это полезно знать.

"Она в бреду, не знает, что ей нужно прямо сейчас", - с трудом сумел прийти в себя он.

"Еще одна причина отвести ее к мадам Помфри, ей нужно чувствовать себя в безопасности, чтобы она могла успокоиться", - сказал Гарри, прежде чем Локхарт напрягся.

"Поттер прав", - произнес голос за спиной Гарри.

Гарри слегка повернулся и обнаружил Снейпа прямо за своим левым плечом.

Как он добрался туда так быстро? Гарри удивился.

"Я провожу мисс Маркс в больничное крыло", - заявил Снейп, угрожающе глядя на Локхарта.

"Конечно", - выдавил Локхарт.

Гарри оглянулся на Джейд, когда Снейп левитировал ее на носилки, чтобы увидеть, как она одними губами произносит "спасибо" ему, Джорджу и Адриану.

Он коротко кивнул ей в ответ.

После игры всё вернулось на круги своя, хотя Гарри и остальные никогда не забывали о пророчестве, хотя Рон был немного больше обеспокоен случайными пауками, которые, казалось, разбегались по школьным коридорам. Он не был в восторге от их появления, но то, что они уходили, было плюсом.

Мадам Помфри вылечила Джейд, и большая часть школы гадала, почему Гарри практически выступил против профессора, да ещё и слизеринца. Люди также обсуждали участие Джорджа в спасении, потрясённые тем, что он работал вместе с одним из нападающих противоположной команды.

Это заставило многих людей задуматься о многих вещах.

Тем не менее, соперничество факультетов все еще было проблемой за пределами армии, но это не помешало некоторым другим слизеринцам в частном порядке обратиться к Гарри и Джорджу, чтобы поблагодарить их за помощь Джейд.

"Случилось бы что-то плохое, если бы ты этого не сделал", - сказал Драко в Комнате для свиданий после того, как Гарри поинтересовался, почему все придают этому такое значение. "Мы все знаем, как хорошо Локхарт владеет волшебной палочкой; возможно, ты спас Джейд жизнь. Слизеринцы знают, что даже те, кому ты не нравишься, забывают о том факте, что ты встал на пути профессора. Вот почему это важно. "

Гарри вздохнул. Казалось, всё, что он делал, привлекало внимание, и в большинстве случаев нежелательное. Почему то, что он чувствовал себя обязанным делать, всегда вызывало у людей такую реакцию? Это определённо начинало надоедать.

Рон внезапно хихикнул.

"Знаешь, Джордж и Джейд, кажется, теперь хорошо ладят, если ты понимаешь, что я имею в виду", - внезапно сказал Рон. "Он пригласил ее на свидание ..."

"Что она сказала?" Спросила Гермиона, явно заинтересованная.

"Да, конечно. Мы, Уизли, настоящие парни".

Гермиона закатила глаза, в то время как остальные сдерживали ухмылки и фырканье.

"Э-э, ребята, я тут подумал", - сказал Невилл после паузы.

"Да, Невилл? О чем?" Спросил Винс.

"Я, э-э,… Я думаю, что моей бабушке следует стать другом .... Она была бы полезной, и она влиятельна в Министерстве и все такое", - сказал Невилл.

"Знаешь, Невилл, - сказала Гермиона, - я думаю, это хорошая идея".

"Да?" - спросил он.

"Тебе придется быть одним из ее контактов, как думаешь, ты справишься с этим?" Спросил Гарри.

"Я -я думаю, да", - сказал он. "Но я не думаю, что она может знать о том, что я Кустоса, по крайней мере, сейчас".

— Да, ты, наверное, прав, — сказал Рон.

— Что ж, Невилл, если ты считаешь, что её нужно добавить, мы отправим ей письмо. Августа Лонгботтом скоро получит письмо от Хранительниц Света, — заявила Гермиона.

— Вы свяжетесь с ним во время каникул, — сказал Драко.

Невилл кивнул.

"Кем должен быть ее другой контакт?" Спросил Рон.

— Хм, я думаю, Джин Бэрри подошла бы, но, по-моему, ей нужен кто-то более… ну, важный, — сказал Невилл.

"Дамблдор?" Спросил Драко.

"Муди", - сказал Гарри.

Они все посмотрели на него, вспоминая, как Муди ладил с мадам Лонгботтом.

"Муди", - сказали они все вместе, соглашаясь.

Позже на той неделе они получили сообщение от Пег (Муди), что "Львица" принята.

Августа Лонгботтом теперь была членом клуба, контакты: Пег, Найтингейл и Ловушка для мух.

Это случилось за неделю до Дня благодарения. Одна из старост Хаффлпаффа, Лиэнн Доу, магглорождённая, была найдена окаменевшей вместе с Толстым Братом.

Гарри и остальные пришли к выводу, что Лиэнн, должно быть, заглянула в «Толстого монаха» и тем самым спасла её от смерти, хотя они также знали, что Саландра, должно быть, всё это спланировала. Они надеялись, что Риддл не злится на неё за эту «неудачу», и отправили Ревлиса узнать, как она.

Ревлис вернулся с умеренно хорошими новостями. Хотя Риддл был раздражен, убийство магглорожденных не казалось ему приоритетом, и Саландре казалось, что это скорее отвлекает Дамблдора, чем что-либо еще. Они были уверены, что это важно и связано с пророчеством, единственный вопрос теперь заключался в том, чего на самом деле хотел Риддл? Зачем он это делал, пытался ли он вернуться, или это было нечто большее?

Было ясно, что профессора начинают беспокоиться, и на армейских собраниях они давили на участников сильнее, чем раньше. Никто не возражал против этого, и из-за происходящего они пошли дальше, надеясь, что это поможет им, если они столкнутся с тем, что окаменело Филча, Лиэнн и Монаха.

Хагрид тоже волновался, но больше, чем просто за учеников, и остальные знали почему. Если эти атаки продолжатся, Министерство может почувствовать себя вынужденным что-то сделать, независимо от того, насколько это было правильно или неправильно, что будет означать взятие Хагрида под стражу. Гарри и другие надеялись, что до этого не дойдет, хотя они решили, что если до этого дойдет, определенные члены Amici будут уведомлены, и что-то будет сделано, чтобы хотя бы облегчить ситуацию.

Гарри также поговорил с Сириусом, и хотя Гарри уже знал, что произошло, когда Комнаты были открыты в последний раз, Сириус все равно рассказал ему (не зная, что Гарри уже знал). Сириус был по понятным причинам обеспокоен, но после того, как Гарри убедил его, что Дамблдор позаботится об этом, Сириус успокоился, хотя и заставил Гарри поклясться обратиться за помощью, если она ему понадобится.

Разговоры Гарри и Сириуса вскоре перешли к праздникам, которые были не за горами, но до того, как они наступили, Дамблдор снова вызвал Гарри к себе в кабинет ....

Это было за день до того, как они должны были уехать на каникулы на поезде, и Гарри не мог не нервничать, направляясь к двери, ведущей в кабинет Дамблдора.

"Входи, Гарри", - позвал Дамблдор.

Гарри вмешался, гадая, о чем Дамблдор собирался с ним поговорить.

Дамблдор с легкой улыбкой пригласил его сесть. Было ясно, что он обеспокоен недавними событиями, но он все равно предложил лимонную конфету.

После того, как они устроились, Дамблдор начал.

— Не думаю, что мне нужно объяснять, почему я позвал тебя сюда, Гарри, — сказал он.

Гарри кивнул в знак согласия.

"После недавних событий, я полагаю, стало ясно, что события, относящиеся к пророчеству, находятся в движении. Я знаю, ты уже знаешь, что нужно быть осторожным в Хогвартсе и за его пределами, поэтому, поскольку мне больше нечего сказать, я должен спросить тебя, Гарри, хочешь ли ты мне что-нибудь рассказать, - мягко сказал он. "Все, что угодно".

Гарри посмотрел на свои руки и задумался.

Было второе нападение, следует ли рассказать Дамблдору немного больше? Что, если бы произошло что-то, что Гарри мог бы предотвратить, если бы Дамблдору сообщили? Смог бы он жить с собой, если бы это случилось?

Приняв решение, Гарри поднял голову и встретился взглядом с твердыми голубыми глазами Дамблдора.

"Я ...… думаю, я знаю кое-что из того, что могло происходить, сэр ", - сказал Гарри, его сердце бешено колотилось, часть его была так рада, что он наконец-то собирался что-то рассказать Дамблдору, но в то же время напугана.

"О?" Дамблдор слегка наклонился вперед, сомневаясь, что его заинтересовало то, что хотел сказать Гарри.

"Монстр - василиск, но на самом деле это не так, ей не нравится это делать, ей так говорят", - выпалил Гарри, не в силах больше сдерживаться.

Он хотел рассказать Дамблдору хотя бы часть того, что происходило, но в то же время он был обеспокоен тем, что может случиться с Саландрой. Это грызло его несколько недель, вот почему он сказал то, что имел, сразу же попытавшись объяснить, что василиск ни в чем не виноват.

Дамблдор моргнул.

Он действительно моргнул, долгим медленным морганием.

"Прости, Гарри, но как пожилой человек, я должен перепроверять то, что, возможно, неправильно расслышал. Не мог бы ты повторить это?"

"Монстр Слизерина, которого использует этот наследник, она василиск", - сказал Гарри.

"Откуда ты это знаешь, Гарри?" Дамблдор спросил серьезно, хотя он, казалось, не был так удивлен василиском, как Гарри думал, что должен быть — он был удивлен второй половиной заявления Гарри.

"Я и Драко, мы можем слышать ее", - сказал Гарри, стараясь быть как можно более расплывчатым, позволяя Дамблдору уточнить, где и когда они это делали.

"Откуда ты знаешь, что ей не нравится это делать?"

"Судя по тому, что мы слышим и как она говорит", - сказал Гарри.

"Например, что?"

"Например, "Я надеюсь, что это скоро закончится", "Я надеюсь, что он не заподозрит меня и примет окаменения просто как невезение или совпадение " и "Я должен защищать детей Хогвартса. Я не буду их убивать ", - сказал Гарри, вспоминая то, что он слышал от нее, и то, что Ревлис передал ему.

Дамблдор откинулся на спинку стула, явно размышляя.

"Зеркала", - прошептал Дамблдор.

"Сэр?" Спросил Гарри.

"Спасибо тебе, Гарри. У меня были подозрения о существовании василиска, особенно после внезапной смерти петухов, но теперь, когда я знаю ее ... намерения, я могу принять некоторые меры предосторожности, чтобы она не причинила постоянного вреда ученикам. Старостам и тем, кто патрулирует коридоры, теперь выдадут зеркало, чтобы они заглядывали за углы. Потому что я верю, что именно так мисс Доу стала жертвой. Я просто благодарен Монаху, что он был с ней ", - сказал Дамблдор.

Гарри точно знал, почему он так себя чувствовал. Плаксе Миртл повезло меньше.

"Да".

"Ну, Гарри, теперь я тебя отпускаю. Хорошего Рождества со своим крестным отцом", - сказал он.

"Спасибо, сэр, и вам хорошего Рождества", - сказал Гарри перед уходом.

На следующий день Гарри и все остальные отправились домой на каникулы, проводя время со своими семьями (Ревлис поехала с Драко), но пообещали, что они договорятся о времени для совместной встречи, особенно по семейным вопросам, поскольку Гарри откроет себя Люпину как контактное лицо и получит оружие у Грача / Грипхука, чтобы уничтожить Крестражи.

Гарри зашел в Косой переулок с Сириусом и Люпином после того, как они забрали его из 9½.

"Гринготтс, Гарри", - радостно объявил Сириус. "Мы возьмем кое-какие вещи, а потом поедем ко мне домой, который я обустроил…по большей части, и наслаждайтесь праздниками вместе!" - заявил он.

Они вошли в банк, Гарри надеялся, что Сириус и Люпин позволят ему снова встретиться с гоблинами наедине.

Они подошли к стойке, гоблин уставился на них сверху вниз.

"Ах, мистер Поттер, Грипхук ждет вас. Свободный будет сопровождать вас", - сказал он.

"О, спасибо", - сказал Гарри, спеша к гоблину, который, очевидно, был вольноотпущенником, прежде чем Сириус или Люпин смогли возразить.

"Он сделал это в прошлый раз, с ним все будет в порядке", - пробормотал Сируи Люпину, покачав головой. "Кажется, он нравится гоблинам".

У Люпина хватило порядочности выглядеть смущенным и просто кивнуть.

"Да, я тоже этого не понимаю, но я не собираюсь подвергать это сомнению", - закончил Сириус.

Гарри привели в комнату, а затем в руническую комнату, где его ждал Грипхук.

— Спасибо, Фритти, я сам разберусь, — сказал Грипхук. Фритти кивнул и, уходя, закрыл за собой дверь.

— Гриффин, — сказал он, указывая на место рядом с собой.

Гарри быстро понял это.

"Вот предметы для вас", - сказал он, придвигая коробку. "Три особых кинжала гоблинов и оригинальный Кубок Хаффлпаффа. Я просто хочу, чтобы вы увидели кубок, как доказательство того, что эти кинжалы работают ", - сказал он.

"Спасибо, это окажется очень полезным. Теперь мы сможем быстро уничтожить другие крестражи", - сказал Гарри, открывая коробку.

Внутри лежали три кинжала с короткими узкими лезвиями и декоративными ручками. Их лезвия были едва длиннее его ладони, но, когда он достал их из коробки, он знал, что они сделают то, что ему нужно.

"Их кобуры прилагаются, и при необходимости их можно надевать как на ткань, так и на плоть, в зависимости от того, где вы решите их закрепить".

Гарри взял их и быстро спрятал под мантию, чтобы забрать позже.

"Для меня большая честь, что вы и ваши люди разрешили мне использовать это", - сказал Гарри, зная, что гоблины, вероятно, не позволят им хранить это бесконечно. "Я верну их, как только угрозы будут устранены".

"Это подарки. От одной нации к другой. Пусть будущие годы будут процветающими для обоих наших народов".

Гарри был ошеломлен.

Рук разрешал им иметь гоблинские клинки?!

- С-спасибо, - выдавил Гарри.

"Однако у меня есть требование", - сказал Рук.

"Да?"

"Эти клинки не должны покидать Кастоси или ее союзников".

"Они этого не сделают", - пообещал Гарри.

"Пришлите мне сообщение, когда они будут использованы", - сказал Рук.

"Я так и сделаю", - сказал Гарри, когда Рук встал.

Гарри последовал его примеру.

Рук коротко поклонился, когда они прощались, и, прежде чем Гарри успел опомниться, он уже шел обратно к Сириусу и Люпину за покупками — оружие, способное навсегда уничтожить Волан-де-Морта, было прикреплено к его груди под мантией

Книга 2 — Часть 15 Б: Устранение

Гарри последовал за Сириусом и Люпином на площадь Гриммо, прочитав записку и посмотрев, как появляется дом. Войдя, стало ясно, что Сириус был занят уборкой и подготовкой дома, пока Гарри был в школе.

Он также получил работу в юридической фирме, давая советы клиентам (которые ранее были проверены им — у него есть дар видеть истинную вину / невиновность, и он знает, как получить определенные зелья, когда это необходимо ...) о том, что они должны делать юридически в связи с любой проблемой, которая может возникнуть у них с Министерством.

Гарри подумал, что это довольно забавно.

Сириус даже переговорил с некоторыми тюремными охранниками Азкабана. После того, как некоторые из них узнали, что он действительно невиновен, они пообещали, что, если ему что-нибудь понадобится, просто попросить. Они, казалось, помнили, что он не был ужасным заключенным, как настоящие преступники.

Люпин тоже жил на площади Гриммо, платил за аренду, помогая Сириусу ремонтировать квартиру. Он также подрабатывал у Сириуса, занимаясь бумажной работой по делам Сириуса.

"Гарри, - прошептал Сириус, - Будь тише, когда войдешь, в этой части дома мы не смогли убрать портрет моей матери, а она была не очень добросердечной леди. На самом деле, я сомневаюсь, что у нее вообще было сердце, - сказал он, указывая на занавешенную часть стены.

Пройдя по недавно убранному коридору, они добрались до кухни.

"Это место не закончено, но оно намного лучше, чем было. Мне еще нужно кое-что убрать, особенно с одним домашним эльфом, но обо всем этом мы скоро позаботимся. Но до этого мне придется запретить тебе заходить в определенные помещения дома, Гарри, по крайней мере, в одиночку, - сказал Сириус.

"У тебя есть домашний эльф?" С любопытством спросил Гарри.

"Да", - почти простонал Сириус. "Мы хотим. Теперь, когда я усыновил тебя, ты и его учитель тоже. Творчество!"

-POP-

Что ж, чего бы Гарри ни ожидал, это было не то, что предстало перед ним.

"Да, хозяин?" отвратительно выглядящий домашний эльф протянул, радость и любая степень положительных эмоций полностью отсутствовали.

"Это Гарри, мой крестник и другой твой учитель. Ты должен относиться к нему так же, как ко мне, нет, на самом деле ты будешь относиться к нему и служить ему лучше, чем ко мне, и делать все, что он скажет. Понятно? Приказал Сириус.

"Да, мастер. Креатив живет, чтобы служить благородному Дому Блэков. Креатив будет служить тому, кто уничтожил Темного Лорда ..." - сказал он, прежде чем пробормотать: "Креатив удивляется, как он это сделал".

Гарри просто смотрел, его сердце сжалось, когда всплыло воспоминание . . .

Он вошел на площадь Гриммо, жутко разодетая женщина с макияжем толщиной почти в дюйм гордо приветствовала его.

"О, милорд, какая честь для вас войти в мой дом. Я так горжусь тем, что вы выбрали мою семью, чтобы помочь вам во всем, что вам сейчас нужно. Итак, ты сказал, что тебе нужен кто-то конкретно? Творчество, верно? спросила она.

"Да, твой домашний эльф", - сказал он. "Регулус предложил его, и я верю, что он отлично подойдет".

"Конечно, милорд. Творчество!"

-Pop-

"Да, госпожа, что может Творение сделать, чтобы послужить самому благородному дому Блэков?" спросил он с поклоном.

"О да, он отлично подойдет", - сказал он из-за спины эльфа.

Создатель обернулся, немедленно низко поклонившись при этом.

"Темный Лорд, - выдохнул он, - действительно желает, чтобы я служил? Для меня это большая честь, чем можно было подумать".

"Таким и должен быть. А теперь пойдем со мной", - сказал он.

Затем они ушли, отправившись далеко вглубь страны, а затем в страну далеко за ее пределами, пока не вышли к берегу моря и не вошли в пещеру — пещеру, которую Гарри видел в памяти раньше.

Они сели в лодку, осторожно, чтобы не потревожить ее слишком сильно, и добрались до острова. Там Волан-де-Морт заставил Креатура выпить ужасное зелье из чаши, чтобы тот оставил медальон, а затем он ушел, вскоре после этого появились существа из воды ....

"Гарри?!" Сириус почти кричал, встряхивая Гарри. "Ты в порядке?"

"Э-э, да", - сказал Гарри, вздрогнув.

Волан-де-Морт оставил там Творение, он должен был умереть. Как ему это удалось? Гарри задавался вопросом.

"Может быть, нам стоит отвести тебя в твою комнату, Гарри. Это был напряженный день", - предложил Люпин.

"Я думаю, что отдохнуть перед ужином - хорошая идея, Гарри", - продолжил Сириус, прежде чем проводить его до лестницы и отвести в его комнату.

Все стены были свежевыкрашены, странные фотографии, по-видимому, были размещены на тех участках стен, где недавно были прикручены болты.

Войдя в холл, Гарри увидел несколько дверей. Сириус указал на каждую комнату и назвал их.

"Кабинет, туалет, комната для гостей, моя спальня и, наконец ... твоя", - сказал Сириус, останавливаясь у двери со словами "Комната Гарри", выгравированными на металлической табличке.

Дальше по коридору были другие комнаты и лестница, ведущая на чердак, но Сириус, очевидно, пока не хотел показывать Гарри их.

Сириус открыл дверь, показывая великолепно обставленную комнату.

"Это мое?" Спросил Гарри, не в силах поверить в это.

"Да, это все твое", - сказал Сириус с улыбкой.

Кровать была огромной, и рядом с ней стояли такие же комоды. У правой стены стоял письменный стол, а слева - шкаф, а на стенах висели плакаты по квиддичу.

"Ты можешь распаковать вещи позже, а пока просто отдыхай и наслаждайся своей новой комнатой", - сказал Сириус. "Я буду внизу, готовить ужин. Если тебе что-нибудь понадобится, просто позвони мне. Я бы не советовал Креатура, он никогда по-настоящему не помогает."

Гарри улыбнулся, оглядывая комнату, когда вошел.

Сириус и Люпин снова улыбнулись перед уходом, когда Гарри подошел к кровати и лег, думая о том, что ему следует делать, и когда он должен открыться Люпину, и как он должен привести Сириуса.

После минутного раздумья, решив, что перед этим ему следует кое-что сделать, он сел.

"Создание?" нерешительно позвал он.

"Мастер призывает Творца? Чего хочет молодой мастер?" он спросил, прежде чем пробормотать: "Чего крестник избалованного отродья хочет от Творца? О, что бы подумала хозяйка, если бы узнала, что Креатура служит мальчику, который разбил ей сердце?"

Гарри мгновение просто смотрел, мысли ускользали от него, пока он пытался переварить то, что только что услышал.

"Звонил молодой мастер? Он собирается говорить или просто продолжит пялиться и молчать?" Креатив спросил.

"О, прости, Креатив, я просто подумал", - сказал Гарри, качая головой, задаваясь вопросом, стоило ли вообще пытаться осуществить его предыдущий план.

"О чем думал молодой мастер?"

Гарри сделал успокаивающий вдох, решив, что попробовать стоит, в конце концов, это может оказаться важным.

"Остальная часть этого разговора останется между нами. Ты никому не будешь повторять то, что здесь сказано, понятно? Ты клянешься?" Спросил Гарри.

"Молодой хозяин желает обсудить секретные вещи. Конечно, Креатура не может нарушить приказ, Креатура клянется не повторять то, что здесь сказано, если этого пожелает молодой хозяин", - сказал он.

"Да", - сказал Гарри. "Теперь, Создание, расскажи мне, как ты выбрался из той пещеры?"

"Пещера? Какая пещера?" Вскоре после этого Креатура спросил, отводя взгляд и разговаривая сам с собой. "О чем говорит молодой мастер? Что он имеет в виду? У него все в порядке с головой?"

"У меня все в порядке с головой, Создание, и я знаю, что давным—давно тебя забрали в очень темную пещеру зла с Во-Темным Лордом. Я хочу знать, как ты выбрался, потому что он оставил тебя там, - сказал Гарри, становясь немного нетерпеливым.

Креатив резко вскинул голову, его глаза расширились.

— Откуда ты это знаешь? — с подозрением спросил Крэйт.

"Я просто делаю".

"Что еще ты знаешь?"

— Я знаю, что Регулус предложил тебе поступить на службу к Тёмному Лорду, — сказал Гарри, вспомнив, как Регулус, который, как он с удивлением узнал, был братом Сириуса, встречался с Волан-де-Мортом по этому поводу, прежде чем всё внезапно обернулось тем, чего Гарри меньше всего ожидал…

— Регулус предал вас, милорд, — сказал Малфой. — Он очень похож на своего грязного брата-предателя крови.

"Тогда он умрет", - сказал он.

Гарри прерывисто выдохнул.

«Юный господин выглядит неважно, но Крэйтёр хочет знать, откуда мальчик всё это знает», — пробормотал Крэйтёр, вероятно, сам себе.

— Я в порядке, Крэйт, и я не могу рассказать тебе, откуда я знаю то, что знаю, по крайней мере, пока.

— Что ещё ты знаешь? Чудовище хочет знать, что ещё юный хозяин знает о великом покойном хозяине Регулусе, — сказал он, и его глаза наполнились слезами.

Гарри моргнул, но решил, что теперь сдерживаться нельзя.

— Тёмный Лорд убил твоего другого хозяина, не так ли? — тихо спросил Гарри.

Что ж, Гарри быстро понял, что это было последнее, что ему следовало говорить, потому что Крэйтёр разразился плачем.

— Ш-ш-ш! Тварь, тише, — сказал Гарри, стоя на коленях и пытаясь успокоить обезумевшего эльфа. — Тихо!

Крики Крэйтэ прервались, домовой эльф втянул в себя воздух и задержал дыхание.

Гарри просто стоял там мгновение, потрясенный тем, что его приказ был выполнен таким образом, пока Творение не начало приобретать голубой оттенок.

"Создание, дыши! Дыши!" Внезапно приказал Гарри.

У Творца перехватило дыхание.

"Креатив поступает так, как говорит молодой мастер, но он хотел бы, чтобы тот принял решение".

"Когда я сказал замолчать, я имел в виду перестать выть и рыдать, а не пытаться задушить себя!" Сказал Гарри, пытаясь успокоиться.

Создатель просто тихо стоял там, явно ожидая, что Гарри что-нибудь скажет.

"Создание, я знаю, что твой учитель Регулус был хорошим и благородным человеком. Пожалуйста, расскажи мне, как ты выбрался из пещеры и что произошло", - попросил Гарри.

"Мастер Регулус позвонил мне", - сказал он.

"Он позвонил тебе? Просто так?"

"Когда Мастер зовет, Креатив должен прийти", - сказал Креатив, прежде чем пробормотать: "О, я пробовал, мастер, пробовал, но у меня ничего не вышло, я не могу это уничтожить".

Гарри слегка нахмурился.

"Создание, что произошло после этого?"

"Я рассказал мастеру Регулусу, что Темный Лорд заставил меня сделать, Креатуре не понравилось это зелье, но он его выпил".

"А потом Темный Лорд положил медальон в чашу, не так ли?"

"Откуда молодой мастер знает это?" Спросил Креатив.

"Я просто делаю. Так ты сказал мастеру Регулусу?"

Креатура опустил глаза, выглядя так, словно снова собирался разрыдаться.

"Он создал меня, он создал меня", - почти скандировал Креатив.

"Что он заставил тебя сделать?"

«Он заставил меня отвести его туда, заставил меня заставить его выпить зелье… заставил меня оставить его там и пообещать забрать медальон и найти способ уничтожить его, но Крэйтёр не смог. Крэйтёр пытался, Крэйтёр действительно пытался! Крэйтёр — позорный эльф! Не смог исполнить последнее желание великого, благородного господина Регулуса!»

"Медальон? Он у тебя?"

"Да, Творение делает..."

Гарри помолчал, размышляя.

— Существо… — сказал Гарри, подходя к нему на уровень глаз. — Я знаю способ. Позволь мне помочь тебе исполнить последнее желание Регулуса. Всё, что тебе нужно сделать, — это принести мне медальон, и я обещаю тебе, что он будет уничтожен.

Глаза Крэтьюра расширились от благоговения и благодарности, которых Гарри поначалу не ожидал увидеть на лице этого домового эльфа.

-Pop- ... -pop-

Гарри едва мог дышать.

Медальон, который эльф крепко сжимал в руке, был там. Один из крестражей, который, как он думал, будет труднее всего достать, был здесь!

Гарри сунул руку под мантию и достал один из кинжалов, свой любимый, если он признался в этом самому себе.

Персонаж застыл, явно охваченный страхом.

"Что собирается делать молодой мастер?" он спросил.

"Положи медальон на пол, Создание", - сказал Гарри.

Создатель послушно сделал это, но, вероятно, не хотел.

Гарри задумался, нужно ли ему что-нибудь сделать, а затем вспомнил воспоминания Волан-де-Морта о создании этого крестража. Медальон был сильно зачарован для защиты от внешних атак. Его нужно будет открыть…

Гарри ухмыльнулся.

:Открыть: он зашипел, отчего Креатура чуть не подпрыгнул на десять футов в воздух, но после приземления остался как вкопанный, увидев, что медальон открылся.

Гарри придвинулся ближе, слегка приподнимая клинок, пока не поднял глаза на Креатура, что-то решая.

"Создатель, Регулус был против Темного Лорда, я полагаю, ты тоже?"

"Против чего бы ни выступал могущественный Мастер Регулус, так это против Творчества", - натянуто сказал он.

Гарри улыбнулся, зная, что признания было достаточно, чтобы сделать Креатура техническим союзником, поэтому его обещание, данное Руку, было в безопасности, когда он направил кинжал в сторону Креатура.

"Тогда используй этот кинжал; выполни последний приказ Регулуса. Уничтожь этот медальон", - сказал Гарри.

Создатель посмотрел на кинжал, а затем снова на него.

"Продолжай, Регулус хотел, чтобы ты уничтожил это", - сказал Гарри, кивнув.

Создатель осторожно взял кинжал, благоговейно взявшись за рукоять обеими руками и нацелившись на медальон.

"Будь все же осторожен, Создание, я действительно не знаю, что произойдет", - предупредил Гарри, немного отступая назад и вытаскивая палочку, внезапно осознав, что, вероятно, было хорошей идеей наложить защитные заклинания и заглушающее заклинание на всякий случай.

"Готов ли молодой новый мастер к Kreature сейчас?" Kreature спросил.

"Да, сделай это", - сказал Гарри.

Креатура глубоко вздохнул со слезами на глазах, прежде чем с силой вонзить кинжал, вложив в него весь свой вес.

Острие клинка соприкоснулось и быстро пронзило металл, но это было нечто большее.

Отвратительный, ужасающий крик внезапно эхом разнесся вокруг них, и Гарри подумал, не следовало ли ему наложить больше заглушающих заклинаний, когда Креатура поднял кинжал, а из медальона поднялся черный туман.

Гарри и Креатура смотрели, как крик смолк и туман исчез, оставив после себя явно проткнутый ножом медальон без крестража.

"Мастер Регулус, Творение преуспело..." Творение выдохнуло.

БАНБАНБАНБАНГ!

"Гарри, ты в порядке?!" - Сказал Сириус, барабаня в дверь, когда Гарри внезапно понял, что запер дверь.

Гарри быстро открыл его, вскоре после этого Сириус и Люпин чуть не ввалились в комнату.

"Мы услышали крики и —", - объяснил Люпин, но тут же оборвал себя, увидев Креатуру с кинжалом.

Гарри посмотрел на Творение, когда Сириус и Люпин направили на него свои волшебные палочки.

"Нет, подожди! Креатив помогал мне! Я помогал ему, я имею в виду, мы помогали друг другу!" Гарри попытался объяснить.

Люпин посмотрел на поврежденный медальон, затем на Творение, а затем на Гарри.

Сириус был совершенно взбешен и сбит с толку.

"Опусти кинжал, Создание!" Приказал Сириус.

Kreature удалил его.

Гарри быстро схватил его, прежде чем они успели.

"Гарри, что, черт возьми, происходит?" Спросил Сириус.

Гарри переступил с ноги на ногу, глядя вниз на клинок в своих руках, на медальон на полу, на Творение, а затем на свои ботинки.

Должен ли он просто выложить все это прямо здесь, прямо сейчас? Это был самый простой и лучший способ сделать это? Ну, что еще он мог сказать, чтобы объяснить, что он делал? Сказать "О, ну, я имел что-то против этого медальона и хотел, чтобы Креатура его уничтожил"? Нет, лучше просто сказать правду.

Он, наконец, посмотрел на Сириуса, а затем на Люпина, вспомнив тот факт, что он уже наложил вокруг защитные заклинания, хотя они, вероятно, были не нужны, поскольку это место находилось под чарами Фиделиуса.

Встретившись взглядом с Люпином и выпрямившись во весь свой (пусть и невысокий) рост, он заговорил.

"Лунатик, мы - отряд защитников. Я Гриффин, другой твой контакт".

Сириус переводил взгляд с Люпина на Гарри и обратно, совершенно потерянный, и еще более потерянный, когда Люпин ответил: "Черт возьми".

Все долго молчали, пока Сириус не смог больше этого выносить.

"Что, черт возьми, происходит?" спросил он. "Что вы с Креатурой делали? И что это был за ужасающий крик, который мы слышали?"

"Крестраж, частичка души Волан-де-Морта", - сказал Гарри, и Существо съежилось и ахнуло при упоминании этого имени. "The Custosae, группа, с которой я работаю, решили, что если я наткнусь на кого-нибудь, то уничтожу его".

"Ого, ого, ого. Подожди, так вот о чем была эта история с "Я - Гриффин"? Так ты часть этой группы Custosae?" Спросил Сириус.

Гарри взглянул на Люпина, который все еще был в шоке.

Должен ли я сказать им, что я на самом деле Кустоса? И если я скажу, скажу ли я им, что я лидер? Поверят ли они мне? Спросил себя Гарри. Должен ли я им рассказать?

Завязалась внутренняя борьба, пытаясь определить, не пора ли посвятить некоторых взрослых в большой секрет.

Ну, если я не могу рассказать лучшим друзьям моего отца, то кому я могу?

"Да, я Кустосае, и никто другой не знает этого", - заявил Гарри, глаза Люпина расширились.

"Ты Кустоса?" - прошептал он.

"Да, это я", - ответил Гарри, Креатура просто смотрела на него.

"Подожди, кто или что такое Custosae?" Спросил Сириус.

"Это группа, сражающаяся против Волан-де-Морта", - сказал Люпин.

"Нравится Орден?" Спросил Сириус.

"Да, но они могущественнее Ордена".

"Почему мы о них не слышали?" Спросил Сириус.

"Они раскрылись только в этом году", - сказал Люпин.

"Как ты стал участником?" Сириус спросил Гарри.

Гарри пожал плечами, пытаясь решить, как ответить, когда его внезапно отвлек некий эльф, который теперь был прямо перед ним.

"Если это доставит удовольствие молодому хозяину, Креатив послужит на благо Custosae", - сказал он, низко кланяясь.

У Сириуса и Люпина отвисла челюсть.

"Было бы здорово", - сказал Гарри. "Пусть все, что ты делаешь, будет в память о Регулусе".

"Я справлюсь, я справлюсь".

Бедные Сириус и Люпин были настолько сбиты с толку и потрясены, что едва могли стоять.

Гарри посмотрел на них, едва сдерживая улыбку.

"Могу я объяснить все это за ужином?" Спросил Гарри. "Я проголодался".

"Пожалуйста, сделай это, Гарри", - внезапно сказал Сириус, быстро направляясь на кухню.

Наступил следующий день, и у Amici появился новый участник, Грим, он же Сириус Блэк.

Гарри объяснил, что существуют крестражи и что медальон был одним из них, а также тот факт, что у Кастосы теперь есть способ их уничтожить, и они были совершенно уверены, что знают все их местоположения. Он не рассказал им об остальных или о том факте, что он был Главой, он был уверен, что если бы рассказал, у каждого из них случился бы сердечный приступ. И, похоже, он и так достаточно беспокоился об их здоровье.

Сириус был приведен к присяге, Креатура тоже давал клятву, хотя в этом не было особой необходимости, поскольку Гарри был его учителем.

Затем Гарри дал Сириусу и Люпину задание…

Чтобы заполучить кольцо, которое было в Лачуге Гонта.

Гарри отдал Люпину кинжал и рассказал им о проклятиях и заклинаниях, защищающих кольцо, и о том, что камень в кольце был крестражем, и о том, чтобы не надевать кольцо.

Сириус и Люпин решили не спрашивать, откуда Гарри все это узнал, решив, что более высокоуровневые Заказчики, должно быть, сообщили ему, сказав ему рассказать им, поскольку Гарри явно не мог просто пойти в какую-то лачугу и уничтожить эту штуку самостоятельно.

Они решили, что пойдут и выполнят миссию позже, во время каникул, и на это время Гарри останется в доме Невилла или что-то в этом роде.

Так вот что они сделали.

Дни на площади Гриммо были замечательными, Креатив даже придал некоторый смысл портрету матери Сириуса, рассказав ей, как благородно поступил крестник Сириуса, Гарри Поттер, помогая ему осуществить последнее желание Регулуса. Это, казалось, по большей части успокоило ее. По крайней мере, она не начинала кричать наугад или убегать от любого внезапного шума, хотя она совсем не походила на бабушку.

Наступило Рождество, и Гарри получил несколько книг, конфет и несколько довольно случайных подарков от своих друзей, Люпина и Сириуса. Он, конечно, отправил Рону и остальным несколько подарков, в том числе зачарованные письма о том, что произошло, и о том, что теперь одним крестражем стало меньше, и что скоро появится еще один.

Он также получил веселое письмо от Невилла, в котором рассказывалось, как он рассказал "Львице" и как она гордилась тем, что он пошел по стопам своих родителей. Гарри был рад за него, молча задаваясь вопросом, какой была бы ее реакция, если бы она узнала, что Невилл был одним из лидеров этой группы.

После Рождества наступил день, который Сириус и Люпин выбрали для выполнения миссии, Гарри и остальные уже договорились встретиться в доме Невилла.

Все добрались до особняка Лонгботтомов вовремя, Сириус и Люпин оправдались тем, что им нужно раздобыть редкие материалы для продолжения ремонта на площади Гриммо, что не совсем было ложью, они получат вещи после завершения миссии.

Гарри и остальные некоторое время играли во взрывающийся снап, немного почитали в библиотеке и немного поиграли в квиддич. Прошло несколько часов после обеда, когда они решили сделать перерыв и немного расслабиться в гостиной перед ужином.

Гермиона читала о каких-то заклинаниях верхнего уровня, Грег и Рон играли в шахматы, Винс и Драко наблюдали, а Невилл (Ревлис у него под рукой) и Гарри просто размышляли на диване.

Августа не решалась впустить Ревлиса в свой дом, но, увидев, как ладят Невилл и змея, она решила наблюдать за существом как ястреб, вместо того, чтобы изгнать его на какой-нибудь замерзший остров.

Снейп тоже был в комнате, придя ранее на этой неделе к решению, от которого он не мог сейчас отказаться.

Он решил, что должен сказать Гарри, что знает о том, что у него есть воспоминания Темного Лорда. Что-то беспокоило его последние несколько месяцев, от чего он не мог избавиться. Что, если Гарри нужно было поговорить с ним о чем-то, что он видел, что только он, Снейп, мог понять, объяснить или помочь ему справиться? Разве он не обязан Лили этим? Помочь ее сыну? Разве она не хотела бы, чтобы он это сделал?

"Поттер, можно тебя на пару слов?" Спросил Снейп, подходя к дивану и заставляя Невилла слегка вздрогнуть; он дремал.

"Конечно, сэр", - сказал Гарри немного смущенно.

О чем это было?

Гарри вышел вместе со Снейпом и направился в одну из гостевых комнат, поймав несколько обеспокоенных взглядов от остальных.

Снейп закрыл за Гарри дверь, умело наложив заклинания уединения, прежде чем повернуться к Гарри.

Снейп просто постоял немного, отчего Гарри стало еще более неловко.

"Я не из тех, кто приводит длинную преамбулу, чтобы смягчить дискуссию или попытаться сделать что-то менее расстраивающим, поэтому я просто изложу то, что, по моему мнению, необходимо сказать. Я знаю, что у тебя есть воспоминания Темного Лорда, и я знал об этом некоторое время. Я понял это вскоре после того случая с боггартом и подумал, что лучше сохранить этот факт при себе, даже от вас, но теперь решил, что для вас будет лучше знать, что я знаю. Тебе больше не нужно беспокоиться о том, чтобы скрывать от меня свой секрет, Поттер. Также знай, что со мной он в безопасности. Ты единственный, с кем я говорил об этом, и так оно и останется, если я не сочту необходимым поделиться этим с кем-то еще, кем, вероятно, был бы только Директор, если бы это произошло ", - сказал Снейп.

Гарри оцепенел. Полностью в шоке.

Он знает! Он знает! Он знает! Он знает! Что мне делать?

— Вам, вероятно, следует дышать, Поттер. Это жизненно необходимо, чтобы вы продолжали жить, — заявил Снейп, едва сдерживая ухмылку.

Гарри втянул в себя немного воздуха, что прозвучало как обратный вздох.

После восстановления пигментации Гарри смог произносить некоторые слова, Снейп оказался на удивление терпеливым.

"Я не знаю, что сказать", - сказал наконец Гарри, дрожащей рукой опуская руку на ближайший комод.

"Тебе не нужно ничего говорить", - сказал Снейп, в его глазах появилось нечто такое, чего Гарри никогда раньше не видел у своего профессора, да и у большинства других, если уж на то пошло.

Уровень покровительства, направленный прямо на него, приправленный видом человека, преуспевшего в чем-то.

Гарри почувствовал, что это пришло, но по какой-то причине у него не было желания бороться с этим, поэтому он позволил себе полностью погрузиться в это воспоминание, не испытывая ни малейшего желания делать это.

"Милорд, я смиренно обращаюсь к вам с просьбой", - сказал Снейп, опускаясь на колени.

"Ты верный слуга, посмотрим, исполню ли я твое желание. Что это?"

"Когда пойдешь убивать Поттера, пощади его жену для меня", - сказал Снейп.

"Ты желаешь ее?"

"Да, милорд", - сказал Снейп.

"Я приму это к сведению", - сказал он.

"Спасибо, милорд, спасибо", - благоговейно произнес Снейп, подняв глаза, которые Гарри только что видел у своего профессора.

Рука Гарри крепче сжала край комода, когда очередная вспышка воспоминания, которое приходило к нему так много раз раньше, снова всплыла на поверхность.

"Только не Гарри, только не Гарри, пожалуйста, только не Гарри!"

"Отойди в сторону, глупая девчонка ... отойди в сторону, сейчас же..."

"Только не Гарри, пожалуйста, нет, возьми меня, убей меня вместо этого — Только не Гарри! Пожалуйста ... сжалься ... сжалься ..."

Вскоре после этого, он выбежал из-за небольшое количество терпения у него было и произнес проклятие, зеленый свет, наполняя комнату, прежде чем бросать его снова, на этот раз над маленьким Гарри....

Гарри открыл глаза, внезапно осознав, что сидит на полу, а рядом с ним на удивление обеспокоенный мастер зелий.

Он прислонился спиной к комоду, сердце бешено колотилось, а лоб был покрыт потом.

Вскоре после этого Гарри сглотнул и глубоко вздохнул.

"Они обычно так кончают?" Мягко спросил Снейп, царственно опускаясь на колени рядом с ним.

"Не часто, только когда я не сражаюсь с ними или когда они очень сильны", - прошептал Гарри.

Между ними повисла молчаливая пауза, Снейп быстро оценил состояние Гарри и определил, что физически все в порядке, он просто надеялся, что этот факт также отражается на психическом состоянии Гарри.

"Я всегда задавался этим вопросом, но теперь я знаю", - пробормотал Гарри через мгновение.

"Что?"

"Почему он это сказал", - ответил Гарри, хотя едва ли осознанно; это звучало так, как будто он больше разговаривал сам с собой, чем отвечал Снейпу.

"Что ты видел?" - Спросил Снейп, и если бы Гарри был в состоянии уделить больше внимания, он бы заметил неуверенность, с которой Снейп задал этот вопрос.

"Ты просил его не убивать ее. Ты не знал, что он на самом деле планировал сделать. Ты думал, ему просто нужен мой папа, поэтому ты сделал все, что мог", - сказал Гарри.

Снейп замолчал, внезапно потеряв способность говорить.

"Ты знаешь, он сказал ей переехать, но она этого не сделала. Он бы пощадил ее, как ты просил, если бы она это сделала, но у него кончилось терпение ...." Гарри прерывисто вздохнул, не обращая внимания на слезу, которая сбежала и тихо скатилась по щеке. "Я видел это воспоминание больше раз, чем могу сосчитать, и всегда удивлялся, почему он это сказал. Но теперь я знаю ".

Гарри снова сглотнул, прежде чем слегка улыбнуться.

"Ты первый, кому я действительно рассказал это. Я никому раньше не рассказывал подробностей", - сказал он, прежде чем заметил слезу и быстро смахнул ее, надеясь, что Снейп не заметил.

В любом случае это не имело значения; Снейп был больше озабочен попытками держать себя в руках и не дать Гарри заметить этот факт.

Еще через несколько секунд, когда они собирались с силами и пытались скрыть это друг от друга, им удалось встать.

"Ну, Поттер", - начал Снейп, надеясь, что его голос звучит ровно, как и для Гарри (хотя Дамблдор заметил бы напряжение). "Ты знаешь, где меня найти, если понадобится".

Гарри кивнул, когда Снейп взмахнул палочкой и прогнал заклинания.

Они оба вышли из комнаты, как будто у них просто состоялся разговор, и вскоре после этого отправились ужинать.

Остаток каникул прошел быстро и без особых примечательных событий, за исключением того факта, что Сириус и Люпин вернулись с кинжалом и уничтоженным кольцом. Миссия прошла успешно.

Гарри сохранил встречу со Снейпом при себе, только поделившись с остальными тем фактом, что Снейп знал о воспоминаниях. Остальные на самом деле почувствовали большее облегчение, чем что-либо еще. Хотя Хагрид знал об этих воспоминаниях, вероятно, было хорошо, что о них знал кто-то, кто мог бы лучше их понять. Единственное, о чем они беспокоились, это о шансе, что Снейп расскажет Дамблдору, хотя они также знали, что это, вероятно, только вопрос времени, когда Дамблдор узнает этот секрет, либо от них напрямую, либо он выяснит это самостоятельно.

Занятия начались снова, и при первой же возможности, которая представилась Гарри и остальным, они отправились в комнату для занятий, Гарри шел впереди и сосредоточился на том, чтобы попросить комнату сформироваться в нужное ему место.

Гарри подарил Драко и Рону по одному кинжалу, которые они повсюду носили с собой. Гарри выбрал третью, решив, что если они попадутся на дневник, то немедленно уничтожат его, а вопросы зададут позже. Все они думали, что это было хорошее решение, но они еще не видели ни одной книги, хотя бы отдаленно напоминающей "Последний проклятый крестраж", который скоро выйдет.

Они быстро вошли, причем Драко был единственным, кто выхватил кинжал.

"Это сюда", - сказал Гарри, прокладывая путь через груды давно потерянных предметов бесчисленных поколений.

"Это удивительное место, почему нам потребовалось так много времени, чтобы пожелать это место?" Спросил Рон.

"После того, как мы сделаем это, ты искупаешься в этой дряни позже, Рон", - заявил Винс. "Но я называю это футболом вон там".

"Сделка".

"Вот оно!" Сказал Гарри, поспешив вперед, прежде чем повернуться к Драко. "Не окажешь честь?"

"С удовольствием".

— Ладно, просто сделай это быстро и приготовься к крику и мерзкой темноте. Здесь нет никакой защиты или чего-то подобного, потому что Риддл был слишком самоуверен в этом тайнике.

«Какое-то укромное место, все им пользовались», — отметил Грег.

«Забавно, что большинство из них забыли о своих вещах», — заметил Невилл.

Грег пожал плечами.

"Ладно, все готовы?" Спросил Драко.

"Готово", - сказали они.

Драко с силой ударил лезвием по передней части диадемы и вскоре уронил её, когда вокруг них раздался крик, а из диадемы хлынула похожая на тень субстанция.

А потом все закончилось.

На них снизошло полное облегчение, а после они все насладились моментом празднования в комнате "Приходи и уходи", Добби принес им несколько пирожных с кухни.

Занятия продолжались, как и тренировки по квиддичу, Армия Хогвартса, собрания Custosae и уроки со Снейпом по выходным. Они интересно провели время в день Святого Валентина, Локхарт доказал свою способность (или отсутствие) использовать интеллект или простой здравый смысл. Проще говоря, вся школа, включая персонал (за исключением Локхарта), была рада, когда тот день закончился.

Сейчас была середина второго семестра, других нападений после Лиэнн и Монаха не было, хотя Гарри и остальные знали, что скоро что-то должно произойти.

Однажды, когда Гарри и остальные завтракали в Большом зале, Гермиона уже закончила и читала их домашнее задание, Невилл порылся в своей сумке и вытащил свой блокнот с воспоминаниями, чтобы положить его на стол, чтобы он не разбился, когда он будет доставать книги, но прежде, чем он успел это сделать, он внезапно почернел.

"Что за—" Гермиона ахнула.

"Невилл, что ты натворил?!" Спросил Рон, разинув рот.

"Я никогда раньше не видел, чтобы это делалось", - заявил Невилл.

"Что это значит?" Спросил Гарри.

"Он сломан?" Спросил Рон.

"Вот", - сказала Гермиона.

Невилл протянул ей книгу.

Он остался черным.

"Странно", - сказал Невилл. "Может быть, он сломан. Я напишу бабушке и спрошу об этом позже".

День продолжался, Гарри и остальные быстро забыли о памятном матче, поскольку следующий матч по квиддичу был после обеда, между Равенкло и Хаффлпаффом. Однако, выйдя на поле, этот факт был быстро замят.

"Эта игра отменена", - заявила Макгонагалл, перехватив их.

"Они не могут отменить квиддич!" - заявил кто-то позади них. Вероятно, Вуд.

МакГонагалл проигнорировала его с серьезным видом.

"Уизли, пойдем со мной", - сказала она, и всех, кто собирался на стадион, быстро сопроводили обратно к другим профессорам.

Гарри и остальные быстро присоединились к Рону, и, что удивительно, МакГонагалл не прогнала их.

Она привела их в лазарет, и чем ближе они подходили к нему, тем больше понимали, что случилось что-то плохое.

По дороге к ним быстро присоединились близнецы, которым Флитвик сказал идти.

"Это будет для вас небольшим шоком", - сказала Макгонагалл. "Произошло еще одно нападение ... еще одно двойное нападение".

Они вошли, их взгляды быстро упали на двух товарищей по армии. Оба окаменели, каждый крепко сжимал зеркала.

Перси Уизли и Пенелопа Клируотер ....

Книга 2 — Часть 16: Вы потеряли старика

Все, что произошло после лазарета, произошло быстро, слух о случившемся распространился еще быстрее.

А потом появились другие новости.

Хагрида вызвали в кабинет директора, и пришел Министр, этот факт был передан им Флитвиком Гарри, поскольку он чувствовал, что Custosae должны быть уведомлены, и хотя он не знал, как Гарри связался с ними, он знал, что сообщение должно быть отправлено.

Гарри и остальным в суматохе хаоса удалось на время прерваться и встретиться в комнате "Приходи и уходи", зная, что с этим нужно разобраться сейчас; они больше не могли искать дневник или ждать, пока Риддл оступится.

"Я думаю, мы должны отправиться на Саландру и устроить ловушку для Риддла или что-то в этом роде, даже подождать его, сколько потребуется!" Заявил Рон, взбешенный тем, что на одного из его братьев напали.

"Я согласен с Роном", - сказал Грег. "Мы должны были попробовать это раньше, но то ли из-за чувства, что это не сработает, то ли из-за чего-то еще, мы этого не сделали; но мы не можем думать об этом сейчас. Нападению подверглись еще два старосты, оба из которых служат в армии, и Хагриду теперь грозит попадание в Азкабан, ужасное место, о котором, как я слышал, рассказывал мой отец. Мы должны взяться за это прямо сейчас, у нас нет другого выбора. "

"Я думаю, нам следует разделиться на две группы, чтобы одна могла прикрывать другую", - сказал Невилл.

"Кто должен пойти и расставить ловушку для Риддла?" Спросил Драко.

"Я так и сделаю", - сказал Гарри.

"Я тоже", - сказал Рон.

"Мы тоже пойдем вдвоем", - сказал Крэбб, Грег кивнул. "Мы тоже можем опробовать некоторые из наших новых заклинаний".

"Хорошо, зеркала будут при тебе, и если у тебя будут проблемы, мы узнаем. Затем мы позвоним Дамблдору, хотя он, вероятно, все еще будет занят с министром. Последнее, что я слышала, министр все еще разговаривал с Дамблдором, и с ними был один из губернаторов, - сказала Гермиона.

"Барти Крауч младший", - заявил Драко. "Снейп рассказал мне перед тем, как я пришел сюда".

"Отлично, тогда нам действительно нужно решить это быстро", - сказал Невилл. "Кто знает, что он делает".

"Он часть этого, это, вероятно, часть плана. Отвлеки Дамблдора", - сказал Гарри.

"Я думаю, вы правы", - сказала Гермиона. "Ладно, идите, ребята. Мы вас прикроем".

Все они кивнули и быстро направились прочь, Гарри достал свой плащ и прикрыл себя и Рона, надеясь, что Крэбб и Гойл не будут выглядеть слишком неуместно, если кто-нибудь их увидит. К счастью, поблизости никого не было.

Они быстро вошли в комнату и тихо спустились вниз.

"Тсс ..." - сказал Гарри, показывая им рукой из-под плаща, чтобы они притормозили, потому что он услышал голоса.

: Скоро ... скоро... - произнес молодой мужской голос.

Гарри и Рон (под мантией-невидимкой) с Винсом и Грегом (наложив на себя чары разочарования) пробрались вперед, стараясь не смотреть в ту сторону, на случай, если Саландра посмотрит в их сторону.

Они прошли по коридору палаты со статуями змеиных голов, их взгляд упал на неподвижную фигуру на полу за ней, с черной книгой в руках.

Сьюзан Боунс. Без сознания на полу.

Тихий второкурсник Хаффлпаффа, которого они едва знали. На самом деле было удивительно, что они вообще знали ее имя, и это только из-за того, кем была ее тетя.

Гарри огляделся, зная, что Риддл должен быть где-то здесь, пока они шли вперед.

Он нигде не видел Саландру и задавался вопросом, где она могла быть.

Риддл причинил ей боль?

"Я знаю, что ты там", - внезапно произнес голос слева от них. "Ну же, покажись".

Гарри и остальные подошли ближе, уже думая о том, что делать.

Чувак, если бы мы знали, что он уже был бы здесь… почему мы не подумали о такой возможности? Гарри внутренне пнул себя.

И тут у него кровь застыла в жилах.

Какой это был день?

Nonononono…

"Я не буду ждать вечно, ты же знаешь", - сказал Риддл, продвигаясь вперед и открывая себя.

Он был красив, совсем не так, как выглядел позже в своей жизни. Он был немного прозрачным, что было лучше, чем то, что он был солидным.

Гарри неохотно снял плащ, обнажив себя и Рона. Крэбб и Гойл сняли с них чары — теперь не было смысла надевать его.

"Ах, я должен был догадаться", - усмехнулся Риддл. "Гарри Поттер, Мальчик-Который-выжил".

Гарри и остальные просто стояли там, ожидая момента, когда они смогут сделать свой ход. Гарри и Рон были рады, что решили всегда носить кинжалы с собой.

"А кто твои друзья, Поттер? Такие же жалкие герои, как ты?" Спросил Риддл.

"Что-то вроде этого", - ответил Гарри, прежде чем взглянуть на Сьюзен.

"Бедная Сьюзан Боунс. Она тоже упорно боролась, но она была просто слишком слаба, как и все люди с такими слабыми убеждениями", - сказал он. "Но скоро все это закончится, и в любом случае это не будет иметь значения".

"Зачем ты это делаешь? Кто ты?" Спросил Гарри, решив, что диалог может помочь им больше, чем выслушивание разглагольствований будущего юного безумца.

"Я Наследник Слизерина, глупый мальчишка", - выплюнул Риддл.

"Забавно, ты похож на того парня Риддла, о котором мне рассказывал Дамблдор", - вроде как соврал Гарри, пока Рон и остальные медленно расходились.

"Дамблдор - старый дурак", - сказал Риддл.

"Если он дурак, то кем это делает тебя? Безмозглый безумец?" Спросил Гарри, зная, что разгневанные враги чаще совершают ошибки, благодаря урокам Снейпа.

Глаза Риддла сузились.

"Я Величайший Волшебник в мире, величайший из когда-либо существовавших и когда-либо будет.... Те, кто против меня, будут бояться и трепетать при упоминании моего имени, и чистокровные займут свое законное место рядом со мной ... ибо я - лорд Волан-де-Морт, наследник Слизерина", - заявил Риддл. "И ты будешь первым, кто испытает это в моем возвращении".

Риддл повернулся лицом к великому лицу Салазара Слизерина.

: Поговори со мной, Слизеринец, величайший из четверки Хогвартса: он звонил.

Рот начал открываться, и после этого никто из них по отдельности не смог бы различить, что именно произошло дальше.

"Сейчас!" Гарри крикнул, вытаскивая кинжал, и продолжил: "Accio, Дневник!"

Дневник метнулся к нему, когда Гарри замахнулся кинжалом, в результате чего дневник пронзил себя кинжалом.

— Нет-нет-нет! — закричал Риддл, но он всё ещё был там, почти осязаемый…

— Убей его! — приказал Риддл Саландре, чья голова и часть тела только что показались из пасти статуи.

Гарри, используя свою палочку и кинжал, провёл лезвием вдоль дневника, разрезая его, и довёл лезвие до самого переплета.

Гарри услышал крик Риддла и хотел бы порадоваться, но интуиция подсказывала ему, что что-то не так. Должно было случиться что-то плохое…

Это был еще не конец.

Он едва успел услышать, как Рон выкрикнул его имя, когда на него упала большая тень, а дневник с глухим стуком приземлился в нескольких футах справа от него, брызнув чернилами в воздух и попав ему на лицо и руку.

Он едва успел поднять взгляд, как услышал, как Саландра прошипела два слова…

: Для Хогвартса…:

После этого он не мог разобрать ни звука, кроме звука рвущейся ткани и звука его собственного крика.

Он почувствовал, как один из клыков вонзился ему в плечо, а другой задел руку.

Он выронил кинжал, и вскоре Саламандра отпустила его и без единого слова или взгляда исчезла во рту Слизерина.

Гарри рухнул в чьи-то объятия, и до него доносились приглушённые голоса.

Его размытое видение показало, что Рон поймал его, и что над ними и, возможно, вокруг, полностью над ними, было что-то похожее на купол.

Бум…Бум…

"Холд он, Харри!" Рон закричал, его голос звучал искаженно.

-POP-

Рон увидел, как Саландра опустила голову, и он ничего не мог поделать, выкрикивая имя Гарри. Он увидел, как она укусила и отпустила его, прежде чем немедленно отвернуться и уйти.

Он бросился вперед, поймав своего друга, когда Крэбб и Гойл начали выкрикивать странные слова позади него, когда он услышал крик Риддла: "Я убью вас всех!"

Бум!

Рон поймал Гарри, когда тот повернул голову на громкий звук и увидел Крэбба и Гойла с поднятыми палочками, а над ними материализовался какой-то мерцающий купол.

Они только что использовали одно из своих экспериментальных заклинаний. Щит, который был между оберегом и щитом, творение, которое они создали с Гермионой несколько месяцев назад ....

Бум…Бум…

Он увидел размытую фигуру Риддла сразу за ней, но вскоре после этого он увидел, как тот убегает, крича от гнева.

Он оглянулся на Гарри, раны которого, как он быстро понял, сильно кровоточили.

"Держись, Гарри!" - крикнул он, глаза Гарри вроде как открылись.

Он не знал, слышит его Гарри или нет, только надеялся, что слышит.

-POP-

"Драко! Помогите, Саландра укусила его!"

"Что?!" - крикнул Драко, помогая Рону уложить Гарри, когда Рон немедленно положил руки Гарри на плечо, пытаясь остановить кровотечение.

"Она просто укусила его и ушла! И я не понимаю, Гарри уничтожил дневник, но Риддл не умер, не исчез или что-то в этом роде!" Воскликнул Рон, на секунду взглянув на Драко.

«Я почувствовал, что Гарри в беде, после того как мы услышали Риддла из зеркала, и направился в кабинет директора; остальные сейчас получают помощь», — сказал Драко, доставая свой набор «Хранителя». «Я не знаю, что мы должны ему дать…»

Гарри становилось жарко, и его дыхание было прерывистым.

— Останься с нами, Поттер, — пробормотал Драко, взглянув на внезапно зашевелившуюся Сьюзен Боунс.

Крэбб и Гойл внезапно оказались там, опустив защитный щит за несколько мгновений до этого.

Риддл ушел.

"Что нам делать?" Спросил Грег, когда Винс опустился на колени рядом со Сьюзан, которая была явно слабой и дрожала.

Гарри внезапно начал кашлять, и это выглядело не очень хорошо, особенно когда у него пошла кровь из носа.

"Ш-сказал…Для Х'Вартса ..." - выдохнул он.

"Саландра?" Спросил Драко, наклоняясь вперед.

Гарри едва кивнул, его дыхание продолжало замедляться.

"Держись, Гарри, помощь идет", - сказал Драко, схватив Гарри за левую руку, удар пришелся по правому боку.

"Я вижу,… я не ..." Гарри выдохнул, словно в изумлении.

Глаза Гарри остекленели, а дыхание почти прекратилось.

Драко сжал его руку, желая, чтобы он не умирал, поскольку почувствовал, как что—то внутри него исчезает - это был единственный способ, которым он мог описать это.

Он больше сосредоточился, пытаясь понять, что это было за чувство, пока не понял, что именно это было.

Связь.

Когда-то это было похоже на водопроводную трубу, только вместо воды была магия, но теперь, теперь она едва сочилась.

Связь ослабевала ... умирала.

"Нет, Гарри, останься с нами", - приказал Рон, его руки все еще пытались остановить кровотечение, прежде чем он внезапно о чем-то вспомнил.

-ФОУКС! ПОМОГИТЕ!-

Не прошло и секунды, как Фоукс вспыхнул прямо рядом с ним.

-Помогите Гарри! Его укусил василиск!-

-Я попробую-

Драко и остальные обернулись и увидели, как Фоукс спрыгнул на землю рядом с плечом Гарри и склонил голову.

Слезы капали на рану на плече Гарри. Еще несколько упали, скапливаясь в ране, кровотечение прекратилось.

Но рана так и не начала заживать.

"Что случилось?" Спросил Рон, даже не потрудившись сейчас подумать о Фоуксе.

Фоукс издал звук, похожий на легкий вздох.

"Почему ты остановился ?! Продолжай, может быть, ему просто нужно больше или что-то в этом роде!" Рон почти кричал, быстро впадая в истерику.

Фоукс поднял голову, его глаза на самом деле выглядели грустными.

Он едва заметно покачал головой.

"Нет, ты продолжай пытаться!" Крикнул Рон срывающимся голосом. "Не останавливайся!"

-Слишком поздно, он уже за пределами Королевства…-

"Нет, он не мертв! Не глупи! Еще не поздно! ОН НЕ МЕРТВ!" Рон взревел, размахивая руками, прежде чем остановиться на Гарри. "Гарри! Отвечай мне! Не смей покидать нас! Не позволяй этой старой крысе диктовать, что происходит! Фоукс, сделай что-нибудь!"

Драко и Грег застыли; Сьюзан некоторое время назад начала плакать, и Винс неловко занял свое место рядом с ней, поскольку ей тоже было трудно сидеть, даже после того, как Винс дал ей энергетическое семя и Омолаживающее зелье.

Продолжая поддерживать Сьюзан, Винс посмотрел на Гарри и остальных, не зная, что делать, поскольку Рон продолжал кричать, едва увидев забрызганное чернилами лицо Гарри.

Винс также мог видеть, что глаза Гарри были закрыты и что он перестал дышать.

- - - Тем временем...

Гермиона и Невилл (Ревлис у него на плечах) подбежали к кабинету директора, горгулья немедленно отодвинулась в сторону, и они были слишком встревожены, чтобы спрашивать, почему или как, когда взбежали по лестнице и начали колотить в дверь.

"Профессор! Помогите! Гарри в беде!" - кричали они.

Дверь быстро открылась, и на пороге появились Дамблдор, Хагрид, министр и Барти Крауч-младший..

Дамблдор встал, когда услышал, что они поднимаются по лестнице, и немедленно направился к двери.

"Мисс Грейнджер, мистер Лонгботтом, что случилось?" спросил он, внутренне опасаясь ответа, поскольку внезапно вспомнил дату.

"Гарри — Чемберлен — Наследник..." - ахнули они, переводя дыхание.

Глаза Дамблдора расширились, и если бы они знали его дольше, то смогли бы распознать на его лице страх.

"Барти, возвращайся в Министерство и доложи им о том, что недавно произошло, я останусь послушать, что произошло сейчас", - заявил Фадж.

Барти не нужно было повторять дважды. Он быстро ушел. "Слишком быстро", - подумали Невилл, Гермиона и Дамблдор.

"Где?" Спросил Дамблдор, уже следуя за ними к выходу.

"Что происходит, Альбус?" Спросил Фадж, задаваясь вопросом, что происходит и почему Дамблдор не допрашивал этих студентов, а вместо этого следил за ними.

"Следуйте за нами, мы знаем куда", - сказала Гермиона, когда они трусцой спускались по лестнице.

Хагрид быстро присоединился к ним, Фадж теперь был слишком взволнован, чтобы задаваться вопросом, что происходит и почему Дамблдор позволил Хагриду присоединиться к ним, куда бы они ни направлялись, когда он внезапно почувствовал вспышку старой магии.

Магия Дамблдора.

Они бросились по коридорам, поскольку всего полчаса назад Макгонагалл приказала ученикам разойтись по общим комнатам (хотя Гермиона и остальные, очевидно, не обратили на это внимания).

Поднявшись на второй этаж, Дамблдор и остальные внезапно остановились, увидев профессора в коридоре, всего в нескольких метрах от двери в женский туалет.

Локхарт.

Однако их остановил не Локхарт, а то, что было у него за спиной...

Мерцающий образ мальчика, старосты Слизерина, если им не изменяла память, и мальчика, которого Дамблдор сразу узнал.

Том Марволо Риддл.

Риддл посмотрел прямо на них, и его глаза на самом деле вспыхнули красным, когда он скользнул вперёд, приближаясь к ничего не подозревающему Локхарту.

"А, пришли присоединиться к охоте?" Радостно спросил их Локхарт, сверкнув своей тревожной улыбкой.

Дамблдор, Гермиона и Невилл медленно вытащили свои волшебные палочки. Хагрид принял агрессивную позу, в то время как Фадж застыл в шоке.

"В чем, кажется, проблема?" Немного обеспокоенно спросил Локхарт, видя, как три волшебные палочки теперь были направлены в его сторону.

Риддл злобно ухмыльнулся, прежде чем броситься вперед ... и врезаться в Локхарта…

Локхарт, спотыкаясь, шагнул вперед, прежде чем внезапно выпрямиться, выражение его лица больше не было его собственным.

Глаза Локхарта были другими, зрачки слегка щелевидными.

Он рассмеялся, его голос был не похож на голос мальчика Риддла или совсем на голос Волдеморта, а что-то среднее, что-то более враждебное и жестокое....

"Вы потеряли старика… мальчик…-который-выжил… мертв. И я, лорд Волан-де-Морт, вернулся.... Ты и те, кто против меня, скоро встретите конец .... "

Его глаза снова на мгновение вспыхнули красным, фигура Локхарта тоже слегка замерцала.

Фадж тут же потерял сознание, а Гермиона и Невилл в ужасе втянули воздух.

"Скоро, старина, скоро ..." Заявил Риддл с ненавистной решительной ухмылкой.

Затем он вышел из Локхарта, бросившись вперед, Невилл и Гермиона отскочили в сторону, когда Дамблдор взмахнул палочкой перед ним.

"Всем лечь!" Крикнул Дамблдор, протягивая свободную руку в сторону Риддла, а руку с волшебной палочкой - к потолку.

"Landsförvisa denna ondska, Hogwarts. Bevaka alla som är inre. Inget hänrycka. Запомни, - пропел он.

Стены стали синими, затем красными, затем зелеными, затем желтыми, прежде чем за долю секунды стали белыми, и все это из-за того, что свет вырвался из ног, палочки и руки Дамблдора.

Свет пронзил тьму, которая была Загадкой, когда Дамблдор отступил в сторону и взмахнул руками в сторону одной из внешних стен замка, где по другую сторону от них была внешняя территория.

Риддл, пораженный светом, был вынужден войти в стену и пройти сквозь нее в своем нынешнем нетвердом состоянии, Дамблдор выгнал его из замка, одновременно поместив замок в карантин.

Вскоре после этого Локхарт потерял сознание.

"Альбус! Что только что произошло?! Что это было?!" - Спросила Макгонагалл, слегка запыхавшись и подойдя с противоположной стороны, с ней были еще несколько профессоров, все они только что видели, как Дамблдор изгнал темную форму.

"Волдеморт", - ответил он, едва помедлив, прежде чем отдать указания. "Филиус, оставайся с министром и Локхартом. Помона, собери других профессоров и обеспечь безопасность замка. Северус, Минерва, идите с нами, - сказал Дамблдор, коротко кивнув Гермионе и Невиллу, чтобы они продолжали идти впереди.

Гермиона и Невилл быстро сделали это, теперь уже изо всех сил, пока Филиус и другие профессора выполняли все, что приказывал Дамблдор.

Они быстро вошли в ванную, и Невилл бросился к раковине.

: Откройте... лестницу: прошипел он, игнорируя вздох МакГонагалл.

"Я кое-чему научился", - коротко заявил Невилл, и Ревлис слегка приподнял голову.

Дамблдора, казалось, не особо беспокоило, откуда Невилл знает слова на парселтонге или откуда он знает, где находится вход, когда он шел вперед, торопясь в комнату, боясь, что, возможно, уже слишком поздно.

Они услышали, как кто-то кричал, явно расстроенный, их голос эхом разносился по огромному подземному пространству.

"Гарри! Отвечай мне! Не смей покидать нас! Не позволяй этой старой крысе диктовать, что происходит! Фоукс, сделай что-нибудь!"

Бросившись вперед, Дамблдор, Гермиона, Невилл, Хагрид, МакГонагалл и Снейп вошли в главный зал, их глаза быстро осматривали все вокруг.

Они остановились при виде этого зрелища, за исключением Дамблдора, который только ускорил шаг, увидев, что перед ним.

Рон поднял голову, его руки были в крови, и хотя большинство ожидало, что прибытие директора и других профессоров окажет успокаивающее действие, произошло обратное.

"Профессор! Прикажи своей чертовой птице сделать что-нибудь!" он отчаянно кричал.

Дамблдор вышел вперед с таким видом, словно даже не слышал, что сказал Рон, в то время как Драко отошел в сторону.

Дамблдор быстро спустился вниз, резко приземлившись на колени рядом с Гарри, и немедленно начал искать признаки жизни, Фоукс склонил голову в знак поражения.

"А-Альбус?" МакГонагалл в ужасе выдохнула.

Дамблдор не ответил, его старые руки прощупали горло Гарри в поисках пульса, после того как он взмахнул над ним палочкой, прежде чем положить руку на грудь Гарри, теперь покрытую кровью.

Дамблдор увидел слезы феникса, никакого исцеления вообще не происходило.

Он пробормотал несколько неразборчивых слов, ища что-нибудь, что подсказало бы ему, что еще есть надежда, но все, что он находил, подтверждало его худшие опасения.

Убрав руку с неподвижной груди Гарри, он опустил голову на ладонь. Вскоре после этого его другая рука легла на прохладный лоб Гарри, глаза беззвучно наполнились слезами, плечи поникли от поражения и утраты.

Снейп просто был там, неспособный полностью осознать то, что он видел, просто потому, что не хотел.

МакГонагалл прижимала руку к сердцу, а другую ко рту, слезы быстро текли по ее щекам.

Невилл и Гермиона побежали вперед, остановившись сразу за Дамблдором и Драко.

Гермиона упала на колени, быстро разрыдавшись, когда Невилл внезапно продолжил путь, обходя Дамблдора и Драко, а Рон оказался прямо напротив Дамблдора и рядом с Фоуксом.

"Нет! Ты не мертв! У нас слишком много дел! Не бросай нас! Ты нужен нам!" Невилл ушел, слегка задел Рона, когда тот опустился на колени и схватил Гарри за мантию.

Ревлис соскользнул с Невилла, прижался к Гарри и печально положил голову ему на ногу.

Рон был в шоке, все предыдущие мысли и реакции покинули его, когда он увидел, что даже великий Альбус Дамблдор не смог спасти Гарри.

Драко был бледен. Его кожа была светлее волос. Он чувствовал себя совершенно больным и потерянным.

"Нонононо, не умирай!" Невилл продолжил, не обращая внимания на Грега, который поспешил к нему.

"Невилл-Невилл, прекрати, прекрати. Он ушел, он ушел", - сказал Грег, его собственный голос дрогнул, когда он оттаскивал Невилла.

Грег заставил Невилла отпустить, вскоре после этого Невилл закрыл лицо руками и заплакал. Просто заплакал.…

Вопли Хагрида эхом отдавались вокруг них, пока Драко снова продолжал искать связь, даже пытаясь каким-то образом вложить в это свою собственную магию, но это было бесполезно.

Гарри Поттер был мертв.

Книга 2 — Часть 17: Царство мертвых

Гарри почувствовал себя в тепле и безопасности, а когда он открыл глаза, то стоял в чистом белом тумане.

"Гарри ..."

Голос был далеко, позади него? Он огляделся, но никого не увидел в белом тумане.

Где я? он спросил себя.

Он оглядел себя, обнаружив чистую, незапятнанную одежду и отсутствие ран.

"Я мертв?" прошептал он.

— Нет, не совсем, — услышал он голос позади себя. Он показался ему знакомым.

Он увидел вдалеке фигуру.

— Пойдём, Гарри. Тебя ждут люди, — мягко сказал мужчина.

Гарри пошёл вперёд, и чем ближе он подходил к нему, тем сильнее рассеивался туман, пока он не оказался на поляне и, оглядевшись, не понял, что это какая-то лесистая долина.

Небо, или, скорее, небеса, было многослойным, и его красота не имела себе равных на Земле. Единственное, с чем он мог его сравнить, — это рассвет, только этот был похож на семь рассветов, накладывающихся друг на друга. Это было просто потрясающе.

Снова посмотрев вперёд, он вдруг остановил взгляд на нескольких людях, но узнал только… своих родителей.

Однако человека, которого он видел ранее, нигде не было видно.

У него слегка отвисла челюсть, а глаза, по понятным причинам, немного увлажнились.

Джеймс и Лили, и те, кто был с ними, улыбнулись.

Лили раскрыла объятия.

"Иди сюда", - тихо позвала она.

Гарри подошёл к ней, сделал несколько шагов, и она обняла его, позволив полностью погрузиться в её объятия…

Гарри вдохнул ее сладкий аромат (мог ли он в это поверить?) лилий, запоминая ее мягкое прикосновение и ощущение ее рук вокруг него — первое материнское объятие, которое он мог вспомнить.

Вскоре после этого он почувствовал, как чья-то рука легла ему на плечо.

Отстранившись, он обнаружил, что его отец улыбается ему сверху вниз.

"Привет, сынок", - сказал он, обнимая вскоре после этого.

Гарри не мог в это поверить. Он был со своими родителями! Смерть была совсем не плохой.

Как будто они знали, о чем он думает, каждый из них мягко улыбнулся ему.

"Нам нужно многое рассказать тебе, Гарри, прежде чем ты вернешься", - сказала Лили.

"Вернуться назад?" Спросил Гарри.

"Да, ты еще не привязан к этому месту. Тебе суждено вернуться, чтобы тебе дали шанс продолжить жить", - сказал Джеймс.

"Есть шанс?" Спросил Гарри.

"Давайте мы вам все объясним по порядку", - сказала Лили, ведя их вперед, в густую траву, подальше от остальных, которые теперь тоже отошли, чтобы дать им уединение.

Они сели, Гарри лениво размышлял, будет ли это считаться пикником.

"На самом деле ты не мертв, Гарри, но позволь мне объяснить, прежде чем ты начнешь задавать вопросы", - сказала Лили.

"Хорошо", - сказал Гарри.

"Мы наблюдали за вами и знаем, что вы знаете о крестражах и что вы уничтожили все крестражи, созданные Риддлом в настоящее время; однако есть один, который был уничтожен совсем недавно, о котором вы не знаете. Гарри, это будет тяжело слышать, но ты должен знать, потому что это одна из главных причин, по которой ты сможешь вернуться. Ты был крестражем. Той ночью Волдеморт непреднамеренно отдал вам частичку своей души."

Глаза Гарри расширились от ужаса, когда до него дошло.

"Воспоминания..." прошептал он.

"Да, но мы должны рассказать тебе еще кое-что", - сказала она.

"Гарри, связь, которая была создана, когда Защита Кровью и Чары Маяка пали и соединились, что-то сделала с магическими ядрами тебя и Драко, но это оказало серьезное глубокое влияние на тебя, особенно в отношении крестража. Теперь, помнишь свои заметки за лето, твою блестящую аналогию с трубкой? Гордо спросил Джеймс.

Гарри кивнул.

"Помните, как вы утверждали, что магия каждого человека зависит от "формы", "течения" и "температуры"? Что ж, когда защита и очарование объединились, создав связь между вами и Драко, связь разделила эти три вида вещей в крестражах, разделив силы, воспоминания и душу Волан-де-Морта. Гарри, когда ты вернешься, у тебя все еще будут силы и воспоминания Волан-де-Морта, но ты больше не будешь носить его душу. Ты больше не крестраж. Из-за этого твой шрам больше не будет предупреждать тебя, если он близко, но он также не будет связывать тебя с его чувствами, как на твоем первом курсе, что, я думаю, следует считать благословением ", - объяснил Джеймс. "Кроме того, из-за крестража он действовал как "буфер" для вас здесь, потому что он "продолжался", позволяя вам вернуться".

"Так, в некотором смысле, Волан-де-Морт спас меня?" - Спросил Гарри, отчасти с отвращением, но и забавляясь иронией.

"Я полагаю, в некотором смысле, но связь - это то, что действительно произошло. Обычно возвращение зависит от другого стечения обстоятельств, но из-за вашей связи с Драко это позволяет вам в некотором роде вернуться ", - сказал Джеймс.

"Ты знаешь о долгах по жизни, не так ли?" Спросила Лили.

"Да, немного", - сказал он.

Гермиона немного почитала об этом и немного объяснила им, когда они изучали облигации.

"Ну, этому есть полярная противоположность", - сказала она.

"Что, как смертельный долг?" Спросил Гарри, теперь уже сбитый с толку.

"Нет, больше похоже на выплату выжившему", - сказал Джеймс.

"Давайте объясним", - сказала Лили. "Допустим, есть два человека, и один пытается, но безуспешно, убить другого, человека, у которого не было дурных чувств или намерений по отношению к тому, кто пытался его убить. Что ж, выживший теперь связан с покушавшимся на убийство, но не так, как вы думаете. Поскольку он пережил нападение, его магия теперь "пометила" того, кто желает ему зла. У магглов вроде как есть нечто подобное, что они классифицируют как "шестое чувство", хотя обычно оно у них широкое, позволяющее человеку легче "чувствовать опасность" после того, как он пережил околосмертный опыт, который у нас тоже есть, но "плата" немного иная. Выплата выжившему фокусируется на человеке, чувствующем возможный вред, исходящий от него, предоставляя выжившему больше шансов пережить еще одно нападение. "

"О", - сказал Гарри, не в силах перестать думать, хотя это не очень-то помогло вам двоим ...

"Это не значит, что нападающий не может в конечном итоге причинить вред выжившему или что похуже. Но я уверен, ты это уже понял", - мягко сказал Джеймс.

Гарри кивнул.

"Оплата дает "внутреннее чувство", внезапные импульсы что-то делать или не делать, так что не игнорируйте их .... как было у меня", - тихо продолжил Джеймс.

Гарри поднял на это глаза.

"Джеймс, остановись. Ты ничего не мог сделать, и сейчас это все равно не имеет значения. Что сделано, то сделано, и определенным вещам просто суждено быть, - строго сказала Лили, прежде чем снова посмотреть на Гарри. "Теперь нам нужно рассказать тебе еще кое-что, и у нас заканчивается время, так что слушай. Когда ты вернешься", - вздохнула она. "Нет никакой гарантии, что ты сможешь остаться, все, что это будет - это шанс из-за состояния твоего тела и магии, но пообещай нам, что попытаешься".

"Я сделаю, но чего я могу ожидать?" Спросил Гарри.

"Яд василиска пропитан магией, что является одной из причин, почему он так смертоносен — он воздействует на вас не только физически, но и магически. Он проникает в вашу магическую суть. Тем не менее, следует также рассмотреть добавление слез феникса. На самом деле они являются благословением и проклятием в этом. Они устранят ущерб, нанесенный ядом твоему телу, но они усложнят ситуацию в твоей сердцевине, - печально сказала Лили.

"Твоя мама говорит, что магия в яде и слезах не предназначена для сосуществования, но как только они проникнут в твое ядро, они должны остаться, потому что внутри ядра они не могут нейтрализовать друг друга, и их удаление означало бы полное удаление твоей магии, что в конечном итоге убило бы тебя", - продолжил Джеймс, поскольку Лили была не в состоянии этого сделать.

"Так-так, что же со мной будет?" Спросил Гарри.

"Мы не можем быть действительно уверены, но нужно будет что-то сделать, чтобы интегрировать их в ваше ядро, заставить их принять друг друга и прекратить ссориться. Это невозможно будет починить или сделать за одну ночь, это будет долгий и трудный процесс, и я боюсь, что вы не сможете использовать свою палочку, пока все не закончится. Ваша магия будет в хаосе, и владеть палочкой в таком состоянии, особенно той, в сердцевине которой перо феникса, определенно плохая идея. "

"Как долго?" Спросил Гарри.

"Я не знаю, по крайней мере, несколько недель, если не дольше, и это при условии, что решение будет найдено и ты сюда не вернешься", - сказал Джеймс. "Будем честны с тобой, Гарри, ты будешь очень болен и очень слаб неизвестное количество времени, как физически, так и магически, если это сработает".

Гарри слегка кивнул, часть его ненавидела себя, когда он задавался вопросом, почему он вообще должен пытаться вернуться.

"Волан-де-Морт собирается вернуться. Как только Риддл доберется до Пожирателей Смерти, которые ждут его с другой частью его самого, они завершат процесс, - сказала Лили, как будто зная, о чем думает Гарри.

"Ты имеешь в виду, что у Волдеморта снова будет тело?" Спросил Гарри. "Но я уничтожил дневник!"

"Да, вы это сделали; но Барти и другие Пожиратели Смерти что-то сделали с дневником, не позволив связать с ним то, что было создано в дневнике, так, как это было изначально. Изначально юный Риддл должен был исчезнуть в тот момент, когда вы уничтожили дневник, но Пожиратели смерти сделали его более мощным, и вы поймете, что я имею в виду, когда узнаете о Сьюзан Боунс. Они позволили дневнику, и когда я говорю "дневник ", я имею в виду Риддла, быстрее поглощать магию, чтобы его возвращение произошло быстрее ", - сказал Джеймс. "Они также позволили Риддлу сохранять накопленную энергию в течение более длительного периода времени, на случай, если все пойдет не так, как они планировали, чего они не сделали, благодаря тебе. Однако магия, которую он вытянул из Сьюзен, теперь является частью его самого, и хотя часть будет продолжать вытекать, пока у него не появится тело, ему, к сожалению, не грозит серьезная слабость, потому что он также истощил Локхарта в процессе овладения им."

"Со Сьюзан все будет в порядке?" Спросил Гарри.

"На самом деле только время покажет", - печально признал Джеймс. "Риддл забрала большую часть своей магии, но она упорно боролась, и это фактически единственная причина, почему она все еще жива".

"Мы должны были понять, что что-то не так, или увидеть дневник с ней, или что-то в этом роде", - пробормотал Гарри.

"Риддл знал, что делал, Гарри; не забывай, что ты и твои друзья все еще всего лишь дети, хотя и довольно взрослые. Он злое существо, обладающее хитростью и напористостью, по сравнению с которыми все остальные слизеринцы кажутся слабаками. Ты остановил церемонию, Гарри, что позволит выиграть Свету некоторое время. Не будь так строг к себе, - сказала Лили.

— Трудно не быть таким, — пробормотал Гарри.

"Я знаю", - сказала Лили, прежде чем встать. "Ну, есть несколько человек, с которыми тебе нужно встретиться, прежде чем ты вернешься", - сказала она.

Гарри и Джеймс встали и быстро последовали за Лили.

Гарри остановился, когда его взгляд остановился на двух людях, двух людях, которых он много видел в воспоминаниях.

"Мистер Поттер", - произнес Люциус Малфой тихим шепотом.

Гарри не знал, что ответить, поэтому просто стоял там.

"Понятно, что вы удивлены, увидев меня и мою жену, и я мало что могу сказать, чтобы объяснить, почему я здесь, только то, что я здесь", - заявил он, не делая попытки протянуть руку.

Люциус посмотрел на свою жену.

"Мы понимаем, что у вас ограниченное количество времени, поэтому сделаем это быстро", - сказала она, прежде чем Люциус продолжил.

"Драко сделал правильный выбор, и мы гордимся тем, что он это сделал. Грехи Отца не лягут на сына", - заявил он. "Пусть он это знает".

"Я так и сделаю, сэр", - выдавил Гарри, решив, что это, вероятно, самый странный разговор, который у него когда-либо был с кем-либо.

Затем Люциус и Нарцисса повернулись и ушли, Лили и Джеймс теперь уводят Гарри в другое место.

"Юный мистер Поттер", - приветствовал его чрезвычайно пожилой мужчина, беря Гарри за руку прежде, чем Джеймс успел даже попытаться представиться. "Я Филис Джордж Фадж".

"Здравствуйте, сэр", - сказал Гарри, немного ошеломленный.

Филис был немного выше Гарри, слегка лысел, и у него была аура, которая напомнила Гарри Грозного Глаза Грюма.

«Если вы задаётесь вопросом, хочу ли я, чтобы вы отправили сообщение, то вы правы, но это скорее сообщение, которое нужно передать, если это необходимо или если у вас есть такая возможность. Мой внук Корнелиус, признаю, простак, которого можно легко убедить в чём угодно; однако я хочу, чтобы вы напомнили ему, от кого он произошёл, чтобы он мог подумать самостоятельно и принять правильное решение. Скажите ему, что у него есть возможность вернуть фамилии Фадж уважение и честь, а не трусость. Напомните ему, что я не игнорировал и не скрывался от лорда Айарлита, и я ожидаю, что он ответит Сами-Знаете-Кому с той же убеждённостью, с какой я говорил с Айарлитом. О, и можете передать ему, что я саркастически произнёс дурацкое прозвище Волан-де-Морта. Всё это — огромная куча навоза гиппогрифов, и это так же позорно...

"Ну, теперь, когда ты выслушал разглагольствования старика, я прощаюсь с тобой, Гарри Поттер, и я надеюсь увидеть тебя снова, когда ты будешь выглядеть таким же старым, как я, и не раньше, понял?" спросил он, погрозив Гарри своим старческим пальцем.

"Я постараюсь, сэр", - сказал Гарри, становясь по стойке смирно.

"Хороший парень".

Филис кивнул, а затем ушел, исчезнув при этом.

"Мистер Поттер?" спросил голос.

Гарри повернулся вместе со своими родителями и увидел двух мужчин, похожих на близнецов, но при ближайшем рассмотрении один был немного выше другого, и Гарри понял, что видел их раньше в воспоминаниях, пусть и мельком.

"Да?" Спросил Гарри, не раздраженный, а удивленный, когда он превратился в своего рода посланника.

"Мы - Фабиан и Гидеон Прюэтт, и просто хотим, чтобы Молли, наша младшая сестра, и ее муж знали, что мы чрезвычайно гордимся тем, как они воспитывают свою семью. Их работа скоро проявится в действиях их детей ", - сказал Фабиан.

"Скажи Молли, что покровительство понятно и оправдано, но чрезмерная защита может быть опасной и мешать. Дети созданы для того, чтобы взрослеть, и в определенных ситуациях взрослеют раньше, чем нам хотелось бы, точно так же, как и мы, но так оно и есть ", - сказал Гидеон.

«Я не знаю, когда у тебя появится возможность поговорить с Молли, просто держи это сообщение в голове, Гарри», — сказал Фабиан.

— Я так и сделаю. Что-нибудь ещё? — спросил Гарри.

— Передайте нашим племянникам и племяннице, что мы ждём от них победы над несколькими Пожирателями смерти, — сказал Гидеон.

"Хорошо", - сказал Гарри, улыбаясь.

— О, и было здорово, что ты прошёл с Пожирателем смерти через стену этим летом, Гарри, — сказал Фабиан. — Было довольно забавно наблюдать за этим отсюда.

"Спасибо", - сказал Гарри.

"Пока ты не увидишь нас снова, Гарри", - сказал Гидеон. "Продолжай то, чем ты занимался".

Гарри кивнул, наблюдая, как братья поворачиваются и уходят, прежде чем исчезнуть, как Филис Фадж.

Вскоре после этого Гарри оказался перед семьей из трех человек.

Отец был высоким, худощавым голубоглазым мужчиной со слегка седеющими каштановыми волосами и окладистой бородой. У жены были такие же седеющие светлые волосы и бледно-голубые глаза. Между ними была девушка, которой, как мог догадаться Гарри, было около пятнадцати.

"Гарри, познакомься с Персивалем, Кендрой и Арианой Дамблдор", - сказала Лили, отходя в сторону и представляя отца и мать первыми.

Гарри разинул рот, он ничего не мог с собой поделать.

Ариана слегка улыбнулась.

"Вы все -… Семья профессора Дамблдора?" Спросил Гарри, поднимая свой ранее отвисший подбородок.

"Мы здесь, и очень приятно познакомиться с вами, молодой человек", - сказала Кендра, протягивая руку.

Гарри взял это, только для того, чтобы вскоре Персиваль взял его за руку.

"Что ж, мистер Поттер", - сказал Персиваль, слегка похлопав дочь по плечу. "Кое-кто хочет, чтобы вы отправили сообщение".

Ариана посмотрела Гарри в глаза, и Гарри мгновенно понял, что она немного изменилась, когда она взяла его за руку, отходя от своих родителей.

"А мистер Поттер?" Спросил Персиваль, прежде чем они отошли слишком далеко от них.

"Да, сэр?"

"Мы с женой полностью поддерживаем ее послание".

"Да, сэр".

Гарри посмотрел на своих родителей, задаваясь вопросом, что все это значит, но они просто кивнули ему. Не зная, что еще делать, он позволил Ариане отвести себя на некоторое расстояние, прежде чем она остановилась и посмотрела на него.

"Ты хочешь отправить сообщение?" спросил он.

Она кивнула, прежде чем придвинуться к нему ближе и прошептать на ухо.

Гарри слушал, ее слова были тихими, но сильными, и он быстро запомнил ее слова, потому что, продолжая слушать, он знал, что это важно.

"Я так и сделаю", - ответил он ей. "Я обещаю тебе, даже если ничего не получится, ему скажут".

Она улыбнулась, обняла его и убежала к своим родителям, а его собственные родители подошли к нему.

"Готов, Гарри?" Спросил Джеймс. "Тебе пора возвращаться".

Гарри кивнул.

Обнявшись на прощание и поцеловав дюжину человек, Джеймс и Лили проводили его до края поляны, где свет, казалось, сливался с самой долиной.

Гарри остановился и повернулся лицом к своим родителям.

"Is...is есть, я не знаю, что-нибудь еще? Знаешь, прежде чем я уйду?" Спросил Гарри.

"На самом деле, Гарри, есть", - сказала Лили.

Она посмотрела на Джеймса, который кивнул.

"Как и другие, кто передавал тебе сообщения для других, я не знаю, будет ли у тебя шанс передать это, но если ты это сделаешь ... скажи Северусу, что я простила его", - сказала Лили.

Гарри кивнул, глядя на своего отца, чтобы узнать, есть ли ему что сказать.

"Хм,… просто скажи — и я говорю это с глубочайшим уважением — Снивеллусу", - начал Джеймс, заставив Лили толкнуть его локтем. "Ой!"

Однако через мгновение Джеймс, потирая бок, внезапно стал серьезным.

"Ладно, хватит дразниться. Скажи Снейпу, что… его долг полностью выплачен, и спасибо…за то, что заботился о тебе", - мягко закончил Джеймс.

"Я так и сделаю, папа", - сказал Гарри, прежде чем немного отвернуться от них и направиться к белому туману.

"Мы будем смотреть, Гарри", - сказал Джеймс. "Мы очень гордимся тобой".

"Мы любим тебя, Гарри", - сказала Лили, которая уже говорила ему это всего несколько мгновений назад. "Теперь возвращайся и живи".

Гарри сделал успокаивающий вдох, прежде чем двинуться вперед, и, оглянувшись в последний раз, он сделал последний шаг на свет, почувствовав прикосновение тумана к своей коже и звук мягкой тишины таинственной силы, быстро овладевшей им ....

Он собирался вернуться ....

Он почувствовал, что его несут, почувствовал мягкий и мощный ритм поступи, который он ощущал раньше.

Дамблдор.

Дамблдор нес его на руках?

Когда его разум осознал этот факт, он быстро почувствовал, насколько он слаб и болен, и ему вдруг показалось, что он забывает что-то сделать.

Он слишком устал, чтобы открыть глаза, но, увидев темноту за своими веками, почувствовал, как что-то растет внутри него. В оцепенении он осознал, что это должно было быть его стержнем, и теперь, когда он вернулся, слезы и злоба боролись, но, продолжая сосредотачиваться на этом, он понял, что это нечто большее. Его магия пульсировала, почти как низкий барабан, но каждый импульс становился сильнее, и промежуток времени между каждым увеличивался.

Теперь он начал чувствовать, что его руку и плечо начинает покалывать — слезы медленно заживляли его раны.

Дамблдор внезапно остановился, заставив Гарри вспомнить, что он забыл сделать.

Дыши.

Книга 2 — Часть 18: Слезы и яд

Дамблдор и остальные шли по коридору в сторону лазарета.

Дамблдор решил не класть тело Гарри на волшебные носилки, чувствуя, что просто неправильно делать что-то настолько ... безличное. Но в этом было нечто большее, но ему не хотелось думать об этом или пытаться объяснить.

Остальные просто позволили ему, слишком поглощенные собственным горем, чтобы что-то сказать.

Они были на полпути, когда Дамблдор почувствовал что—то - что-то пробежало по его телу.

Он остановился, заставив остальных замереть вместе с ним.

Он чувствовал подобную магию раньше ... давным-давно ....

Он посмотрел вниз на Гарри в своих объятиях, задаваясь вопросом, не почудилось ли ему это, но все сомнения немедленно исчезли, когда Гарри втянул в себя воздух, чуть не подавившись им.

"Гарри!"

Гарри удалось открыть глаза и обнаружить Дамблдора, баюкающего его на руках, с белой бородой, в синей, усыпанной звездами мантии и всем остальном - его глаза наполнились новой надеждой, а также беспокойством и, если Гарри был прав, страхом.

Гарри внезапно вздрогнул, еще один импульс магии, на этот раз гораздо более сильный, чем тот, что был мгновением ранее, исходил из его центра. Он захлопнул глаза, все его тело напряглось, кисть неповрежденной руки взметнулась вверх и вцепилась в многослойный воротник мантии Дамблдора, а волна продолжалась ... и затем, наконец, остановилась.

Дамблдор медленно выдохнул, и когда Гарри снова открыл глаза, он понял, что с мантией Дамблдора что-то только что произошло. Она изменилась.

Они были черными как смоль, испещренными движущимися изображениями желтых кубиков lego, которые как строились, так и разваливались.

Те, кто стоял позади него, ахнули.

«Минерва, Снейп, пойдёмте со мной. Хагрид, отведи остальных детей в безопасное помещение в Хогвартсе, лучше всего держать их подальше, пока мы не поймём, что происходит», — сказал Дамблдор, и его голос был хорошо слышен, несмотря на то, что он говорил тихо.

Дамблдор тут же приступил к действиям, крепко держа Гарри за руку, пока они бежали в лазарет. Снейп, рядом с которым парила Сьюзен Боунс, и МакГонагалл следовали за ними по пятам.

Рон и остальные собирались возразить, но, судя по голосу директора и скорости, с которой он и остальные двинулись вперёд, они передумали.

Однако Рон уже собирался броситься за ними, но удивил всех, резко остановившись и чуть не упав.

— Стой. Ты должен отвести Хагрида и остальных в Комнату-переход. От этого зависит жизнь Гарри, — услышал он в своей голове голос Фоукса.

-Что?-

— Мы должны приготовить зелье, чтобы спасти Гарри. Пойдём скорее, я уже здесь. У нас мало времени, — торопливо сказал Фоукс.

Рон повернулся к остальным, которые были совершенно сбиты с толку.

"Пойдем со мной, я только что услышал Фоукса. Это для того, чтобы помочь Гарри", - сказал он, уже бегом направляясь в противоположную сторону, к комнате для свиданий.

Остальные не стали спорить, а поспешили за ним.

МакГонагалл открыла двери для Дамблдора и Снейпа, прежде чем закрыть их за ними.

Снейп подвел спящую Сьюзен к одной из ближайших кроватей — те окаменели на кроватях в том же ряду.

"Альбус?! Что такое гой— Добрый Мерлин! Это-это?!" - Спросил Фадж, внезапно увидев, что Дамблдор кого-то несет, и что этот кто-то был тяжело раненным Гарри Поттером.

"Корнелиус, я скоро все объясню, но прямо сейчас о Гарри нужно позаботиться", - заявил Дамблдор, осторожно пронося Гарри мимо себя и укладывая его на кровать в дальнем углу комнаты.

Мадам Помфри поспешила вперед, Снейп уже осматривал Сьюзен.

"О-конечно, Альбус. Хогвартс все еще закрыт?" спросил он, когда Дамблдор начал тихо переговариваться с Помфри из-за Гарри.

Дамблдор сделал паузу и посмотрел на Фаджа.

"Да, и так будет до тех пор, пока я не буду уверен, что Волан-де-Морт не попытается проломить стены. Его текущее состояние еще не является физическим, но, как вы сами видели, он не менее опасен, - отрывисто сказал Дамблдор.

Дамблдор взглянул на кровать, стоявшую в противоположном конце комнаты, на которой все еще лежал без сознания Локхарт.

"Я искренне согласен с тобой, Альбус", - сказал Фадж, сказав то, что показывало, что в его крошечном умишке был по крайней мере какой-то смысл. "Но мы ... уверены, что это был ... сам-знаешь-кто?"

При этом Дамблдор полностью повернулся к нему, его глаза стали непоколебимо голубыми.

"Пока я живу и дышу, это существо, чье настоящее имя Том Риддл, выросло и стало лордом Волан-де-Мортом. Я буду предельно ясен в этом, Корнелиус. Волан-де-Морт создал надежную охрану, чтобы быть связанным с этим миром. Тот ... дух, который, как вы видели, вселился в мистера Локхарта, является частью самого существа Волан-де-Морта. Во всем, что важно, мы все видели это Волан-де-Морт.... И теперь он обрел необходимую силу, чтобы вернуться в физическое тело, готовы мы сражаться с ним или нет. Сейчас не время сомневаться, реален враг или нет, особенно когда мы видели его собственными глазами и видели, что он сделал.

"И мне нет нужды напоминать тебе о действиях его последователей летом, Корнелиус. Он оставлял ключи к своей растущей власти и власти своих последователей; ничто из этого не было случайным. Пожалуйста, не теряйте лица."

Фадж потерял несколько оттенков пигмента, морщась каждый раз, когда Дамблдор называл имя сами-знаете-кого и упоминал недавние темные события; все это время неохотно признавая это самому себе: Дамблдор прав.

"Тем не менее, молодой мистер Поттер и действия других дали нам некоторое время на подготовку, но я обсудлю эти вещи с вами позже; прямо сейчас, я считаю, было бы лучше, если бы мы предоставили вам комнату, пока карантин не будет снят. Минерва, пожалуйста, проводи министра в гостевые покои, - сказал Дамблдор. "Домашние эльфы будут рады предоставить тебе все, что тебе может понадобиться, Корнелиус".

"Э-э-э,… Спасибо тебе, Альбус", - выдавил он, прежде чем посмотреть на Гарри. "Гарри, поправляйся".

Гарри слегка кивнул, но больше ничего не сделал, чтобы подтвердить, что услышал министра, разве что придал ему растерянное и ошеломленное выражение, как будто он о чем-то напряженно думал.

Затем МакГонагалл вывела его, плотно закрыв за собой дверь.

Дамблдор и Помфри немедленно отправились к Гарри.

"Где болит, Поттер?" Спросила Помфри.

Где не было больно? вероятно, был бы вопрос получше.

Вернуться к жизни было определенно тяжелее, чем умереть, и к тому же гораздо менее приятно.

"Внутри", - решил Гарри, чувствуя, как слезы феникса текут по его руке и плечу, когда что-то бушевало внутри него.

Гарри снова прищурился, чувствуя, что вот-вот накатит еще одна волна.

"Поппи, отойди назад", - внезапно заявил Дамблдор.

Руки Гарри вцепились в простыни, сжимая изо всех сил, когда участился пульс.

"Не сопротивляйся, Гарри, просто постарайся расслабиться. Я знаю, это тяжело. Все почти закончилось", - мягко сказал Дамблдор.

Гарри услышал, как Помфри резко вдохнула, и он молча задался вопросом, что произошло на этот раз, когда он смог расслабиться.

Листы посинели и распутались, лежа под ним свободными нитками.

"Хаотическая магия ..." Помфри выдохнула, Снейп молча смотрел на кровать Сьюзен.

Гарри просто лежал и пытался отдышаться, боль в руке почти прошла.

"Они становятся сильнее, но время между ними также увеличивается. Я собираюсь связаться с кем-нибудь, кто, возможно, сможет помочь в этом. Я вернусь, как только смогу", - заявил Дамблдор. "Не делай и не давай ему ничего, что повлияет на его магию".

Помфри встряхнулась, когда Дамблдор быстро ушел, и подошла к Гарри.

"Просто постарайся отдохнуть, Поттер. Мы с этим разберемся", - сказала она, начиная снимать с него верхнюю мантию, чтобы получше рассмотреть его плечо.

Рон и остальные усердно работали. Фоукс поговорил с Роном, прежде чем Рон передал указания остальным, все они выполняли задания, чтобы завершить приготовление зелья вовремя.

"Это зелье не избавит от яда и не нейтрализует его действие; вместо этого оно позволит магии внутри Гарри сосуществовать с ним, включая слезы феникса, потому что именно в этом проблема", - сказал Рон, повторяя то, что говорил ему Фоукс.

"Теперь нам просто нужна шкала Василиска ..." Сказал Рон.

"Добби!" Драко закричал.

"Учитель позвал Добби, что-то случилось? Все домашние эльфы Хогвартса чувствуют, что что-то случилось. Как Добби может помочь?" Спросил Добби, широко раскрыв глаза.

"Вот, возьми Ревлиса, спустись в комнату и найди одну из чешуек Саландры, но если Саландра придет, беги".

- Я полагаю, Саландра намеревалась не убить Гарри, а спасти его, - сказал Фоукс.

"Ты не хотел его убивать?! Ты что, с ума сошел?!" Закричал Рон.

-Состояние Гарри ранее было сложным.-

"Теперь все усложнилось!" Сказал Рон, сбивая с толку остальных, которые не могли слышать, что говорил Фоукс.

"Что он сказал?" Спросил Невилл.

Рон повторил свое заявление, хотя и с недоверием.

"Ну, просто будьте осторожны, Ревлис и Добби. Нам просто нужна одна хорошая чешуйка, чтобы приготовить это зелье, хорошо?" Сказал Драко.

"Да, мастер".

-Pop-

Гермиона внезапно подпрыгнула. Все посмотрели на нее.

"Что-то не так, Гермиона?" Спросил Грег.

"О Мерлин, он связывается со мной!" - воскликнула она.

"Кто?"

"Длинная борода!"

"О Мерлин", - согласился Рон.

"Ну, иди сюда, тебя нужно зачаровать!" Сказала Драко, когда Винс и Невилл шагнули к ней со своими палочками, поскольку Драко был занят нарезанием каких-то странных фиолетовых листьев.

"Просто стой спокойно, нам нужно спешить. Извини, если ты выглядишь не так, как хотела", - сказал Невилл, когда они очаровали ее.

Внешне Гермиона постарела на пятьдесят лет. Ее волосы стали короткими и колючими и стали небесно-голубыми. Ее глаза были светло-зелеными, а лицо слегка покрыто морщинками. Ее одежда превратилась в кроваво-красную мантию с кружевами из серебряных нитей по всей длине.

Затем они кивнули, прежде чем она поспешила в дальний конец Комнаты, где Приходили и уходили, стены внезапно материализовались вокруг нее, а также появилась дверь.

Очевидно, она решила, что ей нужно учиться.

Войдя в комнату, которая была ей нужна, она достала зеркало, положила его на стол и произнесла слова активации, сделав при этом успокаивающий вдох.

«Длинная Борода, прошу прощения за задержку. Я Отшельник, что случилось?» — спросила она, стараясь говорить как можно спокойнее и собраннее.

— Отшельник, я полагаю, Маг рассказал тебе о нашем предыдущем разговоре? — спросил Дамблдор.

"Да, имеет ..." Гермиона решила не заканчивать предложение.

"Боюсь, что да, но из-за некоторых событий и обстоятельств, которые я в настоящее время не понимаю, Гарри жив, хотя и отсутствовал некоторое время; однако, я боюсь, что мы можем снова потерять его, если что-то не будет сделано", - серьезно сказал Дамблдор.

"Каково его состояние?" Спросила Гермиона.

"Он в сознании, но его магия превратилась в хаос, и я знаю, что магия "яда василиска" скоро возьмет свое, как несмотря, так и из-за слез феникса ".

Гермиона поджала губы.

— Ждите, — сказала Гермиона, быстро выходя из комнаты с зеркалом на столе.

Она закрыла за собой дверь.

— Они могут что-нибудь сделать для Гарри, пока зелье не будет готово? — спросила Гермиона, глядя на Фоукса.

"Они могут дать ему все, что угодно, чтобы исцелить его физическое тело, но они не должны даже думать о том, чтобы давать ему что-либо, что влияет на его магию. Кроме того, не накладывайте никаких заклинаний на него или рядом с ним, - сказал Рон. "Но он, - указал на Фоукса, - уверен, что они уже знают это".

"Хорошо", - сказала Гермиона, поворачиваясь и возвращаясь в свое "убежище".

"Длинная Борода, сделай все возможное для его физического состояния, если ты еще этого не сделал, и на случай, если ты не знаешь, не делай ничего, что может повлиять на его магию, в том числе давай ему зелья или накладывай заклинания на него или рядом с ним. Мы доставим посылку, которая поможет, как только сможем ", - сказал Затворник.

"Хогвартс находится в карантине", - заявил Дамблдор.

"Это не будет проблемой, мы все равно сможем доставить его вам, просто сосредоточьтесь на сохранении стабильности Поттера, пока мы этого не сделаем".

"Если ты уверен", - сказал Дамблдор, не выглядя убежденным в том, что они смогут преодолеть оборону Хогвартса.

"Да; теперь, я думаю, нам обоим нужно поработать", - уверенно сказала Гермиона, надеясь, что ее новый образ сработал хорошо.

Дамблдор кивнул, прежде чем прервать связь: "Мы - Отряд Защитников".

Гермиона с облегчением вздохнула, прежде чем убрать зеркало, снять чары и вернуться к остальным.

-Pop-

Добби вернулся с гладкой блестящей чешуей в руках.

"Это было посреди комнаты, учитель", - сказал Добби, кланяясь Драко и передавая его ему.

: Я думаю, она оставила это для нас: сказал Ревлис перед тем, как Невилл перевел.

-Видишь? Теперь веришь мне?- Спросил Фоукс.

"Я думаю, ты все еще злишься", - проворчал Рон.

Дамблдор поспешил обратно в лазарет, немного задержавшись, чтобы оценить текущее состояние Помфри.

Её волосы… теперь они были короткими, седыми… ирокез…

Но состояние комнаты было гораздо менее забавным, и он внезапно замедлил шаг, увидев её.

Кровать напротив кровати Гарри была в беспорядке, полки у двери в кабинет Помфри рядом с его кроватью были перевернуты вверх дном, а предметы, которые были на них, были либо частично трансфигурированы, либо зачарованы, либо просто полностью уничтожены.

Это напомнило ему об Ариане.

"Альбус?" Спросила Помфри, действительно увидев, как на мгновение по лицу Дамблдора пробежало выражение шока.

Он быстро встряхнулся и пошел вперед, понимая, что теперь они были единственными в комнате с Гарри, что, вероятно, было хорошо.

"Северус и Минерва отвели Локхарта, мисс Боунс и остальных в другую комнату до того, как все это произошло, поскольку больше они ничего не могли здесь сделать. Я уверен, что они переделали его во второй лазарет.

"Из того, что мне рассказали, Локхарт все еще в отключке, а Боунс спит, хотя уровень ее магии чрезвычайно истощен. Честно говоря, я не знаю, ведьма ли она до сих пор", - с сожалением сказала Помфри.

Дамблдор тяжело вздохнул, прежде чем повернуться к Гарри.

"Я думаю, он бредит. Он звонил тебе раньше", - прошептала Помфри.

Дамблдор слегка вздрогнул, прежде чем медленно приблизиться к кровати Гарри и пододвинуть стул.

Гарри повернул к нему свое усталое лицо.

"Профессор?"

"Я здесь, Гарри, просто отдыхай. Помощь скоро придет".

"Я боялся, что ты не вернешься", - пробормотал Гарри.

"Тебе не нужно бояться, я здесь", - сказал Дамблдор, наклоняясь вперед.

Гарри приоткрыл глаза еще немного, желая убедиться, что он действительно видит Дамблдора, а не воображает его, тем более что ранее Помфри предупредила его, что он может начать видеть вещи, которых там не было, по мере того, как действие яда прогрессирует.

Дамблдор слегка замер, глядя Гарри в глаза.

Их ярко-зеленый цвет все еще присутствовал, но его было больше.

Тонкая золотая полоска окружала радужную оболочку, цветную часть его глаза, а за ее пределами область, которая должна быть белой ... была болезненно зеленой.

Дамблдор посмотрел на Помфри, которая кивнула головой, давая ему понять, что она тоже это заметила.

Гарри напрягся, и Дамблдор понял, что надвигается еще одна волна, когда воздух вокруг них дрогнул от внезапно появившейся магии.

Дамблдору было ясно, что Гарри был напуган, вероятно, боялся, что он сделает что-то большее, чем просто что-то сломает, и если Дамблдор был честен с самим собой, он боялся того же самого.

Гарри слегка выгнул спину, забыв предыдущие слова Дамблдора о том, что нужно просто позволить этому случиться. Он не хотел, чтобы это приходило, он хотел, чтобы это оставалось в стороне, оставалось внутри него, где у него не было шанса причинить кому-либо боль.

Дамблдор схватил его за руку, сжимая ее обеими своими.

"Послушай меня, Гарри, не сопротивляйся, от этого будет только хуже. Просто оставь это, мы позаботимся о любом повреждении позже; Осмелюсь сказать, у Помфри и так достаточно вещей, ты должен увидеть ее кабинет, более захламленный, чем мой, - сказал Дамблдор, теперь сидевший на краю кровати.

Гарри стиснул зубы, магия все еще накапливалась и по-настоящему еще не высвободилась.

Но потом это произошло.

Это было похоже на открытие шлюзов, гора воды вырвалась на вновь обретенную свободу.

Гарри пытался высвободить руку из хватки Дамблдора, пытался вырваться, даже скатиться с кровати, но ничего не получалось. Он почувствовал, как магия потекла по его руке в Дамблдора, и он мог только молиться, чтобы это не причинило вреда ....

Он услышал, как магический рев распространился наружу, за ним последовал мощный грохот и несколько падений, практически сразу после другого. Он услышал крик Помфри, хотя по какой-то причине ее голос звучал почти отстраненно.

Когда все закончилось, в комнате воцарилась тишина.

Полная тишина.

Драко добавил чешую василиска, которую он только что вырезал, когда почувствовал это, почти жжение внутри себя, но не физическое, нет, это было намного глубже.

"Драко?" Спросил Невилл, видя, что Драко запнулся.

"Я что-то не так себя чувствую", - выдавил Драко, кладя то, что держал в руках, на стол и слегка сгорбившись, обхватив себя рукой.

-Отведи его в кабинет, быстро! Закрой за ним дверь!- Внезапно крикнул Фоукс в голове Рона.

Услышав о срочности, Рон схватил Драко за руку и практически потащил его к кабинету, который Гермиона создала ранее.

Остальные отошли в сторону, зная, что Фоукс только что ему что-то рассказал.

Драко споткнулся, но Рон удержал его на ногах, прежде чем втолкнуть в кабинет и захлопнуть за ним дверь.

"Рон! Что случилось ..." — начала спрашивать Гермиона, как вдруг они увидели, что дверь в кабинет приоткрылась, изнутри донесся громкий треск, и, казалось, вся комната затряслась.

Это наконец прекратилось после нескольких долгих секунд.

Рон распахнул дверь, остальные быстро направились к нему.

"Драко?" Спросил Рон.

"Я думаю ... только что произошло нечто гораздо худшее… конец Гарри, - сказал Драко, пытаясь отдышаться, стоя на четвереньках посреди полностью разрушенной комнаты, в которой не было ни единой неповрежденной вещи.

"Нам нужно отнести это ему сейчас", - сказала Гермиона, внезапно возвращаясь к недавно готовому зелью, чтобы разлить его в две колбы.

Хагрид кивнул, забирая у нее оба.

Фоукс начал давать указания Рону, который затем начал рассказывать их Хагриду.

"Скажите им, что он должен выпить одно из них целиком прямо сейчас. Второе ему нужно делать по два глотка каждые два часа после этого, пока все не закончится", - сказал Рон. "После этого он по-прежнему не сможет принимать никаких зелий, пока его магия не станет полностью стабильной, а это будет еще долго".

Хагрид кивнул, Грег помог Драко подняться на ноги.

"Магия хаоса теперь будет ограничена определенным пространством вокруг него и не должна просачиваться через связь, как это только что было, но потребуется время, пока она перестанет быть проблемой для Гарри. На самом деле я не знаю, уляжется ли это когда-нибудь по-настоящему, но, по крайней мере, яд и слезы перестанут бороться друг с другом. "

Рон вздохнул, по понятным причинам ему было трудно повторить то, что Фоукс рассказывал ему остальным.

"Хагрид?" Спросил Драко.

"Да?"

"Возможно, вам придется здесь открыться Друзьям".

Остальные слегка кивнули.

"Я думаю, это к лучшему", - признала Гермиона. "Мы будем здесь".

"Я отправлю это Арри, как только смогу", - сказал Хагрид, кивнув, прежде чем быстро развернуться и выбежать из комнаты.

Гарри испуганно открыл глаза, боясь того, что он увидит, и все же нуждаясь в знании, все еще чувствуя свою руку в обеих руках Дамблдора.

Гарри моргнул.

У него были галлюцинации?

Кто был этот парень, сидевший на краю кровати?

Он был одет в ту же мантию, что и Дамблдор, у него были те же темно-синие глаза, что и у Дамблдора, был примерно того же роста, имел ту же осанку и все, кроме ....

У него не было бороды.

Это было не только странно, но и по какой-то причине почти тревожно.

"Ну, я думаю, именно поэтому они называют это хаотической магией", - заявил Дамблдор, несколько раз моргнув. "Прошло много времени с тех пор, как мое лицо было так открыто воздуху. После жаркого дня я чувствую себя более обнаженным, чем Фоукс; Должен вам сказать, это довольно странное чувство. "

Гарри почувствовал такое облегчение, что ему захотелось смеяться и плакать одновременно, но затем он перевел взгляд за пределы Дамблдора и вокруг них.

Все односпальные кровати, кроме той, на которой лежали он и Дамблдор, были откинуты и лежали в руинах. Все окна были разбиты, участки стен и несколько предметов вокруг горели. Вокруг них было большое круглое выжженное пятно, созданное его магией, странный пульсирующий осадок, все еще мерцающий в качестве доказательства.

"Альбус?" - спросил явно испуганный голос, доносившийся из кабинета рядом с кроватью Гарри.

Гарри повернул голову, обнаружив мадам Помфри немного потрепанной, но, если не считать грязной одежды и яркого серебристого ирокеза, с ней все было в порядке.

"Поппи, рад, что ты нашла укрытие от летающих объектов", - сказал Дамблдор.

"У вас с Гарри все в порядке?" спросила она, подходя к ним.

"Да, похоже, по большей части причинил только материальный ущерб", - сказал он, проведя рукой по обнаженному лицу, прежде чем посмотреть вниз на Гарри, который явно испытал облегчение.

Дамблдор улыбнулся, разделяя облегчение Гарри, но слегка нахмурился, когда заметил, что глаза Гарри слегка затуманились.

"Гарри?" спросил он, наклоняясь ближе к нему.

Гарри слегка улыбнулся, теперь уже явно не так.

— Я видел их, знаешь ли. Это было лучшее. Часть меня хочет, чтобы я остался, хотя я чувствую себя виноватым, думая об этом. Наверное, я не должен говорить тебе об этом; вместо этого я должен сказать тебе кое-что другое. Она сказала мне, — Гарри бессвязно бормотал, слегка замолкая, когда было очевидно, что его мысли внезапно изменились. — Ты выглядишь моложе без бороды, но и меньше. Интересно, буду ли я выглядеть крупнее, когда отращу бороду. Для этого есть заклинания. Рон нашёл книгу о том, как наложить чары на себя, чтобы отрастить бородку и всё такое. Но первое заклинание, которое он попробовал, сделало его однобровым. Гермионе пришлось его исправлять.

Дамблдор взглянул на Помфри. Она вздохнула.

"Знаешь, они тебя не ненавидят. Ты можешь перестать так думать", - продолжил Гарри, хотя и замедлил речь. "Она очень хорошенькая. К тому же застенчивая".

Это заметно обеспокоило Дамблдора.

"Гарри, о чем ты говоришь?" Спросил Дамблдор.

Гарри что-то пробормотал, но ничего вразумительного.

"Гарри?"

В тот раз он даже не ответил, просто продолжал бормотать что-то, чего они не могли разобрать. Помфри быстро подошла и начала махать над ним палочкой.

Она ахнула.

"Гарри, ты меня слышишь?" спросила она, свободной рукой схватив его за уже зажившее плечо.

Дамблдор посмотрел на нее с явным беспокойством.

"Он быстро угасает, Альбус, и мы ничего не можем поделать".

Однако, прежде чем Дамблдор успел ответить, вернулись Макгонагалл и Снейп, Филиус и Помона теперь наблюдали за Боунсом и Локхартом.

"Добрый Мерлин! Что случилось?" МакГонагал закричала, увидев состояние лазарета и видя Дамблдора только со спины.

Теперь она была очень рада, что они со Снейпом привели остальных в тот пустой класс.

"Кажется, магия хаоса становится хуже", - заявил Снейп.

Дамблдор слегка повернулся.

"Борода Великого Мерлина! Альбус, где твоя борода?!" Спросила Макгонагалл, вытаращив глаза.

Теперь Снейп разинул рот, хотя и едва заметно, но для Дамблдора это было равносильно тому, что у него отвисла челюсть от удивления, которое он выказал по сравнению с тем, что он когда-либо выказывал.

"Изгнан таинственными эффектами магии хаоса", - просто заявил Дамблдор, поворачиваясь к Гарри и слегка сжимая его руку.

"Как он?" Спросила Макгонагалл, сосредоточившись на Гарри и отбросив все остальное.

Дамблдор собирался ответить, но двери лазарета внезапно распахнулись, прежде чем снова захлопнуться, открыв запыхавшегося Хагрида с двумя бутылочками зелий, по одной в каждой руке.

"Это для Гарри", - заявил он, торопливо входя, отбрасывая куски кровати.

"Что это? Его текущее состояние не позволяет ему принимать зелья", - заявила Помфри.

"А где дети? Вы ведь не оставили их одних без присмотра?" Спросила Макгонагалл.

"Конечно, нет", - сказал Хагрид, решив, что Фоукс считается надзирающим; в конце концов, он все время наблюдал за Дамблдором.

"Рубеус", - мягко, но серьезно сказал Дамблдор. "Что ты здесь делаешь?"

Хагрид оглядел комнату, найдя только Amici, за исключением Гарри, который, очевидно, был Custosae, и Помфри, к которой они все равно собирались вскоре присоединиться.

Он принял решение, выпрямился во весь рост, что было не совсем необходимо, поскольку все и так смотрели на него снизу вверх, но все равно это было впечатляюще.

Хагрид столкнулся с Дамблдором.

"Длинная Борода, мы - Отряд Защитников. Я Маленький Джон, член Custosae. Вот посылка; мои коллеги-заказчики только что доставили ее мне, с помощью Фоукса, я мог бы добавить .... "

Лица каждого были бесценны.

Книга 2 — Часть 19: Послание Арианы

— Джин Бэрри прибудет, как только сможет, Альбус, — сказал Флитвик.

— Хм, — промычал Дамблдор, стоя у кровати Гарри и наблюдая, как тот спит, или, по крайней мере, делает вид, что спит.

Гарри вроде бы различал голоса тех, кто находился в комнате, но он всё ещё балансировал на грани сна и бодрствования.

Дамблдору и Помфри ещё предстояло выяснить, как полностью исправить то, что магия сделала с их волосами и одеждой. Помфри в основном исправила то, что случилось с её волосами; теперь они были просто серебристыми. Дамблдор просто зачесал волосы назад, решив, что в данный момент любые попытки отрастить бороду будут бессмысленными. Магия хаоса, скорее всего, просто снова её уничтожит.

Гарри принял первую дозу (выпив всю первую бутылку, как было указано в инструкции) почти два часа назад, и вскоре ему нужно было сделать два глотка из второй бутылки.

Выпив все, что у него было, Гарри сразу же заснул, и, по словам мадам Помфри, это произошло из-за того, что его магическое ядро поглотило зелье; однако она предупредила, что следующая доза, вероятно, также не будет принята, и, вероятно, поэтому Опекуны (Хагрид и другие, кратко рассказывающие, кто они такие и что они, за исключением Хагрида, были в Дружеских отношениях) дали указание давать Гарри небольшие дозы после первой.

Гарри погрузился в приятный сон, позволив Дамблдору и остальным, все еще находящимся в лазарете, обдумать несколько событий, которые недавно произошли, Снейп взглянул на Хагрида и спрятал веселую ухмылку.

Хагрид, персонаж, и прямо у нас под носом. Ha! Включая нос Дамблдора, подумал Снейп, прежде чем спокойно уйти. Были вещи, которые ему нужно было сделать для Custosae.

Хагрид, чувствуя, что большинство из них смотрят на него, внезапно не смог сдержаться.

"Профессор Дамблдор, я думаю, вам, возможно, потребуется новое кодовое имя", - сказал Хагрид, в лазарете никого постороннего, Помфри в настоящее время является почетным членом, пока все не будет завершено.

"Я бы предпочел сохранить свое кодовое имя. Честно говоря, я к нему очень привязался. Что касается твоего, "Маленький Джон"? У твоих товарищей по Кастосе, безусловно, есть чувство юмора. И хотя часть меня удивлена этим недавним откровением о вашем членстве в Custosae, часть меня всегда знала, что была причина, по которой я доверил бы вам свою жизнь. "

Хагрид моргнул, МакГонагалл за его спиной ухмыльнулась, как сиамская кошка, довольно глубокому признанию Дамблдора, прежде чем стать серьезной и сообщить им кое-какие новости, поскольку было ясно, что Хагрид на мгновение лишился дара речи.

"Локхарт прибыл в Сент-Мунгос", - сказала Макгонагалл. "Он по-прежнему не реагирует, и они не могут обнаружить исходящую от него магию. Похоже, теперь он на том же уровне, что и сквиб."

Дамблдор поговорил с Драко и остальными, собрав краткое изложение того, что произошло, включая удивительные действия Крэбба и Гойла — Дамблдор спросил, что произошло сразу после ухода Василиска, желая и нуждаясь узнать, как они прогнали Риддла, зная, что он не принял бы поражение так легко. Ну, кто бы мог подумать, что у этих двоих в арсенале есть такое заклинание? Дамблдор решил узнать об этом подробнее позже.

Карантин был снят, и Дамблдор провел беседу с министром, которая сначала включала то, что случилось с его бородой. Министр был по понятным причинам обеспокоен очевидной хаотической магией, исходящей от Гарри, но Дамблдор убедил его разрешить Гарри остаться в Хогвартсе, поскольку транспортировка Гарри прямо сейчас может иметь катастрофические последствия.

Дамблдор также решил, что лучше всего рассказать Фаджу правду обо всем, что произошло, или, по крайней мере, столько, в чем он был уверен, включая тот факт, что Гарри действительно пропал. Ему нужно было показать, насколько плохо все было и могло быть, и как близко Волдеморт подошел к осуществлению того, что он запланировал. Дамблдор знал, что грядущая война неизбежна, и что министру нужно было рассказать об этом холодную правду, особенно о том факте, что Волан-де-Морт вернется, хотя Фадж все еще сомневался верить.

Дамблдор был расстроен, зная, что не может заставить Фаджа понять или поверить в опасность, которая была там и которая надвигалась, но часть его хотела, чтобы он мог, вот почему он согласился позволить ему "выразить свою благодарность и соболезнования" Гарри перед тем, как он позже отправится в Министерство, надеясь, что встреча с "мальчиком-который-выжил" убедит его, что нужно что-то делать.

"Как поживает мисс Боунс?" Спросил Дамблдор, отворачиваясь от Гарри.

Было решено, что Сьюзен Боунс останется в Хогвартсе, или, по крайней мере, до тех пор, пока ее опекун, мадам Боунс, не скажет иначе.

"Она проснулась. Она осознает и помнит большую часть того, что произошло, хотя я не уверен, что этому стоит радоваться; однако, ей лучше, чем Локхарту. У нее есть небольшое количество магии, поэтому есть некоторая надежда, что ее магическая сердцевина адаптируется и вырастет, возродив то, что было отнято, но только время покажет ", - сказала Помфри.

Теперь Гарри становился более осознанным, и вскоре он понял, что в недавно отремонтированный лазарет вошел другой человек, хотя область вокруг него все еще была повреждена из-за того, что они не могли использовать магию слишком близко к нему, и что магия хаоса слегка шевельнулась во сне после принятия зелья из хранилища.

На самом деле, если он правильно помнит, ему вот-вот должны были дать вторую дозу.

"Гарри?" Спросил Дамблдор, убедившись, что Гарри заметил его, прежде чем коснуться его плеча, не желая удивлять его и вызывать реакцию его магии.

Гарри открыл глаза и посмотрел на него.

"Пора тебе принять еще этого зелья. Ну же, тебе нужно сесть, мой мальчик, - сказал он, уже садясь рядом с ним и помогая ему подняться, обнимая Гарри за спину для поддержки.

Помфри протянула ему зелье.

— А теперь просто расслабься, твоя магия может немного отреагировать. Вот и всё, — сказал Дамблдор, слегка приподняв дно бутылки, чтобы Гарри мог выпить.

Гарри сделал два глотка, чувствуя, как странная покалывающая жидкость проникает в него, но вскоре она впитывается в его центр.

Дамблдор быстро вернул бутылочку Помфри, а Гарри напрягся, прижимаясь к руке Дамблдора и его плечу.

