Ганнибал II. Искатель

Лекция I: Находка

– …и все же я считаю, что это никакие не глупости. Ну, посуди сам, бывает же так, что идешь такой по улице, а потом оп – и соточка на земле валяется. Потом еще идешь, вуаля – и еще полтишок. Я так рублей пятьсот как-то насобирал.

Зорг многозначительно закивал.

– Да, конечно. Ты нашел деньги, и это везенье. А ты подумай вот о чем: если ты их нашел, значит, кто-то их потерял. Возможно, у старой бабушки порвалась сумка, и она даже не заметила, как ее последние деньги падают по дороге. Удача ли то, что ты оказался более внимательным или просто тем, кто прошелся там первым? На мой взгляд, удача – это просто чушь, такая же, как судьба. Просто люди любят утешать себя тем, что «не повезло», но в большинстве случаев вся проблема в том, что человек не подготовился к ситуации, не просчитал все варианты, не продумал план действий.

– Да ну не всегда! Порой тебе просто везет, вне зависимости…

Я резко вскинул лук и пустил стрелу в хищника, выскочившего из кустов. Монстр, похожий на бычка со змеиной шеей, свалился прямо перед Зоргом.

– Вот видишь? – торжествующе посмотрел он на меня. – Мне повезло, что ты со мной. Иначе эта тварь меня бы убила.

– Тебя убьешь, как же, – фыркнул я. – Да и то, что я согласился идти с тобой, это не везение, а моя крупная ошибка.

– Мяу, – высунулась из капюшона кошка.

– Видишь, даже она со мной согласна, – кивнул я в сторону Тьмы.

– Да ничего она не согласна. Ты просто не понимаешь, везенье есть! Его не может не быть.

Я присел перед телом твари и достал инструменты. Если я не ошибаюсь, ее яд очень ценится травниками, и на нем можно слегка подзаработать.

– Ты еще скажи, что не веришь в карму. Думаешь, что все зло, свершенное тобой, к тебе не вернется?

– Не верю, – пожал я плечами, убирая железы в сумку. – Кто вообще в этот бред верит? Ты посмотри, сколькие злодеи счастливо живут и умирают от старости. Кому там зло вернулось? Мавроди? Березовскому?

– Ну, не на этом свете, так на том. Хороших людей будут ждать в райском саду, а плохих – в аду.

– Райский сад, – я поморщился. – Мне кажется, что все это выдумка лишь для того, чтобы люди верили в справедливость. А ведь справедливость возможна, только если сам человек ее и творит.

Убрав клыки монстра вслед за железами в сумку, я двинулся дальше.

– Блин, но ты же вроде исламянин.

– Сам ты исламянин, – я вновь скривился. – Я мусульманин.

– По-вашему мусульману ведь тоже есть рай и ад.

– Исламу, – потер я виски.

– Ты же только что меня исправил!

– Придурок, религия – Ислам, верующий – мусульманин. Понятно?

– А, ну, да.

– В Исламе тот свет обозначается очень расплывчато. Я, конечно, не имам, да и к своему стыду, даже арабского не знаю, но судя по словам моих родителей, рай – это место, где хорошо. Именно это я и беру за основу, но ни за что не поверю, что в раю ходят умиротворенные монахи, у которых нет никаких плотских желаний, они не нуждаются ни в чем. Нет никаких потребностей. И вот как это место можно назвать раем? Кстати, замечу, что в раю мусульманском можно все то, что на земле нельзя.

Зорг встал как вкопанный, но я не стал его дожидаться и пошел дальше.

– Серьезно? – вскоре догнал он меня. – Я решил. Я теперь исламист.

– Мусульманин, придурок! – я поднял взгляд к хмурому небу, проклиная тот день, когда связался с этим идиотом.

– А, ну да, мусульманин. Короче, я хочу в вашу веру, как это организовать? Где расписаться?

– А ты уверен? – с иронией посмотрел я на него. – Знаешь, ведь в Исламе запрещено пить, курить, заниматься сексом до свадьбы, играть в азартные игры и много чего еще. И да, за любой этот грех тебе придется гореть в аду, вне зависимости от того, сколько хороших дел ты свершил.

– Черт! То есть подожди, но ведь не бывает святых, а значит, все ис… мусульмане будут гореть в аду?

– Ну, не факт.

– В смысле?

– Знаешь, Ислам довольно неоднозначная религия. Я читал многие притчи в переводе, и там были интересные истории: о людях, которые грешили, но попадали в рай, и о тех, кто не грешил, но все равно оказался в аду. Сейчас всего уже не вспомню, но там было что-то про женщину, которая придерживалась всех правил, но заморила собаку голодом. За что попала в ад. Хотя, может, то не женщина была, да может, и не собаку вовсе заморила… Не помню точно.

– А может, и грешница, а может, и не в ад! – всплеснул руками мой собеседник.

– Нет, там точно была не грешница, и она точно попала в ад. Черт, память подводит уже. Короче, я это к чему. Дело в том, что в Исламе важнее всего человечность, а все мусульмане, попавшие в ад, рано или поздно попадут в рай. И когда последний верующий покинет преисподнюю, тогда ее врата закроются.

– Слушай, круть! То есть, каким бы козлом ни был верующий, он не будет вечность гореть в аду?

– Не совсем так. Тут понимаешь, в чем дело, верующий не может быть большим козлом.

– Ага, типа если он мусульманин, то априори молодец?

– Нет, типа если он последняя гнида, он априори не может быть мусульманином. Пойми, тот, кто верит в бога, боится его, а тот, кто боится, старается не грешить.

– Но ты ведь сам говорил, что будешь гореть в аду за свои поступки. Типа знаешь и делаешь. То есть, ты не боишься?

– Боюсь и все понимаю. Поэтому я не последняя гнида. Смекаешь?

– Не очень, – покачал головой Зорг. – А можно стать мусульманином прямо перед смертью? Там ведь наверняка не зачтутся все грехи, совершенные до? И тогда я смогу попасть в рай без всякого ада.

– А ты уверен, что успеешь это сделать перед смертью? – хмыкнул я, смотря вперед. – Там кафешка какая-то, давай переночуем. До ближайшего города мы только завтра доберемся.

– Как скажешь, – пожал он плечами. – У нас же ты босс.

Мы двинулись в сторону небольшого здания. Слегка накрапывавший дождик усилился, грозя превратиться в ливень. Я поправил шляпу и снял тетиву с лука, убрав ее в коробочку.

– А вдруг нас там ждут страшные монстры? А ты без своего любимого лука.

– Тогда ты будешь меня защищать, – хмыкнул я, вспомнив, как Зорг недавно гонялся за кроликом.

– Очень смешно, – фыркнул тот. – Я могу биться только с медлительными монстрами.

– Как ты сам? – с улыбкой посмотрел я на него.

– Как я сам, – хмуро подтвердил он.

С Зоргом мы встретились случайно. Если все время до этого я шел один, то потом пришлось взять его с собой. Не то чтобы я возражал, Зорг оказался хорошим парнем. Вот только болтливый чересчур. Он так же, как и я, шел в Москву, но в отличие от меня ему ходить в одиночку противопоказано. Все дело в том, что вследствие кое-каких происшествий этот парень получил огромный минус к ловкости и плюс к выносливости и силе. И вроде бы два параметра взамен одного – это хорошо, но не в данном случае. Попробуй убить монстра, если для него ты ленивец еле шевелящийся. Я немного утрирую, но, по сути, Зорг ужасно медлительный. Я бы даже сказал, жутко медлительный. К примеру, когда я иду своим обычным шагом, ему приходится бежать. Да, с учетом его выносливости это не проблема, вот только когда действительно нужно будет бежать, он не сможет ускориться.

– Ну, здесь не очень-то и грязно, – кивнул он. – Я бы даже сказал, вполне себе ничего. Пыли немного, даже чихать не хочется.

– Видимо, этот домик служит перевалочным пунктом для многих странников.

«Эхо»

Я закрыл глаза и топнул, посылая звуковую волну. На миниатюрной карте начали появляться очертания. Каждая мелочь, каждый нюанс. За время путешествия я постоянно развивал «картографа», и это очень даже неплохо помогло в дороге.

– Ну, что там?

– Тихо и спокойно. Есть печка и немного дров. Нам повезло.

– Чур, готовишь ты!

– Еще бы, – вздохнул я. – В прошлый раз ты сжег наши припасы до состояния угля.

– Я не знаю, как так получилось. Я следил, – развел руками Зорг.

– Ага, а до этого варил яйца, а получил какую-то кашицу.

– Эй, это просто были испорченные яйца.

– Ага, как и мясо, – хмыкнул я.

– Оно изначально было твердым и черным, я не при чем.

– Ладно уж, доставай припасы.

Я отправился на кухню и принялся разжигать огонь. Люблю находить такие местечки. Что интересно, среди путников уже появились определенные привычки. Так, например, уходить из убежища, не пополнив запасы, которые потратил, считается дурным тоном. Вот, например, здесь я нашел пару пакетов с сухарями. Кто-то ведь их оставил, чтобы голодный мог насытиться. Кроме того, в бутылках есть вода на всякий-який, хотя я ее стараюсь не пить. Это Зоргу все равно, а мне вот кишечные паразиты не нужны, поэтому только кипяченую или отфильтрованную.

– Смотри, что я нашел! – выскочил ко мне товарищ, держа в руках бутыль с мутной жидкостью.

– Дай угадать. Самогон?

– Ага! – широко улыбнулся он. – Сегодня бухаем!

– Имей совесть. Тебе она как водичка пойдет, а я напиваться не стану. Оставь лучше следующим.

– Хрен тебе, – он хотел резко спрятать бутылку, но та выпала у него из рук и разбиралась. – Да как так-то?! Что за непруха?!

