Гарри Поттер. Книга вторая: Странная тайная комната

Пролог

Дженна резко подскочила со своей кровати. Ей казалось, что чьи-то холодные и пустые глаза смотрят прямо в душу. Вылетев из большого кукольного дома, подаренного ей приемными родителями Гарри, которые почему-то долго спорили с мальчиком, кто будет все оплачивать. Причем они не спихивали друг на друга, а наоборот, тянули. Фее тогда было стыдно, что она без предупреждения залезла в чемодан.

Сейчас же никого не было рядом кроме Большого Кота, который, впрочем, лучше Страной Кошки из Замка. Он даже давал чесать свое теплое и пушистое пузо, а также спать на себе. После того, как по весне она попала под волну Зла, сейчас ее чувствительность возросла в разы. Хотя вновь сталкиваться с таким не хотелось.

Пока девочка летала вокруг домика, сутулое большеухое и лупоглазое существо наблюдало за происходящим. Фея была лишней. Да и вообще, окружение совершенно не совпадает с тем, что должно быть. Его Цель сейчас не в том месте. Но ничего, он исполнит свое предназначение. И тогда Хозяин его похвалит.

Глава первая. Неожиданный подарок.

Приближалось тридцать первое июля. Гарри ждал этого дня с нетерпением и опаской. В прошлом году оно ознаменовалось тем, что мальчик со сводными братом и сестрой попали в Хогвартс. Одно письмо – и он оказался в водовороте опасных приключений. Но теперь уж знал – его враг жив и пытается воскреснуть. Так что месть Поттера свершится.

После того столкновения в месте хранения Философского камня, мальчишке вновь начали сниться кошмары, в которых уродливая коряга убивает родителей, а он ничего не может сделать. И как всегда – медитация и долгое махание бокеном или катаной, чтобы очистить мысли и привести разум в порядок. И так пока плохие сны не отступят, сменяясь спасительной тьмой.

То, что день рождения принесет новые проблемы – юнец не сомневался. И нет, это не связано с Дженной, которая пролезла к нему в чемодан, а после превратила два месяца в настоящий ад. Не специально, но эти умиления и вздохи от мачехи, всех соседок от мала до велика… Да даже бабушка попала под ее чары. Так еще и Джун рассказала им всем о признании феи, так что вышеперечисленное было направлено и на Поттера.

Проблема была в другом: от друзей не приходили письма. Спасло то, что перед отбытием на каникулы Гермиона оставила номер телефона на всякий случай, а японские маги не чурались изобретений маглов. Правда, позвонить на другой конец Земли влетало в копеечку, и надо правильно подбирать время из-за разницы по часовым поясам.

Когда же после двух недель молчания товарищей, коллективным решением был совершен звонок, на другом конце провода дети услышали вздох облегчения. Грейнджер, как и Лонгботтом с Уизли, вовсю написывали ребятам последнюю неделю, но почта пропадала в никуда. Так что немагические решения в области связи стали самыми надежными. Из-за этого подарки для Гарри и близнецов, у которых день рождения был в августе, обещали подарить уже после встречи в поезде.

Но та самая дата прошла спокойно: праздник прошел отлично. Проблемы начались позже. Сначала мальчик не мог долго уснуть. Но погрузившись в сон – пожалел. Коряга вновь пришла и начала убивать всех: родных, друзей, просто каких-то случайных людей, которых он лишь мельком примечал… Подскочив ранним утром, паренек принял холодный душ и облачился в хаори и хакама, сунув за пояс палочку. Взяв свою пока еще безымянную катану, он начал спасительные взмахи, надеясь отогнать кошмары и хоть немного поспать еще.

***

Тисовая улица тридцать первого июля была тиха и безмятежна. Как, впрочем и в любой другой день эта улочка в городке Литтл Уингинг в графстве Суррей. Здесь никогда не случалось странных происшествий, необъяснимых явлений, а о магии слышали только из развлекательных ток-шоу и детских сказок. И в этом же месте, в доме под номером четыре жила счастливая семья Дурслей: Вернон, полноватый мужчина, что поднялся из низов, где-то благодаря хитрости, где-то – деловой хватке, а в иных местах – благодаря банальному лизоблюдству; Петунья, его жена – серьезная, но всегда печальная домохозяйка, чьи розовые кусты каждый год получали первое место в конкурсе на лучшую садовую композицию; и их сын Дадли – пухлый мальчишка, который, впрочем, с недавнего времени решил пойти в секцию по боксу.

Сегодня вечером должно было произойти важное событие: на ужин приглашены деловые партнеры Вернона с супругами, – так что все обязано пройти идеально. Драились окна, до блеска натирались и так чистые полы, на кухне вовсю развернулась готовка, а Дадли была выдана ответственная работа – разложить удобрение под розами.

Упыхавшееся к семи семейство стало готовиться к прибытию гостей. Пока муж и сын переодевались, Петунья заканчивала сервировку и, мазнув взглядом по комоду, зацепилась за фотографию: две девочки лет двенадцати-тринадцати, обнявшись, счастливо улыбались. Женщина печально приподняла уголки губ в легкой полуулыбке, а после вновь с серьезным видом осмотрела стол и отправилась переодеваться.

Гости оказались пунктуальными и приехали ровно в восемь вечера. Это были Очень Важные Партнеры, ибо мистер Дурсль хотел расширить бизнес, поэтому все должно пройти идеально. Так что никто не ожидал, что спустя минут двадцать со второго этажа из неиспользуемой комнаты раздастся грохот.

***

Гарри лежал вверх ногами в неизвестном месте, спиной упершись в кровать. Лишь это спасло от более серьезных ушибов, когда мальчик выпал из чужой аппарации с высоты в два метра. Он поправил съехавшие очки и пытался понять, где оказался, все еще сжимая рукоять клинка.

Внизу же в это время первым пришел в себя Вернон:

– Простите, это наш кот. Такой проказник…

– Какой кот? – зашипела его супруга, склонившись к уху мужа.

– Так сходи и проверь, – полушепотом ответил он, а затем вновь перевел внимание на гостей. – Так на чем мы остановились, мистер Мейсон?

Женщина со вздохом поднялась и отправилась в неиспользуемую комнату.

***

Поттер еще раз осмотрелся и заметил присутствие странного существа, которое, впрочем, пока не показывалось. Кто бы сомневался? Какой-нибудь шаловливый аякаши решил подшутить над юным магом. Только вопрос – куда он его выбросил и где достать бумагу и письменные принадлежности? Мальчишка уже было подумывал, что можно в крайнем случае использовать собственную кровь, как вдруг открылась дверь.

***

Петунья застыла в шоке, когда увидела незнакомого мальчика в странной одежде. Тот же принялся что-то говорить на незнакомом языке, но видя непонимание на лице женщины, перешел на английский с легким акцентом.

– Простите уважаемая, я не специально. Я… – он замялся, не зная, что сказать.

Миссис Дурсль проморгалась, немного придя в себя, а после присмотрелась к лицу незваного гостя. “Этого не может быть… Просто не может…” – пронеслось у нее в голове, когда она заметила неуловимо знакомые черты.

– Посиди здесь, только тихо, – мягко сказала хозяйка. – Как уйдут гости, я хочу с тобой поговорить.

– Хорошо, – кивнул мальчишка. – А можно Вас попросить: мне нужен карандаш или ручка и бумага.

Женщина спустилась со второго этажа. На ее губах заиграла слабая полуулыбка, а в глазах появились чуть заметные искорки радости. Вернувшись к гостям, она сказала:

– Ох, простите, наш котик просто заигрался.

Вернон опешил. Какой кот? У них отродясь никогда не было живности. Даже рыбок. Бочком подойдя к жене, он потребовал объяснений.

– Потом, – прошептала она. – И еще: испортишь мне момент – отправишься спать на диван.

***

Получив желаемое, Гарри заверил, что не покинет комнату. Но письменные принадлежности ему нужны были не для того, чтобы послать весточку домой. Нужно было для начала разобраться с аякаши.

Существо же проявило себя. Им оказался английский эльф-домовик в старой наволочке. Но вот что странно – его глаза казались стеклянными из-за отсутствия в них хоть намека на жизнь.

– Гарри Поттер! – пронзительным, но каким-то механическим голосом, воскликнул похититель. – Добби так давно мечтал с Вами познакомиться, сэр… Это такая честь…

– Ну-ну, – хмыкнул мальчик и уселся прямо на пол. – Так-с, “Стена чистоты” или “Обратная сторона Луны”?

– Добби, сэр, – домовик, казалось, вообще не обратил на тон юнца. Будто он читал заготовленную речь, рассчитанную строго на конкретную реакцию. – Просто Добби. Добби-домовик, если угодно, домовой эльф.

Гарри еще раз внимательно посмотрел на существо.

– Значит, “Луна”, – и принялся полосовать бумагу, подготавливая талисманы, которые покрывал геометрическими символами и кандзи.

В это время похититель играл театр одного актера. Он что-то рассказывал, размахивал руками, активно перемещался, но лицо продолжало быть безжизненной маской. Вдруг Добби подбежал к окну и собирался начать биться об раму, так что Гарри, поглядывающему на эльфа, пришлось выхватить палочку и заклинанием отправить подушку, чтобы та стала между рамой и заколдованным существом. Мальчишка не хотел мешать людям, что его не прогнали в такой ситуации.

Следующий раз пришлось отвлечься на пачку писем в руках у домовика. Часть из них оказалась пропавшей перепиской первых двух недель лета, а после – пустые конверты без подписи. Все страньше и страньше.

Дальше же пришлось сконцентрироваться на письменах, пустив еще на талисманы и те конверты, потому как бумаги просто не хватало. Затем он призвал Хари в материальном виде и отправил раскидывать магические проводники по периметру, а сам сконцентрировался на заклинании.

Просидев так несколько минут, он пропустил момент, когда домовик исчез из комнаты, а на кухне начал летать домашний пудинг со взбитыми сливками и засахаренными фиалками. На счастье, в момент хлопка, что означал завершение ритуала, миска пролетела считанные сантиметры и просто рухнула на пол.

***

– Опять котик шалит, – мило улыбнулась Петуния, привлекая внимание гостей. – Вы простите меня, я пойду, уберу беспорядок.

***

Заклинание дало засветку всего на пару секунд, изгоняя домовика. Можно было попробовать применить на него “Восемь сторон”, но тут был другой случай: на контроль, в отличие от одержимости, ритуал не повлияет, а разорвать подчиняющие узы будет явно непросто. Теперь оставалось дождаться хозяев. С отправкой же шикигами стоило подождать, потому что нужно хоть узнать, куда его выкинуло. А там – сообщить родителям.

***

Миссис Дурсль с огромным нетерпением ждала окончания встречи, хоть и внешне не проявляла оного. Распрощавшись с гостями, женщина под выразительным взглядом мужа, требующим объяснений, и непонимающим сына, поднялась наверх.

Мальчик сидел на полу с закрытыми глазами в позе лотоса. На его коленях покоился клинок в ножнах.

– Еще раз простите, что напугал, – произнес он. открывая глаза – Надеюсь, я ничего вам не испортил?

Не успела она ответить, как с улицы послышались приглушенные хлопки, а в дверь тяжело постучали. Вернон открыл, собираясь высказать все наглецам, но отшатнулся от странного человека, у которого правая нога была деревянной, а левый глаз – огромный, искусственный и бешено вращался.

Незнакомец нагло отодвинул хозяина и грузно потопал на второй этаж, а на пороге встали два неприметных человека. Наглец заглянул через плечо Петуньи и пробасил:

– Ну ты и заставил нас побегать, юнец…

Появление неизвестных и их поведение стало последней каплей для Вернона, так что он начал скандалить. Тихий и спокойный дом номер четыре на Тисовой улице тридцать первого июля посетил бедлам и какие-то странности, чего тут отродясь не было…

Глава вторая. Знакомство с Дурслями.

– ТИХО! – грозный окрик сухопарой женщины прекратил беспорядок как по волшебству. – Ты, – она ткнула в странного незнакомца, – в гостиную. Вернон, – дождавшись “Да, дорогая?”, – на кухню, поставь чайник.

Немного успокоившись, она заговорила уже тише:

– Ну а теперь с тобой, мальчик. Скажи, кем приходится Лили Поттер, в девичестве Эванс, а также ее муж Джеймс?

Мальчик увидел в ее глазах все ту же затаенную надежду. Не понимая, чего она ждет, он ответил:

– Меня зовут Гарри Поттер. Джеймс и Лили Поттеры – мои родители, которые погибли одиннадцать лет назад.

Женщина охнула. Так значит она не ошиблась. Эти глаза…

– Я Петуния Дурсль. Лили была моей сестрой, так что я твоя тетя.

Мальчишка непонимающе захлопал глазами. Он слышал, что у покойной матушки была сестра, но кто она и где живет – не знал. Бабушка сказала, что это для того, чтобы не втягивать родственников-немагов в их разборки. А тут каким-то чудом его закинуло к ней в дом.

– Простите, я о Вас почти ничего не знал… Приемные мать с отцом и бабушка Аяно мало говорили о родственниках из Англии.

– Это долгая история, Гарри, – женщина потерла лоб. – Об этом поговорим потом, а сейчас… – живот мальчишки предательски заурчал, потому как в Японии сейчас было утро. – Живо вниз, будем тебя кормить.

***

Грозный Глаз был удивлен. Его, мастерового аврора, построила какая-то немаг. Хотя это же сестра Лили, так что неудивительно. Покойная Поттер наравне с мужем билась против Пожирателей в прошлой войне. Возвращаясь чуть назад, когда в аврорат пришел запрос, мужчина сначала не поверил. Гарри, которому сейчас положено было быть на другом конце света – пропал. И не абы куда, а попал в Англию. Пробив по трафику порт-шлюзов и аппараций, они ничего не обнаружили, но родственники утверждали, что проведенный ритуал указывает куда-то на Британские острова. А вот точнее – что-то мешает.

И тут на помощь пришла небольшая несанкционированная засветка. Проведя триангуляцию, маги выяснили, что некто провел ритуал по японской методике в Литтл Уиннинге. Мастеров такого ремесла там отродясь не было, так что было предположено, что это Поттер, который, к сожалению, не попадал под Надзор. Подняв архивные данные, выяснилось, что там проживает сестра Лили Поттер, которая входит в список доверенных лиц, так что врываться с “чистильщиками” туда не надо.

– Так, господа маги, теперь с вами, – женщина стала перед Грюмом, уперев руки в бока. – Мальчик сегодня никуда не пойдет. Сейчас он кушает, а потом – спать. Приходите завтра.

– Знаете, дамочка, – аврор слегка опешил от такой наглости, – я ведь могу и не спрашивать Вас. Один взмах палочкой – и все забудут этот вечер.

– Ты… – прошипела миссис Дурсль. – Только посмей. Из-за вас, уродов, я лишилась любимой сестры. И если вы мне помешаете сейчас просто побыть с племянником, я не знаю, что с вами сделаю.

Речь женщины была такой экспрессивной, что казалось, будто она скатает магов в бараний рог не напрягаясь. Хотя и сам Аластор не собирался здесь и сейчас хватать мальчика. Да, он применил магию в доме маглов, но существуют примечания и положения, в которых несовершеннолетние имеют на это право. Гарри, скорее всего, попадает под них. Осталось только уточнить пару моментов, ибо старый аврор явственно ощущал следы защитного заклинания.

– Успокойтесь, дамочка, – пробасил Грюм. – Сейчас от мальчишки нам нужны показания по поводу произошедшего. Плюс его легализация, потому как он незаконно пересек границу. И по крайней мере до завтра Гарри может остаться у Вас.

Петунья подозревающе прищурилась, а после молча кивнула. Маг решил сам опросить потерпевшего. На счастье, он им и оказался, потому как перенос магией домовиков считается как несчастный случай. Серьезный, даже слишком для своего возраста, молодой человек детально описал события. Аппарация, странный эльф со стеклянными глазами, применение барьерной магии.

Грюма заинтересовало это дело, так что он решил вести его сам. Домовой, что вел себя как марионетка с четко прописанным сценарием – было чем-то новым. За его карьеру было много разных случаев, но даже для жертв под Империусом оставляли простор для импровизации, чтобы они казались живыми.

– Значит так, парень, в течении пары дней за тобой прибудут. Пока оставайся здесь и никуда не уходи. Понял?

– Да, Грюм-сан. Я только отправлю шикигами домой. Можно?

– Ну, твои и так знают, но все же действуй. Только учти, магию – по минимуму. Только там, где никто не видит или в крайнем случае для защиты. Все, удачи. Может еще свидимся.

***

Маги покинули дом, предварительно накинув несколько защитных заклинаний поверх поставленного мальчиком. Гарри же остался с Дурслями. После сильного стресса и недосыпа его просто напросто сморило. Хозяйка постелила ровно в той же комнате, где юнец и появился. Как ни странно, но за последние несколько недель Поттер безмятежно уснул сном без сновидений, будто попал к себе домой.

– Дорогая, может ты все же объяснишь, что здесь происходит? – Вернон начал разговор, когда все легли спать.

– Давай поговорим с утра. Я все расскажу. Договорились? – женщина взяла мужа за руку и посмотрела тому в глаза.

Мужчина немного похмурился, потопорщив усы, но все же согласился.

***

Утро первого числа в доме номер четыре началось необычно. Сначала ранним утром работающие люди и просто вставшие по разным причинам соседи наблюдали странного юнца в непонятных одеждах, что размахивал какой-то штукой на лужайке. Многие даже оценили его пластику. После этот самый мальчишка уточнил у прохожих направление к ближайшему банкомату и магазину. На счастье, оные были в одном месте. А после дом накрыла волна необычных. но аппетитных ароматов.

Стоя за плитой, Гарри клял себя за глупость. После прошлогодних событий и погружения во тьму, он смог использовать тень, как расширенное пространство. Правда, объемы хранения были мизерные, но вместо того, чтобы подумать о талисманах или хотя бы тетрадке с карандашом, сунул туда кошелек с деньгами магического и магловского мира. Хотя повезло, что японскую карту тут приняли.

После всех событий, мальчишка решил отблагодарить приютившую его семью. Конечно, полноценный завтрак как он привык, сделать невозможно из-за отсутствия чисто японских продуктов, типа мисо, не получится, но рис, яйца и овощи оставались одинаковыми во всем мире. Хорошо, что в магазине оказался соевый соус. Одна-единственная бутылочка, заказанная на пробу с полгода назад, но срок годности был нормальным.

Услышав за спиной шаги, он произнес:

– Доброе утро, Петунья-сан, – на слух, в отличие зрения, мальчик не жаловался и тихие шаги явно не могли принадлежать грузному Вернону или храпевшему буквально десять минут назад в своей комнате Дадли, мимо которой он проходил в туалет. – Завтрак скоро будет готов.

Миссис Дурсль удивленно смотрела на юнца, что в ее фартуке ловко орудовал кухонной утварью.

– Доброе, Гарри. Не надо было…

– Простите, но я считаю, что долги надо отдавать, а Вы меня даже не спросили ни о чем, когда я неожиданно появился, а после позволили тут пожить, – Поттер повернулся к женщине и серьезно посмотрел на ту.

Петунья не знала, что и сказать. Взгляд мальчика просто не был похож на тот, который соответствовал возрасту в двенадцать лет. Что же заставило его так быстро повзрослеть?

Когда же еда была готова, проснулось и остальное семейство.

– Дорогая… Мама… – Вернон и Дадли в унисон заговорили, спускаясь с лестницы, – а чем это так пахнет?

***

После завтрака настало время серьезного разговора. Миссис Дурсль еще немного поколебалась, но начала:

– Лили всегда была необычной. Еще с детства с ней происходили странности, которые никто не мог объяснить, но она была моей любимой младшей сестренкой. Когда же в одиннадцать ей пришло письмо из магической школы, а после пришел учитель, чтобы поговорить с родителями, никто не понимал, как так получилось. Уже тогда между матерью и отцом произошел разлад.

Все изменилось, когда ей настало пятнадцать лет. В очередной раз отбывая в Хогвартс, она поссорилась с папой, а матушка, просто попавшая под горячую руку была обвинена в измене. А после уже от нее получила и Лили, когда та бросила в сердцах о том, почему родилась такая дочка.

О чем тогда в течении учебного года писали родители, я не знаю, но догадываюсь. Но чем дальше, тем реже сестра связывалась даже со мной. В конце концов письма перестали приходить, а она не вернулась домой на летние каникулы. Сколько бы я ни старалась добиться правды, сколько бы ни пыталась связаться – все было тщетно. Обычная почта в магический мир письма не носит, а где достать сову – не знала.

Так все оставалось ровно до того дня, когда пришел тот самый учитель, Альбус Дамблдор. Он-то и рассказал, что нет больше моей сестренки, моей Лилички, – женщина рассказывала, а по ее щекам текли слезы. – Что какой-то чокнутый маг с замашками Гитлера убил ее с мужем, а их сына забрали родственники из Японии. Рассказал, что она не могла со мной связаться, боясь за мою жизнь. Хотела дождаться победы, чтобы вновь встретиться…

Петунья замолчала, не в силах что-то добавить. Но потом вздохнула и, наконец, закончила:

– А теперь я встретила тебя, Гарри. Наверно, уже много раз ты слышал, но я все же скажу – у тебя ее глаза, – и обняла мальчишку.

Когда же женщина немного успокоилась, слово взял Поттер:

– Огромное спасибо, Петунья-сан, что рассказали о маме, – он улыбнулся, но после его голос стал холодным и злым, – но тот, кто ее с папой убил – еще жив. И я его уничтожу своими руками.

Вернон и Петунья отшатнулись от таких слов, порадовавшись, что отправили Дадли в свою комнату.

– Гарри, как ты можешь такое говорить? Даже если он еще жив, может стоит доверить все взрослым? Таким как вчерашний маг…

– Простите, что напугал, – мальчик произнес это уже мягче, но печальней. – Однако это моя судьба… сказал бы я, но это и мое желание. Я просто не смогу жить дальше. Некоторые вещи нельзя доверить никому.

***

Разговор выдался очень тяжелым. Всем стоило его “переварить” в отдельности. Так что Гарри попросили пока уйти в комнату. Вернон просто не понимал. Все же он был обычным обывателем.

– Как хорошо, что наш сынуля никак не связан с этими… магами, – мужчина хмыкнул, потирая подбородок. – Темные волшебники, убийства… бр-р-р…

– Знаешь, дорогой, – миссис Дурсль пристально посмотрела на мужа, – они ничем не отличаются от нас. Те же люди, просто с каким-то талантом. Так что если не хочешь ночевать на диване…

– Я понял, любимая, – Вернон не зря был бизнесменом, понимая, когда стоит отступить.

***

Дадли рассматривал неожиданно приобретенного двоюродного брата через щелку в двери. Мальчишка сидел лицом к окну в странной позе и что-то делал. Дурслю было жутко любопытно, но он боялся открыть сильнее дверь, чтобы не выдать себя. Поттер неожиданно замер, а после произнес:

– Заходи уже. Не стоит стоять на пороге.

– Ничего себе! А как ты меня заметил? Магия? – Дадли зашел в комнату.

Гриффиндорец рассмеялся:

– Нет. Просто у меня хороший слух. Я Гарри. Гарри Поттер.

– Дадли Дурсль, – мальчики пожали руки. – Слушай, а можешь показать что-нибудь, – он неопределенно помахал рукой, – м-м-м… магическое?

– Знаешь, как бы нельзя… Меня просили не творить волшебство без причин, – Поттер на секунду задумался, а потом хитро подмигнул. – Ты только не пугайся.

Под ногами мальчишки сгустились тени и оттуда вынырнула сколопендра в физической форме. Пробежав по телу, она привычно расположилась на левой руке, обвив ту всем телом. Дадли таращился, не зная, восхищаться или пугаться.

– Ее зовут Хари. Это мой фамильяр.

– Ничего себе… – “отморозился” младший Дурсль. – Фамильяр – это призванное животное, типа как в фэнтези-фильмах? А Хари – это потому что тебя зовут Гарри?

Поттер и сколопендра посмотрели друг на друга, а после на Дадли и рассмеялись. Повелительница миллиона ног мелко тряслась в беззвучном хохоте. Утерев выступившие слезы, Поттер пояснил:

– Хари – это с японского “игла”. Одно из ее прозвищ – “Мать тысячи игл”. И это аякаши – древний дух, которому много тысяч лет.

Дурсль от удивления широко открыл глаза:

– Вот это да… Я даже не знаю, что может быть круче. Слушай, а ты в приставку играешь?

– Это что?

– Пошли, покажу, – Дадли пригласил Гарри в свою комнату.

Глава третья. “Нора”.

Мистер Уизли “зашивался” на работе. Из-за навалившихся за последний год дел после договоренностей с Хошино, потихоньку начало выправляться положение с финансами. Японцев заинтересовала его схема зачарования магловских двигателей внутреннего сгорания, когда те познакомились на вокзале Кинг-Кросс.

Конечно, приходилось делиться прибылью, потому как просто так отправлять движки в Японию никто не даст. Но его сильно удивляло, почему за его изобретение зацепились за границей, но игнорировало большинство родных магов. Наверно, единственный значимый прототип – это “Ночной Рыцарь”, автобус. Однако местами волшебнику пришлось пожертвовать частью работы в министерстве, что и вылилось в эти проблемы.

– Слушай, Артур, мне нужна… Ой, как тут все запущено… – Грюм зашел в маленький кабинетик артефактора.

– И тебе привет, Аластор, – мужчина помахал из-за груды бумажек. – Если это не срочно, то конечно помогу.

– Мне надо, чтобы ты приютил Поттера до начала учебного года, – сказал Грюм, садясь на стул для посетителей.

– Ага, хорош… Что?! – Уизли вскинул брови. – Я что-то не понимаю. Подробности можно или засекречено?

– Так-то секрет, но по дружбе скажу: его перекинул к маглам какой-то чокнутый домовик. Отправить назад не выйдет – ценный свидетель. А его родным задерживают визу.

– Так, стоп, – Артур помотал головой. – А как же близнецы? Они же ученики Хогвартса.

– С ними-то проблем нет, – Грюм устало потер глаза. – А вот наши крючкотворцы чего-то сцепились с японцами.

Уизли закрыл лицо руками, а после во вздохом поднял голову. Так вот почему пока прервался его бизнес. Хорошо, что деньги были вложены в магловскую надежную фирму, которая контактировала с магическим миром. Так что с процентов можно было не только нормально жить, так и потихоньку приводить поместье в нормальный вид. Но не хотелось терять такой источник доходов, раз от них, как от артефакторов, отвернулись все местные.

– Хорошо, приютим, – произнес Артур после раздумий.

– Отлично, тогда сегодня вечером к тебе заскочут мои ребятки, обновят твои барьеры и накинут кое-что из новинок.

– Эвона как… Все настолько плохо?

– Знаешь, – Грюм поднялся со стула с кряхтением, – я не хочу, чтобы мой свидетель еще куда улетел по желанию левой пятки непонятно кого в четверг после дождика.

– Н-да… Когда забрать?

– Завтра с утра. Я отправлю сову тем маглам с предупреждением.

***

Гарри и Дадли с упоением резались в Contra. Та самая непонятная приставка, кою двоюродный брат окрестил NES, оказался знакомым Famicom, в которую любила поигрывать Джун. Сам же Поттер больше внимания уделял тренировкам, в то время как Хитоши – книгам. Но иногда дети просто садились в свободный вечер и устраивали игровой марафон в Donkey Kong или Mario, дабы разгрузить мозги.

Недавно прилетала сова с сообщением, что с утра приедет мистер Уизли и Гарри переберется к ним. Мальчик понимал, что после этих событий ему надо быть там, где можно не бояться применять магию в целях самозащиты. Тоже самое он объяснил и тете, пообещав, впрочем писать и иногда приезжать в гости по возможности.

– Слушай, Гарри, – Дадли все же решился задать мучивший его вопрос, – а можно как-то научиться магии, если ею не владел изначально?

Поттер посмотрел на двоюродного брата. Тот с надеждой в глазах наблюдал за мальчиком. Гриффиндорец покачал головой:

– Увы, но если в теле от рождения нет магического ядра, то ничего не выйдет.

– А если применить какое-то заклинание? Или упасть в чан с радиацией, как в комиксах?

– В чем-чем?

Дадли сунулся в шкаф и достал коллекцию тоненьких журналов с картинками, на которых красовались Spider-man и X-man. Гарри полистал эти книжки, которые оказались цветной мангой. А потом грустно рассмеялся.

– Боюсь, эти истории – лишь сказки. Ядро – это как рука или нога. Если ее нет с рождения – никак ее не пришьешь.

– Но как же всякие протезы?

– Они все равно не будут частью человека. Это как если я дам тебе заряженные талисманы. Ты их сможешь применить, но вот магом от этого не станешь.

Дадли расстроился от услышанного.

– Слушай, а можешь дать мне талисман?

Гарри задумался. Его в основном учили боевым и экзорцистским чарам. Доверять такое необученному человеку, да еще и немагу – опасно. Хотя было одно заклинание. Он сунул руку в тень, где уже хранились полосы бумаги и карандаш. Начертав символы, он протянул талисман двоюродному брату:

– Это заклинание барьера. Если что-то случится непредвиденное, и тебе будет грозить смертельная опасность – просто его разорви.

– Спасибо, – кивнул Дадли.

***

Утром следующего дня к дому номер четыре подъехал старенький Форд Англия. Машина хоть и повидала многое, но была отполирована, а колпаки колес блестели на солнце. Вернон, сунувшийся в окно, вскинул брови от удивления: классическая модель 105Е шестидесятых годов производства. Если еще она будет еще из первой партии, то стоит такое чудо бешеных денег у коллекционеров. “Интересно, кто же это…”

Не успел Дурсль-старший додумать мысль, как из машины вышел мужчина, одетый вполне нормально, если бы не колпак на голове. Он прошелся по дорожке и нажал на кнопку звонка. Дверь открыла Петунья. Женщина оглядела посетителя с ног до головы, а потом произнесла:

– Доброе утро, мистер Уизли.

– Что?.. Как?.. – Артур непонимающе захлопал глазами.

– Колпак, – миссис Дурсль показала на голову.

Мужчина поднял руку и обнаружил искомый предмет одежды.

– А еще в письме говорилось, что на дом наложили чары, которые развеивают морок или оборотное зелье, что бы это не значило.

– Ну а если бы послание было от кого-то другого? – Уизли приподнял бровь.

– Тогда бы Вы просто вломились в дом и никто не смог бы Вас остановить. Петунья Дурсль.

– Артур Уизли, – мужчина галантно поклонился.

Пропустив гостя в дом, женщина предложила тому чай. Пока Петунья и Дадли прощались с Гарри, Вернон завел разговор о машине. Все-таки он был заядлым автолюбителем, постоянно заботящимся о своей “ласточке”. Каково же было его удивление, когда оказалось, что Форд был пятьдесят девятого года, одним из первых в сто пятой серии.

В процессе конструктивного диалога Артур узнал много нового для себя из быта маглов, а Дурсль-старший получил баночку волшебной полироли, благодаря которой блеск сохранялся намного дольше. К этому моменту в гостиную спустился Гарри. Он был одет в футболку и джинсы Дадли, которые уже были малы крупному мальчишке. Ну а вещи Поттера лежали в сумке. К сожалению, места в тени хватило только на талисманы. Катану, которую решено было спрятать, чтобы не привлекать излишнего внимания, замотали в тряпку.

Попрощавшись с семейством Дурслей, маги сели в машину и отбыли в место, которое Артур назвал “Норой”.

***

Старинные магические часы, которые стояли в холле поместья Уизли, не показывали время, но состояние и местоположение членов семьи. Каждый глава рода артефакторов должен был настраивать их и модифицировать с учетом родственников. Сейчас большая часть стрелок, а точнее все, кроме мистера Уизли, показывали “Дома”. Указанный же мужчина позиционировался как “На работе”, но после указатель сместился на “В пути”.

Наблюдавшая за этим Молли Уизли хмыкнула и отправилась на кухню. Хоть время завтрака и прошло, но гостя требовалось накормить. О том, что к ним приедет Гарри, родители не стали пока говорить детям, решив устроить сюрприз.

– Слушай, братец, – Фред толкнул Джорджа в бок, прерывая расчет ингредиентов для очередной шутливой поделки, сидя в беседке, чтобы никто не помешал, – а разве папа сегодня не на работе?

– А что? – близнец поднял глаза и увидел въезжающую машину. – Странно. Я вчера ничего не слышал… Мерлинова борода! Смотри, кто там!

***

Рон спустился из своей комнаты. Завтрак был безбожно проспан, но уже который день мальчишка бился над схемой. Начавшаяся еще в прошлом году затея с плеером, пока ни к чему не приводила. Приходилось осваивать множество фундаментальных знаний как в области магических наук, так и магловских. “Интересно, батя так же корпел, когда зачаровывал машину?” - подумал младший Уизли, не прекращая зевать.

– Мам, а есть что перекусить? – начал было Рон, но после резко проснулся от удивления. – Гарри, привет. А ты что тут делаешь?

Поттер неопределенно пожал плечами, жуя очередной пирожок от причитающей миссис Уизли о “слишком худосочном мальчике”. Хотя Гарри был вполне нормальной комплекции для своего возраста, просто постоянные занятия с оружием по клановой методике его делало более жилистым.

Следом за братом сунулась и единственная дочь семьи, также зевая. Она уже немного по другому отреагировала на гостя: ойкнула, покраснела и шмыгнула обратно за дверь. Гарри удивленно захлопал глазами.

– Не обращай внимания. Это Джинни. И она твоя фанатка.

– Причем большая, – на кухню сунулся Фред, успев услышать, о чем тут говорили.

– Не удивляйся, если она попросит автограф.

Поттер вздохнул. Непонятный культ вокруг его личности раздражал. Мальчишка еще ничего не сделал. Пока не сделал. Но не стоило показывать недовольства, ведь каждый имел право на причуду. Однако гриффиндорец надеялся, что девочка все же не будет настойчивой. Может, стоит просто поговорить и подружиться?

***

Джинни забежала в комнату. Она не знала, куда себя деть. Но главное – не стоит сюда пускать Гарри, потому как возникнет много вопросов: на стене висело несколько вырезок из “Пророка” за прошлый год. Ушлая Рита Скиттер где-то пронюхала про Мальчика-Который-Выжил и его возвращение в Англию, так что скрытно сделала фотографии, кои были выложены в несколько номеров газеты. Мальчишке тогда повезло, что это произошло в начале учебного года, так что основная шумиха улеглась, а письма самых отмороженных фанатов просто заворачивались школой.

И сейчас эти фотки висели у девочки на стене. Вместе с несколькими книгами о Гарри. С другой стороны ей жутко хотелось расспросить его о том, что в них правда, а что – нет. В конце концов приведя мысли в порядок, девочка надела нарядное платье и все же решила спуститься вниз.

***

Пока Джинни еще была у себя, Поттер закончил со вторым неожиданным завтраком и прогуливался с Роном, который решил устроить другу экскурсию. Поместье Уизли выглядело необычно: изначальное здание облепили разнообразные пристройки, которые держались лишь благодаря магии. Сама же постройка выглядела обветшало, из-за нарушенных магических контрактов, но добротно. Хотя местами видно было, что ремонт и замена магических структур начались относительно недавно.

Девочка догнала их в саду, оккупированном гномами: магическими вредителями, наподобие тараканов. Мальчишка рассматривал их с интересом, потому как только слышал об этих существах.

– Доброе утро, – пискнула младшая Уизли. В самый ответственный момент голос ее подвел. – Я Джинни, – добавила она, отчаянно краснея.

– Гарри, – мальчик поклонился. – Приятно познакомиться, Джинни-тян.

– Слушай, а можно спросить? – начала она с места в карьер. – А правда, что молния – место, куда тебя ударило непростительное заклинание?

Юнец сделал жест, что именовался “рука-лицо”, а Рон звонко расхохотался. Первые два или три месяца прошлого учебного года мальчишку донимало полшколы с вопросами разной степени сказочности или идиотии. Он хотел забыть об этом кошмаре, но, похоже, его тот будет преследовать еще долго.

– Дай угадаю: “Гарри Поттер. Жизнь и размышления”?

– Да, – девочка непонимающе захлопала глазами.

Младший Уизли просто рухнул на землю от смеха. Гарри же свесил голову, вновь пряча лицо в руках.

– А… Что не так?

– Если я тебе скажу, что в этой книге, да и во всех остальных, написан полнейший бред, никак не относящийся к действительности – ты сильно расстроишься?

– Но-но-но.. Как же?.. – Джинни не знала, что и сказать.

Гарри вздохнул и посмотрел на друга:

– Рон, давай заканчивай, – а после перевел взгляд на младшую Уизли. – Пошли где-нибудь сядем и просто познакомимся?

Глава четвертая. Гилдерой Локхарт.

Дом Уизли – место невероятно странное. Семейство артефакторов создавало определенную слегка безумную атмосферу. Даже Перси, ответственный староста и пай-мальчик, умудрялся вносить в происходящее свои нотки, устроив самый мощный взрыв в саду, перепутав последовательность ингредиентов в зелье, заданном на лето. Больше всех же устраивали бедлам близнецы со своими задумками.

Благо, Гарри привык к жизни с гиперактивной сестренкой, так что уже на следующий день не обращал внимания. Тем более вместе с Роном засел за домашние задания. Точнее, сам Поттер их уже сделал, а вот Уизли собирался заняться в последний момент. Или вообще в начале учебного года. И все это перемежалось с построением схемы питания. Сильно не хватало Гермионы, которая больше всех крутилась в магловском мире в силу происхождения.

За неимением телефона в доме Уизли, Гарри переписывался с родными с помощь шикигами, духов, что без сна и отдыха могут пересекать большие расстояния. К сожалению, совы тут не смогут оперативно доставлять корреспонденцию, а каминная сеть недоступна попросту из-за отсутствия у Хошино этого самого камина. Других же способов общественной связи английские маги попросту не знали. Была еще парочка узконаправленных заклинаний, да в Министерстве и посольствах присутствовали большие рунические круги.

Спустя неделю прилетела Букля. Сова, лишившаяся единственного человека, что мог хоть немного остановить Джун, решила ретироваться к оному, так что теперь довольная сидела в совятнике в тиши и спокойствии. С ней собиралась лететь и Дженна, но фею отговорили, обещав отправить с близнецами перед началом учебного года.

***

По прошествии нескольких дней, когда лопнула последняя лампочка для ручного фонарика, которую решили использовать для тестов, настала пора выбраться в город. Как раз миссис Уизли объявила о том, что надо закупиться книгами. На все предложения от Гарри посодействовать финансово в благодарность Молли просто отмела. Она даже проигнорировала его речь про честь.

Собравшись, маги выстроились рядом с камином, решив воспользоваться летучим порохом, который все равно надо было закупать, потому как у текущего уже подходил срок годности. Четко объяснив принцип незнакомому с ним Гарри, они начали перемещение. Неизвестно, повлиял ли акцент или просто шутка Фортуны, но Поттера вместо общественного выхода на Косой Аллее выкинуло на Лютый Переулок.

Эта часть магического Лондона была сырой и мрачной. Подозрительные личности, запах пота, мочи и крови, что летал в воздухе, давящая атмосфера – все это немного выбило мальчишку из колеи. Но тот быстро пришел в себя, нащупав палочку и талисманы, размышляя, призывать Хари или нет, ибо к нему начали приставать какие-то непонятные личности.

И вновь спас случай: Хагрид, уже уставший бороться с кислотными слизнями, что с удовольствием жрали капусту, плавя землю под собой, обратился к Снейпу за самым ядрёным ядом, что тот мог сварить. За что был послан… за очень специфичной смесью в Лютый. Здесь-то лесник и встретил Гарри.

– Что ты тут делаешь? – удивился Рубеус, увидев мальчика и одним видом отваживая всяких типов.

– Здравствуйте. Летучий порох почему-то выбросил у этого общественного камина.

– Дела… Ладно, пошли, выведу.

***

Гринготтс встретил начищенными до зеркального блеска мраморными ступенями как и в прошлый раз. Приведя себя в порядок, Гарри решил подождать тут Уизли, которые, впрочем, быстро нашлись. А когда они собирались зайти в банк, то нос к носу столкнулись с семьей Грейнджер, что меняли тут фунты на валюту магического мира. После короткого разговора решено было продолжить путь вместе.

***

Гилдерой Персиваль Франциск Локхарт откровенно страдал. Он, некогда сильный охотник на опасных монстров, сейчас вынужден был, по факту, развлекать толпу. Пару лет назад маг получил сильную травму, что ударила по ядру, нарушив потоки маны. Это его, к счастью, не сделало сквибом, но путь в привычную жизнь был заказан.

С другой стороны зарабатывать на жизнь надо было хоть чем-то, потому как веселый и жизнерадостный волшебник не умел копить, спуская деньги с заданий на лечение, пьянки и девушек. Но тут его спас дар, коий он не испортил за годы – внешность. Еще в юношестве мужчина завоевал не одно девичье сердечко обворожительной улыбкой, так что после того случая к нему пришли из издательства, предложив за описание приключений и эту самую внешность как бренд, приличные деньги.

Сначала Гилдерой был счастлив, пока не столкнулся с суровостью будней. Его нанимателям нужны были веселые романтические приключения, а охота – это кровь, грязь и боль. Так что Локхарту пришлось натянуть маску раздолбая еще более отвязного, чем он показывал до этого, и дело понеслось.

Казалось, что он продолжит позориться до самой старости, но пришедший Дамблдор вытащил его из того болота, куда Гилдерой провалился. Учитель Квиррелл выбыл на несколько лет, так что на место преподавателя Защиты от Темных Искусств бывший охотник подходил идеально. Правда, по контракту его еще ждет пара недель клоунады во “Флориш и Блоттс”.

***

Если бы Гарри еще немного задержался в Лютом или каким-то невероятным чудом попал в “Горбин и Бэрк”, то столкнулся бы с парой людей, которые сильно контрастировали с окружением: Люциус и Драко Малфои.

– Да, мистер Горбин, Вы не ослышались, – втолковывал мужчина хозяину магазина, – мощный вредноскоп. Авроратской компоновки, а не обычные поделки с Косой. И такой же поисковик.

Маг устало потер переносицу. Уже какое-то время он никак не мог найти личного домовика. Все бы ничего, но кто-то посмел взломать защиту Малфой-мэнора. На счастье, ничего не пропало, но в сокровищнице основательно покопались. А буквально на днях в Министерстве всплыло имя “Добби”. Вскользь, но от авроров. Было о чем насторожиться, ведь так звали пропавшего эльфа.

***

Гриффиндорцы вместе с родителями зашли во “Флориш и Блоттс”, где в этот момент перед аудиторией распинался Локхарт. Гарри немного задумался по поводу покупок, ведь ему надо было закупиться и для близнецов, что приедут буквально в последние дни: с визой как раз разрешилось. За всем этим он не заметил, как попал в цепкие ручки мага:

– Какой замечательный день, ведь сам мистер Поттер, – мужчина улыбался на камеру, – посетил этот книжный во время моей автограф-сессии. И раз так, то я сделаю беспрецедентную акцию – полное сочинение нашему мальчику в подарок!

Журналисты еще активнее защелкали фотоаппаратами, а маг приблизился и почти не разжимая губ произнес:

– Улыбайся, Гарри. Эти акулы от тебя не отстанут.

Когда же все стихло, Гилдерой под предлогом уточнений, утащил парнишку в заднюю часть магазина.

– Ф-фух, - вытер он пот со лба. – Эти журналюги – куда опасней тех чудовищ, с кем я бился. Ладненько, позволь представиться, – мужчина выдал свою самую обворожительную улыбку, – Гилдерой Персиваль Франциск Локхарт. С этого года – учитель ЗОТИ в Хогвартсе. Прости, что выдернул, но если бы он тебя заметили… Поверь, таких проще прибить и закопать, чем заставить отвязаться.

-- Гарри Поттер. Хотя Вы меня и так знаете. Как и многие другие. Правда, я интервью не даю, так что знакомство явно по книжкам с не самым адекватным содержанием.

Мужчина расхохотался:

– Читал я ту юмористическую литературку, – он вытер выступившую слезу. – Ладно, смех смехом, – маг высунулся в зал, – а журналисты уже ушли. Тебе, я думаю, пора к друзьям, а мне, – Локхарт невесело усмехнулся, – работать. Совет на будущее – тренируй улыбку и запястье, чтобы давать автографы без проблем…

Когда же все немного успокоилось, в магазин зашли Малфои. Гарри и Драко после прошлого года установили некий нейтралитет: блондин не лезет к друзьям, на что очкарик сдерживает Джун. Так что мальчишки просто молча друг другу кивнули. Старший же мазнул взглядом и увидел семью “рыжих”.

– Уизли, – с легкой надменностью произнес он, – говорят, ты в бизнес подался?

Люциус выудил из котла Джинни лежавший там учебник. Книга была абсолютно новой, как и у остальных детей.

– Смотрю, даже книжки смог позволить.

– Да, – с вызовом ответил Артур. – Оказывается, за рубежом есть адекватные маги, что по достоинству оценивают работу артефакторов высокого класса.

Мужчины побуравили друг друга взглядом, но ссоры не случилось. Старший блондин просто вернул взятую книгу и прошел с сыном вглубь магазина, а уже успевшие закупиться Уизли и Грейнджер пошли по делам дальше. И никто из них не заметил, как в тот самый момент, когда учебник еще не успел коснуться котла, реальность на долю секунды моргнула, а между объектами сформировалась неприметная записная книжка в кожаном переплете.

Глава пятая. Обезумевшая машина.

Последние деньки лета Гарри провел в гостинице с семьей, которым наконец-то выдали визу.

– Какая-то чертовщина, – сетовал Синдзи. – Наши документы просто испарились в воздухе, хотя мы подавали их как полагается. Повезло, что удалось все быстро собрать и через знакомых ускорить процесс выдачи.

Приехавшая со всеми Дженна нее отлипала от Гарри ни на шаг. Лишь в ванной и туалете она его не преследовала. Девочку постоянно потряхивало от чужеродной магии, которая воняла, будто давно сдохшая мышь в труднодоступном месте. Никакие чары не помогали отследить ее. Точнее – не фиксировали присутствия.

Тридцать первого августа семья Хошино прибыла в поместье Уизли. Взрослые обсуждали рабочие моменты и сроки возможного восстановления поставок артефактов, дети же – предавались веселью. Рон зацепил Хитоши и те с Гарри пошли смотреть схемы. Джун разрывалась между Джинни и близнецами Уизли. Последних она пыталась переплюнуть в мастерстве приколов.

Вечер же закончился фейерверком, который запустили Фред и Джордж, окончательно победив на сегодня в споре. Просто потому что их противница счастливо прыгала, приговаривая: “Ханаби! Ханаби! Митте!..”

***

Утро наступило резко и беспринципно. Причем неожиданно для всех, потому как даже самые “ранние пташки” подскочили с круглыми глазами после девяти. И вот что странно – взрослые выпили буквально по чуть-чуть за встречу, а дети легли до одиннадцати.

На счастье, вещи были собраны еще с вечера, когда приехали Хошино. Так что все чемоданы детей, перепроверенные несколько раз, уже лежали в багажнике Форда.

Но даже так начало дня прошло сумбурным: одежда не хотела находиться, завтрак подгорел, а маги вечно сталкивались друг с другом. Когда же все уселись в машину, было принято решение задействовать невидимость и левитацию на транспорт, который и так был обложен отвлекающими заклинаниями, чтобы не шокировать количеством пассажиров. Так что Уизли и Хошино прибыли на вокзал за полчаса до отбытия и спокойно посадили детей.

Проблемы начались после. Ровно в одиннадцать, когда задержавшиеся взрослые попытались покинуть платформу. Барьер перестал пропускать кого-либо. Прибывшие на место происшествия службы разводили рукам: руны обновляли буквально пару недель назад, мана-фон был стабильным. Так что людям пришлось задержаться еще на добрых полчаса. А в это время пустой Форд Англия неожиданно сорвался в воздух.

***

Уже расположившись в купе вместе с Невиллом, Гермионой и утянутой Джун Джинни, дети начали делиться впечатлением от лета. Они еще раз обсудили историю, произошедшую с Гарри. Разумного объяснения ей не было. Чудной домовик, что перекинул его к родственникам по линии матери о которых почти ничего не знал – да за такое благодарить надо.

Немного успокоившись, каждый занялся своим делом, а Поттер просто отвернулся к окну. И спустя минут десять он не поверил глазам. Он снял очки, протер линзы, а после вновь их водрузил.

– Слушай, Рон, а это не ваша там машина летит?

– Где? – Уизли припал к стеклу. – Точно она, – мальчишка от удивления поднял брови. – Так еще и внутри пусто!

– Что за чертовщина?

– Мне кажется, Форд летит строго за поездом? – Гермиона оторвалась от книжки и посмотрела на летящий артефакт.

Поттер, не задумываясь, сунул руку в тень и извлек заготовленный под шикигами талисман и карандаш. Быстро начеркав послание, он приоткрыл окно и отпустил бумажку, принявшую вид ласточки. Близнецы на это не обратили внимания, как и привыкшие Уизли, а вот Гермиона и Невилл просто пооткрывали рты от удивления.

– Гарри, давно ты так умеешь?

– Ты про теневой карман? Считай, после того случая с камнем. Просто в один момент случайно уронил ручку, а та возьми и провались в тень. Места, правда, мало, да и ману кушает прилично каждый вызов, но теперь хотя бы талисманы в больших количествах всегда при мне. Катану засунуть можно, но после этого чувство, будто бегал с час с мешком риса на спине. Пока тренируюсь, чтобы так сильно не уставать.

– А можно мне так же? – Невилл зачарованно смотрел на еще не прошедший темный провал.

– Увы, но это идет явно в комплекте с Хари. Точнее, тут нужен контракт с аякаши теневого типа. А вот как такого добиться в западной магии – не слышал.

***

Артур Уизли долго и самозабвенно… ругался. Сначала стена не выпускала с платформы девять и три четверти. После – пропала машина. Причем он не мог ее найти даже следящими чарами. А когда узнал о ней хоть что-то – пожалел, когда через полчаса министерская сова принесла письмо с сообщением, что его артефакт видели в небе маглы. По прошествии часа выяснилось, что Форд за каким-то чертом летит за Хогвартс-Экспрессом, притом пустой, после того, как получил шикигами от Гарри.

Аластор, сидевший в допросной напротив, просто молчал. Мужчине стоило спустить пар. На его счастье, он все же свидетель, потому как на месте происшествия обнаружились те же следы непонятной магии, что и летом, так что Грюм взял и это дело, считая, что они как-то связаны.

В конце концов оставив на рыжего коллегу рапорт, Грюм направился к камину, дабы связаться с Дамблдором. Если машина летит в Хогвартс, то нужно отправить группу перехвата этого вещдока. Каково же было его удивление, когда директор уже знал об этом. Поттер прислал шикигами и в школу.

– Слушай, Альбус, спроси там у пацана, не хочет ли он к нам в аврорат?

***

Вечер первого сентября в школе магии подходил к концу. Феи уже встретили первокурсников и готовились ко сну. Вдруг неожиданный звук разорвал тишину наступающей ночи. Машина с надрывным ревом пронеслась по небу. Бедный Фордик не был рассчитан на такие длительные перелеты, бултыхания в облаках и встречах с птицами. Так и еще в конце ему досталось: со всего маху артефакт влепился в Гремучую иву, которая несколько раз огрела его по крыше ветвями. Где его и накрыли авроры, не давая сдвинуться с места.

Та странная магия быстро улетучивалась, нарушая целостность рунической записи и магических кругов. Стабильность артефакта резко стремилась к нулю. Манапотоки пошли в разнос и одна-единственная искра, проскочившая в топливном баке, вызвала мощнейший взрыв. Из десятка магов двоим не повезло: одному начисто срезало правую руку оторвавшимся капотом, второго приложило об стену, от чего тот сломал ногу и несколько ребер. Остальные отделались ссадинами и синяками. Без травм обошелся лишь сам Грюм, который успел выставить щит. И то лишь благодаря интуиции, потому что все произошло слишком стремительно.

Пострадавших быстро доставили в школьный лазарет. На счастье потерявшего руку, тут был мастер-зельевар, которого оперативно выдернули с банкета. Снейп побурчал для проформы и тут же закатал рукава, приступая к готовке нужного эликсира. В это время через каминную сеть летели дежурные врачи из Святого Мунго.

Время работало против опергруппы, но пока занимались ранеными, оставшиеся маги начали буквально рыть землю, но расползшиеся заклинания Уизли вкупе с последствиями магловского бензина оказались катастрофическими – все следы были уничтожены подчистую.

– Замечательное начало года, – устало потер лицо Дамблдор, смотря на опаленное старинное дерево и яму в основании.

***

Событие, произошедшее первого числа грозило стать центром внимания на ближайшие недели. Тем более и авроры пока никуда не собирались. В ходе расследования они обнаружили странный лаз под деревом, что вел в Визжащую хижину, о которой уже много лет ходили слухи.

Внутри же обнаружились странные застарелые царапины от когтей вервольфа. После разговора с Дамблдором, тот поведал, что некогда тут учился Римус Люпин, что был укушен в детстве, но за счет аконитового зелья постоянно оставался в сознании. Сюда же он приходил выпустить пар под присмотром учителя, дабы никому не навредить. Поднятые документы в министерстве подтвердили этот факт. Но как бы ни старались, авроры так ничего и не нашли

– Ты прости, Альбус, но мы не можем закрыть глаза на творящийся бардак, – прохрипел Грюм, сидя у директора в кабинете. – Особенно после прошлого года.

– Согласен, – старый маг вздохнул. Он уже не мог надеяться на систему защиты, через которую прорвался Реддл. – Что ты предлагаешь?

– Я оставлю тут дежурную группу. Это будут мои люди, а не министерские, – добавил аврор, прежде чем Дамблдор что-то сказал. – Я помню про твои “отношения” с Фаджем.

– Раз уж ты об этом заговорил, что с Сириусом?

– Все также – глухо, – Грюм глотнул из своей фляжки. – Все улики указывают на него.

– При том, что я давал показания по поводу Фиделиуса?

– И это тоже. Но тут больше играет тот взрыв и пропажа Петтигрю.

Маги помолчали. Тот случай очень сильно попортил нервы и отношения с Министерством. Правда, аврора никто не стремился увольнять из-за его результативности, но и тут были свои “подводные” камни.

***

В это время Гарри попал под атаку одного малолетнего папарацци. Мало было ему повышенного внимания из-за Дженны, что продолжала буквально липнуть, так еще он и попался в таком компрометирующем состоянии под объектив камеры.

– Колин Криви, первый курс. Скажи, Гарри, а правда…

– Нет. Я не дрался в пеленках с Волан-де-Мортом на магической дуэли и не убивал десяток Пожирателей на закуску, – мальчик удрученно вздохнул.

– Да? – новичок захлопал глазами. – Жаль. Правда, я хотел спросить о другом: тут есть кружок журналистов или что-то такое? Жутко хочу написать статью…

Дети переглянулись. Они в основном проводили свободное время в библиотеке или в тренировочной зоне, однако даже и не задумывались о других видах деятельности.

– Знаешь, я о таком не слышал даже от братьев, – потер в задумчивости шею Рон. – Может стоит обратиться к декану, как кончатся первые две недели?

– Хм… Может тогда спросить сейчас, чтобы знать, ждать или нет?

– Ну или так. Только подойди к Перси или Мириам, чтобы они проводили. А то старостам влетит.

– Спасибо, – улыбнулся первокурсник и рванул к первогодкам, которые собирались на следующий урок.

– Ну что, пошли на гербологию? – радостно спросил Невилл, любивший это занятие.

Настроение подпортил тот факт, что урок был сдвоен со слизеринцами. При виде Драко Джун надменно фыркнула, но пока сдержалась. А вот прихвостни блондина вновь попытались показать превосходство, но были просто напросто проигнорированы. На самой же паре быстро карма показала, кто здесь главный: Крэбб неплотно натянул наушники и упал в обморок от крика молодой мандрагоры.

Но окончание гербологии вылилось в новый конфликт: пришли первокурсники. Колин, увидев кумира, вскинул брови:

– Гарри-Гарри, чуть не забыл! Когда проявлю фотки, подпишешь мне?

– О, наш “золотой мальчик” решил начать соответствовать слухам и начал раздавать автографы?

Естественно, друзья тут же вступили в перепалку. Затронулась тема межфакультетских дрязг, прошлогодний квиддич и ловля снитча ртом, пока в ссору не вступил никто иной, как Гилдерой Локхарт, проходивший мимо.

– Кто тут сказал – автографы? В этом я мастер, – лучезарно улыбнулся учитель. – Или это Гарри решил? Да? – он обвел взглядом детей. – Хм…

Мужчина увидел камеру на шее Криви.

– Молодой человек, сфотографируйте нас вместе, – он притянул Поттера к себе. – Как проявите – сделаем двойную подпись. А Вам, молодой человек, на будущее – храните сразу готовую пачку. А то у Вас столько поклонников, а они все без сувенира. Поверьте мне, даже последнюю пуговицу утащат. Фанаты – они такие…

Слизеринцы стушевались, а Гарри заметил, как Локхарт украдкой ему подмигнул.

Глава шестая. Защита от темных искусств.

Следующий урок должен был быть по ЗОТИ. Друзья скорым шагом направились в класс, чтобы немного успокоиться после произошедшего. Лицо Поттера было красным, а веко подергивалось. Все-таки в прошлом году было как-то поспокойней.

– Слушай, Гарри, я тут есть захотел…

– И? – мальчик выгнул бровь.

– Не против, если я яичницу на твоем лице поджарю? – Уизли произнес непринужденным тоном. – А то от него прямо так и пышет жаром.

Шедшая рядом Джун аж споткнулась, а потом звонко рассмеялась. Да и остальные посмеялись над шуткой.

– Рон, тебя случайно близнецы не покусали? Все разом.

Уизли улыбнулся:

– Нет, но в том году ты был поспокойней.

Гарри глубоко вдохнул и выдохнул, вспоминая ментальные техники. Мысленно досчитав до десяти, он произнес:

– Простите. С этим домовиком и кошмарами… – мальчишка помотал головой.

– Опять? – Хитоши посмотрел в глаза брату.

– Наплывами. Но сны какие-то… странные. Будто я снова на первом году. Но нет Джун и Хитоши, а Дурсли вели себя со мной плохо.

– Давно началось?

– Спустя пару дней после аппарации в Англию.

– Дела…

***

Профессор ждал, пока дети рассядутся по местам. Класс сильно отличался от того, что они видели в прошлом году. Пропали восточные нотки, сменившись легкой английской чопорностью в плане деталей и расстановки учебных пособий. Первое впечатление – вещь важная, хотя благодаря издательству, Гилдероя тут знали почти все. Ну да ладно, хоть в школе не надо гримасничать сильнее, чем указано в контракте.

Когда же скрип ножек по полу наконец-то закончился, учитель выдал одну из лучезарнейших улыбок:

– Гилдерой Персиваль Франциск Локхарт, рыцарь ордена Мерлина второй степени, член Лиги защиты от темных сил и, конечно же, пятикратный победитель турнира “Ведьминого еженедельника” за самую обаятельную улыбку. К вашим услугам. Но сегодня не об этом. Поверьте, от баньши я избавился отнюдь не с помощью нее, а… – мужчина сделал паузу, заинтересовав детей, – вовремя состроив трогательно-печальное лицо, – закончил он, продемонстрировав это самое выражение.

Ученики посмеялись над удачной шуткой. Профессор продолжил, как стих смех:

– Смотрю, все купили полное собрание моих сочинений. Отлично. Значит, начнем год с небольшой проверочной работы. Не бойтесь, там несложно.

Вручив каждому по листку с вопросами, он вернулся к столу:

– Времени – полчаса.

Когда же Гарри перевернул вопросник, у него взметнулись брови: вопросы относились к самому Локхарту. Любимый цвет, дата рождения, мечта, достижения… Он ошарашено огляделся и встретил похожие взгляды у друзей.

– Сенсей! – поднял руку Хитоши. – А это точно тест?

Гилдерой оттолкнулся от стола, на который опирался и подошел к первой парте. Пробежав глазами по вопросам, он улыбнулся:

– Простите, не те листки, – учитель взмахнул палочкой, так что бумага стянулась к нему, сгорая на подлете. – Я, наверно, покалечу моего менеджера, – Локхарт вздохнул и достал новые тесты. – Вот, теперь то, что нужно. Время – то же. Работаем.

Теперь уже перед учениками лежали вопросы по прошлогоднему материалу. Ничего сверхсложного, но часть вопросов была с подковыркой, а пара – с тройным дном. Было видно, что пришедший на замену Квирреллу учитель не просто прыгал и корчился перед фотокамерой, а знал свое дело.

Когда же время подошло к концу, профессор пробежался глазами по собранным ответам. Все было не настолько удручающе, как он думал. Его предшественник хоть и учил в более шуточной манере, но был профессионалом.

– Так-так-так, интересная формулировка, мистер Хошино, – он обратил внимание несколько необычных бланков. – Также хочется похвалить, – он пролистал листы дальше, – мисс Хошино, мистера Поттера и… мисс Грейнджер. Двадцать баллов Гриффиндору.

Отложив опросники, мужчина достал клетку, в которой сидело несколько корнуэльских пикси. В этот момент Дженна решила высунуться из внутреннего кармана мантии, но, пискнув, нырнула обратно. Встречаться с дальними видовыми родичами ей не хотелось. Противные существа с синей кожей, отталкивающей внешностью и треугольными зубами-иголками бесновались внутри клети.

В это время Гилдерой объяснял детям, чем могут быть опасны такие создания:

– Не смотрите на их тщедушный вид. Когда собирается стая от двадцати особей, они начинают смелеть и проказничать. Однако если их более пятидесяти – проявляется хищническая натура. Этот вид обладает ядом паралитического типа на зубах. Так что надо быть очень осторожным, если в одиночку отправитесь на чистку гнезда…

В процессе рассказа Гилдерой стал так, что дверца оказалась скрыта его спиной. Никто и не мог заметить, как она чуть приоткрылась. Даже Гарри не мог расслышать легкий скрип. Ослабленное магическое ядро и долгое отсутствие практики сыграли с Локхартом злую шутку.

Класс дружно ахнул, когда за плечом мужчины выросла голова пикси, а после зубы существа вонзились в плечо, прокусывая костюм, а следом и кожу, так что ткань окрасилась в красное. Профессор сорвал тварь, бросив ту на пол, и успел выхватить палочку, намереваясь нанести удар, но яд подействовал слишком быстро, и Локхарт свалился кулем на пол.

Остальные же монстрики, коих было всего пять штук вместе с оклемавшимся укусившим, стали кидаться на детей. Заклинания, брошенные от тех, кто смог быстро прийти в себя, полетели “в молоко” – пикси оказались слишком верткими. Оставалось лишь полагаться на свою реакцию, но уже нескольким ученикам не повезло и те отправились вслед за наставником.

Гарри сунул руку в тень, извлекая катану, что все же упаковал туда, понимая, что после придется бороться с сильной усталостью, а Хитоши и Джун призвали фамильяров. Последним оказались нипочем ядовитые зубки из-за их природы. Лишь благодаря этому, тварей удалось загнать и по одиночке убить. Мальчик не жалел тех, кто собирался их сожрать. А в этом он не сомневался.

Когда же в класс ворвались авроры, все было кончено. Поттер оказался перемазан синей кровью, а последняя пикси дернулась под клинком и вывалила язык. Маги тут же принялись транспортировать пострадавших, а гриффиндорец, рухнув на пол от навалившегося истощения, обвел взглядом класс. И тут он понял, что его вновь ждет пачка новых титулов, потому как однокурсники с горящими глазами смотрели на своего спасителя.

***

– Он такой вжух… А после – бац… А под ногами – черным-черно, и он такой руку… – слухи разлетелись моментально и обед в Большом зале превратился в обсуждение увиденного.

Ни для кого не было секретом, что Гарри с друзьями занимались фехтованием, но вот его мастерство оказалось откровением. А еще – хладнокровие. Мальчик не просто вырубал пикси, а убивал их. На счастье, яд существ был не смертельным, так что уже к вечеру парализованные пришли в себя. А вкупе с теневым карманом, откуда доставалась катана – школа будет бурлить еще месяц, если ничего не произойдет.

***

Гилдерой, пришедший в себя, находился в кабинете Дамблдора вместе с одним из авроров. Второй в это время продолжал раз за разом прогонять поисковые чары в разных вариациях.

– Я более чем уверен, что запер клетку и наложил дополнительное заклинание, – мужчина был спокоен и собран. В его виде ничего не осталось от того улыбчивого раздолбая. – Надо – сброшу воспоминания в Омут, как доказательство.

Искомая клеть стояла здесь же на столе. После обследования на ней не обнаружилось и грамма магии. Вообще никакой. Даже если Локхарт и заклинал ее, то кто-то неизвестный просто обнулил заклинание, не оставив следов.

– Директор, Вы позволите? – аврор кивнул на стоящий в углу комнаты артефакт.

– Конечно, пользуйтесь, – Дамблдор кивнул, а сам погрузился в мысли.

Прошлый год был слегка безумным, но этот его уже переплюнул с самого начала. На защиту замка уже полагаться нельзя – это факт. Так что приходится работать по старинке. Н-да… “Ладно, давно у нас не гостила Аяно…”

К этому моменту аврор закончил с Локхартом. Он устало потер глаза:

– Спасибо за сотрудничество. Сейчас пока вопросов нет, так что разрешите откланяться, – мужчина попрощался с директором и учителем и покинул кабинет.

Сам же Гилдерой опять сел в кресло для посетителей. С насеста слетел Фоукс и, примостившись на ручку сидения, потерся об плечо профессора.

– Ну и как тебе первый день? – директор посмотрел на визави поверх очков-половинок.

– Знал бы, лучше отправился зачищать выводок троллей. Голов эдак в сто. Несмотря на травму.

– Я знал, что тебе понравится, – Альбус легонько улыбнулся.

– Что тут за чертовщина?

Дамблдор отвернулся к окну и вздохнул. После вновь перевел взгляд на собеседника:

– Хотел бы я знать, мальчик мой, но… – он неопределенно помахал рукой.

– Я ведь здесь не для…

– О, нет, – перелил Гилдероя директор. – Для этого тут авроры. Я помню о твоих проблемах. Ты тут для того, чтобы научить детей, как защищаться.

Мужчины перевели взгляд на горящий камин. Каждый из них думал о своем. Локхарт сожалел о том, что не может сейчас пользоваться магией полноценно, ведь тогда он полностью включился бы в расследование. С другой стороны… а почему бы и нет?

***

Как и предполагал Гарри, следующие две недели превратились в ад. Популярность мальчишки подскочила до заоблачных высот. Но и зависть некоторых держалась примерно на том же уровне. А самое страшное – Криви организовал “Хогвартс Тайм”. Самодельная газета с разрешения всех деканов стала курсировать по школе. Каждый факультет выделил своего человека или двух в зависимости от желания учеников поучаствовать в затее.

Среди всех выделилась некая первогодка Луна Лавгуд своими статьями про мозгошмыгов. Единственная адекватная по мнению Гарри среди остальных. Потому как прошлогодние слухи вперемешку с новыми событиями грянули с утроенной силой. Чего ему только не приписывали... Мальчишка даже уверовал, что у писавших давно и плотно головы оккупировали эти самые мифические существа, вытеснив мозги.

– Какие пятьдесят пикси за две минуты?! – он держал тыкал в абзац пальцем, смотря на Криви.

– А… Ну… – первогодка не знал, что и сказать.

– Слушай, Гарри, да с твоими талантами на скотобойне работать. Мясо быстро заготавливать будешь, – навис над правым плечом Фред.

– Отстань от пацаненка, – сказал Джордж, становясь слева. – Лучше пошли, покажешь ту формулу из онмё, о которой говорил летом.

Получив передышку, Коллин крепко задумался, что кумир-кумиром, а факты стоит проверять. И в следующий раз интервью брать у самого действующего лица, а не по слухам.

***

Начавшиеся тренировки по квиддичу преподнесли очередной выверт: Вуд, казалось, рехнулся после прошлого года, подняв участников рано утром. Нет, Гарри привык вставать и не имел с этим проблем, но это накрыло тазом его работу с луком и клинком, отработку медитативных техник.

Вздохнул, мальчик натянул форму и подхватил “Иназуму”, закинув ту на плечо. Но на этом “дары небес” не закончились и судьба подкинула ему Коллина. Тот извинился за статью, а также протянул колдографию, где Поттер, ошарашенно хлопающий глазами, стоит с улыбающимся в тридцать два зуба Локхартом. Махнув рукой, мальчик дал согласие на публикацию. А после – на сопровождение до поля.

Знал бы он, что это обернется ворохом вопросов – отказал. Криви был из семьи маглов, так что о квиддиче не знал. Хотя с другой стороны освежить правила и взбодриться тоже было полезным. А еще мальчик восхищался красивой белой метлой, кою в Англии не достать в обычных магазинах.

В раздевалке же творилось сонное царство. Из всех только Гарри и Оливер были в бодром состоянии. Последний уже битый час распинался о новых вариациях и схемах, включая удержание ловца и контроль снитча. Когда же, позевывая, Фред спросил, какого черта он не собрал их всех вчера вечером, и вообще, чего он затеял такую жесткую тренировку, на что Вуд ответил, что не хочет терять кубок в этом году. И надо учитывать, что ловец им достался хороший, но его потенциал не был раскрыт в прошлом году.

Когда же, наконец, спортсмены вышли из раздевалки, Поттер заметил друзей. Судя по виду, они только закончили и пришли посмотреть. Мальчик подошел к трибунам тренировочной площадки, что были значительно ниже, чем на основном поле.

– Ну что, закончили? – зевнул Невилл.

– Еще не начинали.

Рон, сидевший рядом поднял брови:

– Это как?

– Вуд грузил схемами. Так что сейчас… – в этот момент послышались голоса с другого конца. – Что такое?

Гарри повернулся и увидел, как на поле появились новые действующие лица в зеленой форме. Не понимая, в чем причина, он присоединился к команде.

– … заняли на это утро, – Поттер подошел не к началу спора, но понять, в чем он – не составляло труда.

– Да? А это тогда что? – Маркус Флинт, капитан сборной Слизерина, протянул разрешение за подписью Снейпа. – Мы пришли поработать с новым ловцом и обкатать метлы.

И верно, у слизеринцев были не обычные школьные артефакты, а блестящие от лака “Нимбус-2001”. Из-за спин вышел никто иной, как Драко Малфой. Он посмотрел на Гарри, но не стал ерничать, а вместо этого спокойно произнес:

– Наконец-то с прошлого года я смогу с тобой сразиться. И выяснить, кто лучше летает.

– Да? – гриффиндорец выразительно посмотрел на обновки “зеленых”.

– Все вопросы к моему отцу, – пожал плечами блондин.

– Тогда остается только добавить пусть победит сильнейший, – и Поттер зашагал обратно к раздевалке, а за ним и вся команда, потому как разрешение от МакГонагалл было устным, а слизерин, как ни крути, получил оное в письменной форме.

Глава седьмая. Змеиная вонь.

Хошино Аяна заканчивала сбор вещей. Наконец-то эти пентюхи из обоих министерств договорились и выдали волшебнице визу. И всего за две недели справились. Хотя тут сыграла роль репутация старой онмёдзи, которая могла и проклясть ненароком, если бы эти доморощенные интриганы затянули с документами, как было летом. Отношения Англии и Японии были все еще натянуты, но среди немагов, что развязали Войну На Море, куда маги почти не совались почти до самого конца, пока бакагайдзины не сбросили на Хиросиму и Нагасаки “светящуюся смерть”. Которую, кстати, потом пришлось чистить по запросу от правительства.

Тяжело вздохнув, женщина сняла с подставки посох с шестью кольцами на конце, “Хоши но Кагаяки”, и верную нагинату, “Шимо но Ики”. Альбус-кун попросил помочь с созданием вторичной системы наблюдения через сеть шикигами. Задача не сложная, на первый взгляд, но воронка событий, центром которой стал ее внук, очень сильно не нравилась Аяно. Она уже была в курсе, что Аластор-кун выделил дежурную группу, но этого казалось слишком мало.

***

После обеда в тот же день, когда слизеринцы нарушили планы гриффиндорцев с тренировками, произошло развитие конфликта. То, что Малфои купили новые метлы “зеленой” команде, по школе разлетелось быстро. Драко никак не комментировал это, что спровоцировало волну все более безумных слухов. Эскалация конфликта произошла в коридоре, где пересеклись Гарри, Рон и Гермиона с Креббом и Гойлом. Первые шли в библиотеку к остальной компании, вторые же направлялись в сторону своего факультетского блока.

– …Гарри хоть доказал делом, что достоин быть в команде, а не купил место, – Рон уже закипал от злости.

– Ну, он-то может себе позволить, в отличие от нищих Уизли, – хохотнул Гойл.

– Не спорьте с этими болванами, ребята, нас ждут, – попыталась отвлечь друзей Гермиона.

– А грязнокровкам вообще слова не… – начал было Кребб, но Гарри просто молча врезал верзиле в нос за серьезное оскорбление подруги.

Завязалась драка, больше похожая на избиение. Хоть слизеринцы и были крупными, но гриффиндорцы, а особенно Поттер, занимались физическим развитием. И как назло тут проходили Дамблдор, МакГонагалл и приехавшая Хошино.

***

– Давненько я тут не была, – Аяно посмотрела в окно, ведущее во двор.

Погожий осенний день настраивал на умиротворение. А вот шум борьбы – настораживал. Завернув за угол, она увидела, как ее внук буквально избивает двух верзил. С одной стороны ее брала гордость, за то, что мальчик научился драться, с другой же – ожидалось море проблем.

– Молодые люди, – ахнула Минерва, – а ну прекратить!

Поттер и Уизли слезли со слизеринцев и вытянулись по струнке перед деканом. Гарри удивленно поднял брови, увидев бабушку.

– И что такое тут твориться? – строго спросила МакГонагалл.

– Учащиеся Слизерина посмели нанести оскорбление нашей подруге, назвав ее “грязнокровкой”.

– И вы решили, что стоит лезть драться?

– Вообще-то, за такое, Минерва-сан, можно лишиться жизни в приличном обществе, – прервала декана Аяно, а после посмотрела на Гарри. – Внук, как я тебя учила?

– Либо вызвать на дуэль обидчика, а после на ринге его безнаказанно избить, либо промолчать и потом наслать как можно более заковыристое проклятие.

– А ты что сделал? – строго посмотрела женщина.

– Не сдержался, оба-сама, – еще ниже опустил голову Гарри.

МакГонагалл, услышав это, чуть не задохнулась от возмущения. Ее сдерживало то, что Хошино раза в два, а то и больше, старше самого учителя, так что для той была еще несмышленой девочкой. Директор же слегка улыбнулся в бороду, ведь драка между мальчишками – вполне обыденное дело, а после примирительно произнес:

– Спокойно, Минерва. Нужно доставить пострадавших в больничное крыло. А с наказанием потом определишься сама.

Декан еще раз бросила многообещающий взгляд на подопечных, а после отправилась доставлять Крэбба и Гойла в медпункт.

– Слушай, Гарри, – Рон довольно потирал кулаки, – а кто это был?

– Моя бабушка. Вот только что случилось? – задумался мальчик.

***

Следующий раз, когда Аяно заставила возмущаться профессора трансфигурации, произошел во время ужина. В положенное время директор с гостьей задерживались, но на это мало кто обратил внимания. Дети расселись по местам и приступили к трапезе, как вдруг раскрылись двери Большого зала и вошли опоздавшие. Хошино переоделась в свой привычный наряд мико, который, впрочем, никак не относился к религии, а был ее рабочей одеждой, имевший сложное и многоструктурное зачарование.

А за ними вплыла незнакомка, вид которой вызвал обильное слюноотделение как почти у всей мужской половины, так и у небольшой части женской. Неземной красоты женщина была облачена в небесно-голубую юкату, которая почти никак не скрывала обильную грудь, потому как воротник находился в районе плеч. В руке же она держала длинную кисеру, из которой исходил сизый дымок.

Однако это был не человек. Восемь огромных пушистых хвостов, продетых через отверстие в одежде, образовывали этакий веер, а на макушке была пара лисьих ушей. Розовый мех выдавал родство с Момо, однако мало кто знал, что что это была сестра самого Абе-но Сеймея, бывшего сыном человека и кицунэ.

– Ди-ди-директор, как-как… Как Вы такое допустили? – брови МакГонагалл взлетели вверх, а сама она встала. – Тут же дети, а она – почти раздетая!

– Девочка, в наше время ваши первокурсники сами имели детей и сражались с нечистью, – фыркнула аякаши по имени Чисато.

Момо, увидев старшую родственницу, кинулась к ней, радостно тявкая. Та подхватила младшую на руки, приговаривая: “кто у нас тут хорошая девочка?”, а после величественно села на галатно отодвинутый Гилдероем стул. Минерва, понимая, что ее слово тут уже ничего не решит, вернулась на место.

– Это кто? – обалдело проговорил Невилл.

– Чисато, напарник бабушки.

– Не фамильяр? – удивилась Гермиона.

– Нет. В отличии от Хари, что спала много лет во Тьме и не может из-за этого самостоятельно находиться в реальном мире, – пояснил Хитоши, – эта кицунэ провела очень активную для аякаши жизнь. Так что подчинить ее сейчас не удасться, наверно, никому. Сильнее ее будет только Тамамо-но Мае, ее матушка. Если брать их вид в целом. Но та уже отошла от дел.

– Ты, Гермиона, лучше расскажи, из-за чего то сыр-бор был, когда вы растрепанные пришли? – обратила на себя внимание Джун.

– Ее посмели оскорбить малфоевские дегенераты. Они назвали ее…

– Грязнокровкой, – закончил подошедший Драко. – За что я прошу прощения. И не надо делать такое лицо, Хошино, – добавил мальчик. – Я в курсе, что такое честь. Разрешите откланяться.

Смотря вслед возвращающемуся к своему столу Малфою, Джун удивленно произнесла:

– Кто покусал белобрысика? Кому пожать руку или отнести цветочки на могилку после высасывания из него гнили?

***

Вечер в кабинете директора томным назвать было сложно: Минерва все-таки устроила скандал. Ее поддержали несколько учителей. Флитвик же со Снейпом заняли нейтральную позицию. Первому была интересна заклинательная школа Японии, так что Хошино имела для него больший приоритет, а вот второму хотелось пообщаться с Чисато, как с магом, что умел воздействовать на разум. Иллюзорные техники хоть и имели другую структуру, но общую базовую систему с легилименцией. А решать опять что-то надо, ведь боли опять вернулись.

Когда же собрание закончилось, Дамблдор, Хошино и Чисато остались в кабинете одни. Директор устало снял очки и потер глаза. В какой-то мере Минерва права насчет вида аякаши, вот только что можно сделать той, кто старше всех них вместе взятых в несколько раз? Но тут они собрались не разговаривать по поводу морально-этических норм, потому как те уходят на задний план, когда детям угрожает опасность.

– Аяно-сан, много времени займет установка наблюдательных чар?

– Хм… Неделю точно. Талисманы под шикигами мне надо резать вручную прямо на месте, плюс напитывать маной.

– А если кого в помощь? – с надеждой посмотрел Альбус.

– Нет, – покачала головой женщина. – Тогда собьется вся настройка, а пересчитывать круги будет еще дольше.

– Хочу вас расстроить, – подала голос Чисато, отрывая мундштук от губ. – Но тут буквально воняет змеями.

Директор схватился за голову, закрыв лицо руками. Посидев так недолго, он посмотрел на кицунэ через расставленные пальцы:

– Насколько все плохо?

Лисица поводила носом в воздухе:

– Молодой, но сильный ороичи, – она замерла на несколько секунд. – Точно не амфисбена или офион… Ваши… воси… васирисуку…

– Василиск?

Кицунэ кивнула.

– Час от часу не легче, – осел мужчина в кресле от таких новостей. Если у чудовища начнется активный период, места мало будет всем. Теперь еще надо будет искать логово. Значит стоит поднять планы замка и прошерстить каждый уголок.

– Не бойся, Альбус-кун, – его руки коснулась Аяно. – Мы с Чисато так это не оставим, ведь тут учатся наши внуки.

– Спасибо. Но надо еще подключить Грюма с его ребятами. Только все надо провести тихо, чтобы знало как можно меньше людей. Не будем юным умам мешать получать знания.

– И еще одно, – задумчиво протянула кицунэ. – Тут как-то странно пованивает крысой…

***

На следующий день Гарри и Рон отметили, что МакГонагалл была явно не в духе, когда ребята пришли за заданием по отработке. Та грозно сверкнула очками, глядя на нарушителей.

– Значит так, мистер Уизли. Вы поступаете в распоряжение мистера Филча. Будете чистить кубки в зале наград.

– Так это ж три сотни… – схватился за голову мальчик.

– И да, все руками. Без магии, – добила декан шокированного рыжика. – А теперь с Вами, мистер Поттер. Вас к себе забирает учитель Локхарт. Говорит – у него накопились письма поклонников, так что поможете ему с корреспонденцией.

Юнцы вышли из кабинета в расстроенном состоянии. Оба задания оказались сложными. При чем непонятно что – несколько часов тереть кубки или писать тексты. Гарри решил, что это будет отличная возможность для Рона отработать медитативную технику, так что напомнил, как правильно входить в нужное состояние, и они разошлись.

***

– О, юный Гарри, ты пришел, – радостно улыбнулся Гилдерой. – Наш отважный нарушитель, не побоявшийся защитить девочку… Ладно, шутки в сторону. Работы много, так что давай начинать. Но совет на будущее: затеваешь драку – делай так, чтобы не спалили, – подмигнул он мальчишке.

Минуты поползли медленнее улиток. Пока Поттер подписывал конверты, Локхарт занимался нуднейшим занятием – отвечал фанатам. Это он терпеть не мог, но репутацию поддерживать надо было. Периодически он поглядывал на мальчишку. Серьезный и собранный паренек для своих лет интересовал мужчину. А точнее – события вокруг него. Маг уже собрал информацию по прошлому году, а сейчас сокрушался, что даже простейшее заклинание анализа дасться для него слишком тяжело и будет заметным. Но ничего, охотнику не впервой сидеть в засаде, выжидая жертву или распутывать клубок тайн, дабы добраться до виновника.

Спустя какое-то время, когда сосредоточенный на работе Гарри решил немного выйти из медитации и размять пальцы, он услышал странное шипение. Мальчик вскочил, призывая Хари в призрачной форме.

– Сенсей, вы это слышите?

– Что такое, Гарри? – обеспокоенно заозирался учитель, накладывая чары усиления слуха.

В этот момент в дверь постучали.

– Войдите, – крикнул Локхарт, и в кабинет вбежал Хитоши с призванным Инабой.

Змей крутил головой, нервно высовывая язык, а после зашипел.

– Инаба говорит, что чует сильного… сородича? – мальчик посмотрел на фамильяра. – Нет, но кого-то похожего. Страшный… ороичи?

– Можно поподробней, – прищурился Гилдерой, тоже слышавший непонятные звуки.

– Простите, сенсей. Инаба боится, так что наша связь становится нестабильной. Он говорит… Сейчас… – Хошино закрыл глаза, – “Иди ко мне… схватить… убить… разорвать…”

Странный звук прекратился так же неожиданно, как и начался.

– Оно ушло.

– Так, мальчики, пойдемте. Я провожу вас до гостиной Гриффиндора, – поднялся профессор, сметая оставшиеся письма в ящик. – Кстати, Хитоши, что ты тут делал?

– Ждал брата, сенсей, – мальчик вытащил из-за пазухи учебник из Махоутокоро.

– Хорошо, пойдемте.

“Директор будет “счастлив, – подумал Гилдерой. – Василиск все-таки в активной фазе”.

По возвращении в башню факультета, Поттер застал только Джун и Невилла. Гермионы, что отправилась дожидаться Рона, да и самого Уизли, пока еще не было. Так что перекинувшись парой слов с сестрой и другом, мальчик уселся в кресло, где на него тут же спикировала Дженна, и задремал в ожидании, пока все соберутся.

Глава восьмая. Кровавые письмена.

Октябрь наступил довольно быстро. Этот холодный и промозглый месяц принес простуду, так что одна половина школы кашляла, а вторая – чихала. Лишь единицы стойко переносили мелкий противный дождик и промозглый ветер. Джинни Уизли оказалась не в их числе, так что старшему брату пришлось насильно тащить ее к мадам Помфри.

Однако ее вялое состояние было отнюдь не из-за болезни. Магический паразит медленно, но верно присасывался к ее ядру. Тварь оказалась хитра, так что пока не проявляла себя слишком активно, ведь в школе появились монстры, что превосходили даже Дамблдора. Чудовище собирало информацию и компромат, чтобы потом заставить девочку молчать. А дальше – полное поглощение и смерть носителя. Обрывок души Реддла довольно заурчал. Он умел прятаться и ждать.

***

Гарри же с друзьями такая погода была нипочем. Хошино вообще с детства закалялись, а остальные отчихали свое еще в прошлом году. Так что Поттер не возмущался по поводу тренировок перед матчами даже в дождь.

Но вот что его удивляло, так это бабушка, которая осталось в школе. Две недели после ее приезда то тут, то там попадались шикигами и знакомые барьерные круги, что окольцовывали Хогвартс медленно, но верно. Как-то странно возросло количество авроров, а Чисато чинно прогуливалась по коридорам, приковывая взгляды пубертатных школьников. Это все говорило о том, что ожидаются какие-то крупные неприятности. Хотя предположения уже были, ведь ту змею так и не поймали.

Хуже всего было Джун. Хоть Аяно и любила девочку, дозволяя вести себя дома как той заблагорассудится, то вот на людях приходилось держать марку. В один из пасмурных дней незадолго до Хэллоуина, когда она вместе с Хитоши возвращалась со стрельбища, то столкнулась с Почти Безголовым Ником. Тот был в печальном настроении. Еще в прошлом году дети поладили с факультетным призраком. Хотя будем честны, другие тоже посматривали на них со смесью восхищения и страха, после того, как большую часть времени они продержали Пивза в обездвиженном состоянии, так что тот тут же ретировался, стоило заметить троицу из Японии. А сейчас и подавно забился в самый дальний угол.

– В чем дело, Ник? – поинтересовалась Хошино.

– Да вот, в очередной раз получил отказ от клуба “Безголовых”. Видите ли, из-за лоскутка кожи я для них недостаточно хорош! – всплеснул руками призрак.

– Так в чем проблема? Давай мы придем и всех изгоним, – пожала плечами девочка.

– Нет-нет-нет, – запротестовал Ник, – никого изгонять не надо. А вот насчет “придем” – у меня в Хэллоуин будет юбилей – пятьсот лет со дня смерти. Если хотите, то…

Близнецы переглянулись. Посмотреть на местных духов в так сказать естественной среде – отличный шанс для любого мага, работающего с нечистью. Их раздумья были прерваны подозрительно знакомым “мяу”. Обернувшись, они увидели миссис Норрис, которая, впрочем, узнала в девочке ее прошлогодний кошмар и решила ретироваться подобру-поздорову.

– А знаешь, Ник, мы заглянем, – произнес Хитоши, выходя из задумчивого состояния.

– Замечательно. Если кто из друзей захочет тоже – милости прошу.

***

На беду друзей, предстоящее событие обсуждалось в обществе бабушки Аяно, которая взяла шефство над учащимися пути лука и меча. Так она еще набрала несколько желающих. И вопрос о том, идут ли они или нет – даже не встал.

Сначала дети пожалели, что их чуть ли не силой заставили идти, потому как накрывался праздничный банкет, однако после это чувство улетучилось, стоило начать вещать Хошино-старшей.

– Изгнать призрака в японской магической школе можно минимум пятью простыми способами, не требующими ритуала, в зависимости от привязок: “Первый рассвет”, “Алый путь”, “Последнее путешествие”, “Переправа” и “Сизый туман”. Первые два подразумевают…

Призраки, что прибыли со всех концов Англии, буквально шарахнулись от онмёдзи, когда та достала талисманы с разной символикой, о которых женщина принялась самозабвенно рассказывать. Ник же вместе с местными буквально валились со смеху, наблюдая за всем этим. А когда клуб “Безголовых” рванул из замка, теряя головы, привидение Гриффиндора и вовсе махнуло на все рукой. На деле те, в чье число он хотел войти, оказались трусами, не смотря на их бахвальство. Аяно же подмигнула Нику и продолжила рассказ.

***

У Хитоши резко заболела голова. Дабы не прерывать импровизированную экскурсию, мальчик покинул зал в сопровождении Джун. Однако чем дальше, тем сильнее становилась боль. Когда же казалось, что мозг потечет через уши, материализовался Инаба, обвив голову мальчишки. И тут мальчик услышал то самое шипение, местами похожее на речь. Ороичи вышел на охоту.

– Тоши-тан, что с… – бросилась было девочка, но была остановлена.

– Джун, бегом к бабушке. Пускай отследит меня по потоку ки. Я попробую пойти за ороичи.

– Будь осторожен, – кивнула близнец и кинулась назад.

***

– Есть засветка! – авроры, что буквально прописались в наблюдательной комнате, внимательно следили за данными со следящий заклинаний. – Второй этаж, правое крыло. Рядом ученик, судя по всему тоже ведет цель.

– По метлам, – скомандовал старший, и большая часть группы сорвалась по указанным координатам.

***

Не отставала от них и Чисато. Оборотень перекинулась в лисицу и плавными прыжками, отталкиваясь буквально от стен, а иногда и от потолка, летела за монстром.

***

Добби ждал, смотря стеклянными глазами в пустоту. Хозяин сказал, что должна прийти девочка, написать на стене, подвесить кошку, а после на этом месте поймают Гарри Поттера. Время текло, но никто не приходил. Когда оставались считанные минуты до конца праздничного банкета, домовик решился. Взмахнув руками, на камне стали проявляться слова: “ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА! ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!”, а на светильнике - иллюзия животного.

Однако это все не осталось незамеченным. Эльфа окружили бумажные талисманы, формой похожие на человечков. Стала формироваться ловчая схема, но одна за другой бумажки вспыхнули, а Добби с легким хлопком исчез.

***

Хитоши добежал до третьего этажа, когда Инаба перестал чувствовать ороичи. Он остановился перед странной надписью, когда из-за поворота вышли ученики. Место тут же наполнилось гомоном. Кто-то заметил висящую кошку. Поднялась легкая паника, которая, впрочем, куда-то испарилась, когда настоящая миссис Норрис вальяжно прошествовала перед толпой. А после – прибежали авроры и Чисато, которая в прыжке сменила вид на человеческий.

Разогнав зевак и забрав свидетеля, маги принялись работать. Однако не нашли ничего, кроме осыпавшегося пепла, да развеянной иллюзии. Даже надпись оказалась разновидностью морока.

***

– Вот, смотрите, – волшебник-наблюдатель вместе с коллегами погрузился в Омут, просматривая записи с зеркал, – здесь на балке есть какое-то дрожание. Сюда же потянулись талисманы, но они были сожжены неизвестным воздействием.

– То есть так просто злоумышленника не поймать? А что там по василиску?

– Глухо. Засветка была, но какая-то странная. Существо перемещается, судя по всему, где-то внутри стен… Трубы! – маг хлопнул себя по лбу.

– Хм… В этом есть смысл, – произнес глава группы, выныривая вместе с остальными из Омута. – Срочно к директору. Нам нужна схема канализации замка.

***

Реддл был буквально вне себя от злости. Из-за странных событий ему пришлось снизить скорость абсорбирования ядра, потому что аврорат, а главное – два азиатских престарелых монстра, тут буквально носом рыли в поисках устроившего переполох.

***

Хитоши же для себя за прошедшую неделю открыл, что он – наследник Слизерина. Вся эта катавасия с надписью, Инабой и разбирательством породило волну безумных слухов. Бедный мальчишка искал, куда спрятаться каждый раз, стоило кому-то поднять эту тему.

– М-да, Гарри, теперь я тебя понимаю, – протянул он, отрываясь от книги.

Даже в библиотеке им не было покоя. Отовсюду доносились шепотки, потому что ученики начали поднимать историю Хогвартса, так что людей в святая святых любого библиофила прибавилось за пределами предэкзаменационной поры.

– Ничего, скоро опять произойдет какая-нибудь ерунда, так что от тебя отстанут.

– Думаешь? – Хошино вопросительно поднял бровь.

– Уверен, – ответил ему Гарри, отрываясь от школьной газеты, где Криви с товарищами стали пытаться проводить более-менее сносные расследования, а не печатать одни лишь слухи.

***

Однако не только Хитоши досталось. Поднятая из закромов информация о Слизерине наводила на страшные мысли: маг ненавидел грязнокровок. Он хотел очистить школу от их присутствия. А вот это уже пугало по настоящему.

Гермиона устала от этих кривотолков, так что решила действовать наверняка. Она засела в туалете на третьем этаже, более известном как “Обитель плаксы Миртл”, очень обидчивого и плаксивого призрака, дабы воплотить план по созданию оборотного зелья. Целью допросов должен был стать Малфой, ибо, согласно слухам, его отец был связан с Тем-Кого-Нельзя-Называть. И он мог что-то знать. Правда, недоставало пары ингредиентов, но можно было попросить Гарри пройтись под мантией и вытащить их из хранилища Снейпа.

– Ты хочешь – что? – схватился за голову Поттер, когда подруга привела их в тот самый туалет.

– Мион-тан, я, конечно, на дух не переношу белобрысика, – ошарашенно посмотрела Джун, – но их семья никак не связана с Волан-де-Мортом.

– Как? – в один голос спросили Рон и Невилл.

– В смысле – как? – потер переносицу Гарри. – Ладно, Гермиона. Она в магический мир попала в одиннадцать лет, а до этого ничего не знала. Но ты, Рон? Или ты, Невилл? Вы же относитесь к аристократическим родам. Понимаю, что ваши семьи пришли в упадок, но вы ж должны знать, что Малфои – нейтралы. В той войне они не выступали ни на чьей стороне.

За их спинами раздались хлопки. Обернувшись, дети увидели Снейпа, который взирал на них.

– Молодец, мистер Поттер. Смотрю, семейство Хошино не пренебрегает обучением отпрысков. Однако позвольте спросить, что вы тут делаете? – холодно произнес профессор.

– Занимаемся самостоятельной работой, учитель Снейп, – ответила Грейнджер, сжавшись под пристальным взглядом Северуса.

– Я вижу, – он потянул носом. – Оборотное зелье, – мужчина прошел вглубь туалетной комнаты и заглянул в котелок. – Хм, не хватает кожи бумсланга и… настойки циндариса.

Учитель осмотрел собравшихся. Затем молча подошел и вылил содержимое в унитаз.

– Значит так, мисс Грейнджер. Десять очков Гриффиндору за удачную попытку. И минус десять – за место готовки. С завтрашнего дня я жду Вас на дополнительные занятия после трех. А теперь марш отсюда, если не хотите получить наказание.

Гриффиндорцы быстро ретировались из помещения.

– О чем ты думала, Гермиона? – легонько постучал себя по голове Гарри, удаляясь от туалета. – Сейчас вся школа под наблюдением из-за того монстра. Еще хорошо отделались…

Северус хмыкнул, смотря вслед уходящим детям. Двенадцать лет и очень даже удачная попытка приготовить оборотное зелье. Но у девчонки нет понимания. Сухие знания никогда не дадут хорошего результата. Ничего, он сделает из этой неумехи приличного зельевара. Или он – не Принц-полукровка.

Глава девятая. Бладжер-убийца и чокнутый домовик.

Но как бы ни развивались события, матчи по квиддичу никто отменять не собирался. Первыми в году, как и в прошлый раз, должны были встретиться Гриффиндор и Слизерин. У последних было преимущество в виде новых метел, но Вуд был уверен в победе. Не зря он их так гонял.

– Итак, господа…

– И дамы.

Речь походила на ту, что была в прошлом году, так что Гарри с удовольствием включился в этот ритуал подготовки к противостоянию. Это помогло расслабиться и отвлечься от тяжелых мыслей, которые все сильнее и сильнее захватывали умы детей. Шутка ли – чудовище, которое никак не могут поймать, ползало где-то рядом. Но о нем знали немногие. Но страх перед неопределенностью – пугал еще сильнее.

– А ты, Гарри, докажи, что важен талант, а не богатый папаша.

– Ага, а от новых метел вы отказались именно поэтому? – поинтересовался ловец.

– Да, – серьезно произнес Оливер. – Еще раз спасибо за предложение, но мы докажем этим неумехам, что главное не артефакт, а умение им пользоваться. Тем более твой, – он подмигнул, – все равно в разы лучше. Все, пошли.

Спортсмены покинули раздевалку. День сегодня был пасмурный, но дождя не предвиделось. Выстроившись в линию, капитаны пожали друг другу руки. Причем излишне крепче, чем полагалось. В воздухе витало напряжение.

– Ну что, Малфой, время выяснить кто лучше? – Гарри протянул руку вражескому ловцу.

– Я не проиграю, Поттер, – ответил блондин на этот жест.

Раздался свисток и игроки взвились в воздух. Гриффиндорский ловец приготовился выискивать снитч и контролировать его, согласно тактике. Слизеринцы же казались сильны. Даже слишком. За счет лучшей скорости и маневренности они вырвались вперед. Хотя и “красные” наступали им на пятки.

“Похоже, придется держать снитч до второго тайма,” – подумал Гарри. Но его прервал окрик “Берегись!”. Причем от Малфоя. Повернув голову, ловец едва успел пригнуться, пропуская несущийся на него бладжер.

Мяч затормозил в воздухе и с новой силой бросился на игрока. Фред успел вклиниться между ним и Гарри, отправляя шар в сторону, но тому было совершенно нипочем. Бладжер упорно преследовал мальчика с целью убить, потому как никак по другому нельзя было охарактеризовать его попытки размозжить голову.

***

– Аяно, тебе не кажется, что тот мячик ведет себя как-то странно? – Чисато стучала сложенным веером по руке.

– Хм… похоже. Пост, – женщина достала сквозное зеркало и связалась с аврорами, – ответьте. Нужна проверка засветки магии.

– Принято. Ищем, но пока ничего.

***

А в это время на поле события начали приобретать более скверный оборот. Второй бладжер тоже подключился к охоте. Гарри пока удавалось уходить из-под атаки, но его везение в конце концов кончилось. В тот момент, когда кицунэ сорвалась с места, подпрыгивая на добрый десяток метров, один из мячей врезался в руку мальчику. Послышался хруст костей, а юнца поразила нестерпимая боль, отчего тот попросту отключился.

К Гарри рванули товарищи в попытке помочь, но их опередил Малфой, подхватывая его под целую руку. Чисато же в это время принялась отбивать ошалелые бладжеры своим веером. Но те все ближе и ближе подбирались к юнцу. В конечном итоге кицунэ просто не выдержала и развернула свою магическую ауру на полную. За спиной лисицы материализовались синие огоньки.

– Дай джаен, – произнесла она, указывая на мячи.

Сгустки пламени сорвались с пальца, охватывая обезумевший инвентарь и превращая оный в пепел.

– Нашел, – раздалось из сквозного зеркала в руках Аяно. – Правая от входа трибуна. Под сидениями нижняя балка. Есть совпадение с мерцанием на третьем этаже.

– Поняла, – Хошино рванула к указанному месту. Конечно, ей хотелось проверить, как там внук, но если она не поймает преступника, то он будет в куда большей опасности.

Под трибунами оказалось темно. Даже слишком. Противоестественный мрак казался живым и пытался вытянуть силы из онмедзи. Но та была опытным боевиком и знала как защититься. Применив заклинание “Светлячок”, что был аналогичен Люмосу, но мог самостоятельно летать вокруг мага, Аяно заметила на искомой балке сгорбившееся существо, медленно раскачивающееся и что-то бормочущее.

– Хозяин… Доволен… Хозяин… Гарри Поттер… Спасти… Опасность… Возрождение…

А затем эльф неестественно резко повернул голову на волшебницу и впился пустым стеклянным взглядом.

– Добби исполнит. Добби похвалят. Добби спасет Гарри Поттера, – его голос был безжизненным и безэмоциональным.

Хошино медленно сунула руку в рукав, извлекая талисманы, но домовик с хлопком пропал. Казалось бы, что такого странного? Но женщина не почувствовала от него всплеска магии, который обязан был быть. Однако окружающая тьма медленно заколыхалась. Она начала сгущаться, собираясь в одном месте. Буквально полминуты и перед магом стояла человеческая фигура, сотканная из мрака.

– Ты мешаешь. Вы все - мешаете, – от голоса ползли мурашки по коже. От него веяло холодом и безумием. – Уйдите прочь. Начатое однажды – должно случиться вновь.

Фигура бросилась на женщину…

– Дай джаен, – раздалось за спиной и мрак объяло живое и теплое пламя, выжигая нечто из этой реальности. – Что это было?

– Если бы я знала… – Аяно вытерла холодный пот. Что бы это ни было, оно сильнее Хошино. Другим магам и подавно с ним не тягаться. Даже Фламелю, несмотря на его возраст и запас сил. Все же это был теоретик-алхимик, а не боевик. Хотя и Чисато тут повезло, потому что тварь была в виде тьмы, так что огонь смог ее развеять.

***

На поле же разгоралась другая драма. Быстрее всех до раненого добрался Локхарт. Правая рука мальчишки представляла из себя буквально кровавый фарш из кожи, мышц и обломков костей. Нужно было действовать немедленно. Маг коротко выдохнул и достал палочку. Прошептав заклинание, он ткнул палочкой в конечность, удаляя все кости. Уж лучше так, чем если остануться осколки. А новые можно и вырастить.

Подскочили авроры и Снейп. Профессор вытащил из мантии склянку с обезболивающим, которые он еще с прошлого года привык носить с собой. Он аккуратно влил зелье в рот Поттера. Прерывистое дыхание мальчика немного успокоилось и сменилось расслабленным, но в себя он так и не пришел. Министерские же маги принялись оказывать первую помощь. Все-таки оперативники тут больше всех понимали в полевой медицине.

Парнишку доставили в лазарет, куда уже прибыли колдомедики из Святого Мунго. Все-таки при всей своей обширной практике, Помфри была фельдшером, а тут требовались квалифицированные хирурги. Те оценили оперативные действия профессоров и авроров, а после выгнали всех сочувствующих и зевак.

Операция длилась несколько часов. Магам пришлось буквально выращивать новые нервы, соединять сухожилия и сосуды, пока на их глазах Костерост выращивал новые кости. По мере образования ткани приходилось прихватывать мышцы, дабы те срастались в правильном порядке. Однако несмотря на все старания целителей, рука Гарри была покрыта множеством шрамов. Непонятные сгустки тьмы, проникшие из бладжера, не давали правильно срастаться коже. Но даже когда приглашенная Аяно провела обряд очистки, ничего не изменилось.

***

Слизерин праздновал победу, но как-то без огонька. Им присудили победу чисто по очкам. А их ловец и вовсе покинул праздник, с презрением посмотрев на членов команды. Малфой же ушел в астрономическую башню, где хотел побыть один. Мальчишка желал сразиться с Поттером честно еще с прошлого года, после случая с напоминалкой. Его наполняло воодушевлением об одной этой мысли – равный соперник, с которым можно отдаться пьянящему чувству противостояния, войти в поток…

Но в одиночестве побыть ему не дали. Там же оказалась и Джун. Девочка просто не смогла вынести общей атмосферы и сочувствующих взглядов. Она просто сбежала из гостиной. Девочка удивилась пришедшему сюда слизеринцу.

– Ты что тут делаешь?

– Мне тоже интересен этот вопрос.

Дети пристально посмотрели друг на друга, а затем молча уставились на вечернее небо, облокотившись на парапет.

– Знаешь, – начал Драко, – я хотел победы. Я ее жаждал. Но только в равном противостоянии.

– Думаешь, – усмехнулась Джун, не поворачивая головы, – у тебя что-нибудь вышло?

– Даже если бы я проиграл, то это означало, что мне надо больше отдать тренировкам. Без достойного противника, – он посмотрел на девочку, – нет развития.

– А ты не такой засранец, блонди.

– А ты не можешь без подколок, рыболюбка.

***

Добби сидел на кровати Гарри и вещал. Он много о чем рассказал: о заблокированном барьере, о Тайной Комнате, о заколдованном бладжере. Много, но при этом – практически ничего. Висящий в углу шикигами предавал звук прямо в кабинет директора, а группа захвата стояла буквально под дверью. Но стоило скрипнуть двери, как живая тьма пожрала тело домовика.

***

В это время Джейк Лайонс, аврор со стажем, продвигался по трубам канализации. Изучение схем не привело ни к чему, так что он, как предположивший этот вариант, вызвался проверить теорию. И ему улыбнулась удача: несколько чешуек василиска лежали у него в кармане. Так что он был прав.

Неожиданно волосы на затылке стали дыбом, а по спине пробежали мурашки. Он ощутил чью-то темную ману, что буквально вымораживала воздух. И шипение. Мужчина бросился на звук и в какой-то момент не заметил провал. Скатившись по трубе, он вывалился в коридор где-то на третьем этаже. Над головой закрылся люк от тайного прохода.

Шипение стало слышно более отчетливо. Свернув за поворот, маг увидел гигантского змея, окутанного тьмой, и выходящего с другой стороны мальца с гроздью винограда в руке. Времени оставалось слишком мало: стоит василиску посмотреть в глаза человеку, как тот обратится в камень. Аврор рванул к юнцу под заклинанием ускорения, сшибая того в последний момент, зажмуривая глаза. Он успел спасти Колина, который шел с подарком к Гарри, но сам попал под атаку – тело мага сковал паралич.

***

– Как скоро будет готово зелье, Северус? – устало произнес Дамблдор. Его уже начало откровенно раздражать количество провалов. Поттер без сознания сейчас лежал в медблоке. Юный Криви чуть не подвергся атаке василиска, а спасший его аврор парализован.

– Я уже отправил запрос Лонгботтомам на мандрагору, – пожал плечами Снейп. – Только ее и не хватает, а школьный урожай ждать еще полгода.

– Теперь на повестке дня другой вопрос: что делать дальше? – Альбус обвел взглядом собравшихся. – Когда попечительский совет узнает… И именно что “когда”, а не “если”. Я выношу на обсуждение вопрос о временном закрытии школы, пока василиск не будет уничтожен.

Неожиданно Трелони, тихо сидевшую в уголке, начало трясти. Глаза закатились, а голос, казалось, наполнился могильным холодом:

– Свершившееся однажды – должно свершиться вновь! Тот, кто обманул смерть единожды, должен доказать свою смекалку и удаль, столкнувшись с опасностью смертельной!

Сивилла рухнула на стул. По ее лицу градом катился холодный пот. Учащенное дыхание начало замедляться и она открыла слезящиеся глаза.

– Я… Я… опять? – дрожащим голосом спросила преподаватель предсказаний.

– Успокойся, это не твоя вина, – мягко произнес Дамблдор, но женщина разрыдалась навзрыд. Трюк начала успокаивать коллегу.

– Я немного не поняла, – холодно посмотрела на Альбуса Аяно, – мой внук должен подвергаться смертельной опасности?!

– Прости, Хошино-сан, но Трелони – потомок Нострадамуса, если тебе что-то говорит это имя, – резко ответил директор. – Думаешь, мне нравится подвергать детей опасности? Ты за кого меня тут держишь? – мужчина поднялся со своего места и сурово взглянул на японку. – Или ты думаешь, я как тот лев – бросаю детенышей с обрыва, чтобы они сами пытались выбраться из проблем? – он рухнул в кресло опять, держась за сердце.

К нему подскочил Снейп, протягивая зелье. Он осуждающе покачал головой, но промолчал.

– Прости, Альбус-кун. Я помню тот наш разговор, одиннадцать лет назад.

– Это конечно замечательно, – Чисато с хлопком закрыла веер, привлекая к себе внимание. – Но делать-то что тогда будем?

Глава десятая. Дуэльный клуб.

Гарри открыл глаза и увидел знакомый потолок. “М-да, попасть в лазарет в начале учебного года – это надо постараться… Интересно, сколько я проспал?”

– Три дня, – голос Чисато заставил чуть вздрогнуть мальчика. – И нет, я не читаю твои мысли, просто обычно это первый вопрос после пробуждения в такой ситуации.

Юнец повернул голову в сторону говорившей. Кицунэ изящно сидела на стуле, листая жутковатого вида книгу. Обычно такие лежали в “Особой секции” и были запрещены к выносу. Под ее пальцами бумага буквально стенала от боли. Особенно когда аякаши слюнявила их, дабы перевернуть очередную слипшуюся страницу.

– Аяно пока занята, – продолжила отвечать лисица на еще невысказанные вопросы. – А друзья на занятиях. Пришлось силой выгонять. Но, боюсь, мальчик, – она громко захлопнула “Темные проклятия XIV века”, – теперь у тебя больше не останется свободного времени.

– Как будто оно у меня было до этого, – Гарри медленно сжал пальцы на правой руке. несмотря на легкое покалывание и шрамы, те слушались как и прежде.

– Поверь мне, дальше будет еще хуже, – с кицунэ слетел флер высокомерной и заносчивой красавицы. Перед Поттером сидела умудренная долгой жизнью аякаши, прошедшая через множество сражений. – Тебя ждут дополнительные занятия. Ускоренный курс того, что обычно проходят здесь году на четвертом-пятом. Но не бойся, – она расслабленно откинулась на спинку, доставая из воздуха свою любимую кисеру, – будешь не один.

– Да за что мне такие неприятности-то, — вздохнул мальчик.

– Кто знает. Никто не пошлет тебя сражаться с василиском напрямую, но будь готов.

– Васи… Прости, что? – у гриффиндорца брови поползли вверх, а глаза расширились от смеси ужаса и удивления.

– Ты не ослышался. Остальные не хотели тебе говорить, но поверь, неопределенность – пугает еще сильнее, – аякаши грустно усмехнулась. – Только не шибко распространяйся. О природе чудовища достоверно знают немногие.

В палате повисла тягучая тишина. Каждый погрузился в свои думы. Мальчишка рассматривал покрытую уродливыми шрамами руку.

– Слушай, – наконец он вновь заговорил, – выяснили, кто мне так удружил?

– Твой ушастый знакомец. Только, боюсь, за его личиной кроется нечто куда более ужасающее.

– Даже для тебя?

– Даже для меня, – кивнула лисица, на чем разговор затих окончательно.

***

Следующий учебный день у Гриффиндора начинался с ЗОТИ. Как и у Слизерина. Так что когда после звонка в дверь постучали, пришедший получил двойную порцию внимания. А был им никто иной, как Гарри.

– О, мистер Поттер, – улыбнулся Гилдерой, – Вас, наконец-то, выписали. Ну что ж, проходите, садитесь. Итак, на чем я остановился? – преподаватель начал расхаживать перед учительским столом. – Ах, да. Нежить. А если быть точным, то баньши…

Мальчик прошел под пристальными взглядами учеников, которые просто игнорировали кумира многих. Злые и сочувствующие, они буквально сверлили гриффиндорца. Со стороны слизеринцев раздавались ехидные смешки. Это начало нервировать все сильнее и сильнее. Последней каплей стало брошенное:

– Неудачник, – от Гойла.

– Знаете что, – не выдержал юнец, закатывая рукав, – если кто-то хочет поменяться со мной местами, вперед. Но учтите, вот такие “гостинцы” – он поднял зарубцевавшуюся конечность, – вам обеспечены. Простите, сенсей. Смиренно приму наказание, – он поклонился Локхарту.

– Садитесь, мистер Поттер, – профессор уселся на свой же стол. – А, ладно, черт с ними, банши. Давайте-ка расскажу одну поучительную историю об одном маге, – мужчина достал палочку. – Был волшебник, непревзойденный охотник на чудовищ, который не знал поражения… – голос Гилдероя был печален, а в воздухе всплывали схематичные сцены его рассказа, продлившегося до самого звонка.

***

Когда же занятие кончилось, ученики потянулись на выход. В числе последних был Гарри с друзьями и Малфой с прихвостнями. Последний посмотрел на двух малолетних верзил. “Похоже, это конец,” – подумал мальчик.

– Гойл, что я говорил недавно?

– Но Драко…

– Никаких “но”. Все. Наши отношения прерываются. Своим поведением вы позорите мою репутацию, – холодно произнес слизеринец.

– Неужто блонди, ты все же решился? – удивленно произнесла Джун.

– Как видишь, – мальчик бросил последний взгляд на уже бывших помощников и развернулся к Гарри. – Поттер, надеюсь, в следующий нам никто не помешает сразиться честно, – протянул он руку для рукопожатия.

– Согласен, – ответил гриффиндорец.

***

“Дуэльный клуб” – большими буквами гласило объявление. Оно привлекло множество взглядов. Хотя большее будоражил другой момент: сам Флитвик, мастер-дуэлист собирался преподавать на этих курсах. Правда, для студентов пятого курса и выше. Для младших в роли наставников выступали Снейп и Гилдерой, начиная со второго. Первый курс не допускался. Вот только вместо позитивного настроения все это вызвало недоумение. Которое и было высказано на первом же занятии:

– Простите, профессор. А как правильная стойка позволит нам защититься от непонятного чудовища? – поинтересовался третьекурсник-пуффендуец.

– Так, что дисциплина и хладнокровие позволят адекватно оценить ситуацию, малец, – произнес Джейк, который выступал в роли наблюдателя. Мужчина только отходил от паралича, так что пока был отстранен от расследования, которым занимались его коллеги. – Простите, профессора. Продолжайте.

– Да нет, мистер Лайонс, – произнес Северус. – Вы правильно сказали.

– Ну-ну, давайте не будем пугать детишек, – лучезарно улыбнулся Локхарт. – Сегодня мы будем отрабатывать основы кодекса и щитовые чары, Протего, и обезоруживающее заклинание, Экспеллиармус. Они, конечно, учатся на высоких курсах, но без них, увы, к дуэлям допускать нельзя. Эта магия требует хорошего контроля маны, но немного практики и у вас все получится. Я с профессором Снейпом вам это продемонстрируем.

Учителя стали в стойку друг напротив друга. Поприветствовав как полагаемся, мужчины вскинули палочки.

– Экспеллиармус!

– Протего!

Маги выкрикнули заклинания, причем Локхарт чуть позже, поставив щит буквально перед попаданием. Чары наткнулись на преграду и срикошетили в потолок. Следом мужчины поменялись ролями и теперь Гилдерой попытался выбить палочку из рук Северуса, но тот среагировал более удачно, так что магия вернулась отправителю, выбивая концентратор из рук и бросая оный под ноги зельевару.

– Вот видите, – учитель ЗОТИ потер кисть, – правильно поставленный щит может отбить, а то и отправить заклинание обратно. А лишив врага палочки, вы можете выиграть немного времени. Но не стоит расслабляться, – Гилдерой с кивком принял свой концентратор из рук Северуса, – ведь противник может иметь больше инструментов или вовсе обладать навыками беспалочковой магии. Как наши коллеги из Японии, которые могут применять талисманы. А теперь, – он уселся на край помоста, – начнем с отработки движений.

Спустя некоторое время поступило предложение попробовать провести дуэль между желающими. Вызвались Гарри и Драко. Встав уже в стойки, слизеринец произнес:

– Профессор, Я хочу попросить, чтобы Поттер сражался в полную силу.

– Вы уверены, мистер Малфой? – Северус приподнял бровь. После плотного общения с Аяно зельевар примерно представлял, чего ждать от очкарика, но потянет ли подобный уровень ученик с его факультета – непонятно.

– Да, – взгляд слизеринца был прикован к гриффиндорцу.

Под кивок учителя, Гарри открыл проход во тьму, доставая оттуда талисманы. Мальчику тоже было интересно, чем удивит его блондин. Приветствие, первый взмах и дуэль началась. Бойцы прощупывали друг друга на предмет брешей. Хотя со стороны взрослых это могло показаться потешным, но первые “Флипендо” и “Риктусемпра” улетели в никуда. Юнцов обучали с детства и те представляли, как двигаться.

Следующий выпад сделал Драко, посылая в Гарри “Депульсо”. Тот принял его на щит, но следующий “Экспеллиармус” просто выбил палочку из рук. Уже начавший было радоваться Драко неожиданно обнаружил Гарри на расстоянии вытянутой руки, который приложил руку к груди мальчишки. Прилепленный талисман сдетонировал, стоило только оппоненту отскочить и прошептать активатор.

Мальца отбросило и протащило по помосту. остановка вышла немного неудачной, так что слизеринец ударился носом. Поднявшись и вытерев кровь, он решился на применение козыря. Выкрикнув “Серпенсортиа”, Драко приготовился взять под контроль материализовавшуюся змею, но в этот момент конец палочки заискрился, и та буквально взорвалась в руках, а заклинание потеряло контроль.

Все произошло быстро: призванное существо резко рвануло к ближайшей ученице, Джинни Уизли и было уже в каких-то десятках сантиметров, раскрыв пасть, а с зубов капал яд. И в этот момент другой змей, Инаба, сшиб приближающуюся опасность, зажав противника чуть пониже головы. Призванное животное еще трепыхалось, но щелчок зубов ознаменовал его кончину, когда две части тела рухнули на помост.

Преподаватели тут же рванули к пострадавшим. К счастью, Джинни отделалась лишь легким испугом, но вот Драко все еще сжимал обломанную рукоять, а щепки впились в кисть.

– Я… я… еще никогда… не терял… контроль… – мальчишка тяжело дышал, не замечая ран.

Быстрый осмотр показал перегруженность каналов в руках. Такое чувство, что через юнца пропустили большой объем маны, которого у него попросту не было. Хитоши вызвался проводить слизеринца в лазарет, откуда уже потом его заберут авроры для того, чтобы опросить о случившемся.

– Так, – хлопнул в ладоши Гилдерой, – такое бывает. Вот поэтому мы вас и предупреждали. А еще, как заметили – всегда надо быть готовым. А теперь… Да, мистер Лонгботтом?

– Можно я тоже сражусь с Гарри?

– Хм… Мистер Поттер, готов? – Локхарт посмотрел на очкарика.

– В полный контакт или чисто на магии?

– В полный, – кивнул гриффиндорец.

– Профессор, можете трансфигурировать пару бокенов примерно такой длины?

Когда же мальчишки стали друг напротив друга, показались совершенно другими. Гарри убрал талисманы, а в правую руку взял деревянный меч. Палочка в левой была отведена чуть за спину. Невилл же убрал бокен за пояс.

И опять первые прощупывания, но в этот раз Поттер принял простенькое заклинание на клинок, отбив то в сторону. Он пустил обезоруживающее в Лонгботтома. Мальчик немного не рассчитал расстояние и не успел выставить щиты, так что палочка отлетела, но в руках уже был учебный меч. Гарри ответил тем же, и его палочка улетела во тьму под ногами.

– Неплохо, но тебе еще надо поработать над выпадами, – сказал Поттер после нескольких обменов ударами. После чего Невилл признал поражение и после поклона дети разошлись.

– Знаете, мне тоже интересно испытать потомка моего братишки, – раздалось откуда-то из-под потолка, и на помост плавно опустилась кицунэ.

После кивка Поттер приготовился по максимуму. Из тьмы вынырнула Хари, заставив некоторых воскликнуть от ужаса. Он не надеялся на победу, потому как ему противостояла древняя и сильная аякаши, но проверить свои силы было интересно.

Бросок талисмана ознаменовал начало сражения. Лисица ловко уклонялась ото всех выпадов, прикрывая нижнюю половину лица веером. Удар. Еще заклинание. Но все было бестолку. В конце Гарри послал материализованную сколопендру, чтобы та замедлила Чисато. Но та поймала знакомую в воздухе. Мать тысячи игл сейчас была слишком слаба из-за малого количества маны мальчишки.

С грудным “Ара-ара”, после которого большая часть мальчишек просто согнулась, прикрыв руками пах, аякаши хлопнула юного волшебника сложенным веером по голове.

– Спасибо за науку, – поклонился Гарри.

– Обращайся, – улыбнулась Чисато, а после повернулась ко взрослым. – Ну что, мальчики, кто еще хочет поиграть?

– Увы, но я не сражаюсь с женщинами, – быстро отказался Гилдерой. В его текущем состоянии это будет позором, а не боем. Но вот Снейп и Лайонс вызвались почти одновременно.

– Ничего себе… Два сильных самца хотят одновременно овладеть слабой и беззащитной девушкой… – захлопала глазами лисица, вновь раскрывая веер. – Ну что, вперед, юнцы. Мамочка покажет вам ваше место.

Магов такое фривольное обращение просто взбесило. Кивнув друг другу, зельевар и аврор бросились в бой. Над помостом поднялся защитный барьер, так что в кицунэ полетели тяжелые заклинания. “Бомбарда” и “Петрификус Тоталус Максима” буквально разминулись с телом аякаши в считанных миллиметрах.

Тоже произошло и с десятком следующих с грудным “О-хо-хо-хо” от лисицы. Это все сильнее и сильнее злило магов, пока Снейп просто не произнес “Сектумсемпра”. Неизвестное заклинание все же попало в кицунэ, но эффект отличался от изначального: оно всего-лишь иссекло одежду, оставляя лоскуты на грани приличия, что вызвало еще больше мечтательных вздохов из зала.

– Значит вот вы как, – Чисато крутанулась, осматривая порезы. – Ну тогда держитесь.

Аякаши буквально исчезла из поля зрения. Маги принялись ее искать, но не смогли увидеть, пока две шаловливые ладошки не легли им на плечи, а между ними раздалось:

– Шикучи.

В следующее мгновение защитный барьер Хогвартса, запрещающий аппарацию и прочие виды телепортации, был продавлен огромным потоком маны, а волшебники обнаружили себя висящими на ближайших барельефах, зацепленные капюшонами мантий. Чисато же легко и непринужденно спрыгнула с помоста и под очередное “ара-ара” восстановила одежду, выуживая из воздуха свою кисеру. Даже Гилдерой присвистнул вслед уходящей женщине, а потом перевел на двух висящих мужчин, почесывая затылок.

– Слушай, – Джейк скосил глаза на собрата по несчастью, – то, последнее заклинание. Оно же самодельное.

– Да, – не стал отпираться Снейп. Он сам понимал, что сглупил.

– Научишь?

– А у меня есть выбор?

***

В это время, пока в зале, отведенном под дуэли, происходили незапланированные показательные бои, Хитоши вел Драко в больничное крыло, поддерживая мальчика под здоровую руку. Поврежденную конечность обезболили заклинанием, боясь ненароком что-нибудь повредить. Тем более, похоже, дежурная бригада из Мунго тут прописалась вместе с аврорами.

– Малфой-кун, скажи, ты хочешь стать сильнее? – ни с того, ни с сего начал Хошино.

– Зачем ты это спрашиваешь, – поморщился от дискомфорта слизеринец.

– Твой бой с братом помог мне принять окончательное решение. Недавно с нами говорила бабушка, сказав, что грядут тяжелые времена. И нас будут обучать куда жестче, – мальчик скосил глаза на Драко. – Она еще добавила, что мы можем пригласить всех, кого считаем способными прикрыть наши спины.

Малфой сначала от удивления поднял брови, а затем расхохотался:

– Ты серьезно? После всего, что между нами было?

– Поверь, это еще не самое худшее знакомство. В детском саду мы подрались с мальчишкой и его свитой, расквасив друг другу носы, а после пару лет только и делали, что буквально плевались друг в друга. Сейчас же мы лучшие друзья. Я не прошу о том же, но предлагаю силу.

Драко посмотрел на раненную руку, а после согласился.

– Тогда тебе стоит подумать вот о чем: фамильяр будет тебе хорошим подспорьем, а у меня на примете есть знакомая мизучи…

***

Запретный лес осенью поражал и пугал всех незнакомых с ним. Всех, но не живущих здесь фей. Дженна летела в поселение, что покинула летом. Подлетев к домику старейшины, она постучалась. Но, казалось, ее там ждали. Зайдя вовнутрь, девочка упала на колени и склонилась в глубоком поклоне:

– Бабушка, пожалуйста, научите меня древней технике.

На нее взирала молодо выглядящая фея, которой, впрочем уже было за сто лет…

Глава одиннадцатая. Крысиные бега.

Ноябрь, да и декабрь, как ни странно, прошли спокойно. По крайней мере для основной массы учеников. На директора же и его зама буквально обрушилась волна писем и личных посещений от попечительского совета. Шутка ли – по школе снует какое-то непонятное существо, которое угрожает их детям. Припомнили и прошлогодние события с троллем. На счастье Дамблдора, остальное не просочилось за пределы школы. Но кое-как отбились, потому что Сивилла умудрилась еще раз напророчить уйму несчастий, если Хогвартс закроют.

Несладко пришлось и аврорам. Они буквально на пузе исползали все трубы, нашли с пяток новых секретных проходов, но ни следа того, откуда в канализации ползает василиск. Даже тот отвод, что привел Джейка в коридор, никто не обнаружил, хотя тут буквально просветили всеми доступными чарами. Даже “Алохомору” применили просто от безысходности. Казалось, что замок застыл под действием какого-то ужаса, что мешает помочь ему в спасении детей.

Несладко приходилось и группе Гарри. Каково же было удивление юнцов, когда, придя на дополнительные занятия, они обнаружили там Малфоя и близнецов Уизли. И если Драко пригласил Хитоши, то вот что тут забыли Фред и Джордж – этот вопрос заинтересовал всех. Ответ дали, как ни странно, Аяно и Северус. Первую интересовали необычные задумки братьев, второй же задался целью обучить этих оболтусов, которые средне разбирались в артефакторике, но имели задатки неплохих зельеваров. А в разрезе текущих событий стоило усилить группу.

***

Однако максимально несладко пришлось двоим связанным между собой, но не знающим о существовании друг о друге. И если первый еще держался, то второй не находил себе места. Короста, он же Питер Петтигрю, незарегистрированный анимаг все сильнее и сильнее чувствовал подступающий ужас. Ощущал острые когти, что вонзались в глотку. Крыс боялся каждого шороха. А особенно когда мальчишка, мнящий себя хозяином, носил на эти ужасающие уроки.

***

– Трансфигурация живой материи требует серьезной концентрации. Причем это не простейшее превращение крысы в кубок, где четко обозначена формула, движение, внешний вид и вербальная составляющая, – МакГонагалл облокотилась на стол, сцепив руки в замок. – Дабы придать непроизвольную форму, а то и вовсе изменить биологический вид, как говорят маглы, придется поработать буквально скульптором плоти.

На этих занятиях от учеников не требовалось четкое конспектирование. Лишние километры исписанной бумаги не давали ничего, кроме зубрежки к экзаменам. Тут же от них требовалось буквально погрузиться в суть магии. Почувствовать на практике свою силу, научиться не задумываясь применять заклинания. Конечно, Минерва не была сумасшедшей, так что пока об анимализме не было и речи, но более сложные формулы, преподаваемые на старших курсах, подводили к этому.

Иногда на занятия приходили авроры. Они учили жестко, но доходчиво. Иногда дети уходили с синяками и ранами, но в их глаза горели решимостью. До двух непростительных пока еще не дошло, но они попадали под достаточно “тяжелые” чары.

Аяно и Чисато обучала методике семейства Хошино. Отринуть палочку. Все может стать концентратором -* вот их идеология. Не просто так в той дуэли Гарри расстался с палочкой. Не просто так первое, что он попросил у Петуньи бумагу и ручку. Палочка, как показала практика, может и подвести.

В тот день Драко после лазарета был забран следователями для дачи показаний. Он на тренировочном концентраторе воспроизвел “Серпенсортию”, искусно управляя призванной змеей. Память в Омуте подтвердила – случился несчастный случай. Но смотревших смутила непонятная помеха перед взрывом. Следов же домовика замечено не было. То, что им противостояло, направляя эльфа, да и василиска, в чем были уверены все причастные, начало действовать более тонко.

И не забываем о том, что тренировки с оружием для всех, куда включили близнецов Уизли и Малфоя, никто не отменял. А для Гарри еще и квиддич. После того случая парень будто с цепи сорвался, сыграв два матча, буквально вырывая победу за счет вовремя пойманного снитча. Однако разрыв по очкам со Слизерином все рос и рос.

***

Рождественские каникулы для всех стали неожиданностью и спасением. Многие ученики разъехались, а обучающаяся дополнительно группа получила легкую передышку в виде отсутствия обязательных уроков. Кстати, из положительных моментов было то, что у Гарри и Хитоши просто не оставалось сил реагировать на подколки и прочие слухи. Коллин с лояльными журналистами из клуба старался перевести фокус внимания на другие события, такие как чемпионат по дуэлям среди семикурсников.

Так что в последний день занятий дети едва доползли до кроватей и провалились в спасительный сон не реагируя на окружение. Все же иногда организм берет свое, несмотря на подпитку маной. И именно тогда Петтигрю замыслил побег.

Если бы кто-нибудь сейчас посмотрел в Карту Мародеров, что покоилась в кладовой Филча со времен обучения ее создателей, то удивился бы, почему Короста не отображается на ней, в отличие от остальных питомцев. Все-таки хитрые маги сделали так, чтобы они не отображались на оной, подключаясь к системе безопасности замка.

Крыс тихо сполз с кровати ненавистного мальчишки. Тогда анимаг сглупил, попавшись отпрыску из семейки Уизли. Нищие артефакторы хоть и имели поместье, но оно не приносило дохода, как и их поделки до недавнего времени.

Путь предстоял невероятно длинным, потому как крысиные лапки слишком малы, но обращаться в человека было слишком опасно. С другой стороны как создатель Карты, он знал много обходных путей, чтобы не попасться ни учителям, ни аврорам, ни поганой Норрис, на которую буквально был нюх. Единственную, кого он боялся, носила восемь розовых, как жвачка, хвостов и вызывала инфернальный ужас.

***

Питер оставался буквально в метрах от спасительной дыры за пределы замка, когда шерсть стала дыбом. За ним охотится чудовище. Он медленно огляделся, в поисках этой развратной японки, но никого не было рядом. По полу потянуло леденящим холодом, который никак не был связан с трещавшими на улице морозами. Один за другим, магические светильники начали тухнуть.

Остался последний, в конце коридора, из которого он приполз. Но и он начал странно моргать. Вспышка. Еще одна. Другая. Третья. Где-то между всполохами в освещенном пятачке появилась фигура восьмихвостой женщины, а в следующее мгновение над крысой нависла огромная лисица с кольцом из призрачных огоньков вокруг шеи. Питер сдавленно пискнул, когда его прижала лапа, покрытая той самой шерстью цвета жвачки.

– Как чувствовала, что воняет крысами, – произнесла Чисато, возвращаясь в гуманоидную форму, параллельно поднимая странное существо за хвост, от которого буквально тянуло человеческой магией. Причем родной, а не наносной, как от питомцев учеников. Подкинув в воздухе пищащее животное, она схватила его за шею. – Дернешься – пожалеешь, – прошипела она, а после легкой походкой отправилась к Дамблдору. Пускай он разбирается с этим шпионом.

Шедший навстречу с обхода Джейк, который уже буквально прописался в школе, посмотрел на лисицу с крысой в руке.

– Мышкуешь? – он кивнул на животное. – Не думал, что у аякаши возьмут инстинкты верх.

– Скорее уж крыскую. И да, я не ем людей. Ну, – она задумалась на несколько мгновений, – кроме совсем уж крайних случаев.

– При чем здесь лю… – маг пристально посмотрел на серое тельце. – Анимаг? – он взмахнул палочкой, проверяя стандартную отметку Министерства. – Да еще и незарегистрированный. К директору?

– Туда и шла.

– Тогда я с тобой.

***

Когда же после называния пароля “Ореховая паста” горгулья пропустила посетителей, Питер моментально вспотел, несмотря на физиологическую невозможность выбранной формы, а сердце просто начало пропускать такты. В кабинете обнаружились все руководители Ордена Феникса, учителя и несколько авроров.

– Что-то случилось? – устало произнес Дамблдор, поворачиваясь к посетителям.

– Да вот, поймала крыску, – Чисато протянула руку с зажатым животным.

– Незарегистрированный анимаг, – четко и по-военному отрапортовал Лайонс.

– Уверены? – потер подбородок Грозный Глаз.

– Молодой человек, – протянула аякаши директору, – человеческую магию я прекрасно чую.

– Метки не было, – аврор подтвердил вопрошающий взгляд Грюма.

– Тогда давайте посмотрим, кто у нас тут.

Маги приготовили палочки, а кицунэ просто пропустила свою ману через крысу, жестко ломая опорные связки заклинания, принудительно вызывая обратную трансформацию. И просто разжала руку. На пол упал скрюченный голый мужичок с крысиными чертами лица.

– Петтигрю, – ахнула МакГонагалл, а Альбус молча вскинул руку, парализуя чарами Питера.

– Северус, срочно склянку Сыворотки Правды, – начал холодным голосом отдавать приказы директор. – Аластор, связь с Министерством и Азкабаном. Если повезет, мы вытащим Блэка уже сегодня. И порадуем юного Гарри на Рождество возвращением крестного.

***

В тот вечер на уши были поставлены абсолютно все. В Министерстве чиновники, выдернутые из домов носились как наскипидаренные. Шутка ли – больше десяти лет в Азкабане сидел невиновный. А то, что Петтигрю оказался предателем и убийцей тех маглов, никто не сомневался. Сложно было что-то сказать после рапорта Грюма и Бруствера, а также завизированных показаний самим членом Визенгамота, кем являлся сам Дамблдор, никто и пикнуть не успел.

***

Сириус Блэк лежал на холодных нарах. Его ослабленное тело спасали анимагия и ненависть. Холодная, но обжигающая, что горела у мужчины в душе. Питер Петтигрю. Чертова крыса. Проклятый предатель. За годы общения с друзьями после попадания на Гриффиндор тогда еще мальчику казалось, что он смог пересилить фамильные черты, но смерть Поттеров из-за того, кого он считал одним из самых близких людей, просто разбила на осколки все то, что даровали ему товарищи. Блэки остаются Блэками.

Он продумывал то, как будет рвать на куски сбежавшего Питера, смаковать его смерть. Но было еще одно, что удерживало мужчину на этом свете – крестник. Он надеялся, что о мальчике позаботятся те, кто стал Лили более родной семьей, чем родители, но магическая связь требовала помочь и защитить юнца, пока тому не станет достаточно лет, чтобы считаться взрослым.

В замке его камеры неожиданно загремели ключи. Как необычно. Кого могло принести в его узилище так поздно ночью? Он бросил взгляд через плечо и застыл, не в силах вымолвить и слова. На пороге стоял сам Дамблдор. Старый маг сделал несколько больших шагов и заключил Блэка в отеческие объятия.

– Наконец-то я смог, – прошептал Альбус. – Прости меня, мальчик мой, что не пришел раньше.

Все для бывшего узника казалось сном, несбыточными грезами. Он ждал, когда очнувшись из спасительного небытия от холода, постоянного голода и присутствия дементоров, ощутит твердость нар. Но этого не происходило. Его вывели из этого ада наяву. Помыли, накормили, причесали.

В какой-то момент он обратился к странно одетой японке:

– А… Гарри… – но незнакомка легонько стукнула его по макушке веером.

– Все будет, котик, – она странно поводила носом, принюхиваясь к чему-то. – Хм… песик. Ладно, разберемся. Ты лучше кушай. Исхудал-то как.

***

Фамильный гобелен Блэков, как и любой аналогичный артефакт старых семей обладал зачарованием отслеживать состояние их членов. Когда Сириус по молодости взбрыкнул, его ныне покойная матушка выжгла из древа имя сына, наказав, что неправильным Блэкам тут делать нечего.

Но, к сожалению, она не дожила из-за болезни до того момента, когда гобелен восстановил целостность на прожженном месте, выписывая “Сириус Уильям Блэк”. И именно в этот момент его брат, Регулус, раздумывал, стоит ли отправляться за очередным проклятым предметом. Это остановило мужчину. Если артефакт вернул утраченное, значит братишка вернулся в лоно семьи. Никакие решетки не удержат настоящего Блэка. Значит, он вернется. И тогда пойдет мстить. А вдвоем куда будет сподручней уничтожить чертовы крестражи. А до тех пор Регулус останется сдерживать рвущееся наружу чудовище из медальона, который удалось утянуть лишь чудом, когда в последний момент домовик выдернул его из лап инферналов.

***

Сириус же внял просьбе Дамблдора подождать буквально несколько дней до Рождества, чтобы устроить крестнику сюрприз. Это было, в принципе, верно. Пока ленивые задницы из Министерства, даже пнутые начальством, почешутся, пройдет время. Так что требуется дождаться нежных бумаг, которые реабилитируют его. Плюс поправить финансовое положение. Так что следовало наведаться на площадь Гриммо в дом под номером двенадцать. А за ним зачем-то увязалась та японка, оказавшаяся сильным аякаши.

Не успел маг переступить порог, как на него буквально налетел Кикимер, домовик их семейства:

– Хозяин Сириус, спасите хозяина Регулуса! – причитал эльф.

Мужчина удивленно вскинул брови. Его брат все еще тут? Но ведь он четко знал, что тот попал в свиту к Волан-де-Морту. И каким-то образом избежал Азкабана. Он бросился за Кикимером, что указывал путь. Регулус оказался в принадлежащей тому с детства комнате. Мужчина осунулся и, казалось, постарел.

– Братец, ты пришел? – просипел младший Блэк. – Прости, но я не смог. Чертов артефакт оказался крепче, а сдерживать его оказалось сложно.

– О чем ты?..

– Прошу, уничтожь этот медальон, иначе Темный Лорд возродится…

Влетевшая в комнату кицунэ выпучила глаза от зловония миазмов. Черная магия буквально душила. Надо что-то срочно было делать.

– Джаен, – щелкнула она пальцами. А затем еще. И еще. Лисий огонь, считавшийся иллюзорным, таковым не являлся уже после шестого хвоста. А тут вообще была носительница восьми. Голубые огоньки закружились в хороводе и ворвались в помещение. Они жгли невидимую обычному глазу тьму, под аккомпанемент неслышимого воя, исходившего от проклятого украшения.

Кольцо огней сжималось все сильнее вокруг медальона. Мразь, сидевшая внутри, понимала, что их хозяйка куда могущественней. Но лисица не уничтожила вместилище обрывка души.

– Аяно и Альбус-кун, думаю, очень в тебе заинтересуются, – прошипела аякаши. – Шикучи.

Второй раз за учебный год барьер Хогвартса получил мощнейшим потоком маны, так что ее владелица смогла пробить оный, притащив за собой и обоих Блэков с Кикимером. Дом на площади Гриммо требовалось долго и упорно очищать от магического заражения, так что там им делать было нечего.

В который раз директор наблюдал гостей в своем кабинете, но таких наглых – еще никогда. Он хотел было спросить об элементарной вежливости, но легший на стол медальон Слизерина заставил вопросительно посмотреть на аякаши.

– Подарочек, – прошипела та. – Внутри сидит какая-то дрянь, которая чуть не угробила вон того мальца, – она кивнула куда-то за спину.

Этим самым “мальцом” оказался сам Регулус Блэк, только сильно истощенный.

– Простите, директор, надо было раньше… обратиться к вам. Это… крестраж Темного Лорда… – слова вытянули последние силы из мужчины, так что тот провалился в забытие.

Глава двенадцатая. Опережая историю.

Альбус не сказал ни слова. Но вот действий развел огромное количество: медальон полетел на пол, а вокруг него – возведен барьер. В кабинет была вызвана Аяно, которая добавила еще слоев защиты. Артефакт решено придержать, потому как он мог предоставить информацию. А точнее – возможность выбить из куска души Реддла недостающее. И тут должны присутствовать Гарри и Невилл как те, кого непосредственно касалось пророчество. Но не более чем наблюдатели.

Провести ритуал решено чуть позже, а сейчас Регулус доставлен в лазарет и взят под стражу как ценный свидетель. То, что медальон – крестраж, сомнений не было. Такой плотный смрад миазмов не мог нести светлое или серое изделие. Но где и как он его достал – большой вопрос.

***

Рождественское утро для детей стало спасением. Никто не дергал на занятия, а дети решили просто выспаться за последние пару месяцев. Так что когда все проснулись часам к десяти и вышли в гостиную, застали мужчину, что повернул кресло к камину, так что не видно лица, и хрустел домашними чипсами.

– Оказывается, ты такой соня, Гарри, – глубокий, чуть простуженный голос оказался приятным и очень смутно знакомым. Будто звучал в голове через пуховую подушку многих лет.

– Кто Вы? – дети приготовили концентраторы. Это вбили им в первые дни. Маг должен быть бдительным.

– Много лет назад, – все еще расслабленно начал незнакомец, – один человек предал друзей, бывших ему семьей. Много лет он прожил, словно крыса, прячась там, где его не будут искать. И много лет спустя восторжествовала справедливость, – фигура поднялась и медленно повернулась. – Сириус Уильям Блэк. Тот, кто был предан. И тот, кто смог вернуться. Я твой крестный, Гарри. И лучший друг твоих родителей.

Мальчик не верил своим глазам. Он видел колдографию еще молодого крестного. Там улыбался в окружении товарищей. Здесь же был усталый мужчина, повидавший ужас. Но кое-что объединяло обе версии – хитринка в глазах, готовая превратиться в шалость. Блэк оставался Блэком по духу и роду. Тогда, много лет назад его натура взяла верх. Но прожитые лета с друзьями все равно оставили глубокий след в его душе.

– Не может быть… Как?.. – Гарри медленно шел к Сириусу. Даже если мальчик и не видел мужчину все это время, но где-то в подсознании засел его голос, что юнец слышал в младенчестве.

– Ай, да что ты такой трусишка, крестник, – Блэк сделал шаг, и заключил мальца в объятья. – Я долго этого ждал. И надеялся, – из его глаз текли слезы.

Когда же страсти немного улеглись, а школьные домовики принесли еду, настала пора просто поговорить. Рон же начал бегать по комнатам, непонимающе чеша голову:

– Никто не видел Коросту?

– Забудь об этой крысе, – мрачно произнес Сириус.

– Что? Почему?

– Потому что твоим питомцем был анимаг по имени Питер Петтигрю, – лицо Блэка скривилось, будто разом заболели все зубы при одном только упоминании предателя. – Именно он был хранителем секрета. Именно он предал родителей Гарри. И он же подставил меня, когда я погнался за ним

– Но… но… – Уизли не знал, что и сказать. – Простите меня… Если бы я…

– Стой, парень, – мужчина примирительно поднял руки. – Это не твоя вина. И не вина вашей семьи. Угадать в животном анимага, да еще и искусного – это надо быть кем-то уровня директора, да еще и специально присматриваться. Или…

– Быть милой и обворожительной лисичкой, – раздалось ото входа в гостиную. – Ара-ара, Сириус-кун, какие ужасы ты тут с утра деткам рассказываешь…

– И это говорит та, что учит нас особенностям аякаши, – прошептала Джун, за что тут же схлопотала легкий удар сложенным веером по макушке.

– Ладно, черт с ним, этим крысом. Лучше скажи, крестник, как у тебя дела?

– Про Дженну не забудь, – ввернула Джун, все еще потирая голову.

Сириус удивленно поднял бровь:

– Девушка?

– Веселее. Фея, – Хошино продолжала сдавать секреты Гарри крестному, за что получила тычок уже от сводного брата.

Мужчина от удивления аж закашлялся. Похоже, сынишка Джима и Лили тут переплюнул всех. Получить внимание таких ветряных существ, как эльтийские феи, которые тут проживали – это надо постараться.

– А где?.. – он осмотрел гостиную в поисках маленького крылатого существа.

– Она улетела к себе в деревню, чтобы пройти какое-то обучение, – взял слово Поттер, не давая сестренке дальше вываливать его личную жизнь на обозрение. – Подробностей она не рассказывала, но обещала вернуться по весне.

***

Обряд было решено провести в новом году. Регулус после прекращения контактирования с проклятым медальоном пошел на поправку. Конечно, подточенное за много лет магическое ядро восстановится нескоро, если вообще придет в норму, но теперь он перестал быть похожим на высушенную мумию.

Младшему Блэку несказанно повезло, что он не успел в свое время вляпаться в громкие дела, как это было со многими чистокровными магами из банды Волан-де-Морта, которые сейчас либо сидели в Азкабане, либо были под “колпаком” аврората. Но все-таки вина на нем лежала, за что предстояло ответить. Опять же, содействие следствию и помощь с опасным артефактом были плюсом в личное дело волшебника.

– Помимо амулета, – мужчина все еще лежал в больничном крыле, огороженный барьерами и под присмотром авроров, – я знаю еще о двух: дневник и кольцо. Про первый Лорд упоминал, что сделал еще в школе, а второе – после окончания. Вроде, что-то связанное с его отцом. Гонтом, кажется, – он помассировал виски. – Колечко, если я ничего не путаю, должно быть в его старом доме, но где – не знаю. Про дневник вообще мало что известно, кроме того, что он есть. Мне же и с амулетом тогда повезло. Лорду понадобился Кикимер для проверки защиты крестража, а после – домовик меня вытащил в последнюю секунду. Или я сейчас плавал в том озере с инферналами.

– Значит, будем выбивать показания из осколка Реддла, – вздохнул Грюм, проводивший взятие показаний. – Альбус, когда там ритуал?

– Скоро. Хошино с Северусом еще готовят зелья для этого дела. Мало нам было василиска…

– Поймаем. Хоть в лепешку разобьемся, но поймаем. И пустим на ингредиенты. А ты, малец, – Аластор вновь переключил внимание на Регулуса, – потом покажешь на карте, где лежал изначально медальон. Нечего оставлять такое опасное место, как озеро с инферналами. Пошлю туда бойцов, пускай выжгут все к чертям.

Когда же маг удалился, стуча по камню деревянной ногой, директор обратился к Блэку:

– Скажи мне, Регулус, почему ты не пришел ко мне сразу?

Мужчина ответил далеко не сразу. Где-то с минуту он открывал рот, но тут же его закрывал, задумчиво смотря перед собой. В конце же маг все же решился:

– Не знаю, директор. Вот честно – не знаю. Сейчас сидя тут, я пытаюсь анализировать свои поступки – и ничего не выходит, – он почесал затылок. – Хорошо, сначала я был под действием зелья, но оно лишь вгоняло в депрессию, которая потом прошла. Потом я хотел дождаться брата, чтобы отправиться на поиски других крестражей, а затем… Затем, наверно, все силы были отданы сдерживанию этого. Эти годы – все как в тумане.

– Ладно, отдыхай. Потом решим, что с тобой делать.

– Директор, если можно, позвольте мне помочь с поисками и уничтожением крестражей? Да, я восторгался Темным Лордом. Но то чудовище, что оказалось скрыто под этой личиной – недостойно жить.

– Посмотрим, мальчик мой. Посмотрим.

***

Подготовка к сложнейшему ритуалу погружения в проклятый артефакт, да еще и по японской методике – дело нелегкое. Это был настоящий вызов для носившего прозвище Принц-полукровка. Однако не просто так зельевар являлся мастером своего дела. Буквально за несколько дней было сварено порядка полутора десятков сложнейших эликсиров, которые требовали невероятной концентрации: порой решали буквально секунды, когда стоило добавить тот или иной реагент. Их сложность была именно в длительности готовки – делать надо было быстро, жонглируя сотнями ингредиентов. А маг умудрился их варить по пять разных единовременно, чтобы успеть в срок.

Аяно в это время подготавливала выделенную комнату. Требовалось вручную исписать пол, стены и потолок множеством мелких символов и геометрических фигур, складывая все это в единый магический круг, так что пожилая женщина могла и не справиться, Если бы не помощь кицунэ.

Снейп постучал в дверь комнаты, где должен был проводиться ритуал. За три дня он уже сварил первую партию и для небольшой моральной разгрузки решил отнести сразу же на место. На всякий случай зачаровав тару на крепость и непроницаемость.

Когда же мужчина открыл дверь, услышав “Входите!”, то встал как вкопанный: на стремянке сидела миловидная мико с перепачканным лицом лет семнадцати с длинными, аж до икр, черными волосами, и быстро вырисовывала кистью мелкие символы. Маг прекрасно помнил, что Аяно сама должна была этим заниматься и никак не ожидал кого-то другого.

– Северус-кун, на подоконник, пожалуйста, – не отрываясь, произнесла та.

– Кто Вы? – непонимающе, а от того и довольно жестко спросил Снейп.

Девушка посмотрела на зельевара, потом на себя, запачканную тушью, но немую сцену прервал знакомый грудной смех: лисица спрыгнула с балки под потолком.

– Аяно, ты с молодостью и свою заторможенность вернула?

– Ая… но? – емкости с грохотом упали на пол, к счастью, не разлив содержимого.

– А ты кого ожидал тут увидеть? – надулась девушка, подбоченившись. С перепачканной мордашкой это выглядело максимально умилительно.

– А… Э… – Снейп просто выпал из реальности.

– Ты точно такая же, как и была в молодости, – хлопнула себя по лицу кицунэ. – Сев-кун, эта дурёха сейчас по самую макушку накачана моей маной, что и вызвала такой эффект. А вместе с внешностью, возвращаются и кое-какие детские привычки.

– Бу, Чисато. Ты – злюка, – волшебница, прожившая две сотни лет… показала аякаши язык.

Вздохнув, лисица взмахнула веером, пролеветировав емкости на подоконник, а после поманила зельевара. Тот зачарованно смотрел на Аяно, но в конце все же вышел. “Интересно, а Дамблдор…” – подумал было он, но мысли были прерваны восьмихвостой:

– С Альбус-куном такое не получится. Там десятка два условий, куча нюансов, включая принадлежность к потомкам Сеймея. Так что увы, – она развела руками. Но после хитро подмигнула. – Я бы сама в первую очередь так подшутила над вашим директором.

Аяно же согласилась на это условное омоложение, зная о последствиях. После отката техники мана-каналы с ядром “спасибо” точно не скажут: придется минимум месяц пить гадостные настойки и питаться строго по диете. А о серьезной магии придется на этот период попросту забыть. Зато так проведение ритуала будет идеальным и в срок.

***

Второе января – день, когда было решено провести задуманное. В исписанную комнату набилось немало народа: Дамблдор, Хошино-старшая, Грюм, Снейп, Чисато, оба Блэка и Поттер с Лонгботтомом. Больше в помещение было решено не допускать никого, а полученную информацию – отфильтровать, прежде чем выпускать в народ.

Аяно взяла “Хоши но Кагаяки” двумя руками и ударила им о пол. Звон колец разлетелся по комнате, многократно отражаясь от поверхностей, а письмена засветились бело-голубым. Амулет в центре многоструктурной фигуры завибрировал, чувствуя окружающую мощь. Еще удар, и текст пополз по поверхностям, вызывая завихрения в мане. Оставив посох, который и не думал падать по всем законам физики, женщина подхватила склянки и начала по очереди выливать их на пол, образовывая все новые и новые кольца в количестве четырнадцати штук. Последнее же зелье было выпито наполовину, а оставшееся окропило проклятый артефакт.

Вернувшись к посоху, она продолжила ударять о пол, что привело постоянной смене направления и скорости движения рисунков, вызывая все более сильное напряжение в магическом фоне. И каждый стук порождал беззвучный леденящий вой из амулета, в котором рвались опорные привязки, что вложил в них создатель.

Чисато подалась чуть вперед, скрывая барьером из лисьего пламени присутствующих здесь людей. Когда же напряжение достигло пика, из проклятой вещи потянулись плотные струи миазмов, образуя призрачную фигуру, что в конце предстала в виде молодого мужчины. Можно было сказать, что он достаточно красив, если бы лицо не было искажено смесью ненависти и злобы.

– Кто… Кто пос-смел?.. – буквально прошипел призванный осколок души.

– Добрый день, Том. Давно не виделись, – Альбус подался чуть вперед.

– Дамблдор, – Реддл буквально выплюнул это имя. – Кто бы мог с-сомневатьс-ся. Кто еще мог дос-стать мой крес-страж.

– А вот тут ты не прав, – подал голос Блэк-младший.

Призванный осколок посмотрел на Регулуса, но продолжения реплики не последовало. Потомоку древней семьи не о чем было разговаривать с этим чудовищем.

– По велению призывателя ты будешь отвечать на вопросы, – жестко и резко произнесла Аяно. Ее мелко трясло от потока негативной энергии, но женщина все еще держалась. – Сколько еще было создано крестражей?

– Буду я еще отве… – Реддл схватился за горло. Какая-то сила сжала его, заставив буквально просипеть, – Три… Эт… то третий. Дневник… Кольцо… Медальон…

– Где остальные два? И что по защите?

– Кольцо... Поместье Гонтов… Спрятано… Зачаровано… сложное проклятье… – осколок буквально корежило от необходимости отвечать. – Дневник… Рядом?! – Волан-де-Морт, казалось, был удивлен, но в то же время обрадован. – Да, я его чую. Воссоединиться… Стать целым и сильным вновь…

Тень забилась в припадке внутри невидимой клетки, пытаясь вырваться. Хошино усилила поток маны, укрепляя защиту, и поэтому пропустила тот момент, когда кольца заискрились, а черный туман вплел в заклинание небольшую трещинку. На счастье, “Звездный Свет” оказался куда крепче палочки Драко, но небольшой сбой вызвал каскадное нарушение всех барьеров. Тень дернулась, а защита со звоном разлетелась вдребезги, выпуская осколок наружу.

***

Том Реддл времен юности боялся. Эту половину учебного года он никак не мог ассимилировать Уизли-младшую. Появление авроров, а после и японки с чудовищем, от которого стыла кровь в жилах даже у осколка души, чего в принципе не могло быть, заставляла снижать темпы развития. Так еще эта дурочка осталась в школе, потому что вынуждена ходить на дополнительные занятия по чарам. В какой-то момент бывший слизеринец даже захотел ей помочь.

Но именно сегодня, на следующий день после Нового года с утра было беспокойно. И чем дальше, тем сильнее страх проникал в глубины раздробленного сознания. Приближалось что-то необъяснимое, что грозило разрушением этого осколка личности. Это все вызывало беспокойство у носителя. Джинни просто не знала, куда себя деть.

Когда Гарри и Невилл куда-то ушли, девочка попыталась отвлечься, все-таки выучив не дающееся заклинание при поддержке близнецов Хошино и Грейнджер. Но руки тряслись все сильнее, а тело пробивал леденящий озноб.

Неожиданно на весь замок раздался звук бьющегося стекла. Что-то ужасное приближалось, и очень быстро. Миазмы накатывались волна за волной. Девочка с визгом забилась в угол, когда черная бесформенная клякса пробила закрывающий проход портрет. А после – ринулся на Уизли…

***

Тьма. Удушающая, забивающая глаза, нос и уши будто вода, но давящая куда сильнее. Буквально каждая клеточка тела кричала от нестерпимой обжигающе-холодной боли. Что-то в груди взорвалось и выбросило из юной гриффиндорки. Теперь в этом мраке стояло трое: она, юноша и мужчина.

– Вот ты где, мой первый осколок…

– Третий, – смерил взглядом тот, что моложе. – Что тебе надо?

– Стать сильнее. Стать… единым, – лицо взрослого исказила оскаленная гримаса.

– Не-не-не, давай без меня, – покачал головой юноша.

– А тебя никто и не будет спрашивать.

Мужчина только что стоял на расстоянии, а в следующий момент пробивал грудь другого куска своего “я”.

– Мы будем… вмес-с-сте, – он лизнул щеку молодого Реддла, а после повернулся к Джинни. – Не бойся, скоро мы пожрем и тебя.

Девочка, скованная тьмой, не могла и дернуться.

***

Аяно и Чисато появились буквально через минуту. Бедная Уизли парила в воздухе, источая такие плотные миазмы, будто их можно было зачерпнуть. Кивнув, женщины стали готовить ритуал очищения. Лисица раскидала иллюзорные символы, что должны были стать проводником, а онмёдзи вытянула два талисмана. Одни был отправлен на лоб девочки, а второй сжат левой рукой.

Когда все было готово, бумага вспыхнула, но не обожгла, а пламя вытянулось и стало походить на лук. Им это и было, “Очищающее пламя”, “Джока но Хоно”. Аяно натянула материализовавшуюся стрелу и пустила ее в Уизли. Прямо в сердце.

***

Молодой Реддл сопротивлялся. Он не хотел умирать. Но кто же поможет ему, убийце, что ради бессмертия не пожалел один раз девочку, а буквально несколько месяцев пытался сожрать еще одну. Но именно желание жить стало тем магнитом, что притянул к себе заклинание японки, ускорив его в разы.

Уизли неожиданно поняла, что может двигаться, а ее тело окутало золотое пламя, часть которого рванула к страшному человеку, что убивал другого. Уже для него оно было губительней света для вампира. Того буквально трясло, расщепляя кусок за куском.

Когда казалось, что все будет хорошо и обряд прошел без проблем, вновь появился тот сгусток мрака, который видели Аяно и Чисато.

– Вы… – леденящий голос замораживал воздух, – Вы опять… Вы – мешаетесь…

Фигура взмахнула рукой, но… ничего не произошло. Еще раз. И еще.

– Ладно, мы еще посмотрим, кто – кого, – просипело нечто и протянуло конечность, ставшую когтистой лапой к Джинни.

Оно зацепило что-то невидимое глазу и вырвало недобитый осколок души с кусками ядра девочки и чем-то еще. А после испарилось так же неожиданно, как и появилось.

***

Кицунэ и Хошино бросились к Уизли. Все было плохо. Даже еще хуже. Мана текла из тела, как кровь из глубокой раны. Требовалось сделать хоть что-то, чтобы не дать ей умереть, так что аякаши нырнула в сознание Джинни. Там она застала необычную картину: две умирающие души с одинаково разодранной грудью.

Помимо хозяйки тела тут был уже знакомый аякаши Том Реддл, только моложе и менее пропитанный миазмами. В нем оставалось еще что-то светлое. Однако, к удивлению, он уже не первый месяц сращивал себя с ядром девочки, так что, незаметно для себя, стал его частью.

– Кто… ты? – сплевывая кровь, поднял глаза Реддл на новое лицо, появившееся в этом мраке. – А, неважно. Спаси… Спаси ее, – он ткнул в сторону Джинни.

– Даже так? – лисица удивленно подняла бровь. – Я думала, что ты будешь молить о своей шкуре.

– Возможно… Раньше я так и поступил бы. Но контакт с будущим мной показал, что стану монстром. А ведь когда-то я просто хотел быть любимым…

Кицунэ не ответила. Она без труда подняла тело юноши и поднесла к девочке, а после села в позу сэйдза между ними. Закрыв глаза, Чисато распахнула веер и принялась им жестикулировать, строя магический круг. Когда он был закончен, женщина повернулась к Тому:

– У меня есть предложение: я могу сделать из тебя аякаши, но ты потеряешь память. Всю и без остатка. Станешь чистым листом. Но взамен должен будешь защищать эту девочку. Или же я просто разорву тебя, дабы восстановить ее ядро, – она обнажила зубы, демонстрируя клыки, что были намного больше человеческих.

– Раз в… жизни, – Реддл с трудом мог говорить, – я хочу сделать что-то… хорошее…

– Посчитаем это как “да”, - и она хлопнула в ладоши.

В реальности тело Джинни неожиданно засветилось, но тут же погасло. Чисато открыла глаза и встала, но тут же рухнула на ближайший диванчик. На немой вопрос Аяно, она лишь кивнула.

Уизли глубоко вздохнула и очнулась. Казалось, что увиденное – лишь сон. Но реальность произошедшего предстала в виде симпатичного юноши, что тут же опустился на одно колено:

– Повелевайте мной, госпожа, как только пожелаете.

Глава тринадцатая. Фея против паука.

Сказать, что окружающие были в шоке – это не сказать ничего. Подоспевший директор, увидев юношу, стоящего в коленопреклоненной позе перед юной Уизли не знал, хвататься за голову, протереть очки, выхватить палочку или просто тихо уйти в кабинет и качественно надраться за последние лет сто. Так, чтобы наутро не просто подыхать с похмелья, а уйти в недельный запой. Потому что эти полтора учебных года преподнесли столько сюрпризов, что его ментальное состояние вышло из равновесия качественно и надолго.

Он развел руки, а после и вовсе махнул, просто опускаясь в ближайшее кресло. Зашедшие за ним люди непонимающе смотрели на это действо. В принципе и неудивительно, ведь никто не мог признать в молодом человеке ужас всей магической Англии.

– Сенсей, кто это с Джинни? – Гарри, казалось, о чем-то догадывался. Он, как и Невилл, потянулись к палочкам.

– Позвольте представить: Том Марволо Реддл. Каким он был в школьные годы, – устало проговорил Альбус.

– Значит, так меня зовут? – удивленно проморгал юноша, а на него уже было нацелено множество палочек.

– Если быть точным, – кицунэ стукнула сложенным веером по подлокотнику, привлекая внимания, – то он БЫЛ им, – голосом выделяя прошедшее время, – а сейчас это безымянный аякаши без прошлого. И да, без него девочка умрет.

– Тогда где тот, другой осколок? – взял слово Блэк-старший.

– Тьма, – Аяно тяжело опустилась прямо на пол. Возраст начал о себе давать знать. Все же женщина потратила слишком много маны. – Она пришла уже конкретно за Реддлом, забрав его вместе с большей частью злобы этого.

Все опять пошло не по плану. С одной стороны уже два крестража были выведены из строя, а о третьем появилась хоть какая-то информация. Но неизвестно, последние ли они. С другой – это непонятное существо, что игнорирует все законы магии. Даже одной из сильнейших аякаши приходится продавливать барьер своей мощью, чтобы аппарировать внутри него. А тут эта тварь ходит как у себя дома. “Значит напьюсь,” – устало помассировал виски директор. А по ехидной улыбке на лице лисицы понял, что будет не один так лечить нервы.

– Аяно-сан, – Альбус уже и не сильно скрывал желание просто отдохнуть, – Вы к себе или сразу у меня засядем?

– Если опрокинуть по стопке, то… ай, пошли, – махнула рукой повзрослевшая лет до сорока женщина. – Пока мана не иссякла окончательно.

Когда же самые старшие покинули помещение, потихоньку начали рассасываться и остальные. Грюму предстояло поднять ворох бумаг и отправить отряд в это самое поместье Гонтов. Благо озеро с мертвечиной уже зачистили, так что эти же ребятки, уже наученные, пойдут на задание. Блэки отбыли в дом на площади Гримо. Регулус дал подписку о невыезде, а Сириусу еще предстояло закончить со всеми организационными моментами, дабы принять на себя роль главы рода. Снейп же проконтролировал начало работ по замене портрета, из которого Полная Дама успела эвакуироваться, так что не пострадала.

Дети же пытались осознать, что некогда сильнейший волшебник, что держал в страхе магическую Англию, сейчас стал прислужником Джинни Уизли. Тяжелее всего приходилось детям пророчества, которые пострадали из-за Реддла. Но Чисато сказала, что от него тут ничего не осталось, только внешность.

– И как нам теперь его звать? – со вздохом спросил Гарри.

Младшая рыжая, недавно бывшая буквально на краю гибели, сейчас соображала туго. Смотря в преданные, почти щенячьи глазки человека, что некогда был Томом, в голову приходили почему-то клички собак.

– Себастиан, – буркнула она первое, что показалось нормальным именем.

Джун, услышав это, рассмеялась. Как и ее брат-близнец. Да и Поттер улыбнулся непонятно чему.

– Что?

– Знаешь, – Хошино утерла выступившие слезы, – у нас в Японии, когда в манге хотят дать имя настоящему английскому дворецкому, всегда называют его Себастианом.

– Из Темного Лорда в прислужники, – хмыкнул Поттер. Ненависть, может, никуда и не уйдет, но вот от иронии ситуации злиться уже не хотелось.

– Госпожа, – новоиспеченный аякаши поклонился, – я с гордостью принимаю Ваш Дар.

– М-да, сестренка, – хихикнул Рон, – теперь тебе обзавидуется вся школа…

***

Северус Снейп закрылся в своем кабинете. Последние события разбередили старые раны. Некогда он, будучи еще мальцом, влюбился в знакомую девочку по имени Лили Эванс. Однако чем старше становился, тем сильнее становилось понятно, что они просто не сойдутся характерами. Но юный зельевар продолжал врать самому себе. Пока накопленные эмоции не выплеснулись наружу.

“-- Грязнокровка! – в сердцах выпалил Северус.

– Ах ты, шакал патлатый, – взвился было Джеймс, но его прервал звук пощечины.

Только гриффиндорцев удивило не это, а кто бил. Сам Снейп врезал себе по щеке. Он понял, что сказал недопустимое. Особенно с учетом того, что и сам был сыном мага и магла.

– Прости, – сказал юноша и развернулся, удаляясь от группы друзей.”

Тот случай стал переломным, но несколько не так, как думал зельевар. Он думал, что Лили просто от него отвернется, но девушка оказалась слишком деятельной и попыталась докопаться до истины. И ведь добилась своего. В тот период на юношу давили родственники со стороны матери. По их мнению наследник семьи Принц был слишком мягкий и нерешительный. Это событие, помноженное на влюбленность и привело к конфликту.

И как-то незаметно для себя, Снейп влился в компанию безбашенных гриффиндорцев, что имели схожие проблемы: давление родителей в той или иной степени. Кстати, именно тогда эти раздолбаи и замыслили сделать свою карту, но без зельевара, что понимал в этом предмете больше всех вместе взятых, у них этого не выходило. Так что помимо Бродяги, Лунатика, Сохатого и Хвоста, там было выведено ПолуПринц и Бестия. Правда, когда Северус устроился в Хогвартс, то никак не мог найти этот артефакт в кладовке Филча, а воспроизвести не получалось из-за того, что тогда каждый работал лишь над своей частью.

Жалел Северус и о том, что не смог распознать Хвоста. С другой стороны анимаги для того и тренировались, чтобы не отличаться от обычных животных. Повезло, что тут бродит монстр со звериным чутьем. Да и то та распознала не моментально, а лишь спустя несколько месяцев.

Но главный шрам на душе ему оставили много позже. Он закатал рукав и посмотрел на метку. Незадолго до свадьбы Поттеров с зельеваром связался Дамблдор. О том, что слизеринец был дружен с гриффиндорцами мало кто знал, ибо Северус успел создать себе определенную репутацию. Директору нужен был шпион в стане Темного Лорда. Снейп согласился ради друзей. Но ему не удалось пробиться в иерархии достаточно высоко, чтобы успеть повлиять на события.

Зельевар, наконец-то, опрокинул в себя налитую стопку огневиски. Это директор может себе позволить наклюкаться от нервов, а ему еще задания целого стада оболтусов проверять. Так что надо собраться с мыслями и за работу.

***

Следующие месяца три прошли относительно спокойно. Насколько это возможно, когда за мелкой Уизли начал ходить некий Себастиан, а Малфой призвал водяную змею Саки. Слухи ходили один безумнее другого. А на закуску – новости об освобождении Блэка. И о том, кто на деле оказался виновен в гибели родителей Гарри. Хотя детям было просто не до этого: дополнительные занятия стали еще жестче, чем до Нового года.

В один из теплых апрельских дней юному Поттеру удалось выбить себе пару часов спокойствия и тишины: все уроки оказались сделаны, тренировок не предвиделось. К сожалению, друзьям повезло меньше, особенно присоединившейся к их компашке Джинни. Теперь ей надо было научиться работать со свежеприобретенным духом-защитником. А тому – разобраться в своих силах. Память-памятью, но навыки никуда не делись. Только теперь не нужна была палочка, ведь аякаши могли работать с маной напрямую.

Мальчишка решил зайти к Хагриду в гости. Полувеликан сильно огорчался каждый раз, когда получал отказ, но понимал, что у детей нет просто возможности вырваться из этого цикла. Мужчина сидел на крыльце своей сторожки и смазывал арбалет.

– О, Гарри! – обрадовался Рубеус приходу юнца. – Не уж-то отпустили погулять?

– Ага. Вот, успел переделать все дела.

– А остальные?

– Нет, – мальчик печально покачал головой. – Даже Гермиона сейчас занята физической подготовкой.

– Жаль, конечно, но ведь не просто так вас гоняют.

– Слушай, а для чего тебе арбалет? – Гарри хотелось поближе посмотреть эту модель, отличающуюся от прошлогодней,, хоть он и предпочитал луки.

– Я вообще собирался прогуляться по Лесу до моего знакомца, – полувеликан призадумался. – А не хочешь со мной? Если не боишься пауков, конечно.

– Если они только кусаться не будут, – улыбнулся Поттер, доставая катану из тени, что давалось уже значительно легче, и вешая ту на пояс.

***

Запретный Лес – место темное и опасное, если туда сунуться по незнанию. Однако для того, кто тут буквально прожил полжизни - никаких проблем. Хагрид знал почти все тропинки и провел мальчика по самым красивым местам, показывая, где можно было найти интересные экземпляры растений, когда настанет их пора.

Неспешно двигаясь меж вековых деревьев, юнец вдыхал ароматы весеннего леса. Времени, когда зарождается жизнь. Это помогло расслабиться и немного привести мысли в порядок. Казалось, что груз хоть чуть-чуть, но спал с его плеч.

Неожиданно слуха коснулся какой-то шум. И не обычный лесной, а звуки боя: ритмичные удары и выкрики. Женские. Однако Хагрид вел себя спокойно, так что Гарри решил, что для этих мест – это нормально, но рука все равно легла на рукоять клинка.

Когда же они вышли на обширную поляну, пред ними предстала необычная картина: девочка лет четырнадцати в слишком легком для этого времени года платьице, вооруженная рапирой, воевала с гигантскими пауками. Мальчишка было дернулся на помощь, но был остановлен Рубеусом. Присмотревшись, он понял причину – было больше похоже на тренировку, а не серьезный бой.

Удар. Еще удар. Незнакомка пытается кольнуть членистоногое, но противник отбивает лапами ее выпады, а после и вовсе отталкивает в сторону. Мечница полетела спиной в дерево, но не смотря, извернулась в воздухе и оттолкнулась от ствола, нанося укол вскользь. После перекатилась и защитилась от атаки сбоку.

Гарри присмотрелся к девочке, и глаза чуть не вылезли из орбит: это была Дженна, только без крыльев и ростом с него самого. Мальчишка не знал, что и сказать, а Хагрид рядом ухмыльнулся.

– Эй, Арагог, Сильвия, тут к вашей подопечной гость! – крикнул он, закидывая арбалет за спину, предварительно разрядив оный.

Фея повернулась на голос и с визгом “Гарри!”, бросилась на мальчика. Немного не рассчитав, она снесла юнца на землю, а тот даже и не подумал о правильном падении, находясь в прострации. Спасли лишь рефлексы от серьезных травм.

Пришел в себя Поттер, лежа на спине, а Дженна оседлала его сверху, довольно прыгая на пузе мальчишки. Вот только вес ее был несколько выше, чем когда она была с ладошку.

– Ты мне сейчас все кишки выдавишь.

– Ой, прости-прости, – вскочила фея. – Я пока еще привыкаю к этой форме.

– Так вот куда ты отправилась, – произнес гриффиндорец, тоже поднимаясь с земли.

– Гарри Поттер, – послышалось откуда-то со стороны. – Теперь понятно, что нашла в тебе моя внучка.

На поляне показался огромный паук, что был намного больше остальных. На его голове сидела миниатюрная фея, что, казалось, была чуть старше Дженны, но от нее исходило такое давление, что мальчик был уверен: самое опасное чудовище тут – это милое создание. Но спустя несколько мгновений все пропало, а дышать стало куда легче.

– Не испугался. Это хорошо, – Сильвия слетела с Арагога, увеличиваясь в размерах. – Тогда проблем не будет. Когда проведем церемонию?

Гарри непонимающе захлопал глазами, а Хагрид поперхнулся.

– Бабушка!

– А что не так? Я хочу еще и правнуков понянчить, – фея подбоченилась. – А вы уже в том возрасте.

До Поттера стал доходить смысл сказанных слов, так что он был рад, что тут нет Джун.

– Простите, но разве нам не рано еще о таком думать? – мог выдавить из себя парнишка.

– Разве? А сколько тебе лет?

– Двенадцать.

Старшая фея обошла мальчишку с задумчивым видом. Потом еще раз, но в обратную сторону.

– И такая сила в таком возрасте? – почесала она подбородок. – М-да, а я-то думала, что ты старше. Прости-прости, – фея улыбнулась. – Но помни: мое благословение уже у вас есть. Сильвия, глава поселения фей.

– Гарри Поттер, – представился мальчик, которого, впрочем, женщина заочно знала. Причем из разных источников.

Фея взмахнула руками, материализуя покрывало и корзинку с продуктами, а после жестом пригласила перекусить. Общение Гарри с главой фей вышло… сумбурным. Женщина, несмотря на возраст, оставалась все тем же жизнерадостным существом, любящим подколки и шутки. Когда же настало время собираться назад, она хлопнула себя по лбу:

– Хагрид, передай Дамблдору, чтобы он приструнил там своего ползущего гада, а то он нам кур уже всех передушил.

– Если бы, – вздохнул полувеликан, который был в курсе проблем. – Он не наш и мы никак не найдем, где эта змеюка ползает.

– А разве проход не на третьем этаже в туалете? Вроде там когда-то девочка умерла… – наморщила лоб Сильвия.

– Стоп, а ты откуда знаешь? – удивился Рубеус.

– Да был там один симпатичный мальчик когда-то, – мечтательно вздохнула фея, – за которым я подглядывала. Вот и увидела.

– Надо срочно рассказать аврорам и директору, – сказал Гарри, прибавив шаг.

Глава четырнадцатая. Тайная комната.

Чем ближе к школе, тем сильнее Гарри охватывало какое-то непонятное чувство беспокойства. Стоило им зайти в главный холл, как из-за поворота вылетел Рон:

– Ты не видел Джинни? – запыхавшись, протараторил он. – Никак ее не можем найти.

– О, а вот и тот красавчик, – Сильвия ткнула пальцем в материализовавшегося Себстиана.

Вот только тот был плох: одежда изодрана а тело покрыто ранами. Он тут же рухнул на одно колено. Кровь стекала со лба, заставляя прикрывать левый глаз.

– Тень… Она похитила Госпожу. Спасите ее, – простонал аякаши.

– Где?..

– Тайная Комната. Так Тень назвала это место.

Шестеренки в голове Гарри крутились как бешеные: оставлять друга в беде – нельзя. Но и соваться в логово василиска – опасно. На лестнице раздались шаги – Локхарт шел по своим делам.

– Профессор, нам нужна помощь, – кинулся к нему гриффиндорец. – Сестру Рона похитили.

– Подробности. Срочно, – бывший охотник тут же изменился в лице. Пропала постоянная улыбка, сменившаяся сосредоточенным выражением лица.

– Тень утащила Джинни в Тайную Комнату. Благодаря главе фей Сильвии я знаю, где может быть вход, – Поттер не стал вдаваться в подробности.

Гилдерой осмотрел группу: Гарри, Рон, Хагрид, раненный Себастиан и две девочки, от которых, впрочем, веет маной. Причем от одной из них таким потоком, что можно задохнуться.

– Рубеус, я попрошу Вас срочно подняться к директору. У них там какая-то проблема, но на такое однозначно выделится команда. Дети, сейчас покажите, где проход, надо провести разведку.

***

Учитель ЗОТИ последовал за Гарри. Туалет Миртл на третьем этаже оставался ровно таким же, как и в те дни, когда они прятались тут, чтобы хоть чуть-чуть отдохнуть. Сильвия покрутилась и ткнула в раковину в центре круговой композиции:

– Вот тут он тогда шипел.

– Шипел? Тогда нам нужен змееуст. И срочно.

– Можно попросить Хитоши… – предложил Гарри.

– Давай, только…

– Я могу попробовать, – перебил Себастиан. – Вроде такое умение у меня осталось от прошлого “я”.

– Действуй.

Аякаши подошел к раковине и протянул руку к крану. Почему-то он был уверен, что так и надо. Нащупав выгравированную змейку, из его уст вырвалось шипение. И вместе с этим сектор инсталляции ушел вниз, а остальные – раздвинулись, обнажая темный провал. Гилдерой достал коробок спичек и бросил одну зажженную вниз. Летела она далеко, пока огонек на пропал из виду. Так что тут нужна была левитация, но не с его ядром.

– Так-с, нужна веревка… – начал было учитель, но его прервала та самая девочка:

– Опустить вас вниз? Так я могу и магией.

– А Вы?..

– Сильвия, – фея слегка склонила голову, а Гилдерой икнул. Он помнил, как за ним тоже подсматривала эта крылатая.

– Ла-а-адно… Тогда…

– Я тоже иду, – в один голос сказали Гарри и Рон, а последняя девочка просто закивала головой.

Учитель просто махнул на все рукой. Он и не собирался лезть на рожон, а лишь разведать и, по возможности, спасти девочку. В крайнем случае можно отдать ее детям, а самому отвлечь противника.

***

Приземление вышло достаточно мягким. Фея мастерски контролировала ману. Они оказались в просторном зале, тускло освещенным факерами. Кто тут их зажигал и менял – непонятно. Однако никого не обнаружилось, а дальше вела лишь одна круглая дверь. Оная же открылась тоже после повторения трюка с раковиной. Выгравированная змея с пафосом проползла по ободу, размыкая замки.

А вот дальше оказался огромный грот. Посередине тянулся каменный мост без перил, по бокам же плескалась вода. В стенах зияло множество провалов, а в конце – барельеф Слизерина. Примерно посередине каменной дороги лежала Джинни, явно без сознания, но с расстояния не было видно, ранена она или нет. И больше – никого.

– Ловушка, – прошептал Гилдерой. – Я сейчас спущусь и попробую забрать девочку. Если что – хватайте ее и бегите со всех ног. Ясно?

Получив согласные кивки, мужчина накинул на себя заклинание бесшумности. Шаг. Другой. Пока ему никто не мешал, но выработанное за много лет чувство опасности буквально верещало в ухо. Однако сейчас, как и тогда, Локхарт не мог отступить. Но в прошлый раз он лишился возможности нормально колдовать. В этот раз – на кону его жизнь. Но на другой чаше весов – эта девочка. Так что вопроса выбора не стояло.

Гарри выудил убранную еще в лесу катану и талисманы. Последние он разделил и протянул Рону, что уже немного понимал в онмё после того, как их натаскивала бабушка. Феи же приготовили свое оружие: Дженна – рапиру, а Сильвия – огромный двуручный топор больше нее размером. Себастиан разминал пальцы. Хоть он был и ранен, но для аякаши это было не критично.

Когда до Уизли оставалось пара шагов, появился домовик со стеклянным немигающим взглядом. Из его тени выросла фигура, сотканная из такого черного мрака, что казалось, он растворяет в себе тот немногий свет.

– Плохой Гилдерой, – помахало пальцем существо. – Это не твое поле битвы.

Оно протянуло руку, а тело Локхарта взлетело в воздух. Казалось, что тварь душит профессора на расстоянии. А после отправила в непродолжительный полет до барельефа.

– Гарри Поттер, выходи негодный мальчишка. Или они – погибнут.

Домовик щелкнул пальцами и над Джинни появился огромный камень. Эльф вновь сложил пальцы, готовясь повторить действие, которое, с огромной вероятностью, отменит чары левитации. Мальчик не мог этого допустить, так что вышел на мост. Однако он был не один. Тень, казалось, злобно зыркнула на присутствующих.

– Что-то вас тут слишком много. Хотя… без разницы. Все, кто мешается – умрут тут. Ничего не помешает событию случиться вновь, – замогильный голос вызывал дрожь даже у Сильвии. – И да начнется бой.

Тень вместе с домовиком исчезли. На счастье, камень тоже. Но рот барельефа открылся, выпуская из своих недр огромную змею. Та открыла пасть и капля яда упала на камень, отчего он зашипел. К удаче Локхарта, тот приземлился чуть в стороне от места появления василиска, так что тот его просто не заметил.

– Красавчик, хватаешь девчонку и мухой отсюда, – из голоса Сильвии пропало все веселье. – Детки, а вы готовьтесь прикрывать, пока не подойдет подкрепление.

Себастиан подхватил Хозяйку и бросился было к двери, но та не открывалась. В сердцах ударив, от оной пошли волны тьмы…

С другой стороны пытались пробиться авроры и учителя. Аяно вновь получила заряд маны, что усилил и омолодил ту, но чернота просто не поддавалась ни одному обряду, что можно было провести быстро. Как и лисьему пламени от Чисато. Спустившиеся раньше остались одни против чудовища.

Услышав предупреждение от молодого аякаши, попавшие в ловушку поняли, что убийство василиска – единственный способ спастись. Даже если это не снимет барьер, то хотя бы позволит обезопасить себя. Так начался бой не на жизнь, а насмерть.

Глава фей бросилась вперед, пока мальчишки прикрывали заклинаниями, целясь в морду. Если установить зрительный контакт с тварью, то превратишься в камень – об этом они помнили с уроков по ЗОТИ. Удар огромным топором по голове заставил монстра лишь дернуться, чешуя и череп оказались крепче стали. Но это не остановило Сильвию, которая врезала плашмя справа, заставив тварь врезаться в барельеф. К сожалению для Дженны шкура оказалась прочна и для проколов.

Если что-то не предпринять, присутствующие выдохнуться раньше, чем нанесут противнику смертельный удар. Гарри решил повторить заклинание, что бабушка применила на Джинни, только в этот раз целиться было проще – надо было поразить огромную змеюку, а не физическое воплощение.

Сформировав лук, мальчишка пустил огненную стрелу. Фея, краем глаза заметив намерения юнца, подставила василиска под удар. Снаряд угодил точно в глаз, заставив монстра верещать от боли. Но вот под вторую атаку тот лезть не стал, а наоборот, бросился к детям. Понимая, что это конец, Поттер призвал Хари в ее физической форме.

Десять секунд. Ровно столько он мог удерживать огромную сколопендру в этой реальности. Один шанс из огромного числа, что этого времени хватит. Вот только пока все внимание было приковано к чудовищу, никто не заметил феникса, что принес Распределяющую шляпу. И пришедшего в себя Локхарта.

Мужчина помотал головой. Спина болела неимоверно – ребра точно треснули. В глазах двоилось. Он видел, как гигантская сколопендра вцепилась в василиска. Но управляющий ею Гарри уже упал на колено, так что насекомое начало терять очертания. Надо что-то было сделать. Гилдерой заметил блеск: рукоять меча из невесть откуда взявшейся шляпы.

Пошатываясь, учитель подошел к ней и вытащил клинок Гриффиндора. Еще когда учился, он попал на Когтевран, но в этот раз “лев” откликнулся на его призыв, ведь Основатели никогда не разделяли своих подопечных, кроме Слизерина под закат его жизни.

Хари исчезла. Даже она не успела что-то сделать. Это был конец. Вдруг над головой змеи мелькнула тень. Феникс директора, Фоукс, впился в оставшийся целый глаз клювом. И вновь василиск заверещал от боли. Теперь он их не мог видеть, но это мало что меняло.

– Эй, глиста шипящая, – раздалось сзади змея, – а ну сюда подполз.

Гилдероя шатало и мутило. Но проявлять слабость для охотника – непозволительная роскошь. В крови вновь заиграл адреналин, как во времена активной работы. Он улыбался. Локхарт был счастлив в последний раз окунуться в родную стихию.

Василиск повернулся на звук, а мужчина продолжал подначивать, привлекая внимание. У него был лишь один шанс: во время атаки попасть в раскрытую пасть. Чем он и воспользовался. Но судьба – сука вредная. Клык пробил руку мужчины.

Яд василиска – очень токсичен. И времени на принятие противоядия, которого, впрочем, и так не было – оставалось мало. Локхарт рухнул на спину, от души улыбаясь во все тридцать два зуба. Он не смог тогда уйти красиво. Но сейчас – вышло еще эпичнее.

Однако смерть… не наступала. Наоборот, боль уходила и становилось очень тепло в районе сердца. Фоукс сидел рядом с учителем, а его слезы капали в рану, нейтрализуя отраву. И еще – снимая проклятие с ядра. Мужчина резко вскочил и расхохотался, глядя на свои руки, а после – упал в обморок, не слыша, как бьется барьер тьмы и в помещение врываются авроры и коллеги…

Эпилог

– Ты уверен, Гилдерой? – Альбус стоял в кабинете ЗОТИ, где Локхарт собирал свои вещи. Это был последний день занятий, после которого блондин решил покинуть Хогвартс.

– Простите, директор, – маг посмотрел на свои руки. Он делал это неосознанно с момента пробуждения в лазарете. – Раз моя магия ко мне вернулась, то я хотел бы вновь заняться охотой на чудовищ. Тем более одно из них меня заинтересовало.

– Тень?

– Она самая. Но мне нужна свобода передвижения, а с детьми…

– Понимаю, – кивнул Дамблдор. Ему опять предстояло найти очередного учителя. Но размышления прервал запыхавшийся Драко.

– Господин директор… Там… фух… Там приехал мой отец. Он привез нашего домовика, Добби…

Альбус несмотря на свои седины, сорвался с места. Этот эльф был важен. Но почему именно Малфой?

Добравшись до кабинета, где помимо аристократа стояли еще Аяно, Чисато и Гарри, он пригласил всех внутрь. Обозначенный домовик хоть был виновником “торжества”, но его поведение в корне разнилось: тот трусил и прятал глаза. Его взгляд был живой и незамутненный.

– Добби не знает, благородные сэры и мэмы. Добби помнит лишь отрывками, когда холод переставал давить. Добби… Добби помнит огромные шестеренки…

К сожалению, ничего внятного от эльфа получить не удалось. Но оставалось решить, что с ним сделать. Наказывать попавших в магическое подчинение просто не имеет смысла, а Аяно и Чисато подтвердили, что это существо – чисто от тьмы. После обсуждения, Малфой передал домовика Поттеру как часть компенсации, которую обещал выплатить на днях. Хоть вина была и не на этом семействе, Люциус признал себя частично причастным.

***

Настало время закрытия учебного года и объявления победителей. Как бы ни старались гриффиндорцы в квиддиче, но Слизерин смог оторваться ото всех, не смотря на победу “Красных” в финальном матче. Общешкольный же кубок ушел Когтеврану. В этом году они показали себя с лучшей стороны. Неожиданных очков от директора не предвиделось, ведь юные участники битвы с василиском шли не за ними. Да и выделять кого-то сверх меры было не в правилах Альбуса, хоть ему и нравились целеустремленные ребята.

Рон увлеченно ковырялся в плеере, доводя последние дорожки очень сложного магического круга, состоящего из пары десятков небольших. Пришлось заказывать недешевые чернила, проводящие ману, чтобы те не вступали в негативный контакт с электрической цепью. С этим он уже намучался последние полгода. оставалась последняя черточка. И как раз перед залом заканчивал выступать Гилдерой, что покидал пост.

– …и помните, ваши знания – ваш щит и меч, необходимый…

Раздался щелчок кнопки “Play”. Из динамика полилась необычная для этого музыка, усиленная “Сонорусом”, который мальчик случайно вплел в конструкт: ничего похожего на привычные магическому миру инструменты. Когда проигрыш кончился, женский вокал начал петь:

Where have all the good men gone

And where are all the Gods?

Where's the streetwise Hercules to fight the rising odds?

Isn't there a white knight upon a fiery steed?

Late at night, I toss and I turn

And I dream of what I need

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the end of the night

He's gotta be strong

And he's gotta be fast

And he's gotta be fresh from the fight

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the morning light

He's gotta be sure

And it's gotta be soon

And he's gotta be larger than life

Larger than life (ah, ah)

Somewhere after midnight

In my wildest fantasy

Somewhere just beyond my reach

There's someone reaching back for me

Racing on the thunder and rising with the heat

It's gonna take a Superman to sweep me off my feet (yeah)

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the end of the night

He's gotta be strong

And he's gotta be fast

And he's gotta be fresh from the fight

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the morning light

He's gotta be sure

And it's gotta be soon

And he's gotta be larger than life

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the end of the night

Up where the mountains meet the heavens above

Out where the lightning splits the sea

I could swear there is someone, somewhere

Watching me

Through the wind and the chill and the rain

And the storm and the flood

I can feel his approach like a fire in my blood

(Like a fire in my blood, like a fire in my blood)

(Like a fire in my blood, like a fire in my, oh, oh)

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the end of the night

He's gotta be strong and he's gotta be fast

And he's gotta be fresh from the fight

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the morning light

He's gotta be sure

And it's gotta be soon

And he's gotta be larger than life

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the end of the night

He's gotta be strong and he's gotta be fast

And he's gotta be fresh from the fight

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the morning light

He's gotta be sure

And it's gotta be soon

And he's gotta be larger than life

I need a hero

I'm holding out for a hero 'til the end of the night…

Под конец плеер зачихал и закашлял, а после и вовсе взорвался, выплюнув пленку во все стороны. Рон с горящими глазами вскочил:

– Да! Я смог! Я… – он оглядел застывший в тишине Большой зал. – Что?

– Браво, мистер Уизли! Вы подобрали идеальную песню, правильно поняв мои слова. Эх, останься я на посту – присудил бы очки Вашему факультету, – спустя много лет улыбка Локхарта была по настоящему ослепительной и живой.

Директор улыбался в усы. Музыка маглов точно передавала всю ситуацию: им нужен герой. Им нужен тот, кто поведет их за собой. Но старшее поколение уже потеряло такую прерогативу, упустив зло. Теперь дорога открылась молодым. I need a hero…

Эпилог второй

Чешир погружался все глубже в слои реальности. Кот Шредингера, что не жив и не мертв, что может быть везде и нигде, с трудом пробивался до глубин этого мира. Туда, где хранился главный механизм, именуемый каноном. Даже с его способностями, пришлось потратить целый год на это дело, потому что мир сопротивлялся вторжению извне. И это было странно.

Гигантская махина, состоящая из множества шестеренок, валов, маховиков и прочего напоминала часовой механизм. Но в данный момент он стоял, потому что только так “History Industries” могли помочь искаженным мирам. Лишь сами жители текущей реальности могли его разрушить.

Однако сейчас “Канон” имел отличия от виденных ранее: сгустки тьмы осели на зубцах, покрыв большую часть главных шестерней. И то тут, то там всплывали отрывки оригинальных событий: вот Гарри с друзьями смотрят на маленького дракона, Снейп “выливает” “ушат желчи” на первом уроке на Поттера, противостояние в Квиреллом, общение с дневником, убийство василиска…

Это то, что должно было произойти. И то, что не произошло. Дурсли никогда не шпыняли мальчика. Малфой не вел себя как высокомерный сопляк. Гарри… не был одинок. В этот раз его окружала забота вне Хогвартса. Была семья и друзья. Но что-то… кто-то хотел обратного.

– Так вот оно что, – прошипел Чешир, охаживая себя хвостом по ногам. – Значит вот как ты… Ничего. Теперь я понял, что делать. В эту игру можно сыграть вдвоем, “уважаемый” Бог.

Послесловие

Вот и закончилась вторая часть. Это было… сложно. Во-первых, я взял СЛИШКОМ много персонажей. И многим уделил мало внимания, так что в дальнейшем все же постараюсь уделить каждому время для раскрытия.

Во-вторых, как правильно заметил уважаемый register1234 в комментах на АТ (важное уточнение, потому как фик выкладывается и на ФикБуке): “Прекрасная иллюстрация того, что при адекватной администрации Хога канонные события могут случиться только при помощи внешнего влияния.” С такими мыслями я пытался собрать историю, переиначивая происходящее под новые реалии. Поэтому тот же Локхарт - это бывший охотник на чудовищ. получивший травму, а не бездарный лошок, которого сама Роулинг слила в психиатрическое отделение Мунго на пожизненное. И кстати, тут он имеет орден второй степени, а не третьего, ибо имеет настоящие заслуги.

Далее - древняя хтонь с розовым мехом и восемь хвостами (не надо на меня так смотреть, Чисато. Что правда - то правда). Когда я задумался о введении бабушки Аяно, то ей надо было дать фамильяра. Сама лисица была придумана как рофл, чтобы устроить небольшую шоковую встряску. Однако покопавшись в легендах о Сеймее понял, что решение оказалось идеальным, ибо тот имеет происхождение от человека и аякаши, а именно матушка была девятихвостой кицунэ.

А после раздумий, решил не затягивать и с Сириусом. Тем более тут Гарри знает о крестном и его невиновности. Ушастая идеально подошла как ловец крыс, ибо этому виду аякаши приписывают умение работать с иллюзиями.

Но ладно, пора закругляться. Впереди ждет переосмысление “Узника”... И это будет еще больнее и сложнее. Хотя… как говаривал Джокер из “Темного Рыцаря”: “Я похож на человека, у которого есть план?”. Так что импровизация - наше все. До встречи в следующих книгах.