Все, кто был рядом с ними, попятились, особенно Помфри, чьи волосы всё ещё были серебристыми. Он смотрел с ужасом и восхищением.

— Просто подумай о чём-нибудь другом, Гарри. О чём-нибудь, что поможет тебе почувствовать себя в безопасности и успокоиться, — прошептал Дамблдор.

Гарри слегка расслабился, его правая рука всё ещё сжимала простыни, а другая нашла рукав Дамблдора, и одна его нога вдавилась в матрас.

Магия пришла, громко потрескивая вокруг Гарри, одежда Дамблдора мерцала, напоминая наблюдавшим о его глазах.

Гарри услышал, как кто-то громко ахнул, но пока это был не Дамблдор, он заставил себя сохранять относительное спокойствие, пока магия медленно ослабевала и прекращалась.

"Хорошая работа, все закончилось, хорошая работа", - сказал Дамблдор, похлопывая Гарри по спине, пока тот пытался отдышаться.

"Мерлин, это было ч-это… как?" - начал кто-то, голос, который Гарри смутно помнил, слышал ранее.

"Да, Корнелиус, хаотическая магия умеренно сдерживается", - сказал Дамблдор, укладывая Гарри обратно на подушки после того, как взбил их, чтобы Гарри мог оставаться сидящим.

Гарри открыл глаза и увидел Помфри, МакГонагалл, Хагрида, Флитвика и человека, которого он мельком видел вскоре после того, как впервые попал в лазарет.

Мантия Дамблдора снова изменилась, на этот раз она стала зеленой и желтой… повсюду были разбросаны лилии.

Профессора не упустили связи.

Воздух все еще был насыщен магией, но она медленно рассеивалась.

"Мистер Поттер", - сказал Корнелиус, нерешительно делая шаг вперед. "Альбус только что рассказал мне о событиях, которые привели к таким условиям для вас и других. Позвольте мне первым поблагодарить вас за ваши действия против того, кто несет ответственность, и за прекращение нападений на ваших коллег. Также кажется, что вы, возможно, пролили некоторый свет на то, что произошло полвека назад. "

Гарри на мгновение посмотрел на Корнелиуса, и было очевидно, что он задумался, вероятно, пытаясь переварить услышанное.

"Подожди, Корнелиус? В смысле, Корнелиус Фадж?" Спросил Гарри.

"Правильно, Гарри, Корнелиус - министр магии", - сказал Дамблдор.

"Внук Филиса Джорджа Фаджа?" Спросил Гарри.

Все вдруг посмотрели на него в замешательстве.

"Да, я его внук", - сказал Фадж. "Но откуда ты это знаешь?"

"Я говорил с ним", - просто сказал Гарри, прежде чем внезапно осознал, насколько безумно это только что прозвучало.

Он замер.

"Что? Как ты мог, дорогой мальчик? Он мертв уже почти шестьдесят лет!" Сказал Фадж, выглядя обеспокоенным за рассудок Гарри.

Гарри огляделся, неуверенно взглянув на Дамблдора, который выглядел таким же обеспокоенным, хотя и не за рассудок Гарри, а за что-то другое, прежде чем, наконец, просто позволил своему взгляду остановиться на Фадже.

"Мистер Поттер?" Спросила Макгонагалл, мягко подсказывая.

Того, что он сказал, назад уже не возьмешь, и у него действительно было что передать, верно? Мало того, они подумали бы, что он сходит с ума, даже если бы он держал рот на замке.

"Что ж, вы, вероятно, сочтете меня сумасшедшим, если еще этого не сделали, поэтому, пожалуйста, просто выслушайте меня. Филис Фадж - это ... или это было? Я немного не понимаю, в каком времени… в любом случае… он пожилой джентльмен, немного выше меня и немного лысеющий. От него исходит сильное ощущение власти.… на самом деле, он чем-то напоминает мне мистера Муди ", - сказал Гарри.

"Откуда ты это знаешь? Вокруг не так много его фотографий, и все они были сделаны до того, как он стал старше", - воскликнул Фадж, смутившись и слегка встревожившись.

"Пожалуйста, успокойся, Корнелиус, я думаю, я знаю, что происходит", - сказал Дамблдор, не желая рисковать магией министра от возможного удара Гарри, если он слишком разозлится.

"Что, Альбус?"

Дамблдор посмотрел на Гарри сверху вниз, его глаза были непроницаемыми, прежде чем стали чрезвычайно серьезными.

"Мистер Поттер вошел в Царство Мертвых и покинул его", - прошептал он.

После этого все погрузились в гробовую тишину, и Гарри неловко заерзал.

"Итак..." - прошептал Фадж, его голос звучал как у писклявой маленькой девочки. "Ты действительно был..."

При этих словах Гарри поднял на него глаза, заставив Фаджа бессознательно напрячься, хотя Гарри не был уверен, от страха или благоговения.

"Да, я был мертв", - заявил Гарри на удивление ровным голосом.

Глаза Фаджа расширились, он явно не поверил Дамблдору, когда тот сказал ему об этом раньше, но теперь задумался.

— Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, чего хотел от меня твой дедушка? — спросил Гарри.

«Как я могу отказаться?» — выдохнул Фадж. Часть его боялась того, что он сейчас услышит, но другая часть хотела этого.

Он хотел услышать послание от человека, которого, как он помнил, слушал о том, как он победил ужасного тёмного лорда ещё до того, как его родители…. Он хотел услышать от человека, которого боготворил в детстве и даже сейчас.

"Он хотел, чтобы я напомнил вам о вашем происхождении, о том, от кого вы произошли, чтобы сказать вам, что у вас есть шанс принести уважение и честь вашей фамилии, министр.

"Он просил меня напомнить вам, что он не прятался от лорда Ярлайта и не игнорировал его, и он ожидает, что вы не будете прятаться от Волдеморта, а отреагируете так же, как он отреагировал на Ярлайта. О, и он сказал, что все эти проклятые прозвища "Сам-знаешь-кто" - это "огромная куча навоза гиппогрифа и не менее позорное". Его слова не мои, хотя я отчасти согласен с ним, сэр, - признался Гарри.

Фадж моргнул, слова "огромная куча навоза гиппогрифа" всплыли в памяти. Это была поговорка, которую всегда говорил дедушка Филис. Это никак не могло быть совпадением ... и Лорд Ярлейт ... этот Темный Лорд сейчас едва ли стал главой в истории, мальчик, который даже не закончил второй курс, ни за что не узнал бы это имя и не установил бы связи. А еще была важность фамилии. Дедушка Филис всегда был очень традиционным человеком, желавшим сохранить честь фамилии.

С этим не поспоришь. Гарри Поттер встретился и поговорил со своим дедушкой.

Теперь все смотрели на Фаджа, видели его реакцию и поняли, что, по крайней мере, то, что сказал Гарри, задело что-то в нем.

"Он ... он сказал тебе, почему хотел, чтобы мне это рассказали?" Спросил Фадж.

"Да. Он хочет, чтобы ты принял правильное решение", - заявил Гарри. "И, если позволите, он желает вам "принести имя Фаджей в эпоху уважения и чести, а не трусости ...".

Все, кроме Фаджа и Дамблдора, уставились на Гарри, разинув рты. Говорить так прямо с министром?!

"Я—ты… ты дал мне о многом подумать ..." Фаджу удалось выдавить из себя слова, которые Гарри только что произнес, снова напомнив ему о дедушке.

"Эпоха уважения и чести, а не трусости ...".

"Еще раз благодарю вас, мистер Поттер. Я надеюсь поговорить с вами снова позже, но сейчас у меня есть дела в Министерстве".

Они наблюдали, как он почти выбежал из лазарета, звук его торопливых шагов достиг их ушей еще долго после того, как двери лазарета закрылись за ним.

"Я надеюсь, он слушает", - тихо прошептал Гарри, когда Дамблдор обратил на него свое внимание.

"Профессора, Хагрид, пожалуйста, оставьте нас на минутку", - заявил Дамблдор. "Я хочу поговорить с Гарри и не думаю, что аудиенция необходима".

Все они слегка вздрогнули, но спорить не стали, тихо покинув комнату, почти уверенные, что Дамблдор хочет узнать историю того, что произошло сейчас.

Дамблдор мгновение спокойно смотрел на Гарри, ничего не говоря в течение нескольких секунд. Гарри задавался вопросом, не сделал ли он что-то не так, хотя он знал, что это не так, он просто не мог думать ни о чем другом.

"Ты можешь рассказать мне, что произошло?" Наконец спросил Дамблдор.

Рона и остальных (вскоре к ним присоединились близнецы и Джинни — их забрала Макгонагалл) отвели в помещение, получившее название второго лазарета, после того, как Хагрид вернулся, чтобы рассказать им, что произошло, и что им придется подождать, чтобы увидеть Гарри.

Понятно, что они были расстроены этим, и Драко захотелось заглянуть туда, но, зная, что магия Гарри все еще неуравновешенна и будет таковой еще некоторое время, они решили прислушаться к мудрым взрослым.

Теперь они сидели вокруг кровати Сьюзен, пытаясь отвлечь мысли друг друга от того, что недавно произошло, но у них ничего не получалось. Тема разговора постоянно возвращалась к залу, к тому, что может происходить с Гарри сейчас, и к тому, когда приедут их родители.

Профессора входили и выходили, переместив остальных учеников в Большой зал, постоянно проводя зачистку школы и следя за тем, чтобы все было безопасно.

Драко пошел в туалет и проинструктировал Добби пойти к мистеру Уизли и кратко изложить ему суть происходящего, а также сообщить всем контактам, до которых они могли дотянуться, что Волан-де-Морт в движении, и быть бдительными и готовыми (это сообщение предположительно от Рона). Он также попросил Добби передать ему, что они в безопасности и что о Гарри позаботятся.

Вскоре после этого Гермиона пошла в туалет, связавшись с Сириусом с помощью зеркала Гарри ....

"Сириус Блэк", - сказала она.

Зеркало активировалось, вскоре после этого на стекле появилось лицо Сириуса.

"Гарри, что ..." — начал он, только чтобы понять, что звонил ему не Гарри.

"Мистер Блэк, кое-что случилось, и Гарри не может сейчас говорить", - начала Гермиона, но была прервана.

"Что случилось? Об этом говорят повсюду, Хогвартс в карантине? Где Гарри, с ним все в порядке?"

Гермиона ничего не могла с собой поделать, ее мысли вернулись к безжизненному телу Гарри, когда ее глаза начали слезиться, а губа задрожала.

Это не осталось незамеченным Сириусом.

"Гермиона, с ним все в порядке?! Где он ?! " - крикнул он, уже направляясь к камину, забыв о возможности того, что Хогвартс все еще находится в карантине (новости о выходе из карантина еще не распространились).

- Да, - прохрипела она. "Но некоторые вещи ха—" - она икнула. "Случилось. Я думаю, тебе следует приехать как можно скорее. Карантин в Хогвартсе больше не действует, но я бы не стал заходить по камину, не знаю, сняли ли его полностью."

"Я уже в пути", - сказал он, прервал связь и помчался за Люпином, прежде чем аппарировать в Хогсмид.

Гарри сделал паузу в своем рассказе, перейдя к той части, где его укусил Василиск.

Он ясно дал понять Дамблдору, что Василиск знала, что делала, и что ее намерением было помочь ему, а не убить. Он сказал, что объяснит, и именно там он сейчас и находился.

"Гарри?" Спросил Дамблдор.

"Я не знаю, как продолжать", - пробормотал Гарри.

"Что ж, потрать столько времени, сколько тебе нужно, Гарри. Спешки нет", - сказал Дамблдор.

"Я оказался в тумане, и мужчина позвал меня по имени. Я не знаю, кто это был. Ну, я последовал за ним, а потом оказался в долине… небо… это было потрясающе…. А потом я увидел большую группу людей, но узнал только своих родителей...."

Гарри сделал паузу, успокаивая себя, прежде чем его магия отреагирует на его эмоции.

Дамблдор заметил, почувствовав прилив энергии вокруг них. Это немного успокоило, и Гарри продолжил, но теперь выглядел несколько виноватым.

"Я не все вам рассказал, профессор ..." Тихо сказал Гарри.

"Гарри, я знаю, что ты этого не делал, но я не из тех, кто давит, когда в этом нет необходимости; однако я хотел бы, чтобы мне сказали, теперь, когда ты готов", - признался Дамблдор.

Гарри сделал успокаивающий вдох, зная, что это признание пойдет на пользу его душе.

"У меня есть не только воспоминания Риддла о том дне…. У меня есть они все", - заявил Гарри, часть его удивлялась, почему он не рассказал об этом Дамблдору раньше.

Глаза Дамблдора слегка потемнели, как от печали за Гарри, так и от гнева на Волдеморта.

Это было захватывающее зрелище, и Гарри решил, что лучше промолчать.

"Полагаю, я подозревал это какое-то время, но не хотел признавать такую возможность", - мягко сказал Дамблдор. "Хотя это многое объясняет".

Гарри кивнул, приняв падение Дамблдора за молчание как сигнал продолжать.

"Мои родители ответили мне на множество вопросов и многое объяснили, как о моей связи с Риддлом, так и о том, как я смог вернуться к тому, что произойдет со мной сейчас", - сказал Гарри.

Дамблдор хранил молчание.

"Они сказали мне, что связь, которая установилась между мной и Драко летом, это то, что действительно спасло меня, и что это что-то сделало с тем, что связывало меня с Волдемортом ".

"Были связаны?" Дамблдор не мог не прервать, часть его знала, что это, вероятно, было.

"В ночь, когда Волан-де-Морт пытался убить меня, он случайно отдал мне часть своей души. Я был крестражем".

Слушать это было намного труднее, чем думал Дамблдор, но он заставил себя продолжать слушать.

"Однако из-за созданной связи крестраж был разбит на части. Силы, воспоминания и душа Волан-де-Морта. Когда я умер, я потерял только ту часть, которая была его душой, и поскольку у меня была его душа, она действовала как "буфер", давая мне шанс вернуться, пока все "продолжалось", а из-за связи с Драко и зельем шанс сработал. "

Дамблдор кивнул, принимая все это во внимание.

"Они предупредили меня о проблеме с моим ядром. Папа сказал, что это займет несколько недель, если не больше ..." Прошептал Гарри.

"Они говорили что-нибудь еще об этом?" Спросил Дамблдор.

"Я не могу пользоваться палочкой, пока мне не станет лучше".

"Ты поправишься, Гарри. Я позабочусь об этом", - заявил Дамблдор.

Гарри кивнул, не зная, что сказать после этого очевидного обещания.

"Они... э-э...… также рассказали кое-что о Волан-де-Морте", - начал Гарри немного неловко.

"О?"

"Скоро он получит тело. И причина, по которой он не исчез, когда я уничтожил дневник, заключалась в том, что Пожиратели Смерти что-то сделали с ним на церемонии где-то летом. Барти Крауч-младший, если быть точным ... Гарри проворчал.

Дамблдор выглядел серьезным, но заставил себя сосредоточиться на том, что было перед ним.

"Гарри, я не спрашивал об этом раньше, но теперь, когда мы вернулись к этому, откуда у тебя кинжал, чтобы уничтожить дневник? Это не обычное оружие, которое есть у кого-то, не говоря уже о втором курсе. "

Гарри моргнул.

Что, черт возьми, он должен был сказать?

"Хм ... кто-то дал это мне", - заявил он, задаваясь вопросом, могло ли это быть своего рода проверкой. В конце концов, он мог допросить Рона или кого-то еще.

Дамблдор кивнул, явно формируя в голове теорию.

"Вы знали, что дневник был крестражем из ваших воспоминаний, не так ли?" Спросил Дамблдор, действительно изо всех сил стараясь, чтобы это не звучало так, как будто он допрашивал его, потому что на самом деле это было не так, ему просто нужно было знать.

Это вроде как сработало, Гарри чувствовал, что Дамблдор искренне просто хочет знать, а не заставлять его чувствовать, что у него проблемы или что-то в этом роде.

"Да", - ответил Гарри.

"Я не знаю, кто дал тебе кинжал, Гарри, но я, честно говоря, рад, что они это сделали. Я не собираюсь давить на вас по этому вопросу, потому что могу предположить, что они на нашей стороне, но если вы чувствуете, что можете поделиться со мной чем-то о них, я был бы признателен ", - сказал Дамблдор.

Гарри посмотрел на свои руки.

"Они на нашей стороне, сэр; я в этом не сомневаюсь", - заявил Гарри.

Дамблдор знал, что это все, что он получит прямо сейчас, поэтому решил двигаться дальше.

"Что еще произошло в Королевстве, Гарри?"

Теперь Гарри действительно пристально смотрел на свои руки, не обращая внимания на свою магию, заставляющую кровать скрипеть от внезапного напряжения.

"Все в порядке, Гарри. Никуда не спеши, просто расслабься", - сказал Дамблдор, слишком хорошо осведомленный о росте хаотической магии.

"Я встретился и поговорил с некоторыми людьми после того, как мои родители ..." Голос Гарри затих.

Как он должен был передать сообщение Арианы?

"Это когда ты встретил дедушку министра?" Мягко спросил Дамблдор.

"Да, и другие ..." Гарри пробормотал.

"У тебя есть сообщения для других, Гарри?" Спросил Дамблдор, его голос был почти шепотом, соответствуя громкости бормотания Гарри.

Гарри кивнул, слова Арианы эхом отдавались в его ушах, так же как и его обещание, которое он дал ей.

"Если тебе понадобится, чтобы я помог тебе найти кого-то или что-то, я помогу тебе всем, чем смогу, Гарри", - сказал Дамблдор, все еще шепча, но уже не так тихо.

"У меня есть один для тебя".

Гарри не был уверен, как у него получилось подобрать слова, чтобы сказать это, но у него получилось.

Дамблдор не пошевелился, его голубые глаза встретились с зелеными глазами Гарри, которые все еще были окружены золотой полоской, болезненный зеленый цвет за ее пределами исчезал; однако в ярко-зеленом начали проступать темно-зеленые прожилки, почти как звезды.

После долгой многозначительной паузы Гарри воспринял молчание своего наставника как согласие говорить.

"Я встретил твоих отца и мать, и твою сестру ..." Начал Гарри.

Дамблдор выглядел так, словно перестал дышать.

"Ариана - единственная, кто передал мне сообщение, но твои родители взяли за правило сообщать мне, что они полностью согласны с сообщением".

Дамблдор все еще сидел на краю кровати лицом к Гарри, его мантия все еще была желто-зеленой, покрытой маленькими цветущими лилиями.

Гарри продолжил, зная, что если он остановится сейчас, то никогда не сможет продолжить.

"Я не знаю, как еще передать это вам, поэтому я передам это вам слово в слово ....

"Скажи моему брату, что мы простили его давным-давно, и что пришло время ему простить самого себя .... Альбус тоже захочет знать вот что: это был не он и не Аберфорт .... ' "

Гарри остановился, увидев, как Дамблдор закрыл лицо одной из своих рук и приглушенно всхлипнул.

Гарри выпрямился, зная, что это сообщение было важным, но все еще был потрясен, увидев результат. Это сообщение явно было важнее, чем он думал ранее.

Гарри подался вперед, не зная, что еще сделать, и когда он это сделал, Дамблдор быстро сдался и нежно обнял его. Гораздо меньшие и все еще слабые руки Гарри попытались повторить жест, но через несколько секунд просто безвольно опустились по бокам.

Он был доволен тем, что просто был рядом с Дамблдором, когда тот тихо плакал. Оплакивал свою потерянную семью и младшую сестру, не веря, что они дали возможность отправить это сообщение — что он был прощен - хотя все еще боролся с тем, чтобы простить себя.

Гарри просто позволил себе опереться на Дамблдора; он все равно слишком устал, чтобы поддерживать себя сейчас, поскольку вспомнил, что это было не все послание.

«У вас всех ещё есть задачи, которые нужно выполнить, и жизнь, которую нужно прожить, но как только они будут выполнены, мы будем ждать. Спешить некуда», — процитировал Гарри, почти доставив послание Альбусу.

— Она также сказала, что хочет, чтобы ты помирился со своим братом… — прошептал Гарри. — Она сказала, что этого она хочет больше всего.

Дамблдор прерывисто вздохнул, прежде чем ответить так же тихо: "Я попытаюсь".

Несколько минут прошло практически в тишине.

Теперь Дамблдор по большей части управлял своими эмоциями и держал руку на затылке Гарри, а другую - на спине Гарри, такой благодарный, что Гарри не остался в пределах Королевства, а вернулся, передав это послание и убедившись, что надежда все еще существует в Волшебном мире ....

Вероятно, это было связано с понятными возросшими эмоциями и тем фактом, что прошло приличное количество времени, но они оба почувствовали нарастающую хаотическую магию; однако, по какой-то причине, им было наплевать.

Гарри слегка напрягся, чувствуя, как магия сгущается внутри него, прежде чем он почувствовал, как она закручивается вокруг него, пламя свечей в лазарете расширяется, меняя цвета, пока магия не улеглась, почти заставив их погаснуть — магия Хогвартса была единственной причиной, по которой они этого не сделали.

Гарри знал, что ему нужно будет выпить еще немного зелья в течение часа, когда Дамблдор помог ему лечь обратно, его глаза все еще были слегка красными от слез после того, как он вытер их.

"Я не знаю, как тебя благодарить, Гарри", - прошептал Дамблдор, вставая.

Гарри не знал, что сказать, поэтому просто мягко улыбнулся.

Дамблдор улыбнулся в ответ, прежде чем опустить взгляд и провести рукой по мантии, чтобы расправить ее.

"Ну, можно подумать, что ты пытаешься полностью изменить мою внешность. Сначала моя мантия, потом волосы, а теперь это: тапочки с кроликами. Хотя, возможно, в этом есть моя собственная ошибка, я внешне преобразил свою обувь, превратив ее из пары мягких тапочек с головой дракона, зачарованной ткани и набивки, конечно. Внутри они довольно уютные. Я часто задаюсь вопросом, почему у всех ножных уборов нет одинаковых внутренностей."

Гарри немного приподнялся, чтобы посмотреть на ботинки Дамблдора, или, скорее, тапочки.

Он нашел синие тапочки с кроликами в фиолетовый горошек, заячьими ушками и всем остальным, включая фиолетовый пушистый заячий хвостик сзади у каждого.

"Думаю, я оставлю это как есть", - пробормотал Дамблдор, слегка поворачивая ногу, чтобы посмотреть сбоку. "Не каждый день получаешь тапочки, сделанные на заказ из магии хаоса".

Гарри тихо и устало рассмеялся, когда кто-то внезапно с трудом сдерживаемый сильный стук в двери лазарета.

Книга 2 — Часть 20: Правила хаоса

Сириус и Люпин пробежали весь путь до входа в Хогвартс, только чтобы обнаружить, что из всех людей именно Снейп поджидает их.

"Пойдем со мной", - сказал Снейп.

Они быстро последовали за ним, но не в лазарет, что на мгновение успокоило бешено бьющееся сердце Сириуса, то есть до тех пор, пока они не вошли в то, что Снейп внезапно назвал "вторым лазаретом".

"Где Гарри?" Спросил Сириус, быстро заметив, что Гарри нигде не видно, несмотря на то, что все его друзья, включая близнецов и Джинни, были там вокруг спящей маленькой девочки.

"Он в главном лазарете с Директором, но я думаю, тебе нужно кое-что сказать, прежде чем мы отведем тебя туда", - заявил Снейп.

"Объясню по дороге!" Парировал Сириус, уже поворачиваясь к двери.

"Блэк, тебе нужно успокоиться перед встречей с Гарри, есть обстоятельства, о которых ты не знаешь, и если ты войдешь неподготовленным, кто-то может пострадать", - ответил Снейп, каким-то образом сохраняя хладнокровие (Окклюменция работает на пределе возможностей).

"Говори быстро", - категорично заявил Сириус, когда вошли несколько человек.

Мадам Боунс, Джин Бэрри, мадам Лонгботтом, мистер и миссис Уизли поступили в Хогвартс. Артур отправил Добби обратно к Драко, сказав ему сообщить Драко, что они придут.

При входе перед ними возник Добби.

"Пожалуйста, следуйте за Добби. Добби отведет вас к вашим семьям", - сказал Добби.

Они посмотрели друг на друга, прежде чем быстро последовать за маленьким домашним эльфом.

Спускаясь по коридору, они быстро столкнулись с Макгонагалл, Флитвиком и Хагридом, на их лицах было написано несколько уровней шока.

"Профессора, что случилось? Все в порядке?" Молли немедленно спросила. "С детьми все в порядке?"

"Почему мы не идем в лазарет? Я думала, они будут там", - спросила Августа.

"Из-за обстоятельств мы подумали, что лучше всего устроить вспомогательный лазарет, но все они в безопасности, и о них заботятся", - сказала МакГонагалл, когда мадам Боунс пошла рядом с ней.

"Я приношу извинения за то, что не смогла прийти раньше, но некоторые обстоятельства в Министерстве помешали мне прийти вовремя", - сказала Джин, глядя на Кости, чтобы сообщить дополнительные подробности.

"В Министерстве произошел инцидент, который быстро привел к серии довольно серьезных событий; Мне нужно поговорить с Дамблдором как можно скорее после того, как я увижу свою племянницу", - сказал Кости.

"Конечно, но что произошло?" Спросила Макгонагалл, по понятным причинам обеспокоенная тем, о чем был этот "инцидент".

Кости взглянул на нее, прежде чем посмотреть на двери, по-видимому, второго лазарета.

"Локхарт проснулся", - заявила она.

МакГонагалл и остальные заморгали, не зная, что сказать.

При входе все обернулись и посмотрели на них.

"Как поживает Поттер?" Спросил Снейп, на мгновение забыв, что Сириус ждет объяснений, хотя его вопрос немедленно отвлек внимание Сириуса от него.

"Лучше", - сумел выдавить Флитвик, в то время как Рон и остальные напрягали слух с того места, где они в данный момент находились — с другой стороны комнаты.

Миссис Уизли и остальные поспешно вошли во второй лазарет вслед за Добби, их взгляды быстро обратились к ближайшим членам семьи.

Джинни поспешила к своей маме, когда все заговорили одновременно.

"Гарри болен, мам", - обеспокоенно сказала Джинни.

"Это был сам-знаешь-кто", - Сьюзен чуть не захныкала, мадам Боунс быстро обняла ее, чтобы утешить.

"Школа была изолирована", - сказал Фред.

"Директор все еще с Гарри", - сказал Джордж.

"С вами все в порядке?" Спросила Молли, сначала посмотрев на своих собственных детей, включая Перси, который все еще окаменел рядом с Клируотером, прежде чем посмотреть на остальных.

"Да, мы такие, но нам не разрешают видеться с Гарри", - немедленно пожаловался Рон, Драко и Винс рядом с ним, Гермиона и Грег по другую сторону кровати Сьюзен.

"Все остальные в Большом зале, с ними другие профессора", - сказал Невилл своей бабушке.

МакГонагалл взглянула на Сириуса и Люпина, внезапно увидев, что они здесь.

"Когда вы двое прибыли?" спросила она, удивляясь, как они могли прибыть так быстро.

"Только что; Я позвал их", — внезапно заявил Снейп, бросив быстрый взгляд на Сириуса, призывая его держать рот на замке. "Он крестный отец Поттера; ему нужно было сказать об этом как можно скорее".

"Да, и спасибо, но мне еще ничего не рассказали о том, что произошло!" Сказал Сириус, заставляя их вернуться к тому, о чем они изначально собирались поговорить.

"Что случилось?" Спросила Августа Лонгботтом.

"Как это случилось?" Спросил Кости, глядя на окаменевшего Перси и остальных после того, как занял свое место рядом со Сьюзен, Гермиона и Грег отошли в сторону, когда Джин Бэрри тоже вышла вперед.

Прежде чем Снейп смог продолжить разговор, Джин быстро начала махать палочкой над Сьюзен, остальные пристально наблюдали, но она не успела зайти так далеко, когда ее внимание привлек один из детей у кровати.

Ее взгляд метнулся к Драко, чья рука почти поддерживающе опиралась на стену рядом с ним. В данный момент на его лице отражалась смесь чувств, но первое, что они смогли распознать, была глубокая печаль.

"Дорогая, ты в порядке?" Спросила Молли, первой заметив, кто отвлек Джин, и заметив, что что-то было не так.

Драко кивнул, хотя в данный момент явно не доверял своему голосу.

"Это Гарри?" Спросил Рон так тихо, что его услышали только Джин, Сьюзен, мадам Боунс и Кастосы.

Драко снова кивнул, пытаясь успокоить дыхание, но у него получилось только прерывистое.

"Ты собираешься ..." Рон продолжил так же тихо, на мгновение обеспокоенный тем, что вот-вот начнется какое-то хаотическое волшебство.

Драко покачал головой, но не совсем уверенно, это было скорее движение, показывающее, что он не знает.

"Драко, что случилось?" Спросил Снейп, подходя и отмахиваясь от остальных.

Каким-то образом Драко обрел свой голос, хотя он был тихим и дрожащим, ему удалось не дать ему сорваться.

"Я - это Поттер. Не могу описать это, это просто действительно ошеломляет ..." - сказал он, избегая зрительного контакта и немного успокаиваясь.

"Это случалось раньше?" Спросил Снейп.

Драко кивнул.

"Что случилось? Что происходит?" Спросила Джинни, весьма обеспокоенная, боясь, что вот-вот увидит, как другому человеку потребуется медицинская помощь.

Джинни, конечно же, была членом Армии Хогвартса и за последний год сблизилась с другими участниками, особенно с друзьями своего брата, что было понятно, учитывая все, что произошло тем летом.

Снейп оглядел присутствующих в комнате, оценивая каждого, прежде чем заговорить.

"У моего крестника есть связь с Поттером, которая установилась из-за событий лета", - заявил Снейп, решив, что все в комнате уже имеют смутное представление об этом или в любом случае узнают об этом достаточно скоро. "Последствия которого, я полагаю, только начали проявляться".

Джин сосредоточила свое внимание на Драко, который пристально смотрел в пол, чувствуя, что все смотрят на него.

"Ты чувствуешь себя лучше?" Спросила Джин.

"Он стал спокойнее, большую часть того, что я чувствую, я могу описать только как облегчение", - прошептал Драко.

"И это случалось раньше?" она спросила: "Когда?"

"Всего несколько раз после того летнего дня ... и..." Драко замолчал и не закончил.

"Драко, это важно, мы не можем позволить себе, чтобы нам не рассказали всего, когда речь заходит о магии хаоса", - заявил Снейп.

"Хаотическая магия?!" Встревоженно спросил Сириус.

"Этим занимаются, директор лично следит за этим", - сказал Снейп.

"Но он с Гарри! Это должно означать — как появился журнал "Хаотик" - поэтому школа была изолирована? Что происходит?! С моим крестником все в порядке?!" Сириус спросил, перестав кричать.

"Блэк, успокойся, если бы ты заткнул свой рыдающий рот, мы могли бы узнать, что происходит, и смогли бы рассказать тебе", - рявкнул Снейп.

"Я иду к Гарри", - заявил Сириус, поворачиваясь к двери, но что-то краем глаза привлекло его внимание. Это был Драко.

Драко, казалось, съежился на месте, его плечи опустились, он обхватил себя руками и вздрогнул. Затем Снейп двинулся.

Снейп схватил своего крестника, оттащил его от остальных и практически отнёс Драко и себя в противоположный конец комнаты, когда над ними всеми пронеслось лёгкое дуновение магии. Затем, в следующую секунду, Снейп поднял Драко и положил на ближайшую кровать, которая оказалась самой дальней от остальных, хотя и довольно близко, как подумал Снейп.

"Я в порядке, все в порядке, все кончено", - лепетал Драко, пытаясь встать, но Снейп остановил его, толкнув обратно на кровать.

"Это произойдет тогда, когда я скажу, и не раньше, так что прекрати двигаться!" сказал он, гранича с тем, что остальные могли бы квалифицировать только как панику.

Драко моргнул, теперь просто пытаясь отдышаться, уставившись на своего крестного.

Снейп посмотрел на Джин, которая в этот момент направлялась к ним. Она остановилась у кровати и взмахнула палочкой над Драко.

"Его магия успокоилась, и я не получаю никаких следов хаоса. Должно быть, связь затронула его сущность. Может быть, мистер Поттер ..." она сделала паузу, глядя на Драко в поисках информации.

— Сейчас всё в порядке, он на самом деле… доволен, — сказал Драко.

"Я иду туда", - заявил Сириус.

"Не раньше, чем вы поймете, что происходит на самом деле", - заявила Макгонагалл. "Так что просто подождите и позвольте мне рассказать вам, что произошло".

Сириус смягчился, но не сел.

"Сириус, возможно, ты захочешь присесть для этого", - сказала она.

Люпин сел и наколдовал стул и для Сириуса.

"Отлично", - сказал он, прежде чем МакГонагалл начала излагать сокращенную версию недавних событий, начиная с того, как Перси и Пенелопа окаменели, и заканчивая сегодняшним днем.

Вскоре после этого Сириус убежал в лазарет, МакГонагалл и Хагрид последовали за ним. Вскоре мадам Боунс ушла, сказав Сьюзан, что ей нужно поговорить с Дамблдором. Остальные остались в комнате, гадая, что же теперь будет.

Сириус и остальные добрались до двери, мадам Помфри стояла перед закрытыми дверями.

"Директор все еще разговаривает с Гарри", - сказала она, преграждая им путь, как показалось МакГонагалл, немного нарочито.

И на самом деле, мадам Помфри была.

Она заглянула туда несколько минут назад, чтобы убедиться, что все в порядке и что Дамблдор не вешает Гарри лапшу на уши и не утомляет его без необходимости.

Что ж, то, что она увидела или, скорее, услышала, пусть и ненадолго, потрясло ее до глубины души.

-Воспоминания-

Помфри приоткрыла дверь, едва различая голос Гарри и что-то еще, что она сначала не могла определить.

Сначала.

Ее взгляд остановился на Дамблдоре, тихо плачущем, обнимающем уставшего Гарри, который прислонился к груди Дамблдора, когда тот снова заговорил.

Его слова были такими тихими, что она едва могла их разобрать, но то ли усилием воли, то ли годами прислушиваясь к усталым голосам, она их услышала.

"У всех вас все еще есть задачи, которые нужно выполнить, и жизнь, которую нужно прожить, но как только они будут выполнены, мы будем ждать. Спешить некуда ..." - прошептал Гарри.

Плечи Дамблдора слегка затряслись, он явно пытался, но безуспешно, держать себя в руках, он подавил рыдание, слеза скатилась по его щеке, отражая свет камина.

Помфри быстро, но тихо закрыла дверь, радуясь, что ее не заметили, поскольку она поклялась хранить этот момент при себе до конца своей жизни.

-Конец флэшбека-

"Как долго он там? С Гарри все в порядке?" Спросил Сириус, пытаясь обойти Помфри, пока говорил, и продолжая преграждать ему путь.

"Я не впущу внутрь никого, кто не абсолютно спокоен. Хаотическая магия может быть опасной вещью, и у Гарри будет достаточно серий только из-за его сути, и внешний мир не заставит ее вспыхнуть ", - заявила Помфри, внезапно став очень внушительной, ее серебристые волосы каким-то образом усиливали этот эффект. "Это понятно?"

Сириус слегка попятился назад, но твердо стоял на ногах и кивнул.

"Хорошо", - заявила она, собираясь отойти в сторону. "О, и если кто-то из вас владеет окклюменцией, воспользуйтесь ею сейчас. Это уменьшит и заблокирует самые сильные эмоции, которые вы можете испытывать, от воздействия магии хаоса. Я не верю, что это будет проблемой, но я бы предпочел перестраховаться. "

Они странно посмотрели на нее, но те, кто знал об Окклюменции, включая Сириуса и мадам Боунс, сделали, как она сказала, когда она отошла в сторону, надеясь, что Дамблдор и Гарри завершили свою довольно серьезную дискуссию.

Сириус постучал. Громко.

Дамблдор посмотрел на дверь, когда Гарри откинулся на подушки.

"А, кажется, твой крестный прибыл", - заявил Дамблдор. "Дверь открыта", - крикнул он.

Помфри открыл дверь, прежде чем Сириус Блэк чуть не раздавил его бульдозером; однако Дамблдор перехватил его прежде, чем он добрался до Гарри.

"Директор, пожалуйста, уйди с дороги", - сказал Сириус, испуганно подпрыгнув и с выражением лица увидев внешность Дамблдора, но было ясно, что его крестник по-прежнему был его главной заботой, даже в ответ на вопросы о явно отсутствующей бороде.

"Сириус", - сказал Дамблдор, твердо встав у него на пути, выглядя таким же могущественным, как всегда, с бородой или без бороды, в пушистых тапочках-кроликах или без них. "Прежде чем подойти ближе, тебе нужно расслабиться и успокоиться. Все, что ты чувствуешь, может повлиять на магию Гарри, даже при любой поставленной тобой ментальной защите".

Сириус моргнул, без сомнения, почувствовав легкое прикосновение Легилименции Дамблдора, когда встретился с ним взглядом.

Сириус медленно вздохнул, зная, что старый волшебник не позволит ему приблизиться к своему крестнику до тех пор.

"Сириус!" Гарри сказал радостно, хотя и не с такой энергией, которую Сириус хотел бы видеть.

"Привет, малыш", - сказал Сириус, выходя вперед после того, как Дамблдор отошел в сторону.

"Поппи, Гарри самое время принять свое зелье", - сказал Дамблдор.

Помфри кивнула, быстро доставая бутылку.

"Зелье?" Спросил Сириус.

"Это помогает с его магической сущностью. Он должен делать два глотка каждые два часа, пока зелье не закончится", - сказала Помфри, подходя к кровати и осторожно передавая его Гарри.

Сириус быстро пришел ему на помощь, Помфри забрала у него зелье после того, как Гарри сделал два глотка.

Гарри откинулся назад, его тело почти обмякло, усталость явно брала верх.

Сириус не смог сдержать вздоха, когда почувствовал, как воздух вокруг Гарри изменился, на мгновение появился видимый оттенок зеленого и золотого, прежде чем рассеяться. Гарри устало вздохнул.

"Это было приятным улучшением", - заявила Помфри, подоткнув вокруг него одеяло, чтобы согреть, поскольку магическое изгнание, казалось, немного понизило его внутреннюю температуру. "Хорошая работа, Гарри, у тебя уже получается намного лучше".

Гарри промычал в ответ.

"Сириус, Ремус, вы двое можете оставаться здесь, но Гарри должен немного отдохнуть. Я сомневаюсь, что кто-нибудь может понять, насколько это утомительно для него ", - сказала Помфри, взглянув на Гарри, только чтобы обнаружить, что он уже крепко спит.

— О, кажется, я начинаю понимать, — тихо сказал Сириус, когда Дамблдор и Боунс кивнули им всем и ушли.

Было ясно, что Боунсу нужно было сообщить Дамблдору что-то срочное.

Мадам Боунс последовала за Дамблдором в его кабинет, испытывая сильное искушение спросить, что случилось с его бородой, мантией и ... это были тапочки с кроликами?

"Если вас интересует моя внешность, я должен поблагодарить за это мистера Поттера. Его хаотическая магия сначала уничтожила наименее волшебную вещь на мне: мою мантию. После того, как магия пропитала и заполнила, так сказать, магическую норму моей мантии, она перешла к моей бороде. В волосах есть какая-то магия, и, по-видимому, они были следующей наименее волшебной вещью в пределах досягаемости магии и были изгнаны, хотя мне интересно, куда их изгнали ", - сказал Дамблдор, когда они подошли к горгулье.

"А твои туфли?" Спросила мадам Боунс.

"Ах да, уникальный и удачный результат хаотической магии", - с улыбкой сказал ей Дамблдор, прежде чем проводить в свой кабинет.

"Что случилось?" Спросил Дамблдор, отказываясь от беззаботного тона, который был у него всего несколько мгновений назад.

Кости вздохнул и заговорил.

"Локхарт проснулся. Понятно, что ему нехорошо.… и ясно, что… Одержимость им Волдеморта ... повлияла на него", - начал Кости.

"Повлиял на него?" Спросил Дамблдор.

"Вскоре после пробуждения он начал что-то бессвязно бормотать, могу добавить, довольно громко, и, зная, что возвращение Волан-де-Морта произошло благодаря дневнику, мы уверены, что он цитирует то, что было написано в книге ".

Дамблдор моргнул, явно ошеломленный.

"Некоторые люди, на которых он ссылался, отреагировали, услышав его. У нас не было выбора, кроме как арестовать и содержать их под стражей. Одно из их смертельных проклятий чуть не поразило Локхарта, к счастью, Кингсли вскоре оглушил их."

"Что? Кто? И когда это произошло?"

"Господа Крэбб и Гойл, а также их жены ворвались в палату, в которой в настоящее время содержался Локхарт, и просто начали ругаться. И это произошло несколько часов назад. Я понимаю, что их дети не такие, как они, и как только Волшебный мир узнает, что они помогали мистеру Поттеру и другим его друзьям, я уверен, они тоже поймут, однако теперь вопрос в том, куда направляются эти два мальчика?"

"Да, это набор непредвиденных событий ..." Дамблдор задумчиво пробормотал. "Мы решим это позже, до конца занятий еще больше месяца. Сейчас, я думаю, нам есть что обсудить. Что еще произошло?"

"Суд над Крэббом и Гойлом уже назначен, и поскольку свидетелями их действий были несколько целителей Мунго, я уверен, что они будут приговорены к Азкабану до конца срока".

"Но как они вообще смогли напасть на Локхарта?"

"Они просто случайно оказались в Сент-Мунгосе, когда Локхарт очнулся, и он кричал так громко, что я уверен, его слышала вся больница. Он говорил что-то о возвращении Темного Лорда, упомянул имя Крэбба как человека, который поможет собрать что-то для церемонии улучшения дневника или что-то в этом роде. Вскоре после этого в комнату ворвался Крэбб, за которым последовали его жена и семья Гойлов."

"Понятно. Что сейчас происходит с Локхартом?"

"Он был доставлен в безопасное место в Сент-Мунгосе, его охраняют несколько авроров".

Дамблдор кивнул.

"Последнее, что я слышал, Локхарт цитировал запись в дневнике девушки. Теперь я уверен, что это написала моя племянница", - сказал Кости, тяжело вздыхая. "Я не знаю, как у нее оказалась эта вещь, но если я когда-нибудь узнаю, кто ей ее дал..."

Она не закончила свое заявление, но Дамблдор был уверен, что если бы оно у нее было, оно включало бы по крайней мере одно непростительное.

"Есть что-нибудь от Кустоса?" Спросил Кости через мгновение.

"Да, они также предоставили средства для спасения Гарри", - сказал Дамблдор.

"Зелье?"

"Да".

"С мистером Поттером теперь все будет в порядке?" Спросил Кости.

"Я надеюсь, что со временем. Сейчас он не может пользоваться палочкой и все еще довольно слаб, как магически, так и физически. Я планирую отправить его домой с Сириусом, как только он достаточно поправится. Я уверен в его навыках и знаниях, которые позволят ему провести раннее лето, особенно в нынешних обстоятельствах ", - сказал Дамблдор.

"Я заберу Сьюзан домой, как только ей станет достаточно хорошо", - сказал Кости.

Дамблдор кивнул.

"Я не могу поверить, что все это произошло. Я только рад, что Фадж счел разумным немедленно отреагировать на нападение на Локхарта и обеспечить ему надлежащую защиту. Я, честно говоря, определил этого человека как… что ж, лидер, жаждущий лидерства. Я рад, что ошибался насчет этого первоначального чувства. "

"Мы должны поблагодарить мистера Поттера за это изменение, но больше я ничего не скажу", - просто сказал Дамблдор.

"И что теперь будет?" Спросил Кости, зная, что некоторые вещи лучше оставить в тайне.

"Тем, кто был окаменел, будет дано зелье мандрагоры, как только профессор Спраут сможет его приготовить. Сегодня вечером я пойду на ужин и расскажу остальным студентам суть произошедшего. Гарри и его друзья останутся в лазарете, а я поговорю с одним из опекунов. После того, что я узнал, я знаю, что Волдеморт скоро получит тело. Благодаря дневнику и тому, что он завладел Локхартом, он теперь достаточно силен; его последователи быстро предоставят средства для завершения процесса. "

"Я сделаю все, что смогу в Министерстве", - сказал Кости. "И я уверен, что министр хотел бы присутствовать, когда вы будете выступать перед студентами. Он сказал что-то о том, что Волшебный мир нуждается в видимом и настоящем руководстве."

"Хм, действительно улучшение", - отметил Дамблдор.

На следующий день

Дамблдор разговаривал со студентами накануне вечером за ужином, министр сидел справа от него, присоединившись к ним за ужином. Мадам Боунс и Джин Бэрри тоже были там, им была рассказана основная правда о событиях внутри и за пределами Зала.

На следующий день всё это было в газетах, включая печальную историю Локхарта и, что удивительно, правду о том, что Тот-Кого-Нельзя-Называть был наследником Слизерина, а дневник использовался для попытки вернуть его.

Хагрид скоро будет оправдан.

Что могло бы сделать настоящее коллективное руководство ....

Там были статьи, в которых описывались мрачные события последних двух лет и то, как всё это привело к дневнику и Тайной комнате. Сначала была попытка кражи Философского камня, а затем события того лета, в центре внимания которых были «Мальчики-со-светом».

Министерство также было приведено в состояние повышенной готовности в поисках чего-либо необычного из-за вероятности возвращения Темного Лорда.

В будущем, когда люди будут вспоминать ту неделю, это все равно будет их удивлять.

Хотя слухи и подозрения распространились безудержно, впечатляющая решимость охватывала все и каждого.

Крики Локхарта, цитирующие письменные заявления из ныне уничтоженного дневника (как "последователей Темного Лорда", так и Сьюзан Боунс), продолжали отдаваться эхом из его охраняемой комнаты (хотя больше ничего информативного уже не было).

Слухи о деяниях Поттера и его друзей против формирующегося Темного Лорда распространились подобно лесному пожару, и хотя события, окружающие все это, были туманными, не было сомнений, кого Волшебный мир должен благодарить за это предупреждение и время подготовки, поскольку после утренней речи министра у них не было выбора, кроме как принять правду, пусть неохотно или с сомнением.

Состояние Гарри оставалось неудовлетворительным. Хотя Министерство сообщило общественности, что он был ранен, никаких подробностей не просочилось (без сомнения, благодаря Боунсу, Бэрри и Дамблдору).

Дамблдор отвел Крэбба и Гойла в сторонку и сообщил им о том, что произошло в Сент-Мунгосе и где сейчас их родители. Они, казалось, не были удивлены, просто печально смирились с этим.

Гарри выпил зелье рано утром. И прямо сейчас взрослые (включая Хагрида) были на совещании в кабинете Дамблдора. Единственным взрослым, которого там не было, была мадам Помфри, которая в данный момент проверяла, как там Сьюзан.

Рон и остальные наконец получили разрешение навестить Гарри, и это потребовало много просящих и щенячьих взглядов. Однако была загвоздка. Если что-нибудь случалось, например, если Гарри начинало тошнить, они должны были немедленно вызвать Помфри. Кроме того, они не могли измотать Гарри и должны были оставить его в покое, если ему нужно было поспать.

"Я очень серьезно, все вы, дайте Гарри отдохнуть! И никаких прыжков по кроватям. И Фред, Джордж, ведите себя наилучшим образом!" - в пятнадцатый раз приказала миссис Уизли, прежде чем покинуть лазарет вместе с остальными.

Рон, Невилл (Ревлис у него на плечах), Винс, Грег, Драко, Гермиона, Джинни, Фред и Джордж собрались вокруг кровати Гарри, хотя и держались в нескольких футах от нее (требование мадам Помфри — чрезвычайно пугающей седовласой леди).

"Как ты себя чувствуешь, Гарри?" Спросила Гермиона, сидя на стуле между кабинетом Помфри и кроватью Гарри.

: Да, вы чувствуете себя лучше, мастер Гарри?: Спросил Ревлис, остальные, кто не понимал змеиный язык, правильно поняли суть того, что он спросил.

"Намного лучше, просто устал", - сказал Гарри.

"О, может, нам —?" Начала Гермиона, размышляя, стоит ли дать ему поспать.

"Нет, не настолько устал, кроме того, скучно просто лежать здесь одному, а я достаточно выспался", - сказал Гарри.

Все они кивнули, пытаясь решить, что им теперь следует сделать или сказать.

"Хорошо", - внезапно сказал Фред, нарушая тишину. "Мы хотим участвовать".

"В деле?" Спросил Рон, совершенно сбитый с толку.

"Да, в игре. Мы знаем, что вы, ребята, занимались разными вещами, и что бы это ни было, мы хотим участвовать", - сказал Фред.

"Я не понимаю, что вы имеете в виду", - сказал Рон, остальные старались не выглядеть слишком смущенными.

"О, перестань, Рон, мы знаем, что ты чем-то занимался. Вы, ребята, исчезаете в неурочное время дня только для того, чтобы появиться снова, как будто все, чем ты занимался, это "учеба". Рон, мы знаем, что ты не так уж много учишься, и мы знаем, что "учиться" обычно означает делать то, о чем ты не хочешь, чтобы взрослые знали, - сказал Джордж.

"Да, вы двое должны были бы все об этом знать ..." Пробормотал Драко.

"Спасибо, Драко; рад, что кто-то заметил", - сказал Фред.

Гермиона и остальные посмотрели на Гарри, который, казалось, рассматривал близнецов, прежде чем перевести взгляд на Джинни, размышляя.

"Гарри?" Спросила Гермиона, желая знать, что он думает о том, чтобы сделать то, что рассматривали она и другие.

"Вы же знаете, мы не разыгрываем розыгрыши", - заявил Гарри, обращаясь к близнецам.

Фред и Джордж переглянулись, прежде чем снова посмотреть на него.

"Мы знаем, Гарри—"

"С лета мы знали—"

"Вы все делаете что—то довольно серьезное ..."

— И мы также почти уверены, что это против Вас.

"Сами знаете Кто", - признались Фред и Джордж.

— То есть ты хочешь сказать, что хочешь помочь? — спросил Рон.

— Да, — хором ответили Фред и Джордж.

— Я тоже! — вскоре добавила Джинни.

Гарри смотрел на них ещё несколько секунд, прежде чем принять решение.

— Ребята, как только Сириус и остальные вернутся и вам придётся уйти, отведите их в комнату и примите в нашу группу, — сказал Гарри, прежде чем сделать паузу и серьёзно посмотреть на трёх будущих членов группы.

«Вы вступаете во что-то чрезвычайно серьёзное; если вы не готовы взять на себя обязательства, не делайте этого. Я даже не могу передать, насколько серьёзно я к этому отношусь».

— Мы… э-э, понимаем, Гарри, — сказал Фред, озадаченный словами Гарри, но понимая, что они необходимы, несмотря на то, что он уже решил присоединиться.

— Хорошо, и я рад, что вы трое присоединяетесь, это значительно упростит задачу, — признал Гарри.

— Камера запечаталась, — внезапно сказал Ревлис, словно только что вспомнив об этом.

: Что?: Спросил Гарри, глядя на Драко и Невилла; близнецы и Джинни теперь были сбиты с толку.

"Мы пытались отправить Ревлиса туда, но вход не открывается", - сказал Невилл, взглянув на близнецов и Джинни и получив одобрительный кивок от Гарри.

"Мы даже пытались отправить Добби с Ревлисом, но он не смог туда спуститься. Я думаю, Саландра хочет, чтобы ее оставили в покое", - сказал Драко.

В настоящее время Добби помогал на кухне.

"Может быть, она позволит нам вернуться туда позже, но ей просто нужно немного времени", - сказал Гарри, прежде чем слегка вздрогнуть.

"Тебе холодно или что-то в этом роде, Гарри?" Спросила Гермиона.

"Немного. Кажется, из-за моей магии мне труднее сохранять тепло. Помфри сказала что-то о том, что моему телу трудно компенсировать это, поскольку моя магия очень часто случайным образом просачивается наружу, - сказал Гарри, плотнее натягивая одеяло.

"Вот, это должно помочь", - сказал Рон, вытаскивая палочку ....

Рон произнес заклинание до того, как Гермиона или Гарри смогли сказать ему не делать этого, и вскоре после этого было слишком поздно.

Волна безжалостной силы с ревом вырвалась вперед, и у остальных даже не было времени укрыться, хотя это в любом случае не имело бы значения, поскольку у хаотической магии была только одна цель.

Палочка Рона.

КРЭК!

Рона отбросило назад, он перелетел через кровать, на которой сидел, и приземлился на спину с другой стороны.

Вскоре после этого волшебство улеглось, очевидно, удовлетворенное устранением "угрозы".

Гарри начал вставать, в ужасе от того, что только что произошло, но прежде чем он смог встать, двери лазарета распахнулись, и несколько взрослых ворвались внутрь, услышав треск и почувствовав биение пульса сквозь стены.

Снейп, МакГонагалл, Сириус, Дамблдор, мистер и миссис Уизли, Августа и Помфри быстро вбежали. Хагрид пошел к себе домой, вероятно, чтобы покормить Фанга, а Люпин пошел в Большой зал, так как приближался ужин (его попросили помочь кое-кому по школе, и, вероятно, он довольно скоро начнет помогать на определенных уроках). Мадам Боунс была со Сьюзен.

"Все в порядке ?!" Спросила Макгонагалл, сделав паузу, когда увидела, что голова Рона выглянула из-за кровати, на которой он раньше лежал.

Гарри встал и, спотыкаясь, двинулся вперед, но ему понадобилась поддержка Невилла и Драко, прежде чем он прислонился к кровати, чтобы посмотреть поверх нее на сидящего на полу Рона, который тупо смотрел на свою явно опустошенную палочку.

От кончика до края ручки палочки она была расщеплена. Волосы единорога тлели, и было ясно, что палочка больше никогда ничего не сотворит, не говоря уже о согревающем заклинании.

"Моя палочка! Посмотри на мою палочку!" Рон ахнул, его голос был близок к сопрано.

"Мне так жаль, Рон! Ты в порядке?! Я заплачу за новый! Прости, я не хотел!" Гарри что-то бормотал, испытывая про себя облегчение от того, что только палочка Рона пострадала от нападения его магии, прежде чем внезапно побледнеть при мысли: Что, если бы было хуже?

Винс и Грег обошли кровать и подошли к Рону, быстро помогая ему подняться.

"Что случилось?" Спросил Сириус, когда Молли тоже вышла вперед, быстро отметив, что близнецы не имеют к этому никакого отношения, что бы это ни было.

"Я—я ..." Начал Рон, внезапно осознав, насколько глупым он был. Он совершенно упустил из виду тот факт, что ему не следовало колдовать над Гарри или вокруг него. "Мне жаль — я наложил согревающее заклинание, вот и все! Гарри было холодно, поэтому я...."

«Рональд Уизли! Мы же говорили тебе не колдовать ничем рядом с Гарри! А теперь посмотри, что случилось! Тебе повезло, что это была всего лишь твоя палочка! Могло быть гораздо хуже! ТЫ ПОНИМАЕШЬ, НАСКОЛЬКО ПЛОХО МОГЛО БЫТЬ?! ГАРРИ В ОПАСНОСТИ! ТЫ МОГ УБИТЬ СЕБЯ ИЛИ КОГО-НИБУДЬ ДРУГОГО! Молли взвизгнула, прежде чем поняла, что Гарри был прав. Вот. Вот.

Ее взгляд метнулся к Гарри, и она быстро обнаружила, что его глаза наполняются слезами.

Драко, Невилл и Ремус застыли, совершенно ошеломлённые, по обе стороны от Гарри, едва осознавая, как его магия витает вокруг них.

Гермиона зажала рот рукой, Джинни тоже.

Винс и Грег, как и остальные, были в полной растерянности.

МакГонагалл выглядела так, будто разрывалась между тем, чтобы безжалостно отчитывать Молли, утешать Гарри или делать и то, и другое.

Снейп на самом деле пристально смотрел на Молли, считая, что взрослый человек должен лучше себя контролировать, особенно учитывая обстоятельства.

Дамблдор с грустью посмотрел на Гарри, словно ощущая всю его боль.

Помфри пришла в ярость, увидев, что кто-то еще больше расстроил ее пациента.

Августа была в такой же ярости, но, казалось, её больше злила вся ситуация в целом, чем что-то конкретное.

Сириус выглядел так, будто собирался схватить Гарри и унести его далеко-далеко.

Близнецы в один из немногих моментов в своей жизни были ошеломлены и уставились на мать.

Артур моргнул, не веря в то, что только что было сказано.

Рон чувствовал себя ужасно. Если бы он вспомнил свой собственный совет, данный остальным, ничего бы этого не случилось, и Гарри по-прежнему бы коротко улыбался и наслаждался их компанией. Вместо этого они все только что услышали, как его мама отчитывает его, и неосознанно, но определённо заставили Гарри почувствовать себя ещё хуже, показав ему дополнительный ужасающий пример того, насколько всё могло быть плохо…

Рон на самом деле внезапно разозлился на свою мать. Он знал, что только что сделал что-то глупое, знал, как плохо всё могло закончиться, и знал, что заслужил выговор, но перед Гарри и с обвинениями в том, что Гарри небезопасен?! Где Гарри мог услышать каждое слово, которое напомнило бы ему о том, что он и так прекрасно знал, и о том, на что способна его магия, как бы ему ни хотелось, чтобы это было не так?! Нет. Она не должна была так поступать.

"Прости, Гарри. Я не знаю, почему я забыл", - сказал Рон, нарушая холодную тишину и застывшую сцену, отворачиваясь от матери. "Я не пострадал, но даже если бы пострадал, вина лежала бы не на тебе — хотя у меня такое чувство, что только благодаря тебе я остался невредимым", - продолжил Рон, и теперь Гарри уставился в пол, смаргивая слезы. "Еще раз, прости, Гарри, я не подумал — но, по-видимому, там много чего происходит", - сказал Рон, его голос стал довольно холодным в конце, он даже не взглянул на Молли — но было ясно, что последнее утверждение он адресовал ей.

"О, Гарри", - сказала Молли, ей было ужасно стыдно за себя и она была в ужасе от того, что она только что сказала. "Я—"

Она просто замолчала, зная, что не сможет сказать ничего, что забрало бы свои слова обратно или облегчило бы глубину боли, которую ее предыдущие слова, без сомнения, усугубили всю ситуацию, и что все, что сейчас произойдет, вероятно, только усугубит ее.

Молли собиралась подойти к Гарри, чтобы попытаться как-то извиниться, но голос Помфри и рука Артура на ее плече остановили ее.

"Все вон, вон!"

Помфри была в ярости, и единственными людьми, которые не спешили выполнять ее приказы, были Невилл и Драко, которые помогали Гарри вернуться в постель, и Сириус, которому Помфри тоже пришлось молча пригрозить уйти.

Через несколько мгновений все, кроме Помфри, ушли, и Дамблдор быстро проводил их в свой кабинет для разговора.

Гарри перевернулся на бок и спрятал лицо в подушку еще до того, как двери полностью закрылись. Ему хотелось что-нибудь сломать, хотелось убежать, чтобы его никогда не нашли, но больше всего ему хотелось плакать.

Он мог только что убить одного из своих лучших друзей.

Несмотря на то, как сильно он пытался остановить свою магию от реакции, она все равно отреагировала.

А потом было то, что сказала миссис Уизли ....

Она была права. Он не был в безопасности.

При этой мысли бурлящая магия, которую он ощущал все это время, казалось, пробежала рябью по его коже. Это было похоже на капли воды или десятки маленьких божьих коровок, которых он ловил у Дурслей, когда был маленьким.

Помфри вздохнула, жалея, что не может дать Гарри успокаивающее зелье, но не желая рисковать яростным опровержением его магии, поэтому она сделала следующую лучшую вещь.

"Гарри, я просто посижу с краю, ладно?" Спросила Помфри, весь предыдущий гнев исчез.

Гарри не обратил на нее внимания, стоя к ней спиной, но она могла поклясться, что он только что замерцал.

Помфри успокоилась, почти не сомневаясь, что Гарри тихо плакал, особенно когда она заметила, что его плечи дрожат.

"Мы пройдем через это, Гарри. Так будет не вечно, - прошептала она, теперь ободряюще поглаживая его по спине и проводя рукой по волосам, игнорируя странное покалывание, которое она теперь испытывала.

Гарри слегка расслабился, его магия распространялась всего на несколько дюймов от его кожи, не обнаруживая внешних угроз.

"Я думаю, всем пора сесть. Я приношу извинения за то, что не сделал этого раньше", - как-то мягко сказал Дамблдор, когда они собрались перед ним в его кабинете.

МакГонагалл быстро наколдовала несколько стульев, и все они заняли свои места, включая Рона и остальных, Дамблдор заявил, что они тоже это услышат.

Молли, как ни странно, не возражала, хотя, вероятно, это было потому, что ее мысли были сосредоточены на том, что она сказала в лазарете.

"Директор?" Спросил Снейп через мгновение, видя, что на лице Дамблдора действительно отразились растерянность и глубокая печаль. "Вы были ...?"

"Ах, да. Спасибо тебе, Северус", - сказал Дамблдор, слегка встряхнувшись от своих мыслей. "Позвольте мне рассказать вам всем несколько вещей, они помогут нам лучше справиться с происходящим и, возможно, предотвратить повторение того, что произошло сегодня. И я имею в виду не только инцидент с волшебной палочкой, - спокойно сказал он, и Молли слегка съежилась, особенно когда он бросил на нее разочарованный взгляд, которого, казалось, никто другой не заметил.

"Сейчас я говорю о Правилах Хаоса", - сказал он, двигаясь дальше. "Это всего лишь несколько вещей, которые я нахожу постоянными и очень полезными для запоминания; однако они рассказывают только о том, что может вызвать хаотические вспышки, почему это срабатывает и как магия часто распространяется сама по себе.

"Магия подобна огню — она дышит, может расти, тускнеть и двигаться, но это нечто большее. Хотя он точно не думает, у него есть инстинкты, и он формируется вокруг существа, в котором обитает, — в некотором смысле, учится. Магия Гарри, особенно, как я догадываюсь, магия слез и яда, которые теперь являются его частью, занимает чрезвычайно защитную позицию, когда дело касается Гарри, вот почему его магия отреагировала именно так.

"Прежде чем магия Гарри "выучится", она будет рассматривать каждую направленную на нее сфокусированную магическую подпись как угрозу. Теперь эта "сфокусированная магическая подпись" - это не только заклинания или чары, но и эмоции. Вполне вероятно, что магия Гарри иногда будет реагировать на сильные внешние, а также внутренние эмоции, как положительные, так и отрицательные, пока не научится внутреннему контролю и отличать "друга" от "врага", и даже тогда, если она сочтет что-либо угрозой, она отреагирует. "

"Значит, с этого момента никаких розыгрышей над Гарри?" Фред вздохнул.

Молли обернулась и сердито посмотрела на него, но мудро придержала язык. Снейп был слегка разочарован.

"Нет, мистер Уизли. Никаких розыгрышей", - сказал Дамблдор, хотя он, казалось, совсем не расстроился из-за очевидного разочарования Фреда, если уж на то пошло, его это позабавило.

"Также полезно знать, как это часто рассеивается само по себе, хотя так происходит не всегда, как мы недавно убедились. Что ж, мисс Грейнджер это оценит, подумайте об электричестве или молнии. Он идет по пути наименьшего сопротивления. У каждого предмета и живого существа есть "магическая квота", предел, до которого он может быть наполнен магией. Когда квота на магию выполнена, магия обычно переходит во что-то другое, если этого не произойдет, что ж… этот предмет может быть уничтожен, так же как палочка Рона, - объяснил Дамблдор. "Однако может случиться что-то еще, что часто бывает случайным, например, судьба моей бороды, которая была изгнана. Отсюда и происходит классификация "хаотичного", потому что невозможно точно сказать, что будет делать этот вид магии."

"И поэтому это так опасно?" Спросил Невилл.

"Да, магия может быть, но она не безгранична", - сказал Дамблдор, и теперь его глаза ярко блеснули. "Мистер Поттер чрезвычайно хорошо владеет своей магией, больше, чем он осознает. Магия большинства других людей в ситуации, подобной его, сравняла бы с землей всю комнату, и хотя ранее комнате был нанесен довольно внушительный урон после значительного выброса магии, я почти не видел… Я видел худшие результаты с гораздо меньшей начальной мощностью. "

Все хранили молчание, по их телу пробежал холодок, когда они увидели то, что они могли описать только как вспышку боли, промелькнувшую на лице Дамблдора, прежде чем он смог полностью скрыть это.

Фоукс слегка волновался, позволяя чувству спокойствия овладеть всеми ними и заставляя брови Рона слегка приподняться.

-Успокойся, мой друг, не зацикливайся на прошлом, ты нужен сейчас, - сказал Фоукс, и его понял только Рон, поскольку Фоукс позволил ему.

"Гарри понадобится вся наша поддержка и понимание, сейчас больше, чем когда-либо прежде. Сириус, он отправится с тобой домой, как только сможет. Однако ни о каком магическом перемещении не может быть и речи, - сказал Дамблдор.

"Конечно", - согласился Сириус. "Как ты думаешь, когда Гарри сможет вернуться домой?"

"От трех дней до недели, я полагаю, если Поппи не передумает и не скажет мне иначе", - сказал Дамблдор.

"Значит, неделя", - пробормотал Северус, но, казалось, только Дамблдор и близнецы услышали его.

"Сейчас я пойду поговорю с Гарри. Я уверен, что он захочет узнать то, что я вам только что рассказал. Это поможет ему успокоиться, по крайней мере, до некоторой степени, - сказал Дамблдор, вставая.

Они вышли из его кабинета, и Дамблдор остановился на углу, когда все, кроме Молли, направились в Большой зал, даже Артур, зная, что у его жены были какие-то дела. Дамблдор повернулся к Молли, которая теперь крепко сжимала руки, а ее глаза были полны сожаления.

"Вы можете подождать снаружи лазарета, пока Поппи не разрешит вам войти. Гарри, возможно, уже спит", - сказал Дамблдор, не спрашивая, почему она не пошла с остальными.

"Мне жаль, Альбус", - сказала она, прежде чем Дамблдор посмотрел на нее поверх очков.

"Мы все говорим вещи, о которых сожалеем, но не позволяйте чему-то подобному случиться снова. Осмелюсь предположить, что твои слова могли причинить больше вреда, чем палочка твоего сына, - тихо сказал Дамблдор, прежде чем повернуться и направиться в лазарет, не сказав больше ни слова.

Книга 2 — Часть 21: Под защитой...

Следующая неделя прошла как в тумане, хотя для Гарри это было чрезвычайно утомительное и скучное время.

Дамблдор дал ему некоторое душевное спокойствие до того, как вошла Молли, и хотя это не полностью избавило его от страха причинить кому-то боль или потерять контроль, он был утешен тем фактом, что у него действительно был некоторый контроль над этим.

Миссис Уизли сильно извинилась, и, хотя это было неловко и тому подобное, он простил ее. Хотя это было больно, он знал, что отчасти она была права, и тот факт, что эмоции вокруг были накалены, помог ему справиться с ситуацией. Он решил, что лучше дать ей поблажку, хотя в то время не мог заставить себя передать ей послание от ее братьев. Он обещал сделать это позже, конечно, вероятно, после того, как лучше овладеет своей магией.

Для Дамблдора неделя была такой же тяжелой, как и для Гарри, только по другим причинам. Оглядываясь назад, он обнаружил, что, возможно, был слишком строг к Молли, но, честно говоря, ожидал от нее большего, и для него было невозможно не вспоминать о своей сестре, особенно после сообщения, которое Гарри передал ему от нее. Он даже не хотел думать о том, что произойдет, если Гарри начнет бояться своей магии, как его сестра, и не мог не защищаться и, возможно, даже немного раздражаться, когда дело доходило до такого рода вещей.

Он также думал о том, что Волан-де-Морт скоро вернется. Пришло время перезапустить Орден Феникса, но знание того, что на этот раз они будут сражаться не единственными, принесло ему некоторое душевное спокойствие. Да, Кастосы окажутся бесценными в предстоящих битвах, и Дамблдор надеялся, что эта война закончится в их пользу и скоро — без больших человеческих потерь, которые произошли десятилетием ранее.

Позже на той неделе Рон и остальные, включая близнецов и Джинни, навестили Гарри при первой же возможности. Убедившись, что их невозможно подслушать, они сказали Гарри, что Близнецы и Джинни должным образом приняты в Попечители.

Кодовыми именами Фреда и Джорджа были Арахисовое масло и Джелли, а Джинни - Светлячок.

Гарри улыбнулся, услышав их кодовые имена.

"Блестящие имена. У тебя есть предпочтения в отношении контактов?" Спросил Гарри.

"Я уже об этом написала", - сказала Гермиона. "У Фреда и Джорджа будут связи с Биллом и Чарли. Что касается Джинни, мы подождем, чтобы дать ей контакты Друзей".

Гарри кивнул, зная, что у Винса и Грега тоже не было дружеских контактов.

"О, пока мы здесь, мы хотели бы кое-что показать вам. Это была идея Джинни, совершенно блестящая, если я так могу выразиться; не знаю, почему мы не подумали об этом раньше ", - сказала Гермиона.

"Гермиона, продолжай", - сказал Рон.

"Конечно, Рон. Она предложила Custosae постепенно раскрываться как своего рода бизнес по охране собственности. Мы можем привлечь к этому Билла, Муди и остальных, ты даже можешь попросить Люпина и Сириуса помочь, - сказала Гермиона.

"Охранный бизнес?" Спросил Гарри.

"Да, вы знаете, учитывая растущую угрозу со стороны Пожирателей Смерти и прочего, я думаю, это могло бы обеспечить нас системой раннего предупреждения и помочь нам защитить невинных людей", - сказала Гермиона. "Мы можем попросить Билла и других поставить определенные чары, чтобы уведомлять нас и Друзей о нападении на собственность, скажем, как в Косом переулке. Тогда Друзья, поскольку я не думаю, что наша помощь будет принята или оценена по достоинству, могут пойти и помочь защитить людей там. Мы, вероятно, сначала предоставим эту услугу магазинам и заведениям в Хогсмиде и посмотрим, как все пройдет, прежде чем предлагать ее Косому переулку."

"Сервисы будут сосредоточены на предоставлении помощи и защиты владельцам и покупателям магазинов в случае нападения", - сказала Джинни. "Я помню несколько историй от папы о том, что делал Вольдеморт, и поскольку он, возможно, скоро вернется ...."

"Хм, мне это нравится. Продолжай и начинай рассылать письма друзьям, которые будут помогать. Затем, как только все, что вы, ребята, придумаете для бизнеса и системы безопасности, будет установлено, мы расскажем об этом всем участникам и дадим им все необходимое, чтобы уведомить их о взломе собственности, которую мы будем защищать ", - сказал Гарри, вспоминая рейды, которые Волан-де-Морт однажды совершил на Косой переулок, Хогсмид и несколько других мест.

Это определенно была хорошая идея; тем более, что, как выразилась Джинни, Волдеморт, вероятно, скоро вернет себе тело, если он его уже не получил.

"О, еще кое-что, прежде чем кто-нибудь придет нас проверять. Окклюменция ..." — начал Гарри.

"Мы уже рассказали им. Они уже начали учиться", - сказала Гермиона, остальные закивали.

"Хорошо", - сказал Гарри.

"Я рад, что вы посоветовали нам изучать окклюменцию", - сказал Грег. "Когда Дамблдор расспрашивал нас о щите / защите, которые мы сделали, я думаю, он пытался обвести нас вокруг пальца. Он не пошел дальше, но я думаю, он знает, что ты тот, кто научил нас. "

"Ну, я думаю, это нормально. Он знает, что у меня теперь есть воспоминания, поэтому я думаю, что он, возможно, следил за тем, чтобы мой секрет был в безопасности от посторонних", - сказал Гарри.

Остальные понимающе кивнули.

Затем Фред вытащил что-то из-под своей мантии. Старый сложенный пергамент.

"Что это?" Спросил Грег.

"Секрет нашего успеха"—

"Но мы решили, что потребности —"

"Кастосы намного сильнее нас", - сказали Фред и Джордж.

Они открыли его.

"Я торжественно клянусь, что я не замышляю ничего хорошего", - сказали они, приклеивая это одной из своих палочек (тщательно следя за тем, чтобы палочка не была направлена куда-либо рядом с Гарри).

"Это что ..." Гермиона выдохнула, когда близнецы показали им.

"Так и есть!" Драко ахнул.

"Вау", - выдохнули остальные.

"Так ты понял, что мы что-то замышляем", - сказал Гарри.

"Ага. Это показывает нам, где все находятся, ну, если только они не забрались в какую-нибудь темную часть замка, - сказал Фред, указывая на Дамблдора, который был в своем кабинете с несколькими профессорами.

"Как подземная потайная комната", - подсказал Джордж.

Рон слегка кашлянул.

«Это будет очень полезно», — сказал Винс.

— Эй… — прошептал Гарри, внезапно заметив имена: — Муни, Червехвост, Бродяга и Проныра.

"Что?" Спросили Фред и Джордж.

"Где ты это взял?" Спросил Гарри.

"Кабинет Филча".

"Достал это из ящика с надписью "Конфисковано и крайне опасно"".

"Почему?" - спросили они.

Гарри улыбнулся, и остальные с удивлением заметили, что его улыбка граничит с грустью.

"Я знаю, кого обозначают эти имена", - тихо сказал он.

Глаза близнеца расширились, как и у другого, но в отличие от остальных, в их глазах был почти благоговейный трепет.

"Кто?" - выдохнули они.

"Муни - Ремус Люпин. Червехвост был Питером Петтигрю. Бродяга - мой крестный отец. И Зубцы… был моим отцом ", - сказал Гарри, зная это из историй, которые Сириус и Люпин рассказали ему во время рождественских каникул, и из своих собственных полученных знаний.

Все заморгали.

"Вау, и они сделали это?!" Спросил Рон.

Гарри кивнул.

"Блин, Гарри—"

"В следующий раз, когда мы увидим—"

"Муни, или Бродяга ..." - начали близнецы в полном шоке.

"Мы стольким им обязаны!" - воскликнули они оба.

"Ладно, успокойтесь вы двое", - сказала Джинни.

Они сделали несколько глубоких вдохов, прежде чем сказать: "Шалость удалась", отчего карта снова исчезла.

"Интересно, смогу ли я перепроектировать это", - задумалась Гермиона.

"Работа, с которой мы будем рады вам помочь", - сказал Грег, а Винс кивнул, будучи командой из двух человек, занимающихся исследованиями и разработками (хотя близнецы наверняка тоже присоединились к ней).

Они все улыбнулись, пытаясь представить, как здорово было бы для них всех иметь одну из этих карт, хотя, безусловно, не помешало бы больше чар и защит, если бы они закончили их создавать ....

"О, я должен вам кое-что сказать, ребята", - сказал Невилл, меняя тему. "Помните мой памятный знак?"

"Тот, который сломан?" Спросил Рон.

"Тот, который стал черным?" Спросил Драко.

"Да, но он не сломан", - сказал Невилл.

"Невилл, оно почернело. Воспоминания не должны этого делать", - сказал Винс.

"Я спросил об этом бабушку, и у нее чуть не случился припадок", - сказал Невилл.

"Она сделала это, почему?" Спросил Грег.

"Потому что воспоминания становятся черными, только если ты забыл что-то, что угрожает жизни тебе или кому-то, кого ты хорошо знаешь".

"О..." - выдохнули несколько из них.

"Что ж,… Полагаю, в этом есть смысл", - сказала Гермиона. "Я тоже забыла, вот почему он оставался черным, когда ты вручил его мне".

"Ага. И мы все знаем, что мы забыли", - сказал он.

"Да, и я не думаю, что мы когда-нибудь забудем то, что произошло, потому что мы это сделали", - сказал Драко.

"Ну, по крайней мере, теперь мы знаем", - сказал Рон.

"Всегда оптимист", - сказал Гарри с улыбкой, прежде чем закрыть глаза.

Он чувствовал, как внутри него снова начинает бурлить магия. Это происходило реже, но все же чаще, чем ему хотелось бы, то есть каждый день.

"Кто-нибудь может передать мне эту чашу", - тихо попросил Гарри.

"Конечно, Гарри", - сказал Невилл, беря противень с прикроватного столика.

"Тебя сейчас вырвет, Гарри?" Обеспокоенно спросил Рон.

Гарри взял чашу обеими руками.

"Нет, но моя магия все же есть", - сказал он, его руки сжались на металле, когда несколько человек вошли в лазарет.

Гарри закрыл глаза, позволяя своей магии свободно течь через него, точно так, как Дамблдор проинструктировал накануне. Дамблдор полагал, что Гарри может высвободить свой избыток магии непосредственно в предмет, когда почувствует, что она вот-вот выплеснется наружу. Он сказал Гарри, что в некотором роде уже делал это, доказательством чего является его мантия, а теперь и тапочки.

Гарри почувствовал, как металлическая чаша слегка завибрировала в его руках, прежде чем снова замереть, хотя текстура больше не была гладкой, а покрытой гравировкой.

Гарри открыл глаза и посмотрел вниз на ранее скучный поднос для кровати.

"Вау. Может, тебе стоит заняться декоративно-прикладным искусством", - сказал Джордж, уставившись на теперь уже красочно оформленную форму.

Несколько человек у двери рассмеялись.

Гарри и другие молодые люди подняли глаза и увидели Сириуса, Люпина, Снейпа, Помфри и Дамблдора.

Дамблдор снова отрастил бороду. Гарри удалось спросить, почему он просто не произнес это обратно по буквам, но Дамблдор только улыбнулся и сказал, что настоящая вещь намного лучше волшебной. Он также сказал что-то о том, что у некоторых людей на самом деле аллергия на наколдованные волосы, хотя он не сказал, был ли он одним из этих людей или нет.

Теперь у него была густая, аккуратно подстриженная борода. Вероятно, к концу следующего семестра она вернется к своей первоначальной длине.

"Я вижу, ты начинаешь привыкать правильно расходовать свою магию", - одобрительно сказал Дамблдор.

Гарри кивнул.

"Ну что, Гарри, ты готов отправиться домой?" Спросил Сириус.

"Тебе вообще нужно спрашивать?" Гарри выпалил, но вскоре покраснел от этого.

Сириус ухмыльнулся.

"Транспорт организован", - сказал Дамблдор. "Вы уедете на магловской машине".

Гарри ухмыльнулся.

Рон и остальные ученики Хогвартса вернулись к своим занятиям. Их сокурсники первые пару дней пялились на них, желая спросить, что именно произошло, но боялись.

Дамблдор совершенно ясно дал понять, что не стоит беспокоить тех, кто был вовлечен в это дело, и сказал, что мистер Поттер и Сьюзан Боунс отправились домой восстанавливать силы. Из-за этого поползли слухи, хотя вскоре это уже не имело значения. Рон и Драко, устав от возмутительных историй, рассказали тем, кто служил в Армии Хогвартса, немного больше о том, что произошло, и это быстро привело к тому, что нелепое повествование было свернуто. "Солдаты" Хогвартса, так сказать, были особенно настойчивы в опровержении слухов после того, как узнали, что Гарри чуть не погиб. Было неправильно выдумывать или гадать, как сокурсник чуть не погиб, особенно когда этот студент прямо или косвенно предотвратил немедленное возрождение ужасного существа, и они довольно широко распространили эту мысль.

До летних каникул оставалось около месяца, и, как и годом ранее, в это время Гермиона и остальные были заняты. Однако они были заняты не только классной работой.

Гермиона и Джинни были сосредоточены на написании писем и организации нового предлагаемого "Бизнеса по обеспечению безопасности", и им не терпелось привести его в действие. Они знали, что время дорого, кто знал, когда Волан-де-Морт и его последователи начнут действовать.

Они решили, что лучше всего сначала проинформировать людей, которые будут выполнять бизнес-задачи, а все остальные друзья будут уведомлены позже, когда все будет готово, включая Длинную Бороду, который, казалось, был занят другими делами в данный момент.

Пока Гарри отдыхал на площади Гриммо, они, наконец, закончили письма, причем Драко и Хагрид были теми, кто отправлял их в сеть доставки. Кингсли (Железный человек), Муди (Пег), Стефани Сомак (Галадриэль), Джозеф Д. Мой (Клинок), Форшоу Кроу (Тень), Снейп (Темный рыцарь), мадам Боунс (Одинокий фонарь), Августа Лонгботтом (Львица) и Билл (Разрушитель) получили необходимые инструкции, и все быстро пришло в движение.

Аластора Грюма попросили занять должность «главы службы безопасности», что подразумевало, что он будет возглавлять отряд, который отправится туда, если их услуги когда-нибудь понадобятся. Он также отвечал за то, чтобы все были готовы к такому заданию. Грюм с радостью принял эту должность, вероятно, предвкушая любую будущую враждебную встречу.

Билл занял должность «главного хранителя» или системного организатора. Он должен был следить за тем, чтобы все защитные чары и заклинания, призванные предупреждать Хранителей и Друзей о нападении или угрозе, работали, потому что без оповещения работа Муди была бессмысленной. Ему также нужно было придумать способ оповещать всех. Эрмит (Гермиона) предложила сделать монету, на одной стороне которой будет изображён фасад здания, а на другой — то, что находится в опасности. Биллу, похоже, понравилась эта идея, и он занялся разработкой сигнализации.

Пока это продолжалось, Грег и Винс вместе с близнецами занялись исследованиями и изучением того, как работает карта. Они также начали создавать специальные зелья и конфеты. Идея приготовить зелья Custosae в конфетах пробудила у всех интерес. Мысль о приготовлении развлечений в простых предметах, таких как шарики, также показалась многообещающей. Близнецы были в своей стихии.

Армия Хогвартса продолжала встречаться, практиковаться и учиться больше, чем когда-либо прежде, угроза и цель были прочно заложены во всех них. Дамблдор несколько раз появлялся на собраниях, указывая, где можно внести улучшения, и поздравляя их с прогрессом, которого они достигли в этом году. Дамблдор также преподавал Защиту от Темных искусств до конца года, быстро восполняя все, чему не смог научить Локхарт.

Дамблдору еще предстояло увидеться со своим братом. У него просто не было времени, и он не хотел тратить его, пока не решит, что сказать. Оказалось, что сообщить своему брату о сообщении, которое Гарри передал от их сестры, было очень трудно обдумать, не говоря уже о том, чтобы обсудить. Но Дамблдор пообещал себе в ближайшее время поговорить со своим братом и попытаться наладить с ним отношения, как и хотела его сестра.

Хогсмид, (в течение первой недели с Гарри дома)

Сириус зашел в старую добрую грязную таверну "Свиная голова". Они с Люпином поговорили с Гарри, и у Кастосы нашлась для них работа (за исключением Гарри, конечно). Они должны были отправиться в Хогсмид, зайти во все магазины и объекты недвижимости и предложить услуги службы безопасности под названием Custosae de Lux. Сириус взялся за работу в одиночку, не желая, чтобы Гарри оставался дома один. Люпин согласился.

Бизнес-идея по обеспечению безопасности была гениальной, если Сириусу было что сказать по этому поводу. Прячься у всех на виду, заявляй о своем присутствии, но не полностью о своих целях, прикрывайся своего рода псевдонимом и делай вид, что все свои ходы делаешь открыто.

Сириус был весьма доволен мозгами операции Custosae и задавался вопросом, как все могло бы быть, если бы это сыграло свою роль в последней войне ....

Сириус изменил направление своих мыслей, сосредоточив их на текущей задаче. Он уже поговорил с несколькими владельцами магазинов в Хогсмиде, и хотя некоторые из них казались заинтересованными, они вежливо отказались, и это, вероятно, было только потому, что они знали, что Сириус теперь уважаемый член общества и представитель обвиняемых на определенных процессах Министерства. Что ж, подписалось меньше половины. Из них в списке были Honeydukes и Магазин шуток Зонко (чему Сириус был очень рад).

"Могу я вам помочь?" - спросил пожилой мужчина из-за прилавка.

В Таверне больше никого не было, поэтому Сириус радостно пошел вперед.

"Ну, сэр, я Сириус Блэк, и я на самом деле хотел спросить, могу ли я заинтересовать вас в принятии услуг определенного бизнеса", - сказал Сириус.

"Бизнес? Что это за бизнес и какие услуги он может предоставлять, которые я хотел бы получить?" - спросил бородатый старик.

"Бизнес, который придет вам на помощь, если какой-либо злоумышленник или злоумышленницы попытаются причинить вред вам или любому из ваших клиентов", - сказал Сириус. "Я представляю компанию в сфере собственности и личной безопасности, Custosae de Lux, мистер...."

"Меня зовут Аберфорт. И как бы они это сделали?" Спросил Аберфорт.

"С вашего разрешения, мы бы установили определенные защитные чары, которые предупреждали бы защитников об угрозе или нападении. В зависимости от серьезности ситуации, от двух до пятнадцати, если не больше, хорошо обученных людей придут тебе на помощь", - сказал Сириус.

"В чем подвох и чего стоит?"

"Здесь нет подвоха. И мы не устанавливаем оплату, это зависит от вас. Мы просто просим своего рода пожертвование, сумма, будь то материалы, золото или лояльность, зависит от вас ", - сказал Сириус.

— Хм, ну, я, конечно, знаю, кто вы, мистер Блэк. Я вижу, что вы распространяете свои таланты не только на защиту невинных от аморальных действий Министерства. Я также могу сказать, что вы говорите правду. Я не думаю, что мне нужна защита, однако я не могу сказать того же о своих клиентах. Кто будет устанавливать чары, когда они смогут начать и сколько времени это займёт?

— Билл Уизли и Аластор Грюм установят защитные чары. Они могут начать завтра и закончить через два дня, если хотите, — сказал Сириус.

— Уизли и Грюм, да? Хм. Что ж, всё, что я могу сейчас предложить, — это свою преданность, — сказал Аберфорт.

— Для нас, сэр, это стоит больше, чем золото.

"Но что это влечет за собой?"

— Как минимум, ты даёшь слово, что не будешь помогать Волан-де-Морту или другим людям, которые хотят причинить вред людям, — сказал Сириус, внутренне радуясь тому, как просто Гарри это сформулировал.

— Тогда скажите своей компании, что у них есть клиент, — сказал Аберфорт.

"Я так и сделаю. Спасибо, что уделили мне время".

С этими словами Сириус ушёл и аппарировал из Хогсмида. У Хранителей была работа.

До конца учебного года оставалась всего неделя, и Дамблдор с трудом мог поверить, как быстро пролетело время, хотя, если он и научился чему-то за это столетие, так это тому, что чем старше он становился, тем быстрее, казалось, шло время.

Дамблдор медленно подошёл к таверне своего брата «Голова борова». Дамблдор часто задавался вопросом, что заставило его брата назвать это место так, но, с другой стороны, Хогвартс тоже не был таким уж прославленным названием, если признаться самому себе.

Подойдя к двери, Дамблдор остановился, совсем чуть-чуть.

Что это было? Во время его последнего визита у брата не было никаких оберегов, но, с другой стороны, это были не совсем обереги, скорее… система сигнализации?

Снова двинувшись вперёд, Дамблдор снова остановился, но на этот раз из-за того, что он мог увидеть, а не почувствовать.

Круглая наклейка приличного размера на внутренней стороне дверцы гласила:

УВЕДОМЛЕНИЕ:

Собственность и те, кто внутри, являются

Под защитой Custosae de Lux.

Вы были предупреждены. Хорошего дня.

Под ним была большая буква «С» с дефисом и LUX внутри, та самая печать, которую он видел несколько месяцев назад на адресованном ему письме.

Дамблдор на мгновение растерялся. Когда они это сделали? Как они это устроили? Кого еще они защищали сейчас? Предпринимали ли они шаги, чтобы подготовить общество к возможной войне?

Решив подумать над подобными вещами позже и надеясь, что Маг скоро объяснит эти вещи, вошел Дамблдор.

Любому, кто смотрит, показалось бы, что он просто слоняется без дела, но для тех, кто его знал, и знает хорошо, он выглядел настороженным.

Дамблдор огляделся, обнаружив в таверне всего несколько посетителей. Он пошел и сел в углу, его брат молча заметил его и быстро решил, что Альбус ждет, пока таверна опустеет. Он был прав.

Примерно через час заведение опустело, и Дамблдор посмотрел на него. Аберфорт узнал этот взгляд и закрыл магазин, также наложив несколько заклинаний приватности.

"Что случилось, Альбус? Ты приходишь ко мне только тогда, когда случилось, случится что-то плохое или когда ты чувствуешь, что тебе больше нечего делать. Что на этот раз?" - Спросил Аберфорт, не комментируя гораздо более короткую бороду Альбуса.

Дамблдор вздохнул, позволяя себе просто быть Альбусом перед своим братом.

— Я думаю, что нам давно пора поговорить, Аберфорт, — мягко сказал Альбус.

Аберфорт тихо сел напротив Альбуса за пыльный стол и сложил руки на коленях.

— Да? И о чём же пойдёт речь? — спросил он.

«Недавно кое-что произошло, и я узнал кое-что, что вам тоже следует знать. Полагаю, вы знаете, что случилось в этом году?»

— С мальчиком Поттером и в определённой комнате? — спросил Аберфорт.

«Мистер Поттер перешёл в царство мёртвых и вернулся».

Аберфорт слегка отстранился.

«Я, как и большинство остальных, знал, что события в Палате не были радостными, но я не знал, что всё было настолько… ужасно. Как он вернулся?»

— Это долгая история, и я расскажу её вам после того, как скажу то, ради чего пришёл. Аберфорт, он… — Альбус остановился.

Он знал, что должен продолжать, но внезапно обнаружил, что не может говорить. Это было довольно неприятно. Будучи волшебником, на которого равнялись сотни, если не тысячи людей, он не мог закончить предложение. Разве он не должен быть сильнее?

Аберфорт выглядел смущенным и слегка обеспокоенным. О чем это было?

Альбус попытался снова, на этот раз заставляя себя продолжать говорить, даже если для этого ему пришлось направить часть своей магии в рот.

"Он разговаривал с нашей семьей".

Аберфорт моргнул.

Альбус сделал тихий, успокаивающий вдох, прежде чем продолжить.

"Они дали ему сообщение, которое он должен был передать мне и тебе. Ну, Ариана была той, кто передала его ему, но наши родители поддержали это сообщение", - сказал Альбус.

"Альбус", - сказал Аберфорт, поднимая руку. "Я не уверен, хочу ли я это слышать".

"Пожалуйста, позволь мне рассказать тебе. Это то, чего она хотела", - сказал Альбус с легким напряжением в голосе.

Аберфорт вздохнул, но позволил ему продолжить.

"Это были не ты и не я".

"Альбус, я не знаю, почему ты думаешь, что это важно сейчас. Они ушли. И на самом деле не имеет значения, кто это сделал или кто это начал, или любое другое чертово адское дерьмо. Наши родители умерли, и наша сестра тоже."

"Пожалуйста, я еще не закончил. Это не было главной причиной, по которой я пришел".

"Тогда почему?"

"Я совершил несколько ошибок, мы оба это знаем. Я не был тем братом или мужчиной, которым должен был быть, и хотя я был молод, это жалкое оправдание. Тому, что я сделал, нет реального оправдания. Конечно, есть причины, но ни одна из них не является достаточно веской. Ничто из того, что происходило в то время, не было хорошим или правильным, но нас больше нет, и я не тот человек.

"Вы правы, они ушли. И причины того, что произошло, на самом деле больше не имеют значения, но есть кое-что, что имеет значение. Ариана отправила это вместе с Гарри: "Вам всем еще нужно выполнить задания и прожить жизнь, но как только они будут выполнены, мы будем ждать. Спешить некуда".

"Аберфорт, я не знаю, почему мне потребовалось так много времени, чтобы посмотреть это, но мы есть друг у друга только сейчас, и у нас все еще есть дела".

Альбус на мгновение замолчал.

"И я больше не хочу делать это в одиночку", - прошептал он.

Аберфорт долго смотрел на Альбуса, прежде чем нарушить молчание.

"И ты этого не сделаешь".

Наконец-то наступил конец семестра, и многое уже изменилось.

Аберфорт и Альбус стояли и смотрели, как студенты уходят. Грегори Гойл собирался идти домой с Невиллом и Ревлисом. Августа Лонгботтом согласилась позволить ему пожить в особняке Лонгботтомов летом или, по крайней мере, до тех пор, пока не будут сделаны некоторые окончательные приготовления. Что касается Ревлис, она поклялась, что если "эта тварь" сделает что-нибудь, что ей не понравится, она умрет. Невилл взял за правило напоминать Ревлису не перечить его бабушке.

Крестными родителями Грега были Крэбб, а Винса - Гойл. Было очевидно, почему эти договоренности не могли быть выполнены. Они были в Азкабане и останутся там надолго.

Винс собирался пойти с Драко, поскольку в доме Снейпа была дополнительная комната. Также было решено, что размещать обоих мальчиков в одном доме было бы неразумно. Это просто дало пожирателям Смерти более крупную цель. Таким образом, они надеялись свести к минимуму вероятность нападения.

По дороге в Хогсмид, направляясь к экипажам, Рон и несколько других замерли.

"Что это, черт возьми, такое?!" Спросил Рон.

"Что?" Спросила Гермиона, посмотрев туда, где она увидела уставившихся на нее Рона и остальных. "Я ничего не вижу".

"Это Фестрал", - сказала Луна, подходя к ним сзади. "Не волнуйся, ты не сходишь с ума. Ты такой же нормальный, как и я".

"Фестрал?" Спросил Рон.

"Почему да. Только те, кто видел смерть, могут видеть их", - спокойно заявила Луна.

Гермиона посмотрела на остальных.

"Кто может их видеть? Кто они? Что они делают?" Спросила Гермиона.

"Они похожи на лошадей, только выглядят немного пугающе, я полагаю, для большинства людей. И они тянут экипажи, - ответила Луна, когда Рон, Драко, Невилл, Грег и Винс кивнули головами, говоря Гермионе, что они могут их видеть.

Им не потребовалось много времени, чтобы понять, почему.

"Вы все видели, как… Гарри умер", - прошептала Гермиона, хотя ей было интересно, как Невилл это увидел, ведь она этого не видела.

"Я всегда мог их видеть", - тихо признался Невилл. "И я уверен, что Гарри тоже может, он просто ничего не сказал. Я думаю, он уже знал, что это такое и почему он мог их видеть, а большинство других нет."

Близнецы и Джинни подошли к ним сзади, недоумевая, почему у всех такой мрачный вид.

"Эй, что происходит?" Спросил Фред.

"Ничего, я думаю ..." Сказала Гермиона.

"Мы только что поняли, насколько близки были к потере Гарри", - сказал Рон.

"Мы просто думали о нем, вот и все", - сказал Драко.

"О, хорошо. Ну что, пойдем в вагоны? Не знаю, как вы, но я не хочу опоздать на поезд", - сказали близнецы.

Все они сели, заполнив два вагона, быстро переключившись на дела, которыми планировали заняться летом.

Аберфорт и Альбус провели несколько долгих бесед у озера, время от времени видя, как озерный монстр машет им рукой. Хотя им еще предстояло кое-что доработать, теперь они вернули себе то, что потеряли более века назад. Они снова были братьями.

Альбус спросил Аберфорта о его новой системе безопасности. Аберфорт рассмеялся.

"Несколько недель назад один из ваших бывших студентов зашел ко мне и спросил, не заинтересован ли я в услугах его бизнеса. Я подумал, что, учитывая все происходящее сейчас, немного безопасности не помешает. И самое приятное, что это практически бесплатно! И защита распространяется и на моих козлов! Но Грозный глаз предупредил меня, что если выбирать между спасением человека или козы, они выберут того, у кого есть душа. Правда, не сказал, был ли тот, у кого есть душа, козлом или нет."

"Старый ученик? А Аластор?"

"Да, Сириус Блэк, и он выглядит намного здоровее, чем, держу пари, он был в Азкабане. И Аластор, он помогал настраивать систему с другим молодым парнем", - объяснил Аберфот.

"Понятно", - сказал он, заинтригованный.

Только день спустя Альбус получил письмо, а также монету от Custosae. В письме объяснялось, какую службу безопасности они будут предоставлять и как работает монета. Они заявили, что если это их насторожит, они должны будут пойти на помощь, если только у них не возникнет другой чрезвычайной ситуации. В письме также содержался список объектов, находящихся под их защитой, у которых в настоящее время было только четыре объекта, все в пределах Хогсмида, хотя в нем говорилось, что они ожидают еще несколько позже в этом месяце, как в Хогсмиде, так и в Косом переулке.

Сириус Блэк (кодовое имя Грим) был назначен представителем "бизнеса". Аластер Муди был, конечно, главой службы безопасности, а Билл Уизли - Организатором Системы.

Эти имена (за вычетом кодовых названий, очевидно) станут достоянием общественности, поскольку это должно было стать законным бизнесом, благодаря тому, что мадам Боунс и Августа Лонгботтом зарегистрировали его в Министерстве. Они также смогли, так сказать, из "соображений безопасности" не раскрывать почти все имена. Все, что было в досье Министерства, - это имена трех "главных" компаний (Блэк, Муди и Билл) и приблизительное количество их сотрудников, без имен.

Когда Сириус сказал это Гарри, свет в его комнате чуть не взорвался, прежде чем он заставил себя успокоиться.

Жизнь на площади Гриммо шла хорошо, по большей части так или иначе. Конечно, было несколько ... инцидентов, но Сириус, Люпин и Креатив смогли исправить ущерб.

Гарри, по большей части, был прикован к постели. Ему разрешалось подниматься только в ванную, да иногда поесть на кухне или отдохнуть на диване. Это было довольно скучно.

И, в довершение ко всему, он не мог держать большинство волшебных предметов, таких как саморазогревающаяся кружка или двустороннее зеркало.

Проблема с двусторонним зеркалом была в основном решена; он просто держал его тряпкой между ним и своей кожей. Двустороннее зеркало использовалось часто, Гермиона, Драко и Рон использовали его чаще всего, передавая ему информацию о действиях Custosae и следя за тем, чтобы все было хорошо.

Его магия заключалась в том, чтобы узнавать, кто друг, а кто враг, хотя это было мучительно медленно. Гарри был просто рад, что, как и в Хогвартсе, его магия знала, что волшебное здание, в котором он находился, не причинит ему вреда.

Когда Гарри впервые пришел домой, они быстро обнаружили, что он не может пользоваться волшебными выключателями света. Из-за этого чуть не перегорел весь свет в холле .... Теперь Гарри мог безопасно включать и выключать свет, за что все они были благодарны. Им нужно было практически убрать из дома все предметы высшей магии или запереть их на чердаке. Они также купили несколько скучных, немагических предметов, которые Гарри собирал и превращал в менее скучный предмет.

Несколько раз он даже создавал магические предметы, некоторые более волшебные, чем другие.

"Ремус, я думаю, мне нужна одна из тех мягких игрушек. Она снова поднимается", - сказал Гарри, садясь на диван и откладывая книгу, которую он читал, в сторону, прежде чем слегка вздрогнуть.

"Хорошо", - быстро сказал Люпин, зная, что нужно отдать предмет, который просил Гарри, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля.

За последние несколько недель они также узнали, какие предметы, казалось, могли содержать больше магии, имея большую "магическую квоту". Мягкие игрушки обладали чрезвычайно высоким потенциалом.

Гарри взял в руки обычного коричневого, но очаровательного медвежонка, чувствуя себя неловко из-за того, что сжимал его так сильно, позволяя хаотической магии впитаться в него.

Гарри почувствовал, как обычное теперь чувство облегчения захлестнуло его, как только избыток магии покинул его, магическая вспышка прошла, когда он расслабил руки.

Он открыл глаза, быстро удивившись, почему медвежонок выглядел так же и не изменился, но эта мысль длилась недолго, потому что он быстро понял, что медведь изменился.

Медведь пошевелил руками, на которых не было пальцев. Он поводил ими вверх-вниз, похлопывая Гарри по бокам ладоней.

"Э-э-э...… Ремус ..." Смущенно сказал Гарри, взглянув на него.

Глаза Люпина были широко раскрыты, он смотрел на явно живого медвежонка.

Медвежонок повернул голову и с любопытством перевел взгляд с Гарри на Люпина и обратно.

"Вниз?"

Медведь заговорил!

Его голос напомнил Гарри голос маленького четырехлетнего ребенка.

Гарри моргнул, отчаянно желая знать, почему ничто в его жизни не может быть нормальным, и осторожно опустил медведя к себе на колени.

"Эээ ... привет?" Спросил Гарри, чувствуя себя нелепо из-за того, что разговаривает с мягкой игрушкой.

"Привет. Ты играешь в дом? Можешь поиграть со мной?"

"Не двигайся, я схожу за Сириусом", - сказал Люпин, быстро покидая комнату.

"Эм ... конечно. Во что ты хочешь поиграть?" Спросил Гарри, решив, что это не повредит.

"Вы когда-нибудь устраивали чаепитие? Я люблю чай. О! И молоко с сахаром ".

"Ну, я действительно не могу понять ничего из этого"… хотя… Творчество! Гарри позвонил, часть его радовалась, что происходит что-то другое. Было так скучно просто валяться.

Возможно, этот интерактивный медвежонок был хорошей вещью.

-Pop-

"Мастер по имени Креатур?" Спросил Креатур, быстро заметив медвежонка, который теперь пытался спрятаться за рукой Гарри. "Что есть у Мастера? Креатур не знал, что у тебя есть—"

Глаза Персонажа расширились.

«Хозяин создал помощника! Хозяин поистине велик!» — воскликнула тварь.

"Что?" Спросил Гарри, теперь совершенно сбитый с толку.

«Это сосуд, созданный Мастером для помощи в том, что нужно Мастеру», — объяснила Крэйтэ.

— Что мне нужно? Это сделала моя хаотичная магия, а не я, — сказал Гарри.

Плюшевый мишка выглянул из-за руки Гарри, чтобы посмотреть на Крэйтюра.

Как раз в этот момент вбежали Сириус и Люпин.

— Ух ты, — сказал Сириус, подходя к Крэтьюру. Наклонившись вперёд, он взял плюшевого мишку за лапу.

Он слабо сопротивлялся.

— Вниз, вниз, Тедди не любит высоту! — закричал Тедди.

Сириус сел и обнял Тедди руками.

— Ну, это другое дело, — сказал Сириус, осматривая Тедди. Он ткнул его и обнаружил, что тот такой же мягкий, как и до превращения, и, вероятно, в нём всё ещё есть наполнитель.

"Ааа! Гарри, что он делает?!" Спросил Тедди, пытаясь, но безуспешно, отбросить руки Сириуса.

"Я пытаюсь понять тебя", - сказал Сириус, осматривая свои конечности. "Ну, не думаю, что я когда-либо видел что-то такого масштаба раньше, Гарри. В прошлом дети каким-то образом использовали случайную магию, чтобы "оживить" свои мягкие игрушки, но ничего подобного."

Внезапно Гарри что-то осенило, и он слегка покраснел.

"Я, э-э, думаю, я мог бы знать, откуда тогда взялась основа "Тедди"… Раньше у меня был плюшевый мишка, думаю, мне было лет четыре или пять, но Дадли забрал его, заявив, что это его. Когда я был маленьким, я представлял, что он живой, - признался Гарри. "Возможно, также объясняет, откуда он знает мое имя".

"Ах, тогда это кое-что объясняет, и в сочетании с хаотической магией, я полагаю, это объясняет вот это", - сказал Сириус, слегка двигая Тедди взад-вперед, заставляя его размахивать руками.

"Помогите!" Тедди закричал.

Сириус остановился.

"Теперь вопрос в том, что нам с ним делать?" Спросил Люпин.

"Я могу оставить его себе. Он никому не причинит вреда, и поскольку, я полагаю, он основан на моем старом медведе, он никогда бы не выдал моих секретов", - сказал Гарри.

Тедди был в восторге.

"Я поговорю об этом с Дамблдором, посмотрим, знает ли он что-нибудь подобное. Посмотрим, что он думает", - сказал Люпин.

Гарри согласился и забрал Тедди у Сириуса.

После разговора с Дамблдором Люпин вернулся, сказав им, что Дамблдор, похоже, не слишком удивлен этим событием. Хотя он и спросил, может ли он зайти как-нибудь, чтобы посмотреть на Тедди.

Это лето определённо обещало быть интересным, а ведь ещё ничего серьёзного не произошло.

Книга 3 — Часть 1: Побег

Гарри проснулся оттого, что что-то маленькое подпрыгивало у него на плече и две слегка пушистые конечности барабанили по его лицу. Он, конечно, сразу же отмахнулся от этого, не уверенный в том, что это было, и озабоченный только тем, чтобы это у него отобрали.

"Ааа!" Тедди завопил, приземляясь на кровать рядом с ногой Гарри.

"Тедди! Что ты делаешь? Пытаешься довести меня до сердечного приступа?" Спросил Гарри, теперь садясь, небольшой всплеск адреналина отступил, и все вокруг него успокоилось.

Не годится, чтобы предметы падали с полок и стола вибрирующими. Некоторые из этих предметов были хрупкими.

"Я… Я пытался тебя разбудить", - сказал Тедди так застенчиво, как только мог любой говорящий медвежонок, его руки были как бы скрещены крест-накрест друг на друге. "Здесь очень-оченьочень старый человек. Я думаю, они ждут, когда ты проснешься. Я слышал, как они о чем-то говорили. Я думаю, это важно ".

Гарри усмехнулся, услышав описание Тедди о Дамблдоре.

"О, хорошо. И ... "старик", должно быть, профессор Дамблдор. Он мой директор", - сказал Гарри, вставая, чтобы собраться.

"О,… ты сейчас идешь в школу?"

"Нет, сейчас летние каникулы, к тому же, моя магия все еще ослаблена. Даже если бы сейчас было не лето, я не думаю, что для меня было бы хорошей идеей вернуться в школу прямо сейчас".

"Твоя магия?" Спросил Тедди.

"Да, это своего рода хаотично. На самом деле, так появился ты".

"Хм", - задумчиво промычал Тедди.

Гарри оделся, сначала не решаясь одеваться в присутствии Тедди, но Тедди был мягкой игрушкой! Это не имело значения.

"Хорошо", - сказал Гарри, готовый. "Пошли. Я думаю, Директор хотел бы тебя видеть, вероятно, поэтому он и пришел".

Тедди ахнул, спрыгнул с кровати и побежал так быстро, как только могли нести его короткие ножки, и спрятался за корзиной для белья Гарри.

"Тедди, ну же, не делай этого", - сказал Гарри, подходя к нему.

"Он меня ткнет! Совсем-совсем как мистер Блэк!"

Гарри вздохнул.

"Он может — он может украсть мою начинку! Он не может украсть мою начинку! Она мне нужна!" Тедди закричал, хотя теперь его голос звучал приглушенно.

Гарри был уверен, что сейчас он прячется в своей грязной одежде.

"Тедди, Дамблдор не собирается красть твою начинку", - сказал Гарри.

"Откуда ты знаешь? Может, он коллекционирует фарш!"

Гарри покачал головой, пытаясь решить, что делать.

"Он этого не сделает".

"Ты обещаешь?"

"Я обещаю".

"Что, если он попытается?"

"Я остановлю его".

Да ... остановите Альбуса Дамблдора .... Верно.

"Хорошо".

Тедди высунул свою покрытую мехом голову из-за корзины.

"Теперь мы можем идти?" Спросил Гарри, наклоняясь, чтобы поднять его.

Тедди слегка попятился.

"Я знаю, я знаю, "Тедди не любит высоту", но я обещаю не уронить тебя", - сказал Гарри.

С этими словами Гарри и Тедди наконец спустились вниз.

Сириус, Люпин и Дамблдор обернулись, услышав приближение Гарри.

Гарри, конечно, все еще приходил в себя, и его медленный темп свидетельствовал об этом. Хотя это было в десять раз лучше, чем когда он прибыл на площадь Гриммо, было ясно, что он быстро устал и расслабился.

"Ах, Гарри, как дела, мой мальчик?" Спросил Дамблдор, бросив быстрый взгляд на цепляющегося за него медведя в руках Гарри.

"Так лучше, профессор. Я полагаю, вы здесь, чтобы увидеть его?" Спросил Гарри, взглянув на Тедди сверху вниз.

"Э... вообще-то, Гарри, директор здесь по другим причинам", - вмешался Люпин. "Хотя я уверен, что он тоже посмотрит на твоего нового друга", - добавил он.

"Что случилось?" Спросил Гарри.

Сириус жестом пригласил Гарри сесть.

Гарри посмотрел на Дамблдора, Тедди все еще цеплялся за Гарри изо всех сил.

"Мне только что сообщили, что пятеро узников Азкабана сбежали", - сказал Дамблдор. "Я, конечно, отправил весточку Северусу и Августе, и я уверен, что оттуда сообщат те, кому нужно".

"Кто сбежал?" Спросил Гарри.

"Моя кузина, Беллатрикс Лестрейндж", - выплюнул Сириус, заставив Тедди слегка подпрыгнуть. "А также Крэбба и Гойла".

"Что?! Как?" Спросил Гарри.

"Мы не знаем, Гарри, но нет сомнений, с кем это связано", - заявил Дамблдор.

"Волан-де-Морт", - прошептал Гарри.

Дамблдор кивнул.

"Ну, с Винсом и Грегом все в порядке? Они в безопасности? Где они?" Спросил Гарри, зная, что благодаря его воспоминаниям их предательство будет наказано, и наказано сурово.

"Они в безопасности. Особняк Лонгботтомов и Спиннерз-Энд попадают под действие чар Фиделоуса, как и площадь Гриммо", - сказал Дамблдор. "Позволь мне заверить тебя, Гарри, принимаются все меры предосторожности".

"Хм", - сказал Сириус. "Не все".

Все посмотрели на него; Сириус взглянул на Гарри, прежде чем заговорить.

"Custosae de Lux. Мы должны установить охрану на всех объектах, на случай, если что-то пойдет ... не так", - сказал он.

Дамблдор долго смотрел на него, прежде чем кивнуть.

"Я думаю, это мудро".

Теперь Тедди открыто смотрел на них, его голова поворачивалась к каждому мужчине, пока они разговаривали.

"Я сообщу своим контактам и договорюсь об этом с Биллом и Грозным Глазом, как только смогу", - сказал Сириус. "И я не думаю, что было бы плохой идеей устроить такой у Уизли".

Остальные кивнули в знак согласия.

"И что теперь? Я имею в виду Беллатрикс и остальных", - спросил Гарри.

"Министр отправил столько авроров, сколько смог выделить, чтобы попытаться поймать их, однако, когда я сказал ему, кто, вероятно, стоит за этим, и что, вероятно, у них была какая-то помощь изнутри, он не решился поверить. Я почти уверен, что он верит, что Волан-де-Морт каким-то образом стоит за этим, но ... боюсь, мое другое предложение осталось без внимания, - сказал Дамблдор.

"Как ты думаешь, кто эти люди внутри?" Спросил Гарри.

"Они не люди", - мрачно сказал Сириус.

Глаза Гарри расширились, он мгновенно понял, о чем они говорят ....

Дементоры.

Гарри не смог остановить воспоминание, и в отличие от тех немногих, что были у него за последний месяц, это было совершенно новым и чрезвычайно сильным.

Было темно и холодно, а воздух… он был настолько полон отчаяния, что вызывал тошноту.

"Лоорд Вуолдемоорт ..."

Голос был каким-то резким, таким низким и гулким, что у него чуть не побежали мурашки по коже.

Он поднял свое лицо, обнаружив перед собой несколько фигур в капюшонах .... Было очевидно, откуда исходила глубокая печаль, но, похоже, это не сильно беспокоило его, во всяком случае, он, казалось, купался в ней.

"Дооо оээо апартаментов haave в'deeeeaal?" они дышали.

"Да, - он улыбнулся, - Да, мы договорились".

С этими словами Волан-де-Морт поднял свою палочку и произнес заклинание.

Гарри, конечно, сразу понял, что это было, и если бы он мог, он бы закричал.

Это было темное связывающее заклинание. Дементоры теперь были его слугами.

O o O

Дамблдор и остальные быстро отреагировали, когда Гарри, казалось, напрягся и в то же время обмяк.

Колени Гарри подкосились, Сириус быстро подхватил его и уложил на пол, в то время как Гарри крепко вцепился в Тедди.

Они почувствовали, как воздух наполнился магией, но по какой-то причине это не привело к каким-либо вредным последствиям, хотя Дамблдор мог поклясться, что видел, как что-то мерцало по коже Гарри и меху медвежонка.

— Гарри! — закричал Сириус, склонившись над ним.

Гарри крепко прижимал Тедди к груди, пытаясь перевести дыхание и успокоить бешено колотящееся сердце, и медленно открывал глаза.

Люпин и Дамблдор стояли на коленях по другую сторону от него, и Дамблдор положил руку ему на лоб.

Гарри встретился взглядом с Дамблдором.

— Что ты видел? — спросил Дамблдор очень тихим шёпотом, втайне гадая, случалось ли Гарри когда-нибудь видеть такие яркие воспоминания наяву.

— Они его. Дементоры… все они. Они его, — ответил Гарри, неосознанно поглаживая Тедди по спине и закрывая глаза.

Сириус помог Гарри сесть, позволив ему опереться спиной о диван. Тедди продолжал обнимать Гарри, ободряюще похлопывая своей маленькой ручкой по груди Гарри, когда его пушистая голова склонилась к нему.

Сириус и Люпин переглянулись.

Что только что произошло? О чем говорил Гарри? Они знали, что происходит что-то странное, но не знали, что именно. Несколько раз нечто подобное случалось, но это было незадолго до того, как Гарри просыпался от кошмара, его кровать тряслась, а предметы летали по комнате.

Приходили ли к нему кошмары, когда он сейчас бодрствовал?

Дамблдор посмотрел на Гарри, догадываясь, о чем, вероятно, думали Сириус и Люпин.

"Ты им не сказал, не так ли?" Дамблдор снова прошептал.

Гарри хотел бы перестать говорить шепотом, подобный вопрос было гораздо труднее воспринять, когда он задавался таким мягким настороженным тоном.

Гарри покачал головой.

"Рассказал нам что?" Спросил Сириус, разрываясь между гневом и полным замешательством.

Гарри поднял на него испуганные глаза.

Он надеялся, что ему никогда не придется им рассказывать. Что они никогда не узнают. Он знал, что другие сохранили бы секрет, если бы могли, но поскольку у него была "вспышка" прямо перед ними… теперь он никак не мог отвертеться, особенно после вопросов Дамблдора.

Гарри посмотрел сверху вниз на Тедди, черпая утешение в маленьком пушистом парне.

Вероятно, им было лучше знать, они знали, что он, в конце концов, Кустоса, хотя и не лидер. Он просто надеялся, что они не взбесятся или, что еще хуже, не будут относиться к нему по-другому. Он знал, что остальные адаптировались, но все еще боялся, что его опекун, и практически его второй опекун, этого не сделает.

"Что ты нам не рассказал?" Спросил Люпин, поскольку Сириус теперь, казалось, не мог вымолвить ни слова, а Гарри стал довольно молчаливым.

"Я..."

"Просто скажи им, Гарри. Они поймут", - сказал Дамблдор.

"Я боялся, что ты взбесишься ..." Тихо сказал Гарри.

"Взбеситься из-за чего?" Спросил Сириус, думая: да ладно, мы волнуемся не из-за магии хаоса; что может быть хуже этого?

"Что ты имел в виду, сказав "они его"?" Спросил Люпин, решив попробовать другой ракурс, часть его самого начала складывать кусочки воедино.

"Волан-де-Морт применил связывающее заклинание .... Он привязал к себе дементоров. Они его слуги, отныне и навсегда", - сказал Гарри.

"Откуда ты это знаешь?" Спросил Сириус.

Гарри медленно глубоко вздохнул, не желая вызывать очередную вспышку хаоса.

"У меня есть его воспоминания", - наконец ответил Гарри.

Сириус и Люпин одновременно уставились на Дамблдора, молясь, чтобы у Дамблдора было объяснение, почему Гарри говорил это, а не правду. Вместо этого все, что они получили, это выражение смиренного принятия того, что слова Гарри были правдой.

"Это многое объясняет", - пробормотал Люпин.

"Кто еще знает?" Спросил Сириус, его голос был едва ли спокойным.

"Дамблдор, профессор Снейп, некоторые из моих друзей и ..." Голос Гарри затих, он не знал, как закончить.

"The Custosae", - закончил за него Люпин.

Гарри внезапно показался очень интересным безобидный пушок на Тедди. Тедди подозрительно посмотрел на него, прежде чем нашел то, на что тот уставился.

Тедди быстро смахнул пушок с лапы и протянул его Гарри, думая, что он этого хочет. Это не было частью его начинки, поэтому он был рад поделиться.

Дамблдор выглядел задумчивым, комментарий Люпина подтвердил то, что он подозревал. Гарри был источником для Custosae. И было очевидно, что именно они дали Гарри кинжал, который уничтожил дневник, или, по крайней мере, остановили нападение Тома на Сьюзен Боунс в Комнате. Теперь вопрос был в том, как они добрались до Гарри так, что он этого не заметил?

"Знаешь, ты мог бы рассказать нам раньше", - сказал Сириус, уже совсем не сердясь.

"У вас, ребята, и так было достаточно забот. Я не хотел добавлять к этому еще что-то и не хотел рисковать, что с ними будут обращаться по-другому"… Я не знаю, по-другому, - сказал Гарри, забирая пушинку у Тедди.

"Для меня ты всегда будешь Гарри", - сказал Сириус, Люпин кивнул, а глаза Дамблдора блеснули. "И Люпин прав, это действительно объясняет несколько вещей".

Гарри неуверенно, но с облегчением улыбнулся.

"Ну, теперь, когда с этим покончено", - сказал Люпин, взглянув на Тедди.

Дамблдор улыбнулся, внезапно посмотрев на окаменевшего медвежонка, который понял, что их внимание переключилось на него.

"Я так понимаю, это и есть знаменитый медвежонок", - сказал Дамблдор, жестом приглашая Гарри сесть рядом с ним на диван, на котором он в данный момент отдыхал, сидя на полу.

Гарри встал и сел рядом с Дамблдором, Тедди теперь пытался спрятаться в его мантии. Люпин и Сириус заняли свои места в кресле и на другом диване.

"Хорошо, дай мне взглянуть на тебя", - сказал Дамблдор, протягивая руки, чтобы Гарри передал ему Тедди.

Гарри схватил Тедди, стянул с него мантию и повернул к Дамблдору.

"К-Гарри?" Обеспокоенно спросил Тедди.

"Я обещаю тебе, что он не причинит тебе вреда и не ткнет тебя пальцем", - сказал Гарри, надеясь, что Дамблдор поверит Сириусу на слово, что Тедди мягкий.

Дамблдор вытащил свою волшебную палочку, прежде чем взять Тедди другой рукой и взмахнуть палочкой над Тедди. По-видимому, он смог получить некоторую секретную информацию о магии вокруг Тедди и в нем самом, делая это.

"Как тебя зовут, медвежонок?" Спросил Дамблдор, как будто задавать вопрос анимированному объекту было обычным делом.

"Ти-Тедди Малимбер ..." Ответил Тедди, радуясь, что у него все еще есть начинка, но пока не собирался считать свои благословения.

"Малимбер?" Спросил Люпин.

"Это имя владельца и компании, которая его создала", - сказал Дамблдор, указывая палочкой на маленькую тряпичную бирку на ноге Тедди.

"О", - сказал Люпин.

"Итак,… что ты думаешь?" - Спросил Сириус, очевидно, из-за откровения о том, что у Гарри есть воспоминания определенного Темного Лорда, и его больше беспокоило то, что Дамблдор думал о говорящем медведе.

"Я думаю, что Гарри в очередной раз продемонстрировал почти безграничную силу магии, хотя с Гарри наличие предела магии также может быть оспорено", - сказал Дамблдор, убирая палочку и бессознательно подпрыгивая на колене Тедди, другой рукой удерживая его от падения.

"Вау—оа-ооа..." Сказал Тедди, по большей части наслаждаясь прыжками, за вычетом страха упасть.

"Я думаю, что близнецы, возможно, правы", - задумчиво сказал Дамблдор, глядя на Гарри. "Возможно, тебе стоит заняться ремесленным бизнесом, создавать вещи".

Гарри слегка покраснел, забирая Тедди у Дамблдора, но не стал возражать против предложения.

"Я также думаю, что было бы хорошей идеей держать Тедди поближе к себе. Кажется, он способен впитать большое количество вашей хаотической магии, как мы недавно видели, и, согласно моим показаниям, ему еще предстоит пройти долгий путь, прежде чем он наполнится хотя бы наполовину ", - сказал Дамблдор.

"Хорошо, я буду," сказал Гарри, Тедди радостно отдыхая в его объятиях, сейчас подсчитывать его благословения: не падает, имеющие цель (не говоря уже о его начинке), и не тыкали и ткнул в veryveryочень старый человек... э-э, господин директор.

Гарри и Тедди сидели на диване, с удовольствием читая о чарах и защитных заклинаниях, ну, Гарри как бы просматривал между мыслями, на самом деле читал Тедди.

Честно говоря, это было довольно мило. Тедди сидит на коленях у Гарри с книгой в руках, они оба смотрят на страницы. Гарри не спрашивал, откуда Тедди умеет читать, просто принял это, так было проще.

Гарри больше не читал, он думал. Он не мог удержаться от размышлений о прошедшем году, чего и следовало ожидать после всего, что произошло.

Он покачал головой, осознав, что ему еще предстоит передать три из пяти полученных сообщений. У него все еще были сообщения для Драко, Снейпа и Молли (вместе с остальными членами ее семьи).

Он был уверен, что они захотят, чтобы он рассказал это им наедине, особенно Снейпу. Он ни за что не стал бы повторять то, что сказали его родители, кому-либо еще в комнате, особенно Сириусу.

На самом деле они ждали, когда Снейп и Драко прибудут на площадь Гриммо. Сириус и Люпин уедут на весь день по делам Custosae. Гарри и другие решили, что пришло время ввести Грипхука (Грача) в курс дела и попытаться передать несколько магазинов в Косом переулке под защиту Custosae. Однако, чтобы это произошло, кто-то должен был быть с Гарри.

Гарри предложил Снейпу быть его "няней" (на это он закатил глаза, но продолжил), сказав, что Снейп был единственным взрослым (помимо Дамблдора), который знал о том, что у него есть воспоминания, и если что-то с ними случится, они не будут рисковать, чтобы кто-то еще узнал правду. Сириус, конечно, колебался, приглашать ли Снейпа к себе домой, но также видел, что больше ничего не может сделать, поэтому в конце концов уступил. Снейп, Драко и Добби узнали от Дамблдора, где находится площадь Гриммо.

Гарри вздохнул, также зная, что пока Сириуса и Люпина не будет, у него будет возможность передать Снейпу и Драко их сообщения. Винс собирался навестить Грега и Невилла, Люпин заявил, что все еще немного рискованно держать слишком много людей рядом с Гарри в течение длительного времени, учитывая, что мадам Помфри и Дамблдора не было рядом, если случится что—то серьезное - не то чтобы этого ожидали, просто лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Гарри посмотрел на часы, гадая, когда же наконец Снейп и Драко выйдут из камина. Тедди, казалось, задавался тем же вопросом, медленно переворачивая страницу.

В следующую минуту камин, наконец, ожил, и в него вошли два человека.

"Профессор", - сказал Гарри, садясь немного прямее, когда Драко вошел в гостиную следом за Снейпом.

"Поттер", - поприветствовал Снейп, мгновение разглядывая Тедди, прежде чем повернуться к Сириусу и Люпину. "Блэк, Люпин".

"Снейп", - сказал Сириус, коротко кивнув головой. "Мы должны вернуться к обеду. Я надеюсь, что Креатив или Добби смогут обеспечить вас всех необходимой едой".

"Я уверен, что это не будет проблемой", - вежливо сказал Снейп, когда Сириус схватил пригоршню летучего порошка.

"Гарри, Тедди, ведите себя хорошо", - сказал Сириус. Получив кивок Гарри, Сириус произнес: "Косой переулок", - и исчез в зеленом пламени.

Люпин последовал за ним, но перед уходом поблагодарил Снейпа за то, что тот присмотрел за Гарри.

Когда Сириус и Люпин ушли, Снейп и Драко сосредоточили свое внимание на Гарри и Тедди. Добби был в Конце Прядильни, наблюдая за Биллом и Муди, когда они добавляли систему безопасности и талисман Верности. Грозный Глаз был Хранителем Тайны.

"Как дела, Поттер?" Спросил Снейп.

"Становится лучше. Некоторые дни лучше других, но ни один из них не был таким плохим, как раньше", - честно сказал Гарри.

Это было немного странно. В последний раз Гарри по-настоящему обсуждал это со Снейпом во время рождественских каникул, когда он сказал ему, что знает о воспоминаниях. Гарри задавался вопросом, как он вообще собирается передать Снейпу послание своих родителей, в присутствии Драко или без него.

Гарри заметил, что Снейп снова взглянул на Тедди.

"О, это Тедди. Я ... моя хаотическая магия ..." - Сказал Гарри, затрудняясь объяснить, что именно произошло, хотя (без ведома Гарри) Дамблдор проинформировал Снейпа о Тедди.

Тедди помог Гарри.

"Привет! Гарри сказал мне, что вы один из его профессоров. Вы ..." он сделал паузу, рассматривая наряд Снейпа. Он ахнул. "Ты — вампир?!"

Драко не смог сдержаться и начал смеяться.

Снейп моргнул.

"Что меня выдало?" Бесцветно спросил Снейп.

Гарри сдержал смешок. У Мастера зелий было чувство юмора?

Маленькие глазки-бусинки Тедди почему-то расширились от изумления, но, на удивление, не от страха.

"Р-правда? Так вампиры… тоже превращаются в ... летучую мышь?" Спросил Тедди.

Гарри был уверен, что если бы это было возможно, Тедди с благоговением уставился бы на Снейпа. Драко почти безудержно смеялся позади Снейпа. Снейп скрестил руки на груди и посмотрел на Гарри, которого это явно позабавило.

Снейп решил во всем признаться медвежонку, считая неразумным позволять кому бы то ни было, возражать или нет, верить, что он вампир.

"Я не вампир", - заявил Снейп.

"Тогда почему—"

"Внешность может быть обманчивой, и я уверен, что Поттер может это подтвердить".

"Так ты не вампир?" Спросил Тедди, на самом деле разочарованный.

"Нет, я не вампир".

"И ты не можешь превратиться в летучую мышь?" Спросил Тедди, словно проверяя его.

Гарри моргнул, в то время как Драко пришлось использовать камин в качестве поддержки, поскольку он разразился очередным приступом смеха, услышав последний вопрос. Снейп действительно выглядел, если Гарри мог правильно прочитать это почти несуществующее выражение, ... смущенным?

"Я так и знал!" Заявил Тедди, весьма гордый собой.

Гарри был немного сбит с толку. Был ли Снейп тем, о чем он думал? Анимаг?

