Гарри Поттер. Книга пятая: Орден мертвого феникса

Пролог

Чешира буквально вмазало в стену его кабинета. Каким бы ловким не был кот, сложно среагировать на моментальное изменение положения. Только если ты не профессиональный боец и охотник за чудовищами, что прошел обучение под руководством некоего Геральта из Ривии, а также еще нескольких десятков других таких же наставников. Мужчина, появившийся третьим, успел материализовать меч и вонзить его в пол, чтобы остановиться. Эльвире, появившейся между ними, повезло больше всех. Она приземлилась на мягкое в виде хвостатого засранца.

Девушка ловко поднялась на ноги и отряхнулась, осматривая помещение. Тут сейчас творился хаос, ибо такое прибытие сотрудников не является штатным. Влетевшие по тревоге представители службы безопасности, дружно хмыкнули и удалились. Происходящее не являлось их зоной ответственности. А вот летевший сюда начальник отдела как раз и займется появившимися работниками. Вот когда он отчихвостит провинившихся, тогда уже может те попадут в руки улыбчивых людей в форме.

– Вы чего тут, мать его, устроили? Чешир, опять накосячил? – с порога принялся ругаться Зигмунд Волков.

– Вот как обычно: чуть что – сразу Чешир, – недовольно пробурчал кот, разминая шею. – У нас ЧП. Роулинг вмешалась в события лично.

– Так вроде же вы как раз должны были устранить эту проблему путем слияния миров.

– Боюсь, – слово взял Герман, – этого делать не стоило. Похоже, резонанс сделал ее сильнее, так что “канон” может перезапуститься.

– Да ешкин кот…

Глава первая. Пробуждение зла.

Пожиратели не могли понять, куда делась тройка магов во главе с Поттером. Особенно сильно бесился от этого сам Реддл, лишившись возможности убить ненавистного мальчишку. Спокойными оставались двое: Джоан и Питер. И если второму, по большей части, было плевать, ведь его судьба пацана не заботила вовсе, то вот первая с хлопком закрыла книгу.

– Милый мой, успокойся, – Тома будто окатило холодной водой от ее голоса. – Скоро ты получишь шанс сразиться с Гарри. И даже убьешь его. А сейчас мне надо подготовиться к изгнанию отвратительной мошкары, что влезла в мой мир.

Роулинг тяжело вздохнула. Даже если она сможет запустить “канон”, события уже изменены. “Мальчик-который-выжил” перестал являться тем, кого она создала изначально. Всякие непонятные родственнички его изменили, лишив того самого шарма одинокого парня, попавшего в чудесную сказку. Да и сама магия начала работать не от веры в нее, а по вполне логичным принципам. Не критично, но неприятно. Тут даже не поможет откат к изначальным событиям, ведь поганые “History” покапались своими кривыми ручками на глубинных уровнях мира. Значит остается план “Б”: убить героя, что станет основой для создания нового. Вполне можно использовать Невилла, но проще начать с чистого листа.

***

Кабинет директора, наверное, в последний раз использовался для общего собрания. Это обсуждено еще давно среди членов Ордена Феникса. Однако сегодня тут присутствовал непривычный в этих стенах человек – Корнелиус Фадж. Министр Магии, скорее всего уже бывший, с апатией катал в руках стакан с виски, слушая, что натворил за последние годы. Как выяснилось, под контроль божества мужчина попал довольно давно.

– Я ведь думал, что отправить дементоров – отличная идея… Как меня не сняли с должности-то? – простонал Фадж.

– Боюсь, Корнелиус, эта зараза проникла глубоко в Министерство, – вздохнул Альбус. – И скоро придется вступить в новый этап войны, потому как Реддл – воскрес.

– Кто?

– Тот-Кого-Нельзя-Называть, – вздохнул старый маг.

– Это точно? – чуть не выронил стакан мужчина.

– Точнее некуда. У нас есть свидетель…

Возвращаясь немного назад до начала этого разговора, бывшие в курсе ситуации люди очень сильно удивились, когда неожиданно пропавший во время разрыва соединения министр неожиданно вышел из Запретного леса весь в синяках и ссадинах. При попытке узнать, что случилось, выяснились наличие провалов в памяти. И главное – он не помнил ни о каком секретаре.

– И что вы будете делать? Я имею в виду Орден.

Дамблдор задумался. Планы у них уже имелись, но вот их реализация совершенно не нравилась. Грядет война. Причем скорее всего еще более яростная и скоротечная. Чешир не говорил о многом прямо, но его оговорки и намеки дали понять: Тень не просто сложный противник, а Бог этого мира. Хоть и с ограниченными правами. Пока что. Но и их хватит с головой местным.

– Боюсь, – в конце концов вздохнул директор, – школу придется закрыть, а члены Ордена уйдут в подполье. Есть несколько задумок и наработок.

– Сколько у нас времени? – прищурился Корнелиус, что-то прикидывая в уме.

– Не знаю, но скорее всего мало.

***

Фадж шел по коридорам министерства. С момента разговора прошел час. Тогда министр спешно попрощался и направился на рабочее место. Требовалось сделать множество приготовлений. То, что Альбус ему не соврал – сомнений не было. Директор школы магии хоть и являлся его политическим противником, но никогда не обманывал, особенно о таких важных событиях.

Мужчина уже прикидывал, какие еще отделы перевести в закрытый режим, после того, как уже фактически отправил аврорат и отдел тайн в “свободное” плавание, а артефакторий закрыл на сложную систему печатей, которую открыть может только десять разных магов, включая его самого, начальников обозначенных учреждений и еще семь доверенных лиц. В таком состоянии его и застали незваные гости.

Странная и смутно знакомая женщина прогуливалась по министерству, оглядываясь нагло и по-хозяйски и ведя за собой группу людей в балахонах. Министр посмотрел на процессию с, казалось бы, полным безразличием. Когда же они поравнялись с волшебником, тот вежливо произнес:

– Уважаемые, часы экскурсии по Министерству уже прошли. Прошу покинуть здание, во избежание неприятных последствий.

– Милый мой Корнелиус, неужели ты не узнаешь своего секретаря? – Джоан кокетливо похлопала глазками.

– Так вот Вы какая, – не снимая маски чопорного англичанина выгнул бровь министр. – Боюсь, – он посмотрел на часы, – уже сорок минут как тут не работаете. Увы и ах, но пособничество террористической организации запрещено законом.

Женщина тяжело вздохнула. Опять все пошло не так. Фадж, которого в своем романе она сделала трусоватым и недалеким, на деле оказался въедливым и хитрвм политиком. Даже ее воздействие не изменило Корнелиуса.

– Значит, будем действовать по плохому, – в конце концов выдала Роулинг.

– Я и не сомневался в этом.

Маг резко отскочил, выхватывая палочку и одновременно сжимая амулет, что запускал охранную систему и предупреждал работников. Однако он не сработал. Заметив довольную ухмылку на лице женщины, волшебник понял, что та что-то испортила в командных кругах. Тогда он решился на последний шаг.

– Авада Кедавра!

Зеленый луч смертельного проклятия полетел в Джоан, но пойман в сгусток тьмы, где просто потух. В ответ женщина направила этот мрак, что схватил Фаджа, спеленав по рукам и ногам. Он попытался подергаться, но это странное заклинание держало надежно. Противница же нарочито медленно начала двигаться к пойманному. А в это время в дежурной комнате авроров все же сработала тревога.

– Ай-яй-яй… Министр Магии пользуется запретным заклинанием, – Роулинг покачала головой. – Как нехорошо. Том, пожалуйста, покажи как надо.

Заклинатели успели в последний момент аппарировать в коридор по наводке, но лишь для того, чтобы увидеть, как смертельная магия поражает министра. Тело волшебника обмякло, когда огонь жизни был потушен зеленым лучом.

Оказавшись в меньшинстве в окружении Пожирателей, а то, что это они – уже не вызывало сомнений, маги кивнули друг другу и с хлопком исчезли, выполняя последние инструкции уже покойного Фаджа. За секунду до перемещения они запустили сигнал эвакуации уже по своим каналам, до которых, к счастью, Тени добраться не удалось. И вот он уже оповестил всех доверенных лиц, поэтому последние работавшие в этот час молча встали и аппарировали, оставив коллег в недоумении. Те же, кто не получал предупреждения, оказались уже списаны как Корнелиусом, так и Авроратом с Отделом Тайн как неблагонадежные. Так что наутро эти, а еще часть пришедших на работу, без проблем завербованы новым правительством.

***

Когда же основные моменты были утрясены, Джоан по привычке опустилась в кресло секретаря. Хотя этот уютный уголок ей понравился еще в бытность “помощника” Фаджа. Здесь можно сесть за рукопись нового романа, о чем писательница подумывала. Хотя сейчас было не до этого, ведь ее Темный Лорд вел себя как ребенок, получивший новую игрушку, чуть ли не прыгая вокруг места Министра Магии.

Захват власти прошел быстро и гладко. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Хотя она никого не видела из двух специфических и опасных для них отделов, что настораживало. И не зря: в кабинет быстрым шагом зашел Петтигрю.

– Госпожа, артефакторий запечатан похлеще золота в Гринготтсе. Ллойд говорит, что шифр там мудреный, а судя по меткам нужно десять человек.

– Плохо. Имеющиеся там вещицы могли бы нам помочь в будущем, – вздохнула женщина. – Но ничего, поймаем и вскроем. Только осталось понять, кто нам нужен. Скажи Ллойду, чтобы он снял отпечатки маны.

– Боюсь, у меня очень плохие новости, – Хвост потянул за ворот рубашки, что стал неприятно жать перед оглашением, – один из них – Фадж.

Красивый резной стол с простым, но стильным орнаментом покрылся сетью трещин. Темные ленты обвили и начали сжимать предмет мебели. Лицо Джоан превратилось в холодную маску, а в кабинете резко стало неуютно. И находящимся там мужчинам резко захотелось куда-нибудь исчезнуть. Желательно на другую половину Земли. Но это продлилось недолго. Женщина быстро взяла себя в руки.

Поганец Фадж ее переиграл. Но ничего, она еще посмотрит, кто будет смеяться последним. Глубоко вздохнув, она помассировала виски. Судя по всему, Орден Феникса тоже куда-то спрятался вместе с пропавшими отделами. Стоило бы послать Пожирателей к Норе, а самой наведаться на площадь Гримо. Решив пока остановиться на этом, женщина довольно хмыкнула.

– Питер, мне нужны Эванс и Бейли с их группами. И пока меня не будет… – она посмотрела на груду кусков. Можно было починить магией, но ей почему-то претила такая идея. – Выкиньте этот мусор и найдите мне новый стол. Ровно такой же. Новый, а не восстановленный из обломков.

***

Бейли с парнями аппарировали к дому предателей крови. Вот только вместо той халупы, о которой говорила начальница, тут обнаружился вполне приличный особняк со следами недавнего ремонта. Однако это место окутывала тишина. Слишком тихо для жилого дома в десять утра. Особенно с учетом того, что наблюдатели сообщили об экстренном возвращении детей из Хогвартса обратно по домам.

Чутье подсказывало о возможной засаде, но если они не проверят, то начальница голову оторвет, причем буквально. Аккуратно пройдя за ворота, что даже не скрипнули, они ступили на садовую дорожку. Все окружение внушало спокойствие и уют, однако это напрягало еще сильнее.

Немногие метры до дома казались вечностью, но группа не встретила сопротивления. Бейли позволил себе расслабиться и взялся за ручку двери. Потянув ее на себя, маг встретил очень злого Грозного Глаза Грюма.

Глава вторая. Игра в салки.

– Так вот ты какая, площадь Гримо, – Джоан осмотрелась по прибытию.

Место, что она описывала в свое время, выглядело ровно также, как и представляла. Типичная английская улочка, где после дома за номером одиннадцать идет сразу тринадцатый. Сокрытое “Фиделиусом” место открывается лишь тому, кто знает о нем.

Здания неожиданно стали раздвигаться, позволяя дому семейства Блэков появиться на свет. Тут, согласно изначальному роману, проживал Сириус, находясь в бегах, а также заседал Орден. Как ни прискорбно, но Тень хотела убрать старые фигуры из уравнения, взрастить новых героев и перезапустить историю. Идея казалась здравой, особенно в эпоху ремастеров и ремейков. Можно даже создать полностью инклюзивную и гендерно разнообразную команду героев в угоду современной моде, пока она еще не прошла. А на место директора посадить старичка нетрадиционной ориентации, раз с Дамблдором не получилось, несмотря на все заявления. Выяснилось, что тут Альбус имел бурную молодость, меняя девушек как перчатки в студенческие годы.

Дверь со скрипом открылась, впуская вовнутрь пришедших. Все покрыто толстым слоем пыли, будто тут давно никого не было. С другой стороны возможность иллюзии или искусно подготовленной ловушки не отменялась. Женщина хмыкнула: с новыми возможностями ей не страшны никакие засады.

Однако запущенная магия сканирования не показала никого. Вообще. Но здесь же должен быть Кикимер с уже ставшим бесполезным пустым крестражем, который выкрал Регулус. Как так-то? Ведь Орден должен находиться тут! Даже с учетом оправдания Сириуса им же нужна база. Маги по приказу госпожи тут же разбежались по территории в поисках… хоть чего-нибудь.

Спустя полчаса практически все как один пришли с неутешительными известиями: дом целиком и полностью пуст. Отсутствовали даже мебель и картины. О тайниках и говорить нечего. Лишь один принес чистый лист бумаги. Он изначально лежал посередине комнаты, что очень и очень подозрительно.

Когда же Джоан взяла его в руки, на поверхности стали проявляться буквы, складывающиеся в слова, а те в свою очередь в предложение: “Не думай, что твои знания тут пригодятся”. А после вспыхнул и осыпался пеплом, что исчезал, не долетая до пола. “Чертов паршивец, – подумала женщина. – Но я-то – здесь. А ты сюда больше не имеешь хода. Канон дает мне силу.”

– Ладно, собираемся. Здесь делать нечего, – кивнула Тень.

Вернувшись в Министерство, Роулинг направилась в кабинет. Настроение после вылазки было отвратительное. Неожиданно пропавшие герои ее романа портили все планы. Но ничего. Вторая группа еще не вернулась, а она может найти хоть какие-то зацепки.

На новом столе уже собралась кипа бумаг, требующая внимания. Ожидать, что Реддл в ближайшие дни вообще примется за документы – не стоило. После ритуала, да и такой резкой и легкой победы, его восприятие находилось в нестабильном состоянии. Сейчас он больше похож на ребенка, чем на взрослую личность.

А разбираться предстояло много с чем: с утра не вышло приличное количество чиновников. Причем не только низшие чины, но ключевые должности освободились. Фадж продолжал пакостить даже после смерти. Как ему удалось провернуть все за час – непонятно. Он должен быть нерасторопным увальнем. По крайней мере так его описывала Джоан. Но никак не хитрым политиком.

Закопавшись в бумаги, Тень отбросила лишние мысли и немного успокоилась. По большей части тут обнаружились доносы и хвалебные резюме, что писали оставшиеся чинуши, дабы вырвать себе более “вкусное” местечко у трона. И именно за этой работой ее застали очередные неприятные новости: вторая команда убита в практически полном составе. Выжила лишь пара бойцов, из тех, кто до этого набран из наемников.

– Сначала было спокойно, – докладывала Миранда Уилсон, потирая замотанную в бинты обожженную руку. – Пока Бейли не открыл дверь. После этого начался натуральный ад. Мы оказались окружены аврорами, который посбрасывали мантии-невидимки. А когда хотели аппарировать, чтобы позвать подмогу и раздавить их, оказалось, что они поставили мощный купол.

Миранда замолчала, переводя дух. По кивку Роулинг ей дали стакан с водой. После того, как женщина промочила горло, она продолжила:

- Они не пытались нас захватить. Авроры начали нас убивать. Просто и без затей.

***

Грюм смачно сплюнул. Давно он не был на тренировочной базе. Но бесило не это: вместо того, чтобы сразу же дать отпор воскресшему Реддлу и этой чертовой Тени, они попрятались по схронам. Аластор буквально с ноги открыл дверь в штаб.

– Кто-нибудь, ответит, какого хрена? – прорычал он, смотря на бывшего главу Арората Шепарда и Дамблдора, обсуждавших какой-то вопрос. – Почему мы не прихлопнем этих уродов здесь и сейчас? У нас тут собраны лучшие бойцы…

Адриан со шлепком прикрыл лицо рукой, а Альбус тяжело вздохнул. Этот вопрос витал в воздухе со вчерашнего вечера. Однако все куда сложнее.

– Мы же вроде это осуждали.

– Ага. “Таков план!” Помню-помню. А если серьезно?

Мужчины переглянулись. В принципе, информация не являлась секретной, но оглашать ее сейчас опасно для морального духа. Однако держать в неведении полевых командиров – глупо.

– Все куда хуже, чем кажется. И дело даже не в Тени или Реддле, а в их армии. Вчера ночью из разных источников поступил целый ворох разрозненных данных, сводящихся к одному – Пожиратели набрали себе новых членов. И суммарно они превосходят все доступные силы как минимум раз в пять. Напомнить прошлый год и ту сотню?

– Но ведь мы можем поднять людей… – начал было Грюм, но остановился, почесав затылок. – Да, бред сморозил. Тогда что нам делать-то?

– Пока – партизанить. И пытаться спасти как можно больше невинных, которые однозначно попадут под удар. Проблема в том, что наш главный враг сейчас для нас неуязвим…

***

Аяно и Чисато отдыхали в выделенной комнате. Покинуть страну не вышло, ибо Министерство, а вместе с ней наблюдательная сеть и система международных портшлюзов. Можно попробовать рискнуть выбраться немагическим транспортом, но границы явно под наблюдением. Да и уходить никто не собирался. Гарри, наконец, нашел своего кровного врага. Близнецы не желали бросать сводного брата и друзей. Ну а старшие не могли оставить детей на произвол судьбы. С другой же стороны Синдзи и Мичико начали переговоры с другими кланами, дабы помочь застрявшим в Англии родным.

Если говорить о политической обстановке в целом, то переворот не прошел незаметно. В первую очередь британская Корона, что в курсе о магическом мире как и определенный правящий круг лиц, начала готовить войска под видом учений. Они не собирались вмешиваться, но пришествие очередного “гитлера” не приветствовали. Соседи-немаги тоже поглядывали на эти события, почесывая “кулаки”. Волшебники-европейцы же пока заняли выжидательную позицию. А вот советский и азиатский блоки начинали искать контакты с сопротивлением. После Второй Мировой и бесчинств Гриндевальда, Советы, Китай и Индия поставили себе цель давить фашистские начинания на корню. США вообще заняли позицию наблюдатели и решили поддержать победителя.

– Что написал старик Нура? – Аяно закончила приготовление чая и протянула чашку лисице.

– Поддержка будет, – кицуне с кивком приняла глиняную емкость. – Он обещал попинать знакомых в приграничной области.

– Да, так будет лучше. Сейчас же даже посольства приостановили свою деятельность. Хитрая мразь, – женщина со злобой стукнула по подлокотнику. – Сколько она пряталась под видом секретаря-то?

– Хотя Фадж ее переиграл, мир его праху. И дал нам немного времени, – женщины замолчали в память о хитром политике.

***

В это время подростки, что решили сражаться, заканчивали располагаться в выделенных комнатах. С завтрашнего дня их ожидало начало суровых тренировок. Никто не будет делать скидок на возраст, так как нужны бойцы.

Невилл, как и Гарри, получил возможность встретиться с родными, проходившими здесь подготовку. Хотя сейчас больше это все подходило на стягивание доступных войск, ведь чета Лонгботтомов достаточно быстро восстановила форму.

***

Феникс слушал доклад подчиненного:

– Среди замеченных представителей в Министерстве наши наблюдатели встретили немецких “Львиных Рыцарей” и итальянских “Мрачных Жнецов”.

Маркус нахмурился. Выкормыши нацистских СС, которых советские магические спецотряды гоняли в течении всей мировой войны, опять выползли на поверхность. Значит они правда вывезены вместе с учеными в свое время на территорию Южной Америки. Это еще подтверждалось наличием мексиканцев и чилийцев в их рядах.

– Но, боюсь, у меня новости еще хуже.

– Куда уж… Ладно, давай, – вздохнул мужчина.

– Они смогли как-то привлечь на свою сторону великанов, оборотней и трансильванских вампиров.

– А последним тут что надо? – вскинул брови наемник.

– Неизвестно, но их привела молодая госпожа Алисия Дракула.

После этой новости хотелось лишь прикрыть лицо рукой. Этот клан кровососов являлся самым спокойным среди остальных. Но похоже девчонке ударила кровь в голову юношеским максимализмом. И она набрала себе свиту таких же агрессивных малолеток и престарелых человеконенавистников.

– Подними контакты с ее отцом. Может, удасться хоть немного снизить численность войск врага, – в конце концов произнес Феникс.

– Есть. Слушайте, командир, – подчиненный все же решился спросить. – Нам же не заплатят за эту работу. Так почему? Это ради мести?

Маркус встал и подошел к окну. Там, за стеклом светило теплое солнышко. Обычные люди сновали мимо типичного офиса по своим делам. Никто и знать не знал, что это помещение снимает магическая ЧВК.

– Знаешь, сначала это было ради нее. Когда в тот день ко мне пришли с предложением. Однако сейчас даже не уверен, – мужчина повернулся и посмотрел на вопрошающего. – Я просто не хочу, чтобы кто-то еще прошел через этот ад. И если зная все, не пошевелю и пальцем, мои жена и сын просто не простят.

Глава третья. Пожиратели надежды.

После переворота и ухода Ордена Феникса вместе с Авроратом в подполье по факту началась гонка со временем. К сожалению, та засада в “Норе” оказалась первой и последней удачной вылазкой. Главной проблемой стало перемещение по территории Англии. Любые применения стандартных для европейцев способов: трансгрессия, каминная сеть и портшлюзы – отслеживались Министерством.

Вторая проблема – границы, которые постоянно патрулировались прихвостнями Пожирателей. А вместе с ней и третья – нехватка бойцов и персонала. Каким способом Тень удерживала агрессивную толпу магов – непонятно, но те не атаковали маглов. По крайней мере пока существовало сопротивление. А вместе с этим она договорилась с Короной, так что Англия просто не пускала Советы, Китай и Индию на свои территории. Зато наемники из Европы и Америки, что шли работать на Темного Лорда.

Конечно, обещанное подкрепление ёкаев прибыло, но уже в меньшем количестве, и только тех, кто мог перемещаться в пространстве самостоятельно, не боясь быть замеченными стандартными методами. Поэтому требовалось в срочном порядке искать альтернативные способы перемещения.

***

В одном из боксов приобретенного через третьих лиц гаража Артур Уизли вылез из-под днища автобуса и принялся вытирать руки от масла. Мужчина уже два месяца как считался безработным, так как в тот злополучный день не вышел на работу. Все прекрасно понимали, что новое руководство не оставит в живых тех, кто принимал активное участие в борьбе против их режима. Однако маг не унывал. Он наконец-то смог погрузиться в любимое занятие, практиковавшееся многие поколения в семействе – артефакторику.

Наконец-то его идеи по совмещению магловских технологий и магии стали более востребованы на родине. Да, для ведения военных действий, но ирония в том, что и маглы многие вещи придумывали для войн, переходящие впоследствии в мирную жизнь.

Самое смешное, что сейчас в его подчинении имелось семь человек из Отдела Тайн, которые раньше занимали более высокие должности. И в данный момент они возились в масле и солидоле, нанося черновые руны на пару других автобусов.

Мужчина вздохнул и посмотрел в дальний угол гаража. Там лежал обгорелый остов как напоминание об идущей войне. Месяц назад это был “Ночной рыцарь”. Как только стало понятно, что Пожиратели перекрыли все основные маршруты, пришлось искать альтернативу. И тогда на них вышел Стэн. Трусоватый внешне парнишка на деле оказался хитрым и достаточно умным, чтобы вовремя начать косить под дурачка.

За неполные две недели он вместе с Эрни, старым водителем, фанатевшим в молодости от магловских машин, перевезли немало бойцов, пока не попали в засаду. Бедную парочку магов сдал за вознаграждение один из бывших клиентов.

Авроры попросту не успели. Именно в этот день Артур заканчивал рунирование прототипа боевого автобуса. Действовать приходилось в условиях постоянного аврала и никто не знал, будет ли все работать вместе. Запитав основной контур для ускоренного перемещения в пространстве, в работоспособности которой рыжий маг уверен, оперативная группа рванула на место.

Пылающий остов виднелся издалека. Чадящая железка, созданная маглами и измененная магами стояла посередине поля. Когда же бывшие министерские заклинатели потушили ее “Агуаменти”, то внутри обнаружилось два сгоревших тела. И судя по позам, те были еще живы, когда Пожиратели подожгли автобус. Сделано это в назидание. Так произойдет с каждым, кто осмелится пойти против.

И послание ушло в массы, когда на следующий день в “Пророке” появилась статья о поимке и казни предателей с фотографиями. Как следствие – количество даже просто сочувствующих снизилось на порядки.

Артур тяжело вздохнул, потерев переносицу. За спиной раздались шаги и из мрачных мыслей выдернула жена:

– Дорогой, я тут вам перекусить принесла, – женщина водрузила на свободное от деталей место на столе, предварительно убрав с него пятна масла и смазки заклинанием. – Ты как?

– Я в порядке, Молли. Лучше скажи, как там Гермиона?

***

На одной паре магов Пожиратели не остановились. Под чистки начали попадать все, до кого могли дотянуться, хоть сколько-нибудь причастные к Ордену. И тут в их руки попала чета Грейнджер. Случилось это буквально через пару дней после переворота. Девушка связалась с родителями и попросила в срочном порядке покинуть страну, рассказав о случившемся. Томас и Хизер знали о сумасшедшем маге, так что без лишних вопросов начали собирать вещи.

Поймали их в аэропорте на следующий день. Причем задержала местная охрана. Сначала на стойке регистрации случилась какая-то заминка. Работник аэропорта вежливо сообщил, что с билетами есть проблемы, так что стоит пройти в офис, дабы разобраться. После чего служба безопасности грубо вывела в закрытое помещение, где поджидал человек Реддла.

Допрос под сывороткой правды прошел быстро. Грейнджеры не знали, где находится их дочь. Убивали их после этого медленно и со вкусом. Хизер отдали на растерзание оборотням, которые сначала изнасиловали женщину, а потом, еще живую, начали жрать.

Томаса же заставили на все это смотреть. Когда все закончилось, с него, обезумевшего от бессилия и потери, содрали кожу, параллельно измываясь “Круциатусом”.

О случившемся Гермиона узнала через несколько дней. К тому времени она уже вся извелась, ибо по прикидкам родные должны добраться и позвонить. Тогда дурные вести принесла Скитер, неожиданно ставшая под знамена Ордена. Благодаря своей аниморфической форме она могла собирать данные там, где нельзя было проскочить в мантии-невидимке.

Ей удалось выкрасть пачку колдографий, сделанных одним Пожирателем. Тогда Дамблдор не знал, что говорить девушке, но решил случай: ее послали занести документ. И именно в этот момент по столу в оперативном штабе оказались разложены эти магические снимки.

Бывшему директору пришлось усыплять подопечную магией, из-за начавшейся истерики и передавать в руки медиков, а после вызвать ее друзей. Случившееся утаить уже не удасться, так что требовалось хоть как-то помочь Грейнджер. Чета Уизли вызвалась взять на себя заботу о потерявшей родителей девочке.

К сожалению, прошло слишком мало времени, чтобы бедняжка пришла в себя. Однако сейчас она с головой погрузилась в тот проект, которым занималась вместе с Роном и учениками из Первой Старшей, после одного разговора с Гарри и Невиллом.

Парень работал над изучением и доработкой технологии. С одной стороны скорость применения магии этого мира достаточно высока, но то чувство, что рыжик тогда ощутил – было невероятно. Заклинания формировались и применялись ровно так, как он хотел. С этим устройством не требовалось вербального компонента, а переложение вычисления некоторых параметров на концентратор позволяло более тонко работать с маной.

***

Гермиона сидела на кровати в одиночной палате, обхватив ноги руками. Тут стоял полумрак из-за занавешенных окон. Несколько дней после случившегося она проспала под заклинанием, потому что каждую минуту бодрствования находилась в состоянии перманентной истерики. Разум просто не верил в случившееся, доведя по пика стадию отрицания.

Но потом как отрезало. Девушка проснулась в очередной раз и… ничего не произошло. Она впала в полнейшую апатию, практически не реагируя на раздражители. Сначала медперсонал, а потом Молли кормили ее с ложечки, водили в туалет. Друзья приходили поговорить, но Грейнджер просто смотрела в одну точку, не замечая никого вокруг. Но гриффиндорка находилась под постоянным присмотром. Наташа, кошка, что попала в этот мир благодаря Чеширу, как ни странно, осталась. Хотя тут не было ничего удивительного, ведь Сибирская заняла место Живоглота, закрепив себя в текущей реальности.

Бывшая шпионка, которая в своей вселенной являлась человеком и пожертвовала собой, не знала, что и делать. Ее готовили к такому с детства, а о родителях она ничего не знала. Конечно, семья у кошки имелась, но ею стали товарищи по оружию. Такие же поломанные психологически люди.

Дверь скрипнула, пропуская вовнутрь двоих парней. В отличие от остальных, Гарри и Невилл не пытались разговорить или ободрить подругу. Что такое потерять родителей они знали не понаслышке. Даже то, что чета Лонгботтомов пришла в себя, а Хошино приютили сироту не отменяло факта наличия шрамов на душе до конца жизни.

Оба гриффиндорца молча подошли и придвинули стулья к кровати. Они выжидали. Сейчас девушке надо принять произошедшее и найти силы, дабы двигаться дальше. В конце концов их ожидания возымели успех.

– Скажите, ребята, – прошептала Гермиона, продолжая смотреть в одну точку, – что мне делать? Как жить с этим дальше? Поможет ли месть заглушить эту боль?

Парни переглянулись. Сейчас решался важный вопрос и неверный ответ мог разрушить жизнь или психику их подруги.

– Месть – нет. По крайней мере сразу, – ответил Невилл после раздумий. – Когда я своими руками убил того, кто истязал маму с папой – легче не стало.

– Но она должна свершиться, – Гарри сжал кулак, что ногти впились в кожу. – Такие мрази не заслуживают права жить.

– Согласен. Лишь когда я смог осознать и принять тот грех, что взвалил на плечи, то понял – этим я спас много жизней. И теперь те, кого мог убить Лестрейндж, будут с родными.

Вновь наступила тишина. Поттер встал и положил руку на плечо другу, кивая на выход. Когда Невилл покинул комнату, очкарик остановился перед дверью и повернулся на пол оборота:

– Прежде, чем что-то решишь для себя, Мион, подумай о тех, кто остался рядом. Хотел бы я сказать, что когда пойдешь убивать тех уродов, то я буду прикрывать тебе спину, но… Боюсь, это место раньше займет некто другой. И ты знаешь, о ком я, – и Гарри вышел из палаты.

Вечером того же дня Гермиона сама вышла из палаты в столовую. На лице девушки не осталось и следов той всезнайки, что была в Хогвартсе. Теперь оно выражало холодную сосредоточенность и ненависть. Молли, увидевшая появившуюся пациентку, чуть не выронила тарелку из рук и расплакалась. Отложив все, она подошла к Грейнджер и обняла девочку, что не проронила ни слова, которые сейчас были даже лишними.

Глава четвертая. Дефектная ловушка.

Взлом магических печатей – дело очень сложное. Это вам не взмахнуть палочкой и сказать “Алохомора”. Ллойд Паркинсон со своими парнями ковырял гребаный замок вот уже два месяца. С одной стороны он восхищался его создателем: человек явно гений – несколько блуждающих центров и постоянная смена кодировки после каждой неудачной попытки взломать хоть один. Но проблема в том, что начальство требовало результатов, а их – не предвиделось в ближайшем будущем. Если бы у них на руках был хотя бы один ключ, но Фадж – мертв. А печать реагировала только на живых.

– Госпожа, можно вопрос? – Петтигрю в перечитывал очередной отчет от Ллойда о безрезультатной попытке. – Вы же сильнейшее существо, что создало этот мир. Так почему не воскресите Фаджа? Или не возьмете под контроль наших врагов?

– Боюсь, милый мой Питер, тут все куда сложнее…

Тень тяжело вздохнула. Она уже много раз задумывалась о том, чтобы переписать внесенные изменения, но канон не реагировал на ее приказы. Женщина не имела над ним власти уже тогда, в момент старта ключевого события. Ей даже пришлось самой подтолкнуть Тома к убийству Поттеров. А после – лично погрузиться в историю. Если бы не последствия остановки сюжетного механизма, что дало доступ к силе тьмы, то не было бы и шанса хоть что-то исправить.

Однако даже эти возможности не безграничны. Пока что. Оказалось, что в этом мире есть маги, что превосходят темные искусства. Та чертова лисица может сражаться если не на равных, то достаточно близко. Джоан не представляла, будь у них сейчас несколько таких заклинателей, выстояла бы она. Сейчас же на них работал один немаловажный фактор: время. Благодаря этому росла как личная мощь, так и армия.

***

Пока Роулинг занималась общими делами и налаживала связи, подчиненные пытались найти и выкурить сопротивление. Одной из действующих лиц была Долорес Амбридж, назначенная с этого года на место директора Хогвартса, но до первого сентября исполнявшая свои обязанности в Министерстве. Она закончила перечитывать выжимку из архива на Гарри Поттера.

Парнишка не понравился ей еще с тех времен, когда произошла трагедия в Годриковой Впадине. Чем ей тогда не угодил младенец – непонятно, но с каждым годом неприязнь росла сначала в арифметической, а последние месяцы – в геометрической прогрессии. И вот, сидя в своем кабинете, увешанном изображениями котиков, она довольно смотрела на бумага, а именно на одну фамилию: Дурсли. Конечно, большая часть записей Аврората или отдела Тайн оказалась уничтожена или повреждена и нечитаема, но кое-что удалось выудить.

Пару лет назад Поттер оказался замешан в случае с применением магии на глазах маглов, а после посещал означенную семью. И не просто так: Петуния Дурсль, в девичестве Эванс, приходилась парню родной тетей. Так что пора было устроить охоту на живца.

***

Теплый августовский вечер медленно опускался на Тисовую улицу. Дадли возвращался с тренировки. В октябре начинались соревнования по боксу, а он оказался в основном составе. Хотя мысли забиты у него совершенно другим. Еще с конца прошлого учебного года от кузена было ни слуху, ни духу. Гарри писал им исправно раз в месяц, однако в мае он прислал письмо, больше похожее на записку беглеца, в котором говорилось, что в магическом мире сейчас стало опасно и им стоит пока разорвать связь.

Матушка пыталась выяснить подробности, добраться до директора школы, но стоило ей созвониться с Хошино, как она резко посерела от услышанного и после вовсе запретила упоминать Поттера. На вопрос “почему” ответила, что это ради их и его безопасности. Так это и продолжалось ровно до этого вечера.

Неожиданно повеяло холодом, хотя не чувствовалось и дуновения ветерка. Парень поежился, но не от изменения температуры. Начала накатывать странная апатия, будто кто-то выкачал всю радость. И так погиб бы парень, если бы помощь со стороны.

Миссис Фигг, что проживала рядом с Дурслями, вышла в магазин за продуктами и сейчас уже возвращалась с покупками. Она была сквибом – магом с пустым ядром. Здесь, на Тисовой улице, она поселилась уже давно. Отсутствие маны для таких как она означало закрытие многих дорог в мире магии, так что женщина решила уйти к маглам. По окончании обычной школы и университета Арабелла осела тут, вышла замуж и прожила достаточно счастливую и спокойную жизнь. К сожалению, муж умер пару лет назад, а детьми обзавестись не получилось: выяснилось, что к пустому ядру природа подкинула и бесплодие.

Однако семья от женщины не отворачивалась, так что та в курсе о творящемся бедламе в магическом мире. Но даже так оказалась удивлена, увидев дементора, что пристал к соседскому мальчишке, Дадли. Хоть Фигг и неполноценна, но кое-какие вещи, присущие волшебникам, умела. В частности видеть этих отвратительных тварей.

Но сейчас сквибу было не до этого – нужно спасать паренька. Бросившись со всех ног, она подбежала к Дадли и схватила за руку, собираясь увести подальше от монстров, но сама попала под воздействие дементоров. Так бы они и погибли, если не сам момент, когда Арабелла коснулась мальчишки. Это привело его в чувства и выудило из памяти слова кузена, когда тот рассказывал о страшных чудовищах. И о талисмане, подаренном во время первого знакомства, с которым не расставался ни на миг.

Выхватив бумажный прямоугольник, Дурсль надорвал его так, как учил Гарри. Тот засветился и вспыхнул, а после под ногами круг с иероглифами, прикрывая мальчишку и женщину барьером. Дементор отшатнулся и зашипел, чего парень не мог видеть, но почувствовал. Пропала та апатия, накатившая неожиданно.

Вот только это решение было лишь временной мерой. Система оповещения о неправомерном использовании магии в присутствии немагов тут же сработала, предупреждая Пожирателей о захлопывании ловушки. Группа реагирования приготовилась к трансгрессии, однако на месте оказались лишь жалкий магл и сквиб.

– А где Поттер или кто-нибудь из Аврората, как обещала Амбридж? – скривился один из темных магов.

– Эй, сопляк, кто наложил барьер?

– Я…

Ноги Дадли предательски затряслись. Он понимал, что прибывшие люди явно не были такими же, как те, пару лет назад, что пришли за неожиданно появившимся Гарри. Именно здесь окончится его жизнь. Так значит надо держаться достойно. В конце концов Дадли – боксер. А это подразумевает готовность принять удар в любой момент.

– Я это сделал, – голос слегка дрожал, но парень старался скрыть страх.

– М-да? И когда же жалкие маглы научились колдовать?

– Когда у них в кузенах есть маги, – раздалось из-за спин Пожирателей.

Повернувшись, они увидели необычную троицу: парень, старуха и хвостато-ушастая женщина. И все были готовы к бою.

Когда у Гарри сработал один амулет, что гриффиндорец привязал к подарку кузена на всякий случай, времени на тот момент оставалось мало. Темные маги однозначно засекли применение заклинания через нарушение Статуса. Опергруппа тут же принялась грузиться в автобус, а вот Поттер кинулся к Чисато. Она могла незаметно перемещаться по Англии с помощью “шикучи”, да вот взять с собой могла не больше пары человек. Второй тут же пошла Аяно, которая не могла бросить внука.

