Гарри Поттер. Книга третья: Узники Азкабана

Пролог

Все, абсолютно все летело под откос. Идеально выверенный сюжет, расставленные фигуры и… за два года перекрутилось в каком-то безумном танце. События произошли и не произошли одновременно. Это приводило Тень в ярость. Столько усилий и… псу под хвост. Тому самому, который должен был бежать из Азкабана в поисках крысы. Так еще и последняя попалась лисе на обед. Мало того – три крестража утеряны, хоть осколки из них и были спасены. Но ничего, все еще можно было вернуть в русло изначальной истории, однако будет очень больно…

***

Грюм еще раз перебрал толстенную подшивку по делу Реддла. Его сейчас интересовал последний протокол. На поместье Гонтов они вышли не сразу, а после еще долго готовились к захвату. Озеро инферналов хорошенько так потрепало нервы, а остатки зелья в чаше, где должен был лежать медальон, показал, что установивший не скупился на защиту.

Проникновение в заброшенный дом прошло без эксцессов. Как и вскрытие тайника. Но дальше все пошло не по плану… А, какой там. Все полетело в тартарары, стоило только начать чертить магические круги для запечатывания.

Гребаная Тень появилась буквально из неоткуда. Она с легкостью разбросала оперативников, а после выдернула осколок души без каких-либо усилий из крестража. И была такова.

Кольцо после этого оказалось полностью чистым от всех проклятий. Но больше удивляло, ЧТО использовал Темный Лорд как свое вместилище: один из трех легендарных Даров Смерти – Воскрешающий камень. Хотя на поверку выяснилось, что тот всего-лишь призывает отголоски душ, не более. Старый аврор без зазрения совести передал его Альбусу в музей Хогвартса. Пускай детки на него смотрят, чем какой-нибудь престарелый чудик запрет в своей коллекции. Но вечер резко перестал быть томным.

– Беда, шеф, – кабинет без стука влетел один из подчиненных. – Побег из… фух… Азкабана.

– Кто? Сколько?

– Петтигрю и Лестрейнджи…

***

Небольшой и холодный клочок суши был окружен морем. Тут стояла неприступная крепость, пронизанная множеством чар. Азкабан считался самой надежной тюрьмой по крайней мере в Европе. Хотя Советы и Китай тут могли поспорить, но те более плотно работали с маглами, так что помимо магической охраны, имели и чисто технические решения.

Где-то там, на нижних этажах, содержащих самых опасных преступников, на нарах лежала Беллатриса Лестрейндж. Двенадцать лет в заключении прошлись по ее красоте паровым катком. Хотя не будем врать – утрачивать она ее начала куда раньше, еще во времена служению Темному Лорду, потому как подступающее безумие от вседозволенности не способствовало гладкой коже. Мимические морщины от постоянных гримас уродовали лицо все сильнее.

Однако именно фанатическая преданность кумиру все еще держала ее на той грани, что не давала разрушиться сознанию. Он – вернется. Да, Лорд – бессмертен. Он вернется. Он вернется. Он вернется. Он…

– Вернется, – голос раздался везде… и нигде. Холодный, могильный, потусторонний. Пронизывающий до самых костей.

– Кто здесь? – в этом царстве уныния и мрака шевелиться было невероятно больно и трудно, но Беллатриса попыталась найти говорившего.

И нашла. В углу, где не проникает свет, где тени сгущались сильнее всего даже в погожий день, горели две белые точки. Холодные и пустые, как душа самой Беллы.

– Ты хочешь его увидеть? – тьма даже не уточняла, кого. Ведь и так было ясно.

– Да, – прошептала заключенная.

– Тогда идем со мной.

***

В то же время в камере, где сидел Родольфус Лестрейндж, было несколько иное настроение. В голове мужчины набатом било слово “месть”. Грязные Лонгботтомы. Чертово отродье. Поганая Августа, что спрятала их малолетнего выродка. Если бы не это, то они бы справились. Шанс. Ему нужен был шанс, чтобы отомстить и преподнести Господину голову молокососа на золотом блюде, украшенном потрохами всех его членов мерзкой семейки.

– И я дам его тебе, – Тень протянула руку уже второму Пожирателю.

***

Петтигрю пробыл в этом мрачном месте всего полгода, но крысиной натуре этого хватило. Он хоть и надеялся прятаться вечно, но знал, что не выйдет. И уже заготовил сопливо-слезливую историю, как его заставили. Что на деле анимагическая сущность взяла над ним верх… Но под действием сыворотки правды все всплыло наружу.

Питер завидовал. Завидовал Джеймсу за его спортивные достижения и родословную. Завидовал Сириусу за мастерство в области боевых заклинаний и веселый характер. Завидовал Ремусу за его ум и смекалку. Завидовал Лили за красоту и хитрость. Да даже Нюниусу, которого его друзья приняли в свой круг общения, прозвав ПолуПринцем. Тот был умелым зельеваром, так что будущее пророчило ему звание мастера, а то и магистра.

Зависть медленно, но верно разъедала душу, покрывая толстым слоем ненависти. Последней каплей стала свадьба Поттера и Эванс. Петтигрю в тайне воздыхал по Лили. Мечтал сделать ее своей. Но все разбилось вдребезги в одночасье. Сириусу с его внешностью, как и Северусу, найти себе женщину не представлялось проблематичным. Да даже Ремусу, несмотря на то, что тот был оборотнем. Наоборот, некоторых их общих знакомых такое даже заводило.

– Пора сыграть свою роль, – Тень выдернула крысеныша из лабиринта жалости к самому себе, а вместе с этим три преступника растворились в тенях своих камер.

Глава первая. “Ночной Рыцарь”.

Первая реакция магического сообщества на сообщение о побеге была довольно прохладной. Никто не верил в возможность сбежать из этой тюрьмы. Но начавшиеся оперативные работы аврората расшевелили застоявшееся общество. Первые дни после объявления и начавшихся облав, которые неплохо так прошерстили местные банды, были самыми “горячими” – люди шарахались от каждого шороха и пугались теней. Но чем дальше – тем сильнее утихали страсти.

Уже к середине июля регулярность появления соответствующих статей упала более чем на две трети. Однако сбежавшие пойманы не были. И сейчас прекрасно себя чувствовали, отдыхая на курорте в Альпийских горах.

– А ведь Тень придумала отличное место, чтобы спрятаться, – Белла подняла очередной фужер с вином.

Ее внешний вид уже меньше всего напоминал узницу: хорошее питание и насыщенный маной воздух делали свое дело. Даже морщины начали разглаживаться, но тут спасибо надо было сказать маглам из спа-зоны, которые, как и весь персонал, держались под постоянным “Империусом”.

Рядом лежал ее муж, который вливал в себя очередную пинту пива, закусывая сосисками. Где-то в горах на лыжах барахтался в снегу Питер, веселясь как ребенок. Однако эта идиллия не могла продолжаться долго. Маглов от мучительной смерти защищал приказ Тени. Сначала парочка убийц и предатель хотели взбрыкнуть, но чудовище не стало даже демонстрировать свои силы. Лишь показала полуживого Лорда, которому требовались покой и уход. А еще целый ворох разнообразного магического барахла, на добычу которого и вытащило это существо троицу приспешников.

Но все было не так просто. Ритуал можно было провести примерно через два года, когда сойдутся планеты в определенном порядке. Да еще и в определенном месте, где поток маны будет максимально эффективен. Так что до тех пор Пожиратели согласились сотрудничать с Тенью. Но при этом эти поехавшие на почве бесконтрольных убийств и заточения в Азкабане, имели свои планы. Гарри Поттер и Невилл Лонгботтом. Два самых опасных для Лорда человека из-за чертового проклятия. Они должны быть убиты.

***

Невилл впервые в жизни поругался с бабушкой. За прошедшие тринадцать лет тихий и неконфликтный мальчик вышел из себя. Последние два года сильно повлияли на подростка. Хоть он и не участвовал напрямую в этих безумных приключениях, но тренировки и общая атмосфера закалили юнца. Сложно оставаться нюней, когда Аяно и Чисато беруться за дело.

Причиной ссоры с “Железной” Августой стали сбежавшие Лестрейнджи. Мальчишку удивило то, что его бабушка, герой прошлой войны, никогда не щадившая врагов… сказала ему держаться в стороне от конфликта. Да и сама не стремилась лезть в это дело, отдавая на откуп аврорату. Он уже немного окунулся в японские традиции, так что концепция личной мести ему была знакома.

После долгой ругани, наговорив друг другу целую гадостей, юный гриффиндорец собрал чемодан и, хлопнув дверью, вышел из дома. На улице было прохладно после пары дней дождя. Нужно было срочно решать, куда выдвигаться, потому что в такое время глупо торчать посередь дороги. А возвращаться – удар по гордости. “Надеюсь, семья Уизли не прогонит. В противном случае придется разворошить копилку и снять номер в гостинице…”

Подняв палочку над головой, зажег “Люмос”. Яркая вспышка в сочетании с оглушительным хлопком ознаменовала прибытие “Ночного Рыцаря”- уникального трехэтажного автобуса для магов. Он начал курсировать сравнительно недавно, где-то с год назад, когда схема Уизли была все-таки частично одобрена после событий с Гарри и откровенного выливания ушата помоев со стороны правительства как Японии, так и Англии. Транспорт, вышедший из состояния прототипа, начал быстро набирать популярность.

Но появление было все равно неожиданным для мальчишки. О нем только читал в газете. Так что тот упал навзничь от появившегося “железного монстра”. Из транспорта выскочил довольно молодой парнишка, которому едва стукнуло восемнадцать:

– Добро пожаловать! Это “Ночной Рыцарь”, автобус для магов и ведьм, попавших… Ты чего там валяешься?

– Упал, – буркнул мальчик.

– Зачем?

– Просто упал и все.

Поднявшись, юнец отряхнулся насколько смог. А вот порвавшуюся штанину пока никак не починить. Тут нужны были швейные чары, так что “Репаро” отпадало.

– Ладно. Не хочешь говорить – не надо. Куда подвезти?

– Поместье Уизли. Сколько будет стоить?

– Десять сиклей, – начал кондуктор. Он принялся соловьем распеваться насчет дополнительной платы, но Невилл молча сунул руку в карман, доставая десяток серебряных монет.

Изнутри автобус выглядел весьма необычно: вместо сидений – кровати. С другой стороны логика тут присутствовала вполне обоснованная. Транспорт мог доставить в любую точку мира, если была виза, а при всем желании такое путешествие могло занять не один час. Ничего не шаталось и не елозило, а четко зафиксировано на своих местах по технике безопасности.

“Ночной Рыцарь” сорвался с места, а Лонгботтом присел на ближайшее свободное место. Недалеко на столике обнаружился свежий номер “Пророка”, что и послужил причиной разлада. “ПОЖИРАТЕЛИ ЕЩЕ НА СВОБОДЕ!” – гласил заголовок. В статье Фардж распинался перед журналистом, однако ничего конкретного так и не сказал. Да и что он мог, если аврорат и так носился как наскипидаренный, но найти зацепок не мог.

Погрузившись в невеселые мысли, мальчик не заметил, как автобус уже пару раз останавливался, высаживая пассажиров. Спустя каких-то полчаса транспорт затормозил перед воротами поместья Уизли. За последний год оно преобразилось в лучшую сторону еще сильнее. Попрощавшись с кондуктором и водителем, мальчишка вышел и застыл перед приоткрытой решеткой.

Он не знал, как отреагируют Уизли. Да и вообще, зачем он сюда приехал. Лонгботтом так бы и топтался, если бы на пороге не показалась Молли. Всплеснув руками, она крикнула мальчику:

– Невилл, чего ты там стоишь? Давай, заходи, – она широко распахнула дверь. – Твоя бабушка нас уже предупредила, – ответила женщина на недоумевающий взгляд.

После непродолжительного разговора выяснилось, что Августа отправила сову Уизли, как тем, к кому. скорее всего, и поедет ее внук. Она понимала его переживания, но от своих слов не отказывалась: негоже юнцу думать о мести и убийствах. Забывая о том, кто его друг и какая ноша лежит на них обоих. После раздумий мальчика подселили к Рону, потому что сейчас вовсю шел ремонт в нежилых помещениях.

Комната младшего сына рыжего семейства была… необычной. Еще пару лет назад на стенах можно было найти плакаты с “Пушками Педдл”, его любимой командой по квиддичу. Сейчас же она была увешана вырезками из магловских журналов, какими-то схемами, прототипами магических кругов, создавая атмосферу начинающего безумного ученого. Это все подрепляла несколько коробок электронного хлама на столе и… пара паяльных станций с набором сменных жал, запитанных от выключенного на данный момент бензинового генератора.

– Ты прямо загорелся этим, Рон, – восхищенно осмотрел помещение Лонгботтом.

– Знаешь, заработавшая в мае схема меня буквально окрылила, если честно, – смущенно потер шею рыжий. – Пришлось упрашивать родителей, чтобы все это купили, потому что работать без паяльника с электроникой лишь палочкой – сложно. Мама была шокирована, но батя – одобрил.

– Кстати, ты понял, почему он тогда взорвался? – Невилл улыбнулся, вспоминая одноклассника, с волос и ушей которого свисала размотавшаяся пленка.

– “Сонорус”, черт бы его побрал. Я даже не помню, зачем его туда вписал, – уши паренька стали цвета волос, но он быстро взял себя в руки. – Ты лучше скажи, чего с бабушкой поссорился? Я только краем уха слышал.

– Лестрейнджи, – зло буркнул гриффиндорец.

– Все, можешь не продолжать, – кивнул Рон. Он понимал, насколько для друга важно отомстить тем, кто лишил его родителей. – Но помни – мы тебе поможем, если что. Да и с Гарри посоветуйся.

– Хорошо, – немного успокоился мальчик. – Слушай, я правильно понял – Джинни сейчас в Японии?

Рон плюхнулся в кресло и кивнул:

– Обучается работать с Себастианом. Да и тот еще не до конца разбирается в своих способностях.

– Кто бы мог подумать, – засмеялся Невилл, – что сам Тот-Кого-Нельзя-Назвать превратится в прислужника тех, кого называли “предателями крови”.

– И не говори…

***

Утро для юной Уизли начиналось рано. Как, впрочем, и для остальной семьи Хошино. Хотя вытаскивание Джун из теплой постельки – та еще задача. Японка и сейчас сладко сопела, прижимая к себе окончательно принявшую судьбы Буклю и Момо. Джинни же встала и отправилась в ванную, приводить в порядок то гнездо, образовавшееся за время сна.

Там уже чистили зубы Гарри, Хитоши и Дженна. Фея, научившаяся увеличиваться до размера человека, теперь только так и ходила. А еще не отлипала почти ни на миг от Поттера в свободное время. Уизли вздохнула. Мальчик был ее кумиром, но если спросить прямо, нравится он ей или нет, то романтических чувств к нему практически не было. В отличие от его брата.

Хотя изначально она относилась к нему равнодушно. Все изменилось во время дуэли между Гарри и Драко. Хоть первый курс и не участвовал в клубной деятельности, но просто прийти посмотреть было можно. Когда призванная змея Малфоя вышла из-под контроля, Хошино ее спас. Нет, будь на ее месте кто другой, он бы не задумывался, но это и стало отправной точкой, что заставило девочку обратить внимание на разноглазого японца.

– Давай повторим пройденное, – Мичико, матери близнецов и Гарри, не впервой было обучать детей, но обычно такому в Японии молодых магов преподавали куда раньше по возрасту. – Представь сферу внутри себя в районе груди. Попробуй ее почувствовать. Растворись в ней…

Призыв привязанного фамильяра и его контроль требовали совершенно других базовых навыков, нежели в английской магической школе, так что младшей Уизли необходимо было многому переучиваться в плане контроля маны, а некоторое – изучать с нуля. Теперь ее день начинался с медитации и попытки ощутить ядро. Это было… сложно. За шесть месяцев она продвинулась в этом достаточно мало. К примеру, отозвать Себастиана или материализовать рядом с собой по желанию для нее было попросту невозможно. Тот единственный раз, когда аякаши в раненом состоянии смог появиться перед Гарри и Роном – совершено буквально подсознательно и на силе самого фамильяра.

Бывшему Реддлу тоже оказалось не сладко. Он взмахнул руками и… получил болезненный удар кисеру по макушке. Лисица вздохнула и вытряхнула пепел из своей трубки, набивая новую порцию табака.

– Чи-чан, не бесись ты так, – раздалось за спиной.

– Нура-сама, – кицунэ повернулась к нагло развалившемуся на краю энгавы древнему демону, – не лезьте в обучение молодняка, пожалуйста. А ты, – она повернулась к юноше, – еще сто раз повторить движение. Медленно и плавно. Понял?

Чисато подошла к энгаве и села рядом с подносом, на котором стояла бутылочка саке и пара небольших чашек. Нурарихён незаметным для человеческого глаза движением перетек в сидячее положение и уже разливал алкоголь.

– Чи-чан, ты уверена, что стоило его обращать? – спросил он серьезно.

– У меня не было выбора. Либо так, либо девочка умерла бы. При всем желании этого “огрызка” не хватило бы на восстановление разрушающегося ядра.

– А эта Джинни-чан, как она? – аякаши потер подбородок.

– Пока еще нормально. Но…

– Шанс обращения еще никуда не делся?

– Боюсь, тут вопрос не в шансе, а во времени, – уши лисицы поникли. – Сейчас мы можем их лишь научить контролировать энергию. А после – помочь осознать себя. Или добить.

– Тогда давай выпьем за то, чтобы у вас все получилось, – Нурарихён протянул чашечку с саке Чисато.

Глава вторая. Нежеланная охрана.

Возвращение в Англию в августе прошло буднично. По крайней мере по началу: Гарри на несколько дней заехал к Дурслям, подарив тете набор магической косметики, дяде – бутылку хорошего саке, а кузена удивив картриджами с играми, выходившими только в японском регионе. Правда пришлось предупредить, что они не локализованы, но там это не шибко и требовалось.

А вот приезд к Уизли вышел необычным. Среди рыжих обнаружился Невилл, который повздорил с бабушкой. Конечно, через пару недель они уже остыли и поговорили более серьезно, но семьи решили, что так пока будет для всех лучше. Да и четверым парням приходилось отрабатывать навыки, полученные в школе на дополнительных занятиях.

Аяно и Чисато отправились сразу же в школу по прибытии в страну. Требовалось перепроверить всю вторичную систему наблюдения и защиты, что они подняли, залатать пробелы и усилить еще. Сбежавшая троица… ладно, пара, потому что Петтигрю не обладал какими-то серьезными запасом маны или умениями. Так вот, Лестрейнджи были очень опасны. Среди сподвижников Реддла – в первой пятерке. И если… нет, когда им удастся восстановиться, то они доставят много проблем. А на это указывало то, что их до сих пор не поймали. Так что из аврората будет выделено еще больше людей.

***

Корнелиус Фардж медленно опустошал бутылку с огневиски в своем кабинете. Побег спутал ему карты. Хотя все полетело под откос еще раньше, когда в прошлом году прямо перед Рождеством Дамблдор подложил свинью с этой крысой. Теперь к Министерству относились с подозрением: а правда ли они качественно работают, раз сажают невиновных, не разобравшись в деле? Так еще и старый директор отмазался, ибо еще двенадцать лет назад был против того, чтобы Блэка посадили.

Следующие выборы для Фарджа грозились быть провальными, так что надо было что-то срочно сделать. Что-то… Да… Дементоры… Выделить их для охраны… Отличная идея!

Тень ухмыльнулась, закончив нашептывать затуманенному разуму. Теперь все пойдет так, как должно быть. Как бы Альбус не хотел, Министерство все еще было главным органом управления этой страны-в-стране. А ее приказы придется исполнять. Осталось решить, как подтолкнуть Сириуса к тем безумствам. Нет, тут уже не подступиться. Чертовы Хошино все испортили с их гадскими омамори. Теперь к ключевым персонажам не подобраться. Но ничего. Решение есть всегда.

***

– Так, ребятки, делайте ваши ставки, – Фред тасовал карты. Завтра они отправятся на вокзал Кингс-Кросс, чтобы поехать в школу, так что вечером решено было устроить вечер карточных игр, которые только могли вспомнить.

– Он точно мухлюет, – шепнула Джун брату-близнецу. – Давай его проучим?

– А давай.

Уизли, ехидно улыбаясь, принялся сдавать карты для партии в техасский холдем. На стол легли по паре карт для каждого участника. Первый круг ставок прошел не слишком активно, а Гарри решил выйти и понаблюдать, потому как не понравилась полученная комбинация.

Следом легли семерка треф, девятка пик и десятка червей. Рон, смотря на все это тоже спасовал. Далее вскрылся валет треф, а после – туз пик. Настало время вскрываться, к которому собрался приличный банк.

– Олл-ин, – подвинула фишки Джун, после чего спасовали Невилл и Джордж, а Фред и Хитоши поддержали.

