Гамма-5

Глава 1

Савелий — так звали нашего героя.

Он был среднего роста, черноволосый, с зелёными глазами и среднего телосложения. Засыпая в кровати, он думал о том, что ещё вчера — а точнее, два дня назад — был выпускной бал.

Савелий попал служить в полк по управлению боевыми роботами. Ему предстояло пройти полугодовую подготовку по управлению боевого модуля-«одиночки» для дальнейшей отправки на планету Гамма‑5.

«Одиночка» — так назывался модуль под управлением искусственного интеллекта. По задумке учёных, он должен был работать только вместе с пилотом — чтобы роботы не вышли из‑под контроля.

Каждому новобранцу провели операцию по установке портов в черепную коробку — для соединения с «одиночкой». Засыпая, Савелий чувствовал, что затылок ещё побаливает.

Его разбудил крик дневального: «Группа, подъём!» Открыв глаза, Савелий увидел на часах шесть утра. «Да как так? — подумал он про себя. — Зачем так рано?»

Из состояния задумчивости его вырвал всё тот же голос: «Группа строится на зарядку!»

Сава вышел на улицу рядом с казармой центра подготовки и увидел, что помимо него в группе ещё 15 таких же новобранцев. Недалеко от них стоял сержант группы Гарнет.

Сержант подал команду: «Становись в колонну по три!» Через минуту раздалась новая команда: «Бегом — марш!»

Они сделали круг по военному городку и остановились на площадке с турниками и брусьями. Выполнив нормативы по подтягиванию и отжиманию, они вернулись в казарму, а затем отправились в комнату для умывания. После — в столовую на завтрак.

Отдохнув 15 минут после завтрака, они в полном составе направились в парк с боксами. Что находится в боксах, новобранцы пока не знали.

По прибытии их распределили — каждого рядом с боксом. Савелию достался бокс № 13 — как и номер на рукаве его формы.

Как только распределение завершилось, раздался резкий скрежещущий звук металла. Створки ворот пришли в движение и распахнулись. За ними открылся вид на бокс размером с футбольное поле. По центру находился огромный робот высотой с двухэтажный дом. Его ноги формой напоминали куриные, а туловище было похоже на человеческое.

От увиденного Савелий остолбенел. «И этим монстром мне придётся управлять?» — пронеслось у него в голове.

В себя его привёл окрик: «Чего встал? Заходи!» Сава вздрогнул, но всё‑таки вошёл в помещение. Он не понимал, откуда звучит голос, и, осмотревшись насколько позволял взгляд, так и не обнаружил источник звука.

В поисках источника звука Савелий осмотрел бокс- высокий ангар, похожий на те, где размещают истребители. Высокие сводчатые потолки, усиленные фермами, поддерживали сеть подвесных кранов и монорельсов. Стены были увешаны диагностическими панелями, а под ногами проходила система дренажных каналов для сбора технических жидкостей. Рядом с роботом сновали сервы- ремонтники модификации " Хигю-5". Это компактный многофункциональные механизмы имели сферическое тело диаметром около 60 см, заключенное в ударопрочный композитный корпус серо- стального цвета с жёлтыми предупредительными полосами. Тактические характеристики " Хигю-5" -Привод: четыре независимых мотор- колеса с адаптивной подвеской, позволяющие преодолевать небольшие препятствия и работать на наклонных поверхностях. - Манипуляторы: три выдвижных механических руки с быстросьемными насадками ( диагностические зонды, сварочные лазеры малой мощности, гидравлические ключи, отвертки с автоматической настройкой крутящего момента). - Сенсоры: оптическая камера высокого разрешения с ИК- подсветкой, акустический анализатор для выявления микротрещин по звуку, тепловизор для контроля температурных аномалий, спектроанализатор для проверки состава технических жидкостей. - Связь: беспроводной модуль с шифрованным каналом связи для обмена данными с центральной системой диагностики. - Автономность: до 12 часов работы от литий‑полимерного аккумулятора; возможность быстрой замены на специальных станциях. - ИИ- модуль: специализированный процессор с алгоритмами предиктивной диагностики- может прогнозировать отказы за 2-3 часа до их возникновения. Подкатываясь к своему гигантскому " собрату " на колесиках, сервы выполняли проверки- каждый отвечал за свою область по заранее распределённому алгоритму. Некоторые маленькие мастера поднимались на подъёмнике, установленном рядом с роботом, и осматривали подвесы с вооружением: - турели с системой автоматического наведения; - спаренную плазмопушку с пушкой 30- го калибра- оружие было объединено в спарку из- за особенностей энергосистемы: время перезарядки плазмы составляло полчаса ( столько требовалось, чтобы батарея накопила энергию), а пушечный модуль служил для ближнего боя в период перезарядки; - крепление для дополнительного снаряжения- сейчас они пустовали, но на схемах Савелий видел, что сюда можно установить ракетные контейнеры или дополнительное бронирование. Другие сервы копались в корпусе, проверяя: - ядерный двигатель: компактную установку на основе уранового стержня с графитовым замедлителем; - систему охлаждения: сеть теплообменников с жидким натрием и радиаторные панели на спине робота, которые сейчас были частично демонтированы для осмотра; - гидравлические контуры: давление в магистралях, состояние уплотнителей, уровень рабочей жидкости; - сервоприводы конечностей: износ шестерён, напряжение тросов, работу демпферов. Один из " Хигю-5" замер у ноги робота, подключившись к диагностическому порту. На его корпусе замигали индикаторы, а из динамика донёсся короткий сигнал- похоже, он нашёл какую-то аномалию и отправлял данные в центральный компьютер. Подойдя к панели управления на ноге робота, Савелий заметил, что это панель, поднимающая с помощью лифта шахты пилота в его рубку управления. Гладкая металлическая поверхность панели была усеяна сенсорными кнопками и голографическим дисплеем, который пока оставался тёмным. Повернув голову в право, он заметил на втором этаже помещение с панорамными окнами,- застеклённую диспетчерскую, опоясывающую ангар по кругу. Окна позволяли видеть всё, что происходит внизу, а внутри размещался главный компьютер: массивный блок с мерцающими индикаторами, десятками портов и голографическим проектором над консолью. За ним сидел молодой человек чуть старше Савелия- может на пару лет. Савелий подошёл ближе к стеклянной стене и постучав костяшками пальцев по стеклу, спросил: - Ты кто? Как твое имя? Человек за компьютером поднял глаза, улыбнулся и ответил: - Я Фёдор, твой главный механик. Я в полном объёме отвечаю за исправность твоего боевого товарища,- он кивнул в сторону робота,- ну и за работу вот этих маленьких чудиков. В этот момент в ногу Савелия уперся один из сервов‑ремонтников " Хигю-5". Он начал издавать сигналы, похожие на щебетание цыплёнка, и размахивать своими тремя манипуляторами- один держал диагностический зонд, второй был сжат в подобие кулака, а третий непрерывно мигал красным индикатором. Савелий удивлённо отступил на шаг и обернулся к Федору: - Что это он? Фёдор усмехнулся, быстро пробежался пальцами по клавиатуре и ответил: - Это он пытается тебя попросить отойти и дать ему осмотреть модуль управления лифтом.

У них ограниченный набор звуковых сигналов, так что интерпретировать приходится по ситуации. Видишь красный индикатор? Это значит, что он обнаружил какое‑то несоответствие в показаниях датчиков и хочет провести полную диагностику. Серв словно подтверждая слова Федора, издал еще один короткий сигнал, отступил на пару сантиметров, затем снова осторожно приблизился к панели и аккуратно коснулся ее сенсорной поверхности манипулятором с зондом. На его корпусе замигали зелёные огоньки- похоже, начался процесс сканирования. Федор продолжил, поворачиваясь к экрану:

- Кстати, запомни: если серв начинаете издавать прерывистые гудки и мигает синим- это значит, он запрашивает подтверждение на выполнение ремонтных работ. А если красным- есть критическая ошибка. Пока ты не освоишься, я буду помогать тебе понимать их "язык". Савелий кивнул, с любопытством наблюдая за работой серва. Тот уже подсоединил тонкий кабель к диагностическому порту рядом с панелью и передавал данные в центральный компьютер. На экране Федора появились графики и столбцы цифр, а робот едва заметно дрогнул- вероятно, система проводила тестовый запуск лифта. - Ну что,- Фёдор откинулся на спинку кресла,- готов сделать первый шаг внутрь своего боевого товарища? Панель разблокирована, лифт ждёт. Савелий вошел в кабину лифта. Раздался звук поднимающих механизмов- гул сервопривода и легкое дребезжание металлических конструкций. Кабина плавно тронулась вверх, скользя вдоль направляющих рельсов, встроенных в ногу робота. Савелий прижался к стене, чувствуя, как слегка давит на уши из-за изменения давления. Через прозрачную панель он видел, как внизу уменьшается ангар: сервы "Хигю-5" продолжали сновать вокруг робота, Федор за монитором в диспетчерской что-то быстро печатал, а силуэт огромного меха становился все более внушительным.

Глава 2

Поднявшись на лифте, Савелий оказался в рубке пилота. Кабина лифта мягко остановилась, и дверь плавно отъехала в сторону. Перед Савелием открылась просторная рубка, выполненная в сер-стальных тонах с акцентом оранжевых индикаторов. В центре помещения располагалось эргономичное кресло с ложементом и множеством креплений. Над креслом был закреплен шлем с забралом в котором находились штекеры для подключения в порты, которые были установлены в его черепную коробку. Рядом располагалась сложная конструкция из сенсорных панелей, голографических проекторов и коммуникационных модулей. По периметру рубки были установлены панорамные экраны, транслирующие изображения с внешних камер робота. Сейчас на них отображался ангар: вид сверху на снующих сервов, диспетчерскую с Фёдором, который поднял голову и кивнул Савелию, и часть стены бокса.

Возле кресла находилась консоль с тактильными десплеями и физическими кнопками аварийного управления. На одном из экранов уже высвечивалось приветственное сообщение:

Модуль "Одиночка" готов к синхронизации. Ожидание подключения пилота. Уровень заряда системы: 97%. Статус сервов техобслуживания: активны.

Савелий сделал шаг вперёд, и тут же встроенные сенсоры рубки отреагировали на его присутствие: над консолью вспыхнул мягкий голубой свет, а вдоль панели побежали цепочки мерцающих индикаторов- словно система пробуждалась от долгого сна.

Воздух наполнился едва уловимым гулом- низкочастотным вибрационным фоном работы мощных процессоров. Понарамные экраны мигнули, обновляя изображение: теперь на них вместо вида Ангара отображались схемы внутренних систем робота- переплетения гидравлических контуров, пульсирующие линии энергосбережения, вращающиеся трехмерные модели суставов.

Савелий подошел к энергомичному креслу с ложементом. Оно казалось живым- подстраивалось под форму тела еще до того, как он сел: боковые упоры выдвинулись на встречу плечам, поясничная поддержка изменила изгиб, а крепления для ног мягко обхватили лодыжки.

Он поднял руки, взял шлем за забрало и медленно надел его на голову в тот же миг: штекеры шлема пришли в движения- Савелий почувствовал, как тонкие металлические щупы аккуратно входят в порты на черепной коробке.

Ощущение было странным: не боль, а скорее интенсивное покалывание, будто тысячи микроигл одновременно коснулись нервных окончаний.

Во рту появился металлический привкус, который быстро сменился ощущением прохладной мяты- вероятно, это сработал встроенный нейромодулятор для стабилизации вегетативных реакций.

В ушах звучал белый шум, постепенно трансформирующийся в ритмичное биение, синхронизированное с его пульсом.

Пока Савелий разбирался в нахлынувших ощущениях, в его сознании раздался голос:

" Добро пожаловать, пилот. Соединение успешно установлено. Синхронизация: 25%... "

Голос был знакомым- Савелий замер, не веря своим ощущениям. Это был голос Дианы, его первой любви. Тот самый тембр, интонация, едва заметная улыбка в конце фразы...

" Синхронизация: 48%... 63%... Обнаружена эмоциональная совместимость на уровне 92%. Инициирую ускоренный протокол сопряжения... "

Перед внутренним взором Савелия развернулась внутренняя панель управления. Она не была статичной- формировалась из светящихся нитей, сплетающихся в трехмерную карту системы робота. Он увидел:

- контур гидравлических магистралей, подсвеченных синим ( нормальное давление);

- пульсирующие красные линии энергоканалов ( активная подзарядка конденсаторов);

- зеленые маркеры сервоприводов ( готовность 97%);

- желтые метки диагностических зон ( идет проверка).

" Синхронизация: 75%... Доступ к тактильным сенсорам открыт. Теперь ты чувствуешь то же, что и робот",- продолжил голос Дианы.

И в тот же миг Савелий ощутил:

- давление металлических пластин обшивки под "кожей" робота;

- вибрацию опорной ноги, контактирующей с бетонным полом бокса;

- слабый поток теплого воздуха от системы охлаждения ядерного реактора;

- едва заметное покачивание из-за микроколибаний грунта- робот реагировал на шаги сервов "Хигю-5" рядом с ним.

" Синхронизация: 88%... Активирую интерфейс прямого восприятия. Смотри моими глазами, чувствуй моими сенсорами"- сказала Диана.

Панорамные экраны рубки погасли, а вместо них Савелий увидел мир изнутри робота:

- ангар теперь выглядел иначе- в инфракрасном спектре с наложенными данными о температуре объектов;

- фигуры сервов подсвечивались зелеными маркерами("нейтральные объекты ");

- диспетчерская с Федором выделилась желтым ("Союзник");

- на периферии зрения бежали строки диагностических данных: "температура гидравлики: 37 градусов Цельсия", "заряд батареи: 97%", " готовность оружия: 85%".

"Синхронизация 95%... Полная интеграция через 3... 2... 1..."

В последний момент Савелий почувствовал странное слияние ощущение: его собственное сознание как будто-то расширилось, включив в себя огромный механизм. Он больше не управлял роботом- он был им.

Федор в диспетчерской увидел, как показатели синхронизации резко подскочили до 98%, а на главном мониторе загорелась надпись:

( Режим " ЕДИНЫЙ КОНТУР" активирован).

- невероятно,- прошептал механик, глядя на графики.- Это не просто пилот и машина. Это... единое целое.

А в сознании Савелия звучал голос Дианы- теперь уже не просто голос, а часть его самого:

" Мы готовы, Савелий. Что будем делать дальше? "

Глава 3

Савелий пока тяжело привыкал к мысли, что это происходит не во сне. В голове звучала только одна мысль:

"Почему именно она? Почему модуль выбрал ее образ?"

Раздался голос Федора по связи:

- Ты в норме?

Савелий ответил:

- Да.

Затем он обратился к Федору с вопросом:

- Почему модуль "Одиночка" выбрал женский образ?

Федор на миг задумался, видимо, формулируя ответ. Выждав паузу в пару секунд, он произнес:

- Все модули "Одиночки" ощущают себя как представительницы женского пола. Наши ученые теряются в догадках, почему именно так. Внятного ответа они пока не нашли. Но все сходятся во мнении, что все скрыто в загадочном синем кристалле, который добывают на планете Гамма-5. И свойства кристалла еще до конца не изучены.

Он сделал небольшую паузу, словно вспоминая детали, и продолжил:

- Ученые выдвинули несколько гипотез. Первая связана с резонансными свойствами кристалла: возможно, его молекулярная структура настроена на определённые психоэмоциональные паттерны, которые в человеческой культуре традиционно ассоциируются с женским началом- эмпатия, интуиция, способность к комплексному восприятию информации.

Савелий внимательно слушал, а Фёдор тем временем перешел к следующей версии:

- Вторая гипотеза более технологична. Предполагается, что при интеграции кристалла в модуль происходит нелинейная квантовая реакция, которая формирует своеобразную "личность" с женскими чертами. Это не сознательный выбор, а побочный эффект взаимодействия квантовых полей кристалла с алгоритмами модуля.