По прибытии Хошино тут же развернула веер барьеров, блокируя перемещение и защищая попавших в беду. На что Пожиратель достали палочки. Но пока ни одного заклинания не сорвалось с их концов. Противники выжидали и изучали друг друга.

Древняя аякаши, как и онмёдзи с многолетним опытом были сильны. Гарри тоже не стоило скидывать со счетов как минимум из-за его призыва. Да и сам парень день ото дня наращивал мощь. Это могло стать проблемой в будущем, но даже сейчас мальчишка мог на равных потягаться со взрослым волшебником.

С другой стороны же выступали наёмники с многолетним опытом, которых Джоан усилила тьмой. Не так сильно, как того же Петтигрю, личного помощника, но в противостоянии с рядовыми аврорами этого хватало за глаза.

– Я бы мог сказать, что нам нужен только мальчишка, – произнес один из темных магов. – Мог бы соврать, что вы можете уйти, оставив его нам, но… – он мерзко ухмыльнулся.

– Согласен, – кивнул Поттер. – Отпускать вас резона нет.

– А ты смешной. Умрешь последним, ведь нам все равно приказано привести тебя живым для Лорда.

Бой начался резко с броска “Круциатуса” в Чисато. Та не повела даже ухом, уходя от атаки за спины врагу. Уже в ответ она бросила лисье пламя в атаковавшего. Тот загорелся, но как-то нехотя. Тьма, покрывшая тело Пожирателя, не давала огню разгореться.

В это время Аяно держала натиск заклинаний, прикрывая как заложников, так и внука. Трое против пары десятков опытных бойцов – ситуация опасная, какими бы ни были эти три.

Сам же Гарри даже не стал доставать палочку, понимая, что в магическом поединке смысла мало. Нужно удивить врага его другими умениями. Ограничив поток маны, он призвал Хари в промежуточном виде, где она была что-то около трех метров длиной, а сам достал лук.

Это и помогло выиграть время до прибытия подкрепления. Первым с умениями мальчишки познакомился тот наглец, что, скорее всего, и являлся командиром группы, получив стрелу прямо в глаз. После этого никто больше так не подставился, но все равно несколько оказались ранены.

Бой длился каких-то десять минут. Или целых десять минут. Но трое прибывших смогли его пережить. В сражение ворвался новый звук в виде рева двигателя и визга тормозов. Автобус сбил зазевавшегося Пожирателя, отрезая заложников от битвы. Это позволило Чисато вытащить Аяно и Гарри в безопасное место.

Сами же авроры начали атаковать, не покидая транспорта, через бойницы. Они учли опыт прошлых поражений и теперь защитились по полной. Темных магов не щадили. Совсем. Волшебники мстили за убитых. Молча, без причитаний и самокопаний. За эти месяцы каждый в той или иной степени столкнулся с потерями. И Хошино проследила за тем, чтобы никто не ушел, добавляя к антиапарационному щиту еще и непроницаемую стену.

***

– Простите, тетя Петуния. Это моя вина, что вам придется покинуть страну, – Гарри склонил голову в японском поклоне перед родственницей.

После боя волшебники сопроводили спасенных по домам. Миссис Фигг занялось несколько авроров, помогая со сбором вещей. Пожиратели ее вряд ли оставят в покое. А вот с Дурслями Поттер пошел говорить сам. После бед и потерь, с которыми столкнулся Орден после начала этой войны, удалось наладить более-менее стабильный канал переброски людей через границы с помощью контрабандистов. Правда, пока только в одну сторону – вовне. Над проникновением вовнутрь еще пока работали, но подвижки были.

– Подними голову, Гарри. Тут нет твоей вины. Лучше скажи, это ведь из-за того, кто… – голос женщины дрогнул, а не глазах выступили слезы.

– Да, – кивнул парень, понимая, о чем его хотели спросить. – И клянусь, что тем, кто лишил Вас сестры, а меня – мамы с папой, прощения не будет.

Глава пятая. Мирного решения не будет.

Ничем не примечательная улочка теплым сентябрьским днем неожиданно наполнилась иностранными гостями. На которых, впрочем, никто не обращал внимания за исключением работавших тут сотрудников КГБ. Находились они не просто так, ибо эта территория выделялась для посольств. Но не простых, а магических. В отличие от Европы с их Статусом, Советы и Азия более плотно контактировали с простыми людьми, хоть и не демонстрировали это в открытую.

Сегодня, спустя столько времени, наконец удалось собрать конференцию волшебников. На повестке стояли события в Англии. На эту тему уже проходили обсуждения, некоторые даже готовились отправить помощь, но “новое правительство” вместе с частью европейских стран и Америкой воспротивились этому. Однако этот день стал беспрецедентным. После долгих лет молчаливой конфронтации на связь вышла Япония.

Великая Отечественная война, Вторая Мировая война, Война на море… У того периода было много названий. И тогда оказалось затронуто множество жизней. В мире маглов ключевой фигурой был Гитлер, а у магов – Гриндевальд. Последствия продолжали разгребать и по сей пор. Но иногда стоило отбросить разногласия, дабы справиться с надвигающимся кризисом.

Трое магов: Владимир Волков, статный подтянутый сибиряк с проседью, которому на вид можно дать не более сорока, несмотря на недавно отмеченное столетие, Ли Мин Су, сухопарый китаец, похожий на стереотипного сенсея, и Шара Ишвалда, молодая индианка, которая, впрочем, лишь немногим слабее первых двух, являясь гением в области магической медицины, – обсуждали последние новости. Представители Евразийского Союза заклинателей прибыли сюда значительно раньше, дабы подтвердить договоренности.

– Значит, господин Шепард сообщил, – Ли Мин глотнул зеленого чая, – что появилась возможность перебросить войска?

– Да, товарищи. Правда, если мы их решим отправить сейчас, то лишь в малых количествах, – Волков принялся набивать трубку. – Партия никак не договорится с короной.

– Надеюсь, у нас есть шансы на этом собрании начать урегулирование этого… – Шара одернула одеяние, приводя то в порядок, – инцидента, – она наморщила носик от отвращения.

– Если нет, то мы просто поставим перед фактом, – усмехнулся советский маг.

– Но тогда это приведет к новой войне!

– Знаете, уважаемая Ишвалда, не хочу доходить до банальностей, но Вы просто еще молоды. Поверьте, уж лучше так, чем очередной безумец решиться устроить геноцид. Либо мы вмешиваемся, либо получаем Третью Мировую. И тут втянут все. Вы ведь чувствуете ту тьму, что сейчас нависла над Англией?

Спустя час после этого разговора заседание было открыто. Вот только с самого начала оно не задалось. Все те же встали в штыки, сообщая, что для военных сил, не входящих в Европейский Магический Союз, доступ на их территории будет закрыт. Новый представитель же Великобритании гаденько ухмылялся. Этот посол пришел на смену Генри Ворфилду, отличному политику, буквально на следующей неделе после переворота. И никто не сомневался, что судьба его предшественника оказалась незавидной, ибо тот успел подписать несколько договоренностей о взаимопомощи с подачи уже покойного Фаджа.

– Господа, хочу напомнить, что вы не имеете права влезать во внутреннюю политику нашего государства.

– Согласен. Но ровно до того момента, пока у власти не становится очередной фашист. Напомню, что это закреплено в послевоенных договоренностях.

– А, эта магловская войнушка… Этими бумажками можете подтереться, ведь для нас, магов, они ничего не значат.

– Ах ты, клоп поганый! – не выдержал Владимир, поднимаясь со своего места. – Да я таких фашистских гнид…

– Господин Волков, пожалуйста, успокойтесь… – попытался остудить товарища Ли Мин, но их всех прервали.

В помещение влетел запыхавшийся молодой мужчина в форме советского солдата и, поискав глазами, направился к сибиряку. Уже подходя под пристальными и непонимающими взорами магов, он перешел на чеканный шаг, а после, совершив воинское приветствие, отрапортовал:

– Товарищ полковник, срочное донесение. Приказ Генштаба: немагическая Англия дала добро. Вас вызывают для отправки на помощь союзникам, – и протянул папку.

Волков принял документ и быстренько пробежался по нему, а после протянул его Су. Тот непонимающе посмотрел на бумаги: шутка ли – ему, представителю хоть и дружественной, но другой страны, дают в руки такие вещи. Но прочитав, понял, в чем дело. А спустя какие-то секунды сам Владимир озвучил его содержимое:

– Товарищи, сегодня, несколько часов назад, убиты королева Англии вместе с половиной парламента с помощью магии. Советский Союз, согласно союзническим договоренностям, выделяет войска для уничтожения очага фашистской идеологии.

– Китай поддерживает, – поднял руку Ли Мин.

– Индия тоже.

Народ в зале оживился, связываясь со своими посольствами. Нужно срочно узнать решения правительств и состояние договоренностей с немагическими сторонами. Ну а пока все это происходило, сибиряк встал со своего места и подошел к столу для гостей. Там сидела уставшая японка с кругами под глазами.

– Вот видите, товарищ Хошино, все разрешилось. Надеюсь, мы успеем спасти Ваших детей.

– Огромное спасибо Вам и Вашим коллегам, – Мичико склонила голову. – Я была права, что решилась к Вам обратиться.

– Ой, полно-те. Я больше удивляюсь, как Вам удалось вытащить затворников в свет.

– О, это постарался Синдзи. Никогда не видела мужа в таком состоянии…

***

Это была катастрофа. Джоан сидела, обхватив голову руками. Эти… эти… эти идиоты устроили резню в Парламенте! И кто это приказал? Том! Нет, она сама прописывала ему ненависть к маглам. Но одно дело – написать на бумаге, а другое – увидеть самой. Конечно, текущий статус поддерживать долго вряд ли бы получилось. Начнем с того, что Тень собиралась вырастить Чудовище, которое потом должно быть побеждено Героями. Так что в скором времени должно было произойти нечто подобное. Но не раньше, чем они хотя бы избавятся от паразитов!

А теперь все пошло под откос. Последнее, что успел передать посланный ею человек на место Ворфилда, Евразийский Союз обвинил ЕМС в укрывательстве последователей идеологии фашизма. Что там происходило дальше – непонятно. Англию просто лишили права находиться на территории Советов и их союзников в составе дипломатических миссий, а посольство оцепили до выяснения обстоятельств. Времени оставалось мало, но оно еще было, дабы привести в исполнение запасной план, раз больше не было смысла прятаться и соблюдать Статус.

– А ведь точно…

Роулинг медленно поднялась из-за стола и направилась к полке, на которой в ряд расположилось семь книг. Первые были достаточно тонкими, но чем дальше, тем объемней. Начало истории, “Философский камень”, родилось как сказка, что неожиданно понравилась читателям. И завертелось. Книги рождались одна за другой. Порой она не сдерживала себя. Так появились Маховики Времени, Дары Смерти, Карта Мародеров, Крестражи…

Но сейчас все совершенно по другому. Внешние силы посмели вторгнуться в ее величайшее творение. Что здесь, что снаружи. Она ведь так старалась… Пыталась угодить всем меньшинствам, которые резко стали популярными. И все равно одна брошенная фраза ударила по заработанной известности. Конечно, оставались преданные фанаты, но кому какое дело до этих белых цисгендерных мужиков, если отвернулась прогрессивное сообщество?

Да, пора все же сесть за новую историю, как и хотела писательница. Женщина подняла руку, скидывая на пол финальный том произведения, воспламеняясь в полете. Следом туда отправился “Принц-Полукровка”, рассказывающий про самого неоднозначного героя серии, сыгранного ныне покойным Аланом Рикманом. Который единственный знал, кем на деле является его персонаж еще во время съемок первого фильма.

В конце в руки лег “Орден Феникса”. Открыв его на последней странице, Тень принялась вырывать листок за листком, отправляя бумагу в пылающий на полу огонь. Теперь это все не важно. История погибла от рук вторженцев. И теперь…

Смех начал сотрясать тело женщины. Сначала тихий, но с каждой секундой звук становился все громче, а тон – безумней. “Эти идиоты…” Мир пытался сопротивляться своему Богу. И в данный момент решалась судьба Англии, как казалось представителям магов разных стран. Но на деле все эти колебания продолжали отдаваться резонансом в механизме “канона”, оплетенного тьмой. И каждая вибрация усиливала Создательницу.

Хохот оборвался так же неожиданно, как и начался. Лицо Джоан застыло, будто маска. Она развернулась спиной к полыхающим остаткам наскучившей ей истории. Спокойным шагом Тень переместилась к так полюбившемуся уголку в кабинете. Лист бумаги и ручка – все, что нужно в данный момент.

– И так, глава первая…

***

Из моря начали подниматься столбы настолько чёрные, что, казалось, поглощали весь свет без остатка. Наблюдавшие за этим явлением рыбаки, вышедшие на промысел на своем траулере, в ужасе застыли, не зная, что делать. Но это был еще не конец. Поверхность странных объектов неожиданно начала покрываться золотыми письменами, а после между ними начала появляться мерцающая черным и желтым стена. Суденышку с людьми не повезло оказаться у нее на пути, так что его просто разрезало на части вместе с одним из моряков. Остальные же полетели в воду, но участь тех, кто оказался снаружи была незавидной: барьер их не пропускал, а до земли было очень далеко…

– Что это за чертовщина? – воскликнул Шепард, наблюдая за закрывающимся куполом. И вторили ему тысячи голосов.

***

Это стало началом. Началом кошмара. Перед миром раскрылась тайна существования магии. Еще имелся шанс все откатить, применив массовый “Обливиэйт”, но некоторые решили, что это отличная возможность наконец-то ввести волшебников в общество. Вот только далеко не всякий обыватель обрадовался такой новости. И больше всех противились европейские страны.

Но кошмар оказался далеко не в этом. Барьер отсекал территорию страны от остального мира, буквально вырывая ту из реальности. Теперь никто не мог ни войти, ни выйти. Роулинг сняла запрет на жесткие меры в плане поиска сопротивления. И способов борьбы с ними. Так что английские острова превратились в ад…

Глава шестая. Двойное дно.

Дамблдор и Аяно в сопровождении Читать стояли напротив возведённого барьера. Это место являлось одним из немногих, где до недавнего времени удавалось перебрасывать непричастных за пределы страны с помощью контрабандистов. Но теперь здесь, как и везде имелась непроницаемая стена, будто состоящая из жидкого полумрака. Она пропускала свет лишь частично, так что даже в яркий солнечный день на территории Англии стоял поздний безлунный вечер. Помимо прочего через барьер видно не дальше нескольких шагов. По счастливой случайности этот магический разделитель находился не в море, а прямо у крутого берега.

Пожилая японка провела радиопередатчиком в поисках сигнала, однако все международные частоты передавали “белый” шум. До этого она тестировала манапроводность, что оказалась все той же нулевой. Альбус параллельно проверял реакцию этой тьмы на свет и огонь, перебирая разнообразные заклинания. Чисато же погрузилась в раздумья.

– И у кого какие предположения? – устало потерла переносицу пожилая волшебница.

– Боюсь, – лисица, наконец, подняла взгляд, – мы полностью отрезаны от остального мира. Я, конечно, не Цучимикадо или Кагамимори, но заметить признаки “Мистического дома” могу.

– Ксо, – выругалась японка.

– И насколько все плохо? – поинтересовался бывший директор. – Я, к сожалению, не настолько подкован в японской магической школе.

– “Полый холм”.

Теперь настала очередь мага поминать всех демонов преисподней до седьмого колена. Однако, судя по кислой мине на лице аякаши, все куда хуже, чем могло быть. О чем и осведомился мужчина.

– Проблема в том, что это лишь напоминает “Мистический дом”, но им не является в полной мере. Что такое МД, да и “Холм”, в целом? Это создание выделенного пространства, которое копирует реальность и погружает ее на один из слоев пространства. Ключевой момент в том, что окружение там построено из маны или духовных частиц и не имеет даже атомарной структуры, – кицунэ наклонилась и взяла в руки небольшой камешек. – Здесь же… – ушастая раздавила его, перетирая буквально в песок. – Такое попросту невозможно при использовании любой из известных мне техник.

Когда женщина закончила объяснение, маги ничего не сказали. Все трое просто молча стояли, задумавшись о своем. Пока непонятно, чего же “бог” хотела добиться этой акцией. А то, что Тень причастна – ни у кого не возникало сомнений. Заклинание такого масштаба, даже без учета непонятной природы, требовало немало магических сил и умений. Таких волшебников в этом мире попросту не существовало. Зато имелась та, кто способен перекроить тело человека, наделив того невероятной силой без использования той техники, что как-то применила Чисато на Уизли-младшей. Помимо прочего это совпало с резней в Парламенте, о которой сообщили осведомители.

– Есть ли способ хоть как-то пробиться? – в конце концов произнес Дамблдор, поглаживая бороду.

– Не нашими силами точно, – покачала головой аякаши. – Единственное, что приходит на ум – уничтожить центр всего этого.

– То есть все сводится к Тени, – подытожила пожилая японка.

Но не успело трио покинуть место исследований, как по всей Англии раздался звук колокола. Он был настолько мерзким, что аж зубы сводило от резонанса. Удары повторились еще два раза, а после во всеуслышание раздался голос. Это явно проявление магии, однако вопрос о том, кто решил устроить такое отпал сам собой.

– Внемлите мне, черви. К вам снизошел великий и всемогущий маг, Лорд Волан-де-Морт. То, что вы видите – проявление Моей силы. Теперь Я владычествую на этой земле. И даже позволю вам, смердам, продолжать влачить свое существование, но при одном условии. Есть группа волшебников, что посмела противиться Моей воле. И если кто-то посмеет дать им хоть глоток воды – все поселение будет выжжено. Однако любая информация об их местоположении будет вознаграждена.

Эта импровизированная трансляция закончилась так же резко, как и началась, а над британскими островами возник огромный череп, что обвивала змея.

***

В штабе МИ-5 царил натуральный бардак. Гвалт от большинства собравшихся, казалось, могли услышать на другом краю Земли. Одним из центров спокойствия являлась Маргарет Тетчер, тезка ныне покойной политической фигуры, которая во время событий в Парламенте состояла в комиссии по привлечению иностранных военных для урегулирования возникшего конфликта. Правящая верхушка если не целиком, то в основе своей знала о существовании волшебников на территории страны. Как и контрразведка. Однако последние не имели своих осведомителей в стане некоего “Темного Лорда”, что устроил госпереворот внутри магического мира, поэтому не знали о планах Пожирателей.

Хотя, судя по полученным данным с места преступления, все произошло спонтанно. Здание правительства решила посетить королева для высказывания своего мнения по поводу сложившейся ситуации. А оно было таково, что пора начать давить вылезшую фашистскую гниду. И это не понравилось пришедшим ко власти. О примененных средствах можно лишь догадываться: от Парламента остались лишь руины, окутанные едким мраком, который оставлял страшные ожоги, вплоть до некроза тканей. А после страну буквально отрезали от всего мира и объявили по факту ультиматум: сидите и не рыпайтесь. А лучше доносите на тех, кто посмеет сопротивляться.

Тетчер, заместитель главы… хотя нет, уже директор, потому как прошлый погиб в той катастрофе, молча взирала на бардак. Как и ее сосед, Фердинанд Баркли, отставной генерал сухопутных войск. Проблема оказалась куда страшнее, чем предполагали изначально. Вслед за сообщением произошел удар магией по крупным военным базам. Их командующие, исходя из радиопереговоров, собирались дать отпор появившимся волшебникам, посчитав тех террористической организацией. Уничтожение этих точек явно предупреждение.

Старый вояка, заставший Вторую Мировую в рядах армии еще простым рядовым, смолил сигару. Сюда он прибыл так быстро, как только мог. И единственное, что волновало – решение нависшей над страной проблемы. Тут еще жить внукам, желательно без чокнутого “гитлера” у власти.

– Маргарет, – он выпустил клуб ароматного дыма, – ты, это, только Ашфорда не угробь. Парень хоть и кажется трусоватым, но в противном случае мы лишимся гениального тактика. Я служил еще в сорок третьем с его отцом, а после связь не терял. Так что знаю, о чем говорю.

– Да будет тебе, Ферди. Как будто…

– Ой, да кого ты причесываешь? Думаешь, я твоих гавриков не заметил, которых больше, чем надо для совещания?

Женщина вздохнула. Если честно, ее уже утомил весь этот шум, в коем уже сказано больше, чем следовало. Директор МИ-5 вскинула кулак, а после разжала указательный и средний пальцы, показывая как два, так и римскую пятерку. Хотя сейчас это уже было не важно. Бойцы вскинули оружие и короткие очереди слилась в одну. Порядка трех четвертей теперь покинут зал в черных мешках.

Самый громкий на сегодня капитан королевских ВВС, Алекс Пиннер, выплюнул попавшую в рот кровь и укоризненно посмотрел на Тетчер.

– Какого хрена? Почти ж его убедил…

– Реднаппа-то? Я потом тебе досье могу дать, если хочешь. Эта крыса сейчас головой кивает, а завтра нож в спину воткнет.

Дождавшись, когда тела убитых вынесут за пределы помещения, глава контрразведки вновь обвела взглядом оставшихся. Теперь тут присутствовали лишь те, что будут биться до самого конца. В целом, первое, к чему стремилась женщина – собрать в одном месте как потенциальных предателей из оставшегося командного состава, так и союзников. Далее все просто – устранить первых, согласовать действия со вторыми. Маргарет не собиралась прогибаться под оборзевших террористов.

– Значит так, господа, – произнесла единственная женщина среди оставшихся вояк. – Положение у нас… – она хотела было сказать “аховое”, но все штабные крысы и любители изящной словесности уже подготавливались к кормлению червей, так что Тэтчер перешла на понятный военным язык, – почти полный пиздец. Все те сказки про волшебников, лепреконов и прочих драконов, которые вы рассказывали детям и внукам, на деле – суровая реальность.

Главная наша проблема – тот самый объявившийся “Темный Лорд”. Исходя из имеющихся данных он один раз уже умирал. И нет, это не его ребенок или подражатель. Как бы странно не звучало, но недавно буквально возродился. Причем наша ныне покойная верхушка знала о существовании магического мира и согласилась на условия захвативших там власть террористов.

Глава МИ-5 лишь на секунду замолчала, дабы перевести дух, как инициативу перехватил тот самый Ашфорд. Военный аналитик хоть и имел привычку действовать строго по максимально эффективному плану, за что и получил за глаза клеймо труса, однако стоило ему почуять “запах” новой информации, которая позволит расширить пул вариантов, то ее не отпустит.

– У меня вопрос: насколько контрразведка в курсе? Особенно Вы, директор, – прозвучало это с вызовом.

Маргарет обвела взглядом присутствующих:

– Да, – она не стала скрывать, – я в курсе некоторых аспектов, так что знаю, о чем говорю. Однако политика невмешательства, которую использовал мой предшественник, показала себя… Тьфу, блин, – женщина в сердцах плюнула, вновь спрыгивая с формального языка на понятный военным, – херню сморозили, вместо того, чтобы объединиться с теми, кто боролся против захватчиков.

– Это и есть то самое “почти”? – почесал подбородок Генри Ашфорд. – У нас есть с ними связь?

– Птичка, – вместо ответа произнесла контрразведчица.

Откуда-то из-под потолка с балок спустилась необычная птица с ярко-оранжевым оперением. Аналитик даже не был уверен, что хоть в каких-то справочниках попадалось нечто подобное, хотя по долгу службы приходилось собирать всевозможную информацию, включая орнитологию. Женщина начеркала несколько строчек на листе бумаги, а после протянула записку странному животному. Вопреки ожиданиям, оно вполне осмысленно взяло послание, а после, взлетев, растворилось в огненной вспышке, оставив на прощание упавшее на стол перо.

Глава седьмая. Место встречи изменить нельзя.

На организацию встречи пришлось потратить несколько дней. Главной проблемой стал сбор войск. Выяснилось, что большая их часть попросту разбежалась. Та демонстрация, как и последующие акции устрашения, попросту отбили желание противостоять противнику, который может появиться посередь базы и взорвать, к примеру, склад ГСМ. Маги попросту подмяли под себя всю Британию с помощью ужаса. Так что пришлось поднимать старые связи среди резервистов, наемников и криминальных структур.

– Как же все бесит, – Баркли зло выплюнул слова вместе с дымом сигары, с которой он, кажется, никогда не расставался. – Где эти ваши колдуны ебучие?

Генерал не находил себе места из-за сложившейся ситуации. Он попросту не понимал всех сбежавших со службы. Если так трясешься за сохранность родных, так будь добр сдохнуть с оружием в руках, пытаясь защитить. По факту удалось собрать лишь “горячую” молодежь и старых пердунов, которым терять уже нечего. С другой стороны пришлось оборвать все связи с детьми и внуками, что, к сожалению или к счастью, не пошли по его стопам.

Встречу решили провести на одной из “явок”, которую не страшно “слить”. Помимо старого вояки, тут присутствовали Тэтчер и Ашфорд. В прикрытии по небольшому двухэтажному домику в захолустном пригороде рассредоточилась десятка солдат. Примерно в два раза больше наблюдало снаружи. Сначала могло показаться, что не стоило приходить руководству, но никто из тройки, ставшей во главе Сопротивления не мог упустить шанс встретиться с магами.

Неожиданно раздался стук в дверь, при этом никто не сообщил о приближении. Находившиеся в помещении резко напряглись, хотя условный сигнал соответствовал оговоренному. Маргарет кивнула стоящему у входа бойцу. Тот произнес пароль. Ответ тоже оказался верным. Так что пришедших было решено впустить.

Охрана тут же взяла на прицел прихожую. Но в дом никто не зашел. По крайней мере так показалось, потому что снаружи никого не имелось. Однако дверь закрылась сама собой, а из воздуха материализовалась необычная пятерка: седовласый старик с длинной бородой, пожилая и молодая азиатки, мужчина со странным, бешено вращающимся глазом и юнец.

– Мать честна… У вас там что, совсем все плохо, что совсем сопляков отправляете в бой? – пробасил Фердинанд.

– При всем уважении, сэр, – Поттер сегодня был совершенно не в духе из-за терзавших последнюю неделю кошмаров, – я обучался онмё с четырех лет, а с одиннадцати сталкивался как с темными магами, так и с Реддлом.

– И это что-то должно мне говорить? – выгнул бровь генерал.

– Ну… кроме того, что из-за чертового предсказания тварь, что сейчас захватила власть, убила моих родителей, а после продолжала с упорством осла лезть в мою жизнь!.. – мальчишка не выдержал и сорвался на крик.

– Гарри! – попытался остановить его Дамблдор, но парень, будто с цепи сорвался.

– Что “Гарри”? Из-за той мрази, которая поломала мое детство, сейчас каждому, мать его, о-о-очень “умному” и “всезнающему” взрослому приходиться буквально в глотку вбивать слова обратно, доказывая, что я не сопливая школота! – гриффиндорец тяжело дышал после взрыва эмоций. – Извиняться не буду, – добавил юнец, бросив взгляд на качающую головой бабушку.

Образовалась неловкая пауза. Которую, впрочем, каждый использовал с пользой для себя. Особенно Ашфорд, ведь мальчик, вольно или нет, но подкинул интересную информацию, стоящую вдумчивой сортировки.

– Кхм… – привлек внимание бывший директор школы. – Прошу прощения за такое… знакомство с моим учеником, но поверьте, несмотря на свой возраст, он тот, кто имеет право находиться на своем месте. Однако стоит поговорить о делах…

***

После быстрого знакомства требовалось введение обычных людей в суть проблемы, что навалилась на Британию. Хотя после появления барьера, теперь явно весь мир в курсе о магии. Чтобы защитить Статут, надо непрерывно “болванить” маглов “Обливиэйтом” и его аналогами до тех пор, пока не пропадет источник проявления волшебства. А это может быть и месяц. И год. И, как бы ни хотелось, десятилетия. Вольно или нет, но Тень изменила реальность, чего не желала изначально.

Это… пугало. Те, кто смотрел на мир “холодным” взглядом, понимали, что слишком вероятны два сценария: повторение “охоты на ведьм” либо превращение магов в “лабораторных крыс” или рабов-производителей, варящих различные зелья или применяющих узкоспециализированные заклинания во благо сильных мира сего. По крайней мере таков вариант в “цивилизованной” части общества. Азиатам, как считала Аяно, будет несколько проще. Они, в отличие от западных коллег практически не отдалялись от обычных людей, лишь скрывая проявления мистических сил. В той же Японии продолжались поклонения богам и духам. Последние же иногда даже помогали просящим, что укрепляло веру. Китай, да и Индия, в этом плане имели схожие черты.

Интересней обстояло на территории Советов. Коммунизм там не наступил, однако в какой-то момент светская власть, духовенство и магическое сообщество пришли к консенсусу. Не в последнюю очередь сыграла Великая Отечественная. Окончательно негласные договора подписали в девяносто первом, когда на место генсека пришел Виктор Сталин, потомок того самого Иосифа Виссарионовича. И как его предок, он начал наводить порядок после своих откровенно недальновидных предшественников.

Но это все лирика. Здесь и сейчас обычные люди узнавали историю одного юного волшебника. Узнавали и ужасались. Дамблдор не стал подробно пересказывать все злоключения, однако и краткого пересказа хватило, чтобы Баркли по другому посмотрел на, как считал изначально, “молокососа”. На долю Поттера выпало немало ужасов, которых и не всякий солдат на войне насмотрится.

Ашфорда же заинтересовали две ключевые личности: Том Марволо Реддл и Тень, Джоан Роулинг. Причем последняя больше всего. Бог-создатель, что разозлилась на изменивших историю и пришла ее вернуть в прежнее русло.

– Знаете, – Фердинанд почесал бородатый подбородок, – я и так до конца не верил в магию, пока вы мне тут ее не показали, но вот божества… Я слишком стар для всего этого дерьма. Может ли это быть еще одна такая же шизанутая колдунья, как и этот ваш Реддл?

– Боюсь, придется поверить, – слово взяла Чисато. – Как кицунэ, получившая девятый хвост, с уверенностью могу заявить, что достигла некого уровня божественности. Не в религиозном понимании, а именно что силы, превосходящие обычных магов с некоторыми, – лисица скривилась, – ограничениями. В частности, здесь я все же слабее, чем могла бы быть в землях Ямато. Но Тень… ее мощь поражала еще три года назад, когда мы сталкивались с ее отзвуком. Поверьте, ни один волшебник, даже в составе группы, не сможет провернуть такое масштабное и беспрецедентное заклинание, как отсечение таких территорий от общей реальности. В эту “клетку” нельзя ни войти, ни выйти. Я пыталась. Будь это обычными антитрансгрессионными чарами, уже давно бы продавила. Или попросила с той стороны знакомых древних аякаши.

– Слушайте, раз вы умеете перемещаться в пространстве, то что мешает просто “прыгнуть” к этим террористам и…

– Думаешь, самый умный? – Грюм перебил генерала. – Мы отследить не могли когда еще имели все ресурсы Министерства Магии, а они находились в бегах. А сейчас, даже зная, где они, просто не можем продавить защиту даже общими силами. А штурм попросту не потянем при всем желании: Лондон буквально кишит иностранными наемниками, оборотнями и вампирами. Но хуже всего, что Тень и Реддл буквально взяли в заложники детей. Они принудительно согнали всех учеников, до которых могли дотянуться, в Хогвартс и превратили его в подобие концлагеря с мразотой Амбридж во главе.

– А это?.. – поинтересовался Генри, параллельно просчитывая варианты на основе полученной информации.

– Предательница из Министерства. Бывшая помощница ныне покойного министра.

– То есть она в курсе всех дел, что “варились” в правительстве, – устало потерла переносицу Маргарет.

– Что-то около того. Правда, Фадж всех умудрился переиграть и перед смертью распустил два критически важных отдела и запер артефакторий. И, судя по всему, – аврор недобро усмехнулся, – так, что хер вскроешь. Потому что некоторые вещички оттуда я бы не хотел видеть в руках Пожирателей.

***

Волан-де-Морт расхаживал по кабинету. С одной стороны он практически захватил Англию. Причем не только магическую. Маглы с их “пищалями” как обычно не смогли ничего противопоставить даже самым вшивым оборотням, а ведь Тени удалось привлечь вампиров.

Но именно в этом и проблема: армия по факту подчинялась этой Роулинг. Даже самые преданные, что шли за Темным Лордом во времена первого конфликта, уже смотрели ей в рот, не говоря уже о наемниках и прочей нечисти. Том не был уверен в правдивости слов Джоан о том, что она – божество этого мира, но ее возможности пугали.

Однако сейчас, после появления барьера, эта странная женщина начала вести себя… еще страннее. Ее полка с книгами о Гарри Поттере неожиданно лишилась пары томов, а Тень стала чаще замыкаться в себе, постоянно что-то шепча и черкая на бумаге, а после сминая ту и отправляя в корзину.

В этом Реддл увидел шанс подчинить переметнувшихся Пожирателей, напомнить, кто здесь истинный хозяин. А после – взять под контроль остальное войско и пройтись огнем и мечом по всей Британии, выжигая любую попытку сопротивления. А главное – необходимо убить обоих детей пророчества, чтобы раз и навсегда обезопасить. От этой мысли волшебник довольно улыбнулся и сел в кресло министра магии, взяв в руки перо.

Глава восьмая. Суровость войны.

Сколько вбили средств в маскировку из тех немногих тренировочных лагерей авроров – думать страшно. В противном случае с ними случилось бы ровно то, что и с остальными: один за другим, их вышибали с занятых территорий. И если бы просто маги могли отступить. Нет, светлых волшебников буквально резали. Причем Пожиратели это делали при поддержке… магловской армии.

Кто-то оставил свое оружие и ушел проводить последние, как казалось, дни в окружении семьи. Иные объединились с Орденом и остатками сил аврората. Однако большая часть оставшихся встала под знамена Тени. Как ей удалось продавить это решение среди маглоненавстников – не понимал никто, но это сильно било по морали, не считая увеличения войска врага. Самое противное, что их не держали под “Империусом”.

Для мана-пользователей оказалось шоком возможности обычных людей в плане разведки и сбора информации. Самое страшное, если лагерь располагался в районе выхода лей-линий или источников силы. Скопление энергии, что вызывало проблемы и сбои в работе техники, стало отличным целеуказателем. Причем для первой группы в прямом смысле.

***

Джейкоб и Салли находились в патруле на южной стороне, когда услышали странный свистящий звук. Он не походил ни на что известное магам. По небу над головами пролетели предметы размером с кулак взрослого мужчины. Но стоило им достичь земли, как разверзлись врата в геенну огненную: взрывы раскидывали во все стороны множество осколков, что секли ничего не подозревающих волшебников.

Повсюду раздавались стоны и крики. Вот один аврор тащит второго, уже мертвого, цепляя вывалившимися кишками за камни, но не замечает этого мутным, ничего не видящим взором. Второй ковылял, держась за уши, а по скулам текла кровь. Некоторые в страхе забивались в самые глубокие щели или впадали в ступор, не обращая на происходящее.

Но боевые заклинатели не были бы самими, если не умели противостоять злу. Большая часть все же смогла пережить первую волну благодаря своим навыкам или везению. Командиры начали собирать выживших и принялись выстраивать оборону, понимая, что за этой волной огня и металла пойдут войска.

Увы, они бы ни за что не догадались, лишь отчасти оказались правы. Потому как следом за взрывами вновь раздался свист. Маги тут же принялись поднимать “Протего”, ожидая очередной порции осколков. Вот только вместо повторения прошлой атаки, из железных “яиц” вырвался странный газ, что, оседая, начинал загораться. И стоило ему коснуться открытых участков кожи, как убрать его уже не получалось.

Подошедшие после военные под командованием Пожирателей просто добивали полумертвых, попавших под воздействие белым фосфором. Тех же, кто еще мог дать отпор, попросту закидывали гранатами, а потом “проходились” огнеметами, потому как первый же посеченный осколками, но еще живой маг умудрился убить двоих и еще покалечить десяток.

Так бы и остался этот эпизод неизвестным, а авроры еще долго ломали головы, не сообщи обо всем те самые патрульные.

– Вы здесь? – командир вышел к границе после первого обстрела.

Выглядел он отвратительно: вся одежда в грязи, бок распорот, а из закрытого правого закрытого глаза сочилась кровь.

– Командующий… – пара волшебников, что лишь недавно присоединилась к отделу по ловле темных магов, не знала, как быть.

– Отставить. У меня особое задание. Вряд ли нас отсюда выпустят: антитрансгрессионный барьер уже поднят. Так что ваша задача – любыми, повторяюсь, ЛЮБЫМИ доступными методами выберитесь и расскажите, что здесь произошло. Надо будет – притворитесь мертвый или забейтесь в щель как крысы. Но узнать должны все, к чему готовиться…

***

Шепард и Баркли разбирали сводки последних недель. Почему-то Тень снизила до минимума чисто магические средства борьбы. Однако не полностью. С другой стороны непонятно, что хуже: тот кислотный туман тьмы или магловское оружие.

После того нападения, где войска применили белый фосфор, подобным еще атаковали несколько раз, пока авроры не смогли адаптировать барьерные заклинания, что защищали против “Инсендио” и аналогичных. Можно было бы подумать, что после этого они немного расслабились, но это не так. Волшебники находились в постоянном напряжении.

Вот только маги недооценили людей в плане истребления себе подобных. Вслед за обычными снарядами пошли мины-”лепестки”, а вместо одной опасной “химии” пошла еще более смертоносная: зоман. Старый генерал как услышал об этом, так чуть не проглотил свою неизменную сигару. Дрянь, созданная фрицевским выродком еще во времена Второй Мировой и запрещенная Женевской конвенцией. Как, впрочем и белый фосфор. С другой стороны сейчас некому не то, что следить за их соблюдениями, но и в принципе прижать пошедших в разнос темных магов.

– Как эти придурки еще до применения ядерного оружия не дошли? – держался за голову старый вояка.

– А оно у нас есть? – удивился Адриан, которому пришлось вникать в реалии современного магловского боя.

– Официально – нет. Но…

– После всего прочитанного об этом вашем “изобретении” я уж даже не знаю, что страшнее – оно или “Туман Смерти”, – покачал головой аврор.