Гарри вопросительно посмотрел на Снейпа, когда Драко, наконец, немного успокоился со слезами на глазах.

"Я не летучая мышь-вампир, если это то, что вас интересует", - заявил Снейп после долгой паузы.

"Но ты летучая мышь?" Спросил Гарри, хотя это был не совсем вопрос.

"Никому ни слова об этом факте, понятно? Если я услышу, что ты хотя бы словом обмолвился об этом—"

"Сев, Поттер никому не расскажет", - перебил Драко. "Правда, Гарри?"

"Конечно, нет", - немедленно согласился Гарри.

Снейп посмотрел на Тедди.

"Я тоже не буду", - сказал Тедди, поднимая лапу в знак обещания.

Глаза Снейпа сузились. "На самом деле, меня немного больше беспокоит, как ты узнал".

Тедди нервно потер лапы.

"Ну?" Подсказал Снейп.

"Я помощник Гарри, поэтому обладаю качествами, которые позволяют мне выполнять определенные необходимые задачи".

"Нравится чувствовать способности людей?" Спросил Драко.

"Угу, вроде того. Как еще я могу узнать, представляет ли кто-то угрозу или нет и от кого мне нужно его защищать?" Спросил Тедди.

Снейп поднял бровь при этих словах. "Ты бы защитил Поттера от угроз?" он спросил.

"Против чего-либо или кого-либо, кто желал ему зла", - сказал Тедди с большой свирепостью.

У Гарри хватило порядочности выглядеть смущенным. Медвежонок, защищающий его? Внезапно в его голове возник образ медвежонка в сверкающих доспехах, размахивающего мечом. Гарри покачал головой.

"Понятно", - заявил Снейп. Гарри не был уверен, что больше позабавило Снейпа, Тедди или впечатлил его.

Драко двинулся вперед, больше не смеясь над Снейпом.

"Итак, ты хочешь сыграть в Волшебные шахматы или что-то вроде того?" Спросил Драко.

Снейп покачал головой, сел в одно из кресел у камина и достал книгу из кармана мантии, чтобы почитать.

"Ну, я не умею играть в Волшебные шахматы. Моя магия ..." Начал Гарри.

"О, да".

"Да. Сириус пытался вовлечь меня в игру в первую неделю моего пребывания здесь. Я коснулся коня, и он ... соскочил с доски и чуть не пырнул Сириуса ножом. Вскоре после этого он взорвался ".

"Вау".

"Да. Зато у меня есть маггловский шахматный набор. Люпин подарил мне его после того, как узнал, что произошло".

"У магглов есть шахматы?" Заинтригованный Драко спросил.

"Да".

"Чем это отличается?"

"Фигуры не двигаются; ты должен передвинуть их сам".

"Правда? Странно".

Гарри встал, Тедди спрыгнул на пол и встал рядом с ним.

"Это в моей комнате. Мы можем поиграть там", - сказал Гарри.

"Хорошо", - сказал Драко.

"Если я тебе понадоблюсь, я буду здесь. А обед будет через час", - заявил Снейп, переворачивая страницу в своей книге.

С этими словами Гарри, Драко и Тедди направились к лестнице. Драко мог сказать, что Гарри не торопился и не торопил его. Если бы Драко мог догадаться, Гарри в данный момент чувствовал себя большим синяком.

Они подошли к лестнице.

"Я так понимаю, Тедди нужно нести?" - Спросил Драко, но прежде чем он получил ответ, Тедди запрыгнул Гарри на ногу и обнял его за голень и икру.

"Готово", - заявил Тедди.

"Он не любит высоту, поэтому мы решили, что это лучший способ для него путешествовать, если он не может ходить сам", - сказал Гарри, поднимаясь по лестнице. Драко заметил, что Тедди не смотрел вниз, а спрятал лицо в штанине Гарри, все еще стоя на ноге Гарри.

Войдя в комнату Гарри, Гарри указал на полку в левой части комнаты, где стоял маггловский шахматный набор, и устроился на заправленной кровати.

Драко вскоре присоединился к нему, сидя со скрещенными ногами, и они начали игру.

Драко двинул свою пешку вперёд, размышляя, как разрядить неловкое молчание, воцарившееся в комнате.

— Я рад, что всё идёт хорошо, даже несмотря на всё это, — сказал Гарри, отвечая на вопрос.

— Да, Гермиона часто пользовалась зеркалом вместе с Невиллом, Грегом и Винсом, — сказал Драко. — И Уизли тоже были заняты, хотя близнецы не особо распространялись о том, что они делают, но говорили что-то о сюрпризе.

— Хм, я не знаю, радоваться мне или волноваться.

«Я не волнуюсь, хотя мне и стыдно, что я не волнуюсь из-за того, что близнецы, вероятно, придумают, чтобы бороться с Пожирателями смерти», — сказал Драко со злой ухмылкой.

Гарри рассмеялся.

"Следующее, что нам нужно сделать, это написать Дамблдору еще одно письмо. Нам нужно ввести его в курс того, что происходит с крестражами. Он все еще не знает, что мы уничтожили их все, ну, по крайней мере, те, которые Риддл создал до 1981 года. Часть меня задается вопросом, должен ли Маг снова поговорить с ним через зеркало, но я не знаю, смогу ли я это осуществить. В любом случае, Сириус и Люпин прямо сейчас вводят Рука в курс дела. Кинжал гоблина все еще при тебе? У Рона есть его?"

— Да, мы оба знаем, и Снейп сказал мне, что Дамблдор хранит твоё. Я упомянул об этом несколько дней назад, сказав, что Хранители хотят знать, что оно в безопасности. И я спрошу Гермиону о письме; мы сразу же займёмся этим. О, и Хагрид сказал, что он немного поговорил с кентаврами. Они ничего не обещали, но Хагрид говорит, что мы добились с ними определённого прогресса, особенно потому, что они готовы говорить с ним о союзах и прочем.

"Очень хорошо".

«Хагрид также предложил, возможно, привлечь к этому Дамблдора. Кентавры его очень уважают, и, вероятно, не помешает, если в переговорах примет участие ещё один взрослый», — сказал Драко.

— Я думаю, это хорошая идея. Тогда мы добавим это в следующее письмо, — согласился Гарри.

Они поиграли ещё немного, оба замолчали и задумались. Тедди сел рядом с Гарри и с любопытством посмотрел на доску.

Гарри знал, что это хорошая возможность передать Драко послание родителей, но он не знал, как это сделать. Должно быть, Драко заметил, что что-то не так, после того как Гарри обречённо вздохнул, потому что он слегка замешкался, передвигая своего коня.

"Что-то не так, Гарри?" спросил он.

"Э-э, не совсем, но..."

"Что?"

"Ты знаешь, что я был в Королевстве, верно?" - Смущенно начал Гарри.

"Да. Ты говорил со своими родителями и дедушкой Министра, ты сказал нам это".

"Я... э-э ... тоже разговаривал с некоторыми другими".

"Правда? Кто?" Спросил Драко, которому стало любопытно.

"Я бы рассказал тебе раньше, но из-за всего происходящего, и из-за того, что у меня никогда не было возможности поговорить с тобой наедине, я этого не сделал", - сказал Гарри.

"О чем это?"

"Я говорил с твоими родителями", - выпалил Гарри.

"Что?"

Тедди переводил взгляд с Гарри на Драко и обратно.

"Что они сказали?" Спросил Драко после долгой паузы.

"Что ты сделал правильный выбор, и что они гордятся тобой. Твой отец сказал, что рад узнать, что грехи отца не лягут на сына. Он хотел, чтобы ты это знал ".

Между ними повисло долгое молчание. Тедди встал, тихо проковылял через кровать и слегка обнял Драко. Драко погладил свою пушистую голову, оценив жест, но, тем не менее, чувствуя себя неловко из-за того, что медвежонок обнимает его.

Гарри нашел одну из ладей особенно интересной, пока Драко приходил в себя.

Драко откашлялся. "Спасибо, что рассказал мне".… "Спасибо, что рассказал".

Гарри кивнул.

"Итак ... ты встретил там кого-нибудь еще, кого тебе нужно ...? Я имею в виду ..." Драко замолчал.

Гарри снова кивнул. "Да, я... э-э...… Вообще-то у меня есть сообщение для Снейпа".

Драко моргнул. "О. Ну, ты хочешь, чтобы я ... сходил за ним?"

— Да, наверное. Я не знаю, когда у меня будет ещё одна возможность поговорить с ним наедине, — сказал Гарри через мгновение.

— Хорошо. Я пойду за ним. Хочешь, я возьму Тедди? — спросил Драко.

— Да, думаю, Снейп не обрадуется, если Тедди это услышит, — сказал Гарри, когда Драко встал с кровати и собрал шахматные фигуры.

Снейп не знал, о чём он собирается говорить с Гарри, но, судя по лицу Драко, это должно было быть что-то важное. Он поднялся по лестнице, взяв с Драко клятву хранить в тайне то, что он был для Тедди лифтом (позволял ему стоять на своей ноге, пока они поднимались по лестнице), потому что «Тедди боится высоты».

Драко удивился, что Снейп не возражал против присутствия Тедди в комнате, пока Гарри говорил с ним о чём-то явно важном. На самом деле Снейп возражал. Если Гарри чувствовал, что не хочет, чтобы Тедди был рядом, на то должна была быть причина, но разговор, который он провёл с Дамблдором перед тем, как прийти сюда, не позволил ему надолго оставить Тедди без присмотра.

Тедди был самым безопасным и быстрым способом для Гарри избавиться от магии.

Снейп пришел в комнату Гарри, об этом говорила табличка на двери.

"Поттер?" спросил он, открывая дверь. Тедди заглянул сбоку. "Драко сказал, что ты хотел поговорить со мной?"

Гарри заметил Тедди и собирался что-то сказать, когда тот кивнул.

"Тедди останется здесь, Поттер. Директор сообщил мне, что он не должен отходить от тебя в течение длительного времени", - заявил Снейп, входя в комнату и закрывая за собой дверь.

"Вы— я имею в виду… Я не знаю, хотите ли вы, чтобы кто-нибудь ..." Гарри начал неловко.

"Тедди умеет хранить секреты, верно?"

"Да..."

"Тогда он может оставить себе то, что это", - логично предположил Снейп, полагая, что его анимагическая летучая мышь, вероятно, будет самым охраняемым секретом, который был у Тедди.

"О, хорошо, сэр".

Гарри заерзал, когда Снейп пододвинул стул и небрежно плюхнул Тедди на кровать. Тедди быстро сел рядом с Гарри, никак не прокомментировав менее чем нежное обращение со стороны Снейпа.

Снейп не мог не немного нервничать, гадая, о чем, черт возьми, идет речь, но он хорошо это скрывал, как и все остальное.

"Поттер, что это?"

Гарри медленно поднял голову, его зеленые глаза встретились с черными глазами Снейпа.

"Я бы рассказал тебе раньше, но у меня не было возможности, но теперь, когда я это делаю, я не знаю как".

"О чем это? Просто скажи это".

"Когда я был в Королевстве, я разговаривал со своими родителями", - тихо сказал Гарри.

Снейп заставил себя казаться спокойным. "Директор упомянул, что ты встречался с ними. Это то, что ты хотел мне сказать?" спросил он, надеясь, что это все, о чем шла речь.

"Нет".

"Что потом?"

"Они хотели, чтобы я тебе кое-что рассказал. Мой отец хотел поблагодарить тебя… за заботу обо мне. Твой долг полностью выплачен".

В тот момент, когда он закончил это предложение, они почувствовали прикосновение магии, но магия Гарри на это не отреагировала. Снейп знал, что это было. Долг жизни был снят.

Глаза Снейпа расширились, его рука бессознательно потянулась к бровям. Гарри, вероятно, никогда не видел Снейпа таким ошеломленным. На самом деле, единственным человеком, который видел его более подавленным, был Альбус Дамблдор.

Снейп медленно выдохнул, собираясь с силами. Хотя, независимо от того, сколько коллекционирования ему удалось, все это будет стерто достаточно скоро.

Видя, что Снейп не собирается ничего говорить после этого, Гарри продолжил.

"Моя мама также хотела сообщить тебе, что она простила тебя, хотя и не уточнила. Я просто знаю, что она считала это достаточно важным для меня, чтобы сказать тебе", - сказал Гарри.

"Простил меня?" Прошептал Снейп.

К удивлению Гарри, голос Снейпа был немного грубоватым, хотя ему удавалось контролировать свои эмоции, было ясно, насколько близок он был к тому, чтобы сорваться.

"Я не заслуживаю прощения, не говоря уже о ее", - пробормотал Снейп.

"Вот почему это называется прощением. Его дают, а не зарабатывают", - пробормотал Гарри в ответ.

Глаза Снейпа скользнули обратно к Гарри, каким-то образом оставаясь спокойными.

Гарри и Тедди оба хранили молчание, пока Снейп медленно вставал и шел к двери. Он остановился на пороге и повернулся к Гарри.

"Ты прав, но это не значит, что я не могу или не должен попытаться".

С этими словами Снейп бесшумно закрыл за собой дверь.

Книга 3 — Часть 2: Реакция

Дамблдор заметил, что Северус был довольно подавленным после того, как они с Драко остались с Гарри. Дамблдор знал, что никого из них не следовало спрашивать об этом. Он был совершенно уверен в том, что произошло.

Гарри передал сообщение.

Отвлекаясь от своих мыслей, Дамблдор просмотрел письмо, которое недавно получил от Хранителей. Он был поражён и рад, что все крестражи, которые Риддл создал до 1981 года, были уничтожены. Список, предоставленный Хранителями, а также места, где были найдены некоторые из них, имели смысл, и он отчасти задавался вопросом, сколько времени им потребовалось, чтобы найти их все. Однако, если бы они получили большую часть информации от Гарри, то, должно быть, уничтожили бы их всех меньше чем за год.

Удивительные.

Все члены Ордена и Амици, о которых он знал, теперь имели скрытые и защищённые дома, в том числе и Уизли. Даже в некоторых частях Хогвартса были защитные чары, например, в хижине Хагрида, на внешних границах и у входов в тайные ходы (с помощью Сириуса и Люпина).

Почти половина Косого переулка также теперь находилась под защитой Custosae, в основном из-за страха перед сбежавшими узниками Азкабана. Сириус открыл бизнес-аккаунт в Гринготтс, и благодаря пожертвованиям от ряда магазинов у них уже была значительная сумма средств. Было очевидно, что люди готовы хорошо платить, чтобы обеспечить защиту своей собственности, а также своих жизней.

Дамблдор вздохнул, думая о том, что, несомненно, должно было произойти.

По-прежнему никаких сообщений, ничего, даже намека на то, куда исчезли Беллатрикс и остальные. Известные пожиратели смерти в Министерстве по-прежнему вели себя нормально и оставались в поле зрения Министерства. И Выдумка....

Фадж, Дамблдору пришлось признать, стал лучше. Он напомнил публике о вероятной причастности "Сами-Знаете-Кого" к побегу из Азкабана, а также о героических действиях "Мальчика-Который-выжил" против "Того-Кого-Нельзя-называть" в конце семестра, и о том факте, что "храбрый молодой мистер Поттер" все еще оправлялся от своего испытания.

Конечно, Дамблдор (и остальные) могли бы обойтись без театральности и политических заявлений, но, по крайней мере, Фадж признавал опасность (за исключением дементоров, конечно) и реагировал соответствующим образом.

Он удвоил число действующих авроров и даже попытался вернуть на службу вышедшего на пенсию Грозного Глаза Грюма. Грюм вежливо (или настолько вежливо, насколько это возможно для него) отказался, сказав, что у него новая работа в сфере безопасности и что таким образом он будет защищать общественность. Фадж был немного раздражён его отказом, но успокоился, когда ему сказали, что Грозный Глаз всё равно будет защищать волшебный мир от тёмных волшебников.

На самом деле это было даже больше, чем надеялся Дамблдор. Теперь он надеялся лишь на то, что этого будет достаточно.

Сириус сообщил Дамблдору, что приступы паники у Гарри стали случаться реже, а когда они всё же случались, Тедди легко с ними справлялся. Судя по тому, как шли дела, Дамблдор надеялся, что к первому сентября Гарри сможет держать в руках волшебную палочку. Он уже был почти уверен, что посещение Косого переулка пройдёт успешно, хотя, скорее всего, это случится через неделю, после дня рождения Гарри.

Дамблдор улыбнулся, больше не глядя на официальное письмо от Custosae в своей руке. Завтра день рождения Гарри, и вечеринка состоится у Уизли. По словам Люпина и Сириуса, Гарри был почти уверен, что теперь он может использовать floo network. Он больше не чувствовал, как его магия дрожит, находясь слишком близко к камину, о чем он однажды кратко упомянул, когда Сириус спросил, почему Гарри вздрогнул, проходя мимо камина, когда они впервые вернулись домой.

Тедди поддержал утверждение Гарри о том, что его магия не реагирует на использование камина, и этого было достаточно, чтобы Дамблдор разрешил Гарри использовать его.

Итак, Гарри прибудет к Уизли на камине. О Рыцарском автобусе не могло быть и речи. Дамблдор не был полностью уверен, что автобус был совершенно безвреден и не желал абсолютно никакого вреда своим пассажирам. На мгновение он задумался, почему на эту штуку не распространяется набор рекомендаций или мер безопасности, ведь он слышал множество историй от людей, которые катались на ней без него. И это само по себе было немного странно, но, возможно, все, что требовалось автобусу, - это спокойный источник энергии, именно поэтому ему никогда не приходилось сталкиваться с бурной ездой, которой он был известен? Хм, тогда лучше не позволять Гарри кататься на нем.

Сьюзан Боунс должна была присутствовать на вечеринке, которую, по словам мадам Боунс, Сьюзан с нетерпением ждала. Сириус сказал Дамблдору, что Гарри уже планировал пригласить ее, когда он мягко предложил это во время их разговора после того, как ранее на той неделе поместил несколько магазинов под защиту Custosae.

В Сьюзен всё ещё была магия, и она росла, но её магия была настолько слаба, что она не могла даже наложить чары левитации. Дамблдор надеялся, что это временно, но прошло несколько месяцев, а её магия не улучшалась так, как они изначально предполагали.

Дамблдор сложил письмо и надежно вложил его обратно в прилагаемый конверт.

Он с трудом мог поверить, как многое изменилось с тех пор, как Гарри забрали из Тайной комнаты, не говоря уже о том, как сильно он изменился с момента своего первого приезда в Хогвартс. Он мог только представить, как ученики примут Гарри в начале семестра, но надеялся, что, как бы они ни поступили, всё уляжется в течение первых нескольких недель.

Глаза Гарри навсегда изменились, и, если Дамблдор был честен с самим собой, ему потребовалось немного больше времени, чтобы привыкнуть к этому, чем он думал.

Они по-прежнему были ярко-зелёными, как у его матери, но теперь в них появились тёмно-зелёные прожилки внутри золотого кольца, которое образовывало грубую звезду с его зрачком в центре. Болезненная зелень исчезла.

Это было явным указанием на то, как магия слез феникса и яда василиска были интегрированы и впитаны в его сущность. Дамблдор, в очередной раз, надеялся, что ничего из этого не повлечет за собой дурных последствий. Гарри достаточно натерпелся.

Дамблдор встал со стула и принялся расхаживать по комнате. Это был способ, которым он организовывал свои мысли, которые, казалось, становились все более беспорядочными с возрастом, или, по крайней мере, сейчас это было его оправданием — поскольку так было всегда. Он был так благодарен за свою задумчивость.

Ему стало интересно, получил ли Риддл свое тело обратно и что он теперь планирует. Это неловкое молчание нервировало, и он мог сказать, что… это было затишье перед бурей.

Он перестал расхаживать по комнате, зная, что такие мысли бесполезны, и подумал о чем-то другом.

Они с Аберфортом продолжали сближаться, и он мог просто пнуть себя за то, что так долго ждал, чтобы попытаться помириться со своим братом, хотя, возможно, сообщение его сестры было единственным, что заставило это произойти и сработать. Дамблдор встряхнулся от этих мыслей, которые, опять же, не принесли бы ему ничего хорошего, кроме того, ему нужно было выбрать подарок на день рождения.

"Тедди, пошли, мы идем к Уизли!" Сказал Гарри, хватая горсть камина.

Сириус заставил его попрактиковаться в произнесении "Нора!" полдюжины раз, сказав что-то о том, как важно произношение, хотя Гарри уже использовал floo раньше.

Тедди подбежал к Гарри, позволил поднять себя и надежно обернуть рукой Гарри, спрятав лицо в мантии Гарри.

"Готов", - выдавил он приглушенным тканью голосом.

"Нора!" Объявил Гарри, бросая летучий порошок и надеясь, что его магия сработает.

Он неожиданно приземлился на ноги, почувствовав, как магия слегка закружилась вокруг него, но не вспыхнула. Гарри решил, что это, должно быть, помогло ему удержаться на ногах.

"Гарри!" Рон закричал, остальные Уизли, Драко, Снейп, Винс, Грег, Невилл (взгромоздились ему на плечи), Августа, Сьюзен, мадам Боунс, Гермиона, Дамблдор, Аберфорт, Хагрид (слегка пригнувшись, чтобы не удариться о потолок) и Люпин уже стояли в обновленной гостиной "Норы".

Сириус вышел из камина вслед за Гарри, желая убедиться, что он правильно назвал пункт назначения.

Реконструкция Норы была завершена за неделю до окончания семестра, и это был особняк сам по себе. В нем по-прежнему сохранялась классическая конструкция и атмосфера Уизли, но он также был впечатляющим и величественным в каком-то волшебном смысле. На одной стене висела куча портретов, и у большинства людей, движущихся на них, были рыжие волосы. В комнате стояли стулья и диваны, но для них всех оставалось достаточно места. Кухня была соседней комнатой, и стол был огромным.

Молли сдержалась, приветливо улыбнулась Гарри и по-матерински посмотрела на него, оценивая его внешность и все такое. Казалось, она одобрила это, увидев, что он немного подрос и выглядит намного здоровее, чем ей показалось в прошлый раз.… когда она извинилась после инцидента с палочкой Рона.

Она все еще чувствовала себя довольно виноватой из-за этого и боялась снова переступить определенные границы, вот почему она не подбежала и не обняла его, как бы сильно ей этого ни хотелось, кроме того, Дамблдор предупредил их всех, что магия Гарри все еще была и, вероятно, всегда будет немного нестабильной, и что вечеринка была в такой же степени испытанием на улучшение его магии, как и празднованием его 13-летия.

Дамблдор позаботился о том, чтобы все они поняли.

Все они приветствовали Гарри, поздравляя его с днем рождения.

"Привет", - ответил Гарри, улыбаясь им всем, Тедди все еще пытался спрятаться от него.

Джинни чуть не взвизгнула.

"Это Тедди ?!" спросила она, подойдя вперед и уставившись на пушистое существо, цепляющееся за мантию Гарри.

"Да, и, как вы можете видеть, он немного застенчивый. О, и ничего не говорите о его начинке. Он довольно чувствителен к своим внутренностям", - ответил Гарри.

"А ты нет?" Спросил Тедди, наконец подняв взгляд.

Гарри ухмыльнулся, но ничего не ответил.

"Пошли, Гарри. Мама уже накрыла на стол, и твои подарки тоже", - сказал Рон, указывая ему за спину.

"Вау", - сказал Гарри, который никогда в жизни не получал столько подарков сразу.

Вечеринка прошла хорошо, это был лучший день, который был у Гарри за долгое время, и, безусловно, это был лучший день рождения, который у него когда-либо был.

Он, конечно, получил сладости и снаряжение для квиддича, несколько книг заклинаний, но самыми важными предметами были следующие:

Миниатюрная мантия для Тедди от Джинни. Гарри предположил, что она, должно быть, спросила размеры у Сириуса.

Волшебные часы от Люпина. Они чем-то напомнили Гарри карманные часы Дамблдора. Он оставил его в упаковке, не желая перегружать, хотя в последнее время его магия почти не реагировала.

Специальный набор уникальных предметов от Близнецов (конфеты, шарики и другие необычные предметы), которые, как чувствовал Гарри, были полны ... интересной магии. Гарри также хранил этот подарок в защитной упаковке, которую Близнецы блестяще сделали прозрачной, позволяя Гарри прикасаться к нему, поскольку его магия могла определить, что он внутри, и не могла причинить ему вреда.

И книга от Дамблдора с довольно громким и красочным тонким носком в качестве закладки.

Он назывался: Воскресшие, Избранные и Тьма – Книга 1: На заре всего этого, автор Джессика Линн Кампос.

Гарри с любопытством посмотрел на Дамблдора. Это была маггловская книга?

"Это первая книга из новой серии, написанная молодой маггловской леди из Штатов. Из того, что я смог определить, в нем рассказывается о приключении в воображаемом мире с изрядным количеством волшебных существ - существ, которых мы узнаем, и некоторых, которых она создала сама. Я рассудил, что у каждого должна быть возможность уйти от реального мира и отдохнуть в фантазиях. О, и носок светится, чтобы ты мог читать в темной комнате, - довольно радостно объяснил Дамблдор.

Гарри открыл книгу на первой странице, обнаружив почерк Дамблдора под названием книги.

Гарри: Помни, ты никогда не станешь слишком старым, чтобы наслаждаться волшебной книгой.

Ваш старый, сомнительно вменяемый директор,

Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор

Гарри улыбнулся, прежде чем отложить книгу в сторону, решив, что, вероятно, начнет читать книгу вечером после вечеринки, когда ему нужно будет успокоиться.

"Спасибо, профессор", - сказал Гарри.

"С удовольствием, Гарри".

После этого они принялись за торт. Вечеринка по случаю дня рождения проходила довольно хорошо, пока Сьюзан не прошла мимо него, чтобы помочь близнецам с одним из их изобретений ....

O o O

Дамблдор почувствовал это раньше, чем кто-либо другой, ну, кроме Гарри, конечно. Он развернулся, налетев на своего брата, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сьюзен бомбардирует ... золотой туман?

Дамблдор бросился вперед, взмахнув рукой, прежде чем потянуть ее на себя, чтобы без помощи палочки не дать Сьюзен удариться о стену, увешанную картинками. Сьюзен, пошатываясь, вернулась к Гарри.

"Сьюзен!" Гарри закричал, повинуясь импульсу, и схватил Сьюзен за руки, чтобы она не упала. "Я... мне так жаль! Я не знаю, ч-что случилось!" Гарри воскликнул, испугавшись за них обоих.

Сделав еще несколько шагов, Дамблдор добрался до Гарри, у которого Тедди каким-то образом все еще стоял на левой ноге. Дамблдор моргнул, быстро обнаружив, что Тедди изменил цвет. Теперь он был желтовато-золотым.

"Я... я в порядке, правда", - выдавила Сьюзан, совершенно сбитая с толку, но явно не испытывающая никакой боли.

Дамблдор разнял их, Гарри был на грани истерики, и Дамблдор не мог его винить. Но прежде чем Гарри разорвал все контакты со Сьюзен, все в комнате увидели, как золотистый блеск пробежал по коже Сьюзен и вернулся к в Гарри.

Гарри едва заметил это, слишком обеспокоенный тем, что его магия могла сделать со Сьюзен.

Мадам Боунс немедленно пододвинула стул для Сьюзен, чтобы та села, когда Дамблдор вытащил свою волшебную палочку, миссис Уизли внезапно тоже появилась. Все остальные знали, что нужно держаться в стороне и позволить Дамблдору разобраться, что произошло и есть ли повод для беспокойства.

Не спрашивая разрешения, но видя, что ситуация требует только одного, миссис Уизли обняла Гарри.

"Прости, я не хотел! С ней все в порядке? Почему это произошло? В последнее время все идет действительно хорошо; я сделал что-то не так?"

"Шшш, все в порядке", - успокаивала миссис Уизли, растирая ему спину, пока Дамблдор работал.

Гарри просто позволил утешить себя, слишком напуганный, чтобы даже начать думать о том, что могла сотворить его магия. Время, казалось, замедлилось в объятиях миссис Уизли.

В те секунды он никогда так сильно не скучал по маме, как в тот момент.

Чувствовать материнские руки, обнимающие его, и мягкое бормотание о том, что все будет хорошо, и не о чем бояться или волноваться.

O o O

Молли просто прижимала Гарри к себе, надеясь, что она обеспечивает ему некоторое утешение, в котором он, очевидно, отчаянно нуждался. Она лениво подумала, было ли это одним из немногих объятий, которые он получил. Она не знала, насколько была права.

Она не обращала особого внимания на то, что делали другие, только на то, кем была она, и на тот факт, что Дамблдор размахивал палочкой перед Сьюзен, которая теперь садилась.

Она не смогла сдержать вздоха, почувствовав, как Гарри слегка вздрогнул, прежде чем поток теплой магии заструился от него вверх по ее рукам. После этого, не чувствуя никакой разницы, она посмотрела на Дамблдора, который по какой-то причине выглядел вполне довольным.

"Гарри", - сказал он, поворачиваясь к нему и Молли, остальные молча стояли вокруг них, не зная, что делать. Сьюзан все еще выглядела немного смущенной, но быстро приходила в себя.

Гарри медленно повернулся к Дамблдору, как будто собирался услышать какое-то ужасное предложение.

Глаза Дамблдора на мгновение метнулись к Молли, прежде чем снова посмотреть на Гарри. "На самом деле, с ней все в порядке, лучше, чем когда она впервые приехала сюда сегодня. Кажется, твоя магия снова запустила свое магическое ядро. Сначала я не был уверен, но я только что проверил, и это все, что сделала твоя магия. Кажется, что ее магия отключила что-то внутреннее. Отчасти это могло быть из-за того, что магия Волан-де-Морта и ее собственная сильно конфликтовали, поэтому ее магия обратилась вовнутрь, в попытке помешать Волан-де-Морту использовать ее сущность и завладеть ею, и, таким образом, украсть ее магию. Конечно, мы знаем, что это не сработало полностью, но после моего анализа я уверен, что если бы ее ядро не сделало этого, Сьюзан, вероятно, не была бы сейчас с нами, - мягко закончил Дамблдор.

Сьюзан теперь немного пришла в себя и посмотрела на свои руки, услышав последние слова Дамблдора.

"Так что… с ней все в порядке?" - Спросил Гарри, не собираясь позволять себе чувствовать облегчение, пока не убедится, что со Сьюзан все в порядке.

"Да, мой мальчик. И никаких следов хаоса, если тебя это беспокоило. Это было первое, что я проверил", - сказал Дамблдор.

Теперь Гарри позволил себе расслабиться и снова повернулся к Молли, теперь смущенный тем, что практически превратился в неуклюжего ребенка.

Гарри моргнул.

Волосы Молли…

Что случилось с его магией и волосами?

Это был яркий светящийся афроамериканец. Это напомнило Гарри миниатюрное солнце.

Молли быстро заметила неладное, поскольку теперь все уставились на нее, и Дамблдор, казалось, действительно был впечатлен ее волосами… ?

После этого близнецы просто начали откровенно смеяться.

О, здорово, над чем они смеются?

"Что?" Спросила Молли, и теперь почти все, по крайней мере, пытались скрыть улыбку, даже Снейп.

"Тебе не нужно открывать наше окно—"

"утром, чтобы впустить солнечный свет в нашу комнату —"

"чтобы больше нас не будить, мам".

"Все, что тебе нужно сейчас сделать, это заглянуть в —"

"наша комната из холла, и мы получим столько же—"

"солнце, как нам нужно!" Фред и Джордж сказали между смехом.

"Вот, Молли", - сказала Августа, протягивая ей зеркало, на самом деле забавляясь.

"Милый Мерлин!" Молли ахнула, прежде чем стрельнуть глазами в Гарри.

Гарри не смеялся и даже не улыбался. Он выглядел почти испуганным.

"О, Гарри, я уверена, что это ненадолго", - выдавила из себя Молли, немного удивляясь, почему Тедди не поглотил хаотическую магию, которая явно была причиной этого, поскольку Дамблдор сказал, что он может и сделает это.

Посмотрев вниз, туда, куда сейчас смотрел Гарри, она нашла свой ответ. Теперь Тедди был смесью золотистого и коричневого меха и смотрел сверху вниз, совсем как Гарри.

"Что случилось с Тедди?" Откуда-то из-за ее спины спросил Невилл.

Они все посмотрели на Тедди, надеясь на объяснение, светящиеся волосы Молли теперь были похожи на тускнеющую звезду в ночном небе.

"Я почувствовал опасность ... вроде как ... от Сьюзен раньше", - пробормотал Тедди.

"Вроде того?" Спросила мадам Боунс.

"Думаю, я тоже это чувствовал, только это было сковывающее чувство", - вставил Гарри, видя, что Тедди не нравится, когда его ставят в неловкое положение.

"Понятно", - сказал Дамблдор, подумав.

"Я поняла", - сказала Гермиона, прежде чем Дамблдор успел изложить свою теорию. "Тедди направил твою магию на то, что он счел возможной угрозой. Ваша магия, вероятно, затем прочитала угрозу и определилась с планом действий. Если мне нужно было угадать, магия из "Слез феникса" была тем, что отреагировало, и оно смогло "перезагрузить" магию Сьюзен. "

"Я сам не смог бы объяснить это лучше", - сказал Дамблдор.

"И почему Тедди теперь золотой?" Спросил Драко.

"Очень хороший вопрос", - согласился Снейп.

"Думаю, я могу знать", - сказал Дамблдор. "Возможно, это признак эмоций Тедди. Он почувствовал возможную опасность, поэтому обратился к Золоту. И если мне нужно было угадать, магия из "Слез феникса" также имела к этому какое-то отношение. Верно, Тедди?"

Тедди кивнул, каким-то образом зная, что, подобно воспоминателю, он будет менять цвет в зависимости от определенных условий.

"Извините, я пытаюсь понять вас", - сказала мадам Боунс, и Сьюзен теперь тоже это понимала. "Почему ее магия так долго оставалась бездействующей, за неимением лучшего слова?" Я понимаю, что сделала магия Гарри, но почему и как?"

Гарри и остальные подумали, что на ум приходит волшебная аналогия Гарри с трубами.

"Гарри знает", - сказал Рон. "Прошлым летом он выдвинул теорию о магии".

"Да?" Спросил Дамблдор, теперь уже с любопытством.

"Я сравнил магию с сетью труб", - начал Гарри, быстро изложив свою идею годовой давности, включая влияние морали и верований на магию человека.

"Интересная аналогия, Гарри. Не думаю, что я когда-либо слышал о более глубокой и вдумчивой теории магии", - сказал Дамблдор, улыбаясь. "И подумать только, мы бы этому не научились, и ядро Сьюзен не подверглось бы восстановлению, если бы твоя магия не почувствовала "угрозы"".

"Значит, магия Сьюзен ...?" Спросил Невилл, не уверенный, как закончить вопрос.

Дамблдор посмотрел на мадам Боунс.

"У меня нет с собой ее палочки", - сказала она.

"Неважно, она может одолжить мою", - сказал Дамблдор, протягивая Сьюзан свою палочку. "Просто одолжить, имейте в виду", - добавил он с притворной серьезностью (по большей части).

"Просто позаимствовала", - согласилась Сьюзен, неосознанно соглашаясь на магическое соглашение, гарантирующее, что палочка Дамблдора не сменит хозяина.

Сьюзан взяла палочку Дамблдора, в шоке от того, что он действительно позволил ей воспользоваться своей палочкой.

"Что мне делать?" - спросила она его, все смотрели с пристальным вниманием.

"Простого Wingardium Leviosa будет достаточно", - сказал он.

"Вингардиум Левиоза", - сказала она, делая соответствующее движение палочкой в сторону пустой чашки на одном из боковых столиков в комнате (подальше от Гарри).

Это сработало.

Сьюзен всхлипнула от волнения, неверия и чистого счастья. Дамблдор забрал свою палочку, когда Сьюзен вернула ее ему, и повернулся к своей тете, чтобы обнять.

: Видишь, Гарри. Твоя хаотическая магия не так уж плоха: Ревлис тихо прошипел из-за плеча Невилла, теперь все рады за Сьюзан.

: Спасибо: он ответил.

Гарри не знал как, но он не задавался этим вопросом, когда вечеринка по случаю его дня рождения вернулась в нормальное русло, или, по крайней мере, настолько нормальное, насколько это вообще возможно, когда близнецы рассказывают ему о своих новых изобретениях (учитывая уши взрослых), а миссис Уизли ходит с напитками и печеньем для всех в сияющем афро. Тедди остался стоять на ноге, его золотистый мех медленно возвращался в нормальное состояние.

Дамблдор был вполне уверен, что сможет обратить вспять воздействие магии хаоса на Молли, прежде чем покинуть Нору. Молли, казалось, не слишком расстроилась по этому поводу, и Артур был заинтригован.

Кто бы мог подумать, что нечто подобное может заставить его задуматься о маггловских вещах? Что это за классный светящийся шар из стекла, который есть у магглов? Ах, да, лампочка загорелась, подумал Артур.

Вскоре после этого вечеринка закончилась, Люпин и Сириус тихо согласились, что Гарри сегодня вечером ляжет спать пораньше.

Дни, последовавшие за вечеринкой Гарри, пролетели быстро, бизнес Custosae затих, но они все еще были готовы действовать, если находящиеся под их защитой локации подвергнутся нападению. Гарри закончил книгу Дамблдора и в это время.

Сириус сказал Гарри, что Дамблдор упомянул о желании поговорить с Главой Custosae до начала семестра, и поинтересовался, скажет ли Гарри об этом Магу, однако тот связался с ним. Сириус и Люпин не знали, что Гарри был главой Custosae, только то, что он был членом. И на самом деле, единственным взрослым, кто знал, что Гарри был Главой, был Хагрид (помимо Грипхука).

"Я дам Магу знать, он просто был занят", - сказал Гарри.

"Могу себе представить", - сказал Сириус, решив не спрашивать, как Гарри связался с Custosae.

После той последней вспышки магии на вечеринке у Гарри ее не было. Несколько раз он чувствовал, как она нарастает, но ему удавалось утихомирить ее даже без помощи Тедди. Тедди по-прежнему повсюду ходил с ним, катаясь на ноге Гарри и держась за ткань его штанов. Гарри давно решил, что магия Тедди и его собственная каким-то образом обеспечивают ограниченное удерживающее заклинание или что-то в этом роде, потому что, когда Тедди хотел остаться, его ничто не могло остановить (кроме самого Гарри).

Гарри был взволнован и нервничал. Сегодня он собирался пойти в Косой переулок, чтобы купить школьные принадлежности. Дамблдор разрешил ему выйти (уверенный, что магия Гарри научила его отличать невинный толчок в толпе от враждебного толчка.

Дамблдор все еще считал, что палочка в данный момент слишком опасна, поэтому Гарри по-прежнему был без палочки. Дамблдор и все остальные надеялись, что это продлится недолго, и были совершенно уверены, что Гарри сможет держать палочку и пользоваться ею (умеренно) к тому времени, как снова начнутся занятия. Гарри не мог дождаться. Он все еще чувствовал себя обнаженным без палочки при себе.

"Ты готов, Гарри?" Спросил Сириус.

"Ага".

У Сириуса и Люпина были кое-какие дела в Гринготтсе, но Снейп, Драко и Винс должны были пойти с Гарри за школьными принадлежностями. Рук отправил Магу сообщение о том, что рассматривает возможность воспользоваться услугами Custosae. Это было не совсем по деловым вопросам, но по личным.

Гарри и остальные были удивлены, получив такой "возможный" запрос.

Гоблины жили где-то далеко от Гринготтса? Ну, рассуждал Гарри, кому захочется жить в банке или хранилище?

Гарри подошел к камину, взглянув вниз на Тедди, который стоял на его ноге.

"Ты уверен, что хочешь взять его с собой?" Спросил Сириус.

"Ну, а что, если моя магия по какой-то причине вспыхнет?" Спросил Гарри, хватка Тедди становилась все сильнее.

"Очень хорошо. Надеюсь, люди не будут слишком пристально смотреть на тебя, когда у тебя на ноге мягкая игрушка", - сказал Сириус.

"Хм, Тедди, подойди сюда на минутку", - сказал Люпин. "Хорошо, теперь я наложу на тебя заклинание разочарования, хорошо?"

"Хорошо", - сказал Тедди, вставая по стойке смирно.

Люпин коснулся кончиком волшебной палочки своего лба, отчего Тедди почти полностью исчез из поля зрения. Гарри пришлось прищуриться, чтобы хотя бы разглядеть его форму.

"Очень мило, Люпин", - сказал Сириус.

Гарри почувствовал, что Тедди снова встал на ноги.

"Хорошо, теперь пошли", - сказал Сириус, Гарри согласно кивнул. "Снейп сказал, что будет ждать нас в "Дырявом котле". Итак, Волшебный мир видит тебя впервые со времен... ну, Палаты, так что просто приготовься. Снейп, должно быть, сумеет их отпугнуть. "

"Да", - сказал Гарри с улыбкой. "Особенно после показа, который вы со Снейпом устроили в прошлом году".

"Точно", - согласился Сириус со злым блеском в глазах. "Хорошо, вперед!"

O o O

Гарри вошел в "Дырявый котел" вслед за Люпином, обнаружив Снейпа, Драко и Винса всего за столиком от него. Вскоре к ним присоединился Сириус.

"Хорошо. Мы встретимся с тобой здесь позже или найдем тебя в переулке до этого, хорошо?" Спросил Сириус.

"Хорошо", - сказал Гарри.

С этими словами Сириус и Люпин направились в подсобку, в то время как Гарри и остальные отправились в магазины.

Ходить по магазинам со Снейпом было для Гарри намного легче, чем в предыдущие годы. Во-первых, люди уступили ему место после того, как получили многозначительный взгляд от Снейпа (а также от двух молодых слизеринцев, которые были с ним). Большинство людей улыбались ему или быстро говорили "С возвращением, мистер Поттер" или "Надеюсь, вам лучше, мистер Поттер".

Кроме того, Снейп точно знал, куда идти, и поскольку Гарри учился на третьем курсе, он также хорошо ориентировался в планировке аллеи.

Покончив с покупками самого необходимого для школы, они отправились в магазин волшебных шуток Гамбола и Джейпа.

Снейп притормозил у входа, оглядывая магазин с едва скрываемым отвращением.

"Разве у тебя нет поручения, Сев? Нам и здесь будет хорошо. Мы останемся в магазине, обещаем", - сказал Драко.

Снейп просмотрел их все, явно взвешивая свои варианты.

У Гарри все было в порядке, никаких магических вспышек или даже ощущения какой-либо кипящей магии. Гарри испытал такое же облегчение, как и Снейп.

Он знал, что Драко и Винс останутся с Гарри и убедятся, что с ним все в порядке, и что Тедди позаботится об этом.

И он также знал, что ему нужно сходить в Лютый переулок, чтобы достать ингредиенты, необходимые для приготовления зелий, которые мадам Помфри заказала на ближайший семестр, и что, если он не сумеет приготовить их вовремя, у него на руках будет раздраженная ведьма, чего он не хотел, особенно если этой ведьмой была Помфри. Он предпочел бы встретиться лицом к лицу с измученным жаждой вампиром.

«Вы не должны покидать этот магазин. Вы не должны ничего покупать, пока я не вернусь. Вы не должны прикасаться ни к чему, что не упаковано. Вы не должны приближаться ни к чему, что не упаковано. Вы не должны разговаривать ни с кем, кого вы не знаете, кроме как «Привет» или самых простых фраз. Вы не должны разделяться. Если что-то случится, а это всегда возможно, даже если вероятность ничтожно мала, вы должны оставаться вместе, будь то бегство или борьба». — Понял? — спросил он, слегка наклонившись вперёд, чтобы посмотреть им в глаза.

Все они от всего сердца кивнули.

"Я скоро вернусь".

Убедившись, что мальчики вошли в магазин, Снейп развернулся и быстро пошёл в Косой переулок, к магазину зелий, который находился на его окраине.

O o O

Гарри, Драко, Винс и разочарованный Тедди вошли в магазин (прикрепив к витрине наклейку, гласящую, что собственность находится под защитой Custosae de Lux), дети всех возрастов бродят по многочисленным островам.

"Вау", - сказал Гарри, сразу заметив изменения в магазине с прошлого года.

"Да ладно. Близнецы сказали что-то о жвачке, которая меняет цвет твоего языка, находясь здесь", - сказал Драко.

Гарри последовал за ним, Винс прикрывал тыл.

Они пробыли там всего несколько минут, просматривая миниатюрные наборы с невинными розыгрышами (если такие существуют) и с завистью глядя на большую коллекцию "таинственных драже", вкус которых был не просто уникальным, когда они поняли, что что-то не так. Ладно, определенно не то.

"Гарри?" Драко прошептал. "Вы… чувствуешь?"

Теперь Тедди обнимал Гарри за ногу. Винс, казалось, слегка съежился. Окна начали покрываться инеем, что было совершенно странно в середине лета. Дети в магазине, особенно младшие, захныкали, а взрослые в магазине выглядели испуганными.

"Соберите всех детей вместе, быстро", - приказал Гарри, игнорируя покалывающее ощущение своей магии в затылке, когда он посмотрел в сторону магазина.

Фигуры в темных плащах скользили по опустевшей улице к дверям магазинов.

В магазине было только двое взрослых. Менеджер и родители четырехлетнего мальчика. Родители других детей оставили своих детей там, чтобы закончить покупки в другом месте, поскольку было известно, что это безопасное место, где можно оставить детей, по крайней мере, с умеренным поведением.

Повернувшись к Драко и поспешив к задней двери, он увидел, что дверь распахнулась, но не человеческой рукой. Гарри не нужно было оглядываться, он знал, что найдет.

Было холодно, душно и полно густого отчаяния. Не было надежды, не было покоя, не было радости.

"Убирайся!" - взвизгнула трясущаяся мать четырехлетнего ребенка, ее глаза уже наполнились слезами, когда ее ребенок и еще несколько человек вцепились в нее.

Все, что дементоры делали в ответ, это дышали, впитывая остатки счастья, которым удалось избежать их первоначального появления.

Драко и Винс достали свои волшебные палочки.

Гарри и Винс, стоявшие впереди сбившейся в кучу группы в задней части тупикового острова, обернулись и оказались лицом к лицу с двумя дементорами. Менеджер, стоявший за спиной матери, изо всех сил оттолкнул детей от себя, пытаясь защитить их.

Гарри вздрогнул, Тедди не позволил магии хаоса впитаться в себя, когда она начала закипать. Он знал, когда дать ей вспыхнуть, а когда нет.

"Т-здесь нет к-риминалов", - заикаясь, прогнал Винс ужасные воспоминания, пытаясь сохранить лицо.

Дементоры, казалось, ничего не слышали, продолжая приближаться.

"Вернись! Я-я ва-предупреждаю тебя", - сказал Драко, подавляя рыдание, не обращая внимания на дрожащую полку рядом с ним, полку, за которую Гарри держался.

За считаные секунды, показавшиеся ему годами, всплыли сотни образов и ужасных воспоминаний. Гарри был в приюте, его не взяли на игры, и он попал под ливень из грязи; его заперли в чулане; он нападал на магглов; он проклинал семьи; он столкнулся с Живоглотом; он оказался в коридоре между двумя Пожирателями смерти; он был в Тайной комнате; он услышал крик и смех… он увидел зелёное; он прошипел «Авада Кедавра»… он увидел зелёный цвет; он смотрел на конец палочки… он увидел зелёный цвет.

Тедди сошёл с ноги Гарри и, едва заметный, встал прямо перед ним, положив лапу на переднюю часть каждой штанины, потому что Гарри больше не мог сдерживаться. Гарри отпустил его, вытянув руки вперёд, и по его лицу непроизвольно потекли слёзы.

Он, как и все в округе, увидел грина.

O o O

Снейп аппарировал на Косой переулок, повсюду были дементоры. Их было пятеро, или, по крайней мере, то, что Снейп мог видеть. Сириус и Люпин как раз выходили из Гринготтса. Снейп выхватил свою палочку, амулет патронуса вертелся на кончике его языка, когда произошло сразу несколько вещей.

-Крэк-Крэк-Крэк-Крэк-

Четверо членов «Друзей» аппарировали на улицу, быстро оценив ситуацию: Муди, Стефани Сомак, Кингсли и Джозеф Д. Мой. Но прежде чем кто-либо из них успел что-то сделать, из одного из магазинов донёсся оглушительный взрыв, и в их поле зрения попал зелёный свет из витрин.

Затем все дементоры сделали то, что, как считалось, возможно только в результате полного телесного патронуса, — они были отброшены.

Следующее, что они увидели, — это двух дементоров, убегавших из магазина розыгрышей «Гэмбол и Джейп», и все дементоры на улице, даже те, что были рядом со светом, отвернулись, если не убежали прочь.

Сердце Снейпа бешено колотилось, когда он бросился вперёд, опережая всех остальных, вбегая в магазин, проносясь мимо парящих дементоров, которые всё ещё покидали окрестности, в том числе близлежащие магазины.

Он вошел, и то, что он увидел, он никогда не забудет.

Все покупатели магазина, а также менеджер, дрожали в задней части магазина, сразу за Драко и Винсом, которые стояли на коленях по обе стороны от явно шокированного Гарри. Гарри стоял на коленях, наклонившись вперед, его лицо было параллельно полу и всего в нескольких дюймах над ним. Снейп мог сказать, что он обнимал Тедди, который все еще был разочарован.

Все на полках было перетряхнуто, но, на удивление, не сломано. И в воздухе был быстро тускнеющий зеленый оттенок, насыщенный магией.

Снейп продолжил движение вперед, по-настоящему не остановившись, как только вошел.

Остановившись перед Гарри, он опустился на колени. Он мог сказать, что Гарри плакал, хотя и тихо, его дрожащее тело и постоянно растущая лужица слез под склоненным лицом давали Снейпу все необходимые доказательства.

Его кровь внезапно похолодела, даже холоднее, чем от воздействия дементоров. Свидетелем каких ужасных вещей Гарри только что был вынужден стать снова? Какого отчаяния и страданий, каких пыток и смерти? Что только что пережил сын Лили и Джеймса Поттеров?

Когда Снейп столкнулся с этими мыслями, со Снейпом случилось то, чего с ним не случалось более десяти лет. Его сердце было отдано кому-то, только вместо того, чтобы основываться на увлечении и любви к красивой женщине, оно было основано на сострадании и своего рода родительской любви. Что-то подобное он, конечно, испытывал по отношению к Драко, но не совсем по той же причине. Поттер не был семьей, Драко был.

Снейп сделал тихий глоток.

"Гарри", - прошептал Снейп, осторожно, но поддерживающе положив руку на маленькое плечо Гарри.

Снейп не обращал внимания ни на тех, кто смотрел перед ним, ни на крики Экспекто Патронум позади него снаружи, и Гарри, по-видимому, тоже.

Гарри закрыл глаза, осознавая только тот факт, что кто-то только что назвал его по имени и что этот человек, кем бы они ни были, положил руку ему на плечо. Он почувствовал, как его магия изменилась, но тот, кто прикасался к нему, не хотел причинить ему вреда, поэтому его магия осталась внутри. Это было все, что ему нужно было знать.

Зажмурив глаза, он слегка приподнялся, прежде чем позволить себе упасть в нерешительные, но все еще ожидающие руки в мантии перед ним, Тедди теперь прижимается к его груди.

"Гарри, послушай меня. Ты должен взять себя в руки, хотя бы ненадолго. Ты все еще в Косом переулке. Ты еще не дома. Останься со мной, и я отведу тебя к твоему крестному отцу; он вернет тебя домой", - заявил Снейп.

Гарри с трудом узнал голос, но как только узнал, был слишком удивлен, чтобы смутиться.

"Да, сэр", - каким-то образом справился Гарри.

"Драко, Винс, подойдите ближе. Мы выбираемся отсюда", - заявил Снейп, медленно помогая Гарри подняться, когда Драко встал перед Гарри и Снейпом, Винс за Гарри.

Снейп возвышался над Гарри, и вместе, Драко, Винс и он сам, прикрывали Гарри от взглядов растущей толпы снаружи.

Они вышли из магазина, трое патронусов патрулировали улицу. Внезапно появились Сириус и Люпин, слегка измотанные.

"Гарри!" Сириус чуть не плакал, встав с другой стороны от Гарри.

"Не сейчас, Блэк. Будет лучше, если ты и мальчики уйдете", - сказал Снейп, умудрившись не огрызнуться.

Сириус коротко кивнул, люди из Министерства и люди в целом теперь возвращаются на улицу.

"Гарри, возьми это", - сказал Сириус, протягивая ручку. Гарри подчинился. "Мы возвращаемся домой с помощью портключа. Пещера".

Гарри почувствовал, как невидимая сила дернула его за собой, но он приземлился, руки его крестного все еще обнимали его. Он был в безопасности.

Гарри открыл глаза, быстро осознав, что Люпин, Винс и Драко пришли с ними, Тедди все еще прижимался к его груди. Снейп остался, чтобы поговорить с аврорами.

Открыв глаза и почувствовав, что его ведут вверх по лестнице в его комнату, он посмотрел на Тедди, быстро заметив, что очарование разочарования наконец исчезло.

Тедди посмотрел на него снизу вверх, его мех приобрел темно-зеленый оттенок.

Сириус быстро отнес Гарри в его комнату и уложил его, кивнув Люпину, чтобы тот позвонил Дамблдору или мадам Помфри, если до директора не удастся дозвониться. Люпин немедленно отошел к камину.

Убрав волосы со лба Гарри, его глаза были необычно яркими, особенно темно-зелеными, Сириус помахал двум мальчикам, наблюдавшим за происходящим из зала.

"Что случилось?" он спросил.

Винс и Драко быстро рассказали Сириусу, что произошло.

Сириус подавил свой гнев из-за того, что Снейп оставил их, приберегая его на потом, поскольку он быстро переключил свой гнев на что-то другое: Министерство.

Винс и Драко, все еще пытаясь успокоиться, переглянулись, молча соглашаясь никогда не становиться на плохую сторону Сириуса.

Книга 3 — Часть 3: Под названием

Ремус вернулся в комнату с горячим шоколадом для всех, плавая в каждом кусочке плавающего шоколада.

"Альбус разбирается с Министерством, пытаясь выяснить, что произошло, но он сказал мне, что приедет, как только сможет. Скоро приедет Поппи, у нее есть несколько вещей, которые могут помочь Гарри, - сказал Ремус.

Верный своему слову, Поппи прибыл мгновением позже, сразу же взбежав по лестнице, поскольку ему сказали, где они будут в доме.

Помфри вошла в комнату Гарри, Драко и Винс сидели по одну сторону кровати, а Сириус и Ремус - по другую. Помфри сразу приступила к работе, одобрительно посмотрев на Ремуса, когда заметила горячий шоколад.

"Возможно, вы захотите подождать Альбуса внизу", - сказала она им всем. Они поняли намек и вышли из комнаты, оставив Гарри с ней, а также Тедди.

Площадь Гриммо - Гостиная

Гарри сейчас спал. Драко, Винс, Сириус и Ремус ждали Дамблдора с Помфри. Помфри не знала, что именно представлял собой зеленый пульс, но она знала, что магический осадок (на Гарри и Тедди) имел оттенок хаоса; однако большая его часть была для нее загадкой, потому что его как будто больше не было. Совсем. Люпин спросил, откуда она знает, что она не обнаруживает всю магию.

Она подняла глаза и сказала: "Потому что это блокировало мое заклинание обнаружения, а это может сделать только мощная магия, или ее много".

Они не знали, что и думать по этому поводу, а у Тедди не было никакой информации, которая могла бы их просветить, он только сказал, что помог направить магию против "страшных упырей, высасывающих души".

Наконец, Дамблдор прошел через камин.

"Где Сев?" Драко немедленно спросил.

"Он разговаривает с аврорами. Они опрашивают людей, которые были в магазине с тобой, Винсентом и Гарри", - ответил Дамблдор. "Он скоро будет здесь".

Глаза Сириуса сузились. Дамблдор заметил.

"Сириус, я не сомневаюсь, что Северус ругает себя в этот самый момент. Я не думаю, что было бы продуктивно добавлять к его личному наказанию еще и это. Пожалуйста, помните, что он был не единственным опекуном, оставившим там своего подопечного. Если мне не изменяет память, я припоминаю, что только один родитель присутствовал в комнате с двадцатью тремя детьми, - спокойно сказал Дамблдор.

"Альбус, что происходит в Косом переулке? Что они собираются делать теперь, когда знают, что дементоры обратились?" Спросил Ремус, видя, что Сириус был озабочен.

При последнем вопросе взгляд Дамблдора стал настороженным.

"Очевидно, Министерство получило информацию о том, что по крайней мере один из сбежавших заключенных находится в Косом переулке. Исходя из этого, они позволили дементорам произвести воздушную зачистку территории и дали им полномочия спуститься вниз, если они заподозрят, что Беллатрикс или кто-то другой действительно находится в переулке ", - сказал Дамблдор.

"Ты, должно быть, шутишь!" Сириус закричал, вставая, прежний гнев на Снейпа был явно забыт.

"Боюсь, что это не так".

Сириус начал расхаживать по комнате, бормоча проклятия и описывая методы убийства некоторых глупых политиков. Ремус был так же зол, только не так громко. Драко и Винс были в шоке.

"Итак, они собираются к чему? Сказать: "Извините всех за перевозбужденных дементоров!"? Сириус огрызнулся.

"Корнелиус собирается принести "самые искренние извинения" и объяснить, что произошло, и что Министерство всего лишь надеялось поймать преступников", - сказал Дамблдор, прежде чем вздохнуть. "Он попадает в руки Волан-де-Морта и даже не подозревает об этом .... По-настоящему печально то, что Корнелиус верит, что помогает, но это не так. Он не видит картину целиком."

В этот момент камин стал зеленым, и в комнату вошел Снейп.

Местонахождение неизвестно

Волан-де-Морт вышел на поляну, его Пожиратели Смерти уже собрались перед ним, стремясь угодить своему хозяину и следовать за ним больше, чем когда-либо прежде.

Волдеморту на вид было двадцать пять. Его глаза были как у змеи, но в остальном он казался человеком, за исключением холодной и злой ауры, которая, казалось, исходила от всего его тела.

Сначала было тяжело завершить церемонию и все такое, чтобы сформировать тело, но они сделали это. Его шестнадцатилетнее "я" вкупе с его духом, который был изгнан из его тела Гарри и оживлен магией Сьюзен Боунс и Локхарта, сделали его внешность намного моложе, чем большинство ожидало бы от темного лорда.

Они собирали новых участников, организовывали финансы и строили планы, один из которых они только что осуществили. Крауч-младший анонимно сообщил в Министерство и предложил разрешить дементорам "перелететь", что привело к беспорядку в Косом переулке.

Волдеморт был доволен возникшим хаосом, подорвавшим доверие общественности к Фаджу и Министерству, но разозлился, когда ему рассказали о том, что остановило "поиски".

"Поттер..." - прошипел он.

"Да, мастер. Его случайная магия ..." Сказал Крауч-младший.

Глаза Волдеморта сузились.

"Его вообще не должно было быть в живых после того, что произошло в Комнате", - сердито сказал он. "Старый дурак, должно быть, что-то натворил, но это неважно. Скоро все это не будет иметь значения".

Волдеморт расхаживал перед ними, излучая силу и авторитетность.

«Мы схватим Поттера и уничтожим всех, кто стоит за ним, но сначала давайте покажем волшебному миру нашу силу».

Он ухмыльнулся, Пожиратели Смерти быстро последовали его примеру.

Площадь Гриммо

Снейп быстро сообщил им, что дал показания аврорам, а затем продолжил, вкратце рассказав обо всём, что он видел. Сириус всё это время молчал.

Дамблдор встал со своего места, бросив последний (суровый) взгляд на Сириуса.

— Я хочу проверить Гарри перед отъездом, — сказал Дамблдор.

Сириус кивнул, Поппи встала и последовала за Дамблдором в комнату Гарри, а Сириус, Снейп, Ремус, Драко и Винс остались внизу.

Повисла неловкая тишина, пока Снейп наконец не встретился взглядом с Сириусом.

"Черный ... если..." — начал Снейп.

— Не утруждайся, Снейп. Я знаю, что ни ты, ни кто-либо другой не могли этого знать. Сотни родителей оставляют своих детей там на несколько часов каждый день, и не то чтобы ты не оставлял там своего крестника, так что просто заткнись, — перебил Сириус, не желая даже начинать этот разговор. Это только разозлит его ещё больше.

Снейп сохранил бесстрастное выражение лица, но слегка кивнул. "Очень хорошо".

Ремус моргнул, Драко и Винс выглядели растерянными, а Снейп и Сириус сохраняли невозмутимые лица, больше не глядя друг на друга.

И на этом все закончилось.

Комната Гарри

Тедди патрулировал изножье кровати, его маленькие пушистые ножки слегка хлюпали по матрасу.

Гарри вздохнул, почувствовав, как маленький человечек шевелится прямо у него под ногами.

Внезапно Тедди соскочил с кровати и подбежал к двери как раз в тот момент, когда кто-то постучал.

"Кто там идет?!" Спросил Тедди, выпрямляясь во весь рост, насколько позволяла ему его маленькая фигурка, подозрительно поглядывая на дверь.

"Мадам Помфри и Директор", - ответила Помфри, медленно открывая дверь, зная из ее краткого представления медвежонку ранее, что он обладает удивительным количеством силы.

"О ... ладно, я думаю, вы двое можете войти", - сказал он.

Он развернулся и забрался обратно на кровать, прежде чем снова повернуться к ним лицом.

"А, юный Тедди. Надеюсь, ты в порядке?" Спросил Дамблдор, закрывая за собой дверь.

Тедди энергично кивнул, его глаза уставились на теперь уже умеренно большую белую бороду Дамблдора. Он заметил, что она стала длиннее, чем когда он видел ее в последний раз.

— У тебя что-то течёт? — внезапно выпалил Тедди, на самом деле выглядя и звуча довольно обеспокоенно.

Дамблдор изо всех сил сдерживал смех, отчего его борода подрагивала, и Тедди ещё больше встревожился.

Тедди ахнул, из-за чего Помфри не смогла сдержать хихиканье.

Тедди повернул лицо, насколько это было возможно, его глаза расширились.

"У этого человека вываливается начинка, а ты… ты смеешься!?" Закричал Тедди.

Дамблдор и Гарри тоже больше не могли сдерживать смех, хотя смех Гарри был немного слабым от усталости.

— Что с вами не так, люди?! — спросил Тедди, уперев лапы в бока и стоя у ног Гарри.

— Т-Тедди, — начал Гарри, хихикая, — это не набивка, это просто борода. Ну, знаешь, волосы?

— Ты имеешь в виду… мех? — спросил Тедди, теперь уже в замешательстве.

"Да".

"Он не сливает информацию?"

"Нет".

"Ты уверен?" спросил он, нерешительно глядя на Дамблдора.

"Ага", - ответил Гарри, Дамблдор слегка дернул его за бороду в качестве доказательства.

Теперь, когда они больше не смеялись, хотя все еще забавлялись, заговорила Помфри.

"Почему бы мне не сделать книгу для вас, чтобы занять, вы сможете узнать о том, что наша начинка очень похоже, так что в будущем вы будете… не будем делать поспешных выводов", - сказала она.

"Не то чтобы я не ценил заботу, которую ты проявил ко мне", - вставил Дамблдор.

"Так что… ты не сливаешь информацию?" Спросил Тедди, все еще не совсем уверенный.

"Нет, я не такой", - сказал Дамблдор, сверкая глазами.

"О. Что ж, это облегчение".

Кризис предотвращен, Дамблдор сел на край кровати, теперь его внимание сосредоточено на Гарри.

"Как дела, Гарри? Лучше?" Спросил Дамблдор.

"Да, шоколад немного помог", - сказал Гарри.

Дамблдор кивнул.

"Что все-таки произошло? Что сейчас делает Министерство?" Спросил Гарри.

"Они принесут извинения. Очевидно, их информация была неверной, и теперь они признают, что, возможно, дали дементорам слишком длинный поводок ", - сказал Дамблдор, на самом деле звуча немного раздраженно. "Однако они все еще думают, что дементоры находятся под их контролем, и даже не признают возможности того, что Волан-де-Морт приложил руку к чему-либо, касающемуся их".

Помфри молчала, на самом деле удивленная, что Дамблдор был так честен с Гарри, но затем, по прошествии последних двух лет, она предположила, что отношения директора и ученика больше напоминают отношения дедушки и внука.

"Что… что они говорят обо мне? Я знаю, что профессор Снейп быстро вытащил нас, но они, должно быть, узнали ..." Сказал Гарри, не уверенный, что действительно хочет знать, но все равно спрашивающий.

"Они говорят, что это твоя случайная магия вступила в реакцию с несколькими вещами в магазине", - сказал он. "Это единственное, что они смогли придумать, чтобы объяснить это, поскольку Корнелиус фактически поклялся мне хранить вашу хаотическую магию в секрете", - сказал Дамблдор.

"Он держит это в секрете?" Потрясенный Гарри спросил.

"Он был очень благодарен за то, что вы передали ему сообщение от его дедушки, и я совершенно ясно дал понять, что единственная причина, по которой племянница мадам Боунс жива, - это вы. Мадам Боунс, вероятно, также имела какое-то отношение к тому, что Корнелиус дал эту клятву, но он дал ее независимо от причины. "

"Это хорошо", - сказал Гарри с облегчением.

"Да, это так", - согласился Дамблдор. "Что ж, если вы уверены, что с вами все в порядке, я оставлю вас с Тедди отдыхать. Мне нужно кое-что сделать. Я боюсь, что в связи с этой недавней атакой, несмотря на то, как Министерство настаивает на ее названии, определенные люди скоро начнут действовать. "

Гарри кивнул, понимая подразумеваемый смысл.

Волан-де-Морт и его последователи, без сомнения, использовали бы этот недавний хаос, чтобы отвлечься на что-то другое.

После "прискорбного инцидента" в Косом переулке события в Custosae и Волшебном мире в целом продолжали развиваться быстрыми темпами. Охота на сбежавших заключенных продолжалась, хотя они еще не объявились, что только заставляло их всех чувствовать себя неловко, зная, что грядет что-то большое.

Гарри и другие были счастливы, что их монеты сработали, получив несколько Друзей в переулке через несколько мгновений после того, как дементоры вошли в магазины. Удивительно, но никто не усомнился в быстром появлении стольких способных ведьм и волшебников, и Снейп, и другие были уверены, что никого не волнует, почему и как они появились, только то, что они появились.

Гарри и другие отправили еще одно письмо Дамблдору, сообщив ему, что они довольны тем, как был улажен "инцидент", и что к Amici наверняка скоро присоединятся новые союзники. Маг намекал на разговор с ним в ближайшее время, но из-за всего этого он был уверен, что такая возможность представится в ближайшее время. Дамблдор понял и ответил, сказав, что в данный момент его устраивает простой обмен письмами.

Жизнь семьи Кастоса продолжалась, в частности, Фред и Джордж строили планы на следующий год. Невилл в своем недавнем письме сказал, что у него есть парселтанг, а также способности хамелеона, Ревлис был отличным учителем (хотя Августа по-прежнему остерегалась змеи). Грег хорошо ладил с Лонгботтомами, и Августа, казалось, приняла его в свою жизнь и в жизни Невилла. Она предложила даже сделать аранжировку постоянной, и Грег конфиденциально признался Невиллу, что был бы не против сменить фамилию на Гойл-Лонгботтом или даже просто Лонгботтом.

Джинни и Гермиона продолжали совершенствовать бизнес по обеспечению безопасности, который взлетел до небес после инцидента с дементором. Теперь у них были магазины, разбросанные по всему Диагон-аллее, и она даже разветвлялась на Ноктюрн-аллею, если в это можно было поверить (Муди расследовал / допросил владельцев этих магазинов, и они действительно проверили, хотя их было всего два).

Министерство оставалось в неведении о Кастосах, хотя их существование было зарегистрировано и легально (еще раз спасибо Амелии Боунс, Августе Лонгботтом и Кингсли Шеклболту).

Гарри быстро поправился, и с Тедди последние несколько недель лета прошли на ура, особенно после того, как Дамблдор разрешил ему снова пользоваться палочкой. Сириус и Люпин проследили за несколькими заклинаниями, которые произнес Гарри, на всякий случай, и оба одобрили, что для него действительно нормально снова иметь палочку.

Однако не все было идеально. Дамблдор предупредил, что Гарри должен быть спокоен, прежде чем что-либо использовать, и что ему следует ожидать еще нескольких вспышек хаотической магии. Он признал, что хаотическая магия Гарри, вероятно, никогда полностью не исчезнет, но что со временем, как уже было очевидно, он сможет контролировать ее и безопасно использовать, вот почему Тедди с этого момента будет сопровождать его в Хогвартс и везде еще, или, по крайней мере, до тех пор, пока не будет найдено другое решение (хотя на данный момент Гарри не хотел, чтобы Тедди был где-то еще, и Тедди был полон решимости оставаться рядом с Гарри, э-э ... у ноги).

Жизнь с Сириусом и Ремусом продолжала быть интересной, и Гарри продолжил изучать обереги и другую магию, которой он еще не знал. Ремус быстро помог ему разобраться в некоторых вещах, а Сириус изо всех сил старался не выглядеть подавленным из-за всех этих книг в комнате Гарри.

Мадам Помфри передала книгу по анатомии Тедди, который проглотил её за несколько дней, поражённый тем, что «человеческая начинка» была такой «красной и розовой». Гарри покачал головой, глядя на изумление Тедди, и улыбнулся тому, как тот был рад всему этому.

Хагрид написал, сказав, что кентавры на самом деле заинтересованы в установлении отношений с Кастосами в целом. Он не был уверен, что будет согласован договор или альянс, но это было лучше, чем ничего. Гарри и остальные от души согласились и отправили письмо Хагриду, чтобы передать кентаврам.

Время от времени поступали средства из нескольких защищенных магазинов, Грипхук отправлял Гарри и Гермионе номера счетов. Они были уверены, что в ближайшее время у них не возникнет проблем с покупкой необходимого оборудования или защитных принадлежностей.

Дамблдор и другие профессора готовились к следующему учебному году. Дамблдор усилил охрану школы, а также написал попечителям о возможном назначении друзей патрулировать определенные границы и входы, хотя на данный момент было слишком рано кого-либо привлекать.

Маг ответил, сказав, что это может быть неплохой идеей, и что Затворник был бы готов организовать это.

Была середина августа. Дамблдор был в своем кабинете, составляя список первокурсников, которые поступят первого сентября. Ему всегда нравилось запоминать их имена и пытаться вспомнить кого-нибудь из членов их волшебной семьи. Он почти закончил, когда в его камине вспыхнуло пламя.

"А, Корнелиус, как дела?" Спросил Дамблдор, увидев лицо мужчины в свете огня.

"Хорошо, хорошо, Альбус. Могу я и еще несколько человек войти? Нам нужно кое-что обсудить с тобой", - сказал он.

Дамблдор был доволен прогрессом, которого Фадж добился в своих навыках общения с людьми. Он больше не был таким высокомерным или невежественным, как раньше, и в целом был лучшим священником (благодаря словам его дедушки), хотя его решения относительно дементоров и упрямство все еще вызывали беспокойство.

"Конечно", - сказал Дамблдор, позволяя ему войти, гадая, что же это было на этот раз.

"Чай? Лимонный сок?" Спросил Дамблдор, жестом приглашая министра и двух других сесть после того, как наколдовал необходимые стулья.

"Спасибо, только чай", - сказал Фадж, остальные вежливо покачали головами.

Дамблдор налил немного себе и министру, прежде чем сесть.

"Ну, Корнелиус, о чем это?" вежливо спросил он, уважительно взглянув на двоих по обе стороны от Фаджа.

Губернатор Барти Крауч-младший и мадам Долорес Амбридж.

"Ну, возникли кое-какие проблемы, вы понимаете", - начал Фадж.

"О ...?" Спросил Дамблдор, желая точно знать, о чем говорил Фадж.

"Губернаторы и ряд сотрудников Министерства обеспокоены безопасностью детей и обитателей Хогвартса ... в связи с недавними событиями ..."

"Это понятно. Учитывая сбежавших заключенных, которых еще предстоит поймать, пожирателей смерти среди населения и возвращение Волан-де-Морта, я был бы обеспокоен, если бы лидеры нашего правительства не были обеспокоены ", - просто сказал Дамблдор, в то же время мысленно подвергая сомнению подобные опасения, исходящие от двоих, стоящих рядом с Фаджем.

"Да ..." Немного смущенно сказал Фадж. "Ну, как вы можете себе представить, на меня оказывается огромное давление, чтобы обеспечить безопасность детей Хогвартса, что я, конечно, попытаюсь сделать любыми необходимыми средствами".

"Я тоже, поскольку это моя первая и самая важная обязанность, личная и профессиональная", - серьезно заявил Дамблдор, не уверенный, что ему нравится, к чему это клонится.

"Министерство хотело бы обеспечить безопасность Хогвартса", - сказал Крауч-младший, впервые заговорив.

Дамблдор просто перевел взгляд на Фаджа, ожидая, что тот продолжит.

"Губернаторы и ряд членов Визенгамота уже обсудили это. Мы считаем, что было бы лучше разместить несколько Стражей Азкабана по периметру территории и у входов в нее ", - сказал Фадж.

Дамблдор медленно выпрямился в своем кресле, огонек в его глазах внезапно стал холодным.

И они называют -меня- сумасшедшим ?! Используя дементоров в качестве охранников в ШКОЛЕ, с -детьми -?! О каких, черт возьми, носках в горошек думают в Министерстве ?!Мысленно закричал Дамблдор. Нет. Даже если бы сам Мерлин сказал мне, я бы этого не допустил.

"Это сделано для обеспечения безопасности студентов, включая Винсента Крэбба и Грегори Гойла, Альбус. Уверяю вас, охранникам запрещено находиться на территории. Они будут там исключительно для того, чтобы помешать войти любому, кто желает вреда вашим ученикам ", - сказал Фадж, зная, что ступает по тонкому льду, но не зная, что Дамблдор заметил напряжение, которое он использовал, а также отсутствие термина "дементор ".

"Ты говоришь так, как будто я соглашусь с такой нелепой идеей", - сказал Дамблдор, его голос был полон твердой силы.

Мне нужно быть твёрдым в этом вопросе. Пусть у них не будет сомнений в том, что я думаю об этом, — решил Дамблдор.

— Послушайте, послушайте, — перебила её толстая женщина «приятным» отвратительным голосом. — Простите, профессор, но… это прозвучало так, будто вы намекаете, что наше предложение не является приемлемым способом защиты учеников Хогвартса и что вы собираетесь выступить против решения Министерства.

— Намекаете? Нет, мадам, я просто откровенно заявляю, что это ужасный план действий, который, скорее всего, приведёт к чему-то не очень приятному, и что я не позволю осуществить этот план, несмотря на моё положение и скромный авторитет в волшебном мире, — спокойно сказал Дамблдор. — Я удивлён, Корнелиус, что вы вообще рассматриваете такую идею, особенно после того, что произошло в Косом переулке. После моего собственного тщательного расследования и сбора личных свидетельств выяснилось, что двух мужчин чуть не поцеловали без разрешения Министерства и без причины.

Дамблдор заметил, что Фадж, казалось, был удивлён этой последней новостью, хотя Амбридж и Барти не были.

Хм, это не сулит ничего хорошего, подумал Дамблдор.

"Я не слышал подобных сообщений", - сказал Фадж.

"Правильно, потому что их не было", - сказала Амбридж, но Фадж не выглядел слишком уверенным.

"Корнелиус, я лично был в Косом переулке через несколько мгновений после "инцидента" и знаю, что двое мужчин были всего в нескольких секундах от того, чтобы лишиться души. Я не знаю, как и почему вы не были уведомлены, но неужели вы не понимаете, почему я не желаю и не позволю таким существам приближаться к моим ученикам?" - Спросил Дамблдор, игнорируя тот факт, что Амбридж кипела от злости.

Барти, однако, был достаточно мудр, чтобы хранить молчание и спокойствие.

"Губернаторы настаивали", - начал Фадж, хотя было ясно, что он начинает склоняться к мнению Дамблдора по этому вопросу, поэтому Амбридж вскоре взяла инициативу в свои руки.

"Да, Корнелиус прав, губернаторы уже приняли решение. Итак, наша работа, так же как и ваша, выполнить это и скорректировать то, что необходимо для обеспечения защиты Хогвартса. Я не понимаю, какую проблему вы видите в этом, профессор, но я начинаю сомневаться в вашей лояльности как Министерству, так и Волшебному миру, если вы не можете принять единственно возможный курс действий, - сказала Амбридж, вставая со стула, как будто принимая на себя некий авторитет.

Дамблдор сдержался, чтобы не приподнять бровь, его магия теперь грохотала внутри него.

Этого - достаточно -.

Медленно поднявшись со стула, из чайной чашки на столе перед ним все еще поднимался пар, Дамблдор встал, возвышаясь над Амбридж. Потребовалось немало усилий, чтобы разозлить Дамблдора, и еще больше, чтобы привести его в ярость, но Амбридж преуспела в том и другом.

Фадж и Барти тоже быстро встали, на самом деле желая лишь одного — забрать свои предложения о дементорах обратно. Однако у Амбридж не было таких мыслей.

«Единственное, что я буду делать, — это предотвращать ошибки и делать всё, что в моих силах, как директор школы, главный колдун Визенгамота, а также как ответственный и благородный волшебник, чтобы поступать правильно. В данный момент я сообщаю вам, что ни один дементор не будет допущен на территорию школы, и если я увижу одного из них, об этом узнает весь волшебный мир, как и несчастный стражник Азкабана. Не сомневайтесь, я позабочусь о безопасности своих учеников». В безопасности от Пожирателей смерти, в безопасности от Волан-де-Морта и, да, даже в безопасности от дементоров, чьё присутствие, я не сомневаюсь, принесло бы больше вреда, чем пользы в защите моей школы.

«Мадам Амбридж, я считаю, что именно ваша преданность должна быть поставлена под сомнение. Вы даже не прислушались к моим опасениям по поводу дементоров, а лишь хотели применить свои собственные убеждения в этом вопросе, не заботясь о последствиях, юридических и моральных», — заявил Дамблдор.

"Я вижу, что ты делаешь", - прошипела она, ее фальшивый приятный голос испарился. "Ты пытаешься подорвать авторитет Министерства! Смотри сюда, Корнелиус, доказательство! " - сказала она, указывая обвиняющим пальцем на лицо Дамблдора, его борода теперь была чуть меньше фута длиной.

Теперь Дамблдор приподнял бровь.

"Уверяю вас, мадам, у меня нет ни малейшего желания подрывать авторитет Министерства. Корнелиус может это подтвердить. Если бы я это сделал, осмелюсь сказать, что давным-давно принял бы должность министра, и мне нет нужды напоминать вам, что мне предлагали ее больше раз, чем я могу вспомнить. Итак, мадам Амбридж, я думаю, что текущая проблема заключается больше в том, почему вы кажетесь такой непреклонной в размещении таких опасных существ в школе, когда ясно, что у них нет проблем с тем, чтобы выходить за рамки данных им инструкций. И не только это, но нужно ли мне напоминать вам, что дети чрезвычайно чувствительны к такой жестокой магии, и само собой разумеется, что инцидент в Косом переулке с одним из моих учеников стал бы обычным событием для многих других моих учеников, если бы они подвергались ей, хотя бы мельком, в течение семестра. "

Дамблдор сделал паузу, снова сосредоточив свое внимание на Фадже.

"Помни об уважении и чести, Корнелиус? Ты помнишь свое наследие? Ты министр; делай то, что правильно, не обязательно то, чего от тебя ожидают", - сказал Дамблдор. "Я Директор школы и буду делать то, что считаю правильным, что, как я знаю, не всегда предсказуемо".

Амбридж кипела от злости. Барти был явно раздражен, но знал, что ничего не может сделать, не вызвав подозрений, как это сделала Амбридж.

Дамблдор перевел взгляд на Амбридж.

"Вы хотите сказать что-то еще, или мы закончили?" Спросил Дамблдор, все еще стоя.

"Хм", - фыркнула она.

"Да, я верю, что это так", - сказал Фадж, кивнув остальным, чтобы они уходили впереди него.

Они сделали это без вопросов, вскоре после этого Фадж направился к камину.

Схватив пригоршню камина, Фадж повернулся к Дамблдору, выглядя серьезнее и сильнее, чем когда-либо видел его Дамблдор.

"Я помню, Альбус, и я не забуду. Я поговорю с губернаторами и другими по поводу безопасности Хогвартса. Добрый вечер", - сказал он.

И с этими словами Фадж исчез в зеленом пламени, оставив после себя немного более обнадеженного директора, хотя все еще слегка обеспокоенного некоторыми сотрудниками Министерства.

Это произошло всего за четыре дня до первого сентября в полдень. Члены «Амици» и «Кустозы» почувствовали, как их монеты нагреваются, предупреждая их о нападении на охраняемое место.

Косой переулок.

Взглянув на монету, Стефани Сомак, американский аврор, работавшая в Лондоне на Кингсли, а также на Хранителей, увидела, как на монете промелькнуло более полудюжины вывесок магазинов на Диагон-аллее.

Не зная, что её там ждёт, она сразу же аппарировала туда, держа палочку наготове.

Она появилась на улице, повсюду были фигуры в тёмных одеждах и костяных масках, которые стреляли заклинаниями и сыпали проклятиями, но она была не одна в этой битве.

Кингсли Шеклболт, Северус Снейп, Джозеф Д. Мой, Форшоу Кроу, Аластор Грюм, Сириус Блэк и Билл Уизли уже давали отпор.

Она видела, как перед дверями магазинов мерцают защитные заклинания, а по всему переулку лежат тела, как невинные, так и нет, оглушённые или проклятые.

Она слышала крики и вопли. Люди в магазинах в ужасе наблюдали за тем, как снаружи бушевала битва. Защитные чары магазинов активировались в тот момент, когда Пожиратель смерти попытался проникнуть внутрь, намереваясь причинить вред.

Она не стала дожидаться приглашения присоединиться к драке, встав рядом со Снейпом, прежде чем они оба дали отпор двум пожирателям Смерти. Истинная лояльность Снейпа была раскрыта прошлым летом. Снейп больше никогда не будет шпионом.

Они продвигались вперед, одолевая несколько десятков Пожирателей Смерти, но вскоре ситуация изменилась, когда приблизилось зловещее присутствие.

"Ах ... Северус ..." - прошипел голос, заставив всех замереть в переулке. "Когда-то ты был одним из моих самых любимых. Ты заплатишь за свое предательство".

Снейп слегка повернулся, в нем нарастала обреченность.

Они увидели его, Волан-де-Морта, стоящим посреди улицы в темных одеждах, даже темнее, чем у его последователей. Он выглядел сильным и подтянутым, молодой человек двадцати пяти лет, но его глаза были как щелочки, а в голосе слышалась уничтожающая тишина. В правой руке он держал тисовую палочку с пером феникса в качестве сердцевины.

"Вы все умрете сегодня. Ты и все твои маленькие друзья", - прошипел Водеморт, взмахнув палочкой перед собой, и из нее вырвалась волна багрово-желтого цвета.

Снейп действовал импульсивно, врезавшись в Стефани, чтобы отодвинуть ее, и взмахнул палочкой перед собой, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы отвести ее от Друга позади него, даже если это означало удар самому.

Его тело отбросило назад, и он тяжело приземлился на каменную мостовую. Его голова несколько раз подпрыгнула, прежде чем остановиться, а глаза закрылись.

Проклятие срикошетило и безжалостно врезалось в одно из зданий справа от Снейпа.

Все уже были готовы вернуться к работе, но громкий треск отвлёк их внимание.

— Тебе не следовало приходить сюда, Том, — раздался голос из-за спины Волан-де-Морта.

Волан-де-Морт на самом деле дрогнул и быстро обернулся, чтобы посмотреть в лицо единственному человеку, которого он когда-либо по-настоящему боялся.

— Авада Кедавра! — тут же в ярости закричал Волан-де-Морт.

Дамблдор увернулся, быстро бросая в Тёмного Лорда предметы, которые были рядом с ним, и превращая их в большие и тяжёлые предметы. После этого все снова начали сражаться.

Заклинания отскакивали от щитов, проклятия поражали кожу, проникая в плоть и кости. Стены магазинов рушились, некоторые загорались, когда находившиеся внутри люди убегали через дымоходы или трансгрессировали.

Стефани выбежала обратно на улицу, уворачиваясь от разноцветных лучей и смертоносных разрядов, и сумела добежать до Снейпа.

Он был бледен и с трудом дышал. Схватив его за мантию, она оттащила его подальше от дерущихся, тем более что Волан-де-Морт и Дамблдор сражались друг с другом всего в нескольких ярдах от них.

Краем глаза она увидела Дамблдора с длинным огненным кнутом, а Волан-де-Морт отразил его своим болезненно черным хлыстом.

Вскоре стало ясно, что последователи Волан-де-Морта проигрывают.

Сделав паузу в своих заклинаниях, Волан-де-Морт усмехнулся Дамблдору.

"Это был всего лишь вкус того, что грядет. Не думай, что ты здесь победил", - заявил он.

РУСИФИКАТОР.

После этого остальные Пожиратели Смерти, все еще бодрствующие, аппарировали прочь, некоторые подхватили своих павших собратьев.

Дамблдор поспешил вперед, отбросил свой хлыст и опустился на колени напротив Стефани и рядом со Снейпом.

"Портус", - пробормотал он, доставая из кармана лимонную конфету и протягивая ее Стефани. "Отнеси его Поппи", - сказал он.

Она кивнула, активировала портключ и исчезла со Снейпом на улице. Сразу после этого появились Авроры, сбитые с толку, но благодарные способным ведьмам и волшебникам, которые защитили аллею, и удивленные, обнаружив среди них Альбуса Дамблдора.

Косой переулок Спасен Custosae de Lux!

Представитель уважаемой охранной компании Custosae de Lux Сириус Блэк поговорил с мадам Боунс, главой Департамента обеспечения магического правопорядка, после вчерашнего нападения. После этого он сделал заявление для прессы, объявив о существовании компании, которую он представляет, подробно описав цели профессионального истеблишмента и заявив: "Мы здесь, чтобы защитить тех, кто не может защитить себя от тех, кто желает им зла. Мы здесь, чтобы победить тех, кто думает, что может охотиться на слабых, и будь то пожиратели Смерти, грабители или Темные Лорды, включая Того-Кого-Нельзя-называть, мы возьмемся за них и уничтожим ". (Обратите внимание, мистер Блэк назвал имя сами-знаете-кого).

"Мы так благодарны за их безопасность; вчерашний день был бы намного хуже, если бы они не появились", - сказал владелец магазина в Косом переулке.

"Это легальный бизнес, и они оказывают явно почетную и жизненно важную услугу", - сказал другой, когда его спросили, что они думают об организации под названием Custosae.

В продолжении статьи Гарри доволен реакцией общественности, но обеспокоен за тех, кто пострадал от этого нападения, особенно за Снейпа. Сириус сказал ему, что он все еще в лазарете, но что ему постепенно становится лучше. Дамблдор сказал Ремусу, что Северус по большей части отразил проклятие, но страдал от магической усталости и той части проклятия, которая все же сумела добраться до него.

Все заказчики были в курсе ситуации, а также Друзей. Теперь все были всегда готовы выйти и сразиться в любой момент, известными сотрудниками Custosae были Сириус Блэк, Кингсли Шеклболт, Северус Снейп, Джозеф Д. Мой, Форшоу Кроу, Аластор Муди и Билл Уизли. Появление Дамблдора не было связано с Custosae, и Стефани, как сообщалось, также не была членом, поскольку публика не знала, что она появилась.

Гарри и Тедди были одни в своей комнате (Тедди объявил, что комната, которую Гарри называл своей, тоже принадлежит ему). Гарри пытался решить, что ему теперь делать, и, что более важно, что должен делать Маг.

Он сел на кровать, держа в руке волшебную палочку. Было очень поздно, и он знал, что Сириус и Люпин спят.

"Что ты делаешь, Гарри?" Спросил Тедди, увидев, что перед Гарри лежит маленькое зеркальце.

"Интересно, стоит ли мне связаться с Дамблдором или нет", - признался Гарри.

"Я думаю, тебе следует", - сказал Тедди.

"Мне придется наложить на себя чары и все такое. Могу ли я сделать это безопасно?"

"Да. Я здесь с тобой, не так ли?" Спросил Тедди.

Гарри улыбнулся и кивнул.

"Ты думаешь, он еще не спит? Я не хочу его будить или что-то в этом роде", - сказал Гарри.

"Я не думаю, что ему было бы все равно".

"Ладно..."

Гарри по привычке нерешительно наложил заклинания уединения и другие средства защиты в комнате. Все его заклинания были успешными. Затем он направил палочку на себя и начал накладывать чары, заставляя себя сохранять спокойствие с помощью Тедди, положившего свою маленькую лапку ему на колено.

Гарри посмотрел в зеркало, обнаружив свое отражение таким, каким оно и должно быть, лицо, смотрящее на него, лицо Мага.

Теперь он выглядел как мужчина с очень аккуратно подстриженной козлиной бородкой и усами, темно-каштановыми волосами с несколькими седыми прядями. Его глаза были очень светло-голубыми, почти серебристыми. Он также применил заклинание, найденное Гермионой, придав своему голосу соответствующую высоту.

"Как это?" Спросил Гарри совсем другим голосом.

Тедди кивнул.

"Хм, я действительно не могу позволить ему увидеть мою комнату ..." Гарри отметил, хотя горела только одна лампа, и в комнате было довольно тускло.

"Наложи на стену заклинание разочарования, оно размывает ее", - предложил Тедди.

Гарри сделал, как ему сказали, и был рад видеть, что это сработало. Хотя было очевидно, что фон был написан по буквам, это мешало кому-либо понять, каким он был на самом деле. Гарри решил, что Дамблдор предположит, что Маг находится в доме, который он не хотел, чтобы тот опознавал, и это было правильно ....

"Готов?" Спросил Тедди, зная, что ему придется вести себя тихо и не попадаться на глаза, пока Гарри разговаривает с "Длинной Бородой".

"Да", - сказал он, делая успокаивающий вдох. "Хорошо"… Длинная борода.

Гарри ждал, затаив дыхание, уставившись в зеркало, ожидая, когда активируется ссылка. После нескольких долгих мгновений бездействия, когда я уже начал думать, что Дамблдор не ответит, зеркало обрело фокус.

"Маг?" - Спросил Дамблдор, и в его глазах отразилось легкое беспокойство.

Позади себя Гарри смог разглядеть спинку причудливой кровати и интересный рисунок на обоях с изображением маленьких борющихся детенышей грифона.

"Длинная Борода, прости, если я тебя встревожил", - сказал Гарри, теперь игнорируя фон.

"Это не проблема", - сказал Дамблдор, садясь на своей кровати.

"В последнее время у меня не было возможности связаться с вами, но только что представилась такая возможность. Я слышал, что случилось с "Темным рыцарем". Как он?"

Дамблдор, казалось, был тронут заботой Мага и помедлил с ответом.

"Проклятие нанесло некоторый ущерб его органам, но Неустанная (Помфри) восстановила их", - сказал Дамблдор. "Сейчас он отдыхает и к первому сентября должен поправиться".

Мадам Помфри была принята в Amici перед летом и получила подходящее кодовое имя "Неумолимый". Похоже, ей очень нравилось это имя.

"Это хорошо. Я рад, что с ним все будет в порядке", - сказал Гарри с искренним облегчением. Услышать это от самого Дамблдора было определенно полезно.

"Я рад видеть, что я не единственный, кто беспокоится об этом мальчике", - тихо сказал Дамблдор.

Гарри посмотрел на это, но ничего не сказал по этому поводу.

"Я просто хотел лично связаться с вами, поскольку прошло некоторое время", - сказал Гарри, как бы меняя тему.

"Если я могу спросить, чем ты был занят?" Спросил Дамблдор. "По твоему голосу я могу сказать, что ты выглядишь по меньшей мере уставшим. Тебе что-нибудь нужно от меня?"

Гарри моргнул, задаваясь вопросом, что еще мог бы заметить Дамблдор, если бы мог слышать сквозь чары и слышать его усталость.

"Я был ... ранен летом, перед тем, как отправить тебе то письмо о крестражах ..." Гарри ответил уклончиво.

"Что случилось?" Спросил Дамблдор.

Если бы Гарри не знал лучше, он бы сказал, что вопрос задал ребенок, судя по нетерпеливому / заинтересованному тону, который он услышал.

"Я недооценил крестраж до того, как уничтожил его, но сейчас со мной все в порядке. У меня было несколько хороших целителей", - сказал Гарри.

"В этом я не сомневаюсь. Они вовремя достали мистеру Поттеру зелье, в котором он нуждался", - сказал Дамблдор, хотя беспокойство все еще было заметно в его старых голубых глазах.

Гарри кивнул, хорошо скрывая свою нервозность.

"Что ж, Длинная Борода, думаю, мне следует пожелать тебе спокойной ночи, поскольку, скорее всего, нам давно пора спать", - сказал Гарри.

"Ах да, в моем возрасте три часа - это слишком поздно для меня. О, я скучаю по тем дням, когда я мог гулять до пяти", - пошутил Дамблдор ... в основном.

Маг улыбнулся. "Спокойной ночи, Длинная Борода и классный огненный хлыст".

Дамблдор буквально просиял. "Да, я очень горжусь этим заклинанием. Спокойной ночи, Маг. Мы - отряд защитников".

И с этими словами два лидера света вскоре упали на подушки и отправились спать, зная, что через два дня начнется новый семестр в Хогвартсе.

Книга 3 — Часть 4: Мастер Саландры

Было первое сентября. Сириус и Люпин взяли Гарри в "Нору", потому что им нужно было уладить дела в Гринготтсе из-за поступивших дополнительных средств.

Гарри не возражал и был счастлив остаться на ночь у Уизли, Тедди все время скакал у него на ноге.

Было раннее утро, и Гарри не мог уснуть (не считая храпа Рона), поэтому он тихо спустился вниз со спящим плюшевым мишкой на руках.

Он просто хотел побыть в тихом месте и подумать. Подумай о предстоящем году, о планах Custosae и о том, что может замышлять Волан-де-Морт.

Сидя на диване в гостиной, он сначала не заметил Молли и Артура на кухне, пока не услышал их голоса.

"Как ты думаешь, какой он на самом деле?" Спросила Молли.

"Я не знаю, Молли. Кажется, ему намного лучше, я имею в виду, судя по тому, что Сириус и Ремус рассказали нам, каким он был раньше ...." Сказал Артур.

Молли вздохнула.

"Я просто надеюсь, что его магия продолжает действовать. Нам повезло, что то, что случилось в его день рождения, оказалось хорошим, как и тот кошмар в Косом переулке с дементорами. Я просто надеюсь, что в Хогвартсе ничего не случится, у парня и так достаточно забот, не нужно добавлять вины, - продолжил Артур.

"Я согласна, но я также хотела бы, чтобы другие не добавляли к тому, что, по его мнению, может быть или не быть его ответственностью", - пробормотала Молли.

"Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду ..." она вздохнула. "Я имею в виду, я знаю, что Альбус желает как лучше, но… должен ли он быть таким честным с Гарри? Гарри всего лишь мальчик".

"Альбус знает, что делает", - заявил Артур. "Кроме того, я думаю, Гарри имеет право знать о вещах, касающихся Сами-Знаете-Кого".

"Артур, он знал больше о нападении на Косой переулок, чем мы!" Молли огрызнулась.

Гарри больше не мог этого выносить. Он не хотел подслушивать, он просто хотел уйти от храпа Рона, чтобы иметь возможность подумать, поскольку он не мог уснуть. Он не хотел подслушивать то, что быстро стало походить на ссору из-за него. Он встал, намереваясь просто проигнорировать и забыть то, что только что услышал, и прокрасться обратно наверх.

Ну, этому просто не суждено было сбыться.

"Я все еще не думаю, что это правильно. Этот бедный мальчик прошел через большее, чем все мы, осмелюсь сказать, вместе взятые! Почему Альбус усугубляет ситуацию, сообщая ему подробности, которых он не должен знать. Гарри знал о травмах Северуса больше, чем мы, и я не сомневаюсь, что это имеет такое же отношение к Сириусу и Ремусу, как и к Дамблдору, - сказала она, стоя спиной к гостиной.

"Я уверен, что Гарри просто волновался, поэтому они сказали ему успокоиться", - сказал Артур. "Это лучше, чем держать его в неведении".

- Это не значит, что он остается в неведении. Все, что ему нужно было знать, это то, что с Северусом все будет в порядке, а не список травм, от которых он сейчас восстанавливается ".

"Он не наш сын".

"Он так же хорош, как."

- У Альбуса есть на то свои причины.

"Он все еще просто мальчик!" - ее голос повысился на несколько ступеней, едва ли ниже того, что было бы слышно наверху.

Глаза Артура внезапно сфокусировались на том, что находилось за спиной его жены, движение привлекло его внимание.

"Гарри?" он спросил.

Гарри съежился. Он действительно надеялся, что его не поймают ....

Он тяжело вздохнул, медленно поворачиваясь к нему лицом, хотя все еще был практически скрыт в темноте.

"Как много ты услышал?" - Тихо спросил Артур, и Молли обернулась.

Как, черт возьми, он должен был ответить на это? Все? Слишком много? Все, начиная с "Как ты думаешь, какой он"?

"Прости, я не хотел подслушивать ..." - пробормотал он, когда что-то внезапно пришло ему в голову.

Повисло неловкое молчание, никто из них не хотел его нарушать.

"Почему бы тебе не выйти из темноты и не подойти сюда", - мягко предложил Артур.

Гарри подчинился, медленно выходя из тени на кухню, Тедди уже проснулся, Гарри обнимал его за плечи.

Для Молли и Артура он выглядел намного моложе, чем на третий год. Он выглядел на десять. В синей пижаме и с плюшевым мишкой в руках ....

"Нам жаль, Гарри. Мы плохие хозяева, говоря о наших гостях ..." Артур сказал через мгновение. Молли промолчала. Гарри пожал плечами.

"Я понимаю", - сказал Гарри. "Вы неплохие хозяева".… просто ... - он рискнул, - "чрезмерно озабоченные". Он слегка мягко улыбнулся им.

"Гарри, я думаю, наши опасения вполне оправданны", - наконец заговорила Молли. Гарри посмотрел на нее, и по какой-то причине она не могла не почувствовать то, что чувствовала перед Дамблдором и его силой. Возможно, это глаза Гарри сделали это с ней.

"Мы не должны беспокоиться о вещах, которые нельзя изменить или предотвратить", - заявил Гарри, удивляясь, почему он сегодня такой смелый. Возможно, это было потому, что он, наконец, почувствовал себя лучше после инцидента с дементорами, или, может быть, это было потому, что он хотел показать им немного того, кем он был на самом деле, а не просто "бедным мальчиком".

"Гарри, есть определенные вещи, которые должны и могут быть", - сказала Молли.

Гарри ничего не сказал на это; вместо этого он решил перевести разговор в другое русло.

"Когда я был в Королевстве", - начал Гарри. Молли попыталась скрыть легкое замешательство, которое она испытала, но Гарри это заметил. Артур был спокоен. "Я встретил нескольких людей. Одни моложе других, другие старше. Одни погибли в мирное время, другие на войне... Я встретил двух братьев, которые сражались и погибли на ужасной войне."

"К чему ты клонишь, Гарри?" Спросил Артур.

Гарри смотрел прямо на Молли, Тедди наблюдал за каждым их движением.

"Они чрезвычайно гордятся вами обоими за то, как вы воспитываете свою семью, и они хотели, чтобы я рассказал вам несколько вещей. Ваша работа скоро проявится в действиях ваших детей, и, осмелюсь сказать, кое-что из этого уже произошло. Тем не менее, они также хотели, чтобы вы знали, что, хотя стремление к защите понятно и оправдано, чрезмерная защита может быть опасной и мешать. Дети созданы для того, чтобы взрослеть, и в определенных ситуациях взрослеют раньше, чем нам хотелось бы. Это можно сказать обо мне, о них и о вас, их младшей сестре, миссис Уизли. Мне жаль, что я не смог передать вам их сообщение раньше ", - сказал Гарри, делая несколько шагов назад, прежде чем оставить мистера и миссис Уизли в ошеломленном и наполненном слезами молчании.

O o O

"Готов к —" Фред резко остановился, заглянув в комнату Гарри и Рона.

"Ах, Гарри готов, о, брат мой", - сказал Джордж, обнаружив Гарри в полном порядке с Тедди, его чемоданом и всем прочим.

Они проигнорировали тот факт, что Рон спал и пускал слюни во сне.

"Ну что, Гарри, посвятишь нас в секрет?" Спросил Фред, закрывая за ними дверь.

"А?" Спросил Гарри.

"Мама еще не здесь и не занимается нашими делами по сбору вещей", - сказал Джордж.

"Что ты сделал?" Спросил Фред.

"Просто поговорил с ними сегодня утром, вот и все", - сказал Гарри, не желая вдаваться в подробности.

"Ладно, не рассказывай нам", - сказал Фред, изображая раздражение.

"Отлично .... Ты знаешь сообщение, которое я передал Фаджу, ну, знаешь, от его дедушки?" Спросил Гарри, сдаваясь.

"Да..."

"Я получил сообщение от братьев твоей мамы", - сказал Он, теперь очень тихо. "Я сказал им".

"О", - ответили Фред и Джордж.

"Да".

"Ну, я думаю, нам следует поднять Рона, пока он не утопился", - сказал Фред через мгновение.

"Сейчас я отнесу свои вещи вниз", - сказал Гарри, взмахнув волшебной палочкой, поднимая в воздух свой чемодан, улучшенные чары не позволяют Министерству обнаруживать магию несовершеннолетних.

Они наконец сели в поезд, и для Гарри это произошло недостаточно быстро.

Последний час у Уизли был трудным, главным образом потому, что было ясно, что миссис Уизли готова разрыдаться в любой момент. Рон, близнецы и Джинни на самом деле не знали, что и думать, но подготовились в рекордно короткие сроки (которые было нетрудно побить, но они установили новый рекорд).

Было очевидно, что Молли и Артур не знали, что и думать о Гарри, но они оба попрощались с ним перед тем, как он и их дети сели в поезд.

Гарри надеялся, что такая неловкость с родителями Рона закончится, но, с другой стороны, он не знал, что у них еще что-то есть ....

"Не могу поверить, что мы вернулись", - сказал Рон Гарри, когда они занимали купе. С ними были Драко, Винс, Грег, Гермиона, Джинни, Невилл (с Ревлисом) и близнецы. Было немного многолюдно, но они справились.

"Да. В начале лета я даже не был уверен, что смогу", - признался Гарри, поглаживая Тедди по голове.

"Так Тедди отныне будет жить с тобой?" - спросил Грег.

"Да, Дамблдор дал добро", - сказал Гарри.

"Это хорошо", - сказала Гермиона, глядя на Тедди глазами, которые не хотели ничего другого, кроме как увидеть, что заставляет его работать.

"Гарри..." - Гарри... - прошептал Тедди, заставив подпрыгнуть тех, кто не привык к говорящим игрушкам.

"Да?" Спросил Гарри.

"Она не собирается пытаться украсть мою stuffing...is она?" Спросил Тедди, уставившись на Гермиону.

"Ей просто любопытно, Тедди", - сказал Гарри, ухмыляясь выражению лица Гермионы.

"Я бы никогда не украла твою начинку!" - сказала она, в ужасе от того, что кто-то мог предложить такое.

"О, хорошо, потому что, если бы ты попытался, мне пришлось бы тебя остановить", - совершенно серьезно сказал Тедди.

: Этот медвежонок действительно разговаривает?: - Спросил Ревлис, услышав о нем от Невилла, но все еще заинтригованный тем, что сам услышал голос медведя, когда тот выглянул из рукава Невилла.

: Конечно, я говорю! Ты слышишь слова, слетающие с моих губ, не так ли?!: Спросил Тедди, слегка обиженный. Неужели змея считала его глупым?

Все замерли на долгое мгновение, пока близнецы не начали смеяться.

"Тедди, говорящий на змеином языке медвежонок!" Объявил Фред.

"Как?" Спросил Рон.

"Ну, Гарри создал его, и он змееуст, так что Тедди, должно быть, получил это от него", - сказала Гермиона.

"Имеет смысл", - сказал Невилл, и, прежде чем они успели опомниться, поездка в Хогвартс закончилась.

Гарри и остальные вошли в Большой зал, Рон и остальные молча образовали охрану вокруг Гарри, в то время как Драко, Винс и Грег направились к столу Слизерина. Первыми были Невилл и Рон, затем Гарри, затем Гермиона и Джинни, а затем близнецы.

Гарри чувствовал, что на него смотрят десятки глаз, и слышал, как вокруг него перешептываются.

"Значит, он жив".

"Ты видел его глаза? Злые".

"Он вроде как выглядит по-другому".

"Это медвежонок у него на ноге?"

"Вау! Медвежонок пошевелился!"

"Ого, это восхитительно".

Он почувствовал, как Тедди сильнее обнял его за ногу, прежде чем они сели, где Гарри поднял Тедди и посадил к себе на колени. Остальные заняли свои места вокруг него, никто не задавался вопросом, почему Гарри был окружен друзьями, которые явно его защищали.

Ужин и объявления пролетели быстро, и хотя Гарри мог сказать, что всем было интересно, что случилось с говорящим медведем, никто не спросил его о нем. Из объявлений Гарри прослушал только самые важные. Новым преподавателем защиты от темных искусств стала американский аврор по имени Стефани Сомак. Гарри определенно одобрил эту новость, зная, что именно она спасла Снейпа.

Взглянув на Снейпа, он обнаружил, что тот смотрит на профессора Сомака без обычного свирепого взгляда, который обычно появлялся на его лице, когда он смотрел на нового учителя ПАПАИЗМА. Очевидно, он это тоже одобрил.

Другим объявлением было то, что авроры и люди, которым доверяет директор, будут патрулировать границы и входы в Хогвартс. Гарри знал, что это было в первую очередь из-за Custosae, но Министерство предоставило несколько авроров в помощь, что было приятным сюрпризом, тем более что министр разрешил Дамблдору самому их выбрать. Там все определенно выглядело на высоте.

Наконец они все разошлись по своим общежитиям, хотя Гарри совсем не устал.

"Рад снова видеть тебя, Гарри", - сказал Дин, а Шеймус кивнул в знак согласия.

"Спасибо, приятно вернуться", - сказал он, и Тедди запрыгнул на кровать позади него.

"Э-э, просто любопытно, а что там с медведем?" Спросил Шеймус.

"Тедди? Он вроде как ... эм..."

"Я хожу с ним повсюду, так сказал мне Альбус Дамблдор", - сказал Тедди, не сбиваясь с ритма в своих прыжках.

"Почему?" Спросил Дин.

"Я, э-э..."

"Это о том, что произошло?" Спросил Шеймус. "Что случилось в прошлом году?"

"Да .... У меня получается намного лучше, но Дамблдор считает, что лучше перестраховаться, чем потом сожалеть", - сказал Гарри, радуясь, что ему не пришлось вдаваться в объяснения. "Тедди будет ходить со мной на все мои занятия. Дамблдор уже поговорил с учителями и все такое".

Дин кивнул.

— Что ж, нам пора ложиться спать, — сказал Шеймус, уже задергивая занавеску на своей кровати.

Они все согласились и легли спать, хотя Рон и Невилл понимали, что Гарри не собирается засыпать в ближайшее время.

— Что случилось, Гарри? — спросил Невилл после того, как Дин и Симус заснули.

Гарри и Тедди лежали на кровати, но даже не пытались заснуть.

— Я собираюсь навестить Саландру сегодня вечером, — сказал Гарри. — Завтра у нас нет занятий, и я чувствую, что мне нужно поговорить с ней как можно скорее.

"Ты уверен насчет этого, Гарри?" Спросил Рон. "Я имею в виду, в последний раз..."

"Другого выхода не было, и она это знала. Ее намерением было убить не меня, а крестраж. Мне просто нужно поговорить с ней, дать ей понять, что я ее не виню или что-то в этом роде ", - сказал Гарри.

"Ты хочешь, чтобы один из нас пошел с тобой?" Спросил Невилл.

"Нет, Тедди будет со мной, кроме того, чем больше нас пойдет, тем больше вероятность, что кто-нибудь заметит", - сказал Гарри.

"Хорошо, Гарри, если ты уверен", - сказал Рон. "Но возьми зеркало с собой, на всякий случай. Если что-то пойдет не так, свяжись с нами".

"Верно", - сказал Гарри, доставая зеркало и плащ, которые он ранее спрятал под подушкой.

"Я вернусь, как только смогу", - сказал Гарри, накладывая на себя заглушающие чары, прежде чем закутать себя и Тедди в плащ.

"Мы прикроем тебя, если кто-нибудь спросит", - сказал Рон.

Гарри кивнул, прежде чем стать полностью невидимым, а затем ушел в женскую уборную с потайным входом.

Дамблдор не мог уснуть. Сначала он не знал почему, но потом понял. Хогвартс не спал.

Не то чтобы она на самом деле спала, она просто отдыхала, но этой ночью она казалась встревоженной и нетерпеливой по поводу чего-то.

Дамблдор решил патрулировать, может быть, тогда он выяснит, что вызывает беспокойство в Хогвартсе.

Он поднялся на второй этаж, в основном потому, что лестница, казалось, вела его по одному пути и продолжала вести его туда. Продолжая идти по коридору, он быстро понял, что был не один. В коридоре с ним было еще одно существо (или их было двое?). Они были очень хорошо замаскированы и, казалось, направлялись в женскую ванную, или, по крайней мере, двигались до того, как, несомненно, заметили его.

Его рука слегка потянулась к волшебной палочке, на всякий случай. Позволив магии Хогвартса, так же как и его собственной, полностью направить его внимание на присутствие, то, что он обнаружил, немного удивило его, но потом перестало удивлять вообще.

"Поздновато размышлять в одиночестве в такой час, Гарри", - сказал он, обращаясь к, казалось бы, пустому залу.

Внезапно появилась голова Гарри, его тело по-прежнему оставалось невидимым.

"Я-я... Прости, я просто... эм..."

Его только что поймали, и он был немного измотан.

"Почему бы тебе не рассказать мне, что для тебя так важно выйти на улицу в нерабочее время в первый день возвращения в Хогвартс?" спросил он, хотя это был не совсем вопрос. "И не только это, направляюсь ко входу в Комнату".

"Мне нужно поговорить с Саландрой, сэр, пожалуйста", - сказал он. Он не знал почему, но он чувствовал непреодолимую необходимость навестить ее.

"Тогда очень хорошо", - мягко сказал он.

Гарри поднял глаза, по понятным причинам удивленный.

"Тем не менее, я иду с тобой", - добавил он после паузы. "Я тоже не мог уснуть, и я думаю, что это, по какой-то причине, может быть причиной. После тебя, Гарри, ты все-таки знаешь пароль, - сказал он с улыбкой.

Гарри не мог в это поверить, но кто он такой, чтобы спорить?

Он кивнул, снял плащ и сунул его под рубашку, направляясь вперед.

Все было так же, как до лета, и воспоминания о том, что произошло внутри, заставляли Гарри сомневаться в том, что он делает, но он продолжал, Дамблдор шел рядом с ним.

Тедди молчал, оглядываясь по сторонам в поисках возможных угроз, пока они продолжали входить. Еще через несколько минут они были в главном зале.

"Ну, Гарри, я полагаю, тебе нужно будет позвонить ей", - сказал Дамблдор, как будто было совершенно нормально вызывать пятидесятифутового василиска поболтать.

: Саландра? Ты здесь? Могу я поговорить с тобой? Директор со мной, так что…: Гарри посмотрел на Дамблдора, прежде чем продолжить. : Если бы вы не могли смотреть на него, я был бы вам очень признателен:

: Я здесь, Юный Гарри. Я боялась, что ты не вернешься: сказала она, и ее голос эхом разнесся вокруг них, хотя Дамблдор не мог этого понять.

: Ну, я здесь, и я хочу, чтобы ты знал, что я не виню тебя за то, что произошло. Я понимаю, почему тебе пришлось сделать то, что ты сделал: сказал он, Дамблдор все еще уверенно стоял рядом с ним.

: Правда?: в ее голосе действительно звучала надежда, как для змеи.

: Это сработало. Я больше не крестраж:

: Но ты долго болел из-за того, что я сделала, и я чувствую ....: она замолчала, и они услышали, как она подошла ближе.

Гарри увидел ее нос, выглядывающий из открытого рта Салазар. Он так и не был закрыт обратно. Дамблдор закрыл глаза, не уверенный, посмотрит ли Саландра на него или нет.

: Ты другой ребенок. Твоя магия другая. Он больше не запятнан крестражем, но в нем есть кое-что новое: она выскользнула, Дамблдор смог визуализировать тот факт, что она была в нескольких ярдах перед ними.

Ему не терпелось открыть глаза и посмотреть на нее, увидеть фамильяра Салазара Слизерина, но он не осмеливался. Он также был уверен, что Гарри либо закрывал глаза, либо смотрел вниз, но он знал, что Гарри знает, как себя вести здесь.

: Мне так жаль, дитя. Я не хотел вызывать такой раскол внутри тебя, но я рад, что твоя магия смогла справиться с этим. Я знал, что магия моего яда может вступить в конфликт со слезами феникса, но я надеялся ....: Она на самом деле издала хриплый вздох. : Но как только домашний эльф пришел и забрал то, что я оставил, на всякий случай, я понял, что произошло что-то подобное. Я рад, что твои друзья смогли спасти тебя.:

: Спасибо, Саландра: сказал он, взглянув на Дамблдора и обнаружив, что тот закрывает глаза.

: Вы можете сказать Директору, что он может открыть глаза, я не буду смотреть на вас двоих: сказала она.

"Профессор, теперь вы можете открыть глаза. Она сказала мне, что не будет смотреть на нас", - сказал Гарри.

Дамблдор без колебаний открыл глаза, прежде чем моргнуть от открывшегося перед ним зрелища. Перед ними свернулось длинное, толстое и гладкое тело с изумительной чешуей.

— Так это и есть Саландра, — сказал он. — Злобная.

Гарри ухмыльнулся. Только Дамблдор ....

: Гарри… Я должен кое о чем спросить: сказала она.

:Да?:

— Я подумала… и после того, что случилось… я думаю, что мне нужен хозяин, — сказала она немного нерешительно.

: Мастер?:

— Я понимаю, что ты не можешь стать хозяином, при таких обстоятельствах я бы не советовал этого делать, но… если бы у меня был хозяин, я мог бы выходить за пределы Хогвартса и даже дальше, а не только в Запретный лес или за его стены. Например, если бы мне понадобилось, я мог бы оказаться у ворот Хогвартса или даже в Хогсмиде. Конечно, я смог бы это сделать, только если бы мне приказал мой хозяин, но чтобы мне могли приказывать, мне нужен хозяин. Вы можете мне помочь?

Гарри посмотрел на Дамблдора снизу вверх, желая, чтобы Дамблдор понимал парселтанг.

: Они должны быть чрезвычайно магически сильными, и если бы не ваше магическое состояние прямо сейчас, я бы посоветовал вам, но…:

Гарри сделал паузу, размышляя.

"Что происходит, Гарри? Кажется, тебе трудно найти ответ".

: Я знаю, кем должен быть учитель Саландры!: - Крикнул Тедди, его внезапное и беспорядочное шипение действительно удивило Дамблдора.

: Кто такой Тедди?: Спросил Гарри.

: Три подсказки .... Он очень могущественный, он на нашей стороне, и он очень-оченьочень старый!:

"Дамблдор?!" Спросил Гарри, возвращаясь к английскому.

Тедди торжествующе кивнул.

Саландра выглядела довольной (ну, насколько Гарри и остальные могли судить, не глядя ей в глаза ...).

: Я согласна и с радостью приму, если он решит занять эту позицию: заявила Саландра.

Гарри посмотрел на Дамблдора, который на самом деле был встревожен, удивлен и совершенно сбит с толку.

"Что я пропустил?" он спросил.

"Саландра хочет и чувствует, что ей нужен ... мастер, поэтому Тедди предложил тебя. Саландре нравится эта идея", - подытожил Гарри.

"Я? И зачем ей нужен мастер?"

"Она сказала, что тогда сможет покинуть стены Хогвартса, если, конечно, так скажет ее учитель, и поэтому, если что-нибудь случится, как в Хогсмиде, она сможет помочь. По крайней мере, я думаю, что это то, к чему она клонила."

— Да, именно это я и имела в виду, — сказала она.

"Понятно ..." Сказал Дамблдор, подумав.

Он не очень любил змей, у него был неудачный опыт общения с одной из них, когда он был ребенком, но было бы безумием упустить такую возможность. Ну, может, и не сумасшедший, просто совершенно безмозглый, пока не вспомнил, как человек становится мастером.

"Сэр?" Спросил Гарри.

"Связь со змеей требует укуса, не так ли?" Спросил Дамблдор.

: Просто укол пальца одним из моих клыков. Я не использую яд: сказала Саландра, Гарри быстро передал сообщение, и она продолжила. : Гарри продолжит быть моим Стюартом, но окончательная власть останется за тобой. Мое соглашение, которое я заключил с ним, не может быть нарушено, поэтому любые ваши приказы, противоречащие ему, являются недействительными, но это не должно быть проблемой, поскольку оно касается защиты обитателей Хогвартса. Также, как и в случае с любой связью, это повлияет на твою магию, как и на мою. Я не могу быть полностью уверена в том, как отреагирует твое ядро, но это совсем не повредит: она сказала.

Дамблдор внезапно задумался.

"Мистер Лонгботтом и Ревлис связаны", - внезапно заявил он. "Не знаю, почему я не замечал этого раньше, но теперь это имеет смысл".

Гарри нерешительно поднял глаза, не уверенный, как отреагирует Дамблдор после такого откровения.

"Великолепно! Интересно, знает ли Августа? Неважно. Итак, что насчет этих эффектов?" спросил он, двигаясь дальше, как будто это не имело большого значения. "Я хотел бы немного знать, чего ожидать. Как реагировали твои предыдущие хозяева?"

: Моим последним учителем был Салазар Слизерин. Благодаря узам его жизнь была продлена, его физическое состояние значительно улучшилось, как и его магическая сила, а его взгляд не был похож ни на какой другой. Его взгляд был совсем не похож на мой, но он вселял страх в сердца тех, с кем он особенно злился: Саландра гордо ответила, а Гарри перевел.

"Что я почувствую сразу после этого?" он спросил.

: Ну, после Договора, который я заключил с Гарри, Гарри был магически истощен, но это не было связью. Я уверен, если мне не изменяет память, вы почувствуете себя волшебно опустошенными и волшебно заряженными, поскольку часть вашей магии покинет вас, чтобы присоединиться к моей, а часть моей магии войдет в вас. Проще говоря, мы формируем связь, а вместе с ней и эти чувства, которых следует ожидать:

"Что ж, я полагаю, сейчас самое подходящее время, - сказал Дамблдор. "Что мне делать?"

Саландра повернулась всем телом, опустив голову перед ними и закрыв глаза.

: Приложи свою волшебную палочку к моему носу, когда я открываю рот, а затем другой рукой возьми меня за клык и позволь моему клыку уколоть твой большой палец. Как только это будет сделано, наша магия сработает. Это продлится несколько секунд: инструктировала Саландра.

Дамблдор медленно приложил свою волшебную палочку к ее носу, про себя задаваясь вопросом, действительно ли он такой сумасшедший, как считает большинство людей.

: Не сопротивляйся моей магии. Приветствую это, Мастер: сказала она, открывая рот, обнажая ряд зубов и длинные смертоносные клыки. Гарри повторил ее слова, и Дамблдор вздрогнул от нового титула, который она ему дала.

Гарри посмотрел на Дамблдора с некоторым беспокойством, надеясь, что тот уверен в этом. Он согласился, что Дамблдор, ставший учителем Саландры, был хорошим выбором, но он не мог не чувствовать, что Дамблдор доверил ему свою жизнь. И на самом деле, Дамблдор доверил.

"Я доверяю тебе, Гарри", - заявил Дамблдор, увидев, что Гарри смотрит на него.

Гарри кивнул, когда Дамблдор засунул левую руку в рот Саландры и схватил ее за клык.

Я держу в руках тот самый клык, который чуть не убил Гарри до лета, подумал Дамблдор, медленно проводя большим пальцем по кончику.

— Готова? — спросил Дамблдор у Саламанды, хотя это была скорее тактика отсрочки для него самого.

:Да: Саландра ответила.

Услышав ответ Гарри, Дамблдор поднял большой палец и твердо положил его, как ему было сказано.

Это было потрясающе. От них обоих исходила магия, по ним пробегали волны силы. Мантия Дамблдора развевалась, как и его волосы.

Гарри изумленно уставился на них, так как действительно мог видеть, как между ними плывет магия - зеленые, золотые, красные, серебряные и фиолетовые полосы.

А потом все закончилось. Дамблдор убрал руку ото рта Саландры, но другую руку держал у нее на носу. Он не был уверен, что сможет продолжать стоять, если не сделает этого, но он быстро почувствовал Гарри рядом с собой, очевидно, помогающего ему правильно держаться на ногах.

Он позволил Гарри помочь ему, что, если бы кто-нибудь увидел это, выглядело немного странно. Третий год пытается помочь высокому пожилому мужчине не упасть на зад ....

— Сэр, вы в порядке? — спросил Гарри, а Тедди, держась за его мантию, помогал Дамблдору сохранять равновесие.

Тедди каким-то образом умудрился похлопать Дамблдора по руке, чтобы выразить своё беспокойство.

"С начинкой все в порядке?" спросил он.

"Да. Теперь я понимаю, что Саландра имела в виду, говоря о чувстве опустошения и заряженности. Я скоро буду в порядке, я это чувствую", - сказал Дамблдор, тронутый их заботой и помощью.

После двух минут стояния там, пытаясь не упасть и не раздавить бедных Гарри и Тедди, Дамблдор почувствовал, что к нему возвращаются силы, на самом деле гораздо больше сил.

: Теперь с вами все в порядке, Мастер?: Спросила Саландра.

"Да, сейчас я чувствую себя намного лучше, спасибо ..." Дамблдор остановился, внезапно осознав, что Гарри не просто передал то, что сказала Саландра.

Он сам ее слышал.

Он посмотрел вниз на Гарри, который выглядел весьма довольным всем этим.

"Похоже, некоторые эффекты уже проявляются", - отметил он, прежде чем снова переключить свое внимание на Саландру. "Да, я чувствую себя намного лучше, спасибо, миледи".

Саландра склонила голову в ответ.

"Ну, Гарри, я думаю, мы уже достаточно долго не соблюдали комендантский час. Я навещу тебя позже, Саландра. Я с нетерпением жду возможности узнать тебя получше ".

С этими словами Гарри, Тедди и Дамблдор покинули комнату, все они были счастливы, что смогут выспаться на следующий день.

Книга 3 — Часть 5: Ответ

Гарри знал, что присутствие Тедди будет замечено учениками, но он никак не ожидал ....

Что ж, как и каждый ребенок, он знал, какими жестокими могут быть дети и насколько безжалостными могут быть их нападения, словесные и физические. Опыт общения с Дадли многое ему показал, но это выводило все на другой уровень.

Суббота началась как любая другая, за исключением того, что он проспал несколько часов. Рон и остальные не задавали вопросов, зная, что он встречался с Саландрой той ночью.

Перед обедом, проснувшись и одевшись, Гарри, Тедди, Невилл и Ревлис вышли на территорию. Остальным все еще нужно было распаковать свои вещи в общежитии, Гермиона и Джинни хотели попасть в библиотеку, а Драко, Винс и Грег решили пойти и остаться в комнате для свиданий, подальше от людей, которые шептались о них, особенно о том, что родители Грега и Винса были на свободе и охотились за ними.

Нотт, Флинт и их приятели, к сожалению, тоже были на территории. Также было несколько хаффлпаффцев, но они были на приличном расстоянии.

Тедди сидел на ноге Гарри, наслаждаясь поездкой, когда они въехали в тень деревьев. Нотт и его слизеринские друзья наблюдали за происходящим, без сомнения, комментируя увиденное. Вскоре после этого простого разговора между собой было недостаточно, и они подошли к Гарри и остальным.

"Эй, Поттер, ты теперь такой ребенок, когда повсюду с тобой ходит маленький плюшевый мишка?" Спросил Нотт. "Жалко".

Взгляд Тедди обратился к приближающимся мальчикам.

"Ты настолько слаб, что надеешься, что анимированный медвежонок защитит тебя лучше, чем ты сам? Или это потому, что ты плакса и тебе нужно кого-то обнять и поплакать после встречи с дементорами ?! - Спросил Флинт, а слизеринцы засмеялись у него за спиной.

Гарри выпрямился при этих словах.

Как они узнали, что произошло? Ежедневный пророк предоставил лишь минимальную информацию, и она, конечно же, не включала тот факт, что он плакал. Может быть, они просто догадались и пытались добиться от него реакции?

Тедди свирепо посмотрел на него, отступив от ноги Гарри, чтобы защитно встать между Гарри и слизеринцами.

"Ты не знаешь, о чем говоришь", - смело заявил Невилл, встав на защиту Гарри.

"Заткнись, Лонгботтом, ты, большой болван. Это ты не понимаешь, о чем говоришь. Поттеру не следовало возвращаться в Хогвартс, если бы он знал, что для него хорошо. Правильные ребята? Сказал Нотт.

Они что-то проворчали в знак согласия, некоторые потянулись к своим волшебным палочкам. Их было семеро.

"Я не могу поверить, что Дамблдор позволил тебе повсюду таскать с собой эту штуку. Я думаю, мы должны объяснить вам, что это не место для маленьких детей, - сказал Нотт, держа в руке волшебную палочку.

Невилл тоже достал свою палочку, но Гарри был слишком сосредоточен на попытках управлять своей магией и не позволять ей реагировать на то, что он чувствовал, чтобы беспокоиться о том, чтобы вернуть свою палочку.

"Сейчас ты получишь то, что тебе причиталось", - усмехнулся один из слизеринцев.

"Акцио Медвежонок!" Флинт закричал.

"Ааа!" Тедди закричал, его дернули вперед и подальше от Гарри.

"Тедди!" Гарри закричал, теперь уже в ярости.

Никто не смог проследить за тем, что произошло дальше, но позже они смогли собрать воедино часть того, что произошло.

Слизеринцы неустанно выкрикивали проклятия и сглазы, как раз в тот момент, когда Невилл смог наложить умеренно сильное заклинание щита. Потребовалось более пяти заклинаний, прежде чем оно сработало.

Пока это происходило, Тедди был пойман Флинтом, но недолго оставался в его руках.

"Это будет весело!" Флинт воскликнул, когда его друзья выкрикнули проклятия. Он поднял палочку, направляя ее на Тедди. "Разница..."