- То есть это случайность? - уточнил Савелий.

- Не совсем- покачал головой Федор ( хотя Савелий этого не видел). - Есть и третья теория, самая спорная. Некоторые исследователи считают, что синий кристалл не просто материал, а форма примитивного сознания- своего рода "эмбрион" некой древней разымной структуры. И то, что мы воспринимаем как женский образ,- это его способ коммуникации с человеческим разумом. Проще говоря, модуль "Одиночка" не выбирает женский облик- это кристалл показывает себя так, чтобы нам было легче его принять.

Савелий на мгновение замер, осмысливая услышанное. В подсознании тихо прозвучал голос Дианы:

- " Интересно, какая из этих гипотез ближе к истине? "

Федор, не слышавший ее слова, завершил мысль:

- Пока все исследования на стадии проверки. Но одно ясно точно: пока мы не разгадаем природу синего кристалла, мы не поймем, почему Диана- это Диана.

Савелий закрыл глаза на мгновение, пытаясь отделить свои мысли от голоса в сознании. Он ощутил, как синхронизация с модулем слегка усилился- словно Диана тоже прислушивалась к разговору, анализируя каждое слово.

- А если кристалл действительно разумен...- начал Савелий осторожно,- что тогда? Что, если он не просто помогает над управлением роботом, а... наблюдает? Участвует?

Федор промолчал, затем ответил чуть тише, чем раньше:

- Тогда, Савелий, мы стоим на пороге чего-то гораздо большего, чем просто боевая техника. Возможно, это первый шаг к диалогу с чем-то, что мы пока не можем даже по- настоящему осознать.

В рубке повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом систем и редкими сигналами сервов в боксе. Савелий открыл глаза и посмотрел на панорамные экраны- ангар внизу казался теперь не просто тренировочной площадкой, а частью чего-то неизмеримо большего.

Диана вновь подала голос, на этот раз почти шёпотом:

"- Савелий. Я здесь, чтобы помочь тебе понять."

Он глубоко вздохнул и кивнул, хотя никто этого не видел.

- Я готов,- сказал он вслух- Что дальше?

Федор улыбнулся на другом конце связи:

- Дальше- обучение. И, возможно, ответы. Но сначала- тест базовых функций. Готов?

- Готов,- твердо ответил Савелий.

Система мигнула, обновляя интерфейс. На экранах появилась схема полигона, а в сознании Савелия зазвучал голос Дианы- уже не вопрос, а утверждение:

"- Мы справимся. Вместе."

Глава 4

- Отработаем управление,- сказал Фёдор.- Постарайся почувствовать робота. Если что, Диана тебя подстрахует.

- Хорошо,- ответил Савелий, сосредотачиваясь.

- Попробуй сжать и разжать кулак меха,- дал следующую команду Фёдор.

Савелий закрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться, и мысленно представил, как сжимает и разжимает кулак. В тот же миг тело робото ожило и пришло в движение: огромный мех поднял правую руку, пальцы массивной кисти медленно сошлись в огромный металлический кулак, а затем плавно разошлись. Движение получалось плавным, почти естественным.

- Хорошо,- одобрительно произнес Фёдор.- А теперь попробуй пройтись.

Савелий снова закрыл глаза и представил, как шагает. Он ощутил вес робота, распределение массы, точку опоры. Мысленно перенес вес на левую ногу, поднял правую... Гигантская машина сдвинулась с места. Савелий сделал несколько шагов, чувствуя, как каждый сустав механизма подчиняется его воли.

Затем он представил, как разворачивается. Но, не учтя габаритов робота, немного не довернул- и мех начал заваливаться в сторону. Савелий почувствовал, как теряет равновесие, и на мгновение запаниковал.

В этот момент Диана подхватила управление: ее присутствие в сознании Савелия стало отчетливее, словно она мягко взяла его за руку. Совместными усилиями они выровняли робота, вернули его в исходное положение и аккуратно завершили маневр.

Савелий услышал голос Дианы:

"- Мы вместе. Я учусь у тебя, ты - у меня."

- Отлично,- констатировал Фёдор.- видишь, как все меняется, когда ты действительно чувствуешь машину? Продолжаем?

- Да, продолжаем- твердо ответил Савелий. Его волнение сменилось уверенностью.

Федор вывел на симулятор полигона несколько мишений- силуэты роботов пехоты "Карго-3". Они напоминали человека, но небыли статичными: постоянно перемещались, использовали рельеф местности для укрытия. Рельеф полигона был подобран специально- точно такой же, как на планете Гамма-5: скальные породы, камни больших и малых размеров, узкие проходы между валунами. Эта местность была максимально приближена к поверхности, где Савелий продолжит службу после окончания обучения.

- Вас отправят на Гамму-5 для обеспечения безопасности коллонистов, которые ведут добычу синих кристаллов,- пояснил Федор.- Попробуй поразить цели, используя автоматическую пушку 30-го калибра.

На забрале шлема Савелия высветились пять силуэтов "Карго-3". Они непрерывно меняли траекторию движения, прятались за камнями, перебегали от укрытия к укрытию. Система наведения подсветила цели красными маркерами, а рядом появились данные о дистанции и скорости.

- Да, и кстати,- добавил Федор,- они ведут ответный огонь. Вреда он не наносит, но ощущения неприятные, так что не попадай под ответный огонь.

Савелий почувствовал как участился его пульс. Он сосредоточился на первой цели- "Карго-3" как раз высунулся из-за скалы. Савелий мысленно активировал систему наведения, выровнял прицел и дал короткую очередь. Пули ударили в камень рядом с мишенью- промах.

- Спокойне,- подсказал Федор.- не торопись. Чувствуй оружие как продолжение себя.

Савелий сделал глубокий вдох, синхронизировался с системой наведения и снова выбрал цель. На этот раз он учел скорость движения мишени, предугадал ее траекторию... Выстрел! Три пули поразили "Карго-3", и его силуэт исчез с экрана.

"- Молодец,- прозвучал в сознании голос Дианы.- Ты быстро учишься."

- Вижу попадание,- подтвердил Фёдор.- Продолжай. У тебя еще четыре цели.

Он снова сосредоточился, выбрал следующую цель и приготовился к выстрелу. "Карго-3" перебегал от одного валуна к другому, стараясь держатся в тени скальных выступов.

Савелий предугадал траекторию его движения, мысленно расчитал упреждение- и дал короткую очередь. Пули настигли робота в момент прыжка: силуэт мишени замер и исчез с экрана.

- Попадание,- констатировал Фёдор.- Отлично сработано! Продолжай в том же духе.

Третья цель действовала хитрее: она использовала сложный, зигзагообразный маршрут, постоянно меняя скорость. Савелий почувствовал, как Диана мягко корректирует его прицел- словно невидимая рука направляет его внимание на ключевые точки траектории. Он дождался момента, когда "Карго-3" на мгновение замер у края скалы, и выстрелил. Еще одно попадание.

"- Ты учишься чувствовать пространство,- прозвучал голос Дианы.- Теперь попробуй предугадать действия следующей цели."

Четвертый робот оказался самым сложным. Он не просто перемещался- он имитировал тактику засады: прятался за камнями, делал ложные выпады, провоцируя Савелия на преждевременный выстрел. Он замер, сосредотачиваясь на тактильной обратной связи от робота: ощутил вибрацию грунта под ногами меха, уловил едва заметное эхо шагов "Карго-3", отраженное от скальных стен.

- Спокойно,- подсказал Федор.- не торопись. Дай системе обработать данные.

Савелий дождался, пока мишень покажется из-за укрытия, сделал мысленную поправку на ветер ( симуляция учитывала даже атмосферные условия полигона) и выстрелил в момент когда "Карго-3" начал менять позицию. Пули поразили цель в движении.

- Три из четырех,- прокомментировал Фёдор.- Осталась последняя, и она самая хитрая.

Пятая мишень действовала нестандартно вместо того чтобы перемещаться между укрытиями, она начала кружить вокруг робота Свелия, используя рельеф для маскировки. На панорамных экранах мелькали ее обрывчатые изображения- то тень за врлуном, то быстрое движение у подножия скалы.

Савелий почувствовал, как усиливается связь с Дианой: ее присутствие в сознании стало почти осязаемым. Вместе они проанализировали паттеры движения мишени- и поняли: "Карго-3" готовится к рывку в слепую, рассчитывая на то, что пилот растеряется от внезапности.

" Сейчас,- шепнула Диана. "

В тот же миг Савелий увидел, как силуэт мишени вырывается из-за скалы в десяти метрах справа. Он мгновенно развернул корпус робота, активировал режим ускоренного наведения и дал длинную очередь. Пули прочертили воздух, поражая цель. Силуэт "Карго-3" замерцал, вспыхнул красным и исчез с экрана.

Глава 5

- Задания сегодняшнего тренировочного дня выполнены,- произнес Фёдор.- я думал, это займет на много больше времени, но ты справился с поставленными задачами.

Савелий улыбнулся, ощущая, как напряженность последних часов постепенно покидает тело. Но его в этот момент из состояния задумчивости вывели короткие уколы в область шеи и плеч. Это сработали автоматические инъекции- препараты, позволяющие организму быстрее восстановится после интенсивной нейросинхронизации. Савелий слегка поморщился, но уже через несколько секунд неприятное покалывание сменилось приятной расслабленностью.

Штекеры в шлеме пришли в движение и с тихим щелчком вышли из портов подключения. Савелий осторожно снял шлем вместе с забралом. Фиксаторы на плечах мягко щелкнули и освободили его от удержания корпуса тела в кресле. Захваты на лодыжках отстегнулись с едва слышным шипением гидравлики.

Он посидел пару минут, прислушиваясь к своим ошущениям. В голове все еще будто-то звучал отголосок голоса Дианы, хотя связь уже была разорвана. Савелий встал с кресла.

На центральном мониторе горела надпись:

" Разъединение прошло в штатном режиме. Потологий не выявлено. "

Савелий направился к выходу. На миг он замер около кабины лифта, пытаясь осмыслить непривычные ощущения- словно кто-то все еще живет в его голове, делится мыслями, подсказывает решения. Он коснулся виска, будто надеясь уловить последний отзвук присутствия Дианы.

Спустившись вниз, Савелий наконец-то смог как следует рассмотреть Федора. Перед ним стоял достаточно высокий парень: кудрявые рыжие волосы, открытое лицо с россыпью веснушек. На нем была форма батальона механиков боевых роботов- насыщенного синего цвета, с эмблемой подразделения на рукаве. Рукава были закатаны по локоть, обнажая сильные руки с тонкими линиями старых шрамов.

Федор улыбнулся, заметив изучающий взгляд Савелия:

- Впечатляет, да? Первый полноценный сеанс и такой результат. Ты быстро схватываешь.

- Стараюсь,- коротко ответил Савелий, чувствуя, как усталость смешивается с удовлетворением.

Савелий направился к выходу из бокса. Выйдя на улицу, он быстро встал в строй новабранцев- пилотов. Воздух был прохладным, пахло металлом и смазкой- привычными ароматами тренировочной базы. Новобранцы переговаривались вполголоса, обменивались впечатлениями от первой тренировки.

Они направились в расположение. Дальнейший день прошел в рутине пилота- новобранца боевых роботов: инструктаж по технике безопасности, изучение схем эногосистем меха, отработки базовых команд в упращенном симуляторе, обед в общей столовой, краткий медицинский осмотр и вечерний разбор полетов.

Но даже среди этих дел Савелий не мог перестать думать о сегодняшнем дне. О том, как он чувствовал меха как продолжение себя. О голосе Дианы в подсознании. И о загадачном синем кристалле, который, возможно, держал ответы на все вопросы.

Глава 6

Дни тренировок в центре подготовки сменялись неделями, недели- месяцами. Савелий постепенно осваивал искусство управления мехом: от первых неуверенных движений до отточенных, почти инстинктивных реакций. Он чувствовал робота как самого себя- знал каждый сервопривод, каждую систему, каждый предел нагрузки.

Диана перестала вмешиваться в процесс управления напрямую. Теперь она лишь мягко подсказывала о состоянии систем, напоминала о применении той или иной функции или тактики- словно опытный наставник, который больше наблюдает, чем руководит. В моменты управления мехом Савелий и Диана ощущали себя единым целым: мысли плавно перетикали в действия, а машина реагировала на малейшие импульсы сознания.

Однажды утром сержант Гарнет собрал всех новобранцев в учебном зале. Его взгляд задержался на Савелии- в нем читалось одобрение.

- Ну что ж,- начал сержант,- наступила неделя экзаменов по управлению и знанию систем. После сдачи экзаменов вы будете распределены. Кто-то отправится на Гамму-5 - туда, где добывают синие кристаллы и где наши мехи действительно нужны. А те, кто не пройдут испытания, будут отчислены или, при желании, переведены в механики.

Савелий с успехом сдал экзамены по теории- вопросы по управлению меха, энергосистемам, протоколам связи и боевым алгоритмам не вызвали затруднения. Затем начались экзамены по управлению.

Последние три дня Савелий провел по 12 часов в рубке пилота. Симуляторы имитировали самые сложные сценарии: бои в горной местности, ночные операции при ограниченной видимости, стычки с превосходящими силами противника. Эти долгие часы еще ближе сблизели его с Дианой. Савелий уже не реагировал, когда она мягко, словно кошка лапкой, перебирала его воспоминания в голове, - это стало частью их взаимодействия, естественным обменом данными и опытом.

Наконец настал день подведения итогов.

- Савелий выдержал испытания и вошел в число семи сдавших,- объявил Гарнет на общем построении.- Девять пилотов были отчисленны: четверо перевелись в механики, а пятеро направлены в пехотные полки для дальнейшего прохождения службы. Кто знает, может, они еще пересекутся с вами на Гамма-5.

После экзаменов новабранцам было присвоенно звание капралов. Их разделили на две группы для отправки. Савелий оказался в первой группе с Маркусом и Штефаном- пилотами мехов "Двойка" и " Девятка".

Перед отъездом сержант Гарнет подошел к Савелию:

- Ты показал отличные результаты,- сказал он, протягивая руку.- На Гамма-5 будет сложнее. Там нет симуляторов, нет второй попытки. Но я верю, что ты справишься. И Диана тебе поможет.

Савелий пожал руку наставника.

- Спасибо, сержант. Я не подведу.

Он оглянулся на ангар, где провел столько часов. Где впервые услышал голос Дианы. Где научился чувствовать меха как часть себя. Впереди ждала Гамма-5 - планета синих кристаллов, опасных рельефов и настоящих испытаний. Савелий глубоко вдохнул и улыбнулся. Он был готов.

Продолжение следует....

Глава 7

День отправки на Гамма-5

Проснувшись минут за десять до подъёма, Савелий понял, что это его последние часы в центре подготовки. Сегодня они отправляются на планету Гамма-5 – он и еще двое пилотов: Маркус и Штефан.

Они были едва знакомы – познакомились в редкие минуты отдыха, пока были свободны от занятий по управлению роботами и теории. Учеба занимала большую часть времени, и они успели обменяться лишь самой простой информацией: как кого зовут и откуда они родом.

Маркус – яркий представитель американцев, со всей присущей им заносчивостью. Он родом из Техаса. В пилоты боевых роботов Маркус подался потому, что с детства мечтал путешествовать между мирами, побывать на других планетах. На тренировках постоянно хвастался, что однажды станет легендой, о которой будут слагать истории.

Штефан, напротив, был типичным немцем – пунктуальным и щепетильным в мелочах. Он вырос в Берлине. На вопрос, почему поступил на службу и именно на пилота, отмалчивался. Всегда приходил на занятия первым, проверял снаряжение трижды и записывал каждую деталь в свой электронный блокнот

Ну а Савелий – яркий представитель русского народа, родился и вырос в глубинке, рано потерял родителей. Да и в пилоты он попал случайно: его заметил вербовщик на соревнованиях по управлению сельхоздронов. Савелий тогда удивил всех, проведя сложный маневр на устаревшей модели дрона – и это привлекло внимание специалиста.