– Не напоминай…

Ту черную дрянь, впервые использованную еще во время террористического акта после квиддичного матча, назвали “Туман Смерти”. Очистить его без специализированных заклинаний оказалось практически невозможно: спасала лишь редкая в Англии магия против нежити и лисий огонь Чисато. Даже усиленный “Инсендио” не мог выжечь тьму.

Однако помощь с ним пришла с той стороны, откуда и вовсе не ждали. В помещение зашла Интегра Фарбрук Вильгельм Хеллсинг в сопровождении Виктории Серас. Она являлась главой католических протестантских рыцарей, что в средние века охотились на… магов. Эта фамилия прочно засела в истории волшебников, как один из страшнейших ночных кошмаров. Правда, после подписания Статута их деятельность, связанная с волшебниками начала сводиться на “нет”. Даже всякая нечисть со временем либо изжила себя, если продолжала свою деятельность, либо позабивалась по самым дальним углам, желая пожить дольше.

По факту, сейчас от организации остались лишь сама глава и небольшой отряд. Даже во время прошлой войны с Реддлом ее ныне покойный отец решил не встревать, пока темные маги не лезли к маглам слишком активно. Но сейчас все изменилось кардинально. Настолько, что решено снять печать с их главного оружия: Влада Цепеша, известного как Алукард.

Самое интересное, что несмотря на такое примечательное имя, не являлся вампиром. Мужчина являлся искусственно созданным колдуном. В отличие от магов и волшебников, имеющих доступ к мане с рождения, он появился на свет обычным человеком. Более пятисот лет назад. Однако в ходе одного события, что охотник не хотел никогда вспоминать, попал к Хеллсингам и добровольно прошел через их эксперимент, став практически бессмертным монстром, на которого не действовала магия, а энергия, полученная в его ходе, нацелена на внутреннее усиление.

Кстати, повторить тот опыт не удавалось почти никому. Лишь раз, с минимальным шансом на успех и путем переливания крови, организация создала еще одного. А точнее, одну, Викторию Серас, которую недавно фактически убили Пожиратели.

Сейчас же даже не эта парочка, а знания предков Интегры интересовали Орден и остатки МИ-5. Если быть точным, то процесс создания “святой” воды, показавшую себя хорошим средством против “Тумана”. Как оказалось, это вполне себе обычная алхимия, ничего не имеющая общего с религией, однако набор ингредиентов – специфичен. И он включал в себя кровь девственницы-волшебницы. На счастье, на сотню литров требовалось лишь несколько капель.

***

Уже упомянутый Цепеш находился в оружейной комнате, расположенной в здании, выделенном под тир, и перебирал пару монструозных пистолетов, созданных по заказу. Измененное тело позволяло без проблем использовать пятидесятый калибр, держа оружие на вытянутых руках не чувствуя отдачи вовсе. Хотя мужчина сомневался, что пятьсот лет назад такую функцию закладывали. Тогда действовали больше по наитию.

Разбор и смазка “Шакала” и “Касулл” стали для него сродни медитации. Эту привычку, хоть и с другой экипировкой, он приобрел после мутации. Наставник, что научил виртуозно обращаться как с копьем, так и с мечом, даровал и это знание, как после изнуряющих, убивающих душу и сердце боев не потерять себя в водовороте смерти.

Дверь скрипнула, впуская в помещение молодого человека в очках. От него пахнуло сильной, но неплохо сдерживаемой маной. Однако вместо привычного огнестрела или хотя бы палочки в руках, тот нес лук с лопнувшей тетивой. Только не спортивный, увешанный балансирами или хотя бы английский длинный, а классический японский юми. На поясе же у него красовалась катана.

Парень подошел к дежурному и попросил замену поврежденной части своего оружия. Вопреки ожиданиям Алукарда, магл даже не улыбнулся, а серьезно отнесся к просьбе юноши.

– Малец, – Влад оттянул затвор “Шакала”, проверяя его скольжение после сборки, – тебе приходилось убивать?

Во взгляде парнишки, что отвлекся от починки лука, читалась усталость от необходимости всем и каждому объяснять, что он имеет право здесь быть. На что древний колдун усмехнулся.

– Ты не подумай, я не осуждаю. Просто уже давно не видел мальчишек твоих лет, что решаются взять оружие в руки ради защиты страны.

– Боюсь Вас разочаровать, мистер, но я тут совершенно по другой причине. Те, кто сейчас сидит на вершине, убили моих родителей. И я, – молодой человек закончил починку своего оружия и, казалось, попросту бросил его на пол, – жажду лишь мести.

Отпущенный лук не упал на доски, а буквально растворился в тени под ногами. Этот странный маг развернулся и направился к выходу, так и не обернувшись.

– М-да, – протянул Цепеш, – Интегра разбудила меня в очень интересное время…

Глава девятая. По ту сторону баррикад.

– Ваша тактика, Майор, принесла плоды…

Алисия потягивала чай, рассматривая фигуру в белом костюме и в круглых очках арийской наружности. Оно и неудивительно, ведь этот мужчина, пришедший за несколько часов до поднятия барьера, прибыл из Германии, как последнее подкрепление среди наемников. Хотя его группа и не входила в состав уже прибывших и являлась отдельным подразделением под названием “Последний Батальон”. Немец вел за собой небольшую группу вампиров и оборотней, измененных с помощью мутагенов как магической природы, так и созданных с помощью науки. Однако от него самого разило эликсирами и машинным маслом.

Сама принцесса кровососов приехала в Англию в надежде изменить судьбу своей расы. Человечество все сильнее разрасталось как в количестве, так и в технологиях. Последние несколько десятков лет их поджимали Маги-Охотники с одной стороны и спецслужбы маглов с другой. Теперь даже поесть нормально нельзя, чтобы не выехал отряд убийц. А ведь это в относительно безопасной Румынии!

Но чем дальше, тем меньше ей нравилась вся эта ситуация. За несколько месяцев темные волшебники все сильнее и сильнее разжигали пламя войны, втягивая в эту адскую круговерть всех, до кого могли дотянуться. И все же Алисия продолжала участвовать в этом беспределе, потому что на плечи девушки возложены судьбы и надежды рода. Отец уже давно махнул на все рукой, перейдя на кровь животных. А из родового замка он сделал отель для иных видов! Злоба буквально раздирала, стоило вспомнить про этот позор, однако приходилось сдерживаться, чтобы не начать крушить все, что попадало под руку.

Этот же блондинчик, коего практически сразу же допустили во внутренний круг выглядел невероятно подозрительно. Его предложения по выкуриванию сопротивления порой вызывали отвращение даже у вампира. Казалось, что фашисты продолжали работать точно так же, как и на полях Второй Мировой “отрывались” бойцы SS. Применение артиллерии, ядовитых веществ, в целом оружия, запрещенного Женевской конвенцией – только ядерных бомб не хватало для полноты картины.

Сейчас же шло обсуждение по поводу остатков недобитых авроров. То, что среди убитых не оказалось ни одного члена Ордена Феникса – настораживало. Сидящий во главе стола лысый мужчина едко усмехнулся.

– Все это из-за того, что вы заигрались в грязных маглов, – буквально сплюнул Волан-де-Морт. – Зачем эта вся неэффективная ерунда, когда есть старая добрая “Авада”? На худой конец “Адское пламя” или “Проклятый холод”.

– М-да? – Майор выгнул бровь. – Знаете, дорогой мой друг, насколько скудна и скучна ваша магия по сравнению с настоящим оружием? Может ли она показать всю красоту расстрелянных детей, женщин, стариков? Или же лицо, искаженное от страданий, надышавшегося хлором солдата? А свист падающих бомб на спящий лагерь? Конечно, волшебство можно вплести в симфонию войны, но лишь как один из многочисленных инструментов.

Немец встал с места и подошел к карте Великобритании, висящей на стене. Черными крестами на ней отмечены уничтоженные базы, а синим – зоны поиска. Несколько минут понадобилось, чтобы он продолжил.

– Господа, мне нравится война, – мужчина поднял голову к потолку. – Господа, мне нравится война… Господа, я люблю войну!

Слушатели невольно засмотрелись, как этот хлыщ в белом костюме воздел руки вверх.

– Люблю геноцид, люблю блицкриг, люблю наступление, люблю оборону, – слова сливались в симфонию, буквально рисуя картины безо всякого волшебства, – люблю осады, люблю прорывы, люблю отступления, люблю зачистки, люблю поражения… – короткий вдох создал небольшую паузу, но стал лишь прилюдией к следующей тираде. – На полях, на улицах, в окопах, на равнинах, в тундре, в пустыне, на море, в небе, в грязи, в болоте. Я искренне люблю все виды войны, которые можно устроить на этой планете! Люблю оглушительный грохот артиллерии, разрывающей построения противника на части... Когда вражеские тела взлетают в воздух, а потом мелкими кусочками сыплются на землю – моё сердце поёт! Люблю, когда наш «Тигр» с его 88-ми миллиметровым орудием... сходится с вражеским танком! До чего же приятное чувство, когда они выпрыгивают из танка, чтобы погибнуть под огнём! Люблю, когда пехота бросается на вражеские ряды в штыковую атаку. Меня трогает вид новобранцев, испуганно тыкающих штыками снова и снова в тело давно мёртвого врага. А вид повешенного на столбе дезертира вызывает странное возбуждение. И до чего же восхитительно визжат вражеские пленные, в унисон с визгом пулемёта, которым я их выкашиваю. А это жалкое Сопротивление, которые дрались с нами во дни нашей славы, хотя и были отвратительно вооружены. Я даже помню как шрапнельный снаряд из «Доры» весом 4,8 тонн снёс их город! Люблю, когда советские солдаты впадают в панику. Когда деревня, которую они защищали, была разрушена, а женщины и дети несколько раз изнасилованы... Как же они расстроились…

Слова стихали, но яркие образы продолжали будоражить фантазии. Тень ухмыльнулась, наблюдая за этим безумцем. Ее Темный Лорд проигрывал этому “пришельцу” из прошлого, что каким-то образом застал Вторую Мировую. Однако это оказалось не все.

– Господа, мне нравится война, – продолжил Майор Максимилиан Монтана уже тише и спокойней. – У меня был мой батальон. Последний Батальон отборных головорезов, прошедших через Ад. Но им повезло встретиться с “Черными шинелями” Советов незадолго до начала всего этого и пасть в бою.

Он резко развернулся, выхватывая свой “Вальтер” из кобуры и наставляя тот на Реддла.

– Давай, маг, проверим, что сильнее: твое заклятие или мой пистолет!

Волан-де-Морту не понадобилось повторного приглашения. Он вскинул палочку и зеленый луч “Авады” рванул в сторону фрица. От удара мощного потока маны блондина буквально откинуло в стену. С поникшей головой и раскинутыми руками сидящее тело походило на лишенную нитей марионетку. Но вот что странно – “Вальтер” продолжал сжиматься ладонью упитанного магла.

Неожиданно наемника мелко затрясло. До слуха собравшихся донесся смех, что медленно но верно становился все громче, перерастая в жуткий, безумный, хохот. Макс откинул голову, продолжая буквально ржать. А после резко замолк, вновь вскидывая оружие. Прогремело несколько выстрелов, но лишь одна пуля пролетела настолько близко, что лишь поцарапала лицо магу.

– Ой-ой, – мужчина принялся подниматься, – стрельба – не моя сильная сторона.

Под шокированные взгляды Майор поднялся, небрежно сунув оружие в кобуру. У магов никак не могло уложиться в голове главное:

– Как ты выжил? – озвучил один из Пожирателей, тыкая трясущимся пальцем в того, кто обязан быть мертвым.

– В смысле – как? Ах, да, –лицо фрица растянулось в злорадной улыбке, – это же ваша великая “Авада Кедавра”... Только вот беда: то, что мертво – умереть не может.

– Бред! Не шути со мной, – наконец пришел в себя Реддл. – Даже нежить…

– Но-но-но, – покачал пальцем блондин. – Ты такой же, как наш дорогой и ныне покойный фюрер. Я навел справки, так что более чем уверен. Вы пытались найти бессмертие в магии, которая за последнее столетие застыло в развитии, – он принялся расхаживать перед столом совещаний, будто учитель перед классом. – Однако истина кроется не в концентрации на чем-то одном, а в симбиозе. Когда-то, давным давно, весною сорок пятого, передо мной встал выбор: отречься от человеческой сущности и стать вампиром или же влачить существование калекой. Но вот он я здесь, без клыков и целый. Как? Ответ прост: слияние волшебства, механизмов и плоти. Хотя последняя все же слаба, так что в целом остался лишь живой мозг.

Отвратная улыбка этого чудовища вновь озарила лицо. Теперь, когда его сущность всплыла наружу, многие оказались шокированы. Алисия наконец поняла, почему не ощущала не сердцебиение, а какой-то механический стук. Сам же Лорд чувствовал омерзение и… возбуждение. Бессмертное тело, о котором он жаждал – возможно. Но какой ценой? Использовать магловские изобретения? Отвратительно, но…

***

Холодный октябрьский ветер пробирал до костей. Энди Фокс кутался в шинель, зевая от усталости. Часы показывали приближение полночи. До конца караула оставалась пара десятков минут. Новое правительство хоть и пугало, но страна продолжала функционировать. Хотя оставались и те, кто пытался бросить вызов Хозяевам, так что пока недостатка в корме для вампиров и оборотней не имелось. Страшно подумать, что случится дальше…

Магия… Принять существование такого первое время было сложно. Однако демонстрации в качестве оружия, превращающиеся в волков существа, поднимающаяся после укусов нежить заставили понять, что теперь такова реальность. Солдат поежился, но от холода или накатившего ужаса – непонятно.

Со спины раздался скрип гальки. Мужчина развернулся, вскидывая автомат и включая подствольный фонарик:

– Стой, кто идет?

В пятне света оказалась фигура в гражданской одежде, прикрывающая лицо. Но видимая часть позволила определить вторженца: бывшего сослуживца Стивена Уилсона. Он оказался тем, кто перешел на сторону отщепенцев, именуемых себя сопротивлением.

– Не думал тебя тут встретить, – усмехнулся Фокс, не сводя дула автомата с вторженца.

– А ты, Энди, решил продаться новым хозяевам? – Уилсон медленно поднял руки.

– Уж лучше так. Знаешь, я бы мог тебя отпустить, но…

– Вероника, – вздохнул мужчина в штатском.

– Угадал. Если бы она выбрала меня, Стив, то ты бы сейчас убегал, а я сообщал о том, что ничего не обнаружено. Но теперь за твою шкурку я получу три десятка серебряных монет от магов.

Уилсон покачал головой. Увы, таких, кто готов продать даже мать родную за деньги, повылазили изо всех щелей. А тут еще примешивалась ненависть из-за того, что женщина, которой Фокс хотел обладать, ушла к другому. Тем более к тому, кого сейчас держали на мушке.

Энди продолжал смаковать своей вседозволенностью и не заметил, что на деле контролирует ситуацию не он. В спину прилетел сгусток магической энергии, оказавшийся “Петрифик Тоталусом”. Его тело моментально задеревенело и готовилось рухнуть, но подскачившая пара человек успела перехватить как его, так и оружие, не дав шумом выдать позицию. Тот, кто поймал Фокса, вытащил из-за пояса нож и резко провел по горлу парализованного. Обездвиженный мужчина, что не в силах был даже замычать, так и задохнулся от крови, заполнившей легкие.

Стивен лишь покачал головой, когда прошел мимо остывающего трупа. Время сожаления прошло, ведь если они не пополнят боеприпасы, которые маги сейчас левитировали со склада, то когда за ними придут – нечем будет отбиваться от чертовой нечисти. А становиться чьим-то кормом или того хуже – ожившим трупом, он не хотел. Энди Фокс сам выбрал свою судьбу и уже расплатился за это. Как и Уилсон заплатит, стоит прийти назначенному часу.

Глава десятая. Атака мертвецов.

Гражданская война – это тяжелое бремя для любой страны. А еще головная боль для полководцев. И если противостояние идет в рамках консолидированных регионов, когда какая-то область единым фронтом воюет с остальной территорией – еще куда ни шло. Но стоит начаться партизанскому противостоянию – значит можно забыть про четкую линию фронта. Сейчас у Сопротивления имелось порядка десятка баз волшебников и что-то около двадцати автономных лагерей немагов, прикрытых разнообразными барьерами. Последние по большей части относились к ведомству МИ-5 и, как аврорские, не числились по бумагам нигде, кроме специальных архивов. Которые, кстати, были сожжены еще в первые дни противостояния.

Прошло всего ничего, но уже вскрылось множество проблем: нехватка тяжелой техники и вооружения, незнание о системах слежения как магических, так технических, со стороны маглов и мана-пользователей соответственно. Теперь, когда темным волшебникам не надо прятаться, они пустили в ход вообще весь спектр заклинаний, включая поисковые широкого радиуса действия, что имели визуальные эффекты.

Дальний пост, считавшийся самым спокойным, использовали для тренировки недавних школьников, вынужденных сейчас скрываться от Пожирателей. Гарри вернулся после сложного задания по добыче провизии и боеприпасов с военной базы, что находилось под контролем “темных”. Под конец все чуть не сорвалось из-за постового. Пришлось глушить его “Петрификом”. В конце концов пара бойцов, служившая до недавнего времени в 22 SAS, устранила цель. Такое для парня уже не в новинку. Как и убивать самолично.

Взрослые до последнего старались оттянуть тот момент, когда придется посылать в бой детей. Однако с Поттером другая ситуация. По факту он являлся приманкой, вызвавшись на эту роль, дабы выманить Реддла или Тень. Но пока безрезультатно, о чем юноша сейчас и размышлял, тяжело вздыхая.

На дворе стоял поздний вечер, когда волшебник вышел проветрить голову. Все преподаватели, включая Аяно и Чисато сейчас находились на других позициях и готовились к нападению на несколько ключевых точек, разведанных немагами. Неожиданно в тени заворочалась Хари. Гарри тоже напрягся, чувствуя приближающиеся пару аур. Проблема в том, что они не соответствовала никому из знакомых, так еще и превосходили большинство из них.

На свет фонарей вышло двое: стиляга в белом костюме с фетровой шляпой и женщина в похожей одежде мужского покроя иссиня-черного цвета с мушкетом в руке. Однако это явно не друзья, потому что они тащили за собой тела постовых. Непонятно, живы те или нет.

– Смотри, Рип, – лицо незнакомца разъехалось в отвратительнейшей ухмылке, демонстрирующей ряд нечеловечески острых зубов, будто все их заменили на клыки, – на ловца – и зверь бежит. Гарри Поттер, я полагаю?

Парень не стал отвечать, лишь напрягся, потому что у той, кого называли Рип оказались такие же зубки. А еще, согласно отчетам МИ-5, это были модифицированные вампиры. Так что солдаты скорее всего мертвы. Или того хуже – обращены в упырей и сейчас попросту идет трансформация.

– Как невежливо, молодой человек. Хотя… может стоит мне сначала представиться? Тубалкаин Альгамбра, – он снял шляпу и поклонился. – К вашим услугам. Мою спутницу же зовут Рип ван Винкель, – обозначенная едва качнула головой, сверкнув очками, похожими на гаррины. – Наш наниматель хочет видеть тебя.

Поттер отпрыгнул назад, одновременно призывая Хари в материальной форме и извлекая палочку, чтобы подать сигнал о нападении. Сейчас, помимо друзей, из старших волшебников имелись лишь братья Блэк и чета Лонгботтом. Вот только сложно сказать, хватит ли их, а также солдат-маглов, чтобы противостоять этим отродьям.

Красная вспышка и грохот оповестили о вторжении. Однако парочка будто не заметила этого, продолжая лыбиться. А после за их спинами раздались стоны. Причем как вблизи, так и за границами освещенной зоны. Постовые, что лежали недавно, начали медленно вставать. С окровавленными шеями, пустыми глазами и увеличившимися клыками, бывшие товарищи казались инфернальными порождениями. Рип подняла свой мушкет и выстрелила в верх. Свинцовый шарик начал вести себя словно живой, разбивая лампочки в фонарях одну за другой, погружая во мрак окружение.

Что нужно для убийства вампира? Не гуля, а именно настоящего? Если учитывать, что этот вид к нежити относится уж очень сильно опосредованно из-за того, что может поднимать мертвецов и обладают чудовищной регенерацией и живучестью, благодаря которой могут прирастить отрубленную голову, то сразу отпадает вся магия, рассчитанная исключительно на борьбу с мертвой плотью. Осина, как и серебро лишь немного ослабевают восстановительные способности существ. Так что для максимальной эффективности надо их нашпиговать этим настолько, что те начнут буквально разваливаться на куски из-за перебитых костей и мышц.

Так что остается три максимально действенных способа. Первый – ультрафиолет. Из-за недостаточности меланина в организме он вызывает обширные ожоги. И чем выше интенсивность, тем сильнее идет поражение, вплоть до полного сгорания. Однако сейчас Второе – огонь. Точнее, море огня. Кстати, белый фосфор вполне может убить вампира, но там его надо держать в этой дряни полчаса точно. И последнее – это отдать на растерзание еще более опасному чудовищу. В идеале, которому вампир не сможет ничего сделать. К примеру, натравить дракона. Или древнюю аякаши-сколопендру.

***

– Да почему они не дохнут?! – сержант Гай Фокс поливал наступающую орду гулей из своего SA80.

Рядом ему вторили еще несколько автоматов и пара дробовиков. На счастье солдат, поднята нежить недавно, так что трупное окоченение мешало активно двигаться. В отличие от фильмов, распространенных в мире маглов, попадание в голову таким зомби не приносило вреда больше, чем в тело. Теперь надо целится именно в сердце, потому как вводимые вампирами микроорганизмы использовали этот орган как основной, поддерживая в мертвецах псевдожизнь.

– Смотри и учись, – донеслось до солдата.

На баррикаду выскочил черноволосый мужчина с палочкой наперевес. После выкрика “Инсендио”, из концентратора вырвался поток огня, поджегший противника. Тела горели нехотя, но стали отличной подсветкой.

– В сердце стреляйте, – волшебник спрыгнул назад за укрытие и теперь отбрасывался “Бомбардами” и “Петрификами”.

– Где ты такой умный раньше был, Регулус? – Фокс перезарядил опустевшее оружие.

– Едва вырвался из окружения. Эти мрази теснят нас по всем фронтам.

– Черт, а как же юнцы ваши-то? Может наколдуешь какую телепатию? А то радиосвязь глушат, – он стукнул по рации, из которой доносилось лишь шипение.

– Прости, но все это фантазии писателей…

Где-то сбоку раздался взрыв, привлекая внимание окопавшихся: группа подростков под предводительством трех взрослых прорывалась по флангу. Пока школьники держали щиты, старшие волшебники раскидывали “тяжелые” заклинания, прорываясь к выжившим. К радости сержанта, среди магов затесалось несколько бойцов, что тащили раненых. Но все это оказалось мелочами, когда в толу гулей ворвались натуральные монстры.

Самым нормальным казался Себастиан. Ровно до того момента, когда из его рук вырвался огонь, что поджег ближайшего противника. Молодой человек с видимой ленцой ушел от удара зомби и взмахом руки отсек тому голову. Когда же еще двое других неожиданно быстро относительно остальных кинулись ему со спины, на подмогу бросилась Дженна, работая своей рапирой так, будто перед ней материализовалось десяток оружий, протыкающих тварей со скоростью промышленной швейной машинки.

Но больше всех пугала последняя. Кем было это чудовище – непонятно из-за маски, но Фокс догадывался по одежде и волосам, что уже заляпаны кровью.

Джинни методично и без суеты разрывала плоть врагов своими пальцами-лезвиями. Вот она их сложила щепотью, превращая руку в подобие копья, что с хрустом вонзилось в грудь одному, а спустя какие-то секунды уже полосуют очередного противника, отсекая тому конечности, будто те не имели костей.

Бойцы поддержали приближающихся союзников огнем. Сейчас требовалось даже не сколько убить, а оттеснить врага. Когда же волшебник смогли добраться до позиций, трое братьев Уизли извлекли из своих сумок увесистые склянки и кинули их в толпу. Смесь, булькавшая в емкостях оказалась очень огнеопасной, ибо последовавшая за ними “Бомбарда” вызвала детонацию и разброс состава так, что между нападавшими и обороняющимися выросла натуральная стена пламени.

Фокс обвел взглядом прибывших. Большая часть солдат либо убита, либо сейчас топталась по ту сторону баррикад, желая сожрать бывших сослуживцев. Взгляд задержался на девочке Уизли, внешность которой приходила в порядок. Это выглядело жутко. Стоило отвлечь внимание бойцов, чтобы не лезли к девчонке с ненужными расспросами. По крайней мере пока что. Но сделать этого не успел, ибо первой заговорила Дженна:

– А где Гарри?

***

Поттер врезался спиной в стену, пытаясь отдышаться. Последние минут двадцать слились в непрерывную гонку со смертью. Началось все со вторжения парочки вампиров, командовавших гулями, созданными как из патрульных, так и из местных, что жили в ближайшем городке. Среди нападавших мальчик заметил и хмурого, вечно ворчащего, но доброго молочника, и пожилую женщину, что торговала вкусными яблоками на рынке, и внучку рыбака, что совсем недавно мило смущалась, когда рассказывала о дедушке.

Теперь же их больше нет. Никто не поведает о прошлом соседнего холма. Никто не покажет, где купить лучшие в городе конфеты. Никто не пошутит по-солдатски грубо, но метко. Лишь ветер будет гонять брошенные газеты и пакеты. Со временем погода разрушит оставшиеся без присмотра дома и уютные улочки.

Юношу буквально душила злоба. Но ее требовалось использовать с умом. Он уже один раз ей поддался, когда увидел лица знакомых людей, искаженных гримассой злобы. Тогда, выпустив Хари и подав сигнал, вместо того, чтобы отступить к своим, он направил палочку на вампиров. От неминуемой гибели его спасла сколопендра, метнувшаяся назад. От ее хитина со звоном отскочили игральные карты, а в хелицерах тускнел свинцовый шарик, теряя остатки маны.

Когда же Поттер взглянул на пару вторженцев, в ночной мгле оказались лишь видный светящиеся глаза и ряды белых зубов, складывающихся во все ту же ехидную ухмылку. В их взгляде читалась лишь радость от того, что добыча загнана в угол и никуда уже не уйдет.

Глава одиннадцатая. Хитиновая клетка.

– London Bridge is falling down

Falling down, falling down

London Bridge is falling down

My fair lady…

Кровь продолжала стучать в ушах, пока грудь тяжело вздымалась.

– Build it up with iron bars

Iron bars, iron bars

Build it up with iron bars

My fair lady…

Карта просвистела буквально в миллиметрах от уха, поцарапав кожу потоком воздуха. Небольшой лист, который оказался создан из металла, а не картона, вонзился где-то на треть в бетонную стену.

– Iron bars will bend and break

Bend and break, bend and break

Iron bars will bend and break

My fair lady…

Тубалкаин загонял Поттера, напевая детскую песенку. Он шел медленно, с ленцой, выкуривая одну сигарету за другой. Жертва уже никуда не денется. Даже странное насекомое не настолько сильно мешало, как могло показаться поначалу. А чтобы никто не помешал ловить мальчишку, Рип забралась на вышку, готовясь отправить свинцовый шарик, заряженный маной, в любого приближающегося.

Можно, конечно, схватить пацана без этого всего, но тогда в чем смысл? Вампир уже устал жрать безвольных овец. И вот, наконец-то, появилась возможность поохотиться на мага, что проявлял хоть какую-то активность.

***

Гарри врезался спиной в стену, пытаясь отдышаться. Последние минут двадцать парень жалел, что в “Люмос” лишь испускает свет, но не имеет ультрафиолетовой составляющей. А еще, что на этой базе не установили лампы, излучающие такое свечение, потому как достать их сейчас очень непросто. Нужно срочно решать, что делать дальше. Имелся у него один вариант, однако слишком рискованный.

Дело в том, что юноша не по годам очень силен. И именно это являлось главной проблемой. Неподготовленное тело и ядро уже не раз подвергались огромным нагрузкам не по возрасту. То теневое пространство, что он уже разворачивал уже два раза, обычно подвластно магам, куда более старшим. “Прорыв дракона”, о котором его предупреждали Чисато и Нурарихён, должен случаться куда позже, после множества тренировок и медитаций, а также необходим определенный набор эликсиров, коими буквально пропитывалось тело на протяжении десятков лет их принятия.

Тогда, на четвертом году обучения, Поттер рисковал не по детски, применяя эту способность, что получена от контракта с Хари. Но в тот момент им двигал страх за подругу. Как и сейчас. Ведь даже если с гулями удасться справиться своими силами, однако с этими вампирами непонятно, что делать.

Секунда. Другая. Мысли роились в голове. В памяти всплывали слова кицунэ о том, что одно или два применения в ближайшие лет пятьдесят – и ядро просто разорвет. О такой возможности она знала не понаслышке, а от своего брата, Сеймея. Тот, конечно, не проводил таких опасных экспериментов на себе, но не зря он являлся гением в онмё.

Время утекало как вода. Решать надо здесь и сейчас. Неожиданно на ум пришло то чертово пророчество. То, что испоганило всю жизнь и лишило родителей. Неожиданно на всю опасность стало… наплевать. Выживает или нет, уже неважно. Главное – спасти друзей. А если Гарри тут умрет, то освободится от этого треклятого предсказания. Так что глубокий вдох и…

Сначала ничего не произошло. Хотя отклик от Хари был стабильный. Та при всем желании не могла не повиноваться приказу из-за контракта. А затем время принялось замедляться. Что-то нарушало естественный ход вещей. Юноша не мог двинуться, лишь наблюдать. А посмотреть было на что.

Пространство хрустнуло, потрескавшись, будто разбитое стекло. Небольшой его кусок выпал, разлетаясь на мириады осколков, обнажая странный механизм из кучи огромных шестерней, облитых вязкой тьмой. Но продлилось это недолго, ведь стоило моргнуть, как картинка изменилась. Теперь по ту сторону оказался небольшой и уютный кабинет. Огромный резной стол, как и пол вокруг, буквально устланы скомканными листами. А над всем этим бардаком, склонившись, восседала Тень, Джоан Роулинг, вооружившаяся ручкой. “Лилиан Стоун и Новая надежда”. Этот текст удалось разобрать перед тем, как это странное видение пропало, а время вновь начало набирать скорость.

***

Альгамбра довольно пыхнул сигаретой. Мальчишка спрятался за углом ближайшего здания и пока не собирался уходить. Вампир слышал его тяжелое дыхание и сердцебиение. Странное насекомое тоже исчезло. Казалось, что жертва утратила желание сражаться. Если так, то печально.

Неожиданно инстинкты взвыли, будто дурные. Последний раз он такое чувствовал, когда столкнулся с боевым монахом из Советов. Но то был старый опытный борец с нечистью, а тут – сопляк, что еще и школу не окончил. “Такого просто не может…” – Тубалкаин не успел закончить мысль, как из-за угла рванул поток непроглядного мрака. Непроглядного для вампира, что попросту не может быть. Что мужчина и озвучил одним ёмким словом “Scheisse”. Добыча-то оказалась с зубками.

Тьма поглотила все вокруг. Резко пропали все звуки и запахи. Вместо них немец стал ощущать поток сконцентрированной ярости и ненависти. Вот только они исходили явно не от мальчишки. Альгамбра выхватил по десятке карт в каждую руку, заряжая те маной и бросил их веером. Светящиеся в черноте прямоугольники разлетелись во все стороны, однако те, что должны были попасть в стену, не встретили сопротивления.

“Реальность или иллюзия?” – пижон выплюнул окурок, медленно отступая назад. Подобное искажение пространства ему встречалось, но в меньших масштабах. Если это правда оно, то можно просто добраться до границы и продавить барьер своей силой. Если же морок… “Да чего гадать?” – вторженец полоснул ладонь своим же оружием, однако боль, уже начавшая затухать вместе с заживлением пореза, не изменила ничего.

Со спины неожиданно ощутилась слабая жажда крови мальчишки. Как тот там оказался – непонятно. Вампир резко развернулся, блокируя удар катаны. Но вместо ответного удара пришлось уходить от летящего во фрица талисмана. Что бумажка делала, Тубалкаин проверять не хотел. Самое неприятное, что парнишки на том месте уже не находилось.

Следующая атака вновь оказалась направлена в спину, но в этот раз мужчина был готов, так что успел перехватить клинок левой рукой, а правой попытался полоснуть юнца с помощью карты. Тот же поступил нестандартно: Поттер отпустил оружие, вновь растворяясь во тьме. И тут до слуха фашиста донеслась песня. Голос явно женский, но какой-то… щелкающий. Певший явно насмехался над пришедшим сюда врагом:

– Twinkle, twinkle, little star,

How I wonder what you are!

Up above the world so high,

Like a diamond in the sky…

Что-то в этой колыбельной казалось пугающим. Тембр ли неизвестного или протяжное, надрывное пение – неизвестно, но вампиру резко стало неуютно. И каждая строчка сопровождалась атакой. Вот только теперь это были не только прямые удары.

– When the blazing sun is gone,

When he nothing shines upon,

Then you show your little light,

Twinkle, twinkle, all the night…

Из глубины тьмы в мужчину летело пять талисманов. Он бросил в них свои карты. Однако парень не остановился на достигнутом, и пока вторженец сконцентрировался на одной цели, Гарри отправил шестую бумажку из “слепой” зоны. Альгамбра успел лишь повернуть голову. Японское заклинание, записанное на полоске, вызвало разряд тока при соприкосновении с противником, так что катану пришлось отпустить. Та тут же исчезла во мраке.

– Then the traveller in the dark

Thanks you for your tiny sparks;

He could not see which way to go,

If you did not twinkle so…

Следующая порция началась также с заклинаний, но тут уже примешалась и английская палочковая школа. Теперь вампиру пришлось противостоять паре “Ступефаев”, которые были брошены с разных направлений, нескольким прокля́тым белым полосам, и удару практически в лицо.

– In the dark blue sky you keep,

And often through my curtains peep,

For you never shut your eye

'Till the sun is in the sky…

– Да как ты меня достал! – Альгамбра взбесился и сам начал раскидывать карты во все стороны, надеясь попасть в наглого мальчишку.

– As your bright and tiny spark

Lights the traveller in the dark,

Though I know not what you are,

Twinkle, twinkle, little star.

Парень припал на колено где-то в стороне. Пижон в белом костюме все-таки достал его. По одежде Поттера текла кровь от нескольких порезов. Тот тяжело дышал, опираясь на клинок, вонзенный во мрак.

– Вот ты и попался, сопляк, – Тубалкаин вновь натянул маску балагура, прикуривая сигарету. Хотя если положить руку на сердце, бой ему даже понравился. Юнец смог развлечь вампира.

– Значит, вот какой мой предел, – вздохнул Гарри.

Вот только мужчине не понравился тон. В нем не ощущалось страха. Жертва почему-то произнесла это ровно, будто сейчас шел не бой на смерть, а простая тренировка.

– Жаль. Значит надо больше стараться. Хари, теперь он твой.

Гриффиндорец тяжело поднялся, закидывая клинок на плечо и развернулся. На глазах у удивившегося от такой наглости вампира, мальчишка побрел куда-то во тьму, медленно в ней растворяясь.

Альгамбра тут же бросился ему вслед, но наткнулся на странный барьер. Из мрака стал появляться хитиновый экзоскелет того самого насекомого. Тело сколопендры начало медленно сжиматься вокруг жертвы. Фашист попытался отступить, прыгнув вверх, но наткнулся на скопление отвратительных лапок. Ни карты, ни удары не брали броню противника.

Мужчина продолжал биться в этой импровизированной клетке, как вдруг по ноге что-то проползло. И еще. И еще. Он рванул штанину и увидел, как к голени прицепилось несколько многоножек, что перемещались все выше. Попытка их стряхнуть не приводила ни к чему, ибо на место одной наползали пять.

Будь это обычными насекомыми, вампир бы их давно передавил, однако, казалось, что они появляются буквально из мрака и куда крепче уже виденных сколопендр. А в это время многоножки поднимались все выше и выше. И вон они уже ползали по лицу, проникая в рот, нос и уши. Порождения тьмы начали медленно, нехотя, вгрызаться в плоть Альгамбры.

– Знаешь, упырь, – голос раздался где-то в глубине мозга, куда уже успела проползти одна из сколопендр, – ты выбрал не ту цель. И если бы, – разум продолжал наполняться противным, щелкающим звуком, – не вынудил применить его эту технику, твоя смерть была бы быстрой. А так – я буду жрать тебя постепенно. Кусочек за кусочком. Рвать твою плоть. Разрушать разум. И из этой хитиновой клетки ты не вырвешься никогда…

***

Поттер сидел в стороне и наблюдал за этим клубком насекомых, что поедали вампира живьем, но так, чтобы его сознание не угасло раньше времени. Его самого ловко бинтовала женщина в черном кимоно, расписанном странным узором, похожим на сколопендру.

– Скажи, Хари, все настолько плохо?

– Твое ядро на пределе, так что следующий раз будет последним, – вздохнула аякаши. Она неожиданно обхватила Гарри со спины. – Мальчик, пожалуйста, не убивай себя…

– Боюсь, это не от меня зависит, – гриффиндорец поправил сползшие очки. – Ты же заметила?..

Глава двенадцатая. Волшебный стрелок.

Рип ван Винкель, сидевшая на вышке и следившая за окружением, неожиданно потеряла связь с Альгамброй. На условленной волне лишь “белый” шум. Место, где пропал напарник, скрыла сфера тьмы в несколько метров радиусом.

– Майор, – она тут же вызвала командира, – у меня тут интересная новость. Цель номер один обладает странной способностью, имеющий возможность отсекать любую связь. Похож на черный шар. Даже с моим зрением не видно, что происходит внутри.

– Как интересно… – протянул блондин. – Проф говорит, что даже телеметрия нашего дорогого Тубалкаина не просматривается. Ладно, меняем приоритеты. Заканчивай зачистку и собери как можно данных по объекту, если захватить не получится.

– Есть.

Вампирша довольно ухмыльнулась. Даже странная магия мальчишки не является проблемой, а лишь досадной помехой. Рип уселась на стоявший на вышке стул и закинула ноги на перила. В такой позе она взяла свой мушкет одной рукой и направила ствол в сторону собравшейся кучки пока еще живых противников.

– Ба-бах, – женщина нажала на курок и и светящийся свинцовый шарик вырвался из ствола.

Тот вел себя будто живой, выписывая вензеля в воздухе. Тварь понаблюдала за пулей, что буквально вырисовывала картины на фоне ночного неба… точнее, темного купола, отрезавшего Англию от остального мира. Хмыкнув, она отправила снаряд в оставшихся людей. Вот только тот не пролетел и пары метров, как попал в возникший в воздухе сине-зеленый огонек и попросту испарился.

Поток необузданной мощи, что возник на крыше вышки буквально припечатал фашистку. Липкий пот моментально пропитал идеально белую рубашку. Винкель даже забыла, как дышать, настолько сильно оказалось давление. Если она сама являлась чудовищем, то какая же тварь появилась над ней?

– Ара-ара, вы его все-таки вынудили применить это, – приятный грудной женский голос буквально сочился яростью, несмотря на кажущееся спокойствие. – И это я молчу про превращенных в упырей местных жителей и солдат.

Где-то там, сверху, раздавался стук открываемого-закрываемого веера. Каждый удар сопровождала вспышка маны. Тук. Тук. Тук. ТУК! Последний хлопок раздался прямо над ухом у вторженки. Рип взвизгнула и, развернувшись, рванула подальше от появившегося чудовища, снося стальные перила, будто бумажные.

Приземление прошло без последствий вампира, но не окружения. На асфальте остались борозды, а лавки разлетелись в стороны в виде обломков. Женщина тяжело дышала, а пот капал на землю. На той самой вышке стояла, надменно взирая, золотошерстая девятихвостая кицуне. Ее взгляд обжигал сильнее, чем полуденное солнце. Каждый ее хвост, как и кончики ушей нервно подергивались.

– Последнее слово, тварь, – буквально выплюнула фразу лисица.

Рип взяла себя в руки. Противник явно сильнее, так что стоило отступить. Хоть ее заданием и было убийство вражеских солдат, однако биться до последнего никто не приказывал. Да и информация по японке может пригодиться. Как там ее? Чисато? Заказчица с ней сталкивалась, да из-за отсутствия опыта не могла оценить ни силу, ни способности.

Вампирша тут же принялась перезаряжать мушкет. Аякаши взирала на все это действо с брезгливым презрением, даже не пытаясь остановить. Зачем мешать идиоту, что сильнее затягивает петлю на шее?

Выстрел прогремел, и новая пуля отправилась в полет, управляемая маной Винкель. Шарик выписывал вензеля, носясь вокруг противницы на огромных скоростях, то приближаясь, то отдаляясь, в поисках пробелов в защите. И когда, казалось, ей это удалось, свинец влетел в сгусток лисьего пламени, испаряясь в очередной раз.

– Так вот каков твой ответ. Ясно. Значит, – кицуне стукнула сложенным веером по ладони, – убивать я тебя буду долго и мучительно.

Японка шагнула вперед, рухнув вниз. Однако приземление прошло изящно. Она даже ноги не согнула, чтобы сбить инерцию. Каждый ее небольшой шаг приближал к противнице неестественно быстро, будто она постоянно телепортировалась.

Времени на перезарядку не оставалось. Однако у длинноволосой фашистки оставался козырь. Откинув винтовку, она рванула спрятанный за поясом “Вальтер” Р88. Он вмещает пятнадцать патрон, и те были выпущены за какие-то секунды. Магазин полетел на землю, а новый встал в рукоятку.

Кицунэ уклонилась от каждой пули, лишь едва отклоняясь, так что снаряды пролетали буквально в миллиметрах. Но вампирше это и нужно. В отличие от однозарядного мушкета, в свинцовый шарик которого вливалось огромное количество маны, этот боеприпас куда слабее, да и контролировать такое количество объектов женщине было сложнее.

Сейчас же, она сконцентрировалась на каждой пульке, наплевав на все остальное. Мир сузился до полутора десятков узких тоннелей. Конечно, повторить те фортеля, что она проделывала со снарядом, пущенным из мушкета – невозможно, но тут ставка шла на скорость.

Чисато вздохнула. Она могла не напрягаясь подойти к противнице и уложить мордой в пол так, что зубы остануться торчать из асфальта. Сейчас же лучше показать ту разницу в силе, что кровососке никогда не преодолеть. Девятихвостая взмахнула веером и, словно танцуя, начала уклоняться от управляемых пуль. Каждое ее движение буквально источало изящество. И стоило ее опахалу коснуться до смертоносного кусочка свинца, как то отлетало в сторону, сталкиваясь со вспышкой призванного пламени.

***

Времени прошло всего ничего, а тринадцать пулек растворились без следа. Для Ванкель это было и минусом, и… плюсом. Конечно, чем меньше их оставалось, тем сложнее искать бреши в защите. Но сокращение объектов для контроля повышало качество управления. И стоило четырнадцатой отлететь в небытие, как пятнадцатая, летевшая идеально следом с небольшим интервалом, влетела в лицо лисице, заставив ту запрокинуть голову назад.

Вампирша тяжело дышала от огромной потери маны. Сейчас стоило пополнить за счет крови, но рядом имелся лишь японский монстр. Она сомневалась, что смогла победить, так что самое время уносить ноги. Но не успела фашистка сделать и шагу в сторону своего мушкета, как аякаши выпрямилась. Ее лицо искажала гримаса, а в зубах оказалась зажата пуля.

– Имя? – Чисато сплюнула свинец на землю и раздавила тот своей изящной ножкой, будто жука.

– Что?

– Скажи свое имя.

– Рип ван Винкель…

Едва прозвучал последний звук, как вампирша ощутила на своем лице ладонь, что вмяла нос вовнутрь. А после вампирша поняла, что падает.

Стоило Чисато произнести “Шикучи”, как она вместе с противницей оказалась у самой верхней точки купола, отрезавшего Англию от остального мира. Кицунэ чуть отстранилась от жертвы. Теперь по другому этот кусок мяса, что еще шевелится, назвать нельзя. Вокруг аякаши начали мелькать огоньки “лисьего” огня.

Лицо вампирши искажала ненависть. Она направила пистолет, что еще не успела убрать, в сторону противницы, но нажать на курок не успела, потому как рука с зажатым в ней оружием, оказалась отделена в локте. Кусок плоти просто выжгло. А после и саму конечность охватило пламя, превращая ее в пелел. И так – кусок за куском, пока от Рип не остался шевелящийся торс с головой.

Аякаши вновь приблизилась к врагу, положив руку на лицо. Но теперь уже куда мягче и даже нежнее.

– Твоя смерть могла быть безболезненной. Но вы разозлили меня, – улыбнулась она, но взгляд был холоднее арктической ночи. – Надеюсь, то, что ты увидишь, никому не расскажешь.

Неожиданно мышцы руки японки вздулись, покрывшись буграми. Она напряглась и швырнула остатки вампирши в сторону земли так, что в месте попадания образовался огромный кратер. Сама же Чисато привела себя в порядок прямо в воздухе, а после переместилась в эпицентр.

Винкель буквально расплескало по округе. Но та была еще жива. На земле лежало бьющееся сердце, связанное с куском мозга, из которого тянулся нерв с целым глазом. По реакции зрачка кицуне и поняла, что тварь может возродиться. С таким японка уже много раз сталкивалась за свою долгую жизнь. Но вот чего не ожидала, так это лежащего рядом небольшого устройства. Подняв странную штуку, она покрутила, пытаясь понять, что это такое. Интуиция подсказывала, что это какой-то передатчик.

– Я знаю, что кто-то меня слышит. Если нет – неважно. Запомните: я найду каждого, кто посмел меня разозлить. Найду, и сожгу ваши души.

Чисато бросила вещицу на землю рядом с сердцем, а после раздавила то, обрывая жизнь кровососущего монстра.

О том, что в месте падения что-то произошло, люди могли понять по глубокому кратеру, внутри которого камень буквально расплавился. Но вот что именно тут случилось – никто не знал.

Глава тринадцатая. Разгребая последствия.

Последствия нападения оказались плачевны. Ближайшая деревня полностью опустошена. Пара кровососов “выпила” даже домашних животных и скот. Из солдат осталась едва ли десятая часть. Так еще почти все ранены. Магам тоже досталось. И если детей почти удалось обезопасить, то взрослые сейчас лежали с тяжелым истощением. Когда опергруппа прибыла на место, выжившие из последних сил отбивались от наседающих гулей. В отличие от магловских фэнтези, победа над главным вампиром не уничтожала подконтрольных ему тварей.

Но не просто так ранее упомянуто, что юнцов удалось почти спасти. Это самое почти по имени Гарри спало мертвым сном. После того, как поле мрака развеялось, гриффиндорец обнаружился лежащим на земле и не реагировал на внешние раздражители. Врачи, как обычные, так и волшебные, разводили руками, не в силах привести парня в чувство. Состояние было похоже не на кому, а… на простой сон.

Чисато тоже попыталась проверить Поттера своими способностями. Нырнув вглубь его сознания, лисица оказалась в непроглядной тьме. Однако та отступила быстро, будто позволяя добраться до ядра. Последнее же выглядело плачевно: вся поверхность оказалась покрыта сетью трещин, через которые сочилась мана.

– Эх… – кицунэ потерла переносицу. – Говорила же…

– Это его выбор, – раздалось из темноты.

– Давно не виделись, Иголка, – не оборачиваясь ответила аякаши.

– Ага, прямо с прошлой недели, Ушастик, – хохотнул голос.

– Ты прекрасно поняла, о чем я. И если ты уже здесь можешь материализовать свой человеческий облик, то парень достиг своего предела.

Из черноты вышла японская красавица с длинными и черными волосами в кимоно, украшенном рисунком сколопендры. Однако то, что это не человек, явно показывали хитиновые сегментированные жвала, торчащие изо рта. Однако последние с каждым шагом втягивались вовнутрь, так что когда та стала рядом с золотошерстой, то последние признаки принадлежности к монстрам полностью пропали.

– Это был его выбор, – произнесла Хари после пары минут молчаливого разглядывания ядра.

– А где он сам?

Вместо ответа сколопендра поманила старую подругу куда-то вглубь мрака. Пройтись пришлось немного, прежде чем пара добралась до визуализированного сознания мальчишки. Тот висел в воздухе, хотя в этой реальности, строго говоря, законы физики не действовали. Вокруг вспыхивали странные картинки и образы, где Гарри или кто-то из его знакомых умирал в той или иной ситуации. Но сильнее всего выделялся странный шнур, что буквально рос изо лба и уходил куда-то за пределы разума парня.

– Что это?.. – начала было кицунэ, но замолчала, увидев качающую головой Хари.

– Я не до конца поняла, но это как-то связано с той Тенью и каким-то “каноном”. Когда Гарри применил “Объятия мрака”, буквально на секунду промелькнули странные образы. А после победы он попытался разобраться в этом феномене и… Последствия перед тобой, – она махнула рукой в сторону Поттера. – Боюсь, тут мальчик сам должен разобраться, так что не пытайтесь будить.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Стоило аякаши проснуться, как ее тут же окружили родные и друзья гриффиндорца.

– Что с Гарри?..

– Он проснется?..

– Как он?..

– Когда?..

– Так, ша, – женщина прижала свои лисьи уши руками, прикрываясь от начавшегося гама. – Первое, – произнесла она, когда гвалт немного улег, – Гарри не будить…

***

На экране монитора на стоп-кадре застыла красивая женщина, лицо которой, впрочем искажено ненавистью, заносящая ногу над камерой. Эту запись Майор пока решил не демонстрировать “союзничкам”. По крайней мере не всем, ибо в помещении помимо его приближенных находился и Питер Петтигрю. Изобретенный Доком “жучок” превосходил все современные наработки. Изначально он разрабатывался для мониторинга и отслеживания организма искусственных вампиров и оборотней, но из-за извращенной натуры создателя имел видеокамеру, чтобы тот мог наблюдать за работающими мозгами подопытных в реальном, так сказать, времени.

– Ну что, дамы и господа, – фриц ухмыльнулся, – здесь все же имеется достойный противник. Но мы сегодня не за этим собрались. И так, – мужчина неожиданно посерьезнел, обведя импровизированный зал собраний с парой столов, за которыми сидели его подчиненные, – долго серия побед наших английских “друзей” не продлиться. Сопротивление начинает все активней “кусать” за “мягкие” места, а население – громче ворчать.

– Так в чем проблема? – Ян Валентайн закинул ноги на стол. – Просто прищучить оставшиеся базы и дело с концом.

– Брат, ты идиот, – потер переносицу Люк.

– Не, ну а чё?

– Вопрос в том, нужно ли это нам, – пыхнула сигаретой Зорин Блиц, мускулистая женщина, правая часть которой покрыта татуировками в виде надписей, поправляя сползающую с плеча косу. – Я правильно поняла мысль?

– Верно, – хлопнул в ладоши Максимилиан. – Вот в чем проблема: нашей настоящей нанимательнице, похоже, уже плевать на происходящее. Она не вылезает из своего кабинета, создавая горы макулатуры. Тень, оказывается, писательница, – он пожал плечами, снисходительно улыбнувшись. – А вот ее марионетка, Волан-де-Морт – еще больше сумасшедший, чем мы. И не видит дальше своего носа. Я даже в шоке от того, как он умудрился при таком скудоумии устроить первое восстание темных магов. И заботит нашего “друга” Тома лишь две вещи: бессмертие и некий Гарри Поттер. Может херр Петтигрю нам объяснит в чем дело?

Хвост, до этого стоявший у двери, прошествовал в сторону свободного места и уселся, включаясь в разговор.

– Все дело в пророчестве. Сопляк, рожденный в определенный час станет тем, кто победит Темного Лорда. Ну, – мужчина с отвращением сплюнул, – или как-то так. Вообще, раньше он был куда более сдержанным и расчетливым. И даже раскол души не сильно повлиял на состояние психики. Но после этого предсказания как будто слетел с катушек.

Присутствующие знатно удивились от такого откровения. И если Ян проявил реакцию достаточно экспрессивно, расхохотавшись от души, то капитан Ганс Гюнше, что не отличался многословностью, лишь покачал головой.

– М-да… Прибыв сюда, я надеялся увидеть войну. Мечтал поучаствовать в противостоянии армий… А опять напоролся на чокнутого царька и откровенный сброд, – блондин устало потер переносицу. – Значит, надо готовить пути отступления. Только перед этим, – ухмылка вновь появилась на очкастом лице, – устроить знатный переполох. Кстати, как там наш Док?..

***

Обозначенный Майором худой и высокий, одетый в лабораторный халат, Эйвондейл Непьер находился в импровизированной лаборатории на одном из подземных этажей Министерства Магии, где обычно проводились опыты бывшим Отделом Тайн. Здесь, в хорошо освещенном помещении, где провели нормальную электризацию, заменив магические светильники на магловские люминесцентные лампы, в огромном стеклянном цилиндре булькал специальный раствор, сплав алхимических и научных изысканий. В этой жидкости плавал худощавый юноша лет пятнадцати-шестнадцати.

Уже много лет он был без сознания. В отличие от своих коллег, прапорщик Шредингер, парень с кошачьими ушами и хвостом, до сих пор никак не мог пройти стадию трансформации в вампира. Она почему-то протекала слишком медленно.

Однако безумный ученый уже работал над новым вариантом мутагенного состава. Помимо прочего, в его цепкие пальчики попал флакон с остатками зелья, что воскресило Реддла, свежая кровь истинного вампира и шерсть существа из иного мира. Откуда Тень достала последнюю – загадка. Но Дока это заботило в последний момент. Все-таки приказ Майора звучал четко и ясно: всех переживших май сорок пятого обратить в кровососа или оборотня.

Насвистывая “Ах, любимый Августин”, он возился с оборудованием. Из-за малого числа реагентов, таких как зелье и шерсть, возможности для экспериментов резко сократились. И если первое еще худо-бедно, но можно было воспроизвести, а кровь Дракулы сейчас находилась вместе с тушкой где-то в штабе на совещании, то вот последний ингредиент пополнить неоткуда. А чутье ученого подсказывало Нипьеру, что именно он должен стать ключом к завершению мутации прапорщика.

Дверь неожиданно скрипнула, но Эйвондейл был настолько увлечен, что не обращал внимания ни на что, кроме своих изысканий. Пришедшим был никто иной, как сам Том Марволо Реддл. Тот уже долго обдумывал, но сейчас решился. Его до сих пор выворачивало от одной мысли, что он, Великий Темный Лорд, сильнейший маг, прибегнет к магловским технологиям. Но бессмертие, столь желанное Волан-де-Мортом, так и не желало даваться в руки привычными, магическими, методами.

Философский камень уже уничтожен. Крестражи показали себя не самым надежным вариантом, потому как несмотря на все ухищрения все оказались обнаруженными. Причем, как показала практика, осколки души, отделенные от главного тела, могли заиметь свою волю. Может, на это влияло психическое состояние на момент создания или магический фон, но все это было неважно.

Как ни странно, но первым заговорил немец, налетев на неожиданного гостя спиной:

– Кто там… – начал было он, но обернувшись, сменил тон. – Что привело в мою обитель, херр Реддл?

– Откуда?.. – ошарашено заморгал Волан-де-Морт.

– Интересовался прошлым восстанием темных магов. Кстати, мы ж еще должным образом не представлены. Эйвондейл Непьер, но можно просто Док, – произнес мужчина, почти не отвлекаясь от пробирок.

– Тогда впредь называй меня либо Волан-де-Морт, либо Темный Лорд, – Том вернулся в привычной надменной манере. – Никто не имеет права называть меня старым именем.

– Да-да. Так что привело?

– Я… Как бы… – Великий Темный Маг вновь не знал, как решиться произнести то, что задумал. – Мне нужно такое же тело, как у твоего Майора, – в конце концов он пересилил себя.

От услышанного ученый чуть не выронил колбу. Док развернулся, пристально рассматривая волшебника через свои причудливые очки со множеством линз. В первый и последний раз к нему под скальпель на кибернизацию добровольно ложился лишь командир. А тут и вовсе носитель магических сил, что делало проект еще грандиозней, ведь заклинатели обычно приходили в лабораторию в виде набора органов, ибо чаще живых отправляли в совершенно другие отделы, когда он работал в лабораториях Третьего Рейха.

– Хо…

Он принялся наворачивать круги вокруг их условного нанимателя. Под взглядом этого чудика Реддлу стало как-то неуютно. Такого чувства не возникало аж со школьной скамьи, когда за ним наблюдал сам Дамблдор.

– Так-так-так… Очень замечательно… Очень… интересно. Хм… – ученый задумался на пару минут, перестав обращать внимание на присутствующего. – Ладно, присаживайтесь. Сейчас мы начнем измерения…

Глава четырнадцатая. Лилиан Стоун и…

Первое ноября для девушки началось максимально отвратительно. Начнем с того, что очнулась та на развалинах небольшого двухэтажного дома. Все тело оказалось покрыто синяками, а ссадина на голове нещадно садила, вызывая приступы боли от каждом движении. В довершении этого, она совершенно не помнила… ничего. Ни имени, как своего, так и родственников, ни понимания, где находится. Даже как выглядит – тоже вопрос. Хотя последнее решалось осколком валяющегося рядом зеркала.

В отражении на потерявшую память взирала девица с проколотыми носом и губой, потекшей черной тушью и такого же цвета глазами. Хотя на деле они оказались карими, потому как неудачно потерев зачесавшееся веко, на руке осталась цветная контактная линза. На голове же кислотно-розовые волосы были зачесаны на левую сторону, а правый висок выбрит практически под ноль.

Одета девушка в футболку с принтом в виде текста “FEMPOWER” и кулаком, стилизованным под астрологический символ Венеры, а также в разодранные джинсы. Но почему-то ей казалось, что так они и должны выглядеть. Вот только даже в таком виде начавший накрапывать холодный осенний дождик не вызывал дискомфорта. Не сразу, но до розовласки начало доходить, что кожа как-то странно светится. Так она и просидела, перед осколком стекла, пялясь на свои руки, пока на место разрухи не подскочили маги-оперативники нового правительства.

***

Стэнли Ларсон, командир опергруппы, получил разнарядку от текущего отдела по надзору за несовершеннолетними. По словам принесшего документы, в районе Уэльса произошел мощный магический выброс. Самое интересное то, что прошлым вечером там “порезвились” Пожиратели, когда гоняли кого-то из Сопротивления. Пожав плечами, Ларсон поднял своих бойцов, дабы проверить, кто там умудрился начудить. Хотя большой вопрос, как после охоты там хоть кто-то выжил.

Каково же было его удивление, когда на месте оказалась странная девица, от которой исходил мощный поток маны. Можно было предположить, что она из “Ордена”, однако все сбежавшие из Хогвартса и присоединившиеся к Дамблдору ученики известны. Их портреты висели чуть ли не по всему Министерству, включая известных взрослых магов из числа авроров и орденцев. Но оборотное зелье пока еще никто не отменял.

– Не двигаться! – мужчина крикнул неизвестной, направляя на ту палочку. Его подчиненные также взяли ту на прицел концентраторов. – Медленно руки за голову и повернуться ко мне лицом!

– Кто?.. – начала было девушка, но прервала вопрос вскриком от боли, когда в нее влетело слабенькое жалящее заклинание.

– Вопросы тут задаю я. Кто ты такая и что делаешь?

– Я… Я… Я не помню. Я очнулась буквально несколько минут назад…

– Что делать будем, шеф? – полушепотом спросил один из подчиненных. – В дознавательную заберем или сразу… – он красноречиво провел пальцем по шее.

– Прибить всегда успеем, Малкольм, – почесал подбородок Стэн. – А сейчас возьми флакон с противооборотным и проверь ее на предмет маскировки.

– Будет исполнено, – нехотя проворчал проявивший инициативу маг.

Волшебник, не опуская палочку, направился к странной девице, на ходу доставая склянку с зельем. С нескрываемым удовольствием он вылил смесь на голову неизвестной, в надежде, что это окажется личиной и можно, наконец, забыть про эту отвратительную прическу кислотного цвета, как про страшный сон. Но, как ни странно, розовый продолжал маячить перед глазами.

– Шеф? – Малкольм вопросительно посмотрел на командира.

– Обездвиживайте и пакуйте. В допросной с ней разберутся, – махнул рукой Ларсон.

Один из подчиненных взмахнул палочкой, посылая в цель “Петрифик”, но тот попросту отскочил от слегка светящейся кожи девушки. Пожиратели моментально напряглись. Все прекрасно видели, как ее защиту пробило жалящее заклинание. Вот только брошенное, но уже усиленное, последовавшее следом за обездвиживающим, оказалось отброшено в сторону применившего.

Под градом чар девица в страхе сжалась в комочек, прикрыв голову руками. Но те не возымели должного эффекта. В конце концов Стэн собирался ради интереса применить “Круцио”, однако стоило занести палочку, как раздался новый женский голос:

– Остановитесь!

Который, впрочем, был знаком Ларсону. Из портала вышла госпожа Роулинг, которая последние пару недель не показывала носа из своего кабинета. Прическа вся всклокоченная, одежда измята, а рукава перепачканы чернилами. Однако исходящая сила как будто стала давить еще сильнее, чем в первые дни, когда Стэн встретил ее в коридоре Министерства.

– Наконец-то…

Женщина сделала нерешительный шаг. Потом еще один. И еще. Пока в конце чуть ли не сорвалась на бег, когда добралась до амнезийной девчонки. Джоан взяла ту за руки, с любопытством всматриваясь в лицо, но будто зная, что увидит.

– Я нашла тебя… Я нашла… Лилиан Стоун… – Тень засияла от радости, как новогодняя ель. – Лили, ты – волшебница!

***

Хогвартс с уходом всех учителей и приходом на их смену магов нового Министерства изменился, но не критично. Никто не устраивал показательных порок или испытаний Запретных заклинаний на провинившихся. Однако правила очень серьезно ужесточились. Пропали некоторые предметы типа магловедения или прорицания. Взамен на их место пришли новые, наподобие изучения темной и боевой магии. Из всего персонала остался лишь Филч со своей кошкой, которого, впрочем, запретили трогать.

Долорес Амбридж, поставленная как временный директор, восседала в одной из башен замка. Доступ к кабинету Дамблдора получить никто так и не смог. Хитрый старик умудрился запечатать проход так, что даже “Бомбарда” его взять не могла, когда в конце концов решили попросту вынести дверь.

Новые преподаватели оказались… посредственными. Кое-как они еще могли обучать по книжкам, но вот полноценно подать материал – никак. Хотя чиновницу это, мягко говоря, не волновало. Вот, если бы из старых кто остался, дабы их показательно вздернуть – это удовлетворило бы престарелую любительницу котят и розовых тканей. С другой стороны Тень запрещала прилюдные казни. Поэтому в школе пока еще было относительно тихо.

Ровно до сего дня. В помещение без стука влетела Роулинг, таща за собой какую-то оборванку. Впрочем, цвет волос Амбридж понравился. Сама же госпожа Тень выглядела непрезентабельно. Но похоже, что ее это не волновало.

– Значит так, – Джоан без приветствия уселась в кресло исполняющей обязанности директора, – девочку одеть, обуть и принять в школу на… на… на… о, придумала! На пятый курс. Ну а факультет пусть выберет Шляпа… – женщина осеклась. – Ах ты-ж… Она же в том кабинете. Ладно, решим за ужином.

– Это как понимать? – возмутилась Амбридж.

– Я что-то не поняла, – выражение лица госпожи Тени резко изменилось, а мрак за спиной начал сгущаться, – ты решила мне перечить?

– Н-н-нет, – чиновница моментально вспотела от накатившей волны ужаса. – Просто… Просто…

– Просто… что?

Роулинг встала и начала медленно приближаться к обнаглевшему с ее точки зрения персонажу. А та принялась пятиться, пока не уперлась в стену. Страх, как липкая слизь, затягивал в себя медленно, но верно. Ледяной пот стекал по спине.

– Тебе что-то не нравится? – голос источал замогильный холод. – Хочешь, устрою все так, как должно быть? Сначала, в конце весны ты попадешь в руки к кентаврам, где над тобой будут издеваться и в конце изнасилуют, а после, через два года упекут в Азкабан пожизненно. Ты этого хочешь?

– Н-н-нет, – вновь проблеяла Амбридж.

– Тогда заткнись и делай, что велено, тупая ты жаба! – уже прокричала Тень.

Исполняющая обязанности директора пулей вылетела из кабинета, дабы лично проверить исполнение приказов начальницы. Хотя на деле – как можно быстрее и дальше убежать от этого чудовища. Роулинг же тяжело опустилась в кресло и вздохнула, прикрыв лицо руками.

– И с кем приходиться работать? Ну почему нормальные, адекватные люди сейчас не здесь? Ладно, – она помотала головой, – давай займемся тобой, – взгляд перешел на ошарашенную Лилиан.

***

Большой зал за прошедшие месяцы потерял былой лоск. Его так же держали в чистоте и порядке, однако потолок, что некогда отображал погоду на улице, делая обстановку живее, теперь демонстрировал неизменяемое пасмурное небо. То ли из-за воздействия отсекающего барьера, то ли Дамблдор перед уходом что-то поменял в структуре заклинания – непонятно, но что-то исправить ни у кого не получалось.

Если говорить о столах учеников, то их занятость удручала. Никто не сомневался, но больше всего студентов осталось на Слизерине. Многие выходцы из знатных семей поддержали новое правительство, осуждая выкинутый фортель Малфоями, ведь “нейтралы” в открытую присоединились к Сопротивлению и сейчас скрывались, обеспечивая врагов режима деньгами и связями. Когтевран, как и Пуффендуй поредели где-то треть плюс-минус. А вот за столом Гриффиндора не наблюдалось ни души. Даже если учесть, что большая часть родителей этих учеников либо состояла, либо контактировала с Орденом, то оставшиеся попросту не рискнули пускать своих чад в школу. Роулинг же не стала настаивать, не желая разжигать тут лишних волнений, ибо проблем хватало по всей Англии. Лиса вместе с парой престарелых магов попросту вымотали ей нервы.

Однако две вещи в этот пасмурный вечер, коим он и был на деле снаружи, привлекли внимание собравшихся. Первое – это объявление о принятии на пятый курс девушки со странной прической. Даже непонятно, что больше шокировало: то, что она появилась не в начале учебного года, или ее зачисление человека, фактически незнакомого с магией на такой высокий курс, когда студенты будут сдавать еще и экзамены СОВ.

Но стоило слегка бледной Амбридж закончить толкать свою постную речь, как за ее спиной, на привычном для учащихся от второго года и выше месте материализовался стул вместе с Распределяющей Шляпой. Ее не было первого сентября, так что по факультетам пришлось распределять с помощью предложенного Роулинг психологического теста.

Старый артефакт обвел Зал тяжелым взглядом, даже не задерживаясь на новых преподавателях, а затем тяжело вздохнул:

– В стародавние дни, когда я была новой,

Те,что с целью благой и прекрасной

Школы сей вчетвером заложили основы,

Жить хотели в гармонии ясной.

Мысль была у них общая – школу создать,

Да такую, какой не бывало,

Чтобы юным познанья свои передать,

Чтобы магия не иссякала.

"Вместе будем мы строить, работать, учить!" –

Так решили друзья-чародеи,

По-иному они и не думали жить,

Ссора – гибель для общей идеи.

Слизерин с Гриффиндором – вот были друзья!

Когтевран, Пуффендуй – вот подруги!

Процветала единая эта семья,

И равны были магов заслуги.

Как любовь несогласием смениться могла?

Как содружество их захирело?

Расскажу я вам это – ведь я там была.

Вот послушайте, как было дело.

Говорит Слизерин: «Буду тех только брать,

У кого родовитые предки».

Говорит Когтевран: «Буду тех обучать,

Что умом и пытливы и метки».

Говорит Гриффиндор: «Мне нужны смельчаки,

Важно дело, а имя – лишь слово».

Говорит Пуффендуй: «Мне равно все близки,

Всех принять под крыло я готова».

Расхождения вначале не вызвали спор,

Потому что у каждого мага

На своём факультете был полный простор.

Гриффиндор, чей девиз был – отвага,

Принимал на учёбу одних храбрецов,

Дерзких в битве, работе и слове.

Слизерин брал таких же, как он, хитрецов,

Безупречных к тому же по крови.

Когтевран – проницательность, сила ума,

Пуффендуй – это все остальные.

Мирно жили они, свои строя дома,

Точно братья и сёстры родные.

Так счастливые несколько лет протекли,

Много было успехов отрадных.

Но потом втихомолку раздоры вползли

В бреши слабостей наших досадных.

Факультеты, что мощной четверкой опор

Школу некогда прочно держали,

Ныне, ярый затеяв о первенстве спор,

Равновесие своё расшатали.

И казалось, что Хогвартс ждет злая судьба,

Что к былому не будет возврата.

Вот какая шла свара, какая борьба,

Вот как брат ополчился на брата.

И настало то грустное утро, когда

Слизерин отделился чванливо,

И, хотя поутихла лихая вражда,

Стало нам тяжело и тоскливо.

Было четверо – трое осталось. И нет

С той поры уже полного счастья.

Так жила наша школа потом много лет

В половинчатом, хрупком согласье.

Ныне древняя Шляпа пришла к вам опять,

Чтобы всем новичкам в этой школе

Для учебы и жизни места указать, –

Такова моя грустная доля.

Но сегодня я вот что скажу вам, друзья,

И никто пусть меня не осудит:

Хоть должна разделить я вас, думаю я,

Что от этого пользы не будет.

Каждый год сортировка идёт, каждый год…

Угрызениями совести мучась,

Опасаюсь, что это на вас навлечет

Незавидную, тяжкую участь.

Подаёт нам история сумрачный знак,

Дух опасности в воздухе чую.

Школе «Хогвартс» грозит внешний бешеный враг,

Врозь не выиграть битву большую.

Чтобы выжить, сплотитесь – иначе развал,

И ничем мы спасенье не купим.

Всё сказала я вам. Кто не глух, тот внимал.

А теперь к сортировке приступим.

Стоило Шляпе замолчать, как повисла гробовая тишина. Можно было даже услышать треск летающих в воздухе свечей. Однако это было еще не все.

– Я жалею, что в этом году не распределяла новичков. А еще меня печалит, что здесь нет тех учителей, что смогли бы научить вас чему-то новому и хорошему. Но все же в последний раз я исполню свой долг. СТОУН, ЛИЛИАН!

Казалось, что голос, прогремевший как гром, среди ясного неба, походил на всех покинувший Хогвартс преподавателей разом. Девушка, под пристальным вниманием профессоров и учащихся на негнущихся ногах проследовала к стулу. Стоило подойти, как Шляпа взлетела, будто предлагая сесть. И стоило артефакту опуститься на голову, как девицу отрезало от окружающего мира, а в голове раздался задумчивый голос:

– М-да… Что-то зачастили к нам в школу Избранные… Хотя тогда, пять лет назад, их было двое…

Каждая фраза звучало странно, обрывочно, будто говорящая хотела, но не могла рассказать все.

– Тяжело тебе будет… Слишком большая ноша, которую хотят отобрать у уже принявшую оную на себя… Ладно, пора готовиться все исправить… ГРИФФИНДОР!

Последнее слово прозвучало в тот же момент, когда Лили смогла вновь услышать окружающий мир. Те немногие шепотки, что долетали до нее смолкли, но потом взорвались гулким гомоном обсуждения. И до девушки не сразу дошло, что глаза больше не перекрывает артефакт, испарившийся с головы.

Глава пятнадцатая. О судьбах и людях.

Гарри открыл глаза. Потолок оказался, как ни странно, знакомым, ибо в лазарете центрального штаба побывать немного, но успел. По идее, сейчас должно было иметь место описание солнечного осеннего утра, когда за окном уже прохладно, но еще приятно выйти в куртке подышать свежим воздухом… Однако чертов барьер, частично режущий световой поток, все портил, так что казалось, будто еще даже не рассвело.

Парень сел, опершись спиной на подушку и принял разминать затекшие конечности. Даже магия не всесильна в плане пролежней и атрофии мышц. Хотя времени с момента нападения, судя по всему, прошло немного. Будь он постарше, можно было бы прикинуть по щетине, но Поттер к бритвенному станку еще даже не прикасался.

В очередной раз хрустнув шеей, бывший гриффиндорец, наконец, увидел “вторженца”. Им оказалась Распределительная Шляпа, которая вроде как должна сейчас лежать в кабинете Дамблдора, но никак не на подоконнике.

– Давно не виделись, Гарри, – старческий голос не изменился с того самого момента, когда юноша прибыл в Хогвартс в первый раз.

– Увы, но директор не так часто приглашал к себе, – пожал плечами очкарик.

– Я прибыла сюда, чтобы извиниться.

Такое заявление удивило парня. В чем может провиниться артефакт, что просто распределяет на факультеты в школе? Или она сейчас заявит, что ему лучше было учиться среди слизеринцев?

– Я ведь не только распределением занимаюсь. По крайней мере Основатели закладывали куда больше. И одна из возможностей – определение потенциала и… просчет будущего. Однажды, когда несколько лет назад, на стул в Большом Зале сел один мальчик… Мощь его ядра захватывала дух. Он должен был стать героем, что поведет за собой других…

Тяжелый вздох прервал речь. Тот раздался со стороны входа, когда Альбус Дамблдор тихо вошел в палату. Но не для того, чтобы помешать, а лишь присутствовать, когда правда выйдет на свет.

– Тогда юнец оказался не один, ибо после на это место сел другой. Но судьба… слишком печальна. Над ним нависало не одно пророчество: как свежее, что он разделял с прошлым мальчиком, так и более древнее, озвученное в дни молодости древних аякаши…

– Не хочу показаться грубым, но я уже знаю об этом, – Гарри решил не мучать ни старый артефакт, ни директора. – И никого не виню. Моя судьба – это то, что я выберу сам, когда придет время. Но мне кажется, что Вы прибыли сюда немного по другой причине. Лилиан Стоун. Я прав?

– Откуда?.. – Альбус впервые увидел удивление на подобие лица у древней Шляпы. – Тогда ты должен знать, что ее ждет.

– Да, – кивнул Поттер. – И я собираюсь помешать этому любой ценой. Директор, – он повернулся к пожилому магу, – не знаю, поверите или нет, но у нас будет один единственный шанс на победу. И случится он под Новый Год в Хогвартсе.

– Ты уверен? – Дамблдор пристально посмотрел на юношу через свои знаменитые очки-половинки.

– Да.

***

Лили лежала в темной комнате, рассчитанной на несколько человек, в одиночестве. Прошла целая неделя с того момента, как ее обнаружили в развалинах. Новый и непонятный мир магии оказался каким-то… чужим. Будто девушки тут быть не должно.

Сейчас же в памяти всплыло лицо Джоан Роулинг, что тогда встретила и привезла сюда. По ее словам во всем виноваты двое: Темный Лорд Волан-де-Морт и мальчик по имени Гарри Поттер. Они развязали войну, втянув всех в ее жернова. Им без разницы, кто будет убит или покалечен, пока эти двое не встретятся и не выявят победителя в личной дуэли. Но трусливый мальчишка отказывается принимать честный бой, продолжая пакостить исподтишка.

“Да… Это все они… Они убили твоих родных… Они отобрали твое прошлое…” Шепот, что преследовал эти дни, как обычно усиливался, стоило Стоун остаться одной в тишине. Хотя и в окружении пары знакомых ей почему-то становилось неуютно.

Первой, с кем познакомилась Лилиан в этом холодном и темном замке была Валери Портман, пятикурсница с Когтеврана. Она вела себя дерзко, даже вызывающе, с презрением смотря на парней. И сначала идеи о превосходстве волшебниц над магами, но чем дальше, тем безумней и несуразней казались тезисы. О каком равенстве в выборе профессий может идти речь, когда у мужчин и женщин есть физиологические отличия, которые попросту могут быть несовместимы с требованиями? Даже магия не всесильна и нивелировать последствия месячных в виде “прыжков” гормонального фона попросту неспособна.

Дальше к их паре присоединился чернокожий паренек-одногодка с Пуффендуя. Вот только его поведение шокировало Лили, потому как то вел себя жеманно, а стоило открыть рот, то первое, что девушка узнала после имени – Оливер Бун гей и обращаться к нему надо с местоимением “они”, ибо это будет мисгендеринг, чтобы это не значило.

Как ни странно, но Портман и Бун до этого практически не общались, а сейчас уже спелись, будто закадычные друзья. И к сожалению эта парочка оказалась единственной, с кто не воротил нос от Стоун.

“– Поттер? – Валери скривилась, будто ей предложили тухлую рыбу на завтрак, когда Лили решилась поинтересоваться. – Был тут такой. Наглый мальчишка, которому все дозволяли. Как и его группке прихвостней.

– И не говори, – вторил ей Оливер. – Так мало того: притащил сюда своих китайских родственничков…”

Из рассказов знакомых выходило, что парень пользовался какими-то особыми привилегиями: мог носить настоящее оружие, игнорировал школьные правила. Так еще сбежавшие ныне учителя натаскивали его для сражений, будто хотели свергнуть правительство.

Стоун поежилась от накативших воспоминаний. Стоило собраться с мыслями, так что она решила спуститься в гостиную, где она весь вечер просидела перед камином, смотря на огонь. Пламя позволяло отвлечься от непонятного и зловещего шепота.

Закутавшись в одеяло, девушка тихо подошла к двери, ведущей из спален для девочек. Однако стоило чуть приоткрыть створку, как до ушей донесся негромкий голос. О чем тот вещал – неясно. Как и кому принадлежал. Что еще сильнее напрягало, потому как печальная дама с картины, что перекрывала проход, никого не пускала кроме самой Лили. Даже для друзей с других курсов исключений не делала.

Взяв с тумбочки палочку, которая, впрочем, для нее была бесполезной из-за околонулевых знаний, девица толкнула дверь и спустилась по лестнице в гостиную. Перед ней открылась необычная картина: на столике перед камином сидел фей, а напротив него на диване – домовик, с представителями которых на второй день пребывания в Хогвартсе столкнулась Стоун. А еще в помещении стоял винный дух и оба существа казались пьяными чуть ли не в стельку.

– О, у нас гости, Джек, – маленький человечек поднял голову и посмотрел на волшебницу. – А разве у нас… это… на Гриффиндоре еще кто-то остался?

– Та бли-и-ин… Прости, Лиам. Забыл, что новенькую привезли и Шляпа ее сюда сунула, – домовой эльф икнул икнул и рухнул на диван.

– Простите мои манеры, юная мисс, – крылатое существо встало, пошатываясь, и поклонилось, чуть не свалившись носом вперед. – Лиам, глава поселения фей.

Стоило ему закончить как лицо позеленело, а после развернулся, склонившись над стоящим рядом наперстком. Тошнило мужчину недолго.

– Так, секунду…

Фей щелкнул пальцами и в комнате неожиданно запахло цветочным лугом. От этого цвет кожи волшебного создания стал приходить в норму, а на диване зашевелился домовик.

– Ну и зачем так было делать? – недовольно проворчал Джек. – Я только начал забываться от этого каждодневного кошмара…

– А про приличия ты слышал? Или носителям наволочек и полотенец оно неведомо.

– Иди в пень. Мои извинения, – он повернулся к Стоун и встал. – Джек, последний ответственный за эту башню.

– Ага, и поэтому ты решил тут напиться, – вылала девушка, ошалев от произошедшего.

– Ну… да, – пожал плечами домовой эльф. – Из-за этого Темного Лорда же отсюда поуходили все. Учителям и части учеников пришлось скрыться.

– Ага, особенно Гарри Поттеру, – скривилась Лили.

– О, Вы знаете его? – удивился фей. – Хороший мальчик. В противном случае моя дочь даже и не посмотрела бы в его сторону. Надеюсь, матушка присмотрит за ними, а не только за своим возлюбленным Гилдероем. Мне все-таки охота понянчить внуков, а не новых братьев и сестер.

От услышанного розовласка удивилась еще сильнее. Как бы феи – существа размером с ладонь. Там чисто физически ничего бы не получилось. Максимум – искусственное оплодотворение, так и разницу в генетике никто не отменял.

Это настолько явно оказалось написано на лице, что домовик рассмеялся.

– Лиам, она тут недавно и про особенности вашего вида не в курсе. Да и вообще об этом мало кто знает. Так что не издевайся над девочкой и покажи.

Фей пожал плечами и начал медленно увеличиваться. Вместе с этим и видоизменялась одежда. Когда все закончилось, то перед девушкой стоял женственный парень в форме факультета Гриффиндора.

– А… э-э-э…

– И да, потомство с людьми у нас быть может. Но, – он сел в кресло, слегка нахмурившись, – мне кажется, что Гарри у тебя вызывает лишь отвращение. Не просветишь, почему?

Лили не знала, что и сказать. Она принялась ходить кругами, размахивая руками, но при этом не произнеся ни слова. Новоиспеченная колдунья пыталась выразить то, что слышала о парне, про свою амнезию и разрушенное здание, где ее нашли. В конце концов та рухнула на свободное кресло.

– Мне сказали, что из-за его войны с Волан-де-Мортом у меня теперь нет семьи и дома. Что…

Вот так, слово за слово, Стоун погрузилась в рассказ о своей недолгой жизни, что имелась в памяти. Но главное, чего она не заметила, как шепот начал стихать, а мысли – проясняться.

***

– Госпожа!..

В кабинет влетел чиновник с квадратными глазами, отвлекая Роулинг от написания текста.

– Что?! – женщина дернулась, перечеркивая лист.

– Орден опять напал на склад с боеприпасами…

Мужчина почувствовал волну холодной ярости, исходящей от начальница. Он мелко затрясся от ужаса, а по штанине потекло что-то дурно пахнущее.

– И? Зачем опять бежать ко мне?! Вас, дармоедов, тут целое Министерство Магии!

Чинуша вылетел, как пробка, а уставшая Джоан склонилась над текстом. Последнюю неделю мысли никак не хотели приходить. Вдохновение покинуло ее, несмотря на то, что героиня нашлась. Но она не походила на придуманный образ, в отличие от пары второстепенных персонажей, что задуманы как друзья.

– Ничего, осталось немного… – прошептала писательница.

Сила, порожденная ненавистью и злобой критиков… Нет, эти интернет-тролли и хейтеры не имеют права так называться. Мрази, которые пытались отменить в твиттере, заслуживали лишь гореть в аду. Но помимо прочего, ее мир посмели исказить и разломать. Но ничего, еще пара месяцев, и канон вновь заработает, а девчонка станет его новой основой…

Глава шестнадцатая. Затишье.

Какой самый явный признак надвигающейся бури? Затишье. И чем оно сильнее, тем яростней грядут последствия. Оставшиеся дни ноября, как и практически весь декабрь прошли относительно спокойно для Пожирателей. Неожиданно сократились сообщения о налетах со стороны Ордена. Из-за этого остатки баз обнаружить стало практически невозможно.

Для Роулинг это время стало критически важным, ведь больше никто не отвлекал от корректировки разума Стоун. Подобным писательница уже занималась, когда в день убийства Поттеров Том пытался “сорваться”. Однако в этот раз все шло куда хуже: желаемые параметры не хотели закрепляться. Ежедневные беседы с “друзьями” и постоянный шепот на грани сознания, казалось, кто-то сбивал. Вот только проверки в башне Гриффиндора ничего не давали. Ну не домовик же разрушал накладываемый морок. Хотя тут главное хоть немного “зацепиться”, ибо стоило ее сделать “сердцем” канона, то дальше можно лепить что угодно. Тем более мир будет перестроен. Не останется Хогвартса и привычных героев. На руинах старой истории создастся новая, в которую Джоан не пустит никого. Останется только зафиксировать авторские права и запретить создание любого контента. А кто рискнет писать фанфики – попросту застрайкать.

Но не только для Тени этот период оказался достаточно продуктивным. Док заканчивал два серьезных проекта: киберизацию Реддла и вампиризацию Шредингера. С первым проблем не наблюдалось. При наличии производственных мощностей целой страны не пришлось вытачивать узлы самому в полуподвальных условиях, как тогда, когда он собирал Майора буквально по частям. Дольше Темный Лорд привыкал к измененному телу, ибо теперь ощущал куда больше, чем в родном. Даже магия воспринималась и считывалась совершенно по другому. Нипьер больше опасался, что магическое ядро, которое являлось не органом, а метафизической сущностью, не перенесется вместе немногочисленной трансплантированной плотью.

Больше проблем вызывал прапорщик. Непонятно почему, но у юноши выросли кошачьи уши и хвост. Правда, юнцом он был много лет назад, еще в сорок пятом, однако из-за долгого нахождения в анабиозе характер явно останется прежним: непоседливым и наглым. Натуральный кот. Хотя ни у кого из подопытных черты характера не проявлялись во внешности. Ну, кроме капитана Гюнше, но тут другой случай: он оборотень, а не вампир, как остальные. Хотя возможно повлияла использованная шерсть.

Тело в стеклянной колбе дернулось. Датчики начали регистрировать мозговую активность. Сначала это был лишь скачок на осциллографе, но после тот будто взбесился. Стрелка металась, как безумная, вырисовывая практически невозможные пики даже для бодрствующего.

– О, прекрасно-прекрасно…

***

Декабрьское море близ “английского феномена” в этот день было неспокойно. Месяц начался с очередных дрязг между евразийским, европейским и американским военно-магическими союзами. После появления “Черного Заслона”, как прозвали эту дрянь советские “яйцеголовые” вместе с волшебниками, мир изменился кардинально.

Раскрытие пользователей маны всему миру оказалось… не самым приятным. В некоторых местах пришлось даже военное положение вводить. Хотя далеко не всем понравилось появление новых людей, отличающихся возможностями. В частности, половина стран Европы вспомнила времена Святой Инквизиции, так что многим пришлось буквально бежать за границу.

В Союзе в этом плане все оказалось куда проще: партия сказала “надо” – комсомол ответил “есть”. Тем более большая часть и так трудилась бок о бок вместе с обычными людьми. Примерно такие же дела обстояли в Китае, Индии и Японии. Правда, там местные оказались более привычны к магии, ибо продолжали поклоняться старым богам, а некоторые и вовсе сталкивались с мистическими существами в той или иной степени.

Что же до США, то там все… сложно. В Сенате, как ни странно, обнаружилось очень много волшебников. Как и среди влиятельных людей и глав корпораций. Так что назревал раскол и гражданская война. По крайней мере так орали активисты на каждом углу. Хотя сегрегация и взаимная ненависть, как это было сравнительно недавно в отношении негров, процветала. В Южной Америке и Африке начался раздрай. Наркокартели и бандитские группировки, имевшие в своих рядах волшебников принялись подминать под себя все, до чего могли дотянуться.

Но все это происходило там, далеко за морем. А здесь и сейчас капитан второго ранга, Нахимов Павел Степанович, вышел на палубу эсминца “Гремящий”. Совсем недавно под его командование прислали усиление в виде пятерки волшебников. И они тезке знаменитого адмирала совершенно не нравились. Но не по причине владения магией, а потому что те до этого служили в мотострелковой армии. Ему, морскому волку, подсуропили каких-то сухопутных крыс. Так еще и особист не позволял гонять больше положенного, ибо “ценный ресурс”.

Тяжело вздохнув, кап-два достал пачку папирос и закурил. “Барьер”, “Скорлупа”, “Заслон”... За глаза эту штуку матросы именовали не иначе, чем “хреновина”. Неизвестно, сколько еще надо куковать перед ней в составе сводной армии, где дежурство в основном нес СССР, Китай, Индия и, неожиданно, Япония. Последние чуть ли не прямым текстом послали США, сославшись на какие-то договоры и конвенции, припомнив американцам Хиросиму и Нагасаки. Поговаривают, что в переговорах свою лапку приложила древняя нечисть с пушистым хвостом. Европейцы же в это время в полной боевой готовности уселись на прибрежной части материка у границы и ждали развязки.

Неожиданно на палубу вылетела вся группа магов, сосредоточенно водя своими палочками, которые они носили как альтернативу посохам, ибо на корабле последними было бы неудобно пользоваться.

– Младший лейтенант Ушаков, докладывайте, что происходит, – Павел вопросительно выгнул бровь.

– Товарищ капитан, “засветка” в магическом фоне. Похоже на работу телепортационного артефакта, но точно не оно.

– А если по-нормальному?

– Кто-то пытается переместиться сюда. И это точно не наши.

– Так чего ты сразу об этом не докладываешь?! – взревел офицер, доставая рацию. – Старпом, срочно на палубу всех незанятых в полной боевой готовности. А вас…

Как собирался сношать кап-два нерадивых подчиненных никто не узнал, потому как на доски кубарем вылетела странная девица в вульгарном наряде и со шрамом на лице. Окончился ее непродолжительный “полет” спиной о борт, а после – отборный мат, из которого цензурного имелось лишь “наглый котяра” и “уши бантиком завяжу”.

Неизвестная поднялась на ноги, отряхивая не по сезону надетую одежку, не обращая внимания ни на направленное оружие прибывших бойцов, ни на палочки, в которых уже скапливалась мана. Закончив приводить себя в порядок, она наконец решила обратить внимание на моряков. А после перевела взгляд на купол.

– Та-а-ак, до нужного мира я добралась…

***

Один из главных плюсов от открытия магии миру стала возможность попасть практически куда угодно за несколько минут. Как только в штаб поступило донесение о появлении странной девицы, прекрасно, кстати, матерящейся по-русски, как на эсминец прибыли КГБ-шники в сопровождении пары дюжих магов, которые вместо посохов использовали стволы молодых деревьев вместе с кроной и корнями.

Выяснение личности заняло много времени, ибо данных на девчонку не оказалось вовсе. Помог случай: один из переместивших безопасников заклинателей узнал в ней одну из ведущих Турнира Трех Волшебников, что проходил в прошлом году. От этого ясней не стало, но начавшее новый виток разбирательство попросту взбесило вторженку, так что та попросту придавила всех магией. Не заклинанием, а сырой мощью. И потребовала встречи с командованием.

Так что сейчас Эльвира сидела в кресле и, попивая чай, наблюдала, как за окном медленно падает снег на московскую улочку. Герман сообщил о своей задержке по срочному делу, но девушка ответила, что его в присутствии в принципе нет нужды. Тем более ответственный за этот сектор сейчас вкалывал в поте лица. Ведь не просто так она тут объявилась.

Присутствующие помимо Ланской маги вели совещание. К трем уже известным представителям присоединился суровый японский онмё Синдзи Миками. Полученная информация шокировала. Все-таки узнать, что их мир родился из детского фэнтези, – не каждый примет или обрадуется такому. Но волшебников сейчас это мало волновало, ибо реальность, кто бы ее ни создал, была настоящей.

Основной темой обсуждений стало сообщение о том, что первого января щит будет либо убран и тогда Сопротивлению потребуется срочная помощь, либо… миру настанет конец. Грубое вмешательство в канон попросту начнет разрушать целостность структуры. Даже сейчас она едва держалась из-за грубого вмешательства Роулинг.

– И ты ей веришь? – Ишвалда устало потерла глаза.

– Так о чем речь? – Миками выгнул бровь. – Можно пригласить госпожу Тамамо-но Маэ.

– Думаю, не стоит беспокоить уважаемую богиню. Тем более вряд ли товарищ Ланская врет. Если бы хотела, от Москвы не осталось бы и следа, судя по той толике силы, что она нам демонстрирует, – Волков достал небольшой пузырек коньяка, который, впрочем, вмещал куда больше, и разлил по стопкам. – Тем более я уверен, что разведка докладывала о ней, неком Чешире и Германе Роксе. Ну и в конце концов письмо от товарища Дамблдора никто не отменял.

– Ты логичен до отвратительного, – поморщилась индианка. – Фу таким быть. Осталось теперь правильно подать информацию правительству и собрать армию.

– Ну, для этого мы здесь и собрались, уважаемые.

Глава семнадцатая. Битва за Хогвартс. Начало.

Хогсмид, усыпанный снегом – это отдельный вид искусства. В лунном свете деревня сияла серебром. Хотя обычно в это время, а именно в новогоднюю ночь, поселение было куда живописней: гирлянды перелевались разными цветами, а фейерверки бабахали начиная с Рождества. В другие года люди не спали, а отмечали праздники с шумом, ходя друг к другу в гости. Однако сейчас, даже с учетом того, что Пожиратели активно не лютовали, желание устраивать грандиозную вечеринку ни у кого не возникало. Даже двадцать четвертое отмечали скромно.

“Кабанья голова” за последние полгода потеряла как минимум половину клиентов, бывших как учителями Хогвартса, так и прописавшимися там последние годы аврорами. Но это беспокоило Аберфорта Дамблдора меньше всего. Последний месяц от старшего брата не поступало вестей, а буквально пару дней назад пришло короткое послание, в котором всего четыре слова: “Новый год. Проход. Жди”. Что этим хотел сказать Альбус – до конца не ясно.

В дверь неожиданно постучали, когда на часах показывало около десяти вечера. Хозяин таверны подошел ко входу с палочкой наперевес, готовясь отбиваться от незваных гостей, когда повторный стук сложился в знакомую комбинацию ударов, придуманных братьями еще в молодости.

– Кого несет в такую погоду? – крикнул мужчина, решив напоследок убедиться в правоте суждений.

– За “лимонную дольку” отвечу, – раздалось стой стороны.

После этого Аберфорт уже не сомневался, упирая концентратор в карман, чью бородатую морду он сейчас увидит. За дверью же оказалась пустота, которая, впрочем, шепнула подвинуться. И понадобилось более минуты, дабы вход закрылся сам собой. А после и ставни захлопнулись, но уже по мановению палочки хозяина, понимавшего, что готовится нечто грандиозное.

Первым мантию-невидимку скинул Альбус, не ожидая, что удостоится окрика женским голосом:

– Братец?!

По лестнице со второго этажа слетела молодо выглядящая девица и заключила в объятия бывшего директора. Члены группы проникновения, что тоже стягивали маскировку, оказались несколько удивлены, особенно маги, знавшие сколько деду лет и когда умерли его родители.

– Седина в бороду – бес в ребро, а, Альбус-кун? – хохотнула Хошино. – Просишь молодых студенточек называть тебя “братиком”?

– Ну вообще-то она моя родная сестра. И не сильно младше меня, так-то.

– А вот это не стоило говорить, – “девушка” отвесила шуточный подзатыльник. – Ариана Дамблдор.

– Как интересно, почему?..

– Давай потом расскажу, Аяно-сан, – отрезал директор.

Онмёдзи присмотрелась к женщине с помощью иным взором и покачала головой. Хитровымудренное проклятие, что блокирует развитие ядра, заставляя выглядеть молодым, но при этом старение организма никуда не исчезает. Мало кому пожелаешь такой участи.

– Что происходит, брат? – Аберфорт привлек к себе внимание.

– Во-первых, нам нужен проход в Хогвартс. Он же чист?

– Да, – хозяин таверны потер подбородок. – Хоть Пожиратели и попытались найти его, но наше сокрытие работает на “ура”. Правда, выход пришлось переключить с “Выручай-комнаты” на твой кабинет. С той стороны попытались попасть, будто зная, как.

– Это плохо? – один из пришедших, облаченных в магловскую одежду, но с автоматом наперевес подошел к обсуждающим.

– Неприятно, но не критично. Значит группа МакГонагалл будет ближе всего ко входу в спальню Гриффиндора, если ничего не случится.

По плану Флитвик, Стебль и Снейп должны были вывести оставшихся в школе на каникулах учеников, благо их немного и передать тех группе авроров, что используют порт-ключ и отправят детей за пределы Хога. Правда, придется на время отключить антитрансгрессионный щит, делая замок уязвимым. Если провернуть быстро, то Тень со своими прихвостнями не заметит. Из донесений шпионов Роулинг собирается прибыть после полуночи. Если Гарри прав, то надо продержаться до утра. Что произойдет дальше – неизвестно. Но даже призрачный шанс на победу сейчас нужен всем. Или от безысходности люди, что маги, что маглы, начнут опускать руки.

Остальные же окажутся слишком далеко от факультетских спален и их задача в зачистке от прихвостней нового правительства и организации обороны. Для этого с помощью магии уменьшения протащили натуральный арсенал и добрую часть боеприпаса. Однако проблема оказалась в другом: бойцов получилось критически мало, просто потому что перемещение больших групп легко засечь.

– После того, как мы пройдем, твоя задача будет в том, чтобы поднять соседей и…

– Организовать ополчение? – мрачно посмотрел на брата Аберфорт. – Тогда тебе придется остаться и самому удерживать мелкую от глупостей.

В помещении раздался смачный шлепок ладони по лицу. Альбус, уставший от всех тревог, позволил себе проявить чуть больше настоящих эмоций.

– Аберфорт Джейкоб Оскар Дамблдор, вот скажи мне, почему ты никогда не дослушаешь меня до конца? Каждый гребаный раз, когда мне приходилось вытаскивать тебя из такого дерьма, в которое влетал по собственной спешке, это ничему не учило. И сейчас вместо того, чтобы полностью выслушать, ты опять решил вставить свои пару кнатов, – директор буквально бурил взглядом своего брата, а после тяжело вздохнул. – Ваша задача – уйти как можно дольше, чтобы не попасть под “горячую руку”. Я попросту не хочу вас терять, – добавил он напоследок уже спокойным тоном.

***

На подготовку ко вторжению и координацию групп ушло минут двадцать. Требовалось нанести одновременный удар по ключевым точкам. Благо в вечноругающемся хмуром Филче никто не заподозрил шпиона. Так что к данным по наблюдательной сети школы у руководителей операции доступ имелся. Главное, чтобы Локхарт свою Сильвию удержал от бездумных действий.

Но, как говориться, любой, самый продуманный и выверенный до мельчайших подробностей план не переживает встречи с реальностью. Вот кто мог подумать, что Амбридж окажется убежденной трезвенницей и решит совершить обход школы? Так еще и выйдет из-за угла ровно в тот момент, когда Минерва отодвинет фальшпанель, чтобы попасть в коридор на третьем этаже?

Когда взгляды чиновницы и преподавателя по трансфигурации пересеклись, потребовалось буквально несколько секунд, чтобы осознать происходящее. Именно они и стали решающими. Долорес противно взвизгнула, посылая сигнал тревоги именно тогда, когда Филч уже заносил бутылку над головой дежурного по наблюдательной сети. Задремавший было Пожиратель встрепенулся и чуть отклонился, так что удар прошел лишь вскользь.

Там и кончился бы завхоз, но на голову магу приземлилась миссис Норрис, сидевшая до этого у хозяина на плече, и принялась драть лицо противнику. Однако даже так время было упущено. Все приспешники нового правительства подняты по тревоге, а сообщение о вторжении улетело в Министерство.

В это время Минерва послала “Секо” в Долорес. Цацкаться с любительницей котят и розового цвета волшебница не собиралась. Но министерская шавка оказалась далеко не пальцем делана, несмотря на то, что место получила в основном благодаря лизоблюдству и интригам. Поставив “Протего”, она нырнула обратно за тот же угол.

Сердце Амбридж колотилось как бешеное, а в голове мысли носились с безумной скоростью. Главенствовала среди прочих дума о побеге, так что женщина приготовилась отступать к остальным министерским преподавателям, готовясь отбивать летящие в нее заклинания.

За углом послышались шаги, но вместо МакГонагалл показался незнакомый мужчина в магловской военной форме с оружием в руках. Исполняющая обязанности директора взмахнула палочкой:

– Ава…

Громыхнул одиночный выстрел, что доселе никогда не слышали эти стены. Первый из многих. Из ствола автомата взвилась сизая дымка, а в воздухе повис запах пороховой гари. Тело, что буквально секунду назад еще дышало, рухнуло на пол, а ковер начало заливать кровью из развороченного пулей затылка.

Обычно в этом месте произносится пафосная и крутая фраза, типа “нет лучше каратэ, чем заряженный ТТ”, однако шутки кончились уже давно, а на задание отправили самых закаленных профессионалов.

***

Кабинет директора, некогда теплый и уютный, встретил холодом и мраком. Насест Фоукса пустовал, ибо феникс уже давно перекочевал в другое место. Хорошо хоть что домовики продолжали тут убираться, так что слой пыли отсутствовал. Группа уже выдвинулась в сторону лестницы, как из рации раздался голос МакГонагалл, сообщающий о том, что они оказались зажаты на третьем этаже. Остальным деканам повезло больше, ибо проходы к спальням их факультетов оказались куда ближе.

В который раз мысленно поблагодарив отца и сына Уизли, а так же юную Грейнджер за экранирование удобного устройства, Дамблдор принялся решать, кого отправить в башню Гриффиндора.

– Директор, я пойду, – сказал Гарри, выступая вперед. – Моя мантия-невидимка лучше, плюс я все-таки знаю, куда идти, в отличие от большинства.

– Хорошо, – кивнул старый маг. – Тогда мы идем на помощь группе МакГонагалл.

Поттер сделал было шаг, но оказался остановлен Аяно:

– Внук… Будь осторожен.

– Хорошо, оба-сама, – кивнул парень, накидывая на плечи мантию.

Глава восемнадцатая. Битва за Хогвартс. Змея и Барсук.

– Змей-3, чисто.

– Змей-5, чисто.

Снейп закатил глаза, услышав сообщения из рации. Мало того, что он не понимал смысла в этих кличках, так и еще кто перехватит их общение в школе магии? “Позывных”, – поправил профессор себя, слегка скривившись. Это ему вдолбили за последние месяцы новые коллеги по партизанству. Они остро реагировали на некоторые слова. “Клички бывают у собак”, – неустанно повторял старый вояка, обучавший волшебников работать с маглами и их техникой. Хотя сейчас Северуса раздражало совершенно другое.

– Змей-младший – Змею-главному, что говорит Русалочка?

Когда дошло до распределения позывных во время планирования операцией, Сириус то ли специально, то ли случайно предложил использовать для групп проникновения в факультетские спальни символы этих самых факультетов. Кто ж виноват, что у зельевара фамилия созвучна со змеей – “Snape-Snake”? Так и поведение мужчины чем-то напоминало эту рептилию. Так что добрых пять минут в штабной палатке стоял смех под недовольное сопение Северуса. А как финальный аккорд, выяснилось, что Драко – крестник профессора, так что к парню приклеилось “Змей-младший” моментально. Особенно с учетом того, что его фамильяр – аякаши типа “водяная змея” или “мизучи”.

– Это Змей-младший. Большая часть учеников уже спит, но в гостиной наблюдается несколько старшекурсников и двое взрослых…

По школе прокатился звук сирены. Кто-то из групп провалил проникновение, но сейчас это неважно, потому как на чистую зачистку никто не рассчитывал. Теперь счет шел на минуты. Снейп кивнул капитану Дарреллу, бывшему вторым номеров и координатором маглов в их отряде. До замаскированной двери в гостиную факультета оставалось пересечь лишь один коридор.

Рывок и мужчины прижались по бокам от замаскированной двери. Северус еще на этапе составления плана показал это место с помощью “Омута Памяти”. По идее сейчас стоило произнести пароль, но каждый декан знал, как попасть и без необходимости знания кодового слова. Нажав несколько неприметных камешков, мужчина с напарником ворвались в помещение.

– Кто вы?..

Но договорить находившемуся там министерскому магу не дали. Выстрел прозвучал чуть позже, но пуля успела достичь его раньше, чем коллега раненного рухнул от безмолвного “Петрифика”.

– Профессор Снейп?! – удивленно принялись вставать студенты со своих мест.

– Что за бардак? – Северус скривился в привычной манере, осматривая учеников. – Кто староста?

– Я! – вперед бросилась девица.

– Фарли, построить всех слизеринцев в гостиной, включая тех, кто сейчас спит. Живо!

Пока девушка, да и остальные старшекурсники, отмечавшие приближение Нового Года, принялись выполнять распоряжение неожиданно вернувшегося зельевара, в помещение зашли бойцы и принялись осматривать поверженных магов. Тот, что поймал пулю, оказался ранен в плечо и сейчас стонал от боли. Однако партизан интересовало совершенно другое: наличие метки Пожирателя Смерти. И таковая обнаружилась у обоих.

– Змей-главный? – один из солдат вопросительно кивнул в сторону пленных.

– Когда выведем студентов, – подтвердил задачу Северус.

Стоило последнему ученику покинуть гостиную, как оттуда раздался сдвоенный хлопок, приглушенный глушителем. С подчиненными Темного Лорда церемониться никто не стал.

***

Но больше всех проблем хлебнул отряд Барсука. Пуффендуйцы жили рядом с кухней, а там решили устроить себе вечеринку примерно половина новых преподавателей и охраны. Сработавшая сирена, а также последующие пинки от начальника этой самой охраны, быстро привели в чувство всех министерских прихлебателей и Пожирателей. Джейкоб Кертис оказался на редкость толковым мужиком и организовал оборону, попутно отправив “Патронуса” в Министерство.

Узкий коридор стал непреодолимым препятствием для сил проникновения. Дергать сейчас остальные группы нельзя, потому как счет шел уже даже не на часы, а организовать оборону и зачистить остатки требовалось “еще вчера”. Сейчас по всей школе то тут, то там вспыхивали очаги сражений с разрозненными прихлебателями нового режима.

Поток заклинаний буквально перекрыл проход. Пока пятеро держали “Протего”, остальные безостановочно закидывали боевые чары. До “Непростительных” пока не дошли, и то по причине того, что “Империус” требовал времени на пробитие ментальных барьеров, “Круцио” применялся на более коротких дистанциях, а “Авада” потребляла много маны. Но даже так, разницы никакой: умереть от зеленого луча или попасть под “Бомбарду”.

Боец выставил автомат из-за угла, но после нескольких выстрелов то улетело в сторону от попавшего заклинания, а мужчина закричал от боли. Сломанная кость пропорола мышцы и кожу, так что обломок торчал наружу. К нему тут же кинулся маг, ранее работавший в лечебнице. От “химии” маглов решено было отказаться еще в первые недели ведения партизанских боев. По крайней мере от большей ее части. Так что помощь пострадавшему осуществляли с помощью заклинаний и зелий. Конечно, обычный человек уступал в скорости регенерации волшебнику, да и под них пришлось дорабатывать зелья, но это все оказалось куда эффективней таблеток.

– Может пролеветировать туда гранату, как в тот раз? – солдат МИ-5 подкинул извлеченный из разгрузки боеприпас.

– У меня есть идея получше.

Стебль сунула руку в один из многочисленных карманов своего плаща. Конечно, по их количеству и содержимому ей не тягаться с Хагридом, но пара неприятных сюрпризов, как у мастера травологии, имелась.

На свет появился странный клубок корней и зачарованная мензурка с бурой жидкостью. Стоило пробке покинуть место, как из емкости потянуло отвратительным смрадом. Но это оказалось не самым страшным. Касание палочки по необычной деревяшке, и та начала извиваться, словно живая, пытаясь обвить ладонь. Профессор вылила смесь на это нечто, а потом катнула в коридор, придав импульс заклинанием.

Сначала ничего не поменялось. Но прошла минута-другая, как поток заклинаний начал ослабевать, а на той стороне начали раздаваться крики удивления и ужаса. Однако сразу группа не начала прорыв сразу, а по приказу Стебля подождала минут пять.

– Пошли, – кивнула траволог, разворачивая “Протего”.

В коридор полетела пара наступательных, а после свето-шумовых гранат. Под прикрытием щитов от командира и лекаря, солдаты начали штурм укреплений противника. Вражеская защита быстро схлопывалась под шквальным огнем, а оставшиеся маги не могли создать ответной “завесы”, лишь изредка огрызаясь быстрыми, но слабыми заклинаниями.

Когда группа прорвалась, то пред ними предстала ужасающая картина: живые лианы медленно душили вражеских заклинателей. Те, кто еще не попались, пытались жечь “Инсендио”. По идее, против Дьявольских Силков оно, как и “Люмос” – отличные чары, но никак не против усиленной версии, которой Стебль подкормила удобрением, созданным Снейпом. Самое смешное, что для их уничтожения нужно что-то уровня “Адского Пламени” или сильные гербициды маглов.

– Так-так-так, Кертис, ты все-таки не послушал моих наставлений и связался с плохой компанией? А ведь был таким подающим надежды Пуффендуйцем…

– Профессор… – Джейкоб скрипнул зубами.

Теперь с оставшимися он оказался в меньшинстве. Пути отступления с одной стороны отсекали усиленные Силки, а с другой – вторженцы.

– А сами-то? Спутались с погаными маглами, хотя по молодости были известны как Помона “Зеленая душительница”.

Пожиратель начал тянуть время и отвлекать на себя внимание. Как только удастся сконцентрировать все взгляды противника на себе, его люди тут же применять “Империус”.

– Ой, ты прямо в краску меня вгоняешь, – старушка наигранно помахала ладонями, будто правда хотела остудить пылающее лицо. Но веселая улыбка контрастировала с ледяным взглядом. – Но ты думаешь, сопляк, – ее тон резко сменился на резкий и злой, – что меня так можно отвлечь? Империо!

***

Неожиданно Кертис провалилися в удушающие джунгли. Деревья вокруг высились на сотни метров вверх, с которых свисали толстенные лианы. Трава под ногами достигала до полуметра высотой, а земля странно пружинила. Однако он знал, что все это иллюзия, морок, созданный заклинательницей, дабы разрушить его ментальные барьеры и проникнуть в сознание.

– Так-так-так…

Голос ненавистного профессора раздался откуда-то из-за спины. Пожиратель резко развернулся. Но там никого не было, лишь все тот же лес на многие десятки, сотни километров.

– Так-так-так…

Теперь уже ближе и с совершенно с другого направления. Джейкоб выхватил палочку и проорал во все горло:

– Покажись, тварь! Думаешь, твои дешевые фокусы смогут меня подчинить? Мне ставили барьеры лучшие мастера!

– Так-так-так, – прошептало в ухо нечто.

Неожиданно трава зашевелилась и начала медленно опутывать ноги. Маг принялся кидать заклинания, в попытка высвободиться. Но странные растения, созданные магией подчинения вперемешку с фантазией волшебницы не желали ни гореть, ни резаться.

Зелень поднималась все выше и выше, сковывая движения. Спустя какие-то пару минут, и творение безумной магички оплели руки, заламывая те за спину, заставляя бросить палочку на землю. А после все неожиданно прекратилось. Но лишь для того, чтобы почва начала медленно, но непреклонно поглощать захваченное тело. Маг все сильнее забился в припадке, но с каждым разом трава затягивалась, будто Дьявольские Силки…

***

– Но ты думаешь, сопляк, – ее тон резко сменился на резкий и злой, – что меня так можно отвлечь? Империо!

Кертис дернулся и застыл. Палочка выскользнула из его слабеющих пальцев. Вдруг он схватился за горло и начал медленно себя душить. Его тело трясло от нехватки воздуха, а на губах выступила кровавая пена от прокушенных щек и языка. Но пальцы продолжали впиваться в горло, пока не раздался противный хруст и Пожиратель не рухнул замертво.

Ошарашенные от такого выжившие обороняющиеся тут же побросали палочки и подняли руки вверх. Стебль прошлась по остаткам тех, кто до недавнего времени мешал пройти к детям холодным, колючим, словно терновник, взглядом.

– Всех к стенке.

– Даже без метки? – выгнул бровь капитан Симмонс, который, как и во всех группах проникновения в факультетские спальни, был вторым номером.

– Сомневаюсь, что сюда отправили не верных новому строю псов, а обычных наемных работников.

Профессор развернулась и достала жестяную банку, на которой сбоку аккуратно приклеена картинка с черепом и костьми. Пройдя до того места, где группа должна будет пройти к спальням, а потом выводить детей до Большого Зала, она начала посыпать отравой Силки. Растение начало стремительно съеживаться и чахнуть в тех местах, куда попадала отрава.

Смотря на это, капитан покачал головой:

– Напомните, никогда не становиться ее врагом.

А после приказал заканчивать зачистку и собрать концентраторы, пока осознавшие свое положение маги падали на землю и молили о пощаде.

Глава девятнадцатая. Битва за Хогвартс. Ультиматум.

– Как обстановка? – Баркли, несмотря на свою старость, отправился на эту операцию.

Он склонился над схемой, что спроецировали на увеличенный пергамент, расстеленный на сдвинутых обеденных столах. Большой зал сейчас представлял гнетущее зрелище: маги занимались увеличением принесенных цинков с боеприпасами и ящиков с ручным оружием, пока военные проводили окончательную зачистку. В одном из углов уже покоилось несколько тел, прикрытых простынями.

В другом же согнали всех школьников, выставив надзор из пары авроров и МакГонагалл. Первоначальный план отправить учащихся через каминную сеть потерпел провал, ибо она оказалась запечатанной чарами из Министерства. Личный камин в кабинете Дамблдора, не состоящий на учете попросту не сможет принять разом столько человек. Альтернативное же решение в виде портключа и вовсе перестало быть рабочим вариантом, просто потому что шпионы уже доложили, что Пожиратели уже на “низком старте”. Как ни крути, а для перемещения с территории школы требуется отключить защитное заклинание. Просто вывести студентов за его пределы – это время и люди, которых сейчас попросту не хватало.

– Четверо “двухсотых” и трое “трехсотых”. Есть несколько “легких”, но им уже оказана помощь, господин генерал, – адъютант сверился с записями. – В данный момент наши солдаты вместе с наемниками Феникса производят установку пулеметов и орудий на стенах и по всем предполагаемым направлениям атаки врага.

– Хорошо. Альбус, как с вашей магической защитой?

Дамблдор, только что подошедший, утирал пот со лба:

– Стебль со своими заканчивает расстановку магических растений. Я активировал доспехи, так что передай, чтобы не шарахались и не стреляли, когда те побегут в атаку. Все ловушки…

– База, ответьте! Это Сокол-2. У нас гости.

Двое стариков встрепенулись от этих слов. В глазах Фердинанда заплясали огоньки предвкушения, в то время как взгляд Дамблдора вспыхнул ледяной ненавистью. Директор резко развернулся и направился к своему креслу, на котором он обычно восседал во время приемов пищи. Однако мало кто знал, что оно являлось мощным концентратором, что позволял активировать защиту, не сходя с места. В принципе и доспехи отсюда же контролировались, но профессор хотел еще раз обойти школу, пока в нее не ворвалось безумие боя.

– Универсай Обиче.

***

Старший лейтенант Прайс наблюдал за лесом. Рядом слышалось тяжелое буханье металл о металл. В данный момент на башенке, где обосновалась его группа, бойцы устанавливали орудие, забивая последний крепежный клин в камень.

“Как же удобно с этой магией… Раз, и уменьшил тяжеленную пушку. И меньше возни с логистикой”, – подумал офицер. В другой подобной ситуации им пришлось бы тащить на себе лишь станковые пулеметы, которые, впрочем, ставились чуть поодаль, да немного боеприпасов к ним. А так присказка “Патронов либо мало, либо мало, но больше не унести”, может кануть в лету. Когда в карман можно положить с десяток “цинков”, резко становится веселей. Правда, для их “распаковки” нужен маг.

Рация неожиданно заработала на основном канале. Снайпера заметили приближение врага. Прожектора, поставленные в спешке и работавшие от бензиновых генераторов, тут же принялись шарить в поисках приближающихся войск.

Неожиданно крыша самой высокой башни засияла и от ее вершины потянулась серебристая нить. Она поднялась на высоту в несколько метров и как будто уперлась во что-то. От этого она начала будто растекаться, создавая колпак, отсекающий защитников от неприятеля.

– Внимание всему личному составу! Объявляется режим повышенной готовности. Огонь только после спадания защитного барьера, либо по проникшим внутрь его периметра. По куполу не стрелять…

О чем еще хотел сказать генерал – неясно, ибо над школой прогремел голос, усиленный магией:

– Я – Темный Лорд Волан-де-Морт. Сдавайтесь, грязные черви, и я великодушно подарю вам быструю смерть. Если же вы приведете ко мне Гарри Поттера, то можете рассчитывать на помилование. Даю десять минут.

Тишина наступила так же резко, как до этого объявлен ультиматум. Солдаты остановились и начали переглядываться. Однако сначала начал смеяться один, потом второй… И так постепенно, от бойца к бойцу, от магла к магу, пошла волна смеха. То был не смех отчаяния, а наполненный боевой яростью и безумием клич. Он начал сменяться руганью и предложениями отлюбить себя в подворотне.

– Готовность номер один. И да поможет нам Господь, – подытожил Баркли, когда возгласы стали стихать.

***

– Зря, – покачал головой Майор, когда Реддл зашел в штабную палатку.

– Ты о чем? – попытался выгнуть бровь Темный Лорд, но вышло не очень, ибо с новым телом тот хоть и научился работать, но вот мимика поддавалась с трудом. Лицо большую часть времени походило на маску, в отличие от того же Макса, который играл каждым искусственным мускулом, создавая разнообразные экспрессивные гримасы.

– Не стоило давать времени на раздумья. Знаешь, что загнанная в угол крыса становится опасной?

Том закатил глаза. Это у него удавалось без проблем.

– Как будто эти десять минут хоть что-то решат. Тем более как раз будет готова группа для десанта через “ Исчезательный шкаф”.

– Мein Gott… – немец потер переносицу. – Неожиданную атаку лучше делать тогда, когда враг ее не ожидает. То есть под прикрытием основного нападения. А благодаря тебе, она задерживается на целых десять минут.

Вообще, никто из магов, знакомых с барьерами Хогвартса, не был уверен, что идея Тени с этими парными артефактами сработает. Тем более один из них, что располагался в самой школе, требовал серьезного ремонта из-за поврежденных зачарований. Конечно Роулинг несказанно повезло, что никого из “старой гвардии” в этом учебном году не имелось, за исключением престарелого уборщика, но уверенности, что парочка ее помощников-школьников смогла восстановить артефакт без ошибок, не было. Ведь они даже ни разу не тестировали, потому как починка велась вплоть до сегодняшнего вечера.

***

Сам шкаф стоял в другой палатке, где группа вампиров и оборотней под предводительством братьев Валентайн готовилась к нападению. Один из кровососов, Ион Опря, молодой житель ночи, тяжело вздохнул. Он уже сто раз успел пожалеть, что пошел за своей госпожой, однако как верный слуга, не мог отказать в личной ПРОСЬБЕ самого Лорда Дракулы. Это уже само по себе странно, что повелитель не приказывал, просил присмотреть за его несносной дочкой.

Хотя Иона больше напрягала парочка искусственных клыкастых “собратьев”. Несмотря на то, что они были сильнее большинства прибывшей из Румынии молодежи, но совершенно точно не дотягивали до истинных вампиров. Как уже смог убедиться парень, эти братцы только и могли, что жрать, яростно и безумно. Даже спокойно выглядящий Люк вел себя как животное, стоило дойти до питья крови. И именно их армия упырей сейчас самая большая. А больше всего бесило, что поднятые мертвецы могли управляться любым из группы Майора, в отличие от тех, что создавались истинными. С другой стороны настоящие кровососы не очень любили это делать, так что нежити от них и не наблюдалось вовсе.

– Значит так, сопляки, – Ян с ехидной ухмылкой осмотрел имевшихся в палатке нелюдей, – наша задача – перебить как можно больше обороняющихся. Только смотрите, не пришибите главные цели. Ну… по крайней мере девку. А то Тень нас в лепешку расшибет. А-ха-ха, – вампир противно заржал.

Ион скривился. Если говорить откровенно, то ему не нравилась эта авантюра. Ему не нравились эти солдаты. Да и вообще, ничего не нравилось! Но это парень повторял уже который раз.

Время тянулось непростительно долго. Но объявленные десять минут все-таки истекли. С той стороны реакции не последовало, что посчитали отрицательным ответом. Первыми “заговорили” пригнанные танки. Им вторили ручные гранатометы. Командование посчитало, что лучше потратить боеприпас, а ману – поберечь.

– Ну что, смертнички, попрыгали, – Валентайн расхохотался, взяв в руку по FN P90.

Битва за Хогвартс началась.

Глава двадцатая. Битва за Хогвартс. Отравленный клинок.

Валери и Оливер одновременно почувствовали, как в кармане у каждого из них слегка нагрелся артефакт связи. Их выдала сама Тень еще в начале учебного года вместе с инструкциями. Судя по всему она предполагала такое развитие событий, так что приготовилась. Задача парочки студентов состояла в том, чтобы, не привлекая внимания, починить “Исчезательный шкаф”. Первое время студенты действовали порознь, даже не зная друг о друге. Роулинг решила, что лучше всего будет устроить знакомство, когда появится Главная Героиня. Однако в этом мире даже его богиня не в состоянии расположить все фигуры ровно так, как задумывалось.

В один из осенних дней у Портман сбился график из-за задержки на уроке, и та застала Буна за вычерчиванием линий на задней стенке артефакта, куда ей сказали не лезть. И встреча их оказалась не самой из приятных. Естественно, ярая феминистка и гей, считавший себя лучше и красивее любой женщины, тут же принялись цапаться. Однако чем дальше, тем больше общих тем на почве ненависти к окружающим находила эта странная парочка. Дошло до того, что они уже захотели организовать сообщество по защите женщин и меньшинств, как сексуальных, так и расовых на территории Британии, но дальше разговоров это не ушло.

Но главная проблема оказалась в том, что вдвоем маги смогли быстрее закончить работу. Хотя с их стороны это являлось хорошей новостью. Однако окончательное восстановление артефакта произошло примерно в середине декабря. Их постоянные встречи в Выручай-Комнате оказались отличной возможностью обсудить дела. Особенно после прибытия в школу Лилиан Стоун.

Образ “сильной и независимой”, что им описала сама Тень, разбился о суровую реальность, ибо за обещанной внешностью оказалась волевая, но спокойная и рациональная девушка. И хотя по первому времени удавалось знатно облить помоями репутацию ненавистного им Поттера, но чем дальше, тем скептически относилась к словам Лили. И все сложнее удавалось удерживать узы, созданные искусственно.

Но избранные Джоанн студенты продолжали держаться, ибо та обещала славу, деньги и власть. Обещала сделать Главными Героями, чтобы это не значило. И именно сейчас они должны выполнить свое предназначение.

– Профессор МакГонагалл, – Валери привлекла к себе внимание. – Долго нас тут будут удерживать? Я в туалет хочу.

– Поддерживаю, – тут же подал голос Оливер.

Ему вторило еще несколько голосов, но те были простыми учениками, не имеющими отношение к Тени. “Зато они станут отличным прикрытием”, – внутренне ухмыльнулся Бун.

Минерва тяжело вздохнула. Бой уже начался. По крайней мере барьер нещадно обстреливали, а защитники на стенах отстреливали тех немногих прорвавшихся, которым хватало сил пробиться через появляющиеся небольшие бреши. И сейчас попросту почти никого нельзя отвлекать. Людей имелось слишком мало.

Учащиеся с мольбой наблюдали за бывшим преподавателем. В конце концов та сдалась:

– Уилл, – позвала она одного из солдат, что закончил с переноской боеприпасов, – сможешь проводить несколько учеников до туалета?

– Так я ж не знаю, куда вести.

– Тут недалеко. До конца коридора направо.

– Тогда без проблем, – кивнул молодой парень, что немногим старше студентов седьмого курса.

***

Всего набралось шесть человек, четыре девушки и два парня, которых требовалось сопроводить в уборную. Уилл Аберфорт поправил лямку автомата, когда группа добралась и женщины направились в “комнату для медитаций” первыми. Однако прошло пять минут, потом десять, но зашедших не было видно, хотя боец попросил поторопиться.

Неожиданно из помещения потянулся странный черный дым. Солдат приготовил оружие к бою, как из-за двери вылетела одна из девиц. Волосы всклокочены, глаза расширены. Тяжелое дыхание дополняло композицию.

– Там-там-там… – она принялась тыкать в сторону туалета.

И стоило мужчине отвлечься, как ему в спину полетел “Петрифик” от Буна. В это время, с небольшой задержкой Валери оглушила оставшегося шестикурсника.

– Долго ты, – поморщился пуффендуец.

– Сам бы попробовал оглушить трех человек, не привлекая внимания. Я бы на тебя посмотрела, сколько там возился, – когтевранка сплюнула, принявшись укладывать волосы. – Пойдем, а то от графика отстаем.

Парочка тут же рванула к скрытому переходу, дабы как можно быстрее попасть на восьмой этаж. И лишь благодаря тому, что атака последние полчаса набирала интенсивность, им удалось пройтись незамеченными.

Стоило три раза пройтись в определенном коридоре, думая о захламленной комнате, как появившаяся дверь с треском открылась от тяжелого пинка.

– Так вот где учатся англичашки? – Ян довольно принюхался.

В воздухе витал приятный для искусственного вампира аромат молодых волшебников. Их кровь должна быть на вкус просто божественной. И он решил не отказывать себе в таком удовольствии, раз все равно пара “поросеночков” сами открыли дверцу злобному “волку”.

Сделав рывок, мужчина впился в шею парню, что стоял ближе всего, и вырвал кусок плоти. Алая жидкость из разорванных артерий буквально полилась фонтаном. Валентайн жадно присосался к нему, поглощая каждую крупицу жизни из умирающего тела.

Портнан рухнула на задницу от такого зрелища. Девицу начало трясти от накатывающего ужаса.

– Н-н-не… Тень обещала… Так не должно…

Когтевранка попыталась отползти, но ногу прижал второй Валентайн. Он со скучающим лицом посмотрел на жертву.

– Тень обещала нам! – прокричала Валери, немного собравшись с мыслями.

– Да? – вопросительно склонил голову Люк, выпуская изо рта клубы сигаретного дыма. – И что же?

– Что мы станем главными героями!

Вампир слегка скривился, а после, казалось бы, лишь слегка надавил. Но этого хватило, чтобы в пустом коридоре послышался треск кости, сменившийся воем от боли.

– Мне плевать, кто и кому что обещал, – фриц в белом костюме поднял за шиворот ревущую девицу. – Мы пришли сюда убить всех.

Он бросил Портман в стену, а после метнул кинжал так сильно, что вместе с горлом тот пробил камень, застревая в том.

– Ладно, двинули, – махнул рукой Люк, когда выдернул оружие из тела, которое тут же рухнуло на пол.

Но стоило им сделать несколько шагов, как рыцарские доспехи резко повернули свои шлема в сторону нарушителей.

***

МакГонагалл нервно поглядывала на часы. С момента ухода учеников прошло порядка двадцати минут. Конечно, все можно было списать на неторопливость молодежи, однако в данной ситуации это выглядело как-то подозрительно. И стоило об этом подумать, как одна из ушедших девушек вернулась растрепанной. Во взгляде читались следы легкого “Конфундуса”, который был тут же снят профессором.

– Там… – показала та в сторону туалета. – Портман и Бун всех оглушили и сбежали…

Маги и маглы в Зале тут же напряглись. По приказу генерала несколько солдат под прикрытием волшебника тут же были организованы для проверки. И естественно, что те обнаружили пострадавших, а также отсутствие обозначенных персон.

– Черт, – выругался Баркли. – Наблюдение, – он тут же сдернул рацию с пояса, – срочно найти двух студентов.

Авроры, что находились в комнате слежения и сконцентрированы в первую очередь на проходах, что ведут из школы, тут же принялись менять изображения в зеркалах, прыгая от одного наблюдательного заклинания к другому. Но найти парочку студентов удалось, когда с ними было покончено.

– Тревога! Прорыв на восьмом этаже!

Фердинанд трехэтажно помянул идиотов, которые за какие-то блага готовы продать Родину, а после уже собирался отправить туда ближайшую группу, как с наружных постов поступило сообщение о большом количестве прорех в барьере и проникновении войск врага.

– Говорит Фея, – среди множества отчетов пробился приятный женский голос. – Я с дорогим разберемся с проблемой на восьмом.

– Надеюсь на вас, – скрипнул зубами генерал, переведя взгляд на Дамблдора.

А там было на что посмотреть. Маг, ставший контрольным блоком сложнейшего заклинания, покрытый в данный момент светящимися письменами, обливался потом. Через его разум проходили огромные потоки данных от разнообразных чар, поддерживающих защиту, а через ядро протекал огромный океан маны. Но даже опытному волшебнику удержать заклинание под массированной атакой долго не получится.

И даже далекий от чародейства Баркли это понимал, видя все сильнее проступающие морщины и темные круги под глазами.

– Да поможет нам Господь, – проскрипел старый солдат, готовя пистолет к бою.

Глава двадцать первая. Битва за Хогвартс. Кровавая Фея.

Доспехи разом повернули шлемы в сторону вторженцев, будто наблюдая. Прошло всего несколько секунд этого пристального взора, а после ближайший сделал шаг. И тут же ему вторили остальные. Он положил руку на рукоять меча. Прочие вслед потянулись к своему. Коридор наполнился звоном металла от извлекаемых клинков, отсоединяемых булав, снимаемых с подставок копий, алебард и боевых топоров. Первый потянулся к щиту, что висел на спине. Окружающие начали строиться в боевые порядки.

Проникшие в Хогвартс приспешники Темного Лорда наблюдали за происходящим: вампиры откровенно скучали, оборотни – несколько удивили, а Валентайнам и вовсе принялись допивать кровь убитых предателей. То, что их обнаружат – вопрос времени. Даже можно сказать больше: братья желали быть найденными. Ведь тогда убитых и более менее целых можно обратить в упырей, тем самым пополнив свое войско. А тут – простые железки, которые развалятся от пары хороших пинков.

Однако диверсанты немного недооценили вложенную в магических големов мощь, генерируемую краеугольным камнем школы. Рыцари закончили построение, так что враг оказался зажат с обеих сторон коридора. Тот, что был первым, кто пришел в действие, с легким скрипом направил клинок на противника, выставив щит, на котором нанесен герб школы, поверх которого читался девиз “Защищать достойных”. И именно поэтому предатели не получили помощи.

Ян осклабился. Он приготовил свои ПП к бою, наставив их стволы в ответ.

Секунда. Вторая. Противники смотрели друг на друга, ожидая действий оппонентов.

Первый выстрел произошел ровно в тот момент, когда страж сделал шаг вперед. Коридор моментально наполнился визгом пуль, как вылетающих из оружия, так и от рикошетов. Кусочки свинца не пробивали магических созданий, а лишь отскакивали. И это раззадоривало фрица.

Люк хмыкнул, выпуская очередной клуб дыма, а после буквально растворился. В воздухе смазанной линией был виден лишь огонек на конце сигареты, извивающийся причудливой линией. Раз – и он оказывается за спиной копейщика, отрубая тому латную перчатку, что играла роль руки. Два – другой, стоящий в нескольких метрах теряет шлем. Три – его сосед падает на пол, потому как сапог отлетел в сторону. Остальные вампиры и оборотни тут же подключились к битве.

Но доспехи продолжали вставать. Один за другим, они подхватывали ближайшие части, ибо изначально отличались лишь вооружением. Пока в них циркулирует мана, а контрольная формация целая, то големы могут биться сколько угодно, не зная усталости. В этом и была та недооценка сил обороняющихся. Однако, все же она именно что оказалась незначительной.

Ян откинул ПП и рванул к противнику, вооруженному алебардой. Тот размашисто атаковал, но вампир буквально проскользил на коленях, разминувшись с оружием, а после будто выстрелил собой, еще сильнее сокращая дистанцию. Его рука, сложенная щепотью, как копье пробила нагрудную пластину.

Секунда, и доспех осыпался частями, лишь корпус безвольно повис на конечности. Младший Валентайн сбросил поверженного голема и самодовольно усмехнулся.

– Вот оно что… – сделал очередную затяжку старший и бросил окурок на пол. – Ломайте грудь, там у них явно основное плетение.

И он же сам бросился в атаку, вскрывая защиту ближайшего магического существа своим ножом, будто консервную банку. Вырезав кусок, мужчина перевернул железку и увидел тускнеющие линии, из которых утекали остатки маны.

После этой информации битва… нет, не преобразилась, но теперь вторженцы знали, куда бить. Опря в очередной раз уклонился от удара моргенштерном. Только вместо разрыва дистанции он ее сократил, приставляя выхваченный револьвер к грудине доспеха. Заряженное бронебойными патронами оружие громыхнуло, разрушая заложенное заклинание. Тратить их на эти груды железа не хотелось, ибо они идеально подходили для разбития щитов.

Однако сильнее раздражало то, что эти марионетки задерживали группу. Чем дольше они тут кукуют, тем меньше времени для атаки. То, что вторженцев обнаружили – даже не обсуждается. Значит, скоро подтянется кто-то для противодействия.

– Оя… Как любопытно: к нам в гости заглянули мышки и собачки, – голос, что будто звон серебряного колокольчика, лишь казался веселым, но на деле в нем звучала холодная сталь. – Как думаешь, дорогой, мне подойдет шубка из их шкурок или лучше на коврик в прихожей их пустить?

Из темноты коридора показалась невысокая и изящная девица в легком, даже фривольном, белом платьице. Однако огромный топор контрастировал с хрупкостью пришелицы. Как и то, что она будто на прогулку вышла, а не прибыла на смертельный бой. На ее фоне мужчина, облаченный в черную мантию, максимально скрывающую фигуру и лицо, и вовсе казался незаметным.

– Думаю, не стоило это озвучивать и напасть из-под тишка.

– Фу, как некультурно, – она сморщила носик.

– Зато эффективно, – пожал плечами мужчина. – К примеру…

Он резко раскинул полы накидки и швырнул пару склянок с непонятным составом в гущу противников. Те со звоном разлетелись вдребезги. В коридоре резко завоняло чесноком. Вампиры от этой вони зашипели и отпрянули назад: алхимический туман вызывал ожоги.. Как и оборотни, но по другой причине – смесь обожгла их слизистую носа, урезая обоняние до минимума.

– Можно применить вот такое зелье и резко ограничить маневренность противника.

– Ну да, ты же занимался охотой на всяких чудовищ, – пожала плечами незнакомка. – А…

Но неизвестно, что девица хотела сказать, как раздался звон металла о металл. Девушка чуть сместила топор, который буквально за секунду своим широким лезвием прикрыл ее от пули. Ян, держа оружие со слегка дымящимся стволом, хищно ухмыльнулся.

– Неплохая реакция, киска. Потанцуем?

– Пирсингованные кровососы не в моем вкусе, мальчишка, – покачала головой светловолосая. – Но так и быть, я с тобой поиграю.

Валентайн-младший сорвался с места, бросившись прямо через алхимическое облако, которое, впрочим, не вызвало дискомфорта. Сильвия побежала ему навстречу, прикрываясь от шквального огня ПП-шек. Но продлился тот недолго, ибо генно-модифицированный фриц не имел той самой читерной банданы на бесконечные патроны.

Стоило кончится боеприпасу, как стволы полетели на пол, а вампир тут же сошелся на ближней дистанции. Это, как и узость коридора, резко ограничивали все преимущества огромного топора, но фее он, казалось, будто и не нужен. Швырнув свое оружие так, что то буквально на волосок разминулось с головой врага, а после и вовсе застряло в стене, она хрупким на вид кулачком нанесла удар по плечу оппонента. Кость не выдержала этого и хрустнула, так что рука Яна повисла плетью.

– Хо… – он отпрыгнул на пару шагов назад. – А ты ничего так.

Мужчина напряг поврежденную конечность, принудительно вызывая ускорение регенерации. Несколько секунд и пирсингованный довольно сжал ладонь в кулак, демонстрируя работоспособность.

– А вот я в тебе разочарована, – волшебное существо печально вздохнуло. – До настоящих вампиров тебе как до Луны.

На такую провокацию Валентайн ответил яростной серией выпадов. С каждым ударом он теснил противницу. Тело женщины покрывалось множеством ссадин и порезов. Однако Локхарт тут ей ничем помочь не мог: маг бросил еще несколько склянок в гущу противника и после стал закидывать в них заклинаниями, не давая сфокусироваться тем на бое с големами.

Когда Сильвия коснулась лопатками стены, вампир победоносно ухмыльнулся:

– Ну что, малявка, и кто теперь будет смеяться последним? – он навис над девицей и провел языком по щеке.

И вдруг этот орган оказался в захвате, будто попал в стальные тиски. Фея потянула его вниз, опуская голову вампира на уровень своего лица:

– Мальчик, ты перешел черту, – и резко дернула вниз, одновременно ударяя по челюсти кулаком.

Зубы клацнули, а в ладони у волшебного существа остался окровавленный орган. Который, впрочем, полетел на пол. Ян рухнул на землю. По его подбородку текла кровь, однако для искусственного вампира такое повреждение было не критичным. Проблема была в том, что новый язык ему не отрастить. Придется подбирать этот и приращивать, либо просить Нипьера сделать новый. Вот только другой вопрос: кто даст ему уйти отсюда.

– Я ведь говорила, – фея хрустнула шеей, – что ты рыпнулся не на того противника.

Валентайн пристально посмотрел на девицу. Несмотря на порезы и повреждение одежды, ему не удалось нанести хоть сколько-нибудь серьезную рану. А та в свою очередь уже дважды смогла нанести критический удар.

Сильвия буквально выросла перед фрицем, а после пнула его в лицо, опрокидывая Яна навзничь. Следующее мгновенье – и она сидит у него на груди, занося кулак. Удар, и кровь брызнула из разбитых губ. Удар, и зубы полетели в стороны. Удар, и нос съехал набок. Удар, и хрустнула челюсть. Удар. Удар. Удар…

Изящный кулачок с силой пневматического молота опускался на голову вампира, продолжая превращать ту в месиво. С каждым разом ноги мужчины вздрагивали. Первое время он еще пытался вырваться, но женщина просто придавила его своей маной. Девушка не пыталась убить врага. Даже наоборот, затягивала этот процесс, дабы насладиться избиением этого слабака. Спустя сотню лет эти уроды смогли заставить вспомнить свое прозвище – Кровавая Фея.

Кулак в очередной раз взлетел вверх, но… не опустился. Он оказался зажат между клинком и рукой. Люк, который решил вмешаться, покачал головой:

– Советую остановиться, если не хочешь…

– Руки убрал, – перебил его Локхарт, направляя палочку в лицо вампиру.

– Хочешь посоперничать в скорости, человек?

– Если с его головы упадет хоть волос, я вырву твое сердце, вампиришка, и затолкаю тебе в задницу, – ледяным голосом произнесла Сильвия, не поворачивая головы.

Продолжить меряться детородными органами им не дала неожиданная команда “Пли” из глубины коридора. В проходах задребезжал воздух и несколько десятков человек, сбросив плащи-невидимки, открыли огонь по вторгнувшимся в Хогвартс вампирам и оборотням. Как бы те ни были живучи, но серебряные пули, а после и гранаты, заполненные капсулами со “святой” водой, пережить сложно.

Этого оказалось достаточно, чтобы Люк отвлекся. Ну а дальше действия происходили невероятно стремительно. Фея резко развернулась и хотела вцепиться в кадык вампира, но, увидев разгорающееся пламя на кончике палочки, отпрянула в сторону. Гилдерой выдал мощное “Инсендио” прямо в голову врага, прожаривая ту до хрустящей корочки.

Некоторое время тело еще стояло. Прибывшие бойцы нацелили на него оружие, но… чуда для вампира не случилось, и Валентайн-старший рухнул навзничь. Маркус, прибывший на подмогу, подошел и молча произвел контрольный выстрел.

– Решил перейти на огнестрел, Феникс? – покосился на того Локхарт.

– А что, удобно. Особенно против противников с повышенной устойчивостью к магии.

– Эй, дорогой, ты в меня чуть не попал своей атакой! – фея взмыла в воздух и подлетела к блондину так, что ее лицо оказалось напротив лица мужчины.

– Ну так не попал же, – пожал плечами охотник за нечистью. – Кстати, я думал, ты тут развесишь нюни по поводу того, что тут устроила.

Сильвия открыла рот. Сильвия… закрыла рот. Если честно, то состояние было именно такое, но веселый тон любимого мужчины сбил с этого настроя.

– А ты… не сердишься, что я не рассказывала?

– Нет конечно. Я догадывался, что именно о тебе были те легенды…

Человек и фея замолчали, уставившись друг другу в глаза. Но эту идиллию прервали самым некультурным образом:

– Шеф! Тут выживший! – крикнул один из подчиненных Маркуса. – Что делать будем?

Ион со стоном открыл глаза. Все тело болело от сильных ожогов и попаданий. Серебро-то против вампиров не сильно эффективно, но когда в теле его с полкило излишков – приятного мало. А еще настроение портил наставленный в лицо ствол винтовки.

– Вяжите, потом разберемся.

Неизвестный голос сообщил вердикт и Опря вновь провалился в спасительное забвение.

Глава двадцать вторая. Битва за Хогвартс. Кровь и пламя.

Первого января север Шотландии накрыли сильные морозы. До рекордного минимума 82 и 95 годов, который зафиксировали в нескольких местах, не дотягивало, однако минус двадцать два – достаточно холодно для этого региона. Однако была одна территория, где несмотря на такую температуру, вместо снега была жидкая и склизкая грязь, да еще и светло, будто днем и никакой барьер не отсекал британские острова.

Очередной осколочно-фугасный снаряд врезался в землю, раскидывая в стороны куски металла. Те, в свою очередь, засветились, раскаляясь еще сильнее от сработавшего заклинания, начертанного рунами на боеприпасе, где активатором и служит нарушение целостности. Не просто так последний месяц Орден вместе с армейцами затихли и не отсвечивали. Таких “подарочков” заготовлено с запасом. Правда, их все равно мало, согласно военной присказке. И как назло, пополнить здесь и сейчас невозможно. Заклинание дубликации, вопреки распространенному мнению, не позволяет создавать вещи из воздуха. Даже маны недостаточно, чтобы создать что-то сложное и многокомпонентное. Для этого нужно иметь вещества, входящие в состав предмета. А все запасы из алхимической лаборатории, что за время преподавания скопил Снейп, подходящие для производства боеприпаса, пустили на размножение пуль. Даже пришлось поскручивать все латунные подсвечники и краны, чтобы их пустить на гильзы, потому как те попросту пропадают в пылу боя.

Щит, прикрывающий школу, постоянно мерцал, что сигнализировало о его нестабильности. Войска, пригнанные Пожирателями, постоянно просачивались через прорехи, но обороняющиеся еще как-то могли удерживать стены замка. Те несколько танков, что сюда переместили изначально, продолжали пылать.

Первый попал под “Бомбарду Максима”. Стоило экипажу пересечь границу защиты, как сразу три мага синхронно атаковали его одним и тем же заклинанием. От этого взрыва произошла детонация боеприпаса, так что башня попросту взмыла вверх на несколько метров от созданной реактивной струи. Следующие два оказались уничтожены зачарованными кумулятивными снарядами из орудий. Ну а за последними натуральную охоту устроила Виктория Серас, поражая технику их своего монструозного “Харконнена”. Чародейка засела на самой высокой башне и садила по приближающимся бронемашинам. Именно благодаря этому обороняющиеся выиграли себе немного времени на передышку.

Но все понимали, что сражение, как таковое, еще даже не началось, потому как в бой посылали одних маглов, чья кровь, вперемешку с талой водой, сейчас и составляла основу той самой грязи. Ни маги, ни вампиры, ни великаны еще не пересекали барьер.

Стрелки часов показали ровно три часа. Майор захлопнул хронометр и убрал тот в карман. До рассвета оставалось меньше шести часов. Такой крайний срок указала госпожа Тень, перед тем как покинуть ставку пару часов назад. Если мужчина правильно понял, то в данный момент Роулинг отправилась на свою войну, полностью отдав эту в руки Пожирателей. Мир ей перестал быть интересен.

С другой стороны уже блондину глубоко плевать, кто победит, ведь его волновал лишь сам процесс. К примеру, смерть братьев Валентайн, о которой доложил Нипьер, не вызвала никакой толики сочувствия, Максимиллиан лишь отметил сей факт. Однако открывающийся вид будоражил до глубины души: сотни растерзанных тел презренный бриташек, убивающих друг друга, радовали фашиста.

– Монтана! – в штабную палатку влетел Реддл.

Его движения до сих пор имели неестественную резкость и “угловатость”, а эмоции на лице трудно считывались, потому как то все еще походило на маску.

– Ты чего творишь? Почему до сих пор мы не ввели в бой магов и вампиров? Долго я еще должен ждать?

– О, мой вспыльчивый друг, – Майор похлопал по плечу темного волшебника, – стратегия и тактика – это искусство. Вот смотри, – он вывел Тома из палатки, указывая на освещенный прожекторами замок, – противник не прекращает огонь. Значит, у них есть еще боеприпас. А у нас все имеющиеся танки уже… – немец прищурился, – догорели. А, нет, тот еще горит. Не суть. Короче, ближайшие пару часов мы их истощаем, а там уже перекинут больше техники, так что мы сметем этих ваших сопротивленцев. Ферштейн?

Стоило еще пыхтящему от негодования Реддлу уйти к своим магам, а Максимилиану – вернуться к картам, как последнего посетили новые лица, уже ожидаемые последним: Блиц, Гюнше и Петтигрю.

– Все готово, босс, – произнесла Зорин сразу же по пришествию. – Но мы точно не останемся посмотреть?

– Нет, – покачал головой очкарик. – Я навел справки о противнике и там сейчас сидит как минимум три чудовища. И на наше счастье, они не успели эвакуировать детей, или здесь бы всем стало тесно. Так что как только спустим с поводка эту свару – тут же уходим. А там – посмотрим. даже если наша дорогая госпожа Тень и победит – всегда можно предложить свои услуги. Тем более, если я правильно понял, ей нужен будет Злодей для ее карманного Героя. А чем я хуже?

***

Случайно или специально, но полномасштабное наступление началось в четыре утра, когда обороняющиеся начали откровенно выдыхаться. Сказывалась общая усталость, интенсивность предыдущих атак и последствия после алхимических стимуляторов. Последние, даже с учетом измененной формулы, все еще плохо подходили для немагических организмов. Хотя и магам приходилось туго из-за сильного истощения, которое никакое зелье быстро не восстановит.

Наблюдатели засекли активное движение в стане врага. Нападающие подтянули новую технику, да еще и в большем количестве. Командир орудия уже приказал заряжать кумулятивный снаряд, когда из-за леса восстала огромная человеческая фигура с косой на плече. Чудовище с ужасающей улыбкой взмахнуло своим исполинским оружием и буквально прорубило замок, проигнорировав барьер.

Величественный Хогвартс, простоявший много столетий, получил огромный урон и местами принялся осыпаться. Множество людей, попавших под монструозное лезвие, получили серьезные ранения: конечности, а то и целые куски туловищ, просто разлетелись в стороны. Но еще больше пострадало от обвала камней.

То тут, то там были слышны крики, стоны и мольбы о помощи. Вот маг сидит на полу, держась за культю левой руки. Чуть дальше магл орет благим матом, потому что его ноги буквально в метре от тела. Кто-то пытается разгрести завалы, иные – забиться как можно дальше. Ведь если один удар нанес столько разрушений, то что будет от второго? В головы обороняющих стала закрадываться предательская мысль: а не пора ли бежать?

И среди этого хаоса лишь трое сохраняли абсолютное спокойствие: Альбус, Аяно и Чисато.

– Они нас переиграли, – хвосты лисицы топорщились от злости. – И засранец ведь ничего не сказал.

– Но мы ведь все равно продолжим бой. Верно, Альбус-кун?

– Иначе и быть не может. Но вы уверены, что стоит делать “это”? – директор искоса взглянул на женщин.

– А куда деваться? В таком виде ты слишком стар, чтобы активно махать палочкой. Да и так сможешь больше “зачерпнуть” здесь, в Хоге.

– Ладно, начинаем, а то и так уже много времени потеряли.

Кицуне встала позади взявшихся за руки пожилых магов и положила ладони им на плечи. То, что сейчас аякаши собиралась сделать, не рискнула бы даже с восемью хвостами. Но вот девятый выводил ее на новый уровень. Хоть в на чужой земле проделать это все же сложнее.

Огромный поток демонической энергии, прошедший через пару людей, заставил тех засветиться. Когда же свет погас, в зале уже стояли девушка, наряженная в наряд мико и юноша в потрепанной мантии, которую он, впрочем, тут же скинул, оставшись брюках и рубашке.

– Никогда не думал, что вновь почувствую себя молодым, – Дамблдор снял свои очки-половинки и убрал их в карман. – Ну а теперь пора прекратить это безобразие.

Помолодевший Альбус вольготно уселся в кресло директора, закинув ногу на ногу. Удар кулака по подлокотнику, и вокруг школы засветился огромный магический круг, начавший разрастаться все дальше и дальше, пока не накрыл позиции противника. Однако в один момент он остановился, а директор, прищурив глаза, злобно прошептал:

– Вот ты где, сука…

***

Чуть в стороне от ставки вторженцев на холме, стоя на одном колене, находилась Зорин Блиц. Правая ее рука, испещренная письменами, касалась земли. И эти самые странные надписи, казалось, жили своей жизнью, буквально стекая вниз, а после цепочкой тянулись дальше, к гигантской фигуре. Именно с этого ракурса было видно, что спина состояла из этих самых символов, как, впрочем, и вся конструкция.

На деле, все эти разрушения и ранения – не более чем иллюзия, созданная искусственной вампиршей. Но преодолеть, а тем более развеять могли единицы. Что и продемонстрировал Дамблдор, когда нашел противницу. Его заклинание прервало поток вливаемой энергии, однако своего подручная Майора добилась: а именно пока обороняющиеся оказались дезориентированы, армия вторжения пересекла границу рассыпающегося барьера, который Альбусу все же пришлось снять.

Немка, утерев текущую изо рта кровь, ухмыльнулась. Даже сильная отдача от прерывания не испортила ее настроения. Хмыкнув, она достала сигарету и развернулась, потопав к подготовленному транспорту.

– Быстро он тебя раскусил, – усмехнулся Монтана.

– Жаль, что нельзя с ним сразиться… Думаю, этот старик бы меня немного повеселил, – щелкнула зажигалкой вампирша, только сейчас прикуривая.

– Ну, боюсь, именно что “немного”, – покачал головой Петтигрю, откинувшись на пассажирском сидении. – Не просто так нашего Дамби боятся практически все Пожиратели, включая Лорда. Старый хрыч очень силен.

– Ладно, тут нам больше делать нечего. Поехали.

Хлопнула дверь автомобиля, и транспорт покинул поле боя, увозя немцев и анимага в неизвестном направлении.

Глава двадцать третья. Битва за Хогвартс. Мидгейм.

В ушах звенело от полученной контузии. Все не так пошло, стоило гигантской фигуре появиться на горизонте. Даже он, потомственный маг, попросту не смог понять, что их накрыла массовая иллюзия. Заклинание вышло настолько мощным, что казалось реальным, будто их порубили на кусочки. Однако даже так, стоило чарам развеяться, как оказалось, что купол пропал, а у врага обнаружилось подкрепление техникой. И тут же по их башне выстрелил танк.

Сознание возвращалось медленно. Удар, пришедший по голове куском булыжника, не прошел даром. Хоть волшебники и были крепче обычных людей, но они не бессмертны и не неуязвимы. Звон, расплывчатость зрения и заторможенность будут преследовать еще долго. Даже не понятно, справятся ли зелья с последствиями сотрясения. Но это все неважно, если сегодня он не выживет.

– Эй, колдун, ты там еще живой?

Голос военного магла хоть немного, но привел в чувство. Виктор Форланд приподнялся, пытаясь найти Прайса. Тот оказался в стороне, у внутренней стены. Попытавшись сфокусировать на нем взгляд, манапользователь увидел, что с солдатом все худо: грудь пробита куском решетки, буквально пришпилив того. Мало того, веки бойца были закрыты, а из под них текла кровь.

– Да, чудом, – простонал Виктор, удивляясь, как лейтенант вообще понял, что тот пришел в себя.

– А мне вот… кха… совсем хреново. Только ваша бодяга… – из пробитых легких воздух выходил со свистом, – и позволила не сдохнуть сразу же. Орудие цело?

Маг с трудом повернул голову в сторону пушки. Та слегка накренилась, но продолжала стоять. Как ни странно, но взрыв ее не повредил.

– Да.

– Тогда нужно стрелять. Хотя бы… один танк, но надо…

– Я понял, – маг прервал Прайса.

Человек уже не жилец, но дальше мучать его разговорами не стоило. Однако встал другой вопрос: атаковать или затаиться. Колдовать сейчас попросту невозможно из-за сотрясения. Плетения не хотели собираться воедино. Стрельба же из орудия привлечет слишком много внимания и, следовательно, это место станет приоритетной целью. Но Форланд не просто так сюда пришел, заняв место в группе. Даже несмотря на свою специализацию целителя, он прибыл воевать против режима темных магов.

Встать удалось лишь с третьей попытки. Окружение вертелось как бешенное, так что идти, не держась хоть за что-то – невозможно. Даже зельем поправить здоровье не получалось, потому как все флаконы представляли из себя стеклянное крошево. Так что пришлось разгрызть магловское обезболивающее и ползти к артиллерии.

Стрелок оказался мертв. Осколок прилетел ровно в артерию. Заряжающего же не было видно вовсе, как и ящиков с боеприпасами. Лишь один снаряд лежал недалеко, сжимаемый оторванной рукой.

– Что там? – раздалось из рации. Прайс все же смог ее нащупать, пока Форланд полз к цели.

– Плохо. Все мертвы, а боеприпаса на два выстрела.

– Дерьмо.

Лейтенант замолчал. Но длилось это буквально какие-то секунды.

– Колдун, как отстреляешься… уходи вниз. Ты там нужнее… будешь.

– Хорошо, – Виктор сжал зубы.

С этими людьми он знаком едва полгода. Маг где лата, а где прикрывал парней своими заклинаниями. Но полгода в мирное время и во время войны – две большие разницы. Мужчина вместе с ними и кровь проливал, и ел из одного котелка. И оставлять товарищей ему претило. Но лейтенант был прав: сейчас на счету каждый боец, что еще в строю.

– Опиши… что видишь, – вновь раздалось из устройства связи.

Форланд собрал волю в кулак и попытался мутным взглядом выискать ориентиры. Не с первого раза, но ему удалось. Применив указанные корректировки, мужчина дернул спусковую рукоятку.

Выстрел громыхнул, обозначая еще живого защитника вспышкой и звуком. Кумулятивный снаряд, вылетевший из ствола, со свистом рассек воздух и… попал в землю в полуметре от наступающей головной машины. Та, не останавливаясь, и навела ствол на башню. Но прилевшая в каток откуда-то сбоку свинцовая чушка заставила сбросить скорость из-за повреждения ходовой.

Виктор бросился перезаряжать орудие. Кое-как разжав скрюченные пальца, он торопливо и неуклюже загнал следующий “патрон” в казенник. Полагаясь на какое-то наитие, маг чуть довернул орудие и вновь произвел выстрел.

В этот раз попадание пришлось в основание башни. Что внутри сдетонировало – его уже не волновало. Мужчина привалился к обломку стены. В голове все сильнее “шумело”. Близкий грохот однозначно не сказывался положительно на травме. Отдохнув буквально с полминуты, Виктор поковылял к Прайсу. Тот еще дышал, но тяжело и прерывисто.

– Пойдет, лейтенант, – Форланд собрал все силы и выдернул железку из тела солдата. – Внизу тебя подлатают.

Он подхватил товарища под руку и поковылял в сторону спуска с башни. Если бы маг смотрел в сторону фронта, то ничего не смог сделать. В этот самый момент два танка направили дула в сторону полуразрушенной огневой точки и тали синхронный залп. Часть стены обрушилась, а а орудие, чудом державшееся после прошлого попадания, с протяжным скрипом вырывающихся креплений, рухнуло вниз.

***

Пулеметы на главных воротах стреляли без остановки благодаря рунам на стволах, что удерживали оптимальную температуру, не допуская расплава. Теперь главной проблемой встало количество доступных боеприпасов, которых даже с учетом дубликации не хватало. Цинки пустели с бешенной скоростью. Левый фланг еще держался. Оттуда артиллерия продолжала огрызаться, стараясь выбивать пригнанные танки. А вот правый уничтожили несколько минут назад. Связь с парнями оттуда полностью отсутствовала, а команда медиков только выдвинулась.

Но главной проблемой оказалась даже не техника, а орды вооруженных упырей, вперемешку с инферналами. Прощальный подарок Майора оказался очень эффективным “мясом”. Сюда согнали всю созданную его прислужниками нежить и отдали последний приказ: во всем слушаться Волан-де-Морта. И на всю эту кодлу попросту не хватит освященных пуль. А ведь за ними должны пойти настоящие вампиры.

Из-за невозможности применения заклинаний в связи с опасностью ответного огня, в бой пошли зажигательные зелья, доставляемые обычной “Левиосой” прямо в скопления противника.

Ожившие мертвецы горели, но продолжали идти. Их плоть шкварчала на костях, отваливалась целыми кусками, обнажая органы, что решетились пулями, но пока мышцы ног или рук продолжали сокращаться, они приближались к позициям обороняющихся все ближе.

Но стоило противнику подойти на достаточное расстояние, в бой вступили волшебники, поливая врага боевыми заклинаниями из безопасных укрытий.

***

В Большом Зале стояла нервозная суета. Тяжелораненых, которых сюда приносили, начали эвакуировать в лазарет. Те, кто еще мог самостоятельно передвигаться, помогали с укреплениями, а легкораненые после перевязок и приема зелий тут же возвращались в строй.

Главной головной болью командования стоял вопрос с эвакуацией учеников. Если снять антитрансгрессионный барьер, то это создаст огромную брешь в обороне, что позволит врагу ударить в тылы. А если просто их увести на верхние этажи – они остануться в опасности. Так еще может повториться инцидент с предательством. Он может повториться непреднамеренно, ибо тут все же обычные подростки, которых легко запугать.

– Слушайте, я все понять не могу, а директор куда делся?

Голос, раздавшийся в со стороны преподавательского стола, привлек всех присутствующих, а после туда было направлено все оружие и волшебные палочки, ибо там восседал непонятный юнец в рубашке и шортах на подтяжках. А еще более странными оказались кошачьи уши на голове и хвост, вальяжно виляющий.

– Знакомый запах, – из толпы вышла Чисато, медленно постукивая сложенным веером по ладони. – И где прятался, котик?

– Да ну… Всю интригу попортила, лиса. Я уж надеялся тут представление устроить.

– Чешир, если ты не заметил, – Альбус появился из боковой двери, держа в руках объемный баул с боевыми артефактами, забранными из хранилища, – у нас тут война в самом разгаре.

Кот повернул голову на голос и его лицо вытянулось от неподдельного удивления.

– А-а-а… Эт-то… Дамблдор?! Но… я… ты… Я думал, что Чисато такое может провернуть только с Аяно!

– Пожалуйста, покороче. Скоро сюда ворвуться войска Пожирателей.

Чешир тяжело вздохнул и покачал головой.

– Нам надо поговорить. И без лишних ушей, – он спрыгнул с кресла.

– Тогда прошу за мной.

***

– У меня две новости: плохая и… какая-то, – произнес парень, попутно осматривая кубки в трофейной комнате. – Первая – Роулинг уже забрала Стоун и собирается встроить ее в новый “канон”.

– Как?! – удивилась Аяно, которую, как и Чисато, Чешир допустил в круг избранных к получению информации.

– Естественно, – он повернулся к японке, – я ее сюда и провел. Все-таки, это не основное тело, – хвост нервно задергался, а на лице проступило отвращение. – Если бы не тот безумный ученый, применивший для мутации мою шерсть, то черта с два удалось сюда пробиться. Так что пришлось выполнить задачу этого персонажа. Да и по другому попросту не удалось бы закончить конфликт. А вторая – Гарри пошел за ней следом. Если продержитесь до рассвета – победа за вами.

В помещении воцарилась тишина. Даже голосов живых портретов не было слышно – их всех попросили пока покинуть свои насиженные места. Альбус обдумывал полученные вводные. Почти пять часов выстоять под непрекращающейся атакой полубессмертной нечисти с поддержкой темных магов и магловской армии без защиты барьера…

– Бывало и хуже, – уже вслух произнес помолодевший директор, подытоживая мысли. – Осталось решить, что делать с детьми.

Он хитро посмотрел на Чешира. Тот дернул ухом и закатил глаза.

– Ну вот, весь сюрприз испортил… Выведу я твоих учеников за пределы всего этого безобразия. Есть тут в Тайной комнате один секретный ход…

Глава двадцать четвертая. Битва за Хогвартс. Разделяй и властвуй.

Фред находился в центральном холле, когда переднюю линию обороны начали продавливать, оттесняя осажденных ко внутреннему двору. Хоть и удалось проредить основную волну нежити, устраивая натуральный огненный ад, что даже в такой мороз стало жарко как летом, но эта тактика дала свои плоды. Шедшие следом живые практически не пострадали. Так еще и танк, прорвавшийся с правого, уничтоженного, фланга, подавлял сопротивление пулеметным огнем, готовясь по команде разнести ворота замка.

Парень выскользнул через боковую дверь и под прикрытием перил проскользнул в сторону магловской техники. Рыжий близнец чуль ли не в совершенстве знал эти, как и многие места, когда они с братом прикидывали, какие шалости устроить, как сбежать, да и претворяли эти планы в действие.

– Сейчас я тебе устрою, – зло прошипел Уизли, извлекая из подсумка склянку со смесью собственного производства.

Бросок, и в заднюю часть, где располагаются двигатели летит стеклянная емкость и со звоном разбивается о броню. Сначала могло показаться, что действие парня было бессмысленным, но спустя полминуты жидкость, что успела стечь через щели, начала густеть и расширяться. И чем дальше, тем быстрее и… страшнее происходил процесс. Сидевшие внутри люди слишком поздно заметили, когда тестоподобное вещество принялось заполнять небольшое пространство внутри машины. Ноги танкистов тутже увязли, не давая выпрыгнуть через люки. Находившиеся рядом недолго слышали крики ужаса и боли, стихшие, когда масса показалась из ствола, окончательно застывая.

Впоследствии пришлось резать переклинившие крышки, дабы изучить содержимое, но это все произошло сильно после, а сейчас рядом с парнем прилетела граната. Уизли вовремя успел ее заметить и нырнуть в укрытие, но мощность взрыва оказалась слишком большой, так что молодого человека откинуло в сторону, хорошенько приложив головой о камни.

Возвращение в мир живых сопровождалось сильным головокружением и тошнотой. Казалось, что маг куда-то проваливается. Застонав, Фред открыл глаза.

– О, живой, – голос брата, казалось, доносился будто из подвала. – Будешь знать, как в одиночку геройствовать

– Зато “Тестоклей” испытан в полевых условиях, – попытался пошутить “герой”, немного расслабившись.

На деле оказалось, что он никуда не падает, а его бренную тушку волокут в укрытие на дальнейшее лечение. Прикрытием этих оболтусов занимался их отец, держа “Протего Максима”.

– Джордж, быстрее, я долго не…

Артур лишь на секунду скосил глаза на сыновей, когда в щит влетело несколько заклинаний, окончательно его перегружая. И “Ступефай”, догнавший своих собратьев, не обнаружил никаких препятствий. Чары врезались мужчине в грудь, оглушая того и не давая восстановить защиту.

Вражеские стрелки, заметив легкую мишень, тут же открыли по ней огонь. Фред, еще не пришедший в себя до конца, будто в замедленной съемке увидел, как свинцовые кусочки прошивают шею и голову родителя, как следующий попадает в брата. Из района виска Джорджа брызнула кровь, но контуженый близнец не рассмотрел, откуда конкретно из-за неудобного угла обзора. То, что в ответ в противника прилетела “Бомбарда”, рыжего не заботило. Как и прибывшее подкрепление.

Перевернувшись на живот, парень подполз к брату. Тот еще дышал. Пуля, выпущенная вражеским стрелком, пропорола скулу и оторвала правое ухо. Один из бойцов вытащил из подсумка перевязочный пакет и пластырем приклеил марлевый тампон, чтобы раненый не истек кровью.

“И что мы теперь скажем мамке?” – билось в голове у Фреда, которого вместе с братом спешно эвакуировали с поля боя, оставляя тело старшего Уизли остывать во дворе Хогвартса.

***

Сколько длится час реального времени? На первый взгляд этот глупый вопрос не имеет ответа, но если посмотреть с точки зрения субъективного восприятия, контекст меняется кардинально. За интересным занятием, будь то книга или любимая работа, эти шестьдесят минут утекают слишком быстро, и кажется, что прошло всего ничего. Однако если приходится заниматься трудной, нудной или нервной работой, то стрелки часов двигаются слишком медленно.

Это в полной мере вкусили Драко, Джун и Гермиона, когда в составе группы снабжения доставляли из кабинета алхимии создаваемые там зелья и боеприпасы. Снейп вместе с алхимиками из аврората буквально на износ готовил смеси, что не требовали долгих манипуляций. И в основном ими были слабые кровоостанавливающие, зажигательные и токопроводящие зелья. Параллельно с этим маги производили патроны из оставшихся ресурсов, которые “таяли” на глазах.

Череда “взять-подняться-положить-спуститься” слились в непрерывный безумный цикл. Казалось, что этому не будет конца. Но все изменил случай. Оборона входа практиче пала, задавленная числом. Кое-где еще были слышны выстрелы, но первые противники уже влетели в холл, открывая огонь на поражение. Часть снабженцев погибла на месте, но большинство успело нырнуть в коридор под защиту начавших двигаться доспехов.

– Профессор, надо уходить, – Грейнджер, отправленная вперед, влетела в кабинет, сильно запыхавшись. – Враг уже в холле.

Северус поднял взгляд от кипящего котла. Лицо мага, как вообще всех здесь, осунулось, а под глазами проступили большие “мешки”. Сказывалось сильное магическое истощение, ведь в любое зелье требовалось влить ману, иначе их могли бы производить маглы в промышленных масштабах на своих фабриках.

– Всегда хотел попробовать смешать, – волшебник бросился к личному шкафчику, выуживая оттуда потрепанный учебник с кучей пометок на страницах.

– Проф… – начала было Гермиона, но тут же оказалась прерванной.

– Мисс Грейнджер, порошок из кости единорога и крылья писки. БЕГОМ!

Девушка от такого рявка тут же бросилась исполнять приказ, поглядывая на преподавателя. Тот в свою очередь бросал в чистый котел все новые и новые ингредиенты, которые вообще никак не должны были сочетаться. Получив недостающее, он сорвал с них крышки и погрузил емкости в противнопахнужее месево.

– Все, отходим к спальням Слизерина через мой кабинет, – кивнул мужчина, когда из коридора уже раздалось громыхание оружия и заклинаний.

***

Преследовавшие беглецов Пожиратели буквально кипели от ярости. Те под прикрытием магических големов умудрились неплохо проредить прикрытие из маглов и убить пару волшебников. Однако по мнению приспешников Темного Лорда те сами загнали себя в ловушку, ибо дальше слизеринская жилая зона практически не имела секретных ходов.

Вылетев из-за угла, преследователи увидели, как хлопнула дверь в кабинет алхимии. На лицах чародеев появились гадкие ухмылки. Повстанцы вовсе прижали себя к стенке, ибо кроме как в учительскую каморку там деваться больше некуда.

Но отправленные туда бойцы никого не обнаружили. Дверь же дальше оказалась то ли подперта с другой стороны, то ли запечатана чарами.

Один из зашедших магов принялся проверять проход дальше магией, в то время как остальные рассредоточились и начали осматривать помещение. Взгляд притягивал котел, под которым продолжало гореть пламя. Из него несло чем-то гниющим.

Ведший группу Долохов подошел к варящемуся алхимическому препарату. Когда он был буквально в шаге, медленно тонущие склянки с характерным “бульк” погрузились в смесь. Реакция алхимических реактивов оказалась подобна взрыву гранаты. Если бы та умела вместо распространения огня замораживать все в радиусе десятков метров, опуская окружающую температуру до минус ста пятидесяти по цельсию. Надо ли говорить, что этакое “купание” в Коците не пережил никто?

***

– Быстрее, на второй этаж! – Сириус буквально выдернул Рона из-под заклинания и присоединился к брату с Лонгботтомами в поддержании щитовых чар.

Уизли откатился за угол, где его уже ждали Джинни, Хитоши и Невилл. Их группа оказалась отсечена от холла с другой стороны относительно спуска в подземелье. Что сейчас с друзьями – непонятно, но узнать об этом можно, если они выживут в этой мясорубке.

Чуть позади, в занимаемом вражескими бойцами коридоре, работала Джена. Фея отскакивала от стен и потолка, будто гравитации не существовало вовсе, носясь среди нападавших подобно серебряной молнии, прикрывая отступление раненых. По этому маршруту как раз и вытаскивали изнеможенных, истекающих кровью людей. Рывок. Поворот. Рапира вонзается в горло с хирургической точностью, а после, оставляя кровавый шлейф, несется к следующему.

– Дженна, уходи!

Окрик раздается за несколько секунд, когда в помещение уже летят светошумовые гранаты вперемешку с зажигательными зельями, дабы остановить наступление. Девушка возвращается в свою истинную форму и пулей срывается к союзникам. Однако даже так она немного не успевает и вспышки слепят волшебное создание.

Пожиратель, высунувшийся чуть погодя, заметил легкую мишень и бросил ей вслед “Секо”. И казалось бы, что сейчас фею настигнет смерть, но наперерез чарам врывается огромная змея. Она принимает на себя опасную магию. Сотни порезов покрывают все ее тело и заставляют исчезнуть, а Хошино вскрикивает от боли отдачи и падает на пол. Такой урон по фамильяру не проходит для призывателя бесследно. Но это позволяет выиграть время Дженне, и та успевает сбежать. Самого же парня подхватывают друзья.

– Надо выиграть время! – Фрэнк утирает пот, льющийся буквально ручьем.

– И что ты предлагаешь? – Регулус выглядел не лучше, покрытый грязью и кровью.

– Так давайте взорвем тут все к чертям, – солдат-магл, у которого рука ниже локтя висела плетью, вытащил из-за пазухи несколько брусков С4.

– Годится. Сколько надо времени?

– Пара минут. Но надо как-то их прилепить к стенам.

– Это мы возьмем на себя, – кивнули маги.

Когда радиовзрыватели оказались вставлены во взрывчатку, волшебники применили в той липкие чары. Сириус под прикрытием остальных раскидал брикеты как попало и все рванули подальше от коридора. И стоило отойти на минимально безопасное расстояние, как там прогремела серия взрывов и послышался грохот обвалившихся камней.

– Знаешь, это куда эффективней “Бомбарды”, – устало ухмыльнулся Блэк, помогая идти раненому инженеру.

Глава двадцать пятая. Битва за Хогвартс. Столкновение чудовищ.

Быть везде и сразу – практически не реально. Даже в мире, где есть магия, лишь единицы обладали родовыми техниками, которые могли создать подобную иллюзию. Похожим пользовалась Гермиона в свое время, когда пыталась успеть на все занятия разом. Однако у такого заклинания имелось множество недостатков. В частности, необходимость поддерживать тела маны и концентрироваться для их прямого контроля. А чем дальше от заклинателя, тем больше требуется. Причем рост идет не в арифметической, а геометрической прогрессии. Хотя в рамках прямого боестолкновения как отвлекающий маневр – отличная способность.

Дамблдор сквозь зубы поминал всех демонов преисподней, уходя от очередного выпада клинком. Вампиры хоть и обладали магией и неплохо обращались с огнестрелом, но все же предпочитали работать холодным оружием. Все их красивые слова о чувстве жизни на острие меча и продолжении руки сводились к тому, что так проще добраться до противника, дабы укусить его. Кровососы не изменяли своим вековым привычкам и традициям ни на йоту.

Сражение проходило в Большом Зале, откуда удалось эвакуировать практически всех. Однако что происходит в других частях замка – неизвестно. Рация оказалась разбита в первые же минуты битвы. Ну, как разбита… Альбус вместе с молодостью вернул и старые привычки, так что увесистое устройство полетело в голову первому ворвавшемуся “зубастику” без каких-либо предисловий. А чтобы наверняка, вещичку придали ускорение магией. И на такое та оказалась попросту не рассчитана. Правда, противнику от этого легче не стало, когда из сломанной челюсти на пол полетело половина зубов.

– Я убью этого треклятого Чешира, – кошкой шипела черноволосая девица в обтягивающем комбинезоне, вооруженная парой пистолетов. – “Побудешь фамильяром у Гермионы… Отдохнешь от приключений… Мир стал адекватней, чем в книгах…” Да в каком месте? У меня что, судьба такая – воевать против всяких мутантов-волшебников-инопланетян? Так, если у вас тут есть супер-артефакт, ради которого надо самоубиться – то это точно без меня. Уже проходила через такое… Слева!

Голову прыгнувшему вампиру разнес выстрел из крупнокалиберного пистолета. Да так, что мозги полетели во все стороны. Второе попадание, уже в сердце, с гарантией упокоило кровососа. Их владелец, Алукард, откровенно веселился. За последнюю сотню лет чародей так качественно не отрывался, как сейчас, без оглядки на спецслужбы и мирное население, которое могло попасть под раздачу. К сожалению, пара его “монстров” не подходила обычным смертным, так что передать ствол Наташе “Сибирской” он не мог, но та неплохо справлялась и сама. Хоть убить не могла, ибо освященные патроны уже закончились, а новых пока достать негде, зато неплохо играла роль “саппорта”, обездвиживая противника меткими выстрелами по коленям и отвлекая внимание на себя.

Сам же Дамблдор сдерживал минимум десяток чистокровных “зубастиков”, что многое говорило о его силе и опыте. Пропустив лезвие над собой, выгнувшись всем телом, маг тут же поставил щит левой рукой, не используя палочки, дабы принять на него шестопер. Правда, ослабленный “Протего” такого обращения не оценил и со звоном рассыпался, но дал те немногие мгновения, которые позволили для применения “Экспеллиармуса”.

Пара вампиров, что стояла слишком близко друг к другу, оказалась в зоне действия чар и лишилась оружия. Конечно, в случае с этими существами такая потеря незначительна, ведь когти и клыки всегда при них, но так мужчина отвоевал еще несколько секунд, пока противник застыл в ступоре и заблокировал зоны атаки еще для трех, что намеревались нанести удары из-за спин товарищей.

Однако всему имелся конец. Особенно чаше терпения помолодевшего Альбуса, который в те годы не отличался смирением и всепрощением. Резко отскочив назад, он буквально из-под удара выдернул помощницу, что до недавнего щеголяла в виде милой киски, а после воздел палочку вверх и резко направил ту на врага.

Кончик концентратора начал набухать пронзительно красным цветом. Секунда – и на нем светился ярко алый шарик. Другая – пламя, словно живое, принялось вырываться наружу, сжигая все на своем пути. Попавшие под него вампиры вспыхивали как спички. Падая, они принялись кататься, вереща от нестерпимой боли, но в конце концов, огонь оставлял лишь кучки пепла, пожирая даже кости.

– Неплохо-неплохо, – похлопал Алукард. – “Адское пламя”?

– Оно самое, – маг припал на одно колено. Точечный контроль над этим заклинанием требовал много сил. В противном случае он бы попросту сжег всю школу, ибо чары имели свойство уничтожать все вокруг, пока не кончится влитая мана. Однако слабость оказалась мимолетной, так как Альбус уже целился в нового противника.

– Смотри, кто к нам пожаловал, – лицо древнего чародея выражало лишь расслабленность. – Алисия Дракула собственной персоной.

Вампирша с парой помощников осмотрели помещение, что покрыто следами сражения и ровным слоем пепла. Взгляд пробежал по молодому магу, от которого веяло силой, маглу, что держала их на прицеле и…

От последнего буквально разило родной кровью. Настолько, что наследнице клана показалось, будто тут стоит ее отец.

– Кто?.. Кто ты такой? – наконец совладала с голосом кровососка.

– А твой папаня ничего не рассказывал о родне? К примеру… – Алукард изобразил глубокую задумчивость, – о, знаю! О брате не говорил?

– Родственница? – кивнул в сторону опешивший Алисии Дамблдор.

– Племянница. Последняя. Остальные за эти столетия поумирали, вляпываясь во всякие авантюры… И, похоже, это ничему не учит последующие поколения.

– ДА КТО ТЫ ТАКОЙ?! – взревела Дракула, проявляя свои вампирские черты.

– Влад Цепеш, родной брат Кристиана Цепеша, основателя рода.

– Не может быть! – кровососка сдала назад. – В архивах сказано, что ты умер в застенках Инквизиции!

– Ошибочка вышла. Там я переродился в охотника на монстров, которые не могут сдержать свои инстинкты. Как видишь, братец после пары внушений смог перебороть себя, а вот как родитель – оказался никудышным, потому как научить деток уже не смог.

Вампиры бросились молча, не сговариваясь. Дистанция сократилась буквально за секунды, но этого оказалось слишком много, потому как один помощник успел получить пулю в сердце, а второй буквально налетел ртом на ствол пистолета. Выстрел – и в черепе появилась новая дырка для вентиляции улетевших мозгов. Сама же Алисия получила удар с ноги в грудь, отлетая к стене.

Алукард размеренным шагом направился к родственнице, не забыв про контрольные выстрелы по поверженным противникам. Причем сделал он это не глядя. Девушка попыталась встать, но ее вновь свалил пинок. И еще один. И следующий. Колдун фактически игрался с молодой вампиршей.

Когда же она, покрытая не успевающими зажить синяками вновь встала, держась за стенку и сверля противника взглядом ненависти, то тут же рухнула обратно: сдвоенный выстрел прострелил коленные чашечки… Хотя нет, буквально оторвал все, голени. Следующая пара пуль лишила ее рук ниже локтей. Когда же Цепеш приблизился к истекающему кровью обрубку, он сунул Алисии ствол в рот и им поднял тело так, что их глаза оказались на одном уровне.

– Нет! Госпожа! – пришедший в себя Ион, которого тут попросту бросили в уголке, попытался вскочить, но сделать это связанным оказалось невозможно.

Алукард скосил глаз на Опрю, а после приставил пистолет к груди. Нажатие на курок, – и тело рухнуло на пол под вой пленного вампира.

– Заткнись, сопляк, – отрезал чародей, сбрасывая опустевшие магазины и вставляя новые. – Жива она еще. И если хочешь, чтобы я не прострелил ей сердце, сиди тише травы. Нет, надо точно съездить к братцу, – устало добавил он вполголоса. – И вправить ему мозги.

***

На границе с Запретным Лесом, как ни странно, было тихо и спокойно, если отойти чуть в сторону от основных направлений нападения. Там, в относительной безопасности восседал мужчина в кожаной куртке и джинсах, что никак не подходили для морозной ночи, и покуривал трубку, прикрыв глаза и наслаждаясь грохотом и стрельбой.

– Отдыхаем, уважаемый? – мелодичный женский голос заставил его встрепенуться, дабы рассмотреть незнакомку, которой удалось незаметно подкрасться.

Но на удивление оказалось, что их – двое: первая – высокая золотоволосая девушка в откровенно надетом кимоно, помахивающая девятью невероятно пушистыми хвостами, вторая – черноволосая в костюме мико, держащая нагинату. Обе являлись японками.

– Готовлюсь, красавицы, – мужчина чуть сменил позу с расслабленной на собранную. – Фенрир Сивый, – отсалютовал он трубкой.

В это время Чисато и Аяно начали медленно окружать волки, что крупнее раза в полтора-два относительно обычных. Онмедзи и аякаши переглянулись.

– Наслышана. Правда, я думала, что для западных ликантропов нужно полнолуние для трансформации, – лисица выудила кисэру из рукава и прикурила от пальца.

– Верно, но один знакомый магловский профессор исправил это досадное недоразумение. Хех, сколько живу, не думал, что немаги смогут достичь таких высот и вмешаться в структуру моего благословения. Но довольно слов – друзья хотят покушать.

Волки, что окружили женщин, пришли в движение, бегая по кругу с разной скоростью и направлением, дабы запутать жертв и напасть в тот момент, когда те будут уязвимы. Вдруг двое кинулись с боков, а третий – со спины. Чисато развела руки, выпуская “Джаен” в морды первой пары, а последний получил в пасть лезвием глефы, буквально насаживаясь на оружие.

Но именно в этот момент в бой бросилась следующая тройка, заходя из слепой зоны. Аяно выпустила из рук оружие и уже теперь она поразила двойку противников, метнув в них талисманы, что при контакте создали высоковольный разряд, а Чисато поймала оставшегося волка за горло. Тот клацал зубами и царапал когтями, в бессильном приступе ярости пытаясь добраться до сладкой женской плоти. Аякаши посмотрела в глаза оборотню, но там не обнаружилось и крупицы разума. Так что кицунэ попросту сжала ладонь, убивая ликантропа. А после и вовсе швырнула в сторону кольца оцепления.

Видя несостоятельность изначальной тактики, Сивый шевельнул бровью. Волки разом прекратили круговые эволюции и рванули в сторону японок. Чисато тут же дернула к себе Хошино, прикрывая своим телом.

Стая полностью скрыла под собой противниц. Обезумевшие проклятые рычали и кусались. Но куча-мала вдруг странно дрогнула. А после и вовсе разлетелась во все стороны. Многие относительно нормально пережили такое, но кое-кому не повезло: неудачное приземление, удар о камень или дерево – и часть либо скулила от полученных переломов, либо и вовсе испустила дух.

В центре же всего этого безобразия стояла гигантская золотошерстая лисица, вольготно помахивавшая девятью хвостами. Онмедзи же преспокойно стояла у ее ног, не получив и царапины.

– Неплохо-неплохо, – похлопал ликантроп. – А теперь – моя очередь, – произнес он со злобой.

Тело мужчины неестественно выгнулось. Куртка, как и штаны начали трещать, обнажая бугрящиеся мышцы, что начали расти. Оборотень упал на руки, что начали трансформироваться в лапы. Тело покрывалось густой серебряной шерстью. Когда все прекратилось, напротив японок стоял исполинский, больше кицунэ, фенрир, потрескивающий пробегающими по шкуре разрядами молний. Вой, последовавший за этим, сотряс весь лес, заставив рухнуть снег с ближайших деревьев.

– Я вас сожру с потрохами, – прорычал волк.

Глава двадцать шестая. Битва за Хогвартс. Ямато.

Сшибка двух чудовищных зверей… не произошла, потому как лисица изящно пропустила несущуюся на нее тушу мимо себя. Японка привыкла решать проблебы более элегантными методами, не сводя все в противостояние силы. Которой, впрочем, у нее хватало. Однако растратить ее сейчас – значит лишить кого-то помощи в критически важный момент. Поэтому и затягивать нельзя.

Чисато подскочила к противнику и попыталась выбросить его “Шикучи” куда подальше, но на морде Фенрира проявилась ехидная ухмылка:

– Не выйдет, лиса. На нашей земле я куда сильнее, – прорычал он.

– М-да? – кицунэ отпрыгнула в сторону леса. – Тогда… догони!

***

В это время Аяно продолжала отбиваться от оборотней. Без вожака те хоть и несколько… хм… отупели, но продолжали все так же остервенело бросаться на онмедзи. Уйдя от очередного прыжка, она раскидала вокруг талисманы, возводя барьер, чтобы получить хотя бы несколько секунд передышки.

Наблюдая за беснующимися проклятыми, японке стало любопытно, что же такого с ними сотворили, что те стали будто дикими животными. Так еще и пребывали не в гуманоидной форме, а походили на натуральных волков. Однако пришлось себя срочно одергивать, ибо здесь и сейчас важно выживание. Любопытство можно утолить и после, в более спокойной обстановке, устроив полноценное вскрытие и экспертизу.

Вздохнув, женщина вновь осмотрела поле боя. Главной проблемой являлось количество противников. Нет, будь она по настоящему молода, а не просто накачана маной по самые брови, столько врагов не помешали бы Аяно, однако сейчас все же сказывается возраст и целая куча застарелых шрамов и проклятий. Так мало того – нужно срочно помочь Чисато. А для задуманного ритуала требовалось много энергии, что она попросту сейчас сожжет, если попытается накрыть всех врагов разом. Дилемма.

Вдруг на опушку леса выскочило чудовище: огромная трехголовая псина с не менее крупным всадником. По боку монстра тянулся чудовищный шрам. Однако Хошино улыбнулась при виде пришельцев, ибо косматую шевелюру Хагрида спутать было невозможно.

Волки накинулись на нового противника, но первый же получил заряд дроби в морду и отлетел без половины черепа. Второму повезло чуть больше: он лишился передней лапы. Но счастье длилось недолго: ближайшая голова Пушка схватила оборотня за холку и с силой сжала челюсти. Хруст костей оказался настолько отчетливо слышен, что долетел аж до онмедзи.

– Помощь нужна, профессор? – пробасил полувеликан, параллельно перезаряжая обрез.

– Не помешала бы. Только надо как можно скорее разобраться, а то Чисато в большой опасности.

Рубеус молча кивнул и направил своего скакуна к волшебнице. Проклятые же с опаской посматривали на церебра, но все же изначальный приказ заставил броситься на этого хищника.

Полувеликан не успел доехать несколько метров до Хошино, как вся свора решила атаковать одновременно. Пока одни отвлекали, пара волков атаковала из слепой зоны, сшибая лесника со спины трехголового пса. Все-таки весу в этих обращенных людях оказалось достаточно, чтобы, в совокупности со скоростью, создать достаточный импульс. Да и на цербере седла не наблюдалось.

Но на этом удача обращенных закончилась. Полувеликан взревел от ярости и врезал кулаком по волку. Тот отлетел под музыкальный хруст ребер. Другому же прилетел полумесяц изо льда, разрубая тушу пополам, а Аяно, скинувшая защиту, уже подбежала к леснику.

И первое, что сделал мужчина, когда волшебница оказалась в пределах досягаемости рук, – закинул ту на спину Пушка. Такой маневр не прошел бесследно: еще три оборотня смогли приблизиться и впиться в штаны Хагрида. Однако не просто так он тут был лесником и преподавателем “Ухода за магическими существами”. В силу специфики профессии, ему приходилось сталкиваться с куда более опасными тварями, так что его одежду прокусить не так легко. Зато целиться из обреза не надо, раз враг оказался настолько туп, что сам приблизился на такое расстояние.

***

Золотая лисица нырнула за очередной сугроб, уходя от разряда молнии, выпущенного Фенриром. “Игрой” в догонялки она занималась не просто так. В тот момент, когда финт с “Шикучи” провалился, до ее носа донесся знакомый запах: на помощь японцам явно выдвинулся Хагрид. С его поддержкой Аяно без проблем может разобраться с оборотнями, значит стоит увести их вожака подальше. Ну а после… Онмедзи точно что-нибудь придумает. А до этого надо тянуть время, как бы это не бесило девятихвостую. Все-таки здесь и сейчас она могла быть нужна в замке. А если с ее Патлатиком хоть что-то случиться…

“Он умный, – помотала головой аякаши. – Соберись…”

Но мысль не дал закончить мощный пучок электричества, который был куда сильнее предыдущих, моментально растопивший снег и расщепивший стволы попавших под него деревьев. Щепки, высушенные этим потоком плазмы, тут же загорелись. И на фоне начавшегося пожара еще искрящийся Фенрир казался инфернальным существом. Противник демонстрировал превосходство и вынуждал драться в полную силу, ведь “игра” его явно утомила. Шутка ли – носиться по лесу минут двадцать и ни разу не попасть по добыче.

Стоило кицунэ повернуться в сторону врага, как под ее лапами пролегла золотистая линия, по которой пробежала бязь замысловатых иероглифов. Потом еще одна. Следующая в стороне. Как и многие другие, что складывались в причудливый символ. Но их, как и многое другое аякаши не видела, но знала. Как и то, что в центре этой печати вырисовывается “Ямато”. А еще она была уверен в том, что по четырем сторонам света находится Аяно и ее клоны, что создают этот мощнейший барьер, а сама онмедзи тратит ману в бешеных темпах: свою и заемную. И к концу построения Хошино будет не сильнее обычной человеческой старушки. Но там ей поможет Хагрид. А здесь… Здесь пора заканчивать.

Сивый терял уверенность так же стремительно, как преображался мир вокруг. Снег таял быстрее, чем в жаркий июльский день. Подожженные деревья тухли и… исчезали, сменяясь на несвойственные этим местам виды. К примеру, откуда бы в Запретном Лесу взяться сакуре. Да еще и не одной, а более десятка, что кольцом окружили поляну. И как вишенка на торте – те зацвели нежным розовым цветом, осыпаясь красивыми лепестками.

Где-то вдали и в то же время буквально за спиной стал раздаваться бой барабанов и какого-то струнного инструмента. Из-за дерева, явно созданного магией, вышла противница, но внешний ее вид преобразился. Она вновь приняла человеческую форму. Однако вокруг ее контура тела струилась странная дымка, которая казалась не реальной, а нарисованной. На лице проступили красные полосы, создавая эффект лисьей мордочки. Хвосты же стояли торчком, а на их концах попарно, начиная с нижних, вспыхивали огоньки, что тоже будто рисовались крупной кистью и горевших ненормально, словно кто-то забыл добавить несколько кадров для плавности.

– Как же это, друзья?

Человек смотрит на вишни в цвету

А на поясе длинный меч! – голос кицунэ сочетал в себе звон и серебряного колокольчика, и холодной стали. – Скажи мне, гайдзин, как можно сражаться, когда вокруг такая красота, вместо того, чтобы наслаждаться саке, созерцая цветение сакуры?

– Ты!.. – прорычал Фенрир. – Что ты сделала?!

Разум оборотня захватывала ярость. Незнакомые запахи его злили. Непонятная магия выводила из себя. А больше всего в бешенство приводила эта японская нечисть.

– Как я и думала, – женщина устало вздохнула.

Сивый вновь повторил ту самую разрушительную атаку. Даже для чудовища такого калибра это было чревато, потому как это сильно нагружало мана-ядро, однако противница сейчас ощущалась на порядок сильнее чем он сам. И исходящая от аякаши мощь продолжала расти, когда загорелись шесть из девяти хвостов.

Поток плазмы устремился к Чисато. Однако лицо лисицы было максимально расслабленно. Даже больше – та достала любимую кисеру и закурила, принимая атаку врага на разложенный веер, так что электрическая вспышка оказалась разрезана надвое и попросу пронеслась мимо и устремилась куда-то вглубь нового леса.

Стоило появиться восьми огонькам, как вокруг поляны материализовались раскрытые японские двери, обитые бумагой, создавая арену, где с одной стороны находилась кицунэ, а с другой – Фенрир. И вот аякаши сделала шаг, а дверь за спиной оборотня с хлопком закрылась. Еще один - и следующая против часовой стрелки обозначила границу между ними внешним миром.

Сивый попытался было рвануть к еще открытому проходу, но наткнулся на призрачные руки, что потянулись к исполинскому волку. Но не это оказалось страшным, а то, что он увидел лица. Множество лиц тех, кого обратил или убил. И все они искажены болью и ненавистью. Во всех читалось желание убить того монстра, что с ними такое сотворил.

– Как посмотрю, ты знатно так покуражился за свою жизнь, – холодно произнесла женщина.

– Заткнись, тварь! – прорычал в ответ оборотень. – Сама чудовище, а читаешь мне тут нотации. Или будешь корчить из себя святошу?

– Несомненно, мои руки даже не по локоть в крови. И тоже убивала ради удовольствия. Но знаешь, пёсик, за все проведенные в этом мире столетия, такое у меня было три раза. И все три – месть за убийство дорогих мне людей. Так что гордись – ты станешь первым, кого я прибью с удовольствием, чтобы никто не пострадал.

Девятый хвост вспыхнул ровно в тот момент, когда последняя дверь с хлопком закрылась, а над поляной раздался возглас “Йо!”, произнесенный множеством голосов.

– Дай Джаен, – произнесла Чисато будничным голосом.

На кончике веера разгорелось ослепительно белое пламя, что сорвалось и понеслось в сторону волка. Тот попытался защититься, создав электрическую броню, но с тем же успехом он мог так закрыться от Солнца, находясь на его поверхности.

Огонь полностью заполонил всю поляну буквально на несколько секунд. Когда же он исчез, то из двоих находившихся там, стоять осталась лишь кицунэ, потягивая табак из кисэру. Фенрир попросту испарился, не оставив от себя и горстки пепла.

Закрытые двери начали раскрываться и исчезать одна за другой. Призраки, взиравшие на это, молча растворились. Да и в целом, лес стал возвращаться к изначальному виду, ведь действие чар пропадало. Аякаши же развернулась и побрела в сторону, где находилась отдыхающая от мощного заклинания Аяно и охранявшие ту Хагрид и Пушок.

Глава двадцать седьмая. Битва за Хогвартс. Финал.

Еще рабочие часы Хогвартса уже давно пробили восемь раз, когда раздраженный Темный Лорд ступил на порог школы. Атака стоила огромного количества людских ресурсов. Хотя что на маглов, что на сдохших бездарей из числа магов ему плевать. Жизни достойны только сильнейшие мира сего. Слабакам уготована роль рабов или удобрения. Но все же смерть некоторых сторонников могла потянуть за собой ряд проблем. Да и пропажа Монтаны с его командой, а также Петтигрю вызывала вопросы.

Однако здесь и сейчас все же стоило сосредоточиться на текущем сражении. Проблема заключалась в том, что при всех потерях, мятежники продолжали приносить целую кучу проблем. В частности, его войска не могли пробиться выше третьего этажа и в спальни Слизерина. Вот с последних и решил начать темный маг.

Спуск вызвал приступ легкой ностальгии, несмотря на закопченные и поврежденные стены. Два последних активных магических доспеха с легкостью разлетелись в стороны от банального удара. Реддл буквально наслаждался новым телом. Хоть пока еще с ним осваиваться и осваиваться, а еще чувствительность кожи куда хуже живой плоти, но практически полное бессмертие перекрывало все минусы.

Проходя мимо кабинета зельеварения, волшебник ощутил пронизывающий до костей холод. Любопытство взыграло и Том взялся за ручку. Ладонь моментально примерзла. Пришлось повозиться, оставив часть плоти на металле, оголяя стальной скелет.

– Как интересно… БОМБАРДА!

Дверь разлетелась на щепки, и магам предстала ужасающая картина: весь кабинет изнутри был покрыт льдом, а люди, находившиеся там, превратились в изваяния из застывшей плоти. И в центре всего этого безобразия находился котел, из которого струился сизый туман.

– Поразительно… – в голосе Волан-де-Морта проскользнули нотки восхищения. – Снейп превзошел себя. Жаль будет потерять такой ценный кадр… По крайней мере пока он не отдаст рецепт.

Дальше стоило направиться ко входу в спальни, но маг свернул в неприметный закуток. Этим проходом он пользовался еще во времена своей молодости. И судя по слою пыли, что тогда, что последние годы им никто не пользовался. Коснувшись палочкой до кирпичей в определенном порядке, часть стены отошла в сторону.

– Так-так… И куда скатился Слизерин, пуская к себе всяких грязнокровок и маглов? – обманчиво спокойно произнес Лорд.

Маги тут же нацелили палочки, а обычные люди – оружие, но расклад оказался не в их пользу. Противников прибыло куда больше обороняющихся.

– ОРУЖИЕ НА ПОЛ! БЕЗ РЕЗКИХ ДВИЖЕНИЙ!

Защитников скрутили и предоставили пред очами Темного Лорда. Он вальяжно прошелся перед строем.

– Северус-Северус… У тебя был шанс, но ты его потерял. Но смерть тебе все же пока не грозит – твои знания мне еще пригодятся. А вот насчет остальных… Тащите во двор. Будем выкуривать засевших тут крыс.

***

Дамблдора охватило неприятное чувство. До рассвета оставалось минут двадцать, а там, возможно, прибудет обещанное подкрепление. Магия Чисато еще наполняла его тело, но та потихоньку ослабевала. Все-таки, мана едва подходила и расходовалась нерационально.

– ЗАЩИТНИКИ ХОГВАРТСА! – голос Реддла раздался неожиданно. – Я БЫЛ ВЕЛИКОДУШЕН, ДАВАЯ ВАМ ШАНС ПРИСЯГНУТЬ МНЕ, ОДНАКО ВЫ ЕГО ПРОИГНОРИРОВАЛИ. НО Я ВСЕ ЖЕ ВЕЛИКИЙ ЛОРД, ТАК ЧТО ЕСЛИ ВЫ СЕЙЧАС СПУСТИТЕСЬ, ТО, МОЖЕТ БЫТЬ, ПРИМУ КАПИТУЛЯЦИЮ. А ЧТОБЫ ДУМАЛОСЬ ЛУЧШЕ – У МЕНЯ В РУКАХ ВАШИ ТОВАРИЩИ. У ВАС ПЯТЬ МИНУТ.

Ультиматум свалился как снег на голову. Старый маг тяжело вздохнул. Случилось то, чего он боялся больше всего – враг взял заложников.

– Черт, – Баркли врезал по стене. – Альбус, ты уверен, что с рассветом у нас будет подкрепление?

– Чешир хоть и не договаривал, но никогда не врал. Вот только… – волшебник скривился.

– Заложники.

Исходя из логики им не стоило реагировать на требования противника. Стоило тянуть время. И будь Дамблдор в том возрасте, на который выглядел, то так и поступил бы.

– Спускаемся, – решение далось одновременно сложно и… легко. Сегодня они потеряли слишком много товарищей. И позволить погибнуть кому-то еще маг не мог. Только не так. И пусть даже ценой своей жизни, Альбус решил спасти как можно больше.

***

Реддл наблюдал, как те, кто защищал школу, наполняют двор. Все так, как Лорд и представлял: остатки сил Сопротивления повержены. Осталась самая малость – убить Поттера. И в этот раз ему ничто не помешает. Но вот, людской поток становился слабее, а мальчишки все не наблюдалось. Он даже увидел созданного из его крестража демона.

– Где он? Где Поттер? – прошипел Волан-де-Морт. – Куда вы его спрятали?

– Гарри сражается там, где ты его не сможешь достать, – выкрикнула из строя незнакомая магу азиатка. – А когда он вернется, думая, не сильно обидится, если найдет твой труп!

– Нет-нет-нет…

Все не так. Эта минута триумфа не должна провалиться. Он обязан убить мальчишку из пророчества, иначе… Иначе… А что иначе? Ведь теперь Том имел бессмертное тело, а значит Поттер не сможет ничего сделать. Так что теперь можно спокойно уничтожить остатки сопротивления и… Нет. Это все ложь. Реддл почему-то стал уверен, что стоит поднять палочку, как сопляк тут же появится и бросится в бой. А раз так, то стоит немного поиграть с его друзьями.

Волан-де-Морт поднял глаза и обвел строй, всматриваясь в лица. За прошедшие месяцы Тень описала каждого из близких Поттера, да и разведка предоставила фотографии. Кстати, а ведь трое уже были в его руках. Только тогда он не придал этому значение.

– Ха… Ха-ха-ха… АХАХАХАХА! – смех, вырвавшийся из искусственной глотки, царапал слух холодом и металлом. – Ты, ты и ты, – он поочередно ткнул во всех родных и друзей Гарри, – из строя. ЖИВО!

В импровизированный круг, где уже стоял Темный Лорд, вышли Рон, Фред, Джордж, Гермиона, Джинни, Джена, Джун, Хитоши, Невилл, Драко и Себастиан. Кто-то был ранен, почти все валились с ног от усталости. Но в глазах еще горел огонь жизни и ненависти к Реддлу. Тот же прошелся взглядом по подросткам, слегка скривясь от молодой копии себя.

– У вас был шанс выжить, окажись Поттер тут. Тогда лишь его голова полетела бы на землю. Так что вместо него я убью вас, – маг надменно смотрел на юнцов. – Но я все же великодушен и позволю защищаться во время казни.

– Том, – Альбус рванул вперед. – Я не позволю…

Волан-де-Морт бросил под ноги склянку с жидкой тьмой. Стоило стеклу разбиться, как жуткая магия заполонила пространство, отсекая мага и его жертв от окружения барьером, похожим на тот, что накрыл всю Англию.

– Не знаю как ты помолодел, Дамблдор, но я никому не позволю помешать. Ну а теперь, Авада…

Но маг не успел закончить заклинание, как ему пришлось ловить рукой рапиру. Джена, сорвавшаяся с места, пересекла разделяющее расстояние за мгновенье, целясь в сердце. И лишь спустя секунду ее догнали Джинни, обратившаяся в свою чудовищную форму, и Себастиан. Реддл же уклонился от пылающих ладоней последнего, но попал под когти младшей Уизли.

Лезвия черканули по скуле, срезая лоскут кожи. Под ним вместо кости обнаружился металл. Это шокировало рассредаточившихся волшебников.

– Что же ты за тварь такая? – ошеломленно произнесла Джун.

Но времени на выяснение этого сокровенного вопроса у молодых людей попросту не было. Зато желания жить – более чем. Так что в темного мага полетела уйма заклинаний. Но хуже всего то, что он практически не защищался. Магия срывала плоть, обнажая стальной скелет, но Реддлу было все нипочем. Он наслаждался проступающим на их лицах ужасом. Даже убивать их здесь и сейчас расхотелось. А вот посмаковать это приятное чувство – более чем.

Взмах палочки – и близнецы Уизли отлетели к барьеру, врезавшись в тот. Удар левой рукой наотмашь же отправил фамильяра их сестры в нокаут. Распробованная физическая мощь попросту пленила. Реддл и раньше знал, что тот сумасшедший ученый создал ему тело, превосходящее человеческое, однако сейчас он вкусил его по полной.

Но эйфория резко отступила, когда Малфой-младший призвал змею и та тонкой, но мощной струей воды выбила палочку, срезав два пальца начисто. Концентратор улетел в сторону Хитоши. Японец, не мудрствуя лукаво, наступил на него. Сухой треск обозначил кончину творения Олливандера из тиса и пера феникса.

От такой наглости Волан-де-Морт взревел и бросился к Хошино. Маг схватил юнца за горло и поднял над землей, начав душить жертву. Медленно, но верно, вкушая страх. Джинни кинулась спасать возлюбленного, кромсая плоть врага когтями, но отлетела от одного удара.

– Нет-нет-нет… Не смей…

Маска-лицо девушки начала все сильнее раскаляться, трескаясь под напором маны. Все тело принялось светиться. Именно это и отвлекло Лорда, позволив мизучи Драко вновь ударить “водным резаком”. Попадание пришлось в локтевой сустав, которое хоть и не перебило оный, но что-то нарушило в системе, заставляя разжать ладонь. Парень рухнул на землю, кашляя и пытаясь отдышаться.

Трансформация младшей Уизли же закончилась. На место ужасающих клинков пришли изящные пальчики, оканчивающиеся цепкими коготками. Из серебристых волос проступили пара милых ушек. И из за спины торчал пушистый лисий хвост. Однако внешний вид мало волновал Джинни. Она направила на врага указательный палец и произнесла:

– Джаен!

Скопившаяся мана вырвалась в виде огромного огненного шара, что буквально охватил фигуру Реддла. Внутренние системы охлаждения взвыли, защищая живые органы, упрятанные под стальную оболочку. Но вот остатки кожи вспыхнули. Попавшие в ловушку молодые маги почуяли запах горелой плоти.

И даже так Том выстоял. Его докрасна раскаленный металлический скелет продолжал функционировать.

– Получилось… Я заполучил бессмертие! – тело темного мага начало трястись от смеха.

– А сопромат считает иначе. Агуаменти!

Рон окатил Волан-де-Морта водой, резко охлаждая того. По началу Лорд не понял, зачем, но прилетевший в него простой “Ступефай” от Фреда заставил рухнуть на колено. Посмотрев вниз, он обнаружил, что нога лежала рядом. Да и само тело начало покрываться сетью трещин от каждого движения.

Пришедший в себя Себастиан подошел к своему изначальному оригиналу. Том-нынешний и Том-из-прошлого посмотрели друг-другу в глаза. Казалось, что кто-то из них сейчас скажет… хоть что-нибудь. Но ставший фамильяром Реддл просто покачал головой и ударом ноги разбил механическое тело своего оригинала.

Однако даже так темный маг еще не умер. Емкости с сердцем и мозгом, соединенные воедино, были еще целы и продолжали поддерживать жизнь. Невилл подошел и поднял кусок руки поверженного. Взмах палочки и она трансфигурировалась в меч, подозрительно похожий на оружие Годрика Гриффиндора.

– Сверши свою месть, – парень протянул клинок Гермионе.

– А как же Гарри?

– Тебе нужнее. А он, – парень посмотрел в сторону замка, – явно разобрался со своей.

Девушка приняла оружие. Она подошла к емкости с плавающим в ней мозгом. Еще действующая камера передавала зрительную информацию Реддлу, чья жизнь висела на волоске. К склянке с сердцем же подошла Джинни. Грейнджер вспомнила родителей. Те улыбались, когда юная волшебница прощалась с ними, отправляя, как ей казалось, в безопасное место.

Лицо Гермионы застыло, подобно маске. Кивнув друг другу, девицы оборвали жизнь темного мага. В этот раз – навсегда.

Отпустив рукоять воткнутого в землю меча, волшебница села и расплакалась.

– Почему?.. Почему мне до сих пор больно?

Рон подошел к ней и обнял, позволяя уткнуться носом в грудь.

– К сожалению, сразу ничего не пройдет, – произнес Невилл. – Но теперь ты сможешь двигаться дальше.

***

Первые лучи рассвета осветили рассыпающийся барьер тьмы. Перед сторонами конфликта предстали поверженный Темный Лорд и те, кто его сокрушили. И Орден, и Пожиратели застыли в ступоре. Но прошла секунда, две… Маги и маглы с обеих фракций начали наставлять друг на друга оружие. Однако их прервали хлопки трансгресии. На поле боя появилась третья сторона, состоящая из русских, китайцев и индийцев, превосходящая по численности всех сражавшихся.

– ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ! РАБОТАЕТ МИРОТВОРЧЕСКОЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ ЕВРАЗИЙСКОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ!

Уставшие от длительного боя люди просто не нашли сил сопротивляться.

– Вот кто мне скажет, – вперед вышел крупный сибиряк, – почему вечно в Европе зарождается очередной чудик с манией величия, а разгребать весь этот бардак приходится простому русскому мужику?

– Все просто, Волков-сан. Такова судьба Хранителей Мира.

Уставшая Аяно приехала на цербере, ведомом Хагридом и Чисато. Советский маг устало вздохнул, но ответить не успел.

– Как вы смеете встревать во внутренний конфликт? – один из Пожирателей вышел вперед.

– Ваш “конфликт” вылился в полное нарушение Статута. Это раз, – голос Волкова наполнился холодом сибирских морозов. – И два: согласно Женевской конвенции страны, подписавшие соглашение обязаны давить нацизм в любом его проявлении.

– Тогда стоит пригласить на переговоры госпожу Тетчер, – Альбус устало потер переносицу. – и скорее всего мы будем просить помощи у союзников для урегулирования конфликта.

– Дамблдор?! – маг удивленно посмотрел на помолодевшего коллегу.

– Все потом. А сейчас…

Из башни Хогвартса, где находилась гостиная Гриффиндора, потек густой поток маны. Знакомой маны.

– Гарри! – Джена воскликнула от удивления, ибо в этой магии чувствовалась кровь и смерть.

Ни о чем не думая, фея отрастила крылья и бросилась туда, где умирал ее возлюбленный.

Глава двадцать восьмая. О людях и судьбах.

Поттер поднимался по лестнице. Этим маршрутом он ходил до гостиной уже четыре года. Срок вроде бы немалый, но еще меньший перерыв в несколько месяцев казался огромным. Будто здесь был столетие назад. Знакомая исчезающая ступень. Привычные, хоть и пустые картины – их обитатели отправились на передовую, дабы помогать хотя бы передачей информации.

Шаг. Другой. Спустя сотни пред парнем предстал огромный портрет Полной Дамы. Изображенная на ней женщина никуда не делась.

– Здравствуй, Гарри. Она ждет тебя внутри.

Рама повернулась на петлях, открывая проход, не поясняя, кто же эта “она”. Но парня это не остановило и тот смело шагнул вперед.

Гостиная тоже всколыхнула чувство ностальгии. Уютные кресла и диванчик, что стояли рядом с камином. Сколько он на них сидел, делая домашнее задание или размышляя о будущем, смотря на огонь? Встряхнув головой, маг отогнал накатившую меланхолию и присмотрелся.

На диване полулежали домовик и фей, отец Джены, почему-то одетый в форму Гриффиндора. Судя по виду, те были либо без сознания, либо крепко спали. На дальнем же кресле сидела связанная девушка. Лилиан Стоун.

– Вот ты и пришел, мой дорогой, – раздалось из-за спинки ближайшего сиденья. – Но ты опоздал.

Тень, Джоан Роулинг, поднималась нарочито медленно, будто с ленцой. Женщину не волновала направленная в ее сторону палочка.

– Сегодня все закончится, – продолжило Божество. – И начнется вновь, с новыми героями и злодеями. Этот мир, из которого меня изгнали собственные фанаты… Мир, бросивший меня, отказавшийся от меня… Все должно быть уничтожено.

За спиной женщины разверзся провал в черноту, который, впрочем, тут же сменился изображением гигантского механизма, состоящего из тысяч и тысяч шестеренок, покрытых тьмой. Она сделала шаг назад и портал захлопнулся, унося Джоан вместе с Лили вглубь этой реальности, к “канону”. Гарри попросту не успел ничего сделать.

– Ксо… КСО-КСО-КСО! – парень врезал кулаком по косяку. – Опоздали. Хари, сможешь открыть проход?

– Да. Но ты же понимаешь, что твое ядро не выдержит? – Мать тысячи игл появилась из тени.

– Плевать. У нас нет другого пути. Или мы идем, или мы умрем. Третьего не дано.

– Этим ты мне напоминаешь Сеймея, – устало вздохнула аякаши. – А с этими что делать будем? – она кивнула в сторону спящих.

– Пускай дальше отдыхают. Сомневаюсь, что сюда сможет хоть кто-то войти. И вряд ли в ближайшее время они придут в себя.

Сколопендра подошла к месту, где только что был прокол пространства. Отбросив в сторону мешающие кресло и стол, она присела на корточки и положила руки на пол. От ладоней потянулся мрак, на котором засветились письмена.

Гарри схватился за грудь. Казалось, кто-то воткнул раскаленный штырь прямо в сердце и принялся медленно проворачивать. Парень отчетливо слышал треск ядра, что еще не сформировалось для таких сложных манипуляций. Но даже так он не имел права отступить. Пророчество, сказанное более полутора десятка лет назад обязано сбыться. Вот только тогда оно явно было понято превратно.

«Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного... рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного, родится на исходе седьмого месяца...»

Если на первый взгляд тут говориться о Реддле, то после пришествия Тени в этот мир, становится понятно, о ком речь. Божество, что следило за всем с самого начала, что исказило законы этого мира, обязано уйти и не мешать. А еще – месть обязана свершиться.

– Готово, – голос Хари заставил Гарри вынырнуть из потока мыслей.

Парень ничего не ответил, лишь коротко кивнул и совершил шаг в пустоту за горизонт событий.

***

Огромная каменная площадь, висевшая в бесконечном ничто отделяла мага и его фамильяра от механизма, у которого уже расположилась Роулинг со связанной Стоун. Вот только у Тени что-то не получалось. И выражала она это нескончаемым потоком брани.

– Ты!.. – женщина развернулась к волшебнику. – Как ты смог?..

Парень не понял о чем речь.

– Но это уже не важно. Я просто убью тебя и смогу вновь взять под контроль этот мир.

Гарри сделал шаг, как Джоан взмахнула рукой. Все неожиданно погрузилось во тьму. Но спустя несколько мгновений начали загораться факелы, выхватывая на свет стены. Очень знакомые стены. Как и появившееся помещение с ростовым зеркалом по центру, на верхней части которого гордо красовалось “Еиналеж”. А еще мужчину в тюрбане, что смотрел в его зеркальную гладь.

– Профессор Квиррелл?

Но не успел Поттер удивиться, как суставы учителя с хрустом начали выворачиваться. Ткань головного убора соскользнула, обнажая уродливое лицо. Лорд Волан-де-Морт.

– Гарри… – его голос, слабы, с придыханием, звучал, будто царапали гвоздем по стеклу. – Отдай мне Камень… И я верну тебе родителей…

Парень вскинул палочку, но тут же рванул в сторону, уклоняясь от зеленой вспышки. Однако самое страшное оказалось в другом: ответные чары не возымели никакого воздействия. Как и Хари не могла к нему приблизится. Вокруг противника имелся какой-то непонятный барьер.

Выдернув талисман, юноша начал зачитывать заклинание. “Цветение семи сакур”, одно из мощнейших в арсенале парня, рассчитано на изгнание зла. И Гарри надеялся, что эта атака подействует, ибо и маны она вытягивает прилично. А в его случае еще и сильнее напряжет ядро.

Пока аякаши отвлекала противника, Поттер закончил приготовления и выхватил из тени лук и стрелу. Прицепив к острию бумажный прямоугольник, он натянул тетиву и прицелился. Щелчок, и снаряд со свистом устремился к Квирреллу-Реддлу, прошивая тело и буквально пришпиливая того к зеркалу, как бы абсурдно это не звучало.

Талисман засветился и распался на мириады лепестков сакуры. Повинуясь неощутимому ветру, они закружились вокруг врага. Сначала слабо, но с каждой секундой разгоняясь все быстрее, превращаясь в натуральный смерч. А потом один за другим начали вспыхивать, сжигая все, что попало вовнутрь святым пламенем.

Когда же догорел последний листок, все было кончено. Не осталось даже пепла. Парень рухнул на колено от нестерпимой боли под отчетливо слышимый треск ядра. Но вместе с этим начал расти контроль над вытекающей из него маной. Просто потому что ее не надо черпать изнутри, а просто брать из воздуха.

Стоило стенам испариться, как Гарри заметил появление пары новых платформ слева и справа. И на них кто-то был. Но в непроглядной тьме виден лишь свет, отраженный от десятков небольших круглых стекол. А после все померкло вновь, сменив новыми декорациями.

Снова место оказалось знакомым: пещера с узким мостом, окруженным водой, а в конце огромный барельеф с открытым ртом. И из него выползает василиск.

Однако в этот раз змея не успела покинуть свое вместилище, как вдруг на нее налетела огромная сколопендра и принялась рвать жвалами и острыми лапками плоть, шипя о том, что ее все достало.

В стороны летели ошметки плоти и органы, но они не долетали до поверхности, исчезая в странном сиянии. Поттер присел на пол, переводя дух и перебирая талисманы. То, что это не последний бой – чувствовал всеми фибрами души.

И предчувствие его не обмануло. Стоило раствориться скелету, как вокруг раскинулась чаща Запретного Леса. Неестественный туман, опустившийся на него, пробирал до костей. И из этой млечной завесы стали выползать дементоры.

– Экспекто Патронум! – Гарри призвал серебряного оленя, дабы тот отгонял тварей, а сам принялся готовиться к ритуалу “Восьми Врат Луны”.

Напитав талисманы маной, он передал их Хари, дабы та раскидала в определенных точках, чтобы создать магический круг…

***

Наблюдавшие за магов неизвестные, коих все прибывало и прибывало, активно перешептывались.

– Какое интересное заклинание, – произнес один, поправляя висевший через плечо автомат Калашникова. – Кто-нибудь разбирается в восточной магии? А то я больше по… хех… огнестрельной.

– “Восемь Врат”, – ответила фигура в кимоно.

Вот только голоса что первого, что второго были идентичными.

– И?

– Тоже самое, что и “Патронус”, – устало ответил разбирающийся в вопросе. – Только в отличие от него не концентрирует ману, а распределяет по площади… Хм… Интересно. А у меня плетение по другому строилось… Надо запомнить.

– Ха, нашел время заниматься изучением. Смотри, Роулинг подкинула ему следующего “босса”.

***

Гарри очутился на кладбище. И вновь знакомое место. Особенно огромный котел, в котором в конце прошлого учебного года возродился Волан-де-Морт. Только тогда парень не мог ничем ответить. А сейчас, казалось, судьба дала ему второй шанс.

– Хари, не мешай. Он – мой.

Глаза Поттера вспыхнули от выплескивающейся магии. Оболочка ядра становилась все тоньше и тоньше. Палочка от вливаемой маны начала трескаться. Творение Олливандера начало давать сбои и пропускать энергию. Но это оказалось неважно для парня, что шел к своей цели.

– Авада Кедавра!

– Экспеллиармус! – Гарри почему-то показалось, что стоило применить именно это заклинание.

И он не прогадал. Два потока магической энергии столкнулись и соединились в единую изгибающуюся линию. Примерно посередине стал набухать сгусток жуткой маны. Реддл попытался протолкнуть его в сторону юноши, но попросту не смог. Эта жалкая подделка оказалась слабее. Стоило сфере достигнуть врага, как тело Тома расщепилось на атомы.

Когда же Гарри вновь вернулся на ту самую платформу, то помимо увеличения числа зрителей, смог разглядеть и их фигуры. Все они были примерно одного роста и телосложения, однако новая локация помешала проанализировать увиденное.

Теперь парень попал в Министерство Магии. Куда точно – непонятно. Однако теперь его окружала толпа Пожирателей Смерти. Как те, кого он уже видел ранее, так и новые лица. Как сюда затесался Малфой-старший – решительно непонятно, но все не имело значения.

Он поднял палочку, но от первого же заклинания та разлетелась на щепки. Концентратор достиг своего предела. Вздохнув, юноша достал катану и бросился в бой…

***

– Кого-то он мне напоминает, – произнесено это было с ехидством.

Тот, к кому была обращена фраза, сидел на краю платформы, держа на коленях японским меч длиной во весь свой рост. И каждый раз, когда он слегка доставал клинок и тут же убирал его в ножны, обрывалась чья-то жизнь на поле боя. Мечник желал попасть туда. Перебить всех этих тварей, что когда-то отняли у него близкого человека. Но это было личное сражение Гарри, в то время как все здесь присутствующие – лишь наблюдатели.

***

Новая сцена представила волшебнику неизвестное место. Маленький островок посреди черного озера, на дне которого рядами лежали белеющие трупы. Стоило сделать шаг, чтобы рассмотреть получше, как ближайшие шевельнулись.

Из воды рванули десятки инферналов. Хари окружила Гарри своим телом, создав импровизированный бруствер. Из-за него маг принялся стрелять из лука, прикрепляя к каждой стреле талисман с печатью сожжения. Это был один из самых эффективных способов борьбы с нежитью. Все, кто прорывался слишком близко, погибали от лап аякаши.

Этого места и боя парень не узнавал. Но что-то подсказывало, что видел события, коими должен был закончиться следующий год.

Однако даже орда немертвых не смогла что-то противопоставить обороняющимся. Если честно, Хари могла их раскатать в блин и одно, да вот отойти от подопечного не решалась. Его ядро практически потеряло стабильность.

Когда же последнее умертвие упало, мальчик все же смог разглядеть наблюдавших. Сотни, нет тысячи Поттеров взирали на его бой. Они все различались одеждой и оружием. Кто-то даже имел при себе магловский огнестрел. Иные предпочитали держать надежную сталь. Мантии, военные формы, рыцарские доспехи, футуристичная броня… Но все имели общую черту: взгляд, что согревал и поддерживал. И казалось, что каждый говорил: “Осталось еще немного… Последний бой…”

Возможно, так и было, ведь теперь юноша стоял во дворе Хогвартса. Вокруг него расположились ученики вперемешку со взрослыми магами с одной стороны и Пожиратели с другой. Но выглядели они как куклы, поставленные тут лишь для фона. Враг же, стоящий напротив, приковывал взгляд сильнее, чем окружение. И вызывал ненависть. Том Марволо Реддл собственной персоной.

Темный Лорд взмахнул палочкой, посылая заклинание смерти… Но поток энергии был буквально сметен мощным выбросом маны. Ядро с противным хрустом разлетелось на осколки. Теперь магия ничем не сдерживалась и выплескивалась наружу. Буквально на какие-то секунды Гарри стал самым сильным волшебником в мире.

Собрав потоки волшебства, он материализовал их в тысячи талисманов. Те закружились вокруг юноши, а после устремились к врагу, разрывая Реддла на куски. Поттер с упоением наблюдал, как с костей слезает плоть, как органы рассыпаются в прах, а после скелет оседает и сгорает от наложенного заклинания.

Стоило же последней капле маны вытечь из организма, как тело Гарри начало наливаться тяжестью. Хотелось рухнуть и не двигаться. Но оставался еще один враг, что предстал перед ним. Несмотря на все ухищрения и насылаемые иллюзии, Тень не смогла остановить Героя, созданного ею самой.

– Не подходи! – воскликнула женщина, пятясь назад, пока мальчишка медленно, шаг за шагом к ней приближался.

Она уперлась спиной в огромную колбу, внутри которой в мутной жидкости плавали скелет и подозрительно знакомые круглые очки.

– За каждым деянием следует расплата, – сурово произнес гриффиндорец и пронзил сердце Тени клинком с насаженным талисманом.

Заклинание, запитанное маной Хари, активировалось. Тело женщины начало распадаться, изгоняемые из этого мира. Бог умер.

***

Джоанна резко вскочила на постели, покрытая липким холодным потом.

– Ну и присниться же… – прошептала она.

Остатки сновидения осыпались будто осколки разбитого стекла. Они уже утратили яркость, но женщине казалось, что все происходило будто наяву. Потерев глаза, Роулинг все же встала и направилась на кухню, приготовить кофе.

Попивая ароматный напиток, писательница взяла смартфон и принялась листать ленту новостей. Как обычно, ей попадалась информация о грядущем сериале. И почему-то апатия, что терзала последние годы, куда-то улетучилась, сменившись гневом, пока рассматривала одобренный актерский состав.

– Так, а может пора напомнить кому-то оборзевшему, что не стоит коверкать историю, особенно после того, что я там понаписывала?..

***

Гарри не рухнул на пол лишь по причине поддержки аякаши.

– Все закончилось? – просипел парень.

– Почти, – произнес Гарри-с-катаной-но-без-очков.

Он ловко спрыгнул с висящей платформы. Стоявший рядом с ним другой Гарри осел странным серым песком, а после собрался вновь уже внизу.

– Осталось решить, что делать с каноном. Ты можешь переписать историю, заменив Героя на нового, – “песчаный” Гарри кивнул в сторону лежащей без сознания Стоун.

– Либо стать ее ядром сам, – произнес Гарри-без-очков, деловито срезав путы с девушки.

– Ну а что бы вы сами выбрали, – усмехнулся Гарри-уже-без-магии.

– Еще спрашиваешь, – ответили Поттеры в унисон.

Парень поднял катану и молча рубанул по емкости.

***

Странный грохот разбудил одиннадцатилетнего мальчика. Казалось, что кто-то прыгает потолку. Вскрик юнца привлек его мать, что тут же заглянула в комнату.

– Мама… – он разревелся и подбежал к женщине. – Те-ебя ведь не-е-е… убил злой маг? Я видел… Там…

– Тише-тише, Гарри, это просто плохой сон, – Лили обняла сына и принялась его успокаивать.

Девятнадцать лет спустя.

Платформа девять и три четверти вновь открыла свой проход, дабы отвезти студентов в Хогвартс. Правда, вместо привычного старинного паровоза их ждал комфортабельный монорельс, стилизованный под прошлый транспорт. Да и в целом, кто хотел, мог сразу отправиться в Хогсмид с помощью Каминной Сети. Однако этим пользовались немногие и в основном в экстренных случаях. Ведь поездка на поезде в школу магии на поезде имела свое очарование.

Стоящий тут вместе с Дженной Гарри погрузился в воспоминания. Когда он тогда, девятнадцать лет назад, разбил ядро “канона”, мужчине показалось, что заточенная в нем душа получила новую судьбу, отличную от его и сотен других Поттеров.

Однако как выбрался, а тем более всю следующую неделю не мог вспомнить. Оно и не удивительно: настолько жесткая потеря ядра не просто сделала его сквибом, а полностью выжгла каналы и перекрутила организм.

– Эй, о чем задумался? – его по плечу хлопнул подошедший Рон.

Уизли тут был вместе со своей женой, Гермионой, и парой милых близняшек, что должны были поступать в этом году.

– Да так, – Гарри помахал рукой.

– Кстати, а где Джун и Драко? – поинтересовалась бывшая Грейнджер.

– Они вам не сказали? – выгнул бровь Поттер. – Хаято опять что-то отчебучил и они сейчас в Министерстве, разгребают последствия. Так что отправят своих отпрысков либо ближе к вечеру, либо завтра утром прямо в Хогвартс.

– М-да… Бедный белобрысик… Хотя… Бедная школа. И ведь крестника с ними не будет, чтобы хоть кто-то серьезный за ними следил.

Сын Хитоши и Джинни отказался от британской школы и выбрал японскую, аргументируя это тем, что там его никто толком не знает, в отличие от Хогвартса, где он будет всего-лишь сыном героя. А парень хотел стать кем-то большим и пойти своей дорогой.

– Полковник Поттер, разрешите обратиться! – к семьям подошел военный, который был немагом.

Последствия глобального нарушения Статута разгребали до сих пор. Британия попала под “мягкий” протекторат Евразийского Объединения, состоящий из СССР, КНР и ИНФ на срок в пятьдесят лет. Помимо прочего часть мира начала развивать техномагические направления. К примеру, тот же Рон сейчас занимает должность начрука по созданию CAD.

– Слушаю, – ответил мужчина, чуть отходя от родных и друзей.

– Поступила информация по местонахождению Петтигрю.

Гарри скрипнул зубами. Эта крыса вместе с теми, кто консультировал Реддла, а также создал из него же железное чудовище, продолжала прятаться по углам.

Попрощавшись со всеми, полковник направился в служебной машине.

– Лили? – он выгнул бровь, обнаружив обозначенную женщину, что сидела на пассажирском сидении и что-то листала в планшете.

– Сенсей, вот данные, – невозмутимо произнесла магичка, протягивая устройство.

Со Стоун у него сложные отношения. И не потому что они друг друга недолюбливают или что-то в таком роде. Просто волшебница, которая оказалась по факту гомункулом, созданным Тенью, не имеющая ни семьи, ни прошлого, была его подчиненной, в звании капитана, а еще ученицей. Хоть Гарри потерял магические силы, но вот умения и знания никуда не делись. А еще она его теща.

Лиам, отец Джены, в тот сложный для девушки период поддержал ее. И незаметно для себя очаровал. А после уже Стоун его разыскала и умудрилась влюбить в себя взрослого фея. Мало того, Сильвия вышла замуж за Локхарта, так что те строили из себя бабушку с дедом. “Хотел семью – получи,” – мысленно вздохнул мужчина.

Пробежавшись по тексту, Гарри скривился. Крыса видели на курорте в Испании.

– И как он не загремел в Инквизиторий? А нам теперь получать разрешения и собачиться с паладинами… Ладно, поехали.

Вместо эпилога.

“Ладно, поехали.” Я поставил точку и откинулся на спинку кресла. Этот пятитомник наконец-то получил завершение. Конечно, еще остались вопросы по поводу Майора и его группы, поймают ли Петтигрю, что случилось с Алукардом и как прошли переговоры с вампирами… Но, если честно, это уже не так сильно важно.

Смотря в прошлое, у меня изначально была идея переписать все семь книг, привнеся в них логику и добавив свое видение. Однако уже к пятой понял, что шестая и седьмая не выдержат веса реальности. Просто потому что уже в этой начинается геополитика. Так что события “Принца-Полукровки” и “Даров Смерти” попросту не могут произойти.

Также, идею четвертой, что могла стать идеальной почвой для кроссовера вынашивал очень и очень давно. Правда, там помимо “Непутевого ученика” и “Академии ведьм” фигурировала еще “Луиза-Нулиза”. Но персонажей и так оказалось слишком много, чтобы вводить еще и мага Пустоты с ее гандальвом.

В целом, за саму концепцию Поттера, прожившего в Японии и имеющего фамильяра-сколопендру, хочу поблагодарить Shin-san’а с его “Новое Начало - Альтернатива”. Если не читали – рекомендую. Ну и если уж взялся за раздачу благодарностей, то “плюсик” в карму еще получает Сергей Плотников с “Паутиной Света”. Хоть он совершенно о другом, но мне понравилась его идея с внесением логики в дырявый во всех местах мир. При том, что “Моя хранительница Химари” мне понравилась в свое время, не могу не отрицать, что проработка там хромает на обе ноги, а фанфик исправляет если не все, то многое.

– Долго ты там будешь? – на плечо облокотился Чешир. – Ага, ты еще свою шизу решил сюда включить. Уважаю, безумие – по нашему.

– Заканчиваю. Надо же вернуться к “Марвелу”.

– Ага, а о Поттере уже все?

– Ну не к Тони его тащить, – я задумчиво почесал подбородок.

– Не-не, после того, что там накуролесила УВИ, Смерть никого к себе не пускает, кроме таких как ты летописцев.

– Тогда куда? – я выгнул бровь, посмотрев в лицо коту Шредингера. И его довольная ухмылка мне совсем не понравилась. – Нет… Не-е-ет. Нет-нет-нет. Ты не посмеешь.

– Еще как посмею. А Гарри стоит найти ответ на один интересный вопрос: “А в гильдии – весело?”

09.07.2025