Тедди взмахнул своей маленькой лапкой и умудрился попасть Флинту прямо в лицо.

БАХ!

"АХ!"

Флинт отлетел. Очевидно, лапа Тедди была не такой мягкой, как обычно.

Тедди приземлился на землю как раз в тот момент, когда почувствовал магическую вспышку Гарри.

"Гарри!" Невилл закричал, испуганный ощущением такой грубой и злой магии, хотя и благодарный, что она была направлена не на него.

"БЕГИ!" - закричал Нотт в полном ужасе.

Глаза Гарри были яркими, но не совсем светящимися, хотя, казалось, странный зелено-золотой светящийся туман исходил от всего его тела.

"Никогда больше не пытайся причинить вред Тедди или кому-либо из моих друзей!" - прорычал он.

Слизеринцы бежали, слишком боясь даже оглянуться.

Поп!

Тедди появился прямо рядом с Гарри, быстро схватив его за ногу, чтобы впитать магию, пока они смотрели, как слизеринцы выбегают оттуда.

Как только они закончились, Гарри немного успокоился, внезапно очень обрадовавшись, что Тедди добрался до него вовремя, чтобы справиться с негативной реакцией, которая вот-вот должна была разразиться. Но неужели Тедди только что выскочил?

"Ты в порядке, Гарри?" Спросил Невилл, все еще пытаясь отдышаться, пока Ревлис шипел какие-то не очень приятные вещи о мальчиках, которых следует кусать.

Гарри кивнул, Тедди несколько секунд смотрел на Ревлиса.

: Это звучит как плохие слова: заметил Тедди.

: Потому что они есть: Ревлис честно ответил кивком.

"Давай, Гарри, вернемся в дом. Комната "Приходи и уходи"? Прошептал Невилл.

Гарри снова кивнул, пытаясь сориентироваться.

Грохочущая сердитая магия немного утомляла, и он все еще чувствовал легкое жужжание от нее кожей. Он знал, что через мгновение ему станет лучше, поэтому просто молча повернулся и вместе с Невиллом пошел в комнату.

"Гарри?" - спросил кто-то, несколько человек подбежали к ним. "Ты в порядке?"…с тобой все в порядке?

Гарри поднял глаза и увидел Сьюзен Боунс и трёх её друзей, которые были в Армии Хогвартса: Джастина Финч-Флетчли, Эрни Макмиллана и Ханну Эббот. Они смотрели на него с явным беспокойством.

— Мы сожалеем, что не смогли помочь. К тому времени, как мы прибежали к вам, вы уже… э-э… вы уже обо всём позаботились, — сказал Эрни.

Ханна пристально смотрела на Тедди.

«Привет», — пробормотал Тедди, заставив тех, кто не привык к тому, что плюшевые мишки разговаривают, подпрыгнуть.

— Ну разве ты не самая очаровательная из всех, кого я когда-либо видела, — проворковала Ханна.

Тедди спрятался за мантией Гарри, что только заставило Ханну считать его еще более очаровательным.

"Очарователен?" Джастин спросил, смеясь. "Он медведь гризли, который пинает под зад и бьет кулаком в лицо! Ты видел, что он сделал с Флинтом?!"

Тедди выглянул из-за ног Гарри, слегка выпятив грудь. Гарри и остальные рассмеялись, прежде чем вернуться в замок.

Гарри и Невилл наконец добрались до Комнаты встреч после разговора со Сьюзан и другими Хаффлпаффцами. Гарри пообещал, что Армия Хогвартса сохранится, и согласился, что Сьюзен сможет стать ее частью.

Магия Сьюзен по большей части восстановилась, хотя ей пришлось немного больше сосредоточиться, чтобы заставить большинство заклинаний работать должным образом.

Гарри и Невилл рассказали остальным, что произошло со слизеринцами ранее, и решили, что будет лучше, если они будут путешествовать вместе, где бы и когда бы это ни было возможно. Что касается Тедди поппинга, Тедди был так же сбит с толку тем, как он это сделал, как и они. Гермиона предположила, что это связано с тем фактом, что Драко и Гарри могли это сделать. Остальные решили, что она, вероятно, права.

«Я тоже думал о том, что Сьюзен должна присоединиться к Хранителям. Её тётя уже является членом «Друзей» и, учитывая, как упорно она сражалась с Риддлом в прошлом году, я думаю, она станет хорошим дополнением к нашей группе», — сказал Невилл.

Джинни, близнецы и остальные Хранители согласились, включая Тедди.

— Я поговорю с ней об этом завтра, — сказала Гермиона. — После арифмантики.

— Так что же случилось прошлой ночью? — спросил Драко, глядя на Гарри.

"Это было интересно. Дамблдор вроде как поймал меня на пути ко входу ..." Сказал Гарри.

"Он что?" Спросила Джинни.

"Он каким-то образом узнал, что я был там, и поэтому я решил просто признаться. Я рассказал ему о Саландре и о том, что хотел с ней поговорить. Он сказал мне, что я могу, но что он пойдет со мной. Короче говоря, директор теперь учитель Саландры. Держу пари, он собирается навестить ее сегодня снова ", - сказал Гарри.

"Дамблдор - учитель Саландры?" Спросил Грег, такой же ошеломленный, как и все остальные.

"Ага", - ответил Гарри. "Но я все еще ее управляющий".

"Злой ..." - сказали оба близнеца.

"Это то, что Дамблдор сказал о ней", - сказал Гарри с ухмылкой.

"Держу пари, это пригодится позже", - сказал Винс.

"Так и будет, потому что у нее есть учитель, теперь она может даже пойти в Хогсмид, по приказу Дамблдора, конечно. Но теперь, если случится что-нибудь плохое, у Хогвартса будет дополнительная защита, - сказал Гарри с усмешкой.

O o O

Во время следующего ужина в Большом зале многие поймали себя на том, что смотрят на директора. Он казался каким-то другим, и хотя они не могли указать на какие-либо видимые признаки этого, они действительно могли почувствовать исходящую от него силу.

Даже сами профессора не остались равнодушны к этому и обратили внимание.

Дамблдор ничего не замечал, хотя и находил то, как все реагировали на него, немного странным.

Ранее тем утром МакГонагалл прокомментировала, что он, должно быть, очень хорошо выспался ночью или опустошил целый пакетик лимонных леденцов, увидев, как сильно подпрыгивает его походка, или что-то в этом роде.

Дамблдор усмехнулся и сказал, что провел хорошую ночь, но не стал вдаваться в подробности.

Снейп тоже обратил на это внимание, пробормотав что-то о "стариках с высоким содержанием сахара", когда подумал, что Дамблдор не сможет его услышать.

Он прочитал и спокойно ответил: "Северус, я действительно старый?"

Снейп не ответил, очевидно, не мог слышать на другом конце коридора и почти за углом ....

"Минерва, не могла бы ты передать пельмени?" Спросил Дамблдор.

"Конечно, Альбус", - сказала она, поднося книгу ближе к нему, но не без долгого взгляда.

Он почти с жадностью набросился на еду. Почему он вдруг так проголодался? Это была его третья тарелка, а большинство остальных все еще доедали первую. Что поразило Макгонагалл и Снейпа, которые краем глаза наблюдали за Дамблдором, так это то, как он ел, а не то, сколько он съел. Хотя количество само по себе было довольно тревожным.

Он не был неряхой и не поглощал еду, как некий Уизли; вместо этого он ел изящно и изощренно, но со скоростью, способной соперничать с большинством стервятников.

"Альбус, как у тебя дела сегодня?" Спросила Макгонагалл, несколько раз моргнув, пока он доедал очередную тарелку.

"Великолепно, Минерва, а ты?" спросил он, потянувшись за маринованной барабанной палочкой, клецки полностью исчезли.

"Хорошо ... хорошо", - сказала она, взглянув на Снейпа, который почти... почти разинул рот от того, сколько Директор ел. "Эм, Альбус, как ты себя чувствуешь?"

Дамблдор сделал паузу, слегка опустив вилку, чтобы посмотреть на нее, услышав нотки беспокойства в ее голосе.

"Хорошо, даже лучше, чем обычно, хотя я немного голоден. Почему?" спросил он, прежде чем откусить еще кусочек.

"Ну, просто ты, кажется, ешь больше, чем большинство мальчиков-подростков ниже нас, включая Рональда Уизли, и мне интересно, заметил ли ты", - сказала она, решив сразу перейти к делу.

Дамблдор посмотрел на еду перед собой, или, скорее, на отсутствие еды.

Почти все тарелки, в которых раньше было много еды, были почти пустыми, если не совсем пустыми, и было очевидно, кто съел большую часть еды, поскольку все пустые тарелки и миски стояли в пределах досягаемости его руки.

Все профессора теперь смотрели на него, и некоторые студенты тоже смотрели на него. Некоторые из них заметили его способность агрессивно поглощать пищу после того, как привыкли к исходящей от него магии. Они не слышали, что говорили профессора, но было ясно, что это интересно.

Дамблдор положил вилку на тарелку, на которой оставалось меньше половины его пятой порции.

"Хм", - промычал он.

"Хм?" Спросила Макгонагалл. "Это все, что ты можешь сказать?"

"Полагаю, резкий рост не оправдывает этого?" спросил он.

"Альбус, мне нужно позвать Помфри? Потому что, если я пойду, я это сделаю", - сказала Макгонагалл. "Я думаю, другие профессора согласятся со мной; это ненормально, не так уж много вещей, которые ты делаешь, но даже для тебя это немного ..."

Она не закончила, увидев задумчивое выражение, появившееся на лице Дамблдора.

Он закрыл глаза.

"Конечно, я должен был понять ..." он замолчал, слегка усмехнувшись, прежде чем разразиться коротким приступом смеха. "Мои извинения, я должен был предупредить вас всех раньше".

"Пожалуйста, директор, просветите нас", - сказал Снейп, Стефани Сомак рядом с ним кивнула в знак согласия.

"Недавно я взял фамильяра", - заявил он, снова берясь за вилку.

"Что?!" Спросила Макгонагалл, понизив голос. "А как же Фоукс?"

"Моя дорогая, Фоукс не совсем мой фамильяр, так же как я не совсем его Хозяин. Мы связаны, да, но мне не нужно говорить тебе, что я больше его волшебник, чем он мой феникс ".

— Знакомый, Альбус? — пропищал Флитвик.

«Да, и мне следовало бы больше подумать о том, к чему приведёт наша связь и что она будет означать. Она даже предупреждала меня, но неважно, теперь мне всё ясно. Моя магия приспосабливается, как и её. Желание и потребность в еде имеют смысл».

"Ее?" Спросила Макгонагалл, которой по какой-то причине не понравилось то, что она услышала.

"Ну, она женщина. Довольно красивое создание, если я сам так скажу", - сказал он, снова принимаясь за еду на своей тарелке.

"Кто она?" Спросил Флитвик.

"Я бы предпочел не говорить об этом в данный момент", - заявил Дамблдор, проткнув картофелину.

"Ну, ты мог бы рассказать нам немного раньше, чем обедать, Альбус. И что это за история с твоей магией?" спросила она, сохраняя ровный голос, но каким-то образом делая его резче. "Без обид, Альбус, но ты..."

"Минерва, конечно, я не такой старый. Я люблю конфеты, не против услышать комплимент от красивой леди и все еще с нетерпением жду Рождества ".

"Ну, а что, если были какие-то побочные эффекты? Как мы могли помочь, если что-то случилось, не зная причины?" Очевидно, что вы на самом деле не думали об этом, прежде чем приступить к этому, и я хотел бы знать, почему вы никого из нас не проинформировали об этом решении. Превращение в фамильяра — это процесс, который не происходит за ночь ..."

"Не всегда, Минерва. Я ничего не буду здесь говорить, но были некоторые обстоятельства, связанные с прошлой ночью, которые нельзя было упускать из виду и которые требовали незамедлительного решения. Безопасность этого замка и тех, кто внутри, - мой главный приоритет, и я не сделаю ничего, что поставит его под угрозу. То, что я сделал прошлой ночью, несомненно, обеспечило это ", - сказал Дамблдор, не оставляя места для комментариев, не говоря уже о спорах. "Я обсудлю это со всеми вами позже".

Больше ничего не сказав, он доел свою пятую тарелку и принялся за десерт.

Пятнадцать минут спустя он доел свой четвертый кусок торта, второй кусок пирога, миску мороженого и четвертое печенье.

Впервые в своей жизни Хагрид мог сказать, что кто-то его съел.

"Хм, интересно, остались ли у меня в столе лимонные дольки ..." Прошептал Дамблдор, ощупывая Большой зал.

Начались занятия. Гарри, Рон, Драко, Винс и Невилл занимались магическими существами и Древними рунами. Гермиона и Грег занимались магическими существами и арифмантикой. Гермиона взяла с остальных обещание поделиться с ней тем, что они описывали в Древних рунах, позже, что их вполне устраивало.

Драко отговаривал ее от занятий гаданием (как и Рона) и маггловедением, говоря, что это пустая трата времени, оба по немного разным причинам, но все сводилось к тому, что она не могла надеяться по-настоящему выучить все эти предметы разумным способом, и не стоило рисковать своими оценками или рассудком из-за таких глупых предметов.

Остальные согласились, и она наконец сдалась после того, как близнецы рассказали ей, какая Трелони и насколько бесполезны маггловские предметы, и показали ей свой учебник по маггловским предметам.

Сказать, что она была разочарована, — значит ничего не сказать. В книге не было правдивого описания жизни магглов, и она легко находила в ней предвзятые примеры. Это было довольно грустно.

Занятия проходили нормально, если не обращать внимания на перешептывания, пристальные взгляды и комментарии вроде:

"Бедные Винс и Грег, родители-убийцы..."

"Я надеюсь, что они держатся от меня подальше, не захотят быть рядом, если приедут их родители".

"Ты слышал, что не так с Поттером?"

"Нет, но я слышал, что директор приказал ему постоянно держать этого медвежонка при себе".

— Странно. Думаешь, на нём есть заклинания, которые сообщат Помфри, если он опасно ослабнет или что-то в этом роде?

— Не знаю, но разве этот малыш не очарователен?

— Вы слышали, что случилось на Диагон-аллее?

— Да, ты думаешь, это была просто случайная магия?

"Не знаю..."

Гарри, Винс и Грег застонали, в то время как остальные пришли им на помощь и уставились на бесстыжих сплетников.

Профессор Сомак был хорошим учителем, намного лучшим, чем предыдущие, он действительно преподавал защиту от темных искусств, знакомил с приемами борьбы с противниками и лучшими способами избежать попадания.

Первая неделя прошла как в тумане, но некоторые вещи были высечены на камне и стали совершенно ясны.

Снейп продолжал давать частные уроки Гарри и Драко, хотя и только раз в месяц. Дамблдор предположил, что так будет лучше, учитывая магию Гарри и его связь с Драко. Следить за их магией было хорошей идеей. Снейп довольно хорошо оправился от своих травм, хотя, казалось, несколько дней он отдавал предпочтение правой стороне тела. После этого никто не мог сказать, что он когда-либо был ранен.

Собрания Армии Хогвартса продолжались, Сьюзан Боунс была быстро инициирована позже на той неделе, а также с радостью приняла место среди Кастоса, приняла присягу и все такое. Теперь в них было всего двенадцать участников.

Ее кодовое имя было Могучий Сквиб. Она сама выбрала это имя.

Она довольно хорошо восприняла новости о секретной организации и призналась, что у нее были подозрения, что что-то происходит после встречи с Гарри и остальными тем летом.

В ту субботу профессора встретились в кабинете директора, всем им не терпелось наконец узнать, кем был его фамильяр, и узнать, что еще этот новый бонд делал со своей магией.

МакГонагалл рассказала об этом Помфри, и Помфри заставила... уговорила Дамблдора отправиться в лазарет на обследование.

Она была не совсем довольна решением Дамблдора обзавестись фамильяром в его возрасте, но не обнаружила никаких негативных последствий и на самом деле обнаружила, что его сила, магическая и физическая, значительно возросла, и теперь он физически был ближе к сорока годам, чем к своим 140 с чем-то, из-за своего «безрассудного» решения и того факта, что он и так был здоровее, чем кто-либо в его возрасте, до этого решения.

Если бы Помфри не была так ошеломлена возросшим уровнем силы Дамблдора, она бы заметила редкие янтарные волосы среди седых волос Дамблдора.

"Альбус, ты собираешься рассказать нам сейчас?" Спросила Макгонагалл, задав вопрос, на который все отчаянно хотели получить ответ.

"Конечно, Минерва. Лимонный доктор..." — начал спрашивать он, открывая консервную банку. Она была пуста. "О ... они все закончились".

Он взмахнул над ним палочкой. Появились другие. МакГонагалл стало интересно, откуда он их позвал. Надеюсь, не из беспомощной магловской кондитерской.

"Есть. Кто-нибудь съел лимонную конфету?" спросил он, ярко сверкая глазами. Он был так рад, что у него есть кондитерская в Штатах; это намного облегчало удовлетворение его пристрастия к сладкому.

Все они отклонили его предложение.

"Жаль", - сказал он, прежде чем положить конфету в рот. "Что ж, полагаю, мне следует начать с самого начала. Я не мог уснуть, думаю, Хогвартс не давал мне уснуть, поэтому я пошел немного прогуляться и оказался на втором этаже, но я также обнаружил там кое-кого еще. Молодой мистер Поттер под мантией-невидимкой."

МакГонагалл и остальные наклонились к нему, явно заинтересованные. Дамблдор быстро начал рассказывать им историю и о том, как они с Гарри вошли в Комнату.

"А потом он позвонил Саландре", - сказал он.

"Василиск!" - Спросил Флитвик.

"Конечно, в конце концов, мы надеялись встретить именно ее". Он продолжил свой рассказ, и все они разинули рты, когда он сказал им, что позволил уколоть себя клыком Саландры.

Даже Снейп был ошеломлен. Теперь Дамблдор мог понимать змеиный язык ?!

«После этого мы вышли из комнаты, пожелали друг другу спокойной ночи, и на этом всё».

"И это все?" Спросила Макгонагалл. "Ты новый хозяин огромного василиска, и вот как ты заканчиваешь?"

"Я полагаю, директор мог бы закончить свой рассказ музыкальной мелодией?" Язвительно спросил Снейп.

"Отличное предложение, Северус, я буду иметь это в виду в следующий раз", - сказал Дамблдор.

Снейп мысленно застонал.

Первый месяц занятий прошел хорошо, и внешний мир, казалось, тоже преуспевал, учитывая положение вещей. Тедди продолжал повсюду сопровождать Гарри, и школе потребовалось всего две недели, чтобы привыкнуть к маленькому говорящему медвежонку.

Кентавры продолжали дружеские переговоры с Хагридом, но еще не пришли к решению относительно Custosae. Хагрид сказал, что лучше всего быть терпеливым, когда дело касается кентавров.

Наконец-то настал урок с боггартами.

Стефани Сомак была довольна тем, что Драко и Гарри уже знали, что они делают, так же как и Гермиона, но это не было большим сюрпризом. Снейп, однако, предупредил Сомак о реакции Гарри и Драко на боггарта годом ранее и сказал ей быть готовой ко всему.

Она последовала его совету, но решила, что позволит им встретиться с боггартом, если они захотят.

Несколько учеников поднялись, среди них были общие опасения, хотя Невиллом была Беллатрикс Лестрейндж. Зная его прошлое, для нее это не было большим сюрпризом, но все равно было довольно грустно.

Ни один мальчик не должен сталкиваться с подобными вещами.

Однако Невиллу удалось превратить боггарта-Беллатрикс в сморщенную старуху с ходунками. Казалось, это помогло победить боггарта.

Наконец, настала очередь Гарри. Сначала он колебался, но после ухода Невилла пошел вперед.

Он превратился в Дементора. Тепло в воздухе исчезло, и Сомак собирался шагнуть вперед, но Гарри выкрикнул заклинание, хотя он действительно выглядел довольно потрясенным, и это был ... появившийся зеленый туман?

Зеленый туман, однако, исчез прежде, чем она смогла по-настоящему осознать, что видела его, когда боггарт-дементор переместился.

Дементор больше не был дементором, а превратился в гигантский, пылающий, черный зефир.

Он даже пахнул им.

Класс разразился хихиканьем. Профессор Сомак улыбнулся.

На этом урок закончился, и Сомак осталась довольна. Отпустив студентов, она направилась к своему столу, хотя быстро заметила, что еще не одна.

"Um, professor?" - Спросил Гарри, подходя ближе.

Гарри остался, Тедди наступил ему на ногу.

"Да, мистер Поттер?"

"Мне было интересно, если… вы могли бы прийти в эти выходные на встречу?"

"Я полагаю, это касается Армии Хогвартса?" спросила она.

"Да, профессор. Я, ну ... после сегодняшнего, я думаю, я должен —"

"Научись защищаться от дементоров?" закончила она за него.

"Да".

"Я думаю, что это отличная идея, хотя я не знаю, сможет ли кто-нибудь из вас вызвать патронуса, попробовать не помешает", - сказала она.

Гарри ухмыльнулся, Тедди выглядел таким же довольным.

"Спасибо, профессор", - сказал Гарри.

Он ушел, закрыв за собой дверь. Сомак решила, что тогда она была счастлива, что решила заняться работой ПАПЫ.

Книга 3 — Часть 6: Нападение на министерство

Дамблдор вошел в Комнату, довольный, что наложил несколько очищающих чар через несколько дней после того, как стал хозяином Саландры.

: Мастер?:

:Да, моя дорогая, это я: сказал Дамблдор.

Дамблдор пытался отучить Саламанду называть его господином, но она была упряма, и в конце концов он сдался.

— Не то чтобы мне действительно нужно спрашивать… — сказала Саламандра, скользя вперёд с закрытыми глазами. — Я чувствую вкус этих терпких лимонных штучек с того момента, как ты ступаешь в туннель.

Дамблдор усмехнулся.

— У вас есть какая-то причина для визита? Или это просто дружеская беседа? Мне они очень нравятся.

— Вообще-то, я кое-что придумал. Много лет назад я наткнулся в путешествии на книгу и только что вспомнил кое-что из неё о магических взглядах:

: Что привело к этому, Мастер?:

— Кое-что, но в основном после небольшого инцидента в министерстве на прошлой неделе:

:Ах… ты напугал беднягу, как я понимаю?:

: Скорее напугал их до такой степени, что они чуть не упали в обморок:

: Чем он тебя разозлил, Учитель?:

:Она, собственно. Мадам Долорес Джейн Амбридж… В общем, она снова настояла на том, чтобы Хогвартс охраняли дементоры. Я отказался, могу добавить, в присутствии многих попечителей, а также других важных чиновников Министерства и тех, кто случайно оказался там. Ей это не понравилось, и она начала обвинять меня в том, что я рискую жизнями своих учеников:

Дамблдор сделал паузу, вспоминая и пересказывая инцидент…

Воспоминания

Дамблдор вышел из камина на главный этаж министерства. Он был вполне доволен тем, как шли дела, учитывая обстоятельства.

Он собирался отправиться в зал, где проходили заседания Визенгамота, когда в бок ему врезался розовый дирижабль.

"Прошу прощения—" Он посмотрел вниз, в основном для того, чтобы определить пол, вид и, по возможности, занятие человека, который его ударил, прежде чем продолжить. Убедив себя, что этот ... человек ... не был печальной попыткой сплайсинга генов и научными экспериментами с розовыми ежами и бугристыми болотными лягушками, а был ужасной женщиной, которая несколько недель назад осквернила его офис, он закончил. "—Мадам".

"Все в порядке, я уверена, ты не хотел вставать у меня на пути", - ответила она с тревожащей "нежностью".

Дамблдор просто кивнул в знак приветствия и прощания, прежде чем слегка развернуться, чтобы продолжить свой путь, но, очевидно, у человека—жабы — э-э, человека-жабы - были другие идеи. Она положила руку ему на плечо, довольно твердо, отметил Дамблдор, заставив его остановиться.

Дамблдор, конечно, мог бы продолжить, но ему скорее понравились эти мантии, и он не хотел, чтобы ее ногти повредили тонкие нити.

"Директор, на самом деле, я рад, что вы столкнулись со мной, у меня есть дело, которое я хотел бы обсудить с вами".

"О, мадам? Я уверен, что это обсуждение было бы поучительным и информативным для нас обоих, но в настоящее время мое присутствие необходимо в другом месте".

"Я уверен, что это может немного подождать, директор, поскольку это обсуждение касается Хогвартса и его обитателей".

"Хм, очень хорошо, я уверен, что они могут уделить нам несколько минут", - сказал Дамблдор.

"Я не знаю, почему вы отклонили любезное предложение Министерства улучшить защиту вокруг Хогвартса, но вам следует передумать", - прямо заявила она, напрасно выпрямляя спину, чтобы казаться больше ростом и важностью. "Дементоры могут предложить защиту, которой не может никто другой".

"Ни один дементор никогда не защитит что-либо или кого-либо, и ни один из них никогда не "попытается" это сделать вблизи или на территории Хогвартса", - просто заявил Дамблдор, непреднамеренно (или намеренно ...) привлекая внимание нескольких людей, проходящих мимо них.

"Вы совершаете ошибку, директор. Вы должны захотеть использовать все предлагаемые средства защиты, чтобы защитить свою школу и своих учеников ", - утверждала она, и теперь все больше людей оборачивались посмотреть, что происходит, особенно когда они узнавали Дамблдора.

"Я не верю, что дементоров можно использовать таким образом", - категорично сказал Дамблдор, едва скрывая раздражение.

"Ну, я вижу, что у вас непредубежденный ум, директор, или интеллигентный", - сказала она.

Дамблдор приподнял бровь, решив, что сейчас самое время, так сказать, снять перчатки.

"Я не претендую на серьезный интеллект, и я, конечно, не очень мудр или совершенен, но я понимаю, что идея очень плохая, когда я ее слышу, а использовать дементоров для охраны школы, моя дорогая, это очень плохая идея ".

"Что, если бы один из сбежавших заключенных попытался проникнуть в Хогвартс? Ты готов рисковать детьми Хогвартса из-за своего упрямства?"

"Я не готов ничем рисковать, когда дело касается тех, кого я защищаю, вот почему я никогда не позволю дементору находиться рядом с ними, пока я дышу".

Теперь люди явно пялились, разинув рты, на ответы Дамблдора, а также были поражены и шокированы словами Амбридж.

"Ты представляешь опасность для Хогвартса и Министерства, если не видишь причины", - сказала она. "Я пытался образумить тебя, убедить в том, что твои убеждения необоснованны, но ты не оставил мне выбора. Я не знаю, как вы убедили министра не прибегать к помощи дементоров — возможно, вы сочли "правильным" переступить границы дозволенного и обмануть министра…Я бы не удивился, если бы в деле была замешана империо, но я увижу, как тебя удалят с твоего поста и выставят таким жуликоватым и достойным сожаления человеком, каким ты и являешься! Потому что вы рискуете детьми Хогвартса из-за ложной веры!"

Это сделало это.

Выпрямившись во весь рост, он возвышался над ней, слишком злой, чтобы по-настоящему утруждать себя сокрытием половины своей магии, которая теперь изливалась из него и заметно струилась по полу вокруг него.

Обычно оживленное и болтливое движение, проходившее по главному этажу Министерства, теперь затихло и сосредоточилось на двух ярко одетых людях в центре. Люди отступили назад, их ноги действительно почувствовали, как под ними скользит сердитая магия, а воздух сгустился от дурных предчувствий.

"Опасность", мадам? "Необоснованные убеждения"? "Обман" министра? Использование Властного проклятия?" Его голос был таким же ровным и мягким, как и в начале их разговора, но в нем была резкость, которой никто никогда раньше не слышал. Если бы это была физическая вещь, она могла бы легко разрезать атом надвое. "Люди обвиняли меня во многих вещах, и я часто игнорирую эти абсурдные обвинения, даже властные, но единственное, чему я никогда не позволю пройти мимо без открытых и твердых аргументов и комментариев с моей стороны, - это утверждение о том, что я не ставлю безопасность и благополучие моих учеников на самый высокий уровень ".

Теперь он почти свирепо смотрел на нее сверху вниз, и она на самом деле сделала неуверенный шаг в сторону от него, больше не касаясь его руки — за что Дамблдор был благодарен, про себя пообещав себе трижды постирать мантию, как только вернется в Хогвартс.

Никто не пошевелился, когда он снова открыл рот, явно не договорив.

"Я ценю жизни моих учеников и тех, кого я защищаю, выше своей собственной. Я дорожу каждой жизнью, которая принимает приглашение посещать Хогвартс или преподавать в нем, и я, конечно, знаю, что каждый ребенок - драгоценный и священный дар. Я буду относиться к ним соответственно ". Его глаза сузились, голос впервые повысился, когда он продолжил. "Вот почему к ним не будет допущен ни один дементор, вот почему я поговорю с министром после того, как приду на встречу, на которую сейчас опаздываю, и вот почему с этого момента вы не сможете переступить порог Хогвартса".

Амбридж была белой, дышала неглубоко, ее глаза расширились, когда взгляд Дамблдора продолжал впиваться в нее.

"Не обольщайтесь, мадам, я очень серьезно отношусь к безопасности своих учеников. Осмелюсь предположить, что вы не способны осознать, насколько велико и тяжело такое гордое и важное бремя. Доброго вам дня, мадам, и, пожалуйста, обратите внимание, что я не думаю, что с вашей стороны было бы разумно пытаться разговаривать со мной в будущем. "

Он втянул свою магию, хотя она все еще оставалась в нескольких дюймах от его кожи, когда он отступил в сторону и пошел вперед, пройдя мимо нее, больше не взглянув.

Конец флэшбека

: Я понимаю, почему ты в последнее время заинтересовался магическими взглядами: сказала Саландра.

Дамблдор не был уверен, но Саландре показалось, что она улыбалась. Она определенно была довольна.

: Да, и это также заставило меня немного больше задуматься о твоих глазах. Я не знаю, сработает ли это у вас, но в книге действительно говорилось о наложении заклинания на волшебные глаза, позволяющего человеку контролировать, когда удерживать и отпускать действие своих глаз. Мне было интересно, не захотите ли вы попробовать. Я знаю заклинание:

: Я была бы очень рада, если бы мы попытались, - сказала она, внезапно показавшись странно тронутой.

Дамблдор улыбнулся, вытаскивая свою волшебную палочку.

: Мастер, я уверена, вы знаете, что, помимо моего взгляда, я также устойчив к заклинаниям: посоветовала Саландра. : Моя магия покрывает все мое тело, нейтрализуя магию, которая мне не принадлежит.:

: Есть ли способ обойти это?:

: Ты мой Мастер, так что хотя бы часть твоей магии должна пройти; просто вложи в заклинание столько силы, сколько сможешь, надеюсь, этого будет достаточно:

:Если нет, мы увидим в тесте позже: сказал Дамблдор.

Дамблдор произнёс заклинание, приложив палочку к её лбу между глазами. Раздалась крошечная вспышка, но больше ничего не произошло.

: Ну, а теперь давайте посмотрим, сработало ли это:

Дамблдор наколдовал мышь и, закрыв глаза, помахал ею перед собой.

Ладно, посмотри на эту мышь, но не убивай её:

: Я постараюсь, Мастер:

Мышь продолжала шевелиться.

: Сработало!:

— Хорошо! А теперь вернись взглядом ко мне:

Мышонок замер.

— Я снова его выключил, хозяин. Вы можете открыть глаза:

Дамблдор бросил мышь в раскрытую пасть Саламандры, увидев голодный взгляд её глаз. Дамблдор моргнул, осознав, что, возможно, он стал первым человеком, который посмотрел василиску в глаза и остался жив, чтобы рассказать об этом.

Была первая неделя октября, и Гарри с другими гриффиндорцами были на уроке заклинаний.

Тедди стоял на стуле между Роном и Гарри и наблюдал, как они пытаются изменить цвет предложенных им яблок. Гарри, конечно, преуспел, увидев, как это делается, в воспоминаниях Риддла.

Тедди смотрел на палочку Гарри. Тедди потянулся за спину, и его глаза радостно засияли, когда он вытащил… веточку!

Гарри и Рон быстро заметили это, обнаружив, что Тедди гордо держит веточку длиной 4 дюйма или около того, с корой и всем остальным, включая лист, который все еще свисал с ее кончика.

"Um… Тедди? Спросил Гарри, Рон подавил смешок. "Что это?"

"Моя палочка!"

Теперь Тедди привлек внимание окружающих, включая Гермиону и Невилла.

"Смотри, смотри!" Сказал Тедди, идеально копируя движения палочки и заклинание, целясь в фиолетовое яблоко.

Пфф…

Яблоко осталось прежним, но лист на кончике "волшебной палочки" теперь сморщился и выглядел так, словно очень скоро отвалится.

"АХ!" Тедди заплакал.

Гарри и остальные моргнули.

"Эта веточка только что пукнула?" Спросил Рон.

"Моя палочка!" Тедди воскликнул, оплакивая жалко выглядящий листок.

"Тедди, ты не можешь превратить деревянную палочку в волшебную", - сказала Гермиона.

"Что с ней не так? О, моя бедная палочка!" Тедди явно не слушал Гермиону.

Профессор Флитвик заметил беспорядок и подошел к обезумевшему медведю и сбитым с толку гриффиндорцам.

"Что случилось?" он спросил.

"Моя палочка!" Тедди шмыгнул носом, выставив веточку вперед, лист опасно затрепыхался.

"Волшебная палочка?" Спросил Флитвик, беря ее. Он внимательно осмотрел ее. "Мой дорогой, парень, это не волшебная палочка, и хотя на ней есть какой-то магический налет, ты не можешь использовать магию через нее. На самом деле, я не думаю, что ты можешь использовать магию с помощью чего бы то ни было."

"Я не могу?"

"Ты вроде как Хогвартс. Она - магический объект с интеллектом и волей. Она не может использовать магию ни через кого, кроме себя, так же, как и ты".

"О. Так я убил своего ва—прутика?" спросил он, виновато глядя на мертвый лист.

"Он был уже мертв в тот момент, когда упал с дерева".

Тедди вздохнул с облегчением, остальные вернулись к тому, чем занимались во время урока.

Занятия и встречи продолжались как обычно, и уроки со Снейпом по выходным продолжали проходить хорошо, так же как и уроки с Армией Хогвартса.

Они только что запустили Патронусов, и лишь нескольким из них удалось создать серебряные туманы. Гарри пока ничего не мог создать.

Для него это было довольно неприятно, но он все еще гордился Невиллом, Гермионой, Луной и несколькими другими, которым удалось создать туманное облако патронуса.

Тедди ободряюще похлопал его по ноге, когда он попытался снова и снова потерпел неудачу.

Он вздохнул, профессора Сомак и даже Снейп сказали ему, что это очень сложное заклинание, и не каждый может это сделать. Гарри заметил, что Снейп еще не вызвал патронуса.

"В этом нет ничего постыдного", - сказал Сомак.

Гарри и остальные ушли ужинать после той встречи, Рон и остальные решили увести разговор подальше от чего бы то ни было, даже от упоминания блестящих защитных предметов вроде патронусов.

Ужин был почти закончен, когда в комнату влетел мрачный, важного вида стервятник и положил перед Гарри официальный конверт.

Гарри быстро узнал это что-то из Rook. Он немедленно схватил это и засунул себе под мантию.

В безопасности комнаты "Приходи и уходи" Гарри и остальные собрались вокруг, быстро читая письмо.

Маг,

T благодаря подслушиванию некоего мрачного разговора, без сомнения, связанного с неким Темным Лордом, мы обнаружили некоторую тревожащую информацию. На этот Хэллоуин планируется нападение на Министерство в надежде заполучить "ценного". Я приношу извинения за то, что не смог предложить больше информации, но счел за лучшее рассказать вам то, что мы знаем.

Cконтактируйте с теми, кто, по вашему мнению, сможет помочь. На данный момент Нация гоблинов должна оставаться в тени.

Рук

"Что ж, это информативно", - заявил Рон.

"Я свяжусь с Длинной Бородой сегодня вечером. У нас есть неделя на подготовку. Интересно, что это за "ценное", - сказал Гарри.

"Может быть, Дамблдор узнает", - сказала Гермиона.

"Может быть, это какое-то оружие", - предположил Невилл.

"Или что-то, что увеличивает магическую силу", - сказал Драко.

"Может быть, это будет что—то о дементорах..." - сказал Фред.

"Или вампиры", - добавил Джордж.

"Что бы это ни было, я не думаю, что мы можем позволить Волдеморту получить это", - сказал Винс.

Все кивнули, Гарри уже мысленно готовился к разговору, который у него будет с Дамблдором в следующий час.

Дамблдор сел, связавшись с теми, кто, по его мнению, лучше всего мог помочь в защите Министерства в тот Хэллоуин. Муди, Сомак, Снейп, Сириус, Ремус, Боунс, Диггери, Артур и Билл Уизли, Шеклболт, Мой и Кроу контактировали либо через сеть контактов Amici и Costosae, либо напрямую с Дамблдором. Это сыграло бы важную роль в защите Министерства, хотя на следующий день все члены Ордена, Custosae и Amici были предупреждены о предстоящем нападении.

Дамблдор откинулся на спинку стула после того, как съел несколько лимонных леденцов, вспоминая встречу, которая у него была с Магом.

Он был благодарен Магу за то, что тот связался с ним по поводу предстоящего нападения, и на самом деле его не волновало, как он получил тревожащую информацию. Все, что имело значение, это то, что они ее получили. Ближе к середине разговора Маг спросил его, что, по его мнению, может быть "ценным".

Дамблдору потребовалось время, чтобы подумать над этим, но он не был уверен. Тем не менее, он все равно ответил как мог.

Воспоминания

— Я не могу быть уверен, маг, это может быть что угодно, особенно если «ценность» находится в Отделе тайн.

«Я думаю, что это должно быть что-то, чего Риддл хочет лично. Он бы не стал устраивать такую атаку, если бы не чувствовал, что ему действительно это нужно», — сказал Мэг.

— Что ж, если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что ему нужно пророчество.

Гарри сделал паузу, позволив мыслям о Риддле завладеть его сознанием, прежде чем слегка кивнуть.

"Я думаю, ты, возможно, прав".

Конец флэшбека

Так что Волан-де-Морт, скорее всего, охотился за пророчеством. Жаль, что он не мог просто отвести Саландру в Министерство магии и позволить ей защитить пророчество. Тогда она, без сомнения, испепелила бы взглядом любого, кто попытался бы украсть пророчество.

Дамблдор вздохнул. Он серьёзно сомневался, что Министерство согласится позволить Королю… э-э… Королеве Змей сделать это.

Поэтому он сделал бы следующую лучшую вещь. Он выставил бы охрану и разместил членов Ордена и Друзей в стратегически важных местах Министерства, включая себя. Маг сказал, что, по их мнению, лучше всего, чтобы Дамблдор руководил этой операцией, поскольку Маг был не очень знаком с устройством Министерства и из-за этого не мог должным образом организовать членов.

После обсуждения с Магом Дамблдор связался с министром и пригласил его в свой кабинет. Это была быстрая встреча, просто сказали Фаджу, что с ним связались Custosae и что они просто хотели уведомить его, что они будут внимательно следить за Министерством в этот Хэллоуин по соображениям безопасности.

Дамблдор продолжил, попросив министра держать это при себе и сказав, что Попечители просто хотели информировать его о вещах, которые, по их мнению, заслуживают его внимания, каковым они, без сомнения, и были.

Фаджу было приятно, что Кастосы проявили интерес к безопасности Министерства на Хэллоуин. Казалось, Волдеморт всегда любил использовать этот день. Возможно, в этом году они смогут немного успокоиться. Он попрощался с Дамблдором, согласившись сохранить деятельность Custosae при себе.

Дамблдор гордился тем, что Лидер Custosae назначил его "командующим" этой миссией, но также не мог не чувствовать себя униженным. Магу, без сомнения, приходилось управлять более крупной организацией, чем ему, жонглируя бог знает сколькими членами, шпионами и товарищескими группами против Волан-де-Морта и его темных союзников.

Дамблдор вспомнил свою встречу с Магом, вспоминая некоторые мелочи, которые он недавно узнал о коллеге-лидере Светлых.

Воспоминания

"Мы все рассмотрели?" Спросил Маг.

"Я думаю, что да. Теперь нам просто нужно осуществить наши планы на Хэллоуин и сделать все возможное, чтобы Риддл не получил то, что он хочет ".

"Я ненавижу Хэллоуин", - заявил Маг тоном, который действительно застал Дамблдора врасплох.

Дамблдор решил, что Маг, вероятно, не хотел говорить это вслух, и, судя по выражению глаз Мага, он действительно ненавидел Хэллоуин.

Дамблдор слегка кивнул в знак согласия. "Привлекательность Хэллоуина также утратила свое влияние на меня, и я обнаружил, что не могу по-настоящему праздновать его, как это делает остальной Волшебный мир", - сказал Дамблдор, сделав небольшую паузу, прежде чем продолжить. "Из всех дней в году 31 октября - один из моих наименее любимых; с ним связано слишком много мрачных воспоминаний".

Дамблдор встретился взглядом с серебристо-голубыми глазами Мага после его короткой речи и был поражён огромным чувством утраты, которое он увидел в глазах другого человека, а также странным проблеском понимания.

Дамблдор был уверен, что в прошлые Хэллоуины с Магом случались плохие вещи, и, услышав ответ Дамблдора, понял, что Маг пришёл к такому же выводу о нём. У Дамблдора тоже были похожие переживания в последний день октября.

Еще одно сходство между двумя лидерами света.

Конец флэшбека

Дамблдор поймал себя на мысли о том, что Мадж делает в этот момент, и понадеялся, что они оба, вместе с теми, кого они отчаянно пытались защитить, переживут эту войну.

Гарри и остальные были встревожены. Было утро Хэллоуина.

"Как ты думаешь, что произойдет?" Спросила Джинни.

"Мы сделали все, что могли", - сказала Сьюзан. "Одинокий Фонарь закончил приготовления в Министерстве, и я уверена, что Длинная Борода и другие тоже".

Остальные кивнули, Винс и Грег были более тихими, чем обычно.

"Вы двое в порядке?" Спросил Драко.

"Как ты думаешь, наши родители будут там?" Спросил Грег.

Остальные вздохнули, не отвечая, поскольку это был не совсем тот вопрос, на который они хотели услышать ответ.

"Грим и Лунатик сказали, что будут поддерживать с нами связь в течение дня. Когда что-то случится, они узнают и расскажут нам, и тогда мы свяжемся с "Темным рыцарем", чтобы сказать остальным уходить. Они не могут все ждать там, это будет выглядеть подозрительно, - сказала Гермиона.

Незадолго до ужина Сириус связался с Гарри, предупредив его о недружественной активности (бросающиеся в глаза люди, удивляющиеся вокруг больше обычного).

Гарри и остальные быстро приступили к действию, Драко бросился к Снейпу, чтобы сказать ему, что он только что получил известие о том, что Темный Лорд делает свой ход ....

Министерство

Сириус и Ремус пошли вдоль стен после того, как связались с Гарри, не сводя глаз с мужчин в темных одеждах, то, как они шли в одиночестве, говорило им, что они собираются замышлять недоброе.

Работники министерства продолжали заниматься своими делами, не обращая внимания на опасность, но ненадолго.

Было время обеда, и хотя большинство людей были либо дома, либо направлялись домой, все еще оставалось несколько человек, которые, скорее всего, попадут под огонь заклинаний.

Что ж, Сириус и Ремус собирались что-то предпринять по этому поводу.

Приставив кончик волшебной палочки к горлу, голос Сириуса прогремел над Атриумом Министерства.

"Дамы, джентльмены и Достопочтенные Волшебные Существа, могу я попросить вашего внимания, пожалуйста? По соображениям безопасности, которые обнаружила моя компания, Custosae de Lux, я прошу всех вас, пожалуйста, освободить помещение как можно быстрее и организованнее прямо сейчас. Спасибо. "

Реакция была мгновенной, все (кроме сталкеров в темном) бросились к ближайшим каминам и затопили их. Переодетые Пожиратели Смерти, должно быть, были застигнуты врасплох, поскольку более половины людей, которые там были, уже разбежались к тому времени, как они начали использовать проклятия.

"Crucio!"

"Бомбарда!"

"Диффиндо!"

Сириус и Ремус немедленно приступили к действию, пытаясь обезвредить нарушителей порядка.

"Редукто! Ты этого не предвидел, да, урод?!" Сириус закричал.

"Протего! Оглупи!"

Это был полнейший хаос. Вещи загорались, взрывались, люди падали, кричали, убегали, плакали. Очень немногие сопротивлялись.

Сириус и Ремус вздохнули с облегчением, когда прибыло подкрепление, Снейп, Сомак и Мой вышли из камина. Муди, Боунс и Зоб находились где-то в другом месте Министерства, ближе к Департаменту тайн.

Большинство сотрудников Министерства выбрались наружу, но некоторые все еще были там, лежали на земле, раненые, если не хуже. Внезапно камины вспыхнули снова. Еще пожиратели смерти.

"О, да ладно!" Крикнула Сомак, накладывая заклятие на одного из них позади нее, прежде чем переключить свой взгляд на другого перед ней.

Прежде чем они осознали это, они оказались в меньшинстве, хотя их навыки и превосходные рефлексы удержали их на ногах, по крайней мере, до того, как что-то потрясло все здание.

БУМ!

"Что, во имя Мерлина, это было?!" Спросил Мой.

"Бомба", - сумел ответить Снейп, уклоняясь от проклятия и вставая.

"ИНФЕРИ!" - крикнул кто-то из одного из ответвляющихся залов Министерства.

"ОГОНЬ! Наколдуй огонь!" Крикнул Сириус, бросаясь к коридору.

Конечно же, там были десятки Инфери.

"Зажигательно!" - прогремел он, когда человек, кричавший до этого, пробежал мимо него.

"Откуда это все взялось?!" Крикнул Ремус, помогая Сириусу вытащить их.

"Д-Пожиратели смерти!" - начал человек из предыдущего. "Они применили какое-то проклятие, и оно сделало их такими!"

"Что?! Кто?!"

«Работники министерства!» — истерически кричал он, пока вокруг него сражались другие.

Сжигая их тела дотла, Сириус почувствовал, как зеркало в его кармане нагрелось. Он быстро вытащил его, пока остальные прикрывали его, а несколько Пожирателей смерти были уже мертвы.

— Пег (Грюм), где ты?! — закричал Сириус, увидев состояние бывшего аврора.

«Департамент тайн. Он только что вошёл; он не давал нам покоя с Инфери и его последователями. Редукто! Оглуши! Протего! Эти маленькие гады, похоже, придумали ещё несколько новых проклятий. Не позволяй, чтобы тебя задело что-то фиолетовое или жёлтое, лучше зелёное, чем одно из этих».

Сириус счел за лучшее не спрашивать почему, просто доверился опытному бойцу.

"Понял. Мы идем! Где Длинная Борода?"

"Он с Одиноким Фонарем, он просто отразил меня. Он направляется к Волдеморту, Одинокий Фонарь направляется к Фаджу. О, и этот большой грохот был от того, что они пробили внешнюю стену. Ошеломляюще! Редукто! Именно так сюда попали некоторые Инфери, а также Волан-де-Морт. "

Рядом с Залом пророчеств

Дамблдор завернул за угол как раз в тот момент, когда Риддл вышел из Зала Пророчеств, выглядя особенно довольным, и Дамблдору не потребовалось много времени, чтобы понять почему.

Пророчество было у него в руке, и он собирался активировать его.

"Тебе не следовало приходить, Том", - заявил Дамблдор, и его голос эхом разнесся по пустому залу.

Риддл, внешне напоминающий красивого 25-летнего парня, перевел взгляд на Дамблдора, поднимая палочку.

Когда Дамблдор поднялся сам, Волан-де-Морт постучал палочкой по шару, уменьшив его, прежде чем спрятать под мантию. А затем он двинулся вперед.

Дамблдор почувствовал, как темная магия Риддла рванулась вперед, задевая его. Это действительно заставило его почувствовать себя немного больным. Такая темная и злая недоброжелательность так близко. Он отомстил, расширив свою собственную магию, место, где встречались конфликтующие магии, казалось, заставляло пол и стены слегка деформироваться.

"Ты умрешь здесь, старик", - сказал Риддл, произнеся несколько сильных проклятий, которые Дамблдор легко блокировал, вызвав куски стены перед ним.

Зал был широким и длинным, освещенным сотнями свечей и странными магическими огнями, хотя все еще было довольно тускло.

Дамблдор произнес несколько проклятий, которые замедлили агрессивный подход Риддла, прежде чем превратить пол в расплавленный мрамор.

"Забавно", - сказал Риддл, взмахивая палочкой и швыряя со стен в Дамблдора колонны.

Дамблдор поднял палочку, заставляя жидкий мрамор поглотить колонны, но когда волна отступила и снова превратилась в пол, он обнаружил, что столкнулся с несколькими проклятиями, летящими прямо на него.

Он действовал инстинктивно.

Увернувшись от первого, он отступил в сторону, взмахнув палочкой перед собой, чтобы отразить следующий. Он срикошетил вверх, ударившись о потолок и вызвав падение нескольких кусков мусора. Определенно не то проклятие, от которого хотелось бы пострадать.

Следующий был сразу после этого, и, держа в руке волшебную палочку, он призвал свои беспалочковые способности, которые, как он с радостью обнаружил, увеличились благодаря Саландре. Жаль, что проклятие сработало на секунду быстрее.

Он почувствовал, как что-то ударило его по руке, чего он и ожидал, но это было слишком близко к его телу, прямо перед грудью. Он ударил рукой вниз и еще раз, сумев отвести ее от своего туловища, но не смог полностью промахнуться, так как она попала прямо в его левое колено.

Он сразу понял, что это было. Увидев цвет, он понял, что это было одно из возможных, но теперь он знал. Заклинание, расщепляющее кость. Это было больно. Очень.

Однако вскоре его внимание было переключено на нечто гораздо более серьезное.

"Avada Kedavra!" Риддл закричал, вскоре за ним последовали другие проклятия и заклятия, одно из которых Дамблдор никогда раньше не слышал.

Зеленые, желтые, красные, фиолетовые и черные полосы света устремились вперед, но не все были направлены прямо на него.

Он нырнул влево, как раз в тот момент, когда почувствовал, как что-то вырвалось из его нутра и врезалось в поврежденное колено. Внезапно его колено сжалось, но боли больше не было. Он не осмелился опустить взгляд на свое колено, когда откатился в сторону, выпуская несколько собственных проклятий, одно из которых пролетело мимо головы Риддла.

Дамблдор неловко вскочил на ноги, едва не попав под желтое заклинание, когда он наколдовал щит, чтобы заблокировать красное.

Фиолетовое пронеслось мимо него, сверкая зелёными искрами, и чёрное проклятие ударило в стену.

Дамблдор понял, что Риддл определённо стал быстрее, чем раньше, и был гораздо агрессивнее, чем в Косом переулке. Он был гораздо увереннее в себе.

"К старости ты становишься медлительным, Дамблдор", - снобистски заметил Риддл. "Несколько раз тебя чуть не ударили".

Риддл снова взмахнул палочкой, заставляя куски стены вокруг него сформироваться в острые конусы, прежде чем выстрелить вперед. Дамблдор отреагировал тем, что заставил целую секцию стены качнуться перед ним, как на шарнире, прежде чем швырнуть все это обратно в Риддла.

Он взорвался, повсюду разлетелись острые куски камня и мрамора.

Дамблдор провел рукой перед собой, отбрасывая куски стены, когда патроны, летевшие в сторону Риддла, вспыхнули пламенем.

Риддл недооценил Дамблдора.

Ему удалось не попасть под большинство из них, но несколько задели его и подожгли края его мантии, а одно задело голову сбоку. Риддл быстро потушил пламя, теперь уже разъяренный.

Он начал извергать столько проклятий, сколько мог, проклятие, которое Дамблдор не смог идентифицировать, было произнесено несколько раз.

Снова перейдя к обороне, Дамблдор блокировал, уклонялся и отклонял удары, отбрасывая несколько своих собственных проклятий, когда мог. Однако отклонение одного проклятия оказалось плохой идеей, поскольку оно врезалось в стену и вызвало взрыв значительной части стены.

Единственной хорошей вещью было то, что Волан-де-Морт был не в безопасности и был вынужден защищаться, вместо того, чтобы полностью сосредоточиться на своей атаке. Однако созданный Дамблдором щит был отброшен назад, защищая Дамблдора от разрушения разрушенной стеной, но это также отбросило его назад на путь проклятия.

Дамблдор съежился, быстро поняв, что это было неизвестное проклятие. Он приготовился к удару, зная, что это неизбежно, поскольку обе его руки были заняты отражением стены, и он не мог отвернуться, но его сущность не была такой беспомощной.

Он снова почувствовал, как что-то загрохотало, а затем быстро поднялось и собралось в том месте, куда вот-вот должно было попасть проклятие.

Это было похоже на удар кувалдой, и это было мягко сказано, удар на несколько дюймов ниже его правого плеча. Дамблдор не сомневался, что у него только что было сломано по крайней мере одно ребро.

Однако ему каким-то образом удалось удержаться на ногах, поскольку он принял устойчивую стойку перед тем, как его ударили. Он поднял глаза и увидел Волдеморта, который уничтожил часть стены, которая угрожала раздавить его.

Его взгляд упал на лицо Риддла, и он с удивлением обнаружил, что тот пребывает в полном шоке. Риддл явно видел, как в него попало проклятие. Был ли он удивлён тем, что великого Альбуса Дамблдора действительно задело, или дело было в чём-то другом?

Дамблдор продолжал смотреть на Риддла, который смотрел на него в ответ с сердитым удивлением, и он был уверен, что видел, как Риддл произнёс «невозможно», но их противостояние взглядов продлилось недолго, потому что они услышали приближающиеся шаги.

Волан-де-Морт выпрямился, похлопав по тому месту на своей мантии, куда он положил пророчество.

«Я получил то, за чем пришёл, и повеселился на славу», — сказал он и аппарировал, когда Грюм и ещё несколько членов Ордена и друзей завернули за угол и увидели, что зал полностью разрушен.

Дамблдор оглядел себя, когда сделал несколько шагов в сторону, чтобы прислониться к наиболее неповрежденной части стены. Его колено все еще было напряжено, а правая сторона груди теперь пульсировала. Он знал, что его колено было в плохом состоянии и что единственная причина, по которой он все еще стоял, заключалась в том, что его магия обволокла кости, удерживая занозистое месиво вместе. Он знал, что повреждение разветвилось на бедре и немного ниже колена. Он не очень-то надеялся на помощь мадам Помфри, но затем изменил это мнение, когда почувствовал, что часть магии возвращается в его душу.

Он, со всем достоинством, на какое был способен, привалился к стене, капли пота быстро выступили у него на лбу, когда боль в ноге вернулась, внезапно усиливаясь с каждым ударом его сердца. Он лениво задавался вопросом, почему ему становится так трудно дышать.

"Альбус!" - крикнул кто-то.

Внезапно он почувствовал чье-то присутствие, нависшее прямо над ним, и смог различить еще нескольких человек, шуршащих чуть дальше. Открыв глаза, сбитый с толку, поскольку он никогда не помнил, чтобы закрывал их, он обнаружил выпученный глаз Муди прямо перед своим лицом.

"Нам нужно отвести его к Поппи", - услышал он слова Кингсли.

Муди хмыкнул, его большой глаз теперь вращался, в то время как обычный продолжал изучать его.

"У него раздроблена левая нога, и я думаю, что у него может быть пробито легкое, хотя я не могу быть уверен, что-то загораживает мне глаз", - сказал Муди, вытаскивая то, что Дамблдор признал одним из портключов, которые он раздал всем бойцам.

"Безопасно ли его перевозить?" Спросил Сириус.

"У нас нет выбора. У школы Святого Мунго сейчас и так забот хватает, - сказал Муди, жестом предлагая Кингсли помочь Дамблдору занять более выгодное положение для подключения к порт-ключу в Хогвартс.

"Альбус, ты можешь рассказать нам что-нибудь о том, что произошло? Чем тебя ударили?" Спросил Муди.

"Колдовство, расщепляющее кости, и что-то еще, чего я не знаю", - ответил он, прежде чем замолчать, когда пришла и ушла сильная волна боли. "Это было пурпурно-синее с зелеными прожилками".

Он услышал, как несколько человек ахнули, прежде чем пробормотать что-то, чего он не смог разобрать. Муди, казалось, замер, прежде чем приступить к действию. Прежде чем Дамблдор успел опомниться, часть его мантии исчезла, и Муди наклонился вперед, вглядываясь в кожу, которую он только что обнажил на своем правом плече.

"Черт возьми", - выдохнул Сириус. "Что это?"

"Аластор?" Спросил Дамблдор, желая знать, что они видели и что проклятие сделало с ним.

"С тобой все будет в порядке, Альбус; проклятие, кажется, каким-то образом остановлено", - выдавил Муди, на самом деле пытаясь звучать утешительно.

— Тогда что не так? — спросил Дамблдор, не обращая внимания на острую боль в ноге и странное ощущение, охватившее всю правую часть его грудной клетки.

"Я не знаю", - прошептал Муди. "Просто держись; мы отведем тебя к Поппи. Она знает, что делать".

Дамблдор был слишком слаб, чтобы требовать ответов, и все слова вырвались у него, когда Муди взял его за левую руку и активировал портключ. Он почувствовал, как его дернули назад, знакомое неприятное ощущение от портключа временно затмило все остальные неприятные ощущения.

Они приземлились, палочка Поппи тут же взмахнула над ним, еще до того, как он понял, что находится на полу больничного крыла. Он слышал, как она что-то бормочет над ним, но все это было заглушено звоном в ушах и ощущением жжения в колене. Он даже не хотел думать о своей груди, но вскоре это уже не имело значения, потому что в глазах темнело, безумные крики превращались в блаженный гул тишины.

Итак, впервые более чем за столетие Альбус Дамблдор потерял сознание.

Книга 3 — Часть 7: Магия Саландры

Все Заказчики были в Комнате прихода и ухода, за исключением Хагрида, который с тревогой ждал снаружи лазарета, услышав очень сильный шум, прежде чем кто-то наложил на дверь заглушающие и запирающие чары. Он подозревал Снейпа.

Гарри, Тедди, Рон, Драко, Добби, Невилл, Ревлис, Гермиона, Сьюзен, Винс, Грег, Фред, Джордж и Джинни расположились в Комнате для свиданий. Большинство из них собрались вокруг нескольких зеркал, ожидая, когда кто-нибудь расскажет им, что происходит.

"Могучий сквиб..." - услышали они.

Сьюзан, Винс, Грег и Джинни наклонились вперед, зная, что это Хагрид.

"Маленький Джон, что происходит?"

"Я не знаю, но я думаю, они кого-то вернули. Я думаю, это серьезно. Они опечатали лазарет".

Винс и Грег фыркнули, когда Сьюзан быстро передала сообщение остальным.

"Я свяжусь с вами, если получу дополнительную информацию, но я уверен, что атака закончилась. Когда я поднимался сюда, я только что увидел Снейпа, бегущего к подземельям ".

"Хорошо, спасибо, Хагрид".

"Мы - отряд защитников", - прошептал он, выключая зеркало.

"Хотел бы я, чтобы мы знали, что происходит", - сказал Рон.

"Сириус и Ремус скоро свяжутся", - сказала Гермиона.

Через несколько мгновений после того, как она это сказала, позвонил Сириус. Остальные замолчали, скрывая свое присутствие, когда Гарри отошел в угол комнаты, чтобы сделать вид, что он один — поскольку Сириус и Ремус не знали всей правды о его деятельности в Custosae или должности.

"Гриффин, скажи остальным, что Длинная Борода вернулся раненым. Ему удалось прийти в сознание на несколько секунд после первой потери сознания, прежде чем он снова потерял сознание. Он сказал: "У него это есть, он получил это. Скажи Магу", - сказал Сириус.

Гарри и остальные побледнели, услышав это.

Гарри мог сказать, что он был в кабинете Поппи, или в том, что, как он предположил, было ее кабинетом, и был уверен, что Сириус произнес соответствующие заклинания.

"МакГонагалл только что ушла в кабинет Дамблдора, когда я сказал ей, что не знаю, как быстро мой контакт сможет связаться с Магом", - сказал Сириус.

Гарри чувствовал себя неловко из-за того, что лгал и скрывал свою другую личность, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать, и это только вызвало бы еще больший хаос в данный момент, не говоря уже о нежелательном внимании и вопросах, поэтому он ответил так честно, как только смог.

"Ты можешь связаться с ним?" Спросил Сириус.

"Да".

"Хорошо, хотя сейчас это может и не понадобиться, я думаю, Длинная Борода рассказал Чеширу (МакГонагалл), как связаться с Магом напрямую в случае чрезвычайной ситуации, и, возможно, так с ним можно связаться быстрее", - сказал Сириус. "Но на всякий случай, я тебя сейчас отпущу".

"Подожди, насколько плох "Длинная Борода"? Гарри спросил, волнуясь все больше.

"Честно говоря, мы не знаем. Лучше, чем могло бы быть, поскольку проклятие, которым он был поражен, похоже, полностью устранено, но очень плохо, потому что теперь, похоже, никакая магия на него не действует. Безжалостный (Поппи) использует заклинания, и это ничего не дает ... ну, если уж на то пошло, кажется, становится только хуже. "

"Скажите им, чтобы прекратили кастинг!" Гарри не смог удержаться от крика, его опыт с хаотической магией побуждал его сказать им, чтобы они прекратили возиться с неизвестной магией.

"У них уже есть, хотя Темный Рыцарь уверен, что зелья могли бы помочь. Он пошел за ними раньше".

"Хорошо. Я свяжусь с Магом и другими заказчиками; я посмотрю, есть ли у них какие-либо предложения ".

Сириус кивнул и отключил связь.

"Гермиона, Невилл, я думаю, для меня было бы лучше поговорить с Чешир, если она попытается установить контакт", - сказал Гарри, Тедди смотрел на него снизу вверх.

Остальные кивнули в знак согласия, произнося необходимые заклинания, прежде чем передать ему зеркало, как раз когда оно нагрелось.

Гарри закрыл глаза, желая, чтобы комната выглядела так же, как снаружи. Он исполнил свое желание, придав своему углу такой вид, как будто он был в каком-то темном лесу.

Драко и Винс наложили вокруг него необходимые заклинания приватности (которые позволяли им слышать, о чем говорили он и МакГонагалл, но не позволяли звукам проникать в его зону), прежде чем он кивнул и ответил МакГонагалл. Вскоре после этого они отступили назад, повернувшись к своим собственным зеркалам, надеясь, что Хагрид или кто-то другой даст им больше информации о том, что было и происходит.

"Отшельник?" Спросила МакГонагалл.

"Нет, Чешир, я Маг", - мягко сказал Гарри, медленно опускаясь и садясь на лесную подстилку, окруженную темнотой. "Пожалуйста, расскажи мне, что произошло".

МакГонагалл на мгновение выглядела ошеломленной, обнаружив, что разговаривает с лидером Custosae, но она быстро взяла себя в руки.

"Длинная Борода был ранен во время драки с Риддлом. Ал—Длинная Борода сумел сказать нам, что это досталось В-волан-де-Морту", - сказала она, явно потрясенная, но держащая себя в руках. Гарри продолжал слушать. "Его левое колено пострадало от заклинания, расщепляющего кость, но новый вид проклятия, которое, похоже, только что создал Волдеморт, попал ему в грудь".

Гарри выпрямился, не в силах скрыть крайнюю вспышку беспокойства, промелькнувшую на его лице.

"Что это было за проклятие? Что оно делает? Создавал ли Риддл какие-нибудь другие новые проклятия?" он спросил.

"Оно фиолетовое с зелеными вкраплениями внутри". МакГонагалл стала очень мрачной. "Во время атаки почти все жертвы проклятия были немедленно убиты и превращены в инфери ...."

"Почти все?" Гарри переспросил.

"Длинную Бороду поразило именно это проклятие, но, похоже, что-то остановило и устранило его. "Неустанный" не может даже найти его следов, Пег предложила ей несколько образцов для сравнения со своими снимками ".

"Хорошо. Это единственное проклятие?"

"Нет, там желтый. Он управляет телом, а не разумом".

"Что ты имеешь в виду?"

"Ну, в отличие от Империуса, с которым можно бороться сильным разумом, это желтое проклятие контролирует само тело. Мы не знаем, сможет ли кто-то с этим бороться, но один человек, которого Пег видела, как его ударили, побежал к инфери, и что ж, вы можете себе представить, что произошло тогда. Пег окрестила его "Проклятием пустышки"."

Гарри немного помолчал, прежде чем продолжить, отложив новую информацию на потом. Нужно было подумать о более важных вещах.

"Как сейчас поживает Длинная Борода? Каково его состояние?"

"Что бы ни остановило проклятие, похоже, оно не позволяет всей остальной магии проникнуть под его кожу. Неустанному пришлось потратить много энергии, чтобы получить от него приличное магическое сканирование ".

"Это покрывает все его тело?"

"Нет, только его нога и правая сторона груди. Как раз там, где нам нужно произносить исцеляющие заклинания", - почти выплюнула Макгонагалл, явно раздраженная ощущением беспомощности. "Как будто его магия обладает собственным разумом".

Гарри поднял голову и посмотрел на остальных, все они думали в том же направлении, что и он. Магия Саландры, возможно, имеет к этому какое-то отношение. Это было единственное, что имело какой-то смысл.

— Вайпер, могу я предположить, что ты знаешь, что делать? — спросил Гарри. МакГонагалл услышала его просьбу и поняла, что он обращается к кому-то на своей стороне.

Драко кивнул и посмотрел на Добби. Они исчезли с хлопком (хотя Гарри и МакГонагалл этого не услышали), отправившись вниз, чтобы поговорить с Саламандой.

В ту ночь было решено, что некоторым из них нужно кодовое имя "Custosae", а именно Драко, просто в качестве меры предосторожности. Фред и Джордж определенно согласились, сказав, что если Снейп услышит имя Тави, если оно каким-то образом всплывет, он поймет, что что-то случилось (если он еще этого не сделал). Они решили, что кодовым именем Драко "Custosae" — так же, как у Гарри было "Маг" — будет Вайпер. Невилла звали Торн, а Рона - Феникс.

Теперь Гарри был благодарен Джинни за то, что она предложила двойные имена для тех, кто часто общался с участниками Amici. Это не только обеспечило бы больше прикрытия, но и заставило бы их мыслить как лидеры, а не просто посланники, что и было тем, что большинство Друзей думали о них, если они были с ними в контакте.

"Что произошло во время нападения?" Спросил Гарри.

МакГонагалл рассказала ему, что сделали Сириус и Ремус, без сомнения, спасли сотни жизней, заставив их немедленно эвакуироваться. Затем она рассказала о том, что сделали Муди, Билл, Боунс и другие.

"Пег, Брейкер (Билл) и Железный Человек (Кингсли) пытались помешать Пожирателям Смерти проникнуть в Департамент тайн, но из-за Инфури и Ви-волан-де-морта они смогли остановить только Пожирателей Смерти и Инфери. Вскоре после этого пришли авроры, но к тому времени, когда они добрались до того места, куда ушел Волан-де-Морт, Длинная Борода сразился с ним. "

Гарри кивнул, пытаясь все переварить.

«Одинокому Фонарю (Амелии Боунс) и Факелу (Артуру) удалось добраться до министра. Как вы и предложили Длинной Бороде, его перевезли в безопасное место. Факел, Даг (Амос Диггери) и Огненный Шар (Чарли) сейчас с ним, ждут ваших дальнейших указаний», — сказала она.

Гарри коротко вздохнул с облегчением, зная, что Министр в безопасности в Норе, где самые лучшие Подопечные, какие только можно купить за деньги и дружеские отношения с гоблинами.

"Они останутся с ним там, но могут отправить сообщение в Визенгамот, что он в безопасности, как только все уляжется настолько, что они смогут должным образом получить такую информацию", - сказал Гарри, прежде чем продолжить. "Пострадал ли еще кто-нибудь из друзей?"

"Железный человек был ранен режущим проклятием, но с ним все будет в порядке. Блейд (Джозеф Мой) был ранен режущим проклятием в грудь и был вынужден отправиться в больницу Святого Мунго. Найтингейл (Джин Бэрри) сказала нам, что с ним все будет в порядке, просто ему потребуется некоторое время, чтобы снова прийти в себя из-за повреждения грудной клетки ", - сказала она, излагая информацию, которую ей дали Муди и Сириус, понятия не имея о том, к кому относятся большинство кодовых имен, но зная, что Мэдж знает их все. "Колосс (Флитвик), Шейд (Форшоу Кроу) и Галадриэль (Сомак) отправились в больницу Святого Мунго, чтобы обеспечить дополнительную внутреннюю защиту, поскольку Министерство разместило несколько авроров по периметру больницы и Министерства".

"Хорошо", - сказал Гарри, подумав.

Он посмотрел на Гермиону, пытаясь что-то решить, прежде чем снова посмотреть на МакГонагалл.

"Чешир, нам нужно больше защиты в Министерстве или любом другом месте прямо сейчас?" он спросил.

МакГонагалл пронзительно посмотрела на него, пытаясь понять, почему он об этом спрашивает.

"Я думаю, что все освещается настолько хорошо, насколько можно было ожидать, сэр, и, учитывая обстоятельства, я думаю, мы отразили атаку настолько хорошо, насколько могли, с недельной подготовкой или без нее. Общее количество ... жертв, - ей явно не понравилось это слово, - было подсчитано Peg. Он считает, что от шестидесяти до восьмидесяти человек погибло, в основном из-за Проклятия Инфери, и мы уверены, что число раненых составляет около тридцати. Я могу только представить, насколько плохо все было бы без нашего вмешательства. "

"Мы должны были сделать больше"… "Я должен был ..." Гарри пробормотал, прежде чем покачать головой, зная, что "должен был" ничего не делает, только мешает.

МакГонагалл решила внести свой вклад.

"Сэр, Эл—Длинная Борода знает, что мы могли сделать не так уж много, сделать что-то большее, чем мы планировали изначально, это предупредило бы Ви-волан-де-морта о том, что его план был раскрыт, в результате чего он изменил свои планы и все ухудшил. Я знаю, вы знаете, что среди рядовых сотрудников Министерства есть шпионы, многие из них авроры."

Маг кивнул. "Длинная Борода и я знали, что битва не будет чистой и что человеческие потери неизбежны, я просто презираю этот факт".

"Я тоже".

Гарри собирался ответить, когда увидел появившихся Драко и Добби.

Драко поспешил вперед, быстро наложив на себя чары изменения голоса и изгнав специальные буферные заклинания вокруг Гарри.

"Маг, ты нужен, прямо сейчас!" - крикнул он.

"Чешир, ты хочешь мне еще что-нибудь сказать?" поспешно спросил он.

"Нет, Маг", - сказала она, беспокоясь о том, о чем кричали Кустосы, которых она не могла видеть.

"Спасибо, я отправлю помощь Длинной Бороде, как только мои люди найдут решение, Вайпер работает над этим прямо сейчас. Просто поддерживайте его в стабильном состоянии", - сказал он.

Она кивнула и отключила зеркало, не желая задерживать Мага в том, что было явно важно, когда она поспешила в больничное крыло.

Гарри убрал зеркало, быстро взглянув на Драко и Добби.

"Вы должны произносить исцеляющие заклинания, только тот, в ком есть магия Саландры, может преодолеть магическое сопротивление. Очевидно, что-то вызвало эту способность в магии Саландры внутри него, и она будет продолжать вытягиваться из его ядра, пока не получит знак, что может отключиться. Что касается василисков, то их сопротивляемость — это то, что они могут поддерживать, когда впервые убивают взглядом - какая-то странная штука, вытягивающая жизнь из жертвы или что-то в этом роде. Это своего рода отголосок их жизненной силы, которую они получают, она никогда не иссякает, и чем больше тварей они убивают взглядом, тем сильнее становится их сопротивление, что является еще одной причиной, почему старые василиски сильнее молодых. Но у Дамблдора нет этого источника; вместо этого его сопротивление черпает силу непосредственно из его ядра.

«Саландра сказала, что это, вероятно, прекратится, как только его магия поймёт, что он в безопасности и о нём заботятся, но сейчас она знает только то, что на его тело недавно накладывали заклинания, потому что она очень слаба. Если мы ничего не предпримем, его ядро продолжит истощаться, и он умрёт!»

Гермиона и Джинни ахнули, близнецы подбежали и сняли с Гарри чары гламура, когда Рон и Невилл потащили Гарри к двери.

"Ну же, пошли!" Сказал Драко, Гарри, Тедди, Добби и он сам быстро схватились за руки. "Я вернусь, как только смогу", - крикнул Драко через плечо остальным, и все они поняли, что он планировал сделать.

Остальные просто стояли и смотрели, как они исчезли с хлопком, Добби отнес их прямо в лазарет ....

Лазарет

-POP-

"Черт возьми!" Сириус закричал, когда Поппи выпалила неприличное ругательство, заставив Ремуса резко обернуться, а Сириуса удивленно уставиться на нее.

Муди с трудом удержался от того, чтобы заколдовать фигуры, которые только что появились у кровати Дамблдора, когда он встал между ними и Дамблдором, отталкивая Гарри и Тедди назад. Снейпу пришлось поймать (изящно) бутылочку с зельем, которую он собирался передать Поппи, а МакГонагалл остановила то, что она говорила о Маге.

"Что все это значит ?!" Спросила Поппи, игнорируя тот факт, что Сириус все еще изумленно смотрел на нее, услышав ранее ее не совсем уместные слова.

"Хранители!" Сумел выдавить Драко, все еще пытаясь отдышаться после рассказа Гарри и остальным о том, что сказала ему Саландра. "Гарри должен произносить заклинания. Сопротивление Директора исходит из его сути, нам нужно поторопиться! "

Все взрослые в сознании уставились на него, ну, кроме Снейпа, поскольку Драко был его связующим звеном с Custosae.

"Делай, как он говорит!" Приказал Снейп, видя, что никто не двигается, а Муди все еще мешает Гарри добраться до Дамблдора.

"Как...?" Начала Помфри.

"Драко - мое связующее звено с Кастосаи", - заявил Снейп. "Я уверен, он объяснит причину этого позже. Грозный глаз, отойди с дороги. Поппи, расскажи Гарри, какие заклинания нужно произнести. Гарри, делай все, что тебе сказал Драко."

Никто не спорил со Снейпом, мгновенно выполняя то, что им было сказано.

Гарри подошел ближе, не в силах удержаться и в ужасе уставился на обнаженную грудь Дамблдора. Он был довольно подтянутым стариком (как благодаря магии Саландры, так и своему природному телосложению), но, тем не менее, стариком. Все было бы хорошо, но половину его груди покрывал огромный синяк, самые темные участки которого перекрывались болезненным электрическим ожогом, слегка окрашенным странным зеленым свечением. Понятно, что из-за этого он выглядел очень болезненным и хрупким.

Гарри и Тедди (которые читали книгу по анатомии, которую им дала Поппи тем летом), просто посмотрев, поняли, что у Дамблдора сломана ключица, а также второе и третье ребра сверху. Все это было болезненно красочно, и неустойчивый подъем и опадение его груди было единственным, что говорило им о том, что он жив.

Тедди, которого Гарри держал за левую руку, испуганно ахнул и закричал: "Его начинка! Гарри, скорее, помоги ему!"

Гарри посмотрел на Поппи снизу вверх. "Что мне делать?"

Поппи быстро рассказала ему заклинания, которые Гарри немедленно произнес, не глядя в встревоженные глаза Поппи, которые сказали бы ему, что никто в его возрасте еще не должен уметь произносить такие заклинания.

Она держала это знание при себе, надеясь, что это как-нибудь сработает, что удача Гарри Поттера проявит себя еще раз. Это произошло.

Кости срослись, тяжелое дыхание и синяки исчезли, следы, похожие на ожоги, превратились в едва заметные шрамы, а глубокие кровоподтеки стали совсем светлыми; однако зеленый оттенок все еще присутствовал. Гарри надеялся, что это исчезнет, как только он вылечит колено Дамблдора.

Гарри обошел кровать, не обращая внимания на то, насколько он устал, ткань штанов Дамблдора над его коленом уже была разрезана.

Это было окутано очень слабым и разреженным зеленым туманом, хотя Гарри мог разглядеть очень любопытного вида шрам, который покрывал большую часть его колена. Он мог бы поклясться, что это была какая-то карта, но не стал зацикливаться на том, что это было, потому что нужно было подумать о более важных вещах.

Поппи рассказала ему необходимые заклинания, борясь с собой за это, видя, как он устал от выполнения других. Он произнес первое, внезапно почувствовав, что стоит на ногах нетвердо. Он закрыл глаза, надеясь, что магии хватит, чтобы завершить его задание. Внезапно он почувствовал, как его магия бурлит, очень похоже на то, как это было перед вспышкой. Схватив свою палочку, он подождал, пока ощущение усилится, прежде чем произнести заклинание, позволив своей магии проявиться.

Он был слишком напуган, чтобы даже представить, к чему приведет хаотическая магия, пропускаемая через его палочку, но только надеялся, что его воля и Тедди смогут стабилизировать ее и позволить ей делать то, что он хочет.

Заклинание распространилось по ноге Дамблдора, Помфри объяснила, что оно удалит всю поврежденную часть кости, чтобы он мог отрастить скелет.

В лазарете было очень тихо, настолько тихо, что он мог слышать, как дыхание Дамблдора стало более ровным, но он был разочарован, когда обнаружил, что нога и грудь Дамблдора все еще были покрыты зеленым налетом.

Не зная, что еще можно сделать, но понимая, что важна каждая секунда, Тедди решил взять дело в свои руки, прыгнул вперед и обнял Дамблдора за грудь, прежде чем кто-либо смог даже попытаться остановить его. Гарри, все еще чувствуя, что его магия нестабильна, сделал единственное, что мог, и положил руку на спину Тедди на случай внезапной вспышки.

Произошла большая вспышка очень слабого зеленого света.

Тедди и Гарри отбросило назад, и они врезались в беднягу Снейпа, который случайно оказался у них за спиной.

"Гарри!" Крикнул Сириус, бросаясь вперед.

"Я в порядке", - сказал Гарри, и Тедди похлопал его по груди.

"С твоей начинкой все в порядке, она не позеленеет или что-нибудь в этом роде?" обеспокоенно спросил он.

"Я в порядке", — снова сказал он, пытаясь слезть со Снейпа, который, казалось, был в шоке - удар о шкаф от волшебно брошенного мальчика и плюшевого мишки может сотворить такое с человеком.

Тедди спрыгнул с Гарри и быстро подошёл к Снейпу, пока Сириус помогал Гарри подняться.

— Вы в порядке, профессор Снейп?! Ваша серая набивка не смялась? — спросил Тедди, поглаживая голову Снейпа в поисках шишек или других дефектов.

Снейп внезапно пришёл в себя и оттолкнул Тедди, отчего маленький медвежонок упал на спину и проскользил по полу несколько футов.

"Я в порядке", - проворчал он, сдерживаясь, чтобы не огрызнуться, когда посмотрел на Помфри, которая размахивала палочкой над Дамблдором.

Она покорно вздохнула. "Он магически истощен, у него есть несколько синяков, которым потребуется немного больше времени для заживления, и ему нужно будет подрасти, как только он очнется и его ядро восстановит еще немного силы, но я уверен, что сейчас с ним все будет в порядке ".

Затем Помфри обратила свое внимание на Гарри и Тедди, которые поспешили обратно к Гарри, все еще надеясь, что Снейп не получил черепно-мозговой травмы, особенно когда он казался таким раздражительным, но, как он предположил, для него это было нормальным поведением.

"Мистер Поттер, ложитесь прямо сейчас. После всего этого кастинга я не выпущу вас из этой комнаты, пока вы не выспитесь!" Приказала Помфри.

Сириус и Ремус виновато посмотрели на Гарри, когда МакГонагалл помогла ему лечь в постель и укрыла одеялом, а также укрыла Тедди.

Драко поймал взгляд Гарри и слегка кивнул, безмолвно говоря ему, что он и остальные позаботятся обо всём, что может произойти, пока он отдыхает.

Затем Снейп выпроводил Добби и Драко, желая услышать, что ещё Хранители могли рассказать Драко.

Драко быстро рассказал ему то, что уже сообщил остальным: это была магия Саламанды, но из-за источника сопротивления Дамблдора ему нужно было немедленно доставить Гарри в лазарет (отсюда и помощь Добби, хотя она была не так уж и нужна — но только члены Ордена знали о способностях Драко, Гарри и Тедди исчезать).

O o O

Министерство, не говоря уже обо всем Волшебном мире, было в состоянии повышенной готовности и начеку. Артур отправил сообщение в Визенгамот о благополучии Фаджа и о том, что он в безопасности, что стало для них огромным облегчением, поскольку они все еще узнавали имена павших.

Даже секретарша министра не была в безопасности. Ее имя присоединилось к тем, кто пострадал от проклятия Бешенства.

Единственное, что успокаивало сердца выживших, это осознание того, что жертвы "Бешенства" недолго выполняли приказы Темного Лорда — несмотря на мрачную правду, стоящую за этим признанием и облегчением.

Гермиона и остальные продолжали жонглировать сообщениями, Затворнице пришлось показаться МакГонагалл позже той ночью, чтобы дать инструкции по защите и тому подобному (например, кто за чем и кого будет присматривать). МакГонагалл не спрашивала о местонахождении Мага.

Близнецы, Винс и Грег занялись завершением изобретений, над которыми они работали неделями, внезапно пожалев, что у них не было времени закончить их до битвы ранее в тот день, но, по крайней мере, они закончили их сейчас.

Сьюзан и Джинни работали над планами обороны для Министерства, уверенные, что Министерство теперь заручится помощью Custosae для защиты своих сотрудников.

С наступлением комендантского часа Рон и остальные быстро разошлись по своим спальням, Гермиона, Рон и Драко держали зеркала рядом на случай, если кому-то из Друзей понадобится поговорить с ними ночью. К счастью, в этом не было необходимости.

Гарри проснулся от тихого хихиканья Тедди, что могло быть как хорошим, так и плохим знаком. Подняв голову, он увидел, что Тедди сидит на кровати Дамблдора. Гарри быстро сел, надеясь, что директор уже проснулся.

Он не был разочарован.

"Доброе утро, Гарри", - сказал он, выглядя намного лучше, чем несколько часов назад.

Было около 2 часов ночи.

"Как вы себя чувствуете, сэр?" спросил он.

"Намного лучше, и спасибо тебе, Гарри. Тедди только что начал рассказывать мне кое-что из того, что произошло после моего второго отключения сознания", - сказал он.

"Как много он тебе рассказал?" Спросил Гарри.

"Только о том, что случилось со мной и что вы с ним сделали", - ответил он, Тедди кивнул в знак согласия. "Хотел бы я знать, как поживают остальные, как наши люди, так и сотрудники Министерства".

"Не могу сказать, что много знаю об этом, но кое-что знаю".

— Пожалуйста, поделись, Гарри. Я бы позвал Северуса или Минерву, но, думаю, было бы несправедливо будить их после сна, в который они, без сомнения, только что погрузились.

— Люди по имени Железный Человек и Блэйд пострадали, но с ними всё будет в порядке, — сказал Гарри, решив, что минимального объёма информации будет достаточно. — В больнице Святого Мунго есть несколько Амици, которые обеспечивают дополнительную безопасность, и я думаю, что за этой дверью есть ещё двое, которые нас защищают.

"Ты знаешь что-нибудь о министре?"

"Мне сказали, что он в безопасности".

"Гарри, откуда ты все это знаешь?"

Отлично, Гарри. Минимум. Верно.

«С Драко связался Хранитель, и я полагаю, что Хранитель решил, что мы имеем право знать хоть что-то. Он упомянул Амикуса по имени Чеширский, который, возможно, знает больше. Я имею в виду битву», — сказал Гарри.

Дамблдору показалось, что это имеет смысл, поэтому он пошел дальше. Он знал, что Гарри знал о Custosae (будучи человеком, который рассказал им информацию о Риддле - имея его воспоминания и все такое) и что он знал об участии Сириуса и Ремуса в Amici, поскольку жил с ними летом. Неудивительно, что Хранители передали информацию ему и одному из его близких друзей (Дамблдор на данный момент не знал, что Драко - это Тави).

Дамблдор негромко промычал, на мгновение повертев большими пальцами после того, как слегка поерзал в кровати, устраиваясь поудобнее.

"Значит, он получил пророчество?" Спросил Гарри через мгновение.

Дамблдор вздохнул, слегка поворачиваясь лицом к Гарри. Его плечо все еще немного побаливало, но уже не так, как раньше.

"Да", - честно ответил Дамблдор, предполагая, что Сириус или кто-то другой рассказал ему или он подслушал это.

"Ну, не то чтобы он меня уже не ненавидел", - сказал Гарри.

"Нам нужно быть намного осторожнее, Гарри. Теперь, когда он знает, что только ты можешь убить его, и только он может убить тебя, он больше ничего не собирается утаивать".

"Сдерживаться?" Встревоженно спросил Гарри.

"Да, видишь ли, раньше он понятия не имел, что говорится в остальной части пророчества. Все, что он знал, могло означать, что ты станешь его величайшим союзником. В той части пророчества, которую он знал, говорилось только, что у тебя есть сила победить его, а не то, что ты это сделаешь. Теперь, когда он знает, что тот, о ком говорилось в пророчестве, на самом деле ты — отметив тебя как равного себе — и что ни один из вас не может по-настоящему жить, пока жив другой, у него нет причин сдерживаться. "

"Как ты думаешь, что он собирается делать?" Спросил Гарри.

"Я думаю, он ненадолго заляжет на дно, чтобы дать Волшебному миру ложное чувство безопасности, тем более что он понятия не имеет, почему его проклятие не подействовало на меня — и это напомнило мне, вам кто-нибудь что-нибудь объяснял об этом проклятии? Тедди не заходил так далеко раньше. Его позабавило мое желеобразное колено, - сказал Дамблдор, несколько смягчая разговор. "Я рад, что нам сейчас не нужно знать схему лондонского метро, это было бы очень трудно читать".

Гарри улыбнулся, глаза Дамблдора ярко блеснули в темноте.

"Так это действительно была карта?" Спросил Гарри, удивляясь, как, черт возьми, кто-то мог оставить на себе шрам от такой подробной карты.

"Да, я случайно приобрел его в юности. Друг неправильно произнес заклинание и поджег волшебные чернила на карте. В то время карта лежала у меня на колене ".

"Вау", - сказали Гарри и Тедди одновременно.

"Это было очень полезно для меня на протяжении многих лет, хотя, когда я впервые получил это, я не был в восторге от того, что у меня практически на колене вытатуирована секретная карта волшебного подземелья".

"Я могу это понять", - согласился Гарри.

"Итак, Гарри, отклонившись от темы, давайте вернемся к нашей теме".

Гарри кивнул, снова становясь серьезным.

"Волан-де-Морт наложил два новых проклятия, как сказали нам Кастосы. Проклятие Инфери и то, которое называется "Фиктивное проклятие".

"Чем меня ударили?"

"Неполноценный".

Брови Дамблдора поползли вверх.

"И что это должно было сделать?"

Гарри опустил глаза, не желая произносить эти слова вслух. Осознание того, каким мог быть результат, было достаточно тяжелым. Он сморгнул слезы, которые начали собираться в кучу, Тедди придвинулся ближе к нему, чтобы предложить утешение.

"Предполагалось, что я умер и превратился в инфури", - прошептал Дамблдор, способный сделать такой вывод из реакции Гарри.

Гарри кивнул, слегка приглушенно шмыгнув носом, быстро беря себя в руки.

"Что ж, по крайней мере, теперь я знаю, почему Том так смотрел на меня", - пробормотал Дамблдор, прежде чем снова посмотреть на Гарри, который лег на спину, его лицо было скрыто тенью.

Внезапно Дамблдор замер, клянясь, что только что услышал слова "Я ненавижу Хэллоуин", слетевшие с губ Гарри поразительно знакомым тоном.

"Что ты сказал, Гарри?" Мягко спросил Дамблдор.

"Хм?" Спросил Гарри, его явно звала потребность во сне.

"Мне показалось, ты что-то сказал".

"Нет, сэр, я не думаю, что я это сделал".

"О, тогда ладно, мой мальчик".

Они лежали в тишине. Гарри беспокоился, что сказал слишком много, в то время как Дамблдор пытался убедить себя, что мысль, которая только что пришла ему в голову, была невозможной.

"Гарри, прежде чем мы оба снова ляжем спать - поскольку я уверен, что если мадам Помфри застукает нас, у нас будут неприятности - ты же знаешь, что можешь рассказать мне все, верно?"

"Я знаю, сэр", - ответил Гарри, подавляя чувство вины, поднимавшееся внутри него. "Спасибо".

"А я, сэр?" Спросил Тедди, слегка приподнимаясь, не желая оставаться в стороне.

"Конечно, Тедди", - сказал Дамблдор с улыбкой.

"И ты тоже можешь рассказать мне все, что угодно, я умею хранить секреты", - гордо сказал Тедди.

"Я уверен, что это так", - тихо сказал он, весьма довольный поведением маленького медведя.

С этими словами Гарри притянул Тедди поближе к себе и заснул, не обращая внимания на мысли Дамблдора, кружащегося в постели рядом с ним.

Книга 3 - Часть 8: WWW

Мадам Помфри вышла из своего кабинета и увидела зрелище, которое ей нужно было запечатлеть. Быстро вернувшись в свой кабинет за своей волшебной камерой, она вернулась и сделала снимок.

Тедди дремал на груди Гарри, медвежонок висел в воздухе сзади, пушистый хвост и все такое. Рука Гарри покоилась на затылке Тедди, оба не обращали внимания на окружающий мир.

"Я ожидаю копию этого, как только ты проявишь его, моя дорогая", - прошептал Дамблдор, отдыхая на соседней кровати.

Услышав его голос, Помфри быстро положила камеру на стол и подошла к нему, размахивая над ним палочкой.

"Как вы себя чувствуете, директор?" спросила она.

"У меня немного затекло плечо и нога, но в остальном я просто устал", - сказал Дамблдор.

"Ты все еще должен спать, вот почему". Она еще немного помахала палочкой. "Но, несмотря на твои плохие привычки ко сну, твое ядро, кажется, частично восстановило свою силу. Если хочешь, можешь взять skele-grow прямо сейчас."

"Я считаю, что было бы лучше покончить с этим", - сказал Дамблдор, решив, что лучше не говорить ей, что он проснулся рано утром и разговаривал с Гарри и Тедди.

Он не хотел видеть, что она может сделать.

"Минерва, в этом действительно нет необходимости", - услышал Гарри, быстро узнав голос Дамблдора.

"Поппи настаивала", - сказала Макгонагалл, очевидно, что она говорит это по крайней мере в пятый раз. Ее голос был усталым и действительно не располагал к ссоре.

"Но, Минерва, это же..."

Был директором... ныл?

Гарри открыл глаза и, посмотрев рядом с собой, обнаружил Макгонагалл, сидящую на стуле слева от кровати Дамблдора спиной к Гарри. Если бы Гарри пришлось угадывать, то выглядело бы так, как будто она держала Дамблдора за руку, но поскольку он не мог видеть людей насквозь, он не мог быть уверен.

Он услышал вздох Макгонагалл. "Альбус, ты действительно хочешь остаться в этой постели до конца года?"

"Конечно, нет, но..."

"Тогда тебе придется делать так, как говорит Поппи. Это будет не так уж плохо, у многих людей они есть".

Гарри немного приподнял голову, чтобы попытаться взглянуть на Дамблдора. Ему удалось выглянуть из-за Макгонагалл и обнаружить, что Дамблдор прикрыл глаза правой рукой.

МакГонагалл немного поерзала на стуле. "Я бы хотела, чтобы было что-то, что могло бы облегчить тебе это".

Восстановление любого количества костной ткани было болезненным, но значительная часть нескольких костей ноги? Одна из которых была самой крупной костью в теле?! Гарри даже представить себе этого не хотел.

"Ты знаешь, что скелет не будет работать правильно, если с ним будет что-то еще", - сказал Дамблдор, сумев приглушить шипение в конце. "И парализующее заклинание было бы не очень хорошей идеей", - добавил он, как будто смог обнаружить, что именно об этом думала МакГонагалл. «Нервы должны быть способны определять, где растёт новая кость, чтобы направлять магию соответствующим образом — не хотелось бы, чтобы кость росла неправильно».

Гарри поморщился и был уверен, что МакГонагалл тоже поморщилась.

— Что ж, — сказала МакГонагалл, меняя тему (или, скорее, возвращаясь к предыдущей). — Когда я вернусь, он будет у вас, и мы ожидаем, что вы им воспользуетесь! Поппи будет следить за всеми нашими делами, если только подумает, что вы не сделали, как она сказала.

— Если придётся, — сказал Дамблдор таким тоном, словно только что отказался от месячного запаса лимонных леденцов.

"Ты делаешь", - сказала она, теперь уже вполне довольная собой. Она встала со стула, поцеловала его в щеку и покинула больничное крыло, как будто была на задании.

Гарри подумал, что, вероятно, так оно и было.

"Рад знать, что ты проснулся, Гарри", - сказал Дамблдор, все еще прикрывая глаза рукой.

Гарри заставил себя не подпрыгнуть.

"У Дамблдора болит нога", - печально констатировал Тедди.

"Скоро все наладится", - сказал он. "Мадам Помфри сказала, что все будет готово к обеду, хотя она собирается задержать меня здесь по крайней мере еще на день".

"Который сейчас час, сэр?" Спросил Гарри.

"По-моему, около одиннадцати. Мадам Помфри будет удивлена, что ты не поспал дольше".

"О", - выдавил Гарри, немного обеспокоенный тем, что он, возможно, пропустил что-то, связанное с Custosae.

"Все было тихо. Я думаю, Риддл перегруппировывается. Он потерял изрядное количество пожирателей смерти; не так много, заметьте, но достаточно, чтобы заставить его сомневаться в нападении в ближайшее время, - сказал Дамблдор, каким-то образом сумев довольно хорошо скрыть свою боль.

Гарри кивнул, гадая, разрешили ли ему уже вставать с постели. Он не хотел, чтобы Помфри занималась его делом. И о чем Макгонагалл и Дамблдор говорили ранее? Он не знал, но не счел уместным спрашивать, поэтому снова лег.

Завтрак в то утро был торжественным. МакГонагалл встала рядом со столом директора, заставив весь зал погрузиться в тишину.

"Если позволите, я прошу вашего внимания", - начала она, уже привлекая к себе внимание всех присутствующих в зале, но нуждаясь в каком-то месте для начала. "Как я уверен, многие из вас знают, прошлой ночью в Министерстве произошло нападение".

Те немногие, кто не знал, ахнули.

"Я не буду вдаваться в подробности битвы, но чувствую, что вам всем следует сказать, что во время нее был ранен Директор. В настоящее время он выздоравливает в лазарете, и мадам Помфри уверена, что он полностью выздоровеет, но до тех пор я исполняю обязанности директора."

Затем она села, и вскоре на столе появился их завтрак, когда ученики начали перешептываться, волнуясь и задаваясь вопросом, что именно произошло и действительно ли с Дамблдором все в порядке.

Затем вышел Ежедневный пророк.

На первой странице была фотография Атриума, нескольких бойцов Custosae (хотя технически они были друзьями), сражающихся с пожирателями Смерти, снующих работников Министерства.

В статьях подробно описан хаос и текущее количество раненых и погибших, а также описаны героические действия Стражей порядка, включая заявление мистера Блэка за несколько мгновений до нападения, которое, без сомнения, спасло сотни людей.

В нем также упоминается, что Волан-де-Морт проник в сверхсекретный отдел Министерства магии и преуспел в краже предмета, несмотря на попытки Кастоса и Альбуса Дамблдора. Фадж также был включен в статью, по понятным причинам, и заявил, что он находился в безопасном месте, под защитой Custosae, и оттуда общался с Советом управляющих и Визенгамотом.

После подробного описания битвы появилась еще одна статья, посвященная новым используемым проклятиям, несколько человек из Министерства и прессы, очевидно, посчитали, что общественность имеет право знать. Вскоре Проклятие Бешенства стало самым страшным из всех.

День полз незаметно, и обед был таким же ярким, как и завтрак, особенно когда начали поступать жертвы. Нескольким студентам, чьи близкие были ранены, разрешили отправиться в Сент-Мунгос в сопровождении профессора Флитвика.

Тем, чьи члены семьи умерли, разрешили вернуться домой к своим семьям, если они пожелают. В таких обстоятельствах оказалось около десяти учеников.

Перед ужином Гарри разрешили покинуть лазарет, Помфри заверила его, что Дамблдор, скорее всего, будет достаточно здоров, чтобы уйти на следующий день. МакГонагалл еще не рассказала о том, о чем они с Дамблдором говорили тем утром.

"Гарри, как дела? Как Дамблдор?" Спросила Гермиона, когда он вошел в гостиную Гриффиндора.

"Я в порядке, и Помфри сказала, что он, вероятно, сможет уехать завтра, хотя ему нужно отдохнуть по крайней мере неделю. Я думаю, ее слова были: "Никаких напряженных занятий, Альбус, я серьезно! Если я услышу, что ты перенапрягся, я сам притащу тебя обратно сюда, чтобы ты был прикован к постели до конца недели, если не дольше!'"

"Бедный Дамблдор ..." Сказал Рон.

"Да, это было некрасиво".

"Итак, Комната "Приходи и уходи"? Спросил Гарри.

"Определенно, я уведомлю остальных", - сказала Гермиона, быстро доставая свое зеркало, чтобы рассказать остальным.

Все они прибыли в комнату "Приходи и уходи", включая Хагрида и Добби.

Они быстро ввели Гарри в курс того, что происходило, пока он был в лазарете, чего было немного, только то, что министр связался с Правлением и Визенгамотом, и что Министерство усиливает меры безопасности и тому подобное. Проще говоря, они готовились к войне.

"Итак, есть еще какие-нибудь дела Custosae?" Спросил Гарри.

"Ну, Гарри..."

"Забавно, что вы спросили ..."

"Поскольку мы закончили создание нескольких ..."

"То, что будет..."

"Очень полезно", - сказали близнецы.

"Грег и Винс..."

"И Гермиона..."

"Были очень полезны".

"Какие вещи вы все сделали?" Спросил Гарри.

"Вещи, которые мы добавим к нашим поясам", - сказала Гермиона. "Теперь у нас есть оборотная пилюля очарования. Ты берешь это, думаешь о том, как ты хочешь выглядеть - точно так же, как ты делаешь с заклинанием гламура, а затем ты превращаешься в то, на что ты хочешь быть похож. "

"Вау", - сказал Гарри. "Итак, как это работает?"

"Ну, в отличие от оборотного зелья, его можно обнаружить, однако требуется довольно сильный волшебник, чтобы заметить, а если и заметил, человек все равно не может видеть сквозь него. Самое большее, они будут знать, что у тебя есть гламур или что-то похожее, не более того ", - объяснил Грег.

"Хм, это не так уж плохо. Но как насчет глаза Муди?" Спросил Рон.

"Он сможет обнаружить это и увидеть, на какие особенности это влияет, но больше ничего", - сказал Винс. "Он не сможет сказать, как мы выглядим на самом деле".

"Чтобы деактивировать таблетку, вы произносите обозначенное слово действия, которое вы определяете в тот момент, когда проглатываете таблетку, и думаете о том, как вы хотите выглядеть", - сказала Гермиона.

"Как долго это длится?" Спросила Сьюзан.

"Пока гламур может, но знай, что он продолжает магически притягивать тебя, хотя и оченьочень мало".

"Мы также сделали несколько других вещей", - начал Фред.

"Которые послужат отвлекающим фактором ..."

"И другие забавные мелочи, которые раздражают пожирателей смерти".

"Включая болото!"

"Мы называем нашу коллекцию гаджетов ..."

"Волшебник Уизли хрипит!"

"WWW. Мило, - сказал Невилл.

"Как насчет того, чтобы использовать "W" в кубическом формате всякий раз, когда мы ссылаемся на это за пределами этого места?" Спросила Гермиона.

"Нам подходит", - сказал Фред, ухмыляясь.

"Может быть, после того, как Волан-де-Морт уйдет ..."

"И мы покидаем Хогвартс..."

"Мы можем открыть магазин ..."

"И назови это так!"

"Мы с нетерпением ждем этого", - сказал Драко.

Гарри не был уверен, серьезно он говорит или нет.

У Дамблдора был не самый счастливый день. Да, конечно, он смог покинуть лазарет, но за это пришлось заплатить немалую цену.

Выйдя и повернувшись туда, где находился его кабинет, он твердо уперся набалдашником трости в пол.

"Теперь, директор, я хочу, чтобы вы пользовались этим как минимум две недели. Вашей ноге все еще нужно немного подлечиться, как бы вы ни пытались это отрицать", - сказала Помфри.

Дамблдор подавил вздох, опустив взгляд на свою трость.

Ему могло бы понравиться, если бы не тот факт, что он предположительно нуждался в этом. Сделав несколько шагов, он снова взглянул на него.

Голова у него была в виде феникса; огромные крылья были сложены назад, позволяя руке Дамблдора удобно обхватывать его тело. Голова была гордо поднята, и ее было легко разглядеть. По крайней мере, это была довольно достойная трость, подумал он, внезапно возблагодарив Минерву за то, что она лично купила ему трость, а не оставила ее Помфри, которая, вероятно, подарила бы ему ходунки.

Она была настолько жестока. Но он предположил, что был слишком строг к Помфри, не то чтобы это помешало ему очаровать свою трость...

Наконец в своем кабинете он сел и достал волшебную палочку. Несколько раз взмахнув ею над золотым фениксом, он был уверен, что сделал то, что хотел.

Теперь феникс будет звонить всякий раз, когда не будет знать, что Помфри рядом, предупреждая его о ее присутствии.

Откинувшись на спинку стула, чтобы расслабиться, он на мгновение закрыл глаза, размышляя.

Почему Гарри прошептал то, что сказал? Говорил ли Маг с ним раньше? Может быть, он сказал Гарри, что ему тоже не нравится Хэллоуин, и поэтому собственные мысли Гарри позже вернулись к этому разговору? Возможно. Но если это так, почему у меня такое чувство, что я что-то упускаю?

Дамблдор долго размышлял об этом, прежде чем наконец уснуть в ту ночь в лазарете, но тогда, как и сейчас, он ни к чему не пришёл. Ну, почти ни к чему, просто к случайным мыслям «а что, если».

Что, если Гарри больше, чем контакт и источник для Custosae?

Хм, он мог бы быть Другом. Это имело бы смысл, поскольку Сириус и Ремус такие, и после того, как Северус сказал мне, что его контакт - юный Малфой, это, конечно, заставляет меня задуматься, но роль Драко во всем, вероятно, во многом связана с тем фактом, что родители Драко были убиты, чем с чем-либо еще...

Нет...Гарри кажется более важным для Мага, чем это, потому что именно Маг убедил меня рассказать Гарри о пророчестве, которое он уже в основном знал. Теперь определенно понятно, почему Маг, казалось, не был должным образом обеспокоен тем, что я собираюсь рассказать маленькому мальчику о таких тревожных вещах, поскольку он знал то, что знал Гарри, потому что Гарри рассказал ему.

Но это еще одна тревожная мысль.

Как Гарри узнал, что делиться этими вещами с Магом безопасно, если он не делился ими ни с кем другим? И это возвращает нас к вопросу о том, как Кастосы вступили в контакт с Гарри без чьего-либо ведома. Возможно, это из-за зеркал, поскольку я уверен, что они знают, что я бы заметил увеличение рассылки писем, когда бы они приходили к Гарри, таких как те письма Гринготта, которые я видел, как он получал несколько раз.

Может быть, мне просто спросить Мага, когда мы поговорим в следующий раз. Мы оба на одной стороне, у нас одинаковые мотивы и желание защищать, и после всего, у него не может быть особых причин не говорить мне что-то подобное.

Дамблдор кивнул сам себе, решив, что именно так он и поступит при их следующей встрече.

В тот вечер, когда они шли в Большой зал на ужин, было тихо, и очень мало кто спрашивал Гарри о том, где он был раньше — вероятно, благодаря Армии Хогвартса.

Все расселись, ожидая, что МакГонагалл встанет и, возможно, сделает объявление, но она этого не сделала. Она осталась сидеть.

Прежде чем многие успели задуматься, что происходит, легкий стук в передней части зала заставил всех замолчать.

Там был Дамблдор.

Он только что вышел из боковой комнаты и вошел в Большой зал. Как обычно, его кричащая мантия соперничала с потолком зала, но их взгляды быстро остановились на том, на что он едва опирался.

Трость. Однако, вместо того, чтобы сделать его слабым и старым, она сделала его еще более могущественным, решительным и мудрым.

Он направился к столу, едва слышный стук донесся до всех.

В нем говорилось Гарри и Гермионе (а также нескольким другим), что Дамблдор почти не пользовался тростью. Резкого взгляда Помфри на Дамблдора было достаточно, чтобы понять, что она тоже пришла к такому же выводу. Дамблдор просто улыбнулся ей, сверкнув глазами.

Он остановился перед своим стулом и оглядел их всех, сияя, прежде чем попытался поприветствовать, но прежде чем он смог, раздался громкий рев почти от всего студенческого корпуса, все они поднялись на ноги.

Вскоре после этого профессора встали и присоединились к радостным возгласам, Флитвик взволнованно пищал, в то время как грубоватый благодарный голос Хагрида и оглушительные хлопки доносились с другого конца стола. МакГонагалл незаметно смахнула слезу, гордо стоя рядом с Дамблдором.

Затем близнецы, а вскоре и весь стол Гриффиндора (и несколько человек с других столов) начали скандировать:

"А-Д! А-Д! Ничто не остановит - шмеля!"

Глаза Дамблдора дико мерцали, заставляя задуматься, были ли это миниатюрные галактики или что-то в этом роде.

Ужин, по понятным причинам, закончился поздно вечером.

Дамблдор знал, что его не поймают; он никогда не смог бы дослушать до конца, если бы его поймали.

Он посмотрел в конец коридора, радуясь, что поблизости никого не было, и быстрым шагом направился ко входу в Комнату. Ранее тихий стук его трости исчез; хотя это было из-за заглушающего заклинания, которое он наложил на нее.

Наконец, он добрался до Комнаты и позвал Саландру.

: Мастер, рада видеть вас снова, - сказала Саландра, выходя из тени.

"Привет, Саландра, моя дорогая".

Саландра взглянула на трость.

: Полагаю, никто не знает, что ты пришел навестить меня?:

"Нет, я не думаю, что им понравится мысль о том, что их все еще выздоравливающий директор будет спускаться по лестнице в относительной темноте", - сказал Дамблдор с улыбкой.

: Я бы надеялась, что нет: сказала Саландра, хотя ее это явно забавляло. : Что ж, как бы я ни была рада вас видеть, я понимаю, вы пришли не просто в гости.:

"Нет, ты прав".

: Хочешь узнать больше о том, почему твоя магия отреагировала именно так?:

"Да, так что в следующий раз, хотя я надеюсь, что следующего раза не будет, я, возможно, смогу это контролировать или предотвратить. Я не хочу обременять Гарри больше, чем у меня уже есть ".

: Конечно, мастер:

Она немного подалась вперед, прежде чем опуститься поудобнее. Дамблдор наколдовал удобное кресло.

: То, что я собираюсь вам рассказать, является очень опасным знанием, и я хочу, чтобы об этом знали очень немногие:

"Хорошо, я оставлю это при себе, и если я почувствую, что должен поделиться этим с кем-то, я сначала спрошу тебя".

Она кивнула.

: Источник общей магии василиска находится в наших глазах, и только когда мы впервые убиваем, магия распространяется на остальные части нашего тела, обеспечивая защиту и добавляя силы благодаря энергии, которую мы только что получили от нашей жертвы.

: Давным-давно волшебник использовал эту силу, силу, которая заставляет нашу магию полностью пробуждаться и впитывать жизненную силу из нашей молитвы. Он превратил это в заклинание, заклинание, которое Риддл знает очень хорошо:

Саландра сделала паузу и посмотрела на Дамблдора долгим взглядом, наблюдая, как он доходит до истины.

"Смертельное проклятие?" прошептал он.

: Да, магия смертельного проклятия такая же, как магия, которая заставляет работать сияние моего рода, и сила, которую мы взяли, чтобы окутать нас своей могущественной защитой:

"Итак ... когда я подвергся воздействию этого ..." - прошептал Дамблдор, вспоминая прошлое. "Сразу после того, как я получил удар в колено, мимо меня пролетело смертельное проклятие...должно быть, именно поэтому моя магия от тебя вскоре обвила мою ногу. Он почесал подбородок, продолжая думать. "А потом Проклятие Инфери, в нем были зеленые полосы ..."

Саландра кивнула, довольная, что он так быстро все собрал, но с другой стороны, чего еще она могла ожидать от Дамблдора?

"Значит, магия в смертельном проклятии действует на меня противоположно?"

: Честно говоря, я не знаю, что произойдет, если в тебя попадет прямое попадание, учитывая, что ты не василиск и у тебя не такой уровень пристального взгляда, как у меня:

"А как же Гарри и даже мистер Малфой?"

: Я не знаю. Гарри - это другой случай, как и юный Драко. Магия Гарри хаотична, и хотя у него есть немного моей магии, у него также есть магия Фоукса, которая противостоит моей. Я даже не могу предположить, что может произойти, если это проклятие поразит его.:

"Ну, это объясняет несколько вещей, например, почему смертельное проклятие не может убить василиска", - сказал Дамблдор.

Саландра, казалось, улыбнулась этим словам. : Да, я полагаю, так оно и есть:

"Итак, есть ли способ контролировать эту магию?" Спросил Дамблдор, очень похожий на голос первокурсника, который только что познакомился с магией.

: Возможно, потому что с практикой ты сможешь контролировать свой взгляд и включать его по своему желанию. Так делал мой первый учитель. Если тебя снова ранят, я верю, что если ты сосредоточишься на привлечении своей магии, ты сможешь позволить себе хотя бы минимальное лечение, и после этого, я уверен, твоя магия успокоится до конца пути:

Дамблдор кивнул. "Думаю, я попробую попрактиковаться в этом. Как ты думаешь, это будет похоже на окклюменцию?"

: Возможно, мой первый учитель не пытался получить такой большой контроль, хотя смертельное проклятие не было проблемой в его время:

"Хорошо, спасибо, моя дорогая".

: Добро пожаловать, Мастер, но я действительно считаю, что вам лучше уйти сейчас. Не хотел бы никого заставлять волноваться:

"Или вызови поисковую группу", - согласился Дамблдор.

Дамблдор поднялся обратно по лестнице, решив, что последует совету Помфри, только на этот раз, и воспользуется треклятой тростью.

Книга 3 - Часть 9: Помощь

- - - Книга 3 - Часть 9: Помощь

Дамблдор внезапно сел, на него снизошло озарение ранним утром.

Как он мог быть ТАКИМ СЛЕПЫМ !?

Это было так просто! Это все объясняло!

Он стал слишком старым? Как он мог полностью игнорировать это простое объяснение? Пропустил то, что месяцами смотрело ему прямо в лицо?

Возможно, это были лимонные дольки; возможно, слишком много сахара что-то сделало с его мозгом. Должно быть, так и было; многие люди продолжали говорить ему, что он съел слишком много сахара. МакГонагалл даже уговорила его перестать есть сладости хотя бы на один день.

Он не смог дожить до завтрака.

Но сахар был таким вкусным, и лимонные дольки...

Дамблдор встряхнулся, напоминая себе, почему он внезапно проснулся.

Гарри и Кастосы, все обдумав, пошли рука об руку. Теперь он это увидел. Теперь понял.

О, как же он это пропустил ?!

Но сейчас это не имело значения, он увидел это сейчас, и в этом было столько смысла!

Кастосы не были инициаторами контакта с Гарри, Гарри вступил в контакт с ними!

Через Хагрида.

О, как он мог забыть, что Хагрид был Кустосаем?

Гарри пришел к нему, когда ему приснился его первый кошмар в Хогвартсе. Дамблдор хорошо помнил ту ночь, когда МакГонагалл пришла в его покои, чтобы сказать ему, что Невилл разбудил ее, чтобы сказать, что Гарри приснился страшный кошмар, и что вскоре после этого она проводила очень расстроенного Гарри к Хагриду.

Хагрид, который, без сомнения, выслушал рассказ Гарри о своем кошмаре и, вероятно, показал, что это было нечто большее, чем просто тревожные сны ... это были воспоминания.

Что сказал Хагрид?

"... эти сны ...носят суровый характер, и я думаю, что могу с уверенностью сказать вам, не выдавая желаний Гарри, что они были у него столько, сколько он себя помнит. "

Да. Столько, сколько он себя помнил...

Дамблдор вздохнул, в очередной раз пожелав, чтобы Гарри не приходилось страдать от подобных вещей, прежде чем снова погрузиться в свои мысли.

Да, Дамблдор все еще спрашивал Мага о том, как они привели Гарри в Custosae и как много Гарри на самом деле знал о них, но, по крайней мере, он выяснил, как Гарри и Custosae стали так близки.

Дамблдор усмехнулся про себя.

Все это было связано через его хранителя, симпатичного полувеликана.

Как он мог упустить из виду такой очевидный (и не только потому, что Хагрид большой) фрагмент головоломки?

Следующие дни были относительно мирными, учитывая, какими были предыдущие, хотя Гарри и Кустосы очень старались определить, каким будет следующий шаг Риддла. Однако в середине той недели Гарри решил поговорить об этом с Руком и спросить его, есть ли у него какие-нибудь идеи.

Он сделал.

"Темный Лорд может быть терпеливым, когда ему нужно", - сказал Рук через зеркало. "Я верю, что он подождет до праздников, чтобы предпринять что-нибудь серьезное".

"Хм", - промычал Гарри, размышляя.

"Я полагаю, он хотел бы сделать что-то непосредственно против своих врагов, например, против их семей".

"Как и их дети ..." Прошептал Гарри, внезапно придумав наиболее вероятный поступок Риддла. "Он напал бы на поезд".

"Это, без сомнения, главная цель, и он бы ею воспользовался".

"Я должен поговорить с Длинной Бородой и придумать защиту".

"Мой клан и Нация Гоблинов в вашем распоряжении", - сказал Рук, коротко кивнув. "Мы готовы разместить в поезде подопечных, как атакующих, так и оборонительных, и, если Длинная Борода согласится, мы также были бы готовы лично отправить нескольких наших благородных стражей".

"Спасибо тебе, Рук. Ты великий и благородный союзник", - сказал Гарри, чувствуя себя слегка ошеломленным всем, что Рук предлагал ему.

"Как и ты. Я очень серьезно отношусь к своим клятвам, как, я знаю, и ты. Ты почетный член моего Клана, дитя, а также уважаемый лидер. Для меня большая честь помогать вам."

Гарри моргнул, решив, что лучше всего просто двигаться дальше и принимать его комплименты с изяществом и кивком. "Я поговорю с Длинной Бородой и назначу время, когда вы двое могли бы встретиться. Я думаю, он хотел бы встретиться с человеком, организующим защиту Хогвартс-экспресса."

"Я бы ожидал не меньшего", - сказал Рук, прежде чем отключить свое зеркало.

Вскоре после этого Гарри и остальные написали письмо, в котором договорились о встрече с Дамблдором. Магу было о чем поговорить с Длинной Бородой.

Гарри и остальные шли на ужин, Дамблдор только что подошёл к ним сзади, а мадам Помфри, о чём они не знали, была за углом. Оглянувшись, они увидели, что Дамблдор идёт, держа трость как дубинку, а не так, как положено.

"Здравствуйте, профессор Дамблдор", - поздоровалась Гермиона.

— А, привет, ты готов к обеду? Я слышал, что домовые эльфы приготовили для нас сегодня что-то грандиозное. Кажется, на десерт будут эти чудесные маленькие вишенки в шоколаде.

"Они такие хорошие повара!"

Гарри и остальные скрывали весёлые улыбки, находя бесконечную любовь Дамблдора к сладостям забавной.

Но прежде чем кто-либо из них успел ответить, трость Дамблдора издала трель. Глаза Рона расширились, когда Дамблдор немедленно положил трость и оперся на неё, как будто всё это время пользовался ею.

— Директор, я как раз искала вас! — сказала мадам Помфри, выходя из-за угла.

Рон чуть не подавился, когда она подошла к ним. Гермиона и остальные в замешательстве посмотрели на Рона. Над чем он смеялся?

"Ах, мадам Помфри, я как раз говорил о восхитительных десертах, которых мы должны с нетерпением ждать", - сказал Дамблдор, когда Помфри одобрительно посмотрела на трость, твердо воткнутую в пол. "Тебе что-то от меня нужно?"

"Тебе нужно принять это сегодня вечером перед ужином. Зная, как быстро проходит ужин в Большом зале, я подумала, что будет лучше, если я дам тебе это заранее", - сказала она, вручая ему таблетку и маленькую бутылочку с зельем.

"Еще раз, для чего это?" Спросил Дамблдор, едва удерживаясь от того, чтобы не показать свою неприязнь к чему бы то ни было.

"Таблетка поможет мышцам ваших ног еще больше укрепиться, а зелье поможет с вашими сухожилиями и тому подобным".

"Хм. Ты уверен, что они необходимы?" спросил он, неуверенно глядя на них.

"Альбус, да. Тебе обязательно всегда спрашивать?"

"Я всегда надеюсь, что ответ изменится".

"Вы безнадежны, директор", - сказала она, прежде чем уйти и покачать головой.

Гарри наложил на себя необходимые заклинания, пока Рон и остальные готовили комнату.

"Эй, Рон, пока я не забыл, что было такого смешного перед ужином, когда мы были с Дамблдором и Помфри в холле?" Спросил Гарри.

Рон подавил смешок, или попытался. - Его трость... - выдавил он, внезапно не в силах больше сдерживать смех.

"Что?" Спросил Драко, остальным стало по-настоящему любопытно.

"Феникс", - сказал он, немного успокоившись. "Я не думаю, что у меня есть способ перевести это точно, но ... чувак, это так здорово!"

"Что, Рон, о чем ты говоришь?" Спросила Гермиона, пытаясь не раздражаться из-за того, что не знала, что было такого смешного.

"Дамблдор повесил будильник на свою трость!"

"Тревога?" Спросил Невилл. "Почему?"

"Чтобы предупредить его, когда Помфри будет рядом!" Он снова начал смеяться. "Когда раздалась трель, она сказала что-то вроде "Ах! Сумасшедшая медсестра близко! Используй меня! " Чувак, я хотел бы дать тебе перевод получше, но я просто не могу ".

Остальные теперь смеялись, теперь понимая, что Рон находил смешным.

"Эй, ты думаешь, он поставил фильм о Волдеморте?" Спросил Грег.

"Это было бы здорово, интересно, что бы там было сказано?" Спросил Невилл.

— Гр-р-р! Злой психопат близко! Уничтожьте его! — закричал Рон, прежде чем снова расхохотаться.

Им потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться и вспомнить, зачем они здесь.

— Что ж, увидимся позже, — сказал Гарри, доставая маленькое зеркало, чтобы поговорить с Дамблдором.

Остальные кивнули и тихо вышли из комнаты.

Незадолго до ужина Драко удалось передать Снейпу сообщение для Дамблдора, в котором было время поговорить Длинной Бороде и Магу. Пришло время.

"Длинная Борода", - сказал Маг, теперь полностью успокоившись.

В поле зрения появился Дамблдор, сидящий в своей каюте.

"Маг, я надеюсь, ты в порядке?" Спросил Дамблдор.

"Да, а ты сам? Как тебе трость?" Спросил Маг, едва сдерживая улыбку.

"Великолепно, однако, я с нетерпением жду момента, когда от меня больше не потребуется использовать это, хотя к тому времени это может стать просто еще одной моей причудой ".

Маг улыбнулся, задаваясь вопросом, сделает ли Дамблдор трость постоянной частью своего гардероба только для того, чтобы услышать ее предупреждающий звон, прежде чем решить, что пришло время перейти к делу. Он встряхнулся от своих мыслей.

"Что ж, причина, по которой я попросил вас поговорить, заключается в том, что я пришел к нескольким тревожным выводам, и я уверен, что вы тоже пришли. Я поговорил с одним из моих самых надежных союзников, и мы пришли к выводу, какой, скорее всего, будет следующая цель Риддла. "

"Мои ученики", - заявил Дамблдор довольно опасным тоном, если кто-то должен был это признать. Это было довольно страшно.

"Да, хотя я считаю, что когда и где вызывает больше беспокойства. Поезд - довольно крупная и незащищенная цель, и нанесение удара в праздничные дни было бы тяжелым ударом по Волшебному миру. Мы с моим союзником хотим и готовы предотвратить это."

"Какие у тебя планы?" Спросил Дамблдор, молча признавая, насколько беззащитным был "Хогвартс Экспресс".

"Если вы согласны, Рук, мой союзник, готов лично встретиться с вами в вашем офисе и предоставить определенную защиту, которую могут предложить его семья и братья. У вас нет обязательств оплачивать их услуги - Рук более чем счастлив сразиться с Риддлом бесплатно. "

"Я бы очень хотел встретиться с Руком. Когда он сможет встретиться со мной?" Спросил Дамблдор, не в силах скрыть свое любопытство и нетерпение по поводу встречи с помощником Мага.

"Завтра в час дня для него самое подходящее время".

"Завтра в час - это то самое время", - согласился Дамблдор.

Маг коротко кивнул и улыбнулся.

"Что ж, я полагаю, это все, что мне нужно с тобой обсудить. У тебя есть что-нибудь, о чем ты хотел бы поговорить со мной?"

"Вообще-то, да. Честно говоря, это уже некоторое время вертелось у меня в голове, но из-за всего этого не было подходящей возможности поднять этот вопрос", - начал Дамблдор. "Но для некоторого душевного спокойствия я должен спросить. Насколько Гарри Поттер близок к семье Custosae? Он похож на молодого Малфоя, посланника Amici? После того, что я видел, прав ли я, предполагая, что он нечто большее?"

Маг моргнул, довольно хорошо скрывая свое потрясение, хотя Дамблдор смог заметить тот факт, что тот застал его врасплох. Маг слегка выпрямился, и Дамблдор подумал, не переступил ли он какую-то черту.

"Да, я полагаю, вы были бы правы, предположив это", - наконец сказал Маг.

"Тогда ты понимаешь мое беспокойство?"

"Что именно вас беспокоит?"

Теперь настала очередь Дамблдора занервничать.

"Ну, когда я впервые начал подозревать его в причастности, я беспокоился о том, как ты с ним связался, поскольку, если тебе это удалось, Риддл мог бы сделать то же самое".

"Уверяю вас, Риддл не сможет связаться с Гарри так, как это сделали мы", - заявил Маг.

"О, я знаю это. Я пришел к этому ответу прошлой ночью, вот почему меня это больше не беспокоит", - сказал Дамблдор, глядя на Мага своими мерцающими глазами.

"О?" - спросил Маг, едва скрывая свое беспокойство.

Дамблдор догадался об этом?

"Не знаю, почему я не понял этого раньше, ответ некоторое время смотрел мне прямо в лицо". Маг почти почувствовал, как его сердце остановилось, когда Дамблдор продолжил. "Я бесконечно благодарен Гарри за то, что он подружился с Маленьким Джоном (Хагридом). Я не хочу представлять, где бы он был, если бы не Маленький Джон. Я почти не сомневаюсь, что Гарри не был бы сейчас здесь, если бы вы и ваши люди не узнали определенные вещи о нем. "

Маг испустил вздох, о котором и не подозревал, что задерживал дыхание.

"Ну, что ж, мы с Кустосами также благодарны Маленькому Джону за участие. Без него ничего бы не получилось, это точно ", - сказал Мэдж, сдерживая свое бешено колотящееся сердце.

Дамблдор этого не понял!

"Есть одна вещь, которая все еще беспокоит меня, и я надеюсь, ты не подумаешь плохо обо мне за то, что я спрашиваю, но откуда Гарри знал, что может доверять тебе? Знал ли он, что Маленький Джон собирается поделиться с вами тем, что он рассказал ему о воспоминаниях? Я не думаю, что Маленький Джон поделился бы с кем-либо тем, что он только что узнал, без разрешения Гарри, потому что он даже скрыл от меня информацию о воспоминаниях - не то чтобы я расстроен этим, потому что, честно говоря, я не думаю, что смог бы хорошо воспринять эту новость в то время - но, поразмыслив об этом некоторое время, я задаюсь вопросом, почему Гарри позволил Маленькому Джону рассказать вам ", - сказал Дамблдор, в то время как про себя подумал: "Когда он не сказал мне ".

"О чем конкретно ты спрашиваешь?" Спросил Маг, понимая, что приближается к опасной территории.

"Гарри вступал с тобой в контакт?" Спросил Дамблдор, уступая и просто спрашивая напрямик.

Маг кашлянул, в очередной раз не сумев полностью скрыть свое удивление. Взяв себя в руки, он встретился взглядом с Дамблдором и обнаружил, что тот с любопытством ждет.

Маг быстро подумал, решив, что правда - лучшая, или, по крайней мере, столько правды, сколько возможно и безопасно.

"Я изо всех сил старался держаться на расстоянии, по крайней мере, там, где мог, в отношении Гарри, но я могу держаться только до сих пор", - сказал Маг, что технически было правдой. "Но да, Гарри вступил со мной в контакт".

"Понятно. Он знает о твоем положении?" Спросил Дамблдор, не то чтобы встревоженный, скорее заинтригованный.

"Да, очень похоже, но не волнуйся, он принес соответствующие клятвы и все такое", - сказал Маг, слегка наслаждаясь тем фактом, что удивил Дамблдора.

"Так я понимаю, он почетный Хранитель?"

"Полагаю, можно сказать и так", - сказал Маг с улыбкой.

"Что ж, учитывая все, я согласен с вашим решением включить его в список, и хотя часть меня знает, что я не должен удивляться, я все еще поражен, узнав, что кто-то вашего положения проявил к нему такой интерес. Я надеюсь, что мы вдвоем сможем уберечь его, - сказал Дамблдор.

Маг кивнул, борясь с чувством вины за то, что скрыл от Дамблдора всю правду, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать. Надеюсь, когда правда выйдет наружу, Дамблдор поймет и простит его.

На следующий день, в 12:58

Дамблдор стоял в своем кабинете, ожидая, чтобы поприветствовать союзника Мага перед камином после того, как тот вошел. Он задавался вопросом, кто такой "Рук" и что это за человек, если Маг считает его одним из своих "самых надежных союзников".

Он сказал МакГонагалл, что у него будет очень важная встреча и его нельзя беспокоить. МакГонагалл была заинтересована, но знала, что лучше не задавать ему вопросов в то время.

Наконец, камин вспыхнул зеленым, и из пламени появилась фигура.

Он моргнул, едва скрывая своё изумление, и сделал шаг вперёд, слегка поклонившись с тростью в руке.