Сигнал "подъём" разорвал тишину казармы. Савелий быстро собрался, проверил снаряжение: все ли на месте, нет ли повреждений, заряжены ли батареи коммуникатора. Движения были отточены – за месяцы тренировок он проделывал это сотни раз.

В столовой он наконец увидел своих будущих товарищей. Маркус уже вовсю размахивал руками, рассказывая какую-то историю, а Штефан аккуратно раскладывал приборы, сверяясь с часами.

Поздоровавшись они сели за стол. Савелий решил все же узнать, почему Штефан пришел на службу:

– Со мной все понятно: я сирота, да и вообще дело случая, что меня заметили. С Маркусом тоже все ясно – он исполняет свою детскую мечту. Ты же, Штефан учился в университете, получал образование, да и отец у тебя не из простых. Почему ты здесь?

Штефан поморщился:

– Вот именно, что отец. Постоянно слышу то от него, то от преподавателей, что это все благодаря ему – все, что у меня есть: деньги, образование. И еще один вопрос звучал из их уст: "Чего ты хочешь и чего ты сможешь добиться в этой жизни?" Вот я и решил уйти из университета, поступить на службу и стать пилотом. Показать им, что я могу чего-то добиться сам. Без его связей и денег.

Савелий поморщился – он не ожидал, что этим вопросом заденет Штефана за живое.

– Прости, – тихо сказал он. – Не хотел лезть в душу.

– Все в порядке, – кивнул Штефан. – Просто... это важно для меня.

Маркус, до этого молча слушавший, хлопнул ладонью по столу:

– Ну, парни, зато теперь мы – команда! И покажем всем, на что способны настоящие пилоты!

В этот момент раздался сигнал:

– Пилотам занять рубки управления, вывести роботов и приготовится к погрузке!

Савелий поднялся, чувствуя, как в груди нарастает волнение. Впереди ждала Гамма-5. Он бросил взгляд на своих товарищей: Маркус уже бежал к выходу, широко улыбаясь, а Штефан еще раз проверил планшет с инструкциями. Савелий глубоко вдохнул и направился следом. Пора было начинать новую главу.

Добравшись до своих роботов, пилоты пилоты поднялись в рубку. Савелий занял место в кресле - ложементе – то отреагировало мгновенно, приняв форму тела. Он почувствовал, как механизмы крепления надежно зафиксировали его. Штекры шлема мягко вошли в порты синхронизации.

На мониторе высветилась надпись:

"Синхронизация успешна."

В сознании раздался голос Дианы: – Приветствую, Савелий. Синхронизация – 95%.

Савелий улыбнулся и ответил: – Привет, Диана. Ну, что, подруга – обратился он к модулю, – готова к путешествию? – Да, – ответила Диана, но в голосе угадывались нотки волнения. – Диана, ты волнуешься? – настороженно спросил Савелий. – Нет, – последовал ответ с небольшой задержкой и каким-то загадочным трепетом в интонации.

Их разговор был прерван сигналом полно синхронизации. Савелий собрался с мыслями и начал движения. В тот же миг робот ответил всеми сервоприводами – ноги плавно пришли в движение.

Выйдя на улицу, Савелий увидел глазами робота: рядом с боксами, на площадке для построения, стояли новобранцы. Они смотрели с восхищением на мехов, кто-то – даже с испугом в глазах.

В этот момент робот Маркуса поднял руки вверх, соединил ладони и поприветствовал новобранцев. По радиосвязи раздался голос Штефана: – Хорош задаваться Маркус. Ты вспомни себя: как ты в первый день смотрел на робота – распахнул широко глаза и поднимая челюсть с пола от удивления.

Маркус с легкой издевкой ответил: – А я что? Просто поприветствовал новобранцев.

Савелий вмешался в разговор: – Ага, и половину новобранцев вверг в ступор. Они смотрели на нас и недоумевали: "Что это только что было?"

Пилоты направились к космопорту, который находился в некотором отделении от тренировочной базы. Прибыв на место, они увидели космопорт во всей красе: шаттлы прибывали и отбывали будто по расписанию – ритмично и четко, словно механизмы гигантских часов. Гул двигателей, вспышки тормозных двигателей, перекличка диспетчеров по громкой связи создали атмосферу напряженной, но упорядочной суеты.

По радиосвязи прозвучал приказ сержанта Гарнета: – Направляйтесь к стартовой площадке № 17. Там вас ожидают ваши шаттлы, на которых вы будете доставлены на корабль. Всего их три – в каждом по одному меху. Ваши механики уже на борту, они проведут предполетную подготовку и обеспечат погрузку.

Савелий окинул взглядом площадку: три массивных шатла с открытыми погрузочными люками ждали пилотов. Рядом суетились техники в синих комбинезонах – проверяя крепления, сверялись с планшетами, подавали сигналы крановщикам.

– Ну что, парни, – произнес Маркус по общей связи, – вот и начинается настоящее приключение!

Штефан сдержанно добавил: – Соблюдаем порядок погрузки. Проверяем фиксацию меха в трюме перед взлетом. Никаких импровизаций.

Савелий усмехнулся: – Как скажешь, Штефан. Порядок – это хорошо. Но немного приключений нам не повредит, верно, Маркус? – Согласен, – тихо отозвался Маркус в рации

Мехи один за другим начали заходить в трюмы шаттлов. Савелий аккуратно ввел своего робота в указанный отсек, дождался сигнала о фиксации и отключил питание сервоприводов.

– Погрузка завершена, – доложил он по связи. – Подтверждаю, – отозвался Штефан. – И я на месте, – весело добавил Маркус. – Готов к взлету!

Сержант Гарнет завершил процедуру: – Все на борту. Старт через десять минут. Удачи, капралы. Пусть Гамма-5 встретит вас достойно.

Савелий откинулся в кресле, чувствуя, как нарастает гул двигателей шаттла. Впереди ждала неизвестность – планета синих кристаллов, новых испытаний и возможно, открытий. Он закрыл глаза, прислушиваясь к легким касаниям его памяти Дианой в сознании, и улыбнулся. Путешествие началось.

Глава 8

На "Гермезе-3" перед прыжком.

Савелий задумался и не заметил как шаттл стартовал. Он даже не сразу обратил внимание на то, как Диана мягко копалась в его памяти – на этот раз в образах родителей.

– А я уже и не помню, как выглядели мои родители, – вслух произнес Савелий, обращаясь к Диане. – Я остался сиротой в четыре года, и меня воспитывали бабушка с дедушкой. Они мне заменили родителей. Все, что я умею, – это их заслуга. И я им благодарен за это.

Размышляя в слух, Савелий не сразу заметил, что шаттлы уже начали посадку на корабль.

Шатлы плавно приближались к военному транспортному кораблю "Гермез-3". Он находился на околоземной орбите – ветеран космических перевозок, совершивший не одну транспортную операцию на другие планеты.

Корабль напоминал древнего воина, уставшего от бесконечных битв. Его корпус, некогда сверкавший полированной хромовой обшивкой, теперь был испещрен шрамами: следами микрометеоритных ударов, ожогами плазменных выхлопов и заплатами из композитных сплавов.

Очертания судна напоминали вытянутый овал с утолщением в средней части. Там, за многослойной броней, располагались жилые модули, биокупола и реакторный отсек. По бокам, словно крылья хищной птицы, отходили массивные фермы с маневровыми двигателями и антенами дальней связи. Их поверхность покрывала сеть микротрещин – последствия многократных переходов через гравитационные аномалии.

Нос корабля венчала рубка управления - остекленный пузырь с затемненными иллюминаторами. Сквозь них едва угадывались контуры голографических панелей и кресел пилотов. По всей длинне корпуса тянулись технологические каналы: из них выглядывали контуры вспомогательных систем, разъёмы для стыковки дронов и рампы для приема шаттлов – именно туда и направлялись машины доставляющие пилотов модулей "Одиночка".

Раздался гул маневровых двигателей – последние поправки перед входом шаттлов в грузовые отсеки корабля.

По общей связи прозвучал голос главного механика:

— Погрузка прошла успешно. Герметичность отсеков - полная, отклонений нет.

Командир корабля ответил:

– Отлично. До старта к планете Гамма-5 – 15 минут. Прошу всех пассажиров пройти в жилые отсеки. В грузовых отсеках никого не должно быть до окончания полета.

Савелий снял шлем - забрало после отключения штекеров синхронизации. И снова вздрогнул от уколов системы восстановления – рефлекторно выругался:

– Твою мать... Полгода уже прошло, а я все никак не привыкну к этим чертовым уколам!

Он спустился вниз и направился по коридору в жилой отсек. По дороге Савелий встретил Штефана и Маркуса.

– Ну что, капрал, – подмигнул Маркус, – готов увидеть Гамма-5 во всей красе?

– Готов, – кивнул Савелий. – Хотя, если честно, волнуюсь.

– Волнение - это нормально, – сдержанно добавил Штефан. – Главное - сохранять хладнокровие в критический момент.

Персонал корабля, попадавшийся на пути, с явным интересом смотрел на пилотов – впервые вживую видели бойцов с модулем "Одиночка". До этого они лишь слышали о них: о необычной синхронизации, о загадочных женских образах модулей и о том, как пилоты буквально сливаются с мехом в единое целое. Кто-то перешептывался, кто-то украдкой фотографировал на коммуникатор, кто-то просто провожал взглядом.

– Чувствую себя экспонатом в музее, – тихо заметил Маркус.

– Привыкнешь, – усмехнулся Савелий. – Или научись не замечать.

Они вошли в жилой отсек – просторный зал с рядами откидных кресел, голографическими экранами новостей и автоматами с питанием. Савелий опустился в кресло, закрыл глаза и прислушался к себе. Где-то на периферии сознания тихо звучал голос Дианы:

– Все будет хорошо, Савелий. Мы справимся.

– Я знаю, – мысленно ответил он. – Спасибо, что ты рядом.

Корабль вздрогнул – включились маршевые двигатели. За иллюминатором медленно поплыли звезды. "Гермез-3" начал разгон перед прыжком к Гамме-5.

Глава 9

Прыжок в пустоту и обратно.

Отсеки корабля наполнялись ровным, монотонным гулом гипергенераторов – низким, вибрирующим звуком, от которого дрожали переборки и слегка покачивались подвесные панели. Воздух в отсеках наполнился озоном – легким, колючим запахом, будто после грозы.

Капитан обвел взглядом экипаж:

– Все отсеки, доложить о готовности!

Экипаж замер в креслах, пристегнутый ремнями. Техники в отсеках проверяли последние параметры, но в голосах уже слышалось напряжение – каждый знал: сейчас начнется то, к чему никогда нельзя привыкнуть до конца.

Штурман вбивал финальные координаты. На экранах мелькали строки вычислений:

– Переход через 10... 9... 8...

Пальцы Савелия непроизвольно сжались на подлокотниках. Кто-то сделал глубокий вдох, будто перед прыжком в ледяную воду.

– 3... 2... 1.. Инициирую!

Корабль содрогнулся. Не взрыв, не удар – скорее, внезапное исчезновение опоры под ногами. Тело стало невесомым на долю секунды, а затем последовал резкий толчок вперед, будто невидимая рука вдавила в кресло с силой в несколько g.

В глазах потемнело. В ушах раздался пронзительный, почти неслышимый звон, от которого закладывало барабанные перепонки. Кто-то невольно застонал, кто-то сжал зубы так, что заскрипели челюсти.

На обзорных экранах звезды растянулись в длинные полосы, затем все залило ослепительно белым сиянием. Оно не слепило – оно проникало внутрь, будто сканировало каждую клетку, прощупывало каждую мысль, каждую эмоцию.

Сияние сменилось чернотой, но это не была обычная космическая тьма – она казалась живой. По краям иллюминаторов мелькали всполохи фиолетового и зеленого, будто далекие зарницы в неведомом океане.

Ощущение времени потерялось. Минута? Час? Мозг отказывался воспринимать реальность – пространство вокруг словно перестало подчиняться привычным законам.

Внезапно – рывок. Резкое замедление, от которого ремни врезались в плечи. В ушах все еще звенело, но теперь к этому звуку примешивался знакомый, родной гул систем корабля, восстанавливающих связь и стабилизирующих поле.

Сияние погасло. На экранах снова появились звезды – но уже другие. Новые созвездия системы «Орбита Хроноса».

– Выход подтвержден, – голос штурмана звучал хрипло, но уверенно. – Отклонение в пределах нормы.

Савелий нервно рассмеялся, пытаясь унять дрожь в руках. Маркус вытер пот со лба и выдохнул:

– Фух... Живы.

Штефан медленно отстегнулся, сделал глубокий вдох и выдох:

– Как будто нас разобрали на атомы и собрали заново, – произнес Савелий, все еще чувствуя, как пульсирует кровь в висках.

– Я вообще слышал голоса, – добавил Маркус. – И было видение... Остовов древних кораблей. Будто они плыли рядом с нами в этом тоннеле.

– Такое чувство, будто нас тянуло в разные стороны, – пробормотал Штефан. – Как будто я состою из тысячи частей, и каждая хочет лететь своим курсом...

Даже после выхода из гиперпространства ощущение инаковости оставалось. Оно сидело где-то в глубине – будто часть тебя все еще там, в том тоннеле из света и теней, где реальность растворяется в квантовых флуктуациях.

Это и есть цена гиперпрыжка.

Возможность пересекать световые годы за часы – но каждый раз ты оставляешь частичку себя в том месте, где законы физики перестают иметь значение. Где время – не линия, а спираль. Где пространство – не объём, а состояние.

По внутренней связи раздался голос капитана:

– Отдохните полчаса. Потом – курс на Гамма-5. И... спасибо, что вернулись со мной.

Савелий закрыл глаза, прислушиваясь к себе. Где-то на краю сознания слышался шепот Дианы.

Глава 10

Экипаж корабля постепенно приходил в себя после гиперпрыжка. Пилоты вместе со штурманами начали корректировать курс «Гермеза-3», выводя его в точку для отправки шаттлов с боевыми роботами на Гамма-5.

– Все системы в норме, – доложили техники корабля по общей связи.

– Подтверждаю, – отозвался главный штурман. – Курс скорректирован, точка отправки – в пределах расчетного эллипса.

– Отлично, – кивнул капитан. – Пилоты модулей «Одиночка» запять места в рубках доложить о готовности.

Заняв места в рубках, Савелий, Маркус и Штефан проверили показания систем.

– Готов. – доложил Савелий.

– В порядке, готов. – Подтвердил Маркус

– Все системы в норме, готов. – добавил Штефан.

Рампы распахнулись, и шаттлы один за другим понесли наших героев к поверхности Гамма-5.

Выйдя в нижние слои атмосферы, пилоты шаттлов связались с диспетчерской космопорта:

– Транспорт вызывает диспетчерскую Гамма-5 запрашиваем коррекцию курса и уточнение посадочной точки.

– Принято, – раздался в наушниках голос диспетчера. – Корректирую маршрут. Следуйте указаниям навигационного мояка.

Шатлы скорректировали маршрут и начали снижение. Под ними расстилался ландшафт Гамма-5: бурные равнины, изрезанные глубокими каньонами, редкие скопления кристаллических пород, отливающего бирюзовым в лучах местных солнц, и вдали – очертания базы колонистов, окруженной защитным периметром.

Первым поверхности планеты коснулся шаттл с роботом Савелия на борту. Грузовой отсек распахнулся, и мех плавно вышел на посадочную площадку. За ним последовали машины Маркуса и Штефана.

Маркус по связи сказал с улыбкой:

– Вот мы и на Гамма-5!

Разговор прервался четким голосом:

– Я – капитан Буданов, добро пожаловать, пилоты. Вас приветствует командир подразделений по охране базы колонистов. За вами сейчас прибудет транспорт в сопровождении лейтенанта Филатовой. Она и организует ваше размещение на базе. До связи.