– Это не непруха, – хмыкнул я. – Это руки дырявые.

– Да иди ты нахрен! Блин, я так обрадовался. Твою же мать! – он размахнулся и попытался ударить ведро, но промазал, и, поскользнувшись на самогоне, плюхнулся на спину. – Мля-я-я…

– Зорг, ты идиот. А кроме того, ты еще тот идиот, который будет за собой убирать, – указал я на лужу.

Когда ужин был готов, мы принялись есть, с наслаждением набивая брюхо.

– Вот интересно, – отвлек меня от трапезы растяпа, – люди легко привыкают к хорошему, но ведь и к плохому они тоже привыкают быстро. Вот смотри, последние пару дней мы с тобой кушали только вяленое мясо, а теперь вот кушаем нормальный супчик, и живот буквально пищит от восторга, хотя нельзя назвать эту еду вкусной. Все просто и с минимумом специй, а так хорошо становится.

– Ты назвал мою еду невкусной? – с угрозой посмотрел я на него.

– Не то чтобы невкусной, – тут же выставил он ладони в примирительном жесте. – Простой.

– Простая еда порой вкуснее всякой замороченной. Я считаю, что специи изобретены, чтобы убрать настоящий вкус блюд. Так, например, испортилась в кафешке…

Открывшаяся дверь заставила меня замолкнуть. На пороге появилась компания из трех парней и женщины. Они осмотрели нас хмурым взглядом, и бородач, стоявший впереди, кивнул на дверь.

– Проваливайте.

Я медленно достал метательный нож и приготовился к битве.

– Ну, что вы так грубо? Давайте лучше вместе присядем, поедим. Вы наверняка тоже устали с дороги, вон какие мокрые, – начал наводить мосты Зорг. – Давайте попьем чайку, согреемся, поболтаем. А может, у вас чего покрепче есть?

Главарь вытащил нож и тут же метнул почему-то в меня. Я ответил тем же, уходя в сторону. Его клинок пролетел мимо, а мой угодил прямо в глаз мужику. Зорг тут же опрокинул стол, прячась за ним. Секунда, и в преграду врезалось какое-то заклинание, едва не уничтожив ее. Я метнул еще один клинок, но он отлетел от невидимой защиты молодого парня.

– Где твой щит? – прошептал я товарищу.

– У входа оставил, – скривился он. – Чего они вообще на нас напасть решили?

– Потом спросим, – отмахнулся я.

– Потом они будут мертвы, – справедливо заметил Зорг, схватившись за стол. – Давай!

Он резко бросился вперед, толкая перед собой защиту, которая принимала на себя магические снаряды, я же отскочил в сторону, посылая еще один нож, на этот раз в женщину, но плевать она хотела на мою атаку.

«Ментальная атака успешно блокирована»

Один-один, стерва.

«Вы получили усиление +10% к ловкости»

Спасибо, милая.

Я хотел было броситься вперед, но вовремя остановился, так как на меня уже летел (в прямом смысле этого слова) мужчина с двуручным мечом.

Один из малых клинков арахнида уже был у меня в руках, так что я просто отклонился, позволяя ему улететь дальше, и подставил кинжал по ходу его движения. Лезвие впилось в плечо и проделало путь до ступни, разрезая человека благодаря его собственной инерции. Я обернулся, впереди еще двое, молодой маг и менталистка. Мага уже прижимает столом Зорг, а значит, моя задача – она.

Я резко рванул вперед и вогнал лезвие прямо в сердце. Всего на мгновение на ее лице появились растерянность и страх.

Когда я вынул кинжал из мертвого тела, Зорг уже успешно добивал своего противника ножкой стола.

– И что это было? – вздохнул я, осматривая трупы.

– Черт его знает! – вытер он лоб окровавленной рукой. – Я им точно ничего плохого не делал.

– Я тоже.

Мы принялись на пару потрошить карманы неизвестных. В итоге обыска обнаружили двадцать семь мелких серебряных монет и тринадцать монеток крупнее.

– Как думаешь, что это? – протянул мне Зорг небольшой камешек с иероглифом.

– Черт его знает, – пожал я плечами. – Потом разберемся.

Я взял камень и положил его на стол. И правда, кто знает, может, это какой-то взрывающийся артефакт.

– Ладно, пойду гляну, что там у них с лошадьми.

– А с чего ты взял, что они на коняшках? – удивленно посмотрел на меня друг.

– Ну, ты даешь! – покачал я головой. – Смотри, видишь, у них колени стерты? На них даже есть остатки шерсти. Или вот посмотри на джинсы этой женщины. Они на пятой точке изношены, что говорит о том, что она долго сидела.

Зорг задумчиво осмотрел их.

– А еще у них седла возле сумок. Ладно, я пойду, пройдусь, а ты осмотри их вещи, – накинув на плечи плащ, я взял Тьму за шкирку и спустил со своего плеча. – Там сыро и холодно, подожди лучше здесь.

Выйдя на улицу, я поежился. Действительно сыро и холодно. Особо и не рассмотришь ничего, но мелькающие молнии позволяют увидеть силуэты, поэтому я отправился за дом. Четыре стреноженных коня пасутся, не обращая внимания на гром и ливень. Видимо, изголодались.

Убедившись, что с ними все хорошо, я уже было развернулся, чтобы уйти обратно, но внезапно заметил червячка. Человеческого червячка. Какая-то девушка с завязанными за спиной руками и связанными ногами пыталась отползти в сторону лесополосы. Это зрелище ввело меня в ступор. Забавно, конечно, но думаю, стоит ей помочь.

Я подошел к незнакомке и поднял ее на руки. Она что-то промычала на это, но сильно не сопротивлялась. Присмотревшись, я заметил рабский ошейник и кляп. Любопытненько, но разбираться, что к чему, лучше в тепле.

Я быстро добежал до кафешки и вошел внутрь.

– Смотри, что я нашел! – тут же подбежал Зорг, держа в руках кошелек.

Он посмотрел на девушку, потом на свою находку и снова на нее.

– Нет, я однозначно выиграл. Ведь у меня в руках деньги, а у тебя наши будущие проблемы.

– Не бухти, – ответил я ему, относя девушку к печке.

Под светом лампы она оказалась довольно симпатичной, и это не какая-то детская милота. В моих руках была девушка, знающая себе цену. Причем этот ее взгляд… Она была растеряна, но даже несмотря на это выглядела как-то величественно.

Я усадил ее возле печи и вынул кляп.

– Кто вы? – тут же поинтересовалась она.

– Путники. Просто путники. Меня зовут Ган, а это Зорг, – представил я нас, разрезая путы и снимая ошейник.

– Я Александра. Спасибо, что спасли.

– Ну, мы вообще-то не вас спасали, просто эти нехорошие люди попытались нас убить, и нам пришлось защищаться, – пожал плечами мой друг.

– И все равно спасибо, – вздохнула она. – Скажите, вы случаем не собираетесь в Ростов?

– О, нет! В Ростов мы точно не собираемся, – ухмыльнулся Зорг, после чего столкнулся с моим взглядом. – Нет, Ган! Мы не собираемся в Ростов! Ты забыл? У нас же план, едем в небольшой городок, перезимуем там и дальше в Москву. Мы уже обсуждали это, и в Ростове нам делать нечего. Кроме того, это будет крюк.

– Зорг…

– Нет, нет и еще раз нет!

– Какой у нее уровень? – вздохнул я.

– Нулевой.

– Ты хочешь, чтобы она сама добиралась до Ростова?

– Зачем? Она может остаться здесь. Уверен, что следующие путники с удовольствием проводят ее. Ты только посмотри на ее милую мордашку.

– Зорг…

– Нет.

– Хорошо, давай сделаем так, – я встал и подошел к нему вплотную. – Подойди, посмотри ей в глаза и скажи сам, что мы ей не станем помогать.

– Да не вопрос, – фыркнул он и подошел к девушке. – Уважаемая Александра…

– Я заплачу, – прервала она болтуна.

– Сколько? – тут же заинтересовался он.

– Двести золотых. Этого вам хватит на зимовку в Ростове.

– Хорошо, мы проводим вас до Ростова.

– Ах ты меркантильная собака, – опешил я от его наглости.

– Что? Деньги лишними не бывают, да и сам ты прекрасно понимаешь, что к дороге в Москву нужно подготовиться, набрать припасов. Теперь ведь мы еще и на лошадях, значит, увезем больше. Так что да, деньги нам нужны.

– Вы согласны? – посмотрела на меня своими темно-зелеными глазами девушка.

– Нет, – покачал я головой. – Проводить я вас провожу, но взамен я хочу не денег, а услугу.

– Какую услугу? – тут же насторожилась она.

– А это мы решим уже там. Так что предлагаю сделать следующим образом: моему другу вы заплатите сто золотых, а для меня выполните просьбу. Какую, будет видно, но все в пределах разумного, не переживайте.

– Хорошо, – кивнула она. – Я согласна. А теперь я бы очень хотела помыться.

– Зорг, можешь поставить бочку на печь? – посмотрел я на товарища.

– Конечно.

Он подошел и с легкостью поднял железную бочку.

– Простите, можете пока рассказать, что у вас случилось и как вы оказались в таком плачевном состоянии?

Здесь стоит объяснить общее положение вещей в Ростове-на-Дону и Ростовском княжестве в целом, и собственно, объяснить, почему мы с Зоргом не планировали идти в этот крупный город. Итак, в отличие от Ставропольского и Краснодарского краев Ростов не стал дробиться на десятки крупных и не очень городов. В первые же дни после апокалипсиса к власти пришел некий Александр Сергеевич Пушкарев. Кличка Пушкин к нему почему-то не прилипла, что странно. Итак, во времена относительно спокойной жизни Пушкарев был весьма удачным предпринимателем, занимавшимся товарами для охоты, рыбалки и холодным оружием. Будучи любителем стали во всех ее проявлениях, он организовал крупную сеть и создал собственные кузни для реконструкторов, в число которых входил и сам. У него были надежные товарищи кузнецы, которые ковали доспехи и мечи на любой вкус. На этом он также зарабатывал, но не сказать, что очень много. Пушкарев возглавлял одну из подобных организаций, и на момент, когда пришел конец света, под его руководством уже были сотни хороших бойцов, вооруженных до зубов. Также было около тысячи толкиенистов и ролевиков, которых он приспособил к делу и в довольно короткие сроки отбил Ростов от монстров, заработав при этом симпатию местных жителей.

Александр Сергеевич дал людям спокойствие и, как итог, получил главенствующее место в городе, но ему этого было мало, поэтому вскоре он двинулся в соседние города. Где-то словом, где-то кровью он объединил все близлежащие населенные пункты и занялся сельским хозяйством. Так как глупым его назвать нельзя, он позаботился сразу о двух вещах: провизия и вооружение. Его дело росло, а люди все больше питали любовь к этому жесткому, но справедливому человеку. Пушкарев выдвинул новый свод законов и правил, в котором обозвал себя князем, а свои земли, соответственно, княжеством. Причем этот любитель старины изменил еще и человеческую речь, выкорчевывая новомодные словечки и возвращая старинные. Так в Ростовском княжестве появились трактиры, таверны, а его войско назвалось дружиной. В общем, местный «батька» подошел к вопросу с размахом. И на самом деле, его действия были очень правильными и логичными, ведь кроме пафосности всего этого было еще кое-что. Пушкарев решил убрать у людей ощущение того, что однажды все вернется на круги своя. Он показал им, что мир изменился и под него нужно адаптироваться, что теперь все иначе. Кроме того, он решил дать людям что-то, что могло бы заменить религии – национальное единство. Именно для этого он и прибегнул к древним названиям, хотя заставлять людей общаться на старославянском не стал. В любом случае, в городе все чаще звучат возгласы типа: «мы русские!», «мы славяне!» И естественно, это не прошло без сучка без задоринки. Однако Пушкарев знал, как работать с людьми и где можно поступать мягко, а где нужна жесткость. Так, например, когда к нему пришли бывшие представители власти, он им вполне доступно и внятно объяснил, что их кормушка закрылась. Они немного повозбухали и пошли по домам, а вскоре эта кодла решила свергнуть князя и принялась набирать сторонников красивыми речами о справедливости и равенстве. Как только об этом стало известно, на площади наскоро соорудили эшафот, и казнили всех бунтарей. Это ввело людей в ступор, но князь смог объяснить, что подобные настроения и расколы ведут только к большей крови, и подавляя бунт в зародыше, он поможет сохранить больше жизней. Люди прониклись, но вскоре прибежали представители различных религий и начали требовать разрушения храмов новым богам. Мол, это все язычество и богохульство. Пушкарев послушал их и выдал, что в княжестве свобода мысли, и если святоши хотят что-то противопоставить новым богам, то пусть покажут, что могут дать народу. Те приуныли. Не получив ничего внятного кроме общих фраз а-ля «Пути Господни неисповедимы», Пушкарев выдворил религиозных деятелей, мило при этом улыбаясь. Святоши не успокоились и начали натравливать своих прихожан на язычников. После нескольких заварушек, в которых погибло около десяти человек, Пушкарев повел агитаторов на площадь, где обозначил, что: «все мы русские, и кровь важнее мысли». Люди прониклись, религиозные деятели прониклись еще больше.

Последним и самым неприятным стало отношение жителей к другим нациям, ведь в Ростове всегда жило много различных национальностей, и политика князя поставила всех их под удар. Пушкарев объяснил жителям, что обижать гостей не стоит, но и прав у них не больше, чем у славян. Но вот здесь это не сильно помогло. Постепенно межнациональная вражда начала расти, и со временем нацменам пришлось отделиться от основной части города. Они образовали собственное поселение в южных кварталах, которое со временем было прозвано в народе «хачлэнд». Сам князь решил во все это не вмешиваться. Однако при всем при этом не делал разграничения между своими и чужими. Все преступники карались одинаково. Подобное отношение жителей к кавказцам стало первой причиной, по которой я не хотел ехать в Ростов. Тем более что национализм в других городах не имеет такого большого влияния, как в столице княжества.

Второй причиной служило то, что пришлым в Ростове-на-Дону были не рады. Каждый гражданин города имел документ, подтверждающий его права. Такой аналог паспорта. Узнать подробности об этом документе у меня не получилось, но суть в том, что к гостям в княжестве относятся не очень дружелюбно. Во-первых, если ты «чужак», то для тебя есть свод правил, и в отличие от законов, здесь запрещено все, что не разрешено. Во-вторых, чужакам платят половину зарплаты. Те, кто принимает на работу чужака, должен отдавать в казну столько же, сколько платит ему. В-третьих, стать гражданином, не имея родственников в городе, практически невозможно. Есть только один путь к этому – армия. Прослужив пять лет, человек мог рассчитывать на гражданство. Но здесь тоже подвох, попасть в дружину можно только оттрубив год в наемниках и получив грамоту от комбата. В общем, все это далеко не просто. Видимо, князь решил, что Ростов не резиновый, и абы кого в город не пускал, даже если те проживают в других городах княжества. А может, все дело в том, что он все больше старался заселять маленькие города и села, чтобы увеличить приток провизии. Короче говоря, количество иммигрантов он уменьшил на порядок.

Соответственно мы с Зоргом в Ростове долго бы не протянули, и насобирать денег тем более не получилось бы. Попробуй найти работку при таких обстоятельствах. Наш план был прост: прийти в какой-нибудь пограничный городок и попасть к наемникам. Мы долго обдумывали все возможные варианты, но этот оказался самым интересным, все-таки там мы сможем перезимовать, немного подзаработать и, самое главное, поднять уровни. Ростовское княжество часто страдает от нападения разумных монстров. На востоке буйствуют степняки (монстры, разъезжающие на своих животных, ведут кочевой образ жизни и отдаленно похожи на людей), на севере периодически появляются оборотни, с запада приходят крысолюды (или крысюки, как их обозвали в народе), и только на юге открытых нападений нет, зато с этой стороны приходит огромное количество любителей большой дороги и легких денег. Вообще, стоит отметить, что разбойничьи шайки в Ростовском княжестве получили очень хорошее распространение. Князь с ними борется, однако «чужаков» все больше, и не находя работы в столице, они очень часто уходят в леса.

Александра представилась дочерью одного из крупных купцов в Ростове. Когда она гуляла по саду, на нее напали и выкрали. Все было сделано тихо и спокойно. Покинув город, похитители отдали ее в руки четверки, которую мы сегодня упокоили. Вот, собственно, и все. Куда ее везли, девушке не сообщили, требований не выдвигали, но и на честь не покушались. Видимо, ее велели доставить в целости и сохранности, и как предполагает сама Александра, организаторы просто хотели получить выкуп. На резонный вопрос Зорга, почему она не попросила нас просто доставить ее до ближайшего города, ведь там, скорее всего, будут товарищи отца девушки, Саша ответила, что в ее похищении участвовал кто-то из приближенных отца, она это поняла из разговоров похитителей, поэтому она боится доверять им. Что интересно, доверять нам она не боится. На мой взгляд, это очень безрассудно, но видимо, она посчитала, что раз уж мы ее спасли, то сдавать не будем и точно к похитителям не имеем отношения.

– А сейчас, если позволите, я помоюсь, – немного смущенно попросила она.

– Да, конечно, Зорг…

– Иду, иду, – вздохнул мой товарищ. – Я думаю, если князя познакомить с Ганом, они очень быстро найдут общий язык. Этот одноглазый тиран похуже вашего правителя будет.

Я не стал отвечать, только улыбнулся.

Лекция II: Ответы

– Что за дела, Ган? – подошел ко мне товарищ, когда из ванны послышались звуки льющейся воды.

– Ты о чем? – не понял я.

– Знаешь, вот никогда не думал, что ты такой человек. Только баба появилась, сразу голову потерял. Ты почему от денег отказался?

– Дурак ты, Зорг, – покачал я головой. – Вот смотри, еще до того, как мы узнали, что она дочь купца, уже было понятно, что обычный человек не предложит такую огромную сумму. Просто не сможет. А она это сделала так легко, словно у нее в загашнике и побольше есть. А значит, кроме того, что у нее влиятельный отец, она и сама чего-то да стоит. Кроме того, обрати внимание на ее поведение. Ее взяли в плен, надели ошейник и волокут черт знает куда, но при этом, когда я ее увидел, она пыталась уползти. Понимаешь? Она не сидела и не ждала, когда папенька ее спасет. Она ползла со связанными за спиной руками в надежде смыться от похитителей и вернуться домой. Она боец, а я уверен, что бойцы не сидят дома, ожидая, что им все принесут и дадут. Саша сто процентов имеет свое собственное влияние в определенных кругах. В каких, я пока не знаю, но в том, что она не мажор – уверен. Понимаешь, таких людей лучше держать в должниках, и в нужный момент они могут помочь куда большим, чем сотней золотых. И я, как ты уже догадался, не о деньгах.

– Да какая разница?! – сел Зорг возле меня. – Нет проблем, которые нельзя решить с помощью денег. Вопрос только в их количестве. А сотня золотых – это очень и очень хорошо. Кроме того, вот ты уверен, что за эти месяцы, что мы будем здесь, нам действительно понадобится ее помощь? Не пойдешь же ты к ней потом со словами: «ой, ты знаешь, я передумал. Давай-ка денюжку!»

– Может быть, ты и прав, – кивнул я. – Вот только я считаю, что лучше иметь козырь в рукаве, даже если он мелкий, да и не один день живем. Кто знает, может быть, это все мне поможет лет через пять.

– Ну, дело твое. Впрочем, как и деньги.

– Кстати, на счет денег, – кивнул я в сторону мешочка.

– Да, точно! – Зорг высыпал содержимое кошелька на стол, монеты образовали небольшую горку, переливающуюся как серебром, так и золотом. – Фига!

– Да, вполне неплохо. Давай считать.

– Чур, я золото, ты серебро!

Мы принялись разделять крупную кучку на более мелкие. В одну сгружались золотые монетки, в другую крупные серебряные, а в третью мелкие серебряные.

– Итого, двадцать три мелких, тридцать восемь крупных и двенадцать золотых. Знаешь, а ведь этой суммы нам бы хватило для спокойной зимовки в пограничье.

– Думаешь? – задумчиво посмотрел я на местные деньги с чеканкой «Ростовского монетного двора».

– Да, помнишь, этот умник, с которым мы два дня назад встретились, рассказывал, что за одну мелкую серебрушку можно пожить спокойно денек в трактире. Ну, это если на периферии. Мелкая монета – два грамма. Крупная – восемь. Таким образом, получается сто семьдесят пять. Делим на двоих, восемьдесят семь серебрушек. А какая цена у золота я не знаю, но всяко больше серебряного. Таким образом, получаем, что мы бы не только спокойно пожили, но еще и на провиант бы хватило. А если добавить к этому мелочь, что мы с тел насобирали, то…

– То никакой разницы. Ведь ты уже согласился сопроводить девушку, – хмыкнул я.

Зорг попытался было возмутиться, но вспомнил, как все на самом деле было, и печально вздохнул.

– Да, денег много не бывает. Слушай, я даже знаю, как их потратить! Здесь же есть рабы, а значит…

– Даже не думай! – строго посмотрел я на него. – Я не позволю тебе измываться над кем-то.

– Да ну, чего ты сразу-то?! Я же не говорю о людях. Можно ведь монстров купить! Для них ведь совсем другие ошейники делают, с полным подчинением. Против этого же ты ничего не имеешь? – посмотрел он пристально на меня.

– Не имею, – покачал я головой. – Там уже твое дело, но если будешь покупать, бери не слишком мерзкую тварь, ладно?

– Ла-адно, – вздохнул Зорг.

Вовремя я уточнил, а то у этого извращуги хватит ума какую-нибудь многоножку или слизня купить.

– И все же, что же это такое? – подошел я к камешку, внимательно разглядывая узор.

– Средство связи, – привлекла к себе внимание Саша.

Она стояла возле двери в банном халате и вытирала свои каштановые волосы полотенцем. А без грязи и пыли она выглядит еще симпатичнее. На вид лет двадцать шесть, кожа белая, волосы примерно до середины лопаток. Тело стройное. Что интересно, кажется, что такой халат скрывает достоинства, вот только ее достоинства он только подчеркивает. И этот взгляд… Черт, да плевать мне, какое у нее тело, она в парандже будет завоевывать сердца мужчин одним своим взглядом.

– Какой связи? – прервал я тишину, с трудом придя в себя.

– Довольно дорогая штука. Она связывает два камня между собой, и люди могут друг с другом через них общаться на любом расстоянии.

– Дорогая – это хорошо! – потер ладони Зорг.

– Да, вот только продать вы ее не сможете. Они всегда идут в паре, и один без другого ничего не стоит. Кроме того, на этом артефакте стоит сигналка. То есть, если взять его с собой, то похитители постоянно будут знать, где мы находимся.

– Это плохо, – нахмурился Зорг. – Лучше его уничтожить.

Он поднял с пола ножку стола, которой совсем недавно прикончил человека, и направился к камню.

– Нет, – я остановил его рукой. – Александра, скажите, какой срок годности у этой штуки?

Девушка удивленно на меня взглянула, но ответила:

– Примерно сорок два дня.

– А если она используется очень редко?

– Около шестидесяти.

– Вы вообще о чем? – удивленно посмотрел на нас Зорг.

– Знаешь, у меня были одни великолепные сапоги. Они позволяли ходить по стенам и даже по потолку. Но в зависимости от использования со временем их волшебное свойство пропадало. Если носить весь день, то к вечеру они становились обычной, не очень удобной обувью. Поэтому я старался их использовать редко, но со временем они все равно выдохлись. И вот на этих сапогах были начерчены руны. Я предположил, что артефакты связи тоже имеют свой срок годности, и от интенсивности использования зависит и этот срок. Если все так, то дергать похитителей без дела никто бы не стал. Скорее всего, у них есть свое время вызова. Александра, вы не знаете, когда они должны были отчитаться?

– Нет, – покачала головой девушка.

– Ладно, но если все так, то я сомневаюсь, что камень стоит уничтожать сейчас. Противник может понять, что его люди убиты, и цель потеряна. Вместо этого мы лучше оставим его в покое, а завтра скинем в реку, привязав к чему-нибудь плавающему. Пусть отслеживают в другом направлении. Это поможет нам выиграть время.

– Дело, конечно, ваше, но я рекомендовала бы поскорее от него избавиться, – посмотрела мне в глаза Саша.

– Нет, – коротко бросил я. – Если уж вы наняли нас защищать вашу шкурку, то прошу не мешать это делать.

– Как скажете, – сдалась она, смягчив ситуацию теплой улыбкой. – В любом случае, я вам доверяю.

– Хорошо, доверие нам сейчас точно не помешает, – пристально посмотрел я на нее.

– Блин, Ган, а у нас пожрать ничего не осталось?

– Мы же недавно только ели!

– Ну, эти придурки перевернули стол! А я не доел.

– Это вообще-то ты его перевернул, – хмыкнул я.

– Но из-за них!

– Ладно, посмотри в кастрюле, да и Сашу же нужно накормить. Вы же не против перейти на «ты»? – подмигнул я ей, как ни в чем не бывало.

– Конечно, нет, – улыбнулась она в ответ.

Вечер прошел спокойно и без происшествий, а утром мы начали собираться в путь.

– Блин, и все же жалко. Может, стоило бы найти второй камешек? – вздохнул Зорг, смотря на уплывающую вдаль бутылку.

Я застегнул подпруги, следя за ушами коня, после чего велел своему товарищу:

– Запрыгивай. Делать нам нечего, как в стан врага забираться из-за камушка. Тебе вон деньги заплатят, купишь.

– Да нафига он мне нужен? – возмутился он.

– Ну, так ты же хочешь, – удивился я.

– Да я хотел его найти, чтобы оба вместе продать.

– Знаешь, что-то мне подсказывает, что хозяин второго камня не очень бы нам обрадовался. Ты на лошадях ездил когда-нибудь?

– В Архызе как-то катался, но недолго.

– Ага, ну, тогда другую ногу ставь в стремя, иначе придется ехать задом.

– Спасибо, – Зорг подтянулся и взобрался на своего скакуна. – Слушай, а что вы с ней вчера не поделили?

– Ты о чем? – не понял я.

– Ну, когда разговор за камень пошел.

– А-а-а-а. Да блин, не люблю я, когда меня за идиота держат и врут в глаза. Хотя и понять ее могу.

– Ты это о чем? – удивился мой товарищ.

– Ну, вот смотри, она сказала, что эта руна дает возможности связи и слежки одновременно. Если честно, я сомневаюсь, что это реально, хотя и не спец в данном вопросе. Вот только мимика выдает с головой. Ложь – это целое искусство, но если те, кто не умеет врать, отводят взгляд или касаются лица, то вот эта дама перестает моргать и, кажется, даже не дышит, особенно, когда боится, что ее разоблачили. Я, еще когда слушал ее рассказ, заметил эту особенность, но тогда была вероятность, что она просто нервничает, вспоминая произошедшее. А тут оно уж слишком явным было. Хотя, должен заметить, что в искусстве обмана она очень хороша.

– А ты где наловчился так ложь распознавать?

– Я же говорил, что проработал не один год преподавателем. А со студентами иначе нельзя. Они постоянно пытаются обмануть.

– Подожди, так если она нам врет, значит, есть что скрывать. Слушай, а может, ну его в баню? Просто поедем, как и планировали?

– А ты сможешь сейчас бросить ее и уехать? – посмотрел я ему в глаза.

Зорг отвел взгляд.

– Вот и я так не могу. Мои слова не пустой звук. Тем более что в основных моментах она не обманула. Да и эту ложь с руной понять можно. Она боится, что похитители свяжутся с нами и подкупят. Единственное, что меня настораживает, что наша заказчица очень умна. Таким людям всегда сложно довериться.

– А еще она чертовски красива, – подмигнул мне товарищ. – Я видел, как ты на нее смотрел, когда она вышла из душа.

– Не буду спорить с очевидным, – хмыкнул я.

– Уступишь ее мне? – вновь подмигнул он мне.

– Знаешь, старина, мне кажется, она не из тех девушек, которых уступают. Скорее, она сама выбирает, кого пожелает, и мы с тобой явно не ее полета птицы.

Я оседлал последнего из коней и повел всех в сторону кафешки.

– Но! Вперед! – начал надрываться Зорг, подстегивая своего скакуна пятками, однако тот на него не реагировал, продолжая щипать траву.

Я хмыкнул, но не стал останавливаться. И ежу понятно, что конь не пожелает оставаться в одиночестве и вскоре последует за своими товарищами.

– Доброе утро, Ган, Зорг, – кивнула нам девушка. – Вы так рано встаете?

– Привычка, – пожал я плечами, смотря, как к нам приближается мой друг, изображая заправского наездника. – Какую лошадку выберете?

– Да мне, в общем-то, все равно, – пожала она плечами. – На ваш вкус.

– В таком случае, садитесь на эту кобылку. Она старенькая уже и потому спокойная.

– Как скажете, – девушка легко запрыгнула в седло и посмотрела на меня сверху вниз.

Неплохо. Видимо, кататься ей уже приходилось. Заодно я оценил голубые джинсы, мужскую рубаху и сапоги.

– Из вещей ваших похитителей? – поинтересовался я, нагружая одного коня мешками.

– Да. К сожалению, по размеру мне подошли только вещи Малого, это тот маг. Настоящего его имени я не знаю.

– Хорошо. Тогда можем отправляться в путь.

Я привязал лишнюю кобылку к луке седла молодого жеребца, которого и выбрал для себя. Две кобылы, жеребец и мерин. Эти ребята явно ничего не смыслят в лошадях. Если не следить за этим конем постоянно, он может кинуться на мерина, а мне этого не надо.

– Я верю, что вы прекрасно держитесь в седле, Саша, но все же расскажу, как нужно ездить на лошадях.

Зорг тут же навострил уши, смотря в мою сторону. Его явно не прельщало позориться перед девушкой, поэтому я и сделал вид, что рассказываю ей.

– Итак, поводья – это руль, нужно повернуть направо, тянете ту, что справа. Налево, соответственно, левую, если нужно притормозить или остановиться, обе вместе. Если натянуть обе одновременно, когда стоишь на месте – это задний ход. Чтобы она ехала вперед, можно подстегнуть пятками или же поводьями шлепнуть. Однако ваши лошади довольно послушные, так что и команды хватит, типа «но». И тут не важно, что именно вы скажете, главное, каким тоном. Понимаете, лошадь не будет слушаться хозяина, который сомневается в своих приказах.

– Большое спасибо, – улыбнулась девушка. – С инструкцией ознакомлена, где поставить подпись?

– Но! – велел своему мерину Зорг и со счастливой улыбкой поехал вперед. – Смотри, у меня получилось!

Я едва не хлопнул себя по лицу. Столько конспирации, чтобы не выставлять его неумехой, а он сам палится, блин.

– Ладно, поехали.

Мы двинулись, и я с некоторой грустью посмотрел на здание, служившее нам убежищем этой ночью. Всегда любил такие места, и для меня было очень необычным то, что многие странники приняли негласные законы и всегда следили за ними. Мы тоже не стали исключением. Трупы убрали, воды натаскали и даже хворост принесли, хоть и сырой, но лучше, чем ничего.

– Простите, Ган, но Ростов в той стороне, – указала нам за спину девушка.

– Верно, но именно там вас и начнут искать, когда похитители не выйдут на связь. Они ведь по утрам созванивались?

В глазах Саши появилось подозрение.

– Да, но как вы узнали?

– Никак, но было бы логично вечером или утром, и минимум один раз в день. Ведь вы довольно важная персона. Я бы на их месте был на связи круглосуточно, но они, видать, пожадничали.

– Вы же не говорили с нанимателем? – в глазах появилась отчужденность, а руки девушки сжали поводья.

Видимо, она приготовилась бежать.

– Нет. Мне это не нужно. Но теперь они должны понимать, откуда начинать поиски, и скорее всего, уже выслали группу.

– Так и куда же мы тогда едем?

– В объезд. Сделаем небольшой крюк. Кроме того, предлагаю ускориться. У нас есть фора, и ее не стоит терять.

Стараясь не тормозить, я подогнал своего коня. Черт знает, где поблизости есть враги, поэтому нужно максимально быстро выйти на дорогу к Ростову. Саша держалась молодцом и показывала, что прекрасно умеет ездить, вот только осанка, ноги и прочие нюансы говорили об обратном. Может, она и ездила раньше, но явно не на большие расстояния. Это не очень хорошо. Оптимально было бы заехать в какую-нибудь деревушку и поменять одного коня на телегу, но на бричке лесами не уйдешь, так что лучше не рисковать.

Я еще раз осмотрел себя. Вроде бы не сильно приметный. Черная куртка, вязаная шапка и джинсы. Плащ и шляпу пришлось спрятать, чтобы не особо выделяться.

– Скажите, а можно погладить вашу кошку? – подъехала ко мне Александра.

– Если вы мазохистка, то получите от этого удовольствие, а если нет… ну, вы понимаете.

Тьма зевнула, показывая свои маленькие, острые зубки.

– Правду говорят, что хозяин и питомец часто становятся похожи. Вы ведь тоже не доверяете незнакомцам?

– А вы? – вернул я ей улыбочку.

– Ган, я все понимаю, но мы едем с вами вместе, может, стоит узнать друг друга получше?

– Может, и стоит. Хотите, поиграем в вопрос ответ? – посмотрел я на нее с издевкой.

Она немного пожевала губами, но в итоге кивнула, чем порядком изумила меня.

– Только предлагаю другую игру. Правда или действие. Если будет какой-то неудобный вопрос, то можно загадать желание.

– Я с вами! – тут же подключился Зорг, ехавший слева от меня.

– Хорошо, тогда я задам вопрос первым. Кто за вами охотится? – я серьезно посмотрел в глаза девушки.

– Но я же говорила, не знаю.

– Я помню, что вы говорили, – вздохнул я. – Вы можете не знать точно, но скорее всего, догадываетесь.

Девушка замолчала, размышляя о чем-то. Я не мешал ей.

– Барин, – ответила она в итоге. – Я в этом не уверена, но скорее всего, именно он.

– Кто такой Барин? – заинтересовался Зорг.

– Это уже другой вопрос, – улыбнулась девушка. – Теперь моя очередь. Зорг, почему у тебя такое странное имя?

– То есть, почему Гана так зовут не интересно, а моя фигура вызывает больше внимания. Приятно. Ну, если вкратце, то это не имя, а фамилия. Зорг Алексей Владимирович. Однако с самого детства меня все называли по фамилии, и я как-то привык.

– Кстати, Зорг, у вас на плече паук, – побледнела девушка.

– А, это Шукша. Не обращай на нее внимания, – отмахнулся мой друг. – У мусульман вот пауки считаются священными животными. Так, Ган?

– Так, и раз уж я ответил на твой вопрос, моя очередь спрашивать.

– Это нечестно! – возмутился Зорг.

– Таковы правила игры. Вопрос – ответ. Итак, Саша, вопрос снова к тебе. Насколько влиятелен Барин?

– Ну, тут однозначно не ответишь. С одной стороны, в сравнении с князем он мелкая сошка, с другой, у него под контролем два небольших города и около четырех сотен сильных бойцов.

– Вот как…

Значит, наш противник довольно силен.

– Теперь Ган. Какой у тебя уровень?

– Тридцать третий.

– Как? – удивилась девушка. – Но ведь те, кто меня перевозил, были примерно вашего уровня, а как я вижу, у Зорга только двадцать третий. Как вы умудрились их убить?

– О, это было нечто! – широко улыбнулся Зорг, и я понял, сейчас будет врать.

Приятель действительно расфуфырился как павлин, хотя должен заметить, он практически не обманывал, только сильно преувеличивал.

– Как же мне повезло с телохранителями, – хмыкнула девушка. – Вы и дракона убьете без особых проблем.

– Итак, мы ответили на два ваших вопроса, а значит и с вас два ответа, – улыбнулся я. – Первый от меня. Зачем на самом деле вы понадобились Барину?

Девушка посмотрела на меня как-то очень серьезно, но потом кивнула сама себе и ответила:

– Действие.

– Как пожелаете, – я сорвал листок с дерева и протянул его девушке. – Завяжите черешок в узел во рту.

Она очень удивленно на меня посмотрела, но за задание принялась.

– А как же мой вопрос? Она же сейчас говорить не сможет.

– Ничего, у нас еще полно времени.

– Ган… – насторожился Зорг. – Впереди люди.

Он потянул носом, пытаясь поймать запахи.

– Много?

– Десять, может, двенадцать. Сразу за поворотом.

Я задумался. Мы уже встречались с различными разбойниками, и хорошо, если это одни из них. С другой стороны, это могут быть люди Барина. В любом случае, рисковать не стоит.

– Ждите здесь.

Я развернул коня и отправился к высокой сотовой вышке. Пусть это и займет какое-то время, но лучше перестраховаться.

Привязав лошадей у основания, я быстро взобрался по лестнице и достал лук. Итак, что у нас тут? «Глаз ястреба» позволяет хорошо разглядеть засаду. Семеро с одной стороны, трое с другой, еще на деревьях двое. Вооружены кое-как. Значит обычные «лесные братья».

«Дождь»

Закусываю стрелу, чтобы отправить позже.

«Взрыв»

А вот эту уже накладываю на тетиву, целюсь и мягко, как наставлял мой учитель, отпускаю ее в полет. Черный, словно смола, снаряд улетает прямо в семерку, следом в небо летит вторая.

– Страйк, – улыбнулся я, заметив, как разлетелись разбойники. Остальные кинулись бежать и тут же попали под «Дождь».

Отметив, что оставшиеся в живых разбежались, я спустился с вышки и тут же поехал к своим.

– Да, теперь все знают, что мы здесь, – развел руками Зорг.

– Зато дорога свободна. Поехали.

Мы пустили лошадей в галоп, пересекая место ловушки. Нечего тормозить движение в такой ситуации.

От взрыва в воздух взмыла стая птиц, кружа в небе, словно небольшое облако.

– Какие странные птицы, – отметила девушка. – Они словно преследуют нас.

Я поднял голову к небу и нахмурился, доставая колчан с простыми стрелами.

– Если не отстанут, придется сворачивать в лес.

– Да? А где он, лес?!

Только сейчас я заметил, что мы уже едем по степи.

– Твою мать! Зорг, возьми у меня поводья!

Я подъехал к другу и избавился от ноши, пристраивая стрелы у пояса и доставая лук. Первая атака маленьких летающих существ, чем-то похожих на утконосов, прошла мимо. Земля справа от Саши вздыбилась.

– Ну, гады, поиграем.

Я встал на седло и наложил первую стрелу. Прицел появился довольно быстро, он учитывал ветер, но не движение тварей, поэтому пришлось брать немного наперед. Тетива зазвенела над ухом, и один из монстров полетел к земле. Но их там десятки.

«Скорость»

Жалко стрелы, они нестандартные и совсем не дешевые, но жизнь дороже.

Появившаяся прозрачная рука начала подавать мне снаряды, а я превратился в пулемет. Колчан пустел так быстро, что я уже боялся, не придется ли доставать второй. Пташки все так же пытались нас задеть, но для них, видимо, дистанция была слишком большой, и стрелять прицельно они не могли.

– Ганнибал!

Я обернулся на крик Зорга и тихо выругался.

Спереди на нас несся огромный носорог с каменной кожей.

«Бронебой»

Стрела попадает в голову монстра, но отлетает в сторону.

– Ой-ой!

– Да какое, нахрен, «ой-ой»?! Останавливаемся!

Он тут же натянул свои поводья. Саша проскакала немного дальше, но вскоре вернулась.

– Черт, как же задница болит, – пожаловался Зорг и пошел навстречу носорогу.

Ну, что же, теперь об этом громадном монстре можно забыть.

«Дождь»

Сотни стрел посыпались с неба, попадая в маленькие тушки тварей.

«Взрыв»

Выцеливаю небольшую группу и спускаю тетиву. По небу разлетаются перья. Разворачиваюсь и начинаю отстрел одиночных пташек. Краем глаза наблюдаю за Зоргом.

– Ну, давай! – встал он перед живым танком, словно вратарь, ловящий мяч.

Носорог подбежал к моему другу и попытался его боднуть. Что произошло дальше, законы физики не могут объяснить. Зорг схватил монстра за рог, но не отъехал назад, как должен был, а поднял разбушевавшуюся тварь. Послышались звуки, похожие на ржание. На секунду туша зависла в воздухе перпендикулярно земле и тут же была отправлена в родную стихию. Мой друг упал вместе с ним, но тут же поднялся. Резкий поворот головы носорога, и поле оглашает громкий хруст.

– Вот так!

Я проследил, как последние летучие твари трусливо покидают поле боя.

– Ничего себе, – прошептала Александра.

– Да, дури в нем немеряно, – с какой-то гордостью посмотрел я на товарища.

Не знаю, почему это так у меня, но когда на моего друга смотрят восхищенно, у меня нет зависти. Только гордость.

– Да дело не только в нем, – лукаво взглянула на меня девушка.

– Ну, что, поехали дальше? – подошел к нам Зорг, широко улыбаясь.

– Да, погнали. Не хочется оставаться на ночь в поле.

Мы взобрались на лошадей и поскакали дальше.

Лекция III: Ошибка

Ганнибал.

Параметры:

Уровень 34

Сила…………….… 37

Ловкость……...… 112

Выносливость…. 37

Телосложение… 19

Интеллект……... 16

Мудрость.………. 10

Воля………..…….. 27

Умения:

«Студент. Пассивное умение. Вы можете перенять знания, если мастер желает с вами ими поделиться. Уровень умения повышается автоматически. Данный уровень – 2»

«Эхолокация. Активное умение. Активируется волей. Звуки отражаются от предметов и воспринимаются вашим органом слуха. Дальность и детальность обзора зависит от параметра ловкость. Время действия – 5,1 минуты. Откат 5 минут. Уровень умения повышается автоматически. Данный уровень – 2. Прогресс – 100%. Ключ – эхо»

«Атака из тени. Активное умение. Активируется волей. Позволяет слиться с тенью. Движения в тени не выведут вас на свет, но при первой атаке, умение пропадет. Время действия зависит от параметра ловкость. На данный момент – 32,18 секунд. Откат 12 минут. Уровень умения повышается автоматически. Данный уровень – 2. Прогресс – 100%. Ключ – тень»

«Разрывная стрела. Активное умение. Активируется волей. В вашей руке появляется волшебная стрела, которая при столкновении с целью взрывается. Сила взрыва зависит от параметра ловкость. Откат – 4 минуты. Уровень умения повышается вручную. Данный уровень – 2. Ключ – взрыв»

«Дождь стрел. Активное умение. Активируется волей. В вашей руке появляется волшебная стрела, которая при стрельбе навесом, поражает определенную область. Радиус поражаемой области зависит от параметра ловкость. Откат – 5 минут. Уровень умения повышается вручную. Данный уровень – 1. Ключ – дождь»

«Скоростная стрельба. Режим. Активируется волей. Ваши руки обретают силу и становятся невесомыми. Скорость стрельбы зависит от параметра ловкость. Время действия – 5 минуты. Откат – 10 минут. Уровень умения повышается автоматически. Данный уровень – 2. Прогресс 80%. Ключ – скорость»

«Глаз ястреба. Пассивное умение. Ваше зрение улучшается, позволяя видеть дальше и четче. Позволяет видеть следы. Дальность и четкость зрения зависят от параметра ловкость. Уровень умения повышается вручную. Данный уровень – 2»

«Бронебойная стрела. Активное умение. Активируется волей. В вашей руке появляется волшебная стрела, с бронебойным наконечником. Сила пробития зависит от параметра ловкость. Откат – 1 минута. Уровень умения повышается вручную. Данный уровень – 2. Ключ – бронебой»

Достижения:

«Познавший иллюзии. Вы получаете 25% защиты от ментального воздействия. Вы можете распознать любую иллюзию и галлюцинацию»

***

– Вот, – протянула мне Саша узелок из черешка.

– Ну, ты даешь! – восхищенно посмотрел на нее мой друг.

Девушка только лукаво улыбнулась.

– Теперь твой вопрос, Зорг.

– Ну… а ты замужем?

Я в голос засмеялся. Какие интересные мысли у него появились, когда он увидел завязанный во рту черешок.

– Ты чего? – искоса посмотрел на меня друг, после чего обратил внимание на узелок, и до него, видимо, дошло.

– Нет, не замужем, – хмыкнула девушка. – Мой вопрос к тебе Зорг, почему я вижу твой уровень? У меня нет таких умений.

Мы переглянулись. Мой друг скривился. Я все ждал, когда же она спросит. Однако надеялся, что до этого не дойдет.

– Действие, – вздохнул он, поставив девушку в ступор.

– Хм… – задумалась девушка. – А можно его загадать позже?

– Нет, – покачал я головой. – Здесь и сейчас.

– Ладно, тогда я хочу услышать какую-нибудь песню.

– Блин, ладно, – Зорг задумался, – Кажется, у меня синдром первой строки. А, вот, вспомнил! Всем, кто видел маску смерти, по-другому солнце светит. Теперь ты один из них. Ты проводишь в поединках, на пропахших потом рингах… все ночи свои и дни… (Ария. «Бои без правил»)

Я слушал песню одной из своих любимых групп в исполнении Зорга. Должен заметить, голос у него есть. Правда, до Житнякова очень далеко. Хотелось начать подпевать, но слов я не знал, поэтому просто мычал в такт.

– Убей свой страх, дерись как лев,

Храни в себе голодный гнев.

Пока ты жив – никто не справится с тобой.

За шагом шаг, все ближе край,

Смотри вперед, не отступай!

Бросайся в бой и побеждай любой ценой!

Девушка легонько похлопала. К аплодисментам присоединился и я.

– Когда я был маленький, мой старший брат часто ставил песни этой группы. А потом я и сам подсел на «Арию». Короче, сейчас я редко какую песню не знаю наизусть. Правда, первые строчки вечно забываю. Еще Алису хорошо знаю, КиШ само собой. А вот этот ненормальный кавказец слушает всякий женский типа рок.

– Есть много хороших групп, которых интересно послушать, – пожал я плечами. – Если брать рок, то, например, Слот, Трактор, ну или как они потом себя назвали ­– Louna. Есть еще Мельница, но это фолк.

– Рок – мужская музыка! – скривился Зорг. – Как эти пищалки могут сравниться с Кипеловым? Ты слышал его голос? Это реально голос! Беркута в расчет не беру.

– Да какая, нафиг, разница?! Главное, что красиво и зажигательно.

– Саш, а ты какие песни слушаешь?

– Разные, – хмыкнула девушка. – Но рок не очень люблю. Хотя вот одна песня мне нравится. Кукушка. Может, слышали.

– Еще бы! – подобрался Зорг. – Цой у меня тоже в списках любимых певцов.

– Какой Цой? – не поняла девушка. – Полина Гагарина.

– Мля-а-а… – протянул ценитель.

Я только хмыкнул.

– В исполнении Земфиры было лучше.

– Да какой Земфиры?! Вы вообще понимаете, что такое музыка? Эти две бабы просто перепели Цоя. И до его уровня им явно как до луны…

Мы продолжали болтать и ехали дальше. Через пару часов я заметил, как ерзает на своем скакуне Александра. Если так пойдет и дальше, то боюсь, она просто свалится с него.

Найдя небольшую лесополосу, я объявил стоянку. Саша слезла со своей кобылы с огромным трудом, но ловить ее не пришлось. Зорг матерился, держась за задницу, однако, в целом шел без особых проблем. С его регенерацией подобные повреждения не проблема. Вот за девушку я переживаю. Когда она сможет в следующий раз сесть? Может, все-таки сменить скакунов на телегу?

– Ты как? – подошел я к сидящей на земле Саше.

– Нормально. У вас не найдется бутылочки с водой.

– Держи, – протянул я флягу.

– Нет, мне бы в дорогу бутылочку.

– А, хорошо, только у меня полторашки в сумке. Сойдет?

– Да, конечно, – улыбнулась она.

– Ребят, я отлучусь, – оповестил нас Зорг и ушел в кусты.

– Слушай, можно вопрос? – произнесла задумчивая девушка.

– Да, конечно, – кивнул я.

– Он ведь монстр?

– Во-первых, он не монстр, – я пристально посмотрел на девушку. – Зорг человек. Причем хороший человек. Во-вторых, не стоит больше оскорблять моего друга.

– Прости, я не хотела, – потупилась Саша.

– Пост сдал, – вышел к нам парень.

– Пост принял.

Я пошел в кусты, особо не отдаляясь, но скрываясь от глаз. Отошел я достаточно далеко, однако, острый слух позволил расслышать, о чем говорят ребята.

– Слушай, Зорг…

– М?

– Тебе не кажется странным, что Ган только что убил несколько человек, и совсем не переживает об этом?

– А почему это должно быть странным? – недоуменно спросил мой друг. – Они же собирались убить нас.

– И все же! Вот так просто взорвать людей и спокойно ехать дальше…

– Вот ты о чем… знаешь, мы с ним не так давно знакомы, но я успел выяснить для себя кое-что. Для Ганнибала есть два типа людей. Свои и чужие. Своих он ценит и оберегает, переживает за них. А вот чужие для него априори враги. Так что Ган всегда готов к бою и готов убивать.

– А кто для него я?

– Работодатель, – вышел я из кустов.

– Теперь, пожалуй, моя очередь, – встала девушка.

– Все слышал? – хмыкнул Зорг, как только я подошел.

– Ага. У тебя она спрашивает обо мне, у меня – о тебе. Разумный подход.

– Думаю, она просто нас боится. Я монстр, ты убийца. Как в такой компании путешествовать? – Зорг хмыкнул, присаживаясь на землю. – Ты бы пожалел девочку. Может, поговоришь с ней открыто?

– Нет, – покачал я головой. – Нечего ей голову забивать фигней. Проводим ее в Ростов, там и расстанемся. Сейчас главное, чтобы она пришла в себя, и мы могли ехать дальше.

– Ган, но она же неплохая девочка. Чего ты так?

– Да пусть хоть алмазная. Какая мне разница? – посмотрел я на друга. – Заводить с ней дружбу я не собираюсь. Приятельских отношений хватит. Проводим ее и продолжим следовать нашему плану.

– Ну, что, я готова ехать дальше, – вышла к нам Саша.

По виду и не скажешь, что она несколько часов провела в седле.

– Ты уверена? – посмотрел я на нее внимательно.

– Да, я прекрасно себя чувствую.

Я оценил, как она ходит, и отметил, что девушка и правда не чувствует дискомфорта. Если до этого было заметно, что она хоть и старается делать вид, что все хорошо, но все равно держит ноги шире и не может нормально выпрямиться, то сейчас все действительно выглядело нормально.

– Раз так, предлагаю ехать дальше, – я закинул лук за спину и сменил колчан.

Костяных стрел у меня осталось всего двенадцать, они у меня в маленьком колчане за спиной, а вот деревянных около пятидесяти, поэтому именно их я и повесил на пояс.

– Все готовы? – оценил я своих спутников и довольно кивнул. – Тогда поехали.

Вскоре мы выехали не территорию Ростовского княжества. Если все пройдет хорошо, то через два дня мы уже доставим нашу клиентку домой.

День прошел довольно продуктивно. Мы проехали около сотни километров и остановились на ночлег в одном небольшом городке.

– Господи, я ненавижу лошадей, – Зорг с трудом спустился на землю, держась за причинное место. – Мне кажется, я больше никогда не смогу ходить нормально.

– Учитывая твой реген, ты через полчаса уже будешь как новенький, – хмыкнул я. – Саша, как твое самочувствие?

– Отлично, – девушка легко спрыгнула со своего скакуна.

Я посмотрел на нее с еще большим подозрением. Странно это. Уровень-то у нулевой, а чувствует себя хорошо. Впрочем, ладно, не мои заботы.

– Присмотреть за лошадками? – подбежал к нам молодой парнишка.

– Помыть, накормить, напоить, – я подкинул крупную серебрушку, которую он лихо поймал.

– Сделаем, – широко улыбнулся парнишка.

– Подожди. А кормите вы их чем?

– Соломой, – пожал он плечами. – Но могу достать сено, правда, оно дороже…

– Достань лучше комбикорм, – я кинул еще одну монету. – Накормить надо хорошо.

– Сделаем! – широко улыбнулся сорванец и повел наших скакунов к конюшне.

Я закинул сумку на плечо. Основная часть вещей была у Зорга, что сильно облегчило мне жизнь. Я ведь тоже давно уже не сидел целый день в седле. Тело отвыкло и тихо материлось на своего хозяина.

Открыв дверь, мы ввалились в местный трактир.

– Здравствуйте! – тут же подбежала к нам молодая худенькая девочка.

– И вам не болеть, – любезничать не было никакого желания. – Нам нужна комната с тремя кроватями и горячий ужин.

Я между делом окинул зал. Человек десять. У всех в руках кружки. Видимо, местное пиво или вино.

– Может, две комнаты? – выразительно посмотрела на меня Саша.

– Нет, Зорг будет спать с нами, – покачал я головой, сделав вид, что не понял намека.

– Ладно. Тогда нужна ванна! – вздохнула девушка.

– Да что вы пристали?! От меня пахнет не лучше, чем от вас, – немного обиженно посмотрел на нас Друг.

Мы, не сговариваясь, улыбнулись.

– Да, конечно. У нас проведена горячая вода в номера. Там так же есть мыло. Вот только комнат с тремя кроватями у нас нет. Есть с одной двуспальной и одной обычной. Вам подойдет? – улыбнулась молодая блондинка.

Меня немного нервировало, что мы привлекали массу внимания. В трактире не было никого, кто бы ни обратил на нас внимания. Хотя нет, один был. И вот этот невысокий мужчина, одиноко сидящий в углу с кружкой пива, настораживал еще больше, чем остальные.

– Это все? – вернула мое внимание к себе официантка.

– Да, и, если можно, ужин в номер.

– Конечно. Завтрак на утро?

– С рассветом доставите?

– Да.

– Тогда и завтрак. Только попросите не опаздывать, мы не задержимся. И еще, для вот этого чуда тоже что-нибудь вкусного, – показал я на Тьму.

– Сделаем. С вас десять граммов серебром. Плату мы принимаем не только чеканными монетами, но в этом случае стоимость увеличивается на двадцать процентов.

– Не переживайте ни о чем, – я достал одну крупную и одну мелкую серебрушку и протянул их девушке.

– Благодарю. Следуйте за мной.

Мы прошли по лестнице и поднялись на второй этаж. Там очень скоро была найдена двести тринадцатая комната, в которой мы и остановились. Мы перекусили и занялись водными процедурами. Первой в душ, естественно, пошла Саша. Уже после нее мы по очереди. Тело ужасно ныло и требовало сна. Впрочем, я не один настрадался. Когда я вышел из ванной, Саша уже спала, устроившись на маленькой кроватке.

– Старина, завтра линяем отсюда как можно быстрее. И еще, будь сегодня очень внимателен.

– Есть опасения? – серьезно посмотрел он на меня.

– Да, мне не понравился один человек внизу. Не знаю, могу ошибиться, но лучше быть готовым.

– Хорошо.

Я оставил лук возле кровати, пристроив рядом и колчан со стрелами. После душа надевать грязную одежду не хотелось, поэтому я переоделся в чистую, прицепил ножи и лег в постель. Как вырубился, я даже не заметил.

– Ган, подъем, – услышал я сквозь пелену сна шепот Зорга. – Кажется, ты был прав.

Я резко подорвался, сон словно рукой сняло.

«Эхо»

Топнув, я послал звуковой сигнал во все стороны. Шесть человек в коридоре, двенадцать на улице. Хреново, но могло быть и хуже.

– Саша, подъем, – похлопал девушку по плечу наш танк.

– А? Что? Еще же темно.

– Да, только их темнота не остановит, – я наложил стрелу на тетиву и подошел к краю оконной рамы. – Старик, на тебе вход.

– Слушаюсь и повинуюсь, – он подошел к деревянной двери и прислонил к ней свой огромный щит.

В правой руке моего друга уже появилась короткая бита.

– Саша, спрячься под кровать, – не дожидаясь выполнения приказа, я спустил тетиву в одного человека на улице.

«Скорость»

– Тьма, давай.

«Вы получили усиление +10% к ловкости»

Прозрачная рука начала быстро подавать стрелы, которые я с не меньшей скоростью пустил дальше во врагов. Еще четверых удалось снять до того, как полетели встречные снаряды. Один болт врезался в раму окна возле лица, пришлось пригибаться. «Эхо» показало, что парень в коридоре со всего размаха врезал в дверь ногой, но итогом ему служила сломанная конечность. Я злорадно ухмыльнулся, переходя к другому окну и тут же стреляя сквозь стекло. Попал в плечо, но и то хорошо. Противник уже не стрелок. Следующий. В это время в коридоре начал работать маг, посылая в моего друга струю пламени. И вот это не очень хорошо. У Зорга слабость к огню, но дальше двери дело не пошло, зато ее маг превратил в уголь за несколько секунд. В бой тут же вступили ближники с щитами и мечами. И только теперь мой друг начал входить в раж. Он лупил битой по вражескому танку, но тому было все равно. Зеленая аура, окружающая его, не давала причинить вред хозяину. Сложилась патовая ситуация. Зорг развел руками в стороны и сжал противника вместе с его щитом в своих объятиях. Защита лопнула и осыпалась словно стекло, щит смялся под медвежьей хваткой, вскоре послышался крик и хруст костей. Товарищи убитого пытались помочь, но уже ничего не могли сделать. Как только наш силач откинул сломленное тело, он тут же нанес удар битой по голове воина с мечом. Череп оказался гостеприимный и впустил биту в себя. Еще один пал смертью храбрых. Я же добил последнего раненного стрелка.

«Поздравляем, вы получили уровень! Ваш уровень 35»

Я развернулся, чтобы помочь другу. Это было ошибкой, ведь я вышел под свет луны, но понял я это, только когда столкнулся взглядом с высоким, худым человеком.

«Ментальный блок пробит»

– Убей его!

Я с ужасом почувствовал, как разворачиваются мои руки, и я целюсь прямо в затылок своему другу.

Щеку пронзило болью. Это Тьма пытается вернуть меня в чувство как умеет, вот только это не помогло.

– Нет! – крикнула Саша, но было уже поздно.

Стрела сорвалась и улетела вперед. Время словно остановилось для меня. Я видел, как наконечник приближается к затылку. Я ничего не мог сделать. Пытался, но не мог даже пошевелиться. Стрела пробила череп и вошла в голову друга по самое оперение. Зорг вздрогнул и медленно завалился на спину.

– Нет, не-е-ет! Зорг! – раздались вопли Саши.

Я почувствовал, как что-то течет по щеке. И, кажется, это не кровь.

– Мяу! – кошка все старается вернуть меня в чувство.

Я вижу, как оставшиеся четверо вваливаются в комнату. Маг подходит к девушке, пытающейся спрятаться в углу, и цепляет на нее ошейник. Другой, довольно крупный мужчина подходит ко мне. Он тянет руку к Тьме, но получает только когтями по пальцам.

– Ах ты тварь! – урод хватает мою питомицу и выбрасывает в окно, после чего смотрит на меня. – А ты чего тут стоишь?!

Пинок ноги заставил меня пролететь сквозь стену. Я несколько раз перевернулся в воздухе, не меняя своего положения, и приложился правой стороной об асфальт. Плечо хрустнуло, выдав миллионы звезд в глазах. Нога так же отдавала болью, но ее сигналы не сильно тревожили мое сознание.

– Мяу.

Моя питомица, хромая, подошла ко мне и села у ног. Ее глаза засветились зеленым.

Я провалялся так несколько минут. Тело постепенно начало подчиняться мне, сопровождая все это ощущениями, будто по тебе проходятся тысячи маленьких иголок. Словно тело онемело, и только сейчас начала поступать кровь к органам.

– Зорг…

Я попытался встать, но нога не слушалась. Видимо и там тоже перелом. Перевернувшись на левую сторону, я начал ползти, медленно приближаясь ко входу. Все тело стонало и требовало прекратить это издевательство, сознание словно предлагало: «я пойду?» Но я никого не отпускал, стискивая зубы и продолжая двигаться. Стоило мне войти в трактир, как я увидел местного вышибалу со свернутой шеей, валяющегося в углу. Мои муки продолжились. И вот если я считал, что ползти – это больно и тяжело, то на лестнице понял, все это фигня. И настоящей боли там не было. Даже левая рука не хотела слушать меня, а правая так и вовсе не принимала за хозяина. Если бы не случай с камнем, я бы провалился в забытье, даже не заметив этого, но сейчас я точно понимал, что реально, а что работа мозга, требующего выгнать сознание во тьму. Когда я все же выполз, то с удовольствием выдохнул. Странно, но никого наша маленькая битва не разбудила. А может, в трактире никого не осталось в живых? Размышляя об этом, я дополз до своего друга. Стрела все так же торчала из его головы. В глазах пустота, а выражение лица такое, будто он спрашивает: «За что?»

– Прости, старина, – я вытащил клинок и срезал оперение, вытянув стрелу через лоб. – Прости.

Зорг пару раз моргнул, после чего уставился на меня.

– Какого хрена, Ган?!

– Контроль, – прошипел я, чувствуя облегчение.

Признаюсь, был страх, что выстрел в голову с длительным пребыванием инородного тела в мозгу его все-таки добьют.

– Твою мать! Блок не сработал?

– Нет, – покачал я головой.

– Где Саша?

– Они увели ее.

– Тогда чего мы ждем?! За ними!

– Ты серьезно? – хмыкнул я, указав на кость, торчащую из ноги, и плечо, выгнутое как-то неестественно вперед.

Я еще раз вздохнул и позволил сознанию наконец-то дезертировать.

– Ща, все сделаем! – услышал я его на остатках и тут же почувствовал страшную боль, способную вытащить человека с того света, ну, или же загнать его туда.

– Ща вправим!

– Какой вправим, идиот?! Это же не вывих!

Как я понял, Зорг положил меня на спину и прижал плечи к полу.

– Ган, мы должны спешить!

– Успокойся! Дай мне несколько часов. Тьма приведет меня в порядок. Видишь, уже сейчас кровь не льется. А Саша от нас никуда не денется. Как минимум, мы знаем, куда ее потащили. А значит поедем прямиком туда.

– Я не могу ждать! – вспылил мой друг. – Мы взяли на себя ответственность за ее жизнь!

– И что ты сделаешь? Когда они поймут, что срубленной головы тебе недостаточно для окончательного упокоения, они тебя просто сожгут. Зорг, ты не бог! Пойми уже, наконец, что и твоя жизнь может прерваться!

– Но…

– Без «но»! Ее в любом случае не убьют, а мы, даже если прямо сейчас бросимся в погоню, не догоним. Нам нужна информация, а мне нужно поспать…

Моя голова коснулась пола, после чего я мигом потерял сознание.

Проснулся я уже утром. Осмотревшись, понял, что в комнате многое изменилось. Набежали стражники и служители отеля. Мой друг что-то рассказывал, жестикулируя руками.

– То есть, вы не знаете, кто это был? – спросил какой-то дотошный мужичок.

– Нет.

– А ваш товарищ?

– Я тоже не в курсе, – встал я с постели, принимая на руки свою спасительницу. – Зорг, я капец жрать хочу.

И когда меня успели уложить на кровать?

Тьма тут же перебралась ко мне на плечо.

– Да, тут просто у меня показания берут…

– Простите, но нам пора идти, – я закрыл номер на ключ, взял друга за плечо и повел к лестнице.

– Вы как себя чувствуете? – подбежала ко мне вчерашняя официантка.

– Милая, я безумно хочу жрать. Там вроде бы у нас был завтрак на троих оплачен?

– Да, конечно, – кивнула девушка. – В кафе будете есть?

– Именно.

– Сейчас распоряжусь.

Девица тут же побежала вниз.

– Простите, но мы не закончили! – догнал нас мужчина в доспехах.

Я развернулся, сделав зверское выражение лица.

– Если я не поем, то буду вынужден сожрать вас. Да и сказать нам особо нечего. В протоколе так и запишите, два мужика ни хрена не знают.

Я развернулся и снова затопал в сторону лестницы.

– Подождите, но так нельзя! Вы должны дать показания!

– Хорошо, только сейчас это сделать мы не можем, очень есть охота, да и дел много. Быть может, нам было бы лучше подойти к отделению? Где оно?

– Ленина сорок семь.

– Вот и здорово! Думаю, к двум часам мы освободимся.

– Хорошо, я буду ждать.

Мужик кивнул и сам пошел по лестнице первым.

– Мы, правда пойдем? – подозрительно посмотрел на меня Зорг.

– Конечно, нет, – скривился я. – Я же ему не говорил, что мы придем. Если я в чем-то и убедился за время своей жизни как до, так и после апокалипсиса, так это в том, что ментам верить нельзя. Нет, я не спорю, что и среди них есть достойные люди, но гнили там слишком много. В любом случае, ждать от них помощи не приходится. А помогут нам совсем другие люди. Даже если не хотят этого.

Я злобно ощерился, представляя будущую развлекуху.

От моего вида официантка едва не уронила поднос, после чего с опаской взглянула мне в глаз.

– Простите, а можно попросить вашего конюха, чтобы он подготовил лошадей к двенадцати? Мы съедем.

– Да, конечно, – стушевалась она.

Я взял куриную ножку и вгрызся в нее. Голод после такого восстановления был адским, поэтому я поглощал еду практически не пережевывая и тут же запивая водой, разбавленной медом.

– Ты что-нибудь рассказал ему? – посмотрел я на друга.

– Нет, только общие данные. Кто напал, не знаю. Подругу украли, зачем и почему, не знаю.

– Молодца. Тогда шевели челюстями. Пойдем отлавливать кое-кого.

Возвращаться за луком я не стал, для моих целей хватит и ножей. Когда мы доели, я вытащил кинжал и надрезал руку, смазывая своей кровью кошелек и пару монет внутри. Когда я обернулся, наткнулся на святящиеся глаза Тьмы. Сложилось чувство, что она просто тяжело вздыхает и думает что-то типа: «Какого черта я должна постоянно лечить этого придурка».

– Спасибо, родная, – я поцеловал ее в темечко и встал из-за стола. – Запах мой запомнил?

– Шутишь? Учитывая, как ты любишь резаться, я его знаю как «Отче наш».

– Вот и хорошо.

Я повесил мешочек с монетами на пояс, после чего мы вышли на улицу.