— Рук, мы — отряд защитников. Я — Длинная Борода, и я рад с вами познакомиться. Мадж отзывался о вас только хорошо, и я смиренно благодарю вас за предложенную помощь, — сказал Дамблдор, разглядывая стоящего перед ним смелого гоблина.

Он выглядел очень знакомым, по крайней мере, для гоблина, но Дамблдор никак не мог вспомнить его имя. Возможно, это было и к лучшему.

— Не стоит благодарности, Длинная Борода, или лучше называть вас директором? — спросил Рук.

— Как бы то ни было, мой кабинет надёжно защищён. Пожалуйста, присаживайтесь, — сказал Дамблдор, указывая на стул, стоявший чуть впереди его стола, и сам сел на стул напротив Рук. На этой встрече он не сел за стол, поскольку Рук определённо не был студентом и заслуживал того, чтобы к нему относились как к равному.

Рук сел, как его попросили, кивнув в знак благодарности.

Мысли Дамблдора лихорадочно соображали. Какой силой и влиянием обладал Маг, чтобы иметь гоблина в качестве союзника? А затем Дамблдор мысленно замер, вспомнив слова Мага...

«Рук, мой союзник, готов лично встретиться с вами в вашем кабинете и представить определённые гарантии, которые могут предложить его семья и братья. Вы не обязаны отплачивать им за услугу...»

"Сейчас вы задаетесь вопросом, почему гоблин согласился сделать это, верно?" Рук спросил, не дожидаясь ответа, и продолжил, ничего не утаивая. "Я скажу вам почему. Слишком долго Волшебный мир приходил в упадок, приветствуя коррупцию и отмахиваясь от справедливости и уважения. На протяжении веков мой вид молча наблюдал, почти так же высокомерно и тщеславно позволяя волшебному миру продолжать свой упадок - но не более.

"Пришло время прекратить все подобные вещи. Пришло время перемен, революции, и я, наконец, нашел того, кто поведет нас всех. Когда он впервые пришел ко мне, я был поражен, что такая душа существует, но я знал, что нужно было сделать, если я хотел что-то изменить в отношениях с ним. " Рук наклонился вперед в своем кресле, его лицо смотрело прямо в глаза Дамблдору.

"Он спросил меня, что бы я сказал, если бы он сказал мне, что у него есть способ начать исправлять все это, и хотел бы я быть частью этого. Часть чего-то, что уничтожит Волан-де-Морта раз и навсегда, уничтожит расистские идеалы Министерства и укрепит твердое стремление к миру между нашим народом и всеми другими волшебными нациями ", - сказал Рук. "Директор, я не верю, что вы полностью осознаете, что представляет собой Маг и какие перемены произойдут из-за него. Осмелюсь сказать, что он станет величайшим волшебником нашего времени, если уже им не является, и одним из величайших лидеров всех времен.

"Теперь, раз уж я это сказал, позвольте мне начать с предложения того, что мои родственники готовы предложить вам и вашим ученикам".

Дамблдор кивнул, ничуть не обидевшись на то, что ему не дали сказать ни слова, пока Рук перечислял предложения.

«Отряд благородных гоблинов-охранников, незаметно патрулирующих Хогвартс-экспресс, получит новый набор полностью активированных защитных и атакующих чар. Эти чары также будут отправлять отчёты о состоянии в указанные места, чтобы помощь могла прийти, если поезд подвергнется нападению, хотя я и сочувствую бедному глупцу, который осмелится бросить вызов вооружённому гоблину-воину...» — ухмыльнулся Рук, и Дамблдор втайне признался, что ему немного не по себе, и он ещё больше благодарен Магу за то, что тот подружился с гоблинами. «Мы также готовы патрулировать платформу 9 ¾ и часть маггловского вокзала для ваших магглорождённых студентов. Вы можете взять всё или часть из того, что я только что описал».

Дамблдор откинулся назад, впервые за долгое время явно ошеломленный.

"Целое подразделение благородной гвардии?" Ошеломленно переспросил Дамблдор. "Публика не видела их более полувека. Последний раз они появлялись перед Гринготтсом во времена Гриндевальда ... "

"Маг был очень увлечен защитой студентов Хогвартса", - просто сказал Рук. "Я уверен, что это вызовет настоящий переполох и разозлит Волдеморта, но Нации гоблинов пора перестать быть нейтральной стороной и занять твердую позицию. Кроме того, срок действия ряда старых соглашений скоро истекает. Нам нужно выработать новую общественную позицию, не говоря уже о политике. "

"Если ты сделаешь это, ты также превратишь себя в новую мишень для Волан-де-Морта, и многие в Министерстве усомнятся в твоих мотивах", - заявил Дамблдор.

"Тем лучше для Мага. Волан-де-Морт будет слишком сосредоточен на нас, чтобы утруждать себя более глубоким изучением Кастосы и ее лидера, думая, что мы действуем из наших обычных деловых побуждений", - заявил Рук. "Что касается Министерства, то меня это не касается".

Это удивило Дамблдора еще больше. Гоблины были готовы стать чем-то вроде приманки?

"Это тебя удивляет?" Спросил Рук, явно забавляясь.

"Признаю, это так. Я никогда бы не подумал, что Нация гоблинов способна на такое. Мне любопытно, что сделал Маг ..."

"Ничего. Именно это делает его таким совершенным. Волдеморт будет выяснять, какую возможную выгоду получат мои родственники и с кем мы заключили сделку, но он ничего не найдет и не узнает, потому что мы ничего не получаем за это предприятие. " Рук ухмыльнулся. "И прямо сейчас я не верю, что Маг обнаружил это последствие, но я с радостью принимаю в нем участие, хотя, как только он узнает об этом, я уверен, он не будет доволен тем, как мы сознательно и охотно стали прикрытием для него ". Рук вздохнул, становясь серьезным и по-настоящему искренним.

Дамблдор задумался, был ли он первым человеком, ставшим свидетелем подобного зрелища.

"Он первый и на данный момент единственный человек, за которого я с гордостью отдал бы жизнь", - заявил Рук.

Дамблдору удалось скрыть большую часть своего изумления за тяжелым морганием, заявив, что этот день был самым наполненным сюрпризами за всю его жизнь, и в то же время он был очень благодарен, что у него здоровое сердце и низкое кровяное давление - иначе он был уверен, что к настоящему времени у него было бы несколько сердечных приступов.

"Итак, директор, вы хотите принять приглашение?" Спросил Рук.

"С благодарностью", - согласился Дамблдор, прежде чем они перешли к более тонким пунктам плана и мерам защиты.

Рождество быстро приближалось, занятия и встречи с армией Хогвартса продолжались.

Была суббота, Гарри теперь был одним из немногих оставшихся людей, кто еще не создал патронуса, но, в отличие от всех остальных, Гарри еще не создал ни тумана, ни света вообще. Независимо от того, какое воспоминание он использовал или на чем сосредотачивался, это было бесполезно.

"Готовы?" Спросил Драко. "Сомак сегодня снова будет здесь, чтобы помочь нам улучшить некоторые заклинания".

Гарри кивнул, размышляя, улучшит ли он своего патронуса или его отсутствие.

Все вошли в комнату, взволнованные предстоящей встречей / тренировкой.

За последние несколько недель они рассмотрели очень много вещей, включая стратегию, чары щита, атакующие заклинания, простые, но очень полезные заклинания и чары патронуса. Выходных в Хогсмиде не было из-за Волан-де-Морта, что позволило проводить еще больше встреч.

"Хорошо, все знают, над чем им нужно работать", - сказал Вуд, когда все разошлись.

Гарри отошел в угол, Тедди рядом с ним. Он выучит патронуса, что бы ни говорили люди, пытаясь увести его подальше.

"Expecto Patronum!" Сказал Гарри, направляя палочку на стену.

Ничего. Он пробовал снова и снова, используя все мыслимые воспоминания, даже, казалось бы, незначительные.

"Ого! Почему я не могу это сделать? Почти все остальные уже создали телесного патронуса ..." - проворчал Гарри.

"Я думаю, ты слишком стараешься", - сказал Сомак, подходя к нему сзади.

Гарри вздохнул, глядя на свою волшебную палочку.

"Гарри, не каждый может вызвать патронуса", - сказал Сомак.

"Я в это не верю", - прошептал Гарри.

Сомак положила руку на плечо Гарри, прежде чем покачать головой и отойти к другому ученику.

"Гарри, может быть, ты используешь не тот тип памяти", - предположил Тедди.

"Тедди, мы это уже обсуждали, я использовал все воспоминания, которые только мог вспомнить, даже те, которые даже не были счастливыми".

"Возможно, тебе нужны другие эмоции", - сказал Тедди.

"Что потом?"

"Может быть, представишь, что было бы, если бы здесь был дементор?" Предложил Тедди.

"Хм ... не повредит", - вздохнул Гарри, готовый попробовать что угодно в этот момент, но тоже уставший.

Гарри закрыл глаза, повернувшись спиной к остальным в комнате, которые все занимались своими делами.

Снейп помогал Драко и Луне с защитными заклинаниями, Сомак помогал Невиллу с лучшим способом отразить проклятие, МакГонагалл следила за всеми в комнате, чтобы никто не делал ничего опасного, например, близнецы, а старосты и капитаны факультетов помогали там, где было нужно.

Никто больше не обращал внимания на угол, и большинство из них решили оставить Гарри в покое, поскольку было очевидно, что он твёрдо намерен научиться вызывать патронуса, сколько бы раз он ни терпел неудачу.

Гарри выдохнул, мысленно представив дементора и вообразив, что бы он сделал или, по крайней мере, попытался сделать, если бы тот напал на кого-нибудь из присутствующих, например, на Гермиону, Сьюзен или даже Шеймуса.

Тедди подошёл ближе и был единственным, кто заметил, как от ног Гарри потекла волна магии, когда он резко открыл глаза и выставил перед собой палочку. Вскоре все в комнате услышали его рёв: «Экспекто Патронум!»

Прежде чем кто-либо успел среагировать, из конца его палочки вырвался толстый широкий конус золотого света, который безвредно врезался в стену, а затем рикошетом вернулся в комнату, практически воспламеняя сам воздух яркими лучами.

Потребовалось несколько секунд, чтобы магия рассеялась и перед глазами у всех прояснилось, но еще до этого момента все бросились к Гарри.

"Поздравляю, Гарри!"

"Не знаю, что это было, но это определенно было похоже на патронуса!"

"Я знал, что была причина, по которой ты не сдавался!"

"Это было потрясающе!"

Гарри покраснел от похвалы.

Вскоре после этого их встреча закончилась, все были рады за Гарри, что он наконец добился успеха, включая Снейпа, хотя это был неортодоксальный патронус, но когда он вообще делал что-нибудь обычным способом?

Никогда.

"Должно быть, это хаотическая магия, может быть, что-то связанное со слезами феникса?" - Спросила Гермиона, когда они оказались в общей комнате и их услышали не члены Custosae.

"Должно быть", - согласился Гарри, улыбаясь Тедди, который блестяще придумал этот другой метод вызова патронуса.

"Это было определенно мощнее, чем то, что мы создавали, хотя формы не было, только свет", - сказал Рон.

"Ты можешь себе представить ..."

"Насколько это было бы мощно ..."

"Была ли у этого форма?" - спросили близнецы.

"Я не знаю, возможно ли это", - сказала Гермиона. "Похоже, что это связано с другим видом магии внутри Гарри - что напоминает мне, какое воспоминание ты выбрал, Гарри?"

"Я этого не делал, я просто представил ситуацию, в которой мне понадобится заклинание для работы", - признался Гарри, пожав плечами. "Это предложил Тедди".

Тедди смущенно пожал плечами.

"Ты уверен, что у тебя есть начинка вместо мозгов?" Спросил Фред, прежде чем отправиться в общежитие на ночь.

"Почти уверен, а что?" Спросил Тедди.

"Без причины", - ответил Фред, оставляя смущенного Тедди наедине с веселящимся Гарри.

Книга 3 — Часть 10: Благородная гвардия

Праздники наступили на удивление быстро, но всё было подготовлено, и гоблины, как и Хранители, были готовы.

День, когда ученики Хогвартса сели в поезд, чтобы отправиться домой на каникулы, вошёл в историю как первый случай, когда гоблины были назначены для патрулирования и охраны любой части волшебного учреждения.

Понятно, что публи

Книга 3 — Часть 10: Благородная гвардия

ка была поражена и встревожена, задаваясь вопросом о мотивах гоблинов и здравомыслии определенного директора; однако такие мысли приходили в конце дня, когда ученики уходили со своими семьями из 9½ классов и после того, как все было сказано и сделано.

Гарри и остальные подошли к поезду, оставив фестралов позади. Они обнаружили гоблина, стоящего на страже на крыше одного из пассажирских вагонов, вооруженного тяжелым двуручным топором, полностью облаченного в броню, которая заставила бы даже дракона передумать нападать на него.

"Вау. Они определенно не валяют дурака, не так ли?" - Что? - прошептал Рон, когда они приблизились, несколько студентов почти разинули рты, уставившись на гоблина.

Дамблдор предупредил их о присутствии гоблинов, но вид одного из них все равно был шоком.

"Ах, и еще одна мелочь, прежде чем вы все отправитесь навстречу чудесам каникул. Ваша поездка на платформу 9½ будет обеспечена дополнительной безопасностью в виде полностью вооруженной охраны. Я ожидаю, что все вы проявите к ним свое уважение, ибо Благородная гвардия Нации гоблинов не заслуживает меньшего ", - радостно сказал Дамблдор, полностью игнорируя ошеломленные лица перед ним.

Садясь в поезд, Гарри и остальные заполнили одно из купе, гоблины украдкой кивнули Гарри в знак уважения, когда он проходил мимо. Он ответил им не очень вежливо (в том числе и Тедди), заработав несколько странных взглядов от других студентов, прежде чем они последовали его примеру, полагая, что Гарри Поттер знал, что делал, и они не хотели злить Благородную Стражу.

"Как ты думаешь, чем ты будешь заниматься на каникулах?" Невилл ни к кому конкретно не обращался.

"Я не знаю, я, вероятно, остановлюсь на площади Гриммо", - сказал Гарри.

"Мы с Винсом останемся со Снейпом, как и летом", - сказал Драко.

"Ты останешься с Невиллом, Грег?" Спросила Гермиона.

"Да, миссис Лонгботтом решила, что я могу продолжать жить с ней и Невиллом", - сказал Грег, весьма благодарный за этот факт.

"Может быть, мы сможем как-нибудь собраться вместе, может быть, поиграть в снежки или что-то в этом роде", - сказал Рон.

"Да!" Сказал Тедди, вскакивая.

Они наконец прибыли на платформу, все ученики счастливы выйти и встретиться со своими родителями после нескольких месяцев в школе, не говоря уже о недавних событиях в новой войне с Волан-де-Мортом. Однако семьи не ожидали, что поезд, полный их детей, будет сопровождать свита гоблинов.

"Что?" - начинали многие из них, прежде чем разинули рты, увидев, как многие студенты почтительно кланяются охранникам, стоящим у дверей поезда.

Большинство первых учеников, которые сделали это, были частью Армии Хогвартса, но как только некоторые из них были замечены за этим, остальные ученики последовали их примеру, даже те, кто обычно ставил свою гордость выше такого взаимного уважения, такие как Нотт и несколько других слизеринцев и другие неуправляемые личности с других факультетов.

Это было бы достаточно удивительно, но что еще больше потрясло тех, кто был на платформе, так это тот факт, что несколько охранников ответили на движение кончиком своего топора.

Гарри сделал паузу, наблюдая за перепалкой с тихой гордостью. Уважение в волшебном мире не было утрачено, просто им часто пренебрегали. Все, что было нужно, - это инициатор, и им был Custosae.

Все они встретились со своими семьями, Гарри и остальные разошлись в разные стороны, но не раньше, чем договорились, что будут связываться друг с другом через зеркала в полночь через день.

"Итак, чем ты хочешь заняться, когда мы вернемся домой?" Сириус спросил Гарри.

"Хм, я не знаю".

"Украшай!" Крикнул Тедди, прежде чем замолчать, получив удивленные взгляды. "Что? Это то, что люди делают в это время, верно? Я слышал, как некоторые хаффлпаффцы говорили об этом. "

"Мы можем это сделать. На самом деле я никогда не делал этого у Дурслей", - признался Гарри.

"У Дурслей ты особо ничем веселым не занимался, не так ли?" Спросил Сириус, хотя и не ожидал ответа. Он был прав, Гарри слегка пожал плечами. "Ну что ж, тогда мы поставим елку перед ужином!"

Так вот что они сделали вместе с Люпином и Кричером, хотя Сириус пригрозил Тедди, сказав, что прикрепит его к верхушке елки постоянным прилипающим заклинанием, если он не прекратит прыгать с дивана в попытках повесить украшение там, где сможет дотянуться.

Тедди воспринял это не как угрозу, а как угощение.

"Неужели?! Ого!" Воскликнул Тедди, тщетно пытаясь залезть на дерево.

Сириус пораженно вздохнул.

Остальные каникулы прошли без происшествий, хотя Драко и остальные действительно приехали на площадь Гриммо на рождественскую вечеринку, результатом которой стало интересное событие.

Северус Снейп и Стефани Сомак оказались под омелой (без сомнения, подстроенной близнецами), и хотя оба пытались под предлогом удалиться оттуда, Дамблдор (а также ряд других, включая МакГонагалл) и слышать об этом не хотели и побудили их следовать традиции.

Они, казалось, не слишком возражали; хотя, к удовольствию всех присутствующих, какое-то время после этого они были довольно красными. Рон решил не смотреть и притворился, что ничего не произошло.

Наступило рождественское утро, которое, несомненно, было лучшим Рождеством, которое у них у всех было за долгое время. Они обменялись простыми подарками, которые иногда могут быть лучшими из всех. Затем, казалось, что сразу после этого, наступил Новый год. Это было очень похоже на Рождество, то есть это было расслабляюще и мирно, за гранью совершенства, и ощущения были слишком хорошими, чтобы быть правдой.

Удивительно, но ничего плохого не произошло, что лишь послужило предупреждением Гарри и остальным относительно планов Волан-де-Морта. А затем, за день до возвращения в Хогвартс, Опекуны получили кое-какую интересную информацию.

Гарри проснулся от мягкого жужжания у своей кровати. Мгновенно распознав в этом звуке звонок зеркала от Дамблдора, он схватил таблетку оборотного зелья и наложил необходимые заклинания вокруг своей спальни. Тедди тоже проснулся, спрятался за подушкой Гарри и поразился тому, как быстро Гарри превратил свою комнату в одну из комнат мудрого холостяка.

"Длинная борода?" Спросил Гарри, его маскировка была полностью на месте.

"Маг, я счел благоразумным связаться с тобой сразу после получения определенных новостей".

"Что? Что-то случилось?" Спросил Гарри, быстро готовясь услышать довольно мрачные новости.

"Гриндельвальд был найден мертвым в своей тюрьме в Нурменгарде. У меня есть основания полагать, что Волан-де-Морт несет ответственность", - заявил Дамблдор довольно мрачным тоном.

Гарри нахмурился, и нахмурился еще больше, когда всплыло воспоминание.

Он был молодым человеком, смотревшим на отметку на стене. Равносторонний треугольник с кругом в центре и линией посередине. Вскоре после этого, он читал историю о трех братьях, каждый из которых получил подарок от Смерти. Волшебная палочка, камень и плащ.

Он покачал своей головой, удивленный жалкой попыткой автора представить смерть как нечто неизбежное, как будто ничто не могло навсегда предотвратить чью-либо кончину. Жалкие дураки, которые ничего не знали о Крестражах, предметах, которые были ключом к настоящей вечной жизни. Хотя, если бы такие предметы действительно существовали, наличие волшебной палочки не было бы нежелательным.

"Дары смерти?" Спросил Гарри.

Дамблдор слегка отступил назад, явно не ожидая такого ответа.

"Я вижу, ты слышал о них. Как ты узнал, что они замешаны в этом?"

"Есть небольшая догадка, но я не понимаю, почему Волдеморт счел за лучшее убить его. Хотя, я полагаю, если бы он верил, что у Гриндевальда была информация ... ? - спросил Маг, надеясь, что Дамблдор заполнит пробелы.

Дамблдор вздохнул.

"Мне стыдно в этом признаваться, но давным-давно я дружил с Гриндельвальдом. Называйте это юношеским оптимизмом, невежеством или глупостью, но какое-то время я верил в то, что Гриндевальд стремился воплотить в реальность. Чтобы воплотить упомянутую мечту в реальность, Гриндельвальд увлекся собиранием Даров Смерти и сумел заполучить Бузинную палочку."

"Я полагаю, у него больше нет этого?" Спросил Маг.

"Нет", - заявил Дамблдор, прежде чем показать Магу свою палочку. "Да".

Гарри моргнул.

"Это не все, чем мне нужно поделиться с вами, хотя, кажется, вы уже хорошо осведомлены о некоторых вещах", - сказал Дамблдор с легкой улыбкой, прежде чем снова нахмуриться. "Мастер волшебных палочек по имени Грегорович пропал без вести. Именно у него Гриндевальд изначально украл волшебную палочку".

"Так что, вероятно, Волдеморт похитил его, чтобы попытаться узнать, где сейчас волшебная палочка ..." - пробормотал Гарри. "Грегорович что-нибудь знает?"

"Он знает, что это Гриндевальд отобрал у него палочку. Для меня нетрудно сделать следующий шаг", - сказал Дамблдор.

Гарри кивнул. "Что ж, спасибо, что сообщили мне об этих вещах. Я не знаю, смогу ли я что-нибудь сделать с Грегоровичем, но знать, что Волан-де-Морт охотится за Дарами, без сомнения, важно. "

"Не за что, Маг. Если я узнаю что-нибудь новое, я обязательно передам это тебе".

"Хорошо, теперь Дамблдор и Кастосы договорились обо всем с гоблинами. Они знают, что делают. Вам всем не о чем беспокоиться, так что просто наслаждайтесь возвращением в Хогвартс, хорошо? Сказал Сириус, поставив сумку Гарри в поезд вместо него.

"Ладно, Сириус", - сказал Гарри, находя немного забавным то, что было ясно, что именно Сириусу нужно было успокоение, а не ему самому.

Гарри сел в поезд, быстро найдя остальных в одном из средних купе.

Как только они устроились, они закрыли дверь, один из Благородных Стражников патрулировал узкий коридор, в то время как четверо других шли по верху поезда.

"Ты думаешь, он собирается что-то предпринять?" Спросила Гермиона.

"Возможно", - прошептала Сьюзан. "Сегодня утром моя тетя передала мне письмо для нас. Несколько человек пропали без вести, никто из Министерства, но она думает, что в этом что-то есть, поэтому подумала, что отдаст это мне, чтобы я передала это тебе ", - сказала она, вручая письмо Гарри.

"Да, вчера вечером я говорил об этом с Длинной Бородой. Мастер волшебных палочек Грегорович пропал без вести, но не раньше, чем Гриндельвальд был найден мертвым в своей тюрьме ", - сказал Гарри, прежде чем продолжить, рассказав им, что он узнал о Дарах.

"Так у Дамблдора есть Бузинная палочка ?!" Спросил Рон, его глаза были такими же широко раскрытыми.

"Знал старика..."

"Было что-то..."

"У него в рукаве!" - сказали близнецы.

"Ты ведь понимаешь, что это значит, верно?" Спросила Гермиона, но пауза была недостаточно долгой, чтобы кто-нибудь смог ответить. "Волан-де-Морт хочет заполучить волшебную палочку, что также может означать, что он охотится за другими Дарами".

"Хм, возможно, так и есть, поскольку сказано, что тот, у кого есть все три, является Повелителем Смерти", - сказала Сьюзан.

"Волдеморт боится смерти. На самом деле, очень боится", - задумчиво сказал Гарри.

: Трус, не так ли?: Спросил Ревлис из-за руки Невилла.

: Я думаю, это грустно: сказал Невилл, прежде чем снова перейти на английский. "Подумай, как много он мог бы сделать в своей жизни, если бы был другим. Он могущественный волшебник, но он решил потратить свой дар на вещи, которые приносят смерть — то, чего он боится."

Гарри и остальные печально кивнули, но прежде чем кто-либо из них успел прокомментировать дальше, весь поезд дернулся назад, прежде чем снова двинуться вперед.

"Черт возьми!" - Закричал Рон, пока все они изо всех сил старались собраться с силами.

Затем все они услышали звук рвущегося чего-то огромного, похожего на гигантский брезент из плотной ткани, когда мерцающий свет пронесся по всем окнам.

Защита активирована.

Все они повернулись к Гарри, надеясь, что он сможет объяснить им, что происходит, но прежде чем он успел это сделать, они услышали заклинания и несколько звуков, которые можно было назвать только варварскими криками.

Почетный караул.

Выглянув в теперь уже сверкающее окно, они смогли разглядеть несколько темных фигур на метлах, волшебные палочки в руках и проклятия на губах.

"Пожиратели смерти", - выплюнул Драко, вытаскивая палочку.

"Что нам делать?" Спросила Сьюзан.

Гарри откинулся на спинку стула, позволяя себе устроиться поудобнее, пока поезд ехал в сторону Хогвартса.

"Позвольте Охране делать свою работу", - просто сказал Гарри, хотя остальные заметили, что его рука была готова взяться за палочку, когда Тедди придвинулся к нему ближе.

O o O

Все купе заперлись в тот момент, когда старосты убедились, что все ученики разместились внутри, звуки битвы буквально раздавались над головой, когда гоблины на крыше поезда сражались с пожирателями Смерти на метлах.

Выглядывая из окон своих купе, студенты Хогвартса могли только с изумлением наблюдать, как Пожиратели смерти падали один за другим, либо от брошенных топоров, либо от таинственных вспышек света с крыши поезда.

"ГА-ха-ХА-ХА-ХА!" - взревел гоблин, явно наслаждаясь боем, когда поезд содрогнулся.

"Что это было?" Спросила Гермиона.

"Что бы это ни было, звучало не очень хорошо", - сказал Невилл.

"ПРИГНИТЕСЬ!" - внезапно крикнул Драко, отталкивая тех, до кого мог дотянуться, от окна, когда к нему устремился человек в плаще.

БУМ!

Пффффффссссссссххххх!

Поднявшись с пола, они обнаружили разбитое и окровавленное окно, но никаких признаков сбитого мужчины.

Отвернувшись от стены и посмотрев на дверь купе, они внезапно отскочили назад.

На борту был Пожиратель Смерти.

Все они нацелили свои волшебные палочки, собираясь выстрелить в него, несмотря на то, что находились по другую сторону двери купе, но остановили себя, когда злобного вида мужчина был протаранен безжалостной фигурой, похожей на карлика.

Авария!

"Познакомься с моим другом Тором!" - прогремел гоблин, поднимая гигантский молот.

Гарри и остальные тут же отвернулись, не желая видеть смерть Пожирателя смерти, но если бы кто-то посмотрел, то увидел бы, как молот гоблина ударил Пожирателя смерти в грудь, отбросив его далеко в коридор поезда.

"Все в порядке, Поттер?" спросил гоблин, почти полностью закованный в броню, когда махнул свободной рукой на дверь купе, заставляя ее скользнуть в сторону.

"Да, мы в порядке", - сказал Гарри, глядя на доспехи гоблина в попытке опознать его. "Спасибо, Кингрин, но как он попал в поезд?"

"Кажется, он уже был в поезде", - проворчал Кингрин. "Шелудивая крыса была анимагом-насекомым. Я предполагаю, что он приехал на одной из студенческих сумок".

Гарри кивнул, соглашаясь, что, вероятно, так оно и было.

Звуки битвы стихли, поезд все еще мчался в Хогвартс.

"Кто-нибудь еще пострадал?" Спросил Гарри, не сводя глаз с поверженного пожирателя смерти.

"Насколько я знаю, с нашей стороны серьезных травм нет, хотя несколько охранников наверху несколько раз чуть не снесло", - хрипло сказал он. "Мой начальник представит полный отчет директору".

Гарри кивнул, когда Кингрин коротко поклонился и закрыл дверь их купе, прежде чем продолжить свой путь.

Ужин в тот вечер был шумным. По понятным причинам люди были встревожены нападением на поезд и ошеломлены тем, насколько хорошо их защитили гоблины.

Воспоминания о том, как все профессора, а также ряд авроров присутствовали при их прибытии, - это то, что они тоже не скоро забудут. Сам Дамблдор приветствовал гоблинов и с благодарностью отвесил им низкий поклон, благодарный им за то, что они защитили его учеников.

После этого даже те, кому совсем не нравились гоблины, неохотно обнаружили, что, по крайней мере, уважают "этих существ".

Гарри и остальные были уверены, что следующий день будет связан с серьезными последствиями нападения на поезд. Они только надеялись, что пресса не будет преувеличивать или, что еще хуже, скрывать правду. Они были совершенно уверены, что им не о чем беспокоиться, но недавние события в любом случае наверняка вызовут ажиотаж в СМИ.

За ужином Дамблдор снова выразил свою благодарность Благородной гвардии Нации гоблинов и заявил, как он гордится своими учениками за то, как они справились с ситуацией (не то чтобы у них действительно был большой выбор — хотя, признал Гарри, они могли запаниковать, но не сделали этого).

После ужина Гарри и остальные разошлись в разные стороны, хотя Гарри, Гермионе, Рону, близнецам и Джинни потребовалось несколько минут, чтобы поговорить между собой, прежде чем отправиться спать.

— Ну, я собирался обсудить это со всеми в поезде, но, очевидно, у меня не было такой возможности, — сказал Гарри. — Я расскажу остальным завтра, а пока я хотел кое-что сказать вам, ребята.

— Что это? — спросила Гермиона, убирая палочку после того, как установила вокруг них чары приватности. Не то чтобы в гостиной было много людей, но лучше перестраховаться.

— Это касается Даров Смерти. Я недавно думал о них и, кажется, наткнулся на что-то важное, — сказал Гарри.

"Насколько огромный?" Спросил Рон.

"Что ты имеешь в виду?" Спросил Невилл.

— Я знаю, где они все, — сказал Гарри. — Я уверен в этом, и на самом деле у меня есть один из них.

— Что?! — спросила Джинни, легко вспомнив сказку на ночь и гадая, какую из двух других он ей рассказывал.

"Ну, технически их два", - поправил Гарри.

— Ладно, подожди минутку. Что? — спросил Рон.

"Почему, братишка, маленький Гарри здесь—"

"Только что заявил, что у него есть два из трех —"

"Дары смерти так знают—"

"Там, где они все", - сказали Фред и Джордж.

Гарри кивнул.

"Я много думал об этом после того, как Дамблдор поговорил с Магом".

"Ты знаешь, что говорить о себе в третьем лице немного ненормально, верно?" Спросил Рон.

"Тише, Рон, он пытается сказать нам что-то важное", - предостерегла Джинни.

"Ты знаешь мой плащ?" Спросил Гарри, как будто никто и не прерывал.

Гермиона ахнула, мгновенно всё поняв, в то время как остальным потребовалось на несколько секунд больше.

— Ух ты! Ты можешь спрятаться от Смерти! — закричал Рон.

Гарри был благодарен за защиту частной жизни.

— Я не знаю, — сказал Гарри, — но Дамблдор, кажется, относится к Дарам хотя бы отчасти серьёзно, а Грин-де-Вальд точно относился.

"Ладно, так где же третья? Палочка у Дамблдора, так что остается камень", - сказал Рон.

"Оно у Сириуса. Это был один из крестражей, которые мы уничтожили. Кольцо", - сказал Гарри.

"Вау", - выдохнули Рон и близнецы.

"Интересно, действительно ли это было бы ... ну , ты знаешь... " - прошептала Джинни.

"Честно говоря, я не знаю, хочу ли я это выяснять. Думаю, меня устраивает ожидание встречи с мертвыми. Что мертвые на самом деле могут дать живым? Конечно, они могли бы рассказать нам кое-что, передать сообщения, которые нужно было бы доставить, например, когда Гарри отправился в Королевство, но между нами и ними все еще существует огромная пропасть. Брат, владеющий Камнем Воскрешения, практически сошел с ума, не так ли? Сказала Гермиона.

"Да—"

"Покончил жизнь самоубийством", - ответили Фред и Джордж.

"Что ж, это здорово, и я рад, что у нас есть камень!" Саркастически сказал Рон.

"Я верю, что в этом смысл", - сказал Невилл. "Но я думаю, что у камня есть цель. Завершение, скорее всего, как предоставление семье возможности по-настоящему попрощаться".

Остальные кивнули в знак согласия.

"Это возможно", - сказал Гарри.

"Хм, а как насчет всего этого "Мастера смерти"?" Спросил Рон, напряженно думая. "Если бы у тебя были все три, я имею в виду, если бы Дамблдор позволил тебе ненадолго позаимствовать его палочку, ты был бы непобедим, и это помогло бы тебе победить Волан-де-Морта раз и навсегда!"

"Я не знаю, сработали бы Дары вместе или нет. Что на самом деле означает быть Мастером Смерти?" Спросил Гарри.

"Ты не можешь умереть, потому что ты повелитель Смерти", - воскликнул Рон, как будто это было очевидно.

Гарри нахмурился. "Я совсем не думаю, что это все".

"Тогда что это?" Джинни с любопытством спросила.

"Я не знаю, но уверен, что все не так однозначно", - сказал Гарри, и Тедди тоже выглядел задумчивым.

"Ну, может быть, у Драко или у кого-то еще будет больше мыслей по этому поводу завтра, но я думаю, нам лучше отправиться спать прямо сейчас. Ты же знаешь, у нас завтра занятия", - сказала Гермиона.

Все согласились и легли спать, Гарри все еще размышлял о том, что значит быть "Хозяином Смерти".

На следующее утро они обнаружили, что Волшебный мир был сильно удивлен свирепостью Благородной гвардии в защите детей Хогвартса, и сам Фадж счел необходимым публично поблагодарить Нацию гоблинов.

Публично поблагодарим их!

Вскоре после благодарственного заявления министра Министерство получило неожиданный ответ от Гоблинов в письме, не то чтобы общественность узнала об этом . . . .

Дети наций - будущее наций, и для Нации гоблинов пришло время еще раз заявить об этом факте, поскольку, к сожалению, он, похоже, был забыт или упущен из виду множеством людей всех мастей.

Мы защищаем жителей Хогвартса, потому что внутри находится тот, кого мы уважаем и кому преданы.

Грядут великие благословенные перемены, дорогой министр. Готовы ли вы и ваш народ?

С большой гордостью и чистой целью,

Лорд Кракнек, король Нации гоблинов и главный старейшина Благородной гвардии

Рук поделился этим сообщением с Гарри позже в тот же день через mirror, прежде чем Гарри и другие рассказали остальным персонажам о том, что они обсуждали прошлой ночью.

Ни у кого больше не было мыслей о Дарах, и поэтому все быстро сосредоточились на более важных вещах, таких как Кустосейские дела, которые в первую очередь касались изготовления зелий и сбора разведданных.

Наступили первые выходные в Хогсмиде, несколько учителей отправились в качестве сопровождения. Гарри и большинство других решили остаться в Хогвартсе, что заставило Дамблдора сделать вывод, что Маг, должно быть, отправил Гарри сообщение или что-то в этом роде, прося его остаться в стенах Хогвартса. Дамблдор был очень благодарен Магу, поскольку было крайне маловероятно, что Сириус предложил бы такое или что просьба любого другого взрослого была бы выполнена мальчиком-подростком, ответственным и могущественным или нет.

Сьюзан, Джинни и близнецы посетили Хогсмид, в основном, чтобы закупить припасы и незаметно установить определенные сигнализации . . . .

Дементоры все еще находились по краям Хогсмида, хотя Министерство твердо проинструктировало дементоров оставить жителей деревни в покое, и что их единственной обязанностью там было обеспечить, чтобы сбежавшие заключенные из Азкабана не вошли внутрь, а были пойманы ими.

По прошествии нескольких недель они почувствовали, что возвращаются к своей рутине (которая включала Армию Хогвартса), хотя изменения, вызванные событиями во время Перерыва, становились очевидными все больше и больше с каждым днем — некоторые из-за прессы, другие из-за отношения людей, а через месяц после начала семестра - из-за нескольких решений наций, рас и кланов.

"Хагрид, что это?" - Спросил Гарри, и Тедди с любопытством оторвал взгляд от ноги Гарри.

До ужина оставался час или около того. Рон, Невилл и Джинни были с ним в хижине Хагрида. Гермиона и многие другие были в библиотеке или в своих общих комнатах, занимались другими делами.

— Вот, Гарри. Я только что получил это от кентавров, — сказал он, протягивая ему аккуратно сложенное и запечатанное письмо из лиловой бумаги. — Думаю, это важно.

Гарри кивнул, гадая, что бы это могло быть, и, взяв его, увидел, что на нём жирным, твёрдым почерком написано «МАГ». Неужели кентавры наконец-то приняли решение? Открыв его, он начал читать, а остальные столпились вокруг, чтобы тоже почитать.

МАГ, ГЛАВА CUSTOSAE De LUX,

МЫ, Клан Кентавров из этого древнего и священного леса, после долгих и серьёзных раздумий и обсуждений между нами и вашим скромным посланником, кланяемся вам.

ВЫ ПРИШЛИ К БОЛЬШОМУ ЗАСТОЛЬЮ И ПРИНЯЛИ РЕШЕНИЕ ПОДНЯТЬ РУКИ ВМЕСТЕ С ВАМИ И ВАШИМИ АРМИЯМИ. ЗНАЙТЕ, ЧТО НАС МАЛО, НО НАША СИЛА ВЕЛИКА И НА СТОРОНЕ ВАС И ВАШИХ СОЮЗНИКОВ. АТАКЖЕ ЗНАЙТЕ, ЧТО КЛОН ПИКСИ ВЫСКАЗАЛ ЖЕЛАНИЕ ОБЪЯВИТЬ О СВОЕЙ ПРИВЕРЖЕННОСТИ ВАМ. ВАШ ПОСЛАННИК МОЖЕТ ПОИСКАТЬ ИХ, ЕСЛИ ВЫ ТАКОГО ЖЕЛАЕТЕ.

ЗАКАЖИТЕСЬ НА НАС, КОГДА ВАМ БУДЕТ НУЖНО, И МЫ ПРИДЕМ, ДОСТОПОЧТЕННЫЙ РЕБЕНОК.

Все они моргнули, глаза Гарри все еще были устремлены на страницу.

— К-кентавры... чёрт возьми! — выдохнул Рон, когда они все отступили назад и собрались перед Гарри.

Гарри медленно поднял взгляд, его глаза все еще были окружены золотом, и в каждом из них было по темно-зеленой звезде.

"Они знают, кто такой Маг, не так ли?" Гарри тихо спросил Хагрида.

"Они никогда не говорили об этом так многословно, но у меня есть подозрения, что они могут знать. Они читают по звездам то, чего никто другой не может, Арри ".

Гарри кивнул. "Ну, гоблины уже знают. Кажется справедливым, что кентавры тоже знают, и я уверен, что они сохранят это в секрете".

"Этот секрет в надежных руках, Арри", - подтвердил Хагрид.

На следующий день они получили новости, которые быстро испортили их радостное настроение по поводу решения кентавров. Через сеть Custosae им сказали, что, вероятно, небольшая группа гигантов присоединилась к рядам Волан-де-Морта, и хотя это были только слухи, это было очень вероятно. Это быстро затмилось несколькими днями позже, когда два контакта, один через гоблинов, а другой через самого Альбуса Дамблдора, проинформировали Custosae о новых союзниках Волан-де-Морта.

Оборотни и большая семья вампиров. Оборотни не стали таким уж большим сюрпризом, но вампиры были совершенно другим делом, особенно когда казалось, что Волдеморт сосредоточил свое внимание на других вещах, таких как охота за Бузинной палочкой. Зачем вампирам вступать с ним в союз, когда они обычно нейтральны в таких вопросах?

Активность Пожирателей смерти, которая снизилась после нападения на поезд, начала снова расти, хотя Волан-де-Морт ещё не появлялся на публике. Гарри был уверен, что он идёт по следу Бузинной палочки, учитывая последние сведения от гоблинов и Ордена, которые заставили Гарри задуматься о других вещах, которые, по его мнению, нужно было быстро привести в действие. Похоже, ещё один полуночный звонок Долгобороду был в самый раз.

Пожиратели Смерти, похоже, нацелились на одинокие деревни, о которых вряд ли узнают вовремя. Также было совершенно очевидно, что им было скучно, что было не очень хорошо для жителей указанных деревень.

Новости о рейдах вскоре стали обычным делом в Ежедневном пророке, и это по-настоящему разозлило Гарри и остальных. Гарри хотел бы с чистой совестью разместить отряд гоблинов в каждой деревне, но это просто было невозможно.

Несмотря на то, что публика выразила благодарность гоблинам за защиту Хогвартс-экспресса, они были далеки от того, чтобы позволить им охранять свои деревни; кроме того, было ли это вообще справедливо по отношению к гоблинам? Взваливать так много на свои плечи, когда им нужно было защищать своих людей и жить своей жизнью? Нет.

Не говоря уже о том, что просто не хватало людей, будь то гоблины или люди, для охраны каждой деревни. Также существовала проблема магловских кварталов.

Пожиратели смерти нападали не только на волшебные города, но и на маггловские, в которых, как позже узнают немаггловскому населению, виноваты агрессивные вандалы, террористы-одиночки, сбежавшие преступники или ужасные несчастные случаи, в зависимости от вызванных ими серьезных разрушений.

Наблюдать за медленной эскалацией войны было довольно удручающе и тревожно, а Гарри и остальных - просто сводило с ума.

Хотя Орден Феникса и Кустосае сделали все, что могли, а также авроры из Министерства, этого просто было недостаточно. Жертв становилось все больше, и, похоже, больше всего страдали невинные. Гарри и другие на самом деле хотели бы выйти и оказать физическую помощь, но, очевидно, они не могли.

Гарри произнес необходимые заклинания, задернув занавески вокруг своей кровати после того, как сообщил Рону и Невиллу, что он делает, чтобы они могли прикрыть его в случае необходимости поздно ночью (не то чтобы это было вероятно). Тедди присел на корточки, когда Гарри схватил зеркало.

"Длинная борода".

Вскоре после этого в поле зрения появился Дамблдор в очках-полумесяцах на носу. "Маг?"

"Я хочу попросить тебя об одолжении. Ну, это не совсем одолжение, просто я чувствую, что это нужно сделать как можно скорее, пока Риддл не вмешался, - сказал Гарри, по какой-то неизвестной причине в нем нарастало чувство срочности.

Это был не его шрам, поскольку он больше не был связан с Волдемортом. Нет, это было что-то другое. Он решил идентифицировать это чувство как инстинкт.

"Назови это", - сказал Дамблдор, явно уловив какие-то эмоции, только что промелькнувшие в глазах Мага.

"Попроси Олливандера переехать в Хогвартс. И когда я говорю попросить, я имею в виду сильно поощрить ".

"Я сделаю все, что в моих силах. Могу я спросить, почему?"

"Мои контакты сообщили мне, что Риддл медленно возвращается, и если я могу судить о том, что Риддл будет делать, я бы сказал, что он захочет поговорить с другим знающим изготовителем волшебных палочек. Я уверен, вы согласитесь с моим выводом о том, что было бы чудом, если бы Грегоровича нашли живым."

"Да, к сожалению, я должен согласиться с вами", - сказал Дамблдор.

"Я также не удивлюсь, если Риддл вскоре попытается захватить Азкабан, что, я полагаю, уже говорит в его пользу, учитывая дементоров", - сказал Маг.

"Я тоже пришел к такому выводу. Министерство удалило дементоров от Хогсмида, но я бы солгал, если бы сказал, что мне комфортно, когда мои ученики ходят туда по выходным; но родители выразили желание своих детей, и после Лестрейнджа Крэббов и Гойлов в последнее время никто не видел . . . . "

"Они впадают в ложное чувство безопасности", - заявил Маг.

"Боюсь, что так".

"Что ж, хотя мы находимся в состоянии войны, хочет Волшебный мир признать это или нет, мы не можем позволить этому управлять нашей жизнью. Конечно, нам нужно быть умными и разумно выбирать, что и как мы делаем, прятаться под камнем ничего не решит. Я думаю, публика просто пытается это сделать, хотя я думаю, что подвергать опасности своих детей, особенно когда их там нет, высокомерно, что напоминает мне ... мои люди недавно установили в Хогсмиде сигнализацию, которая предупредит Почетный караул о нападении. Если что-то случится, помощь скоро будет в пути, если это тебя хоть немного успокоит. "

Глаза Дамблдора сверкнули от огромной признательности, и Мэдж был совершенно уверен, что если бы они с Дамблдором физически находились в одной комнате, старик обнял бы его.

"Так и есть", - сказал Дамблдор.

"Я рад. Ну, если нет чего-нибудь еще ... ? " - спросил Маг.

"Нет, я так не думаю".

"Тогда спокойной ночи", - сказал Маг.

"Спокойной ночи. Мы - отряд защитников".

Зеркало погасло, оставив Гарри наедине со своими мыслями.

Что-то должно было произойти. Что-то большое. Он был уверен в этом, и когда он перевернулся на бок и позволил Тедди прижаться к его груди (больше не нужно было скрываться от зеркала), он знал, что ничего хорошего в этом нет.

Совсем не хорошо.

Книга 3 — Часть 11: Никаких ограничений

Дамблдор вышел из ванной на втором этаже, после восхитительной дискуссии о многослойной магии с Саландрой. Ему действительно понравились подробные беседы с ней, и он задался вопросом, имел ли кто-нибудь еще из ныне живущих доступ к подобным знаниям.

Сняв с себя чары "не обращай на меня внимания", он продолжил идти по коридору, слегка постукивая тростью по полу. Трость ему перестала понадобиться давным-давно, но ему стало нравиться ощущать ее в руке, и ему также нравилось, как люди останавливались в министерстве, когда он проходил по определенным участкам. Люди действительно иногда странно реагировали, когда видели его с этим оружием, хотя многие быстро поняли, что на самом деле оно ему не нужно. Возможно, причиной было вращение им, как опытным вертушкой дубинки? Неважно, теперь, когда Олливандер проснулся, ему нужно было кое-что сделать.

Придя в свой офис, он позвонил Олливандеру, который, конечно же, вскоре пригласил его на чай.

Оставив записку МакГонагалл на случай, если он ей понадобится, он направился в магазин Олливандера.

"Итак, Альбус, о чем ты хотел со мной поговорить?"

"Ну, Ксанимаус, только одна конкретная вещь..."

Олливандер вместе со всеми своими волшебными палочками и пожитками (любезно упакованными Дамблдором в сумку из другого измерения) переехал в Хогвартс на следующий день. Он тайно поселился в боковой комнате, которую Дамблдор мудро пристроил за несколько часов до этого к его покоям.

Гарри и остальные были очень довольны, когда узнали об этом (Дамблдор передал новость через Снейпа, который затем рассказал Драко, поскольку это не было неотложным делом, о котором нужно было сообщать через зеркало).

Позже на той неделе Кастосы были предупреждены о нападении на магазин в Косом переулке. Пег (Муди) и несколько других друзей прибыли на место происшествия, чтобы обнаружить, что в магазин Олливандера вломились и разграбили — не то чтобы там было много вещей, которые можно было сломать и уничтожить. Очевидно, люди, которые вломились внутрь (после того, как перенесли довольно неприятные заклятия через дверь — благодаря Custosae), были в ярости, обнаружив, что место пустое.

Эта новость быстро сделала Олливандера благодарным Дамблдору, а также этому парню-магу, который потребовал переселения Олливандера.

Что касается Волшебного мира, Сириус Блэк, представитель Custosae, спокойно проинформировал общественность, что Олливандер был взят под охрану ранее на той неделе из-за войны и его знаний о волшебных палочках и магии. Министр Фадж любезно потребовал, чтобы ему показали доказательства этого. К счастью, Олливандер согласился подписать волшебный документ, подтверждающий его безопасность, датированный ранее тем же днем. Министерство приняло это после того, как наложило несколько заклинаний, чтобы проверить достоверность этого, затем попросило Custosae информировать их о самочувствии Олливандера.

Во время всей этой довольно интересной драмы Фадж попросил Дамблдора провести с ним короткую встречу (в основном, чтобы обсудить недавние события и возможные приготовления к возможным событиям в будущем).

"Корнелиус?" Спросил Дамблдор, входя в кабинет Фаджа.

"Ах, Альбус, спасибо, что пришел".

"Что я могу для тебя сделать? В последнее время ты не особо нуждался в моих советах", - любезно сказал Дамблдор.

Фадж принял близко к сердцу то, что Гарри сказал ему в тот день в лазарете. Он хотел быть человеком, которого его дед уважал бы и которым он гордился. Он хотел привнести имя Фаджа в эпоху уважения и чести, а не трусости.

"Я уже некоторое время кое о чем думал, и теперь хотел бы узнать ваше мнение по этому поводу", - сказал Фадж, когда они оба сели. Он достал лист бумаги и подвинул его к Дамблдору.

Дамблдор мгновенно узнал почерк гоблина еще до прочтения.

Мы защищаем жителей Хогвартса, потому что внутри находится тот, кого мы уважаем и кому преданы.

Грядут великие благословенные перемены, дорогой министр. Готовы ли вы и ваш народ?

С большой гордостью и чистой целью,

Лорд Кракнек, король Нации гоблинов и главный старейшина Благородной гвардии

"Когда ты получил это?" Тихо спросил Дамблдор.

"Вскоре после нападения на Хогвартс Экспресс. Они отправили это в ответ на мою публичную благодарность им ".

"Ну, я не знаю, что с этим делать, но я подумаю над этим", - честно сказал Дамблдор.

"Хм, я думал, ты знаешь немного больше и, возможно ... возможно, ты тот человек, которого они уважают".

"Возможно, так и есть. Они меня уважают, но я не припоминаю, чтобы когда-нибудь в разговоре с гоблином они говорили мне, что я на их стороне. Это две совершенно разные вещи, как ты прекрасно знаешь", - сказал Дамблдор.

"Что ж, в любом случае, это хорошие новости. По какой-то причине гоблины ясно дали понять, что хотят защитить ваших учеников".

"Да, у них есть", - сказал Дамблдор, теперь больше думая, чем слушая.

Действительно ли гоблины имели в виду то, что написали? Кто был тем человеком, которому они были преданы? Единственный человек, о котором он мог подумать, был Маг, и он, конечно, не отдыхал в стенах Хогвартса. Возможно, это было просто потому, что Маг попросил их защитить Хогвартс, и потому, что они уважали его и тому подобное, гоблины сделали бы это — но почему часть "внутри" Хогвартса?

Он не знал, и он даже не знал, на чем еще попытаться сосредоточить свои мысли, чтобы найти ответ. Единственное, что еще пришло ему в голову, это то, что гоблины солгали, чтобы привести устрашающую причину, по которой они будут защищать Хогвартс.

Это могло быть так, но по какой-то причине он сомневался в этом.

Прошло несколько недель весны, и практически вся темная активность исчезла с карты. Дамблдор и Гарри особенно не обрадовались этому, особенно когда Министерство решило освободить своих авроров от патрулирования территории вокруг Хогвартса - хотя они и оставили проклятых дементоров вокруг Хогсмида. Ряд людей в высших политических кругах считали, что, поскольку это единственное поселение в Великобритании, населенное исключительно волшебными существами, оно должно оставаться под защитой ужасных существ — в конце концов, до сих пор не было никаких нападений, так что они, должно быть, сдерживают их, верно? И они вели себя довольно хорошо, что было приятным сюрпризом, если вспомнить, что любят делать эти существа. . . .

Дамблдор пытался поговорить об этом с Фаджем, и, хотя тот извинялся и признавался, что согласен с Дамблдором, его руки были связаны. Слишком много старых семей считали, что лучше всего сохранить старое поселение «под защитой». Борьба против их воли не улучшила бы его положение и могла помешать ему делать более важные вещи во время войны.

Дамблдор задавался вопросом, что может быть важнее безопасности Хогсмида, но понимал, в каком положении оказался Фадж. Он сам был в очень похожем положении в Визенгамоте. Проклятая общественная инерция. Всё продолжает идти своим чередом, как и всегда, несмотря на всю абсурдность ситуации.

Гарри и некоторые другие ученики солгали бы, если бы сказали, что не испытывали клаустрофобию в Хогвартсе в то время. Поэтому Гарри, Рон, Драко, Гермиона и Невилл решили отправиться в Хогсмид на выходных. Остальные остались в школе, так как было решено, что, если что-то случится, рядом должны быть люди, которых уважают в Армии Хогвартса (к тому же все, кто остался, хотя бы раз бывали в Хогсмиде).

Гарри и остальные должны были быть полностью готовы со своими обычными наборами, на случай, если, конечно, что-нибудь случится, но из-за экзаменов и прочего они действительно хотели отдохнуть от всего, что связано со школой (за исключением Гермионы, которая просто хотела посмотреть, на что похож Хогсмид на самом деле, поскольку книги рассказывали ей не так уж много).

Гарри, Рон, Драко, Гермиона и Невилл вошли в Хогсмид вместе с другими учениками. Префекты, Флитвик и Сомак были их сопровождающими, но вскоре все они разбрелись по магазинам, наслаждаясь свободой.

Гарри удовлетворенно вздохнул, посмотрев на других студентов, которые отважились покинуть Хогвартс, прежде чем посмотреть на Хогвартс, который смело располагался к югу, за полем для Квиддича.

[Азкабан]

Беллатрикс, Гойлы, Крэббы и множество других пожирателей смерти медленно выдохнули, когда их маленькая замаскированная лодка подплывала все ближе и ближе к месту, из которого они сбежали несколько месяцев назад, но вместо того, чтобы испытывать страх, они были полны энтузиазма.

Их взгляд упал на нескольких дементоров, которые ненадолго столкнулись с ними. После того, как Беллатрикс сделала три или около того отчетливых жеста рукой, которыми поделился с ней сам Темный Лорд, они коротко поклонились и ускользнули . . . .

Менее чем через девяносто секунд дементоры переключили свое внимание с заключенных на охранников, в то время как Беллатрикс ворвалась на пост управления и убрала Надзирателя, прежде чем открыть ворота камер и опустить все чары, какие только смогла. Другие пожиратели смерти разбрелись по тюрьме, раздавая портключи тем, кто кричал о своей верности Темному Лорду.

Портключи доставили их в несколько конспиративных квартир, где были размещены волшебные палочки и припасы, а также указания, которым следует следовать, если они будут достаточно здоровы, чтобы служить Темному Лорду вскоре после прибытия. Очень немногие отказались от инструкций (жаждая награды от Темного Лорда) и взяли еще один портключ в другое место.

До конца того дня более восьмидесяти пяти процентов заключенных были бы на стороне Волан-де-Морта.

[Косой переулок]

Несколько групп пожирателей смерти прибыли в Косой переулок (все они недавно сбежали) и начали сеять как можно больше хаоса. Единственной хорошей вещью во всем этом было то, что они не знали о новых проклятиях, созданных Волан-де-Мортом.

Вскоре были предупреждены Заказчики / Друзья и Министерство.

[Хогсмид]

Гарри и остальные (Тедди на плечах Гарри) вышли из "Зонко" и направились к Кабаньей Голове. Они не обязательно вошли бы, но им было любопытно, осталась ли их наклейка на окне двери и видна ли она по-прежнему.

Подойдя к углу улицы, которая сворачивала к Хогсхед, они внезапно остановились, поначалу сбитые с толку тем, что чувствовали.

"Дементоры", - прошипел Рон, разворачиваясь и выхватывая палочку. Остальные быстро последовали его примеру, но прежде чем они успели сделать что-либо еще, воздух наполнился несколькими тресками.

Появились фигуры в темных масках, многие из них дрожали от чистого восторга и предвкушения. Они так давно не испытывали свободы!

"Готов повеселиться!" - крикнул один из них, прежде чем выставить вперед палочку, разнести витрину магазина и нанести мужчине быстрое круцио.

Вскоре последовал настоящий хаос, присутствующие профессора назначили патронов в попытке сдержать вторжение дементоров, в то время как префекты начали разбивать студентов на группы, прежде чем загнать их в магазины, пытаясь уйти с линии огня.

"Добби!" - Позвал Драко, и они впятером (шестеро, включая Тедди) нырнули между двумя магазинами.

-Pop-

"Мастер!"

"Идите на кухню, возьмите дюжину или около того Домашних эльфов и начинайте загонять студентов и невинных людей в Большой зал! Оставьте меня и остальных, чтобы мы могли продолжать помогать ".

Добби кивнул, быстро выполняя то, что ему сказали.

"Отличная идея, Драко", - сказала Гермиона, прежде чем они услышали ужасные крики справа от себя.

Они быстро повернулись на крики и увидели, как по меньшей мере трое пожирателей смерти входят в Кабанью Голову.

"Аберфорт", - ахнула Гермиона.

"Вы трое, идите туда, помогите. Мы с Невиллом пойдем этим путем", - заявил Гарри.

"Понял", - сказал Рон.

Они впятером приступили к действию, разделившись на две небольшие группы.

Гарри и Невилл быстро развернулись и создали свою собственную небольшую команду. Гарри использовал проклятия и защитные чары, в то время как Невилл выпустил своего патронуса, сдерживая отвлекающее воздействие дементоров. Гермиона вызвала патронуса для остальных, Драко и Рон выпустили заклинания, когда они спешили к брату своего директора.

Вскоре после этого в воздухе пронеслись десятки хлопков и продолжились; профессора сначала обеспокоились исчезновением студентов, прежде чем поняли, кто их забирает.

"Гарри!" Тедди закричал, указывая своей набитой рукой на ворота Хогвартса (хотя они не могли видеть их со своей выгодной позиции).

Гарри и Невилл посмотрели туда, куда он указал. На очень долгую секунду их глаза остановились на том, чего они меньше всего ожидали увидеть прямо над крышами магазинов. Бледнокожие гиганты.

"Они идут к воротам!" Крикнул Невилл.

"Дамблдор и остальные в Хогвартсе. Мы должны верить, что они справятся с тем, что там происходит!" Крикнул Гарри в ответ, уклоняясь от заклинания, прежде чем применить свое собственное. "У нас здесь проблемы!"

БУМ!

Они обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть, как Свиная Голова рухнул сам на себя, прежде чем услышать взрыв смеха.

Многие магазины к настоящему времени пострадали. На улице было несколько тел, но, к счастью, среди них не было студентов, хотя это ничего не меняло. Хлопки домовых эльфов продолжали заглушать другие звуки в деревне, оставляя все меньше и меньше учеников поблизости. Профессора сосредоточили свое внимание на том, чтобы держать дементоров на расстоянии, но они медленно проигрывали, поскольку пожиратели смерти продолжали развлекаться с оставшимися массами.

Не прошло и двух минут, как в Хогсхеде раздался еще один грохот, но прежде чем Гарри или Невилл смогли туда добраться, несколько проклятий, казалось бы, из ниоткуда, полетели в их сторону.

Очевидно, нескольким пожирателям смерти надоело их присутствие и впечатляющая командная работа.

Задействовав нескольких протеже, им удалось заблокировать большинство из них, но, к сожалению, не всех.

"Тедди!"

[Хогвартс]

Дамблдор почувствовал, как обереги тревожно задрожали, когда монета Custosae, которую он всегда носил в нагрудном кармане, нагрелась. Он встал с палочкой в руке, когда магия Хогвартса начала сообщать ему информацию об угрозе. Он немедленно предупредил других учителей (через патронуса и магию Хогвартса) и выбежал из своего кабинета, чтобы направиться к главным воротам территории Хогвартса.

"Альбус!" Крикнула Макгонагалл, спеша ко входу вместе со всеми другими профессорами.

"Скажите старостам и способным в армии Хогвартса, чтобы они собрали всех студентов в их общих комнатах. Карантин будет введен очень скоро. Если они думают, что не смогут добраться до своих общих комнат, скажите им, чтобы они шли в Большой зал. Хогвартс, Косой переулок и Хогсмид подвергаются нападению ", - заявил он, не останавливаясь ни на мгновение, продолжая мчаться к воротам.

Выбежав почти со всеми другими профессорами и присоединившись к охране Хогвартса, расставленной там Хранителями, такими как Блейд и Шейд (Джозеф Д. Мой и Форшоу Кроу), они вскоре обнаружили то, что атаковало, и эффективно разрушили ворота по периметру территории. . . .

Чуть меньше дюжины великанов, небольшая группа фигур в темных одеждах (в которых они мгновенно узнали вампиров из-за дизайна их одежд), более сотни личностей в масках (пожирателей смерти), а за всеми ними сам лорд Волан-де-Морт.

"Итак, Том, дело доходит до этого?" Прошептал Дамблдор, прежде чем начать карантин, полностью изолировав школу практически от любого возможного доступа, как раз в тот момент, когда металлические ворота рухнули и вперед вышли два великана. Крылатые кабаны по обе стороны некогда величественного входа разлетелись вдребезги о землю.

[Внутри Хогвартса]

Мадам Помфри была предупреждена об атаках патронусом Дамблдора и готовила кровати для раненых. Расставив коллекции зелий возле каждой кровати, она надеялась, что Мерлину не понадобится использовать ни одно из них.

Этому не суждено было сбыться.

-POP-

Появилась эльфийка с раненой ученицей. Не задавая вопросов, она приступила к работе, усадив девушку на ближайшую кровать.

-POP-POP-POPPPOPPOP-

Еще пять.

Быстро успокоив свое разбушевавшееся сердце, она позвала одного из эльфов, чтобы тот привел мисс Клируотер, мисс Сьюзан Боунс, Олливандера и двух других студентов на помощь.

[Свиная голова]

Гермиона, Рон и Драко ворвались в грязное здание и быстро обнаружили, что барная стойка горит, а четверо Пожирателей смерти жадно нападают на людей внутри. Уже несколько человек были ранены, если не хуже.

"Одурманить!"

"Reducto!"

— Оглуши! — закричали они втроём, Рон впереди, и продолжили выкрикивать другие заклинания так быстро, как только могли, уничтожая двух Пожирателей смерти.

Огонь в баре продолжал разгораться, но затем яростно вспыхнул, когда один из Пожирателей смерти направил на него палочку и вытащил её.

— А-а-а! — закричал Рон, огонь лизал его руку, рукава и щёку.

— Агуаменти! — крикнула Гермиона, гася огонь, но недостаточно быстро. Рон упал, несмотря на то, что пытался удержаться на ногах. — Грязнокровки и предатели крови! — закричал другой Пожиратель смерти. — Авада Кедавра! — Драко оттащил Рона в сторону, и они нырнули за стол, а зелёный свет взорвался на полу.

— Редукто! — крикнул мужчина справа от них. Аберфорт.

Пожирателя смерти с огромной силой ударило об одну из опорных балок бара, сломав ее.

Последний оставшийся на ногах пожиратель смерти аппарировал, но не раньше, чем бросил что-то в центр комнаты.

"В укрытие!" - крикнул кто-то.

"Протего!" Гермиона, Драко и Аберфорт взревели, пытаясь защитить как можно больше людей, включая самих себя.

БУМ!

Упало несколько предметов, и значительная часть крыши едва не попала в них, поскольку огонь разгорелся еще сильнее.

"Эй, вставай!" Хрипло сказал Аберфорт. Драко и Гермиона подняли Рона на ноги. Рон был едва в сознании. "Сюда!" - сказал он, и помещение быстро наполнилось дымом.

Люди, которые там были еще живы, в панике выпрыгивали из окон или бежали к черному ходу, чтобы выбраться из горящего здания. Они не последовали за Аберфортом, поскольку он, казалось, не знал, куда идет. Он шел наверх!

Драко и остальные без вопросов последовали за ним, войдя в гостиную. Аберфорт подошел к камину и положил руку на портрет над ним. Позже они поняли, что на этом снимке была изображена Арианна. Портрет отодвинулся в сторону, открывая проход.

"Сюда!" - приказал он.

Они начали подниматься, Аберфорт вошел последним, когда все здание сдвинулось.

"О, нет ..." Гермиона выдохнула, когда их охватило ощущение падения . . . .

Они тяжело приземлились, и вокруг них эхом разнесся тошнотворный треск. Нога Аберфорта.

"Сэр?!" Гермиона закричала, когда все стихло, хотя тишиной это не было. Треск огня нарастал.

"Люмос", - прошептал Драко, их взгляды остановились на фигуре Аберфорта. На фигуре мужчины лежало несколько деревянных досок, и ему определенно было трудно дышать. Его глаза были закрыты.

Едва взглянув друг на друга, Драко и Гермиона достали две таблетки оборотного очарования и использовали их, мгновенно превратившись в Отшельника и Вайпера.

"Мы отнесем их Помфри, а потом вернемся и найдем Гарри и Невилла", - сказал Драко.

Гермиона кивнула, схватив Драко за плечо и неповрежденную руку Рона, в то время как Драко схватил Аберфорта.

-POP-

[Хогсмид]

Тедди спрыгнул с плеч Гарри прямо на путь проклятия, нацеленного на удачу.

"Тедди!"

Проклятие ударило, отбросив Тедди назад и впечатав в стену здания рядом с ними, в то время как его рука упала на землю рядом с тем местом, куда его ударили.

"Кровавый медведь", - проворчал пожиратель смерти, заставляя людей кричать и паниковать повсюду.

Гарри был в ярости, когда пожиратель смерти усмехнулся, прежде чем броситься вперед.

Пожирателю смерти не следовало двигаться, потому что прежде, чем его нога коснулась земли, магия Гарри вырвалась наружу в виде темно-зеленого тумана и прогнала его по всей улице. После этого мужчина не двигался.

Подбежав к Тедди, Гарри и Невилл обнаружили, что он изо всех сил пытается встать, у него не хватает одной руки, из дыры на месте, где раньше была рука, вытекает набивка.

"Ааа! Моя начинка! Помогите!" Закричал Тедди, тщетно пытаясь другой рукой удержать еще больше начинки от вырывания.

"Атакую руку!" Невилл закричал, рука, лежавшая на земле, метнулась к ним.

Гарри, практически вне себя, наблюдал, как Невилл вернул Тедди отрубленную набитую руку, а сам положил руку на дрожащую грудь Тедди, набивая как можно больше набивки, прежде чем применить репаро.

"После этого мы сможем сделать ремонт получше", - сказал Невилл.

Гарри кивнул в знак согласия, подхватывая Тедди на руки, удивляясь, почему вдруг стало холоднее, только для того, чтобы прийти к единственному возможному выводу.

Большинство зданий вокруг них были охвачены огнем из-за недавно освобожденных пожирателей смерти, которые теперь спешили в Хогвартс, оставив профессоров и напуганных жителей деревни на растерзание дементорам. Потребовалось совсем немного времени, чтобы заметить, что эльфы прекратили свои спасательные работы, и Гарри подумал, насколько плохо стало в Хогвартсе, чтобы это произошло.

Тедди внезапно ахнул, поднял голову и указал здоровой рукой.

Они посмотрели вверх, небо становилось все темнее от отчаяния и смерти, когда летающие фигуры в плащах кружили над ними, как стервятники.

[Внутри Хогвартса]

Помфри и ее помощники были заняты тем, что передвигали кровати, чтобы наколдовать еще. К счастью, поток раненых замедлился, но она действительно не знала, хорошо это или нет.

Внезапно из центра комнаты донесся очень громкий - ХЛОПОК, - который оттолкнул Сьюзен с дороги и столкнул с Олливандером.

"Аааа!" Сьюзан закричала, когда четыре человека шлепнулись прямо посреди некогда абсолютно стерильного и пустого больничного крыла. Они были покрыты пеплом, щепками и грязью. Двое из них были с палочками наготове, и трое из них были взрослыми.

Быстрее, чем даже Помфри считала возможным, она и остальные направили свои волшебные палочки на только что появившихся людей, прежде чем узнали двоих из них.

"Мистер Уизли, Аберфорт!" - крикнула она, мгновенно отказываясь от оскорбительных мер и возвращаясь к своим должностным обязанностям.

Решив не обращать внимания на то, как эти люди попали внутрь (учитывая, что Дамблдор держал это место взаперти, никакие портключи не могли проникнуть внутрь, а аппарировать в Хогвартс было невозможно), она опустилась на колени рядом с Аберфортом со своей палочкой, незнакомый мужчина медленно отошел в сторону, в то время как женщина осторожно попыталась устроить мальчика Уизли поудобнее.

"Мадам, мы - отряд защитников. Я - Вайпер, а это - Затворник. Нас уведомили о нападении на Хогсмид, и нам удалось вернуть этих двоих с собой. Мне жаль, что мы не можем остаться и помочь вам с ранеными, но мы должны вернуться и помочь ", - сказал мужчина, почтительно вставая, когда Затворник левитировал немного пришедшего в сознание Рона к пустой кровати, на которую указала Сьюзан.

Помфри увидела, что это чисто выбритый мужчина с белыми волосами и серыми глазами в лесной зелено-серебристой мантии, прежде чем перевела взгляд на Затворника. Затворница была пожилой женщиной с небесно-голубыми колючими волосами и светло-зелеными глазами. На ней была кроваво-красная мантия, расшитая серебряными нитями.

"Я понимаю, Вайпер. Спасибо, что привел этих двоих. Есть инструкции?" Спросила Помфри.

Вайпер и Отшельник повернулись к ней, когда встали рядом.

"Начните перемещать менее серьезно пострадавших в Большой зал или разрешите им разойтись по своим общим комнатам. Надеюсь, те, кого мы не смогли взять с собой, смогут прибыть сюда в ближайшее время ", - сказал Вайпер, прежде чем резко кивнуть ей на прощание.

-POP-

Вайпер и Отшельник исчезли.

— Что ж! Давайте сделаем то, что он сказал! — сказал Олливандер, единственный, кого не смутило их быстрое появление и уход.

[Хогвартс]

Великаны бросились в атаку, а те, что были в чёрных плащах, последовали за ними. Их действия мгновенно заставили Дамблдора забеспокоиться, но не потому, что это были обезумевшие великаны, напавшие на его школу. Нет, дело было в том, что они были нежитью. Какую бы сделку Волан-де-Морт ни заключил с вампирами, она включала и это.

Он бы никогда не подумал, что такое возможно, и если бы ситуация была иной, он бы посмеялся над этим абсурдом. Только Волан-де-Морт мог придумать что-то настолько противоречивое, безумное и неестественное.

Он пошёл вперёд, оставив трость воткнутой в землю позади себя на несколько дюймов. Его целью было не подпускать никого ближе к этой точке. Его трость была пределом. Точка.

Когда гиганты приблизились, преодолев сотню ярдов всего за несколько шагов, он склонил голову, а профессора встали по бокам или позади него.

:Саландра: позвал он, вскинув взгляд и наблюдая, как великаны делают ещё один шаг, а земля под ними дрожит, а затем расступается на несколько сотен ярдов перед ним.

Саландра появилась из-под земли, выйдя из прохода из комнаты, которая находилась под территорией Хогвартса, и двинулась вперед, земля сомкнулась на ее выходе, благодаря магии Хогвартса. Глубоко и сильно укусив первого гиганта в пределах досягаемости, она обвилась вокруг массивной фигуры, когда с обеих сторон полетели заклинания.

По одному только их запаху она поняла, что ее взгляд на них не подействует. Они уже были мертвы. Нежить. Она не стала бы беспокоиться о нападавших поменьше. Эти гиганты были реальной угрозой для Хогвартса на данный момент, и любое отвлечение внимания может привести к ее провалу. Несколькими сильными ударами гигант мог бы проломить стены и позволить вторгнуться в ее дом. Она предпочла бы умереть.

: Мой василиск ?!: Волан-де-Морт взревел, летя вперед над землей, но был перехвачен Дамблдором.

: Нет, Том. Она никогда не была твоей: заявил он.

Ошеломленный Волдеморт остановился, когда понял, что Дамблдор не только понял его, но и ответил на парселтанге.

: Я убью вас всех!: Он взревел, гнев и ненависть теперь подпитывали его.

"Я уверен, ты попробуешь", - заявил Дамблдор, когда первый гигант упал в нескольких десятках ярдов от него, изнуряющий яд сделал свое дело. Ничто не могло противостоять яду василиска.

: Позволь мне съесть его, когда ты убьешь его, Учитель: внезапно раздался шипящий голос, и из шеи черной мантии Волан-де-Морта высунулась большая змеиная голова.

Глаза Дамблдора сузились, он мгновенно понял, что Волан-де-Морт заколдовал его мантию, чтобы удобно разместить большого змея.

: Я сделаю, моя милая, я сделаю: прошипел Волдеморт, когда Нагини удобно, почти любовно устроилась на плечах Волдеморта, половина ее тела все еще была скрыта мантией.

[Внутри Хогвартса]

Джинни (держит Ревлиса), Грег, Винс и близнецы были в Большом зале, пытаясь понять, что происходит. За несколько минут до этого пришел эльф, чтобы отвезти Сьюзан в лазарет вместе с четверокурсницей, которую они не знали. Они знали, что Хогсмид и Косой переулок подверглись нападению, как и Хогвартс, но они также знали кое-что еще.

Азкабан пал. Грозный Глаз Муди использовал монету, чтобы предупредить всех об этом факте, предупредив их о дементорах и о том, что те, кто в Азкабане, уже вышли из Северного моря и движутся вглубь страны, к ним присоединились пожиратели смерти, предположительно, в Хогвартс.

Они изо всех сил старались сохранять спокойствие. Домовые эльфы появлялись повсюду, сначала высаживая учеников, а затем приводя жителей деревни. Теперь они остановились, и никто не хотел спрашивать почему. Они все еще могли слышать звуки битвы за стенами, но что происходило на самом деле?

Они знали, что раненых везут в лазарет, но все было в полном хаосе, так что было совершенно непонятно. Старосты сделали все возможное, чтобы успокоить студентов, но вскоре Армия Хогвартса тоже взялась за дело, выставив охрану у дверей, чтобы уменьшить некоторое беспокойство, и раздавая приказы людям, чтобы они хотя бы чувствовали, что они что-то делают.

Ничего не делать и ждать было хуже всего.

Фред с помощью Джорджа нашел уединенное место, хитро сотворил необходимые заклинания и связался с Разрушителем (Билл). Он рассказал ему, что происходит, или, по крайней мере, о том, что он знал, но из-за всех одновременных атак и массового передвижения дементоров из Азкабана, он не знал, когда прибудет дополнительная помощь. Очень скоро Брейкер сказал ему, что направляется в Хогсмид, но не знал, сколько времени им потребуется, чтобы добраться оттуда до Хогвартса. Что-то мешало им прибыть туда напрямую, поэтому им пришлось отправиться в ближайшее место.

Итак, на данный момент они были предоставлены сами себе.

[Министерство магии]

Сириус и Люпин пробежались по коридорам, собрав всех своих сотрудников, а также заслуживающих доверия добровольцев, чтобы сформировать три группы, чтобы помочь отбить недавние нападения в трех известных местах. Азкабан был потерян. Они бы не послали помощь в эту смертельную ловушку.

Почти все были в панике, задаваясь вопросом, было ли это концом всего, что они знали, будет ли Хогвартс все еще стоять на следующий день, или даже будут ли они сами живы к тому времени.

Грозный Глаз и столько авроров, сколько смогли выделить, аппарировали на Косой переулок, в то время как вся команда Сириуса аппарировала в Хогсмид, в надежде, что затем они смогут отправиться в Хогвартс.

Остальные сотрудники Министерства, которые были в состоянии, были отправлены предупредить общественность о дементорах, вторгшихся либо в Хогвартс, либо в Хогсмид (их цель в настоящее время неизвестна), и как можно быстрее убрать их с пути истинного.

[Хогсмид]

"Нам нужно попасть в Хогвартс!" Крикнул Сомак.

"На них тоже напали!" - воскликнул другой.

"Не сдавайся! На помощь придет Арри", — крикнул Флитвик, но его прервал громкий хлопок и появление двух запыленных людей позади них.

Профессора, все еще сохраняющие свое очарование, на данный момент в безопасности от дементоров, оценили внешность новичков, надеясь, что это не новые враги.

Мужчина выглядел так, как будто ему по какой-то причине нужно было взять себя в руки.

"Назовите себя!"

"Мы - отряд защитников. Я - Отшельник", - заявила Гермиона, быстро направляясь к ним, Драко следовал за ней, по какой-то причине обнаружив, что проникнуть в это место труднее, чем раньше.

"Это Вайпер. Ты знаешь, где Гарри Поттер и Невилл Лонгботтом?" Затворник продолжил, Флитвик, по крайней мере, почувствовал себя немного лучше. Это были Кустосы!

Все это время дементоры наверху все еще маячили, ожидая, когда защита тех, кто внизу, ослабеет, чтобы они могли забрать их души, а также души перепуганных жителей деревни, которые все еще были среди них.

"Нет, но эльфы забрали всех учеников, я полагаю, хотя я не знаю, почему они остановились", - сказал Флитвик. "Здесь все еще много людей, как вы можете видеть".

Те, кто был в состоянии, начали двигаться к своим защитникам, хотя те, кто был серьезно ранен, застряли на месте, надеясь, что придет еще помощь.

"Это дементоры. Должно быть, они затрудняют доступ в эту зону", - заявил Вайпер, прежде чем внезапно захотел посмотреть вверх.

Количество дементоров, казалось, умножилось. Это было невообразимое зрелище. Небо, которое ранее в тот день было абсолютно голубым, теперь стало почти черным, вечерний солнечный свет едва пробивался сквозь темные плащи.

«Если бы я не знал наверняка, я бы сказал, что Азкабан...», — начал было один из жителей деревни, но внезапно понял, что именно это и произошло.

Вскоре после этого формы, приведенные выше, опустились.

Лишь немногим из них удалось призвать или повторно призвать патронуса, но вскоре они угасли, когда отчаяние стало слишком сильным. Тёмная фигура обрушилась на них, поглотив последние капли надежды и счастья, которые им удалось сохранить.

Гермиона выхватила его палочку, заклинание сорвалось с её губ, когда она упала на землю, но она не смогла высвободить много силы, когда капюшон дементора откинулся назад.

Серебряные нити слабо струились из её палочки, пока те, кто был рядом с ней, в отчаянии кричали, пытаясь отбиться от дементоров, в первую очередь от того, что был на ней, и его рот приближался к её рту...

[Гринготтс]

Рук взялся за свой топор, зная, что каждая прошедшая секунда может сделать все их усилия бессмысленными. Гоблины рядом с ним были вооружены и готовы, и, в последний раз поклонившись своему королю, они положили руку на драгоценный камень на рукояти своего оружия и исчезли.

Исчезли к тому, кому они присягнули на верность.

[Хогсмид]

Гарри и Невилл встали недалеко от улицы, где раньше была "Голова свиньи". Гарри завернул Тедди в свою рубашку, когда они огибали другое здание, теперь неузнаваемое. Гарри не хотел рисковать тем, что Тедди снова пострадает, поэтому поместил его в самое безопасное место, какое только смог придумать.

Мех Тедди, надежно укрытый рубашкой, терся о голую грудь Гарри, его маленькие глазки-бусинки едва выглядывали из-за воротника Гарри, уши под подбородком Гарри.

Направляясь к "Голове свиньи", Невилл внезапно замер, схватил Гарри за руку и развернул к себе.

"Expecto Patronum!" Невилл закричал, почувствовав присутствие позади них, которого раньше не было. Разъяренный барсук бросился вперед, колотя дементора. "Нам нужно добраться до остальных!" он закричал, как раз когда его дыхание перехватило от внезапно охватившего ледяного ужаса.

Всплыли темные воспоминания, и хотя его барсук бросился к ним, он быстро исчез, когда что-то упало с неба вокруг них. Проносясь низко и высасывая все тепло.

"Expecto Patronum!" Гарри и Невилл оба плакали, идентичные крики эхом разносились с другого конца деревни.

Обе их палочки излучают огни надежды. Палочка Невилла придала форму, но свет Гарри, казалось, дольше задерживался вокруг них, заключая их в большой успокаивающий пузырь.

Они в изумлении смотрели, как существа в плащах скользили вокруг них, пытаясь добраться до них, но им мешал яркий блеск их чар. Они как будто были под водой, наблюдая за огромными, черными, высасывающими душу акулами, рыскающими вокруг них, но ощущение мгновенно исчезло. Это был момент, когда время замедлилось почти до полной остановки.

Драко.

Внезапно, по какой-то причине, Гарри понял, что вокруг Драко есть люди, и что по крайней мере одному из них грозит нечто большее, чем все мыслимое, постижимое, правдоподобное . . . .

Страх, горе, потеря.

Ужас, печаль, сожаление.

Ужас, печаль, жалость.

Все это пропитало саму суть Гарри, прежде чем его душа нанесла ответный удар.

Ярость, rage, разгневанность.

Благодать, милосердие, надежда.

Цель, гармония, любовь.

Он не позволил бы им победить. Не позволил бы им причинить боль тем, кто ему дорог, позволить им уйти безнаказанными за то, что они сделали и что они делают.

Он бы им не проиграл.

:EXPECTO PATRONUM!:

Он никогда не поймёт, почему произнёс это на парселтанге, но никогда не пожалеет об этом, потому что поднял палочку высоко над головой и вложил в это все свои чувства.

Момент времени, который, казалось, всё ещё был заторможен или не мог нормально протекать, оставался практически неподвижным, в то время как Гарри, похоже, не был затронут тем, что его замедлило.

Из его палочки вырвался золотой луч, ярче и неумолимее солнца, но это было нечто большее. Зов надежды, призыв к оружию, призыв к войне пронёсся по воздуху, его волны расходились во все стороны, а форма луча затвердевала и поднималась выше, пока внизу что-то происходило.

Зелёный туман сгустился вокруг него, пульсируя у его ног и распространяясь на дюжину ярдов вокруг. По мере того, как зов продолжался, туман становился всё гуще, пока не обрёл форму.

Сначала он не понял, что это было. Это было что-то огромное, что бы это ни было. Большие изогнутые предметы, обвивавшие его и здания.

"Саландра?" он выдохнул.

И вот так время снова продолжилось, только это было так, как будто оно пыталось наверстать упущенное, у дементоров не было ни единого шанса устоять перед натиском такой позитивной магии и неумолимой ярости.

Хруст!

Саландра-патронус опустила челюсти на невезучего дементора, прежде чем отбросить его в сторону и наброситься на другого, и теперь все они убегают или, по крайней мере, пытаются это сделать. Золотой свет буквально сжигал их.

Гарри держал свою палочку поднятой, его глаза осматривали все, что находилось над ним.

Прозрачный золотой феникс кружил над головой, исходящий от него свет отталкивал и уничтожал дементоров, пока туманный василиск щелкал челюстями на дементоре за дементором ... и был ли это плюшевый патронус у нее на макушке?

То, что казалось несколькими минутами, на самом деле было меньше десяти секунд, и прежде чем кто-либо смог в это поверить, все дементоры либо сбежали, либо погибли.

Медленно опустив руку, Гарри выдохнул, почувствовав, как Тедди прижался к нему, когда свет от его палочки потускнел, а его покровитель превратился в ничто менее чем за секунду, потому что опасность миновала.

"Лорд Поттер".

[Хогвартс]

Четыре гиганта были мертвы, и Саландра сражалась сразу с тремя, в то время как другие гиганты пытались прорваться мимо профессоров и Друзей.

Вампиры сражались с недавно появившимися защитниками — домашними эльфами.

Кто бы мог подумать, что домовые эльфы были настолько агрессивны, что даже вампир сделал паузу после того, как стал свидетелем их первой атаки? И их магия . . . . Как они были порабощены? Или, что еще лучше, почему они были?

Некоторые пожиратели смерти, считавшиеся обычными злыми волшебниками, оказались оборотнями, их превосходящая сила и скорость отчетливо проявлялись в их агрессивных атаках, которые с трудом отражались искусными заклинаниями и увертками.

Но потом с ними что-то случилось.

Стрелки?

Хотя их видели всего несколько защитников, влияние, которое они оказали на оборотней, было безошибочным. Они завизжали от боли и агонии, прежде чем упасть. Очевидно, у кентавров был хороший запас серебряной пыли и серебряных наконечников для стрел, и они очень старались оставаться в лесу, когда совершали свое нападение.

Снейп сражался бок о бок с Хагридом, объединившись с одним из других великанов. Снейп создал сливную яму под ногой великана, из-за чего тот споткнулся и тяжело приземлился на бок, сломав застрявшую лодыжку. Хагрид выстрелил из своего верного арбалета, показывая, почему он доверял этому оружию больше всего, когда входил в Запретный лес . . . .

Гигант не сдвинется с места в ближайшее время.

Спраут и МакГонагалл творили свою магию, вызывая растения и трансфигурируя определенные предметы и роковых существ, чтобы яростно противостоять одной из команд пожирателей смерти. Трансформированные осы и Ловушки летающего дьявола могут вызывать беспокойство, не говоря уже о смертельном исходе.

Но не все было хорошо с защитниками Хогвартса, и пожиратели смерти показали, почему их боится большая часть Волшебного мира. Почти никто из профессоров не пострадал, и когда наступит такое время, когда они смогут вспомнить прошлое, многие из них будут удивляться, как им удается продолжать сражаться.

Дамблдор и Волан-де-Морт взялись за дело, проявив магию, выходящую далеко за рамки того, что считалось возможным. Землей манипулировали, над ней возвышались грандиозные преображения, но они казались карликами по сравнению с гигантами вокруг. Форма Саландры была обернута вокруг одного гиганта, в то время как она пыталась укусить другого, заклинания пожирателей смерти безвредно отскакивали от ее чешуи.

Пока что ни один враг не продвинулся дальше трости Дамблдора феникса.

[Хогсмид]

Гарри и Невилл медленно повернулись, обнаружив Рука и большое количество гоблинов, заполнивших улицу, и приземлились на краю деревни.

"Рук?" Спросил Гарри.

"Это я. Мы пришли, как только смогли", - сказал он. "Каков ваш приказ?"

"Оцепите территорию наименьшим числом, насколько сможете. Всем остальным нужно добраться до Хогвартса и остановить Волан-де-Морта. Маг будет там, как только сможет ", - сказал Гарри, как раз в тот момент, когда несколько человек выбежали на улицу, только чтобы замереть при виде открывшегося перед ними зрелища.

Сириус Блэк и те, кого он собрал, прибыли с одной стороны (просто подключившись к портключу, прежде чем гигантский луч света и две прозрачные формы, сопровождавшие его, появились, а затем исчезли после устранения атаки дементоров), в то время как профессора и выжившие жители деревни были с другой.

-Pop-Pop-

Драко в облике Вайпера отскочил от Затворницы и появился рядом с Гарри и Невиллом, оставив усталую Затворницу рядом с Сомаком и Флитвиком (в конце концов, ее чуть не поцеловали).

"Грач", - поприветствовал Вайпер, склонив голову, положив руку на плечи Невилла и Гарри, прежде чем услышать, как Гарри прошептал: "Палата".

"Зафиксируйся на подписи Мага и мы прибудем, чтобы помочь ему в этой битве", - сказал гоблин рядом с Руком.

Гарри склонил голову в знак благодарности, когда Вайпер крепче сжал плечи своих друзей.

-Pop-

Гарри, Тедди, Вайпер и Невилл исчезли, оставив после себя растерянных жителей деревни, ошеломлённых бойцов и самодовольных гоблинов.

Они повернулись к Эрмиту, которого слегка поддерживали Флитвик и Сомак.

— В Хогвартс, — заявила Эрмит, и её слабость быстро сменилась решимостью и настойчивостью.

[Тайная комната]

Они вчетвером появились в комнате, и Гарри осторожно, но быстро передал Тедди Невиллу, который тут же протянул руку и взял его.

— Я позабочусь о нём, Гарри, — сказал Невилл, прежде чем Гарри достал таблетку из своей аптечки.

— Что ты собираешься делать? — спросил Драко, его голос всё ещё был ниже из-за маскировки под василиска.

"Я собираюсь показать Волдеморту, с кем и с чем он на самом деле имеет дело", - сказал Гарри, едва сдерживая свою магию. "Пришло время по-настоящему снять перчатки". Гарри проглотил оборотную пилюлю и превратился в Мага — разъяренного, готового сражаться, защищать и, при необходимости, убить, Мага.

"Миру пора увидеть, что происходит, когда хорошим людям надоедает зло. Никто не нападает на тех, кто находится под моей защитой, и это сходит ему с рук, - сказал Мэдж, выпрямляясь, его палочка была надежно спрятана в кобуре, а другой рукой он ободряюще похлопал себя по нагрудному карману. "Никто".

-POP-

[Хогвартс]

Они едва взглянули в сторону Хогсмида, когда вспыхнул яркий свет, поскольку любое колебание с их стороны могло означать их конец.

Три оставшихся гиганта теперь сосредоточили свое внимание на том, чтобы просто попытаться убить Саландру, но она была быстрой, а ее чешуя была прочной, еще более улучшенной магией Хогвартса, пытающейся помочь ее защитнику.

Тела погибших, принадлежащие обеим сторонам, были разбросаны повсюду, но профессора Хогвартса оказались не слабаками, и большее количество погибших принадлежало стороне Волан-де-Морта, но ему, конечно, было что терять.

"Устал, старина?" - Спросил Волдеморт, отражая заклинание, которое только что выпустил Дамблдор.

Они были примерно в дюжине футов друг от друга, и никто не вмешивался в их драку.

"Не совсем, Том", - ответил Дамблдор, уклоняясь от круцио.

"Прекрати называть меня этим грязным именем!" - сказал Волдеморт, Нагини шипела оскорбления и сквернословия в защиту своего хозяина.

: Но это твое имя: Дамблдор мягко прошипел в ответ, зная, что его тонкие словесные выпады действуют на Волдеморта сильнее, чем его заклинания.

"ТЬФУ!" Разъяренный Волдеморт выпустил полдюжины заклинаний на одном долгом вдохе.

Дамблдор начал отступать, готовясь блокировать, уклоняться и отклонять их, обе его руки работали с магией, но затем что-то произошло, заставив обе стороны остановиться и лениво спросить, что это было.

Между Дамблдором и Волан-де-Мортом возникло устрашающее волшебство, заставляющее заклинания, которые только что произнес Волан-де-Морт, деформироваться и отклоняться вверх, чтобы рассеяться или взорваться в небе, не причинив вреда.

-POP-

Магия, такая невообразимая, такая мощная и густая, коснулась их всех, когда фигура, не высокая и не короткая, появилась в центре, спиной к Дамблдору. Благородно одетая фигура излучала ярость, которая, как считалось, была возможна только от самого Волан-де-Морта, но присутствовали и другие эмоции, которые ясно давали понять, что этот человек совсем не похож на монстра перед ним.

Мужчина с идеально подстриженными усами и бородкой, с сединой на висках, свидетельствующей о возрасте и опыте, стоял, слегка склонив голову, и пристально смотрел на Волан-де-Морта.

— Волан-де-Морт, — сказал он, и его голос странным образом усилился благодаря ещё более странной магии.

— Да? — спросил Волан-де-Морт, на самом деле заинтересовавшись и втайне впечатлившись.

— Ты знаешь, что делаешь? — спросил он, не сводя глаз с Волан-де-Морта и замечая змею на плечах Тёмного Лорда.

— Ну и что, по-твоему, я делаю? — снисходительно спросил Волан-де-Морт.

— Как будто ты нападаешь на тех, кто находится под моей защитой.

Глаза Волан-де-Морта внезапно сузились. — И кто же ты такой? Ещё один мелкий волшебник, который пытается меня остановить?

— Нет. Я — Маг, глава Кустоса де Люкс. И я никогда не пытаюсь. Я либо делаю, либо не делаю. И я здесь, чтобы остановить тебя.

Волан-де-Морт рассмеялся, когда силы с обеих сторон перегруппировались, не осмеливаясь нарушить временное перемирие и гадая, когда снова полетят проклятия.

"Custosae? Эта идиотская охранная компания ?! Если я не ошибаюсь, здесь погибло несколько ваших людей, как вы можете видеть. Я посмотрел на эту вашу "компанию", и я должен сказать, что, хотя это прилично организованная группа, которая помешала моей победе в Министерстве, во всяком случае, лучше, чем группа старика, вы не можете быть серьезны в том, что вы и ваша маленькая банда веселых людей собираетесь сразиться со мной. "

Если бы это было возможно, у Волан-де-Морта были бы слезы на глазах.

"О, уверяю вас, мы намного больше, чем вы о нас думаете", - сказал Мэдж, на данный момент не думая о том, кто мог быть потерян.

"О? И что бы это могло быть?" Насмешливо спросил Волдеморт. "Армия?"

Как только это слово слетело с его губ, поднялась мощная волна воздуха, вытесненная сотнями гоблинов, которые только что материализовались, стоя наготове в строю по обе стороны от Мага и позади него.

"Да".

При этом слове обе стороны пришли в движение — одна отступала, другая наступала.

Маг потянулся рукой к нагрудному карману, а другой рукой достал волшебную палочку.

Извлекая и используя знания, которые он почерпнул из воспоминаний Волан-де-Морта и своих собственных исследований, он позволил своей дикой магии обвиться вокруг него, более контролируемой и ужасной, чем когда-либо прежде, поскольку он принял решение и действовал в соответствии со своим решением.

-Pop-Pop-

Исчезнув с того места, где он был, и появившись перед Волан-де-Мортом, который пытался прорваться сквозь чары, не дававшие ему аппарировать или телепортироваться, он сосредоточил свой взгляд на Нагини, которая шипела на него оскорбления.

— Авада Кедавра! — закричал Волан-де-Морт, направив палочку на Мага, который был слишком близко.

-Pop-Pop-

Маг исчез и появился прямо за правым плечом Волан-де-Морта, попав точно в цель. Волан-де-Морт почувствовал, как Маг тяжело дышит ему в затылок, прежде чем услышал очень резкий свист.

Он почувствовал, как его равновесие нарушилось по какой-то причине, которую он не мог понять в ту долю секунды, но потом ему и не нужно было понимать, потому что ответ ударил его в грудь.

Ярость, как никакая другая, захлестнула его, когда он увидел голову своей фамильяр со смертельной колотой раной прямо в затылке. Он развернулся на каблуках, сжимая свою палочку так крепко, что она могла сломаться, а обмякшее тело его фамильяра повисло на нем. Его лицо остановилось напротив лица Мага, которое было всего в двух дюймах от него, когда он ударил своими внезапно покрытыми проклятиями руками Мага в грудь. Желая каждой частичкой своего существа причинить как можно больше боли этому человеку, его руки связаны . . . .

-Pop-POP-

[За несколько секунд до]

"О? И что бы это могло быть? Армия?" Волдеморт усмехнулся Магу.

Маг просто стоял, даже без палочки в руке, когда события немедленно повернулись в его пользу.

Дамблдор не мог поверить своим глазам. Гоблины. Их были сотни, вооруженных и готовых сражаться за этого человека, готовых сражаться против худшего Темного Лорда своего времени, если не того тысячелетия.

И, очевидно, Волдеморт тоже не мог поверить своим глазам, потому что был ОШЕЛОМЛЕН.

"Да", - ответил Маг.

Дамблдор и другие двинулись вперед, когда силы Волан-де-Морта немедленно начали отступление.

Накладывая заклинания на убегающие цели, Дамблдор не мог не обратить вторую половину своего внимания на Мага. Он с изумлением наблюдал, как человек исчез, а затем появился перед Волдемортом, прежде чем снова исчезнуть, когда в него было выпущено смертельное проклятие.

Позже, когда все уладилось, Дамблдор смотрел это снова и снова, но он все равно многое воспринял, впервые став свидетелем невероятного.

Маг появился сразу за Волдемортом. Он был так близко, что мог бы сорвать с Темного Лорда плащ, но вместо этого, с кинжалом в руке — очень знакомым на вид кинжалом — он ударил Нагини в затылок одним плавным движением вдоха-выдоха.

Последний крестраж Волан-де-Морта . . . .

К сожалению, сразу после этого Волдеморт отреагировал гораздо быстрее, чем он когда-либо видел прежде.

Все еще бежал вперед, теперь все внимание на Маге и Волан-де-Морте, убегающие пожиратели смерти больше не беспокоили Дамблдора (гоблины все равно их прикрыли), он мог только наблюдать, как Волан-де-Морт повернулся лицом к Магу, чистая безудержная ненависть отразилась на его лице, но его лицо не беспокоило Дамблдора.

Даже с такого расстояния, как он был, Дамблдор мог видеть магическую дымку, покрывающую руки и палочку Волан-де-Морта, когда они соприкасались с грудью Мага. Он собирался заставить себя бежать быстрее, когда руки Волан-де-Морта соприкоснулись, но не успел, поскольку . . . .

-Pop-POP-

Фигура Мага исчезла после того, как его отбросило на несколько дюймов назад, и Дамблдор немедленно развернулся, услышав второй хлопок где-то далеко позади себя.

[От ПЕРВОГО лица Гарри]

Он отвел клинок, наблюдая, как падает Нагини. Он действительно достал ее . . . он не был уверен, что сможет это сделать, но он сделал.

Он снова занес клинок, и фигура Волан-де-Морта повернулась к нему с неожиданной скоростью, хотя и не совсем с непредвиденной агрессией и ненавистью. Он почувствовал, как вспыхнула его сердцевина, почувствовав надвигающуюся опасность, и приготовился к удару на случай, если не сможет достаточно быстро отскочить в сторону.

Он внезапно почувствовал, как две магии обхватили его грудь, когда руки Волан-де-Морта врезались в него. У него перехватило дыхание, и все, что он почувствовал, прежде чем ему удалось вскрикнуть, была невообразимая боль.

O o O

Дамблдор не видел, как Волан-де-Морт и остальные его выжившие силы добрались до границы защиты, чтобы аппарировать, или как разъяренные гоблины полностью уничтожили гиганта, прежде чем бросить свое оружие в убегающих пожирателей смерти и в Волан-де-Морта. Он видел только дрожащую фигуру сразу за своей тростью феникса, которая все еще торчала из земли в дюжине ярдов перед входом в школу.

Не так нежно расталкивая назойливых союзников-Кустосаев с дороги и отстреливаясь от сбитых с толку профессоров и друзей, Дамблдор подошел к Магу, чье лицо было искажено очевидной болью, его рука так крепко сжимала окровавленный кинжал, что вся ладонь была практически белой. Его палочка лежала на земле рядом с ним.

"Маг!"

Дамблдор немедленно оказался рядом с Магом, пытаясь выяснить, как обратить вспять проклятие, которое, очевидно, только что наложил на него Волан-де-Морт.

Маг ахнул, открыв глаза, чтобы показать вспышку их истинного цвета, и стиснул зубы, прежде чем магия таблетки снова восстановила свою силу. Увидев темно-зеленое мерцание, Дамблдор испугался еще больше, полагая, что это как-то связано с проклятием.

O o O

Все так сильно болело!

Но он сделал это! Нагини была мертва! Крестражей больше не осталось!

При этой мысли он действительно улыбнулся, не обращая внимания на то, что из его глаз потекли слезы, когда Дамблдор почти отчаянно взмахнул над ним палочкой.

Больше никаких крестражей ... Гарри снова подумал, что мучительная, изнуряющая боль теперь просто незначительное неудобство в свете этого счастливого факта. Волдеморта можно убить прямо сейчас; его друзья скоро будут в безопасности; Хогвартс будет в безопасности; мир будет в безопасности.

O o O

Казалось, что все его нервы были на пределе, как будто он подвергся по меньшей мере дюжине круцио, но это было нечто большее. Там была мощная магия, возможно, Магическая, пытающаяся побороть боль, и среди всего этого было странное, похожее на гламур заклинание, полностью покрывающее форму Мага.

Дамблдор надолго закрыл глаза, взяв Мэджа за руку, пытаясь не представлять, через что сейчас проходит Мэдж, но он был не в состоянии остановиться.

Маг сжал руку в ответ, хотя это было не совсем от боли, а от решимости.

O o O

Теперь они были на шаг ближе к прекращению этой войны. На шаг ближе к установлению мира, за который так долго боролись многие. Его родители и многие другие, наконец, смогут по-настоящему отдохнуть, зная, что их близкие теперь в безопасности от человека, который принес столько смерти и ненависти.

Да, скоро наступит мир. Все их усилия скоро окупятся. Даже эта боль того стоила. Ненависть не победит.

С этой последней мыслью Маг вздохнул, чувствуя, как проклятие постепенно ослабевает, а его магия собирается с силами, чтобы окончательно избавиться от него. На мгновение его грудь засияла золотом, а затем сменила цвет на зелёный и исчезла.

— Мэг? — спросил Дамблдор, испытывая несомненное облегчение от того, что боль оставила его союзника, его товарища, его друга. — Мэг, пожалуйста, скажи мне, что ты меня слышишь, — сказал он, склонившись над ним и забыв о трости в левой руке.

— Д-длинная Борода? — спросил Маг, смахивая недавно пролитые слёзы боли и мысленно думая... о нет, что же мне теперь делать?

Книга 3 — Часть 12: Товарищи по оружию

[Камера]

«Нам нужно вернуться в наши общие комнаты или в Большой зал. Все будут гадать, где мы», — сказал Невилл.

— Хм, нет. Думаю, тебе стоит принять любовное зелье, и Гадюка пока останется в неведении, ведь с точки зрения всех остальных, Гарри и ты были похищены мной.

— Ладно, полагаю, пришло время Торну, члену Ордена, появиться. Я могу отвести вас в Большой зал, прежде чем найду Гарри, то есть... Мага.

"Часть меня задается вопросом, стоит ли нам подождать, пока Гарри свяжется с нами, или, может быть, нам следует попытаться связаться с Гермионой и устроить так, чтобы мы с ней снова стали самими собой", - сказал Драко, прежде чем пробормотать деактивирующее слово для оборотной таблетки очарования. "Итак, нам нужно беспокоиться только о том, чтобы прикрыть тебя и Гарри, что должно быть немного проще, поскольку я, по сути, забрал вас обоих".

"Я согласен, и, кажется, у меня есть идея", - спросил Невилл.

"Хорошо, потому что я думаю, Торну следует поговорить с Затворником", - сказал Драко, намекая на набор Невилла Custosae.

"Хорошо", - сказал Невилл, взяв таблетку и проглотив.

Закрыв глаза, он почувствовал, что меняется, стареет и превращается в мужчину примерно двадцати пяти лет, его одежда менялась вместе с ним. У него были черные волосы и подстриженная, но густая борода. Его мантия была темной и плотно прилегающей. Он выглядел довольно остро и явно был из тех, с кем не стоит связываться.

"Мило", - сказал Драко, когда Тедди уставился на преображение Невилла.

"Как я выгляжу?" Спросил Торн, его голос был довольно глубоким и низким. Он, конечно, не будет петь тенором в ближайшее время.

"Как телохранитель", - заявил Драко, впечатленный не меньше Тедди.

"На самом деле, я думаю, что именно таким я и буду — телохранителем Мага. Таким образом, мне не нужно много говорить".

"Хороший план. Что ж, мы с Тедди будем молчать, поскольку не знаем, кто сейчас будет рядом с Затворником".

"Да". Невилл (или, скорее, Торн) достал свое зеркало, взмахнув палочкой позади себя, чтобы оно затуманилось, на случай, если кто-то еще, кроме Гермионы, мельком увидел зеркало. Драко и Тедди остались вне поля зрения. "Отшельник".

Зеркало на секунду дрогнуло, как будто Гермиона колебалась, но затем оно стало четким.

"Как один мы выступим против наших Врагов, Врагов Света. Это Торн. Ты в порядке, Отшельник?" - Спросил Торн, и Затворник быстро пришел к выводу, кто такой Торн, поскольку некоторое время назад они определили (для небольшого числа из них) свои "официальные" кодовые имена Custosae.

"Я в Хогсмиде и направляюсь в Хогвартс с несколькими другими, включая команду Грима (Сириуса). Хогсмид охраняется командой Железного Человека (Кингсли). И гоблины, очевидно, ждут сигнала Мага. Я полагаю, Вайпер прибыл туда с Поттером и Лонгботтомом? С ними все в порядке? Спросила Затворница, теперь явно направляясь к выходу из деревни.

"С ними все в порядке. Я готовлюсь скоро приехать туда и приведу с собой еще двух учеников. Малфой и Грейнджер", - сказал он, едва изменив тон при слове "Грейнджер". "Я думаю, будет лучше, если ты вернешься на базу, когда я приеду, ясно?"

"Я понимаю. Я отразу тебя, когда все успокоится настолько, что ты сможешь приехать с ними, хорошо?"

"Понятно", - ответил Торн.

"Где Маг?" спросила она, уже привлекая внимание Флитвика и Сомака, которые шли рядом с ней.

"Он пошел помогать в Хогвартс. Ты видишь что—нибудь оттуда?" Торн мгновенно оборвал себя, когда взгляд Затворника метнулся в сторону Хогвартса.

"Что ты видишь?"

"Маг и Вол - ДОБРЫЙ МЕРЛИН!"

Внезапно из зеркала донеслись звуки боя, крики и проклятия бесчисленного множества людей и боевые кличи, которые могли принадлежать только одному виду: гоблинам.

По понятным причинам вскоре после этого связь с Отшельником прервалась.

"Ну, я думаю, было бы с уверенностью предположить, что гоблины ответили на зов Мага", - сказал Драко.

Тедди и Невилл ухмыльнулись. "О, я бы хотел увидеть лицо Риддла, держу пари..." — начал Невилл, но остановился, когда Драко внезапно пошатнулся.

"Драко!"

Драко упал на одно колено, держась за грудь, когда вспышка невыносимой боли пронзила его, прежде чем исчезнуть так же быстро, как и появилась.

"Что случилось?" - Спросил Невилл, сразу оказавшись рядом с ним, Тедди быстро подошел к Драко с другой стороны.

"Это Гарри?!" Спросил Тедди.

"Я не знаю, но теперь все прошло", - выдохнул Драко. "Это больно. Очень".

"Ты сейчас что-нибудь чувствуешь?" Спросил Невилл.

Драко слегка покачал головой. "Просто... мир".

[Перед Хогвартсом]

"Маг, пожалуйста, скажи мне, что ты меня слышишь", - сказал Дамблдор, склонившись над Магом, гоблины кишели на территории перед Хогвартсом, в то время как половина профессоров отступила, увидев, как директор мчится к главным воротам Хогвартса.

"Л-Длинная борода?"

Дамблдор испустил огромный вздох облегчения, положив другую руку, в которой все еще держал волшебную палочку, на плечо Мага, а другой еще раз сжал его руку.

"Это я. Что тебе нужно, чтобы я сделал? Ты можешь двигаться? Тебе все еще больно?" Спросил Дамблдор.

Маг сдержал стон, когда попытался сесть.

"Мне нужна помощь, чтобы встать", - сказал Маг, решив перейти прямо к делу и рассказать, как это происходит, как он поступил с Волдемортом.

Брови Дамблдора слегка приподнялись, но он без колебаний помог ему, убрав палочку, чтобы у него были полностью свободны обе руки.

"Директор", - сказал кто-то. Гарри потребовалось мгновение, чтобы определить, кому принадлежал голос, что, вероятно, было нехорошим знаком.

"Северус, ты не мог бы помочь мне занести его внутрь?" Спросил Дамблдор, и понятно, что ошеломленный Маг теперь сел.

"Том определенно знает, как бить", - заявил Маг. "Думаю, я буду чувствовать это в течение нескольких дней. И Феникс сказал, что он может бить, как девчонка".

Феникс был, конечно, кодовым именем Рона Custosae.

"Осторожнее с моим кинжалом. На нем яд василиска", - предупредил их Маг, когда Снейп опустился на колени с другой стороны, напротив Дамблдора. Маг попытался поднять руку, чтобы вложить короткий клинок обратно в ножны, спрятанные в нагрудном кармане, но остановился, когда почувствовал, что его рука начала протестовать болезненной дрожью.

"Позволь мне помочь", - сказал Дамблдор, осторожно перемещая клинок туда, куда его направляла Маг. "Зачарованные карманные ножны?" Спросил Дамблдор, когда клинок был убран в карман.

Маг кивнул, но затем закрыл глаза, быстро осознав, что любое движение черепа не приносит приятных ощущений.

"Маг!"

И громких звуков, по-видимому, тоже не было.

Маг открыл глаза и увидел бегущего к нему Затворника, каким-то образом миновавшего все препятствия на поле боя, включая руку мертвого гиганта, смятые туши пожирателей смерти и обугленные останки вампиров среди окоченевших оборотней (все еще в их человеческом обличье).

— Мадам Отшельница, я прав? — спросил Дамблдор, заметив, что Мадж пытается не морщиться слишком заметно.

— Да, но просто «Отшельница» — это нормально, — ответила Отшельница, хотя её взгляд был устремлён на Мага, когда она шла рядом со Снейпом. — Маг, о чём ты думал? Ты в порядке? Ты мог бы... — Теперь она говорила тихо, но было ясно, как сильно она волновалась. — Обещай мне, что никогда больше так не сделаешь! У меня чуть сердце не остановилось!

— Я не могу дать такое обещание, Отшельник, но Нагини теперь мертва. Я не мог упустить возможность сделать Волан-де-Морта смертным, — прошептал Мадж, обращаясь к гоблинам и другим защитникам Хогвартса, находившимся далеко за пределами видимости Отшельника. Мадж заметил, что Рук, Сириус и Ремус организуют периметр и формируют команды, чтобы собрать раненых и начать уборку. Как долго он терпел боль? — А теперь он смертен, Герм, и он будет побеждён навсегда. Я об этом позабочусь.

Дамблдор и Снейп не знали, что сказать после этого, поэтому Дамблдор решил сосредоточиться на текущей ситуации, например, на том, чтобы отвести Мага в лазарет.

"Затворник, ты, конечно, можешь сопровождать нас в лазарет", - сказал Дамблдор.

"Мне скоро нужно будет вернуться, но я присоединюсь к вам. Другой клиент прибудет, когда мне придет время уходить. У меня есть другие обязательства; я уверен, вы понимаете ".

"Конечно. Маг поедет с тобой, когда ты уедешь?" Ответил Дамблдор, прежде чем посмотреть на Мага, который выглядел немного лучше, но был не в состоянии сделать что-либо действительно конструктивное в данный момент.

"Возможно", - сказала она, ожидая от Мага его мыслей по этому поводу, когда она взяла его палочку и отдала ее Магу.

"Я верю, что смогу вести любые необходимые дела из службы безопасности лазарета Хогвартса, пока не смогу спокойно уйти самостоятельно", - сказал Маг, слегка дрожащей рукой беря свою палочку и пряча ее в рукав, где была кобура.

Дамблдор кивнул, втайне довольный тем, что у него будет еще немного времени встретиться с Магом лицом к лицу, несмотря на печальные обстоятельства.

"Я готов встретиться с Безжалостной (Помфри), где бы ты ни был, хотя я не думаю, что мои ноги справятся с задачей доставить меня туда без посторонней помощи", - сказал Гарри, оглядывая себя и сосредотачиваясь на своей персоне Мага, пытаясь разрядить текущую ситуацию. "Если вы не заметили, все, честно говоря, немного не в порядке".

Правда заключалась в том, что он был не в духе. Его пальцы рук и ног неприятно покалывало; в правом ухе раздавался раздражающий гул, рука, державшая нож, дрожала, и, самое главное, тупая пульсирующая боль в том месте, куда ударили руки Волан-де-Морта.

"Тогда за мадам Помфри", - сказал Дамблдор, прежде чем посмотреть на Снейпа. "На счет три".

Дамблдор и Снейп подняли Мага на ноги, заставив его подавить болезненный вздох, когда его ноги приняли часть веса на себя. Затворник и остальные поморщились, в то же время задаваясь вопросом, разумно ли было заставить Мага попытаться выдержать часть собственного веса.

"Ты уверен, что готов войти? Знаешь, мы можем левитировать тебя", - сказал Снейп.

"О, я знаю, но я предпочитаю делать все, что в моих силах, самостоятельно. Я уверен, что такой человек, как ты, понимает это", - ответил Маг, силы медленно возвращались к его ногам.

Снейп ничего не сказал на это, когда они с Дамблдором начали помогать ему поступить в Хогвартс, Отшельник шел следом.

"Теперь ты в порядке?" Спросил Невилл.

"Да. Я просто надеюсь, что с Гарри все в порядке".

"Я уверен, что если бы это было не так, Затворник позвонил бы", - сказал Невилл.

Драко кивнул. "Я полагаю, что с тем, что там происходит, нам придется подождать, пока Затворник не позвонит".

"Хм, но до тех пор у меня есть идея", - сказал Невилл, опуская Тедди и глядя на него. "Ты не мог бы остаться в моем кармане, уменьшенный?"

"Это отличная идея!" Драко согласился.

"Ты имеешь в виду ... я буду супер крошечным?" Спросил Тедди, его глаза расширились.

"Только ненадолго, и я добавлю в него фразу для деактивации, чтобы ты мог избавиться от морщин, если понадобится", - сказал Невилл.

Тедди выпрямился, его восстановленная рука слегка обвисла.

"Уменьши меня!"

"Эй, подожди, твоя рука!" Воскликнул Невилл, быстро опускаясь на колени и хватая медленно отстраняющуюся руку Тедди.

"Ах! Он отваливается!" Тедди заплакал. "Почему это происходит со мной?!"

Невилл достал свой набор Custosae и трансфигурировал осколок от мантии Драко в швейную иглу.

"Стой спокойно", - заявил Невилл, каким-то образом умудряясь вдевать нитку в иголку, несмотря на свои большие руки. "Рад, что Гермиона добавила нитки в набор ..."

Он никогда еще не был так благодарен своей бабушке за то, что она придиралась к его способностям "гордости дома". "Старые способы", как она их называла, чтобы по возвращении из Хогвартса он был более благодарен магии (это и "большинство чар не могут сравниться с результатами чистого тяжелого труда", - сказала она).

Сидя совершенно неподвижно и глядя в сторону, Тедди позволил Невиллу пришить свою руку на место, так как по какой-то причине состояние репаро ухудшалось.

"Это подождет, пока мы не придумаем, как навсегда зафиксировать твою руку", - сказал Невилл.

"Фух! Мне нравится, когда меня держат под руку! Руки никогда не должны отваливаться; это неправильно", - Тедди кивнул с благодарностью и облегчением. "Хорошо, я готов стать маленьким".

Торн (Невилл) направил свою палочку на Тедди и пробормотал заклинание. Тедди медленно уменьшился до размеров мармеладного мишки.

"Фраза отмены - "не ешь меня", - сказал Невилл.

"Хорошая фраза", - сказал Драко, пряча усмешку, когда Невилл осторожно взял Тедди большим и указательным пальцами, рука Тедди была полностью перевязана небьющейся (неразрезанной) ниткой, и положил его в нагрудный карман, который был открыт сверху.

"Удобно?" Спросил Невилл, заглядывая в карман.

"Ага!" - раздался тоненький голосок из его кармана.

"Хм, эй, Тедди, как думаешь, ты мог бы подбросить нас к Гермионе, когда она позвонит?" Задумчиво спросил Драко.

"Возможно. Я попробую заглянуть сюда первым", - сказал он.

-pop-pop-

Торн исчез, а затем снова появился за спиной Драко.

"Злой! С тобой там все в порядке?" Спросил Невилл.

"Ага!"

"Итак, теперь ты можешь попасть куда угодно, прямо как Маг и Вайпер", - сказал Драко. "Спасибо Тедди".

"Подожди, пока Гарри узнает об этом", - сказал Невилл, ухмыляясь. "Тедди, экстраординарный мини-телепортирующийся медведь!"

"Да", - сказал Драко с улыбкой, прежде чем они сели ждать, пока Затворник позвонит им или кто-нибудь другой свяжется с ними, что они и сделали.

Дамблдор, Снейп, Маг и Отшельник были первыми, кто прошел через главный вход. Почти все остальные оставались на территории с гоблинами, которые сейчас устанавливали медицинские палатки вместе с Друзьями и другими профессорами. Саландра растянулась, чтобы создать что-то вроде барьера с одной стороны, в то время как несколько Благородных гоблинов-стражей охраняли другую сторону.

Магу и остальным не потребовалось много времени, чтобы добраться до лазарета. Открыв дверь, они обнаружили Олливандера, Сьюзен и еще одного студента, помогающих Помфри с полудюжиной серьезно раненых. Сьюзан и Олливандер работали над одной формой, в то время как Помфри и еще одна студентка перевязывали ногу женщины.

Дамблдор и другие справедливо предположили, что они уже перенесли тех, у кого были легкие травмы, в Большой зал.

Помфри подняла глаза, услышав, как открылась дверь. Увидев Дамблдора, поддерживающего красивого мужчину средних лет, она быстро сосредоточилась на них. Снейп, казалось, только недавно почувствовал, что его помощь больше не нужна, хотя и был готов оказать ее снова.

"Мистер Клэй, вы можете закончить здесь?" спросила она.

На шестом курсе Помфри поспешила к своему новому пациенту, уже достав палочку и готовая помочь.

Собрав как можно больше информации, когда она приблизилась к ним, она сразу заметила несколько вещей. Во-первых, мужчина едва стоял бы на ногах, если бы не Дамблдор, и, во-вторых, мужчине было больно. Это все, что ей нужно было знать, поскольку она немедленно приступила к работе.

Взмахнув над ним волшебной палочкой, пока Дамблдор и Снейп молча стояли по обе стороны от мужчины, она обнаружила кое-какую тревожащую информацию.

"Альбус! Какого черта ты притащил сюда этого человека таким образом ?! Он должен быть на носилках, а не стоять! Что, черт возьми, с ним случилось? " - спросила она, уже жестом ведя их к кровати, чтобы уложить его. Помфри была так сосредоточена, что даже не заметила Затворника. "Я читаю что-то похожее на "Круциатус", но оно другое, концентрированное", - сказала она, взмахнув палочкой над ним, замедляясь над его грудью, когда она ахнула. "Как ты вообще еще в сознании?!"

Маг моргнул, глядя на нее, не в силах полностью скрыть свое веселье. Он никогда не замечал, какой забавной может быть Помфри, когда она снова набрасывается на Дамблдора.

— Я не могу понять, почему ты позволил этому человеку войти сюда, сам ли он пришёл или нет! Что на тебя нашло?! Я чувствую тёмную магию на его груди и повреждения нервов, распространяющиеся на конечности. Его ударили неисправным Круцио вместе с дюжиной обычных? — спросила она, собираясь снять с Мага верхнюю одежду.

Мэдж попыталась остановить свои руки, ей не очень нравилась идея быть раздетой кем-либо, да еще и на глазах у окружающих. Помфри отмахнулась от его рук, как строгая мать.

"Сэр, мне нужно увидеть степень ущерба", - заявила она.

"Очень хорошо", - неохотно сказал он, - "но не пытайся снять с меня чары. Это не сработает и, честно говоря, только расстроит меня", - категорично заявил Маг. Гарри знал, что он не может быть менее твердым, если хочет сохранить свою тайну и авторитет.

Он был уверен в волшебной пилюле, но ему не хотелось, чтобы кто-то пытался совать в нее нос. Близнецы рассказали ему, как это работает и как можно обмануть даже Целителя. Очарование не могло полностью скрыть все предыдущие травмы, такие как внутренние, но Целитель не смог бы собрать достаточно информации, чтобы идентифицировать человека с его истинным "я". Например, поскольку Гарри был замаскирован под мужчину средних лет, его старые травмы выглядели такими же "постаревшими", как и он сам.

"Есть причина, по которой на вас наложено очарование, мистер ... ? " - подозрительно спросила Помфри.

При этих словах Дамблдор вмешался, как будто ему действительно нравились следующие события.

"Мадам Помфри, я хотел бы представить вам Мага", - гордо сказал Дамблдор. "Он только что помешал Волан-де-Морту продолжить атаку на нас и убил своего фамильяра, Нагини".

"М-маг?" спросила она, переводя взгляд с Дамблдора на Мага и обратно.

"Да, Поппи, но он получил сильный удар в грудь от Волан-де-Морта", - сказал Дамблдор, снова становясь серьезным.

Переварив это, Помфри удвоила свои усилия по обследованию Мага, к большому неудовольствию Мага. Ее волшебная палочка быстро отбросила его верхнюю одежду на пустой стул позади нее, за ней последовали его жилет и майка, хотя кобура с волшебной палочкой все еще была прикреплена к его руке. Ее исследующая рука скользнула по его груди, и он не мог понять, что она надеялась узнать, делая это. Неужели она не видела повреждений ?! Что можно было бы, потрогав ее, найти или решить ?!

Каким-то образом магу удалось схватить ее за руки, в правой она все еще держала палочку, и заставил ее остановиться. Начинало по-настоящему больно!

"Прекрати, пожалуйста. Мне очень больно, и я просто хочу полежать здесь", - честно сказал он, прежде чем медленно отпустить ее руки, когда Затворник подошел к Снейпу.

Помфри сделала ему небольшую паузу, позволив ему взглянуть на себя сверху вниз. Затворник подавил вздох.

"Блестяще. У меня на груди отпечатки рук самого злобного монстра на планете в виде каких-то причудливых кровоподтеков", - заявил Мэдж, явно раздраженный.

"Тебе сейчас что-нибудь больно?" Спросил Дамблдор, озабоченно глядя поверх очков-полумесяцев с оттенком суровости, требующей, чтобы ему сказали правду.

"Не очень много, хотя, думаю, я бы предпочел, чтобы меня ударили кувалдой с электрическим приводом", - прямо сказал Мэдж, полностью откидываясь на кровать, чтобы мадам Помфри могла начать кудахтать над ним своей палочкой.

Если бы обстоятельства сложились иначе, он, возможно, рассмеялся бы, но, просто увидев, что именно Волан-де-Морт сделал с ним, он не чувствовал себя таким веселым ... хотя, он только что сделал Волан-де-Морта смертным. Он предположил, что это небольшая цена за, так сказать, равные условия игры.

Волан-де-Морт вступил в бой в тот день бессмертным, но не ушел как один.

Маг улыбнулся с новым удовлетворением. Остальные заметили, но у них не хватило смелости спросить его об этом.

"Наэлектризованный?" - спросила Помфри. "Разве это не какой-то маггловский термин?"

"Так и есть", - ответил Маг. "Проще говоря, магглы способны контролировать и создавать форму молнии. И на самом деле, у меня есть несколько человек, которые работают над чем-то с "электричеством", - сказал он с улыбкой. "Арахисовое масло и джем (близнецы)".

"Понятно", - сказала Помфри, сбитая с толку упоминанием приправ.

"У тебя темно-зеленые глаза?" Внезапно спросил Дамблдор.

Магу не удалось полностью скрыть свое удивление, когда он посмотрел на Дамблдора, Помфри сейчас была занята какими-то отвратительными на вкус зельями. "Что?"

"Твой настоящий цвет глаз - темно-зеленый? Причина, по которой я спрашиваю, в том, что я увидел, как твои глаза на секунду стали темно-зелеными, и мне нужно убедиться, что это было из-за мерцания твоего очарования, а не из-за того, что Волан-де-Морт сотворил какое-то проклятие, - объяснил Дамблдор.

"Да", - ответил Маг, пытаясь скрыть свое внезапное беспокойство.

Дамблдор слегка кивнул.

"Э—э-э, простите", - сказал Затворник, делая шаг вперед и заставляя Помфри вздрогнуть. Дамблдор отступил в сторону, справедливо предположив, что она хочет поговорить с Магом. "Маг, Торн скоро заменит меня, как только я свяжусь с ним, и он приведет с собой двух учеников".

"Очень хорошо", - сказал Маг, легко понимая, что происходит. "Ты знаешь, что происходило в других местах? Я знаю, что Хогвартс и Хогсмид были не единственными целями".

"Не очень много, но Торн, возможно, знает больше", - ответил Затворник.

"Скажи Торну, чтобы приходил, когда пожелаешь", - сказал Маг.

"Думаю, я сделаю это сейчас, если это не будет проблемой", - сказал Затворник, глядя на Помфри и Дамблдора. Они кивнули. "Могу я воспользоваться вашим кабинетом?"

"Конечно", - изящно ответила Помфри.

Затворник благодарно улыбнулся. "О, я, вероятно, уйду сразу после разговора с Торном, поэтому я прощаюсь с вами прямо сейчас. Если вам нужно связаться со мной, что ж ... Я уверена, вы знаете, что Маг может вам помочь ", - сказала она.

Дамблдор понимающе кивнул, хотя в глубине души был озадачен тем, как она собиралась уйти из кабинета Помфри. "Спасибо тебе, Затворница, и спасибо тебе за твою сегодняшнюю помощь".

С этими словами Затворник вошел в кабинет Целителя, произнес несколько заклинаний и закрыл дверь.

"Сколько их уже?" Спросил Маг, воспользовавшись моментом, чтобы оглядеться вокруг. Он обнаружил, что Рон спит на одной из кроватей, но не мог ясно разглядеть, кто был на других кроватях. Хотя он знал, что двое из них были взрослыми.

Олливандер, Сьюзен и другой студент, мистер Клей, продолжали работать, хотя, похоже, им особо нечего было делать.

"Я видел почти пятьдесят человек, большинство с незначительными травмами. Я отправила их в Большой зал или в их общие комнаты после того, как их травмы были обработаны, - сказала Помфри, протягивая Магу зелье для питья. "Это противодействует Круциатусу".

Маг посмотрел на него, прежде чем взять, не стоит казаться полностью доверчивым. Быстро понюхав его, чтобы соблюсти приличия, он также доказал себе, что это было то, что она сказала (не то чтобы ему это действительно было нужно, очевидно). После этого он проглотил его залпом.

Когда он это сделал, Помфри посмотрела на Дамблдора, выражение ее лица внезапно стало очень мягким. У Гарри возникло нехорошее предчувствие, когда Дамблдор встретился с ней взглядом. "Альбус", - мягко сказала она, когда Маг опустил опустевшую бутылку с зельем. "Твой брат был одним из первых, кого привели".

Брови Дамблдора слегка приподнялись, прежде чем он повернул голову и осмотрел кровати, уже отходя от Мага. Он, конечно, вскоре заметил своего брата. Он был в кровати, рядом с которой стояла Сьюзен.

"Поппи?" Спросил Дамблдор, явно немного не в себе, когда остановился в ногах кровати своего брата.

"Отшельник и человек по имени Вайпер привели его к мистеру Уизли вскоре после начала карантина", - сказала она. "Мистер Уизли был без сознания, получил несколько ожогов и рану на голове."

"А мой брат?"

"Его нога была сломана в нескольких местах, а грудная клетка серьезно повреждена. Не знаю, смог бы я спасти его, если бы Вайпер и Затворник не доставили его так быстро ".

"Так с ним все будет в порядке?" Спросил Дамблдор.