– Есть, – ответили пилоты модулей почти хором.

Пока ожидали транспорт, Савелий подумал о недавнем прыжке. Он не мог понять, что с ним происходит: ощущение раздвоенности не покидало, будто часть его сознания все еще оставалась в том тоннеле света и теней.

Диана тихо спросила:

– Сава, ты стал другим... Что с тобой?

– Да после прыжка все в себя прийти не могу, – признался Савелий. – Такое чувство, что я оставил часть себя в том тоннеле...

Договорить ему не дали. В наушниках раздался новый голос:

– Пилоты, на связь. Я – заместитель капитана Буданова, Ольга Филатова. Отвечаю за ваше размещение на базе.

– Капрал Гремм. – Маркус ответил первым. – О, лейтенант, а вы неплохо выглядите!

– Капрал Штефан Фогель. – представился Штефан.

Савелий, все еще погруженный в свои ощущения, не с первого раза отреагировал на запрос:

– Капрал Савелий Смирнов, – наконец ответил он.

– Добро пожаловать на Гамма-5, – сказала Филатова. – Транспорт уже в пути. Через десять минут будет на месте.

Савелий засмотрелся на фигуру лейтенанта – та уверенно отдавала распоряжения техникам, указывая на схемы размещения роботов. Ее движения были четкими, выверенными, а форма подчеркивала стройность фигуры. Он невольно задержал взгляд чуть дольше, чем следовало, – как раз на той части тела, что ниже поясницы.

В сознании тут же раздался мягкий, но ироничный голос Дианы:

– Савелий, ты пялишься на попу лейтенанта.

Савелий внутренне вздрогнул и поспешно перевел взгляд на посадочную платформу:

– Ничего я не пялюсь, – мысленно ответил он, чувствуя, как слегка теплеют щеки.

– А вот и пялишься, – невозмутимо добавила Диана. В ее тоне сквозила едва заметная насмешка, будто она давно изучила все человеческие слабости и теперь с любопытством наблюдала за проявлениями одной из них.

– Просто задумался, – попытался оправдаться Савелий. – Рассматривал крепления на ее поясе. Там какие-то необычные модули...

– Модули, значит, – протянула Диана. В воображении Савелия она будто приподняла бровь. – И давно ты стал таким знатоком экипировки?

– Диана, хватит, – строго оборвал он. – Давай лучше проверим состояние меха.

– Как скажешь, – голос модуля стал серьезнее. – Но знай: я все вижу. И все запоминаю.

– Диана, запусти полную диагностику систем, – приказал он.

– Начинаю, – откликнулась она. – И, Савелий... Не переживай. Это нормально – замечать красивых людей. Главное, чтобы это не мешало делу.

– Спасибо за заботу. Но давай всё-таки сосредоточимся на задании.

– Полностью с тобой согласна, – в голосе Дианы теперь не было и тени насмешки. – Система в норме. Готовность к следующему этапу – 100%.

Он кивнул, чувствуя, как напряжение уходит. Взгляд невольно снова скользнул в сторону лейтенанта – но на этот раз Савелий сразу перехватил его и сосредоточился на индекаторах робота. Впереди ждали задачи, и он был готов к ним.

Глава 11

Знакомство с капитаном Будановым.

Путешествие от космопорта заняло порядка двух часов. Пока добирались до базы, Савелий внимательно изучал окружающую среду за иллюминатором вездехода.

Пейзаж Гамма-5 порожал суровой красотой: равнины сменялись грядами невысоких гор с острыми, зазубренными вершинами. В расщелинах и на склонах мерцали вкрапления синих кристаллов – именно ради них здесь и развернули добычу. Кое-где виднелись следы разработок: глубокие траншеи, отвалы породы, остатки старых штолен.

В разговоре с лейтенантом Филатовой Савелий узнал, что помимо основной базы на планете раскиданы небольшие поселения: фермерские хозяйства, исследовательские базы и временные лагеря геологов и добытчиков – они перемещаются от одного месторождения к другому.

– Планета изучена всего на 20%, – пояснила Ольга. – Мы знаем основные маршруты, безопасные зоны и месторождени кристаллов. Но за пределами этих зон – сплошные загадки. Там могут быть и новые полезные ископаемые, и опасные формы жизни, и аномалии, которые мы пока не понимаем.

База поселенцев, наконец показавшаяся на горизонте, напоминала средневековый замок, переосмысленный с использованием современных технологий. С трех сторон поселение было обнесено высокой бетонной стеной с наблюдательными вышками и огневыми точками. С четвертой стороны оно упиралось в отвесную стену скалы – естественное препятствие, усиливающее оборону.

Над стенами возвышались биокупола, антенны дальней связи, солнечные батареи и ветрогенераторы. По периметру двигались патрульные дроны, а у ворот дежурили вооружённые охранники в бронежилетах.

В момент прибытия на базу их встретил капитан Буданов. Он был воплощением собранности: под два метра ростом, держался прямо, с той особой военной осанкой, что говорит о многолетней дисциплине. Поджарое, жилистое телосложение выдавало человека, привыкшего к нагрузкам: ни грамма лишнего веса, только крепкие мышцы, закаленные годами тренировок и реальными операциями в экстремальных условиях.

Его лицо словно было выточено из камня: резкие скулы, прямой нос, глубоко посаженные глаза. Седые волосы подчеркивали строгость облика, а шрам на левой щеке, он не скрывал его. Шрам напротив, стал частью образа, напоминанием о том, что война в космосе не прощает ошибок.

Капитан коротко изучил личные дела пилотов, затем познакомился с каждым лично. После знакомства он поставил задачи:

– Сегодня – обживаетесь, проверяете оборудование и боекомплект. Завтра утром сопровождаете исследовательскую экспедицию для изучения нового месторождения. А пока – отдыхайте.

Пилоты направились в расположение. Но это уже была не казарма: каждому выделили отдельное жилье – небольшие, но удобные модули с автономным жизнеобеспечением, койкой, рабочим столом и коммуникационным терминалом.

Савелий вошел в свой модуль, снял экипировку и подошел к окну. Вдалеке мерцали синие кристаллы на склонах гор, а над базой уже опускались сумерки Гамма-5. Он глубоко вдохнул непривычный воздух планеты.

Глава 12

Что вы за твари такие?

Савелий проснулся утром от того, что в дверь его модуля кто-то настойчиво ломится. Он вскочил с кровати, бросил взгляд на хронометр – слишком рано, судя по всему. Открыв дверь, он увидел на пороге бодрого Маркуса и заспанного Штефана.

– Это все он, – произнес Штефан, кивая на Маркуса. – Поднял нас ни свет ни заря.

– А че вы дрыхнете? Так можно и все приключения проспать! – с иронией сказал Маркус, широко улыбаясь. – Вставайте сони! Нас ждет новый день на Гамма-5.

– Сейчас оденусь и выйду, – коротко ответил Савелий, захлопывая дверь прямо перед носом Маркуса.

Через десять минут все трое направлялись к ангарам, где стояли их роботы. Войдя в нутрь, Савелий заметил Федора – тот проверял системы меха.

– Давно тебя не видел, дружище! – поприветствовал Савелий.

– Привет, – коротко ответил Федор. – Все системы в норме, БК загружен. Можешь работать.

Заняв место в кресле и установив соединение, Савелий поприветствовал Диану:

– Доброе утро, подруга.

– И тебе доброе утро, Савелий, – откликнулась она. – Как спалось на новом месте?

– Хорошо, пока этот... – Савелий повернул робота в сторону Маркуса, который уже вовсю шутил с техниками, – ... не разбудил ни свет ни заря.

– Маркус в своем репертуаре, – добавила Диана с едва уловимой иронией.

Савелий вывел робота из ангара и направился к точке сбора, где их уже ожидал конвой: вездеходы геологов и машины охраны базы.

Лейтенант Филатова вышла на связь по рации:

– Выдвигаемся через десять минут.

– Приняли, – ответили пилоты хором.

Путь от базы до нового месторождения занял около трех часов. По дороге пилоты роботов успели даже немного заскучать – хотя незнакомый ландшафт планеты поначалу завораживал, красноватые скалы, причудливые кристаллические наросты, редкие колючие кустарники с серебристыми листьями.

По прибытию был развернут временный лагерь. Геологи приступили к работе: разметили участок, установили оборудование для анализа породы. Военные выставили посты охраны по периметру.

Савелий все это время находился неподалеку от места изучения породы и с интересом наблюдал за манипуляциями ученых. Они аккуратно вскрывали слой за слоем, брали пробы, сканировали поверхность портативными анализаторами.

Вдруг Савелий заметил, что работы прекратились, а все геологи скопились в одном месте. Он приблизил изображение с камер робота и смог рассмотреть странный рисунок на поверхности породы.

При вскрытии очередного пласта перед взором ученых открылся участок с непонятными изображениями – то ли следами, то ли древними гравюрами. Геологи медленно отчистили участок, и взору предстала картина: изображение какого-то существа, отдаленно напоминающего человека – но только на первый взгляд.

У фигуры были непропорционально длинные конечности, а вместо обычного рта – раскрытые челюсти, разделенные на два сегмента каждая, словно механизм. Из полости рта выходили отростки, отдаленно напоминающие щупальца: они изгибались и заканчивались чем-то вроде крючьев. Самое поразительное было в том, что щупальца не просто висели в воздухе – они были вцеплены в другое существо, изображенное ниже.

Савелий сидел в рубке, не отрывая взгляда от изображения. И в этот момент его прошиб непонятный импульс – резкий, почти болезненный. Перед взором вспыхнула картинка: сцена охоты одного существа на другое. Она не была статичной – существа на ней перемещались в сумерках. Одно убегало в панике, испытывая дикий смертельный страх. А другое преследовало добычу, двигаясь с пугающей грацией и расчетливостью.

Как и появилось, видения оборвалось так же внезапно. Савелий сидел в рубке в недоумении – что это сейчас было?

– Не понимаю, откуда оно появилось, – тихо прошептала Диана.

Савелия от увиденного пробило в пот. Он мысленно сказал:

– А вот и первая загадка планеты...

Он оглядел лагерь: геологи оживленно обсуждали находку, показывали друг другу снимки, делали замеры. Лейтенант Филатова уже связывалась с базой, докладывая о необычном открытии. Маркус и Штефан тоже заметили изображение и обменивались предположениями по общей связи.

«Что же вы за твари такие?» – подумал Савелий, глядя на древний рисунок. И где-то в глубине сознания ему казалось, что Диана тоже задумалась над этим вопросом.

Глава 13

Кто ты девушка из сна?

Савелий в рубке робота резко очнулся – в холодном поту, с учащенным дыханием. Сердце колотилось так, будто он сам только что бежал по песку, спасаясь от взрывов. Он даже не почувствовал инъекции, которые автоматически вводились системой для приведения организма в норму после стрессового состояния.

– Ну и ну... И приснится же, – тихо подумал Савелий, вытирая ладонью лоб.

– Уже не усну. Значит, нужно использовать это время с толком: осмотреть позиции, да, возможно, определить пути отступления.

Он активировал внешние камеры меха и начал медленно обходить периметр лагеря. Лейтенанта Филатова, хоть и женщина, но охрану и оборону организовала на высоком уровне. Даже учла расстановку техники: вездеходы стояли не хаотично, по кругу, прикрывая собой лагерь и создавая огневые секторы. Дроны патрулировали периметр, периодически зависая над ключевыми точками.

Савелий провел робота вдоль линии обороны, проверяя зоны видимости и прострела. В голове все еще звучал гул взрывов из сна, перед глазами стояла картина: девушка с фиолетовой кожей на берегу океана, корабль – гигант, вспышки, сотрясающие землю...

«Кто она? – думал Савелий. – Представительница другой расы? Если они жили здесь, то куда подевались? И что случилось в тот день – катастрофа, нападение?»

– Диана, – мысленно обратился он к модулю. – Ты что-нибудь зафиксировала? Это был просто сон или... Что-то другое?

– Не совсем сон, – Ответила Диана после короткой паузы. – В момент видения я зафиксировала всплеск неизвестного излучения. Оно шло со стороны месторождения – оттуда, где геологи нашли изображение существ. Частота не соответствует ни одному из известных сигналов.

– То есть это не случайность? – Савелий остановился, развернув робота в сторону раскопа. – Меня как будто... подключили к чужой памяти?

– Возможно, – осторожно предположила Диана. – Или это был сигнал, записанный в структуре породы. Синие кристаллы обладают свойствами хранения информации.

Савелий посмотрел на темные скалы, мерцающие вкраплениями синих кристаллов. Они словно подмигивали ему в свете двух солнц Гамма-5.

– Значит, эти рисунки – не просто изображения, – пробормотал он. – Они... Живые? Или это запись событий?

– Пока данных недостаточно, – ответила Диана. – Но я начала анализ. Если это повторится, постарайся запомнить как можно больше деталей.

Савелий продолжил обход, но теперь его взгляд то и дело возвращался к раскопу. Он вспомнил фигуру с фиолетовой кожей– ее легкую накидку, босые ноги на песке, испуг в глазах, когда небо разорвали вспышки взрывов.

«Куда ты исчезла? – мысленно спросил он у призрака из сна. – И что за корабль это сделал?»

Вдалеке послышался голос Маркуса по общей связи:

– Эй, Савелий, ты чего бродишь как приведение? Все в порядке?

– Да, – отозвался Савелий. – Просто не спится. Проверяю периметр.

– Ну-ну, – хмыкнул Маркус – Смотри не заблудись. Тут и днем-то местность странная, а ночью вообще черт ногу сломит.

Савелий усмехнулся, но улыбка вышла натянутой. Он знал: то, что он видел, – не просто сон. Это были предупреждение. Или воспоминание. Или... Начало чего-то большего.

Глава 14

Начало вторжения

Пробыв около раскопа еще пару дней, группа вернулась на базу. В воздухе витало напряжение – незримое, почти осязаемое. У всех был только один вопрос: что это за рисунок такой? Что скрывали эти высеченные в породе образы – послание, предупреждение или хронику давно минувших событий?

Лейтенант Филатова доложила еще раз о случившемся капитану Буданову. Тот молча выслушал, кивнул, и на голографическом экране появилось изображение древнего рисунка. Буданов погрузился в размышления, медленно поворачивая голограмму, изучая ее под разными углами. Его взгляд скользил по контурам существ, по линиям, передающим движение и напряжение сцены.

– Такое чувство, что это сцена охоты, – произнес он наконец, и в голосе прозвучала не просто догадка, а уверенность человека, видевшего немало битв и схваток. – Но охота... не совсем обычная. Слишком четкие линии, слишком продуманная композиция. Словно это не просто фиксация события, а... запись.

– Судя по данным исследования, рисунку порядка двух сотен лет, – добавила Филатова. – И он не единственный. В том же пласте породы обнаружены фрагменты других изображений. Пока расшифровать их не удалось.

Буданов помолчал, постукивая пальцами по столу. В его глазах читалась отценка ситуации – холодный, расчетливый анализ вероятных угроз.

– Усилить охрану поселений и самой базы, – отдал он приказ. – Пилоты роботов оставить здесь. Режим повышенной боевой готовности. И пусть геологи продолжат изучение находок – но под усиленной охраной.

В этом режиме проходили дни. Маркус уже начал скучать.

– Дежурства, дежурства... – ворчал он, лениво потягиваясь в кресле. – Постоянные дежурства – и нечего не происходит. Скука смертная.

– Пусть так, чем постоянный техногенный бой, – отозвался Савелий, проверяя системы своего меха. – Лучше скучать, чем гореть в обломках робота.

По окончанию смены Савелий устроился в кровати и погрузился в сон. Он еще не знал, что это его последние спокойные часы. Где-то в верхних слоях атмосферы Гамма-5, почти незаметный на радарах, двигался гигантский корабль. Тот самый – из его сна. С множеством надстроек и антен, торчащих во все стороны, словно отростки древнего чудовища.

Савелия разбудили непонятные звуки – низкий, вибрирующий гул, отдаленные хлопки и сигналы тревоги, разносящиеся по коридорам базы. Он вскочил, быстро натянул экипировку и выбежал на улицу.

В нескольких километрах от базы вспыхивали всполохи разрывов – корабль открыл огонь. Небо озарялось оранжево – багровыми вспышками, земля дрожала от близких взрывов.

Уже весь личный состав базы занимал оборонительные позиции. Системы ПВО вели беспрерывный огонь по приближающимся снарядам, но дальности стрельбы нехватало, чтобы нанести урон кораблю – тот держался в недосягаемости, методично обстреливая планету.

Савелий вбежал в ангар, где уже находились Маркус и Штефан.

– Ну наконец-то, поработаем! – воскликнул Маркус, застегивая ремни в кресле пилота. – А то я уже думал, что умру от скуки.

– Тише, – оборвал его Штефан, хмуро проверяя подключение нейроинтерфейса. – Не радуйся раньше времени. Это не учения.

Савелий поднялся в рубку и занял место в кресле. Он установил связь с роботом и мысленно произнес:

– Диана, состояние систем, готовность БК.

– Все системы в норме, БК загружен, готовы к бою, – мгновенно откликнулась Диана. Ее голос звучал ровно, без эмоций – как и положено искусственному интеллекту. – Установлены шахты ракетного вооружения дальнего действия. Рекомендация: занять позицию на возвышенности к Востоку от базы – оттуда лучший обзор и огневое прикрытие.

Савелий быстро вывел робота из ангара и направился в указанный сектор. По пути он видел, как дрожат стены базы, как вспыхивают новые разрывы у периметра. В наушниках звучали команды Буданова, доклады лейтенанта Филатовой, напряженные голоса техников.

Он остановился на холме, поднял манипуляторы робота в боевую позицию и окинул взглядом горизонт. В небе, словно зловещая тень, висел гигантский корабль– точно такой же, как в его сне. Савелий сжал кулаки

– Значит, это не просто сон, – прошептал он. – Это предупреждение. И теперь нам придется отвечать.

– Подтверждаю, – тихо добавила Диана.

Где-то глубоко внутри Савелия шевельнулось странное чувство – не страх, а предвкушение неизбежного. Он знал: то, что началось сейчас, изменит все. И возможно, не только на Гамма-5.

Глава 15

Первый бой

— Диана, готовность к бою? — мысленно обратился Савелий к модулю.

— Готовность — 100%, — откликнулась Диана без малейшей задержки, словно ответ был заготовлен заранее. — Системы активированы, оружие заряжено, энергосистемы на максимуме. Резервные контуры подключены, дублирующие протоколы — в режиме ожидания.

Савелий глубоко вздохнул, стараясь унять учащённое сердцебиение. Перед глазами всё ещё стояли образы из сна: девушка с фиолетовой кожей, вспышки взрывов, силуэт гигантского корабля, заслонившего половину неба. Он моргнул, сбрасывая наваждение. Сейчас не время для видений. Сейчас — время действовать.

В эфире раздался голос лейтенанта Филатовой, чёткий и ровный, будто записанный заранее:

— Получен приказ от капитана Буданова. Пилотам модулей «Одиночка»: не допустить высадки десанта противника на поверхность планеты. Повторяю: блокировать зону высадки, уничтожить все десантные капсулы до момента контакта с поверхностью.

— Приказ получен, — отозвались пилоты почти одновременно.

Савелий мысленно добавил:

— Диана, активируй режим боевой синхронизации. Полный доступ к тактическим данным и системам наведения. Запусти протокол «Щит‑3».

— Выполняю, — откликнулась Диана. — Синхронизация — 98%. Тактическая карта развёрнута. Провожу сканирование целей…

На голографическом экране перед глазами Савелия появилась объёмная проекция местности: контуры базы, линии обороны, зоны поражения ПВО, отметки целей в небе. Данные накладывались слоями — тепловые сигнатуры, векторы движения, расчётные точки перехвата.

— Зафиксированы три крупных объекта на высоте 8 000 метров, — доложила Диана. — Скорость — низкая, курс стабильный. По параметрам соответствуют тяжёлым десантным кораблям класса «Горн». Вероятность высадки десанта — 92%.

— Внимание, пилоты! — снова заговорила Филатова. — По данным разведки, противник начал сброс десантных капсул. Первые группы направляются к планете. Ваша задача — не допустить их продвижения к базе. Используйте все доступные средства. Удачи!

— Принято, — снова отозвались пилоты.

Савелий кивнул, хотя никто этого не видел. Он сосредоточился на экране: вдали показались тёмные точки, стремительно приближающиеся к поверхности. Десантные капсулы. Они падали, оставляя за собой дымные следы — будто кто‑то бросал в небо горсти пепла.

— Цели в зоне видимости, — сообщил он. — Активирую систему наведения. Диана, рассчитай упреждение для залпа плазмопушкой. Учти атмосферные возмущения и скорость ветра на высоте 5 000 метров.

— Расчёт завершён, — ответила Диана. — Огонь можно открыть через 3… 2… 1…

Савелий мысленно отдал команду. Робот слегка дрогнул, и в небо устремился ослепительный шар плазмы — будто крошечное солнце сорвалось с кончика орудия. Он взорвался среди капсул, превратив несколько из них в огненные шары. Взрывная волна прошла по экрану помехами, но Диана мгновенно восстановила картинку.

— Попадание! — воскликнул Маркус. — Савелий, отличный выстрел! Теперь моя очередь.

Его мех развернулся, и спаренная пушка выпустила очередь снарядов — ещё несколько капсул разлетелись на куски.

Бой набирал обороты. Савелий чувствовал, как пот стекает по лбу, а сердце бьётся в такт выстрелам. Но рядом была Диана: её спокойный голос подсказывал оптимальные решения, корректировал прицел, предупреждал об опасности.

— Сава, слева — новая группа капсул, — предупредила она. — Дистанция — 1 500 метров. Через 15 секунд будут в зоне поражения.

Савелий развернул робота:

— Активируй турель с автоматическим наведением. Переключи сенсоры на ИК‑режим. Хочу видеть их насквозь. Запусти алгоритм «Перехват‑2».

— Выполняю, — Диана мгновенно сменила спектр.

На экранах замелькали синие силуэты капсул с красными точками внутри — десантом. Данные накладывались слоями: скорость, траектория, вероятность уклонения.

Савелий сжал зубы. В голове снова всплыл образ девушки с фиолетовой кожей. «Это не просто нападение, — подумал он. — Это связано с теми рисунками, с теми существами. Они знают что‑то, чего не знаем мы».

— Савелий, сосредоточься! — голос Дианы вернул его к реальности. — Цели на дистанции 1 200 метров. Огонь по готовности.

Он кивнул и мысленно отдал команду. Турели заговорили очередью пусков ракет класса НУРС, превращая очередные капсулы в облако огня и металла. Взрывы расцвели на экране яркими вспышками, но система тут же отфильтровала помехи и восстановила картину боя.

— Отлично, — похвалила Диана.

Савелий посмотрел на экраны: в небе десятки капсул начали разворот обратно к десантным кораблям. Обстрел прекратился, и неизвестный противник начал манёвр отхода.

Раздался голос лейтенанта Филатовой:

— По данным разведки, противник отступает.

Но никто не знал, что противник отступил лишь с целью перегруппировки и ожидания подхода подкрепления. Уже в космическом пространстве планеты начали скапливаться корабли неизвестной цивилизации — их силуэты мерцали на дальних сенсорах, будто тёмные тени, собравшиеся на краю света.

Глава 16

Гамма-5, что дальше?

В пылу утихающего сражения Савелий не сразу заметил уколы системы жизнеобеспечения — микроинъекции шли по расписанию, стабилизируя состояние пилота после нейросинхронизации. Постепенно пульс пришёл в норму, дыхание выровнялось.

На забрале шлема побежали строки отчёта диагностики систем и повреждений. Анализ показал: критических сбоев нет, повреждения меха малозначительны. Но картина по базе выглядела тревожно: система ПВО выведена из строя на 70%, бетонные стены частично разрушены. Уже заработали ремонтные протоколы — сервы‑ремонтники сновали вдоль периметра, сканируя повреждения и запуская восстановительные модули.

Савелий понимал: они выиграли первый бой, но не войну.

Маркус ворвался в общий канал связи, голос звенел от возбуждения:

— Ну и жара, а? Видели, как я их?!

Штефан отвечал сдержаннее, но Савелий уловил в его тоне нотки волнения. Всё‑таки это был их первый реальный бой — не симулятор, не учения.

Савелий развернул меха и направил его к ангару. Заняв позицию техобслуживания, он дал команду на диагностику. Сервы‑ремонтники тут же окружили робота, подключаясь к сервисным портам.

Он закрыл глаза в эргономичном кресле рубки. Напряжение боя отпускало постепенно — мышцы расслаблялись, сознание очищалось от адреналинового тумана.

В наушниках раздался голос лейтенанта Филатовой, слегка дрожащий, но чёткий:

— Всем пилотам явиться в центр управления.

Савелий отключился от нейросвязи, проверил показатели биомониторинга — всё в норме. Спустившись вниз, он дождался Маркуса и Штефана. Втроём они направились в центр, обсуждая тактику противника и ход боя. Персонал базы украдкой смотрел на них — впервые они видели пилотов сразу после реального сражения.

Капитан Буданов уже ждал их. Взгляд сосредоточенный, движения экономные — видно, что он уже проанализировал данные с камер и сенсоров.

— Что скажете? — спросил он. — Что странного в поведении противника заметили?

— Такое чувство, что это была разведка боем, — ответил Савелий. — Они проверяли нашу реакцию, прощупывали оборону.

— Верно, — кивнул Буданов. — Они тестировали наши сильные и слабые стороны. Я отдал приказ всем поселенцам вернуться за стену — так у них будет больше шансов выжить. Нас ждёт долгая оборона.

Он сделал паузу, обвёл пилотов взглядом:

— Сигнал на Землю уже отправлен: колония подверглась нападению неизвестного противника. Количество сил врага неизвестно. Наша задача — продержаться до прибытия подкрепления.

Окончив совещание, пилоты направились обратно в ангар — к своим мехам. Маркус ворчал по дороге:

— Значит, теперь будем торчать в рубках на постоянной основе… ждать следующего удара.

Штефан лишь хмуро кивнул, а Савелий молча смотрел вперёд, обдумывая слова капитана. Где‑то в глубине сознания тихо звучал голос Дианы: «Мы готовы к следующему бою, Савелий».

Глава 17

Охота

По возвращении в ангар Савелий отметил, что сервы‑ремонтники уже завершали устранение незначительных повреждений меха. Их компактные корпуса плавно скользили вдоль брони, манипуляторы с точностью нанороботов заменяли повреждённые сегменты.

Он поднялся в рубку и занял место в эргономичном кресле. Пальцы автоматически пробежались по сенсорной панели — он установил связь с роботом через порты нейросвязи.

— Диана, отчёт о состоянии систем, статусе сервов‑ремонтников и загрузке БК, — произнёс Савелий мысленно.

— Системы в норме, — тут же откликнулась Диана. — Сервы завершают последние работы по замене повреждённой брони. БК загружен на 85%. Все параметры в пределах допустимых значений.

Савелий смотрел, как по забралу шлема бегут строки диагностических отчётов и показания систем. Данные накладывались слоями: температура гидравлики, давление в магистралях, уровень заряда конденсаторов…

И в этот момент он будто провалился в сон — резкий, неконтролируемый переход. Видение вспыхнуло перед глазами, ещё более жуткое, чем прежде.

На этот раз его взору предстала картина охоты. Сумеречный лес, пронизанный бледным светом далёкой луны. Девушка из прежних видений — та самая, с фиолетовой кожей — бежала, не оглядываясь. Она искала место, где спрятаться, готова была провалиться сквозь землю. Её страх был осязаем — словно химический след, невидимый для человека, но отчётливо читаемый для существ, начавших преследование.

Существа двигались плавно, но быстро — с отточенной грацией тех, кто делает это постоянно. Они знали, что будут делать дальше. Одно из них вышло на след жертвы и начало игру. Оно будто издевалось, напитываясь страхом, который испытывала девушка.

Существо наслаждалось ощущением доминации. Насладившись, оно оказалось за спиной девушки — ровно в тот момент, когда она повернулась. Пасть раскрылась, щупальца с крючьями вонзились в тело жертвы. Агония, страх, последний всплеск жизни — существо впитывало эти ощущения, словно питалось ими.

Выжав все жизненные соки, оно отбросило тело — уже превратившееся в иссушенную мумию — и отправилось к сородичам, демонстрируя свой успех.

Савелий очнулся резко, словно вынырнул из ледяной воды. Дыхание сбилось, сердце колотилось в груди.

— Такое чувство, будто это меня только что проткнули этими крючьями… — тихо произнёс он, обращаясь к Диане.

— Активирую систему инъекций, — мгновенно отреагировала Диана. — Стабилизирую биопараметры.

В висок мягко кольнуло — микроинъекторы ввели успокаивающий коктейль. Пульс замедлился, дыхание выровнялось. Савелий глубоко вдохнул, пытаясь отделить реальность от видения. Но образ девушки и существ всё ещё стоял перед глазами — слишком яркий, слишком реальный.

Глава 18

Прикрытие конвоя

В наушниках зазвучал голос капитана Буданова — чёткий, без лишних эмоций:

— Пилотам модулей «Одиночка»: обеспечить прикрытие конвоев, вывозящих людей с временных поселений. Противник начал высадку десанта в секторе Д‑7, равнина. В этот раз атакуют без артналёта с воздуха. Обеспечить безопасность конвоев и постараться не допустить высадки десанта. Работать совместно с роботами пехоты «Карго‑3».

— Поняли, капитан, — отозвался Маркус, сжимая кулаки. — Идём в бой, ребята! Держитесь крепче!

— Спокойнее, Маркус, — бросил Штефан. — Не на прогулку.

Пилоты вывели мехи из ангара и направились в сектор, где, по данным разведки, намечалась высадка противника. По прибытии они обнаружили: часть десантных капсул уже приземлилась, противник закрепился на местности.

— Да уж… Ну и физиономии у этих тварей! — воскликнул Маркус, выводя на экран увеличенное изображение существ. — Вы только гляньте на эти рожи! Да они же… да они же не люди, чёрт возьми!

— Держи себя в руках, — оборвал его Савелий. — Диана, тактический анализ, приоритет — цели с плазменным вооружением.

— Выполняю, — тут же откликнулась Диана.

Савелий сделал несколько коротких очередей из спаренной пушки, одновременно меняя позицию — тактический алгоритм рассчитал новую точку обзора для более эффективной защиты конвоя. Противник открыл ответный огонь. Стреляли не из обычных винтовок МП‑231 ПУ‑25, которыми вооружались пехотные сервы класса «Карго‑3», а из плазменных орудий. Один выстрел — и от серва оставался лишь неподвижный остов с оплавленным отверстием в полкорпуса.

— Твою ж мать! — выругался Штефан. — Они ж нас так на куски порвут! Савелий, прикрой левый фланг!

— Вижу, уже иду! — Савелий развернул меха, прикрывая уязвимый участок. — Маркус, не лезь вперёд, держи дистанцию!

— Да я просто… — начал было Маркус.

— Просто держись схемы! — рявкнул Савелий. — Это не полигон, тут ошибки стоят дорого!

Техногенный бой был в самом разгаре. Вездеходы конвоя вели огонь из пулемётов, установленных на крышах.

Внезапно Савелий заметил, как одно из существ прицеливается в меха Маркуса. Он не успел предупредить по рации — в тот же миг сгусток плазмы ударил в корпус. Верхняя конечность меха получила значительное повреждение.

— А-а-а! Чёрт, чёрт, чёрт! — заорал Маркус. — У меня проблема, парни! Правая верхняя конечность заблокирована, турель с НУРС выведена из строя, повреждена спаренная «тридцатка»! Теперь могу огрызаться только плазмопушкой и четырьмя ракетами, мать их!

— Спокойно, Маркус, спокойно, — Савелий открыл огонь длинными очередями и двинулся к нему. — Я рядом. Отходим к базе, я тебя прикрою.

— Капсулы с десантом снова приземляются, — доложил Штефан, отрабатывая по новым целям. — Атакуют малым числом. Чёрт, да сколько их там ещё?!

— Я — «Красный», БК пуст, отходим! — передал Савелий. — Конвой уже у ворот базы. Штефан, прикрывай!

— Понял, прикрываю! — Штефан вёл беспрерывный огонь: плазменная пушка и «тридцатка» работали без остановки, турель отстреливала НУРС один за другим. — Да сколько ж их, а?! Ну держитесь, твари!

Савелий подхватил своим мехом повреждённого меха Маркуса и начал отход к периметру. Ракеты летели в сторону приземляющихся капсул. Пехотные мехи работали на отсечение: стягивали огонь на себя, не давая существам прорваться к конвою. Из 500 сервов «Карго‑3», вступивших в бой, в строю осталось около 150.

Как только мехи с пилотами и конвой достигли базы, «Карго‑3» перешли в контратаку. Они подавляли остатки сопротивления, уничтожая последние очаги противника — методично, расчётливо, без лишнего пафоса.

— Фух… — выдохнул Маркус. — Мы живы. Мы, мать его, живы!

— Живы, — подтвердил Савелий. — Но это только первый раунд. Они вернутся. И в следующий раз будут умнее.

Диана, уловив изменение эмоционального фона пилота, тихо добавила:

— Начинаю анализ тактики противника. Данные будут готовы через 90 секунд.

— Давай, Диана, — Савелий сжал подлокотники кресла. — Нам нужны ответы. И быстро.

Глава 19

Напряжение нарастает

По мониторам побежали цифры и строчки расчётов — тактические алгоритмы противника, разложенные Дианой на элементарные составляющие. Савелий вглядывался в данные с предельной концентрацией, выискивая хоть намёк на повторяемость, закономерность, уязвимость. Каждый фрагмент информации мог стать ключом к организации обороны на качественно новом уровне.

— Диана, выводы, — произнёс он мысленно.

— Анализ завершён, — тут же откликнулась Диана. — Противник каждый раз использует новую тактику. Паттерны не выявляются, цепочки взаимодействий отсутствуют. Прогнозирование следующего манёвра с приемлемой вероятностью невозможно. Вывод: противник действует непредсказуемо.

Савелий сжал подлокотники кресла. Непредсказуемость — худший враг в бою. Она лишала возможности подготовиться, выстроить контрмеры заранее.

В этот момент сервы‑ремонтники приступили к устранению повреждений боевых машин. Савелий видел их чёткие, отточенные движения на экране периферийного обзора — микроманипуляторы меняли сегменты брони, диагностические кабели подключались к сервисным портам, системы запускали тесты после ремонта.

— Лейтенант Филатова, — раздался в общем канале жёсткий голос капитана Буданова, — активируйте протокол «Щит‑4». Перераспределите ресурсы на усиление периметра. Все свободные сервы — на восстановление ПВО. Мы не можем позволить им застать нас врасплох во второй раз.

— Есть, капитан, — коротко ответила Филатова. Её пальцы забегали по консоли, запуская последовательность команд.

Савелий переключил внимание на внешний обзор — через камеры базы он наблюдал, как приказ Буданова воплощается в жизнь. На экранах замелькали новые строки данных: алгоритмы перестраивали оборону, перераспределяли огневые точки, рассчитывали зоны поражения.

— Потери, Диана, — снова обратился Савелий к модулю.

— Уничтожено 397 роботов модификации «Карго‑3», — отчиталась Диана. — Четыре вездехода выведены из строя. Среди людей: четыре погибших, пятнадцать раненых. Эвакуация завершена, все поселенцы находятся на базе.

Савелий кивнул. Потери тяжёлые, но главное — люди спасены.

Он взглянул на сводку запасов:

БК: 62 %;

энергоблоки: 78 %;

ремонтные комплекты: 45 ед.

Сколько ещё ждать подкрепления? На сколько хватит боеприпасов? Хватит ли ресурсов, чтобы удержать оборону до их прибытия? Вопросы крутились в голове, требуя ответов, которых пока не было.

— Диана, расчёт времени до прибытия подкрепления, — произнёс Савелий.

— Расчёт запущен, — ответила Диана. — Предварительная оценка: от 18 до 36 стандартных часов. Зависит от траектории движения конвоя и возможных помех на маршруте.

На экранах перед Савелием развернулась панорама последствий боя: разрушенные оборонительные сооружения, обугленные останки комплексов ПВО, зияющие провалы в бетонных стенах. Но среди хаоса уцелели антенны дальней связи — тонкие, изящные конструкции, похожие на стебли инопланетных растений.

«Хорошо, что они целы, — подумал Савелий. — Пока есть связь, есть надежда».

В командном центре Филатова завершала активацию протокола. На мониторах мигали зелёные индикаторы — системы перестраивались, резервные контуры выходили на режим.

— Протокол «Щит‑4» активирован, — доложила она Буданову. — Системы перестраиваются, распределение огневых точек завершено. Сервы приступили к восстановлению ПВО.

— Отлично, — отозвался Буданов. — Держите меня в курсе.

Савелий смотрел на это, чувствуя, как усталость отступает перед холодной решимостью. Они выстоят. Они защитят базу. Чего бы это ни стоило.

Глава 20

Очередной накат

Корабли неизвестной цивилизации завершили накопление сил и начали манёвр развёртывания. Гигантские силуэты, похожие на скопление чёрных астероидов, плавно изменили вектор движения. Они выстроили боевой порядок — ромбовидную формацию с флагманским кораблём в центре — и начали сближение с планетой.

Выйдя на дистанцию огневого контакта, флотилия открыла огонь. Из жерл плазменных орудий вырвались ослепительные сгустки энергии — они устремились к поверхности, оставляя за собой фиолетовые плазменные хвосты. В атмосфере вспыхнули первые разрывы: ударные волны прокатились по равнине, поднимая тучи пыли и обломков.

В тот же миг десантные корабли отделились от основного строя и направились к точкам сброса. Люки открылись — капсулы десанта хлынули вниз, словно рой разъярённых насекомых. Их было в десятки раз больше, чем в предыдущие атаки.

Савелий изучал данные по ремонту и подготовке обороны, когда резкий сигнал тревоги вырвал его из сосредоточенности. В наушниках раздался голос капитана Буданова:

— Пилоты, в бой! Немедленно занять позиции! Противник начал массированную атаку. Повторяю: в бой!

— Диана, статус БК и готовности меха, — мгновенно отозвался Савелий.

— БК загружен на 87 %, — доложила Диана. — Повреждения устранены, системы прошли диагностику. Мех готов к бою. Запускаю предстартовый протокол.

Савелий устроился в эргономичном кресле рубки, проверил нейросинхронизацию и начал вывод меха из ангара. Когда створки ворот почти полностью распахнулись, его ослепила вспышка близкого разрыва. Воздух содрогнулся от грохота, корпус меха затрясло. Диана мгновенно активировала компенсационные фильтры — изображение на забрале стабилизировалось, системы перешли в режим боевой устойчивости.

Он встряхнул головой, пытаясь избавиться от звона в ушах, и вывел меха наружу. Перед ним открылась тревожная картина: десантные корабли противника начали сброс капсул. Тёмные точки плотным потоком сыпались с небес, заполняя небо.

— Количество капсул превышает предыдущие показатели в 3,7 раза, — сообщила Диана. — Фиксирую высокую концентрацию в секторах Д‑7, Д‑8 и Д‑9.

Савелий мгновенно оценил ситуацию, навёл прицел и отдал команду на огонь.

— Дистанция слишком большая, не дотянешься, — предупредила Диана.

— Огонь! — повторил Савелий.

Сгусток плазмы устремился к скоплению капсул. Через мгновение два объекта превратились в огненные шары, разбрасывая обломки. Взрывная волна зацепила соседние капсулы, сбивая их с курса.

— А говорила — не попаду, — усмехнулся Савелий. — Не учла, что я уже не новичок.

— Подтверждаю, — спокойно ответила Диана. — Точность попадания: 92 %. Запускаю повторный расчёт для следующей цели.

Мехи Маркуса и Штефана уже вели огонь из пушек 30‑го калибра, постоянно меняя позиции и маневрируя. Их выстрелы рвали воздух, оставляя за собой дымные следы.

— Савелий, слева новая волна капсул! — крикнул Маркус. — И они быстрее!

— Вижу, — отозвался Савелий, разворачивая меха. — Диана, приоритет — скопление в секторе Д‑7. Огонь по готовности.

Залп плазмы разорвал ещё три капсулы. Но противник оказался начеку: десантные корабли выпустили ложные цели и выполнили резкий манёвр уклонения. Ракеты прошли мимо, отработав по приманкам.

— Чёрт, — выругался Савелий. — Они предугадывают наши действия.

— Фиксирую изменение тактического алгоритма противника, — сообщила Диана. — Запускаю адаптивный режим противодействия. Переключаю на режим «Охотник‑2».

Небо заполнилось огненными трассами: плазменные сгустки, ракеты, лазерные лучи пересекались в воздухе, создавая хаотичный узор смерти. Мехи маневрировали между взрывами, отстреливались и прикрывали друг друга.

— Штефан, прикрой левый фланг! — крикнул Савелий. — Маркус, бери верхний эшелон!

— Понял! — отозвался Маркус, уводя меха в крутой вираж. Его пушка выплюнула очередь плазмы, поражая сразу четыре капсулы.

— Есть попадание! — доложил Штефан. — Но их слишком много!

Савелий оглядел тактическую карту: красные метки капсул заполняли экраны. Они снижались, готовые выпустить десант.

— Диана, расчёт времени до высадки, — приказал он.

— 4 минуты 23 секунды, — ответила Диана. — При текущем темпе снижения.

— Всем пилотам, — передал Савелий по общему каналу. — Переходим к плану «Перехват». Концентрированный огонь по скоплению в секторе Д‑7. Маркус, Штефан — синхронизируем залп. Три… два… один… Огонь!

Три сгустка плазмы устремились к цели. Взрывы слились в один мощный грохот — десятки капсул превратились в огненный шар, разбрасывая обломки на сотни метров.

— Отлично сработано, — выдохнул Савелий. — Но это только начало. Диана, статус БК?

— БК: 63 %, — отчиталась Диана. — Энергоблоки: 71 %. Системы в норме.

— Продолжаем бой, — Савелий сжал подлокотники кресла. — Пока хоть один заряд останется, мы не отступим.

На экранах тактической карты замигали новые метки — ещё одна волна капсул начала снижение. Савелий активировал режим усиленного сканирования, проверил боезапас и приготовился к следующему этапу боя. Где‑то в глубине сознания он понимал: это только первая волна атаки. И противник ещё покажет, на что действительно способен.

Глава 21

Бой

Воздух дрожал от разрывов, насыщенных озоном и гарью. Небо заполнилось огненными трассами: плазменные сгустки, ракеты, лазерные лучи пересекались в воздухе, создавая хаотичный узор смерти. Мехи маневрировали между взрывами, отстреливались и прикрывали друг друга — каждый понимал: отступить нельзя. За спиной — база с эвакуированными поселенцами.

— Маркус, прикрой левый фланг! — крикнул Савелий, отслеживая на тактической карте перемещение вражеских капсул. — Штефан, бери верхний эшелон!

— Понял! — отозвался Маркус, уводя меха в крутой вираж. Его пушка выплюнула очередь плазмы, поражая сразу две капсулы. — Есть попадание!

— Подтверждаю, — доложил Штефан. — Но их слишком много, Савелий. Они идут волнами.

Савелий оглядел тактическую карту: красные метки капсул заполняли экраны, формируя угрожающие скопления в секторах Д‑7, Д‑8 и Д‑9.

Внезапно в наушниках раздался предупреждающий сигнал Дианы:

— Опасность! Справа, сектор 23! Плазменный залп, дистанция 400 метров!

Не успел Савелий отреагировать, как сгусток плазмы ударил в правую ногу его меха. Раздался оглушительный скрежет металла, искрящие провода вырвались наружу. Правая нога отделилась от корпуса и с грохотом рухнула на землю, подняв облако пыли и обломков. Мех накренился, Савелий почувствовал, как перегружается система стабилизации — индикаторы на панели замигали тревожным красным.

— Диана, статус! — выкрикнул Савелий, пытаясь выровнять машину.

— Правая нога утрачена, — бесстрастно ответила Диана. — Гидравлика левого сочленения перегружена на 92 %. Повреждены системы энергоснабжения, утечка охлаждающей жидкости. Рекомендация: немедленная эвакуация.

— Эвакуация? — Савелий стиснул зубы, чувствуя, как пот стекает по виску. — Только через мой труп. Переключай на резервные контуры. Будем драться!

Он заставил меха опуститься на колено, используя левую ногу и корпус как опору. Манипуляторы с оружием развернулись в сторону приближающихся капсул.

— Маркус, Штефан, я ещё в игре! — передал Савелий. — Прикройте спину, я возьму верхний эшелон.

— Держись, Савелий! — откликнулся Маркус. — Мы рядом.

Штефан, прикрывавший левый фланг, заметил, как группа капсул резко изменила курс, нацелившись на позицию Савелия.

— Савелий, слева новая волна! — крикнул он. — Маркус, прикрой его!

Не раздумывая, Штефан рванул мех вперёд, перекрывая линию огня. Он открыл огонь из пушки 30‑го калибра, уничтожая несколько капсул, но в этот момент сгусток плазмы пробил броню кабины.

Взрыв был мгновенным и чудовищным. Плазма проникла внутрь, мгновенно испаряя системы жизнеобеспечения. Кабина вспыхнула, как факел — оранжево‑фиолетовое пламя охватило мех целиком. Савелий увидел, как на мгновение силуэт Штефана замер в кресле пилота — он всё ещё сжимал подлокотник, будто пытался удержать машину. В этот миг Савелий уловил в канале связи короткий крик — не страх, а ярость и отчаяние.

Ещё один взрыв — мощнее первого — разорвал мех пополам. Корпус разлетелся на части, разбрасывая обломки брони и фрагменты систем. В воздухе повисли клубы чёрного дыма и раскалённые осколки. На экранах тактической карты метка Штефана мигнула красным, замигала и исчезла. В канале связи раздался короткий треск помех — и наступила тишина.

— Штефан! — заорал Савелий. — Ответь! Штефан!

Тишина. Только треск помех в канале связи.

Савелий увидел остатки меха — обгоревший остов с оплавленными деталями. В кресле пилота виднелись обугленные останки Штефана. Броня кабины была пробита насквозь, системы жизнеобеспечения полностью уничтожены. От машины практически ничего не осталось — только искорёженный металл и следы чудовищной температуры. Рядом валялись фрагменты манипулятора, оплавленные схемы энергосистемы, обугленный кусок панели с надписью «Одиночка».

В наушниках раздался голос Маркуса, хриплый от напряжения:

— Савелий… он прикрыл нас. Теперь мы должны закончить бой за него.

— Да, — глухо ответил Савелий. В груди что‑то сжалось, но он заставил себя сосредоточиться. — За Штефана. За всех.

Савелий сжал подлокотники кресла. Боль от потери друга смешалась с холодной решимостью. Он вспомнил, как вчера они с Штефаном обсуждали шансы на выживание, смеялись над шутками Маркуса… Теперь Штефана нет. Но его жертва не должна быть напрасной.

— Диана, — произнёс он сквозь стиснутые зубы, — переведи все резервы на оружие и стабилизацию. И… пусть запись нашего боя уйдёт на Землю. Если мы не выстоим, пусть хотя бы помнят, как мы сражались.

— Выполняю, — тихо ответила Диана.

Мех Савелия, опираясь на колено и манипуляторы, развернулся к новой волне капсул. Он перенастроил управление, компенсируя потерю ноги. Движения стали медленнее, но точнее — он выбирал цели с холодной расчётливостью.

— Маркус, — передал Савелий по каналу, — я держусь. Прикрывай правый фланг. Я возьму центр.

— Понял, Савелий, — отозвался Маркус. — Держись. Мы выстоим. Ради Штефана.

Один выстрел. Ещё один. Ещё… Савелий вёл огонь, зная, что Штефан отдал жизнь, чтобы дать им шанс. Небо всё ещё было заполнено капсулами, но он продолжал стрелять — методично, беспощадно, с железной волей.

Маркус, ведя огонь с другой позиции, бросил взгляд на экран тактической карты. Метка Савелия всё ещё горела зелёным — слабым, но устойчивым.

— Держись, Савелий, — прошептал Маркус. — Мы выстоим. Ради Штефана. Ради всех нас.

Глава 22

Отступление противника и эвакуация Савелия

Когда БК был почти на исходе, высадка десанта внезапно прекратилась. Оставшиеся целые капсулы с десантом синхронно изменили курс и начали отход — словно единый организм, подчиняющийся невидимой команде.

— Очередная волна отбита, — произнёс Савелий вслух, хотя в канале связи стояла тишина. — Но это ещё не конец.

Он оглядел поле боя через оптику повреждённого меха. Противник вёл бой методично, медленно перемалывая оборону людей — не штурмом, а последовательными накатами, проверяя каждую брешь, выискивая слабые места.

«Сколько ещё мы выдержим таких накатов? — думал Савелий. — Сколько эта война заберёт жизней, как забрала жизнь Штефана? Когда прибудет подкрепление? Когда? Когда? Когда?»

Вопросы крутились в голове, требуя ответов, которых пока не было.

В этот момент в канале связи раздался голос Маркуса:

— Сава, они отступили. Сейчас мы тебя вытащим на ремонт.

Маркус подвёл своего робота к повреждённому меху Савелия. Осмотревшись, пилоты увидели печальную картину:

разбросанные останки пехотных роботов — искорёженный металл, оплавленные схемы, обрывки кабелей;

останки меха Штефана — даже разорванный пополам, он всё равно казался гигантом по сравнению с пехотными сервами;

следы плазменных попаданий, выжженные участки земли, обломки брони и фрагменты десантных капсул, усеявшие поле боя.

Группа эвакуации прибыла оперативно. Техники в защитных скафандрах подключили фиксаторы, аккуратно погрузили мех Савелия на тягач и начали эвакуацию в ангар.

В ангаре сервы‑ремонтники «Хигю‑5» тут же приступили к восстановлению машины. Их манипуляторы с ювелирной точностью начали замену повреждённых механизмов:

отсоединили остатки правой ноги;

установили новый гидравлический контур;

заменили повреждённые сегменты брони;

перепроверили системы энергоснабжения и охлаждения.

Савелий не чувствовал, как медицинские сервы вводят инъекции для восстановления жизнеобеспечения — его сознание будто отделилось от тела. Пульс успокаивался, датчики показывали нормализацию показателей, но мысли о Штефане не покидали его голову.

Он закрыл глаза и снова увидел тот момент: Штефан, перекрывающий собой линию огня, вспышка плазмы, взрыв… Савелий сжал кулаки.

— Диана, — тихо произнёс он, — сохрани все данные боя. Все записи, все тактические схемы. И передай на Землю полный отчёт о действиях Штефана. Пусть знают, как он погиб.

— Выполняю, — ответила Диана. — Данные сохраняются. Отчёт сформирован, ожидает отправки.

Савелий открыл глаза и посмотрел на работу сервов. Они методично собирали его мех заново — словно собирая и его самого по кусочкам.

— Мы продолжим, — прошептал он. — Мы выстоим. Ради Штефана. Ради всех нас.

Один из сервов закончил установку нового сегмента ноги и подал сигнал готовности. Савелий проверил подключение систем — индикаторы загорелись ровным зелёным светом.

— Статус меха? — спросил он у Дианы.

— Восстановление завершено на 87 %, — отчиталась Диана. — Основные системы функционируют. БК пополняется. Рекомендованное время до полной готовности: 22 минуты.

— Достаточно, — Савелий поднялся в кресле. — Подключай нейроинтерфейс. Мы ещё не закончили.

На экранах тактической карты уже появлялись новые метки — противник перегруппировывался. Следующая волна была неизбежна. Савелий глубоко вдохнул, активировал системы и приготовился к продолжению боя.

Глава 23

Решение принято

Планета Земля. Тренировочная база. Два часа после получения сигнала о нападении с планеты Гамма‑5. Министерство обороны Федерации Земли

Полковник Саймон Форд стоял перед генералом Мироновым, чеканя слова с привычной военной чёткостью:

— Товарищ генерал, получен сигнал о нападении на поселение колонистов на Гамма‑5. Капитан Буданов докладывает: начало вторжения — 27 мая 2756 года, в пять часов утра. Поселение подверглось массированному удару с космического корабля неизвестной цивилизации. Противник предпринял первые попытки высадки десанта. Количество сил противника пока неизвестно. Какие будут приказы?

Генерал Миронов стоял у голографической карты звёздного сектора, слегка опираясь на край стола. Седые волосы, аккуратно зачёсанные назад, отливали серебром в холодном свете проекторов. Глубокие морщины на лбу, жёсткая линия рта и чуть прищуренные тёмно‑синие глаза — всё выдавало человека, привыкшего принимать решения в условиях крайнего дефицита времени и информации. Пальцы с едва заметной дрожью — след давнего ранения на Титане — ритмично постукивали по полированной поверхности стола, словно отсчитывая такты тактического алгоритма.

Он медленно поднял взгляд от мерцающей проекции Гамма‑5, где алая точка обозначала зону поражения. В памяти всплыли кадры из личного архива: зелёные купола жилых модулей, дети, играющие у искусственной реки, смеющаяся женщина с корзиной фруктов — мирная колония, которую он посещал три года назад во время инспекционной поездки.

Миронов сжал челюсти. Время на раздумья истекло.

— Полковник Форд, — голос генерала прозвучал как удар хлыста, — фиксирую решение и отдаю приказ:

Немедленно сформировать ударную группу из семи тяжёлых боевых космических кораблей класса «Титан‑М». Корабли укомплектовать полным боезапасом и экипажами повышенной готовности. Время сбора — один час. Запуск по схеме «Щит‑3» с гиперпереходом на орбиту Гамма‑5.

Перебросить на планету десять боевых роботов с модулем «Одиночка». Роботы должны быть оснащены для ведения боя в условиях плотной застройки и пересечённой местности. Предусмотреть комплект антигравитационных платформ для быстрого развёртывания.

Направить к месту конфликта группу опытных пилотов — не менее двадцати человек. Они обеспечат управление кораблями и координацию действий наземных сил. Назначить старшим капитана Ричарда Вейна — он знает сектор как свои пять пальцев.

Установить прямой канал связи с капитаном Будановым. Передать ему, что помощь уже в пути. Пусть удерживает позиции, организует эвакуацию гражданского населения в безопасные зоны и фиксирует все данные о противнике — тип вооружения, тактику, численность.

Запустить разведывательные зонды серии «Око‑7» над Гамма‑5 для получения актуальных данных о численности и дислокации противника. Докладывать мне каждые пятнадцать минут. Координаты цели загрузить в навигационные системы кораблей немедленно.

Полковник Форд вытянулся по стойке «смирно»:

— Есть, товарищ генерал! Приступаю к исполнению приказа.

Миронов кивнул, его лицо оставалось сосредоточенным. Он знал: от точности и скорости выполнения этих распоряжений зависят жизни колонистов. Взгляд снова метнулся к голограмме, где мигала точка, обозначающая поселение на Гамма‑5, — теперь она была в центре внимания всего командования. Генерал мысленно прокрутил возможные сценарии развития событий, отбрасывая маловероятные варианты. В глубине души он понимал: это не просто нападение. Это предупреждение. И ответ Федерации должен быть таким же чётким и однозначным, как приказ, только что отданный Форду.

Глава 24

Помощь в пути

Подготовка ударной группы для операции на Гамма‑5

Ангар номер 7 базы «Орион‑3» оживал в ритме боевой тревоги. Сирена ревела не переставая, а красные аварийные огни заливали пространство пульсирующим светом. Воздух наполнился запахом разогретого металла, озона и едва уловимой примесью машинного масла — привычным коктейлем предполётной суеты.

Капитан Ричард Вейн, назначенный старшим группы, стоял на смотровой галерее и наблюдал за суетой внизу. Техник как раз завершал последние проверки перед стартом. Вейн знал: сейчас каждая секунда на счету.

Внизу кипела работа:

Техники в тёмно‑синих комбинезонах с нашивками технического отдела бегали между шаттлами, проверяя системы жизнеобеспечения и загружая боекомплект.

Роботизированные манипуляторы с шипением закрепляли контейнеры с модулями «Одиночка» в грузовых отсеках транспортных шаттлов. Капли криогенного топлива падали на пол и мгновенно испарялись, оставляя морозный узор на бронеплитах.

Инженеры запускали тестовые циклы бортовых компьютеров. На голографических дисплеях мелькали строки кода, сменяясь схемами систем вооружения и траекториями предполагаемых манёвров.

Пилоты в облегающих лётных костюмах спешили к шаттлам. Кто‑то на ходу застёгивал ремни, кто‑то проверял крепления шлема.

Лейтенант Кира Норд, пилот космического истребителя класса «Ястреб», остановилась у своего шаттла, бросила взгляд на голограмму орбитальной группировки. Семь тяжёлых боевых кораблей класса «Титан‑М» уже заняли позиции на околоземной орбите — ждали только шаттлы с подкреплением.

— Готовность шаттла — 98 %, — доложил бортовой голос. — Все системы в норме. Роботы закреплены, связь с пилотами установлена.

Кира кивнула, проверяя нейроинтерфейс:

— Подтверждаю. Связать меня с капитаном Вейном.

— Капитан на связи, — раздался в наушниках голос Вейна. — Норд, вы возглавляете звено прикрытия при стыковке. После перехода на орбиту сразу переходите на «Ястребы». Ваша задача — прикрыть высадку роботов и обеспечить воздушное превосходство.

— Поняла, капитан. Звено готово к старту.

Тем временем в соседнем отсеке шла подготовка боевых роботов с модулем «Одиночка». Десять массивных машин, напоминающих двуногих хищников, загружались в грузовые отсеки. Теперь стало ясно: пилоты не управляли роботами дистанционно — они находились внутри, в компактных рубках управления, встроенных в корпус за грудной бронёй.

Старший техник Петров проводил последние проверки:

— Пилоты, занять места в рубках! Активируем нейросвязь.

Пять пилотов один за другим поднимались на специальных лифтах, вмонтированных в один из ступаходов «Одиночки». Лифты плавно поднимали их к люку в нижней части корпуса, откуда открывался доступ в рубку управления.

Лейтенант Марк Валдис, пилот «Одиночки‑3», вошёл в лифт, нажал кнопку активации, и платформа плавно подняла его к люку. Он ловко пробрался внутрь робота, устроился в эргономичном кресле, подключил нейроинтерфейс — штекеры шлема вошли в порты на черепе — и на мгновение замер, синхронизируясь с ИИ машины. Перед ним развернулась панорамная проекция с данными со всех сенсоров робота.

— «Одиночка‑3» готов к действию, — доложил Валдис по общей связи. — Тактическая схема загружена, огневые точки определены. Чувствительность нейросвязи — 94 %. Ощущаю машину как продолжение собственного тела.

Рядом старший лейтенант Елена Рикс, пилот «Одиночки‑7», проверила тактильную обратную связь: сжала кулак в перчатке — и десятитонная машина снаружи повторила жест с идеальной точностью.

— Связь стабильная, — подтвердила она. — Задержка сигнала — менее 0,03 секунды. Системы наведения и вооружения готовы к бою.

Капитан Вейн вышел на общий канал связи:

— Внимание, экипажи! Слушайте внимательно. Мы выходим по схеме «Щит‑3». Первый эшелон — три «Титана» — берёт на себя орбитальную зачистку. Второй эшелон обеспечивает прикрытие высадки.

Он переключился на тактический канал:

— Звено «Ястребов» под командованием лейтенанта Норд обеспечивает воздушное прикрытие. Пилоты роботов — десантируетесь сразу после подавления орбитальной обороны противника. Действуете парами: один робот прикрывает другого при продвижении. Используйте рельеф местности, избегайте открытых пространств. Ваша главная цель — подавить тяжёлое вооружение противника и обеспечить коридор для эвакуации колонистов. Связь с наземными силами — через капитана Буданова. Вопросы?

Елена Рикс подняла руку:

— Капитан, какие приоритеты при столкновении с гражданскими объектами?

— Минимизация разрушений, — твёрдо ответил Вейн. — Если есть выбор — стреляйте по ногам, выводите из строя двигатели. Но не жертвуйте собой ради здания. Жизни колонистов и пилотов — приоритет.

— Эскадра, это Вейн, — капитан занял место в командном шаттле, закрыл шлем и проверил связь. — Подтвердить готовность.

По очереди раздались ответы:

— Шаттл‑1 готов, звено «Ястребов» на борту.

— Шаттл‑2 готов, роботы закреплены.

— «Одиночка‑1» готов, нейросвязь стабильна, пилот на месте.

— «Одиночка‑2» готов, сенсоры активны, системы в норме…

— «Ястреб‑1» готов, — подтвердила Кира Норд. — Системы в норме, жду команды на старт.

Когда последний пилот подтвердил готовность, капитан отдал финальную команду:

— Зажигание. Поехали.

Двигатели шаттлов взревели, наполняя ангар гулом пробудившейся мощи. Заработали системы подъёма. Машины один за другим начали отрываться от стартовых платформ, устремляясь к шлюзам орбитального лифта. На орбите их уже ждали семь «Титанов», мерцая навигационными огнями в черноте космоса.

Кира заняла место в кокпите своего «Ястреба», проверила системы наведения и улыбнулась:

— Ну что, малыш, — прошептала она, похлопав по панели управления, — пора показать этим захватчикам, на что способны земные пилоты.

Где‑то далеко, на Гамма‑5, колонисты ждали помощи. И она уже была в пути.

Глава 25

Бой у планеты Гамма‑5

Три тяжёлых боевых корабля класса «Титан‑М» вырвались из гиперпрыжка в системе Гамма‑5 — и сразу попали под массированный огонь. Вокруг планеты висели 15 кораблей неизвестной цивилизации: их тёмно‑фиолетовые корпуса с серебристыми полосами мерцали в свете местной звезды, а энергетические ауры пульсировали, словно живые.

Пространство вокруг исказилось — гипертуннель схлопнулся с едва уловимым гулом, который ощущался скорее позвоночником, чем ушами. Капитан Ричард Вейн по привычке сжал подлокотники командного кресла: после прыжка всегда накатывала секундная дезориентация. В глазах потемнело, в ушах зазвенело — инерционные компенсаторы сработали с запозданием.

— Контакт! — его голос прозвучал жёстко, без тени паники. — Эскадра, боевое построение «Щит‑3». «Ястребы», вперёд!

Описание кораблей

Тяжёлые боевые корабли класса «Титан‑М»

Длина: 450 метров.

Экипаж: 120 человек.

Двигатели: гиперпространственный двигатель + 4 плазменных маршевых двигателя.

Вооружение:

8 тяжёлых лазерных орудий калибра 200 мм;

4 плазменные пушки дальнего действия;

пусковые установки для ракет «космос‑космос» (60 единиц);

система постановки помех.

Защита: многослойная композитная броня, тройной активный щит, система противоракетной обороны.

Особенности: возможность вести бой в гиперпространстве, автономность до 6 месяцев.

Истребители класса «Ястреб»

Длина: 18 метров.

Размах крыльев: 12 метров (в сложенном состоянии — 8 метров).

Экипаж: 1 пилот.

Двигатели: два плазменных маршевых двигателя + 16 манёвренных микродвигателей на ионной тяге.

Вооружение:

две импульсные лазерные пушки (калибр 50 мм) на подвижных турелях;

12 ракет «воздух‑космос» с системой самонаведения;

импульсный разрядник для подавления электроники противника.

Защита: композитная броня с керамическим напылением, рассеивающая 70 % лазерного урона; активный щит на основе электромагнитного поля.

Особенности: высокая манёвренность, возможность кратковременного гиперпрыжка на 0,3 светового часа.

Корабли неизвестной цивилизации

Форма: каплевидная, с заострённым носом и расходящимися назад плавниками‑стабилизаторами.

Длина: около 150 метров.

Цвет: тёмно‑фиолетовый с переливчатыми серебристыми полосами.

Двигатели: не фиксировались сенсорами — возможно, используют искривление пространства.

Вооружение:

энергетические разряды сине‑зелёного спектра (поражают цель на дистанции 200 000 км);

рой мелких дронов (напоминают металлических насекомых, атакуют группами).

Защита: видимая энергетическая аура, отклоняющая лазерные лучи.

Особенности: способны менять цвет корпуса, маскируясь на фоне звёзд; высокая скорость реакции на манёвры противника.

Ход боя

Едва «Титаны» вышли из гиперпрыжка, противник открыл огонь. Сине‑зелёные разряды прорезали космос, зацепив щиты флагманского корабля.

— Щиты на 85 %, — доложил офицер на мостике «Титана‑1».

— «Ястребы», в бой! — скомандовал Вейн. — Прикройте нас, пока заряжаются орудия!

Лейтенант Кира Норд рванула свой «Ястреб» вперёд, уводя машину в крутой вираж. Перегрузки вдавили в кресло, перед глазами поплыли тёмные пятна. Рядом пронёсся разряд — промах на доли секунды. Она нажала на гашетку: импульсные лазеры полоснули по борту вражеского корабля. Аура мигнула, но восстановилась.

— Щит регенерирует! — выкрикнула она в эфир. — Цельтесь в стыки плавников! Там уязвимость!

Пилоты «Ястребов» перестроились. Теперь они атаковали парами: один отвлекал огнём, второй стрелял ракетами. Одна из ракет пробила защиту — фиолетовый корпус треснул, выбросив облако газа.

Тем временем «Титаны» завершили зарядку орудий.

— Огонь! — отдал приказ Вейн.

Тяжёлые лазеры «Титанов» ударили одновременно. Один вражеский корабль вспыхнул и разлетелся на куски. Остальные начали перестраиваться, выпуская рой дронов.

— Внимание, дроны! — предупредил Вейн. — «Ястребы», уничтожаем мелкие цели!

Кира развернула истребитель, прицелилась в ближайший дрон и выпустила очередь лазерных выстрелов. Металлическое насекомое разлетелось на части.

Но противник действовал слаженно. Один из разрядов попал в «Титан‑3» — щиты не выдержали. Взрыв разорвал корабль на части, обломки разлетелись в пространстве.

— «Титан‑3» потерян! — доложил оператор.

— Потери? — хрипло спросил Вейн.

— Эвакуация невозможна. Весь экипаж…

Капитан сжал кулаки. На миг в рубке повисла мёртвая тишина — каждый осознал, что война перестала быть абстрактным понятием.

— Продолжаем бой! — его голос звучал жёстко. — «Ястребы», оттягивайте противника к астероидному поясу. «Титаны», готовим залп плазменными орудиями!

Бой становился всё более ожесточённым. «Ястребы» крутились, маневрировали, атаковали, прикрывали друг друга. Один за другим истребители выходили из строя:

«Ястреб‑4» потерял двигатель и ушёл в неуправляемый дрейф;

«Ястреб‑7» взорвался от прямого попадания;

«Ястреб‑9» катапультировался — пилот успел покинуть машину за секунды до взрыва.

Кира потеряла счёт времени. Перед глазами мелькали вспышки выстрелов, экраны пестрели предупреждениями о повреждениях. Её щит мигал — осталось 20 %. В наушниках трещало от помех и криков пилотов.

— Кира, прикрой! — раздался в эфире голос Марка Валдиса, пилота «Ястреба‑2».

Она развернулась, открыла огонь по вражескому кораблю, который целился в машину Валдиса. Тот успел уйти в сторону, а её лазеры всё‑таки зацепили уязвимую точку — стык плавника. Аура погасла, и следующий залп «Титана‑1» добил противника.

— Есть один! — выдохнула Кира.

Капитан Вейн оценил ситуацию. На тактическом дисплее мигали отметки повреждений: «Титан‑2» потерял 60 % щитов, «Титан‑1» — 40 %. Из 15 истребителей осталось только 5. Противник, хоть и потерял три корабля, по‑прежнему превосходил по численности.

— Переходим к финалу! — Вейн сглотнул пересохшим горлом. — Все ракеты — по цели номер 5, 7 и 12! Огонь!

Оставшиеся силы Федерации сосредоточили огонь на трёх кораблях. Щиты не выдержали — один за другим они взорвались. Остальные вражеские корабли начали отступать, активировав режим искривления пространства. Их корпуса замерцали и исчезли, оставив после себя лишь рябь в пространстве.

В рубке «Титана‑1» повисла тишина. Где‑то капала охлаждающая жидкость, мигали аварийные лампы. Техники бегали между консолями, пытаясь восстановить системы.

Итоги сражения

Потери Федерации:

уничтожен 1 «Титан‑М»;

потеряно 10 истребителей «Ястреб»;

«Титан‑2» серьёзно повреждён (потерян 60 % щитов, повреждены 2 плазменных орудия).

Повреждения: «Титан‑1» требует ремонта (потеря 40 % щитов, повреждена система наведения).

Противник потерял 3 корабля, остальные отступили.

Впервые зафиксированы технологии искривления пространства и регенеративных щитов у неизвестного противника.

Кира Норд откинулась в кресле, вытирая пот со лба. Руки дрожали. В ушах звенело от перегрузок и адреналина. На экране мигало сообщение: «Бой завершён. Начинаем эвакуацию выживших пилотов».

Она закрыла глаза, пытаясь отдышаться. В памяти всплыли лица погибших товарищей — тех, кто не вернулся из этого боя.

— Это была резня, — тихо произнёс Вейн по закрытому каналу. — Но мы хотя бы дали им отпор.

Глава 26

Появление подкрепления

В этот момент пространство в нескольких тысячах километров от поля боя исказилось. Четыре корабля Федерации, совершавшие прыжок позднее, вышли из гипертуннеля.

На мостике крейсера «Авангард» капитан Елена Маркова застыла перед голографическим дисплеем. Картина, открывшаяся перед ней, была ужасающей:

обломки «Титана‑3» медленно дрейфовали в пространстве, изредка вспыхивая от коротких замыканий систем;

повреждённые «Титан‑1» и «Титан‑2» едва держались на орбите, оставляя за собой шлейфы охлаждающего агента;

среди астероидов мелькали последние истребители «Ястреб», ведя бой с остатками вражеских дронов.

— О боги… — прошептала старший помощник. — Что здесь произошло?

Маркова сжала кулаки. На тактическом экране мигали отметки уцелевших кораблей Федерации — всего несколько точек среди обломков и следов взрывов. В углу дисплея бежали строки данных: потери «Ястребов» — 10 единиц, один «Титан» уничтожен, два серьёзно повреждены.

— Связь с «Титаном‑1»! — приказала она.

— «Авангард», это Вейн, — раздался в динамике усталый голос капитана «Титана‑1». — Рад вас видеть. Мы уже думали, что останемся здесь навсегда.

— Доложите обстановку, Ричард, — резко бросила Маркова.

— Противник отступил, — Вейн говорил с трудом, будто каждое слово давалось ему ценой усилий. — Потеряли «Титан‑3» и десять «Ястребов». Щиты на пределе, системы наведения повреждены. Ещё один заход — и мы бы не выстояли.

Маркова посмотрела на своих офицеров. Те ждали приказа, но в глазах читалось потрясение. Они понимали: ещё несколько минут опоздания — и спасать было бы некого.

— Начинаем спасательную операцию, — отдала распоряжение Маркова. — «Посейдон», займи позицию рядом с «Титаном‑2», обеспечь прикрытие. «Гефест», бери на буксир «Титан‑1». «Одиссей», сканируй пространство — ищем выживших пилотов.

— Есть, капитан, — раздались ответы по связи.

Корабли подкрепления начали перестроение. «Посейдон» выдвинулся вперёд, активируя дополнительные щиты. «Гефест» осторожно приблизился к повреждённому «Титану‑1», выдвигая сцепные механизмы.

Тем временем Кира Норд, всё ещё сидя в кокпите своего «Ястреба», с облегчением увидела, как новые корабли Федерации занимают позиции.

— Ребята, — прошептала она в эфир, — мы выжили.

Лейтенант Марк Валдис, чей истребитель чудом уцелел, ответил:

— Да, Кира. Но какой ценой…

На «Авангарде» капитан Маркова изучала тактическую голограмму. Данные сканирования показывали: противник ушёл через гиперпереход, оставив после себя лишь энергетические возмущения.

— Аналитики, — обратилась она к специалистам, — дайте полный анализ технологий противника. Особенно эти ауры и дроны. И свяжите меня с Верховным командованием.

Один из офицеров поднял голову:

— Капитан, мы зафиксировали сигнал бедствия с одного из обломков «Титана‑3». Возможно, кто‑то выжил.

Маркова кивнула:

— Направьте туда спасательный модуль. Никого не бросаем.

Она посмотрела на экран, где медленно разворачивалась операция по спасению. В глазах капитана застыла твёрдая решимость:

— Ричард, — снова вышла она на связь с Вейном, — готовьте отчёт. Мы должны понять, с кем имеем дело. Это только начало.

Вейн устало кивнул — Маркова не могла его видеть, но почувствовала этот жест по интонации:

— Согласен, Елена. И спасибо. Без вас мы бы не справились.

Где‑то в глубинах космоса флотилия фиолетовых кораблей перегруппировывалась. Их командиры анализировали данные о тактике Федерации, готовясь к следующей встрече. А на орбите Гамма‑5 четыре корабля Федерации начинали долгую работу по спасению уцелевших — и осмыслению первого столкновения с неизвестной цивилизацией.

Глава 27

Эвакуация и анализ технологий противника

Спасательные модули «Авангарда» и «Посейдона» медленно продвигались среди обломков — словно светлячки в бездонной тьме космоса. В мерцании аварийных маяков, едва различимых на фоне звёзд, читалась отчаянная надежда: кто‑то ещё мог быть жив. Кира Норд, всё ещё сидя в кокпите своего повреждённого «Ястреба», следила за операцией с напряжением, от которого сводило скулы.

— «Авангард», это Норд, — её голос звучал хрипло, будто проржавевший механизм. — Вижу три маяка в секторе D‑7. Один слабый, два стабильных.

— Принято, «Ястреб‑2», — отозвался оператор спасательной группы. — «Гефест» уже выдвинулся к D‑7, «Одиссей» сканирует сектор C‑4.

Кира развернула истребитель, стараясь прикрыть спасательные модули. Щит мигал тревожным красным — осталось всего 15 %, но она не собиралась отступать. В наушниках трещало от помех, сквозь которые прорывались отрывочные доклады:

— Отсек вскрыт… двое внутри, без сознания, но живы… стабилизируем… криокапсула готова…

На мостике «Авангарда» капитан Елена Маркова следила за голографическим дисплеем, где точки меток выживших то появлялись, то исчезали среди хаотичного россыпа обломков. Её пальцы непроизвольно сжимались и разжимались — она знала, что каждая секунда промедления может стоить кому‑то жизни.

— Продолжайте поиск, — приказала она жёстко. — Никого не оставляем.

Вокруг кипела работа. «Посейдон» держал щиты на максимуме, сканируя пространство в ожидании возможного возвращения противника. «Гефест», осторожно маневрируя среди обломков, буксировал повреждённый «Титан‑1» к безопасной зоне. «Одиссей» методично прочёсывал сектор, его сенсоры дальнего действия пронзали тьму, выискивая малейшие признаки жизни. А «Авангард» координировал всё это, одновременно начиная анализ захваченных образцов технологий противника.

В лаборатории крейсера доктор Алан Риверс склонился над фрагментом энергетической ауры, собранной среди обломков. Пластина с серебристым напылением мерцала под микроскопом, словно живая.

— Это не просто защита, — пробормотал он, проводя пальцем по экрану с увеличенным изображением наноструктур. — Смотрите: энергия удара не отражается, а перераспределяется по всей поверхности. Лазерный луч рассеивается, не нанося критического урона.

Рядом инженер Мария Ковалёва вводила данные в анализатор. Её лицо, освещённое голубым светом дисплея, выражало смесь восхищения и тревоги.

— Регенерация, — произнесла она. — Мы зафиксировали восстановление 20 % мощности за 0,3 секунды. Если это масштабируется на весь корабль…

Маркова подошла ближе, её тень упала на экран с графиками.

— Что это значит в боевых условиях? — спросила она прямо.

Риверс поднял глаза, в них читалась мрачная решимость.

— Это значит, что обычные лазеры почти бесполезны. Нам нужно оружие, которое наносит непрерывный урон или поражает сразу несколько точек. Импульсные пушки могут сработать — они создают множественные микроразряды, не давая ауре восстановиться.

Техники тем временем разбирали захваченного дрона. Его корпус, напоминавший хитин насекомого, оказался сплетением неизвестных сплавов и органических компонентов. Один из техников осторожно отсоединил микрочип.

— Гибрид технологии и бионики, — констатировал он. — Сигнал управления идёт на частоте, которую мы раньше не фиксировали. Импульсный разрядник «Ястребов» случайно попал в резонанс — поэтому аура погасла в том эпизоде.

Ковалёва быстро вносила данные в журнал.

— Записать: импульсные системы эффективны против ауры. Разработать модификации для «Ястребов».

Маркова молча изучала тактическую голограмму, где выстраивалась картина технологий противника: активная регенеративная аура, гибридные дроны, двигатели, искривляющие пространство, энергетические разряды сине‑зелёного спектра с высокой проникающей способностью. В голове складывалась новая реальность — реальность войны с противником, чьи технологии превосходили всё, с чем Федерация сталкивалась раньше.

— Значит, они могут появиться и исчезнуть в любой момент, — произнесла она наконец. — И их щиты восстанавливаются быстрее, чем мы успеваем их пробить.

Риверс кивнул.

— Да, капитан. Но мы нашли уязвимость: стыки плавников у крупных кораблей и резонансная частота ауры. Если сконцентрировать огонь импульсными системами в этих точках, мы сможем пробить защиту.

Маркова выпрямилась. В её взгляде читалась твёрдая решимость.

— Подготовьте отчёт для командования. И начните разработку модификаций. Война только начинается.

Тем временем спасательные модули возвращались на «Авангард». Кира видела, как медики переносят выживших на борт — измождённых, обожжённых, но живых. В наушниках раздался голос Марка Валдиса:

— Кира, ты слышишь? Нас отзывают на базу. Будут докладывать командованию.

— Да, Марк, — ответила она, глядя, как последний модуль стыкуется с крейсером. — Но мы вернёмся. И в следующий раз будем готовы лучше.

Где‑то в глубинах космоса флотилия фиолетовых кораблей перегруппировывалась. Их командиры анализировали данные о тактике Федерации, готовясь к следующей встрече. А на орбите Гамма‑5 четыре корабля Федерации завершали спасательную операцию — и начинали готовиться к новой битве. В воздухе витало ощущение неизбежности: первый контакт обернулся схваткой, а схватка — лишь прелюдией к чему‑то большему.