– Вскрываемся.

– Две пары, – Хитоши показал валета и туза.

– Ха, тройка, – ни на стол от рыжего дилера показались десятки бубен и треф.

– Выкусите, – Джун показала восьмерку пик и шестерку. – Я победила.

– Друзья, я все понимаю, но хватит мухлевать, – Гарри поднял очки и потер переносицу. – Или не делайте так откровенно.

– Чего? – в два голоса произнесли Уизли и Хошино.

Поттер молча перевернул свои карты, с которыми вышел. На стол легли восьмерка пик и десятка треф. Сначала за столом повисло молчание. А потом все потонуло в громогласном смехе.

– Слушай, мелкая, как ты это сделала? – поинтересовался Фред, утирая выступившие слезы.

Джун молча выдернула из рукава талисман и просто коснулась карты, меняя вид той, хитро подмигивая.

– А можно потише, – сонно потирая глаз, произнесла Джинни, сунув голову в приоткрытую дверь. – Я и Дженна уже спать легли.

– Ладно, давайте сворачиваться. Завтра рано вставать.

***

Утро выдалось пасмурным. Даже слишком. Фея уменьшилась и нырнула в нагрудный карман Гарри. К счастью, в этот раз ничто не помешало посадке. Добби уже отбыл в Хогвартс своими силами. “Как много меня окружает магических существ… – подумал Поттер. – Как бы не получить еще одного и в этом году.”

Посадка прошла прошла быстро, а вот с поиском мест как-то получилось проблематично. Под большую компанию не находилось свободных мест. В конце-концов рыжие близнецы покинули их, пересекшись с однокурсниками, а оставшиеся решили обосноваться в купе в предпоследнем вагоне, где ехал спящий взрослый.

– Интересно, кто это? – задумчиво почесал подбородок Рон.

– Скорее всего новый учитель по ЗОТИ, – хмыкнул Гарри. – Локхарт же покинул нас в том году, а Квиррелл еще на лечении.

– Римус Люпин, если быть точным, – произнесла Гермиона.

– А ты?.. Постой, Люпин? – удивленно вытянул лицо Поттер. – Так вот о ком рассказывал Сириус. Он же еще упоминал, что нас ждет неожиданный сюрприз в этом году.

– Ты о чем, Гарри? – недоуменно спросила Грейнджер.

– Прости, Мион, забыл. Мой крестный рассказывал о друзьях со школьной скамьи. Так вот, Римус Люпин – один из них.

– Значит Бродяга, как обычно, любит все растрепать, – голос заставил детей вздрогнуть. – Ну здравствуй, Гарри.

Римус открыл глаза и посмотрел на сидевшую в купе компанию. Он изначально и не спал вовсе, а лишь притворялся. Мужчине сначала просто хотелось побыть в одиночестве, а после появления сына друзей – послушать, о чем он будет говорить со сверстниками и составить свое мнение.

Мальчик оказался достаточно сдержанным и воспитанным. Не чувствовалось и следа неуемности Джеймса в школьные годы. Он казался куда взрослее своих лет. Хотя оно и не мудрено. Судя по тому, что Римус узнал от Дамблдора… Хоть и не ребенок с поведением взрослого, но все-таки в тринадцать лет ожидаешь несколько другого. Но смутить его все же удалось, когда из кармана юнца высунулась голова феи. Мало того, что он привлек внимание представителя этих ветряных порождений магии, так еще и та привязалась к мальчишке. И тот, похоже, понимал, что теперь никуда не денется.

Поезд резко затормозил, так что сидевших по направлению движения просто бросило вперед. Люпин напрягся. Хогвартс-экспресс никогда не останавливался где бы то ни было, кроме как на Кингс-Кросс и у школы. А дальше события начали складываться опасно.

Окна начала покрывать изморозь. Потянуло могильным холодом и сыростью. Римус впал в легкий ступор, а волосы на затылке зашевелились: “Откуда?!” Дементоры, охранники Азкабана. Их просто не должно быть здесь.

Бестелесные создания стали проникать в вагоны. Где-то в последнем вспыхнула магия. Учитель ЗОТИ, а вместе с ним и все дети, подскочили и бросились на место сражения. Там обнаружился Малфой, что пытался сдержать надвигающегося дементора слабым “Патронусом”. Гарри приготовил талисманы, но Люпин оказался быстрее:

– Экспекто Патронум! – вспышка яркого света буквально заполнила помещение, а тварь с визгом ринулась прочь.

– Рон, у нас остался шоколад? – подбежала к блондину Грейнджер.

– Держи, – кинула плитку Джун, помогая сесть такую же еще одной слизеринке.

Пока пострадавшим оказывали первую помощь, состав вновь дернулся и двинулся дальше.

***

Дамблдор крыл благим матом на чем свет стоит прибывшего представителя Министерства. Этот спокойный и уравновешенный старый маг просто дошел до точки кипения. Эти дегенераты додумались прислать в школу дементоров якобы для защиты детей. Дементоров. Защиты. Ага. Да эти твари, дай им волю, тут же попируют в Хогвартсе.

За спиной у чинуши стояли матриарх Хошино и Чисато. От идущей от пары японок яки мужчине хотелось сбежать, писаясь по дороге и крича “МАМА!”, но тот лишь с легкой дрожью в коленях продолжал выполнять свои обязанности.

– Значит так, – Альбус тяжело вздохнул, – если эти твари хоть на миллиметр пересекут обозначенные границы, Аяно, активируй свои барьеры. Просто изгоняй эту всю паскуду. А Вы, уважаемый, – он обратился к чиновнику, – передайте Фарджу, что если я еще раз услышу такие вот “гениальные” идеи буквально в последний момент, он вылетит из своего кресла в тот же миг. Поверьте, у меня есть такая возможность. А теперь – вон отсюда, – директор ткнул пальцем в сторону камина.

Когда представитель покинул территорию, старые люди просто развалились на сиденьях. Напряженная атмосфера частично схлынула, но до конца не пропала. Дамблдор достал флакончик и глотнул из него, снижая подскачившее давление. Также поступила и Хошино, а лисица призвала кисеру и сделала затяжку смесью успокоительных трав.

– И что будем делать, Альбус-кун? – Аяно прикрыла глаза рукой. – А если бы я не приехала сразу же? Это ведь придется поднимать еще два-три барьера с совершенно другой направленностью… Слушай, а не?..

– Прости, Аяно-сан. Как бы я не хотел, но подчиниться придется, – помотал головой директор.

– А что ты там говорил про отправку Фарджа на покой? – выгнула бровь кицунэ.

– Проблема в том, что если вскрыть все “грязное белье”, а по другому попросту не выйдет, то мы получим гражданскую войну, – вздохнул мужчина. – А с учетом возможного возвращения Тома и при этой непонятной Тени такое равносильно самоубийству. Да и Корнелиус далеко не такой плохой управленец. Он честолюбивый и корыстный, но далеко не дурак. Так что его этот идиотизм с дементорами… Что-то тут не так.

– Думаешь – Тень?

– Возможно. Надо бы еще перепроверить с учителями оборонные заклинания школы, – произнес директор, все еще держась за сердце.

– Ты еще ей доверяешь, после прошлой пары лет? – лисица стряхнула пепел прямо на пол, но тот растворился, не пролетев и половины расстояния.

– Тут именно что прямая активация. Да и деваться все равно некуда. Лестрейнджи, чтоб их…

***

В этом году учеба для первокурсников началась очень мрачно. Из-за дементоров феи наотрез отказались вылезать из домов. Лиам, текущий глава поселения, пришедший на смену куда-то упорхнувшей Сильвии, извинился перед Дамблдором, но стражи Азкабана просто своим присутствием могли “выпить“ волшебных созданий.. Так мало того – вечер оказался испорчен дождем. Хоть лодки и защищало заклинание, но за стеной ливня не было видно той красоты и величия магического замка.

Гарри и Невилл помогли выйти из кареты Драко, а Джун и Гермиона – Дафне, той самой слизеринке из следующей. На пороге их уже встречала МакГонагалл и Помфри. Медсестра усмехнулась, что в этом году не Гарри первый влетел с серьезной травмой, на что тот отшутился, что третий курс только начался.

Когда же слизеринцев отправили в больничное крыло на обследование, гриффиндорцы проследовали в Большой зал. Распределение прошло без проблем, но атмосфера в школе была мрачной.

– Приветствую всех! – директор поднялся со своего места, привлекая внимание. – Приветствую всех в школе чародейства и волшебства! К сожалению, этот год начался не самым лучшим образом.

Мужчина замолчал на несколько секунд, а после, тяжело вздохнув, продолжил:

– Наше “глубокоуважаемое” и “любимое”, – в этих словах было столько желчи, что казалось, она растворит даже кислотную улитку, – Министерство решило позаботиться о нашей защите. И они не могли придумать ничего лучше, кроме как прислать дементоров, – маг снял очки и потер переносицу. – Скажу сразу же: держитесь от них как можно дальше. Стражи Азкабана не ведают ни жалости, ни сострадания. Если же вы заметите что-то необычное – сразу же обращайтесь к учителям и магам из аврората, которые продолжат дежурство в школе в расширенном составе. На этом все. Ешьте и пейте, мои дорогие ученики. Пусть вкусный ужин все-таки поднимет нам настроение, – напоследок ободряюще улыбнулся Альбус.

Глава третья. Подражая коту Шредингера.

После ужина гриффиндорцы наконец добрались до гостиной. Там их уже ждал Себастиан, которого привезла Хошино. Пришлось его на время разделить с Джинни, ибо ядро девочки никак не приходило в норму. Гермиона тут же нырнула в спальню и вынесла переноску, в которой сидел книззл серого в черную полоску цвета.

– Ой, неко… Как зовут? – Джун тут же умилилась животинке.

– Чешир. Он похож на Чеширского кота из рассказа Льюиса Кэрролла.

– Кого? – удивился Рон.

– А, точно. Вы же выросли на других сказках, – Гермиона сбросила с плеча косу, к которой привыкла еще с первого года, когда ей заплел волосы Гарри. – Был такой писатель в прошлом веке, написавший историю о необычайных похождениях девочки Алисы в безумном и искаженном мире. Вот там и был такой кот, который мог быть везде и нигде одновременно. Я его когда увидела в магазине, поняла – мое. Прямо влюбилась, особенно когда котик улыбается.

– Улыбается?

– Да, как сейчас.

Дети посмотрели на книззла. Тот правда состроил мордочку, будто улыбался. Вот только по спине Гарри и Невилла почему-то прямо мурашки побежали. Однако недолго Чешир сидел спокойно. Джун подкралась как черное проклятие, прижав пушистика к груди. Однако произошло неожиданное: обычно животные, попавшие в руки к японке буквально застывали от принятия неизбежности, а тут кот буквально вытек из объятий и несколькими прыжками забрался на балки под потолком, где любила коротать время Дженна.

– Неко-чан… – захлопала глазами Хошино.

– Ми-яу, – надменно ответил Чешир, взирая на презренных двуногих сверху вниз. А после и вовсе показал язык, причем будто обычный человек.

***

Утро началось со встречи с Драко и Дафной. Слизеринцев только с утра отпустили из лазарета, после того, как с вечера отпоили зельями, чтобы справиться с наступающей депрессией, а после – усыпили сном без сновидений. С утра же им пришлось съесть по плитке шоколада, снимая оставшиеся симптомы встречи с дементорами.

– Вы как? – сочувственно спросил Гарри.

– В норме, – махнул рукой блондин. – Хотя не горю желанием еще раз с ними пересечься. Чем думал Фардж-то?

– Сложно сказать. Все-таки из Азкабана сбежали не самые приятные личности.

– Пусть только сюда сунутся, – прошипел Невилл. – Прибью на месте.

– Что это с ним? – прошептал Малфой.

– А ты не знаешь, что Лестрейнджи запытали его родителей? – удивился Рон.

– Точно. Прости, – Малфой смутился. Все-таки история семейства, что активно продолжало поставлять травы была на слуху.

Но их общение было прервано очень грубо: Лонгботтома толкнул плечом проходивший мимо Гойл.

– О, я тебя и не заметил, – презрительно выплюнул слизеринец, а после посмотрел на Драко. – Что, Малфой, решил закорешиться с гриффиндорцами?

– Слыш, жиробасина, – вспылила Джун, – катись отсюда, пока не получил.

Парочка бывших подельников блондина, скорчив рожи, ушла по направлению к Большому залу. Они понимали, что связываться с этой компанией – себе дороже. По крайней мере пока те были вместе.

Когда же после завтрака всем раздали расписания, у Рона глаза на лоб полезли от варианта Гермионы.

– Ты уверена, что тут все правильно? У тебя же половина занятий в одно и то же время?

– Нормально. Я уже договорилась с МакГонагалл, – отмахнулась Грейнджер.

– Мион, – хитро посмотрел на девочку Хитоши, – ты ведь должна понимать, что у нас еще ведь дополнительные занятия. А напряжение от той техники…

– Еще раз – все нормально. Справлюсь, – отрезала Гермиона.

– Ну смотри, я предупредил.

Рон, Невилл и Джинни непонимающе переглянулись. Но от дальнейших расспросов ее спас Хагрид, зашедший в Большой зал. Он увидел детей и приветственно помахал.

– Привет, детишки. Ну что, удивлены были?

– То, что ты теперь преподаватель по магическим существам?

– Угу, – полувеликан вытащил платок и вытер лоб. – Волнуюся, значится… Вы у меня первые ученики после обеда. Кстати, как вам тот учебник?

– Это который пытается укусить тебя за палец? – уточнил Рон.

– Он самый. Поверьте, полезный справочник…

– Ага, – улыбнулся Хитоши, – только почему-то Чисато и Нура-оджи-сама когда о нем услышали, истерично смеялись.

– Да? Странно…

– Ладно, нам пора собираться, а то опоздать в первый день – декан потом мозг выест чайной ложечкой.

***

Распрощавшись с Джинни, Рон, Гарри и Гермиона отправились в Северную башню на прорицания, Невилл – на продвинутый курс гербологии, а близнецы Хитоши – нумерологию. Буквально через пару минут их догнала слегка запыхавшаяся Грейнджер. Их – это японцев и Лонгботтома, разошедшихся в совершенно разные стороны.

Хитоши неодобряюще покачал головой, смотря на одногруппницу:

– Я все-равно не одобряю это, Мион. Эта техника…

– Брат, это ее выбор.

– Спасибо, Джун. Я знаю, что делаю, Тоши.

***

Основы нумерологии что для Англии, что для Японии, как, впрочем, и для всего мира, были едины. Различались частности на уже более высоком уровне. Особенно принципы построения магических кругов. Японцы, как и Гермиона, хоть уже и приступили к обучению в прошлом году, но более однобоко, упирая на боевой аспект этой науки. Здесь же им интересно было закрепить общие знания, ведь мир не одними сражениями полон.

Профессор Вектор была увлеченной женщиной. Она знала, как подать свой предмет так, чтобы заинтересовать детей, ведь работа с формулами и разнообразные просчеты схем были мало кому интересны сами по себе.

– Так, ребятки, смотрите на доску, – кусок мела вычерчивал круг с пробелом для текста по ободу, внутрь которого вписывалась звезда, а уже в нее - квадрат. – Это – основа для многих начертаний, которые используются в рунировании и…

***

– Слушай, Рон, – Гарри спросил друга, пока они шли в Северную башню, – а почему ты не пошел на нумерологию? Это же помогло тебе в твоем хобби.

– Вот потому что это мое увлечение, – пожал плечами Уизли. – Хочу разобрать и понять все сам.

– Если что – обращайся, – сказала Гермиона. – Всегда помогу.

– Я все никак не пойму, как ты?..

– Лучше не заморачивайся, Рон, – махнул рукой Гарри. – Скоро она сама поймет, что сглупила. Кстати, а вот и Северная башня.

Поднявшись по длинной винтовой лестнице, они попали на площадку, где не было ни одной двери. Нет, замок иногда любил пошутить, но не когда ученики торопились на уроки. И стоило стягивающимся третьекурсникам подумать, что они где-то свернули не туда, как в потолке открылся люк и оттуда вывалилась веревочная лестница.

– Да вы шутите! – пробормотал один из гриффиндорцев.

Класс оказался… необычным. Больше походило на какое-то отаку-кафе где-нибудь в Акибе: мягкие подушки вместо стульев, низенькие столики, куча разнообразных амулетов и украшений на стенах… Гарри вспомнил, как их в нечто похожее место затащила Джун, когда они с родителями были в Токио и старшие ушли по рабочим делам. Казалось, сейчас выйдет девушка лет восемнадцати-двадцати в костюме мейдо и начнет выписывать имя кетчупом на омурайсу.

К облегчению очкарика из-за двери показалась женщина, закутанная в кучу шалей, а за ней – Чисато.

– Прости, Сивилла-сенсей, что тебя задержала.

– Ой, ничего страшного. Все-таки я сама слишком сильно погрузилась в процесс…

Когда лисица элегантно прошествовала к люку и просто спрыгнула вниз, Трелони перевела взгляд на учеников. Увы, но и в этом потоке она не обнаружила никого с Даром. А такое она чувствовала прекрасно. Но вот научить читать знаки можно было любого. Любого, что сможет захотеть их читать. Можно было, конечно, устроить представление, на которое и надеялись новички, увидев это место, но лишь потом они поймут, что большее количество вещей здесь – амулеты и обереги, которые требуются настоящему прорицателю.

Хотя, наверно, причина по большей части была в Поттере. Его она увидела сразу же, как зашла. Бедный мальчик, что стал одним из центров очередного предсказания. И лишился родителей, как и его однокурсник, Лонгботтом.

– Так, значит, вы избрали прорицание, – начала профессор после представления, – одно из самых трудных магических искусств. Должна сразу же предупредить: без дара я мало чему вас смогу научить. Книги помогут лишь до определенного уровня…

***

Первый урок был вводным, так что начали с простого - гадание по чаинкам. Увы, но ни к чему, как обычно это не привело. Как и большая часть времени до этого. Сложнее всего оказалось юной Грейнджер. Девочка пыталась подойти с позиции логики, что приводило к непониманию предмета как такового. После окончания урока преподаватель попросила задержаться этих учеников.

– Мисс Грейнджер, я хотела бы сообщить Вам, что мои уроки будут для Вас слишком… м-м-м… нелогичными. Анализ хорош в более точных науках, – с прискорбием сообщила Трелони. – Тут же приходится больше пологаться на интуицию.

– Спасибо, профессор, – гриффиндорка кивнула. – Я уже поняла свою ошибку, но хотела все же больше узнать. Для развития собственного кругозора.

– Тогда лучше я дам Вам список литературы для самостоятельного прочтения. И совершенно не обижусь, если не увижу на следующем занятии. Особенно с учетом Вашего расписания.

Отпустив ученицу, Сивилла перевела фокус внимания на Гарри.

– Скажите, мистер Поттер, Ваше желание посещать мои занятия как-то связаны с…

– Да, сенсей. Я знаю о пророчестве, как и мой друг Невилл. Но мы не имеем к Вам никаких претензий. Меня же больше интересуют отличия и особенности английской методики гадания.

– О, а Вы разбираетесь в японской вариации? – заинтересовалась Треллони.

– Только поверхностно. Просто в Киото много практикующих гадалок, что привлекают туристов…

***

Локхарт в очередной раз ушел с головой в снег. Хоть его магия и вернулась, но слезы феникса, похоже, усилили его ядро, так что порой заклинания “чудили”. Где-то над головой раздался смех, больше похожий на звон серебряного колокольчика. Конечно, Сильвии было смешно. Она в своей увеличенной форме просто выпустила крылья и парила над сугробами.

Маг очень сильно удивился, когда глава поселения фей, уже бывшая, увязалась за ним. Он помнил эту любительницу подглядывать в душевую мальчиков еще со школьной скамьи. Казалось бы, что эта женщина стара для Гилдероя, но для магических созданий возраст мало что значил. Они мыслят и ощущают время совершенно по другому. А то, что Сильвия проявила к нему интерес, значит лишь то, что теперь волшебник стал ее избранником. А ведь и юный Поттер с таким столкнулся.

– Знаешь, Сильвия, – маг вынырнул из сугроба, возобновляя “Легкую поступь”, чтобы ходить по снегу, – могла бы и помочь.

– Но дорогой, ты же мужчина, а я слабая женщина, – театрально прикрыла глаза рукой фея.

Гилдерой просто промолчал, наблюдая за летающей женщиной. Споры с ни к чему не приведут, а ему еще идти. В этих альпийских горах было что-то странное. Австрийские коллеги английского аврората запросили помощи в расследовании. Было обнаружено несколько курортных городков, зараженных непонятным проклятием, вперемешку с “Империусом”

Побег из Азкабана спутал все карты островитянам, так что восстановивший магию Локхарт вызвался помочь, отвлекаясь от собственного расследования. По крайней мере он сначала так думал. Однако полученные материалы намекали на то, что там могла быть замешана Тень. Слишком похожие структуры чар на те, что обнаруживались в Хогвартсе.