Она медленно вздохнула. "Я оптимистична, но ... я не могу честно сказать", - сказала она, не желая давать какую-либо неточную информацию и, возможно, вселять ложную надежду, которая позже будет болезненно разрушена, если дела пойдут плохо. "Я смог вылечить его ногу, хотя ему нужно будет выпить укрепляющие зелья, когда он поправится настолько, чтобы встать с постели. Однако его груди потребуется дополнительная помощь с помощью поддерживающих чар из-за заживающих ребер, но из-за его возраста я не решаюсь накладывать какие-либо серьезные чары, чтобы помочь в регенерации его мышц. Его сердце получило некоторую травму, и пока я не буду уверен, что его сердце стабильно, я не рискну усложнять восстановление. "

"Что случилось?"

"Из того, что я смог сделать, на него упало несколько тяжелых предметов, возможно, опорных балок. Честно говоря, я не знаю, поскольку Затворник и Вайпер мне не сказали, и я все равно не знаю, были ли они там, когда это произошло."

"Если вы хотите знать, я спрошу их позже, поскольку я уверен, что Затворник уже ушел", - мягко подсказал Маг.

"Изнутри кабинета Поппи?" Спросил Дамблдор, не в силах сдержать любопытство. "Так же, как она и Вайпер вошли сюда, несмотря на то, что Хогвартс был в карантине?"

"У некоторых из нас есть способ передвижения, отличный от обычных средств волшебников", - уклончиво ответил Маг.

Дамблдор больше не задавал Мэджу вопросов на эту тему, но оглянулся на своего брата, отметив бинты и слегка тяжелое дыхание. Его мысли явно переключились на что-то другое, прежде чем он искренне повернулся к Мэджу. "Спасибо тебе, Маг. Ты и твой народ доблестно сражались и предотвратили сегодня несколько смертей", - тихо сказал он. "Включая жизнь моего брата", - добавил он, явно не позволяя себе рассматривать различные возможности, касающиеся его брата. "Я у тебя в долгу, и не только в одном смысле".

"Мы оба спасали жизни; ты даже спас мою жизнь раньше, так что пусть не будет разговоров о долгах. Между такими, как мы, Альбус, нет долгов, потому что мы товарищи по оружию, - ответил Маг, по какой-то причине не стесняясь называть Дамблдора по имени.

Глаза Дамблдора блеснули. "Что мы и есть".

"Хорошо, я готова, когда будешь готов ты, Торн", - сказала Гермиона из-за зеркала, готовая отменить свою гламурную таблетку.

"Хорошо", - сказал Торн. "Драко?"

-Pop-

Форма Затворника вернулась к Гермионе, когда по обе стороны от нее появились две фигуры. Крупная, похожая на телохранителя, и маленькая, со светлой головой.

"Хорошо, я думаю, нам следует пойти дальше и сразу заскочить в лазарет", - сказала Гермиона, устанавливая свои чары и защиты по комнате, чтобы отменить их через десять секунд. Драко кивнул, Тедди (в кармане Торна) сосредоточился.

-Pop-

Гермиона, Драко и Торн появились в центре больничного крыла с очень тихим хлопком (Драко и Гермиона подумали, что это из-за маленького размера Тедди и небольшого расстояния), и вскоре оказались прямо перед Дамблдором и Магом, лежащими на кровати позади них.

Бедняга Помфри подпрыгнул, а мистер Клей вздрогнул; Олливандер и Сьюзен были впечатлены. Брови Дамблдора слегка приподнялись, но его глаза сверкали как сумасшедшие.

— Мисс Грейнджер и мистер Малфой, — любезно произнёс Дамблдор.

— Здравствуйте, директор, — сказал Драко, и Гермиона тоже поздоровалась с ним, прежде чем Дамблдор остановил взгляд на Торне.

Дамблдор знал, что Торн не великан, просто по ощущению магии, исходящей от этого человека, и по тому, что Хогвартс делился с ним информацией, но он не мог не чувствовать себя немного ниже ростом.

Торн не был совсем миниатюрным Хагридом, но из-за его широких плеч и бочкообразной груди Кингсли рядом с ним выглядел бы хрупким подростком. Его впечатляющую внешность подчеркивала манера держаться черноволосого мужчины. Насколько знал Дамблдор, он вполне мог быть спартанцем в мантии. Его остриженная борода и многослойная темная одежда также не портили его ауру типа "не связывайся со мной, и я оставлю тебя в живых".

Дамблдор сделал шаг вперед, в конце концов, он был Альбусом Дамблдором, и его не запугаешь (по крайней мере, заметно), и протянул руку. "Торн, я так понимаю?"

"Правильно, директор. Я личный телохранитель Мага до конца его пребывания здесь, если вас это устроит?" Спросил Торн, его низкий голос почти заставил Помфри растаять.

Она была рада, что оказалась за спиной Торна.

"Конечно, Торн. Ты можешь оставаться столько, сколько тебе и Магу нужно и захочется", - сказал Дамблдор.

Гермиона и Драко подошли к Сьюзен, которая отошла от Аберфорта. Через несколько мгновений Дамблдор любезно отпустил их в их общие комнаты после того, как Помфри сообщила им, что Рон будет в порядке после нескольких дней наблюдения. Олливандер отправился в Большой зал, вызвавшись проводить учеников обратно в их общие комнаты и начать серьёзный подсчёт.

Торн плавно переместился к изголовью кровати Мага, и ему не нужно было ничего говорить, чтобы Снейп попятился.

— Есть какие-нибудь новости от остальных? — спросил Мадж, беря у Помфри мазь от ушибов и осторожно нанося её на себя.

— Да. Все они в безопасности, и мы обезопасили территории, пострадавшие от недавних нападений, за исключением Азкабана. Мы пока не знаем, сколько человек погибло, — заявил Торн, осознавая, что Дамблдор и Снейп тоже прислушиваются к каждому его слову. — Однако мы знаем, что Азкабан полностью потерян. Дементоры дезертировали, как мы и предполагали, и большинство заключённых сбежали, предположительно, чтобы помочь в других нападениях. Остальные были убиты, вероятно, за то, что отказались присоединиться к Волан-де-Морту.

"У нас есть номера?" Спросил Маг.

"Всего пятьсот заключенных, хотя некоторые из них были убиты вскоре после вступления в сражения. Для большинства из них годы в Азкабане повлияли на их боевые способности, хотя Пег и несколько других считают, что они, должно быть, получили какие-то зелья, прежде чем их перенесли портключом в Косой переулок и другие места, что имело бы смысл, поскольку у них также были волшебные палочки и маски, - ответил Торн.

"А дементоры?" Спросил Маг.

"Их изгнали из Хогсмида до того, как вы прибыли на территорию Хогвартса. Насколько мы можем судить, выжившие дементоры направляются к побережью", - сказал он, прежде чем двинуться дальше. "Гоблины разбили палатки на территории, заботясь там о раненых. Саландра стала сторожем на границе леса, помогая в этом кентаврам. Косой переулок и Хогсмид сейчас патрулируют несколько друзей, а также авроры. Раненых доставили в больницу Святого Мунго. В этих местах также началась уборка. "

"Очень хорошо", - сказал Мэдж, синяки теперь не более чем слабые очертания. Надеюсь, со временем они исчезнут.

"Простите, но когда вы сказали "выжившие дементоры", что вы имели в виду?" Спросил Дамблдор.

Торн улыбнулся. "Ну, очевидно, патронус мистера Поттера, или, скорее, патронусы, обладают способностью убивать ужасных монстров".

"Патронусы"? Спросил Дамблдор, его глаза расширились.

"О, да. Вайпер был весьма впечатлен, когда увидел их, прежде чем привести Лонгботтома и Поттера обратно с собой ".

""Назад"? Почему он застрял, повторяя все подряд? он задавался вопросом.

"Уверяю вас, директор, ваши ученики там, где они есть, в безопасности. И, учитывая обстоятельства, они должны оставаться там, пока не сочтут, что им пора возвращаться", - сказал Торн.

"Я знал об этих приготовлениях до встречи с Волдемортом", - сказал Маг. "Пожалуйста, поверьте мне, когда я говорю, что они в надежных руках".

"Я верю тебе", - сказал Дамблдор, когда Олливандер вернулся в лазарет.

"Альбус, все студенты и профессора были учтены, за исключением —"

"Мистер Поттер и мистер Лонгботтом", - ответил Дамблдор, выглядя довольно спокойным, особенно по сравнению с Олливандером.

"Хм. Ну, поскольку вы это уже знаете, я просто сообщу вам, что Минерва в Большом зале, следит за порядком и позволяет студентам организованными группами возвращаться в свои комнаты отдыха. Она также попросила меня спросить тебя, не нужно ли тебе, чтобы она сделала что-нибудь конкретное ", - сказал Олливандер, внезапно успокоившись. Его переход от почти панического состояния к полной собранности был немного странным.

"Не сейчас, спасибо, Ксанимаус", - сказал Дамблдор. "Как только я закончу здесь, я присоединюсь к ней, хотя, возможно, сначала мне нужно будет поговорить с одним министром".

"Ах, это напомнило мне", - сказал Олливандер, выглядя странно удивленным. "Очевидно, некая репортерша и ее фотограф присутствовали, когда несколько бойцов прибыли из Хогсмида, когда появился Маг и ... избавился от змеи".

Дамблдор и Маг закрыли глаза практически одновременно.

"Мисс Рита Скитер?" Спросил Дамблдор.

"Один и тот же".

"Я прокомментирую, если нужно, но я не собираюсь проводить пресс-конференцию", - заявил Маг.

"Я уверен, что в этом нет необходимости", - сказал Дамблдор. "На самом деле, это может сработать в нашу пользу . . . . "

Маг успокоился от тона Дамблдора и ярких глаз.

"Хорошо, если вы все закончили обсуждать недавние события, моим пациентам нужно поспать", - сказала Помфри, прежде чем повернуться к Магу, избегая зрительного контакта с Торном. "Это касается и вас, мистер Маг. Как может подтвердить Дамблдор, мне все равно, кто ты! Если ты в моей палате, ты в моих владениях, понял?"

Торн моргнул, а Маг действительно улыбнулся.

"Да, мэм", - сказал Маг, укладываясь поудобнее, когда Дамблдор, Снейп и Олливандер направились к двери. Торн пододвинул стул. "Если я вам понадоблюсь, вы знаете, где меня найти", - крикнул им вслед Маг.

"Конечно, Маг", - ответил Дамблдор, когда Помфри выпроводила их, хотя она на мгновение остановилась и кивнула в ответ на какой-то вопрос Дамблдора, прежде чем плотно закрыть за ним дверь.

Книга 3 — Часть 13: Сердце

Следующие часы после появления Мага с гоблинами в Хогвартсе были наполнены замешательством и неразберихой. Министерство было шокировано, обнаружив так много гоблинов в скафандрах, прибывающих для патрулирования бесчисленных локаций, все командиры гоблинов просто заявляли: "Мы здесь по просьбе того, кого зовут Маг, который решил, что о его присутствии теперь необходимо знать всем, Светлым и Темным".

Очевидно, это мало что им сказало, но когда они получили известие о том, что произошло в Хогвартсе, министр решил нанести визит в Хогвартс, чтобы увидеть, что происходит своими глазами.

Корнелиус, теперь в сопровождении мадам Боунс, которая только что получила отчеты из Министерства о жертвах и разрушениях, направился в Хогвартс, аппарировав в Хогсмид.

То, с чем они прибыли, поразило его. Гоблины были повсюду, работая с ведьмами и волшебниками над охраной зданий и территории.

"Сюда, министр", - сказал мистер Шеклболт, ведя их сквозь организованный хаос. "Здесь все еще собирают данные, но все тяжелораненые доставлены в Хогвартс. Остальные раненые находятся либо в медицинских палатках, либо в Большом зале. Павших перенесли в "Три метлы".

Фадж кивнул, осмысливая услышанное. Как все это могло произойти всего за один вечер?

"Где Дамблдор?" Спросил Фадж.

"Внутри Хогвартса", - ответил Кингсли.

"Тогда пойдем туда прямо сейчас. Я должен поговорить с ним", - сказал Фадж.

"Конечно, сэр", - сказал Кингсли, ведя министра и Боунза через расчищенные завалы.

"О боже ... " - выдохнул Кости, когда они добрались до территории Хогвартса.

Территория была усеяна покрытыми телами великанов и пожирателей смерти, поднятой и перевернутой землей, подпалинами и кратерами. Границы территории также патрулировали десятки гоблинов с несколькими аврорами. Рядом с одной из главных медицинских палаток были почтительно накрыты. Сириус Блэк стоял у входа, разговаривая с высокооплачиваемым гоблином.

"Сюда", - указал Кингсли нескольким проходящим мимо гоблинам.

"Ах! Министр!"

Кингсли подавил стон.

"Что делает Министерство в это время? Заключили ли они соглашение с гоблинами? Вступили ли они в союз с Кустосае? Этот "Маг"? Спросила Скитер.

"Мисс Скитер, пожалуйста, если вы хотите, вы можете присоединиться к нам в Хогвартсе, но, пожалуйста, воздержитесь от вопросов в данный момент. Как вы можете видеть, у нас много дел, и я уверен, вы не хотите препятствовать каким-либо нашим действиям в попытке оказать помощь пострадавшим, начать устранять нанесенный ущерб и наводить порядок?" - Спросил Фадж ровным голосом.

Боунс и Кингсли не могли не быть впечатлены. Когда это произошло?

Скитер был ошеломлен. "Конечно, министр".

Итак, они направились в Хогвартс.

Дамблдор кивнул, разговаривая с Макгонагалл. "Да, с ним все будет в порядке".

"А Аберфорт?" - спросила она.

Глаза Дамблдора на мгновение застыли. "Я надеюсь".

МакГонагалл собиралась сказать что-то еще, когда подошли Кингсли, Фадж, Скитер и Боунс.

"Альбус, скажи мне, что здесь произошло?" Спросил Фадж. "Где этот Маг? Мне сказали, что он появлялся здесь. Вам нужна какая-либо помощь от Министерства, или у вас все описано здесь? Мне нужно знать, куда направить дополнительную помощь. "

"Маг отдыхает в лазарете. Мадам Помфри распорядилась дать ему отдохнуть, но он согласился дать показания позже. На данный момент Хогвартс не нуждается в дальнейшей помощи. Достаточно того, что предоставил Маг."

"Жертвы? Пострадал ли кто-нибудь из учеников?" спросил он, игнорируя царапающее перо Скитер.

Дамблдор взглянул на нее. "Мисс Скитер".

Она сделала паузу, глядя на него с некоторым удивлением от того, что к ней обратились напрямую. "Да?"

"Я надеюсь, то, что вы пишете, полная правда и только правда?"

"Конечно!" - сказала она с оскорбленным видом.

— Ах, превосходно! Тогда я с уверенностью могу сообщить гоблинам, что любые комментарии, которые они захотят обнародовать, могут быть переданы вам, ведь вы знаете, какими мстительными они могут быть, когда с ними или их союзниками происходит что-то нечестное, — весело сказал Дамблдор. — Мне бы не хотелось, чтобы между «Ежедневным пророком» и гоблинами возникло недопонимание — последующие события были бы весьма неприятными. — Он посмотрел на неё поверх очков.

— Нам не нужно беспокоиться об этих событиях, — сказала Скитер, незаметно что-то нацарапывая пером.

— Хорошо, — сказал Дамблдор. — Вернёмся к вашим вопросам, министр, — не было ни одного случая смерти студентов, так как домовые эльфы Хогвартса забрали их всех, а также нескольких жителей Хогсмида. Несколько студентов получили травмы, но ожидается, что все они полностью восстановятся, — сказал он, прежде чем стать серьёзным. — Однако на данный момент мы знаем, что шестнадцать жителей Хогсмида пропали без вести.

— Я рад, что домовые эльфы смогли помочь. В других местах ситуация гораздо хуже, — печально сказал Кости. — В Диагон-аллее пострадало более тридцати человек.

"А как насчет битвы снаружи, Альбус?" Спросил Фадж. "Должен сказать, это, должно быть, было довольно ... устрашающе".

Дамблдор вздохнул, гоблины только час назад ввели его в курс дела. Информация Торна касалась только населенных пунктов за пределами Хогвартса. "Профессора Септима Вектор и Аврора Синистра пали, а также семь авроров и Форшоу Кроу, Друг".

"Amici?" - Спросила Скитер, не видя страдальческого выражения лица Кингсли.

"Один из людей Мага", - сказал Дамблдор.

"Могу я поговорить с Магом?"

"Не сейчас, как я уже сказал, он восстанавливается после столкновения с Волан-де-Мортом", - сказал Дамблдор, игнорируя то, как они отреагировали на имя Волан-де-Морта.

"Я видел фотографии", - заявил Кости. "Я уверен, что они будут в завтрашней газете".

"О?" Спросил Дамблдор. Очевидно, он знал о фотографиях, но не знал точного изображения, которое на них было запечатлено.

"На нем показаны гоблины, появляющиеся позади Мага и рядом с ним, прежде чем он исчезает и появляется перед Волан-де-Мортом. На другом крупным планом он пронзает змею. Должен сказать, они очень впечатляют ".

Дамблдор кивнул. «Министр, если вы и мадам Боунс присоединитесь ко мне, я был бы рад поговорить с вами наедине».

Скитер, казалось, не расстроилась из-за этого, а поняла. Вероятно, она хотела сдать свою статью как можно скорее. — Вы хотите что-нибудь сказать перед уходом? — спросила она. — Может быть, о вашем новом друге, Маге? Я уверена, что волшебный мир хочет узнать о нём больше.

«Мэг был и будет могущественным защитником света. Его сегодняшние действия явно подтверждают это, ведь Хогвартс мог бы сегодня погибнуть, если бы не он. Для меня большая честь быть его другом. Хорошего дня, мисс Скитер. Я с нетерпением жду завтрашнюю газету, как и гоблины».

С этими словами он повернулся и направился в свой кабинет. Кости и Фадж тихо последовали за ним, оставив Кингсли наедине со Скитер.

Кошмарный день подошёл к концу. Пострадавших доставили в больницу. Уставшие и обессиленные укрылись в безопасных местах — дома, в Хогвартсе или в Святого Мунго. А мёртвых, как светлых, так и тёмных, собрали и подсчитали.

Армия Хогвартса все еще стояла, посменно присматривая за другими учениками, новости о двух погибших профессорах уже распространились. Те, кто был в Custosae, также узнали о кончине Форшоу Кроу. Кингсли рассказал другому Другу.

Святой Мунгос все еще обходил пациентов, занося информацию об их травмах в бумаги, в то время как гоблины, Друзья и авроры патрулировали их коридоры и стояли на страже у дверей.

В Косом переулке было тихо и без мирных жителей. Только гоблины, друзья и авроры.

В Азкабане не было жизни.

В каждой крупной волшебной деревне было подразделение гобинов, патрулировавшее периметр. В Хогсмиде их было трое.

Министерство также усилило меры безопасности повсюду. Многие работники работали всю ночь напролет, пытаясь определить, насколько велик ущерб и как обеспечить безопасность населения. Однако ни у кого не было никаких реалистичных идей.

The Prophet систематизировал бесчисленное количество статей и фотографий, особенно ту, которая касалась монументальной битвы в Хогвартсе и появления Мага. Все они знали, что утренняя газета станет той, на которую будут оглядываться в будущем, поскольку события того дня были ужасающими, героическими, эпически — легендарными. Они хотели сделать все правильно.

В больничном крыле Хогвартса Торн стоял на страже рядом с Магом, приняв перечное зелье, чтобы поддержать его, пока он не сможет отдохнуть.

Все было тихо, если не считать мягкого дыхания и приглушенного храпа пациентов в палате. Маг вздохнул, заставив Торна посмотреть вниз.

"Маг?" Прошептал Торн, обнаружив, что не спит.

Это его не удивило. Последние несколько часов Маг колебался между бодрствованием и сном.

"Я в порядке, просто мне трудно заснуть", - прошептал он.

"Я могу себе представить. Тебе больно?"

"Немного", - пробормотал он.

"Должен ли я позвать мадам Помфри? Становится хуже?" Спросил Торн с беспокойством в глазах.

"Нет, дело не в том, что ба—"

"Ааагг!"

Маг и Торн одновременно посмотрели на звук, обнаружив, что Аберфот внезапно с трудом дышит, когда его рука от боли дернулась, чтобы схватиться за грудь. Гарри, посмотрев несколько телешоу о больницах, сразу подумал о сердечном приступе. Его знания о человеческом теле, которые он почерпнул из собственных исследований с Тедди, подтверждали это. Возможно, тромб, образовавшийся в результате одной из его травм, переместился и заблокировал артерию. Это, безусловно, возможно.

"Помфри!" - Крикнул Торн, как раз в тот момент, когда Помфри вылетела из своих покоев, соединенных с ее офисом.

Она бросилась к Аберфорту, размахивая палочкой, когда мисс Клируотер, которая спала в другом конце лазарета на случай, если понадобится ее помощь, встала и подбежала к ней. Некоторые другие пациенты проснулись, но из-за полученных травм у них не было выбора, кроме как оставаться в своих кроватях.

"Мисс Клируотер, позовите Святого Мунгоса, мне нужны по крайней мере два Целителя, сейчас же! Воспользуйтесь моим камином!" - крикнула она, прежде чем пробормотать заклинания и проверить зрачки Аберфорта. "После этого позовите директора!"

Аберфорт ахнул, его глаза расширились, когда боль в груди вспыхнула.

Маг сел, когда Торн шагнул вперед.

"Скажи нам, что делать", - заявил Торн.

Помфри покачала головой, пробуя еще одно заклинание, но, похоже, это не помогло, и Аберфорт отключился. Довольно неподобающее леди слово сорвалось с губ Помфри, когда из ее кабинета вышли два Целителя, за которыми следовала Пенелопа Клируотер, которая вскоре выбежала из лазарета за Дамблдором.

Торн и Маг остались в стороне, зная, что они будут скорее мешать, чем помогать.

Целители перешли на другую сторону кровати, один из них открыл коробку с зельями и инструментами внутри.

"Мадам, я Хилер Лейк, а это Хилер Филдс".

"Спасибо, что пришли. У него сердечный приступ", - заявила Помфри.

Маг и Торн наблюдали, как Лейк установил волшебным образом зависший измерительный прибор в изголовье кровати, показывающий детали жизненных показателей Аберфорта. На одном из них было отчетливо видно его сердцебиение, которое было нерегулярным.

"Давай", - фактически прошипела Помфри, когда Филдс произнес что-то еще. Дыхание Аберфорта, казалось, несколько выровнялось, но прежде чем они смогли расслабиться вообще, он внезапно перестал дышать.

Во время всего этого Маг и Торн наблюдали, впитывая все происходящее. Маг теперь встал с кровати и стоял рядом с Торном. Что он мог сделать? Было ли что-нибудь, что, как он знал, могло помочь? После того, как Торн поговорил с Затворницей у зеркала несколько часов назад, они узнали, что Аберфорта практически раздавило крышей, что привело к серьезным внутренним повреждениям, которые Помфри обнаружила и залечила, насколько смогла.

Мысли Гарри блуждали, проходили считанные секунды, пока он мысленно искал что-нибудь, что могло бы помочь.

Магглы.

У них были способы бороться с этим.

Шок.

Электричество.

Это исправило нерегулярное сердцебиение и перезапустило still hearts.

Близнецы! Они экспериментировали с заклинаниями, вызывающими шок, так что, возможно, он сможет найти способ...

Палочка Мага упала ему в руку, и его глаза расширились, когда в памяти всплыло заклинание из воспоминаний Риддла. Гарри поморщился, обнаружив, что заклинание было создано для пыток. Жестоких пыток. Маг покачал головой. Он изменил бы его назначение на сегодняшнюю жизнь с помощью заклинания Близнецов, если бы оно сработало.

Маг моргнул, но картина перед ним не изменилась. Аберфорт умирал.

— Все назад! — скомандовал маг, и в его голосе зазвучала магия.

Помфри и двое мужчин в замешательстве и смятении подняли глаза. Торн был уверен, что мужчина по имени Филдс разозлился из-за такого приказа.

«Делай, как я сказал! Отойди!» — крикнул им Мэг, заставив Помфри подпрыгнуть, прежде чем она отошла в сторону, позволив Мэгу занять её место.

— Делайте, как он сказал, — заявил Помфри. Целители неохотно подчинились, понимая, что их действия не помогают. Возможно, этот незнакомец сделает что-то, что поможет.

"Торн, держи всех подальше, Что бы ни случилось". Маг встретился взглядом с Торном, его послание было ясным. Торн кивнул, теперь уже в ногах кровати Аберфорта.

Торн достал палочку, жестом приказав Помфри и двум другим мужчинам встать рядом с кроватью Мага. Они подчинились ... неохотно.

Маг решительно положил руку на грудь Аберфорта, прямо над сердцем, мантию старика Помфри незадолго до этого уже сменила на тонкий больничный халат. Он поднял свою палочку, мысленно комбинируя заклинание, с которым играли Близнецы, и темное из воспоминаний Риддла со своим собственным целительным намерением.

Движения его палочки были резкими и направлены точно под углом, когда он закрыл глаза, зная, что то, что он собирался сделать, откроет огромную банку с червями.

Резкие звуки срывались с его губ, и он проигнорировал последовавшие за этим вздохи, когда перешел на латынь, прежде чем дополнить их шипением.

"Это Темная Магия!" - крикнул один из Целителей.

Маг оставался сосредоточенным, веря, что Торн всех сдержит.

Началось "Изгнание—" Лейка.

"Протего!" Крикнул Торн.

"—яр!"

Заклинание было легко отклонено.

"Что ты делаешь?!" Крикнул Филдс. "Он использует дар—"

Синие и желтые электрические нити внезапно вырвались из руки Мага, хлынули в Аберфорта и заставили его выгнуть спину, прежде чем Маг смог заставить его отступить.

Сердце Аберфорта остановилось.

"Отойди от него, пожиратель смерти!" Закричала Лейк. "Ты убиваешь его!"

Маг, казалось, не слышал его, он опустил палочку, на лбу у него выступил пот.

Двери лазарета распахиваются, и Дамблдор бросается вперед.

"Глупость—"

"Одурмани!" Крикнул Торн.

Озеро упало.

"Всем отойти!" - Взревел Торн, все это время Мэдж продолжал произносить свои резкие заклинания.

Дамблдор остановился в нескольких кроватях от него и уставился, рассматривая показания над изголовьем кровати, змеиный язык эхом отдавался вокруг них, а рука Мага прижималась к груди его брата.

"Дамблдор, останови его!" Крикнул Филдс. "Он использует темную магию!"

Второй разряд электричества вырвался из руки Мага, на этот раз более контролируемый, Аберфорт снова обмяк вскоре после того, как выгнулся дугой.

Торн оставался на своем посту, держа палочку наготове и готовый никого не пускать. Включая Дамблдора.

Но палочка Дамблдора оставалась в его мантии, а в его глазах не было никаких эмоций. На самом деле это напугало Торна больше, чем могло бы испугать прямое нападение.

"Я не могу позволить этому продолжаться!" Сказал Филдс, выставив палочку перед собой, с проклятием на губах.

Торн собирался защитить себя и Мага, когда луч света выстрелил со стороны Дамблдора и выбил палочку Целителя из его руки.

Филдс метался по комнате, разинув рот. Торн тоже был немного удивлен. Там они нашли Дамблдора с двумя палочками. Одна его собственная, другая принадлежит Целителю.

"Никто не сдвинется с того места, где они находятся", - твердо заявил Дамблдор.

Маг стиснул зубы, пот стекал по его бледной коже. Тихо произнеся резкое латинское слово, он опустил палочку, кончик остановился как раз в тот момент, когда она коснулась тыльной стороны его ладони на груди Аберфорта.

Вспыхнул ослепительный свет, окутав их самой неестественной формой магии. И все же, это было самое естественное, что они когда-либо чувствовали. Это было похоже на освежающий солнечный свет, прохладное дуновение ветра и успокаивающий язычок пламени.

Все они услышали, как Аберфорт втянул в себя воздух, свет все еще был таким подавляющим, прежде чем—

poppop—ПОП.

Свет потускнел, открывая дышащего, хотя и без сознания, Аберфорта; его жизненные показатели сильны.

Торн и Маг исчезли.

Маг и Торн появились в комнате "Приходи и уходи" (Тедди все еще в кармане Торна). Торн опустил Мага на пол, под Магом появилась кровать, когда его глаза открылись, а чары спали. Больше в комнате никого не было.

Невилл быстро понял, что произошло. Тедди перенес его к Магу, побудив его схватить его, прежде чем вытащить их всех из лазарета. Он старался не думать о том, что мадам Помфри, должно быть, вне себя из-за потери пациента.

Гарри прерывисто вздохнул.

"Гарри, ты в порядке? Что ты натворил?" Спросил Торн, слишком озабоченный, чтобы беспокоиться о собственном очаровании.

Его нагрудный карман зашевелился, из него донесся тоненький голосок. "Гарри, ты в порядке! Твоя начинка в порядке!?"

Торн быстро залез внутрь и достал крошечного Тедди.

"Не ешь меня", - сказал Тедди, в результате чего мгновенно вырос до своего первоначального размера и обнял Гарри.

Гарри обнял Тедди, осторожно касаясь все еще болящей груди и пришитой руки Тедди.

"Я в порядке, думаю, я только что достиг своего предела", - сказал Гарри после нескольких минут тишины. "Мне нужно отдохнуть".

Торн кивнул, собираясь что-то сказать, когда его зеркало потеплело.

Он посмотрел на это. Дамблдор звал его.

"Это длинная Борода".

"Поговори с ним. Он захочет знать, что происходит. Маг без сознания", - сказал Гарри.

Торн кивнул, отходя от них, когда вокруг него появились стены, точно так же, как это было с Затворником.

Торн сделал успокаивающий вдох, зеркало все еще было теплым в его руках. Он активировал его.

"Торн!" Сказал Дамблдор, явно обеспокоенный. "С ним все в порядке?!"

"Он без сознания, но в порядке. Я прошу прощения за то, что забрал его так внезапно, но я чувствовал, что это к лучшему ".

"Я понимаю", - сказал Дамблдор. "Целители по-прежнему уверены, что Маг сделал что-то вредное". Дамблдор покачал головой, хотя Торн видел, что его это слегка позабавило.

"Спасибо, что не пытались остановить его и за то, что остановили того другого Целителя. Я рад, что мне не пришлось тебя перехватывать ".

Дамблдор кивнул, его мысли слегка сбились на то, что произошло бы, если бы он остановил Мага.

"Вероятно, он свяжется с тобой завтра по поводу Поттера и Лонгботтома".

"Я полагаю, они спят?" Спросил Дамблдор.

"Они будут, если уже не стали".

"Тогда очень хорошо. А Торн?"

"Хм?"

"Спасибо".

Все, что Торн мог сделать, это кивнуть, уловив благодарность в голосе и глазах Дамблдора.

"Мы - отряд защитников", - сказал Дамблдор, прерывая связь.

Было раннее утро, и Дамблдор размышлял.

Ему удалось поспать около часа, прежде чем мисс Клируотер постучала в его дверь, а затем еще несколько, пока он дремал рядом с кроватью своего брата в лазарете, где он сейчас находился.

Он с трудом мог поверить всему, чему стал свидетелем за последние двадцать четыре часа. Всему, что он видел, делал Маг. Он был очень рад, что попросил Помфри позвать его, если случится что-нибудь серьезное, прежде чем покинуть лазарет.

Его сердце все еще сжималось, когда он вспоминал тот момент. Момент, когда он вошел в лазарет и увидел, в каком состоянии его брат, над которым колдует Маг. Колдует на змеином языке. Он, конечно, понял это, но все равно у него по спине пробежали мурашки.

Маг призывал силу молнии, используя и искажая ее, чтобы "укротить и пробудить плоть", поскольку его латинское заклинание вызывало другую магию, подобную успокаивающим океанским волнам.

Дамблдор вспомнил напряжение на лице Мага и капли его пота на груди Аберфорта, когда он изменил и произнес заклинание, которое использовал Гриндельвальд на войне. Заклинание разбора, которое древний Гонт записал бессознательно, чтобы будущий Гонт нашел и научил Гриндевальду. А затем, позже, чтобы его нашел Волан-де-Морт. К счастью, у Волдеморта не хватило на это терпения, и, насколько знал Дамблдор, он использовал его всего несколько раз, а не столько, сколько было у Гриндевальда.

И Торн. Он был готов остановить его — Альбуса Дамблдора.

Мог ли он? Дамблдор не был уверен, но он был так благодарен, что дал Магу возможность усомниться, несмотря на все, что тот знал об этом заклинании. Это заклинание . . . . Откуда Маг узнал его? Был ли он змееротом? Или его кто-то научил? Это было возможно. У Мага, казалось, было много друзей. Знал ли он другую парселмагию? Знал ли он больше, чем Волан-де-Морт? Он мог, поскольку знал, как манипулировать такими заклинаниями по своей воле, и для этого требовалось много практики — либо это, либо огромная удача и магические способности.

"Альбус?" Спросила Помфри, не уверенная, спит он или нет.

Дамблдор поднял к ней лицо. Все пациенты, за исключением Рона и Аберфорта (которые все еще спали), были доставлены в Сент-Мунгос или освобождены.

"Поппи?" спросил он.

"Как дела?"

"Мышление".

Она скорчила гримасу. "Это не совсем ответ на мой вопрос".

"Я в порядке, Поппи".

"Хм".

"Надеюсь, Маг не слишком растянулся".

"Я ... уверена, что с ним все в порядке", - сказала Помфри, хотя было ясно, что она колебалась.

Теперь настала очередь Дамблдора скорчить гримасу. "Ты что-то хочешь мне сказать?"

Помфри поджала губы.

"Проклятие Волан-де-Морта причинило больше вреда, чем вы изначально показали?" Спросил Дамблдор, незаметно наложив на них защиту приватности.

"Нет, не этот".

"Не тот? Что ты имеешь в виду?"

"Я провел полное сканирование тела, как вы знаете, я делаю со всеми своими пациентами, и ... то, что я обнаружил, было немного ... тревожным".

"Каким образом?"

"За свою жизнь он перенес огромное количество травм, многие из которых были опасны для жизни. Одна, которая особенно привлекла мое внимание, касалась его сердца ".

"Это может помочь объяснить, откуда он знал, как помочь моему брату", - сказал Дамблдор.

"Возможно".

"Насколько серьезной была травма?"

"Я настолько плох, что обнаружил несколько очагов рубцовой ткани вдоль внутренних стенок и артерий его сердца".

"Что могло вызвать нечто подобное?"

"Есть ряд темных проклятий, которые могут это сделать . . . . " Помфри замолчала, прежде чем ахнуть, ее глаза расширились. "Включая заклинание, которое он использовал!"

"Что?"

"Ну, не совсем то заклинание, которое он использовал, поскольку он его скорректировал, но теперь, когда я думаю об этом, обнаруженный мною урон мог совпадать с тем, как молния этого заклинания направляется по определенным путям в сердце. Если бы жертва выжила и лечение было оказано вовремя, это вызвало бы похожий испуг. "

"Вы хотите сказать, что Мага пытали?" Спросил Дамблдор, его глаза расширились.

"Это, конечно, не исключено".

"Может ли это вызвать у него проблемы?"

"Я не уверен. Если бы у меня было больше времени изучить его, я, возможно, смог бы это определить, но я не знаю ".

"А как насчет других его травм?" Спросил Дамблдор.

"Все они были довольно старыми. Последние двадцать лет его жизни или около того, за исключением того, что произошло вчера, были без происшествий, насколько я могу судить ".

Дамблдор кивнул. "Что ж, по крайней мере, это обнадеживает".

Дамблдор собирался сказать что-то еще, когда его зеркало нагрелось. Он быстро поднял его и извинился. Помфри не задавала вопросов, когда он заперся в ее кабинете.

"Маг?" Спросил Дамблдор.

"Доброе утро, Альбус", - сказал Маг немного усталым, почти невнятным голосом.

"Как ты себя чувствуешь?" Спросил Дамблдор.

"Я просто устал. Со мной все будет в порядке. Как поживает твой брат?"

"Намного лучше, благодаря тебе. Целители тщательно обследовали его после того, как вы с Торном ушли, и они были поражены тем, что обнаружили. Не думаю, что когда-нибудь смогу достаточно отблагодарить тебя за то, что ты сделал."

"Не нужно благодарностей, пожалуйста. Я бы не смог сделать то, что сделал, если бы ты мне не позволил. Торн силен, но я не уверен, что он смог бы остановить тебя, если бы ты был особенно полон решимости пройти мимо него, - сказал он с улыбкой. - И ты остановил того Целителя. Это, безусловно, удивило Торна, позвольте мне сказать вам. "

Глаза Дамблдора блеснули. "Ну, ты видел сегодняшний утренний выпуск "Ежедневного пророка"?"

"Нет, и что-то подсказывает мне, что я не хочу".

У Дамблдора хватило порядочности не рассмеяться вслух, но Маг знал, что он хотел рассмеяться. "Я не знаю, как им это удалось, но там крупным планом ты наносишь удар Нагини. Я уверен, что Риддл расстроен этим больше, чем ты когда-либо мог бы быть. Его поражение и смерть его фамильяра, выставленные на всеобщее обозрение . . . . Хотя, честно говоря, это довольно ужасно. Я немного удивлен, что они разрешили разместить это изображение на первой странице, но, увы, ничто в "Ежедневном пророке" больше не должно меня удивлять. "

"Что еще?"

"Они описали ущерб ... а также жертвы во всех намеченных локациях. Они также рассказали о действиях всех участников и даже написали страницу о мистере Поттере. Очевидно, он имел большее отношение к спасению Хогсмида, чем мне изначально сказали."

"Это правда?" Спросил Маг, стараясь ничем себя не выдать.

"Я полагаю, он сказал тебе?" Спросил Дамблдор. Дамблдор прочитал "да" на языке тела Мага. "Этот мальчик, он никогда не перестает меня удивлять", - пробормотал Дамблдор, качая головой. "Не думаю, что я когда-либо раньше так гордился учеником или безумно волновался".

Маг не знал, что на это ответить, поэтому он продолжил. "Полагаю, мне нужно будет как-нибудь прочитать эту статью. К чему-нибудь конкретному мне следует подготовиться?" Маг спросил через мгновение.

"Здесь они подробно описали атаку, в которой участвовали Саландра, домашние эльфы и кентавры. У них также есть несколько колонок, посвященных вам. Домыслы и тому подобное с подробным описанием того, что вы сделали, конечно; хотя, как ни странно, ни одно из их домыслов не является полностью возмутительным, и они на удивление точно излагают события . . . . " Дамблдор замолчал, и Маг мог поклясться, что он ухмылялся. Ухмыляешься!

"Ты ведь не будешь иметь к этому никакого отношения, не так ли?" Спросил Маг.

"Я? Конечно, нет, если только не указать, насколько Гоблины обожают правду и презирают ложь, определенному репортеру . . . . "

Маг не смог сдержаться и рассмеялся. Взяв себя в руки, он снова посмотрел в зеркало.

"Ну, я полагаю, тебе интересно, когда двое из твоих учеников вернутся к тебе?" Спросил Маг.

"Это приходило мне в голову".

"Скоро они будут в своей комнате в общежитии, хотя я предлагаю дать им немного отдохнуть. События в Хогсмиде сильно утомили их, - сказал он, прежде чем мягко добавить: "Особенно Гарри".

"Но с ними обоими все в порядке?"

"Да, просто устал".

"Тогда я отправлю туда Помфри, чтобы она подождала их. Она бы никогда не простила мне, если бы ей не разрешили просмотреть их".

"Я понимаю. Помфри, безусловно, грозная ведьма".

"Да, довольно мрачное предчувствие", - заявил Дамблдор, его глаза игриво блеснули.

Маг улыбнулся на это. "Я не знаю, когда смогу снова поговорить с тобой, поскольку Затворник будет заниматься моим делом до конца".

"Как и следовало ожидать, вчера ты многое сделал", - сказал Дамблдор, теперь серьезно. И это было ... беспокойство в его глазах?

"Мадам Помфри передалась тебе?" Спросил Маг, отчасти удивленный, что он дразнит Дамблдора.

"Я серьезно, Маг", - сказал Дамблдор, быстро отрезвив Мага.

"Я отдохну. Не волнуйся".

"Хорошо. И не шути так!" Сказал Дамблдор, смягчая свой прежний тон. "Если она действительно передастся мне, я потеряю вкус к лимонным долькам, и это уничтожит меня! Ты можешь представить меня без одержимости лимонными дольками?"

"Я полагаю, ты прав, это было бы похоже на то, как если бы Риддлу вдруг понравилось розовое мороженое", - сказал Маг, с трудом сохраняя серьезное выражение лица. "Вау, я думаю, мы оба слишком устали".

"Возможно. Ах, и министр выразил желание поговорить с вами. Он был немного разочарован, когда узнал, что вы и ваш телохранитель уехали прошлой ночью, не дав никаких показаний ".

"Возможно, я найду время поговорить с ним, но пока я не смогу, ему придется подождать", - сказал Маг.

"Я дам ему знать. Ему особенно любопытно, как вы привлекли гоблинов на помощь в их нынешнем виде".

"Я просто подружился с ними и попросил помощи, сумма, которую они решили дать, полностью зависела от них".

"Я сказал ему то же самое", - сказал Дамблдор. "Я не думаю, что он способен понять, как любой волшебник может подружиться с ними так, как подружился ты, но он все равно благодарен".

"Я уверен, что это так", - сказал Маг. Дамблдор заметил, что Магу требуется некоторое усилие, чтобы держать глаза открытыми.

"Маг, иди спать. Даже через зеркало я вижу, как ты устал. Я не думаю, что гоблины были бы очень довольны мной, если бы подумали, что я позволил тебе заболеть. И я содрогаюсь при мысли, что Поппи сделала бы со мной."

"Очень хорошо. Я надеялся еще немного избежать опеки Затворника", - сказал Маг.

"Увы, некоторых вещей нельзя избежать", - сказал Дамблдор, прежде чем кивнуть на прощание. "Хорошо отдыхай, Маг. Мы - отряд защитников".

Книга 3 - Часть 14: В эпицентре бури

Дамблдор откинулся на спинку стула, честно говоря, ему никогда не нравилось, когда в Хогвартсе не было учеников. Хогвартсу это тоже не очень нравилось. Она чувствовала себя одинокой. Он сам чувствовал себя неловко из-за этого, так как в конце недели тоже уезжал к себе домой в Швейцарские Альпы.

Ему нужно было немного позаниматься.

Он покачал головой, теперь вспоминая последние недели семестра. То, что больше всего запомнилось ему на данный момент, был разговор, который у него состоялся с мадам Помфри.

Это было на следующий день после того, как Гарри и Невилл вернулись в свою комнату в общежитии, оба прошли тщательный осмотр у Помфри.

-Воспоминания-

"Поппи?" Спросил Дамблдор, когда она вошла в его кабинет — нерешительно, отметил Дамблдор.

"Альбус, я чувствую, что мне нужно поговорить с тобой кое о чем", - сказала она, подходя к его столу.

"Пожалуйста, присядь, Поппи. Лимонный сок?" спросил он, предлагая лимонный сок одной рукой, а другой указывая на стул.

Она села и действительно взяла Лимонную конфету!

Если бы ситуация была другой, он бы ликовал. А так он просиял.

"Ну", - начала она, отправляя конфету в рот, игнорируя его детское ликование.

"Да, Поппи?" он подсказал, поскольку она сделала паузу.

"Прости, Альбус, я просто не знаю, с чего начать", - сказала она с беспокойством в глазах.

Это заставило Дамблдора немного выпрямиться.

"Ну, моя дорогая, почему бы тебе не начать с самого начала? О чем это?" он спросил.

"Это о Гарри", - тихо сказала она со странным напряжением в голосе.

Дамблдор моргнул, по какой-то причине его сердце сжалось от ее слов.

"Что-то не так?" спросил он.

"Ну, об этом я и пришла с тобой поговорить. С ним сейчас все в порядке", - сказала она.

"Прямо сейчас"? - спросил он, ему не понравилось, как это прозвучало. "Пожалуйста, скажи мне, что тебя обеспокоило".

"Прошлой ночью, когда я поднялся наверх, чтобы проверить, как там Лонгботтом и Поттер, я, конечно, просканировал Поттера. Он выглядел так, словно смерть согрелась, Альбус! Как я уже говорил вам вчера, он был абсолютно измотан, поэтому я просто позволил ему остаться в постели."

Дамблдор кивнул, поощряя ее продолжать. Он зашел и обнаружил Гарри спящим вскоре после того, как она ушла. Она была права, он выглядел измученным.

"Ну, я сделал полное сканирование тела, смог просмотреть информацию, только находясь в комнате. Мне пришлось подождать, пока я вернусь в лазарет, чтобы изучить результаты сканирования дальше. Если бы не то, что я нашел у Мага, я бы и не подумал искать."

"Что ты нашел?"

"Ну, после обнаружения рубцовой ткани в сердце Мага я немного забеспокоился и заинтересовался тем, как поживает Гарри после. . . ."

"Его первый год здесь", - закончил за нее Дамблдор, мгновенно вспомнив отвратительное проклятие, наложенное на него Квирреллом в Запретном лесу.

"Да. Что этот ужасный человек с ним сделал!" - выплюнула она, теперь явно разозлившись.

Дамблдор похлопал ее по руке, которая в данный момент лежала сжатым кулаком на поверхности его стола. Она медленно расслабилась.

"Я так понимаю, вы нашли рубцовую ткань?" тихо спросил он.

"Да, но это не то, что меня беспокоит", - сказала она. "Я ожидала найти что-нибудь, но ... о, Альбус, как я могу сказать ему ?!"

Теперь Дамблдор был встревожен.

"Поппи, пожалуйста, постарайся успокоиться. Что ты нашла?"

"Я думаю, это произошло из-за того, что он наложил мощное заклинание патронуса; его тело просто не могло справиться с таким внезапным наплывом магии. О, если бы я проверил раньше, я бы понял, что это может стать проблемой!"

"Поппи!" Дамблдор закричал, вынужденный прибегнуть к этому из-за ее растущей паники.

Она мгновенно замолчала.

"Пожалуйста, расскажи мне, что ты нашел и что тебя так расстроило", - сказал он, понизив голос.

"Его магия, Альбус. Она противоречит его сердечной проводящей системе".

"Его сердцебиение?"

"Да, проводящая система сердца - это то, что контролирует ритм сердца. Если он снова воспользуется магией высокого уровня, есть шанс, что его сердце может отказать", - сказала она, ее голос снова угрожал повыситься. Меня уже трясло.

"Что показало тебе это?"

«Сканирование показало, что его сердце недавно получило серьёзную травму. Я бы почти сравнила это с сердечным приступом, — сказала она очень грустным голосом. — Несколько артерий были слегка вздуты, как и большая часть передней, внешней стенки сердца, особенно правый желудочек, что и привлекло моё внимание в первую очередь».

— Сердечный приступ? — спросил он, и его голос был таким же напряжённым, как и её. — Вы уверены?

"Да, Альбус".

— И вы уверены, что это его магия?

— Да, Альбус. Даже сегодня утром его сердце было полностью покрыто магией, и его грудь выглядела не намного лучше, и не похоже, что в ближайшее время она рассосётся. Вероятно, причиной этого является предыдущее повреждение его сердца, и именно оно усугубляет ситуацию, поскольку магии легче закрепиться на рубцовой ткани, чем на здоровой плоти.

"Тем не менее, я не верю, что это представляет для него опасность прямо сейчас, но ясно, что если его магия по какой-либо причине внезапно активизируется, это может повлиять на него. Скорее всего, негативно. Проводящая система сердца не предназначена для постоянного контакта с магией. Как ты думаешь, почему маггловская электроника ломается или не работает рядом с магией?"

"Почему это не проявилось раньше? Например, когда он наложил на меня те чары после того, как Риддл проклял меня в Министерстве? Это была какая-то продвинутая магия", - спросил Дамблдор. "Или когда он выпускал приступы хаотической магии после Палаты?"

"Исцеляющие заклинания, которые он наложил на тебя, были контролируемыми. Я очень сомневаюсь, что его дикая магия была хорошо контролируема, когда он произносил заклинание патронуса. Я могу представить, что он был совершенно напуган во время нападения, и мы также не знаем, какие эффекты могла оказать другая магия рядом с ним в то время. Мы все еще изучаем влияние дементоров на людей, Альбус, и, честно говоря, понятия не имеем, как они влияют на людей, обладающих такой формой дикой магии, как у Гарри. Его первая встреча с этими существами должна прояснить этот факт.

"Что касается того, что в прошлом году его магия была совершенно неконтролируемой, его магия распространялась наружу, прочь от его центра".

Некоторое время они молчали, Дамблдор глубоко задумался.

"Что нам делать, Альбус?"

"Я еще не уверен", - прошептал он.

-Конец флэшбека-

Дамблдор провел остаток того дня, пытаясь решить, как лучше поступить с этим. Он не хотел еще больше обременять Гарри, но не говорить ему об этом было прямо-таки опасно. В конце концов он решил сказать ему, чтобы он не применял никакой продвинутой магии, пока Помфри не даст ему добро.

Всё прошло довольно гладко, Гарри согласился, что он всё ещё слишком устал, чтобы что-то делать, а с приближением лета не было необходимости в серьёзной магии. Дамблдор почувствовал облегчение, когда Гарри не стал задавать никаких вопросов, но после всей этой борьбы с хаотичной магией это было неудивительно. Он даже не стал возражать, когда Помфри сказала, что хочет проводить с ним еженедельные осмотры.

Дамблдор решил рассказать Сириусу об этом через несколько летних дней, когда Гарри, вероятно, почувствует себя более отдохнувшим и у него возникнет соблазн заняться некоторыми делами в Черном доме.

В конце концов, Сириус был его опекуном и имел право знать.

Часть Дамблдора хотела рассказать Гарри все сама, но другая его часть не могла смотреть на Гарри, рассказывая ему о состоянии его сердца и потенциальной опасности, в которой он окажется, когда применит продвинутую магию.

В конечном счете, он решил предоставить Сириусу решать, как рассказать Гарри. Если Сириус действительно чувствовал, что не сможет вынести этого, Дамблдор скажет ему. В любом случае, к концу следующей недели Гарри будет знать.

Для Гарри никогда не могло быть все просто, не так ли?

Дамблдор вздохнул.

Фоукс издал тихую трель.

Гарри откинулся на спинку сиденья, вполуха прислушиваясь к разговорам вокруг него в одном из купе Хогвартс-экспресса. Потребовалось некоторое время, чтобы его грудная клетка зажила, и даже сейчас, если он двигался слишком быстро, его легкие слегка протестовали против грудной клетки, и он чувствовал, как предупреждающе бьется сердце за грудиной. Это не было чем-то, что его сильно беспокоило, но он решил следить за этим.

После повторного изучения Гермионой после деактивации оборотной таблетки, они определили / теоретизировали, что магия Гарри заставила магию Волан-де-Морта рассеяться по его груди, чтобы покрыть большую площадь поверхности, чтобы его собственная магия могла легче нейтрализовать ее. Если бы магия Гарри не сделала этого, мстительная магия Волан-де-Морта, без сомнения, проникла бы прямо через его грудь, причинив серьезные внутренние повреждения, особенно сердцу. К счастью, его магия присутствовала и позволила магии Волан-де-Морта лишь слегка проявиться. Это все еще причиняло много боли и разрушений, но далеко не в той степени, в какой могло бы быть.

Гарри решил, что его магия все еще покрывает его грудь, отсюда и возникшее у него ощущение "стеснения". Это было почти как волшебная форма пуленепробиваемого жилета; только вместо того, чтобы останавливать / замедлять пули, его "жилет" защищал от вредных заклинаний и был закреплен прямо в его грудной клетке. Во всяком случае, так он верил. Остальные согласились с этой оценкой, особенно Рон и Драко, перейдя к обсуждению того, как древние чернокнижники покрывали внутреннюю сторону своих мантий защитными заклинаниями. Вполне возможно, что магия Гарри подсознательно сотворила нечто подобное после нападения Волан-де-Морта, а затем еще больше усилилась после лечения Аберфорта.

Вскоре после его разговора с Дамблдором в качестве Мага Гарри и Невилл вернулись в башню Гриффиндора.

К счастью, предыдущий уход Помфри удалил синяки, поэтому им не нужно было бороться с этим или беспокоиться о том, чтобы скрыть очевидные синяки от отпечатков рук, но Гарри все еще был в грубой форме. Сначала они были обеспокоены и задавались вопросом, не вернуться ли им к мадам Помфри, но после некоторого отдыха Гарри пришел в норму. Очевидно, его внезапный упадок сил был вызван тем, что его магия была временно откачана, чтобы помочь Аберфорту.

В конце концов, к тому времени, когда Невилл и Гарри вернулись в общежитие, почти все было хорошо, или достаточно хорошо, чтобы не заставлять Помфри тащить Гарри обратно в лазарет. Однако она приказала ему оставаться в постели до конца недели после того, как нахмурилась, проведя палочкой по его груди.

Гарри не знал, что и думать об этом, но она ничего не сказала, и после того, как она ушла, он был почти уверен, что ему померещилась странная реакция. Единственным последствием, насколько Гарри мог судить, всей "Чистки Хогсмида", проведенной его патронусами, было то, что к нему пришел Дамблдор и мягко приказал ему не творить никакой серьезной магии, пока Помфри не разрешит ему это. Ему также приходилось раз в неделю посещать Помфри для осмотра.

Это было вполне разумно, и в любом случае ему не очень-то хотелось заниматься продвинутой магией (не то чтобы Гермиона или Сьюзен позволили бы ему, если бы он захотел — они такие же вредные, как Помфри).

Последние несколько недель в школе были хаотичными, и это ещё мягко сказано.

Большинство похорон погибших были закрытыми, поэтому Гарри и остальные не смогли присутствовать на службе по Форшоу Кроу. Однако они отправили искреннее письмо с соболезнованиями семье Кроу через Кингсли, его лучшего друга. Кингсли поблагодарил Хагрида (его связного) перед тем, как отправиться на похороны в эти выходные.

Позже на той же неделе Дамблдор попросил Хогвартс почтить память Септимы Вектор и Авроры Синистры, но их похороны прошли в другом месте, в присутствии близких родственников.

Смерть Вектора особенно потрясла Гермиону и Грега, которые в том году начали заниматься арифмантикой. Что касается астрономии, ни один студент того поколения больше никогда не будет смотреть в телескоп так, как раньше. По понятным причинам арифмантику и астрономию отменили до конца года.

Гарри встряхнулся от удручающих событий последних нескольких недель, перейдя к слегка смущающим. Конечно, после "Ежедневного пророка" его популярность взлетела до небес. Все спрашивали его, как ему это удалось — вызвать нескольких патронусов одновременно. У Гарри не было ответа, просто сказал, что люди попали в беду, и он должен что-то сделать.

Волшебный мир разрывался между скорбью и ликованием, все время пребывая в замешательстве и благодарности за Кустоса и их союзников.

Быстро распространился слух о том, что гоблины непреклонно объединились с "Магом" и что даже кентавры в Запретном лесу активизировались и помогли в защите Хогвартса. Домашние эльфы Хогвартса также получили некоторую известность, многие люди получили здоровую дозу реальности, касающейся истинной силы маленьких эльфов.

А потом была Саландра, из-за которой несколько человек были в истерике. Василиск ?! Охраняющий Хогвартс ?! Это возможно / безопасно ?! Но затем фотографии могучей змеи, защищающей бойцов Хогвартса и повергающей одного из гигантов, кроме директора, убедили их в ее преданности и надежности. Также помогло то, что Дамблдор обрел способность говорить на парселтонге. Он сообщил Фаджу, что благодаря тому, что Саландра была его фамильяром, он обрел эту способность. Фадж больше не задавал никаких вопросов по этому поводу.

Люди, конечно, были поражены, когда узнали, что старый Директор стал Змееротом, но, как и все остальное, что произошло, они были вынуждены принять это как должное. Они мало что еще могли сделать. Однако тот факт, что, насколько им было известно, в Хогвартсе были еще два змеерота (Малфой и Поттер), также помог смягчить их первоначальные чувства к волшебнику Света, внезапно обнаружившему, что он змеерот.

Но даже несмотря на все это, все были очень обеспокоены и увлечены таинственным Магом, желая узнать его намерения, откуда он взялся и кто он на самом деле. Слухи, конечно, распространились.

Некоторые говорили, что он был наследником Мерлина, в то время как другие говорили, что он был самим Мерлином — реинкарнацией. Большинство твердо верило, что он был старым другом Дамблдора, вернувшимся из кругосветного путешествия, в то время как другие думали, что он каким-то образом связан с Фламелями. Некоторые предполагали, что он был настоящим военным магом, элитными пользователями магии, которые, как считалось, прекратили свое существование задолго до того, как у волшебников появилось организованное общество.

Однако, несмотря на все различные слухи, окружающие Мага, все сходились во мнении, что он был могущественным волшебником. Он убил фамильяра лорда Волан-де-Морта, аппарировал на территорию Хогвартса, заслужил уважение Народа гоблинов, а также их преданность и сформировал силу, которую они никогда раньше не видели.

Разговоров о возрождении древней магии, слухов о пробуждении волшебных существ и возрождении старых привязанностей было предостаточно, и все они были сосредоточены вокруг сильной, бесстрашной фигуры Мага. Публика была абсолютно очарована.

Министерство сделало несколько заявлений, в ряде из них Магу было предложено явиться в Министерство для разговора либо с министром, либо с Визенгомотом (желательно с обоими). Маг через Дамблдора ответил, что сделает это в ближайшем будущем. Он оставил все как есть, к великому разочарованию чиновников министерства.

Маг вообще не смог много поговорить с Дамблдором, кроме как об отправке этого заявления в Министерство. Он хотел бы, чтобы он это сделал, особенно потому, что казалось, что Дамблдор был чем-то обеспокоен, но время продолжало ускользать от него.

Гарри покачал головой, все еще погруженный в свои мысли, когда Рону удалось подавиться сопротивляющейся шоколадной лягушкой. Гермиона, Грег, Драко, Сьюзан и Невилл горячо обсуждали, как им следует вести дела летом, в то время как Джинни, Винс и Луна спорили о существовании кашпо из фиолетовых тыкв.

Луна была новейшим дополнением Custosae, и неплохим дополнением, если он сам так сказал.

Гарри и другие уже говорили о наборе нового члена Custosae, особенно того, у кого были контакты с прессой. Всплыло имя Луны, и, подумав об этом, они согласились, что у нее есть потенциал. Джинни особенно подчеркнула свои сильные стороны и то, как она могла видеть истины, которые многие другие упускают из виду. Конечно, она была немного, ну, странноватой, но ее уникальный взгляд на мир мог стать большим преимуществом, не говоря уже о том, что ее отец был редактором the Quibbler .

Итак, все было решено. После последнего собрания армии Хогвартса Джинни подошла к ней. Луна быстро согласилась, сразу же предложив для себя кодовое имя: Cellular.

Гарри улыбнулся, прежде чем его мысли унеслись куда-то еще.

Дамблдор немного изменился после нападения, что, учитывая то, что произошло с его братом, имело смысл. Он по-прежнему был эксцентричным директором, но даже самые рассеянные ученики заметили, что он стал серьезнее и, казалось, по-другому ходит. Он все еще пользовался своей тростью (больше для украшения, чем для пользы), но каждый шаг был четко выверен и имел цель. Если кто-то раньше сомневался, действительно ли Волан-де-Морт боялся Дамблдора, эти сомнения быстро развеялись.

Аберфорт остался в замке и, если верить слухам, планировал стать профессором астрономии в следующем году, поскольку к тому времени его состояние здоровья было бы нормальным. Гарри был рад этому. Желание Арианны для ее братьев сбывалось.

"Гарри", - сказал Рон, отвлекая его от размышлений.

"Да?" Спросил Гарри.

"Есть планы на лето?"

"Не совсем, хотя мне нужно будет найти способ поговорить с Министром по крайней мере в ближайшее время", - сказал Гарри.

"Хм, ты думаешь, гоблины могли бы помочь?" Спросила Гермиона.

"Возможно", - сказал Гарри, план уже формировался в его голове, когда поезд остановился.

Выглянув в окно, он увидел несколько гоблинов, патрулирующих платформу, в то время как родители с нетерпением ждали, когда их дети сойдут с поезда. Было видно, как бабушка Невилла незаметно обыскивает глазами окна поезда. Ревлис помахал ей хвостом, хотя было ясно, что она разминулась с ним только до того, как Невилл появился в поле зрения вместе с ним.

Гарри последовал за остальными, Тедди уселся ему на ногу, прежде чем быстро найти Сириуса и Ремуса.

"Эй, вы двое, готовы идти домой?" Сириус спросил, сияя.

Гарри кивнул, впервые по-настоящему наслаждаясь началом лета.

[Два дня спустя]

Фадж мерил шагами свой кабинет, явно нервничая из-за того, кто придет через несколько часов. Дамблдор буквально этим утром завалил его, заявив, что Маг попросил его провести экстренное заседание Визенгамота во второй половине дня. Он решил, что пришло время прояснить несколько вещей и впервые официально предстать перед руководителями Министерства и, в конечном счете, Волшебного мира.

Фадж немедленно привел все в движение, подготовив зал заседаний, которым в данном случае будет Десятый зал суда, поскольку это была самая большая из доступных палат Визенгамота, и призвав членов Визенгамота и других важных должностных лиц прибыть в указанное время.

Опоздание на это было последним, чего он хотел от кого-либо из них. Он хотел произвести хорошее впечатление на человека, который, без сомнения, был причиной того, что многие члены их общества все еще были живы.

За последний месяц у Фаджа появилось множество седых волос. Из-за нескольких одновременных атак, мальчик Поттер применил заклинание множественного патронуса, Дамблдор был Змееротом, Маг противостоял Волан-де-Морту перед Хогвартсом с армией гоблинов, а затем позже узнал от двух ошеломленных Целителей, что Маг применил темную магию, чтобы спасти жизнь брата Дамблдора . . . .

Фадж был благодарен и положительно поражен, что у него до сих пор не случился инсульт.

Фадж глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Менее чем через два часа он и члены Визенгамота предстанут перед человеком, которого многие называли следующим столпом власти в Волшебном мире. Раньше двумя явными столпами власти были Дамблдор и Волан-де-Морт. Но теперь появился еще один.

Человек, которого Дамблдор уважал.

Человек, которого Волан-де-Морт боялся и презирал.

Кем был Маг на самом деле?

Был ли он военным магом? Это, безусловно, было возможно и имело некоторый смысл, дружить с гоблинами и все такое. Но он не одевался как военный маг, но с другой стороны, военные маги сейчас были не более чем мифом. Возможно, он был современным военным Магом? Похоже, у него действительно было впечатляющее количество преданных и могущественных последователей. Фадж не скоро забудет, как хорошо Помощникам удалось эвакуировать людей и сорвать большую часть атаки во время первого штурма Министерства.

Но, возможно, он не был Военным магом. Но кем еще он мог быть?

У кого еще могло быть столько силы, чтобы прервать целую битву одним своим появлением? Как еще он мог обладать таким мастерством, чтобы атаковать Волдеморта, аппарируя прямо перед ним, прежде чем исчезнуть секундой позже, чтобы появиться позади него, чтобы убить своего молниеносного фамильяра? А у кого еще могло быть так много знаний о темных заклинаниях, так много, что они могли манипулировать ими, чтобы спасти жизнь человека, не причинив ему большего вреда?

Фадж не знал.

Волдеморт был еще одним человеком, о котором он, по понятным причинам, беспокоился. После масштабного нападения, которое он нанес Волшебному миру, злой волшебник пропал с радаров. Полностью. Фадж не с нетерпением ждал, когда монстр вернется после зализывания ран. Он был уверен, что будет очень мстителен, когда это произойдет . . . .

А потом был Дамблдор. Он, честно говоря, больше не знал, что о нем думать. Он все еще был мудрым старым инфантильным человеком, но теперь ... ну, возраст для него наступил. Он не знал, было ли это из-за внезапного превращения мастера в тысячелетнего василиска или что-то в этом роде, но теперь Дамблдор чувствовал в нем что-то древнее. То, чего у него раньше не было. Но тогда, возможно, он неправильно это истолковал. Это вполне могло быть беспокойство, которое, если подумать об этом сейчас, было понятным и вполне возможным, если не вероятным. Этот человек чуть не потерял своего брата, не говоря уже о школе, в которой он был профессором более полувека.

Хм, подумал Фадж, останавливаясь. Но его, кажется, беспокоит что-то еще, что-то, что еще не спасено или решено. Случилось что-то, о чем он мне не рассказал?

Фадж покачал головой, решив больше не думать о вещах, с которыми он, вероятно, все равно не смог бы сильно помочь, если бы там действительно было что-то не так.

Он посмотрел на часы. Остался час. Сейчас он пойдет в комнату. Он устал ходить взад-вперед.

Дамблдор стоял в центре комнаты, всего в трех футах от прямого центра, перед которым располагалась трибуна. Стул обвиняемого, который обычно там стоял, был убран.

Маг связался с ним прошлой ночью, сказав, что нашел подходящее время предстать перед Визенгамотом, чтобы, возможно, ответить на некоторые вопросы и прояснить свои намерения. Он заявил, что гоблины знали, что он прибудет, и чтобы их не беспокоило, если они внезапно появятся до его прибытия.

Маг попросил Дамблдора встать в трех футах справа от того места, где он должен был говорить. Дамблдор счел за лучшее в тот момент не спрашивать почему.

Так вот где он был сейчас. Стоял, молча наблюдая, как более пятидесяти человек в мантиях входят и рассаживаются вокруг него на возвышении. Он был немного впечатлен тем, что многие пришли раньше. Фадж был одним из первых.

"Альбус, я так понимаю, у тебя есть идея, зачем было созвано это собрание?" Тибериус Огден, старейшина Визенгамота, спросил.

В конце концов, Дамблдор был главным чернокнижником Визенгамота.

"Да", - сказал Дамблдор. "Но я должен попросить вас всех сохранять терпение, пока он не прибудет, что произойдет очень скоро".

Его мягкий, но не лишенный смысла тон заставил их подчиниться, заставив тихо разойтись по своим местам, не задавая больше вопросов после его ответа.

Наконец, все разошлись, хотя многие из них задавались вопросом, почему Дамблдор остался там, где был.

Грипхук улыбнулся, когда Гарри вошел в защищенную комнату. Из-за "правил" Гарри должен был оставаться наедине со своим менеджером по работе с клиентами для определенных разговоров. Итак, крестный отец мальчика решил выполнить ряд поручений, прежде чем заняться собственным семейным склепом. О, как он был рад, что его предки ввели в действие обычно ненужные протоколы, как раз для таких случаев, как сейчас.

Запечатав комнату, Грипхук наблюдал, как Гарри становится Магом.

После того, как Грипхук увидел, как он расправился с Нагини, он понял, что сделал правильный выбор. Гарри сделает то, что обещал. Он внесет позитивные изменения в отношения между их двумя людьми. Их угнетению волшебниками скоро придет конец. Скоро к ним будут относиться как к равным, а не как к низшим существам, существующим с ними "в мире", потому что они были удобством — их экономической основой.

"Я готов", - сказал Маг, одетый в очень строгую мантию поверх еще более изысканного коричнево-синего жилета. "Спасибо, Рук".

"Это честь для меня", - сказал он, кивнув. "Защита эльфов снята".

Маг кивнул в ответ, прежде чем закрыть глаза и ... ХЛОП-

Члены Визенгамота становились беспокойными, но они достаточно хорошо сохраняли хладнокровие, поскольку Дамблдор снова спокойно посмотрел на часы, прежде чем еще больше выпрямить спину и водрузить трость перед собой.

Без ведома тех, кто находился внутри, Благородные стражники-гоблины заняли позиции у входных дверей в зал. Они знали, кто войдет внутрь.

Все молчали, большинство поглядывало на двойные двери, через которые, по их мнению, в любой момент мог войти кто-то важный, потому что Дамблдор и Фадж еще не сказали им, кто придет. Дамблдор, потому что решил, что Магу так будет веселее. Фадж, потому что не хотел пытаться успокоить их всех до прибытия Мага. Так было проще.

Дамблдор мысленно отсчитал последнюю секунду до 4 часов дня.

-POP-

Все присутствующие разом ахнули, когда их взгляды устремились в центр комнаты рядом с Дамблдором, где они увидели человека, которого все видели на обложке Ежедневного пророка несколько недель назад ... наносящего удар по голове фамильяра Темного Лорда.

Дамблдор спокойно повернулся, нисколько не беспокоясь о том, как этот человек проник в (старые и новые) палаты Министерства, как будто это ничего не значило.

"Добрый день, маг", - сказал Дамблдор, радостно протягивая руку с волшебной палочкой.

"Привет, Альбус", - сказал Маг, беря его за руку, прежде чем заключить Дамблдора в короткие мужские объятия.

Гарри видел, как Сириус и несколько других мужчин делали это, например, мистер Уизли и Ремус. Всем было ясно, что такого рода объятия не имели ничего общего с романтической привязанностью, но были братскими.

Приветствие двух лидеров света вскоре закончилось, и Мэдж поднял взгляд на ошеломленные глаза, уставившиеся на него сверху вниз. Фадж наклонился вперед, оказавшись между мадам Боунс и Гризельдой Марчбэнкс.

"Члены Визенгамота, позвольте представить вам Мага, главу Custosae de Lux", - сказал Дамблдор.

Словно прорвало плотину, когда все члены Визенгамота встали и начали громко хлопать. Даже члены постарше были вне себя. Несколько дам покраснели.

Маг воспринял это спокойно, зная, что на его появление последует какая-то реакция. Он медленно поднял руку, призывая к тишине. Он понял это мгновенно.

"Пожалуйста, садитесь", - сказал Маг.

Все сидели, совершенно очарованные фигурой под ними, и наклонились вперед.

"Как сказал Альбус, я глава компании, известной вам как Custosae. Я пришел сегодня, чтобы просто заявить о своих намерениях и целях", - сказал он, обводя всех взглядом. "Я здесь, чтобы помочь обеспечить свободу и безопасность, но я пришел и сформировал Custosae не только для того, чтобы помочь нанести окончательное поражение Волан-де-Морту".

Некоторые люди подпрыгнули, услышав имя Волан-де-Морта, но то, что Дамблдор был Главным Чернокнижником, заставило большинство участников привыкнуть слышать имя Темного Лорда.

Дамблдор мягко взглянул на Мага, все еще стоя там, где был раньше (в нескольких футах справа от Мага), честно не зная, что Маг собирался сказать. Все их обсуждение накануне вечером касалось того, что он приедет поговорить с Визенгамотом, а не конкретно того, чем он собирался поделиться.

"Волшебный мир стал развращенным; он потерял свою чистоту и честь. На протяжении поколений он разрушался, и те, кто жил под его покровом, наблюдали, как он медленно разрушается. " Маг сделал паузу, наблюдая, как они переглядываются, когда он почувствовал, что взгляд Дамблдора упал на него, прежде чем он заявил: "Я не говорю о крови ".

Это вызвало более выраженную реакцию у тех, кто был выше него, когда он почувствовал, что взгляд Дамблдора сменился созерцательным.

"Я говорю о понимании и сострадании Волшебного мира к волшебным существам, людям и не только.

"С того момента, как я ... вернулся в Волшебный мир, я нахожу его ужасающим и разочаровывающим", - честно сказал Маг, положив руки на трибуну. "Когда я впервые узнал, что вернусь, я был взволнован и с нетерпением ждал возможности увидеть, как обстоят дела и как они развивались, потому что я был уверен, что многое изменилось с тех пор, как я ушел.

"Но многое осталось прежним или стало хуже".

Почти все заморгали, ошеломленные тем, что кто-то еще может быть таким же прямолинейным, как Дамблдор, когда дело доходит до определенных вещей. Но тогда, насколько они знали, Маг был прямолинеен во всем.

Более умные люди зацепились за слово "вернулся". Кем он был до того, как ушел? Почему он ушел? Когда он ушел?

Маг повернул голову, впервые по-настоящему увидев лица всех присутствующих, а также комнату. Он закрыл глаза, когда воспоминания о делах и встречах, а также воспоминания о воспоминаниях (которые Волан-де-Морт забрал у своих Пожирателей Смерти или украл у жертв), либо засвидетельствованных, либо изученных Волан-де-Мортом, касающихся Визенгамота, заполнили его разум . . . .

Он видел случаи, когда обвиняемый подвергался несправедливому судебному разбирательству, и другие, когда правосудие над явно виновными не осуществлялось. Он видел, как несколько участников встали и попытались заставить других увидеть разум и правду, только для того, чтобы их проигнорировали или просто уволили с занимаемых должностей. Он видел, как взятки, обман, полуправда и жадность прогрессировали на протяжении десятилетий, а сомнительная активность лишь немного снизилась, когда Дамблдор был назначен Главным Чернокнижником.

Он видел, как Закон Министерства снова и снова подводит или почти подводит людей, общественный порядок едва держался на волоске, который был обязан своим существованием Дамблдору, Маршбэнксу и нескольким другим членам. Он видел, как последователи Волан-де-Морта проникали в расширяющиеся трещины в некогда прочном фундаменте морального кодекса Визенгамота, получая ценную информацию, которую можно было использовать против Света в войне. Он видел лица тех, кем манипулировали, лжецов и смирившихся. Многие из этих лиц в данный момент присутствовали в комнате.

Прошло несколько секунд, прежде чем Маг вновь открыл свои серебристо-голубые глаза, ясность мысли в которых была видна всем.

Перебирая все эти воспоминания, Маг внезапно осознал, насколько большей властью обладал Волан-де-Морт, чем он полагал ранее. У него действительно были глаза и уши повсюду, а также по-настоящему глубокие корни в Волшебном мире. Он был как сорняк. Неудивительно, что первая война против него была такой ужасной. Люди не знали, кому они могли доверять. Был ли человек рядом с ними последователем Волан-де-Морта, жаждущим власти политиком или честным человеком?

Но как убить такой сорняк?

Благодаря настойчивой правде и системе подотчетности. Обычные люди назвали бы это запугиванием.

"Все должно измениться, и это начнется в этом месте", - заявил Мэдж таким твердым голосом, что с таким же успехом он мог быть каменным. "Вы - лидеры и законодатели общества. Вы несете ответственность за установление моральных стандартов. Если вы коррумпированы или закрываете глаза на коррупционное поведение, люди, которым вы должны служить, последуют за вами. "

"К-Коррумпирован?" спросил мужчина, очевидно привыкший высказывать свои мысли вслух в этой комнате. "Это высокий суд Великобритании! Мы не допускаем здесь такого диковинного поведения!"

"Внимательно осмотрите себя, мистер Пич, поскольку ряд судебных процессов, на которых вы присутствовали, делают ваше заявление ложным", - сказал Мэдж, очень хорошо напоминая тон Дамблдора, когда он был особенно недоволен и давал это понять.

Мистер Пич слегка ощетинился, но, вспомнив, с кем он разговаривает, закрыл открывшийся рот. Многие в комнате выпрямились. Откуда Маг узнал имя Пича? Был ли он настолько хорошо осведомлен о том, что происходит в Визенгамоте? Обычные граждане, конечно, не знали имен каждого члена и определенно не были знакомы с менее популярными членами.

"Я знаю ряд дел и судебных процессов, которые были возбуждены и закрыты Визенгамотом. Я знаю, кто руководил ими, кто вступился, а кто промолчал. Я знаю много случаев, когда справедливость восторжествовала, правду заставили замолчать, а уважение основывалось на деньгах, а не на характере.

"Если ты считаешь, что то, что я говорю, ошибочно, так и скажи и приведи свою причину, но сделай ее разумной. Пожалуйста, докажи, что я неправ, потому что я не хочу быть прав в этом", - сказал Маг.

"Мистер Маг", - сказала мадам Маршбэнкс, вставая. "Я не могу говорить за всех присутствующих, но я хочу увидеть изменения, о которых вы говорите. Я хочу увидеть день, когда этот суд снова будет отстаивать то, что должен. Мне жаль, что я не могу доказать, что вы неправы, потому что вы правы. Здесь есть участники, которые не должны быть участниками, но являются таковыми из-за сломанной бюрократии, социальной инертности и эгоистичного фанатизма. Она выпрямила свою старую спину, слегка прислонившись к перилам, и улыбнулась. "Я вас поддерживаю, мистер Маг".

Послышался тихий шепот, прежде чем встал еще один человек.

"Не в обиду мистеру Магу, но, мадам Маршбэнкс, мы не знаем, кто этот джентльмен на самом деле", - сказал другой Старейшина. "Насколько нам известно, это может быть тщательно продуманной уловкой для подрыва авторитета Визенгамота. Я не могу поддержать человека, о котором я очень мало знаю и который вполне может стать угрозой в будущем. Если бы не его недавние действия против Сами-Знаете-Кого, я мог бы предположить, что он был его агентом. И то, что он заручился поддержкой гоблинов, также может вызвать подозрение, не то чтобы я не благодарен им за их последнюю помощь во всем, но обстоятельства могут измениться. Почему они теперь решили вмешаться в бизнес волшебников? Почему они объединились с этим человеком?"

Мадам Боунс встала, когда Маршбэнкс и другой мужчина сели обратно.

"Я готов поручиться за Мага и его организацию. Это первый раз, когда я имел честь находиться в близком присутствии Мага, но я тесно работал с его помощниками, и они были профессиональными, заслуживающими доверия и благородными. Нужно ли мне напоминать вам, кто некоторые известные друзья, находящиеся под Опекой?: Сириус Блэк, Кингсли Шеклболт, Северус Снейп и Аластор Муди. Люди, которые вели себя достойно и храбро, несмотря на то, что с некоторыми из них плохо обращалась правовая система нашего общества, такие как Сириус Блэк.

"Мистер Маг юридически зарегистрировал Custosae как бизнес и спас жизни бесчисленного количества гражданских лиц и работников министерства. Его действия явно уже говорят за него ".

"А поддержка, которую он получает от гоблинов?" спросил голос сзади.

Кости посмотрел на Мага.

"Будучи настолько близкими к нашему обществу, я спросил их, хотят ли они быть частью чего-то, что уничтожит Волдморта раз и навсегда, уничтожит расистские идеалы Министерства и укрепит твердое стремление к миру между нашим народом и всеми другими волшебными нациями. Они с радостью согласились."

Маг решил быть настолько открытым и честным, насколько мог, не подвергая никого опасности. Очевидно, для некоторых присутствующих он был слишком честен.

"Расистские идеалы"! Сэр, вы заходите слишком далеко! - начала женщина, но ее прервал другой член Визенгамота.

"У вас нет полномочий вести переговоры!"

"Ты нарушаешь международные договоры!"

"Кто ты такой, чтобы—"

"ТИШИНА!" Крикнул Дамблдор, из его палочки посыпались искры, когда он напомнил всем о своем присутствии. "Послушайте себя! Некоторые из моих учеников первого года обучения ведут себя более взросло!"

Получив соответствующее наказание, ранее кричавшие мужчины и женщины замолчали. Их было чуть больше горстки.

"Спасибо, Альбус", - сказал Мэдж, возвращая всеобщее внимание к себе.

Маг поднял лицо, переводя взгляд на человека, который говорил последним, прежде чем окинуть их всех взглядом.

"Кто такой я?" - тихо спросил он, приподняв бровь. "Кто такой ты? Законы были нарушены некоторыми членами этого суда, которые, я мог бы добавить, в настоящее время находятся с нами, в то время как безумец подвергает опасности саму общественность, которую вы должны были бы защищать всеми возможными способами, но не можете из-за безрассудных политических маневров. Существует конфликт, которому было позволено перерасти в ужасную войну из-за иррациональной веры в превосходство крови, которой было позволено сохраняться и расти веками.

"И, учитывая все это, вы считаете, что имеете право указывать на меня пальцем, поскольку я осмеливаюсь утверждать правду? У тебя хватает наглости повышать голос против меня за то, что я подружился с другой расой и спрашиваю их, хотели бы они быть частью чего-то, на что они имеют право? Вы утверждаете, что у меня нет полномочий обращаться с ними как с равными, и называете это "переговорами" и "обходом договоров"?

"Кто я такой, чтобы это делать? — Честно говоря, я сомневаюсь, что кто-то из вас готов услышать этот ответ, и после прослушивания вашего выступления я сомневаюсь, что кто-то из вас когда-либо будет готов . . . .

"Кто я на самом деле".

Маг покачал головой, никогда не повышая голоса и не добавляя в него ничего, кроме праведного гнева. На многих это произвело впечатление, поскольку они заставили себя не свирепо смотреть на тех, кто высказался так опрометчиво. Все они, по понятным причинам, также задавались вопросом, какова истинная личность Мага, но знали, что лучше не спрашивать прямо сейчас.

"С завтрашнего дня любой, кто все еще является членом Визенгамота, будет нести ответственность за свои действия или бездействие, начиная с этого времени, в соответствии с кодексом, которым было изначально основано это учреждение. Я буду придерживаться этого, как, я уверен, и большинство этого суда ". Маг повернулся к Дамблдору, чтобы убедиться, что его предложение будет разрешено и выполнено.

"Я согласен", - сказал Дамблдор, обращаясь теперь ко всем. "Если вы чувствуете, что не способны придерживаться Старого Кодекса поведения, который, как мы все знаем, просто предполагает, что участники должны быть честными, ищущими правду людьми, преданными людям, которым служит Министерство, вы должны уйти в отставку. Нельзя было допустить, чтобы Старый Кодекс был отброшен в сторону. Это то, чем мы обещали стать в тот момент, когда заняли здесь свои позиции ".

"Да!" Тибериус Огден выкрикнул, что заставило более половины Визенгамота проголосовать за согласие.

"Да. Пришло время настоящим лидерам сделать шаг вперед и повести следующее поколение в эпоху уважения и чести, а не трусости ", - сказал Фадж, вставая, цитируя своего покойного деда.

Старшее поколение в зале удовлетворенно закивало головами, вспоминая лидерство Филиса Джорджа Фаджа десятилетиями ранее. Другие были полны энергии, впервые за долгое время почувствовав, что они примут участие в чем—то стоящем и действительно изменят ситуацию - в том, что они хотели сделать все это время.

Тем, кто ранее высказывался против Мага, больше нечего было сказать, и в настоящее время они были запуганы, думая об окружающих их новых обстоятельствах и о том, что им следует делать.

Маг посмотрел на часы на стене, говоря Дамблдору, что ему нужно уходить.

"Спасибо, что уделил мне время, Маг", - сказал Дамблдор, беря его за руку. "Вместе мы будем работать над созданием лучшего будущего для всех".

"Не за что, Альбус", - сказал Мэдж, прежде чем бросить последний взгляд на собравшихся участников.

Все они стояли почтительно, даже те, кто предпочел бы этого не делать, но большинство из них были явно рады, что он пришел, и гордились тем, что были среди немногих счастливчиков, которые стали свидетелями и участниками события, которое станет событием огромной исторической важности.

Гарри понял, что это происходило. Революция или, возможно, запоздалая реформация.

"Не совершайте ошибок; мы находимся в эпицентре бури. Война против Волан-де-Морта станет еще хуже, прежде чем будет доведена до конца. Знайте, что нынешнее молчание не продлится вечно. Спасибо, что терпите мое присутствие."

Маг снова повернулся к Дамблдору, кивнул и получил прощальный кивок, прежде чем... -ХЛОП-

Книга 4 - Часть 1: Спокойствие

Сириус посмотрел на первую страницу Ежедневного пророка. Что-то происходило, это было точно. Восемь членов Визенгамота ушли в отставку прошлой ночью, через несколько часов после "экстренного заседания".

Ранее, днем ранее, Сириус был уведомлен Custosae письмом от самого Мага, в котором говорилось, что он появится в Министерстве и что он, Сириус, должен быть готов ответить на некоторые вопросы, если общественность обратится. Маг изложил некоторую информацию, которой Сириус мог бы поделиться, и краткое изложение того, что он определенно будет освещать в Визенгамоте.

Пока ни один репортер не прислал ему никаких вопросов, но, по крайней мере, он был готов. Однако после того, что было опубликовано в газете, задавать вопросы не было никакой необходимости. Маг уже ответил на них и все изложил.

Сириус улыбнулся, представив, как у застрявших на своем пути людей в Визенгамоте чуть не случаются сердечные приступы, когда появляется Маг и говорит то, что у него есть. Ему понравился стиль Мага. Не боялся встряхнуть ситуацию, и, что самое приятное, ему это сходило с рук — в конце концов, кто в здравом уме захочет ставить галочку на Маге?

Краем глаза он уловил зеленый отблеск пламени в камине. Встав, он направился к огню, чтобы увидеть лицо Дамблдора.

"Альбус, чему я обязан этим удовольствием?" Сириус спросил довольно весело.

На лице Дамблдора внезапно появилось сожаление, прежде чем он смирился.

"Сириус, могу я пройти? Боюсь, мне нужно поговорить с тобой о чем-то довольно серьезном".

Брови Сириуса слегка приподнялись при этих словах, он явно не ожидал такого серьезного тона от обычно гипертрофированного Директора.

"Конечно, Альбус", - сказал он, отступая назад, чтобы пропустить его через камин.

Тедди хихикнул, наблюдая, как Гарри раскладывает множество рунических заметок вокруг кровати. Они, как и Винс, Невилл, Сьюзен, Гермиона и Гарри, усердно работали над новым проектом. В нем, конечно, были задействованы руны, и вся сеть покрывала края их мантий и другой желаемой одежды.

Благодаря разговору о древних боевых магах между Роном и Драко в поезде, они решили, что наложить на себя дополнительный слой защиты было неплохой идеей, особенно после того, что Волан-де-Морт сделал с Гарри и как магия Гарри решила сформировать "бронежилет".

"Хорошо, я думаю, что получил их все. Теперь мне просто нужно разложить их по порядку, а затем отправить Гермионе и остальным, чтобы они перепроверили и, возможно, улучшили", - сказал Гарри, держа стопку.

Переставив их, он привел в порядок, а затем вытащил свою палочку. Легко сделав еще четыре с помощью копирующего заклинания, он кивнул сам себе.

"Кричер!" Звонил Гарри.

"Мастер позвал Кричера?" Кричер спросил с поклоном.

"Да. Не могли бы вы доставить каждое из этих писем, убедившись, что вас не увидит никто, кроме тех, кому адресована посылка?" спросил он.

"Конечно, учитель", - сказал он, беря четыре стопки, Гарри оставил оригинал.

"Спасибо", - сказал он, когда Кричер исчез с резким хлопком. "Что ж, надеюсь, к концу лета у всех нас будут защитные жилеты. Однако для нанесения этих рун на ткань требуется немного внимания. Нам нужно решить, на какую одежду их нанести и сколько мы хотим в это вложить. "

"А мне дадут жилет?" Спросил Тедди, широко раскрыв глаза.

"Конечно, если ты хочешь", - сказал Гарри, нисколько не удивленный вопросом Тедди.

Немного прибравшись в своей комнате, он направился вниз, Тедди тут же запрыгнул ему на ногу, чтобы безопасно спуститься.

Выйдя на лестничную площадку, Гарри повернулся и направился в гостиную; однако вскоре он остановился на пороге. Дамблдор был там, сидел рядом с Сириусом, как будто утешал его после того, как сообщил ему какие-то довольно мрачные новости. Ремус был там, хорошо, стоял за плечом Сириуса, хотя выглядело так, как будто у него самого были проблемы эмоционально.

Сердце Гарри сжалось, страх пронзил его изнутри. Он почувствовал, как внутри него закружилась магия, грудь сжалась, почти болезненно, от этого. Было ли нападение? Почему его не уведомили? Кто-то пострадал ... был убит?

Он застыл в арке, дрожащие плечи Сириуса говорили Гарри, что он был очень близок к слезам, если уже не плакал беззвучно. Дамблдор стоял неподвижно, его старая рука лежала на плече Сириуса, когда он что-то прошептал ему на ухо, прежде чем он остановился и повернул голову, его глаза мгновенно встретились с глазами Гарри, как будто почувствовав его присутствие.

Сириус вздрогнул, без сомнения, поняв, что Дамблдор поднял глаза, потому что кто-то только что вошел в комнату. Однако, по какой-то причине, он не обернулся, чтобы посмотреть, кто это был. В то время как Ремус на долгую секунду закрыл глаза после того, как поднял взгляд и обнаружил, что Гарри наблюдает за ними. Он выглядел загнанным.

Гарри сделал небольшой шаг вперед, не зная, должен ли он сначала извиниться за вторжение или спросить, что случилось.

"Я не могу, Альбус", - грубо прошептал Сириус.

Если бы Гарри дышал чуть громче, он бы пропустил мольбу Сириуса мимо ушей.

Дамблдор похлопал Сириуса по плечу, прежде чем встать и отойти от дивана с серьезным взглядом. Он оставил свою трость прислоненной к краю дивана.

Ремус медленно обошел вокруг и занял место, которое раньше занимал Дамблдор, чтобы сидеть рядом с Сириусом.

"Гарри, почему бы тебе не подойти сюда?" Спросил Дамблдор, указывая на стул в нескольких футах справа от него.

Гарри подчинился, страшась и стремясь услышать любые новости, которые Дамблдор приготовил для него. Подойдя к креслу, он снова взглянул на Сириуса и Ремуса. Сириус поднял голову, в его глазах было столько страха и печали, что, казалось, изменил их истинный цвет. Гарри был уверен, что его крестный был в шоке. Ремус выглядел подавленным, его глаза слегка припухли от сдерживаемых слез.

Гарри оглянулся на Дамблдора, который мягко кивнул ему в сторону стула. Гарри сел, Тедди с шумом поднялся в свою лабораторию, а Гарри заламывал руки.

"Что-то случилось, сэр?" Спросил Гарри, его голос почти срывался.

Дамблдор тихо вздохнул, прежде чем сделать что-то, что застало Гарри врасплох. Шагнув вперед, Дамблдор опустился перед ним на колени, прежде чем взять обе руки Гарри в свои.

"Твои друзья в безопасности; ничего из того, о чем ты думаешь, не произошло, мой мальчик. Насколько мне известно, Волдеморт сегодня не нападал".

"Тогда что это?" Спросил Гарри, бросив еще один взгляд на Сириуса, который внезапно подавил рыдание кашлем.

"Ты помнишь, что произошло в конце твоего первого года в Хогвартсе?" Спросил Дамблдор таким мягким голосом, что Гарри подумал, не заколдовывает ли он свой голос, чтобы он не дрожал или, что еще хуже, не надрывался.

"Да. Квиррелл пытался убить меня".

"И ты помнишь, что он сделал, чтобы попытаться достичь этого?"

Гарри медленно кивнул, вспоминая проклятие, которое нанесло ущерб его артериям и сердцу. Он все еще помнил режущую боль, которая проносилась вверх и вниз в его сердце, прежде чем тьма поглотила его. Он остановил себя, чтобы не представлять кровавый внутренний беспорядок, через который ему едва удалось пережить.

"Когда вы вернулись в Хогвартс после нападения на Хогсмид, мадам Помфри, конечно, осмотрела вас, как я уверен, вы помните", - сказал Дамблдор. "Она сделала полное сканирование тела и тщательно осмотрела его. Неудивительно, что она обнаружила шрамы от проклятия Квиррелла в твоем сердце и на нем, но она также обнаружила кое-что еще, вызывающее серьезную озабоченность. По какой-то причине, возможно, из-за мощного заклинания патронуса, которое вы наложили, в сочетании с травмой от окружения дементорами, ваше сердце теперь пропитано вашей магией. Твоя грудная клетка тоже, но это беспокоит нас не так сильно, как твое сердце. Повреждения, нанесенные Квирреллом, усугубили это состояние, потому что рубцовая ткань позволяет накапливать больше магии. "

"Что это значит?" Спросил Гарри.

"Сердце не предназначено для того, чтобы все время находиться так близко к магии или в контакте с ней. Это может нарушать ритм сердца. Итак, на данный момент мадам Помфи не обнаружила никаких тревожных воздействий магии рядом с вашим сердцем, однако она твердо уверена, что ситуация мгновенно изменится, если вы произнесете мощное заклинание, такое как Экспекто Патронум. "

"Ты хочешь сказать, что моя магия может убить меня?" - Спросил Гарри, Тедди теперь тяжело прислонился к Гарри, его мягкие пушистые руки поддерживали левое предплечье Гарри.

"Да, Гарри", - прошептал он, теперь его голос был явно напряженным. "Итак, тебе придется осознавать свои чувства, Гарри, и держать их под контролем, чтобы твоя магия не реагировала совсем или так сильно. Любой всплеск магии может быть чрезвычайно опасен для тебя. Ты понял?"

Гарри кивнул, его зеленые глаза с золотистыми ободками резко сфокусировались, когда они встретились со взглядом Дамблдора. "У меня все еще есть дела. Я не позволю себе умереть, пока не поживу по-настоящему".

Глаза Дамблдора сверкнули, как фейерверки, когда он сжал руку Гарри, его собственные эмоции бурлили, их интенсивность была заметна в каждой морщинке на его лице. Слегка улыбнувшись, Дамблдор оглянулся на Сириуса и Ремуса, которые, казалось, по большей части справились со своим отчаянием.

"Помфри и Северус работают над возможным решением, и я надеюсь, что мой друг тоже поможет, но пока решение не найдено, необходимо принять меры предосторожности", - сказал Дамблдор, оглядываясь на Гарри. "Я чувствую, что тебе необходимо продолжать использовать магию. Отказ от этого может привести к дальнейшему накоплению магии в твоем сердце. Однако вы должны держаться подальше от заклинаний, которые заставляют ваше ядро вспыхивать, посылая избыток магии через ваш центр. В учебной программе с первого по четвертый курс есть несколько заклинаний, которые подпадают под это, - сказал он, потянувшись за складками мантии и достав сложенный лист пергамента. "Зная, как вам и вашим друзьям нравится работать на опережение, я также взял на себя смелость включить заклинания, которые вы не должны использовать, которые относятся к заклинаниям пятого, шестого и седьмого курсов. Как вы, вероятно, могли догадаться, будет ограничено не так уж много заклинаний, поскольку все они умещаются на одном листе пергамента, но даже в этом случае знайте, что любое произнесенное вами заклинание может стать опасным, если вы вложите в него слишком много сил. "

"Я понимаю, сэр", - сказал Гарри, беря предложенную страницу.

"Если вы почувствуете одышку, внезапную боль в груди или в одной из рук, или если вы почувствуете какой-либо дискомфорт в груди, который длится более минуты, немедленно сообщите кому-нибудь. Это симптомы сердечного приступа."

Глаза Гарри слегка расширились. Эти симптомы были слишком близки к комфортным, они были поразительно похожи на то, что он испытывал несколько раз с тех пор, как вернулся в башню Гриффиндора, последний раз, когда он вошел в гостиную. Дамблдор заметил его реакцию и пришел к разумному, но тревожному выводу.

"Вы уже испытали это", - заявил он.

Гарри слегка пожал плечами, не зная, как ответить, но не в силах откровенно солгать Дамблдору в лицо, даже если это могло бы немного развеять его беспокойство.

"Гарри, пожалуйста, мы должны знать", - сказал Дамблдор почти умоляюще.

"Ранее, когда я зашел сюда, я подумал, что случилось что-то плохое, и, ну, моя магия вроде как зашевелилась, как раньше, только она была напряженной и внутри", - признался Гарри, осознание того, что его сердце действительно испытывает проблемы, внезапно поразило его, как удар в живот.

Гарри закрыл глаза, не желая верить, что это действительно происходит с ним, поскольку возможные последствия того, что это означало, вышли на первый план в его сознании.

Он услышал движение, но в тот момент ему было все равно.

Как он должен был уничтожить Волан-де-Морта, если не мог использовать могущественную магию? Как он мог продолжать быть магом, если это означало, что преодоление заклинания, намеренное или иное, может оборвать его жизнь?

Пришлось бы ему отдать свою жизнь, чтобы положить конец этой войне? Станет ли ценой наступления мирного времени его надежды и мечты о будущем, в котором будет участвовать и он сам?

Он никогда раньше не задумывался о том, что потерпит неудачу или его не будет рядом после окончания войны. Были ли все его планы по изменению и улучшению Волшебного мира после смерти Волан-де-Морта недействительными? Собирался ли он умереть слишком рано?

Были ли его довольно головокружительные мысли о том, что когда-нибудь у него будет семья, не более чем принятием желаемого за действительное, нереалистичным мышлением? Его мысли о том, что, возможно, он станет отцом и будет растить детей в доме, намного лучшем, чем тот, который был у Дурслей, всего лишь мечты о ходячем мертвом ребенке-мужчине?

"Я не хочу умирать", - прошептал Гарри глухим голосом, чувствуя, как под веками начинают скапливаться слезы.

Он почувствовал, как его потянули вперед в объятия, ощущение шелковистой бороды у уха подсказало ему, кто был инициатором такого контакта, когда он почувствовал, как две другие руки легли ему на плечи. Сириус и Ремус. Он почувствовал, как Тедди слегка заерзал, прежде чем сумел удобно устроиться между его рукой и Дамблдором.

Гарри почти беззвучно шмыгнул носом, почувствовав, как Дамблдор начал растирать ему спину.

"Ты не умрешь, Гарри", - прошептал Сириус прямо рядом с ним. "Нет, если нам есть что сказать по этому поводу".

Артур Уизли знал, что что-то происходит. Его дети вели себя ... странно. Это было почти так, как если бы один из их любимых питомцев только что умер или что-то в этом роде, но не совсем. Дело было глубже. Близнецы были странно тихими, а Рон и Джинни выглядели так, как будто глубоко задумались.

Он узнал, что Перси был так же сбит с толку, как и он сам, когда тот спросил, случилось ли что-то, о чем ему не сказали. Перси сказал ему, что он такой же невежественный.

Артур попытался спросить Рона, в чем дело, но все, что сделал Рон, это поднял голову и уставился на него широко раскрытыми глазами, поспешно сказав: "Ничего", прежде чем броситься в свою комнату, Джинни и близнецы вскоре последовали за ним.

Что происходило?

Рон услышал, как Джинни вошла в его комнату, а вскоре после этого вошли близнецы, поскольку он стоял спиной к двери. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным.

"Должно же быть что-то, что мы можем сделать", - прошептал он, и близнецы наложили на комнату ограду уединения.

Он взял лист бумаги, который Гарри недавно отправил им (через Kickicher express) — список заклинаний, которые Гарри не должен произносить, написанный собственноручно Дамблдором.

Джинни и близнецы медленно приближались.

"Да, но что мы можем сделать?" Спросила Джинни. "Мы не целители, и хотя некоторые из нас знают о целительной магии гораздо больше, чем большинство других людей, у нас недостаточно опыта, чтобы даже начать лечить это".

Рон начертил пальцем заклинание на пергаменте.

"Возможно, мы не можем помочь с сердцем Гарри, но кое-что мы можем сделать", - прошептал он, глядя на близнецов. "Ты думаешь, что сможешь работать с Грегом, Драко и Луной?"

"Да—"

"Конечно".

"Что мы будем—"

"будешь делать?"

«Улучшаем эти заклинания. Создаём их варианты, которые будут безопасны для Гарри. Большинство из них были бы очень полезны для Гарри, если бы он мог их использовать. Поскольку мы не можем устранить недостаток, мы можем хотя бы убрать препятствия».

— Рон, ты великолепен! — воскликнула Джинни.

Близнецы переглянулись, затем посмотрели на Рона и, выхватив страницу из его рук, хором сказали: «Мы сразу же приступим».

Грипхук никогда раньше не чувствовал ничего подобного, по крайней мере, по отношению к человеку. Он был обеспокоен.

Он только что закончил разговор с Гарри, надеждой своего народа на светлое будущее, с которым связался после получения тревожной информации.

Кто-то вломился в хранилище Беллатрисы Лестрейндж, и, судя по тому, в каком оно было состоянии, потенциальный вор был немного расстроен, явно не найдя того, что ожидал там увидеть.

Это не предвещало ничего хорошего, особенно учитывая, что Кубок Хаффлпаффа разлетелся на куски, которые застряли в стенах, потолке и полу, а также в других предметах в хранилище.

Что было еще более тревожным, так это то, что только один человек когда-либо успешно проникал в хранилище и выходил оттуда невредимым и незамеченным. Волан-де-Морт. Грипхук готов был поспорить на свой длинный нос, что это снова был он, и остатки темной магии по всей внутренней части хранилища также были довольно важной подсказкой.

Ах да. Волдеморт теперь знал, что кто-то охотится за его крестражами.

Грипхук внутренне содрогнулся, подумав о том, что сделает Темный Лорд, когда поймет, что все они были уничтожены, и кем. Это было бы не так уж трудно определить. Маг явно целился в Нагини, когда они сражались, и Волдеморт быстро понял, что это может означать только одно. Вероятно, именно поэтому он потратил время, чтобы вломиться в Гринготтс, чтобы проверить кубок.

Итак, теперь он был уверен, что Маг знал о его крестражах, и этот Маг был тем, кто их уничтожил.

Грипхук вздохнул, тот факт, что он был совершенно один, был единственной причиной, по которой он позволил себе расслабиться, поскольку он в очередной раз попытался не думать о тяжелом состоянии сердца Гарри и шторме, который, несомненно, надвигался.

Была ночь, но Гарри не мог уснуть. После его "срыва", как он решил это назвать, Сириус, Дамблдор и Ремус решили дать ему немного побыть одному, но только после того, как заверили его, что они будут рядом, если ему что-нибудь понадобится. Дамблдор зашел так далеко, что сказал, что бросит все в Визенгамоте или даже встретится с министром, если Гарри будет в нем нуждаться.

Гарри был благодарен, хотя сомневался, что когда-нибудь позвонит Дамблдору и попросит его отказаться от какой-либо важной встречи.

После того, как он поправил свое здоровье, или насколько это возможно в такой ситуации, он связался с другими Посетителями, сообщив им, что происходит. Он также отправил им копии списка, предоставленного ему Дамблдором, чтобы они знали, чего он не мог сделать. Рассказать Хагриду было, пожалуй, труднее всего, поскольку вскоре после того, как он рассказал об этом Хагриду, полугигант разразился рыданиями после нескольких секунд попыток, но безуспешных. Остальные подождали, пока не отойдут от зеркал, чтобы выпустить свои эмоции.

Разговаривая с Гермионой (позвонив ей снова после того, как связался с остальными), они обсудили раскрытие всей правды некоторым Друзьям, особенно Сириусу и Ремусу, учитывая их высокое положение в сети Custosae и Amici и их отношения с ним, Гарри. В конце концов, было решено переждать и ничего им не рассказывать. Они, честно говоря, не знали, насколько серьезным было состояние Гарри, и преждевременные действия, хотя и (по крайней мере) слегка эмоциональные, не способствовали бы принятию правильного решения.

Итак, Хагрид остался единственным взрослым (не считая Рук, конечно), кто знал, что Маг - это Гарри. Любой другой взрослый отнесся бы к Гарри по-другому в тот момент, когда узнал, и только Мерлин знал, как они отнеслись бы к Магу позже. Конечно, Хагрид был там с момента основания Custosae, но даже если бы он там не был и недавно узнал правду, Гарри все равно был бы Гарри, а Маг все еще был бы тем, кем он должен быть для Custosae — Главой.

Гарри кивнул сам себе. Продолжать держать личность Мага в секрете от всех, кто не является заказчиком, в это время было правильным выбором. Делать что-либо еще было бы преждевременно.

Гарри посмотрел вниз на Тедди, который тихо прислонился к нему. Тедди выглядел таким грустным.

Тедди ничем не мог помочь. Он не хотел рисковать, причиняя Гарри боль (или что похуже), пытаясь вытеснить хаотическую магию из его сердца. Он также боялся, какой вред нанесет ему выход магии из его сердца, даже если процесс завершится без сучка и задоринки. Его сердце работало таким образом уже несколько недель. Кто знал, что произойдет, если магия, к которой он привык, внезапно исчезнет?

Итак, Тедди теперь чувствовал себя никчемным и беспомощным, однако, как указал Ремус, он все равно был бы большим подспорьем для Гарри, если бы по какой-то причине магия Гарри внезапно начала выходить из-под контроля. Это немного смягчило разочарование Тедди и немного успокоило Гарри.

А потом был Грипхук, который сообщил ему, по возможности, более серьезные новости.

Волдеморт знал, что Маг охотится за его крестражами. И теперь, когда он знал, что бы он сделал?

Что ему, Магу, делать теперь, когда он узнал, что Волан-де-Морт знал?

Гарри закрыл глаза, его мысли вихрем проносились мимо, прежде чем внезапно и резко всплыло воспоминание. Он никогда бы не понял, почему одни воспоминания всплывают раньше других, или почему некоторые так долго ждали своего появления, но он точно знал, что когда они приходят, они приходят тогда, когда в них была необходимость.

Он находился в меблированной комнате, стоя за спиной полного мужчины, который стоял у потрескивающего камина. Мужчина повернулся, его глаза остановились на нем со спокойной, довольной гордостью.

"Смотри в оба, Том, ты же не хочешь, чтобы тебя застукали вынутым из постели в неурочное время, а ты староста ... " - сказал он, осторожно покачивая напиток в бокале.

Имя "Гораций Слагхорн" пришло Гарри на ум, когда Риддл заговорил.

"Сэр, я хотел спросить вас кое о чем", - сказал Риддл.

"Тогда спрашивай, мой мальчик, спрашивай".

"Сэр, я хотел бы знать, что вы знаете о ... о крестражах?"

Слагхорн уставился на него, его стакан теперь был очень слабо зажат в руке. Он был очень близок к тому, чтобы расплескать его. "Проект по защите от темных искусств, не так ли?" он спросил.

Гарри мог сказать, что Слагхорн надеялся, что все так просто, несмотря на то, что в глубине души знал, что это не школьное задание - в его глазах читался нервный, скрытый (хотя и подсознательный) страх.

"Не совсем, сэр", - сказал он. "Я наткнулся на этот термин во время чтения и не до конца его понял".

"Нет, ну...… тебе было бы трудно найти в Хогвартсе книгу, в которой подробно рассказывалось бы о крестражах, Том. Это очень мрачный материал, действительно очень мрачный ", - сказал Слагхорн.

"Но вы, очевидно, знаете о них все, сэр? Я имею в виду, такой волшебник, как ты — извини, я имею в виду, если ты не можешь мне сказать, очевидно — я просто знал, что если кто—то и может мне сказать, то ты - так что я просто подумал, что спрошу ...

Гарри захотелось хлопнуть себя ладонью по лбу. Том определенно знал, как манипулировать людьми и обманывать их. Идеальное количество всего — лести, смирения, любопытства, нерешительности. . . .

"Ну", - сказал Слагхорн, не глядя на него, но теребя ленту на коробке, в которой Гарри быстро определил, что это коробка с засахаренными ананасами. Подарок, который Риддл преподнес ему совсем недавно. "Ну, конечно, не помешает дать вам обзор. Просто чтобы вы поняли термин. Крестраж - это слово, используемое для обозначения предмета, в котором человек спрятал часть своей души."

"Хотя я не совсем понимаю, как это работает, сэр", - сказал он, его голос был настолько точно подконтрольным, что олицетворял интонацию идеального ученика, просто желающего знаний "ради знаний".

Однако Гарри, оказавшись на месте Риддла, почувствовал растущее возбуждение юного Риддла — предвкушение абсолютной власти, обретения бессмертия и начала пути к "истинному" величию.

"Ну, видишь ли, ты разделяешь свою душу, - нерешительно сказал Слагхорн, - и прячешь часть ее в предмете вне тела. Тогда, даже если чье-то тело атаковано или уничтожено, человек не может умереть, поскольку часть души остается привязанной к земле и неповрежденной. Но, конечно, существование в такой форме . . . . "

Лицо Слагхорна сморщилось, почти болезненно, и Гарри обнаружил, что вспоминает последние воспоминания о Волан-де-Морте, которые он получил в ту ночь, — удар отраженным смертельным проклятием и ощущение, что его отрывают от тела.

"немногие захотели бы этого, Том, очень немногие. Смерть была бы предпочтительнее".

Гарри самого чуть не стошнило, когда он почувствовал эмоции Риддла — жадность и триумф после того, как нашел "спасение" от смерти - победу над смертью и защиту от тех, кто попытается встать у него на пути.

"Как ты разделяешь свою душу?" Спросил Том, заметно оживляясь.

"Что ж, - неловко сказал Слагхорн, - вы должны понимать, что душа должна оставаться нетронутой и целостной. Ее разделение - это акт насилия; это против природы".

"Но как ты это делаешь?"

"Злым актом — высшим актом зла. Совершая убийство. Убийство разрывает душу на части. Намерение волшебника создать хоркрукс использовало бы повреждения в своих интересах: он поместил бы оторванную часть —"

"Спрятать? Но как?"

"Есть заклинание, не спрашивай меня, я не знаю!" Слагхорн сказал, качая головой и выглядя подавленным. "Я выгляжу так, как будто уже пробовал это — я похож на убийцу?"

"Нет, сэр, конечно, нет", - быстро ответил Риддл. "Извините, я не хотел обидеть".

"Вовсе нет, совсем нет, я не обижен", - хрипло сказал Слизнорт. "Естественно испытывать некоторое любопытство к таким вещам. Волшебников определенного уровня всегда привлекал этот аспект магии."

При этих словах Гарри почувствовал, что Слагхорн что-то скрывает, и он знал, что Риддл тоже это понял с помощью Легилименции. Но Гарри, благодаря своей наблюдательности (поскольку он не мог использовать Легилименцию в воспоминаниях), также имел небольшое представление о том, что Слагхорн лично знал об опасностях и зле крестражей.

"Да, сэр", - сказал Риддл. "Однако чего я не понимаю — просто из любопытства - я имею в виду, много ли пользы от одного крестража? Ты можешь разделить свою душу только один раз? Не было бы лучше, не сделало бы тебя сильнее, если бы твоя душа состояла из большего количества кусочков? Я имею в виду, например, разве семь не самое могущественное магическое число, не так ли?—"

"Борода Мерлина, Том!" - завопил Слизнорт. "Семь! Разве недостаточно плохо думать об убийстве одного человека? И в любом случае ... достаточно плохо, чтобы разделить душу ... но разорвать ее на семь частей ... ? "

Для Гарри Слагхорн выглядел совершенно больным (возможно, из-за плохих воспоминаний?) и быстро начал копаться в поисках хоть какого-то душевного спокойствия.

"Конечно, - пробормотал Слагхорн, - все это гипотетично, то, что мы обсуждаем, не так ли? Все академично. . . . "

"Да, сэр, конечно", - немедленно ответил Риддл.

"Но все равно, Том ... помалкивай о том, что я рассказал, то есть о том, что мы обсуждали. Людям не понравилось бы думать, что мы болтали о крестражах. Это запрещенный предмет в Хогвартсе, вы знаете. Дамблдор особенно яростно относится к этому . . . . "

"Я не скажу ни слова, сэр", - сказал Риддл, направляясь к двери.

Гарри заставил себя не думать о Плаксе Миртл, когда Риддл остановился в дверях и повернулся обратно к Слагхорну. "Это будет наш маленький секрет ..." - тихо сказал он.

Гарри открыл глаза и, вернувшись к реальности, увидел Тедди, обнимающего его за грудь.

"Я в порядке, Тедди. Не думаю, что моя магия проснулась", - сказал Гарри довольно уверенно.

"Это немного подействовало, но было неплохо. Мне ничего не нужно было делать", - сказал Тедди, когда Гарри похлопал медвежонка по спине.

"Что ж, это облегчение. Если моя магия может оставаться достаточно спокойной после просмотра этого воспоминания, просмотр других воспоминаний Риддла не должен вызвать особых проблем, если они всплывут, - сказал Гарри с явным облегчением.

"Это хорошо", - согласился Тедди.

"Тедди, мне нужно поговорить с Дамблдором о том, что мы недавно узнали. Ему также, возможно, потребуется связаться с кем-нибудь, чтобы, по крайней мере, предупредить их, верна ли моя догадка, - сказал Гарри, взглянув на часы. Было 11 вечера. "Вчера я был Магом, так что со мной все должно быть в порядке".

Тедди кивнул. "Да".

После этого Гарри тщательно произнес необходимые заклинания (к счастью, ни одного из них не было в списке) и принял оборотную пилюлю очарования, прежде чем взяться за зеркало. Расслабив лицо и напомнив себе, что теперь он Маг, он активировал зеркало.

"Длинная борода".

Неудивительно, что вскоре в фокусе появилось лицо Дамблдора.

"Маг. Все в порядке?" спросил он с легким беспокойством.

Очевидно, Гарри недостаточно расслабил свое лицо, прежде чем активировать зеркало . . . .

"Я только что получил информацию от Рука. Взломано хранилище в Гринготтсе. Хранилище Беллатрикс Лестрейндж. Когда-то в нем хранился Кубок Хаффлпаффа, который, как вы знаете, был одним из крестражей Волан-де-Морта. Что ж, ясно, что Волдеморт был недоволен, когда обнаружил, что кубок, покоящийся в хранилище, принадлежал не ему, а тот, который он оставил там раньше, нигде не был найден.

"Волан-де-Морт знает, Альбус, и это только вопрос времени, когда он добьется возмездия".

Дамблдор тяжело вздохнул. "Волдеморт, вероятно, проверит другие свои укрытия, прежде чем что-либо предпринять".

"Что ж, это, безусловно, разозлит его еще больше. Особенно после того, как он узнает, что кто-то приложил немало усилий, чтобы достать медальон из той чертовой пещеры".

"Пещера?"

"Пещера, в которой ему нравилось мучить детей, когда он был совсем маленьким. Он превратил ее в пещеру с проклятым озером, кишащим инфери".

"Приятно", - сказал Дамблдор, из его уст сочился сарказм.

"Похоже, он так думает", - грубо сказал Маг.

"Ты ... ходил туда?"

"Нет. Это сделал кто-то другой. Регулус Арктур Блэк".

"Брат Сириуса?"

"Да".

"Это, безусловно, интересно".

Маг кивнул.

"Вы получили какую-нибудь другую информацию?" Через мгновение спросил Дамблдор.

"Да. Я получил информацию о том, что бывший профессор Хогвартса может быть в опасности, теперь, когда Волан-де-Морт узнал, что его секрет больше не является секретом. Волдеморт поверит, что именно благодаря этому профессору я узнал правду."

Глаза Дамблдора расширились, он быстро собрал кусочки воедино. "Гораций, ты не..."

"Он знал. В то время он не знал, считал Риддла просто любопытным учеником. Возможно, он даже верил, что, рассказав Риддлу правду о крестражах, Риддл перестанет стремиться к такого рода знаниям. Он явно ошибался. Я думаю, он понял это в тот момент, когда Риддл спросил, возможно ли создать семерых."

Дамблдор решил не спрашивать, откуда Маг узнал о том, что он сделал, поскольку внезапно задался вопросом, не так ли чувствовали себя другие люди, когда он "волшебным" образом узнавал вещи.

"Я свяжусь с Горацием, как только смогу, возможно, я даже предложу ему его прежнюю должность мастера зелий, поскольку я уверен, Северус был бы не прочь помочь Стефани преподавать защиту", - сказал он с озорным блеском в глазах.

Маг решил притвориться, что не заметил игривого тона Дамблдора, поскольку просто кивнул в знак согласия.

"У тебя есть новости для меня?" Спросил Маг.

"Да, и мне жаль, что приходится доставлять вам еще одну проблему, но вы имеете право знать, и я надеюсь, что вы или один из ваших союзников могли бы помочь".

"Да?" Спросил Маг, его взгляд слегка сузился.

"Гарри, похоже, в жизни досталась еще одна неприятность. Неустанная (Помфри) провела тщательное сканирование его тела и обнаружила, что его сердце пропитано его хаотической магией, без сомнения, вызванной событиями в Хогсмиде и усугубленной предыдущей травмой. Я уверен, вы понимаете, насколько это опасно для него?"

"Да", - сказал Маг, бессознательно прижимая свободную руку к сердцу. "Да, хочу".

"Маг? Ты в порядке?" Спросил Дамблдор, видя часть руки Мага в зеркале.

"Прости, Альбус, я на мгновение погрузился в свои мысли", - сказал Мэдж, возвращаясь к реальности. "Я скажу своим людям, чтобы они начали искать решение этого, хотя, честно говоря, я не знаю, насколько мы сможем помочь. Простите нас, что мы не разобрались с этой проблемой до того, как вернули его в Хогвартс ".

"В этом нет ничьей вины, Маг, и меньше всего твоей. Если это чья-то вина, то моя", - сказал Дамблдор, в его голосе слышалась вина. "Гарри пережил очень много неприятностей, потому что я не смог защитить его".

Маг нахмурился.

"И из-за этой новой проблемы, с которой он столкнулся, я должен был усерднее бороться с Министерством, не позволяя дементорам приближаться к моим ученикам. Если бы я это сделал ... возможно, сейчас для него все было бы лучше. Но я потерпел неудачу. Я снова подвел Гарри, как делаю это каждый год. "

Возможно, это было из-за внезапного стресса, который он пережил в тот день. Или, возможно, он просто терпеть не мог, когда кто-то, на кого он равнялся, говорил о себе таким образом, особенно когда то, в чем его наставник винил себя, не имело никакого отношения к тому, что он сделал или не сделал.

И вот, по какой-то причине Маг сорвался.

"Теперь это просто навоз гиппогрифа, Альбус! Если бы не ты, кровавые душегубы были бы у ворот Хогвартса! Можете ли вы представить, насколько иначе сложилась бы битва тогда? Не говоря уже о том, что у меня, возможно, не было бы шанса победить Нагини?

"Что касается того, что ты якобы снова и снова подводишь Гарри, Гарри достаточно взрослый, чтобы принимать довольно серьезные решения, и хотя он ... ребенок, ты наверняка уже понял, что он понимает, какие последствия могут быть у его действий? Никто не подставлял его и не заставлял идти в Запретный лес, чтобы помочь Маленькому Джону. Никто не тащил его вниз в камеру с его товарищами, чтобы спасти будущего друга. И хотя у него не было особого выбора в этом вопросе в Хогсмиде, он все равно предпочел сражаться, хотя это означало, что он станет мишенью, а не еще одним телом в толпе убегающих.

"Корить себя за то, что ты не можешь контролировать или о чем не мог знать, просто бессмысленно. Единственный, кто здесь виноват, - это Том Риддл! Да, конечно, есть вещи, которые многие люди, включая меня, могли бы сделать по-другому, чтобы улучшить исход определенных событий, но не все из нас одарены Зрением, и даже если бы мы были одарены, это, без сомнения, превратилось бы в кровавый кошмар — Скорбь Трелони. "

Маг закончил свою тираду, лично удивленный, что его магия не отреагировала; хотя Тедди прятался прямо за его спиной. Успокоившись, он быстро понял, что Дамблдор совершенно потерял дар речи и был поражен.

Маг откашлялся, по понятным причинам смутившись. "Я прошу прощения. Я просто говорю, что все, что мы можем сделать, это сделать лучшее, на что мы способны в данный момент, и беспокойство по этому поводу впоследствии только отвлечет нас от текущих проблем. "

"Все в порядке, Маг. Я просто не привык слышать необходимые выговоры в моем возрасте".

"Э-э, да. Ну."

Дамблдор улыбнулся. "Приятно, что кто-то готов меня отчитать. У меня много хороших друзей, но то, кто я есть, удерживает большинство людей от того, чтобы вбить в меня немного здравого смысла. " Он на мгновение замолчал, как будто что-то решая. "Приятно иметь друга, который, я знаю, будет держать меня в узде и нести ответственность".

Маг улыбнулся в ответ. "Ну, быть товарищами по оружию в некотором роде подразумевает дружбу".

"Конечно".

На несколько секунд воцарилась комфортная, хотя и странная тишина, прежде чем Дамблдор поднял бровь. "Навоз гиппогрифа, маг?"

"Это было то, что я слышал некоторое время назад, и это звучало как подходящее высказывание, чтобы выразить мои мысли о том, насколько глупым ты был", - защищался Маг.

"Вполне", - сказал Дамблдор, забавляясь, в то же время задаваясь вопросом, был ли Маг когда-то старым другом Филиса Джорджа Фаджа.

"Что ж, становится немного поздно. Нам нужно обсудить что-нибудь еще?" Спросил Маг.

"Да. Это то, на что недавно обратили мое внимание. Несколько лет назад Министерство начало строить планы проведения в Хогвартсе турнира трех волшебников, но, по понятным причинам, из-за возвращения Волан-де-Морта они отменили его. Что ж, очевидно, что удивительное большинство международного сообщества выразило желание провести в Хогвартсе что—то еще - в этом году, если это вообще возможно."

"О?"

"Они предложили уникальную программу, по которой избранная группа студентов из трех разных школ посещает Хогвартс в течение шести недель. По истечении шести недель эти три группы возвращаются домой, и неделю спустя их заменяют еще три группы из другого набора магических школ."

"Что привело к этому?"

"Никто не говорил об этом прямо, но совершенно ясно, что главная причина кроется в могущественном волшебнике, который занял твердую позицию против темных волшебников и фанатизма", - сказал Дамблдор с блеском в глазах.

"Ты дразнишь меня, не так ли?" Спросил Маг, когда Дамблдор продолжил, не сбиваясь с ритма.

"Лидеры соседних волшебных стран обратили внимание на происходящие здесь события и подали петицию о проведении этой программы, "поощряющей международное сотрудничество". Волшебные страны Восточной Азии и Америки также хотят принять участие и добавили свои имена в список. Они хотят показать, что поддерживают идеалы человека, возглавляющего эту "реформацию" в Британии, и хотят поддержать его и Британию в войне против Волан-де-Морта, чья темная деятельность начала затрагивать другие страны. "

"Приняли ли они во внимание, что Волан-де-Морт нападал на Хогвартс раньше и поэтому может сделать это снова?" Они действительно думают, что разумно рисовать светящуюся мишень на месте, которое группы иностранных студентов будут называть домом в течение шести недель? После недавних событий они, конечно, осознают опасность этого? Спросил Маг.

"Насколько мне известно, этот вопрос поднимался. Итак, было решено, что для проведения этого мероприятия родителям учащихся, которым предоставлена возможность поехать, придется дать свое согласие. Они будут полностью проинформированы о рисках и преимуществах ", - сказал Дамблдор, прежде чем стать совершенно серьезным.

"Честно говоря, я не знаю, хорошая это идея или нет, Маг, именно поэтому я предложил ее тебе. Учитывая все происходящее, я не знаю, возможно ли было бы вообще взяться за это. В этом есть много преимуществ, но не меньше и риска. "

"Волдеморт попытался бы использовать это в своих интересах. Мы оба знаем, что он не гнушается похищать и удерживать людей ради выкупа или просто для какой-нибудь нездоровой "забавы" ".

"Я знаю".

"Хорошо. Мы оба знаем все минусы этого, что же хорошего?"

"Ну, положительный момент номер один, который я вижу, связан с подопечными Хогвартса".

"Как же так?"

"Хогвартс, по сути, живой. Его сила и могущество исходят от тех, кто в нем живет. То, что дети из разных уголков мира, которых обучают разной магии и разными способами, приедут и останутся на некоторое время, придаст Хогвартсу новый всплеск магии, создав подопечным новый уровень защиты - или нападения, в зависимости от обстоятельств. "

"Хм, это могло бы быть полезно. Учитывая культурные различия и различные магические дисциплины, которые, несомненно, будут представлены, учащимся также будет полезен этот опыт, независимо от того, откуда они родом ".

"Это также поддержит моральный дух Волшебного мира. Проведение крупных мероприятий и поощрение взаимодействия между людьми улучшает отношения и настроение в целом ".

"Это может привлечь к нам возможных союзников", - сказал Маг.

"Но мы должны быть осторожны. Также могут быть непредвиденные враги", - напомнил Дамблдор.

"Я думаю, в долгосрочной перспективе это могло бы быть очень полезно для будущего Хогвартса, а также для будущего других магических сообществ. Это могло бы даже стать новой традицией. Я мог бы предвидеть, что в последующие годы в Хогвартсе будет проводиться одна шестинедельная программа в течение каждого семестра."

"Возможности безграничны".

"Возможно, стоит рискнуть", - подумав, сказал Мэдж.

"Тогда я не буду возражать против проведения программы в Хогвартсе, но подожду и посмотрю, как она будет развиваться. Тем не менее, я, конечно, позабочусь о том, чтобы были приняты определенные меры предосторожности ".

Маг кивнул в знак согласия. "Я верю, что это было бы к лучшему".

"Согласен. Что ж, полагаю, на этом сегодняшняя дискуссия завершается?" - Спросил Дамблдор, вскоре после этого получив кивок Мага. "Тогда спокойной ночи, или, скорее, доброго утра. Мы - отряд защитников."

Зеркало исчезло.

Книга 4 - Часть 2: Буря

Следующие недели Дамблдор был очень занят, большая часть его внимания была сосредоточена на предстоящем учебном году, который будет включать Программу погружения и развития, или IDP. Более сорока школ выразили заинтересованность и представили все необходимые документы. Министерство изучило каждую из них, решая, какие школы будут наиболее подходящими для участия, поскольку только двенадцать школ могли участвовать в этом учебном году.

Они просмотрели общие показатели школ, включая рейтинг профессоров, достижения и отношение. Они также просмотрели статистику учащихся и изучили возможных претендентов на участие в программе.

В нынешнем виде каждая школа должна была представить до пятнадцати учеников, начиная с третьего класса и старше, которые, по их мнению, были бы отличным выбором для участия в программе. После этого министерство и правительство, находящееся в регионе, где расположена школа, должны были рассмотреть этих учеников и убедиться, что они готовы и способны участвовать в программе, соответствуя всем требованиям. В итоге предполагалось, что от каждой школы будет представлено от пяти до тринадцати учеников.

На данный момент было отобрано четырнадцать школ. Двенадцать из них были закреплены за определёнными шестинедельными периодами в течение учебного года, а ещё две были наготове на случай, если какая-то школа не сможет соответствовать требованиям и по какой-то причине откажется от участия.

В настоящее время Министерство имело приблизительное представление о том, сколько студентов будет присутствовать на каждой из них, и совсем недавно сообщило Дамблдору об участниках школы IDP.

Дамблдор посмотрел на список на своем столе.

Первый слот: с 3-й недели сентября по последнюю неделю октября

Шармбатонская академия магии — Франция — 11 студентов

Салемский институт ведьм — Массачусетс, США — 9 студентов

Нара, Школа проницательности — Япония — 7 учеников

Второй слот: со 2-й недели ноября по 3-ю неделю декабря

Древняя школа магии Гора — Египет — 8

Прадера де лос Селахес (Прерия цветных облаков), Школа магии — Перу — 6 учеников

Тайсюэ, Школа высшего волшебства— Китай — 10 учеников

Третий слот: с 3-й недели января по последнюю неделю февраля

Институт Дурмстранг — Дания — 8 студентов

Наланда, Университет магии — Индия — 5 студентов

Комодо, Школа магических искусств — Австралия — 7 учеников

Финальный слот: со 2-й недели марта по 3-ю неделю апреля

Юкон, Школа шаманизма — Канада — 5 учеников

Баобаб, Институт центральной магии — Зимбабве — 8 студентов

Парнас, Школа мистиков — Греция — 13 учеников

Потенциальные школы (в комплекте с drops):

Ла Эскуэла де Суеньос, (Школа грез) — Калифорния, США — 11 учеников

Вильнюс, специальность Магия — Литва — 7 студентов

Дамблдор отложил список обратно. Он был полон энтузиазма и нервничал по поводу предстоящего учебного года. Он только надеялся, что оборона Хогвартса достаточна для защиты его обитателей, особенно после того, как дом Слагхорна загорелся. К счастью, он забрал Слагхорна до того, как произошло нападение (за два часа). Было ясно, что Волдеморт был недоволен, особенно когда он приказал своим пожирателям Смерти уничтожить соседние дома . . . .

Дамблдор покачал головой. Несомненно, Волан-де-Морт знал, что все его крестражи были изъяты, и хотел расспросить Слагхорна об этом. В конце концов, Слагхорн был единственным, кого он знал, кто был бы склонен к тому, чтобы у него было больше одного крестража. Дамблдор был уверен, что Волан-де-Морт теперь считает Слагхорна информатором Кастоса, если не самим Кастосаем, и именно поэтому Слагхорн отныне должен оставаться на территории Хогвартса.

Слагхорн не жаловался на то, что его держали взаперти на территории Хогвартса, фактически, он сам настоял на этом, хотя было ли это из-за опасности для его жизни или из-за того, что Хогвартс будет участвовать в ВПЛ, Дамблдор, честно говоря, не знал.

Помимо попытки нападения на Слагхорна, единственная другая недавняя новость, представляющая интерес для Дамблдора, поступила через Mage (что неудивительно) через несколько дней после дня рождения Гарри. Очевидно, что директор Дурмстранга Игорь Каркаров, как стало известно благодаря некоторым не упомянутым контактам Custosae, "покончил жизнь самоубийством". Это произошло за несколько месяцев до нападения на Хогвартс, но из-за очевидного способа, которым Каркаров встретил свой конец, это было очень тихо. Деятельность Волан-де-Морта после упомянутого самоубийства также заключалась в сокрытии кончины бывшего Пожирателя Смерти.

Для Дамблдора все это было очень подозрительно, а для Мага это явно было тихое убийство / принудительное самоубийство.

Каркаров был выжившим; он бы не впал в такое отчаяние.

Однако, несмотря на подозрительные обстоятельства, Министерство дало Дурмстрангу разрешение участвовать в IDP (сохраняя за собой право отклонить их позже, если они сочтут это необходимым).

Новый директор на удивление хорошо сотрудничал с Министерством, дипломатия явно была одной из его сильных сторон. Дамблдору еще предстояло познакомиться с этим джентльменом, но, судя по тому, что говорили о нем все, кто с ним сталкивался, он был "добрым, сильным парнем".

Его звали Баронель Владим.

Дамблдор надеялся, что он действительно был добрым и сильным парнем. В мире и так хватало психов-убийц.

До летних каникул оставалось чуть меньше месяца, за что почти все были благодарны. В этом году было слишком жарко, одно из самых жарких летних периодов за долгое время.

Августа покачала головой, даже несмотря на охлаждающий амулет на ее одежде, она чувствовала, что тает. Она взглянула на Невилла и Грега, которые, казалось, чувствовали себя ничуть не лучше. Она была горда тем, что они предложили поехать с ней в Гринготтс, хотя из-за того, что они были заперты в своем доме последние несколько недель (за исключением вечеринок по случаю дня рождения Гарри и Невилла), она была уверена, что они были бы готовы пойти с ней на съезд Локхарта (если бы мужчина все еще был на свободе).

Она покачала головой. Гарри, этот бедный мальчик, очевидно, страдал от какого-то заболевания сердца. Она не знала, насколько серьёзным было его состояние, но если судить по едва заметным взглядам, которые Дамблдор бросал на мальчика, дело было довольно серьёзным. Однако, насколько ей было известно, с тех пор, как мадам Помфри «поставила ему диагноз», ничего серьёзного не происходило. Единственное примечательное событие случилось несколько недель назад. Сириус назвал это «панической атакой», во время которой Гарри не мог сделать достаточно глубокий вдох, чтобы успокоиться, в течение нескольких мучительных мгновений. К счастью, это было мало связано с его сердцем и больше с магией, плотно окутывавшей его грудную клетку.

Надеюсь, Дамблдор или кто-нибудь из парней из Custosae придумают решение. Она знала, что Гермиона и Невилл тоже искали решения. Гермиона в мире магглов, Невилл в волшебном мире. Пока они почти ничего не придумали, хотя Гермиона предложила отвести Гарри к магловскому "доктору", которого она называла "кардиолог", что бы это ни было. Дамблдор сказал, что рассмотрит это, если они не найдут решение к концу следующего семестра или если состояние Гарри внезапно изменится или начнет ухудшаться.

Августа могла только молиться, чтобы Дамблдор не пожалел о своем решении, хотя она понимала его нерешительность в том, чтобы так сильно доверять маггловскому целителю, хотя она знала, что доверие не было главной проблемой. Безопасность была. Безопасность Гарри и "доктора". . . .

Уладив дела с аккаунтом в Гринготтс, Августа повела их обратно на Косой переулок.

"Пойдемте, ребята, есть несколько человек, с которыми мы пообедаем в кафе Umbrella. Как и мы, мадам Марчбэнкс хотела выбраться из дома, - сказала Августа, пряча свой мешочек с деньгами.

Невилл и Грег кивнули, оба тайно насторожившись (не то чтобы они чувствовали приближающуюся опасность, просто решили, что лучше перестраховаться, чем потом сожалеть).

Муди пытался убедить Августу взять с собой сопровождающего, но она наотрез отказалась, сказав, что не собирается позволять Волан-де-Морту заставлять ее иметь какую-то "дурацкую команду защитников", куда бы она ни пошла, и что, если Грозный Глаз хочет сохранить свой второй глаз таким, какой он есть, ему лучше не приставлять к ней и теневую команду. Зная, когда нужно отступить от матриарха Лонгботтомов, Муди пообещал оставить ее в покое, но ушел только после того, как напомнил ей о ее монетке Custosae и крикнул о "Постоянной бдительности".

У Невилла все еще звенело в ушах.

Когда Невилл и Грег рассказали Гарри и другим персонажам о маленьком походе в Косой переулок, они согласились, что те пойдут с Августой. Она получит поддержку, нравится ей это или нет.

Они были умеренно уверены, что Волан-де-Морт ничего не сделает в Косом переулке. Там было слишком много людей, и прошлый опыт показал, что Волан-де-Морт практически не добивался успеха в таких местах. Друзья и Кустосае, казалось, выросли из паникующей массы, как злобные маргаритки.

Войдя в кафе со множеством разноцветных зонтиков над столиками снаружи, Невилл, Грег и Августа быстро нашли мадам Марчбэкс.

"О, добрый день, моя дорогая", - нежно сказала пожилая леди, беря Августу за руку.

Мадам Марчбэкс была одной из немногих людей, которые могли называть Августу "моя дорогая", не подвергаясь проклятию.

"Не хотите ли чаю?" Спросил Марчбекс.

"Конечно", - сказала Августа, Невилл и Грег молча стояли позади нее. "Невилл, Грег, почему бы вам не занять еще два места?"

Они кивнули и направились в заднюю часть кафе, где стояли дополнительные стулья. Каждый из них потянулся за стулом, стоявшим за пустой скамейкой, но быстро отложил свою затею, когда позади них раздался душераздирающий крик, за которым сразу же последовал оглушительный грохот.

Оглядевшись, они увидели, что несколько столов перевернуты, повсюду еда и напитки, а также растерянные, обиженные и злые люди. Но все это быстро отошло на второй план, когда в затихшее кафе вошли пять фигур в плащах, и в центре, несомненно, был сам Лорд Волан-де-Морт.

— Что ж, мы не можем задерживаться надолго, но я почувствовал, что мне хочется чего-нибудь прохладительного, и не смог удержаться. Кроме того, известно, что многие «порядочные» граждане приходят сюда, чтобы немного взбодриться, и я не мог упустить такую возможность, — сказал Волан-де-Морт, слегка кивнув людям в плащах, стоявшим по обе стороны от него.

Они медленно вошли, трое из них были без масок — Беллатриса, мистер Крэбб и мистер Гойл.

Больше никто не пошевелился, по крайней мере, заметно, хотя Невилл и Грег опустили волшебные палочки из набедренных кобур в руки.

"Хм, я хочу ее, ее, его и ... убить остальных", - сказал Волан-де-Морт, указывая на Марчбекса, Августу и дрожащего джентльмена, прежде чем взмахнуть палочкой в сторону женщины рядом с мужчиной. "Avada Kedavra!"

"Мари!" - крикнул мужчина; но было слишком поздно. Зеленый огонек не загорелся.

"Лэнглок!" Грег закричал, его проклятие едва успел отразить Крэбб-старший .

"Редукто!" Невилл закричал, вскоре после этого Грег и он сам спрятались в какое-то укрытие.

"Crucio!" Взвизгнула Беллатрикс.

Подавшись вперед, Невилл присел на корточки за упавшим столом, зеленый свет каскадом разливался по комнате с переплетающимися криками. Вглядываясь между обломками стула и стола, Невилл увидел, как его бабушка сражается с Гойлом-старшим и Беллатрикс. Он не знал, где был Волан-де-Морт в тот момент, когда тот прыгнул вперед.

"Редукто!" Его проклятие ударило Гойла в спину, отбросив его на несколько столиков, прежде чем выбить большое окно кафе.

:Crucio!:

Боль. Невероятная боль пронзила его плечо и охватила всё тело, доселе неведомой, невообразимой агонией. Он почувствовал, что падает, но не ощутил приземления из-за боли.

Он рассеянно услышал, как бабушка выкрикнула его имя в отчаянии. «Невилл! — Бомбарда!»

Жгучая боль прекратилась, но теперь он чувствовал пульсирующую боль, а его мышцы отказывались слушаться. Он обнаружил, что лежит на спине среди по меньшей мере полудюжины мёртвых тел, и услышал, как в нескольких метрах от него завязалась драка, которая внезапно прекратилась.

— Отведи её к остальным, — прошипел Волан-де-Морт. — Мы здесь закончили.

— Жалкий мальчишка, хотя, признаюсь, я ожидала, что ты сразу закричишь, как твой жалкий отец, — сказала Беллатриса после паузы, и звук её шагов эхом отдался в его ушах.

Невилл открыл глаза и увидел, что Беллатриса сидит на корточках рядом с ним, её лицо нависает над его лицом, а в поле зрения появляется её палочка. «Такой грустный маленький мальчик. И такой болезненный маленький слабак. Интересно, проживёшь ли ты так же долго, как твои родители».

Взгляд Невилла стал острым, по его коже пробежала волна ярости, которую он никогда раньше не испытывал.

С криком он выбросил руку вперед, его палочка излучала неумолимую силу, когда он с шумом отступил назад и встал на ноги. Однако вскоре после того, как он встал, он споткнулся о сломанный стул позади себя, что было к лучшему, поскольку Беллатрикс послала еще одно круцио и попала бы в него, если бы он не упал.

"Бесплодно!" - взревел один из пожирателей Смерти в маске. Фиолетовый луч света, испещренный зелеными пятнами, пролетел в воздухе.

"OOOOUF!" Невилл ахнул, когда чье-то тело бросилось ему в бок, оттесняя с дороги.

Проклятие Инфери прошло мимо, не причинив вреда.

"Диффиндо!"

"Протего!" Грег крикнул, отражая третье проклятие, направленное в Невилла, когда он скатился с него и послал проклятие в сторону Беллатрикс.

"Белла, хватит! Ты можешь поиграть с ними в другой раз", - сказал Волдеморт, делая шаг вперед и хрустя стеклом и деревом под своими ногами. "У нас есть то, за чем мы пришли. Не расстраивай меня."

Невилл поднял голову, большая часть его тела каким-то образом оказалась под защитой стола, протеже Грега все еще было слева от него.

Звук аппарирующего хлопка эхом донесся с улицы, когда он увидел, как Беллатрикс коротко кивнула и с хрустом исчезла, прежде чем Волдеморт исчез со свистом пепельной тьмы.

"О, Мерлин", - выдохнул Сириус, первым войдя в разрушенное кафе. За ним быстро последовали Грозный Глаз, Дамблдор и Кингсли.

Невилл сел, изо всех сил пытаясь встать, когда Грег подошел к нему. Все это произошло менее чем за две минуты, но время, которое это заняло, не имело значения. Ущерб был нанесен.

Большинство столов были опрокинуты или просто уничтожены, и стулья были ничуть не лучше. В результате нападения выжило всего несколько человек, все остальные, а это было более дюжины человек, были мертвы ... или пропали без вести.

"Где бабушка?" Спросил Невилл, глядя на Грега пустыми глазами.

Грег встретился с ним взглядом и едва заметно покачал головой. "Они забрали ее".

"Невилл?"

Невилл поднял глаза и увидел Гарри, стоящего в дверях своей временной комнаты на площади Гриммо. Дамблдору и остальным не потребовалось много времени, чтобы решить, что для Невилла и Грега будет лучше переехать к Гарри. Драко и Винс остались со Снейпом.

"Привет".

Гарри медленно вошел, решив, что лучше сохранять тишину, закрыл за собой дверь и произнес несколько безопасных заклинаний уединения.

"Дамблдор думает, что Волан-де-Морт верит, что бабушка - Кустоса", - прошептал Невилл через мгновение. "Он попытается получить от нее информацию, точно так же, как он попытается с Марчбеками и тем человеком, мистером Пичем".

Гарри опустил глаза, желая знать, что сказать, и задаваясь вопросом, не заставило ли общение Мага с мистером Пичем на заседании Визенгамота Волдеморта почувствовать необходимость похитить его и убить его жену.

"Тем не менее, кое-что можно сделать. На бабушке есть амулет, что-то вроде амулета-маяка, но активировать его может только член семьи. Он предоставляет заклинателю информацию о том, где находится любимый человек, например, ориентиры и текущую погоду в этом месте. Некоторые люди классифицировали бы это как разновидность ясновидения ", - продолжил Невилл.

"Ты его разыгрывал?"

"Пока нет. Это также покажет мне проблески того, что бабушка видит в этот момент. Я не хочу разыгрывать это слишком рано ". Он сделал паузу. "В конце концов, они все еще могут перевезти ее".

"Мы спасем ее, Нев. Я начну все готовить, а близнецы займутся возможными обложками ... если ты пожелаешь —"

"Да. Торн присоединится к команде спасателей", - заявил Невилл.

Гарри кивнул, уже догадавшись, что Невилл захочет пойти. Близнецы легко смогут прикрыть его. Один будет действовать за них обоих, в то время как другой займет место Невилла. Конечно, со всем этим придется обращаться осторожно, но с Роном, Драко и им самим он был уверен, что они смогут справиться с этим, особенно учитывая всеобщее внимание к спасательной миссии.

"Остальным уже рассказали, что произошло. Все Уизли будут здесь утром, а также Драко и Винс. Гермиона пока остается со своими родителями. Я думаю, что ее родители напуганы и не хотят, чтобы она оставалась в волшебном мире больше, чем необходимо."

Невилл моргнул, услышав это. "Она все еще приедет в Хогвартс, верно?"

"Я не счел разумным спрашивать", - признался Гарри. "Но я думаю, что если бы дошло до драки, она убедила бы их или попросила бы Дамблдора".

"Наверное, ты прав".

"Я поговорю с Дамблдором сегодня вечером. Посмотрим, сможем ли мы провести спасательную операцию в течение следующих двух дней", - сказал Гарри, переключая внимание.

"Чем скорее мы переедем, тем лучше", - согласился Невилл.

Гарри коротко кивнул, теперь оставалось только молча поддержать Невилла.

В течение следующих нескольких часов волшебный мир подвергся еще нескольким тайным атакам, все из которых привели к похищениям нескольких важных должностных лиц — правительственных и фактических лидеров сообщества.

Была массовая истерия и страх, которые только усугубили неразбериху. Среди пропавших наибольшее внимание привлекли Августа Лонгботтом, мадам Марчбэкс, Тибериус и Боб Огдены, а также Эльфиас Дож. Однако также было известно, что более половины всех снятых были членами Визенгамота, а некоторые были известными друзьями Альбуса Дамблдора.

Однако было похищено несколько малоизвестных людей, таких как мистер Пич, что заставило многих задуматься, по какой причине Волдеморт забрал их, но ведьмы и волшебники были не единственными целями, гоблины были тоже. Менеджер хранилища Лестрейнджей Ректик был похищен из Ноктюрн-аллеи через час после нападения на кафе.

Текущее количество похищенных людей составляло четырнадцать, когда Гарри, будучи Магом, связался с Дамблдором около полуночи. Понятно, что они сразу приступили к решению проблемы и выдвинули множество идей. Невилл, перед тем как лечь спать, поговорил с глазу на глаз с Дамблдором, рассказав ему об уникальном очаровании, которое использовала Августа (без сомнения, после нападения на ее сына и невестку).

Наложив чары, Маг и Дамблдор согласились, что будет лучше переехать сразу после просмотра того, что показали Невиллу в омуте памяти, что произойдет на следующий день, если это вообще возможно.

"Торн прибудет незадолго до того, как вы и ваша команда уедете", - сказал Маг.

Дамблдор слегка наклонил голову. "Ты не присоединишься к нам в спасении?"

"Мне жаль, Альбус. Я должен оставить эту миссию в твоих и Торна умелых руках. В данный момент мне нужно позаботиться еще кое о чем, - извиняющимся тоном признался Маг, надеясь, что Дамблдор не будет задавать вопросов.

"Вам нужна помощь? Это касается Риддла?"

"Не в данный момент, но да, это касается Риддла".

Это было правдой. Гарри не мог пойти из-за того, что случилось с его сердцем после нападения Риддла на Хогвартс, и пока осуществлялось спасение, он будет работать над защитными рунами, чтобы помочь в продолжающейся борьбе с Волан-де-Мортом. Итак, он не лгал, просто был очень разборчив в том, что выдавал за правду.

"Что ж, я желаю тебе удачи в твоем задании", - сказал Дамблдор, прежде чем двинуться дальше. "Как только Невилл применит заклинание и поместит свою память о видении в мой омут памяти, я попытаюсь определить, где находится Лайонесса (Августа) и, надеюсь, остальные, кого похитили. Если я это сделаю, я дам вам знать, чтобы сообщить Торну, чтобы он пришел. Кто-нибудь будет сопровождать его? "

"Вайпер, возможно, и есть, но я подожду, прежде чем использовать его. Возможно, место, которое мы найдем, потребует меньшей группы ".

На данный момент команда спасателей уже состояла из: Дамблдора, Торна, Ремуса, Грозного Глаза, Сириуса и Снейпа.

Дамблдор кивнул. "Тогда завтра".

"Завтра", - согласился Маг.

"Мы - отряд защитников".

O o O oO

"Вы готовы?" Спросил Дамблдор, входя в гостиную, где были Невилл и остальные.

Невилл кивнул, поднимая свою волшебную палочку.

"Тогда, когда пожелаешь, Невилл", - мягко сказал Дамблдор, кладя омут памяти на стол перед собой, прежде чем сесть.

Невилл закрыл глаза и осторожно коснулся центра своего лба кончиком волшебной палочки, прямо между глаз, и прошептал латинскую фразу, которую никто из них не смог разобрать. Возникла слабая вспышка золотого света, прежде чем палочка Невилла упала, а его руки взметнулись, чтобы схватиться за подлокотники кресла. Затем его глаза резко открылись, но они видели не комнату на площади Гриммо, а кружащиеся чужие пейзажи и незнакомые улицы, когда очарование сосредоточилось на Августе. Его глаза вспыхнули золотом и оставались такими же, когда заклинание полностью подействовало . . . .

Кладбище. Массивный надгробный памятник в виде Ангела Смерти, стоящего на страже.

Каменная дорожка в запущенном саду, ведущая к задней части большого старого дома. Сверху проплывали рассеянные облака, ветер трепал слабые и ветхие ставни на окнах.

Скачок, внезапный толчок от путешествия сквозь камень, дерево и металл, и он увидел фигуры в плащах, собравшиеся в обеденной зоне. Их было около тридцати.

"Я хочу Кости!" Огрызнулся Волдеморт. "Она должна что-то знать, поскольку ее отдел тесно сотрудничал с ними довольно долгое время. Возможно, она даже Кустоса".

"Мы отправляемся через час, милорд", - сказал один из них. Гойл?

"Но она находится под защитой Министерства", - кротко заметил один из них.

Взгляд Волдеморта метнулся к ним.

"Слышу ли я сомнение? Слышу ли я нерешительность в выполнении моей просьбы? Если вы все уйдете как один, у авроров не будет ни единого шанса".

"Прошу прощения, милорд, но авроры меня не касаются, скорее. . . . "

"Кустосы не идут ни в какое сравнение с нашей численностью, а гоблины могут превращаться в Инфери быстрее, чем я когда-либо мог мечтать. Вы все пойдете и заберете Кости, целыми, если сможете, и вернетесь сюда до заката, или я буду крайне недоволен, - пообещал Волдеморт. "До тех пор я буду допрашивать тех, кто у нас есть. О да, этот день определенно выглядит довольно приятным ... "

Еще один толчок, приводящий его в камеру. Тюремная камера. Подземелье, построенное в подвале старого дома.

Он увидел мадам Марчбэнкс, прислонившуюся к стене, из носа у нее текла кровь.

Он увидел старика, которого не смог опознать, лежащего на животе лицом к каменной стене.

Он увидел маленькую фигурку, прислонившуюся к прутьям камеры. Его рука с длинными пальцами выглядела так, что восстановлению не подлежала, а дыхание было прерывистым. Гоблин.

Он увидел грязный пол, тут и там забрызганный кровью, его взгляд слегка скосился, как будто его тошнило. Он быстро предположил, что смотрит глазами своей бабушки.

До его ушей донесся звук шагов, и его взгляд сфокусировался на двери камеры. Пожиратели смерти. Среди них Барти Крауч-младший.

"Кто-нибудь хочет сейчас поговорить?" - хихикнул один из них. "Да ладно, в конце концов, мы задаем простые вопросы. Просто расскажи нам, что ты знаешь о Маге и его надоедливых маленьких друзьях, и мы тебя отпустим. "

"Мы— мы ничего не знаем", - произнес голос из соседней камеры.

"Темный Лорд сильно сомневается в этом. У такого человека, как Маг, должны быть друзья. Наверняка кто-нибудь из вас знает одного?" Спросил Барти, его язык быстро двигался туда-сюда в уголке рта.

"Дамблдор", - выдохнул голос. Он отдавался таким слабым эхом, что Невилл не мог определить, откуда он доносился, и даже был ли говоривший мужчиной или женщиной.

"Кроме этого старого болвана", - злобно прошипела Беллатрикс.

Наступила тишина.

"Ну? Кто-нибудь, говорите громче, или один из вас будет наказан", - сказала Беллатрикс, держа в руке палочку. "Нет? Очень хорошо. Crucio!"

Невилл вздрогнул, на долю секунды его охватила ставшая уже знакомой боль, прежде чем он почувствовал, как кто-то схватил его, удерживая на стуле.

"Невилл?" Спросил Дамблдор.

Невилл сглотнул, его рука лениво потянулась к волшебной палочке. Дамблдор быстро отдал ее ему, подобрав с пола.

"Вот", - сумел выдавить Невилл, поднося палочку к виску, он извлек воспоминание. Затем он поместил его в ому памяти.

"Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы спасти ее, Невилл. Даю тебе слово", - сказал Дамблдор, поднимая омут памяти, прежде чем быстро покинуть главную комнату.

Вскоре после этого Гарри, Невилл и все остальные ушли в комнату Гарри. Теперь предстояло сделать нечто большее, чем спасение.

Дамблдор вошел в маленькую комнату на втором этаже площади Гриммо, присоединившись к Ремусу, Сириусу, Грозному Глазу и Снейпу.

"Он сделал это тогда?" Спросил Грозный Глаз.

"Да, так что давайте посмотрим это сейчас. Чем скорее мы двинемся, тем лучше", - сказал Дамблдор.

Они собрались вокруг и вошли. Мгновение спустя все вышли.

"Я должен был догадаться. Малыш Хэнглтон. Он держит их в Доме Риддлов", - пробормотал Дамблдор, прежде чем обернуться к окружающим. "Приготовьтесь к отъезду через час. Я сообщу Магу о том, что происходит. Надеюсь, он сможет устроить засаду для тех, кто охотится за мадам Боунс. "

Дамблдор, Грозный Глаз, Снейп, Ремус, Сириус, Вайпер и Торн собрались в гостиной.

Тедди в очередной раз вызвался стать для Торна ключом к почти мгновенному путешествию и надежно лежал у него в кармане. Вайпер был рядом с Торном, одетый в темно-синюю мантию, отороченную серебристым шелком. Торн был одет в основном в черное.

Гарри и остальных попросили оставаться в своих комнатах до их возвращения. Они подчинились (за исключением Невилла и Драко, конечно) и собрались вместе в нескольких комнатах (чтобы они могли легко прикрывать Драко и Невилла). Гарри также в настоящее время был занят разговором с Грипхуком над своим зеркалом, создавая тонкую опору вокруг Кости, в то время как Драко разговаривал с Могучим Сквибом (Сьюзан), предупреждая о надвигающейся угрозе.

Артур и Молли остановились на площади Гриммо по просьбе Дамблдора.

"Ты уверен, Альбус?" Обеспокоенно спросила Молли. "Что, если это какая-то ловушка? Вас всего семеро".

«Это не ловушка. Волан-де-Морт считает, что мы не знаем, где он находится. Он также не знает о заклинании, наложенном Невиллом, и о том, что такое же заклинание наложено на Августу и Невилла. Что касается нашей малочисленности, то и они будут после Кости, когда мы войдём. Помните, чем нас меньше, тем меньше вероятность, что нас заметят. Однако если нас заметят, мы отреагируем соответствующим образом».

— Тогда давайте уйдём, — сказал Бешеный Глаз, стоя позади Торна. — Мы готовы.

— Что ж, очень хорошо, — сказал Дамблдор, молча разочаровываясь в себе.

Остальные быстро последовали за ним, когда он достал старый ржавый ключ.

«Этот портключ доставит нас к окраине Литтл-Хэнглтона. Мы дойдём до дома Риддлов пешком», — сказал он, протягивая портключ, чтобы все могли его потрогать.

Они исчезли, оставив Артура и Молли одних в комнате.

Книга 4 - Часть 3: По плану

Гарри закрыл глаза, только что закончив разговор с Грипхуком.

Гоблины были в ярости. Был схвачен не только Ректик, управляющий хранилищем Лестрейнджей, но и другие гоблины, охранники, которые были достаточно близко, чтобы попытаться остановить несколько атак, были мертвы, причем чрезвычайно ужасным образом.

Они превратились в Инфери прямо на глазах своих собратьев, которым затем пришлось обратить на них свои клинки.

Из-за всех похищений у Гарри не было времени по-настоящему подумать о том, как они происходили, потому что они происходили сразу после другого. Конечно, он знал, что были жертвы, но у него не было времени изучать подробные отчеты о нападениях, потому что вскоре после одного произошло другое, а затем все внимание было направлено на предотвращение следующего.

Рон, Грег, Винс, Джинни и близнецы в настоящее время были заняты приведением в порядок расположения рун на своих "боевых мантиях". На самом деле, руны будут нанесены на все их мантии и любую другую одежду, которую они сочтут подходящей, например, майки или жилеты, но в настоящее время они сосредоточились на своих "сверхпрочных" защитных мантиях. Тедди получит жилет.

Гарри опустил зеркало, которое все еще бережно держал в руке. С ним в комнате были Рон, Винс и Фред. Три "Джи" (Грег, Джинни и Джордж) были в другом, похожем на них, готовом прикрыть Драко и Невилла. До сих пор мистер и миссис Уизли оставляли их в покое, вероятно, предполагая, что Невиллу сейчас нужны друзья, а не властные взрослые, пытающиеся его утешить. Итак, у них было пространство.

Гарри посмотрел на Рона, который старательно вышивал маленькие руны на рукаве, интересное зрелище, честно говоря, поскольку Винс держал ткань натянутой и неподвижной.

Прямое их наложение, как узнала Гермиона, придавало сети больше стабильности и силы. Это обеспечило бы структуру для закрепления "плоти" магии.

"Мы узнаем, если что-нибудь случится, Гарри", - сказал Фред.

Гарри молча кивнул, зная, что за много миль отсюда Дамблдор, Торн и остальные были на пути к Дому Риддлов, а в другом месте Грипхук только что отправил помощь в особняк Кости. Надеюсь, их превентивных мер будет достаточно, чтобы сдержать наступающих пожирателей смерти и, возможно, застать их врасплох во время спасательных работ.

Ожидание действовало на нервы, но, как и все остальное, ему не пришлось долго ждать . . . .

Торн и Вайпер появились рядом с Дамблдором и остальными, восхищаясь сюрреалистическим совершенством, которым был Маленький Хэнглтон. Поля были великолепны, и хотя они казались старыми и немного грязноватыми, было бы неплохо, если бы не тот факт, что они знали, что укрывается там поблизости.

"На холме", - сказал Дамблдор, его фигура, как и все они, идеально сливалась с фоном, подобно хамелеону.

Достав волшебные палочки, они сформировали две команды. С Торном были Вайпер и Ремус, в то время как Грозный Глаз, Сириус и Снейп были в команде с Дамблдором. Пока они будут двигаться вместе, но, оказавшись внутри, команда Торна сосредоточит свое внимание на эвакуации похищенных, в то время как команда Дамблдора будет прикрывать их.

"Как мы и планировали", - сказал Дамблдор, когда они направились наверх.

"Понятно", - сказал Вайпер, занимая позицию позади Торна.

Солнце поднималось, было позднее утро, местность была хорошо освещена. Торн и остальные надеялись, что элемент неожиданности послужит им прикрытием.

Подойдя к задней части дома, Дамблдор взмахнул палочкой, обнаружив мощную защиту. Ожидая этого, он посмотрел на Грозного глаза, который был справа от него.

"Скверная ловушка ждет того, кто пройдет через палату", - хрипло сказал он. "Странные зеленые пятна в палате. Похоже на ползающих крошечных змей. Возможно, парселмагия".

Опираясь на эту информацию, Дамблдор решил попробовать немного парселмагии, которой он научился у Саландры и в своих чтениях, соединив это со своими собственными обширными знаниями о чарах.

Он поднял руку и поместил ее в нескольких дюймах от того места, где, как он знал, находилась защита, направляя палочку на фундамент дома.

"Волан-де-Морту не потребуется много времени, чтобы понять, что произошло, как только это произойдет, возможно, раньше", - сказал Дамблдор, прежде чем пробормотать что-то себе под нос, какое-то старое заклинание. "Боюсь, что после этого портключ возле фундамента дома будет невозможен, но я должен быть в состоянии убрать все, что он положил здесь, с точки зрения защиты, потому что он был единственным, кто установил какие-либо защиты. Здесь нет накладывающейся магии, как в Хогвартсе, вот почему она такая сильная. У нее было много заклинателей. Здесь был только один, так что это один заклинатель против одного разочаровывающего. Ах, Риддл, ты говоришь, что доверять бесполезно, но твое доверие никому не сделало тебя уязвимым, - сказал он, закрывая глаза, остальные заняли позиции, чтобы прикрыть его, если понадобится.

Они услышали, как он начал, магия в воздухе теперь набирала силу.

Они затаили дыхание, сами ощущая напряжение от борьбы с магией вокруг себя, и тогда это произошло. С гигантским свистом и глубоким эхом БУМ! свет и ветви магии разошлись по земле, и над домом появился купол из расплавленного мрамора, окутавший его на долю секунды, прежде чем он исчез.

Дамблдор слегка покачнулся, явно израсходовав много магии, когда защита зла растворилась, как растопленное масло.

Ремус быстро привел в чувство Дамблдора, который выглядел так, будто ему следовало взять с собой трость феникса. Сириус и остальные переглянулись, подумав об этом, когда Дамблдор сунул руку в карман и вытащил ... лимонную конфету?

Прежде чем кто-либо успел поднять бровь, он трансфигурировал его в трость. Ну, больше похоже на то, что снял чары, превратившие его в лимонную дольку, поскольку это была его собственная трость феникса. Как ни странно, он внезапно перестал выглядеть таким слабым.

Грозный Глаз откашлялся. "Хррф, пошли".

Они быстро вошли в заднюю часть большого дома, Торн немедленно направился туда, где, как он знал, находился подвал, Вайпер и остальные последовали за ним.

"ДАМБЛДОР! AVADA KEDAVRA!"

Дамблдор отступил в сторону, мягко повернувшись к разъяренному Темному Лорду, как будто он был трехлетним ребенком, впавшим в истерику, а не взрослым волшебником, вознамерившимся убить его.

"Привет, Том", - сказал Дамблдор, команда Торна уже спускалась по лестнице.

Мадам Боунс была мягко говоря удивлена, когда на границе ее владений появилось целое подразделение гоблинов.

Поспешив к тому, кто, казалось, был главным, она спросила, деликатно выразившись, что, черт возьми, происходит. Главный гоблин быстро объяснил ей, рассказав о неминуемом нападении на нее и ее имущество и о том, что в настоящее время проводится спасательная операция для тех, кто недавно был похищен.

Понимая, что времени очень мало, она и Сьюзен быстро укрылись в гостиной, позволив гоблинам занять позиции на территории вокруг дома. От нечего делать она связалась с Маленьким Джоном, который рассказал ей немного больше о том, что происходит. С этими словами она решила, что лучше всего оставаться в безопасности своего дома, позволяя гоблинам сосредоточиться на предотвращении грядущей атаки. В конце концов, что может быть лучше, чем застать пожирателей смерти врасплох?

Проклятия и пронзительный рев внезапно донеслись снаружи, когда охранные щиты ее дома предупреждающе заревели. Выглянув в окно, Амелия Боунс невольно ахнула от того, чему стала свидетельницей.

Inferi.

Гоблины-инфери.

"Сьюзен, лети в Хогвартс!" - крикнула она. "Я буду прямо за тобой!"

Зная, что лучше не ослушаться тетю, Сьюзан подбежала к камину и, обернувшись, схватила пригоршню камина. Ее тетя должна была быть прямо за ней!

"Тетя!" Сьюзан позвала, когда защита задрожала и заскрипела, инфери и пожиратели смерти безжалостно колотили по ним.

"Сейчас же, Сьюзен!" - приказала она, как раз в тот момент, когда входная дверь была выбита, натиск атаки был слишком силен для защиты дома.

Зловещий стон был единственным предупреждением, которое они услышали перед тем, как рухнул потолок, более одного пожирателя смерти нацелились на несущие стены, продвигаясь прямо за гоблинами Инфери.

АВАРИЯ!

Это попало к Сьюзан.

Следующее, что Сьюзен увидела, была ее тетя с волшебной палочкой в руке, изгоняющая пригоршни Инфери, хлынувших через дверной проем в полуразрушенную гостиную, когда она поспешно отступала туда, где была Сьюзен.

Под обломками Сьюзан вытащила свое зеркало, сделав единственное, что пришло ей в голову, - ее ноги оказались зажатыми опорной балкой.

"Маг, помоги!"

Торн, Вайпер и Ремус бросились вниз по лестнице так быстро, как только могли, и быстро вошли в подземелье. По обе стороны широкого зала располагались камеры, зарешеченные и грязные, в каждой из которых содержалось по меньшей мере по три человека.

Торн поспешил вниз, минуя другие камеры, чтобы остановиться у последней, где находилась Августа. Разнеся замок небольшой бомбардой, он вошел внутрь, Вайпер и Ремус позаботились об остальных.

"Мадам", - начал Торн, его низкий голос почти заставил его подпрыгнуть. Невилл почти забыл, как сильно он изменился в роли Торна.

Он услышал ее стон, когда другая женщина, в которой он быстро узнал мадам Маршбэнкс, подошла к нему.

"Он ушел в спешке некоторое время назад, молодой человек. Он допрашивал ее", - сказала она, ее голос слегка дрожал.

Торн поднял глаза, оценивая состояние пожилой женщины.

"Ты серьезно ранен? Ты можешь самостоятельно выбраться?" спросил он, опускаясь на колени, чтобы поднять едва находящуюся в сознании Августу.

"Я в порядке, просто показывай дорогу", - сказала она.

Подняв бабушку, Невилл попытался оценить ее состояние. Ему не понравилось, что она едва соображала, хотя ее глаза слегка приоткрылись, когда он посмотрел ей в лицо.

"Т-ловушка", - прошептала она, переведя взгляд на мадам Маршбэнкс.

Это было все предупреждение, которое у него было, и его едва хватило.

"Ошеломися!" Торн закричал, чуть не уронив Августу, когда выхватил палочку и чуть не попал в Маршбэнкса-двойника.

Он промахнулся, потому что у кажущейся пожилой леди со зловещей ухмылкой была волшебная палочка.

"А-а-а, хватит ругать старых беспомощных женщин", - сказала она, погрозив ему пальцем.

"Ты не беспомощная женщина", - сказал Торн, все еще слегка поддерживая Августу, пытаясь расположить ее позади себя и ближе к стене.

"Ты прав", - сказала она, спуская с себя чары. "Я не такая".

"Лестрейндж", - выплюнул Торн.

— Ах, вы знаете моё имя, но, боюсь, я не знаком с вашим. Вы, полагаю, из Хранителей? Я знаю, что вы не Гадюка. Может, Колючка?

— Возможно, — ответил Торн, зная, что Беллатриса тянет время.

— Боже мой, они, конечно, знают, как их выбирать, не так ли? Все ли Хранители такие же крепкие, как ты? Я видела Мага только на фотографиях, но он тоже не выглядит плохим. Ну что ж. Рано или поздно вы все умрёте, как жаль. Авада Кедавра!

Торн легко уклонился от проклятия Августы, полностью выйдя в коридор подземелья и прислонившись к стене у двери.

Вайлдер и Ремус, которые спешно выводили остальных к Сириусу на первый этаж, пока остальные отвлекали Волан-де-Морта, внезапно оказались там.

— Выведите мадам Лонгботтом! Я её задержу! — крикнул Торн, когда Гадюка схватила Августу, а Беллатриса вышла из камеры.

Вайпер кивнул, а затем, крякнув, взвалил Августу на плечо, как пожарный, и бросился к лестнице, зажав в зубах энергетический кристалл.

"Оборотень в ваших рядах? Боже, вы довольно шумная компания. Как мне повезло", - сказала она, когда сверкающий серебряный кинжал выпал из ее рукава в левую руку.

"Редукто!" Крикнул Торн, разрушая часть стены и потолка и швыряя их в нее.

Уничтожив его своей палочкой, она бросилась вперед, теперь хихикая, размахивая кинжалом и осыпая их режущими проклятиями.

Они отступили по коридору, всех бывших заключенных нигде не было видно. Из этого Торн понял, что Вайпер либо выскочил с ними, либо доставил их Сириусу, который выведет их из дома и перенесет портключом в безопасное место.

"Аластор!" - раздался крик боли сверху. Они быстро узнали голос Дамблдора.

Теперь, стоя на лестнице, Торн оглянулся назад и вверх, пытаясь определить, что там происходит наверху. Ему не следовало пытаться смотреть, потому что в этот момент Беллатрикс двинулась вперед с большей яростью, чем когда-либо прежде.

"АААА!" Ремус ахнул, кровь наполнила воздух, когда Беллатрикс занесла нож для следующего удара.

Торн не думал, он просто реагировал.

"Хогвартс!" - крикнул он, рассказывая Тедди все, что тому нужно было знать.

-POP-

Торн (Плюшевый мишка в кармане) и Ремус исчезли с лестницы прямо на глазах у обезумевшей Беллатрикс.

"НЕЕЕЕТ!" - завизжала она, в ярости взбегая по лестнице.

Зеркало Гарри Поттера нагрелось в его руке, он быстро активировал его и посмотрел.

"Маг, помоги!" Сьюзан закричала. "Inferi!"

Гарри быстро оценил то, что он мог видеть вокруг нее, заставляя себя отвести взгляд от ее испуганного лица. Гоблины-инфери вливались в окно недалеко от нее, повсюду были обломки, некоторые, вероятно, на ней. Он также мог разобрать голос мадам Боун, выкрикивающей огненные проклятия где-то вне поля зрения.

"Я иду!" он закричал, уронив зеркало на кровать, прежде чем вытащить таблетку оборотного зелья-гламура. Произнося заклинания так быстро, как только мог, остальные быстро обернулись, чтобы посмотреть, в чем дело.

"Гарри—что?" - Спросил Рон, когда Гарри мгновенно превратился в Мага, его палочка уже крепко сжималась в правой руке.

"Это Сьюзан; они заперты в доме. Времени нет, гоблины превратились в инфери. Мне нужно идти".

"Но—"

-POP-

Торн приземлился на пол лазарета рядом с Ремусом. Большие руки Торна потянулись к горлу мужчины, откуда обильно лилась кровь.

"О, Мерлин!" Помфри вскрикнула, уже вытаскивая палочку и произнося заклинание, кровь теперь покрывала пол под двумя мужчинами.

Дамблдор попятился из дома, остальные последовали за ним, отражая проклятие за проклятием от Волан-де-Морта и Беллатрикс.

"Ты умрешь, старик!" Волдеморт крикнул, по понятным причинам разозлившись.

"Когда-нибудь, я полагаю", - мягко согласился Дамблдор, выходя в сад за домом. "Но не сегодня".

После этого Дамблдор и остальные перенеслись с помощью портключа в Хогвартс.

Маг приземлился в пандемониуме и мгновенно начал кастовать.

"Маг!" Кости крикнул недалеко от того места, куда упал потолок и где Сьюзан была явно прижата. Сьюзан прикрывала окно, как могла, но из-за того, что оно было прижато под странным углом, у нее возникли проблемы.

Маг отбросил Инфери мощным толчком магии, безопасным для него, прежде чем взмахом волшебной палочки направить ее на большой стол в соседней комнате и шлепнуть ею по окну, пробормотав при этом: "Винкулум" .

"Я запечатал дом, но даже защита фундамента дала трещину!" Кости сказал ему. "Пожиратели смерти проходят через бреши!"

Маг огляделся и увидел, что комната теперь более или менее полностью изолирована, по крайней мере, на данный момент. Он думал о том, чтобы выскочить с ними, но не знал, будут ли у него проблемы с этим, учитывая, что это означало бы использовать больше магии, чтобы перенести их с собой. Это, вероятно, потребовало бы всплеска магии, и он не мог рисковать этим, по крайней мере, внутренним всплеском . . . .

"Убери их и не пытайся покинуть эту комнату", - сказал Маг, поднося палочку к пальцу.

Это сработало бы. Это должно было сработать. Потому что основным источником магии была бы его кровь, а не его центр.

Он порезал палец, с него быстро упала большая капля и тяжело шлепнулась на ковер. Боунс и Сьюзан обеспокоенно посмотрели друг на друга, хотя и не совсем по тем же причинам, когда Мэдж опустился на колени, положив левую руку, с пальца которой все еще капала кровь, на пол для устойчивости. Затем он опустил конец своей палочки в каплю крови.

Маг произнес заклинание, необходимое для создания Золотой Защиты.

Воздух замер, и золотой свет вырвался из кончика волшебной палочки, разлетевшись по всем углам комнаты и за ее пределы. Просачиваясь через дыры в стенах и импровизированные барьеры, которые они с Кости установили, чтобы блокировать Инфери и пожирателей смерти, магия просачивалась в самый фундамент дома.

Маг посмотрел вниз, его глаза слегка расширились, когда он почувствовал еще какое-то покалывание вокруг левой руки. Его кровь, все еще сочащаяся из глубокого пореза на пальце, ярко светилась, приобретая золотистый оттенок, прежде чем он смог разглядеть еще больше. Зеленый.

В великолепном сочетании цвета и блеска сила пролитой крови внезапно запульсировала еще яростнее, как будто чем-то разгневанная. Как странно. Однако, прежде чем Маг успел по-настоящему обдумать это, сквозь стены донесся звук, не похожий ни на какой другой.

Пронзительные, безжалостные, полные ненависти крики.

Но вскоре после того, как они закончились, они внезапно замолчали.

Маг продолжал стоять на коленях, впервые осознав, что тяжело дышит и обильно потеет.

Он снова посмотрел на свою кровь, наблюдая, как магия медленно тускнеет внутри, хотя магия, которую она произвела, все еще была могущественна снаружи.

"Что... это было?" Спросила Сьюзан.

"Я бы предположил, что это какая-то защита", - сказал Кости, глядя на Мага. Маг не подтвердил и не опроверг это, поскольку его лицо все еще было обращено к полу. Видя, что ответа она не получит, она сосредоточила свое внимание на Сьюзен и осторожно подняла обломки палочкой. Взглянув вверх, она обнаружила, что область наверху покрыта золотой защитой, которая также покрывала пол и стены. Очевидно, они были защищены со всех сторон.

Какой удивительный магический подвиг.

Отложив в сторону обвалившуюся часть потолка, она, к счастью, обнаружила, что Сьюзен серьезно не пострадала, когда обняла ее, помогая сесть.

"Инфери все еще там?" Спросила Сьюзан, бросив обеспокоенный взгляд на Мага.

Кости проследил за ее взглядом, только теперь по-настоящему взглянув на человека, который только что спас им жизни.

Она спокойно смотрела, оценивая внешность, позу и положение мужчины.

Это был Маг, человек, который встретился лицом к лицу с Волан-де-Мортом, спас Хогвартс от вероятного поражения, создал Custosae и стал одним из самых любимых друзей Дамблдора. Это была новая легенда, которая потрясла Волшебный мир до глубины души. Это был человек, который зажег новый огонь в Визенгамоте.

И он стоял на коленях в ее гостиной с рукой, покрытой собственной кровью, его палочку теперь осторожно держал правой, кончик был заметно красным.

С ним все было в порядке? Казалось, он приходил в себя после того, что натворил. Как он узнал, что нужно прийти? Она могла бы поклясться, что слышала, как Сьюзен выкрикнула его имя, но как Сьюзен. . . ?

"У тебя тоже есть зеркало", - прошептала она, взглянув на свою племянницу.

Сьюзан подняла голову, в ее глазах было немного беспокойства, прежде чем она кивнула.

"Я подарил это ей", - сказал Мэдж, наконец подняв глаза, молча залечивая кровоточащий порез, прежде чем смыть кровь с пола и руки. "И хотя другой научил ее пользоваться им, я лично выбрал ее, чтобы она использовала его самостоятельно в такое время, как сегодня. Я надеюсь, вы не будете расстроены из-за того, что она не рассказала вам об этом соглашении. Я подумал, что для нее будет лучше не рассказывать об этом никому за пределами Custosae. "

"Я понимаю. Что ж, после того, что только что произошло, я не могу выразить никакого неудовольствия по поводу того, что она получила зеркало без моего ведома, - сказал Кости, медленно вставая, пока Маг направлялся к упавшему стулу, чтобы поддержать его. "Спасибо; Я заметил, что вы безупречно выбрали время".

"Я просто прихожу, как только смогу", - ответил он, опускаясь на шаткий стул.

Боунс кивнула, сжав губы и продолжая смотреть на него. Она выглядела так, как будто собиралась сказать что-то еще, но затем осторожно подошла к одному из окон, чтобы заглянуть в узкий проем, затененный бледно-золотым.

"Инфери ... они ушли!" - удивленно сказала она, прежде чем сразу сообразила, что они, должно быть, были источником криков, которые они слышали ранее.

"Они исчезли?" Спросила Сьюзан.

"Гоблины больше не инфери, хотя, боюсь, они все еще мертвы", - сказала она, оглядываясь через щель. "Мне кажется, я также вижу какого—то смертельного эа ..."

Оглянувшись на комнату, она внезапно оборвала себя, потому что в это мгновение пылающий столб огня материализовался прямо рядом с Магом, а затем превратился в мужчину среднего телосложения в капюшоне с рыжей козлиной бородкой и Фоуксом на плече. Она могла видеть, что мужчина был полностью лысым, несмотря на капюшон, и был моложе Мага в тот момент, когда он заговорил.

"Маг!" - воскликнул мужчина с явным облегчением в голосе, когда он упал на колено и без малейших колебаний обнял Мага.

"Феникс? Что ты здесь делаешь?" Спросил Маг, обнимая ее в ответ.

"Что я здесь делаю?! Что это за вопрос? Маг, ты просто встал и ушел! — Конечно, по уважительной причине, но ты даже не взял свое зеркало! Что, если бы тебе понадобилась помощь?!" Феникс закричал, тыча пальцем в грудь Мага.

"Я бы использовал мадам Боунс или ее племянницу", - спокойно ответил Маг, когда Феникс заметил пот, выступивший на лбу Мага. Брови Феникса обеспокоенно поднялись. "Я в порядке", - добавил Маг.

"Я уверен", - заявил Феникс, прежде чем Фоукс слегка чирикнул. "Я не уверен", - сказал Феникс, хотя и не кому-либо из людей в комнате. "Хорошо, называй меня как хочешь. Шикарный цыпленок."

Фоукс издал недовольный вопль, подлетел к Магу и приземлился ему на плечо.

Сьюзан сдержала улыбку, в то время как Кости недоуменно поднял бровь. Маг ухмыльнулся, представив, что Фоукс сказал Рону, когда Фоукс начал расчесывать клювом его волосы и издал тихую трель.

"О", - сказал Феникс, его брови поползли вверх.

Очевидно, Фоукс что-то ему сказал.

"Нам пора возвращаться на базу. Длинная Борода только что отправил короткое "чувство" Фоуксу, давая ему знать, что они прямо сейчас находятся на пути в Хогвартс, - сказал Феникс, заработав еще один смущенный взгляд мадам Боунс.

"Ладно, пошли", - сказал Маг, поднимаясь со стула. "Мадам Боунс, могу я предложить вам и юной Сьюзен отправиться с Фоуксом в Хогвартс? Ты можешь рассказать им, что здесь произошло. Фениксу и мне нужно вернуться на нашу базу, как только у нас будет минутка с гоблинами. "

"Конечно, маг", - сказала она, Сьюзен стояла рядом с ней. "Я бы не возражала, если мадам Помфри получше присмотрится к Сьюзен".

"Очень хорошо", - сказал Маг, когда Феникс повернулся к Фоуксу.

"С нами все будет в порядке, Фоукс, у нас есть другой вид транспорта, и нет, это не тот, о котором ты думаешь", - сказал Феникс. "Я бы не позволил Магу сделать это после того, что он только что здесь натворил".

Фоукс одобрительно кивнул и бросил легкий взгляд на Мага, как будто провоцируя его сказать что-то в противовес Фениксу.

"Не волнуйся, Фоукс. Думаю, я думаю о том же, что и Феникс", - уверенно сказал Маг.

С этими словами Фоукс подлетел к мадам Боунс, Сьюзен взяла предложенное хвостовое перо вместе со своей тетей, и они исчезли в столбе пламени.

"Ты действительно в порядке?" Спросил Феникс, как только они ушли.

"Да, это было не так утомительно, как в первый раз", - кивнул Мэдж, медленно направляясь к входной двери.

"Ты думаешь, это хорошая идея?" Спросил Феникс, держа палочку наготове.

"Снаружи больше нет ничего, что представляло бы угрозу", - сказал Мэдж, открывая дверь и пытаясь подготовиться.

Зрелище, которое его встретило, было мрачным. Повсюду были тела, элли и других людей.

Там было более двух дюжин мертвых гоблинов и более трех дюжин поверженных пожирателей смерти.

"Добрый Мерлин..." - выдохнул Феникс.

"Золотой и зеленый свет убили их", - сказал гоблин, появившийся, казалось бы, из ниоткуда справа от Мага.

Его сопровождали еще четверо. Вскоре прибыли еще гоблины.

"Как раз вовремя. Если бы не всплыл свет, мы бы все погибли", - сказал тот, что был рядом с первым, глядя на Мага с явным уважением.

"Маг, ты должен вернуться на свою базу. Кое-что случилось", - произнес очень знакомый голос.

Маг обернулся, обнаружив, что Рук выглядит мрачным и печальным, как смерть.

"Вот, я думаю, это будет полезно", - добавил он, протягивая ему кусок ткани. "Я позабочусь здесь обо всем. Скажи "домой", чтобы идти".

Маг схватился за шелковую ткань, в то время как Феникс инстинктивно схватил Мага за плечо.

Маг встретился с серьезным взглядом Рука.

"У всего есть цена", - сказал Рук. "Мы смирились с этим. Ты тоже должен".

"Мне жаль", - прошептал Маг, прежде чем пробормотать: "Домой".

Он и Феникс исчезли, возвращаясь на площадь Гриммо.

Невилл ускользнул от Торна, как только смог, вернувшись на площадь Гриммо с тяжелым сердцем.

Августа будет жить, они спасли ее, но дорогой ценой.

Стоила ли жизнь жизни? Как можно измерить такую вещь?

"Невилл?" Спросил Джордж, вернувшись в комнату в собственном обличье.

Невилл медленно повернулся, выражение его глаз было единственным свидетельством того, что он участвовал в битве.

Джордж побледнел. "Неужели...?"

"Бабушка в Хогвартсе; с ней все будет в порядке, но ..." Он закрыл глаза, горло предало его. "Не было ничего —" Он не смог должным образом подавить рыдание.

С этими словами Фред и остальные присоединились к ним в комнате.

"Что случилось?" Спросил Фред.

Невилл покачал головой, пытаясь подобрать слова, но затем его прервал тихий свист.

Перед ними появились Рон и Гарри. Гарри в легком замешательстве покачал головой, прогоняя головокружение, прежде чем за их появлением последовал тихий хлопок.

Драко, его маскировка также растаяла по прибытии, теперь был рядом с Гарри.

Он выглядел таким же эмоционально сломленным, как Невилл, только чуть более собранным.

Он повернулся к Невиллу. "Ты ничего не мог сделать".

Возможно, это было не лучшее, что можно было сказать в тот момент, потому что Невилл потерял остатки самообладания, которые у него были.

Джинни подошла и обняла его, очень смущенная, но инстинктивно понимающая, что это единственное, что кто-либо из них может для него сделать.

Гарри и остальные были в растерянности и посмотрели на Драко, который был более собранным.

Драко надолго закрыл глаза и глубоко вздохнул, прежде чем снова посмотреть на Гарри, в его глазах застыла мрачная тень.

Похороны состоялись позже на той неделе. Это были довольно пышные похороны, несмотря на то, что большинство знало, что он хотел бы, чтобы они были маленькими и простыми, однако, это были довольно приятные похороны. Или, по крайней мере, настолько приятными, насколько могут быть любые похороны. Присутствовали министр и многие из Визенгамота, а также все Друзья и (хотя об этом знали очень немногие) все Заказчики.

Когда Гермионе рассказали, она убедила родителей разрешить ей поехать и остаться со Сьюзан Боунс на похороны. Она также останется до конца лета, пока не начнутся занятия в школе.

Невиллу с трудом удавалось держать себя в руках настолько, чтобы люди не беспокоились о его поведении. Большинство полагало, что это потому, что он чувствовал себя ужасно из-за того, что его бабушка выжила, тогда как другие нет.

Известие о битве у дома мадам Боунс затмевало спасательную операцию в Доме Риддлов. Те, кто участвовал вместе с Дамблдором и Торном, были провозглашены героями, а спасенные были навеки благодарны. Дамблдор был уверен, что это как-то связано с тем, что Маг и Гоблины хотели сохранить в тайне то, что произошло в особняке Кости.

Грозный Глаз Муди был награжден орденом Мерлина второй степени за спасение жизни Дамблдора (ценой своего уха и руки), в то время как многие другие были награждены орденом Мерлина третьей степени за участие в миссии.

Только один из них был награжден орденом Мерлина Первой степени.

В настоящее время эта медаль покоилась в белом гробу, охраняемом четырьмя почетными стражами-гоблинами.

Гарри закрыл глаза, Сириус стоически стоял рядом с ним. Гарри застал Сириуса плачущим прошлой ночью, вскоре после разговора с Невиллом в соседней комнате. Он позволил ему горевать, зная, что это единственное, что он мог для него сделать.

Гарри заметил, что некоторые люди не знали, что и думать о поведении Гарри. Ему, конечно, было грустно, но не совсем опустошенно, или, по крайней мере, не так сильно, как многие могли бы подумать. Правда заключалась в том, что после того, как некоторое время назад он смирился с воспоминаниями Волан-де-Морта (будучи бесчисленное количество раз свидетелем смерти в них) и предыдущих сражений, в которых он участвовал и даже был организатором (включая последнее, в котором он был), с ним что-то случилось. Что-то глубоко внутри него пробудилось. Он, честно говоря, не знал, хорошо это или плохо, возможно, и то, и другое. Он понимал, что смерть и потери были частью войны, и что то, в чем они сейчас участвовали, было именно этим. Ужасная война.

Дамблдор навестил его и Сириуса на следующий день после того, как все это произошло. Гарри было ясно, что Дамблдор ожидал от Гарри большей реакции, но у него уже было больше времени, чтобы смириться с этим, чем у большинства, и будучи тем, кем он был, он просто склонил голову в торжественной благодарности, когда Дамблдор выразил ему свои искренние соболезнования. Гарри надеялся, что он не всерьез беспокоит Дамблдора, просто ... как он должен был отреагировать?

Он знал, каким риском была эта миссия, так же, как и те, кто ушел, и хотя технически он все еще был ребенком, это не меняло того факта, что он это понимал и принимал. Иногда все, что можно было сделать, это принять все таким, как оно есть. Позволить этому сломить тебя вблизи или за пределами точки невозврата было опасно.

Гарри не игнорировал свои чувства или проблемы. На самом деле всё было наоборот. Он плакал, когда Драко впервые рассказал ему об этом, и сначала винил себя за то, что согласился с Дамблдором на спасение, но потом быстро взял себя в руки. На войне не было никаких гарантий. Мало что шло по плану, и почти в каждой войне были потери. Это было не красивое и не радостное дело, не говоря уже о том, чтобы быть славным. Война была грязной, болезненной, беспощадной и никогда не была разборчивой.

Умереть может каждый.

И, как и он сам, Невилл теперь знал это.

Дни, предшествовавшие похоронам, были тяжёлыми для всех, но, по понятным причинам, для Невилла — особенно. Прошло какое-то время, прежде чем он убедился, что Гарри не злится на него и что он ничего не мог сделать по-другому. То, что он смог сделать, было больше, чем большинство людей могли бы сделать для себя.

Гарри посмотрел направо и увидел Драко, Грега, Рона и остальных Уизли. Выживут ли они? Выживет ли он? Гарри встряхнулся и посмотрел налево, где увидел Винса, Невилла, Луну, Сьюзен и Гермиону. Готовы ли они, если кто-то из них не выживет?

Сириус сжал плечо, когда гроб начал опускаться в землю, Дамблдор накинул что-то на гроб, сделав так, чтобы медаль Ордена Мерлина впечаталась в надгробную плиту над надписью.

Ремус Джон Люпин

Верный и свирепый друг

10 марта 1960 – 13 августа 1994

Солнце садилось до того, как все ушли.

A / N: Ну, вот и все. Не стесняйтесь делиться своими мыслями ^^ (или слезами и грустными / сердитыми криками ...;_; )

Следующая часть: Культурный шок

Книга 4 - Часть 4: Культурный шок

Альбус Дамблдор закрыл глаза, откинулся на спинку офисного кресла и пососал лимонную дольку.

В последнее время было довольно тихо. Волан-де-Морт снова исчез с карты, как и его выжившие пожиратели смерти и другие союзники тьмы.

Но его беспокоило не это. Это были Гарри и его друзья.

Они были другими, особенно Гарри, Драко и Невилл. Особенно Невилл.

После разговора с Августой он узнал, что Невилл был способен чувствовать больше, чем он думал ранее. Невилл почувствовал кое-что из того, что было с Августой в том месте, пусть и ненадолго, и кое-что из того, что Беллатрикс сделала с ней. Это, как он предположил, объясняло его недавнюю затворническую жизнь, а также тот факт, что один из "опекунов" Гарри погиб, спасая Августу и остальных.

Это затронуло бы любого, у кого есть сердце, а у Невилла оно было довольно большим.

Единственное, от чего он испытал облегчение, было то, что его друзья, особенно Гарри, были рядом с ним, предлагая словесную и молчаливую поддержку. Часть его изначально беспокоилась, что спокойный характер Гарри каким-то образом изменится и сменится гневом из-за случившегося (ибо нельзя выносить так много), но Гарри в очередной раз доказал, что он более зрелый, чем Дамблдор считал возможным.

Дамблдор покачал головой.

Он поговорил с Сириусом вскоре после похорон, чтобы еще раз посмотреть, как поживает последний Мародер. Несмотря ни на что, Сириусу, казалось, было неплохо, хотя он видел, что слишком долго балансировал на грани депрессии.

Однако его разговор с Сириусом был тем, что действительно беспокоило его о Гарри.

По словам Сириуса, он не видел, чтобы Гарри горевал, ни единой слезинки. Дамблдор не был судьей, но даже он должен был признать, что это было немного странно, хотя это был Гарри. Если его посещение могилы родителей было каким-то показателем, Гарри смог многое воспринять, быстро это осмыслить, а затем принять, прежде чем подняться к тому, что было перед ним — однако, это казалось другим.

Гарри был чувствительным, щедрым и понимающим по отношению к другим. Его обращение с Невиллом на прошлой неделе было достаточным доказательством этого. Так почему же он казался таким бесстрастным? Он ничего не чувствовал из-за своей потери? Скрывал ли он это? Если да, то это определенно не могло быть здоровым, а если нет ... что бы это могло значить?

Это просто не имело смысла.

Или так и было?

Гарри знал так же хорошо, как и он, если не больше, что может произойти, если он потеряет контроль над своими эмоциями. Возможно, Гарри боялся выразить свои чувства из-за того, что могла сотворить его магия, и как это, в свою очередь, повлияло бы на его сердце. Но тогда, может быть, он уже горевал в одиночестве?

Дамблдор решил надеяться, что это так, в то время как он решил продолжать присматривать за ним.

Но некоторые вещи все еще не сходились, например, реакция Гарри на новость.

Это было почти так, как если бы он уже знал. Ожидал этого.

Но что бы это могло значить?

Дамблдор ущипнул себя за переносицу, мысли вихрем проносились вокруг.

"Но зачем им это делать?" - спросил он себя. "Конечно, они должны были знать, что мы собираемся рассказать им, как только сможем? Почему Кустоза рассказал ему? Рассказали ли они также Невиллу и остальным? Это во многом объясняет их реакцию. Большинство из них были, в целом, немного не в себе.'

Дамблдор вздохнул, на его столе лежали списки учеников, присоединившихся к ним в этом году из других школ.

Дамблдор коротко поговорил с Магом вскоре после нападения. Он казался мрачным и смирившимся, но решительным и сильным. Как будто он принял что-то важное и поставил перед собой задачу, в которой не позволит себе потерпеть неудачу.

Это было как обнадеживающе, так и пугающе.

Маг смутно рассказал ему, что он сделал с защитой дома мадам Боунс, хотя Дамблдор уже собрал все, что произошло, по описанию Боунса и уликам по всей территории.

Что Дамблдор мог предположить, так это то, что Маг каким-то образом модифицировал мощный тип защиты, очень похожий на тот, который Гарри наложил во время нападения на Дурслей, но он был пропитан какой-то магией, которую он никогда раньше не видел. Это было чуждо и почти ... мрачно, и все же это было настолько чисто, что любое негативное намерение рядом с ним почувствовало бы его агрессию.

Встречался ли Маг с женщиной, которую Гарри описал по воспоминаниям о Золотом Страже? Это, безусловно, было возможно. Возможно, до того, как Волан-де-Морт убил ее, она научила Мага основному заклинанию, позволив ему корректировать и изменять его?

Дамблдор открыл глаза и взял еще одну лимонную конфету.

Кости сказал, что Маг порезался, и из пореза на удивление сильно потекла кровь. Значит, это была Магия крови — Жертвенная магия. Понимал ли Маг последствия такой магии?

Дамблдор чуть не рассмеялся над собой. Конечно, он должен. Он Маг.

Он бы знал, что Магия крови была обязательным контрактом с любой семьей, за которую он добровольно "проливал кровь". Это означает, что любая семья, для защиты которой он использовал это, теперь находилась под его защитой, и у них был договор крови с ним. Своего рода семейный долг, которым они были обязаны ему, только это был не совсем долг, а взаимопонимание. Союз.

Это был старый вид магии, давно забытый обществом, похороненный в законах и клятвах древних родословных. Единственная причина, по которой он знал об этом, заключалась в том, что он происходил из старинной семьи, а его отец был приверженцем подобных вещей.

Итак, теперь семья Боунс была в союзе с кем бы ни была семья Мага. Магия таким образом выстраивалась вокруг ситуаций, чтобы предотвратить осуществление дурных намерений между ними, и побуждала обе стороны помогать другой. Назовем это подсознательным внушением и сотрудничеством.

Он задавался вопросом, знал ли Кости.

Дамблдоры когда-то были в союзе с Пруиттами и технически все еще были ими, хотя благодаря Молли кровавый пакт продлился бы еще на одно поколение — с Уизли.

"Пчелка в твоей шляпке, Альбус?" - спросила распределяющая шляпа.

"Не совсем", - прошептал Дамблдор. "Просто задумался".

"Как ты часто бываешь", - сказала шляпа, прежде чем окинуть Дамблдора оценивающим взглядом. "Ты думаешь о Поттере и Маге, не так ли?"

"Виновен".

"Ты в них не веришь?" - спросил он.

"Дело не в вере".

"Тогда о чем это?" спросила шляпа, хотя он не дал Дамблдору шанса ответить, прежде чем продолжить. "Это не загадки, которые ты должен пытаться разгадать в данный момент, Альбус. Это нанесло бы большой ущерб всему, за что ты борешься. Пока оставим эти тайны в покое. "

Дамблдор нахмурил лоб в глубокой задумчивости, прежде чем снова откинуться на спинку стула.

"Очень хорошо", - сказал он тихим голосом. "Очень хорошо".

Лето закончилось с горько-сладким чувством. С одной стороны, начиналась школа; с другой, лето наконец закончилось. И, как и большинство летних каникул, которые были у Гарри, он был рад, что наступил конец, особенно этому по очевидным причинам.

Сириус был другим, и, как быстро заметил Гарри, теперь он очень защищал его — даже больше, чем раньше. Если Гарри проявлял какие-либо признаки чувства дискомфорта или чего-то еще, независимо от того, действительно ли это было поводом для беспокойства, Сириус быстро шел к нему и спрашивал, не следует ли ему пойти к мадам Помфри.

Гарри понимал, но все равно это было немного властно.

Невилл по большей части вернулся к своему обычному состоянию, хотя Гарри и остальные были больше обеспокоены Августой. Она была серьезно замкнута, и ее прежде жесткая и холодноватая внешность дала трещину.

Она говорила только с Муди и Дамблдором о том, что произошло в Доме Риддлов, и было ясно, что она не хотела, чтобы кто-то еще знал, что с ней там произошло. Когда она узнала, что спасение стало возможным и осуществлено именно благодаря Невиллу, у нее чуть не случился нервный срыв, особенно когда Дамблдор рассказал ей, как Невилл это сделал. На мгновение Дамблдор засомневался, нужно ли ему защищаться, но затем она просто смутилась и поддалась тому, что Дамблдор мог определить только как приглушенные извинения.

По меньшей мере, Дамблдор был ошеломлён и едва мог вернуться к своей привычке справляться с непредвиденными ситуациями. С тех пор Августа не сказала ему и десятка слов. Дамблдор считал, что она смущена и стыдится того, что потеряла самообладание, несмотря на его попытки заверить её, что он всё понимает и что всё в порядке. Что касается её отношений с Невиллом... это была совсем другая история.

Она не показала ни малейшего намека на то, что ей рассказали о том, что он сделал, за исключением того, как она посмотрела на него. Ее едва скрываемые вздохи и разочарованные взгляды, а также уничижительные комментарии давно прошли, но теперь, впервые на памяти Невилла, в ее глазах появился отблеск глубокой гордости. Для него.

После всего, что произошло, это стало для него небольшим утешением.

Больше не глядя в окно, Гарри откинулся на спинку стула, размышляя, что может принести или не принести новый семестр, когда они, наконец, увидели Хогсмид.

Занятия начались как обычно, хотя Дамблдор приветствовал их в новом семестре объявлением Программы погружения и развития, или IDP, и списком всех школ-участниц.

Почти все уже знали о IDP, поскольку о нем было объявлено в "Ежедневном пророке" за несколько недель до этого, но все по-прежнему были взволнованы. Это было приятным изменением от мрачной атмосферы, созданной текущей войной.

Первыми тремя школами-участницами станут Шармбатонская академия магии (Франция), Салемский институт ведьм (Массачусетс, США) и Нара, Школа прозорливости (Япония). С ними приедут в общей сложности 27 студентов, и они прибудут в начале третьей недели семестра.

Другие примечательные моменты касались новых профессоров. Защиту от темных искусств теперь преподавал Северус Снейп, которому помогали Аластор Муди (несмотря на отсутствие конечностей) и Стефани Сомак. Гораций Слагхорн стал профессором зелий, хотя Снейп оставался главой факультета Слизерин. Аберфорт Дамблдор стал профессором астрономии, а гоблин теперь преподавал арифмантику.

Но не все было так весело или благополучно, поскольку последствия войны были очевидны.

Мемориальная доска в честь тех, кто пал в битве при Хогвартсе, была установлена у входа в Большой зал самим Альбусом Дамблдором. Профессора Септима Вектор и Аврора Синистра были удостоены этой чести.

Около дюжины учеников не вернулись в Хогвартс, так как их семьи решили покинуть страну, по крайней мере, на время. Из тех учеников, которые вернулись, большинство уже пережили потерю по крайней мере одного близкого человека, друга или родственника. Те, кто не пережил, боялись, гадая, когда им сообщат, что кто-то из их знакомых стал жертвой.

События, связанные со спасением/нападением на особняк Риддлов, также были ещё свежи в памяти большинства людей, и тот факт, что Августа Лонгботтом была одной из спасённых, сделал Невилла заметной фигурой, на которую часто обращали внимание. Конечно, через несколько дней это, к счастью, прошло, но, как всегда, люди есть люди, и слухи и тому подобное им нравятся.

Разговоры о том, что люди делают для военных действий, не утихали, и в основном они были сосредоточены вокруг одного человека — Мага. Гарри старался не прислушиваться к теориям людей о том, что Маг может делать, а что нет, но это не очень-то помогало. Хуже всего было, когда профессор, не принадлежащий к Ордену Феникса, высказывал своё мнение по этому поводу, например, Слизнорт.

Это было почти смешно, или было бы смешно, если бы их теории на самом деле не касались его.

«Может, он в горах, разговаривает с великанами!» — предположил Хаффлпафф.

— Нет, он, должно быть, шпионит за Сами-Знаете-Кем. Больше никто не мог бы. Я имею в виду, на самом деле.

— Вы оба ошибаетесь. Он здесь, в замке, на случай второй атаки.

— Пфф, что ты принимаешь? Какое-то странное зелье из фэнтези? Как будто такой великий волшебник, как Маг, стал бы оставаться здесь, когда есть много других более вероятных мест, где он мог бы оказаться в случае нападения.

«Дамблдор — хороший волшебник, и он здесь».

— Это потому, что он директор, придурок.

"Да, но Маг - его лучший друг. Возможно, имело бы смысл, если бы он остался здесь, когда ему нечего делать".

"Вы оба жалки, споря из-за этого".

"Ну-ну, ученики, о чем это?" Спросил Слизнорт, подходя к ним сзади. "Надеюсь, не о драке?"

"О, конечно, нет, профессор", - защебетали они.

"Это не имеет никакого отношения к некоему известному волшебнику, не так ли?" спросил он.

Гарри подумал, мог ли кто-нибудь еще быть таким бодрым.

"Если я прав в том, что вы говорили о таинственном дорогом друге Альбуса, Маге, нужно ли мне напоминать вам, на что способен Маг? Он может быть практически где угодно. Он может аппарировать куда угодно. Ни один оберег или серия оберегов не могут удержать его в каком-либо месте, включая Хогвартс, и я сомневаюсь, что здесь есть большая проблема с расстоянием. Единственная проблема, которую я вижу, в том, что он всего лишь один человек. "

"Ах, но, профессор, есть еще его последователи, Кустосы и Друзья", - добавил смелый студент.

"Это правда. Что заставляет задуматься, где они ..."

Он пожал плечами и ушел, оставив студентов болтать и обсуждать еще больше о Маге и его союзниках.

Гарри сдержал стон. Слышать, как люди говорят о нем, даже если они не знали, что на самом деле это был он, становилось немного старовато. И он знал, что будет только хуже, когда приедут ученики из других школ.

Он был прав.

Наконец-то наступила третья неделя сентября, и ученики Хогвартса с нетерпением ожидали прибытия двадцати семи учеников.

Они стояли у входа в Хогвартс и ждали. Дамблдор был впереди всех, с тростью феникса в руке, перед недавно нарисованной сетью рун.

Сеть состояла из трех замысловатых кругов, окаймленных выгравированными ромбами и треугольниками. Каждый из них был более двадцати футов в диаметре и слабо блестел.

Никто не знал, что с ними делать.

Внезапно из рунической сети материализовались три портала, и мгновение спустя люди вышли, как будто пройдя сквозь завесы. Двадцать семь студентов и трое взрослых.

Все вокруг изумленно ахнули, когда Дамблдор спокойно встал, МакГонагалл и другие профессора позади него.

Три группы оставались сбитыми в кучу, осматриваясь по сторонам. Очевидно, такой способ передвижения немного сбивал с толку.

Гарри сразу определил одну группу как из Шармбатона, Академии магии. Все они были девушками в голубом и одеты так, чтобы произвести впечатление. У некоторых мальчиков уже текли слюнки. Взрослой с ними была невысокая, суровая на вид женщина, по сравнению с которой МакГонагалл выглядела слабачкой, несмотря на свой рост.

Группа крайних слева, откровенно говоря, была плавильным котлом. Честно говоря, Гарри никогда не видел такой маленькой группы, состоящей из такого разнообразия людей, при этом выглядевшей совершенно непринужденно с этим фактом. С ними был высокий худощавый мужчина с короткой козлиной бородкой.

Группа в середине была из Нары, Школы Проницательности, всего из семи учеников. Четверо мальчиков были в синих шелковых мантиях, а три девочки - в розовых шелковых. Взрослым с ними был очень пожилой мужчина, который явно был монахом, хотя его одеяние казалось немного более повседневным, чем у большинства других монахов. Ну, это еще мягко сказано. Если бы Дамблдор родился в монастыре, он, вероятно, выбрал бы эту одежду.

"Добро пожаловать в Хогвартс", - приветствовал их всех Дамблдор. "Пожалуйста, профессора, представьтесь моим студентам".

Старый монах взял инициативу в свои руки, улыбаясь, сделал шаг вперед и почтительно поклонился Дамблдору.

"Я Мако Шин, профессор контроля чакр в Нара, Школе Мудрости", - просто сказал он. "Я надеюсь, у моих учеников со мной будет время официально представиться своим сверстникам позже?"

Это был едва ли вопрос.

"Конечно. Сначала они присоединятся к Хаффлпаффцам", - ответил Дамблдор, указывая налево, где собралось несколько Хаффлпаффцев.

Затем Дамблдор посмотрел на самую большую группу.

"Шармбатон, Академия магии", - сказала очень прилично выглядящая женщина. "Я Джулиана Фасет. Я преподаю гадание".

"Ваши ученики присоединятся к факультету Равенкло на этой неделе, профессор Фасет", - сказал Дамблдор, плавно и правильно произнося ее имя, прежде чем уделить свое внимание последнему профессору.

"Роберт Нельсон, глава службы безопасности Салемского института ведьм, профессор магической защиты", - сказал простоватый на вид мужчина.

"Ваши ученики будут учиться на факультете Слизерин, мистер Нельсон", - сказал Дамблдор, прежде чем подозвать их всех вперед.

"Итак, я поручил старостам устроить вашим ученикам экскурсию по Хогвартсу. После этого мы все соберемся в Большом зале на ужин ", - сказал Дамблдор, устраняя все притворства, которые, по мнению большинства, должны были быть здесь приведены. Затем он обратил свое внимание на своих учеников. "Я уверен, что многим из вас не терпится поприветствовать наших гостей должным образом, но позвольте мне напомнить вам, чтобы вы не толпились вокруг них. Как вы знаете, они будут здесь в течение следующих нескольких недель, у всех вас достаточно времени, чтобы познакомиться с ними. Хорошо, есть вопросы?"

Получив молчание, Дамблдор продолжил. "Великолепно! Профессора, если хотите, следуйте за мной. Я полагаю, вы все хотели бы получить здесь краткое описание предстоящих недель? Очень хорошо ".

Приглашенные профессора кивнули и жестом предложили своим студентам подойти к семи студентам с очевидными значками старосты на мантиях, прежде чем они присоединились к Дамблдору, направляясь в замок, оставив остальных студентов либо присоединиться к туристической группе, либо вернуться к своим занятиям до ужина.

Немного неожиданный приезд иностранных студентов прошел так гладко, как никто и мог ожидать, и после грандиозной экскурсии приезжим студентам не терпелось, как и остальным студентам, поужинать и разойтись по своим общим комнатам.

Гарри и другие еще не успели официально представиться кому-либо из них, в основном из-за того, что никто из них еще не собирался останавливаться в их общежитии. На следующей неделе они примут у себя Нару, затем Шармбатон и, наконец, Салем. В последние недели первого раунда IDP учащиеся школ-гостей будут выбирать, в каком доме остановиться.

У профессоров школ-гостей также будет возможность раз в неделю читать лекции всем студентам, желающим расширить свои знания о магии. В общих комнатах уже были листы для регистрации. Гермиона уже подписала свое имя на всех из них. Гарри и остальные сделали то же самое, хотя и не с таким энтузиазмом.

Наконец, подали ужин, и поэтому в Большом зале поначалу было немного больше народу, чем обычно. Не то чтобы это было проблемой, потому что Дамблдор попросил Хогвартс увеличить комнату, что она с радостью и сделала, позволив всем сесть.

Сказав всего несколько слов, как он часто делал, Дамблдор хлопнул в ладоши, и на столе появилась еда, приготовленная домовыми эльфами, что произвело впечатление на нескольких человек, которые никогда раньше этого не видели.

"Такое чудесное место, директор", - сказал Мако, слегка склонив голову в сторону Дамблдора.

"Да, это так. Я много чего слышал о Хогвартсе, но слухи не дают ей должного представления, - сказал Фасет, поднимая бокал рядом с МакГонагалл в краткой манере, похожей на приветствие.

— С тех пор, как я был мальчишкой, мне всегда было любопытно кое-что, директор, — начал Нельсон, наклонившись вперёд и оглянувшись на Снейпа, чтобы посмотреть на остальных.

— О? Что насчёт этого? — спросил Дамблдор, пока ученики под ними погружались в свои разговоры.

— Ну, вообще-то, ты, — честно сказал он. — Говорят, ты очень любишь конфеты. Я хотел узнать, правда ли то, что я слышал, и если да, то какие конфеты твои любимые.

Глаза Дамблдора сверкнули.

— Что ж, должен признаться, время от времени я наслаждаюсь лимонным леденцом, — сказал Дамблдор.

МакГонагалл и другие профессора не могли сдержать кашель.

— Альбус, у тебя это получается практически при любой возможности, — выпалил Слизнорт. — Осмелюсь предположить, что у тебя бы выпали зубы, если бы не твоя магия.

— Возможно, а возможно, и нет. Лемон дроп? — спросил он, и в его руке, казалось, появилась одна конфета.

МакГонагалл переключила внимание на Нельсона. «Отвечая на ваш вопрос, профессор Нельсон, да, он одержим сладостями».

— «Одержимый» — слишком сильное слово, Минерва, — слабо возразил Дамблдор, к всеобщему удивлению, прежде чем продолжить. — «Увлечённый» подошло бы больше. Я люблю сахар, а сахар, спрессованный в маленький жёлтый шарик, ещё вкуснее, как будто ешь крошечное остывшее солнце.

"Как скажешь, Альбус", - сказала Макгонагалл, накладывая себе еще картошки.

МакГонагалл гордилась своим терпением и ясной головой, но что-то ее беспокоило в расписании и расположении школ для гостей.

В течение каждого раунда визитов из иностранных школ в первую неделю в общежитиях Гриффиндора никого не было.

Другие школы не знали об этом соглашении, честно говоря, потому что их заботило только их место и время в Хогвартсе, но она была уверена, что ее ученики заметят. Возможно, Дамблдор просто упустил из виду эту деталь, случайно вытянув орден из шляпы? Но нет . . . она знала, что у него всегда была причина для всего, что он делал; конечно, не всегда хорошая, но причина.

Итак, наконец, она решила просто пойти и спросить его об этом.

Поднимаясь в свой кабинет, горгулья пропустил ее со словами "Лимонные пирожные".

"Войдите", - сказал он, как раз когда она собиралась постучать.

Не потрудившись даже поинтересоваться, как он это сделал, она вошла.

"А, Минерва, как дела?" спросил он, поднимая взгляд от своего стола.

"Отлично, Альбус", - сказала она. "Мне просто было немного любопытно кое о чем. Ну, скорее, немного обеспокоена".

"О?"

Это, очевидно, привлекло его внимание. Все, что касалось Минервы, всегда волновало его.

"Расписание школ, Альбус. Не думай, что ты заставил всех не обращать на это внимания. Почему ты заставляешь Гриффиндор ждать окончания первой недели, чтобы разместить какие-либо школы в своих общежитиях? Вы сделали это для каждого отдельного раздела."

Дамблдор был достаточно любезен, чтобы слегка вздохнуть и выглядеть немного виноватым.

"У меня есть свои причины", - мягко сказал он.

"Альбус, я знаю, что ты любишь, вот почему я спрашиваю, что это такое".

"Что ж, за последние несколько лет я стал немного осторожнее, чем раньше, когда дело касается одного из наших студентов. Опыт показал мне, что я никогда не могу быть слишком осторожным, и что дать ему возможность подготовиться к тому, что может представлять опасность, а может и не представлять ее, очень мудро. "

"Альбус, о чем и с кем ты говоришь?" спросила она, хотя у нее было чувство, что она уже знала ответ на свой вопрос.

"Мы на войне, Минерва, и врагом может быть любой. К сожалению, это могут быть и студенты. Я считаю, что для нас будет лучше познакомиться со всеми ними, прежде чем мы разместим что-либо из них в общежитии вашего дома. Я понимаю ваше разочарование, и я не верю, что каждый ученик стремится заполучить нас, но один из них может заполучить."

"Ты боишься нападения на Поттера", - тихо заявила она, переходя сразу к делу.

"IDP - прекрасная возможность. Конечно, нужно было бы проделать большую работу, чтобы зайти так далеко, но я не верю, что это выходит за рамки возможностей Волан-де-Морта ".

"Ты действительно думаешь, что он стал бы преследовать Гарри таким образом?"

"Прямой подход не слишком хорошо сработал для него. Если бы я был Волан-де-Мортом, я бы сделал это таким образом", - сказал Дамблдор.

"Что мне сказать студентам, если они спросят меня, почему Гриффиндор никогда не входит в первую группу факультетов, принимающих гостей?"

"Вини в этом меня. Ты можешь даже намекнуть, что я хотел приберечь лучший дом на потом для тех, кто его посетит", - ответил он.

"Очень хорошо".

Следующие недели пролетели на удивление быстро, хотя не все было гладко. Студентам и даже профессорам пришлось преодолеть несколько первоначальных потрясений.

Различия в традициях, верованиях и идеях, объединенные в единую атмосферу, были тем, на что стоило посмотреть, и нескольким людям потребовалось немного больше времени, чтобы оправиться от культурного шока. Это касалось не только студентов Хогвартса, но и тех, кто приезжал в гости, поскольку многие никогда раньше даже не были в замке, не говоря уже о комнате с людьми совершенно иного происхождения, чем они сами.

Сначала некоторые люди были застенчивыми и нерешительными, не желая произвести плохое впечатление, в то время как другие были чрезмерно шумными, желая произвести впечатление. Все пришедшие ученики были довольно дружелюбны, несмотря на то, что были немного скованными, не зная, как вести себя в школе, которая недавно была в центре внимания (будучи местом ужасной битвы с Темным Лордом и местом, где лидер Custosae наконец проявил себя).

Гарри и остальные восприняли это спокойно, хотя Рон был очарован некоторыми акцентами, с которыми говорили новые ученики. Единственной проблемой, с которой кто-либо из них действительно столкнулся, было любопытство некоторых студентов к Гарри. Конечно, некоторых заинтересовали Драко и Невилл, но гораздо больше были поражены тем, что они слышали о Гарри, особенно о конце предыдущего семестра. Что он делал в Хогсмиде.

Но после первой недели все успокоилось. Совместное питание и занятия, безусловно, помогли.

Лекции иностранных профессоров были увлекательными и стоили потраченного времени, особенно контроль над чакрами.

Профессор Мако был серьезным человеком, но очень приземленным. Он был прямым, без болезненной прямоты, и в нем была непревзойденная мягкость.

Их первое занятие с ним отличалось от большинства занятий, которые у них были раньше.

"Чакру, - начал Мако, - можно определить как разновидность магии, однако ведьмы и волшебники не единственные, кто имеет к ней доступ. Магглы или немагики также могут использовать это. Это живая энергия, жизненная сила, доступная любому, у кого достаточно терпения и воли. Его можно использовать для улучшения двигательных функций, зрительно-моторной координации, осознанности и многих других навыков, включая исцеление.

"В Японии мы призываем всех начинать в раннем возрасте, ибо чем раньше, тем лучше. Контроль чакры - сложное искусство, но те, кто им владеет, несомненно, справляются с ним лучше.

"Теперь позвольте мне продемонстрировать вам, с чего начать", - сказал он, выходя из передней части комнаты и направляясь к ближайшему ученику, которым, как оказалось, был Драко. "Встань", - сказал он, окинув его беглым взглядом. "Закрой глаза и расслабься. Выровняй дыхание и постарайся не думать".

Он медленно и молча обошел его, медленно подняв руку и сжав кулак.

"Я знаю, ты знаешь, что я позади тебя, но где моя правая рука?" он спросил.

Это было у левого плеча Драко, примерно в трех дюймах от него.

"Хм", - сказал Драко, подумав.

"Нет. Остановись прямо здесь. Не думай. Где моя правая рука? Сосредоточься и почувствуй".

"Слева от меня", - сказал Драко через мгновение.

"Хорошо", - сказал Мако, слегка переместив руку, чтобы оказаться рядом с головой Драко. "А теперь."

"Ты переместил это. Это у меня в голове".

Мако улыбнулся, опуская руку. "Теперь ты можешь открыть глаза".

Вскоре после этого они разделились на пары и по очереди тренировались. Мако сказал, что они не перейдут к следующему шагу, пока он не будет уверен, что у них получится этот. Он бродил по комнате, оказывая помощь там, где это было необходимо. Он немного приостановился, проходя мимо Гарри и Драко, но затем продолжил путь к Невиллу и Винсу.

"Мистер Малфой, останьтесь после урока, хорошо?" Мако попросил ближе к концу урока.

"Да, сэр", - сказал он.

Гарри и остальной класс вышли из комнаты, предположив, что Мако просто хотел поговорить с Драко о демонстрации или о чем-то еще для будущей лекции.

"Вы хотели меня видеть, сэр?" Спросил Драко.

Мако занял место за одним из студенческих столов.

— Да, — сказал он, жестом приглашая Драко сесть. — Я сразу перейду к делу, мистер Малфой. Мне редко удаётся найти такого, как вы, и именно поэтому я счёл необходимым поговорить с вами. Я предлагаю вам уникальную возможность. Не хотите ли вы посещать дополнительные занятия? С моей стороны было бы ошибкой отказаться от обучения такого, как вы.

"Дополнительные уроки? Что вы имеете в виду?"

— У тебя есть, как ты это называешь? Ах, способность управлять чакрой. Я чувствую, как она покидает тебя, хотя мне кажется, что сегодня тебе помогло что-то другое. Однако я уверен, что твои способности в искусстве сами по себе обладают большим потенциалом.

«Я использовал окклюменцию, чтобы сосредоточиться», — заявил Драко, решив, что честность здесь не повредит, а это не было чем-то незаконным или совершенно неслыханным, особенно для чистокровного.

«Ах, это прекрасное искусство само по себе, но его применение в контроле чакр ограничено. Нет, контроль чакр гораздо глубже, чем окклюменция, потому что он сосредоточен не на разуме, а на сердце и душе человека».

"И ты думаешь, я мог бы стать хорошим в этом?"

"Да, очень хорошо получается. Все, что мне нужно, это ваше разрешение. Я уже поговорил с вашим директором о личном обучении любых перспективных учеников ".

"Я думаю, было бы неплохо научиться другой технике. Когда у тебя будут мои уроки?"

Мако улыбнулся. "Каждый вторник и четверг, после ужина".

Драко кивнул, соглашаясь. "Было что-нибудь еще, сэр? Вы сказали, что это было большей частью того, о чем вы хотели поговорить со мной".

Мако сделал паузу на мгновение. "Вероятно, это не мое дело, и я не уверен, стоит ли так быстро поднимать этот вопрос".

"Сэр, если это касается меня или даже кого-то из моих друзей, я чувствую, что имею право знать".

"Это единственная причина, по которой я веду этот разговор. Мистер Малфой, я не мог не заметить связь между вами и мистером Поттером. Не могли бы вы объяснить это? Это могло бы помочь мне в обучении вас, а также мистера Поттера."

Драко моргнул. Он никогда по-настоящему не думал о том, что кто-то может самостоятельно обнаружить связь, как, очевидно, это сделал профессор Мако. Что ему делать дальше?

"Не пугайтесь. Я не собираюсь делиться этим ни с кем другим, и я предполагаю, что ваш директор знает?"

Драко кивнул.

"Сколько лет этому бонду? В нем нет ничего нового".

"Это случилось летом, сразу после нашего первого курса".

Драко так и подмывало отмахнуться от этого, поскольку Мако, казалось, на мгновение задумался.

"Итак, эм. Ты чувствуешь нашу магию?" Спросил Драко, отчаянно желая нарушить тишину.

"Да, хотя, вероятно, не в том смысле, в каком вы думаете", - сказал он. "Чакра может быть плотно закрыта магией, точно так же, как магия может быть плотно закрыта чакрой. В вашем случае с мистером Поттером чакра и магия переплетены и наслоены несколько раз. Они намотаны друг на друга. Интересный феномен, который я с нетерпением жду понимания. "

"Понятно. Ну, хм, разве тебе не следует учить Гарри со мной, если это так?"

В глазах Мако отразилась эмоция, которую Драко не смог определить. Это была не совсем жалость, может быть, беспокойство?

"Это еще одна вещь, о которой я хотел с вами поговорить. Он вполне мог бы стать хорошим мастером контроля чакры, и сейчас его контроль неплох. На самом деле это неплохо, просто для него пытаться серьезно контролировать ... это было бы небезопасно для него. "

"Почему?"

"Его магия слишком плотно обволакивает его. Если он схватит свою чакру и попытается проделать с ней какие-либо серьезные манипуляции, это приведет к разрушению его магии ".

"Его чакра в опасности, если он использует слишком много магии или что-то в этом роде?" Спросил Драко, в его голосе сквозило беспокойство.

"Нет. К счастью, чакра дает немного больше, чем магия ".

"Есть ли у Гарри способ решить свою проблему?"

"Не сейчас, я не думаю, но мне нужно узнать больше, чтобы быть уверенным".

"Например, что?"

"Я должен был бы просмотреть его медицинскую карту, задать ему несколько вопросов и поближе познакомиться с его магией и чакрой".

"Я уверен, что он был бы рад получить любую помощь, которую вы могли бы предложить".

"Если он согласится присоединиться к вам на нашем первом уроке, я посмотрю, что мы можем сделать", - сказал Мако.

"Спасибо, профессор", - сказал Драко.

Вскоре после этого Драко ушел и сразу же направился к Гарри. Им нужно было многое обсудить.

Книга 4 - Часть 5: Выпущена

"Не могу поверить, что мы наконец закончили их", - сказала Сьюзен, показывая свою значительно улучшенную мантию.

Внешне они не изменились, но теперь на внутренних швах были начертаны руны, которые обеспечат впечатляющую защиту в боевых ситуациях. У всех Кастосей теперь были эти средства защиты, вшитые в их верхнюю одежду, даже у Хагрида и Тедди.

"Я знаю, такое чувство, что мы работали над ними целую вечность", - согласилась Гермиона.

"Мы работали над ними еще до начала семестра", - напомнил Рон.

"Мы должны носить их везде", - сказал Драко.

"Согласен", - сказал Невилл, Ревлис на его плечах тоже кивнул.

Тедди улыбнулся, похлопывая лапой по своему новому жилету.

"Так у тебя еще одно занятие с профессором Мако, Гарри?" Спросил Фред.

"Да, я действительно с нетерпением жду этого урока", - сказал Гарри, и все они встали, чтобы пойти в Большой зал на ужин. "Мы готовились к нему некоторое время".

Гарри и Драко работали с Мако уже несколько недель, Тедди в это время тусовался с Невиллом и остальными. Мако сказал, что Гарри нужно уметь обращаться со своей магией и чакрой без помощи внешней силы, имея в виду Тедди. По его словам, это может создать проблемы в будущем. Как ни странно, Тедди согласился с Мако.

Всю прошлую неделю Гарри и Драко готовились к сегодняшнему уроку, ежедневно медитируя, чтобы лучше настроиться на свою чакру. Мако совершенно ясно дал понять, что они должны быть готовы, если хотят добиться успеха в том, чему он собирался их научить.

Они не переходили к сложному контролю чакры, поскольку Мако хотел действовать медленно и убедиться, что у них есть прочный фундамент, прежде чем делать что-то особенно сложное, но Гарри и Драко это вполне устраивало. В конце концов, опыт с ВПЛ сделал все довольно напряженным.

Гарри и другие познакомились с несколькими посетившими их студентами, но никто из них на самом деле не походил на Custosae или Amici. Гарри и остальные также пришли к молчаливому соглашению стараться не привлекать больше людей, если у них не будет выбора.

Мако рано ушел из Большого зала, поужинав. Ему нужно было подготовиться к сегодняшнему уроку с Драко и Гарри. Теперь он был уверен, что они оба готовы и что теперь для Гарри безопасно двигаться вперед.

Последние несколько недель не были похожи ни на что из того, что он когда-либо испытывал раньше. И Гарри, и Драко были талантливыми личностями, которые многое испытали в своей юной жизни. Чем больше Мако узнавал о них, тем больше он чувствовал себя обязанным помочь им всем, чем мог.

Это было на их первом уроке, где он узнал, насколько магия Гарри переплетена с его чакрой и насколько опасным Гарри может стать, если захочет. Мако был благодарен, что у парня доброе и отзывчивое сердце, потому что его магия таила в себе тьму, которая могла заразить более слабые души. Итак, "тьма" не означала "зло", но Мако не смог найти лучшего слова для того, что он определил как руку смерти, скрытую внутри мальчика. Но это тоже не было адекватным описанием.

Мако очистил тренировочную комнату от всей мебели, прежде чем превратить пол в слой мягкого песка.

Он должен был все сделать правильно, если хотел научить Гарри и Драко сильнейшей технике использования своей чакры и сделать первый шаг к действительно полному раскрытию их потенциала в области контроля чакры. Обычно он оставлял этот урок только для шестикурсников, но если он собирался помочь им, им нужно было выучить это сейчас, прежде чем ему придется уйти.

За последние несколько недель он научил Гарри и Драко расслаблять свою магию и касаться своей чакры. Для Гарри это было особенно сложно, настолько, что Мако пришлось лично помогать ему. Это было, когда Мако "увидел" магическую суть Гарри и когда он обнаружил, насколько важно научить Гарри надлежащему контролю и освобождению.

Мако покачал головой, удивляясь, почему некоторые учителя контроля Чакр забывают о важности высвобождения. Контроль, конечно, жизненно важен, но нельзя контролировать что-то постоянно. Человек должен был отдохнуть, позволить своей чакре расшириться и дышать, прежде чем снова восстановить контроль. Человек должен был научиться позволять своей чакре просто быть.

Мако надеялся, что это поможет Гарри, который, как было ясно, уже научился делать это с помощью своей магии. Это была еще одна вещь, которая заинтриговала Мако. Гарри естественным образом усвоил, когда позволять своей магии направлять его, а когда ему нужно было направлять ее. Это был многообещающий знак, но состояние Гарри все еще оставалось тревожным.

По какой-то причине чакра Гарри все еще упрямо оставалась плотно обвитой вокруг его магии, и эффекты от яда василиска и слез феникса никак не помогали делу. Мако только надеялся, что обучение Гарри способам Освобождения приведет к положительным изменениям не только в магическом благополучии мальчика, но и в его физическом состоянии. Если бы все осталось без изменений, Мако был уверен, что сердце Гарри не выдержало бы кружащих и сжимающих его сил.

Гарри и Драко вошли в комнату, им было немного любопытно, почему пол теперь посыпан песком и почему все было убрано. Закрыв за собой дверь, они повернулись к профессору Мако, с любопытством обнаружив за его спиной Альбуса Дамблдора и мадам Помфри.

"Вы оба готовы?" Спросил Мако.

По тону его голоса они оба поняли, что сегодняшний урок запомнится им на всю оставшуюся жизнь. Они медленно кивнули.

"Директор и мадам Помфри будут смотреть. Если вы чувствуете, что это вас отвлечет, они могут сами себя разочаровать".

"Я думаю, у нас все будет хорошо", - сказал Гарри.

"Ты ожидаешь, что возникнут проблемы?" Спросил Драко, глядя на Помфри.

"Нет", - сказал Дамблдор. "Но профессор Мако и я сочли разумным принять некоторые меры предосторожности, на всякий случай".

"В этом есть смысл", - согласился Гарри.

"Хорошо, сегодня я собираюсь научить вас очень важной технике контроля высвобождения вашей чакры", — сказал Мако, когда Дамблдор и Помфри отошли к дальней стене, чтобы спокойно наблюдать.

"Выпустить?" Спросил Драко, теперь сосредоточенный на уроке.

"Да, хотя поначалу это может показаться противоположностью контролю, после завершения первого процесса вы в конечном итоге сможете полностью контролировать свою чакру", - сказал Мако, указывая им подойти к нему и сесть. Они так и сделали, и он последовал за ними, сев перед ними, скрестив ноги. "Итак, это может быть вредно, если сделано неправильно, поэтому я попросил вас обоих подготовиться заранее, чтобы убедиться, что все пройдет гладко. Я также собираюсь помочь вам начать процесс, прежде чем отступать. Начало - это трудная часть. "

Он сделал несколько ручных печатей, прежде чем намеренно помахать руками перед ними обоими.

"Я расскажу вам обоим об этом", - сказал он, вытягивая руки перед собой. "Закройте глаза".

Они сделали, как он сказал, позволив своим умам успокоиться, как они делали бесчисленное количество раз до этого с Мако.

"Теперь отодвинь свою магию подальше от своего центра. Ничего страшного, если с этим немного прибавится твоей чакры, но пока не позволяй ей выходить далеко из-под твоего контроля, - наставлял Мако, используя свою магию, чтобы направлять их. "Хорошо, расслабь свою магию и дай ей волю, пока я беру твою чакру. Ни при каких обстоятельствах не отводи свою чакру, пока я это делаю. Это будет казаться странным, и вы почувствуете, что вам следует отмотать это назад, но не делайте этого. Это часть релиза. Просто оставь это. Отпусти это. "

Когда он говорил эти вещи, его чакра потянулась наружу, скользя мимо его магии и вокруг их, чтобы завладеть их чакрой. Глаза Мако были открыты, и он вложил в них небольшую порцию магии и чакры, чтобы иметь возможность видеть энергии перед собой.

Магия Драко распространилась по покрытому песком полу, большая часть его чакры в настоящее время находится в семи местах вдоль позвоночника и головы, довольно стабильных. Чакра Гарри, с другой стороны, струилась вокруг него, протекая рядом с его магией. Помня о различиях, Мако начал процесс, отводя их чакру все дальше и дальше от них.

"Когда я отпускаю тебя, я не хочу, чтобы ты что-либо делал со своей чакрой. Твоя чакра медленно вернется к тебе после того, как я ее выпущу. Представьте, что ваша чакра подобна пруду, который только что потревожили камнем. Представьте, как расходится рябь, прежде чем медленно рассеяться, и поверхность пруда снова становится спокойной. Когда ваша чакра успокоится, я хочу, чтобы вы медленно вернули свою магию обратно в свой центр. Как только ты почувствуешь, что твоя чакра полностью выровнялась вокруг тебя, я хочу, чтобы ты восстановил контроль, глубоко вдохнув и представив, как твоя чакра окутывает тебя, как плащ. Хорошо, сейчас я отпускаю. "

Мако медленно выдохнул, наблюдая за их продвижением. Дамблдор и Помфри зачарованно наблюдали.

Чакра Драко пульсировала вокруг него, когда он притягивал к себе свою магию. Мако мог видеть, как чакра Драко стала ярче, когда он почувствовал истинную свободу, соприкоснулся с невидимыми энергиями вокруг себя, учась и переживая. У Драко все шло хорошо, и он почти закончил.

Гарри напрягся, чтобы оставить свою чакру в покое, когда он взялся за свою магию, пытаясь изо всех сил только постичь свою магию. Мако заметил его борьбу, но ничем не мог помочь. Остальное Гарри должен был сделать сам; Мако не могла вмешиваться.

Драко вдохнул, его чакра выровнялась. Его чакра сместилась и начала обволакивать его.

Гарри продолжал бороться, и его усилия становились еще заметнее, когда на лбу у него выступил пот, а руки дрожали. Мако пока не беспокоился. У некоторых людей это вызывало больше трудностей, чем у других; однако он забеспокоился, когда стало очевидно, что чакра Гарри не двигается самостоятельно. Хаотическая магия Гарри сплеталась вокруг его чакры, когда Гарри притягивал свою магию к себе.

Драко закончил, медленно открывая глаза, когда его магия и чакра успокоились в его центре. Он повернулся к Мако, которая теперь пристально смотрела на Гарри. Драко проследил за его взглядом и обнаружил, что песок вокруг Гарри покрывается рябью, пока, казалось, не застыл, мгновенно став плоским и сравнялся с покрытым ковром полом.

Драко услышал, как Мако ахнул, прежде чем он сам внезапно смог увидеть магию и чакру Гарри, их энергии материализовались в виде зеленого и золотого света.

Гарри вдохнул, чувствуя, что его чакра успокоилась, несмотря на то, что она была неотделима от его магии.

Внезапно песок разлетелся во все стороны. Драко пришлось прикрыть глаза, когда песок поднялся волной, обрушиваясь на Гарри. У Драко перехватило дыхание, когда он почувствовал, как связь между ним и Гарри дрогнула.

Мако встал, Драко сделал то же самое, прежде чем отступить назад, когда золотая и зеленая ауры отошли от Гарри еще дальше и приняли форму. Дамблдор встал рядом с Мако, неуверенный в том, что им следует делать, и осторожно поставил Драко немного позади себя. Драко не сопротивлялся.

Зеленый цвет резко изменился, заставив песок яростно взметнуться, прежде чем закружиться вокруг Гарри, который теперь был полностью расслаблен. Огромная голова призрачного василиска обрела форму, возвышаясь над Гарри, его шея, казалось, сливалась с остальной все еще движущейся магией Гарри и чакрой, циркулирующей вокруг него.

Глаза Гарри распахнулись, несмотря на то, что он еще не закончил, когда золото запульсировало, волна силы распространилась за пределы скромной тренировочной комнаты Мако.

Золотая энергия, ибо теперь это была не просто магия или чакра, а и то, и другое, окружила Гарри, метки в его глазах ярко засветились, когда из них вырвался прозрачный феникс, развернулся и остановился, казалось, прямо над головой Гарри, под могучим духом василиска.

Дамблдор и остальные могли только смотреть, как объединенная магия и чакра Гарри отступали, две магические формы исчезали. Звук выдоха Гарри эхом разнесся по комнате, прежде чем он обмяк, его глаза закрылись.

Мако подошел к Гарри, усадил его, чтобы осмотреть. Драко держался позади, хотя был заметно потрясен, прижимая руку с палочкой к груди.

"Что случилось?" Спросил Дамблдор, подойдя с другой стороны от Гарри, когда Помфри поспешила встать рядом с Мако.

Мако подавил вздох. "Я не ожидал, что чакра Гарри ..." Мако покачал головой. "Хотя теперь в этом так много смысла".

"Что ты имеешь в виду?" Спросил Дамблдор.

"Все живые существа обладают формой энергии, которую можно классифицировать как чакру, но, как вы знаете, лишь некоторые из них также были одарены магией. У магглов есть только чакра; у сквибов есть чакра и спящая магия, что позволяет им лучше контролировать чакру; а у волшебников есть и то, и другое. Затем есть волшебные существа, некоторые из которых немного отличаются. Большинство из них похожи на волшебников, где их чакра и магия остаются отдельными, но для других, в основном более могущественных существ, таких как фениксы и василиски, часть их магии и чакры...

"Объединены в одно целое", - выдохнул Дамблдор, его глаза встретились с глазами Мако.

Вскоре после того, как Мако начал рассказывать своим ученикам о чакре, Дамблдор начал исследовать чакру самостоятельно. Он уже не был в курсе, до чего дошло, но и экспертом пока не был.

Мако кивнул. "Это объяснило бы, почему у Гарри были проблемы. Его организм разрывался между разделением и объединением магии и чакры. Он не знал, как соединить эту объединенную энергию со своей собственной магией и чакрой. "

Помфри вытащила свою палочку и взмахнула ею над грудью Гарри.

"Профессор?" Спросил Драко из-за спины Дамблдора с беспокойством в голосе.

"С ним все в порядке, мистер Малфой. Он просто спит", - ответила Помфри, прежде чем прищурить глаза. "Мако?" спросила она, жестом подзывая Мако ближе.

"Вся его магия и чакра полностью объединились. Энергия теперь настраивается вокруг его сердца", - объяснил Мако. "Я верю, что его сердцу больше не будет угрожать опасность, но я не знаю, как это повлияет на его кастинг".

"Его магия исчезла?" Спросил Драко, испуганный и сбитый с толку.

"В некотором смысле. Его магия теперь является частью его чакры, точно так же, как его чакра теперь является частью его магии. Они едины", - заявил Мако, прежде чем поднять взгляд на Драко. "Ты в порядке?"

"Я-я думаю, да, я имею в виду, я почувствовал себя немного странно на секунду, но сейчас я в порядке".

"Я осмотрю тебя, как только мы доставим Гарри в лазарет", - ответила Помфри.

"Мне жаль, директор. Если бы я знал, что это случится ... " - начал Мако.

"Что сделано, то сделано, и, по крайней мере, теперь Гарри больше не в той опасности, в которой он был раньше".

Дамблдор опустился на стул рядом с кроватью Гарри в лазарете.

Помфри отпустила Драко час назад, обнаружив, что он не пострадал. Он был уверен, что другие друзья Гарри уже были проинформированы о случившемся. Дамблдора это не беспокоило. Он знал, что друзья Гарри были преданными и не стали бы разглашать то, что сказал Драко, никому за пределами их ближайшего окружения.

Дамблдор посмотрел на Гарри сверху вниз.

То, что они обнаружили, было одновременно удивительным и тревожным.

Жизнь Гарри больше не была в опасности, но его магия и чакра, как сказал Мако, больше не были двумя отдельными силами. Они объединились, но во что именно, они могли только догадываться - хотя Мако называл эту энергию "Макра".

Как и следовало ожидать, эта недавно созданная энергия имела аспекты как магии, так и чакры, и все же она была непохожа ни на то, ни на другое. Из того, что он узнал от Фоукса (через чувства и жесты), магические способности Гарри будут слабыми, пока он не научится правильно использовать Макру вместо магии. Дамблдор решил, что поговорит с Саландрой после того, как поговорит с Гарри.

Дамблдор закрыл глаза, в пятый раз за день задаваясь вопросом, почему они не обнаружили и не рассмотрели реальную проблему, с которой столкнулся Гарри. Хотя, как они могли это сделать? Он вздохнул, вспоминая прошлое.

Гарри на протяжении всей своей жизни испытывал огромное количество магических травм, и казалось, что это никогда не закончится.

С той ночи Хэллоуина, когда он обрел воспоминания Волан-де-Морта, часть его магии и частичку его души были только началом.

Затем была травма, которую он получил от проклятия Квиррелла, последствия которой, наконец, только сейчас разрешились, за которой последовала связь, сформировавшаяся между ним и Драко из-за разрушения Кровавых Оберегов и Чар Маяка следующим летом. А затем хаотическая магия, возникшая из смертельного яда и слез, возвращающих жизнь. . . .

С того момента, как яд василиска и слезы феникса начали сражаться внутри Гарри, это началось, поскольку не только их противоречивая магия нарушила работу организма Гарри, как считалось ранее, но и их Макра.

Фениксы и василиски были полными противоположностями, их способности делали это предельно ясным, и именно здесь действительно было объяснение.

Что касается фениксов, то их Макра позволила им возродиться.

Что касается василисков, то их Макра позволяла им убивать простым взглядом или простой каплей яда.

У этих двух могущественных существ были полярно противоположные Макры; неудивительно, что их энергии боролись внутри Гарри и почему даже после окончания войны его организм продолжал балансировать на грани.

Гарри зашевелился, за что Дамблдор был встревожен и благодарен.

"Гарри?" спросил он, беря Гарри за руку в свои.

Тедди, который лежал рядом с Гарри, сел.

Гарри сжал его руку, прежде чем медленно открыть глаза. Дамблдор попытался скрыть свою реакцию, но ему это удалось лишь частично.

Глаза Гарри теперь были намного ярче, чем раньше. Там, где раньше можно было не заметить зеленую звезду, теперь это было невозможно. И золотое кольцо вокруг радужки было еще более заметным. Он практически светился.

"Профессор?" Гарри моргнул. "Что случилось?"

Дамблдор рассказал ему, что произошло во время урока и почему они были уверены, что его сердцу больше не будет угрожать опасность.

"Я чувствую, что во всем этом есть какие-то плохие новости?" Поинтересовался Гарри.

"К сожалению, ты прав, Гарри. Ты будешь довольно слаб магически, пока не научишься использовать Макру".

"Я все еще смогу пользоваться своей палочкой?" Спросил Гарри, по понятным причинам ошеломленный.

"Да, я действительно надеялся, что ты сможешь разыграть что-нибудь для меня? Я хотел бы увидеть, до какой степени это повлияло на тебя, хотя у меня уже есть свои подозрения, - сказал Дамблдор, вручая Гарри его палочку.

"Хорошо", - сказал Гарри. "Um . . . Lumos."

Ничего не произошло.

"Не пугайся, мой мальчик, я ожидал, что это может быть так. Макрой нельзя управлять как по волшебству. Это потребует практики, и Мако уже запросил несколько старых текстов из своей школы, чтобы попытаться помочь вам в этом. К счастью, вы не единственный, с кем когда-либо случалось нечто подобное. "

Гарри оживился при этих словах.

"К сожалению, Мако нужно будет вернуться домой с остальными позже на этой неделе; однако он дал разрешение написать ему, если у вас возникнут какие-либо вопросы, и позже, возможно, во время каникул, он вернется, чтобы навестить вас", - сказал Дамблдор.

"Значит, вся моя магия и чакра теперь это ... Макра?" Спросил Гарри, желая получить разъяснения.

"Да".

Гарри опустил глаза, размышляя. "Я—я действительно чувствую себя по-другому. Раньше я чувствовал, не знаю, постоянное напряжение, но теперь ..."

"Какой Гарри? Что ты сейчас чувствуешь?" Дамблдор явно заинтересовался.

Гарри нахмурился, разрываясь между беспокойством по поводу того, что у него больше нет магии, и чувством облегчения от того, что его жизнь не боится внезапного обрыва, если он применит то, чего не должен был применять. Однако затем он сосредоточился на честном ответе на вопрос, сосредоточившись на странном, почти незнакомом, но таком знакомом чувстве, охватившем его, заставив растаять весь его дискомфорт от сложившейся ситуации.

Подняв лицо к Дамблдору, он ответил. "Я чувствую ... освобождение".

Пять недель спустя

Снейп отложил в сторону работы, которые он проверял, его глаза так устали, что он едва мог прочесть имена студентов, вот почему он решил сделать перерыв.

Прошедший месяц был довольно напряженным, и по большему количеству причин, чем обычно. Прибыла вторая группа школ, которые фактически почти закончили свой шестинедельный визит. Боже, был ли он когда-нибудь благодарен за это.

В Египте существовала Древняя школа магии Гора; в Перу - Прадера-де-лос-Селахес, Школа магии; и в Китае - Тайсюэ, Школа Высшего волшебства. Всего в них участвовало двадцать четыре ученика. Двадцать четыре причины для каникул, дневного сна, перерыва и отдыха.

Они не были грубыми, несносными маленькими придурками, но и не были умными, зрелыми взрослыми людьми. Снейп покачал головой, услышав голос Стефани Сомак, звучащий в его голове как своего рода угрызения совести. Что-то о том, что они были такими вежливыми, милыми детьми, а не о том, что он думал. Снейп улыбнулся при мысли о Сомаке.

Переориентируясь, упрекнул себя Снейп. Сомак был доброй и нежной душой, но не в своей лиге.

Завершив это, он поделился своими мыслями с кем-то другим.

У мальчика все шло хорошо, учитывая обстоятельства, и Альбус был вполне доволен его прогрессом, несмотря на то, что это едва ли сравняло его со сверстниками по кастингу. Снейп тоже не мог не чувствовать себя немного довольным.

Вскоре после того, как Гарри поступил в Хогвартс, он доказал Снейпу, что он не его отец и не совсем похож на Лили. Конечно, у него были некоторые из ее качеств, но у него был ряд других черт, которыми Снейп никогда раньше не видел, чтобы ими обладал кто-то один.

Стойкость, сострадание, мудрость, смирение и сила.

Поттера забрали из "Трансфигурации", "Чар" и "ДАДА", чтобы он мог пройти инструктаж у Дамблдора. Для прикрытия, поскольку учащимся не следовало знать обстоятельства или того, кто на самом деле обучал Поттера, Блэк вмешался и попросил научить Поттера самого. Это было не так уж странно, поскольку Блэк попросил аналогичную договоренность на втором курсе обучения Поттера, в результате чего Снейп обучал Гарри и Драко ДАДА. Кроме того, в прошлые годы другие стражи просили похожие вещи для своих подопечных. Это не было запрещено, просто необычно.

Снейп посмотрел на часы. У Гарри как раз сейчас должен был начаться очередной урок с Дамблдором.

Зимние каникулы пролетели незаметно, прежде чем Гарри и остальные смогли по-настоящему насладиться ими. Все откровенно ждали, что Волан-де-Морт что-нибудь предпримет, поэтому практически все время были на взводе. Как оказалось, Волан-де-Морт продолжал залегать на дно, причем настолько, что некоторые люди начали задаваться вопросом, не решил ли он сдаться.

Однако большинство знало, что это крайне маловероятно.

Маг тоже не появился, хотя в этом и не было необходимости, к облегчению Гарри и остальных посетителей.

Единственный раз, когда Гарри и остальные чувствовали себя расслабленными, было Рождество. Все пришли на площадь Гриммо, и всеми, включая всех Кастоса — очевидно, без ведома кого—либо еще, включая Сириуса, - и нескольких членов их семей. Даже мадам Боунс нанесла визит.

Было немного многолюдно, но Гарри знал, что Сириусу это было нужно. Ему нужно было напомнить, что, несмотря на жизненные испытания, ею все равно можно наслаждаться.

После перерыва занятия, конечно, начались снова, индивидуальные занятия Гарри с Дамблдором продолжились. Затем, на следующей неделе, прибыла следующая группа школ, участвующих в Программе погружения и развития.

Из Дании Институт Дурмстранг привез восемь студентов; из Индии, Наланда, Университет магии, приехали 5 студентов; а затем из Австралии, Комодо, Школа магических искусств, 7 студентов.

И снова, все приглашенные студенты были взволнованы пребыванием в Хогвартсе и стремились изучать магию, которую мог предложить Хогвартс. Три приглашенных профессора также предлагали уроки в своих уважаемых областях всем, кто был заинтересован.

Профессор из Наланды предложил волшебные средства. Комодо: основы стихий. И Дурмстранг: защита. Единственным разочарованием было то, что им пришлось выбирать, какой из них взять, поскольку все приглашенные профессора настаивали на проведении лекции по своему предмету каждый день в свободное от занятий время для студентов. Невозможно было участвовать в нескольких дополнительных предметах.

Гермиона была опустошена. Итак, в качестве компромисса Гарри и остальные разделились, выбирая, кого выбрать, в зависимости от их основных интересов.

Гарри решил узнать больше об Оберегах с Грегом и Луной. Винс пошел с Роном, Джинни и Гермионой на Элементарные основы. Драко пошел со Сьюзан и Невиллом на Магические средства.

Все профессора были приземленными, все трое были очень рады, что у них есть студенты, желающие учиться. Профессор Дурмстранга был особенно взволнован, он также оказался новым директором Дурмстранга (поскольку Каркаров умер за семестр до этого). Гарри не знал, что и думать о Баронеле Владимире, но он не мог избавиться от ощущения, что что-то было, ну ... не так.

Он казался достаточно милым парнем и определенно был компетентным учителем, просто казалось, что в нем было что-то большее, чем то, что было видно.

Гарри и остальные решили присмотреть за ним.

Армия Хогвартса продолжила работу, хотя из-за плотного графика у всех была возможность встречаться только раз в неделю. Кроме того, сохранение этого в секрете от других школ делало это еще более сложной задачей. Однако, несмотря на все это, работа продвигалась хорошо, все участвовали, как и раньше.

В остальном первая неделя с третьим набором школ прошла гладко, за исключением одной маленькой вещи, которую заметили все.

Дурмстранг не поладил с несколькими членами факультета Слизерин. Они хорошо относились к Драко и тем, кого он считал своими друзьями, но немногие, такие как Нотт и несколько старших учеников, были явно не в хороших отношениях с Дурмстрангом. Пока не было ни одной открытой драки, но Гарри был уверен, что это будет только вопросом времени.

В первую неделю Дурмстранг оставался у слизеринцев, и, очевидно, именно тогда между ними возникла напряжённость. Драко и остальные не были уверены, что именно произошло, но если слухи хоть немного правдивы, то дело было в убеждениях чистокровных. В конечном счёте, основная и невысказанная проблема была связана с войной.

Гарри поднялся в пустой класс, который Дамблдор выделил для их тренировок. Он только что вернулся из комнаты «Приходи и уходи», где они с остальными проверяли свои контакты с Амици. Война затихла больше месяца назад, и это немного сбивало с толку — зная, что Волан-де-Морт должен был замышлять что-то серьёзное, чтобы так долго сдерживаться. Вот почему примерно через неделю после высвобождения чакры Гарри решил, что раз в неделю все члены Custosae и Amici будут проходить обязательную проверку. Гарри просто не мог избавиться от ощущения, что если он этого не сделает, то потом пожалеет.

Но война была не единственной вещью, которая занимала мысли ни Гарри, ни его друзей. Научиться использовать Макру было непросто, но с каждым днем Гарри чувствовал, что совершенствуется. Макра была довольно могущественной; однако с этой мощью приходило напряжение. Она была требовательной; ее нужно было правильно подкрутить, чтобы сработало. На самом деле это было искусство. Разочаровывающий, но оно того стоило, поскольку привело к беспалочковой магии.

Теперь Гарри мог произносить множество простых заклинаний без палочки, и это стало на самом деле проще после того, как он научился вращать Макру. Он все еще произносил заклинание, чтобы это произошло, но Дамблдор быстро избавил его от этой привычки, сказав, что Гарри должен попытаться устранить любые возможные препятствия, поскольку никто не знал, что ждет его в будущем.

Недостатки . . . . Гарри поморщился при этом слове. Недавно он узнал, что приобрел их из—за релиза - конечно, это было больше похоже на утраченное преимущество. Он больше не мог хлопать.

Драко и Тедди все еще могли, что было интересно само по себе, но ответ почему пришел, когда они спросили Добби, что он думает по этому поводу.

Посмотрев на Гарри грустными глазами, Добби ответил: «У хозяина Гарри Поттера больше нет чистой магии. Эльфы появляются благодаря чистой магии. Именно она заставляет нас идти туда, куда мы хотим, куда нам нужно. Магия хозяина Малфоя научилась появляться благодаря магии хозяина Гарри Поттера через связь, а Тедди был создан благодаря магии хозяина Гарри Поттера ещё до того, как у него появилась Макра».

Вот и всё. Теперь он больше не сможет телепортироваться куда угодно. Это определённо создаст проблемы, если Магу когда-нибудь понадобится куда-то срочно попасть, но он может просто взять с собой Тедди и тихо сказать ему, куда нужно идти.

Связь между Драко и Гарри всё ещё была крепкой, хотя и отличалась от прежней. Драко описывал это чувство как погружение. Когда он сосредотачивал внимание на связи, она казалась плотной, почти тяжёлой, хотя, казалось, становилась тоньше по мере удаления от Гарри и приближения к его центру. Может, эта тяжесть — Макра? Это было бы логично.

Гарри вышел в коридор, который вел в тренировочную комнату с Дамблдором.

Направляясь к двери, Гарри думал о решении, к которому пришел всего неделю назад, и о том, что он планировал сделать сегодня из-за этого.

Он долго думал об этом, особенно после того, как Ремус был убит. Он все еще пытался простить себя за то, что не рассказал Ремусу правду о себе ... о Маге. Хотя, даже если бы он это сделал, это ничего бы не изменило, но он не мог не задаться вопросом, нашлось бы что сказать Ремусу, если бы он знал, что планы, которые приведут к его смерти, были составлены ребенком, независимо от того, создавал ли он их с Альбусом Дамблдором.

Но он не мог изменить прошлое, просто извлек из него урок.

Он долго и упорно думал, прежде чем рассказать Сириусу, боролся и спорил сам с собой и даже обсуждал это с Роном и остальными. Решение, к которому они в конечном итоге пришли, заключалось в печальной правде о том, что Сириусу никогда нельзя было рассказывать, по крайней мере, пока продолжалась война.

Он все еще смирился с кончиной Ремуса, и сваливать это на него сейчас совсем не помогло бы делу. Во всяком случае, это все усложнило бы и повредило их работе против Волан-де-Морта. Сейчас они не могли себе этого позволить, как бы сильно Гарри ни хотел рассказать ему правду.

Но что, если бы что-то случилось? Что, если бы он, как Маг, умер? Мог бы он заставить одного из своих друзей рассказать всем, где был Гарри, как только они начнут задаваться вопросом, куда он делся, если это произойдет? Поверили бы они им? Даже если бы это сказал им Хагрид? Он не мог так поступить с ними, но он также не мог представить, чтобы кто-нибудь рассказал, кем он был прямо сейчас.

Кроме одного.

Альбус Дамблдор.

После долгого совещания в Custosae они договорились, что если кому-то за пределами Custosae и следует рассказать, так это ему. Он сможет выбрать наилучший курс действий (с Грипхуком, который уже знал), если произойдет что-то ужасное. Но Гарри передумал.

Дамблдор смотрел на Мага как на доверенное лицо, как на равного, а временами, Гарри был уверен, и как на наставника.

Мог ли он отнять это у Альбуса? Конечно, после того, как на протяжении десятилетий Альбус считался лидером, столпом света в Волшебном мире, Альбус нашел утешение в том, что на самом деле он не одинок. Что был кто-то еще, кто разделил его бремя и испытывал схожие трудности в лидерстве.

Потеряет ли Альбус это, когда узнает, что Маг - это Гарри? Или получит что-то лучшее?

Все это было очень сложно и запутанно.

С одной стороны, он не знал, что сделает Альбус, если он расскажет ему, но он также не мог смириться с мыслью, что Альбус узнает, что Маг - это Гарри, от кого-то другого ни при каких обстоятельствах. Особенно после того, как стал еще ближе к нему на уроках Макры.

Рука Гарри сомкнулась на дверной ручке. Он ненадолго закрыл глаза, говоря себе, что расскажет Альбусу после сегодняшнего урока. Он откроет свой самый большой секрет первому человеку, на которого он когда-либо равнялся и уважал. Гарри только надеялся, что после этого Альбус не будет разочарован или обижен.

С этой последней мыслью Гарри открыл дверь и вошел.

Книга 4 - Часть 6: Снято

10:30

Драко старался не закатывать глаза, когда проходил мимо влюбленных девушек, преследующих Виктора Крама. Ему было жаль этого парня, но в глубине души он был благодарен, что ему не пришлось иметь дело с идиотками, которые так поступали с ним. Он также был рад, что Крам и остальные из Дурмстранга больше не останавливались в Слизерине. Напряжение между ними и несколькими слизеринцами было таким сильным, что временами было трудно дышать — интересно, когда начнут сыпаться проклятия.

Драко покачал головой. Несмотря на эту небольшую драму, все шло довольно хорошо, даже неудача Гарри, казалось, разрешалась сама собой.

Благодаря инструктажам Дамблдора один на один навыки Гарри становились отточенными. Улучшение Гарри в колдовстве было довольно удивительным, и тот факт, что он передавал им свои новые знания, делал все это еще лучше. Никто из них, за исключением Гарри, еще толком не разбирался в беспалочковой магии, но они были полны решимости хотя бы освоить простые заклинания до конца лета.

Во время перерыва Дамблдор получил несколько книг от Мако, чтобы оказать дальнейшую помощь Гарри. Драко был уверен, что они нашли книгам хорошее применение, хотя в данный момент урок обычно заканчивался. Гарри, вероятно, рассказывал ему . . . .

Драко встряхнулся, надеясь, что Дамблдор воспримет это хорошо.

Направляясь в библиотеку, Драко подумал, приступили ли уже Винс и Грег к заданию по Зельеварению. Он знал, что ему нужно поскорее приступить к работе, поскольку 5 футов пергамента "Напитка мира" было нелегко закончить за одну ночь. Остальные в данный момент были на Трансфигурации или отдыхали в своих общих комнатах, но они планировали встретиться в комнате отдыха незадолго до ужина.

Завернув за угол, он услышал это прежде, чем увидел.

— Ты, грязнокровка! — завизжала пятикурсница Слизерина, когда мимо неё пролетел красный луч света.

Драко откатился в сторону, и проклятие едва не задело его. Вытащив палочку, он быстро оценил ситуацию.

Пять человек, все с палочками наготове. Сейчас, похоже, было двое против троих, двое из которых были студентами из Дурмстранга. Они были как минимум на шестом курсе.