Когда до курорта маглов оставалось буквально рукой подать, на лыжной трассе Гилдерой заметил… Петтигрю. Тот со смехом скатывался на лыжах. Сначала маг подумал, что ему показалось, но это не было ошибкой. Мужчина тут же достал сквозное зеркало, чтобы связаться с родным авроратом, но удар по затылку потушил сознание моментально…

Глава четвертая. Ошибки и последствия.

Возвращение в реальность было болезненным. В голове мутилось, а перед глазами лишь тьма. Которая, впрочем, довольно быстро рассеялась, когда с головы сняли мешок. Лестрейнджи, кто бы сомневался. Муж с женой держали палочки наготове, хотя Гилдерой накрепко связан.

– Вот уж кого не ожидал увидеть, так это “золотого” охотника на монстров. Весьма польщена, – с ехидцей произнесла Белла.

– Да не бойтесь его, – ухмыльнулся Петтигрю. – Он уже несколько лет как подался в писатели, когда потерял большую часть своих сил.

– Уверен?

– Ну не зря ж я довольно долго крутился в Хоге, да и жизнь у Уизли имела свои плюсы.

– Твоя информация устарела, – из-за спины Локхарта потянуло могильным холодом.

– Тень… – просипел блондин.

– Слезы феникса, оказывается, могут работать и как восстанавливающее для магического ядра, – проигнорировало мужчину существо, продолжая общаться со спутниками. – Или так они сработали при контакте с ядом василиска.

– Согласен, меня поймали раньше, – поднял руки Питер. – Так что об этом я просто не мог знать. А в газетах о таком явно не напишут.

– И что мы будем делать с блондинчиком? – лениво поинтересовался Родольфус. Его мало интересовал нашедший их маг. Достаточно просто вновь сменить место и продолжить восстанавливать силы. Альпийские горы – отличное для этого место, как одна из крупнейших узловых точек лей-линии.

– Да прибьем – и дело с концом. Предупредить своих он явно не успел. Я его оглушила до того, как он смог воспользоваться зеркалом. Глупо -идти в одиночку, – зло засмеялась Белла.

“Стоп. В одиночку?” – мозги охотника заработали на повышенных скоростях, анализируя ситуацию. Как бы ни бахвалились беглые Пожиратели, они имели дело с профессионалом, хоть и некоторое время не практиковавшим. Так что выпутываться из подобных ситуаций ему приходилось. И еще они не знали о Сильвии, которая куда-то отлучилась. То, что фея его не бросила, мужчина был уверен.

– Фу, кто тут так навонял темной магией? – послышался новый голос.

Насколько удавалось, Гилдерой скосил глаза на напарницу. Невысокая беловолосая девочка с голубыми глазами тащила одной рукой огромный двуручный топор, а второй – волочила что-то полупризрачное. И это нечто вызвало натуральный переполох в стане темных.

– Мой Лорд! – воскликнула Беллатриса, переводя палочку на фею. – Ах ты, мразь, а ну отпусти его!

– Знаешь, девочка, у вас тоже есть кое-кто, принадлежащий мне, – рука, державшая за шкирку неизвестного Локхарту, слегка засветилась. Хотя маг уже догадался, кем может он может быть. Лишь к одному Пожиратели так обращались. То, что Волан-де-Морт – выжил, Гилдерой убедился за время преподавания.

Внимание же феи было приковано к Тени. Именно она в этой группе являлась главной. Махнув рукой, существо заставило своих подельников опустить палочки. Те повиновались, но видно, что в случае неудачи в переговорах тут же их применят.

– Тебе стоит быть аккуратней с теми силами, которые превосходят все даже смелые фантазии, – Тень надменно посмотрела на фею.

– Милочка, ты бы тоже носик не задирала, – с презрением ответила та.

Воздух буквально наэлектризовался. Казалось, что сейчас тут произойдет бойня. И неизвестно, кто еще ее переживет. Но все стихло так же, как и началось. Существо согласилось на обмен. А как только полумертвый Реддл оказался у темных, те с просто растворились в тенях.

– Ты как? – Сильвия бросилась к Гилдерою.

– Бывало и лучше. Хотя тут пострадала лишь моя гордость, – потер затекшие запястья маг. – Конечно, поздно, но надо связаться с авроратом и Дамблдором.

***

Невилл вернулся с травологии в расстроенных чувствах. Все было настолько плохо, что на трансфигурации превращенная чашка в момент завершения заклинания просто брызнула осколками от потока влитой маны. Причиной паршивого настроения послужил один из когтевранцев, что намеренно или нет, но напомнил ему о Лейстренджах. И, соответственно, о родителях, которые до сих пор были в Мунго.

МакГонагалл удрученно покачала головой и отправила в больничное крыло за успокоительным. В принципе, в этом году учителя были готовы к такому сразу же после объявления о прибытии дементоров в Хогвартс. Даже находясь на удалении, исходящие потоки миазмов никак не могли влиять позитивно на детей.

Сам же Лонгботтом, казалось, стал замыкаться в себе еще сильнее после того, как разругался с бабушкой. Лишь тренировки с оружием и боевыми заклинаниями вытаскивали его из тяжелых дум, пока он жил у Уизли. Каждый раз перед глазами, стоило лишь коснуться темы о беглецах, всплывали лица родителей. Их отношение к окружающим. Поведение. А после поднималась волна неконтролируемой ненависти, что нарушала концентрацию, из-за чего управлять маной становилось в разы сложнее. А с учетом того, что ее запас вырос – проблема становилась все острее. И медитации просто не помогали.

***

Послеобеденные уроки оказались для детей спасением: Уход за магическими существами отправлял на свежий воздух. Правда, на границу Запретного леса, но все-таки не в саму чащу.

Хагрид ожидал первых учеников в этом году. Нет, он понимал, почему Дамблдор выбрал его на замену выбывшему по личным причинам преподавателю, однако составлять учебный план, проверять домашние задания… Будет очень тяжело. Благо, коллеги обещали помочь. Полувеликан до последнего колебался, кого взять на урок: единорогов или…

– Ничего себе! Да это же гриффоны! – дети во все глаза глядели на пару величественных животных, самца и самку, что отдыхали за забором.

Мужчина легко улыбнулся. Все-таки он не прогадал с выбором. Он еще думал про гиппогрифов, но те уж слишком горделивые. А начинать занятия с травм – глупо. Хотя и единороги тут не подошли бы. Эти рогатые любители девственниц иногда буквально сношали мозг своими взбрыками. Особенно в период течки у самок.

– Значится так, – начал Рубеус, – грифоны… О, сначала откройте учебник, посмотрим, что там пишут, а я уж дополню.

– Откройте?! – послышалось несколько удивленно-возмущенных голосов. – да этого монстра надо держать связанным, чтоб пальцы не откусил!

– Да? – удивилась Джун. В ее руках книга сидела смирно, как и большинство животных за очень редким исключением. - Так книжка-то смирная…

Раздался шлепок ладони по лицу. Ученики обернулись на Малфоя, что скрыл рукой свое выражение. А точнее, вырывающуюся очень едкую колкость. Тяжело вздохнув, он убрал кисть от лица и посмотрел на однокурсников.

– Если кто разучился читать, – решил уже на них спустить пар, но уже мягче, а то перепалка с японкой могла привести не к самым удачным последствиям, – то надо провести рукой по корешку. Инструкция не просто так написана на обороте.

– А я уж думал, что он пошутит про умение сестренки вводить в ступор любое живое существо, которое попадает в ее цепкие ручки, – хохотнул Хитоши, толкая Гарри в бок.

– Я об этом и подумал, но боюсь, она не оценит моего сарказма.

– Блондинка опять решила поострить? Потом на ушко расскажешь, раз боишься.

– Тебе? На ушко? А потом половине школы доказывать, что мы не встречаемся? – фыркнул Малфой.

– Дети, отношения будете выяснять потом. Гриффоны тут вас уже заждались, – напомнил увлекшимся Хагрид.

Создания, что стали символом факультета “красно-золотых” выглядели необычайно красиво. И вопреки расхожему среди студентов мнению, они никак не отворачивались от слизеринцев. Но и тут нужно учитывать, что хоть существа и были полуразумными, но все-таки животными. И стоило соблюдать меры безопасности.

***

Самец взирал на юнцов со снисхождением. Его вторая половинка умилялась бескрылым детенышам, давая себя погладить. Хотя одна девочка вызывала у них легкую оторопь. Но все же они спокойно относились к происходящему. Большой попросил их побыть здесь, пока он учит бескрылых, на что пара отнеслась положительно. Им скоро тоже предстоит, когда в следующем году появятся свои детеныши.

Но вот настало время кульминации. По просьбе Большого надо было покатать кого-то из этих детенышей. Самец оглядел группу и заметил печального юнца. Вот ему точно не помешает развеяться.

***

Невилл удивился, когда гриффон подошел к нему и легонько ткнул клювом в плечо. Хагрид кивнул, и парень протянул руку, касаясь белоснежных перьев на шее.

– Не дрейфь, малец, – Рубеус поднял большой палец.

Лонгботтом не очень любил летать на метле. И тут даже не дело в событиях первого года обучения, когда та чуть не убила мальчишку. Просто в целом был страх неправильно распределить ману и сорваться. Но тут все совершенно по другому. Ощущение полета, мерное покачивание в такт взмаха крыльев, мягкая и теплая спина, на которой он сидел – дало чувство эйфории.

Сначала Невилл слегка боялся, держась за шею гриффона. Однако чем дальше, тем меньше давил страх. Пролетая над озером, мальчишка не удержался и, расставив руки, прокричал от радости.

Гриффон скосил глаз на бескрылого. Наконец тот перестал зажиматься и просто отдался чувству полета. Так что, довольно кивнув, животное начало сворачивать к стае юнца.

– Ну как? – Лонгботтома тут же обступили любопытные однокурсники.

– Это было… круто, – мальчик все еще отходил от впечатлений.

– Хм, может мне стоит попробовать? – Малфой решил стать вторым добровольцем.

***

Тень в спешке пробилась через щиты. Чертовы японцы. Чертов Локхарт, который, вообще-то, сейчас должен лежать в Мунго со стертой памятью. Чертова малявка. Все это путало карты все сильнее и сильнее. Но ничего. Сейчас надо убедиться, что на Драко нападет… Гриффон?! А где гиппогрифы? Но ничего, и тут можно выкрутиться. Тем более блондин оказался достаточно близко от самки, так что можно вернуть на круги своя.

***

Самец заметил всполох и встал на дыбы, защищая свою половинку. В это время Малфой оказался в неудачной позиции и получил лапой вскользь. На счастье – без серьезных травм. Но настроение это сильно подпортило бы, если не появившаяся буквально через полминуты Чисато. Ее уши торчали торчком, а хвосты мелко подергивались. На прекрасном же лице проступили звериные черты. Оглядевшись, она бросилась в ближайшую часть леса.

***

Тень недоуменно смотрела на серо-черного кошака, что вцепился когтями в руку. Нет, боли она не испытывала из-за своего текущего состояния, но сам факт такой наглости удивлял. А еще он сбил пучок энергии, так что гриффон не ранил мальчишку. А после появилась противная розовая лисица, и поэтому пришлось срочно ретироваться.

***

Кицунэ на месте, откуда тянуло зловонием Тени обнаружила кота. Тот морщился, чихал и плевался почти как человек. В какой-то момент Чисато показалось, что тот помахал лапой перед мордой. Нет, конечно это был книззл, но ведь не бакенеко, которому лет под двести, чтобы вести себя так. Необычное животное все же заинтересовало аякаши, потому как то, что тот срыгнул, отдавало миазмами. То есть котяра тут не просто так ошивался.

Женщина поманила животное, и то, как ни странно, легко далось в руки, наглой мордой утонув в обширной груди японского демона.

– Знаешь, котик, для обычного ты слишком уж наглый. Вот бы еще разговаривать мог.

Когда кицунэ покинула лес, то к этому времени ее догнали авроры под заклинаниями ускорения. Один из них, Лайонс, уже помогал раненому мальчику. Хотя там всего-лишь синяк, но проверить ребра на предмет трещин все равно стоило.

– Не знаю, чего хотела добиться Тень, но она уже смылась, – лисица нервно дернула одним из хвостов.

После опроса свидетелей, маги пришли к необычному выводу: покушение на Малфоя. Потому что появление Тени совпало с необычным поведением гриффона, а на боку у того обнаружилось пятно выжженной шерсти. На счастье, у следователей хватило ума не вешать все на и так пострадавшего самца или предъявлять Хагриду претензии о некомпетентности как преподавателя. Как и Драко сам понимал, что виновата тут эта непонятная Тень.

– Мисс Чисато, – к кицунэ подошла Гермиона. – Можно я заберу своего Чешира?

– О, так это твой книззл?

Девочка кивнула.

– Умный у тебя котик. Я бы даже сказала – наглый.

***

Собрание учителей и авроров в кабинете Дамблдора стало уже традицией. Обсуждалась странность в поведении противника. Весь прошлый год она охотилась за Поттером, а теперь переключилась на Малфоя. И как раз в этот момент из камина появился Локхарт с Сильвией. Директор дал блондину разрешение на прохождение через сеть в экстренных случаях. Маг был несколько бит и растрепан, но выглядел относительно нормально.

– Тень и беглецы из Азкабана работают вместе, – огорошил он новостью сразу после короткого приветствия.

– Уверен?

– Видел своими глазами. Они как раз прятались на магловском курорте. Австрийские авроры сейчас там проводят чистку, снимая массовый “Империус” и подчищая память. Если бы не моя очаровательная спутница, я сейчас был бы мертв и не смог доставить все плохие новости.

– А есть еще хуже? – поморщился Флитвик.

– Они пытаются, судя по всему, восстановить Реддла из осколков души, – покачал головой Гилдерой. – По крайней мере, он уже не выглядит как призрак.

– Час от часу не легче. Мы это предполагали, но до последнего надеялись, что ошибались.

– Думаете, они сейчас где-нибудь в том районе?

– Сомневаюсь, – пробасил Грюм. – Проклятье, – он стукнул по столу.

Локхарт склонил голову:

– Простите. Я, видимо, слишком сильно подрастерял навыки.

– Не бери в голову, мой мальчик, – успокоил мужчину Дамблдор. – Никто и не думал, что они будут действовать так нагло.

– Тем более мы не засекали пересечения границы с помощью магии. Чертова Тень, чтоб ее подняло и расплющило.

Глава пятая. Обнажая страхи.

С того события прошла пара дней. И даже вполне себе спокойных. С поправкой на то, что это магическая школа. Кто-то пытался катить бочку на Хагрида, мол, тот привел опасных животных В ответ сам Малфой сухо заявил, что, вообще-то, никто не застрахован от несчастных случаев. О том, что это, вероятно, было покушение – пока не распространялись.

И вот, наконец-то, настало время ЗОТИ у гриффиндорцев. Дети прибыли в класс и принялись тут располагаться, с любопытством осматриваясь. Каждый год его внешний вид кардинально менялся. Сначала он отдавал восточными мотивами, потом – чувствовался легкий чопорный английский дух. Теперь же – что-то настораживающе-серьезное. Как, в целом, и ситуация вокруг. Новый учитель сразу же задавал тон, что будет готовить их больше к практике, а не теории.

Так и вышло, когда мужчина в слегка потрепанной, но добротной мантии, положил на стол видавший виды портфель. Он пробежался глазами по журналу, просмотрел изученные заклинания, а после сказал убрать все, кроме палочек и проследовать в комнату для практических занятий.

Там обнаружился Пиввз, который готовил очередную пакость, намереваясь засунуть жвачку в замочную скважину. Однако стоило ему заметить вошедших, он с визгом рванул из помещения. Римус с удивлением поднял бровь:

– Чего это с ним?

– Так он в первый наш год обучения тут некоторым молодым онмёдзи не в духе пару раз попал, – со смехом произнес Рон.

– Сколько без движения тогда проторчал? – задумчиво произнес Гарри. – Месяца два?

– Четыре, – сказал Хитоши. – Он в том году меня пытался как-то подонимать.

– Ну вы даете, – только и мог ответить Люпин.

Однако тренировочная комната оказалась не пустующей. Тут Аяно гоняла пару взрослых мужчин: Снейпа и Лайонса. Те пытались вдвоем прижать пожилую волшебницу, но, хоть и не так легко, как Чисато, онмёдзи без сильных проблем парировала заклинания нагинатой, за лезвием которой тянулся легкий шлейф из снежинок.

Заметив пришедших учеников, те закончили свой бой. Джейк откланялся сразу же, за Хошино как раз зашли, а зельевар – остался.

– Римус, решил в первый же день попугать учеников? – мужчина протянул руку для пожатия.

– Хотел бы – сразу же отвел на твой склад, – ответил Люпин на приветствие.

– Ладно, не буду смущать. А то некоторые при виде меня забывают, как правильно дышать, так что делают глупейшие ошибки в простейших зельях, – Снейп зыркнул на пару гриффиндорцев, что тут же втянули головы, а после просто удалился вслед за остальными ушедшими.

Профессор подвел группу к обычному шкафу. Вот только чем ближе к нему подходили, тем сильнее кричали инстинкты об опасности. Внутри находилось нечто потустороннее. Проходившие дополнительные занятия резко напряглись.

– Не надо бояться, там всего-лишь боггарт, – успокоил Люпин.

Хотя это ему так казалось, ибо этих созданий опасались из-за предрассудков. Многие верили, что они накликивают беду, но на деле лишь отражают страхи. Причем даже не самые потаенные, а те, которые были ближе к поверхности. Но Гарри с товарищами все же расслабились. С ними их уже знакомили в прошлом году.

– Мы будем отрабатывать “Ридикулус”, профессор? – поинтересовалась Гермиона.

– Да, – кивнул Люпин. – А вы уже знаете это заклинание?

– Только те, кто ходит на дополнительные.

– Хорошо, тогда вы мне и поможете. Мистер Уизли, давайте начнем с Вас.

Рон подошел к шкафу, дверца которого тут же распахнулась. Из мрачной глубины потянулись щупальца тьмы, а после вырвался гигантский паук, который тут же заполучил ролики на каждую лапу после заклинания. Пергамент с неудачной оценкой Гермионы разлетелся в виде конфетти. Зомби Джун упал лицом в торт. Японская кукла от Хитоши получила голову в виде воздушного шарика.

Настало время Невилла. Группа уже была готова к появлению Снейпа и облачению того в наряд госпожи Августы, но в этот раз все пошло не так. Из шкафа показалась грязная рука с длинными ногтями. Она ухватилась за боковину и вытащила на свет человека. Очень знакомого многим по статьям в газетах: Беллатриса Лестрейндж, какой ее фотографировали в момент отправки в Азкабан. Грязная женщина со спутанными волосами и безумными глазами.

Вот только вместо “Редикулуса”, в боггарта полетело боевое заклинание. И еще одно. И еще. Взор Невилла затянула пелена ненависти. Он швырялся чарами в существо, не причиняя тому заметного урона. Ситуация начинала становиться опасной, так что мальчика сбили Рон с Хитоши, а Гарри выскочил перед боггартом. Тот сменил вид на трухлявого бревна в виде человека, что было изгрызенные термитами.

Практика уже с остальными продолжилась, но настроение в целом упало. Ученики отрабатывали заклинание, но без того задора, с каким все началось.

– Давно? – Гарри выудил из тени успокоительное. За прошлый год та немного увеличилась, но не так сильно, как за первый, а работать с ней стало проще.

– С момента их побега. Думал, что смог справиться, – мальчика била крупная дрожь.

– Простите, ребятки, – подошел Римус. – Если бы я знал…

– Это не Ваша вина, профессор. Я… – Невилл замолчал, не зная, что и добавить.

– Это, конечно, не исправит положение, но поможет отвлечься. Сегодня жду всех на дополнительные занятия. Будем изучать Патронус.

***

Сбор всех учащихся на спецподготовке прошел после шести. Малфой заметил, что Лонгботтом был какой-то хмурый.

– Что-то случилось?

– Боггарт.

– Разве профессор Снейп в той шубке и лисьем манто выглядит слишком страшно? – поднял бровь слизеринец.

– Все куда хуже. Вместо него появилась Беллатриса. и Невилл сорвался, – покачал головой Гарри. – Бабушка уже обещала сместить акцент на медитацию, но… Боюсь, нас ждет тяжелый год. Все-таки, у него это совпало с переходным возрастом.

– Говоришь прямо как взрослый, а не ребенок тех же лет, – ухмыльнулся блондин.

– О, гормоны и мне на мозги скоро начнут давить, не беспокойся.

– Да тебе-то что – Дженна однозначно поможет справиться со сбросом “давления”.

Покрасневший как рак Гарри злобно зыркнул на слизеринца.

– Завидуй молча, – буркнул мальчик.

Патронуса решили тренировать все на тех же боггартах. Заставить их превратиться в дементоров было несложно, тем более тут помогла фея, которая прилетела вместе с Поттером. Чуда, конечно, не случилось, и никто не призвал полноценного Патронуса. Хотя с другой стороны то, что им удавалось создать волну позитивной энергии – радовало. Выделился Малфой, что уже знал эти чары.

Однако все пошло куда веселее, когда Римус предложил продемонстрировать аналог этого заклинания из японской школы. Бедный боггарт не понял, что происходит, когда его окружило восемь талисманов, создавая многоугольник, что засиял мягким белым светом. Конечно, существо от этого не пострадало, но очень сильно ослабло, так что с визгом рвануло в спасительный шкаф.

– “Восемь врат”? – удивился Малфой. – Так вот как этот барьер выглядит со стороны.

– Значит, помнишь? – кивнул Гарри. – А, с помощью этого заклинания я изгонял из Драко ошметок Реддла, – ответил на немой вопрос Люпина мальчик.

Римус от удивления не знал, что и сказать.

***

Невилл не мог уснуть после произошедшего. Перед его глазами вставали ненавистные Лестрейнджи, а после – лица родителей, что теперь заперты в Мунго. Под действием Круцио они впали в безумие. Хоть сейчас чета Лонгботтомов была тихой и спокойной, но их разум продолжал быть запертым где-то в глубине.

Волны ненависти накатывали все сильнее и сильнее. Исправит ли что-то убийство этих Пожирателей? Вряд ли. Поможет ли месть избавиться от этого противного чувства? Не факт. Но сделает ли это Невилл, если представится возможность? Однозначно.

Мальчик понимал, что хотела бабушка. Становиться убийцей, какие ни были бы причины – не принесет ничего хорошего. Однако это одна точка зрения. Японцы тут придерживались иного мнения. Да, убийство это плохо. Но месть – святое. К сожалению или к счастью, семья Хошино с презрением относилась к риторике, что процветала после “Войны На Море”, когда люди впали в откровенное морализаторство.

Глава шестая. Убийство во благо.

Конец октября стал для некоторых третьекурсников спасением. А именно для группы с дополнительными занятиями, которых гоняли сильнее всего. Но хуже всех было двоим. Гарри маялся с его квиддичем, который никто не отменял, а Вуд будто с цепи сорвался. Парень хотел закончить школу, отметившись победой в соревнованиях. Второй же была Гермиона.

Случилось это где-то на третьей неделе. Профессор Вектор объясняла принципы рунического разложения и основы чисел, имеющие магическое значение, как услышала грохот. Одна из учениц, Грейнджер, свалилась со стула без видимых на то причин.

Но подбежавшая учитель обнаружила, что ее ученица буквально пылает и тяжело дышит. А еще прослеживались признаки серьезного магического истощения. Девочку требовалось срочно транспортировать в медпункт.

– Сенсей, позвольте, – обратился Хошино. – Я знаю, что с ней. И могу помочь облегчить симптомы.

– Уверен?

– Да. Эта техника применяется в нашей семье, но, видимо, бабушка или Чисато ее обучили, – мальчик вздохнул. – И она не справляется.

– Тогда действуй, – кивнула Вектор.

Гриффиндорец повернулся к сестре. Та подошла, и близнецы стали с двух сторон от Гермионы. Достав по талисману, дети приложили их ко лбу и, закрыв глаза, принялись нашептывать заклинание на японском. Потом опустились на колени и синхронно коснулись полосками бумаги с символами до Грейнджер. Тело той засветилось, и послышался звук бьющегося стекла.

Когда же все кончилось, дыхание брюнетки выровнялось, а цвет лица начал приходить в норму. Но просыпаться явно не собиралась, потому как обморок перешел в глубокий сон.

– Значит, оригинал был тут. Ой, как удивятся остальные, – хихикнула Джун.

***

Когда же пострадавшую транспортировали в медпункт и занятие окончилось, Вектор, снедаемая любопытством, попросила близнецов Хошино остаться.

– Если не секрет, что это было?

– Ну… – брат с сестрой посмотрели друг на друга, а после повернулись к учителю. – Не то, чтобы эта техника была секретной, – Хитоши почесал нос. – Она называется “Бункацу Нингуёцукай”. “Разделенный Кукловод” – это если по-английски. Суть такова, что заклинатель создает свои копии и управляет ими как своим телом. Но есть пара серьезных минусов: большая нагрузка на мозг и отсутствие магии у клонов. С другой стороны все, что те видят или слышат – узнает и сам заклинатель.

– То есть вы хотите сказать, что мисс Грейнджер единовременно присутствовала на всех занятиях разом?

– Да. Мне даже интересно, как отреагировали остальные, когда у них посреди занятий пропала ученица, – Джун пожала плечами.

– Хм… Ладно, можете идти, – Вектор задумалась насчет произошедшего. Грейнджер была перспективной девочкой, так что если той придется все же окончательно решить, какие занятия посещать, то учитель не отдаст ее никому.

***

Ближе к вечеру Гермиона открыла глаза, уставившись в потолок. В лазарете она не отмечалась слишком часто и надолго, так что не сразу поняла, где находится. Тело было неестественно тяжелым, а в голове, казалось, Снейп сварил штук сто зелий единовременно, обстоятельно перемешивая каждое.

– Мион, сказать, что ты – самонадеянная дура или пожалеть? - раздался голос Гарри сбоку.

Девочка с трудом повернулась в сторону говорившего. Поттер сидел на стуле и внимательно читал какую-то книгу. Мальчик достал закладку и отложил чтиво в сторону, молча уставившись на Гермиону. Та смутилась и опустила глаза, потому что отворачиваться было бы долго и больно.

– Ответь мне, подруга, чем ты думала? Бабушка ведь должна была тебя предупредить, что эта техника опасна.

Гриффиндорка даже и не знала, что сказать. Она жаждала знаний. Любых. Хотя так для себя и не решила – для чего. Девочка никак не могла выбрать в каком мире ей нравилось больше. Будет ли она и дальше продолжать жить магией или пойдет по стопам родителей.

– Мион, я не хочу тебя отчитывать. С этим справятся наставники, – мальчик облокотился на колени. – Но подумай вот о чем: ты ходишь на кучу занятий, как обязательных, так и дополнительных. Выматываешь себя до потери сознания. Зачем? – он пристально посмотрел в глаза девочке.

– Я…

– Подожди, дай закончить. У тебя есть еще шанс соскочить с грядущего безумия, в отличие от нас. Смотри, – Поттер начал загибать пальцы, – я и Невилл – дети пророчества, как бы мы не пытались отвертеться. Джун и Хитоши просто так не отстанут от меня. Джинни пострадала от рук Реддла и Тени. И хоть Чисато сказала, что все в порядке, ее тренировки совершенно отличаются от наших. Ее братья сами согласились помочь сестре. Малфой вляпался еще на первом году. В этом уравнении лишь ты пока не попала под раздачу.

Девочка захлопала глазами. Гарри пытается… бросить ее? Оставить позади? Да как он?..

– Да я… Да ты… Дурак, – выдохнула она. – Думаешь, я брошу вас после всего, что было? Да, мне не пришлось в полной мере ощутить то, что пережили некоторые из вас. Хотя напомню, что на первом году чуть не погибла от лап тролля. Но и не надейтесь, что сможете от меня избавиться.

Ее речь окончилась хлопками от входа. МакГонагалл, слегка улыбался, подошла к кровати.

– Отличные слова, юная мисс, достойные любого гриффиндорца. Однако, – лицо декана стало серьезным, – нам пора все-таки пересмотреть Ваше расписание, чтобы ко мне не прибегали перепуганные преподаватели, сообщая о том, что их ученица испарилась посреди занятия.

– Я… понимаю, – вздохнула девочка. Все-таки придется кое-что потом самостоятельно изучать. Хотя от “Прорицания” и “Магловедения” можно вполне легко отказаться. К первому у нее не было таланта, как и озвучила тогда Трелони, а второе – просто смех. Почему-то учитель был уверен, что немаги застряли на уровне развития где-то в конце девятнадцатого-начале двадцатых веков. Когда же Гарри и МакГонагалл оставили девочку, та вновь уснула, но в этот раз со спокойной душой, не боясь опоздать на следующее занятие.

К началу сезона посещения Хогсмида Грейнджер все-таки пришлось побегать достаточно много. Требовалось окончательно решить, какие занятия она будет посещать, свести расписание, перебрать подготовленную литературу… Короче, дел было невпроворот, так что просто выходной, когда можно было посмотреть на разные диковинки и посидеть с друзьями в местной таверне были как манна небесная.

***

Утро тридцать первого октября не предвещало беды. Погода была ясной, а солнце пока еще приятно грело. Хотя мантии потеплее одеть стоило. Дети веселой гурьбой высыпали на крыльцо, готовясь отправиться в Хогсмид. Эта деревня была поселением магов. Близость к Хогвартсу превратила ее в торговую зону, потому как ученикам всегда нужны были новые письменные принадлежности, сладости, развлечения.

После пары часов разглядывания витрин, покупок разных конфет и нужных мелочей, Фред и Джордж затащили друзей в паб “Три метлы”, где любили попивать горячее сливочное пиво.

***

Беллатриса шипела под нос по поводу умственных наклонностей некоторых недалеких контрабандистов. Это ж надо было устроить встречу в Хогсмиде. Благо, она с мужем были сейчас под оборотным зельем, но… Тут же под боком старый Дамби и шныряют дементоры!

Пройдя до указанного места, чета без задней мысли под звон колокольчика зашла в помещение. И в это время Лестрейнджи почувствовали теплый поток воздуха, а вместе с ним как с них спадает действие зелья…

***

– Есть отклик в Хогсмиде! “Три метлы! – аврор подскочил на стуле. – Развеяна оборотка!

Команда дежуривших в школе бойцов тут же подорвалась с мест.

– Свяжитесь с Чисато, срочно. Нам нужна переброска.

***

Невилл повернул голову на звук колокольчика. И застыл. Здесь, в светлом и приветливом помещении он встретил свой кошмар во плоти. Они были не настолько отвратительны, как на фотографии, но это ничего не значило.

– Лестрейнджи… – через зубы прошипел парнишка.

Остальные посмотрели на пару. Паника в пабе началась подобно обвалу. Сначала один посетитель вскрикнул, потом еще один и еще, пока помещение не охватила волна ужаса перед двумя Пожирателями. В свою очередь пара пребывала в легком ступоре. Как? В Хогсмиде ж отродясь не стояло никаких защит и заклинаний, что могли отменить оборотное зелье. Но думать об этом сейчас некогда. Нужно срочно… И взгляды приспешников Темного Лорда пересеклись с Лонгботтомом и Поттером.

– Бомбардо, – вскинул палочку Родольфус.

Взрыв пробил стену недалеко от кампании детей. Булыжник угодил не успевшему пригнуться Рону в голову, вырубая парнишку. Но ему еще повезло, потому что пару посетителей завалило обломками, а еще одному, что оказался близко к заклинанию, оторвало руку.

Лестрейнджи рванули из паба, намереваясь трансгрессировать, но у них ничего не вышло: защитное поле, что прикрывало школу, еще в прошлом году было растянуто и на деревню.

– Добби, – крикнул в пустоту Поттер.

– Да, хозяин Гарри, – домовик материализовался у мальчика за спиной.

– Срочно, Рона в лазарет. Потом вернешься, поможешь перебросить других посетителей.

– Слушаюсь, – эльф испарился вместе с раненым.

– Так, давайте поможем пострадавшим, – произнес гриффиндорец. – Невилл, мне нужна… Невилл?

Парнишка огляделся в поисках друга. Но того не оказалось рядом.

– Куда он… Черт! Надо его остановить!

***

В момент, когда Пожиратели выбежали на улицу, Лонгботтом бросился за ними. У мальчишки не было даже намека на план, но те, кто пытал его родителей были здесь, только руку протяни. И он не собирался их отпускать.

Родольфус и Беллатриса бежали, расталкивая ничего не понимающих прохожих. Они не могли переместиться с улиц деревни, но барьер явно не накрывал лес, куда они попали до этого. Так что оставалось просто выйти за его пределы. И у них это бы получилось, но пару задержал пронесшийся “Петрификус” рядом с головой Беллы.

Женщина развернулась, чтобы посмотреть на наглеца. Им оказался юнец, который кого-то им напоминал. Кого-то… Похожего на Лонгботтомов. Так это их отпрыск. “Чудненько,” – пронеслось в голове у миссис Лестрейндж.

– Добыча сама бежит к нам в руки, – расхохоталась она. – Смотри, дорогой, это же отпрыск Лонгботтомов.

– Замечательно. Но нам сейчас не до него, – бросил Родольфус. Он понимал, что если тут есть что-то, что снимает оборотное зелье и стоит барьер, значит должна появиться и охрана. А убить юнца можно потом.

– Нет уж, я здесь и сейчас прибью щенка во имя Темного Лорда! – прервала Белла мысли мужа. – Авада…

Джун успела в последний момент. Когда Гарри заметил, что их друг пропал, он с близнецами рванул на его поиски, оставив Уизли и Грейнджер помогать раненым и дожидаться Добби. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто являлся целью парнишки. А найти беглецов можно было по явному следу из удивленных магов.

Японка призвала Момо и направила кицунэ в сторону темной волшебницы. Лисица вцепилась в руку Беллатрисы, прокусывая ту прямо до кости. Женщина взвыла как дурная.

Мужчина вновь достал палочку, наводя на детей, но Гарри успел бросить в противника “Экспеллиармус”, вынуждая того уйти в защиту. Бой был непродолжительный, но яростный. Детей было больше, но на стороне Родольфуса – опыт.

В какой-то момент волшебнице удалось сбросить Момо, так что у той в пасти остались окровавленные куски плоти. Но именно сейчас подоспели авроры с Чисато. Пожиратели рванули к лесу, а между ними и магами стала материализовываться Тень, спасая своих приспешников.

Когда до границы барьера оставались считанные сантиметры, Невилл, ведомый жаждой мести, метнул заклинанием ветку. Та беспрепятственно прошла через сгусток тьмы и угодила Лестрейнджу в спину ровно в момент, когда Пожиратели начали трансгрессию. Кусок дерева попал равно в сердце, вылезая спереди меж ребер.

Тело рухнуло в листву, проехав по земле еще пару метров по инерции. Невилл, смотря на результат своих действий. Он смог это сделать. Он смог отомстить. Но почему месть не приносит радости? Лишь мерзкое чувство, будто сунул руки ведро с кровью?

Тень исчезла так же быстро, как и появилась. Ей здесь делать нечего, а вступать в бесполезную конфронтацию – опасно. Она и так лишилась одного помощника.

***

Августа прибыла в школу примерно через час после произошедшего. К тому моменту основные процедуры были проведены. Родольфус Лестрейндж – мертв. Это констатировали и прибывшие авроры, и штатный колдомедик Мунго, дежуривший в школе. Ее внук, к огромному счастью волшебницы, был признан невиновным. Конечно, при желании, могли подвязать превышение самообороны, но действие мальчика списали на последствия аффекта.

– Альбус, ты обещал защищать детей, – вместо приветствия набросилась на директора женщина.

– И тебе здравствуй, Августа, – устало произнес мужчина. – Я все понимаю, но я не вездесущ. И не уточняю планы перемещения беглых преступников, – посмотрел он с укором.

Миссис Лонгботтом продолжала сверлить Дамблдора взглядом, а после тяжело вздохнула.

– Прости. Я… Я боюсь потерять и Невилла.

– Я все понимаю.

– Ты не думаешь закрыть школу? – тяжело опустилась в кресло Августа.

– Пытался. Но это порождает новые пророчества. Причем не самые позитивные в лучшем случае.

– Простите, – привлек к себе внимание Невилл, что все это время сидел перед камином и гладил Фоукса, – можно спросить?

– Конечно, мальчик мой.

– Бабушка, мы можем поехать к маме с папой? Я… Я хочу их увидеть. Пожалуйста.

Августа и Альбус переглянулись. Директор кивнул:

– Думаю, несколько дней покоя с родными будут лучшим лекарством. Сейчас ему не стоит появляться в школе.

– Хорошо, тогда мы сейчас же отправляемся.

***

В психиатрическом отделении Мунго стояла тишина и спокойствие. Буйных больных обычно держали в дальней части и почти все время под зельями или заклинаниями. Чета Лонгботтомов была из “тихих”. Персонал удивился, когда миссис Лонгботтом с внуком решили их навестить посреди учебного года. Нет, матриарх и так здесь появлялась довольно часто, но вот мальчик сейчас должен был быть в школе. И он выглядел куда печальней обычного.

Юный гриффиндорец посмотрел в пустые лица родителей. Они стали такими после пыток Лестрейнджей. И сегодня он собственными руками убил одного из палачей. Но тогда почему?.. Почему он не счастлив? Почему ему кажется, что на руках – кровь, которую не мог отмыть, как бы ни старался?

***

Она лежала/он сидел в огромном бескрайнем море, которому не было конца и края, а сверху нависала беззвездная чернота. Ей/ему надо продолжать держаться или жертва его/ее станет напрасной. Они убили Френка/Алису и пытаются выведать у его/ее, где спрятан сын. Вокруг то и дело всплывали образы, видения. И на всех – Лестрейнджи, что раз за разом применяют “Круциатус”.

Где-то между осколками памяти протиснулся серо-черный кот. Он шел по поверхности воды, даже не моча лапы. Сев неподалеку от нее/него, вторженец мяукнул. Потом еще раз. И еще. Звук отражался от невидимых стен, нарастая, сливаясь в слово “Просыпайся”. Теперь оно эхом раздавалось отовсюду.

Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся.

Просыпайся.

Она схватилась/он схватился за голову. Просыпайся. Звук был нестерпим. Просыпайся. Жег по нервам куда сильнее пыточного заклинания. Просыпайся. Хотелось, чтобы он прекратился. Просыпайся. Для этого надо… проснуться и наконец-то плюнуть палачам в лицо.

Она попыталась/он попытался встать. Но вода не желала отпускать свою добычу. Раз за разом. Сантиметр за сантиметром. От ее/его трепыханий мир начал хрустеть и трещать. Пока в один прекрасный момент не осыпался со звоном стекла.

***

Зрение Алисы восстанавливалось туго. Но, как ни странно, боли не было. Ни криков, ни побоев. Ничего. Хотя нет. Рядом кто-то горько плакал. Она подняла затуманенный взор. Окружавшие стены смутно походили на те, что за свою карьеру наблюдала в Мунго, попадая с мужем во всякие передряги. А перед ней – мальчик, по щекам которого текли слезы.

Женщина повернула голову и встретила взгляд удивленного мужа. Живого и здорового. Пара вновь обратила внимание на юнца. В его лице было такое… такое… родное. Будто они видели частично себя со стороны. Понимание пришло резко, будто обухом по голове.

– Сынок… – чета Лонгботтомов обняла повзрослевшего сына и разрыдалась.

Глава седьмая. О правильности и различиях в воспитании.

Весть о том, что чета Лонгботтомов пришла в себя, разнеслась быстро. В частности, верхушка Ордена была в курсе уже через полчаса. Ровно столько понадобилось колдомедикам и приглашенному маглоаскому психологу из числа исключений из закона для первичного обследования и вынесения первоначального заключения: муж и жена были в здравом уме и твердой памяти. Конечно, требовались еще проверки, но ни у кого сомнений не возникало насчет этих магов.

Спустя примерно неделю, когда, наконец-то, их выписали, Алиса и Френк потребовали встречи с директором и теми японцами, что науськали их сына. Невилл еще хандрил, но радость о выздоровлении родителей вытеснила негативные эмоции. Лишь редкие кошмары мучали парня. Не такие частые, как могло быть, но все же.

Встречу решено было провести все в том же многострадальном кабинете, где их не потревожат. Если, конечно, опять не пойдет все кувырком. И именно на этой неделе чуть ранее начата реконфигурация антитрансгрессионного поля и создать безопасные точки для быстрого перемещения внутри школы и на прилегающей территории. Авроры, которые уже устали попадать в зоны ЧП в последний момент, высказали свое недовольство. Они тут прибыли пресекать опасности, а не только разгребать последствия.

Это событие в свою очередь повлекло за собой то, что Аяно вновь пришлось накачиваться маной, как в прошлом году. Только в отличие от того случая, расход ожидался хоть и большим, но плавным, так что Чисато постоянно поддерживала нужный уровень энергии.

И не удивительно, что на встречу Хошино пришла в своей молодой версии, чем немало удивила Лонгботтомов.

– Альбус, – Августа скрипнула зубами, – я просила прийти ту, кто надоумил моего внука, а не кого-то из ее клана. Тем более столь юную…

– Знаешь что, соплячка, – в таком состоянии Аяно частично возвращалась к характеру себя-молодой и не стеснялась излагать мысли так, как это делала в бытность начинающей онмёдзи, – ты бы внимательней выбирала слова. Вы искали Хошино Аяно – вот она я.

– Да ты… Да я… Да как ты смеешь так общаться со старшими! – задохнулась от возмущения старшая Лонгботтом.

– Августа, успокойся, – устало потер лоб Дамблдор. – И прежде, чем продолжишь, Аяно, к твоему сведению, старше меня.

– Альбус-кун, как неприлично обсуждать возраст девушки…

– Аяно-сан, прошу, соберитесь. Вопрос серьезный.

Алиса с Френком переглянулись, не до конца понимая происходящего, но после короткого кивка женщина взяла слово.

– Мисс Хошино, я понимаю различия культур и особенностей воспитания, но по вашему наставлению наш сын совершил непростительное и расколол свою душу…

Старая японка в молодом облике вздохнула. С нее слетел налет детскости, моментально обнажив истинный возраст, несмотря на вид.

– И это мне говорит охотник на темных магов, аврор. Милочка, ты серьезно? Нет, не отвечай. Лучше скажи мне, парень, – она кинула взгляд на Невилла, который тихо сидел в углу с Фоуксом, что опять подсел к мальчику, – что чувствуешь и думаешь ты?

– Ему еще тринадцать лет! – возмутилась Августа.

– Ему УЖЕ тринадцать лет, – спокойно ответила Аяно. – В мое время этого было достаточно, чтобы иметь одного, а то и двух детей. Ну так что?

Гриффиндорец молчал. Понадобилось пара минут, чтобы он, наконец, заговорил:

– Я… я думал, что месть принесет облегчение. Но когда он умер, я ничего не почувствовал, кроме пустоты, – мальчик говорил тихо, но уверенно. – Когда бабушка привезла в больницу, глядя в пустые лица родителей, я просто не знал, что делать. Мне казалось, что руки покрыты несмывающейся кровью, – громкость голоса юнца нарастала с каждым словом. – Но когда мама и папа пришли в себя, я подумал: “А может это было не зря?”. И после всех этих дней сожалений решил: я не горжусь своим поступком. Но и не сожалею о нем. Я помню, о чем Вы тогда говорили, учитель Хошино. И эти слова теперь понимаю и принимаю. Теперь я понял, какую ношу на себе несет Гарри. И согласен помочь ему в нелегком пути окончательно и бесповоротно, – закончил Невилл твердо и уверенно.

– Слова не мальчика, но мужа.

– Дорогой? – Алиса удивилась реплике Френка.

– Что “дорогой”? Напомнить, что мы сами авроры, хоть теперь и бывшие? Да, мы поучаствовали в малом количестве операций, но все же. И хочу еще напомнить, милая, что присоединиться к аврорату мы решили примерно в его возрасте.

– Но… Я хотела…

– Знаю. Мы пропустили слишком много в жизни нашего сына. Но давай поможем ему стать лучше, раз есть такая возможность.

На какое-то время присутствующие замолчали. На лице директора отразилась какая-то внутренняя борьба, но все же он решил что-то.

– Знаешь, Невилл, – начал старый маг. – Говорят, что убийство раскалывает душу. Отчасти это верно, но только отчасти. Оно пятнает – да. Но иногда нам приходится принимать нелегкие решения, дабы спасти больше жизней. Мир не делится на “черное” и “белое” – это огромная палитра, состоящая из оттенков серого. Тебе не повезло увидеть это все в столь юном возрасте. И еще, – Дамблдор саркастически ухмыльнулся, – наш “министр магии” хочет наградить тебя за помощь с делом по сбежавшим заключенным.

– Но мне не…

– Считай это напоминанием о том, что ты сделал и о том, что ты решил.

***

Возвращение Невилла в школу было громким событием. Большая часть слизеринцев его тихо ненавидела. Лестрейнджи, при всех их выкидонах, были чистокровными. И имели связи со многими семьями. Хотя мальчику доставалось и от других факультетов. Часть детей в открытую называла его убийцей.

С другой стороны почти все с Гриффиндора, наоборот, зауважали товарища и старались защитить его от клеветы и нападков. К сожалению, школьная газета не могла справиться с волной слухов и ненависти.

Но Лонгботтом стоически переживал эти события. Тем более в кругу друзей и товарищей было спокойно. В один из ноябрьских вечеров дети собрались вместе, дабы обсудить последние новости. Когда же уроки сделаны, а сплетни – рассказаны, дошла очередь до Гермионы и ее “гениальной” идеи с клонами. Девочка каждый раз отнекивалась, не желая рассказывать, но в этот раз ее достали ехидные улыбки со стороны Поттера и Хошино.

– Ладно, ладно, достали. Я была полной дурой. Вы услышали, что хотели? – надулась гриффиндорка.

– Погоди, - почесал голову Рон, – вообще, о чем речь-то? Я понял, что ты не справилась с каким-то заклинанием и просто исчезла тогда на прорицании. Но так никто не объяснил, в чем проблема.

Гермиона вновь посмотрела на довольную троицу. Помогать никто не хотел, так что ей придется рассказывать самой. Со вздохом, она начала:

– Я попыталась контролировать чары не по силам, которые создавали копии из маны, чтобы ходить на смежные занятия. А что вы хотели? – воскликнула девочка. – Мне интересны все уроки, а выбрать что-то одно не смогла. Никто ж мне не даст в пользование теоретически возможный “маховик времени”.

- -Это ты про исследования Ларами-Лобанова? – поинтересовался Невилл. – Мол, можно создать заклинание или артефакт, что позволит перемещаться по временной шкале, не нарушая событийность?

– Оно самое, – кивнула Грейнджер. – Только все это похоже на полный бред. Слишком удобная вещь, которая может изменить мир по щелчку пальца. Что мешает, скажем, остановить Реддла еще в школьные годы? Или уничтожить Инквизицию в момент зарождения? Будет ли это наша реальность или появится параллельная? Тут попахивает теорией струн, что вытекает из теории относительности Эйнштейна…

– Воу-воу-воу, стоп. Ты вообще о чем, Мион?

– О теориях немагов.

– А они здесь при чем? – непонимающе посмотрела на подругу Джинни.

– Так магия, при всей ее “магичности” подчиняется законам физики, – произнесла Гермиона как само разумеющееся.

– Постой, а этот, как его, – Рон задумался, вспоминая что-то, – теория сохранения энергии, во. Как с ней быть?

– В смысле – как? Она же прекрасно работает. Преобразование маны как энергии. Даже если говорить про трансфигурацию, то нехватку массы мы восполняем, по факту, достаточно твердой иллюзией. Ты чем слушал МакГонагалл?

Окружающие призадумались. Они уже проводили эксперименты с плеером, так что Уизли смог заставить его работать на мане, но если так подумать, стоило глубже покопаться в исследованиях немагов в поисках теорий, что могут стать толчком для застоявшегося в развитии магического сообщества.

Рон же о чем-то слишком крепко задумался, не обращая внимания на продолжившийся разговор. Что-то царапало его разум. Какая-то мысль, что не давала покоя.

– Мана… Энергия… Проводимость…

– Рон, ты чего там бормочешь?

Мальчик не обращал внимания на друзей. Он встал и стал расхаживать, бубня под нос. Потом схватил листок и карандаш и стал что-то вычерчивать и писать.

– Ты что, дружище?

– Вот оно! – наконец-то воскликнул гриффиндорец, поворачиваясь к друзьям. – Мана – это энергия!

– Тоже мне новость, – фыркнула Джун.

– Нет, вы не понимаете. Я совершенно о другом. Кто-нибудь задумывался, почему в насыщенных маной местах не работает электрика?

– Конфликт технологий? – переглянулись друзья.

– Нет и еще раз нет! Я долго копался в магловской технике и изучал их книги. И только сейчас понял: в цепи создается эффект ЭМИ.

– Эффект чего? – не понял Невилл.

– Постой, Рон, – Хитоши потер подбородок, – ты хочешь сказать, что причина именно в избытке энергии?

– Да. Мы зашли совершенно не с той стороны, когда взялись за попытку подсадить плеер на магическую батарею. Надо не питать, а…

– Экранировать, – перебила его Гермиона.

***

Когда на следующий день Драко услышал об этой теории, он расхохотался. Когда же под непонимающими взглядами он утер выступившие слезы и отдышался, то объяснил:

– Нет, идея здравая, но… что вы дальше будете с ней делать? В Англии, да и в Европе в целом, более чем уверен, вы не сможете заинтересовать хоть кого-то значимого. Поверьте, я, как представитель Старейших Семейств знаю о чем говорю. Хотя есть вариант с вашей Японией, Союзом, Китаем и, может, Америкой, – подытожил он. – Хотя знаете, если все же решитесь заняться чем-то таким и начать распространение, я, пожалуй, вложусь в ваше предприятие. Личные сбережения у меня есть.

***

Беллатриса уже давно потеряла счет времени. Все было бессмысленно. Кто бы что ни говорил, но женщина любила мужа. А теперь он – мертв. Чертов мальчишка убил его. Волшебница даже не обращала внимания на правую кисть, над которой хлопотал Питер. Но даже его стараниями рука была потеряна. Без дорогих зелий, доступа к которым у них просто не было, нельзя восстановить поврежденную плоть. И чем дольше тянуть, тем хуже.

Ненавидишь? Раздалось в голове Лестрейндж. Мечтаешь отомстить? Убить? Разорвать? Замучать? Да. Да и еще раз да на все вопросы. Так почему же вы отказались? Я предлагала силу. Такую, что можно сразить всех, кого не должно быть. Но вы отбросили мой дар. Гордость – ненадежный советчик. Я… Предложу еще раз. Я… Сила, сокрушающая всех неправильных. Я… согласна.

Тень хмыкнула. Мир трещал по швам, но шансы все еще были. Наконец она получила своего апостола. Жаль, конечно, что не с ней в финальной битве схлестнется персонаж, дабы отомстить… Ну да ладно, на место этой неуравновешенной можно поставить любого из шайки этих психов. А сейчас главное – это…

Глава восьмая. Тяжело в учении… а в бою еще сложнее.

Когда у военных встает вопрос о тренировках и обучении молодняка в целом, требуется территория, обнесенная высоким забором и колючкой, дабы организовать закрытую зону. И она в первую очередь нужна не для того, чтобы оттуда никто не выходил, а наоборот – никто не мог попасть. И речь идет не о шпионах или диверсантах, а об любопытных гражданских. Но если говорить про магов – тут нужно еще больше скрытности и безопасности, дабы втиснуться в рамки Договора О Неразглашении, который молодежь потихоньку начинала считать пережитком прошлого.

И вот на одной из таких баз, построенных на месте разбомбленной во времена последней магловской войны, готовили молодых авроров. И среди них оказалась пара мужчин, кои хоть и не относились к этой организации, но тоже проходили подготовку наравне с недавними выходцами из Хогвартса.

– В здоровом теле – здоровый дух! – наставник Дженкинс, требовавший называть его мастер-сержантом, проходил перед рядами отжимающихся магов. – Раз-два, жопу не отклячиваем! Да, это тебе, Блэк, который помладше.

Что делать с Регулусом думали долго. Мужчина был замечен в Пожирателях, хоть и не светился в крупных операциях. Опять же, благодаря ему получена информация по крестражам Реддла, которого маг тихо ненавидил, узнав, что творит его кумир. С другой стороны общественность может не принять его оправдание.

На помощь пришел Сириус. Тот собирался восстановить форму и вернуться в состав Ордена, дабы в будущем противостоять воскрешенному Лорду. Как ни пытались предотвратить это авроры – пророчество будет исполнено. Так что маги решили, что если нельзя остановить, то надо быть готовыми к последствиям.

И поэтому обоих Блэков отправили на одну из таких баз проходить стандартную подготовку. Мужчины думали, что будут тренировать заклинания, но каково же было их удивление, что их начали гонять как магловских солдат.

Лерой Дженкинс был аврором в возрасте, сопоставимым с Грюмом. А по отвратительности характера сложно было сказать, кто хуже. Единственное, что их разнило, так это целостность тушки первого: множество шрамов на теле и один – на лице через переносицу.

Именно его он называл главной своей ошибкой: когда еще молодой маг решил, что умнее всех, бросился на раненого оборотня. Вот только не учел, что эти существа становятся в таком состоянии еще опаснее. Тогда ему не хватило выносливости, и если бы не подоспевшее подкрепление – парня вряд ли опознали по тому, что от него мог оставить вервольф.

С того дня волшебник всерьез занялся физической подготовкой, взяв за основу армейский вариант маглов. Когда же он убедился в правильности методов и стал инструктором, начал повсеместно прививать эту практику.

Потная и злая молодежь выполняла упражнения, бегала по полосе препятствий и буквально купалась в грязи и лившихся изо рта Дженкинса оскорблениях. Естественно, те тренировали более сложные заклинания, развивали магические ядра и все в таком духе, но в первую очередь маг вбивал в их головы, что либо ты вынослив и силен физически, либо мертв.

– Так, девочки, еще двадцать отжиманий, – гаркнул Лерой. – Потом можете поблагодарить младшего Блэка за дополнительное развлечение.

С носа Регулуса капал пот. Уже который раз гордый сын одной из Старейших Семейств выставлялся каким-то простолюдином на посмешище. Он уже обдумывал очередной план мести, когда услышал сбоку голос брата:

– Успокойся. Помни, зачем мы здесь.

Сириуса как будто подменили, когда тот прибыл в это место. Некогда веселый и импульсивный раздолбай сейчас молча сносил ругательства и тяготы обучения. Нет, он продолжал шутить в свободное время, но именно на тренировках проявлял максимальную концентрацию.

С момента их приезда прошло больше полугода. Мужчины поднабрали форму. Им было еще далеко до прошедших полный комплекс, но знания магов были несколько специфичными. А именно склонность к боевым заклинаниям, рассчитанным на нанесение максимальных увечий. Это культивировалось в семействе Блэков веками.

***

Сириус продолжал отжиматься, вспоминая недавние события. Когда произошел побег, маг хотел было отправиться в Хогвартс, дабы защищать крестника, но получил жесткий отказ.

– Как Вы не понимаете! Он – единственное, что осталось от моих друзей! – старший Блэк врезал по столу.

Дженкинс тяжело вздохнул, смотря на мужчину. Хоть он и был приписан к этой “учебке”, но не являлся непосредственным подчиненным. Все договоренности как-то прописывались через Дамблдора и Грюма. Маг не вдавался в подробности, но покидать без разрешения старшего по званию территорию базы Сириус не мог.

– Хорошо. Одно условие, – волшебник поднял палец, – выстоишь против меня пять минут – вперед. Держать не буду. Потому что там сейчас бойцы, что умеют и знают, как работать. Ты же – “зеленый” новичок, просидевший одиннадцать лет в тюрьме.

– Да как Вы!..

– Стой, я не оскорбляю, а констатирую факт. Столько времени без тренировок и с плохим питанием подорвали твое здоровье и навыки. Сейчас мы более менее их поправили, но на уровень недавних выпускников Хога.

– Но ведь Лестрейнджи тоже столько просидели! – не унимался Блэк.

– Да. Но тут вообще какая-то чертовщина произошла: заключенные просто растворились в своих камерах. Плюс Дамблдор считает, что поработала непонятная Тень. Знакомые, работающие в школе рассказывали – от этой дряни можно ждать чего угодно. А им я склонен верить.

– Значит, пять минут?

– Прошу на арену.

***

Весть о том, что Дженкинса вызвал старший Блэк, разлетелась по базе моментально. На тренировочную площадку, окруженную множеством барьеров, чтобы шальное заклинание не попало в случайного прохожего, прозванную ареной, моментально стянулись все свободные в данный момент маги.

Ушлый парнишка, Алекс Райан, которому недавно стукнуло двадцать два, сразу же принялся принимать ставки. О том, что Лероя уделают – речи и не было. Зато сколько продержится выскочка – пошли спекуляции. Время разнилось от пяти секунд до пары минут. “Пять минут” – это один из любимых способов мастер-сержанта приструнить молодняк.

Выйдя на центр площадки, маги выполнили стандартное приветствие и встали в стойку. Сириус оценивающе осматривал оппонента. Тот выглядел расслабленным, но это ничего не значило. И еще он пока не спешил нападать.

– Экспеллиармус, – Блэк решил прощупать противника, но тот молча взмахнул палочкой, отбивая заклинание невербальным “Протего” прямо в атаковавшего. Маг едва смог уклониться от своих же чар.

Следующие “Петрификус”, “Депульсо” и “Флипендо” были отбиты, либо пролетели мимо. Сириус начал злиться, посылая одно за другим заклинание, но противник скучающе с ними справлялся. В конце концов он не выдержал и психанул:

– БОМБАРДА МАКСИМА!

Лерой припал на землю, а после резко вскочил, направляя палочку на Блэка, а после дергая на себя, будто что-то тянет. Сириус взмыл в воздух ногами вверх. В таком состоянии он попытался прицелиться и бросить следующие чары, но взмах концентратора Дженкинса прервал эти попытки.

– Понял, в чем твоя ошибка, Сириус? – спокойно спросил мастер-сержант.

– Да.

Блэк был все еще слаб. Как бы ни кичился, но годы заключения давали о себе знать. Никакая поддержка маной не спасет от потери навыков и истощения. Маг продержался каких-то тридцать секунд. А из того, что Сириус слышал от Дамблдора, Тень заставляла попотеть даже Чисато, аякаши, которая живет очень долго в этом мире.

Лежа на полу тренировочной площадки, мужчина анализировал свои ошибки. Его противник пользовался невербальными чарами легко и непринужденно. Он же орал во все горло, выставляя на показ намерения. А ведь даже в Хоге Сириус не хотел справляться с ленью, чтобы овладеть таким умением. И этот просчет нужно было исправлять фактически вчера.

Свет магической лампы загородили. Над магом навис Райан, приветливо улыбаясь. Он протянул руку, помогая подняться.

– Ну ты и дал, мужик! Тридцать секунд против мастер-сержанта, обучаясь всего полгода, да еще и с вербалкой – было сильно.

– Но все равно я проиграл.

– Забей, – махнул рукой Алекс. – Пять минут с ним обычно могут продержаться выпускники. Это такой экзамен от Дженкинса.

– Слушай, – Сириус хитро прищурился, – ты же принимал ставки.

– Ну и?

– Так где моя доля?

– Ну ты и наглец, – расхохотался молодой аврор. – Алекс Райан, к Вашим услугам.

***

Продолжая отжиматься, Сириус продолжал вести бой с тенью в своем разуме против Дженкинса. Но каждый раз проигрывал. Требовалось больше силы, навыков и знаний. “Правы были Рим, Лили и Сев, когда чуть ли не лупили меня с Джимом и Питером учебниками…” Но воспоминание о сбежавшем предателе кольнуло сердце. И заставило сильнее сжать зубы, продолжая тренироваться.

***

После изнурительных занятий Регулус буквально валился с ног. Дженкинс гонял их еще долго, постоянно выставляя его, сына семейства Блэков, виноватым. Один из молодых авроров из их отряда, шедший в душевую с товарищами, толкнул плечом мужчину.

– Ой, прости, не заметил, – без капли сожаления произнес толкнувший маг. – Наберут великовозрастных слабаков на наши головы.

– Что ты сказал? – взвился Регулус. Сил было не много, но не ответить на слова наглеца не позволяла гордость.

– Из-за тебя, слабосилка, нас гоняли больше всех. Так что заткнись, неудачник, – выплюнул его товарищ.

– Эй, девочки, о чем терки? – влез в разговор Алекс.

Начавший ссору маг презрительно посмотрел на Блэка.

– Ни о чем. И тебе, бы, Райан, не стоило иметь дел с этим неудачником, хоть он и брат Сириуса.

Когда молодые авроры ушли, Алекс вздохнул. Блэк-старший объяснил, что его братишка удерживал под контролем проклятый предмет, так что оказался в ситуации, что даже хуже, чем пребывание в Азкабане. Сам Райан знал, что это такое. Его дед, по стопам которого мужчина и пошел, сдерживал в течении многих лет проклятие в своем теле. Снять его не могли, а эти мерзкие чары медленно, но верно разъедали ядро, постоянно причиняя нечеловеческие муки.

– Мне не нужна была помощь, – бросил Рег.

– Ага, скажи еще, что у тебя все было под контролем.

– Не лезь не в свое дело.

Алекс вздохнул и прислонился к стене.

– Вот поэтому у тебя и проблемы. Ты тут не один, если что.

– Мне некогда играть с вами в друзей. За этим иди к Сириусу.

– Тогда зачем ты здесь? – поднял бровь Райан.

– Ради мести, – отрезал Блэк, давая понять, что не хочет рассказывать дальше.

– Скажи еще, что Тому-Кого-Нельзя-Называть, – хохотнул маг, но, увидев, как изменился в лице Регулус, удивленно заморгал. – Да ну? Так он же умер уже.

Блэк молча направился в душевую. Нужно было смыть с себя пот, из-за которого одежда противно липла к телу. Но молодой аврор не отставал, продолжая расспросы. Мужчина не выдержал и остановился, резко поворачиваясь к болтуну.

– Что ты хочешь от меня? Жив ли Лорд? Да, черт его, жив! Я сам лично видел то, что от него осталось, вырвавшись из проклятого крестража! Тот, кого я почитал, оказался гребаным чудовищем! И мне плевать на все пророчества, я сам хочу своими руками придушить того, кто предал доверие!

Регулус тяжело дышал после своей тирады. Он не выдержал давления и сорвался. И теперь медленно понимал, что сболтнул лишнего.

– Воу-воу, тихо, – Райан осмотрелся вокруг на предмет случайных свидетелей, а после понизил голос. – Ты, это, аккуратней с такими заявлениями. Даже если это и правда, начальство пока ничего не сообщало. Значит нам такое знать еще не положено.

Парень в задумчивости потер лицо, а после посмотрел на Регулуса.

– Слушай, тебе однозначно надо выпить. Или ты просто опять сорвешься. Короче, после душевой хватаем Сириуса и идем в бар. Джек мой хороший знакомый, так что он по тихому сможет плеснуть нам стопку-другую огневиски. Главное – чтоб начальство не спалило…

На следующее утро Дженкинс перед строем распекал Блэков, Райана и еще нескольких авроров. Ругань стояла такая, что даже у бравых вояк от некоторых загибов вяли уши. Регулус слушал это все, но после вчерашнего на душе стало немного легче, даже не смотря на синяки на лице и сбитые костяшки пальцев. Прав был Алекс, выпить однозначно стоило.

Глава девятая. Новые старички/Старые новички.

Декабрь выдался на редкость промозглым и сырым. Особенно в тренировочном лагере. Хотя его и окружали лесистые холмы, но ветер и высокая влажность не добавляли комфорта. В такие моменты, даже не смотря на теплую форму, никому не хотелось вылезать из постели и тащиться на утреннее построение. Но деваться некуда.

Дженкинс, как обычно, ходил перед строем, зачитывая разнарядку на сегодня. Когда основные наряды были назначены, он почему-то не отпускал курсантов.

– Я думаю, все помнят хеллоуинские события?

Забыть такое было невозможно. Когда на следующий день во время аналогичного построения мастер-сержант объявил, что тридцать первого октября был обезврежен Родольфус Лестрейндж, маги удивились, но обрадовались. Пожирателей не любил тут никто. Но когда узнали, кем был человек, убивший его – оказались шокированными. Тринадцатилетний ученик Хогвартса, Невилл Лонгботтом.

– Если я увижу хоть одну сову с поздравлением мальчишке, – недобро тогда посмотрел Дженкинс, – то отправивший до конца учебы будет драить сортиры. Вам ясно?

– Да, сэр! – гаркнул строй, хотя многих интересовало – почему?

– Для самых недалеких – поясняю: это вас, оболтусов, учат сражаться против людей в том числе. А мистер Лонгботтом – мелкий пацан, который не проходил соответствующих тренировок. И в психическом плане совершенно не готов к такому. Хотя наш министр решил совершить “гениальное” действие и вручить сопляку награду. Прибил бы идиота. Надеюсь, парень не поедет крышей. Теперь все ясно?

– Да, сэр!

И вот, спустя месяц, их наставник зачем-то решил вспомнить эти события. У Сириуса были предположения, но озвучивать сейчас нельзя, не то место и нет необходимости. Мастер-сержант все сам расскажет.

– Так вот, к чему это я? Если кто не знал, то родители юного Лонгботтома одиннадцать лет назад загремели в психиатрический отдел Мунго после суровых пыток тех самых Лестрейнджей, – Дженкинс смотрел поверх голов курсантов ненавидящим взглядом. Тогда многие его товарищи пострадали от рук проклятых Пожирателей. Моргнув, он вновь сфокусировался на аврорах. – Так вот, недавно они пришли в себя. Наши колдомедики сказали, что Лонгботтомы совершенно вменяемы, и поэтому пришедшие в себя решили вернуться к аврорской карьере. Но раз столько лет они не занимались, так что начальство направило их к нам. И значит с сегодняшнего дня, как они прибудут, у нас будет пополнение.

Не все обрадовались новичку. Некоторые с недоверием, а то и с ненавистью относились к Блэкам. Великовозрастные недоучки, как их называли за глаза. Впрочем, такое ляпнуть в лицо не решался никто. После приснопамятной пьяной драки с Сириусом и Регулусом связываться молодые авроры не хотели. Аналогичное доносила до своих ведьм и Пеппер Поттс, командующая женским отделением. Там были наслышаны о парочке магов из старой семьи, но им еще предстояло столкнуться с аналогичным. А может и нет, если повезет.

***

Алиса сидела на скамейке в коридоре Министерства в аврорском крыле. Все ее мысли оказались сосредоточены на недавнем разговоре со свекровью. Та была против их возвращения на службу. С одной стороны женщина была согласна: столько лет, по факту, быть разделенными с сыном, – в этом ничего хорошего. С другой стороны она сошлась во мнении с мужем, что не имеет права сидеть без дела. Желание мести у супругов горело сильно, как и стремление защитить Невилла от повторения произошедшего.

Они хотели попасть в команду работающих в Хоге авроров, но года бездействия и их состояние беспамятства плохо сказались на организме и навыках в целом. Так что Грюм решил их пока направить в тренировочный лагерь к своему хорошему сослуживцу.

Дверь скрипнула. Из кабинета вышел Фрэнк, закончивший как раз оформление документов. Следом показался дежурный волшебник, что должен был сопроводить их до лагеря, где они будут восстанавливать физическую форму и навыки.

Проход по знакомым коридорам привел в зону хранения порт-ключей. В отличие от гражданских, которые, порой маскируют под неприметные вещи, аврорские представляют из себя металлические пластины с гравировкой цифро-буквенного кода места назначения. Выбрав нужный, провожающий маг протянул предмет, приглашая дотронуться, а после пропустил ману для активации.

Место прибытия встретило промозглым ветром и мокрым снегом. Дальше их ждал штаб и встреча с сослуживцем Грюма, Дженкинсом. Суровый аврор бросил личные дела Лонгботтомов на стол, когда провожающий откланялся.

– Ну что, добро пожаловать в Ад, – ухмыльнулся мужчина. – Я смотрю, – он окинул чету взглядом, – работы предстоит много.

– Для этого мы и здесь, сэр, – произнес Фрэнк.

– Слышал про вашего сына. Как он?

Супруги переглянулись:

– Он… повзрослел. Слишком быстро. Сейчас в школе с друзьями. Пишет, что кошмары почти не посещают.

– Это хорошо, но я о другом. В таком возрасте надо дурачиться с друзьями и к девочкам приставать, а не убивать темных магов, – покачал головой Лерой.

– Нам повезло, что им занимаются хорошие преподаватели.

– Ну, Хогвартс сейчас, хоть и не совсем спокойное место, но там есть, кому позаботиться о детях. Ладно, – маг легонько хлопнул руками по столу. – Значит так, миссис Лонгботтом, поступаете в женское отделение под командованием Поттс, а мистер Лонгботтом – будете под моим началом. Помните – никаких поблажек.

– Мы за этим и прибыли, сэр, – синхронно ответили супруги.

***

Прибытие в расположение выдалось будничным. Фрэнк никогда и не думал, что придется возвращаться в учебку. Правда, в прошлый раз их никто не гонял так сильно с физподготовкой. Когда же под вечер измученный первым днем мужчина добрался до столовой, то встретился с женой в ровно таком же состоянии.

Алиса не представляла, что ей придется бегать кросс на добрый десяток километров и вообще заниматься физо после школы. Да, в Хогвартсе были занятия по физподготовке, но не настолько суровые, которые взяли на вооружение местные наставники по образцу Дженкинса.

Скидку на недавнее состояние ей никто не давал, поставив в первый же день ровно на те же занятия, что и молодняк. Женщина понимала, что держать себя в форме надо, но не настолько же фанатично, как могло показаться на первый взгляд. С чем и обратилась к Поттс. На счастье Алисы, Пеппер оказалась чуть менее жесткой, чем ее коллеги-мужчины, так что она спокойно объяснила, что это взято на вооружение сразу после исчезновения Волан-де-Морта.

В той войне погибло много хороших магов и-за того, что Темный Лорд заручился поддержкой оборотней. А те, в свою очередь, любили загонять своих жертв. И когда волшебник оказывался истощенным физически, не мог нормально колдовать, даже если с маной проблем не было.

– Если маг без магии – ничто, то и с ней он не слишком лучше, – закончила женщина, прежде чем отправить еще на десяток дополнительных кругов по мокрому снегу.

***

Так что желания не то, чтобы есть – даже говорить не было после первого дня. Однако когда супруги инстинктивно подняли головы на звук открывающейся в очередной раз двери, то не могли поверить глазам: тут находился один из Пожирателей, Регулус Блэк.

Откуда взялись силы, чтобы вскочить и вскинуть палочки – непонятно. Старые рефлексы, вбитые во время практики все еще оставались при Лонгботтомах. На это действо присутствующие смотрели с непониманием и удивлением.

– Фрэнк, Алиса, вы чего творите? – раздался знакомый голос рядом с их целью.

– Сириус? Что здесь делает приспешник Лорда?

– Вы палочки-то уберите, а то тут быстро дисциплинарное взыскание устроят. Давайте-давайте, – Блэк поторопил супругов. – Присаживайтесь, поговорим.

Лонгботтомы нехотя спрятали концентраторы и вернулись за стол. Неизвестно откуда взявшиеся силы резко подошли к концу, так что оставалось держаться на одной лишь воле. Но объяснений потребовали.

Рассказ оказался настолько фантастичным и бредовым, что даже похож на правду. Последователь, предавший Реддла, выкравший проклятый артефакт с куском души и охранявший его более десяти лет – такое не часто прочитаешь от сплетницы и байкописателшьницы Скитер.

– Ты серьезно думаешь, мы проглотим всю ту лапшу, что ты нам тут развесил? – скептически посмотрел Фрэнк.

– Ну, если как доказательство не устраивает его присутствие тут, – Сириус параллельно рассказу поглощал ужин, – то как вы отреагируете на такое: я сам своими глазами наблюдал призыв этого самого осколка в компании Дамблдора, Грюма и еще нескольких магов.

Супруги не знали, что и ответить. Альбус рассказывал им о том случае, но, видимо, упустил момент с тем, кто принес злосчастный медальон. Чертово пророчество, все-таки, так и не отстало от их сына. И очередное доказательство предстало перед бедными родителями.

Глава десятая. Неожиданное открытие.

Северус нанес последний штрих в магическом круге и взял склянку с зельем. Он аккуратно поднес состав к пергаменту и капнул на исписанную поверхность. Жидкость начала стремительно пронизывать линии, запуская магию в артефакте, но, в очередной раз дойдя последней трети рун, самоделка с хлопком разлетелась по кабинету в виде отдельных обрывков.

– Да черт бы тебя побрал… – прорычал Снейп. – Ты точно уверен в этой связке?

Римус крутил в руках очередной кусочек неудачной попытки. Маги еще раз перерыли кладовку Филча в поисках “карты Мародеров”. Не найдя искомый самодельный артефакт, они занялись его воспроизведением. И на носу был уже январь, а прогресс застопорился.

Проблемы начались с самого старта. В их безделушку свои навыки, таланты и знания вкладывали шесть школьников, каждый из которых работал над разным аспектам, не сильно задумываясь о том, чтобы разъяснить остальным.

С частью Сириуса разобрались быстро – достаточно было получить воспоминание и запустить его в Омут памяти. На счастье, там обнаружились намеки на работу Джеймса и Питера. Проблемы начинались на том месте, где работала Лили. Как Бестии удалось вклинить их поделку в систему безопасности – не мог понять никто. Даже с учетом доступа к оной, маги не знали, с какой стороны подступиться.

Проблема была в том, что такая вещь нужна была еще вчера. Но только сейчас учителя смогли выкроить время. Если им удастся воспроизвести карту, то ее можно будет использовать для отслеживания посторонних на территории более надежно.

– Мда… Лили была гением, – Римус отправил обрывок в мусорку, где уже скопилось приличное количество их попыток. – Я уж и не знаю, как подступиться. Может, позовем Вектора и Флитвика? Все-таки, это больше по их специализации.

Снейп задумался. С одной стороны на кону его гордость, с другой… она не будет задета, потому что состав был воспроизведен идеально. и поэтому привлечение коллег было вполне логичным. Да и получать очередной хлопок в лицо не хотелось.

– Согласен. Тогда нужен и Дамблдор. Может, мы что-то упускаем в наложенных на школу чарах.

***

Приглашенные профессора посмотрели на Снейпа и Римуса как идиотов и гениев одновременно. В то время как директор лишь ухмылялся в бороду.

– Простите, вы ЧТО сделали? – Септима вскинула бровями от удивления. – Я в шоке, – она закрыла глаза и постучала себя по лбу пальцем. – Вы хоть понимаете, что встройка в закрытую систему может привести к непредвиденным последствиям?

– Вопрос в другом, как им это удалось? Да еще и во время учебы? – Флитвик потер подбородок.

– В том-то и проблема. Это удалось как-то провернуть Лили, – вздохнул Римус. – Как бы мы ни бились – никак не можем пройти финальное сопряжение чар.

– Директор? – Вектор повернулась к Дамблдору.

– Разрешаю, – кивнул он. – Все равно последние пару лет защита трещит по швам непонятно от чего. Так что проблемой больше, проблемой меньше… – маг пожал плечами. – Тем более я и так уже выложил все чертежи и схемы кругов. Тут более бессилен помочь.

***

Когда дверь в класс практики, где и проходили тесты, за Альбусом закрылась, столы мановением палочки были сдвинуты в центр, где и разложили все чертежи, на которые хищно взирала Септима.

– Знаете, коллеги, я всегда хотела покопаться в этих рунах и схемах времен Основателей, – потерла она руки.

– И эта женщина смотрела на нас как на идиотов, – шепнул Люпин Снейпу.

– Ну-ну, молодежь, не стоит так говорить, – примирительно произнес Флитвик, подойдя к схемам.

И работа… застопорилась. Магам удалось заставить отображать карту на пергаменте, но вот воспроизвести отметки учеников и учителей – никак. Заклинания попросту не хотели сопрягаться.

***

В гостиной Слизерина было тихо. Оно и неудивительно, ведь начались рождественские каникулы. Поздно вечером, когда оставшиеся в школе слизеринцы уже разбежались по кроватям, Малфой сидел у камина и листал книгу. Однако все его мысли витали где-то далеко за пределами текста перед глазами.

Этот учебный год выдался слишком тяжелым. И речь идет не о занятиях, как основных, так и дополнительных, а о сокурсниках. Многие из его факультета начали относиться к парню с презрением. Если быть точным, то это почти все из фракции приверженцев чистоты крови и поддержавших Темного Лорда в прошлом. Слишком много одноклассников являлось отпрысками таких семей.

Но недавно обстановка накалилась практически до предела. Бывшие приспешники, Крэбб и Гойл продолжали распространять нелицеприятные слухи, что очерняло репутацию все сильнее. Дошло до того, что парня обвинили в откровенном мужеложестве с… Поттером.

Вот этого Драко стерпеть не смог. Да, они не были друзьями не разлей вода, как Гарри с теми же Уизли или Грейнджер, но мальчишка не питал к нему ненависти, ходил вместе на дополнительные занятия. Даже противостояние в квиддиче они считали отличной тренировкой. Победит сильнейший, так что никаких обид. В конце концов он обязан ему жизнью.

Так что тогда мальчик поступил как настоящий аристократ и вызвал обидчиков на дуэль. Тем более клуб с прошлого года никто не закрывал, поэтому комната была всегда открыта для тренировки. Вот только он в порыве праведного гнева забыл о такой мелочи, как секундант. И то, что в данный момент в помещении кроме их троих никого не было.

Против Драко в первую очередь выступил Грегори. Они повторили заученно приветствие, являвшееся лишь данью традиции, потому как в данный момент их чувства были далеки от взаимного уважения.

Первые атаки, как обычно, были пробными. Мальчишки прощупывали защиту друг друга. Малфой быстро понял, что его оппонент слишком медлительный и плох в обороне, предпочитая атаку.

Блондин ловко отбил “Риктусемпра” и бросил два раза подряд “Депульсо”. Первое заклинание пролетело мимо, а второе попало четко в цель, откинув противника. Осталось лишь обезоружить и победа за Драко. “Это было слишком…” – не успел додумать фразу мальчишка, когда в бок прилетело “Петрификом”.

***

Винсент, ухмыляясь, смотрел на падающее тело. Его подельник встал, потирая ушибленное место. Их план увенчался успехом. Пока один отвлекал, второй ударил исподтишка. Теперь можно было безнаказанно отпинать ненавистного Малфоя, а потом думать дальше, как бы подловить еще кого из их шайки. К примеру, Уизли. Или вонючих Хошино.

***

У Джун были дела в библиотеке, так что она решила срезать рядом с помещением дуэльного клуба. Проходя мимо комнаты, она услышала странный шум, мало походивший на сражение магов. Зато это явно напоминало на драку. Девочка с любопытством сунула нос и увидела, как два слизеринца пинают ногами обездвиженного… блонди?!

– Я не знаю, что он вам сделал, но советую остановиться! – распахнула он дверь, входя в класс.

– О, смотри, на ловца и зверь бежит.

Парни начали обходить девочку с боков, готовясь одновременно атаковать заклинаниями. Вот только они не учли тот момент, что японка была не одна. Призыв Момо в таких случаях натренирован до автоматизма. И пока кицунэ держала одного слизеринца, Джун била другого жалящими чарами. Это было не очень больно, но противно и обидно.

***

В сознание Драко приходил постепенно. Тело болело от побоев. Но Крэбба и Гойла не было рядом. Как сквозь вату до парня донеслись крики на японском и ругань на родном английском. С трудом повернув шею, которая не желала слушаться после довольно-таки слабого “Петрифика”, который развялся сам, он увидел, как Винсент получал от Хошино, а Грегори скулил, потирая бока, под присмотром Момо.

– А теперь валите оба. И чтобы я вас не видела. Ясно, – грозно посмотрела на парней японка.

Окинув ковыляющих после унижения взглядом, она повернулась к Малфою. Мальчишка пришел в себя, но явно не до конца. Требовалось доставить его в медпункт.

– Ты как, блонди, встать можешь?

– Не думал, что из всех людей я обрадуюсь твоему появлению, – попытался сесть парень, но, охнув, рухнул обратно на пол. Однокурсники отделали его знатно. – Прости, но…

– Плохо, – пробормотала девочка. – Я тебя точно не дотащу. Ладно, сделаем по другому.

Она подозвала Момо и передала кицунэ большую часть маны. На то, чтобы довезти слизеринца до миссис Помфри должно было хватить. Все-таки она стала куда сильнее с первого года. Подсадив Драко на фамильяра, она повезла пострадавшего.

– Слушай, а чего ты не призвал Саюри?

– Это должна была быть дуэль между аристократами, – поморщился Малфой.

– Я заметила, – ухмыльнулась японка. – Прямо аристократичней некуда… А чего хоть случилось, если не секрет?

Мальчик задумался, говорить или нет. Но все-таки решил, потому что слухи все равно пойдут гулять.

– Они оскорбили меня тем, что я занимаюсь мужеложеством с Поттером.

– М-да… Не могли придумать ничего поинтересней. Хотя, значит, я их мало отделала, – в голосе девочки пробежал неприятный холодок.

Разговор утих быстро. Тем более из-за поворота появилась группа старшекурсников с Когтеврана. После короткого объяснения те помогли донести парня до медпункта, пока Джун пошла искать старосту для того, чтобы рассказать о произошедшем.

***

Драко вновь и вновь прокручивал в голове произошедшее. Конечно, Крэбба и Гойла наказали. Они потом долго драили котлы у Снейпа. Но мысли мальчишки оказались далеки от это парочки. А вот Хошино в них продолжала фигурировать все чаще. И это заставляло сердце биться сильнее, а кровь – приливать к лицу.

– Нет, нет, нет… Быть не может… Но… – бормотал Драко.

Да чтобы он, чистокровный англичанин, да влюбился в японку. Да бред. Бред же? Но мысли продолжали съезжать на эту наглую, беспринципную задиру, что раз за разом его донимала на первом году. Да и после продолжала подкалывать. Но ее вид, когда та элегантно взмахивала палочкой, посылая чары в противника… В этот момент мальчик радовался, что в гостиной Слизерина не было никого постороннего, чтобы лицезреть его краснеющую физиономию.

Глава одиннадцатая. Любви все возрасты и виды покорны.

Праздник “День всех влюбленных” – одно из самых коммерциализированных событий, но от этого не перестает быть днем, когда парочки начинают активно флиртовать и баловать друг друга вниманием. Однако японцы с их особенностью мышления решили устроить все по своему: Четырнадцатого февраля девушки дарят парням шоколадом, а через месяц четырнадцатого марта юноши делают ответные подарки на “Белый день”.

Не известно, как и чем Джун уже третий год задабривала домовиков, но и в этом тринадцатого числа она занималась готовкой домашнего шоколада для друзей и одноклассников. И еще более невероятно то, что она смогла втянуть в это дело еще и Гермиону с Джинни. Дженна же тут была по своей воле.

Насвистывая, Хошино ломала плитку шоколадки, которую потом собиралась растопить вместе с остальными уже лежащими в кастрюльке.

– И как я в очередной раз умудрилась дать себя уговорить? – Грейнджер, на которую натянули ярко розовый фартук с огромным сердечком на груди, вытерла выступивший пот.

– А кто еще порадует Рона? Вы же тут, в Англии, только о себе и думаете, – наигранно похлопала глазами японка.

– А при чем тут Рон?

– Ой, подруга, не отмазывайся. Мы в курсе, как вы любите засиживаться допоздна в библиотеке.

– А… Это… Я… не… – щеки девушки моментально покраснели как спелое яблоко. – Мы просто разбираемся в том, как экранировать магловкую электронику, – справилась она с собой.

– Ну-ну, Мион-так, верю-верю, – ирония в голосе Джун была нисколечки не прикрытой. – Ты такая милая, когда делаешь “цун-цун”... а еще милее будешь, когда дойдет до “дере-дере”.

Хошино неожиданно напрыгнула на подругу со спины, чтобы обнять. От этого Грейнджер взвизгнула и чуть не перевернула кастрюльку с растопленным шоколадом.

– Вон, Джен-Джен вообще не скрывает чувств. А Джин-тан явно посматривает на моего братца, – нанесла очередной удар Джун уже по другим девочкам.

И если фея лишь пожала плечами, не отрицая сказанного, то Уизли покраснела, но промолчала. То, что ей понравился брат-близнец подруги не сильно-то и скрывала. Она на тренировках старалась быть поближе к Хитоши, оказывая небольшие знаки внимания. И не сказать, чтобы мальчик их игнорировал. Даже наоборот, при виде рыжей улыбался чаще.

Девочки немного успокоились и продолжили готовку, но продлилось это недолго.

– А что это вы тут делаете? – раздалось у них за спиной.

– Ой, бабушка! – удивилась фея появившейся непонятно откуда бывшей главе. – Откуда ты?..

Остальных девочек интересовал тот же вопрос, но отвлекаться было нельзя.

– Шоколадки они готовят, Сильви, – из тени появилась Чисато.

– А зачем? – не поняла беловолосая фея.

– Так завтра же праздник, когда юные девы угощают избранников.

– Ой, я тоже хочу сделать подарок Гилу! – по детски захлопала в ладоши Сильвия. – Хорошо, что ты меня привела сюда сегодня, Чиса!

– Тогда присоединяйтесь, – чуть отодвинулась Хошино. – У нас тут вполне хватит ингредиентов, чтобы сделать еще много шоколадок.

Пока фея облачалась в фартук, кицунэ поводила носом и заглянула через плечо японки. От удивления вскинув брови, она спросила:

– Готовишь по специальному рецепту? Не уж-то для кого-то особенного?

– Возможно, – уклончиво ответила Джун.

– Дай угадаю: для Драко.

От сказанного девочка аж опрокинула все содержимое пакета с какао в кастрюлю, что добавляла в текущий момент. Гермиона и Джинни же навострили ушки. Мало когда удавалось подловить подругу, а тут такие-то новости.

– Я… Ты… Да… Это… – гриффиндорка и не знала, что сказать, как до этого мямлила Грейнджер. – Чисато! Да как ты могла подумать, что я и блонди!..

– А что такого? – аякаши раскрыла и вновь закрыла веер, – Хороший мальчик из достойной семьи. Неплох собой. Вполне силен. Гайдзин, конечно, но это и раньше не сильно волновало влюбленных, а сейчас и подавно.

– Чисато! – надулась Джун, продолжая помешивать емкость, в которой медленно растворялась целая гора какао-порошка.

***

Четырнадцатого февраля по школе витал дух любви. Казалось, от этого со стен сейчас потечет что-то розовое. В прошлом году Локхарт устроил для детей целое представление, как-то нарядив гномов в пачки и заставив их таскать любовные послания. В этом же было потише, так как ученики справлялись сами.

Дети помладше были к этому равнодушны, но вот старшие, особенно курсы с пятого по седьмой, заставляли учителей проявлять очень много внимания. Некоторые парочки умудрялись найти тихие и неприметные ниши, дабы начать активно обмениваться нежностями.

И если бы поцелуями все заканчивалось. Каждый год учителя соревновались, сколько поймают детей, что попытаются зайти дальше. Самых наглых, естественно наказывали, ведь это школа все-таки. Но несильно. Очень зависело от того, кто поймает. В этот раз лидировал Снейп, выловив восемь пар до обеда. Неудачникам предписывалось в течении недели драить котлы от самых отвратительных попыток всего потока. Уже знающие понимали, что зельевар как раз в этот период начинал задавать невероятно заковыристые смеси. И старались если и попадаться, то другим учителям.

***

Зельевар устало бросил планшет с фамилиями на преподавательский стол и осмотрел Большой зал. Он просто не понимал этих малолетних идиотов, которые знают о наказаниях, но упорно лезущие нарушать. Или они решили, что без труда сделают противозачаточное зелье, которое требует очень специфических реагентов и готовится месяц?

Вдруг мужчина почувствовал, как на его плечи легли руки, причем, судя по ноготкам, женские. И Снейп даже знал – чьи пальчики начали спускаться все ниже, обхватывая грудь в объятиях.

– Мисс Чисато, – зельевар даже не повернул головы, – я вроде просил так не делать, ОСОБЕННО, – он сделал упор голосом на этом слове, – перед учениками.

– Ара-ара, Сев-кун, не будь таким букой. Просто понюхай, какой аромат любви витает в воздухе, – промурлыкала кицунэ.

Преподаватель зелий принюхался и скривился:

– А еще запах по меньшей мере десятка неумелых любовных зелий и с пяток – покупных.

Он попытался встать, дабы наказать неумех за брак, а купивших – за лень, но цепкие и сильные ручки аякаши не дали сдвинуться с места.

– Мисс Чисато, мне надо выполнить свои…

– Сев-кун, – томный шепот коснулся уха мужчины, – не будь таким зажатым. Если сегодня ночью попробуешь улизнуть – накажу.

Неожиданно вес тела кицунэ пропал ровно также, как и появился. Маг резко повернул голову назад, но шаловливой лисицы не оказалось за спинкой его стула. Как и в ближайшем радиусе. Лишь посмеивающийся Дамблдор на своем привычном месте.

Снейп передернул плечами. Черт бы побрал этих японских озабоченных демонов. В этом году он постоянно отказывался от намеков кицунэ на близость, но похоже именно сегодня та намерена действовать слишком решительно. Ну вот чем ей приглянулся разочарованный этой жизнью зельевар? Или на молоденьких потянуло?

Плюнув на все, Северус поднялся из-за стола. Бездари сами себя не накажут. А там, глядишь, его натренированный годами работы нос учуит еще что. Если уж взялись готовить любовные зелья – будьте добры делать это правильно и так, чтобы никто не заметил.

***

Третьегодки Гриффиндора были немного взбудоражены. Начатая традиция на первом году Джун Хошино с дарением “дружеского” шоколада на День святого Валентина, а после подхваченная Гермионой и Джинни, продолжилась еще несколькими девочками из класса. Да и остальные курсы, посматривая на этот, решили, что неплохо порадовать парней. Тем более японка рассказала про “Белый день”, что празднуется в Японии через месяц, так что уже на второй год девочки были завалены подарками от однокурсников.

Веселее всего было Гарри. Ему шоколад вручила Дженна прямо с утра, стоило ему выйти из спальни в гостинную, где фея спала в теплом гнездышке под потолком на балке. И естественно, что некоторые “жаворонки” спалили этот момент. А к возвращению с утренней тренировки знал весь Гриффиндор. Пришлось “нырять” в медитацию, дабы сохранить лицо и не краснеть все утро. И весь день. Короче, пока эти засранцы не перестанут лыбиться и подкалывать.

Он продолжал размышлять по поводу феи. В прошлом году профессор Локхарт разъяснил, что значит такое поведение Дженны, да и вообще всего ее вида. Девочка влюбилась. Причем для этих существ отказ может привести к смерти. Можно было бы подумать, что это, по факту, шантаж, если бы не одно “но”: феи не влюбляются в тех, кто им не подходит. Так что это можно было назвать судьбой.

Проблема оказалась в другом: девочка ему правда нравилась. И требовалось немало усилий, чтобы не показывать это слишком явно на людях. Мальчишка просто не был готов к вниманию еще сильнее, чем сегодня.

– Забей, Гарри, – толкнул в бок Рон. – они просто завидуют.

– Угу, посмотрим на тебя, когда вручат не дружеский шоколад, а знак внимания, – пробурчал парень.

– Да кто так сделает, – махнул рукой Уизли.

***

Но спустя пару уроков мальчику показалось, что он что-то упустил. Точнее, кого-то. А именно Гермиону. Она, как и остальные девочки, принявшие участие в раздаче шоколадок, почему-то проигнорировала рыжего.

– Быть такого не может, – пробормотал гриффиндорец, доставая тетради для дополнительных занятий из сундука в спальне. – Может – просто забыла?

Когда он вышел спустя пару минут после Хитоши, то тут же закрыл дверь, обнаружив Хошино и Джинни, что с красным лицом протягивала сверток, превязанный красной ленточкой. Мальчишка чуть приоткрыл створку и шокированно наблюдал за происходящим. Его младшая сестренка, фанатка Гарри, оказывает знаки внимания сводному брату Поттера?

Когда они закончили и покинули гостиную, Рон вышел из спальни, не зная, что и сказать. Нет, он рад за мелкую и друга, но… Это было неожиданно. А еще более неожиданно, что из половины девочек вышла Гермиона, тоже пунцовая от увиденного. Девушка знала о намерениях подруги. Но одно дело знать, а другое – увидеть. Она твердым шагом подошла к Рону и сунула похожую упаковку со словами:

– Держи и пошли. Скажешь кому – не дам больше списывать, – и быстро покинула злополучную гостиную, оставив Уизли удивленно хлопать глазами.

***

В классе дополнительных занятий стоял такой дух какао, что буквально резало глаза. МакГонагалл в конце концов это надоело, так что она просто решила закруглить урок. Тем более игривое настроение учащихся не слишком способствовали запоминанию материала.

– На этом – все, – вздохнула преподаватель. – Отдыхайте.

Когда дети стали собираться, Малфой решил задержаться для уточнения непонятного заклинания у профессора. К тому моменту все покинули класс. Каково же было удивление мальчишки, когда за дверью его поджидала японка. Вид ее был скучающим, но уши – красными.

– Держи, – девочка сунула ему в руки коробочку и быстро ретировалась.

От нее и стоял тот самый адский дух какао-бобов. Внутри же ждал еще более резкий запах и… миленькая розовая подложка с шоколадками в форме сердечек. Драко минут пять мялся, думая – попробовать или нет. Но все же решился. Угощение оказалось неоднозначным. Горечь прямо сшибала с ног, но в конце оставляла какое-то странное, чуть сладковатое послевкусие.

– И… что это значит? – задумчиво закинул вторую шоколадку в рот, в очередной раз поперхнувшись от необычного вкуса.

***

Гилдерой взмахнул палочкой, создавая щит. Обезумевший лепрекон, что имел на счету не один десяток убитых людей, бросил в мага сгустком сырой маны. Противник был силен и хитер, орудуя на своей территории. Приходилось буквально по краешку проскакивать, дабы не пополнить список убитых.

Но несмотря на все усилия и умения Локхарта, его загоняли в угол. Ловушек оказалось слишком много. И когда поехавшее от крови существо, казалось, загнало блондина в угол, раздался странный замогильный голос, который не принадлежал ни одному из участников сражения:

– По-пал-ся!

Волшебник уже готовился продать свою жизнь подороже, как вдруг в бок лепрекону прилетело лезвие здорового двуручного топора, просто перерубая тварь пополам. В тот момент у существа на лице проявилось искреннее удивление.

Когда же обе части тела рухнули на землю, из тьмы пещеры показалась невысокая фигурка с белыми волосами. Слишком знакомая Локхарту.

– Бу, Гил, зачем ты убежал без меня, – Сильвия стряхнула кровь с лезвия. – Я замучилась тебя искать.

– Так работа у меня такая, – устало вытер пот со лба маг.

– Ладно, я вот что хотела: угощайся – перемазанная в крови рука феи держала небольшой кулек, в котором оказались неровные шоколадки.

– А ведь точно… – Гилдерой хлопнул себя по лбу. – Прости, я и забыл про праздник. У меня…

– Ну тогда поцелуй меня, глупыш, – улыбнулась Сильвия.

Глава двенадцатая. Визжащая хижина.

– Вам не кажется, дамы и господа, что события развиваются слишком… спокойно? Даже несмотря на ночное происшествие.

Дамблдор подошел к окну. На дворе стоял теплый погожий апрельский денек. В этот выходной день во второй половине месяца дети радовались солнцу, высыпав гурьбой во двор. Часть отправилась в Хогсмид. Кто-то играл в разные популярные среди магов-подростков игры. Команда Когтеврана по квиддичу носилась по полю, готовясь к финалу.

Преподаватели и командиры отрядов авроров сидели на очередном собрании, хотя некоторые с удовольствием погуляли бы на улице. Но именно сегодня Директор решил провести это мероприятие.

– Знаете, – Альбус отвернулся от окна, – я заметил такую тенденцию: проблемы в начале учебного года, какие-то столкновения в середине и развязка – в конце. Между этими эпизодами нам как будто дают отдохнуть и подготовиться.

Мужчина обвел взглядом собравшихся. Тут присутствовали не все преподаватели. Он не стал отрывать от дел теоретиков. Хотя до них будет доведено решение. Сейчас его интересовали именно что те, кто полезен в бою или занят в текущих проектах.

– Как у нас дела с картой? – он обратился к исследовательской группе.

Сейчас тут присутствовали Вектор, Флитвик и Снейп. Люпин находился в лазарете. Накануне ночью он вновь обратился в полнолуние. Аконитовое зелье сработало как часы, оставив в сознании разум мага.

***

И именно в таком состоянии Римус при прогулке по границе запретного леса он учуял до боли знакомый и ненавистный запах: Питер Петтигрю. Вонь этой крысы была настолько сильна, что оборотень сорвался, начав охоту за предателем.

След привел к Визжащей хижине, в которой по молодости какое-то время пережидал приступы ликантропии Люпин. Об этом убежище, помимо директора и некоторых учителей, знали и его друзья, Мародеры. К которым относилась та проклятая мразь, которую считали близким товарищем.

Тот, кто видел учителя ЗОТИ в его второй ипостаси, сильно удивлялся, как при его размерах, оборотень умудрялся передвигаться бесшумно. Когда старая входная дверь скрипнула, находившийся внутри противник не мог никуда сбежать.

– Привет, Лунатик, – Питер даже не обернулся на шум, когда что-то доставал из-под половицы в дальнем конце комнаты. – Давно не виделись.

– Петтигр-р-рю, – прорычал оборотень.

– Ре-ре-ремус, – мужчина все же повернулся к пришедшему. На его лице был написан страх огромными буквами. – Прости меня! Они заставили! Я ничего не мог поделать! – он трясся все сильнее с каждым словом. – Крыса внутри меня была сильнее! Она хотела…

– Пр-р-рекр-р-рати этот балаган, – отрезал Люпин.

С предателя тут же слетела маска, сменив холодным и расчетливым противником. Он внимательно следил за оборотнем, держа палочку наготове. Таким на деле и был Питер. Вся трусость была лишь личиной, за которой он прятал свое истинное лицо.

– Знаешь, Ремус, я всегда вам завидовал. Тебе, Джиму, Лили, Сириусу… да даже Северусу. Вы были сильнее меня, умнее, богаче, – мужчина не выказывал ни капли страха, глядя в глаза оборотню. – Но я думал… надеялся, что с вашей кампанией стану выше остальных. У вас были все возможности, чтобы подмять под себя сначала школу, а после – заиметь авторитет в магической Англии.

Пока Питер толкал свой злодейский монолог, Люпин медленно приближался, готовясь в любой момент броситься на врага.

– Но на что вы это все тратили? На шалости. Тьфу, аж противно, – маг скорчил гримасу отвращения. – Даже поистине гениальное изобретение, карта, нужна была для того, чтобы не поймали, пока готовится очередной прикол.

До врага оставалась пара метров. У оборотня было стойкое желание наброситься и разорвать в клочья предателя. Но он сдерживался. Азкабан для этой крысы станет куда худшим наказанием, чем легкая смерть. Он там будет подыхать много лет. Особенно когда они найдут и уничтожат Тень, что вытащила убийц на свободу.

– Связавшись с Темным Лордом, я надеялся хоть он понимает, что такое власть и величие… Но этот идиот был одержим бессмертием и чертовым пророчеством. Однако сейчас моя новая хозяйка оказалась по настоящему умной и амбициозной. Так что прости, Ремус, но ты мне больше не противник.

Маг резко выбросил руку с палочкой вперед, посылая темную волну. Та сшибла оборотня с ног, протянув по полу добрых пару метров.

– Думаю, ты сейчас задаешься вопросом, как я оказался внутри вашего хваленого защитного периметра? Все просто, – он еще раз поднял концентратор, – Тень наделила меня своей силой.

Люпина вновь подняло потоком тьмы и приложило об стену. Даже крепкий организм ликантропа не выдержал мощи удара: затрещали ребра, а когтистая рука повисла плетью из-за выскочившего из плечевого паза сустава.

– Теперь я стал сильнее, – предатель вновь и вновь посылал волны, заставляя Ремуса буквально летать по комнате. – Даже сильнее Дамблдора.

Маг опустил палочку. Он подошел и навис над телом бывшего друга.

– Хотя знаешь, то, что сотворила Тень с Беллой – вообще за гранью понимания, – Питер потер подбородок. – С другой стороны я бы не хотел превращаться в такое.

Петтигрю повернулся к поверженному оборотню спиной и вновь подошел к месту, где его изначально застали. Из-под половиц появился объемный ящик, который был убран в сумку с расширенным пространством внутри. Закончив это дело, крыс вновь повернулся к Люпину.

– По идее я должен был забрать посылку. Но хочешь узнать, почему именно сегодня? – Маг вновь приготовил палочку. – Потому что ты учуешь. И придешь. И станешь отличной целью для проверки моих сил. И идеальным сообщением для Дамблдора.

Петтигрю приготовился атаковать, когда между мужчинами промелькнул маленький силуэт. На грудь оборотня опустился серо-черный кот. Его шерсть была вздыблена, а из пасти раздавалось утробное рычание. Питер отшатнулся от этого непонятного существа, скрывавшегося под личиной кота. Все его инстинкты крысы буквально орали, что связываться с ним – смертельно опасно.

– Да как ты!.. – взревел темный волшебник.

Не для того он взбирался по трупам бывших друзей на вершину. Не просто так получил силу, чтобы бояться какого-то блохастого коврика. Но по спине пробежали мурашки, когда сзади раздался звон бубенчика. Маг медленно повернул голову и увидел ту самую кицунэ, что поймала его в прошлом году.

“Бежать,” – пронеслось в мыслях. “БЕЖАТЬ!” Питер бросил сгустком в противницу и рванул, ускоряя себя тьмой. Главное – добраться до границы барьера. А там – трансгрессировать. И никто его не найдет.

Однако пробегая мимо поверженного оборотня, тот чокнутый кот сорвался со своего места и вцепился в ногу Петтигрю. Не ожидавший такого мужчина споткнулся и рухнул.

– Куда же ты, милый, – обманчиво ласково произнесла Чисато, медленно приближаясь, а в ее глазах горел огонь ярости. – Давай по-иг-ра-ем.

От голоса приближающейся аякаши у Петтигрю волосы стали дыбом. Это конец. Чертов кот рвал когтями штанину, уже несколько раз проехавшись по коже, оставляя тонкие и болючие раны. Даже если он сейчас встанет, бежать будет проблематично.

Но помощь подоспела. На этот раз Тень появилась быстрее, чем в случае с Лестрейнджами. Она раскидала противников потомом темной энергии от своего воплощения, давая приспешнику драгоценное время для отступления.

– Шимата, – Чисато врезала по стене своим изящным кулачком, так что пробила доски, а с потолка посыпалась многолетняя пыль.

Цель скрылась. Чертова Тень помешала ее охоте. Поганая крыса и вовсе ранила союзника. Так что сейчас надо взять себя в руки и тащить Люпина в лазарет. Женщина посмотрела на того самого странного кота, который не раз попадался ей на глаза. Тот сидел на задних лапах, стряхивая кровь с передних, будто человек. На мордочке буквально читалось отвращение.

– Кто же ты такой, котя? – женщина подняла непонятного книззла за шкирку и повесила на шею, как манто. Тот даже не сопротивлялся. – Ладно, пора отсюда уходить, – она коснулась раненого оборотня. – Шикучи.

***

То было событием ночи, а сейчас уже день и собрание, так что вынырнувший из своих дум Снейп поднялся со стула, держа в руках сложенный пергамент. Он подошел к столу директора и развернул на нем довольно большой лист с изображением помещений главного холла и двора замка. Справа от него был список этажей и прилегающих территорий. И по ним схематично двигались силуэты людей с подписями, кто кем является.

– Нам удалось воспроизвести Карту, но немного по другой схеме, – Северус коснулся палочкой до строчки “Третий этаж” и изображение на пергаменте сменилось. – Защитные контуры продолжали отвергать наши попытки включить этот артефакт в систему. Но тут нам помогли магловские решения.

– Надеюсь, мисс Грейнджер были присуждены очки? – Дамблдор посмотрел на профессора поверх очков.

– Нет, – покачал головой зельевар. – Они ушли мистеру Уизли. Он предложил идею с так называемыми “камерами наблюдения”. Нечто похожее применяется у нас изначально, а также использовано аврорами и японскими коллегами, но мы попробовали подойти с другой стороны к этой идее и разработали сеть заклинательных кругов, завязанных на одном. Малые считывают информацию из окружения на основе заданных параметров, а основной уже обрабатывает и выводит изображение. На счастье, это все удалось связать со списками учеников и учителей школы, – маг вновь переключил карту так, чтобы стало видно кабинет, а после ткнул на значок с расходящимися стрелками, что был рядом со списком этажей. – Но тут и вылезает проблема. Смотрите, все, не входящие в состав преподавателей и учащихся никак не подписываются, а только обозначаются. Мы еще работаем над этой проблемой, но уже есть пара идей.

Теперь присутствующим стало ясно, зачем их коллеги последние пару недель буквально облазили каждый закуток, вычерчивая странные знаки. Грюм, присутствовавший на собрании, присмотрелся к Карте.

– Даже если не удастся подписать незарегистрированных, – начал он, потирая подбородок, – Аврорат однозначно будет заинтересован в вашей идее.

Глава тринадцатая. Вторжение.

Ненависть. Ярость. Страх. И так по кругу, капля за каплей тьма продолжала разъедать и так искалеченную душу Беллатрисы. Тень напитывала тело женщины силой, а разум – калечила и ломала. От оригинальной Лестрейндж там остались крохи. Лишь злоба к Лонгботтомам. Даже воспоминания канули в небытие тьмы.

Петтигрю смотрел на черный кокон и плавающий в нем силуэт. Недавняя встреча с бывшим другом не осталась без последствий. Чертов кот подрал ногу так, что ходить больно, а лечебные зелья попросту не работали. Спасает лишь обезболивающее. Но с другой стороны сейчас ему никуда и не надо срочно бежать.

Полученные реагенты и вещи были последней партией на ближайшие несколько месяцев. Теперь осталось приготовить эликсиры, провести несколько предварительных ритуалов и просто ждать, пока можно будет воскресить Лорда. Зачем этот неудачник Тени, Питер не понимал, но если он нужен работодательнице, то пусть будет так.

Прятаться на территории материковой Европы было отличным решением. Главное сейчас не сильно наглеть и высовываться, дабы не засветить убежище. Хотя как было хорошо кочевать по магловским курортам… Вкусная еда, лыжи. Петтигрю пристрастился к этому развлечению обычных людей. “Решено,” – подумал мужчина. – “Как только начнем захватывать магический мир, надо будет застолбить себе тот курортик…”

Вдруг от кокона раздался слабый шум, перерастающий в треск. Поверхность покрылась бороздами. Изнутри потянуло жутью и могильным холодом, что пробрало крыса до самых костей. Из провала тьмы показалась когтистая лапа, ухватившаяся за край. А когда вторая вцепилась во второй, оболочка с жалобным стоном захрустела и лопнула.

Существо, вылупившееся из сгустка мрака, мало походило на прежнюю Беллу. Лишь лицо выдавало прежнюю хозяйку тела. Да и то, отдаленно, потому что белки глаз стали черными, а радужка – алой, как свежая кровь. Руки, начиная от локтей, и ноги – от коленей, плавно переходили в огромные когтистые черные лапы. По обнаженному телу вилась вязь странных рун.

– Ты проснулась, – Тень появилась как обычно бесшумно. – Хорошо. Значит – пора.

Она обернула бывшую Лестрейндж во мрак, который походил на вечернее платье, скрывая наготу порожденного чудовища.

– Питер, на тебе присмотр за Реддлом, пока мы не вернемся.

– Есть.

Мужчина рухнул на пол в холодном поту, когда Тень забрала Беллу. Этот монстр точно не был его товарищем. Лестрейндж умерла вместе с мужем. И маг радовался, что не согласился на полное принятие силы от этой хозяйки. Он еще хотел чувствовать вкус жизни.

***

Кицунэ гладила сидящего на коленях кота. Этот наглец возлежал на прелестных ножках с царственным величием и довольной мордой.

– Так кто же ты такой, котя? – задумчиво рассуждала аякаши. – Точно не книззл. И не бакенеко. Запах не как от наших потусторонних сил.

Женщина лениво проводила рукой по мягкой шерстке, сидя в комнате наблюдения. Тут же суетились несколько авроров, проверяя метки на картах, что создали профессора. Для удобства решено было их размножить, чтобы видеть отдельно данные по каждому этажу замка. И судя по ней, практически вся школа собралась в одном месте. А именно на поле квиддича, где шел финал за первое место между Когтевраном и Слизерином. В этом году первые показали себя с лучшей стороны, вырвавшись вперед.

Чисато взглянула на карту. Там множество меток сидело вокруг пар десятков носящихся на небольшом пятачке с бешенной скоростью. Однако вдруг на поверхности появилось небольшое чернильное пятно. Игроки на бумаге замедлились, а потом и вовсе остановились. И в тот же момент чернота закрыла все поле, а аякаши почувствовала волну инфернального, животного ужаса. Такого она не ощущала давно. После получения третьего хвоста напугать ее сложно, а вот восьмихвостая кицунэ практически приравнивалась к ками.

– Хог-вартс, Хог-вартс, – замогильный, но уже такой знакомый голос раздавался отовсюду и ниоткуда. – Наш лю-би-мый Хог-вартс…

– Тс-с-сень, – прошипела аякаши.

Сгусток мрака безмятежно сидел на свободном стуле, в то время как авроры застыли на месте, скованные темным туманом. Она окинула взором помещение.

– Как у вас тут все интересно…

– Что ты сделала, тварь? – хвосты аякаши топорщились, а кот, что лежал на коленях, вскочил и утробно зарычал.

– Всего-лишь так, чтобы нам не помешали поговорить. Ну и зачем ты и твои коллеги мне мешают, а, котейка? – Тень склонила голову, буравя Чешира темными провалами, где у нормального человека были глаза.

Кицунэ непонимающе перевела взгляд с пришельца на кота. Одним вопросом это непонятное нечто сбило ее настрой. Ненадолго. Но не навсегда.

– Эй, а ты ничего не забыла, тварь? – лисица вновь оскалилась.

Тень посмотрела исподлобья на Чисато, а после как бы нехотя облокотилась на спинку стула.

– Я не с тобой разговариваю, животное. Тебя, да и всех вас тут быть не должно. Вы портите такую прекрасную картину мира…

Существовало слишком мало способов моментально довести древнюю аякаши до белого каления. И Тень идеально попала в тот самый мизер. Никто и никогда не имел права называть Чисато животным. Лисьи огоньки вспыхнули один за другим, кружа в воздухе.

– Неправильный ответ, – обманчиво ласковым голосом произнесла японка. – Дай джаен.

Тело вторженца вылетело в дверь, расшибая зачарованное на прочность дерево в щепки, а после ту протащило по коридору метров десять. На счастье, никто из авроров не пострадал, потому как аякаши мастерски управлялась с огнем. Сверх того – путы рассеялись, позволяя магам включиться в бой. Но их остановила Чисато.

– Проверьте, что сейчас на поле. У меня плохое предчувствие. А я… – сбоку послышалось мяуканье, – мы тут разберемся.

***

Когда над полем квиддича зависла странная фигура, сначала ее никто и не заметил, а после первые мгновения никто не понимал, кто это такой. Непонятный маг в черном вытянул руку, похожую на когтистую лапу.

Поток черноты разнесся над трибунами моментально, не давая и мимолетного шанса вырваться из ловушки. Старшие маги тут же вскинули палочки. Кто-то пытался пробить барьер, но взгляды Аяно и Альбуса были прикованы к вторженцу. А точнее – к вторженке, ибо когда та посмотрела на директора, мужчина узнал ее.

– Беллатриса Лестрейндж…

Дамблдор быстро пришел в себя от удивления. Как бы ни выглядела сбежавшая из Азкабана волшебница, он обязан защитить учеников. И мало навалившихся проблем, так к куполу стали стягиваться дементоры. И проходить через оный беспрепятственно.

Сначала стражи тюрьмы медленно и будто завороженно стекались к Белле. Первый приблизившийся попытался атаковать, вытянув душу, но Пожирательница совершила невероятное. Когтистой лапой она схватила дементора за то место, где у него предположительно находилась шея, а после из ее рта влился сгусток непонятной субстанции прямо под капюшон стражу.

Разжав конечность, Беллатриса потеряла интерес к нападавшим, потому как те – остановились. То нечто начало передаваться от одного дементора к другому, останавливая их. А после стражи Азкабана резко развернулись, взирая своими темными провалами на живых.

– Взять.

Дементоры разом рванули на учеников в попытках подарить свой знаменитый поцелуй. Учителя, дежурившие тут авроры и учащиеся, что уже умели применять “Патронус”, принялись бросать заклинания на приближающуюся армию тьмы.

Лестрейндж же в это время выискивала свою цель. Тень приказала убить старую японку. Найти ее будет не трудно. Мертвый взгляд скользил поверх голов будущих трупов. Пока один юнец не показался знакомым. Смутно, будто из прошлой жизни. Где-то из-под слоя наносного мрака пробилось единственное слово, состоящие из смеси боли, потери и ненависти: Лонгботтом.

Гарри с друзьями помогали прикрывать визжащих от страха первокурсников. Делать это с трибуны было не очень удобно: преимущество в высоте сводилось на нет умением противника летать. Едва удалось общими усилиями поднять защитный барьер, в прочности которого дети сильно сомневались. Тот возводился впопыхах и кое-как.

И в этой кутерьме никто не заметил, как Белла исчезла со своего места и появилась перед Невиллом. Она схватила мальчишку за голову и швырнула с трибун вниз. Лишь Драко успел увидеть это и отправить мизучи Саюри спасать однокашника. Водяная змея успела выхватить паренька и аккуратно поставить на землю, лишь для того, чтобы в следующее мгновенье самой отлететь в стену от мощнейшего пинка.

Гриффиндорец понимал, что это – конец. В такой катавасии никто не успеет еще раз прийти ему на помощь. А противостоять этому чудовищу с лицом Лестрейндж у него не было сил. Исходящая от фигуры волна ужаса заставляла сжаться от страха, но юнец продолжал храбриться, глядя на приближающуюся тварь.

И уже второй раз за сегодня он получил право назвать этот день вторым рождением. Когда до Беллы оставалась пара метров, ей в спину прилетел ледяной полумесяц. Пожиратель повернула голову в сторону, откуда пришла атака и наткнулась взглядом на свою основную цель: Аяно Хошино.

Разрушенный разум Беллатрисы начал разрываться: с одной стороны приказ, а с другой – месть. Но второй ледяной полумесяц прервал дилемму. Сначала надо избавиться от той, что посмела атаковать.

Японка с трудом сдерживала натиск твари. Возраст давал о себе знать, а Чисато не было рядом, чтобы помочь. Но опыт позволял противостоять. Женщина раскидала талисманы, запирая монстра в барьере, что давало перевести дух.

***

Аякаши швыряла один за другим сгустки пламени в Тень. Противник на деле оказался силен, но неопытен. Будто получил свои возможности недавно и не знал, как ими пользоваться. так мало того, странный кот постоянно выпрыгивал непонятно откуда, кусал ноги, рвал когтями руки и лицо, еще сильнее сбивая с толку вторженца.

Когда кицунэ загнала врага в угол, тот выглядел жалко. Его охватила дрожь. Женщина решила, что это от страха, но ошиблась. Тень смеялась. Сначала тихо, почти незаметно, но потом перешла на гомерический хохот.

– Думаете, что вы победили? – живой сгусток тьмы придерживал поврежденную руку более целой. – Скоро моя подчиненная убьет всех, кого быть здесь не должно. И в конце она доберется до вас.

Чисато лишь на секунду отвернулась, как Тень попросту испарилась, оставляя после себя лишь ехидное хихиканье. Тварь их всех провела. Пока отвлекала аякаши, на поле творилось черт-те что. И надо было срочно идти на помощь.

Когда же лисица прибыла, то обнаружила авроров, что никак не могли пробить барьер. Она попыталась переместиться во внутрь, но безрезультатно. Не помогал и ее огонь. Она в бессилии лупила по отвердевшей тьме, но та попросту отталкивала женщину.

– Мяу, – раздалось из-за спины.

Кот сидел и смотрел на кицунэ. С виду обычное животное, но в его глазах было что-то странное. Что-то… человеческое. И он как будто вопрошал: готова ли аякаши пожертвовать ради спасения родных и близких.

– Да сделай уже хоть что-нибудь, – воскликнула Чисато.

Кошак довольно ухмыльнулся и запрыгнул на шею, свесившись будто манто. Лисица почувствовала вибрацию от мурчания, а затем – огромный поток силы. Гигантская волна маны захлестнула ее ядро, и если бы не столетия существования – она бы попросту в нем захлебнулась. Но опыт подсказал, как завернуть, как поглотить эту мощь.

Тело женщины засветилось. Боль от прорастания девятого хвоста оказалась не такой сильной, как она ожидала. Кот соскользнул на землю, тяжело дыша. Он пристально посмотрел на аякаши, потом кивнул и закрыл глаза.

– После однозначно ты все расскажешь, – прошептала кицунэ.

***

Барьер Аяно не выдержал очередного удара Беллы. Когтистая лапа пробила поле, что со звоном тотчас же осыпалось. Следующий же удар пришлось принимать на нагинату. Но он оказался настолько силен, что откинул японку на землю.

Однако добивающей атаки не последовало. Вместо нее в это царство тьмы ворвалось живительное пламя с лисьими ушками и девятью хвостами, что принялось жечь врага. В пролом, оставленный кицунэ, тут же хлынули авроры, разгоняя дементоров, дабы вывести детей.

Осколки сознания Беллатрисы скрипели и корчились от боли от каждого удара живого огня. Дарованная мощь, что не была развита, оказалась и силой, и слабостью одновременно, как и в случае с Тенью. Но перед погибающим чудовищем имелась еще ее цель. Ее месть. И она была очень и очень близко.

Лестрейндж выпустила поток миазмов, но вместо атаки по Чисато, рванула к Невиллу. Однако буквально в нескольких сантиметрах, когда обломанные когти почти достигли мальца, ее что-то остановило. Пожиратель Смерти медленно опустила голову и увидела торчащую из груди руку, сжимающую сердце. Ее сердце. Что вспыхнуло в пламени, сжигающем ее тело и осколки души…

Эпилог

Шлепки босых ног по каменным плитам раздавались на все убежище. Питер выбежал из комнаты с палочкой наперевес, и увидел обнаженную женщину в возрасте, сбрасывающую с себя ошметки темной субстанции.

– Бесполезная Лестрейндж, – бубнила она под нос. – Столько времени и маны в никуда… Чертовы япошки оказались сильнее.

– Тень?! – выпучил глаза Петтигрю.

– А кого ожидал увидеть? – реверберация в голосе сходила на нет, но ее было достаточно, чтобы узнать хозяйку. – Надеюсь, хоть ты не облажался? С Томом все нормально?

– Да, – закивал маг.

– Это хорошо, – Тень остановилась перед мужчиной и презрительно смерила его взглядом. – Так, принеси мне какую-нибудь одежду.

Когда крыс рванул со всех ног выполнять приказ, женщина потянулась, разминая суставы. Она предполагала, что такое случится. И у нее уже готов план, как действовать дальше.

***

Бедный министерский чиновник в кабинете Дамблдора обтекал второй раз. Именно он в начале учебного года прибыл сообщить о дополнительной охране. По идее, это было хорошим решением. Выдели они еще авроров, а не чертовых чудовищ из тюрьмы. И теперь ему приходится вновь отдуваться. Кто мог подумать, что Лестрейндж каким-то образом натравит их на учеников?

***

– Знауете, а мняу нрявится этот Дямблдор. Тьфу, блин, ня как ня избяувлюсь от этого якцентя, – Чешир потер переносицу.

С момента битвы на поле квиддича прошли сутки. Дементоров удалось взять под контроль и выпроводить обратно в Азкабан. Тем более двое из самых опасных преступников – мертвы. Директор сразу же после сражения отправился в Министерство с требованием больше не лезть в дела школы, а сегодня мозги бедному чинуше ел уже попечительский совет.

Каково же было удивление магов, когда на том месте, где лежал до этого обессиленный кот, оказался парнишка в магловской одежде без сознания с кошачьими ушами и хвостом. И сейчас он находился под присмотром Хошино, Чисато и Грюма во все том же кабинете, просто в дальней его части.

Аякаши нервно дергала девятью хвостами золотого цвета. Такой же были волосы и уши. Зрачки тоже сменили оттенок на золотистый.

– И вот надо было мне соглашаться, – недовольно, но беззлобно пробубнила кицунэ. – Моя красивая розовая шерстка…

– Чисато, и долго ты будешь убиваться? Ты красивая и в таком виде. Тем более ты достигла уровня силы матушки, если верить записям. Все-таки золото выше серебра.

– Вы мне лучше скажите, почему Лестрейндж так быстро сдулась? – Грюм буравил волшебным глазом то чинушу, то Чешира. – Судя по вашим рассказам она была сильнее даже нашей лисицы.

– Исходя из произошедшего, Тень пыталась сделать из мага – бойца. Уж прости, Ал-кун, но у вас, англичан, с физподготовкой все плохо, – Аяно принялась разминать потянутое в бою плечо. – Несмотря на то, что она является частью школьной программы, толку от этого не то, чтобы много. Вы делаете слишком большой упор на магию.

– То есть Тень слишком рано выпустила Беллу в бой?

– Вероятно сразу же после пробуждения или около того, – нервно дернула ухом Чисато.

Собравшиеся умолкли, задумавшись каждый о своем, под аккомпанемент распекания чиновника. От Грюма не ускользнул тот факт, что от той группы отделились директор школы и направился к их собранию.

– Я уж лучше с вами посижу. Там без меня прекрасно справятся, – Дамблдор выудил коробочку со сладостями. – Угощайтесь.

Внутри оказались мармеладки в виде долек фруктов. Причем не магического производства, а обычные магловские, что любил пожилой маг.

– А теперь давайте поговорим серьезно, – добродушное лицо Альбуса сменилось жестким и холодным выражением старого стратега. – Чешир, Вы ведь понимаете, что нам жизненно необходима информация по Тени и Вашей роли в этом всем?

Кот задумался. Он не мог поведать жителям этого мира о “каноне” и “боге”. Мир просто воспротивится этому всему и сотрет при попытке открыть рот. Но у него был план. Не зря же сотрудник “History Industries” спускался к механизму.

– Ня то ня против, но есть одняу зяугоздкя: по някоторым причиням я всего ня скяужу. Одняко, – он поднял палец, – кое-кякую информяуцию и помощь ня следующий год – дям. Поверьте, он будет – незабывяуемый…

Послесловие автора

Наконец-то. Третий том оказался чуть короче, но появилась возможность хоть сколько-нибудь посвятить его другим героям. Главной проблемой стал канон. Он слишком дыряв и нелогичен. Часть событий уже произошла, что связана с Сириусом, еще часть - произойти тупо не может. Уж простите, но маховики времени улетают в мусоросжигатель. К черту эту гребаную черную сюжетную дыру. Как и Карта Мародеров получила немного другое развитие.

Четвертый том будет… еще более сложным в написании, ибо нас ждет еще больше героев, ведь впереди будет “Кубок тройного огня”.