— Я убью тебя! Диффиндо! — взревел Нотт, целясь в того, кто, вероятно, наложил неизвестное красное проклятие. Драко не был уверен, что это было простое оглушающее заклинание.

Драко, не зная, что ещё можно сделать, но не желая видеть пролитую кровь, немедленно сотворил протего перед учеником Дурмстранга. Проклятие отскочило в стену.

— Не лезь не в своё дело, Малфой! — прорычал Нотт. — Тебя это не касается!

Полетело ещё несколько проклятий, Драко увернулся от нескольких, пытаясь оглушить тех, кто, казалось, бросал самые опасные проклятия. В тот момент он просто хотел, чтобы они все оказались безоружны. Однако вскоре он понял, что в него летят новые заклинания... сзади.

Обернувшись, он смог разглядеть еще четырех слизеринцев, трое из которых направлялись к другому студенту Дурмстранга, который каким-то образом все еще вызывающе держался против них. Другой мальчик из Дурмстранга в данный момент лежал на полу без сознания.

Внимание четвертого слизеринца было приковано к Драко. Это был семикурсник Слизерина по имени Крис Уоррингтон. Драко почти не сомневался, что он был пожирателем смерти на тренировке, если уже не стал им. Мгновение спустя Драко был вынужден защищаться, когда из палочки Уоррингтона прямо в него вылетело отвратительное заклинание. Его щиту удалось устоять, но его отбросили назад. Сильно.

Драко попытался парировать удар, но был снова поражен другим заклинанием. Следующее, что он услышал, прежде чем в глазах у него потемнело, были новые выстрелы заклинаний и ужасный крик, наполненный болью, который последовал сразу за одним из последних проклятий, которые он когда-либо хотел услышать.

"CRUCIO!"

Пятнадцатью минутами ранее

"Очень хорошо, Гарри", - похвалил Дамблдор.

Они работали с Чарами, пытаясь превратить лист пергамента в голубя оригами.

"Хм, хотя выглядит немного однобоко", - сказал Гарри, критикуя себя. "Я имею в виду, посмотри на его крыло. Оно все перекошено".

— Что ж, это твоя первая попытка. Не будь так строг к себе, — с улыбкой напомнил Дамблдор.

Гарри слегка пожал плечами, чувствуя, как Макра возвращается в его кожу из палочки. Он опустил взгляд, понимая, что урок почти закончился и что скоро ему придётся сдержать обещание, данное самому себе, и рассказать Дамблдору. Всё.

— Гарри? — спросил Дамблдор, заметив, что что-то не так.

— Профессор, я… — Гарри замолчал, пытаясь сообразить, с чего начать. В конце концов, он не мог просто взять и выпалил это.

"В чем дело, Гарри?"

«Я давно хотел тебе кое-что сказать, но чем дольше я ждал... не знаю, мне стало сложнее делиться этим. Это сложно, и я всё ещё боюсь того, что произойдёт, когда я тебе расскажу. Я не хочу, чтобы что-то изменилось, но всё изменится, когда я тебе расскажу. Это не может не измениться».

Дамблдор нахмурился. "Гарри, ты не можешь сказать мне ничего такого, что изменило бы мое представление о тебе. Для меня ты всегда будешь Гарри." Дамблдор мягко улыбнулся, в его глазах появился еще более мягкий огонек. "Хагрид рассказал мне, что ты сказал, когда он впервые встретил тебя. "Просто Гарри"."

Гарри закрыл глаза, услышав это, его сердце забилось так сильно, что он испугался, что Дамблдор может это услышать. Он открыл глаза и уставился на луну на рукаве Дамблдора.

Дамблдора все больше беспокоило молчание Гарри. О чем он так боялся рассказать?

"Гарри?"

"Просто Гарри". . . . Я уже давно не был "просто Гарри". Не с первого курса, - выдавил Гарри, решив, что смягчение правды — это все, что он мог сделать, в то же время молча надеясь, что Дамблдор поймет и ему не придется говорить правду напрямую.

"Гарри", - мягко сказал Дамблдор, делая шаг к нему. "Нас создают не наши способности. Это наш выбор".

"Я знаю, и именно это делает все это таким трудным. Наш выбор делает не только нас, но и других. Рассказывая тебе об этом, я—"

Гарри ахнул, его рука с палочкой метнулась вверх, чтобы схватиться за грудь, как будто его только что ударили. Его глаза расширились, когда он почувствовал прилив эмоций и магии, исходящих от Драко через связь. Его Макра изогнулась в центре.

Страх и возмущение, замешательство и боль.

Происходило что-то ужасное. Что-то прямо в этот момент.

"Драко!" - прохрипел он, вытаскивая палочку и выбегая за дверь.

Он побежал в библиотеку, зная, что Драко планировал начать свое эссе там, так как он обещал встретиться с ним там позже.

Дамблдор был прямо за ним, и не пройдя и десяти шагов от двери, они услышали крики, наполненные болью. Крики, которые могли быть вызваны только чем-то одним. И Гарри, и Дамблдор знали уникальный пронзительный тон, который издавала только жертва этого проклятия.

— Встань позади меня, Гарри! — приказал Дамблдор, каким-то образом без труда обойдя его, когда они подошли к коридору недалеко от библиотеки.

Нотт стоял над мальчиком из Дурмстранга, всё ещё держа в руке Круцио. Драко прислонился к дальней стене. На полу всё ещё лежали два тела — мальчик из Дурмстранга и девочка из Слизерина.

Гарри никогда не видел, чтобы кто-то колдовал так быстро и яростно. Дамблдор был в ярости.

Гарри удалось обезоружить только одного из нападавших, а Дамблдор молниеносно расправился с остальными. Нападавшие едва успели поднять свои волшебные палочки на Гарри и Дамблдора, как лишились их, были отброшены назад и опущены на землю, а вокруг них обвились верёвки.

"Я спрошу только один раз", - Дамблдор кипел от злости. "Что здесь произошло и почему?"

Никто не ответил, но вызывающе подняли головы, даже когда веревки обвились вокруг них.

Гарри поспешил к Драко, который медленно пытался подняться с пола.

"Драко, ты ранен?" Спросил Гарри.

"Нет-нет, все же проверь его. Он был ... под воздействием долгое время", - выдавил Драко, указывая на дергающегося мальчика в нескольких ярдах от него.

Дамблдор прищурился, глядя на очевидных преступников, и взмахнул палочкой. Что-то серебряное вылетело и улетело в сторону. Гарри узнал в нем патронуса-посланника, которого он видел раньше у Сириуса и других.

Гарри обратил свое внимание на мальчика из Дурмстранга, на которого указал Драко. Он несколько раз видел его гуляющим с Крамом, но на самом деле у него не было возможности даже узнать его имя.

Он опустился на колени рядом с ним, нежно взяв его за плечо.

"Просто расслабься, мадам Помфри идет", - сказал он, заметив еще нескольких человек, входящих в зал. Потрясенные студенты и профессора.

Дрожа, ученик Дурмстранга протянул руку к Гарри, хотя это было больше похоже на удар. Гарри схватил ее, обнаружив, что у старшего мальчика на глазах стоят слезы. Но что-то ... казалось неправильным.

Мальчик внезапно ухмыльнулся. Ухмыльнулся — после того, как его только что подвергли круцио на целых двадцать секунд. Гарри собирался отстраниться, но не смог, когда мальчик встретился с ним взглядом и что-то дернуло.

"Попался".

Последнее, что он увидел, был пол в коридоре, причудливо искривленный, когда то, что могло быть только портключом, завладело ими обоими . . . .

Гарри приземлился на твердый гравий, покрытый тонким слоем снега. Ученик Дурмстранга кашлянул, не двигаясь с того места, где приземлился — частично на Гарри. На его лице все еще была ухмылка. Гарри высвободил руку и собирался осмотреться, в холодном воздухе было заметно его дыхание. Шел снег.

"Ах, мистер Поттер, как любезно с вашей стороны присоединиться к нам", - произнес голос менее чем в двенадцати футах от него.

Волан-де-Морт.

Гарри медленно поднял лицо, стиснув челюсти, когда обнаружил, что окружен.

Волан-де-Морт был прямо перед ним, дюжина пожирателей смерти в масках по обе стороны от него.

"Макнейр, помоги своему племяннику подняться и приведи его ко мне", - сказал Волдеморт.

Крупный пожиратель смерти вышел из рядов и направился к нему, оттаскивая более крупного мальчика от Гарри. Гарри медленно встал и попятился, только для того, чтобы врезаться в большой каменный предмет позади себя. Гарри поднял глаза и обнаружил самое последнее, что он когда-либо думал увидеть в такой момент.

Лицо его матери.

"Ты выглядишь удивленным, Гарри. Разве ты не понимаешь, где находишься? Ты в Годриковой лощине ... месте, где ты стал Мальчиком-Который-выжил", - сказал Волдеморт, когда Макнейр привел к нему своего племянника. "Ты хорошо поработал, Поляков, очень хорошо. Ты будешь вознагражден. Протяни левую руку".

Полякова, все еще сотрясаемого дрожью после перенесенного Круциатуса посмотрел на Волдеморта, прежде чем опуститься на колени и каким-то образом поднять руку. Он неуверенно поднял руку, пока Волан-де-Морт не схватил ее и не выхватил палочку, твердо приставив кончик палочки к центру внутренней поверхности предплечья Полякова.

Поляков ахнул, но это было не от боли, а от восторга.

"Спасибо тебе, мой лорд. Спасибо тебе", - выдохнул он, когда Темная Метка появилась на его коже.

Гарри почувствовал тошноту, отвращение и ужас.

Волдеморт улыбнулся в ответ, когда Макнейр помогал Полякову уйти. Гарри остался на месте, его правая рука все еще сжимала палочку, которую он, к счастью, не убрал раньше. Волдеморт снова перевел взгляд на него, прежде чем посмотреть поверх него на статую Поттеров.

"Такой бесполезный кусок камня", - вздохнул он, прежде чем снова сосредоточиться на Гарри. "Что ж, Гарри, боюсь, у меня нет времени на любезности, и по тому, как ты сжимаешь свою палочку, я бы сказал, что ты не в настроении для них".

"Ты, любезности?" Гарри не смог удержаться, чтобы не возразить.

Волдеморт усмехнулся. На самом деле усмехнулся. "О, перестань, Гарри, ты наверняка уже знаешь, что я не лишен остроумия".

Гарри не ответил, продолжая чувствовать, как холодный воздух проникает сквозь его мантию, а в волосах собираются снежинки. Он прошептал на себя согревающее заклинание. Если он собирался драться, он должен был убедиться, что его руки хотя бы в тепле. Онемевшие руки не годились для дуэлей.

Волдеморт сделал паузу, глядя Гарри в глаза, без сомнения, обратив внимание на золотой контур и темно-зеленую звезду. Он не обратил внимания на простое согревающее заклинание.

— Я нахожу себя... заинтригованным, Гарри. Что ты сделал со своими глазами?

«На самом деле я ничего не сделал», — честно ответил Гарри. В этом ответе не было ничего плохого.

— О? Значит, это розыгрыш? Я слышал, что ваш отец увлекался такими пустяками.

Гарри пожал плечами, решив просто позволить Волан-де-Морту думать, что он хочет.

Волан-де-Морт улыбнулся и сделал шаг вперёд. «Вам, должно быть, интересно, как мне удалось забрать вас из того места, которое, по мнению большинства, находится вне моей досягаемости».

— Не похоже, что ты имел к этому какое-то отношение. Это Поляков меня подставил.

Волан-де-Морт внезапно взбесился и взмахнул рукой, целясь в него. «Дурак! Это я всё подстроил! Я создал усовершенствованный портключ!»

Гарри почувствовал, как магия пытается отбросить его назад, и ощутил её концентрацию у себя на шее. Он сосредоточился на своей Макре, чтобы сдержать гневную магию Волан-де-Морта, а также осознавая тот факт, что его боевая мантия приняла на себя основной удар. От этого глаза Волан-де-Морта слегка расширились от удивления.

"Признаюсь, заполучить тебя было трудно. Моим шпионам потребовалось несколько недель, чтобы составить примерный график твоих привычек и специальных занятий с твоим жалким крестным отцом, чтобы они знали, когда и где действовать."

"Значит, бой был запланирован", - заявил Гарри. Это был не вопрос, он пришел к такому выводу вскоре после прибытия.

"Да, на самом деле довольно забавно. Враждебность между несколькими членами факультета Слизерин и Дурмстранга, должно быть, была довольно убедительной. Я знаю, что большая часть Дурмстранга была на стороне тех немногих из их школы, которые были в этом замешаны. Это даже убедило их глупого полувампира в мысли, что проблема существует на самом деле. "

"Директор Баронель Владим наполовину вампир?"

"Да, дампир. Сначала я надеялся, что смогу убедить его встать на мою сторону, но он отказался. Дурак ".

"Так у тебя были шпионы?" Спросил Гарри, решив, что разговор лучше драки. Нет времени на любезности, а?

"Каждый раз только по нескольку в одной из трех посещаемых школ. Собрать необходимую информацию было действительно довольно легко. Некоторые из моих шпионов даже не знали, что они шпионы. Если бы Дамблдор не был таким параноиком по поводу вашей безопасности, я, возможно, смог бы добиться этого дня раньше. Но он каждый раз запрещал посещающим школы проживать в общежитиях Гриффиндора в течение первой недели. Это действительно затрудняло сбор информации, но, в конце концов, это не имело значения. Теперь вы здесь."

Палочка Волан-де-Морта выпала у него из рукава и оказалась в руке.

"Я полагаю, вас учили дуэли?" - Спросил Волдеморт, жестом приказывая своим пожирателям смерти отступить. Они подчинились.

"Да", - натянуто ответил Гарри, его глаза сверлили Волдеморта, все еще не сдвинувшись со своей позиции.

"Я хочу, чтобы ни у кого не было сомнений в том, кто из нас двоих самый сильный. Итак, Гарри, мы с тобой устроим дуэль здесь, когда рядом не будет Дамблдора или Мага, которые помогут тебе, и матери, которая умрет за тебя."

Гарри крепче сжал свою палочку. Он был не в лучшей форме. Количество заклинаний в его распоряжении теперь было ограничено из-за его Макры. Конечно, у него было много простых заклинаний, но все, что считалось продвинутым, например, заклинания после пятого курса ... В настоящее время у него их было всего несколько. Это было похоже на то, что для каждого мощного заклинания, которое он хотел использовать, ему приходилось каждый раз взбираться на огромную стену, учась правильно использовать свою Макру, чтобы получить то, что он хотел. Если бы только был способ пробиться сквозь эту стену. Может быть, тогда он не был бы сейчас таким неподготовленным.

"Мы кланяемся друг другу, Гарри", - мягко напомнил Волдеморт, словно поучая. "Дамблдор не хотел бы, чтобы ты забывал о хороших манерах, не так ли?"

Гарри выпрямился, отходя от статуи, свидетельства ночи, когда смерти был брошен вызов. Он не позволит своему невыгодному положению удержать его сейчас.

"Поклонись смерти, Гарри", - сказал Волдеморт.

"У меня есть", - ответил Гарри, прежде чем отвесить короткий поклон, на который Волан-де-Морт ответил тем же способом, не спуская с него глаз. "Он поклонился в ответ".

"Неужели сейчас?" Волдеморт усмехнулся, не впечатленный.

"Скажи мне, я пережил укус василиска".

"Я был очень недоволен тем, что тебе тогда удалось избежать смерти. Но неважно, теперь ты очень скоро умрешь, и от моей руки".

Гарри встал в дуэльную стойку. Сегодня был день, когда он либо умрет, либо убьет. Он знал это.

"Прямой и гордый, как умер твой отец ..." - сказал довольный Волдеморт. "А теперь - наша дуэль".

Волдеморт начал быстро, но не выложился до конца. Гарри знал, что Волдеморт проверяет его, видя, как много он знает и насколько опытен.

"Очень хорошо, Гарри!" Волан-де-Морт похвалил насмешливым тоном. "Но уклоняться и блокировать - это все, чему тебя учили?"

Пожиратели смерти отступили еще дальше, окружив площадь Годриковой лощины и удерживая то, что Гарри сразу определил как защитный круг. Они образовали его в тот момент, когда он прибыл. Он блокировал все магические следы и корни. Следы и корни были необходимы для портключей, аппарирования и даже других форм путешествий, включая путешествия по камину и домовым эльфам.

Помощь не приходила, и он не собирался уходить.

Что ж, если он не мог уйти, это означало, что и они тоже не могли. И хотя он был не в лучшей форме, они все еще не знали, на что он способен.

Используя простые атакующие заклинания, Гарри надеялся заставить Волан-де-Морта еще больше недооценить его, дав ему возможность нанести удар.

"Ты разочаровываешь меня, Гарри. Многие твои сокурсники говорили мне, что ты в некотором роде вундеркинд".

"Ну, я думаю, ты неправильно расслышал", - просто ответил Гарри, уклоняясь от очередного проклятия. "Тебя разочаровывает, что в мальчике, который бросал тебе вызов снова и снова, нет ничего особенного? Ты чувствуешь себя неадекватным Темным Лордом? Я имею в виду, да ладно, я еще даже не взрослый, и я сталкивался с тобой чаще, чем большинство, и я все еще здесь. "

"Тебе повезло, не более того. Но твоя удача вот-вот иссякнет!" Волдеморт зарычал, теперь, очевидно, его терпение подходило к концу. "Диффиндо! Crucio!"

Гарри с трудом увернулся от них. Круцио упало на землю позади него, и диффиндо оторвал кусок от статуи.

Гарри почувствовал, как на лбу у него выступил пот, несмотря на прохладу, и теперь ему приходилось втягивать холодный воздух, чтобы отдышаться. Уроки Макры всегда немного утомляли его, но серьезная дуэль после них была крайне утомительной.

Волдеморт почувствовал, что начинает уставать, поэтому сделал паузу. "Я собираюсь убить тебя, Гарри Поттер. Я собираюсь уничтожить тебя. После сегодняшней ночи никто никогда больше не будет сомневаться в моей силе. После сегодняшней ночи если они и будут говорить о тебе, то только о том, как ты умолял о смерти. И как я, будучи милосердным Господом ... обязан."

"Ты действительно сумасшедший", - заявил Гарри. "Ты думаешь, что сможешь так запугать меня? Я не боюсь смерти, как ты".

"Я прошел дальше, чем кто-либо другой, по пути, ведущему к бессмертию!" Волдеморт завопил, теперь наступая без всяких ограничений. Выставив вперед свою палочку и резко крутанув ее в воздухе. "Я победил смерть! Мне не нужно ее бояться!"

Темная, отвратительная магия вырвалась наружу, подобно вихрю черного песка.

Гарри отреагировал, выпустив свою Макру через палочку в попытке отразить приближающийся натиск. Гарри ахнул, почувствовав, как удар пробил его первоначальную защиту, отбросив его спиной к статуе, но он не собирался бездействовать.

Издав яростный крик, он выбросил свою Макру из центра тела и сильно ударил свободной рукой влево. Черные нити, похожие на щупальца, лизали его мантию, пытаясь опутать конечности, но он продолжал вырываться, все время чувствуя острую боль, пробегающую по коже там, где коснулась темнота.

Долгое время он был окружен этим, и он даже не мог видеть падающий снег, не мог чувствовать холодный воздух на своем лице, но затем его Макра преодолела это.

"АААА!"

Тьма оторвалась от Гарри, как рой разъяренных ос, и устремилась к ничего не подозревающему пожирателю смерти в круге. Это был тот пожиратель смерти, который кричал.

Гарри рухнул, его руки легко погрузились в снег толщиной в дюйм, когда он снова попытался собраться с силами. Он знал, что Волдеморт только начал.

"Сохраняй круг! Он мой!" Приказал Волдеморт, прежде чем посмотреть на Гарри сверху вниз.

Гарри не поднял лица, все еще глядя на свои руки, прижатые к снегу, и пытаясь отдышаться. У него были красные, похожие на следы от хлыста отметины на участках кожи, где злые чары смогли прикоснуться. Он не хотел думать, как выглядел пожиратель смерти, принявший на себя всю тяжесть этого.

"Видишь ли, Гарри, ты мне не ровня. Даже сейчас ты стоишь передо мной на коленях, и хотя тебе удалось отразить большую часть этого заклинания, ты истощил себя, делая это. Я чувствую это. В тебе не осталось магии. Я только что проверил. "

"Отсутствие магии не означает отсутствие поединка", - заявил Гарри, медленно поднимаясь на ноги. "АРДЕСКО!"

Волдеморт был почти слишком медлителен, ему пришлось преодолеть свое изумление, чтобы вовремя отреагировать, но ему удалось отразить огромный огненный шар в еще одного плохо подготовленного пожирателя смерти.

Волан-де-Морт, теперь совершенно разъяренный, поднял свою палочку, его взгляд был безжалостно острым. Волан-де-Морт больше не играл в игры. Ему больше не было весело.

"CRUCIO!"

Все произошло так быстро, что Гарри даже не успел повернуться. Это ударило его.

Гарри знал, что это будет плохо, но это было еще хуже. Ему было так больно, что он даже не мог кричать. Хотя мгновением позже он почувствовал что-то еще более мощное, поднимающееся внутри него, разъяренное.

Волдеморт остановился, и Гарри внезапно обнаружил его прямо над собой.

Как долго он был под проклятием? Как долго он лежал, выгнувшись дугой, на снегу? Когда у него пошла кровь из носа?

"Ты дурак, Гарри Поттер, и ты потеряешь ... все", - прошептал Волан-де-Морт, наклоняясь ближе к нему. Он был так близко, что его дыхание, заметное на холоде, фактически касалось щеки Гарри.

Волдеморт отстранился и отступил назад, теперь его палочка была поднята вверх.

"Я покажу миру, что случается с теми, кто бросает мне вызов", - сказал Волан-де-Морт, Гарри снова пытался встать, в то время как Волан-де-Морт продолжал дистанцироваться. "Начиная с их любимого "мальчика-который-выжил"".

Гарри поднял руку и ухватился за край каменной статуи.

"Подходящее место, не находишь, чтобы прикончить тебя? У подножия этой статуи", - сказал Волдеморт, на самом деле ожидая, что Гарри воспользуется этим, чтобы подняться. "Прощай, Гарри Поттер".

Гарри стоял на своем, зная, что он ничего не сможет сделать, чтобы увернуться от безошибочно узнаваемого проклятого огня, несущегося к нему.

Дьявольский огонь.

Это было безжалостно, окружая его и гася всю влагу, рев пламени перекрывал все остальные звуки. Статуя треснула, и края осыпались, прежде чем Волдеморт погасил живой огонь.

Там, где стоял Гарри, не осталось ничего, кроме обугленной палочки феникса.

Волдеморт ухмыльнулся и призвал к себе волшебную палочку без помощи палочки. "Хороший приз".

Книга 4 - Часть 7: Безнадежно

МакГонагалл помогла Драко подняться, а Дамблдор и Флитвик быстро допросили остальных. Вскоре после этого появился Снейп и ушёл вместе с Дамблдором.

Всё происходило так быстро, что Драко казалось, будто он просто плывёт по течению.

— Вы в порядке, мистер Малфой? Вы можете рассказать нам, что случилось? — любезно спросила МакГонагалл.

Как он так быстро попал в лазарет?

И что же произошло?

Случилось.

Гарри забрали прямо у них на глазах, вот что произошло.

— Я шёл в библиотеку. Я собирался встретиться там с Гарри после того, как он закончит урок, — ответил Драко, впервые подняв взгляд на МакГонагалл.

Помфри что-то делала за боковым столиком. Мальчик из Дурмстранга без сознания лежал в кровати недалеко от него, под охраной Флитвика.

"Да?" Подсказала Макгонагалл, поскольку Драко сделал паузу.

"И я услышал драку, когда выходил из-за угла. В меня чуть не попало красное заклинание. Я не думаю, что это был ступефай. Нотт, Паркинсон и Ругунтайн дрались с двумя студентами Дурмстранга. Драко покачал головой. "Полетели заклинания, а затем следующее, что я осознал, было еще четверо слизеринцев. Уоррингтон ударил меня заклинанием, которое я заблокировал, но ударился о стену. Я не совсем уверен, что произошло дальше, но потом Нотт ... он применил Круциатус."

Губы МакГонагалл опасно поджались.

"Куда он мог увезти Гарри?" Спросил Драко, его мысли, по понятным причинам, блуждали.

"Директор работает над его поиском, мистер Малфой", - успокаивала МакГонагалл, но Драко только еще больше разволновался.

"Он в беде!" Внезапно выпалил Драко, пытаясь сесть, несмотря на боль в голове из-за удара о стену. "Профессор, я чувствую это", - продолжил он, прижимая руку к мантии над сердцем.

"Успокойтесь, мистер Малфой. Мы делаем все возможное, чтобы найти его", - сказал Флитвик.

Сердце Драко учащенно забилось, на него нахлынуло чувство полной беспомощности, похожее на то, которое испытываешь, видя, как любимый человек испытывает ужасную боль. Он почувствовал, как толщина связи болезненно натянулась, настолько туго, что ему показалось, будто его самого душат.

"Поппи!" МакГонагалл закричала, когда Драко внезапно начал задыхаться.

"Я —я не могу добраться до него! Почему я не могу добраться до него ?!" Драко заплакал, обнаружив, что не может сделать щелчок, пытаясь подойти к Гарри напрямую. "Гарри!"

Он схватил Помфри за запястье, внезапно обнаружив ее прямо рядом с собой, когда почувствовал ужасающий поворот связи, угрожающий самому ее существованию.

"Ему нужна помощь!" Драко отчаянно закричал. "Добби!"

-Pop-

"Мастер!"

"Иди к Гарри сейчас же! Он в беде!" Приказал Драко, теперь отбиваясь от Помфри, которая пыталась уложить его.

Добби быстро кивнул, его уши дико хлопали, когда он сосредоточился.

–P-

Добби ахнул. "Добби не может овладеть! Нет связи! Добби не может пойти туда, где он есть, там блок!"

"Что?! Это невозможно!" Драко воскликнул.

Помфри и МакГонагалл теперь обе наблюдали за перепалкой между мастером и эльфом, глаза Флитвика расширились от тревоги. Он знал, что это значит.

Внезапно Драко закрыл глаза и вздрогнул, как будто он только что стал свидетелем чего-то особенно ужасного. Затем его глаза широко распахнулись в ужасе и тревоге.

"О, Мерлин, пожалуйста, нет", - выдохнул он, неожиданно невероятно ослабев.

Он чувствовал нечто подобное только однажды, и это было в Тайной комнате ... когда они чуть не потеряли Гарри. Только это было намного хуже. Он почувствовал, как Макра Гарри внутри связи отрывается, вырываясь из связи без каких-либо признаков остановки. Это было горячо и безудержно. Жестоко и резко. Он ничего не мог сделать, чтобы подготовиться к этому.

Следующее, что увидели МакГонагалл и остальные, были закатившиеся глаза Драко, когда он полностью обмяк.

Волдеморт ухмыльнулся, раздавая шары четырем пожирателям смерти, которых он специально отобрал для выполнения задания. Он был очень счастлив, почти взволнован тем, что должно было произойти очень скоро. Хогсмид, Хогвартс, Косой переулок и Министерство собирались стать свидетелями неоспоримой демонстрации его силы. У них был такой упадок боевого духа, что у них не оставалось никакого желания сражаться, и ... что ж, даже если им все еще удавалось сопротивляться, он был непобедим. Теперь никто не мог убить его; так было сказано в пророчестве.

"Мы готовы, милорд", - сказали они в унисон.

"Тогда иди, ты знаешь, что делать".

И так они ушли, каждый держа в правой руке ярко светящуюся сферу.

Хогсмид – Незадолго до полудня

Когда солнце стояло высоко над головой, люди ходили в многочисленные магазины по заснеженным улицам Хогсмида и обратно. Для них этот день был таким же, как любой другой, но вскоре он станет днем, который никто из них никогда не забудет.

"Дамы и господа!" - прогремел мужчина с середины самой оживленной улицы.

Он выглядел как любой нормальный человек, за исключением светящегося шара в его левой руке. В правой руке он в данный момент держал волшебную палочку, острие которой было приставлено сбоку к его шее, чтобы усилить его голос.

"Меня попросили передать всем вам послание! Послание огромной важности, которое войдет в историю!" - продолжил он таким громким голосом, что эхо разнеслось даже за пределами деревни.

Мягко говоря, он привлек внимание всех людей в Хогсмиде.

Затем он положил шар на землю и отступил назад.

Внезапно из него вырвался серый луч света, а затем расширился, прежде чем осветить сцену. Сначала было трудно разобрать, что он пытается отобразить, но затем высоко над ними появилось лицо, отчетливое для всех.

Волан-де-Морт.

Раздались отдельные крики, но по большей части все были слишком ошеломлены, чтобы делать что-либо, кроме как пялиться.

«Я знаю, что для вас, должно быть, шок видеть меня вот так, на виду, так сказать, но я не мог долго скрывать свою победу и хотел поделиться ею. Если вы ещё не слышали, Гарри Поттера похитили прямо из-под носа Альбуса Дамблдора и в стенах Хогвартса. Как некоторые из вас, возможно, догадались, он попал прямо в мои руки». Волан-де-Морт злобно ухмыльнулся. «Вот, позвольте мне показать вам…»

Лицо Волан-де-Морта исчезло, и вскоре его заменила каменная статуя, которую многие сразу узнали. Памятник Поттерам в Годриковой Лощине. Прямо перед ним стоял Гарри Поттер, явно измождённый и уставший, но вызывающе смотрящий на фигуру, в которой все сразу узнали Волан-де-Морта.

Это была запись, сделанная с угла позади и сбоку от Волан-де-Морта. Они видели, как на лице Гарри выступил пот, несмотря на падающий снег, а его дыхание было заметно в воздухе.

"CRUCIO!"

Люди на улицах закричали от ужаса, когда заклинание попало в Мальчика-Который-Выжил и заставило его упасть, корчась. Они затаили дыхание, когда Волан-де-Морт удерживал заклинание в течение нескольких долгих секунд, приближаясь к Гарри, прежде чем выпустить проклятие.

"Ты дурак, Гарри Поттер, и ты потеряешь ... все", - услышали они слова Волдеморта, склонившегося над Гарри.

Те, кто смотрел, были совершенно ошеломлены, не в силах отвернуться, когда Волан-де-Морт снова встал и отошел, держа палочку на виду у видеозаписи.

"Я покажу миру, что случается с теми, кто бросает мне вызов", - сказал Волдеморт. "Начиная с их любимого "мальчика-который-выжил"".

Несмотря на ситуацию, толпа с удивлением и гордостью наблюдала, как Гарри медленно начал подниматься на ноги, его глаза ни разу не дрогнули.

"Подходящее место, не находишь, чтобы прикончить тебя? У подножия этой статуи", - прокомментировал Волдеморт, ожидая, пока Гарри полностью выпрямится. "До свидания, Гарри Поттер".

Огонь взревел, и нельзя было отрицать силу, которой обладал Волан-де-Морт, когда он поглотил Гарри и знаменитую статую.

Мгновение спустя Волан-де-Морт погасил пламя, обнажив оставшиеся после него повреждения. Сцена исчезла, лицо Волан-де-Морта снова появилось полностью.

"Гарри Поттер мертв. Как вы и большинство Волшебного мира Великобритании только что стали свидетелями, я убил его собственноручно. Никто не находится вне пределов моей досягаемости. Однако я не лишен милосердия. Я дам Министерству шанс мирно сдаться. Министр, я с нетерпением жду встречи с вами. Я иду. "

Когда свет померк и сфера распалась, никто не пошевелился, потому что что они могли сделать?

Косой переулок

Во всем переулке почти не осталось сухих глаз. Они все были свидетелями этого, видели убийство Гарри Джеймса Поттера -Мальчика-Который-выжил.

Как это произошло?

Что бы сейчас произошло?

Что можно было бы сделать сейчас?

Министерство

Авроры засуетились, пытаясь осмыслить то, что им только что показали, в то время как сотрудники Министерства начали бегать взад и вперед, неуверенные, что им теперь делать, но желающие — нуждающиеся — что-то сделать.

Хогвартс

Сфера рассыпалась перед домом Директора, в то время как звуки плача продолжали нарастать в Большом зале.

Его доставила сова, бросив прямо в центр главного стола перед активацией. Поскольку это не был опасный предмет, он прошел через защиту без проблем, сове, очевидно, точно сказали, когда и куда его бросить.

Альбуса Дамблдора не было в Большом зале, он был с несколькими аврорами в Министерстве, пытаясь найти зацепку по Гарри; поэтому все взгляды упали на заместителя директрисы, Минерву Макгонагалл.

"Все будут заперты в Большом зале до дальнейших указаний", - объявила Макгонагалл, ее голос едва скрывал отчаяние, когда она встала. "То, чему мы только что стали свидетелями, может быть розыгрышем. Не паникуйте, это то, чего хочет Темный Лорд."

Испуганные ученики могли только наблюдать, как МакГонагалл поспешно покидает зал.

Атриум Министерства магии

Дамблдор почувствовал, как к горлу подкатывает комок, когда воцарился хаос.

До этого не должно было дойти. Это не должно было так закончиться. Гарри должен был пережить войну и далеко за ее пределами! Он не должен был умирать! Не сейчас, не так!

Дамблдор начал склонять голову, слезы наполнили его глаза, хотя он пытался сохранять самообладание, но затем он почувствовал это. Мощная магия хлынула в это место, и он знал, что он был там. Где-то в Министерстве.

Дамблдор развернулся на каблуках, спеша в кабинет министра, совершенно уверенный в том, куда сейчас направляется Волан-де-Морт.

Неважно, что он чувствовал сейчас, неважно, кого потерял, он не мог и не хотел впадать в отчаяние.

Война еще не закончилась.

Пока нет.

Каким бы безнадежным это ни казалось.

Книга 4 - Часть 8: Гнев мага

Годрикова лощина - 10:45

Дьявольский огонь вырвался из палочки Волан-де-Морта и бросился на него без всякой паузы.

Он ничего не мог поделать, так как почувствовал, как его окружает безудержный жар, почувствовал, как снег в его волосах и на одежде мгновенно испаряется. Ему нужно было выбираться оттуда! Ему нужно было отправиться в безопасное место! Он попытался сплести вокруг себя пламя, используя свои знания, полученные из воспоминаний Волан-де-Морта, но Макра сопротивлялась, извиваясь по собственной воле.

А потом это случилось.

Он чувствовал силу, огромную энергию, которую нельзя было отрицать.

Пламя заполнило его зрение, вой безжалостного пламени ревел в ушах, когда он почувствовал, как еще более горячее ощущение пробежало по его коже, поднимаясь из центра его тела.

Он был поглощен.

O o O

До его ушей донесся шум ветра в кронах деревьев, когда что-то тихое наверху предупредило его о том, что он не один.

"Арри? "Арри, ты меня слышишь?"

"Хагрид?" Спросил Гарри, медленно открывая глаза.

Хагрид стоял на коленях рядом с ним, выглядя очень довольным, а вокруг него вились ... Пикси.

"О, слава Мерлину", - продолжил он, прежде чем помочь Гарри сесть.

"Где мы?" Спросил Гарри.

"В запретном лесу, Гарри Поттер", - ответил голос справа от него.

Гарри обратился. "Флоренция?"

Кентавр кивнул. "Несколько пикси привели меня сюда примерно час назад. Накинув на тебя свой плащ, я сразу же отправился к Хагриду".

Гарри посмотрел на себя и обнаружил, что покрыт пеплом, а также, к счастью, плащом кентавра. Огонь, очевидно, уничтожил все, что было на нем в Годриковой лощине, даже его обувь.

"Что случилось?" Гарри спросил в замешательстве, вопрос касался не только того, как он там оказался.

"Ты прибыл сюда в виде пепла и пламени!" - крикнула пикси, приземляясь на плечо Хагрида. "А потом ты просто ... ты просто был здесь!"

"Феникс Макра", - выдохнул Гарри, теперь внимательнее присмотревшись к своим рукам. Они казались меньше. Не слишком маленькие, но он определенно мог сказать, что они были не такими большими, какими он видел их в последний раз. Что с ним случилось?

"Я также взял на себя смелость сказать Хагриду, чтобы он принес для тебя пакет с вещами и тканями", - добавил Флоренц.

Хагрид вручил ему небольшую стопку сложенных тряпок, старую пару ботинок примерно того же размера, что и Гарри, а также набор Custosae. Гарри узнал в нем набор Хагрида.

"У меня не было времени рассказывать остальным, что происходит. В тот момент, когда Флоренце пришел ко мне домой, я схватил все, что мог, и последовал за ним сюда. Арри, что случилось? Дамблдор искал тебя. Он сейчас в Министерстве, просит авроров начать поиски."

"Меня забрали в Годрикову лощину", - сказал Гарри, прежде чем быстро рассказать ему, что там произошло.

"Черт возьми, Гарри. Что нам теперь делать?" Спросил Хагрид.

"Который час?" Спросил Гарри.

"Около полудня", - ответил Хагрид, взглянув на часы.

"Волдеморт не остановится теперь, когда он уверен, что убил меня. Зная его, он наверняка захочет позлорадствовать", - сказал Гарри, разгребая пепел вокруг себя и надеясь найти свою палочку. "Взрыв. Огонь, должно быть, уничтожил и мою палочку".

"Ты уверен, что тебе это все еще нужно?" - понимающе спросил другой тоненький эльфийский голосок, на этот раз откуда-то сверху.

Гарри поднял глаза и увидел пикси королевского вида.

"Я очень старый, юный волшебник, и я узнаю истинную силу, когда чувствую ее. А тебе, маг, не нужны волшебные деревянные палочки".

Гарри сделал паузу, прежде чем посмотреть на Хагрида.

"Попробуй что-нибудь сделать, Арри. Главный пикси может быть прав", - подсказал Хагрид.

Гарри помахал руками над старой парой ботинок и прошептал соответствующее заклинание обновления. Он почувствовал, как его Макра откликнулась без какого-либо сопротивления, без какой-либо борьбы вообще. Его Макра теперь была даже более отзывчивой, чем его магия на первом и втором курсе в Хогвартсе.

Широко улыбаясь, он уставился на туфли, которые теперь были как новенькие.

"Отличное шоу, Гарри!" Сказал Хагрид, хлопая в ладоши.

"Вау", - сказал Гарри, собираясь сказать что-то еще, когда Хагрид вздрогнул и вытащил свою обычную монету.

"Арри", - сказал он немного встревоженно, протягивая ему монету.

Это было изображение Министерства, а в углу стояло имя Альбуса, сообщавшее им, что именно он активировал сигнал бедствия. Мгновение спустя монета снова нагрелась, снова показывая Министерство, но с именем мадам Боунс.

"Мне нужно туда", - заявил Гарри, прежде чем немедленно надеть футболку из кучи, которую дал ему Хагрид после быстрого бичевания себя. Он не мог этого объяснить, но знал, что не может терять много времени. "Скажи Заказчикам, что со мной все в порядке, и сообщи Друзьям. Маг собирается разобраться с Волдемортом".

"Ты уверен, что готов, Гарри? Ты только что проснулся", - спросил Хагрид, придерживая плащ для Гарри, чтобы он мог одеться до конца пути. В тот момент Гарри не слишком заботился о скромности, но, тем не менее, оценил помощь Хагрида.

"В тот момент, когда я оказался этим утром в Годриковой Лощине, я знал, что сегодня будет день, когда выбирать придется либо мне, либо ему. Поверь мне, Хагрид, я думаю, что у меня есть способ наконец покончить со всем этим. Полностью, - ответил Гарри, теперь с привычной легкостью надевая туфли, прежде чем вернуть плащ Фиренце.

"Что еще я должен им сказать?" Спросил Хагрид. "Что-нибудь, что мы должны сделать?"

"Охраняйте школу, но скажите друзьям, кто может, чтобы они направлялись в министерство. Если я смогу сделать то, что планирую, я хочу, чтобы они эвакуировали всех, кого смогут, из этого места, просто на всякий случай ".

"Что ты планируешь, Гарри?" Подозрительно и обеспокоенно спросил Хагрид.

"Единственное, что, я думаю, действительно сработает", - сказал Гарри, забирая набор к себе и доставая таблетку оборотного очарования. Зачаровав свою одежду, он затем принял таблетку, превратившись в Мага. Отбросив руками остатки маскировки, он посмотрел на Хагрида. "Как я выгляжу?"

"Как маг".

Гарри коротко кивнул. "Спасибо, Хагрид", - сказал он, его благодарность выражала гораздо больше, чем просто благодарность. Он благодарил его за все, что тот когда-либо для него делал.

"Подожди, как ты доберешься до Министерства?" Спросил Хагрид, не позволяя себе поперхнуться.

"Если я прав, я должен уметь зажигать там, как Фоукс. Я собираюсь нацелиться на Альбуса. Не должно сильно отличаться от поппинга ".

Хагрид понимающе кивнул. "Тогда ладно. Удачи, Арри".

Гарри отступил назад, все пикси уставились на него. Фиренце стоял позади Хагрида. "Спасибо, что позвал Фиренца. И Флоренция, спасибо, что позвали Хагрида", - поблагодарил Гарри соответственно.

"Не за что, Поттер", - ответил Флоренц, пикси просияли от благодарности.

С этими словами Гарри развернулся на каблуках, пламя мгновенно охватило его всего, но, как ни странно, оно не обжигало. Оно было очень похоже на огонь в floo travel, только оно было красным и золотым. Форма Гарри, теперь полностью поглощенная, внезапно исчезла, пламя превратилось в тонкую точку, издав очень четкий взрыв.

Было 12:12.

Хогвартс – 12:05

Гермиона, Невилл и Грег были в лазарете с Драко. Им удалось убедить мадам Помфри и профессора Макгонагалл разрешить им остаться.

Драко все еще был в отключке, но, по крайней мере, он больше не был без сознания. Он проснулся за десять минут до этого.

"Ты думаешь, с Гарри все в порядке?" Спросил Невилл.

"Я не знаю", - честно ответила Гермиона.

Они втроем сидели у кровати Драко.

"О!" - ахнула Гермиона, почувствовав, что ее зеркало предупредило ее о том, что кто-то связался с ней.

Убедившись, что мадам Помфри все еще занята в своем кабинете, Гермиона отправилась в дальний конец лазарета, Грег и Невилл наложили на нее необходимые чары на случай, если Помфри вернется. Затем она приняла таблетку оборотного гламура, прежде чем вытащить зеркало и обнаружить на другом конце очень расстроенного Рона.

"Рон, что случилось?" Спросила Гермиона. Остальные обеспокоенно наблюдали за происходящим.

"Я - это Гарри. Волан-де-Морт только что отправил сферу в Большой Зал, и она передала сообщение от него. Оно показало — о, Мерлин, Гермиона, это ... "

Глаза Гермионы расширились. Рон был действительно расстроен. Она могла видеть, что он был в углу Большого зала, вероятно, под какими-то быстро наложенными чарами, как и она в данный момент. "Что, Рон, что? Это было о Гарри?"

"Он мертв, Гермиона. Дьявольский огонь".

"Нет, это, должно быть, уловка. Он не может быть—"

"Волан-де-Морт сейчас нападает на министра. Он хочет безоговорочной капитуляции", - выдавил Рон, несмотря на слезы в глазах.

"Ну, он точно этого не поймет", - процедила Гермиона сквозь зубы. "Правда то, что вы все видели, или нет, мы не собираемся сдаваться".

Рон натянуто кивнул. "Что нам делать? Мы не можем просто ничего не делать".

"Ты прав. Я вернусь к тебе, как только свяжусь с Сириусом и остальными. Может, мы и застряли в Хогвартсе, но наше влияние - нет ".

"Понятно".

Министерство – 12:09

Дамблдор поспешил по коридору, ведущему в кабинет министра, но магическое возмущение заставило его перенаправить свой путь в зал заседаний Визенгамота. Войдя в зал, Дамблдор обнаружил, что двери Визенгамота были широко открыты и повреждены, что сразу сказало ему, что дела идут неважно, но затем он услышал смех.

Пронзительный, жестокий смех.

Теперь, медленно приближаясь к дверям, он смог разобрать голоса.

«Вы все действительно любите усложнять себе жизнь», — сказал голос, который мог принадлежать только Волан-де-Морту.

«Мы не будем подчиняться таким, как вы!» — закричал женский голос.

Мадам Боунс?

Волан-де-Морт рассмеялся. «Ты жалок. Почти так же жалок, как и мальчишка Поттер, хотя, должен признать, его смерть доставила мне удовольствие, чего я не могу сказать о твоей. Авада Кедавра!»

Дамблдор ворвался в зал, когда Боунс произнесла заклинание, из-за которого все стулья взлетели между ней и Волан-де-Мортом, который был внизу. Смертельное проклятие попало в одно из старых деревянных кресел директора и взорвало его. Кингсли, который стоял рядом с министром, поднял щит, защитив их от осколков.

"ЗАГАДКА!"

Волан-де-Морт повернулся, не обращая внимания на несвойственный Дамблдору рёв. По обе стороны от него самодовольно стояли несколько Пожирателей смерти. Дамблдор на мгновение опустил взгляд на обугленную палочку, висевшую на чёрной цепочке на шее Волан-де-Морта. Он знал, что это палочка Гарри.

"Ах, я не ожидал встретить тебя так скоро, но это неважно", - сказал Волдеморт.

Министр и ряд других официальных лиц также находились в комнате, над ними, где обычно сидят официальные лица во время совещаний. Дамблдору было ясно, что Боунс и Кингсли надеялись запечатать зал заседаний и запереть Волан-де-Морта и его пожирателей смерти, таким образом защитив лидеров Волшебного мира. К сожалению, их план пошел наперекосяк.

"Ты выглядишь совершенно опустошенным, Дамблдор. Ты слышал о кончине твоего драгоценного золотого мальчика?" Насмехался Волдеморт, стоя в центре зала.

Дамблдор слегка приподнял свою палочку.

"Он действительно устроил что-то вроде драки, я отдаю ему должное, но он действительно не был мне ровней", - продолжил Волдеморт. "В этом отношении он был очень похож на своих родителей. Храбрый и все такое. Такая глупость ... думать, что он может убежать от своей судьбы. Избежать смерти. Сбежать от меня. "

"Ты льстишь себе", - заявил Дамблдор.

Волан-де-Морт усмехнулся ему, взмахнув палочкой.

Боунс и Кингсли отвели министра и остальных за скамью Главного Чернокнижника для защиты, в то время как Дамблдор запрыгнул на половину стены, которая окружала этаж ниже, отклоняя проклятие, которое Волдеморт только что выпустил в зал.

"Проворный в старости", - прокомментировал Волдеморт. "Если бы только Гарри мог быть таким же проворным. Возможно, он смог бы увернуться от моего пламени!" Он рассмеялся, и его пожиратели смерти теперь обратили свои взоры на тех, кто прятался.

Внезапно раздался безудержный обмен проклятиями, пока Волан-де-Морт не повернулся сердито к своему лейтенанту-пожирателю смерти. "Министр мой! Убейте остальных!"

Пожиратели смерти соответствующим образом скорректировали свою тактику, обходя скамейки и стулья, но Кости и Кингсли дали им побегать за своими деньгами, как, к удивлению, и чиновники Министерства!

"Ах!" - ахнул пожиратель смерти, посылая проклятие себе в лицо, его маска треснула, когда он рухнул.

"Отлично, мадам!" Кингсли крикнул Гризельде Марчбэнкс.

Пожилая леди нырнула обратно за стул, Фадж отбросил слегка неустойчивое протего за ее спину, когда появился еще один пожиратель смерти.

Дамблдор свирепо посмотрел на Волдеморта, отдавая все, что у него было, если не больше. Стулья рядом с ним ожили и атаковали Волдеморта. Волан-де-Морт уничтожил их, прежде чем метнуть в Дамблдора новые заклинания.

Из зала доносились крики и другие звуки. Очевидно, где-то в Министерстве продолжались бои. Дамблдор надеялся, что Кастосы скоро прибудут с подкреплением.

На исходе терпения и явно желая приступить к выполнению остальных своих планов, Волан-де-Морт усилил свою атаку, повысив свирепость своих заклинаний.

Отбивая одно заклинание за другим, Дамблдор прокладывал себе путь по залу, отражая множество заклинаний без малейшей паузы. Он был в своей стихии, магия окружала его, его глаза не дрогнули, когда он приближался.

Волан-де-Морт, казалось, не волновался, скорее, его это забавляло. "Столько ярости, столько ненависти, столько боли", - сказал он, ухмыляясь.

Он даже глазом не моргнул, когда слева от него вылетел еще один из его пожирателей смерти и врезался в неумолимый пол.

"Не волнуйся, Дамблдор. Скоро ты присоединишься к мальчику", - продолжил он, теперь совершая точные взмахи палочкой.

Дамблдор знал, что это произойдет, еще до того, как Волан-де-Морт закончил.

Дьявольский огонь.

Глаза Дамблдора расширились. Волан-де-Морт действительно был безумцем, применив это в таком ограниченном месте. Конечно, камера была большой, но, конечно, недостаточно большой, чтобы можно было должным образом управлять ею, с открытыми дверями или без них.

УУУУУШШШШ.

Вспыхнул огонь, но не оттуда, откуда ожидал Дамблдор.

Это было рядом с ним.

Но прежде чем он смог полностью осознать этот факт, появился еще один источник огня. Из палочки Волан-де-Морта.

Краем глаза Дамблдор заметил пылающую фигуру, которая тут же развернулась, двигаясь перед ним навстречу приближающемуся дьявольскому огню.

Неизвестная сила отбросила Дамблдора назад, заставив его врезаться в перегородку позади него. Каким-то образом сохраняя равновесие, Дамблдор мог только наблюдать, как Волдеморт начал бороться за сохранение контроля. Дамблдор уставился, обнаружив, что руки новичка были охвачены еще более яростным адом, фактически хватаясь за большие языки пламени, вырывающиеся из палочки Волан-де-Морта.

Еще один пожиратель смерти пал, хотя на этот раз его ждал ужасный конец. Его тело даже не коснулось пола Визенгамота, пламя поглотило его в мгновение ока. Его прах рассеялся, когда огненная фигура напрягла его руки, борясь за контроль, прежде чем, наконец, полностью вырваться из рук Волан-де-Морта.

Пламя мгновенно исчезло, пол и разделительная стена рядом с мужчиной обуглились и потрескались, но мужчина не пострадал. Даже на его одежде не было никаких следов пламени, которое он только что пережил, но он дрогнул.

Дамблдор сглотнул.

Прибыл маг.

"Итак, мы встретились снова", - заявил Волдеморт, слегка приподняв подбородок.

"Мы так и делаем", - ответил Маг, делая шаг назад и прислоняясь к деревянным перилам для поддержки. Он казался немного ослабленным из-за того, что попал в пламя.

Волдеморт ухмыльнулся. "Я полагаю, ты надеешься помешать мне сделать то, что я намеревался сделать сегодня".

"Я пришел заключить с тобой сделку", - заявил Маг.

Это удивило Волдеморта, а также тех, кто все еще находился в сознании в камере.

"О?"

"Да. Я предлагаю клятву волшебника, между вами и мной, относительно того, каким окажется результат дуэли между нами двумя".

"Интересное предложение", - сказал Волдеморт, заметив почти скрытое тяжелое дыхание Мага и его слегка покрасневшие щеки. "Я слушаю".

"Дуэль волшебников, прямо здесь - только мы двое. Если вы победите, Кастосы больше не будут вмешиваться в ваши планы, Министерство безоговорочно сдастся, а Дамблдор и его Орден признают поражение. Однако, если я выиграю, ваши пожиратели смерти и союзники, где бы они ни были, сдадутся без боя. Маг проигнорировал испуганные и возмущенные вздохи тех, кто стоял над ними, и продолжил. "Я понимаю, что темная метка действует как связующее звено между вами и вашими пожирателями смерти, поэтому они клянутся тем, чем вы клянетесь. То же самое касается тех, кто под моим началом в Custosae. Они дали клятву, и она действует так же, поскольку мы - единое целое."

"И эта дуэль не на жизнь, а на смерть, я полагаю?" Спросил Волдеморт, в его глазах появился намек на восторг.

"Конечно. В конце концов, нет ничего хуже смерти", - сказал Маг с ноткой сарказма, все еще стоя спиной к Дамблдору. "Ни от кого не будет вмешательства во время этой дуэли. Я наложу на эту комнату защиту, гарантирующую это. Я клянусь, что эта защита никак не поможет мне в борьбе с тобой. "

"Хм", - задумался Волдеморт, продолжая рассматривать внешность Мага и взвешивая свои варианты.

Это, безусловно, облегчило бы ему задачу, и поскольку он только что убил того, кому было предсказано, что он сможет победить его . . . .

"Маг, ты не можешь этого сделать!" Министр Фадж закричал.

"Я принимаю", - прервал его Волдеморт, выходя вперед и протягивая руку, чтобы скрепить клятву.

"Маг, что ты делаешь?" Спросил Дамблдор, подойдя прямо к Магу сзади и что-то прошептав ему на ухо, когда он взял его за плечо.

Маг повернулся и встретился взглядом с Дамблдором.

Выполняя Легилименцию, Маг ударил по щитам Дамблдора, прежде чем произнести ему два слова.

Поверь мне.

"Не пытайся отговорить его от этого, Дамблдор. Маг принял решение. Теперь выведи министра и остальных наружу. Мы с Магом должны принести клятву. Беллатрикс запечатает это, - сказал Волан-де-Морт, прежде чем снова перевести взгляд на Мага. "Если это приемлемо".

На самом деле это был не вопрос, но Маг отнесся к нему именно так.

"Нет, Дамблдор будет Связующим звеном. Я верю, что мы оба, по крайней мере, верим и знаем, что Дамблдор будет благороден и скрепит это клятвой, о которой мы договорились".

Волдеморт прищурился, но, конечно, не мог винить Мага за это. Если бы их позиции поменялись местами, он бы тоже не хотел, чтобы Беллатрикс скрепляла клятву.

"Очень хорошо", - прошипел Волан-де-Морт, прежде чем посмотреть на Беллатрикс и на нескольких других пожирателей смерти, которые еще были живы. "Оставьте нас. Я позвоню вам, когда все закончится".

Все они коротко поклонились ему, прежде чем исчезнуть в клубах черного дыма и теней.

Брови Дамблдора слегка приподнялись. Магия теней?

Затем Боунс и Кингсли вывели министра и остальных из комнаты, пройдя мимо Мага и Дамблдора, даже не оглянувшись.

"Ну что, тогда пойдем?" - спросил Волдеморт со зловещей улыбкой. Как и сказал Маг, он знал, что Дамблдор был слишком благороден, чтобы сейчас что-то предпринимать. Волдеморт получит обещанную дуэль.

Дамблдор осторожно приблизился, пока не оказался почти в центре теперь пустой комнаты. Маг тоже подошел, остановившись в двух футах от Волан-де-Морта, чья рука все еще была протянута для пожатия.

Дамблдор поднял свою палочку, показывая, что он готов.

Маг схватил Волан-де-Морта за запястье, позволив Волан-де-Морту схватить его. Дамблдор положил кончик своей палочки на тыльную сторону руки Мага.

"Маг и Волан-де-Морт, клянетесь ли вы всем, о чем вы оба только что договорились относительно дуэли между вами двумя, включая безоговорочную капитуляцию вашей стороны, если вы потеряете свою жизнь во время нее?" Спросил Дамблдор.

"Да", - поклялись они вместе.

Магия соткалась из палочки Дамблдора, плотно обернувшись вокруг их запястий, прежде чем исчезнуть. С этими словами Волан-де-Морт и Маг отпустили ее и отступили назад.

"Теперь уходи, Дамблдор", - сказал Волдеморт.

Дамблдор колебался, глядя на Мага. Он хотел сказать так много, но не знал как, поэтому повернулся и направился к выходу из комнаты.

"Альбус", - сказал Маг, глядя не на Дамблдора, а вниз, одновременно подняв указательный палец правой руки вверх, чтобы коснуться большого пальца левой. Дамблдор остановился сразу за дверями. "Жди моего зеркала".

Прежде чем Дамблдор успел ответить, двери закрылись, и с большого пальца Мага упала капля крови. Затем маг наступил на каплю, сбросив свою Макру и активировав Золотую защиту.

"Что ж, Волан-де-Морт, теперь только ты и я", - сказал Маг, отступая еще дальше.

"Да", - согласился он, отвесив короткий поклон, на который Маг ответил, начиная дуэль.

Косой переулок - 12:15

Гоблины заблокировали Гринготтс и теперь собрались перед ним. Инфери, змеи и пожиратели смерти только что вошли в Косой переулок и теперь штурмовали магазины.

-Крэк-Крэк-Крэк-

Посреди переулка появились три человека. Amici. Сириус, Джозеф Д. Мой и Аластор Муди. Они получили сообщение от Затворника, что в переулке требуется их помощь.

Гоблины позади них внезапно атаковали, рванувшись вперед и начав обмениваться заклинаниями с вторгшимся отрядом темных. Люди бежали и кричали от ужаса, но Муди и другие быстро заметили, что многие не просто бежали в укрытие.

Ведьма, которой было далеко за пятьдесят, выкрикнула простое огненное заклинание в одного из приближающихся инфери, но намеренно усилила его, когда потеснила внука, чтобы тот оказался у нее за спиной.

Мужчина, маленький и кроткий на вид, внезапно пришел в ярость, когда пожиратель смерти попытался расправиться с парнем рядом с ним. Он разослал серию детских заклинаний фейерверка, чтобы отвлечь пожирателя смерти.

Пара подростков поспешила в магазин, но не раньше, чем магией вынесла груды клеток и стульев на улицу, чтобы преградить путь инфери.

Хогсмид – 12:15

Стефани Сомак, Снейп, Билл Уизли и Артур Уизли прибыли, сразу обнаружив, что магазины подверглись нападению пожирателей смерти. Пожиратели смерти призывали к капитуляции, кричали владельцам магазинов и покупателям прекратить мелкое сопротивление. Ибо все было кончено. Гарри Поттер был мертв, а Волан-де-Морт находился в Министерстве.

Снейп и другие быстро вступили в бой, все они были впечатлены тем фактом, что почти все на самом деле сражались с пожирателями смерти, несмотря на отсутствие у них дуэльных навыков.

Возможно, послание Волан-де-Морта было не таким деморализующим, как он надеялся?

Хогвартс – 12:15

Выглянув за ворота Хогвартса, Макгонагалл увидела прибытие нескольких гигантов через портключ и полдюжины пожирателей смерти. У них были катапульты, и теперь они заряжали их. Ей не понравилось, к чему это привело, и она направилась в лазарет, надеясь, что палаты Хогвартса продержатся достаточно долго, чтобы ее план был осуществлен.

O o O

Отшельник, который теперь руководил несколькими отрядами Amici, поднял глаза и увидел, что Макгонагалл непреклонно разговаривает с Драко.

Решив заявить о своем присутствии и надеясь, что ее оправдание для себя (Гермионы) будет достаточно веским, если ее попросят, она сняла защиту.

"Профессор МакГонагалл", - заявил Затворник.

МакГонагалл вздрогнула, быстро повернувшись к ней. "Затворница, как ты — неважно. У нас серьезная проблема. У ворот стоят гиганты, и пока я говорю, они заряжают катапульты. "

"Сколько?"

"Я видел по крайней мере десять. Защита Хогвартса хороша, но не настолько".

"Я понимаю", - нахмурившись, сказала Затворница. "Чарли", - прошептала она, прежде чем снова сосредоточиться. "У меня есть идея. Осуществи то, что ты планировал. Я полагаю, это как-то связано с Саландрой?"

МакГонагалл кивнула, Драко сел.

"Я могу пойти поговорить с Саландрой", - сказал Невилл, когда Затворник отошел и позвал кого-то через зеркало.

Затем вошла Помфри, быстро заметив Затворника и МакГонагалл. "Что здесь происходит?"

Министерство – 12:15

Дамблдор мог только смотреть, как знакомая Золотая защита окружила дверь и запечатала комнату. Боунс и Кингсли стояли по обе стороны от министра и других официальных лиц, когда заметили шум, доносившийся из конца зала. Два человека бежали к ним задом наперед, размахивая волшебными палочками туда, откуда они только что пришли.

БУМ!

Конец коридора обвалился сам по себе, а затем на мгновение засветился синим. Запечатывающая палата.

"Альбус! Альбус, инфери входят из западного крыла!" Августа закричала, Амос Диггери был рядом с ней. "Затворник сказал нам попытаться помочь запечатать коридоры, ведущие в другие офисы. Ты знаешь еще какое-нибудь место, которое нам следует запечатать?"

KUHKUNG!

Дверь в Визенгамот загремела.

"Что там?" Встревоженно спросил Эймос.

"Маг и Волан-де-Морт", - торжественно ответил Дамблдор.

Палата Визенгамота – 12:15

"Значит, волшебной палочки нет, Маг?" Спросил Волдеморт, заметив, что Маг все еще не забрал свою палочку.

"Я получу это, когда захочу", - заявил Маг, отводя в сторону проклятие, прежде чем соткать часть своей собственной силы. Маг позволил себе погрузиться в это, каждая клеточка его существа пропиталась его Макрой, ожидая освобождения.

Волан-де-Морт пошевелился, его фигура теперь отбрасывала нити тени. Маг изменил позу, его руки теперь были выставлены перед ним.

"Ха!" - крикнул Волан-де-Морт, исчезая и появляясь на платформе над ним, испуская луч темной энергии.

Это была новая магия, магия, о которой Волан-де-Морт не знал, когда убил родителей Гарри и пытался убить его самого. Это было неизвестно Гарри. Подняв щит, Маг все же убрался с дороги, но хотел знать, что это сделает с возведенной защитой. Шквал тьмы полностью уничтожил его.

"Я вижу, ты мало что знаешь о Магии Теней", - прокомментировал Волдеморт. "Это был мой новый интерес. Мне пришлось побывать во многих странах, чтобы узнать его секреты, а секретов у него много."

Волан-де-Морт снова исчез, чтобы появиться в центре зала, его правая рука теперь вооружена темным ножом, вокруг лезвия которого клубится темный туман. В левой руке он держал волшебную палочку.

Тени в комнате задрожали, прежде чем опуститься к его ногам. Подняв руку, он прицелился в Мага. Тени поднялись в воздух, приняв полупрозрачный и опасный вид, прежде чем устремиться к Магу подобно разъяренному огню.

Маг сжал челюсти, а затем прыгнул вперед, его руки были покрыты странным свечением.

KUHKUNG!

Тени встретились с его руками и внезапно были отброшены к дверям, где они ударились и взорвались серым туманом. Но Маг еще не закончил.

Продолжая наступать, Маг протянул руки к Волан-де-Морту, собирая немного собственной силы. Сжав свою Макру, Маг внезапно выпустил ее мощным импульсом.

Волдеморта с силой отбросило назад, и он врезался в подставку под главным сиденьем. С рычанием Волан-де-Морт нанес ответный удар, бросая кресты, проклятия Инфери и другие отвратительные заклинания, прежде чем снова исчезнуть.

Маг ждал, зная, что Волан-де-Морт ждет того, что, по его мнению, было подходящим моментом для повторного появления.

Свист.

Маг перекатился, Волан-де-Морт появился позади него и произнес заклинание, которое превратило два неповрежденных стула в пять больших бешеных собак. Затем он выпустил из своей палочки трех больших змей.

: Убей его!:

: Не надо! Убивайте собак!: Маг закричал, в глазах Волдеморта отразилось крайнее удивление.

Он не знал, что Маг владеет змеиным языком, иначе он применил бы другое змеиное заклинание.

Три мамбы повернулись, шипя на собак. Двум удалось перекусить, прежде чем собаки набросились на их стройные тела и отбросили в сторону, не обращая внимания ни на какие укусы.

Разъяренный Волан-де-Морт уничтожил змей, собаки теперь атакуют Мага.

Маг перевел взгляд на пол, быстро трансфигурировав его часть и направив его в трех собак, он едва не попал в четвертую. Пораженные собаки рухнули, превратившись в раздавленный стул, в то время как две другие собаки бегали вокруг Мага и пытались укусить его за левую руку и ногу.

Развернувшись, Маг едва успел выстрелить в них мощным изгоняющим заклинанием, когда краем глаза увидел, как Волан-де-Морт исчез, а через долю секунды рядом с ним появилась тень.

Он почувствовал, как что-то холодное и твердое прорезало его мантию и легко вонзилось в бок.

"Ты ударил моего фамильяра; я ударил тебя", - прошипел Волдеморт ему в ухо.

Маг оттолкнул его, нож быстро выскользнул. Маг ахнул, почувствовав, как темная эссенция пропитывает его рану, но не раньше, чем почувствовал, что его Макра отреагировала. Положив правую руку на рану, он почувствовал, что то, что он был уверен, что это Василиск Макра, отражает темную энергию. Маг заставил себя остаться на ногах, так как его бок горел.

"Я не ожидаю, что ты проживешь намного дольше. Тот клинок был проклят и отравлен. На самом деле я удивлен, что ты все еще на ногах. Я рад, что ты оказался способным и сильным противником. Когда Волшебный мир узнает, что я убил и тебя, они не смогут утверждать, что я недостойный лидер. Они будут вынуждены признать, что я победил."

"Я еще не умер", - заявил Маг, его голос был полон силы.

"Ах, в тебе все еще есть немного борьбы. Я рад".

Волан-де-Морт снова исчез, прежде чем появиться рядом с главным креслом, где сидит глава Визенгамота.

Он применил еще несколько заклинаний, но Маг парировал и блокировал каждое, даже не двигаясь с места. Он чувствовал, как Макра преодолевает проклятие и устраняет яд, хотя он также чувствовал, как кровь стекает по его штанине.

"Осталось недолго", - практически нараспев произнес Волдеморт, обходя комнату и снова приближаясь к Магу.

"Нет, так не должно быть", - ответил Маг, прежде чем быстро развернуться и исчезнуть в столбе пламени.

Волан-де-Морт выругался, но прежде чем он смог даже предположить, где появится Маг, он оказался лицом к лицу с ним.

"Поворот - это честная игра", - заявил Маг, прежде чем со всей силы ударить руками прямо в грудь Волдеморта, вливая в него столько энергии, сколько мог, и толкая его вверх. Позволив себе сосредоточиться на всех тех, кого он защищал, делая это, он вложил больше своих эмоций, чтобы призвать еще больше силы, выпустив свой гнев на Волан-де-Морта.

Волан-де-Морта отбросило назад с такой силой, что он пролетел сквозь перегородки между платформами и врезался в Золотую палату. Мэг был уверен, что услышал хруст костей.

Волан-де-Морт рухнул на пол, прижав правую руку к груди и пытаясь отдышаться.

— Ч-что ты сделал? — выдавил из себя Волан-де-Морт, и в его глазах отразилась боль.

— Мне жаль, но я наложил на тебя одно из твоих любимых проклятий, — ответил Магг, стоя там, где только что был Волан-де-Морт, у нижнего края трибун.

Глаза Волан-де-Морта расширились, прежде чем он взмахнул над собой волшебной палочкой. Его дыхание стало спокойнее.

— Неплохая попытка, — сказал он, глядя на Мага сверху вниз, а затем быстро поднялся, и вокруг него заклубились тени. Снова выглядя уверенным, он собрался исчезнуть, но внезапно споткнулся — однако всё равно исчез.

Авария.

Он снова появился на полу, всего в десяти футах от Мага. Теперь ему приходилось опираться на повреждённую перегородку, чтобы не упасть.

— Ты думаешь, что победил, но это не так, — дерзко прошипел он.

Он не мог сбежать, клятва не позволяла ему. Дуэль должна была закончиться.

"Почему ты так уверен?" Спросил Маг, двигаясь вперед, из его бока все еще текла кровь.

"Ты скоро умрешь. Твоя магия не сможет долго противостоять ни яду, ни проклятию. Кроме того, ты не сможешь убить меня".

"А я не могу?" - переспросил Маг, не впечатленный.

"Нет. Магию пророчества нельзя отрицать. Ты не можешь убить меня. Только Гарри Поттер может, и я убил его ранее сегодня ", - сказал Волдеморт, глядя на Мага с гордым вызовом, в то время как силы продолжали покидать его.

"Ты прав. Магию пророчеств нельзя отрицать, но, с другой стороны, я не бросаю вызов пророчеству ... но исполняю его." Маг позволил своей макре растечься по коже, аннулируя действие оборотной пилюли и открывая свое истинное "я", окровавленную одежду и все остальное. "Я Гарри Поттер", - заявил он, протягивая раскрытую ладонь и призывая к себе свою обугленную палочку. "И это твой конец".

"НЕТ!" прорычал Волан-де-Морт, выхватывая палочку. "Avada Kedavra!"

Гарри почувствовал, как Макра вырвалась из его сердца и растеклась по коже. Не зная, что еще сделать, он снова выставил руки перед собой.

Загорелся зеленый огонек, но затем внезапно отскочил от его рук и вернулся прямо в лицо Волдеморту.

Гарри почувствовал, как его отбросило назад, но не слишком сильно; однако он все равно оказался на противоположной стороне зала Визенгамота, прислонившись к полуразрушенной стене. Он мог видеть скрюченное тело Волдеморта в нескольких ярдах от себя. Гарри знал, что тот мертв.

Дрожащей рукой Гарри нащупал зеркало во внутреннем кармане жилета. У него закружилась голова, и он понял, что ему срочно нужна помощь, но рука подвела его, когда он попытался поднять ее. Его рука безвольно упала, зеркало едва удерживалось в его руке.

Итак, прошептав слово, он пожелал, чтобы зеркало активировалось.

"Альбус".

Хогвартс – 12:25

Хагрид поспешил вверх по лестнице, направляясь в Большой зал. Он отдал Гарри свое зеркало, поэтому не мог общаться таким образом. Не пропустив гигантов, которые сейчас забрасывают подопечных Хогвартса большими камнями, его целью было сначала найти МакГонагалл или Рона, чтобы они что-нибудь предприняли по этому поводу. К счастью для него, Затворник уже разобрался с этим.

"Рон!" - крикнул он, заставив всех в зале подпрыгнуть, когда он вошел в Большой зал, распахнув двери, казалось бы, нисколько не обеспокоенный тем фактом, что двери были магически запечатаны. Возможно, сам Хогвартс помог ему там.

"Да?"

"Отправь сообщение Затворнику, что у ворот стоят великаны, и Хар—"

"Отшельник уже знает. Она послала за Чарли, чтобы тот привел твоего дракона, он, возможно, уже здесь, а Невилл уже получил Саландру, - перебил Рон, поскольку суматоха в зале перекрыла окончание слов Хагрида.

"Хорошо, ты также можешь включить кентавров и "Клан Пикси" в список защиты. Пикси вернулись со мной и находятся в моей хижине ", - сказал Хагрид, и теперь весь зал замолчал, желая узнать больше.

Хагрид сделал паузу, оглядывая присутствующих в зале. Многие люди тихо плакали. Что происходило?

"Что случилось?" Спросил Хагрид.

"О, Хагрид, тебя здесь не было, не так ли?" Спросила Джинни, ее лицо вытянулось, став еще печальнее. "Это Гарри. Волдеморт прислал этот шар. Гарри мертв. Волан-де-Морт . . . он. . . "

"Что? Этого не может быть. Я только что был с ним", - заявил Хагрид. "Он послал меня сюда, чтобы дать вам всем знать, что с ним все в порядке и этот Маг собирается разобраться с Волан-де-Мортом".

Глаза Рона расширились, как и у всех остальных. "Когда, Хагрид, когда?" он серьезно спросил, слишком боясь поверить своим ушам, но отчаянно желая, чтобы это было правдой.

"Почти пятнадцать минут назад. Я спешил сюда так быстро, как только мог", - ответил Хагрид.

Рон разразился истерическим и благодарным смехом, зал также поддался эмоциям благодарности.

Не все было потеряно.

За пределами Хогвартса – 12:24

Чарли, летевший на Норберте и ведущий трех других на метлах, пролетел над территорией Хогвартса и направился к его воротам.

Подав сигнал, он и другие Дрессировщики Драконов направили свои взгляды на гигантов.

Огонь дождем обрушился с неба, пропитал землю за пределами Хогвартса и закружился вокруг гигантов и катапульт.

Защита выдержит.

Хогсмид – 12:25

Яростно сражаясь, Снейп и другие двинулись против пожирателей смерти, уничтожив инфери, но затем что-то совершенно странное заставило их остановиться.

"Ааааа!" - закричали пожиратели смерти, схватившись за левые руки и выронив волшебные палочки.

Снейп зашипел, тоже держась за руку, но его боль не затянулась, как у них.

"Мы- мы сдаемся!" - кричали они, чувствуя, как непреодолимая магия, магия клятвы, которой невозможно сопротивляться, течет через их исчезающие темные метки.

В других местах все остальные пожиратели смерти немедленно падали на колени и сдавались, к ужасу всех вокруг.

Вне зала Визенгамота – 12:25

Дамблдор почувствовал, как зеркало, которое он держал в руке последние десять минут, активировалось, и услышал, как из зеркала донесся его шепот по имени. Быстро показав это ему, и не обращая внимания на обеспокоенных людей вокруг, он обнаружил сцену, которую никогда не забудет.

Он мог сказать, что зеркало стояло на полу, возможно, его подпирали рукой, показывая Визенгамот под наклонным углом, но пол все еще был виден.

Внимательно вглядевшись в зеркало, он смог разглядеть темную фигуру прямо под тем местом, где он сидел во время собраний, но не это привлекло его пристальное внимание. Он увидел что-то движущееся, медленно ползущее по полу в нижней части того места, где было подперто зеркало.

Кровь. Кровь растекалась по полу.

"Альбус", - снова прошептал голос.

Дамблдор не узнал голос Мага, но всё равно понял, что это он. Глядя на всё ещё запертую дверь, он нахмурился.

"Комната все еще запечатана!" он закричал.

— Аппарируй, — слабо ответил Мадж. — Я тебя вызвал.

Дамблдору больше не нужно было ничего слышать. Он исчез с треском.

Книга 4 - Часть 9: Конец и начало всего

Крэк!

Дамблдор появился в центре зала, все было в руинах, но это его не беспокоило. Остановившись всего на мгновение, он заметил Волдеморта в куче на полу, очень четко и совершенно мертвого.

Волан-де-Морт наконец-то был побежден. Война наконец-то по-настоящему закончилась.

Это было сюрреалистично.

Дамблдор мысленно встряхнулся, прежде чем обернуться, услышав сдавленный стон позади себя.

То, что он собирался увидеть в тот момент, навсегда запечатлелось в его памяти. Ему никогда не нужно было использовать думоотвод, чтобы вспомнить каждую деталь.

"О Мерлин", - выдохнул он, его взгляд упал на фигуру, слишком маленькую, чтобы быть Магом, прислонившуюся к полуразрушенной стене. На полу рядом с ним собиралась кровь, в его маленькой руке он небрежно держал запачканное красное зеркальце.

Гарри?

Дамблдору показалось, что все его тело окунули в ледяную воду и сильно встряхнули, прежде чем крепко сжать.

Гарри не был мертв.

Чудесным образом он не был поглощен дьявольским пламенем, как показывал и утверждал Волан-де-Морт.

Каким-то образом он сбежал, обманом заставив Волан-де-Морта поверить, что он на самом деле мертв, прежде чем вернуться и победить его . . .

... как Маг.

Внезапно все, что беспокоило его весь год, встало на свои места, прежде чем эти мысли так же быстро были отброшены подавляющим беспокойством и страхом, а также невероятной благодарностью и надеждой.

Бросившись вперед и опустившись на колени, не обращая внимания на то, что кровь теперь просачивалась на его мантию, он наклонился ближе к Гарри, его палочка мгновенно оказалась в правой руке, а левая потянулась к окровавленному боку Гарри.

"Прости, что не сказал тебе раньше", - с сожалением выдавил Гарри.

"ТССС ... Я понимаю, мой мальчик. Как ты и сказал, это было сложно". Дамблдору с трудом удавалось говорить ровным голосом. Было много крови, и цвет лица Гарри тускнел прямо у него на глазах. И почему он выглядел таким душераздирающе молодым? "Теперь просто стой спокойно, пока я пытаюсь остановить кровотечение", - сказал Дамблдор, задирая рубашку Гарри, чтобы добраться до раны.

Стараясь не вздрагивать от боли, Гарри оставался неподвижным, насколько мог, хотя на самом деле он все равно не мог сильно пошевелиться.

"Ты потерял много крови, Гарри", - сказал Дамблдор, хмуро глядя на все еще кровоточащую рану. Она была чуть больше дюйма в ширину и несколько миллиметров в толщину. Он не знал, насколько глубоко это было. Он сунул руку в карман мантии и вытащил несколько сморщенных пузырьков. Сняв с них форму, он помог Гарри выпить. "Я замедлил кровотечение, но по какой-то причине не могу остановить его".

"Клинок был проклят и отравлен. Он все еще у Риддла", - заявил Гарри, чувствуя себя немного лучше, когда зелья начали действовать.

Дамблдор посмотрел на тело Волан-де-Морта.

Он взмахнул палочкой и тихо применил особую форму заклинания. Гарри никогда раньше не слышал этого заклинания. Внезапно клинок в руке Волан-де-Морта взмыл к Дамблдору, прежде чем остановиться и зависнуть в пределах его досягаемости.

Затем Дамблдор снова взмахнул палочкой, бормоча анализирующее заклинание. Он слегка раздраженно напевал, когда, казалось, начинал понимать неприятные свойства клинка.

"Думаю, я положу это в один из своих надежных карманов", - сказал Дамблдор и сделал именно это, не прикасаясь к предмету.

Гарри не задавал вопросов, например, о том, как Дамблдор мог быть так уверен, что он не проткнёт ткань насквозь. Он был Дамблдором, иногда всё было просто.

— Я использовал много своей Макры в дуэли, — Гарри сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Дамблдор терпеливо ждал. — И чтобы отразить проклятие и яд.

"Я не обнаруживаю никакого яда в твоей ране, но я чувствую темный осадок проклятия". Глаза Дамблдора задумчиво сузились, когда он уставился на рану. "Я собираюсь позаботиться об этом здесь", - решительно заявил он, прежде чем поднять глаза и встретиться взглядом с Гарри. "То, что я собираюсь сделать, будет считаться Черной магией, Гарри. Полагаю, ты доверяешь мне так же сильно, как я доверяю тебе?"

"Да".

— Тогда отвернись сейчас же. Тебе лучше этого не видеть.

Гарри кивнул.

— Это будет неприятно, но я не вижу другого выхода. Я постараюсь сделать всё как можно быстрее, — сказал Дамблдор, наклонившись вперёд и уперев правую руку в грудь Гарри, чтобы прижать его, в то время как левая рука оставалась прижатой к всё ещё кровоточащей ране.

Гарри отвернулся, готовясь к тому, что Дамблдор собирается сделать. Левой рукой он схватил Дамблдора за правый рукав и закрыл глаза.

"На счет три задержи дыхание и не выпускай его, пока я не скажу". Дамблдор повернул палочку в правой руке, указывая на свою левую руку, прижимающую кровоточащую рану. "Раз, два, три".

Гарри судорожно втянул в себя воздух и задержал его, почувствовав, как тёплая магия хлынула в его бок, насыщая рану, а затем резко и болезненно сжалась. Всё это время Дамблдор бормотал что-то на латыни себе под нос и прижимал правую руку к груди Гарри.

Мгновение спустя Дамблдор с силой потянул его за левую руку. Было больно, но облегчение, охватившее Гарри, намного превосходило весь этот дискомфорт, как будто из него наконец-то вытащили большую занозу.

— Дыши, Гарри, всё закончилось. Как ты себя чувствуешь? — сказал Дамблдор, ослабляя хватку.

Гарри открыл глаза и оглянулся. Его рана затянулась, оставив на своём месте розовый шрам.

— Намного лучше, — ответил он, прежде чем взглянуть на левую руку Дамблдора.

Он, конечно, был красным от крови Гарри, но над его ладонью парил отвратительный чёрный камень. Он был не сферическим, а неровным и шероховатым. Гарри знал из воспоминаний Волан-де-Морта, что такой камень можно было использовать несколько раз, чтобы проклясть многих людей, или приготовить из него смертоносное зелье, которое можно было вылить в водопровод, чтобы причинить ещё больше вреда. Единственная причина, по которой Волан-де-Морт не сделал этого, заключалась в том, что он не знал, как создать проклятый камень.

Но Дамблдор сделал.

Он знал, как извлечь и укрепить этот вид проклятия.

Гарри был рад видеть, как Дамблдор уничтожил эту штуку взмахом палочки, и она треснула и рассыпалась в пепел. После этого они просто сидели там несколько секунд. Для кого-то другого этот момент, скорее всего, был бы неловким, но для Гарри и Альбуса всё было просто тихо.

— Я чувствую, что нам пора уходить, Гарри. Министр и Министерство в целом, вероятно, гадают, что происходит.

— Сомневаюсь, что они смогли бы справиться с осознанием всей правды, — сказал Гарри, указывая на себя.

"Здесь я должен согласиться с вами, поэтому, если вы мне позволите, я сотворю необходимые чары", - сказал он, уже поднимая палочку.

Гарри поднял руку, его щеки все еще были бледными, хотя к нему немного вернулся цвет от зелья, восстанавливающего кровь. Дамблдор с любопытством остановился, когда Гарри потянулся к мешочку на поясе и вытащил ... таблетку? Гарри положил ее в рот и проглотил.

Дамблдор мог только зачарованно наблюдать, как Гарри прямо у него на глазах превращался в Мага.

"Мы используем чары и косметику для всего, чего не хватает таблетке оборотного гламура, но я максимально упростил внешний вид Мага, так что теперь таблетка позаботится о большей части всего этого", - сказал Гарри, конечно, теперь говоря голосом Мага, когда он наносил последние штрихи правой рукой.

"Потрясающе. Все ли заказчики используют эту таблетку?" Спросил Дамблдор, помогая Магу подняться на ноги.

"Большинство из них", - ответил Маг, на самом деле не зная, стоит ли ему уточнять или нет.

Дамблдор медленно кивнул. Гарри видел, что в его голове что-то щёлкает, прежде чем он встряхнулся и стал серьёзным. — Должен предупредить тебя, все думают, что ты умер.

"Потому что я пропал?"

«Волан-де-Морт отправил проекционное сообщение в несколько мест. В нём говорилось о том, что произошло в Годриковой впадине».

— Я вспыхнул. Думаю, у меня действительно был своего рода принудительный день сожжения, — ответил Мадж, уже стоя на ногах, но слегка опираясь на Дамблдора.

Глаза Дамблдора расширились. «Это объясняет, почему ты выглядишь моложе. Ты вернулся в тот момент, когда феникс Макра впервые вошёл в твоё ядро. Сейчас тебе физически чуть больше двенадцати с половиной лет».

«Придётся ли мне стареть с этого момента? Или я вернусь к нормальному состоянию через несколько недель, как Фокс?»

— Я не знаю, Ха-Мэдж. Ты не совсем феникс, но и не просто волшебник.

— Хм, ну, я думаю, лучше быть немного моложе, чем мёртвым.

Дамблдор улыбнулся. «Ну что, пойдём?» — спросил он, глядя на дверь, всё ещё залитую золотым светом.

Маг посмотрел на зеркало в своей руке. "Я не буду входить в дверь, когда буду уходить".

"Тогда почему?.." Начал говорить Дамблдор, прежде чем понял, почему Гарри превратился в Мага.

Маг посмотрел в зеркало. "Custosae и Amici". Зеркало вспыхнуло, активируя и предупреждая всех обладателей зеркал о призыве мага.

Прошло пятнадцать минут с тех пор, как все силы Волан-де-Морта сдались, инфери и другие темные силы были предварительно уничтожены совместными усилиями Друзей, авроров и гражданских лиц.

Артур Уизли огляделся и с удивлением обнаружил, что Хогсмиду нанесен лишь незначительный ущерб. Были вызваны авроры, и теперь улицы были полны ими.

Честно говоря, он был в шоке. Менее чем за час он стал свидетелем предполагаемого заявления Волан-де-Морта о своей победе над Гарри Поттером, нападения на Хогсмид (хотя знал, что нападению подверглись несколько других мест) и капитуляции десятков пожирателей смерти.

Он не знал, что стало причиной этого, но, если верить слухам, Маг появился в Министерстве и вступил с Волдемортом в бой. Бой закончился? Это было причиной массовой капитуляции сил Волан-де-Морта?

Артур собирался подойти к одному из авроров, который только что закончил разговаривать с владельцем магазина, когда почувствовал, что его зеркало активировалось. Он поспешно вытащил его, направляясь в уединенный переулок.

Маг.

"Друзья, уважаемые союзники", - поприветствовал Маг. Он явно устал, а его щеки были бледными, но в глазах светились сила и радость. На его правом плече безошибочно угадывалась рука Альбуса Дамблдора, и казалось, что он находится в зале Визенгамота. "Волан-де-Морт мертв. Он больше не может навредить Волшебному миру или поставить под угрозу его будущее, ибо будущее принадлежит нам самим, таким, каким оно было всегда. Давайте сделаем его лучше нашего прошлого, чтобы предотвратить повторное восстание еще одного Темного Лорда.

"С учетом сказанного, как некоторые из вас узнали, Гарри Поттер не был убит, но сумел сбежать благодаря удачному взрыву случайной магии и прибыл в присутствие союзников Custosae. В настоящее время он находится в безопасном месте и за ним присматривают. Я счел за лучшее сообщить вам об этом лично, поскольку понимаю, что его благополучие беспокоит многих. "

Сквозь слезящиеся от благодарности глаза Артур увидел, как рука Дамблдора слегка сжалась на плече Мага. Он был так рад новости о том, что Гарри жив, что чуть не пропустил пятно крови на руке Дамблдора. Он нахмурился.

"Отшельник, верни Заказ после того, как доставишь Гарри в Хогвартс обычным способом нашего путешествия. Грим (Сириус), я уверен, что твоему присутствию в Хогвартсе будут рады. Львица (Августа Лонгботтом), Факел (Артур), Даг (Амос Диггери), Одинокий Фонарь (Амелия Боунс), Чешир (МакГонагалл) и Железный Человек (Кингсли), я оставляю новости обо всем этом распространяться на ваше и Длинной Бороды усмотрение.

"Рук (Грипхук), скажи своему народу, что война окончена. Я не забыл своего обещания. Маленький Джон (Хагрид), передай весточку другим нашим союзникам и еще раз передай им мою благодарность ", - сказал Мэдж, осознавая тот факт, что его слова, вероятно, сейчас слышали не только члены Custosae и союзники. "Я не уверен, когда я покажусь снова, но я покажу себя, по крайней мере, еще раз. Еще есть над чем поработать, но пока радуйся тому факту, что эта война закончилась.

"Мы - отряд защитников".

Он разорвал связь.

Альбус оставался на месте, наблюдая за Магом, ну ... Гарри, положи зеркало во внутренний карман жилета. Он, честно говоря, не знал, что чувствовать. Он мог сказать, что Гарри боялся, что он разозлится или что-то в этом роде, но на самом деле это было не так. Ему даже не было так уж грустно. Он был сбит с толку.

Он, конечно, был бесконечно благодарен за то, что Гарри был жив, и еще больше благодарен Волдеморту, что он больше не мог никому навредить. И тот факт, что именно Гарри выполнил задание, делал все это еще более поразительным, особенно учитывая, как он это сделал.

Под видом Мага.

За четыре года этому ребенку удалось сделать то, что ему не удавалось. Он привнес немного смысла в Волшебный мир, то, что Альбус пытался сделать десятилетиями. Он потряс несколько клеток, зажег огонь у многих под ногами и напомнил миру, что истинная сила заключается не в магии или крови, а в характере человека. И не только это, он привел к падению одного из худших Темных Лордов более чем за столетие.

Альбус молчал, его рука все еще лежала на плече Мага.

"А-Альбус?" Спросил Маг, прочищая горло.

Альбус встряхнулся, осознав, что простоял в тишине более пятнадцати секунд.

"Прости меня. Я старик, погруженный в свои мысли". Он улыбнулся, напомнив себе, что человек, на которого он смотрит, - Гарри, а не просто Маг.

Но Гарри был Магом, так же как Маг был Гарри. Как он сказал бы, их моральные принципы были одинаковыми. У них были одинаковые цели, темперамент и сила. Они были одним человеком. Единственное, что действительно отличало их друг от друга, это их внешний вид — то, как мир воспринимал их. То, как он, Альбус, воспринимал их.

По общему признанию, Альбус смотрел на Мага как на наставника, равного, превосходящего. Маг был и остается этими тремя вместе взятыми и гораздо большим для него. Прошло более века с тех пор, как он мог честно сказать, что хочет чьего-то одобрения, чьей-то гордости и уважения. Он задавался вопросом, знал ли Гарри, как Маг, насколько он важен для него.

Но на этом все не закончилось.

Весь прошлый год он задавался вопросом, как Гарри и его друзья всегда каким-то образом знали о вещах, о которых должны были знать только обычные и дружеские взрослые. Внезапно это приобрело такой смысл, особенно после спасения бабушки Невилла из Дома Риддлов. Именно тогда у него по-настоящему зародились подозрения; хотя вскоре после того, как он впервые поговорил с Магом через зеркало, всплыло чувство, которое он не мог определить. Но теперь он знал, что это было за чувство.

Знакомство.

Вот почему Магу было так легко доверять. Вот почему он не был таким осторожным или подозрительным, каким, вероятно, должен был быть. Возможно, это была его магия, его подсознание или даже его чакра, которая распознала проблеск истины.

Этому Магу можно было доверять ... потому что он уже знал его; уже доверял ему.

Это было странно, мягко говоря, но теперь, когда он знал правду, он задавался вопросом, почему это так сильно его удивило. Было много подсказок, и, оглядываясь назад, он понимал, что, по крайней мере, на каком-то уровне Гарри/Мэг хотел, чтобы он это понял. Это также объясняло, откуда Мэг так много знал о Волан-де-Морте. Раньше Альбус думал, что Мэг узнал часть информации из воспоминаний Гарри о Волан-де-Морте. Как же он был близок к истине...

-Pop-

Внезапное появление маленького пушистого зверька у ног Мага вывело Альбуса из задумчивости.

"Тедди!" - Обрадованно воскликнул Маг.

— Ты в порядке! — закричал Тедди, подпрыгнув и каким-то образом легко поймав Мэйджи.

"Да. Просто устал", - ответил Маг.

— Однако я бы хотел, чтобы вы хотя бы на всякий случай заглянули к мадам Помфри, — перебил Дамблдор, хотя его взгляд с любопытством остановился на Тедди.

— Сомневаюсь, что она просто так отпустила бы меня в башню Гриффиндора, не осмотрев, — заявил Мадж, прежде чем пробормотать что-то, что Дамблдор не смог расслышать. И вот Мадж исчез, а Гарри стоял рядом с ним. — Я рад, что Эрмит понял суть и отправил ко мне Тедди.

— Тедди, как вы с остальными путешествовали? — спросил Дамблдор.

— Немного. Летом перед вторым курсом Добби случайно передал мне свою способность хлопать в ладоши. Потом, когда между мной и Драко возникла связь, я передал её ему, а затем, когда я создал Тедди...

"А, понятно. А теперь?"

«После того, как я обрёл Макру, я потерял эту способность. Хотя у Драко и Тедди она осталась».

— Невероятно, — сказал он, прежде чем продолжить после паузы. — Что ж, думаю, мне пора выйти и объяснить кое-что из того, что произошло. Я также заверю их, что с Магом всё в порядке.

Гарри кивнул.

— Думаю, я подожду в вашем кабинете.

Дамблдор посмотрел на него поверх очков. «Когда я вернусь, ты отправишься в лазарет».

Гарри кивнул, слегка похлопав Тедди по пушистой спине.

"Гарри", - сказал Дамблдор как раз перед тем, как Тедди собрался лопнуть. Гарри поднял глаза и встретился с ним взглядом. Дамблдору потребовалось мгновение, чтобы собраться с мыслями. "Ты стал намного больше, чем даже я когда-либо ожидал от тебя. Ты превзошел несправедливые ожидания, возложенные на тебя в тот момент, когда Риддл наложил на тебя это проклятие. Независимо от того, узнает мир когда-нибудь об истинной личности Мага или нет, ты способен делать со своей жизнью все, что захочешь. Я горжусь тем, что являюсь частью этого ".

"Спасибо, сэр".

-Pop-

Золотой уорд пал.

Два дня спустя

Министр Фадж откинулся на спинку своего офисного кресла.

Он уже посетил восемь праздничных вечеринок в связи с окончанием войны. Однако он знал, что это число вскоре будет незначительным по сравнению с количеством судебных процессов, на которых он будет председательствовать для пожирателей смерти, которые все сдались. Он не ждал этого с нетерпением, но это должно было быть сделано.

Весть о том, что Гарри Поттер выжил, распространилась со скоростью лесного пожара, и не потребовалось много времени, чтобы политическое давление на него усилилось до такой степени, что он счел необходимым отправиться в Хогвартс и самому проверить, как там Гарри.

Дамблдор, как всегда, держал Гарри подальше от посторонних глаз, заявив, что с ним все в порядке, но ему нужен отдых. Не то чтобы Фадж или кто-либо другой считал его лжецом, но они находились под пристальным вниманием, и им нужны были доказательства. Дамблдор, Фадж знал, понимал это. В конце концов, Волан-де-Морт предоставил "доказательства" смерти Гарри Поттера. Чтобы противостоять этому и опровергнуть его, нужны были веские доказательства, чтобы показать общественности правду.

Фадж получил разрешение от Дамблдора посетить Хогвартс, хотя и на строгих условиях. Только Фаджу и еще троим, одобренным Дамблдором, было разрешено прийти. Фадж выбрал мадам Боунс, Августу Лонгботтом и репортера по имени Бристол Макторнбоди.

Мистер МаКторнбоди был тощим, прямым парнем с острым и честным языком. Его очень рекомендовали, несмотря на его случайные приступы дерзости. Оглядываясь назад, можно сказать, что этот человек проделал хорошую работу, задавая вопросы и получая необходимые ответы от Гарри, Дамблдора и мистера Блэка.

Они только что вернулись из этого поучительного визита. Он задавался вопросом, как скоро Волшебный мир вздохнет с облегчением, когда прочтет интервью с Гарри Поттером мистера Бристола Макторнбоди.

Очевидно, магия Гарри получила всплеск, унесший его от опасности. Хотя это было редкостью, история его болезни подтверждала эту историю, поскольку его магия стала хаотичной, а затем трансформировалась в другую силу после прохождения специального лечения, проведенного человеком по имени Мако, уважаемым экспертом в области темной магии и чакр (что бы это ни было). Все это было кратко объяснено, но конкретные детали того, где Гарри оказался и оставался до возвращения в Хогвартс, оставались засекреченными. Фаджа это совершенно не беспокоило. Он получил то, что ему было нужно. Подтверждение того, что Гарри Поттер жив и здоров.

У этого мальчика определенно было блестящее будущее впереди, и с его прямотой и трезвым отношением к делу он вполне мог бы однажды сам стать министром.

Фадж улыбнулся.

Многие люди утверждали, что Корнелиус Фадж был лучшим министром, которого видел Волшебный мир со времен до Войн Гоблинов. Его готовность работать с другими в борьбе с Темным Лордом покорила людей, а тот факт, что он согласился с Магом и помог в борьбе с коррупцией в Министерстве, только повысил его рейтинг. Однако Фаджа не волновали рейтинги. Он гораздо больше смотрел в будущее.

Спустя десятилетия после того, как он уйдет в отставку со своего поста, будущих министров будут сравнивать с Корнелиусом Фаджем. Министры следующих поколений даже будут подражать ему. Меняем то, что явно требовалось изменить, сохраняя при этом мораль и традиции, которые заложили основы их общества, в неприкосновенности.

Теперь его фамилия вошла в эпоху уважения и почета, потому что он слушал этого мальчика два года назад в больничном крыле Хогвартса.

Он бы никогда этого не забыл.

Позже , на следующей неделе

Гарри откинулся на спинку стула в кабинете директора.

Наконец-то все успокоилось настолько, что Заказчики снова начали работать, и хотя казалось, что их работа закончена, Гарри решил, что Магу осталось сделать еще кое-что.

Анализируя недавние события, Гарри был вполне доволен тем, как обстоят дела в Волшебном мире, особенно в том, что касалось Министерства. Законы и процедуры пересматривались, суды проводились над теми, кто сдался сразу после смерти Волан-де-Морта, а старые судебные процессы и дела возобновлялись из-за новых доказательств, которые появились в результате процессов над пожирателями смерти.

Происходило многое. Но самое важное было еще впереди.

Гоблины подготовили петицию вместе с великанами, оборотнями, кентаврами, пикси и, да, даже домашними эльфами. В петиции перечислялись несправедливые законы Министерства, которые они хотели изменить и / или удалить. Он также состоял из старых договоров, которые они хотели восстановить, и кодексов поведения между Министерством и Волшебными Существами, которые, по их мнению, должны быть скорректированы. И поскольку каждое слово пропускалось мимо ушей Мага и Отшельника, каждая просьба была разумной и написана пассивным, но прямым тоном. Маг и Отшельник также написали седьмое обращение. Одно давно назрело.

Все это заняло несколько дней, но с помощью Добби, Кричера, Фоукса, Тедди и других общение между нациями и сообществами волшебных существ прошло гладко. Очевидно, лидеры были более чем готовы сразу приступить к работе, когда Маг был тем, кто просил их об участии. Также помогло то, что гоблины и кентавры полностью стояли за этим. Это был четкий признак того, что грядут настоящие перемены.

Наконец, чтобы сделать это еще более официальным, каждая петиция от каждой страны / сообщества имела печать Custosae внизу, чуть выше подписи Мага.

Гарри улыбнулся, опустив взгляд на свои руки.

Он почти вернулся к нормальной жизни. Вероятно, пройдет примерно следующая неделя, прежде чем он физически достигнет своего возраста, но сейчас он был достаточно близко, чтобы не привлекать внимания. Хотя, благодаря оборотной пилюле гламура, это не имело особого значения. Незадолго до того, как Фадж приехал в Хогвартс с мадам Боунс, Августой Лонгботтом и Бристолом Макторнбоди, он начал использовать оборотную пилюлю очарования, чтобы вернуться к своему правильному физическому возрасту. До этого Гарри отдыхал и не встречался ни с кем, кроме Опекунов и высокопоставленных друзей (таких как Дамблдор).

Гарри взглянул на часы на столе Дамблдора. Он знал, что Дамблдор уже был там, и представители, которых он просил, направлялись на встречу. Ему пора было уходить.

Встав, он проглотил таблетку оборотного зелья, прежде чем помахать над собой рукой. Волшебный мир запомнит этот день так же, как запомнит все другие дни, когда появлялся Маг.

Маг исчез в столбе огня.

Палата Визенгамота

Встреча в тот день не имела конкретных целей или вопросов, но была открытой, так что можно было поднять и обсудить любые проблемы. После всех испытаний и рассмотрения последствий войны было решено, что такая встреча необходима, поскольку, если бы такая встреча состоялась в конце первой войны с Волан-де-Мортом, многих проблем можно было бы избежать.

"Слово предоставляется", - начал Фадж после завершения начальных формальностей сегодняшней встречи.

Дамблдор встал.

"Друзья-участники, меня попросили подержать слово, пока ..." он посмотрел на часы. "Ну, а теперь".

Он сел обратно, к недоумению всех присутствующих, но прежде чем кто-либо успел спросить его, в чем дело, двери Визенгамота открылись, и в центре зала извергся столб огня.

Прежде чем началась паника, огненный столб превратился в человека. Человека, которого все они знали и уважали.

"Простите меня за мое поспешное появление", - заявил Мэдж, когда несколько человек продолжали вливаться со стороны входа.

Два кентавра, три гоблина, одна фея, два домовых эльфа и четверо мужчин. Два кентавра выглядели внушительно, но не представляли угрозы. Двое гоблинов были Благородными Стражами, по обе стороны от третьего, более впечатляющего гоблина. Она была устрашающе красива (для гоблина) и одета в золотую ткань. Пикси парил рядом с кентаврами, выглядя довольно старым и хрупким. Два домовых эльфа были маленькими и молчаливыми, но держались во весь рост. Четверо мужчин выглядели вполне нормально, хотя двое из них выглядели довольно потрепанными.

Они медленно спустились туда, где стоял Маг, и протянули семь свитков официального вида. Взмахом руки Маг запустил их в воздух и поставил перед Главным Чернокнижником Визенгамота.

"Те, кто стоит за мной, являются представителями своих уважаемых наций и сообществ. Как вы можете видеть, свитки представляют собой петиции, созданные нациями Кентавров, Гоблинов и пикси, а также сообществами Домашних эльфов, Оборотней и Великанов. Седьмой принадлежит группе, входящей в наше сообщество, — Магглорожденным. Я прошу Визенгамот изучить эти страницы и проголосовать по вопросам, содержащимся на них. Слишком долго Волшебный мир придерживался предпосылки, что ведьмы и Волшебники являются высшими магическими существами, вместо того, чтобы признать, что такого понятия не существует.

"Теперь я понимаю, что перемены требуют времени. Нельзя ожидать, что общество в одночасье воспримет новые или, скорее, забытые идеи. Вот почему я предложил это, и вот почему волшебные существа, которые со мной, пришли сюда сегодня.

"С момента поражения Волан-де-Морта, здесь, в этой комнате, я мог бы добавить, и даже до этого, я был доволен прогрессом, который я видел в руководстве и сети Министерства и Волшебного мира. Но прогресс на этом не должен останавливаться. У нас есть шанс сформировать будущее Волшебного мира до такой степени, что это можно сравнить только с прогрессом, достигнутым самим Мерлином тысячелетия назад.

"У вас есть шанс сделать то, на что очень немногим поколениям дан шанс даже попытаться. У вас есть шанс начать новую, более светлую эру. Эру уважения и чести.

"Тьма не может процветать в обществе, открытом для правды и справедливости; она не может завладеть людьми, основанными на любви и заботе о других; и она не может выжить среди тех, кто не только надеется на лучшее будущее, но и внимательно изучает его.

"Создайте будущее, в котором это будет так.

"У меня есть только одна последняя вещь, которую я надеюсь сделать, пока я здесь, поэтому я оставляю вас сейчас, и будущее в ваших руках".

И вот, на глазах у всех, он превратился в огонь и превратился в тонкую точку, оставив им семь свитков с его меткой и двенадцать представителей с его благословением.

Встреча завершилась планом проведения еще нескольких встреч, которые начнутся в течение следующих месяцев. Каждый из них будет посвящен определенной петиции и заложит основу того, как магическое сообщество объединит свои усилия и сформирует новое общество взаимопонимания и сотрудничества между всеми существами магии.

В конце лета завершилась последняя встреча. Это ознаменовало бы конец Революции Магов и начало Золотого века. Выйдя из зала заседаний Визенгамота, члены и все те, кто сейчас направлялся домой из Министерства, вошли в Атриум Министерства. То, что они обнаружили, задало тон будущему, которое они создавали.

Фонтан Волшебных братьев был изменен.

Исчезли прославляющие себя ведьма и волшебник в центре, а гоблин, домашний эльф и кентавр сияли, глядя на них. В центре сюжета теперь были дети гоблинов, кентавров, пикси, великанов и домовых эльфов, игравшие на волшебной игровой площадке. Вода била из-под земли и розеток, установленных в конструкции игровой площадки, обрушиваясь дождем на их золотистые формы. В задней части широкой платформы стояли бок о бок статуи взрослых, людей и не только, гордо взирая на открывшуюся перед ними сцену.

Пораженные сооружением и тем, что его каким-то образом переделали так, что никто раньше этого не заметил, их взгляды, наконец, остановились на бежевой банкноте, прикрепленной к переднему краю над пустой табличкой памятника.

Дамблдор, ничуть не удивлённый полной перестройкой золотого памятника, вышел вперёд и снял записку, прежде чем прочитать её вслух.

«Благодаря изменениям, произошедшим в последнее время, я смог осуществить то, на что надеялся в последнюю очередь. Этот памятник, который когда-то был отвратительным проявлением превосходства и неуместной гордыни, теперь является данью уважения тому, что может и должно быть. Будущее братства и истинная цель каждого существа — оставить бессмертное наследие нашим детям.

Я дарю тебе Источник Нашего Наследия.

-Mвозраст"

Когда он закончил короткую заметку, табличка засияла, и на её поверхности появились слова «Фонтан нашего наследия».

Дамблдор откашлялся, и большинство присутствующих, сдерживая слёзы, продолжали любоваться шедевром, представшим перед ними.

Таким образом, был положен конец и начало многим вещам.

Эпилог

Гарри закрыл дверцу шкафа, запечатав её взмахом руки. Не стоило допускать, чтобы кто-то из его детей случайно туда забрался. Они могли пораниться о спрятанные внутри волшебные предметы. Он улыбнулся, вспомнив лицо своего младшего сына, когда тот на прошлой неделе открыл подарок на день рождения.

Гарри потратил три недели на его изготовление. Плюшевая игрушка-грифон, живая и готовая к тому, чтобы с ней играли. Гарри также сделал её надёжным защитником, как и Тедди.

Теперь Гарри был известным мастером -создателем могущественных магических предметов. После падения Волан-де-Морта ему не потребовалось много времени, чтобы найти применение своим навыкам. Итак, следуя совету близнецов на третьем курсе, он создавал вещи.

Гарри вышел из комнаты и направился к своему дивану. Его жена заканчивала какие-то дела в Министерстве, а их дети были в Хогвартсе или у Лонгботтомов. Он был в своем доме один. Он посмотрел на дальнюю стену, на которой висели бесчисленные движущиеся фотографии, вызвавшие у него множество воспоминаний.

В начале их пятого курса в Хогвартсе Дамблдор вызвал его в свой кабинет. В связи с тем, что Гарри действительно не нужно было продолжать школу для получения образования (поскольку он был далеко за пределами материального), Альбус сделал ему предложение.

Стать его учеником.

Как отметил Альбус, Гарри уже был для него своего рода учеником на уроках Makra Control в прошлом году, и не было похоже, что предстоящие в этом году "Совы" станут для него каким-то испытанием. Итак, Гарри согласился стать его учеником, более чем счастливый изучать материал, которого он еще не знал, благодаря воспоминаниям Волан-де-Морта или своим собственным личным исследованиям.

Он по-прежнему посещал некоторые лекции вместе со своими однокурсниками, но ему давали другие задания и более глубокие исследования. Для магглорождённых это было примерно то же самое, что учёба с отличием и стажировка.

Гарри улыбнулся. Последние годы в Хогвартсе были лучшими годами его учёбы. Конечно, в этом, вероятно, помогло то, что за ним не охотился обезумевший психопат. А то, что его наставлял директор и в то же время был его помощником, было больше, чем он когда-либо мог надеяться. И когда пришло время сдавать СОВ и НЭВ, Гарри и остальные сдали их на отлично, получив самые высокие баллы по многим предметам.

После окончания учёбы стало ясно, что они уже сделали себе имя, поскольку Гермиона и Невилл сразу же устроились в «Сент-Мунго». Гарри покачал головой, вспоминая, как Невилл недоумевал, почему они попросили его работать именно у них. Гарри не переставало удивлять, что Невилл не понимал, что самые высокие баллы по травологии в истории могут что-то значить. А Гермиона… ну, она была Гермионой.

Теперь Гермиона была Главным целителем, руководила исследованиями маггловских и волшебных болезней и находила лекарства. Неизвестная многим, она иногда сливала немагические лекарства в мир магглов. Гарри знал, что ей нравится это делать.

С падением Волан-де-Морта и наступлением новой эры, которая считалась "Золотым веком", Волшебный мир стал совсем другим местом. Это не было совершенством или какой-то утопией в золотой оправе, но это было терпимо, честно и уважительно.

Месяцы, последовавшие за подачей петиций, привели к лучшему взаимопониманию между магическими сообществами. Обсуждения были перенесены на трибуну Визенгамота, что в конечном итоге привело к позитивным изменениям в отношениях между всеми. Там, где раньше были замешательство или подозрение, теперь были понимание и доверие. Никто не боялся поднимать этот вопрос, потому что все они были там по одной и той же причине. Узнать друг о друге и создать лучшее будущее для следующего поколения. И они это сделали.

Прошло несколько лет с тех пор, как министр после ухода Фаджа в отставку. Чарльз МакКэффри. Он был полукровкой, которого Фадж предложил на своё место, так как сам хотел уйти из политики. МакКэффри хорошо справлялся со своей работой, но после двух сроков был готов уйти в отставку и позволить кому-то другому стать министром.

Драко Малфой занял его место подавляющим большинством голосов.

Гарри ухмыльнулся, вспомнив, как Драко нервно просил Ханну Эббот выйти за него замуж. Они познакомились в последние годы учёбы в Хогвартсе, и с тех пор всё пошло своим чередом. Они поженились через год после окончания Хогвартса, а ещё через два года у них родился мальчик, Аарон.

Гарри перевёл взгляд на одну из крайних справа фотографий. На ней был Рон в форме для квиддича. На пятом курсе Рон стал выдающимся вратарём. Вскоре после окончания школы он согласился играть профессионально и присоединился к «Чадли Кэннонс». С тех пор они были чемпионами.

Опустив взгляд, Гарри окинул взглядом остальных друзей, довольный тем, как всё обернулось.

Грег женился на маггловской танцовщице и стал исследователем в Отделе тайн, специализируясь на искусстве создания защитных заклинаний.

Винс стал преподавателем в Хогвартсе, обучая продвинутым рунам.

Сьюзан Боунс была назначена главой службы безопасности Amici. С помощью Сириуса Блэка компания изменила некоторые свои функции и сосредоточилась на бизнесе — поскольку пожирателей смерти больше не было. Теперь это была просто служба охраны дома и бизнеса. Гарри знал, что она любит свою работу, и он не мог выбрать лучшего человека для ее руководства. Его жена знала, что делает.

Джинни стала аврором вскоре после окончания Хогвартса, и вскоре нервный Невилл пригласил ее на свидание. Гарри ухмыльнулся, рассматривая свадебную фотографию, сделанную шесть месяцев спустя. Невилл и Джинни теперь жили в особняке Лонгботтомов, Невилл теперь глава семьи после смерти Августы четырьмя годами ранее.

Луна Лавгуд покинула страну после окончания Хогвартса, путешествуя по миру и исследуя редких волшебных животных, существование некоторых из которых она действительно доказала. Теперь, два года спустя, она была владелицей небольшого волшебного зоопарка на краю Косого переулка, недалеко от того места, где близнецы разместили свой магазин шуток. Ли Джордан, ее муж, помогал ей управлять заведением.

Отойдя от стены, Гарри прошел на кухню, чтобы приготовить себе что-нибудь перекусить. Он знал, что мог бы просто позвонить Кричеру, но ему не хотелось беспокоить его. Он действительно старел.

Северус Снейп и Стефани Сомак поженились, когда Гарри учился на шестом курсе. Стефани стала преподавателем ПДД на постоянной основе, а Снейп сосредоточился на создании новых зелий. Через четыре года после выпуска Снейп создал лекарство от ликантропии.

Гарри подошел к столу и опустился на стул, осторожно, чтобы не расплескать дымящееся какао, которое он только что приготовил.

Последние несколько лет Сириус был занят. Иногда помогая с делами Amici, в основном он помогал обучать новых авроров. Гарри вздохнул. Он знал, что Сириус надеялся, что он станет мракоборцем, но это было просто не в его характере. Конечно, у него были способности, чтобы сделать это, но не желание. Он не был похож на своего отца.

Прошло некоторое время после того, как все успокоилось, прежде чем Гарри рассказал Сириусу свой секрет. Долгое время Гарри раздумывал, стоит ли вообще рассказывать ему, поскольку сейчас это действительно не имело значения, но в то же время это имело значение. Это имело большое значение. Гарри принял свое решение, выслушав бесконечную болтовню Сириуса о том, как Волшебный мир многим обязан Магу, и что им всем повезло, что они дожили до встречи с таким человеком. "Они появляются нечасто", - сказал он. Все это поклонение героям действительно сводило Гарри с ума, честно говоря, и он просто хотел, чтобы это прекратилось. Поэтому он сказал ему.

Сириус воспринял это не так хорошо, как Дамблдор.

Гарри потребовалось короткое превращение в Мага, чтобы убедить Сириуса, и после того, как ему это удалось, часть Гарри хотела, чтобы он мог взять свои слова обратно. Но он также знал, что не смог бы жить с самим собой, если бы скрыл это от Сириуса.

[Воспоминание]

"Все это время? Гарри, тебя могли убить! Почему ты взял на себя смелость сделать это? И почему, черт возьми, ты только сейчас говоришь мне об этом?" Сириус воскликнул, размахивая руками. "Альбус знает об этом? Когда он узнал? Он позволил тебе?"

В голове Гарри всплыли два варианта. Он мог либо вести себя как извиняющийся ребенок и принять все, что Сириус собирался в него бросить ... либо он мог доказать, почему он Маг, и что это было не просто действие, которое он совершил, чтобы положить конец войне. Он был бы самим собой, полностью.

Выпрямившись, оказавшись чуть ниже подбородка своего крестного отца, Гарри пристально посмотрел Сириусу в глаза; все это время его магия медленно начала кружиться вокруг него.

"Вот почему я тебе не сказал. Ты бы попытался остановить меня".

"Пытался"? Я бы сделал это! Я бы не позволил тебе рисковать своей жизнью, когда это не было твоей проблемой! Ты не взрослый!"

Гарри стиснул челюсти, его взгляд заострился.

"Тогда кто же я? В течение многих лет у меня не было выбора, кроме как принимать решения, которые могли либо спасти, либо положить конец моей жизни и жизням других. Я знаю, что я не совершеннолетний, но у меня знаний и силы больше, чем у большинства взрослых. Должен ли я быть безответственным и не использовать то, что у меня есть, или быть всем, кем я могу быть? Вы сами сказали, что Волшебному миру повезло с Магом. Все эти заявления вылетают в трубу теперь, когда вы все это время знали, что это был я?"

Сириус кипел от злости. "Это не должен был быть ты! Ты уже имел дело с более чем достаточным количеством. Я хотел, чтобы ты был ребенком, у тебя было детство, а не смерть и война еще до того, как тебе исполнилось пятнадцать! Это не должен был быть ты! "

Гарри остался на месте, выражение его лица не изменилось. "Но это было". Гарри сделал шаг назад. "Я не жалею о создании Mage или Custosae. Я не жалею о том, что стал тем, кто я есть. Конечно, я хотел бы, чтобы все было по-другому, но это не в нашей власти. Злись сколько хочешь, но это не изменит того, что я сделал, что я потерял и приобрел, или кем я стал. Так же, как ты - лицо Amici, я - глава Custosae, и независимо от того, узнает ли мир когда-нибудь, кто такой Мэдж, я, как Гарри, приму мантию миротворца, когда достигну совершеннолетия.

"Таким меня сделала жизнь, и я решил быть".

С этими словами Гарри повернулся и ушел.

[Конец флэшбека]

Сириусу потребовалось некоторое время, чтобы смириться с тем, как обстоят дела, и принять тот факт, что Гарри был не просто «просто Гарри». Он был молодым человеком, который сражался на войне, командовал армией и стал иконой.

Альбус Дамблдор улыбнулся ученикам, ожидавшим, когда появится еда. Прошло чуть больше двух десятилетий с тех пор, как Гарри и его друзья окончили школу, и теперь за столами перед ним сидели их повзрослевшие дети.

Мальчики-близнецы Невилла и Джинни, Ремус и Августус, учились на третьем курсе Гриффиндора. Они были похожи на Фреда и Джорджа, но чуть больше склонялись к соблюдению правил. Они не очень увлекались зельеварением, но были довольно одарёнными в заклинаниях. Их младших братьев и сестёр, которым было семь и три года, звали Элис и Дэмиен.

Дети Гарри и Сьюзен, Эдвард (названный в честь отца и деда Сьюзен), Лили и Лео — 14, 13 и 11 лет — учились на факультетах Хаффлпафф, Гриффиндор и Слизерин соответственно. Двум младшим детям Поттеров, Джеймсу и Джулии (названным в честь бабушки Сьюзен), было 8 и 4 года.

Дамблдору не терпелось увидеть, как другие дети Кастоса приедут в Хогвартс.

Дела в школе шли почти так же, как и раньше, хотя и с некоторыми изменениями. МакГонагалл, Флитвик и многие другие преподаватели остались, хотя Винс изучал Продвинутые руны, а провидица по имени Клео Хиллсбранд - Прорицание. Стефани была преподавателем ДАДА на постоянной основе, и был найден новый инструктор по зельеварению, Майкл Элрик. Хагрид продолжал преподавать уход за волшебными существами, а Аберфорт продолжал преподавать астрономию.

Лучшего персонала Дамблдор и желать не мог.

Саландра продолжала быть защитницей Хогвартса. Для студентов она была неуловима, как гигантский кальмар, но Дамблдор мог связаться с ней в любое время, когда ему было нужно. Сейчас она в основном жила в лесу, но время от времени путешествовала по трубам.

Теперь Тедди жил в Хогвартсе. Он стал неофициальным советником школы, поскольку у учеников, казалось, не было особых проблем с разговорами с очаровательным медвежонком. Он по очереди ночевал в общих комнатах Домов и быстро стал частью Хогвартса, как и распределяющая шляпа.

Гарри время от времени навещал Дамблдора, каждый раз принося что-то созданное им или заметки, сделанные им относительно нового прогресса в создании предметов, небольших или монументальных. Дамблдор часто восхищался изобретательностью и мастерством Гарри, всегда благодарный ему за то, что он последовал своим инстинктам и желанию взять Гарри к себе в ученики.

Волшебный мир был взволнован объявлением, сочтя его уместным и правильным, поскольку многие начали глубже вникать в события, касающиеся Гарри. Они не были близки к тому, чтобы узнать всю правду, но решили, что Гарри Поттер нуждается в более продвинутом обучении. Битва за Хогвартс в конце его третьего курса была достаточным свидетельством. Тринадцатилетний подросток, способный вызывать нескольких Патронусов (один из них - гигантский василиск!), определенно был человеком, к обучению магии которого следует относиться с осторожностью.

Его ученичество длилось пять лет, летние месяцы он проводил с Дамблдором, путешествуя по миру. Однажды они даже посетили Мако, где продолжали совершенствовать его контроль над Макрой.

Оглядываясь назад, Дамблдор был уверен, что это были одни из лучших лет его жизни.

Дамблдор улыбнулся. Так же, как и Маг, Гарри был тем, на кого он не мог не равняться. Хотя поначалу было трудно смириться с тем фактом, что его друг был более чем на сто лет моложе его самого, оставался более важный факт. Гарри был Магом, а Маг был Гарри. Он общался с обоими в течение нескольких лет, прежде чем узнал правду, единственное, что изменилось, это его восприятие их, но даже это, в конце концов, не имело значения.

Дамблдор больше не утруждал себя объяснением этого. Это было то, что было. Гарри был его лучшим другом, равным ему, его внуком, его наставником.

O o O

Дамблдор оставался директором Хогвартса еще пятьдесят лет, прежде чем уйти на пенсию и доживать свои дни в качестве советника Визенгамота, посещая в свободное время такие мероприятия, как съезды конфет и носков. Они с Гарри продолжали быть хорошими друзьями. Дамблдор даже помог ему привязывать трансфигурации к его магическим предметам. Сьюзан, жене Гарри, это особенно понравилось, так как она могла попросить предмет превратиться в настольную лампу, продолжая играть успокаивающую музыку и излучать мягкие импульсы тепла в комнату холодными ночами, когда Гарри отсутствовал.

Удивительно, но Фред Уизли в возрасте 86 лет стал следующим директором Хогвартса, в то время как Джордж Уизли стал заместителем директора. Старший сын Джорджа, Гидеон, возглавил их магазин шуток. Дамблдор передал "мастерство" Саландры Фреду, положив начало еще одной новой традиции для директоров / хозяйк Хогвартса. Что было очень хорошо в этой договоренности, так это то, что Саландра должна была одобрить нового директора. Это определенно предотвратило коррумпированность руководителей школы.

Близнецов любили так же, как и Дамблдора, хотя юные проказники, к несчастью, были совершенно неспособны провернуть что-либо без того, чтобы их деятельность не была раскрыта; но, подобно тому, каким был Дамблдор, Близнецы иногда закрывали на это глаза.

История будет смотреть на Гарри Поттера как на удивительно могущественного волшебника, искателя и хранителя мира, а также как на голос разума. Его имя превзойдёт даже имя Николаса Фламеля по магическому мастерству и силе, потому что творения Гарри будут предназначены не только для его личного пользования (как философский камень был предназначен только для Фламеля и его жены), но и для всех остальных. Конечно, созданные им предметы не даровали вечную жизнь, но они улучшали качество жизни.

В более поздние годы, работая с Гермионой и Невиллом, он смог наделить предметы целебными свойствами, чтобы помогать людям и растениям. Он также мог вселить в них осознанную, неподкупную цель, если того хотел.

Эти предметы творили чудеса в больницах по всему волшебному миру, особенно с маленькими детьми. На мягкую игрушку, например, можно было наложить успокаивающие чары, исцеляющие чары и свойства перечного зелья. Как большинство людей может себе представить, это было очень полезно. Единственным недостатком всего этого было то, что только Гарри мог создавать эти предметы. Конечно, любой мог заставить предмет наложить заклятие на ребенка, который к нему прикоснется, но после того, как он был использован, его нужно было наложить на предмет снова. Только у Гарри была способность создавать предмет, предназначение которого продолжало выполняться год за годом, всякий раз, когда это было необходимо. И он мог каким-то образом запрограммировать его, наделить сознанием, как у Тедди, чтобы он мог активировать "загруженное" заклинание, чтобы помочь тому, кто его держал, когда это необходимо.

Маг стал легендой. Его больше никто не видел, но его наследие (фонтан и Друзья) продолжалось. Остальные Кастосы исчезли вместе с Магом, хотя Хагрид, известный Кастоса, остался в Хогвартсе и быстро стал уважаемым человеком в обществе, особенно там, где речь шла о сообществах гигантов.

Только несколько человек узнали правду о Маге и Гарри, например, мадам Боунс (которой со временем удалось сложить два и два), но все, кто узнал, были более чем счастливы сохранить это при себе. МакГонагалл и Флитвик были двумя другими людьми, которые узнали правду, хотя это произошло потому, что они заметили, что Гарри растет в человека со сверхъестественным сходством с Магом. Единственным реальным отличием были его глаза, но его телосложение, рост и дерзкая осанка были идентичны. Что спасло Гарри от остального Волшебного мира, так это то, что он одевался немного по-другому, у него был более мягкий голос и он был чисто выбрит. У них даже не было причин считать Гарри Магом. В конце концов, он был всего лишь ребенком, когда Маг был рядом.

В последние годы жизни Гарри, после того как его дети выросли и начали самостоятельную жизнь, он стал влиятельным послом. Благодаря бывшему министру (Драко), который время от времени сопровождал его, он смог продолжать добиваться успехов в поддержании хороших отношений с другими магическими и немагическими сообществами и продолжал быть голосом разума в напряженных ситуациях.

Одна из таких ситуаций была с вампирами, когда они хотели иметь голос в волшебном мире и права, которые были предоставлены другим магическим расам. Хотя они и не стремились к частому общению, они все еще хотели быть частью того, что явно приобрело большое значение. Коалиция уважаемых рас. Понятно, что многие другие расы не хотели допускать вампиров в свою почетную группу. Особенно с учетом того, что несколько вампиров участвовали в битве за Хогвартс на стороне Волдеморта. Конечно, эти вампиры были убиты домовыми эльфами-защитниками и не представляли все вампирское сообщество. Тем не менее, ситуация очень быстро накалилась, и многие опасались войны.

Не желая допустить, чтобы подобное произошло, особенно когда этого можно было избежать, Гарри, как он сказал Сириусу много лет назад на четвертом курсе, принял мантию миротворца.

Организовав мирное собрание для переговоров, он занял нейтральную позицию, указав на плюсы и минусы, аргументируя за и против обеих сторон. Вампиры, видя, что коалиция готова обсуждать разные вещи, зауважали их еще больше и начали переговоры, изложив условия. Понимая страх многих людей перед вампирами (и это правильно), вампиры согласились соблюдать любое соглашение, к которому пришли в конце встречи.

Большинство вампиров не были злыми, но в их обществе было очень мало законов. Это означало, что они, по сути, могли охотиться на кого пожелают. Что ж, Гарри увидел возможность изменить это и воспользовался ею.

Когда все было сказано и сделано, вампиры согласились установить некоторые границы "питания", чтобы их могли принять в круг наций и сообществ. Они даже с радостью принимали зелья, которые могли заменить кровь. Для многих из них, по прошествии нескольких сотен лет или около того, кормление с шеи на самом деле стало немного утомительным. Конечно, охота временами могла быть волнующей, и кровь для них была о-о-очень вкусной, но все это стало слишком рутинным. Итак, в конечном итоге для них не составило труда установить некоторые правила, касающиеся их пищевых привычек, тем более что это также стало для них забавным испытанием. Животных было гораздо труднее поймать, чем людей, и их вкусы отличались большим разнообразием. Но помимо этого, они признали, что пришло время измениться, изменить общий образ вампиров.

Со временем сообщество вампиров утратит имидж бессердечных кровососов и превратится в благородных людей по собственному праву. Будучи мастерами магии крови, они смогли помочь Волшебному миру многими способами, в первую очередь там, где это касалось серьезных заболеваний и несбалансированной магии. Во многом подобно гоблинам, кентаврам и оборотням, они просто хотели, чтобы их признавали и уважали. Итак, они были.

O o O

Жизнь в Волшебном мире продолжалась, Гарри, остальные Кастосы и Друзья тайно продолжали направлять ее, гарантируя, что новая эра уважения и чести продлится еще долго. Даже за пределами своих правнуков.

И подумать только, все это стало возможным благодаря маленькому мальчику, который принял все, что с ним случилось, и использовал все, что ему было дано, даже плохое.

Даже ... Темные воспоминания.

~ Конец ~

A/N: Что ж, вот и всё, и это в третью годовщину! ^^ Я не знала, что включить в эпилог, поэтому решила описать будущее в общих чертах. Я постаралась ответить на все оставшиеся без ответа вопросы и рассказать о том, что может быть интересно читателям. Что касается пар, то сначала я поэкспериментировала с идеей оставить их нераскрытыми, но потом решила просто выбрать разумные варианты и двигаться дальше. Я знаю, что не могу угодить всем, но я смирился с этим.

В любом случае, я надеюсь, что вам всем понравилось, и спасибо за все отзывы за эти годы. Во многом я смог закончить эту книгу благодаря вам. Пожалуйста, дайте мне знать, что вы о ней думаете, и, если хотите, поделитесь со мной своими любимыми сценами/персонажами. Мне бы очень хотелось знать, что вам понравилось и почему, чтобы я мог продолжать совершенствовать свои навыки рассказчика.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге